Александр Новопашин

Тёмный Властелин. Книга вторая

Глава 1

Во дворе замка Ваалор тренировался, оттачивая навыки владения мечом и боевой магией. Огненная броня, покрывающая демона с головы до пят, полыхала нестерпимо ярким пламенем, его огромный, с виду неподъёмный клинок мелькал со страшной скоростью, плетя вокруг демона непроницаемую стальную сеть. Меч словно пел песнь смерти, радуясь свободе, со свистом рассекая воздух, блестя и переливаясь всеми цветами радуги. Вот он, словно молния, рухнул сверху вниз, рассекая на две половинки воображаемого врага…. Затем, резко изменив направление почти у самой земли, взмыл наискосок вверх. Во время удара демон, до этого крепко державший рукоять двумя руками, на долю мгновения отпустил правую руку, и направил ладонь на валун, стоящий неподалёку. Камень зашипел и раскалился добела под напором волны пламени, а демон уже наносил следующий удар мечом, чертя в воздухе широкую дугу. Одновременно с этим ударом Ваалор коротким заклинанием обрушил позади себя ливень из молний, а когда клинок оказался в нижней части дуги, выбросил вперёд левую руку. Порыв ветра ударил в воображаемого противника, и одновременно с ним огромный булыжник, вырванный из ближайшей стены, нанёс удар сверху….

— Браво, братец! — Из дверей замка вышла довольная Белла. — Твоя техника боя становится просто безупречна.

— Она и до этого была безупречна. — Проворчал Ваалор. — Вижу, ты уже нагостилась в нашем родном мире. Или тебя с почётом вытолкали обратно, когда ты достала своими шутками и придирками всю нашу родню, да и весь совет старейшин заодно? А по случаю твоего отъезда устроили грандиозный праздник?

— Фи, как грубо. — Сморщила носик ламия. — Просто я скучала по тебе и Аксину, вот и решила вернуться. Всё-таки почти полтора года не виделись. И не спорь, техника боя у тебя действительно шагнула вперёд. Раньше ты просто размахивал своей огромной железякой почём зря, или просто бил магией, а теперь вплетаешь в рисунок боя заклинания, причём неплохо вплетаешь, надо признать. Неужели Аксин научил?

— Да, этому теоретику тут какое-то время нечем было заняться, вот и он создал несколько простых, но действенных боевых магических плетений. — С неохотой признался демон. — Заклинания вполне обычные, средние по силе, но очень быстрые, их можно вставлять между атаками оружием практически мгновенно.

— Прекрасно, вижу, вы с ним сдружились. Кстати, а где сейчас наш младшенький братец? Что-то я не чувствую его рядом. Хочу похвастаться ему своей обновкой. Посмотри, какая прелесть, ты не представляешь, с каким трудом я доставала это платьишко…. Оно уникально, а уж сколько нахалок хотели его заполучить. Чуть не увели у меня из под носа это очарование….

Посмотреть действительно было на что. Безупречную фигуру вампирши облегало нечто из переливающейся, воздушной материи. Платье, ни на мгновение не останавливаясь, меняло свой фасон и расцветку. То оно было белоснежным, вызывающе коротеньким, и настолько прозрачным, что ничуть не скрывало то, что должно скрывать любая, мало-мальски уважающая себя одежда, то становилось прекрасной шубкой из мягкой, переливающейся шерсти, то вдруг обращалась в чёрное, строгое, без всяких излишеств, и невообразимо элегантное платье….

— Если ты про Аксина, то он давно уже здесь не живёт.

— А про кого ещё? Или ты за полтора года умудрился завести ещё несколько кровных братьев, пока меня не было?

— Да нет, боги миловали. — Усмехнулся Ваалор. — Мне и тебя с Аксином до изжоги хватает. Ещё одного такого родственника я просто не переживу.

— Таких, как мы, больше нет, мы с Аксином уникальны, так что на этот счёт можешь не волноваться. — Парировала ламия. — Так где он?

— Немного отошёл от переживаний, и переместился жить в тот заброшенный город, бывшую столицу некромантов.

— И ты отпустил его одного?! — Набросилась на демона Белла. — Аксин же ещё слишком юн и слаб, а тот город — одно из самых опасных мест на континенте! Сам же рассказывал, какие жуткие монстры там встречаются!

— Вот тут, сестричка, ты совершенно права — этот город сейчас это самое опасное место на континенте, и всё благодаря нашему излишне талантливому младшему братику. — Рассмеялся Ваалор. — Дух мира-разрушителя уничтожил все артефакты и записи некромантов, но не додумался уничтожить материалы для опытов, что хранились в подвалах ратуши. Эти бесконечные подвалы там были очень большие, и очень вместительные. А знаний Аксину и своих хватало, всё-таки он сейчас принадлежит Тьме, она с ним щедро делится информацией. А там, где знаний не хватило, Аксин заменил их своей бурной фантазией. Такого наворотил, что даже мне страшно лишний раз в этом городе появляться.

— Так что ты тут своей железякой машешь?! — Надо быстрее лететь, спасать….

— Кого ты решила сейчас спасать? — Смех демона заглушил бурные словоизлияния ламии. — Тех несчастных зомби и химер, что ещё оставались в этих развалинах? Так уже поздно, армия Аксина их всех извела.

— Армия?! — Белла не могла поверить своим ушам.

— Ну, не то, чтобы большая армия, скорее, вполне приличный отряд. — Демон смотрел с нескрываемым удовольствием на ошарашенную ламию.

— Да ты можешь не скалиться, а всё толком объяснить! — Раздражённая Белла с силой ударила по мускулистой груди брата. Результат был просто ошеломляющий — Ваалор даже не покачнулся, а ламия запрыгала по двору, ругаясь и прижимая к груди ушибленную руку.

— Сестричка, откуда такой богатый словарный запас? Кстати, порядочной демонице таких слов даже знать не положено, а уж говорить — тем более.

— Хватит зубоскалить, изувер! Рассказывай, давай, что тут у вас творится! Мне же интересно, что вы тут натворили….

— Ну, если коротко, то слушай: Аксин решил пожить один, и поселился в ратуши бывшей столицы некромантов. Ключ у него был, а без этого ключа это здание неприступно, это я на себе во время прошлого визита проверил. Так что он был там в полной безопасности. В первую очередь Аксин облазил своё будущее жилище, и нашёл под зданием огромные подвалы. В некоторых были сохранены с помощью магии запасы пищи, воды, и прочие излишества, которых хватит нормальному человеку не на одну тысячу лет. В других располагались лаборатории с законсервированным материалом для исследований — свежими трупами различных полов и возрастов, сосудами с кровью, зародышами разных зверей для создания химер, материалы, необходимые для ритуалов, и прочими милыми атрибутами некромагии. Наш Аксин погрустил ещё пару дней, а потом решил развеять свою хандру привычным для него способом. И занялся исследованиями. Знаешь, сначала я думал, что это вполне безобидное занятие, но потом стало ясно, что лучше бы наш младшенький увлекался вином и женщинами. За короткое время он создал вполне приличный отряд боевых зомби, а потом начал их усовершенствовать. Кончилось это тем, что теперь у него в услужении около сотни мертвяков, и куча монстров, и не простых, а таких, что вполне смогут уничтожить небольшую армию.

— Он создал сотню костяных рыцарей?! Но ведь это невозможно! Один некромант может контролировать за раз только одного такого, будь он хоть трижды Тёмный Властелин!

— Нет, на этот раз Аксин более серьёзно подошёл к делу, решил брать одновременно и количеством, и качеством. Он создал около сотни обычных боевых зомби, и почти год изменял их, помаленьку делая всё более и более сильными, быстрыми, защищёнными. Использовал магию, обвешал их амулетами, заковал в прекрасную броню, которую откопал где-то в тех же подвалах. Не поверишь, но наш младший братик добился потрясающих результатов. А затем и химеры подросли. В общем, Аксин и его милые воспитанники за пару недель вычистили все развалины. Теперь в городе только он, да его воинство.

— Да, дела…. — Задумчиво протянула Белла. — Изменился наш Аксин, очень сильно изменился. Теперь это не тот наивный мальчик, что был полтора года назад.

— А ты бы не изменилась после того, что ему пришлось пережить? Скажи спасибо, что не превратился в монстра, остался почти прежним человеком. Правда, куда более озлобленным.

— Насчёт озлобленности я его сильно понимаю, сама бы рвала и метала на его месте. А он ничего, держится, не стремится прямо сейчас стереть в мелкий порошок всех магов империи, вместе с их обожаемым императором. — Белла посмотрела на брата. — Ну, что когда летим смотреть, что там Аксин настроил? Мне же интересно….

— Сейчас, закончу тренировку, отдохну, и полетим….

— Считай, что ты её уже закончил. А, ну, вызывай духов, и вперёд.

— Успеешь ещё, вечер на дворе. — Демон посмотрел на быстро темнеющее небо. — А ночью здесь летать небезопасно, даже для таких, как мы. Я-то отобьюсь, если вдруг стая местных летающих монстров решит нами закусить, а ты что будешь делать? На здешних зверюг твоя любовная магия не действует, первая крупная химера сожрёт, хоть сколько ты ей будешь глазки строить, не поможет. Утром полетим….

Не слушая шумных и горячих возражений демоницы, Ваалор забросил меч на плечо, и зашёл в замок.

Ночь накрыла Древние земли густым, непроглядным покрывалом из тьмы. Сквозь него не мог пробиться свет звёзд, лишь мутный, тусклый серп нарождающейся луны шествовал по чёрному небу в гордом одиночестве. Бескрайние зелёные леса, уже многие столетия не видевшие топора дровосека, в одно мгновение превратились в дремучую, непроходимую чащу. Ночные хищники, весь день спавшие в своих запрятанных берлогах, вышли на охоту. Благодаря стараниям некромантов, некогда властвовавших здесь, вся Древняя Земля была заполнена монстрами. Химеры, выведенные в лабораториях, после гибели хозяев вырвались на свободу, и заполонили все свободные земли. Они размножались, скрещиваясь, и давая удивлённому миру всё более и более жутких или прекрасных созданий. Выживали лишь самые приспособленные, самые сильные, самые смертоносные звери. И многие предпочитали охотиться друг на друга именно ночью. Ваалор был прав, ночная Древняя Земля не была местом для прогулок. Смерть могла появиться отовсюду: с неба, из окружающей темноты, из-под земли. Даже невинные с первого взгляда растения могли оказаться жутким хищником. Дерево, днем мирно стоящее, и радующееся солнцу, ночью могло решить поохотиться на неосторожно проходящую мимо жертву. Ночью на Древней земле даже демоны не могли чувствовать себя в безопасности.

Развалины городов не были исключением. Там, среди серых камней, блуждали не только химеры. Эти места были вотчиной нежити. Привязанные к месту старыми заклинаниями или просто каким-то странным, рождённым ещё при жизни чувством, мертвяки собирались толпами в тех местах, где они любили бывать, будучи живыми. Мёртвая, полусгнившая плоть зомби не была привлекательным лакомством для химер, поэтому они редко подвергались нападениям. Число мертвяков постоянно увеличивалось, всё новые и новые рядовые армии смерти ежегодно вставали из могил, пополняя ряды блуждающих неупокоенных. Старые трухлявые кости вдруг становились твёрдыми, как камень, покрывались разложившейся плотью, дыхание тьмы вкладывало в тело подобие жизни, и новый зомби вставал, разбрасывая землю старой могилы. Ещё один мёртвый начинал своё тоскливое, бессмысленное существование. Ночью зомби бродили по старым развалинам, или просто стояли, подняв к чёрному небу лица, тронутые разложением, и следили за движением по небу луны своими белёсыми глазами.

По сравнению с другими покинутыми городами Древней земли, бывшая столица некромантов, Некрополис, как в шутку называл своё новое жилище Аксин, не выглядел брошенным или запущенным. С улиц был убран весь мусор, зомби не ходили бессмысленными толпами, химеры не поджидали в тени зданий неосторожную жертву. На площади тонкой цепочкой, окружая здание ратуши, стояли закованные в гибкий пластинчатый доспех воины. Лица, закрытые глухими шлемами с узкими прорезями для глаз, обращены в темноту, в каждой руке по стальной шипастой палице. Они стояли, не шевелясь, ожидая нападения, и охраняя своего хозяина. Первое время в город забредали химеры, стремясь занять пустующую территорию. Но воины, закованные в сталь, их безжалостно уничтожали, забивая насмерть своим жутким оружием. Это продолжалось не одну ночь, пока даже самые тупые звери не стали обходить стороной этот страшный город.

На крыше ратуши так же неподвижно замерли четыре облачённые в чёрные балахоны фигуры. На каждом углу здания, они, похожие на гротескных стервятников, всматривались во тьму ночи, готовые в любое мгновение ударить всей мощью некромагии, если вдруг воины по какой-то причине не смогут справиться с нападающими. И у воинов, и у магов была только одна цель — любыми средствами защитить сон своего господина. Они были идеальными солдатами: верными, преданными, не обращающими внимания на непогоду, никогда не устающими, не боящимися боли и смерти. Ибо они уже были мёртвыми. Нежить, созданная и улучшенная Аксином. Воины были обработанные магическими субстанциями и заклинаниями, сделавшими их более быстрыми, сильными, защищёнными, чем обычные зомби. Из их тел были выкачены остатки крови, и залит специальный раствор, способный защитить тело от заморозки и огня средней силы. Кожа, благодаря заклинаниям, превратилась в броню, способную отразить удар острого меча. Пластинчатые доспехи гномьей работы делали мёртвых воинов практически неуязвимыми для обычного оружия, а талисманы, которые они носили под этой бронёй, защищали от слабых и средних по силе магических заклинаний. Бывшие воинами при жизни, после смерти зомби сохранили часть умений, и бились вполне профессионально.

Мёртвые тела магов были самой удачной находкой Аксина. Кто-то из совета некромантов, в прежние времена правившего городом, решил сделать для себя особенных личей, и для этого не пожалел четверых своих учеников, владеющих некромагией, убив из, и оставив храниться под магическим куполом, защищающим тела от воздействия времени. Но, благодаря разразившейся войне он не успел довести дело до конца. Аксин обнаружил тела, и теперь у него были четверо личей, владеющих ужасающей мощью некромагии. Их юноша так же, как и воинов, защитил от магии и простого оружия.

Под защитой зачарованного магией крови неприступного здания ратуши и своего воинства Аксин мог спокойно отдыхать, не беспокоясь, что кто-то сможет потревожить его сон. Каждый вечер юноша ложился, и Тьма уносила его разум в свой мир теней и серых туманов….

На этот раз мир тьмы не был спокоен и безмятежен, как обычно. Туман, заполняющий всё пространство, беспокоился, колыхался, создавая странные, постоянно меняющиеся фигуры, его призрачные щупальца плавно тянулись куда-то в бесконечность, теряясь в непроглядном мареве. Хоровод духов стал более дёрганым, хаотичным. Тревога словно пропитало всю бесконечность серого мира.

— Что здесь происходит? — Аксин думал, что ничто в мире не способно изменить сложившийся здесь порядок.

— Приближаются очередные испытания, Тёмный Властелин. — Голос Тьмы возник, как обычно, где то внутри головы юноши.

— Не в первый раз, и не в последний. Наша жизнь — это сплошное преодоление преград, и после смерти ничего не меняется, я в этом убедился. — Аксин внимательно осмотрел волнующийся туман, попытался проникнуть в суть того, что причиняло такое беспокойство до этого спокойному миру, но наткнулся на обычную здесь пустоту и бесконечность. — Или произойдёт что-то куда более серьёзное, чем обычные дрязги богов и людей?

— Никто не может этого знать. — Мягкий голос Тьмы раздавался отовсюду и ниоткуда одновременно. Сколько юноша не пытался, он так и не смог разобраться, как такое возможно. — Ни свет, ни боги, ни я не всеведущи. Мы обладаем силами, но никто не способен видеть сквозь пелену времени. Могу сказать лишь только одно — надвигается серьёзное испытание, и ты, мой воин, должен быть готов к нему.

— Хотелось бы знать точно, к чему мне быть готовым. — Юноше показалось, что сегодня в обычно нейтральном голосе Тьмы проскальзывали томные, женственные нотки.

— Ко всему.

— Исчерпывающий ответ. — Аксин ещё раз осмотрел беспокоящиеся щупальца тумана. — Ладно, буду ждать, что ещё Турния решила обрушить на мою голову.

— Турния любит играть, но на этот раз это не её проделки.

— А чьи же?

— Время покажет…. Время покажет….

Аксин проснулся уставшим и разбитым, словно всю ночь не отдыхал в мире тьмы, а с боями пробивался через весь континент.

— Да, очень интересно. — В последнее время у юноши развилась одна привычка — он разговаривал сам с собой. Немудрено, если учесть то, что за полтора года его собеседниками в основном были лишь безмолвные зомби, да созданные им химеры. Лишь Ваалор изредка прилетал в гости, скрашивая одиночество добровольного изгнанника. — Похоже, нам придётся вооружаться по полной, не так ли, Малыш?

Аксин потрепал по загривку сидящего у постели зверя. Огромный, с годовалого телёнка пёс, завилял хвостом, и радостно зарычал. Этого монстра Аксин сделал самым последним, после нескольких экспериментах на других химерах. Юноша стремился получить зверя, который бы превосходил по своим боевым качествам большинство монстров, обитающих на Древней земле, и при этом обладал достаточно привычной для глаз внешностью. За основу Аксин взял зародыша щенка собаки, и, после долгих испытаний и переработок создал Малыша. Зверь почти не отличался от других собак, разве что был куда крупнее, но при этом обладал рядом уникальных способностей. Более сильный, быстрый, Малыш был способен разорвать практически любого монстра, обитающего на Древней Земле. Любые раны, даже самые тяжёлые, затягивались на псе за несколько мгновений, не оставляя следов. Остальные химеры постоянно патрулировали территорию вокруг города, Малыш же был всегда рядом с хозяином.

— Сегодня мы с тобой должны будем сделать одну не очень приятную вещь. — Аксин продолжал почёсывать за ушами до ужаса довольного пса. — Я долго откладывал, но сны подгоняют. Вооружаться, так вооружаться.

Умывшись, и одевшись в ставшую уже привычной чёрную одежду, юноша спустился в подвалы ратуши. Завтракать он не стал, помня о том, что ему предстоит сейчас сделать. В отличие от Аксина, Малыш не страдал отсутствием аппетита, и, в несколько укусов прикончив крупный кусок мяса, сейчас довольный вышагивал рядом с юношей.

— Сегодня мы с тобой создадим нечто особенное. — Юноша остановился перед входом в просторный подвал, используемый для магических действий. Его каменные стены были усилены заклинаниями, и не грозили обвалиться при использовании сильных плетений. — Зомби и зверья нам хватит, большее число уже будет сложно контролировать, жезл истинной смерти я давно уже новый сделал, амулетов и накопителей магии тоже в достатке. Сегодня я зачарую свой посох, наделю его душой.

Аксин решился создать одно из самых сильных и действенных магических оружий некромастеров — одушевлённый магический посох. Зачарованный с помощью особого ритуала, такой посох становился незаменимым помощником некроманта, практически в два раза увеличивая силу каждого его заклинания. И при этом маг терял куда меньше собственных сил при создании магических плетений. Но создать одушевлённый посох было очень непросто. Необходимо было провести сложнейший обряд, требующий высокой точности исполнения каждого действия, и очень больших затрат сил. Любая неточность при проведении ритуала могла привести к гибели мага. Но не только это останавливало юношу, заставляя переносить и переносить обряд. Для создания одушевлённого оружия требовалась особая жертва….

Юноша внимательно осмотрел приготовленные для ритуала ингредиенты. Магия некромантов прошлого прекрасно сохранила всё в идеальном состоянии. Кровь была тёплой, и ещё помнила боль тела, когда её вытягивали из вен рабов. Костный порошок был намолот из костей молодых, полных сил людей, драгоценные камни — идеальной формы и чистоты. Аксин полдня чертил на полу сложные фигуры, насыпая костный порошок, кропотливо вымеряя длину, ширину, толщину линий, и направление каждого элемента. Наконец основа для будущего заклинания была готова. Несколько многолучевых звёзд, сцепленных друг с другом, образовывали сложную, причудливую фигуру, напоминающую сложное кружевное плетение. В центе каждой звезды, и в вершинах некоторых лучей расположены необходимые драгоценные камни. Внутри лучей юноша из маленьких косточек выложил несколько рядов рун.

Затем юноша повторил рисунок, нанося его поверх костного порошка свежей кровью, взятой из магического хранилища. Рубиновые капли не смешивались с белым порошком на полу, а поднимались вверх, замирая в воздухе невысоко от пола. Малыш, оставленный за дверью, завыл, чувствуя нарастающую магию. Не отвлекаясь и не теряя сосредоточенности, Аксин достал зачарованный короб с последним необходимым для заклинания ингредиентом….

Некромагия не могла сохранить жизнь на долгие годы живым существам, хранящимся в бескрайних подвалах ратуши. Магия смерти уничтожала почти любую жизнь, до которой дотрагивалась. Тела мёртвых при её воздействии хранились долгие века, но это была мёртвая плоть. Кровь оставалась тёплой в зачарованных сосудах, но почти моментально свёртывалась и засыхала, как только её выливали наружу. Лишь дополнительные заклинания позволяли использовать такую кровь для построения костяка магического плетения, и наполнения её своей силой. Той силой, которое отдаёт всё живое, когда погибает. С живыми телами всё было куда сложнее. Можно было набросить сохраняющее заклинание на живое существо, и оно будет вечно находиться в этой магической клетке, без сознания, неподвластное течению времени. Но как только магию убирали, живой организм моментально погибал. Некромагия, использовавшаяся при создании сохраняющего заклинания, убивала его быстро и наверняка. Мастера магии смерти не могли обойти это правило. Они научились лишь сохранять зародышей животных, сохраняя с помощью некромагии беременную самку. После снятия заклинания самка погибала, а зародыша, вынутого из чрева зверя, удавалось оживить.

С людьми этот способ не работал. Мать и ребёнок были слишком сильно привязаны друг к другу, и погибали оба, поэтому некроманты не могли по своему желанию набросить на живого человека сохраняющее заклинание, а потом снять его, и дальше проводить опыты с живым телом. Но не для всех заклинаний требовалось, чтобы человек после снятия заклинания долго жил…. Плетения, в которых использовался последний вдох жертвы, прекрасно работали с такими сохранёнными живыми телами. Некроманту оставалось лишь поместить тело внутрь уже приготовленной фигуры, и снять сохраняющее заклинание. Человек тут же умирал, а его жизненная сила переходила в магическое плетение. Заклинания одушевления оружия было именно из таких. И взрослый человек для него не подходил….

В магическом коробе, что держал юноша, находился младенец. Ребёнок словно спал, раскинув ручки и ножки, и прикрыв глаза. Умом Аксин понимал, что этот младенец уже мёртв, несмотря на то, что искра жизни ещё горит в этом маленьком тельце. Он был приговорён к неминуемой смерти в тот момент, когда кто-то из некромантов прошлого наложил на него сохраняющее заклинание. Некромагия уже убила ребёнка, и теперь просто сохраняла его последний вздох для заклинания. Но если ум юноши говорил, что он ни в чём не виноват, сердце кричало и требовало, чтобы Аксин не делал этого. Ведь что бы там не творили некромастера прошлого, именно он станет причиной того, что жизнь навсегда прервётся в этом маленьком тельце. Аксин давно не был тем наивным и добрым юношей, что полтора года назад. За это время он пролил реки крови, как сохранённой, так и из живых существ, используя химер для заклинаний. Юноша разрезал горы трупов, препарируя тела и создавая своих боевых зомби, и уже спокойно и без содрогания смотрел на мертвецов, даже если он сам был причиной их смерти. Но стать причиной гибели новорожденного младенца он не мог….

— Оставь колебания, мой воин. — Слабым эхом прошелестел в голове юноши голос. — Душе этого невинного дитя войдёт в твой посох. Он продолжит жизнь внутри твоего оружия. Не гибель ты ему несёшь, а спасение. Даёшь другую жизнь, другое вместилище духа. Даёшь шанс пожить, даже если эта жизнь — это жизнь одушевлённого оружия….

Отбросив сомнения, Аксин встал посреди начерченной им сложной фигуры, и развеял чары сохранения. Ребёнок зашевелился, набрал в грудь воздух, но закричать уже не успел. Жизнь покинула маленькое тельце…. Тут же костный порошок вспыхнул нестерпимо ярким огнём, кровавые линии в воздухе почернели и осыпались жирным пеплом. Страшная магическая мощь рванулась к центру фигуры, и Аксин едва успел отгородиться от неё посохом. Сила, способная снести с лица земли небольшую гору, исчезла….

Посох в руке юноши вдруг слабо завибрировал.

— Ты кто? — Послышался лёгкий, не слышимый никому, кроме Аксина, шёпот.

— Я - твой хозяин.

— А я кто?

— Ты — моя поддержка и опора, ты — моё оружие, ты — это я.

— А как тебя зовут?

— Моё имя Аксин.

— А как меня зовут?

— И твоё имя Аксин. Ты — часть меня. — Закончил ритуальную часть заклинания юноша.

Посох несколько раз дёрнулся, и успокоился, лишь дерево, из которого он был создан, стало заметно теплее, а чёрный кристалл на вершине засветился другим, более тёплым светом.

Выйдя из подвала, Аксин был чуть не сбит с ног налетевшим на него Малышом. Пёс чувствовал магию, понимал, что она могла причинить вред его обожаемому хозяину, и очень переживал, что не мог сломать усиленную заклинаниями дверь, чтобы прийти на помощь. И сейчас он прыгал и ластился, радуясь, что всё закончилось хорошо.

— Ну, всё, Малыш, прекращай, а то угробишь меня своими проявлениями любви. — Аксин, как мог, пытался отпихнуть зверя. Безрезультатно, юноша был всё-таки повален на пол, и довольный пёс попытался лизнуть его своим шершавым языком. — Прекрати! А то отправлю патрулировать границы города, а вместо тебя заведу котёнка! Маленького, пушистого и воспитанного!

Пёс насмешливо гавкнул, не веря в эти угрозы.

— Эх, надо было сделать тебя не таким умным. — Приложив титанические усилия, юноша смог отпихнуть Малыша, и встать на ноги. — Или более послушным.

Немного успокоившись, пёс занял привычное место слева от юноши.

— Ну, что, пойдём смотреть, что у нас получилось?

Малыш радостно гавкнул, соглашаясь идти за хозяином куда угодно.

— Эгоист ты, Малыш. Сам-то утром поел, а теперь гонишь меня, голодного, силу посоха испытывать. Нет уж, давай сначала поедим, а потом пойдём. Думаю, ты против этого ничего не имеешь?

Наскоро закончив обед, Аксин вышел во двор. Зомби не шелохнувшись, продолжали нести вахту, не получив никаких других указаний. Личи же, обладающие зачатками разума, плавно спланировали с крыши, используя заклинание левитации, и встали позади юноши безмолвными чёрными тенями.

— Ну, что же, посмотрим, не зря ли я сегодня старался. — Пробормотал Аксин, оглядываясь вокруг, и подыскивая достойную мишень. Такая мишень вскоре нашлась — старый дом с массивными стенами из гранита, больше напоминавший небольшую крепость. — Всегда хотел тебя снести, уж сильно мрачная конструкция.

Сначала Аксин отложил в сторону посох, и ударил по дому обычной чёрной молнией, самым простым атакующим заклинанием некромагии. Каменные стены загудели, немного оплавились, покрывшись копотью.

— Да, так я буду полгода тебя бить, и не получу никакого толкового результата. Посмотрим, чем поможет моё одушевлённое оружие.

Юноша взял в руки свой посох, и, направив через него магическую энергию, вновь швырнул чёрную молнию. Стена дома заметно вздрогнула, от удара вокруг полетела пыль мелкие камешки.

— Да, этот удар явно сильнее. — Аксин смотрел на внушительную дыру, образовавшуюся в каменной стене. Действительно, одушевлённый посох — страшное оружие.

Уже не сдерживая силы, юноша ударил по зданию Тараном Ада — разрушительным заклинанием, призванным сметать с пути некроманта все преграды. Эффект от этого заклинания превзошёл все ожидания…. Дом, собранный из массивных каменных глыб, был превращён в пыль. Магический удар, не растратив свою силу, прокатился дальше, снося на своём пути всё новые и новые дома. Мгновение — и несколько кварталов превратились в груду развалин.

— Вот это да. — Поражённый юноша смотрел на результаты своих трудов. — Теперь надо будет поосторожнее подбирать заклинания. А то решу подогреть обед, и спалю ратушу.

Звук колокола прокатился звенящей волной по мёртвому городу. Этот колокол юноша специально повесил год назад, разместив на ближайшем холме, после нескольких случаев нападения его химер на прилетавшего в гости демона.

— Малыш, слышишь, к нам гости. — Аксин потрепал по загривку довольного пса. — Только почему Ваалор решил предупреждать этим старым способом? Я же ему ещё полгода назад амулет опознавательный сделал, чтобы мои солдаты и зверушки на него не бросались….

Ваалор приземлился на холме недалеко от города, где на импровизированной подставке из трёх связанных между собой шестах крепился небольшой бронзовый колокол.

— Почему мы не летим дальше? — Тут же пристала к нему с расспросами ламия.

— Потому что у тебя нет вот такой вещицы. — Демон показал на небольшой золотой медальон, висящий на его массивной шее. — Без неё на тебя набросятся почти все химеры и все мертвяки Аксина.

— Ничего страшного, ты же меня защитишь. — Легкомысленно отмахнулась Белла. — Полетели, давай сделаем своим неожиданным появлением сюрприз нашему братишке.

— Для начала ты сделаешь приятный сюрприз шастающим вокруг города химерам. Они, бедняжки, здесь уже всё зверьё вывели, приходится в поисках пищи дальше от города бегать. А тут тебе и первое, и второе летит, как раз к обеду.

— Думаю, что ты преувеличиваешь. Не поверю, что нас с тобой смогут остановить парочка зверей-переростков. Думаешь, чем я на Проклятых землях Торзалии питалась? Кровью этих самых химер.

— Нет, химеры не остановят, ну, кроме последней созданной Аксином зверюги, псом по кличке Малыш. Этот может попытаться, но он всегда рядом с хозяином. — Усмехнулся демон. — Они лишь немного задержат, а там и основные силы подоспеют. Четверо личей, и около сотни боевых зомби.

— Раскидаешь их, и полетим дальше, тоже мне, нашёл проблему.

— Ага, раскидаешь. Помню, с полгода назад уговорил я Аксина немного побороться, знаешь, приятно состязаться с сильным противником. Только вот место мы неудачное выбрали, рядом с городом. Не успели обменяться парочкой пробных ударов, как я получил желаемую тренировку, даже в несколько большем объёме, чем планировал. Сначала принеслись его обожаемые личи. Проигнорировав приказ не вмешиваться, долбанули по мне своими заклинаниями, да так, что мне мало не показалось.

— Как это — проигнорировали приказ? Аксин же их хозяин.

— Вот именно, что хозяин. А каждый привязанный мертвяк рождается только с одной мыслью в своих мёртвых мозгах — защищать своего повелителя, даже если он это идёт в разрез с его приказом. Защитная система, оставшаяся ещё от старых некромантов. Вдруг противник сможет набросить пелену на разум, и это заставит отказаться от защиты, или отдать самоубийственный приказ. В общем, пока я отходил от атаки этих колдунов, да спешно выстраивал защитные заклинания, подтянулось основное воинство Аксина, боевые зомби. Этим тоже было наплевать на указания нашего братишки оставаться на месте, и они набросились на меня со своими дубинами. В общем, я их по быстрому разбросал, и дал дёру.

— Ты сбежал с поля боя?! — Мгновение ламия стояла, не веря своим ушам, а потом её скрутил приступ жуткого хохота. — Да дома это будет сенсация! Великий и непобедимый Ваалор бежал с от кучки мертвяков!

— Только попробуй кому рассказать, уши оборву. — Рявкнул красный от ярости демон. — Я просто не хотел их уничтожать, Аксину пришлось бы создавать новых, а это куча трудов.

— Да, да, именно из-за этого ты и решил драпануть. — Смеющаяся ламия с трудом увернулась от увесистого подзатыльника. — Ладно, ладно, я молчу. И, вообще, уже всё забыла.

— Вот и забудь.

— А если честно, ты действительно мог уничтожить воинство Аксина, если бы захотел?

— Не знаю. — Нехотя признался Ваалор. — В свалке рубанул одного мертвяка мечом, так тот отлетел, а потом вскочил, и снова в бой. Аксин потом ворчал, что пришлось тому доспехи менять, еле нашёл подходящего размера. Тот зомби был богатырём при жизни, а наш братишка своё воинство только в броню гномьей работы одевает. Так что пришлось бы с ними долго возиться, а в бою всякое бывает. Сильные у него воины и колдуны, очень сильные.

— Так это же замечательно. — Белла чмокнула брата в щёку. — Значит, теперь Аксин может быть спокоен за свою жизнь. С таким воинством он может вернуться, и тогда никто с ним не справится!

— По крайней мере, на Древней земле ему теперь ничего не угрожает. А обратно-то ему зачем возвращаться? Да и опасно это, люди его массой смогу завалить. Помнишь, ты рассказывала, как объединённые силы штурмовали оплот некромантов в Торзалии? А Аксин один будет. Нет, нечего ему там делать.

— Да ладно, это я к слову сказала, не подумав. — Отмахнулась ламия.

— А у тебя эта привычка с рождения — не думать. — Парировал демон.

Спор был прерван сильным грохотом. Замолчав, Ваалор и Белла, повернулись к городу, и увидели, как несколько зданий исчезли в клубах пыли. Когда пыль осела, вместо добротных строений остались лишь груды камней.

— Что это было? — Ламия была поражена. Никогда она не видела заклинания такой разрушительной силы.

— Не знаю, судя по всему, наш братик в очередной раз что-то сделал, и теперь проводит испытания своей новой игрушки. — Демон осматривал горы камней, бывшие когда-то домами. — Интересно, чем он так долбанул?

— Полетели, посмотрим! — Ламия посмотрела на брата горящими от нетерпения глазами. — Знала бы, что у вас так интересно, давно бы уже вернулась!

— Куда собралась без защитного амулета? — Осадил вампиршу Ваалор. — Совсем забыла, о чём только что говорили? Потерпи немного.

Демон подошёл к колоколу, и несколько раз в него ударил.

— Вот, теперь наш братишка придёт, и проводит нас в своё скромное жилище. Только сразу на шею с объятиями ему не бросайся, а то его свита может не так понять. Придётся хватать тебя в охапку, и бежать куда подальше, а второго бегства моя гордость точно не переживёт.

Глава 2

— Да что же это, господин, опять всю ночь, как проклятый, по лесам рыскали. — Джонатан суетился вокруг усталого, покрытого грязью с ног до головы Гарвина. — Ну, разве так себя надобно вести главе гильдии боевых магов? Уж сколько времени, как титул архимага получил, а всё, как дитё малое. По этому северу мотаемся, недобитков варварских ищем, разве это дело? Что, в империи других магов нет для этого?

— Да уймись ты, вредный старикан. — Отмахнулся от ворчащего слуги маг. — После той бури, что устроил ныне покойный принц Максимилиан, половина орды в живых осталась, и дикари разбежались по всему северу империи. Обратно вернуться им гордость не даёт, вот и партизанят по лесам небольшими отрядами. Чем быстрее мы всех изведём, тем лучше для империи. Нельзя оставлять за спиной недобитого врага. Других серьёзных проблем у нас пока не наблюдается, так что занимаюсь этой.

— Всё правильно, господин, да ведь зачем именно вам по этим лесам бегать? Всё-таки архимаг, глава боевых магов империи. Сидели бы в столице, да приказы раздавали. Вот как только вас, господин, назначили, я то сразу богов поблагодарил. Всё, думаю, теперь по-другому жить будем. Ан нет, вы в столице с месяцок побыли, и обратно на север укатили.

— Я так и знал, что ты смерти моей хочешь, старый медведь. — Рассмеялся Гарвин. — Да за этот месяц меня эти бюрократы чуть до гроба не довели. Не представляешь, сколько дел приходилось расхлёбывать. И каких дел: то смету на ремонт очередного здания гильдии проверить да подписать, то ревизию талисманов, то вопросы приёмки новых магов в гильдию, условия отбора согласовать. А то с этой войной вся молодёжь в армию потянулась, подвиги да славу непобедимых героев им подавай…. Рутина, не стоящая внимания. Хорошо, Владыка Орес посоветовал нескольких путних помощников, взвалил на их плечи всю эту волокиту.

— Ну, так и отдыхали бы спокойно, господин. — Джонатан наконец-то избавил мага от лёгких доспехов, изготовленных гномами, скрывавшихся под обычной одеждой. — Зачем воевать то вас снова потянуло?

— Вот именно, что потянуло, старый медведь. Никогда не мог понять, почему этот доспех лёгким называется, его даже самому не снимешь, без посторонней помощи. Нет, в следующий раз одену кольчугу, она поудобнее будет. — Гарвин с удовольствием потянулся, расправляя затёкшие под бронёй плечи. — Скучно мне так просто сидеть, а пока этих немытых дикарей с наших земель не выбьем, других серьёзных дел начать не сможем.

— Что вы опять задумали, господин?! — Всплеснул руками старик.

— Да всё то же, всё то же. Надо с нашими соседями разобраться, пока они так у себя друг с другом воюют, да этого некроманта придавить. Так всё хорошо шло, и надо же было этим олухам в порту одного человека чуть живого прокараулить. Повезло, что в бою геройски погибли, а то бы я их сам лично прибил.

— Одумайтесь, господин. — Побледнел от испуга Джонатан. — Как же вы собрались с этим отродьем тьмы справиться? Вон он чего в порту натворил. Вызвал демонов из самого ада, кучу людей замучил, в жертву принёс, отряд боевых магов, что готовились в Торзалию отплывать, перебил, всех, до единого, да сбежал невесть куда. Там же весь склад, где его держали, телами был завален, крови по колено….

— Ну, демонов он вызвал не из ада, а с Древних земель, да и сбежал он туда-же. А вот как с ним справиться, это хороший вопрос. Есть у меня пара мыслишек.

— Бросьте вы это господин. Вот варваров изгоните, с Торзальцами разберётесь, и хватит. Не связывайтесь с этим некромантом, он один на этой Древней земле долго не проживёт, может, уже и помер давно.

Словоизлияния старика прервал стук в дверь.

— Срочное послание для Владыка Гарвина.

— Хватит причитать, как бабка старая. Лучше позаботься о завтраке и приготовь горячую ванну. А то сегодня дикари в болото убежали, пока мы их догнали, все по уши в этой грязи да тине измазались. Да забери у гонца бумаги, не вечно же ему под дверями стоять.

Когда Джонатан вернулся с подносом, полным всякой снеди, Гарвин уже прочитал письмо, принесённое гонцом.

— Ну, что, старый медведь, видимо, боги услышали твои молитвы. С северной границы империи поступило сообщение, что отряды варваров массово бегут домой. Всё, не выдержали дикари. Наконец то эта лесная война закончилась, а то конца и края ей видно не было. Так что мне здесь нечего делать, сегодня же возвращаемся в столицу.

— Да хоть денёк отдохните, господин. А то с этими ночными вылазками совсем измаялись да отощали.

— Ничего, в дороге отосплюсь. До Иридиса доберёмся, а там по реке поплывём. А пока приготовь всё к отъезду, после обеда отправляемся. Поедем вдвоём, нечего с эскортом кататься. Вот, срочное письмо, отправь немедленно по каналам местной гильдии боевых магов. А я умоюсь, перекушу, и отдохну немного, тут ты прав, уже вторые сутки толком не сплю…. Так, и где там обещанная ванна?!

За полтора года северные земли империи так и не смогли оправиться после набега варваров. Замки были взяты штурмом, города и деревни разграблены и сожжены, люди погибли или бежали на юг. Даже после той страшной бури, уничтожившей половину армии дикарей, орда варваров представляла грозную силу. Потребовалось несколько кровопролитных сражений, чтобы окончательно разбить объединённые племена. Огромная слаженная армия дикарей перестала существовать, но это не было окончанием войны…. Варвары рассыпались по разорённым северным землям мелкими отрядами, не желая признавать поражение. Легионам империи пришлось участвовать в затяжной партизанской войне. Разбившись на отряды, солдаты под прикрытием боевых магов прочёсывали леса, в изобилии покрывавшие северные земли, находя и уничтожая не сдавшихся дикарей. В этих боях погибло куда больше легионеров, чем за все сражения с дикарями, произошедшие с начала вторжения. Привыкшие к плотному строю в открытом поле, в лесах солдаты гибли сотнями, попадаясь в изощрённые ловушки варваров. Империя дорого платила за свою победу, но всё-таки побеждала. Варваров становилось всё меньше и меньше, легионеры набирались опыта в лесных стычках. Через год отряды ветеранов, сумевших выжить, уже легко громили дикарей, отбрасывая их разрозненные группы всё дальше и дальше к прежним границам. Наконец, варвары не выдержали и побежали, оставляя после себя лишь пустые, разрушенные дома редких деревенек.

— Ох, что натворили, изуверы. — Джонатан оглядывал обгорелые постройки. — Весь край из-за них обезлюдел.

— Ничего, война тяжелая была, но она закончилась. — Гарвин внимательно осматривал окрестности, по старой привычке ожидая нападения в любой момент. Несмотря на то, что они уже подъезжали к Иридису, и эти места давно считались безопасными, маг не терял бдительности. В лесах во время бесконечных боёв это не раз спасало жизни солдатам его отряда. — Главное, мы смогли победить. Теперь всё наладится.

— Дак сколько же это времени ждать то придётся, чтобы всё это исправить? Ведь все города, деревни, замки порушили….

— Ничего, старый медведь, скоро всё образуется. Император прежних баронов, что бежали, забыв об охране границ, на плаху отправил. В этой войне много командиров отличились, теперь их ждёт и титул, и земли, что без хозяев остались. Владыка Орес теперь советник при дворе, порекомендовал освободить на десять лет всех, кто сюда жить вернётся, от налогов, и Император прислушался к его словам. Так что сейчас варваров окончательно отсюда выгонят, люди придут, заново отстроятся. Из пепла поднимутся дома, деревни, города…. Через год торговля снова пойдёт, лес да меха начнут на юг продавать…. И всё станет, почти как прежде. Только вместо зажравшихся аристократов здесь будут властвовать бывшие воины, а уж они не дадут повториться набегу. Крепостей понастроят, гарнизон усилят. В общем, в следующий раз, если варвары решатся напасть, их встретят совсем по-другому.

— Это хорошо, господин. — Джонатан со вздохом повернулся к магу. — Только вы ведь на этом не успокоитесь, опять в какую нибудь авантюру влезете, знаю я вас.

— Опять поучать начал, старый ворчун? Вот выгоню тебя взашей, будешь знать….

— Нельзя вам меня выгонять, господин. — Джонатан тепло улыбнулся. — Кто же вас учить то будет уму-разуму?

— Найдутся охотники помимо тебя, не обольщайся. — Гарвин рассмеялся в ответ. Маг обожал эти словесные перепалки со своим старым, верным слугой.

— Да вы сами в это не верите, господин. После того, как вы архимагом стали, вам все слово поперёк бояться молвить.

— Да, один ты всё время брюзжишь. Помню, когда я был маленьким, ты меня поучал…. Потом я вырос, стал боевым магом, а ты продолжал читать мне мораль. Теперь я архимаг, глава гильдии боевых магов, и что изменилось? Ровным счётом ничего. Вот скажи, Джонатан, чем я прогневал богов, что они послали мне тебя в вечные провожатые?

— Не такой уж я и вечный, господин. — Рассмеялся скрипучим смехом старик. — Не беспокойтесь вы так, мне годков то уже немало, вот помру, и избавитесь от меня.

— Я те помру, старый хрыч, вишь, чего удумал. — Гарвин шутливо ткнул его кулаком в плечо. — Будешь жить, пока я, твой хозяин, не соизволю почить в мире и покое. А то кто же придёт ко мне на могилу, и скажет ворчливым голосом: «осторожнее надо было быть, господин, я ведь всегда предупреждал».

— Эх, настучать бы вам по губам за такие слова, да боюсь, не осилю уже. — Вздохнул старик. — Кто же про смерть свою вслух говорит? Ещё беду накличете, господин.

— Кошмар, и этот старый хрыч смеет называть себя моим слугой. — Дружески улыбнулся Гарвин. — Настучать по губам, кошмар, надо же додуматься…. Ладно, хоть по вечерам пороть не пытаешься, и на том спасибо.

— Боюсь, этим вас уже не исправишь, в детстве пороть надо было, да всё рука не поднималась. Господин, что это за шум впереди?

— Несколько конных, похоже, разъезд. Потерпи пока со своими нравоучениями, а то если солдаты услышат, что старый слуга собрался пороть архимага, решат, что они сошли с ума, и упекут сами себя в больницу для душевнобольных. А в империи сейчас каждый воин на счету.

Конные патрульные издали заметили посох архимага, и, спешившись у окраины, вытянулись, приветствуя Гарвина. Маг остановился, заметив знакомое лицо.

— Капитан Лефт?

— Так точно, Владыка Гарвин.

— Я же направил тебя служить в столицу. Кажется, у тебя там было непыльное и доходное местечко, как ты здесь-то снова оказался?

— Так я же уроженец здешних мест, Владыка Гарвин. Как варвары набросились, так в столице ополчение давай собирать, я сразу туда и записался добровольцем. Пока суд да дело, та буря ударила, орду дикарей разметала. Понадобились знатоки северных лесов, а ведь я в барона Вильяма не только штаны в замке просиживал, в чаще воевать умею. Семью в столице оставил, а сам сюда. Полгода варваров по лесам гонял, мне отряд в подчинение дали…. А затем в Иридисе поставили, новичков обучать. Вот, новых солдат из города вывел, буду на местности тренировать. В городе ведь многому не научишь.

— Молодец, капитан. — Гарвин спрыгнул с коня, и пожал руку растерявшемуся Лефту. — А ведь я был о тебе не очень хорошего мнения.

— Вы были правы, Владыка Гарвин. — Воин опустил глаза к земле. — Но тогда у меня семья была в замке, жена, дети….

— Я всё понимаю, капитан. Барон бы их не пощадил, если бы вы посмели нарушить его приказ. Но, как видишь, Турния приготовила для каждого из нас свой путь. Ты с семьёй жив, и занимаешься почётным делом, а не прислуживаешь самодуру на окраине империи. Ты теперь истинный воин, и можешь гордо нести это звание.

Ещё раз пожав поражённому Лефту руку, Гарвин вскочил в седло, и они продолжили путь.

— Господин, и вы просили меня немного помолчать? — С лёгкой ехидцей в голосе поинтересовался Джонатан. — Думаю, ваши откровения так же плохо могут повлиять на неокрепшие умы юных солдат, как и моё ворчание по поводу порки.

— Ничего, мне можно. — Рассмеялся Гарвин. — Я же маг, а ты бы слышал, что простой народ о владеющих даром говорит. Дескать, все мы сумасшедшие. Приписывают всё, что угодно, иногда даже слушать смешно….

Прибыв в Иридис, Гарвин, казалось, решил забыть обо всех делах, и просто отдохнуть от трудов ратных. Те несколько дней, что Джонатан готовился к отъезду, маг спал до обеда, отсыпаясь за бесчисленные тревожные ночи, а остальное время бесцельно бродил по городу, или сидел в трактире, потягивая лёгкое вино, и отдавая дань великолепной кухне. Но старого слугу не могло обмануть это расслабленное состояние Гарвина. Джонатан знал этот рассеянный, мечтательный взгляд. Старик помнил этот взгляд ещё с юных лет мага, и кажущееся спокойствие не могло его обмануть. Гарвин явно что-то задумал, и теперь старается просчитать все свои шаги наперёд. А раз маг потратил на это несколько дней, то можно было только догадываться, что за грандиозные планы витают в его голове. Даже то время, когда они плыли из Иридиса в столицу, маг не выходил из своей каюты, витая где-то в своём, внутреннем мире. Обычно Гарвину хватало половины дня, чтобы всё обдумать, и принять окончательное решение.

— О, боги, помогите, оберегайте его. — Шептал по ночам старик. — Он ведь горяч не в меру. Не дайте ему сгинуть, оградите от всех опасностей. А то ведь опять что-то страшное да опасное учудит, ох, чует моё сердце….

В порту Гарвин приказал подать осёдланного коня, и, отдав Джонатану распоряжение заниматься вещами, поскакал во дворец. Задумчивый, отстранённый взгляд исчез, на смену ему пришёл жёсткий, целеустремлённый. Лёгкая улыбка мелькала на плотно сжатых губах мага, напряжённые мышцы требовали действия. Гарвин принял решение….

Дворецкий встретил мага у входа.

— Приветствую вас, Владыка Гарвин. Ваши покои готовы.

— И тебе доброго дня. — Маг быстрым шагом пошёл к своей комнате, в которой всегда останавливался, когда находился во дворце. Рядом торопливо семенил пухлый дворецкий. Всё-таки титул архимага, главы гильдии боевых магов имел свои преимущества. Отчитываясь только перед императором, Гарвин, по сути дела, был вторым лицом в государстве. Когда он заступил на этот пост, ему предлагали целое крыло во дворце для личного пользования, но маг отказался. Гарвину больше нравилась жизнь вне этих душных стен с их интригами и закулисными войнами.

— Благодарю вас, Владыка Гарвин. Желаете отдохнуть с дороги?

— Нет, не стоит. Скажи, милейший, во дворце получили моё письмо?

— Да, конечно, Владыка Гарвин. Император, да правит он вечно, уже дал необходимые распоряжения. Как только вы пожелаете, интересующие вас люди тут же придут, куда вы скажете.

— Прекрасно. Тебя не затруднит передать, что через час я всех жду у себя в комнате.

— Как прикажите, Владыка Гарвин. — Поклонился дворецкий. — Если желаете, я могу приготовить один из залов для вашего совещания.

— Благодарю, не стоит. — Свою комнату Гарвин уже давно защитил различными заклинаниями от всяческих возможностей подслушать, о чём в ней идёт речь. — Несколько человек со всеми удобствами смогут разместиться и у меня.

— Конечно, Владыка Гарвин. — Дворецкий ещё раз поклонился. — Охрана и слуги уже находятся рядом с вашими покоями. Если вам что-то понадобится, то только прикажите.

— Хорошо. А теперь отдай распоряжения о приглашениях, не хочу, чтобы мои гости вынуждены были торопиться, вдруг моё присутствие во дворце окажется для них сюрпризом? — Усмехнулся Гарвин. — Хотя этот Флерес точно знает каждый мой шаг, думаю, и сейчас кто-то из его шпионов подслушивает, о чём мы говорим. Иди, не нужно меня дальше провожать.

Дворецкий коротко поклонился, и растворился в бесчисленных коридорах, а Гарвин продолжил путь. У дверей его комнаты действительно стоял караул из двух гвардейцев, и вдоль стены выстроились четверо слуг.

— Благодарю, ничего особенного не нужно. — Ответил Гарвин на немой вопрос, застывший в глазах прислуги. — Просто принесите лёгкого вина, да чего нибудь перекусить, я жутко голоден. И не стоит стоять под дверью весь день, если понадобитесь, я вас позову.

Ровно через час в дверь постучали.

— Владыка Гарвин, к вам пришли. — Раздался голос одного из стражников.

— Прекрасно, пусть проходят. — Гарвин встал из одного из мягких, уютных кресел, расставленных вокруг небольшого круглого стола в центре комнаты, и поспешил встречать гостей.

— Владыка Гарвин. — Трое коротко поклонились, приветствуя мага.

— Доброго дня вам. Пожалуйста, проходите, располагайтесь. И, прошу вас, давайте забудем об этом дворцовом этикете. Мы друг друга сто лет знаем, к чему эти поклоны да условности.

— Ну, ты его никогда и не знал, так что тебе и забывать нечего. — С хриплым смехом, пошаркивая ногами, прошёл к столу Орес, бывший архимаг, а сейчас советник императора. За ним чётким шагом уверенного в себе человека проследовал герцог Гарус. Последним мягкой походкой двигался кто-то, одетый в тёмные одежды. Капюшон куртки был наброшен на голову, на лице — серебряная маска с прорезями для глаз.

— Лер Флерес, мне крайне неприятно, что вы из-за моих действий вынуждены прятать лицо под этой маской. — В голосе мага не было фальши, Гарвин говорил искренне. — Мне очень жаль, что дворцовые маги-лекари не смогли до конца убрать следы того инцидента.

— Мне смогли вернуть нормальное, здоровое тело, это самое главное. — Хриплый голос из-под маски разительно отличался от прежнего чистого, переливающегося голоса эльфа. — Я жив, могу ходить, видеть, держать оружие. А красивая внешность — это не главное в жизни. И давайте лучше перейдём к делу.

— Конечно, Лер Флерес. — Гарвин бухнулся в кресло, и сделал приглашающий жест рукой. — Располагайтесь. Вино, соки, закуски на столе в вашем распоряжении. Чувствуйте себя, как дома.

— Благодарю. — Орес с кряхтением расположился напротив Гарвина, остальные присели рядом. — Итак, мой мальчик, ты нас собрал, чтобы поделиться важными размышлениями.

— Да, Владыка Орес. И мне приятно, что Император, да правит он вечно, прислал именно вас своим представителем.

— Не скрою, когда я узнал, что ты собираешь военный совет, я сам напросился на нём присутствовать. — Рассмеялся старый маг. — Уж очень интересно, что ты ещё придумал.

— Да всё то же, Владыка Орес. — Гарвин поднял бокал из тонкого стекла, наполненный обычной водой, отпил пару глотков, и поставил на стол. — Я предлагаю нанести удар по Торзалии.

— Что? — Гарус не смог скрыть волнения. — Так прошлый же раз это нападение не удалось….

— Приятно, что вы не только осознаёте свои ошибки, герцог, но и постоянно нам о них напоминаете. — С ехидцей улыбнулся Гарвин. — Скажите, ну зачем было командовать флоту выступление? Ведь некромант то уже сбежал. Да ещё и перебил почти всех боевых магов, которые должны были обеспечить защиту от жрецов братьев-богов.

— Указ о нападении был подписан Императором. — Вскочил на ноги Гарус. — Никто не вправе отменять….

— Да сядьте герцог, я это уже слышал. — Отмахнулся Гарвин. — Никто вас ни в чём не обвиняет. Вы действовали строго по приказу. Только вот забыли уточнить, что делать, если весь первоначальный план полетел к Чонингу…. Но в этом я виноват, план то был мой.

— Ты ни в чём не виноват, мой мальчик. — Хриплый голос Ореса прервал приступ кашля. Прокашлявшись, и восстановив дыхание, старик продолжил. — Никто не мог даже предположить, что принцем Максимилианом овладеет временное безумие, и он похитит «Звезду Бури». И что эти два демона с Древней земли придут на выручку некроманту. И что вояки нашего бравого командующего армией герцога Гаруса устроят гулянку перед отплытием, и оставят пленника почти без охраны.

— Но, Владыка Орес…. — Покраснел, как варёный рак, Гарус.

— Хватит пререкаться, герцог, здесь не трибунал, и никто не собирается лишать вас всех званий, и отправлять на свидание с палачом. — Орес с лёгким пренебрежением посмотрел на Гаруса. — Сущей глупостью было отдавать приказ атаковать, лишившись почти всех боевых магов, и потеряв некроманта, бывшего ключевой фигурой всего плана. Хорошо хоть, что командир флотилии не стал продолжать бесполезные атаки, а при первых неудачах в столкновении со жрецами просто повернул назад, сохранив этим и флот, и людей. Но всё это — дело прошлое, посмотрим, что предложит нам сейчас Владыка Гарвин. Продолжай, мой мальчик.

— Благодарю, Владыка Орес. — Гарвин всегда ценил старика за острый, не ослабший с годами ум, и поэтому позволял ему некоторые фамилиарности, сам же относясь к бывшему архимагу с глубоким почтением. — Итак, война на северных границах империи окончена. Дикари бегут, и в ближайшие несколько лет не смогут представлять серьёзной угрозы. Самое время ударить по нашим соседям, пока король Лоракс и бывшая верховная жрица Теросена воюют между собой, разделив страну на два лагеря.

— Почему именно сейчас, Владыка Гарвин? — Герцог Гарус смог успокоиться, его голос был ровным и спокойным. — Наша армия истощена затяжной войной, солдаты устали. Может, есть смысл восстановить силы, и как следует подготовить нападение?

— Я задумал не полноценное вторжение, герцог, а всего лишь ряд небольших вылазок. — Гарвин был доволен своей новой идеей. — Эта партизанская война, устроенная нам варварами, натолкнула меня на мысль сделать нечто подобное у наших соседей. Сейчас король Лоракс немного сильнее, его сторонники расположились в южной части страны. Сторонники Теросены захватили северную часть Торзалии. И обе стороны держат вооружённый до зубов нейтралитет, и постоянно шлют друг другу депеши с требованиями сдаться. Фанатики на стороне бывшей верховной жрицы хоть сейчас готовы пойти в наступление, но она их пока сдерживает, понимая, что это грозит ей полным разгромом. Король медлит с нападением, зная, что победа достанется ему слишком дорогой ценой. Если мы сейчас нападём малыми мобильными силами на морские города, Лоракс будет вынужден отвести часть войск для их защиты. Баланс будет нарушен, Теросена окажется сильнее. А если Лоракс отведёт много войск, то тогда бывшая верховная жрица поведёт своих фанатиков в наступление. Торзалия захлебнётся кровью в результате этой гражданской войны, а того, кто останется победителем, мы возьмём голыми руками. Надо лишь приготовить мобильный отряд из ветеранов северной компании, и забросить к врагу. Пусть они наносят удары, а потом отходят в горы, к гномам, где торзальцы их не смогут достать. Думаю, эти бородачи с удовольствием нам помогут. За полгода такой отряд превратит южные границы Торзалии в ад. Действуя таким образом, мы заставим короля Лоракса разделить свои силы, отправив половину армии на юг. А воевать на два фронта он уже не сможет, просто не хватит сил.

— Думаете, гномы нам помогут? — Задумчиво посмотрел на мага Гарус. — В прошлый раз они встали на сторону торзальцев, и сдали им отряд Флереса.

— Герцог, вам надо больше сводки о противнике читать, а не на плацу пропадать. — Рассмеялся Гарвин. — Лер Флерес, скажите, что вы думаете по поводу гномов? На чьей они будут стороне в этой войне?

— На стороне империи, конечно. — Прохрипел эльф. — Торзальцы весь год были заняты войной друг с другом, их страна находится на грани голода. И Лораксу, и Теросене придётся как следует затянуть пояса, чтобы пережить наступающую зиму. У нас с продуктами дела обстоят куда лучше. Нашествие варваров не коснулось южных земель империи, мы соберём богатый урожай. А гномам в их горах нужно будет чем то питаться. Прошлый год они еле пережили зиму, подчистили все свои запасы, когда империя перестала продавать им продовольствие, после того, как эти бородачи решили поддержать торзальцев. Так что теперь у них два выхода — или стать очень хорошими друзьями империи, или сдохнуть с голоду. Есть ещё третий выход — выйти на поверхность, и попробовать захватить еду силой, но этого можно не бояться.

— Почему? — Заинтересовался Гарус. — Говорят, что гномий хирд в бою непобедим.

— Непобедим при обычном бое, и очень уязвим для магии. Своих магов у гномов нет, не владеют они магией. — Пояснил Орес. — Поэтому наши боевые маги их хирд в мгновение превратят в кучу хорошо перемолотого и прожаренного мяса. Так что воевать с нами эти бородачи не будут.

— И сдыхать с голоду в их планы тоже не входит. — Рассмеялся Гарвин. — Поэтому, как только гонцы империи появятся перед горами, с предложением мира, гномы с радостью за это предложение ухватятся.

— Понятно, гномы будут на нашей стороне. — Кивнул Гарус. — Но что сможет сделать небольшой отряд?

— Герцог, сразу видно, что последнюю войну вы пропустили мимо. — Рассмеялся Гарвин. — Видимо, из ваших роскошных покоев в столице не было видно, что творилось там, где шли бои. А я воевал, все эти полтора года.

Гарус в ярости сжал кулаки, но на другие действия не осмелился. Сейчас Гарвин был выше его по положению, да и, действительно, после той страшной бури, уничтожившей половину войск дикарей, герцог мало внимания уделял военным действиям.

— Идея Владыки Гарвина очень интересная. — Задумчиво протянул Орес. В отличие от Гаруса старый маг сразу понял всю прелесть предложенного плана. — Наше главное оружие в этих стычках — страх. Небольшой отряд нахлынет, нанесёт несколько ударов, уйдёт в горы к гномам. А торзальцы не будут знать об этом, и начнут шарахаться от каждого шороха, бояться, что где то на их землях ходят враги. Всё перероют, и, разумеется, никого не найдут. Потом отряд снова нанесёт удар, и снова скроется. Только нужно, чтобы разведка работала в связке с этой ударной группой. За полгода южные границы торзальцев превратятся в растревоженный улей, они будут бояться собственной тени. И Лоракс будет вынужден разделить свои силы, отправив половину армии ловить несуществующие имперские войска на своих землях. Прекрасный план, Владыка Гарвин.

— Благодарю, Владыка Орес. — Гарвин встал, и поклонился. — Ваша лестная оценка очень много значит для меня.

— От себя я бы ещё добавил несколько десятков кораблей, чтобы они постоянно курсировали недалеко от Торзалии, не вступая в бой, но находясь постоянно на виду. — Орес напряжённо обдумывал план, предложенный Гарвином. — Это добавит нервозности, и не даст связать действие отряда с гномами. Враг, когда перероет свои земли, и никого не сможет найти, будет думать, что мы постоянно высаживаем морской десант, а после боя забираем своих солдат на корабли. Особенно, если разведка пустит их по ложному следу.

— Прекрасная идея, Владыка Орес. — Гарвин и сам хотел предложить что-то подобное, но решил немного польстить самолюбию старого мага. — Ей обязательно стоит воспользоваться.

— У меня только есть один вопрос, мой мальчик. — Орес внимательно посмотрел в глаза магу. — А как быть с торзальскими жрецами? Не стоит недооценивать силу их молитв.

— У жрецов Торзалии есть несколько слабых мест. — Гарвин был готов к этому вопросу. — И самое уязвимое — это то, что их сила направлена против видимой магии, или против людей. Такие детали, как магические или обычные ловушки, жрецы просто не замечают. Они видят опасность, начинают молиться своим богам, и боги дают им силу. А если опасность не будет видимой? Магическая ловушка, которая сработает, когда жрецы уже просто не успеют среагировать? Или обычная коробочка в руках безобидного путника, из которой вдруг полетят во все стороны отравленные иглы?

— Да, Владыка Гарвин у нас крупный специалист по ловушкам, это я могу подтвердить. — Хрипло рассмеялся Флерес. — Сам в одну такую попался. И, думаю, что он прав, такая тактика может сработать против торзальских жрецов, если ей правильно воспользоваться. Единственная проблема в том, что торзальцы имеют привычку накладывать обездвиживающее заклинание на противника. Поэтому ловушка должна сработать сама, при этом не задевая наших воинов…. Или необходимо как-то защитить одного или двух человек от воздействия молитв жрецов.

— Лер Флерес, вы абсолютно правы. Если группа магов скоординирует усилия на защите одного человека, то он сможет преодолеть паралич, вызванный торзальцами. И если этот человек будет хорошим убийцей, то жрецы обречены. Кстати, в вашем ведомстве есть такие люди?

— Конечно, я смогу найти несколько специалистов, Владыка Гарвин. — Коротко кивнул эльф.

— Только пусть эти люди будут не из четвёрки теней. Такие убийцы слишком гордые, и в своих действиях больше походят на очень хороших воинов. Привыкли атаковать в лоб, бравируя своей силой и выучкой. Нужны профессионалы другого рода, для которых главное результат, а не внешние эффекты. И при этом они должны быть лучшими.

— Не волнуйтесь, Владыка Гарвин, я найду подходящих людей. — В серебряной маске Флереса отражалась вся комната, и собеседники не могли понять, что сейчас чувствует эльф. Его хриплый голос был ровным и безжизненным, глаза терялись в тёмных провалах маски, а полированное серебро, как зеркало, отражало лишь лицо того, кто разговаривал с эльфом.

— Вот и прекрасно. — Подвёл итог Орес. — Герцог Гарус подготовит корабли, Владыка Гарвин займётся подбором отряда. Думаю, за полтора года войны ты приметил несколько толковых солдат и боевых магов, мой мальчик?

— Конечно, Владыка Орес. — Гарвин расслабленно откинулся в кресле. — Думаю, сотни полторы ветеранов и пару десятков боевых магов будет более чем достаточно.

— Владыка Орес, а вы не торопитесь? — Рискнул возразить старому магу Гарус. — Ведь император ещё не одобрил этот план.

— Извините, герцог, забыл предупредить. — Орес достал из-за пазухи свиток с гербовой печатью. — Я представляю здесь самого императора, да правит он вечно. Наш повелитель уполномочил меня принимать решения по этому вопросу. Итак, Владыка Гарвин подбирает людей, а Лер Флерес прикладывает все усилия, чтобы его агентурная сеть в Торзалии работала в сотрудничестве с нашим отрядом.

— У меня будет личная просьба. — Гарвин повернулся к эльфу. — Лер Флерес, не могли бы вы лично сопровождать этот отряд? На карту поставлено очень многое, в случае удачи мы раз и навсегда уничтожим врага, причём сделаем это без серьёзных потерь со стороны империи. Мы должны привлечь наши самые лучшие силы.

— Конечно, Владыка Гарвин. — Согласился эльф. — Только я хотел бы знать, кто будет командиром, чтобы обсудить с ним все нюансы.

— А сами вы бы не хотели возглавить этот отряд?

— Это военная операция, я такими давно не занимался. — Прохрипел эльф. — Нужен более опытный командир.

— Вы совершенно правы, Лер Флерес. Как я уже говорил, мы должны привлечь лучшие силы. — Гарвин спокойно посмотрел в глаза собравшихся. — Поэтому отряд поведу я.

— Вы?! — Удивлению Гаруса не было предела. — Но ведь вы глава гильдии боевых магов! Зачем же так рисковать?

— На карту поставлено слишком многое, герцог, в этот раз мы не можем проиграть. — Гарвин повернулся к старому магу. — Владыка Орес, я понимаю, что это против всех правил, но не могли бы вы временно вернуться на пост главы гильдии боевых магов? Моё отсутствие может сильно затянуться….

— Конечно, мой мальчик, отправляйся, а пригляжу за делами. Только постарайся сильно не задерживаться, у меня не тот возраст, чтобы долго ждать. — Рассмеялся Орес. — И не могли бы мы с тобой поговорить наедине? О делах гильдии.

— Конечно, Владыка Орес, когда вам будет удобно.

— Да вот сейчас и поговорим. Думаю, мы больше не будем злоупотреблять терпением герцога Гаруса и Лер Флереса. Мы и так отняли у них слишком много времени.

Когда герцог и эльф попрощались и вышли, Орес повернулся к Гарвину.

— Ты затеял очень серьёзное дело, мой мальчик, и очень опасное. Может так сложиться, что ты просто не вернёшься живым.

— Я это понимаю, Владыка Орес. — Гарвин спокойно посмотрел в глаза старому магу. — Но я не могу иначе. Если мы сейчас победим, то империя станет властвовать на всём континенте, если не брать в расчёт ледяные пустоши варваров, да маленькое эльфийское лесное государство.

— Думаю, дело не только в этом. — Улыбнулся Орес. — Тебе самому не сидится в четырёх стенах, всё приключении ищешь. Не спорь, я тебя прекрасно понимаю, сам в молодости был таким. Если ты сумеешь дожить до старости, из тебя выйдет отличный глава нашей гильдии. Так что постарайся не сломать себе шею, пока будешь ввязываться во все конфликты.

— Я приложу к этому все усилия, Владыка Орес. — Рассмеялся Гарвин. — Знаете, мне моя жизнь тоже не безразлична.

— Вот и прекрасно. Разберёшься с Торзальцами, глядишь, потом и с некромантом справишься. Что-то мне кажется, что ты всё-таки решишься бросить вызов этому порождению тьмы.

— Аксин второй в моём списке. — Спокойно произнёс Гарвин. — Второй по очереди, но никак не по значимости. Я бы сначала им занялся, но уж больно благоприятная для нас обстановка в Торзалии сложилась.

— Ты нашёл слабое место у торзальских жрецов. — Задумчиво произнёс Орес. — А у некроманта?

— У него их несколько, Владыка Орес. И самое главное, что можно использовать в бою, это сила его заклинаний.

— Интересно, интересно…. — Задумчиво произнёс старый маг. — Я много думал об этом, и пришёл к тому же выводу. Но мне хотелось бы услышать твои рассуждения.

— Проанализировав рассказы эльфа, я понял главное — Аксин очень могущественный некромант, возможно, самый сильный за всю историю. Тёмный Властелин, этот титул ему подходит. Он использует страшные по силе заклинания, в этом его сила, и его слабость. Такие заклинания либо требуют серьёзной подготовки, либо вытягивают очень много силы из мага. Там, где его подпитывает сила тьмы, он практически непобедим в обычном бою, разве что противник будет многократно превосходить его числом. Но без этой поддержки такие заклинания очень быстро его измотают. Если он окажется на наших землях, и несколько опытных магов будут бить по нему простыми, слабыми, но очень быстрыми атакующими заклинаниями, вместо того, чтобы биться с ним в лобовой атаке, он просто потеряет свои силы. Это как бой закованного в броню и вооружённого боевым молотом рыцаря с каким нибудь мелким насекомым. Если насекомое будет стараться победить за счёт грубой силы, рыцарь просто его прихлопнет, да так, что и мокрого места не останется. А если его будут атаковать несколько ос, постоянно жаля в уязвимые места, то рыцарь просто без толку будет размахивать своим огромным, тяжёлым оружием, и быстро потеряет силы. Возможно, он убьёт этих ос, если им не хватит ловкости, но в это время ему под броню заползёт скорпион. И нанесёт один, смертельный укол своим жалом.

— Интересная аналогия, но ты прав. — В глазах старого мага горел огонёк гордости за своего преемника. — В порту некромант принёс сотню людей в жертву, чтобы напитаться силой, на проклятых землях и на Древней земле его поддерживала тьма. Но если рядом не будет источника энергии, то он быстро ослабеет, мощь его заклинаний слишком быстро истощит внутренние резервы. Осталось заманить его на нашу территорию.

— Думаю, Аксин рано или поздно сам придёт сюда. — Усмехнулся Гарвин. — В первую очередь он горячий юноша, которого предали. И в глубине души он жаждет вернуться, и доказать всем, то есть нам, что мы ошиблись.

— Ты прав, он вернётся, как только появится весомый повод.

— Тогда останется лишь найти подходящих помощников среди боевых магов, и встретить его. — Рассмеялся Гарвин. — Не воинов, которые тупо попрут стенка на стенку меряться силой заклинаний, и героически погибнут, а быстрых и опасных убийц.

— Мой мальчик, со временем из тебя выйдет прекрасный глава гильдии боевых магов. — С усмешкой повторил Орес. — А вот пока, как архимаг, ты не очень хорош. Надо не по лесам немытых дикарей гонять, а хоть иногда и делами гильдии заниматься. Знать, что у тебя есть в хозяйстве….

— Простите моё невежество, Владыка Орес, но о чём вы сейчас говорите? — Гарвин подался вперёд, в его глазах загорелся огонёк азарта и интереса. — Неужели в нашей гильдии есть нужные мне люди?

— Конечно, есть, мой мальчик. — Рассмеялся старый маг. — Если бы ты дал себе труд, и разобрался с бумагами, знал бы про это. Я пришлю к тебе несколько таких магов, возьмёшь их с собой, в Торзалию. Вы должны сработаться, научиться действовать вместе. Заодно и в деле их посмотришь….

Глава 3

— Неплохо устроился, братишка. — Ламия осматривала новую обстановку второго этажа ратуши. После духа-разрушителя здесь ничего, кроме пыли не оставалось, и Аксин в первую очередь пробежался по соседним домам, справедливо рассудив, что ему мебель нужна куда больше, чем её уже давно мёртвым хозяевам. — Вижу, ты помаленьку стал приобретать вкус к роскоши. Красное и чёрное дерево, бархат, драгоценные камни, золото, серебро. Не хватает картин на стенах, и статуй вдоль стен побольше наставить. И прислугу заведи, обряди пару мертвяков в ливреи, пусть за лакеев будут. Понимаю, теперь тебе не по штату обычный стул, стол, да кровать. Всё-таки титул Тёмного Властелина и величайшего некроманта в истории человечества обязывает.

— Очень смешно Белла. — Отмахнулся от насмешек вампирши юноша. — Некроманты прошлого держали у себя только такую мебель, и только её защищали заклинаниями от воздействия времени. Всё остальное уже давно рассыпалось в прах. Но если ты желаешь, дам тебе в носильщики с десяток зомби, и можешь заново обползать тут все дома в поисках чего нибудь попроще, да поскромнее. Только не забудь сначала платье сменить, а то это жалко будет в этих развалинах гробить.

Платье ламии в этот момент снова сменило свой фасон, превратившись в разноцветную коротенькую тунику, оставлявшую открытыми её великолепные плечи и руки.

— Да ладно, и такая мебель сойдёт. — Смилостивилась демоница, бухнувшись на огромную, роскошную кровать. — Ты же теперь практически единовластный властитель всей Древней земли. Так что убранство твоего дворца должно полностью соответствовать статусу. Кстати, насчёт дворца…. Может, переедешь отсюда в более достойное место? Когда мы сюда летели, я недалеко видела чудненькую виллу….

— Здесь у меня есть всё, что нужно. — Рассмеялся Аксин. — Огромные запасы материалов для опытов, и надёжное, безопасное жилище.

— С твоим новым воинством у тебя любое жилище на этом континенте будет безопасным. — И ламия ласково потрепала по загривку Малыша. — Один этот пёсик чего стоит.

— Белла! — Ваалор рванулся вперёд, чтобы защитить сестру от нападения химеры, потом встал, как вкопанный, поняв, что зверь даже и не думает нападать. Наоборот, Малыш толкнул своей большой мордой руку вампирши, требуя ещё одной порции ласки. — Что это с ним?! Это же химера, такой монстр нападает на всех, кроме своего хозяина!

— А у нашего братишки необычный пёсик. — Довольная Белла продолжала гладить и почёсывать за ухом млеющего от удовольствия зверя. — Тебе этого не понять, ты же у нас боевой демон, только и умеешь, что громить всё кругом, почём зря.

— Когда я его впервые увидел, я внимательно рассмотрел его сквозь заклинания истинного зрения. — Демон не мог поверить своим глазам. — В нем была страшная сила, куда большая, чем в обычной химере. Это же монстр….

— Ну, его сила никуда и не исчезла. — Парировала ламия. — Но я, кроме силы, ещё вижу и чувства, эмоции. Поэтому я сразу поняла, что этот пёсик относится ко мне и к тебе вполне дружески, и не будет без повода отрывать нам руки и ноги.

— Такого не может быть…. — Ошарашенный демон повернулся к смеющемуся Аксину. — Химеры с рождения до самой смерти преданы только одном хозяину….

— Так Малыш и предан только мне. — Пояснил довольный юноша. — А с вами он дружит.

— Дружит?! — Ваалор встал перед Аксином, уперев руки в бока. — Ну-ка, давай, рассказывай, что за зверей ты перемешал, когда создавал своего монстра?

— Если выражаться точнее, Малыш зверь лишь наполовину. — Охотно пояснил юноша. — Собака, есть немного от насекомых и рептилий, но так, чтобы это не бросалось в глаза. Не хотел, чтобы рядом со мной вечно ползала образина, состоящая из брони, клешней, суставчатых лап, и ядовитых шипов.

— От насекомых? А зачем тебе понадобилось с этими букашками возиться?

— Обычный муравей способен поднять груз, в пятьдесят раз большие своего веса. — Аксин похлопал по колену, и Малыш, тут же бросив обиженную этим ламию, подбежал к хозяину. — Мой пёс способен на такие же подвиги. Эго мышцы куда крепче, чем у любого зверя.

— Да, впечатляет. — Протянул демон. — Но это не объясняет его поведения. Что-то не помню, чтобы муравьи или тараканы испытывали к нам с сестрой дружеские чувства.

— Так он зверь лишь на одну половину. Вторая половина состоит из двух частей. Одна из них — это моя кровь.

— Что?!

— Да, Малыш — это особая химера, смесь звериной сущности с кровью хозяина. Поэтому он и относится к вам по дружески, всё-таки этот зверь — это малая частичка меня. Видимо, вместе с кровью он унаследовал и мои эмоции.

— Аксин, ты точно ненормальный. — Рассмеялась Белла. — Сколько веков я жила среди некромантов, но до такого никто не додумался. Для чего ты это сделал, хоть это ты можешь объяснить? Или сам не знаешь, так, зуд творчества?

— Благодаря вливанию моей крови мне не надо его постоянно контролировать, как других химер. Малыш обладает свободой воли и определённым разумом, а не просто тупой, кровожадный монстр. Он прекрасно чувствует магию, и любые её следы. Да и без моей крови я не смог бы вложить в него третью составляющую, которая и делает его таким сильным и практически неуязвимым.

— И что же это за таинственная третья составляющая? — Поинтересовалась Белла.

— Тьма. — Спокойно произнёс Аксин. — Малыш больше, чем на треть, состоит из чистой, первородной тьмы.

— Ого, вижу, братишка, ты перестал размениваться на мелочи. — С уважением протянул Ваалор. — Про такого зверя я ещё не слышал. Надеюсь, ты не связан с ним напрямую, как с хранителем, и не помрёшь, если с твоим пёсиком что нибудь случится? А то прошлый раз из-за такой связи тебя еле откачали.

— Нет, Малыш сейчас самостоятельное живое существо. — Успокоил демона юноша. — Да и справиться с ним очень сложно, так что героическая гибель ему вряд ли грозит в скором либо отдалённом времени. Эта псина ещё меня переживёт.

— Успокоил. — Рассмеялся демон. — Кстати, что это ты такое натворил сегодня? Вон, твои мертвяки всё ещё завалы разгребают.

— Всего лишь немного усилил свои заклинания. — Улыбнулся Аксин.

— Да, всего лишь немного усилил заклинания…. Теперь с такой магией ты можешь у гномов работать, пещеры в горах пробивать. Кстати, хорошая идея, можешь на этом неплохо заработать. Пару заклинаний, и готов туннель в сплошном камне, который бы гномы своими кирками месяцами прорубали.

— Ты немного преувеличиваешь, тут парой заклинания я не отделаюсь. Да и зачем самому стараться, пошлю личей. Их четверо, они не устают, могут долбить и долбить заклинаниями хоть круглые сутки. А я буду валяться на мягких подушках, да золото лопатой грести. Я же теперь Тёмный Властелин, мне работать просто не положено, подданные засмеют.

— А я всё думал, для чего ты своих мертвяков создал….

— Мальчики, а что творится с пёсиком? — Удивлённо протянула ламия.

Малыш вдруг резко вскочил, и коротко зарычал в пустоту. Его огромное тело напряглось, шерсть встала дыбом, в чёрных глазах вспыхнула ярость.

— Всплеск какой-то странной магии, за пределами города. — Нахмурился Аксин. — Малыш тоже его учуял.

— Все, кто способен заниматься магией на этом континенте, сейчас находятся в этой комнате. — Ваалор встал, схватившись за свой огромный клинок. — По крайней мере, я так думал до этого момента.

— Ты прав, это то и интересно. — Присоединился к демону Аксин. — Вот, снова всплеск. Это где то у реки, она протекает в стороне от города.

— Пойдёмте, посмотрим, кто это колдует на наших землях. — Азартная ламия готова была броситься вперёд, забыв про всё на свете.

— Зачем идти, тут далековато лучше верхом. — Юноша направился к двери, затем резко остановился. — Чуть не забыл, Белла, вот, возьми. Это амулет, позволит тебя быть рядом с моим воинством, они не станут тебя атаковать. Ну, по крайней мере, пока не решат, что ты на меня нападаешь, поэтому постарайся не делать резких движений в мою сторону. А то эти мертвяки совсем дурные, чуть что, сразу набрасываются.

— Спасибо за предупреждение, мне Ваалор уже рассказывал, как драпал от них через весь континент. — Смеющаяся ламия грациозно увернулась от очередного подзатыльника разгневанного демона. — А красивая подвесочка, думаю, она мне очень идёт.

Белла с восторгом рассматривала изящное плетение золотых нитей, охватывающее прозрачный продолговатый кристалл.

— Потом налюбуешься, полетели к реке. — Поторопил сестру демон. — Аксин, у нас только два духа, на которых мы прилетели, твоего духа-скакуна я с собой не прихватил. Ну, ничего, один из ни просто понесёт тебя в руках.

— Не надейся, я не собираюсь болтаться под брюхом твоего духа, вместо груза. — Рассмеялся Аксин. — Ничего, найду себе скакуна. Идите к холму, на котором вы оставили своих летающих монстров, а я вас догоню.

— Зачем идти, я их могу просто позвать, они на крышу сядут. Лишь бы твои личи не начали их атаковать.

— Не начнут, пойдёмте. — Аксин взял стоящий у стены посох, а за пояс заткнул свой новый жезл истинной смерти.

Выбравшись на крышу, юноша в первую очередь призвал к себе личей. Мёртвые некроманты безмолвными чёрными тенями встали за спиной своего хозяина, повинуясь его малейшему слову или жесту.

— Зовите своих духов, а я призову своего скакуна. — Аксин послал короткий магический импульс. Через несколько мгновений, перепрыгнув линию никак не отреагировавших боевых зомби, на площади перед зданием ратуши стоял огромный скорпион. Ещё один прыжок — и этот монстр уже на крыше.

— Вот, посмотрите, какой красавец. — Довольный юноша похлопал по чёрной хитиновой броне монстра. — Конечно, не летает, но бегает очень быстро.

— Да, вижу, ты здесь даром времени не терял. — Белла боязливо отодвинулась от огромных клешней. — И много у тебя таких зверушек?

— Достаточно. Химеры — это не зомби, им постоянный контроль не нужен. Создаёшь их, и они тебе преданны, с рождения до самой смерти. А вот с мертвяками проблема, эта сотня боевых зомби и четвёрка личей почти мой предел. Правда, могу ещё несколько тысяч трупов поднять, чтобы армию пополнить, но начнутся головные боли с управлением. Да и нет смысла пока в такой ораве мертвяков, мои боевые зомби и так отлично справляются.

— Несколько тысяч?! — Ламия подалась вперёд, враз забыв об смертоносных клешнях и ядовитом хвосте скорпиона. — Ведь это не под силу ни одному некроманту!

— Мои личи — некроманты. — Спокойно произнёс Аксин. — Они могут пропускать сквозь себя куда больше энергии, чем простой живой человек, она не в состоянии им навредить. Если я им прикажу, то каждый поднимет около тысячи обычных мертвяков. Четверо личей — четыре тысячи зомби. Конечно, это будут не боевые зомби, а обычные мертвяки, но недостаток качества они с лихвой компенсируют количеством. Я буду передавать приказы своим мёртвым магам, а они — поднятым ими труппам. Несколько долго, сложно контролировать, но при желании я смогу собрать серьёзную силу.

— Да уж, такая армия мертвецов, да плюс эти твои монстры…. — Белла на мгновение задумалась, потом прыснула в кулак. — А ведь кто-то яростно сопротивлялся, когда я называла его Тёмным Властелином.

— Это было давно, ещё в прошлой жизни. — Парировал юноша. — И давайте закончим разговор, вот и ваши духи подоспели. Посмотрим, что это за магические всплески.

Аксин вскочил на спину своего необычного скакуна. Ещё мгновение — и вокруг юноши заклубилась тьма, его глаза запылали, как яркие угли. Боевая ипостась некроманта, перемешанная с демонической сущностью, наследием крови Ваалора…. Дикий восторг и жажда битвы охватили Аксина. Юноша вскинул к небу посох, чёрный камень на его вершине запылал так, что на него было больно смотреть. Личи воспарили позади него молчаливыми тёмными тенями. Короткий знак — и скорпион с невообразимой скоростью понёсся к реке. Рядом бежал верный Малыш, легко поспевая за жутким скакуном некроманта. Боевые зомби, не получив никакого приказа, остались на месте, продолжая охранять здание ратуши, или разбирать завалы. Демоны вскочили на спины духов, и бросились догонять юношу.

— Ваалор, ты только посмотри на это зрелище! — Восторженная ламия подалась вперёд, чуть не свалившись со своего духа.

Скорпион Аксина словно летел, его ноги мелькали с такой быстротой, что их невозможно было разглядеть. Юноша словно не замечал этой дикой скорости, горделиво восседал на своём удивительном скакуне, объятый клубами тьмы и багровым, почти чёрным пламенем. Позади него, поддерживаемые магией, стервятниками летели личи, раскинув на ветру, словно крылья, полы чёрных мантий. Малыш, бежавший рядом, словно превратился в комок тьмы, летящий, не касаясь земли, и оставляющий за собой шлейф из темноты и мрака. На фоне окружающей их цветущей природы тёплого лета Древних земель некромант и его свита казались жуткими, но величественными созданиями тьмы.

— Прекрасное зрелище, только давай поднажмём! — Ваалор азартно сжал рукоять меча. — А то как раз успеем только к трагическому для незваных гостей финалу, а мне сегодня что-то немного повоевать охота!

Скорпион действительно оказался очень быстрым, духи еле-еле поспевали за ним. И демоны, и юноша искренне наслаждались этой гонкой, и даже были немного разочарованы, когда на горизонте показалась голубая лента широкой реки. Остановившись у пологого песчаного берега, Аксин одним прыжком соскочил со спины своего жуткого скакуна, через мгновение к нему присоединились Ваалор и Белла. Малыш, нисколько не уставший после этой дикой гонки, встал между хозяином и рекой, прикрывая своим телом юноши от возможной опасности.

— Ну, и где наши гости? — Ваалор с упоением взмахнул своим огромным клинком. — А то что-то я заскучал, а бой обещает быть интересным.

— Не волнуйся, ждать недолго осталось. — Ламия, прищурившись, всматривалась вдаль.

Вдали, на широкой глади реке показались корабли. Они быстро приближались, летя вперёд на всех парусах.

— Один, два, три, четыре, пять…. — Считал всё появляющиеся и появляющиеся корабли демон. — Ого, да тут их целая флотилия!

— Интересно, кто это осмелился прийти в гости без приглашения? И как они смогли проплыть мимо химер, населяющих прибрежные воды? — Удивился Аксин. — И, за каким Чонингом они вообще сюда припёрлись!

Корабли подплыли ближе, и теперь их можно было рассмотреть во всех деталях. Изящные, словно сотканные из патины и ажурной морской пены. Тонкие, из невесомой материи белоснежные паруса. Вёсел не было видно, корабли подгонял вперёд только попутный ветер.

— На этих кораблях есть маги. — Усмехнулась Белла. — Кто-то же должен постоянно поддерживать нужное направление ветра.

— Маги, так маги, не впервой. — Ваалор, рисуясь, подбросил в воздух свой неподъемный меч, и ловко поймал его за рукоятку. — Ну, что, нападаем с воздуха, или дадим им на берег высадиться? Думаю, на земле биться всё же привычнее.

— Сначала нужно узнать, кто это, и зачем они сюда припёрлись. — Аксин задумчиво смотрел на приближающиеся корабли. — Где-то я уже видел что-то подобное. Не сами корабли, а нечто другое, похожее.

— Ну, оставим в живых одного-двух, и спросим. — Кровожадно рассмеялся демон.

— Боюсь, но повоевать тебе сегодня не удастся, братик. — Рассмеялась Белла. Ламия обладала исключительно острым зрением, и успела разглядеть шевелящиеся на палубе фигуры раньше остальных. — А ты, Аксин, что застыл? Иди, встречай дорогих гостей, это к тебе.

— Да просто скажи, кто это такие, тьма тебя забери?! — взревел демон.

— Дроу.

— Дроу?! — Аксин с недоверием посмотрел на смеющуюся ламию. — Им-то что здесь понадобилось?

— А вот сейчас причалят, сам и спросишь. — Довольная Белла показала язык юноше. — И прими ты нормальный вид, а то от тебя даже твои собственные личи шарахаются. Ещё напугаешь посольство тёмных эльфов, не хватало беднягам скончаться тут от разрыва сердца. Нелепая смерть для тех, кто смог так далеко добраться.

— Дроу самые бессердечные создания из всех, что создали боги, так что разрыв сердца им не грозит. — Парировал юноша, но послушал демоницу, и принял нормальный вид.

Демон с видимым сожалением забросил меч за спину, кожаные ремни, повинуясь воле Ваалора, как змеи обвили клинок, притянув его к броне.

— Ой, смотрите, их с воздуха химера атакует! — Ламия показывала на хорошо заметную, на фоне голубого неба, чёрную, быстро приближающуюся к кораблям точку. Через несколько мгновений эта точка выросла до размеров крупной лошади. Бронированный монстр с прозрачными крыльями, похожими на крылья стрекозы.

Эта громадина метнулась к плывущим кораблям, явно надеясь перекусить кем-то из команды. Но тёмных эльфов это нападение ничуть не встревожило. Лишь один из них с ленцой, словно нехотя, поднял лук, и пустил в надвигающегося монстра стрелу.

— Они хотят остановить химеру этой иголкой? — Удивлённо пробормотал демон.

Но его удивление тут же переросло в замешательство. Химера дёрнулась, и мёртвой тушей свалилась в воду, не долетев до ближайшего корабля пару десятков шагов.

— Вот это да! И как это у них получилось?!

— А сейчас сам у тёмных эльфов и спросишь. — Промурлыкала ламия. — Они нас заметили, и собираются причалить.

Корабли изящно, почти не нарушая ровную гладь воды, развернулись к берегу, на котором стоял Аксин и демоны. Затрепыхались сворачиваемые паруса, упали якоря, больше похожие на творения гениального ювелира, и с головного корабля на берег сошла одинокая фигура. Гибкое, сильное тело, лицо спрятано от солнечных лучей в тени капюшона, из-под которого выставлялись длинные, белоснежные волосы. Сквозь призму заклинания истинного зрения Аксин увидел, что тень, создаваемая капюшоном, усилена магией, и прекрасно защищает чувствительные глаза дроу от яркого солнечного света. Показав пустые руки в демонстрации мирных намерений, тёмный эльф сделал несколько шагов, и остановился.

— Приветствую тебя, Аксин, Пророк Великой Тьмы.

Голос дроу показался юноше знакомым. Покопавшись в памяти, Аксин с трудом вытащил из её дальних закоулков имя тёмного эльфа.

— Здравствуй, Ашалос.

— Несравненная Белла, я рад снова тебя увидеть. — Дроу улыбнулся ламии, и опустил руки.

— А уж я как рада. — Защебетала вампирша. — Ашалос, познакомься, это Ваалор, мой брат.

— Рад знакомству, Ваалор. — Дроу шагнул было вперёд, но тут же был остановлен властным жестом Аксина.

— Ашалос, тебе пока лучше оставаться там, где стоишь.

— Неужели Тёмный Властелин опасается одного эльфа? — Усмехнулся дроу.

— Тёмный Властелин опасается за жизнь одного эльфа. — Парировал юноша. — В тебе есть угроза, и это нормально, ваш народ по праву считается одним из самых опасных в нашем мире. Я понимаю, что это всего лишь часть вашей души, и что ваша агрессия направлена не на меня, это просто ваша сущность. Но вот мою свиту не интересуют эти тонкости. Поэтому оставайся на месте, пока я не найду способ обезопасить тебя.

Юноша дал очередной мысленный приказ рвавшимся в бой личам не нападать, и усилием воли придержал скорпиона. Малыш уже сам разобрался в ситуации, и спокойно лёг на нагретый солнцем песок, не забыв расположиться между хозяином и этим странным, источающим опасность незнакомцем.

— Эх, надо было прихватить амулет, чтобы твои мертвяки не бросались на Ашалоса. — Белла помнила, с каким восторгом принимали её дроу, и была настроена благодушно и к тёмным эльфам, и к их предводителю.

— Тогда уж небольшую тележку с амулетами, чтобы на всех хватило. — Пробурчал расстроенный демон. Ваалор до последнего мгновения надеялся на хорошую битву, но его надеждам сегодня не суждено было сбыться.

— Если бы я знал, что народ дроу почтит присутствием эти землю, то конечно, прихватил бы с собой защитные амулеты. — Усмехнулся юноша. — Но пока придётся разговаривать без них.

— Как будет угодно Пророку Великой Тьмы.

— Ашалос, ты же говорил, что титулы не в чести у народа дроу. Поэтому не нужно меня так величать, или хотя бы объясни, что этот титул означает.

— В книге Тьмы появилась новая глава. — Торжественно произнёс Ашалос. — В ней прямо указано на тебя, как на Пророка, чьими устами говорит сама Тьма, наша прародительница. Воины нашего народа пришли к тебе, чтобы помогать в твоих начинаниях.

— Ну, вот, всё-таки они решили молиться на меня. — Аксин не знал, радоваться ему, или злиться на тьму, устроившую такое без его ведома. Поняв, что злиться бесполезно, как и гнать обратно тёмных эльфов, он рассмеялся. — Только называй меня, как и раньше, по имени, тем более что это соответствует вашим традициям. А то пока ты выговариваешь: Аксин, Тёмный Властелин, Пророк Великой Тьмы, день закончится.

— Хорошо, Аксин. — Кивнул тёмный эльф.

— Мне очень хочется с тобой поговорить, Ашалос, но кричать друг другу на таком расстоянии не сильно удобно. Давай, я принесу защитный талисман, чтобы мои мёртвые воины не набрасывались на тебя, и тогда спокойно всё обсудим.

— Приятно, что ты стал доверять мне, Аксин. — Усмехнулся дроу. — Мы пока разобьём лагерь здесь, и будем ждать, сколько нужно.

— А при чём здесь доверие? — Улыбнулся в ответ юноша. — Если ты решишь напасть на меня, или каким либо другим способом причинить мне вред, ты и подумать не успеешь, тебя разорвёт Малыш, а остатки превратят в ничто личи, и никакие талисманы от этого не защитят….

Через час Аксин, Ашалос и демоны уже сидели в просторном шатре на берегу реки. Личей и скорпиона юноша оставил снаружи, лишь Малыш лежал у ног хозяина.

— Ну, Ашалос, сначала расскажи, как вы смогли сюда добраться. До этого дня я считал, что высадиться на Древнюю землю не так уж и просто. Мне и отряду удалось сделать это лишь с помощью накаченной по завязки магией лодки, а в ваших кораблях я ничего подобного не чувствую.

— Мой народ владеет не только магией и оружием. Дроу издревле славились, как непревзойдённые знатоки ядов.

— Аксин, будь осторожнее, когда они тебя будут угощать. — Полушутя, полусерьёзно произнёс Ваалор. — Мало ли какая запись появится в их книге следующей.

— Ничего страшного, для этого у меня есть Малыш. — Юноша потрепал за ухом пса. — Он почувствует любые агрессивные намерения, и учует любой яд. Хотя всё равно не понимаю, как это могло помочь вам преодолеть береговую линию, кишащую чудовищами всех мастей.

— Да всё было достаточно просто, мы обошлись почти без вмешательства магии. — Пожал плечами тёмный эльф. — Мы обработали днища и борта наших кораблей специальным составом. Вы ведь заметили, что древесина немного светится.

— Да, таким серебристым, мерцающим светом. — Подтвердила ламия. — Я думала, это для красоты….

— И для красоты тоже. — Подтвердил эльф. — Смерть — это венец творения, предел всего сущего. Она просто обязана быть совершенна. Прямо, как ты….

— Давайте поближе к яду. — Прервал словоизлияния дроу Аксин. — У вас ещё будет время побеседовать.

— Этот яд уникален, он частично магический. Он излучает энергию смерти. Всякое живое существо, приблизившись к нему на расстояние ладони, мгновенно погибает. А на расстоянии в полторы ладони он уже абсолютно безвредный. Он не смывается водой, просто не растворяется в ней. Поэтому мы спокойно можем находиться на своих кораблях, яд нанесён на днище таким образом, что никак не вредит команде. Воду, по которой плывёт корабль, он тоже не отравляет. Но стоит живому приблизиться вплотную, сразу мгновенная смерть. Вот, мы доплыли до берегов Древней земли, а потом высадили на воду несколько рабов на лодках, обработанных этим ядом. Монстры атаковали лодки, но и сами тут же погибали. Так продолжалось четыре дня, пока все химеры в море не поняли, что серебристое свечение означает смерть. А после этого спокойно поплыли дальше. В реке пришлось повторить то же самое, и с тем же результатом. Правда, время потратили куда меньше, всего два дня. Видимо, или в реке монстров меньше, или они куда умнее морских химер.

— И сколько же вы потеряли лодок и рабов? — Поинтересовался Аксин.

— Да почти всех рабов извели с этими тварями. — Сокрушённо признался дроу. — Жалко, мы везли их в подарок божественной Белле. Специально выбрали молодых и здоровых мужчин, с самой хорошей кровью.

— Ашалос, ты просто душка. — Промурлыкала ламия. — Не переживай так, я сейчас питаюсь жидким огнём, так что кровь мне ни к чему. Но всё равно приятно, что ты обо мне не забыл.

Ламия нежно погладила эльфа по щеке. Дроу мгновенно замолчал, с обожанием глядя на вампиршу. Оказалось, что очарование демоницы действует на жестоких тёмных эльфов так же успешно, как и на другие расы.

— Белла, заканчивай со своими шутками, дай нам поговорить спокойно. — Раздражённо бросил Аксин. На него любовный приворот ламии уже давно не действовал. То ли выработался иммунитет после долгого общения, то ли шрамы, оставшиеся на душе после гибели друзей, просто не давали любви пробиться сквозь ярость и боль.

— Хорошо, хорошо, как скажете, о суровый владыка. — Демоница отвесила юноше шутовской поклон.

— Ашалос.

— А… да… что? — Тёмный эльф пришёл в себя, и с удивлением смотрел на Аксина, не понимая, что это вдруг с ним только что приключилось.

— Ты говорил о яде, нанесённом на днища ваших кораблей.

— Так вот, благодаря этому яду мы и смогли проплыть мимо монстров, обитающих у берега. Просто и эффективно.

— Теперь понятно, почему ваш воин смог убить химеру одной стрелой. — Задумчиво протянул демон. — Тоже яд?

— Да, только другой яд, не такой, каким мы обработали корабли.

— Будьте осторожны, здесь встречаются не только живые химеры. — Предостерёг эльфа Аксин. — На мертвецов яд не действует, они и так мертвы, а этого добра здесь хватает с излишком. Этой ночью переночуете на кораблях, а завтра будем подыскивать вам местечко побезопаснее. Обратно домой ведь вы всё равно не поплывёте?

— Даже если ты прикажешь. — Усмехнулся дроу. — Тьма не зря вписала новую главу в книгу, и направила нас сюда.

— Понятно, тогда сейчас идите на корабли, и будьте готовы к нападению. Скоро ночь, а с приходом темноты здесь становится куда опаснее.

— Мы это учтём. Не беспокойся, Аксин, на кораблях нас химеры не достанут, возможно будет атаковать только с воздуха, наши стрелы не подпустят близко никого. У дроу есть яды даже для нежити, правда, только против обычной….

— Яд против зомби?

— Да, одна царапина отравленной стрелой, и мертвец начинает гнить и разлагаться. Через несколько мгновений он уже не в состоянии двигаться, гнилая плоть не способна держать тело прямо, а через минуту от зомби ничего не остаётся. Хороший способ, но он подходит только против простых, не усиленных магией зомби.

Убедившись, что этой ночью тёмным эльфам ничего не угрожает, Аксин и демоны отправились в Некрополис. Там, в здании ратуши, после сытного ужина они и устроили совещание.

— Итак, у кого есть идеи, что мне делать со свалившимися на мою голову дроу? — Усмехнулся юноша. — Обратно не отправишь, ребята верные последователи тьмы, и будут преданно мешаться под ногами, пока в их книге волшебным образом не появится какая нибудь другая надпись.

— А зачем тебе с ними что-то делать, пусть живут здесь, как хотят. — Белле явно нравилась идея устроить на Древней земле поселение тёмных эльфов. Вампирша с удовольствием вспоминала, как роскошно её принимали дроу, когда узнали о демонической природе ламии. — Вон кругом сколько пустых зданий.

— Нельзя им здесь находиться. — Сразу отмёл эту идею Аксин. — Слишком много у них внутри агрессии и жестокости, мои химеры и зомби это неправильно трактуют. Сегодня личи чуть несколько раз не набросились на Ашалоса, несмотря на защитный амулет. А он лично против меня ничего плохого не замышлял, просто проскакивали обычные мысли тёмного эльфа. В первую же ночь мои мертвяки тут бойню устроят, как только усну, и контроль над ними ослабнет. Посчитают, что дроу мне чем-то угрожают, и всё….

— Тогда посели их отдельно, и всё, проблемы нет. — Демон был согласен с сестрой, и тоже хотел, чтобы дроу обосновались на материке. — Я видел недалеко от этого города другой, поменьше. Там ещё очень большой замок, и вполне серьёзные укрепления.

— Да, это была ставка клана некромантов-воинов. — Подтвердил юноша.

— Ну вот, посели туда своих новоявленных подданных. — Рассмеялся демон. — Ни мертвяков, ни химер в этом городе не осталось, этот клан в последний бой повёл все силы. Запасы пищи и воды не меньше, чем в ратуши, оружия и доспехов навалом, а если дроу железяки некромантов не устроят, то пусть свои делают, там и кузни хорошие, и мастерские, оборудованные для этого, имеются.

— Ну, позицию Беллы я понимаю, столько поклонников сразу, грех обратно отпускать. — Рассмеялся Аксин. — А ты то что решил встать на их сторону. Я думал, будешь с пеной у рта доказывать, что этих тёмных эльфов гнать надо отсюда.

— Эти дроу отменные воины, а тебе армия лишняя не будет. — Спокойно произнёс демон. — С помощью только одних твоих мертвяков много не навоюешь, если вдруг что случится.

— А что должно случиться?

— А это ты у Беллы спроси, если сам запамятовал, что произошло с некромантами, высадившимися в Торзалии. Там сейчас одни развалины, да мертвяков куча. А вот из некромантов ни одного в живых не осталось.

— Ну, это в Торзалии. — Отмахнулся Аксин. — А здесь земли принадлежат тьме. Обычный человек без специального защитного талисмана и близко подойти не сможет. Дроу — это дети тьму, поэтому её дыхание для них безвредно.

— Думаю, что у людей скоро будет куча этих защитных талисманов. — Ламия нахально показала язык юноше. — А всё благодаря одному наивному некроманту, решившему помочь своим друзьям. Этот юный маг создал такие талисманы, когда в прошлый раз высаживался на эти земли. Думаю, что мги империи вполне способны скопировать твоё магическое плетение.

— Ты права. — Вынужден был признать Аксин. — У них есть образцы защитных талисманов, и рано или поздно они научатся их изготовлять. Для этого не нужно быть некромантом, чары там обычные, нейтральные.

— Вот видишь, так что рано или поздно, но тебе придётся будет встречать гостей. — Победно усмехнулась демоница. — И одного твоего мёртвого воинства может не хватить. Тебя и твоих зомби просто задавят количеством. А армия дроу сможет здорово сместить в твою сторону чашу весов в этой битве.

— Она права. Тем более что люди не будут ожидать встретить здесь тёмных эльфов. — Поддержал сестру демон.

— Да я не против их здесь оставить, не надо меня в этом убеждать. — Рассмеялся Аксин. — Тем более что их сюда направила сама тьма, так что у меня просто нет выбора. Что бы я им не говорил, дроу не уйдут. Просто я не хочу, чтобы две моих армии перебили друг друга ещё до прихода людских войск.

— Ну, вот, и размести тёмных эльфов в бывшей твердыне клана некромантов-воинов. — Подытожила Белла.

— Осталось решить, что делать с кораблями. — Задумчиво почесал подбородок Ваалор. — Не тащить же их волоком до самого замка.

— Почему бы и нет. — Пожал плечами Аксин. — Сделать что-то, на чём можно их перевозить, зомби корабли погрузят, а химеры отвезут. У меня такие монстры есть в коллекции, пару-тройку этих корабликов за один раз переправить смогут. Рядом с тем замком есть другая река, она достаточно полноводна, и тоже впадает в море. Там дроу пусть себе порт и устроят.

— Вот и замечательно. — Захлопала в ладоши Белла. — Аксин, поздравляю, теперь у тебя есть настоящие подданные.

— Честное слово, я не просил о таком счастье. — Пробурчал юноша.

— Просил, не просил, оно свалилось на тебя, так что теперь просто терпи все тяготы и невзгоды жизни монарха. — Заржал Ваалор.

— И этот туда-же. — Аксин задумчиво посмотрел на смеющихся демонов. — Знаете, мне кажется, что начинается очередная заварушка. Всё к одному: странное беспокойство в мире тьмы, приход дроу на Древние земли…. да ещё и Белла опять в гости приехала.

Последняя фраза юноши была встречена новым приступом хохота демона.

— Аксин, ты неправильно расставил приоритеты. — Сквозь смех умудрился выговорить Ваалор. Сначала надо было упомянуть нашу сестричку, а уж затем войны, землетрясения, и наводнения.

— И за какие прегрешения боги послали мне таких непутёвых родственников? — Ламия скорбно подняла глаза к небу.

— Вот, и я хотел спросить то же самое. — Усмехнулся юноша.

Глава 4

Вот уже несколько суток Гарвин пропадал в специальной лаборатории, расположенной в центральном дворце гильдии боевых магов. Маг почти не спал, забывая о еде и отдыхе, и старому слуге требовалось прилагать немалые силы, чтобы оторвать Гарвина от его работы, и накормить. Маг забрасывал в себя еду, механически пережёвывал, не чувствуя вкуса, и снова запирался. Иногда оттуда доносились приглушенные магической защитой яростная брань, звон бьющегося стекла, звуки взрывов и запах гари.

— Прекрасно, просто прекрасно! — Гарвин с радостью хлопнул ладонями по столу, довольная улыбка появилась на его бледном, измождённом лице. — Джонатан! Джонатан, старый медведь, ты только взгляни на это чудо!

Дверь лаборатории распахнулась от сильного удара, и внутрь ворвался напуганный громкими криками мага старик.

— Да нечего прыгать у дверей с вытаращенными глазами, иди сюда. — Рассмеялся маг. — Только посмотри на эти амулеты….

— Тьфу, да ну вас, прямо как дитё малое! Так же и до смерти напугать можно!

— Да не преувеличивай, я тебя просто позвал.

— Так ведь снаружи почти ничего не слышно, слов не разобрать. — Потупился старик. — Сижу у двери этой проклятущей, тишина, и вдруг вы кричать начали, а что кричать — непонятно. Вот я и подумал….

— Да ладно, извини, старый медведь, я не подумал, что дверь слишком массивная, звуки почти не пропускает. — Гарвин внимательно посмотрел в глаза старику. — А как ты умудрился меня услышать?

— Ну, немного звука эта дверь всё-таки пропускает. — Замялся Джонатан.

— Понятно, сидел под дверью все эти дни напролёт, и караулил. — Маг с укоризной посмотрел на старого слугу. — И совсем не спал.

— Да я же старый уже, мне столько сна и не нужно…. А вдруг бы у вас что случилось, господин, а помочь и некому.

— Значит так, Джонатан, сейчас ты идёшь в свою комнату, и там отсыпаешься. Сутки из постели не вылазишь, это приказ.

— Так ведь и вы не спали….

— У меня здесь есть небольшой диванчик, я на нём спал…. кажется…. — Работа настолько захватила мага, что сейчас он не мог вспомнить, что он ел эти дни, и спал ли вообще. — Ладно, сейчас я пойду отдыхать, но и тебя это тоже касается.

— Вот и прекрасно, господин….

— Только сначала ты должен оценить мой титанический труд. — Довольный маг указал на лежащие на столе предметы. Массивный бронзовый перстень с обычным тёмно-серым камнем, и плетёный из стальных и серебряных нитей браслет.

— Вы занялись изготовлением украшений, господин? — С искоркой сарказма в голосе уточнил старик. — Ну, тогда вы зря потратили время. Лучше оставайтесь архимагом, у вас это прекрасно получается. А вот ювелир из вас не очень….

— Хватит издеваться над злым и безжалостным хозяином, верховным главой гильдии боевых магов, старый пень. — Устало рассмеялся маг. — Это талисманы, которые очень помогут нам в рейде по землям торзальцев.

— Всё-таки идите лучше спать, господин. — Устало вздохнул Джонатан. — Устали вы сильно, отдых вам нужен.

— Да пойду я сейчас, не ворчи…. — Маг вдруг замолчал на мгновение, а потом разразился громким смехом. — Да ведь ты магические плетения не видишь, я ведь совсем забыл. Точно, заработался, пора на боковую.

— Ну, а я про что говорю. — Старый слуга попытался мягко направить Гарвина к выходу из лаборатории. — Идите, отдохните чуток, а потом и покажете ваши амулеты….

— Ну уж нет, надо же провести полевые испытания. — Маг схватил браслет, и протянул Джонатану. — А ну-ка, надень эту безделушку.

Поняв, что проще выполнить приказ, чем спорить с непутёвым хозяином, Джонатан, ворча, подчинился.

— А теперь сядь.

— Да ни к чему это….

— Садись в это кресло, я сказал! Я собираюсь набросить на тебя парализующие чары, не хватало ещё, чтобы ты тут рухнул, да ненароком убился. Пол то каменный….

Когда старик подчинился, и присел в кресло, Гарвин лёгким жестом обездвижил его. Затем маг влил в магическое плетение силы, столько, что этого заклинания хватило бы на то, чтобы полностью обездвижить десяток человек.

— Замечательно, ты парализован, плетение выглядит цельным, не чувствуется никакое сопротивление. — Улыбался довольный маг. — А теперь подними руку. Да не правую руку, а левую, ты же на неё браслет нацепил.

Джонатан попытался выполнить приказ мага, и его рука легко взмыла вверх.

— Получилось, старый медведь, получилось! — Гарвин снял парализующее заклинание со слуги. — Теперь этих разряженных торзальских попугаев ждёт большой сюрприз! Ну, а насчёт перстня тебе знать не обязательно, это безделушка для магов только….

— Вот и хорошо, что получилось. — Успокаивающе произнёс старик. — А теперь идите отдыхать, а то вон, на вас лица нет, господин.

— И то верно, мой старый, ворчливый друг. — Усмехнулся Гарвин. — Пора на боковую, отдохну немного. Да и тебе сон не помешает….

Приглушённый шум у дверей его комнаты прервал беспокойный сон мага.

— Куда прёшь, дубина, говорю же, Владыка Гарвин отдыхает…. Подождёт твоё срочное послание…. Да куда ты прёшь, стой, говорю тебе!

Глухой звук удара, и за дверью воцарилась тишина.

— Джонатан! — Гарвин потянулся, с хрустом расправляя затёкшие плечи. — Джонатан, старый медведь, что там происходит.

— Вот ведь, всё-таки разбудил он вас, господин. — Слуга, пряча глаза, вошёл в комнату. — А я говорил этому отродью Чонинга, чтобы не шумел….

— Кому?

— Да гонец там был, принёс сообщение от господина Гаруса….

— Ну, так взял бы письмо, да отправил его на все четыре стороны, кричать то зачем? И, вообще, кажется, я приказал тебе сутки спать, ты почему всё ещё на ногах?! Джонатан, вот объясни, зачем мне слуга, который не может выполнить такого простого указания своего господина?

— Так я и спал сутки, господин. Всё, как вы приказали.

— Сутки?! А я сколько тогда валяюсь?

— Так как вы легли, ночь прошла, день, и ещё ночь…. Сейчас утро.

— Ничего себе, и почему ты меня не разбудил?!

— Отдохнуть вам надо было, господин. — Старый слуга с состраданием посмотрел на мага. — Уж очень вы умаялись.

— После смерти отдохну, а сейчас дел много. — Гарвин поудобнее устроился на кровати. — Ну, что там хотел этот гонец?

— Не знаю, господин. Посыльный сказал, что принёс какое-то сообщение от герцога Гаруса. Герцог не стал писать письмо, а распорядился передать лично вам что-то на словах. Вот он и рвался к вам….

— Ну, ладно, пусть зайдёт.

— Так, это, я его там…. — Замялся старый слуга.

— Да говори толком, что произошло.

— Я его не пускал, а он всё настаивал…. Рвался, потом попытался меня оттолкнуть с дороги…. Ну, в общем…. Пришлось мне его малость успокоить.

— Понятно. — Рассмеялся маг. — И чем ты его?

— Дак кулаком….

— Да, старый медведь, тебе под руку лучше не попадаться, годы силы твои не убавили. Этот гонец то хоть жив?

— Конечно же, жив, господин, что вы такое говорите. — Затараторил старик. — Я его тихонечко стукнул, аккуратно так….

— Ну, так неси его сюда, будем в чувство приводить. — Гарвин махнул рукой в сторону двери. — Надо же узнать, что там передал герцог….

Старик явно перестарался, когда успокаивал гонца. Пришлось повозиться несколько минут, прежде чем его смогли привести в чувство. Лёгкое похлопывание по щекам и брызги воды в лицо не помогали, Гарвину пришлось применить лечебную магию, благо, боевые маги умели применять некоторые несложные заклинания лекарей, необходимые на поле боя. Гонца удалось поднять на ноги, и избавить от слабости и головокружения. Лишь с синяком Гарвин ничего не смог сделать, и теперь половина лица посыльного представляла собой огромный, наливающийся синевой ушиб.

— Что так просил передать герцог?

— Герцог Гарус просил сказать вам, Владыка Гарвин, что воины, которых вы затребовали, прибыли с северных земель, и расквартированы в столице. — Произнёс гонец, косясь с недовольством на Джонатана. — Сто пятьдесят солдат и двадцать боевых магов. Все в разных казармах и комнатах, чтобы шпионы торзальцев не заметили сбора отряда раньше времени.

— Замечательно, думаю, что и остальные тоже уже готовы. — Гарвин помнил гонца рукой. — Подойди ближе, друг мой. Вот, возьми за труды.

Маг нашарил в кошельке, лежащем вместе с одеждой на стуле, у изголовья кровати, несколько золотых монет, и подал посыльному. Увидев такой щедрый подарок, тот напрочь забыл о синяке, на его лице расплылась довольная улыбка.

— Можешь идти, выпить за здоровье моего слуги. — Рассмеялся маг. — Он ведь тебе сегодня жизнь спас.

— Прошу прощения, Владыка Гарвин? — Гонец с удивлением посмотрел на мага.

— Да ведь я полтора года воевал на севере, там много дурных привычек нахватался. — Пожал плечами Гарвин. — Когда ко мне кто-то неожиданно врывается, я сначала атакую, а потом смотрю, кто это был…. Если, конечно, есть возможность тело опознать. А то варвары любили под утро, когда сон крепок, на наши лагеря нападать.

Гонец побледнел, представив, чем могло закончиться, если бы он смог оттолкнуть старого слугу, и проскочить в комнату мага.

— Герцог просил передать что-то ещё?

— Никак нет, Владыка Гарвин, прошу прощения. — Посыльный поспешно поклонился, и бросился к двери.

— Итак, отряд готов. — Задумчиво почесал небритый подбородок маг. — Осталось лишь посмотреть, кого из людей приготовили Орес и эльф, сделать достаточное количество талисманов, и можно выступать.

— Прикажете собирать вещи, господин?

— Да, подготовь всё, что мне понадобится для этого похода. — Гарвин поднялся с постели, и начал торопливо одеваться.

— Вы хотели сказать — нам понадобится.

— Что я хотел сказать, то и сказал. — Гарвин внутренне сжался, готовясь к тяжёлому разговору. — Думаю, что тебе давно пора на заслуженный отдых, старый медведь. Так что, как только я уеду, ты станешь полностью свободен. Я купил тебе небольшое поместье, недалеко от столицы. Прекрасный дом, плодородная земля, несколько слуг. Рядом озеро с чистой водой и хорошей рыбалкой, небольшой лесок. Всё это теперь твоё. О деньгах тоже можешь не беспокоиться, я их тебе оставлю столько, что до конца жизни не будешь ни в чём нуждаться….

— Спасибо, господин, но это лишнее. — Покачал головой старик. — Я поеду с вами.

— А я говорю, что ты останешься здесь!

— Не надо кричать, вы знаете, что я не отступлю.

— Вот ведь упрямый осёл! — Гарвин вскочил с кровати. — Да пойми ты, от тебя не будет толку в этом походе, только под ногами мешаться будешь!

— Столько лет прожили на белом свете, а обманывать меня так и не научились, господин. — Спокойно произнёс Джонатан. — Не хотите, чтобы я там смерть принял, вот и решили спровадить меня подальше…. Понимаете, что опасное дело затеяли.

— Какое там спровадить подальше, у самой столицы жить будешь! — Не успокаивался маг. — А если бы и решил, что из этого?! Ты мой слуга, и я приказываю тебе остаться в империи. Так что пакуй мои вещи, и забудь про свои дурацкие пререкания!

— Нет, господин, этот приказ я не приму. — Старик встал перед магом, сложив могучие руки на груди. — Если понадобится, один поеду, вслед, по тропам пробираться буду, у гномов путь через горы куплю, но от вас не отстану.

— Вот ведь упёрся, старый пень. — Гарвин посмотрел в глаза старику. — Да пойми ты, это очень опасное дело. Не смогу я и себя защищать, и тебя.

— Меня не нужно защищать, господин. — Джонатан выдержал взгляд мага, не отводя глаз. — А вот вам я понадоблюсь.

— И для чего ты мне там понадобишься?!

— С вами народу много будет, и эльф своих людей в отряд приведёт, вы об этом обмолвились. А этот длинноухий вам обиду не простил, чует моё сердце. — Старик умоляюще посмотрел на мага. — В бою я не помощник, говорите? Зря вы так, могу спину прикрыть, в случае чего, силушка ещё в руках есть, да и не только бой там будет. А если яд в еду подсыплют? Все не могу себе простить, что допустил к вам принца этого с его зельем. А если бы тот не сонную травку, а отраву бросил? Так что я с вами пойду, всю пищу сам готовить буду….

— Да стар ты уже, здоровье не то.

— Это вы гонцу скажите давешнему, про моё здоровье. — Усмехнулся старик. — Нет, господин, не можете вы сейчас меня от себя гнать. Не уйду я.

Этот спор продолжался почти целый час. Гарвин, уговаривал, обещал, грозил, упрашивал…. Всё без толку. Старый слуга твёрдо стоял на своём. Под конец маг уже подумывал просто усыпить старика, и бесчувственным отправить в его новый дом, но Джонатан словно разгадал мысли Гарвина, и обещал продать поместье, а на вырученные деньги купить проход через земли гномов на территорию Торзалии, и там найти отряд мага.

— Да зачем тебе это, старый пень?! Ведь один ты сразу погибнешь!

— Вот и я про то же толкую, господин. А с вами в отряде мне куда безопаснее будет…. Глядишь, и живой вернусь, если под вашей защитой останусь.

— Ты меня совсем уморил своим ослиным упрямством. — Наконец сдался Гарвин. — Хорошо, поедешь со мной. Иди, пакуй вещи.

— Вы не пожалеете, господин. — Засуетился Джонатан. — Прямо сейчас и займусь вещами. И не вздумайте уезжать без меня, всё равно ведь догоню.

— О, боги, чем я вас прогневал. — Маг в изнеможении бухнулся на кровать. — За что вы мне послали это наказание….

— А ты что здесь делаешь?! — Раздался крик старика из-за двери.

Выскочив в коридор, маг увидел, как Джонатан замахивается на скрючившегося у стены человека. Схватив могучего старика за руку, Гарвин с огромным трудом удержал грозивший размозжить голову удар.

— Спокойно, старый медведь, не надо бить по голове каждого, кто проходит мимо моей комнаты.

— Так он не просто проходил, господин, он подслушивал!

— Подслушивал под моей дверью? Это уже интересно. — Усмехнулся Гарвин. — И кто же ты такой?

— Я посыльный Владыки Ореса, Владыка Гарвин. — Трясясь и заикаясь, ответил бледный гонец. — Он просил передать, что ждёт вас в кабинете архимага.

— А что же ты просто не зашёл, и не сказал. — Удивился маг.

— Так…. Это…. Вы там так кричали и ругались…. Я испугался, ждал, когда успокоитесь….

— Понятно. Джонатан, отпусти молодого человека, не стоит его бить. — Гарвин похлопал по литому плечу старого слугу. — А то прибьёшь второго за одно утро, этак на тебя никаких гонцов не напасёшься.

— Извините, господин, я думал, что он тут шпионит. — Старик отпустил гонца, который счёл за благо тут же сбежать.

— Вот кого-кого, а хорошего шпиона ты бы точно не смог заметить. А уж тем более так просто схватить. — Рассмеялся маг. — Ладно, занимайся вещами, а я пойду, узнаю, что хочет мне сказать Владыка Орес.

По пути Гарвин, повинуясь какому-то смутному чувству, надел изготовленный недавно перстень и браслет. Зайдя в кабинет, маг сразу же заметил двух незнакомых людей, стоящих рядом с Оресом. Среднего роста худой, жилистый мужчина средних лет с тёмными, тронутыми сединой волосами, и невысокий, сухонький, улыбчивый старичок.

— Владыка Орес, вы просили зайти.

— Проходите, Владыка Гарвин. — При посторонних людях Орес всегда обращался к магу вежливо и без фамилиарности, которая была позволительна старому магу наедине или в тесной компании правящей верхушки империи. — Извините за беспокойство, я просто хотел представить вам людей, о которых мы недавно говорили.

Незнакомцы сделали шаг вперёд, и коротко поклонились.

— Форос. — Представился улыбчивый старичок тихим голосом.

— Маргос. — Кивнул головой мужчина средних лет.

— Владыка Форос и Владыка Маргос очень большие специалисты в своём деле, обычно они виртуозно действуют в одиночку, но и в команде прекрасно работают. — Старый маг довольно улыбнулся. — Когда нужно заняться каким нибудь зарвавшимся магом, им, с их бесценным опытом, просто нет цены.

— Владыка Орес, вы разрешите мне отбросить придворный этикет?

— Конечно, Владыка Гарвин, этот кабинет не прослушивается, так что вы никого не сможете шокировать своими высказываниями.

— Насколько я понимаю, Владыка Форос и Владыка Маргос являются членами нашей гильдии, и специализация этих братьев — это убийство магов? — Уточнил Гарвин. — И они являются лучшими в своём деле?

— Всё верно, Владыка Гарвин. — Кивнул старый маг. — За много лет они ни разу меня не разочаровали….

Гарвин, не слушая, что ещё скажет бывший архимаг, мгновенно, без предупреждения, бросил в стоящих перед ним людей сонное заклинание. Плетение тут же было развеяно защитой стариком, а Маргос в ответ атаковал Гарвина, пытаясь заковать мага в глыбу льда. Поток пламени превратил лёд в пар, и следующее атакующее заклинание Гарвин бросил сразу на обоих магов. Призрачная сеть упала на них сверху, а клубы пара, образовав белёсые щупальца, попытались захлестнуть ноги магов. Безрезультатно. Маргос короткими магическими ударами разрубил сеть над собой, и легко отбросил от себя щупальца из пара. Старичок же создал вокруг себя туманную завесу, внутри которой все атакующие заклинания Гарвина просто проскользнули мимо его. Новое заклинание — и ураган просто сметает в сторону туман, и исчезает, не успевая нанести вреда обстановке кабинета. Перед глазами мага предстало странное зрелище — вместо одного старичка стояли трое, абсолютно похожие друг на друга. Гадать, кто из них настоящий маг, а кто фантом, не было времени, Маргос снова атаковал мощными атакующими заклинаниями.

Гарвин бросил вперёд парализующее плетение, и резко обернулся, возводя перед собой стену пламени. Все три старика оказались фантомами, а настоящий Форос в это время пробрался за спину мага, и уже атаковал…. Огненная стена уничтожила атакующее заклинание мага, но в Гарвина уже летело его собственное парализующее плетение, каким-то образом отражённое и отправленное обратно Магросом. Мгновение — и его тело перестало подчиняться, словно превратившись в дубовую колоду. Лишь правая рука, защищённая браслетом, сохранила подвижность и чувствительность. Этим Гарвин и воспользовался, сжав руку в кулак, и направив его на приближающегося Маргоса. Камень, венчающий перстень, вдруг словно раскалился, и выпустил наружу маленькую, страшно горячую искру. Эта капелька первородного огня легко проскользнула сквозь мелкие прорехи в защитном магическом барьере, и остановилась перед лицом замершего от неожиданности убийцы магов. В это же мгновение Гарвин избавился от магического паралича, и отпрыгнул в сторону от обошедшего стену пламени старичка. Защита мага приняла на себя удар, нанесённый Форосом, а стена пламени, оставшаяся за спиной старого мага, вдруг вытянулась в тонкую раскалённую струну, и обвилась вокруг шеи Фороса, немного не доходя до кожи.

— Прекрасный бой, Владыка Гарвин. — Захлопал в ладоши Орес. — Думаю, что проверка умений закончена. Вы справились с убийцами магов, а они справились с вами.

Гарвин мгновенно осмотрел себя с помощью заклинания истинного зрения, и увидел тонкую ледяную иглу, висящую над головой, и готовую вонзиться ему в темя. Магический след от неё тянулся к сухонькому старичку, видимо, он успел создать это смертельное заклинание в тот момент, когда Гарвин затягивал свою огненную струну на его шее.

Коротким жестом развеяв огненную искру и струну, Гарвин поклонился магам.

— Владыка Форос, Владыка Маргос, я в восхищении. Вы действительно прекрасные бойцы.

— Не такие хорошие, раз вы смоги справиться с нами обоими сразу. — Улыбнулся старик. Маргос, соглашаясь, кивнул головой.

— Если бы не амулеты, Владыка Маргос справился бы со мной, после того, как сумел вернуть мне моё же заклинание. А вашу ледяную иглу я попросту не заметил.

— Вы слишком увлеклись атакой. Человек наиболее беззащитен в тот момент, когда он атакует, и не думает о защите. — Благосклонно улыбаясь, пустился в объяснения старик. — Но если бы вы сразу атаковали смертельными плетениями, а не сонным и парализующим заклинанием, бой бы закончился не в нашу пользу. Если бы у нас был выбор, мы бы никогда не стали воевать с вами в открытом поединке, Владыка Гарвин. Постарались бы придумать что нибудь другое….

— Думаю, у вас ещё будет время поговорить о тонкостях магического боя. — Орес поднялся, и подошёл к Гарвину. — А сейчас дай ка мне поближе рассмотреть твои амулеты….

— Конечно, Владыка Орес. — Гарвин снял с руки браслет и кольцо, и протянул их бывшему архимагу. Тот с интересом осмотрел талисманы.

— Странно, но при беглом осмотре я не чувствую никакого магического плетения в браслете.

— Плетение есть, но оно направленно не наружу, а внутрь амулета, и оно замыкает на себе любое магическое воздействие. Поэтому парализующее заклинание не задело руку, замкнувшись на браслете. Жалко, такой можно носить только один. Если надеть два браслета, на правую и левую руку, они просто замкнут магию друг друга, и станут бесполезными побрякушками.

— Прекрасная работа, Владыка Гарвин. — Орес был доволен своим ставленником. — Вы думаете, эти браслеты позволят нам преодолеть магию торзальских жрецов?

— Несомненно. Правая рука у магов и воинов будет свободна, а больше ничего и не понадобится. Воины смогут воспользоваться самострелами, а маги — вот такими перстнями, когда жрецы окажутся рядом.

— Этот перстень тоже очень интересен. — Орес провёл пальцем по серому камню. — Собирает в себя энергию, но ведь это не обычный накопитель?

— Да, Владыка Орес. Это накопитель, но накапливает не магию, а жар огня. Достаточно на несколько часов положить его в любой открытый огонь, для подзарядки подойдёт пламя обычного костра, и он сохранит внутри его жар. Любой маг сможет освободить его, и управлять обычным усилием воли.

— Вижу, вы не зря провели время в нашей лаборатории, Владыка Гарвин. — Орес сел в кресло, ум старого мага был быстрым и острым, как и в юности, а тело уже стало сдавать, он не мог долго стоять на ногах. — Братья, вы можете быть свободны. Идите, отдыхайте, готовьтесь к предстоящему походу. А мне нужно немного посекретничать с Владыкой Гарвином.

Маги поклонились, и быстро покинули кабинет. Гарвин был приятно удивлён лёгкостью и плавностью походки кажущегося таким слабым старого улыбчивого мага.

— Присаживайся, вот вполне удобное кресло, не стоит стоять передо мной, как ученик на испытаниях. — Усмехнулся Орес. — Итак, мой мальчик, ты готов к предстоящему походу?

— Да, Владыка Орес, я полностью готов. — Кивнул Гарвин. — Воины прибыли в столицу, они все проверены в долгих боях, прекрасные вояки, и преданны лично мне. Полагаю, этим двум магам я тоже могу доверять?

— Конечно, Форос и Маргос — верные сыны гильдии боевых магов. — Орес с улыбкой посмотрел на Гарвина. — Тебя ждёт победа, мой мальчик, я верю в тебя. Со своей стороны я могу обещать тебе всяческую помощь. Несколько небольших флотилий будут постоянно курировать вдоль побережья Торзалии, уклоняясь от прямых столкновений, и топя рыбацкие суда. Сейчас у Лоуренса и так туго с обеспечением его людей продуктами, а после того, как ни один рыбак не сможет выйти в море, его армия начнёт голодать. Он просто вынужден будет разделить силы, чтобы отогнать нас от своих южных границ. Станет охотиться за убегающими кораблями, тогда тебе и твоему отряду будет куда проще сеять панику на суше.

— Благодарю вас, Владыка Орес.

— Это я должен благодарить тебя, мой мальчик. — В глазах Ореса читалась гордость за своего протеже. — Благодаря тебе мы уничтожим всех врагов, и Империя будет властвовать на всех обозримых землях. Я только хочу тебя предостеречь насчёт Флереса. Боюсь, что наш начальник разведки не очень дружелюбно к тебе настроен.

— Я понимаю, Владыка Орес, этот эльф не простит мне своего уродства. Думаю, если у него будет шанс, он постарается отомстить.

— Тогда я не очень понимаю, зачем ты берёшь его с собой в этот поход.

— Держи друзей близко, а врагов ещё ближе, так говорят в народе. Флерес не пойдёт на прямое столкновение с гильдией боевых магов, он вынужден будет оставаться лояльным, чтобы удержаться на должности начальника разведки. Эта должность даёт возможность незримо оберегать свой народ. Так что он нанесёт удар, только если будет уверен, что моя смерть никак не будет связана ни с ним, ни с его ведомством.

— Думаю, что рано или поздно он найдёт такую возможность. — Задумчиво проговорил Орес. — Во время боя всякие случаи бывают.

— Главное, чтобы он вывел нас на свою сеть шпионов в Торзалии. — Усмехнулся Гарвин. — К несчастью, всю агентуру знает только он. Даже его заместители обладают данными лишь об отдельных людях. А как только он это сделает, и сеть имперской разведки в Торзалии будет у меня в руках…. На войне всякое может случиться, как вы только что верно подметили.

— Интересная мысль, мой мальчик. — Довольный Орес откинулся в кресле. — Ты абсолютно прав, здесь, во дворце, у Флереса полно шпиков, это его территория. А там эльфа будут окружать твои люди. Думаю, что несколько убийц, которых он с собой возьмёт, не причинят тебе особых неприятностей.

— Насколько я его знаю, Флерес пригласит с собой настоящих профессионалов своего дела. А профессиональные убийцы ценят звон монет, а не верность своему нанимателю. Думаю, живой архимаг, глава гильдии боевых магов способен заплатить куда больше, чем героически погибший в борьбе с врагами начальник службы разведки.

— Приятно осознавать, что я не ошибся, отдав тебе этот пост. — Улыбнулся Орес. — Под твоим началом гильдия боевых магов станет ещё более могущественной.

— Я ценю ваше доверие, Владыка Орес, но без вашего опыта и участия у меня ничего бы не получилось. — Скромно потупил глаза Гарвин. — Вот и сейчас у меня есть одна просьба.

— Всё, что угодно, мой мальчик.

— Когда мы отплывём, вы не могли бы начать присматривать нового главу службы разведки? Так сказать, настроенного более лояльно к нашей гильдии…. И поддерживающего интересы империи, а не этих длинноухих гордецов.

— Конечно, мой мальчик, ни о чём не беспокойся. Император утвердит на эту должность нужного нам человека, как только Лер Флерес её освободит.

— Благодарю вас, Владыка Орес. — Гарвин встал, и коротко поклонился. — А теперь я должен идти, необходимо отдать распоряжения насчёт изготовления амулетов, и посмотреть, что за команду собрал наш эльф.

— Конечно, мой мальчик, иди, не смею тебя больше задерживать.

Консультации магов, изготовлявших амулеты, заняли у Гарвина много времени, магическое плетение было очень сложное, и требовало особой точности. Изготовление перстней же вообще не давались другим магам. Стихия огня была слишком капризна, не слушалась, постоянно выходила из-под контроля. Поэтому Гарвину пришлось зачаровывать амулеты самому. Маг много времени провозился в лаборатории, и смог увидеться с эльфом лишь на следующее утро. На этот раз Гарвин устроил встречу с Флересом в просторном зале, где тренировалась в обращении с оружием личная стража императора.

— Доброго дня, Лер Флерес. — Эльф был одет в те же тёмные одежды, на его покалеченное огнём лицо закрывала серебряная маска, на гладкой, полированной поверхности которой собеседник мог видеть лишь своё отражение. — Я хотел попросить вас привести своих людей сюда, хотелось бы увидеть их в деле.

— Конечно, Владыка Гарвин, иначе для чего было устраивать встречу в тренировочном зале, и выгонять отсюда всех гвардейцев. — Хриплый голос, звучавший из-под маски, не выражал никаких эмоций. — Я предвидел эту просьбу, и пригласил их сюда.

Гарвин осмотрел зал.

— Простите, Лер Флерес, но я их не вижу. Неужели ваши люди опаздывают.

— Они здесь. — От хриплого смеха эльфа Гарвину сделалось не по себе. — Трое убийц, очень хорошие специалисты в своём деле. Насколько я знаю, они лучшие в империи.

— Интересно, интересно. — Маг внимательно осмотрел зал, затем использовал заклинание истинного зрения…. Никого. Если бы не слова эльфа, маг бы поклялся всем, чем угодно, что они с Флересом здесь одни. — Я в восхищении, Лер Флерес. Скажите своим людям, пусть выходят из своих укрытий.

Эльф кивнул, и легко стукнул посохом по каменному полу. Несколько мгновений — и перед ним стояли трое одетых в пепельно-серые одежды людей. Невысокие, поджарые, гибкие, средних лет. Обычные, ничем не примечательные лица, спокойный, невыразительный взгляд. Если бы Гарвин встретил такого человека на улице, одетым в обычную одежду, то не догадался бы, что перед ним один из самых лучших убийц империи. Обычные, неприметные люди, взгляду не за что зацепиться….

— У них давно нет имён, только прозвища. — Просипел эльф, указывая на людей. — Тень, Ветер, Кот.

Гарвин с большим трудом запомнил, кто из убийц откликается на какое прозвище, хотя обычно маг легко запоминал лица и имена незнакомцев.

— Примите мои искренние восхищения, Лер Флерес, признаться, я не ожидал такого увидеть. — Маг с интересом посмотрел на убийц. — Могу я попросить ваших людей выполнить несколько упражнений?

— Конечно, Владыка Гарвин, вы же командир отряда. — Кивнул головой эльф.

— Тень.

Один из людей сделал шаг вперёд.

— Спрячься снова, в то же место, где ты прятался.

Убийца подбежал к невысокому деревянному столбу, используемому гвардейцами для отработки ударов мечом, и встал за ним, исчезая из поля зрения. Гарвин подошёл поближе, несколько раз обошёл столб кругом, но не смог заметить спрятавшегося. Человек ловко маневрировал, столб был всегда между магом и убийцей, полностью скрывая последнего.

— Ветер.

Второй убийца вышел вперёд.

— Твоя задача — остаться на ногах.

Гарвин метнул в человека обычное усыпляющее заклинание. Но оно не достигло цели, уйдя в пустоту. Убийцы уже не было на своём месте. Сделав невероятный прыжок, он сумел уйти в сторону. Усмехнувшись, Гарвин стал бросать короткие парализующие плетения, которые так же не достигли цели. Ветер прыгал, уворачивался, вертелся, как юла, ни мгновения не оставаясь на одном месте, так, что маг просто не успевал прицелиться. Такого противника Гарвин мог поразить, только если использовал бы мощное заклинание, охватывающее сразу большую территорию.

— Кот. — Прекратив метать заклинания, маг повернулся к третьему убийце. — Лови!

Гарвин бросил ему горсть золотых монет. Руки кота замелькали с невообразимой скоростью, и через мгновение у него на ладонях образовались два аккуратных столбика из монет.

— Замечательно, идите все сюда.

Когда трое убийц встали перед магом, он достал из кармана ещё одну горсть монет.

— У вас сейчас есть с собой метательное оружие?

Те утвердительно кивнули головой.

— Здесь у меня несколько золотых, и три серебряных монеты. — Маг сжал в кулаке блестящие кругляшки. — Сейчас я их брошу, ваша задача — поразить серебряные монеты.

Маг размахнулся, и с силой метнул монеты в сторону ближайшей стены. Резкий свист, удар, и три светлых кругляшка оказались пришпилены к стене тонкими стальными иглами.

— Замечательно, вы прекрасные воины. — Рассмеялся маг. — А теперь идите ко мне. Тень, ты старик, Ветер — влюблённый юноша, Кот — богатый купец.

Маг думал, что с этим заданием им так просто не справиться, но он просчитался. Манера движения, жесты, выражение лица убийц мгновенно изменились, они словно сняли с себя свою личность, и надели другую. Сгорбленная фигура, шаркающая походка, слезящиеся глаза, морщины от лёгкого сокращения мимических мышц превратили Тень без всякой одежды и грима в дряхлого старика. Летящая походка, горящие от предвкушения радостной встречи глаза, мечтательная, отстранённая улыбка Ветра заставляла радоваться за счастливца, в сердце которого пылает любовь. Важность, надменность, оценивающий взгляд лениво прищуренных глаз полностью изменили Кота. Убийца исчез, превратившись в торговца.

— Лер Флерес, у меня нет слов. — Маг был доволен испытаниями. — Ваши люди — просто чудо.

— Вы просили самых лучших, Владыка Гарвин.

— И вы действительно нашли самых лучших. Скажите, у них есть какое-то своё направление?

— Нет, они специалисты широкого профиля. Любое оружие, яды, несчастные случаи. Могут подойти и для прямого боя, но лучше использовать по прямому назначению — тихому устранению торзальских жрецов и командиров.

— Конечно, Лер Флерес, как скажете, это же ваши люди. Да, отряд уже собран, вы готовы выступать?

— Да, Владыка Гарвин.

— Ну, тогда не будем тянуть, завтра с утра и пойдём. Небольшими группами, на разных кораблях, в разное время, чтобы не привлекать к отряду внимание. Место сбора капитанам известно, там пересядем на один корабль, и поплывём в гости к нашим соседям. И пусть торзальцы начинают молиться своим пяти братьям-богам. На этот раз даже они им не помогут.

Глава 5

Звон колокола вырвал Аксина из очередного кошмара. В последнее время мир тьмы изменился, и теперь каждую ночь юноша погружался не в спокойное, тягучее, безмятежное царство бескрайних серых просторов, в а хаотичное пространство дёргающихся в конвульсиях туманов. Духи мёртвых в этой новой реальности уже не обретали покой, а бесконечно страдали, снова и снова вспоминая минуту своей кончины. Их болью и ужасом было пропитано вся бесконечность когда то спокойного мира теней.

— Кого это там Чонинг принёс…. — Аксин посмотрел в окно на зарождающуюся зарю. — Малыш, ты кого-то ждёшь?

Огромный пёс завилял хвостом, и радостно гавкнул, довольный, что хозяин проснулся? И обратил на него внимание.

— Вот и я никого в гости не жду, особенно в такую рань. — Юноша был разбит после тяжёлой ночи, теперь сон уже не давал отдых, как прежде, каждое погружение в мир тьмы превращалось в серьёзное испытание. — Ладно, пойдём, посмотрим, кого там опять принесло. Уверен, опять кто-то из дроу…. В последнее время здесь стало слишком людно, не Древние земли, а просто проходной двор какой-то….

Тёмные эльфы, прибывшие на Древнюю землю, и поселившись недалеко от Некрополиса, стали частыми гостями Аксина. При этом бывшие жители пещер и подгорных лабиринтов облюбовали для активной деятельности ночь, днем предпочитая отсиживаться в замке. Даже магическая защита не полностью спасала чувствительные глаза тёмных эльфов от ярких лучей солнца, и дроу быстро пополнили ряды ночных жителей континента. Их не смущало ни то, что ночью Древняя земля превращалась в рассадник монстров всех мастей, ни то, что их новоявленный пророк тьмы в это время предпочитал спать.

Умывшись, юноша посмотрел на себя в старое серебряное зеркало. Полированный металл услужливо показал бледное, измождённое лицо, уставший взгляд, и тёмные круги под красными от недосыпа глазами.

— Да, Малыш, полностью согласен с тобой, жуткое зрелище. — Усмехнулся Аксин. — Скоро меня все окрестные мертвяки будут за своего принимать, и без всяких там подчиняющих заклинаний. С этим надо что-то делать, и чем раньше, тем лучше. Самое интересное, что и Тьма не знает, из-за чего всё это происходит. Всё говорит о каких-то серьёзных грядущих испытаниях, бурях, катастрофах, и больше ничего конкретного. Если так дальше пойдёт, эти кошмары меня доконают быстрее, чем это страшное мифическое будущее. Да ещё дроу с их ночными визитами, тоже мне, свалились верноподданные на мою голову. Нет, надо было поселить их как можно дальше, желательно на другом краю континента, чтобы эти ребята не могли приходить каждую ночь с изъявлением своего глубочайшего почтения.

Взяв с собой только верного Малыша, юноша побрёл к колоколу на холме. Личам, и своей мёртвой гвардии, собиравшимся следовать за хозяином, он приказал оставаться на месте. Его зомби упрямо не подпускали к нему близко ни одного дроу, чувствуя внутреннюю агрессию и жестокость тёмных эльфов, и ошибочно принимая эти чувства за готовность к нападению на их повелителя. Стоило любому из эльфов подойти ближе, чем на десять шагов, как зомби тут же бросались в атаку. Поэтому приходилось либо разговаривать издалека, либо отсылать мёртвую армию подальше, чтобы не мешали беседе.

— Ашалос, почему то я не удивлён, что это опять ты. — Юноша подошёл к терпеливо ожидающему у колокола дроу.

— Доброе утро, Аксин. — Эльф не обратил внимания на ворчания Аксина. — Хотя, судя по твоему внешнему виду, утро у тебя не очень задалось.

— Ашалос, ты разбудил меня только для того, чтобы это сказать? — Раздражённо уточнил юноша. — Благодарю, но я и сам это прекрасно знал.

— Не только для этого. Ты сказал, чтобы я докладывал тебе обо всём странном и необычном, что происходит рядом с замком.

— Произошло что-то серьёзное?

— Не знаю, что случилось, но у меня пропал небольшой отряд молодых воинов. — Тёмный эльф внимательно осмотрел осунувшееся лицо юноши. — Аксин, ты действительно плохо выглядишь. Что с тобой происходит?

— Не со мной, мир Тьмы в последнее время что-то неспокоен. — Отмахнулся юноша. — Ничего, разберусь. Так что там с твоим отрядом?

— Несколько молодых воинов пошли на охоту, химер пострелять, и пропали.

— Пострелять химер? — Удивился Аксин. — Для чего им это понадобилось?

— Навыки, полученные на тренировке, следует закреплять в бою. Здешние монстры для этого прекрасно подходят. Сильные, смертельно опасные, совсем не то, что было в горах. Там гномов и орков даже убивать то не интересно было, скучно….

— Понятно, а здесь, значит, весело? — С плохо скрытым сарказмом поинтересовался Аксин. — Ещё бы, зомби, химеры, неупокоенные призраки, сплошные развлечения.

— Да, эта земля с её монстрами и мертвяками создана для настоящих воинов. — Эльф никак не отреагировал на усмешку юноши.

— И давно пропал твой отряд?

— Вчера ночью.

— А почему раньше не сказал? Боюсь, сейчас от них уже и костей не осталось, всё химеры подчистили.

— Если они нашли смерть, значит, были недостойны жить. — Пожал плечами Ашалос. — Воин, достойный жизни, не погибает сам, а убивает своего противника.

— Интересная философия. — Юноша уже привык к бездушию и жестокости тёмных эльфов, и заявление Ашалоса его ничуть не шокировало. — Но ты пришёл ко мне с этим, значит, тебя что-то насторожило.

— Да, с той стороны, где исчез отряд, не чувствовалось никаких следов применения боевой магии.

А это очень странно, десяток дроу невозможно застать врасплох, и перебить безо всякого сопротивления с их стороны. А каждый из моих воинов прекрасно владеет не только оружием, но и магией.

— То есть они просто исчезли, растворились без следа? — Юноша потёр виски, стараясь избавиться от жуткой головной боли. — И всё это произошло недалеко от Некрополиса, и рядом с вашим замком?

— Ты прав, моим воинам нет нужды уходить на дневной переход, чтобы немного поохотиться. — Подтвердил дроу. — Ночью химеры так и кишат вокруг, можно убивать их сотнями, не отходя далеко от стен замка.

— Понятно. — Юноша несколько раз мотнул головой, затем, отчаявшись избавиться от головной боли, попытался сосредоточиться на разговоре с эльфом. — Ну, что, пошли смотреть, что там такое странное у нас поселилось.

— Аксин, может, не стоит тебе сейчас этим заниматься? — Участливо поинтересовался дроу. Странно было слышать нотки жалости и беспокойства в голосе обычно жестокого тёмного эльфа. — Ну их, пропали с десяток неумёх, и пропали, невелика потеря. А тебе отдохнуть надо, ты единственный Пророк Тьмы.

— Вот отдых мне как раз и не поможет. — Криво усмехнулся юноша. — Тьма волнуется, её мир беспокоиться начал, а я — её часть. Вот на мне это и сказывается. А ведь недавно всё спокойно было. Знать бы, что происходит….

— Если Великая Тьма не знает, то никому не дано этого узнать. — Спокойно произнёс Ашалос. — Есть вещи и явления, непонятные, и, на первый взгляд, несвязанные друг с другом, которые могут изменить мироздание.

— Спасибо, ты меня смог утешить. Теперь я точно знаю, в чём причина того, что мир тьмы превратился в преддверие ада. Просто неизвестно где происходит неизвестно что. Очень познавательно и содержательно….

— Ты не одинок, Аксин, если тебя это успокоит. — Рассмеялся дроу. — Все мудрецы тёмных эльфов недавно тоже голову ломали над одним странным явлением. В горах странный всплеск силы произошёл, огромная мощь высвободилась из неизвестного источника, и словно волнами повсюду раскатилась….

— Ашалос, уточни, что ты имеешь в виду под словом «недавно». — Подался вперёд Аксин.

— Мы как раз готовились к походу на Древнюю землю….

— Как раз тогда и появилась новая запись в вашей книге, а вскоре после этого беспокойство охватило мир Тьмы.

— Это не может быть случайностью. Все три факта связаны между собой. — Спокойно подытожил дроу. — Книга, выброс силы, и беспокойства мира Тьмы.

— Да я сам понимаю, что это не случайность. — Огрызнулся Аксин, не утихающая головная боль не настраивала его на благодушный лад, скорее, наоборот. — Теперь, по крайней мере, мне известна возможная точка отсчёта, это ваши горы. И что ты мне раньше об этом не говорил?!

— Горы не наши, всплеск произошёл на территории орков. — Спокойно произнёс Ашалос. — А не говорил я про это потому, что раньше не знал о твоих снах, и о беспокойстве мира теней.

— Ты прав, извини.

— Аксин, тебе не нужно извиняться перед нами. Мы всего лишь дети Тьмы, а ты — её часть, сама Тьма.

— Думаю, на этот счёт с тобой бесполезно спорить. — Дроу беззаветно верили своей книге, Тьма была единственной святыней для этого беспринципного народа. И если там появилась надпись, что Аксин — это Пророк Великой Тьмы, юноша мог говорить всё, что угодно, отрицая и отнекиваясь от этой сомнительной должности. Тьма сказала своё слово, и дроу его услышали. — Думаю, мне придётся самому разобраться, что это был за таинственный всплеск силы. У тебя найдётся проводник, способный показать путь через пещеры?

— Конечно, Аксин, мы все пойдём за тобой.

— Всех не надо, разве что вы решите вернуться домой. — Рассмеялся Аксин. Головная боль помаленьку отступала, и к юноше стало возвращаться его обычное задорное настроение. — Но на такое счастье мне рассчитывать смысла нет, так что зачем вам туда-сюда кататься? Несколько проводников, чтобы я не заблудился в этих горах, вполне будет достаточно.

— Несколько проводников не смогут обеспечить твою безопасность.

— Я возьму с собой пару десятков воинов-зомби, всех четверых личей, да Малыша. — Юноша ласково потрепал по загривку пса. — Этого вполне хватит.

— Я сам пойду с тобой, и возьму ещё двоих воинов, они раньше были разведчиками, и охотниками за новыми рабами, прекрасно знают горы.

— Пойдёшь сам, и оставишь своё войско без присмотра?

— Здесь и без меня прекрасно справятся. — Отмахнулся Ашалос. — Я сейчас же отправляюсь в замок, и отдам приказ. К полудню корабль будет готов к отплытию.

— Сначала мы узнаем, что же всё-таки случилось с твоими молодыми воинами. Надо закончить дела здесь, а уж потом плыть, и браться за другие….

— Аксин, зачем тебе заниматься этим? Ну, сгинули и сгинули….

— Не хочу, чтобы за спиной маячило нечто, что может помешать в дальнейшем. Как бы эта таинственная опасность не разрослась до серьёзной угрозы. Да и интересно, что ещё смогла создать Древняя земля. Явно не мертвяки или химеры. Да и на неупокоенного духа тоже не похоже. Ты пришёл сюда один?

— Нет, со мной десять воинов, они ожидают в лесочке, неподалёку, чтобы не мешать нашему разговору.

— Думаю, этого хватит. Пойдём к вашему замку, покажешь, через какие ворота вышел потерявшийся отряд. Пущу Малыша по следам, быстро найдём твою пропажу.

— Тебе не нужно идти с нами пешком, это же почти день пути. Вернись к себе, отдохни, соберись с силами. А ближе к вечеру оседлай какого-нибудь из своих монстров, да приезжай к главным воротам замка.

— Да, весь день бежать на своих двоих, стараясь поспеть за дроу — невелика радость. — Согласился юноша. — Договорились, жди меня у главных ворот после захода солнца.

Весь день Аксин посвятил блаженному ничегонеделанию, даже умудрился немного поспать. Дневной сон был спокойным и глубоким, без всяких кошмаров, и к вечеру юноша чувствовал себя достаточно отдохнувшим.

— Ну, что Малыш, похоже, придётся нам с тобой немного поменять распорядок дня. — Усмехнулся юноша. — Будем отсыпаться после обеда, отдыхать от очередного посещения мира тьмы. Ты не против?

Пёс радостно гавкнул, соглашаясь с хозяином.

— Ещё бы ты возражал против такого предложения. — Аксин погладил виляющего хвостом зверя. — Ну, пойдём смотреть, что там у наших дроу приключилось.

Путь до замка, в котором поселились тёмные эльфу, занимал у пешего человека почти весь день, а легконогие и выносливые дроу пробегали его за половину дня. Хорошо, что Аксину не приходилось состязаться с ними в скорости или выносливости. Его ездовой скорпион, самый быстрый из созданных им химер, покрывал расстояние от Некрополиса до замка за неполных полчаса, причем, если он не сильно торопился. Поэтому юноша, в компании верного Малыша, тронулся в путь, когда солнце уже наполовину скрылось за горизонтом, и прибыл на место раньше, чем наступила темнота. Ашалос с десятком тёмных эльфов уже ждали его у ворот.

— У тебя прекрасный скакун, Аксин. — Дроу с лёгкой завистью посмотрел на огромного чёрного скорпиона. — Нам о таких зверях приходится только мечтать.

— С удовольствием бы наделал для вас пару сотен точно таких же, но химеры слушаются только своего создателя. — Аксин спрыгнул со своего скакуна на землю. — Вас они просто попытаются растерзать, как только увидят.

— Жаль, с удовольствием прокатился бы на таком монстре. — Протянул Ашалос. Другие дроу были с ним явно согласны.

— Понимаю, но помочь ничем не могу. — Аксин приказал скорпиону оставаться на месте, и ожидать здесь его возвращения, а сам подошёл к дроу. — Ты говорил, что потерявшийся отряд вышел через эти ворота?

— Да, но след мог уже остыть, прошло много времени. — Один из дроу протянул юноше несколько кусков материи. — Это части личных вещей тех, кто пропал. Может, твой пёс сможет учуять их запах.

— Малыш может найти их не только по запаху, но и по следам магии, свойственной только пропавшим. — Аксин ласково потрепал пса за ухом. — А также по остаточным следам жизненной силы. А такие следы могут сохраняться несколько недель. И на одежде, которую они носили, и на земле, по которой прошли.

Юноша взял куски материи, и протянул их псу.

— Малыш, не подведи меня, после того, как я тут тебя расхваливал. Ну-ка, ищи….

Зверь обнюхал ткань, и уверенно потрусил в сторону ближайшей рощи. Тёмные эльфы рванулись за ним.

— Не так быстро. — Остановил пса и дроу резкий голос Аксина. — Ночью здесь очень опасно, а вы ходите, как по родным пещерам.

Юноша перекинулся в боевую ипостась некроманта, окружив себя доспехами из первородной тьмы, в его руке извиваясь, со свистом рассекал воздух жезл истинной смерти. Дроу достали свои изящные луки, и наложили на тетиву стрелы с подозрительно блестящими какой-то смазкой наконечниками. Очередной яд тёмных эльфов….

— Вот, а теперь осторожно идём, и держитесь все ближе ко мне, только не нарвитесь на жезл. Тебя, Малыш, это тоже касается, нечего вперёд рваться.

Дальнейший путь они проделывали в молчании, настороженно косясь по сторонам. Через полчаса Аксин приказал всем остановиться.

— Ашалос, здесь всегда так тихо и спокойно? Мёртвая тишина, ни звука…. Обычно ночью только и делаешь, что от химер отбиваешься….

— Ты прав, Аксин, странно всё это. — Дроу внимательно всмотрелся в темноту. — Никаких следов жизни, а ведь ещё несколько дней назад здесь от желающих тобой закусить отбоя не было. Видимо, кто-то или что-то разогнало всех монстров.

— Интересно, интересно, за несколько дней очистить такую площадь от всего живого…. — Протянул юноша. — Идём вперёд, но, если встретим что-то странное, вперёд не кидайтесь. Похоже, сегодня у нас с вами какой-то необычный противник.

Вскоре Малыш привёл их на небольшую поляну. На ней, сжимая в холодных руках оружие, лежали тела пропавших тёмных эльфов.

— Это не химеры постарались. — Прошептал один из дроу. — Посмотрите, они целые, а монстры бы их сожрали, и костей бы не оставили.

— И падальщики не тронули, а ведь уже два дня прошло…. — Аксин осмотрел поляну сквозь заклинание истинного зрения. Ничего, никаких следов ловушки. — Никак не могу понять, что здесь произошло.

Малыш вдруг рванулся, встал между юношей и лесом, и предупреждающе зарычал.

— Что-то приближается с той стороны. И это что-то собирается напасть на нас. — Спокойно произнёс юноша. — Пойдёмте подальше от деревьев, будет проще отбиваться.

Когда отряд собрался в центре поляны, Аксин окружил всех непроницаемым магическим защитным барьером. Обычный маг после такого заклинания рухнул бы без сил, но здесь, на Древней земле, безраздельно властвовала Тьма, и она постоянно подпитывала своего избранника новыми силами.

— Посмотрите, одни из них ещё живой. — Дроу склонился над телом своего соплеменника, и приложил ухо к груди. — Сердце ещё бьётся.

— Замечательная новость, только в следующий раз так не делай. — Не отрывая взгляда от ночного леса, произнёс Аксин. — А то тут трупы имеют привычку оживать, и набрасываться на тех, кто рядом.

Тёмный эльф мгновенно отпрянул в сторону. Другие дроу покрепче сжали в руках луки, косясь то на тела, то во мрак ночи, откуда приближался неизвестный противник.

— Ашалос, будь любезен, кольни одно из тел чем нибудь острым. — Попросил юноша. — Какие-то странные трупы, слишком уж сухие, словно мумии….

Дроу без возражений тут же рубанул ближайший труп своей острой, как бритва саблей, почти развалив его надвое.

— Посмотри, в телах нет ни капли крови. — Юноша бегло осмотрел место разреза. — Выкачали почти всю жидкость, поэтому трупы так долго смогли пролежать в такую жару, и не испортиться. Но при этом на телах нет ни одной раны, через которую могли вытянуть кровь. Не представляю, что за создание Древних земель могло такое сотворить.

Спустя несколько мгновений юноша получил ответ на свой вопрос. Огромный спутанный клубок белёсых нитей метнулся на поляну, столкнулся с защитным барьером, и мгновенно раскрылся, выпустив в разные стороны мертвенно бледные нити. Защита ощутимо вздрогнула, и стала медленно таять.

Дроу тут же выстрелили в странного пришельца, но их усилия пропали зря. Отравленные стрелы просто вязли в липкой паутине белых нитей, не причиняя никакого вреда. Ашалос метнул замораживающее заклинание — тот же эффект. Чужак просто поглотил заклинание, безо всякого для себя вреда.

— Не старайтесь, это не поможет. — Юноша внимательно осмотрел расползающиеся по защитному куполу белёсые щупальца-нити. — Это существо поглощает любую энергию, даже магию. Поэтому и не было никаких магических всплесков. Твои воины били по этой пакости магией, а она её просто поглощала. И яд на него не подействует, потому что это не совсем животное.

— А что же это за тварь? — Спокойно поинтересовался Ашалос. Похоже, близость возможной смерти ничуть не взволновала дроу.

— Похоже на плесень. — Осмотрев нападающего сквозь заклинание истинного зрения, произнёс Аксин.

— Обычная плесень?

— Не обычная, а что-то похожее на подвижную плесень-вампира. — Пояснил юноша. — Питается кровью, которую вытягивает через естественные отверстия на теле жертвы, и может поглощать энергию. Эти щупальца, похоже, ядовитые, ими это создание ловит и убивает или парализует добычу. Посмотрим, что мой жезл сможет с ним сделать….

Юноша подошёл к стремительно истончающемуся под напором пришельца магическому барьеру, и ткнул сквозь него жезлом истинной смерти в ближайшую подрагивающую белёсую нить. Та мгновенно почернела, скрутилась, и упала на землю. Но сам паразит при этом остался жив. Воодушевлённый результатом, Аксин попробовал повторить всё сначала, но чужак был готов к этому. Белёсые щупальца постоянно ускользали, отдёргиваясь в сторону от смертоносного для них жезла.

— Да, так я с ним вечность в догонялки буду играть. — Аксин задумчиво потёр подбородок. — Придётся действовать как нибудь иначе. А жаль, так всё просто казалось.

— Может, попробуем просто сжечь эту тварь? — Предложил кто-то из дроу.

— Не выйдет. — Отмёл идею юноша. — Обычный огонь он поглотит, как и магическую энергию, а чистое пламя ни я, ни вы создать не сможете, оно неподвластно Тьме.

— Тогда остаётся только одни выход. — Подытожил Ашалос. — Снимаешь барьер, эта тварь набрасывается на нас, а ты в это время уходишь. Без серьёзной подготовки с этим вампиром не справиться.

— Если ты решил погибнуть геройской смертью, то у тебя это сегодня не получится, и не надейся. Я бы и так его свалил рано или поздно, этому паразиту сквозь защиту боевой ипостаси некроманта не прорваться. Но он успеет вас всех положить, да ещё и сбежать может, лови его потом по всему континенту…. А отпускать живым этого паразита нельзя, разъестся, куда больше станет, и опаснее. — Усмехнулся Аксин. — Применим народную мудрость, как говорят, клин клином вышибают. Где там тело, которое ещё подавало признаки жизни? Тащите его ближе к центру, и остальные трупы уберите в сторону, мне свободное пространство понадобится. Обычный зомби с этой тварью не справится, а вот кое-кто другой сможет…. Я пока защитный барьер усилю, чтобы подольше смог простоять, мне времени немного нужно будет….

Дроу быстро раскидали в сторону тела мертвецов, и аккуратно принесли того, кто ещё подавал признаки жизни.

— Так, видимо, этот паразит наелся, и оставил его на потом. Запасливый, гад. — Склонился над умирающим Аксин. — Но предварительно почти обескровил тело, это нам на руку. Меньше придётся самому возиться.

Юноша быстро начертил на земле вокруг тела пятиконечную звезду, окружённую грубыми, примитивными рунами. Дроу словно позабыли о надвигающейся опасности, и с любопытством наблюдали за действиями некроманта. Когда последняя руна была начертана, юноша достал кривой бронзовый нож, больше похожий на покрытый странными письменами коготь, и полоснул себе им по венам левой руки. Почти чёрная в лунном свете кровь полилась на лежащее тело. Аксин поднял к ночному небу свой посох, и с его губ сорвались слова заклинания. Этот древний язык давно не звучал в мире людей…. Грубые, гортанные звуки словно разрывали тишину ночи, заставляли трепетать всё живое вокруг. Сама Тьма сейчас вела юношу…. Даже белёсый паразит замер, не в силах противиться этому страшному, безумному очарованию. Дроу потеряли власть над своими телами, не в состоянии даже моргнуть, они во все глаза смотрели на Аксина. Непонятные слова громом звучали в их душах, лишая воли, притягивая, маня, и вдруг становясь предельно ясными….

— Кровью своей я призываю дух твой! Кровью своей я оживляю тело твоё! Кровь от крови моей, восстань! Восстань, и служи мне!

Умирающий вдруг резко дёрнулся, и сел. Пентаграмма и руны запылали чёрным пламенем, и это пламя словно втянулось в тело почти мёртвого дроу. Тёмный эльф открыл глаза….

Чарующий, притягательный взгляд. Черты лица дроу вдруг заострились, выровнялись, став прекраснее, и одновременно с этим более хищными…. Он вскочил на ноги с жуткой, завораживающей грацией хищника.

— Нарекаю тебя Моором, дитя Тьмы. — Юноша простёр над головой дроу окровавленную левую руку.

— Да, господин. — Склонил голову Моор.

— Иди, и уничтожь этого врага. — Аксин указал посохом на бьющегося за магическим барьером паразита.

Моор бросился вперёд со скоростью молнии. Дроу удивлённо провожали взглядом своего вдруг ставшего таким быстрым соплеменника. Барьер был непроницаем лишь снаружи, поэтому Моор легко преодолел магическую преграду, и оказался снаружи, где его тут же оплели белёсые щупальца. Смертельные для всего живого, нити обхватили тело дроу, и тут же опали на землю сухими ломкими фрагментами…. Паразит понял, что на этот раз ему попался серьёзный противник, и решил попытаться спастись бегством. Но Моор не дал ему этого сделать. Очередное быстрое, почти невидимое глазу движение, скрюченные на манер когтей пальцы хватают что-то в середине огромного клубка белёсых щупалец…. Нити паразита в последний раз дёрнулись. И опали. Монстр, в одиночку за несколько дней убивший всех химер в округе, и сумевший уничтоживший отряд дроу, был мёртв.

— Изумительно…. — Прошептал восторженный Ашалос, остальные дроу, казалось, лишились дара речи. — Как он смог такое сотворить?!

— Потом расскажу, как у него это получилось, тебе одному. — Усмехнулся Аксин. Моор подошел к юноше, с спокойно встал рядом, ожидая дальнейших приказов. — Ну, здесь у нас дел больше нет, сейчас только тела захороним, и можно возвращаться.

— Зачем тебе лично этим заниматься? — Ашалос коротким жестом указал на тела погибших тёмных эльфов своим воинам. — Тут и без нас справятся, а мы пока пойдём обратно. По дороге всё и расскажешь.

Когда дроу, превратившиеся в похоронный отряд, скрылись за деревьями, Ашалос остановился, и внимательно осмотрел стоящего рядом с юношей Моора.

— Ведь это уже не тёмный эльф, я правильно понимаю? Ты создал из него нечто вроде зомби? Но он не похож на мертвеца….

— Нет, это не зомби, Моор — нечто куда более опасное. Зомби — это поднятые мертвецы, трупы, двигающиеся по воле Тьмы. А Моор — Аксин выдержал театральную паузу — истинный вампир, живой мертвец.

— Истинный вампир?!

— Да. — Весело улыбающийся юноша смотрел на ошарашенного тёмного эльфа. — Моор способен вытягивать любую энергию, как и тот паразит. Но истинный вампир куда сильнее, чем какая-то бегающая плесень. Поэтому Моор просто выпил из противника жизненную силу. Хотя для его питания больше подойдёт свежая кровь.

— Теперь он стал таким же, как Белла?

— Нет, Белла не истинный вампир, она ламия — демоница-искусительница, создание другого мира. Кровью она питалась лишь потому, что рядом не было другой подходящей еды. А Моор — живой мертвец, создание первородной тьмы. Вампир, пьющий жизнь из живых существ. И он привязанный ко мне узами, как к своему хозяину, ведь это моя кровь использовалась при его инициации…. Так что это уже не тёмный эльф, хоть и выглядит, как ваш соплеменник.

— А ты сможешь ещё кого-нибудь превратить в истинного вампира, если захочешь? — стараясь сохранять невинное выражение на лице, поинтересовался Ашалос. — Скажем, в награду за верную службу….

— И не надейся, тебя я не стану инициировать. — Рассмеялся Аксин. — Я помню ещё с прошлого визита, как вы, дроу, относитесь к вампирам. Совершенные убийцы, венец творения, квинтэссенция смерти, вот, что они для вас такое. Поэтому я и не стал говорить при твоих воинах. Думаю, как только дроу узнают, во что я смогу их превратить, от желающих просто отбоя не будет. А это не к чему, тёмные эльфы, дети тьмы, просто исчезнут, превратившихся в армию живых мертвецов, привязанных к одному некроманту.

— Пожалуй, ты прав. — После недолгих раздумий произнёс Ашалос. — Раса гордых воинов исчезнет, обратившись в армию нежити….

— Ну, насчёт армии ты хватил. — Замахал руками юноша. — Нет, ничего подобного не выйдет. У меня просто крови на всех не хватит. Да и не всякий может стать вампиром. В случае с Моором просто повезло, его тело было почти обескровлено, он был при смерти, и уже заглянул за грань…. Но цеплялся за жизнь изо всех сил, не желая проигрывать бой, разрываясь между мирами живых и мёртвых. Лишь при таких условиях некромант может обратить умирающего. Ты, к примеру, сможешь умирать, но при этом страстно желать жить?

— Думаю, что смогу….

— Ашалос, представь, я говорю тебе, что ты будешь инициирован. Ты тут же на радостях по быстрому вспарываешь себе вены, чтобы избавиться от лишней крови, и встать на границу жизни и смерти…. И, когда это произойдёт, ты просто не сможешь рвануться обратно, смерть и тьма просто затянут тебя, ведь ты только что туда так стремился. И ты просто умрёшь. Поверь, почти невозможно найти подходящего кандидата для инициации, вот поэтому некроманты предпочитали иметь дело с зомби, их то можно из любого умершего создать. Хотя вампир куда сильнее, чем обычный мертвяк, и, самое главное, сохраняет разум.

— Кажется, я понял…. — Протянул Ашалос. — Хорошо, что ты не стал говорить об этом при других. Иначе у нас на руках было бы ещё лишних десять трупов молодых идиотов, убивших себя в тщетной надежде приблизиться к совершенству.

— Да, пусть истинная сущность Моора останется в тайне. — Кивнул юноша. — Можешь сказать, что это просто новый зомби, более совершенный, чем другие…. Или сошлись на незнание. Моор уйдёт со мной, так что они не смогут проверить или опровергнуть твои слова.

— Когда молодёжь полезет с расспросами, я отвечу, что Пророк Великой Тьмы вложил в мёртвое тело пленённый с помощью магии дух разрушения, помогающий лишь преданным детям Тьмы. — Рассмеялся Ашалос. — Это настолько высокопарно и нелепо, что все поверят в эту чушь сразу и безоговорочно.

— Согласен, — поддержал дроу Аксин, — ну, пошли к вашему замку, меня там скорпион уже заждался.

— Хорошо. Я пока приготовлю корабль, чтобы переправить тебя и твоих мертвецов через море. Как только всё будет готово, сразу тебе сообщу.

— Сразу не надо, дай мне хоть немного выспаться. — Рассмеялся юноша. — Как то хочется хотя бы раз нормально отдохнуть, провалявшись в постели до полудня.

Но в эту ночь мечтам Аксина об отдыхе не суждено было сбыться. Юноша уже был недалеко от Некрополиса, как почувствовал рядом с собой сильный магический всплеск энергии. Пространство засветилось, замерцало, серебристый свет собрался в большой овал, и из него вылетел Ваалор со своим огромным клинком наизготовку. Следом за демоном из магического портала выскочила ламия.

— Э-э-э-э… стесняюсь спросить, а что произошло? — Ошарашенный Аксин уставился на нежданных визитёров.

— Как что?! Ты использовал заклинание на собственной крови! — Демон ожесточённо вертел головой, выискивая возможных врагов. — Обычно такие заклинания произносятся в крайнем случае, когда ничего другого не остаётся, все возможные способы исчерпаны!

— Ну и что, что я использовал такое заклинание? — Юноша с недоумением смотрел на взволнованного демона. — Просто нужно было инициировать одного вампира, а это был самый быстрый способ.

— Инициировать истинного вампира?! — Белла беспардонно оттолкнула брата, и бросилась осматривать Моора. — Великолепно, но как ты смог найти подходящего кандидата?!

— Да, случайно получилось, его почти досуха выпил один паразит, ожившая плесень. — Пожал плечами Аксин. — А у меня под рукой ничего подходящего не было, чтобы прихлопнуть этого гада, вот я и воспользовался случаем.

— Понятно, заодно и пополнил свою армию таким прекрасным экземпляром. — Белла с интересом осмотрела спокойно стоящего Моора. — А мой прежний хозяин так и не смог создать для себя такого…. Жаль….

— Подождите, подождите. — Перебил ламию юноша. — Ваалор, а как ты узнал, что я использую заклинание крови?

— Так в тебе же сейчас и моя кровь тоже. — Усмехнулся демон. — Она-то мне и подсказала. Я подумал, что тебе угрожает серьёзная опасность, и бросился на выручку. Кучу энергии потратил на этот портал из-за тебя!

— Не ворчи, всякое бывает. — Улыбнулся Аксин. — Спасибо за участие.

— Он просто рассчитывал на хороший бой, а, оказалось, всё зря. — Рассмеялась своим волшебным, манящим смехом Белла. — И тут оказалось, что зря торопился. Ничего интересного сегодня моего братика не ждёт. Вот он и расстроился.

— Ну, не совсем зря. — Пожал плечами юноша. — Завтра я уплываю, неизвестно, когда в следующий раз увидимся. Так что хоть повидаться сможем.

— Куда уплываешь?! — В один голос закричали Ваалор и Белла.

— Не надо так громко радоваться, я и так знаю, что уже вам успел надоесть. — Рассмеялся Аксин. — Плыву обратно, в горах случилось что-то странное, возможно, связанное с беспокойством в мире тьмы.

— Аксин, ты, случайно, ничего не забыл? — С плохо скрытым сарказмом поинтересовался демон. — В прошлый раз тебя там не сильно хорошо принимали. Нам ещё с Беллой пришлось одного полумёртвого некроманта буквально с того света вытаскивать. Думаешь, теперь люди раскаялись, осознав своё плохое поведение, и при виде тебя упадут в ноги, и начнут молить о прощении?

— Я и не собираюсь появляться ни на землях империи, ни в Торзалии. — Попытался успокоить Ваалора юноша. — Дроу проведут меня через горы, никто и не узнает, что я там был. Это абсолютно безопасно. Со мной будет двадцать боевых зомби, мои личи. Малыш, да ещё думаю Моора взять. Они вместе стоят небольшой армии, никто ко мне и приблизиться не сможет.

— Вот и прекрасно, раз ничего опасного в этом путешествии нет, то я пойду с тобой. — Спокойно произнесла ламия. — Прогуляюсь по знакомым местам.

— Я тоже с вами. — Засмеялся Ваалор. — Надо же проследить, чтобы моя бестолковая родня сильно не набедокурила.

Глава 6

— Проклятые имперские псы! — Корган в сердцах пнул ещё дымящуюся головёшку. — Уже третье поселение за десять дней! И ведь опять не оставили никого в живых, даже детишек малых не пощадили, изуверы проклятые….

Отряд торзальских воинов входил в разорённую рыбацкую деревню, располагавшуюся в уютном, живописном заливчике. Раньше, до прихода сюда войны, это было райское место. Голубое, бескрайнее небо, невысокие холмы, покрытые густой изумрудно-зелёной травой, редкие рощицы, разбросанные в лёгком беспорядке на всём обозримом просторе…. Потом шла полоса мягкого золотистого песка, и бирюзовое море, лениво накатывающее на берег невысокие волны с белыми шапками пены. Здесь раньше жили несколько десятков рыбацких семей. Мужчины выходили в море, женщины хлопотали по хозяйству, маленькие дети играли своими немудрёными игрушками. И эта изумительная картина была осквернена отголосками давней вражды двух непримиримых противников, раньше бывших единым народом. Империя и Торзалия. Уже давно забыто, что когда-то, давным-давно, была одна раса людей, живущих на Древней земле, забыта и причина вражды. Осталась лишь вечная война. И жители небольшой деревушки стали очередными жертвами этой войны.

Перед глазами торзальских солдат возникла страшная картина…. Огонь уже уничтожил все дома и затух, оставив после своего буйного танца лишь пепел да обугленные головёшки. Не простое, а магическое пламя пылало здесь, сжигая даже то, что не могло гореть. Жар плавил песок, разрывал на мелкие кусочки камни, превращал в пепел землю…. И среди всего этого жуткого разрушения иногда попадались тела, чудом не тронутые бушевавшей здесь стихией. Корган был опытным воином, и за свои сорок лет не раз участвовал в боях, и повидал в жизни многое. Он бился с племенами варваров на севере, отражал набеги орочьих ватаг с гор. Воин смотрел в глаза смерти на границах проклятых земель, рубя острым мечом заплутавшую химеру или мертвеца, поднятого из своей могилы дыханием зла. Но теперь перед его глазами предстало ужасное зрелище, картины жуткой смерти, которые будут преследовать воина до конца жизни, вновь и вновь приходя ночью, во сне, страшными кошмарами….

— Нет… нет… нет!

Один из солдат, совсем ещё юнец, ошеломлённо бормотал, не в силах отвести взгляда от этого ужаса. И не он один. Некоторых торзальцев тошнило, некоторые еле-еле держались на ногах, изо всех сил борясь с накатывающимися волнами обморока…. Более опытные солдаты лишь крепче сжимали мечи побелевшими пальцами.

— Имперские псы! Ненавижу! — Бормотание юнца переросло в звериный рёв.

Старые и молодые, мужчины и женщины, маленькие дети, младенцы… все жители деревни были убиты. Вот несколько мужчин, сжимая в руках вилы, топоры, и гарпуны, лежат, разрубленные сильными ударами острого стального меча. Видимо, они встали на пути убийц, в тщетной надежде защитить своих родных, или хотя бы дать им крохотный шанс сбежать, дать хотя бы одно дополнительное мгновение жизни. Вот молодая женщина, пытавшаяся убежать, прижимая к груди самое ценное, что у неё было — ребёнка не старше двух лет от роду. Удар копьём пробил её насквозь, убив и девушку, и дитя. Девочка лет десяти, с отрубленной головой, лежащей неподалёку от тела…. Старик, с торчащей из глазницы короткой арбалетной стрелой, упавший в горящее пламя, и наполовину обгоревший. Женщина в годах, с разрубленным надвое боевым топором черепом. Подросток с распоротым животом…. Мальчик умер не сразу, он пытался отползти в сторону, с дороги своих убийц. На его лице застыла гримаса боли, выпавшие внутренности волочились за ним по пыльной дороге. Тела мирных людей, убитых сталью… страшное зрелище, но оно ни в какое сравнение не шло с видом тех, кто погиб от боевой магии. Оторванные конечности, лопнувшие, разорванные, сплющенные, замороженные, сожжённые куски мяса, вывернутые наизнанку и оплетённые сизыми внутренностями тела, лишь отдалённо напоминающие человеческие.

— Разбиваем лагерь на холме. — Корган наконец-то смог взять себя в руки, загнав боль от увиденного на дальние рубежи памяти. — Павших похоронить, через час собрать сотников и жрецов на совет.

Солдаты буквально бегом покинули опустошённую деревню, и принялись обустраивать лагерь. Споро поставили командирский шатёр, в котором Корган проводил совещания, шатры для жрецов, и после этого занялись возведением оборонительных сооружений вокруг места стоянки. Эта практика была обычной в торзальской армии — есть рядом враг, или нет, лагерь всегда должен быть укреплён, даже если войско останавливалось на одну ночь. Застучали топоры, рубя деревья в ближайших рощицах, замелькали лопаты, застучали заступы, и скоро вокруг места стоянки возник ров глубиной в рост человека, довольно внушительная земляная насыпь, ощетинившаяся в разные стороны острыми кольями, частокол, и несколько караульных вышек. Солдаты работали быстро, этот труд был им привычен. К вечеру обычный холм превратился в неплохо укреплённый бастион.

Коргану не было нужды контролировать воинов, они прекрасно знали своё дело. В его небольшом войске было десять сотен, и всего лишь три сотни составляли ополченцы, собранные среди мирного населения в прибрежных городах. Остальные были опытными вояками, много лет отдавшими службе в армии. Раньше они охраняли один из самых крупных морских портов, и верфь, где полным ходом строились новые корабли, взамен тех, что были потоплены этим проклятым штормом. Необходимо было как можно быстрее отстроить флот для защиты морских границ державы. Но вдруг начались нападения этих проклятых имперских псов сначала на купеческие караваны, затем на небольшие города и деревушки, и король Лоракс Лучезарный приказал его тысяче как можно быстрее покончить с этой проблемой. Судя по оставленным следам, отряд или отряды нападавших были немногочисленные, не больше двух сотен воинов. Торзальцы имели пятикратный перевес в численности, и поддержку почти пятидесяти жрецов. Грозная сила, способная одним махом прихлопнуть наглых имперских шавок, но вот где их искать?

— Итак, слушаю вас. Докладывайте. — Хмурый Корган оторвал взгляд от развёрнутой на столе карты, и посмотрел на стоящих перед ним. Десять сотников, жрец, и невысокий, гибкий человек, командир десятка разведчиков.

— Всё, как обычно. — Вперёд выступил один из сотников, седой, но ещё крепкий вояка, с загорелым, обветренным лицом. — При предыдущих нападениях имперцы использовали точно такую же тактику. Налетели неожиданно со всех сторон, перекрыв все пути к отступлению. Действовали слаженно, чётко. Перебили всех, потом сожгли дома. Жгли маги, аккуратно, чтобы огонь не задел останки.

— Понятно, эти псы желали, чтобы мы видели тела своих соплеменников. — Прошипел разъярённый Корган.

— Они хотят поселить в сердцах простых людей страх. — Выступил вперёд жрец. — Хотят, чтобы слухи об этих побоищах катились по нашей стране. Хотят, чтобы люди в ужасе прятались за крепкими стенами наших городов, не смея выйти наружу.

— Благодарю за пояснение, брат, но меня сейчас больше волнуют не их мотивы, а то, как нам быстрее поймать и раздавить эту гадину.

— Судя по следам, имперцы после нападения отошли к морю. — К карте подошёл командир разведчиков. — Там их, скорее всего, забрали шлюпки, перевезли на корабли, и теперь они могут быть где угодно. Удрали к себе домой, или планируют новое зверство.

— Нет, они не ушли далеко от наших земель. — Задумчиво протянул Корган. — Эти псы считают себя неуловимыми, успех вскружил им голову, а пролитая кровь затуманила разум. Они будут нападать и нападать. Пока мы их не остановим.

— Но как их поймать? — Раздался голос одного из сотников. — Если они ушли на кораблях, то где они нанесут очередной удар? Океан большой….

— А вот это нам и надо сейчас решить. — Корган решительно сжал кулаки. — Мы не должны допустить, чтобы произошедшее сегодня повторилось. И дело даже не в том, что нам так приказано. Просто я никогда не прощу себе, если по причине нашей нерасторопности погибнут ещё мирные люди.

— Мы будем молить братьев-богов, чтобы они указали нам местоположение нечестивцев. Не беспокойся, утром мы будем знать, где теперь находятся эти имперские псы, и куда направляются. И тогда мы сумеем настигнуть их, и отомстить.

— А почему не сделать это прямо сейчас? — Повернулся Корган к жрецу. — Чем раньше мы всё узнаем, тем больше у нас будет времени.

— Мы пробовали, но боги указывают нам на это место. — Потупился жрец. — Видимо, пеняют, что мы не успели вовремя спасти этих людей. Я с братьями буду всю ночь молиться, чтобы Великие Братья-боги сменили гнев на милость, и указали нам, где найти нечестивцев, дабы мы смогли предать тех заслуженной каре.

— Хорошо, брат. — Кивнул жрецу Корган. — Как только боги укажут, где искать нечестивцев, мы тут же выступим. И пустим кровь этим тварям.

— Я заставлю их молить о смерти. — В ярости прошипел один из сотников. — Жилы из живых рвать буду….

— Не беспокойся, твоя жажда мести скоро будет утолена. И имперские шавки получат всё, что заслуживают.

Ночь накрыла землю тёмным бархатным покрывалом, спрятав во мраке и прекрасные виды окружающей природы, и жуткую картину бойни в рыбацкой деревне. Жрецы разошлись по своим походным шатрам, готовиться к совместной утренней молитве братьям-богам. Караульные старательно всматривались в окружающий мрак, понимая, что враги уже далеко, но всё-таки ища малейшие признаки неприятеля. Остальные солдаты либо забылись беспокойным сном, наполненным кошмарами, либо сидели у костров, кутаясь в плащи, и задумчиво глядя на багровые языки танцующего пламени.

Корган обошёл лагерь, проверил посты, и готовность своих людей выступить в любой момент. Без этой обязательной процедуры не обходился ни один вечер. Все, кому довелось служить с этим опытным воякой, сначала ворчали на командира, считая это пустой прихотью сошедшего с ума солдафона, потом кляли его, когда он нещадно наказывал весь отряд за провинности одного или двух человек, а потом искренне благодарили, когда эти излишние предосторожности спасали их жизни. Вот и сейчас, несмотря на заверения разведчиков, что враг уже давно уплыл за горизонт бескрайнего океана, Корган старался быть готовым к внезапному нападению. Осмотрев ров, насыпь, удвоенные посты, он остался доволен. Солдаты спали, не снимая лат, при оружии, и могли в любой момент вскочить, и броситься в бой, что не раз подтверждали устроенные Корганом учебные ночные тревоги.

— Командир. — Раздался негромкий голос от ближайшего костра. — Подойди ка, тут у меня разговор один есть.

Корган подошёл ближе, чтобы рассмотреть позвавшего его человека. Гелор, командир единственной в его небольшом войске конной сотни. Они начинали служить вместе, потом судьба разбросала их по разным частям, затем снова свела. Гелор за удаль и безудержную храбрость в бою, больше похожую на безрассудство, дослужился до сотника. Дальше его карьера не складывалась, не было в нём таланта стратега, да Гелор и не стремился. Бешеная скачка, хороший бой — вот что он любил.

— Что не спишь, старый хрыч. — Присел Корган к костру. — Завтра с раннего утра выходим, как только жрецы скажут, где этих имперских выползней ждать. Так что ложись отдыхать, нам силы ещё понадобятся.

— Я такой же старый хрыч, как и ты. — Усмехнулся Гелор. — Мы с тобой в одном году на свет появились. Только я по весне родился, а ты в зимнюю пору.

— Я и не отрицаю. — Рассмеялся Корган. — Кто из наших одногодков, с кем вместе служили, до сорока дожил? Так что я и старый уже, вон, как осенью раны на непогоду ломит, и хрыч, если не сказать чего похуже. Спроси у любого новобранца, он тебе столько лестных эпитетов про меня наговорит….

— Эти желторотики ещё не понимают, что лучше проливать свой пот, чем собственную кровь. — Рассмеялся Гелор. — Мозоли на руках заживут, а от меча в брюхо лекарство ещё не придумали. Ничего, дойдёт со временем.

— Эко тебя на разговоры потянуло на ночь глядя. — Корган внимательно посмотрел в глаза старого воина. — Так что тебя беспокоит? Зачем позвал?

— Что-то кони нынче волнуются. — С беспокойством произнёс Гелор. — Как солнце село, так они и зафыркали. Словно чуют что.

— Может, волки да шакалы на побоище пришли, кровь учуяв?

— Вряд ли. Наши кони боевые, они на эту мелочь блохастую и внимания не обратят. А тут беспокоятся, шумят, дёргаются, словно норовят броситься на кого-то. Не к добру это, командир, ой, не к добру.

— Да тут в округе нет никого, кроме нас. — Горестно усмехнулся Корган. — Да людей похороненных, что сегодня в этой деревне пали. Не поднимутся же они из могил, благо, не на Проклятых землях сейчас находимся. Может, просто устали твои кони? Или горе людское чувствуют, и тоже волнуются, переживают….

— Может, и переживают, а может, что другое. — Задумчиво протянул Гелор. — Конь же не хуже собаки запахи чует. И беду предчувствует.

— Ладно, усилю ещё караулы. — Согласился с сотником Корган. — Лишним не будет. Людей хватает, дежурят всего по часу, затем сменяются, так что успеют отдохнуть. А ты иди спать, нельзя воину совсем без отдыха. Рука не такая твёрдая будет, глаза слипаться начнут от усталости, а если в бой завтра?

Отдав необходимые распоряжения, Корган пошёл к своему шатру. По пути старому вояке казалось, что на нём держится, словно приклеенный, чей то холодный, оценивающий взгляд. Но, внимательно осмотревшись, он не увидел ничего необычного или подозрительного. Часовые находились на своих постах, остальные вповалку спали вокруг костров.

— Совсем дурным я стал на старости лет. — Проворчал себе под нос Корган. — Наслушался невесть чего, да накрутил сам себя. Скоро под каждым кустом имперца искать буду, да от каждой тени шарахаться.

Добравшись до своего шатра, Корган тяжело рухнул на набитый соломой матрас. Несмотря тяготы прошедшего дня и зверскую усталость сон упорно не желал приходить. Тяжёлые мысли бередили душу, воспоминания о разрушенной деревне и телах мирных жителей вновь и вновь вставали перед глазами. Корган лежал на спине с открытыми глазами, рассматривая тени на ткани шатра, и вдруг услышал тихое жужжание, и почувствовал лёгкий укол в шею. «Проклятая мошкара, нигде от неё покоя нет» — подумал Корган, и вдруг в его глазах помутнело, сильные, тренированные мышцы обмякли, и разум отключился, словно он провалился в крепкий сон без сновидений. Но командиру торзальцев больше не суждено было проснуться, это не усталость взяла своё, и подарила ему отдых. Это была смерть.

Острый, как бритва, нож с чёрным воронёным лезвием плавно и беззвучно вспорол ткань шатра, и внутрь скользнула тёмная тень. Пепельно-чёрная ткань одежд словно впитывала в себя весь свет, не отражая ничего обратно, лицо и кисти покрыто серо чёрными полосами, обувь на мягкой подошве позволяла передвигаться абсолютно бесшумно. Это был Ветер, один из трёх убийц отряда Гарвина.

Подойдя к убитому, Ветер осторожно, почти нежно прикрыл ему глаза, и перевернул тело на бок, положив безвольную руку под голову. Затем убийца зафиксировал труп в таком положении незаметными на первый взгляд тонкими серыми верёвками, и прикрыл его плащом. Отойдя чуть в сторону, он посмотрел на дело своих рук. Казалось, что Корган просто крепко спит, устав от забот и переживаний тяжёлого дня. Оставшись довольным, Ветер крепко сжал в кулаке небольшой медный амулет, который тут же ощутимо нагрелся на одно мгновение, а потом вернулся в прежнее состояние. Проделав эти действия, убийца бесшумно покинул шатёр, не потревожив часовых у входа.

Гарвин с отрядом находился недалеко от лагеря торзальцев, всего в паре тысяч шагов, прячась в одной из рощиц. Создав ложный след, уйдя к морю, имперские воины сели на поджидавшие их шлюпки, а затем высадились чуть в стороне, и скрытно вернулись обратно. Агенты Флереса доложили об тысяче торзальских воинов, ведущих за ними охоту, и в голове мага тут же родился безрассудный на первый взгляд план — неполными двумя сотнями разбить эту небольшую армию. И теперь Гарвин с азартов всматривался в темноту, где находился лагерь противника.

— Прекрасно, Ветер справился с поставленной задачей. — Довольно прошептал маг, почувствовав вибрацию сигнального амулета. — Командир торзальцев мёртв. Пора переходить к следующей части плана.

— Ты всё-таки хочешь попытаться осуществить свою безрассудную идею? — Уточнил стоящий рядом Флерес. Эльф набросил поверх серебряной маски чёрную тканевую, чтобы приглушить отблеск с поверхности полированного металла, и стал ещё более жутким созданием. Казалось, холодный, лишенный эмоций голос идёт из сгустка мрака, расположенного там, где должно быть лицо у обычного человека.

— Не такая уж она и безрассудная, как кажется на первый взгляд. — Усмехнулся Гарвин. — Главное, все продумать, и верить в свои силы.

— Полторы сотни воинов и два десятка магов против небольшой армии, состоящей из тысячи подготовленных солдат, и полсотни жрецов, к тому же расположившихся в укреплённом лагере. — В безжизненном голосе эльфа проскользнула нотка прежнего сарказма. — Я ничего не пропустил? И это ты называешь хорошей идеей?

— Ты не представляешь, на что способны мои воины. — Парировал Гарвин. — А я воевал с ними бок о бок.

— Представляю, видел их в деле, когда они резали беззащитных людей. Но сейчас против нас тысяча подготовленных солдат регулярной армии Торзалии, а не горстка напуганных рыбаков с вилами да гарпунами. Да и жрецов нельзя списывать со щитов. В принципе, полсотни жрецов уже хватит, чтобы уничтожить весь нас отряд.

— Вот поэтому Ветер дождётся Кота, и они вместе займутся жрецами. — Маг подал знак одному из убийц, и тот словно растворился в темноте. — А мы будем ждать предрассветной поры. Тогда сон самый крепкий, подходящее время для нападения. Пойдём в бой, начнётся неразбериха, все бросятся к командиру, пока разберутся, что он уже не сможет отдать никакого приказа, пока сами организуются….

— Мои люди хороши, но они не в состоянии перебить полсотни жрецов за пару-тройку часов, что осталось до рассвета. — Эльф никак не мог поверить, что Гарвин серьёзно рассчитывает на победу в этом бою.

— Я это понимаю, максимум, на что мы можем рассчитывать, так это на два-три десятка трупов этих разряженных попугаев. — Согласился с Флересом маг. — Когда мы начнём нападение, в живых из них останется всего лишь половина. Вот этих то жрецов и возьмут на себя маги. Если мы сможем быстро их перебить, то численное преимущество торзальцев ничего не будет стоить. Магия куда опаснее стали.

— Слишком много пойдёт по милости Турнии. Маги должны быстро справиться со жрецами, воины выстоять против многократно превосходящих сил противника, при этом противник будет находиться под защитой укреплений, если мы не сумеем быстро ворваться в лагерь. Даже если всё пойдёт по этому плану, и мы победим, то всё равно потеряем почти весь отряд.

— Это допустимые потери. — Отмахнулся от доводов эльфа Гарвин. — Мы легко сможем собрать другой отряд, а вот если торзальцы потеряют сегодня тысячу воинов, то Лоракс просто вынужден будет разделить свои основные силы.

— А если не разделит?

— Имеешь в виду, что будет, если великий король Лоракс Лучезарный продолжит сидеть со своими войсками на севере, карауля мятежную Теросену?

— Да.

— Тогда юг страны окажется полностью беззащитным, и новый отряд, или несколько отрядов, зальёт эту землю кровью торзальцев. — Рассмеялся маг. — Мы сожжём поля с зерном, уничтожим все рыбацкие деревушки, разгоним весь скот…. И тогда зимой Лоракс останется без провианта. Ему просто нечем будет кормить свою армию. Морозы и голод уничтожат торзальцев так же верно, как магия и острая сталь. Если мы сегодня победим, Империя может начинать готовиться к празднованию окончательной победы в этой затяжной войне. Думаю, это стоит гибели полторы сотен человек.

— А если мы проиграем сегодня? — Задумчиво протянул Флерес. — Тогда император может подумать, что вся затея с этой партизанской войной бесперспективная, и не станет посылать другие группы.

— А вот проигрыша нельзя допустить. — Лицо Гарвина стало жестким, губы упрямо сжались в тонкую струнку. — Если понадобится, и я, и все остальные маги готовы сжечь себя и всё вокруг, лишь бы при этом погибли все торзальцы. Такой вариант тоже можно будет рассматривать, как победу империи.

— Надеюсь, до этого не дойдёт. — Холодно бросил эльф. — В мои сегодняшние планы не входит героическое самосожжение.

— Не беспокойся, я приложу все возможные усилия, чтобы такого ужасного несчастья с тобой не случилось. — Рассмеялся Гарвин. — Но что бы с нами не произошло, тебя это не коснётся, Флерес. Не думаю, что тебя стоит брать с собой в этот бой. Ты не воин, а разведчик, или диверсант. Нет смысла бросать тебя в бой.

— Я прекрасно вижу как в темноте, так и в предрассветных сумерках. — Сухо парировал Флерес. — Так что от моего лука в этой схватке будет куда больше пользы, чем от десятка твоих закованных в броню воинов.

— Всё равно, это слишком большой риск. — После минутного раздумья произнёс Гарвин. — Твоя агентурная сеть в Торзалии слишком важна для империи, а ты создавал её десятилетиями, и никто, кроме тебя, не знает всех задействованных в ней шпионов. Кстати, иногда это сильно усложняет работу разведки….

— Я буду стоять в стороне, там где меня никто не заметит, и аккуратно отстреливать торзальцев, так что никакого риска. — Холодно рассмеялся Флерес. — Поэтому сильно не волнуйся, моя драгоценная голова не пострадает, и все нужные для Империи знания останутся в ней в целости и сохранности. А насчёт работы разведслужбы Империи позволь мне самому судить, я всё-таки очень много лет являюсь главой этого подразделения, и ещё ни разу не подвёл Императора, да правит он вечно.

— Конечно, Флерес, извини, я сказал, не подумав. — Как можно искренне улыбнулся Гарвин. — Просто я весь на взводе из-за предстоящего боя, уж очень многое стоит сегодня ночью на карте. Вот и волнуюсь….

— Кстати о бое, не пора ли нам выступать? — Эльф поудобнее пристроил за спиной колчан, полный стрел, проверил, легко ли выскальзывает сабля из ножен, и достал из кожаного мешочка тетиву, готовясь натянуть её на лук. — Скоро начнёт светать, если мы надумали напасть сегодня, то самое время.

— Да, пора. Осталось только отдать последние распоряжения. — Гарвин подозвал к себе Тень, оставшегося убийцу, и двух магов, Фороса и Маргоса. Прошептав им несколько слов, он подошёл к ожидавшему его эльфу.

— Последняя часть вашего таинственного плана, Владыка Гарвин? — С лёгкой усмешкой уточнил эльф.

— От вас ничего не скроешь, Лер Флерес. — Шуточно поклонился маг. — Не последняя, но одна из основных частей. Самая серьёзная часть, главная во всём плане. Эта троица ударит в спину оставшимся жрецам, когда они будут заняты боем.

— Всего три человека? Не слишком ли это мало?

— Поверь, этого вполне хватит, чтобы устроить нашим доблестным противникам один очень неприятный сюрприз. И не три, а пять, Ветер и Кот позже присоединятся к ним.

— Гарвин, понимаю, что это против твоей скрытной натуры, но, может, ты перестанешь темнить, и коротко и внятно озвучишь свой гениальный план?

— Если только очень коротко. — Кивнул маг. — Видишь, воины тащат жерди и тюки? Это наше будущее войско. Пользуясь темнотой, поставим несколько сотен пугал недалеко от лагеря торзальцев. Как начнёт светать, часовые их заметят, увидят много фигур, одетых в плащи имперского легиона. Решат, что это отряд, собравшийся их атаковать, начнётся шум да гам. Бросятся к командиру, обнаружат, что он мёртв. Возникнет неразбериха, потом жрецы атакуют ложные цели, а воины бросятся в атаку. В это время часть магов атакует жрецов. Жрецы вынуждены будут сначала защищаться, потом атаковать в ответ, но не смогут действовать быстро и слаженно. И тогда им в спину ударят мои два мага, и твои убийцы. Воинов в лагере будет мало, все бросятся уничтожать нас, так что жрецов никто не будет прикрывать. Был бы жив командир торзальцев, он бы не допустил такого, но он уже мёртв.

— Почему жрецы не смогут нормально действовать? — Уточнил эльф.

— Сладкий сон бездны. — Самодовольно усмехнулся Гарвин. — В костры перед их шатрами уже попал этот наркотик, спасибо твоим убийцам, и теперь они уже час вдыхают отравленный дым. Когда начнётся бой, эти разряженные в разноцветные тряпки попугаи даже соображать то толком не смогут.

— Да, дороговато обходится этот бой. — Холодно рассмеялся эльф. — Сон бездны — не самое дешёвое удовольствие.

— Зато почти не имеет запаха, и это очень стойкий наркотик, долго дымит, не сгорая. Обычные яды и наркотики тут не подходили слишком слабые или слишком заметные. Сразу бы поднялась тревога, а нам это ни к чему.

— Понятно, а когда со жрецами будет покончено, вторая часть магов, которая не будет участвовать в первом столкновении, нанесёт удар по воинам, после смерти жрецов оставшимся без защиты от магических атак. — Подытожил Флерес. — Блестящий план, правда, ты жертвуешь половиной боевых магов, и почти всеми воинами. Да и без жрецов с торзальцами будет не так просто сладить. Уверен, у воинов есть защитные амулеты, которые смогут отвести в сторону часть заклинаний. А десяток боевых магов не смогут сразу перебить такую массу людей. Потеряют много сил, а потом от них будет мало толку.

— Что верно, то верно. — Пожал плечами Гарвин. — Десяток магов, что нанесут удар по жрецам, обречены, ответная атака их уничтожит. Оставшимся в живых магам придётся туго. А вот насчёт воинов ты преувеличиваешь, потери будут велики, но они продержатся достаточно, чтобы мы разобрались со жрецами, а потом переключились на солдат. Бой будет серьёзным, но мы победим, я верю в это.

— Полторы сотни против тысячи, при этом у противника будет сотня конных?

— Уже некогда всё объяснять, мой друг, пойдём. — Гарвин потянул Флереса в сторону от основных сил отряда. — Настала пора действовать, скоро сам всё увидишь.

— Куда пойдём?

— Ко второму десятку магов, разумеется, вот в тот небольшой лесочек. К тем, кто должен остаться в живых.

Пугала из тонких веток, обряженные в плащи имперского легиона, уже были выстроены, и теперь стояли стройными рядами в тени ближайшего к лагерю холма. Солдаты проделали всю работу быстро и слаженно, почти в полной тишине. Сказывался полуторагодовой опыт боёв в лесной чаще, где каждый звук мог выдать воина. Хорошо подогнанные доспехи не скрипели и не звенели, легионеры, словно призраки, установили пугал, и исчезли.

— Скоро начнёт светать, и тогда торзальцы заметят наше готовое к нападению «войско». — Прошептал Гарвин на ухо эльфу. — И тогда будем надеяться, что они не преподнесут нам никаких неожиданных сюрпризов.

— А если капризная Турния сегодня не на нашей стороне?

— Тогда просто отходим к шлюпкам, не вступая в бой. Ничего не потеряем, кроме хорошей возможности одним махом осуществить план разделения войск Лоракса. Смотри, похоже, уже началось. Да помогут нам боги.

В лагере торзальцев поднялся шум, видимо, часовые заметили в предрассветных сумерках выстроившиеся в атакующий строй фигуры, обряженные в плащи имперских легионеров. Запел горн, призывая всех солдат к оружию. Тут же из стройных рядов имперского «войска» в сторону торзальского лагеря полетели несколько огненных шаров. Пролетев над заграждениями, они упали на палатки, которые тут же вспыхнули неестественно ярким пламенем.

— Твоя работа? — Шепотом спросил Флерес у мага.

— Да, обычные накопители, подпитанные огненной магией. Повесили на шею пугалам, и заранее направили на лагерь, оставалось только высвободить заклинания. — Кивнул Гарвин, не отрывая напряжённого взгляда от торзальцев. — Было бы странно, если бы наши солдаты просто стояли, и ничего не делали.

Ответный удар не заставил себя ждать. Засвистели торзальские стрелы, серебристая сеть поплыла к лже-воинам, пытаясь опутать их своими парализующими нитями, но жрецы не смогли её контролировать, и сеть растаяла на полпути.

— Прекрасно, сладкий сон бездны полностью оправдал возложенные на него ожидания. — Гарвин возбуждённо потёр руки. — Пришла пора следующего этапа.

Десяток боевых магов выступили вперед, выстроившись перед рядами чучел. Мгновение — и в сторону лагеря полетели различные заклинания, достаточно слабые по силе, но наносящие удар сразу по большой площади. Снопы огненных искр, прожигающих плоть до костей, сотни острых, как бритва, ледяных кусочков, разряды молний, мощные порывы ветра, опрокидывающие людей…. Стали падать первые убитые и раненые, раздались крики боли. Пытаясь развить успех, маги нанесли следующий удар. Но на этот раз жрецы смогли поставить между атакующими и лагерем защитный щит, погасивший всю магию. Один жест, в едином порыве поднятые руки, одно единственное заклинание…. Маги создали одно общее магическое плетение, вложив в него почти все имеющиеся у них силы. Небольшой, не крупнее головы ребёнка огненный шар, полыхающий так, что на него больно было смотреть, сверкающим болидом понёсся в направлении лагеря торзальцев. Сладкий сон бездны притупил реакцию жрецов, они просто не успели отреагировать…. Огненная комета перелетела через укрепления, и взорвалась внутри лагеря, неся смерть и разрушения.

— Давайте, давайте, ещё немного…. — Гарвин не мог усидеть на месте. — Дожмите их, немного осталось….

Шок от Огненного шара, принёсшего жуткие разрушения в стане торзальцев, видимо, заставил жрецов скинуть наркотическое оцепенение. Ответный удар был страшен…. Жрецы не стали плести магические сети, или пытаться парализовать нападавших, в этот раз они били наверняка. Широкий луч света, переливаясь всеми цветами радуги, ударил из лагеря. Маги пытались установить заслоны, но куда там…. Луч снёс их, словно это были не магические шиты, а ширмочки из бумаги, и ударил по скоплению врага. Одна яркая вспышка, и всё было кончено. Маги погибли на месте, чучела вспыхнули, и опали на землю невесомым пеплом.

— Вот это мощь у жрецов. — Восторгу Гарвина не было предела. — Нашим бы магам такую силу заклинаний, давно бы уже стёрли всех торзальцев в порошок. Пока всё идёт по плану, следующий ход наш.

С полсотни воинов, прятавшихся в отдалении от расставленных чучел, вскочили, и врассыпную побежали в сторону моря, постоянно петляя, чтобы по ним сложно было попасть стрелой или магией.

— Вот, смотрите, оставшиеся в живых в панике убегают, вы победили. — Шептал Гарвин, не сводя горящего взгляда с лагеря. — Жрецы не в состоянии их парализовать, с ними что-то произошло, так что враг может уйти, если их не догнать…. И убийцы уйдут безнаказанно…. Вы знаете, что на ваших землях был всего один отряд, и этот отряд разгромлен. Не бойтесь, бросайтесь в погоню, вы ведь уже победили….

Торзальцы словно услышали напутствие мага. Сначала из лагеря вырвалась конная сотня, и пустилась вдогонку за убегающими людьми. Следом высыпались остальные, и, яростно крича, и потрясая оружием, бросились в погоню.

— Молодцы, ну какие молодцы. — Улыбка мага больше походила на оскал хищника. — Похоже, тут все воины, не утерпели, решили поквитаться за убитых. Зверь сунул голову в петлю, осталось лишь затянуть потуже удавку.

— Мне кажется, что верёвка в нашей ловушке слишком хлипкая для такого зверюги. — Спокойно произнёс эльф. — Жрецы ведь ещё живы.

В это время в лагере раздались странные хлопки, что-то вспыхнуло, и раздались крики боли.

— Всё, жрецов уже нет. — Враз став серьёзным, Гарвин крепко сжал в руке засветившийся сигнальный амулет. — Они были опьянены сладким сном бездны, и не обращали внимания на то, что находится у них за спиной. Чувствовали себя в полной безопасности, находясь в своём лагере, и только что победив врага. Какая оплошность…. А нам сейчас осталось самое простое, и при этом самое сложное…. Перебить тысячу торзальских воинов, и остаться при этом в живых.

Бегущие имперские воины вдруг резко остановились, и, повернувшись лицом к врагу, за пару мгновений выстроились плотным клином, готовые атаковать. В это же время из ближайшей рощи вышла ещё сотня легионеров, закованные в глухие доспехи гномьей работы. Покрытые с ног до головы крепкой, практически непробиваемой бронёй, воины чётким шагом двинулись к остановившимся в замешательстве торзальским солдатам.

Глава 7

Старый дуб, ровесник давно ушедшей в прошлое эпохи правления первых некромантов, затаился у еле заметной тропинки в ожидании, когда пройдёт рядом подходящая жертва. Уже несколько столетий это дерево, превратившееся в хищника благодаря коснувшемуся его дыханию тьмы, охотилось в ночи на небольших теплокровных химер. Если монстр был слишком велик, или силён, дуб замирал, маскируясь под обычное дерево. Но если химера была по зубам хищному дереву, то она была обречена. Острые шипы, спрятавшиеся под зелёными листьями, были напитаны смертоносным ядом. Одно резкое, хлёсткое движение веткой, и теплокровная жертва падала бездыханной у подножия дуба. Тут же земля словно вскипала, корни дерева вырывались наружу, оплетали тело, и утягивали его под землю, где плоть и кровь служили пищей для хищного дуба. Он был почти разумен, мог чувствовать, помнить, и был вполне доволен такой жизнью. Дуб научился ощущать за много сотен метров подходящую жертву, и заранее готовился к нападению. Его листья начинали вырабатывать тонкий, едва ощутимый аромат, манящий и притягивающий. Мощные ветви вытягивались над тропинкой, готовясь нанести смертельный удар. Корни осторожно выкапывались из земли, чтобы успеть опутать жертву, не дать отбежать ей в сторону перед смертью. И сейчас дуб почувствовал, что к нему приближается кто-то небольшой, с тёплой кровью, бегущей по венам….

Дерево тут же приготовилось схватить неосторожную добычу. Дуб мог воспринимать цвета и слышать звуки, используя вместо глаз и ушей листья, и ощущать вибрацию почвы стволом и корнями. Но эти чувства были достаточно слабы, он сначала ощущал присутствие тёплого, наполненного жизнью тела, и лишь потом видел и слышал свою жертву. И сейчас он уже вытянул над тропинкой хищные ветви, как вдруг его деревянное тело пронзила волна беспокойства, переходящего в ужас. Дуб почувствовал вибрацию земли…. Прямо к нему шёл отряд, шёл ровно, в ногу, чеканя шаг. И этот отряд не состоял из живых существ, от них веяло лишь тленом и могильным холодом. Приближались зомби…. А позади мертвецов находились несколько жутких созданий, буквально кипящих изнутри силой и энергией разрушения. Желанная жертва находилась посередине этой странной процессии, и, судя по всему, её ничуть не волновало это жуткое окружение…. Много столетий мимо дуба не проходили подобные отряды, но дерево никогда ничего не забывало, и теперь воспоминания яркой вспышкой пронзили его от веток до самых кончиков корней. Такие группы мертвецов и химер, идущих вместе, мог вести только некромант…. Владыка этих земель, самое опасное существо мира тьмы. Дуб резко убрал ветви, и затаился, мечтая, что его не заметят, и просто пройдут мимо…. Пустые надежды. Сразу несколько боевых заклинаний обрушились на него, разорвав, смяв, отбросив далеко в сторону, и превратив в пепел хищное дерево. Долгая жизнь хищного дуба прервалась….

Аксин не обратил ни малейшего внимания на действия своих личей, убравших возможную опасность на пути господина. Юноша с головой погрузился в спор с демоном и ламией, не замечая ничего, что происходит вокруг. Непростительная беспечность на ночных Древних землях, но, окружённый двадцатью боевыми зомби и четырьмя недремлющими личами-некромантами, в компании Моора, Малыша, и Ваалора с Беллой, Аксин мог себе это позволить. Те нерасторопные мертвяки или химеры, что не успевали убраться с дороги отряда, попросту уничтожались мёртвыми воителями юноши. Поэтому он мог забыть про окружающие его опасности, и полностью сосредоточиться на споре….

— А я ещё раз говорю — нет, нет, тысячу раз нет!

— Глупый мальчишка! — Демон в порыве охвативших его эмоций попытался потрясти кулаком, но мгновенно притих, как только увидел резко повернувшихся к нему личей и зомби, почувствовавших кипящую внутри Ваалора агрессию.

— На этот раз я полностью согласна со своим горячим воинственным братцем. — Промурлыкала ламия. — Нельзя так просто взять, и отказаться от серьёзного преимущества. Подумай ещё раз, и всё-таки, прими предложение Ашалоса. Пусть вся армия дроу сопровождает тебя в этом походе, так будет куда безопаснее.

— Ну, и зачем мне такая орава воинов? — Всплеснул руками раздражённый юноша. — Может, ещё всех своих зомби взять, да личей заставить поднять несколько тысчонок мертвецов. Представляю себе эту толпу, пытающуюся скрытно проследовать через горы…. Я же возвращаюсь не воевать, а просто выяснить, что происходит.

— Да, прошлый раз ты просто возвращался домой, напомнить, чем это закончилось? — Ехидно уточнил демон. — Там тебе тоже абсолютно ничего не угрожало, ты шёл посреди друзей, с чувством выполненного долга, гордясь своими успехами.

— Это абсолютно непохожий случай. — Огрызнулся Аксин. — Сейчас я не буду появляться на землях Торзалии или Империи. Просто аккуратно пройду по горам, и всё. Никаких столкновений тут не планируется. Так ведь, Малыш?

Пёс громко гавкнул, соглашаясь с хозяином.

— Просто аккуратно пройдёшь по территории гномов, немного повоюешь с орками…. не спорь, обязательно повоюешь, я тебя знаю, влипнешь в очередную историю, как обычно…. Тебя начнут искать все расы и народы, придётся скрываться, заметая следы. Затем неизвестно, как придётся возвращаться обратно, каким путём. С боями через гномьи заслоны в горах, или сквозь земли так мечтающих с тобой встретиться имперцев с их боевыми магами, или торзальцев со жрецами братьев-богов. — Спокойно, даже как то лениво начала отчитывать юношу Белла. — Или ты думаешь, что гномы слепы, и не заметят следов продвижения отряда из двух десятков? Начнут интересоваться, кто же это идёт через горы? А, как только выяснится, что к ним в гости пожаловал некромант, вот тут на тебя и начнётся серьёзная охота. И вот в этот момент лучше бы было, чтобы рядом с тобой находилось побольше воинов.

— Белла, я вовсе не собираюсь развязывать очередную войну между народами и континентами. — Устало вздохнул Аксин. — Маленький отряд сложнее обнаружить, и куда труднее поймать, особенно, если нас будут вести в горах Ашалос с двумя разведчиками-дроу. А если пойдёт армия? Состоящая из многих сотен зомби и несколько тысяч тёмных эльфов, то такая масса народу обязательно будет обнаружена. И что тогда произойдёт? Гномы впадут в панику, заорут на все горы, что некромант собрал огромную армаду, и пришёл уничтожить всё живое. Имперцы, торзальцы и эльфы забудут о разногласиях, и объединятся против этой напасти, как это уже было однажды, вспомни проклятые земли Торзалии. В результате против меня начнётся война народов, и я точно не смогу вывернуться. А так, с малым отрядом, даже если меня заметят, что будет?

— Что? — В один голос спросили Ваалор и Белла.

— На меня тогда тоже начнётся охота, но ловить уже будут поодиночке, не прерывая своих обычных дрязг и конфликтов. — Пояснил свою мысль Аксин. — Имперцы продолжат воевать с торзальцами, гномы в первую очередь начнут думать о возможной прибыли от поимки некроманта, и, соответственно, не захотят этой прибылью делиться ни с кем. Они будут только мешать друг другу. Тогда у меня и небольшого отряда будет куда больше шансов проскочить.

— А ведь наш младшенький братишка прав. — Вынуждена была согласиться с доводами юноши Белла. — Стыдно, но мы забыли, что имеем дело с простыми и недалёкими людьми, а не с нашими соплеменниками.

— И то верно. — Задумчиво кивнул демон. — Если бы в нашем мире обнаружили врага, представляющего серьёзную угрозу, все бы забыли про былые разногласия. Все бросились бы в бой, и не успокоились, пока этот враг не был бы уничтожен, а здесь….. Люди, эльфы, и гномы не объединятся, пока звёзды не погаснут, небо и солнце не рухнет, и земля не начнёт гореть у них под ногами.

— Поэтому мы и пойдёт малым по численности отрядом. — Успокаиваясь после жаркого спора, уже более спокойным тоном продолжил юноша. — Малым по численности, но не по силам. В принципе, одних моих зомби и личей с лихвой бы хватило, чтобы в случае нужды пробить весомую брешь в растянутых сетях для поимки этого жуткого отпрыска Тьмы, проклятого некроманта, то есть меня. Боевой зомби, усиленный с помощью амулетов и другими способами, закованный в доспехи гномьей работы, один стоит полсотни воинов. Четвёрка личей-некромантов легко заменит минимум четыре десятка боевых магов. А со мной ещё пойдёт Малыш, который один стоит небольшого войска, да два несносных родственника.

— Ну, про одного несносного родственничка мне понятно, а кто же второй? — Деланно изумилась ламия.

— Да есть у меня одна сестричка, вечно суёт свой очаровательный носик куда не попадя. — Рассмеялся Аксин. — И ходит в неглиже ночью по древней земле, мертвяков совращает. Вон, мои зомби даже покраснели, взгляд в сторону отводят. Смущаются, бедняжки. Всё-таки мужики, хоть и мёртвые давно.

— Что?! Я нормально одета…. — Белла посмотрела на своё меняющееся платье, которое как раз закончило очередное превращение, став лёгкой накидкой из абсолютно прозрачной ткани. — И, вообще, кому не нравится, тот может не смотреть.

— Нравится, нравится. — Улыбнулся юноша. — Только твоя одёжка здесь немножко не к месту, а потом, в походе, и подавно неудобная будет. Так что рекомендую тебе его сменить на что-то более простое, и надёжное. И, вообще, на чём я остановился?

— На двух несносных родственниках. — Захохотал Ваалор.

— Да, со мной пойдут, кроме моих мертвецов и Малыша, ещё два демона, которым посчастливилось стать моими кровными родственниками. Ещё Моор, который при некоторых обстоятельствах поопаснее всех нас, вместе взятых, будет. Маленький отряд, но легко пробьётся, если вдруг придётся воевать.

— Да ладно, уговорил, не потащим с собой армию. — Рассмеялась своим маняще-чарующим смехом Белла. — Кстати, насчёт Моора…. Надеюсь, ты позаботился о его питании в походе? Он не сможет пить только одну жизненную энергию, или жидкий огонь, как мы с Ваалором. Ему каждый день необходима живая кровь.

— Да, одна из химер позади нас тащит ёмкости с кровью из подвалов ратуши. — Аксин махнул рукой в сторону грузного монстра, на спине которого располагались несколько серебряных бочек, покрытых рунами и знаками. — Часть он выпьет, пока плывём, остальное потом потащат зомби. Этого Моору должно хватить на всё путешествие. Да он ещё и поохотиться сможет, если дойдёт до военных действий.

— Заставишь своих боевых зомби тащить на себе эту пакость? — Нахмурился демон. — Зря ты это задумал, они воины, и должны в любой момент быть наготове. И во время неожиданного нападения у них в руках должно быть оружие, а не бочки с кровью.

— Нет, наши вещи понесут другие мертвяки. Как поплывём, остановимся у ближайшего погоста, и я подниму несколько обычных зомби, их и будем использовать, как носильщиков. Думаю, тел пять-шесть для этих нужд будет вполне достаточно.

— А что раньше этого не сделал?

— Хочу посмотреть, что за корабль приготовил нам Ашалос, и поместятся ли там лишние пассажиры. Если не поместятся, придётся искать кладбище на том берегу. — Хмыкнул Аксин. — А то суда у дроу прекрасные и изящные, но уж больно маленькие. Я всё думаю, как бы нам разместиться, чтобы моё мёртвое воинство не кидалось каждое мгновение на матросов. Зомби ведь ближе, чем на десять шагов, ко мне тёмных эльфов не подпускают, а это в предстоящем плавании может стать серьёзной помехой. Не хочу весь путь постоянно разнимать их стычки. Глупо потерять часть отряда, тёмных эльфов или зомби, причём ещё до высадки на территории противника.

— Да, интересно, как дроу выкрутятся из этой ситуации. — Расхохотался Ваалор. — По моему, управлять их узеньким кораблём, и при этом не подходить к тебе ближе, чем на десять шагов, просто невозможно.

— Ашалос что-нибудь придумает, ему просто некуда деваться. — Улыбнулась Белла. — Не может же он не выполнить пожелания Пророка Великой Тьмы, или как там они нашего младшенького называют….

— Кстати, насчёт питания, а где вы будете брать свой жидкий огонь? — Уточнил у демона Аксин. — Или тоже перейдёте на кровь?

— Пить невесть чью кровь, какого-нибудь немытого орка, или пропахшего потом под своими доспехами гнома, какая гадость. — Скривился Ваалор. — Вот, у меня всё с собой.

И демон достал из-за пазухи маленькую деревянную фляжку.

— Вы сели на жесткую диету? — Аксин внимательно осмотрел ёмкость. — Тут тебе на один глоток, а ты собрался этим всё путешествие кормиться вместе с Беллой. Смотри, протяните ноги с голодухи, придётся добывать для вас немытых жителей, или делить порцию Моора на три части.

— Магия нашего мира. — Самодовольно улыбнулся Ваалор. — Эта фляжечка связана порталом с большой бочкой, полной жидкого огня, что находится в моём замке. Пока эта бочка полна, фляжка тоже не опустеет. Энергии требовалось море, чтобы её зачаровать, зато теперь не надо таскаться по горам с огромными неподъёмными бочками, тазиками, и прочими неудобными вещами, как некоторые.

— Да, нужная вещь. — Вздохнул Аксин. — Моору бы такую, не было бы проблем с этим запасом крови.

— Ну, ты ведь уже решил поднимать мертвяков, чтобы они тащили пропитание для своего кровососа, поэтому вот эта вторая фляжка тебе уже и не к чему. — Демон с широкой усмешкой, демонстрирующей внушительные клыки, достал из-за пазухи ещё одну фляжку. — Поэтому мне придётся сейчас думать, куда деть эту штуку. Может, стоит её тёмным эльфам подарить, Белла, как считаешь?

— Она тоже зачарована? — Подался вперёд юноша.

— Да, осталось только настроить её на какой-то сосуд, содержащий кровь, и всё, она будет полная, пока не иссякнет запас крови в том сосуде.

— Так что же ты раньше молчал?! Я тут голову ломаю, что делать, а он знай себе молчит, да посмеивается, гад!

— А ты не спрашивал, вот я и молчал. — Согнувшись от приступов хохота, еле выговорил демон, вставляя слова между взрывами смеха. — Вот спросил бы сразу: Ваалор, есть у тебя зачарованная фляжка? Я бы ответил — да, есть.

— Да, а я ещё полтора года дома сидела. — Подытожила ламия, глядя, как разъярённый Аксин пытается ударить своим посохом хохочущего демона, а вокруг них прыгает с довольным лаем Малыш, и пытается в шутку куснуть Ваалора за ноги. — Надо было не уходить из этого мира, здесь куда интереснее….

Добравшись до замка дроу, и оставив зомби и личей в дальнем углу двора, подальше от тёмных эльфов, Аксин и Ваалор потратили несколько часов, настраивая фляжку для Моора. Простое на первый взгляд дело породило массу непредвиденных сложностей. Кровь из запасов некроманта была сохранена с помощью некромагии, и мгновенно разрушалась, превращаясь в серый прах, как только попадала наружу сосуда, вне зоны действия специального сохраняющего заклинания. Другое заклинание древних мастеров смерти позволяло доставать и использовать кровь, не уничтожая её. Но эти два заклинания некромагии вступали в конфликт с заклинанием портала демона, никак не складываясь в единую цепь. Промучившись почти всю ночь, и чуть не разнеся половину замка тёмных эльфов, Аксин и Ваалор, наконец, смогли увязать все эти три заклинания воедино, в деревянной фляжке заплескалась горячая свежая кровь, и теперь вампир был надолго обеспечен питанием.

— Да, с мертвяками было бы куда проще. — Устало вздохнул юноша, когда они закончили свою работу. — Поднял бы несколько тел, и всё, проблема решена. Полчаса времени, и никакой головной боли.

— Это было бы не так интересно. — Усмехнулся демон. — Да и тащить огромные бочки с кровью через горы, по узким лазам и пещерам…. Не очень это большое удовольствие.

— Согласен, я так ворчу, для порядка. — Отмахнулся от Ваалора Аксин. — Ещё и Беллу надо будет накрыть пеленой тьмы, да и тебя, на всякий случай. Не любит ваш народ прямого воздействия лучей солнца нашего мира.

— Только давай не так, как в прошлый раз ты прикрывал Беллу. Не очень охота быть связанным с тобой нитями жизни и смерти.

— Ну, сейчас то Белла из меня всю кровь выпить не собирается. По крайней мере, в прямом смысле этого слова.

— Да, наша сестричка та ещё кровопийца. — Хлопнул по плечу юношу демон. От этого дружеского удара могучей руки Аксин с трудом устоял на ногах. — Не клыками, так словами в гроб загонит…. И за какие грехи мне такое наказание уродилось?

— Мальчики, что то мне икается. — В комнату, где юноша и демон проводили свои магические эксперименты, заглянула ламия. — Опять обо мне всякие пакости говорите?

— Да что ты, только хорошее о тебе и вспоминали. — Как можно искренне улыбнулся Аксин.

— Правда?

— Мы всегда тебе говорим только правду, сестрёнка. — Влез в разговор демон. — Только правду, и только с три короба.

— Да ну вас. — Надулась Белла. — Мерзавцы, а не братья.

— Ты пришла сюда, чтобы поведать нам эту всем известную истину? — Уточнил Аксин. — Или просто под дверью подслушивала?

— Корабли для отправки готовы. — Обиженно пробурчала ламия. — Ашалос готов выступать хоть сейчас.

— Осталось ещё кое-что сделать.

Аксин резко развёл руки в стороны, и перед ним заклубилась тьма. Кипящее бесформенное облако непроглядно-чёрного тумана повисело на месте, а потом плавно, лениво поплыло в сторону ламии, остановившись перед её лицом.

— И что это такое? — С опаской косясь на Аксина, уточнила Белла.

— Тьма, Первородная Тьма. — Пояснил юноша. — Твоя защита от солнечного света. Просто опусти голову в чёрный туман, и вдохни поглубже.

— И я буду опять привязана к тебе узами жизни и смерти? И могу погибнуть, если с тобой что-нибудь случится?

— Нет, это обычная, ничем не обязывающая защита Тьмы. А тебе эти узы очень нужны? — Ехидно уточнил Аксин. — Если да, то сделаем, как скажешь. Сейчас, только кое-что в заклинании подправлю….

— Не надо, меня и так всё устраивает. — Ламия торопливо сунула голову в сгусток тьмы, и сделала глубокий вдох. Чёрный туман, словно призрачная змея, скользнул вместе с воздухом в лёгкие демоницы.

— Ну, вот и всё, а ты волновалась. — Усмехнулся юноша. — Теперь эта тьма защитит тебя, так что спокойно можешь даже позагорать на палубе корабля, пока мы плывём. Сейчас должна быть чудная погода, как раз для такого отдыха. А как захочешь избавиться от этой тьмы, просто сосредоточься на этой мысли, и резко выдохни.

Аксин создал ещё одно облако тьмы для Ваалора. Втянув в себя чёрный туман, демон на секунду замер, словно прислушиваясь к себе.

— Интересное ощущение. В этом мире я всегда был под тенью Тьмы, но никогда ещё не впускал Тьму внутрь себя. И, говоришь, мне от неё можно будет легко избавиться?

— Почему только тебе? — Юноша удивлённо посмотрел на ехидно улыбающегося демона. — Белла тоже легко избавится от неё, когда захочет.

— Ты сказал надо сосредоточиться на мысли, и резко выдохнуть. — Уточнил Ваалор. — Тогда у нашей прекрасной сестрёнки возникнут серьёзные проблемы. У неё с трудом получается и сосредотачиваться, и думать. А уж если она попытается делать эти две наисложнейшие вещи одновременно….

Договорить демон не успел, ему пришлось уклоняться от летящего ему в голову тяжелого стула, брошенного ламией.

— Белла, ну что за дурные привычки, ломать чужую мебель. — Попенял взбешённой демонице смеющийся юноша. — Дроу же могут расстроиться, вдруг у них дефицит стульев?

— Ничего, мне простят, тёмные эльфы меня обожают, в отличие от моих двух дурных братцев. — Парировала ламия. — Ну, пойдёмте, или ты будешь ещё своё воинство защищать этой пеленой тьмы? Вряд ли мертвякам солнце пойдёт на пользу.

— В зомби и личей я внёс малую толику тьмы при создании, так что им свет не повредит. А Малышу и Моору это тем более без надобности, они сами — часть Тьмы. А Тьма — часть их.

— Понятно, что ничего не понятно. — Рассмеялась успокоившаяся Белла. — Ну, пойдём грузиться на корабли? Или вы решили сначала отдохнуть от ваших трудов да забот?

— В плавании отдохнём, там всё равно несколько дней делать нечего будет. — Махнул рукой юноша. — Пойдёмте к кораблям.

Спустившись к реке, Аксин увидел странную конструкцию. Дроу частично разобрали один из кораблей, убрав с его палубы мачты с парусами, и получив нечто похожее на огромную лодку, и прикрепили её позади другого корабля. И вся эта конструкция ощетинилась в разные стороны тонкими гибкими пиками. С острыми, как игла, наконечниками, поблёскивающими мягким серебристым светом.

— А, Аксин, приветствую тебя. — Довольный Ашалос подошёл к юноше. — Ну, как тебе твой новый корабль?

— Очень интересная задумка. Я и мои зомби с личами расположатся во второй части, буксируемой, а ты и остальные дроу будете на головном корабле. И тогда мы сможем спокойно плыть, не опасаясь, что моё мёртвое воинство набросится на твоих матросов. Они просто не будут близко подходить друг к другу.

— Совершенно верно, между нами всегда будет больше, чем десять шагов. А ты, если захочешь со мной поговорить, просто перейдёшь на головной корабль, оставив своих мертвяков на втором.

— Прекрасно. А пики?

— Смазаны тем же ядом, что и днища кораблей. Для пассажиров и матросов они абсолютно безопасны, расстояние слишком большое, а он действует на длину ладони. Но эти пики никому не дадут приблизиться, уничтожат всё живое ещё при подходе к кораблям. Это дополнительная предосторожность, чтобы никакой морской монстр не смог потопить эту конструкцию. А то некоторые химеры очень велики, и могут, умирая, разнести оба корабля в щепки, если погибнут слишком близко. Снизу корабли так же надёжно защищены. Видишь, вокруг вьются верёвки? Они тоже покрыты этим ядом, как и днища кораблей. Эти предосторожности ухудшили плавучесть, но сделали плавание по этим водам абсолютно безопасным.

— Ашалос, ты же говорил, что на ваши корабли ни одна химера уже не бросается, к чему такие сложности?

— Мы приучили химер, что серебристый цвет означает смерть, но не в этой реке, и в другой части океана. — Пожал плечами тёмный эльф. — Да и вдруг у этих монстров память короткая, или тех, кого мы приучили, уже сожрали другие, более сильные и не такие образованные монстры? Лучше перестраховаться.

— Да, перестраховались на славу. — Рассмеялась довольная ламия своим звонким, манящим смехом. — Превратили корабли в смесь ядовитых ежей и медуз. Иглы и щупальца. Странно, и смертельно опасно, как раз в духе дроу.

— Я рад, что несравненной Белле понравилась моя задумка. — Улыбнулся довольный дроу. Жестокий убийца, опасный и смертоносный, как острый клинок, пропитанный ядом в руках мастера, тёмный эльф словно сходил с ума, и таял, как воск в жаркий день, стоило Белле улыбнуться и благосклонно взглянуть на него.

— Вот, учитесь, как нужно галантно вести себя с девушкой. — Довольная демоница повернулась к Аксину и Ваалору. — А не издеваться и ржать по поводу и без повода.

— Не дождёшься, на меня твоя любовная магия не действует. — Аксин внимательно осмотрел корабли, и повернулся к дроу. — Припасы на корабли погружены?

— Да, всё готово. Припасы и вода в трюме, команда на месте. Можем отплывать хоть сейчас. — Кивнул головой Ашалос.

— Вот и прекрасно, думаю, больше ждать нет смысла. — Юноша невесело усмехнулся. — Пора мне влипать в очередную авантюру.

— Посмотрим, что на этот раз припасла для тебя капризная Турния. — Ваалор с нетерпением потёр руки. — Надеюсь, побольше хороших битв и достойных соперников.

— Как уверяет Тьма, Турния здесь абсолютно не при чём. Но ты не расстраивайся, думаю, битвы, враги, и всё прочее в том же духе нас ждёт с избытком.

— Обещаешь? — Демон, рисуясь, со свистом рассёк воздух возникшим в руке огромным мечом.

— На этот раз впереди нас ждёт нечто, что неподвластно богам, и неизвестно ни свету, ни тьме. — Задумчиво протянул юноша. — Думаешь, обойдётся без приключений?

— Аксин, ты умудрился откопать древние свитки, которые полтысячи лет спокойно лежали в забытых богами развалинах, потом прослыть некромантом, влезть в поиски «Звезды Бури», стать Тёмным Властелином, побрататься с демоном, покататься на спине василиска, и чуть не погибнуть в двух шагах от дома. — Начала загибать пальцы ламия. — И это за неполные два года. Я не думаю, я точно знаю, что и в этот раз ты не сможешь обойтись без чего-то подобного.

— Вдруг в этот раз всё пойдёт нормально? — Рассмеялся юноша. — Тихо, мирно, и спокойно. Приплывём, всё выясним, по быстрому уладим проблемы на месте, и на цыпочках прокрадёмся через горы обратно….

— Ага, размечтался. — Демон забросил свой неподъёмный клинок за спину. — Давай, командуй своему мёртвому воинству грузиться. Поплывём на поиски развлечений, а то что-то в последнее время стало скучновато.

Аксин со своим отрядом поднялся на борт, и странный корабль дроу поплыл вниз по реке, оставляя за собой всплывающие тупы химер, не сумевших избежать соприкосновения с развевающимися в воде покрытыми ядом верёвками. Плавание по реке было на редкость спокойным, редкие химеры, атакующие с воздуха, отстреливались лучниками дроу. Маги тёмных эльфов обеспечивали попутный ветер, корабль спокойно плыл к цели, и Ваалор очень быстро заскучал. Сначала демон ходил от борта к борту, потом пытался потренироваться в бое с мечом, но на узкой палубе было слишком мало места, да и Белла начала язвительно комментировать каждое движение брата, быстро доведя того до белого коленья. В итоге Ваалор перебрался на берег, и пошёл поохотиться на химер, присоединившись к команде лишь через несколько дней, когда корабль уже подходил к морю.

— Ну, и как тебе путешествовалось в обществе нашей драгоценной сестрички? — Ехидно улыбаясь, поинтересовался демон.

— Ты знаешь, на удивление спокойно. — Пожал плечами Аксин. — Сначала она пыталась переключиться на меня, но ей быстро наскучило пытаться пробить своими насмешками мою твёрдую толстую шкуру. Затем она помаялась с полдня от безделья, и сбежала на первый корабль, к дроу. Там её встретили так радушно, особенно старался Ашалос, что наша ветреная сестричка твёрдо решила оставаться в гостях у тёмных эльфов до конца путешествия.

— Да, бедные дроу, придётся им терпеть все выходки и капризы «несравненной» Беллы. — Хохотнул Ваалор.

— Не думаю, что Ашалос будет против такого соседства. — Юноша задумчиво посмотрел на лежащие перед ним амулеты и склянки, наполненные таинственным содержимым, и сгрёб всё в сумку одним небрежным движением. — Мне кажется, наш друг влюбился в Беллу без памяти, и тут дело вовсе не в её магических чарах….

Безудержный смех демона прервал Аксина.

— Ты хочешь сказать, что наша сестрёнка всё-таки смогла обзавестись в этом мире обычным, а не приворожённым поклонником? И, похоже, она пока не желает отделаться от него?

— Да, а что в этом смешного? — Удивился юноша.

— Не представляешь, скольких претендентов на своё сердце она отвергла в нашем мире. И каких претендентов. Сильные воины, могущественные маги, даже некоторые из совета Старейшин пытались добиться её благосклонности, и всё безрезультатно. Белла просто немного играла с ними, а потом отбрасывала в сторону, разбивая сердца и растаптывая чувства. И после стольких веков пренебрежения наша сестричка наконец-то начала благосклонно принимать ухаживания, и кого? Тёмного эльфа, жителя другого мира.

— Не знал, что демонам нельзя заводить романы в других мирах.

— Почему же нельзя, можно. Просто в случае с Беллой это несколько странно, да и отец такого явно не одобрит. Ладно, если это просто интрижка, мимолётное увлечение. А если нашей сестричке взбредёт в голову влюбиться по настоящему….. Вот тогда наши родители будут рвать и метать. У них на неё были другие планы.

— То есть, как мотаться в нашем мире по несколько сотен лет, это нормально, а как завести тут обычную интрижку, так это сразу становится целой трагедией для семьи? — Уточнил озадаченный юноша.

— Просто ты немного не в курсе некоторой особенности нашей расы. — Замялся Ваалор. — Интрижек и развлечений может быть много, но любовь может быть только одна в жизни. И если кто-то из моего народа влюбляется, то это навсегда.

— Всё равно не очень понимаю. Ну, предположим, случится невероятное, и Белла полюбит в Ашалоса, что с того? Тёмные и обычные эльфы живут очень долго, почти так же долго, как и демоны. Просто получится одна странная семья, ламия и дроу.

— Не всё так просто, Аксин. Обычный демон может позволить себе почти всё, что угодно, важнейшей их ценностей для нас является свобода, но у нас с Беллой есть некоторые обязательства перед родителями и кланом…..

— Интересно, и почему же вы такие особенные?

— Ну, скажем так, мы должны следовать некоторым правилам, которые многие мои соплеменники могут просто игнорировать.

— Не темни, если уж начал говорить, то продолжай. Надо же мне знать, с кем я породнился. — Рассмеялся Аксин. — Только не говори, что ты и Белла преступники, и отбываете тут ссылку. Хотя с моей везучестью можно ожидать чего угодно, последние пару лет я явно не хожу в любимчиках у Турнии.

— Нет, вот тут ты не угадал. — Ваалор попытался соорудить на лице нечто похожее на загадочную улыбку и таинственное, глубокомысленое выражение. Получилось у демона не очень хорошо.

— Да не может быть! — Полушутя воскликнул юноша. — Неужели она принцесса вашего мира, а ты наследный принц, скрывающийся тут от дворцовой скуки, помпезности, и интриг.

— У нас не такая система власти, как здесь. Всем правит совет и девять самых сильных кланов. В некоторых случаях совет вправе принимать решения, в некоторых главы кланов действуют самостоятельно, члены совета и представители кланов объединяются и выносят общее решение….

— И как вы там у себя не запутались?

— Бывает и такое. — Усмехнулся демон. — Вот, полторы тысячи лет назад возник один спорный вопрос, так после споров и дебатов даже до войны дело дошло….

— Не отходи от темы, неужели ты и Белла не простые демоны, а как-то относитесь к правящей верхушке вашего мира?

— Можно сказать и так. — Замялся Ваалор. — Мы единственные дети главы одного из кланов.

— Вот это да! — Изумился Аксин. — Вообще-то я шутил по этому поводу, а оказалось, что ты у нас действительно наследный принц. Всё, с этой минуты начинаю общаться с тобой и с Беллой только согнувшись в низком поклоне, и только подобострастным тоном.

— Не выйдет, ты забываешь об одном обстоятельстве. — Демон смог отбросить минутную неловкость, и превратился вновь в самого себя — наглого, шумного, и грубого вояку.

— О каком таком неизвестном мне обстоятельстве изволит толковать Ваше Величество, или Высочество, или как там вы изволите называться? — Аксин вскочил на ноги, и согнулся в шутовском поклоне. — Нижайше прошу простить моё невежество.

— Тебе виднее, как самого себя называть. — Парировал Ваалор. — Не забывай, что ты сейчас наш с Беллой брат по крови, и, следовательно, тоже принадлежишь нашему клану, к его правящей верхушке. Младший принц, если следовать твоей терминологии.

— Вот только этого мне не хватало. Некромант, Владыка Тьмы, Тёмный властелин, а теперь ещё Принц Демонов…. Я ничего не забыл?

— Ты забыл титулы, которые тебе присваивает простой народ. Что-нибудь типа Проклятый. Или похожее на….

— Не надо тут повторять всего, что ты услышал в трактирах и харчевнях. — Замахал руками Аксин. — А то у меня здесь маленький невинный пёсик, и несколько культурных зомби, нечего их плохим словам учить.

— Наслушаются, и не такого, как только произойдёт первая стычка с гномьим патрулём. — Усмехнулся демон. — Эти бородачи слывут отменными сквернословами, так что готовься. Оружием тебя не достанут, но вот руганью обложат….

— Опять переводишь разговор на другие темы. — Аксин серьёзно посмотрел на Ваалора. — Получается, ты и Белла — не простые демоны. Из семьи правителей вашего мира.

— И что это меняет?

— Не знаю. До этого я только один раз общался с принцем Максимилианом, поэтому просто не представляю, как общаться с демонской знатью, особенно после того, как полтора года измывался над тобой на правах младшего непутёвого братца. — Рассмеялся Аксин. — Но, если серьёзно, зачем вам рисковать в этом походе? Ладно ты, воин и маг, сможешь о себе позаботиться, а Белла? И что произойдёт, если вдруг мы все погибнем? Про меня и разговора нет, все только порадуются, а вы? Клан лишится наследников.

— Не говори ерунды. Во первых, я не собираюсь умирать. — Начал загибать пальцы демон. — Во вторых, я не собираюсь допустить того, чтобы погибла Белла или ты. А в третьих, есть проблема посерьёзнее, чем наша маловероятная гибель в грядущем. Один из нас должен будет сочетаться союзом с детьми главы одного дружеского клана. И, если нашу сестричку угораздит влюбиться в Ашалоса, то эта ноша ляжет на мои плечи. Если только ты не согласишься….

— Нет уж, нет уж. — Смех юноши потонул в громовом хохоте Ваалора. — Думаю, мою кандидатуру отвергнет любая демоница, так что придётся тебе самому отдуваться.

— Одна крутит роман с каким-то дроу, вместо того, чтобы послушно выйти замуж за того, на кого укажет отец, второй тоже не собирается помочь своему брату по крови. — Скорбным тоном пробурчал демон. — Наказание, а не родственники.

Глава 8

— Какой следующий шаг твоего гениального плана? — С плохо скрываемым сарказмом уточнил Флерес, глядя на пришедших в движение после секундного замешательства торзальцев. — Только не говори, что всё идёт, как и задумано.

— Похоже, нам придётся всё-таки погибнуть здесь, постаравшись забрать при этом с собой к Чонингу всех противников, а особенно этого проклятого конного сотника. — Гарвин с холодной яростью взглянул на приближающихся воинов, и покрепче сжал побелевшими пальцами посох мага. — Как я уже говорил, уничтожение врага ценой нашей гибели для империи обернётся победой в конце концов.

При появлении сотни закованных в броню латников торзальцы на мгновение опешили, не зная, что делать. Имперские псы, разбитые, и бегущие в панике, поджав хвост, вдруг развернулись, оскалив клыки. Неизвестно откуда появились другие имперцы, и спокойно пошли вперёд, готовясь атаковать, словно не замечая своей малочисленности…. Да ещё эти крики умирающих жрецов, донесённые порывом ветра из лагеря. Паника готова была овладеть умами торзальских солдат, не понимавших, что же тут происходит. И тут вперёд на разгорячённом коне вылетел Гелор. Старый вояка не потерял голову, сказывался горячий, бесстрашный нрав сотника, а благодаря опыту многих боёв он быстро и правильно оценил обстановку. Придержав коня, Гелор бросил несколько приказов звучным, спокойным, уверенным голосом.

— Сотники, ко мне. Слушать боевую задачу: первая сотня атакует клин противника впереди, вторая и третья сотни — наступающих имперских псов. Строй не ломать, сблизиться с врагами максимально быстро, и перемешаться, чтобы маги не могли бить заклинаниями без риска задеть своих солдат. Остальные — бегом за мной. Атакуем этих самых магов. Рассыпаться, чтобы они не могли одним ударом сразу положить многих, бежим не по прямой линии, зигзагами. Пробежали пару десятков шагов, упали на землю, откатились в сторону, быстро на ноги, и снова бежать. Задача проста — окружить, подобраться со всех сторон одновременно, и уничтожить. Маг — это всего лишь человек, от острой стали умирает так же, как и все остальные. Лучники — все на магов, стрелять по готовности. Конница — рассыпались, и за мной. Расстояние между конями — не меньше длины копья. Вперёд!

Это отрезвляюще подействовало на привыкших повиноваться железной воле Коргана торзальских воинов. Командир был найден, враг указан, стратегия боя чётко установлена. Оставалось только выполнить приказ…..

— Проклятье, и кто же там у них такой умный. — Гарвин в ярости смотрел на приближающихся торзальских солдат. Всё пошло не по плану, торзальцы не связали себя боем с легионерами, и не дали возможности мага спокойно, на расстоянии, перебить их всех. Он понимал, что это конец. Десять боевых магов не смогут остановить семь сотен бегущих к ним воинов. Из-за того, что те перемещались врассыпную, постоянно отпрыгивая в сторону, падая, перекатываясь, их невозможно было смести несколькими точными, сильными ударами. Маги должны были тщательно целиться, чтобы поразить одного противника, тратили на это много времени, и явно не успевали. А с флангов подходила конница. В сторону магов полетели первые стрелы.

— Сколько времени ты, и твои маги сможете продержаться? — Холодный голос эльфа выдернул Гарвина из пучины тяжелых мыслей.

— Вы беспокоитесь, через сколько минут прервётся ваша драгоценная долгая жизнь, лер Флерес? — Казалось, каждое слово мага было пропитано жгучим ядом скорпиона. — Скоро, очень и очень скоро….

— Ты не ответил на мой вопрос. — Эльф не обратил не малейшего внимания ни на слова, ни на тон Гарвина. — Сколько времени вы можете продержаться?

— Сколько нужно? — Маг мгновенно взял себя в руки, и внимательно посмотрел на неподвижную, тёмную фигуру Флереса.

Эльф начертил концом посоха на земле большой, шагов десять в поперечнике круг, внутри него — другой круг, поменьше.

— Границы малого круга не должны нарушить ни пролетающая стрела, ни враги. А когда я закончу, все, кто останется в живых, и собирается и дальше оставаться живым, не должны выходить за пределы большого круга. Для подготовки заклинания мне потребуется минут десять. Сможете продержаться?

— У тебя будут эти минуты. — Гарвин повернулся к боевым магам. — Троим создать и удерживать «Щит Ветра», он должен защитить нас от стрелков. Остальным — держать оборону. Силы расходовать экономно, тянуть время, сколько можно. Да здравствует Империя, да здравствует Император!

— Да здравствует Император!

Маг достал два флакона из тонкого стекла с «Кровью огня», малый и большой. В малом «Крови огня» хватало, чтобы придать силы на короткий период боя. В большом флаконе — чтобы сделать мага почти всемогущим, дать ему огромную мощь, способную свернуть горы одним заклинанием, и затем выжечь всю его жизнь без остатка. Гарвин выпил «Кровь огня» из малого флакона, и вцепился зубами в горлышко большого, чтобы в случае крайней необходимости просто сокрушить стекло зубами, и успеть выпить последнюю в своей жизни порцию этого зелья, смертельную не только для него, но и для всех врагов, кому не посчастливится оказаться в его поле зрения. Остальные маги последовали его примеру. Наступил момент, к которому их готовили всю жизнь — время убивать и погибать.

Мгновение — и вокруг магов засвистел сильный ветер. Небольшие смерчи закрутили свои воронки, порывы воздуха, волнами раскатились в разные стороны, слепя стрелков, и отбрасывая тяжёлые боевые стрелы, словно невесомые тростиночки. «Щит Ветра», заклинание, требовавшее, как и все защитные, больших затрат магической энергии, но надёжно укрывавшее небольшой отряд магов от стрел, и замедлившее продвижение противника вперёд. Затем в торзальцев полетели заклинания, бьющие по широкой площади, не приносящие большого вреда людям, но на время останавливающие или замедляющее наступление врага. Волна горячего воздуха, заставляющего покрываться пузырями ожогов кожу на лицах и незащищённых руках; сверкающие короны молний; многочисленные лезвия прозрачного, острого по краям, как бритва, льда; кулак холода, шар стылого воздуха, падающий с неба, и сводящий в твёрдый узел мышцы, пробирающий до самых костей; огненные искры, прожигающие плоть. На наступающих торзальцев обрушился весь арсенал боевой магии имперцев. Кони, ослеплённые болью, с диким ржанием вставали на дыбы, сбрасывая седоков, воины были вынуждены искать укрытие, или прикрываться тяжёлыми щитами, надеясь, что добрая сталь и амулеты, освящённые жрецами, смогут отразить удар имперских магов.

— Не отступать, держаться! Хоть зубами за землю цепляйтесь, пёсье племя, но не вздумайте бежать! — Отдавал приказы Гелор, стараясь перекричать вой ветра. — Они долго не продержатся, не смогут, сил магических не хватит у этих тварей! Вперёд, снимем кожу с этих трусливых имперских шавок!

Конь под сотником пал, поражённый летящим острым, как бритва, ледяным клинком, и теперь воин прорывался вперёд, прикрываясь небольшим круглым щитом, и накрывшись тяжёлым плащом, предохранявшим лицо от ожогов, и сильных порывов ветра. Скрепя зубами, обожженный и обмороженный, весь покрытый мелкими порезами, Гелор рвался вперёд…. За ним, медленно, падая, поднимаясь, орошая кровью каждую пядь земли, шли солдаты Торзалии, вспоминая жуткие картины бойни в рыбацкой деревне, шли, чтобы вцепиться в глотку этим имперским сволочам, и утолить их кровью свою жажду мести.

Флерес не видел этого боя. Стоя в центре малого круга, и воздев руки к небу, эльф танцевал странный танец, прыгая и крутясь, то замирая, то начиная кружиться на месте с дикой скоростью, сливаясь в серый вихрь. Как заведённый волчок, эльф крутился и крутился, рисуя в воздухе посохом замысловатые фигуры. Глаза Флереса были закрыты, с губ срывались странные, певучие звуки. Он творил свою ворожбу, не отвлекаясь ни на что, не обращая внимания на бой, кипящий в нескольких шагах от него, полностью сосредоточившись на этом древнем колдовстве. Флерес не имел права на ошибку…. То, он что пытался сотворить, по праву считалось вершиной эльфийского колдовства, шедевром природной магии, самым сложным, и смертельно опасным для того, кто рискнул сотворить эту магию, допусти он хоть малейшую неточность. И, даже если колдун всё делал правильно, он всё равно не оставался в безопасности. Ведь сейчас Флерес взывал к самым капризным, не управляемым, жестоким и мстительным силам природы. К тем силам, о которых не имели ни малейшего представления ни люди, ни гномы…. И, если они окажутся не в духе, то для него этот вызов был бы последним в жизни….. Лишь находясь на краю гибели, эльф решился прибегнуть к этому заклинанию. Ещё один прыжок, посох рисует замысловатую вязь линий, очередная певучая трель….. Всё, заклинание закончено. Перед внутренним взором Флереса предстают прозрачные, невесомые фигуры, постоянно меняющие свою форму и размеры, и эльф, склонившись, просит о помощи….. Несколько мгновений ничего не происходит, затем раздаётся тихий смех, и странные пришельцы растворяются в воздухе, чтобы появиться за пределами большого круга.

Маги вкладывали в свои заклинания последние крупицы силы. Трое, контролирующие «Щит Ветра», были на краю гибели, уже опустошив большие флаконы, и держа заклинание из последних сил, чувствуя, как вместе с магией из их тел выходит последняя искра жизни. Два мага из тех, что отражали нападения торзальцев, уже были мертвы. Один погиб, заколотый прорвавшимся вперёд Гелором, другой использовал большой флакон «Крови огня», и умер, вложив все силы и всю жизненную энергию в одно мощное заклинание, отбросившее на сто шагов назад подошедших противников, перебив всех, кто рвался вперёд в первых рядах. Этот магический взрыв разом уничтожил около сотни торзальцев, в числе которых был и доблестный сотник. Старый воин погиб точно так, как мечтал в юности, когда был глуп и не в меру горяч — в бою, защищая родную землю, сжимая в руках меч, обагрённый кровью врага, да не простого, а одного из этих проклятых боевых магов, являвшихся оплотом мощи империи.

Отброшенные торзальские воины вновь бросились вперёд. Солдаты, находящиеся в первых рядах, и чудом оставшиеся в живых, были свидетелями и удара сотника, поразившего врага, и измучанного, измождённого выражения на лицах оставшихся в живых магов. Торзальцы понимали, что победа не за горами, что вот он, ещё один рывок, и ненавистные имперские свиньи будут уничтожены. Забыв о боли и смерти, они бросились вперёд.

Гарвин видел перекошенные злобой лица вопящих торзальцев, атакующих, словно одержимые всеми демонами бездны. «Щит Ветра» исчез, три мага, поддерживающие его, рухнули на землю мёртвыми, изломанными куклами, вложив в заклинание всю свою жизнь, без остатка. Посмотрев на едва стоящих на ногах оставшихся в живых боевых магов, Гарвин понял, что это последняя атака торзальцев, её уже не сдержать, и не пережить. Он сохранил ещё достаточно сил, Гарвин был могучим чародеем, куда более сильным, чем остальные в отряде, но в одиночку даже глава гильдии боевых магов не смог бы остановить столько противников. Гарвин не мог справиться с торзальцами, но и просто так проиграть в этой битве он тоже не мог….

— Хотите победить меня?! — Схватив выпавший флакон со смертельной дозой «Крови огня», взвыл он. — Такого никогда не будет! Никто из вас не останется в живых, чтобы рассказать своим детям об этой битве! Лишь ваши вдовы будут выть над могилами, и с содроганием вспоминать этот проклятый для вас день!

Маг чувствовал, как от охватившей ярости внутри него кровь словно закипает, готовясь вспыхнуть, и пролиться наружу жарким, всепожирающим пламенем. Отбив горлышко у флакона, он приготовился выпить зелье, чтобы вложить в эту последнюю атаку всю свою магическую силу, всю ненависть к врагу, всю свою сущность, всю ярость, всю кровь, всю, до последней капли. Рука с «Кровью огня» была уже у самых губ, как вдруг резкий удар посоха разбил флакон. Гарвин резко обернулся, готовясь обрушить свою ярость на нападавшего, и увидел чёрную, неподвижно стоящую фигуру. Пламя заиграло у мага между ладонями, и лишь в последний момент он остановил заклинание, поняв, что перед ним стоит эльф.

— Не стоит пить эту гадость, разве что ты решил погибнуть вместе с торзальцами. И после смерти продолжить этот великий и кровавый бой на том свете. — Флерес коротко кивнул в сторону наступающего врага. — Смотри лучше на наших врагов, вряд ли когда-нибудь в жизни ты ещё раз увидишь нечто подобное. Как я уже говорил, в мои планы на сегодня героическое самосожжение не входит.

Нападавшие торзальцы вдруг остановились. Ярость на лицах воинов сменилась удивлением, а потом гримасой сильной, нестерпимой боли. Они попадали, хватая сами себя за горло, или пытаясь расцарапать латы на груди скрюченными, как когти, пальцами. Самое жуткое, что всё это происходило в абсолютной тишине.

— Что это за магия? — Поражённый Гарвин не мог оторвать взгляд страшной картины, разворачивающейся перед его глазами. — Ни один маг или жрец не способен на такое. Больше, чем полтысячи человек одним махом.

— Духи воздуха, мой друг. — С холодной усмешкой произнёс Флерес, чуть выделяя слово «друг». — Всего лишь духи воздуха.

— Что?!

Маг не мог поверить своим ушам.

— Как такое возможно?! Обычный воздух?!

— Духи воздух бывают разными. Некоторые духи воздуха рождают бурю, некоторые — лёгкий бриз. Одни играют снежинками в морозном воздухе, и поют песни в ветвях деревьев, другие — разрушают дома. Есть духи воздуха, что управляют грозой…. Некоторые способны потопить корабль, и легко разрушить дом…. Но вот эти духи считаются самыми опасными среди детей одной из самых непостоянных стихий.

— Что может быть страшнее сильной бури? — Удивился маг. — Той бури, которая уничтожила половину армии варваров, и легко уничтожила бы оставшихся дикарей, если бы ею правильно управлять.

— Смерть — неотъемлемая часть жизни. — Спокойно произнёс Флерес. — Закон природы — жизнь приводит к смерти. Смерть даёт возможность появиться новой жизни, вечный круговорот. И именно эти духи, те, что я сейчас призвал, стоят на границе между жизнью и смертью. Они выжимают последний воздух из тела, и не дают сделать очередной вдох, когда приходит пора. Всё сущее ждёт этот конец, но вот торзальцам сегодня не повезло, я сумел договориться с духами, и ускорить его.

— Вот это сила. — Гарвин внимательно посмотрел на спокойно наблюдающего за жуткой картиной массовой смерти эльфа. — Но я не понимаю, почему тогда эльфы не завоевали весь мир, обладая такими знаниями. Почему гибли в боях с некромантами, бежали, прятались по лесам, вместо того, чтобы использовать это заклинание?

— Эти духи очень капризны, и обычно они не откликаются, или уничтожают того, кто их вызвал, чтобы другим не повадно было. Они не любят, когда их беспокоят. За всю историю эльфы пытались вызывать этих духов около двухсот раз, и лишь три раза удавалось с ними договориться. В остальных случаях колдун погибал. И это по самым скромным подсчётам, реальных попыток было куда больше, но просто никто не выжил, чтобы о них рассказать.

— То есть, если бы тебя постигла неудача…..

— То сейчас ты бы выпил свою «Кровь огня», и героически погиб, уничтожив тех из торзальцев, до кого смог бы дотянуться. Затем твоему примеру последовали бы остальные маги. — Спокойно произнёс эльф. — А так был хоть маленький, но шанс.

— Понятно. — Гарвин посмотрел в сторону бьющихся торзальских и имперских воинов, которых духи не стали трогать. — А теперь нам уже можно выйти за пределы круга? Хочу помочь своим воинам.

— Можно, духи сделали своё дело, и ушли. Только вот хватит ли у тебя и твоих магов сил для этой помощи? Ты-то ещё что-то можешь, а остальные? Посмотри, они еле стоят на ногах, сомневаюсь, что от них будет много проку.

— На пару-тройку огненных шаров меня и одного хватит. — Хищно усмехнулся Гарвин. — А, может, и на что-то большее….

— Ну, хорошо, пойдём. — Эльф поудобнее расположил колчан за спиной, и взял в руки лук. — Ударим со спины, пока торзальцы заняты твоими легионерами. Мои стрелы и твоя магия смогут здорово помочь легионерам.

— Мы тоже пойдём, и поможем нашим братьям…. — Выступил вперёд, заметно пошатываясь, один из магов.

— Вас-то куда потянуло, отдыхайте, это приказ. — Прервал на корню возможные возражения Гарвин. — Сегодня вы и так здорово поработали, так что отдыхайте. Война ещё не выиграна, и мне нужны в дальнейших битвах живые и опытные воины, а не мёртвые герои. Причём погибшие из-за собственной самонадеянности. Мы с Флересом сами справимся.

— Да и подмога недалеко. — Спокойно произнёс эльф.

— Какая подмога?

— Тень, Ветер, Кот, Форос, Маргос. — Перечислил Флерес. — Или ты отправлял в лагерь торзальцев кого-то ещё? Вот они. Везунчики, вовремя появились. Чуть-чуть раньше, и точно бы присоединились к торзальцам, духи воздуха вытянули бы из их лёгких последний вздох.

Пять тёмных фигуры бесшумно подошли к Гарвину.

— Поставленная задача выполнена, жрецы уничтожены.

— Прекрасно, слушайте следующую боевую задачу — ударить в тыл оставшимся силам противника. В тесный контакт не вступать, стараться работать по целям издалека.

Гарвин, Флерес, и пятёрка убийц быстрым шагом двинулись в сторону бьющихся воинов.

— Наши воины перемешались с противником, возможны потери при нанесении массовых ударов. — Форос оценивающе осмотрел поле боя.

— Торзальцы должны быть уничтожены, все, до единого. — Коротко бросил Гарвин. — Какие при этом вы будете использовать заклинания — не важно. Если можно обойтись без потерь с нашей стороны — хорошо, а нет….

— Понятно. — Кивнул головой старый маг. — Вы пока постойте в сторонке, Владыка Гарвин. Ваши внутренние резервы почти истощены. Думаю, здесь мы сами справимся.

Два мага выступили вперёд, и направили руки в сторону боя. Над сражающимися воинами в воздухе возник небольшой, переливающийся всеми цветами радуги пузырь. Он стал раздуваться, поверхность его задрожала, а затем пузырь лопнул, выпуская из своих недр синеватое облако…. Клубящийся газ опустился на воинов. На мгновение поле боя скрыла тёмно-синяя завеса, которая тут же рассеялась. Воины, которые ещё минуту назад ожесточённо бились друг с другом, сейчас растерянно топтались на месте, озираясь по сторонам. Маги бросились вперёд. Остальные последовали за ними.

— Они все ослеплены и почти ничего не слышат, но ненадолго. — На бегу бросил Форос. — У нас чуть больше минуты времени.

Тень, Ветер, и Кот понеслись вперёд, обгоняя магов, Флерес же остановился, и вытянул из колчана стрелу. Плавный вдох, тугой лук натягивается, выдох, задержка дыхания… удар тетивы по защите из спрессованных в несколько слоёв кожи на левой руке, и первая стрела полетела вперёд, неся смерть…. За ней последовала другая стрела, а затем ещё одна…. Эльф спокойно, без лишних движений, как на тренировке, отстреливал ослеплённых торзальцев. Словно хищные птицы, стрелы рвались вперёд, находя щели в стальных доспехах торзальцев, впиваясь в живую плоть. Пока убийцы сумели добежать, эльф успел подстрелить семерых. Затем Кот, Ветер, и Тень вступили в дело, их короткие, чуть изогнутые клинки оросились кровью. За минуту, что длилась магическая слепота, они вместе с Флересом сократили количество торзальских воинов почти в половину. За секунду до того, как все воины прозрели, почувствовав это мгновение каким-то звериным чутьём, убийцы бросились в разные стороны, и оказались вне досягаемости оружия торзальских воинов.

Когда зрение вернулось к воинам, они несколько секунд просто стояли на месте, оглядываясь по сторонам. В глазах торзальских воинов застыло недоумение…. Ещё недавно они неуклонно теснили противника, и, казалось, что победа — это вопрос времени. Потом вдруг навалилась эта жуткая темнота, в которой раздавался свист стали, глухие удары, и хрипы умирающих. И теперь их окружают трупы сослуживцев….

Магический удар обрушился на оторопевших торзальцев. Гарвин всё-таки присоединился к магам, и в сторону врага полетели не только обычные магические заклинания, но и его любимые огненные шары, превращающие плоть в пепел, а сталь мечей, щитов и доспехов — в раскалённые покорёженные железяки. Это была последняя капля…. Торзальцы не выдержали, и побежали. Но им не дали далеко уйти. Стрелы Флереса и заклинания магов легко настигали бегущих, и очень скоро от торзальского воинства не осталось и следа. Вся тысяча солдат полегла сегодня на поле боя….

Оставшиеся в живых имперские воины несколько мгновений стояли, озираясь по сторонам. Затем над полем раздались хриплые крики. Легионеры прыгали, бросались обнимать друг друга, с гулким звоном били латными рукавицами по укрытым панцирями спинам….

— Мы, конечно, победили, но вот цена…. — Протянул Флерес, осматривая остатки имперского воинства. — Пять магов, да семь десятков воинов, среди которых половина серьёзно ранены. Лишь наша пятёрка ликвидаторов целы и невредимы. Отряд перестал существовать.

— Ничего страшного, пришлют новых солдат. — Гарвин просто лучился переполнявшей его радости. Ещё бы, такая победа…. Тысяча торзальцев лежала здесь, ни сталь, ни молитвы жрецов не смогли ничего сделать против мощи империи…..

— Только, пожалуйста, воздержись в следующий раз от таких гениальных затей. — Безжизненный голос эльфа студил пыл мага. — Я не смогу вызывать духов последнего вздоха каждый раз, когда всё идёт не по плану.

— Лер Флерес. — Гарвин обернулся к эльфу, и коротко поклонился. — Я безмерно благодарен….

— Думаю, здесь не место для соблюдения всех формальностей придворного этикета. — Флерес бросил взгляд на едва стоящих на ногах оставшихся в живых боевых магов, и залитых своей и чужой кровью легионеров. — Если у торзальцев окажется близко ещё один отряд воинов, и несколько жрецов, то мы обречены. Нужно уходить в горы.

— Ты прав, вокруг шныряют остатки флота короля-жреца. — Гарвин мгновенно отбросил победную эйфорию, пьянящую не хуже выдержанного вина. — Второго боя мы можем не выдержать. Отходим…. Быстро соберите все тела наших людей в одном месте.

Легионеры споро стаскали павших в одну кучу, и Гарвин, попросив богов быть милостивыми к их душам, обрушил на тела стену магического пламени. За несколько минут она превратила в прах мёртвых легионеров, а последовавший затем сильный порыв ветра, так же рождённый магией, разметал этот прах на много сотен шагов вокруг. Не осталось ни костей, ни доспехов, ничего, что бы указывало на то, кто нападал, какими силами, и сколько воинов противника осталось лежать на поле боя. Лишь тысяча торзальцев, порубленных сталью или уничтоженных магией, остались лежать разбросаны вокруг. Они лежали, заставляя задуматься тех, кто их найдёт о той жуткой силе, что могла сотворить эту бойню. Затем оставшиеся в живых имперцы быстрым шагом двинулись в сторону океана.

Несколько небольших вёртких кораблей забрали тех из воинства Гарвина, кто сумел выжить сегодня, и доставили в небольшую, скрытую от глаз торчащими из воды клыками скал бухточку. Там их уже ждали. Несколько гномов шустро открыли дверь в скалах, замаскированную под обычный валун, и имперцы нырнули в тёмный коридор. Матросы уничтожили все следы пребывания, оставленные на песке, и после этого корабли ушли, растворившись в бескрайних водных просторах. Диверсионный отряд имперской армии исчез без следа.

В пещерах, выделенных гномами, Гарвин организовал временную базу для своего отряда. Кроме легионеров и боевых магов там располагались слуги, освобождающие воинов от бытовых забот, маги-лекари, и маги для связи. Гарвин половину своей жизни провёл в походах, и прекрасно понимал, что обеспечение солдат всем необходимым — одно из главных составляющих успеха любой воинской компании. Понимал он и то, что после постоянных вылазок легионерам будет не до стирки, и готовки пищи. Поэтому он привёл с собой не только полторы сотни солдат, но ещё и с сотню слуг и магов вспомогательных направлений для обеспечения своего отряда всем необходимым. Было даже несколько десятков жриц любви, помогавшим снять напряжение воинам после кровавых походов. И это приносило свои плоды. Легионеры были довольны, во время коротких передышек прекрасно отдыхали, и воевали в полную силу. Вот и сейчас, не успели они войти в пещеру, где располагался их временный лагерь, как к ним бросились слуги. Очень скоро солдаты уже отдыхали, их изрубленные доспехи отнесли в починку гномьим мастерам, а раненым оказывали помощь медики. Гарвин же, наскоро умывшись, попытался прорваться к палаткам магов, чтобы связаться с Оресом, но не тут то было.

— Слава богам, господин, вы живы…. — К магу уже спешил, расталкивая людей, Джонатан.

— Потом, старый медведь, всё потом. — Попытался отмахнуться от назойливой заботы слуги Гарвин. Не вышло….

— Что произошло, вернулось так мало…. Вы не ранены?

Маг безуспешно пытался отбиться от старого слуги. Джонатан буквально сграбастал его, и стал крутить во все стороны, осматривая на предмет возможных ранений.

— Да отпусти ты меня уже, старый медведь! — Наконец Гарвину удалось вырваться из цепких рук слуги, и оттолкнуть того в сторону. — Ты что тут за цирк устроил? Как наседка над яйцом квохчешь, да ещё посреди пещеры, на глазах у всех…. Не забыл, кто я?

— Извините, господин. — Потупился Джонатан.

— Я тоже рад тебя видеть, чурбан ты неотёсанный. — Тихо произнёс, почти прошептал маг. — Но зачем так явно позорить своего хозяина? Не мог дождаться, когда я в шатёр зайду?

— Виноват…. Вот просил же я вас, берите меня с собой в рейды…

— И чем я прогневал богов? — Вздохнул Гарвин. — Вот за какие грехи они послали мне тебя? Ладно, буду тянуть эту лямку стойко, и постараюсь не роптать. По крайней мере, не каждый день. А насчёт рейдов — забудь. Нечего тебе там делать.

— Вас вернулось так мало, господин. — Глухо произнёс Джонатан. — И почти все воины ранены, с изрубленными доспехами…. Вот, я и испугался.

— Понимаю, но это не повод крутить в своих лапищах грозного Верховного Мага, главу гильдии, как тряпичную куклу. — Рассмеялся Гарвин. — Так ты меня угробишь куда быстрее, чем торзальцы с их разряженными жрецами. Понимаю твой восторг от того, что я всё-таки жив и здоров, не только понимаю, но и готов разделить его с тобой, но чуть позже. Сейчас иди в шатер, да приготовь ванну, и еды побольше. Я голоден, как стая волков….

Старый слуга бросился выполнять распоряжение своего господина, а Гарвин продолжил путь к палаткам магов связи. В этот раз маг смог добраться до них беспрепятственно, и через несколько минут он смог увидеть перед собой призрачный образ Ореса.

— Владыка Орес. — Поклонился Гарвин старому магу.

— Мой мальчик, рад тебя видеть. — Старик сидел в мягком кресле у очага, и кутался в плед. — Ты вышел на связь раньше условленного времени что-то произошло?

— Да. — Гарвин коротко рассказал Оресу о недавних событиях. — Мне нужны ещё люди. Я думаю создать несколько малых мобильных отрядов, воинов по тридцать, и пару магов. Поставлю во главе их опытных ветеранов, что остались в живых из первого отряда, и пусть сеют смерть сразу в нескольких направлениях одновременно. Это должно окончательно подорвать юг Торзалии, и вынудит Лоренса разделить свои силы. Наш план близок к завершению.

— Твой план, мой мальчик, твой план. — Улыбнулся довольный Орес. — Конечно, я пришлю ещё воинов. Сколько нужно?

— Считаю, что полторы сотни хватит, и магов с десяток. Сделаю пять полноценных отрядов, а при необходимости соберу их в один, и сам поведу.

— Думаю, тебе стоит заняться другим делом. — Задумчиво произнёс старый маг. — Сейчас, когда ты разворошил весь юг, дальше уже всё пойдёт, как по маслу. А для тебя у меня есть более серьёзное поручение.

— Я слушаю вас, Владыка Орес.

— На наших землях произошло несчастье. Несколько наших деревень у гор, ближе к северу, были полностью сожжены.

— Варвары, или ответное нападение торзальцев?

— Ни те, и не другие. — Старый маг поплотнее закутался в плед. — Торзальцы не могли пройти сквозь горы, гномы клятвенно заверяют нас, что не пропускали никого с той стороны. Эти бородачи знают, с кем стоит дружить теперь, а с кем — нет. И я им верю. Да и на дикарей не похоже, слишком уж всё сурово там прошло. По словам магов, побывавших на месте, деревни погибли в страшном по силе пламени. Даже камни не выдерживали, текли, как воск. Шаманы дикарей на такое не способны, на молитвы торзальских жрецов тоже не походит.

— Да и наши маги не все смогут сотворить такое. — Задумчиво протянул Гарвин.

— Не все — это ещё мягко сказано. — Закашлялся в слабом стариковском смехе Орес. — Насколько я знаю, ты — единственный, кто может создать подобное пламя.

— Владыка Орес, вы обвиняете меня? — Гарвин с удивлением посмотрел на мага.

— Нет, конечно же, нет, мой мальчик, я ещё не вышел из ума. По крайней мере, настолько. — Протестующе замахал руками старик. — Я прекрасно понимаю, что это не твоих рук дело. Деревни сжёг кто-то, владеющий магией огня так же хорошо, как это делаешь ты. Признаться, я думал, что это невозможно. Но факт остаётся фактом, поэтому я прошу тебя бросить все дела на юге Торзалии, и заняться этой проблемой. А в солдатики и без тебя найдётся, кому поиграть.

— Хорошо, Владыка Орес. — Гарвин коротко поклонился. — Как только прибудет подкрепление, я сформирую новые отряды, отдам необходимые распоряжения по стратегии, и сразу же займусь этим странным делом.

— Дело более чем странное. — Задумчиво потёр подбородок старый маг. — По данным разведки, подобные инциденты произошли и у торзальцев, с другой стороны гор. А я туда никого не посылал….

— Значит, в дело вступила какая-то неизвестная нам пока третья сторона. — Подытожил Гарвин. — Это заключение — единственное, которое можно сделать, исходя из услышанного, как бы это дико не звучало.

— Боюсь, что ты можешь оказаться прав. — Согласился Орес. — Но кто эта сторона? Орки? Эльфы? Дроу?

— Я как можно скорее разберусь с этим. — Пообещал Гарвин. — И, спасибо что напомнили насчёт эльфов…. Владыка Орес, вы уже нашли достойную замену нашему доблестному Главе Имперской Разведки?

— Думаю, у меня есть кандидатура на это место. — Кивнул головой старый маг. — А, что, разве Лер Флерес погиб в этом бою?

— Я знаю сеть осведомителей здесь, на юге Торзалии, его замы во дворце знают части других сетей, этого вполне хватит. А оставлять его в живых и дальше слишком опасно…. Флерес очень сильный колдун, это он сумел доказать в последнем бою.

— Да, мой мальчик, я тоже был впечатлён твоим рассказом. — Орес задумчиво посмотрел на играющее в очаге пламя. — Если эльфы владеют такими знаниями, то мы просто вынуждены будем принять некоторые меры, после того, как закончим с торзальцами….

— И некромантом. — Гарвин сжал кулаки, стараясь скрыть вспыхнувшую в его груди ярость.

— И некромантом. — Согласился с ним старый маг. — Юный Аксин представляет нешуточную опасность, пока он жив. Проклятое искусство должно сгинуть, раз и навсегда. А остатки эльфов сидели в своих лесах несколько веков, подождут ещё немного. Но сейчас ты должен разобраться с этими странными нападениями на наши и торзальские поселения.

— Конечно, Владыка Орес. — Поклонился Гарвин. — Возьму с собой нескольких легионеров, пятёрку убийц, они неплохо сработались, да эльфа…. Выясню, что произошло, и заодно решу наш вопрос.

— Поступай, как считаешь нужным, мой мальчик. — Улыбнулся Орес. — Я тебе полностью доверяю…. Только, пожалуйста, не рискуй больше понапрасну. Эта твоя последняя затея могла привести тебя к гибели.

— Даже если бы я погиб, моя смерть послужила бы империи хорошую службу.

— Я прекрасно знаю, что ты готов сложить голову ради своей страны, но живой ты больше принесёшь пользы Императору, да правит он вечно.

— Да правит он вечно. — Гарвин склонил голову. — Я понимаю, что слишком увлёкся, Владыка Орес. Обещаю, что больше такого не повторится.

— Это хорошо, что ты готов на всё ради своей родины, такое заслуживает не порицания, а похвалы — улыбнулся старый маг — Просто ты мне, как сын, вот я и волнуюсь, ворчу по стариковски.

— Обещаю, что не погибну, пока не расправлюсь со всеми врагами империи. — Улыбнулся Гарвин. — И, спасибо за эти слова, Владыка Орес. Они очень много значат для меня.

— Не за что, мой мальчик. — Рассмеялся старый маг. — Говоришь, не погибнешь, пока не победишь всех врагов империи? Боюсь, тогда тебе придётся жить вечно. Ладно, не буду тебя задерживать, ты, верно, устал после такой битвы. Отдыхай, набирайся сил. Да помогут тебе боги.

— Благодарю вас, Владыка Орес.

Гарвин прервал контакт, а затем развеял заклинание, мешающее магам, отвечающим за связь, услышать разговор. Затем спокойно вышел из пещеры, и направился в сторону своего шатра, не заметив маленького, как мышь, почти невидимого глазу смерча. Флерес не зря так долго занимал свою должность, у него были шпионы не только в среде людей….

После ванны и плотного обеда, приготовленного старательным Джонатаном, Гарвин с удовольствием растянулся на мягкой кровати. Гномы обеспечивали союзников всем необходимым на своей территории, так что о тяготах походной жизни здесь можно было забыть, и вовсю наслаждаться отдыхом между боями.

— Что ухмыляешься, старый медведь?

— Да вспомнил, как два бородача тут мутузили друг друга. — Улыбнулся Джонатан.

— И что не поделили наши хозяева гор? — Лениво поинтересовался маг, больше для поддержания разговора.

— Да, один какие-то байки рассказывал, другой его лжецом обозвал, ну, и пошло дело.

— Байки? — Гарвин повернулся на другой бок, и натянул на плечи одеяло, собираясь отоспаться после бессонной ночи.

— Да, дескать, видел он корабли странные, в гротах, где в пещеры океан заходит, и сошли с них воины, в броню знатную закованы, броня не простая, а работы гномьих мастеров, да не нынешних, а старых, он это как-то на взгляд определил. Потом следом сошли несколько людей странных, и дроу, и на кораблях, дескать, матросами эти дроу были. И поклонились дроу одному из людей, и уплыли корабли. Тут второй бородач и давай ржать, дескать, мало того, что дроу привиделись, да они ещё и человеку кланяются. Тёмные эльфы не перед кем спину не гнут….

— Да, пиво перебрал этот бородач…. — Вдруг тревожная мысль мгновенно разогнала сон мага. Гарвин отбросил одеяло, и резко сел на кровати. Что-то на задворках памяти вопило, кричало, било тревогу. Гарвин напряг память, и перед его глазами пробежали строчки из доклада Флереса. — Дроу не перед кем не склоняют головы…. Не перед кем, кроме Аксина. Этот проклятый некромант вернулся.

Глава 9

— Аксин, хватит хандрить. — Ваалор, ехидно улыбаясь, подошёл к сидящему на камне и кутающемуся в плащ юноше. — Понимаю, скучаешь по Древней земле, по личному городку и ратуше, вспоминаешь с ностальгией своих драгоценных химер, это бывает. Да и зверушки в шоке, хозяина рядом нет, некому им животик погладить, да за ушком почесать. Особенно твой скорпион в одиночестве грустит….

— Нет, вот тут ты не прав, братишка, ему сейчас куда больше не хватает общества всех своих обожаемых мертвяков. — Присоединилась к демону Белла. — Он же лишь небольшой отряд с собой взял. А вот теперь очень беспокоится, как там оставшиеся без него зомби себя чувствуют, здоровы ли….

— Да они там праздник устроили, наверное, когда этот деспот оставил их, и уплыл невесть куда. Карнавал с танцами, салютом, угощением всех гостей и бурным, безудержным весельем. — Рассмеялся Ваалор.

Аксин хмуро посмотрел на парочку демонов тяжёлым взглядом, вздохнул, и, ничего не сказав, сильнее закутался в плотную ткань дорожного плаща. Всё плавание и несколько дней перехода под горами, по бесконечным проходам и пещерам, юный некромант страдал от отсутствия вокруг эманаций Тьмы, ставших такими привычными на Древней земле. Там Тьма поддерживала его, давая каждое мгновение неисчерпаемый поток силы, и тело привыкло жить в этом благодатном потоке тёмной энергии…. И теперь эта сила пропала. Юноше пришлось заново учиться жить в обычном мире, в котором он родился и рос. Ваалор и Белла всю дорогу подшучивали над ним, прекрасно понимая, что отсутствие силы Тьмы вокруг не приносит телу юноши никакого вреда, и эта проблема больше надуманная, но Аксину от этого понимания было не легче. Последнее полтора года он был окрылён этим бескрайним океаном силы, льющимся на него со всех сторон…. И теперь эта мощь исчезла. Юноша чувствовал себя, словно безногий, который всю жизнь ползал по земле, а потом вдруг обрёл крылья, взлетел к небесам… и, спустя некоторое время, вновь оказался на земле, потеряв способность летать. Не удивительно, что он находился в подавленном состоянии, и с трудом привыкал к реальностям этой, бывшей когда-то вполне обычной жизни. Лишь одно обстоятельство не давало юноше окончательно и бесповоротно скатиться в пучину хандры — постоянные ночные кошмары пропали, и он, наконец, смог спокойно спать по ночам, не просыпаясь после ночи разбитым и совсем не отдохнувшим.

— Аксин, прекращай чахнуть, и начинай радовать жизни… ай! — Демон взвыл диким голосом от резкой боли в ноге, подпрыгнув на середине фразы. Низкие потолки туннеля, по которому их вели дроу, не были предназначены для таких акробатических трюков, и Ваалор вполне ощутимо ударился головой о каменный свод. По казавшемуся нерушимому граниту пошли трещины, на пол посыпалась каменная крошка. Разъярённый демон упал на каменный пол, вскочил, развернулся, и встретился взглядом с горящими глазами Малыша. Огромный пёс предупредительно зарычал, обнажив острые, белоснежные клыки.

— Малыш, прекрати немедленно. — Юноша похлопал ладонью рядом с собой. — Иди, сядь сюда, нечего на всех бросаться.

Зверь послушно подошёл, и сел рядом с хозяином, не сводя взгляда с Ваалора.

— Держи свою химеру на привязи — зарычал демон.

— Извини, просто Малыш почувствовал, что мне сейчас не очень хорошо, и решил, что именно ты во всём этом виноват. — Пояснил Аксин слабым голосом. — Вот и укусил тебя. Предупредил, так сказать.

— Так это что, тебе сейчас и слова нельзя сказать, пока мы не вернулись на Древнюю землю под покров Тьмы, без риска быть растерзанным? — Проворчал Ваалор, потирая место укуса, и искоса поглядывая на пса.

— Не возмущайся так, братец. — Ехидно улыбнулась Белла. — Если бы Малыш хотел причинить тебе вред, он бы тебе просто отхватил обе ноги одним укусом. А потом и голову бы зажевал, ты бы и закричать не успел.

— Нет, вот голову бы откусить не успел, он бы ногами подавился. — Буркнул раздражённый Ваалор, потирая укушенное место.

— Согласна, ты со своим дурным характером кому угодно поперёк горла встанешь…. — Рассмеялась своим очаровывавшим всех прозрачным, мелодичным смехом ламия.

— У вас это семейное. — Прервал пререкания Аксин. — Дайте прийти в себя, я уже привыкаю к отсутствию Тьмы вокруг, ещё пара дней, и приду в норму. А пока не могли бы вы оттачивать своё остроумие на тёмных эльфах?

— Хорошо, хорошо, как скажешь. — Белла схватила Ваалора под руку, и потянула его в сторону дроу, расположившихся в отдалении. В глубине коридора слышалась непрекращающаяся болтовня ламии. — Пошли, пошли, сам виноват, видишь, человеку плохо, ещё и пристаёшь к нему со своими глупыми шутками…. Что значит — и ты тоже приставала? Я же шутила любя, чтобы поддержать нашего младшенького, и вообще, не меня же Малыш цапнул. Скажи спасибо, что мертвяки не решили с обидчиком повелителя разобраться, там бы ты шишкой на макушке не отделался. А шишка то на макушке знатная вышла, давай я к ней мокрую тряпку приложу…. Куда мне идти со своей тряпкой?! Хам!

Несколько дней к хмурому Аксину никто без нужды не приближался. Отряд продвигался вперёд, дроу шли по ведомым только им туннелям внутри гор, обходя посты гномов, приближаясь к источнику странного магического возмущения. Вскоре юноша сумел приспособиться к отсутствию постоянного окружения Тьмы, и стал почти прежним Аксином. По крайней мере, говорил Ваалор, к юному некроманту можно было приближаться, без риска получить травмы пониже спины от клыков его свиты. На одном из привалов Аксин оставил в стороне своих мёртвых воинов, и подошёл к дроу и демонам. За ним держались двумя бесшумными тенями Малыш и Моор, неизменные спутники юного мага.

— Ашалос, скажи, сейчас мы далеко от места, где возник этот странный всплеск силы? — Поинтересовался Аксин.

— Достаточно далеко, дней пять-семь пути, если бы мы шли по ровной дороге, на поверхности. — Задумчиво прикинул дроу. — А здесь, по туннелям, идти куда дольше. Конечно, если не обходить гномов, а прорываться, можно идти куда быстрее…. Если снести пару заслонов бородачей, то через четыре дня будем на месте.

— Не думаю, что нам стоит объявлять войну всем подгорным жителям. — Остановил тёмного эльфа юноша.

— Почему бы и нет. — Пожал плечами дроу. — У этих бородачей магов нет, только сталь. Против тебя и личей они бессильны…..

— Нет. — Повторил Аксин. — Я понимаю, твоя натура жаждет боя, но в этот раз мы постараемся пройти, не сталкиваясь с патрулями гномов.

— Тьма говорит твоими устами, Аксин, твоя воля — закон. — Кивнул головой дроу. — Мы повинуемся твоему слову.

— Ну, хоть эти не спорят. — Юноша насмешливо посмотрел на парочку демонов. — Ашалос, а мы точно правильно идём?

— Конечно, я в этом абсолютно уверен. — Дроу удивлённо посмотрел на юношу. — А почему ты решил, что мы сбились с пути?

— Я, наконец, освоился с отсутствием эманации Тьмы. — Пояснил юноша. — Стал способен нормально мыслить….

— О, чудо свершилось. — Проворчал демон, а Белла рассмеялась, глядя то на Аксина, то на Ваалора, ожидая начала перепалки.

— И я, кажется, почувствовал отголоски этой загадочной магии впереди. — Продолжил юноша, не обращая внимания на слова демона. — Да, она странная, эта магия. Очень старая, но всё ещё сильная, и, мне кажется, от неё веет каким-то багровым теплом…. Я бы сказал, даже жаром. Словно камень накалили в костре, а потом дали остыть на воздухе, но остудили не до конца…. Но это не обычная магия огня, это что-то другое.

— Объясни-ка свою мысль. — Заинтересованно посмотрела на Аксина ламия.

— Ну, обычный огонь — это часть природы, стихия. Он живёт в гармонии с окружающим миром, хоть и приносит часто разрушения и бедствия. А это… это что-то отдельное, не связанное с обычным миром, само по себе. Огонь, но огонь, отдельный от всего нашего мира. И при этом всё-таки огонь…. Странно.

— Первородный огонь? — Уточнил Ваалор.

— Если честно, я не очень понимаю разницу между простым огнём и первородным. — Пожал плечами юноша. — Когда учился, на этом вопросе преподаватели как то сильно внимание не заостряли, а для Тьмы огонь является чуждой стихией, так что глубоких знаний о нём мне получить было негде.

— Ну, первородный огонь более сильный…. — Неуверенно начал демон, и тут же замолчал, глядя на довольную, ухмыляющуюся во весь рот ламию.

— Продолжай, братец, продолжай. Мы тебя внимательно слушаем. — Белла улыбалась всё шире и шире. — Блесни своими огромными, безграничными познаниями. Удиви нас, неучей убогих, о светоч истины…..

— Хватит издеваться. — Буркнул Ваалор. — Если знаешь, то просто расскажи. Не любил я эту учёбу, не давалась она мне….

— Как это — так просто рассказать? — Деланно изумилась Белла. — А поизмываться над вами, сначала дать вам возможность меня как следует поупрашивать, затем позволить признать своё дремучее невежество, затем….

— Рассказывай! — На Беллу одновременно двинулись Аксин с Ваалором, стремясь схватить вредную сестрёнку, и вытрясти из неё информацию.

— Конечно, сейчас расскажу, зачем же так злится? — Демоница решила не искушать судьбу, и не дразнить своих не в меру горячих родственников понапрасну. — Сядьте, и с восторгом внимайте мне, дубоголовые….

— Белла!

Ламия с улыбкой превосходства посмотрела на Аксина с Ваалором, и начала рассказ.

— Мы видим лишь часть нашего мироздания, на самом деле оно куда более сложнее и удивительнее. Та его часть, где сейчас находятся эта земля, наша родина, и множество других обитаемых миров, находится на границе соприкосновения Света и Тьмы. Чуть ближе к Свету живут многочисленные боги, между нами и Тьмой — пустая зона, там нет никого и ничего. Рядом с Тьмой есть миры пустоты и царство Хаоса. Это чуждая нам реальность, которая постоянно старается прорваться в наши миры, и установить здесь свой порядок. Свет и Тьма вечно соперничают друг с другом, но они не враги, эти стороны дополняют друг друга, хотя и вечно вынуждены вести свою непрекращающуюся борьбу. Пустота и Хаос — враги как друг для друга, так и для Света и Тьмы. Что находится позади Тьмы и Света — не знает никто.

— Сестричка, а ты можешь говорить немного попроще, и ближе к теме нашего разговора? — Ваалор быстро потерял нить рассуждений ламии.

— Терпение, братец, терпение. — Усмехнулась Белла. — Перехожу к главному. Так вот, мироздание состоит из множества миров и слоёв, и все эти миры существуют по определённым законам. Но есть так называемые первозданные материи, которые были до создания миров, и будут после их смерти. Первородный огонь — это такая материя. Он не имеет ничего общего с тем огнём, что горит в очаге. Если обычный огонь — это часть существующего мира, служит в первую очередь для поддержания равновесия между стихиями в природе, по первородный огонь — это структура, существующая вне мира. В принципе, мне непонятно, как он вообще может существовать в нашем мире без носителя, в этом вашем таинственном месте? А удержать силу первородного огня внутри себя мало кто способен….

— А боевые маги? Они же постоянно используют первородный огонь в своих заклинаниях. — Удивился Аксин.

— Эти жалкие недоучки пользуются обычным пламенем, чуть более жарким, чем обычный костерок, и по глупости своей считают это первородным огнём. — Презрительно скривила своё очаровательное личико Белла. — Даже демоны не способны использовать первородное, истинное пламя. Оно просто испепелит нас в одно мгновение. Сожжёт изнутри, когда мы просто попытаемся впустить в себя его силу.

— Не знаю, что там впереди за магия, но точно не обычная огненная. — Произнёс Аксин. — Хотя я не поручусь за точность моих чувств. Мне кажется, что следы такой же магии есть и справа, и слева от меня. А ведь дроу зафиксировали только один всплеск. Видимо, это я всё ещё не могу отойти от шока после того, как мы покинули земли, находящиеся под влиянием Тьмы. Вот и мерещится всякое….

— Знаешь, Аксин, после того, как ты это сказал, мне кажется, что мне мерещится то же самое. — Ваалор прислушался к своим ощущениям. — Несколько очагов использования подобной магии в стороне от основного, и справа, и слева.

— Это у вас развился массовый психоз, мои драгоценные родственнички. — Рассмеялась Белла. — Я быстрее поверю в то, что время повернулось вспять, и что восстали из небытия все умершие Тёмные Властелины, чем в то, что в нашем мире стала кем-то массово использоваться магия первородного пламени. Это просто невозможно….

— Ашалос, у тебя есть карта? — Не слушая ламию, Аксин повернулся к дроу.

— Есть, в моей голове, практически с самого рождения. — Улыбнулся тёмный эльф. — Моему народу не нужно рисовать на бумаге кучу линий, чтобы не заблудиться в горах. Вам же не нужна карта, чтобы определить, когда вы находитесь на поверхности, где небо, а где земля.

— Прекрасно, давай тогда сделаем вот так. — Юноша стал рисовать на полу концом посоха. Камень зашипел, почернел, и растёкся от лёгких прикосновений магического жезла некроманта, словно от воздействия сильной кислоты. — Вот тут находимся мы, впереди — место всплеска неизвестной силы. Пять-семь дней пути по прямой линии, не учитывая препятствия. — Юноша отметил сем равных отрезков. — Так семь или пять, Ашалос? Если мы пойдём с моей обычной скоростью?

— Я бы сказал, что семь.

— Ваалор, в каком направлении ты чувствуешь всплески силы?

Демон показал рукой в несколько раз вправо, потом влево. Аксин начертил линии от той точки, где они сейчас находятся.

— А расстояние примерно сможешь определить?

— Исходя из того, что до основной цели, которая находится впереди, семь дней пути, справа примерно дней по пять. Слева по одной линии три дня, по второй — четыре.

Юноша сделал ещё несколько отметок.

— Итак, что у нас получается?

— Небольшие посёлки. — Произнёс Ашалос.

— Что? — Не понял мысль дроу юноша.

— В точках, которые ты отметил, находятся небольшие поселения людей, не больше сотни человек, живут рядом с горами. — Терпеливо пояснил тёмный эльф. — Эти два торзальские, а справа — имперские.

— Это уже не похоже на совпадение. — Задумчиво произнёс юноша. — А как насчёт силы воздействия, времени, когда там был всплеск этой силы?

— Этого я не могу ощутить. — Ваалор прислушался к своим внутренним ощущениям. — Впереди всплеск магии достаточно старый, я бы даже сказал древний, а остальные недавние, вот и всё, что я могу сказать.

— Нашёл, у кого спрашивать. — В очередной раз подколола своего брата ламия. — Дубовый чурбан, и тот более чувствительный, чем наш братец.

— Ты-то вообще ничего не смогла понять, так что лучше помолчи. — Разозлился демон. — Не можешь помочь, так хотя бы не мешай.

— А мне и не нужно ощущать вашу грубую силу, я чувствую более тонкие материи. — Обиделась ламия.

Не обращая внимания на их перепалку, Аксин расставил вокруг точек цифры.

— Мне кажется, очаги возникновения силы вспыхивали в таком порядке.

— Получается нечто похожее на расширяющуюся спираль. — Белла склонилась над рисунком.

— А вот здесь есть ещё один посёлок, со стороны империи. — Ашалос указал на место, недалеко от последней точки возникновения странной силы. — Если продолжить линию спирали, то в следующий раз этот странный всплеск должен возникнуть здесь. А затем вот здесь, уже на территории Торзалии.

— Предлагаю отклониться от первоначального маршрута. — Аксин задумчиво смотрел на импровизированную карту, выжженную на камне. — Сначала нам нужно выяснить, что это за всплески силы в посёлках, и к чему они приводят. Ашалос, сможешь вывести нас вот к этому месту? — Юноша указал на одно из поселений в империи, где уже произошёл всплеск этой таинственной силы.

— Почему сюда, а не на земли Торзалии? — Белла беспардонно перебила открывшего рот и собирающегося что-то сказать дроу.

— Потому что именно в империи, похоже, эта сила в очередной раз возникнет вновь. — Спокойно пояснил Аксин. — И мы сможем посмотреть её в действии. Но сначала стоит посетить то место, где эта сила уже возникала, и откуда ушла. Чтобы понять, что эта древняя магия из себя представляет, и к чему нам нужно готовиться….

— С переходом через горы в империю могут быть серьёзные проблемы. — Задумчиво проговорил дроу.

— Отсюда нет туннелей в скалах?

— Нет, туннель то как раз есть, прямой, день-два пути, и мы на той стороне. Но по нему давно никто не ходит. Слишком опасно.

— Слишком опасно? — Белла удивлённо посмотрела на тёмного эльфа. — И это говорит дроу, кошмар всех горных жителей, лучший воин этого мира? И что же там такое страшное поселилось, в этом туннеле?

— Не знаю. — Пожал плечами Ашалос. — Оттуда никто из тёмных эльфов последние лет двести не возвращался, а раньше был обычный туннель….

— Любопытно — Аксин задумчиво почесал подбородок — а если мы пойдём в обход? Сколько это займёт времени?

— Тогда лучше продолжать двигаться к первоначальной цели, или идти на земли Торзалии, куда быстрее получится.

— Плохо. — Юноша задумчиво смотрел на импровизированную карту, выжженную на камне. — Хотелось бы попытаться понять, с чем мы имеем дело, а уж потом совать голову в это странное пламя.

— Не вижу никакой проблемы. — Ваалор потёр руки, и улыбнулся, оскалив клыки. — Пройдём по этому страшному туннелю, и все дела.

— У дроу это не получилось. — Попыталась урезонить братца Белла. — А тёмные эльфы — одна из самых больших опасностей этого мира. Да и горы — это их дом, их территория, они здесь каждый камешек знают.

— Ну, думаю, что наш отряд несколько более силён, чем обычная экспедиция тёмных эльфов. — Беспечно отмахнулся демон. — Один Аксин со своими мертвяками и этой вредной зверюгой чего стоит….

— Это в тебе сейчас говорит здравый смысл, или просто глупость и гордость взыграли? — С невинным видом уточнила ламия.

— От Аксина шарахаются все мало-мальски разумные монстры на Древней земле, а те химеры, кто не успел сбежать с его дороги, сейчас тихо и мирно кормят червей. Ты думаешь, здесь, в горах, есть кто-то или что-то более опасное?! — Зарычал демон. — Что может быть опаснее просторов Древней земли, накрытой Тьмой, и наводнённой нежитью и монстрами?

— Тихо вы, дали же боги родственничков. — Юноша повернулся к Ашалосу. — Как ты думаешь, наш отряд сможет пройти по этому странному туннелю?

— Я бы рискнул. — Дроу достал из ножен кривой воронёный нож, и принялся задумчиво крутить его в руках. — Ваалор прав, сила нашего отряда очень велика. Даже на Древних землях, там, где властвует Тьма, нас ничто не сможет остановить. А уж здесь и подавно.

— Решено, тогда пойдём, посмотрим, что там такое страшное происходит в этом вашем туннеле. — Юноша поудобнее ухватился за посох. — Веди.

— Мне напомнить, что недавно наш поход планировался как тихая, незаметная разведка. — Ехидно улыбнулась Белла. — Тихо пройдём, посмотрим, тихо уйдём…. Кажется, это были твои слова, Аксин?

— А я от них и сейчас не отказываюсь. — Усмехнулся юноша. — Тихо пройдём по туннелю, посмотрим, и уйдём.

— Ну, ну…. — Скептически фыркнула Белла. — Увидим….

Отряд вот уже вторые сутки шёл по прямому, широкому туннелю внутри гор. Первое время дроу и демоны были настороже, Аксин шёл в окружении своего мёртвого воинства, крепко сжимая посох, и готовый в любой момент перекинуться в боевую ипостась некроманта, но часы медленно текли друг за другом, унылые каменные стены казались бесконечными, а ничего страшного не происходило…. Не происходило вообще ничего.

— Ашалос, долго нам ещё идти? — Юноша оставил зомби позади, и догнал дроу.

— Ещё пару часов, и мы будем на поверхности. — Тёмный эльф в очередной раз осмотрелся. — Странно, вокруг ничего необычного. И ни малейшего следа обычных или магических ловушек. Отчего же из этого туннеля никто не возвращался?

— Я знаю, что страшное тут произошло. Просто жуткая трагедия. Все, кто тут проходил, сдохли от скуки — пробурчал разочарованный демон. Похоже, мечты Ваалора сойтись в бою с сильным и опасным противником развеялись, как утренний туман….

— Если мы не видим беду, это ещё не означает, что беда не видит нас. — Белла с тревогой вертела головой, осматриваясь по сторонам. — Отряды тёмных эльфов же здесь пропадали. Не могли же они просто так взять и испариться.

— И отряды гномов здесь тоже пропадали, как докладывали наши разведчики. — Поддержал ламию Ашалос. — Не всё просто с этим туннелем.

— Не знаю, мне почему то кажется, что эта авантюра превращается в скучный, нудный поход. — Проворчал демон. — Лучше бы на Древней земле остался, там химер можно было порубить. Хоть какое-то развлечение.

Идущий впереди Ашалос вдруг резко остановился.

— Вот это да…. — Обычно бесстрастный тёмный эльф не мог сдержать восторга. — Никогда не видел подобного….

Туннель резко расширился, превратившись в довольно внушительную пещеру. Небольшие светящиеся магические шары, висящие в воздухе, созданные магией дроу, осветили каменные стены пещеры, заигравшие яркими переливами цветных всполохов. Казалось, сам воздух вокруг вспыхнул всеми цветами радуги….

— Что это? — Завороженная ламия не могла отвести взгляд от этого великолепия.

— Самоцветы — прошептал дроу. — Все стены пещеры усыпаны самоцветами….

— Самоцветы? — Вперёд протолкался Ваалор. — Ого, красотища…. Слушайте, а почему они все двигаются?

Демон показал на блестевший в свете магического шара крупный камень, находившийся на стене недалеко от них. Самоцветный «камень» вдруг сдвинулся с места, и неспешно пополз по стене в сторону дроу. Ашалос мгновенно выхватил клинок, и направил остриё на этот странный самоцвет.

— Да это не алмазы, а какие-то жуки. — Разочарованно протянула Белла. Ламия обладала острым зрением, и прекрасно видела в темноте, благодаря чему первая смогла рассмотреть, что представляют эти «камни».

Ваалор шагнул вперёд, оттеснив стоящего с обнажённым клинком наизготовку тёмного эльфа, и сграбастал ползущего в их сторону жука.

— И точно, насекомое. — Демон поднёс жука ближе к лицу, чтобы получше рассмотреть. — Это у них панцирь такой, словно мелкими самоцветами усыпан….

Лишь отменная реакция спасла Ваалора от расплаты за неуёмное любопытство. Жук дёрнулся в когтистых лапах демона, защёлкав челюстями, пытаясь вцепиться ему в лицо.

— Ого, а букашка то с норовом. — Расхохотался демон.

— Братец, ты бы лучше был немного осторожнее…. — Протянула Белла. — Похоже, этот жучок явно не прочь отведать, каков ты на вкус. Он явно голодный….

— Ты предлагаешь мне испугаться этого жучка?

— Просто он здесь не один.

Остальные жуки словно ждали этих слов ламии, зашевелились, и, словно волны прибоя, стуча и скрипя твёрдыми панцирями, покатились к отряду.

— Ну, эта проблема легко решается. — Демон презрительно махнул рукой в сторону наседавших блестящих жуков, и волна пламени далеко отбросила наступающих насекомых. — А теперь ещё раз….

Договорить Ваалор не успел. Отряд зомби, оставленные позади Аксином, почувствовали исходящую угрозу от жуков для своего повелителя. Чёрными тенями обтекли с двух сторон демона и встали между отрядом и наступающей волной жуков личи, за ними бежали боевые зомби. Эти не стали заморачиваться по поводу обхода преграды, то есть Ваалора, стоящего на их пути. Они просто снесли демона, и встали рядом с четвёркой личей, образуя живую стену.

— Да чтоб тебя! — Взревел вскочивший на ноги демон. — Аксин! Приструни своих мертвяков, или я за себя не отвечаю!

Юноша, не обращая внимания на крики демона ни малейшего внимания, поднял с пола и внимательно осмотрел погибшего от огненной волны жука.

— Ашалос, а что это за странные насекомые? Я никогда не слышал о жуках, покрытых самоцветами….

— Да, обычные скалогрызы, ничего страшного. У вас на поверхности есть подобные, внутри деревьев живут. А эти в камне обитают, проходы грызут в скалах. Челюсти у них жуткие, гранит щёлкают, как печенье. Да и сталь обычная для них не преграда, разве что если магией защитить доспехи, разгрызть не смогут.

— И эти самые скалогрызы всегда так интересно выглядят? — Поинтересовалась Белла, с восторгом разглядывая разноцветные искрящиеся панцири жуков.

— Нет, просто часть скальной породы, сквозь которую прогрызаются эти жуки, частично усваивается организмом насекомого, и откладывается затем в наружный покров. Обычно они серые, зеленоватые, или белые, под мрамор. Смотря в каких каменных породах прогрызают свои ходы.

— Похоже, здесь они наткнулись на самоцветные жилы. — Аксин осмотрел стены пещеры, сплошь покрытые блестящими, переливающимися жуками. — Интересно, почему эти самые жилы до сих пор никто не разрабатывает? Не могут же одни жуки быть этому причиной.

— Эти жуки опасны, но не до такой степени. — Кивнул головой Ашалос. — Конечно, если смогут, они сожрут старателей, но защититься от них достаточно просто. Налить масла, да поджечь, и всё, нет колонии.

Аксин, нахмурив брови, слушал дроу.

— Говоришь, причина исчезновения отрядов не может крыться только в жуках?

— Верно….

Мгновение — и щупальца тьмы окутали юношу. Боевая ипостась некроманта, практически непробиваемые доспехи из мрака….

— Думаю, это будет не лишним — Камень на конце посоха юноши засветился чёрным, с красными всполохами светом. — Пойдёмте, посмотрим, что тут поселилось, кроме этих навязчивых насекомых.

С этими словами Аксин послал вперёд волну холода и мрака, раскидавшую упрямо ползущих вперёд насекомых, всё ещё рассчитывающих перекусить забредшими путниками.

— Согласен! — Ваалор вскинул свой неподъёмный меч, вокруг демона заплясали доспехи из яркого пламени. — Надеюсь, это что-то будет достаточно серьёзным противником.

Отряд медленно продвигался вперёд, настороженно осматриваясь вокруг, в ожидании нападения неведомого врага. Четвёрка личей легко отбрасывали в сторону ползущих по каменным стенам и полу жуков магией тьмы, кроме скалогрызов ничего опасного пока не наблюдалось. Так, периодически отбрасывая огненными валами или волнами мрака навязчивых насекомых, отряд прошёл почти всю пещеру.

— Ну, вот, Ашалос, а ты всё стращал, сказки рассказывал про непроходимый туннель. — Демон разочарованно убрал свой огромный меч за спину. — Вон, уже и выход виднеется, на поверхность, свежим ветерком потянуло.

— Свежим ветром? — Белла скривила в недовольной гримасе свой очаровательный носик. — Братец, у тебя странные понятия о свежести.

— Ну и вонь! — Ваалор завертел головой в поисках источника резкого зловония, в одно мгновение окутавшего отряд. — Ашалос, что это за…. Эй, что с тобой?!

Тёмные эльфы, как по команде, закатили глаза, и рухнули на каменный пол пещеры.

— Аксин, что с ними? — Демон с удивлением смотрел на лежащих без движения тёмных эльфов.

— Потом разберёмся, хватай их, и бегом к выходу. — Отбрасывая волной мрака очередную порцию жуков, не оставляющих надежды подзакусить забредшими в пещеру путниками, распорядился юноша.

Погасив языки магического пламени, прыгающие по доспехам, Ваалор схватил в охапку сразу всех троих лежащих дроу, и припустил к выходу. Несколько мгновений — и они покинули странную пещеру.

— Куда теперь? — Ваалор остановился, поджидая юношу.

— Пойдём прямо, ты сам говорил, что где-то недалеко должен быть выход на поверхность.

— Не заблудимся?

— Не должны, ответвлений пока нет, туннель идёт всё прямо. Надеюсь, лабиринт здесь для полного счастья не предусмотрен. — Пробурчал Аксин, опираясь на посох. — Эта боевая ипостась некромагии меня доконает. Недолго в ней нахожусь, а сил почти не осталось.

— Ты же на проклятых землях в таком виде целый день бился, Белла рассказывала. — Бросил на ходу демон. — Или опять врала сестричка?

— Так-то проклятые земли. — Аксин еле поспевал за несущимся по туннелю демоном. — Там вокруг было море энергии Тьмы….

— Да перекидывайся обратно уже, нечего в этой боевой ипостаси до самой поверхности идти. — Белла, похоже, ничуть не устала, легко поддерживая заданный демоном темп. — Думаю, что самое интересное уже позади. Да и тебе, братец, нечего нестись, сломя голову.

— Что?

— Притормози, говорю. — Раздражённая ламия запустила в широкую спину демона небольшим камнем. — Дай осмотреть наших пострадавших.

— Ничего с ними страшного. — Отмахнулся Ваалор. — Спят.

— Спят?

— Похоже на действие газа. — Произнёс грациозно бегущий рядом с Аксином Моор. — Мы таким газом усыпляли пленников. И гномы тоже.

— Да, припоминаю, досталось нам в своё время от этого газа. Когда я в прошлый раз проходил через горы, по дорогам гномов. — Запыхавшийся юноша остановился, тяжело опираясь на посох. — Да остановись ты, Ваалор. Куда несёшься так?

— Не знаю, привычка быстро ходить. — Демон остановился, и осторожно сгрузил с плеча спящих тёмных эльфов.

Ламия быстро осмотрела лежащих без движения дроу.

— Жить будут. Правда, после пробуждения головная боль им обеспечена. — Подытожила демоница.

— И когда проснутся? — Поинтересовался Аксин.

— Думаю, ещё нескоро. Наши проводники получили хорошую дозу этого сонного газа. Хорошо хоть, на нашу расу он не действует. Мы ведь дети другого мира…. — Ламия посмотрела на дроу. — Видимо, эта и была ловушка непроходимого туннеля. Газ вырывался из щелей в полу, и сразу усыплял находящихся в пещере, а прожорливые жуки довершали дело. Но в этот раз в отряде были существа, не подвластные газу — мы.

— А я был защищён боевой ипостасью некроманта. Сквозь защиту Тьмы мало что сможет проникнуть. Эта же Тьма защитила и Малыша, который частично состоит из неё. А остальная моя свита уже мертва, так что газ для зомби не преграда. Похоже, с этим непроходимым путём мы разобрались, и достаточно просто, а вод теперь что будем делать? — Аксин создал яркий светящийся шар, и осмотрелся по сторонам. — Туннель то стал ветвиться. И наши проводники, как на грех, дрыхнут без задних ног. Придётся ждать здесь, пока они соизволят очнуться.

— Младшенький, ты сам признаешься, что сейчас ведёшь себя, как круглый дурак? Или подождёшь, когда я тебя ткну носом в нечто очевидное, находящееся у тебя под носом? — Ехидно поинтересовалась Белла.

— Ты это про что? — Юноша хмуро посмотрел на улыбающуюся ламию.

— Это она про меня, хозяин. — Спокойно пояснил Моор, а Малыш радостно гавкнул, словно соглашаясь с вампиром.

— Проклятье, ты ведь был дроу. — Понял юноша. — И тоже обладаешь способностью чувствовать правильное направление в этих проклятых тоннелях и переходах. Вряд ли инициация лишила тебя этого, наоборот, вампир должен чувствовать всё куда сильнее, чем при жизни. Я прав?

— Да. — Коротко кивнул головой Моор.

— Ну, так что мы стоим? Пошли, выведешь нас отсюда. — Ваалор взвалил бесчувственных тёмных эльфов себе на плечо. — А то мне порядком надоели эти крысиные норы.

Глава 10

— Ашалос, подъём, хватит дрыхнуть. — Демон беспардонно потряс постанывающего, ещё не пришедшего в себя тёмного эльфа. — Скоро ночь, нам пора идти. А мне до изжоги надоело таскать на себе трёх полудохлых дроу.

— Дома будешь командовать, чурбан — Белла разъярённой фурией бросилась на защиту тёмных эльфов — немедленно убери от них свои лапы!

— Вот интересно, с чего это ты стала такой добренькой? Обо всех троих так заботишься, или только об одном дроу? — Ехидно перебил сестру Ваалор.

— А вот это уже не твоё дело! — По точёному, совершенному лицу демоницы на мгновение проскользнула тень лёгкого румянца.

— Тихо вы. — Прервал перепалку злым шёпотом Аксин. — Если кто ещё не в курсе, мы тут не на прогулке. Разведать кое-что пришли, а вы орёте, как на базаре.

— Так никого же нет вокруг. — Завертел по сторонам головой Ваалор. — Кто нас услышит то? Камни да скалы?

— Да, никого, я бы почувствовала присутствие живого человека с горячей кровью рядом. — Подтвердила Белла.

— Мы находимся на склоне гор, вокруг на тысячи шагов одни камни, звук далеко расходится. Не обязательно быть рядом, чтобы услышать вашу ругань. Так что будьте добры повременить с вашими вечными спорами и склоками. Вот вернёмся домой, там хоть сутки напролёт орите друг на друга.

Не обращая больше внимания на демонов, юноша склонился над открывшими глаза тёмными эльфами.

— Ну, как себя чувствуете? Живы?

— Голова гудит, словно наковальня в кузнице. — Прошипел Ашалос, с трудом вставая на ватные ноги. — Что там произошло?

— Выброс усыпляющего газа из трещины в полу пещеры. — Аксин внимательно посмотрел на шатающихся дроу. — Вы точно сможете идти?

— Дай нам с полчаса, и можно двигаться дальше. Не так быстро, как обычно, но с твоей скоростью двигаться точно сможем. — С трудом улыбнулся дроу. — Идти медленнее ведь просто невозможно….

— Вижу, Ашалос, ты почти в порядке, раз уже можешь так нагло и беспардонно отзываться о вами же признанном великом и ужасном Тёмным Властелине. — Усмехнулся юноша. — Отдыхайте пока, всё равно раньше захода солнца никуда не пойдём.

— Я могу их нести, пока не придут в себя. — Ваалору, как всегда, не терпелось броситься вперёд. Прожив не одну сотню лет, демон так и не научился терпеливо ждать.

— Не стоит нам разгуливать по горам до наступления темноты, это в пещерах от любопытных глаз камень прикрывал, а здесь мы как на ладони, слишком большой отряд там, где его не должно быть. Сразу привлечём к себе внимание. — Аксин задумчиво оглядел окрестности. — Вот спустимся к лесу, там будет куда проще затеряться.

— Думаешь, твои мертвяки смогут невидимыми тенями бесшумно красться среди деревьев? — Демон расхохотался, но тут же заткнул себе рот своей здоровенной пятернёй под яростным взглядом юноши.

— Там мы хоть будем не так заметны. — Пожал плечами Аксин. — Моор или Белла смогут заранее почуять приближающихся людей, и я просто отведу зомби с дороги в чащу.

— Да смысл их прятать, они в лесу так натопчут, что по их следу даже слепой пойдёт, не заблудится. — Не унимался Ваалор.

— Не спорю, риск есть, но это куда лучше, чем идти по каменистым склонам у всех на виду при свете дня.

— Успокойся, братишка, наш младшенький в чём-то прав. — Белла положила свою изящную ручку на плечо порывавшегося продолжить спор демона. — Если будем идти по горам при свете солнца, нас могут обнаружить. Гном нос из своих пещер не вовремя высунет, торговец случайный увидит, или путник какой приблудится. А выглядим мы уж больно подозрительно. Отряд, в котором три дроу и какой-то здоровяк с клыками явно нечеловеческой наружности просто не может не вызвать подозрений. Не убивать же всех в округе, кто случайно оказался на расстоянии тысячи шагов. А в лесу…. Даже если случайно наткнётесь на кого-нибудь, ничего страшного не произойдёт. Вы с дроу спрятаться успеете, Аксин за богатого странствующего мага сойдёт, я — за служанку или содержанку, а его мертвяки — за охрану, если под шлем им никто не станет заглядывать. Обычный путешественник, ничего необычного.

— Уговорили, сидим, и ждём темноты. — Буркнул демон. — А почему Аксин сойдёт именно за богатого странствующего мага?

— Потому что у бедного мага не может быть такой серьёзной охраны. Да ещё в доспехах работы гномов, они сами по себе стоят целое состояние. — Рассмеялась ламия. — Ещё вопросы дуратские сегодня будут?

— Будет один. — Ехидно улыбнулся в ответ демон. — Что делает этот до одури богатый странствующий маг в этакой глуши? Комаров кормит? Это очень гуманно с его стороны. А то бедные насекомые совсем отощали без нормальной кормёжки.

— Аксин же у нас маг, вот пусть он и придумывает. — Легкомысленно отмахнулась Белла. — В конце концов, кто тут местный житель, хоть и бывший? Слышишь, младшенький, ты придумал, что говорить будешь, если вдруг на патруль нарвёмся?

— Скажем всю правду. — Спокойно произнёс Аксин. — Ну, почти всю.

— Правду? Это нечто на вроде этого — видите ли, уважаемые стражники, я единственный в мире практикующий некромант, недавно только прибыл сюда с Древней земли, чтобы разузнать, что тут у вас творится, а то бессонница в последнее время совсем замучила, сил нет. Что, вы мне не верите? Я вам сейчас докажу, вот, взгляните, тут рядом мои зомби стоят…. Братишка, тебе голову случайно не напекло? — Белла с Ваалором уставились на мага, как на сумасшедшего. — Видимо, солнце после мрака пещер на тебя дурно подействовало….

— Скажем, что я маг, и расследую некие странные события, происходящие в округе, странный всплеск магической силы. — Спокойно продолжил Аксин.

— А если потребуют доказательство твоих слов, документы там какие-нибудь?

— Не потребуют, в этой глуши только офицеры низкого ранга и простые солдаты, они не имеют на это полномочий. Маги подчиняются лишь главе своей гильдии, старшим по званию магам, и самому императору. — Пояснил юноша. — Не думаю, что сюда занесёт кого-то из глав или его императорское величество лично.

— А старшие по званию маги?

— Любой маг почувствует мою силу, хоть и не сможет сразу определить, что её источник — Тьма. Не думаю, что кто-то решится доказывать мне своё старшинство в магическом поединке. — Усмехнулся юноша.

— Если встретится такой храбрец, ты его не трогай, лучше отдадим его Моору. — С энтузиазмом продолжила Белла. — А то бедняжка тёплой кровушки давно не пил, всё только из фляжки питается, а это не то…. Ещё осунется, ослабеет.

— Прекрасно, но в лесу я не намерен прятаться по кустикам. Не умею просто, не приучен. — Ваалор жестом базарного фокусника достал из своего заплечного мешка стальной шлем с забралом, и нахлобучил его на голову, почти скрыв лицо. — Буду одним из твоих охранников, о мой великий и грозный господин.

— Все маги носят титул Владыка. — Поправил демона юноша. — Не проговорись.

— Слушаюсь, Владыка. — Ваалор отвесил в сторону юноши шутовской поклон.

— Может, и дроу стоит переодеть? — Вмешалась Белла.

— Не нужно. — Произнёс Ашалос. Голос тёмного эльфа заметно окреп, было заметно, что он быстро восстанавливает силы. — Если мы этого не захотим, нас никто не сможет увидеть. Ни в горах, ни в лесу, ни даже в городе. По крайней мере, обычные люди.

— А маги?

— Если будут знать, где искать, то могут и найти. Но они не узнают, что мы рядом, поэтому и искать не станут.

— Всё, на этом и закончим. — Аксин посмотрел на сгущающиеся тени. — Солнце село, можно идти дальше.

Опасения Аксина насчёт встречи со случайным патрулём оказались напрасны. Отряд спустился с гор, вошёл в лес, и несколько дней шёл к цели, не встретив ни одного человека на своём пути. Чем ближе они подходили к месту возникновения этой странной магической силы, тем меньше живых существ попадались у них на пути. Обычно летний лес был полон звуков. Жужжали насекомые, пели птицы всех мастей на разные голоса, дорогу то и дело перебегала мелкая и не очень живность. Но затем началось нечто странное. Сначала исчезли птицы и звери, а затем пропали и насекомые. Даже вездесущих комаров не стало.

— Как то жутковато здесь. — Поёжилась Белла.

— Как бежать на ночь глядя в гости к Аксина по Древней земле, это она с радостью, а здесь её, видите ли, страшно. — Усмехнулся Ваалор. — Ну, что такого, лес, как лес, ничего опасного рядом нет…. Никогда не смогу понять тебя, сестрёнка.

— Ты просто тупой, ограниченный, бесчувственный болван! — Вспылила ламия. — Не видишь ничего дальше собственного носа.

— А ты что увидела? — Подначивал сестру демон.

— Ничего….

Дикий хохот прервал ламию.

— И чем же мы тогда отличаемся друг от друга? — Схватившись за живот и согнувшись от бешеного смеха, Ваалор оглушительно хлопнул себя по коленям.

— Я не чувствую вокруг вообще ничего. — Удивительно, но вампирша никак не отреагировала на выходку брата. — Ничего, никакого движения, никого живого…. Странно всё это. Даже на проклятых землях была жизнь. А здесь нет. Лишь остатки чего-то…. Я ведь чувствую эмоции, и здесь остались следы какого-то всеобщего ужаса, охватившего всех живых вокруг, от зверей до самой маленькой букашки. И они убежали, как от какого то страшного стихийного бедствия. И пока не торопятся возвращаться обратно.

— Знаю, на Древней земле иногда наводнения случаются, так все звери от воды бегут рядом друг с другом, плечом к плечу, и хищник, и жертва. — Притихший демон осмотрел ставший вдруг пустой лес. — Или при извержении вулканов, есть там несколько горных гряд, как то пролетал рядом, когда один вулкан проснулся, прекрасное было зрелище….

— Не похоже, чтобы здесь бушевала стихия. — Спокойно произнёс Ашалос. — Деревья и кустарники целы, на земле ни травинки не помято.

— Дойдём до места, и посмотрим. — Спокойно подытожил Аксин. — Только будьте наготове, мало ли что…. Я пока в боевую ипостась некроманта перекидываться не буду, от прошлого раза ещё не отошёл. Энергии Тьмы здесь маловато, медленнее восстанавливаюсь.

— А что раньше молчал? — Белла с тревогой посмотрела на юношу. — Сказал бы, как в лес входить стали, поймали бы тебе пару-тройку оленей, устроил бы небольшое жертвоприношение….

— Это не жертвоприношение, а ритуал, в котором используется кровь и жизни для восстановления сил некроманта. — Пробурчал юноша.

— Как ни назови, суть одна. — Отмахнулась ламия. — Ты бы восстановился, а теперь что прикажешь делать? Вокруг ни одного живого существа.

— Ничего, и так приду в норму со временем. А с ритуалами здесь нужно быть осторожнее. Имперские маги смогут почувствовать всплеск некромагии, и начнётся полномасштабная охота. Не хотелось бы этого.

— Ты сейчас кого пожалел, тех охотников, кто придёт по твою душу? — Оскалил свои тигриные клыки демон.

— Никого. Просто не хочу воевать ни с Империей, ни с Торзалией.

— Младшенький, похвальное миролюбие, но, боюсь, что твоего желания никто и спрашивать не будет. — Мило улыбнулась Белла. — Рано или поздно объединённые войска людей, эльфов, и гномов высадятся на Древней земле.

— Ну, если учесть, с какой скоростью Империя и Торзалия «мирятся», чтобы объединиться, и напасть на меня, думаю, это будет ещё очень нескоро. — Усмехнулся Аксин. — Они воевали столетия, думаю, будут воевать ещё столько же.

— Турния капризна и коварна, никто не знает, что придёт на ум этой богине в следующее мгновение…. Аксин, что это ты вдруг так резко остановился?

Не обращая внимания на ламию, юноша замер, прикрыв глаза, и прислушиваясь к своим внутренним ощущениям. Место, где применялась эта странная магия, было тут, неподалёку, за ближайшими деревьями. Казалось, что сила пропитала всё вокруг, даже ветер, сделав его сухим и обжигающим, как в полдень в пустыне. Хотя сам жар уже давно исчез, тень его действия словно оставалась висеть невидимым, почти неощутимым, но всё ещё пугающим уродливым ожогом, оставшимся даже на невидимом воздухе.

— Мы почти пришли.

— Да, впереди, за деревьями. — Подтвердил Ваалор. — Опасности никакой не чувствую, но эта магия здесь точно применялась.

— Оставайтесь здесь, сначала мы посмотрим, что к чему. — Дроу, не дав никому ни малейшего шанса для возражений, мгновенно исчезли, словно растворились в воздухе. Ни один листик не шевельнулся на окружающих кустах, ни один звук не потревожил мёртвую тишину пустого леса. Тёмных эльфов просто не стало на тех местах, где они только что находились.

— Как это они так? — Прошептал ошарашенный демон, оглядываясь вокруг, и пытаясь понять, куда делись тёмные эльфы. — Магия?

— Никакой магии, братец, просто очень быстрое и бесшумное передвижение, да и прячутся дроу изумительно.

— Но это просто невозможно…. Они же только что стояли здесь.

— Каждый учится биться по разному. — Пожала плечами ламия. — Ты выбираешь грубую мощь и напор, дроу — наиболее эффективное убийство врага. А наиболее эффективное нападение обычно бывает быстрое нападение со спины, когда противник не ожидает удара.

— Яды, подлые удары сзади — скривился демон.

— Мы с детства учимся побеждать. — Ашалос, словно приведение, возник буквально из ниоткуда. — Неважно, каким путём досталась победа, главное — чтобы был повержен враг, а не ты.

— Где остальные дроу?

— Остались у того места, где раньше было поселение. Идёмте, там безопасно.

Ашалос повернулся, и двинулся вперёд, проскальзывая между растущими вокруг кустами с грациозностью движений, казавшейся просо невозможной. Тёмный эльф, одетый в кожаные доспехи и обвешанный оружием, умудрился двигаться вперёд, не тревожа ни одной веточки, огибая их, словно он был сотворён из невесомого дыма, а не из плоти и крови. Остальные продирались сквозь кустарник с куда меньшим изяществом, даже гибкая Белла не смогла повторить манеру передвижения дроу.

— И что мы сюда попёрлись, есть же дорога…. — Демон прорывался вперёд, круша направо и налево ни в чём не повинные кустарники и молодые деревца.

— Так быстрее. — Не оборачиваясь, бросил дроу.

— Заодно и другую дорогу проложим, напрямую. — Ламия оглянулась, посмотрев на марширующих позади зомби, вытаптывающих то, что не смог уничтожить Ваалор.

— Да, новая дорога есть, а вот поселение…. — Юноша остановился, поражённый открывшейся перед ним картиной. — А вот поселения уже нет.

Перед Аксином лежала обугленная пустошь. Огонь, бушевавший здесь, казалось, рухнул с неба, и полностью уничтожил всё в радиусе сотни шагов. Возможно, здесь раньше были рубленые дома, небольшие огородики, где жили несколько десятков людей, промышляя охотой и продавая лес. Теперь здесь не осталось ничего. Пламя, пожравшее деревушку, превратило в пепел всё, к чему прикасалось. Не было ни обгоревших остовов домов из почерневших брёвен, ни мёртвых деревьев, ни трупов. Лишь ровное, правильной формы чёрное пятно.

— Вот это да. — Прошептала поражённая ламия. — Что же здесь творилось?

— Пламя. Магическое пламя, уничтожившее здесь всё. — Аксин внимательно посмотрел на следы огня. — Удивительно, уничтожено всё. Даже люди погибли окончательно, ни следа боли и смерти. Это пламя смогло пожрать даже это.

— Первородное пламя. — Ламия боязливо подошла к границе чёрного пятна. — Только оно может уничтожить всё, к чему прикасается, без остатка.

— Похоже, наш поход перестаёт быть скучным и нудным мероприятием. — Демон кровожадно улыбнулся, оскалив белоснежные клыки. — Хотелось бы сойтись в бою с тем, кто обладает такой силой.

— Торопишься быть поджаренным до хрустящей корочки, братец? — Ламия сделала несколько шагов в сторону от границы чёрного пятна. — Думаю, это пламя будет смертельно даже для тебя, не помогут никакие твои защитные заклинания.

— Это мы ещё посмотрим…. Да и всё равно, раз мы занимаемся этими странными магическими всплесками, то рано или поздно встретимся с этим таинственным магом, укротившим первородное пламя.

— Лучше как можно позже, чем раньше. — Белла нервно передёрнула плечами.

— Если мы встретим этого мага, то вперёд никому из вас лучше не лезть. — Аксин провёл рукой по пеплу внутри чёрного пятна, прислушиваясь к своим внутренним ощущениям. — Этот противник вам не по зубам.

— Можно подумать, что первородный огонь пожалеет тебя. — Ваалор был явно уязвлён словами юноши.

— Меня будет защищать Тьма, и четвёрка личей-некромантов. Защиту боевой ипостаси некроманта и магические щиты мёртвых, не устающих магов пробить практически невозможно. — Аксин встал, отряхнув руки от чёрного, жирного пепла. — У тебя нет такой защиты, Ваалор, ты всю жизнь только и делал, что учился нападать. При прямом столкновении с первородным пламенем эта твоя привычка станет фатальной.

— Но….

— Никаких но. — Отрезал юноша. — Белла, если что, пригляди за братом. Хоть за ноги его хватай, но чтобы он вперёд не вырвался.

— Хорошо, Аксин.

— Интересно, и как вы у вас получится меня удержать? — Ваалор угрожающе оскалил клыки, не произведя, впрочем, особого впечатления на окружающих.

— Братец, не надо стараться глупее, чем ты есть. — Белла грустно посмотрела в глаза демону, обхватив его руку своими изящными, узенькими ладошками. — Поверь, у меня нет никакого желания оплакивать родственничка-недотёпу, и носить траур. Да и что чёрное платье в пол мне не очень идёт….

— Ну, если дело в чёрном платье, то тогда ладно, уговорила. — Пробурчал враз присмиревший демон. — Постараюсь не дать тебе повода нарядиться в него.

— Ашалос — Аксин махнул рукой, подзывая к себе тёмного эльфа — надо как можно скорее добраться до поселения, где это Первородное пламя проявит себя в следующий раз. Желательно появиться там первыми.

— Я знаю прямую дорогу. — Дроу задумчиво посмотрел вдаль. — Только там мы можем случайных путников встретить….

— Ну и что? — Пожал плечами юноша. — Если не проявят излишнего любопытства, оставим позади, если нет…. Белла права, Моор сможет разнообразить свой рацион.

— Так просто говоришь об убийстве ни в чём не повинного путника, младшенький, ты ли это? — Ламия с усмешкой толкнула острым локотком Аксина в бок. — И где же твоё наивное человеколюбие?

— Сгорело, вместе с Лерой и другими…. — Буркнул враз помрачневший юноша.

— Да ладно, извини.

— Ничего, всё нормально. — Лицо юноши обрело прежнее, безмятежное выражение, лишь в глубине глаз всё ещё плескались волны боли от тяжёлых воспоминаний. — Ашалос, срубите пару-тройку небольших деревьев, да сделайте нечто похожее на носилки. Надо будет быстро передвигаться, а мне за вами не успеть на своих двоих.

— Да уж, разленился ты, взвалил всё на плечи своих мертвяков. — Демон, рисуясь, хлопнул ладонями по своим мощным бёдрам. — Не только разум должен быть силён, но и тело….

— Предпочитаю и дальше взваливать всё тяжёлое на зомби. — Аксин критически осмотрел несколько связанных между собой стволов молодых деревьев, срубленных и очищенных от веток сноровистыми дроу. — Не очень удобно, но другого выхода нет.

Юноша взгромоздился на импровизированные носилки, и дал команду четырём зомби поднять их на плечи.

— А не свалишься со своего насеста? — Полушутя уточнила Белла, с беспокойством посмотрев на хлипкую конструкцию из связанных палок.

— Не волнуйся, зомби будут бежать ровно. — Аксин чуть поёрзал, безрезультатно стараясь устроиться поудобнее на жёстком творении дроу. — Да и личи подстрахуют магией, если что. Ну, что Ашалос, бегом к следующему месту. Только сильно не рвитесь, моё мёртвое воинство может за вами не поспеть.

Тёмные эльфы молча бросились вперёд, за ними, повинуясь приказу юноши, гулко топая, побежали зомби, неся носилки с вцепившимся мёртвой хваткой в раскачивающиеся пружинистые палки чуть побледневшим юношей. Чуть в стороне, со скучающим выражением на лице плавно и грациозно передвигался Моор. Взглянув на его почти неторопливый шаг, юноша даже немного позавидовал новорожденному вампиру.

— Что, лентяй, это тебе не на твоём скорпионе разъезжать. — Ваалор безо всякого труда бежал рядом, не забывая посмеиваться над Аксином. Ламия неслась впереди, всё подначивая дроу прибавить шаг, а Малыш носился вокруг, иногда радостным лаем подбадривая бегущий. В общем, все живые, кроме юноши, явно получали удовольствие от такого способа передвижения.

— Эй, Аксин, а тебя там не укачает? — С преувеличенной заботой оскалился демон. — Хотя можешь не отвечать, и так всё заметно. Кстати, зеленоватый оттенок кожи тебе очень идёт.

— Да заткнись ты! — Юноша в сердцах замахнулся на демона, но тут же снова схватился за обструганные прутья.

— Ну, вот, сразу ругаться — Ваалор улыбался всё шире, от души забавляясь — а если не заткнусь? Слезешь с носилок, догонишь, и долбанёшь своим посохом? Да ты герой, я тебя уже боюсь….

— Ну, ты сам напросился. — Взбешённый юноша мстительно посмотрел на хохочущего демона. — Малыш, дядя Ваалор хочет побегать быстрее. Помоги ему, будь добр….

Пёс с радостью исполнил команду хозяина, подскочив к демону, и куснув его за ногу. Демон полушутя, полусерьёзно взвыл, И бросился на убегающего довольного зверя.

— Ну, прямо как дети. — Сквозь зубы прошипел Аксин.

— Тут ты не прав, младшенький. — Белла перестала доставать тёмных эльфов, и, побежав чуть медленнее, поравнялась с бегущими зомби. — Мой братец, хоть и старается выглядеть непроходимым олухом, всё-таки демон, проживший не одну человеческую жизнь. И он очень умён, хоть по его поведению этого и не скажешь….

— Знаю. — Мотнул головой Аксин, стараясь говорить короткими словами в такт качающимся носилкам, чтобы ненароком не прикусить себе язык. — Его… просто… гложет скука…. Как и тебя.

— А что бы мы ещё с тобой возились? — С усмешкой прищурилась Ламия.

— Хочешь присоединиться к Ваалору? — Ехидно посмотрел на Беллу юноша. — Только скажи, я попрошу Малыша, думаю, он мне не откажет.

— Совести у тебя нет, натравливать этого ужасного зверя на свою любимую сестрёнку — картинно взмахнула руками ламия — изверг….

К вечеру юноша распорядился сделать привал. Не слушая возражения ничуть не уставших дроу и демонов, Аксин со стоном слез с проклятых носилок.

— Осталось совсем немного, поселение располагается вон за тем холмом. — Ашалос подошёл к старающемуся разогнуть затёкшую спину юноше. — Мы добежим за несколько минут.

— Предпочитаю идти не торопясь, чуть подольше, но готовым ко всему. — Аксин с отчётливым хрустом выпрямился. — Кошмар…. Это же жуткие мучения….

— Да. — Кивнул головой тёмный эльф. — Есть такой вид пытки. Когда человека помещают в небольшую клетку, где он не может разогнуться или хотя бы сесть, просто выпрямив ноги. Тело скоро затекает. И само становится орудием палача. Не надо ни огня, ни щипцов, ни игл…. Просто немного терпения.

— Хорошо хоть, не догадались меня на кол посадить, о верноподданные дроу. — Аксин с гримасой боли растирал затёкшую поясницу. — Эх, как же я скучаю о своём скорпионе….

— Тихо вы. — Ламия, замерев, принюхалась. — Мне кажется, рядом есть кто-то с тёплой кровью. И крупный.

Тёмные эльфы, не слово ни говоря, тут же буквально растворились в охватывающих лес вечерних сумерках.

— Это не может быть олень или медведь? — Поинтересовался Ваалор, поудобнее перехватив свой огромный меч. — Или крестьянин по каким-то делам отошёл от поселения?

— Рядом никого нет. — Ашалос вынырнул из тени деревьев.

— Странно. — Ламия закрутила головой. — Действительно…. А ведь я могла поклясться, что кто то стоит рядом, и наблюдает за нами.

— Сестричка, а ты не перетрудилась сегодня? — Демон забросил меч за спину, где его тут же обхватили и накрепко зафиксировали кожаные ремни, гибкими змеями плетя сложные узоры по блестящей стали.

— Не знаю…. — Странно, но Белла не набросилась на брата, как обычно, а продолжала напряжённо всматриваться вдаль.

— Не думаю, чтобы кто-то смог ускользнуть от трёх охотников-дроу. — Успокоил её Аксин.

— Значит, мне всё-таки показалось. — Белла немного расслабилась, продолжая коситься по сторонам. — Ну, мы почти на месте, что дальше?

— Дальше всё просто — входим в селение, устраиваемся на ночлег, говорим, что я маг, путешествую по делам гильдии. И ждём. — Аксин достал и покрутил в пальцах золотую монету. — В такой глуши вот эта вещичка надёжнее всех верительных грамот. Дроу засядут в засаде, поближе к дороге, предупредят, если вдруг кто появится. Думаю, наш таинственный маг, играющий с Первородным пламенем, не заставит себя долго ждать.

— А когда он появится, то что? — Поинтересовалась Белла. — Героически погибнешь вместе с деревней? Лучше нам всем устроить лагерь неподалёку.

— Сестричка, с нами некромант, да не простой, а Тёмный Властелин, и четвёрка личей. — Ваалор был ничуть не обеспокоен происходящим. — Про обычных зомби я уже и не говорю. Ни один маг не сможет противостоять такой силе.

— То место, где мы были недавно, было уничтожено одним ударом. — Поёжилась ламия. — Раз, и всё…. Будет разумнее устроить лагерь в стороне.

— Несравненная Белла права. — Ашалос встал на сторону демоницы. — Да и поселение там небольшое, постоялого двора нет. Сложно будет разместить всех зомби, не вызывая подозрений.

— Хорошо, хорошо, утром подходим к деревне, вытаскиваем старосту, или кто там всем заправляет, выспрашиваем его, потом размещаемся в стороне, и ждём. — Согласился юноша. — Надеюсь, не придётся торчать тут вечно.

— Почему утром? — Поинтересовалась Белла.

— А ты посмотри на нас — решил блеснуть интеллектом Ваалор — толпа вооружённых громил вдруг появляется из ночной темноты…. Да местные и разбираться не будут, кто к ним пожаловал, здесь же недавно война отгремела, разбегутся, собирай их потом по кустам всю ночь….

— Ты прав. — Юноша осмотрелся по сторонам, и, найдя пригорок по суше, с видимым облегчением сел, вытянув ноги. — Ашалос, подежурьте ночью, мало ли что. Зомби хороши, но вот часовые из них не очень. Сначала бьют, а потом разбираться мне приходится, кто шёл, зачем….

— Конечно. — Дроу коротко поклонились, и бесшумно разошлись, охватывая лагерь с разных сторон.

— Вот, теперь и мышь незамеченная не проскочит. — Довольная ламия бухнулась рядом с юношей. — Кстати, Аксин, ты заметил, что твои мертвяки больше не бросаются на тёмных эльфов, стоит им подойти близко к тебе?

— Заметил. Видимо, зомби помаленьку научились понимать внутреннюю агрессию дроу. И поняли, что мне ничего не угрожает.

— То есть они у тебя могут учиться? — Удивлению Беллы не было предела.

— Конечно. — Сонным голосом пробормотал юноша, укладываясь поудобнее. — Зря, что ли я над ними целый год колдовал?

Ночь раскинула свои тёмные крылья над лесом, укутав деревья непроглядной пеленой темноты. Аксин спал, уставший после тяжёлого пути, оберегаемый четвёркой личей, следящих, чтобы даже комар не нарушил сон из повелителя. Во сне лицо юноши расслабилось, сбросив маску холода и равнодушия, маску, с которой Аксин, казалось, сросся на Древней земле….

— Посмотри на него, ведь совсем ещё ребёнок. — Ламия чуть ли не с умилением смотрела на спящего юношу.

— А ты что думала? — Шёпотом ответил сидящий рядом демон. — Что он за год сумел постареть на тысячелетие, разом превратившись в бездушного нелюдя? Несмотря на реки пролитой крови, Аксин умудрился остаться человеком.

— Теперь я понимаю, почему Тьма его выбрала. — Белла сорвала травинку, и задумчиво вертела её в изящных пальчиках. — Чтобы понять истинную сущность Тьмы, нужно оставить внутри себя лучик света.

— Не нужно ставить Тьму и зло на одну сторону весов. — Чуть слышно фыркнул Ваалор. — Тьма, это Тьма…. Сила, противоположная Свету. Лишь в борьбе двух противоположностей может развиваться этот мир, таковым его создали боги. А зло… это просто отсутствие добра. Оно может быть и в Свете, и во Тьме….

— Да всё я прекрасно понимаю. — Белла нежно обняла брата за плечи, и легонько поцеловала в щёку. — Отдыхай уже, философ. Нам ещё с этим таинственным нечто сражаться. Вот скажи, почему мы с тобой, демоны из правящей семьи, прожившие кучу человеческих жизней, идём за этим мальчишкой?

— Не знаю, сестрёнка. Я просто понимаю, что должен идти по этому пути.

— И я не знаю….

Утром события понеслись со скоростью взбесившегося скакуна. Видимо, капризной Турнии надоело наблюдать степенный и распланированный поход и она решила — а ну его, этот порядок. Протянула свою маленькую, но всесильную ручку, и перемешала всё….

Аксин проснулся на рассвете от странного чувства. Юноше показалось, что где-то пока ещё далеко появилось нечто или некто жаркое, огромной силы, и это таинственное нечто быстро приближается. Он вскочил на ноги, и посмотрел на обеспокоенных демонов.

— Вы ничего не чувствуете?

— Да…. — Ваалор покрепче схватился за свой неизменный меч, но теперь в его поведении чувствовалась не бравада, а нервозность и… неуверенность. — К нам что-то приближается. Вот это мощь! Огромная, жуткая… всеразрушающая….

— Мальчики, предлагаю по быстрому сделать отсюда ноги. — Ламия суетливо оглядывалась по сторонам. — И, чем раньше мы это сделаем, тем лучше. Аксин! Я знаю этот взгляд! Только не говори, что людей в поселении нужно предупредить!

— Хорошо, не буду. — Юноша сосредоточенно посмотрел в сторону маленькой деревушки, затем резко свёл руки, и плавно развернул их в разные стороны. Волна ужаса понеслась вперёд, заставляя людей резко просыпаться, вскакивать, и нестись куда глаза глядят от ужасного нечто, жуткого страха, что вдруг возник в их головах. Не прошло и минуты, как дома опустели.

— Этот ужас подействовал только на людей. — Спокойно произнёс Аксин. — Теперь они будут бежать, пока не упадут без сил. Хорошее заклинание. Жаль, легко блокируется обычными защитными амулетами, но в такой дыре откуда такая роскошь?

— И что теперь?!

Не обращая внимания на впадающую в панику ламию, юноша спокойно взял в руки свой посох. Затем, выпрямившись, посмотрел в сторону приближающегося источника магии.

— А теперь мы посмотрим, что это такое стало причиной моей бессонницы.

— Аксин, к нам гости. — Ашалос бесшумной тенью возник перед приготовившимся к бою юношей.

— Да, я чувствую это. — Спокойно произнёс Аксин, набрасывая боевую ипостась некроманта.

— Да нет, небольшой отряд движется со стороны гор. Гномы и несколько людей-магов.

— Кого это принесла нелёгкая? — Некромант, покрытый всполохами тьмы, повернул голову в сторону, куда указывал дроу. — Видимо, почувствовали отголоска моего заклинания ужаса. Но что им здесь нужно?

— На это я смогу вам ответить, владыка Аксин. — Прошелестел холодный, безжизненный голос.

Дроу и демоны резко обернулись к источнику голоса, выхватывая оружие. Фигура, затянутая в тёмные одежды, прикрывающие каждый сантиметр кожи, спокойно стояла в стороне, на безопасном расстоянии. Лицо незнакомца скрывала серебряная, отражающая первые лучи солнца маска. Рука в кожаной перчатке твёрдо держала простой деревянный посох. Странно, но ни воины-зомби, ни личи никак не отреагировали на появление незнакомца. Лишь Малыш ворчливо что-то прорычал, и повернул голову в сторону надвигающегося источника магии.

— Ты кто такой?! — Демон вскинул меч повыше, готовясь атаковать.

— Это не враг. — Невозмутимо произнёс Аксин. — Ваалор, давно пора привыкнуть, что моя мёртвая армия незамедлительно реагирует, если рядом кто-то испытывает хоть малейшую тень вражды. А сейчас они стоят спокойно. Успокойтесь, кажется, я знаю, кто это…. Присоединяйтесь к нам, заодно и расскажите, как вы тут очутились, Лер Флерес.

Глава 11

— Во и на этот раз мне не удалось спрятать от тебя свою личину. — Из под маски послышался скрипучий смех. — Прямо, как при первой нашей встрече, Владыка Аксин. Помнишь тот гостевой домик в школе магии? Прошло совсем немного времени, а как всё поменялось…. Иногда мне кажется, что это было вечность назад.

— Время любит ходить кругами, Лер Флерес. — Юноша внимательно осмотрел затянутую в чёрное фигуру эльфа. — Да, ты изменился, сильно изменился….

— Огонь ещё никого не украсил. — Казалось, под серебряной маской лицо Флереса скривилось. — А уродство не сделает добрее ни человека, ни эльфа…. Но изменился не только я. Смотрю, ты всё это время не стоял на месте. Выбрал свой путь в жизни, и не сходил с него. Теперь я вижу перед собой истинного Тёмного Властелина. Даже духи природы стали обходить тебя стороной, боятся приближаться, хоть ты их и не видишь. Предпочитают быть подальше от Тьмы, той, что ты носишь внутри себя.

— Сейчас на мне боевая ипостась некроманта, доспехи из первозданной Тьмы, так что это вполне естественно, что духи природы от меня шарахаются. — Аксин обернулся в сторону быстро приближающегося к отряду таинственного источника магии. — Но поболтать мы с тобой сможем и потом, сейчас явно есть дела поважнее. Так ты говоришь, что сможешь рассказать, с чем нам сейчас придётся столкнуться?

— Духи природы обходят тебя десятой дорогой и без этой твоей боевой ипостаси, я почти сутки наблюдаю за тобой. А насчёт этого… пока не знаю. Есть только некоторые предположения. Я говорил, что могу сказать, что за отряд магов и гномов сейчас к нам приближается. — Эльф сделал несколько быстрых, лёгких шагов, и встал рядом с юношей. Ваалор и Беллой с удивлением заметили, что мёртвое воинство некроманта никак не отреагировало на эту вольность.

— Странно, когда я первый раз подошёл к нему без амулета, эти мертвяки меня чуть на части не разорвали — прошептал поражённый демон, глядя на эту невероятную картину. — А на этого никакого внимания. Удивительно….

— Ничего странного, Лер Флерес и я с некоторых пор связаны Тьмой, хоть он об этом ещё и не подозревает. — Усмехнулся юноша. От его улыбки повеяло такой страшной, разрушительной силой тьмы, что, казалось, даже деревья, растущие рядом, отпрянули, отдёрнув ветви как можно дальше. — Крепко-накрепко связаны жизнями погибших воинов нашего отряда и нашей общей смертью. Такое жертвоприношение, там, где затем использовалась некромагия, хоть и невольное, не может остаться незамеченным Тьмой.

— Да, тогда, в пламени, я перешагнул черту между жизнью и смертью. Лишь искусство лучших лекарей империи смогло вернуть меня обратно. — Спокойно произнёс эльф. — А почти сразу за мной перешагнул эту черту ты.

— Позже будете обмениваться ностальгическими воспоминаниями! — Не выдержала ламия. — Что это такое к нам приближается?!

— Не знаю, но, как говорил, могу предположить — Флерес осмотрелся вокруг — и, думаю, нам всем пора отсюда убираться, если я прав. И убираться как можно быстрее и дальше. Иначе повторим судьбу сожженных в своих домах крестьян.

— Да чтобы я бегал от опасности?! Никогда!

Демон вскинул свой огромный меч к небу, и издал громоподобный рёв, словно вызывая на бой эту таинственную силу.

— Ваалор, спрячь свою бесполезную в данном случае железяку, хватай сестру, и мотайте быстрее отсюда. — Не повышая голоса, подчёркнуто спокойно произнёс Аксин. — Ашалос, Флерес, вас это тоже касается. Это мой бой, не ваш.

— Но Аксин….

— Бегом!

Голос Аксина, ещё недавно тихий и спокойный, загремел, ломая волю всех вокруг, заставляя мышцы обмякнуть и задрожать, лишая тело сил, и вселяя в душу бездонный ужас. Всего одно слово некроманта выгнало почти все мысли из головы, оставляя только одну — повиноваться, повиноваться немедленно, повиноваться, даже не задумываясь о сопротивлении и противодействии. Посеревшая и съёжившаяся ламия попятилась назад, демон мгновенно растерял весь боевой пыл, и побледнев, опустил меч. Гордые дроу склонились в поклоне, скрестив руки на груди. Лишь на эльфа, сейчас больше похожего на мертвеца, чем на живое существо, магия голоса юноши не произвела абсолютно никакого впечатления.

— Идёмте. — Флерес направился вглубь леса, за ним, после короткой заминки, двинулись тёмные эльфы и пара демонов. — Аксин знает, что делает.

— Но он может не справиться в одиночку…. — Демон в сомнениях остановился, и, обернувшись, посмотрел назад. На его лице явно читалось желание наплевать на приказ, и со всех ног броситься назад. Вся сущность демона-воителя противилась происходящему, нашёптывая — там враг, а ты трусливо бежишь с поля боя, это неправильно. Хватай меч, и вперёд! Поруби неприятеля на части, пусть тот умоется собственной кровью, разорви, развей клочки по ветру, уничтожь даже малейшие воспоминания о враге….

— Устами Аксина говорит сама Первозданная Тьма. — Ашалос успокаивающе положил руку на крепкое плечо Ваалора. — Если Тёмный Властелин говорит уходить, все мы обязаны повиноваться, не раздумывая. И это не имеет ничего общего с трусостью. Просто судьба приберегает для каждого свой бой. Все знаки, все сны Аксина говорят, что это именно его бой. Его, не твой и не наш. Теперь он — Глашатай Тьмы, её меч, её мощь. Он — туча, застилающая дневной свет и несущая ночь вместо яркого полдня. Не стоит становиться между Тьмой и её жертвой. Не стоит противиться судьбе.

— Как бы жертвой в этом бою не оказался сам Аксин. — Демон стряхнул с плеча руку дроу, и решительно двинулся назад, но тут Белла яркой, переливающейся молнией метнулась наперерез, преградив путь брату.

— Ты хочешь, чтобы наш младшенький сегодня погиб, бросив все силы на защиту тебя, безмозглого остолопа, вместо того, чтобы полностью сосредоточиться на противнике? — Тихо прошипела разъярённая вампирша. — Пока он один, в боевой ипостаси некроманта, да под защитой своего мёртвого воинства, у него есть шанс победить. И есть все шансы выжить в этом бою. А если он будет разбрасываться, пытаясь защитить нас, то что тогда произойдёт? Подумай своей пустой башкой, ведь сила, что надвигалась, была огромна. Истинное первородное, первозданное пламя…. Первая созданная богами стихия, стихия разрушения. Он — величайший некромант, мастер магии смерти, Тёмный властелин…. А мы — всего лишь обуза в бою двух начал этого мира. Да Аксин просто погибнет, распыляя защиту на всех нас! Ты этого хочешь?!

— Белла права, сейчас мы все будем лишь обузой. — Флерес бесцеремонно толкнул демона. — Идёмте, тут недалеко есть невысокая скала, там вполне безопасно. И мы сможем с её вершины наблюдать, что там будет происходить.

— Ты говорил, что у тебя есть мысли, что это за сила к нам приближается. — Нехотя повинуясь эльфу и продолжая путь пробурчал демон. — Не хочешь ими поделиться?

— Пока нет такого желания, не хочется портить вам сюрприз. — Раздался сухой смешок из-под маски. — Скоро сами всё увидите.

— Понятно, всё ещё играешь в шпионов. Всё тайны, тайны…. — Вклинилась в разговор ламия. — А что это за отряд из магов и гномов, хоть это ты можешь нам сказать?

— Этот отряд ведёт Гарвин. Маг, что чуть не убил меня и Аксина. Он узнал, что некромант вернулся на земли Империи, и решил выяснить, зачем.

— А он не ударит Аксина со спины? Воевать на два фронта….

— Скоро там начнётся такое, что рядом лучше не появляться никому из простых смертных. — Покачал головой эльф. — Гарвин сейчас тоже почувствовал всю мощь приближающейся силы, и, я уверен, остановился в стороне. Где-нибудь на холме или скале, чтобы в безопасности наблюдать, что происходит, как и мы сейчас. Он не такой дурак, чтобы лезть в самое пекло. Кстати, мы уже пришли.

Эльф указал на достаточно высокий каменистый холм, лишённый растительности.

— Отсюда я следил за вами этой ночью, когда вы меня чуть не обнаружили. Сначала немного увлёкся, подошёл слишком близко, потом пришлось ретироваться сюда. Прекрасное место, есть несколько укромных местечек, и хороший обзор. Деревня и окрестности как на ладони. Мы спрячемся вот здесь, в тени этих валунов.

— Так это тебя я почувствовала вчера вечером. — Вскрикнула ламия. — А вы мне не верили…. Издевались ещё, изверги. Смеялись….

— Удивительно, как дроу не смогли тебя поймать, когда ты подошёл близко к лагерю. — Демон с недоверием посмотрел на эльфа. — Они же прочесали всё вокруг стоянки. А лучших разведчиков я в жизни не видел, а уж пожил то я изрядно.

— Я - дитя леса, как тёмные эльфы — дети гор и ночи. — Пожал плечами Флерес. — Не так то легко поймать эльфа в лесу, если он этого не захочет. Каждая травинка следы спрячет, каждый листочек скроет, деревья ветвями загородят, духи леса глаз отведут, запутают, в другую сторону преследователей уведут….

— Смотрите, что это?! — Крик поражённой ламии прервал Флереса. Демоница первой заметила приближающего неприятеля.

— Похоже, началось. — Эльф спокойно опёрся о посох, и всмотрелся в быстро приближающуюся точку в небе. — И, кажется, я был прав в своих предположениях. Смотрите внимательно, сейчас мы увидим великий бой, равному которому земля не видела уже несколько столетий. Сюда летит дракон….

Аксин внимательно осмотрел место будущего боя. Ипостась некроманта приглушала чувства, несмотря на изрядную порцию крови демона, бурлившей в венах юноши. Находясь под воздействием боевой ипостаси, Аксин становился похожим на боевой стальной клинок — холодный, без чувств и эмоций, и смертельно опасный. Мозг юноши работал чётко, слаженно, анализируя ситуацию и набрасывая план действий.

— Моор…. — Вампир серой тенью качнулся вперёд. — Иди, встреть этот отряд магов и гномов. На рожон не лезь, зря не рискуй. Просто постарайся их задержать, если вдруг они решат идти сюда. Если не пойдут — только наблюдай. На глаза не показывайся.

Моор, коротко кивнув, побежал исполнять приказ господина.

— Малыш, отойди шагов на сотню-другую в сторону. Хотя нет, лучше на три сотни шагов. — Вспомнив размер выжженного круга на месте разрушенного поселения, Аксин прикинул зону поражения этого странного пламени. — В бой сразу не вступай, смотри, выжидай. Ударишь в тот момент, когда этот загадочный враг будет полностью поглощён атакой на меня и зомби. Постарайся бить наверняка. Не сможешь нанести такой удар — лучше вообще не вмешивайся. Я надеюсь на тебя. Твоя задача — нанести смертельный удар, если будет возможность, или вытащить меня, если всё обернётся против нас в этом бою. И… будь осторожен.

Пёс гавкнул, давая понять, что всё понял, и чёрной молнией бросился прочь.

— А я встану чуть в стороне от деревни. Первый удар будет по этим лачугам, успею понять, с чем имею дело. Чонинг бы побрал этого эльфа с его загадочностью. Не мог просто сказать, что это, по его мнению, надвигается. Нет, загадки, недомолвки, многозначное молчание. Нагнал туману…. Закончу здесь, душу из него вытряхну. Ещё пожалеет, что тогда не сгорел, философ-разговорщик длинноухий….

Негромко разговаривая сам с собой по привычке, появившейся от долгой жизни в одиночестве на Древней земле, Аксин устроился в скрывшем его и зомби густом кустарнике неподалёку от поселения. Мертвецы сразу встали защитным кольцом вокруг своего господина, а четвёрка личей набросила в несколько слоёв защитные магические щиты, способные отразить практически любой удар. Обычных магов такие энергоёмкие заклинания сразу же убили бы, но личам это не грозило, они и так были мертвы…. Покрепче сжав посох, Аксин мысленно обратился к своему оружию, недавно получившему собственную душу.

— Ну, что, вот и пришёл наш час. Сейчас проверим, на что мы с тобой способны.

Посох чуть нагрелся, став тёплым, как рука живого человека.

Воздух вокруг вдруг еле слышно загудел, став сухим и жарким, словно кто-то неподалёку открыл дверцу невидимой печи, выпустив тепло наружу…. Над поселением скользнула тень, на мгновение закрыв солнце.

— Да это же дракон! — Выдохнул поражённый юноша.

Глядя на гибкое, изящное, покрытое блестящей, переливающейся чешуёй тело летящего ящера, Аксин лихорадочно вспоминал, что он знал о драконах, о их сильных и слабых сторонах. Несмотря на то, что они в качестве персонажей встречались почти в каждой старой легенде, человечество знало очень мало об этих удивительных созданиях. Драконы крайне редко сталкивались с людьми, а люди ещё реже выживали после этих встреч. Не то, чтобы драконы были маниакально жестоки и кровожадны, нет, обычно они обращали внимание на человека не больше, чем тот на копошащихся под ногами муравьёв. Эти гордые летающие ящеры редко выбирались из своих убежищ, устроенных на неприступных вершинах или необитаемых островах далеко в океане. В сущности, драконам в основном не было никакого дела до человеческого племени, источниками возникающих конфликтов обычно выступали люди. Всегда находился идиот, возомнивший себя могучим воином или непобедимым магом, либо богач, готовый заплатить целое состояние за коготь, клык, кусок шкуры дракона. И тогда дракон подвергался нападению…. Иногда это была просто самоубийственная атака в лоб, иногда — коварная, тщательно спланированная засада. Результат этого безумия был известен за ранее — от глупцов, посмевших поднять оружие на летающего, покрытого непробиваемой чешуёй, выдыхающего огонь огромного летающего ящера не оставалось практически ничего. Дракон уничтожал таких героев в одно мгновение, сжигая дотла или разрывая на части острыми, как бритва когтями, которые были крепче даже самой лучшей стали гномов. История знала случаи, когда один такой монстр превращал цветущие города в безжизненные пепелища, неприступные твердыни — в руины, и обращал в бегство целые армии. Люди, гномы, и эльфы быстро сошлись на одном мнении — если бы драконы захотели, то легко завоевали бы всю землю, обратив живущих на ней в рабов или просто уничтожив. Но земля не была нужна этим удивительным крылатым созданиям. Они выбрали для себя небо….

— Ничтожные грабители могил, жалкие черви, осмелившиеся протянуть свои грязные лапы и осквернить истинное величие! — Громовой голос дракона прокатился до самого горизонта. — Это вам кара за мерзкие дела ваши! Пламя падёт на дома, и это будет продолжаться, пока не будет возвращено то, что было похищено! Или пока весь ваш проклятый богами род не сгорит дотла в очистительном огне!

Мгновение, и пустую деревню накрыла волна всепоглощающего пламени. Всего один выдох дракона — и поселение пропало. Дома, деревья, скот, оставленный убегающими крестьянами — всё в одно мгновение превратилось в пепел.

— Однако…. — Прошептал поражённый юноша. — Интересно, из-за чего он так взъелся? Что могли натворить простые земледельцы и старатели такого, что теперь эта буйная летающая зажигалка палит все деревни в округе почём зря?

Дракон, развернувшийся, и собирающийся было улетать, вдруг сделал петлю в воздухе, и замер, паря напротив того места, где стоял Аксин со своим мёртвым воинством.

— Тьма, не прячься, я тебя чувствую. — Прошипел ящер. — Ты где то рядом, дитя ночи, создание мрака. Выходи, Враг Света.

Глядя в светящиеся ярким светом глаза дракона, Аксин вдруг почувствовал холодную, поглощающую все эмоции ярость. Перед ним был ВРАГ, Воин Света, такой же, как и юноша — Пророк Тьмы. Две противоположные силы этого мира встретились лицом к лицу, и итог этой встречи мог быть только один…. Бой, бой до полной, безоговорочной победы. И пленных в этом бою никто брать не собирался….

— Приветствую тебя, воитель жаркого пламени, дитя солнца, крылатый воин, порождающий бурю — слова древнего ритуального приветствия сами собой сорвались с губ Аксина, юноша сделал несколько шагов вперёд, и встал перед драконом. — Приветствую, владыка неба.

— Приветствую тебя, воин ночи, меч Тьмы, дитя мрака, смерть всего сущего. — Прогремел ответ ящера. — Некромант…. Тёмный Властелин…. Неужели кто-то ещё остался на этой земле в живых из вашего проклятого племени?

— Как видишь, остался. — Аксин окинул взглядом пепелище. — Но пока смертью всего сущего можно назвать тебя, зря ты обратился ко мне с этим титулом. Думаю, сегодня он твой по праву. Скажи, зачем ты спалил деревню? Чем это простые крестьяне навлекли на себя гнев властителей неба?

— Кто-то из живущих по ту или иную сторону гор совершил святотатство. — Дракон в ярости забил крыльями. — Ужасное, немыслимое…. Наш народ не оставит этого без должного наказания. Пламя падёт на землю, дома обратятся в пепел, и не будет покоя проклятому племени людишек-воров, пока святыня не вернётся к нам.

— Это я уже слышал. — Холодно усмехнулся Аксин. — То есть, у вас что-то украли, и теперь вы, драконы, не нашли ничего лучше, чем жечь всё вокруг, не разбираясь, кто виноват, а кто прав? А головой для начала подумать не пробовали? Или это не для вас? Наверное, все мозги от жара выкипели. Немудрено, если всё время огонь выдыхать….

— Не тебе, проклятый светом, порождение ночи, учить нас, что делать. — Дракон не сводил с юноши своего горящего взгляда. — Или ты решил потянуть время и пожить чуть подольше, заболтав меня перед своей смертью? Не выйдет. Ты меня уже утомил, так что готовься соединиться навеки со своей драгоценной Тьмой, могильный червяк! Жаль, что ты не сможешь помучаться перед смертью, моё пламя милостиво, убивает сразу. Хотелось бы наказать тебя за твою дерзость, но увы, не все желания осуществимы!

Магический щит затрещал под напором огненного выдоха разъярённого дракона. Безудержная злоба и ярость огня столкнулась с холодом и пустотой тьмы…. Четвёрка личей с трудом удерживала защиту, вкладывая все силы в поддержание заклятия. Дракон, яростно рыча, выдохнул очередной огненный вал. Щит из тьмы стал медленно прогибаться, поддаваясь всесокрушающему напору первородного пламени. Мёртвые лица личей, казалось, побледнели ещё больше, хотя это было невозможно, затем их тела окутала тьма щупальцами чёрного тумана…. Щит перестал прогибаться, и выровнялся, вновь превратившись в идеально ровную сферу.

— Удивительно — прошептал юноша, глядя на четвёрку мёртвых магов — боевая ипостась некромантов. Не думал, что они на такое способны.

Дракон, видя, что огонь так и не охватил тело проклятого некроманта, в ярости удвоил усилия. На вырывающееся из пасти ящера пламя, превратившееся из красного в почти белое, было больно смотреть. Лес вокруг юноши рассыпался раскалённым пеплом, земля раскалилась добела, яркими ручейками потекли начавшие плавиться камни….

— Давай, давай, ещё немного…. — Шептал сухими, растрескавшимися губами Аксин, сжимая посох, и сдерживая своей волей рвавшихся броситься в бой зомби. Вне щита его мёртвое воинство мгновенно обратилось бы в прах, а юноша рассчитывал найти для своих солдат другое, более лучшее применение. — Давай, постарайся ещё немного, добавь огня…. Видишь, осталось ещё чуть-чуть поднажать, и всё, защита разрушится….

Щит вновь затрещал, мощь пламени была настолько колоссальна, что даже четвёрка личей в боевой ипостаси некроманта не могли остановить этот всепоглощающий огонь.

— Прекрасно, вот теперь пора. — Холодно улыбнулся уголками губ юноша, и, вложив несколько укрепляющих заклинаний в щиты, перехватив управление заклятием у личей, резко вывернул его, превратив в сферу, окружившую дракона.

Ящер, ослеплённый собственным пламенем, не сразу понял, что попал в ловушку. Огонь, отразившись от щита, обрушился на тело дракона…. Дикий рёв зверя разнёсся по округе оглушительной волной, заставляя разрываться от ужаса сердца мелких зверушек, оказавшихся рядов, и не успевших далеко убежать….

— Что, не нравится тебе свой собственный огонёк? — Рассмеялся Аксин. — Бывает. Ничего, зато ты стал первым в истории драконом, зажаренным на собственном пламени….

Хруст разрываемой магической защиты был ему ответом. Чёрные когти дракона рвали плетение, словно это было не заклинание магического щита, а обычная ткань. Несколько взмахов лапой с бритвенно-острыми когтями — и ящер оказался на свободе. Чешуя, покрывавшая его тело, недавно блестевшая и переливающаяся всеми цветами радуги в лучах рассветного солнца, потемнела, покрывшись копотью, кожистые крылья дымились….

— Неужели ты думал, что мой собственный огонь сможет уничтожить меня, червь?! — Взревел дракон. — Я сам есть пламя! Я — это сила огня! Я — сама сущность огненной стихии! Я — это магия! Я — самое первое творение богов в этом мире! Я рождён в первородном огне! Думаешь, твои жалкие потуги меня остановят?!

Несмотря на ипостась некроманта, приглушающую все эмоции, юноша почувствовал неуверенность, грозящую перейти в панический страх. Сейчас дракон казался ему непобедимым противником. Живое существо, сотканное из плоти, первозданного пламени, и чистой магии, магии стихий, что существовала ещё до рождения мира, и будет существовать, когда всё сущее спустя вечность исчезнет в пучине хаоса.

— И это было всё, на что ты способен, воин Тьмы?! — Хохот дракона внушал ужас. — Какое жалкое зрелище!

Ящер, сложив крылья, бросился на Аксина….

Хлоп! Рефлексы юного мага опередили мысли. Не задумываясь, юноша от всей души влепил чёрную молнию в морду дракона. Заклинание, легко раскалывающее камень, усиленное одушевлённым оружием, ударило ящера, словно молотом, останавливая атаку, и отбрасывая в сторону оглушённого дракона….

— Не нравится?! — Настал черёд Аксина торжествовать. — Так ты, хоть и можешь разрывать нити магических плетений, но сам уязвим для магии. И она тоже оказывают на тебя воздействие!

— Всё равно твоих жалких сил не хватит, чтобы победить! — Дракон выдохнул очередную струю пламени, тут-же отражённую личами. — Мои когти разрывают скалы, моё дыхание — первозданное пламя, чешуя — непробиваемые доспехи!

— Непробиваемые доспехи?! Какое самомнение! — Неуверенность юноши исчезла, на её место пришёл дикий азарт боя. Кровь демона словно вскипела, заглушив холод ипостаси некроманта. — Да тебя до этого просто слишком слабо били!

Магические атаки, одна за другой, дождём посыпались на буйствующего дракона. Четвёрка личей, повинуясь приказу Аксина, обрушили на летающего ящера весь арсенал атакующих заклинаний некромагии. Молнии, шары тьмы, замораживающие пульсары, плети праха, кислотный туман…. Некоторые заклинания бессильно скользили по твердокаменной чешуе дракона, некоторые ощутимо били ящера, отбрасывая его, заставляя рычать от боли, но ни одно не смогло прикончить, пробив бронированную шкуру, напитанную магией. Монстр действительно казался неуязвим. Крылатый ящер медленно снижался, принимая на себя все магические атаки….

Щупальца Тьмы метнулись к дракону, охватывая его своими смертельными объятиями. Аксин применил одно из самых мощных заклинаний из арсенала некромагии. Бесполезные на большом расстоянии, на короткой дистанции эти щупальца буквально разрывали и перемалывали жертву, не оставляя ей ни малейшего шанса. Толстые, как вековые деревья, они запеленали летающего ящера в плотный клубок, и стали сжиматься…. Разделся хрип задыхающегося ящера, треск костей…. Затем вдруг тёмный узел распался, щупальца растворились. Торжествующий дракон, светился ярким, режущим глаза светом.

— Думаешь, только из Тьмы возможно сплести магические доспехи, букашка?! — Довольный голос ящера прокатился над местом битвы. — Свет и пламя тоже способны на это!

Ярким метеором дракой понёсся на плотный строй зомби. Магические щиты, спешно выставленные личами, на этот раз не смогли остановить зверя. Он с лёгкостью разметал заклинание, преграждающее путь, и, размахивая когтями, набросился на юношу. Чёрный, словно воронёный ятаган коготь со свистом рассёк тело Аксина, не встретив никакого сопротивления.

— Фантом!

— Да, как то не хочется быть нарезанным в мелкую стружку каким-то безмозглым ящером-переростком. — Появившись в нескольких шагах позади дракона, Аксин обрушил Молот Тьмы на хребет зверя. Жаль, но кости дракона выдержали, не разлетелись от этого удара, способного расколоть валун в рост человека. Забив крыльями, и взлетев повыше, дракон в бешенстве зашипел на юношу.

— Ты можешь заполнить всё вокруг фантомами, можешь бежать, прятаться, трусливый червяк, конец всё равно будет один. Сегодня ты умрёшь, некромант.

— Какое самомнение. — Прошептал юноша. — Не стоит недооценивать силу Тьмы, подкопчённая ящерица.

В арсенале некромагии были разные, не только примитивно атакующие в лоб заклинания. Нет, магия смерти позволяла создавать химер, зомби, давала возможность лепить из мёртвой плоти всё, что вздумается некроманту. Обычно такие заклинания требовали длительной и серьёзной подготовки, но Аксин не зря днями и ночами корпел над своими зомби, вшивая в них массу амулетов с подготовленными заранее заклинаниями. И не все эти амулеты были обычными защитными побрякушками…. Некоторые из них несли готовые заклинания, которые нужно было только активировать.

Подчиняясь воле повелителя, два мёртвых воина шагнули вперёд. Несколько пассов руками, круговое движение посоха, и тёмная молния ударила в зомби, не причиняя им вреда, а всего лишь запуская спящее внутри мёртвых тел заклинание высшей некромагии. Заклинание трансформации.

Мертвяки упали на землю, их тела распались на несколько десятков небольших, покрытых костяной бронёй летающих гадов, отдалённо похожих на коршунов с кожистыми крыльями.

— Убейте его. — Прошептал юноша, указывая на дракона. Мёртвые птицы взмыли ввысь чёрными молниями.

Набросившись на дракона, псевдо коршуны облепили голову дракона, пытаясь вырвать ему глаза и расколоть крепкими клювами череп. Дракон в бешенстве затряс головой, пытаясь стряхнуть с себя этих мелких, но опасных тварей. Бесполезно. Отброшенные, они вновь бросались в бой. Забыв про юношу, ящер замахал лапами, ловя и разрывая на части приставучих тварей.

— Прекрасно, это займёт темя на пару минут, а больше мне и не нужно. — Аксин лихорадочно чертил на выжженной земле концом посоха девяти конечную звезду с разными по длине лучами. — Жаль моих зомби, но что поделаешь. Придётся пожертвовать ещё несколькими.

Девять мёртвых воинов заняли места у лучей звезды. Достав короткий, кривой нож из чёрной бронзы, больше похожий на коготь, юноша полоснул себя им по венам левой руки. Кровь тонким ручейком побежала в сложенную лодочкой ладонь. Подождав пару мгновению, Аксин плеснул кровь в центр звезды, прошептав короткое заклинание. Мертвецов, стоявших у лучей звезды, притянуло к центру, закрутило в чёрном вихре, разорвало на части…. Хруст плоти и скрип костей…. Затем воронка вихря исчезла, звезда тоже пропала, а на её месте осталось нечто…. Костяк, покрытый обрывками серой чешуйчатой шкуры, кожистые крылья, огромный голый череп с острыми иглами зубов. Хвост монстра венчал шипастый шар. Костяной дракон, лучшее, что можно было слепить из мёртвой плоти, самое совершенное творение некромантов прошлого.

— Слабоват получился, силы Тьмы вокруг мало. — Досадно вздохнул юноша. — На Древней Земле я бы такую худосочную тварь даже в небо бы не выпустил. Ладно, придётся довольствоваться тем, что есть. Убей!

Юноша коротким взмахом посоха указал на беснующегося в небе дракона, пытающегося спасти свои глаза от вьющихся вокруг коршунов. Монстр неуклюже взмахнул крыльями, и бросился на врага. Костяные драконы были глупыми даже по меркам зомби, сложными в управлении, неповоротливыми созданиями. Но все эти недостатки компенсировались их огромной силой и практически неуязвимым телом. Тьма была главной составляющей костяного дракона, как огонь — у обычного…. Но этот дракон был не так силён, как хотелось бы юному некроманту, слишком мало вокруг было эманаций Тьмы.

Мёртвый монстр подлетел к вертящемуся в небе дракону, и попытался вцепиться своими челюстями ему в горло. Клацк…. Дракон в последний момент увидел новую угрозу, и изящным пируэтом ушёл с линии атаки. Стряхнув с себя пару оставшихся коршунов, он испепелил их одним выдохом, и набросился на нового противника. Ярость и умение короля воздуха столкнулись с почти непробиваемой костяной тушей творения некроманта. Раздались рычание и звуки яростных ударов. Мёртвая плоть стала понемногу поддаваться бритвенно-острым когтям…. Магические удары личей, отталкивающие и на мгновения оглушающие дракона, не давали тому быстро закончить с мёртвым монстром, но и не могли привести к победе….

— Нет, так дело не пойдёт. — Прошептал юноша, собирая всю силу для одного удара. — Этак мы будем до конца мира воевать. Там, где не помогает искусство, поможет грубая сила….

Маленький, не больше горошины чёрный шарик завертелся на ладони Аксина. Юноша кропотливо собирал в него силу Тьмы, той Тьмы, что было ещё до создания всего сущего, до того, как первый лучик света заблестел в непроглядной пелене мрака, знаменуя начало нового времени, времени противостояния двух начал…. Шарик вертелся всё быстрее и быстрее, юноша, с трудом сохраняя концентрацию, всё вкладывал и вкладывал в него силы. На это заклинание нужно было время, и личи и костяной дракон дали это время своему господину, постоянно атакуя дракона. Затем, когда сил уже не осталось, Аксин выбросил руку вперёд, по направлению к дракону. Чёрная горошина сорвалась с ладони, и понеслась вперёд, прямо в морду летающего зверя….

Страшный взрыв потряс окрестности. Сила Тьмы, вырвавшаяся наружу, была ужасна. Деревья, до которых не смог дотянуться огонь, вырвало с корнем, и разбросало на сотни шагов по округе, огромные булыжники смололо в пыль, земля покрылась толстым слоем льда…. Но больше всего досталось дракону. Покрытый страшными ранами, с переломанными крыльями, он рухнул на землю, его пылающие глаза погасли.

— Ну, вот вам и непобедимая ящерица. — Прошептал юноша, и упал, потеряв сознание….

Очнувшись, юноша с трудом разлепил глаза, и увидел склонившееся над ним встревоженное лицо ламии.

— Он слишком долго находится без сознания!

— Конечно, после последнего то заклинания. Я удивлён, что он вообще жив. — Раздался спокойный голос эльфа. — Вложить столько сил в одно плетение…. Интересно, где наше юное дарование откопало такое количество энергии смерти? Тело одного человека просто не в состоянии хранить такой объём магической силы.

— Тихо, он, кажется, очнулся. — Лицо демоницы приблизилось, заслонив собой и без того тусклый свет. — Младшенький, ты как? Живой?

— Затрудняюсь ответить…. Кажется, уже умер…. — Прошептал юноша. — Со стороны должно быть лучше видно.

— Если судить по внешнему виду, то ты точно умер, причём давненько. — Жизнерадостно подметил Ваалор. — Бледный, в лице ни кровинки…. Нет, определённо, твои мертвяки куда лучше выглядели.

— Издеваешься…. — Договорить юноша не успел. Что-то огромное, чёрное, и мягкое, скуля, буквально рухнуло на него. Горячий шершавый язык несколько раз прошёлся по лицу….

— Малыш, прекрати, ты его раздавишь. — Белла безуспешно пыталась оттащить за шкирку пса от юноши. — Ну кто-нибудь, помогите, не стойте, как истуканы! Ваалор, тяни его за хвост….

— Да, чтобы эта зверюга сразу отгрызла мне обе руки? Я к ним привык, да и пригодятся они мне ещё. — Заржал демон. — Сама уж как-нибудь, эта скотина явно питает к тебе слабость, так что сразу не сжуёт.

— Что произошло? — Хотел произнести юноша, но вместо нормальной речи из сухого горла раздался лишь хрип.

— В сторону. — Спокойный, холодный, безжизненный голос подействовал даже на химеру. Малыш потупился, и отошёл. Эльф сел на корточки перед юношей, приподнял его голову, и поднёс к губам чашку.

— Пей.

Жидкость раскалённой волной прорвалась в горло Аксина.

— Что… это? — Между приступы кашля сумел выдавить пару слов юноша.

— Лекарство. — Пожал плечами эльф. — Полежи спокойно, сейчас будет легче.

Раскалённая лава в желудке вдруг исчезла, словно обратившись в живительное тепло, и растёкшись по всему телу.

— Прекрасное средство, почти сразу восстанавливает потерянные жизненные силы. — Констатировал эльф. — И никакого побочного эффекта, не то что эта ваша гадость, что пьют боевые маги. Магический потенциал, конечно, не восстановится так быстро, но хоть ходить сам сможешь.

— И на том спасибо. — Превозмогая головокружение, Аксин сел и осмотрелся. — Мы в пещере?

— Да, пришлось срочно сваливать, пока нас всех не поджарили до хрустящей корочки.

— Кто? Я же победил дракона….

— Вот и сказал бы это трём другим, что прилетели на выручку к своему павшему собрату. Малыш тебя еле успел вытащить.

— А где мои зомби? — Закрутил головой юноша.

— Бились, пока твой пёс уносил тебя с поля боя. Благодаря личам и тому летающему чучелу, которое ты сотворил, у нас было время отойти. — Пояснил Флерес. — Не слабые, я скажу, были у тебя мертвяки. Солдат, конечно, спалили сразу, а личи и этот монстр держали трёх драконов минут двадцать, пока те их окончательно не упокоили. Нам как раз хватило времени, чтобы сбежать, запутав следы. Эти летающие ящеры потом половину леса спалили, тебя искали. В общем, поздравляю, Аксин, ты приобрёл себе ещё одних врагов, да каких…. Думаю, после того, как ты убил дракона, остальные этого не забудут.

— Они — дети Света и пламени, я — Тьмы и мрака. — Спокойно пожал плечами юноша. — Мирно наша встреча не могла закончится.

Аксин попытался встать, но тут же без сил рухнул обратно.

— Не торопись, какой прыткий. — Эльф снова протянул ему чашку. — Пей.

— Опять эта гадость. — Пробурчал юноша, принимая напиток от Флереса. Напрягшись в ожидании жгучей боли, он залпом выпил содержимое чашки. Освежающий, мятный, пряный вкус…. — Изумительно.

— А это снотворное. — Спокойно произнёс эльф. — Тебе нужно поспать, чтобы восстановить силы.

— Но я не хочу…. — Голова юноши упала на грудь.

— Прекрасно, берите его, и продолжаем путь. — Флерес сжал свой посох. — Нам нужно уходить, скоро на Аксина начнётся полномасштабная охота. Гномы, войска империи, да ещё и драконы. В Торзалии, думаю, ему тоже не будут рады.

— Пойдём в наши пещеры. — Ашалос неспешно двинулся вперёд. — На землях дроу Тёмному Властелину ничего не угрожает.

— Согласна. — Присоединилась к нему ламия. — Аксин там восстановит силы, и будем думать, что делать дальше.

— К дроу, так к дроу. — Подытожил демон. — По крайней мере, там я ещё не был….

Глава 12

— Опять вы всю ночь не спали, господин. — Джонатан с беспокойством смотрел на безмятежное, задумчивое лицо мага. — Ох, знакомо мне это ваше выражение…. Опять ведь влипните во что-нибудь жуткое. И что-же не живётся то всё спокойно, господин? Что вам, очередной войны с Торзалией мало? Остепениться уж пора, в ваши то годы….

Не обращая ни малейшего внимания на ворчание старика, Гарвин задумчиво перебирал в руке несколько небольших разноцветных камешков.

— Хоть бы перекусили чуток, что ли. — Продолжал старый слуга. — Скоро полдень, а у вас маковой росинки во рту не было…. Хотя тут, под землёй, не мудрено и совсем со счёта времени сбиться, ночь ли, день, всё едино. Сумрак, только факелы горят и горят, тьму разгоняют. Ох, соскучился я по солнышку, господин.

— Ты передал мой приказ глаз с эльфа не спускать? — Не обращая внимания на расставленную перед ним еду, произнёс маг.

— Да, но солдаты сказали, что поздно, этот длинноухий исчез, как в воду канул. В гномьих коридорах легко затеряться. Свернул за угол тихонечко — и нет тебя. — Старик с мольбой посмотрел на Гарвина. — Вы бы покушали, господин….

— Значит, Флерес каким-то образом узнал про мой разговор с Оресом. А я наивно полагал, что беседу по магическому каналу связи невозможно подслушать. — Гарвин задумчиво положил перед собой тёмный камень, чуть в стороне зелёный. — Этот эльф — просто кладезь скрытых талантов. Интересно, на что ещё способны эти остроухие? На дыбу бы его, да поспрашивать серьёзно, но жаль, невозможно, сбежал. На расстановку сил он серьёзно не повлияет, но, если захочет, то может здорово усложнить задачу, слишком много Флерес знает.

— Боитесь, к торзальцам переметнётся, да всё расскажет, господин?

— Вряд ли. — Маг потёр подбородок, минуту посидел неподвижно, затем отложил вправо два блестящих прозрачных камня. — В Торзалии с него живого кожу снимут, и это в лучшем случае. И не поверят ни единому его слову. Слишком долго Лер Флерес со своей разведкой во благо империи пил их кровушку. Нет, туда он точно не сунется.

— Тогда к своим, в леса?

— Вполне возможно, вполне возможно. — Протянул Гарвин. — Я бы на его месте так и поступил, но наш эльф никогда не поступал прямолинейно и предсказуемо. Поэтому и продержался так долго на должности начальника разведки. Флереса вообще очень трудно просчитать, не зная ни его мотивов, ни прошлого…. Сколько лет с ним знаком, а он так и остался скрытой за семью печатями тайной. Вот и сейчас, думаю, что он предпримет? Сбежит, или примет бой, как всегда делал раньше?

— Ну, раньше он никогда и не попадал в такую ситуацию. — Пожал могучими плечами старик. — Сейчас ему уже не козни плести, а бежать со всех ног надо, чем быстрее, тем лучше. По коридорам гномов постараться пройти невредимым, затем всю империю пересечь…. Это больно сложно, здесь ему бородачи не рады, им любого длинноухого пристукнуть — одно удовольствие. Воевали гномы с эльфами слишком долго, сильно не любят друг друга. Да и если выберется отсюда живым, всё равно ему тяжко придётся, среди людей. Уж сильно внешность у него приметная, эльфов то в империи, кроме него, и нет почти.

— Если он отсюда выберется, то на землях империи его схватить нет никаких шансов. Проскользнёт по лесам, с людьми даже не встретится. Но это уже не важно, пока оставим нашего дорогого Флереса в разряде неизвестных факторов. — Маг положил перед собой ещё несколько разноцветных камней. — И без него занятная картинка получается. Очень уж всё запутано. Ну, и повеселилась же капризная Турния. Сейчас, поди, смеётся, потирает свои маленькие ручонки. Довольная, что такую кашу заварила.

— Не стоит так непочтительно о богах отзываться, господин. — Нахмурился Джонатан. — Боги не только всемогущи, но и мстительны. Они ведь за слова такие и наказать могут.

— В этой игре богов мы всего лишь маленькие песчинки, старый ворчун. Слишком мелкие и незаметные. — Чуть улыбнулся маг. — Не думаю, что им есть дело до того, что мы тут пищим своими тоненькими неслышными голосами. Проклинаем их, или восхваляем…. знаешь, мне кажется, богам откровенно наплевать и на наше мнение, и на наши слова. Они просто ведут свою большую, непонятную нам игру. И богам всё равно, восхваляем мы их тут, или проклинаем. Они просто не обращают на людей никакого внимания.

— Да что вы такое говорите? — Всплеснул руками старик. — Не гневите богов!

— Хорошо, хорошо, вернёмся домой, я попрошу прощения у всего пантеона, а у милейшей Турнии даже два раза, или три, только замолчи на минутку, и дай подумать. — Гарвин продолжал задумчиво теребить подбородок. — Слишком много всего непонятного. Эти странные, сожженные неизвестно кем деревни, неизвестный фактор номер один… некромант этот зачем то припёрся, это неизвестный фактор номер два…. Должна быть какая-то связь…. Даже не должна, а просто обязана быть…. Таких случайностей не бывает.

— Беда никогда не приходит одна. — Старик сплюнул через плечо, и потёр мозолистыми пальцами старый амулет, висящий на шее. — Всё к одному, и деревни сожжённые, и этот некромант проклятый.

— Вот и я про это думаю. — Гарвин разделил несколько лежащих перед ним бесцветных камней на две равные части. — Чувствую, мне надо срочно заняться этой новой загадкой, и, чем быстрее, тем лучше. Всё бы ничего, но сейчас нельзя бросать и нашу торзальскую партию, иначе все труды могут провалиться к Чонингу, а другого такого случая уже не представится. Если дать Лораксу время, он помирится с Теросеной, восстановит контроль над страной, и за год-другой наберётся сил. Гномы, видя это, снова начнут помогать и нашим и вашим, кто больше заплатит. И мы потеряем прекрасную возможность покончить с торзальцами одним ударом…. Если добивать наших соседей — некромант сделает тут свои дела, и ускользнёт. Потом попробуй, достань его на Древней Земле. А сил на всё сразу явно не хватает. Ох, не вовремя пришёл этот некромант, сильно не вовремя. Не мог с годик подождать….

— Не живётся вам мирно, господин. — Недовольный слуга посмотрел на остывающую еду. — Говорят ведь, не рой другому яму….

— Не рой другому яму, пусть сам о себе позаботится. — Рассмеялся маг. — Так надо трактовать эту народную мудрость…. Подожди-ка…. А ведь это идея, заставить торзальцев самим себе яму вырыть…. Да ты у нас мудрец, старый медведь!

Гарвин вскочил на ноги, и стал мерить шагами палатку из конца в конец.

— Да, надо только подтолкнуть обе стороны к вооружённому столкновению, совсем чуть-чуть подтолкнуть…. Ну-ка, сбегай до магов, пусть готовят связь со столицей. Хотя нет, надо принять дополнительные меры безопасности, неизвестно, как нас этот длинноухий подслушал….

— Никуда я не пойду, пока за стол не сядете, да всё не съедите, господин. — Массивное тело старика загородило выход из палатки. — А, как позавтракаете… то есть уже пообедаете, совет один дам хороший, хоть и не положено мне вам указывать….

— Вот за какие такие прегрешения мне тебя боги послали, шантажист старый! — Гарвин стал торопливо поглощать остывшую пищу, не чувствуя вкуса. Маг прекрасно знал характер старого слуги, и понимал, что сейчас куда проще поесть, чем пытаться отодвинуть его от выхода, или выпытывать, что он хотел сказать. Когда Джонатан начинал заботиться о своём господине, он становился упрямее старого мула. — Ну, вот, я поел, ты доволен? А теперь говори, что ты там хотел сказать такого мудрого?

— Я вот подумал, мы то с эльфами мирно до сих пор жили, а гномы воевали часто, когда люди ещё за морем жили, да и после за оружие хватались при каждом удобном случае…. — Протянул задумчиво старик. — Так эти бородачи получше нас знать должны, как от эльфийских колдунов свои секреты в тайне держать. Как-то ведь они проводили советы военные, а эльфы не знали, что там гномы говорили.

— А ведь верно, старый медведь! И как я сам до такой простой мысли не дошёл? — Довольный Гарвин достал из своего вещевого мешка деревянную шкатулку. — Так просто эти сквалыги свои тайны, конечно, не откроют, а вот если нашу просьбу подсластить чуток… вернее, разбавить пивком. Заодно и обмундирование для новой партии легионеров прикупить нужно. Надо только по хитрому поговорить, на прямую нельзя с этими торгашами, что за нация…. Позови-ка сюда кого-нибудь из этих бородачей, только не простого, а рангом повыше, да постарше. Глядишь, что путнее и скажет.

Маг уже устал ожидать, проклиная старого слугу за нерасторопность, как тот ввалился в палатку, запыхавшийся, но довольный, толкая впереди себя упирающегося гнома.

— Что за…. — Разозлённый житель гор выдал такую тираду, от которой должны были покраснеть даже невозмутимые камни. — Что себе позволяет этот крысиный выкормыш, отрыжка горного тролля, подстилка орков….

Не утруждая себя выслушиванием цветастых выражений в свой адрес, Джонатан схватил гнома за грудки, поднял, несмотря на то, что тот был отнюдь не хлюпиком, и несколько раз тряхнул. Тот от удивления сразу замолчал, не ожидая увидеть такой силы у простого человека.

— Прошу простить моего слугу, почтенный гном. Джонатан, что ты творишь, немедленно отпусти уважаемого гостя. — Улыбаясь, Гарвин направился к гному. — Просто я попросил пригласить к себе самого мудрого и достойного, и, видимо, он слишком торопился исполнить приказ. Дурак-дураком, что с него взять.

— Однако…. — Проворчал поражённый гном. — Крепкий же у вас слуга, господин маг. Поднять меня, так просто, словно куль, сеном набитый…. А я ведь не лёгкий, да ещё в кольчуге, она тоже весит изрядно. Из наших то на такое мало кто способен, а уж из людей….

— Не обижайтесь на него, уважаемый гном. Джонатан не желал вам зла, просто он иногда уж слишком прямолинеен.

— Да ну его. — Гном окинул взглядом палатку Гарвина, чуть задержавшись на пустом столе. — Зачем звал, господин маг. Дело какое есть?

— Да, уважаемый гном, но о делах позже, сначала прошу перекусить, чем боги послали. — Гарвин толкнул Джонатана, чуть заметно улыбнувшись ему. — Что встал, как истукан, бегом накрыл стол для дорогого гостя.

Старик низко поклонился, пряча ответную улыбку.

— Да, конечно, господин, как прикажете… простите дурака старого, совсем голова перестала соображать…. Вы сказали доставить, ну, я и доставил….

Джонатан быстро и сноровисто накрыл стол, и не забыл поставить рядом увесистый бочонок пива.

— Самое лучшее, тёмное, свежее, холодненькое, в проточной воде бочонок держал…. — Пробормотал старик шёпотом, но так, чтобы гном услышал. — Для господина берёг, но что поделаешь, надо, так надо….

Гном шумно сглотнул, глядя на вожделенное пиво.

— Ну, господин гном, прошу к столу. — Гарвин приглашающе взмахнул рукой. Два раза повторять приглашение магу не пришлось. Гном шумно бухнулся на походный табурет, зачерпнул кружкой пенного напитка, и выпил одним махом.

— Хорошее пивко. — Бородач шумно рыгнул, и снова наполнил кружку. — Не составите мне компанию, господин маг?

— Конечно, с огромным удовольствием. — Гарвин сел за стол. — Только я недавно поел, так что поддержу вас чисто символически, господин гном….

— Мрамор меня люди кличут. И не надо каждый раз господином называть. Зачем? Хорошо так сидим, по свойски….

— Конечно, Мрамор. А меня Гарвин зовут. — Маг налил себе пива. — Ну, выпьем за знакомство. А то мясо стынет, а пиво греется, непорядок.

— Это дело хорошее! — Гном с удовольствием поддержал мага. Пока бородач, дёргая кадыком, пил своё пиво, маг, чуть пригубив, отставил в сторону кружку, которую тут-же сграбастал Джонатан, поставив вместо неё такую же пустую. Этот трюк Гарвин и старый слуга давно отрепетировали и довели до автоматизма, и маг часто им пользовался, когда требовалось довести собеседника до «нужной кондиции».

Выпив пиво, гном набросился на еду. Пока бородач поглощал всё, что было на столе, со скоростью стаи голодной саранчи, Гарвин вёл непринуждённый разговор об оружии, доспехах, каждый раз приходя к выводу, что гномы — величайшие и непревзойдённые мастера в этой области, не забывая при этом подливать и подливать пиво гостю, и делая вид, что пьёт с ним почти на равных. Гном обладал железным здоровьем, и, хоть и пил пиво, как воду, почти не пьянея, но Гарвин был терпеливым, когда дело того требовало. Время за разговором бежало незаметно, пустые кружки тут-же менялись на полные, и гном наконец захмелел. Про мага, который якобы пил наравне с жителем гор, и говорить не приходилось. Гарвин талантливо играл пьяного, всё чаще и чаще прикладываясь к пиву. То, что маг почти не пил, гном так и не заметил.

— Мрамор… ты настоящий друг…. Ик…. — Гарвин, с трудом фокусируя взгляд, посмотрел на гнома. — Хорошие вы парни, гномы…. Ух, вот это пивко…. И оружие у вас прекрасное…. О, оружие, вспомнил, я же тебя по делу пригласил. Знаешь, я ведь архимаг, глава боевых магов.

— Да, говорил что-то такое. — Пьяный гном опрокинул в себя ещё одну кружку пива.

«И как в него столько входит, бездонный он, что ли» — с неприязнью подумал маг, а затем продолжил.

— Так вот… ик… у меня почти все воины погибли, скоро новые подойдут. Не только ведь маги у нас в отрядах, и простых солдат много…. Надо будет доспехи, оружие прикупить. Да и хотелось бы постоянного торгового партнёра найти среди подгорных мастеров. Бои то всегда идут, то варвары, то торзальцы. Не знаешь, с кем из гномов можно поговорить на эту тему?

— Ну…. — Протянул гном. — Наше оружие стоит не дёшево….

— Это понятно — закивал головой маг — оно же… ик… самое лучшее. Но я сам могу решать, во что одевать солдат для серьёзных дел. И финансирование из казны идёт…. Думаю, можно так дело сделать, что и я, и поставщик в накладе не останемся. Что мыслишь на эту тему, Мрамор? Есть у тебя на примете кто?

— Если всё так, то я смогу тебе всё, что нужно, достать, друг Гарвин. — Заблестели глаза у гнома. — Ты только скажи, что требуется.

— Ну, для начала… ик… нужно новых солдат в доспехи одеть, вооружить. Сто пятьдесят человек… или двести, не помню…. — Маг закрутил головой. — Эй, старый пень, сколько там молодняка ожидается?

— Двести легионеров, господин. — Джонатан едва успел подхватить падающего со стула пьяного мага.

— Что то голова закружилась…. Так вот, одеть в доспехи и вооружить вновь прибывших легионеров. Для начала.

— Знаешь, я смогу это устроить. — Глаза у гнома заблестели, в уме он уже подсчитывал будущие барыши.

— Вот и прекрасно. — Маг нашарил шкатулке, и, еле открыв её непослушными от выпитого алкоголя пальцами, достал несколько бумаг. — Накладные на получение со складов. Зерно, вяленое мясо, пиво, овощи, сушёные фрукты в сахаре…. Думаю, этой зимой продуктов у вас запасено не густо, и ты всё это сможешь превратить в полновесную звонкую монету, друг Мрамор.

— Маловато будет. — Гном небрежно отбросил листы в сторону, хотя его заблестевшие глаза говорили об обратном.

— Не наглей так сильно. — Гарвин пьяно погрозил гному пальцем, пошатываясь. — Прошлая партия брони и оружия… ик… стоила много дешевле, помню. Или не намного?… Когда первых солдат вооружали.

— Я достану самое лучшее оружие, а не те ржавые железяки, что дали вам в прошлый раз! — Деланно возмутился гном.

— Да, пожалуй, ты прав. — Пьяный маг пытался обдумать сложившуюся ситуацию, но это ему явно не удавалось. — Надо выбирать лучшее….

— Вот и я про что говори. — Обрадованно закивал гном.

— Поэтому завтра соберу всех поставщиков, и посмотрю, у кого оружие и доспехи лучше будут… ну, и дешевле. — Пришёл к выводу Гарвин, и, с трудом сохраняя равновесие, потянулся за бумагами.

— Ну, зачем тебе этим заниматься, только время зря потратишь. Поди, и других дел много, куда более важных. — Гном сноровисто схватил листы с гербовой печатью. — А о вооружении не беспокойся, я обо всём позабочусь. У меня всё самого лучшего качества, и цена хорошая, не стану же я тебя, друга своего, обманывать…. Ты же как брат мне, так и быть, продам доспехи и оружие за эту цену, в убыток для себя.

— Я знал, что ты настоящий друг, Мрамор. — Пьяный маг прослезился, и полез обнимать довольного выгодной сделкой гнома. — Да, кстати, забыл сказать. — Гарвин чуть отстранился от довольного бородача. — У меня эльф сбежал, тварь длинноухая. Вместе воевали, кровь проливали, а он…. Видимо, продался, сволочь.

— Да, эти гады такие, нельзя на них положиться — закивал головой гном. — Предатель на предателе, гнилой народец. Били мы их, били, да жаль, под корень не извели.

— Так вот, скажи своим, чтобы пока никаких важных совещаний не устраивали, пока я предателя не поймаю. Мои маги справятся, защиту поставят, а у вас-то магов нет…. Воины вы самые лучшие, а вот против колдовства эльфийского ик… совсем беззащитны, как дети малые. Ещё разнюхает чего важного….

— Что?! Дети малые?! — Пьяный гном, пошатываясь, вскочил на ноги. — Да мы этих колдунишек длинноухих давным-давно раскусили. Духи воздуха им помогали наши разговоры подслушивать. А если помещение, хоть и большое будет, но изолированное, то подслушать им ничего не удастся. Капризные воздушные духи эти, как связь теряют с родной стихией, так сразу про всё забывают, или засыпают.

— Да? Вы смогли справиться с колдовством длинноухих без магии? — Удивлённо протянул маг. — Вот, видишь, Джонатан, я всегда говорил, что гномы — самый мудрый народ. А ты гостя дорогого за грудки трясёшь. Накажу, ик… вот увидишь, накажу тебя, чтобы впредь не повадно было. Выпорю мерзавца…. Точно выпорю….

— Ну зачем так круто, Гарвин. — Подвыпивший гном был в великодушном настроении. — Такой хороший у тебя слуга, исполнительный, преданный. Не за что его пороть, грубость он допустил, ну, да я его прощаю.

— Если ты за него просишь, то конечно, друг Мрамор. — Маг толкнул стоящего рядом слугу. — Благодари нашего гостя, он зла на тебя не держит. А то спустил бы с тебя шкуру. Розгами солёными, чтобы впредь неповадно было.

— Спасибо, господин Мрамор. — Джонатан поклонился гному, безуспешно стараясь скрыть наплывающую улыбку. — Век за ваше здоровье богов молить буду.

— Да ладно, чего уж там. — Гном самодовольно хлопнул себя по наполненному пивом животу, затем посмотрел на клюющего носом мага. — Хорошо у тебя, Гарвин, но пора и честь знать. Да и ты, гляжу, притомился, поспать чуток не помешает.

— Кто, я? Да я боевой маг, а мы, маги, народ крепкий. Ни усталость, ни голод, ни враг нас не возьмёт…. — Пьяный маг попытался сесть ровно, но голова тут же предательски склонилась на грудь, глаза закрылись, и раздался лёгкое похрапывание.

— Господин больше суток в рейде был, затем всю ночь не спал, да ещё пиво… вот и сморило. — Джонатан осторожно, как ребёнка, взял мага на руки, и положил на тонкий матрас, служивший в походе Гарвину кроватью. — Вы уж простите его, господин Мрамор.

— Да всё хорошо, — махнул рукой гном. — Я же понимаю, путь отдохнёт.

Когда гном покинул палатку, Гарвин отбросил одеяло, которым его накрыл заботливый Джонатан, и рывком вскочил на ноги.

— Ну и здоровы же эти гномы пить. — Скривился маг. — Да ещё это ячменное пойло…. Тьфу. Нет, в следующий раз будем исключительно людей спаивать, и только хорошим виноградным вином. Терпеть не могу вкус пива. Мерзость сплошная….

— Дак и пили бы вино, господин. — Усмехнулся старый слуга, прекрасно знавший привычки мага. — Что же вместе с этим бородачом пивко то тянули, да ещё и хвалить не забывали. Пенное, свежее, вкусное, холодненькое…. Я только успевал слюну глотать.

— Доверие нужно было вызвать, ради дела и не такую пакость выпьешь.

— Довольно ворчать, всё же по вашему плану вышло. — Рассмеялся старик. — Да вы и выпили то не больше кружки за всё это время.

— Да, этого и так слишком много. — Скривился Гарвин. — Полная кружка пива, какой кошмар. Хорошо хоть, гномы самогон не пьют….

— Зато дело того стоило. — Пожал могучими плечами Джонатан. — Хотя за доспехи и оружие вы сильно переплатили, господин.

— Ничего, казна империи не обеднеет. Рано или поздно столкнёмся с эльфами, там любые знания пригодятся. И гномы, когда до войны с длинноухими дойдёт, не за мешок пшена да бочонок пива свои тайны открывать будут, а куда дороже. — Маг азартно потёр руки. — А сейчас нам эта тайна почти за даром досталась. Ну, а ты что стоишь? Бегом к магам, пусть организуют канал связи, мне срочно нужно поговорить с Владыкой Оресом. И про то, что про защиту от колдовства говорил гном, не забудь. Неизвестно, следит ли сейчас за нами Лер Флерес, или улепётывает отсюда со всех ног.

— Не беспокойтесь, господин, сейчас же подберу вам подходящее помещение. И самолично все щелочки заткну, раствором замажу. Ни пылинка наружу не проскочит. Не сможет в этот раз этот длинноухий ничего подслушать….

Джонатан расстарался, найдя подходящую пещеру с узким входом, а потом сам замуровал этот вход, когда туда спустились маги связи, и через час Гарвин уже мог побеседовать с Оресом, не опасаясь быть услышанным.

— Мы же только вчера вечером всё обсудили. — Пробурчал старик вместо приветствия. — Что, неужели обязательно беспокоить меня каждый день, Гарвин? В моём возрасте любой лишний разговор сильно утомляет.

— Я прошу прощения, Владыка Орес, но смею думать, что сложившиеся обстоятельства слишком серьёзные, чтобы откладывать дело на потом.

— Даже так? — Старый маг мгновенно перестал ворчать, и взглянул на Гарвина не по стариковски ясными глазами. — Рассказывай.

Тот коротко поведал о событиях прошедших суток.

— Да, ты прав, дела серьёзные завертелись. — Орес поплотнее закутался в мантию. — Итак, эльф сбежал, и к нам в гости пожаловал некромант. Что предлагаешь делать?

— Для начала нужно разделить задачи, иначе запутаемся. — Произнёс после коротких раздумий Гарвин. — Я, Маргос, и Форос займёмся некромантом, другим магам империи наш Аксин явно не по зубам.

— Да и вам троим с ним тяжело придётся, боюсь, не справитесь. Не думаю я, что этот юноша на Древней земле зря время терял. Если уж он там смог год выжить, то сейчас наш Аксин стал очень сильным некромантом.

— Сначала присмотрюсь со стороны, а там видно будет. — Пожал плечами маг. — Сейчас глупо идти в лобовую атаку, помню, при первом нашем бое, пока я хранителя не уничтожил, он несколько боевых магов, причём не слабых, по дороге тонким слоем размазал, потом хоронить нечего было. А теперь он без хранителя. Бросаться сразу в бой — чистое самоубийство. Со спины нужно ударить, да момент подходящий выждать. Или просто наблюдать осторожно, издалека. Придётся импровизировать, план выдумывать уже на месте. И, как только наступит подходящее время…. Думаю, справлюсь. Должен справиться, иначе какой из меня архимаг боевых магов.

— Я верю в тебя, Владыка Гарвин. — Старик тепло улыбнулся. — Я часто говорю, и не устану повторять, что ты — самый лучший боевой маг из всех, кого я видел. А на своём веку я повидал не мало сильных да способных….

— Благодарю вас, Владыка Орес. — Коротко поклонился маг. — Второй задачей будет стравить Лоракса и последователей Теросены.

— Последователей, я не ослышался? Ты думаешь, нам уже пора ликвидировать жрицу? Не рановато?

— Пора, но не просто так убить. — Улыбка мага больше походила на оскал. — Хоть Флерес и сбежал, но кое какие ниточки по его службе я сумел прибрать к рукам. По слухам, король и Теросена готовы сесть за стол переговоров. Этого нельзя допустить. У меня есть информация, что многие молодые жрецы не довольны текущим нейтралитетом, и рвутся в бой, считая, что король Лоракс пошёл против самих Братьев-Богов, их воли и заповедей, попрал основу веры. Такие горячие головы сыграют на нашей стороне, хоть и не будут знать об этом. Можно будет собрать кучку самых фанатичных жрецов, и перевести сюда, с целью поквитаться с королём и его самыми преданными слугами. Обмануть таких легко, у них в голове ветер, поверят во всё, что угодно. Пошлю к ним несколько разведчиков поопытнее, представятся врагами короля и истинными поборниками веры, наплетут с три короба, найдут дураков погорячее да повоинственнее, переправят ближе к морю. А дальше наш отряд сожжёт очередную деревню, а войска Лоракса, начав преследование, выйдут на этих остолопов.

— А затем по всему королевству Лоракса пойдут слухи, что жрецы Теросены, объединившись с легионами империи, убивают мирных жителей. Или, что империя тут вообще не причём, и что это жрецы по приказу Теросены принесли смерть на побережье…. Чем абсурднее лож, тем охотнее чернь в неё поверит. — Кивнул головой довольный Орес. — Особенно правдоподобно получится, если эти жрецы будут накачены наркотиками, и станут биться до последнего, проклиная короля, и вознося хвалу Братьям-Богам.

— Да, а в это время Кот, Тень, и Ветер уберут Теросену, оставив следы…. И когда разъярённые жрецы по этим следам бросятся преследовать убийц, то настигнут отряд точно таких же молодых, агрессивных, и глупых последователей короля Лоракса. Так же одурманенных наркотиками, и яростно бросающихся в бой, и погибающих его именем на устах. Не думаю, что смерть избранницы богов жрецы оставят безнаказанно. Сразу после похорон Теросены войска жрецов выступят на юг, а Лоракс, думая, что объединённые силы империи и предавших его последователей Теросены наступают с севера, ударит в ответ, уже не думая о дипломатии.

— Думаю, этот план может сработать. — Задумчиво протянул Орес. — Нужно только просчитать все возможные ходы, и постоянно держать руку на пульсе, направлять движение в нужное русло…. Контролировать каждый шаг торзальцев.

— Да, и я не смогу заниматься и некромантом, и Торзалией, а оба дела первоочередные. Поэтому я прошу вас, Владыка Орес, прислать сюда толкового помощника, на которого я смог бы положиться, и который доведёт конфликт короля и верховной жрицы до начала полномасштабной гражданской войны.

— Нет, Гарвин, на этот раз никого к тебе я посылать не стану. — после минутного раздумья произнёс старый маг.

— Но….

— Дело слишком ответственное, поэтому я прибуду сам.

— Владыка Орес, это прекрасно, но ваш возраст….

— Не волнуйся, мой мальчик, сам лично я в бой не полезу, спокойно буду мирно сидеть в пещерах гномов у камина, да раздавать ценные указания. А уж в толковых исполнителях у меня недостатка не будет.

— О таком я и мечтать не мог, Владыка Орес. — Гарвин не скрывал радости. — Тогда я с лёгким сердцем оставляю здесь все дела, и сосредоточусь на некроманте.

— Тебе нужны будут воины?

— Да, но не люди. Договорюсь с гномами, найму отряд, думаю, наша казна выдержит такой удар. С некромантом пришли тёмные эльфы, а они эти горы знают, как свои пять пальцев. Люди будут бесполезны, а вот воины гномов в горах дроу не уступают, да ещё с нашей магической поддержкой. Побыстрее решу этот вопрос, и в путь.

— Конечно, мой мальчик. — Старый маг по-отечески улыбнулся. — И, я хочу, чтобы ты знал — когда твой план сработает, торзальцы погрязнут в междоусобной войне, и, ослабев, будут разгромлены, это будет твоя заслуга. Только твоя. И не нужно проявлять скромность и отнекиваться. Оставь мне данные по разведчикам в Торзалии, и отправляйся….

Вспоминая этот разговор, произошедший несколько дней назад в пещерах гномов, Гарвин довольно улыбнулся. Он был человеком войны, и признание бывшего архимага гильдии грело душу. А впереди, где-то совсем недалеко, находился некромант, очередной противник, возможно, самый опасный враг из всех, с кем Гарвину приходилось встречаться. Осознание этого будоражило и волновало, кровь мага от предвкушения хорошего боя бурлила, как в юности.

— Владыка Гарвин, какие будут дальнейшие приказы? — Здоровенный, обвешанный с ног до головы оружием гном, один из тех, о ком говорят — поперёк себя шире, встал перед магом. — Ребята готовы продолжать путь.

— Пока подождём. — Отодвинув приятные воспоминания, и возвращаясь к реальности, произнёс Гарвин. — Что-то странное приближается к нашему некроманту. Какой-то источник магии, очень сильный.

— Да, сейчас неразумно подходить ближе. — Маргос с тревогой смотрел в сторону неизвестной магии. — При прямом столкновении одного некроманта с его свитой на нас всех с лихвой хватит, а если это его союзник?

— Не думаю. — Гарвин задумчиво потёр подбородок. — Слишком уж разные источники у магии некроманта и этого таинственного нечто. Но ты прав, сначала нужно всё выяснить, а уж потом бросаться в бой. Устроим привал и подождём.

Ждать пришлось недолго. Бой Аксина с драконом был настолько страшен, что даже гномы, раса, абсолютно лишённая магического дара, почувствовали отголосок мощи используемых заклинаний. О магах и говорить не стоило….

— Вот это силища. — Прошептал поражённый Форос. — Никогда ничего подобного не видел. Что же там такое творится?

— Да. — Тоже шёпотом согласился с ним Маргос. — Словно сотни магов бьются насмерть. Хорошо, что нас нет рядом… Владыка Гарвин, что с вами? Гарвин!

Маг, не обращая внимания ни на кого вокруг, медленно поднялся.

— Оставайтесь здесь. Я подойду ближе.

— Не думаю, что это разумно…..

— Господин, одумайтесь. — Джонатан встал на пути мага. Старый слуга на этот раз пошёл вместе со своим господином, никакие угрозы и уговоры не помогли. — Не пущу!

Маг лёгким заклинанием парализовал старика.

— Оставайтесь здесь, это приказ. — Голос Гарвина нисколько не изменился, он был так же тих и спокоен, но маги и поднявшиеся на ноги гномы повиновались этому голосу, не раздумывая. Что-то в нём было такое тёплое, но несущее огромную силу, что просто заставило повиноваться, повиноваться с радостью.

Гарвин пошёл вперёд, не скрываясь, не прячась, гордо подняв голову. Сила, что сейчас билась с некромантом, звала его, манила, притягивала. Этот зов возник где-то глубоко в душе мага, и с каждым мгновением креп, становился сильнее, громче… роднее. Гарвин не мог, да и просто не хотел сопротивляться этому зову. Сначала шагом, потом бегом маг бросился вперёд, проталкиваясь сквозь кусты. Не видя дороги перед собой, Гарвин бежал, поддавшись этому странному, тёплому, близкому сердцу зову. Маг чувствовал, что надо бежать быстрее, иначе случится беда…. А затем его сердце пронзила острая, ледяная игла боли. Непоправимое произошло. Гарвин не знал, что, но чувствовал, что он опоздал. Но всё равно, маг нёсся вперёд, не зная, зачем. Деревья и кустарник, мешавшие ему, вдруг исчезли, и он оказался перед огромным, выжженным полем. На нём лежал мёртвый дракон….

— Не-е-е-ет!!!!

Яростный рык вырвался из глотки мага. Гарвин даже не заметил, что в небе парят ещё три летающих ящера, а рядом с ним догорают всё ещё слабо шевелящиеся скелеты, бывшие недавно мёртвой армией некроманта. Полный горя взгляд был направлен на тело погибшего дракона.

— Нет!!!!!!

Один из летающих монстров повернул свою морду на крик, и, увидев стоявшего человека, бросился на него в крутом пике, поливая беззащитную фигурку струёй жаркого, способного расплавить камень, пламени.

Маг действовал, словно во сне. Руки сами собой метнулись вперёд, и волна огня, ещё более горячая, чем у дракона, покатилась вперёд, поглощая пламя и отбрасывая летящего ящера в сторону. А затем жуткая, безудержная ярость заполнила всю душу мага. Гарвин покрепче сжал посох ладонью, и вскинул его вверх, как копьё, словно вызывая на бой всех трёх драконов. С губ мага сорвалось странное шипение….

— Прекратите вы, оба!

Один из драконов, самый крупный, громовым рёвом мгновенно охладил пыл драчунов.

— Нашли время биться друг с другом!

«Странно, а ведь я понимаю, что он говорит. — Пробилась мысль сквозь пелену ярости и гнева в голове мага. — А ведь они говорят не на языке людей. Да и я что-то шипел явно не по-людски».

— Но ведь этот человек был рядом с убитым братом. — Стал оправдываться нападавший дракон. — Вдруг это он….

— Разуй глаза. — Большой ящер издал раздражённое шипение. — Нашего брата поразила тьма. А в нём нет ни следа мрака и холода. Только чистое пламя. Летите лучше, и ищите настоящего убийцу. Найдите, и покарайте!

Два дракона тут же бросились исполнять приказ, а третий, самый крупный, сделав круг, приземлился перед магом. Затем фигура ящера словно подёрнулась дымкой, съёжилась, уменьшаясь, и превратилась в изящную, стройную девушку.

— Здравствуй, младший брат. — Улыбнулась драконесса.

Глава 13

— Я… я ваш… твой брат?! — От изумления Гарвин с огромным трудом смог произнести эти несколько простых слов.

— Ну, не сестра же. — Рассмеялась драконесса.

— Но как…. — Только сейчас поражённый всем произошедшим маг заметил, что девушка, в которую превратилась драконесса, была невообразимо прекрасна. Гарвин прожил долгую жизнь, и повидал немало красоток. Богатый, успешный, обаятельный, когда нужно, он пользовался успехом у женщин. Знойные и страстные девушки юга, гибкие, как лоза, загорелые, с блестящими, чёрными волосами, и пылающим взглядом; чуть томные жительницы северных границ империи, белокожие, с изумрудно-зелёными глазами и пшеничными косами. Раскосые большеглазые красавицы восточных рубежей, с примесью крови эльфов. Блондинку, брюнетки, шатенки, высокие и миниатюрные, стройные и фигуристые…. Много красивых женщин было в жизни мага, и все они со временем уходили в прошлое, не оставляя ни в сердце ни в мыслях Гарвина ни малейшего следа. Но теперь… перед ним стояла девушка, которую просто невозможно было забыть, само совершенство. Длинные, чуть растрёпанные вьющиеся рыжеватые волосы отливали расплавленным золотом, так и манили провести по ним рукой, нежная кожа, покрытая медовым загаром, словно светилась изнутри чуть видимым, завораживающим светом. Искорка веселья, мерцающая в голубых, как небо, глазах, не давала отвести от них взгляд, заставляя сердце то замирать, то биться чаще. Тонкие черты лица, чуть пухлые, манящие губки, изящная шея…. Совершенное обнажённое тело….

— Э… хм…. — Смущённый маг покраснел, как мальчишка, и отвёл взгляд.

— Что случилось, младший брат?

— Ну, вы… ты…

— Ой, прости, совсем забыла про эти ваши странные человеческие предрассудки. — Звонко рассмеялась драконесса. — Люди такие смешные, все втайне восхищаются красотой обнажённого тела, и при этом абсолютно все боятся признаться в этом, даже самому себе. Сейчас, оденусь, а то ты от смущения двух слов связать не можешь, как же с тобой разговаривать, скажи на милость? Ну, вот и всё, теперь можешь смотреть на меня совершенно спокойно.

Гибкий стан красавицы покрывала блестящая кольчуга, сплетённая из сотен и сотен миниатюрных серебряных колец.

— В тебе очень много от человека, младший брат. — Чарующе улыбнулась драконесса. — Драконы — дети неба, дети свободы. Мы свободны во всём. Для дракона нет границ и условностей. А человеческое племя — рабы. Рабы своих хозяев, своих глупых правил, своих нелепых привычек, своей странной морали. Даже если сделать человека свободным на какое-то мгновение, он тут же, отбросив подаренную свободу, добровольно побежит назад, в это спокойное и милое его сердцу рабство.

— Почему ты называешь меня братом? — Маг с огромным трудом смог совладать с собой, его твёрдый взгляд остановился на бездонных глазах красавицы.

— Потому что в твоих жилах течёт кровь дракона. Немного, возможно, всего одна капля, но это кровь нашего рода. А кровные узы для драконов священны. — Пожала точёными плечами девушка. — А ты думал, это просто такое уважительное обращение и к тебе, и всем остальным не в меру гордым людским магам? Разочарую тебя, обычно мы, повелители неба, не относимся так трепетно к человеческому роду.

— Но как это возможно? — Маг не мог поверить своим собственным ушам. — Ведь мои родители — обычные люди….

— А их родители? — Загадочная улыбка драконессы стала ещё шире. — А родители их родителей? Или ты знаешь всю свою родословную, вплоть до первого человека, созданного богами в этом мире?

— Может, просто скажешь прямо, что к чему, без этого загадочного выражения лица? А то, если честно, сейчас я вообще ничего не понимаю.

— Ох, какой ты грозный, приказываешь дракону. — Рассмеялась красавица. — Могу сказать прямо, о великий и могучий человечек. На заре веков многие драконы развлекались, надевая личины людей, и живя среди вас многие годы…. Иногда они вступали в союзы с людскими женщинами, у них рождались дети. Но все эти дети оставались обычными людьми. Кровь драконов словно исчезала, пропадая в никуда. Прошли века, мода на такое развлечение среди моих собратьев прошла. А у детей драконов родились свои дети, а у тех — ещё дети…. И все они рождались просто людьми. Ты — один из таких. Далёкая, очень далёкая кровь дракона, и сотни поколений простых людей. Но эта одна малюсенькая капля нашей крови по непонятным причинам вдруг проснулась в тебе. Отсюда и такая способность к магии огня. Ведь огненная стихия — часть нас.

— Подожди, подожди…. — От пережитого и услышанного у Гарвина закружилась голова, он сел на землю, зажав виски ладонями. В голове вертелись тысячи мыслей, волна разрывающих разум на части противоречивых чувств.

— Понимаю, это тяжело сразу осознать. — Драконесса села рядом, обняв мага. — Ничего, всё будет хорошо, младший брат. Кровь дракона, бегущая по венам человека, даже в таком ничтожно малом количестве, даёт немало преимуществ человеку. Долгая жизнь, крепкое здоровье, талант к магии огня.

— Ты не понимаешь. — Покачал головой маг. — Всю свою жизнь я думал, что я — первый среди людей, самый сильный боевой маг своего времени. Гордился своими успехами, покорял всё новые вершины…. А теперь оказалось, что я — последний среди вас, слабейший из тех, в ком течёт кровь драконов.

— Слабейший? Я бы так не стала говорить. — Кокетливо улыбнулась драконесса. — Вон, как мощно и шустро ты недавно осадил моего второго мужа. А ведь он был не самый слабый из властителей небес.

— Второго мужа?

— Да, эти два дракона, что прилетели со мной — мои мужья. У нас можно иметь много мужей, или жён. Чем сильнее дракон, тем больше у него супругов. — Красавица окинула оценивающим взглядом Гарвина. — Знаешь, а я бы с удовольствием приняла тебя в свою семью, если бы ты был драконом. Стал бы одним из моих мужчин….

— Спасибо за лестное предложение, но я, пожалуй, откажусь. Как то за свою жизнь привык быть единственным и неповторимым. — Чуть заметно улыбнулся маг. — Уж лучше я останусь первым среди людей….

— Быть первым на земле для тебя лучше, чем последним в небесах? Нельзя так говорить, пока не попробовал свободы полёта. Не представляешь, какой это необыкновенный восторг — лететь навстречу солнцу, борясь с порывами ветра. Стать свободным, стать властелином неба. Но твоя философия мне нравится, это философия сильного духом. Да, ты настоящий повелитель небес, хоть и заперт в этом хрупком человеческом теле. — Драконесса с некоторым сочувствием посмотрела в глаза мага. — Сильный, волевой, гордый, властный. Всё или ничего…. Из тебя бы вышел прекрасный дракон.

— Из меня и человек получился не хуже. — Маг полностью взял себя в руки, глядя на его спокойное лицо, невозможно было сказать, что ещё минуту назад он был растерян, а переполняющие его эмоции полностью затмили разум. — Кстати, меня зовут Гарвин. А как мне тебя называть? У драконов же есть имена?

— Есть, но тебе его не произнести. — Рассмеялась красавица.

— Почему? Ваш язык мне, похоже, уже поддался.

— Да, ты говоришь на нашем языке. Удивительно, как это возможно, ведь крови дракона в тебе всего ничего…. Одна малая капля крови, и какой невероятный эффект, подумать только. Видимо, у тебя был очень сильный родитель из нашего рода. — Драконесса загадочно улыбнулась, словно провоцируя мага. — Но всё равно, одного знания нашего языка мало, тебе пока не произнести имя дракона.

— Почему?

— Потому что у нас нет обычных имён, по крайней мере, как вы понимаете имена. — Девушка довольно смотрела на удивлённое лицо мага.

— Но как вы друг друга узнаёте? Как общаетесь?

— Язык драконов — это не только набор звуков, складывающихся в слова. Скажи, почему ты бежал сюда, не разбирая дороги?

— Не знаю. — Гарвин попытался понять, что же им двигало, когда он, словно безумец, продирался через лес. — Мне просто казалось, что я должен быть здесь, иначе произойдёт что-то страшное, непоправимое. И всё равно, я опоздал. — Маг, понурив голову, бросил взгляд на тело павшего дракона. На его глазах неожиданно для самого Гарвина заблестели слёзы. Последний раз он плакал в далёком детстве, когда его увозили из родного дома в школу магии. Он не мог понять, что сейчас с ним происходит, почему вдруг на душе стало так тяжело, а сердце крепко сжала жестокая, колючая рука боли….

— Не стыдись своих слёз, младший брат, сейчас многие драконы плачут вместе с тобой. — Драконесса обняла мага, а потом стала целовать его лицо, осушая слёзы горячими поцелуями. — Мы связаны друг с другом, связаны мыслями, чувствами, эмоциями, связаны наши жизни, наши души, души всех драконов. Это среди людей есть злоба, предательство, обман, ревность…. У нас этого нет. Мы разные, но мы едины. Как можно ревновать или ненавидеть самого себя или часть себя? А когда погибает дракон, то мы чувствуем его смерть, как свою собственную. На мгновение мы все умираем вместе с собратом.

— То есть у вас единый разум?

— Нет, каждый из драконов — яркая индивидуальность, уникальная личность, даже ты, мой маленький младший брат. — Драконесса нежно поцеловала мага в губы, а затем селя рядом. — Но при этом мы как бы связаны воедино. Это сложно понять, это надо почувствовать. Ты пока только начал ощущать эту связь, но не волнуйся, дальше она будет только крепче. Подожди немного, разберись в себе, и поймёшь, о чём я говорю.

— Неужели эта духовная связь мешает вам носить имена?

— Почему? У каждого дракона есть имя, и мы им очень гордимся. Но оно не произносится вслух, оно чувствуется.

— Как это? — Недавно магу казалось, что он не сможет больше удивляться, так много всего удивительного сегодня произошло, и вот драконесса смогла снова преподнести Гарвину очередной сюрприз.

— А вот так. — Довольная красавица звонко рассмеялась, откинувшись на спину, и чуть насмешливо, чуть призывно, маняще взглянула на мага. — Попытайся прочувствовать, как меня зовут, сейчас я назову тебе своё имя.

На мозг мага мягкой волной налетели эмоции. Любовь, неукротимая ярость и одновременно с ней тепло и доброта, дикий восторг, захватывающее дух свободное падение, безграничная свобода, радость жизни…. Эти эмоции составили странный, ни на что не похожий, пьянящий коктейль чувств. Лишь краткий миг, и всё прошло, но Гарвину показалось, что счастье длилось целую вечность.

— Ну, как тебе? — Поинтересовалась довольная драконесса.

— У тебя изумительное имя. Как и ты сама. — Гарвин взял её точёную руку, и поцеловал кончики пальцев. — Но, боюсь, я не скоро смогу его произнести.

— Тогда пока называй меня, как тебе нравится, младший братик. — Чуть взъерошила волосы мага девушка. — Я не обижусь.

— Для меня ты Богиня. — Улыбнулся в ответ маг. — Богиня.

— Смотри, боги ревнивы, они могут и обидеться. — Несмотря на шуточно-ворчливый тон, драконесса была явно довольна.

— Мой слуга говорит точно так же, когда считает, что я святотатствую. Ничего, пусть обижаются. Ради тебя я готов пойти на них войной, залить огнём всю их обитель, и добиться, чтобы они приняли тебя, как равную. Для меня ты Богиня.

— Храбрый маленький человечек. — Драконесса перестала улыбаться, и серьёзно посмотрела в глаза магу. — И ведь ты не обманываешь. Вместе со звуками имени я почувствовала твои эмоции, и они мне понравились. Ты действительно готов выполнить всё, что сейчас сказал. Никто из драконов не был привязан ко мне так искренне, пылко, так страстно. Мне очень приятно, младший братик. И я с удовольствием приму от тебя это имя. Богиня — так искренне меня так ещё никто не называл.

Они просидели рядом, взявшись за руки, вечность… или несколько мгновений, Гарвин не мог точно сказать. Затем драконесса с видимым сожалением встала.

— Мне пора, мой любимый маленький человечек. Чувствую, что мои мужья так и не смогли поймать этого проклятого Светом некроманта, убившего нашего брата. Видимо, он ушёл в горные пещеры, там драконам его так просто не поймать. Да и святыня так и не найдена, ни одного следа, это так прискорбно….

— Не волнуйся, рано или поздно я настигну это исчадие тьмы, здесь или на Древней Земле, и тогда он ответит за всё, обещаю.

— Ты храбр, мой маленький Гарвин, но тебе такой противник не по силам. Он убил того, чьё имя было Ярость, очень могучего повелителя небес. Не многие из нас могли похвастаться такой мощью, как почивший брат.

— Однажды я его уже сокрушил, справлюсь и теперь. Не всё в этой жизни решает грубая сила. — Маг взглянул в бездонные глаза драконессы. — Мы ещё увидимся?

— Конечно, и очень скоро. Как только мы вернём реликвию, я обращусь человеком, и обязательно тебя найду. — Проворковала она. — Чувствую, нам с тобой стоит возродить древнюю моду. Побуду твоей супругой, а ты — моим единственным мужем, раз не хочешь меня делить, пока я тебе не надоем.

— Ради этого я добуду эту таинственную реликвию хоть со дна моря, хоть с самой Древней Земли. Найду, даже если придётся снести все эти горы до основания, или спуститься в мир теней Чонинга, и вырвать эту реликвию из рук бога смерти. Только скажи мне, моя Богиня, что же мне следует искать?

— Ты храбр, силён, умён, Гарвин, но этого очень мало. — Драконесса вздохнула, чуть отстранив от себя мага. — Сил одного человека, даже такого, как ты, тут будет явно недостаточно.

— А кто сказал, что у меня силы одного? — Самодовольно усмехнулся Гарвин. — В моих руках все ресурсы гильдии Боевых магов и разведки империи, то есть сама империя вместе с императором, как бы он не хотел думать обратное. Это тысячи и тысячи людей. Ещё гномы, которым сейчас просто некуда деваться, кроме как сотрудничать со мной. Думаю, эта сила кое-что может, если правильно её направить.

— Резонно. — Девушка на мгновенье задумалась, чуть прикусив белоснежными зубками губы. — Ты прав, если драконы будут летать сверху, стараясь почувствовать реликвию, а ты станешь искать снизу, подключив своих людей, будет куда больше толку.

— Только перестаньте палить деревни одну за другой почём зря, хотя бы по эту сторону гор. — Усмехнулся Гарвин. — Моим людям будет проще разговаривать с живыми свидетелями, а не с остывшим пеплом.

— Хорошо, я передам эти слова другим братьям и сёстрам. — Мило улыбнулась драконесса. — Ты прав, это было очень глупо, но пойми, мы все просто обезумели от горя. Признаю, что действовали необдуманно и крайне жестоко. Мы прекратим это, и будем просто летать, высматривая с высоты….

— Всё-таки неплохо было бы и мне знать, что искать. — Напомнил маг. — А то постановка вопроса: пойди туда, не зная куда, принеси то, не зная что, как то не сильно вдохновляет.

— Был украден череп. — Грустно произнесла драконесса.

В первое мгновение Гарвин чуть не рассмеялся, но тут его душа словно заледенела, иглы боли пронзили всю его сущность. На грудь навалилась лавина грусти, не давая сделать вздох. Капля крови дракона, растворённая в человеческой крови, куда лучше знала, что за трагедия постигла властелинов небес. «Если такое сейчас случилось со мной, то что же чувствует она?» — С ужасом подумал маг, глядя на свою возлюбленную.

— Какой-то нечестивец разорил могилу нашего отца, украв его череп. — Сквозь слёзы продолжила драконесса. — Захоронение первого из властителей небес, появившегося в этом мире, праотца всех драконов разграблено.

На этот раз Гарвину пришлось утешать плачущую драконессу, заключив её в объятия, и осушая её слёзы поцелуями.

— Не плачь, моя Богиня. Клянусь, что я найду святыню. Найду, или погибну.

— Не надо погибать, мой храбрый маленький человечек. — Драконесса стёрла слёзы рукой, и решительно встала. — Лучше найди, а потом жди меня.

— Найду, Богиня. Ради тебя и ради всего нашего рода. — Гарвин сам не заметил, как стал считать себя одним из драконов.

— Я верю в тебя. — Драконесса улыбнулась сквозь вновь выступившие на глазах слёзы. — Но для этого тебе понадобятся все твои силы.

— Не волнуйся, моя Богиня, я буду стараться.

— Ты не понял, мой любимый маленький храбрец. — Рассмеялась драконесса. — Я ни сколько не сомневаюсь в тебе, я просто хочу усилить твои природные способности, разбудить всю силу крови дракона, что бежит в твоих жилах.

— То есть сейчас….

— Сейчас ты ощущаешь лишь малую толику своих сил, основная их часть просто спит. Но я сейчас их разбужу. Иди ко мне, мой маленький братишка. И извини меня…. Сейчас будет очень больно.

Драконесса заключила в объятия Гарвина, и припала к его губам в страстном поцелуе. Раскалённое пламя ворвалось в горло мага…. Жар становился всё сильнее и сильнее, пламя внутри мага разгоралось, превращаясь в страшный, пожирающий плоть пожар. Казалось, эти муки длились целую вечность. Затем этот огонь вырвался наружу вместе с диким криком, образовав вращающийся, пылающий столб от земли до небес. Обессилевший от этой жуткой пытки маг рухнул на колени….

— Брат, держись, сейчас всё пройдет. — Два дракона, приземлившись рядом, осторожно, даже нежно подняли его с земли своими когтистыми лапами.

— Вы только посмотрите на его кожу. — Благоговейным шепотом произнесла драконесса. — Частичная трансформация! Так скоро! Это просто невероятно!

С огромным трудом сфокусировав взгляд на своих руках, и увидел, что они покрыты крупной, чёрной чешуёй, а вместо ногтей — острые, как бритва, когти.

— Что… это. — Еле-еле ворочая сухим языком, произнёс Гарвин.

— Твоя внутренняя сущность повелителя небес пробудилась, брат. — Торжественно произнёс один из драконов.

— И что, мне теперь таким до смерти ходить? В чешуе и с когтями? — Гарвин быстро приходил в себя.

— Нет, взгляни, они уже исчезают. — Драконесса мягко обняла за плечи шатающегося от потери сил мага. — Ещё минута — и ты внешне не будешь отличаться от обычного человека. Крови дракона в твоих жилах слишком мало, чтобы совершать полноценные обращения.

— Я так не думаю, сестра. — Дракон, изогнув гибкую шею, резко протянул свою клыкастую морду почти вплотную к лицу мага, взглянул ему в глаза. — Чувствую, что огонь ещё будет разгораться внутри нашего брата, с каждым днём всё сильнее и сильнее. Предчувствую, в будущем он нас ещё сильно удивит.

— А ничего другого странного или необычного ты сейчас не заметил, о самый глазастый и наблюдательный из нашего племени? — С жуткой усмешкой на морде поинтересовался второй дракон.

— Что я должен был увидеть? — Ящер шутливо толкнул плечом обидчика.

— Чешуя то была чёрной.

— Да. — Поражённая драконесса во все глаза смотрела на мага. — А ведь верно. Это настолько невероятно, что, даже видя это, наш мозг отверг истину, и тут же заставил забыть увиденное, отведя мысли в сторону. Чёрная чешуя, это же просто фантастика!

— Я не понимаю, что в этом такого? — Маг окончательно оправился от шока, чешуя и когти исчезли, и Гарвин снова стал похож на самого себя. — Вы же тоже покрыты чешуёй, и, как я заметил, она может быть разных цветов и оттенков.

— Да, но чёрная чешуя была только у одного дракона. У нашего праотца…. — Драконесса с восторгом обняла ошарашенного мага. — В твоих жилах проснулась его кровь, брат. Чистая кровь прародителя властелинов неба!

Два дракона восторженно зарычали, взмыв в небо. Огненное дыхание ящеров, своеобразный салют, взлетело к небесам, и, казалось, достало до самых облаков. А счастливая драконесса закружила ничего не понимающего мага в объятиях, радостно крича, пока не запуталась в ногах, и они вместе не упали на обожженную землю.

— Кровь праотца снова с нами!

— Эй, подожди. — Прохрипел полузадушенный маг, безуспешно пытался вырваться из крепких объятий кричащей от счастья драконессы. — Но ведь он был первым из повелителей небес, в жилах всех драконов течёт его кровь?

— Мы не знаем, почему, но все драконы, родившиеся после смерти первого повелителя небес, были слабее, чем праотец и его прямые потомки. — Один из парящих ящеров спустился на землю, и, обратившись человеком, с трудом оторвал радостную драконессу от основательно помятого Гарвина. — Сестра, будь осторожнее в выражениях своего бурного восторга. Наш брат ещё заперт в этом хрупком теле человека, и ты можешь его случайно покалечить.

— Спасибо. Ух, кажется, ничего не сломано…. Странно, а мне показалось, что несколько рёбер всё-таки хрустнули. — Маг с трудом выпрямился, кривя лицо от резкой боли в основательно помятых объятиями драконессы боках, затем улыбнулся, глядя на счастливую девушку. — Моя обожаемая Богиня, смерть от твоих ласк — самый желанный конец, но ты уверена, что хочешь, чтобы я умер именно здесь и сейчас?

— Нет, конечно, что ты такое говоришь, мой маленький, любимый человечек. — Драконесса с сияющими от счастья глазами обернулась к своим улыбающимся мужьям. — Мальчики, пока другие сёстры не набежали, я объявляю, что становлюсь супругой Гарвина, первой женой в его будущем гареме.

— Конечно, сестрёнка, ты всегда отличалась крепкой хваткой. — Рассмеялись два дракона. — И ты совершенно права, у сильного дракона должны быть сильные жёны. И как можно больше, тогда будет куда выше шанс, что кровь праотца проснётся в ваших детях.

Гарвин, услышав такое, в первое мгновение опешил. Весь опыт прошлой жизни говорил ему, что это неправильно. Вот сейчас разъярённые брошенные драконы должны наброситься на него, и разорвать наглеца на мелкие кусочки, залить его кровью всю землю в округе…. Но затем частичка дракона внутри словно раскрыла некие запертые до этого двери, отгораживающие чувства Гарвина от мира. Маг словно слился воедино с тремя драконами, находящимися рядом. Они стали ему роднее и ближе, чем любой человек на земле. Хотя, нет, тут же мысленно одёрнул себя Гарвин, не любой. Джонатан, этот старый ворчун, так же дорог, как и моя заново обретённая семья.

— Хорошая новость, я хоть пару-тройку столетий отдохну от тебя, а то ты иногда бываешь такой несносной. — Второй дракон, тоже обратившись человеком, шутливо щёлкнул пальцем по носику драконессу. Та сморщилась, и показала ему язык.

— А я, пока свободен, женюсь на двух близняшках, тех, с южных островов. — Другой дракон обнял драконессу. — Они звали меня, да не охота было мотаться через полконтинента туда-сюда, жёны должны жить недалеко друг от друга.

Глядя на их объятия, Гарвин не почувствовал ни капли ревности, лишь радость за счастье брата. Человек внутри мага стремительно исчезал, вытесняемый драконом.

— Давайте, мальчики, удачи вам. — Драконесса повернулась к магу. — Мне пора лететь, мой любимый человечек. Надо оповестить всех драконов, что у нас появился новый брат. И чтобы они прекратили жечь людские поселения, вымещая злобу на этих крестьянах. Не беспокойся, мы очень скоро снова будем вместе. Смотри, если другие сёстры успеют добраться до тебя раньше, не забудь сказать им, что я твоя первая супруга.

— Ты для меня единственная, Богиня. И других я не приму. — Гарвин поцеловал манящие губки драконессы. — Возвращайся поскорее. И скажи, где была могила нашего праотца.

— Приятно слышать такое. — Девушка явно была довольна. — Но кровь праотца не должна быть потеряна ещё раз. Чем больше у тебя будет жён, тем больше детей, тем больше шансов, что вновь родится чёрный дракон.

— Я люблю только тебя. И хочу быть только с тобой, до самой смерти.

— Не представляешь, как твои чувства приятны. — Драконесса обратилась, и, расправив крылья, приготовилась взлететь. — Праотец был захоронен в горах, на самой высокой скале. Стоит начать поиск в горах и окрестностях, больше ограбить могилу было некому. Поэтому мы и стали трясти поселения рядом с местом захоронения. Мне пора…. Я скоро вернусь, любимый. Если понадобится помощь — просто пошли зов, и любой из драконов, находящихся поблизости, откликнется на него.

— Я знаю это. Мы никогда не бросаем своих. — Улыбнулся Гарвин. — Прежде, чем ты улетишь, у меня будет к тебе маленькая просьба.

— Всё, что угодно, мой супруг. — Морда драконессы расплылась в призывной улыбке. — Мне снова обратиться человеком? Обещаю, что в этот раз кольчугу надевать не стану….

— Тогда я просто не найду сил отпустить тебя, моя Богиня. — Гарвин нежно погладил горячий, покрытый твёрдой чешуёй бок драконессы. — Я подумал, что смогу произвести впечатление на гномов в моём отряде, если… ну…. В общем….

— Если ты прилетишь обратно верхом на драконе. — Рассмеялась драконесса. — Конечно, я с удовольствием подброшу тебя, мой любимый братик.

— Просто после такого подгорные жители будут куда охотнее помогать мне в поисках реликвии. — Смущённый Гарвин вскарабкался на драконессу, и устроился на чешуйчатой спине между костяными наростами вдоль хребта. — Извини, это я должен носить свою любимую на руках….

— Ничего, устраивайся поудобнее, но помни, при следующей нашей встрече я буду сверху. — От таких слов маг покраснел ещё больше, и поблагодарил богов за то, что драконесса сейчас не видит его лица. — Держись крепче, братик, полетели к твоим людишкам, сыграю для них небольшой спектакль.

— К гномам, в моём отряде в основном подгорные жители.

— Да какая разница….

Гномы, выстроившись стальными рядами и сжимая оружие, бесстрастно ждали, когда вернётся командир.

— Что-то он надолго он там пропал. — Маргос посмотрел на далёкие всполохи пламени. — И этот огонь…. Неспокойно у меня на душе, ох, неспокойно.

— Думаешь, стоит сменить диспозицию? — Форос огляделся по сторонам. — А то торчим тут, как идеальная мишень, вдруг этот огненный кудесник сюда пожалует? Что-то не хочется сегодня поджариться.

— Владыка Гарвин тебя не просто поджарит, он тебя в пепел превратит, если нарушишь его прямой приказ. — Маргос обеспокоенно сжал в руках посох. — Огненные выбросы прекратились, но мне кажется, что источник этой магии приближается. И приближается очень быстро…. Надо быстрее соображать, что будем делать.

— Мы не уйдём отсюда. Владыка Гарвин приказал оставаться здесь, и мы выполним этот приказ. Вы, если хотите, можете бежать. — Ближайший гном окинул магов презрительным взглядом. — Дети гор никогда не отступают. Честь воина дороже, чем жизнь. Мы не покажем спину врагу, кем бы он ни был.

— Не надо так разговаривать с боевым магом, гном. — Форос холодно улыбнулся, готовя заклинание. — Можешь погибнуть раньше, чем увидишь этого своего врага.

— Хватит собачиться, вы, оба! — Маргос вскинул посох в небо, готовясь создать самый крепкий магический щит, на который он только способен. — Гномы, оружие наизготовку, Форос, готовь отражение огня! Дракон!

— Рассредоточиться, чтобы не накрыл всех одним выдохом! — Здоровенный гном вскинул к небу секиру. — Копья и метательные топоры на изготовку! Покажем этой летающей ящерице, что нет на земле лучше воинов, чем жители гор! Смерть врагу!

— Смерть!

— Оружие в ножны! — Раздался громовой голос с небес. — И освободите место, надо же моему дракону где то приземлиться!

— Владыка Гарвин?! — Форос от изумления выронил посох.

— Да я это, я. А ты, что уже похоронил меня? Не дождёшься, друг мой.

Дракон, сделав несколько кругов, сел холм в стороне от сбившихся в плотный строй гномов, и подставил когтистую лапу, помогая магу спуститься. Гарвин, лихо спрыгнув со своего удивительного скакуна, с усмешкой оглядел отряд.

— Ну, что, не ждали?

— Командир…. Ты живой…. — Вперёд на заметно дрожащих ногах вышел гном, взявший на себя командование, когда отряд увидел приближающегося дракона. — Мы не ушли, мы остались и выполнили приказ….

— Я видел, вы не сбежали, даже перед лицом неминуемой гибели. — Маг подошёл к гному, и хлопнул того по бронированному плечу. — Я горд, что под моим началом служат такие храбрые воины.

— Мой властелин, я могу быть свободна? — Прошипела драконесса на языке людей, склоняясь в глубоком поклоне перед магом.

— Ты забыла приказ? — Холодно бросил Гарвин, с трудом сдерживая счастливую улыбку.

— О, что вы, конечно же, нет, повелитель. — Драконесса склонилась ещё ниже. — Сейчас же полечу его исполнять.

— Хорошо, потом можешь быть свободна. — Маг незаметно подмигнул драконессе. — Пока я тебя не призову.

— Явлюсь по первому вашему зову, мой властелин.

Драконесса ещё раз поклонилась, а затем взлетела, огласив всю округу грозным рёвом. Заметно побледневшие гномы от этого рыка ещё сильнее задрожали, судорожно сжимая кулаки. Для них этот рёв был яростным криком злобного, порабощённого чудовища. Лишь Гарвин, понимающий язык повелителей небес, понял, что крикнула на прощанье драконесса. «Я буду скучать, мой любимый. — Эти слова Богини проникли в самое сердце мага, разжигая там пожар дикой страсти. — Безумно скучать, каждое мгновение без тебя — пытка».

— Мы скоро увидимся, моя богиня. — Беззвучно прошептал счастливый маг.

— Что вы говорите, Владыка Гарвин? — Форос и Маргос подскочили к Гарвину, глядя на него глазами, полными восторга и обожания. Ещё бы, за всю историю человек впервые смог победить дракона. Да не просто победить, а покорить.

— Говорю, нам нужно будет на время оставить этого некроманта, и заняться другим, более важным делом. И для него мне понадобится помощь всего подгорного народа. Ну, как, воины — обернулся к гномам Гарвин. — Смогу я рассчитывать на вашу помощь?

— Повелитель драконов может приказывать, мой народ приложит все усилия, чтобы выполнить волю Владыки. — Старший из гномов выступил вперёд, и ударил кулаком в латной перчатке по бронированной груди. — Я говорю от имени всего подгорного народа. Нет ничего зазорного в повиновении единственному в мире во все времена Покорившему дракона.

— Ну, тогда вперёд, мне нужно поговорить с вашими королями. — Гарвин самодовольно потёр руки. — Будем поворачивать историю нашего мира на другой путь.

Глава 14

Мир тьмы кипел, словно бурлящий котёл. Бесконечный клубящийся серый туман пронзали ярко-алые молнии, неприкаянные души метались, меняя личины и формы. Дикое варево из мрака, боли, и огненных всполохов завораживало….

— Здесь, в моём мире, идёт своя война, мой ученик, мой пророк, моя правая рука. — Мягкий голос Тьмы раздался внутри Аксина. — Когда ты воевал с порождением Света там, мы бились здесь, извечные противники, цельные сущности единого мироздания. Ты выиграл свой бой, и Свет гневается, ибо теперь он вынужден отступить и здесь. События мира живых бросают тень на все окружающие миры.

— Почему Свет отступает? — Юноша плыл в серой, мерцающей бесконечности. — Ведь я убил всего лишь одного из драконов, а их много….

— Потому что ты убил не простого Повелителя небес, а самого Ярость, первого среди равных, воитель Тьмы. Это была великая победа. — Из тумана выступила Лера, грустно улыбнулась юноше, и растворилась во Тьме. — Свет возлагал на этого дракона большие надежды. Одна из главных фигур противника, тот, кто мог повести за собой его воинство, вдруг был повержен, уничтожен, сметён в пустоту.

— А великие не любят, когда кто-то ломает их планы. — Принц Максимилиан, почему-то одетый в шутовской наряд, гремя бубенчиками и сжимая кулаки в бессильной злобе, приблизил перекошенное яростью лицо к лицу юноши, чтобы так же исчезнуть в бесконечности Тьмы. — Они гневаются, они очень сильно гневаются….

— И за любой проступок против великих этого мира полагается кара, и, чем больше проступок, тем страшнее наказание. — Кафт, первый некромант, грустно вздохнул. — Здравствуй, призрак, давно тебя не видел. А ты всё больше и больше темнеешь. Вижу, умираешь помаленьку. Хоть всё ещё и думаешь, что живой. Это заблуждение. Пока ты ещё держишься, но скоро умрёшь окончательно. Сначала душа, а затем и тело. И ты станешь метаться в бесконечной мгле этого мира, как и все остальные неприкаянные души….

Аксин плыл в пустоте, ни о чём не думая, лишь впитывая вливающиеся со всех сторон эманации Тьмы. Они восстанавливали силу, успокаивали разум, мягкими, холодными волнами гася пламя чувств и эмоций.

— Мой ученик, мой воин, мой глас в мире жизни. — Тьма обняла юношу своими невидимыми, прохладными щупальцами. — Это был восхитительный бой. Твоя победа была великолепна, но ещё не всё закончено, тебе рано расслабляться. Много раз мы сталкивались со Светом, бились, а затем расходились по разным сторонам, готовясь для нового боя. А боги этого мира стояли в стороне, и наблюдали…. Но сейчас Турния решила вмешаться, и добавила фигур в игру. Эта капризная девчонка подсунула Свету нового воителя. Он может оказаться куда могущественнее, чем погибший дракон Ярость, или просто малой, ничего не значащей песчинкой. Никому неизвестно, к чему приведёт очередная выходка этой капризной и взбалмошной богини. Известно лишь то, что бой продолжается….

— Кто он, этот новый воин Света?

— Зачем задавать вопросы, на которые ты и без моей помощи сам сможешь узнать ответы? Пройдёт немного времени, и ты поймёшь, кто наш новый враг. А затем столкнёшься с ним в бою…. Но в этот раз будет куда сложнее.

— Сложнее, чем биться с Яростью? — Удивление на мгновение пробилось сквозь прохладу безразличия, навеянного Тьмой.

— Да, ведь теперь Свет будет научен опытом предыдущего поражения, и может бросить в бой все свои силы. До этого наши столкновения заканчивались в ничью. Оба воина погибали, или расходились, чтобы через столетия встретиться вновь. Но сейчас приходит наше с тобой время, мой великий воитель, впервые за много тысячелетий. Баланс нарушен, тень и мрак стали сильнее, холод потеснил пламя…. Наш противник ринется в бой с удвоенной яростью, обрушит всю свою мощь. И Свет больше не захочет проигрывать, ибо проиграть означает отступить, потерять частичку захваченных ранее позиций.

— А я буду противостоять один? В одиночку против всей армии Света? — Удивление Аксина переросло в полное непонимание. — Разве такое допустимо? Я думал, вы бьётесь по определённым правилам.

— В этой игре нет никаких правил, Аксин. Но ты не один, с тобой вся моя сила. — Тьма закружила сознание юноши, открывая его взору всю бесконечность мира теней. — Смерть станет твоим союзником в мире живых, но не только мёртвая плоть восстанет, чтобы верно служить тебе. Взгляни на это…. Мрак, бесконечный, наполненный силой и неприкаянными душами мрак. Огромная, колоссальная, жуткая, безграничная мощь. И ты можешь взять её, эту силу, сколько сможешь удержать, тебе достаточно лишь пожелать.

— Разве сейчас я не использую свои магические силы по максимуму? Последнее заклинание в борьбе с драконом чуть не убило меня.

— Силы — да, а вот возможности — далеко не все. Некромагия — наука многогранная. У этого кристалла множество граней, а ты ходишь лишь по нескольким.

— Просто некоторые вещи слишком омерзительны….

— Некоторые вещи ты будешь делать позднее, мой воин, сейчас тебе это тяжело. — Спокойная улыбка Тьмы расплылась по всему бесконечному серому миру. — Человек внутри тебя противится, это нормально. Но эти эмоции человека очень нужны, без него внутри некромант был бы куда слабее. Невозможно понять силу Тьмы, не имея в душе лучика света. Человек устанавливает границу допустимого, а Тьма будет постоянно отодвигать эти границы всё дальше и дальше…. Так ты станешь куда более могущественным некромантом, чем теперь.

— А если я не хочу этого?

— А ты правда этого не хочешь? — Улыбка Тьмы стала шире. — Просто загляни внутрь себя, будь честен и прям в своих помыслах и желаниях, и ты увидишь ответ.

Аксин хотел возразить…. Но через мгновение понял, что Тьма, его друг, его учитель, источник его силы, права. Ему уже давно было всё равно, какими средствами он достигает поставленной цели. Память молодого выпускника школы магии внутри него вяло протестовала, но некромант отбрасывал все сомнения, и шёл вперёд.

— Ты стал Тьмой, воин, а Тьма стала тобой. — Марк, одетый в потрёпанный походный доспех, поприветствовал юного некроманта, вскинув руку с обнажённым клинком. — Мы, неприкаянные духи, приветствуем тебя, Победитель Дракона. Приветствуем Тьму, нашу владычицу, внутри тебя. Приветствуем тебя внутри Тьмы.

— Что здесь делают все эти души?

— Некоторые здесь благодаря тебе, мой ученик. Другие стали принадлежать мне ещё до твоего рождения. — Тьма закружила перед Аксином калейдоскоп лиц. Стен, Марк, Рок, Триас, Вилис, Акрид, Ирган, принц Максимилиан, Лера. За ними шли толпы неприкаянных душ, сотни и сотни незнакомых людей, воинов, магов…. Отдельно прошагали полчища варваров с севера, рыча, словно волки, и потрясая разномастным оружием.

— Эти люди, как и многие до них, столкнулись со мной в жизни, и пустили меня в своё сердце. И после смерти они стали частью этого мира.

— Но ведь никто из моего отряда не занимался некромагией. Они просто сопровождали меня, выполняя приказ.

— Неважно, какие у них были мотивы…. Неважно, как они впустили Тьму в свою душу. Они прикоснулись к запретному искусству. — Кафт замыкал шествие призраков. — Я ведь тоже не хотел ничего плохого, лишь вновь дать жизнь тем, кого любил больше всего на свете. Но достаточно на мгновение прикоснуться к Тьме, чтобы принадлежать ей навеки. Даже смерть не сможет освободить от вечного служения.

— Мир Света, мир Тьмы, мир живых и мир Смерти, мир Хаоса…. Боги или небытиё. Все мы принадлежим к какому либо из этих миров. — Юноша с удовольствием окунулся в серый туман, чувствуя, как восстанавливаются потерянные в бою силы. — Не Тьма, так Смерть….

— Не стоит сейчас думать об этом, мой воин. Путь, что ты выбрал, не хуже и не лучше, чем другие пути твоего мира. И ты идёшь по нему с честью, гордо неся имя Пророка Тьмы, о Величайший Тёмный Властелин. — Тьма соткала из тумана женскую фигуру, и приветливо помахала юноше призрачной рукой. — Отбрось сомнения. Отбрось всё, что мешает идти по этому пути. Не думай о других, ведь у каждого человека — своя дорога, и только её он считает истинно верной. Лучше прими от меня подарок. Видишь этих духов, что вьются вокруг? Они могут стать частью твоего воинства в мире жизни. Пока не все, лишь немногие. Свет ещё слишком силён, чтобы пустить в мир живых армию призраков. Выбирай любых, я тебе их дарю.

В первое мгновение Аксин хотел отказаться, но затем вспомнил силу неупокоенных душ, которые он освободил в столице тёмных эльфов.

— Да, такая поддержка мне не помешает. — Согласился юноша.

— Только таких неприкаянных духов очень тяжело контролировать, слишком уж они независимы, и вечно мечтают о покое. — С сожалением вздохнула Тьма. — Да и постоянно быть рядом не смогут. Появились, помогли, и вновь вернулись в мой мир, набираться сил. Очень ненадёжные помощники.

— Ничего, думаю, что этот подарок мне здорово поможет, несмотря на все его недостатки. — Усмехнулся Аксин. — Я возьму себе своих бывших соратников. Их я знаю, и думаю, смогу с ними договориться.

— Это было ожидаемо. — Призраки воинов его отряда выросли перед ним. — Но ты прав, прекрасный выбор. Они тебя не предадут. Если духи понадобятся — просто призови их. Эти души отныне привязаны к тебе, и явятся по первому твоему слову. А теперь тебе пора, мой воин. Возвращайся, ты восстановил силы, а впереди ещё много битв….

— Что-то долго он спит. Ты его случайно не отравил, а, длинноухий? — Громовой голос демона заставлял сотрясаться камни пещеры, в которой расположился их небольшой отряд.

— Не волнуйся, он уже приходит в себя. — Эльф никак не отреагировал на грубое обращение Ваалора. — А на будущее запомни, я никого не травлю нечаянно, мой огромный шумный друг. Если кто-то умрёт от моих снадобий, то это будет не случайно, а запланировано. Аксин, подъём, я вижу, что ты уже проснулся.

— Немудрено, от ваших воплей и мёртвец проснётся от вечного сна, причём без всякой некромагии. — Юноша поморщился, и встал с прохладного каменного пола пещеры. — Ну, вот, всё тело ломит, и затекло. Не могли пристроить поудобнее победителя? Хотя бы что-нибудь мягкое подложили на эти булыжники.

— Некогда было о комфорте думать, мы драпали от твоих не в меру горячих поклонников. — Белла подошла к юноше, и вдруг резко бросилась ему на шею. — Ты меня здорово напугал, братишка. Я думала, тебе уже не оправиться после такого боя.

— Да что с вами такое, я же победил….

— Мощь, которую ты вложил в последнее заклинание, была колоссальна. — Флерес беспардонно оторвал демоницу от юноши, и стал внимательно осматривать Аксина, вертя его, словно какую-то вещь. — Вижу, ты полностью восстановил силы. Похоже, твоя тёмная покровительница постаралась побыстрее поднять тебя на ноги. Это хорошо, мне меньше мороки. Одного не могу понять, как всё-таки ты смог собрать столько энергии тьмы для последнего заклинания? Мы ведь не на Древних землях, где тьмой пропитано всё вокруг. В твоём теле просто не может быть столько магической силы. Обычный маг умер бы от истощения, не успев закончить заклинание…. Да и необычный тоже. Человек на такое просто не способен.

— Энергия смерти есть везде. Она неотъемлемая часть этого мира….

— Мне-то хоть не ври, будь любезен. — Прервал юношу Флерес. — Не может быть в обычном месте столько силы тьмы и смерти. Если только это не старое кладбище, на котором люди веками хоронили своих умерших….

— Он совершил массовое жертвоприношение. — Рассмеялась ламия. — С помощью покойного ныне дракона.

— Как это? — Влез в разговор Ваалор.

— Очень просто, мой малообразованный брат. — Ламия состроила важную мину на очаровательном личике. — Крестьяне то с деревни сбежали, когда Аксин на них ужас наслал, а вот скотина в амбарах осталась. А наш младшенький на село защиту поставил, слабую, чтобы отразить огонь дракона, но достаточную, чтобы бедные животные успели почувствовать боль и приближение скорой смерти, прежде чем сгорели заживо. Вот эта боль и ужас погибающих от огня зверей и дали эту самую энергию тьмы.

— Откуда ты это знаешь? — Демон переводил непонимающий взгляд с победно улыбающейся вампирши на юношу.

— Чувства, эмоции — это моя специализация, опять забыл? Не всем же грубыми железяками махать. — Наигранно брезгливо сморщила носик Белла. — Ах, как сложно мне, такой изысканной и утончённой, находиться в обществе этих наглых и необразованных мужланов. Один родственник зубоскалит, второй постоянно принижает мои выдающиеся способности. Флерес вообще меня ворочает, словно какую-то мебель. Ашалос, ты почему не вступился, когда этот эльф меня от братишки так бесцеремонно отодвинул?

— Лер Флерес хотел помочь Пророку Великой Тьмы. Мы не смеем мешать ему в этом деле.

— Лер Флерес? — Белла удивлённо нахмурила точёные брови. — Помню, в прошлый раз вы друг другу в глотки готовы были вцепиться, с чего вдруг сейчас такое уважительное отношение? Неужели, пока я отсутствовала, дроу и эльфы вспомнили о близком родстве, и, бросившись друг другу в объятия, поклялись в вечной и нерушимой дружбе?

— Лер Флерес не обычный эльф, теперь он наполнен Тьмой. Если Тьма сочла его достойным, то дроу остаётся лишь с почтением принять это решение Госпожи.

— Он связан с Тьмой, как и Аксин? — Ваалор с подозрением взглянул на эльфа. — Что-то не похоже, нет в нём такой силы, как у нашего младшенького.

— Аксин — пророк Тьмы, а Лер Флерес — лишь носитель её малой части внутри себя. — Спокойно пояснил Ашалос.

— Понятно, что-то похожее на жреца. — Кивнул демон.

— Если рассуждать грубо, то да.

— А мой братик по-другому рассуждать и не умеет. — В ответ на хмурый взгляд Ваалора ламия послала демону воздушный поцелуй, и звонко рассмеялась, когда лицо демона исказила гримаса недовольства.

— Если вы закончили грызню, то, может, обратите на меня хоть чуточку внимания? — Поинтересовался Аксин.

— Поверь, грызню, как ты выразился, они ещё не начинали. — Холодно усмехнулся под серебряной маской эльф. — Пока ты был в беспамятстве, они тут друг друга во всех немыслимых грехах обвиняли. Белла кричала, что только её брат виноват в том, что ты сейчас находишься между жизнью и смертью, мол, должен был тебя отговорить от этого нелепого похода. А Ваалор орал, что если бы окружающие имели хоть каплю мозгов, и пустили бы его тебе помочь, то вдвоём вы бы этого дракона на раз одолели.

— И как они ругались? — Спокойно поинтересовался юноша.

— Кошмар, я некоторых слов в жизни не слышал. — Ашалос с долей благоговения посмотрел на ламию. — Особенно Белла старалась. Никогда бы не подумал, что можно такие красочные эпитеты сочинить. Это какая же фантазия должна быть…. Даже умирающие гномы на арене по сравнению с ней были просто милыми, скромными детьми. А эти бородачи знали толк в крепком словце.

— Прекрати, ты меня позоришь. — По довольному лицу ламии не было заметно, что красавица хоть немного смутилась. — Младшенький, не слушай ты их, они всё выдумывают. И, вообще, я немного беспокоилась. Может ведь слабая, беззащитная девушка чуть-чуть поддаться чувствам? Немного понервничать, закатить маленькую истерику….

— Может, может. — Аксин завертел головой. — А где мои зомби? А, припоминаю, вы что-то там говорили, что они были уничтожены, когда задерживали драконов. Жаль, очень жаль. Отменные были мертвяки. А где я возьму ещё личей, хоть убейте, не знаю. Невосполнимая потеря. А Моор? Он тоже погиб?

— Жив он, пошёл вперёд, разведать дорогу. — Белла наконец отошла от Аксина, чтобы тут же прильнуть к заметно покрасневшему Ашалосу. — Сейчас и в горах стало не безопасно, гномы перекрыли все туннели, какие смогли, нас ловят. Надеюсь, Моор вернётся.

— Да этот кровосос ещё нас всех переживёт. — Заржал демон. — Передвигается, как тень, не заметишь, как не старайся. Те драконы его так и не увидели, хотя он им чуть на хвост не наступил.

— Подождите, а с чего гномы вдруг стали нас ловить? Да ещё с таким старанием. Не похоже на них. Они бесплатно и шагу не ступят.

— Пока ты спал, многое изменилось. — Холодно прошипел Флерес. — Гарвин подмял под себя и драконов, и гномов.

— Драконов?! — Аксин с недоверием уставился на эльфа. — Я не ослышался, ты сказал….

— Слух тебя не подводит. Гарвин теперь носит гордый титул — Повелитель Драконов.

— Так, давайте вот с этого момента вы расскажете мне всё поподробнее.

— Изволь. — Эльф присел на камни пещеры. — После твоей героической победы над драконом, когда тебя с почётом быстро-быстро уносили с места боя, три прилетевших летающих ящерицы столкнулись с почему-то спешащим туда же полубезумным магом, нашим драгоценным Гарвином. Моор не стал его останавливать, а решил проявить инициативу, и подработал шпионом, кстати, у него это неплохо получилось….

После рассказа эльфа юноша долго сидел, молча сжимая свой посох.

— Вот и он, новый игрок, воин Света…. Похоже, боги решили подыграть одной стороне, и эта сторона явно не моя….

— Что за игрок, Аксин? Ты про что? — Ваалор, присев, заглянул ему в глаза. — С тобой точно всё в порядке? А то какую-то чушь несёшь.

— Всё хорошо. — Юноша резким рывком вскочил на ноги, и стал мерить шагами небольшую пещеру, в которой расположился его сильно поредевший отряд. Малыш, до этого вольготно валявшийся радом с хозяином, сел, и недовольно заворчал. — Флерес, а Моор не мог ошибиться? Когда подслушивал разговор этой драконессы и Гарвина.

— Не мог, потому что он просто не понимал, о чём там рычала эта парочка. А вот историческую встречу гномов и Гарвина, оседлавшего дракона, то есть драконессу, он пересказал абсолютно точно. Знаешь, я в восторге от твоего нового творения, Аксин. Моор умудрился незаметно подобраться к дракону, а затем не отстать, несясь на своих двоих по лесу, собирая весь кустарник, когда эта переросшая ящерица спокойно летела в небе.

— Говоришь, этот маг и драконесса рычали друг на друга?! — Никакие ледяные барьеры, созданные Тьмой, не могли удержать юношеского любопытства и изумления Аксина.

— Они разговаривали на языке драконов. Моор не может его знать, а вот духи воздуха прекрасно всё поняли. Повезло, что я успел вовремя расспросить их, а то память воздушной стихии короткая. Не любят духи воздуха голову себе несущественными вещами забивать, почти сразу забывают всё ненужное.

— Да, разговор дракона и человека — что может быть банальнее и скучнее. — Едко улыбнулся Аксин. — Эту картину можно наблюдать каждый божий день, в любой захудалой деревушке. Скукотища.

— Это для тебя — событие, для людей — невероятная сказка, а для них — ничтожная мелочь. Подумаешь, какой-то там несовершенный кусок плоти разговаривает с другим куском, поменьше. Вот если бы ветер вдруг спел новую, неизвестную песню…. Это бы они запомнили, и рассуждали об этом ближайшие лет сто.

— Понятно, разговор пересказан абсолютно точно. — Прервал Аксин эльфа. — Осталось понять, что нам дальше делать. Вернее, это-то как раз кристально ясно…. Необходимо, во что бы то ни стало не дать Гарвину найти этот злосчастный череп, иначе драконы гарантированно встанут на его сторону в предстоящей битве. Знать бы ещё, как это сделать.

— Найти его прежде, чем это сделает маг, что тут не понятного. — Спокойно произнесла ламия. — А что за битва предстоит?

— Потом расскажу, сначала нужно решить, как действовать прямо сейчас, не заглядывая в далёкое будущее. — Нахмурился Аксин. — Тем более, Турния на их стороне, так что всё равно не угадаем, как она повернёт события завтра.

— Просто найди череп первым. — Повторила Ламия скучающим, менторским тоном. — И поторгуйся с драконами.

— Ага, и как ты себе это представляешь? — Ехидно оскалился Ваалор.

— А вам голова на что? — Царственно отмахнулась от демона Белла. — Думайте. Я самое главное сделала — подкинула идею. Остальное за вами.

— Ну, понятно…. — Разглагольствования демона были прерваны чувствительным тычком в бок. Ваалор резко повернулся к обидчику, и увидел… отражение своего разъярённого лица в серебряной маске эльфа. Не говоря ни слова, Флерес указал рукой на Аксина, задумчиво выводящего посохом хаотичные линии на пыльно полу пещеры.

— Белла права. — Через несколько минут пробормотал юноша. — Могила была разграблена в горах, это могли сделать только гномы или люди, что живут рядом. Значит, очень скоро этот череп всплывёт, слишком уж дорогая и редкая вещь. Если мы сможем задержать Гарвина, или направить его по ложному следу, есть шанс захватить святыню драконов первыми. Тогда можно будет договориться с этими горячими змеюками.

— Хочешь выторговать мир? Между светом и Тьмой? — Холодно уточнил Флерес. — Это невозможно.

— Знаю, но, по крайней мере, смогу выиграть время. — Аксин стёр ступнёй нагромождение линий на пыльном полу, и стал выводить их заново. — Драконы живут очень долго, и меряю время веками, а бег дней вообще не замечают. А для меня лишний год-другой может значить очень многое. Хоть подготовиться успею.

— Согласен. — Коротко кивнул эльф, заставляя лучики света, отразившиеся от его блестящей маски, протанцевать по серым стенам пещеры. — Я попрошу духов следить за Гарвином, и докладывать мне всё, что касается поисков черепа.

— Этого мало. — Подключился к обсуждению Ваалор. — Необходимо дать этому магу ложный путь, или новую цель. Как бы ни был силён ваш Гарвин, он не сможет находиться в нескольких местах одновременно.

— Придём к нам, и решим, чем дроу смогут помочь. — Ашалос коротко кивнул, предлагая остальным двигаться за ним. — Вперёд, всего пара дней пути осталась.

— Нельзя вперёд. — Из тени коридора бесшумно вышел Моор. — Впереди кордон гномов. Эти бородачи перекрывают все известные им туннели.

— Очень уж активно они за нами охотятся. — Прошипел Флерес. — Наш Гарвин зря времени не теряет. Молодец….

— Ну, и что такого? — Ваалор с удивлением смотрел на мгновенно ставшие серьёзными лица дроу и Аксина. — Прорвёмся, что нам какой-то небольшой отряд гномов, да ещё без поддержки человеческого мага? Да я в одиночку за пару мгновений их всех покрошу.

— Братец, ты великолепный боец, но для настоящей войны этого мало. — Без обычного ехидства грустно улыбнулась ламия. — Поединки, где доблесть и честь превыше жизни, бой двух противников лицом к лицу — это давно в прошлом.

— Я понял. — Потупил потухший взгляд демон. — Эти гномы всего лишь приманка. Гарвин хочет, чтобы мы обнаружили себя.

— Да, а когда он поймёт, где мы находимся, то нанесёт пару пробных ударов, чтобы понять, какими силами мы обладаем. Не забывайте, Аксин сумел убить дракона, поэтому Гарвин отнесётся к такому противнику со всей серьёзностью. А когда он точно будет знать, где мы находимся, куда идём, и что сможем ему противопоставить, то нанесёт удар, который гарантированно принесёт победу. Отвлекающая внимание засада, затем пять-десять драконов, неожиданная атака….

— Думаю, нам и трёх драконов за глаза хватит. Здесь не Древняя земля, сил Тьмы не так уж и много. — Подытожил Аксин. — В общем, придётся нам оставить гномов сторожить эти камни, а самим пойти в обход.

— Легче сказать, чем сделать. — Ашалос внимательно осмотрел каменные стены пещеры, затем принялся гладить их ладонями, что-то нашёптывая себе под нос. — Похоже, в этих местах нет других проходов, кроме этого туннеля.

— Вернёмся назад, и поищем путь там. — Пожал плечами юноша. — Время ценно, но один день ничего не решает.

— Мы потеряем много больше, чем один день.

— Владения гномов так велики, что их придётся обходить несколько недель?

— Мы внутри гор, Аксин, здесь не подходят те критерии, к которым ты привык на поверхности. — Усмехнулся Ашалос, остальные дроу так же не смогли сдержать снисходительных улыбок. — Тут нельзя провести чёткую линию, и сказать — вот она, граница….

— Может, вместо того, чтобы зубоскалить, ты просто объяснишь, что к чему? — Раздражённо бросил юноша. — И, желательно, коротко и простыми словами. А то для загадок у меня Флерес есть, хватит в отряде и одного любителя напустить туману.

— Здесь надо смотреть на границы пространственно. — Пояснил тёмный эльф. — Кроме вперёд и назад, вправо и влево есть ещё вверх или вниз. Впереди — территория гномов, за ней будут наши горы. Но сверху, над гномьими коридорами, тоже может быть наши проходы. И наоборот. Здесь зоны проживания достаточно условны. Дело в другом — сможем ли мы пройти.

— Продолжай, я весь во внимании.

— У нас и гномов разные способы передвижения внутри гор. Бородачи уже многие века пробивают в камне проходы, создают целые пещеры. Обычно они грызут горы вслед за рудными жилами. Гномов много, они могут себе это позволить. Мы, дроу, не пробиваем горы, а пользуемся природной магией.

— Как лесные эльфы? — Ламия беспардонно перебила Ашалоса.

— Да, только они, в основном, общаются с духами ветра, воды, и леса, а мы — с элементелями камня. И, если в камне есть трещины, мы просим, и перед нами открывается проход…. А, когда мы пройдём, смыкается. Но здесь скалы крепкие, монолитные, поэтому придётся вернуться назад. Затем нужно будет идти на север, практически до того места, где мы впервые с вами встретились. Другой подходящей дороги нет.

— А неподходящей? — Поинтересовался Аксин.

— Чуть севернее и выше есть места, не контролируемые гномами. Там дроу иногда проходили. — С неохотой произнёс Ашалос. — Но эта дорога не безопасна для тебя, Аксин.

— Почему?

— Там территория орков.

— Я думал, их давно перебили. — Задумчиво поскрёб подбородок юноша. — Говорили, что они людоеды, и раньше их ватаги часто спускались с гор, разоряя ближайшие поселения. Но потом орки пропали….

— Ну, если говорить точно, они не просто людоеды, а твари, которые едят вообще всех, кого смогут найти. Людей, гномов, эльфов, дроу, если тот будет настолько глуп, что попадётся. — Уточнил тёмный эльф. — Наши юноши любили ходить в те места на охоту за головами и пленниками. До того момента, пока Тьма не позвала нас в твои владения.

— А чем они сейчас питаются, если перестали делать рейды по людским поселениям? — Поинтересовалась ламия. — Может, они всё-таки передохли?

— Живы. Обосновались ближе к поверхности, разводят коз, воюют друг с другом. Иногда нападают на заставы гномов. Или уходят на север, налетают на варваров. Тех убивать проще, чем имперцев или торзальцев. Дикари города не строят, а орки очень не любят защищённые места осаждать. Терпения не хватает. Но меньше их не стало.

— Я не вижу в орках особых проблем. Если торопимся, то лучше быстрее прорваться через их земли…. вернее, горы… или правильнее сказать пещеры… ну, в общем, вы меня поняли. А насчёт опасности…. Ну, подумаешь, из-за каждого камня будет выглядывать мерзкая, зелёная, клыкастая рожа, мечтающая сожрать кого-либо из нас. Прямо, как на древней земле. — Демон жизнерадостно улыбнулся. — Аксин точно будет чувствовать себя там, как дома.

— Там нет столько энергии Тьмы, что на Древних землях. Да ещё я остался без зомби, а кладбище и массовые жертвы найти в горах не так просто. Так что придётся быть поосторожнее. — Задумчиво протянул Аксин. — Но в остальном Ваалор прав. Лучше столкнуться с орками сейчас, и выиграть время, чем дать Гарвину найти этот проклятый череп, и в будущем биться с полчищами драконов. По крайней мере, против этих людоедов у нас есть все шансы.

— Я редко соглашаюсь с моим, хоть и старшим, но непутёвым братиком, но сейчас, думаю, стоит поступить так, как он предлагает. — Ламия непривычно серьёзно сморщила личико в задумчивой гримасе. — Ашалос, помнится, вы с Флересом рассуждали, где мог быть захоронен этот самый дракон, из-за останков которого весь сыр-бор.

— Да, несравненная, мы смогли очертить границы, правда, очень приблизительно. — Улыбнулся дроу.

— А скажите мне, территория этих самых орков не подходит близко к этому вашему приблизительному месту захоронения? — Невинно поинтересовалась Белла.

— Да, граничит, но почему именно они…. — Тёмный эльф вдруг резко замялся, широко раскрыв глаза от удивления. — А ведь все мы глупцы. Особенно я.

— Ну, не нужно выгораживать остальных, мой милый, вы все полные дураки. — Довольно промурлыкала ламия. — Кроме младшенького, он-то просто без памяти валялся, затем столько всего на него навалилось, не мудрено, что не сразу всё понял. Но остальные должны были сообразить, когда речь зашла про поиски этой священной черепушки.

— Гномы роют туннели вслед за жилами металлов и самоцветов, дроу ходят через естественные проходы в горах, лишь люди и орки иногда перебираются по поверхности гор. — Убито пробормотал Ваалор. — А могила драконы была среди высоких пиков в центре гор, на поверхности, так поведали эльфу его духи воздуха. Людям туда не добраться, просто незачем…. Нет там ничего драгоценного, а про кости этого ящера никто не знал. Значит, остаются орки.

— Тогда чего же мы ждём? — Аксин в нетерпении стал постукивать посохом по каменному полу пещеры. Малыш, разделяя нетерпение хозяина, задорно гавкнул. — Вперёд, к оркам.

— Мы не одни такие умные. — Прошипел под маской Флерес. — Драконы уже точно рассказали Гарвину, где была могила. Ему осталось опросить глав кланов гномов, чтобы понять, что бородачи не причастны к краже черепа. Людей он так же быстро отбросит. Скоро все земли орков будут кишеть отрядами гномов, усиленными боевыми магами империи. Как вы думаете, кто быстрее найдёт эту реликвию драконов?

— Ты лучше всех нас знаешь этого мага. — Аксин задумчиво посмотрел на эльфа, но, кроме своего искажённого отражения в серебряной маске, так ничего и не смог увидеть. Глухой, безжизненный голос тоже никак не мог помочь. Эмоции, чувства, мысли Флереса оказались спрятаны куда надёжнее, чем казна скупых гномов. — Как думаешь, что может его остановить?

— Сейчас война Императора с Торзалией вступает в финальную фазу. — Прохрипел эльф. — Орес, учитель Гарвина, и бывший глава боевых магов, руководит силами империи. Но он очень стар, и, если здоровье подведёт, то Гарвин должен будет взять бразды правления в свои руки. Не любит он неоконченных дел….

— Понятно. — Аксин безразлично нарисовал несколько кругов посохом в пыли, покрывающей пол, затем широким крестом перечеркнул рисунок. — Моор, ты сможешь быть проводником на территории орков?

Вампир коротко кивнул.

— Замечательно. — Холодно улыбнулся юноша. — Ашалос, тогда ты, и следопыты постарайтесь быстрее добраться до вашей столицы. Собери отряд, сколько нужно, и устраните этого старика. Без сложностей, не нужно устраивать подобие несчастного случая или смерти от старости. Просто убейте.

— Не думаю, что нам стоит делать такой крюк. — Тёмный эльф горделиво оскалился. — Нас трое, этого более чем достаточно. Очень скоро этот ваш Орес умрёт, и никакие гномы и магия его не спасут.

— Уверен?

— Его окружают вояки, а не убийцы. — Ашалос резко ударил себя кулаком в грудь. — Клянусь Великой Тьмой, что мы убьём этого старика.

— Да, там были трое убийц, лучшие среди людей, они могли бы составить конкуренцию дроу, но Гарвин отослал их с миссией в Торзалию. — Кивнул Флерес. — А без них….

— Решено. — Довольно улыбнулся Аксин. — Отправляйтесь, как только будете готовы.

Троица тёмных эльфов беззвучно растворилась в темноте туннелей.

— Ну, а мы что стоим? Вперёд, навестим наших зеленокожих друзей. — Аксин бодро зашагал вслед за Моором.

— Что-то наш младшенький очень легко смог отдать приказ о казни этого старика. — Тихим шёпотом проворчал демон, двинувшись вслед за юношей.

— А ты что хотел? — Прошептала в ответ Белла. — Нельзя быть по макушку в крови и грязи, и не запачкаться.

— Он ещё держится, но скоро Тьма выдавит из его души всё человеческое. — Прохрипел эльф. — Поверьте, теперь я это точно знаю. Пойдёмте, а то отстанем….

Глава 15

— А почему ты не учишь своих детей? У тебя их во сколько. — Орчонок, насупившись, из под лобья посмотрел на шамана. Как и все дети, он был жутким непоседой. И, сейчас, когда все его сверстники веселились, с визгом носясь между камней, он вынужден был сидеть в пещере со старым шаманом, и слушать его наставления.

— Да, детей у меня много. Но у них нет дара, они не могут занять моё место. Лишь тот, кто способен общаться с духами предков, может стать шаманом. — Старый орк задумчиво повертел в руках палку, гадая, стоит или нет с самого начала указать ученику его место, и проучить того как следует за неусидчивость, но затем решительно отбросил её в сторону. Аарх слишком долго искал приемника, и, сейчас, когда в племени, наконец, родился мальчик с удивительным и редким даром слышать голоса давно ушедших предков, он немного боялся. Старый орк чувствовал, что его время подходит к концу, а умереть, оставив племя без мудрости пращуров, он просто не мог. Аарху нужно было многому научить этого непоседливого орчонка, а палка могла лишь испортить всё дело. Не стоило сразу отбивать у юнца тягу к учёбе. — У моих сыновей нет этого дара, а у тебя есть. Лишь ты сможешь занять моё место….

— Но я не хочу быть шаманом, я хочу быть воином. — Пробурчал малыш.

— Понимаю. — Спокойно кивнул головой Аарх. — Когда меня привели в эту пещеру, то я тоже грезил битвами. Мечтал вырасти могучим богатырём, заслужить титул «рахк»…. И затем я, Аарх-рахк, бросил бы вызов вождю, и победил бы его в битве у чёрной скалы. И повёл воинов на север, рвать на части жалких людишек, что не научились ещё прятаться за высокими каменными стенами. О моих подвигах пели бы песни долгими зимними вечерами у костра…. Вот о чём я мечтал. Всё это я высказал своему новому учителю.

— И он побил тебя? — Заинтересованно привстал с каменного пола орчонок.

— Нет, он просто сказал, что если я трус, боящийся взвалить на свои плечи ношу заботы о родном племени, я могу бежать прочь, и рассказать своему отцу с матерью, что они воспитали нытика и слабака.

— Я не трус! — Взревел разъярённый орчонок.

— Ты думаешь, что мало доблести сидеть здесь, в этой пещере, и слушать старика, быть воином, рвущимся в бой — вот дело, достойное настоящего мужчины? — Спокойный тон старого шамана моментально охладил разгорячённого малыша.

— Да. — Потупившись, пробормотал тот.

— Как тебя зовут?

— Крог.

— Крог…. Знаешь, когда-то наш народ чуть не погиб.

— Что?

— Да, и лишь один орк смог спасти своё племя. И именно благодаря этому мы сейчас живы. Но ведь тебе это не интересно….

— Расскажи. — После нескольких минут молчания протянул малыш.

Орки были плохими рассказчиками. Вместо слов эти зеленокожие воины предпочитали нанести хороший удар шипастой дубиной или боевым топором. Но Аарх был шаманом, он беседовал с умершими предками, мудрейшими из народа орков, а те не терпели косноязычия или несвязанного бормотания. Умение правильно разговаривать было первым, что вбил в неусидчивого подростка старый шаман, его учитель.

— Когда-то наши предки жили в этих горах, не зная горя. — Начал рассказ шаман. — Они охотились, бились с гномами, отражали набеги подлых дроу, трусливо прячущихся, и наносящих удар в спину отравленными клинками. Орки были свободными детьми гор, могучими, как медведи, и свирепыми, как барсы. Мы жили небольшими кланами, семьями, и никто не мог приказывать нам, что делать.

Аарх с улыбкой посмотрел на словно заворожённого, неподвижно сидящего и боящегося пропустить хоть одно слово ребёнка. «Да, ему это интересно. Очень хорошо, любопытство и живность ума — это именно то, что нужно шаману. И ещё дар….»

— Эти прекрасные времена длились долго, но всё рано или поздно заканчивается…. Беда пришла из-за моря. Люди.

— Люди? — Недоверчиво протянул Крог. — Но ведь они слабаки!

— Да, любой воин легко сможет убить за один бой людей больше, чем пальцев на твоих руках и ногах. — Кивнул головой шаман. — Но орки жили малыми группами, а эти трусы нападали толпами. Они прятали своё тело под железными доспехами, боясь ран и боли. Позор для истинного воина. Люди были слабы, но их было слишком много. Да ещё их маги…. Эти трусы прятались за спинами других, метая в воинов огонь и острый лёд. Наш народ, живший у подножья гор, был уничтожен, остались в живых лишь те, кто шил в сердце гор. Казалось, время могучих орков уходит…. Но тут пришёл первый из шаманов, тот, у кого был дар. Дар слышать и говорить с давно умершими предками.

— А почему раньше не было этого дара? — Удивлённо протянул малыш.

— Почему же не было, был, но мы, к несчастью, не хотели слушать мудрых советов прародителей. И были наказаны за это.

— И что же сказали предки первому шаману?

— Они сказали ему — лишь в единстве сила народа орков. Порознь не победить трусливые орды людишек. И лишь самый сильный и мудрый воин должен объединить нас. Призвал тогда шаман всех вождей, что остались, и передал им волю предков. Соберите воедино всех орков — сказал он. И пусть правит единым народом самый достойный. И собрались у чёрной скалы орки, и вышли вперёд вожди и великие воины. День, и ночь, и ещё один день бились они друг с другом, пока в живых не остался один. И все орки признали его вождём. С тех пор нашим народом правит один, великий воин. А шаман говорит с предками, и доносит их волю до вождя. И именно поэтому мы снова становимся сильней и многочисленнее, лишь благодаря мудрости пращуров. Когда приходит смерть, дух уносится в прекрасную страну. Там бескрайние горы, полные дичи, могучие враги, победа над которыми — истинная награда для доблестного орка. Днём предки охотятся и воюют, а ночью сидят у костра, и смотрят на звёзды…. И там, в ночном небе они видят будущее. А перед рассветом предки спускаются к шаману, и рассказывают ему обо всём, что увидели среди звёзд. А шаман уже доносит волю предков до вождя, и всего народа. Лишь благодаря этому мы не только живы, но и становимся всё сильнее и сильнее с каждым годом. И если вождь может смениться, проиграв бой у чёрной скалы, то шаман неизменен. Многие способны доблестно биться, но лишь один в поколение способен услышать предков. И этот единственный — ты.

— Вот это да. — Прошептал поражённый орчонок. — А что сегодня сказали тебе предки?

— Сегодня предки не открыли мне будущего. Такое бывает, когда наш народ находится на перепутье, и от того, что мы сделаем, будет зависеть наша судьба. Видимо, для нашего народа грядут новые испытания.

— Будет война?!

— Возможно, будет большая война. От советов почивших пращуров будет зависеть, жить орками, или погибнуть окончательно. — Шаман с трудом сдерживал улыбку, глядя на напрягшегося орчонка. — И, если ты хочешь сейчас убежать, и оставить в это тяжёлое время племя без мудрости предков….

— Нет.

— Не слышу, стар я уже, скажи громче. — Чуть заметно улыбнулся старый Аарх.

— Нет, я не убегу. — Твёрдо произнёс Крог ещё пока писклявым, детским голосом. — Я останусь, и буду шаманом. Я помогу.

— Молодец. — Улыбка старика стала шире. — Ты станешь взрослым, и от тебя будет зависеть судьба нашего народа.

— Ты начнёшь учить меня прямо сейчас? — Немного тоскливо протянул орчонок, вслушиваясь в возню сверстников на пределами пещеры.

Громовой хохот Аарха загрохотал под сводами пещеры.

— Что, боишься пропустить сегодняшние бои у чёрной скалы? Не бойся, шаман должен присутствовать на них, чтобы убедиться, что победитель действительно достоин чести занять место вождя. Лишь один останется в живых, самый могучий и мудрый воин, как и завещали предки. Так что пойдём, скоро начнут подходить претенденты.

— А вечером будет пир. — Облизнулся орчонок.

— Да. — Шаман оскалил пожелтевшие, но ещё крепкие клыки. — Тела убитых порубят на куски, забросят в большой котёл, и наварят кучу мяса. Всем хватит наесться досыта.

Аарх набросил на плечи старый, сшитый из обрывков грубо обработанных шкур плащ, и двинулся к выходу из пещеры.

— Да, прихвати с собой бубен. — Бросил он Крогу. — Он мне понадобится.

— Бубен…. — Малыш с благоговейным трепетом уставился широко раскрытыми глазами на удаляющегося шамана. — Тот самый?!

— Да, с помощью него много легче общаться с пращурами. — Не оборачиваясь, произнёс старый орк. — Он принадлежал первому шаману. Сейчас принадлежит мне. А когда-нибудь будет принадлежать тебе.

Орчонок восторженно вцепился в древний, почерневший деревянный обод, обтянутый серой кожей, и ринулся наружу, хвастаться сверстникам.

— Да, Крог, со временем из тебя выйдет отличный шаман. — Прошептал довольный собой Аарх. — Лишь бы в твою голову вновь не полезли глупые мысли о воинской доле. Но ничего, я этого не допущу. А то, боюсь, не дожить мне до следующего ученика, если этот сбежит.

Орк, наклонившись, поднял с пола старую, пожелтевшую кость, ровесницу бубна. Её он бил по серой, натянутой на обод коже, выдерживая определённый ритм, пританцовывая, и мысленно уносясь во время танца в мир предков, чтобы услышать их мудрые наставления. За пояс заткнул выточенный из рога лося заговорённый кинжал. Путь в мир предков был опасен, проходил через мёртвые, серые земли, покрытые вечным туманом, в котором обитали стонущие, вечно норовящие вцепиться и утащить к себе тени. Их шаман отгонял этим костяным кинжалом, тени боялись только его, никакое другое оружие их не брало. Эх, многому, очень многому ещё предстоит научиться юному Крогу….

— Воином он захотел стать. — Пробурчал шаман. — Посмотрел бы я на этих храбрецов, попытавшихся пройти через мир теней. Не всем умершим это удаётся, многие души орков застряли там навечно, взятые в плен холодными щупальцами тумана. А уж живому то пройти вообще тяжко…. Не может устоять мрак перед тёплой кровью, ох, не может, сразу бросается, как оголодавший волк на добычу. Лучше сто битв здесь выстоять, чем одну — там.

Аарх вышел из пещеры, и взглянул на солнце.

— Полдень, пора. Вождь ждёт у чёрной скалы. Интересно, сегодня ему снова улыбнётся удача, или мы, наконец, попробуем его старого, жилистого мяса….

Проталкиваясь сквозь толпу орков к месту будущего боя, шаман рыскал вокруг глазами, ища своего нового ученика. Найдя Крога, гордо размахивающего бубном в окружении сверстников, Аарх подошёл поближе, и легонько хлопнул орчонка по плечу.

— Пойдём, нам пора начинать. Поможешь мне сегодня.

Тот раздулся ещё больше от переполнявшей его важности, и важно пошёл за неспешно шагающим шаманом.

— Что мне нужно будет делать?

— Пока ничего, просто смотри, и учись.

— Только смотреть? — Разочарованно протянул орчонок.

— Ты будешь рядом со мной, там же, где стоят взрослые воины. А твои друзья будут сидеть далеко, за спинами взрослых, на камнях, вытягивая шеи, и пытаясь разглядеть, что же там происходит, как идёт бой. Разве тебе этого мало? — Деланно удивился Аарх. — А через год или два, когда ты немного подрастёшь и кое-чему научишься, то сам подашь знак к началу битвы за место вождя. И призовёшь благословение предков на победителя. Это так плохо?

— Нет, это хорошо. — Заметно повеселевший орчонок засеменил рядом с шаманом. — А что сейчас говорят предки?

— Тише, все вопросы потом. — Старик остановился перед пустой, очищенной от камней площадкой у тёмной, почти чёрной скалы. — Стой здесь, и внимательно наблюдай.

Оставив ученика, Аарх вышел вперёд. Пихающиеся локтями и рычащие друг на друга орки мгновенно затихли, и обратили свои взоры на одиноко стоявшего старика.

— Сегодня великий день. — Голос шамана загрохотал над горами, заставляя умолкнуть ветер и трястись скалы. Сейчас это был не просто доживающий свой век старик, вся сила почивших предков текла сквозь него, давая Аарху небывалое для орков могущество. — Сегодня, как завещали наши прародители, мы собрались здесь, чтобы лучшие воины племени померялись силами. Победитель станет вождём, и остальные склонятся перед ним, как было прежде, как произойдёт сегодня, как будет и впредь! Караг-рахк, тот, кто властвует сейчас, я зову тебя!

Передние ряды расступились, и вперёд вышел огромный орк, одетый только в кожаную набедренную повязку, и сжимающий в лапах огромный, со следами грубой ковки железный топор. Многочисленные шрамы, следы минувших битв, покрывали его серо-зелёную кожу, мощные мускулы перекатывались на руках. Караг-рахк, воин, вот уже многие года бессменно занимавший место вождя. Все, кто посмел бросать ему вызов, погибали у чёрной скалы, а их тела служили главным блюдом на пиру, следовавшему за ритуальными боями.

Вождь подошёл к шаману, и послушно встал по левую руку от старика. Сейчас было время, когда предки решали, кому послать удачу в сегодняшнем бою, время, когда вождь не имел власти, превращаясь в обычного воина…. Караг-рахк терпеть не мог этот обычай, ему претило потерять власть, даже на такой короткий срок, но такова была воля пращуров.

Аарх равнодушно скользнул взглядом по всё ещё мощной, несмотря на прожитые годы, фигуре вождя. «А ведь наш непобедимый Караг-рахк начал сдавать. — Пронеслась мысль в голове старика. — Вон, мышцы стали помаленьку салом зарастать. Похоже, если не сегодня, то очень скоро мы сменим вождя».

— Вот он, наш предводитель! — Шаман внимательно посмотрел на замерших орков. — Я спрашиваю, есть ли воины, желающие сегодня биться у чёрной скалы?!

— Есть! — Послышались крики с разных сторон.

— Лишь одна рука бойцов будет участвовать в состязании. — Шаман вытянул вперёд растопыренную пятерню. — Выходите, предки укажут мне на достойных.

— Я буду биться! — Расталкивая всех, вперёд вышел высокий, жилистый орк с огромными ладонями, вооружённый массивным копьём с широким наконечником. — Я, Тураг-ракх! Я пять вёсен спускался с гор в холодные равнины! Много людей, больше, чем пальцев на руках у меня и моих сыновей, пали от моего копья, и их черепа до сих пор украшают мою пещеру!

— Ты достоин биться сегодня, Тураг-ракх. — Кивнул головой шаман.

— Я тоже буду биться. — Вперёд выскочил какой-то орк. — Я….

— Нет. — Твёрдо произнёс Аарх.

— Что?! Да кто ты такой, чтобы….

Шаман не дал бузотёру договорить. Молнией метнувшись вперёд, Аарх с силой толкнул орка, и тот покатился под ноги смеющейся толпе. Когда было нужно, старик взывал к предкам, и они давали ему великую силу….

— Сначала научись твёрдо стоять на ногах, а уж потом бросайся в бой. — Бросил шаман опозоренному орку. — Лишь самые достойные воины выйдут сегодня к чёрной скале. И тебя не будет в их числе.

Толпящиеся вокруг орки немного притихли, с нерешительностью поглядывая друг на друга. Зеленокожие воины не боялись смерти, они знали, что после неё их души присоединятся к душам предков в прекрасном мире, но никто не хотел опозориться на глазах всего племени. Наконец, после минутного замешательства, вперёд выступил кряжистый, широкоплечий орк, вооружённый двумя крепкими дубовыми булавами с прочно привязанными на концах гранитными камнями.

— Я - Суурх-рахк! — Взревел он. — Все знают мою доблесть и силу! Я тот, кто одним ударом убил медведя в горах. Я тот, кто бился с людьми и гномами, и их кровь и мозги не раз стекали с моего оружия. Я буду биться!

— Ты достоин биться сегодня, Суурх-рахк. — Шаман поманил воина рукой, и согнул на выставленной пятерне ещё один палец.

Словно торопясь опоздать, один за другим вперёд вышли ещё трое воинов.

— Я - Нагор-рахк! — Вскинул к небу длинные, покрытые узловатыми мышцами руки один. — Мои топоры знают и боятся все недруги орков! Их блеск — то, что видят враги перед смертью!

— Я - Горак-рахк! — Невысокий, жилистый орк со свистом раскрутил грубо скованную железную цепь, на конце которой грозно рассекал воздух шипастый шар. — Даже закованные в броню гномы не могут противостоять моим ударам!

— Я - Орс-рахк! — Высокий, кажущийся нескладный из-за костлявой, увитой жилами фигуры орк скрестил перед собой два острых, как бритва, боевых серпа. Он выглядел наименее внушительно из всех, но Аарх прекрасно знал, на что способен этот воин. Орс-рахк был самым сильным среди воинов, заслуживших уважительное обращение «рахк». Он в страшной ярости бросался на врага, быстрый и гибкий, как горный барс. Его серпы летали, как две невидимые глазу молнии, сея ужас и смерть. Враг, бывало, не успевал увидеть его удара, а его отсеченная голова уже скатывалась с плеч. Благодаря скорости и звериной реакции Орс-рахк был самым искусным воином среди орков. И, если кому и суждено было сегодня победить вождя, то только ему.

— Все вы достойны, чтобы биться сегодня….

Аарх достал из привязанного кожаного мешка пять плоских камней, и бросил их перед собой. Поначалу гладкие, они вдруг потрескались, и мелкие трещины образовали узор, поразительно похожий на оружие в руках каждого воина.

— Предки одобрили этот бой! — Прокричал шаман. — Сейчас каждый из воинов выберет себе противника, и в честном бою один на один покажет свою силу. Затем трое победителей сойдутся, и тот, кто останется в живых….

Голос шамана потонул в громогласном рёве.

— Я - Гарр! И сегодня я хочу бросить вызов у чёрной скалы!

Толпа орков расступилась, пропуская вперёд бросившего вызов. Аарх с неприязнью посмотрел на гиганта, безбоязненно шагнувшего вперёд.

— Ты опоздал, Гарр. Да и нет у тебя прав на этот бой. Лишь опытный воин, прошедший много битв, может называть себя «рахк». Лишь «рахк» бросает вызов. У тебя пока есть только имя, Гарр. — Шаман отчётливо выделил имя орка, имя без приставки «рахк», что означало, что этот воин ещё молод, и не успел совершить достаточно подвигов. Гарр был огромен, страшно силён, но, на его беду, последние два года орки не спускались на холодные равнины для войны с людьми. Серьёзных стычек с гномами так же не было, и у Гарра просто не было возможности проявить себя. Могучего юношу это жутко бесило, но он ничего не мог с этим поделать. В конце концов, Гарр куда-то исчез, и шаман посчитал, что он сгинул в горах. Это вполне устраивало Аарха, недолюбливающего этого громилу за недалёкий ум, и жестокость, чрезмерную даже для орков. Если бы Гарр стал вождём, то орков ожидали бы тяжёлые времена. И Караг-рахк, и остальные вышедшие на бой воины были мудры, под их руководством племя продолжало бы крепнуть и процветать, но этот нетерпеливый выскочка не готов был стать вождём….

— Я совершил нечто такое, что до меня не мог сотворить ни один из вас! — Взревел Гарр, подняв к небу своё любимое оружие — огромную, неподъёмную для обычного орка железную дубину. Глядя, как легко молодой воин держит это страшное оружие одной рукой, Аарх чуть заметно поёжился. Против этого монстра не устояли бы одновременно все шесть воинов, что стояли сейчас у чёрной скалы. А по одному Гарр просто передавит всех, как детей, не смотря на их силу и опыт. Лишь у Орс-рахка был небольшой шанс противостоять этой горе стальных мышц, благодаря своей быстроте и отменной реакции. И то очень маленький шанс.

— И что же ты такое совершил, Гарр?

— Я - великий воин! Я один прошёл все горы гномов, убив множество этих трусливо прячущихся за железом бородачей! Я поднялся на самую высокую гору, на вершине которой никогда не тает снег! И я нашёл там и принёс то, чего нет у людей, нет у гномов, нет у дроу! — Видно было, что Гарр очень долго сочинял и репетировал свою речь. До этого этот недалёкий громила и двух слов связать не мог. Гигант поднял раздутый мешок, до этого волочащийся у него за спиной, и, одним коротким движением разорвав его, с натугой поднял над головой свою находку. — Я принёс племени череп дракона!

Глядя на отбелённый ветрами и временем череп, шаман застыл, словно поражённый громом. Предки, молчавшие сегодня до этого мгновения, сейчас яростно кричали в голове Аарха. И все они хотели только одного…. На разные голоса все они требовали, чтобы племя побыстрее избавили от этой мёртвой кости. Голова шамана не смогла выдержать такого напора жуткой, наполненной силой потустороннего мира какофонии, и он, со стоном обхвативший виски ладонями, опустился на колени.

— Уберите…. Уберите… это… немедленно. Прочь…. — С трудом смог вымолвить старик. — Прочь….

Вперёд выступил Караг-рахк, нынешний вождь племени. Он прекрасно понимал, что сегодня его правлению, да и жизни может прийти конец. Гарр действительно принёс дар племени, равного которому не было, да и не будет. Он заслужил добавить к своему имени приставку «рахк», а значит, может выйти на бой у чёрной скалы. Вождь понимал, что против его жуткой дубины ни у кого нет шансов. Он, и остальные воины просто полягут сегодня. А Караг-рахк не хотел терять ни власть, ни жизнь….

— Ты принёс великий дар племени, Гарр-рахк. — Вождь не зря занимал свой пост так долго. Не только сила помогала Караг-рахку, он обладал развитым для орка разумом, сочетавшимся со звериной хитростью и изворотливостью. — И этот дар не только требует ответного подарка, но и знаменует наступление нового времени для нас! Времени, когда оркам нужно будет вернуть то, что было их по праву — горы!

— Уберите…. — Из последних сил прошептал шаман, заваливаясь на бок. Старик просто не смог выдержать напора нахлынувшей с голосами силы предков.

— Посмотрите! — Указал на лежавшего без сознания Аарха вождь. — Это знак! Знак, указывающий на то, что старые правила ушли в прошлое! Знак того, что пришло новое время, и новые законы!

— Непонятно говоришь, вождь. — Раздался выкрик из притихшей толпы.

— Сейчас вы всё поймёте. — Самодовольно улыбнулся Караг-рахк. Он чувствовал, что сейчас самый подходящий момент для того, чтобы разрушить старые устои, и создать новый порядок. — Подойди ко мне, Гарр-рахк!

Гигант сделал несколько шагов вперёд, и встал перед вождём, непонимающе глядя на него. Действия Караг-рахка были странными, и Гарр никак не мог понять, куда он клонит.

— Твой дар бесценен, и я просто не могу не одарить тебя взамен. — Вождь обернулся к смотревшим во все глаза за происходящим оркам. — С этого дня я принимаю Гарр-рахка в свою семью! Я отдаю ему свою старшую дочь, да будет она тебе хорошей женой, и нарожает много могучих сыновей!

Гигант нахмурился, понимая, что от него ускользает желанное место вождя. Родственники не могли проливать кровь друг друга у чёрной скалы, таков был вечный закон….

— И ещё, я, как ваш вождь, говорю вам — с этого дня больше не будет боёв среди орков! Негоже проливать кровь лучших воинов! Лучше обрушить наше оружие на врагов наших, чем друг на друга в этом глупом поединке! Слушайте мою волю! Гарр-рахк, мой новый сын, отныне он — тот, кто поведёт нас. Я дарую ему место вождя!

Громила несколько мгновений молчал, обдумывая услышанное, затем его физиономия расплылась в улыбке. Он теперь вождь!

— Но ведь шаман учит нас жить по-другому! — Раздался крик из толпы.

— Да старый хрыч просто морочил вам голову! — Повысил голос Караг-рахк. — Обманывал вас, заставляя лучших сынов племени гибнуть в бессмысленном бою у чёрной скалы. И всё для того, чтобы самому властвовать! Мы убивали друг друга, каждый год наши лучшие воины орошали эти камни своей кровью! Если бы не шаман, нас бы было куда больше. И мы давно смогли бы изгнать людишек, гномов, и дроу с наших гор!

Послышались крики, ругань, и сквозь толпу орков протиснулись пятёрка воинов. Отец, и его четыре сына…. Шум и крики сразу приутихли. Эту семью уважали в племени, и даже немного побаивались. В отличие от других воинов они всегда бились вместе, сообща, как единый организм. Тактика орков была проста — вскинуть к небу оружие, и с рёвом броситься на врагов. Лишь Орс-рахк со своими боевыми серпами разительно отличался от других, используя не столько грубую силу, сколько скорость и искусство боя. Эти же орки, хоть каждый по отдельности и не отличался могучим телосложением, вместе превращались в грозную силу. Много вёсен они ходили воевать, и ни один из семьи не погиб в боях, а те, кто осмеливался встать на пути этих воинов, превращался в куски мяса, корм для уставших после боя орков, или стервятников. Отец семейства давно бы стал вождём, если бы не правила, установленные старым шаманом — биться в одиночку, каждый против каждого, каждый против всех….

— Ты хочешь сменить правила? Хорошо. Но почему именно ты, Караг-рахк, решил, кто будет вождём?!

Караг — рахк невольно сделал шаг в сторону. Если его поддержат остальные претенденты, то они вместе справятся с этим мятежным семейством, но в одиночку ему с ними не совладать…. «А почему мне самому нужно бросаться в этот самоубийственный бой? — Промелькнула мысль в голове старого вождя. — Ведь есть претендент и помоложе, и поглупее».

— Гарр-рахк, мой названный сын, наш могучий вождь. — Оскалившись, Караг-рахк обернулся к нахмурившемуся громиле. — Посмотри, они ставят под сомнения твою доблесть и силу…. И не хотят, чтобы ты возглавил племя….

Договорить старый вождь не успел. С диким рёвом Гарр бросился вперёд, размахивая своей неподъёмной дубиной. Караг-рахк приготовился броситься следом, и, используя богатыря, как прикрытие, из-за его спины поразить противников, кого успеет. «Кого-то завалит этот болван, кого-то я, пока они рубят кусок безмозглого мяса, а там будет видно. — Успел подумать старый вождь».

Но вмешательство Караг-рахка не потребовалось. Несмотря на свой боевой опыт, семья орков просто не смогла ничего сделать. Гигант подлетел к ним, как буря. Косой удар! Стоящий впереди отец семейства блокирует атаку своим топором…. С тем же успехом можно было пытаться противостоять горной лавине. Стальная дубина, весящая больше, чем взрослый орк, легко снесла воина, сломав и топот, и тело буквально пополам. Отец семейства отлетел на несколько шагов, и рухнул на камни, уже мёртвый, с торчащими наружу прорвавшими мышцы и кожу обломками рёбер. Второй удар! Смертоносная дубина, не прекращая движение, молнией крутнулась над головой Гарра, и обрушилась сверху вниз на ближайшего противника. Тот успел отскочить в сторону, но гигант, увлекаемый инерцией удара, сделал шаг вперёд, и оказался рядом. Орк был вооружён массивным копьём, его оружие не было приспособлено к таким коротким дистанциям. Воин попытался оттолкнуть гору мышц древком, но Гарр, взревев, схватил его за горло левой рукой, на мгновение отпустив свою стальную дубину. Громкий хруст — и мёртвый воин со сломанной шеей и разорванным горлом опускается вниз.

Оставшиеся в живых три орка, до этого не наносили ударов, так как боялись попасть в своего брата, разом бросились вперёд с разных сторон…. Бросились, и мгновенно отпрыгнули назад, уходя от свистящей смертоносной дубины, которую Гарр раскрутил над головой, не давая приблизиться к себе. Несколько оборотов — и вдруг это страшное оружие покидает руки богатыря, и с огромной скоростью летит во врага, стоящего перед ним. Орк не успевает уклониться, слышен резкий стук, хруст, и ещё один из братьев уходит в страну предков. Громила, не теряя времени, нагибается, хватает за ноги ближайший труп, и, размахивая им, как дубиной, бросается в бой. Свист…. Один из двух оставшихся в живых братьев, вооружённый двумя топорами, бросает в Гарра своё оружие. Один топор пролетел мимо, второй вонзился в бок великана, застряв между рёбер, остановленный крепкими, как железо, мышцами. Гигант, казалось, не заметил ранения. Яростно ревя, и размахивая покойником, он обрушился на второго воина. Привыкший биться плечом к плечу с отцом и братьями, орк ничего не смог противостоять бешенству этого монстра. Гарр просто смял его, забил до смерти несколькими ударами тела его же брата…. Бросив измочаленный труп, громила с рёвом набросился на последнего противника, успевшего поднять копьё вместо брошенных топоров, и выставить его вперёд, в тщетной попытке защититься. Резкий хруст! Гигант своими лапами переломил древко копья, как гнилую ветку, и набросился на последнего из братьев. Одно мгновение — и всё было кончено.

— Сын мой, ты — поистине великий воин. — Расплываясь в улыбке, к окровавленному громиле подошёл Караг-рахк. — И ты станешь не менее великим вождём. А я, и эти достойные воины — орк указал на пятерых несостоявшихся противников, вышедших к чёрной скале, чтобы попытать счастья — станем твоими советниками, и поможем тебе нести это тяжёлое, но почётное бремя.

Претенденты опустили своё оружие. Они были не дураками, и сразу поняли, что сулит им открывающаяся перспектива. Гарр был просто огромным куском мяса, горой могучих мышц, без капли мозгов. Караг-рахк старел, и ему одному было не удержать власть. Да и постоянно управлять этим громилой он бы не смог…. А вместе они разделят власть, и будут править племенем, находясь в тени Гарра. Все пятеро подошли к Караг-рахку, и, ударив оружием по камням, приветствовали нового вождя. Видя это, остальные орки в разнобой заорали, одобряя нового главу, и новый порядок.

— Возьмите тела этих тупых тварей, порубите, и бросьте в котёл. — Караг-рахк указал на погибших воинов. — Сегодня мы славно поедим, празднуя приход нового времени, и нового вождя!

Когда толпа рассеялась, у чёрной скалы остался лишь полуживой шаман, да стоящий рядом с ним Крог.

— Случится что-то очень плохое. — Жалобно проговорил орчонок. — В моей голове звучали слова, и они говорили, что от этого черепа народу орков придёт великое зло.

— Да, а эти глупцы не вняли голосу разума. — Аарх тяжело поднялся, опираясь на плечо ученика.

— Что же нам делать?

— Уходить, и, чем быстрее, тем лучше. — Старик внимательно посмотрел в глаза орчонка. — Не говори об этом своим родным. Они не отпустят тебя с полоумным стариком…. А я не могу допустить, чтобы надвигающаяся беда коснулась тебя. Ты — будущий шаман, единственная надежда нашего племени, если кто-то сумеет уцелеть.

— Ты не полоумный старик, я тоже слышал предостережение. — Насупился Крог. — Хотя вождь говорил красиво. И слова были правильные, но предки почему то считают иначе.

— Да, Караг-рахк говорил красиво. — Невесело усмехнулся Аарх. — И слова были правильные…. Только вот время ещё не пришло для этих слов. У гномов есть их железо, у людей — магия, у дроу — яды. А у орков должна была со временем проявиться великая доблесть. С каждым поколением воины должны были становиться всё сильнее и сильнее. Единицы погибали у чёрной скалы, но они успевали оставить потомство, а их пример заставлял остальных воинов двигаться вперёд, совершенствоваться. И скоро сила и доблесть в племени орков стала бы куда важнее, чем что-либо другое. А люди становились бы слабее, подчиняясь блеску бесполезного золота. И тогда мы бы спустились с гор. И ни сталь гномов, ни магия людей не смогли бы остановить народ орков. С боями мы завоевали бы себе место в этом мире. А сейчас…. Если бы не великая беда, о которой поведали предки, наш народ с каждым поколением становился бы слабее и слабее, доблесть сменилась бы хитростью, а сила уступила бы слабости. Но у орков не будет на это времени.

Старик вздохнул, обведя взглядом пещеры, так долго служившие ему домом.

— Оставайся здесь, я позову свою семью, и мы уйдём.

— Та прав старик, уйдём. — На площадку вышел Орс-рахк, за ним шли его родные, и семья шамана. — И я пойду с вами. Не туда нынче пошли орки, не по пути мне с племенем. Да и слова предков надо слушать.

— А куда мы пойдём? — Поинтересовался Крог.

— Подальше отсюда. — Прошептал старый шаман. — Как можно дальше.

Глава 16

— Ну, наконец-то! — При виде появившегося словно ниоткуда Моора демон вскочил на ноги с импровизированной лежанки из сухой травы, и поспешил навстречу вампиру. — Нашёл стойбище этих зеленокожих?

Нетерпение Ваалора можно было понять. Когда отряд выбрался на поверхность после бесконечного блуждания по лабиринтам пещер и переходов, выяснилось, что дроу не знал, где точно в горах располагается стоянка племени орков. Тёмные эльфы никогда не совершали массовых набегов, лишь молодые дроу, собираясь небольшими отрядами, устраивали быстротечные рейды, убивая на пограничных территориях пару-тройку этих зеленокожих великанов, и бесследно исчезали в глубинах пещер. Понятно, что Аксину не понравилась идея мотаться по горам всем отрядом, разыскивая дом орков, и он отправил на разведку Моора, а сам скомандовал длительный привал. Несколько дней вынужденного бездействия в компании вредной сестрёнки и старающегося не отставать от неё скучающего юноши стали для демона настоящей пыткой. И сейчас Ваалор с искренней радостью встречал своего избавителя.

— Нашёл?! — Повторил демон, вставая на пути вампира.

Тот коротко кивнул, и, неуловимой тенью скользнув мимо загородившего дорогу Ваалора, встал перед юношей.

— Я нашёл стоянку орков, Владыка. Они расположились не так уж и далеко, только вот есть одна проблема….

— Что ещё за проблема?! — От рёва Ваалора задрожали окрестные скалы.

— По прямой путь очень сложный. — Спокойно ответил Моор, ничуть не впечатлённый яростью демона. — Я и Белла пройдём легко, о Малыше и говорить не стоит, ты и эльф — с трудом, особенно на некоторых участках…. Но вот господину там не пробраться. Надо будет идти в обход, а это слишком долго, горы не создают удобных дорог. А время сейчас дорого. Камень в горах дрожит, кричит. Гномы прорубаются со всех сторон.

— Череп у них? — Задумчиво произнёс Аксин.

— Да. Орки установили его на большом камне, в пещере вождя, как знак исключительного могущества своего народа.

— Какие молодцы, теперь нам не придётся мотаться по горам, разыскивая эту костяную башку давно почившего с миром дракона. — Холодно улыбнулся юноша.

— Теперь мы знаем, куда идти, осталось выяснить — как проще и быстрее добраться. — Прошептал хриплым голосом Флерес. — Дроу прав, здесь, в горах, новичку не так просто пройти. Особенно человеку без подготовки.

— Моор, Белла, — Аксин внимательно осмотрел унылый гористый пейзаж, со всех сторон окружавший пещеру, ставшую временным прибежищем отряда. — Я чувствую вокруг нас вспышки жизненной силы, немного, правда. Тут есть какие-нибудь животные?

— Конечно, мы же в горах, а не в пустыне. — Ехидно улыбнулась ламия. — Хотя и в песках есть жизнь….

— Сможете поймать для меня несколько животных? — Прервал разглагольствования вампирши Аксин.

— Конечно. — Удивлённо протянула Белла. — Тебе нужно что-то конкретное?

— Чем крупнее, тем лучше. И, желательно, несколько крупных животных, мне понадобится кровь и жизненная сила.

— Химеру будешь делать? — Понимающе кивнула ламия. — Помню, помню, мой прежний хозяин любил этих зверушек собирать, и, чем сложнее, тем лучше. Иногда такое насклеивает из самых разных животных, жуть….

— На что-то уж очень сложное и экзотическое не надейся. — Сухо усмехнулся Аксин. — Ресурсов и времени маловато, придётся в один заход химеру мастерить. А хорошего монстра так просто не сделать. Сначала надо будет создать промежуточных химер, да не один раз, а уже затем, из них, делать чудовище посильнее. Здесь такое не пройдёт. Сделаю себе подходящего для этих гор скакуна, и всё. Хотя, если подумать…. Ты права, своих боевых зомби и личей я потерял, жалко, невосполнимая на сегодня потеря. Так что нужно будет создать нечто посерьёзнее, чем просто ездовая химера. Мало ли, для чего ещё эта зверушка может понадобиться. Так что тащите всех, кого сможете поймать, на месте разберёмся, что и из кого сделать.

— С чего это твои мертвяки стали такой уж невосполнимой утратой? — Удивился Ваалор. — Навестим орков, поднимешь с десяток покойников, или одного костяного рыцаря слепишь, пока других умертвий рядом нет, на его контроль твоих сил с лихвой хватит. Чего-чего, а трупов найти с десяток всегда можно. Ну, или самому соорудить из ближайшего недруга. Можно подумать, у тебя в округе врагов не хватает.

— Зомби то я подниму, это само собой разумеется. Конечно, качество не то будет, но на первое время они вполне подойдут. Но не воинов мне жалко, хоть и вложил в них много сил и времени, дубовая твоя башка. — Беззлобно выругался Аксин. — Мертвяка поднять — дело не хитрое, экипировать тоже можно, вон, гнома в доспехах прибить, и поднять, дел то на пару минут. А вот личи — это не простой мертвяк, такой зомби особенный, эксклюзивный, можно сказать. Из простого тела такое умертвие не сотворить, умерший некромант нужен, или хотя бы ученик. А где я такой материал возьму?

— А обычный маг не подойдёт? — Немного оживился Флерес. — А то у меня на примете есть одна кандидатура. Не представляешь, с каким удовольствием я бы смотрел, как ты превращаешь в зомби нашего общего друга Гарвина.

— Нет, маг не подойдёт, сила внутри совершенно другая. Тьма внутри мертвеца не сможет ужиться с магией, конфликтовать будут, и покойник просто рассыплется прахом, или сгорит, какая из сторон окажется сильнее.

— Жаль — Огорчённо вздохнул эльф.

— Ну, поживём пока без твоих мёртвых некромантов, создай хоть костяного рыцаря. — Продолжил прерванный разговор Ваалор.

— Против драконов и Гарвина он будет бесполезен. Попадёт под первородное пламя, и за одно мгновение превратится в пепел. А с обычными воинами и магами, вставшими на пути, мы и сами справимся. — Пожал плечами юноша. — Нет, сейчас нам может понадобиться не только грубая сила, а ещё ловкость и скорость. Одной боевой мощи будет явно недостаточно. Думаю, хорошая химера, или парочка — это то, что нужно. Да и усилий по контролю в разы меньше…. Белла! Ты всё ещё здесь?!

— Да иду я, иду…. — Недовольная ламия неторопливо вышагивая, двинулась за давно скрывшимся из вида Моором. — И этот туда же. Все бы только и делали, что командовали бедным, беззащитным созданием….

— Если не хочешь идти, оставайся — великодушно предложил Аксин, ехидно улыбаясь — поможешь нам камни таскать. До прихода темноты надо будет расчистить площадку для ритуала. А Моор и один справится.

— Камни?! Ну уж нет! — Белла, показав юноше язык, поспешно удалилась.

— А здорово ты придумал с камнями. — Рассмеялся Ваалор. — Сестричка никогда не любила работу, так что расчёт был абсолютно верным….

— Я ничего не придумывал, поработать нам всё-таки придётся. Для ритуала действительно необходима большая, ровная площадка. — Аксин встал, по-хозяйски оглядевшись вокруг. — Думаю, вот это место вполне подойдёт.

— Да тут же валун на валуне! — Взревел демон. — До вечера расчищать придётся!

— Тогда тем более, нечего попусту голосить. — Юноша призывно махнул рукой Флересу, а затем склонился, вцепившись в довольно крупный валун, и с надсадным кряхтением оторвал каменюку от земли. — Присоединяйся, чем раньше дела закончим, тем быстрее в путь двинемся.

— Надо было оставаться на древней земле. — Пробурчал демон. — Всё равно скука смертная. Только и делаем, что прячемся да убегаем. С драконом, и тем биться не дали. Зато, как камни таскать, так без меня никак….

К вечеру всё было готово для проведения ритуала. Площадка, очищенная от кустарника, камней и выступов, превратилась в ровный, очищенный от всего лишнего круг, рядом барахтались кучи связанных животных. Казалось, вампир и ламия переловили в округе всех живых существ, крупнее мыши.

— Прекрасно, прекрасно. — Аксин осмотрел брыкающихся животных. — Не думал, что в горах можно найти так много всего…. Горные козы, барс, о, даже крыс с полсотни притащили. А это кто у нас? Орёл? Его-то вы как умудрились поймать?

— Да на этих самых крыс и приманили. — Усмехнулась ламия. — Ну, что скажешь, достаточно тебе этого материала?

— Вполне. — Довольный юноша азартно потёр руки. — Неплохая зверушка может получиться, да ещё и не одна.

— А зачем тебе несколько химер?

— Для боя, для разведки, для перемещения по этим проклятым горам, да мало ли для чего ещё может понадобиться. — Отмахнулся Аксин. — Так, разложите этих коз по кругу, а этого, самого крупного, скорее всего, вожака, в центр. А потом сами отступите подальше, к пещере, если не желаете более близко поучаствовать в зарождении химер. В качестве невольного исходного материала, так сказать.

Демон с вампиром быстро разместили жертвенных животных по указанным местам, и шустро рванули подальше от каменного круга.

— Малыш, тебя это тоже касается. — Юноша подтолкнул упирающегося пса. — Иди к остальным. Вред тебе причинить не так просто, а вот всю работу испортить у тебя вполне получится. Иди, иди, не куксись.

Недовольный пёс пару раз гавкнул, высказывая всё, что он думает о хозяине, и, задрав нос, гордо удалился в пещеру, всем своим видом демонстрируя крайнюю степень обиды.

— Прекрасно, теперь можно и начинать. — Юноша стал тщательно покрывать ровную поверхность вокруг лежащего в центре связанного вожака замысловатыми рунами, вырисовывая их костяной палочкой, извлечённой из вещевого мешка.

— Сейчас мы увидим в действии одно из самых сложных в некромагии заклинаний. Создание химер процесс более тяжёлый и кропотливый, чем поднятие обыкновенного зомби. — Прошептала ламия. — Он требует меньших затрат сил, но при этом необходима точность и скрупулёзность. Иначе изменяемый организм может не выжить, или результат получится не тот, что планировался изначально.

— Откуда ты всё это знаешь? — Тихим голосом поинтересовался демон, не отводя взгляда от увлечённого своей работой юноши.

— Я же долгое время находилась в плену у другого некроманта, если ты запамятовал, мой недалёкий братец, а за несколько веков не захочешь, да научишься.

— Заклинание, конечно, сложное, но не до такой степени, как ты пытаешься нам тут наговорить. Здесь всё совершенно понятно. — Флерес так же внимательно наблюдал за действиями Аксина. — Структура заклинания достаточно легко просматривается, мы, эльфы, используем нечто подобное для лечения. Правда, энергию берём от природы, ту, что развеяна в воздухе. Вот, сейчас он формирует каналы для передачи жизненной силы от животных, расположенных по краям, к центру. А эти руны, по идее, должны предотвращать утечку энергии жизни в пространство…. Но вот что он сейчас делает, не могу понять, хоть убей. Зачем эти звёзды?

— Это временное хранилище энергии, немного похожее на переходный резервуар для жизненной силы. — Ламия указала изящным пальчиком на ряд пятиконечных звёзд, которые сейчас так старательно вырисовывал Аксин. — Напрямую жизнь могут пить только вампиры, да ещё мы, демоны. И то не чистую энергию, а только вместе с кровью. Здесь такой способ не подойдёт. Энергия жертв просто не сможет влиться в центральное животное, слишком уж разная жизненная сила у каждого организма. Ну, как точнее сказать….

— Индивидуальная. — Прохрипел эльф.

— Вот, вот, хорошее слово, всё никак не могла подобрать. — Кивнула Белла. — У каждого живущего своя, индивидуальная энергия. И другой, абсолютно такой же, больше ни у кого не встретишь. И, чтобы эти жизненные силы могли ужиться вместе, пока не растворятся друг в друге, их нужно очистить, усреднить.

— Тихо вы! — Зло прошипел демон. Ваалор до этого ни разу не видел ритуалов некромагии, и ему было безумно любопытно.

В это время Аксин закончил рисовать последнюю звезду в окружении рун, и, выпрямившись, ещё раз внимательно осмотрел кажущиеся бессмысленным нагромождением звёзд, рун, и линий рисунок будущего заклинания.

— Так, похоже, всё предусмотрел. — Привычка разговаривать самому с собой, выработанная за время вынужденного одиночества, снова дала о себе знать. — Теперь осталось придумать, кого буду делать…. А, впрочем, пойду привычным путём. Старые методы уже проверенны, они прекрасно работают, а экспериментами я и дома смогу заняться.

Пройдя по кругу, он короткими, быстрыми ударами своего кривого, похожего на коготь из чёрной бронзы клинка перерезал животным горло. Горячая кровь потекла ярко-алыми ручейками, заливая тщательно начёрченные на камне руны и звёзды. Жертвенные животные захрипели, глядя глазами, полными боли на своего палача. Жизнь, которая в обычных условиях давно должна была покинуть тела, сейчас оказалась прочно привязанной к ним благодаря некромагии. И сейчас несчастным оставалось только хрипеть перерезанными глотками, и ждать, когда же придёт долгожданная смерть, и принесёт избавление от страданий.

Не обращая на хрипы ни малейшего внимания, Аксин приблизился к горному козлу, лежащему в центре подготовленной площадки, и, воздев над ним руки, стал монотонно читать заклинание. Кровь жертвенных животных, разлитая по камню, повинуясь воле некроманта, сначала неохотно, а затем всё быстрее и быстрее потекла к центру. Густые багровые капли складывались в ручьи, и те красными щупальцами заползали на зверя, обвивая его с головы до ног. Несколько мгновений — и животное исчезло, скрытое бурлящей кровавой кляксой. Голоса Аксина стал громче, жёстче, в нём явно стали прослушиваться нотки приказа. Звери по краям площадки, давно лишившись крови, но не способные умереть из-за чёрного заклинания, медленно взлетели вверх, замерев на высоте человеческого роста над камнями. Их тела задёргались сильнее, жертвы испытывали страшную, всё нарастающую и нарастающую боль. Куски плоти на костях стали таять, вниз посыпался чёрный прах…. Жизненная сила, запертая в телах, стала вырываться наружу, где тут же попадала в ловушку заклинания, устремившись к звёздам, окружённым рунами. Нестерпимая боль жертв поддерживала заклинание некроманта, не давая ему угаснуть, и выпустить в пространство захваченную жизненную силу. Слова заклинания всё громче и громче гремели над горами, начерченные на камне звёзды то пылали, то затухали, передавая энергию всё ближе и ближе к кровавому хаосу в центре. Затем жизненная сила и кровь соединились….

Багровая клякса словно закипела, расползаясь в разные стороны, кровь шипела, бурлила, надувая на поверхности воздушные пузыри. Аксин уже не проговаривал, а выкрикивал слова заклинания, с его рук на бешено бурлящую кровь сползал непроглядно чёрный туман, квинтэссенция истинной Тьмы. Жизнь, кровь, Тьма, и боль соединились, сливаясь воедино. Резкий хлопок, багровая клякса-шар мгновенно застыла, словно превратившись в странный, уродливый валун. Затем по твёрдой поверхности зазмеились чёрные трещины. С тихим, зловещим хрустом они неторопливо ползли по блестящей, багровой поверхности…. На камни посыпались первые отпавшие ярко-красные кусочки. Затем рукотворный валун из крови взорвался, являя миру новорожденную химеру….

Огромный, как буйвол, покрытый роговой бронёй паук стоял, переминаясь с лапы на лапу. С антрацитово-чёрных, блестящих жвал капал мутно-зелёный яд. Множество глаз смотрели в разные стороны, замечая всё вокруг.

Аксин шагнул, встав перед новорожденным монстром.

— Я - твой хозяин. — Негромко произнёс юноша.

Грозный паук в ответ зашипел, замахнувшись на хрупкую фигурку человека двумя передними лапами. Юноша ничего не предпринял в ответ, но зверь так и не смог обрушить свой гнев на некроманта. Резкий хлопок — и монстра отбросило на несколько шагов назад.

— Тьма, ставшая неотъемлемой частью тебя, взята из моего сердца. — Не повышая голоса, продолжил Аксин. — Теперь ты — частичка меня, хоть ещё и не осознал этого. Нападать бессмысленно, сопротивляться невозможно, бежать бесполезно. Я — твой хозяин. Прими это, смирись, и повинуйся мне!

Паук приблизился к юноше, и замер, выжидая.

Аксин спокойно подошёл к монстру вплотную, и погладил его по покрытому твёрдыми пластинами боку.

— Хороший зверь. Умный, сильный…. И послушный. Ты будешь служить только мне, подчиняться мне, выполнять только мои приказы.

Паук присел, выражая покорность.

— Те, кто сейчас вокруг нас — друзья. — Юноша поочерёдно указал на всех членов отряда. — Ты не станешь нападать на них.

Химера вновь присела, чуть поджав лапы.

— Хорошо — юноша легонько хлопнул ладонью паука — иди, поохоться, ты сейчас голоден. Надеюсь, ты найдёшь еду, а то стараниями Беллы и Моора окрестные горы стали безжизненными. Но не увлекайся, сильно далеко не уходи, скоро понадобишься.

Паук, с немыслимой скоростью перебирая лапами, сиганул по отвесной скале.

— Вот это монстр, смотреть страшно. — Ваалор проводил взглядом быстро удаляющуюся химеру. — Интересно, а как тебе удалось сделать их обыкновенного горного барана паука? Да ещё такого огромного.

— Просто положил на зверя жука и паука, не того, что сети плетут, а охотника, есть такие пауки, что догоняют свои жертвы, и направил жизненные силы жертв для развития нужных мне качеств у химеры. — Пожал плечами Аксин. — От паука взял внешний вид и возможности, от жука — выносливость и покрывающую тело броню. А горный баран и другие жертвы дали массу тела, тёплую кровь, и мозг, на который можно влиять.

— Понятно. — Кивнул демон. — Зверь вышел неплохой, только вот сам процесс изготовления…. Бр-р-р. Не хотелось бы мне второй раз увидеть такое.

— Некромагию нельзя назвать добрым и гуманным искусством. — Холодно парировал юноша. — А увидеть ритуал второй раз тебе всё-таки придётся. Или просто отвернись. У меня осталось материала на создание ещё одной химеры, не пропадать же добру. Тащите орла и барса в центр, а оставшихся коз разместите по кругу. Крыс можно выпустить, они не понадобятся…. Хотя, нет, оставьте, накормим ими химер. Вдруг паук никого не найдёт.

К тому времени, как над горами взошла луна, над отрядом, рассекая воздух могучими крыльями, летал грифон.

— Какой красавец. — Ламия не сводила восторженного взгляда с летающего зверя. — А на нём можно прокатиться?

— Нет, он создан для боя и разведки, а не как транспорт. Разве что перетащит в лапах на пару сотен метров, не больше. У этой химеры другие полезные качества. — Аксин устало опустился на камни. — Быстрый, манёвренный, когти напитаны силой Тьмы, и легко разорвут любой стальной панцирь. Но на спину к нему не усядешься.

— Жаль. — Скривила носик недовольная ламия. — Мог бы постараться, и сделать его ездовым. Интересно было бы полетать над землёй.

— У летающих тварей полые кости, для облегчения веса. Они не предназначены перетаскивать грузы с себя размером.

— А дракону твой летающий зверюга сможет что-либо противопоставить? — Заинтересовался Ваалор. — А то без личей не хотелось бы встречаться с этими крылатыми зажигалками. Несподручно биться, когда враг парит высоко над тобой.

— Один грифон ничего с драконом не сделает, хотя, если неожиданно нападёт…. При неожиданном нападении у грифона есть шанс хорошенько потрепать дракона. А вот стая, думаю, сможет разорвать ящера. — Задумчиво протянул Аксин. — Теоретически сил у грифона должно хватить, чтобы пробить защитную чешую. Ну, а крылья разорвать, или глаза повредить и один зверь точно сможет. Жаль, материала маловато, да и времени нет, а то сделал бы таких несколько сотен…. Тогда бы драконы к нам так просто не сунулись.

— Не надо других делать, а то мы в этих горах на год застрянем, пока орлов да барсов для тебя ловим. — С деланным ужасом замахала руками ламия. — Отдыхай лучше, а завтра в дорогу двинемся.

— Отдыхать нет времени. — Юноша что-то тихо прошептал, и, через несколько минут из темноты ночи перед ним выскочил паук. — Любой, мало-мальски грамотный маг почувствует, что здесь было сотворено заклинание из арсенала некромагии. Не думаю, что Гарвин забыл про нас, так что теперь самое важное — это скорость. Моор! Сколько нам потребуется времени, чтобы добраться до орков?

— Если будем передвигаться быстро, то к утру окажемся на месте.

— Тогда собираемся, и вперёд, нечего прохлаждаться, отдохнуть я и дома смогу. — Юноша с некоторым трудом взгромоздился на огромного паука.

— А ты не боишься в темноте шею переломать? — Ехидно поинтересовалась ламия. — О себе не волнуешься, так о других подумай.

— Паук прекрасно ориентируется даже при полном отсутствии света. — Отмахнулся Аксин. — Вы с Моором тоже не сильно растеряетесь. А Ваалору и Флересу Малыш поможет, если что.

Пёс радостно гавкнул, выражая полное согласие.

— Обойдёмся и без твоего зверя. — Эльф что-то прошептал, и его посох загорелся слабым, зеленоватым светом, разгоняя мрак на несколько десятков шагов вокруг. — Свечение не простое, со стороны его не видно, так что о скрытности можно не волноваться. И вся дорога видна, как на ладони.

— Если все готовы, то чего мы ждём? — Довольный демон подскочил к Моору. — Веди, а то мне уже до изжоги надоело сидеть в этой проклятой пещере!

Ночное путешествие по горам прошло на удивление гладко. Вампир хорошо разведал дорогу, и вёл не по непроходимым ущельям, а по вполне удобной для передвижения местности. Иногда он просил камни, и они открывали проход сквозь скалы, в нескольких местах пришлось серьёзно попотеть, карабкаясь по склонам, но в целом дорога была не очень тяжёлой. Шли почти беззвучно, лишь демон регулярно устраивал небольшие обвалы, наступая на непрочно стоящие камни. Над отрядом парил грифон, высматривая возможных противников. Он-то первым и заметил поселение орков. Химера резко спикировала, приземлившись перед юношей, и что-то резко застрекотала.

— Моор, грифон увидел впереди какое-то поселение — юноша внимательно вслушивался в странные звуки, издаваемые химерой. — Говорит, много больших ходят, на двух ногах.

— Да, мы близко к стоянке орков. — Подтвердил вампир.

— Ты понимаешь, что говорит этот монстр? — Удивился демон.

— Конечно, я же его создал. Я понимаю каждого из созданных мною зверей, а они понимают, что я говорю. Мы связаны неразрывными узами.

— Оставьте пустые разговоры, потом успеете наговориться. — Флерес беззвучной тенью скользнул к Аксину. — Сейчас надо думать, как добыть череп.

— Ну, тут как раз всё очень просто. — Усмехнулся юноша. От его холодной усмешки даже у повидавшего всякое за свою долгую жизнь демона по спине пробежали мурашки страха. — Зайдём в стойбище, и попросим. Если не отдадут — возьмём силой. Времени нет придумывать обходные пути. Моор говорил, что гномы всё ближе и ближе.

— Да, камень гор стонет, когда эти бородачи рубят его, расширяя тоннели. — Подтвердил дроу. — Похоже, все кланы гномов объединились, и идут сюда.

— Этого следовало ожидать. Когда Гарвин сумел оседлать дракона, они поняли, что скоро мировой порядок изменится. Королевство Лоракса Лучезарного доживает последние дни, а империя станет править всеми известными землями. И Гарвин — основа этой власти. С таким человеком лучше не ссориться, а помогать всеми силами. — Прошипел эльф. — Так что сейчас сквозь горы к нам идёт армия гномов, укреплённая магами людей. Гарвин не может допустить, чтобы череп дракона попал в твои руки.

— Да, гномы, маги, да ещё и драконы. — Озадаченный Ваалор задумчиво почесал подбородок. — Видимо, мои стенания были услышаны, и наше путешествие перестаёт быть скучным.

— Пока на драконов можешь не рассчитывать. — Хрипло рассмеялся Флерес. — Гарвин обещал своей любимой, что сам добудет святыню. Так что он будет держать летающих ящеров подальше, пока череп не окажется в его руках. А затем….

— Дальше можешь не продолжать, и так всё ясно. — Прервал эльфа Аксин. — Тогда тем более надо хватать эту священную костяную башку, и побыстрее двигаться к дроу, туда, где гномы нас не достанут.

— Туда нельзя, все пути перекрыты. — Моор положил руки на скалу, закрыв глаза, словно прислушиваясь. — Камень предостерегает от этого шага. Если пойдём в нашу столицу, обязательно столкнёмся с армией бородачей. А воевать с гномами в пещерах я врагу не пожелаю. Они могут гору на голову обрушить, никакая магия тогда не спасёт.

— Значит, пойдём в другую сторону. — Пожал плечами Аксин. — Можно уйти на север, в земли варваров, иди к проклятым землям на территории Торзалии.

— Я бы пошёл в проклятые земли. — Проскрипел Флерес. — Самый разумный шаг. Ближе, место знакомое, сил у тебя там побольше будет. Правда, там война вокруг, Теросена с королём-жрецом всё страну делят, но это для нашего отряда плюс. Сможем проскользнуть незаметно в этой неразберихе. А к варварам идти — только время потеряем, да и вернуться будет сложнее. Правда, есть одно но…..

— Говори. — Чуть склонился в сторону говорившего эльфа юноша.

— Гарвин. Его нельзя назвать дураком, и он сейчас думает точно так же. А эта масса гномов что-то уж сильно похожа на загонщиков, что гонят жертву на охотника.

— Ты прав, Гарвин, скорее всего, будет нас поджидать у проклятых земель. — Согласился Аксин. — Но это не его страна. И большие силы с собой он привести не сможет. Так что это наш шанс. Прорвёмся на проклятые земли, а оттуда — к морю. Война даст нам возможность пройти, сейчас в Торзалии должен твориться полный хаос, не думаю, что король и верховная жрица временно помирятся, и, объединив силы с извечным врагом, станут ловить какого-то некроманта.

— Куда идти, понятно, осталось договориться с орками. — Ваалор покрепче сжал свой огромный меч. — Надеюсь, хоть здесь-то можно будет поразвлечься, если эти зелёные рожи решат взяться за оружие? Или опять скажите, что это личный бой моего эгоистичного младшего братишки?

— Вряд ли у нас получится разговор. — Моор спокойно проверил, как выходят из ножен две небольшие сабли, крест на крест закреплённые за спиной. — Орки говорят на своём языке, и никто его не знает.

— Даже вы? — Удивилась Белла. — Но ведь у тёмных эльфов были орки-рабы, для боёв на арене.

— Ну и что? Сунул ему в лапы дубину, да открыл решётку, вот и всё общение. — Моор оставил сабли в покое, и, разложив стрелы, стал внимательно осматривать оперение и наконечники. Признав оружие вполне годным, вампир аккуратно собрал стрелы в колчан, и, натянув тетиву на небольшой, тугой лук из стальных и костяных пластин, выжидающе посмотрел на Аксина. — Так что боя сегодня не избежать. Нас мало, так что зеленокожие в первую очередь увидят, что к ним приближается хороший обед. И поскорее постараются пристроить наши тела в котёл, желательно в разрубленном виде.

— Не поймут, что мы хотим — их проблема. — Аксин покрепче сжал посох, его фигуру окутали призрачные щупальца тёмного тумана. — Идём.

Юноша, демон, и вампир быстрым шагом двинулись к поселению орков. Химеры неслышно скользнули вслед за своим повелителем. За ними, спокойно и вальяжно двинулись Белла с Флересом.

— А ты что, решил не участвовать в битве? — Ламия легонько толкнула эльфа. — Достал бы оружие, да помог….

— Кому, оркам? — Хрипло рассмеялся Флерес. — Не думаю, что слово «битва» подойдёт к тому, что сейчас там будет происходить. Я бы назвал это «избиением».

— Я слышала, орки — грозные противники.

— Для людей, гномов — да. Да и то, если рядом не окажется хорошего боевого мага. А против некроманта с его свитой…. Не думаю, что после сегодняшнего побоища кто-то из орков останется в живых.

— С чего ты это взял? Ну, поломают наши ребята пару-тройку воинов, дел то.

— Орки не отступают, даже дети. А Аксин сейчас в боевой ипостаси некроманта, она требует массу энергии. Угадай, из каких жертв наш друг возьмёт эту энергию, вместе с жизнью? — Холодно поинтересовался Флерес. — Да и нельзя оставлять за спиной недобитого врага, особенно, когда впереди предстоит ещё один бой.

Видимо, юноша думал точно так же…. Приблизившись к поселению, Аксин спокойным шагом двинулся в сторону пещеры, где хранился череп. Дойти ему просто не дали. В первое мгновение ошарашенные орки просто смотрели на обнаглевшие куски мяса, которые сами пришли к ним в стойбище, а затем с диким рёвом бросились на незваных гостей. Навстречу дикой толпе метнулся Ваалор, размахивая своим неподъёмным двуручным мечом. Дикая атака орков мгновенно захлебнулась, великаны, какими бы могучими не были, не моги соперничать с демоном, тысячелетиями оттачивавшим своё мастерство владением мечом и магией. Затем полетели отравлённые стрелы Моора, и каждая из них легко находила свою цель, орки были крупными мишенями, да ещё и не защищённые доспехами. Химеры с жутким рычанием бросились в бой, но они так и не успели вонзить свои клыки и когти во врага…. Некромант нанёс удар.

Орки не знали магии, и были беззащитны перед атакой Аксина. Тело юноши взмыло над землёй, заключённое в чёрную сферу. Сотни блестящих щупалец рванулись он него в разные стороны, вонзаясь в животы оркам, разрывая внутренности, и обрекая их на быструю, но жутко мучительную кончину. «Чёрное солнце», заклинание некромагии, предназначенное для уничтожения массового скопления врагов, не защищённых магией. Будь у орков защитные магические амулеты средней мощи, чёрные щупальца не смогли бы дотянуться до них, но таких амулетов у горных великанов не было. И поэтому заклинание продолжало рвать тела, питаясь нестерпимыми мучениями жертв. Щупальца метались, заползая в пещеры, убивая всех, до кого в состоянии дотянуться, не делая различия между воинами, женщинами, детьми…. Некромагия была эффективна, и не отличалась гуманностью. Некроманту не нужны были живые пленники, в его арсенале есть способы, как заставить служить себе противника и после его смерти. Искусство смерти оправдало своё название. Очень скоро избиение было закончено.

— Ничего себе. — Ошарашенный демон, опустив меч, оглядывался вокруг. — Младшенький, а ты не сильно увлёкся? Детей то за что?

— Чтобы дети и дальше оставались живыми, нужно было оставить жить и их матерей. — Холодно ответил Аксин. — А женщины орков в бою так же опасны, как и мужчины. Мы пойдём по горам, не хочу ждать удара из-за каждого камня в спину.

— Но всё равно, неправильно это….

— Оставь, братец, что сделано, то сделано. — Брезгливо морщась и стараясь не наступить на вывалившиеся внутренности, Белла подошла к демону, и нежно обняла его за плечи. — Аксин сильно изменился после боя с драконом. — Тихо прошептала ламия на ухо брату. — Сейчас Тьма клубится в его душе, помаленьку оттесняя прежнего человека всё дальше и дальше. Такова была его цена за эту победу.

В это время Аксин скрылся в пещере вождя.

— Кошмар. — Донёсся оттуда голос юноши. — Да эта черепушка с меня ростом. Как тащить по горам такую громадину?

— Кто притащил его сюда, тот и понесёт дальше. — Холодный, хриплый голос Флереса не возможно было спутать ни с чем. — Тебе что, материала для мертвяков мало?

— Хватает. — Равнодушный смешок Аксина был куда страшнее вечного льда в голосе эльфа. — Сейчас займусь…. Думаю, из этого мяса выйдут прекрасные зомби.

Глава 17

Война…. Шумная, яркая, любящая всеобщее внимание дама. Она страшно эгоистична и тщеславна…. Все вокруг должны обратить своё внимание только на неё, замирать, ожидая вестей об очередном шаге этой жестокой дамы. Война везде оставляет свой, уникальный, не похожий ни на что в этом мире след. Будь то небольшой, ничего не значащий конфликт двух мелких племён, о существовании которых никто и не подозревает, или страшная битва огромных держав, битва, что привела к полному уничтожению всего живого вокруг, неважно. След и в том, и в другом случае будет один, яркий, мощный, затмевающий всё, или мягкий, чуть заметный, лёгкий, как шёпот уставших губ. Этот след укажет, что на этом месте мгновенье или вечность назад пролилась кровь, души погибших покинули израненные тела, укажет, что здесь была принесена очередная жертва. И что это место отныне и во веки веков принадлежит не войне, что прокатилась огненным валом, и ушла из этих земель, искать себе новые жертвы и новых поклонников…. Сейчас и навсегда место принадлежит Тьме….

Аксин с отрядом бодро шли по полосе ничейной земли, разделившей некогда единую Торзалию. На юге обосновался король-жрец, соратники Теросены отошли к северу…. Проклятые земли в центре королевства стали прекрасной естественной границей, разбившей страну на две части. И король, и бывшая верховная жрица прекрасно понимали, что их противник не сможет перебросить свои войска по территории, некогда подвластной чёрному искусству некромагии, а теперь несущей смерть безумцам, посмевшим шагнуть на земли, принадлежавшие Тьме. Идеальная, непроходимая для врага преграда. Оставалось лишь взять под контроль две не очень длинные полоски земли, между горами, морем, и расположившейся между ними и зоной проклятой земли. Эти два отрезка границы перекрыть было куда проще, чем строить укрепления поперёк, через всю страну. Легче не только перекрыть, но и оборонять, в случае нападения противника. Враждующие стороны закрепились, оставив между собой буферную ничейную землю шириной примерно в половину дня пешего пути. Вполне достаточно, чтобы успеть увидеть приближающуюся армию неприятеля, и приготовиться к обороне. И более чем достаточно, чтобы здесь смог тихо проскользнуть небольшой отряд.

— Так, говоришь, впереди нас ждут…. — Задумчиво протянул Аксин, притормозив паука.

— Да, Гарвин расположился неподалёку, не больше, чем в половину дня пути. Точнее сказать не могу. — Подтвердил Флерес. — Духи воздуха недавно принесли мне эту весть.

— И сколько с ним воинов?

— Мне больше ничего не известно. — Прохрипел, закашлявшись, эльф. — Видимо, проклятые гномы раскрыли империи все свои секреты. Когда мы воевали с этими бородачами, они как-то умудрялись ограждать свои стоянки от взгляда наших воздушных разведчиков.

— Значит, сейчас мы не сможем определить, что за силы привёл с собой наш друг Гарвин, и что за сюрприз он нам приготовил. — Юноша остановился, скомандовав привал, и, спустившись со спины паука, присел на вещевой мешок. — Тогда самое время остановиться, обмозговать всё, как следует, потом нам этой возможности могут и не дать. Флерес, ты знаешь лучше всех нашего противника, как думаешь, с чем нам придётся столкнуться? Как поведёт себя этот наш ставший легендой при жизни повелитель драконов?

— Этого мага нельзя недооценивать. Не удивлюсь, если Гарвин умудрился незаметно перетащить сюда все свободные легионы империи, да ещё и объединённый хирд всех гномьих родов в придачу. — Из-под серебряной маски раздался глухой смех. — Когда имеешь с ним дело, ни в чём нельзя быть уверенным.

— Сомневаюсь насчёт легионов и хирда гномов. — Ваалор внимательно осмотрел землю вокруг. — Не похоже, что здесь прошла армия.

— Тут вообще нет никаких следов ни крупного, ни мелкого отряда, вот это то и подозрительно. — Осадил самоуверенного демона Флерес. — Гарвин ждёт нас впереди, и это абсолютно точно. Не станет же он устраивать засаду с малыми силами. Аксин один сможет смять достаточно крупный отряд, а вместе с нами прорваться сквозь небольшую армию. Не думаю, что маг настолько недооценивает нас, что решил обойтись малыми силами. Это очень на него не похоже. Драконы пока не станут ему помогать, он должен заслужить уважение не только одной влюбчивой летающей ящерицы, а всего их народа. Без черепа это будет сложно сделать, а эта костяная башка пока у нас. Что-то он задумал….

— А обойти его никак нельзя? — Вклинилась в разговор ламия. — Бросим новых мертвяков в атаку, а сами в сторонке проскользнём. Порубят их в капусту, ну и не велика потеря, ещё кучу трупов поднимешь. Чего-чего, а этого добра вокруг хватает.

Аксин задумчиво посмотрел на полсотни мертвых орков, стоящих неподалёку, и задумчиво почесал пробивающуюся на подбородке лёгкую щетину.

— Заманчиво. Но, как я понял, этот маг хитрее и опаснее бешеной лисы. Не думаю, что всё будет так просто. Да и эти зомби не очень и сильны, делал их на скорую руку. Вот, если бы у меня была моя сотня улучшенных мертвецов, что осталась на Древней земле, да химер десятков с пять, можно было бы смело идти на прорыв. Те мертвецы были отборные, закованные в качественные доспехи, да ещё усилены амулетами и магией. А так… сомневаюсь, что это хорошая идея. Не думаю, что этот маг действует наобум, он явно хорошо подготовился. Будь я на его месте, постарался бы узнать всё о будущем противнике. Флерес, что ему известно о моих силах, и о возможностях некромагии?

— Всё, что можно найти в закрытой библиотеке школы магии. Плюс то, что произошло с нами во время предыдущего похода. Он меня долго выспрашивал, кропотливо и дотошно, выясняя всякие мелочи.

— То есть он в курсе, что я могу контролировать около сотни зомби, знает примерную силу заклинаний некромагии вне проклятых земель, имеет представление об защитных свойствах боевой ипостаси некроманта и о способностях Беллы и Ваалора. Особенно после того, что они сотворили в порту, год назад, спасая меня. — Подытожил юноша. — Да, невесело.

— Он должен подготовиться даже лучше, чем ты сейчас думаешь. — Подтвердил опасения Аксина демон. — Не забывайте, что этот ваш маг знает, что ты единственный за всю историю людей сумел укокошить дракона, и подозревает, что у тебя может быть армия тёмных эльфов под боком. Одни эти мысли должны заставить его уважать тебя просто без всякой меры. Так что готовься встретить армию. Или что-то, не менее серьёзное.

— Вы забыли про побоище, что наш младшенький устроил в стойбище орков. — Подлила масла в огонь Белла. — Я абсолютно уверена, что гномы уже доложили ему обо всём. Или этот Гарвин сам всё видел. В горах бородачи перемещаются не в пример быстрее нас, так что наш маг, чтобы ему сгореть в собственном пламени, вполне мог сначала побывать на месте битвы, вернее, избиения, а затем опередить нас, и устроить на пути засаду.

— Насчёт орков ты преувеличиваешь. — Махнул рукой юноша. — В сравнении с драконом они ничто. Мы напали на их поселение внезапно, атаковали магией, а у этих зелёных дикарей нет от неё никакой защиты.

— Ты перестарался, Аксин, убил слишком много орков, и сделал это слишком быстро, такое ни одному обычному магу не под силу. — Прохрипел Флерес. — Белла и Ваалор правы, Гарвин высоко оценит твои подвиги.

— А почему этот хвалёный маг не нападал раньше? — Уточнила Белла. — Сейчас, когда гномы склонились перед имперцами, самое время было ударить по нам в горах. А они просто шумят позади, словно загонщики, гонят нас сюда. Странно, ведь там эти бородачи обладали серьёзным преимуществом. Дома, как известно, и стены помогают. Обрушили бы на наши головы груду камней, и все дела…. Нет, спокойно выпустили нас из своих пещер. А здесь земля чужая, незнакомая. Торзальцы вокруг, могут случайно наткнуться на засаду, что для нас приготовили, и всё испортить. Непонятно всё это.

— Ничего странного, сестрёнка. — Аксин с усмешкой показал на ставший практически чёрным камень, венчающий посох. — Я ведь сейчас полноправный некромант. И некромант весьма могущественный, могу сказать это без ложной скромности. Если меня убить в горах, или на территории Империи, то образуются очередные проклятые земли, никак не меньшие по размеру, чем в Торзалии. Не думаю, что гномы или мои бывшие сограждане мечтают о таком подарке. Вот поэтому Гарвин и устроил засаду именно там, впереди нас. Он рассуждает вполне здраво — если уж уничтожать земли проклятием некромагии, то лучше чужие.

— Да и до торзальских проклятых земель, источника твоей силы, отсюда далековато. — Подхватил эльф. — Не сможешь от Тьмы, что царит там, подпитаться. Идеальное место, с точки зрения тактики. Наш друг Гарвин всё просчитал….

— Если мы так будем сидеть, сложа руки, и пугать друг друга разными детскими страшилками, то, думаю, рано или поздно этот ваш Гарвин просто помрёт со скуки, ожидая нас. Жуткое коварство, таково он от нас точно не ожидает. Прекрасная стратегия. — Недовольно прорычал Ваалор. — Нет, не от скуки, он помрёт от старости. Поэтому продолжайте в том же духе.

— А что ты предлагаешь? — Ехидно поинтересовалась Белла. — Не надо, не надрывайся, пытаясь сформулировать обрывки мыслей, это для тебя слишком сложно, давай, я помогу. Ты хочешь броситься, очертя голову в западню, что так старательно приготовил для нас маг? Да, не забывать размахивать железяками, и орать дурным голосом? Я угадала? Ведь других идей в твоей дубовой башке родиться не может…

— Угадала, примерно это я и хотел предложить, сестричка. — Оскалился в довольной улыбке демон. — Вы забыли об одном. У нас есть два потенциальных союзника, хоть они и не знают об этом. Сторонники Лоракса с одной стороны, и Теросены с другой. Две толпы вооружённых, готовых к столкновению воинов. Поэтому предлагаю поступить следующим образом…. Аксин поднимет свою химеру в воздух, уж она-то не проглядит засаду, в ней есть частичка орла, а это самые зоркие птицы. Узнаем, где засел этот ваш непобедимый маг, отойдём в сторону, и ударим по торзальцам. Лучше по сторонникам короля, там жрецов меньше. Пошумим от души, и отступим, но не сильно быстро. Чтобы наши невольные, сильно потрёпанные и разозлённые донельзя помощники успели собраться, и броситься в погоню. Приведём их к Гарвину, пожертвуем несколькими десятками зомби, а сами по-тихому ускользнём. Думаю, когда имперцы и торзальцы столкнутся, им будет не до нас. Эй, братишка, ты ещё не разучился прятаться под иллюзией?

— План вроде бы неплох. — После минутного раздумья прохрипел Флерес. — Но слишком много импровизации. Мы не сможем просчитать все ходы.

— Возможно, это-то как раз и хорошо. — Задумчиво протянул юноша. — Всё равно все логичные ходы этот Гарвин должен предусмотреть, слишком большой у него военный опыт. Только и остаётся, что импровизировать.

— Думаю, можно попробовать, другого плана всё равно нет. — Поднялся на ноги эльф. — Только, если что-то пойдёт не так, мы пропали. Окажемся между двух огней.

— Если что-то пойдёт не так, у меня найдётся для наших противников кое-что, что может их сильно удивить. — Усмехнулся Аксин. — Один маленький, но очень неприятный сюрприз…. Вернее, даже два. И, знаете что? Один я сюрприз преподнесу нашему другу прямо сейчас. И не только ему, торзальцам, что находятся неподалёку, тоже достанется. Но это так, попутно, самое главное — Гарвин. Внесу в его продуманные планы этакий элемент неожиданности. И создам для нашего отряда более выгодные, чем теперь, условия….

— Темнить изволите, Владыка Аксин. — Улыбнулась ламия. — Давай, рассказывай, что за сюрпризы. Надо же нам знать, на что рассчитывать в случае столкновения. Куда бежать, к примеру: от Гарвина, или лучше от тебя, быстро-быстро, и куда подальше.

— Не так всё страшно. — Усмехнулся в ответ на очаровывающую улыбку демоницы юноша. — Лишь немного подправлю декорации в так тщательно спланированном спектакле этого Гарвина. Всё просто… если наш маг рассчитывает, что я не смогу отсюда дотянуться до силы Тьмы, что наполнены проклятые земли, то, он, безусловно, прав. Слишком далеко они отсюда. Правда, есть и то, что он не знал, и поэтому просто не мог просчитать. Есть всего одна маленькая, но очень важная деталь. — Холодная улыбка некроманта стала больше похожа на оскал обезумевшего дикого зверя. — Сами торзальцы своей войной превратили земли, по которым мы идём, в проклятые места. Пока они крепко спят, но силы Тьмы в этом месте вполне хватает. Глубоко запрятанной, скрытой силы….

— Кровь и боль павших воинов. — Понимающе кивнул Флерес. — На этой границе шли бои, мелкие отряды уничтожали друг друга, разведывая оборону противника. И невольно приносили жертвы Тьме.

— Да, так оно и есть. Не бывает мирных боёв без потерь, а кровь, боль, и смерть порождают Тьму. Такова плата за войну, по-другому просто не может быть. — Кивнул Аксин. — И я разбужу её, эту силу. Конечно, пока это будут не полноценные проклятые земли, напитанные некромагией…. Но, и того, что здесь произойдёт, может хватить с лихвой людям, не готовым к встрече с Тьмой. Так что нам, возможно, даже не понадобится план Ваалора.

— Ты что собрался тут натворить?! — Вскричала поражённая Белла. — Отдать эти места Тьме?! Но ведь тогда в округе начнётся мор, болезни станут косить людей, мертвые поднимутся из своих могил, погибнут тысячи и тысячи! Не только солдаты, не враги, а простые крестьяне. Женщины, дети, старики….

— Когда ты пила кровь этих самых простых людей, то не была так щепетильна. — Отмахнулся юноша.

— У меня тогда просто не было другого выбора. Жидкий огонь в этом мире не найти, а без него лишь одна кровь могла поддерживать во мне жизнь. — Смущённо огрызнулась ламия. — Надо же мне было как-то выживать. А кровь животных содержит куда меньше энергии, чем кровь человека….

— У меня тоже сейчас не так уж много выбора. — Аксин воздел к небу посох. — На проклятых землях, здесь, в Торзалии, много лет назад пали последние мастера тёмного искусства. Люди, гномы и эльфы на время забыли свои извечные распри, объединившись в единую силу, и всё только для того, чтобы уничтожить их. И такое может произойти вновь. Воевать на два фронта — одновременно против торзальцев и отрядов Гарвина я не смогу. Просто не хватит сил. Совладаю с одним врагом — в спину ударят другие. А в мои планы не входит пункт умереть здесь из-за глупой ненависти и травли со стороны этих самых необразованных крестьян, о здравии которых ты так трогательно беспокоишься.

Серый вихрь, зародившись в недрах черного камня, венчающего посох, плавно и величественно устремился к небесам. Крутящийся столб, пронзаемый иссиня-чёрными молниями, поднимался всё выше, разрастаясь до гигантских размеров…. И всё это грандиозное действие происходило в полной тишине, прерываемой лишь хриплым дыханием эльфа, раздающимся из-под серебряной маски.

— Он призывает проклятие на эти земли! — С ужасом прошептала поражённая ламия. — Да это же посмертное проклятие некроманта! То же самое произошло в Торзалии, когда, погибая, мои прежние хозяева отравили всё вокруг на сотни и сотни лиг. Но как это возможно, Аксин ведь жив! Не понимаю….

— Он жив всего лишь на половину, вторая его часть уже принадлежит Тьме. — Похоже, Флереса ничуть не впечатлила разворачивающаяся перед ним страшная картина. — Да и это не полное проклятие, налагаемое кровью некроманта, и произнесённое на последнем выдохе…. Не великая жертва, где маг проклятого искусства вкладывает всю свою жизнь, свой последний вздох в заклинание, а всего лишь его слабая тень. Но, думаю, людям, что ожидают нас сейчас в засаде, и этого хватит. Как и тем, кому не посчастливилось жить рядом. У Аксина сейчас в подчинении огромная сила….

— Да что он творит, ведь сейчас каждая собака в округе знает, где мы находимся. — Возмутился Ваалор, не отрывая, впрочем, заворожённого взгляда от беззвучно крутящейся воронки серого смерча.

— Гарвин и так предполагал, где мы идём, да и это уже неважно…. Думаю, ему скоро будет не до нас. — Флерес, прервавшись на полуслове, вдруг взглянул вверх. Хриплое дыхание эльфа сбилось, он словно окаменел на мгновение. — Проклятье, а это ещё что такое?!

По голубому небу, набирая скорость, пролетела комета, сверкая, словно второе солнце, за ней тянулся длинный хвост, блестевший всеми цветами радуги.

— Разноцветная комета?! Никогда не видел такого чуда. — В голосе эльфа звучало, потеснив равнодушие и холод, искреннее удивление, пожалуй, впервые с той встречи в горах, когда он вышел к отряду. — Что это за волшебство?

— Никакая это не магия, это всего лишь очень плохой знак для всех нас. — Помрачнела ламия. — Я читала об этом в старых летописях, дома. По легенде, такая разноцветная комета указывает, что некто из бессмертных богов решил спуститься на землю, и вмешаться в дела смертных, лично, так сказать. А у Тьмы нет союзников, так что понятно, к кому на помощь спешит кто-то из небожителей.

— Мало нам простых врагов. — Проворчал демон. — Люди, маги, драконы…. Теперь вот ещё какой-то бог решил наведаться.

— Сам же ворчал, что тебе скучно, братец, вот теперь и хлебай это веселье полной ложкой. — Грустно, больше по привычке, парировала Ламия. — Я вот думаю, а не пора ли нам домой, в наш мир? Да, и младшенького с собой прихватим, думаю, там враги его не достанут.

— Хватит собачиться, лучше приготовьтесь, скоро наша относительно мирная жизнь, которой мы наслаждались до этого мгновения, исчезнет. — Прошипел эльф. — Аксин заканчивает со своим заклинанием.

Серый вихрь, разросшийся до огромных размеров, замер на мгновение, а затем рухнул вниз, разнося в разные стороны клочья белёсого тумана. Эта дымчатая волна прокатилась до самого горизонта и дальше, не рассеиваясь, и не теряя скорости.

— Не может этого быть…. Почему волна первородной Тьмы не ослабевает…. Да он, похоже, накрыл своей магией всю Торзалию. — В тихом шёпоте эльфа проскакивали нотки благоговейного ужаса. — Всего один человек! Вот это мощь!

— Да, наш младшенький только что обрёк на ужасное существование, а, возможно, и гибель целую страну. — Грустно произнесла Белла. — Думаю, сейчас даже Империя не захочет её завоёвывать. Кому нужны земли, где один мор будет сменять другой, звери станут постепенно превращаться в кровожадных монстров, а мёртвые вставать из земли, чтобы рвать плоть живых? Аксин, что ты натворил? Не мог обойтись чем-нибудь, не таким серьёзным?

— Что? — Юноша в растерянности закрутил головой. — Не понимаю…. Я хотел просто накрыть земли на половину дня пути, чтобы зацепить эту засаду…. А потом что-то накатило, ума не приложу, как это произошло….

— Похоже, твоя покровительница постаралась. — Вздохнула ламия, опуская глаза.

— Ладно, что сделано, то сделано. — Растерянность во взгляде Аксина исчезла, уступив место ставшему в последнее время обычному, холодному равнодушию. — Это даже лучше того, что я изначально планировал. Сейчас будет куда проще прорываться к морю.

— Что-то я не вижу никакого особенного эффекта от твоего заклинания. — Закрутил головой демон, разглядывая тающий серый туман. — Никакого сравнения с Древними землями….

— Ну, такого здесь и не будет. — Холодно усмехнулся юноша. — Там сила Тьмы велика, там её царство. А тут…. Так, легкая тень.

— Но людям и она принесёт многие беды. — Пробурчала ламия.

— Ничего, приспособятся. — Махнул рукой юноша. — Ну, что мы идём? Вон, уже и первые мертвяки зашевелились….

В полусотне шагов перед отрядом земля вспучилась, и наружу с трудом выбрался полуистлевший скелет. Мёртвые кости заскрипели, на глазах покрываясь сухой, твёрдой, как морёная древесина, серой плотью… мгновение, и вот новорожденный зомби развернулся, и бодро потопал в сторону предполагаемой засады. За ним в стороне выбрался второй, затем третий, четвёртый…. И все они, не обращая ни на кого внимания, целеустремлённо шли к месту засады.

— Я поставил там маяк, притягивающий к себе все умертвия в округе. — Спокойно произнёс Аксин, наблюдая за переваливающимся с ноги на ногу зомби. — Не обязательно ведь брать под контроль всех зомби, достаточно просто указать им цель. Так что Гарвину придётся столкнуться не с сотней управляемых мной зомби, о, нет, их будет куда больше. Так что совсем скоро нашему магу будет не до нас.

— А куда эти мертвецы пойдут потом? — Осторожно поинтересовалась ламия.

— Разбредутся по округе, куда глаза глядят. — Пожал плечами Аксин. — Ничего, они не так сильны, как на Древней земле. Люди приспособятся, начнут огораживать деревни частоколом, научатся скопом рубить восставших мертвецов на части…. Или погибнут, если не смогут научиться. Это уже меня не касается.

— Не касается?! Да ты только что превратил жизнь всех людей на этой половине континента в сущий ад!

— Не я начал эту войну. — Спокойно произнёс Аксин. — Но я её закончу. И хватит об этом. Я не просил ни этой силы, ни такого внимания к своей скромной персоне. Или, думаешь, только этот один маг пылает страстным желанием повесить мою голову в качестве очередного трофея у себя на стену, а все остальные искренне желают мне добра? Любой из людей, как только поймёт, кто я, постарается прибить меня, если будет такая возможность. Не потому, что я чем-то ему навредил, о, нет. Просто я уже не такой, как другие. А люди склонны уничтожать всё, что как-то не укладывается в их узкие рамки обычной жизни. Гном, эльф, дроу, демон, некромант, варвар, просто житель соседнего государства…. Неважно, на кого обратить свой меч. Да и особой причины не нужно. Он не такой, он слишком богат, он молится другим богам, он с утра одел не ту шапку, в конце концов! Человечество всё время занято тем, что выдумывает себе врагов! А теперь у них есть реальный противник, так что пусть хоть сейчас перестанут резать друг друга, и направят свои усилия против того ада, как ты выразилась, что я создал! Мне всё равно, как они будут погибать: перережут друг другу глотки, или их сожрут мертвецы! Как я уже сказал — не я начал эту войну!

— Это не ты говоришь, Аксин. — Прошептала ламия. — Сейчас, оттеснив твою душу, твоими устами говорит сама Тьма!

— Да ладно, прекратите. — Ваалор подошёл к расстроенной ламии, и обнял её за плечи. — Нет смысла ругаться, да и поздно уже. Что сделано, то сделано. Мы одна семья, связанная узами одной крови. А это священно для нашего народа. И в чём-то Аксин прав…. Люди будут травить его, пока не уничтожат. Даже если мы отсюда вырвемся, в ближайшее время на Древние земли высадятся объединённые силы, стремясь уничтожить там всё во славу Света…. А так, глядишь, хоть торзальцам будет не до нас.

— Хорошо, забудем обо всём. — Белла чуть сжала ладони брата, а затем отстранилась. — Ну, мы уже идём дальше?

— Да. — Кивнул юноша. — Только осторожно, никуда не спешим. Конечно, химера в воздухе увидит и предупредит нас о западне, но мало ли что. Да и мертвякам требуется время, чтобы добраться до нашего друга Гарвина….

Немного отстав от неторопливо едущего на своём пауке Аксина, Ваалор незаметно подошёл к Белле.

— Что на тебя там нашло? — Еле слышным шепотом прошептал демон. — Неужели ты решила пойти против родной крови из-за каких-то людишек? Тем более что они сами нарвались….

— Братец, а тебе не кажется, что события последнего года уж слишком странные? — Таким же шёпотом поинтересовалась ламия.

— Странные? Да с тех пор, как мы связались с Аксином, вся наша жизнь кардинально изменилась. Одна сплошная цепь более чем странных событий. А что конкретно из этого вечного сумасшедшего дома ты посчитала таким уж странным?

— Я много думала о том, что произошло в последнее время…. — Белла коротким жестом заставила замолчать открывшего рот, и собирающегося съязвить демона. — Вижу, ты сейчас хочешь, по своему обыкновению, сказать что-нибудь обидное по поводу моих умственных способностей. Лучше помолчи и послушай, дело серьёзное.

— Говори. — Прошептал Ваалор.

— Сначала я, а потом ты случайно сталкиваемся с нашим младшеньким, и это вполне нормально. Он мотается по проклятым землям в поисках всякой ерунды, мы там живём, так что ничего сверхъестественного я в этом не вижу. А затем вдруг начинается самое интересное. — Белла стала загибать свои изящные пальчики. — Раз. На Аксина вдруг не стали действовать мои чары. Вообще. Сначала это было вполне объяснимо, при первой нашей встрече он был истощён донельзя, почти мёртв…. А затем? Когда он восстановил силы? Словно непробиваемая стена окружает его, а ведь моя магия врождённа, она создана, чтобы притягивать мужчин. Случайность? Защита Тьмы? Возможно, но это только начало. Считаем дальше. Два. Ты вдруг проникся к Аксину странной симпатией, мгновенно переходящей в крепкую дружбу. Три. Ты вдруг по какому-то наитию влил в его жилы нашу кровь, сделав простого человека нашим братом по крови. Четыре. Эта кровь не убила его…. Пять. После посещения Древней земли весь отряд словно переменился, даже в душе Леры, тренированной убийцы вдруг бурным цветом зацвела любовь. И, мне кажется, она была даже немного взаимная. Это, и многое другое, сотни мелочей, складывающихся в одну интересную картину. Или скажешь, это всё случайности и совпадения?

— Не думаю. — Прошипел мрачнеющий демон. — Скорее, это выглядит так, словно кто-то управлял нами. Но это невозможно, мы — древняя раса, наши знания и возможности велики, особенно для этого мира. Мы бы обязательно почувствовали давление и чужую волю.

— А я вот думаю, что нами как раз управляли, и сейчас управляют. — Грустно прошептала Белла. — Вернее, направляют, в нужную сторону.

— Тьма? — Спокойно уточнил Ваалор.

— Да. — Подтвердила зарождающиеся опасения брата вампирша. — Ранее Тьма проигрывала свету. Создав своё самое страшное оружие — армию некромантов, она, неожиданно для себя, вдруг оказалась почти побеждена. Люди сплотились против некромантов, создав вместо разъединённых небольших стран-городов две империи. Одна вскоре победит другую, и всё…. Будет только одна сила, фактически управляемая магами, теми, кто черпает своё могущество в источнике, близком к Свету. А страшные некроманты, надежда и опора Тьмы, просто перебили друг друга. Сила не может существовать рядом с другой силой, такова уж натура человека. А сама по себе Тьма губительна, маг, принявший её полностью, без остатка, обречён на саморазрушение и гибель. Эта сила эгоистична, а люди, получившие её, становятся сродни безумцам. Они начинают доказывать что-то всем другим, рваться вперёд, быть единственным в своём роде. Ничем хорошим это не может закончиться. И Тьма учла свою ошибку, создав единственного, но очень могущественного некроманта. Некроманта с когда то добрым сердцем и чистой душой. И сейчас, когда эта чистая душа была разорвана в клочья, её маленькие частички не позволяют Аксину рухнуть окончательно под тяжестью всей мощи Тьмы. Поэтому он победит свет, чёрный воин с вкраплениями добра внутри. Они дают ему волю к победе, желание биться до конца за свою мнимую спасительницу, идти вперёд. Чёрный рыцарь Тьмы, без этих капелек добра он был бы ущербным. Но с малой капелькой Света внутри он победит…. И вместе с ним победит Тьма. Она идеально точно выбрала для себя воина.

— То есть, свитки тогда не случайно попали в руки нашего младшенького? Я подозревал, но выбросил эту мысль из головы.

— Зря. Всё, что с нами происходит, идеально продуманная, сложная партия какой-то странной, ни на что не похожей игры. Неизвестно как появившиеся свитки в каких-то древних развалинах, лежавшие там сотни лет незамеченные никем, вдруг попадают в руки идеально подходящего кандидата. Юного, пытливого, наивного, честного, с огромным потенциалом мага. В это время варвары, находящиеся под частичным влиянием Тьмы благодаря своим шаманам и оборотням, вдруг решают объединиться, и напасть на империю. А сумасбродный принц Максимилиан где-то случайно находит данные о странном артефакте, способном спасти империю. И для того, чтобы найти этот артефакт, нужен некромант, которого тут же случайно находит один из советников в школе магии.

— Затем мы случайно становимся кровными родственниками, и у нас не остаётся иного выбора, кроме как спасать Аксина. — Кивнул головой Ваалор. — Всё понятно. Мы не принадлежим Свету в этом мире, а вот Тьма может на нас влиять. Не прямо, иначе бы мы всё поняли, и, обрубив её щупальца, просто ушли бы домой, о нет. Аккуратно, подкидывая мысли, и заставляя принимать решения, которые мы считали только своими, и абсолютно верными. Но почему так сложно? Ведь прежние некроманты, объединяя силы, могли поработить нас. Не думаю, что Аксин бы не сумел повторить подобное.

— Рабы не так эффективны, как друзья и родные. — Горько произнесла ламия. — Сейчас нам ничего не остаётся, кроме как помогать нашему младшему брату изо всех сил. Ведь и он не виноват, что стал простой игрушкой в щупальцах Тьмы, хоть пока и не осознаёт этого.

— Предлагаю вырвать его из этих загребущих лап! — У Ваалора загорелись глаза, как перед серьёзным боем. Страсть и азарт наполнили душу боевого демона. — Сделать так, чтобы и на этот раз Тьма просчиталась. Не отдавать её Аксина!

— Согласна, но надо сделать это как можно более аккуратно. — Кивнула ламия. — Тьма — это не тот противник, которого стоит недооценивать.

Аксин, гарцующий впереди на своём гигантском пауке, вдруг резко остановился.

— Засада? — Эльф поудобнее перехватил свой посох, готовясь метнуть во врага заранее приготовленные заклинания.

— Не думаю. — Юноша задумчиво проскрёб подбородок. — Грифон передаёт, что впереди нас живой человек. Один.

— Странно. Что на месте постоянных стычек может понадобиться одинокому путнику? Да ещё сейчас, когда вокруг пробудились мертвяки? — Задумчиво прошипел из-под маски эльф. — Я бы на его месте давно бы уже попытался добраться до своих, а не торчал бы здесь, как прыщ на ровном месте. Может, твоя птичка прибьёт его, на всякий случай? Не люблю я такие странности.

— Прибить мы всегда успеем. — Устало усмехнулся Аксин. Заклятие, созданное юношей, опустошило его резервы, и сейчас, несмотря на быстро восполняющую силы Тьму, он был ещё довольно слаб. — Посмотрим, что там позабыл этот таинственный некто. Да ещё как раз на нашем пути.

Дальше все двигались в полном молчании, абсолютно бесшумно. Даже зомби, повинуясь приказу господина, ступали неслышно, как крадущиеся кошки. Обойдя невысокий холм, они оказались рядом с этим таинственным путником….

— Да это же ребёнок. — Прошептал ошарашенный Ваалор. — Девчонка….

— Это точно человек? — Недоверчиво произнёс Аксин. — А то помню я одного такого, так после встречи с ним тебе пришлось мне свою кровь переливать.

— Да не мели ерунду, обычная девочка. — Ламия всмотрелась внимательнее. — Лет пять, не больше. Только что она тут делает?

— Подойдём поближе, да посмотрим. — Аксин двинулся вперёд, рядом с ним, не теряя бдительности, чёрными тенями скользнули Малыш и Моор.

— Похоже, она сидит рядом с каким то трупом. — Присмотрелась повнимательнее ламия. — Плачет. Видимо, родственник. Погиб, а ребёнку удалось убежать. А сейчас вернулась….

Огромный меч легко скользнул в могучие лапы Ваалора, и тот бросился вперёд.

— Ты что? — Белла не без труда догнала несущегося демона. — Где ты там врагов нашёл?

— Она рядом с трупом! — Проревел Ваалор. — Напомнить, что сейчас тут мертвяки с живыми творят?!

С диким воплем вампирша понеслась вперёд, легко обгоняя всех. Мгновение — и она оказалась рядом с малышкой, схватив её на руки, и отпрыгнув в сторону. Вовремя. Мертвец, только что лежавший абсолютно неподвижно, зашевелился, и начал подниматься на ноги.

— Бгатик. — Радостно улыбаясь и картавя, девочка протянула ручки к восставшему зомби. — Бгатик!

Подоспевший Аксин лёгким движением коснулся жезлом истинной смерти мертвеца. Тот мгновенно посерел, и рухнул вниз, погибнув на этот раз окончательно.

— Бгатик? — Тревожно произнёс ребёнок, глядя округлившимися глазами на вновь упавшее тело брата.

— Всё хорошо, малышка, всё хорошо. — Белла крепче прижала к себе девочку. — Твой брат очень устал, вот и прилёг отдохнуть.

— Бга-а-а-атик! — Заревела малышка, размазывая по грязному личику слёзы.

Не говоря ни слова, Аксин сделал шаг вперёд, коснувшись головы ребёнка ладонью. Девочка мгновенно замолчала, обмякнув в руках ламии.

— Ты её…

— Не надо делать такие страшные глаза, я её просто усыпил. — Отмахнулся юноша. — А то она своим рёвом тут всю округу переполошит.

— Да и убил бы, что из этого. Возможно, это было бы для неё лучшим выходом. — Остановился рядом с Аксином эльф. — Девчонка всё равно обречена. Ребёнку одному не выжить на проклятых землях. Первый же мертвяк сожрёт.

— Значит, возьмём её с собой. — Белла крепче прижала к груди спящего ребёнка. Ламия не понимала, что с ней произошло. За одно мгновение эта маленькая девочка прочно обосновалась в сердце эгоистичной вампирши, и явно не собиралась оттуда уходить. До этого Белла рассматривала людей как не очень умных существ, в большинстве своём зря населявших землю. Она не испытывала к роду людскому лютой ненависти, иногда даже жалела, как и любую живую тварь…. Но тут с ней вдруг что-то произошло, и этот найдёныш вдруг стал для неё близким, почти родным существом.

— Кого-то она мне напоминает. — Ваалор склонился, стараясь внимательнее рассмотреть лицо девочки. — Да, точно, светлые, жидкие волосы, бледное, скуластое лицо…. Понятно. Вылитая девчонка из вашего прошлого отряда. Она ещё так ловко управлялась с двумя кривыми клинками. Как там её звали?

— Лера. — Глухо произнёс Аксин. — Да, похожа.

— Ну и что? — Голос эльфа, звучавший из-под маски, был холоден и мертв, как кусок льда на вечно заснеженных вершинах гор.

— Ничего. — Аксин повернулся, и увидел отражение своего лица в полированном серебре, том, что давно заменило Флересу лицо. — Это абсолютно ничего не значит. Но мы возьмём этого ребёнка с собой.

Глава 18

Гарвин устало потёр ладонями красные от недосыпа глаза. Мысли ворочались медленно, лениво, с огромным трудом, голова кружилась, и клонилась вниз, под веки словно насыпали мелкий, но до ужаса колючий песок. Голова с каждым мгновением становилась всё тяжелее и тяжелее, клонясь в низ, и грозя опрокинуть мага своей неповоротливой тяжестью в пучину крепкого сна. Проклятый некромант! Охота на этого зверя слишком затянулась, каждый шаг необходимо было делать осторожно, с оглядкой, просчитывая все возможные последствия. По другому действовать было просто нельзя, этот Аксин заставил уважать себя, когда умудрился убить дракона, повелителя небес, того, кто до этого времени считался непобедимым…. Но некромант успешно доказал, что совсем непобедимых воителей на этом свете больше не осталось, есть пока ещё непобеждённые. С таким противником Гарвин не мог позволить себе права на ошибку, ведь эта ошибка вполне могла оказаться последней в жизни мага. Он просчитал все возможные варианты, сумел, благодаря гномам, незаметно перетащить сюда, на территорию, находящуюся под контролем врага серьёзные силы, сравнимые по боевой и магической мощи с небольшой армией. Боевые маги, опытные легионеры, прошедшие всю войну с варварами, да и самих гномов не стоило сбрасывать со счетов, эти бородачи были неплохими воинами. И все эти силы были собраны, чтобы совладать всего лишь с одним противником…. Некромантом, адептом Тьмы, кошмар из далёкого прошлого, скоро снова должен был стать историей. Гарвин подготовил идеальную западню, ловушку, которая просто не могла не сработать. Но, о боги, каких же трудов это всё стоило! Пошли уже третьи сутки с тех пор, как магу удалось урвать совсем немного времени, и чуть-чуть подремать. Хотя, и те несколько часов, что измученный маг сумел прикорнуть между бесконечными совещаниями, планированием, и переходами, сложно было назвать полноценным сном. И сейчас Гарвин буквально валился с ног от усталости. Ну, кто же знал, что Аксин умудрится так быстро спуститься с гор, и суметь добраться до почти готовой западни. Ну, скажите, вот зачем так спешить к месту собственной смерти? Вот не терпится этому юноше умереть, всё торопится, торопится…. Маг ждал его не раньше, чем через сутки, а не прямо сейчас. Хорошо, что хоть ловушку успели подготовить, как следует.

— Итак, уважаемые гномы, вы говорите, что всё прошло по плану, по одному аванпосту торзальцев и справа, и слева от нас были перебиты? Надеюсь, выбрали не самые крупные? Сейчас мне не нужны большие потери у наших соседей.

— Да, Владыка Гарвин. — Вперёд выступили командиры гномьих хирдов. — Торзальцы не знали, что Каменный Трон заключил вечный мир с Императором, и беспрепятственно пропустили нас внутрь своих укреплений, приняв за обычных торговцев. После этой глупости наши топоры и мечи вдоволь напились крови. Но мы дали сбежать нескольким защитникам, чтобы они рассказали о побоище. Конечно, предварительно «случайно» проговорившись о дружбе с их врагами. Они услышали о том, что мы заключили союз с Теросеной, или Лораксом, как ты и приказывал, Повелитель Драконов….

— Это хорошо. И как отреагировали торзальцы?

— Как Вы и предсказывали. — Усмехнулся в бороду довольный гном. — Они нагнали к границе кучу народу, и сидят там безвылазно, ощетинившись оружием и смертельной магией жрецов, дрожа от страха и готовясь к очередному нападению.

— Эти глупцы решили, что, раз гномы встали на сторону противника, то им пришёл конец. И приготовились продать свои жалкие жизни подороже. Прекрасно. — Рассмеялся Гарвин. — Теперь Сторонники Теросены буду ожидать атаки короля Лоракса, заключившего союз с Вами, почтенные гномы, и наоборот, регулярные войска короля сойдут с ума от ужаса, ожидая увидеть непобедимый гномьий хирд, да ещё с поддержкой молитв жрецов. И те, и другие не тронутся с места в ближайшие несколько дней, в полной боеготовности ожидая новой атаки. И будут атаковать всеми возможными силами всех, кто рискнёт приблизиться на расстояние удара.

— Поэтому этот некромант не сможет обойти нас, торзальцы сейчас выстраивают справа и слева от нас непроходимый заслон, невольно помогая нам. А от гор его гонит полный хирд гномов. Боевые маги поддерживают своим искусством нашу сталь, так что обратно некроманту не повернуть. Дорога в горы для него закрыта, только вперёд. — Поддержал мага один из гномов. — Ваш план сработал безупречно, владыка Гарвин.

— Не сглазь. — Шутливо пригрозил подгорному жителю маг. — План хорош, но без Вашей помощи, почтенные гномы, он был бы обречён на провал. Лишь благодаря подгорному народу стало возможно его исполнение. Но ещё рано праздновать. Лишь когда голова этого проклятого некроманта слетит с плеч, когда я сожгу его тело, а пепел развею по ветру, лишь тогда можно будет успокоиться. Древнее зло должно быть уничтожено, раз и навсегда. И все мы должны, не щадя собственной жизни, разорвать эту нечисть, что осмелилась, после стольких веков, выползти из какой-то сточной канавы!

— Каменный Трон последует за тобой куда угодно, Повелитель Драконов! Наши топоры настигнут врага, куда бы он ни сбежал. — Гномы вытянулись, и ударили кулаками в латных перчатках по закованной в броню груди, салютуя магу. — Хоть на Древнюю землю, хоть к самому Чонингу в его мертвые чертоги, только прикажи.

— Благодарю, друзья, я безмерно счастлив, что такие могучие, доблестные воины бьются на моей стороне. — Маг в очередной раз устало потёр красные, слезящиеся глаза. — А теперь все по местам, этот некромант добрался сюда слишком рано. Следящие заклинания магов подали сигнал, враг уже недалеко. Ещё до захода солнца он будет здесь. Нельзя, чтобы столько наших трудов пропали даром. Скоро, скоро всё закончится….

Когда командиры отрядов разошлись, Гарвин устало рухнул на заботливо подставленное Джонатаном кресло.

— Господин….

— Да знаю я, что ты хочешь мне сказать. — Устало отмахнулся от старого слуги маг. — Что я совсем себя не берегу, что покойники краше выглядят, что мне нужно прямо сейчас лечь поспать, ну, и, конечно, что меня нужно выпороть за такое легкомысленное отношение к своему здоровью, да поздно уже, раньше надо было розг не жалеть, пока маленьким был. Не трудись, старый медведь….

— Ошибаетесь, господин. — Джонатан протянул кружку с горячим отваром. — Выпейте, это придаст сил, и отгонит сон. Ненадолго, правда, к ночи свалитесь, и заснёте. Да и второй раз эта штука потом долго не подействует, но зато и вреда от такого отвара почти никакого.

— Да? — Гарвин осторожно взял предложенный напиток. — А тут случайно не сильное снотворное, чтобы я заснул, хочу я этого или нет? Рецепт ты не у покойного Максимилиана позаимствовал, старый медведь?

— Идея хорошая господин, я подумывал об этом, но нет, не в этот раз. Я же прекрасно понимаю, что вы, пока не придавите эту нечисть, не успокоитесь, упрямый, и в кого таким уродились, ума не приложу. — Тяжело вздохнул старик. — А если сейчас вас усыпить, а этот некромант проклятый, чтоб его Чонинг живьём в своё царство затащил, сбежать умудрится, то его ж снова ловить по всем землям придётся. Опять бегать туда-сюда… А я уже слишком стар для всего этого.

— Ладно, уговорил, попробую твою отраву. Но, смотри, если отравишь, я тебе этого до конца твоих дней не прощу. Во сне являться буду. — Устало усмехнувшись, Гарвин осторожно отпил маленький глоток. Напряжённое выражение на лице мага сменилось на лёгкое удивление, чтобы через мгновение превратиться в довольную улыбку. Больше не сдерживаясь, Гарвин в несколько глотков опустошил кружку. — А, знаешь, очень недурно. Я бы даже сказал, прекрасный вкус. Что за чудесный напиток?

— Я, когда молодой был, воевал под началом батюшки вашего, и довелось нам у леса эльфов месяц-другой простоять. Вот у них-то один из нашей сотни секрет этого отвара у них и разузнал. Как у него это получилось, ума не приложу. Обычно длинноухие свои тайны держат крепче, чем гномы золотишко. Может, не сильно важная и тайна эта, для эльфов, а нас, служивых людей, этот отвар здорово выручал. Готовить его не так просто, и состав сложный, но ничего необычного, из чего варить, завсегда найти можно. Да и хранится этот отвар долго, силы своей не теряя. Ох, и чудо, это варево длинноухих. Выпьешь кружечку после ночного дежурства, ежели днём на марш становиться — и весь день полон сил, сна ни в одном глазу. Затем, правда, как ночь придёт, спишь, как убитый до полудня, силы восстанавливаешь. А потом недели две отвар не действует, что его пьёшь, что воду родниковую, всё одно зеваешь, да в сон клонит. Зато и вреда от него никакого. Не то, что ваши микстуры, больше калечат, чем помогают.

— Вот скажи, старый ты хрыч, где ты раньше был со своей отравой? Когда я от недосыпу еле ноги передвигал? — Маг задорно вскочил на ноги. — Действительно, это просто чудо, сон и усталость как рукой сняло! Словно проспал сутки напролёт!

— Раньше вам и не нужно было это эльфийское зелье. Оно только на крайние случаи, уж больно долго и муторно его готовить, отвар этот. Дня три-четыре варить, а с вами разве столько времени на одном месте усидишь? Почему так долго с ним возиться, не знаю…. Ну, видимо эльфы по-другому и не могут создать, всё у этих остроухих слишком сложно, будто специально так придумывают. — Усмехнулся в бороду Джонатан. — А вот сейчас вам без этого напитка никак нельзя было…. Уж больно серьёзный противник.

— Тебе-то откуда это знать, старый медведь? — Маг подскочил к старому слуге, и от души хлопнул его по плечу. Могучий Джонатан даже не шелохнулся, лишь по доброму улыбнулся в седую бороду. — Ты же в магии ничего не смыслишь.

— А с чего бы это великий повелитель драконов стал на одного некроманта целую армию собирать? — Парировал Джонатан.

— Может, я просто хотел провести совместные учения с гномами….

Магический вызов прервал шутливую перепалку мага со старым слугой. Гарвина окружила непроницаемая для посторонних глаз и ушей сфера, и перед ним возникло знакомое лицо одного из боевых магов, помощников Ореса.

— Владыка Гарвин. — Коротко поклонился маг. — У меня для вас срочные вести.

— Слушаю.

— Ваши люди успешно выполнили поставленную задачу. Теросена убита.

— Прекрасно. — Довольный Гарвин, переполняемый энергией от эльфийского напитка, восторженно рубанул ладонью по деревянному подлокотнику кресла. Грубая походная мебель с честью выдержала это посягательство на свою целостность.

— Новый начальник разведки так же сработал на славу, его шпионы довели гнев жрецов до точки кипения. Сторонники Теросены рвут и мечут, готовясь выступить всеми силами, и стереть в порошок войска Лоракса. Не сегодня, так завтра они бросятся мстить. И король не сможет победить. Наши постоянные атаки с моря уже заставили его разделить свои силы. В ближайшее время Торзалия потонет в крови благодаря начавшейся гражданской войне. А мы сохраним основные силы нетронутые для нанесения завершающего удара.

— Новости просто замечательные, а почему ты говоришь сейчас таким похоронным тоном? — Гарвин внимательно посмотрел на потупившегося мага. — И почему со мной связался ты, а не Владыка Орес?

— Владыка Орес мертв. — Маг с трудом сдерживал рвущуюся наружу ярость, сжимая зубы так, что на скулах беспрестанно вздувались и опадали желваки сухих мышц.

— Как это произошло? — Вскочил на ноги поражённый Гарвин. — Неужели лекари не смогли сберечь архимага?! Да я живьём сожгу этих мерзавцев!

— Лекари тут не при чём. Владыка Орес был убит.

— Что?!

— Его зарезали во время сна, этой ночью, в собственной палатке. Убили одним точным ударом в сердце.

— Кто…. — Гарвин с трудом справился с сухим комом в горле. — Кто это сделал?!

— Тёмные эльфы. Дроу. — Маг яростно рубанул перед собой кулаком, уже не в силах сдерживать рвущиеся наружу эмоции. — Эти твари сначала убили Владык Ореса, затем отрубили архимагу голову, и выставили её, насаженную на свою саблю, перед палаткой. Рядом с трупами убитых отравленными стрелами часовых.

Горе нахлынуло, неожиданно выжимая слёзы из глаз обычно бесстрастного мага. Наставник, тот, кого он уважал, как родного отца, был зарезан во сне, зарезан по приказу этого проклятого нелюдя, продавшего душу Тьме! Дроу не могли по своей воле такое сотворить! Они явно выполняли приказ. А тёмные эльфы подчинялись только одному существу на земле, и Гарвин точно знал, кого ему следует винить в смерти старого архимага, бывшего много десятилетий бессменным главой гильдии боевых магов. Аксин, проклятый некромант! Юнец решил нанести удар первым, и ему это удалось. Но, ничего, ничего, расплата будет очень, очень скорой! Не успеет зайти солнце, как ты отправишься к своей драгоценной Тьме! Страшная, всепоглощающая ярость накрыла Гарвина. Горе человека и жгучее бешенство дракона переплелись в душе мага…. И дракон победил, осушив блеснувшие было слёзы своим пламенем страшной ненависти.

— Сегодня же я поквитаюсь с тем, кто приказал совершить это злодеяние! — Прошипел маг. — А затем мы перебьём всех дроу, сотрём тёмных эльфов с лица земли. Всех, всех, до единого! Мужчин, женщин, детей…. Клянусь, я уничтожу всё это забытое богами племя! Они исчезнут, пропадут, сдохнут вместе со своим новоявленным повелителем!

— Владыка Гарвин. — Смущённо кашлянул маг. — Все мы разделяем ваше горе…. Но….

— Что?!

— Теперь вы — архимаг. И Ваше присутствие необходимо здесь, ведь война против Торзалии вступила в завершающую фазу. Если что-нибудь случайно пойдёт не так, то весь план может сорваться….

— Да знаю, Чонинг тебя подери! — Гарвин в бессильной ярости сжал кулаки. — Этот трижды проклятый долг!

— Гномы уже поставлены в известность, и готовы немедленно организовать Вашу доставку через горы кратчайшим путём….

— Я сам решу, когда мне следует возвращаться!

— Но, Владыка….

— Замолчи! Никуда торзальцы не денутся! Или они так активно бросились мириться друг с другом, что у меня нет в запасе и половины дня?!

Маг, разговаривавший с Гарвином, был явно не робкого десятка. Он, не опуская глаза, спокойно кивнул головой.

— Половина дня у Вас точно есть в запасе, Владыка Гарвин. И даже немного больше. Но затем Вам лучше прибыть сюда. Владыка Орес и Вы были душой и разумом всей операции. Да и гномы безоговорочно слушают только Повелителя драконов, то есть Вас. Без чёткой координации всех сил гражданская война может пойти не по необходимому для Империи сценарию. Как не крути, сейчас вы нужны здесь.

— А ты слишком храбр, или безнадёжно глуп, если осмеливаешься указывать мне, что делать. — Угрожающе прищурился Гарвин. — Не боишься?

— Никак нет. — Говоривший спокойно смотрел на разгневанного архимага. — Боевой маг, да ещё в моём возрасте, забывает, что такое страх. Слишком часто я ходил бок о бок рядом со своей смертью. Так часто, что она стала моей лучшей подругой. И, когда смерть придёт, мы поприветствуем друг друга, как старые знакомые.

Гарвин посмотрел на грубое, словно вырубленное топором лицо, обрамлённое седыми волосами, и неожиданно даже для самого себя рассмеялся.

— Прекрасно. Знаешь, а ведь именно такой человек мне и нужен. Чтобы не юлил передо мной, потея и падая в обморок от страха при первом моём крике, а ради дела готов был расстаться с жизнью, но выполнить свой долг, и пойти при этом даже против моей воли. Ведь я тоже могу ошибаться. Как тебя зовут?

— Лагон. — Маг чуть заметно поклонился.

— Так вот, Лагон, с этого дня назначаю тебя одним из своих заместителей. Нет, не заместителем, а первым помощником, правой рукой, так сказать. Надеюсь, ты справишься с этим. И не радуйся раньше времени. Поверь, работёнка тебе досталась — врагу не пожелаешь. С таким аримагом, как я, очень тяжело просто находиться рядом….

— Я сделаю всё возможное ради величия нашей гильдии и империи. Вы не пожалеете об этом назначении, Владыка Гарвин.

«Хм, сначала гильдии, а уж потом империи…. Интересно, интересно. Надеюсь, это не оговорка» — подумал Гарвин.

— Очень надеюсь. А теперь бери на себя эту гражданскую войну наших доблестных соседей. И постарайся не наделать глупостей за то время, пока я буду добираться до лагеря через эти проклятые горы.

— Я не подведу. — Лагон ударил себя кулаком в грудь, приветствуя своего архимага, как было принято среди легионеров. — Ещё будут какие либо особые указания?

— Пока нет, пусть всё идёт своим чередом. Ты знаком с планом операции?

— Да, я был одним из помощников Владыки Ореса.

— Это лучшая из всех возможных рекомендаций. — Каким-то особым чутьём Гарвин сразу понял, что этому человеку он может доверять. Лагон без колебания погибнет сам, или сложит курган из голов тех, на кого укажет Гарвин, по его приказу. Действительно, этот маг давно стал лучшим другом смерти, а она — его подругой. И он без колебаний будет сеять гибель направо и налево. Дракон внутри чувствовал это, и его невозможно было обмануть. — Тогда продолжай операцию, а я сегодня же вечером отправлюсь в штаб, чтобы побыстрее принять от тебя командование. Вот только закончу тот с одним делом….

Маг коротко попрощался, и заклинание связи исчезло.

— Проклятье, как же всё это не вовремя….

Громкий, надсадный кашель прервал Гарвина.

— Что с тобой, старый медведь? — В голосе мага проскочила нотка беспокойства. — Опять забыл выпить свою микстуру?

— Не знаю господин, что-то поплохело мне резко. — Сквозь надсадный кашель сумел произнести Джонатан. — Видимо, совсем старым я стал, уже и лекарства не помогают.

— Вот кому говорил, нечего за мной таскаться…. — Маг мгновенно оборвал свою язвительную речь, и, обеспокоенный, завертел головой. — Да что тут происходит?!

Гарвин почувствовал вал тёмной, тяжёлой, словно пахнущей гнилью силы, вдруг рухнувший словно ниоткуда, и заполонивший тягучей, зловонной массой все окрестные земли. Маг ощутил силу Тьмы, вдруг захватившую всё вокруг. Первородное пламя, полыхающее внутри Гарвина, защищало его, отбрасывая тёмные щупальца, но вот другие люди…. Тьма давила на всех вокруг, вызывая страх, бередя старые раны, обостряя задавленные когда-то болезни, выкачивая жизненные силы. И эта сила всё сильнее и сильнее давила на земли, где была подготовлена засада. В других местах вал Тьмы катился и катился, не слабея, и не снижая скорости, но здесь…. На месте будущей засады эта сила давила, и это давление становилось жёстче и жёстче. С каждым мгновением Тьма становилась всё могущественнее, стремясь помочь своему избраннику, который скоро должен явиться сюда. Гарвин понял это, интуитивно осознал каким-то шестым чувством. Земли Торзалии вдруг превратились в Проклятые, все, от океана до гор….

— Невозможно…. — Прошептал поражённый Гарвин. — Ни у одного мага просто не может быть столько сил, чтобы сотворить такое…. Как, как у него это получилось?!

Джонатан, старый слуга, неотступно следовавший за магом всю его жизнь, вдруг резко дёрнулся, согнувшись с очередном приступе кашля, и рухнул на пол землянки, служившей временным штабом. Бросившись к старику, Гарвин приобнял его за плечи, глядя в побледневшее лицо с всё нарастающей тревогой.

— Это что ты тут удумал, старый медведь?! Даже не смей умирать!

— Не волнуйтесь, господин, я выдюжу. — Борясь с резкой болью, вдруг сковавшей тело, сумел пробормотать Джонатан. — И не надейтесь так легко избавиться от меня.

— Держись, ты у меня крепкий старик. — Гарвин резко, словно пушинку, подхватил на руки тяжеленое тело старика, и аккуратно, почти нежно положил того на набитый сеном матрас, служивший магу подобием походной кровати. — Держись….

— Да не помру я, господин. — С трудом улыбнулся старик. — Не понимаю, что это меня вдруг так скрутило….

— Это всё проклятый некромант и его фокусы. — Обречённо прошептал маг. — Все земли вокруг вдруг превратились в Проклятые, вотчину Тьмы. А я не смогу прикрыть тебя от её воздействия. И ведь есть защитные амулеты, эльф принёс с Древней земли, они смогут защитить любого…. А я не догадался их взять….

— Не корите себя, господин. — Джонатан слабо сжал руку мага. — Лучше идите, помогите воинам. Раз такое началось, значить, и некромант скоро пожалует. А, чем быстрее вы эту нечисть поджарите, тем скорее мы отсюда уберёмся. Глядишь, как от этой Тьмы уйдём, так мне сразу и полегчает.

— Твоя правда, старик. — Гарвин резким рывком вскочил на ноги. — И не вздумай помереть тут! Ты ещё крепкий, борись.

— Идите, идите, господин. Уж чай не помру, дождусь вас.

Гарвин вихрем выбежал наружу. Вокруг, в тщательно замаскированных ямах творилось неизвестно что. Крики боли, хрипы, стоны, раздавались со всех сторон.

— Владыка Гарвин! — К магу подбежал бледный от ужаса легионер. — Что происходит?! Что делать?!

— Не орать от страха, как глупая баба, для начала. — Спокойно бросил Гарвин. Некромант сумел нанести неожиданный удар, но западня должна была сработать, просто обязана! Сейчас ни в коем случае нельзя было допустить паники. — Соберись, солдат!

— Но там такое творится….

— Что?! — Бешеный рык Гарвина заставил легионера задрожать ещё сильнее от ставшего почти непереносимого ужаса. Страх стал бороться с другим страхом в душе человека, мистический ужас, вызванный давлением Тьмы, столкнулся с жуткой боязнью вдруг ставшего таким ужасным командира. И страх перед магом оказался сильнее. Легионер вдруг осознал, что он способен бороться с этим странным, непонятно откуда взявшимся беспокойством, перераставшим в волну ужаса, грозившую захлестнуть его разум, превращая храброго, опытного воина в трусливо бегущее животное. — Что такое, солдат?!

— Ничего, Владыка Гарвин. — Легионер выпрямился, крепко сжав кулаки, и взглянул в лицо мага. — Прошу прощения.

— Молодец. — Чуть улыбнулся Гарвин. — Это колдовство проклятого некроманта, и ты смог его преодолеть. Гордись, солдат.

Легионер расправил плечи, крепко сжав кулаки. Призрачный ужас был отброшен в сторону, перед магом стоял не дрожащий человечишка, а воин, готовый убивать и умирать по приказу.

— А теперь сбегай, да пригласи-ка сюда командиров отрядов. Всех, кроме гномов.

— Так точно, Владыка Гарвин.

Пока легионер выполнял приказ, Гарвин задумчиво оглядывался, обозревая окрестности. Глядя на спокойное, даже немного отрешённое лицо мага, невозможно было представить, что за этим внешним покоем скрывался ураган чувств, буря разрушительных эмоций. Спокойный, холодный, отточенный разум мага с трудом сдерживал огненный вал ненависти дракона. Крылатые ящеры были рождены в первородном пламени, первыми детьми Света, пришедшими в этот мир. И Тьма, заполнившая всё вокруг, действовала на новообретённую сущность Гарвина как красная, колыхающаяся тряпка на разъярённого быка. Хотелось отбросить в сторону осторожность, воззвать к пламени, и ринуться вперёд, навстречу некроманту…. Но этого как раз и нельзя было делать. И маг сумел совладать со своей второй частью.

— Вызывали, Владыка Гарвин. — Перед магом выстроились боевые маги и сотник, командующие отрядами.

— Итак, мы раскрыты, так что неожиданное нападение явно сорвалось. — Маг бросил беглый взгляд на стоящих перед ним людей. Для этой операции он выбирал лучших из лучших, и теперь он понял, что не ошибся. Тьма давила, пытаясь справиться с людьми, сломить их волю, разрушить тело. Но они держались, держались, сжав кулаки, согнувшись, скрипя зубами от боли. — Но некроманту в любом случае просто некуда деться. Справа и слева торзальцы, позади — полный хирд гномов с магическим прикрытием, впереди мы…. И мы должны выстоять.

— Мы выстоим, Владыка Гарвин. — Все, как один, уверенно кивнули.

— Я в вас верю. Но сейчас мы должны скорректировать действия, благодаря изменившимся реалиям, так скажем. Первое — что с людьми?

— Маги все на ногах. А вот среди солдат есть потери.

— Сколько мы потеряли? — Нахмурился Гарвин.

— Каждый десятый. Вдруг открылись старые раны…. Не все после этого смогли выжить.

— Понятно. — Кивнул маг. — Но, думаю, это только начало. Сейчас все по местам, и готовимся к нападению. Ловушки можете покинуть, о скрытности можете забыть, некромант знает, что мы здесь. Возводите любую защиту, какую посчитаете нужной, воины — встать плотным строем, построение — десятками. Рассредоточиться, не стойте единой массой, иначе некромант постарается уничтожить всех одним ударом…. Но и далеко не разбегайтесь, прикрывайте спины друг друга.

Резкий крик прервал Гарвина. Несколько легионеров отчаянно рубили какую-то фигуру в доспехах. Воины, яростно рыча, превратили врага в окровавленный ошмёток, но тот никак не хотел сдаваться, раз за разом пытаясь наброситься на людей.

— Наши погибшие становятся зомби. Хорошая боевая тактика некромагии, эффективная. — Яркий шар сорвался с ладони Гарвина, и мгновенно испепелил поднявшегося мертвяка. — Что встали? Срочно отрубить всем умершим легионерам голову, руки и ноги!

— Но….

— Никаких но! — Зарычал маг. — Это уже не ваши боевые товарищи. Их души далеко, здесь лежат лишь бренные оболочки! А эти мёртвые тела вполне смогут стать пристанищем Тьмы! Хотите отбиваться от них, когда они восстанут, и вцепятся вам в глотки?! Бегом!

Гарвин отвернулся от бросившихся исполнять приказ солдат, всматриваясь вдаль. Зрение мага с каждым днём становилось всё лучше и лучше, и теперь он мог видеть на тысячи шагов, легко различая малейшие детали. Гарвин увидел десятки, нет, сотни фигур, бегущих к ним.

— А вот и гости. — Хищно усмехнулся маг. — Некромант пригласил на нашу вечеринку своих друзей….

Присмотревшись, Гарвин удивлённо присвистнул. Все бегущие к ним фигуры были закутаны в чёрный, непроглядный туман, и имели одно лицо и то же лицо…. Лицо Аксина.

— Как этот проклятый некромант смог сотворить такое!?

«Это не он. — Раздался мягкий, дружественный шёпот. — Это проделки Тьмы. Она вступила в игру на стороне своего избранника. Помогает ему. Тьме нельзя напрямую участвовать в бою, но кое-что она может предпринять, без риска нарушить равновесие. Этот туман и лица — просто иллюзия. Качественная иллюзия».

Гарвин резко обернулся, стараясь увидеть за спиной незнакомца, заговорившего с ним. Никого.

«Ты не сможешь меня увидеть. — Весело рассмеялся голос. — Меня тут просто нет. Вернее, нет моего тела. Пришёл лишь мой дух. Этот мир просто не выдержит, если я, или кто-то из моих братьев и сестёр спустится сюда во плоти».

— Что тебе нужно?

«Ничего. — Таинственный голос звучал ниоткуда и отовсюду одновременно. — Я просто решил тебе немного помочь».

— Интересно. И во что же мне обойдётся эта самая помощь неизвестно кого?

«Правильно, осторожность, осторожность, и ещё раз осторожность. Друзья слишком часто оказываются врагами. — Мягкое, расслабляющее тепло от этого слабого шёпота приятно согревало душу. — Но в моём случае это не так. Просто поверь. Мы с тобой на одной стороне. Общий враг — самая лучшая гарантия крепкой дружбы. Победишь ты — выиграю я».

— У нас общий враг?

«Да, Тьма. Не всем по нраву её чёрный мир, мир смерти. Я помогу в твоей борьбе. Не силой, этого добра у тебя и без меня достаточно. Советом, добрым словом, своим опытом. Я долго, бесконечно долго бьюсь с Тьмой. Ещё этого мира не было, а мы уже стояли по разную сторону. И, когда этот мир исчезнет, через бесконечное множество поколений людей, я так же буду с ней биться. Но всё это не важно, поговорить мы сможем и потом. А пока ты должен биться. Слишком много игрушек Тьмы идут сюда. Некромант умудрился сделать очень неплохой ход, сам того не ожидая. Но, как бы он не старался, ты всё равно победишь, я верю. Встреть врага достойно, Воин Света».

Таинственный голос был прав. Вся округа действительно кишела мертвяками. Одетые в клубящийся туман, с одинаковыми лицами, они бодро рвались вперёд с вполне очевидной целью…. Тупое, неуправляемое, мёртвое мясо…. Глаза Гарвина полыхнули яростью.

— Ты собрался остановить меня ЭТИМ?! — Взревел маг. — Да я обращу в пепел и тебя, и всех твоих протухших марионеток!

Огненные шары, один за другим, полетели в разные стороны, срываясь с ладоней мага. Обычное заклинание из арсенала боевого мага…. Но в исполнении Гарвина этот простенький комок пламени вдруг стал грозной силой. Мощь первородного пламени, бушевавшая в душе мага, вырвалась на свободу, круша всё на своём пути. Изломанных, обгоревших мертвецов отбрасывало в стороны, из тела разрывало на обуглившиеся куски, оборванные конечности разлетались на десятки шагов…. И, что удивительно, Гарвин совершенно не чувствовал усталости. Казалось, он подключился к огромному, бездонному источнику чистой, яркой, ничем не замутнённой силы.

— И это всё, на что ты способен, некромантишко?! — Захохотал маг. — Давай, тащи сюда хоть всё гнилое мясо со всей Торзалии, у меня найдётся, чем тебя встретить!

Гарвин, маг-дракон, тот, кто приручил первородное пламя, оказался явно не по зубам зомби. Сотнями мертвецы бросались на одиноко стоящую фигуру, и рассыпались горящими кусками обуглившейся плоти…. Но в других местах люди не могли похвастаться такими поразительными успехами. Тьма давила на воинов и магов, выжимала из них все силы, вытягивала по капле тепло живых тел. Жуткие боли терзали людей, приступы панического страха волнами накатывались на измученный разум…. Легионы держались из последних сил. Вот десяток латников, создав стену щитов вокруг мага, с трудом сдерживали атаку зомби. Их противник не боялся ни боли, ни смерти…. Вот один мертвец, не обращая внимания на вонзившийся в живот меч, вырвал из строя воина, и несчастный был тут же разорван на части. Другой зомби, с сожжёнными ногами, подполз и вцепился зубами в голень не обратившего на странное шевеление внизу легионера. Тот с диким воплем рухнул, на мгновение открыв брешь в монолитной стене щитов…. Этого оказалось достаточно, чтобы мертвецы прорвались сквозь строй отчаянно сопротивлявшихся солдат…. Очень скоро всё было кончено. Боевой маг, видя бесполезность бегства, вложил всю свою силу в одно, последнее в его жизни заклинание. От одинокой фигуры в разные стороны разлетелись смертоносные лезвия ветра, кроша в фарш мёртвую плоть сотни врагов. С улыбкой победителя маг рухнул на залитую кровью землю, мёртвым….

Гарвин, осознавая, что они медленно, но верно проигрывают, дико взревел, удвоив усилия. Он словно превратился в яростный, плюющийся во все стороны смертоносными огненными шарами пламенный вихрь. Отвратительный запах горелого человеческого мяса стал сгущаться над местом неудачной засады, забивая даже вонь мёртвой, протухшей плоти ходячих мертвецов. Ярость мага принесла свои плоды…. Гарвин смог сотворить невозможное — практически в одиночку уничтожил мёртвую армию Тьмы. На сотню шагов вокруг все зомби были уничтожены….

— Все сюда! — Громкий крик мага разнёсся над полем боя. — Построение единым строем, в квадрат! Маги — в центр! Приготовиться к обороне!

Оставшиеся в живых легионеры поспешили выполнить приказ Гарвина. Несколько мгновений — и оставшиеся в живых воины сплотились в единую стальную стену, ощетинившуюся острым железом.

— Постарайтесь не умереть при второй атаке мертвецов, а некромантом я займусь сам! — Огонь, пылающий в груди Гарвина, толкал его вперёд, в бой с этим проклятым порождением Тьмы.

— Владыка Гарвин, сзади!

Маг резко развернулся, и увидел ковыляющего в его сторону здоровенного мертвеца с залитой бегущей из раскрытого рта кровью бородой. Казалось, время остановилось, и Гарвин с всё нарастающим ужасом смотрел в мёртвые, но такие знакомые глаза мертвеца. К магу дёргающейся походкой ковылял Джонатан….

— Старый медведь…. — Придушенно прохрипел маг. — Ты ведь обещал не умирать. Неужели решил обмануть меня напоследок….

Зомби сделал очередной шаг в сторону Гарвина.

— Владыка Гарвин!

— Не сметь прикасаться к нему! — Маг в ярости обернулся к воинам. — Испепелю первого, кто посмеет поднять на него оружие!

— Но….

Не обращая никакого внимания на замерших в ужасе легионеров, Гарвин пошёл навстречу мертвецу.

— Джонатан, мой старый ворчун. Скажи, вот зачем ты пошёл за мной. Ну, зачем. Ведь просил я тебя — оставайся…. Отдыхай, говорил я тебе, ты же заслужил отдых….

Мертвец неуклюже побежал навстречу глупой добыче, добровольно идущей к нему.

— А ты не слушал меня, упрямый старик. Пошёл за мной. И умер…. Прости.

Гарвин воздел к небу руки, и его фигура засияла ярким, тёплым светом. Это было не то страшное, обжигающее пламя, что недавно превращало в пепел мёртвую плоть врагов, это был тёплый, изгоняющий Тьму свет. И Тьма ушла из тела старого слуги. Зомби вдруг резко остановился, задёргавшись, затем рухнул на землю. Тело старика больше не было осквернено заразой некромагии.

— Прости меня, старый медведь. — Повторил Гарвин, а затем одним коротким жестом вызвал мощное, всепожирающее пламя там, где лежал его единственный друг. Мёртвый друг. — Вот тебе погребальный костёр, достойный короля.

Отвернувшись, Гарвин диким, не видящим ничего взглядом посмотрел на сжавшихся от страха легионеров.

— Он мне заплатит за это! Клянусь! Кля…

Замолчав на середине слова, маг вдруг закричал, терзаемый нестерпимой болью. Его тело резко согнулось, кости затрещали, и полезли в разные стороны, разрывая мясо. Обрывки кожи мгновенно покрылись чешуёй, комок изломанной плоти становился всё больше и больше…. Он менялся, приобретая новую, нечеловеческую форму…. Крик мага резко захлебнулся, гора искорёженного мяса стала подниматься вверх, всё выше и выше. Языки яркого пламени охватили этот кровавый ком, во все стороны повалил дым…. А затем из клубов этого дыма высунулась огромная голова.

— Он мне заплатит за всё! — Яростный рёв прокатился над полем битвы, и к небесам взлетел гигантский дракон. Чёрный дракон.

Глава 19

— Знаете, а эти легионеры неплохо держатся. — Ваалор прищурился, стараясь получше рассмотреть бой армии Гарвина с нежитью. — Слаженно так, никто не бежит, не паникует. Перестраиваются на один счёт, вон, какая стена щитов ровная. Сразу видно, настоящие воины, а не в городской страже штаны протирали…. А кто там, в стороне от солдат, огнём во все стороны пышет? Неужели это и есть Гарвин? Ого, а этот ваш маг молодец, тут уж ничего не скажешь. В одиночку раскидать кучу мертвецов! Огненный шар! Да ещё какой! Таким только крепостные ворота сносить, штук пять зомби зараз в пепел превратил! Фантастика! Вот что значит кровь дракона! Любовался бы и любовался на такое сражение.

— Смотри, как бы не пришлось в нём участвовать. — Ехидно заметила ламия, чувствительно толкнув острым локотком демона в мускулистый бок. — Не думаю, что встретиться с этим магом лицом к лицу — такая уж хорошая идея. Такой серьёзный противник доставит много проблем даже тебе, братишка.

— Ничего, справлюсь, если что, а наш младшенький этого мага в бараний рог согнёт, если будут один на один биться, особенно сейчас, когда вокруг сила Тьмы. — Отмахнулся Ваалор. — Нет, ты только посмотри! Кольцо огня, вихрь пламени, раскалённый хлыст, снова огненный шар…. Так быстро и качественно плетёт свои заклинания, а сколько мощи в них вкладывает…. Чудеса, да и только! Да этот Гарвин просто профи в магии огня. А ты-то куда лезешь! — Зомби, проходивший рядом с импровизированной стоянкой, и спешивший к месту битвы, вдруг развернулся, и бросился вперёд, явно решив поменять приоритеты, и сначала растерзать этих странных живых…. Вжик! Демон даже не соизволил обернуться, не глядя распластав мертвеца своим огромным мечом на две равные половинки. Вжик! Вжик! В стороны полетели отрубленные руки и ноги незадачливого зомби. — А это вал огня! Сразу два десятка отбросил…. Хоть в ученики к этому Гарвину напрашивайся! Правда, он только огнём бьёт, другие заклинания почти не использует…. Здесь бы ещё воздушные кулаки добавить, да пару-тройку молний. И магия земли могла бы неплохо помочь…. А он всё огнём во все стороны пышет.

— Конечно, ведь огненная магия самая эффективная в бою, особенно, если обладать достаточной силой. Остальные виды магии уступают огню в мощи, или скорости. — Прохрипел Флерес. — Разумеется, если не считать некромагию.

— Вот уж не думаю, что некроманты прошлого были великими воинами. — Парировала Белла. — Силы у них было куда больше, чем у рядового мага, это понятно, но ведь и времени на свои заклинания они затрачивали немало. Пока свои фигуры начертят, пока жертвенной кровью заклинания напитают, куча времени пройдёт. Не то, что боевой маг — раз, и всё.

— Просто они пошли по самому лёгкому пути. А ведь некромагия многогранная. Магия смерти и Тьмы просто создана для того, чтобы уничтожать и разрушать всё вокруг. Вспомни, что сотворил Аксин в селении орков. И сотворил по твоему любимому сценарию для боевого мага. Раз, и всё. Гора трупов.

— Это да, младшенький там постарался. — Невольно содрогнулась ламия. — Как вспомню эти горы растерзанных зелёных трупов, так в дрожь бросает.

Аксин спокойно сидел в стороне, не обращая внимания на негромкую болтовню. Бой поднявшихся мертвецов и войска Гарвина проходил слишком далеко, а его обычное, человеческое зрение слишком уступало глазам эльфа или демонов. Несколько минут протаращившись вдаль, он так и не смог толком ничего разглядеть, поэтому сейчас юноша спокойно сидел, почёсывая за ухом довольного Малыша, и задумчиво разглядывая крепко спящую девочку. Ребёнок казался таким слабым, таким беззащитным, что у Аксина сердце замирало каждый раз, когда девочка-найдёныш подёргивалась и стонала во сне, видимо, мучимая кошмарами. Странная реакция для некроманта, и, самое интересное, что юноша прекрасно это понимал. Ну, не должен был этот ребёнок так сильно растормошить давно закаменевшую душу мага, нырнувшего в объятия Тьмы с головой, не должен…. Всего лишь один из многих обычных детей, некромант недавно убил тысячи таких своим заклинанием, случайно открывшим путь Тьме на земли Торзалии. И ещё тысячи детей и взрослых умрут, от голода, болезней, и растерзанные восставшими мертвецами. Но Аксин осознавал, что сейчас ни за что на свете не позволит, кому бы то ни было, причинить вред этой малышке. Да, к тому же эта девочка так похожа на Леру….

Раздумья некроманта прервал спустившийся с неба грифон. Химера, спикировав вин, резко затормозила, расправив широкие крылья, у самой земли, и бесшумно приземлившись, что-то яростно застрекотала.

— Ну, что он говорит? — Поинтересовался Ваалор, не отрывая взгляд от боя.

— Проскочить под носом у торзальцев у нас не получится. Что-то их сильно напугало, и они в спешном порядке подвели все имеющиеся войска к границе.

— Ставлю бочонок лучшего вина против кружки простой воды, что это дело рук Гарвина. — Раздался полу хрип — полу шёпот из-под серебряной маски эльфа.

— Я и спорить не буду. — Рассмеялся демон.

— Тебе жалко кружки воды? — Притворно удивилась Белла. — Вот уж не думала, что мой братец вырос в такого скупердяя.

— Просто я не люблю проигрывать. И прекрати издеваться, не мешай смотреть.

— Пусть смотрит. — Вступился за демона Аксин. — И вы смотрите внимательно. Заодно подумайте, как нам удобнее будет проскочить мимо этой битвы. Пока Гарвин со своими легионерами заняты, воюя с мертвецами, самое время нам незаметно пройти в стороне, и, вежливо попрощавшись, скрыться на проклятых землях. Там Тьма куда сильнее, чем здесь….

— А тут и думать нечего, вот, справа, неплохой проход организовался. — Ламия махнула рукой куда-то вдаль. — Небольшая низменность, и от места боя холмик прикрывает. Невысокий, но ничего, если пригнуться, то нас никто и не заметит, быстро убежать сможем. Там только дозорные были, мертвяки уже всех перебили. А основные силы легионеров отступили, поближе к Гарвину.

— Да, место хорошее, даже очень. — Прохрипел эльф. — Будь я на месте мага, там бы западню и организовал.

— Может, она там и была. — Пожал плечами Ваалор. — Но сейчас там точно пусто, я никого не вижу. И следов магических ловушек не чувствуется.

— Возможно, то, что учудил сегодня наш младшенький, спутало им все карты? — Усмехнулась ламия.

— Не просто возможно, а наверняка. — Рассмеялся демон. — Аксин враз изменил распорядок сил и условия на поле боя. Биться на землях, принадлежащих Тьме с ордами зомби, да ещё без защитных амулетов — не думаю, что они на это рассчитывали.

— Если всё так кристально ясно, то что же мы тут стоим?

Аксин осторожно взял спящую малышку на руки, и, секунду подумал, передал её в лапы грифону.

— Эй, ты что творишь…. — Попыталась возмутиться Белла.

— Помещаю ребёнка в самое безопасное место. Поближе к небесам.

— Да ты посмотри на эти лапищи? Какие когти торчат! Порвёт ведь малышку твоя зверюга, и не заметит.

— Не волнуйся, ребёнок не получит не единой царапины. — Отмахнулся от обеспокоенной ламии юноша. — Грифон получил приказ аккуратно перенести её через поля боя по воздуху. Пока я жив, химера этот приказ не нарушит. А умирать в ближайшее время я не собираюсь, и не надейтесь, дорогие родственнички.

— Смотри у меня, если хоть волос упадёт с головы нашей малышки, я лично твоей химере все перья повыдёргиваю. — Пригрозила вампирша.

— Да что вы трясётесь над этой девчонкой? — Удивился Флерес. — Такое ощущения, что я не в компании некроманта и парочки демонов нахожусь, а в обществе помешанных на любви к единственной внучке старушек.

— Сам удивляюсь. — Аксин на мгновение замер, словно прислушиваясь к себе. — Я твёрдо знаю только одно — мне надо спасти этого ребёнка. И не спрашивай, откуда в голове эти мысли появились, для меня это тоже загадка. Зачем спасать и откуда такая уверенность — потом разбираться будем. Может, Тьма намекает, что эта девочка её зачем-то понадобится.

— Наверное, Тьма, никакая другая сила на некроманта так повлиять не сможет. Надо спасти, значит надо. — Флерес внимательно посмотрел вдаль. — Вон, вторая волна мертвяков подоспела. К низине пройдём за их спинами, а там за холмиком схоронимся.

Отряд под прикрытием зловонной толпы мертвяков быстро добрались до заветной лощины.

— Не нравится мне это всё. — Остановившись, Флерес внимательно осмотрел пространство впереди себя.

— Ну что на этот раз? — Капризно протянула ламия. — Всё че чисто. Ни солдат, ни магии. Вон, и следы, видно, что несколько мертвяков с той стороны здесь прошли, и, ничего, не разорвало их, не поджарило.

— Само место подозрительное. Не могу понять, почему Гарвин устроил свою стоянку именно здесь. За сегодня мы прошли несколько участков, которые подходили куда больше и для засады, и для прямого боя.

Страшный рёв прервал эльфа. Как по команде обернувшись, они увидели, как к небу, яростно молотя крыльями, взлетает огромный, чёрный, как уголь, дракон.

— Откуда у этого мага дракон!? — Хором закричали демон и ламия.

— Ого, какая слаженность. Вот что значит родная кровь. — Аксин мгновенно соскочил с паука. Тьма, окутавшая юношу, на этот раз оказалась непроглядно чёрной, она словно впитывала в себя весь свет и тепло, ничего не отдавая взамен. Не было клубящихся призрачных щупалец, не проскакивали иссиня-чёрные молнии. Лишь Тьма. Чистая, незамутнённая, первозданная…. Абсолютная Тьма.

— Это что-то новенькое. А где же прежняя боевая ипостась некроманта? — Мгновенно осипшим голосом поинтересовалась Белла.

— Теперь она мне ни к чему. — Спокойно произнёс Аксин. — Старые игрушки надо оставлять в детстве.

— Извините, что перебиваю вашу мирную беседу, но, если вы ещё не заметили, у нас тут откуда-то появился дракон. — Из-под серебряной маски прохрипел холодный, с явными нотками сарказма голос эльфа. И скоро он обратит своё внимание на нас. Вот только превратит в пепел всех мертвяков в округе.

— Похоже, это произойдёт раньше, чем мы думаем. — Ламия рванулась, но была тут же перехвачена лапищей демона. — Ты, что, братишка, совсем очумел?! Бежим!

— Бежим, но бежим осторожно, и впереди иду я. — Демон решительно шагнул вперёд, крепче сжимая свой огромный меч. — Вдруг эльф прав насчёт засады.

Ваалор не успел сделать и пары шагов, как его обогнала толпа мёртвых орков.

— У нас есть, кому первыми попадать в засаду, для чего я эту кучу зомби с собой таскаю? Не для красоты, ведь. А вы прикрывайте с тыла, вдруг легионеры решат принять геройскую погибель от наших рук, а не от зомби.

Аксин твёрдым шагом двинулся вслед за своим мёртвым воинством. Справа от некроманта неслышно шёл, скаля свои огромные, белоснежные клыки Малыш, слева спокойно, словно на послеобеденной прогулке, шествовал вампир. Паук, оставшийся без седока, неспешно перебирал лапами позади хозяина.

— Чего встал, как истукан? — Белла, проходя мимо, чувствительно толкнула демона острым локотком в бок. Похоже, это стало превращаться у ламии в дурную привычку. — Пойдём, поищем вашу мифическую ловушку. Или ты решил остаться, и дать бой дракону? Лавры нашего братишки покоя не дают, тоже хочешь этот летающий огнемёт уделать?

Ворча под нос что-то не очень культурное, Ваалор поспешил вслед за вампиршей. Но, не успели они сделать и несколько шагов, как стало ясно, что Флерес был всё-таки прав, а ламия ошибалась. Гарвин всё-таки сумел организовать в лощине западню, не мифическую, а вполне реальную, тщательно подготовленную. Почва под ногами, до этого момента казавшаяся незыблемой, вдруг резко осела, и весь отряд провалился под землю…. Сначала кучей рухнули зомби, затем на эту гору поломанного мяса приземлился паук. Аксин успел подхватить остальных тёмными, полупрозрачными щупальцами, сам при этом стоя на смерче из Тьмы, и они мягко опустились на каменный пол так не вовремя появившейся под ногами огромной пещеры. Лишь грифон остался парить в облаках, бережно сжимая в когтях спящего ребёнка.

— Я же говорил, что здесь должна быть ловушка, уж больно место хорошее. — Спокойно заметил Флерес. Похоже, что эльфа возникшая ситуация только забавляла, видимо, волноваться и бояться он разучился в тот момент, когда, обожженный пламенем, шагнул за грань жизни…. — Всё таки какой интересный противник наш друг Гарвин. Сюрприз за сюрпризом, не знаешь, чего от него ожидать в следующую минуту.

— А вот и почётный караул для дорогих гостей, то есть нас. — Демон завертел головой, бросая быстрые взгляды вокруг. — Что-то слишком много радушных хозяев по нашу душу здесь собралось. Слышь, младшенький, похоже, тебя тут очень сильно зауважали. Я бы даже сказал, не просто сильно, а очень и чересчур.

Вокруг отряда, с головы до ног закованные в броню, ощетинившись частоколом копий и прикрываясь ростовыми щитами, стояли стройными рядами тысячи гномов. Чуть позади готовых к бою бородачей мелькали десятки кристаллов, венчающих посохи боевых магов, прикрывающих заклинаниями воинов. Ловушка захлопнулась.

Гарвин не зря выбрал именно это место для стоянки и западни. Гномы показал магу несколько путей под поверхностью Торзалии, о которых никто, кроме подгорных жителей, не догадывался. Одной из таких тайных дорог было русло давно высохшей подземной реки. И здесь эта река вымыла приличных размеров пещеру, сумевшую вместить в себя полный гномьий хирд. Оставалось всего лишь поработать с потолком этой самой пещеры, сделать его неустойчивым, и установить подпорки, чтобы не проваливался, почём зря. А затем выбить подпорки, когда враг окажется над головами. Со всем этим гномы справились просто прекрасно. Раз…. И всё, столь тщательно подготавливаемая ловушка захлопнулась.

Мёртвые орки резво вскочили на ноги, и окружили своего господина, словно строя заслон между некромантом и врагами из своих тел. Переломанные кости ничуть не мешали зомби, их мышцы при жизни были настолько жесткими и крепкими, что теперь они легко могли стоять даже на раздробленных ногах.

— Аксин, а почему на этих бородачей не повлияла Тьма? — Поинтересовался Ваалор, рыская глазами в разные стороны. — Что-то не похожи они на умирающих от её дыхания.

— Здесь сила Тьмы не проснулась в полной мере, так, лишь её бледная тень. А гномы — народ крепкий….

— Хватит болтать! — Стройные ряды хирда расступились, и вперёд вышел могучий бородач. — Некромант, у меня к тебе предложение.

— Как интересно…. — Чуть насмешливо протянул Аксин. — И какое же, позволь спросить?

— Сдавайся, тогда тебя, и твоих сторонников будет ждать справедливый суд. За твои злодеяния тебя ждёт смерть, но это потом, после оглашения приговора. Хоть проживёте подольше на пару-тройку дней.

— Справедливый суд?! Ничтожные черви во главе с летающей ящерицей, что вскипятила остатки своих мозгов, выдыхая пламя, решили судить Тёмного Властелина?! — Холодный смех юноши эхом прокатился по высохшему руслу. — Заманчиво, а если я отвечу отказом?

— Твоё право. Тогда просто сдохнешь, здесь и сейчас. — Гном никак не отреагировал на издевательство Аксина.

— У меня есть своё видение сложившейся ситуации. — Некромант бросил холодный взгляд на приготовившихся к бою гномов и магов. — Я поднимаюсь наверх, и продолжаю путь. А те из вас, кто сумеет остаться сегодня в живых, будут, содрогаясь, рассказывать об этом побоище своим детям…. Если, конечно, останутся в своём уме.

— Ты сам выбрал свою судьбу. — Пожав плечами, гном развернулся, чтобы встать в строй.

— Решил наплевать на древние обычаи своих предков? Забыть историю славных битв подгорного народа? — Деланно удивился Аксин. — Не думал, что увижу гнома, так опозорившего свой род.

Бородач мгновенно развернулся, в ярости уставившись на бледное, спокойное лицо некроманта.

— Я говорю о поединке за право первого удара. — Спокойно продолжил юноша. — Есть такой древний обычай, если ты забыл. Выходят по одному бойцу с каждой из сторон, и бьются между собой. Чей воин победил — та сторона первой и атакует. Люди, бывает, и забывают про этот ритуал, а вот гномы его чтили свято. Раньше, по крайней мере, как гласят летописи. Знаешь, я как-то прочитал в этих же летописях о том, что для твоего народа заветы праотцов священны, но, видимо, автор ошибался, и вы, гномы, давно уже начихали и на память рода, и на заветы предков.

По рядам воинов пронёсся яростный рёв.

— Мы чтим заветы пращуров. — Гном с трудом поборол гнев, заставив себя говорить ровно и спокойно. — Ты требуешь право на поединок? Да будет так. Твой воин выйдет против нашего, лишь сталь, воинское искусство, и честь, никакой магии. Победивший даст своей стороне право первого удара, сторона проигравшего будет ждать…. Но это тебя спасёт, некромант. Без магии, одной честной сталью, никто не совладает с гномом. А если вдруг твой боец победит, тебе всё равно придётся атаковать, не надейся отстояться на месте. И, если задумал скрыться с поля боя, показав спину — не выйдет, лишь умрёшь, как трус, от арбалетного болта между лопаток.

— Ты много говоришь, гном. — Аксин легко хлопнул по твёрдому, как камень плечу демона. — Вот мой боец. Ваалор, есть прекрасная возможность поработать мечом. Только без всякой магии, будь любезен.

— Конечно. — Демон, рисуясь, вскинул свой огромный клинок, затем еле слышно прошептал. — Я потяну время, а вы с сестрёнкой постарайтесь рвануть отсюда, когда эти вояки будут смотреть за боем. Пока они поймут, что к чему, пока сквозь мертвяков прорубятся, вы уже на полдороге наверх будете. Глядишь, и выберетесь.

— Нет. Лучше постарайся закончить бой, как можно быстрее. Мне всего лишь нужно право на первый удар. И минуту, чтобы его подготовить. Хорошо, что эти бородачи тупо следуют сложившимся традициям…

Ваалор, коротко кивнув, вышел вперёд, встав перед гномом.

— Кто из вас рискнёт сразиться со мной?! — От грозного рёва демона задрожали казавшиеся незыблемыми стены пещеры, несколько камней с грохотом откололись, чуть не придавив стоящих слишком близко магов.

— Да не кричи так, верзила, камень этого не любит. — Спокойно произнёс гном. — Я с тобой сражусь. Надеюсь, ты готов к встрече со своими богами? Ни один человек не справится со мной, будь на нём хоть сотня килограмм дряблого мяса, которое вы называете мускулами.

— Человек? — Удивлённо произнёс ошарашенный таким поворотом дела Ваалор. — Разве я похож на человека….

— В этом шлеме да. — Ехидно заметила ламия, прячась за спиной Аксина. — Он же всю твою рожу закрывает, забыл?

— Совсем забыл. — Демон стянул глухой шлем, и улыбнулся, демонстрируя свои огромные, не уступающие по размерам тигриным клыки. — Я, Ваалор, мастер боя, старший сын Маара, Истинного Гласа Рода, вызываю тебя, гном!

— Я, Толлорин, командующий стальным хирдом, Первый Топор подгорного народа, принимаю твой вызов. — Чуть побледневший гном быстрым движением перебросил из-за спины стальной щит, и резко выдернул из петли на поясе боевой топор, встал в боевую стойку. — Я готов.

— Я готов. — Повторил демон, и, завертев перед собой своим огромным мечом, бросился в бой.

Багн! От жуткого удара по щиту гном отлетел на несколько шагов назад. Банг! Банг! Банг! Демон, не утруждая себя защитой, обрушил град ударов на противника, пользуясь преимуществом своего оружия — размерами. Клинок Ваалора был в два раза длиннее, чем топор гнома, и в несколько раз тяжелее. Не смотря на вес своего меча, демон легко, словно деревянной веточкой, размахивал своим оружием, снова и снова проверяя щит гнома на прочность. Но тот не зря получил титул Первый Топор…. Очередной удар демона пришёлся в пустоту, гном, отшатнувшись в сторону, пропустил меч рядом с собой, и бросился вперёд, сокращая дистанцию. Быстрый взмах топора, удар…. Ваалор блокировал оружие противника, отступив полшага назад, и перехватив свой клинок второй рукой за участок лезвия без заточки, тянувшийся на три ладони от гарды. Так было куда сподручнее биться с противником, подошедшим слишком близко для широких замахов двуручного меча. Демон и гном стали кружить, осыпая друг друга быстрыми, сильными ударами. Пещера наполнилась не прекращающимся ни на мгновение звоном металла. Гном, как не старался, размахивая своей секирой, не мог поразить Ваалора, обладающего огромной силой, и опытом боёв, исчисляющимся тысячами лет. Но и демон не сумел нанести бородачу решающего удара, тот успевал парировать все атаки меча щитом, или принимал их вскользь на свои прекрасные, выкованные в недрах земли на огне негаснущих горнов закалённые секретным способом крепкие латы. Бой затягивался, а это не устраивало Ваалора, и раньше не обладающего таким даром, как терпение. А уж сейчас, когда он обещал быстро разобраться с гномом…. После очередного удара, пришедшегося в щит бородача, ярость демона выплеснулась наружу. Взревев, как раненый дракон, он нанёс страшный удар, на мгновение отбросивший подставленный топор в сторону. Ваалор не успевал развернуть клинок или провести какой-нибудь хитрый приём за это короткое время, да он и не пытался…. Вместо этого демон бросил свой тяжеленный меч на оружие гнома, блокировав его ещё на одно мгновение, и протянул вперёд свои огромные лапы. Жуткий хруст прокатился по пещере, отражаясь от стен усиливающимся эхом. Демон, наплевав на все правила ведения боя, просто одним резким движением свернул гному шею. От какого варварского воздействия на организм не могли спасти никакие доспехи. Ноги гнома подломились, и он рухнул на камни, мгновенно умерев, но, так и не выпустив секиру из ослабевших пальцев.

— Ну, что, мы заслужили это право первого удара. — Подхватив меч, зарычал демон.

— Ваалор, тебе же сказали, не кричи, а то стены обрушишь своим рёвом. — Спокойно произнёс юноша. — Подойди.

Демон, бросив злобный взгляд на стройные ряды не шелохнувшихся после его победы гномов, подошёл к Аксину.

— Готовьтесь, сейчас я им устрою театрализованное представление. — Еле слышно прошептал юноша. — Будьте внимательны, и, без моего приказа никакой самодеятельности. Приготовьтесь хватать этот проклятый череп, и бежать. Маловато нас, не справиться с этими бородачами. Всё-таки гномы — хорошие воины, да ещё с поддержкой магов…. Кстати, а где он, этот самый череп?

— Забудь, кажется, нашу драгоценную голову дракона уже давно прибрали, подальше с поля боя. — Прошептал эльф. — Чтобы случайно не расколоть такую нужную всем сторонам вещичку. Видимо, Гарвин отдал насчёт этой костяной башки особый приказ. Сейчас надо думать, как самим выбираться.

— Выберемся.

Аксин стал выписывать в воздухе концом посоха замысловатые фигуры. За кристаллом протянулся чёрный туман, не рассеиваясь, и, оставаясь на месте, образовывая нечто, отдалённо напоминающее многолучевую звезду, только не начерченную на плоскости, а разбросавшую свои лучи-щупальца в пространстве. Видя это, гномы лишь крепче сдвинули свои щиты, а маги усилили подпитку защитных заклинаний. Внутри заклинания некроманта, словно сердце, забилась непроглядная Тьма.

— Хорошо, что вы, подгорные жители, так свято чтите свои традиции! — Издевательски рассмеялся Аксин. — Вот, держите, это вам, моё большое, просто огромное спасибо!

Потоки Тьмы, прорвав тело чёрной звезды, хлынули в разные стороны, накрывая воинство гномов. Броня бородачей была самая прочная из всего, что создавали в этом мире, талисманы защищали почти от всего, что мог обрушить на них некромант, боевые маги — самые лучшие в империи. Никакая атака Аксина не смогла бы уничтожить полный гномий хирд и полторы сотни готовых отразить любую магическую атаку опытных боевых магов. Но от той Тьмы, что разлилась по огромной пещере чёрными, непроглядными волнами, не было защиты. Она не рвала в клочья, не калечила тело, не замораживала душу, и, поэтому все защитные заклинания спокойно её пропустили, не найдя в её тёмной сущности ни капли опасности. Но эта Тьма была ужасна по своей скрытой сути. Ведь она вытаскивала наружу, из глубин разума, самого страшного врага…. Потаённые страхи.

Каждое разумное существо, человек, гном, орк, или эльф чело-то боятся. Страх идёт рука об руку с мыслями, фантазиями, воспоминаниями. Не тот животный страх, присущий всему, что населяет мир, нет, именно ужас разума, непонятный, странный, иррациональный. То, чего боятся в детстве, никуда не исчезает, оно лишь прячется глубоко внутрь памяти. И, если про этот страх забыть, то это не означает, что он исчез. Он просто затаился, выжидая удобного момента, когда можно будет поэффектнее вырваться наружу и напомнить о себе. И заклинание юного некроманта разбудило этот страх…

Гномы замерли на месте, у каждого перед глазами замелькали свои, вызывающие непреодолимый ужас иллюзорные картинки. Фантазия, неотъемлемая часть разума, старалась вовсю, демонстрируя ужасы, те, что смогла раскопать в самых потаённых глубинах разума. Один бородач, побледнев, вновь переживал тот миг, когда ему, маленькому мальчику, сказали, что его отец погиб при обвале шахты. А через мгновение он сам оказывался под воображаемым завалом. Другой горел в горне, третий таращился в непроглядную темень, ожидая, что оттуда вот-вот выскочит ужасное чудовище, и заберёт его с собой…. Гномы на несколько минут, показавшимися им вечностью, вновь стали маленькими, напуганными детьми. Любое внешнее воздействие тут же нарушило действие заклинания, и эта особенность делала эту магию обычно не применимой на поле боя. Шаг вперёд врага, крик, стрела, со звоном ударившаяся о доспех, разрушало жуткое магическое зачарование разума. Но мёртвые орки стояли неподвижным кругом, охраняя одетые во Тьму фигуры Аксина и членов его отряда. И гномы переживали самые ужасные в своей жизни мгновения, казавшиеся им вечностью. Но куда страшнее подгорных жителей страдали маги. Люди были не такими стойкими, как эти крепкие, как камень, бородачи, а если ещё вспомнить, как ломали психику тех, кто выбрал в жизни путь боевого мага…. Много, очень много ужаса было глубоко запрятано в их разуме. Вот один согнулся, впиваясь себе в лицо скрюченными пальцами, в безмолвном ужасе разрывая плоть и вырывая глаза. Второй, побледнев, трясся, как пожелтевший лист на осеннем ветру, за несколько мгновений превратился в идиота, потеряв разум от невыносимого страха. Наконец один из магов не выдержал, и рухнул замертво, сердце бедняги просто не выдержало. Звук упавшего на камни тела разрушил заклятие, вырвав гномов и людей из холодных лап ужаса. И, как только магия некроманта рассеялась, мёртвые орки, стоявшие до этого неподвижно, бросились в атаку. Сотня огромных, могучих мертвецов влетели в стройные ряды ощетинившихся острым металлом гномов.

Не смотря на только что пережитый ужас, гномы были готовы к атаке. Подгорные жители были прекрасными воинами, уважавшими искусство владения оружием так же, как и кузнечное мастерство. А огромная сила и крепчайшие доспехи делали гномов практически непобедимыми. Если бы не людские маги и эльфийские колдуны, эти бородачи давно бы уже владели всеми известными землями. Но магический дар был неподвластен подгорному племени. Лишь добрая сталь и сметливый ум помогали гномов, позволяя им крепко стоять на ногах в этом подвластном магии мире. Не подвела эта крепкая сталь и сейчас…. Очнувшиеся маги усилили защиту, а бородачи бросились в бой. Не прошло и минуты, как всё было кончено. Мертвецы ничего не смогли противопоставить гномам, пав все, как один, под острыми топорами и короткими, тяжёлыми мечами бородачей. А затем ярость воинов и магов, сменившая вызванный заклинанием непереносимый ужас, обрушилась на неподвижно стоявшие одетые во Тьму фигуры некроманта и его помощников. Самые смертоносные заклинания, арбалетные болты, короткие, тяжёлые дротики смертоносной волной обрушились на чёрные тени врагов, чтобы… встретить на своём пути только пустоту. Тех нескольких мгновений, когда всё воинство стояло, парализованное страхом, с лихвой хватило некроманту, чтобы спокойно улизнуть, оставив вместо себя обычные и своей команды фантомы. Западня оказалась пустой. С воплями ярости выбравшись наружу через дыру над головами, гномы и маги рассыпались по окрестностям, разыскивая подлого приспешника Тьмы, но безрезультатно. Некромант как в воду канул….

— Ваалор, да прекрати вертеться, отдыхай лучше. — Пробурчал Аксин, перевернувшись на другой бок. — Теперь мы на настоящих проклятых землях, а не их жалкой подделке. Если сомневаешься, спроси у сестрички, она здесь не одну сотню лет просидела. Не думаю, что Гарвин решится преследовать нас здесь. Без серьёзной подготовки это просто самоубийство.

— Да просто сама мысль, что всё это было напрасно, мне покоя не даёт. — Проворчал демон. — Столько трудов псу под хвост. Череп то нашего дракоши тю-тю. Не понимаю, как мы могли его так просто потерять?

— Уймись, когда мы упали, его уже там не было. Видимо, этот ваш Гарвин дал по поводу его особые поручения. Выдернуть мёртвую черепушку из лап зомби с помощью магии, да слинять, чтобы в процессе боя не помять эту драгоценность — много ума и времени не надо. — Белла присоединилась к Аксину. — И, действительно, хватит шуметь. Ребёнка разбудишь.

— Да ничего не случится с вашей девчонкой. — Чуть тише пробурчал Ваалор. — Вон, наелась, да спит без задних ног. Видимо, жутко голодная была.

— Раз всё равно никто, кроме неё не спит, может, решим, что будем делать дальше? — Поинтересовался Флерес.

— А что тут решать. — Зевнул Аксин. — Отдохнём немного, а там назад, на Древнюю землю. Сейчас в Торзалии такое творится…. Не полноценные проклятые земли, но всё же Лораксу забот с лихвой хватит, да и имперцы сюда вряд ли теперь сунутся. Ну, кому нужна страна, где мор сменяется нашествием зомби да химер? Так что проскользнём незамеченными, до самого океана, а там дроу нас переправят.

— А потом? — Ехидно уточнил эльф. — Будем жить в мире и согласии большой и дружной семьёй, пока Гарвин со своими драконами к нам в гости не нагрянет? А он обязательно нагрянет, не может этот маг без войны.

— Это будет не сейчас, и не завтра. — Отмахнулся юноша. — Война, да ещё на моей территории, требует много времени на подготовку. А я не буду просто так сидеть, и ждать, сложа руки.

— Знаешь, младшенький, а в чём-то Флерес прав. — Удивительно, но в этот раз ламия стала на сторону эльфа. — Вы с Ваалором и армией дроу не сможете остановить объединённые силы людей, гномов, и драконов. Да эти летающие ящерицы и тёмных эльфов, и всех мертвецов, что ты поднять сможешь, за минуту сожгут.

— Есть у меня одна мысль, сестрёнка. — Устало улыбнулся Аксин. — И, хватит об этом, давайте уже отдыхать.

— По-моему, младшенький, ты недооцениваешь всю серьёзность сложившейся ситуации. — Не унималась ламия. — Всё пустил на самотёк. Вот, с гномами недавно еле вывернулись. Удивительно, как они нас сразу на куски не порубили?

— Ничего удивительного, подгорные жители свято чтят свои традиции. Это у гномов в крови. — Прохрипел Флерес. — Когда эльфы воевали с бородачами, все открытые столкновения шли по одному сценарию. Предложение сдаться, а только затем бой. Право первого удара, если о нём заходил разговор, всегда оставалось за гномами. Никто из моего народа не мог тягаться с ними в бою один на один.

— Заветы предков для гномов святы. — Усмехнулся Аксин, заслужив неодобрительный взгляд Ваалора. — Грех было не воспользоваться этой слабостью бородачей. У меня были и другие идеи, если бы эта сорвалась, но так было куда проще. А теперь — спать!

Юноша отвернулся, и через несколько минут буквально провалился в очередной сон.

— Знаешь, раньше Аксин не позволял себе насмехаться над традициями и воинской доблестью, пусть даже врага. — Еле слышно прошептал демон.

— Тьма постепенно, капля по капле, выдавливает из него душу, заменяя её собой. Я чувствую это. — Тихонько ответила ламия. — И при этом старается, чтобы человек внутри нашего младшенького продержался как можно дольше. Не удивлюсь, если и девочку она нам именно для этого подкинула, чтобы Аксин как можно дольше оставался самим собой. Ведь, чем дольше он продержится, оставаясь прежним, весёлым, чуть наивным, добрым с друзьями, тем большую часть она сможет вырвать, заполняя своей силой. И, тем могущественнее в конце всего этого станет её новое, послушное орудие. Самый ужасный и сильный некромант за всю историю. Истинный Тёмный Властелин.

Глава 20

— Да, Аксин, вижу, за прошедший год ты научился действовать масштабно. Глобально, с размахом, так скажем. Уж в чём-чём, а в мелочности сейчас тебя точно не упрекнёшь. — В хриплом, обычно безжизненном голосе эльфа проскальзывали нотки сарказма. — Знаешь, твоя мощь у меня вызывает дикой восторг. Всего одним заклинанием превратить некогда довольно приличное королевство в этакое полуразрушенное сборище кошмаров на разваливающемся кладбище…. Знал бы ныне покойный принц Максимилиан о таких возможностях некромагии, не пришлось бы нам тогда тащиться на Древние земли за этим артефактом. Сразу бы тебя проклинать Торзалию отправили.

— Размечтался. В то время я ещё не был настолько могущественным некромантом, так что ничего такого не смог бы сотворить. Максимум — бросил бы Тьму вокруг на пару тысяч шагов. Поэтому тебя с твоим принцем ждало бы жуткое разочарование. — Поддержал словесную игру-перепалку юноша. Аксин откровенно скучал, и его можно было понять. Вокруг них, куда не кинь взгляд, простиралась лишь серая, унылая, умирающая земля. Вот уже третий день небольшой отряд пробирался к морю, и не встретил на своём пути ни одной живой души, лишь бредущие неизвестно куда зомби изредка разнообразили пейзаж. — Не думаю, что от этого была бы польза в войне с нашими не очень дружелюбными соседями.

— Ничего, где не хватает качества, можно взять количеством. — Холодно рассмеялся Флерес. Смех эльфа и раньше нельзя было назвать добрым и душевным, а теперь, благодаря сожжённому горлу и серебряной маске, приглушающей голос, эти звуки больше походили на хриплое карканье умирающего ворона. — Создали бы несколько некромантов, разбросали по всей Торзалии, и пусть они проклинают землю вокруг. А затем, для гарантии, аккуратненько перерезали бы этим героям горло. Тогда что-нибудь обязательно сработало — или заклинание, или кровь убитого адепта некромагии.

— Зачем Империи возня с толпой некромантов? А если бы кто из них не захотел умирать, ты об этом подумал? Не всем охота положить свою голову на алтарь чужой славы, а войну по-другому не назвать. — Весёлый смех юноши присоединился к хрипам эльфа. — Да меня одного слишком много, судя по навязчивому вниманию нашего общего друга Гарвина.

— А мы бы создали обычных некромантов, недоучек, таких, что потом под нож легко можно пустить. Это ты ведь у нас уникум, Аксин, не все такие гениальные некромаги, как некоторые, здесь присутствующие. Ты — великолепный маг, чем бы ни занимался, тебе суждено быть лучшим в своём деле. Талант, помноженный на любознательность и трудолюбие. Вот теперь бедные торзальцы и хлебают последствия твоей гениальности. Полной ложкой….

— Ты ещё на Древней земле не был, та разовая высадка с моря не в счёт. Вот там Тьма действительно в своём полном праве. А здесь так, лёгкая тень её силы.

— Местным жителям и этого с лихвой хватило. — Белла с лёгкой грустью оглядела окрестности. Способная при необходимости быть жестокой и безжалостной, чувствительная ламия всё-таки не любила ненужные жертвы. — С тем заклинанием ты действительно очень сильно переборщил, младшенький.

Земли, некогда наполненные жизнью, сейчас действительно выглядели удручающе. Почти вся трава пожухла и почернела, деревья сбросили листву, и стояли, воздев к небу сухие корявые ветви и медленно умирая. Неведомая сила перекрутила сухие стволы, превратив стройные некогда сосны, дуби и вязы в жуткие, кривые коряги. То тут, то там, попадались раздутые, смердящие, полуразложившиеся туши диких и домашних животных, погибших от внезапно настигшего их дыхания Тьмы. И, словно в насмешку, над этой умирающей землёй раскинулось бескрайнее, кристально-чистое синее небо….

— Знаете, а ведь когда мы высадились на Древних землях, я что-то не заметил там такого запустения. Да и на проклятых землях, где погибли последние некроманты, всё выглядело иначе. Жизнь кипела повсюду, не такая, как обычно, химеры всякие, хищная трава, ходящие деревья…. — В безжизненном голосе эльфа не было заметно ни нотки удивления, он просто констатировал факты. Аксину иногда казалось, что огонь мага не просто искалечил Флереса, он каким-то образом смог испепелить его душу, выжег все эмоции, оставив лишь способность насмехаться над близкими, и ненавидеть всё остальное. Юноша не мог понять, как это стало возможно. Даже сейчас, когда Тьма стала его неотъемлемой частью, а некромагия вырвала почти всё человеческое из его сердца, Аксин всё равно сохранил способность радоваться, злиться, удивляться. Мог даже сопереживать и беспокоиться, случай с попавшейся на пути отряда маленькой девочкой был тому ярким примером.

Сейчас малышка крепко спала, бережно сжимаемая в крепких лапах кружившего над отрядом грифона. Аксин аккуратно подчистил память ребёнка, убрав воспоминания о смерти брата. Теперь девочка думала, что юноша — это её дядя, а мама с папой и старший брат уехали, но когда-нибудь обязательно вернутся. Конечно, не стоило вносить ложные воспоминания в юный, ещё не окрепший мозг, это могло привести к потере памяти или довести до сумасшествия, но Аксин просто не мог придумать ничего другого, чтобы спасти девочку от постоянно мучившего её ужаса. Родители ребёнка погибли в одной из стычек между последователями Теросены и войсками короля Лоракса. Они не поддерживали ни одну из сторон, просто угораздило оказаться не в том месте не в то время. Война не смотрит, прав ты, или виноват, солдат или простой крестьянин, она слепо собирает свою кровавую жертву. А брат девочки умер, не выдержав давления Тьмы, а затем обратился зомби…. Не самые хорошие воспоминания для маленького ребёнка. Новая память была хоть и лжива, но не приносила вечные кошмары и приступы паники, грозившие рано или поздно разрушить разум девочки. Обычный маг попытался бы осторожно вылечить девочку, а некромант решил проблему кардинально. Раз — и нет плохих воспоминаний, стёрты, выброшены, как ненужный хлам. Два — и вместо них есть другие, удобные и полезные для Аксина. С взрослым бы такое не прошло, мозг уже сформирован, закостенел в суждениях и видении мира, и закрылся. Нельзя достать кирпич из старой стены, не разрушив самой кладки. А с ребёнком всё получилось на удивление легко. Разум детей долгое время остаётся мягким, пластичным, постоянно меняющимся, и постоянно впитывает что-нибудь новое….

— Просто жизнь ещё не приспособилась к постоянному дыханию Тьмы. — Ответил Аксин эльфу. — Прошло слишком мало времени. Любое негативное влияние действует на жизнь одинаково. Исключение только одно — если какая-либо разрушительная сила полностью уничтожит всё вокруг, включая землю, скалы, воду и воздух. Сначала Торзалию ждёт массовая гибель растений, животных, и людей. Это явление мы сейчас и наблюдаем вокруг себя. Слабые погибают, сильные выживают, приспосабливаясь. Затем этих выживших ждёт очередное испытание — нашествие зомби, оно вот-вот начнётся на всех землях Торзалии, если уже не началось. Но мертвяки будут слабыми и вялыми, не те, что водятся на древних землях. Несколько вооружённых вилами, косами, и топорами крестьян смогут без особого труда порубить такого восставшего мертвеца на куски, если конечно не запаникуют. Правда, зомби по одному не ходят, так что живым придётся ставить вокруг деревень частокол покрепче, да двери в домах понадёжнее. Пройдёт совсем немного времени, и люди приспособятся к изменившимся условиям жизни, научатся воевать с нежитью. Куда сложнее будет справиться с голодом и болезнями, из-за них Торзалию ждут тяжёлые годы. Но скоро жизнь привыкнет к постоянному дыханию Тьмы, и снова зазеленеют леса, появятся животные. Правда, они будут не такими, как прежде. Более сильные, защищённые, не те машины для убийства, что создавали некроманты, но всё же представляющие серьёзную опасность для человека. Обычные стихийно появившиеся химеры.

— Да с этим и так всё понятно. — Нетерпеливо перебила Аксина ламия. — Скажи лучше, всезнайка, почему ты решил идти через Торзалию напролом, прямо к морю? Никакой скрытности, маршируем вперёд по дорогам, как у себя дома. Понимаю, с нами нет твоих ручных мертвецов, прямо указывающих на тебя, как на некроманта, но эти химеры…. Одного паука хватит, чтобы привлечь к нам внимание. Очень скоро люди поймут, кто ты. И тогда на нас снова начнётся охота, только на этот раз ловить будет Лоракс, или последователи Теросены, или все вместе, на время, забыв о своих разногласиях. Может, тропами дроу было бы куда проще обратно добираться?

— В горах сейчас куда опаснее из-за гномов, заключивших союз с империей. Да и не простят нам бородачи недавнего поражения, из кожи вон вылезут, а пройти обратно не дадут. А здесь мы сможем передвигаться без особых проблем, по крайней мере, большую часть пути. Есть две причины ничего не опасаться, и спокойно идти к морю, сестрёнка. — Ехидно улыбнулся Аксин. — Первая — уже нет смысла скрываться, после моего заклинания половина страны точно знает, что к ним в гости заявился некромант, а вторая половина если и не знает, то точно догадывается.

— А вторая причина?

— Сейчас нас просто некому ловить.

— Что, Лоракс Лучезарный со своими богами вдруг забыл, что он король, и ему нужно управлять государством? — Деланно удивилась Белла. — Или сегодня наступил год всеобщей любви к некромантам, а я и не в курсе столь радостного и знаменательного события?

— Аксин прав, Лораксу сейчас не до нас. По большому счёту, королевство Торзалия доживает последние часы. Или его уже не существует.

— Почему? Ведь ничего совсем уж непоправимого не произошло….

— Ты просто привыкла к жизни на проклятых землях, и тебе кажется, что ничего страшного не случилось. На самом деле всё это губительно для страны.

— Но братишка сказал, что мертвяки здесь будут слабые, сильных химер не появится…

— Торзальцы — это простые, обычные люди со своими страхами и слабостями. Не демоны, не маги, не некроманты. В основном здесь живут крестьяне, а не воины и жрецы. И они, эти крестьяне, жили по определённым правилам, привыкли к окружающей их действительности. И вдруг, в одночасье, их такой знакомый и понятный мир рухнул. — Из-под серебряной маски раздался холодный, жестокий смех эльфа. — Сначала люди просто не будут понимать, что делать. Закроются в своих домах, затем огородят деревни и города, стремясь сохранить хоть кусочек старой жизни. Связь между городами быстро сойдёт на нет, передвигаться по дорогам из-за мародёров и толпы зомби станет слишком опасно. Каждый город превратится в независимую крепость, люди будут бороться за выживание, а не думать о том, как бы собрать налоги, и отдать последние крошки съестного в столицу королю Лораксу. А король просто не сможет призвать наглецов к ответу, ведь его армия просто разбежится. Солдаты ведь тоже люди, собранные по всей стране, и, когда они поймут, что их родные умирают от голода и гибнут в лапах нежити, они бросятся защищать свои деревни от зомби и мародёров, готовых вырезать сотни и сотни людей за мешок с зерном. Да и не прокормить королю большую армию…. Торзалия просто перестанет существовать, развалившись на множество мелких лоскутков. Последний оплот некогда могучего королевства останется лишь на берегу океана, вот там нас могут ожидать разные сюрпризы в виде организованной армии.

— Да, про Торзалию с её единой армией пока можно забыть, но кое в чём Белла права. — Задумчиво протянул Аксин. — От столкновения с крупными отрядами мы не застрахованы. Пара-тройка сотен солдат с поддержкой жрецов сможет создать серьёзные проблемы. Придётся нашей группе в очередной раз нарастить побольше мёртвых мускулов. Банально, но я не вижу другого способа быстро усилиться.

— Думаю, с материалом у тебя проблем не будет. — Ламия с преувеличенным ужасом осмотрела округу, а затем театрально сморщила изящный носик. — Вон сколько дохлого мяса по округе разбросано.

— А вот тут ты и ошибаешься, сестрёнка. Простые мертвяки не эффективны в прямом столкновении с закованными в броню воинами, а если у них за плечами будут жрецы стоять, так и вовсе от зомби проку не будет. Даже добежать до людей не успеют. Я же один, контролировать не больше сотни мертвецов смогу. А это мало, ничтожно мало.

— Всего сотню зомби? Даже сейчас, когда Тьма тебе так благоволит? — Уточнил Ваалор. — Ты же самый могущественный некромант за всю историю рода человеческого.

— Тут не сила главное. — Пояснил Аксин. — Поднять я смогу и сотни, и тысячи трупов. Направить в одну сторону тоже сумею, причём без большого труда, как это было сделано недавно, когда все мертвецы в округе бросились уничтожать легионеров Гарвина. Но вот постоянно контролировать столько мертвецов просто нереально.

— Не вижу никаких сложностей. — Пробурчал демон. — Если поднять сможешь, то и контроль как-нибудь можно наладить.

— Скажи, Ваалор, а у тебя хорошая реакция?

— Конечно, я же воин. — Оскалился демон. — Не просто хорошая, а отличная.

— То есть, если я подброшу три монетки, ты их поймаешь?

— Да хоть дюжину бросай!

— А сотню? А две сотни? Три….

— Что за глупости ты городишь, младшенький? Поймать сразу столько монет нереально.

— Почему же? Они же лёгкие, ты эти три сотни в мешке легко одной лапой удержишь, падают с одной скоростью все, если три монеты видишь, как летят, то и другие так же. — Подначивал демона Аксин. — Что тут сложного? Ты же самый могучий воин. Неужели спасуешь в борьбе с какими-то мелкими монетками?

— Да никакой разум просто не в состоянии уследить за такой кучей падающих монет, будь они хоть три раза лёгкие, да и из ладони будут вылетать, все же не заграбастаешь…. — Ваалор внезапно замолчал. — Всё, понял насчёт контроля зомби, убедил, больше не стану задавать такие глупые вопросы.

— Вот тут я сомневаюсь — ехидно заметила Белла.

— Эй, родственники, потом подерётесь. — Аксин решительно остановил начинающуюся шуточную перепалку. — Сначала надо решить вопрос с качественным материалом для моей будущей мёртвой армии. Вернее, отряда…. В общем, мне потребуется сотня свежих мертвецов. Или живых людей, это будет вообще идеально.

— А именно свежие трупы тебе зачем?

— Да, вот, подумал я, сестрёнка, что идти нам ещё довольно долго, возможно, придётся с боем прорываться, а обычные зомби без брони и не защищённые амулетами уж слишком уязвимы, это я на примере орков понял. Гномы их быстро в капусту покрошили, хоть эти зелёные и были хорошими воинами при жизни. Создать одного костяного воина — не так эффективно, как хотелось бы, если будем биться с солдатами в строю — он не сможет заменить полноценный отряд из сотни мертвецов.

— Интересно, интересно…. — Ваалор просто не мог оставаться в стороне от обсуждения столь милой его сердцу военной темы. — Сотня простых зомби тебя не устраивает из-за малой мощи отдельного мертвяка при нападении и достаточно низкой защищённости мёртвой плоти. Костяной рыцарь всем хорош, но он может быть только один, двух и больше просто нет возможности контролировать…. Я прав?

— Абсолютно. — Усмехнулся Аксин.

— Взять сотню качественных, изготовленных гномами доспехов, чтобы одеть мертвяков, и сделать их более защищёнными, тебе просто негде. И лича из обычного трупа не сделаешь. — Продолжил демон. — Помню, ты своих элитных мертвецов с полгода создавал, одни вшитые в плоть защитные и усиливающие амулеты отнимали кучу сил и времени. Верно?

— Да, ты не ошибаешься, рассуждаешь вполне здраво, мой старший и зубастый брат. — Улыбка некроманта становилась всё шире.

— Тогда я не очень понимаю, накой тебе понадобилась ещё сотня трупов? Да ещё и свежих. Поднять очередных хлипких мертвецов, которых порубит на куски любой мало-мальски организованный отряд регулярной армии? Зомбаков то всего сотня, а ведь сила мёртвой армии — в количестве….

Демон замолчал, глядя заметно побледневшее лицо и расширившиеся от удивления глаза ламии.

— Думаю, Аксин снова решил совершить нечто великое и грандиозное. — Вмешался в разговор эльф. — По-другому изменения, произошедшие с лицом нашей очаровательной Беллы, я просто не могу объяснить.

— Ещё одного костяного дракона? — Невольно переходя на шёпот, спросил Ваалор.

— Бери выше. Похоже, наш младшенький просто сошёл с ума…. — Ответила осипшим от волнения голосом ламия. — Аксин, даже не думай об этом!

— Не думать о Дикой Охоте? — Сделав невинное лицо, насмешливо поинтересовался юноша. — Хорошо, не буду думать. Просто создам….

— Это невозможно!

— Кто это сказал?

— Извините, дорогие родственнички, но может быть, вы на мгновение обратите внимание на нас, сирых, убогих, и необразованных! — Рёв демона заглушил начинающийся спор Беллы и некроманта. — И просветите нас, что это такое — Дикая Охота?!

— Спроси у сестрёнки, судя по всему, она готова рассказать об этом, причём рассказать очень эмоционально, в красках описывая все мельчайшие жуткие подробности. — Ехидно заметил некромант. — А мне пока надо кое-что обдумать. Так что будьте добры — не мешайте. Мне надо сосредоточиться.

Отойдя в сторону, Аксин сел на не больший валун рядом с дорогой, и стал что-то чертить подобранным прутиком на земле. При этом юноша активно спорил сам с собой, с головой погрузившись в решение поставленной задачи, и не замечая никого вокруг.

— Аксин, прекрати немедленно даже думать об этом! — Бросившуюся к некроманту ламию тут-же мягко, но настойчиво оттеснили в сторону Моор с Малышом. — Ты что, совсем спятил?! Да пустите вы!

— Белла, прекрати истерику! — Демон аккуратно обнял бушующую сестру за плечи.

— Тем более что сейчас ему бесполезно что-либо говорить или объяснять. — Еле слышно прохрипел Флерес. — Давно пора понять, что если Аксин себе что-то вбил в голову, то он непременно исполнит задуманное.

— В этот раз он просто отправится напрямую к своей любимой Тьме, минуя долгую жизнь, старость, и свои похороны. — Не успокаивалась Белла. — Да и все мы вместе с ним!

— Ну, что это опасно, и может закончиться смертью, я уже понял. — Не разжимая рук, Ваалор помаленьку тянул бушующую сестру в сторону от некроманта. — А почему похороны то отменяются?

— Потому что нечего будет хоронить, болван ты безмозглый!

Флерес подошёл ближе, и положил руку в кожаной перчатке на плечо ламии. Странно, но это помогло, Белла мгновенно перестала вырываться и замолчала.

— Не думаю, что Аксин похож на самоубийцу. — Спокойно произнёс эльф. — В своё время я не смог оценить по достоинству, принц Максимилиан ошибся, когда считал его простым мальчишкой…. А теперь ты его недооцениваешь, Белла. Если он решил взяться за это заклинание — значит, у него ест неплохие шансы на успех.

— Ты просто не знаешь, что это такое — Дикая Охота…. — Обречённо прошептала ламия.

— Так расскажи.

— Все создания некромагии можно условно разделить на несколько групп. Зомби, обычные или усиленные — это всего лишь первая ступень некромагии. Химеры куда сложнее, слепить живое из разрозненных кусков плоти не каждому некроманту под силу. — Нехотя произнесла ламия. — Костяные рыцарь или дракон — вершина мастерства, доступная лишь элите мастеров магии смерти…. А Дикая Охота — это нечто, находящееся за гранью….

— Ты можешь говорить понятнее, для тупых солдафонов, которые только и могут, что мечом размахивать. — Пробурчал Ваалор. — То есть для меня, если ты ещё не поняла. Может, эльф уже во всём разобрался, а я как-то не могу понять, о чём ты говоришь.

— Благодарю за комплимент, но слова Беллы и для меня остаются странными и загадочными. — Серебряная маска повернулась к ламии. — Ваалор прав, ты могла-бы выражаться не только красиво, но и по существу?

— Зомби — это нежить, умертвия. Химеры — слияние Тьмы и жизни…. Причём Тьмы в них самая малость, куда больше жизненной силы. Костяной дракон — смесь энергии смерти с самой Тьмой. Чем выше уровень создания некромагии, тем более сложное и изощрённое слияние различного типа энергий. А Дикая Охота — это собрание всего, что возможно, воедино. Жизнь, смерть, частичка Тьмы и души убитых и не нашедших покой должны будут соединиться, чтобы на свет появилось нечто, очень могущественное и ужасное.

— Странно, но я ни разу не видел ничего подобного на Древних Землях, хоть и живу там не одно столетие. А ведь других созданий некромантов там видимо-невидимо. — Еле слышно пробормотал Ваалор.

— А ты и не увидишь. Давно один некромант предположил, что вполне возможно создать это явление….

— Создать это? То есть Дикая Охота — не отряд усиленных Тьмой зомби, скрещенных с химерами, а какое-то странное явление, вызванное некромагией?

— Нет, она вполне реальна. — Ламия устало села на пожухлую траву на обочине. — Вернее, это одновременно и то, и другое. Сложно подобрать нужные слова…. Представьте себе свору существ. Не мёртвых, но и не живых, они — неупокоенные души, внезапно получившие мёртвое, наполовину материальное, почти несокрушимое для магии или простого оружия тело. Даже не отдельные души, а одну, вернее, единую, собранную из всех, душу, одетую в призрачную, но при этом вполне осязаемую плоть, которую почти невозможно повредить. Орда существ, управляемых единым разумом. Любая рана на них очень быстро зарастает, если всё-таки сможешь уничтожить одного — Дикая Охота подхватит в свой жуткий хоровод живого человека, что окажется рядом, и вот этот несчастный уже сам стал её частью, взамен потерянной частички, ушедшего за грань и получившего высшую награду счастливчика — покой после смерти. Толпа немёртвых…. Очень быстрые, сильные, как костяной рыцарь, способные перестроить свою мёртвую плоть, во что угодно. Например, отрастить крылья, и подняться в небо, как дракон. Владеющие зачатками магии, этот уникальный дар даёт Дикой Охоте Тьма. Не такие сильные, как личи, но кое-что неприятное для врага вполне смогут сотворить. И ими может управлять всего один некромант, ведь у дикой охоты коллективный разум, объединённая, общая душа на всех.

— Ого, почему же мастера магии смерти прошлого не сотворили для себя такое чудо? Это же такая мощь, судя по твоему рассказу…. К чему было возиться, создавая костяных рыцарей или толпу обычных зомби?

— Потому что это невозможно. — Обречённо прошептала Белла. — В теории всё было гладко, требовалась лишь прорва силы, и ювелирная точность…. Но на практике Дикая Охота была неуправляема, сбрасывала узы контроля, и тут же разрывала создавших её некромантов, превращала обрывки трупов в прах и пепел, а затем сама распадалась на мёртвые, неподвижные тела. Ведь после смерти хозяина эти души могут обрести покой….

— Да уж, дела. — Озадаченный демон посмотрел на увлечённо рисующего прутиком на земле Аксина. — То есть создать эту Дикую Охоту просто невозможно. Не думаю, что этот факт сможет остановить нашего младшего братишку. Подумаешь, все некроманты погибали….

— Вы как хотите, а я сделаю всё, чтобы не допустить этой самоубийственной выходки! — Белла развернулась, и вновь попыталась пробиться к некроманту. Безрезультатно. Моор и Малыш стояли на пути вампирши несокрушимой стеной, сводя на нет все усилия ламии. — Аксин! Аксин! Прекрати немедленно!

— Что прекратить? — Не отрываясь от своих непонятных расчётов, уточнил юноша.

— Выбрось эту затею из головы!

— Белла, не шуми, мешаешь сосредоточиться.

— Ты нас всех погубишь!

— Да с чего ты это взяла? — Аксин отложил прутик, которым чертил, в сторону, и повернулся к ламии. — Я всё проверил и перепроверил. Структура заклинания жизнеспособна, этот некромант, что его создал, был просто гениальным мастером! Осталось только понять, в чём же ошибались мои предшественники….

— Да не в чём они не ошибались! — Белла в сердцах стукнула по груди стоящего неподвижно вампира. Моор никак не отреагировал на выходку взбешённой ламии, казалось, он просто не заметил этого удара. — Мой хозяин несколько раз всё проверял и перепроверял, и не находил изъяна в этом заклинании! Как это делали и другие некроманты! Но все, кто пробовал создать Дикую Охоту, погибали!

— Аксин, а, может, действительно, ну её, эту вашу Дикую Охоту? — Удивительно, но в голосе обычно бесшабашного демона проскользнули явно заметные нотки беспокойства. — И так прорвёмся, без этих сложностей. Нашлёпаешь сотню простых зомби, и дело с концом. В крайнем случае, направишь толпу мертвяков на врага, как против Гарвина, возьмёшь количеством вместо качества. А то что-то у меня после рассказа сестрёнки душа не спокойна….

— Что ты сказал?! — Аксин вскочил на ноги, и бросился обнимать демона. — Душа! Именно душа! Ваалор, ты просто гений!

— Аксин, с тобой всё в порядке?

— Да всё ведь так просто! — Юноша подскочил к ошарашенной Белла, схватил её на руки, и закружил на месте. — Все компоненты заклинания понятны и просты, они ведут себя стандартно и предсказуемо, кроме одного — неупокоенные души, вернее, объединённая душа Дикой Охоты!

— Ты думаешь…. — Ламия не без труда вырвалась из объятий довольного Аксина.

— Да, да, тысячу раз да! Если Я в основу заклинания поставлю духа, которого смогу контролировать, то Дикая Охота будет мне подчиняться!

— Аксин, это похоже на правду, но…. — По лицо Беллы пробежала тень страха — ведь все неприкаянные души стремятся лишь к одному — обрести покой. Если дело только в этом, то… Дикую Охоту создать просто невозможно. Любой дух, получив такую силу, тут же растерзает хозяина. Ведь со смертью некроманта, связавшего его с мёртвыми телами, он сам уходит в небытие. Получат покой, а что ещё нужно для мятежного духа?

— Ничего, эту задачу я смогу решить, будь уверена, сестрёнка.

— Аксин, а если ты ошибаешься? Или этот самый дух, которого ты достанешь неизвестно откуда, решит, что ему стоит тебя обмануть, чтобы заполучить высшую награду, о которой, как я тебе уже битый час талдычу, мечтают все души — покой в посмертии? Ты об этом не подумал?

— Сестричка, это ведь не сиюминутная блаж. — Попытался успокоить ламию Аксин. — Я давно уже думал о создании Дикой Охоты, да всё подходящего повода не было. И со свежими человеческими телами на Древних Землях не так всё просто. А «законсервированных» я как-то не хотел использовать.

— А здесь где ты этих свежих мертвецов найдёшь? — Не сдавалась Белла.

— Я? Я и искать не буду. А вот ты мне их найдёшь.

— Уверен? — Ехидно улыбнулась Белла.

— Да, не вижу в этом ничего сложного. Ты ведь чувствуешь жизнь, чувствуешь эмоции. Укажи, в какой стороне ещё остались живые люди. Достаточно подойти к крупному поселению, там мы гарантированно найдём сотню-другую умирающих от дыхания Тьмы человек.

— А если они решат на нас напасть, то эта сотня может быть живая и здоровая. — От холодного, бездушного эльфа, раздавшегося из-под серебряной маски, даже Ваалору стало не по себе. — Думаю, так будет даже лучше.

— Ну, этот вариант был бы совсем идеален. — Спокойно согласился с Флересом Аксин. — Но где сейчас найти сотню здоровых людей в одном месте? Тьма существенно проредила человеческую популяцию в Торзалии. Так что придётся мне довольствоваться умирающими, или свежими трупами.

Демона покоробило безразличие, с которым произнёс эти слова юноша. Раньше Аксин даже подумать не мог о том, чтобы пустить под нож сотню или несколько сотен ни в чём не повинных людей. Ваалор был воином, и мог принять убийство противника в бою, но так…. Но ничего сказать демон так и не успел, остановленный предостерегающим взглядом Беллы.

— Братишка, одумайся…. Это слишком опасно. — Просящим голосом протянула ламия. — Ваалор прав, наделай сотню простых зомби, а остальных, что соберёшь в округе, используй, как атакующую стихию. Против легионеров Гарвина этот трюк прекрасно сработал.

— Зато гномы затем эту самую сотню мёртвых орков на куски порубили, да ещё череп умыкнули, чтоб этим бородачам всю жизнь пустую породу долбить. — Беззлобно ругнулся Аксин, с долей умиления глядя, как с приземлившегося грифона к нему, смешно переваливаясь, спешит девочка. Видимо, малышке надоело летать под облаками, и она решила сменить транспорт, беззастенчиво просясь на руки юноше.

— Дядя Аксин. — Смешно картавя, тянула она. — Покатай. Хочу на ручки….

— Конечно, мой маленький найдёныш. — Аксин тепло улыбнулся, первый раз за последнее время, с видимым усилием поднял девочку, и двинулся вперёд.

— Братишка, если ты решил постоянно носить её на руках, то тебе придётся сначала серьёзно заняться своим физическим развитием. — Ехидно заметила успокаивающаяся Белла. — А то чтение магических трактатов сутки напролёт сил не прибавляет. И хватит звать девочку найдёнышем, у неё есть имя.

— Имя, настоящее или вымышленное, может сорвать блок с памяти, это может уничтожить её разум. Пусть пока останется найдёнышем, пока сама не придумает, как себя называть. Это будет наиболее безопасно, всё-таки мозг человека — слишком тонкий инструмент, в него нельзя вмешиваться без последствий. И, вообще, ты лучше заканчивай язвить, и займись поисками. Мне нужно небольшое или среднее поселение, где есть сотня свежих, ещё сегодняшних покойников. И живых пару десятков….

— И не собираюсь! Подумай, что со всеми нами будет, если дикая охота вырвется из-под твоего контроля!

— Ничего. Просто схватите ребёнка, и сбежите подальше. — Спокойно ответил юноша вновь начинающей закипать ламии. — Поверь, со мной так просто не справится, я дам вам время, чтобы отступить.

— Да зачем тебе это!

— Первый раз при встрече с Гарвином я потерял весь отряд, и чуть сам не погиб. — Аксин остановился, поправил начавшую сползать с рук довольную девочку, и обернулся к Белле. — Второй раз мы снова чуть не погибли, если бы не этот обычай гномов, нас бы просто задавили числом в этой пещере. Я больше не намерен так рисковать. Особенно сейчас.

Юноша осторожно погладил волосы ребёнку.

— Не хочешь помогать?

— Я не хочу участвовать в твоём самоубийстве. — Плечи ламии устало поникли. — Если с тобой что-либо случится, я себе этого никогда не прощу. Для нашего народа узы крови священны.

— Я тебя отлично понимаю, сестрёнка. — Аксин повернулся, подзывая к себе вампира. — Не волнуйся, всё у меня получится. Моор! Пробегись по округе, разыщи поселение покрупнее. Ты ведь слышал, что мне нужно?

Тот коротко кивнул, и с немыслимой скоростью бросился вперёд по дороге. Пара мгновений — и вампир скрылся за горизонтом.

— Всё будет хорошо. — Повторил Аксин, и, с видимым усилием удерживая ребёнка на руках, зашагал по дороге.

Ваалор попытался раскрыть рот, чтобы высказать всё, что думает, но тут же заткнулся, увидев предупреждающий взгляд сестры.

«Иди чуть медленнее». — Беззвучно, одними губами произнесла ламия на родном языке, зная, что брат прекрасно её поймёт.

«Что с ним происходит»? — Так же беззвучно спросил демон.

«Тьма. Она почти полностью захватила его. Лишь малая часть души Аксина ещё борется, не давая ему окончательно рухнуть в эту пропасть».

«И что же нам делать? Как спасти брата»? — На лице Ваалора появилось выражение страха и растерянности.

«Кажется, я знаю, как». — Ламия с лёгкой улыбкой бросила взгляд на Аксина, старательно несущего на руках ребёнка. — «Похоже, этого ребёнка нам подбросила сама судьба. Девочка спасёт нашего брата, поможет ему остаться человеком. Я уверена в этом».

Глава 21

— Проклятье! — Гранитный стол с хрустом развалился, не выдержав очередного удара кулака Гарвина.

— Вам не стоит крушить всё вокруг, Владыка, а то вряд ли у гномов найдутся ещё одни апартаменты подобного уровня для высоких гостей. — Спокойно произнёс Лагон, глядя на мечущегося в бессильной злобе по огромной комнате Гарвина. — Правда, вы всегда сможете вернуться в общую пещеру, в свою старую палатку. Её, правда, уже собрали, но раскинуть обратно — дело нескольких минут.

Действительно, бородачи расстарались. И, когда Гарвин вернулся, поселили мага не в палаточном городке, где ютились остальные имперцы, а в просторной, точнее сказать, гигантской комнате-пещере, больше похожей на зал, вырубленной из цельного камня в скале. Кроме грандиозных размеров, и невообразимой роскоши, новое жилище мага имело ещё одни плюс — было расположено у вершины, и имело громадный балкон, с которого открывался прекрасный вид на заснеженные вершины гор. Гномы боготворили драконов, и, когда старейшины узнали, что в бою Гарвин превратился в одного из этих летающих монстров, то тут же пришли к выводу, что маг-дракон должен иметь самое лучшее жильё, из которого он, если захочет, сможет улететь, когда ему это заблагорассудится. Всем этим требованиям соответствовал Зал Вождей, где в военное время собирались самые знатные и умелые воины, и разрабатывали планы будущих сражений. Конечно, ради простого человека, будь он хоть трижды архимагом и послом императора, подгорные жители и не подумали бы даже шевелиться чуть побыстрее, но для дракона…. Гномы поклонялись огню. По их преданиям именно жар вулкана вдохнул жизнь в камни, которые, расколовшись, выпустили на волю первых подгорных жителей. А драконы, выдыхающие огонь, были в их преданиях частью этого первородного пламени. Поэтому бородачи относились к Гарвину, как к частичке рассеянного по всему миру огня, их бога. А часть бога-огня просто не могла жить в простой пещере. И теперь архимага со всех сторон окружал белоснежный мрамор, покрытый тонкой резьбой и золото, украшенное драгоценными камнями.

— Не смей упоминать при мне этих тупоумных недомерков! Джонатан, старина Джонатан, мой друг, он погиб, и всё зря! Эти проклятые карлики умудрились упустить некроманта! — Гарвин с силой сжал кулаки, послышался очередной хруст. Маг разжал руку, и с удивлением стал разглядывать осколки камня, лежащие на ладони.

— Это кусок от стола. Вернее, эта мелкая щебень была когда то куском того стола, в который вы изволили сначала отломить, а потом раздолбить в хлам, Владыка Гарвин. — С еле заметной усмешкой пояснил Форос. Старый маг стоял у входа, за его спиной маячил Маргос, делая вид, что не замечает бешеного взгляда архимага.

— Видимо, сила дракона не покидает вас, даже когда Вы в человеческом облике. Это хорошее свойство, может пригодиться в дальнейшем. Только необходимо научиться сдерживать себя, контролировать эту мощь. — Казалось, Лагона ничего не может вывести из равновесия. Лицо мага не выражало никаких эмоций, голос был ровным и спокойным. — А вот гномов вы зря ругаете.

— Зря?! Да ведь только из-за их дурацких правил честного боя мы упустили некроманта! Хотя могли просто взять, и прикончить этого выродка!

— Во всём есть свои плюсы, Владыка Гарвин.

— Я это прекрасно знаю! Во первых, череп у меня, а, следовательно, и драконы встанут на мою сторону. — Яростно, на повышенных тонах стал перечислять маг. — Во вторых, теперь я точно знаю границы силы этого некроманта. Если бы он мог, он бы уничтожил гномов и магов, а не сбежал бы. В третьих, во мне пробудилась спящая кровь драконов, и теперь я сам стал одним из них…. Но, если бы эти олухи просто-напросто ударили бы, без всяких игр в благородство, то проблема под именем Аксин просто перестала бы существовать! Вы поймите, он — единственный некромант на свете! И, пока он жив, есть вероятность, что древнее зло может проснуться! И некромагия снова прокатится чёрной волной по миру, сметая всё на своём пути! И куда в этом случае нам бежать? В первый раз мы сумели перебраться через океан, но больше нам идти некуда. Если Тьма начнёт новый поход против людей, то она с помощью некромантов достанет нас и в горах гномов, и в землях варваров. Если Аксин вздумает обучить новых адептов проклятого искусства, то мы обречены. Некроманты не будут сидеть тихо и мирно на древней земле. Рано или поздно они придут сюда! Поэтому эту заразу необходимо растоптать в зародыше, пока она вновь не поработила человечество!

— В первый раз, когда вы нанесли удар, Владыка Гарвин, некромант был повержен. — Форос с доброй, стариковской улыбкой остановил попытавшегося что-то сказать Маргоса. — Второй раз, когда вы доверили биться с ним другим, он ушёл. Может быть, это знак? Турния капризна, и постоянно запутывает путь человека, но в этот раз, как мне кажется, желание богини судьбы высказано вполне ясно и однозначно. Вы, и только вы должны будете сойтись в битве с этим некромантом, чтобы уничтожить это зло раз и навсегда, вписав своё имя в историю.

— Форос прав, Владыка Гарвин. Последний некромант должен пасть от руки людей, а не гномов. Причём не просто людей, он должен быть уничтожен вами, архимагом, главой гильдии боевых магов. Это поможет нам ещё больше укрепить своё положение. Теперь, когда Торзалия пала перед магией некроманта, императору может показаться, что наша гильдия слишком сильна, да и империи больше не нужно так много боевых магов. Вместо относительно честных боевых действий начнётся политическая игра с ложью и ударами в спину. И в этой игре лучше, чтобы как можно больше козырей было у вас на руках.

— Поверьте, меня сейчас меньше всего волнует, что взбредёт в голову нашему драгоценному императору, или его придворным подхалимам. — Прошипел маг. — Я — ДРАКОН! Никто не может мне указывать, что делать!

Лагон коротко поклонился Гарвину.

— Да здравствует архимаг. — Его голос был спокоен, как всегда. — Моя жизнь принадлежит вам и гильдии боевых магов. Я буду биться против любого врага, вам стоит лишь указать на него. Вместе до самой смерти.

— Да здравствует архимаг! — Повторили поклон Форос и Маргос. — Вместе до самой смерти!

— Говорите, мне стоит только указать? Интересно…. И много боевых магов так думают? — Разом успокоившись, задумчиво произнёс Гарвин.

— Практически все. Сейчас нашими устами говорит вся гильдия боевых магов. — Не задумываясь, ответил Лагон, а затем повторил, особенно выделяя последнее слово. — Все мы пойдем за архимагом против любого врага. Любого….

— Я понял вас, браться. — Гарвин довольно улыбнулся, не замечая, как чёрные когти, выросшие на его пальцах, оставляют на одной из колонн, поддерживающих каменный потолок, глубокие борозды.

— Владыка Гарвин! — из-за золотых дверей раздался несмелый голос гнома. — Дозорные докладывают, что в нашу сторону летят драконы…. Много….

— Я знаю, кто это. — Гарвин на мгновение замер, а затем вышел на балкон. — Оставьте меня. Я хотел бы остаться с гостями наедине.

Маги коротко поклонились, и вышли, прикрыв за собой блестящие, покрытые драгоценными камнями створки.

Гарвин же стоял, безуспешно борясь с волнением, и вглядывался в голубое небо и быстро приближающиеся чёрные точки. Он точно знал, что за драконесса летит к нему…. И его ожидание не было долгим.

Огромные ящеры за считанные минуты оказались рядом с каменным балконом, рассекая прозрачный горный воздух своими мощными крыльями. Они на мгновение зависали, а затем пикировали вниз, на лету превращаясь в людей, мягко касаясь ногами каменного пола. Очень скоро на просторном балконе стало тесно, его буквально заполонили толпы молоденьких, привлекательных девушек, одетых лишь в сверкающую на солнце, облегающую кольчугу, каждое звено которой напоминало маленькую чешуйку дракона. Гарвин на мгновение растерялся, ища среди них знакомое лицо, а затем с радостным криком бросился вперёд, и подхватил одну из девушек на руки.

— Моя Богиня! Как же я скучал по тебе….

— Дорогой…. — Драконесса нежно обняла своими тонкими, обманчиво хрупкими ручками архимага, нежно покрывая его счастливое лицо поцелуями. — Обещаю, что больше никогда не покину тебя. Теперь ты дракон, один из нас, а мы живём очень долго, почти бесконечно. Тысячи лет я буду рядом, любимый.

— Этого слишком мало, я хочу наслаждаться тобой вечно!

— Вечность — это слишком долго, я могу тебе наскучить. — Рассмеялась драконесса.

— Этого не будет! — Гарвин с жаром прижал к груди свою любимую. — Никогда!

— Хорошо, поговорим об этом чуть позже, скажем, через пять, может быть, десять тысяч лет. — Драконесса мягко отстранилась от архимага. — А теперь позволь тебе представить других твоих жён.

— Других? — Гарвин озадаченно посмотрел на улыбающихся девушек. — Зачем? Ведь мне нужна только ты!

— Дорогой, с моей стороны это было бы слишком эгоистично. Ты вернул нам нашу утерянную реликвию! Ты — Чёрный Дракон! Единственный, в котором пробудилась древняя кровь наших предков. Нельзя дать её снова зачахнуть! Это будет преступление перед нашим родом! Да и у драконов принято, чтобы у сильного было много подруг…. А ты — самый сильный. У тебя должно быть как можно больше жён и детей. — Выпалив эту тираду на едином вдохе, драконесса улыбнулась, а затем на мгновение прижалась к ошарашенному архимагу. — Но мне очень приятны твои слова. Чуть позже я обязательно награжу тебя за них, ты будешь доволен, обещаю. — Прошептала она на уху чуть покрасневшему, как мальчишка, Гарвину, а затем нежно куснула его за ухо. — Обещаю, ты будешь в восторге….

Затем, отстранившись, она по-хозяйски оглядела Зал Вождей.

— Неплохо, неплохо. Вижу, эти смешные маленькие бородатые человечки по достоинству оценили твоё величие, мой любимый. Правда, драконом здесь не обернёшься, тесновато, но в теле человека тут вполне комфортно. Светло, просторно, свежий воздух…. А то я терпеть не могу эти жуткие пещеры, и огромные массы камня над головой. Здесь же рядом небо, это так прекрасно! И тепло, эти горящие камины по всем стенам — просто чудо. Что в них горит, не разберу. Дров не видно. — Драконесса втянула воздух, принюхиваясь. — А, это кровь земли. Если её очистить, она даёт неплохой жар. А дым весь втягивается в дымоходы, оставляя здесь лишь тепло. Какое блаженство!

Драконесса за одно мгновение убрала кольчугу-чешую с тела, и, обнажённая, подвинув ближайшее кресло к очагу, вольготно в нём развалилась.

— Люблю, когда огонь ласково дышит теплом на обнажённую кожу. — С улыбкой пояснила она. — Это так приятно.

Другие девушки тут же последовали её примеру. Оглядываясь вокруг, Гарвин с замиранием сердца смотрел на окружающую его неземную красоту. И он прекрасно понимал, что сейчас чувствуют драконессы. Они любили его, они боготворили его, и ни в одной не было ни капли ревности. Драконессы с удовольствием делились своим мужем друг с другом, радуясь за него и за подруг.

«И это правильно. — Скорее почувствовал, чем услышал тихий, еле ощутимый шёпот Гарвин. — Драконы — одна семья. А в семье не может быть злобы и зависти. Лишь радость, когда близким хорошо, и помощь друг другу, если вдруг она потребуется».

Архимаг стоял, с наслаждением впитывая эти тёплые, добрые эмоции. Но ничто хорошее не длится долго…. Он был грубо вырван из мира грёз в реальность тихим, но настойчивым стуком в дверь.

— Владыка Гарвин. — Лагон осторожно заглянул в зал. Равнодушно скользнув взглядом по обнажённым красоткам, он тихо вошёл, аккуратно прикрыв тяжёлые створки дверей. — Извините, но из столицы прибыл герцог Гарус. Он размахивает посланием свитком с печатью императора, и требует немедленной встречи. С ним несколько десятков гвардейцев, и пять магов. Похоже, маги дворцовые, не из наших.

— Требует, говоришь? — Усмехнулся архимаг. — Ну, что же, нужно уважить герцога. Проводи его, но сначала пригласи эту неразлучную парочку, Фороса и Маргоса. Ну и имена у них, специально, что ли созвучные подбирали?

— Нет, это их настоящие имена. — Спокойно произнёс Лагон. — А ваши гостьи останутся? Это удобно?

— Не волнуйся, со своими жёнами я как-нибудь сам разберусь.

Без тени удивления на спокойном, неподвижном, как маска, лице Лагон коротко поклонился архимагу, и вышел, прикрыв за собой двери.

Казалось, двое магов дежурили под дверью. Прошло всего лишь несколько мгновений, как они мягко скользнули в зал, и встали в тени колонн, полностью невидимые для входящих. Форос и Маргос были опытными боевыми магами, они чувствовали, что сегодня их ждёт очередная схватка. Конечно, пятёрка обычных магов — не такая уж и великая сила, но они привыкли основательно готовиться к каждому столкновению. Ведь в бою бывает всякое. Иногда мелочь, ничтожная песчинка, могла склонить чашу весов на сторону врага, сильный маг мог проиграть слабому, но более подготовленному противнику….

Золотые створки распахнулись, в дверях с важным видом, явно играя роль дворецкого, стоял Лагон.

— Главнокомандующий всех сухопутных и морских войск империи, герцог Гарус!

Представив вошедшего, маг скромно отошёл в сторону, и низко поклонился, изображая простого дворецкого, приветствующего высокого гостя. На его лице застыла угодливая улыбка, и лишь глаза, холодные, колючие, выцеливающие жертву, выдавали в Лагосе не послушного, вышколенного слугу, а матёрого убийцу, способного легко прибить на месте, как надоедливую муху и этого надутого индюка-герцога, и всю его свиту. Впрочем, Гарус не обладал достаточной прозорливостью, чтобы это понять. Бросив надменный взгляд на склонившегося в низком поклоне мага, герцог важно пошёл вперёд…. Сделав несколько шагов, Гарус окинул взглядом зал, где, ничуть не стесняясь гостей, обнажённые красотки томно развалились в мягких креслах, пододвинув их поближе к каминам.

— Владыка Гарвин! — Покраснев, герцог постарался не смотреть на прелести девушек. Безрезультатно, они расположились везде, Гарус натыкался на обнажённых искусительниц везде, куда бы он ни посмотрел.

— Мой друг, наконец то ты решил навестить меня в моей скромной обители. — Архимаг, приветливо улыбаясь, сделал несколько шагов навстречу. — Только к чему этот официальный тон? Да ещё такая важная свита. Проходи, присаживайся. Я сейчас же распоряжусь, чтобы принесли вина и закуски. Ты ведь предпочитаешь сладкое белое, не так ли?

Гарвин с лёгкой усмешкой осмотрел огромных, покрытых бронёй гвардейцев, державших ладони на рукояти меча. Видно было, что именно про таких народ говорил: «сила — уму могила». Могучие руки и ноги, мощный торс, широченная грудь, готовящаяся проломить стальной доспех при каждом вдохе…. И полное отсутствие следов размышлений на волевом лице. Просто тупые горы мяса, выполняющие любой приказ.

— Что ты тут устроил?! Откуда эти женщины?! И почему они в таком виде?!

— А, я совсем забегался, с этой войной, что забыл пригласить тебя на свадьбу, мой друг. Нет мне прощения! — Улыбка архимага стала ещё шире. — Познакомься, это — мои жёны. Видишь, я всё-таки решил остепениться, связать себя узами брака. А то сколько можно, постоянно мотаться от тёплого океана до стылых земель варваров, всё один да один.

— А как же законы империи, запрещающие многожёнство? — Ехидно усмехнулся взявший себя в руки герцог.

— Да, ты абсолютно прав, это всё противозаконно. — Гарвин в притворном огорчении воздел руки к небу. — Видят боги, меня терзают муки совести. Но, ты не представляешь, мой друг, какая светлая и чистая любовь вдруг поразила моё израненное сердце. Я просто не мог противиться столь сильному чувству. Ну, ничего, думаю, император, да правит он вечно, простит мне эту маленькую шалость.

Гарус так и не смог расслышать лёгкой усмешки, когда архимаг говорил про вечное правление императора. Что нельзя было сказать о дворцовых магах. Кудесники были отнюдь не придворными глупцами, заглядывающие в рот императору, и не имеющие своих собственных мыслей. Маги были умны, они тут же поняли, что что-то пошло не так. Гарвин заметил над ними заклубившиеся вихри силы, дворцовые маги были готовы защитить посла при первом намёке на опасность. Дружелюбно улыбнувшись в ответ на их настороженные взгляды, архимаг вновь обратил свой взор на Гаруса.

— Какой трогательный и душещипательный рассказ. Мне даже поплакать немного захотелось. — Усмешка герцога переросла в гримасу. — Знаешь, а ведь я пришёл не с пустыми руками. Принёс тебе подарок, как раз к свадьбе.

Гарус шагнул вперёд, и протянул архимагу свиток с императорской печатью.

— Император, да властвует он вечно, призывает тебя в столицу! Тебе, бывший архимаг гильдии боевых магов, надлежит немедленно предстать перед судом Его Императорского Величества, закованному в кандалы, и под надлежащим конвоем. — Лицо герцога превратилось в гротескную маску ненависти. — Наконец-то ты, тварь, ответишь за всё!

— Сколько экспрессии, мой добрый друг. Или недобрый друг? Недруг? Знаешь, совсем запутался, просто не знаю, как мне сейчас к тебе обращаться. — Задорно рассмеялся Гарвин. — А ты, и эти бравые солдаты пришли меня арестовывать? Приятно, приятно, что император так высоко меня ценит, что послал по мою душу аж целого герцога. Хорошо, но перед тем, как вести меня, смирённого и покорного, на суд, может, скажешь, в чём меня обвиняют? Неужели императора так расстроила весть о моём многожёнстве?

— Изволь. — Улыбка герцога была больше похожа на оскал. — Первое — ты создал этого некроманта, ты якшался с проклятым искусством! Второе — принц Максимилиан погиб из-за тебя, из-за твоей небрежности и некомпетентности! И, наконец, третье — из-за твоей глупости и недальновидности вся Торзалия проклята, так что войну смело можно считать проигранной. Да, враг пал, но что с того? Империя могла стать ещё больше и богаче за счёт присоединения к себе богатых, плодородных земель, а теперь эта свалка принесёт лишь проблемы и затраты.

— О, чудесный набор глупостей, и за каждую меня ждёт смертная казнь. Я просто в восторге. Интересно, император сам додумался до таких обвинений, или ему кто подсказал? — Довольный архимаг обернулся, ища глазами свою возлюбленную. — Дорогая?

— Да, любимый?

— Взгляни, эти ребята пришли арестовать меня, и препроводить прямо к плахе и палачу, да ещё и в день нашей свадьбы. Как страшно, и одновременно романтично, ты не находишь? Мгновение назад самый счастливый человек на свете, а теперь уже практически готовый мертвец. Не думаю, что с такими страшными обвинениями меня станут судить. Слишком страшные преступления перед императором, да и к чему зря камену занимать, если всё равно моя казнь — дело решёное? Теперь, когда война выиграна, герои уже не к чему. Слишком большая власть скопилась в руках этих самых героев, проливавших свою кровь на благо империи.

— Интересно, интересно….

Драконесса величаво подошла к Гарвину, и нежно обняла его за плечи. Герцог покраснел, и задышал всё чаще и чаще, не в силах отвести взгляд от её совершенного тела.

— Моя богиня, не могла бы ты ненадолго одеться? — Смеясь, попросил архимаг. — А то мой друг Гарус совсем забыл, ради чего он явился в горы к гномам. Вон, как волнуется, бедняжка. А ведь ему ещё меня арестовать нужно. Нельзя ведь и на этот раз бездарно провалить очередное задание императора, даже такое простое.

— Конечно, моё солнце, моё пламя, мой владыка. — Тело драконессы покрыла тонкая, переливающаяся всеми цветами радуги кольчуга. — Так лучше?

— Боюсь, так ты стала ещё прекраснее….

— Прекрати эту комедию!

Разъярённый столь пренебрежительным отношением к своей персоне, герцог Гарус выхватил меч. Его оружие, украшенное драгоценными камнями и тонкой золотой резьбой, было явно церемониальное, а не боевое. Видимо, герцог полностью полагался на силы воинов и магов, и сам не планировал вступать в схватку.

— Схватить мерзавца!

— Это ты сейчас серьёзно говоришь, мой бывший дорогой друг Гарус? — Архимаг с деланным удивлением внимательно осмотрел свиту герцога. — Схватить, арестовать, заковать в кандалы, казнить…. А силёнок то хватит?

— Против тебя одного пять магов, не считая солдат! Уж не думаешь ли ты, что кто-то решится стать изменником, встав на твою сторону?! — Красный от гнева Гарус, развернувшись, ударил ближайшего воина кулаком по лицу. — Оглохли, что ли?! Что топчитесь на одном месте, как безмозглые бараны? Исполнять приказ!

Солдаты, выхватив мечи, дружно шагнули вперёд, над ними замерцали защитные щиты, установленные магами.

— Ну, подходите, гости дорогие. Вас ждёт очень жаркий приём. — Гарвин с горящими глазами шагнул навстречу воинам, но тут же был остановлен мягкой, тёплой ладошкой.

— Они недостойны твоего гнева, мой супруг. Слишком мелкие, слабые, дрожащие твари. — Тихо, и в то же время решительно произнесла драконесса. — Помни, кто ты сейчас. Повелитель драконов не ловит воробьёв.

— Ты абсолютно права, моя богиня. — Гарвин коротко указал на приближающихся к нему бряцавших оружием солдат. — Убейте их.

Пятеро сильных магов против троих…. Спросите у любого, кто же победит в этой схватке, и сразу получите ответ. Конечно же, пятеро, ведь их почти в два раза больше. Но спрашивать у любого не стоит. Спросите лучше у профессионального воина, и получите точный ответ. Он ответит, что победа достанется не тем, кого имеет небольшое численное преимущество, а самым умелым и подготовленным бойцам. Пятеро простых, хоть и достаточно сильных магов дворца против троицы боевых магов, два из которых всю жизнь специализировались на уничтожении себе подобных…. Никаких шансов не только победить, но и просто остаться в живых ни у пятёрки, ни у солдат, что прикрывали эти маги, не было.

Первый удар нанёс Лагон. Он, без долгих раздумий, стал осыпать лёгкими, но быстрыми и достаточно смертоносными заклинаниями герцога, и попятившихся от неожиданности солдат. Дворцовые маги были вынуждены закрыть всех плотными щитами, понимая, что если с послом императора что-нибудь случится, им самим не сносить головы. Лагон тут же усилил давление, проверяя магические щиты на прочность, и ища малейшую лазейку в защите. Тысячи маленьких, но жутко горячих искр тут же сменились кислотным туманом, затем дождём, каждая капля которого била посерьёзнее, чем молот кузнеца…. Щиты легко удерживали такие простые заклинания. При этом, защищая не только себя, но и герцога с несколькими десятками солдат, дворцовые маги не смогли сразу нанести ответный удар, они вынуждены были растягивать и укреплять щиты, тратя время и энергию…. Но это их не сильно обеспокоило. Всё шло так, как, по их мнению, и должен был идти магический бой.

В отличие от своих коллег, боевых магов, дворцовые кудесники привыкли действовать чётко по схемам и инструкциям. Несмотря на своё могущество, они были больше теоретиками, достаточно редко проверяя свои силы на тренировочном полигоне. Действительно, к чему сотни раз метать простой огненный шар, тратя силы и время, рассуждали они. Ведь от многократных повторений заклинания не станут сильнее, магия — это не простые мускулы, которые можно нарастить и укрепить, закаляя тело изнурительными нагрузками. Мощь мага не зависела от того, как часто он пользовался заклинаниями. Это был врождённый дар. И во дворец во все времена брали лишь самых сильных и талантливых выпускников академии. Пятёрка магов прекрасно всё понимала, вот эта самоуверенность их и сгубила.

Боевые маги всю жизнь тренировались, совершенствуя свои навыки в быстром и эффективном уничтожении своих близких, и действовали куда более слаженно. Их заклинания, хоть и не такие мощные, били точнее, и, главное, они действовали куда быстрее, не тратя время на обдумывание и анализ ситуации. Все действия боевых магов были отработаны до полного автоматизма. При всём этом трое действовали, как единое целое.

Лагон продолжал осыпать солдат и магов лёгкими, быстрыми, как ветер, ударами, а менее, через мгновение, к нему присоединились Форос и Маргос. Они, в отличие от Лагона, не разменивались на мелочи, проверяющие защиту на прочность, а обрушили на врага самые мощные заклинания. Дворцовые кудесники, не ожидая этого, немного опешили, щиты чуть прогнулись, затрещав под новой нагрузкой. Это дало атакующим ещё несколько мгновений. Дворцовые маги вынуждены были усилить защиту, внося корректировку в уже построенное плетение. Чёткие, заученные действия, всё так, как рекомендовал учебник. Установить защитные щиты, выровнять их под силу ударов противника, затем определить будущие цели, подготовить атакующие заклинания, не нарушая целостности защитных щитов…. Рекомендованные схемы, по которым сейчас действовали их враги, боевые маг знали в совершенстве. И прекрасно знали не столько сильные, но и слабые стороны этой стратегии.

Лагон, ещё мгновение назад осыпавший противников порывами ветра, несущего тучи острых, как бритвы ледяные осколки, вдруг неожиданно обрушил на ближайшего мага и его растянутый щит «ледяной кулак» — самое мощное атакующее заклинание из своего арсенала. Удар застывшего, твёрдого, как алмаз, шара, разогнавшегося, словно комета, с треском проломил защиту не готового к такому повороту мага, превратив его голову в кровавую кашу.

Мгновение — и ещё один дворцовый маг рухнул, так и не успев понять, что же его сразило. Он успешно замечал и отражал все мощные удары, но при этом не заметил одно маленькое, но смертоносное заклинание. Тонкая, гибкая, полупрозрачная магическая игла, любимое оружие Фороса, медленно и осторожно приблизилась, обходя щиты, а затем вошла точно в макушку, мгновенно умертвив ещё одного врага.

Троица оставшихся в живых дворцовых магов, осознав нависшую над ними опасность, сконцентрировали защиту над собой, бросив солдат и герцога на произвол судьбы. Этим тут же воспользовался Маргос, на мгновение отвлекаясь от атак на опешивших магов, и бросая в толпу вояк огненный шар, который взорвался среди них, разметав в разные стороны оторванные руки, некоторые из которых всё ещё сжимали бесполезные мечи.

Удивительно, но Гарус умудрился уцелеть в этой жуткой мясорубке. Обгоревший, покрытый с ног до головы чужой кровью, потеряв рассудок от ужаса и боли, Гарус бросился от этого кошмара куда подальше. К несчастью, ноги понесли герцога в сторону спокойно наблюдавшего за бойней Гарвина и его подруги.

— Какое ничтожество. — С выражением крайней брезгливости на лице драконесса ударила в грудь бегущего на них Гаруса своим маленьким, изящным кулачком. Герцог словно получил удар осадным тараном…. Его парадные доспехи прогнулись, смяв грудную клетку, ноги оторвались от пола, и уже мёртвое тело, пролетев через весь зал, с противным, чавкающим звуком впечаталось в каменную стену.

— Мы сохраняем свою силу, даже если находимся в облике человека. — Драконесса мило улыбнулась, стирая кровь герцога со своей изящной ручки неизвестно откуда взявшимся белым, кружевным платком.

— Я уже это понял, счастье моё. Когда случайно разнёс вот тот мраморный стол. — Нежно приобнял свою возлюбленную Гарвин, бросая равнодушный взгляд на разбросанные по всему залу оторванные и обожженные части тел. — Ну и бардак мы тут навели….

— Да, гномам придётся очень сильно постараться, отмывая в этом зале пол и стены. Да и потолку, похоже, досталось. — Прильнув к архимагу, рассмеялась драконесса. Влюблённая парочка смотрелась довольно странно на фоне той кровавой бани, что недавно устроил в зале Маргос. — Хорошо, что тут всё из камня, или из золота. Кровь и копоть легко отмыть. Но это уже не наши головные боли. Кстати, дорогой, а чем ты планируешь заняться после того, как твои маги прибьют этих пока ещё оставшихся в живых наглецов?

— Да вот сейчас как раз и раздумываю над этим. — Гарвин взглянул, как Лагон, Форос и Маргос обмениваются магическими ударами с дворцовыми магами.

— У меня как раз появилась одна идея. — Драконесса, наклонившись, что-то зашептала на ухо архимагу. Тот, послушав несколько мгновений, в очередной раз покраснел, как молодой, неопытный юнец, а затем, рассмеявшись, мягко поцеловал свою возлюбленную.

— Я обязательно приму всё это к сведению. Вот только сделаем сначала кое-какие рутинные дела, и сразу перейдём к приятным обязанностям супруга.

— Какие ещё дела? — Шутливо надула губки драконесса.

— После того, как закончим «беседовать» с нашими дорогими гостями, я хочу сразу же нанести ответный визит вежливости императору. Как говорят в империи — да правит он вечно? Похоже, зря говорят.

— Ты абсолютно прав, дорогой, после визита этого мерзкого герцога у меня самой когти чешутся, так мне хочется познакомиться поближе с тем, кто осмелился послать этого слизняка арестовывать самого Чёрного Дракона!

— Вот, а когда мы побеседуем с императором, то тут же займёмся тем, что ты мне недавно нашёптывала.

— Всем-всем, сразу? — Игриво уточнила драконесса.

— Конечно же. — Улыбнулся Гарвин. — Абсолютно всё, что ты хотела. А ещё это….

Архимаг зашептал что-то драконессе.

— Ого! — Та загадочно улыбнулась. — Вот это фантазии! Дорогой, я просто не могу ждать. Прямо сейчас я сама по быстрому прикончу этих трёх пока ещё живых наглецов, затем поджарю императора на его троне, ну, а потом, прямо в тронном зале, мы с тобой кое-чем займёмся…. Да и остальные девочки к нам обязательно присоединятся.

— Не волнуйся, солнышко, мои маги прекрасно сами справляются.

— А вот не знаю, не знаю…. — Драконесса бросила задумчивый взгляд в сторону воюющих магов. — Мне кажется, они тупо и бестолково долбят заклинаниями по защите. Кажется, эти бездари будут убивать друг друга целую вечность.

— Ты несправедлива к боевым магам. — Гарвин указал своей избраннице на всё продолжающийся бой. Посмотри внимательнее. Дворцовые маги, действительно, этим и занимаются, а вот мои люди….

— Твои делают абсолютно то же самое. — Драконесса ещё раз внимательно посмотрела на сражение. — Или я чего-то не замечаю?

— У боевых магов куда более быстрая реакция, практика сказывается. Они постоянно воюют, и поэтому используют большинство заклинания автоматически, особо не раздумывая, привычка такая. Взгляни, Лагон так и действует, на восемь атак своего противника он отвечает полным десятком атакующих заклинаний, при этом ещё и умудряется защищаться. Да ещё и двум другим дворцовым магам от него периодически достаётся.

В этот момент Лагон как раз обрушил очередной огненный шар на магический щит своего противника, и тут же метнул молнию во второго мага, затем быстрым прыжком ушёл с линии атаки, прикрываясь каменной колонной от ответного удара.

— Чудесно. — Захлопал в ладоши Гарвин. — Так вод, Лагон самый сильный в этой тройке, поэтому он и использует свою мощь для постоянного нападения. Это здорово отвлекает противников от действий Фороса и Маргоса.

— Но ведь те тоже атакуют….

— Да, но как? На десять атак противников они отвечают пятью, в лучшем случае семью атаками. А ведь эта парочка могла бы бить вдвое быстрее и куда сильнее.

— Они хотят измотать врага? — Драконесса посмотрела на боевых магов с некоторым пренебрежением. Повелители небес обладали огромной мощью, и не очень жаловали всякие хитрости и коварство в бою. Конечно, огромный, покрытый непробиваемой чешуёй летающий огнедышащий ящер мог позволить себе просто броситься на врага, не утруждая себя разработкой стратегии будущего боя.

— Нет, похоже, они плетут какое-то сложное, совместное заклинание, вкладывая в него всё больше и больше силы. А дворцовый маг, хоть и сильный, но слишком уж неопытный, чтобы это понять. О, а вот и оно, это заклинание….

Форос и Маргос, маги-убийцы, действительно прекрасно работали в паре. Многоступенчатый удар всеми стихиями одновременно обрушился на магическую защиту одного из противников. Для такого заклинания не было преграды. Огонь и молнии были погашены выросшей перед магом водной преградой, но вода не смогла остановить небольшую, острую льдинку, летящую внутри молнии, ведь лёд и вода принадлежали одному источнику силы…. Бедняга рухнул, пытаясь зажать руками распоротое ледяным лезвием горло.

Лагон тоже не сидел, сложа руки. Его заклинание подхватило дворцового мага, и с размахом ударило им о каменную стену. Магический щит выдержал, но это было уже неважно, человек внутри защиты погиб, его внутренние органы были попросту отбиты или разорваны. Возьмите коробочку, посадите в неё жука, и как следует потрясите…. Жук погибнет, а коробочка останется целёхонькой. То же самое произошло с магом и его магическим щитом.

Видя страшную кончину своих товарищей, последний дворцовый маг не пал духом. Он вложил все свои силы в многослойный магический щит, а затем быстро выпил что-то из небольшой фляжки.

— Кровь дракона! — Гарвин понял, что сейчас произойдёт, глядя на яркое пламя, охватившее фигуру кудесника. За себя и за своих жён он не волновался, силы одного мага было явно недостаточно, чтобы навредить дракону, в каком бы обличии тот не находился, а вот его люди могли погибнуть. Никакие щиты не смогли бы остановить этот огонь. Нет, он не сильно переживал из-за жизни или смерти простого человека, но это были преданные лично ему маги. И лишь он мог решать, жить им, или умереть.

Резкий рывок вперёд, рывок на пределе возможностей своего человеческого тела, Гарвин буквально подлетел к троице своих магов, сгрёб их в охапку и выбросил в коридор, успев захлопнуть массивную золотую дверь. А затем весь зал потонул во вспышке яркого, жаркого пламени….

— Красиво погиб. — Задумчиво протянула драконесса, осматривая оплывший от непереносимого жара камень стен и колонн.

— Да, принял наркотик, увеличивающий магическую мощь, и обратил всю силу, включая жизненную, в пламя. Хотел захватить с собой всех нас. Молодец, одобряю….

— Только он не знал, что дракона нельзя убить простым огнём. Ведь мы — дети пламени.

— Ты права, дорогая.

Гарвин подошёл к двери, и пару раз ударил по ней кулаком. Массивные золотые створки не выдержали столь варварского обращения, и при втором ударе просто вылетели в коридор.

— Владыка Гарвин? — Лагон спокойно шагнул в опалённый, ещё пышущий жаром зал. Собранный, равнодушный, холодный, словно и не было никакого сражения мгновенье назад.

— Оповести всех магов нашей гильдии, чтобы держались от столицы подальше. Я и мои жёны очень скоро навестим императора, и мне бы не хотелось, чтобы кто-нибудь из братьев случайно пострадал.

— Будет исполнено. — Лагон коротко поклонился, глядя вслед улетающим драконам.

Глава 22

— Похоже, Моор и сегодня не нашёл ничего подходящего — Чуть слышно прошептал Ваалор, еле заметно наклонившись к сестре.

— Да. — Таким же тихим шёпотом ответила Белла. — Вон, какой наш младшенький недовольный, рвёт и мечет.

Аксин действительно был в ярости. С того разговора о дикой охоте прошло уже три дня, а сегодня закат чётко указывал на окончание четвёртого, вампир так и не смог найти столь необходимый некроманту качественный материал в достаточном количестве. Сотня живых людей, или хотя бы свежих, сегодняшних трупов…. Тьма очень сильно проредила некогда плотно населённые земли Торзалии. Конечно, пока они шли по достаточно удалённым от океана северным землям, а всё основное население проживало в крупных городах, расположенных на побережье и вдоль крупных рек. Но и в этой глуши раньше кипела жизнь. Небольшие деревеньки были разбросаны то тут, то там, постоялые дворы ждали путников, а небогатые купцы сновали с юга на север и обратно, скупая у охотников и крестьян их нехитрую добычу, чтобы затем с выгодой для себя продать шкуры, засоленное мясо, зерно поближе к морю, получив при этом свою законную прибыль. Сейчас всё это пропало. Отряд шёл по пустым дорогам, пару раз в день проходя мимо пустых, брошенных людьми деревенек. Конечно, трупов вокруг валялось в избытке, но мертвецы, если не обратились в зомби, не могли похвастаться свежестью, необходимой некроманту для своего заклинания.

— Не понимаю, почему он так зациклился на этой дикой охоте? — Продолжил Ваалор. — Пока нам ничего не угрожает, да и когда дойдём до более обитаемых мест, то сможем добраться до моря без серьёзного кровопролития. Сейчас там должно быть много беженцев. Все, кто не умер на севере, и не смог закрепиться за деревянными стенами острогов, двинулся на юг, поближе к пока не разбежавшейся армии, жрецам, королю.

— Ты прав, армия, жрецы, и король олицетворяют три опорных столба власти. Оружие, вера, закон. — Согласилась ламия. — А там, где власть, там и стабильность. Не та, что раньше, до прихода Тьмы, но хоть что-то…. Поэтому многие постараются найти безопасность для себя и для своих семей в тени этой стабильности и власти, за надёжными каменными стенами больших городов.

— Вот и я про то же — яростно зашептал демон. — Без химер, без толпы зомби, без этой проклятой дикой охоты мы бы спокойно прошли до самого океана, не сильно отличаясь от обычных, бегущих от чёрного мора людей. Неужели Аксин этого не понимает?

— Наш прежний младшенький братец всё это прекрасно бы понял, и именно так бы и поступил. — Кивнула головой Белла, признавая правоту Ваалора. — Но за последнее время он очень сильно изменился. Эти изменения были и раньше, но тогда они шли медленно, почти незаметно. А сейчас они вдруг понеслись вперёд, словно лавина с гор, разрушая человеческую сущность Аксина.

— Я не понимаю, почему это стало происходить….

— Тьма торопится выковать своё самое мощное оружие. — Ламия бросила обеспокоенный взгляд на раздражённого юношу, что-то яростно втолковывающего Моору. — Свет сделал сильный ход, введя в игру на своей стороне драконов. Поэтому Тьма торопится, ломает нашего братишку. Простой юноша, хоть и не такой наивный, каким он был раньше, не сможет так же эффективно противостоять воинам Света, как это сделает бездушный некромант, сжигаемый яростью и презрением к врагу. Да не простой мастер магии смерти, а истинный Тёмный Властелин, самый могущественный за всю историю человечества.

— Но для чего тогда Тьма толкает Аксина на этот самоубийственный шаг? Ведь ты сама говорила, что создание Дикой Охоты — это верная смерть!

— К несчастью для нас Аксин не только силён, но и талантлив. Так что у него, скорее всего, получится создать дикую охоту….

— К несчастью? — Ваалор с удивлением посмотрел на сестру. — Ты можешь пояснить свои слова?

— Сейчас Аксин балансирует на грани пропасти. Несколько шагов — и он будет полностью принадлежать Тьме, всё человеческое, что в нём осталось, погибнет безвозвратно. Но эти самые шаги ещё надо сделать. И дикая охота будет одним из таких шагов.

— Пока не понимаю тебя, сестрёнка. Ты можешь выражаться попроще?

— Хорошо, скажу попроще. Чтобы создать дикую охоту, Аксин должен будет убить сотню, если не больше, невинных людей.

— Но ведь он может использовать свежих покойников, не обязательно же убивать….

— Не смеши меня, братец. Даже в мирное время в этой глуши невозможно было найти сотню свежих трупов в одно время в одном месте. Такое может быть лишь в каком-нибудь крупном городе, да и то не факт…. Так что для создания Дикой Охоты Аксин придётся убить этих людей. Регулярной армии, готовой напасть на нас, я что-то в округе не наблюдаю, поэтому вывод один — эта сотня несчастных будет состоять из невиновных людей. Кто это окажется — крестьяне или жители небольшого городка, неважно. Дикая Охота превратилась в навязчивую идею, Тьма прочно засела внутри нашего младшенького. И она не даст ему сойти с выбранного ей для него пути.

— И что же нам делать? Знаешь, я ведь специалист в боевой магии, а тут воздействие на его разум…. В этом случае сила не поможет.

— Будем надеяться, что до самого океана мы не встретим сотню подходящих для заклинания людей.

— Слабая надежда. Чем ближе к югу, тем больше людей. Рано или поздно мы наткнёмся на город с живыми людьми, и что тогда?

— Не страшно. Если в городе будет слишком много выживших, Аксин не станет рисковать, убивая сотню людей для создания дикой охоты. Ведь остальные жители не будут просто стоять, и смотреть на всё это. А справиться сразу с толпой в несколько сотен, да если рядом окажутся жрецы, он просто не сможет. Сейчас, по крайней мере. Всё-таки он пока ещё человек.

— Не вижу особой проблемы. — Хмуро пробурчал Ваалор. — Аксин создаёт свою Дикую Охоту, а уж та спокойно разрывает на куски остальных горожан.

— Это очень сложное заклинание, требующее много сил, полную концентрацию внимания, и главное, немало времени. Так что, если мы встретим на пути даже небольшой город, то его жители могут спать спокойно. А если это будет большая деревня, дворов этак на сто-двести, вот тогда….

— Ладно, не будем загадывать, надеюсь, мы так и не встретим на своём пути ничего подходящего для создания этой самой Дикой Охоты.

— Т-с-с-с-с….

Ваалор резко обернулся, и увидел приближающегося Аксина. Юноша подошёл к небольшому костру, у которого расположились все остальные члены отряда, и устало сел на землю. Рядом с ним тут же пристроился верный Малыш.

— А где Моор? — Негромко поинтересовалась Белла.

— Я отправил его кое-что поискать. Заодно и поохотится, свежей крови попьёт, если повезёт. Хотя вряд ли, похоже, в этой глуши сейчас никого живого днём с огнём не сыщешь. Одни мертвяки шляются.

— Тихо ты, ребёнка разбудишь. — Ламия указала на свернувшуюся калачиком у тёплого бока химеры спящую девочку. — Раскричался тут. Приляг лучше, отдохни. Нам ещё топать и топать до океана. Кстати, надо малышке новое имя придумать, раз прежнее может вызвать ненужные воспоминания. Не называть же её всё время найдёнышем.

— Придумаем, обязательно придумаем, только утром. — Аксин улёгся на подготовленную кучу сухой травы, и укрылся плащом. — А сейчас давайте спать….

Тьма окружала юношу со всех сторон. Она обнимала его, ласкала, баюкала, будоражила чувства, и одновременно успокаивала, дарила покой, восстанавливала силы.

— Мой рыцарь, мой возлюбленный, мой сын, мой ученик. Я — часть тебя, я всё то, что тебе так нужно в жизни. Я — это ты. Ты — Верховный Жрец Тьмы, моё самое совершенное оружие моего призрачного царства. — Мягкий, бархатистый голос, такой волшебный, желанный сводил с ума. Он обволакивал разум Аксина, звал за собой, манил, обещал…. — Ты задумал великое дело. Ещё никто из моих сыновей не мог создать Дикую Охоту. Я восхищаюсь тобой. Творить невозможное — это удел воистину великих.

— Я уверен, у меня всё получится.

Внезапно Аксина со всех сторон окружили призраки людей. Их лица были искажены ненавистью, бесплотные руки тянулись к горлу, в тщетной попытке задушить.

— Конечно, у тебя всё получится, ведь ты — часть меня, я часть тебя. — Волны Тьмы, послушные воле Аксина, раскидали толпящихся вокруг некроманта неупокоенных духов. — Людишки…. Даже смерть не может их исправить. Глупость, зависть, и тупая злоба, вот их вечный удел. Более бесполезных слуг невозможно и представить. А свет всё же использует их на своей стороне в нашей игре. Тысячи лет это не приносило никаких плодов, ведь внутри человека есть не только свет, но и темнота. И мрака в их душах куда больше, чем тепла.

— Да, я и сам стал это понимать. — Аксин нежился в мягких объятиях Тьмы, не замечая, как медленно тонет в страшной, тёмной силе. — В людях нет души, нет огня жизни, нет ни радости, ни счастья. Лишь зависть, корысть, и тупая злоба. И эти создания ещё смеют называть злом меня.

— На самом деле нет ни добра, ни зла. Даже я, Тьма, так тесно сплетена со Светом, что мы давно уже стали единым целым. Мы постоянно воюем, но полная победа одного из нас попросту невозможна. Ведь нельзя победить самого себя.

— Но к чему тогда всё это? — Удивлённо спросил Аксин. — Зачем воевать, если вы — одно целое?

— Потому что такова наша сущность. Свет всегда будет стараться рассеять Тьму, как и Тьма — загасить свет. И вот сейчас Свет может на время одержать вверх. Глупо…. Ведь я всё равно останусь, угнездившись в душе каждого разумного существа, в тенях всего сущего. И, рано или поздно, всё повторится вновь.

— Свет побеждает? Почему?

— Гарвин, маг-дракон, только что убил императора и всю императорскую семью. Гильдия боевых магов поддержала своего главу, и его притязания на абсолютную власть. Остальные маги скоро присягнут на верность новому владыке, императору — повелителю драконов. Люди, это стадо безмозглых баранов, просто преклонят перед ним колени, это у них в крови — быть рабами сильного лидера. Скоро, очень скоро империя Света раскинет свои крылья над землями гномов, эльфов, торзальцев. Огромная, невиданная ранее мощь. А ты у меня один…. Тёмный Властелин, ты будешь биться со всем миром, и проиграешь.

— Если Гарвин создаёт Империю Света, то я создам Царство Тьмы! Царство твоё, царство во имя тебя!

— Я верю тебе, мой голос, мой воин, моя любовь. — Проворковала Тьма, всё сильнее и сильнее заполняя разум Аксина. — А теперь просыпайся, твой слуга уже близко, и он принёс хорошие новости.

Аксин открыл глаза, и увидел склонившегося над ним Моора.

— Слушаю. Только говори по тише, а то других разбудишь. — Юноша бросил быстрый взгляд на остальных членов отряда. — Хотя экстренная побудка им бы не помешала. А то совсем расслабились, ходим по чужой земле, как у себя дома. На древней земле и то поосторожнее все были. А здесь даже сигнальных заклинаний не выставили, всё на химер надеются.

— Белла почувствует любого живого за сотни шагов. — Бесстрастно произнёс вампир. — А мёртвые здесь слишком слабые, их паук за мгновение на части разорвёт.

— Идёт большая игра, и в ней есть фигуры посерьёзнее, чем люди или зомби. — Аксин бесшумно встал, стараясь никого не разбудить. Рядом тут же вырос верный Малыш. — Ладно, вернёмся к нашим делам. Думаю, у тебя есть хорошие вести.

— Да, на этот раз я нашёл всё, что тебе необходимо. — Кивнул вампир. — Крупный отряд, достаточно далеко отсюда. Собираются штурмовать какой-то городишко. Я только никак не возьму в толк, почему потребовалось искать жертвы именно на расстоянии полдня пути для пешего человека, не меньше?

— Если всё пойдёт не так, то мне хотелось бы, чтобы между дикой охоты и остальными была буферная зона. Думаю, для этого такого расстояния будет вполне достаточно.

— Не думаю, что помощь Ваалора была бы лишней, если вдруг Дикая Охота взбунтуется.

— Нет, если заклинание выйдет из-под контроля, Ваалор не сможет мне помочь. А моей силы вполне хватит, чтобы совладать с Дикой Охотой. Моей теперешней силы. — Аксин чувствовал, что, после посещения во сне мира теней внутри него кипит страшная мощь Тьмы. — Не знаю, почему, но я проснулся куда сильнее, чем засыпал. Видимо, это очередной подарок Великой Тьмы, моей госпожи. А Ваалор с сестрой могут попытаться остановить меня, не хочется с ними биться. Так что пусть уж лучше спят здесь. И мне спокойнее, и им безопаснее. Ну, двинулись, где там нас ждёт подходящий для заклинания материал?

— Прямо по дороге, на юг.

Некромант бесшумно вскарабкался на спину паука, и обернулся, ища глазами грифона. Рядом с химерой, традиционно прижавшись к мягкому, тёплому боку, свернувшись калачиком, спала девочка.

— Охраняй всех. — Еле слышно прошептал Аксин. — За мной не лететь.

Обернувшись к Моору, он коротко махнул рукой, указывая на дорогу. Вампир неслышно понёсся вперёд, а за ним, шустро перебирая мохнатыми лапами, понёсся паук, унося на своей спине некроманта. Рядом с хозяином чёрной молнией нёсся огромными скачками Малыш.

Белла и Ваалор продолжали спокойно спать, эльф так же никак не отреагировал на уход Аксина. Тьма не дала им проснуться, и помешать своему лучшему оружию сделать очередной шаг к бездонной пропасти, заполненной непроницаемым мраком. Лишь девочка вдруг подняла голову, и проводила быстро удаляющегося по дороге некроманта грустным взглядом не по годам мудрых глаз. Затем она что-то неразборчиво прошептала, а затем со вздохом положила голову на такой мягкий и уютный бок химеры….

Моор действительно нашёл всё, что было необходимо Аксину. Юноша с небольшого холма наблюдал, как отряд в полторы-две сотни человек забрасывал горящими стрелами защитников небольшого городка, огороженного деревянным частоколом. Обороняющиеся пытались отстреливаться, но безрезультатно, нападающих было слишком много, и они были хорошо обучены. Прячась за грубо сколоченными деревянными щитами в рост человека, они всё ближе и ближе подходили к стенам, таща за собой связанные из жердей и веток лестницы. Лучники продолжали засыпать городок огненным дождём стрел, и за стенами уже стали подниматься клубы дыма, указывающие на начинающиеся пожары.

— И чего они не поделили? — Аксин внимательно осмотрел поле боя.

— Кто знает. — Равнодушно пожал плечами Моор. Даже когда он был живым тёмным эльфом, его не интересовали дрязги людей. Он просто ни во что не ставил род людской, презирая этих слабых, глупых созданий. Охота на них была пресной, скучной, не интересной, ведь людей было слишком легко убивать…. Дроу считали род людской слабой дичью, не достойной внимания исинного воина. А сейчас, когда Моор стал вампиром, простой человек превратился для него из обычного ничтожества в просто еду. Конечно, у Моора была фляга с практически нескончаемым запасом крови, но ведь разорвать горло клыками, чувствуя, как льётся горячая, живая кровь, ощущать ужас умирающей жертвы было куда приятнее. Но выяснять, что же движет этой едой, её чувства, мотивы, желания…. Зачем?

— Это был риторический вопрос. — Аксин ещё раз взглянул на поле боя. — Знаешь, я ведь прекрасно вижу все следы Тьмы, во всех её проявлениях. В обычных растениях её просто нет, они принадлежат миру Света. Именно поэтому, как только земли Торзалии накрыло проклятие, в первую очередь завяла вся зелень. Со временем растения оживут, но лишь те, в которых сможет найти пристанище хоть малая частичка Тьмы. С животными сложнее, в одних есть немного мрака, другие практически чисты. А вот люди….

Некромант с долей брезгливости указал на штурмующих. Аксин не замечал, что смотрит на людей сквозь призму мрака, глазами Тьмы.

— Посмотри на них. Каждый из живущих людей рождается безгрешным, без малейшей частички Тьмы внутри. Чистым, как лист белой бумаги.

— Я как-то видел бумагу, которую сделали в империи. Не такая уж она и белая. Скорее, сероватая, или жёлтая, смотря что за материал был использован для её изготовления.

— Не придирайся к словам, это просто так говорят. Да и бумага для нужд магической школы более качественная, практически белая. — Усмехнулся Аксин, улыбаясь одними уголками губ. Глаза юноши оставались холодными, внутри зрачков клубились щупальца Тьмы. — Суть моих слов ты всё равно уловил.

— Да. Новорожденный дети чистые, в них нет мрака.

— Но затем люди очень быстро устраняют эту внутреннюю чистоту. Причём заполняют себя не истинной, благородной Тьмой, а дешёвой подделкой, грязью из повседневной жизни, этаким суррогатом мрака. Корысть, лень, трусость, тупая злоба…. Знаешь, почему эти скоты сейчас убивают друг друга?

Вампир покачал головой, ему было абсолютно всё равно.

— В этом городишке раньше была перевалочная база для торговцев, и сборщиков податей. Чуть ли не треть его территории занимают склады. Амбары, полные зерна, шкур, мёда, вяленого мяса. Всем этим так богат север Торзалии. С юга торговцы везли морскую соль, сушёные фрукты, ткани. Не так уж и много по старым временам, я бы даже сказал — сущую мелочь. Но сейчас эти запасы еды, ткани, и шкур — огромное богатство. И ты думаешь, жители города, обладая амбарами, забитыми под самую крышу едой, захотели поделиться этими запасами с голодающими соплеменниками? Нет, они сварганили на скорую руку этот дурацкий частокол из брёвен, и закрыли ворота. Затем начали продавать продукты даже не втридорога, а в десятки, сотни раз дороже. И умирающие с голоду путники, кому посчастливилось остаться в живых, вынуждены были отдавать всё, что у них есть, за краюху хлеба. А те, кто штурмуют эту хлипкую преграду? Остатки некогда большого отряда, бегущие с севера, после наступления Тьмы. И они не ищут справедливости, они просто хотят захватить это богатство для себя. Люди…. А ведь если бы такие разрозненные группы объединились, забыв про личные амбиции, то смогли бы спастись сами, и спасти свою страну. Но это невозможно, грязь внутри их душ всегда будет им нашёптывать одно — наплевать на всех, лучше сделай, чтобы тебе было хорошо сейчас. Просто тело, движимое пустыми, эгоистичными помыслами.

Юноша встал во весь рост, и, по привычке стиснув покрепче посох, пошёл в сторону сражающихся. Малыш традиционно вышагивал справа, слева бесшумной тенью скользил вампир. Паук тёмной громадиной возвышался за спиной своего господина.

И защитники, и нападающие практически одновременно увидели надвигающиеся фигуры, и сразу поняли, что от незваных гостей не стоит ждать ничего хорошего. Восходящее солнце осветило землю, и в его тёплых лучах некромант, окутанный Тьмой, выглядел особенно зловеще. Огромный, чёрный пёс, гигантский паук, и тёмный эльф, герой жутких легенд с бледным, обескровленным лицом так же не могли вызвать мысли о мирных намерениях этой компании даже у наивного сельского дурачка. А воюющие люди не страдали ни излишней наивностью, ни чрезмерной глупостью.

Воины, забыв про город, повернулись к новой напасти. Но это им мало помогло, в их рядах не было ни магов, ни жрецов. А холодная сталь и солдатская выучка не могли противостоять мощи самого могущественного за всю историю человечества некроманта. Наоборот, эта воинская выправка и отсутствие реального боевого опыта сыграли с ними злую шутку….

Не приученные иметь дело с боевыми магами, солдаты, вместо того, чтобы разбиться на мелкие группы, и рассеяться по всему полю, что не позволило бы накрыть всех одним заклинанием, поступили с точностью до наоборот. Они выстроились плотным строем, прикрываясь от надвигающейся опасности стеной щитов. Стратегия, помогающая выжить в бою против превосходящего по силам вооружённого противника, и губительная при столкновении с магом. Солдаты поступили так автоматически, не думая, их тела сами выполнили давно въевшиеся в мозг и плоть команды, отрабатываемые на бесчисленных тренировках. Но сейчас были не учения, и за спиной воинов не было жрецов, способных прикрыть строй воинов божественной защитой.

— Вот это подарок! — Над полем боя раздался холодный смех некроманта. — Даже ловить никого не надо. Стоят, ждут, остаётся только протянуть руку, и взять. А почему подарок без красивой упаковки? Это же не правильно. Ну, ничего, я не гордый, сам упакую….

Воины, поняв, что совершили глупость, попытались разбежаться в разные стороны, но было уже поздно. Чёрная сеть, появившись над людьми, рухнула вниз, разделяясь на части, мгновенно спутав солдат по рукам и ногам.

Аксин подошёл к дёргавшимся на земле связанным фигурам.

— Да, материал не очень. — Не обращая внимания на воющих от страха людей произнесла Тьма устами некроманта, осматривая свою добычу. — Тоже мне, защитники родины. Да у вас руки по локоть в крови. Похоже, весь путь с севера только разбоем и жили. Это не очень хорошо. Может, городских использовать? Хотя нет, не стоит, те не сильно чище. А воины хоть привыкли сообща действовать, с ними будет немного проще работать.

Юноша спокойно перешагивал через связанных пленников, осматривая будущие жертвы. Тьма отступила в глубины сознания некроманта, предоставив ему действовать самому, лишь мягко, ненавязчиво направляя его мысли в нужную ей сторону. Шаги к пропасти Аксин должен был сделать сам, по доброй воле….

Прилетевшую со стороны города стрелу некромант спокойно принял на щит мрака. Чёрная молния, полыхнувшая в ответ, снесла и стрелу, и часть деревянного частокола, за которым прятался лучник. Увидав такую страшную демонстрацию мощи, горожане в ужасе затихли.

— Это было первое предупреждение. И, разумеется, последнее. — Аксин спокойно повернулся к застывшему от страха городу. И он говорил от лица Тьмы, как и Тьма вещала через него. — Сегодня вам несказанно повезло. Поблагодарить своих пятерых братьев-богов, и можете начинать праздновать свой новый день рождения, ведь те, кто пришёл убить вас, эти неудачники, только-то штурмовавшие ваши стены, невольно спасли ваши жалкие жизни. Но, если кто-то из вас решится ещё раз хотя бы высунуться из-за стен, пока я здесь, то, обещаю, что просто развею остывшим пеплом по ветру и вас, и ваш клоповник, который вы называете своим домом!

Непроглядный мрак окутывал фигуру Аксина, неспешно обволакивая мысли, чувства, желания. И некромант с радостью звал его, старался притянуть к себе, ведь он чувствовал, что его могущество растёт с каждой частичкой Тьмы, нашедшей пристанище в его душе. Теперь даже обычные слова, не подкреплённые заклинаниями, имели силу. Лишь одного он не замечал — когда Тьма говорила его устами, личность Аксина отходила на второй план, словно исчезая в дымке серого, непроглядного тумана. Когда он смотрел по сторонам — он видел лишь мрак и тени, как вокруг себя, так и в душах окружающих его людей. Когда он думал и мечтал, то всё чаще и чаще это были не его мысли. А когда он что-либо чувствовал, то все чувства проходили сквозь призму Тьмы, его покровительницы и повелительницы.

Горожане, напуганные появлением столь могущественного некроманта, разбегались по домам, моля своих богов, чтобы беда сегодня обошла их стороной. Аксин чувствовал из мольбы, и прекрасно понимал всю тщетность завываний напуганных людей. Ведь на землях, где властвует Тьма, другие боги лишались большей части своей силы. Если только эти боги сами не были единым целым с Великой Тьмой.

Обернувшись к спутанным чёрными нитями, как мухи паутиной, людям, некромант ещё раз осмотрел свои будущие жертвы.

— Хорошо, что вы все здоровы, даже удивительно, что Тьма почти не коснулась ваших тел своим губительным дыханием. — Привычка, зародившаяся на Древней земле, говорить самому с собой снова дала о себе знать. — Просто чудо, что более сотни людей, вполне подходящих для моих целей, оказались у меня на пути. А то я уже подумал, что придётся ждать до самого побережья. А там жрецы могли спутать все мои планы. Ведь какая-то сила ещё теплится в этих разряженных балаганных клоунах….

— Господин. — Полузадушено прохрипел один из пленников.

— Да? — Аксин рассеянно посмотрел на обратившегося к нему человека. Некромант в очередной раз мысленно прогонял в голове будущее заклинание, стараясь не упустить ни малейшей мелочи. Магические плетения должны были быть не только чётко и скрупулёзно выверены в пространстве, но и наноситься в нужное время, мгновение раньше или позднее — и заклинание могло пойти не по тому пути. Потому Аксин, забыв об окружающем мире, снова и снова проверял структуру будущего магического священнодействия, если можно было сказать так про некромагию…..

— Молю о пощаде, господин. — Тихий голос пленника было почти невозможно услышать.

— О пощаде? — Некромант склонился над посиневшим лицом солдата. — Что с тобой происходит? А, понимаю. Проклятие, я ведь чуть было не задушил вас всех!

Аксин, задумавшись, совсем забыл про магические путы, наложенные на людей, и они, постепенно сжимаясь, выдавливали воздух из груди несчастных, не давая им вздохнуть. Короткий жест — и чёрные нити чуть-чуть ослабли.

— Спасибо, господин. — Жадно вдыхая, проговорил всё тот же пленник. Видимо, это был командир нападающих. Остальные испуганно молчали, искоса поглядывая на некроманта. — Вы не пожалеете, что оставили нам жизнь.

Бедняга даже не догадывался об уготованной ему и его людям судьбе, иначе бы он предпочёл бы быть сотню раз задушенным.

— Зачем мне вас убивать? Мертвецов в округе и так полным-полно, если потребуется, я подниму их столько, сколько будет нужно. Нет, живыми вы пригодитесь мне куда больше, чем обычными трупами. — Некромант оглядел окрестности, выбирая подходящую площадку.

— Мы готовы принести тебе присягу, господин, и служить, как верные псы….

— Ты не поверишь, но именно поэтому вы всё ещё живы. — Аксин присел перед заговорившим пленником. Всё складывалось для некроманта как нельзя более удачно. Ведь человек, не понимая, что задумал мастер некромагии, добровольно предлагал себя в качестве жертвы. Это увеличивало и так не малые шансы на успех.

— Да, господин — обрадованно произнёс пленник, а остальные активно закивали головами, боясь раскрыть рот. В их глазах стал разгораться огонёк надежды. При всём этом юноша ясно видел в их мыслях чёрный след предательства. Почти все пленники обдумывали, как бы сбежать при первой возможности, или ночью убить некроманта, пока он спит. Глупцы….

— Не волнуйся, вы все мне ещё послужите, это я вам твёрдо обещаю. Как обещаю и то, что скоро вы избавитесь от этих пут. И пойдёте за мной, в качестве моих телохранителей. Не как зомби, разумеется. — Дикая охота не была простым отрядом мертвецов, в телах сохранится искра жизни, душа так же не покинет изменённую плоть, так что Аксин говорил им чистую правду. — Только сначала я должен буду провести один ритуал, он сделает вас куда сильнее, и могущественнее.

Ещё одна правда. Одна из основ добровольного жертвоприношения — заклинатель не имел права обманывать будущую жертву. И некромант не соврал ни в одном слове. Правда, он не сказал всей правды, но это на заклинание никак не влияло….

— Итак, подведём итог. Сейчас я планирую провести один ритуал, в котором вы будете участвовать. После этого ваши путы падут, и ваши тела станут свободными. Но, пока я нахожусь на землях Торзалии, вы будете служить мне. Не волнуйтесь, это ненадолго, доберусь до океана, и мы расстанемся. И вы станете куда более сильными, чем сейчас, но хочу предупредить, придётся потерпеть, ритуал достаточно болезненный. Даёте своё согласие добровольно?

— Да, господин…. — Раздался нестройный хор голосов со всех сторон.

— Громче, и все вместе.

— Да, господин! — На этот раз слова прозвучали в унисон, сказалась армейская выправка.

— Вот и чудно. — Холодно улыбнулся некромант. Добровольная жертва, лучше не придумаешь. — Полежите пару минут, я кое-что подготовлю, и начнём.

Отойдя в сторону, Аксин мысленно обратился к своему посоху.

«Ну, что, мой друг, внутри тебя спрятан подарок моей повелительницы, несколько душ. Думаю, пришла пора выпустить одну. Ирган, однажды погибший, но не переставший служить Тьме, я призываю тебя!»

Воздух перед юношей словно сгустился, рождая призрачную фигуру.

— Здравствуй, мой старый друг.

— Владыка Аксин. — Бесплотный голос тихим шёпотом возник в голове некроманта.

— Ты хочешь покоя?

— Да — чуть оживился призрак.

— Значит, твоя жажда мести торзальцам утолена? — Поинтересовался некромант. — Жаль, а то я хотел дать тебе возможность напоследок как следует погулять по ненавистному королевству.

— Месть…. — Прошипел призрак. — Ей нельзя насытиться….

— Ирган, я могу дать тебе страшную мощь. Сотня душ, и сотня тел, сильных, могучих, почти неуязвимых. Ты станешь совершенной машиной для убийства. И отомстить торзальцам за всё.

— Что для этого нужно?

— Только твоё согласие. Добровольное.

— Я согласен. — Прошипел призрак. — Даже покой я готов променять на месть.

— Если Дикая Охота, королём которой ты будешь, погибнет, ты обретёшь покой. Даже Тьма не сможет забрать твою душу снова. — Улыбнулся некромант. — Или ты сам её распустишь, если не найдётся того, кто совладает с вами. Месть, и покой. Ты получишь всё, о чём мечтаешь.

— Ты хороший друг, Аксин. Не ожидал я такого подарка. — Призрак лучился неподдельной радостью.

— Пустое. Встань здесь, и приготовься. После ритуала сотня душ будет повиноваться тебе, сотня тел человеческих изменятся, превратившись в совершенное оружие.

— Я жду….

Некромант, довольно потирая руки, обернулся к пленникам.

— Пора. — Чёрные путы ослабли на ногах, давая возможность людям подняться, и передвигаться мелкими шажками. — Идите сюда, и встаньте вокруг меня. Только держите дистанцию в один шаг друг до друга.

Пока пленники, ковыляя, образовывали неровный круг, в центре которого стоял Аксин и призрак, Малыш с вампиром и паук, повинуясь приказу хозяина, отошли в сторону, чтобы не попасть под действие заклинания.

— Начинаем. — С холодной усмешкой произнёс некромант, и поднял к небесам свой посох.

Чёрные нити, опутывающие пленников, растаяли без следа. Довольные люди вдохнули полной грудью, но тут же улыбки на их лицах сменились гримасами боли. Вокруг тел несчастных стал клубиться серый туман, сначала прозрачный, почти незаметный глазу, затем всё более и более густой…. Он, словно кислота, разъедал плоть, вырывая из сожжённых глоток жуткие вопли нестерпимой боли. Люди попытались бежать, но их тела словно окаменели, полуразложившиеся мышцы не подчинялись приказам агонизирующего разума.

Затем дёргающиеся тела стали медленно взмывать вверх, и стали кружиться вокруг некроманта, образуя несколько жутких хороводов. Каждый из них двигался по своему пути, и вместе они образовали странный, кажущийся беспорядочный, но при этом странно гармоничный контур…. Первая фаза заклинания прошла успешно.

Глядя на вращающиеся вокруг него тела, некромант с усмешкой достал свой кривой, похожий на чёрный коготь, клинок, и, стиснув зубы, полоснул себя по груди крест-накрест. Тяжёлые капли крови упали на сухую землю, превратившись в небольшие, чёрные смерчи. В утренней тишине раздались первые слова заклинания…. Смерчи выросли, присоединяясь к жутким хороводам корчащихся от нестерпимой боли тел, вступая с ними в странную, дикую пляску.

— Тьма и смерть, боль и кровь, дух и жизнь, соединитесь воедино! Я, голос Тьмы, я мастер смерти, я, человек, что живёт, приказываю вам стать одним целым!

Посох опустился, с силой втыкаясь в землю. Чёрные молнии сорвались с венчающего его кристалла, но не растаяли в воздухе, поразив цель, а так же вплелись в танец смерти и боли. Некромант стал с усилием поднимать к небу ладони, и весь этот вращающийся хаос стал медленно подниматься, повинуясь воле мага. Сейчас в центре кружащего безумия находился дух Иргана, источая волны холода и смерти. Подняв руки, Аксин, преодолевая страшное сопротивление, соединил их с резким хлопком над головой. Вращение на мгновение замерло, а затем тела несчастных взорвались, разлетаясь в разные стороны невесомым прахом и пеплом.

— Всё, что было, стань едино!

Аксин крепко прижал ладони к кровоточащей груди, и чёрные тучи из праха, перемешанного с Тьмой, рухнули на землю.

— Восстань, Ирган, король Дикой Охоты! Восстань, Дикая Охота. Восстань, и повинуйся!

Прах, закружившись в сотне вихрей, вновь взлетел, уплотняясь, и формируя сотню призрачных, размытых фигур. Мгновение — и тела вновь обрели плоть. Чёрную, твёрдую, как камень, гибкую и грациозную, как тела хищных зверей. Броня из Тьмы защищала могучие, перевитые жгутами мышц руки и ноги, крепкие когти венчали узловатые пальцы, торс закрывала костяная плита, пробить которую было невозможно простым оружием. Чёрные молнии мерцали в пустых глазницах черепов. Дикая Охота, сотня не живых, не мёртвых, управляемых единым духом, королём….

— Ирган, ты слышишь меня?

— Да, Владыка. — Раздался шёпот из сотни мёртвых глоток.

— Ты чувствуешь свою силу?

— Да.

— Я сдержал своё слово?

— Да, Владыка Аксин.

— Ты будешь повиноваться мне? — Юноша напрягся, ожидая ответа.

— Да, до самой смерти.

— Дядя Аксин!

Громкий, детский крик донёсся до ушей некроманта.

— Этих не трогай. — Приказал Королю Дикой Охоты юноша, и повернулся к приближающемуся грифону, на спине которого, крепко вцепившись в длинную шерсть, сидела девочка. За ней, в отдалении, бежали Ваалор с Беллой, за которыми еле-еле поспевал эльф.

— Дядя Аксин! — Девочка неуклюже спрыгнула со спины химеры, и, подбежав, обняла юношу.

— Всё-таки он сумел создать дикую Охоту. — Белла, остановившись в отдалении, с восторгом, смешанным со страхом, смотрела на чёрные, неподвижные фигуры.

Демон, встав рядом с сестрой, лишь тяжело вздохнул, с тревогой глядя на Аксина. Он пытался понять, как далеко на этот раз зашёл их младшенький по дорогам Тьмы.

— Дядя Аксин….

— Да, Ле… Лана?

— Лана? — Девочка с удивлением посмотрела на юношу своими чистыми, светлыми глазами.

— Это же твоё имя. — С лёгкой грустью улыбнулся Аксин. — Ты просто забыла.

— Я Лана, Лана! — Довольно смеясь, запрыгала маленькая девочка. — Дядя Аксин, я тебе подарок принесла. А ты ушёл….

Лана протянула юноше белый цветок. Непонятно, где она его нашла, ведь вокруг все земли были отравлены Тьмой, а в цветке не было ни намёка на тень. Лишь красота и гармония….

— Спасибо, моя умница. — Аксин взял цветок, и с некоторым смущением почувствовал, как лёгкий румянец появляется на его щеках. А удивлённая ламия, глядя на него, почувствовала, как Тьма, заполнявшая душу юноши, незаметно отступила, освобождая место для частики прежнего Аксина.

— Обещай, что будешь всегда его носить. — Девочка смешно нахмурила брови. Такая маленькая, а уже пытается командовать мужчинами, с улыбкой подумал Аксин.

— Но он ведь высохнет….

— Ну, дядя Аксин…. — Плаксиво затянула девочка.

— Ну, хорошо, хорошо….

Аксин аккуратно убрал цветок за пазуху, в один из многочисленных карманов.

— У тебя всё получилось, а я не верила. — Белла шагнула вперёд, с опаской обходя жуткие фигуры, от которых веяло Тьмой. — А что мы будем делать дальше?

— Прорываться на Древнюю Землю. Гарвин создаёт Империю Света. Значит, я должен создать Царство Тьмы.

Глава 23

— Наверное, я так никогда и не смогу до конца понять разум людей. — Драконесса брезгливо осматривала полуразрушенный тронный зал. — Вот скажи, как можно обладать властью, богатством, и при этом жить в этом убожестве?

— Дорогая, ты несправедлива к недавно усопшему властителю империи. — Гарвин игриво приобнял её за плечи. — До нашего вторжения это было вполне презентабельное помещение. По крайней мере, с десяток поколений императоров оно точно устраивало.

— Гномы куда лучше понимали и скрытую красоту камня, и душу драконов. Помнишь, каким прекрасным был зал в горах? Отполированный до блеска мрамор, изящные колонны, огромный балкон под голубым небом, камины по всей стене, в которых плясали языки яркого, весёлого, тёплого пламени. Всё такое простое, изящное, и вместе с тем прекрасное. А здесь? Кошмарные гобелены на стенах, примитивная мебель с грубой позолотой, низкие потолки. Да и весь дворец какой-то приземистый и несуразный. Ты видел, как он выглядит с высоты птичьего полёта? Варварски раскрашенная коровья лепёшка, которая расползлась по земле. Нет, это не дом для императора, это просто убожество. Дворец должен расти ввысь, тянуться к небесам, расправив крылья, а не ползти по земле, как гнусный слизняк.

— Дорогая, император же не думал, что его навестят драконы. — Рассмеялся архимаг. — Хотя ты права, сверху дворец выглядел не слишком внушительно.

— Люди созданы, чтобы жить на земле, я это прекрасно понимаю. — Драконесса, мягко высвободившись из объятий Гарвина, подошла к оплавленному трону, на котором валялись обуглившиеся кости. — И, знаешь, иногда мне их искренне жаль. Несчастные создания, обречённые на прозябание в этой грязи и на вечные, несбыточные мечты о голубом небе. Но вот когда эти букашки становятся слишком глупы, и имеют наглость противопоставлять себя нам, повелителям небес…. Вот скажи, дорогой, о чём думал этот ненормальный, приказывая горстке солдат во главе с каким-то ряженым клоуном арестовать тебя?

— Люди слепы, моя Богиня, они не видят, что происходит в реальности, их мыслишки и ничтожные желания затмевают им глаза. — Задорно рассмеялся Гарвин, взяв в руки обгоревший череп императора. — Вот, к примеру, он считал, что обладает реальной властью…. При этом единственная заслуга этого человека была в том, что ему, жалкому созданию, повезло родиться в семье императора. И, вот, он, не обладающий ни могуществом, ни силой, ни знаниями, сел на трон, когда его папаша изволил помереть в своей постели. Но при этом ни сегодня погибший император, ни его титулованные предки, кроме первого, объединившего людей по эту сторону океана и гор, не заслужили этой власти. Она просто принадлежала им по праву рождения.

— Очень глупая система. — Рассмеялась драконесса, сбрасывая кости с трона. — Получается, что один дурак управляет стадом других, и всё это благодаря лишь слепой случайности?

— Да, это так. Но такова уж сущность человека.

— Хорошо, что ты смог переродиться, сбросить с себя оковы своей прежней жизни.

— Не представляешь, как я рад, что смог стать тем, кем был глубоко внутри себя всю свою жизнь. Знаешь, как это тяжело — в глубине души понимаешь, что ты некто другой, не простой человек, а нечто большее, запертое в человеческом теле. Понимаешь, что ты достоин чего-то другого, не обычное, жалкое существование в грязи, но при этом не иметь ни малейшей возможности взлететь к манящим своей красотой и недоступностью небесам!

— Забудь о прошлом, любимый. Сейчас ты дракон, один из нас. — Драконесса нежно поцеловала Гарвина. — И ты занял место властелина империи по праву. Если хочешь, можешь хоть сейчас сесть на этот трон.

— На это оплавленное убожество? — Рассмеялся Гарвин. — Ни за что!

— Понимаю тебя, но есть такое слово — надо. Ведь трон — это символ власти, а люди слишком трепетно относятся к этому…. Или ты передумал становиться императором?

— Ничего, мы создадим новые символы. Мы уничтожим этот сарай, по ошибке названный дворцом, а на его обломках создадим новую империю, империю, в которой власть будет принадлежать только достойным. Эти зажравшиеся аристократы преклонят колени перед магами и драконами, перед теми, кто владеет истинным могуществом! А те, у кого не хватит ума понять, что их время ушло, сгорят в огне.

— Ты прав, любимый. Человеческий род настолько сбился с пути, что даже стал заигрывать с Тьмой, возродив запретное знание. Нужно направить людей на верный путь….

— Кстати, насчёт символов…. Кажется, мои драгоценные жёны были столь любезны, что привезли в столицу моих ближайших соратников, это как нельзя кстати. А то они от гномов сюда добирались целую вечность. Лагон!

— Повелитель. — Маг спокойно вошёл в тронный зал, где несколько минут назад Гарвин испепелил сжавшегося от ужаса на троне императора.

— Я не силён в дворцовых интригах, но, как я понимаю, сейчас, когда император и его родные уничтожены, у нас не осталось прямых претендентов на власть?

— Есть несколько семей, достаточно знатных, чтобы они могли формально претендовать на трон, если он вдруг освободится.

— Удара в спину я не боюсь, но, если вдруг начнётся какой-нибудь дурацкий бунт, это может помешать мне, если я буду в это время с войсками на Древней Земле, а это нам совсем ни к чему…. Тень, Ветер, Кот!

Трое убийц бесшумными тенями выросли перед архимагом.

— Так и знал, что вы где-то рядом. — Усмехнулся Гарвин. — И как вам удаётся так прятаться, и так тихо двигаться, ума не приложу?

— Они — само совершенство, любимый. Среди людей, разумеется. — Драконесса чуть заметно поклонилась трём убийцам, признавая их мастерство. Неслыханное дело, до этого за всю историю не было такого случая, чтобы дракон поклонился простому человеку. Даже на обычно бесстрастном лице Лагона мелькнула тень удивления, но троица продемонстрировала нечеловеческую выдержку, никак не выразив ни малейшего намёка на какие-либо чувства. Ответный поклон, чёткий, выверенный, и три пары глаз, внимательно смотрящих на архимага. Идеальное оружие, ждущее приказа хозяина.

— Лагон даст вам список имён некоторых очень важных персон. — Улыбка Гарвина превратилась в жестокую гримасу. — Я бы хотел, чтобы эти люди умерли, и их смерть должна быть похожа на естественную. Обострение старой болезни, например, или несчастный случай. Мне сейчас ни к чему лишние пересуды за спиной о жестокой и кровавой натуре дракона. Остальную знать сильно пугать тоже не следует, они ещё понадобятся, живыми, и готовыми к сотрудничеству. Даже крыса, загнанная в угол, в отчаянии бросится на врага. А так…. Они, конечно, будут понимать, отчего вдруг случился этот приступ внезапных смертей, но то, что остальные остались живы, и то, что жертвы изволили почить в мире и покое от «естественных» причин, позволит им сохранить хорошую мину при плохой игре. Не бороться с диктатором и узурпатором, а остаться в стороне, заботясь о сохранении мира в империи, так скажем. Хотя надо быть сумасшедшим, чтобы поднять мятеж против драконов, но всё же…. Но, раз наши будущие жертвы богатые и знатные, то и охрана у них должна быть серьёзная. А времени у нас не так уж и много. Справитесь?

Трое убийц коротко кивнули.

— Вот и отлично. Лагон, составь список, и поскорее возвращайся, нам нужно будет кое-что обсудить.

— Список уже готов.

— Как так? — Удивлённо хмыкнул Гарвин.

— Орес в своё время рассматривал разные варианты развития событий. — Маг протянул небольшой лист бумаги убийцам. Одно почти незаметное взгляду движение, и список поменял своего хозяина.

— Старому архимагу очень не нравилось, что всякие придворные прощелыги всё больше и больше отжимали магов на второй план. Он думал, что власть в империи должна принадлежать тем, кто её более достоин.

— Да, учитель был абсолютно прав. Мы, и только мы, одарённые, должны нести на своих плечах бремя настоящей власти. Простому человеку эта ноша не под силу. — Гарвин проводил глазами удалившихся убийц. — Мне нужны будут Форос и Маргос.

— Конечно, повелитель, только я предлагаю перейти в летние апартаменты. — Лагон чуть заметным жестом указал на разруху, царившую в тронном зале. — Думаю, там будет уютнее. Та часть дворца не пострадала от вашего визита.

— Вряд ли в этом «дворце» мы сумеем найти хоть что-то достойное. — Сморщила носик драконесса.

— Любовь моя, я постараюсь тебя удивить. — Гарвин нежно поцеловал свою избранницу. — Мне помнится, в восточном саду есть небольшое озеро, а на его берегу — терраса из розового мрамора…. Прекрасное место. И, главное, не затронутое нашим огнём….

Драконы обрушились на столицу, как гром среди ясного неба. Огромные ящеры, не обращая внимания на разбегавшихся в ужасе горожан, полетели сразу к дворцу императора. Боевые маги, получившие предупреждения от своих собратьев, расквартированных с легионерами у гномов, не оказали сопротивления захватчикам, а просто отошли, прихватив с собой львиную долю подконтрольных гильдии войск, охраняющих дворец. Стража и не пыталась играть в героев, узнав, с каким противником им пришлось бы иметь дело. Имя Гарвина, архимага гильдии боевых магов, и само по себе звучало достаточно грозно, а если к нему приставить титул «Повелитель драконов»…. Да ещё этих самых драконов несколько десятков…. Нет, воины не были трусами, но и дураками они тоже не являлись. Да, и, по совести говоря, многие легионеры и командиры больше симпатизировали Гарвину, боевому магу, всю жизнь отдавшему на борьбу с врагами страны, а не старому, полубезумному императору, который уже давно не занимался делами управления. Вместо него на себя эту ношу взвалили близкие к трону вельможи, каждый из которых заботился в первую очередь о своём благосостоянии, а уж во вторую очередь о благополучии империи. Хотя, нет, эти хапуги беспокоились о своём кошельке и во вторую, и в третью очередь, и этот счёт можно было бы продолжать до бесконечности. О родине не думал никто из совета, разворовывавшего богатства империи. Поэтому, когда драконы подлетели к дворцу, их встретили лишь сотня личной гвардии императора, да дворцовые маги, считавшие себя элитой магического сообщества, самыми сильными и талантливыми, почти равными богам. Смертельно опасное заблуждение.

Гарвин, обратившись человеком, подошёл к воротам дворца, и потребовал личной встречи с императором. Он вовсе не собирался убивать старого дурня, достаточно было поселить низложенного императора с небольшой свитой на каком-нибудь отдалённом островке посреди океана, путь к которому затрудняли рифы и сильные подводные течения. Гарвин знал несколько клочков суши, добраться до которых было возможно лишь на крыльях драконов. Ни один корабль не смог бы забрать оттуда бывшего властителя, и он доживал бы свой век в изгнании, срывая злобу на немногочисленных подданных. Но в ответ на требования встречи в архимага полетели стрелы и заклинания…. Видимо, дворцовые маги посчитали, что, находясь в человеческом обличии, Гарвин потеряет неуязвимость дракона…. Глупцы. Стряхнув с себя языки пламени, и, взглянув на обломки стрел у ног, архимаг хотел дать им последний шанс сдаться, больше рисуясь, чем проявляя истинную доброту, но драконессы решили иначе. Увидев, что их мужа пытались убить, они в ярости набросились на защитников дворца. Гвардейцы погибли в первые мгновения боя, маги продержались немногим дольше. Бросившись вслед за своими буйными супругами, Гарвин успевал лишь издалека заметить, как очередной дворцовый маг превращался в пылающий факел, или в рваные, неаппетитные куски кровоточащей плоти. Там, где коридоры были слишком узкими, драконессы не утруждали себя обращением во вторую, человеческую ипостась, они просто прорывались вперёд, круша каменные стены так, словно они были сделаны не из твёрдого мрамора, а из обычного песка. Как в результате такого грубого воздействия дворец не рухнул, осталось для архимага загадкой. Гарвин с трудом смог догнать своих жён лишь в тронном зале, где они, скаля зубы, со злостью смотрели на сжавшегося на троне, полностью обезумевшего и орущего от ужаса императора. Посмотрев на несчастного, потерявшего остатки разума, Гарвин обрушил на бывшего властителя огненный шар, прервав его мучения….

— Озерцо, милая терраса, розовый мрамор…. Дорогой, ты, случайно, не сошёл с ума? Может, падающей колонной по лбу досталось? — Драконесса с преувеличенной заботой положила свою изящную, тёплую ладошку на лоб Гарвина, словно заботливая мать, пытающаяся понять, есть или нет у её непутёвого чада температура. — Ты не забыл, кем стал? Ты сейчас Император, Чёрный дракон, первый среди повелителей небес! Не думаю, что тебе нужно прятаться в саду, по террасам.

— Предлагаешь остаться в этом бедламе? — Иронично поинтересовался архимаг.

— Это — тронной зал! Наполовину разрушенный, в убогом дворце, но это место, где полагается находиться тому, кто правит, Императору! Ты должен показать всем, кому сейчас принадлежит власть! По крайней мере, пока не устранены все претенденты на этот самый трон….

— Дорогая, спасибо, что напомнила. — Гарвин обернулся к Лагону. — У покойного императора оставалась семья. Жена, наследный принц, и дочка. Что-то я о них позабыл, даже странно. Отправил троицу своих убийц разбираться с претендентами в городе, а об основной угрозе и не подумал.

— Ничего удивительного, ведь семья императора всегда находилась в его тени, лишь Принц Максимилиан что-то из себя представлял. Теми, кто мог создать реальные проблемы, как раз и занимаются Тень, Ветер, и Кот. — Спокойно произнёс Лагон. — А о семье императора не стоит беспокоиться, они все были убиты, как только драконы ворвались во дворец.

— Что-то я не припоминаю, чтобы мои милые жёны занимались этими несчастными. — Задумчиво протянул архимаг.

— Не сомневайтесь, семья императора убита. — Лагон позволил себе чуть заметно улыбнуться. — Я лично проследил. А сейчас на каждой площади гонцы трубят о том, что император, видимо, под воздействием проклятия некроманта, сошёл с ума, и своими руками перебил своих домочадцев. А затем приказал дворцовым магам поджечь столицу, чтобы принести в жертву Тьме невинные души. Тысячи и тысячи горожан должны были погибнуть в огне, и лишь своевременное вмешательство героя войны с варварами и торзальцами, архимага гильдии боевых магов, повелителя драконов, и так далее, и тому подобное…. в общем, ваше, Владыка Гарвин, спасло мирных жителей от страшной смерти.

— И люди верят во всю эту чушь? — Удивился Гарвин.

— Вы — человек войны, Владыка. Привыкли действовать и думать прямолинейно, по простому, так скажем. Когда перед вами враг — вы его уничтожаете. Но, воюя всю жизнь, вы забыли, как думают и что чувствуют простые люди. Поверьте, они сейчас проглотят любую ерунду, что сейчас вещают с умным видом гонцы на всех улицах и площадях. Люди давно привыкли верить власть имущим, не утруждая себя лишними, на их взгляд, размышлениями.

— А если ты объявишь, что снижаешь налоги, и вводишь законы, защищающие простой народ от произвола знати, то обожающая тебя толпа сегодня же насильно затащат в этот самый зал, посадят на трон, и коронуют, как бы ты не сопротивлялся, дорогой. — Рассмеялась драконесса. — И вся мощь драконов не сможет тебя спасти от этой тяжёлой ноши власти. Правда, завтра эта же самая толпа забудет обо всём хорошем, что ты для них сделал, и станет вечно чем-либо недовольна, но это будет только завтра.

— А ведь ты права. — Гарвин подошёл к оплавленному трону, и, отбросив ногой обуглившиеся останки императора, занял место властителя империи. — Лагон, совещание проведём здесь. Тащи сюда Фороса с Маргосом. И, действительно, подготовь указ о снижении налогов. Пусть эта новость уже сегодня разлетится по всей империи. Только не говорите мне, что это неразумно, сейчас девять десятых всех поступлений в казну растаскивается по карманам приближённой к этой кормушке знатью. Снизим налоги, но и прекратим воровство, ещё и в выгоде останемся.

Маг коротко поклонился, и бесшумно вышел.

— Дорогой, тебе к лицу власть. — Драконесса, скромно улыбаясь, встала за спиной Гарвина.

— Знала бы ты, как мне не хочется всем этим заниматься. — Скривился архимаг. — Мы с тобой драконы, повелители небес…. К чему все эти мелкие дрязги ничтожных людишек? Сейчас бы взлететь к чистому небу, почувствовать ветер, бьющий в лицо…. Только ты, я, и свобода….

— Заманчиво. — Грустно прошептала драконесса. — А, может, и вправду, сбежим? Ну её, эту империю. Как только мы вошли во дворец, я сразу поняла, что потеряла нечто очень важное. А ты…. Приобретая власть, ты потерял свободу.

— Всё это ненадолго, моя Богиня. — Улыбнулся Гарвин. — Я лишь окончательно отберу эту самую власть у зажравшихся аристократов, передам её магам, и всё…. Да, ещё нужно будет уничтожить этого проклятого некроманта.

— Да сдался он тебе. Драконесса, улыбаясь, нежно положила руку на плечо возлюбленного. — Век простого человека короток, будь он хоть магом, хоть некромантом. А мы с тобой будем счастливо жить вместе тысячи лет…. Аксин и так умрёт, от старости, не пройдёт и века, а это такая мелочь для драконов.

— Он — создание Тьмы! — Лицо Гарвина скривилось в злобном оскале. — Прислушайся к Свету, к пламени, что горит в твоей душе….

— Ты прав. — Драконесса невольно сжала плечо архимага, разделяя его ярость. — Тьма должна быть уничтожена нами, драконами, детьми первородного пламени!

— Владыка…. — В полуразрушенный тронный зал вошли три мага, осторожно обходя валяющиеся на мраморном полу отломанные от стен и потолка каменные глыбы.

— Проходите, проходите, предложил бы присесть, да пока некуда….

— В присутствии императора полагается стоять. — Произнёс Форос.

— Варварский обычай. — Усмехнулся Гарвин. — Ничего, думаю, скоро империю ждут новые времена. Все будут стоять перед магами. И не только стоять, но и кланяться…. Нет, лучше падать на колени в присутствии новых властителей.

— Думаю, падать на колени — это уже лишнее, дорогой. — Драконесса тепло улыбнулась архимагу. — Не стоит перегибать палку.

— Я пошутил, радость моя. — Гарвин нежно взял руку своей возлюбленной, и чуть-чуть сжал её изящную ладошку. — Но, думаю, суть моих слов все присутствующие уловили достаточно точно. Я хочу отобрать власть у аристократии, и отдать её в руки магов. Не думаю, что с этим возникнут серьёзные проблемы.

— Аристократы, конечно, не блещут умом, но идти против драконов — таких глупцов будет не так уж и много. — Форос был несказанно рад надвигающимся переменам. Старый маг недолюбливал чванливых и туповатых хозяев прежней жизни. Родившийся в семье небогатого сапожника, он в детстве немало натерпелся от детей тех, кто считал, что их титул или деньги позволяют им обращаться со всеми вокруг, как со скотом. Отец Фороса был искусным мастером, но совершенно не умел торговать. Его обувь была прекрасна — удобна, красива, долговечна. Её заказывали и покупали за бесценок знатные и богатые, давая взамен лишь жалкие гроши, да выливая на бедного сапожника и его семью моря презрения и брезгливости. А отец Фороса, добрый, мягкий, слабый в душе человек просто не мог ничего противопоставить господам, боясь разгневать власть имущих. Всё изменилось, когда у его сына была обнаружена способность к магии. Форос стал усердно обучаться магии, компенсируя средние способности усидчивостью, терпением, а его острый ум позволял использовать заклинания быстрее, и точнее, чем другие ученики. Мальчика быстро заметили, и прочили ему успешную карьеру в различных областях, но, после первого года обучения, как только настали каникулы, он сам пришёл в ближайшее к школе отделение гильдии боевых магов. Конечно, никто не стал бы и слушать ребёнка, только начавшего обучение, но, по прихоти Турнии, на входе Форос столкнулся с Оресом, ставшим недавно архимагом…. Мальчику было предложено испытание — убить преступника, приговорённого к смертной казни, и Форос согласился. Его отвели к тюрьме, и там он впервые в жизни убил человека, разорвав ему горло вращающимся ледяным клинком. И Орес распорядился, чтобы мальчика зачислили в ряды гильдии, рассмотрев в душе ребёнка не только жестокость и боль, но и недетские упорство и решимость. Конечно, это было вопиющее нарушение всех правил, но в то время империя в очередной раз воевала с Торзалией, и подавляла в очередной раз вспыхнувшие волнения среди баронов севера, так что власть боевых магов была велика, как никогда. Форос был первым, и последним ребёнком, ставшим боевым магом, ещё не закончив обучения. Гордый, он пришёл в лавку отца, и тут же чуть не убил торгаша, вырвавшего из рук отца несколько пар прекрасных сапог, и бросившего на грязный пол хижины несколько медяков, деньги, которые не покрывали даже расходов на кожу. Магический огонь, рождённый на ладони мальчика, крепко подпалил наглеца, оставив на его коже глубокие, незаживающие ожоги. А когда в лавку нагрянули стражники, Форос молча продемонстрировал им эмблему гильдии…. После этого его отца боялись обижать, и дела в лавке пошли на лад. С тех пор прошло много лет, но ненависть к знати и богачам так и не утихла в душе постаревшего мага.

— Да мы и сами сможем приструнить особо активных смутьянов. — Жестоко улыбнулся Маргос, стоявший чуть позади старого мага.

— Можем и сами, но лучше, чтобы это сделали драконы. — Спокойно произнёс Лагон. — Иначе может начаться война за власть, а это сейчас ни к чему.

— Да, повелители небес быстро остудят даже самые горячие головы. — Задумчиво произнёс Гарвин. — Остудят, обрушив на них сжигающее всё пламя!

— Милый, не нужно разговаривать такими каламбурами, ты всё-таки стал правителем людей. — Драконессе надоело стоять, и она присела на колени архимага, словно забыв о том, что мгновение назад она сама ратовала о том, чтобы церемония была как можно более официальная.

— Ещё не всех людей. — Гарвин приобнял любимую за талию. — Вот об этом я и хотел с вами поговорить. Гномы окончательно и безоговорочно перешли на нашу сторону. Здесь, в империи, тоже не возникнет серьёзных проблем. Правящая династия вся уничтожена, другие претенденты на власть скоро присоединятся к ныне покойному императору. Эльфы слишком малочисленны, чтобы принимать их во внимание, армия варваров рассеяна. Остаётся Торзалия. Маргос, что ты мнёшься с ноги на ногу? Хочешь что-то спросить? Ну, давай, слушаю.

— Зачем Вам эта полуразрушенная пустыня, захваченная Тьмой, Владыка Гарвин?

— Хороший вопрос. Вспомните отчёт Флереса по Древней земле. Жизнь там прекрасно приспособилась к влиянию Тьмы. То же самое случится и в Торзалии. И, через какие-то сто-двести лет, а, может, и раньше, у наших соседей всё наладится. Они привыкнут выживать, борясь с Тьмой и её порождениями, постоянная опасность только закалит выживших. А их дети станут ещё сильнее. Сейчас мы сможем закончить давнюю вражду безо всякой войны, просто пообещав Королю Лораксу помощь наших магов, ведь его жрецы стали бессильны. Братья-боги больше не могут слышать молитвы своих последователей.

Архимаг замолчал, словно прислушиваясь к чему-то.

— Простите, Владыка Гарвин…. — Чуть замялся Лагон. — Откуда информация о жрецах, потерявших силу?

— Ты должен верить на слово своему императору. — Драконесса нежно улыбнулась магу, и погрозила ему изящным пальчиком, на котором, как по волшебству, вырос кривой, острый, как бритва коготь.

— Не надо пугать моих подданных, дорогая, по крайней мере, этих. — Гарвин положил ладонь на руку драконессы. — эта троица верна мне и в делах, и в помыслах. Просто Лагон привык проверять факты.

— Это хорошая привычка. — Девушка положила голову на грудь архимагу, и снова улыбнулась, на этот раз без скрытой угрозы. — Друзья, я очень прошу вас простить меня. Даже драконы могут нервничать.

— Я бы сказал, что драконы куда более вспыльчивые, чем обычные люди. — Гарвин с улыбкой провёл ладонью по волосам драконессы. — А насчёт твоего вопроса, Лагон…. Если на землю спустилась Тьма, то лишь Свет сможет своими яркими лучами её разогнать. И наоборот. Где властвуют первородные силы, там нет место для богов. Поэтому молитвы жрецов Лоракса Лучезарного сейчас превратились в пустой звук. Пообещаю ему помощь, и он будет умолять меня о чести присоединить Торзалию к империи. Но это сейчас, пока наши соседи слабы и растеряны. Следующее поколение вырастет великими воинами, закалёнными постоянной борьбой за жизнь. Лучше будет, если эти воины будут на стороне империи.

— Насчёт умолять ты, пожалуй, преувеличиваешь. — Драконесса поёрзала, поудобнее устраиваясь на коленях Гарвина. — Вряд ли Лоракс так быстро сдастся.

— Нам помогут. — Архимаг снова замолчал, прислушиваясь к тёплому, мягкому шёпоту, идущему словно из глубины его души.

— Кто?

— Если я скажу вам, то вы посчитаете, что архимаг гильдии боевых магов просто сошёл с ума, получив власть над империей. — Рассмеялся Гарвин, глядя на ошарашенные лица Фороса и Маргоса. — Лагон, ты бы хоть попытался изобразить удивление на лице. Посмотри вот на своих коллег, они так старательно раскрыли рты, что любо-дорого посмотреть.

— Если Владыка говорит, значит, так оно и есть.

— Понятно, этого ничем не проймёшь….

— Дорогой, немедленно скажи, что это у тебя за таинственные помощники появились. — Драконесса соскочила с колен Гарвина. — Никто о них ничего не знает, никто не видел, но они способны переубедить целого короля. Настоящего короля, хоть уже почти без королевства. Мне же интересно!

— Не помощники, а помощник, всего один. — Гарвин встал. — Пора заканчивать совещание, оно и так затянулось. Дорогая, собери моих жён, мы летим с дружеским визитом в Торзалию. Мне тут говорят, что Лораксу уже помогли изменить свою точку зрения по поводу войны и мира с империей. Причём король думает, что принял решение самостоятельно….

— Никуда я не полечу, пока не скажешь….

— Кто-то из богов спустился на землю, и помогает мне, дорогая. — Архимаг закрыл уста драконицы нежным поцелуем. — Бог, более могущественный, чем те, кому так усердно и бесполезно молятся все оставшиеся в живых жрецы Торзалии.

— А….

— Потом, всё потом. — Гарвин двинулся к выходу, но сразу резко остановился. — Совсем забыл. Лагон, среди магов есть слишком мирные натуры, которые будут не очень рады переменам. Бредни по поводу того, что магия создана, чтобы служить людям, иногда всё-таки проскакивают в некоторых головах.

— Позаботиться о таких?

— Не так, как ты сейчас подумал, кровожадное чудовище. — Шутливо пожурил Гарвин мага. — Они же Владыки, имеют право на маленькие странности. Займи их делом, к которому они так стремятся — пусть спасают людей. Смотри.

Гарвин короткими движениями набросал в воздухе сложный рисунок, состоящий из тонких огненных линий.

— Это — структура заклинания, спасающая от дыхания Тьмы. Нечто похожее заложил в свои талисманы некромант, но там была магия смерти, а здесь — магия света и огня. Такое заклинание легко смогут повторить наши маги…. Вот пусть они и начинают массовое производство талисманов, надо же спасти моих будущих подданных.

— Изящно и просто…. — Задумчиво произнесла драконесса. — Дорогой, ты сам это изобрёл?

— Нет, к моему стыду, мне подсказали это заклинание, буквально только что. — Гарвин вновь прислушался к тёплому шёпоту. — Всё, время не терпит, нам нужно спешить. Почему — не знаю, на месте разберёмся.

Жители столицы со страхом и восторгом смотрели в небо, где в бесконечной синеве драконы полетели в сторону гор….

Лоракс сидел на троне, в отчаянии обхватив голову руками. Впервые в жизни король-жрец не знал, что делать. То, чего имперцы не могли добиться многие века, Тьма сотворила за несколько дней. Торзалии больше не существовало…. Люди гибли сотнями, вымирали целые деревни. Урожай пропал, и оставшимся в живых можно было лишь выбрать, от чего они хотят умереть, от голода или от зубов восставших мертвецов, наводнивших земли некогда процветающего государства. Армия разбежалась, а жрецы потеряли силу…. Даже он, король-жрец, потерял всё своё могущество. Братья-боги ещё могли говорить с ним, но вот их магия исчезла, словно растворилась в наступающей Тьме. Но и их слова были не утешительны…. Некромант, исчадье Тьмы, свободно разгуливал по его земле, а на сторону империи встали драконы. Король понимал, что он обречён.

— Ваше Величество! — В зал вбежал бледный, как смерть, дворецкий. — Драконы, на дворцовой площади приземлились драконы! Много!

Лоракс взял себя в руки, и гордо встал, расправив плечи.

— Император послал их убить меня. Ну, что же, я покажу им, как умирает настоящий король! Скажи страже, чтобы не препятствовали им. Не нужно лишних смертей среди моих подданных.

Король прекрасно понимал, что, даже если бы Тьма не обрушилась на его земля, вся армия с поддержкой жрецов не смогла бы противостоять нескольким десяткам этих летающих монстров.

— Но, Ваше Величество, они ничего не предпринимают…. — Дворецкий смотрел на короля дикими, круглыми от удивления глазами. — Они превратились в женщин…. Ну, не все, там один мужчина…. И он просит у Вас аудиенции.

— Что ты сказал?! Повтори!

— Ну, эти люди, то есть драконы, ждут у дворца, и один из них просит соизволения поговорить с Вами….

Лоракс рухнул на трон. В голове короля закружились странные, невероятные, пугающие мысли. Он просто не мог понять, что происходит. Но вдруг, словно со стороны, раздался мягкий, тёплый шёпот. Он успокаивал, разъяснял, поддерживал. Это было похоже на то, как некогда Братья-боги говорили со своим избранником. Но в этом шёпоте чувствовалась настоящая, не подавляемая Тьмой сила.

— Передай, что я приму их.

— Всех?

— Да.

— Но, Ваше Высочество, а вдруг они прилетели убить Вас….

— Успокойся. — Лоракс решил не наказывать дворецкого за дерзость. — Если бы они хотели моей смерти, то не просили бы разрешения поговорить. Пригласи наших гостей.

Дворецкий со всех ног бросился исполнять приказ короля. А Лоракс, постарался успокоиться, и собраться с мыслями, хотя в глубине души он знал, для чего к нему прилетели драконы. И он так же знал, что он им ответит. Благодаря этому странному шёпоту король снова обрёл силу, и сейчас он ни за что её не упустит. Какова бы не была цена….

В тронный зал зашёл спокойной, непринуждённой походкой зашёл мужчина, окружённый толпой женщин, одетых в странные, облегающие тело, похожие на чешую, кольчуги, переливающимися всеми цветами радуги.

— Ваше Величество — Незнакомец отвесил учтивый поклон. — Прошу прощения, что вынужден был без приглашения и предварительного соглашения побеспокоить Вас. Поверьте, если бы не крайние обстоятельства, я бы никогда не позволил себе подобной дерзости.

Лоракса нисколько не обманули добродушная улыбка и безупречные манеры говорившего. Король, слушая этот странный шёпот, словно прикоснулся к источнику новой силы. Ту же самую силу, но во много раз больше, чем была доступна ему, он увидел в драконах, обратившихся людьми. А незнакомец был просто переполнен ею…. Жуткое, завораживающее могущество.

— Это для меня большая честь вести беседу с легендарными драконами. — Через силу улыбнулся Лоракс.

— Мы пришли сюда, как люди, Ваше Величество. — Незнакомец в очередной раз учтиво поклонился. — И, если позволите, я сразу перейду к делу, чтобы между нами не было никаких недомолвок. Мы пришли, чтобы помочь.

— Император решил помочь мне?

— Именно так, Ваше Величество. — Улыбка незнакомца была больше похожа на усмешку.

— Могу я узнать причину этого поступка моего давнего врага? — Лишь благодаря титаническим усилиям Лоракс сумел удержать на лице маску спокойствия и невозмутимости. То, что он только что услышал, было просто невозможно. Империя и Торзалия веками воевали друг с другом, а сейчас, когда Тьма обрушилась на его земли, прилетают драконы, и обещают помощь, да ещё от имени империи. — Насколько я помню, до недавнего времени мы воевали….

— Просто сейчас в Империи поменялись приоритеты, Ваше Величество.

— Извините, но я склонен усомниться. Не сочтите мои слова за оскорбления, но, чтобы старый император вдруг воспылал ко мне и моей стране дружескими чувствами….

— Старый император мёртв. Сейчас рождается новая империя, страна, где власть принадлежит не кучке зажравшимся аристократам, а достойнейшим. Магам.

— Но…. — Маска невозмутимости спала с лица короля, он не мог поверить своим ушам. — Но и с магами у нас были разные пути. Служение богам и магия несовместимы!

— Вы так думаете? — Загадочно улыбнулся незнакомец. — Тогда, Ваше Величество, скажите, почему сейчас к Вам возвращается сила?

Тёплая волна с головой накрыла короля, разбудив забытое ощущение белого могущества. Голоса Братьев-Богов всё яснее и яснее зазвучали в душе Лоракса, но на этот раз к ним присоединился мягкий, тихий шёпот.

— Я маг, но и я слышу голос того, кто, разогнав Тьму, позволил Вам вновь получить силу.

— Кто…. Кто ты?

— Простите моё невежество, Ваше Величество, я совсем забыл о манерах. — Незнакомец коротко поклонился королю. — Моё имя Гарвин, архимаг, глава гильдии боевых магов. С недавних пор — новый властитель империи.

— Ты забыл ещё один титул, дорогой. — Промурлыкала одна из женщин, сопровождавших незнакомца. Чёрный Дракон, первый среди равных.

— Но как это возможно…. — Лоракс перестал понимать, что творится вокруг. — Ведь Братья — единственные истинные боги…. Но я слышу ещё один голос….

Король прислушался.

— Я не понимаю….

— Всё ответы Вы найдёте у себя в сердце, Ваше Величество…. — Гарвин понял, что ему достаточно было лишь с загадочным видом бросить пару-тройку непонятных фраз, и Лоракс сам найдёт подходящее для него самого объяснение происходящему. И он не ошибся. Через несколько мгновений лицо короля прояснилось.

— Это Всеотец! Давший своим пятерым сыновьям власть над небом, а затем заснувший вечным сном!….

Архимаг не был знаком с религией торзальцев, но сейчас понял, что стоит всецело поддержать заблуждение короля. Гарвин прекрасно понимал, что это Свет, его покровитель, разогнал Тьму над Лораксом, дав возможность Братьям-Богам вновь напитать силой своего жреца. Но, если король хочет, чтобы это был какой-то там Всеотец…. Пусть его желание исполнится.

— Тьма, обрушившаяся на Вашу страну, приглушила голоса его сыновей, и Всеотец проснулся от долгого сна, чтобы помочь своим детям, и их верным последователям.

— Но как это возможно….

Гарвин прекрасно понял, что пытался сказать Лоракс.

— Я - последователь и служитель того, кто вернул Вам силу.

Король слушал архимага через призму мощи Братьев-Богов, и осознавал, что тот говорит истинную правду. Если бы Лоракс не был так подавлен отчаянием, а затем окрылён вновь появившейся надеждой на будущее, он бы заметил, что Гарвин говорит всего лишь часть правды, не называя вещи своими истинными именами. Но король увидел и услышал только то, что сам хотел увидеть, и услышать.

— Вы — Верховный Жрец Всеотца! — Лоракс соскочил с трона, и, бухнувшись на одно колено, низко поклонился Гарвину. — Простите, я сразу не узнал. Приказывайте! Мы, жрецы его детей, повинуемся….

— Твоё слово — это слово всей Торзалии? — В сердце архимага трубили победоносные фанфары, но на его лице не дрогнул не один мускул. Всё та же заботливая, немного грустная улыбка, нотки обеспокоенности в голосе.

— Да!

— Хорошо. — Гарвин подошёл к стоящему на колене королю, и легко поднял его на ноги. Сила дракона наполняла тело архимага небывалой мощью, он мог, если бы захотел, легко разорвать стоящего перед ним человека на две половинки, но зачем было так поступать с новым, верным до фанатизма слугой? — Сядь на свой трон, ведь ты — король Торзалии!

— Вся Торзалия принадлежит Вам….

— Не нужно. — Прервал Лоракса архимаг. — Я пришёл только помочь, как просил меня Всеотец. Скоро из империи поступят амулеты, защищающие людей от смертоносного дыхания Тьмы, а пока собери всех находящихся рядом жрецов, я помолюсь, чтобы и к ним вернулась сила.

Король просто лучился радостью…. Торзалия, его страна, не погибнет. Он не понимал, да и не хотел понять, что с этой секунды вся его власть зависит от одного человека, вернее, дракона — от стоящего перед ним Гарвина. Ведь всё становилось, как раньше — единая страна, управляемая жрецами Братьев-Богов. А то, что именно Гарвин контролировал эту силу…. Так ведь это было правильно, ведь он — Верховный Жрец Всеотца.

— Ваше Величество! — Дверь тронного зала распахнулась, к трону подбежал дворецкий. — Спасайтесь! Через северные ворота в город ворвались исчадья Тьмы!

— Неужели к нам пожаловал сам некромант?! — Гарвин, не веря подобной удаче, рванулся было к выходу, но тут же остановился, вслушиваясь в тихий, тёплый, слышимый только ему шёпот…. — Нет, это всего лишь Дикая Охота. Сам Тёмный Властелин ушёл, оставив здесь своё детище. Страшное оружие магии боли смерти.

— Но почему он это сделал? — Лоракс сжал в кулаки побелевшие пальцы. — Почему эта Дикая Охота сейчас ворвалась в город.

— Дикая Охота была создана по велению Тьмы. Некромант оставил её, а сам ушёл за море, на Древнюю Землю, давно ставшей проклятой. И оставил здесь своё создание, это исчадие Тьмы. И теперь нежить просто и без определённой цели убивает всех, на кого пал её взор. Жизни простых торзальцев и жрецов — это плата…. — Спокойно произнёс Гарвин. — Плата, которую предложил некромант Королю Дикой Охоты, обуреваемому жаждой крови. И мои подданные, и жители Торзалии — всего лишь жертвы на алтаре этого безумного некроманта. Он убивает просто так, наслаждаясь страданиями людей.

Гарвин уже в открытую лгал, но король-жрец был слишком поглощён яростью, чтобы замечать что-либо вокруг.

— Я уничтожу его! — Лоракс вскочил с трона. — И его проклятую Дикую Охоту!

— Мы с тобой уничтожим её, брат. — Маг коротко взмахнул рукой, и его свита спокойно двинулась к выходу из тронного зала. — Перед огнём драконов не устоит никакое исчадие Тьмы. Да прибудет с нами сила Всеотца и его детей.

— Веди, старший брат. — Лоракс, скрестив руки на груди, коротко поклонился церемониальным, принятым у жрецов Торзалии поклоном, приветствия наставника учеником. — Пусть Всеотец укажет нам путь.

«Не сомневайся, он обязательно направит тебя на дорогу истины — на лице мага не отражалось ни одной эмоции, но в глубине души он ликовал — и я, смиренный жрец этого вашего Всеотца, обязательно прослежу, чтобы вы, дорогие соседи, не сбились с нужного пути».

Глава 24

Аксин задумчиво глядел на свои, когда то казавшиеся ему бесконечными запасы магических ингредиентов для проведения ритуалов некромагии. За прошедший год его склады опустели почти наполовину. «Если так пойдёт и дальше, мне придётся организовывать вылазку к Торзальцам, чтобы пополнить запас свежих тел и человеческой крови» — с долей иронии подумал Аксин. — «Ну, кто же мог подумать, что обучение тёмных эльфов окажется таким затратным занятием». Некромант, как только вернулся на Древнюю Землю, взялся за тяжкий, почти каторжный труд — преподавание дроу некромагии, помня о своём обещании Тьме. Тёмные эльфы, как только узнали о будущем обучении, чуть не поубивали друг друга за право попасть в группу счастливчиков, которым было суждено стать первыми некромантами, основой будущей армии Аксина. Ему пришлось срочно вмешиваться, и брать организацию процесса выбора первых учеников на себя, иначе количество тёмных эльфов на Древней земле могло резко сократиться…. Подключив старейшин, Аксин с немалым трудом всё же сумел остановить намечающееся кровопролитие, по крайней мере, его внешнюю часть. Сколько дроу «случайно» пропали или погибли от нелепых несчастных случаев до того, как он сделал окончательный выбор, история умалчивает, но точно не один, и не два. Несмотря на излишне активное желание тёмных эльфов быть в числе первых, Аксин всё-таки сумел выбрать десять самых перспективных учеников, в число которых попал и Ашалос, а они сумели выжить, доказав, что Пророк Тьмы в них не ошибся, и начать обучение.

Неделю он преподавал для десятка счастливчиков основы тёмного искусства, затем несколько дней готовил материалы для новых ритуалов, пока его ученики обучали других дроу. На первых порах тёмные эльфы скрывали, как могли, друг от друга информацию. Они рассуждали просто, в духе философии тёмных эльфов: некромагия — это могущество, сила, власть. А зачем же делиться властью? Аксин попытался образумить их, сначала словами, затем наказывая упрямцев, но все его усилия пропадали даром. Невозможно было быстро переделать эгоистичную натуру дроу. Он уже был готов опустить руки, но Белла, узнав о его проблеме, дала один бесценный совет. Ламия болталась между мирами, то уходя домой и, пропадая там неделями, то сваливаясь в гости к Аксину, как снег на голову. Она то и подсказала, как можно исправить ситуацию.

— Младшенький, твоя проблема в том, что ты подошёл к решению задачи не с того края.

— Думаешь, ты лучше меня знаешь искусство некромагии и обучения? — Невесело усмехнулся юноша.

— А это-то тут при чём? Не вижу никакой связи между знанием магией смерти, и твоей маленькой проблемой.

— Если ты не видишь очевидного, то почему ты решила, что можешь поучать меня, сестричка? — Ехидно посмотрел на вампиршу раздосадованный Аксин.

— А ты мне растолкуй, коротко и простым языком, как для полной дурочки. — Белла, состроив невинное личико, театрально захлопала глазами.

— Да все мои усилия пропадают, причём безо всякого толку! — Юноша в ярости смял свитки, разложенные перед ним на столе. — Эти проклятые дроу абсолютно неисправимы! Я стараюсь, учу десятерых из них, раскладываю всё по полочкам, и всё впустую! Они же просто не учат других, да при этом ещё и умудряются втихушку воевать друг с другом! Вот, к примеру, вчера твой драгоценный Ашалос, якобы случайно, уничтожил могильной гнилью записи остальных моих учеников!

— Давай, я скажу одну глупость, а ты потом продолжишь психовать. — В глазах ламии загорелись искорки еле сдерживаемого смеха, и она невинно улыбнулась, в предвкушении будущего веселья.

— Глупость, говоришь? — Заинтересовался юноша. — Ну, говори, я тебя внимательно слушаю.

— Ты им просто прикажи.

— И как я сразу не догадался….

Короткий взмах изящной ладошки прервал Аксина.

— Опять ты ничего не понял, младшенький. — Ехидство Беллы, казалось, заметили даже бездушные личи, новые мёртвые воины-маги, законсервированные тела для создания которых Аксин разыскал с немалым трудом, обшарив чуть ли не всю древнюю землю. — Ты им прикажи не как наставник, а как Пророк Тьмы. Прикажи голосом её, именем её, и во имя её.

— Что?

— Да какой ты стал тупой, братишка. — Рассмеялась Ламия. — Младшенький, ты слишком долго общался только с книгами, свитками, да безмолвными мертвяками. Ой, совсем забыла про безвольных химер, выполняющих любой приказ хозяина…. Малыш, не надо скалить зубы, это я не про тебя, ты у нас редкий умница. Так вот, тёмные эльфы — это тебе не послушные зомби. Дроу ведут себя, как злобные, эгоистичные, избалованные подростки. Тьма для них — это единственная святыня. А ты — пророк этой самой Тьмы. Теперь-то улавливаешь мою мысль?

Аксин открыл было рот, чтобы возразить ламии, но тут до него дошло, что она была абсолютно права.

— Младшенький, я уже оценила твои крепкие, здоровые зубы, так что можешь не продолжать мне их демонстрировать. — Белла с трудом сдерживала смех.

Со стуком захлопнув челюсти, раздосадованный юноша пошёл искать Ашалоса, который в последнее время постоянно ошивался в бесконечных подвалах резиденции Аксина, вечно разыскивая там что-нибудь для своих опытов. Не без труда найдя дроу, некромант приказал ему срочно собрать всех его соплеменников, обучающихся искусству магии смерти. Какого же было удивление Аксина, когда на следующий день он увидел перед собой практически всех тёмных эльфов, живущих на Древней Земле. Дроу заполнили площадь перед резиденцией и все соседние улицы, молчаливо стояли и готовились слушать. С некоторым трудом поборов замешательство, и мысленно вспомнив добрым словом Ашалоса и всех остальных учеников, не потрудившихся поставить его в известность о том, что некромагию стали изучать абсолютно все тёмные эльфы, Аксин объявил, что Тьма желает, чтобы для дроу, обучающихся некромагии, с сегодняшнего дня никто, особенно их соплеменники, не смел чинить никаких преград. Если же кто ослушается её приказа, то она отвернётся от виновника, и никогда больше не обратит на несчастного свой благосклонный взор.

Удивительно, но Белла оказалась абсолютно права. После этих слов тёмные эльфы так рьяно бросились обучать друг друга искусству некромагии, что вскоре у Аксина возникла совершенно противоположная проблема. Его десять учеников обучали сотню, та сотня обучала тысячу, тысяча — несколько тысяч…. Если до этого почти все тёмные эльфы так или иначе пытались постичь тайны магии смерти, при этом активно мешая друг другу, то сейчас вся эта масса начинающих некромантов стали друг другу помогать. Один только Ашалос за первую неделю, прошедшую после пламенной речи Аксина, вытащил из подвалов несколько сотен килограммов различных магических ингредиентов, и пару десятков свежих, законсервированных заклятием трупов для своих подопечных. Другие ученики от него не отставали, и сейчас, по прошествии года, Аксин заметил, что его запасы резко сократились.

— А-а-а, лошадка, стой! — Задорный, детский голос прервал раздумья некроманта.

— Лана…. — Обречённо вздохнул Аксин.

Если бы у юноши спросили, что бы он выбрал — разрушительный ураган с наводнением и землетрясением, или очередной визит этого ребёнка, он, не раздумывая, сразу согласился бы на все стихийные бедствия сразу. Всё, что угодно, лишь бы Лана хоть денёк вела себя тихо и мирно…. Но, похоже, боги решили наказать некроманта, и на его голову вновь обрушилась страшная кара в виде непоседливой девчонки.

— Лошадка!

Мимо Аксина, на огромной скорости, промчался Малыш. Обычно грозный и бесстрашный пёс спасался бегством, прижав уши, и стараясь как можно быстрее забиться в какое-нибудь недосягаемое для малолетней садистки укрытие.

— Дядя Аксин! — Маленький вихрь из разноцветных ленточек, цветастого платья, и безграничного количества бешеной энергии налетел на некроманта, чуть не сбив его с ног. — А куда Малыш убежал? Мы с ним в лошадку играем….

Девочка несколько мгновений постояла, задумчиво покусывая не очень чистый указательный палец правой руки, затем радостно выдала.

— Я придумала! Давайте играть все вместе!

Некроманту показалось, что четверо личей, его бессменные охранники, побледнели ещё больше, и отшатнулись, оставляя хозяина наедине с этой свалившейся бедой.

— Лана, извини, я сейчас занят, сильно-сильно…. — Аксин попытался отступиться в сторону от бросившегося на него ребёнка. Не вышло. Девочка подскочила к нему, и, уцепившись за штанину, попыталась взобраться на плечи.

— Дядя Аксин, ну, давай поиграем в лошадку…. — Просительно заканючила она.

— Солнышко, я сейчас сильно занят, честно-честно. — Некромант завертел головой, высматривая, куда мог спрятаться пёс. Увидев его, юноша с облегчением вздохнул, и поманил химеру к себе.

— Малыш, иди-ка сюда.

В ответ он услышал лишь жалобное поскуливание. Пёс, как и личи, тоже не горел желанием спасать хозяина от этой напасти.

— Малыш, я кому говорю….

Резкий звон прервал гневную проповедь некроманта. Воздух перед ним на мгновение стал густым, вязким, потом потёк, словно жидкое стекло, затем застыл серебристым зеркалом, чтобы тут же покрыться мелкими, тёмными трещинами, и с тихим хрустом лопнуть. Из исчезающих обломков, яростно ругаясь, вылетел демон, таща за собой упирающуюся Беллу.

— Дядя! Тётя! Вы тоже пришли поиграть со мной?! — С радостным криком Лана кинулась обнимать вампиршу.

— Аксин, какого Чонинга ты тут защиты понаставил?! — Накинулся на некроманта демон. — С меня чуть кожу не содрало, пока я к тебе через портал пробивался!

— Да ничего я не ставил. — Юноша внимательно осмотрел сквозь призму истинного зрения остатки магического заклинания. — Это кто-то из моих ученичков расстарался. Похоже, Ашалос, уж очень аккуратно и незаметно всё было сделано. Ну, точно, он, другие подобные плетения ещё не освоили.

— Следить надо получше за этими юными дарованиями!

— Не кричи, а то натравлю на тебя Лану. — Услышав эту угрозу, Ваалор с лязгом захлопнул клыкастую пасть. Демону вовсе не улыбалось провозиться весь остаток дня с приставучим ребёнком. И Ваалор прекрасно понимал, что, если Аксин выполнит свою угрозу, то он ничего не сможет поделать. Малышка обладала странной, не похожей ни на какое магическое воздействие, но при этом такой же действенной властью. Стоило ей подойти, нежно взять за руку, и посмотреть своими чистыми, немного грустными глазами, как закалённая в бесконечных боях воля демона разлеталась на мелкие кусочки, и он становился добрым дядюшкой, готовым отдать себя всего, без остатка, этой маленькой девочке. Кровожадные монстры, как, впрочем, и нежить, по непонятным для Аксина причинам также не трогали девочку. Некромант убил не одну неделю, пытаясь разобраться в этом феномене, но всё без толку. Обычная девочка, без малейшего следа магического дара…. В конце концов, Аксин махнул рукой на эту странность, и, отложив исследования в дальний ящик, занялся обучением дроу, клятвенно заверив себя, что вернётся к тайне найдёныша потом, как-нибудь, когда у него появится свободная минутка. Но тёмные эльфы оказались такими беспокойными учениками, что скоро юноша забыл и про исследования, и про свободные минутки.

— Идея хорошая, младшенький, но сейчас я предлагаю спасти нашего непутёвого братца от этой приставучей пигалицы. — Белла с огромным трудом оторвала от себя радостно верещавшего ребёнка. — В другое время я бы с удовольствием посмотрела, как Лана заездит до полусмерти своего любимого «дядюшку Ваалора», но не теперь. У нас неожиданно образовалась серьёзная проблема.

Аксин с нарастающим беспокойством слушал непривычно серьёзную ламию.

— Зови сюда Ашалоса, новость, с которой мы прибыли, напрямую касается и тёмных эльфов тоже.

Некромант коротко кивнул, отправив в пустоту зов, слышимый только его учениками.

— Придётся немного подождать. — Юноша сел на массивный, не очень удобный стул. — Дроу не умеют открывать порталы, и перемещаться, куда им вздумается. Я, кстати, тоже….

— Эта магия — привилегия только нашего народа. — Белла достала из маленькой, изящной сумочки, висевшей у неё на плече, какую-то блестящую безделушку, и вручила её ребёнку. Лана, забыв про игру в лошадку, с радостным криком выхватила подарок, и убежала хвастаться им перед всеми обитателями убежища Аксина. То, что в основном это были бездушные зомби, ребёнка ничуть не смущало.

— Лишь высшие демоны могут мгновенно перемещаться в пространстве, тратя при этом огромную прорву жизненной и магической энергии. — Прогудел Ваалор. — И то, только к тем, с кем связаны узами крови. Если бы не крайне важные новости, я бы не открывал портал. Семь потов сошло, пока я продирался через эту проклятую защиту, спасибо твоему Ашалосу. Да ещё пришлось тащить за собой чуть ли не силой одну упрямую козу, которую по ошибке мы считаем нашей сестрой….

— Козу!? А, знаешь, ты кто….

— Кстати, почему ты так упиралась, сестрёнка? — Поинтересовался, перебивая ламию, Аксин.

— Да потому что это платье совершенно не подходит под цвет стен твоего кабинета! — Возмущённо выпалила вампирша.

— Да, действительно, причина уважительная. — Пряча улыбку, произнёс Аксин. Впрочем, это ему не сильно удалось.

— Я не понимаю, что смешного….

Деликатный стук прервал разъярённую ламию.

— Это дроу. — Юноша с видимым облегчением поспешил к двери, чтобы впустить тёмных эльфов. — Заходите, у Ваалора появились какие-то сверхсрочные новости.

Гости вошли в кабинет, и, встав рядом с некромантом, вопросительно взглянули на демона.

— К нам пришла война. — Коротко бросил тот.

— Что? — Не веря своим ушам, Аксин с удивлением уставился на демона. — Белла, он, что, перетренировался? Или его любимый двуручный меч вырвался из руки, да упал прямо на голову?

— Младшенький, не смей издеваться над братом, это только моя привилегия. — Успокоившаяся ламия покачала головой. — И, на этот раз, Ваалор абсолютно прав. Нам предстоит война, причём воевать будем с очень серьёзным противником.

— Но кому понадобилось вторгаться сюда, в царство Тьмы?! Здесь ничего не найдёшь, кроме смерти….

— Сам догадаешься, или подсказать? — Ехидно спросил демон.

— Не нужно. — Пробурчал Аксин. — Предполагаю, что это всё тот же самый настырный маг империи, как там его… Гарвин.

— Не угадал, насколько я понимаю, сейчас он — не маг, а самый настырный повелитель объединённых сил людей, гномов, эльфов, и драконов. — Поправил юношу Ваалор.

— Даже так? — Удивлённо приподнял бровь некромант. — Рассказывай….

— А Флереса ждать не будем? — Влезла неугомонная ламия.

— Можно и подождать, но это ожидание затянется слишком уж надолго. — Аксин поёрзал, безуспешно пытаясь устроиться поудобнее на этом недоразумении, по ошибке названном стулом. — Я его уже с полгода не видел. Наш эльф решил заняться непонятно чем, ушёл в леса, и с концами.

— Он хоть живой? — В голосе ламии не слышалось ни капли беспокойства. Вампирша относилась к Флересу без малейшей искорки теплоты, тот платил ей той же монетой.

— Живой. — Некромант коротко кивнул на деревянный посох, стоящий в дальнем углу. — Это его. Если бы хозяин погиб, по дереву пошли бы трещины. Колдуны связаны со своими посохами, как и маги.

— То есть, он просто ушёл, оставив свой посох?! — Переспросила поражённая услышанным Белла.

— Сказал, что теперь ему этот костыль без надобности. — Пожал плечами юноша. — Ваалор, ты, кажется, хотел что-то рассказать?

— Да. — Коротко кивнул демон. — К нашим берегам подходит флот. Огромный….

Аксин почти не слушал, его сознание вдруг само собой отделилось от тела, и нырнуло в густую, тягучую бездну мрака. Мгновенный полёт через бесконечность — и он очутился у самой кромки солёных вод, омывающих ленивыми волнами берега Древней Земли. Некромант словно находился сразу во многих местах одновременно, смотря тысячами глаз на появившуюся на горизонте огромную флотилию. Сотни и сотни кораблей неспешно продвигались вперёд, и над каждым вился на ветру странный, не виданный ранее Аксином флаг — чёрный дракон, расправивший крылья, на фоне яркого пламени. «Да, Ваалор был прав — подумал некромант — Похоже, этот Гарвин сумел подмять под себя всех. Вон, какой флот всего лишь за один год отгрохал. И когда только он успел?»

А корабли всё прибывали и прибывали. Вскоре первые из них вошли в воды, кишащие морскими химерами, жуткими порождениями Тьмы. Те бросились встречать незваных гостей, стремясь разорвать сумасшедших, осмелившихся вторгнуться на этих хлипких деревянных корытах на их территорию…. Но на этот раз ядовитым когтям, жалам, клыкам противостояла объединённая мощь людей, гномов, эльфов, и, главное, драконов. Навстречу химерам полетели смертоносные заклинания магов, щупальца монстров бессильно скользнули по бортам кораблей, покрытым тонкими, но удивительно прочными закалёнными стальными полосами, вышедшими из печей мастеров подгорного народа. На древесине вдруг загорелись ярким светом вырезанные эльфийские руны, и корабли замерцали, словно объятые мягким, ласковым, не обжигающим пламенем. Но этот колдовской огонь был добр лишь к команде корабля…. Химеры, попадая в него, ревели от боли, покрываясь жуткими ожогами и медленно умирали, корчась на палубе от нестерпимой боли. Атаки мелких монстров были успешно отбиты почти без потерь, а с крупными противниками легко расправились драконы. С каждого корабля прыгнули несколько маленьких, человеческих фигурок, превращаясь в воздухе в тех, кем они и являлись на самом деле — непобедимыми повелителями небес. Рёв огромных ящеров заглушил шум битвы, драконы набрасывались на больших химер, легко разрывая противников в клочья. Их когти были твёрже алмазов, чешуя прочнее закалённой брони, зубы — клинки, что острее бритвы, дыхание — всепожирающее пламя…. Химеры попытались скрыться под водой, но чужеродная стихия не стала преградой для повелителей небес. Оказалось, что драконы прекрасно плавали, и настигали своего врага везде. Очень скоро армия морских монстров была рассеяна, те из них, кто не погиб, поспешили скрыться на недосягаемой для драконов глубине, их не преследовали. Корабли продолжили свой путь к берегу почти без потерь. Несколько десятков уничтоженных судов были лишь каплей в море.

«Проклятые ящерицы — с досадой мысленно прошипел некромант — Если бы не эти летающие горелки, то морские зверушки здорово бы потрепали врага, и он ещё на подступах лишился бы основных сил. Вот только „бы“ сильно мешает».

Время внезапно ускорило свой бег, вокруг Аксина всё закружилось в цветной круговерти, по небу с огромной скоростью пронеслось солнце, затем всё вернулось на свои места. Он увидел, как с кораблей на берег организованными колоннами сходят сначала закованные в броню гномы, прикрываемые людскими магами и парящими над стальными рядами драконами, затем легионеры империи и воины Торзалии, и, последними — одетые в лёгкие, гибкие кольчуги эльфийские лучники и колдуны. Каждый из прибывших был защищён от дыхания Тьмы медальоном, похожим на тот, что когда-то создал сам Аксин.

«Да, дела…. - задумчиво прошептал бесплотными губами некромант — похоже, этот Гарвин чересчур серьёзно отнёсся к моей скромной персоне».

В это время корабли, высадившие на берег воинов, развернулись, и взяли курс в открытое море. «Куда это они?» — Подумал Аксин, и тут же получил ответ. Его дух на огромной скорости переместился вперёд, и он увидел огромные баржи, полные вооружённых до зубов людей, гномов, эльфов. Видимо, Гарвин не успел, или не смог превратить этих гигантов в хорошо защищённые плавучие крепости, поэтому они находились далеко от берега, в безопасной зоне. Воины, находящиеся на них, спокойно, и без лишней суеты готовились к высадке. Вот к одной из барж подошёл корабль, что недавно высадил десант на берег, и на него споро перебралась очередная сотня. Заполненный этим ощетинившимся острым, калёным железом грузом, корабль вновь повернул к берегу.

«Да сколько же вас всего?»

«Много, мой голос, мой муж, мой сын, моя месть — прошелестел ласковый шёпот в голове некроманта — Свет, наш противник, выставил на игровое поле все свои фигуры. Настало время решающей битвы, мой воин».

Этот нежный, томный, манящий голос медленно, словно тягучий мёд, заполнял душу Аксина, растворяя все тревоги и сомнения. Эти сумасшедшие посмели вторгнуться в его земли? Глупцы! Не пройдёт и месяца, как их растерзанные тела присоединятся к толпе зомби, бесцельно бродящих по проклятым землям, а души будут вечно корчиться в сером, бесконечном, покрытом туманом мире Тьмы….

Аксин вынырнул из полузабытья, и с некоторым удивлением осмотрелся, разглядывая столь привычное окружение. Его кабинет, неудобный то ли стул, то ли кресло, Ваалор что-то рассказывает, а дроу его внимательно слушают. Тело некроманта оставалось здесь всё время, а его дух, за несколько мгновений переместившись на огромное расстояние, увидел картины недавнего прошлого, настоящего, и чуть-чуть заглянул в будущее. Полезная способность. «Теперь она всегда с тобой» — послышался такой знакомый шёпот. Очередной подарок Тьмы, его повелительницы и покровительницы.

— … эта пара-тройка кораблей — всего лишь разведка, я абсолютно в этом уверен. — Услышал он голос демона. — Там, дальше, есть флот, и флот не маленький. Я ощутил сильные магические возмущения от защитных заклинаний, а Белла почувствовала мысли и желания большого скопления народу.

— Хватит. — Подняв руку, некромант остановил демона. — Очень скоро на наши берега высадится армия. И поведёт их новый император, Гарвин, под своим флагом. Объединённые силы людей, гномов, эльфов. И, самое главное — драконы тоже будут воевать на их стороне.

— А про его новый флаг ты откуда знаешь? — Изображая недалёкую дурочку, «наивно» поинтересовалась Белла. Аксин давно понял, что ламия не так глупа, как хочет казаться. Просто она постоянно носит удобную для общения маску, и эта маскировка давно уже превратилась в привычку.

— Догадался — буркнул он в ответ.

— Ну, вот, мы тут спешим, торопимся, можно сказать, несёмся со всех ног…. — Начала валять комедию вампирша.

— Не успев даже подобрать платье под цвет стен моего кабинета. — Сочувственно закивал головой Аксин, пряча невольную улыбку.

— Да, да, ты совершенно прав. — Белла, сдерживая рвущийся наружу легкомысленный смех, не без труда состроила скорбную мину на своём очаровательном личике. — И что мы с братцем слышим в ответ? Оказывается, ты и без нас всё знаешь. К чему тогда были мои труды и мучения?

— Сестрёнка, хватит заниматься ерундой. — Ваалор прекратил словоизлияния ламии, попросту хлопнув ладонью по столу. Белла моментально обиделась, и, замолчав, демонстративно отвернулась от демона. — Давайте лучше решим, что будем делать дальше.

— Воевать. — Коротко бросил Аксин, и дроу согласно кивнули. Кровожадная натура тёмных эльфов просто отказывалась рассматривать другие варианты.

— Это понятно, Гарвин к нам не в гости пришёл….

— Не Гарвин. — В глазах некроманта заклубился чёрный туман. — Веками Свет и Тьма, извечные противники, готовились к этому мгновению. Сейчас решается, кто же из них возьмёт вверх на этот раз. Не Гарвин, маг-дракон-император привёл на Древнюю землю свою рать, а Воин Света пришёл сокрушить меня, Пророка Тьмы. Сокрушить, или погибнуть самому.

— Можете называть себя как угодно, сути это не меняет. — Ваалору было наплевать на высокие материи и извечную битву противоположностей. — Война — это война. И нам нужно выработать стратегию предстоящих боёв. Думаю, то, что они пришли на нашу территорию, здорово облегчит задачу. Противник не сможет долго держаться, когда вокруг него…..

— Братец, не тупи. — Ламия соизволила обернуться в пол-оборота к демону, бросая на того взгляд только что несправедливо обиженного ребёнка. — Наш младшенький имеет в виду, что Гарвин не отступить, что бы ни произошло. И его войска пойдут за ним до конца. При битве идей идёт война до полного уничтожения противника. Только так, и никак иначе. Свет выжег им разум, заменив его всепоглощающей ненавистью к Тьме. Они — фанатики, что с радостью насадят себя на копья, лишь бы перед смертью успеть вцепиться врагу зубами в глотку. Вот на основании этого заключения и начинай рассуждать о своей стратегии.

— Может, мы не будем превращать военный совет в семейную перепалку? — Спокойно, с еле уловимыми насмешливыми нотками в голосе поинтересовался Ашалос. — А, как и положено, спокойно выскажемся, и Пророк Тьмы примет решение?

— Не думаю, что мне нужны чьи-либо советы. — Некромант, спокойно наблюдавший за перепалкой, вдруг резко встал. Вокруг его фигуры заклубилась чистая, истинная, первородная Тьма. — Я и так прекрасно понимаю, что делать дальше.

— Аксин, война — это дело непростое. — Не видя предостерегающих знаков ламии, начал Ваалор. — Кроме могущества и теоретических знаний магии необходим ещё и опыт….

— Я вижу настоящее и туманные пути будущего, я стал единым с Тьмой, первостихией, матерью разрушения. — Прервал некромант словоизлияния демона. — Я — истинный Тёмный Властелин, я — Пророк Тьмы!

Ваалор растерянно замолчал, а дроу, скользнув вперёд, и встав перед Аксином, низко поклонились, пряча довольные улыбки. Наступало время, которое было предсказано давным-давно, момент, которого ждали многие поколения тёмных эльфов — приход царства Тьмы!

— Приказывай! — Вперёд выступил Ашалос. — Повиновение Тёмному Властелину, как самой Тьме!

— Повиновение до самой смерти, и верность на вечность в посмертии! — Гаркнули в один голос дроу слова древней клятвы, передаваемой из поколение в поколение.

— Раздели тёмных эльфов на три части. — Аксин, обратился лично к Ашалосу, показывая этим остальным дроу, кто из них будет главным среди их народа в предстоящей военной компании. Некромант прекрасно помнил, чем может обернуться среди тёмных эльфов борьба за место военноначальника. Он не хотел, чтобы его войско сильно поредело в результате внутренних кровавых разборок ещё до начала первых битв с войсками Гарвина. Лучше сразу указать на Ашалоса, и призвать к повиновению, ведь его слова — это слова Тьмы. — Первая часть — самые слабые в некромагии пусть выдвигаются к побережью. Их задача — превратить жизнь противника в постоянный, нескончаемый кошмар. Пусть поднимают и направляют на врага всю нежить, что встретится в округе. Конечно, любой латник, легко порубит в куски блуждающего мертвяка. Но если зомби будут атаковать постоянно, днём и ночью, это здорово подорвёт силы, физические и духовные. Самим тёмным эльфам в открытый бой не вступать, но атаковать, используя малейшую подвернувшуюся возможность. Яды, стрелы из-за каждого дерева, ловушки, ночные набеги. Задача первой волны — максимально измотать противника, и остаться при этом самим в живых. Умереть они успеют и позже, когда Гарвин приведёт под наши стены то, что останется от его войска.

Ашалос коротко кивнул, показывая, что понял первую из поставленных задач. «Ещё бы ты не понял — мысленно усмехнулся Аксин — убийства из-за угла — любимая забава дроу».

— Вторая группа дроу должна состоять из талантливых магов, достигших серьёзных успехов в изучении тёмного искусства. — Продолжил Аксин. — Этим дроу не стоит размениваться на мертвяков и прочую мелочь. Они должны начать создавать химер, самых смертоносных их тех, что когда-либо ходили по Древней Земле. Небольших по размеру, чтобы драконы не смогли их сразу поразить, но обладающих приличной защитой от магии, и твёрдым, непробиваемым простым оружием панцирем. Ну, и конечно способных быстро бегать, и так же быстро убивать. Ещё пусть готовят активируемые боевые заклинания.

Одна из серьёзных проблем некромагии — долгая подготовка магических плетений, другая — необходимость в различных вспомогательных материалах. Враг не будет ждать, когда некромант начертит на земле несколько многолучевых звёзд, принесёт жертву, и подготовит заклинание. Конечно, мастера магии смерти способны действовать так же быстро, как и боевые маги империи, но мощь каждого мгновенного заклинания из их арсенала весьма ограничена. Чтобы создать нечто воистину разрушительное, нужно время…. Но была одна лазейка. Сильное заклинание создавали наполовину готовым, стабилизировали для длительного хранения, замыкали выход силы на какой-либо амулет, и отдельно создавали магическое плетение, служащее замыкающим элементом. Хлопотная, скрупулёзная работа, но она приносила свои плоды. Когда всё было готово, некромант мог отправиться, куда ему необходимо, а в нужный момент просто фокусировался на точке приложения основного заклинания, и активировал плетение-ключ внутри амулета.

— Целями для второй группы послужат маги, и большие отряды противника, собравшиеся в одном месте, к примеру, выстроившиеся в плотный строй. — Продолжил Аксин. — Работа предстоит серьёзная, а время поджимает. Поэтому, чем раньше они начнут, тем лучше.

— Хорошо. — Ашалос вопросительно взглянул на юношу. — Но ты говорил о трёх группах.

— Да. Вы, десять моих учеников, лучшие из лучших. Каждый из вас стоит десятка некромантов прошлого. Великая сила, но нам с вами потребуется небольшая поддержка. Выберете по два помощника, и завтра утром приходите сюда, в мой кабинет. Наша с вами задача — драконы.

— Этих летающих тварей в армии Гарвина не меньше сотни, а нас всего тридцать. Не мало? — Спокойно уточнил дроу.

— Вокруг нас Тьма. — Туман в глазах Аксина почернел и застыл, превратив их в два чёрных, холодных камня. — Вы — дети Тьмы, я — глас её! Как мы можем проиграть?! Победа, и только победа — вот что нас ждёт!

В глазах тёмных эльфов вспыхнул фанатичный блеск, они выхватили из ножен клинки, и вскинули их к небу.

— Во имя Великой Тьмы!

— Аксин коротко кивнул, показывая, что разговор закончен. Дроу, забыв поклониться, как угорелые, бросились к двери, сжимая в ладонях так и не убранные в ножны клинки. Дикие, жестокие улыбки, яростный блеск в глазах, а в сердце только одно желание — убивать, уничтожать врага, залить его кровью всю Древнюю Землю, их новую родину, ибо сама Тьма выбрала это место своим домом. А из очищенных от плоти костей неприятеля возвести трон для своей госпожи, от земли до самого неба….

— Как бы они друг друга случайно не порешили этими железяками, а то лестница внизу узкая, начнётся толкотня, не досчитаешься учеников. — Пробурчал Ваалор.

— Ничего, дроу, которые могут случайно погибнуть, долго не живую. — Отмахнулся Аксин. — Текущие вопросы решили, осталось самое главное, и, пожалуй, самое сложное.

— И что же это? — От внимательного взгляда Беллы не ускользнуло, что Тьма, обволакивающая фигуру юноши, при этих словах чуть-чуть поблёкла.

— Убедить нашего братца не ввязываться в битву.

— Что?! — От рёва демона задрожали казавшиеся до этого несокрушимыми стены обители Аксина.

Ваалор явно хотел высказаться, но ламия, мелькнув цветастой молнией, мгновенно оказалась рядом с братом, и заткнула его клыкастую пасть изящной ладошкой.

— Тише, не шуми, а то совсем оглушил. Сначала послушай, что скажет наш младшенький. Думаю, у него были причины произнести эти слова.

— Да, причины есть. — Кивнул головой Аксин. — Первая, и самая основная — это драконы.

— Ты думаешь, я боюсь?!

— Я думаю, что тебя, вместе с твоим двуручником и боевой магией очень быстро поджарят. — Не повышая голоса, спокойно произнёс юноша. — Смерть красивая, геройская, но абсолютно ненужная. А Белла одна не сможет выполнить мою просьбу. Даже не просьбу, а задание, серьёзное, от выполнения которого будет зависеть очень многое. Так что выбирай сам — глупо погибнуть, или спасти.

— Кого? — Немного успокоившись, спросил Ваалор.

— Сначала Лану, а в дальнейшем, возможно, и меня.

— Подробнее, младшенький, не темни. — Не дав демону вставить ни единого слова, и незаметно щипая его, затараторила ламия. — Как и когда нам тебя спасать, и почему только мы можем заняться Ланой. Рассказывай, рассказывай….

— С Ланой всё просто. Берёте её, и уходите подальше от Гарвина и его войска. Древние Земли большие, а маг пришёл за мной, так что вас он искать не будет.

— А почему это так важно — спасти нашу мелкую и приставучую пигалицу? — Белла грозно зыркнула на попытавшегося было вновь вставить хоть слово демона.

— Ну…. — Аксин на мгновение замялся. — Она — маленькая часть Света в царстве Тьмы. Значит, её просто необходимо сохранить в целости и сохранности. Это нужно для моего дальнейшего пути вперёд, к новому могуществу. Чистая Тьма тиха и спокойна, лишь Свет даёт желание идти, добиваясь чего-либо.

— Понятно, пока она жива, твоя сила будет постоянно расти. Это очень хорошо, чистая мощь тебе очень скоро может понадобиться. — Послушно закивала ламия.

— Да и меня вы сможете спасти, если всё пойдёт не так, как я планирую, и Гарвин всё же окажется сильнее. — Продолжил Аксин. — Мнимую смерть сам себе я смогу организовать, вам останется только телепортироваться, выкрасть тело, и откачать, вдохнув каплю жизни.

— Прекрасная идея! — Белла вскочила на ноги, и, сграбастав ничего не понимающего Ваалора, потянула его к выходу. — Мы прямо сейчас найдём Лану, а затем приготовим всё к её отъезду….

— Что это было?! — В очередной раз заорал демон, как только дверь в кабинет Аксина захлопнулась. — Что за чушь он тут нёс?

— Тихо…. — Зло зашипела вампирша, увлекая за собой братца. — Сплавить он нас хочет подальше от беды. Вернее, не он, а та искорка, что осталась в его душе. Частичка прежнего Аксина.

— Это-то я понял. — Пробурчал Ваалор. — Одно лишь непонятно….

— Всего одно? Тогда ты у нас просто гений, братишка. — Не слушая демона, Белла потащила его дальше по коридору. — Мне в этой ситуации непонятно слишком многое. Насколько Тьма завладела разумом нашего младшенького, к чему это приведёт, какого Чонинга Свет и Тьма начали эту битву, грозящую нарушением вечного до этого мгновения равновесия. Ведь весь этот мир полетит к хаосу, а, возможно, и не только он! Мне непонятно, что же нам делать….

— А мне всё-таки непонятно только одно. — Нежно прикрыв ладонью рот сестры, прервал её Ваалор. — Кто такая эта самая Лана.

— Да далась тебе эта пигалица! — Вырвалась Белла. — Нашёл время….

Вампирша вдруг резко остановилась посреди коридора.

— Дошло? — Спокойно поинтересовался демон.

— Эта девчонка не подвластна Тьме! — Выпалила Белла.

— И она обладает странной силой, способностью влиять на всё, что её окружает. — Кивнул Ваалор. — Я сам испытывал это на себе десятки раз. И, самое интересное, вот иду я сюда, а в голове твёрдое желание во всём разобраться. Но, как только переступаю порог — всё разом из головы вылетало. А ты вообще ничего не заметила, хотя и мнишь себя великим специалистом по разуму и чувствам.

— Точно! — Белла закрутила головой. — Ты прав! Нужно срочно найти эту мелкую приставалу.

— Вот именно. А затем уже будем думать, как спасти нашего младшенького. Да и весь мир заодно.

Глава 25

Оставшись в одиночестве, Аксин коротко усмехнулся. Теперь, когда Ваалор и Белла исчезнут, забрав с собой эту странную девчонку, всё станет куда проще. Огонёк беспокойства, разгоравшийся в сердце при мысли об их возможной кончине, пропал, и в душе твёрдо обосновался холодный покой. Сомнения исчезли, мысли перестали метаться, всё стало предельно ясно. Он, поддерживаемый Великой Тьмой, его повелительницей и покровительницей, с одной стороны, и их извечный враг с другой. Враг, которого нужно уничтожить, растоптать, как надоедливое насекомое. Стереть о нём даже память, превратить имя в прах, и развеять этот прах по ветру, не считаясь с потерями. Некромант не понимал, откуда в его душе взялись эти странные сомнения, терзавшие его минуту назад. Сейчас всё стало просто и понятно. Тьма, его повелительница, тихо нашёптывала ласковым голосом успокаивающие разум слова, обволакивала его тела, давая мощь и защиту.

Некромант опустился в массивное деревянное кресло, не замечая жёсткости и неудобной конструкции, так раздражавших его раньше, и погрузился в видения….

Сейчас для его разума не было преград. Время то послушно бежало, ускоряя или замедляя ход, то сворачивалось в клубок, перемешивая картины разных эпох, то неслось вспять, открывая некроманту все тайны прошлого и различные дороги будущего. Пространство вокруг него мелькало разноцветными красками, позволяя Аксину находиться одновременно во всех точках известных и неизвестных ранее земель. Могущество Тьмы наполняло его, давая такую силу, что все некроманты прошлого по сравнению с ним казались обычными ярморочными фокусниками, способными лишь на дешёвые трюки, обманывая ими доверчивых деревенских простаков. Наконец-то он стал тем, кем его называли уже давно — Тёмным Властелином. Истинным. Единственным. Настоящим.

Сознание Аксина нырнуло в серый, беспросветный туман, заполнявший мир Тьмы. Раньше он мог приходить сюда только во сне, теперь — в любое мгновение, достаточно было просто пожелать.

— Здравствуй, призрак. — К нему подошёл кто-то смутно знакомый. — Вот и ты умер. Теперь уже навсегда.

Юноша смотрел на серую, дымчатую фигуру, тщетно пытаясь вспомнить его имя.

— Ты, кажется, первый некромант? Как там тебя зовут?..

— Неважно. Зачем имена, если мы давно уже стали частью чего-то единого. Частью Тьмы. Такие маленькие, безымянные, ничтожные, безвольные частички. — Лёгкий смешок утонул в сером тумане вместе с исчезающей фигурой.

— Похоже, этот странный старик окончательно сошёл с ума. — Аксин, выбросив из головы странного призрака, раздвинул густой туман, открывая окно в мир живых. Некромант пожелал увидеть грозящую ему войну на дорогах времени, и Тьма услужливо распахнула перед ним двери в грядущее…. Тёмный Властелин увидел будущее.

Весь берег, от горизонта до горизонта, напоминал один длинный, растревоженный муравейник. Гномы и легионеры, закованные в тяжёлые доспехи, рубили деревья, и сооружали частокол, прикрывающий лагерь со стороны начинающегося через пару сотен шагов от кромки солёной воды густого леса. Это простое и привычное действие здесь, на Древней Земле, превращалось в целую военную операцию. Сначала эльфийские колдуны издалека осматривали дерево, стараясь понять, представляет ли оно опасность, затем, после их решения о возможности рубки, к стволу подступали пара гномов. Могучие сыны подгорного народа, споро махая топорами, и, словно не замечая веса железа, покрывающего их с головы до ног, срубали дерево, и тут же отходили назад, не выпуская из рук своего грозного оружия. Несколько легионеров, защищённых доспехами не хуже гномов, бросались к поверженному стволу, и начинали обрубать с него ветви, не выпуская при этом из рук широкие щиты. Конечно, люди не обладали огромной силой бородачей, и в своих панцирях, да ещё с мешающимися им стальными щитами легионеры больше походили на неповоротливых жуков, но с поставленной задачей справлялись, беря числом. Всё это происходило под неусыпным контролем пятёрки эльфийских лучников, и одного мага. Очищенный ствол перетаскивался ближе к лагерю, а затем всё повторялось сначала. Сотни таких групп орудовали у кромки леса, споро сооружая временную защитную стену. А корабли всё прибывали и прибывали, доставляя с барж новые силы противника.

«Похоже, Свет собрал все людские резервы, до которых только смог дотянуться. — Аксин несколько мгновений рассматривал морскую армаду, и всё расползающийся лагерь на берегу, а затем перевёл взгляд на группы лесорубов. — Интересно, с чего это такие запредельные меры безопасности? Что-то они слишком рано прониклись всей серьёзностью ситуации». Ответ не заставил себя долго ждать.

Несколько мертвяков выскочили из зарослей, и резво бросились на стоявшего в стороне эльфийского колдуна. «А зомби то не стихийно восставшие — мгновенно определил некромант — ими явно кто-то управляет. И энергии в них вкачали немало, не пожалели ни сил, ни времени. Явно работа моих тёмных эльфов. Да и цель выбрали самую доступную. Колдуну нужно время, чтобы составить рисунок заклинания, и отразить атаку».

Гномы, увидев надвигающуюся опасность, бросились наперерез мертвякам. Их секиры со стуком врубались в твёрдую, как дерево, укреплённую магией Тьмы плоть неупокоенных воинов. Против стали и каменных мускулов подгорного народа у зомби, даже усиленных магией Тьмы, не было ни единого шанса. Удар — и протянутая вперёд серая, покрытая разлагающейся плотью рука упала на землю. Ещё удар — и отрубленная голова мертвяка покатилась в ближайшие кусты. Гномы старались вовсю, рубя мертвяков на куски, но остальные не спешили присоединиться к бою. Легионеры выстроились, образуя сплошную стену из стальных щитов, отгораживаясь от леса, эльфийские лучники направили свои стрелы в сторону густых зарослей. И эти, странные, на первый взгляд, действия оказались не напрасными…. С одного из высоких, стоявших в стороне, деревьев вдруг засвистели стрелы. Тонкие, смертоносные, изящные, блестя смазанными ядом наконечниками, они обрушились на щиты легионеров, чтобы в то же мгновение бессильно отскочить от них. Имперский маг моментально нанёс ответный удар, опережая даже хвалёных эльфийских лучников. Крона дерева вспыхнула ярким пламенем, сочные, зелёные листья почернели и опали горячим пеплом, открыв взглядам… догорающие самострелы, и какую-то систему рычагов и обуглившихся верёвок, приводящую оружие в действие. Одновременно с ударом мага эльфийский колдун вдруг зашатался, и рухнул на землю. Из его шеи торчала тоненькая, выпущенная из духовой трубки, стрела. За долю мгновения лучники выпустили залп стрел по невысокому кустарнику, и оттуда выпало тело, затянутое в серую, с зелёными полосками, одежду, делающую нападающего практически невидимым в тени буйной листвы.

— А тело то давненько мёртвое. Интересно, и где же настоящий стрелок, что зомби вместо себя под стрелы подсунул? Да вот же он. — С усмешкой прошептал Аксин, замечая, как некто беззвучным призраком прополз от кустов в сторону густых джунглей. — Ох, и ловкие эти дроу. Не был бы их повелителем, сам бы боялся до колик.

Солнце бешено закружилось по небосклону, отсчитывая дни, затем время замедлилось, и перед некромантом раскрылась новая картина будущего. Войска Гарвина нестройными колоннами продирались сквозь джунгли, безошибочно находя путь к убежищу Аксина.

«Интересно, этот дракон-император тоже может видеть будущее? — С невольной опаской задумался юноша. — Если да, то ничем хорошим наше противостояние не закончится».

«Нет, о мой возлюбленный. — Скорее почувствовал, чем услышал шёпот своей госпожи Аксин. — Свет слишком ярок, он застилает всем глаза, и делает своих последователей слепыми. Сияние его славы и мощи — вот всё, что видят воины. Лишь тебе ведомы дороги будущего. Он просто чувствует твою силу, и идёт к ней».

«Хорошо» — мысленно усмехнулся Аксин, вновь обращая свой взор на продирающихся через густые заросли врагов. «Куча слепцов против одного зрячего. Этот расклад меня полностью устраивает».

Его взгляд вновь обратился на серые туманы грядущего, где войска Света упрямо прокладывали себе путь к его цитадели через густые леса. Словно огромный, неповоротливый, закованный в железо спрут армия Гарвина сотнями щупалец упрямо прорывалась вперёд. Конечно, дроу продолжали беспокоить стальные колонны уставших от вечного боя воинов, но сейчас не тёмные эльфы были основной проблемой захватчиков. Химеры…. Растения, насекомые, животные, птицы, изуродованные дыханием Тьмы. Монстры всех размеров и мастей стекались к медленно движущейся армии, чтобы урвать себе кусок тёплого, желательно ещё живого мяса. Зверушки хотели есть, а люди, гномы, и эльфы оказались лёгкой добычей. Конечно, они были вооружены, защищены бронёй, и их поддерживали маги, но создания Тьмы оказались куда более смертоносными. Драконы, до этого прекрасно справлявшиеся с монстрами на море, оказались бессильны в густых зарослях.

Вот густое облако светящейся мошкары упало на устало бредущего человека, мгновенно проникая в сочленения его стальных доспехов. Несчастный тут же завопил от нестерпимой боли, пожираемый заживо этими мелкими тварями. К легионеру бросились несколько человек, но тут же поняли, что ничем не смогут помочь бедняге. Сделав несколько прыжков, тот рухнул, его крик превратился в тихий хрип, когда насекомые, быстро работая челюстями, переели ему голосовые связки.

— Пропустите! — Протолкавшись сквозь строй закованных в броню воинов, вперёд выступил маг. Поняв, что страдальца уже не спасти, он коротким жестом вызвал поток огня, враз спаливший и слабо дёргающееся тело, и рой насекомых, пожиравших его.

«Что-то маги перестали экономить силы. — Чуть удивлённо прошептал Аксин, словно опасаясь, что его сможет подслушать кто-то из увиденных им людей. — Это заклинание достаточно ёмкое, требует немалого запаса магической энергии».

«Они служат Свету, и он даёт им свой жар. — Некроманту почудилось, что нежные, прохладные пальцы скользнули по его руке. — Они могут бросаться огнём хоть весь день, и это не истощит их. Тебя это тревожит?»

«Ничуть. — Коротко усмехнулся юноша. — Я — это ты, моя возлюбленная, моя мать, моя госпожа. Я — это Тьма! Никто и ничто не устоит передо мной, ведь я — оружие Твоё, смерть всего во имя Твоё!»

В это время воины вновь подверглись нападению. Монстр, состоявший, казалось, из одних щупалец, выхватил из строя одного человека, и мгновенно скрылся в зарослях. Крик, полный ужаса, прерывающий его резкий удар, и громкое чавканье где-то в стороне, за деревьями. Воины сомкнули ряды, и продолжили свой путь. Несмотря на потери и усталость от этого вечного боя, в их глазах горела фанатичным огоньком неукротимая решимость. Свет вёл их против врага всей жизни, они шли к цели, и ничто не могло поколебать их уверенности.

— Свет застилает глаза своим величием…. Глупцы! — Рассмеялся Аксин. — И самый первый из глупцов — это Гарвин, император-дракон! Ты, мой враг, привёл это стадо на убой. На что ты надеялся, когда притащил да земли, подвластные Тьме, это мясо? Многие сотни остались лежать на берегу, благодаря стараниям моих дроу! Тысячи и тысячи погибнут, пока пробираются по этим лесам! И почти каждый из них восстанет, чтобы пополнить мою армию зомби! А ведь я ещё не ввёл в бой свои главные силы.

«Гарвина не смущают потери. — Голос Тьмы стал более тёплым, ласкающим… довольным. Ей явно нравились перемены в Аксине — Если он сможет сокрушить тебя одного ценой жизней всех этих воинов, магов, и драконов, то он тут же бросит их вперёд, на верную смерть. И они пойдут с радостью. Но этого войска слишком мало. Ведь теперь ты — это я. Тёмный Властелин, губитель жизни, пожиратель миров».

— Да, моя госпожа, я погашу пламя Света, я брошу этот мир к твоим ногам!

«Сначала этот мир, а затем все остальные. Даже Хаос не устоит против тебя сейчас. Ведь ты открыл свою душу мне, и сам стал первостихией».

Юноша ничего не успел ответить, его взгляд приковала страшная, и одновременно завораживающая картина. Густые заросли вдруг словно расступились, пропуская вперёд десятки тысяч мохнатых, голых, либо закованных в костяную броню, ощетинившихся ядовитыми жвалами, когтями, или грозными клыками тел. Химеры, большие и маленькие, непреодолимой волной вдруг разом набросились на ощетинившихся острой сталью людей. Крики, рычание, вопли непереносимой боли, вспышки магического пламени, хруст разрываемой плоти…. Две силы сошлись в страшной битве, в той, где не берут в плен. В битве на полное уничтожение.

— Да чтоб они провалились все к Чонингу! — Яростно взревел некромант. — Кто дал приказ бросать в атаку армию химер?! Рано, слишком рано! Проклятье, ведь это будущее, я совсем забыл…. Надо срочно вернуться в настоящее, и вытряхнуть душу из того, кто допустит в грядущем эту….

«Успокойся, это не те, химеры, что сейчас станут выращивать тёмные эльфы по твоему приказу. — Прохладный, тихий, успокаивающий шепот проник в разум юноши, побеждая гнев. — Это дикие создания».

— Дикие? Но почему они так слаженно атакуют….

Через мгновение Аксин увидел, кто сумел подчинить своей воле монстров Древней земли. В стороне прямо, как столб, стоял некто, закутанный в жуткие лохмотья. Грязные, рваные, в этих тряпках с огромным трудом можно было опознать некогда добротную, чёрную одежду. Лишь серебряная маска, отполированная до зеркального блеска, помогла быстро и без особых усилий опознать странного незнакомца.

— Флерес! — Некромант с всё нарастающим изумлением смотрел на неподвижно стоящего в стороне эльфа.

«Он попросил у меня силы, и я дала их ему. — Промурлыкала Тьма. — Всего малую толику, искорку…. Но и этого оказалось слишком много. Бедняга надорвался, не смог осилить того груза мощи, что самонадеянно взвалил на свои плечи».

Аксин сразу понял, о чём говорила госпожа. От фигуры эльфа веяло почти осязаемым безумием. Бывший глава разведки Империи просто сошёл с ума, разум Флереса практически полностью выжгла сила Тьмы. Но взамен эльф приобрёл умение влиять на диких химер, в изобилии обитающих в покрывавших Древнюю Землю лесах.

— Да разве можно так атаковать! — В ярости бросил раздосадованный юноша. — Химеры же больше мешают друг другу, чем дерутся. Хоть бы в линии их выстроил, да по размерам разделил! Большие брешь в строю пробивают, мелкие под щитами проскальзывают…. А тут что творится?

Злость некроманта можно было понять. Действительно, химеры просто и бесхитростно бросались толпой вперёд, топча друг друга. Яростная атака, снеся первые ряды, просто захлебнулась. Сталь и магия огня остановили бестолково бросающихся вперёд химер. К счастью для оборонявшихся, ни один монстр не был достаточно большим, чтобы просто снести стройные ряды пехоты гномов, закованных в броню, и создавших стену из ростовых щитов. Звери раз за разом бросались вперёд, чтобы тут же откатиться обратно. И некромант был абсолютно прав. Химеры действительно мешали друг другу, действуя глупо и неслаженно. Но обезумевший эльф этого не замечал, продолжая бросать в атаку, зачастую самоубийственную, всё новых и новых монстров.

— Я уничтожу вас силой Великой Тьмы! — Вопль безумца, казалось, услышали все войска Гарвина в округе. — Этот мальчишка Аксин так и не смог понят того, что открылось мне! Сила Тьмы — это сила жизни, а не смерти! И эта жизнь сметёт вас обратно в океан!

— Ой, глупец…. — Протянул некромант, глядя на беснующегося Флереса. — Он бы ещё мишень на грудь повесил, с надписью — вот он я, направляющий на вас химер. Убейте меня, и, без моего контроля, они точно сразу же разбегутся.

Эта мысль пришла в голову не только Аксину. Несколько эльфийских лучников, находясь под защитой латников и магов, натянули тетиву, и их оружие запело свою песню смерти. Безумец дёрнулся несколько раз, и рухнул замертво, пронзённый десятком стрел. Звери, оставшись без контроля разума эльфа, в то же мгновение разбежались, оставив после себя горы трупов. Мёртвые воины и химеры переплелись в последней схватке, образуя страшную, замысловатую картину.

— Такая мощь, и всё впустую. — Холодно бросил некромант. — Даже драконы не успели вмешаться, воины и маги сами справились. А ведь мог заполнить все эти леса трупами воинов Гарвина. Достаточно было просто самому не лезть в первые ряды, и, собирая небольшие отряды химер из окрестностей, просто бросать их в бой, один за другим.

«Ты хочешь, чтобы за тебя эту войну выиграли другие, мой воин»?

— Нет, повелительница. — Аксин спокойно окинул взглядом пути грядущего, где Гарвин с его армией упрямо продвигался к своей цели через густые леса. — Я сокрушу Свет ради Тебя, именем Твоим, силой Твоей.

Разум некроманта рванулся вперёд, разрывая ткань мироздания и времени, ища путь, встав на который, он гарантированно победит. И он его увидел….

Блестящая, чёрная, оплавленная до состояния стекла земля, простирающаяся от горизонта до горизонта. Место, где пленённые демоны принесли себя в жертву, вызвав из своих вырванных из груди сердец пламя, уничтожившее обе армии некромантов в последнем для мастеров магии смерти сражении. Поле, где погибла надежда Тьмы на господство над этим миром. Конец времени старых некромантов. Начало пути к уничтожению миров истинного Тёмного Властелина. Место будущего триумфа Аксина….

Стройными стальными рядами стояли легионы Гарвина. Несмотря на то, что воинство императора-дракона было изрядно потрёпано в результате долгого перехода через леса, наполненные химерами, для последней битвы солдат более чем хватало. Видимо Гарвин провёл мобилизацию и в империи, и у торзальцев, собрав под свои знамёна практически всё мужское население, способное твёрдо держать оружие. Гномы так же не остались в стороне, все воины подгорного народа были здесь, рядом с их божеством, великим повелителем драконов. Десятки, нет, сотни тысяч воинов с фанатичным блеском в глазах. Легионеры империи, выстроившись сотнями. Торзальцы в их излюбленном плотном строю ощетинились длинными копьями. И гномий хирд — непреодолимая преграда из закалённой стали. Между этих стальных стен мелькали тонкие фигуры эльфийских лучников. А над ними, лениво перебирая крыльями, парили драконы. Впервые в этом мире была собрана подобная армада, и всё для того, чтобы сокрушить его, истинного Тёмного Властелина.

— Да, этот Гарвин подошёл к делу уж слишком серьёзно. Одних только солдат не пересчитать, а ведь их надо было подготовить, вооружить, накормить. Вон, как ровно стоят, явно не простые крестьяне, минимум по полгода каждый обучался, а некоторые и вовсе всю жизнь воюют. И ведь каждую группу людей ещё прикрывают имперские маги. — Аксин внимательно осмотрел противника через призму истинного зрения. — И торзальские жрецы…. Эти то разряженные клоуны как тут очутились?

«Свет дал им частичку своей силы. Они думают, что молятся своим богам, но на самом деле взывают к нему, и он им отвечает» — прошелестела Тьма.

Напротив стальных рядов расположилось войско Тьмы… вернее, его авангард. Зомби, толпы живых мертвецов просто стояли, и тупо пялились на людей.

— Ого, да тут, похоже, нежить со всей Древней Земли собрана. — Удивлённо протянул Аксин. — И кто же их контролирует?

«Ты, о мой воин, мой возлюбленный. — Нежно прошептала Тьма. — Твоя сила теперь безгранична, ведь ты — это чаша, вмещающая меня».

Надо мёртвым воинством тучами летали жуткие твари, чем-то похожие на крылатых осьминогов. С их сизых щупалец дождём падала густая слизь, выедая на плечах мертвяков чёрные раны.

— Вижу, это мои дроу постарались. — Некромант внимательно осмотрел мелькающих в воздухе химер. — Яд, кислота, небольшие размеры…. Правда, тела мягковатые, помню, я просил создать кого-то покрепче.

«Эти милые зверушки задержат драконов, если они вдруг решат спалить твоё мёртвое воинство. Не волнуйся, тёмные эльфы в точности выполнили твой приказ. В этой битве будут участвовать многие мои дети».

В следующее мгновение время словно завертелось, меняя ракурсы, места, день и ночь местами, забрасывая разум юноши различными образами…. Огромная равнина превратилась в поле битвы, где, на первый взгляд, не было определённой стратегии, а сам бой обратился во множество отдельных стычек.

Вот несколько драконов, видимо, самые молодые и нетерпеливые, отделились от общей массы, и понеслись вперёд, стремясь обрушить своё негасимое пламя на толпу нежити. Навстречу им молниями метнулись юркие летающие осьминоги. Некоторые из них сгорели в языках выдыхаемого пламени, но часть всё же добралась до врага, мгновенно облепив морды огнедышащим рептилиям своими кислотными щупальцами. Раздался жуткий, полный нестерпимой боли рёв.

— Кислота стала разъедать глаза этим летающим зажигалкам! — Расхохотался некромант. — Великолепно!…

Вот дракон обрушил волну пламени, сжигая за раз несколько сотен мертвяков…. Затем, извернувшись в воздухе, резким движением огромных крыльев снёс набросившихся на него летающих химер, чтобы тут же превратить их в пепел….

Двинувшиеся вперёд стройными рядами закованные в сталь легионеры вдруг резко остановились, оплавленная до стекла почва у них под номами вдруг покрылась трещинами, затем рухнула вниз, и из небольшой воронки на людей набросились тысячи муравьёв. Каждое насекомое было размером с ладонь, их серповидные жвала легко находили сочленения в стальных доспехах воинов. Раздались крики боли, когда волна этих небольших, но от этого не менее опасных химер просто поглотила первые ряды отчаянно сопротивлявшихся солдат. Казалось, что люди обречены, но тут вперёд выступил маг. Мгновение — и смерч отбросил насекомых от их залитых кровью жертв в огненную воронку, где химерам не могли помочь их мощные челюсти. Мечи легионеров довершили дело, разрубая на части тех муравьёв, что смогли избежать печальной участи быть зажаренными заживо….

Толпа мертвецов набросилась на шагающих вперёд под стук барабанов гномов, но, это, казалось, даже не замедлило продвижение подгорных жителей. Чёрные когти соскользнули с блестящей брони, в ответ бородачи, как мельницы в непогоду, замахали своими секирами, не сбиваясь с чёткого шага. Бей барабан! Взлетай отточенная сталь! Круши мёртвую плоть врага!…

Сотни и сотни скорпионов, не уступающих в размерах крупной собаке, с огромной скоростью преодолев разделяющие их расстояние до плотного, ощетинившегося длинными копьями строя торзальцев, не останавливаясь и не притормаживая, бросились на людей, легко ломая своими хитиновыми телами древки оружия людей. Деревянные щиты, обтянутые кожей акулы, так же не стали непреодолимым препятствием для химер, их клешни легко разрубали эту, оказавшуюся такой хлипкой, преграду. В одно мгновение оплавленная почва под ногами из чёрной превратилась в красную, от пролитой крови….

Разум Аксина, словно птица, взлетел к самым небесам, и перед ним открылась вся картина боя. С его стороны — чёрное море зомби и полчища химер, со стороны Гарвина — объединённые силы людей, эльфов, и гномов. И, похоже, Гарвин постарался учесть все возможные нюансы боя. То, что некромант увидел вначале — это были лишь стычки небольших отрядов мага с его воинством. Тысяч пять легионеров, разбившихся на небольшие, в пару сотен, группы, три небольших, в двенадцать рядов, фаланги торзальцев, один малый гномий хирд, да с десяток драконов. Эти смельчаки отчаянно рвались вперёд, стремясь своими жизнями заплатить за самое ценное — информацию о силах Аксина. И пока им это удавалось. А позади них поле было заполнено неподвижно стоящими воинами, с яростью и отчаяньем наблюдающими за гибелью своих братьев. Не меньше, чем пятьдесят тысяч торзальцев, построившихся в свой любимый строй — длинными фалангами в тридцать рядов, ощетинившихся частоколом копий с широкими, бритвенно острыми наконечниками. Такие копья были бесполезны против защищённого броней противника. Но острые, широкие лезвия будут прекрасно кромсать не закованную в броню плоть обычных зомби. Сто тысяч легионеров, воинов, прекрасно обученных биться как в строю, так и в одиночку, стояли ровными сотнями, готовые по первой команде создать либо плотный строй, либо хищные, атакующие клинья. И девять полных гномьих хирдов…. Страшная мощь. Благодаря несокрушимой броне, самому лучшему оружию, и огромной физической силе подгорные жители были непобедимыми бойцами. До сегодняшнего дня лишь магия могла противостоять стальной пехоте бородачей, но на этот раз и магия была на их стороне. Хирды выстроились квадратами, в центре которых, за железными спинами гномов, укрылись эльфы, как лучники, так и колдуны, маги империи и жрецы торзальцев. Над каждым хирдом парили несколько драконов.

Глядя на эту мощь, Аксин внезапно понял, что все зомби и химеры Древней земли не смогут совладать с армией Гарвина. Тёмные эльфы так же не сильно сдвинут чащу весов, будь они хоть трижды некроманты. Свет поставил всё на эту битву, стремясь раз и навсегда занять господствующее положение в этом мире. С объединёнными силами людей, гномов, и эльфов некроманты прошлого сталкивались, и не раз, но тогда против них не воевали драконы…. Повелители небес, самые могущественные создания Света. Против них не устоит никто, кроме самой Тьмы. «А Тьма — это я» — подумал некромант. Его взгляд метнулся к другой стороне поля, где и нашёл невысокую, окутанную непроглядным мраком фигуру — самого себя. Мгновение — и разум Аксина словно разделился. Он одновременно и парил над миром на крыльях времени, и стоял там, готовясь отразить удар….

Бросив очередной взгляд на толпу мертвяков, бросившихся в атаку, Аксин понял, что исход битвы зависит только от него. Зомби, химеры, и эти недоучки дроу явно не в состоянии остановить армию Света.

— Ашалос. — Не поворачивая головы, коротко бросил юноша.

— Да, повелитель?

— Бросайте всех мертвяков в бой, всех, что сейчас контролируете. Я сделаю то же самое. Туда-же отправляйте химер. Затем нанесите удар всеми подготовленными заклинаниями.

— А костяные драконы….

— Я сказал — бросайте все силы. А сами отходите.

— Но…. — Дроу растерянно посмотрел на Аксина. — У нас ещё есть шанс победить…. Если грамотно распорядиться силами, а не кидать их сразу все в мясорубку….

«Идиот» — устало подумал некромант. — «И это — самый лучший из тёмных эльфов. Может, прибить недоумков? Хотя, нет, не стоит, царству Тьмы нужны подданные. Хотя бы такие безмозглые, как эти дроу».

— У вас нет шансов, лишь Великая Тьма способна остановить Свет, вместе с его воинством. — Холодно бросил некромант. — Пока Гарвин разбирается с тем хаосом, что вы на него обрушите, я подготовлю заклинание, и нанесу удар. Один, больше не потребуется. Удар будет направлен вперёд, но откат заклинания, хоть и ослабленный, ударит во все стороны. Если вы будете рядом, тут же перейдёте в разряд праха, минуя стадию зомби. Желаешь так глупо погибнуть?

— Нет, повелитель. — Ашалос коротко поклонился, с восхищением глядя на своего предводителя. Такая мощь….

— Тогда почему вы всё ещё не выполняете мой приказ?

Не говоря ни слова, дроу бешено понёсся вдоль строя тёмных эльфов, на ходу выкрикивая приказы. Аксин, больше не обращая внимания на дроу, направил армию подконтрольных ему зомби в атаку. Благодаря тому, что он впустил Тьму в свою душу, его способности возросли многократно. И это касалось не только чистой силы. Сейчас некроманту было смешно смотреть, как тёмные эльфы еле-еле держат под контролем жалкую сотню полуживых мертвяков. «Да, когда-то и я был таким»…. Сейчас дело обстояло иначе. Одно мысленное усилие — и все стихийно поднявшиеся в округе мертвецы собрались одной огромной армией, ожидая приказов своего нового повелителя. Десятки тысяч зомби тупо стояли, не шевелясь, словно стараясь услышать нечто важное, самые главные слова в своём посмертии.

Одно заклинание — и его мертвецов укутал чёрный туман. Сначала невесомый и воздушный, он вдруг стал уплотняться, превращаясь в тёмные, поглощающие любой свет доспехи. Одного этого бы хватило, чтобы сокрушить армию живых. Эти доспехи были твёрже стали, и при этом тонкие и невесомые, как шёлк. Ни клинки, ни магия людей не могли их сокрушить…. Но против мощи Света они не спасали, а его противник наделил этой силой свои войска в избытке. И теперь тёмное войско не могло победить…. Но некроманту нужно было время. Время и много живой крови. А уж это, в особенности кровь, его мертвецы и новые химеры, выведенные тёмными эльфами, ему обеспечат. Приказ — и армия Тьмы пришла в движение, бросившись вперёд. Рядом с некромантом остались лишь четвёрка личей, и верный Малыш. Моор, первый истинный вампир, глупо погиб неделю назад, нарвавшись на дракона в лесу, когда решил немного поохотиться на тёплую, живую кровь. Невелика потеря….

Не успели зомби и химеры приблизиться к основным силам Гарвина, сметя по пути передовые отряды, как тёмные эльфы нанесли магический удар. Это не было похоже на обычную магическую дуэль, с её быстрым и изящным плетением заклинаний, мгновенной череды защит и каскадов точных, экономящих силы ударов…. Ничего общего. Дроу просто обрушили разом на врага всё, что так долго и упорно готовили. Никакой хитрости, никакого поиска слабых мест. Тёмные эльфы активировали многолучевые звёзды, наполненные под завязку силой Тьмы и кровью жертв. Причём для некоторых заклинаний, как почувствовал Аксин, дроу выбрали в жертву не химер, а своих собственных, более слабых или менее удачливых собратьев. Этот магический таран со всего маху обрушился на врага.

Гарвин явно ожидал чего-то подобного. Каждый строй воинов прикрывали маги и жрецы Торзалии, усиленно молящиеся Свету, и, думая при этом, что всё ещё обращаются к своим братьям-богам. Эти-то жрецы и не дали погибнуть большинству солдат в первые секунды боя. Маг не мог постоянно держать магический щит, его силы при этом быстро таяли, а жрецы были способны бормотать свои молитвы вечно, призывая на себя и собратьев милость и защиту нового бога. Эта защита и приняла на себя удар. Над войском Гарвина засверкал яркими гранями защитный купол, сдерживая напор некромагии. Эта преграда продержалась недолго, но вполне достаточно, чтобы маги успели сплести свои щиты, усилив ставший прогибаться под напором воли дроу молитвенный полог жрецов. Кое-где магия Тьмы всё же смогла прорваться, сея смерть в рядах воинов, но потери были не столь велики, как рассчитывали тёмные эльфы. Но маги оказались отвлечены защитой, и не смогли атаковать приближающееся войско Тьмы. Даже драконы, не чувствительные к магии машины смерти, и те оказались оглушены таранным ударом магии смерти. А затем стальные ряды захлестнула волна нечисти. Химеры так же не остались без дела, собирая свою часть кровавой жатвы. В этот момент драконы не могли серьёзно повлиять на исход битвы, враги и друзья слишком сильно перемешались в этой мясорубке. Повелители небес не могли обрушить своё всепожирающее пламя, опасаясь вместе с мертвяками сжечь часть своих союзников. А затем на них набросились костяные драконы, жуткие создания некромагии, поддерживаемые летающими химерами, и битва закипела уже и в воздухе.

Глядя, как гибнут его создания, Аксин довольно усмехнулся. Некромант задумал нечто грандиозное, то, о чём и мечтать не могли все мастера магии смерти прошлого. Этот ритуал был захоронен внутри самой Тьмы, и лишь тот, кто смог соединиться с ней воедино, мог увидеть эти тайные знания. Для заклинания требовалось огромная масса жертвенной крови, боли и энергии смерти, и этот бой обеспечивал Аксина всем необходимым. Пусть войска Света думают, что они сейчас героически погибая, побеждают армию Тьмы. На самом деле воины своими жизнями мостят ему дорогу к самому страшному заклинанию Тьмы, заклинанию, равному которого не видел мир….

Вокруг фигуры некроманта лениво заклубилось кроваво-красная туча. Она всё разрасталась и разрасталась, пока полностью не скрыла не только Аксина, но и пространство на добрую сотню шагов от него. Эта туча состояла из миллионов маленьких, красных капель крови, пролитой сегодня. Крови людей, эльфов, гномов, крови его врагов. Затем багряная пелена пришла в движение, закрутившись, сначала медленно, лениво, затем всё быстрее и быстрее, вокруг фигуры некроманта. Кровь становилась всё темнее и темнее, пока не превратилась в чёрную воронку, в глубине которой заблестели незаметные на её фоне антрацитовые молнии. Вихрь некромагии медленно, словно наслаждаясь своей чудовищной мощью, сдирал плоть с тела некроманта, и неподвижно стоявшего рядом пса. Но Аксин не замечал этого, жуткая боль просто растворилась в волне экстаза, захлестнувшей его разум. Вот оно, полное, истинное единение с Тьмой! Его дикий, полный непередаваемой радости крик разнёсся над полем боя, ему вторил восторженный вопль Малыша. Зверь чувствовал то же самое, что и хозяин, ведь он был частью его души…. Вихрь вертелся всё быстрее и быстрее, затягивая в себя не только проливавшуюся кровь, но и жизни, и даже души гибнувших солдат Гарвина. Вдруг затрещало само пространство, и из возникшего рядом портала выпрыгнул Ваалор, почувствовав гибель тела и души своего кровного брата…. Мгновение — и вихрь некромагии пожрал и его, разорвав непобедимого демона. Аксин этого даже не заметил, купаясь в жутком, всеразрушающем могуществе, что дарила ему его повелительница. Затем чёрное облако опало, открыв взору выбеленный костяк некроманта, одетый в клубящуюся Тьму. Рядом скалил призрачные клыки Малыш, лишившийся даже костей, но, как и хозяин, впитавший мрак, ставший теперь его плотью.

— Эй ты, летающая ящерица-переросток! — Холодный, лишённый малейшего оттенка чувств голос некроманта был слышан на тысячи и тысячи шагов. — Гарвин, кажется, так тебя зовут? Ты пришёл сюда, чтобы померяться силами со мной, или просто повоевать с мертвяками? Что, они тебе мешают? Ну, это дело поправимое.

Одна мысль — и десятки тысяч зомби, рухнули, как подкошенные, мёртвые тела покинуло подобие их жалкой не-жизни. За ними последовали до этого несокрушимые костяные драконы. Оставшиеся в живых химеры, прекратив бой, бросились в разные стороны.

— Они мне больше не нужны. — Некромант твёрдой поступью пошёл вперёд, за ним вышагивал на призрачных лапах монстр, отдалённо напоминавший пса. — Ну, мне долго тебя ждать, о трижды ошибшийся пока ещё живой император-дракон?

Войска Гарвина замерли, не понимая, что происходит.

— Первая ошибка — ты пришёл на мои земли, сюда, где правит Тьма, а у твоего Света здесь нет всей его мощи. — То существо, что раньше звали Аксином, спокойно приближалось к оторопевшим воинам.

— Вторая ошибка — твоя глупость. Неужели так трудно было немного поднапрячь мозги, чтобы понять, кто твой враг? Ты собрал огромное войско для борьбы со мной, а нужно было готовиться к бою с Тьмой…. — При этих словах навстречу некроманту понёсся огромный, чёрный дракон. Повелитель небес яростно рычал, дыша всепоглощающим пламенем, его тело вдруг заблестело, одевшись в нестерпимо яркий Свет.

— И третья ошибка — ты остался самим собой. Глупый эгоизм и привязанность к своему я. Надо было подарить своё тело и свою душу Свету, своему повелителю и покровителю. Тогда у тебя был бы маленький шанс на победу. — Скелет, укутанный во Тьму, протянул вперёд руку, указывая костистым пальцем на приближавшегося к нему дракона.

— НЕТ! — Дикий, полный непереносимой боли крик, потряс окрестности. Вперёд вылетела какая-то драконесса, и попыталась догнать бросившегося на врага Гарвина, чтобы защитить его, прикрыть своим телом. Неизвестно как, но она поняла, что сейчас должно произойти.

Тонкая, изящная стрела, сотканная из Тьмы, сорвалась с руки некроманта, и просто и незатейливо пронзила грудь дракона. Мгновение — и Гарвина просто не стало, его могучее тело превратилось в невесомый прах, Свет, окружавший его, потух….

— НЕТ!!!

Монстр, что ещё недавно был Малышом, на призрачных крыльях чёрной молнией метнулся вперёд, разрывая горло драконессе. Не успело её тело рухнуть на землю, как скелет указал на застывшее в безмолвном ужасе воинство, и Тьма накрыла живых, вырывая души из их тел….

— Дядя Аксин! — Кто-то, взобравшись на колени неподвижно сидевшего юноши, сильно его затряс, вырывая разум некроманта из грядущего. — Поиграй со мной в лошадку, ну, пожалуйста….

— Лера. — Устало пробормотал Аксин. — Ну, какого Чонинга…. Ты же должна была уехать с тётей Беллой и дядей Ваалором.

— Уеду, вот поиграем, и уеду. — Покладисто согласилась маленькая проказница, поудобнее устраиваясь на коленях юноши. — Хотя нет, в лошадку мы играть не будем, ты же слепой.

— Я?

— Конечно, вон у тебя какие глаза чёрные. А зачем мне слепая лошадка? Лучше расскажи мне что-нибудь.

Аксин даже растерялся от такого напора.

— Рассказать?

— Да, про маму, я же про неё совсем ничего не знаю, ты никогда не рассказывал?

— Лера, я не очень хорошо знал твою маму….

— Какой ты глупый. — Девочка раздражённо стукнула своим слабым кулачком Аксина. — Да не про мою, а про свою. Свою маму я помню, а про твою не знаю. А ведь она мне… тётя… нет, бабушка…. в общем, родня!

— Но….

— Ну, расскажи. — Заныла Лера, ты ведь был маленький? Расскажи, как она с тобой играла. Мы потом с тётей Беллой так же поиграем.

И Аксин, мгновение назад собиравшийся было согнать с колен эту нахальную и приставучую липучку, вдруг, неожиданно даже для себя, обнял ребёнка, заговорил. Картины из детства услужливо всплывали в его памяти одна за другой, даже те моменты, которые он, казалось, уже давно забыл. Того детства, когда в маленьком мальчике ещё не увидели разгорающийся магический дар, и он, счастливый и довольный, все дни напролёт проводил со своей мамой.

Вот он, четырёх летний малыш, улыбаясь во весь рот, тянет ручонки к новой игрушке, а мама радостно смеётся, то отводя подарок чуть в сторону, то пряча за спиной, то снова показывая. Аксин, довольно вереща, бегает вокруг неё, стараясь поймать ускользающий приз. Он знает, что это просто игра, и скоро он поймает в свои ручки столь заветную игрушку….

Его пятый день рождения, он, стоя в кругу таких же сорванцов, прыгает вокруг стола, стараясь стащить что-нибудь сладенькое, не дожидаясь, когда его позовут к столу. Мама, для приличия поохав и повздыхав, в шутку ругая нетерпеливого сына, протягивает ему огромный кусок сладкого пирога с ягодами, его любимого. А затем снимает весь пирог, и ставит его на стул, там, где до него смогут дотянуться все желающие….

Они на море…. Отец, вечно занятой купец, в этот раз выделил время, и вся семья, проехав через половину Империи, обосновалась на несколько дней в каком-то прибрежном городке. Сама дорога Аксину не понравилась, но от города, и от огромного, раскинувшегося до самого горизонта тёплого моря он пришёл в восторг. Дни, наполненные купанием, сладкими и сочными фруктами, и улыбками родителей он запомнил на всю жизнь….

Картины прошлого менялись перед глазами с огромной скоростью, память услужливо подбрасывала их одну за другой, и Аксин всё рассказывал, и рассказывал. Юноша говорил уже не для Ланы, а для самого себя, окунаясь в приятную, греющую душу пелену прошлого.

— Ты уже не слепой, дядя Аксин. — Нахалка, вскочив на ноги, требовательно посмотрела на лицо юноши. — У глаза снова нормальные, живые, как у человека, а не мертвяка. Давай поиграем в лошадку?

— Нет, Лана, не сейчас.

Юноша аккуратно снял с колен малышку, и рывком встал. Он только что осознал всё, что видел недавно в грядущем, и этот путь его не устраивал. Пока Тьма безраздельно властвовала над его душой, он не видел иной дороги. Но сейчас, когда каким-то чудом эта девчонка смогла разбудить в нём крупицу человечности, он вдруг понял, что ему нужно сделать. Слившись с Тьмой, хоть и в будущем, он смог узнать такие заклинания, о существовании которых не догадывалась даже пронырливая Белла, не одну тысячу лет успешно строя из себя наивную дурочку, и собирая в своей очаровательной головке знания двух миров. Аксин понимал, что Тьма не отпустит его, да и Гарвин не отступится, но бой между двумя первоосновами всего сущего здорово потрясёт мироздание, сместив вечный до сегодняшнего дня баланс сил, и победа одной из сторон приведёт к гибели сначала этого мира, а затем и остальных. Свет и Тьма не могут не биться, но никто не должен победить…. Но Гарвин это не поймёт, не захочет понимать. Если не Аксин, то он, дракон-император сместит баланс, и конец будет тот же. Тупик, и юноша видел только один выход из этого тупика. Древние знания самой Тьмы, приоткрыв завесу тайны в грядущем, указали юноше путь. Страшный путь.

Быстро, боясь растерять решимость, Аксин кинулся в подвал. Там, за тяжёлыми, укреплёнными магией дверями, он проводил свои опыты, там он совершенствовал искусство владения магией смерти. И сейчас он должен был провести один ритуал….

Малыш, словно что-то почувствовав, встал на дороге, закрывая юноше проход.

— Так надо, мой друг. — Аксин присел перед огромным псом, и обнял его мощную шею. — Прошу тебя, пойми меня. Я не могу поступить иначе.

Судя по слезам, блеснувшим в глазах огромного пса, Малыш всё прекрасно понимал. А судя по оскаленным клыкам и напрягшемуся телу, он явно не собирался принимать выбор хозяина. Малыш твёрдо решил не пропускать Аксина в подвалы лаборатории, загородив проход собою.

— Малыш, малыш…. — Аксин, вздохнув, встал, и коротким жестом руки опутал пса магическими путами. Тот рванулся, но тщетно. В Малыше Тьма занимала лишь часть, в некроманте же она заполнила почти всё, даже душу, и его мощь была несоизмеримо выше силе пса. Да, благодаря Лане Аксин вновь почувствовал себя человеком, но юноша прекрасно понимал, что это временная искорка тепла, основу же его составляла бесконечная, безграничная Тьма.

Обойдя надсадно воющего, скованного щупальцами мрака Малыша, некромант спокойно прошёл мимо. Идя по знакомым коридорам, Аксин, по старой привычке, прокручивал в голове предстоящий ритуал, стараясь учесть все многочисленные нюансы будущего заклинания, и старательно отгоняя от себя приступы всё появляющегося страха. Наконец он оказался перед массивной дверью. Стальная, усиленная магией, она служила надёжной и непроходимой преградой для всех. То есть почти для всех….

— Ваалор. — Прошептал юноша, вспомнив о дурной привычке демона прыгать через порталы. — Думаю, твои пути тоже стоит перекрыть, а то ворвёшься, как всегда, в самый неподходящий момент. Что там ты ворчал сегодня насчёт заклинания Ашалоса? Кажется, оно тебе помешало, правда, не до конца…. Ну, ничего, сейчас мы это исправим.

Чтобы перекрыть путь демону, Аксину потребовалось не больше минуты. Структуру заклинания он смог прочесть ещё тогда, оставалось его немного доработать, и напитать мощью первозданной Тьмы. Всё. Теперь демон просто не сможет открыть портал, чтобы появиться рядом, и испортить ритуал.

Глубоко вздохнув, юноша, шагнул вперёд. Дверь услужливо распахнулась перед ним, чтобы в следующее мгновение захлопнуться, отгородив некроманта от всего мира.

— Великая Тьма, моя повелительница и покровительница. — Аксин коротко поклонился, прекрасно понимая, что будет услышан. — Прошу тебя, Великая, прими мой выбор. Все клятвы мои будут исполнены, ты получишь свой мир, своё царство. Но я пойду по другому пути, не по тому, что ты ведёшь меня. Нельзя тебе и Свету сходиться в битве, ибо эта битва станет началом конца для всего мироздания. Все миры, даже хаос будут разрушены, на всё падёт тень твоя, но ты не сможешь жить без Света, как и Свет не может жить без Тьмы. Лишь вместе вы составляете единое целое. И я решил прекратить надвигающееся столкновение, ради всего мироздания. Прошу понять и принять мой выбор.

Тьма молчала, наблюдая за юношей отовсюду, даже из самых потаённых уголков его почти потерянной души. Она могла только убить его, но выбирать, по какому пути идти, он был волен сам…. И она приняла выбор Аксина.

«Иди, мой сын, мой муж, мой воин — юноша почувствовал, а не услышал тихий, мягкий, обволакивающий шёпот. — Я не стану препятствовать тебе».

Пройдя в центр огромного подвала, некромант остановился. Здесь он творил свои самые страшные, самые могущественные заклинания, изучая пути Тьмы. Хорошее место для последнего заклятия….

Сосредоточившись, Аксин призвал души своих прежних соратников, заключённых в посохе. Тот безымянный младенец, душу которого некромант использовал для того, чтобы зачаровать своё магическое оружие, Акрид, Виллис, Стен, Марк, Рок, Триас, и Лера….

— Вы свободны. — Юноша коротко поклонился бесплотным духам. — Простите, друзья мои, что не сделал этого раньше. Идите с миром, идите, и обретайте заслуженный и желанный покой.

Призраки растворились, оставив юношу одного.

— Ну, вот и всё. — Аксин вытащил короткий, кривой, как коготь, нож из тёмной бронзы, и, словно боясь отступиться в последний момент, торопливо резанул им себя по горлу. Для этого заклинания не нужно было вычерчивать сложные многолучевые звёзды, выписывать костяной мукой и кровью руны, декламировать на древнем языке…. Нужна была лишь воля мага, приложенная к одной точке пространства и времени, и одна жертва. Великая жертва. Своя жизнь. Действие, простое, и одновременно невообразимо сложное. Находясь во Тьме, Аксин узнал, что любой мир имеет некую призрачную, почти неощутимую для всего живого ось, вокруг которой вращались магические поля, создавая некий неповторимый, уникальный фон магии. На этой эфемерной оси находилась условная точка, небольшая зона, порождающая все эти силы, основа основ любого мира. Она никогда не оставалась на одном месте, постоянно перемещаясь вдоль призрачной оси. Почему так был устроен любой мир, Аксин не знал, да это было и не важно. Всё, что нужно было сделать — почувствовать эту точку, слиться с ней, чтобы затем воздействовать всем, что у тебя есть. Магией, чувствами, желаниями, душой, и самой жизнью, последним вздохом. Всё это воздействие должно вести к одному, самому желанному результату. Легко сказать, но почти невозможно совершить, принося себя при этом в жертву. Кто способен на такое? Только Тёмный Властелин, превратившийся на короткое время в простого человека, человека, не желавшего становиться снова рабом Тьмы….

Мир задрожал, словно в лихорадке, затем замер на мгновение, чтобы тут же завибрировать ещё сильнее. Малыш, освободившись от пут, с бешеной скоростью бросился к стальной двери, за которой погибал его хозяин, врезавшись в неё всем своим мускулистым телом. Дверь не шелохнулась. Мёртвому, укреплённому магией железу, не было никакого дела до страданий пса. Малыш снова бросился на дверь, вгрызаясь в неё твёрдыми, как алмаз, клыками. Бесполезно. Пёс чуть отступил, чтобы вновь таранить преграду, и вдруг почувствовал, что хозяина больше нет…. От этого известия сердце Малыша, не выдержав, просто разорвалось, и он замертво рухнул у порога, не пережив некроманта ни на мгновение.

Ваалор и Белла одновременно осознали смерть Аксина. Взревев, демон взмахнул когтистыми лапами, словно разрывая пространство перед собой, и… ничего. Портал, ведущий к кровному брату, не желал открываться, блокированный мощным импульсом невесть откуда взявшейся некромагии. Демон попытался разрушить невесть откуда взявшуюся преграду, но всё без толку. А затем ламия с силой схватила его за плечи, прекращая эти бесплодные попытки.

— Что?!

— Прекрати! Происходит что-то странное. Чувствуешь?

Мир вокруг дрогнул, на мгновение став тягучим, мерцающим, словно ненастоящим. Всё словно раздвоилось, заимев внутри себя призрачного двойника. Казалось, само время замедлило ход, скрутившись в странный, сверкающий мгновениями и веками водоворот. Затем призрачные копии всего сущего вдруг рванули в сторону, увлекая за собой оторопевших демонов. Мгновение — и всё вокруг стало прежним. Почти всё….

— Какого Чонинга?! — Ваалор, дико озираясь, схватился за свой любимый меч, как утопающий за брошенную с берега верёвку. Рядом не было врагов, но демону просто жизненно необходимо было прикоснуться к чему-нибудь стабильному, знакомому.

— Боюсь, Чонинг тут как раз и не при чём. Всё, что сейчас произошло — дело рук вашего драгоценного младшенького, кровного братца. Так вы, кажется, величали «дядю» Аксина?

Ваалор и Белла резко обернулись к спокойно идущей к ним малышке.

— Лана…. — Демон замолчал, с удивлением глядя в спокойные, горящие мягким светом глаза ребёнка.

— Не Лана. — Напряжённо произнесла ламия. Белла сбросила ставшей привычной за многие века маску недалёкой дурочки, с опаской глядя на приближающегося ребёнка. — Помнишь ту разноцветную комету, предвестницу пришествия в мир кого-то из богов? Мы думали, что это кто-то из небожителей спешит на помощь к Гарвину. Похоже, мы здорово ошибались.

— Да. — Усмехнулась девочка. — Гарвину помогали, как и Аксину. Свет и Тьма, лишь их слова они могли услышать. Так что вы действительно ошиблись, к Гарвину никто из нас не прилетал.

— Значит, ты….

— Турния, к вашим услугам. — Она, дурачась, легко поклонилась. — Пришлось самолично вмешаться в игру первостихий, чтобы Тьма и Свет своими забавами случайно не угробили этот мир. Лишь судьба может играть с ними на равных.

— Подожди, я не понимаю….

Ламия, заткнув брату рот, прервала демона на середине фразы.

— Армия света исчезла, вместе с Гарвином. Я их не чувствую. И этот мир стал совершенно другим…. Теперь в нём царит Тьма, и лишь иногда проскакивают искорки истинного света. Турния, что же произошло?

— Аксин, мой новоявленный дядюшка, теперь уже почти настоящий…. — Богиня судьбы тяжело вздохнула, хотя в её глазах заблестели искорки еле сдерживаемого веселья. — У каждого человека судьба написана ещё до его рождения. Но, если кто-то сумеет сделать хоть шаг в сторону, свернув с назначенного пути, то он станет человеком вне судьбы. И тогда такой счастливчик сможет вершить судьбами не просто людей, но и целого мира. Вот этим ваш младшенький с этого мгновения и займётся.

— Он умер! — Гнев и боль Ваалора, наконец, вырвались наружу.

— А что вы хотели? Создать новый мир не так просто. — Турния в очередной раз дурашливо поклонилась. — Ну, мне пора. Нехорошо торчать в чужом мире, даже если его хозяин — твой любимый «дядюшка». Вижу, у тебя осталась куча вопросов, громила? Адресуй их сестрёнке, вижу, она уже вспомнила сказки вашей родины, и всё поняла.

Девчушка помахала рукой, и просто растаяла в воздухе.

— Белла! — Демон выронил меч, и схватился за голову своими могучими лапами.

— Для начала успокойся. — Ламия сама с огромным трудом взяла себя в руки. — Видимо, Аксин каким-то образом разделил этот мир на два одинаковых, собрав в одном из них всех, кто принадлежит Тьме. Тебя, меня, мертвяков, химер, тёмных эльфов. Может, кто из людей сюда попал, не у всех душа обращена к свету. А Гарвин и его войско просто остались в другом, точно таком же мире. Но, если здесь царство Тьмы, то там — империя Света. Два мира вместо одного, принадлежащие разным сторонам, но с вкраплениями частиц силы противоположных первостихий. Да, не думала, что младшенький на такое способен. Сейчас, поди, смотрит на нас, и веселится от души. Ведь от Тьмы внутри от уж точно избавился.

— Но ведь он умер!

— Великая жертва. — Кивнула ламия. — Только она могла дать столько мощи. Правда, эту мощь необходимо было ещё очень точно приложить. Не пойму, как ему это удалось?

— И ты так спокойно об этом говоришь?! В его жилах текла частичка нашей крови!

— Не кричи, братец. Пойдём. А по пути вспомни легенды, что рассказывал нам отец в детстве.

Белла вывела взбешённого демона на улицу.

— Если у кого-то хватает силы и умения создать новый мир, что сегодня сделал Аксин….

— То он становится его богом. Первым из пантеона богов. — Хрипло прошептал Ваалор. — Неужели он это заранее спланировал? Но ведь люди не знают этого….

— Спланировал? Не мели ерунды, братишка. Аксин не понимал, к чему это всё приведёт, когда убивал себя. Он просто хотел сделать так, как лучше для всех, пожертвовав собой. Он не видел другого выхода. Это и к лучшему, ведь невозможно назвать Великой жертвой действие, когда ты стремишься к награде. Одного не пойму, как эта девчонка сумела разбудить его душу? Ту часть, где ещё не окопалась Тьма.

Белла замолчала, и обратила свой взор к ночному небу.

— Незнание его и спасло. Он просто сдержал своё слово, создавая царство Тьмы, при этом разделяя двух извечных противников границей между мирами. И, нежданно-негаданно для себя, после смерти очнулся первым богом этого нового мира. Хоть здесь властвует Тьма, но она — всего лишь первостихия, сила…. А миру без богов никак нельзя. Богов, не принадлежавших ни к Тьме, ни к Свету. Смотри.

На чёрном, бархатном небе явно просматривались два созвездия — человек с посохом в руке, и огромный пёс.

— Не поверишь, братец, он ещё и Малыша с собой на небо затащил!

В ответ сверкнула иссини чёрная молния, и раздался далёкий гром, очень похожий на радостный лай….

Эпилог

Далеко, в бесконечной пустоте, между мирами, там, где нет ни времени, ни пространства, кружились в танце две фигуры. Могучий воин в белых доспехах, и гибкая, прекрасная девушка, облачённая в чёрное, бархатное платье.

— Эта игра была восхитительно. — Девушка попыталась, закружив в танце, пронзить шею воина тонким стилетом, что искусно прятала в длинном рукаве. Не сбиваясь с ритма, воин легко отразил удар латной перчаткой, а затем попытался схватить партнёршу за горло. Та, обратившись в дым, возникла за его спиной, и нежно его обняла. — Надо будет как-нибудь повторить.

— Обязательно сыграем. — Воин повернулся к девушке, и нежно её поцеловал.

— Я люблю тебя, мой Свет. — Проворковала она.

— Не больше, чем я тебя. — Рассмеялся он.

— Но рано или поздно я смогу убить тебя, любимый. — Произнесла она, глядя на него с искренним обожанием.

— Мы умрём вместе, Тьма, душа моя. — Воин нежно обнял свою подругу.

Они танцевали, восхищаясь друг другом, искренне любя и одновременно ненавидя друга. Так было раньше, так есть сейчас. Так будет вечно….

КОНЕЦ.

Content

Александр Новопашин
Тёмный Властелин. Книга вторая

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Эпилог