Александр Морра

МЕЖДУ МИРАМИ

ПРОЛОГ

Клавдия взяла нас с другом под руки и устремилась вперед. Я окинул взглядом сначала старуху, затем Крэйга, который тоже смотрел на меня. Оторвав взгляд от друга, я позволил себе осмотреться. Заполненный годинами зал, стены, окрашенные в темные оттенки красного, длинные пустые столы у самой стены, прозрачный потолок над нами… Словно ад с видом на рай. С каждым шагом я дрожал все сильнее.

— Истинное наслаждение, — промолвила госпожа Клавдия и сильнее схватила меня за руку.

Вдруг присутствующие в зале женщины остановились и задрали головы вверх. Пышные белые платья, словно снег, — так нежно и внезапно — начали падать на пол, оголяя их тела. Я на миг закрыл глаза, не веря увиденному, однако, распахнув их, заметил, что женщины продолжают сбрасывать с себя платья, как сбрасывают шкуру змеи. Четыре огромных фонтана, появившийся из ниоткуда, начали извергать из себя красную жидкость. Безумные взгляды окружающих напоминали мне Обитель Судеб, когда все так же двинулись в темный проход, в пещеру между мирами. А сейчас они лезли в эти фонтаны, танцевали безумные танцы. И тогда я услышал, как играет на фоне странная мелодия скрипки. Безумие проснулось на этом балу. Клавдия продолжала вести нас в сторону фонтанов, тихо прошептав слово «кровь». Пуговицы на ее платье начали просто отлетать со свистом, а одежда сползла, словно сама по себе. Обнаженные женщины всех возрастов и размеров пили и умывались кровью из фонтанов, извиваясь, ползали по полу, сходя с ума, рвали волосы на голове и безумно улыбались. Некоторые продолжали танцевать.

Мужчины тоже начали действовать. Они бродили вокруг всех этих ненормальных женщин, а мы с Крэйгом по-прежнему оставались неподвижны. Некоторые из мужчин снимали галстуки, кто-то просто шел, а кто-то подходил к столу и брал столовые приборы. И вдруг… Сглотнув ком в горле, я в панике попятился назад, но уперся в стену: годины мужского пола накинулись на женщин и начали душить их, резать, есть… А те словно давались им, позволяли им это делать. Хруст костей, смех, звуки скрипки и шум фонтанов выворачивали мою реальность наизнанку. Я посмотрел на Крэйга — бедолага упал на пол и сжал себе голову, при этом были слышны легкие стоны. Одно из существ затащило окровавленную половину тела девушки на стол в двух метрах от меня. Оно разрывало руками ее внутренности и засовывало в рот, который и так был забитый до предела. Затем взгляд година наткнулся на меня, и существо перестало жевать. Внутренности начали выпадать из его рта, а руки отпустили жертву. Я вновь непроизвольно попятился, но снова наткнулся на стену. Прозвучал сильный безумный крик этого существа, и оно набросилось на меня с такой скоростью, что я успел лишь закрыть руками лицо. Годин схватил меня и швырнул в центр зала. Неимоверная сила! Я пролетел метров десять, не меньше, а приземлившись, сильно ударился об пол плечом, за которое сразу же схватился. Безумие вокруг продолжалось, будто меня никто и не заметил. Скайлеанцы танцевали, ели друг друга… Однако приближающийся ко мне сзади звук шагов, хлюпающих по лужам крови, заставил меня перевернуться на спину. Мужчина лет тридцати в бордовом фраке и черной рубашке, на которой верхние две пуговицы были расстегнуты, наклонился ко мне, лежащему на залитом кровью полу. Из-под его фрака выглянула длинная рапира. Серые волосы немного свисали на бок, а большие темно-карие глаза были спокойны и широко раскрыты. Его взгляд — взгляд живого, не одурманенного существа — говорил о том, что этот годин находится в совсем ином положении, чем здешние безумцы. Телосложение этого година не было плотным, но и назвать его тощим было нельзя. На его нижней губе с правой стороны виднелся шрам, разделяющий ее на две части. Этот странный тип, сдерживая улыбку, наклонил голову сначала в одну сторону, не отводя от меня глаз, а затем в другую.

— Шепчешь ли ты имя спасителя своего в трудную минуту? — спросил он и окинул меня безумным взглядом, а затем поправил свои волосы, и на его лице промелькнула улыбка. — И чувствуешь ли ты вину, если уж и привкус ее напоминает жадность, тайный смысл, туманные намеки и злую волю.

Годин со шрамом нагнулся, провел пальцем по моему лицу, заляпавшемуся кровью женщин, а затем выпрямился и посмотрел куда-то в сторону.

— Видишь, как они удовлетворяют себя, да? — он облизал палец, на котором была кровь с моего лица, и вновь нагнулся ко мне. — Наверное, тяжело лежать неподвижно среди всего этого шума, дожидаясь, пока кто-то в окровавленной одежде и с рапирой подкрадется к тебе, чтобы убить?

— Кто вы все? Что происходит? — судорожно крикнул я и, чувствуя, что боль в плече проходит, начал отползать назад.

— Это игра, в которой все потерпели поражение, а истина истекает кровью.

Он на мгновение закрыл глаза, сделал паузу и наступил ногой на мою грудную клетку, после чего мои движения прекратились.

— Бесполезно… Ты уже мертв, как и все остальные. Их жизни — ничто, лишь карнавал тлена, — сказал стоящий передо мной, и его рука скользнула к поясу, схватила рапиру и навела точно на моё сердце. — Познай безумие!

«Подумать только, а ведь всего несколько недель назад я считал, что у меня нет и не будет большей заботы, чем успеть отремонтировать забор к приезду моего отца!»

Глава 1. УЗЫ

Глядя на холмы, возвышающиеся перед моими глазами, я снова и снова спрашивал себя: «Неужели это был сон… Неужели это был просто сон?»

Я смотрел на то самое таинственное место, пока перед глазами не появилась мутная пелена.

«Вот так всё и в моей жизни», — печально подумал я. В ней тоже нет никакой ясности. А до этого казалось, будто моя жизнь полна различных красок. Что же случилось? Теперь… Теперь мое будущее было затянуто этой мутной пеленой, и кто знает, что за ней скрывается.

Временами мне хотелось, чтобы в моей жизни было поменьше событий, о которых стоило писать. Ведь до сих пор я всё еще не могу без слез говорить о том, что произошло. Да и кто мне поверит? Ведь случившееся просто-напросто не укладывается в голове. Мне остается лишь сидеть на земле и чувствовать ветер, который неловко ворошит волосы, ощущать на себе нежные лучи солнца, которые будто бы придают энергии. Со звуком ветра сливалось пение птиц, которые не чувствовали ни горя, ни разочарований. Они парили в небесах без каких-либо забот и прошлого. Я так завидовал этим прекрасным, беспечным и свободным созданиям. Вот бы взять и улететь вместе с ними, забыв обо всём! Но теперь я не узнаю самого себя. И вряд ли смогу понять, поступил ли я правильно.

Моя история началась обычным субботним днем. Всю ночь шел дождь, и под утро, когда казалось, что он почти прекратился, редкие капли все еще стучали в мое окно. Но меня это нисколько не отвлекало. Я был занят своими снами, которые находились уже в преддверии финала. Мне всегда снились яркие сны, наполненные невозможными, фантастическими событиями. Может, из-за того, что в восемнадцать лет меня не покидала страсть к мечтам? Бывало, я рассказывал друзьям о своих ночных путешествиях во всех подробностях. Данный процесс занимал немало времени, и складывалось такое впечатление, что я рассказывал им небывалую историю. Но конец в историях был один и тот же: все громко смеялись и комментировали мою бурную фантазию. Да, об этих временах у меня сохранились чудные воспоминания. И мне, конечно, не хотелось бы потерять их.

Ну, вот, и напомнил о себе этот убийца снов и постельного уюта — будильник. О-о-о… Как же он разрывается! Словно ребенок, которого нужно покормить.

Я не переношу утро. Думаю, как и большая часть населения планеты. Возможно, сегодня у кого-то был выходной, но у меня на этот день уже имелись грандиозные планы, которые делали мое утреннее негодование неизбежным, так как вставать пришлось слишком рано. Как же чертовски удобна была кровать, как манила ее мягкая, белоснежная подушка!

Шторы еще немного прикрывали проблески солнечного света, но несколько назойливых лучей уже пробрались сквозь них и играли в моей комнате. Солнце после дождя… Погода предвещала теплый и приятный день. Именно то, что мне нужно, ведь сегодня в моих планах было достроить забор, который я мучаю уже пару дней. А закончить мне его необходимо именно в эту субботу, так как отец приезжает из командировки. Не должен же я упасть лицом в грязь перед человеком, на которого всю жизнь равняюсь.

Едва разлепив веки, я с трудом обошел комнату, открыл окно, увидел недоделанный забор, зевнул, нашел тапочки и поплелся в ванную. Склонившись над раковиной, я машинально почистил зубы. Выпрямился. Вновь зевнул. Зеркало для бритья отражало потолок. Поправил зеркало — и на секунду, через окно в ванной, оно показало другую часть недостроенного забора. Когда я, наконец, установил его правильно, зеркало отразило щетину на моем лице. Я побрился, плеснул в лицо водой, вытерся — и на миг замер, рассматривая свое отражение: лицо пропорциональное, прямой, аккуратный, маленький нос. Порой даже казалось, что слишком маленький. Голубые, сонные глаза, в которых вечно прыгают бесенята. На голове «художественный беспорядок», однако и он имел определенную форму — пряди волос мне приходилось приподнимать наверх с помощью средств для стайлинга. «Что тут скажешь — в толпе такого не пропустишь», — произнес я вслух и отвел взгляд от зеркала. Снова зевнул, а затем зашлепал на кухню, чтобы немного перекусить.

— Доброе утро, Лео, — донесся голос мамы, которая, несмотря на ранний час, уже стояла у плиты и готовила завтрак.

— Доброе, мам, — я встал возле нее, осматривая то, что стояло на плите. Мое обоняние уловило сладкий аромат маминых духов. Запах свежей выпечки и роз… Мамины каштановые волосы, как всегда, были аккуратно уложены, маникюр был ровным, лицо украшал легкий макияж, и только мелкие морщины у края глаз выдавали ее настоящий возраст.

— Как спалось, дорогой?

— Неплохо… Опять омлет, ма! Ты же знаешь, что я его не перевариваю.

— Ешь, что есть, Леонард! Я ещё не успела сходить в магазин. Кажется, со вчерашнего дня остались сосиски. Будь добр, посмотри в холодильнике.

Уж если мама назвала меня полным именем, значит, она в недобром расположении духа. Я взял из холодильника сосиски, из которых одну сразу же положил в рот, и молча побрел к выходу.

— Ну, что, есть? — обернувшись, спросила мама. Но я уже к тому времени находился у двери и только частично услышал адресованное мне ворчание.

«Ох, ну и хлама здесь!» — подумал я, зайдя в гараж и оценив его обстановку. Тем не менее, вскоре среди беспорядка мне удалось найти нужные инструменты, и я, наконец, занялся непосредственно своим делом.

Отец должен был приехать во второй половине дня, поэтому, чем раньше я справлюсь с этими деревяшками, тем лучше будет для меня.

Жара уже набирала обороты. Прозрачные дождинки на траве, похожие на капли росы, испарились так быстро и незаметно, будто их и не было. Как назло, рядом со мной не было ничего, что могло отбросить спасительную тень. Я не мог найти укрытия от палящего солнца.

Пот выделялся на моем теле, а утренний энтузиазм испарился, словно пар. Нужно было сбросить с себя явно лишнюю в этих погодных условиях футболку, чтобы хоть как-то облегчить свои страдания, кроме того, было бы неплохо загореть к пляжному сезону — так я успокаивал себя, извлекая плюсы из ситуации.

— Ого! Как ты меня встречаешь! Привет, сосед.

Только не этот мерзкий голос! «Что ей от меня нужно?» — подумал я, снимая с себя футболку и не видя еще перед собой фигуру противной девчонки.

— Что тебе нужно, Мегги? — повернувшись к ней спиной, спросил я и снова принялся вбивать гвозди.

— Эй, ну что за манеры? Я что, не могу поздороваться с любимым соседом?

Соседка по привычке начала хрустеть пальцами рук, а затем шеей. На Мегг были надеты серые шорты, которые едва виднелись из-под длинной белой майки.

— Мегг, я знаю тебя с самого детства, — все сильнее стуча молотком, продолжал я. — Знаю твою натуру; знаю, что ты терпеть меня не можешь, как и я тебя.

— Ну почему же не могу? Еще как могу, Леонард!

— Ты сама понимаешь, что говоришь? — смеясь, спросил я.

— Ладно. Не получилось у меня к тебе подлизаться. Впрочем, как всегда, ты все такой же нахал!

— Ближе к делу…

— У меня что-то случилось с компьютером, всё виснет, выключается сам. Можешь прийти посмотреть? — после этих слов она присела рядом со мной, убирая рукой с глаз русые волосы, цвет которых интересно переливался от лучей солнца. Как странно, что я раньше не замечал ее красивых зеленых глаз. А натянутая улыбка не так уж и ужасно смотрелась.

— Хорошо, помогу. Только не сейчас. Мне нужно закончить этот чертов забор, — я прекратил стучать, сделал паузу и продолжил более спокойным тоном: — Вечером зайду.

— Что? Так долго? И что я буду делать всё это время? — вдруг она снова превратилась из милой принцессы в ужасную, противную и капризную девчонку.

— Чувствую, сегодня кто-то вообще будет без компьютера!

— Ну, всё-всё, я поняла. Жду вечером, — Мегги с недовольным лицом скрылась за почти достроенным забором.

Но дело ещё не закончено. Впереди огромная работа.

Жгучее солнце продолжало обдавать меня жаром. Как же здорово! Вообще, лето — лучшая пора. Никогда не любил зиму и холод, а эта жара была волшебной, несмотря на то, что в свой выходной мне пришлось работать.

Чуть позже мой нос ощутил запах еды, и желудок отозвался на него недовольным урчанием.

— Сынок, я тебе булочек испекла и в магазин за молоком сходила. Держи, вот, поешь, мой милый.

Принесенная еда не могла не радовать. Мама так изящно все выложила на подносе! Ее булочки были самые лучшие в мире, просто пальчики оближешь. А холодное молоко придавало еще больше великолепия их вкусу.

— Ты просто спасла меня, мам! — я сразу схватил одну из булок и стакан молока. — А когда ты успела сходить в магазин? М-м-м… Они волшебны, — пробубнил я с набитым ртом.

— Где-то час назад. Ты так был увлечен работой, что даже не посмотрел в мою сторону, когда я уходила и сказала, что скоро вернусь.

— Ой, извини. Тут осталось совсем немного, и я вскоре закончу. А с твоей вкуснейшей едой я сделаю всё гораздо быстрее.

— Хорошо, тогда я пойду накрывать на стол. Звонил отец и сказал, что приблизительно через час будет дома.

— Что? Так рано?

— У них там кто-то не приехал, и отец вне очереди сдал отчеты, после чего сразу же ускользнул. А ты что, не рад?

— Рад, рад…

— Ну, ладно. Не буду тебя отвлекать. Осторожно, не поранься! — с ухмылкой сказала она.

— Ма-а-а-ам! — недовольно протянул я.

— Всё! Ушла, ушла.

Это не то, чего я ждал. Ведь папа должен был прибыть к вечеру, а сейчас только два часа дня. Я запил еду молоком и снова занялся забором.

Через некоторое время работа была окончена. Долгожданный забор был готов на все сто процентов и красиво сочетался с нашим домом. В запасе у меня оставалось ещё минут десять. Не теряя ни секунды, я побежал в душ. Проходя через гостиную, я заметил, что у мамы всё уже готово, однако она продолжала суетиться и бегать вокруг стола, поправляя и смотря, не забыла ли ненароком чего-то.

Холодная вода бежала по мне и дарила новые силы, охлаждала мой немного одурманенный солнцем разум. Закончив споласкиваться и ступив на кафельный пол в ванной, я накрутил полотенце вокруг пояса, а второе взял с собой и пошел к окну выглядывать отца, вытирая волосы, с которых ещё стекала вода.

Его машина уже стояла у дома. Мама обнимала отца, держащего в руках чемоданы, и на ее лице вырисовывалась улыбка. Папа был одет в дорогой, классического кроя костюм, сидевший на нем немножко свободно. Я второпях начал искать одежду, а родители направились к дому. Отец прошел мимо забора и даже не посмотрел на него. Меня это немного смутило. Но мало ли, вдруг он его раньше осмотрел, пока я был в душе. Я пронесся по ступенькам, не замечая их.

— Привет, отец! Как тебе забор?

— Привет, Лео. Ах, да, забор… — на секунду он обернулся в сторону результата моих трудов и почесал затылок. — Да, хорошо. Всё, как и должно быть. Сынок, возьми чемоданы и отнеси их в мой кабинет, будь добр.

Это уж точно не то, чего я ожидал… Не промолвив ни слова, я спокойно взял чемоданы и понес их в кабинет. А ведь просто хотелось, чтобы отец меня хоть раз похвалил. Оценил мою работу…

Дверь в кабинет была приоткрыта: отец никогда в нем не запирался, даже если там были какие-то важные рабочие документы.

Я поставил чемоданы к окну возле стола. Никогда не понимал, зачем отцу столько книг? Два огромных шкафа, забитых сверху до низа макулатурой о мировой экономике и прочей ерунде. Кроме обширной библиотеки, меня очень смущал еще и взгляд оленя со стены. Он словно просил о помощи. Я никогда не приветствовал хобби моего отца — охоту. Пару раз я ездил с ним на это «развлечение», но запомнились лишь шум выстрелов и кровь; никаких положительных впечатлений я с собой не привез. Зато мне всегда нравилась другая вещь в кабинете — папин напольный глобус. В детстве я часто приходил покрутить его, перебирая пальчиками по разным странам, а при движении очертания материков словно начинали светиться. Сейчас я захотел снова привести его в движение, но меня отвлек кораблик, стоявший на столе. Я совсем забыл про него, а ведь мы смастерили его вместе с отцом, когда мне было всего семь лет. Моей детской мечтой было отправиться в плавание на настоящем корабле. Меня всегда притягивало море, его бескрайние горизонты. Атмосфера на корабле, работа матросов, белоснежные паруса заставляли меня мысленно окунуться в мир приключений и странствий, почувствовать себя морским волком. Помню, как только мы с отцом построили этот кораблик, то сразу же отправились запускать его в плавание. Тогда я был на седьмом небе от счастья. В то время папа очень ценил меня и мою работу. Подтверждением этому был тот самый кораблик. Почему же сейчас все изменилось?

Глава 2. НОЧЬ ПО СОСЕДСТВУ

Праздничный стол ещё некоторое время ожидал нас. Мама пригласила соседей в гости, дабы отметить приезд отца, кроме того мы подождали, пока папа разложит свои командировочные чемоданы. За ужином я ни словом не обмолвился с окружающими. Отец рассказывал всем, как он провел длительную поездку, соседи рассказывали что-то своё, пока я внезапно не услышал, что меня зовет мама Мегг.

— Леонард, Мегги говорила, что ты к ней сегодня должен зайти, чем-то помочь. Вся на нервах.

— Хм…

А я и забыл, что пообещал к ней прийти. Если б не ее родители, то я, скорее всего, лежал бы всю ночь дома перед телевизором. Даже если бы и вспомнил, то вряд ли бы помог ей. Но сейчас как-то неудобно было отказывать. Да и ситуация с отцом оказалась не из приятных, так что я сразу же встал, поблагодарил всех за ужин и отправился к Мегг, которая наверняка рвёт и мечет без своих социальных сетей.

Минуту спустя я уже стоял перед входом в дом соседки. Недолгое постукивание по деревянной двери — и послышались шаги девушки. Я слегка обернулся. На улице был приятный теплый летний вечер. Листья деревьев не шевелились. Свет фонарей освещал пустые улицы. Чудесную тишину нарушал только зудящий писк комара, который летал над ухом.

Легкий скрип двери и…

— Вот тварь! — немного повысив голос и ударив себя по щеке, рявкнул я.

Лицо Мегг потемнело от гнева.

— Что? Ты совсем офигел?

— Ой, да ты тут при чем? Меня комар за щеку укусил.

— Эй, полегче, парниша, — немного обозлившись, хмыкнула Мегг.

— Только не начинай. Пошли, я посмотрю, что там у тебя случилось.

Соседка повела меня по ступенькам на второй этаж.

— Последняя дверь налево, а я схожу в ванную ненадолго.

После этих слов Мегги направилась вдоль по коридору, а я обратил внимание на ее внешний вид. Она была в розовом вечернем халате до колен, волосы собраны в «гульку». Мегг выглядела бы вполне пристойно, если бы не растекшаяся на лице тушь — явно от слез. Видимо, не у одного меня было отвратительное настроение.

Войдя в комнату соседки, я сразу ощутил комфорт. В небольшой комнатке горели лишь тусклые светильники, а под ногами чувствовался мягкий ковер, около стены стояла ее кровать, загроможденная всевозможными подушками. Рядом с нею был расположен угрюмый книжный шкаф с зеркалом. Никогда бы не подумал, что простушка Мегг читает. Интересно, почему она плакала? И стоит ли вообще заводить разговор на эту тему? Будет ли уместно? А я ведь еще и нахамил в ее адрес. Как-то неудобно вышло.

Я присел на кровать, рассматривая множество подушек вокруг, разных по форме и цвету. Сложилось ощущение, будто я находился в коконе тепла и спокойствия. В этот момент незаметно вернулась Мегг, на её лице не было ни намека на макияж. Она почему-то широко улыбалась. Наверное, ей был смешон вид парня, который несмело и как-то неловко сидел на розовой постели, разглядывая подушки.

— Ну, и чего уселся, сосед? — насмешливо начала она. — Ты сюда пришел мои вещи рассматривать?

Как же я раньше не замечал, насколько мила эта девушка?

— Извини, задумался. Сейчас посмотрим, что у тебя там.

— Давай уж, не подведи. А то еще одной потери за сегодня я не выдержу, — все так же улыбаясь, сказала Мегг.

— Что у тебя стряслось?

— А тебе разве не всё равно? Откуда такой интерес, Лео?

— Надо же как-то убивать время с назойливой соседкой, так хоть поговорим, — я немного засмущался, глядя на нее. Как такое может быть? Это же Мегг!

Вскоре я определил проблему с компьютером: подвела операционная система, которую нужно было давно уже заменить, чем я и занялся. Хотя ежеминутно поглядывал на соседку.

Время летело быстро. Я почти каждый миг опускал взгляд на свои наручные часы, а Мегг сидела позади меня и мяла подушку в руках, непрестанно кусая губы. Не знаю, зачем она это делала, но этим разбудила во мне огромное желание.

— Слушай, так что случилось? Почему плакала-то?

— Это уже неважно. Судя по всему, это были пустые слёзы. Я просто ошиблась. А ты чего такой грубый пришёл? Кто-то тоже настроение испортил?

— Это семейное. Долго рассказывать, оно того не стоит.

— Может, всё-таки стоит?

— Поверь, нет.

— Ага.

Соседка в очередной раз начала хрустеть пальцами.

— Фу! Зачем ты это делаешь? Не красиво ведь, — возразил я.

— Знаю, не красиво. Однако от вредной привычки избавиться не так-то просто. Нужен стимул, либо же человек, который поможет в этом.

— Значит, найди стимул.

— Надеюсь, что однажды я его найду. Так мы с тобой оба в расстроенных чувствах, получается, сосед. Может, сходим, купим чего-нибудь алкогольного и поднимем себе настроение? Родители всё равно допоздна будут у тебя.

Я всё что угодно мог себе представить, но чтобы мы с Мегг проводили вместе вечер — никак.

— Ты хочешь меня споить? — улыбнулся я и прищурил глаза.

— Конечно, хочу. Я очень коварная девушка, Леонард, — иронизировала Мегг.

— Тогда мне уже страшно. А вдруг ты маньяк?

— Вот черт! Ты меня раскусил, — сарказм не покидал эту девушку.

После ее слов мы оба громко засмеялись.

— Ну, так что, идем?

— Я не против. Всё равно домой не особо хочется идти, — ответил я.

— Вот и славно. Пойдем тогда.

Вот так, мы пошли в ближайший супермаркет как два лучших друга, хотя ранее Мегг была просто сущим демоном в моих глазах. 7 ZIP — именно так назывался супермаркет, был расположен всего в нескольких кварталах от наших домов. Там мы и взяли себе выпить. Очереди совсем не было, и безо всяких задержек мы с Мегг вышли на улицу. У обоих настроение зашкаливало. Было заметно, что не только я один получаю удовольствие, соседка тоже веселилась. Я открыл для себя нечто новое, и это было восхитительно. Даже заставший нас по пути домой дождь не смог испортить вечер, а только придал больше страсти, так как придя домой, Мегг после слов: «Я промокла насквозь, даже стринги мокрые» сняла всю свою одежду и даже нижнее бельё и закуталась в белое полотенце.

Дома по-прежнему никого не было. Мы сидели на кровати и пили вино. Мегг, скрестив ноги, то и дело поправляла полотенце, которое очень изящно скользило по ее телу. Мокрые волосы спадали на ее плечи.

Мы всё время разговаривали и смеялись. Обсуждали друг друга и рассуждали, насколько мы были глупы с момента нашего первого знакомства. Вроде бы так давно знали друг друга, но лишь наполовину. Однако всё сложилось просто чудесно.

Незаметно расстояние между нами сократилось. Ощутившие на себе всю влагу дождя волосы Мегг упали на ее глаза, и я, наверное, воспользовавшись моментом, убрал их ей за ухо, при этом моя рука осталась у нее на щеке. Своей ладошкой соседка прижала ее к лицу еще сильнее и наклонилась ближе ко мне. Я почувствовал сладкий аромат, похожий на клубничный: наверное, это был запах шампуня, которым она пользовалась. Мы, не отрываясь, глядели друг друга, глаза в глаза. В ее взгляде я отчетливо мог прочесть: «Люблю». Словно она всегда любила меня и, наконец, очутилась рядом. В какой-то миг мне даже показалось, что она вот-вот заплачет. Мурашки заплясали по моему телу. Мегг нежно коснулась моей ладони. В комнате повисла тишина предвкушения. Другой рукой девушка взялась за верх полотенца, и с ее чистых уст сорвались долгожданные слова:

— Я хочу тебя. Хочу, чтобы ты меня взял.

Полотенце скользнуло вниз. Я только собрался оторвать взгляд от ее глаз и насладиться белизной тела, как Мегг снова вернула мой взгляд на себя. Свободной рукой она толкнула меня на кровать и вмиг оказалась на мне. Девушка была совершено обнажена. От одного ее взгляда у меня внутри все словно взрывалось, а она извивалась на мне, возбуждая и без того сильное желание. Одной рукой Мегг сжимала свою грудь, в то время как ее губы страстно посасывали пальчики второй руки. Мой очень твердый орган вырывался наружу, словно тигр, сидевший в клетке. Мое желание было сильнее всего на свете, так что я схватил ее за талию, чтобы прижать к себе. Найдя губы девушки, я принялся ласкать их, слегка покусывая. Руки моментально устремились к штанам, которые я вмиг спустил и, немного приподнявшись, сорвал с себя футболку. Потом снова приступил к поцелуям, а руки вновь начали ощущать каждую точку тела соседки.

Громкий звонок моего телефона прервал всю страсть. Нащупав мобильный, я посмотрел на сообщение о входящем звонке — звонил Эд. Ах, да, Эд — мой лучший друг. Голубоглазый блондин невысокого роста и, как говорили девушки, мальчик с голливудской улыбкой. Глядя на него, можно сразу понять, что у него мягкий характер. Это выдают его внешний вид и повадки. Однако Эд пользовался популярностью у девушек, хотя сам этого не признавал. Да и скромничал часто. Я не мог ему не ответить. Но так как тогда моя персона была немного в нетрезвом состоянии, я не особо запомнил наш разговор. Я запомнил лишь то, что днем за нами заедет машина, и нам надо будет куда-то отправиться.

Отбросив телефон в сторону, я начал ощущать, что Мегг стягивает с меня нижнее белье, игриво улыбаясь при этом. И уже через несколько секунд, соседка принялась руками ублажать мой половой орган. Прикусив губу, я крепко схватил ее и перевернулся так, что она оказалась подо мною. Я достиг контроля над девушкой и явно управлял ситуацией. Мои губы снова потянулись к ее губам, а руки ласкали ее упругую грудь. Чувствуя, что Мегг взяла в руку мой член и вставила в себя, я начал плавно двигаться. Мы никуда не торопился, а тщательно давали себе возможность возбудиться по максимуму. Так продолжалось еще какое-то время. Затем, максимально глубоко войдя в нее, я остановился. Снял руки Мегг со своих плеч, поднял их вверх и задержал в таком положении, чтобы она не могла ими шевелить. На миг я улыбнулся, а глаза любовались ее безупречным телом. О-о-о!.. Как же она была прекрасна! Я начал всё жестче входить в нее, постепенно ускоряя темп. Стоны раздались по дому. Эйфория распространялась по моему телу. Казалось, мы созданы друг для друга. Мегг будто знала, что мне нравится, а я делал всё, чтобы от наслаждения страстная девушка стонала от удовольствия. Мы сливались в одно целое… Но всему приходит конец. После окончательного взрыва ощущений мы не обмолвились ни словом, а в нежных объятиях, забывая обо всем, уснули.

Наутро меня разбудил звонок моего мобильного. Обнаженная Мегг тоже проснулась и даже подала мне телефон, поцеловав меня в щеку. Прикрыла тело одеялом и пошла в душ. У выхода из комнаты она сказала, что пока не стоит выходить в гостиную, потому что там родители. Я кивнул головой и еще в похмельном состоянии ответил на звонок.

— Да.

— Где тебя носит, Лео?

Это был Эд, который, судя по всему, очень злился.

— А, это ты. Ах, да… Я у Мегг, — ответил я, медленно проговаривая слова: признаки похмелья давали о себе знать.

— У Мегг? Что ты там делаешь? Впрочем, не важно. Ты видел, который час?

— Нет, а сколько сейчас времени?

— Половина двенадцатого! Я уже около тридцати минут стучусь к тебе домой. Давай выходи, мы и так опаздываем.

— А-а-а… Ну, да. А куда мы хоть едем?

— Позже всё расскажу. Давай, выходи скорее, — сообщил он и отключился.

Найдя и натянув штаны, я, еще немного пошатываясь, надел футболку и направился к двери, но только взялся за ручку, как сразу же вспомнил, что внизу находятся соседи. Вместо этого я быстро зашагал к окну. Вылезая из него, я слышал, как Эд смеется и что-то обсуждает с водителем машины, показывая на меня пальцем. На приятеле были серые джинсы, белая рубашка и галстук с туфлями в тон штанам. Я побежал по козырьку к дереву, чтобы слезть на землю.

Денек начинался интересно и весло. Спускаясь вниз по стволу, как гусеница, я на секунду замер и просто задрожал. Напротив дерева располагалось окно в гостиную, где к тому времени уже находились Мегг и ее родители. Они что-то обсуждали и улыбались. Я медленными движениями всё-таки спустился и со всех ног бросился к машине. Надеюсь, они меня не заметили.

— Ну, ты и дал жару! — насмехаясь, присвистнул друг.

— Ой, хватит! Поехали уже.

— Да, едем. Кстати, я прихватил твою одежду, вернее, твоя мама мне ее дала. Так что приоденься по случаю, — сказал Эд и поправил воротник рубашки.

Так и не узнав, куда мы едем, и запихнув под себя вещи, я повалился спать на заднем сидении такси.

Глава 3. ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ

Я стоял у окна громадных размеров — от пола до самого потолка (кажется, оно называется французским) — и наблюдал, как с дерева на дерево перелетают птицы, и как легкий ветер тревожит зеленые листья, заставляя их танцевать… А солнце постепенно пряталось за тучи, скрывая свое лицо. Еще один своеобразный летний день. Я пристально осматривал местность, так как раньше здесь не бывал. Загородный домик, лес, просторный двор, в котором меня манил бассейн… Газон выглядел очень ухоженным. Возможно, здесь даже работает прислуга. Но меня смущали непонятные статуи. Какие-то не то люди, не то животные. Я не понимал их значения, но, видимо, они очень уж сильно нравились хозяину дома, так как их тут было немало.

Звон бокалов разнесся по комнате, и с криком: «С Днем рождения, Сара!» все с улыбками и радостью в глазах пригубили шампанское. Нельзя сказать, что шампанское было из дешевых, оно очень приятно искрилось во рту. Прежде я пробовал только не очень дорогие напитки. Да и вообще дом именинницы сразу давал понять, что она из богатой семьи. По сравнению с моим домиком он был огромным. Высокие потолки, декоративный камин, шкуры животных, диваны, оббитые черной кожей, — все это приводило меня в восторг. Интерьер не мог не удивлять. Я обратил внимание на шкаф с прозрачными дверцами: в нем находилась коллекция монет разных времен. Я начал читать надписи на них — на тот момент это занятие показалось мне очень увлекательным. Неподалеку от меня находилась винтовая лестница со стеклянными ступеньками, которая вела на второй этаж.

Родителей именинницы дома не было, они отмечали праздник у родственников. По этому поводу девушка могла позволить организовать себе вечеринку и пригласить вдоволь друзей. Но я не могу сказать, что я ее друг. Я совершено случайно попал сюда, в эту компанию, из-за вчерашнего звонка Эда. Именно он был в хороших отношениях с Сарой.

О, Сара, высокая брюнетка с прекрасными формами, радующими мужской пол! Голубые глаза, пухлые губы, милые родинки на лице… Внешностью Сара блестала, но акцент… Дело в том, что ее папа иностранец, и до шести лет она с семьей жила в другой стране. Может, некоторым ее акцент и нравился, но меня только смешил. А вообще вокруг царила потрясающая атмосфера праздника. Все присутствующие явно были довольны.

— Эй, Лео! — крикнул Эд.

К слову, о моем лучшем друге. Он был единственным человеком, который облегчал все невзгоды и моменты фиаско в моей жизни. Не могу сказать точно, как и когда мы познакомились, но, сколько я себя помню, мы с Эдом всегда были вместе. Пусть поначалу это и было всего лишь детской дружбой, однако мы считали друг друга братьями. Начиная с мелких шалостей и заканчивая серьезными проступками — за все мы несли ответственность перед взрослыми вместе. Но поворотным моментом в нашей дружбе стал день, когда мы поступали в колледж нашего города. Во время экзамена вдруг раздалось гудение сирен, тотчас превратившееся в непрерывное и продолжительное. Абитуриенты в панике помчались по коридорам в поисках спасения, как оказалось, от пожара на одном из этажей. Наш экзамен проходил на четвертом. Когда мы с Эдом сообразили, что нужно искать выход, весь второй этаж уже был охвачен огнем. Вокруг смешивались крики о помощи и вой сирен, разжигавшие наш страх. Много людей осталось в охваченных огнем помещениях. Когда главный выход полностью погрузился в пламя, все находившиеся на верхних этажах отправились искать спасения у запасного выхода. Сквозь густую, удушливую смерть пошли и мы с Эдом. Путь к запасному выходу лежал через лестницу. Мы стали пропускать вперед девушек, дав им возможность выбраться быстрее. Спасение было близко, но внезапно я услышал под ногами взрыв, а затем треск, и лестница обрушилась вместе со мной на этаж ниже. Скорее всего, взорвались газовые трубы. На некоторое время я перестал ориентироваться в пространстве. Затем я попробовал встать, чтобы найти новый путь к выходу, но мои ноги оказались придавлены обломками. Огонь уже почти добрался до нашего этажа, но, несмотря на мои протесты, Эд вернулся за мной и помог выбраться из-под завала. Никогда не забуду этот момент, когда он показал, что моя жизнь так же дорога ему, как и его собственная. С тех пор я в неоплатном долгу перед ним, хотя друг требует не вспоминать об этом.

Внезапно голос Эда вернул меня к реальности. Махнув рукой, он показал, чтобы я шел к остальным гостям.

— Что ты там стоишь?

Однако я всем своим видом постарался выразить нежелание идти к ним. Я вообще не хотел сюда ехать, но мне нужно было куда-то исчезнуть и не попадаться на глаза Мегг. А еще и Анна… Совсем про нее забыл. Да, она по своему обыкновению пялилась на меня. Анна была младшей сестрой Сары. Разница в возрасте у них небольшая, всего два года. Анна же и попросила свою сестру меня пригласить, а та, в свою очередь, — Эда. Ну, не мог же я отказать другу. Видимо, я очень нравился этой Анне. Мне приходилось с ней общаться в Page Online, также иногда мы с нею пересекались в ночных клубах, но как человек она мне показалась совсем неинтересной. Для меня Анна была еще ребенком, который не знает, чего хочет. По внешним данным она не сильно отличалась от своей сестры, даже скажу больше: через пару лет Анна будет красивее Сары. И акцента как такового у нее не наблюдалось.

Ну, а я в свои годы имел, по-моему, солидный любовный опыт. Девушкам, пусть и не большинству, я нравился. Я не был уродом, женский пол всегда находил во мне что-то привлекательное. Я не мог нарадоваться на свои мужские достоинства и на то, что влюбленности мои никогда не затягивались. Играешь сегодня или нет — все равно ты вне конкуренции. Большинство романов я затевал на каникулах, подальше от учебы, ибо в этом случае начало семестра позволяло под удобным предлогом сбежать с «места преступления». Иногда следовала неделя-другая назойливых звонков и сообщений в социальных сетях, но я прятал свою гордость и вел себя как «настоящий джентльмен». Обрывать связи я научился столь же мастерски, как их завязывать. Все это могло показаться, да и вправду было холодным расчетом, но двигало мной не столько бессердечие как таковое, сколько самолюбие, уверенность в преимуществах подобного образа жизни. Чем чаще я добивался своего, тем больше я верил в себя. Так во мне и сформировалась воля к победе. Я не знал слова «сдаваться». Людей к себе я почти не подпускал. Предпочитал одиночество или круг самых близких. Они для меня были всегда на первом месте. Но редко кто замечал мое стремление, старание…

Посмотрев на часы, я почесал висок и с натянутой улыбкой направился в сторону ребят, однако внезапная вспышка фотоаппарата ослепила мне глаза и заставила остановиться.

— Ой, простите.

— Какого хрена? — спросил я у девушки с фотоаппаратом в руках, которая выросла у меня под глазами пока я их усердно тер.

— Я случайно. Привет, — она протянула руку вперед. — Я Соня, а тебя как зовут?

Это была стройная блондинка не высокого роста с зелеными глазами. На ней было платье цвета апельсина.

— Привет-привет, — я выставил руку в ответ и почувствовал ее теплую ладонь.

— Извини, я не хотела тебя напугать.

— Все хорошо. Меня зовут Лео, — я засмотрелся на ее фотоаппарат. — Соня, у тебя дорогая камера, ты профессиональный фотограф?

— Да, есть такое, — улыбнулась девушка. — С детства любила все фотографировать. Можно сказать, что это дело всей моей жизни.

— Ого! Даже так?

— Ага. А какова твоя история?

— Не знаю… Моя история началась когда я родился, — я улыбнулся и начал активно жестикулировать руками. — Я вылетел из мамы, как ракета. Сначала еда была только мягкой, но потом появились зубы и я влюбился в мясо. Хотел только его — ненасытный был. Что-то в мозгу переключилось, — начал пальцем крутить у виска. — Какие-то процессы, а затем я захотел ходить, говорить, пить и вырос в красивого парня, который стоит прямо перед тобой.

Соня засмеялась, а затем сказала:

— Я поняла. Глупый вопрос.

— Нет! Совсем не глупый. Соня, я просто хочу дать честный, развернутый ответ.

— Хорошо. Может тогда еще несколько фото?

— Соня, знаю это разочаровывает, но мне это не интересно — я не модель, — иронизировал я. — Можешь не верить, но я не люблю камер. Не хочу нигде светиться.

Соня мило сощурила глаза.

— Лгунишка.

— Я очень редкостный вид.

— Ха! Перестань меня смешить — просто будь собой, Лео. Ты эксгибиционист, — я удивленно открыл рот, а она продолжила. — Ты любишь внимание.

— Вот как?

— Еще как.

— Ладно, — я выпил налитое в бокале и отвернулся в сторону.

— Это плохо, если ты скучный. Но ты явно не из таких.

Я вновь посмотрел на девушку.

— Ясно, как скажешь.

— Лео, так мы будем фотографироваться или нет?

— Посмотрим. Вечеринка ведь только началась. Быть может пересечемся.

— Как скажешь, — пробубнила Соня и ушла в сторону кухни.

Я все еще осматривал этот замечательный дом и совершенно случайно пересекся взглядом с незнакомым мне парнем, сидящим на диване. Он был худощавого телосложения с короткими кудрявыми волосами — брюнет. Мне этот парнишка показался смешным. Пока я его рассматривал, он нагло продолжал наблюдать за мной, но я не придал этому особого значения и подошел к Эду.

— Ну, что? Как тебе обстановка? — спросил Эд и с довольным лицом посмотрел на Сару.

— Да, домина подходящий. Не знаю, кто ее родители, но надеюсь, что на этот дом они заработали честным трудом, — с ухмылкой ответил я, по-прежнему оглядываясь и прикладываясь к бокалу.

— Думаешь, у меня есть шансы?

— Эд, что за настрой? Ты ведь и так в хороших отношениях с Сарой. Ну, и не просто так же она тебя сюда пригласила. Думаю, сегодня самое время сделать следующий шаг.

— Как всегда самоуверенные мысли, Лео. Надеюсь, ты прав, — тяжело вздохнул Эд, не отводя взгляда от той, о ком шла речь.

— Да уж… Любовь-любовь… Чем же она тебя так зацепила? Надеюсь, не акцентом? Да, согласен, внешность у нее притягивающая, но с нею и поговорить не о чем. Но это моя точка зрения.

— Ты просто плохо ее знаешь. Давай не будем, хорошо? И не в акценте дело!

— Хорошо, хорошо. Я понял. А что это у тебя на руке? — с удивлением спросил я, увидев у него около локтя глубокую царапину.

— Да это я вчера ездил в гости к Мэри. Помогал ей чинить дверь в гараже и случайно наткнулся на острый угол.

— Что?! Ты еще с нею общаешься — после того, как она с тобой поступила?! — воскликнул я и задвигал бровями от удивления и возмущения. Мэри — бывшая девушка Эда, которую он застукал за изменой.

— Лео, ты же знаешь, что она осталась одна без родителей. Мне плевать, что она там натворила. Просто жалко ее, — Эд потупил взгляд, все сильнее сжимая бокал в руке.

— Оу, ну ладно. Все. Извини.

— Нет тебе прощения, — насмешливо сказал друг.

— Ах, вот так ты, да?

— Да ладно, Лео. Я шучу.

— Ха-ха! Да ты «юморист» оказывается.

— Твой сарказм здесь не уместен, мой друг.

— Хм… А где он уместен?

— Он уместен, когда ты «клеишь» цыпочек.

Я громко засмеялся, прикрывая рот ладонью.

— Что? «Цыпочек»? Ты их так называешь? — спросил я и вновь засмеялся.

— Ну, девчонок. Это ведь молодежный сленг! Лео, ты чего?

— Ничего-ничего. Ладно, пойдем лучше поближе к твоей новой пассии.

Мы оба выдвинулись в толпу.

— Друзья, спасибо всем за поздравления, а в частности спасибо моей сестре Анне, которая помогла организовать весь этот праздник, — сказала Сара и обняла сестру. — Анна, а ты нашла себе парня? Ты же уже готовая невеста, — насмешливо, с подозрительностью произнесла она, глядя при этом в мою сторону.

И тут я понял, до чего не вовремя подошел. А еще ее дурацкий акцент не позволял мне сдержаться. После слов именинницы я громко засмеялся. Я не придал особого значения словам об Анне, просто меня развеселило произношение Сары. Но со стороны это выглядело совсем по-другому.

В комнате резко воцарилось молчание, и все уставились на меня и на Анну, которая едва сдерживала слезы. Все знали об ее симпатии к моей персоне. И тогда мне захотелось им объяснить, что смеялся я не из-за намеков, что я — парень Анны, а из-за дурацкого акцента. Мысленно перебрав варианты оправданий, я понял, что получится еще нелепее, если скажу, что хохотал из-за говора Сары.

Анна сорвалась с места и в слезах выбежала на улицу. Я же остался стоять, и мне было до такой степени неудобно, как бывает неловко малышу, которого ненадолго оставили в очереди за покупками одного, а касса приближается слишком быстро. Но, как и прежде, я не мог всем все объяснить. В голову не приходила ни одна подходящая отговорка. Все собравшиеся пожирали меня глазами. Больше всего я боялся, что сейчас Сара начнет что-то говорить. Ведь ее акцент снова поставит меня в неловкое положение. Но здесь мне повезло. Эд положил мне руку на плечо. В другой руке он держал стакан воды. Дал мне его и кивком головы указал следовать за Анной. Я взял стакан, кивнул ему в ответ, немного расслабился, глубоко вдохнул и пошел на улицу. Обстановка разрядилась, и веселье продолжалось.

Выйдя из дома, я замедлил шаг, так как увидел впереди сидящую на лавочке около бассейна Анну. Она до сих пор рыдала. И что же ей сказать?.. Рассказать о сестре? Или, может, правду о моих чувствах? Так это вообще ее добьет…

Я подходил к ней все ближе и ближе, как вдруг заметил по другую сторону забора проросший из земли цветок. Нужно ведь было как-то скрасить ситуацию. Подойдя к забору и нагнувшись за цветком, окинув при этом взглядом дом, я случайно пролил немного воды из стакана. В окне четко вырисовывался силуэт человека; казалось, он за мной наблюдал. Присмотревшись, я понял, что это тот странный тип, который поглядывал на меня в гостиной. От его взгляда у меня по всему телу пробежали мурашки. Я отвел глаза, сорвал цветок, поднялся, вновь глубоко вдохнул и отправился к Анне.

— Анна, выпей воды — полегчает, — тихим голосом сказал я.

— Пошел вон отсюда! Уйди! Видеть, слышать тебя не хочу! — крикнула она и выбила стакан из моих рук. Тот упал и разбился о землю.

— Перестань! Что ты ведешь себя как ребенок?! Я пришел поговорить! — эмоции тут же захлестнули меня. От злости я сжимал цветок все сильнее. Меня выводила из себя вся эта нелепая ситуация. Мне хотелось поскорее все уладить.

— В том-то и дело, Лео: ты просто считаешь меня ребенком. Но я достаточно взрослая, — вытирая глаза, ухмыльнулась Анна. — Меня привлекла в тебе только внешность, — в ее голосе явно проявилась ирония. — Да, ты милый. Да, твоя улыбка лучше, чем у всех вместе взятых. Но это не дает тебе права насмехаться над моими чувствами. Ненавижу тебя!

Эти слова меня очень удивили. Я не ожидал, что она так сильно мною увлечена.

— Анна! Ты все совсем не так поняла, — я попытался ее перебить, активно жестикулируя руками.

— Все. Ничего не желаю слушать. Все! — она резко встала, утерла слезы и с той же наигранной улыбкой и безразличным взглядом пошла в дом.

А я стоял в недоумении. Но вышло, как вышло. Со спокойной душой я направился обратно в дом, как вдруг, сделав шаг, наступил на стекло от разбитого стакана.

— Вот черт! — процедил я сквозь зубы.

Ступня отозвалась болью. Сняв ботинок, а затем стянув с ноги носок, я увидел, что там всего лишь царапина. Стоя на одной ноге, я пытался надеть носок обратно. Но в подвыпившем состоянии это оказалось довольно-таки непросто. Почти натянув его на больную ногу, я неловким движением опорной ноги столкнул лежавший ботинок прямиком в бассейн.

— Ну, твою ж мать! — уже с улыбкой вскрикнул я и начал искать сачок для уборки бассейна. Мне повезло — он лежал неподалеку. Но, как оказалось, достать им со дна ботинок не так-то просто. И пока все веселились, пили, танцевали, я доставал свою обувь.

Я почти добился желаемого результата, но, увы. Все-таки в этот день я был очень неуклюж. Ботинок уже находился в сетке сачка, когда я, наклонившись вперед и немного потеряв равновесие, плюхнулся в воду. Падая, я хорошенько ударился головой, но нашел в себе силы поскорее выбраться на сушу.

«Так, не могу же я идти в дом в мокрой одежде», — почесав полученную шишку, подумал я. Мне пришлось снять с себя все, оставшись только в нижнем белье, и направиться в таком виде в дом. У самого порога я засмотрелся на статую, изображающую какого-то толстого мужчину с лапами льва. «Надеюсь, что это не отец сестер». И я открыл дверь дома.

Внутри веселье было в самом разгаре. И всем было точно не до меня и, тем более, не до моего внешнего вида. Эд зажигал с Сарой, и, видимо, у них все шло хорошо, так что я не сильно хотел отвлекать эту парочку. Около стола стояла кузина Сары. Я подошел к ней и поинтересовался, как и где мне высушить вещи. Она любезно повела меня на второй этаж. Показала, где находится сушилка, а в придачу нашла и предложила мне какие-то тапочки, белую майку и штаны своего дяди.

Спустившись вниз, я увидел, что Анна, влюбленная Анна, уже сидит у какого-то парня на коленях и что-то увлеченно ему рассказывает. Я улыбнулся, а затем сел на свободный диван, по пути захватив себе немного выпить. «Когда уже это все закончится?» — думал я, с нетерпением ожидая окончания вечера. Хоть алкоголь меня успокаивал.

За спинами танцующих людей я снова увидел того странного парня. Он так же внимательно смотрел на меня. Что же ему нужно?

— Привет, красавчик, — сказала незнакомая девушка, которая не сказать что подсела, а просто прыгнула ко мне на диван.

От нее сильно несло парфюмом, и у нее были рыжие волосы. Вот что я запомнил, так как к тому времени я успел снова опьянеть. О ее внешности практически никаких воспоминаний не осталось. Хотя помню еще ее белую юбку, на которой виднелось красное пятно от вина.

— Меня зовут Катя. А тебя?

— Леонард.

— Как твое настроение, Леонард?

— Нормально.

— Почему ты такой неразговорчивый? — продолжала интересоваться она, опустив свою руку ко мне на колено и постепенно придвигаясь все ближе.

Сейчас я уж точно не желал с кем-либо общаться. Из-за этой ситуация с Анной. Хотелось сидеть в одиночестве и убивать время до того момента, когда мы с Эдом наконец-то поедем домой. Мне даже захотелось вновь увидеться с Мегг. Я несколько поспешно решил предпринять меры, чтобы эта рыжая девчонка ушла.

— Пошли наверх и займемся сексом? — с ухмылкой сказал я в ожидании ее реакции. Скорее всего, пощечины, ну или что-то в этом роде.

— Пойдем, — сначала немного задумавшись, с улыбкой сказала барышня и потащила меня за руку наверх.

Ну, и зачем я столько пил?!

Вот мы уже в комнате. В ней стояла большая кровать с балдахином из дорогой ткани. Я успел обратить внимание на окно с прозрачными шторами сливового цвета: из него частично виднелся тот самый понравившийся мне бассейн. Катя обняла меня сзади и моментально потащила в постель. Девушка стягивала с меня штаны, игриво улыбаясь. Она поднималась все выше, проводя рукой по моему члену. Поцеловала в живот и языком начала ласкать мой торс… В какой-то другой ситуации я, может, и получал бы удовольствие, но сейчас я снова ждал и думал, чем же закончится этот вечер. Но впредь буду знать, что пить надо меньше.

Вдруг из коридора, совсем рядом с нашей дверью, донеслись хорошо знакомые мне голоса.

— Эд, ну, почему он такой, а? Что во мне не так? Он мне очень нравится. Зачем он это делает?

— Я не знаю, Анна. Вообще он другой.

И тут… Нет, только не это! Дверная ручка опустилась вниз, и в нашу комнату — туда, где я лежал в одном нижнем белье и с девушкой сверху, — ввалились Анна и Эд. Конечно же, никто из нас не подумал запереться. Но почему именно сейчас? Что я натворил!

Вошедшие замерли и молча уставились на меня.

У Анны на лице снова слезы, а у меня — снова улыбка, так как Катя знала свое дело. Анна развернулась и убежала, а Эд, ничего мне не сказав, пошел за ней. Я тоже сорвался и побежал вслед за ними — не мог же я все так оставить, надо было реабилитироваться. Дурак! Зачем я это сделал?.. Вот я подбегаю к спуску на первый этаж, и вижу, что там сидит Анна, которую успокаивает старшая сестра. Музыка уже не играет. Все замерли и смотрят на меня: кто с удивлением, а кто с насмешкой. Ну, не могла же сестра Сары за пять секунд рассказать всем о сложившейся ситуации?.. Не задумываясь, я посмотрел на себя. Картина оказалась не из лучших: стою на лестнице со стояком в трусах и с чужим лифчиком в руке. Единственное, что мне пришло в голову сказать (а в отличие от предыдущих моментов я не промолчал) это:

— Ой, бывает.

«Бывает»?! О чем я вообще думал?! Как можно было вообще такое ляпнуть?! Да уж, этот денек явно был не самый прекрасный в моей жизни.

* * *

На улице смеркалось. Небо приобрело цвет свежего кровоподтека и стало немного прохладно. Во дворе загорелись фонари. Гости постепенно расходились. Мы стояли с Эдом и искали в памяти мобильника номер местного такси, чтобы поскорее убраться отсюда. Но наши поиски были безуспешны, а таксист, который нас привез, не отвечал.

У Эда так ничего и не произошло с Сарой, поэтому он пребывал в расстроенных чувствах — немного сощурив глаза, смотрел в небо и курил сигарету. К нам подошла именинница.

— Эди, мне было приятно твое внимания сегодня. Так что, я надеюсь, мы еще увидимся?

— Да! Конечно! — с загоревшими глазами сказал он.

— Лео, а ты чтобы больше не приближался к моей сестре, — с самодовольством и отвращением на лице процедила Сара.

В этот раз я решил промолчать.

— Эй, а вы, кажется, искали номер такси? Так спросите у Стэна. У него вроде как был, — она показала рукой на парня, стоящего около больших черных ворот. — Эди, спасибо еще раз, что ты пришел.

Сара поцеловала друга в щеку и вернулась в дом.

— А-ха-ха! «Эди»? — смеясь, спросил я.

— Нормально, — с улыбкой ответил он, достав телефон, и пошел в сторону Стэна.

— Все, Лео. Я вызвал такси. Через десять минут машина подъедет, — через некоторое время довольно сказал Эд.

Мне тоже захотелось поблагодарить Стэна, оказавшего нам услугу. Но повернувшись в его сторону, я увидел, что этот парень — тот самый псих, который на меня пялился весь день. Меня передернуло. Вступать с ним в разговор мне расхотелось. О боже, еще десять минут чувствовать на себе взгляд этого ненормального!

— Эд, ты не замечал, как этот Стэн за мной постоянно наблюдал?

— Нет, с чего ты взял?

— Да ладно, ни с чего, проехали. Ты на меня не злишься из-за сегодняшних событий?

— Все в порядке. Не переживай, — улыбаясь заверил друг.

— Вот такой ты мне больше нравишься. Успеешь ты еще все со своей Сарой.

— Думаю, что успею. А что там с Мегг, Лео? Ты ведь мне так и не рассказал подробности прошлой ночи.

— Ха-ха! Надо же… И вспомнил ведь, — заявил я и увел взгляд в сторону дороги.

— Вспомнил! Давай-ка не томи. Выкладывай все.

— Хорошо-хорошо. Я все обязательно расскажу. Только позже.

— Знаю я твое «позже»! — недовольно сказал Эд.

— Ладно, хорошо… Что ты желаешь знать?

— Все!

— Хм… Все началось с того, что я пришел делать ей компьютер.

— Ага, продолжай.

— Затем мы разговорились, нашли много общих тем и она предложила выпить.

— Что?! Она сама сказала, что хочет выпить с тобой? Тебе точно это не причудилось? — удивление друга не знало границ.

— Да, она сама.

— Не верю. Я же знаю как вы с ней общались. Ты постоянно насмехался над ней.

— Согласен. Но, то что я тебе рассказываю — чистая правда, зуб даю! Она сама предложила пойти в магазин и расслабиться. А на обратном пути нас застал дождь. Придя домой Мегг разделась и осталась окутана одним полотенцем, а потом…

— Эй-эй! Не травмирую мою психику. А-ха-ха! Дальнейшие подробности меня не интересуют, — резко перебил меня Эд.

— Окей, я понял.

— Ты одно мне скажи. Только не соври! У вас был секс?

— Эд, ты же сказал, что подробности тебе не интересны.

— Подробности — нет, а вот этот вопрос — да!

Наконец подъехала машина и избавила меня от лишних вопросов моего друга. Я последний раз окинул взглядом шикарный дом именинницы, и мы с Эдом забрались в салон автомобиля. Таксистом оказался мужчина лет сорока. Немного лысый и толстоватый. За сто килограмм, это точно. На нем была серая рубашка, а сверху еще и черная жилетка. Судя по всему, он был очень уставшим. Да и глаза его выглядели немного сонными.

— Куда едем? — спросил таксист.

— West New Ground, — ответил Эд, расположившийся рядом с ним на переднем сидении.

Я тем временем уже взял в руки мобильник, вставил один наушник в ухо и включил музыку.

West New Ground — это наш родной городок, расположенный на полуострове Сидан примерно в тридцати километрах от дома Сары. Я знал, что дорога займет еще некоторое время. Откинув голову на спинку сидения, я посмотрел в окно. Таинственный лес и дом удалялись, как будто и не было никаких нелепых ситуаций. Хотя я был уверен, что мой друг будет еще долго все это вспоминать и глумиться надо мной.

Вскоре мы уже выехали на открытую местность. Зеленые поля исчезали одно за другим, через некоторое время вокруг не осталось ни единого намека на существование жизни. Только оголенные провода между электрическими столбами тихо посвистывали под порывами легкого ветра. Посмотрев вперед на Эда, я увидел, что он закрыл глаза и слегка задремал. В то же время на него взглянул и таксист. Я с улыбкой поглядел на водителя и, закрывая глаза, решил отдохнуть пару минут. Почему-то таксист внушал доверие. Было спокойно, ведь впереди дорога домой.

Глава 4. ОБИТЕЛЬ СУДЕБ

Открыв глаза, я приподнял руку и посмотрел на часы, чтобы узнать точное время и на сколько меня вырубило. Однако стрелки часов стояли неподвижно. Постучав пальцем по корпусу наручного механизма, я взял телефон, чтобы посмотреть время там, но, к сожалению, музыка, игравшая всю дорогу, съела остаток батареи. Я разбудил друга и спросил у него, который сейчас час, на что он мне ответил, что батарея у него разрядилась еще при отъезде. Расстроено вздохнув, я посмотрел в окно и увидел незнакомую мне местность. То же самое сделал и Эд, протирая глаза после сна.

— Извините, а где мы? — потянувшись, встревожено спросил друг у таксиста.

— Я так и знал! — повысил голос мужчина.

— Что вы знали?

— Что пропустил поворот. Вот незадача! Но не переживайте, я знаю, где мы, — спокойно ответил водитель и остановил машину.

Мы с Эдом немного забеспокоились. Таксист вышел из машины и стал осматриваться. Мы вышли вслед за ним. Он походил вокруг автомобиля, ударил ногой по лежащему рядом камню и пару раз посмотрел в небо. Складывалось впечатление, что он там что-то увидел. Затем шофёр улыбнулся.

— Придется ехать обратно. Потом еще на заправку, а то мы не доедем до вашего дома, — выдохнул он. — Только у меня с собой нет денег. А у вас? Вам хватит оплатить мне работу и бензин?

Сперва мы были ошарашены таким хамством и сразу же захотели потребовать у таксиста моральную компенсацию и бесплатный проезд до дома. Однако, побоявшись быть брошенными в незнакомой местности, решили промолчать. Осмотрев наши денежные запасы, мы поняли, что на мели.

— Нет, не хватит, — держа руки в пустых карманах, ответили мы, расстроено и немного испуганно переглянувшись.

— Ладно… — потер руки таксист. — Разберемся. Ну, тогда ждите здесь. Вон за тем холмом я видел машины. Пойду, узнаю, может у хозяев есть что-то из горючего, — сказал он с ухмылкой и выдвинулся к холмам.

Я подошел к машине и осмотрелся, а Эд в это время нервно курил. Нас окружали невысокие горы, частично скрывающиеся за зелеными холмами. Дорога была пуста, и в маленькой долине внизу виднелся только неподвижный серпантин реки. Сухое русло и четкие очертания берегов с зарослями сухого камыша.

— Где мы? Куда он нас завез? — немного нервничая, спросил я у друга.

— Кто знает, — сказал Эд, пожал плечами и сунул за щеку очередной комок табака.

Мы испуганно бродили вокруг машины, продолжая осматриваться. Обстановку накаляло и то, что мы так и не смогли определить, который сейчас час.

Природа вокруг словно замерла. Не было даже ночных насекомых, которые порой нестерпимо донимали. Голая дорога. Но что-то в ней было. Эта местность околдовывала мой взгляд.

— Сколько мы уже здесь стоим, Лео? — вопрос друга отвлек меня от просмотра пейзажей.

— Минут двадцать, это точно.

— И где же наш водитель?

— Понятия не имею.

— Чертовщина! Мы ведь не можем часами ждать его здесь. Нужно что-то делать. — заявил друг и выбросил на асфальт сигарету.

— Ты прав, Эд. Думаю, пора узнать, куда он пропал.

Мы направились в сторону холма, за которым скрылся таксист. Тогда еще не совсем стемнело, так что можно было осмотреться вокруг.

— Похолодало, — заметил я, и мы тотчас ускорили шаг.

Когда мы забрались на холм, нашим глазам открылась необычная картина. Около тех двух машин, который видел наш таинственный водитель, стояло три лошади. Подойдя ближе, мы заметили, что двери транспортных средств открыты, и там никого нет. А впереди был лишь оплетенный огромными ветками и зияющий чернотой проход в горах, за которым невозможно что-либо разглядеть. Он был похож на открытый рот, только и ожидающий возможности нас проглотить. От одного взгляда на эту дыру у меня по коже поползли мурашки. Нам ничего не оставалось делать, кроме как пойти туда.

Проход вывел нас на открытое плато, окруженное горами, — виднелось только небо. Также там было много лавочек и небольших беседок, где сидели люди, которые чего-то ждали. Человек пятьдесят, не меньше. И в этом же месте оказался наш таксист. Мы подошли ближе. Теперь все внимание переключилось на нас. Взгляды присутствующих были вполне добродушными.

— Извините, но, может, вы отвезете нас домой? — спросили мы с тревогой у водителя.

— Не переживайте, ребята, скоро поедем.

— А где это мы? — засунув руки в карманы, я быстро огляделся.

— Это место называется Обитель Судеб.

— Судеб? Оби… Что?

— Это очень старое место. Но вы все потом узнаете. Тут много интересных людей. Пообщайтесь пока, а я схожу за бензином.

Мы не успели ничего сказать в ответ, как наш таксист направился к огромному входу в пещеру, похожему на большую дверь. И снова мы все восприняли как должное. Таксист был именно таким человеком, которому просто хотелось верить.

— Привет, я Викки, — представилась, подбежав ко мне, девочка лет десяти, с веснушками и большими зелеными глазами. — Как твое настроение? Ты готов? Ой, а ты же не один из нас! Ты откуда? С кем пришел? Где твоя спичка? — тараторила она, подергивая при этом свое серое платьице.

Я собрался ответить на все перечисленные вопросы и показать пальцем на Эда, когда увидел, что он уже с кем-то сидит на лавочке и смеется.

— Ладно, впрочем, не важно. Главное, что ты здесь. Я думаю, все пройдет хорошо, — с улыбкой сказала девочка, привстала на носочки, поцеловала меня в щеку и побежала дальше с кем-то разговаривать.

«Как-то все странно» — подумал я и пошел к беседке, откуда мне уже махали рукой, подзывая к себе. Я немного тревожился, подходя туда, я не знал, как себя вести. Вокруг — совсем незнакомые мне люди. Они же, в свою очередь, были довольно раскованы, приветствуя меня. А я шел на поводке гипноза. Манило всё вокруг, любая мелочь, будь то странная девочка, бегавшая по кругу, будь то парень, стоявший впритык к стене… Его поведение так же сложно было объяснить, как и моё. Подзывавшая меня парочка сразу же представилась. Даже складывалось такое впечатление, будто эти люди меня знают.

Незаметно наступила ночь, зажглись фонари, свет наполнил каждый уголок, и стены словно ожили. Однако могу поклясться, что, когда мы пришли, фонарей здесь не было! Они появились из ниоткуда и формой напоминали старинные, с восточными мотивами. Чувство, пробудившееся во мне, трудно передать. Все словно магией манило, либо это усталость после насыщенного дня одурманила мой разум. Стало не так прохладно, несмотря на то, что вокруг были сплошные горы, да и ветер почти не ощущался.

Я разговорился с парочкой, которая меня позвала. На первый взгляд, это была обычная семья из двух человек. Представились они как Уолкер и Варвара. Главой семьи был худощавый брюнет со здоровым цветом лица. Женщина тоже была темненькой с большими карими глазами. Эта парочка знала много интересного, к тому же не из книг, а из личного опыта, так что слушать их увлекательные рассказы можно было бы часами. В них ощущалась какая-то поэтическая струнка. Вдобавок они рассказали мне, что почти все, находящиеся здесь, чувствуют друг друга. Это их всех объединяло.

Несколько странные высказывания меня сначала смутили, однако истории рассказчиков заставляли меня вслушиваться в каждое слово.

— Уолкер, расскажи мне об этом месте. Что за Обитель Судеб такая? — вклинился я в разговор.

— Судьба для этих людей — это представление о непостижимой силе, действием которой обусловлены как отдельные события, так и вся жизнь человека. Судьба может записываться на листьях священного дерева, в свитке или специальной книге, вырезаться на камне, представляться в виде какого-либо предмета, например горящего полена. Но для всех находящихся здесь людей судьба — это данная обитель, в котором будет положено начало.

— Начало чего? — я почесал подбородок, пытаясь понять суть его мыслей.

— Начало новой жизни, Лео. И скоро эту жизнь познает весь мир, — с блеском в глазах пояснил мужчина.

Я не стал вдаваться в подробности его, как мне показалось, бреда и просто промолчал. Вдруг я заметил, что он что-то держит в руках.

— Эм-м… Уолкер, а что это у тебя в левой руке?

— В смысле? — мой собеседник вытянул руку вперед и открыл ладонь. — Спичка, конечно же, а что еще там может быть?

— Какая еще спичка? — улыбнулся я.

— Ха! Ну ты и странный парень, — засмеялся Уолкер. — Варвара, ты слышала? Он спрашивает, что за спичка!

Теперь парочка вместе заливалась смехом, глядя на спичку у себя в руках. Я оглянулся вокруг и заметил, что у каждого находящегося здесь была спичка. Это место не переставало демонстрировать все новые и новые странности.

Тем временем люди понемногу продолжали сюда прибывать. Последние из пришедших были на лошадях и в странных одеяниях, похожих на длинные мантии бордового цвета. Только они немного отличались от всех прочих своим внешним видом. Чем-то они мне напоминали старинных магов с властным взглядом и белой бородой. «Может, это секта? Или шоу какое-то», — подумал я, но не придал наблюдению особого значения. Эти люди прошли мимо нас. Так же, как и все остальные, они вежливо поприветствовали меня. С семьей моих новых знакомых они и вовсе обнялись, как с родными, хотя по их разговору я понял, что они встретились только второй раз. Глава семьи Уолкер поведал, что многие из этих странных приятелей, как он выразился, были изумительными рассказчиками, и их длинные повествования, неожиданные меткие описания людей и пейзажей, постепенно создавали ощущение, что они уже около тысячи лет живут на этой планете. Жена Уолкера, Варвара, была очень спокойна. Но, как и все в этом месте, она не могла молчать. Она постоянно что-то спрашивала, чем-то интересовалась, но делала это так изящно, что я отвечал на каждый ее вопрос.

Я не мог знать, сколько мы тут уже находимся. В этом окружении все забывалось. Время улетало без следа.

— Черт! А где же Эд? — немного забеспокоившись, я начал оглядываться вокруг.

Я совсем забыл про своего друга. Пытаясь отыскать знакомые черты среди этих странных людей, я обратил внимание на непонятное поведение девочки в сером платье, которая подбегала ко всем подряд и, не давая возможности сказать хоть слово, засыпала вопросами. Я собирался смыться подальше от семейки Уолкера, как вдруг кто-то подошел ко мне сзади. Это была девушка примерно моего возраста, с рюкзаком за плечами и ружьем за спиной. На ней был светлый плащ, мятый и потрепавшийся. Лицо ее загорело до черноты, чтобы добиться такого загара, нужно неделями жариться на солнце. Длинные волосы выгорели почти добела. Давно я уже не видел такой натянутой, лживой, вымученной улыбки, но, несмотря на нее, девушка была чертовски красива, просто ослепляла меня. Я снова буквально забыл обо всем: о доме, друге и пропавшем таксисте. А она все манила. Но не в моих принципах было стоять на месте без действия. Я решил сразу же пойти в нападение и представиться первым, немного пофлиртовав. Не успел я переварить в голове происходящее, как незнакомка схватила меня за сзади шею и потянула к себе. Девушка бережно облизала мою щеку, страсть в глазах переполнила ее. Я замер. В другой ситуации я бы предъявил какие-либо претензии, ну, или ответил полной взаимностью, однако в этот раз с силой оттолкнул незнакомку от себя. Я принялся испуганно искать взглядом Эда. Дрожь бежала по каждой частичке моего тела.

«Ее запах… Его нет!» Я чувствовал все: красоту, страсть, обаяние, но у нее не было запаха — малейшего, любого человеческого запаха.

«Где же я? Что это за люди?» — думал я, стремительно передвигаясь и толкая всех в толпе, когда вдруг началось движение массы в сторону пещеры, куда прежде вошел наш таинственный таксист. Теперь окружающие меня люди больше не выглядели радостными и дружелюбными. Они двигались четкой колонной, держа в руках зажженные спички, глядя при этом в землю безумным взглядом и о чем-то перешептываясь друг с другом. Среди движущегося народа я, наконец, заметил Эда. Однако он очень быстро скрылся из поля зрения, войдя со всеми в пещеру.

Что же творится? Девчонка в платье, любопытная семья, завораживающая чудачка с ружьем, а теперь и эти спички! Неспроста это все. Может, они хотели зачем-то меня отвлечь? Но что же им от нас нужно?.. А Эд, несчастный доверчивый Эд… Он словно находился под гипнозом и, уперев взгляд в землю, шел непонятно куда.

— Стойте! Что происходит? — толкая людей, кричал я.

Но все будто не слышали и продолжали идти, несмотря на мои попытки привлечь их внимание. Спички в их руках необычным образом все никак не сгорали. Я остановился. Ничего не понятно! Это не вписывалось в рамки адекватного поведения. А колонна подходила к концу. И вот остались последние два человека перед самым входом.

— Пойдем с нами, мы дадим тебе спичку. Зачем сопротивляться? — с безумным счастьем в голосе спросили они и скрылись в темноте.

Мое тело горело от страха. Больше рядом никого не было. Из-за странного поведения этих психов и мое сознание начинало мутиться. Мои глаза неподвижно смотрели в пещеру. В какой-то момент я захотел развернуться и уйти, покинуть это странное место, но ноги сами понесли меня вперед. Вдруг, я ощутил как в моем животе внутренности скручивались в тугой узел, как будто тело знало, что ждет меня в темноте, и пыталось предостеречь. За несколько шагов в голове пролетело множество мыслей. Столько незаконченных дел… Страх безжалостно поглощал меня. Выставив руку вперед, я вошел внутрь пещеры, как тогда предполагая, в кромешную тьму. Но, сделав около пяти шагов, я уперся в стену, кроме которой впереди больше ничего не было.

— Невозможно. Это просто невозможно. Они же все только что туда зашли! Куча людей исчезла без следа, а теперь передо мной стена? Я понял. Это сон. Я просто сплю, — пробормотал я, развернувшись, выбежал из тупика и изо всех сил рванул к пещерному проему, чтобы скрыться из этого ненормального места.

Покинув Обитель, я побежал в сторону холма, где всё и началось.

С безумным стуком сердца я забрался на проклятый холм и увидел впереди оголенные земли и бесконечный горизонт. Не было ни машины, ни дороги, ни всех прежних пейзажей, радовавших взгляд. Ничего… Лишь ветер выл, как сумасшедший, и словно продувал меня насквозь. Если раньше меня обуревал сильный страх, то теперь меня накрыло волной самой настоящей паники. Луна и звезды четко освещали все вокруг. Но что-то не так было с этой луной. Пустота… Все исчезло, испарилось. Как будто и не существовало. Только злобно смеялись позади меня фонари Обители.

Мои глаза налились слезами. Я рухнул на колени.

— Где я? Куда все исчезло? Этого не может быть. Это неправда. Я схожу с ума! Все это — дурацкий сон…

Глава 5. ФОРТУНЭМ

Не знаю, сколько я простоял на коленях, повторяя эти слова и едва вынося боль. В голове всё путалось. Настоящее перемешалось с несуществующим. Как и прежде, меня изнутри разрывал страх. Но наконец до меня окончательно дошло: все, что случилось, действительно случилось! И я решился снова осмотреться вокруг. Складывалось впечатление, что я остался один на этой планете. «Но ведь не может такого быть. Люди куда-то делись… Что еще мне ожидать от этого места? Должен быть выход. Соберись, Лео. Соберись с мыслями», — успокаивал я себя.

Неуверенно и медленно я встал с колен и тут же снова грузно опустился на землю, зажмурившись и глупо распахнув рот. Когда я заставил себя открыть глаза, я уже на все смотрел иначе. Ноги вновь слушались меня, и даже пасть захлопнулась. Возможно, это был самый мужественный поступок в моей жизни. Я переборол в себе страх и больше не верил в чудеса. Это — страшное место, которое не предвещает ничего хорошего.

Впереди явно ничего не было. Ни смысла, ни надежды. Оставался только один путь, и этот путь — таинственная пещера. Может, лунный свет подарит мне силы? Но нет. Теперь я точно понял, что не так с этой луной. Даже она изменилась: на ней не было привычных узоров, да и размерами она стала поменьше.

С сердцем, полным уверенности, что где-то там — мой друг, я стремительно спустился с холма в сторону проёма, пытаясь разглядеть хоть что-то, хоть какую-нибудь мелочь, постоянно поглядывая назад: мало ли что вылезет из этой холодной темноты. И все же меня как будто что-то вело. Какое-то ощущение в груди, шепот в тягучем воздухе… Вдруг мне на плечо упала капля, но дождем точно не пахло. Я случайно наступил на какую-то ветку, но не придал этому никакого значения. Я остановился на мгновение и снова двинулся вперед, но не успел сделать и пары шагов, как в спину задул сильный ветер. Я ускорил шаг, так как начал замерзать. Пройдя некоторое расстояние, я заметил, что ветер постепенно успокоился.

Так странно: когда мы шли сюда, дорога к Обители Судеб казалась мне гораздо короче. Складывалось впечатление, что мы тогда быстрее оказались на месте. Наверняка это просто было очень большое желание поскорее вернуться домой.

— Хм… У меня прямо дежа вю. Это… Что происходит? Как? Этот холм уже был перед моими глазами. Как? Я же прошел его. Невозможно, — рассуждал я вслух.

Я побежал — и снова капля упала мне на плечо. Уже вторая капля. Это точно дождь! Но как? На небе ни облака.

И снова я услышал под ногами хруст. Мое сердце стало биться всё сильнее, а в спину подул тот же холодный ветер. Глаза забегали, как у сумасшедшего. Я не верил происходящему и упорно бежал вперед. Горы и пещера, как и прежде, находились вдали от меня. Расстояние не уменьшилось.

— Чертовщина! Главное — не терять голову. Кто-то точно не хочет, чтобы я возвращался. Но выход точно есть, я это знаю.

Вдруг капля упала мне на плечо…

— Что? — испуганно произнес я, отступив на пару шагов назад. Под ногами снова треснула палка. — Нельзя останавливаться. Меня не обмануть. Нужно продолжать идти.

И ветер снова злобно задул мне в спину. С каждым разом становилось всё холоднее. Если раньше мне было просто холодно, то сейчас от холода дрожала каждая частичка тела, и только бег мог меня согреть. А впереди — тот же адский холм. Я уже в согнутом положении забираюсь на него… На меня снова капнуло — в точности так же, как и в предыдущие разы! Я в ужасе с воплями упал на землю и попытался отползти назад, когда под рукой треснула ВСЕ ТА ЖЕ ветка.

— Нет! Хватит! — я побежал в другую сторону, но перед глазами вырос тот же холм.

* * *

— Старид, кто это? Скайлеанец?

— Нет, милая. Я нашел его здесь, стоящим на коленях.

— Мне не кажется? Это Человек? Но как? Мне трудно в это поверить. А что это ты с ним делаешь?

— Я использую на нем Фортунэм.

— Что? Я не ослышалась? Это ведь давно забытая техника! Зачем Вы это делаете? — немного нервничая, спросила девушка стоящего напротив неё мужчину в длинном кожаном плаще. Плащ этот был коричневого цвета, весь затасканный, судя по всему, очень старый.

Как оказалось позже, по рассказам девушки, с ними находился и я. С закрытыми глазами и опущенной вниз головой, на которой сверху лежала ладонь мужчины. Он стоял неподвижно и использовал какое-то свое колдовство.

— Ты же знаешь, для чего мы это делаем, Ева? Нам нужно победить. Изначально, реальность — это совокупность случайностей, которую мы называем судьбой. Мы не можем ее предугадать. Но моё Фортунэм позволяет изменить результаты действий, а значит, и изменить судьбу.

— Получается, тот, кто использовал Фортунэм, может создать новую реальность. Я даже не могла подумать, что кто-то еще может применять такое мастерство. Мне всегда казалось, что это всего лишь легенды, и на самом деле его не существует.

— Фортунэм создает петлю времени и выбирает нужный момент. Но есть один способ выбраться из петли. Эта техника была создана, чтобы спасти нас от высокомерия и равнодушия. Чтобы мы не искали легких путей в достижении своих целей. Когда ты смиришься с реальностью и прекратишь убегать, магия развеется. Она учит не полагаться только на свои возможности, а уметь принимать судьбу такой, какова она есть. Но из-за уязвимости этой техники, она неактуальна на поле боя. Поэтому Фортунэм — запретное и забытое мастерство. Если мальчишка превратиться в самого себя, он сможет вырваться из петли.

— Теперь я поняла. Но зачем Вы используете эту технику на жалком незнакомце? Он же обычный человек, — повысив голос, произнесла девушка.

— Он напомнил мне самого себя в прошлом. Я ведь тоже когда-то был человеком, пока не попал сюда. Тем более, именно он один каким-то чудом здесь остался. Значит, не всё еще потеряно. Но мальчик боится проиграть и отрицает сам шанс поражения. Его обманули. Он что-то потерял. И теперь он перестал слушать кого-либо. И будет добиваться всего, чтобы вернуться. Слишком самоуверен. Именно это он должен понять: что иногда нужно смириться с реальностью и принять происходящее. Я ему сочувствую — нас обоих использовали в этом мире. То, что он делает, — неправильно. Но у парня еще есть шанс всё это осознать и исправить. Он может всё изменить до своей смерти, — спокойно ответил мужчина, стоя, как и прежде, надо мной.

— Почему Вы столько делаете для такого, как он? Он ни капли на Вас не похож. Вы — идеал!

— Ева, я всегда пытался тебя контролировать. Я считал тебя ребенком, потому что думал, что тебя нужно защищать. Я не верил в твои силы, даже в процессе всего обучения. Может быть, идеалов не существует и во всем мире. Иногда две полностью противоположные вещи оказываются разными сторонами одной монеты. И они могут преуспеть только тогда, когда работают вместе. Посмотри на меня и попробуй найти во мне то, что я должен был найти в тебе. Не говори мне, что я был идеальным.

— Почему был, Старид?

— Фортунэм уже забрал последние годы моей жизни. Да и пришло уже моё время. Прежде всего…

* * *

Для меня картина не изменилась — всё тот же холм и до боли тяжелые капли воды. А тело постепенно немело от пронизывающего ветра.

— Невозможно, я верну Эда. Всё это вранье. Выход есть всегда. Я ни за что не сдамся! Как я мог ошибиться? Где я сделал ошибку?! — в отчаянии бился я. — Просто мне хотелось, чтобы все близкие мне люди были всегда рядом. Чтобы я видел окна родного дома. Хотелось, чтобы меня оценили. — Я застрял здесь, вместо того чтобы вернуться домой…

* * *

— Прежде всего, познай саму себя. Тогда тебе не придется никому врать. Себе или мне. Этот мальчишка готов на всё. Но и всего порой бывает много. Он никогда не позволял себе увидеть себя настоящего. Я, как и он, пытался делать всё сам. Но на этот раз я оставляю все на него.

— Но почему? Ведь он даже не сможет выбраться из петли!

— Вера никогда не умирает. Уже совсем нет времени, чтобы ждать или выбирать кого-то. Не знаю, выберется ли он. Шансы малы. Но, возможно, он — тот самый, кто сможет поработить Верхний Мир. Не только я могу тебя изменить, Ева, — убрав руку и завершив магические действия, мужчина в плаще постепенно начал отступать в темноту.

— Кажется, говорить что-либо бесполезно. Прощайте, — утирая слёзы, проговорила девушка. И тоже исчезла в ночной пустоте…

* * *

— Холодно, как же холодно! Этот ветер издевается надо мной. Как же мне изменить поворот событий? Как сделать все по-другому? — озадачивал я себя очередными вопросами, но всё время продолжал идти. Сил на бег уже не было.

Я верил, что эти холмы закончатся, и больше не обращал внимания на хруст под ногами.

Сколько же я там бродил? Сколько земных часов потратил? Голод и холод овладели мной. Смерть настигала меня.

— И это — всё? Вот ради этого всего я старался, жил? Не верю! — сжав зубы, говорил я. — Мне всего лишь нужно обмануть повторяемые события. А если увернуться от капли? Или смотреть на каждый свой шаг? У меня получится! А вот и холм.

С новой уверенностью я приготовился увернуться от капли с неба. Я внимательно смотрел, когда она будет на меня падать, но стоило мне лишь на миг моргнуть, и я почувствовал ее у себя на плече.

— Черт возьми! Как?

Мой взгляд резко опустился на землю, пристально высматривая ту самую палочку. Но только я сделал новый шаг, как увидел, что под ногой уже лежала она — та невыносимая частичка веточки, разломанная на части. И снова — дьявольский ветер.

Еще около пяти раз я пробовал обмануть время и действия, но все впустую. Все шло не по моему сценарию.

— А что если попробовать… Дурак! Как же я раньше не догадался? Ведь всё начинается снова и снова, когда я забираюсь на этот чертов холм. А что если остановить всё?

Я с улыбкой поднялся на возвышенность. Капля упала мне на плечо, и я посмотрел в небо, будто ждал этого вечность. Продолжая двигаться вперед, я не смотрел под ноги и не обратил внимание на хруст, который ранее выводил меня из себя. Расставив руки, я ждал ветра. И в этот раз его холод меня уже не пугал. Затем я просто лег на землю.

— Всё, достаточно, — спокойно сказал я и с улыбкой встретил сон.

Стоило мне только закрыть глаза, как я услышал стук внутри себя, будто что-то во мне оборвалось и упало с огромной высоты. И — нет воздуха. Задыхаюсь. Вмиг открываю глаза и делаю огромный вдох.

— Колени! Как же сильно болят колени!

Сердце колотилось, словно собравшись выпрыгнуть наружу, а дыхание становилось всё чаще.

Я спал? Нет, я чувствовал сильную дрожь во всём теле. Я выбрался.

Вскочив, будто взлетев с колен, я направился прямиком вперед.

— А что, если это повторится снова? Думаю, гадать не стоит. У меня нет выхода.

Я спустился с холма и вздрогнул. Спина начала дрожать — я не почувствовал ветра. Такое чувство, словно с моего тела сняли цепи.

— Да, получилось!

Ноги вовсю понесли меня в Обитель. Ее фонари горели ясно и манили меня к себе.

Глава 6. ЧЕЛОВЕК, ОСТАНОВИВШИЙ ВРЕМЯ

Вот я и у долгожданного входа в Обитель. Где-то там мой друг.

— Теперь уж меня точно ничто не остановит!

Замедлив шаг, я вошел в это проклятое для меня место. Яркий свет, очень непривычный для глаз после длительного пребывания во тьме, разъедал мои зрачки. Некоторое время спустя моё зрение начало восстанавливаться. Но не сразу, так как мне померещились люди, сидящие на скамейке в конце Обители. Я начал усердно тереть глаза — силуэты не исчезали. Наоборот, я увидел еще одну персону, стоящую рядом с ними.

«Не один. Всё-таки здесь, кроме меня, обитают и другие».

Я, настораживаясь, двинулся в их сторону. Я был предельно осторожным, так как именно с этими странными людьми ушел Эд. От них можно было ожидать чего угодно. Но останавливаться точно не стоило, ведь только они могли указать мне путь. Я шел очень тихо, под самой стеной, скрываясь и ища большие тени.

Вскоре я смог разглядеть двух сидящих парней, которые перебирали камни в руках и смотрели в пол. Они носили одинаковые черные майки со странным белым рисунком на груди: разорванное сердце внутри треугольника. У обоих парней были темно-русые волосы и глуповатые выражения лиц, на которых виднелись вдавленные пятна размером около двух сантиметров, формой похожие на овал, которые я поначалу принял за язвы, но, присмотревшись, обнаружил, что те не кровоточили и были больше похожи не на раны, а на обычную часть тела, словно так и надо. Еще я заметил на их лбах какие-то бугорки, будто рога, но под кожей. А третьего — стоящего — человека мне не было видно.

Я всё думал, как же поступить правильно. Напасть на них мне бы точно не удалось, так как за ними было численное превосходство. Надо было что-то предпринять. Остановившись на мгновение, я поискал хоть какой-нибудь тяжелый предмет на земле, чтобы не идти на врага с голыми руками.

— Что остановился? Ха-ха! Жалкий человечек. Мог бы идти и быстрее, а то уже задницы болят сидеть и ждать, пока дотелепаешь к нам, — крикнул один из них.

— Ага, это ты верно подметил! — сказал другой.

И смех парней прокатился эхом. Но внутри этого смеха проглядывало что-то нежное, что-то манящее. Угадывался какой-то другой, дорогой мне звук. И его, судя по всему, издавал человек, стоящий около этих двоих и опиравшийся одной ногой на столб фонаря.

Что? Не может быть! Я четко разглядел третью персону — это была та девушка, которая не имела запаха, но поразила меня своей неземной красотой. Она смотрела в мою сторону и не отводила взора. Ее взгляд был прекрасен и спокоен. На лице мелькнула улыбка. А двое других всё никак не прекращали хохотать. Именно эта странность меня пугала.

— Чего смеетесь, твари? Где все? Где мой друг? — сжав кулаки, произнес я и, выйдя из темноты, направился в их сторону.

Смех утих. Сидящие парни уставились на меня, но улыбки всё равно не сходили с их странных физиономий.

— Затихли, уроды? Где Эд? Отвечайте!

Я находился уже в десяти метрах от них, когда вдруг девушка медленно двинулась мне навстречу. Я замер, моё тело словно млело в ожидании её действий. Ружье этой феи по-прежнему оставалось за спиной, и это немного накаляло ситуацию. Вскоре нас уже разделяли считанные сантиметры. Я почувствовал на своем лице ее дыхание. В ее глазах я видел спокойствие, а ее красота по-прежнему сводила меня с ума. Рука девушки прикоснулась к моей руке, а затем крепко сжала ее. Незнакомка медленно положила моё запястье себе на талию и принялась спускать его ниже и ниже. А я всё стоял, широко раскрыв глаза. Затем она высоко подняла ногу, закинув ее на меня, а руками прижала меня к себе. Парни за ее спиной снова заржали, напомнив тем самым о своем присутствии. Девушка совращала меня, и перед этим я был бессилен. Это просто чары. Ее поцелуи…. Как она шалила руками! Все воспринималось, как во сне.

— Возьми ее. Разве она не достаточно хороша для тебя? Бери. Сделай с нею то, о чем мечтаешь, — сказал один из парней.

Дрожа, с неожиданной ненавистью я, как и в прошлый раз, очень грубо оттолкнул ее от себя, но сейчас девушка упала на землю. Я отступил на пару шагов назад. Эмоции сидящих на скамейке людей резко изменились, и на их лицах отразилась такая же ненависть к сложившейся ситуации, как и у меня.

— Ты всё испортил, парень.

— Где Эд? — нагло крикнул я. В ответ на мои вопли один из парней швырнул в меня камнем. — Ай! Вы ненормальные! Что вы творите?!

И второй камень, только брошенный уже другим парнем, полетел в меня, но на этот раз прошел мимо. Незнакомцы встали и подняли упавшую девушку, а она со слезами на глазах вытащила из-за спины ружье и вдруг злобно ухмыльнулась. Мне почему-то показалось, что она просто шутит. Своими лживыми эмоциями она напомнила мне Анну, которой я, видимо, причинил боль, не желая того. Моё стремление вернуться домой теперь в сто раз усилилось. Прицел ружья был наведен точно на меня.

Выстрел прозвучал, но после него остался лишь звон в ушах. Ещё несколько секунд я пребывал в шоке. Когда я снова обрел способность воспринимать посторонние звуки, первое, что я услышал — смех этих ненормальных. Появилась резкая боль в плече, и я сразу же приложил к нему руку. Я чувствовал, как кровь просачивается сквозь футболку. И еще чувствовал, что пуля по мне только чиркнула. Я сорвался с места и помчался к выходу, сильно сжимая плечо, чтобы хоть как-то остановить кровотечение, и глядя только под ноги. Что я при этом чувствовал, описать невозможно.

Смех не прекращался, но постепенно отдалялся, оставаясь позади. Раздался звук еще одного выстрела. Я покрылся холодным потом, но не остановился. Пуля прошла мимо, и это давало мне надежду скрыться за огромным камнем возле входа в Обитель. Свет фонарей слабо освещал это место. Я мог спрятаться и немного дезориентировать преследователей, хотя и не слышал сейчас погони за спиной.

«Они ждали меня. Знали, что я вернусь в Обитель. Но почему тогда они стоят на месте? Почему никто не пошел за мной?» — принялся я размышлять о происходящем, очутившись у проёма. Всем этим действиям я находил лишь одно логичное объяснение: кроме Обители, мне некуда было податься, ведь везде — просто тьма. Именно из-за этого безумцы не особо волновались, смогу ли я убежать.

Я упал, как убитый, а затем неторопливо переполз в тень от камня. Опершись на него спиной, я посмотрел в сторону безумцев. Они стояли, ничего не делая, только что-то обсуждали между собой — меня им видно не было. Девушка, намеревавшаяся убить меня, уже опустила прицел ружья вниз. Оторвав кусок рукава на футболке, я перевязал рану, которая словно горела огнем. «Что же делать дальше?» Я был не в силах противостоять им. Оставалось лишь ждать действий от них самих.

«Сколько же я тут уже сижу? — глядя на часы, подумал я. — Вот черт, стрелки ведь стоят на месте! И когда это всё, наконец, закончится?!»

Как и прежде, крепко сжимая рану, я время от времени выглядывал из-за камня и снова прятался. И чего они ждут? Плевать, я устал! Задрав голову вверх, я посмотрел на звезды, будто ожидая от них ответа.

Вдруг я почувствовал на себе чужой взгляд. По ту сторону Обители, метрах в двадцати от меня, кто-то стоял. Полусогнутый, весь обшарпанный, немного грязноватый мужчина в длинном пальто. Его корпус был развернут в противоположном от меня направлении, словно он проходил мимо, но голова была обращена ко мне, а глаза, широко раскрытые от удивления, неподвижно смотрели в мою сторону.

— Эй! Эй, вы там! Помогите, пожалуйста, — громко закричал я, не боясь, что меня услышат, так как безумцы находились от меня на довольно-таки приличном расстоянии. Даже если до них и долетят мои крики, мне было не до того. Я увидел живого человека, который точно не из этой безумной компании, и просто не смог сдержаться. А мужчина, казалось, до сих пор не верил своим глазам. Он выглядел так, словно увидел призрака.

— Ну, что вы там стоите? Помогите мне! — бился в истерике я.

Вдруг я увидел, что за мгновения молчания и прожигания меня глазами, странник моргнул и немного потряс головой, словно у него галлюцинации. И опять он посмотрел на меня, будто желая удостовериться, не примерещилось ли ему увиденное. Бесшумно двигаясь, мужчина быстро приблизился ко мне.

— Что же Вы так пристально высматривали? Они стреляли в меня! В пещере стена, а за ней мой друг. Таксист ушел. Все куда-то исчезли. Какие-то непонятные люди. Я переживал одно и то же мгновение много раз, а тут ещё и Вы, как снег на голову, — быстро произнёс я, сжимая зубы от боли.

— Возможно, еще есть время! — заявил незнакомец хриплым голосом.

Из рукава у него выпал небольшой предмет металлического цвета, похожий на шариковую ручку. Мужчина взялся за центр этой трубки и повернул там что-то. Внутри устройства что-то тихо зазвенело. Он крепко сжал железку в кулаке и воткнул её в землю.

— Что это? Что Вы делаете?

— Не сейчас.

Незнакомец вытянул из внутренней части пальто карманные часы. Открыл их, повернул стрелку пару раз назад и подкинул в воздух — и часы разлетелись на отдельные детали, которые замерли в пространстве. А я тем временем пытался поднять свою челюсть с пола и хоть раз моргнуть. Детали часов зависли в воздухе. Но замерли не только они. Остановился ветер, остановились психи, остановился свет — остановилось само время жизни. Двигался только загадочный незнакомец, меняя в воздухе положения механизмов. Всё это продолжалось буквально секунд тридцать. Когда время вокруг нас снова начало идти, часы вновь собрались за мгновение в единое целое и упали обратно ему в руку.

— Что за?..

— Всё поймешь, но позже.

Не успел я оглянуться, как возле нас появились ещё какие-то мужчина и женщина. На них тоже была одета старая потертая одежда, и они так же неопрятно выглядели. Но еще эти двое носили затемненные очки. И форма ушей у них была необычной, продолговатой. Вдобавок с ними находилась корова. Но такой коровы мне за всю свою жизнь видеть не приходилось. Она была вся словно потёртая, всё в ней было как-то несимметрично, голова больше, чем у обычных коров, и как-то всё у неё свисало, что ли, а на спине в некоторых местах и вовсе не было шкуры, а прямо виднелось мясо.

Человек, который остановил время, рассказал о Фортунэме и о том, что случилось позже, новоприбывшим людям, а они просто не могли во всё это поверить.

— Твои слова — правда? Старид, ты не врешь? — спросила женщина.

— Мне нет смысла врать. Вы всё видите своими глазами, он перед вами, — Старид взглядом указал на меня.

— Но это недопустимо. Он — всего-навсего мальчишка, и она тоже не готова, мы не хотим ее отпускать.

— Другого выхода у нас нет. Ричард, правь Нижним Миром, подари веру нашему народу, — сказал Старид мужчине, который кусал губы и, нахмурив брови, смотрел на меня и кивал головой.

Корова двинулась вперед, словно понимала наш разговор, но ее задержали.

— Подожди. Успокойся, — сказала женщина и погладила животное по морде.

В качестве последнего напутствия они перекинулись парой фраз. Мужик с бородой (как я понял, это был Ричард) достал из своего бумажника что-то наподобие бритвенного лезвия, только несколько большего размера и черного цвета. Затем Ричард передал этот предмет в руки Стариду.

— Что вы все пялитесь на меня? Хоть кто-то может объяснить мне, что здесь, черт возьми, происходит?! Я просто хочу выбраться отсюда со своим другом. Как можно скорее!

— Как ты смеешь открывать рот, щенок! — нервно крикнула женщина.

— Успокойся, Лана, — немного придержал рукой орущую на меня женщину Ричард. — Он не осознает суть всей ситуации и истины происходящего.

— Так, может, вы мне и объясните? — немного приподнялся я.

— Хватит. Не сейчас. Времени на ваши бессмысленные разговоры совсем не осталось, — серьезно сказал Старид и подошел ко мне.

Он взял мою руку и начал её сильно сжимать, а затем резко вонзил этот черный предмет, похожий на лезвие, около локтевого изгиба. Лезвие моментально ушло под кожу, я съёжился и упал на землю. Рука словно горела. Я чувствовал огонь на ней и внутри её. Но снаружи — никаких признаков беды. Упершись рукой в пол, я с бешеными глазами принялся хватать другой рукой землю и тушить «пожар». Боль продолжалась еще несколько минут, но со временем утихала, а я все так же продолжал тереть землей пострадавшую руку. Наконец, «пожар» внутри меня закончился. С того места, куда вошло лезвие, расползся в самых разных направлениях от локтя до запястья рисунок, похожий на толстую черную паутину.

— Что ты со мной сделал? Отвечай! — я накинулся на Старида с кулаками и вдруг заметил, что боли в плече от пули почти нет.

— Теперь твои раны будут заживать быстрее, — сказал он и помог мне подняться на ноги.

Тем временем корова уже двинулась вперед. Местный безумец прижался своим ртом к моему уху.

— Характером она пошла в мать, а не в Ричарда, так что тебе несладко придется, — ухмыляясь сказал Старид.

— Что?

Старид вытолкнул меня на свет, чтобы я шел вслед за этим странным животным.

Я резко обернулся, но позади меня уже никого не было — они исчезли.

Это место не переставало меня удивлять. Вновь посмотрев вперед, я увидел, как медленно и тяжело шагает корова, находящаяся уже в метрах десяти от меня. А в нашу сторону смотрела тройка психов, оставленная мной в Обители, которые, немного прищурив глаза, пытались что-то рассмотреть. Я подбежал к корове, чтобы скрыться за нею от их взглядов. Как я уже упоминал ранее, она была необычная. Ее рост был больше чем у прочих коров.

Я пристроился сбоку коровы, и моя голова слегка возвышалась над ее туловищем. Впереди картина не менялась. Девушка с ружьём и два странных парня что-то пристально высматривали, но складывалось такое впечатление, что они нас не видят, а только пытаются разглядеть, хотя мы уже находились на том расстоянии, с которого, по идее, должно было быть видно лица каждого из нас.

По моей руке во всю силу разгуливала магия. Непонятные черные извилины так и не сходили, они прижились на мне. Не было ни боли, ни ощущения пожара. При прикосновении к рисункам, я тоже ничего не чувствовал.

Идя всё дальше и дальше, я почему-то внимательнее наблюдал за коровой, чем за безумцами, поджидающими меня впереди. Мы уже находились совсем близко, а они всё всматривались в пространство, но не видели нас — удивительно. Благодаря этому существу я словно был невидим. Но странности на этом не закончились. Моя рука, будто сама по себе, вдруг поднялась и начала гладить животное. Я осознавал, что делаю. Просто не ожидал, что окажусь в состоянии приласкать эту корову. Мне не был противен её внешний вид. Её висящее мясо и пятна крови на шерсти.

Глава 7. ЕВА

— Вы чувствуете? Пахнет отшельниками. Нет, ну точно это они. Запах будто кружит рядом с нами, — начали разговор стоящие впереди странные типы.

— Да, что-то не так с этим воздухом, брат. Но я ничего не вижу, кроме этих черствых обугленных стен.

— Мой нюх никогда не подводил меня. Эти запахи я узнаю среди тысяч других. Среди всего возможного. Но возможно ли это, брат? — нервно замотал головой парень с язвами на щеках, осматривая каждый уголок пещеры. Ноздри его при этом были очень напряжены.

— Не знаю. Они уже давно не вылезали из своих дыр. После того как проиграли битву за Скайлен, когда потерпели это прискорбное поражение и стали изгоями нашей расы.

— Но им же что-то здесь понадобилось!

— Не мальчишка ли, случаем?

— Ты прав. Точно! Нужно найти его, и тогда Владыка Верхнего Трактуса вознаградит нас в полной мере. Ведь этот малец дорог для них, а нам он обойдется ещё дороже.

— Да. Может даже, за его поимку Владыка возьмет нас к себе на Трактус и навсегда освободит от патрульной работы. Будем унижать этих недоносков снизу. Будем тратить стоуны на самых красивых рабынь. Будем иметь всё, что захотим! — жадно потирая руки, заявил один из странных парней.

— Да-да, брат! Вознесём к верхам наше славное имя!

— Закройте рты, недоумки, — сказала девушка и приготовила ружье к бою. — Они здесь.

Местные обитатели напряглись и принялись внимательно осматривать окрестности в боевой стойке, ожидая нападения. У одного из них даже пот стекал по виску. Страх разыгрался в их глазах. И всё это — из-за одной коровы.

Считанные метры отделяли нас от вооруженных людей, которые смотрели, будто сквозь наши тела, и продолжали усердно шевелить ноздрями. Я встретился взглядом с одним из них, и на этот раз он смотрел уже не сквозь меня, а точно в мои глаза.

— Вот он! Хватай его! — крикнул безумным голосом он. Наверное, из-за того, что я резко очутился прямо у него под носом.

Что?.. Магия пропала? Я посмотрел на себя, а затем на корову, за которую всё время держался. Но это уже было не животное, а одно название. Я держался за половину туловища, которое разлагалось прямо на глазах. А вторая половина с головой зависла в воздухе. От увиденного у меня словно помутился рассудок. Я будто бы погрузился в какой-то транс. Ощущение, похожее на сон. Уже в который раз… Но сейчас ещё вдобавок всё двигалось нереально медленно, и каким-то образом из этой второй половины коровьей туши в воздухе появилась девушка с длинным, блестящим клинком в руках. Она набросилась на врагов и начала кромсать их на части. Кровь брызгала отовсюду, а в моей голове завертелась любимая песня Otherwise — «Miles of Rain», которую я всю дорогу слушал в телефоне. Мои глаза просто засияли. На лице наверняка была туповатая, неуместная улыбка. Девушка рубила этих людей на части. Они никак не могли противостоять её скорости и ловкости, а роскошные длинные дреды цвета воронова крыла (только кончики на них были ярко выраженного белого цвета) изящно рассекали воздух среди разлетающихся брызг крови. Её волосы были на редкость длинными — они достигали колен.

— Вставай. Нам нужно идти… Э-э-эй-й! Что расселся? Я к тебе обращаюсь, — начала девушка, когда бойня завершилась.

— А-а… Что?

— Вставай! Хватит штаны просиживать, парень.

— Что? — спросил я, пялясь на неё широко раскрытыми глазами. Лицо девушки было непроницаемо, словно высечено из камня. Я пытливо взглянул ей в глаза, но в них ничего нельзя было прочитать. Я всё еще не мог прийти в себя.

— Ах-ах-а-а! А ты, судя по всему, еще глупее, чем я себе представляла, — положив руки на пояс, сказала девушка. Её одежда была сплошь залита кровью.

— Что у тебя с ушами? Почему они такие длинные? А глаза? Почему я не вижу твоих зрачков, а только серую пелену?

— Ушами? Ты что, совсем дурак? — она пнула ногой моё колено.

— Так кто ты такая? Где корова? Или ты и есть корова?

— Сам ты корова! — сказала она и снова пнула меня.

— Ай! Ну, всё, перестань. Спасибо, что спасла мне жизнь. Эм… Можно узнать имя моей спасительницы? — я всё еще рассматривал ее странную внешность, отличающуюся оригинальной красотой. Кроме острых ушей и покрытых пеленой глаз, которые не давали мне покоя, я наткнулся взглядом на ее нижнюю губу, где в центре расположилась сережка в форме маленького кольца.

— Меня зовут Ева… — отвела взгляд в сторону девушка. — Может, ты, наконец, встанешь, и мы пойдем уже?

В речи девушки я заметил странную особенность. Ева в каждом слове протягивала последнюю гласную. Порой складывалось впечатление, что она поет. Еще незнакомка очень часто облизывала губы.

— Куда пойдем? Хватит ваших загадок! Сначала тот странный, который запихнул мне лезвие внутрь руки, теперь — ты. А, кстати, ты не знаешь, что это у меня с рукой? — я наконец-то встал и показал ей руку.

— Печать тысячи снов? Судя по всему, родители очень на тебя рассчитывают. Уж так и быть. Что ты хочешь узнать?

— Печать? Хоть один разумный человек… Для начала расскажи, где я? Как мы с другом вообще сюда попали? И где он сейчас? Кто вы такие, и кем были те, кого ты убила? Почему все от меня чего-то ждут? А главное, расскажи, как мне вернуться домой!

— Печать тысячи снов — эта метка дает огромную силу, которую каждый постигает по-разному. А также она дает смерть, в том случае, если человек слаб и не может справиться с печатью. Такие метки были только у старшего поколения, которого я, к сожалению, не застала, но знаю, что последние трое из них погибли именно из-за этой печати. Ты сейчас по ту сторону жизни. Ты не мертв и не жив. Мы между мирами. Ты совершенно не в своем измерении. Это Обитель Судеб, — Ева показала рукой на стены пещеры. — Здесь Скайлеанцы забирают к себе людей, для личной забавы, после того как мы проиграли им войну и стали отшельниками. В это место вас заманил один из посредников Верхнего Трактуса. Обычно они не отличаются от людей. Эти существа в отведенное им время появляются в вашем мире, чтобы привести с собой новых послушников Владыки. В вашем измерении не одна Обитель Судеб. Их десятки по всему миру.

— Стэн! Я вспомнил, как он постоянно наблюдал за мной и дал номер того самого таксиста. Будь прокляты его глаза!

— Хм… Немного странно. Обычно невозможно переместить в ваш мир больше одного посредника за раз. Ну, да ладно, быть может, ты что-то неправильно понял. Но в данный момент это совсем не главное. Твой друг сейчас, скорее всего, в Скайлене среди остальных его жителей. Сейчас его жизни ничего не угрожает, так как его уже поглотил Темный свет Трактуса. Твой приятель — один из них. Однако внутри него еще есть жизнь человека. И всё еще можно вернуть.

— Светом Трактуса?

— Это свет тьмы, который меняет твой взгляд. И тебя самого. Нам еще предстоит с ним столкнуться. Если ты, конечно, ещё хочешь вернуть своего друга, — облизала губы девушка.

— Даже не обсуждается! — я сжал кулаки.

— Убила я патрульных Скайлена, которые пришли за тобой. Бывает, что некоторые теряются на полпути к Верхнему Трактусу. Патрульные, как пешки, выполняют приказы хозяев и бегают за ними, а что делают с теми, кто не проникся этим светом, я не знаю. Также эти существа выступают в качестве службы правопорядка в Скайлене. Выполняют всю черновую работу. Но никто ведь не мог ожидать, что им попадешься ты — избранный тремя измерениями.

— Я? Избранный? Что-то здесь явно не сходится. Может, вы у себя там что-то напутали? Я просто хочу попасть домой!

— Ошибки быть не может. Мы ждали этого столетия. Мы — это отшельники, ставшие после предательства и поражения изгоями и живущие теперь в Нижнем Мире в вечной темноте. Вернуться домой ты сможешь только со своим другом, одному обратной дороги нет.

— Так почему мы еще здесь стоим — вперед! А еще ты мне так и не сказала, почему у тебя такие уши и неземные глаза, в которые так непривычно смотреть.

— Потому что я не человек. Я была рождена в Скайлене, и у меня не было этих глаз, но после войны и изгнания мы стали отшельниками. Жизнь в вечной темноте и Нижний Мир изменили нас. Поэтому мы отличаемся от людей некоторыми внешними чертами и способностями, конечно. Но всё равно мы очень похожи, — Ева заправила волосы за свои «эльфийские» уши. — А тебя, кстати, как зовут?

— Меня? Эм-м… — я хотел ответить ей быстро, но почему-то язык не поворачивался назвать свое имя.

Через несколько секунд молчания я вновь попробовал представиться, однако и в этот раз ничего не вышло.

— Э-эй! — девушка щелкнула пару раз пальцами перед моими глазами. — Я, кажется, тебе вопрос задала, чего молчишь?

— Что со мной, Ева? Я не могу вспомнить свое имя!

Я непроизвольно сделал пару шагов назад и посмотрел на свои руки, которые дрожали как струны гитары. Дыхание начало учащаться, а сердце застучало как проклятое. Меня охватила паника.

— Если ты сейчас не успокоишься и не начнешь вспоминать, то ты никогда не сможешь вернуться домой, — твердо заявила девушка и сжала кулаки. — Ты помнишь свой дом? Помнишь родных?

С каждой следующей секундой моя память словно ускользала от меня. Но серьезные заявления Евы смогли немного утихомирить мой страх, и я сразу же начал думать и вспоминать.

— Да, я помню свой дом, город в котором живу, — я выдавливал из себя слова неуверенно и медленно. — Помню маму и ее карие глаза, помню отца и его морщины.

— А имена их помнишь?

— Да, конечно! Филипп и Нола.

Я широко раскрыл глаза и посмотрел на Еву.

— Кажется, я начинаю вспоминать! — радостно заявил я.

— Хорошо, а ты помнишь, как мама или отец звали тебя на обед или еще зачем-то?

Я сразу же начал прокручивать это в голове, вспоминать первые попавшиеся моменты из жизни.

— Да, помню! Они называли меня Лео! — лишь только я назвал свое имя, память моментально вернулась ко мне. — Точно, меня зовут Леонард! Я все вспомнил! Не могу поверить, как я мог забыть свое имя?!

— Это будет твоим первым уроком, Лео! Каждый раз, когда будешь просыпаться, первым делом вспоминай свое имя! — произнесла Ева и схватила меня за плечо. — Ибо однажды забыв, как тебя зовут, ты никогда не сможешь вернуться домой.

— Какого черта? Что со мной не так?

— Это не твоя вина! Только что я сумела предотвратить воздействие магии и помочь тебе вспомнить, однако я не всегда смогу быть рядом. Это волшебство — Свет Трактуса — стирает память людей и превращает их в послушников Владыки. Так что, заруби себе на носу: без своего имени ты — никто.

Ее слова пробирали меня до дрожи в коленях. Каждую секунду я ловил себя на мысли, что всего этого мира и магии не может быть, а я всего лишь крепко сплю.

Я закрыл глаза и начал щипать себя за руку.

— Ты что это делаешь? — спросила девушка.

Открыв глаза, я вновь увидел вокруг горы, лужи крови на земле и прекрасную девушку передо мной. Проснуться не удалось.

— Прости, мне все еще кажется, что я сплю.

— Поверь, я бы тоже хотела думать, что это все сон, но, увы, сейчас ты не можешь жить прошлым — ты здесь! А я не могу уповать на грядущее. Остается лишь перевернуть страницу — суть всех Миров! Но, к сожалению, хорошее не повторяется.

— Понимаю, но мне все еще тяжело воспринимать новую реальность.

— Ты избранный, Леонард! Так что хватит здесь нюни распускать, соберись!

Почему-то ее слова вновь сильно повлияли на меня. Я улыбнулся и посмотрел на нее уже более уверенным взглядом.

— Никаких нюнь! Это была всего лишь минутная слабость.

— Ну, если так, тогда хорошо, Лео. Может, уже хватит разговоров? Ты готов идти?

— Да, конечно! А куда идти? За Обителью ничего нет, а в пещере стена.

— Вход в пещеру открыт, ведь за тобой вернулись патрульные, но нужно спешить, а то там, наверху, пронюхают, что их долговато нет, и придут за нами.

— Тогда в путь. Только я совсем не создан для сражений.

— Для этого у тебя есть я. Ты не умрешь, пока я рядом, — ее слова были наполнены уверенностью и силой. — Хватит тратить время на пустую болтовню. Идем же!

— Да, пошли! — сказал я и после первого же шага рухнул на землю.

Оказывается, у меня совсем не было сил. Я уже забыл, как выглядит еда. Столько времени провел здесь… Это был мой предел.

Глава 8. ПЕЩЕРА МЕЖДУ МИРАМИ

Темно. Было слишком темно. Меня пронизывал легкий ветер. Успокаивающая тишина и никакой суеты… При этом меня разбудили капли, падающие в уже созданную ими лужу. Воздух был пропитан сыростью. Я ощущал влагу под своей спиной.

— Ну, что, проснулся? — донесся из темноты сладкий голос.

— Где мы?

— Мы в пещере, — сообщила Ева. — Вот, возьми. Тебе нужно что-то поесть, иначе ты не сможешь идти.

Девушка достала что-то из кармана.

— Ешь, Лео, — Ева положила мне это в рот.

Но у меня по-прежнему не было сил. Я попытался жевать, однако еда начала выпадать на пол. Я не мог понять, что это, ведь раньше такого никогда не пробовал. Пища схожая по форме на кусок хлеба, только в десятки раз жестче.

Без единого упрека Ева снова достала из своей маленькой сумки, висевшей на поясе сбоку, пишу, положила себе в рот и начала тщательно пережевывать. При этом она постоянно смотрела на меня своими бледно-серыми глазами, которые едва виднелись в темноте. Ева наклонилась к моему рту и таким способом передала мне уже пережеванную еду, вкус которой напоминал мед с привкусом ванили. Так повторилось ещё пару раз в абсолютной тишине, после чего я снова уснул.

— Лео… Лео! Помоги мне. Почему ты бросил меня? Почему? Они забрали меня, увели с собой. А ты просто стоял. Я звал тебя. Тебе было не до меня, — внезапно у меня перед глазами возник мой друг.

Свет освещал только наши силуэты, а вокруг была сплошная темнота.

— Эд, они околдовали меня. Время шло так быстро! Я не знал, что всё так обернётся. Я бежал за тобой, хотел тебя забрать…

— Ты мне врешь, всегда врал. Наша дружба для тебя ничего не значит, — сказал Эд, и медленно удалился в темноту.

— Постой! Ты куда? — я хотел пойти вслед за ним, но меня задержали внезапно появившиеся на ногах цепи. Я не мог пошевелиться. — Эд, не уходи!

— Поздно, Лео. Ты для меня больше никто. Я сожалею, что был знаком с тобой.

— Что ты несешь? Вернись, Эд!

И друг снова замаячил перед моими глазами и приблизился ко мне.

— Ты меня бросил. Оставил им! Ненавижу тебя! — крик Эда вбивался в мой разум. — Я тебе этого не прощу… — уже приглушенным голосом сказал он.

Ненависть правила им, а я всё пытался вырваться из цепей.

— Я не хотел, чтобы всё так вышло.

— Возьми его, Леонард, — в руке друга каким-то образом появился кинжал. — Возьми и сделай, что должен.

— Зачем ты мне его даёшь?

Он всунул нож мне в руку.

— Прощай, друг.

В моей руке снова начался пожар. Огонь был беспощаден. Странные пятна на коже словно ожили демонами и начали летать, будто бы уже не на моей конечности, а вокруг нее, извиваясь при этом в разные стороны, как змеи.

— Зачем ты меня убил? — сказал Эд, и из его рта потекла кровь.

— Что? — я посмотрел на руку, в которой находился нож; внутри по-прежнему горел пожар. Нож был вонзён в туловище Эда. Я не помнил, как это произошло. Не ощущал свою руку. Она всё сделала сама.

— Нет, Эд. Нет!

Черные демоны начали постепенно возвращаться в рисунок печати, а огонь будто попал под дождь и испарился. Слезы сорвались с моих глаз.

— Это не я, друг. Я не хотел. Не хотел!

— Ты убил меня. Ты убил меня!

Окровавленный друг мгновенно рассеялся в темноте.

— Тихо, тихо… Успокойся. Это всего лишь сон. Всё прошло. Успокойся, Лео, — прозвучал голос Евы. Я был готов постоянно жадно слышать его.

— Я чувствовал огонь в руке, Ева, — в холодном поту я подскочил с земли.

— Знаю. Это первые признаки печати. Она будет затуманивать твой разум, будет смешивать сны с реальностью. Этого, к сожалению, не избежать.

— Где мы? — вставая, спросил я и попытался осмотреться сквозь темноту. — Откуда появились силы? Что ты со мной сделала?

— Я просто накормила тебя. Ты что, не помнишь?

— Нет, не помню. Всё как в тумане.

— Понятно. Ну, хорошо. Раз ты восстановился, готов идти?

— Да, я силен как никогда. А еще мое имя Леонард! — уверенно провозгласил я. — Сейчас мы найдем Эда и отправимся домой. Кстати, а где он?

— Ого! Схватываешь на лету, молодец, Лео.

— Спасибо. Этот урок я запомню навсегда, Ева.

— Быстро учишься. А теперь насчет твоего друга. Знаю, что он точно за этой пещерой. Но…

— Никаких «но»! — перебил спутницу я. — Тогда не стоит терять ни минуты. Эм-м… А куда идти?

— Тут такое дело, Лео. Я не могу сказать точно. Эта пещера хранит в себе много тайн. И заблудиться в ней можно, не задумываясь. А еще за нами уже идут существа из Скайлена. Ты очень долго спал. Ведь патрульные так и не вернулись.

— Скайлен? Что это?

— Это место, куда мы направляемся.

— Понял.

Ева обнажила меч, и мы двинулись вперед.

Я шел точно по ее следам, даже пытался смотреть по сторонам, но видимость достигала радиуса всего лишь около одного метра.

— Как ты видишь, куда мы идем? — тихо поинтересовался я, пытаясь повторять каждое движение Евы.

— Мои глаза привыкли к темноте. Там, откуда я, почти всегда темно. Таким образом, моё зрение приспособлено к постоянной тьме, мы мутировали. Поэтому мои глаза и отличаются от твоих людских глаз или глаз Скайлеанцев.

— А-а-а… Тогда мне ясно, почему мы еще ни во что не врезались. Но у меня складывается такое впечатление, что мы ходим по кругу. Везде эта темнота, писки крыс и запахи пещерных стен. Ты хоть немного знаешь, куда мы идем?

Ответа не последовало.

Я вдруг почувствовал, что вступил в воду. С каждым шагом становилось всё глубже.

— Надеюсь, плыть не придется?

Но в ответ я слышал только указания, куда и когда сворачивать.

Ещё долго мы бродили по этой слепой темноте, пока не остановились.

— Решетка, — сказала Ева и со злости вцепилась в нее, пытаясь вырвать прутья. Подойдя ближе, я смутно увидел преграду. Я тоже взялся за решетку, чтобы помочь Еве, но с первого же прикосновения стало ясно, что прутья очень крепкие и нам не под силу.

— Перестань, бесполезно…

— Вот черт! Ну, тогда, Лео, приготовься плавать, — предупредила Ева и вдруг, словно что-то услышав или увидев во тьме, заговорила с совсем другими интонациями и обращаясь явно не ко мне: — Эй вы, выходите! Я вас заметила уже давно. Пусть у меня и нет ваших приспособлений, благодаря которым вы видите нас в темноте, но всё равно разглядеть вас мне удалось еще с самого начала вашего преследования.

— Ха! А девчонка не промах.

— Жаль, что придется ее убить и стереть этот мерзкий запах отшельника, — донеслись чужие голоса. — Включайте воду. Посмотрим, насколько их хватит.

— Ева, почему ты их не атакуешь? Я не хочу здесь умирать!

— Они высоко, мне до них не достать. Я не заметила, когда они свернули и оказались выше нас.

Мы почувствовали как вода, которой и так было по колено, начала прибывать.

— Скорее за мной! — крикнула девушка.

— Но я же не вижу, куда бежать, Ева!

— Возьми мою руку. И быстрее перебирай ногами, если не хочешь здесь утонуть.

И начался бег в устрашающей темноте. Снова было много поворотов, подъемов и склонов. Бежать становилось все тяжелее. Вода в скором времени достигла уровня пояса. Не знаю, откуда она шла, но холодной эта вода не была.

— Леонард, как у тебя с интуицией?

— Неважно, а что?

— Обратного пути уже нет. Скайлеанцы и здесь постарались. Они закрыли решетки, и мы не можем вернуться обратно к Обители. Но впереди развилка на два пути и один шанс. Мы можем свернуть лишь раз, иначе — сам понимаешь.

— И что мы будем делать?

— Гадать. Испытывать удачу. У нас нет больше других вариантов.

А вода всё продолжала прибывать, и вскоре нам пришлось сменить бег на плавание.

— Говоришь, плохо с интуицией?

— Ага.

— Тогда выбирать, куда нам двигаться, дальше будешь ты. Только выбирай необдуманно, сразу, без разговоров.

— Как без разговоров? Ведь это может решить наше дальнейшее существование.

— Замолчи! — крикнула девушка и толкнула меня. Чувствовалось, что она очень нервничает и тоже понимает, что ошибка будет стоить нам жизни.

— Налево, — опустив голову вниз, тихо сказал я.

— Что?

— Налево! Поплывем налево.

— Хорошо. Тогда хватайся за мою майку и вперед.

Лишь только мы с Евой принялись грести по пещерной воде, как… Но что это?!

— Не понял. Я же сказал, свернем налево.

— Но еще ты сказал, что у тебя плохо с интуицией, так что я решила свернуть направо, — насмешливо сообщила она.

Темные пещерные коридоры все никак не заканчивались. Руки уже устали от постоянных движений в воде, ноги постепенно выходили из строя… Вода почти доходила до самого верха пещеры, но мы всё еще могли свободно перемещаться. Хуже всего приходилось Еве — она держала на себе половину моего веса, ведь я по-прежнему одной рукой крепко цеплялся за ее майку, а грёб только второй. Так получилось, что в движении я часто задевал ее талию. У нее была просто потрясающая фигура. И пока моя рука держалась за одежду Евы, я решил воспользоваться моментом и немного поближе познакомиться с ее телом. Я будто бы невзначай начал трогать талию девушки и при этом делал вид, что рука соскользнула, как вдруг услышал:

— Ещё раз так сделаешь, я сломаю тебе руку, — с полной серьезностью заявила Ева и ускорила темп.

Да уж, разрядить обстановку явно не удалось.

— Думаю, уже пора спускать воду и возвращаться домой. Мы свою работу сделали. Они давно уже утонули, так что нужно идти к Владыке за наградой за очередное убийство отшельников, — донесся до нас разговор чужаков.

— Ева, ты слышала? Мы правильно поплыли, — сказал я.

Ева резко закрыла мне рот своей ладонью.

— Тихо! Они могут нас услышать. За мной! Я, кажется, вижу подъем, по которому мы сможем подняться к ним на уровень. Они и не догадываются, что со мной человек. Эти глупцы подумали, что ты тоже отшельник. А еще патрульные не упомянули о погибших в Обители Судеб товарищах. Всё пока складывается хорошо.

Без резких движений и лишних брызг мы поплыли дальше.

— Спускай воду! — вновь послышались голоса сверху.

Внизу, где-то далеко под нами, словно что-то обрушилось. Вода с бешеной скоростью начала уходить. А мы тем временем залезли на подъем.

— Давай руку. Осталось немного, и твои глаза вновь увидят свет.

— Я верю тебе, Ева.

Держась за нее, я попытался разглядеть неземные глаза принцессы.

— Ты так и будешь висеть? Поднимайся, — Ева вытащила меня наверх.

Вода начала стекать с нашей одежды, а по пещере заиграл ветер. После длительного пребывания в водной стихии мне стало холодно.

— Раздевайся, — произнесла Ева, и звук расстегиваемой «молнии» на штанах ввел меня в заблуждение.

— Что? Зачем?

— Мы не сможем передвигаться в мокрых одежде и обуви, так как капающая вода будет привлекать внимание. Нас не должны услышать.

Моя спутница сняла майку и осталась в одном нижнем белье. Боже, как же я жалел, что не вижу в темноте!

— Ну, что замер? Или тебе там есть чего стесняться?

— Ах, да… Что? Мне нечего стесняться! Я просто задумался.

Я тоже начал раздеваться. Оставив вещи, Ева взяла свой меч, и мы пошли на голоса, которые слышали ранее.

— Твоё тело… Оно всё дорожит. Тебе страшно? — замедляя ход, шёпотом спросила она у меня.

— Нет, просто не переношу холод, а ещё эта темнота.

— Понятно, а то я уже грешным делом подумала…

— В твоих мыслях не было истины.

— Всё, хватит разговоров. Приготовься Лео, они близко.

Мы замолчали вовремя: через несколько секунд послышались голоса патрульных.

— Как же давят эти очки!

— Ты хочешь их снять и искать путь домой вслепую? Мы с парнями можем тебе это устроить. Ха-ха! — засмеялись в густой темноте враги.

— А если на спор, может, и смог бы.

— Кто? Ты? Не смеши нас.

— А давай поспорим?

— Легко, давай! Если ты не найдешь путь обратно, то следующая выплата — моя.

— Хорошо, а если я всё-таки выйду, то ты мне отдаешь свою.

— Нет уж. Я ведь больше тебя стоунов получаю.

— Всё понятно. Просто знаешь, что я вернусь к входу и с закрытыми глазами.

— Хорошо, хорошо. Вот умеешь ты завести спор!.. Договорились! Снимай очки и отдавай нам, а мы тебя будем ждать у входа.

Один из охранников пещеры снял очки и остановился в ожидании, пока уйдут его напарники.

— Лео, это наш шанс. Нужно напасть на слепого, — сказала Ева.

— А ты не боишься, что если мы подойдем ближе, они нас учуют, как это было в Обители? Ведь та группа парней ещё недалеко ушла.

— Можно не бояться. Эти пещерные водяные источники на время смыли наши запахи.

Часть патрульных выдвинулась к выходу. Остался лишь «слепец».

— Всё, они ушли. Стой здесь и жди. У меня, кажется, есть план, — прошептала моя спутница.

Девушка тихо растворилась в темноте. А я стоял, опершись о стену, в нижнем белье, сдерживая дрожь и пытаясь расслышать, что там происходит. Не было слышно ни единого стона, лишь звук лезвия, пронзающего тело, и тихие слова девушки, которые мне удалось разобрать: «Не бойся, смерть — это не конец».

Ева отсутствовала ещё примерно минуту. Минуту шуршания по полу.

— Вот, держи, — Ева сунула мне что-то в руки. — Одевайся. И не подумай, что это из-за того, что тебе холодно. Ты переоденешься в одного из них. Я доведу тебя до выхода, а затем скроюсь. Они сначала примут тебя за своего, а как только ты подойдешь к ним совсем вплотную, тогда уже я сделаю свое дело.

Ева дала мне штаны, куртку, обувь и головной убор, которые носили патрульные.

— Ева, что означали твои слова?

— Ты о чем?

— «Не бойся, смерть — это не конец».

— Ах, ты об этом! Можно сказать, что это своего рода ритуал. Мы — отшельники совершаем его перед тем, как душа убитого нами существа собирается перейти в другой мир. В данном случае — мир мертвых.

— Ты думаешь, мир мертвых существует?

— Хм… Оглянись вокруг! Ты уже на пути в другой мир. Так почему же не существовать и миру мертвых?

У меня не было ответа на ее вопрос, поэтому я промолчал.

— Ладно, Лео. Пошли дальше.

Мы вернулись назад. Выжали наши старые вещи. Моя спасительница оделась, взяла с собой заодно и мою верхнюю одежду, и мы незамедлительно двинулись в путь.

Мы снова услышали вдалеке голоса патрульных.

— И долго еще нам его здесь ждать?

— Меня это не сильно волнует, мне главное получить свою выплату. Чем дольше он там, тем больше шансов, что нам придется за ним идти. Так что мне спешить некуда.

— Есть в твоих словах доля правды. Но скоро ведь придет другая смена. Нам еще в сутень заступать в патруль.

— А там ещё к Владыке за наградой. Это лучший день в моей жизни.

— Я надеюсь, ты поделишься наградой за наше ожидание?

— Да не вопрос! — вели беседу патрульные.

Надоевшая темнота и давление стен были буквально разрушены капелькой света впереди. Мое сердце вырывалось из груди от охватившей меня надежды. Долгожданный живой мир! Но впереди оставалось самое главное: как можно ближе подобраться к намеченной цели. Ева скрылась в самую глубокую тень и продолжила следовать за мной, а я, в свою очередь, наоборот, искал свет, дабы подарить своим глазам это счастье.

— Ха-ха! Что мы видим? Кто-то явно проиграл свою выплату.

— Не может быть. Как? — запаниковал проигравший патрульный.

— Точно не знаю, как, но он просто досконально знает каждый уголок пещеры. Я восхищен этим парнем до бесконечности.

Стоящие двинулись мне навстречу, чтобы лично все разузнать о якобы состоявшемся триумфе. Все шло по нашему плану. И патрульные расслабленно направились в темноту, где их ждала смерть.

Наша задумка была выполнена превосходно. Они заходили во тьму, не надев свои приспособления для видения, где их и встречал холодный клинок Евы, которая, как и прежде, прекрасно выполнила свою работу. Когда они подходили ко мне впритык, я снова разглядел странные язвы на их скулах. Неужели там, куда мы направляемся, все так же выглядят?..

Вскоре больше ничто не преграждало нам путь к чистому воздуху и теплым лучам солнца.

— Ты готов? — спросила Ева.

— Готов на всё, главное выбраться из этой мертвой темноты.

И режущий глаза свет накрыл нас с головой.

Глава 9. СКАЙЛЕН

Попав из мрачных коридоров на открытую местность, под ясное синее небо ощущаешь незащищённость.

Неизвестно, что тебя поджидает за углом, и поэтому хочется спрятаться в тени, чтобы никто тебя не видел.

Все здесь дышало свежестью: хрустально чистый воздух, свежая, лишенная аромата трава… Светило медленно и величаво освещало мое лицо.

Над входом в пещеру сидели и пели странные летающие существа из семейства пернатых. Глаза у них были удивительно белого цвета, а перья имели темно-фиолетовую окраску, красноватую у хвоста. По размеру они были с земных голубей, однако у этих птиц не было клюва. Этот дефект заставил меня содрогнуться. Вдруг пернатые запели во все голоса, будто приветствуя идущих из пещеры.

— Какая замечательная погода. На небе нет ни единого облака.

— Облака? А что это такое? — глядя вместе со мною в небо, спросила Ева.

— Ты что, ни разу не видела облака? — высоко подняв брови от удивления, переспросил я.

— Нет, а что это?

— Ты сейчас серьезно?

— Да, я правда не понимаю, о чем ты говоришь. Можешь мне объяснить? — слегка удивилась отшельница.

— Хм… Облака — это такие белые большие подушечки на небе, мы их ещё называем тучи. Они порой закрывают солнце, и появляется тень. Теперь поняла?

— Нет, не поняла. У нас нет твоих «облака».

— Не «облака», а облаков! Как нет?

— Как есть, только наоборот, — улыбнулась девушка. — Но большие и белые подушки в верхнем мире только одни. Вот они. Это — дневной покров, — она показала на край обрыва, где мы, как оказалось, стояли.

Я взглянул вниз и увидел, что под нами плывут тучи.

— Ну, нет, — после паузы я отошел на пару шагов назад от края обрыва. — Это уже становится смешно. Почему они внизу? Мы что, на небе?

— Не знаю, что ты имеешь в виду, но они там всегда были, мой друг. Добро пожаловать в Скайлен, — устремив взгляд вперед и немного улыбнувшись, сказала Ева.

Впереди находилось нечто невероятное. Я увидел город, который буквально завис в воздухе, а вокруг него были лишь синее небо и тучи.

— Что это? Он ещё и движется?!

Я заметил сквозь облака, как небольшая часть города словно отделилась и полетела к другой. Каждый кусок — будто отдельный маленький островок.

— Ну, да, движутся. А как, ты думал, мы к нему доберёмся? Вскоре к нам прибудет одна из частей города, и мы окажемся еще на шаг ближе к нашей общей цели.

Теперь мне стало ясно, но я всё еще не мог поверить, что я не в своем мире. Не в каждом сне такое увидишь.

Сложив руки на затылке, я обратился к Еве:

— Сколько нам ещё ждать этот летающий остров?

— Приблизительно пару часов.

— И как мы узнаем, сколько времени прошло?

— У тебя ведь вроде бы часы на руке. Я права?

— Да, но они уже давно не работают, — посмотрев на часы, сказал я. Однако что это? Стрелки часов снова задвигались, но шли они уже в другую сторону. — А нет, Ева, они работают. Только немного сломаны. Стрелки идут влево почему-то.

— Разве должно быть иначе? Из-за воздействия магии Владыки время в нашем измерении навсегда изменилось.

После этих слов я понял, что Скайлен будет преподносить мне все новые и новые загадки.

Разум, затуманенный от видов нового мира, постепенно открывал для себя нечто новое. И когда я перестану удивляться всему неземному безумию? Наверное, никогда.

Каждый остров этого города двигался в своем направлении, от одной части к другой. В некоторых местах виднелись люди, ждущие их, словно своего автобуса.

Мне очень хотелось рассмотреть это место получше. Издали оно казалось волшебным.

— Ева, ты ведь бывала в Скайлене раньше?

— Да, еще в детстве. Но сейчас здесь всё изменилось. Нет больше того света и той доброты. Всего лишь изящная маска города.

— Всё это после той самой войны, о которой ты мне рассказывала?

— Ага, именно так. После того как предатель захватил трон и изменил всё, он изменил и жителей. Создал собственную расу. А наш народ стал изгоем, — на лице девушки явно отражались недовольство и нежелание говорить на данную тему.

Я решил как-то уйти от разговора и спросил у Евы про ее возраст, но, как выяснилось, и в этом мире спрашивать девушку о возрасте было так же неуместно, как и в нашем. Я выслушал много обидных слов, оказался таким плохим и невоспитанным… Но всё это я воспринял с улыбкой: мне всё-таки удалось отвлечь Еву от темы о Скайлене и войне.

Из разговора я узнал, что вернуться домой через Обитель Судеб я не смогу. Путь туда лежит только через этот Скайлен. Еще Ева рассказала о времени в этом и в других мирах. Говорят, здесь могут пройти десятилетия, а в моем мире — один миг, и наоборот. Невозможно предугадать порывы временного пространства. Не зря стрелки часов идут задом наперед.

Тем временем летающий город постепенно приближался к нам. Каждая его часть была жилой, то есть на каждом острове находились какие-то здания и люди, но из-за расстояния их всё еще было плохо видно.

— Лео, существа из Скайлена еще не догадываются о нашем появлении здесь, так как свидетелей больше не существует. Нам нужно быть предельно осторожными, а с моими глазами и твоим человеческим запахом это вряд ли получится. Однако наше счастье, что в Скайлене еще остались те, кто не находится под влиянием темного света, сумевшие сохранить себе жизнь в этом месте. Надеюсь, они и нам смогут помочь. Но, скорее всего, их осталось немного. Знаю лишь одного — своего дядюшку, который живет где-то в Верхнем Мире. Не помню точно, где именно, но помню, что у него была своя таверна. Когда я была маленькой, мне очень нравилось помогать ему с делами. А еще я припоминаю название этой таверны: «Часть твоей мечты», на него мы и будем ориентироваться, мой друг.

Мы долго слонялись у края земли. Это ожидание не получалось скрасить даже мимолётными разговорами.

— Надо хоть немного скрыть наши запахи. Лео, возьми в руки землю и спрячь под одежду. Это перебьет вонь человека. Мы не должны привлекать внимание. Я сделаю то же самое, только ещё вернусь в пещеру и возьму приборы, через которые они нас видели, чтобы прикрыть свои глаза.

Я нагнулся и начал рыть руками землю, осматриваясь вокруг. Сбоку от меня росло несколько кустов непривычной формы. Они были похожи на пирамиды и имели приторно сладкий запах. Еще я увидел два дерева высотой в двухэтажный дом: рыхлые, ободранные, уродливые, однако на гнилых веточках торчали плоды светло-синего цвета. Засыпав доверху карманы землей, я решил подойти поближе к необычным деревьям. От них исходил странный запах. Не могу его ни с чем сравнить, но мне он был очень противен. Вокруг синих плодов кружилась маленькая пыльца, такого же цвета. Это было волшебно: на таком мертвом растении висят прекрасные плоды. Мне тут же захотелось сорвать такой магический фрукт. Но только моя рука потянулась за ним, как вдруг Ева мечом срубила рыхлую ветку, к которой я собирался притронуться. Дерево мгновенно задрожало в буквальном смысле этого слова, а пыльца на плодах испарилась.

— Ты зачем сюда полез? Я, кажется, просила тебя набить карманы землей, а не искать смерть у ядовитой Мангунии Владыки, — фыркнула воительница и отбросила ветку ногой.

— Мангунии? Но они же прекрасны, — произнес я и, словно зачарованный, вновь потянулся рукой к этим синим плодам.

— Мангунии — одно из немногочисленных и растений в Скайлене. Все деревья, трава и кусты в Верхнем мире ядовиты. Если не знаешь, для чего они и как с ними обращаться, тогда лучше их не трогай! Уяснил?

— Понял я, понял, — ответил я и немного отдалился от дерева. — А чем же оно так опасно?

— Мангунии, то есть синие плоды, очищают твой организм. Для этого достаточно простоять около дерева всего минуту. Поэтому существа в Скайлене никогда не болеют. Нет ни лихорадки, ни простуды, ничего! Но если ты вдруг дотронешься до плодов мангунии, моментально очистишься целиком, то есть дерево высосет твою душу.

— Потрясающе!.. То есть, спасибо, что спасла мне жизнь! А то меня так манила эта волшебная пыльца…

— Главное — не суй нос, куда не следует, и делай все то, что говорю я. Быть может, тогда ты останешься жив. А вот те кустарники, — ухмыляясь, сказала девушка и указала рукой на травяные пирамиды. — Они называются Ортены и тоже ядовиты.

— Хорошо, я понял. Спасибо тебе еще раз, — ответил я и взглянул на мрачное дерево, после чего по моему телу пробежала дрожь. Я ведь мог умереть в ту же секунду…

Мы вернулись к краю обрыва. Ева принесла своеобразные очки черного цвета с круглыми толстыми линзами в пять сантиметров диаметром. Две большие черные линзы держались на широкой резинке, размеры которой немногим превышали сами приборы.

Наконец-то прибыла долгожданная часть города, которая оказалась больше, чем я думал. Издалека всё выглядело иначе. Я представить себе не мог, что этот летающий островок будет настолько огромным. Но, как и следовало ожидать, он вовсе не был похож на мечту: да, он красив, однако улицы его пестрят плакатами, призывающими к патриотизму и унижающими приверженцев анархии и просто нездешних существ.

Ощутив новую землю под ногами, мы двинулись в переулок между жилыми домами, пытаясь укрыться от посторонних глаз. И на этот раз нам повезло: никто из проходящих мимо не обратил внимания на то, как мы вбежали в новый мир.

— Нам нужно найти моего дядюшку, Лео. Но ведь это — то же самое, что искать иголку в стоге сена. Скайлен очень большой, и найти в нем нужное место без карты или информации практически невозможно, — сказала Ева, наблюдая за другими жителями из-за стены дома.

Они мне показались на первый взгляд обычными дружелюбными людьми без каких-либо дефектов. У них не было этих выпуклостей на лбу, не было этих ужасных красных точек на скулах. Но я же не мог тогда догадываться, насколько непредсказуем этот мир!

— Ты, как всегда, права. Прячась здесь, мы ничего не добьемся. Но что же нам делать с запахом? Он ведь никуда не исчезнет.

Мы ещё некоторое время постояли в тени переулка, размышляя над данной задачей. Монотонный гул толпы доносился до моих ушей из-за стены. После всего пережитого мне очень хотелось выбежать к людям и словно ворваться в обычную жизнь. Вернуть всё на круги своя. Ева ходила взад-вперед, терзая себя сомнениями. Но даже волнение на лице не убивало ее красоту.

Чистый воздух пропитывал мои легкие после сырости в пещере. Я, в отличие от моей спутницы, чувствовал легкую эйфорию и спокойствие. Я не мог думать о дальнейшем пути, а просто наслаждался моментом и прекрасной мимикой Евы. Но мое причудливое безразличие к происходящему развеял скрип открывающегося окна в верхней части дома. Кстати, хочу заметить, что все окна здесь имели форму овала. Подняв голову, я увидел руки женщины, в которых она держала кошку, собираясь выбросить ее на улицу. Хотя я не сразу понял, что это кошка, если бы не привычное мяуканье животного. Маленький зверь имел множество тоненьких хвостов и мордой напоминал лису. Окно находилось на втором этаже.

Не может быть… Женщина… Неужели удача наконец-то повернулась к нам лицом?! Это же Варвара из той самой проклятой Обители Судеб! Да, точно она.

Не теряя ни секунды, я махнул ей рукой и позвал по имени, немного шипя при этом, чтобы заглушить звук и не выдать нас прохожим за стеной. Может, мы нашли наше спасение?

— Ты что делаешь, болван? — схватила меня Ева и прижала холодными руками к стене. — Ты что творишь? Тебе жить надоело, глупый мальчишка?!

Ее сильные руки душили меня, поэтому я не мог произнести ни слова, а только хрипел с выпученными глазами.

— Лео? Это ты? Не может быть! — донесся голос из окна. — Ты не должен быть здесь. Не могу поверить, что ты всё ещё жив.

Девушка немного ослабила свою железную хватку, так как не чувствовала опасности со стороны Скайлеанки.

— Ты ее знаешь?

— Да, мы с ней вместе были в Обители, — немного откашлявшись, сказал я.

Моя спутница сразу опустила руки, и мы с нею вместе взглянули вверх, на окно, откуда на нас со страхом смотрела Варвара.

— А кто это с тобой, мой юный друг? И что за запахи парят вокруг вас? Не могу разобрать.

— Это Ева, она помогла мне.

Как хорошо, что земля в наших карманах ещё немного скрывает запахи!

— Я не верю своим глазам. Как тебе это удалось? Впрочем, не важно, если узнают, что я с тобой разговаривала, — меня убьют.

— Мне нужна твоя помощь Варвара!

— Нет, нет! Даже не говори ничего. Извини, но у меня теперь и так из-за тебя будут проблемы, — испуганная женщина немного отошла от окна и начала задергивать штору.

— Подожди, пожалуйста! Я не прошу какой-то огромной помощи! Мне не нужно твое соучастие. Я не буду подвергать твою семью опасности. Нам нужно кое-что узнать, не более. Пожалуйста!

— Дорогая, с кем ты там разговариваешь? — раздался голос мужчины, подходящего к окну. — Ты?.. Как? Что ты здесь делаешь?

— Я тоже рад видеть Вас, Уолкер. Я понимаю вашу ситуацию, и не буду тянуть кота за хвост. Просто скажите, как нам добраться до таверны «Часть твоей мечты»?

Уолкер пожевал нижнюю губу, с сомнением глядя на меня. Казалось, он решал, помочь мне или умыть руки и не связываться. В конце концов он сжалился надо мной и произнес:

— Постой, я точно слышал это название. Мы сможем тебе помочь, если это можно так назвать, — прогнусавил мужчина.

Уолкер сообщил мне о месте под названием Центральный Скрит. По его рассказу я понял, что «Скритами» они называют все части летающего города. Мы, например, сейчас на Переднем Скрите. За ним следует Скрит Два, а затем — нужный нам остров. Когда окажемся там, мы должны как можно незаметнее миновать рынок, а затем найти указатель «Райские места» и идти туда. Это микрорайон с различными отелями, барами, борделями и кафе. Там мы и сможем найти таверну дядюшки моей спутницы.

Мы с Евой поблагодарили мужчину и отправились в путь, когда вдруг услышали голос Варвары, которая скинула из окна два плаща и сказала, чтобы мы были как можно осторожнее. Этот наряд на время скроет наши подозрительные запахи и внешний вид.

Надев черные плащи, мы вышли из тени и зашагали по живой улице, где было много Скайлеанцев. Но нам приходилось по-прежнему быть настороже.

Солнце заливало дома изумительно ярким светом. Я испытывал прилив энергии и был исполнен надежд. Существа в Скайлене вели себя, словно родственники. По пути я заметил, что они обращаются друг к другу с теплом и уважением. Словно народ с одним сердцем.

— Я не пойму… И чего плохого в этих Скайлеанцах, Ева? Они выглядят точь-в-точь как люди. Даже скажу больше. Они едины по сравнению с нами. И они полностью отличаются от тех глупых, с язвами на щеках, которые были в пещере.

— Ты ошибаешься, Лео. Эти существа вовсе не похожи на людей. А те, что нам встречались ранее, — это низшие из Скайлеанцев. Они либо слуги, либо патрульные.

— Ничего не понимаю. С виду всё с ними нормально.

— Ты задаешь слишком много вопросов, — оборвала наш разговор девушка, и я продолжил и дальше рассматривать окружающие нас здания.

Это был город не двадцать первого века, а скорее из века ранее. Здесь не было огромных небоскребов, других «продвинутых» зданий и машин. Зато было множество скульптур, картин, памятников небывалых размеров и афиш, благодаря которым Скайлен выглядел неповторимо. Всё это походило на американские большие города начала двадцатого века. Каждый уголок был необычен по-своему. Красивые ухоженные аллеи, нет мусора, грязи, идеальная чистота… Дома вокруг нас словно не старели. Прочные стены привлекали внимание своей новизной, хотя этим строениям были уже годы и годы. На некоторых зданиях росли огромные извилистые, как змеи, ветки, однако деревьев поблизости не было видно. Деревянные отростки словно вросли в дома и плелись вдоль крыш. Еще на растениях были большие почки — размером с человека. Бутоны имели оранжевую окраску и находились в постоянном движении, словно они дышали. Из своего обыденного мира я попал в сказочный. Даже обитатели этого места были одеты в наряды, напоминающие времена известных на Земле братьев Люмьер.

Отвлеченный разглядыванием толпы, я случайно наткнулся взглядом на одну из огромных статуй. Эта больших размеров скульптура представляла собой изображение женщины с распростертыми руками. Словно она свободна. Почему-то её образ показался мне очень интересным. Хотелось узнать о ней хоть что-то. Неспроста же ей воздвигли этот памятник. Около привлёкшей моё внимание статуи ходила девочка в розовом платьице и словно что-то искала на полу. Я попросил Еву пойти за мной в надежде что-то выведать у ребенка.

— Что-то потеряла? — спросил я у девочки. Ева в это время с опаской оглядывалась по сторонам.

— Сережку. Не могу найти сережку, — ответила девочка и продолжила свои поиски.

— Так вот же она, — я поднял с земли украшение жёлтого цвета.

— Ой, и вправду она. Спасибо! — лицо ребенка при этих словах было серьезным. Она протянула руку вперед и забрала сережку.

— Девочка, а что это за памятник? — я указал рукой на статую. — В честь кого он построен?

Ева встала рядом со мной.

— В честь кого? Не понимаю вас… Подождите, а вы кто? — странная девочка принялась суетиться, озираться по сторонам и говорить всё громче, чтобы привлечь внимание. Темная пелена начала застилать ей глаза.

— Лео, уходим, — потянула меня за руку Ева. А я немного растеряно продолжал смотреть на огромную статую и девочку с чернеющими глазами, которая снова выбросила сережку и начала её искать.

Погода была довольно теплой, а облака все еще отсутствовали. Наверное, они, как и прежде, находились под нами и, можно сказать, держали Скайлен на себе. Огромные Скриты продолжали перемещаться. Их движущий механизм работал настолько осторожно и плавно, что, шагая по земле, не испытываешь толчков или ощущения полёта, и, если не смотреть по сторонам, то движения островов невозможно почувствовать.

Мы с Евой продолжили свой путь, вернувшись снова на главную улицу, которая была шире, чем остальные. В ту же сторону, что и мы, направлялись и другие. Почти никто не шел назад. Судя по всему, местные жители куда-то торопились. А еще здесь совсем не было транспорта. Я постоянно оглядывался по сторонам, но ни машин, ни мотоциклов или даже велосипедов нигде не обнаружил.

Я вслушивался в разговоры идущих рядом похожих на людей существ. Все до единого пребывали в отличном расположении духа. Но единственное, что я слышал почти из каждых уст, так это слово «праздник».

— Ева, ты понимаешь, что здесь происходит?

— Понятия не имею. Но, судя по всему, у них какое-то праздничное событие.

— Да, я тоже об этом думал. Ой, а что это впереди? — прищурив глаза и немного привстав на цыпочки, поинтересовался я у своей спутницы.

— Я давно заметила. Там какое-то столпотворение. Не к добру это всё.

— Так вот куда они все идут!

— Лео, а не там ли место, куда прибывает Скрит? Я не вижу за толпой продолжения улицы.

— Скорее всего, это так. Нужно поторопиться. Учитывая плотность толпы, мы рискуем остаться здесь, — уточнил я.

— Согласна, поспешим. Неизвестно, на какое время эти острова останавливаются для перехода.

Я и Ева — быстрыми шагами направились вперед. Наши тёмные плащи поднимались при движении. С улыбками и смехом ускорились и окружающие нас местные жители.

— Уго! Какой большой наплыв годинов в этом году!

— Да, сумасшедший дом. Все так хотят насладиться долгожданным праздником! Увидеть это собственными глазами.

— Ага, желающих просто куча. И попадём ли мы туда теперь? Ну, и народу! — обсуждали происходящее две стоящие поблизости женщины. У одной из них на плече сидел щенок. Да-да, именно щенок. Туловище, голова, хвост — все, как у обычной собаки, однако лапы животного больше походили на лапы обезьяны. Пока женщины разговаривали, эта неземная собака то чесала себе затылок, то хватала хозяйку за ухо.

А мы тем временем очутились среди множества Скайлеанцев, которые весело толпились и толкались около обрыва.

Я сложил руки на груди и обеспокоенно посмотрел на Еву.

— Как не вовремя мы пришли! — испуганно рявкнул я.

— Держись рядом, Лео. Скрит прибывает. Нужно будет пробиться сквозь этих жаждущих праздника существ.

Глава 10. БЕЛОСНЕЖНЫЕ АНГЕЛЫ

Огромная летающая часть города появлялась перед моими глазами. А со всех сторон то и дело доносились слова о каких-то годинах и долгожданном празднике души. Что всё это значило? Я мог только теряться в догадках. Громкий смех и радостные крики оглушали нас.

Началось движение. Вместо бездны впереди нарисовались дорога и всё те же дома с огромными статуями, которые словно упирались головой в небо. Мы предчувствовали беду и ожидали давку, но ошиблись. Каждый из здешних жителей бешено хотел попасть на данный Скрит, но Скайлеанцы любезно пропускали друг друга вперед. Благодаря этому нам с легкостью удалось перейти на другую сторону. Лишь только мы успели ступить на новую землю, остров позади нас начал отдаляться. Тогда я открыл для себя, что в неподвижном состоянии Скриты находятся около трех минут. Оставшиеся на другой летающей части махали вслед рукой и всё равно радовались, пусть и не перешли дальше, а толпа, в которой мы находились, продолжила свое движение.

Этот Скрит немного отличался от предыдущего. Улицы были украшены разноцветным серпантином. По всей округе раздавался звон какой-то музыки. Еще здесь был удивительный асфальт цвета моро — цвета бычьей крови, который заставил меня остановиться и уставиться на него.

— Лео, хватит стоять на месте. Маскировка наших запахов вскоре развеется, нужно торопиться.

— Э-эй… Успеем мы! Ты только посмотри, какой здесь асфальт!

— Асфальт как асфальт. Нам нужно идти, человек.

— Говорю же, успеем. Разве тебе не интересно, куда все идут? Что за годины такие? И кто знает, вдруг там будет и Эд. Ведь они со всех летающих островов туда направляются.

— Нет, это может быть опасно! — заявила Ева, схватила меня за руку и мои пальцы с обкусанными ногтями сплелись с ее бледными пальцами.

— Извини, — уставившись на дорогу, продолжил я. — Но там может находиться мой друг. Я не упущу ни одну из возможностей найти его или что-нибудь о нем узнать. Пусть там и опасно, но я должен. Тем более, это праздник, и все жители настроены только мирно. Нам нечего бояться. А еще у меня есть ты. Именно тебе доверили меня сопровождать. И с твоими боевыми навыками я чувствую себя в безопасности.

— Как скажешь, — Ева отпустила мою руку. В ее голосе звучало недовольство.

— Тогда вперед, сама же говорила, что нужно спешить.

Я улыбнулся, затем повернулся и побежал за остальными, а плащ играл на ветру за моей спиной.

— Ну, куда? Подожди, балбес! — Ева тоже с криком помчалась за мной.

Оригинальная, торжественная музыка звучала всё громче и громче. Из-за здешней атмосферы меня не покидало ощущение, что мы находимся то ли в прошлом, то ли в будущем. Я посмотрел на часы. Стрелка была направлена на девятку. Механизм по-прежнему продолжал работать задом наперед. Я окончательно запутался в этих часах. За такой промежуток времени в моем мире вечер давно должен был наступить. Здесь же на улице все еще был день, хотя солнце уже постепенно пыталось скрыться за горизонт.

— Куда это мы пришли, Лео?

— Не знаю, но давай подойдем поближе, — я почесал затылок и вновь замер, рассматривая Еву.

— Хорошо, пойдем, но будь осторожен! Не отходи от меня ни на шаг.

Впереди нас толпились около трех сотен Скайлеанцев, которые окружали большую каменную сцену с необычными выпуклыми узорами на ней. Рисунки напоминали каких-то созданий, однако ни на известных мне зверей, ни на людей они похожи не были. По сцене ходил мужчина с пышными кучерявыми красным волосами и накладным красным носом, как у клоуна. Одет он был в черный смокинг, цвет которого порой каким-то непонятным образом превращался в насыщенно зеленый, а потом обратно. Еще этот «клоун» держал в руках ярко-желтый микрофон. Кроме него, на сцене находилось десять других обитателей этого мира, которых с ног до головы заковали в цепи. На них была белая, как снег, одежда.

— Что там творится? Давай-ка подберёмся ближе, — крепко схватив девушку за плащ, я потащил ее за собой.

— Вы слышите этот мерзкий запах? — выпалил в микрофон клоунообразный тип.

— Да-а-а! — закричала толпа, а я в тот момент еще никак не мог понять, почему скованные Скайлеанцы на сцене вызывают у всех такой восторг.

— Всё Лео, достаточно! Мы и так слишком близко подошли к сцене, — возразила Ева.

— Хорошо. Давай теперь посмотрим что к чему.

Мы стояли в метрах двадцати от места, где разворачивались главные события.

— Трепещите! Этот день настал — день нашей мести!

— Ура-а-а! — вопила толпа.

— Только десятеро из вас всех смогут постичь эту долгожданную месть, — ведущий засмеялся. — Вы чуете? Чувствуете этот запах человечины?

Ева тут же взялась за рукоять своего меча. «Клоун» продолжил свою речь:

— Этим прикованным людям нет места в нашем мире. В них нет света Трактуса — в них нет веры. Они должны умереть! Не так ли, годины?

— Да-а-а-а! — с диким визгом заорали все.

— Что же здесь творится? — тихо прошептала Ева и отпустила рукоять.

А в моей голове разбушевался ураган. Я увидел людей, таких же, как и я. И они были в плену этих так понравившихся мне дружелюбных Скайлеанцев. Почему?

— Ну, что ж, думаю, пора начинать! Вынесите пушки!

Я без единого слова просто наблюдал за происходящим на сцене. Теперь туда вышли еще двое в таких же нарядах и с такими же накладными носами, но без красных париков (получше разглядев оратора, я понял, что это были не волосы). В руках вышедшие держали маленькие пушки.

— Да свершится правосудие!

После слов ведущего странные помощники выстрелили в небо маленькими белыми шарами, которые начали падать на Скайлеанцев сверху, а те с сумасшедшими улыбками принялись ловить их.

«Клоун» вновь продолжил:

— И кто же сегодня войдет в число этих десяти счастливчиков?

Мы с Евой неподвижно стояли почти у самой сцены и наблюдали.

— Я думаю, уже все поймали свои шарики с шансом? Теперь открывайте их! Кому же попадутся долгожданные номера? Ждем этих везунчиков на нашей сцене, — уже немного раздражающим голосом объявил ведущий.

Вокруг повисла тишина. Было слышно только шуршание пластмассовых шариков.

— Есть, у меня номер пять! — откуда-то сзади крикнула девушка.

— А у меня двойка!

И так по всей толпе раздавались радостные голоса Скайлеанцев. Постепенно все, кому достались шарики с номерами, выстраивались на сцене в очередь по порядку найденных «счастливых чисел». Ведущий продолжал смеяться и заводить толпу.

— Ха-ха! Вот уже почти все и собрались. Остался лишь один. И это — номер шесть! Ну, где же ты? Давай, поднимайся к нам.

Все в толпе начали осматривать друг друга, а затем перевели взгляды в поисках недостающего шарика вниз, под ноги: не пропустили ли они свой шанс? Я тоже посмотрел на бордовую землю и увидел, что возле ноги стоящего рядом со мной парня лежит не открытый шарик.

— Эй, смотри, что у тебя около ноги, — не зная еще, какую ошибку совершаю, сказал я и немножко подтолкнул парня плечом. Он поднял шарик с земли, затем с огромной радостью вложил мне его в руку и поднял ее вверх, воскликнув:

— Вот он! Вот он — счастливый шестой номер!

— Что? — в недоумении пробормотал я.

Толпа снова начала ликовать. Когда Скайлеанцы вытолкали меня на сцену, Ева, глядя на меня сквозь свои черные очки, за которыми не было видно ее неземных бледно-серых глаз, попыталась последовать за мной, но ее от меня оттеснили.

— А вот и он! Займи свое место, и мы начнем! — провозгласил ведущий.

Я встал между пятым и седьмым номерами и сразу же начал искать взглядом Еву, которую потерял из виду, поднимаясь вверх по ступенькам.

Передо мной стоял на коленях белый, как ангел, человек. Такой же, как и я. С моего же мира. Который стал пленником этого места. А я просто смотрел на него и ничего не мог поделать. И мне уже не было страшно, что меня могут раскрыть, так как человеческий запах исходил еще от десятерых стоящих на сцене.

— Ну, что? Не знаю, как вы, а я уже застыл в ожидании. Вынесите скорее счастливчикам оружие, а то запах людишек настолько противен, что аж блевать хочется!

Пара полуоголенных девиц в золотистом, сверкающем в лучах уходящего солнца нижнем белье зашла на сцену с подносами, на которых лежали разные виды оружия. Кому-то достался меч. Кому-то — острая нить для удушения. А мне дали в руки пистолет, немного зауженный в конце ствола и с кругообразным прицелом. Само орудие убийства было синеватого цвета. Но зачем они мне его дали? Неужели…

— Оружие роздано! Номер один, подойди к своему человеку, — обратился диктор к первому счастливчику.

Под аплодисменты тот сделал пару шагов вперед. Это был юный мальчик лет четырнадцати. У него в руках было что-то наподобие косы, только в уменьшенном варианте и с очень острым лезвием, которое испускало блики.

— Посмотри, мальчик, — продолжил ведущий дьявол. — На тебя сейчас наведены сотни глаз годинов.

— Да, я вижу, — первый выигравший посмотрел на оружие бешеным взглядом.

— Так покажи, чего достоин каждый человек, который оказался в Скайлене и не познал его свет. Покажи им истинных Богов этих миров!

И маленький парнишка, не колеблясь, снес голову с плеч закованного в цепи «белоснежного ангела».

Глава 11. БЕЗВЫХОДНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ

Кровь. Тёмно-алая кровь скользила по лезвию, жадно стекая в ладони мальчика. Невозможные и назойливые крики годинов превратились в такой гул, будто дикие волки завыли на луну. Обезглавленное тело в ту же секунду упало на пол, а голова покатилась по сцене.

Внутри меня еще никогда так всё не сжималось. Тело дрожало от ярости, когда я глядел на оружие и убийцу. Самые страшные мысли тут же наполнили мой разум. А вдруг Эд уже мертв? Вдруг его так же безжалостно убили? Или пытали… Сейчас я мог только пожирать себя изнутри этими мыслями.

Скованные цепями продолжали безжизненно стоять на коленях, глядя в пол и терпеливо ожидая своей очереди. Никто из них даже не моргнул при убийстве. Казалось, что в них больше нет тепла и света, словно они каждый день видели подобное и привыкли. Нет никакой надежды внутри.

Мне с трудом удалось отвести взгляд от окровавленного орудия убийства и обезглавленного. Всё во мне по-прежнему кипело. Но, осмотревшись, я заметил, что уже лишили жизни и второго ангела. Белая одежда была запачкана красной краской жизни. Лежащий еще продолжал дышать. Девушка, которая убила «ангела», подняв руки в знак победы, продолжала ликовать, как и все вокруг… Я больше не слышал их криков. Не искал глазами Еву. Остался только звон в ушах от испытанного шока.

Количество жертв, между тем, продолжало увеличиваться. У жителей Скайлена не было ни сожаления, ни жалости к людям. Одно презрение.

— Эй, парень! Какая интересная у тебя одежда… Такой видный плащ! Ты — будто смерть, прилетевшая к нам, — обратился ко мне годин в красном парике. — Убивай! Убей ее. Вышиби ей мозги. Сделай так, чтобы они украсили эту сцену!

Сквозь звон в ушах я расслышал эту кровожадную речь. Передо мной на коленях стояла до боли милая девушка с длинными рыжими волосами и множеством веснушек на лице. У нее были голубые, как небо, глаза и небольшая изящная ямочка на подбородке.

— Не убивайте ее! Убейте меня первым! — крикнул сидевший рядом юноша и попытался вырваться из цепей. У него под глазами были огромные мешки. Лицо — худое и всё в ссадинах, волосы длинные, каштанового цвета, собранные сзади в хвост.

— Ха-ха! Угомоните седьмого! Не беспокойся, парень, ты следующий, — насмешливо сказал «клоун».

Один из помощников ведущего ударил парня в живот, после чего тот согнулся, но всё равно сквозь кашель продолжал что-то бормотать.

Я по-прежнему смотрел на пистолет в своих руках. Мне нужно было убить находящуюся передо мной жертву. Иначе нас раскроют. Другого выхода у меня не было.

— Пожалуйста, убейте меня первым. Я не прощу себе, если увижу, как на моих глазах убивают любимого человека. Я прошу вас… — повторял парень, умоляя меня о помощи. В его речи ясно прослушивалась шепелявость.

— Давай, шестой номер. Стреляй! Хватит ждать! Умереть не страшно — страшно жить. Стань повелителем его судьбы!

Я навел прицел. Мои руки предательски задрожали. Лицо девушки так и осталось каменным, но по щекам ручьем текли слёзы.

— Я люблю тебя, Алекс… — на миг повернувшись к своему возлюбленному, прошептала она.

— Убейте меня! Прошу!

Звук выстрела заставил дикий шум превратиться в абсолютную тишину.

Огонь. Дикий огонь пронесся по моим венам. Он сжигал всё дотла. Пожар в моей руке запылал вновь. Я чувствовал, как сгорает кожа. Магия вновь правила моей рукой. Демоны печати, нарисованной на ней, ожили и закружили вокруг конечности. Они, как черный пар, танцевали извилистыми движениями. И — боль. Неописуемая боль внутри.

Я посмотрел вперед. Как и требовал этот годин, мозги украшали сцену. А сам он стоял с дыркой в голове. Печать всё изменила. Моя ненависть убила эту тварь, и его тело рухнуло на землю рядом с его же мозгами. Я обратил внимание на девушку, которая ранее находилась под прицелом. Она все так же стояла на коленях, но уже изменившись в лице, с широко распахнутыми глазами. Рука с печатью немного перекрывала мне обзор.

Тишина повисла над сценой. Все вокруг продолжали наблюдать за происходящим с открытыми ртами. Они были настолько ошарашены, что не могли и пальцем пошевелить. Еще череда выстрелов — и помощники ведущего вместе с годинами, которые поднялись совершать убийства, с мертвым стуком попадали со сцены. И тогда я ощутил в своей руке облегчение. Хватка печати моментально ослабла, а черные демоны вновь скрылись в рисунке на коже.

— Убить его! Убить их всех! — прорвался голос у одного из годинов, стоявших в «массовке». В тот же миг в них что-то изменилось. Их глаза налились черным цветом — я совершенно не видел зрачков и белка, а движения стали жесткими и целенаправленными. Направленными на убийство. Убийство меня.

Холодный клинок Евы начал рассекать толпу врагов. Годины падали один за другим, а кровь цвета тёмно-алой розы мгновенно покрыла её руки. Девушка пыталась пробиться поближе к сцене, ко мне, но натиск годинов заставлял воительницу защищаться, в то время как вся эта толпа лезла на сцену.

— Скорей, освободи меня! Стреляй мне в цепи! — прокричал юноша под номером семь.

— Что? Что это? — сделав пару шагов назад, выдавил я, не узнавая собственный голос.

— Освободи меня, и я помогу тебе!

— Что мне делать?

— Целься в замок на руках, а дальше я всё сделаю сам.

Кое-как прицелившись, я стрельнул точно в замок. Цепь распалась на две части, а пистолет от сильной отдачи вылетел из моих рук. Парень сразу же подхватил похожее на меч оружие, оброненное кем-то из несостоявшихся убийц, и разрубил себе цепи на ногах.

— Не стой столбом! Поднимай пистолет и помоги остальным! — он махнул рукой в направлении закованных людей и принялся рубить цепи выживших.

Годины заползали на сцену, Ева больше не могла их сдерживать и сама попала в трудное положение.

— Быстрее, помогите ей. Она мой друг! — я показал пальцем на Еву, и два человека, ни секунды не сомневаясь, сразу спрыгнули к ней. Со мной наверху остались Алекс со своей девушкой и еще один темнокожий парень под номером десять. С оружием в руках мы защищали выгодную позицию на сцене и свои жизни.

Вот я нажимаю на курок вновь подобранного пистолета — сперва нерешительно, затем тверже, и весь съеживаюсь. Грохот выстрела бьет по ушам, отдача отбрасывает руки к носу. Я спотыкаюсь и падаю на колено. Не знаю, куда ушла пуля, но точно не в сторону ближайшего озверевшего година, в которого я целился. Я стреляю снова, и снова, и снова, но все пули летят мимо. Я скриплю зубами и поворачиваюсь к очередному ползущему на сцену врагу, решив, по крайней мере, стоять неподвижно. Если я не смогу справиться с первыми же вставшими перед нами трудностями, то как мне удастся спасти Эда? Как смогу преодолеть первую ступень?

Я с силой нажимаю на спусковой крючок, и на этот раз я готов к отдаче. Руки летят назад, но ноги словно врастают в землю. Пуля задевает цель, попав годину в руку. Наконец-то!

Мне понадобилось около пяти патронов, чтобы попасть в голову годину, и когда это, наконец, удалось, меня переполнила энергия. Я проснулся: мои глаза широко распахнуты, руки горят… Я опустил пистолет. Какое могущество — контролировать нечто, способное нанести столько вреда… да и вообще контролировать нечто! Возможно, ещё есть надежда.

— Ты почему остановился? Смерти ищешь? Скорей стреляй! — голос парня под номером шесть вернул меня в реальность.

— Что они такое? — я выстрелил в одного из тех, кто карабкался к нам.

— А ты разве не знал? — ответил Алекс, отрубив руку одному из врагов. — Это проявление их сущности. Эти существа только с виду такие дружелюбные, но от гнева их глаза меняют цвет, и годины, не чувствуя страха, идут на всё, чтобы уничтожить раздражитель. Еще это явление называют Светом Трактуса. А что это было с твоей рукой? Почему ты не убил нас?

— Это печать, данная мне в Обители Судеб одним из отшельников. Я человек, как и вы все. Мне кое-что нужно от вас!

— Не сейчас! Давай выберемся отсюда и всё обсудим, — крикнул Алекс, продолжая убивать наступающих на нас тварей.

Тем временем Ева уже уперлась спиной в сцену, продолжая мастерски орудовать мечом. Тех парней, которые были ранее освобождены, возле нее я не увидел. Наверное, они уже встретили свою смерть. Теперь настало моё время, моя очередь спасать Еву. Оттолкнув ногой одного из желающих залезть на сцену, я схватил девушку за руку и мигом втащил ее наверх.

— Их слишком много, Лео! Мы не справимся, — крикнула Ева.

— Ева, теперь ты не одна. Я думаю, впятером мы сможем продержаться. Они ведь все безоружны.

— Нет, мой спаситель, она права. У нас нет шансов, тем более, что о случившемся узнали силы свыше, и они уже в пути. А до их умения убивать нам далеко, — выкрикнул Алекс, проткнул очередного година и столкнул его вниз. — Все они мастерски обучены битве.

— Патрульные, что ли? Они глупы, а мы благодаря уровню подготовки Евы продержимся, — ответил я.

— Нет. Если бы это были патрульные, все было бы по-другому. С момента создания Скайлена сюда набирали особенных людей, которые ещё между мирами теряли свою человеческую сущность и становилось годинами, а самые особенные — стражами этого места, — рассказал Алекс.

— В таком случае нужно уносить отсюда ноги и побыстрее!

— Но как, Лео? Они повсюду! — отчаянно прокричала Ева.

На протяжение этого диалога никто из нас не переставал истреблять атакующих нас существ, переполненных жаждой убийства.

— Даже если мы попробуем убежать за сцену, шансов не будет. Ведь в порыве ярости годин становится в два раза сильнее и быстрее. Их силы превышают человеческие. Это большое счастье, что мы ещё живы, и они сражаются голыми руками, — разъяснил безвыходность нашего положения номер шесть.

— И что теперь? Смерть? — спросил я, но на этот раз ответа не получил.

Больше никому не хотелось что-либо обсуждать. Все мы из последних сил продолжали бороться за своё существование.

Затем нас вдруг оглушил сильный свист, а сразу после этого ослепил яркий свет. Ничего не было видно — абсолютно. Только белая пелена. И — утихающий шум. Я захотел было нащупать одного из товарищей, но не решился сдвинуться с места. Мне очень не хотелось оступиться и упасть со сцены на растерзание годинов. Затем сквозь свист прорезался рев машины, и он с каждой секундой приближался к нам. Неужели подмога годинам пришла раньше? Неужели это конец? «Ева! Ты где, Ева?»

Машина остановилась. Свист в ушах почти утих, а свет перестал быть таким ослепляющим. Кто-то схватил меня за руку. Дрожь пробежала по моему телу. Ослепленному и беспомощному, мне пришлось сдаться неизвестным. Но внезапно прорезавшийся голос притупил ощущение опасности — оказалось, это Ева тащила меня за собой.

— Теперь всё будет хорошо… Скорей за мной!

Яркий свет в моих глазах канул в небытие. Теперь я отчетливо видел Еву, ее роскошные черные волосы — они так прекрасны!

— Стой, а как же Алекс, его спутница и парень под десятым номером?! — обеспокоенно крикнул я.

— Их не было на сцене. Надеюсь, им удалось скрыться. Скорее, Лео, нет времени! Залезай внутрь!

Я запрыгнул в небольшой фургончик, где сразу же лег на пол и начал тереть глаза. Неужели я жив? Снова Ева спасла мою жизнь, я у нее в долгу. Она стала моим ангелом-хранителем наяву.

В фургоне было полно пыли и стоял стойкий запах пороха. Транспорт очень громко ревел. Я заметил, как Ева разговаривала с кем-то через окошко, ведущее в кабину водителя.

— Ой, Лео! Ну, что? Зрение к тебе вернулось? — спросила она и сняла свои черные очки: я вновь увидел ее необычные глаза.

— Что это было?

— Световая бомба. Крэйг спас нас! — она посмотрела в сторону водителя, немного покраснев.

— Так ты и есть тот самый из пророчества? Да уж, я думал, ты побольше будешь, — донесся насмешливый голос из кабины. — А за глаза не переживай, ещё пару минут, и чесаться перестанет.

— Ева, ты его знаешь?

— Я сначала сама ничего не поняла. Этот свист, а потом все схватились за глаза… Меня спас прибор для видения в темноте. Как же он мне надавил на глаза! Зато я сразу заметила парня, который махал рукой и звал к себе. Но стоило мне немного присмотреться, и я моментально узнала мальчишку, жившего по соседству с дядюшкой и постоянно задиравшего меня. Он спас нас. Спасибо тебе, Крэйг!

— Не стоит, Ева. В Скайлене все обо всём знают. Я, как только услышал, что охранники пещеры не вернулись, сразу почувствовал что-то неладное и отправился в путь. А по пути я вас и встретил, когда вы тут мочили годинов. Вот и пришёл на помощь. Не мог же я оставить в беде проказницу-соседку. Однако, Ева, твои глаза и уши… Ты мутировала. Мы все здесь знаем об отшельниках, но видеть их в живую уже давно никому не приходилось.

— Что же случилось с остальными людьми на сцене? — спросил я.

— После того как все вокруг ослепли, парень с девушкой сразу спрыгнули со сцены, а потом я потерял их из виду.

— Парень и девушка? Их ведь оставалось трое!

— Я видел только двоих, к сожалению.

— Они все живы. Я в это верю, — я крепко сжал кулаки, успокаивая себя.

— Мы все в это верим, Лео, — продолжила Ева, положив руку мне на плечо. — Ведь людей здесь осталось очень мало.

— Крэйг, получается, ты тоже человек?

— Видимо так, хоть я и вырос здесь; моя семья давно уже застряла в этом мире. Так получилось, что на нас не подействовал Свет Трактуса. Как и еще на многих. Но идти по стопам мятежников, которые только что умирали на сцене, никто не хочет. А насчет моего запаха — я родился здесь, поэтому годины его не ощущают. Мы — годины с душой человека.

— Понятно. А откуда у тебя этот транспорт? За всё время, проведенное в этом измерении, я впервые вижу машину.

— Ха-ха! Эта старушка часто меня выручала. Здесь земных машин осталось всего две, включая мою. Другого быстрого наземного транспорта у нас нет. Да и невыгоден он. Ведь по летающим островам куда проще передвигаться на летающих кораблях.

— Что? Летающих? — я продолжал перекрикивать грохот машины.

— Да, мой друг. Тебе ещё доведется увидеть это чудо — творения. Мой отец рассказывал, что в нашем родном мире тоже есть корабли, только они плавают. По бескрайним морям-океанам. Всё это — словно сказка, которую сильно мечтаешь увидеть. Ну, а нашими кораблями, к сожалению, владеют исключительно подчиненные Владыки Трактуса. То есть, вся служба охраны порядка в Скайлене. И теперь после того, что вы натворили, эти силы закона будут на каждом углу. За ваши души, наверное, уже объявлена немалая награда.

Крэйг заглушил машину.

— Почему мы остановились? — спросила Ева, вытирая пыль с окна фургона, чтобы хоть что-нибудь разглядеть.

— Я же говорил, что куда проще передвигаться на кораблях. А так приходиться ждать, пока прибудет Скрит.

Глава 12. ЧАСТЬ ТВОЕЙ МЕЧТЫ

Спокойные улицы и запах ночи. Но почему же на улице всё до сих пор в сумерках? Лёгкий ветер заставил скрипеть дверь, которая была немного приоткрыта, словно ждала нас. Будто бы чувствовала наш приезд. Под овальным окном виднелась та самая вывеска — «Часть твоей мечты». Белые большие буквы радовали глаз. Наконец-то мы прибыли на место назначения, и теперь всё будет намного проще! Само место представляло собой удивительный лабиринт сплетающихся улочек, переулков и тупиков. Двухэтажное строение таверны очень неплохо выглядело в сравнении с прочими соседними барами и кафе. Летняя веранда, окруженная небольшим деревянным заборчиком, прекрасно сочеталось с таверной, в которую наверняка были вложены хорошие деньги.

Здесь было на редкость уютно: чистые переулки — одинокие и пустые, асфальт привычного цвета. Оставались только длинные, толстые, извилистые ветки, которые окутывали верхушки нескольких домов на этой улице. На какое-то мгновение я забыл обо всех своих проблемах. Так хотелось этих спокойствия и защищенности!

Неловкий стук дверью слегка нарушил полет мыслей, круживших в моей и без того забитой голове. Крэйг с Евой вышли из фургона, стоявшего позади меня. За осмотром погружающихся в сумерки тихих улиц, я и не заметил, что они некоторое время оставались в старой машине.

Передо мной появился довольно высокий, крепкого телосложения парень лет двадцати пяти, который держал левую руку в кармане. На Крэйге были кожаная куртка черного цвета и синие джинсы. Раньше мне не удавалось увидеть его лицо из-за затемненного окошка между кабиной водителя и салоном фургона. Я всмотрелся в незнакомца и невольно залюбовался им — парень был по-настоящему красив. Белые, слегка волнистые волосы выгодно подчёркивали его глубокие выразительные глаза цвета молодой лесной травы. Они горели на прекрасном лице юноши, словно два бездонных зеленых колодца или два изумруда. Таких глаз, такого чистого зеленого оттенка и такой глубины я прежде не видел. Его лоб находился в постоянном напряжении и от этого покрывался длинными морщинами, словно Крэйг всегда думает о чём-то важном, тем самым еще больше украшая его. Но всё это было не так важно в сравнении с тем, что я через мгновение увидел позади них. Там находилась… Огромного размера планета. На миг показалось, что я могу дотянуться до неё рукой. Так вот откуда исходил этот неземной свет! Подобной красоты мне еще не приходилось видеть за всё время пребывания на Скайлене. Даже небо под ногами — это ничто! И тогда я вспомнил дом. Вспомнил родную планету под названием Земля. Мне срочно нужно возвращаться, это не мой мир — я чужой здесь.

— Вы тоже это видите? — спросил я, восхищаясь открывшимся мне видом.

— Что видим? — ответила вопросом на вопрос Ева.

— Это…

— И? Что не так? — сказал Крэйг.

— Планета! Она откуда взялась? Так вот почему не наступает ночь!

— Лео, здесь — и ночь? Это же Скайлен. Вечная ночь наступает лишь в Обители Судеб. Не знаю, как в твоем мире, а у нас есть только день и сутень.

— Сутень?

— В это время суток все отдыхают и готовятся к утру.

— Понятно. Ева… — я обратился к девушке. — А что это за огромные ветки, которые часто встречаются на высотках и крышах домов?

— Это растение Эирланг. Оно поддерживает чистоту воздуха в Скайлене. Его бутоны совершенно неопасны, а вот сами ветки ядовиты. Дотронешься до нее, считай, парализовало навсегда.

Очередные новшества этого мира заполонили мои мысли. Погруженный во всё новое, я с нетерпением ждал продолжения головокружительной истории. Моё соитие с измерением перешло в финальную фазу.

Внутри таверны задвигались тени. Затем прямо у входа стали слышны шаги. Сквозь тяжеленные веки я рассмотрел появившихся на пороге мужчину и молодую девушку. Судя по всему, это был дядюшка Евы. Могу сказать одно: он выглядел, как заурядный мужчина преклонного возраста — легкая седина на висках, четко обозначившиеся морщины, округлое лицо и солидным живот. Одет он был в длинный халат стальной расцветки. Ещё запомнился его добрый взгляд сквозь небольшие очки. Он рассматривал нас и улыбался.

— Эти до боли любимые глаза… Я их узнаю даже сквозь мутацию отшельника. Ева, не могу поверить! Это ты? Каким чудом или злой шуткой тебя сюда занесло? — сделав пару шагов, он сжал племянницу в крепких объятиях и, закрыв глаза, преклонил немного голову.

— Легче, дядя Смити, задушите же.

— Это и вправду ты?

— Получается, что я, — улыбнулась Ева.

— Я не верю! — произнес дядюшка, все сильнее сжимая ее.

Позади него стояла девушка, опустив руки и немного стесняясь. Изредка она посматривала то на меня, то по сторонам. У нее были короткие светлые волосы, стриженные под каре.

После столь теплой встречи с племянницей, дядюшка наконец-то выпустил Еву из своих добрых рук.

— Очень неожиданный сюрприз. Я, вообще-то, ждал Крэйга, так как его родители сейчас на вершине Трактуса, и сегодня я должен его пригреть у себя дома, а этот сорванец, — рявкнул дядя Смити и показал пальцем на Крэйга, — уехал куда-то, ничего мне не сказав.

— Вы уж простите, дядя Смит, — извинялся Крэйг.

— Ничего страшного, юноша, — сказал дядя и вновь обратился к племяннице: — Но каким образом он нашел тебя, Ева? И-и-и… — после этих слов он замолчал и, прищурив глаза, посмотрел на меня. — И что это за парень с тобой? Он не похож на отшельника. Кто он?

— Дядя, давай зайдем внутрь. Наш путь был очень нелегким и утомительным. А резня на площади окончательно забрала наши силы. Нам бы поесть, — сказала Ева, поглаживая свой живот.

— Резня? Годины знают, что вы здесь? — широко раскрыв глаза и нахмурив лицо, воскликнул дядюшка Смити.

— Не переживайте! Никто не увидел, как мы исчезли, и в какую сторону направились, — ответил Крэйг.

— Хвала Владыке! Хорошо, не терпится уже узнать о вашей истории. Скорее заходите в дом, — сказал дядя и любезно попросил нас следовать за девушкой в черном халате.

Цель была достигнута. Приятно чувствовать прогресс на пути к моей основной миссии. Ещё на один шаг Эд стал ближе.

Открыв тяжелую дверь, украшенную стальными узорами, мы попали в нижний зал таверны. Серый деревянный пол, такие же серые, холодные стены с маленькими окнами… По левую сторону от дверей в стене был расположен камин такой же овальной формы, как и окна, у которого стоят столик и два кресла по бокам, оббитые теплым мехом серого цвета; В центре зала стояли две деревянные подпорки, удерживающие конструкцию потолка нижний залы. По левую сторону от входа находилась барная стойка. У дальней стены, напротив входа, была лестница с перилами, ведущая на второй этаж, где расположены комнаты, в которых живут хозяева. Нижний зал таверны освещался свечами черного цвета, стоящими на высоких канделябрах по углам залы, и лампадами, висящими на несущих столбах в центре залы.

Мы проследовали на второй этаж, откуда доносился женский голос. Ступеньки немного поскрипывали под ногами.

— Смит, ну где же вы там? — спросила женщина, нарезая что-то на столе, а затем предложила: — Давайте я вас накормлю и лягу наконец-то спать. Ведь уже полусутень, а мне еще выспаться надо.

— Дорогая, мы пришли, — скрывая улыбку, сказал дядюшка.

— Смит, кто это с тобой? — удивилась его жена. Сквозь длинные русые волосы появилось лицо, и в зубах у нее я заметил ярко горящую сигарету. Голос женщины был прокурен ужасным сигаретным дымом.

— Любимая, накрой ещё на две персоны, будь так любезна. Нам предстоит занимательный сутень.

Сев за стол, Ева принялась рассказывать нашу историю с самого начала, а я уставшими глазами смотрел на еду. Мой желудок требовал пищи. Но что я видел?! Посуду, похожую на миски для животных! В ней находились розовая слизь и какие-то куски ярко-красного мяса, из которого торчало множество тоненьких косточек. Кроме «блюда» в моей миске, на столе стояла еще пара подносов; как я понял, в них были салаты. Чем-то они напоминали мне осенние листья, опавшие в грязь. Вид здешних блюд моментально отбил мой аппетит. Однако особого выбора не было. Желудок пел феерические песни. Ещё немного, и урчание услышали бы все присутствующие. Так что, немного кривясь, я принялся закидывать в рот всё, лежащее у меня в тарелке, и жевать. Однако еда оказалась неимоверно вкусной! Ее трудно сравнить с какими-либо земными блюдами: не сладкое, не соленое, не горькое, не острое, не кислое… Зато эта пища наполняла энергией и дарила прекрасное послевкусие. А девушка, которая выходила с дядюшкой, оказалась служанкой. Звали её Кассия. Она, как и на улице, продолжала посматривать на меня, а затем засыпала меня вопросами о моем мире. Приходилось что-то мямлить и делать недовольное лицо.

Глава 13. ЧЕРНЫЙ ЗАНАВЕС

Еще около полутора часов мы сидели за столом, где Ева эмоционально рассказывала все подробности нашего приключения, а дядюшка Смити и тётушка поглядывали удивленным взглядом то на меня, то на племянницу. Кассия, которая, как и прежде, рассматривала меня и порой, краснея, отводила взгляд, принялась убирать посуду со стола. В процессе долгой беседы хозяева таверны рассказали нам, что, приняв ванну и использовав местные гели, мы сможем убить запахи на сорок восемь часов, не более, и в последние четыре часа лучше не появляться годинам на глазах, а то некоторые смогут унюхать запах человека, и тогда жди беды. Дело в том, что сами они не имеют запаха. Его просто нет. Поэтому и нам нужно его убрать.

В этот момент меня накрыла ностальгия. Нахлынули мысли о моем друге. Ведь тогда, еще вместе с ним, в Обители Судеб, я впервые встретил девушку без запаха, подстрелившую меня.

Так оказалось, что дядюшка — тоже человек. И наши с ним убеждения часто совпадали. А тётушка была Скайлеанкой, как и Кассия.

Убрав всё со стола, приютившие нас родственники показали нам свои комнаты и где находится ванна. Немного заболтавшись, я не заметил, как Крэйг куда-то увел Еву, и не стал их преследовать, хотя минутами ранее рука девушки постоянно обнимала талию парня, а голова лежала у него на плече. Я сжал кулаки и стиснул зубы, кипя от ревности и разочарования. Ведь мне невероятно понравилась эта инопланетянка.

После насыщенного ужина, осознавая, что ночи я так и не дождусь, и мне придется привыкать к сумеркам сутеня, я брел по коридорам в поисках ванной, как вдруг увидел Кассию, которая сидела у окна в гостиной, совсем одна. От знакомства с нею у меня остался непонятный осадок, но что-то всё равно подтолкнуло к ней. Мы стали беседовать. Постепенно, хоть я и не был в восторге от общения, она заставила меня разговориться: задавала прямые вопросы, а мои попытки отделаться пустыми фразами пресекала. Я рассказал, что значит быть одиноким в этом мире — на сей раз гонясь не столько за тем, чтобы произвести впечатление, сколько для того, чтобы объяснить подоходчивее. Порою в Кассии проявлялось нечто людское: хотя она была чистокровным годином, жизнь уборщицы в таверне, под пристальным вниманием человека, нечто в ней изменила.

В процессе разговора я почувствовал, что она внимательно наблюдает за мной. Я выждал мгновение, посмотрел и увидел спокойное, задумчивое лицо Кассии. Ее словно подменили.

— Кассия, ты мне нравишься, — что-то вырвало из меня эти слова. Может, это ревность из-за симпатии Евы к нашему спасителю Крэйгу? Всего лишь месть? Назло белоглазой?!

— И ты мне, наверное. У тебя красивые губы. Для обычного парня, на которого возлагают спасение Нижнего Мира и Скайлена.

— Подожди, еще не вечер. Я обязательно покажу, что я лучше чем кажусь.

— Эммм… Что прости? На счет того, что ты покажешь я поняла, а вот первое… Что это такое — вечер? — Кассия сделала неправильное ударение на второй слог.

— Ах, ну да! У вас ведь здесь только день и сутень. Никак не могу привыкнуть.

— Ага, продолжай.

— Так вот, вечер — это время суток, следующее за днем и предшествующее ночи. Иногда его начало связывают с достижением солнцем горизонта и началом сумерек, однако в зависимости от времени года это случается в разное время. Можно сказать, что это практически тоже самое, что ваш сутень.

— Хм… Хотела бы я взглянуть на ваш вечер.

— Ну а само выражение «еще не вечер» обозначает, что еще не конец, результат еще может поменяться.

— Угу, теперь я поняла.

— Ни разу не приходилось общаться с девушкой другой расы, разве что с Евой, которая сильно меня разочаровала.

— Людишка ты мой!

Осталась гореть лишь тусклая лампа, напоминающая формой открытую книгу. Мы смотрели на планету, которая вырисовывалась у нас перед глазами. Она по-прежнему казалась нам очень близкой, а потому громадной. Я даже немного жалел, что от этой планеты исходит такой свет, и ночь в Скайлене никогда не наступает. Мы все теснее прижимались друг к другу. Я поцеловал волосы Кассии, потом принялся ласкать ее шею. Девушка крепко сжала мне руку и придвинулась еще ближе.

— Пошли в комнату?

— Ты иди. Однако сначала посети ванную. Ты не подумай о чем-то плохом, просто для годинов запах человека очень неприятен.

— Ах, да. Прости… Совсем забыл, — усмехнулся я.

— Ванная там, — Кассия указала пальцем. — Последняя дверь налево. А я приду через пятнадцать минут.

Она выскользнула из моих объятий, и я пошел вдоль по коридору.

Ванная комната представляла собой небольшое треугольное помещение с множеством зеркал, двумя раковинами и душевой с полностью прозрачной кабиной. Стены и потолок были цвета кожи ангела — белый с едва заметным оттенком красного. Я разделся, кинул вещи на пол и залез в душ. Осмотревшись вокруг, я не смог найти кран или нечто ему подобное. Только множество тюбиков с оранжевой слизью внутри. Я высунул голову из кабины и посмотрел на раковины. Странно… И там кранов я тоже не обнаружил. Я нагнулся за одним из тюбиков, напоминающим шампунь, открыл его и понюхал. Абсолютно никакого запаха. Я вылил немного на руку, после чего от того места, куда попал гель, начал исходить сильный пар. Однако я ничего не чувствовал. Жидкость из тюбика вызывала такие же ощущения, как теплая вода. Я начал обливать ею тело, и кабинку моментально наполнило густым паром. Еще несколько минут — и я вышел с душа. Посмотрев на тюбик, я увидел, что количество геля внутри практически не изменилось, хотя я очень много его на себя вылил. Взяв полотенце, я быстро вытерся, подобрал вещи и побрел в отведенную мне комнату.

Через несколько минут появилась Кассия. Хитровато улыбаясь, она встала в дверях. Вся в белом, худенькая, невинная, грубая, нежная, бывалая, неопытная… Она вошла, я захлопнул дверь, и мы начали целоваться — минуту, две, в полной тишине, не отходя от порога.

Послышались шаги, а затем двойной требовательный стук. Кассия зажала мне рот ладонью. Снова стук в дверь, снова… Тишина. И шаги начали отдаляться от нас.

— Иди ко мне, — сказала она. — Иди, иди.

Черный занавес. Я почувствовал головокружение, в глазах потемнело. На мгновение я зажмурился. Снова моргнул. Несколько секунд прошло, прежде чем я смог что-нибудь разглядеть. Я уснул? Но где я? Легкий ветер потревожил мои волосы, и я ощутил каждую клеточку своего тела. Всё как в реальной жизни. Это так не похоже на сон! Слишком темно вокруг, лишь в радиусе трех метров было какое-то освещение. И я стоял в центре света.

Пытаясь сделать шаг, я услышал знакомый звон цепей, находящихся на моих ногах. Всё, как и в прежнем сне, даже тот же кинжал в руке, только на нем нет крови и рядом нет самого Эда.

Я замер, тишина продолжала меня настораживать. До жути тихо, и дрожь внутри. Явно демоны заточенные в моей руке затевают что-то. Но это был лишь один из моих домыслов. Я нагнулся к полу, на котором было выцарапано множество надписей на неизвестном мне языке, и кинжалом начал ковырять замки на цепях, каждую секунду нервно оглядываясь, чтобы осмотреть всё вокруг себя.

Замки легко поддались мне. Словно они были созданы для лезвия кинжала. Всё это очень странно… Хотя, чему я удивляюсь? Мне кажется, это только начало того, что метка внутри приготовила для меня.

Аккуратно, без лишних звуков, я снял сдерживающие мои движения железные препятствия. Оставаясь в полуприседе, я положил кинжал на каменный пол и взял в обе руки по замку. Дабы узнать что там, в темноте, не передвигаясь наугад, я кинул один из замков вперед. Перед падением на пол он обо что-то ударился. При столкновении предметов звук был, словно железо попало в железо. Другой замок я кинул чуть в сторону и ближе. Такой же непонятный яркий свет озарил предметы. С таким же радиусом освещения.

Сидеть на месте было бессмысленно. Осознавая, что впереди нет никакой пропасти, и можно шагать смело, я взял оружие и медленно, но уверено пошел в темень. Неожиданно за мной поплыл и свет. Он, словно живой, преследуя, продолжал освещать меня. Дорога под ногами не менялась. Я, крепко сжав в руках кинжал, аккуратно продолжал двигаться к ближайшему замку.

Пока всё шло без каких-либо неописуемых происшествий. Я подошел к замку и только хотел наклониться за ним, как зуд в носу отвлек меня, и я, не желая того, громко чихнул. Немного испугавшись, я принял оборонительную стойку. Но снова наступила тишина. Эха от чиханья не последовало, и не было ощущения открытой местности. Значит, я в каком-то небольшом помещении. Хотя ветерок откуда-то все-таки продувал.

Я снова наклонился и поднял замок. Нужно было проверить, насколько велика эта комната. Сильно размахнувшись, я кинул железный предмет. Последовал удар в стену метрах в пятнадцати от меня. Стена оказалась тоже каменной. Так, значит, я прав — нахожусь в какой-то комнате. Свет сразу же появился в том месте, где упал замок. Но почему он не освещался в полете? Ведь я иду, и свет преследует меня. Есть два варианта: возможно, луч реагирует на тела, которые дотрагиваются до пола, или этим освещением кто-то управляет.

Нужно было идти дальше. Может, приблизившись к стене, я нащупаю дверь, выйду, и сон закончится? Но сначала я хотел подойти к тому месту, где в первый раз замок ударился во что-то металлическое. Это могло быть всё, что угодно, однако, когда я подошел туда, свет открыл для моих глаз такое зрелище: небольшой железный столб черного цвета около трех метров длинной, украшенный такими же непонятными надписями, как и пол, и похожий формой на букву «Г». В его центре находился небольшой выступ, за который можно было ухватится, а на верхушке столба висела веревка. Вернее, что-то похожее на нее. Неспроста же она здесь висит, сделал вывод я, и, не мудрствуя лукаво, схватился одной рукой за выступ, немного оттолкнулся ногой от столба, подпрыгнул и потянул за веревку. Свет загорелся по всей каменной комнате.

— Молодец какой! Так хладнокровно всё делал… Не боясь, что можешь любым движением подвергнуть себя опасности.

— Мегг? Ты?

Девушка в конце комнаты, держащая руки за спиной, точно была моей смазливой соседкой. Быстро осмотрев всё, я понял, что нахожусь в помещении, где нет больше ничего и никого, кроме столба, цепей, валяющихся в другой стороне, и Мегги, которая каким-то образом влезла сюда. Теперь главное — не поддаться на какую-либо провокацию этого сна, ведь его контролирует печать. О возможной угрозе я узнал от Евы, которая ещё в Обители рассказала о заточенной во мне силе, и что та будет тревожить мои сны, пытаться освободиться и убить меня. Мне следует быть очень внимательным и осторожным, чтобы метка не сожрала меня.

— Провокацию? Какой смешной! — дерзко воскликнула Мегг и ухмыльнулась. — Ты хочешь скорее проснуться, я так поняла?

Девушка вытащила руки за спины, захрустела пальцами и сделала пару шагов вперед.

— Что тебе нужно? — я еще сильнее сжал рукоятку кинжала и направил лезвие на девушку.

— Что за агрессия, Лео? Я хочу тебе помочь. Если ты хочешь, чтобы сон закончился, выйди из комнаты.

Мегги повернулась ко мне спиной и нажала на один из камней в стене. Часть её, похожая формой на дверь, сдвинулся с места. Из-за яркого света сверху я плоховато видел, что там, за той дверью, но пошел вперед, не опуская кинжал.

— Чего ты боишься? Это же я, — Мегг находилась уже в двух метрах от меня.

— Говоришь, сон закончится?

— Да, закончится. Мне нет смысла тебе врать. Тем более, другого выхода отсюда я не вижу.

Немного обогнув Мегг стороной, я вошел в проход, так как другого выбора у меня и вправду не было. Стена за мной тут же захлопнулась. Я оказался снова в какой-то темной комнате. Впереди находилось огромное окно, чуть ли не во всю стену. Жаль только, оно начиналось на метр выше моего роста. До него точно не дотянуться. Из окна светил свет той самой планеты, что и в Скайлене. Так что за окном был сутень.

— Ты хотел, чтобы сон закончился? — прорезался голос Мегг из-за стены. — Так получай! Вот и снова ты убежал от меня. Как и тем утром. Получи за всё!

От сказанного девушкой меня отвлек треск оконного стекла, которое посыпалось на пол. Вместе с этим пришел страх! Змеи повсюду, черные длинные змеи, которые лезли со всех щелей, падали с потолка и стремительно ползли в мою сторону. Их стало совсем много, и теперь они попросту выползали из щелей в полу у меня под ногами и сыпались мне на голову. Змеи кусались, прыгая друг через друга, и, извиваясь, душили меня. А я одной рукой срывал их со своего тела, в которое они вцепились своими зубами, а другой резал их на части, пытаясь постепенно переместиться к окну.

Я обливался кровью, чувствовал адскую боль, а ужасное шипение этих существ вызывало постоянный страх. Они сжимали меня всё сильнее, но я все-таки кое-как добрался до окна. С диким криком я начал подпрыгивать, чтобы уцепиться за подоконник. Еще несколько попыток — и я достал уступ, но наткнулся на торчащий осколок стекла, разжал пальцы и упал на спину. Змеи моментально накрыли меня, и начали пожирать: лицо, пальцы, ноги… Я чувствовал, что силы покидают меня… Мне не достать до этого окна. И вот именно в момент, когда я лежал полуживой-полумертвый, мне пришла в голову мысль нащупать потайной рычаг, замаскированный под кирпич, который открывает дверь, как это ранее сделала Мегг. Должен же быть какой-нибудь выход. Это был единственный шанс. С трудом найдя в себе силы, я пополз к стене, укрытый черным покровом из змей. С ними на руках я начал упорно нажимать на кирпичи. На один, на другой… Никакого толку. Убив все нервы, я в бешенстве, схватил одну из змей и швырнул ее в окно. И как только эта тварь попала на свет сутеня, змеи исчезли.

Сильная одышка, яркий свет в глазах и покалывание в руке с печатью тысячи снов — я проснулся. Кассия еще спала, выставив голую спину. Я пошел в ванную комнату, где меня стало трясти. Я обхватил раковину, чтобы унять дрожь. Но внутри живота что-то стало очень жечь, после чего меня вырвало. Умываясь странными гелями, я еще долго пытался найти свои глаза в зеркале, постоянно повторяя при этом свое имя. Вот это сон! Еще немного, и печать сожрала бы меня. Смогу ли я выстоять перед нею в следующий раз? Но теперь я точно буду реже спать.

По возвращению меня встретил холодный взгляд из-под края покрывала. Я улыбнулся. Улыбнулся — безрезультатно. Вдруг Кассия отвернулась и натянула покрывало на голову. Усевшись поближе, я принялся неуклюже выпытывать, в чем дело. Она лишь попросила подать ее одежду. Девушка, избегая встречи наших взглядов, оделась, прикрывая руками всё, что можно. Она очень покраснела, так как я в упор разглядывал ее. Кассия сходила в ванную и снова залезла в постель, отмахнувшись от меня рукой. Я сел в ее ногах. И уже не чувствовал слабости или какого-то страха. Плохие впечатления от сна рассеялись.

— Что не так? — начал я.

— Знаешь, сколько мужчин у меня было за эти годы?

— Сто?

Она не улыбнулась.

— Если бы сто, тогда я не мучилась бы с выбором профессии.

— Что ты от меня хочешь?

— Когда мы вчера познакомились, я уже через полчаса поняла, что лягу с тобой в постель. Расклеилась я вчера. Устала, — Кассия окинула меня взглядом, покачала головой, закрыла глаза… — Извини. Ты лучший, — она сделала паузу, опустив взгляд. — Ты лучший в постели. Только дальше-то что?

— Меня это как-то не волнует. Так получилось. У меня нет времени на романы, прости.

— А меня волнует. Я шлюха! — Кассия начала рыдать, закрывшись одеялом.

Я успокаивал ее, как мог, даже наговорил много лишнего, и это подействовало так, как мне было нужно. Вновь меня охватила приятная дрожь, которую ощущаешь с головы до ног. Несмотря на слезы девушки, я плавно снял с нее полотенце и бросил на пол, а мое сердце бешено колотилось и словно горело адским огнем от желания взять ее прямо сейчас.

— Когда ты рядом со мной, забудь обо всём, — тихо прошептал я ей на ухо.

Затем я взял девушку за плечи, положил ее на спину и утер ей слезы. Она всё еще продолжала рыдать. Поглаживая изящные бедра Кассии, я рукой постепенно раздвигал ей ноги, а затем влез на нее сверху.

— Слышишь, как мое сердце стучит?

Я обнял ее за талию обеими руками и приступил к делу, наблюдая за каждой ее эмоцией. Грудь Кассии изумительно качалась в такт моим движениям. Девушка еще продолжала лить слезы, но, несмотря на это, вскоре застонала от наслаждения, и тогда я начал ускорять жесткий и уверенный темп. Утро было потеряно: вместо спасения Эда я тра**л какую-то плачущую девку.

К обеду я всё же начал думать о поисках друга. Так как человеческий запах от наших тел больше не исходил, мы теперь могли действовать. Но никаких предположений по поводу места, где могли прятать Эда, у меня не было.

Тогда же я впервые за целый день встретил Еву. Она была вся на нервах. Посмотрев на нее, я понял, что слишком увлекся отдыхом.

— Ты не забываешь, кто ты такой и зачем ты здесь?! — закричала она.

— Ты это к чему клонишь?

— К тому, что на тебя все надеются, верят в тебя, такие надежды возлагали! А ты… — Ева глубоко вдохнула. — А ты избалованный мальчишка, который просто по ошибке попал сюда. И теперь кувыркается здесь со всякими шлюхами!

В этот момент злость переполнила меня. Претензии Евы ко мне не лезли ни в какие рамки. И откуда она могла узнать, что я спал со служанкой? Я кипел от ярости. Резкий взрыв внутри — и всё загорелось. Затем я обнаружил, что Ева висит, прижатая к стене, а моя рука сжимает её шею. Снова эта проклятая печать проснулась в порыве злости. После последнего пробуждения во сне ее сила стала куда больше, и всё тяжелее было хоть как-то контролировать эту мощь. Демоны не до конца приобрели форму рисунка, всё еще немного извиваясь черным дымом около руки. Я испугался… Что, если печать убьет Еву? Это ведь просто ссора — недопонимание. Я не могу контролировать эту силу. А главное, не хочу нанести вред близким.

— Ева, это не я! Это всё печать! Прости меня! — крикнул я, а другой рукой зажал место, откуда исходила эта злая сила.

— Ты — ошибка… — тихо прошептала девушка. Ее взгляд остался таким же холодным.

Демоны отступили, словно после этих слов что-то для себя осознали, как и я сам.

Глава 14. СОНГ

С бурлящими эмоциями я пошёл к выходу. Ева скользила спиной вниз по стене, сжав футболку в области груди и роняя слёзы из своих бесцветных, утопающих в горе глаз. Может она права, я вовсе не тот, кто спасет Скайлен? Ее слова не выходили из моей головы. Мысли находились в тупике.

Я прошел мимо тех же старых стен таверны. Внизу уже были слышны голоса посетителей, так что я свернул к запасному выходу, чтобы не привлекать лишнего внимания — я всё ещё немного остерегался того, что мы в розыске, хотя наших портретов у годинов не было. Однако, как я понял, в этом месте все обо всем знают, и описание нашей внешности, пусть и не детальное, местным жителям уже известно. Расслабляться было нельзя.

Коридор вел к пожарной лестнице, которая находилась снаружи помещения. Перед самой дверью стояло на задних лапах полусогнутое странное животное, похожее на собаку. Оно чесало себе бока передними лапами и вылизывало шерсть. Я замер, рассматривая необычную картину, как вдруг чья-то рука дотронулась до моего плеча.

— Что… В твоем мире псы выглядят иначе? — это был Крэйг. Своим бодрым голосом он привел меня в чувство. Парень вновь держал левую руку в своем кармане, как и при первой встрече.

— Так это все-таки собака? — спросил я.

Животное напоминало земного бультерьера, только огромных размеров. Мордой — прямо-таки один в один, и такая же гладкая шерсть, ярко выраженного белого цвета без единого пятнышка.

— Ага. Его зовут Спарк. Подойди, поздоровайся с ним.

— Что? Поздороваться с собакой?

— А как ты хочешь иначе подружиться с собакой, Лео? Нужно проявить уважение к животному, и тогда оно будет защищать тебя.

Я продолжал стоять неподвижно.

— Хм… Ну, ладно, давай так. Спарки, иди ко мне, — позвал пса Крэйг, негромко посвистывая.

Животное, тихо поскуливая, побежало в нашу сторону. Движения пса напоминали обезьяньи. Собака встала передо мной, протянула лапу вперед, открыла рот и высунула язык.

— Ну, чего ждешь, Лео? Поздоровайся с ним, иначе он будет считать тебя врагом.

Я медленно протянул руку и всунул ее в лапу Спарка. Мохнатые пальцы сжали мою конечность. Это было невероятно! Я стою наравне с собакой и смотрю ей в глаза — безумие!

Тут с нижнего этажа донесся голос тетушки, которая звала Крэйга.

— Ладно, Лео. Еще увидимся, а сейчас мне пора бежать, — он улыбнулся и помчался по лестнице, подзывая пса, который сразу кинулся за ним. Я продолжил идти к пожарной лестнице.

Открыв дверь, я вновь увидел яркий дневной свет, а не сумерки в сиянии планеты.

По улицам уже ходили Скайлеанцы. Вновь эти радостные маски, скрывающие под собой сущее зло, которое может проявиться в любой момент…

Это утро было очень жарким. Когда я спускался по лестнице, звезда под названием Солнце очень сильно слепила мне глаза, приходилось морщиться, чтобы хоть что-то увидеть. Случайно дотронувшись рукой до перил лестницы, я почувствовал, что она сделана не из железа, как обычно, а из чего-то, сильно напоминающего пластмассу, и еще в придачу очень холодная, несмотря на жару вокруг.

Запасной выход был расположен за домом, в небольшом переулке. Здесь, как и всюду, было чисто до блеска. Этот город был идеален. Затуманивал разум своей красотой. Если бы не все эти сумасшедшие существа, мне бы захотелось остаться здесь навсегда. Сколько всего интересного можно повидать, открыть для себя! В нашем мире такого не сыщешь. А может, мне и впрямь не стоит торопиться с поисками Эда…

Внезапно раздавшийся сзади звук метлы, сметающей пыль, немного испугал меня. Я обернулся. На некотором расстоянии от меня находился пожилой человек: весь ссутуленный, но в опрятной одежде и черной шляпе, из-под которой выглядывали седые волосы. Судя по нижней части его лица, не закрытой тенью от полей шляпы, и рукам, можно было подумать, что он доживает последние денечки, но метлу он держал с уверенностью и двигался довольно бодро:

— Ох, и шумиху ты навел на аллее Мести!

— Извините, что?

— Сонг.

— Эм-м… Не понимаю.

— Меня зовут Сонг, — прорвался сквозь звук скребущей по земле метлы дрожащий голос. Мне удалось рассмотреть его лицо. Это был странный старичок с азиатской внешностью и длинной белой бородой.

Не придав этой встрече особого значения, я повернул в другую сторону. Медленно шагая вперед, я вновь попытался собраться с мыслями и определиться с планами на будущее. Но вдруг я почувствовал резкий удар в затылок каким-то мелким, но твердым предметом.

— Что за?.. — я быстро обернулся и схватился рукой за место ушиба. Открывшаяся мне картина не изменилась: старичок с опущенной головой без устали мел дорожку. Странно… Что же это могло быть? На земле я увидел маленький камень. Я снова огляделся, поднял камушек с земли и зашвырнул его далеко за забор, затем вновь повернулся и тронулся с места, как вдруг опять ощутил боль, но на этот раз один удар пришелся в затылок, а второй — в плечо. Я услышал стук отскочивших от меня камней и в ту же секунду развернулся и закричал:

— Какого хрена?! Кто это делает?

И вновь я не увидел никого, кроме всё того же старика, поглощенного своей работой.

— Ева, ты? Это уже не смешно! — я принялся всматриваться в окна дома, но и там никого не было. — Что за черт?

Я повернулся и только собрался было уйти, как в меня полетело ещё несколько снарядов.

— Да кто это делает?! Старик, ты видел, кто тут камнями швыряется? — озадачено спросил я и направился к нему.

— Сонг…

— Что? Не понял.

— Меня зовут Сонг.

— Ну, что ты заладил: «Сонг, Сонг…»?

Резкий удар по ногам — и я лежу на земле. Что это было? Я ничего не успел заметить. А в полуметре от меня продолжал, ни на миг не останавливаясь, мести дорожку пожилой человек. Что же это такое? Я начал оправляться от удара и поднялся на ноги, осматриваясь вокруг. Прежняя спокойная картина никак не изменилась.

— Сонг.

— Старик, ты что — больной? — спросил я.

Целый град камней посыпался на меня, и на сей раз я наконец-то заметил, откуда они летят.

— Где? — закричал старик и ударил меня метлой в плечо. — Твои! — последовал удар в пах. — Манеры?! — последний удар обрушился на затылок. — Когда с тобой знакомятся, не отворачивайся, а представься взамен. Где твоё уважение?!

По мне пришлось еще несколько ударов, за которыми было трудно уследить. Финальный толчок рукой посадил меня на пятую точку. В этот миг меня ошеломляла не столько боль, сколько бесконечное удивление.

Последний раз огрев меня метлой, старик, как ни в чем не бывало, вернулся к своей работе.

— Сонг… — тихо прошептал он.

— Кто ты? И как ты узнал, что это я наделал шуму на аллее Мести?

Старик поднял метлу вверх и вновь направился в мою сторону.

— Лео! Лео! Меня зовут Лео… Я всё понял!

«Избиение младенца» прекратилось.

— У тебя запах человека, я ни с чем его не перепутаю. Даже местные крема не могут полностью убить этот запах. Поэтому легко догадаться, что это был именно ты.

— Как? Мне же сказали, что меня не учуют!

— Это правда. Годины не смогут различить запах, но смогут стражи Верхнего Трактуса.

— Кто они, эти стражи?

— Узнаешь позже, юный друг. Всему свое время.

— Сонг, научи меня! Я прошу, обучи меня этой невероятной скорости.

— Ха-ха-ха-а! Ишь, какой! Научи его… У меня своих дел по горло. Мне ещё вон сколько улиц убирать.

Противный старичок просто насмехался надо мной.

— А если я всё вместо тебя сделаю? Научишь?

— Ты хоть метлу в руках держал, сорванец?

В тот же миг я выхватил метлу и начал мести.

— Давай дед, показывай, что и где надо убрать.

— Ох, быстрый какой! Я ежедневно убираю все улицы вокруг этих борделей и отелей. Так что, работы немало. Ты точно хочешь за меня всё убрать?

— Точно, дед! Главное, научи!

— Ну, тогда держи мои плащ и шляпу, чтобы меньше на тебя посматривали, а я буду сидеть всё это время здесь. Как закончишь, приходи.

Старик зашел за угол переулка и через мгновение вернулся, неся в руках маленькую табуретку, присел, достал из под своей серой рубашки книгу и начал читать. Я же незамедлительно начал убирать и без того чистые улицы. В процессе работы я надел шляпу и накинул плащ, который был явно не моего размера. С маленьких переулков я вышел на просторные улицы около таверны, где так и кишело годинами. Улицы были настолько чистые, что я просто делал вид, будто работаю, а сам из-под длинного козырька шляпы осматривал окрестности. Мне очень хотелось научиться приемам, которыми владел Сонг, и наконец подняться в глазах Евы. Как же быстро этот дедуган двигался! В его-то возрасте… Ещё одна странность этого мира.

Солнце поднималось всё выше, и моя тень постепенно меняла своё положение — мне было легче определить время по ней, чем по обратным движениям часовых стрелок.

Несмотря на то, что улицы выглядели чистыми, некоторое количество пыли все же вздымалось в воздух. Из-за этого я ощутил в носу легкий зуд. Напротив меня ребятишки продавали какой-то напиток — именно то, чего столь в жаркий день всем не хватало. А я вдобавок был в плаще. Ну и жара!.. Как же мне хотелось испить их холодного зелья! Но у меня совершено не было денег в кармане, тем более местной валюты.

— Сок игонии! Холодный сок игонии!

— Налетай, не скупись, быстро с жаждой разберись! — наперебой кричали двое мальчишек, подзывая к себе прохожих.

А у меня всё сильнее сохло горло. И что это за сок игонии такой? Мое лицо покрылось потом. Руки всё активнее мели улицу, а я все чаще поглядывал на парнишек.

Навес ручной работы из тонких спиц и чего-то вроде клеёнки был всунут в нишу стены жилого дома, около которого откуда-то свисали огромные коричневые ветки. Рядом стояли велосипед, повозка с бочкой и большой ящик, на котором находились стаканы и банки, а также было написано название товара. Один из парнишек сидел на табуретке, а второй зазывал годинов, крутясь вокруг навеса.

— Мама, мама, купи мне попить! Мама! — закричала маленькая девочка и дернула идущую с сумками маму за руку.

— Солнышко, вернемся домой, и попьешь! А теперь не мешай маме, мне и так нелегко тащить эти сумки.

— Ну, мама! Я хочу сока, пожалуйста!

— Хорошо, хорошо, — женщина поставила сумки рядом с ящиком.

— Мальчики, мне, пожалуйста, стакан игонии для моей дочери.

— Не вопрос, миссис! С вас два стоуна.

Пареньки налили в стакан желтой жидкости.

Женщина достала из своего кармана предмет серого цвета, похожий на обычную квадратную коробку для дисков, только более эластичный. Открыв этот кошелек, она начала доставать из него местные деньги — небольшие и овальные купюры.

— Вот, возьмите. Спасибо, — сказала женщина.

Маленькой девочке дали сок, и мама вновь потянулась за сумками. А я отвернулся и с глубоким вздохом продолжил свое занятие.

Чуть позже, убирая участок, отведенный мне Сонгом, я набрел на интересное место около одного из трактиров. Там на открытой местности стояли небольшой квадратный стол (метр на метр) с какой-то белой шкатулкой на нем такого же размера и два ярко-синих стула по бокам с широкими подлокотниками. На первый взгляд, ничего необычного, но лишь только за стол сели двое Скайлеанцев, как ножки стульев удлинились, и сидения поднялись вместе с сидящими приблизительно на четыре метра в высоту. Из подлокотников высунулось три шара черного цвета размером с кулак. Сидящие выбрали один из них, а остальные спрятались обратно. Внизу на столе открылась шкатулка, как открывается коробка из-под диска, образовав доску с игровым полем, чем-то напоминающую шахматное поле, однако здесь было больше клеточек, и они имели четыре цвета: черный, красный, белый и зеленый. Затем на этой же доске появился циферблат с таймером и значком «16×16», и мне стало ясно, что клеточек на доске 256. Они были разбросаны по игровому полю в случайном порядке.

«Игра началась» — прозвучал женский голос из доски, и таймер с отметкой «222» начал идти в обратную сторону, а сидящие на стульях — участники игры — взяли в руки по черному шару и скинули их с высоты на игровое поле, после чего шары раскололись и в руки обоим игрокам прилетело по два предмета, формой похожих на ромб, а размером с земной абрикос. Одному из участников достались красный и белый цвета, а другому — остальные два. Когда фигурки оказались у сидящих на высоте, они начали изо всех сил бросать их в доску, а маленькие ромбики отлетали обратно, попадая им точно в руки; все это повторялось снова и снова с удивительной скоростью. Вначале я не понял сути скайлеанской игры, но когда подошел поближе и всмотрелся, то моему удивлению не было границ. Играющие бросали свои фигурки точно по клеткам «своего» цвета и лишь изредка промахивались. Я даже представить себе не мог, как им удается попадать в нужную точку и, тем более, учитывать рикошет и снова ловить ромбики. Но со стороны это выглядело очень эффектно.

Судя по стрелкам на часах, после этого я мел улицы ещё около часа, всё сильнее недоумевая: зачем их убирать, если они чисты, как первый снег? Пора бы уже вернуться к Сонгу и сообщить о выполненной работе. Быстро миновав пару кварталов, я вернулся на то место, где произошла не особо приятная для меня встреча. Но в этом переулке не обнаружилось ни деда, ни скамейки, на которой он сидел. Невольно пожав плечами, я сложил в угол одеяние, которое мне дал старик, и пошел в таверну. Может, его кто-то видел или хоть что-то знает о нем.

Глава 15. ФОТОГРАФИЯ

Летняя веранда была до отказа забита годинами. Два парня метались вокруг столиков и принимали заказы. Я не сразу понял, что это официанты, так как у них не было ни подходящей униформы, ни ручки с листочком.

Всё такое живое и обычное, словно вчера в этом мире не было трупов и блеска крови в уходящем солнце…

Внутри народу немного поубавилось. Кассия носилась по залу, а дядюшка Смити протирал барную стойку и улыбался семье, которая расположилась за столиком рядом.

Я подошел к нему.

— Дядя Смити, как ваши дела?

— О-о-о… Юноша. Куда ты пропал? Ева, обыскалась тебя. А так у меня все хорошо. Гости прут, просто финиш.

— С Евой я поговорю позже. Извините, а вы не видели случайно здесь поблизости дедулю, Сонгом звать?

— Сонг? — на несколько секунд дядюшка прервал уборку и поправил очки. — Какой Сонг? Не слышал о таком. А что случилось? — как-то нервно произнес Смит.

— Нет, ничего. Забудьте. А вы не подскажите, что такое игонии? И где, вы там говорили, ваша племянница?

— Она была у себя. Ах, игонии! — ухмыльнулся дядя. — Наверное, увидел у парнишек на соседней улице?

— Так и есть.

— Игония — это растение, напоминающее по форме земной кактус, только желтого цвета. Оно растет в темных, сырых местах. Чаще всего игонии встречаются в подвалах Скайлена. Сам сок особого вкуса не имеет, как и вся здешняя пища, зато полностью утоляет жажду на целый день.

— Понял. Интересно… Ладно, схожу, посмотрю, где Ева.

Быстро отведя взгляд от родственника девушки, я побрел к лестнице, ведущей на второй этаж.

Возле нее кто-то схватил меня сзади за футболку, но тут же отпустил. Я обернулся. Это была не то что пожилая, а прямо-таки древняя женщина с ярким макияжем на измученном лице. Очень, может даже болезненно худая. Она смотрела на меня, сидя на стуле, закинув ногу на ногу, прикусив нижнюю губу и прищурив и без того сморщенные веки. Ее одежда и украшения идеально сочетались друг с другом. В этот момент каждая мелочь бросалась мне в глаза: темный короткий пышный парик, ухоженные ногти…

— Интересный случай. Я тебя раньше здесь не видела. Ты новенький? — начала женщина. Её речь была совсем не похожа на речь пожилого человека. Словно восемнадцатилетняя девушка в коконе с морщинками. — Принеси мне, пожалуйста, самого дорого напитка и несколько блюд на своё усмотрение, — она наклонилась и начала гладить мою руку.

— Извините женщина, но я не официант! — я отбросил её конечность и снова двинулся в сторону лестницы, однако старуха опять схватила меня за футболку, теперь намного грубее.

— Меня не интересует, кто ты. Даме захотелось напитка. И ты мне его принесешь!

— Даме? Вы забываетесь, женщина! Идите вы…

— Ой, госпожа Клавдия, приятнейшего дня вам, — вклинился в наш разговор Крэйг и сообщил с натянутой улыбкой: — Извините за грубость и глупость моего брата, он просто новенький.

— Крэйги, а у тебя есть брат? Не знала.

— Так чего вы хотели? Как всегда? — продолжал улыбаться Крэйг, пытаясь отвлечь внимание старухи от меня.

— Да, малыш, извольте, пожалуйста, — сказала ему женщина.

— Конечно, сию минуту, — «брат» взял меня за плечо и повел за собой, ворча сквозь зубы, чтобы я улыбался и молчал — для моего же блага.

Мы быстро отдалились от столика.

— Ты совсем головой не думаешь? Это же госпожа Клавдия с Верхнего Трактуса! Она владеет почти всеми запасами стоунов в Скайлене. Проблем не оберешься.

— Меня не волнует, кто она!

— Нет, сейчас ты замолчишь и сделаешь, что я скажу, иначе последствия будут плачевны. Для нас всех. Возьмешь напиток под названием «Орь» и принесешь ей, мило по улыбаешься и скажешь, что тебе нужно работать, но ты обязательно вернешься. Затем она протянет тебе свою руку — обязательно поцелуй её. Только без глупостей, Лео, я тебя прошу, — Крэйг вздохнул и почесал затылок. — Ты все понял?

— Орь? Понял…

— Да, Орь. Это один из лучших напитков Скайлена, он очень расслабляет. Лео, ты не подумай, что я это специально или как-то со зла. У этой старушки такое хобби — ходить по барам и «клеить» молодых смазливых парней. А откажешь ей, считай, останешься нищим на всю свою жизнь или вообще лишишься её — жизни.

Дядя дал мне Орь. Я изобразил улыбку на лице и через мгновение очутился возле столика старухи-извращенки.

— Вот Ваш напиток. Извините меня еще раз за мое дерзкое поведение. Я новенький в этом деле, но я быстро учусь, — я открыл стеклянную бутылку квадратной формы и налил зелье в бокал. — Надеюсь, моё поведение не отразилось на вашем настроении и дивной улыбке?

— Ой, да что вы юноша, не смущайте меня, — улыбнулась Клавдия.

— Правда, у Вас очень выразительные черты лица, которые придают выразительность Вашей улыбке, мадам.

— Спасибо, дорогой. Но, думаю, хватит меня смущать, лучше присядь и выпей со мной, — игриво посматривая на меня, сказала Клавдия.

— С удовольствием бы выпил, однако мне нужно работать. Но я обязательно вернусь к Вам.

— Буду ждать с нетерпением, — старуха протянула руку в мою сторону.

На каждом из пальцев были кольца. Я закрыл глаза и, не выдавая, что она кажется мне омерзительной быстро приложил губы к ее руке. Откланялся, снова улыбнулся и сразу же поднялся по ступенькам вверх на второй этаж.

У самого порога в комнату Евы я увидел, что дверь в помещение, где спят хозяева таверны, открыта. Посмотрел по сторонам и осторожно заглянул внутрь.

Внутри никого не было. Видимо, дверь просто забыли закрыть или отошли на несколько минут. Я подумал, что, может, найду здесь ответы. Первым делом я бросился к письменному столу: на нем было много бумаг со счетами, какие-то письма, чертежи, планировка расширения таверны… Затем я принялся осматривать ящики в столе. В одном из них я нашел пистолет. Зачем милому дедуле оружие в таверне? Странно всё это. Развернувшись, я заглянул в шкаф, но, кроме вещей и забавного головного убора в виде надувного шарика, не нашел ничего. На тумбочке возле кровати стояла рамка для фотографии. На снимке были изображены дядя, его жена, девочка лет пяти и… О, нет! Что он тут делает?! Четвертым на фотографии был наш загадочный таксист. Вот и нашлась та странная связь. Что бы это всё могло значить, неужели Смит с ним заодно?.. Но думаю, пока все подозрения нужно держать при себе, а при первом удобном случае рассказать всё Еве.

Тут я услышал шорох позади себя, а затем слабый скрип пола.

— Лео? Что ты здесь делаешь?

Это была Кассия. Она держала в руке письмо, похоже, какой-то документ. В окно мягко светили последние лучи заходящего солнца, и наши фигуры отбрасывали на стену темные тени.

— Дверь была открыта, и я решил, что здесь кто-то есть. Вот, зашел пообщаться. Я ведь так мало знаю вас всех, — я отвел взгляд в сторону. — А ты зачем сюда пришла?

— Это не имеет значения! Ты не должен здесь находиться, — на меня обрушился фонтан злости и непонятных криков.

— Прости, я не знал.

— Мне не нужны твои прощения! Уходи отсюда. Иначе сейчас будешь объясняться с хозяином таверны.

Кассия вела себя так, будто мы вообще незнакомы. Будто не было нашей совместной ночи и не менее яркого утра.

Я прошел мимо, глядя на нее, а она мяла в руке документ, не подарив мне своего взгляда.

Выйдя в коридор, я свернул к комнате Евы. Взялся за дверную ручку и потянул на себя. Дверь не поддалась. Несколько стуков — и я стою, ожидаю, пока мне кто-то откроет. Наверное, мы разминулись, пока я осматривал комнату Смита.

Глава 16. НЕЗВАНЫЕ ГОСТИ

От этого места повеяло холодом, оно не вызывало у меня доверия. Добрые родственники Евы точно что-то таили за своим дружелюбием. Но зачем тогда им было нам помогать?

Каждая новая мысль заводила меня в очередной тупик. Нужно было найти Еву. «Она, должно быть, где-то внизу».

Вдруг, стоя на ступеньках, ведущих на первый этаж, я увидел, что Еву схватили десятеро вооруженных типов. При этом все годины в зале сидели бездейственно, словно ничего не произошло. Посетители таверны даже не потрудились посмотреть в их сторону. Напавшие на девушку стащили с нее очки и были шокированы увиденным. Наверное, как и я, впервые увидев эти глаза. Моя спутница сопротивлялась и пыталась вырваться. Но всё впустую — их было слишком много.

Приглядевшись, я увидел, что существа, схватившие Еву, похожи на тех, из пещеры Между Мирами, по крайней мере, на них были такие же черные майки с изображением сердца, такие же кровавые точки на щеках и странные бугорки на верхней части лба. Кажется, Ева называла их патрульными. Один из них стоял рядом с предателем Смитом и о чем-то у него спрашивал. В ответ предатель указал пальцем на второй этаж и закивал головой. Как же прогнил этот человек! Так поступить со своей племянницей, а также мной, своим соплеменником! Низко же пала его продажная душа.

Они пришли за мной. Это было очевидно, как и то, что я слишком слаб для борьбы с ними. Но я обязан был что-то сделать. Просто-напросто, я должен напасть раньше. Воспользоваться фактором внезапности. Я не могу вот так оставить Еву. И убегать мне всё равно некуда.

Вот я уже собрался с мыслями и силами. Составил в голове план, как буду нападать, хотя для меня это было дико и безрассудно: рисковать жизнью ради кого-то, ради девушки. Но она была очень дорога мне, с каждой секундой я ощущал это всё сильнее и сильнее. Я понял, что мне надо по пути подхватить со столов что-нибудь, подходящее для нанесения удара, и яростно ринуться на врага. Я шагнул, однако мое рвение поумерил раздавшийся сзади хриплый голос.

— И что ты им сделаешь? — спросил он.

— Сонг? Ну, слава Богу! Теперь мы точно спасем Еву. Ты куда исчез? Скорее, помоги мне! Они ее схватили, — я показал пальцем на патрульных и девушку.

— Я не такой глупец, как ты. И не пойду на верную смерть.

— Что? Я не могу бросить Еву. Помоги мне, старик. Их всего десять. А с твоей скоростью и навыками боя у нас появляются шансы.

— А годины, которые находятся в зале? Думаешь, у них не проснется свет Трактуса, и они не нападут на нас?

— Но, старик…

— Юноша, ты присмотрись. Патрульные вооружены. У каждого из них есть то, чему двое, даже трое существ не смогут противостоять с голыми руками. Успокойся, утихомирь свою ненависть. Ты же не можешь контролировать свою силу — она может выбраться наружу, и кто знает тогда, каким окажется финал этой истории.

— Силу? Откуда ты знаешь?

— Если мы продолжим болтать, то шансы на то, что я тебе живому всё расскажу, очень малы, — он положил руку мне на плечо. — Я понимаю, что тебе сложно оставить ее, но, поверь, сейчас лучше отступить и через некоторое время вернуться за нею с силой в руках, а главное — в голове. Скорее, за мной! Крэйг уже ждет нас внизу.

— Крэйг? — недобро сказал я. Впрочем, что бы ни говорил, ни делал старик, мне все покажется недобрым. — Он же один из них!

У меня снова появились сомнения, так как именно этот парень привел нас в таверну. Однако старик Сонг уже направился в сторону пожарной лестницы. Обернувшись и последний раз посмотрев на Еву, я последовал за ним. Надеюсь, сейчас я всё делаю правильно.

Мы быстро выбежали из таверны к месту нашей первой встречи. Там же стоял и Крэйг со своим фургончиком, на котором нам уже разок удалось сбежать от врагов.

Увидев нас, парень сразу же залез внутрь и завел мотор.

— Стойте! — мы услышали голос со второго этажа и остановились. Это была Кассия, которая с грустью обратилась к нам: — Возьмите меня с собой! Я не могу больше здесь находиться и быть подстилкой для Верхнего Трактуса. Я больше не хочу унижаться в этом месте. Я вас прошу! Я не стану вам помехой. А если что-то пойдет не так, то выкинете меня на одном из Скритов.

— Она мне не нравится, — признался Сонг. — Какая-то она… скользкая.

Резко взглянув на старика, Кассия сказала:

— Думайте обо мне что хотите. Я просто действую, как велит сердце. — С этим она спустилась по ступенькам вниз, дожидаясь указаний от нас.

Старик пожал плечами, Крэйг отвел взгляд немного в сторону, а я внимательно посмотрел на служанку — та стояла молча, глядя в пол, как будто задумалась. За столь короткое время, я успел привязаться к служанке. Меня влекло к ней.

— Сонг, я думаю, она нам не помешает. Ведь Кассия много кого повидала и много чего слышала. Наверняка нам пригодятся ее знания, — сказал я.

Девушка быстро спустилась вниз. Затем вдруг на лестнице появился Спарки. Он уцепился лапами в перила и громко заскулил. Кассия на миг обернулась в сторону пса и вновь посмотрела в нашу сторону.

— Можно и он поедет? — спросила девушка.

Старик махнул рукой и сказал, чтобы они оба забирались в фургон. И мы тотчас покинули это место на одном из немногих в Скайлене четырехколесном транспорте.

Раньше я думал, что на шаг приблизился к намеченной цели, но сейчас я осознал, что вернулся на десять шагов назад. Ведь, кроме потерянного друга, теперь в плену очутилась та, которая дарила надежду.

Я смотрел в пыльное окно, сидя внутри фургона. Вся вина лежала полностью на моих плечах. Я должен был остаться рядом с Евой.

Однако, то, что я вдруг увидел, прервало ход моих мыслей.

— Мне кажется, или я действительно это вижу?

— Да, Лео. На земле такого не сыщешь, — ответил Сонг, улыбаясь.

Огромное деревянное сооружение, похожее на корабли примерно начала ХІХ века, висело в воздухе около обрыва Скрита, с которого мы убегали. Большие белые паруса красиво играли на ветру. Я обратил внимания на упрочненный корпус с дополнительными шпангоутами и многое другое. Этот корабль был прекрасен.

— Не может быть! Он летает? Фантастика! Я помню, Крэйг мне уже говорил о том, что здесь нет машин, как на земле, зато есть такое зрелище, но я не придал его словам должного значения.

Мой восторг не имел границ.

— Это судно принадлежит патрульным. Их всего три в Скайлене. Одно здесь, а остальные два — на Верхнем Трактусе. Огневая мощь кораблей превосходна. Так что, с патрульными шутки плохи. Пусть они и глуповаты, — пояснил Сонг.

— Сонг, что будет с Евой? Куда ее увезут? — спросил я.

— Как я и говорил, патрульные — существа глупые, но корыстные. Они не полетят с нею сразу на Верхний Трактус, а заберут к себе и некоторое время будут торговаться с Владыкой насчет ценного груза.

— Каким образом? Они же у него в подчинении.

— Да, ты прав. Но патрульные знают, что Владыка не сможет всех распустить, ибо в Скайлене начнутся восстания недовольных, и кто знает, к чему это приведет. Так что ему придется хорошенько поторговаться с патрульными, пока их всё не устроит.

— Как интересно! Не ожидал, что в Скайлене будут такие деловые отношения, ради чьей-то выгоды.

Угнетенный, я прислонился к стене и дал волю эмоциям. После разговора с Сонгом и его напутствий, я вспомнил своего отца, с которым мы расстались не на самой мажорной ноте. Тоска переполнила меня. До чего же мне всё надоело! Захотелось выбраться из всей этой истории. Моя реальность играла со мной в злую игру, которую мне придется пройти до конца, что бы меня дальше ни ожидало.

Глава 17. ЗАБЫТЫЙ СКРИТ

Вот уже три дня я убираю разрушенные улицы, оказываюсь на волосок от смерти в своих снах и просыпаюсь, повторяя вслух свое имя. Три дня подряд обхожу каждый уголок Скрита и избавляюсь от любой мелкой песчинки, каждого мельчайшего намека на мусор. Однако результат всё тот же: старик походит, посмотрит, недовольно пробормочет и скажет, чтобы я снова всё убирал. Но я не понимаю, куда лучше? Это место и так стало блистать после нашего приезда. Здесь, наверное, лет сто не было так чисто. И никогда не пахло так вкусно. Кассия снова бьет все возможные кулинарные рекорды и кормит нас незабываемыми блюдами. Я даже представить себе не мог, что можно готовить так вкусно. А Крэйг, наверное, уже крутится возле нее и пробует приготовленное. Хотя, может быть, он снова сел на полюбившееся ему после приезда сюда место под деревом мангунии и, облокотившись, затачивает и без того уже до невозможности острый клинок, найденный Крэйгом в первый день нашего приезда на этот Забытый Скрит. И, конечно же, Спарк, который довольно быстро привык к моему запаху и повсюду следовал за мной. А Старик Сонг опять уселся на свою табуретку, с которой он не расстается еще с Райских Мест и того переулка около таверны, и вновь читает свою книгу у самого уцелевшего домика, который удалось здесь отыскать.

Дом стоял на небольшом холме. Стоял себе, глядя на широкие просторы. Не такой уж примечательный дом: квадратный, приземистый, на фасаде — четыре овальных окна. Размерами и пропорциям он не особо радовал глаз. Единственное, что отличало дома данного Скрита от всех остальных в Скайлене, это удивительный воздух в комнатах, а все из-за странных стен, сделанных из незнакомого мне материала. Они благодаря своим природным свойствам очищали воздух и тонизировали его, поддерживая сухой, однородный климат в помещении.

Как же мне нравится именно это место! Можно сказать, что ради возможности посидеть около обрыва, я мету улицы полдня. Здесь заканчиваются Скрит и сам Скайлен, и открывается прекрасный вид сплошного голубого неба. А этот, как говорят Скайлеанцы, дневной покров под ногами, стал для меня уже привычным. О тучах над головой даже думать не могу. Тут так тихо! Позади остались небольшие заброшенные домики и обшарпанные улицы. Даже дышать стало легче. Однако я всё еще боюсь подойти к самому краю. Два метра от обрыва — это мой максимум. Уж слишком сильно я боялся упасть. Только кидал вниз камни и смотрел, как они бесследно исчезают в белом покрове. А вот Спарк подбегал к самому обрыву и, немного полаяв, возвращался ко мне. Еще он часто лазил по разрушенным домам и прыгал с крыши на крышу, не боясь, что в любой момент может сорваться и упасть.

И почему этот Скрит забросили? Ума не приложу! Здесь всё выглядело умиротворенным. А ведь мертвые кварталы когда-то были живыми, но годины почему-то покинули это место. Даже старик не смог мне объяснить, почему Скайлеанцы так поступили. И снова я засмотрелся на даль бескрайнего неба. Будь моя воля, я простоял бы тут не один час, однако мне было нужно на обратном пути еще раз все подмести — может, Сонг уже сжалится и начнет меня тренировать. Ведь пока мы добирались, старик обещал, что покажет мне, как пользоваться Улучшенным Эйроном — так он называл свою превосходную технику, которой его научили на Верхнем Трактусе. Но что это и как это, говорить отказался.

По пути к Забытому Скриту я нашел в грузовике карту Скайлена и досконально ее изучил. С Евой мы уже успели побывать на Переднем Скрите, а потом попали на Скрит Два, откуда нас и забрал Крэйг на Центральный Скрит. После него следует самый таинственный Скрит — Верхний Трактус. Он расположен выше всех остальных летающих островов города. Потом мы ехали через Патрульный Скрит — самое грязное и неопрятное место в Скайлене. На нем живут лишь патрульные. А затем мы добрались сюда, на Забытый Скрит. Здесь нет ни единой души. Это место давно мертво. Даже патрульные редко сюда залетают на своем корабле. Мы были в полной безопасности на крайнем острове.

Каждый сутень здесь проходил по одному и тому же сценарию. Я видел сны, в которых, как и в прошлые разы, снова боролся с печатью. Было много головоломок и странных моментов. Однако, находясь на волоске от смерти, я снова и снова обнаруживал правильный выход из ситуации и просыпался, повторяя свое имя. Еще мне помогал Сонг. Он дал мне медальон, сдерживающий страшную силу проклятой метки. Серебряный, круглый, не открывающийся медальон с орнаментом-гравировкой, изображающей неведомые мне растения, и прекрасным камнем посередине, который стеклянно блестел и излучал флюоресцирующий красно-черный свет. По легенде, медальон возник из сил Четырёх Первородных духов, чтобы поддерживать баланс сил Между Мирами. Он назывался Сердце Синрадиа. По словам Сонга, Синрадиа — это Божество всех миров. Медальон выдается каждому Стражу на Верхнем Трактусе. Всего этих Стражей трое. Старик сказал, что они обладают невероятной силой, похожей на мою. Поэтому Владыка сделал эти медальоны для контроля их мощи, чтобы сила не смогла убить их самих и нарушить Свет Трактуса.

Из этих пояснений я мало что понял, однако Сонг был не тем человеком, который любит болтать лишнее. Он постоянно оставляет какие-то загадки. Я усвоил лишь то, что если сила будет поглощать меня во сне, и я уже наверняка не смогу найти выход, нужно схватить медальон на шее, и сон развеется. Жаль, что в жизни он так не подействует.

Когда я вернулся к дому, Сонг снова сидел за своей книгой. Может, даже не стоило подходить к нему. Ведь всё равно скажет убирать всё заново, хотя эти улицы после нашего приезда стали блестеть. Что ему еще нужно?

— Эй, мне надоело мести улицы! Каждый день одно и то же. Ты сейчас снова скажешь, что всё грязное — иди мети. А смысл? Каждый день появляются новые песчинки, образуется новая пыль. И как бы я ни мел, чище от этого улица не станет. Я бросаю это дело, извини. Я приехал тренироваться, а не убирать. Мы уже три дня здесь, а там — Ева и Эд! Я не могу сидеть, сложа руки.

— Я тебя услышал, — сказал Сонг, опустил голову и начал что-то искать под своим плащом. Затем медленно встал со стула. А потом последовал быстрый взмах руки — и два мелких камня уже летят прямиком в меня, как это было в том переулке. Но что это!? Я вижу их! Первый камень я отбил рукой, пусть было и больно, а от второго уклонился, немного повернув тело.

— Сонг? Ты видел? — радостно воскликнул я. — Не знаю, как ты, но я заметил все твои движения и летящие камни.

— Ты быстро учишься. Твоя печать помогает тебе в этом. Она дарит тебе силы. Быть другим — не значит быть лучше, Лео. Иначе говоря, гвоздь, который торчит, забьют первым. Запомни это! — несколько удивленно произнес Сонг, посмотрел куда-то в сторону и начал чесать подбородок. — Я думаю, нам пора начать тренировки.

— Учту, старик. Ты серьезно насчет тренировки? — с подозрением посмотрел я на старика.

— Я неспроста заставлял тебя целыми днями мести улицы. Заставлял видеть каждую мелкую пылинку и избавляться от нее. Сила, которая заточена внутри тебя, помогла ускорить процесс. Твоя внимательность поднялась совершенно на иной уровень, юноша. Теперь я научу тебя сражаться.

— Неужели? Ура! — я был просто вне себя от радости.

— Однако пока сутень не настал, иди и еще раз всё вымети. А потом придешь поесть. После этого ты должен отдохнуть. С утра мы и начнем тренировку, — дед с довольным лицом сел на лавку, не переставая чесать подбородок.

О, нет! Снова эта уборка! Но на этот раз меня грели надежда и предвкушение завтрашнего дня, и я, как всегда, взяв с собой Спарка, приступил к делу. Узнав теперь, для чего всё это, я усерднее занялся своей работой.

Долгожданный сутень наступил быстро. В это время обычно летали патрульные, так что я, вдохновленный обещанием Сонга, моментально закончил уборку, не заметив этого. Теперь мне предстояло плотно поесть и готовиться к очередным испытаниям печати тысячи снов.

И вот я снова стою у дома. Во дворе уже давно никого нет. Солнечные лучи исчезли, как исчезают люди, которые ушли из жизни. Нет ни единого следа, осталась лишь память о них. Свет планеты, которая появилась из-за горизонта, подарил новые сумерки. Казалось, что погода здесь никогда не меняется. Скайлеанские сутени больше не дарили мне того неописуемого восторга. Мертвое место и сплошная тишина обугленных стен. А в голове сейчас — упоительные ночи в моем мире. Свет фонарей, дающий нежное освещение, гул машин и родные места…

Я вошел в дом. Внутри царила спокойная атмосфера. Крэйг давно спал. Он любит ложиться пораньше. Сонг бесследно пропал в своей комнате вместе со Спарком. А Кассия сидела в кухне, водрузив ладони на сложенные под собой ноги и немного расправив плечи, с идеально ровной спиной, и смотрела на меня, стоящего в коридоре. После инцидента в комнате Смита мы так и не поговорили по душам.

Стол был накрыт. Кассия чётко знала отведенную ей роль: готовить есть, поддерживать порядок в доме и рассказывать всё, что знает. Я сел и принялся торопливо хватать еду.

— Не спеши, — начала она и сжала мое плечо, но я стряхнул ее руку и вскочил, царапнув пол ножками стула.

Я на миг остановился. Глубоко вздохнул, присел и продолжил прием пищи, ничего ей не ответив. Девушка нервно отвела взгляд. Я не выдержал. Схватил её за руку.

— Как ты смеешь еще отводить взгляд от меня? Ты же знала! Знала этого мужчину на фотографии, — сердито заявил я. — Ведь ты знала о том, что они сдадут нас патрульным! Знала, что те ищут нас, а Смит давно указал им путь!

— Больно, отпусти руку! — с трудом сдерживая слёзы, прошептала девушка.

Затем, где-то с минуту, мы молчали. Руку я так и не отпустил.

— Лео, я не знала, что нагрянут за вами. Правда! Смысла тебе врать в данной ситуации я не вижу. Мужчина на фотографии — это посредник из Верхнего Трактуса, один из главных подчинённых Владыки. Я так понимаю, именно он заманил вас с другом сюда. Близко его знал только Смит. Я выполняла свою работу, которая никак не касалась тебя и, тем более, Евы, — слеза скатилась по щеке Кассии и камнем полетела вниз. — А теперь поешь спокойно, человек.

Либо эта слеза, либо уверенность в интонации заставили меня поверить ее словам. Я ослабил хватку и отвел взгляд.

— Ешь, дорогой, — предложила она и убрала дрожащие руки со стола.

— Он? Посредник? А как же Стэн? Был еще один человек, ещё там, в моём мире. Он дал мне номер этого похитителя людских душ. Этот парень постоянно наблюдал за мной.

— Честно, я не понимаю, о чем идет речь. Мне неоткуда знать эти подробности.

— Я думал ты владеешь большей информацией.

— Прости, что разочаровала тебя.

Мы замолчали. Кассия смотрела в пол и больше не могла позволить себе хоть что-то сказать. Тишина. Остался слышен лишь звук идущих часов на моей руке.

— Успокаивает, согласна? — спросил я.

Скайлеанка устало склонила голову набок, облизала губы и спросила:

— Что именно?

— Тик-тик… Звук часов. Мысли словно теряются в их тиканье.

— Не знаю. Не замечала за собой подобного.

— А ты прислушайся, — сказал я и подвинул руку с часами ближе к ней.

Служанка потянулась ко мне и взяла меня за руку. Касание ее теплой ладони заставило мое тело покрыться мурашками.

— Кассия, прости, что сорвался на тебе.

— Всё в порядке, Лео.

— Точно? — я сжал ее ладно крепче.

— Да, я не злюсь, Лео. Иногда нужно открываться, и говорить то, что думаешь. Если тебе конечно важны люди или годины.

— А может наоборот не надо вообще ничего говорить, чтобы не причинить еще больших страданий?

— Нет! Надо говорит, всегда! — Кассия отбросила мою руку и уперлась своим лбом в мой лоб, а затем продолжила уже шепотом. — Если тебя что-то беспокоит, то почему бы не сказать и не решить проблему вместе, а не самому принимать какие-то решения?

— Но это ведь мое беспокойство. Я не привык ко всему этому, — тихо ответил я и закрыл глаза.

— Если ты в отношениях с человеком, то это не только твое, пойми…

Наши посиделки с прекрасной Скайлеанкой вновь закончились сексом, после которого никто из нас не смог уснуть. Казалось, спальня была полна невысказанных фраз и молчаливых укоров; стояла тревожная тишина, как на мосту, который вот-вот рухнет. Мы с Кассией лежали рядом, не касаясь друг друга — барельефы на разоренной могиле кровати, и до тошноты боялись облечь свои мысли в слова. Наконец она заговорила, пытаясь справиться с неожиданной хрипотой.

— Ты ведь говорил, что у нас с отношениями ничего не выйдет. Зачем тогда снова пользуешься мной? — спросила Кассия и убрала локон волос с лица. — Зачем?

— Я не знаю, Кассия, — вздохнул я и почесал затылок. — Есть в тебе что-то такое. Я будто чувствую тебя. Чувствую комфорт в постели с тобой, — снова глубоко вздохнул я.

— Может, ты просто влюбился в меня, и не хочешь этого признавать? — Скайлеанка дотронулась до моей руки с печатью и принялась нежно водить пальцами по ее очертаниям. — Ты слишком уверен в себе. Знаешь, что и когда тебе нужно. Знаешь, что я влюблена в тебя.

Кассия обхватила моё лицо ладонями и придвинула к своему.

— Скажи, что хочешь быть со мной! — после этих слов девушка нежно провела пальцем у моих губ. — Скажи.

— Да, хочу, — вырвалось у меня.

— Но я не хочу быть с тобой, Лео, — отрубила она и тут же отвернулась и предалась сну.

Вот тебе и сутень выдался! А впереди меня ждал сон, который точно не подарит фонтана положительных эмоций. Впереди — мучительные часы во тьме.

Глава 18. ПРИОБРЕТЕННЫЕ НАВЫКИ

— Во время сражений с годинами и патрульными тебе придется полагаться лишь на собственные умения и силу, не применяя магию заточенную внутри тебя. Любые прямые удары противника тебе в лицо должны быть блокированы открытой правой рукой. И так как ты преимущественно правша, ты должен сбрасывать все атаки в левую сторону от себя толчком либо ударом закрытой правой руки. Чтобы блокировать удар соперника, тебе необходимо дождаться, пока его рука окажется в непосредственной близости от тебя. Держи правую руку открытой, при этом кисть должна быть расслабленной. Когда рука врага, наносящая удар, окажется близко, ты должен «ловить» ее открытой рукой, напрягая при этом мышцы всей руки. И никогда не вытягивай руку, встречая удар, до тех пор, пока рука не окажется совсем близко. Именно поэтому ты и вырабатывал в себе навык — внимательность. А наибольший эффект при отражении удара достигается тогда, когда ты бьешь в бок кисти своего противника. Помни! Никогда не следует принимать меры для защиты от удара до тех пор, пока ты не убедишься в том, что твой враг наносит удар. Защищаясь движением слишком рано, ты дашь оппоненту возможность нанести себе удар в открытое место. Таким образом, внимательно следи за врагом и не будь при этом слишком нервозным. У тебя всегда имеется больше времени для защиты, чем ты думаешь! Если ты будешь помнить об этом, ему будет очень трудно поймать тебя на обманном движении. Удары в голову должны блокироваться левым и правым предплечьем. Когда твой враг наносит такой удар, подними предплечье своей руки так, — говорил и показывал дедуля Сонг, — чтобы оно встретило его кулак в запястье. — Сонг обошел меня вокруг, продолжая свои наставления. — В момент контакта с его кулаком, напрягай мышцы руки, чтобы амортизировать удар. Руку держи около головы. Не отводи руку слишком далеко от «мыслящего места» и не делай его движения в сторону приближающегося удара. Пусть твой враг сам нанесет удар, а ты его спокойно блокируй. Любые удары в корпус, — продолжил старик, — должны блокироваться предплечьем и локтями на расстоянии до полуфута от корпуса. После чего движением свободной руки нанеси встречный удар в лицевую часть. И так действуй до тех пор, пока твой противник не окажется повержен. Двигайся на ногах осторожно и плавно, словно ты паришь в воздухе. На большом расстоянии наноси удары ногами, не подпуская цель, а при маневрах встречай обманным ударом во все открывшиеся части тела. Вкладывай в каждый удар как можно больше силы. Не проявляй жалости и не допускай ошибок, вся твоя сила в тебе самом, не рассчитывай на печать тысячи снов, — добавил Сонг. — При проходе врага в ноги, встречай коленом и протягивай его по полу круговым движением рук за себя в сторону, после чего свободно бери шею в замок и делай то, что посчитаешь нужным. Не щади и не теряй удобных моментов, — объяснял дедуля Сонг, порхая по двору, изображая бой с воображаемым противником.

Я наблюдал за грациозностью Сонга и тем, как легко он передвигается, несмотря на свой старческий возраст. Мне казалось, что если бы в этот самый момент старик встретился бы с годином или патрульным, то Сонг не оставил бы ему и шансов на победу.

— А сейчас мы проведем с тобой тренировочный бой, в котором твоя задача — защищаться, — сказал дед. — А смысл такого боя в том, что я буду наносить тебе различные удары, в то время как ты будешь правильно защищать себя от каждого удара. Таким образом, ты не наносишь ударов, а концентрируешь все свое внимание на защите.

После слов Сонга на меня посыпался целый шквал ударов, которые я сперва не мог парировать, принимая все удары на себя. Однако, моментами позже, я уже с легкостью отбивал удары и пытался уйти в защиту. Оборона далась мне очень просто.

— Молодец, Леонард! — заявил Сонг. — Твои способности впечатляют, а сила печати в двойне быстрее ускорили наше обучение. Думаю пока хватит, а сейчас иди отдохни — ближе к сутеню продолжим.

Еще не один удар пришелся в корпус. Снова и снова. В его неповторимую защиту. Это всё походило на удары молота по могучему металлическому сплаву: колотишь — а толку абсолютно никакого. А реакция старика на атаки?! Он же видит каждый мой шаг, словно знает все наперед! Угадывает любой маневр. Мне кажется, даже если бы мы с Крэйгом напали на него сейчас вместе, наши шансы остались бы такими же прискорбными. Его невозможно обмануть.

— Довольно! — взмахнул рукой старик. — Вперед, к манекену, колоти его.

Манекен — это построенный нами как бы тренажер, на котором я оттачивал свои удары.

— Нет, Сонг! Давай еще раз попробуем. Я устал от этой деревяшки. Я смогу! — неровно дыша, заявил я.

— Утром ты был куда сильнее, а твоя защита меня весьма впечатлила. Твоя внимательность очень сильно способствовала ей. Однако главную роль во всем сыграла этом темная сила внутри тебя, — сказал Сонг и пошел к своему стулу, на котором лежала его потрёпанная книга. Он никогда с нею не расставался, видимо, книга имела для него огромное значение.

— Я знаю об этом. Но дай мне попробовать еще раз! И поверь, на этот раз у меня всё получится! — закричал я в спину старику. И в тот же миг у меня в голове созрел план.

— Откуда такая самоуверенность, малыш? — ухмыльнулся дедуля. — Чтобы ты ни придумал — это не поможет тебе.

Небольшая тень от стоящего рядом дома накрыла мое лицо, и я вновь крепко сжал кулаки.

— Я готов, дедуль, — уверенно произнес я и глубоко вздохнул. — На этот раз я не облажаюсь.

Я сделал пару шагов вперед и стал в стойку для подходящей атаки. Дед скрестил руки на груди и вновь закатил под лоб глаза.

— А разве у тебя есть выбор? Наивен ты!

Я принялся атаковать, как и прежде необдуманно помчав на него. Первые два удара пришлись мимо — старик ловко увертывался. Еще серия ударов — но теперь они пришлись в блок учителя. Снова и снова я продолжал бить. Бить просто в корпус или куда попало, тем самым загоняя Сонга к самой стене. Удары постоянно летели в его сторону — никакой остановки, а старик всё улыбался и превосходно отражал их. Пыль с земли поднималась около нас. Я не прекращал свою серию атак и активно двигал как руками, так и ногами. И вот я загнал его к стене.

— Чего ты улыбаешься? — спросил меня Сонг. — Это ведь твой предел. Я уже не чувствую особой силы в твоих ударах.

Я отступил на пару шагов назад и с сильной одышкой ответил ему, продолжая при этом улыбаться.

— Думаешь? — сказал я, сделал еще пару шагов назад и остановился прямо около табуретки с книгой. — С этого момента всё только начинается.

Сильный взмах ногой — и я подбрасываю его маленькую табуреточку вверх, ловлю книгу правой рукой, а левой сразу же открываю последнюю страницу.

— Парень, что ты задумал?

— «Наш герой пришел в назначенное место и привез с собой долгожданное…» — начал зачитывать из книги я.

— Нет! — крикнул в ужасе Сонг и закрыл уши руками.

Я его не послушался и продолжил, а старик не прекращал издавать вопли. В какой-то миг даже показалось, что он читает всё у меня по губам, потому как он сразу закрыл глаза.

Взмах, удар…

— Сонг, я так предполагаю, на этот раз у меня всё получилось?

Я вложил книгу в руки сидящему рядом на задней точке старику, развернулся и гордо зашагал к дому.

— Постой, Лео, — крикнул Сонг и отложил книгу.

Я остановился, а старик продолжил:

— Я не хотел акцентировать на этом внимание, но все же… Я хотел показать тебе, что именно ты способен превзойти самого себя, если будешь находится в необходимом настроении, что ты не нуждаешься в той силе, которая заточена внутри тебя. Воин, каким ты являешься, сам способен формировать свое настроение. Ты об этом обязательно еще узнаешь, ведь тебе известно состояние, соответствующее настроению война, которым ты можешь пользоваться.

Я хотел спросить, но для этого моим мыслям не хватило четкости, я и покорно вслушиваясь, лишь добавил:

— Очень удобно действовать, всегда находясь в соответствующем настроении и видеть слабые места противника.

— Ты прав, это не дает цепляться за разный хаос и позволяет оставаться чистым в своих помыслах.

— Я все прекрасно понимаю, но чувствую, что попытка применить в реальности то, чему ты меня учишь, равняется нулю.

— Не волнуйся, Лео. Тебе еще представится возможность все прочувствовать. Именно поэтому тебе необходимо быть готовым к различным ситуациям. Жизнь настолько непредсказуема, насколько и многообразна. Ты должен учитывать каждую мелочь. Это называется самоконтролем и контролем над всем окружающим миром. И, завершив свои расчеты, ты обязан действовать, отпускать рычаги рассчитанного действия, после чего все будет проходить само собой и никто не сможет тебя сбить с намеченного пути. Твои намерения должны быть непоколебимы, суждения — окончательными, и никому не под силу заставить тебя поступать вопреки самому себе. Ты обязан быть настроенным на победу и выживание — и только тогда ты выживешь, выбирая наиболее оптимальный образ действий.

Мне были по душе установки Сонга, только я до сих пор не совсем понимал, для чего старик мне сейчас все это рассказывает. А если бы знал, то подумал бы, что Сонг настоящий пророк. Возможно, это и было скрытый дар старика — прорицание.

Глава 19. ГОРЯЧИЙ ЧАЙ

Приоткрытая дверь надоедливо поскрипывала, запуская в дом легкий сквозняк и летящих за ним насекомых. Вот одно из этих мелких летающих существ усердно пытается приблизиться ко мне. А я в ответ эффектно машу ладонью, дабы как-то задеть насекомое…

Кассия в это время находилась в соседней комнате и спала, а Сонг пропал где-то на кухне. Наверное, подкрепляется после насыщенного дня. Кстати, о том, что случилось за это время: кроме моего утреннего триумфа, когда я смог удивить дедулю своей защитой, приобретенной реакцией и тактикой боя, во второй половине дня я был с ног до головы загружен отработкой силовых приемов. Наконец-то начались настоящие тренировки. Это по-настоящему поднимает мой дух. Я чувствую внутри себя силу. Даже в прошлом сне мне снова не пришлось пользоваться медальном на груди. Бродя по темным чертогам своего разума, я опять нашел выход из затуманенного злобой сна. В тот сутень мне снились родители.

На стене криво висела маленькая картина с изображением обнаженной девицы (судя по всему, великана, так как она лежала посреди улиц и домов, прикрываясь вырванным из земли деревом) — хоть что-то украшало этот дом, а то старый шкаф и прочая мебель комфорта комнате не придавали. Впрочем, были еще часы. Напольные часы с кукушкой. Старые. Полностью сделанные из дерева. К большому сожалению, они уже не показывали время, а кукушка покрылась паутиной. В общем, больше ничего не было внутри этого непримечательного домика. Уюта здесь точно не жди.

Вдруг у входа нарисовалась чья-то тень.

— Ты наконец-то вернулся, Крэйг. Как всё прошло? А где Спарк? — я откинулся от спинки дивана, оперся руками на сидение и напрягся в ожидании ответа.

— Вернулся, — Крэйг огляделся, ища, куда положить свою сумку. — Спарк остался во дворе. Патрульных снова не было.

— Что? Опять?

— Ага, дремлют они. Нехорошо это, — он сел рядом со мной и сложил руки на груди, после чего тяжело вздохнул и посмотрел в потолок.

— Нехорошо? Что ты имеешь в виду? — спокойным тоном продолжил расспрашивать я.

— Обычно в это время они пролетают мимо, патрулируя окрестности Скайлена. Однако после поимки Евы всё изменилось, — сказал друг и сжал кулак. — Даже представить себе не могу, что там с нею происходит!

— Безысходность.

Мы на некоторое время замолчали.

Затем послышался скрип пола. В комнату вошел Сонг с железной кружкой в руках, из которой вырывался пар. Он тоже сел рядом и присоединился к нашему разговору.

— Крэйг, я всё слышал, — старик пригубил горячий напиток. — Горячий — это хорошо, — на мгновение он замолчал. Его дыхание было хрипловатым. Мы замерли в ожидании продолжения. — Да, хорошо. Люблю, когда чай горячий.

— И это всё? — у Крэйга сдали нервы. — А как же Ева?! Ты не забыл о ней? Это очень странно, Сонг, что патрульные не прилетели.

— Горячий, это хорошо. Люблю, когда горячий. А ты, Крэйг, остынь. Хорошо, что они не прилетели, — Сонг снова отхлебнул из кружки своего зелья и перевел взгляд на меня. — Про девочку-отшельницу я не забывал, но главная цель тебе известна. Избранный спасет нас.

— Я тоже верю в Лео, но как же Ева? Что будет с нею? — Крэйг встал и принялся ходить по комнате.

А слова Сонга еще долго вертелись у меня в голове.

— Уймись уже, Крэйг, — поставил кружку на пол Сонг. — Если они не прилетели, значит, она еще жива. Значит, они еще не отдали ее и не занимаются повседневным патрулированием. Она — ценный груз.

— Надеюсь, — Крэйг снова сел на диван.

— Лео, ты многого достиг сегодня — ты растешь, — продолжил старик, делая небольшие паузы. — Однако, не взяв печать под свой контроль, ты не сможешь победить Стражей. И домой ты без этого вернуться не сможешь.

— Что за Стражи, Сонг? Ты так и не рассказал о них ничего конкретного, — я сжал рукой место с изображением печати. — Проклятая метка! Как мне овладеть ею?

— В данный момент ты ничего не можешь сделать. Можешь только смотреть свои сны в страхе, что рискуешь умереть в любое мгновение. Печать проснется после смерти. Не твоей смерти.

На некоторое время в комнате воцарилось молчание. Сутень спустился с небес. Кассия всё еще спала, а мы с Крэйгом внимательно прислушивались к неторопливому рассказу Сонга о Стражах Скайлена.

— Их не выбирали. Не было детального отбора, никто не смотрел на их способности. Они уже были выбраны самим измерением. Жизнь Стражей пуста. В ней не было ни смысла, ни цели. Это — существа, потерявшие всё. В момент внутреннего конфликта их и подобрал Владыка, как подбирают бездомных животных на холодной улице. Трое «зверей», которые готовы идти сквозь огонь и воду ради новой силы, нового смысла. Трое, как и три наших измерения. Три жизни. Три существа. Человек — преодолевавший Обитель Судеб. Патрульный — существо, созданное пещерами. Отшельник — глаза, видящие тьму. Владыка хотел большего и решил добавить четвертого стража из его собственной расы — расы Годинов. Однако уже использованное мастерство — Свет Трактуса — отвергало другую магию. После шанса, данного будущим стражам, и обретения ими силы, они следующие двадцать лет служат Скайлену. Самые страшные мучения и физические нагрузки они испытывают в первый год своей новой жизни. Спустя триста шестьдесят пять дней они уже готовы к новой судьбе и стали уже совсем другими существами. Те холод и тьма, которые в них были, в десятки раз увеличились. Утратились ощущения, исчезла способность сострадать. Новоиспеченные Стражи овладевают Улучшенным Эйроном — способом видеть, предсказывать атаки противника. Неимоверная оборонительная мощь! И, само собой, небывалые навыки боя. Можно сказать, что Стражи становятся практически бессмертными. Тогда Владыка внедряет в них силу — печать, похожую на твою. Однако ее форма гораздо страшней и ужасней. После окончания службы Стража вся его ненависть передается новому мученику, а владевшему этой силой, в свою очередь, просто стирают память. И больше нет ничего. Снова та же холодная пустота… После войны за Скайлен хозяин Верхнего Трактуса окончательно взялся за его защиту и установление власти над всеми мирами. Первый шаг был выполнен безупречно. Он смог создать темный свет, который дал ему свою собственную расу и армию годинов, а тех, кто не поддался этой зловещей магии, он заточил в нижний мир — в вечную ночь. Переметнулись к нему и пещерные жители, обитавшие между мирами, — патрульные. Владыка дал им во владение целую часть Скайлена, поэтому они с удовольствием бросили родные дома в обмен на службу здесь. Однако всего этого было недостаточно, чтобы держать летающий мир у себя в руках. Отшельники постепенно восстанавливали свои силы — многочисленные годы в темноте не прошли впустую. Они мутировали от такого образа жизни. Начали рождаться другие, с другими глазами и другими ушами — иной формы и способными иначе слышать, и с новыми надеждами. Ночь подарила нечто новое и создала Нижний Мир. Так и появились отшельники с глазами ночи, которые видят сквозь тьму. Всё это пробудило испуг в сердце Владыки. Вот тогда он и начал создавать безупречных воинов. С силой, данной им, можно завоевывать миры. У него была самая выгодная позиция, и Владыка сполна воспользовался этим. Создание стражей окончательно убило мечты отшельников о Скайлене. О том месте, где они должны находиться. Но вера не исчезала, как и не исчезали слова старейшин об избранном трёх измерений, который изменит отношения между мирами. Пылая огнем, избранный принесет мир и спокойствие. Скрытой силой, печатью тысячи снов, которую удалось воссоздать руками первых отшельников, поселившихся в Нижнем Мире. Многие смельчаки пытались овладеть данным волшебством, помочь вернуть утраченный дом, однако результат всегда был плачевным. Но всё изменилось, когда к нам прибыл он — человек! Поднявший всех с колен. Он заставил проснуться всех. Надежда играла в душах каждого, живущего в Нижнем Мире. Этот человек — Старид. Вскоре он стал править Нижним Миром, отшельники верили в него. Спаситель, как называли его местные обитатели, восстановил забытое мастерство, одно из достижений которого и было использовано на тебе — Фортунэм. До последней секунды его жизни все думали, что именно Старид — тот самый избранный, который подарит всем мир. И тогда появился ты, Лео. Здесь началась твоя история. Поэтому вся тяжесть ноши каждого из отшельников лежит теперь только на твоих плечах. Судьба дочери Ричарда и миледи Ланы — Евы — тоже.

Сонг замолчал. Стало холодно. Эта история, слова, надежды… Слишком много для одного человека — для меня. Унять дрожь сейчас было просто невозможно, она буквально украла мое тело. Я смотрел на часы с кукушкой, всё еще надеясь, что они начнут работать. Сонг продолжал рассказывать мне всё то, что не сумели сообщить ещё там, в Обители Судеб. Сидящий рядом Крэйг уже начал засыпать и наверняка мысленно находился в постели. Это было видно по его слипающимся глазам. А теперь он начал еще и зевать.

Пауза, сделанная стариком, закончилась. Он тихим и хриплым голосом продолжил рассказ:

— Владыка знает о тебе. Знает и о пророчестве, но в него уж точно не верит. Ведь это всего лишь «вымыслы старых маразматиков». Таких же, как и я. Пичкаем всех пустыми надеждами, ведь никто не может доказать истинность этих слов. Королю Скайлена нечего волноваться. Ведь ты сам к нему придешь. А вот с силой в руках или без нее — здесь и возникает главная дилемма. Однако я, Сонг, один из бывших Стражей Верхнего Трактуса, проживший во тьме двадцать Скайлеанских лет, не позволю больше передавать всю накопленную злость следующему Стражу. Не позволю нашим мирам жить под крылом этого карателя! — приподнимаясь, повысил голос старик. — Вместе мы сможем победить!

Глава 20. ИГРА «РУКЕНДЖИ»

Утром меня разбудил громкий рев. Оказалось, что это ревет мой желудок. Я перевернулся на спину и почесал живот. Вновь внутри него раздалось злобное рычание.

— С этим нужно что-то делать, — буркнул я, встал с кровати и ступил на пол, который тут же заскрипел под ступней.

Я обогнул спящего пса, у которого слегка подергивались лапы. Надел майку и штаны и прошел по короткому серому коридору на кухню. Обычно в такое время Кассия уже стоит у плиты и что-то готовит, однако на сей раз помещение пустовало. Мой живот вновь напомнил о себе громкими песнями. Я осмотрел все шкафчики, но ничего похожего на еду не нашел. «Вот незадача!» — продолжил я разговаривать с самим собой. Вновь осмотрев ящики и пару раз заглянув под стол, я глубоко вдохнул и посмотрел в окно, а именно на мангунию, под которой постоянно сидел Крэйг. Синие плоды этого дерева выглядели очень аппетитно. Словно вишня из моего мира, только иного цвета. И опять — рев моего желудка…

— Проголодался, Лео? — подкрался сзади Старик Сонг.

— Ага, есть такое, — я взялся рукой за живот.

— Да, так дело не пойдет. Ты должен быть сыт, чтобы тренироваться в полную силу! Но, к сожалению, еды больше не осталось…

— И что теперь делать, старик?

— Нужно ехать на Центральный Скрит. Еду в Скайлене можно добыть исключительно на рынке.

Сзади к нам подошел Крэйг. К этому времени его лицо уже выглядело очень бодрым, но, как всегда, оставалось серьезным. На нем была черная мантия, похожая на те плащи, которые дала нам Варвара из Обители Судеб.

— Я возьму Спарка и отправлюсь на рынок. Все равно сижу прохлаждаюсь целыми днями, — сказал Крэйг, накинул на голову капюшон и сунул руку в карман.

— Подожди! Возьми с собой и Лео. Он сейчас все равно тренироваться не сможет, — прохрипел старик, уходя из кухни.

— Да, точно! А то этот хмурый Скрит уже в печенках сидит, — радостно заявил я и скрестил пальцы на затылке.

— Ну, хорошо, давай одевайся скорей, «избранный», — иронично произнес Крэйг и усмехнулся. — Спарки, ко мне!

Животное в тот же миг подскочило и, тихо поскуливая, подбежало к нам. Спарк стал на задние лапы и сравнялся ростом со мной. Я почесал его за ухом и пошел в комнату одеваться. Две минуты спустя я уже стоял на пороге дома вместе с Крэйгом и собакой. Сев в фургон, мой спутник дал мне такую же черную мантию, завел машину, и мы тронулись в путь.

По прибытию на Центральный Скрит мы сразу же направились в сторону рынка, однако, не проехав и пары кварталов, Крэйг свернул в переулок и заглушил мотор.

— Почему мы остановились, Крэйг?

— Дальше пойдем пешком. Нам не следует привлекать к себе особого внимания. А еще нужно зайти в одном место, так что вылезай из машины.

Я кивнул ему в ответ, напялил капюшон и сдвинул его так, чтобы он лучше закрывал лицо и вышел из машины. Спарк остался охранять транспорт. Покинув переулок, мы оказались на просторной улице, где было расположено множество баров, совершенно идентичных по строению и окраске. Единственное, что их различало — это названия. Крэйг настаивал, что нам нужно посетить бар, который назывался «Раскол мыслей».

— Почему именно это место, Крэйг? Что в нем особенного? — спросил я.

— Особенные в нем люди. В буквальном смысле.

— Что ты имеешь в виду?

— «Раскол мыслей» посещает 70 % людей, не познавших Свет Трактуса, за исключением мятежников. Эти люди служат Скайлену, как и я до встречи с тобой. Однако человеческие чувства ни в ком до конца не пропадают.

Мы вошли в бар, который был полностью сделан из дерева. Ничего примечательного: около десяти столиков, барная стойка и стены завешанные плакатами, призывающими к патриотизму и унижению нездешних.

— Не может быть! Сам господин Абу. Давненько я не встречал его, — удивленно воскликнул Крэйг и посмотрел на парня, сидящего в дальнем конце бара, за самым последним столиком от входа.

— И чего особенного в этом мужике? — невольно пожав плечами, спросил я.

— Этот человек обладает огромной информацией. Можно сказать, что у него есть глаза и уши в каждом уголке Скайлена. Ладно, Лео. Стой здесь и ничего не делай, никуда не ходи. Я зайду к хозяйке бара за стоунами — она мне должна.

— Ты надолго?

— Пять минут, не больше, — сообщил Крэйг и быстро зашагал в сторону двери с надписью «Вход только для персонала».

Лишь только мой спутник покинул эту часть помещения, я сразу же подошел к незнакомцу по имени Абу. Конечно же, я ослушался приказа Крэйга, однако я не мог упустить такой шанс и не узнать хоть что-нибудь о Еве.

— Я ищу одну девушку, — сказал я незнакомцу, сел рядом и положил руки на стол.

Это был мужчина лет тридцати с ярко выраженной кавказкой внешностью. Смугловатый, темно карие глаза, большой нос, кончик которого сильно опущен вниз, как у орла, короткие волосы и сильная щетина.

— Ага… Как и все, — ответил мужик.

— Нет, не как все. Мне сказали, что ты человек, который знает всё и вся.

— Как и многие другие в Скайлене.

— Так почему не вступил в ряды мятежников?

— Я не глупец и умереть не хочу. С годами я сделал себе имя в этом мире и смог ужиться с годинами. Меня все устраивает. А ты, я так понимаю, тот самый человек, которого ищет весь Трактус?

Я слегка занервничал и сильнее натянул капюшон на лицо.

— Не переживай. Можешь снять свою мантию. Я тебя не сдам, — заявил Абу.

— Спасибо, — я скинул с головы капюшон. — Так что насчет девушки, поможешь?

Незнакомец кивнул головой в знак согласия.

— Это волшебная девушка. У нее длинные черные волосы и необычные глаза. На ней были серая майка и короткие черные шорты, — я попробовал хоть как-то описать приметы Евы.

— Два шналка! — обратился к женщине за барной стойкой Абу, а затем вновь посмотрел на меня. — Хе! Это улучшит тебе настроение.

— Я не собираюсь пить скайлеанские напитки. Давай лучше к делу. Ты ее видел?

— Отшельница по имени Ева, дочь нынешнего правителя Нижнего Мира Ричарда и его жены Ланы?

К нам подошла официантка — юная девушка с длинными серыми волосами и лучезарной улыбкой — и поставила на стол два деревянных бокала, формой похожих на полумесяц. Затем она откланялась и покинула нас. Из бокалов шел еле заметный зеленый пар.

— Я не говорил, как ее зовут и кто она.

— Но хорошо ее описал. А у меня так: если я хоть раз что услышу, то никогда не забываю. — пояснил Абу, активно жестикулируя руками.

— Откуда ты знаешь Еву?

— Что за вопрос? Об этой отшельнице сейчас весь Скайлен говорит. Ну, и, конечно же, из рассказов Смита. Он говорил, что они родственники.

— Однажды Смит нарвется на мою руку, — крепко сжимая кулак, пообещал я.

— На руку самого избранного тремя измерениями, — пригубив из бокала, сказал Абу.

— Кто ты?!

— Паршивый бродяга, который смог найти свою роль в новом мире. Абу-Карим, к вашим услугам.

— Бродяга — это теперь профессия?

— Когда-то я пытался стать торговцем, однако Скайлен окрестил меня именно безработным проходимцем.

— Так ты видел Еву?

— Прости, но я просто обязан спросить. Речь идет о любви?

— Ты угадал. Это любовь.

— Я так и знал! — радужно улыбаясь, заявил мужчина.

— Говори, что знаешь, у меня кончаются терпение и время.

— Пока ты не появился, мне и в голову не приходило, что это отшельница. Кто бы мог подумать… — он покачал головой и отвел взгляд в сторону.

— Ближе к делу.

— Мой друг, патрульный, ее видел.

— Где?

— На Патрульном Скрите в особняке. Она сопротивлялась до последнего.

— И что дальше?

— Я не всеведущий, однако чутье подсказывает, что они ее там до сих пор держат.

— Ничего нового ты мне не рассказал, но все равно спасибо.

Абу встал из-за стола и провозгласил:

— Мы, люди из другого мира, должны держаться вместе. Может, когда-нибудь я окажусь в беде, а ты будешь поблизости, — едва договорив последнее слово, он покинул заведение.

Через несколько секунд появился Крэйг, с довольным видом засовывая стоуны в карман штанов.

— Ну что, пошли за продуктами? — предложил он, и вдруг заметил бокалы на столе, за которым я устроился. — Здесь же сидел Абу-Карим. Ты что, с ним разговаривал?! Я же попросил просто пару минут постоять тихо, Лео!

— Не переживай ты так, он ничего никому не скажет.

— Хватит! Ни хочу ничего слышать. Поднимай свой зад и пошли на рынок.

Крэйг обернулся, и мы пошли к дверям. На пороге неподвижно стоял весьма колоритный, старый господин и заслонял собою проход. Лицо незнакомца вполне подошло бы какому-нибудь Великому Инквизитору.

— Дорогой Крэйг, — сказал «Великий Инквизитор» моему спутнику, — будьте любезны, объясните, почему вы не появлялись в таверне «Часть твоей мечты»?

— Опять этот старик… Он — словно заноза в одном месте, — прошептал Крэйг.

— Что вы сказали? — переспросил незнакомец.

— Ничего-ничего. Простите, что не появлялся ранее. Были неотложные дела. Вскоре я вернусь и буду вновь поставлять продукты по всему Скайлену.

— Да, будьте так добры. А то ведь без вашего фургона дела вообще не идут. Кстати, насчет дел… Что у вас за неотложные дела появились? — физиономия старика расплылась в подобострастной улыбке.

На разговор Крейга со стариком уже начали обращать внимание окружающие.

— По приезду все объясню, а теперь дайте нам пройти.

Крэйг протиснулся мимо старика и потащил меня за собой.

— Подождите милейший, мы еще не договорили! — закричал вслед старик, однако мы быстро скрылись за проходящими мимо годинами.

Через некоторое время мы оказались на рынке. Могу вас заверить, что подобного места продажи продуктов в мире людей вы не найдете. Это была огромная яма, полностью покрытая асфальтом коричневого цвета. Длинна ямы составляла примерно 300 метров, а глубина — около 20–30. Рынок имел четкую форму квадрата, а чтобы спуститься вниз, была сооружена специальная железная платформа, на которой свободно поместилось бы как минимум пятьдесят человек или годинов. Формой она напоминала тарелку и работала, как лифт. Крэйг рассказал мне, что она опускается и поднимается каждые пятнадцать минут.

Нам повезло — ждать не пришлось, так как платформа поднялась в тот момент, когда мы подошли. Спустившись вниз, я увидел множество огромных люков на асфальте. Наверное, раза в три крупнее люков из моего мира. Их железные крышки были темного — красного цвета с небольшими выпуклыми надписями. Около каждого люка стояли по три година и большая очередь из покупателей. Крэйг объяснил мне, что под люками хранятся продукты. Всего 89 видов еды, и цена на каждый продукт одинаковая. Как еда попадает под землю и откуда она берется? На этот вопрос не смог ответить даже Крэйг, якобы так было с самого рождения Скайлена. А как родился Скайлен? Наверное, таким же неизвестным образом, как и все миры.

Крэйг водил меня от одного люка к другому, выбирая места с наиболее кроткими очередями. Покупателям выдавали специальные прозрачные тубусы. Их наполняли продуктами с помощью шлангов, встроенных в люки. Так как здешняя еда была в большинстве случаев жидкой, делать это было довольно удобно.

Завершив странные покупки, мы покинули яму и пошли за нашим средством передвижения — пора было отправляться на Забытый Скрит.

По пути я засмотрелся на двух парней, игравших в необычную игру, которую я впервые увидел, когда убирал улицы возле таверны дяди Смита. Игра была в самом разгаре, парни ловко кидали цветные ромбы в игровое поле и выбивали нужные цвета.

— Хочешь сыграть, Лео? — улыбаясь, спросил Крэйг.

— Ты, наверное, шутишь? Я только второй раз вижу «это» со стороны и вообще правил не знаю.

— В вашем мире нет такой игры?

— Конечно, нет, это просто невозможная вещь.

— Хм… Странно. В Скайлене это самое популярное развлечение, ну после шлюх в борделе.

— И как эта игра называется?

— Рукенджи.

— Ха! Интересно…

Крэйг остановился и положил емкости с едой возле игрового стола. Кроме того стола, где играли парни, тут обнаружилось еще два пустых.

— Клади еду, Лео. Пора нам немного развлечься. Думаю, это еще никому не навредило. Или ты боишься проиграть?

— Крэйг, может, все-таки пойдем? Я очень есть хочу, — возразил я, ухмыляясь и опуская на землю еду. Похоже, во мне разыгрался азарт.

— Никаких отговорок! Это займет всего лишь 222 секунды.

— Хорошо-хорошо. Только быстро!

Мы подошли к столу, Крэйг всунул пару стоунов в шкатулку, и мы сели на стулья, которые резко поднялись вверх. Я схватился за подлокотники, чтобы ненароком не упасть. Внизу открылась шкатулка и сформировала игровое поле.

— Лео, сейчас появятся черные шары. Выбери один и бросай вниз, после чего просто выставь руки вперед. В них прилетят игровые фишки в виде маленьких ромбиков — лови их.

— Хорошо, понял!

— Правила очень просты! Какого цвета фишки у тебя в руках, в клеточки того цвета на игровом поле их и бросай. Фишки будут сами после столкновения лететь вверх, тебе остается лишь их словить.

Из подлокотников вылезли черные шары. Я взял ближайший от меня. На ощупь шар напоминал стеклянный. Лишь только из шкатулки донеслось «Игра началась!», я сразу же бросил его вниз, то же самое сделал и Крэйг. Ко мне в руки прилетело два ромбика — красного и зеленого цвета. Крэйгу достались черные и белые. Фишки были сделаны из чего-то, похожего на резину. Пока я их щупал, Крэйг вовсю бросал ромбики на игровое поле. Я тоже попробовал бросить, однако первый раз оказался неудачным: фишка пролетела мимо стола. Я думал, что уже проиграл, но ромбик ударился о невидимое поле на уровне стола и отскочил обратно вверх, где я успешно смог его поймать.

— Ах, да, Лео… Забыл тебе сообщить. Если вдруг бросишь мимо стола, то фишки будут автоматически прилетать к тебе обратно, однако тебе уже засчитают минус один бал, — улыбаясь, объяснял Крэйг и продолжил быстро кидать фишки обеими руками.

Спустя минуту я немного приловчился и стал бросать намного успешнее, но этого было недостаточно. Крэйг явно опережал меня по очкам. Я на мгновение оглянулся и заметил, что вокруг нас начал собираться народ и смотреть, как мы играем. И лишь только я собрался снова бросить фишки, как вдруг увидел среди стоящих внизу годинов знакомое лицо. Сначала я не поверил своим глазам, но когда мы встретились взглядами, то я понял, что это он — тот самый таксист, привезший нас с Эдом в Обитель Судеб.

Я почувствовал, как рука с печатью просыпается, и огонь вновь сжигает все внутри правой конечности. Я отбросил фишки в сторону, встал ногами на стул, после чего спрыгнул с четырехметровой высоты, сделал кувырок и сквозь толпу прохожих побежал к таксисту. Тот стоял и непонимающе смотрел на меня, широко выпучив глаза. Через считанные секунды я настиг его и схватил за шею. Я уже больше не управлял своей рукой. Рисунок печати превратился в черный густой дым, и демоны вонзились в глаза, уши, рот и нос таксисту. Еще мгновение — и оттуда хлынула кровь. Таксист упал замертво, а дым вернулся в привычные очертания метки на моей руке. И вся злость словно испарилась.

— Лео, хватай еду и беги! Я их задержу, — крикнул Крэйг, тоже уже спустившийся на землю.

Осмотревшись, я увидел, что десятки годинов бегут на меня, чтобы убить. Я пробежал мимо, увернувшись от них, и схватил пластмассовые емкости с едой, пока Крэйг умело отбивался от врагов. Я мчался без остановки, изредка поглядывая назад. Вскоре мой спутник сумел отбиться от последнего година и, пока к врагам не прибыла подмога, последовал за мной. Похоже, в машине нам предстоит серьезный разговор…

* * *

— Наконец-то вы вернулись! — воскликнула Кассия и сразу же начала разгружать продукты из машины. — Надеюсь, всё обошлось без каких-либо происшествий?

Так как мы с Крэйгом договорились молчать о случившимся на Центральном Скрите, я быстро схватил продукты и побежал в дом, оставив ответ на друга.

В течение следующего часа, пока девушка готовила обед, я снова выслушивал нотации Крэйга.

После того как Кассия позвала есть, я самым первым примчался на кухню и начал наедать щеки.

— Ох, Лео… Тебе не надоела твоя небритость? Скажу честно, борода — это не твое.

— Ты о чем? — спросил я с набитым ртом.

Ведь и вправду, с того момента, как я покинул свой мир, прошло немало времени. А с этими тренировками я вообще забыл, когда в последний раз смотрел в зеркало.

— Да, бороду не мешало бы сбрить, — сказал я и провел ладонью по лицу.

— Ну, тогда после того как поедим, приходи в мою комнату. Я приведу твое лицо в порядок.

— Хорошо, Кассия. Спасибо!

— Пока не за что.

Я быстро наполнил свой желудок до отказа приготовленной ею серой слизью и еще чем-то, похожим с виду на хлеб, только зеленым и помягче, и, поглаживая живот, направился в спальню Кассии.

Комната ни чем не отличалась от моей: кровать, небольшая тумбочка и круглый коврик на полу.

Девушка подошла ко мне спустя десять минут. В руках у нее виднелись нож и тюбик геля, которым мы смываем запахи.

— Кассия, только не говори, что ты будешь брить меня ножом!

— У тебя есть станок для бритья или, быть может, другие варианты?

— Вроде как нет других вариантов, но просто ножом — и брить?

— Нет, если ты не хочешь, чтобы я тебя брила, так и скажи! — Кассия начала нервничать и положила принесенные предметы на тумбочку.

— Хочу, хочу… Только ты давай поосторожнее, хорошо? Не хочу, чтобы на моем лице остались шрамы.

— Шрамы? Ха-ха! О чем ты говоришь? На тебе ведь все заживает, как на собаке. Ты каждый сутень после тренировок ложишься спать в многочисленных ссадинах, а просыпаешься, как новенький. Так что, думаю бояться тебе нечего.

— Ха-х… Ну, спасибо, утешила.

Намазав гелем мое лицо, девушка аккуратно сбрила мне бороду, и ее прикосновения к моему лицу в процессе были воистину очень нежны.

Глава 21. ДЕНЬ ОКОНЧАНИЯ ТРЕНИРОВОК

Чувствую силу в руках. Ждите меня, Ева, Эд! Мы все вскоре будем дома. Этот день настал. День окончания тренировок. Закончилась эта неделя на забытом Скрите. Пора в путь. Нужно действовать. Многого я достиг за эти дни, много и потерял. Но главное — то, что ждет впереди.

Сутень. Сумерки заполонили город. Скрит патрульных сегодня окрасится в кроваво-красный цвет.

За окном уже сидит Крэйг — опять под своим деревом, окруженным синей пыльцой, и натирает до блеска клинок. Кассию и Спарка мы решили оставить здесь. За эти дни они стали частью нашей команды.

Сонг стоял рядом со мной и что-то высматривал.

— Ты почти такой же телосложением, как и я в молодости, — почесал подбородок старик. — Подожди…

Он вышел из дома. Его не было около минуты, а затем я услышал стук дверцы фургона. И вот он снова встал передо мной, держа в руках одежду.

— А ну-ка, померяй, — начал разворачивать вещи Сонг. — Одевай!

Он ткнул наряд мне в руки. Это был костюм какого-то воина. По крайней мере, мне так показалось. Жилетка из прочной кожи, казалось, была сшита именно на меня. Ее рукавные проймы окаймляли выступы, похожие на шипы. К воротнику был приделан платок черного цвета, а сзади — небольшой плащ. Из-под пояса штанов из неизвестной мне ткани свисали небольшие лоскуты из другого, тоже незнакомого мне материала. К костюму прилагались перчатки и повязка на голову. Этот наряд не только идеально подошел мне по размеру, но и оказался очень удобен, а главное — придал мне вид настоящего бойца. И благодаря этому я стал чувствовать себя более уверенно.

— Сонг, спасибо. Он прекрасен, — сказал я, осмотрев себя.

— Подожди. В машине тебя ждет еще один сюрприз, — пообещал старик.

Я попрощался с Кассией — служанкой, которая заставила меня почувствовать себя настоящим. Между нами не было длительного разговора или неимоверно нежных объятий. Она произнесла всего пару слов. О том, что верит в меня.

Стоя на крыльце дома, я вдыхал свежий воздух. Кто знает, вернусь ли я еще в это место…

Крэйг завел мотор, и он заревел, как ревет лев на врага. Я последний раз обернулся в сторону маленького домика и залез внутрь машины. Старик подошел к открытой двери.

— Держи, друг, — Сонг протянул мне прекрасное орудие убийства: длинный меч — катану.

— Он великолепен!

— Береги его, Лео. Он поможет тебя. Будь в этом уверен.

Я кивнул головой, заснул катану в чехол и повесил его за спину.

— Лео, перед прибытием возьми кремы, которые лежат под сидением. Они смогут скрыть твой запах. Мне разоблачение все равно не грозит, — сказал Крэйг, крепко держа руль.

— Ну, всё. Следующая остановка — Патрульный Скрит! — захлопнув дверь, объявил я, и мы с Крэйгом тронулись с места.

Мы прокладывали себе путь по разбитой дороге с множеством выбоин и разбросанных по ней камней. По бокам от нее стояли полуразрушенные дома угнетающего вида. Возле некоторых на рыхлой земле лежали куски обвалившихся стен. В этой мертвой местности можно было рассмотреть лишь остатки былой жизни: разбитые детские площадки, цветочные клумбы с увядшими и засохшими растениями и уютные магазинчики с выцветшими красками на витринах.

— Не могу поверить, что это Скайлен. Несмотря на все время, проведенное здесь, мне все ещё кажется, что этот Скрит не может быть частью этого сказочного мира, — рассуждал я.

Крэйг вел фургон молча, и я решился спросить открыто:

— Здесь что, всегда так было?

Друг не ответил. Я посмотрел в сторону разбитого памятника, мимо которого мы проехали, и заговорил снова, положив руки на сидение:

— Итак, какой у нас план по прибытию на Патрульный Скрит? Куда мы направимся первым делом?

На этот раз Крейг отмалчиваться не стал:

— Я часто бывал на Патрульном Скрите — мне приходилось перевозить патрульным товары из таверны дядюшки Смита. Не могу сказать, что патрульные — такой уж ленивый народ, но развлекаться в подобных заведениях они привыкли только на своем Скрите. О нем я знаю практически все, даже могу предположить, в какой его части держат Еву. Однако я не имею ни малейшего представления, как мы вдвоем сможем пройти через Скрит до особняка Саригона.

— Саригона?

— Да. Это глава всех патрульных. Благодаря ему все патрульные попали в Скайлен, только он смог найти общий язык с Владыкой Трактуса. Изначально Саригон ничем не отличался от остальным патрульных: ни силой, ни важностью, но со временем они избрали его в свои предводители. Запомни, что Саригон далеко не глуп, в отличие от большинства представителей его вида. В обычные дни Патрульный Скрит не охраняется, повсюду болтаются отдыхающие, беспредельничающие патрульные. Но в данной ситуации у них появилась ценность — один из отшельников. Пленники у них и до этого бывали нередко, но — только люди.

Во время разговора я заметил, что любое воспоминание о Еве ему давалось нелегко, так же, как и мне.

— Крэйг, — я запнулся, не глядя ему в глаза, — что у вас было с Евой в тот сутень в таверне?

— Это имеет сейчас какое-то значение? У тебя голова не тем забита, Лео, — несмотря на нарастающее напряжение, Крэйг отвечал очень спокойно, — ты должен сосредоточится на другом.

— Я знаю, но все же…

— Могу сказать только одно: в глазах отшельника ты не сможешь увидеть любовь.

Мы замолчали одновременно с ревом мотора. В голове закружились воспоминания о времени, проведенном с Евой в сердце темной пещеры между мирами. Я вдруг соскучился по зачумленной дыре. По минутам наедине с Евой. Мне стало больно.

Крэйг вышел с транспорта первым, а я еще некоторое время прокручивал сказанное им. В запасе у нас оставалось около получаса, а нужный нам Скрит все ещё находился на приличном расстоянии от нас.

Глава 22. ПАТРУЛЬНЫЕ

Чувство глубочайшего омерзения мелькнуло на миг на лице Крэйга. Мрачные тона темных глухих стен, грязные канавы и стойкая вонь из канализаций производили впечатление чего-то жалкого, безобразного. Можно сказать, что в этих серых улицах отражался образ самих патрульных. Если Забытый Скрит отличался от всего Скайлена своей разрушенностью, то здесь все здания, монументы и улицы были бы в прекрасном состоянии, если бы не выворачивающая душу плесень. Растения здесь практически отсутствовали. Даже ветвей эирланга с большими бутонами насчитывалось единицы. Сырость проходила сквозь легкие, ощущение чего-то противного не покидало меня. А ведь это — только начало Скрита. Если такая атмосфера царит здесь, где никто не живет, просто боюсь представить, что будет дальше. Прежняя жизнь патрульных в пещерах явно отразилась на серых закоулках этого летающего острова.

— Мрак… Как можно так жить? — я скорчил недовольную мину, а затем закрыл лицо специально предназначенной для этого повязкой.

— Это чувство постоянно просыпается и во мне, Лео. Сколько бы я здесь ни бывал, — заявил Крэйг и взял клинок в руки.

Я вновь огляделся и увидел, что почти на каждом доме есть граффити, изображающие изуродованное сердце в треугольнике.

— Крэйг, что означают эти рисунки? — я указал пальцем на граффити. — Такие же изображения я видел на одежде патрульных.

— Это знак патрульного! Знак того, что ты принадлежишь к самому древнему из человеческих родов. Хватит вопросов, Лео, сосредоточься и следуй за мной. Ступай осторожно. Без лишних движений и разговоров. Пусть патрульные у себя дома держаться расхлябанно, они все равно настороже, даже в это время сутеня.

— Понял, — я вытащил катану, подаренную мне Сонгом.

Мы двигались медленно, чтобы не привлекать внимания, но могу заверить, что мозг мой работал быстро.

В какой-то момент, крадясь у самой стены, мы услышали голоса, доносящиеся то ли из домов, то ли просто с улиц. Где тень, там и мы. Но в сумерках сутеня можно было увидеть всё и вся. Как же мне не хватало земных ночей!

Мы брели к нашей цели из переулка в переулок, избегая просторных улиц. Но, подойдя к очередному, на этот раз совсем узкому переулку, я остановился, почувствовав на плече руку моего спутника.

— Слышишь? — спросил он.

— Что слышу?

— Тихо! — Крэйг закрыл мне рот ладонью. — Там кто-то есть.

— Так в чем проблема? — я убрал его руку и тихо шепнул: — Давай пойдем другим путем.

— Нельзя. Если пойти по другой улице, там могут быть патрульные, которые сейчас наверняка выплывают из грязных баров, как последняя пьянь, пропив оставшиеся стоуны. Мы не сможем дойти до моста, чтобы перебраться дальше, — объяснил Крэйг.

— Кто там? — прокричали с другой стороны переулка, и шаги начали приближаться к нам.

— Спрячься за той стеной, — шепнул друг, показал мне пальцем, куда идти, спрятал меч, и крикнул: — Я Крэйг из Райских мест.

После этого он двинулся навстречу патрульным, а я отбежал за стену и уже оттуда принялся наблюдать за происходящим.

Перед Крейгом появился очень высокий — точно больше двух метров, несколько толстоватый и испачканный в черную смазку патрульный и вопросительно посмотрел на него, а я увидел, что выражение лица у этого типа не слишком дружелюбное.

— Чего ты хочешь? — поинтересовался здоровяк.

— Это общественные дома?

— Да.

— Я хочу переночевать здесь. Есть ли где-то поблизости не слишком грязные помещения?

— У тебя есть стоуны? — жадно потер ладони патрульный.

— Немного. За сутень заплатить смогу, — сказал Крэйг.

— То, что ты ищешь, как раз в этом здании. Лучше ты нигде не найдешь.

Во взгляде этого патрульного было нечто, выдающее то ли врожденное бессердечие, то ли жестокость характера. Скайлеанец предложил Крэйгу следовать за ним.

Вдруг я услышал позади себя голос, и Крэйг с патрульным резко остановились…

— А кто это у нас?

Подошедший ко мне сзади ткнул мне в спину каким-то железным предметом.

— Ха! Ещё один мятежник? — насмешливо произнес еще некто, тоже находящийся у меня «в тылу», и выпихнул меня на открытое пространство.

Теперь я очутился рядом с Крэйгом, а из сырого грязного переулка за моей спиной вышли еще четверо патрульных.

— Комната, говоришь, нужна? — здоровяк поднял валявшуюся рядом дубину и скомандовал: — Взять их!

Остальные взялись за оружие.

— Лео, я беру на себя тех четверых, а ты — толстяка, — Крэйг обнажил оружие и ринулся в бой.

Здоровяк снова что-то закричал и устремился в мою сторону, угрожающе выставив перед собой дубину. Обогнув Крэйга, я двинулся навстречу самому крупному патрульному, уверенно держа катану. Вскоре он уже опасно теснил меня, но к этому времени я обрел полный самоконтроль и, можно сказать, практически предугадывал атаки противника и быстро проводил контратаки. Но мой меч долго не мог достичь намеченной цели. Несмотря на большой рост, патрульный был очень быстр. Однако инициатива находилась в моих руках. Тренировки и обретенная сила давали свои плоды, мои способности заметно выросли, благодаря заточенной во мне печати. Немного опасаясь, что вскоре количество противников у меня удвоится, я насел на здоровяка с повышенной энергией. Его дубинка прошла в доле дюйма от моего виска, овеяв волосы ветерком. Но он оставил открытым место в области сердца, куда я тотчас и направил свой меч. В следующий миг огромное тело патрульного рухнуло прямиком в грязную лужу. А я, перепрыгнув через него, помчался на помощь Крэйгу. К этому времени он уже успел покончить с двумя патрульными, осталось еще двое. Пока враги стояли ко мне спиной, и их внимание было полностью поглощено атаками моего товарища, я воспользовался этим и ударом в спину сбил одного с ног, а затем добил клинком в полете. Теперь остался всего один противник, но он сразу понял, что дела его плохи, и временно отступил на более удобную позицию. Эффект от этой победы для меня оказался буквально магическим и влил в меня новые силы. Словно на моем клинке уже насчитываются сотни жертв. Хладнокровие правило мной. Впереди враг — точная цель, и сожалеть мне не о чем.

Крэйг шагнул в сторону противника.

— Стой, я сам с ним разберусь, — сказал я другу и пошел навстречу патрульному.

Началась схватка. Этот патрульный был намного сильнее остальных. Он хорошо управлялся с кинжалом. А я не спешил атаковать. Я все еще наслаждался обретенной и, можно сказать, подаренной мне силой, успевая уклоняться от его ударов и замечая каждое его движение. Я много перемещался. Вскоре мы сражались уже за пределами переулка. Однако и с этим патрульным мне удалось покончить. Уклонившись от его очередной атаки и немного присев, я взмахнул катаной, намереваясь острейшим лезвием отрубить ему голову, убить его одним движением, но желаемого результата не достиг — надрезал ему шею, из которой ручьем хлынула кровь. Я решил, что он все равно умрет, только не так быстро, как мне хотелось.

Патрульный упал на колени, выронив оружие, и схватился обеими руками за рану, но кровь протекала сквозь его пальцы и не собиралась останавливаться. Вскоре и он рухнул рядом с мертвыми телами.

Мы справились. Не могу сказать, что это далось нам легко, однако уверенности у нас прибавилось, и мы продолжили свой путь.

Ближе к центру Скрита мелких переулков оставалось все меньше, а улицы становились всё шире и просторнее. Около двух часов нам понадобилось, чтобы добраться туда. Впереди находился мост, через который нам требовалось перейти, а под ним была сточная канава. Мост состоял из одной мощной арки, длиной метров тридцать, а высотой не больше восьми метров. На мосту расположились арочные галереи со множеством лавок. В центре соединялись две наклонные рампы. У ближайшего к нам захода на мост стояло трое патрульных, с другой стороны, судя по всему, тоже. Незаметно пройти не получалось, поэтому мы с Крэйгом дали бой.

Побоище на мосту среди яркого сияния планеты продлилось не более трех минут. Неуклюжие патрульные быстро пали под натиском наших мечей. Но самым важным было то, что никто из них не успел позвать на помощь.

Мост остался позади. По словам моего спутника, мы находились уже на полпути к особняку Саригона.

— Лео, нужно уйти в темноту. Дальше на улицах точно будут толпы патрульных, — процедил Крэйг, осматриваясь вокруг. — Хотя бы несколько кварталов нужно пройти по подвалам этих домов.

— Тебе виднее. Главное — поскорее найти Еву, — сказал я и отвел взгляд в сторону.

— Мы её обязательно найдем!

— Это даже не обсуждается, — твердо заявил я.

Крэйг кивнул и первым направился к спуску, ведущему в подвалы. По мере того как мы спускались, проходы и коридоры все глубже спускались под землю. Полы в них были покрыты мельчайшей пылью, покоящейся, похоже, с давних времен. Крохотные лампы еле-еле освещали пыльные подземные глубины, окутанные паутиной. Мы проходили мимо дверей, расположенных по обеим сторонам коридора, каждая из которых была отмаркирована особыми иероглифами, — это точно не подвалы заурядных зданий. Некоторые проходы были накрепко замурованы каменной кладкой. «Какие ужасные тайны могут быть там спрятаны?» — подумал я про себя. Тем не менее, подвалы оказались для нас своеобразным отдыхом. Тишина, можно ступать смело, не оглядываясь по сторонам, и выключить в себе кнопку постоянного напряжения. Однако всё хорошее когда-нибудь заканчивается — закончились и эти подземные коридоры. Мы подошли к тупику, где лестница вела вверх обратно на улицы летающего Скайлена.

Мы выбрались наружу и вдохнули свежего воздуха, но идиллию тут же нарушила окружившая нас толпа патрульных. Не могу сказать точно, сколько их в тот момент набежало, — мне не удалось их сосчитать. Назад же дороги не было. Враги кишели повсюду. Патрульные ждали нас — это я понял, заметив среди толпы того самого патрульного, которому я порезал горло. Таинственным образом он выжил. Придерживая повязку на шее, пропитанную кровью, и тяжело дыша, он показывал пальцем на нас.

Крэйг сильнее сжал рукоятку меча. Каждая секунда могла стать фатальной. Напряжение повисло в воздухе. Это чувствовала и заточенная во мне сила. Давно не тревоживший меня внутренний огонь постепенно начал разгораться, а рисунки — оживать и летать вокруг руки дымом и змеями. С каждым новым пробуждением печати боль становилась все привычнее, однако руку я так и не чувствовал. Только жжение внутри. Контроль над нею оставался мне не подвластен.

Патрульные налетели на нас волной, сбивая с ног. Крэйг широко размахивал мечом, не подпуская их близко к себе. А моя рука в демоническом покрове принялась рубить всех нападавших. Сила была невероятной, я вертелся принимая наиболее выгодные позы для ударов черной силы в клинке. Однако патрульных всё равно было очень много. Они наступали со всех сторон. Я попытался поближе подобраться к Крэйгу, но это мне так и не удалось. Еще около двух десятков патрульных печать тысячи снов смогла унести в другой мир — Мир Мертвых, но меня сразил случайный удар в затылок железным предметом.

Глава 23. ТОТ ЖЕ СОН

Темнота… Глубокая темнота была разбита внезапно вспыхнувшим светом около меня.

Черт! Я уснул?.. Я протер глаза и огляделся. Да, это сон. Всё те же ощущения и те же условия. В руках снова кинжал, а ноги закованы в цепи. Те же странные одеяния серого цвета, немного растянутые и рваные. И так — каждый раз, когда я засыпаю; картина в начале сна не меняется. Но сейчас у меня не было времени разбираться с подлостями, которые приготовила мне печать. Мне требовалось срочно проснуться и продолжить бой, ведь там остался мой друг, Крэйг!

Сейчас я наконец-то использую медальон, подаренный мне Сонгом, и сон развеется…

Я быстро сломал замки на цепях кинжалом и выпрямился в полный рост. Взялся левой рукой за медальон, висящий на моей шее, закрыл глаза… Открываю, — а передо мной абсолютно ничего не изменилось. Я снова крепко сжал медальон. Но что это?! Он, как песок, рассыпался у меня в руке. Так и должно быть?

Прошло некоторое время, а я все еще стоял ошеломленный. Почему я не проснулся? Почему медальон не работает? Однако, пока я здесь стою и думаю, время не ждет. Там идет сражение, а я лежу в отключке. Нужно быстро обмануть печать и вернуться обратно.

Я уже привычно подошел к столбу, на котором висит веревка. Прыжок — и свет теперь повсюду. Хм… Странно. Обычно после этого в комнате кто-то появляется. Кто-то из моей памяти, а сейчас — никого. Это точно что-то новенькое.

Та же комната, те же стены. И тот же живой свет. Можно сказать, что эта атмосфера стала мне родной, как свой дом: знаешь каждый уголок, каждый выступ на полу; знаешь, что ничего хорошего тебя здесь не ждет…

Вновь в одной из стен открылась потайная дверь. Обычно оттуда кто-то выходил — кто-то из моего подсознания, однако с другим внутренним миром, со злом внутри. Ожидание оказалось безрезультатным. Это тоже нечто новенькое. Очень осторожно и тихо ступая на полную ступню и перекладывая оружие из одной руки в другую, я приблизился к двери. Передо мной простирался длинный коридор, освещенный тусклым красным светом. Как и в предыдущих случаях, в этом коридоре не было потолка, свет лился откуда-то сверху. Проход был абсолютно прям, без каких-либо поворотов. Я сменил шаг с осторожного на быстрый. И так я брел около получаса — без малейшего намека на какие-то изменения. Я попробовал вернуться и буквально через две минуты оказался у входа в комнату моего первого появления.

Чертовщина! Однако эта ситуация была похожа на ту, с которой я столкнулся при применении техники Фортунэма. Поэтому я сел около столба с веревкой, облокотился спиной, сложил под себя ноги, посмотрел на часы, засек время и принялся ждать. Прошло десять минут — и никаких изменений. Тишина. Это точно не Фортунэм, а новая головоломка печати, в которой проснулся азарт. Теперь мне не приходится убивать близких или сражаться с ордой черных змей.

Я начал ощупывать стены, пытаясь найти какой-нибудь выступ или что-то похожее на то, что может открыть двери, которые в предыдущих снах открывались сами. Безуспешно. Была открыта лишь одна дверь — дверь в коридор. Я вновь зашел в него. В данный момент я не находил другого выхода.

Затраченные на ходьбу по прямой дороге часы пропали зря. Попробовав снова вернуться, я увидел тот же яркий свет комнаты. Снова зашел в комнату, сел под столб и начал думать.

Сидеть оказалось неудобно: кирпичный пол был тверд и холоден. Я снял с себя верхнюю одежду и подложил под себя. Стало комфортнее. Я принялся рассматривать рисунок злой силы, заточенной во мне, проводя по нему ладонью. Но как же я сразу не обратил внимания?! Рисунки на руке находились совсем в другом положении и имели другую форму! Когда же они изменились? Может, после последнего пробуждения, не знаю. Так или иначе, рассматривая печать, я ничего не добьюсь! Как же мне проснуться? Может, метка хочет, чтобы я себя убил? Я попробовал порезать палец. Всё как в жизни: боль, кровь… Но никакого пробуждения печати.

Немного посидев, я направился в коридор, опять в долгий поход. И тут уже начались перемены. Когда я очутился под красным светом, рисунок на руке начал изменяться и двигаться. Просто ползал на руке, как змеи. Но не было каких-либо ощущений. Так вот почему я прежде ничего не чувствовал! Зло самостоятельно передвигалось по всей конечности, словно искало выход. Как отдельная живая часть.

Кровь капнула на пол, я почувствовал холод и боль. Я посмотрел вверх, затем обернулся, посмотрел на руки, и маленькие капли той же нежданной крови упали на ладонь. Начала болеть голова, а затем кровь потекла по моему лицу, но не сильно, совсем немного. Когда я ее вытер, мне показалось, что кто-то меня позвал. Я обернулся, и крик повторился. Решив, что звук идет из комнаты, я зашагал обратно. Боль в голове не проходила, а крики становились все отчетливее. Теперь я смог разобрать слова.

— Эй, парень, проснись… Просыпайся…

Я замотал головой, а потом закрыл лицо ладонями.

— О-о-о… Ну, наконец-то, а то я думал, ты уже умер.

Тусклый свет из окна освещал дальние углы комнаты. Я изо всех сил зажмурился. Затем повторил то же самое еще раз… Сомнений не осталось: я проснулся — это уже не сон.

Темница. Грязная, сырая темница. Писки крыс доносились из-за стен. А запах чего-то мертвого словно выворачивал мои внутренности наизнанку. Пара секунд — и меня вырвало. Затем я начал кашлять и глубоко дышать, и уже после этого заметил, что впереди кто-то сидит. Из-за плохого освещения я не мог разглядеть лица.

— Леонрад… Мое имя Леонард… Леонард… — проговорил я, еле дыша.

— Что ты там бормочешь, парень?

— Где я? — ответил вопросом на вопрос я.

— Ты извини, что так вышло с твоей головой. Ты просто никак не мог проснуться, вот я камнем и проверил, живой ли ты.

— Спасибо, что разбудил меня, но ты не ответил, где я.

Вытирая кровь с лица, я ощутил оковы на руках и ногах. Из одежды на мне были только штаны и майка. Остальных вещей поблизости не наблюдалось. Также не было на шее и моего медальона. Наверняка поэтому он странным образом испарился во сне.

— Ты в плену. Так же, как и я, — сообщил незнакомец.

— Мы всё-таки проиграли, — я крепко сжал кулаки. — А где Крэйг? Со мной был ещё друг!

— Тебя привели одного, парень. Другого я не видел. Что с вами случилось? Как ты сюда попал? — поинтересовался заключенный.

— Мы попались толпе патрульных и в битве с ними потерпели поражение, а что было дальше, тебе известно.

— А вы, я вижу, смельчаки, раз пошли вдвоем к логову охранников Скайлена.

— Нам было нужно найти кое-кого… Девушку… — из-за темноты я всё никак не мог разглядеть лица собеседника.

— Девушку? Была здесь одна со странными глазами, — посмеиваясь, сказал он.

— Ева! Где она? Что они с ней сделали? — закричал я, а затем снова закашлялся.

— А откуда же мне знать… Я всего лишь заключенный. Ты бы лучше спросил, что с нами.

— Неважно. Нужно выбираться отсюда, — пытаясь вырваться, я задергал цепи.

— Бесполезно, мой друг. Думаешь, я не пытался? Зря тратишь силы.

— Должен же быть какой-то выход…

— Да, выход есть. И после завтрака тебе его сообщат охранники темницы.

— Что сообщат?

— У расы патрульных, славящихся жестокостью нравов, есть главная черта — обостренное чувство справедливости, а если дело доходит до виновника смерти их братьев (сейчас эту роль играем мы), тогда о снисхождении можно не мечтать, ибо нас ожидает ужасная смерть. Осталось немного. Сутень приближается к концу. Лучи солнца уже не за горами.

Мы оба замолчали. Он прилег на пол, а я оперся на стену и уставился в потолок. Вот и долгожданный конец! Теперь голова точно не была забита пустыми воспоминаниями. Хотелось глотнуть побольше воздуха — ведь это всё, что у меня оставалось. Но от одной мысли, что завтра всё закончится, сперло дыхание.

Раздался стук в решетку — это охранник принес еду. Время так беспощадно! Я и не заметил, как пролетели часы, и наступило утро. Казалось, всего пару минут назад был сутень.

Я посмотрел на такого же пленника, как и я. Он спокойно спал. Будто и нет всего этого. Он лежал на животе, а голова была повернута к стене, так что я все еще не мог видеть его лица.

— Наедайте свои шеи. Виселицы вас ждут! — крикнул охранник и положил поднос серебряного цвета с двумя тарелками перед камерой.

Но мне сейчас было не до приема пищи. Внутри живота всё как-то сжималось. Был ли это страх, точно сказать не могу.

Тут зашевелился спящий пленник, который, судя по всему, уже смирился со своей участью и был абсолютно спокоен. Он потянулся, а затем что-то пробормотал себе под нос — слов я разобрать не смог.

— Ты бы лучше поел, — сказал незнакомец.

— Разве сейчас может хотеться есть? … — я опустил голову вниз.

— Да, я понимаю твои чувства. Перед страхом мы все равны, и уже ничего нам не нужно, но… — заключенный сделал паузу, потянулся за подносом с едой и спокойно начал жевать. — Но всему свое время, а сейчас время завтракать. Вспомнил! Насчет девки, о которой ты мне рассказывал, — с набитом ртом весело проговорил он.

— Ева?.. Что ты вспомнил? — я попытался всмотреться в парня.

— Ее увели в другую камеру. Судя по всему, она была очень ценна для них. Быть может, она всё еще жива, — не прекращая жевать, он отложил оставшуюся еду и толкнул поднос так, что тот проскользил ко мне. — Ешь, парень.

— Я тебе уже сказал, что у меня нет желания есть. Просто замолчи! — выкрикнул я и дернул цепи. — Замолчи, надоел.

— Зря ты так, парень. Я много дней провел здесь в одиночестве — это ужасно! Знаешь, люди, хоть чуть-чуть, но должны общаться друг с другом каждый день. Иначе, сердце отвердеет и наполнится тьмой. Только в разговоре с другими людьми ты можешь понять кто ты и чем ты живешь. Таковы создания, таковы люди…

— Мне тебя не понять, — выпалил я.

— Я не прошу понять меня. Мне хватит того, что ты меня услышал. Порой и этого бывает много. А ты все же поешь. Тебе нужны силы, и эти силы — не для смерти, — последние слова узника подарили надежду и я потянулся к подносу с едой.

Глава 24. ТЕНИ ВИСЕЛИЦ

Громкий стук по решеткам темницы чем-то железным заставил нас окончить прием пищи. Вошли двое патрульных. Двое больших, настолько мощных по телосложению, что даже язвы на их лицах будто бы стали больше. Странные выпуклости на лбах у обоих прикрывали волосы. Один из них достал большую связку ключей и начал открывать замки на цепях. Затем он приказал мне встать и повернуться лицом к стене, связал веревкой руки за спиной и одел мне на голову что-то, похожее на мешок. Судя по звукам, другой охранник проделал такую же процедуру с моим соседом по камере.

Вначале нас вели сырыми подвалами, куда редко попадали лучи солнца, но вскоре мы ощутили запах улицы. Вот мы и снаружи… Сквозь мешки немного просвечивалась окружающая обстановка: несколько сотен патрульных четко выстроили перед нами живой коридор. Они кричали и смеялись, некоторые пинали нас в спину. Я посмотрел на парня, который шел плечом к плечу со мной. Его голова была наклонена вниз, а из-за мешка на голове я по-прежнему не видел его лица. Внезапно мое внимание отвлекла тень, пробежавшая позади жителей Скайлена, а затем будто что-то или кто-то упал с одной из крыш. Всё это сложно было разглядеть сквозь ткань. Я перевел взгляд в другую сторону. На миг мне показалось, что между этим сбродом стоит кто-то в черном, и я решил на секунду остановиться и присмотреться, однако это оказалось плохой идей. Один из стоявших в толпе патрульных ударил меня по лицу, и я упал на спину. Земля была жесткой, усыпанной щебенкой. Футболка порвалась, и острые камни разодрали кожу.

Меня быстро поставили на ноги, и теперь я стоял, покачиваясь, ослепший и лишенный возможности убежать. Патрульные потащили меня вперед, дергая за веревку. В отличие от моего сокамерника, я все время спотыкался и падал, но прежде чем грохнуться о землю, я как-то умудрялся извернуться и приземлялся не на лицо, а на плечи.

Живой коридор подходил к концу. Впереди возвышалась виселица, ступеньки которой находились уже в считанных метрах от нас. Наверху никого не было. Кажется, что эти двое, которые нас ведут, и свершат суд над нами.

Вновь что-то мелькнуло, но теперь уже позади воздвигнутого сооружения.

Я повернулся к моему спутнику по дороге смерти.

— Ты тоже заметил эти тени? — спросил я, но ответа не последовало.

Мы подошли к самому концу. Каждый шаг на ступеньку, ведущую вверх, был шагом, ведущим вниз, к самой смерти. Восторженные крики патрульных постепенно ослабевали. По знаку одного из них все окончательно замолчали. Нам приказали стоять на месте. Слева от себя я услышал голос, который торжественно провозгласил:

— Эти двое посмели посягнуть на жизнь наших братьев. Согласно последнему слову Саригона они приговорены к смертной казни в виде повешения. Truth creates iustitiam!

Толпа эхом отозвалась на его слова, и нам набросили петли на шеи. В наступившей после этого тишине я услышал, как бьется моё сердце…

Патрульные сняли с нас мешки. Я зажмурился от яркой вспышки света. Когда мои глаза привыкли к дневному освещению, мне вновь почудились двигающиеся в толпе темные силуэты, и я повернулся, чтобы указать на это своему сокамернику, и… От увиденного зашевелились волосы на голове, а к горлу подступил ком. Взгляд был мимолетным — всего несколько секунд, — но и этого хватило. Опора ушла из-под ног, и наши тела рухнули вниз. По толпе прошел гул негодования — мы остались живы. Дальше я не слышал ничего, кроме шума пульсирующей в голове крови. Я перестал чувствовать ноги, и это было похоже на холодные объятия смерти. Легкие, в которые не поступал воздух, словно жгло огнем. Я дергался и вертел головой, а петля рвала кожу на шее. Несмотря на хаос в мыслях, я заметил, что рука с печатью не подает признаков жизни, словно в ней не было особой силы. Когда дыхание окончательно перехватило, я почувствовал, что падаю дальше, и подумал, что это конец — наступила смерть. Однако упавшая на лицо веревка привела меня в чувство. Я глубоко вдохнул, и в полуобморочном состоянии мне показалось, что стрела пронзила веревку висящего рядом со мной парня. И я понял, что мы всё еще живы.

В глазах потемнело, я начал терять сознание, но ощущение рук на моих плечах привело меня в чувство. Кто-то поставил меня на ноги и подтолкнул вперед.

— Ну и глазищи у тебя были, пока ты болтался в петле, точь-в-точь как у умирающего кота! — с иронией произнес знакомый голос.

— Крэйг, неужели это ты? — потирая руками шею, прохрипел я.

— Получается, что я. Теперь ты мой вечный должник. Но оставим разговоры — пора выбираться.

Глава 25. ВСТРЕЧА

Рассматривая иероглифы на дверях в полумраке, я всё еще отходил от ощущений приближавшейся смерти. Дрожь в ногах никак не проходила, однако дыхание наконец-то восстановилось, и я задышал полной грудью.

На стене был изображен рисунок черного цвета в виде множественных абстракций, очень напоминающие китайские иероглифы. После того как Крэйг поднял меня на ноги, и мы двинулись вдоль по улице к подвалам, за нами ринулось еще около шести черных пятен. Это были спутники моего друга Крэйга. Дымовая завеса, которую создали спасители, дала нам шанс скрыться и вернуться к месту выхода из пыльных подвалов, где нам пришлось вступить в схватку с патрульными.

— Лео, еще тогда, во время сражения, — сказал Крэйг, а затем сделал паузу и положил руку на стену. — Я увидел, что ты в отключке, и начал отступать к подвалам. Хотя должен был сражаться до конца и полечь в бою, там же, с тобой. Но что-то заставило меня отступить сюда. А затем… — (за дверью начали скрипеть замки и защелки). — Затем меня спасли они…

Дверь отворилась, и союзники в черных одеяниях попросили нас скорее войти внутрь, чтобы враги не смогли обнаружить наше местоположение. Мы мгновенно оказались внутри, и за моей спиной раздались громкие звуки закрывающихся замков.

Я зашагал вперед, разглядывая место, в которое попал. Пещеры? Вроде нет… Но выпуклые стены были сложены из огромных камней, разных по форме и размерам. Чем-то здешняя атмосфера напоминала пещерную, однако темно не было — проход освещали яркие лампы, висящие через каждый метр. Коридор был небольшой, но под наклоном, и мы уходили вниз все глубже. Миновали несколько поворотов, и через пару минут мы очутились в огромной комнате с большим круглым столом, за которым поместилось бы человек тридцать, не меньше, но в данный момент за ним сидело десятеро. Они занимались приемом пищи.

Я осмотрелся. Можно сказать, здесь находился центр убежища. Именно отсюда простирались еще восемь коридоров, ведущих в разные стороны.

— Я знал, что ты жив. И знал, что мы еще встретимся, — один из наших сопроводителей в черном снял капюшон, и я увидел перед собой знакомое худощавое лицо, усталые глаза и длинные волосы, собранные в косу.

— Алекс?! Ты? Я думал вы уже… — удивленно воскликнул я и отвел взгляд в сторону. — Хотя я верил до последнего, что вы смогли убраться с той проклятой бойни. Но шансы были так малы…

— Да, я понимаю. Годины еще долго преследовали нас с Эшли, однако нас спасли так же, как и вас. Люди в черных одеяниях или, как говорят в Скайлене, — мятежники.

— Ага, значит, твою подругу зовут Эшли… Тогда было не лучшее время для знакомства, к сожалению. Кстати, как она?

— А вон она сидит, — Алекс показал пальцем на людей за столом. — Сейчас подойдем поближе.

Крэйг ненадолго задержался позади, а я отправился вслед за Алексом.

— Эшли, посмотри, кто с нами.

— Ой, это Вы! — улыбнулась и привстала рыжая милашка. — Как же давно я хотела отблагодарить Вас за спасение наших жизней!

Эшли бросилась нас обнимать.

— Эй, Эшли! Не переборщи, — прошепелявил Алекс и усмехнулся.

— Скорее все сюда! — громко закричала Эшли. — Они вернулись! Они все вернулись!

В тот же миг все сидевшие за столом принялись вставать и приветствовать нас, и тогда я увидел ее — Еву!

Она тоже, едва заметив меня, больше не могла отвести от меня взгляда, даже жевать перестала. Ее дреды частично закрывали глаза. То же прекрасное и очень успокаивающее выражение лица… Бархатные изгибы тела…. Всё в ней стало еще краше. При виде нее становилось так спокойно! Мне не хватало именно этого — ее присутствия. Я почувствовал, что мои губы расплываются в улыбке.

Девушка дрожащими руками положила вилку и нож на стол. Людей в помещение стало намного больше — они приходили, чтобы посмотреть на вновь прибывших. Я шагнул навстречу девушке, но взгляд на ее лице остался таким же безумно спокойный. Она встала из-за стола и стремительно двинулась в мою сторону. Остановились мы в считанных сантиметрах друг от друга. Ева протянула руку и ласково коснулась меня. Жест этот был прекрасен, движения грациозны.

— Привет, — произнес я и убрал волосы с ее лица. — Увидел тебя с едой, и так кушать захотелось!

— Дурак! — выкрикнула Ева и крепко обняла меня.

Несколько минут она не отпускала меня из своих объятий. Всё это время мы просто молчали, когда же она, наконец, ослабила свою хватку, к нам подошел Крэйг.

— Да уж, Лео, поздновато мы попали на Патрульный Скрит — местным ребятам удалось спасти ее быстрее, чем нам.

Он тоже обнял Еву.

Вокруг уже скопилось много людей, и все разных национальностей. Как же я не обратил на это внимания ранее, в самом Скайлене? Здесь были как азиаты, так и темнокожие, и конечно же, все остальные.

— Крэйг, я раньше не задумывался над этим… Если Обителей Судеб по всему миру десятки, и людей заманивают с разных точек планеты, то почему здесь все друг друга понимают? — я почесал затылок и посмотрел на окружающих.

— Очень просто. Когда оказываешься между Мирами, всё теряется. Существа становятся равными. Поэтому и язык становится одним для всех. Как бы ты не говорил или что бы ты ни говорил, собеседник будет слышать всё в доступном для его понимания виде. Это правило начало действовать и на Скайлене.

— Понятно. Всё так едино, — сказал я, и тут вдруг увидел то, от чего у меня внутри все перевернулось.

Я увидел того самого заключенного, который сидел со мной в одной камере и оказался со мной на волоске от гибели. Я совсем о нем забыл — забыл о том, что потрясло меня у подножья смерти. Но теперь я получил возможность хорошо рассмотреть его лицо и с трудом верил своим глазам. Это был он! Да что же это, черт возьми?!

Печать тысячи снов проснулась во мне. Этот внутренний огонь я не перепутаю ни с чем. Слегка сжав метку рукой, я обогнул Крэйга и быстро зашагал в сторону бывшего соседа по петле. Крэйг и Ева, ничего не поняв, остались позади. Черным едким дымом в форме змей печать начала кружить вокруг руки, и я с криком бросился на бывшего сокамерника. Он тоже заметил меня и посмотрел мне прямо в глаза. На его лице не было ни малейшего намека на страх. Шестеро, что пришли с нами, находились сейчас возле него. Они моментально решили вмешаться и перехватили меня метров за пять до цели. Держа меня, они кричали, чтобы я успокоился. Но в порыве ярости я не обращал на это внимания, а рука с темной силой оттолкнула одного, и он, отлетая, в буквальном смысле завис в воздухе. Остальные еще сильнее вцепились меня.

— Отпустите его, — приказал бывший сокамерник.

— Зачем? Он же безумен, — возразил один из державших меня, пока я дергался, пытаясь вырываться.

— Это приказ! Отпустите его. Пусть сделает, что должен.

Лишь только хватка этих людей ослабла, я прыгнул на него и сбил с ног. Оказавшись сверху, я принялся бить его по лицу изо всех данных мне сил, а он лишь смотрел на меня и не предпринимал никаких действий. Слёзы начали выступать на моих глазах. Этот человек… Всё из-за него!

Все вокруг что-то кричали, но ярость была настолько сильна, что я не мог разобрать слов. Постепенно печать начала возвращаться рисунком в руку, а удары становились всё медленнее и слабее. Сквозь кровь на его лице, я увидел слезы. А я из последних сил с воплями продолжал его колотить.

— За что? Почему именно нас? — закричал я.

— Всё… — еле шевеля губами и отхаркивая кровь, с трудом проговорил он. — Успокоился? Гнев прошел?

— Ненавижу! — выпалил я, скатился с него и остался лежать рядом.

— Ненавидь меня. Вся вина лежит на мне. И я знаю, что мне нет оправдания, я готов умереть от твоей руки, — произнес, еле дыша, окровавленный Стэн.

И теперь я, лежа на полу, вспоминал тот самый День Рождения. Когда все было просто замечательно по сравнению с теперешней ситуацией. Но кто же мог знать, что тот странный парень, который дал нам номер таксиста, окажется здесь, передо мной, и у меня не хватит сил убить его?!

Глава 26. УБЕЖИЩЕ

— Стэн — человек, который был первым, первым из попавших в Обитель Судеб. Изо всех людей, украденных из нашего измерения, он оказался единственным, на кого не подействовал Свет Трактуса. Стэн не смог стать годином, как остальные. Представь, Лео, каково ему пришлось одному среди этих безумцев! Однако спустя определенный период времени стали появляться и другие, на которых тоже не подействовала магия. Они начали скрываться. И со временем количество таких людей стало достигать сотен. Вот тогда Владыка заметил слабую точку Трактуса и принялся исправлять ошибки. Нам пришлось скрываться в подвалах, где мы и обнаружили хранилища старейшин. В рукописях, оставшихся здесь, мы прочли, что мудрецы жили в этих подвалах еще до войны за Скайлен. Обретенные Стэном знания помогли образоваться союзу людей, противостоящих этому миру. Нас называют Мятежники. Стэн начал изучать по рукописям секреты мастерства и идеалы старейшин. Там он и нашел слова пророчества. Наш предводитель — единственный, кто смог вернуться в мир, откуда мы все прибыли. Однако наш истинный мир жестоко отплатил Стэну за его долгую жизнь в Скайлене — время моментально начало убивать его. Здесь с помощью мастерства Инфинито он может поддерживать свою молодость, однако эта возможность тоже не безгранична. Магия взамен забирает его душу, жизненное время. Также наш предводитель нашел список всех заклинаний, которые включали в себя двадцать техник, известных этому миру. Больше в этом измерении колдовства нет. Ещё у Стэна был друг, живущий в Нижнем Мире, — Старид. Он тоже изучал тайны Скайлена. Пусть Старид и Стэн виделись всего пару раз за свою жизнь, однако обретенные знания объединяли их.

— Он мертв, — вставил я свое слово в длинную речь, взял из корзины стоящей на маленьком столике фрукт напоминающий земное яблоко, только с голубоватым оттенком, и слегка протер его об одежду, которую мне выдали после инцидента в центре убежища.

В данный момент я находился в комнате с мощным освещением и множеством медикаментов. Стены здесь были ровные, и воспоминания о пещере испарились. Судя по всему, это был медицинский пункт. Человек, с которым я сейчас беседовал, представился Дмитрием. Во время разговора он искал бинты и переставлял пробирки, постоянно поправляя очки на переносице. Еще Дмитрий часто крутил пальцами концы своих густых усов. Мужчина показался мне очень обаятельным, а его рассказы — интересными, и даже его картавость не создавала препятствий в общении.

— О скорой смерти Старида мне рассказала Ева, — продолжил я. — Причиной, как я понял, стали те же самые запретные магические возможности, которые, по вашим словам, использует Стэн.

Врач вздохнул и подошел ближе ко мне, взялся рукой за мой лоб и начал осматривать мою голову, где должна была остаться рана от камня в темницы, но, сняв свои очки, протерев глаза и вновь надев очки, он не смог найти ссадину. Затем он изучил мои кулаки, где остались кровавые следы от избиения Стэна. Дмитрий взял мокрое полотенце и вытер кровь, после чего мы обнаружили, что раны почти затянулись. Он вновь поправил свои очки.

— Это как так?..

— Дмитрий, это всё она, — я показал пальцем на рисунок, расположенный вдоль руки.

Доктор снял очки и начал её осматривать.

— Печать тысячи снов, я не ошибся?

— Да, док, вы правы.

— Ну, тогда, мой друг, ты свободен, однако тебе не помешало бы поесть, отдохнуть. Тебе нужны новые силы и здравые мысли. А я пока расскажу тебе о нашем убежище.

Врач сел на кровать, покрутил усы и оперся спиной на стену.

— Первый коридор отмечен красным камнем у входа. Там расположены комнаты, где живут мужчины. Во втором коридоре, обозначенном жёлтым камнем, живут женщины. На третьем коридоре стоит белая метка. Комната, в которой мы с тобой сейчас сидим, находится в нем. Здесь расположены медпункт, столовая, кухня и склады с едой. В четвертом коридоре, отмеченном камнем зеленого цвета, два отделения: зал для тренировок и зал с оружием. Также в комнате с оружием живут псы.

— Псы? Я не ослышался? А они вам зачем?

— Да, все верно. У нас есть пятнадцать обученных к бою собак.

— Если это такая шутка, то, увы, я ее не понял.

— Шутки в сторону, избранный. Как ты, должно быть, успел заметить, псы в Скайлене сильно отличаются от собак в нашем мире. Однако у них осталось главное сходство — подчинение человеку. Собака по-прежнему остается лучшим другом человека. Ее легко обучить командам, а благодаря мощным лапам и обезьяньей прыгучести здешние псы способны сражаться намного эффективнее, чем земные.

— Скорее бы посмотреть на них в действии.

— Это не проблема, Лео. В любое время ты можешь посетить тренировочный зал и увидеть все воочию. К тому же наши оружейники сшили для них прочные жилеты для защиты и смастерили специальные кастеты с шипами, подходящие для их лап.

— Звучит круто!

— Так, я остановился на четвертом коридоре, верно?

— Получается, так, — ответил я, оперся на спинку кровати и скрестил руки на груди.

— Следующий, пятый, коридор — это теплые источники, где мы восстанавливаем свои силы и убиваем свои человеческие запахи. Он обозначен синим камнем. В шестом коридоре находятся библиотека и хранилище старейшин. Он отмечен черным цветом. Обычные люди туда не ходят. Только Стэн и пара его главных помощников бывают там. Так что, не суйся туда, парень. Седьмой коридор — это выход, через который тебя привели, на нем нет цветного камня, а в последнем коридоре расположен электроблок, из которого мы черпаем электричество. Камень на этом проходе фиолетового цвета. Это всё.

Он снял очки и начал тереть глаза.

— Спасибо, Дмитрий. Думаю, я разберусь.

— Ступай, мой друг, ещё увидимся.

— До встречи, — попрощавшись, я вышел из комнаты.

Через пару метров я очутился около открытой двери, ведущей в столовое помещение. Остальные комнаты в этом пещерном коридоре были закрыты. Я вошел в столовую. Здесь почти всё было сделано из дерева, им оббили даже стены. Сразу и не скажешь, что мы находимся в подземелье — здесь бурлила жизнь. Несколько человек что-то готовили, еще человек десять просто сидели за столами, а в конце помещения трое мыли посуду. Судя по всему, на завтрак я уже опоздал. Взгляд одного из тех, кто готовил, случайно наткнулся на меня. Он сразу же бросил ножи и подошел ко мне, любезно попросил сесть за стол и пообещал, что в течение пяти минут принесет мне самый вкусный суп в моей жизни. Его любезность была принята мной с улыбкой. Я прошел мимо сидящих за столами — они поглядывали на меня искоса, но я, не придав этому особого значения, занял свободное место неподалеку от них. Ровно через обещанное время повар принес суп. С виду суп выглядел обычным, а по вкусу напоминал куриный бульон, но то ли из-за того, что голод извел мой организм, то ли потому, что у повара были золотые руки, этот суп показался мне самым лучшим в мире. Лишь только повар отошел от меня, открыв обзор, я заметил, что на входе в столовою стоит Ева. Она меня тоже увидела и устремилась ко мне.

Присев рядом со мной, Ева начала рассказывать, что с нею происходило, когда она была в плену. А я поведал ей о Забытом Скрите и тренировках и о том, как хотел спасти ее. Много чего было затронуто в этой беседе, однако мы ни слова не сказали о происшествии в таверне. Обо мне и Кассии. Мне хотелось просто видеть улыбку Евы и блеск радости в ее неземных глазах.

Ева пригласила меня посетить теплые источники, сделав ударение на то, что более расслабляющего и тонизирующего места нет ни в одном из миров. Якобы там тело восстанавливает все силы. Меня это заинтересовало, тем более, что сейчас мне очень хотелось проводить побольше времени с Евой. Но, прежде чем отправится к источникам, я должен был завершить одно дело, поэтому я попросил свою соратницу, чтобы она пока отправилась туда сама, пообещав, что присоединюсь к ней позже.

Вскоре я вновь очутился в большой комнате с огромным столом. Мне повезло: сейчас здесь никого не было. Я начал осматриваться в поисках нужного камня — черного, отмечающего запретный коридор. Я должен был узнать, что там, в библиотеках. Их тайны будут беспокоить меня до тех пор, пока я не увижу рукописи своими глазами.

Я вошел в коридор. Он оказался намного короче, чем остальные здешние коридоры. В конце виднелась одна большая дверь. Как ни странно, она была приоткрыта. Словно меня там уже ждут. А ведь это — то место, куда никому нельзя входить!

Освещение здесь было очень тусклым, складывалось впечатление, будто это горят свечи, однако всё работало на электричестве, кроме камина в стене, в котором горели настоящие дрова. Возле этого камина стояло развернутое к нему кресло, и мне показалось, что из-за его спинки вылезла чья-то рука. Я подошел ближе. Вокруг находилось множество шкафов, до самого потолка забитых книгами, но при таком тусклом свете разобрать, что написано на их корешках, было очень трудно.

— Я тебя ждал. Надеюсь, ты еще не забыл свое имя, Лео? — прозвучал голос из кресла.

— Нет, не забыл. Мое имя всегда будет со мной.

Это был Стэн. Его лицо и голова были плотно забинтованы, повязки не закрывали лишь глаза и рот. В руках он держал фотографию. Из-за тусклого освещения я не смог четко рассмотреть, что на ней изображено, однако там точно был силуэт девушки. Предводитель мятежников положил фотографию во внутренний карман, находящийся с левой стороны его пиджака, и предложил:

— Подойди ближе. Тебе уже рассказали обо мне и о моей истории?

Дрожь охватила мои ноги, но я всё таки не остановился. Я встал рядом.

— Да, Стэн, и я сожалею о том, что…

— Не стоит тратить время на слова, — тотчас перебил меня Стэн. — Тебе нужно было выплеснуть свою ярость. Всё по праву. Хотя личико ты мне, конечно, хорошенько разрисовал. Забудь о том, что случилось. Нам нужно думать о Владыке и его стражах. Как одолеть их. А вспоминать о былом мы будем уже после победы, Лео, — он поднял руки к голове и начал снимать с себя бинты. — Как твоя печать? Ты уже один в снах?

— Откуда ты узнал?.. — вытаращился я.

— Поверь, о печати тысячи снов я знаю многое.

Стэн бросил бинты на пол, взял маленькое зеркало и начал себя осматривать. Его лицо было похоже на пробитый баскетбольный мяч.

— Хорошенько ты меня, — усмехнулся Стэн. — Ты, главное, не забывай, зачем ты здесь.

Он поднял руки на уровень груди, выставил ладони друг напротив друга, словно держал что-то перед собой, и широко расставил пальцы.

— Не забывай, кто и что тебе нужно, — провозгласил Стэн, и его руки сильно напряглись, а пальцы начали дрожать. — Не забывай, кого ты потерял здесь!

На его руках начали набрякать вены. Еще через несколько секунд они почернели.

— Не забывай имя свое… — уже шепотом сказал он и поднес руки к лицу, а затем продолжил: — В этом мире, Лео, можно забыть обо всем. Но если вдруг забудешь имя свое — не видать тебе дома родного.

Стэн схватил себя за лицо и принялся срывать с него кожу, которая рвалась на маленькие части. В моём горле образовался ком и тут же вырос до невозможных размеров, а на висках выступил пот — холодный, как лёд. Куски кожи падали на пол, однако не было видно ни одной капли крови — Стэн рвал кожу, словно резину, когда же она закончилась, оказалось, что черепа под ней не видно — одно только черное пятно. Маг приложил ладони к месту, где было лицо, и черные вены через пальцы перешли к его голове, а руки в тот же миг стали прежними. Прошло еще немного времени — и его лицо начало проступать сквозь черноту.

— Вот я и вернулся, — сообщил он и с довольным видом посмотрел в зеркало.

— Что за?.. Что это было? — дрожа всем телом, я уставился на куски кожи, валяющиеся на полу.

— Инфинито. Ворую время, чтобы вернуть себе прежний облик, — из носа Стэна потекла кровь. — Черт, а оно мне вот так вот платит!

— Оно же убивает тебя.

— У меня нет другого выхода, Лео, я должен помочь людям. Правосудие должно восторжествовать, — Стэн достал платок и вытер кровь. — А что происходит у тебя, когда ты используешь печать?

— После ее действия всё внутри переворачивается, и меня тошнит, — с отвращением сказал я.

— Ну что ж… Это не худшее из того, что может произойти, — Стэн убрал платок и встал с кресла, подошел к одному из шкафов, вытащил книгу и убрал закладку в виде красного шнурка. — Думаю, тебе нужно отдохнуть.

Стэн вернулся в кресло и тотчас погрузился в чтение.

— Позже увидимся, — пробормотал он.

Шагая осторожно, дабы не наступить на куски кожи, лежащей на полу, я пошел прочь из этого места.

Глава 27. ТЕПЛЫЕ ИСТОЧНИКИ

Синий камень. Если не ошибаюсь, мне сюда. Ева наверняка уже заждалась.

Этот коридор был длиннее других, и чем ближе я подходил к его концу, тем сильнее менялся воздух — становился более влажным. Маленький проход вел налево. Еще небольшой коридорчик с низким потолком — и я на месте.

Это была пещера. Большая пещера, заполненная паром. Вода лилась со стен в каменные бассейны из трех отделений.

Небольшие ручейки. Высокие каменные потолки. Негромкий шум падающей воды. Теплые источники… Один их вид уже расслаблял. Сквозь пар я увидел девушку, стоящую возле одного из источников. Взобравшись на небольшой камень, Ева подняла руки вверх и ловила исходящую из стен теплую воду. Я узнал ее по темным роскошным дредам. Девушка стояла ко мне спиной. Из одежды на ней ничего не было. Неловкое смущение — и я рукой закрыл себе глаза, однако тут же опустил ее. В груди стало тепло, зачесался затылок, и я ощутил неудобство. Я стоял и подсматривал за Евой. Глазел на ее обнаженное тело.

— Лео, ты что-то долго. Заставил меня ждать, — сказала Ева и вошла в воду по пояс, одной рукой укладывая на плече волосы, а второй закрывая грудь.

— Эмм… — я отвел взгляд и прикрылся рукой. — Там… Просто… Так получилось. А как ты меня заметила?

— Ха-ха! — засмеялась она. — Засмущался. Это так мило. Ты не забывай, что я — не человек и слышу намного больше, чем вы. Но это всё не важно, главное, что ты пришел. Заходи скорее, попробуй, какая теплая вода.

Ева окунулась в воду с головой.

— Я не застеснялся, — я убрал руку и ощутил, что к щекам приливает кровь. — Во мне проснулся извращенец, который и подглядывал за тобой. Не ожидал, что вот так тебя увижу.

Я расстегнул ремень и снял штаны.

— Всё хорошо. О, Боже, как же эти источники меня расслабляют!

— Вода и вправду теплая.

Я залез в воду.

— Всё-таки засмущался.

— Что? Почему?

— Ну, перед служанкой в таверне ты нижнее белье снимал, я так понимаю, — подплыла ко мне Ева.

— Ева, а это здесь к чему? И вообще, это ты тогда ушла с Крэйгом.

— Ха-ха! — громко засмеялась девушка. — Глупый такой.

Она встала рядом со мной и принялась обливать мои плечи водой, уже не прикрывая свое тело.

— Ева… — начал было я, но тут же сделал паузу, пытаясь отвести взгляд от ее груди. — Давай не будем вспоминать случай в таверне. Ведь ничего хорошего там не было. Ты рядом, — я погладил девушку по лицу. — И теперь я понимаю, что важнее этого момента ничего не может быть. Я просто в тебя…

— Ш-ш-ш… Замолчи, — она закрыла мне рот пальцем. — У нас нет времени для любви, Лео. Не забывай, зачем ты здесь, однако сейчас пусть весь мир подождет.

Ева приблизилась впритык и поцеловала меня.

Её мокрые губы были слаще шоколада, а каждое её касание — нежнее теплого ветра. Оба дыхания сливались в одно, и я понял, что отныне буду жить ради поцелуя с ней.

Расслабляющие воды источника охватывали моё тело. Вода восстановила мои силы. Энергия забурлила внутри меня.

Я всё сильнее обнимал Еву, и ничто в мире не было для меня таким желанным, как эти объятья. Никогда прежде я не испытывал подобных ощущений. Чувство прекрасного, чувство чего-то неимоверного возникало от нашего поцелуя, который и не думал заканчиваться. Рука Евы опустилась с моих плеч в воду и скользнула вниз, к моей пояснице. Ещё пару секунд — и я почувствовал ее пальцы на своем половом органе, который уже пребывал в полной боевой готовности. Мгновение — и рука Евы проникла в мои трусы и взялась за мой член. На секунду мои губы оторвались от её губ, и я лбом уперся в её лоб и жадно схватил девушку за шею. Вторая рука Евы уже спускала мои трусы. Тяжелое дыхание — и мои губы вновь слились с её губами. Руки девушки вернулись на мои плечи и обхватили меня за шею. Затем она запрыгнула на меня. Я взялся за ее ягодицы и направился к стене. Вынеся Еву из источника, я остановился в том месте, где из щелей текла вода, и прижал ее к стене, после чего ухватил девушку за ноги покрепче и вошел в нее. Отшельница резко вздохнула, ещё сильнее обхватила мою шею, а поцелуй стал еще слаще. Вода стекала по нашим телам. Моё возбуждение не знало границ, и темп моих движений ускорялся. Ева сильно застонала и вцепилась ногтями в мою спину.

— Лео, помедленнее, пожалуйста!

За все время я, наверное, впервые открыл глаза. Никогда ранее я не видел на лице Евы таких эмоций. Она кусала свои губы и жмурилась.

— Да, конечно. Извини…

Снова поцелуй. Увидев на лице Евы улыбку, я понял, что боль переросла в нечто приятное. Эта улыбка означала получение удовольствия от процесса, который смог расслабить разум, отодвинуть переживания на второй план. Мы с Евой слились в едином порыве наслаждения.

Сидя в воде, мы не отводили взгляда друг от друга. Я разглядывал ее лицо и запоминал каждое мельчайшее движение мышц. Шум падающей воды очень успокаивал меня, поэтому хотелось молчать. Судя по всему, нечто похожее испытывала и Ева. Однако я не мог сдерживать эмоции.

— Ева, я не договорил тогда…

— Ты о чем? Разве ты не можешь просто расслабиться сейчас… Некоторые мгновения имеют привкус вечности, — она положила голову мне на плечо.

— Но ты должна кое-что узнать. Я не могу скрывать свои..

— Тихо, — перебила меня Ева. — Замолчи, Лео. Мне все известно. Я ненавижу тебя. Ненавижу за то, что с тобой хочется жить.

Девушка закрыла глаза и поцеловала меня.

Глава 28. СЕМЕРО

— Стэн, уже давно пора действовать. — твердо сказал Алекс.

— Да, хватит ждать, — добавил незнакомец с черным цветом кожи.

— Знаю… — ответил предводитель мятежников, рассматривая карту Верхнего Трактуса. — Алекс, передай мне руны.

Парень взял с одной из полок два треугольных камня с вырезами на них и передал в руки Стэну. Мы с Крэйгом в этот момент находились по другую сторону стола, вокруг которого стояло еще семеро.

Орд — огромных размеров мужчина с лысой головой. На нашей планете он был военачальником и не раз участвовал в миротворческих операциях. Поэтому Орд отвечал за боеспособных людей и их боевые навыки.

Люк — пожилой человек с множеством морщин на лице и очень медленной речью. Когда он говорил, постоянно хотелось зевать. В мире, где мы все родились, он был доктором математических наук и логической прогрессивности. Ученый занимал должность тактика. Главного планировщика.

Донован — самый молодой из нас. Точно определить его возраст не могу, но с виду и по поведению ему было лет эдак четырнадцать, не больше. Однако пацан был не по годам смышлен. Как оказалась, он был главным разведчиков среди мятежников.

Джулиус — афроамериканец с необычайно темным цветом кожи. Самых тихий среди всех. Однако долгие годы заключения ещё в нашем измерении сказывались на его покрытом шрамами лице. Он был наемным убийцей. Поэтому его хладнокровие сильно поможет нам.

Также в эту семерку входили Алекс, Стэн и Ева, но девушка мгновением ранее вышла из зала. Место, в котором мы находились, было предназначено для тренировок. Высокие потолки, мраморный пол, каменные стены, украшенные древними символами и таинственными рисунками… Я не мог понять их значения, даже не мог сравнить их с чем-либо известным. Это было совершенно новое искусство, чуждое нашему миру. Вход в этот зал был обозначен камнем зеленного цвета.

— Донован, ты говорил, у тебя были какие-то новости, — сказал Стэн и опустил руны на бумажную карту, лежащую на столе.

Он дотронулся указательным пальцем до одной из рун, провел им по всем украшающим ее надписям и на мгновение зажмурился, затем повторил это действие ещё раз и окончательно закрыл глаза. Когда же он снова поднял веки, его зрачки уже не были прежними — теперь в них горели отражения рун. Пальцем Стэн начал выцарапывать надписи на рунах, после чего буквы вдруг осыпались на карту, как осыпаются песчинки в песочных часах. Они падали и исчезали в ней, каждая буква словно вылетала из этих каменных рун. Лишь только это действие прекратилось, Стэн вновь закрыл глаза, схватился обеими руками за карту, выдохнул, и вдруг начал как бы вытягивать рисунки с карты в пространство, после чего они зависли в воздухе в виде маленького макета Верхнего Трактуса. Никто из присутствующих не обратил особого внимания на эту магию, а у меня снова отвисла челюсть. Очередной раз магическое мастерство ввергло меня в ступор.

— Да, Стэн, есть новости, — продолжил юнец Донован. — У них завтра намечается карнавал. Несмотря на жёсткие методы Владыки, они не забывают про старые традиции Скайлена.

— Карнавал? — переспросил я.

— Наверное, это лишь слово, Лео. А происходящее будет походить на собрание самых богатых персон Скайлена в дорогих костюмах, — насмешливо ответил мне Донован.

— Нам нужно туда попасть, — сказал Люк. — Нужно увидеть представляющее для нас главную угрозу сборище годинов.

— Вы правы, Люк, — Донован чувствовал себя увереннее прочих, несмотря на свою юность. — Насколько мне известно, у них обновился состав пристраж.

В зал вернулась Ева и подошла к столу.

— Пристражи — это главные советчики Владыки в данный момент, претендующие в будущем на силу страж, — пояснила мне она.

— Ага, дочь вечной ночи права, — подтвердил Донован. — Отшельник, человек и патрульный — в полном составе. А еще говорят, что якобы патрульный — сын самого Саригона. Человек по имени Эд и отшельник, имени которого мне узнать не удалось.

После того как прозвучало дорогое мне имя, я сжал зубы и продолжал слушать молча, думая о том, как попасть на бал в Трактусе.

— Так давайте нападем на них прямо там! Застанем их врасплох! — Орд оскалил зубы и ударил своим огромным кулаком по столу.

— Да, порежем их прямо там, — провел лезвием ножа у горла темнокожий Джулиус.

— Если правильно организовать наступление, можно будет застать их врасплох, — предполагал Люк.

— Глупцы! — воскликнул Алекс. — Как бы мы ни хотели, но наших сил, возможностей и людей не хватит для того, чтобы победить Владыку и его приспешников.

— Значит, нужно думать, как попасть к ним на упомянутый бал, — Ева сложила руки на груди и продолжила: — Мне кажется, это не такая уж проблема. Надеть платье и прикрыться маской.

— Ха-ха… — смех Стэна заставил всех замолчать. — Платье, говоришь… Там обычная одежка не пройдет. Чтобы туда попасть, нам нужно немало стоунов, которых у нас практически нет.

— Наше положение не из лучших, — сказал Люк, взялся за подбородок и принялся его почесывать.

Остальные тоже задумались. Однако слово «стоуны» быстро напомнило мне один факт, и в моей голове моментально родилась идея.

— Я смогу попасть туда, только для этого мне нужна помощь Крэйга, — хотя я произнес это негромко, всеобщее внимание сразу оказалось обращено на меня. — У нас с Крэйгом есть одна общая знакомая, которая, как мне сказали, чрезмерно богата стоунами. Не так ли, Крэйг? — Я окинул его взглядом.

— А? Что? Ты о ком, Лео… — ответил он и поднял высоко брови.

— Госпожа Клавдия, владелица банков, которая еще там, в таверне, нагло себя вела.

— Ах да, точно! — лицо Крэйга внезапно озарила улыбка. — Как я мог про нее забыть! Стэн, нам нужно попасть на Центральный Скрит, и поскорее. Она однозначно будет на балу, и молодые спутники ей точно не помешают.

— Хорошо. Тогда вы с Лео отправляетесь к ней, — подвел итог Стэн.

Он сдвинул руны в одну точку, и магическое воздействие на карту прекратилось. Затем Стэн отошёл от стола и встал ко всем спиной, рассматривая рисунки на стенах тренировочного зала.

— Вам нужно узнать всё возможное о новых пристражах, и ни при каких обстоятельствах не позволить нарушить свою маскировку, — уточнил задачу Стэн. — Всё ясно?

— Да, конечно, — ответил Крэйг.

— Донован, — снова повернулся к нам лицом Стэн, — ты берешь своих людей и отправляешься наверх. Узнай, какая там обстановка после того, что мы недавно устроили у владений Саригона.

— Есть, принято.

— Джулиус и Орд, вы отправляетесь следом, взяв с собой еще пару человек. Попытайтесь пробраться к Саригону, не убивая при этом всех патрульных на своем пути. Сейчас это ни к чему. Передайте ему, что у меня есть к нему выгодное предложение, если он заинтересуется, то пусть приходит завтра в полдень на мост, разделяющий Патрульный Скрит. И сразу же убирайтесь оттуда.

— Всё ясно.

Орд и Джулиус сразу же удалились вслед за Донованом.

— А ты, Люк, останься, — продолжил Стэн. — Сейчас твой мозг мне очень пригодится. Ева, тебя я тоже попрошу остаться.

Мы с Крэйгом тоже собрались покинуть тренировочный зал, как вдруг в комнату завели пятнадцать огромных животных. Все псы, немного сутулясь, шли на задних лапах. Эти собаки напоминали мне сибирских хаски. Шерсть такой же окраски, морды, похожие по строению и выражению. По команде животные построились в ряд и расставили лапы в стороны. К собакам подбежало несколько человек, которые начали их одевать в жилеты и пристегивать кастеты.

— Лео, нам пора. Чего застыл? — сказал Крэйг и подтолкнул меня в плечо.

— Дмитрий мне рассказывал о псах. Но я и представить не мог, что это возможно, — ответил я.

— Да, годины не используют домашних животных для сражений, а вот люди…

— Нам это нужно, Крэйг. Нужна любая физическая сила, чтобы выиграть войну.

Тем временем псов полностью экипировали, и животные начали тренировку. Теперь в зале стоял громкий лай собак. Они кромсали манекены, предназначенные для тренировок, и четко выполняли все команды.

Мы с Крэйгом еще несколько минут понаблюдали за процессом тренировки и покинули зал.

Глава 29. КАРНАВАЛ ТЛЕНА

Верхний Трактус. Неужели я здесь?.. Всё еще не верится, что вскоре я встречу Эда. Мне не верится, что этот миг настал. Держа госпожу Клавдию за руку, я ощущаю дрожь в руках. Понимаю, что этот ужасный сон скоро может закончиться. Еще никогда Эд и дорога домой не были так близки. Крэйг говорил, что я должен улыбаться, но придерживаться этого совета сейчас было очень тяжело.

Подол пышного платья старой развратницы постоянно путался под моими ногами. Наряды прибывающих годинов и безупречный цвет их лиц радовали глаз. Да, это точно походило на бал девятнадцатого столетия. А ведь мы еще не добрались до самого места проведения мероприятия. На нас с Крэйгом были одеты на первый взгляд обычные черные смокинги, белые рубашки, черные брюки, галстуки и фиолетовые маски. Но эти наряды были очень дорогими — госпожа, которую мы сопровождаем, не поскупилась на стоуны.

До того как прийти к госпоже Клавдии, мы попали в передрягу с годинами перед Центральным Скритом, которые, узнав нас, набросились с почерневшими от ярости глазами. Оказывается, они присутствовали при резне, которую мы устроили с Евой и освобожденными нами пленниками. Но несмотря на использование своей злой силы пара годинов не стала нам помехой, только пришлось повозиться с уборкой трупов.

Придя к Клавдии, мы с Крэйгом принялись осыпать пожилую извращенку комплиментами, а затем попросили найти нам работу. Акцент делали на том, что нам нужны стоуны. Навешав немного лапши на уши похотливой старушке, мы повели речь о бале и о том, что такой милой даме актуально было бы найти кавалеров для сопровождения. Проглотив эту «лапшу», Клавдия раскошелилась на наши костюмы и на себя, конечно. Первая часть плана была выполнена прекрасно, и теперь наступил самый ответственный момент нашей миссии.

Вокруг кружил аромат духов, исходивших от женщин, которые в огромном количестве двигались к зданию со стеклянным потолком. Там и будет сам бал. Я был удивлен запахам на Трактусе, так как в других частях Скайлена уловить их было тяжело. Верхний Трактус напоминал огромный сад. Здесь повсюду росли деревья с магическими ягодами самых ярких окрасок и множество кустарников различных геометрических форм. Даже сквозь асфальт в некоторых местах прорывалась трава ярко-салатного цвета. Ну и, конечно же, странные толстые ветки с живыми оранжевыми бутонами, исходящие из домов. Их здесь было больше, чем на других Скритах. Также огромные статуи вернули меня в спокойную атмосферу города. Шум, гам и беготня детей встретили нас у самого входа в прекрасный особняк. Нужное нам здание расположилось на восточном крае Трактуса. Этот летающий остров немного отличался от остальных: если на других Скритах ландшафт был ровным, то этот только в данной стороне не имел возвышенностей, а на западе виднелась гора, на которой расположились множество зданий и огромный замок на самом верху. Нетрудно было догадаться, что именно там обитает Владыка.

Двери в огромный особняк были широко раскрыты. Украшенное рубинами дерево этих врат переливалось на ярком Скайлеанском солнце. На дверях стояли два охранника-година. Ни одного патрульного я здесь пока что не обнаружил.

— Госпожа Клавдия и ее спутники, я так понимаю? — окинул нас взглядом один из годинов на входе.

— Вы всё правильно поняли, — улыбнулась женщина и прикрылась веером. — Уже готово, а я и не заметила.

Она оглянулась.

Мы с Крэйгом, не поняв последних слов старушки, тоже посмотрели назад и увидели пустые улицы. Гостей больше не было. Вновь взгляд вперед — и резкий хлопок вратами. Мы внутри… Не сделав ни единого шага, мы вдруг оказались внутри. Волшебство окружало это место. Я вновь обернулся назад и увидел, что двери напрочь забиты досками, из которых торчат огромные гвозди напоминающие длинные шипы.

Клавдия взяла нас с другом под руки и устремилась вперед. Я окинул взглядом сначала старуху, затем Крэйга, который тоже смотрел на меня. Оторвав взгляд от друга, я позволил себе осмотреться. Заполненный годинами зал, стены, окрашенные в темные оттенки красного, длинные пустые столы у самой стены, прозрачный потолок над нами… Словно ад с видом на рай. С каждым шагом я дрожал все сильнее.

— Истинное наслаждение, — промолвила госпожа Клавдия и сильнее схватила меня за руку.

Вдруг присутствующие в зале женщины остановились и задрали головы вверх. Пышные белые платья, словно снег, — так нежно и внезапно — начали падать на пол, оголяя их тела. Я на миг закрыл глаза, не веря увиденному, однако, распахнув их, заметил, что женщины продолжают сбрасывать с себя платья, как сбрасывают шкуру змеи. Четыре огромных фонтана, появившийся из ниоткуда, начали извергать из себя красную жидкость. Безумные взгляды окружающих напоминали мне Обитель Судеб, когда все так же двинулись в темный проход, в пещеру между мирами. А сейчас они лезли в эти фонтаны, танцевали безумные танцы. И тогда я услышал, как играет на фоне странная мелодия скрипки. Безумие проснулось на этом балу. Клавдия продолжала вести нас в сторону фонтанов, тихо прошептав слово «кровь». Пуговицы на ее платье начали просто отлетать со свистом, а одежда сползла, словно сама по себе. Обнаженные женщины всех возрастов и размеров пили и умывались кровью из фонтанов, извиваясь, ползали по полу, сходя с ума, рвали волосы на голове и безумно улыбались. Некоторые продолжали танцевать.

Мужчины тоже начали действовать. Они бродили вокруг всех этих ненормальных женщин, а мы с Крэйгом по-прежнему оставались неподвижны. Некоторые из мужчин снимали галстуки, кто-то просто шел, а кто-то подходил к столу и брал столовые приборы. И вдруг… Сглотнув ком в горле, я в панике попятился назад, но уперся в стену: годины мужского пола накинулись на женщин и начали душить их, резать, есть… А те словно давались им, позволяли им это делать. Хруст костей, смех, звуки скрипки и шум фонтанов выворачивали мою реальность наизнанку. Я посмотрел на Крэйга — бедолага упал на пол и сжал себе голову, при этом были слышны легкие стоны. Одно из существ (назвать этих утративших человеческий облик мужчин людьми язык не поворачивался) затащило окровавленную половину тела девушки на стол в двух метрах от меня. Оно разрывало руками ее внутренности и засовывало в рот, который и так был забитый до предела. Затем взгляд година наткнулся на меня, и существо перестало жевать. Внутренности начали выпадать из его рта, а руки отпустили жертву. Я снова непроизвольно попытался попятиться, но снова наткнулся на стену. Прозвучал сильный безумный крик этого существа, и оно набросилось на меня с такой скоростью, что я успел лишь закрыть руками лицо. Годин схватил меня и швырнул в центр зала. Неимоверная сила! Я пролетел метров десять, не меньше, а приземлившись, сильно ударился об пол плечом, за которое сразу же схватился. Безумие вокруг продолжалось, будто меня никто и не заметил. Скайлеанцы танцевали, ели друг друга… Однако приближающийся ко мне сзади звук шагов, хлюпающих по лужам крови, заставил меня перевернуться на спину. Мужчина лет тридцати в бордовом фраке и черной рубашке, на которой последние две пуговицы были расстегнуты, наклонился ко мне, лежащему на залитом кровью полу. Из-под его фрака выглянула длинная рапира. Серые волосы немного свисали на бок, а большие темно-карие глаза были спокойны и широко раскрыты. Его взгляд — взгляд живого, не одурманенного существа — говорил о том, что этот годин находится в совсем ином положении, чем здешние безумцы. Телосложение этого година не было плотным, но и назвать его тощим было нельзя. На его нижней губе с правой стороны виднелся шрам, разделяющий ее на две части. Этот странный тип, сдерживая улыбку, наклонил голову сначала в одну сторону, не отводя от меня глаз, а затем в другую.

— Шепчешь ли ты имя спасителя своего в трудную минуту? — спросил он и окинул меня безумным взглядом, а затем поправил свои волосы, и на его лице промелькнула улыбка. — И чувствуешь ли ты вину, если уж и привкус ее напоминает жадность, тайный смысл, туманные намеки и злую волю.

Годин со шрамом нагнулся, провел пальцем по моему лицу, заляпавшемуся кровью женщин, а затем выпрямился и посмотрел куда-то в сторону.

— Видишь, как они удовлетворяют себя, да? — он облизал палец, на котором была кровь с моего лица, и вновь нагнулся ко мне. — Наверное, тяжело лежать неподвижно среди всего этого шума, дожидаясь, пока кто-то в окровавленной одежде и с рапирой подкрадется к тебе, чтобы убить?

— Кто вы все? Что происходит? — судорожно крикнул я и, чувствуя, что боль в плече проходит, начал отползать назад.

— Это игра, в которой все потерпели поражение, а истина истекает кровью.

Он на мгновение закрыл глаза, сделал паузу и наступил ногой на мою грудную клетку, после чего мои движения прекратились.

— Бесполезно… Ты уже мертв, как и все остальные. Их жизни — ничто, лишь карнавал тлена, — сказал стоящий передо мной, и его рука скользнула к поясу, схватила рапиру и навела точно на моё сердце. — Познай безумие!

Взмах руки…

— Развейся! — прозвучал в моей голове незнакомый женский голос, а затем я почувствовал на своем плече чью-то руку.

Это заставило меня прийти в себя.

— Что это было? — задыхаясь, спросил я и огляделся.

Передо мной стояла юная девушка с роскошными длинными волосами каштанового цвета.

Я по-прежнему находился на балу. Однако не было ни кровавых фонтанов, ни существ, пожирающих обнаженных женщин. Вновь вернулись запахи духов, пышные платья, карнавальные маски на лицах, успокаивающая мелодия скрипки, улыбки… Стены обрели приятный белый цвет. На столах виднелось много еды, а гости продолжали прибывать через открытые ворота.

— Ой, это мой отец снова решил позабавиться над теми, кто впервые посетил наш бал. Он использовал Иллюзион, чтобы Скайлеанцы не забывали, что, надев дорогие наряды, они, как и прежде, остаются слугами их создателя — Владыки, — с улыбкой пояснила девушка, освободившая меня от чар, пристально рассматривая меня выразительными черными глазами.

— Значит, Крэйг тоже… — спокойно прошептал я.

— Нет! — засмеялась девушка. — Ты имеешь в виду своего спутника, с которым вы пришли вместе со старушкой Клавдией? Так они вон там стоят, — она показала на моих знакомых пальцем и привстала на носочки. — Не знаю, как так получилось, но, зайдя внутрь, ты немного отстал от них и впал в ступор. А госпожа очень крепко держала руку твоего друга, поэтому на него колдовство отца, судя по всему, не подействовало. Я с самого начала наблюдала за вами… Я — Эмилия, — девушка усмехнулась и протянула руку вперед.

Она была точно не из тех, кто может молчать. Но общалась Эмилия совершенно не назойливо. Ее манера говорить заставляла вслушиваться в каждое слово с огромным любопытством.

— Эм-м… — я занервничал, так как для своего же блага не хотел раскрывать свое инкогнито, и отвел от нее взгляд. Вдруг мне на глаза попался стол, и я воспользовался этим как подсказкой.

— Я — Стол… — неуверенно произнес я.

— Тебя зовут Стол? — широко раскрыла глаза она.

— Столхольм! — мгновенно выкрутился я. — Меня зовут Столхольм.

Я тоже протянул руку вперед для рукопожатия, но, учитывая пафосность обстановки, спохватился, слегка наклонился и поднес ее руку к своим губам для поцелуя.

— Столхольм? Странно… — милая девушка отвела взгляд в сторону и задумалась. Блик солнца заиграл на ее лице; она сморщилась, не переставая улыбаться, а затем продолжила: — Ну, и ладно. Не могу вспомнить, кто ты.

— Спасибо тебе огромное, что развеяла магию, но мне нужно…

Договорить я не успел.

— Куда ты спешишь? Успеешь еще! — перебила меня Эмилия. — Тебе наверняка хочется пообщаться с Владыкой лично. Тем более, если вас познакомит его любимая дочь.

— Э-эм-м… Хорошо-хорошо.

— Прежде чем ты предстанешь перед Владыкой, я должна убедиться, что ты знаешь, как положено кланяться.

— Ну, давай, убедимся.

— Прошу взглянуть, — сказала девушка и принялась демонстрировать мне правильные движения: — Стопа вытянута, ладонь выпрямлена, голова наклоняется, пока подбородок не коснется груди. А теперь повтори!

Я медленно выдвинул левую ногу вперед, правую руку положил на грудь, распрямил ладонь левой и наклонился.

— Что же, движениям недостает плавности и грации… Но… От новеньких обычно ожидают меньшего.

— Хм… Спасибо.

— Ладно, пошли уже скорей.

Девушка одной рукой схватила меня, а другой взялась за свое пышное платье и повела мимо прохожих. Мне удалось пересечься взглядом с Крэйгом. Он так же безвольно следовал за госпожой Клавдией.

Вскоре мы очутились на другой половине огромного зала. Одно из мест здесь пользовалось повышенным вниманием окружающих. Там стояло пять человек, одетых в одинаковые костюмы бордового цвета; на троих были маски. Мы подошли к ним вплотную, и моя новая знакомая тронула одного из них за плечо.

— Отец, может, уделишь немного внимания своей дочке и новым гостям? — спросила она.

Все пятеро повернулись к нам.

— Господа пристражи, Магистр Эрик, — Эмилия отвесила предусмотренный здешним этикетом поклон в сторону «масочников» и пожилого мужчины с белыми длинными волосами. — Отец…

— Ты прекрасна, Эмилия, — сказал Владыка Трактуса.

Он взял ее за руку, и девушка пару раз прокрутилась вокруг своей оси.

— Спасибо. Отец, хочу отрекомендовать тебе моего нового друга. Я только что развеяла твою магию для простаков, он был такой беспомощный!

Владыка… Перед моими глазами находился виновник всего случившегося не только со мной, но и со Скайлеанцами. Это был он — тот псих с кровавого карнавала. В его глазах осталось то же безумие.

Я попытался скрыть свои эмоции. Столько злости во мне еще никогда не накапливалось. Стиснув зубы, я изо всех сил сжал руку с печатью — огненные брызги внутри конечности уже начинали просыпаться.

— Ну, чего застыл? Предстань перед Владыкой Трактуса, — прошептала Эмилия и толкнула меня плечом. — Поклон, Столхольм. Сделай поклон.

— Столхольм, — я проделал все движения, которые мне показала Эмилия, и поклон удался. — Для меня огромная честь лично познакомиться с вами.

Пламя внутри руки превращалось в пожар.

— Столхольм? Не слышал о тебе. Приветствую тебя в моих владениях. Кого сопровождаешь?

— Госпожу Клавдию, — сквозь сжатые зубы выдавил я.

Владыка с Эмилией посмотрели на меня с подозрением.

— С тобой всё в порядке? — спросила девушка.

— Да, всё в… — я покосился на пристражей в масках, и закончил уже спокойным голосом: — в порядке.

Вдруг огонь внутри меня погас. Больше не осталось ни намека на пожар. Голоса вокруг превратились в сплошной шум. Не было мыслей, не было ничего — только лицо, закрытое маской. Но она — ничто. Я его нашел! Один из стоящих пристражей — Эд…

Ты — всего в метре от меня, а я, как и прежде, ничего не могу сделать… Мы не можем вернуться домой.

В сознание меня привело то, что Эмилия начала меня толкать.

— Э-эй-й… С тобой всё хорошо? Парень… — взволновано спросила она.

Я моргнул. Глаза заболели. Я попытался почесать их, но мне помешала собственная маска. Я вновь посмотрел на Эда, но он с другими пристражами развернулся и вскоре скрылся в толпе.

Чуть позже ко мне подошел Крэйг, сумевший на некоторое время избавиться от старухи. Я рассказал ему о том, что случилось, и познакомил с Эмилией, у которой он и смог выпытать всю нужную нам информацию, не вызывая особых подозрений.

Глава 30. СОЮЗНИКИ

В подвалах нас уже встречали люди в черных плащах. Мы быстро попали внутрь. В центре убежища за огромным столом сидели все предводители мятежников и трое незнакомцев.

Подойдя ближе, я обнаружил, что двое из этой троицы были патрульными.

— Это как понимать? — выкрикнул я, указывая рукой на врагов.

— А это, значит, и есть тот самый избранный? — спокойно спросил один из патрульных.

— Да, я же говорил, что он сразу начнет кричать, — сказал Стэн и опустил голову.

Эти патрульные отличались от остальных: они выглядели ухоженными, а их одежда была чиста.

— Что они здесь делают, Стэн? — продолжил я выражать недовольство.

— Предводитель мятежников, позволь я отвечу, — предложил все тот же патрульный, и Стэн в ответ кивнул. — Я — Саригон, глава патрульных Скайлена. А рядом сидит Нэл, моя правая рука. И теперь я хочу услышать от тебя информацию о моем сыне, который вступил в состав пристражей. У нас с тобой общая цель, избранный. Мои воины пойдут с вами на войну с Владыкой. Только вместе мы сможем освободить наших близких и отвоевать Скайлен! Враг моего врага — мой друг. — заявил Саригон и крепко сжал кулак.

Слова лидера патрульных очень заинтересовали меня. Я без лишних вопросов сел за стол вместе с Крэйгом и принялся рассказывать о происходящем на Верхнем Трактусе. Саригон представлял собой обычного патрульного крепкого телосложения. На голове волос не было, а тело на все 100 % забито татуировками.

— Наши опасения подтвердились, — произнес Стэн и сложил руки на груди. — Пристражи уже готовы, а мощь Владыки, как никогда, сильна, подтверждением чего было использование Иллюзиона на Леонарде.

— Тянуть больше нечего. Альянс готов! — привстал Орд. — Пора освобождать Скайлен!

— Думаю, ты прав. Я не потеряю своего сына. Стэн, не все патрульные решили следовать за мной, однако многие воины всё-таки решили разделить мою участь, — продолжил Саригон. — Вскоре новость о том, что часть патрульных предала идеалы Владыки, дойдет до Трактуса. Нам нужно действовать быстро и решительно. В нашем распоряжении есть один корабль. Мы быстро доберемся на место и начнем штурм владений Трактуса.

— Чем раньше, тем лучше. Твоя идея мне нравится, инопланетянин, — сказал Люк.

— Значит, решено! Этот сутень будет решающим. Орд, Донован, Ева: сообщите всем о моем решении. Вооружите людей и подготовьте к бою. Люк, ты и Саригон: готовьте план действий. Джулиус и Алекс: следуйте за Нэлом на корабль и проверьте, готовы ли патрульные.

Все мигом разошлись выполнять указания. Остались лишь я, Крэйг, Стэн и незнакомец, которого нам так и не представили.

— Лео, Крэйг: вам нужно отдохнуть. Сегодня ваши силы будут решающими. Посетите источники, а затем поспите. И, ах да, Лео, теперь твой сон будет быстр и крепок, ведь ты так и не смог овладеть печатью.

Последние слова Стэн произнес с тяжелым вздохом и, как мне показалось, разочарованно.

— Кэйсуки Ринато смог выкрасть из лап патрульных твои костюм и медальон. Поэтому о снах можешь больше не волноваться. Так что перед отдыхом изволь сходить к Кэйсуки и забрать свои вещи.

Он показал пальцем на парня с азиатской внешностью. Тот откланялся и вышел.

Усталость и вправду накопилась в моих ногах. Да что там в ногах — моё душевное состояние в целом было угнетенным.

Мы с Крэйгом покинули комнату и направились к источникам. Буквально через несколько минут мы оказались возле теплых бассейнов. Я сразу же поспешил раздеться и залезть в исцеляющую воду. Мгновением позже ко мне присоединился и Крэйг.

— Крэйг, неужели в нем не осталось ничего человечного? — спросил я у друга, немного сощурив глаза.

— Ты это о чем?

— Я об Эде. Почему он меня не узнал? Даже несмотря на маски он должен был меня узнать.

— А-а-а… Ты про это, — опустил голову Крэйг. — Понимаешь, здесь всё немного сложнее, чем с обычными годинами. Когда ты становишься годином, то ничего не забываешь: того, откуда ты и как сюда попал, однако твоё подсознание внушает тебе совсем другое. Меняет твои идеалы на идеалы, которые предпочитает Владыка. Эд узнал бы тебя, будь он обычным годином, но он стал одним из пристражей, а с пристражами уже всё иначе. Лео, если мы победим и освободим твоего друга, то он ничего не будет помнить. Применение силы печати сотрет все воспоминания, обретенные в Скайлене.

— Может, это и к лучшему, — тихо сказал я и будто бы равнодушно пожал плечами.

Я вышел из воды, подобрал свою одежду и отправился на поиски Кейсуки Ринато.

Если раньше в убежище царила спокойная атмосфера, то сейчас, казалось, стало можно заряжать телефоны от повисшего в воздухе высокого напряжения. Все готовились к бою. Однако внутри себя я не находил тревоги. Забрав костюм у Кэйсуки Ринато, я зашагал сквозь всю эту суету к отведенной мне комнате. Мне нужен был сон.

Дверь в моей комнате уже была открыта. Я, не придав этому никакого значения, зашел внутрь. Помещение имело форму идеального круга, в центре которого расположилась кровать, а около стен серебристого цвета находились несколько полочек, небольшой шкафчик и стол. Потолок был цвета золота с едва заметным черноватым оттенком. Сейчас на моей кровати сидела рыжеволосая девушка с веснушками — это была Эшли, подруга Алекса. Я молча подошел к стене и дотронулся до нее рукой.

— Ты чувствуешь это? — спросил я у нежданной гостьи, которая не отводила от меня взгляда.

— Да, чувствую. Эти стены излучают тепло и освещают комнату. Они сделаны из кеннельского угля, а благодаря гомогенности и высокой прочности этого материала после шлифования стены приобрели зеркальный блеск.

— Невероятно… А это что? — подняв глаза вверх, я указал пальцем на потолок.

Прямиком над кроватью висел полупрозрачный круг, который был весь покрыт изображениями каких-то существ. Он не двигался, не светился и не издавал звуков.

— Даже я представить себе не могу, для чего нужна эта штука.

Эшливскочила с кровати.

— Эм-м… Эшли, а ты почему здесь? Где Алекс?

— Лео, я уже сбилась счета. Я уже не помню, сколько лет мы здесь. Сколько проклятых лет мы боремся! — девушка схватила меня за руки. — Я прошу тебя, Лео, спаси нас. Верни в Скайлен мир! Я устала вечно сражаться и прятаться, устала жить в тени, как и все здесь. Я хочу жить! Хочу просыпаться по утрам и слышать хохот своих детей, хочу свободно гулять по улицам и заводить друзей, хочу собственный сад, где я смогла бы разводить цветы!

Несчастная продолжала сжимать мои руки, а из ее небесно-голубых глаз падали слезы. В этот момент я готов был разорвать Владыку на мелкие кусочки за все то, что он натворил. Люди из моего мира страдают исключительно из-за его прихотей. Я отпустил руки девушки и схватил ее за плечи.

— Эшли, хватит! Больше не нужно слез. Я обещаю тебе, что покончу с темными деяниями Владыки. После чего я, Ева, Алекс и ты будем сидеть в твоем саду и вспоминать все случившееся, как страшный сон. Слышишь, Эшли? Я обещаю тебе!

Она вытерла слезы и крепко обняла меня.

— Спасибо, Лео. Надеюсь, в твоих словах есть правда.

— Можешь в этом не сомневаться.

Через некоторое время я попрощался с Эшли, и она покинула комнату, а я наконец добрался до кровати. Долгожданный отдых!

Глава 31. ШТУРМ ВЕРХНЕГО ТРАКТУСА

— Отец, сейчас меня переполняет грусть. Как жаль, что ты не видишь этого, что ты не рядом со мной! Ведь мы вместе мечтали дрейфовать где-то далеко в океане. На собственном корабле, с личным экипажем… Посмотри на меня, отец! — взывал я.

Был ли это страх? Скорее всего. На мне повис колоссальный груз ответственности: все люди, их жизни — очень много для одного человека, у которого сейчас дрожат ноги от волнения и страха. «Однако этот корабль всколыхнул воспоминания о тебе, отец. Тебя нет рядом, но у меня есть друзья…»

— Посмотри отец! Посмотри как их много! — громко прокричал я, сделал пару шагов в сторону леера и взялся рукой за канат. — Да, пап. Это, конечно, не волны, не океан. Тут очень высоко, отец.

Я отошел от леера и вновь начал от волнения ходить по кораблю туда-сюда.

Наш корабль уже достиг пределов Трактуса. Прочные стены, сильный дух людей, массивные пушки, мортиры — всё это было готово. Готов был и план. План нашей новой жизни.

На палубе стояли Стэн вместе с Саригоном и Люком, который всё еще что-то вырисовывал на бумаге карандашом. Нас поделили на четыре отряда. В первых двух выступали известные мне Орд, Алекс, Крэйг, Ева, Джулиус и я собственной персоной плюс еще пятьдесят человек, десять боевых псов и тридцать патрульных, переметнувшихся на нашу сторону, распределенные по нашим двум первым отрядам. Задача первого отряда, куда входили Орд, Алекс и Джулиус, заключалась в следующем: при высадке двух отрядов из корабля сдержать весь натиск годинов и патрульных, оставшихся верными хозяину Трактуса. Точнее, сыграть роль жертвы на поле боя, пока мы — второй отряд — будем прорываться дальше, преодолевая преграды, которые будут попадаться нам на пути. Тем временем третий и четвертый отряды полетят далее. Стэн, Саригон, Донован и Нэл, а также часть их сопровождающих в количестве сорока человек, пяти псов и пятидесяти патрульных, отправятся в сторону замка Владыки. В это время все силы повелителя Трактуса будут брошены на нас, а третий и четвертый отряды попытаются вернуть пристражей.

Каждый знал, зачем он здесь. Каждый из присутствующих на корабле знал свою роль. У кого-то была неописуемая злость в глазах. Кто-то улыбался, глядя в лицо смерти, а кто-то просто сжимал все крепче свой меч в руках. Огромные собаки тоже были наготове. Животные сидели отдельно от всех в задней части корабля, где их контролировали главные дрессировщики.

Синие огни начали загораться по разным частям Скрита.

— Что это, Ева? — спросил я у девушки.

— Сигнал опасности. Местные поняли, что мы — не обычный ежедневный патруль на корабле. Готовься Лео.

Ее волосы развевались на ветру, а рука уже тянулась к оружию, и даже сейчас девушка оставалась безукоризненно прекрасной.

Наш полет продолжался. Годины начали выходить из своих домов. Они шли, повернув головы в сторону корабля, шаги их были неторопливы. Из-за горы, на которой расположился замок Владыки, вылетел корабль с патрульными. Дома под нами уже закончились, осталось лишь оголенное предгорье. С высоты была видна только черная холмистая земля. До горы оставалось еще около двух километров такой пустынной местности.

Вскоре из замка показались воины и сразу начали спускаться вниз. На судне поднялась сильная суета. В ушах стоял металлический лязг пушек и прочих орудий. Летающий корабль направился влево от надвигающегося на нас врага. Противник тоже изменил направление. Первый залп, который прошелся выше и улетел в сторону жилых домов, совершили они. Теперь наступила наша очередь. И, в отличие от врагов, мы пальнули изо всех орудий. Поскольку у врагов оставался шанс настроить прицел, нам ничего не оставалось, кроме как пойти ва-банк. И оказалось, удача сегодня была на нашей стороне: несколько снарядов попали в корпус вражеского корабля, и этого хватило — судно стремительно начало падать вниз. Однако если бы мы промахнулись, думаю, наша участь была бы предрешена: за долгое время перезарядки орудий враги наверняка попали бы в цель.

Вражеский корабль был повержен. После встречи с землей он разлетелся на осколки. Мы поспешили к месту крушения и скинули пять тросов с корабля. Убедившись, что они касаются земли, бойцы двух наших наскоро сформированных отрядов один за другим начали скользить вниз. Остался только я. Окинув взглядом Стэна, я убедился, что он настроен серьезно. Это именно то, что мне было нужно, — уверенность. Уверенность в своих силах и силе товарищей.

— Эй, Стэн! — крикнул я, в ответ на это он махнул мне рукой. — Давай скорее освобождай Эда, и разберитесь уже с этим Владыкой. Я чертовски хочу домой.

Я отвернулся и прыгнул на канат.

Через миг мы оказались на черной рыхлой земле. Я пощупал ее рукой — что-то с нею было не так, на ощупь странная… Мы стояли среди горящих обломков огромного корабля. Со стороны городских кварталов бежали годины. Количество Скайлеанцев было невелико. Их глаза налились черным цветом, скрывшим собою зрачки и белок. Одна чернота. Они мчались на нас с голыми руками, и их скорость была выше, чем у любого человека в моем мире. Однако и это было еще не всё. Войска патрульных, надвигающиеся с горы, подобрались к нам почти вплотную.

Катана, подаренная стариком Сонгом, блестела в моих руках. Черная земля клубами вздымалась под ногами бегущих врагов.

— Прорывайтесь, Ева! — крикнул Орд и поднял над головой свой двуручный меч.

— Поняла! — ответила девушка. — Второй отряд, за мной!

И второй отряд четко последовали за нашим предводителем — Евой. Мы с Крэйгом затерялись в середине этой толпы. Отшельница повела нас в правую сторону от патрульных, надеясь немного обогнуть их, но врагов было так много, что нам все же пришлось вступить в бой.

Годины налетели на первый отряд. Скайлеанцы в буквальном смысле прыгали на своих врагов с голыми руками. Они били, рвали одежду, кусали… С другой стороны к первой команде приближались вооруженные патрульные. Другая их часть, но менее многочисленная, настигла и наш отряд. Я всё еще никак не мог вступить в бой. Ева, находящаяся в передних рядах, вновь демонстрировала свои потрясающие навыки владения мечом. Она резала противников одного за другим, как и остальной авангард.

По мастерству боя все мятежники явно превосходили нерасторопных патрульных, однако не по численности. Вдруг я заметил, что какой-то патрульный бежит прямо на меня, держа в руке что-то вроде цепи. Просчитав его намерение, я увернулся от удара и вонзил ему меч в туловище. Кровь брызнула из него и потекла по мечу в мои руки. Оттолкнув труп плечом, я выдернул из него катану. Кровь текла по запястьям. Я обернулся. Сквозь крики очень тяжело было что-либо разобрать. Столько крови, трупов!.. Столько умирающих! Стоны, невыносимые стоны…

Количество врагов вокруг нашего отряда постепенно сокращалось, и теперь мне стал виден первый отряд. Бойцов в нем было в несколько раз меньше, чем у черной волны врагов, зато среди наших союзников выделялись талантливые личности. Джулиус, держа в руках два коротких кинжала, а в зубах лезвие ножа, убивал врагов резко и эластично, как пантера. Он постоянно находился в движении, в отличие от Орда, который стоял на месте и размахивал огромным мечем, кромсая патрульных и годинов. Вдобавок обученные псы разрывали своими клыками по два-три врага за раз.

Вскоре в окровавленных телах первого отряда стало тяжело кого-либо узнавать, но я всё-таки разглядел знакомое лицо. Это был Алекс. Он стоял на коленях и держал свою мертвую возлюбленную — Эшли. Этого не может быть! Она не должна была умереть. Я обещал ей жизнь, обещал ей свободу… Я даже смог разобрать дикий крик Алекса и почувствовать тяжесть потери. Тут же в моей руке резко запылало пламя, и я ощутил, что печать просыпается. Кто-то подошел сзади и схватил меня за плечо:

— Всё-таки ей было суждено умереть, — это была Ева, вся испачканная в крови. — Нам нужно идти, Лео. Нет времени оплакивать погибших.

— Понимаю… — я отвел взгляд от Алекса, и печать временно приутихла. — Я отомщу, Алекс. Я отомщу за всех!

— Знаю, Лео. За мной! Нам нужно бежать к горе.

— Стойте! — перебил Еву подбежавший Крэйг. — Успел! Теперь можно выдвигаться. Думаю, остальные справятся с натиском последних патрульных.

Он улыбался. Среди всего этого ада Крэйг находил моральные силы на улыбку, которой я не могу найти объяснения.

Именно сейчас наши узы были сильны, как никогда. Теперь вся ответственность лежала на наших плечах. Мы должны были пробираться дальше. Мы с Крэйгом и Евой уже почти отбежали от окруженного огнем места крушения корабля, как вдруг нас заставил остановиться непонятный свист. Не успели мы задрать головы вверх, как перед нами что-то рухнуло. Куски земли разлетелись во все стороны. Всё произошло так быстро, что я не смог сразу понять, что случилось. Силуэт появившегося с неба промчался возле меня. От скорости бегущего волосы на моей голове зашевелились. Еще пара движений — и послышался звук, с которым лезвие входит в тело. Я продолжал непоколебимо стоять. Мое сердце громко застучало от испуга. Я увидел, что силуэт резко отскочил от нас на приличное расстояние. Я медленно повернул голову в сторону стоящих рядом Евы и Крэйга и больше не смог отвести от них взгляд ни на мгновение. Крэйг держался за место в области сердца, откуда шла кровь, и все еще улыбался. Неизвестный убил его. Ева попыталась поймать падающее тело Крэйга, но он рухнул на землю. В слезах она ринулась к нему, а я, как и прежде, не мог поверить своим глазам. Кровь хлынула изо рта Крэйга, когда он попытался что-то сказать. Еще несколько секунд — и его глаза закрылись.

— Ты не должен был умереть! Только не ты! — кричала Ева и била кулаком по мертвому телу, а с ее лица капали слезы.

— Ева… — я едва смог выдавить из себя хоть что-то.

Она продолжала рыдать.

— Ева! — я перешел на крик, и на этот раз девушка обернулась. — Ты говорила, что нет времени оплакивать погибших. Мы сюда не плакать пришли! Ты твердила мне о том, что не стоит бояться, и что смерть — это не конец!

Я двинулся в сторону врага.

— Стой, Лео! — вскрикнула Ева.

— Жди здесь.

— Лео, нет! Он убьет тебя, — продолжала она.

— Уже неважно… Все эти мечты о лучшем мире так не ризонны и бумажны, у меня больше нет времени о них сожалеть. Ведь ты говорила, что со мной хочется жить! Больше не позволю умирать моим друзьям.

Я ускорил шаг. Внутри меня опять начался пожар. Словно спички загорелись внутри моей руки. Рисунок проснулся и начал дымить, а затем и кружить вокруг моей конечности. Жар всё сильнее охватывал моё тело. И теперь черный дым начал обретать форму. Становиться физически ощутимее.

Сильный стук в груди заставил меня остановиться. Я посмотрел туда, где только что видел врага, но всё исчезло, осталась кромешная темнота. Звук цепей на ногах и внезапно появившийся свет вокруг меня дали мне понять, что случилось — я уснул. Как это могло произойти?! Я оказался в той же комнате, что и всегда. Вдруг дверь в стене отворилась. Она открылась сама, без моих каких либо действий, как это было прежде. Я посмотрел на руку. Черные узоры все быстрее извивались вокруг нее. Я зашагал вперед и почувствовал, что цепи на ногах разлетелись вдребезги. От них остался только звон. Дверь открыла проход в таинственный коридор с красным светом. Я быстро вошел в него. Печать на моей руке резко завизжала, подобно умирающему животному. Огонь всё сильнее разъедал мою руку изнутри, а все магические летающие рисунки превратились в черную слизь, которая начала с сильным напором течь на землю. Я не переставал идти, хотя огонь жег всё сильнее, и от боли у меня вырвался крик, громкий крик. Теперь пламя появилось перед моими глазами — черное, как смола, пламя. Вместе с появлением необычного огня, я возвратился из сна и обнаружил, что на моем пути до сих пор стоит таинственный враг, а позади остались Ева с погибшим другом. Судя по всему, меня вырубило на считанные секунды. Огонь внутри руки превратился в легкое тепло, которое распространилось по правой половине моего тела. Сторона, в которой была заточена темная сила, извергала из себя пламя цвета тысячи ночей. Оно пылало непрестанно, не причиняя вреда моей коже. Мне захотелось кричать, и в то же мгновение я услышал свой рев. Ноги понесли вперед — я побежал.

Вены по всему телу отчаянно пульсировали и постепенно увеличивались в размерах, так, что каждую можно было увидеть невооруженным глазом. Враг уже находился примерно в тридцати метрах от меня, а я продолжал бежать, окутанный пламенем. Моя скорость была в разы быстрее, чем у бегущего тигра. Понимая, что с новой силой я не смогу остановиться, не упав, я просто прыгнул на врага со всей злостью, что скопилась внутри. Мой прыжок был нечеловеческим. Я взлетел метров на десять в высоту и упал прямиком на врага, неуклюже выронив катану из рук. Но сила и ярость позволяли мне одним ударом решить участь существа, убившего моего друга. Могучий удар кулаком — и земля разлетелась в стороны. Я промазал, враг смог увернуться. После атаки я почти не почувствовал боли, словно ударил грушу на тренировке. Однако, оглядевшись, я понял, что обрел контроль над своей силой — печатью тысячи снов. После моего столкновения с землей на ней осталась пылающая воронка метра три в длину и с метр в глубину. Всё, до чего я дотрагивался пылающей стороной своего тела, загоралось черным огнем. Перед ударом я смог посмотреть убийце в глаза — это был обычный, на первый взгляд, патрульный с такими же язвами на щеках и выпуклостями на лбу.

Я вылез из воронки и, немного пошатываясь, направился в сторону убийцы, дабы завершить начатое и отомстить за Крэйга.

Глава 32. СТРАЖ

Позади меня на рыхлой черной земле оставались огненные следы. Этот огонь был словно частью меня. Я приближался к врагу, который стоял бездейственно и смотрел на пламя, исходящее из правой части моего тела. С каждым шагом во мне что-то менялось. Я чувствовал сильную пульсацию вен, движения органов внутри, что-то случилось и с моим зрением: краски живого мира потеряли свою насыщенность, всё стало тусклым. Движение рук и ног было неправильным. Я не мог поймать определенный ритм. Я ощущал невесомость, всё казалось мне невероятно легким, однако сразу же вспоминается момент моего удара, который показал, что эта легкость — всего лишь обман.

Я остановился в считанных метрах от врага и посмотрел ему в глаза. Его взгляд был непохож на другие. Складывалось ощущение, что он мертв.

Противник атаковал первым, с сумасшедшей скорость, но мои глаза уже видели всё по-другому. Я сделал неловкий шаг в сторону и, слегка, наклонившись, сумел увернуться от его меча. В ответ на его атаку, я пусть и неуклюже, еще не до конца контролируя свое тело, зато очень быстро попытался его ударить. Я врезал ему огненной ладонью в плечо — это больше напоминало толчок. Как мне показалось, удар получился очень слабым. Однако патрульный от этого толчка отлетел метров на десять и еще метров пять шуршал по земле спиной и лишь затем вскочил на ноги. На его плече после удара остался огонь, который он сразу же потушил. «Вот это силища!» — подумал я. С каждой секундой я все лучше чувствовал свое изменившееся тело.

Тут враг снова начал действовать. Он сделал пару шагов в мою сторону, подпрыгнул и… завис в воздухе, глядя прямо на меня. Внезапно два острейших лезвия дискообразной формы вонзились в его корпус, из-за чего он сразу же рухнул, так и не долетев до меня. Не поняв, что это, я отпрыгнул назад, но из-за недостаточно освоенных новых способностей плохо рассчитал прыжок и упал на спину. Я попытался вскочить на ноги, но тщетно. Магическая сила вновь подкинула меня вверх, и я опять рухнул на землю, только теперь на живот. После чего я сразу же посмотрел в сторону врага, чтобы поскорее узнать, что же все-таки случилось.

Это была Ева. Она уверенно стояла в боевой стойке, уже отойдя от погибшего товарища. Из маленькой сумки, висящей сзади на поясе, девушка доставала такие же дискообразные лезвия и швыряла во врага. Он успевал уклоняться от них, но из-за этого отдалялся от нас. Еще пару лезвий — и ее сумка опустела. Подобрав мою катану с земли, Ева побежала ко мне, а враг тем временем принялся выковыривать из тела попавшие в него лезвия.

— Лео, не могу поверить, что это ты!

Девушка остановилась на расстоянии двух метров от меня и кинула катану мне в руки, которая, после того как я ее поймал, сразу же запылала.

— Извини, что не могу подойти к тебе ближе. Боюсь, твой огонь убьет меня.

— Ясно, — ответил я, глядя на нашего противника, который снова побежал прямиком к нам. — Кто он?

— Это один из Стражей. Будь осторожнее! — крикнула Ева и отбежала назад.

Я рванул ему навстречу. Моя неуклюжесть почти исчезла. Он взмахнул мечом. Я ответил. Мой огненный клинок перерезал лезвие его меча. Оставив стража без оружия, я снова попытался нанести удар катаной, но он успел отпрыгнуть. Пора было кончать с ним, и я сразу же прыгнул на врага. На этот раз мой прыжок был более уверенным. В воздухе я успел ударить Стража ногой, от чего он влетел в один из горящих обломков разбитого корабля, возле которого все еще сражались мои товарищи. Ева находилась ближе к этому месту и, пока враг лежал, воспользовалась удобным моментом и попыталась добить его. Огромная струя черного, как ночь, дыма начала исходить от лежащего Стража и волной оттолкнула воительницу и всех, сражавшихся рядом. Затем этот черный дым закрыл Стража целиком, словно туман. Ева поднялась и на пару шагов отступила назад. С силой оттолкнувшись от земли, я тотчас подлетел к ней и мятежникам.

Внезапно прямо над нами раздался жуткий рев нарушил безмолвие кружащего дыма.

— Лео! — крикнула Ева.

Огромное существо высотой примерно метров пять, появившиеся из-за дыма, приготовилось броситься на моих товарищей, сражающихся с патрульными и немногими оставшимися годинами. Это чудовище смахивало на земного медведя, только было в два раза больше его; оно было покрыто жесткой и густой шерстью, небольшая голова практически сразу переходила в туловище, шеи видно не было. Оно передвигалось исключительно на задних лапах. На концах его рук, которые сейчас были больше похожи на лапы, и возле плеч изнутри появлялись куски металла, образовывая броню. Затем нечто аналогичное произошло и с поясницей, коленями и некоторыми частями лица.

Подняв меч, я отпрыгнул в сторону, отвлекая внимание от Евы, которая укрылась за одним из обломков корабля. Я еще не до конца привык к силе, полученной от печати, поэтому после зависания в воздухе иногда приземлялся неуклюже — падал и был вынужден снова и снова вставать на ноги.

Мой первый удар клинком, покрытым огонь, проходящим через руку, лишь порезал шкуру зверя и немного опалил его, не причинив ему никакого вреда.

Взмах лапы чудовища — и огромный коготь сбил меня с ног. Я очнулся, лежа на земле, громадные клыки зверя уже приближались к моему горлу.

— Ева, отвлеки его внимание! — хрипло крикнул я. Ответа не последовало.

Собрав все силы, я смог немного оттолкнуть Стража в обличье монстра, которого успел охватить исходящий из моего тела огонь, и вонзил меч ему в шею.

Чудовище содрогнулось. Из раны потоком хлынула черная кровь. Я с трудом выбрался из-под туши и вскочил на ноги.

— Ева! Ева! — лихорадочно закричал я, прыгая взглядом по обломкам корабля.

Никаких следов девушки я не обнаружил. Она исчезла.

Бой шел весь сутень, и теперь лучи восходящего солнца пробивались к нам, уничтожая сумерки. Я подскочил к мертвому телу монстра. Обличье патрульного Стражу так и не вернулось.

Глава 33. СМЕРТЬ ВЕЛИКОГО МАГА

Нас осталось всего семнадцать, включая меня. Из тех, с кем мне довелось познакомиться в убежище мятежников, выжили только подавленный горем Алекс и парень, который вернул мой костюм, — Кэйсуки Ринато. Еву мне найти так и не удалось. Она просто исчезла, и у нас сейчас не было времени, чтобы всерьез заняться ее поисками. День наступил, и вскоре все годины соберутся здесь, нам нужно торопиться. Однако я не мог сорваться и побежать вперед или огромными прыжками мгновенно добраться до горы. Слабость есть и в силе, заточенной во мне — мне требовался отдых.

Палящее Скайлеанское солнце заставляло мятежников устремиться к тени, поэтому мы в скором времени достигли горы. Позади нас всё еще не было видно годинов. Спутники продолжали молчать и изредка посматривали в мою сторону. Они шли на удаленном расстоянии от меня. Не знаю, был ли это страх поджечь себя ненароком, либо мятежники всё еще не могли отойти от кровавой схватки.

Пройдя кое-какое расстояния, я внезапно услышал легкий стон со стороны леса мангуний расположившегося справа от дороги. Так как все мои союзники находились впереди на далеком расстоянии, я решил не на долго свернуть в лес, дабы узнать откуда исходил звук.

Минуя несколько мангуний и сделав еще буквально двадцать шагов, я увидел двух раненных псов, которые лежали на открытой поляне скуля от боли. Я тотчас хотел подбежать к ним по ближе, однако меня спугнул звук наступающих шагов с глубины леса, поэтому я продолжил наблюдение. Через некоторое мгновение на поляне появилось существо. Я сразу же скрылся за деревом и начал всматриваться в незнакомца. Это была девушка с белыми как снег волосами и красной повязкой на лице, которая закрывала ее левый глаз. На ней был серый плащ а в руках девушка держала арбалет. Незнакомка стремительно шагала в сторону раненых собак при этом что-то проговаривая в слух на непонятном мне языке. Подойдя к животным, девушка нагнулась и прикоснулась рукой до одного из псов, затем до второго. После ее касаний животные замолкли, резко встали и убежали в лес, а я с широко распахнутым ртом продолжал наблюдать.

— Годины не заходят в глубь леса. Словно боятся чего-то, — сказала незнакомка и повернулась в мою сторону. — Кто ты?

Я вышел из-за дерева и сделал несколько шагов в ее сторону.

— Эээ… Тебе нравятся собаки? — спросил я.

— Я люблю собак. Хотя не люблю людей, — девушка устремила свой взгляд небо.

— Мне нравятся все. Я вижу тебя не пугает мое пламя, — я зашагал к ней.

Девушка тут же навела мушку арбалета на меня.

— Кто ты? Пришел убить меня?

Как вдруг оружие незнакомки начали обволакивать тоненькие струйки зеленного дыма. Девушка явно опасна и знает толк в магии. Но кто же она? Я остановился оскалив зубы.

— Не стреляй! Я Леонард — человек избранный тремя измерениями, чтобы спасти Скайлен.

— Мое имя Дола.

— Хорошо, Дола. Может теперь ты опустишь оружие?

— Нет, — сказала спокойно девушка и выстрелила в мою сторону. Зеленая стрела прошлась в считанных сантиметрах от моего виска разметая черный огонь вокруг меня.

— Эй! Послушай…

— Я повторюсь. Ты пришел убить меня?

Из струек дыма на ее арбалете выросла еще одна стрела и была готова к выстрелу.

— Зачем мне тебя убивать? У меня лишь одна цель — Владыка Трактуса. Я хочу только его смерти.

— Буду ждать нашей встречи, избранный, — девушка с белыми волосами опустила оружие, достала что-то со своего кармана и бросила на пол. В ту же секунду все перед моими глазами помутнело, а когда я пришел в себя и осмотрелся, то Долы уже не было.

Кто же эта незнакомка? Что она здесь делала? Кто научил ее использовать магию? Надеюсь, что однажды я найду ответы на свои вопросы. А сейчас мне пора возвращаться. Я стремительными прыжками вернулся на дорогу и быстро догнал своих товарищей.

Вскоре мы достигли середины горы. Для этого нам понадобилось больше двух часов. Еще немного — и мы окажемся у места, где приземлился корабль с нашими союзниками.

Чем выше мы поднимались, тем сильнее изменялись гора и окружающая среда. Если внизу простиралась неизвестная мне почва, вызывающая при прикосновении неописуемые ощущения, то здесь преобладали растительность, животный мир в лице пернатых и крупные выходы какого-то другого природного минерала, похожего на черный металл. В некоторых местах они достигали таких огромных размеров, что края глыб минерала поднимались высоко над поверхностью, делая гору похожей на клубок, в котором торчит множество игл.

Тут, впервые за долгое время подъема на гору, ко мне обратился Алекс:

— Леонард, думаешь, они живы?

— Кто «они», друг?

— Третья и четвертая группа мятежников, — с отчаяньем в голосе произнес он.

— Конечно, живы! — улыбнулся я. — Мы победим в этой войне. Ведь на нас смотрят наши погибшие товарищи.

Я на мгновение остановился и посмотрел в небо.

— Алекс, Эшли навсегда останется в твоем сердце, как и в наших сердцах. Она сейчас в лучшем мире, и представь, как она в тебе разочаруется, если ты не спасешь Скайлен? Я думаю, она бы очень рассердилась на тебя.

На лице Алекса появилась улыбка, несмотря на то, что из его глаз бежали слёзы.

— Спасибо тебе, Леонард. Я тоже соболезную твоей утрате в лице мужественного Крэйга и воительницы Евы.

— Что? Евы?! Ты видел ее смерть?

— Нет, этого я не видел, однако все, выжившие на поле боя, сейчас здесь. Таков мой вывод.

— Отшельница не мертва, — вклинился в наш разговор Кэйсуки. — Лео, прости, что не подошел к тебе ранее. Твой огонь пугает меня, как и всех остальных мятежников.

— Не мертва? — спросил Алекс и раскрыл широко глаза.

— Так где она? — добавил я.

— Не знаю, где она сейчас. Но трупа девушки я точно не видел. Она испарилась, — недоуменно пожал плечами Кэйсуки.

— Значит, и ты не можешь знать наверняка, — я отвел от него взгляд. — Остается лишь верить в лучшее. Вместе мы сможем всё преодолеть!

— Обязательно сможем! — ответили в один голос мои спутники.

Впереди показался корабль, от которого нас теперь отделяло небольшое расстояние. Кстати, о времени — я решил вновь посмотреть на свои часы, и стекло на циферблате благодаря солнечному свету отобразило мой «пламенный образ». Вены выделялись и на моем лице, а полголовы вообще горело черным огнем, но я упустил еще одну деталь, вернее, мне о ней никто не сказал: мои глаза стали другими. Вместо зрачков — сплошная темно-серая пелена.

Вскоре мы достигли цели. Перед нами находился потерпевший крушение корабль, а за ним начинался узкий проход между двумя возвышенностями, из-за которых доносился шум боя. Кэйсуки Ринато и еще один парень быстро забежали на корабль, чтобы найти там воду. Сражение и подъем на гору довели моих спутников до изнеможения, так что вода была нам сейчас как нельзя кстати. Пару минут — и они скинули сверху несколько баклажек с водой, а затем спустились с трупом в руках. Это был ученый Люк.

Краткая передышка закончилась. Мятежники оголили свои мечи, и мы двинулись в горный проход. Вершина Трактуса — убежище Владыки — находилась совсем рядом. Нас разделяли считанные километры: в сравнении с тем, сколько мы уже прошли, — всего ничего.

Когда мы добрались до места сражения, оно было в самом разгаре, силы патрульных с годинами и мятежников сравнялись. Огромным прыжком я полетел в гущу схватки. С моей силой и огнем в руках мы быстро расправились с противниками. Однако я не обнаружил поблизости Стэна и Саригона. Зато мне на глаза попался Донован, и я тотчас подбежал к нему.

— Где Стэн?

— Лео, это ты? Тебя совсем не узнать. Вот это битва была! Они впереди, скорее, поможем им!

Юноша указал рукой в сторону небольшой впадины засаженной мангуниями, откуда активно исходил красный дым. После Донован дал команду остальным воинам следовать за ним. Ну, а я, восстановив силы, мог позволить себе вырваться вперед.

Сделав около десяти огромных прыжков, я упал рядом с Саригоном. От моего приземления образовалась огненная яма, словно после падения снаряда, а моего союзника откинуло волной вместе с кусками земли. Я быстро выполз наверх и посмотрел туда, где Стэн творил чудо магии. Если бы не его одежда, я бы его не узнал — он постарел лет на пятьдесят. Над его головой застыли в воздухе несколько рун, а за спиной был закреплен свиток, которой извергал из себя красный дым, идущий в руки хозяина и поднимающийся далеко в небо. Я подбежал ближе к нему.

— Ты всё-таки овладел печатью, — хриплым голосом произнес Стэн. — Старейшины были правы, предсказания сбываются!

— Уйди в сторону, дед, — насмешливо сказал я. — Я разберусь.

— Успокой свой пыл, Леонард! Впереди главное сражение, силы тебе еще пригодятся.

Красный дым из свитка всё сильнее обволакивал руки мага.

Я отошел немного в сторону. В метрах ста от нас стоял отшельник. Его белые глаза и странные уши сразу же напомнили мне о Еве. Враг побежал по направлению к нам, однако свитки, зависшие в воздухе над Стэном, резко полетели на него, словно пули.

У отшельника вдруг появились черные крылья и моментально закрыли его. Они словно вылезли из-за спины Стража и начали увеличиваться в размерах. Пару взмахов — и само туловище начало меняться. На коже отшельника начала выступать змеиная чешуя, а из рук вытянулись когти, как у ящерицы. Тело врага становилось все чернее, а лица уже было не узнать. Вскоре перед моими глазами оказалось существо, похожее на дракона. Превращение Стража вошло в финальную стадию. Вдоль хребта возник гребень из узких и острых зубьев, напоминающих шипы роз. Каждый шип, торчавший из спины, достигал в длину около метра, но на кончике хвоста они были меньше. Шкура дракона имела серый оттенок, в глазах бушевало пламя. После полного перевоплощения монстр выровнялся и расставил крылья в стороны. Такой огромный! Метров двадцать в длину, не меньше. Красный дым, летевший из свитка Сонга, закончился. Старик по-прежнему настаивал на том, чтобы я оставался в стороне. Сзади подошли наши отставшие товарищи и вместе со мной начали наблюдать за происходящим.

Дракон сильными взмахами крыльев попытался сдуть Стэна. Обычного человека давно бы уже сбило с ног, однако старик продолжал стоять. Вдруг раздался дикий крик Стэна, и его руки начали чернеть. Он выставил их вперед, продолжая кричать, глядя на чудовище, которое готовилось плюнуть в нас огнем — это было заметно по тому, как наполнялась его грудь, и изо рта вырывались клочки пламя. Крик Стэна смолк, и он рухнул на колени, опустив голову. Его черные руки при этом упирались в землю. Раздался сильный взрыв, но не здесь — вдали от нас. Казалось, будто что-то взорвалось где-то глубоко под землей. Всё черное колдовство на руках Стэна резко ушло в землю, а старое тело упало вниз лицом. Грохот камней — и место, где стоял дракон, провалилось вместе с ним глубоко под землю. Существо, падая, начало извергать огонь, но огромная яма вмиг затянулась черным веществом, которое уползло с рук Стэна вглубь горы. Пара секунд — и на том же месте появилась та же самая часть горы, что и прежде. Страж в обличье дракона был раздавлен магией Стэна.

Алекс вместе с мятежниками побежали поднимать победителя стража. Это не был наш Стэн, это было очень старое, еле дышащее тело. Перед смертью он смог что-то произнести — что-то невнятное и непонятное, держа руку на сердце.

— Она всему виной…

Никчемная фраза перед смертью. Колдовство его убило.

Ко мне подошел Саригон и, стряхивая с себя куски земли, сказал:

— Вперед! Назад дороги нет.

— Саригон, извини за моё приземление. Я еще не до конца овладел этой силой, — я посмотрел на Стэна. — Он сделал свое дело, но впереди еще третий Страж, которого я должен одолеть.

— Третий? Так это же и был третий. Второго стража в обличье человека мы убили по прибытию. Это было то еще чудище!

— А я вижу, вы времени зря не теряли, но пора двигаться дальше. Нужно найти твоего сына!

— И твоего друга! К сожалению, мой друг Нэл погиб от руки Стража, но у тебя еще есть шанс спасти твоего.

Саригон отдал приказ, и все последовали за нами вперед.

Моё тело начало дрожать от нетерпения. Остался всего один шаг к двери, ведущей домой.

Глава 34. ОТПЕЧАТОК ЖИЗНИ

Самая вершина — конец этой проклятой горы. Мы многих потеряли, но и многое обрели. После последней битвы Стражи перестали охранять этот мир, и злая сила Скайлена стала, как никогда, слаба. Наша армия насчитывала около трех-четырех десятков людей, патрульных и двух измотанных псов, но этого было достаточно. Осталось расчистить путь, лежащий через улицу, состоящую из старинных домов и многочисленных монументов, которые расположились у замка.

Здесь не было всевозможных врат, запирающих загадочное хранилище недоступных для других тайн. Поэтому мы без труда вошли на улицу, ведущую к замку. Осмотревшись, я заметил, что здесь не было никакой растительности — вообще никакой, даже эирланги, которая встречалась абсолютно на каждом Скрите. А в целом сейчас был типичный Скайлеанский день: жара, чистое небо над головой, никаких осадков… Каждый день, словно тень.

Наконец появились годины. Они выпрыгивали из домов, бежали, издавая вопли… Враги были безоружны, поэтому мы быстро расправились с ними. В схватку я не вступал, мне нужно было копить силы для встречи с повелителем Трактуса и всего этого мира. Постепенно я привык к облаку крови перед глазами. К диким крикам и страшным предсмертным судорогам годинов… А ведь это были обычные, ни в чем не повинные люди, которые против своей воли стали узниками злой магии. Их вины здесь нет, но у нас не было выбора.

Пройдя небольшую площадь, предназначенную, скорее всего, для каких-нибудь парадов, мы оказались возле огромного замка, воздвигнутого из белого гранита. Перед входом в убежище Владыки, по обе стороны, стояли две огромные идентичны между собой статуи. В них был заключен образ раба прикованного цепями к полу, который склонял голову вниз. Эти статуи достигали высоты девятиэтажного здания, не меньше.

Нас не встречали с распростертыми объятиями. Большая железная дверь перекрывала вход. Я сделал пару нерасторопных шагов, затем быстро рванул в сторону преграды и ударом корпуса расчистил нам путь. Еще от моего мощного толчка волной задело годинов в замке, так что, когда мы вошли внутрь, некоторые из врагов уже лежали. И началась очередная битва. Наверное, внутри находились последние из патрульных и годинов. Я в мощном прыжке сорвал одну из огромных люстр, тотчас загоревшуюся от моего пламени, и сбросил ее на врагов. Десятерых убил, не меньше. Однако мне не хотелось терять чересчур много энергии, так что я начал искать взглядом Саригона, чтобы выдвинуться дальше. Осматриваясь, я случайно увидел Эмилию — ту самую дочь Владыки. Она словно сказала взглядом: «Следуйте за мной» и живо устремилась к одному из коридоров. Тут я наконец, обнаружил Саригона, и мы с ним последовали за девушкой. Я не ускорялся, а двигался наравне с главой патрульных. Пусть и с невероятной силой внутри, но один я точно не справлюсь.

Девочка вела нас в глубины замка. Она постоянно маячила перед глазами, но только нам начинало казаться, что мы ее догнали, как после очередного поворота или спуска вниз Эмилия вновь отдалялась. Так продолжалось до тех пор, пока она не остановилась у каких-то деревянных дверей.

— Эмилия, стой! — крикнул я и через мгновение оказался рядом с ней.

— Эмилия? Откуда ты знаешь моё имя? — заикаясь от страха, спросила девушка.

— А, ведь точно. Я же был в маске, — немного расслабившись, пробормотал я.

Сзади подбежал Саригон.

— Не важно! Я знаю, зачем вы тут. Вам нужен сын начальника Саригона. — выкрикнула Эмилия и ткнула пальцем в патрульного. — Он за этой дверью с остальными пристражами. Старик Эрик, совсем выжил из ума. Запер их там и охраняет. Я вас прошу, забирайте их и уходите, прошу… Уходите!

Дочь Владыки рухнула на колени, прижалась к стене и начала рыдать.

Узнав, что там, за стеной, находится Эд, я в ту же секунду ударом ноги снес дверь. Мы оказались в темнице, где в каждой камере сидело по пристражу, а еще в одной — моя возлюбленная Ева.

— Лео! — крикнула она.

Во мне смешались радость и злость. Ева жива — это заставляла мое сердце сильнее биться от счастья. Однако мой друг и отшельница всё еще торчали за решеткой.

На моем пути стоял какой-то злобный дед в красном плаще. Его глаза были затянуты красной пеленой. Старик скинул плащ, обнажив огромное мускулистое тело, а из его рта вывалился язык и начал расти, достигнув через несколько секунд метровой длины. Он, словно живое существо, извивался возле огромных рук старика, а затем и вовсе залез ему в ладонь. Еще мгновение — и дед вырвал себе язык, после чего оторванная часть закаменела и стала его оружием. Этим языком-мечом он ударил по рычагу, который открыл все решётки камер, кроме той, где сидела Ева. Пристражи мигом вылетели оттуда. Их глаза налились черным цветом — злой силой Трактуса.

— Одним ударом я точно с ним не справлюсь, а тут еще эти выбежали… С моей неуклюжестью я их наверняка задену, — вслух сказал я.

— Я разберусь со стариком, — шагнул вперед Саригон. — Не зря ведь я предводитель славной расы, вышедшей из пещер.

— Саригон, он не человек! Твои шансы малы.

Я вышел вперед и приготовил клинок к бою.

Союзник встал передо мной:

— А какие у нас шансы, если ты будешь атаковать? Вспомни, как ты приземлился около меня после невероятного прыжка. Я еле уцелел! Ты разнесешь здесь всё и убьешь не только врага, но и моего сына. И не забывай о своем друге, ради которого ты здесь.

— Но… — я всё сильнее сжимал рукоятку меча.

— Вот, возьми, — Саригон достал из кармана скрученный в трубочку бумажный лист, завязанный тоненькой веревочкой. — Стэн передал тебе… Сказал, что «когда пристражи окажутся рядом, дай это избранному — он поймет, что делать».

Передав мне листок, Саригон поднял меч над головой и побежал на врага. А я в это время открыл послание, переданное мне Стэном. На листке был изображен черный отпечаток руки. Ничего не значащий отпечаток. Теряясь в догадках, я посмотрел вперед на Саригона, который вовсю сражался с Магистром, а трое пристражей уже бежали в мою сторону. У меня был всего один шанс, и я не придумал ничего лучшего, кроме как приложить свою ладонь к отпечатку. Лишь только я коснулся листка, на ладошке тотчас стало очень влажно, и я сразу же убрал руку, однако вслед за нею потянулись чернила — черные, жидкие… Сформировав таким образом нити толщиной в несколько сантиметров, листок превратился в пепел, а жидкость осталась болтаться на моей ладони. Пристражи находились уже в нескольких метрах от меня, и я выставил руку с магией вперед. Волшебные нити моментально застыли и превратились в острые иглы, которые сразу же полетели в сторону трех парней и вонзились им в глаза. Дрожь пробрала меня, а пристражи замерли. Иглы, идущие из моих пальцев к глазам атакующих, начали пульсировать. Со стороны пристражей начали доноситься звуки, похожие на скрип двери, которую давно пора смазать.

Бой между моим союзником и Магистром продолжался, и инициатива явно была не на стороне Саригона. Я сразу же захотел помочь патрульному, но мои движения были скованы — колдовство привело меня в ступор, как и пристражей, так что мне оставалось только наблюдать.

Саригону приходилось несладко. Соперник постоянно атаковал, и даже феерическое владение мечом не помогало моему союзнику. Патрульный на некоторое время отступил в сторону, где была заперта Ева, чтобы перевести дух. Отшельница сразу же принялась давать Саригону какие-то указания, и, похоже, слова девушки вселили в него надежду. Однако враг быстро оттолкнул Саригона в сторону, чтобы тот не смог освободить Еву.

Магия в моих пальцах продолжала действовать, и я никак не мог помочь отчаянному Саригону. Как бы он ни пытался в процессе боя обойти врага, всё было напрасно.

Мой друг долго сдерживался, но когда его терпение иссякло, резко набросился на Магистра. Это была последняя его атака — либо всё, либо ничего. Сил хватило только на пару взмахов мечом. Саригон из последних сил помчал на врага, дико завопившего: «Вот и твоя смерть!» Помощник Владыки взмахнул своим каменным оружием, и кровь хлынула на пол, а следом упал и воин Саригон. Однако это не был час его смерти. Патрульный продолжал двигаться, зато Магистр Эрик рухнул замертво с торчащим в области сердца мечом.

Моя магия прекратилась, и все пристражи упали на пол. Прыжком я в ту же секунду оказался возле решетки, за которой находилась Ева. Я опустил рычаг, и отшельница получила свободу. Она сразу же кинулась к раненому патрульному.

— Ну, как мы его, Лео? — с улыбкой сказал Саригон, истекая кровью.

Он пожертвовал своей рукой, бросившись на противника. Саригон знал, что от удара ему не увернуться, поэтому подставил руку, которую ему обрубили до самого плеча, а сам вонзил меч в цель.

— Я восхищаюсь тобой, мой друг. Однако не напрасно ли всё это? — сказал я и перевел взгляд в сторону лежащих пристражей. Неужели моя магия убила их?..

Глава 35. ТО, ЧТО НЕ ВЕРНУТЬ

Я так и остался там стоять. Стоять и просто смотреть на свою ладонь, которая совершила всё это. Неужели я сделал что-то не так?.. Я не мог убить Эда!..

Моё сердце разрывалось. Весь пройденный путь оказался напрасным. А перед моими глазами — всё та же ладонь и шрам на ней. Рассматривая шрам, я вспомнил детство, когда мы с Эдом были совсем маленькими. Сколько нам было?.. Вот сразу и не вспомню… Лет по семь, не больше. Мы любили убегать далеко от дома за город, к ферме мистера Сайруса, который был лучшим в своем деле и, пожалуй, единственным, кто действительно разбирался в земледелии и скотоводстве в West New Ground. Убегали туда, где нас никто не мог найти, убегали от домашних хлопот и суеты… Он всегда радостно принимал нас, относился добродушно, словно мы его внуки. На ферме, кроме животных, у него никого не было. Хотя у него была дочь, которая навещала его на каникулах. Добрый мистер Сайрус, обычно он носил круглую большую шляпу, клетчатую рубаху и рваные штаны. Хм… Так странно, а я почти про него и забыл, если бы не всё это… Вспоминается, он всегда угощал нас крепким чаем, который мы терпеть не могли, но к чаю прилагалось сладкое печенье, от которого мы приходили в восторг. После этого старик водил нас по своим владениям и показывал, что изменилось с нашего последнего посещения. Какие появились животные, сколько коровы дали молока, какой приплод в этот раз принесла крольчиха… А мы с каждым разом всё больше и больше восхищались его терпением и вообще всей картиной, ведь у нас в городе такого не увидишь… Затем мы убегали в поле. Огромное зеленое поле, которое манило своими бескрайними просторами. Мы забегали метров на сто в него и просто падали на спину, наблюдая, как плывут облака и мечтая о том, что нас ждет в будущем, однако мы знали, что как бы ни было трудно и что бы ни случилось, наша дружба будет всем примером. Да, это время невозможно забыть!

Мы часто так убегали от родителей. Они, конечно, знали, где мы, но не хотели афишировать, ведь для нас это было особенное и тайное место.

Всё перевернул случай, произошедший в большей степени со мной, чем с Эдом. Мистер Сайрус на своем бордовом пикапе поехал в магазин за кормами для животных. А мы в это время у него гостили, и славный мистер оставил нас на время своего отсутствия за главных фермеров. Надо заметить, что мистер Сайрус никогда не разрешал нам лазить по крышам его амбаров, где находилось зерно, однако нам всегда очень хотелось разогнать голубей, поселившихся на крыше и вечно гадивших на стены. Мистер Сайрус уехал, и мы должны были воспользоваться этим, так же, как и любые другие дети на планете — запретный плод сладок. Тем более, лестница уже стояла у стены. Мы с Эдом забрались наверх, лишь только машина исчезла из нашего поля зрения. Мы разогнали всех голубей и намотали еще около десяти кругов по крыше, пока шифер не треснул, и я не провалился внутрь. При приземлении я немного ушиб ногу, а разбитая шиферина сильно распорола мне ладонь. Крови было много, и следов от нее тоже. Мы с Эдом очень испугались, ведь кровь не останавливалась. Не дождавшись мистера Сайруса, мы ринулись домой, где ничего не рассказали, о том, что были на ферме, а я придумали историю с битой бутылкой, о стекло которой я порезался. Вечером приехал мистер Сайрус — весь бледный, словно смерть, и дрожащий. Он держал свою шляпу у груди и хриплым голосом рассказал, что это он виноват, что мы были у него на ферме, а он за нами не усмотрел. После этого мы больше с ним не виделись, а дорога на ферму попала под запрет. Как-то мы захотели вновь туда убежать, но так и не перебороли вину из-за фатального поступка. Мы ослушались старика, когда он нам доверял, как собственным внукам… Странно, что я думаю об этом, ведь столько воды уже утекло…

Глава 36. ЖИВЫЕ КАРТИНЫ

Мои воспоминания были прерваны криком Евы, которая возмущенно звала меня. Неуклюже, но торопливо я подбежал к ней.

— И чего ты там встал? — Ева сложила руки на поясе. — Пристражей спас, так всё, можно умывать руки?!

— Как спас? — я широко раскрыл глаза и уставился на Эда. — Он дышит! Он дышит, Ева!

— Конечно, дышит — это ведь Отпечаток Жизни… Магия, высасывающая Свет Трактуса. Старид мне рассказывал об этом, но я и понятия не имею, как такая сила могла очутиться у Стэна. Такие свитки можно найти лишь в хранилище Владыки.

— Так что с ними? — вновь спросил я.

— Они спят и видят прекрасные сны, пока их память стирается. Они не будут помнить, что были пристражами.

— Их можно разбудить? — спросил Саригон, крепко зажимая место, откуда шла кровь.

— К сожалению, нет. Как бы вы ни пытались. Лишь спустя десять часов они смогут придти в себя.

Раздался шум в коридоре, и через несколько секунд у сломанной мною двери появились Алекс и Донован.

— Слава Богу, вы живы, — увидев нас, начал Алекс. — И госпожа Ева с Вами. Наверху битва в самом разгаре, как ваши дела? Что с пристражами? И, главное, что с Владыкой?

— Пристражи живы, — немного оттолкнувшись от стены и сморщившись от боли, ответил раненный Саригон. — А с Владыкой разберется Избранный, как это и было предначертано.

— Да, так всё и будет. Только сейчас узнаю… — я посмотрел в проход, где только что сидела плачущая Эмилия, но ее уже след простыл.

— Мы сейчас же начнем поиски Владыки, — заявила Ева.

— Не нужно, — сказал юный Донован. — Он знает, что вы здесь. Знает, что нужно Леонарду. Поэтому Владыка наверняка на самом верху башни в замке. Там и находится портал, ведущий в другой мир.

— Алекс, бери Эда. Ева, возьми отшельника, а ты Донован — патрульного, сына Саригона. Товарищ… — я посмотрел на Саригона. — Ты сам сможешь дойти?

— Извини, друг, но, боюсь, у меня совсем не осталось сил, — Саригон с презрением посмотрел на труп павшего врага. — Этот дед выжал из меня все соки. Поднимайтесь вверх и пришлите мне кого-нибудь, а главное — донесите сына и передайте его выжившим патрульным.

Я кивнул ему в ответ, он вновь облокотился о стену и прикрыл глаза. Глава патрульных потерял слишком много крови, однако его жизнь еще можно спасти.

Забрав бывших пристражей, мы поспешили к месту первого стыка.

Битва приближалась к финалу. Все стены были обрызганы кровью. Крики умирающих вернули мне мысли о мести. Мысли о погибших товарищах. Это был ад… Однако с моими силами и силой Евы мы за несколько минут убили врагов. Донован дал указания выжившим союзникам вернуться за Саригоном и осмотреть замок, чтобы добить оставшихся годинов. Мы с Евой направились к верхушке башни, но сначала я подошел к Алексу, который держал Эда.

— Алекс, нам нужна твоя помощь, — обратился я к нему.

— Лео, ты спас мне жизнь, и она уже давно принадлежит тебе. Я пойду с тобой.

— Спасибо, твоя преданность — именно то, что нам нужно! Я хочу, чтобы ты продолжал охранять Эда и следовал за нами. В данный момент мы не можем потревожить его сон, поэтому ты будешь его ногами, которые смогут доставить его к порталу в нужный момент.

— Так тому и быть. Я с вами! — ответил Алекс, и мы побежали вперед.

К вершине башни вела круговая ступенчатая лестница, пол был окрашен в тёмно-синий цвет. Картины… Множеством картин были увешаны эти угрюмые стены. Рисунки невозможно было сосчитать. С каждой новой ступенькой количество картин увеличивалось. Это были странные картины, наполненные безумием, страхом и болью. Почти на каждом рисунке были изображены люди. Нарисованные бились в муках, страдали, причиняли боль себе или окружающим. Ступенька вверх — и ты словно ощущаешь всё это, проникаешь в атмосферу безумия. Ещё ступенька — и тебе кажется, что ты уже слышишь их стоны. И так — с каждой ступенькой эта лестница превращалась в коридор боли.

Мои спутники немного замедлили ход. На лице воительницы Евы отразился страх, а Алекс всё сильнее стал прижиматься к стене. Злая магия правила этим местом. Очередная уловка Владыки, которая, как оказалось, не действует на меня. Алекс упал на колени, и его крепкие руки выронили Эда. Ева схватила себя за шею и начала душить. Я кинулся к ней… Не пылающей рукой я сорвал ладони девушки с горла, и она словно проснулась — вернулась в наш мир.

— Ева, всё в порядке? Ты очнулась?

— Да, Лео. Всё хорошо… Алекс… — девушка указала пальцем в сторону Алекса. — Помоги Алексу!

Алекс все еще стоял на коленях, держа руки у окровавленного рта. Он рвал свои зубы, один за другим, и при этом заливался безумным смехом. Лёгким толчком я привел его в чувство, после чего он, упершись спиной в стену и, истерически разрыдавшись, посмотрел на меня.

— Мы умрем! Это безнадежно! Я не хочу, не могу дальше идти! Убейте меня! — закричал Алекс. — Я больше не вынесу этого безумия!

— Не говори, что это безнадежно, — настаивал я. — Только смерть убивает надежды, а я не дам тебе умереть!

— Лео, быстрее! Ева… — Алекс на мгновение остановил слезы.

Я оглянулся — Ева расцарапывала до крови свое лицо, а ее взгляд при этом был настолько злой, словно сам бес в нее вселился. Миг — и я уже у ее ног. Еще секунда — и схватил ее руки. Она очнулась. Достаточно было нескольких касаний.

— Я больше не могу, Лео, — сказала та, чей сильный дух был для меня примером.

— Могу я надеяться, что мы все выживем вместо тебя? Потому что, несомненно, я вижу путь: как бы незначительна ни была возможность добиться успеха, это, тем не менее, путь!

— Лео! — крикнул Алекс и показал рукой наверх.

На самом верху лестницы показался то ли человек, то ли годин, однако отчетливо рассмотреть его было невозможно. Он что-то выронил из рук, и это что-то растворилось в воздухе, а затем картины превратились в пепел.

— Ева, кто-то явно не хочет, чтобы мы умерли, — сделал вывод я, продолжая смотреть на спасшего моих товарищей незнакомца. — Алекс, оставайся здесь с Эдом, магия исчезла… Ева, ты готова идти?

— Да, покончим с этим.

Глава 37. ВЛАДЫКА ВЕРХНЕГО МИРА

Он стоял на фоне яркого синего неба и смотрел куда-то вдаль. Совершенно спокойный и тихий. Его не потревожил даже звук открывающейся двери. Помещение, в котором мы с Евой очутились, было довольно таки просторным, хотя лучше сказать — пустым. В нем абсолютно ничего не было, кроме трона, затерявшегося где-то у стены в самой тени. Впереди от нас зияла огромная дыра в стене, больше смахивающая на огромное окно, за которым сразу начинался обрыв, около которого и стоял Владыка.

С каждой секундой напряжение в воздухе возрастало, а вместе с ним рос и черный огонь на моем теле, словно чуя мою ненависть. А враг по-прежнему спокойно смотрел в другую сторону. На нем, как и при первой встрече, были бордовый фрак и черная рубашка.

Стук каблуков нарушил мертвую тишину — из тени выбежала девушка. Это была Эмилия. Она вцепилась крепкими объятиями в отца и устремила взгляд на меня.

— Я же показала вам, где пристражи! — рявкнула девушка, и по ее щекам побежали слезы. — Что вам еще нужно?!

— Ч-ч-ч… Дорогая, — Владыка крепко прижал дочь к груди. — Успокойся, не надо слез. Разве так встречают гостей?

— Какие они гости? Они…

— Я же сказал: тихо! — Владыка схватил голову девушки руками, посмотрел в нашу сторону и на миг замер с безумной улыбкой. — Вы знаете, что такое безумие, а?

Резкое движение руками, хруст — и мертвое тело Эмилии упало на пол. Он свернул шею своему ребенку! В этом мире мне довелось повидать многое, и я не думал, что меня что-то сможет удивить, но это зрелище повергло меня в шок и привело в полное оцепенение.

Заплаканное лицо девушки было повёрнуто к нам. На мгновение мне показалось, что взгляд мёртвых тёмно-карих глаз выражает целую бурю эмоций: удивление, негодование, разочарование, страх…

Через долю секунды я вернулся сознанием в это холодное помещение, но физическое оцепенение настойчиво не хотело уходить. Я услышал, будто со стороны, свой собственный крик:

— Ты что творишь, урод!

В гневе я попытался броситься на Владыку, но не смог сделать и шага.

— Что за?.. — я посмотрел на свои ноги — они оказались покрыты какой-то черной жидкостью.

— Я думаю, для начала нам нужно с тобой поговорить, — сказал Повелитель Трактуса и указал пальцем на меня.

Его адский голос выводил меня из себя.

— Нам не о чем с тобой разговаривать! Я разорву тебя на кусочки!

Я попытался вырываться, но ноги словно вросли в эту жидкость на полу. Владыка зашагал в нашу сторону и посмотрел на Еву, которая как и я, с отчаянием наблюдала за происходящим.

— А я думаю, есть о чем, не так ли, сестренка?

— Что? О чем ты говоришь? — крикнул я и испуганно посмотрел на Еву, которая опустила голову вниз.

— А-ха-ха! Я так и думал, что она тебе ничего не рассказала, — Владыка слегка закашлялся и подошел совсем близко к нам. — Так получилось, что я ее брат и принц Скайлена. Всё просто: я хотел власти, а отец никак не хотел умирать. Поэтому я и устроил войну. И всё шло хорошо, до того момента, пока не начались эти разговоры о пророчестве: что я умру, и человек освободит Скайлен. Бла-бла-бла! — Повелитель Трактуса принялся расхаживать вокруг нас. — Честно, я не верю в это пророчество и тебе не советую. Ты ведь давно должен был понять, что меня невозможно убить.

— Я тебя разорву… — оскалив зубы, рыкнул я.

— Тише, тише… — Владыка отступил на пару шагов назад. — Твоя злость здесь ни к чему. На твоем месте я бы задумался о моих словах и о выдуманном пророчестве. Ты ведь не герой, а простой парень из своего измерения, который хочет вернуться домой со своим другом. И это легко можно устроить! — радостно воскликнул он и хлопнул в ладоши. — А быть может, ты хочешь власти? Может, ты наконец понял, что отшельники тебя просто использовали, послав на верную смерть, не рассказав о родственных узах с самим Повелителем Трактуса?

Я посмотрел на Еву, которая продолжала стоять с опущенной головой. Я попытался осмыслить услышанное. А ведь действительно… Мне точно говорят правду, все совпадает с его словами. Не было же никакой гарантии, что я тот самый избранный, и Фортунэм, использованный на мне, — тому доказательство. Старид также не был уверен в том, что именно я гожусь на эту роль… До конца поверить всему мешала укоренившаяся в сердце ненависть к Владыке и всему тому, что он сделал с людьми… Я никак не мог собрать мысли в кучу.

Голос безумца вновь привлек мое внимание.

— Скайлен может быть уверен в практически неограниченном потоке милостей, которыми мой разум одаривает его детей. Я могу сделать жизнь вечной, если буду обеспечен искусным ассистентом, — он указал взглядом на меня. — Если будет так, я могу гарантировать, что он тоже никогда не умрет. А когда его тело износится, я смогу заменить любой его орган с помощью печатей, которые оставили мне предки. Для меня ассистент может оказать ту же услугу. Так мы сможем жить неограниченное время. Хватит цепляться за эту отшельницу, Лео. Любовь — это слабость!

Его широко раскрытые глаза пытались внушить мне новую правду. Однако безумцу было далеко до понимания, что его все ненавидят, кроме зачарованных годинов. Хотя его план был превосходен — как для него, так и для меня. Он гарантировал нам бессмертие. Мы можем жить вечно… Перспектива была соблазнительной. Воистину прекрасное предложение.

Он продолжил:

— Ну, что ты теперь мне скажешь? Что ты думаешь о тех, кто использовал тебя?

От Владыки продолжало разить безумием, оно словно исходило из каждой его части тела, движения, дыхания…

Я встряхнул головой позволяя разуму самостоятельно рассортировать поступившую информацию. Но сейчас было не время заниматься сознательным анализом. Слова не шли на язык. Сколько лжи было сказано прежде, однако сейчас я смог выдавить из себя:

— Хм… Так сладко поешь, аж тошно становиться! — я изо всех сил ударил кулаком в то место, где находилась жидкость, сдерживающая мои ноги.

Огненный удар отбросил нас с Евой назад, а Владыка успел отпрыгнуть в сторону и при этом ненадолго завис в воздухе.

— Ева, ты в порядке? — встревожено спросил я.

— Да, всё нормально. Только твой огонь немного жжется, — прошептала девушка.

— Жди здесь! Я в миг с ним разделаюсь!

— Постой, Лео! Я сомневалась в тебе… Думала, ты выберешь другой путь.

— Глупая… Подожди немного, и всё скоро закончится, — я перевел взгляд на безумного властелина и подобрал клинок с пола. Тот моментально накрылся волной черного пламени. — Обещаю тебе.

Словно молния, я полетел на Владыку. Никогда прежде во мне не было столько силы. Я взмахнул катаной, однако удар прошел мимо — враг успел увернуться, но меня больше заботило не это, а то, что рядом находилось огромное окно, ведущее в никуда. Моя скорость выходила за грань воображаемого, и до вылета в пустоту оставались считанные секунды. Нужно было срочно что-то предпринять, и я прыгнул вверх, дабы остановиться, пусть и нелепым способом. Столкновение с потолком оказалось не из приятных. Ударившийся о него, моё тело отскочило обратно вниз, а сверху посыпались каменные обломки. Я упал у большой дыры в стене: круглой, аккуратной…

— Я так понимаю, по-хорошему ты не хочешь? — спросил Владыка, похрустывая пальцами.

— Уничтожу… — я привстал с пола. — От тебя и мокрого пятнышка не останется!

— Акт лишения жизни приравнивается ко злу. С самого своего рождения мы лишаем других чего-либо. Жизнь — это череда грехов. Жизнь сама по себе зло. Я осознаю, что являюсь злом. Как и ты. Давай, убей меня!

С диким ревом я бросился на врага, у которого по-прежнему не сходила с лица безумная улыбка. Однако теперь мои удары достигали цели. Я то и дело махал клинком, а Владыка голыми руками его отражал либо просто уклонялся. Я не оставлял ему ни секунды на встречную атаку. И, наконец, у меня появился шанс. После моего очередного удара катаной Владыка внезапно схватил лезвие, зажав его ладонями. В этот момент мы пересеклись взглядами, но страха в его глазах я не заметил. Одна моя рука оставалась свободной, и этого было достаточно, чтобы нанести решающий удар. Быстрый замах рукой и… Перед глазами появилось облако густой пыли, а мой удар так и не достиг цели. Я остался стоять в том же положении, чувствуя, что руки врага всё еще держат клинок. Когда пыль почти развеялась, передо мной появилось… нечто. Его голова была похожа на волчью, только без шерсти. Кровь заливала его глаза — черная, как смола, кровь. Туловище окрасилось в темно-зеленый цвет и немного увеличилось в размерах, а руки превратились в лапы, и уже когти держали мою катану. Сзади виднелся длинный хвост, который стучал по полу. Огромная пасть Владыки появилась прямо передо мной. От мощного дыхания чудовища у меня вздымались волосы на голове. Слюни капали из его рта на пол, образовав жидкую лужу на полу, которая вскоре дошла до моих ног. Я отпрыгнул назад, чтобы приготовится к новой схватке, и при этом успел взмахнуть катаной и нанести удар в область рта. Но демон лишь с довольным выражением морды слизнул с уголков рта кровь и ехидно улыбнулся, обнажая острые зубы.

Пыль проходила сквозь пальцы на моей руке, а тело продолжало дрожать от страха… Я боялся даже подумать о том, что сможет мне преподнести Владыка в новом обличье.

— Жалкий мальчишка. Ты выбрал смерть, а не жизнь. Сожалей об этом! Когда почувствуешь смерть — сожалей о содеянном! — брызгал слюной монстр.

Его голос стал намного грубее, и порой в нем прорывалось рычание голодного зверя.

Затем Владыка с диким воплем кинулся на меня. Теперь настала моя очередь защищаться. Клинком, покрытым черным пламенем, я отбивал резкие удары острых когтей и клыков демона, однако мой огонь не наносил ему вреда. После трансформации и увеличения тела Владыка остался ловким. Все мои огромные прыжки и быстрые перемещения сопровождались его ударами. Пару раз чудовище смогло меня зацепить. Кровь из огромных порезов на груди моментально залила пол. Если бы не моя способность к регенерации, то я давно бы уже украсил интерьер своим мертвым телом.

Я чувствовал, что вскоре печать начнет ослабевать, словно огонь устал гореть. Поэтому мне нужно было поскорее покончить с противником. Забыв об обороне, я начал продавливать защиту монстра и постепенно прижал его к стене. Вот уже казалось, что ему никуда не деться, как вдруг его хвост сбил меня с ног, а затем обхватил туловище и, словно веревкой, обмотал его.

— Даю тебе последний шанс спастись, — сказал Владыка, держа хвостом меня в воздухе. — Сдайся… И этот мир будет наш.

Живая петля из хвоста всё сильнее сдавливала меня. Катана выпала из моих рук.

— Уничтожу… — прошептал я.

— Что? Не слышу!

От давления мои кости начали трещать.

— Я тебя уничтожу! — крикнул я, и кровь хлынула из моего рта.

— Дурак… Ты уже мертв!

Пасть демона широко открылась, и через пару секунд достигла таких размеров, что я смог бы поместиться в ней целиком.

Неужели он меня сожрет?! Его дыхание по прежнему продолжало взметать волосы на моей голове. Но его пасть больше не приближалась ко мне. Чего он ждет?.. Я попытался вырваться, но тщетно — его хвост сковал все мои движения. Дыхание зверя остановилось. Неужели сейчас все закончится, и его клыки войдут в мою кожу и ощутят вкус человечины… Но что это?! Демон начал втягивать в себя воздух, словно пылесос. Вместе с воздухом уходил и огонь, окружавший меня. Вот она — еще одна магия Владыки.

Силы с огромной скоростью покидали меня. Вздутые вены по всему телу постепенно уходили вовнутрь, а от огня остался лишь демонический черный дым на руке. Казалось, что еще мгновение, и я потеряю сознание, но голос Евы заставил меня очнуться.

— Ты пообещал мне! — крикнула девушка, взмахнула клинком, и я вместе с отрубленным хвостом упал на пол. Пасть монстра резко захлопнулась.

— Тварь мелкая! Я почти закончил, — зарычал Владыка. — Ну, хорошо, сестренка… Сначала закончу с тобой.

Теперь внимание монстра переключилось на девушку.

— Ева, нет! Беги отсюда! — закричал я, срывая с себя еще движущийся хвост.

— Ты поплатишься за это!

Демон нанес удар, однако не достиг цели. Я крепко схватил его лапу. Метка тысячи снов еще находилась во мне, Владыка не успел извлечь ее до конца.

— Откуда силы? — впервые на его лице я увидел испуг.

— Не забывай, что я избранный! — рявкнул я, собрав последние силы, и откинул чудовище в сторону.

Я посмотрел на руку и увидел, что из нее выскочил тот самый предмет, похожий на лезвие, который ввел в меня Старид. Магия навсегда покинула меня.

— С тобой всё хорошо? — спросил я у Евы, которая прижалась к стене.

— Да, Лео… Я не могла стоять в стороне и смотреть, как тебя убивают. Но, похоже, это было напрасно, сила печати исчезла, — девушка от безысходности опустила голову вниз и чуть не рухнула на пол, но я подхватил ее.

— Я рад, что ты нашла силы и спасла меня. Кажется, у меня есть план, однако мне понадобится твоя помощь. Доверься мне, — усмехнулся я и принялся шепотом выдавать ей указания.

Тем временем враг оправился после падения и теперь медленно приближался к нам.

— Ха-ха! Нашли время шептаться! — насмешливо сказал Владыка. — Готовьтесь к смерти!

— Ты всё поняла, Ева? — спросил я, закончив инструктаж, улыбнулся и дотронулся своей ладонью до ее щеки, после чего она рванула в сторону выхода. — Беги, Ева, беги! Не оборачивайся! Ты еще сможешь спастись!

— Наивный… Думаешь, я ее вот так отпущу? Глупец! — монстр кинулся вслед за девушкой.

Я поднял с пола клинок Евы и метнул его в тело демона. Пусть колдовские силы и ушли, но навыки, приобретенные на Забытом Скрите, никуда не делись. Кровь хлынула из того места, куда попал меч. Это была всего лишь царапина, однако ее хватило, чтобы демон остановился.

— Твой соперник — я! — с ухмылкой заявил я, подняв с пола катану, подаренную стариком Сонгом.

— Жалкий человек! — зверь с воплями побежал в мою сторону.

Я стоял у стены и ждал, когда монстр максимально приблизится ко мне. На миг я отвлекся: вокруг взметнулась пыль, а на мои руки попали лучи солнца, ярко осветив их. На секунду я подумал, что сила печати вновь вернулась, но это были всего лишь теплые лучи. Враг подбежал ко мне почти вплотную, и тогда я отпрыгнул от стены и, сделав кувырок, резко встал на ноги. Демон со всего размаху влетел в стену, а я рванул со всех ног в сторону огромной дыры в стене. Хоть немного, но это его задержало и еще больше вывело из себя. Я добежал почти до самой дыры — за эти секунды Владыка успел прийти в себя и снова увидел перед собой цель. Его рожа горела от злости, слюни продолжали брызгать на пол, а дыхание становилось всё тяжелее. Присмотревшись, я, наконец, понял, откуда исходила пыль. На теле монстра появлялись трещины. Из них-то и сыпался серый песок. Значит, Владыка тоже теряет колдовскую силу. Ну, еще бы — после моих тяжелых ударов магическая метка этого демона не могла не ослабеть.

Чудовище остановилось примерно в десяти метрах от меня. Вышедшее позади меня солнце слепило его, а я продолжал стоять на самом краю этой огромной дыры.

— Это конец, — сумел рыкнуть Владыка. — Тебе некуда бежать.

— Да, ты прав… — я опустил голову и поднял руку с мечом вверх, к небу. — Мне действительно некуда бежать.

Лезвие моей катаны начало отражать лучи солнца — так, что яркий блеск его поверхности, еще сильнее ухудшил Владыке видимость. Морда зверя сморщилось до неузнаваемости, а лапа поднялась вверх, чтобы заслонить глаза от солнечных бликов.

— И еще ты прав в одном… — добавил я, с ухмылкой глядя на зверя. — Это действительно конец!

Я бросил катану, которая полетела, точно как дротик, прямиком в монстра.

На мгновение на морде Владыки отобразился дикий испуг, однако лучей солнца было недостаточно, чтобы ослепить его полностью. Он ловко наклонил туловище в сторону, и катана пролетела мимо.

— Ах-ха-ха! — залился смехом враг. — И вот этим ты хотел меня убить?

— Хотел… Я не привык сдаваться! Да, и еще я не могу сейчас умереть. Мне нужно больше времени, чтобы признаться ей кое в чем. Ведь чем сильнее чувства, тем меньше хочется их сдерживать, создавая всё новые и новые звенья и вкладывая любовь, — я посмотрел в глаза демону. — Я тебе не позволю убить тех, кого я люблю… Любовь — это не слабость, а звенья, делающие нас сильнее! Для того чтобы создать новое звено, потребуется много и очень много времени. Вот почему я не позволю тебе их так просто разорвать! Ева, давай!

Глаза демона налились страхом и превратились в два огромных пятна, даже слизь перестала течь изо рта.

Топот ног за спиной Владыки, прыжок — и великая воительница Ева вонзила мой клинок ему прямиком в череп.

— Не бойся, смерть — это не конец! — твердо сказала девушка.

— Что?! — темно-алая кровь хлынула из его рта. — Ты с самого начала…

— Да, это и было моим планом. Еще тогда, когда я обнял Еву и шепотом всё объяснил. Она отлично сыграла роль убегающей, а я, в свою очередь, смог отвлечь тебя от нее.

— Не может быть… — существо рухнуло на колени.

— Ты думаешь, я целился катаной в тебя? Это ведь смешно! Я бликами солнца отвлекал твое внимание, пока Ева подбиралась ближе, а затем… — я на мгновение запнулся. — А затем кинул катану в Еву, которая ее поймала и решила исход этой войны. Сражаясь в одиночку и только за себя, нельзя стать по-настоящему сильным.

Владыка безжизненно упал на пол, а из пыли, оставшейся после него, образовалось темное пятно — словно раскрывшийся посреди комнаты бутон кровавой розы, свидетельствующий о нашей победе. Ощущение эйфории наполнило меня. Я выполнил свое предназначение и будто разорвал сдерживавшие меня тяжелые оковы.

Ева кинулась ко мне в объятия. Ее тело дрожало, похоже, она все еще не могла поверить в случившееся.

— Ева, мы это сделали.

— Нет, Лео, это сделал ты! Мой брат повержен, а это значит, что ты выполнил свой долг. И теперь… Теперь Скайлен свободен, — девушка потянулась к моим губам, но нас отвлек раздавшийся за моей спиной смех.

Да что там отвлек — он просто проник в меня, заставив мое тело покрыться мурашками. Этот смех не был похож ни на один другой. Словно смех ребенка, смешанный с хрипом зверя. В страхе мы обернулись.

— Хи-хи! Какие же вы всё-таки молодцы! А избранный и впрямь существует. Сделал всё так, как написано в старинных рукописях, — казавшееся мертвым тело Эмилии начало вставать с пола. Ее голова болталась, как на резинке, а руки двигались, словно при замедленной съемке. — Я бы сама не справилась.

Волосы воскресшей девушки начали удлиняться и вскоре уже развевались в воздухе, словно живые.

— Никогда не любила его, — заявила Эмилия и прошлась по пятну из пыли, оставшемуся после Владыки. — Эх, Стэн. Жаль, ты этого не видишь.

— Что? Стэн?.. Эмилия, ты жива?! — выдавил я.

— Ах, да! Ха-ха-ха, — девушка начала кружиться, заливаясь смехом. — Вы же ничего не знаете. Ведь это я послала Стэна за человеком, это я привела тебя сюда, Лео! Стэн был первым, кто смог противостоять силе моего отца. Он оказался совсем один, а я была еще маленькой девочкой — жаль его. И тогда я начала наведываться к нему. Шли годы… Стэн строил свой мир, а я оставалась под гнетом отца и втайне изучала магию, благодаря которой выжила сейчас. Глупый папочка! Вскоре мы со Стэном стали любовниками. Я помогла ему, и он был готов на всё ради меня. Поэтому Стэн и не остался в своем мире, где его настоящий дом. Он привел тебя и вернулся ко мне. А ты воплотил мою фантазию в реальность. Теперь я буду владеть Скайленом.

Она всё так тщательно продумала! И я сразу же вспомнил смерть Стэна и его последние слова: «Она всему виной». Так вот что он имел в виду! Перед смертью обманутый человек понял, что совершил ошибку, и хотел как-то меня предупредить. Но было уже поздно.

Эмилия показала пальцем на ошарашенную Еву:

— А ты, тётя… Ты должна умереть!

Волосы ожившего трупа, превратившись словно в живые иглы, полетели в сторону Евы, но не задели ее, а лишь просвистели рядом. Дочь Владыки сбил с ног внезапно появившийся Алекс, поэтому Эмилия промахнулась. Похоже, ему все-таки удалось подавить страх, навеянный магией на лестнице. Появление и помощь Алекса оказались для нас очень кстати. Ева, быстро сориентировавшись, бросилась к Эмилии, подобрав с пола мой клинок.

— Хи-хи-хи! Как же это всё меня веселит, — зловеще стонала умершая девочка.

Толчком она отбросила Алекса в сторону, словно плюшевую игрушку. Ее волосы еще больше удлинились, а затем черные иглы, образовавшиеся на голове, вонзились в пол, став похожими на паучьи лапы. Эмилия зависла в воздухе и даже передвигалась теперь, как огромный паук. Атака Евы оказалась безрезультатна — девушка приняла удар одной из «лап» врага и отлетела в мою сторону. Я хотел подбежать к ней, но меня остановил голос Эмилии.

— Ой, и твой друг здесь. Кажется, Эд, я права? — девушка-демон повернулась в сторону выхода, где лежал Эд, который по-прежнему не мог проснуться.

— Не тронь его! — рявкнул я.

— Конечно-конечно, — лапами, состоящими из волос, она схватила Эда и подняла в воздух.

— Тварь! Я же сказал, не тронь его! — беспомощно закричал я.

— Эх, Лео, Лео!.. Может, хватит уже кричать, — Эмилия продолжала безумно улыбаться. — Время умирать!

Из ее волос вновь начали образовываться иглы, и на этот раз они были нацелены прямиком на Эда. Жизнь друга висела на волоске от смерти, в буквальном смысле. А я мог только бессильно наблюдать. Неужели столько людей погибло напрасно, неужели это конец?.. Это не могло быть правдой. Это какой-то глюк — надо заметить, качественный глюк, с сочными красками и множеством мелких деталей, вроде смешанного запаха пыли и крови, опьяняющего и шибающего в голову. Я попытался прогнать эти мысли, однако страх продолжал расти подобно снежному кому, катящемуся с горы.

И что бы я делал, если бы не герой-спаситель Алекс? Наверное, так бы и стоял, наблюдая, как рвут на части лучшего друга. Алекс в очередной раз спас Эда: размашистым ударом он отсек огромную лапу демона, удерживающую моего друга. Враг завопил, как раненый зверь. А я не мог прийти в себя, в отличие от чуть живой Евы, которая, шатаясь, шла в сторону демона.

— Лео, хватай друга и беги в портал, — закричала Ева, роняя кровь из ран.

В ответ ничего не последовало.

— Лео, мы все умрем, если ты не перестанешь бояться. Боже, какой же ты трус!

Несмотря на огромную боль она продолжала говорить со мной. И вскоре ее слова разбудили меня. Но ещё некоторое время я простоял неподвижно.

Ева и Алекс сражались против дочери Владыки, защищая Эда, не боясь, что на кону были их жизни.

— Скорее, Лео, — фыркнула Ева, а я с разбегу упал около друга и накрыл его своим телом. В нескольких метрах кружили огромные иглы волос, готовые нас разорвать.

— Что за портал? — тихо спросил я.

— Огромная дыра в стене — это и есть портал. Он был активирован всё это время. Прости, что не сказала раньше, ты должен был выполнить свое предназначение.

Я посмотрел в сторону портала и собрался засыпать воительницу вопросами, однако она остановила меня:

— Хватай друга, Лео! Нет времени на вопросы!

Тут вдруг Ева отвернулась от меня и отбила катаной иглу, летящую в мою сторону.

— Я вас не брошу!

— Сказала же: нет времени! Если вы сейчас не вернетесь в свой мир, мы все умрем!

— Тогда я погибну рядом с тобой, Ева!

Слёзы переполняли мои глаза.

— Нашел время геройствовать!..

Внезапно игла пронзила плечо Евы насквозь и встряла в землю, лишив отшельницу возможности передвигаться.

— Беги! Прошу тебя, беги! Не бойся, смерть — это не конец… — из последних сил выдавила Ева.

Одна из огромных лап демона вновь отбросила Алекса в стену, и, казалось, что в этот раз ему не удастся встать. Я поднял Эда на руки и побежал в сторону дыры. Слезы заливали мне глаза, и теперь я мог различить впереди лишь огромное ярко-синее пятно. Я слышал только звук своих шагов и тяжелого дыхания, больше ничего. Свежий воздух становился все ближе. Я крепко сжал друга и прыгнул с обрыва. Ветер заставил мои слёзы разлететься в разные стороны. Теперь перед глазами появились облака, в которые я влетел, словно камень, брошенный с огромной высоты. При этом я ощутил эти облака — они были похожи на воду…

Глава 38. НЕУЖЕЛИ ЭТО БЫЛ СОН?.

В голове стоял сплошной гул, словно кто-то от души саданул по медному колоколу, и тот отозвался звоном на одной тональности, до зубной боли проникая в голову и порождая вибрацию, которая вот-вот разорвет череп.

Собравшись с силами, я наконец с большим трудом сумел приоткрыть веки и тут же сильно зажмурился от хлынувшего потока солнечного света, породившего новую волну боли. Из моей груди вырвался страдальческий стон, а затем я вновь потерял сознание.

Когда я снова очнулся, гул в голове несколько поутих, стало немного легче. Стали слышны голоса, но разобрать что-либо было невозможно. Я вновь попытался открыть глаза. На этот раз свет не резанул, но увидеть что-либо, кроме мутной пелены, я не сумел. Однако добавилось нечто новое, и это радовало еще меньше: все тело словно затекло. Ощущения были похожи на то, когда руку или ногу хватает судорога, а затем начинает отпускать, причиняя тягучую, ни с чем несравнимую боль. Именно нечто такое я испытал сейчас, только болела не какая-нибудь отдельная часть, а все тело, каждая мышца, каждая жилка, каждая косточка. И тогда я завыл. Завыл на одной ноте, сам страшась своего воя.

Голоса становились слышны всё отчетливее. Кто-то звал меня по имени…

Я постепенно приходил в чувство, остался болеть лишь затылок. Вместе с тем я почувствовал, что по мышцам бодро заструилась кровь, вызывая легкое покалывание.

Я почувствовал на себе промокшую до нитки одежду. Стало немного холодно. Вновь послышались голоса, зовущие меня, и на этот раз я их, наконец, узнал. Узнал я и окружающую местность.

— Он жив!

— Ну, слава Богу, а то пришлось бы отдуваться за него.

— Это же надо было так напиться!

— Ха-ха! Посмотрите на его перепуганную физиономию.

— Зачем его вообще пригасили?

— Боже, какой стыд!

— Лео, успокойся… Теперь всё хорошо.

С воплями я отскочил от толпы, окружающей меня, а затем начал судорожно ощупывать себя и смотреть то на свои руки, то вновь на людей. Боль в затылке не проходила, я дотронулся до задней части головы, после чего взглянул на ладонь. На ней была кровь.

— Не может быть! — с дрожью в голосе простонал я.

— Эй, друг… Успокойся уже, — Эд положил мне руку на плечо. — Да-а-а… Вовремя же Анна тебя заметила.

Дрожь облизала мое тело. Я взглянул в живые глаза Эду, и через секунду внутри живота начало сильно жечь. Я резко отвернулся в сторону бассейна, а затем меня вырвало.

— Ну, вот! Ещё и бассейн загадил, — негодовала Сара.

— Фу, какая мерзость! — сказал один из гостей.

— Закройте рты! — громко крикнул я и испугом посмотрел на окружающих меня людей. — Это не может быть правдой! Вы все… Вы не понимаете!

Я поглядел на Эда, который высоко поднял брови от непонимания всей картины.

— Ты помнишь, Эд? Помнишь того таксиста? Обитель судеб?

— Таксиста? — друг улыбнулся и почесал затылок. — Ты бредишь, Лео… Похоже, ты не слабо башкой треснулся, падая в бассейн.

И я сразу же вспомнил момент, когда я столкнул ботинок в воду. Словно всё это было в другой жизни.

— Так, ну, всё! Чего уставились? Сегодня мой День Рождения! — напомнила именинница, активно жестикулируя руками. — Давайте обратно в дом — вечеринка продолжается!

Она взяла за руку Эда и потащила его внутрь. Он успел лишь невольно пожать плечами, улыбнуться и подмигнуть мне.

Они ушли, однако в ушах по-прежнему остались голоса — голоса недопонимания. Ко мне подошла Анна. В руках у нее был тот самый ботинок. Отдавая его мне, девушка что-то говорила, но что именно, я уже не помню…

* * *

Глядя на холмы, которые возвышались перед моими глазами, я снова и снова спрашивал себя: «Неужели это был сон… Неужели это был просто сон?»

Я смотрел на то самое таинственное место, пока перед глазами не появилась мутная пелена, однако меня заставили опомниться яркие солнечные блики, играющие и переливающиеся золотом в зеленой кроне дерева. Я покачал головой и огляделся. Вокруг были огромные поля изумрудного цвета, скалистые горы, которые то возвышались, то опускались к самой земле, серый, ничем не приметный, камень будто изрисованный кистью умелого художника цветом мха, и небо, которое, казалось, вот-вот укроет все вокруг — раньше я бы всего этого не заметил, но сейчас всё не так… Не тот это мир.

Я посмотрел в небо, и слёзы полились из глаз, словно серый дождь. Но я продолжал смотреть в бесконечность и мыслями рисовать Еву, ее образ, нрав и ясный взор. В душе теснится страх, и в сердце затаилась тоска… Неужели это был просто сон? Если так, то я его однажды забуду…

Со звуком ветра сливалось пение птиц, которые не чувствовали ни горя, ни разочарований. Они просто парили в небесах без каких-либо забот и прошлого. Я так завидовал этим прекрасным, беспечным и свободным созданиям! Вот бы взять и улететь вместе с ними, забыв обо всём! Но теперь я не узнаю самого себя. Ведь где-то в Скайлене остались Ева, Алекс, Кассия, друзья… Я бросил их там и выбрал свой мир, потеряв настоящую любовь. Однако я смог вернуть друга и прошлую жизнь… Наверное, я так и не смогу понять, поступил ли я правильно.

Content

Александр Морра
МЕЖДУ МИРАМИ

ПРОЛОГ

Глава 1. УЗЫ

Глава 2. НОЧЬ ПО СОСЕДСТВУ

Глава 3. ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ

Глава 4. ОБИТЕЛЬ СУДЕБ

Глава 5. ФОРТУНЭМ

Глава 6. ЧЕЛОВЕК, ОСТАНОВИВШИЙ ВРЕМЯ

Глава 7. ЕВА

Глава 8. ПЕЩЕРА МЕЖДУ МИРАМИ

Глава 9. СКАЙЛЕН

Глава 10. БЕЛОСНЕЖНЫЕ АНГЕЛЫ

Глава 11. БЕЗВЫХОДНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ

Глава 12. ЧАСТЬ ТВОЕЙ МЕЧТЫ

Глава 13. ЧЕРНЫЙ ЗАНАВЕС

Глава 14. СОНГ

Глава 15. ФОТОГРАФИЯ

Глава 16. НЕЗВАНЫЕ ГОСТИ

Глава 17. ЗАБЫТЫЙ СКРИТ

Глава 18. ПРИОБРЕТЕННЫЕ НАВЫКИ

Глава 19. ГОРЯЧИЙ ЧАЙ

Глава 20. ИГРА «РУКЕНДЖИ»

Глава 21. ДЕНЬ ОКОНЧАНИЯ ТРЕНИРОВОК

Глава 22. ПАТРУЛЬНЫЕ

Глава 23. ТОТ ЖЕ СОН

Глава 24. ТЕНИ ВИСЕЛИЦ

Глава 25. ВСТРЕЧА

Глава 26. УБЕЖИЩЕ

Глава 27. ТЕПЛЫЕ ИСТОЧНИКИ

Глава 28. СЕМЕРО

Глава 29. КАРНАВАЛ ТЛЕНА

Глава 30. СОЮЗНИКИ

Глава 31. ШТУРМ ВЕРХНЕГО ТРАКТУСА

Глава 32. СТРАЖ

Глава 33. СМЕРТЬ ВЕЛИКОГО МАГА

Глава 34. ОТПЕЧАТОК ЖИЗНИ

Глава 35. ТО, ЧТО НЕ ВЕРНУТЬ

Глава 36. ЖИВЫЕ КАРТИНЫ

Глава 37. ВЛАДЫКА ВЕРХНЕГО МИРА

Глава 38. НЕУЖЕЛИ ЭТО БЫЛ СОН?.