Шерстобитова Ольга Сергеевна

Соблазн для демона

Ольга Шерстобитова

Соблазн для демона

— Любава, да что же ты ее так тискаешь! Это метла, метла я сказала, а не твой очередной воздыхатель!

Ведьмочка, которой я сделала пятое за начало урока замечание, недовольно что-то буркнула, а потом все же злобно зыркнула и не удержалась — ответила легким сглазом. От такого на неделю покроешься сыпью. И никакого уважения к преподавателю! Впрочем, чего ждать от ведьмы? Характер тот еще! Горячий, непредсказуемый, вредный. Я — сама ведьма, знаю это наверняка. А уж если сила пока растет, и ведьма черпает ее из того, что вокруг, то характер лучше не станет. Моя вот магия замерла три года назад, стала внутренним источником. И вроде бы сдерживать эмоции я научилась, да только опыт, основанный на вредности, остался.

Поэтому сейчас… Нет, я не стала отвечать тем же, лишь позволила сработать одному из своих зачарованных амулетов. Он отразил сглаз и направил его против Любавы.

— Нечестно! — завопила она, осознав, что произошло.

— Если бьешь магией, умей и ответный удар держать! — назидательно заметила я.

Оглядела хихикающих ведьм, вцепившихся в метлы, подавила тяжелый вздох.

— Прекратить смеяться! Распустились! Тоже мне, волшебницы! Десять кругов над лугом! Взлетаем!

И чтобы эти новоявленные трусихи не попытались изменить мое решение, отправила каждой по капле силы. Магия подтолкнула и заставила их двигаться. Ругательства, которыми щедро делились со мной ведьмочки, теперь звучали над всей поляной.

И ведь год уже пытаюсь научить их летать, экзамены через несколько дней, а все равно… боятся!

К метле привыкаешь трудно, медленно. По себе знаю. В каждую из них вселяется особый дух, который выбирает хозяйку по непонятным критериям, поэтому и метла любой ведьмы обладает характером. Пока разберешься, пока сообразишь, что к чему…

— Сожгу!

— Испепелю!

— На прутики пущу!

Гнев ведьмочек-первогодок перекинулся с моей персоны на метлу. Я закатила глаза и фыркнула. Дурехи! Сколько не учи их, что с лаской и любовью нужно к метле относиться, договариваться с чужой магией, все равно считают, будто сила и угрозы подействуют лучше. Ничего, справятся! Уж я-то им спуска не дам!

Ведьмочки подпрыгивали на метлах, цеплялись за черенки, норовя упасть и переломать руки и ноги, безжалостно ругались, поражая меня разнообразием новых слов, и уже пошли на второй круг, когда между ними и мной возник омут портала.

Стандартную защиту призвала тут же, но она почему-то не выдержала потока силы того, кто шел мне навстречу, и лопнула. Испугаться я не успела, лишь завопила ведьмочкам, которые приближались:

— Назад!

Они-то, может, меня и послушались, но их летные средства — нет. С визгом и криком двенадцать недоученных ведьм шли на таран, грозя сгинуть в неизвестном и явно опасном портале.

Я сжала на запястье тонкий камень на нитке, призывая директрису ведьминской школы Марьяну. Самой мне портал ни открыть, ни закрыть, сил таких нет. Обычно в подобных ситуациях любая преподавательница создает защитный купол, призывает подруг, и вместе они закрывают прорыв, из которого часто ничего хорошего не приходит, одна нечисть… Но бывает и так, что портал обычный, такой Темный Властелин, к примеру, открыть может. И попробуй, перейди ему дорогу… Легче уж сразу утопиться! Этот же, появившийся внезапно, напоминая омут, грозил не пойми чем.

Я сосредоточилась, зашептала заклинания, вытягивая из себя нити силы, сплетая кружево для нового, более мощного щита. Навык, отточенный настолько, что среди ночи разбуди, не ошибусь. И… не успела всего чуть-чуть, самую капельку, когда из портала, словно пробка из бутылки, вылетел мужчина, и в него с размаху, восседая на злополучной метле, врезалась Любава. Мужчина рухнул к моим ногам, ведьмочки, словно управляемые одной непонятной силой, свалились на них в кучу.

— Что стряслось? — запыхавшаяся Марьяна спикировала вниз, спрыгнула с метлы.

Затем она оглядела стонущих ведьмочек, которые спешно поднимались и расползались в разные стороны, приходя в себя, и темноволосого мужчину под моими ногами. И метлу так покрепче сжала, свою известную шаровую молнию призвала и замерла, выжидая.

Мужчина мгновенно поднялся, огляделся.

— Огненная грань! Пламя древнего Аршуха! Как же я ненавижу ведьм! — от души выругался он.

— Но-но! Полегче, любезный… — ласково предупредила Марьяна, почему-то погасив боевую молнию и оглаживая свою гордость — косу до пят, переплетенную алыми лентами. — Кто такой? Как сюда попал?

— Какой симпатичный! — раздался голос Любавы.

Быстро она в себя пришла, однако. И уже успела сориентироваться. Моя школа! Хвалю!

— Красавчик! — поддакнула Злата, отряхиваясь и облизываясь.

Мужчина дернулся, но с места не сдвинулся. Крепкий орешек! Обычно, осознав, куда попали, незнакомцы тут же начинают искать пути к отступлению. Этот явно все понял, судя по словам, но сбегать не спешил. Забавный экземпляр. Смелый…

— Он — мой! Я первая его заметила!

— А я — сшибла!

— У тебя ведьмак уже есть, Рогнеда!

— Да он страшный, как кикимора болотная! А этот… загляденье!

Мужчина скривился и никак не прокомментировал высказывания ведьм. Хотя было видно, что ему очень хочется это сделать. А еще лучше — прибить всех ведьм на месте. Но он сдержался, и это было еще хуже, так как непонятно, что ждать от него дальше.

— Картинка просто! Загляденье!

— А какие мускулы…

— А глаза…

— Надо в баню позвать! Спинку потереть!

— Злата, моя очередь свои чары пробовать! Ты в прошлый раз варила приворотное!

— Кто же знал, что оно не сработает!

Ведьмы снова заспорили, забывая обо всем на свете. Я даже не стала вмешиваться, чтобы их успокоить. Вместо этого, не стесняясь, оглядела незнакомца, закутанного в черный, слегка потрепанный плащ. А ведь и правда, хорош! Фигура стройная, сильная. И сколько бы мужчина не старался спрятать под одеждой мышцы, все равно, даже в слегка мешковатом плаще, они обрисовывались на руках и в вороте торчащей рубахи. Волосы — черные, будто покрытые сажей. Мой Тимофей — ручной ворон и фамильяр, от зависти помрет, когда увидит.

Черты лица у мужчины резкие, немного грубоватые, но приятные. Глаза темные, словно мой котелок для зелий, дна в них не отыщешь. Губы — тонкие, обветренные.

И кто он? Умру от любопытства, пока узнаю!

Незнакомец поймал мой взгляд — и меня словно кипятком ошпарило. Дышать стало трудно, в груди сделалось больно, а ноги отказались слушаться. Неожиданная волна жара прокатилась по телу и схлынула, как ни бывало, оставив после себя странное послевкусие и четкое ощущение грядущих неприятностей.

— Кто таков? — приступила к допросу Марьяна.

— А поесть с дороги путнику предложить? Напоить?

— И спать уложить? — ехидно закончила директриса, на дух не переваривающая, когда кто-то пытается качать права. — Почему бы и нет! У меня суп с поганками как раз сварился, да из последнего склепа на окраине школы как раз сбежал опытный образец номер триста сорок два, местечко там уютное, спокойное… Самое оно для сна.

— Вот же… ведьма!

— Я вопросов дважды не повторяю, — напомнила Марьяна, показательно снова призывая молнию и держа ее наготове.

— Я — ваш новый преподаватель по боевой магии.

Я не сдержалась и рассмеялась. Еще один шутник нашелся!

— Смелое заявление! И почему я должна согласиться?

— А у вас много желающих? — не удержался мужчина.

Как же! Ведьму долго могут выдержать либо другие одаренные, либо суженый, остальные… Впрочем, история о том, как наша школа лишается одного за другим жаждущих обучать ведьм боевой магии, давно стала легендой, обрастая невероятными подробностями.

— Прошлый преподаватель не продержался у нас и трех дней, — спокойно заметила Марьяна.

— А он, между прочим, был темным магом! — добавила я, чувствуя странную слабость.

Неужели кто-то из ведьм наложил на меня сглаз или порчу, а я не заметила? Все равно ведь выясню, кто так постарался, и так отомщу… Но чужого вмешательства, вот незадача, я не чувствовала! Разве так бывает?

Мужчина вдруг откинул прядь волос за спину, дыхнул и… его глаза наполнились огнем! Ведьмочки завизжали, сбились в кучу и наставили на него свои метлы, решив, что так защищаться проще, чем магией, которая чаще всего их не слушалась.

— Демон! — пораженно воскликнула Марьяна, не веря своим глазам. Да и я тоже не сдержала удивленного возгласа.

Демоны весьма замкнутая немногочисленная, но сильная раса. Живут в княжестве, на юге граничащем с нашим королевством, и почти не посещают наши земли. Люди и маги к ним тоже не наведываются. Об их характере и чарах ходили самые противоречивые слухи, выяснять, насколько они правдивы, и нарываться никто не спешил. Это надо быть совсем ненормальным, чтобы пойти к тому, кто повелевает огнем и имеет дар призывать души из-за грани. Говорят, принц Тарнхандир Айзек Темное Пламя может и душу удержать в этом мире, когда она собирается уйти.

Так что вопрос, как демона занесло к нам, на территорию ведьминской школы, оставался открытым. Сдается, портал еще и направленным был, раз напоминал омут.

— Не устраиваю, значит? А Василиса говорила, вы рады окажетесь.

— Вас моя ученица прислала? — нашлась я, чувствуя, как пламя в его глазах окутывает меня, сжигает дотла.

Демон поморщился, с трудом сдержал рык, тяжело задышал и кивнул.

— Правду! — приказала Марьяна, неожиданно накидывая на нас троих купол и заставляя остальных ведьмочек стонать от разочарования и придумывать план мести.

Правильно, дело явно нечистое.

— Я пытался ее похитить, — скрипя зубами, сознался он.

— Зачем? — воскликнули мы с Марьяной, радуясь, что Василиса не подвела и наложила чары против вранья. Уж я потоки эти разгляжу, однозначно. Жаль, действует подобное заклинание всего пару часов, а потом сходит на нет. Слишком уж много сил требует. Впрочем, Марьяна за это время все у нежданного гостя выведает.

— Досадить Тангиру хотел.

— Темному Властелину? И что вы с ним не поделили? — удивилась я.

— Границы владений, — ехидно заметил демон.

Марьяна вздрогнула и заморгала. Я охнула. Вот нам только для полного счастья в ведьминской школе принца демонов не хватало! А то мало наши ведьмочки призывают всякой нечисти!

— Вы — Тарнхандир Айзек Темное Пламя? — все же уточнила я, кусая губы.

— Да. Можно просто Тарнх. Так что, должность преподавателя моя?

— С чего бы это? — усмехнулась Марьяна, придя в себя от шока.

Ох, что-то зачастили к нам правители. То Темный Властелин явился на соревнования с забегом на избушках на курьих ножках и случайно встретил суженую, которой оказалась моя ученица и подруга Василиса, то демон этот…

— Сомневаетесь в моей компетентности?

— Да просто… не хочу, — улыбнулась директриса.

Тарнхандир не нашелся, что сказать. Задумчиво покосился почему-то на меня. Сразу понял, что Марьяну не переубедить и прикидывал, как подступиться ко мне и попросить о помощи? Тогда почему смотрит так, словно съесть хочет? Уууу, демонюга проклятый! Сглазить, что ли? Пообнимается пару часов с ближайшим дубом, объясняясь ему в любви, думать станет лучше, а я… нервы успокою подобным зрелищем.

— Правду! Зачем вам, Ваше демоническое Высочество, преподавать у ведьм боевую магию? — припечатала я, решив не сдаваться. Наверняка же что-то скрывает!

— А на меня ваша… Василиса, в наказание заклятие наложила.

— И как оно звучит?

— Либо ты, демонюга проклятый, отправишься в ведьминскую школу, куда я открою портал, и станешь преподавать боевую магию, либо женишься на одной из ведьм! Вот тебе мое ведьминское слово нерушимое!

Он поморщился, будто объелся черной смородины, покосился в сторону ведьмочек, не спешащих расходиться и явно обсуждающих его персону. Впрочем, меня подобная перспектива тоже бы на его месте не впечатлила. От ведьмы так просто не отделаешься, одна из нас его жизнь точно в катастрофу сумеет запросто превратить. А разводов ведьмы не признают. Могут сколько угодно встречаться, крутить романы, ворожить, оттачивая мастерство, но если ведьма выберет пару… В общем, демона мне даже стало жаль. На мгновение.

— Да вы и недели не продержитесь! — взбунтовалась Марьяна.

— Я и месяц выдержу!

— Нет!

— Да! Все ведьмы пререкаются с правителями?

— Нашел чем пугать, — хмыкнула директриса.

— Спорим? — азартно предложил Тарнх.

Заключение сделок у демонов в крови, я слышала, но не думала, что и принц поддается подобному соблазну.

Марьяна удивленно приподняла брови. Тоже, похоже, не ожидала от наследника такой выходки.

— Если я не сбегу через неделю, то получу… ее, — и пальцем, идиот несчастный, на меня, главное, показал.

Я подумала-подумала и, не жалея чар, наложила порчу. Основательную, сильную.

— Не подействует, — отозвался этот поганец. — В моей крови течет огненная древняя магия. Ни приворотные, ни яды, ни сглазы, ни порчи не действуют. Только проклятья. Иногда.

То есть, Василисе повезло, что она справилась? Горжусь, однако! Про древнюю магию даже я не знала. Сдается, королевское демоническое семейство хранит этот момент от всех в секрете.

— А если проиграешь… — начала Марьяна.

Твою ж… Она это серьезно? Хочет согласиться? Но ведь ситуация у нас безвыходная. После того как Ядвига вышла замуж и уехала, в школе за год сменилось семнадцать преподавателей по боевой магии. Шестнадцать из них сбежали непроглядной ночью, забыв даже про оплату. Не выдержали ведьминского энтузиазма… Эх! Школа была для меня домом, а Марьяна — подругой и наставницей. Я не могла ей не помочь. Да и Тарнх… все равно же проиграет. Так что, по сути, ничего не теряю.

— То что? — с любопытством поинтересовался демон, в глазах которого заплясали чертята.

Придушить бы проклятого, да нельзя! А руки так и чешутся, так и жаждут устроить расправу, аж кипит все внутри!

— Будешь год у нас прислугой работать! — припечатала я, боясь фантазии моей директрисы. — Полы намывать, посуду чистить, пыль вытирать.

— И прощение у Бажены вымаливать, — усмехнулась ведьма, поняв меня правильно.

Ничего, потерплю с неделю, а потом… такую жизнь этому Тарнху устрою, навсегда дорогу к ведьмам забудет. Моим именем еще его детей пугать будут. Гарантирую!

— Жить где станешь? — поинтересовалась Марьяна. — На преподавательский этаж пустить не могу, ведьмы взбунтуются. К ученицам не подселю, иначе всю свою магию на тебе опробуют.

Это да. Ведьмы все такие, любят эксперементы. Где бы его спрятать?

Тарнх посмотрела на меня, усмехнулся.

— Даже не думай! Не возьму на постой! — тут же поняла я, куда ветер дует.

— А за хвост саламандры?

Вот откуда у него такая редкость? Волшебную ящерку единицы способны отыскать.

— Плюс к этому — лепестки жароцвета.

Я чуть не взывала от досады! И это где-то добыл! Волшебный цветок распускался во время песчаной бури в пустыне, обладал удивительными свойствами. Отыскать его почти невозможно, а выстоять против смертельного урагана, в центре которого он распускается, еще сложнее. Да и в руки он ни каждому давался.

Растение впитывало в себя жар солнца, его силу, потому и называлось так. Из этого цветка можно чудесное целительское зелье приготовить, смешав с живой водой. И настолько оно могучее будет, и почти умершего, спасешь! У меня еще прабабкин рецепт в заветной шкатулке лежит, да никак не могу опробовать.

— И пробирка моей крови, — добил демон. — Добровольно отдам.

То есть я еще и с защитными чарами поэксперементировать смогу. Кровь демона, отданная с его согласия, — безумно редкий ингредиент.

И что делать? Как же непросто быть ведьмой, кто бы знал!

— Если не согласишься, Бажена, то я… — начала Марьяна, предвкушая пополнение своих запасов редкостями.

— Соглашусь, — сдалась я.

Демон улыбнулся, будто в моем ответе и не сомневался.

— Тронешь меня хоть пальцем, такое проклятье наложу…

— А если сама попросишь?

— Да за кого ты меня принимаешь, высочество? — разозлилась я, решив не церемониться.

— За ведьму, — спокойно отозвался Тарнх. — Так значит, уговор?

И так спокойно из сумки вытащил сверток с обещанным. Готовился, что ли? Но даже если спрошу — не ответит. И понимай, как хочешь.

— Уговор, — ухмыльнулась я, забирая ингредиенты.

Марьяна как-то странно на меня посмотрела, прикусила губу, словно собиралась что-то сказать, но промолчала.

— Тогда показывай избушку, — улыбнулся Тарнх.

Я кивнула, радуясь, что пара на сегодня у меня была последняя, а значит, на несколько часов я свободна, успею и демона проводить до дома, и отдохнуть.

Марьяна сняла непроницаемый купол, напомнила ведьмам-ученицам, что им пора на занятия, а сама подхватила метлу и взмыла в небо.

— Как поселишься, Тарнх, ко мне загляни! — велела она.

Затем расхохоталась и полетела в сторону видневшейся за деревьями школы, а мы отправились в мою избушку.

Как мы ругались! Причем, если так подумать, причину ссоры никто из нас двоих вспомнить уже не мог. Только летели мои расписные глиняные горшки в сторону наглой ухмыляющейся рож… лица демона, да сыпались проклятья.

Тарнх, зараза такая, уворачивался, обладая какой-то изощренной способностью уходить от ударов.

— Ну знаешь, — возмутился он, когда посуда закончилась, и я подобралась к ведру с золой, — это уже слишком!

Мгновение — и Тарнх оказался рядом, откидывая подальше ухват, за который я успела взяться, решив оставить золу — как самое последнее средство для борьбы с демоном. Поди такого красивого его и черти испугаются!

Запыхавшаяся, злая, уставшая я прислонилась к стене. Тимофей, мой ручной ворон, осторожно выглянул из-за печи, где прятался последние два часа, пока мы с принцем громили мою несчастную старую избушку, укоризненно каркнул.

— И как он тебя терпит! — ехидно заметил Тарнх. — С таким-то взрывным характером.

— Пошел вон! — велела я, применяя магию и открывая взмахом руки дверь.

Демон, предсказуемо, не послушался, притиснул меня к стене, закрыл собой весь мир. Страшно почему-то не было. И у меня характер, я же ведьма, и у него… темперамент. Я бы удивилась, если бы мы не сцепились. Нам же только повод дай. Любой.

Тарнх рыкнул и, уже не скрываясь, явно наглея, прижался сильнее, опаляя дыханием щеки.

Демонюга проклятый! И похоже, не одна я почувствовала странное наше странное притяжение друг к другу еще там, на поляне. Впрочем, демоны все такие… любвеобильные, как я слышала. Удивляться, что уже оказалась в руках Тарнха и с трудом соображаю, не стоило бы.

В его глазах пылал огонь, грозя меня испепелить. За спиной неожиданно появились черные крылья, похожие на те, что имелись у летучей мыши, а фигуру стал окутывать дым.

— Ты что творишь! — возмутилась я, чувствуя, как крылья поднимаются выше, создавая своеобразный купол, и вокруг расползается темнота. Подозрительно уютная, невыносимо прекрасная, наполненная жаром.

— Сама напросилась, — прошипел он.

— А нечего доводить!

Мой голос напоминал комариный писк, но сдаваться я не собиралась.

Тарнх склонился ниже, снова обдавая теплым дыханием и не спуская с меня глаз. Пронзал взглядом, зачаровывал, сводил с ума… Нас обоих окутывал какой-то странный невидимый огонь. Он ощущался языками пламени, обжигал, вызывая бурю противоречивых чувств. Неизведанных, новых, опасных. И единственное, чего мне хотелось… призвать ледяной дождь, что я и сделала.

На меня он подействовал, а на принца демонов — нет. Тот зарычал, приподнял меня и вжал в стену. Его губы заскользили по шее.

— Ты… ты…

Он чуть прикусил кожу на ключице и тут же зализал укус. А ощущение такое — будто меня ударило молнией, и она рассыпалась, расползлась по коже и под ней. Тарнх заскользил руками по телу, но как-то нежно, даже бережно. Захотелось застонать, выгнуться и попросить… продолжения!

Поймав себя на последней мысли и, решив больше не рисковать, не просто призвала ливень, а заключила Тарнха в кусок льда. От поганок болотных подальше его, целее буду.

Тимофей каркнул и слетел вниз, усаживаясь ко мне на плечо.

Я покосилась на замороженного Тарнха — ничего, ему полезно, пусть остынет, подсушила одежду и вспомнила, что опаздываю на совет ведьм.

Оглядела разгромленную избушку, где валялись черепки и изрядно помятая сковородка, вздохнула. С уборкой придется повременить до вечера. Подхватила метлу, вышла из дома и взмыла в небо, отправляясь на заветную полянку.

Собрались уже все, включая Марьяну, ждали только меня.

— Успели поругаться? — поинтересовалась директриса, оценив мой потрепанный вид и гневно сверкающие глаза.

— Да я с него шкуру спущу!

— Не нужен, мне отдай, — предложила Рада, томно улыбаясь. — Уж я так приворожу…

— Обойдешься, — буркнула в ответ. — Демон мой, сама над ним издеваться стану.

Ведьмочки засмеялись. Видно, что им хотелось расспросить подробнее, но, Марьяна поднялась, и на этом разговор оборвался.

— Наступают дни, когда грань между потусторонним миром и нашим, станет слишком тонка. Сейчас отправимся усиливать защиту. На все возможные места прорывов стандартно поставим маяки. На ведьм сама наложу заклинания. Ни одна в течение недели не должна находиться после заката солнца за пределами своих домов.

— Думаешь, духи, если что справятся?

— Избушки находятся в самом безопасном месте, которое есть на территории школы. Шанс, что разрыв случится именно там, ничтожно мал. По метлам! — приказала Марьяна.

Мы дружно поднялись и растаяли в наступающих сумерках.

В избушку я возвращалась усталая и голодная. Перед глазами мелькали мошки, в горле пересохло. На метлу я даже не попыталась забраться. В таком состоянии я разве что только с нее свалюсь. Да и пронизывающий ветер не доставлял радости. Плюс к этому пошел мерзкий противный дождик, а сил накинуть даже мало-мальский щит от непогоды, не осталось. Вычерпала сегодня себя почти до дна, плетя защитные заклинания. Резерв полностью восполнится только к утру.

Избушка неожиданно встретила меня уютным светом в окошке и дымом из трубы. Я зажмурилась, глупо захлопала глазами и рванула, забыв про все на свете, в дом. И как я могла забыть про демона, которого там оставила!

Распахнула дверь, споткнулась о порог и свалилась. Осторожно приподнялась и все же не поверила глазам. Тарнх, одетый в черную рубашку и штаны с повязанным белоснежным (между прочим, еще моей бабушки!) фартуком замер с недонесенной до рта ложкой. От печи шли тепло и жар, в котелке что-то булькало и аппетитно пахло. В избе царил какой-то подозрительный и идеальный порядок. И даже ни одного куска от разбитых горшков не валялось.

За окнами громыхнуло, дождь усилился. Тимофей, сидевший на столе, поежился от сквозняка, а потом взлетел и сунулся к Тарнху, который все-таки опробовал свое варево.

— Не лезь, Тимка! Иначе я тебя в этот суп пущу, — фыркнул демон.

Я нервно сглотнула, наблюдая, как ворон послушался. А он у меня вредный… Еще и меня переплюнет! И Тимка… чтобы мой ворон согласился отзываться на сокращенное имя… Да в жизни не поверю! Этот демонюга его что, заклинанием приложил? Убью, крылатого, чтоб ему на болоте лягушек считать!

— Пообещал спалить за гнездо, которое этот паршивец свил в моих волосах, пока я находился в куске льда, — спокойно пояснил Тарнх, будто читал мои мысли. — К слову сказать, я одолжил у тебя настойку от простуды. Ненавижу холода!

Я посмотрела на Тарнха, потом на Тимофея, все еще кружившего по комнате, на котелок, в котором варила зелья.

— Другой посуды не было, — правильно понял мой взгляд демон. — Горшки завтра добуду, сковородку выкинул. В нее попало какое-то зелье, я обнаружил три дырки.

Я не ответила, все еще пребывая в легком шоке.

— Ты подниматься будешь или так и останешься там? Дует, между прочим! — заметил Тарнх.

Сил, чтобы совершить это простое действие, у меня уже не осталось. Я даже ползти не могла.

Тарнх задумчиво оглядел меня, потом убрал ложку и подошел. Закрыл дверь, щелкнул пальцами, создавая побольше светлячков, а потом рывком поднял. Я не удержалась на ногах, и он удивился еще больше.

— Даже боюсь спросить, чем ты там занималась со своими подругами. Неужели шабаш устроили?

— Не твое дело, — огрызнулась я.

— А если — мое?

И голос такой вкрадчивый, обманчиво-мягкий.

— Бажена, не глупи. Кто из тебя столько сил вытащил? И капли-то не осталось.

— Мы защиту устанавливали. Грань между мирами станет тонка на неделю, может полезть всякая гадость, — устало пояснила я, решив, что теперь он точно отстанет, а я доберусь до вожделенной кровати и в нее рухну.

Тарнх, по-прежнему удерживая меня одной рукой, неожиданно взял второй за подбородок, заглянул в глаза, а потом… Я даже не успела испугаться, когда он дыхнул в лицо огнем. Тот, что странно, не обжег, а согрел и растекся жаром по венам. Он что, поделился силой? Демон-то? Мне казалось, я уже разучилась удивляться.

Выпустил из объятий, отошел к столу, как ни в чем не бывало.

— Ужинать будешь? Я приготовил.

— И яду добавил? — не смогла удержаться я, чувствуя, как ко мне возвращается хорошее настроение.

— Вместе с приворотными, — хмыкнул он. — Глядишь добрее станешь. Надо же… в лед меня заковала! Вот же…

— Ведьма я, ведьма! — напомнила ехидно.

Ссориться ни мне, ни ему не хотелось. Понятное дело, у каждого буйный темперамент. Ведьма и демон — страшнее и не придумаешь смеси. Это вообще за гранью.

Тарнх же отошел к печи, сноровисто вытащил котелок с супом. Тимофею выловил кусок мяса и снова посмотрел в мою сторону.

— Боишься, что не съедобно?

— А принцев учат готовить?

Тарнх пожал плечами, достал с полки тарелки. Я подошла к нему, понюхала похлебку, и в животе сразу заурчало. Пока Тарнх разливал суп, я нарезала хлеб, достала травы и заварила чай, а потом обернулась, заглянула к нему в глаза:

— Спасибо.

— Не принимается, — спокойно отозвался демон, усаживаясь за стол и придвигая к себе тарелку.

Вот… зараза! Знает же, что за любой глоток силы нужна благодарность, иначе она по мне ударит! А Тарнх поделился со мной еще щедрее, не глотком…

— Ты издеваешься?

— За силу демонов платят желанием, — заметил он.

Котелок с ароматно пахнущим супом на его голову опускать было жалко.

— Я, между прочим, не просила.

— А я — не спрашивал.

Р-р-р! Покусаю гада крылатого!

— И чего ты хочешь? — с благодарностью не шутят.

И хоть всю вредность на демона я сейчас изведи, да толку мало выйдет. Все равно придется выполнять его желание.

— Сарафан сними.

Что?

— А может, я просто Тимофея попрошу тебя по лбу клюнуть?

— Снимай, я сказал! Это мое желание. И до утра не оденешь.

Противиться приказу того, кто восполнил мой резерв больше чем на половину, я не могла. Древняя магия, чтоб ее! И главное, до рассвета я к демону даже свою силу применить не сумею. Проклятые законы! Но не сбегать же из-за этого из родной избушки!

Руки уже действовали сами, подчиняясь, скидывая тяжелый мокрый сарафан. Я осталась в одной короткой рубашке по колено и зло покосилась на Тарнха, который, не стесняясь, меня рассматривал.

— Что теперь? Любоваться станешь?

— Не без этого. Сдается, век не нагляжусь на тебя, Бажена.

Голос его звучал без издевки, поэтому я вздохнула и осторожно села за стол. Ужинали мы молча. Похлебка оказалась на удивление наваристой, ароматной и сытной. Рецепт, что ли спросить? Хотя от любопытства, где демон научился готовить, я почти не знала, куда деться. Впрочем, он же воин, судя по тем рассказам, что о нем слышала. Наверняка и в походах бывает, а там все сумеешь, научишься, если придется. Как иначе выжить?

Непогода за окнами усилилась, а в избушке было тепло и уютно, вкусно пах чай, копошился на печи Тимофей, облокотился одним плечом о стену демон. Я задремала прямо на стуле, хотя такое случалось редко. Сквозь сон почувствовала, как Тарнх поднял меня на руки, понес к кровати. Заворочалась, с трудом открыла глаза.

— Все равно моей будешь, Бажена.

— Да с какой стати?

— Чуешь же, нас словно огнем окутывает.

— Могу снова в сугроб превратить, если боишься не сдержаться и поддаться инстинктам, — зевнула я, не пытаясь оспорить главное — тяга друг к другу, действительно, никуда не делась, еще и усиливалась. Или кажется? Не разобраться.

— Да причем тут инстинкты? — устало спросил Тарнх. — Нравишься ты мне. С первого мгновения готов был это признать. И раз уж зацепила, я не сдамся. Моей будешь. Моей…

— Мечтай-мечтай…

Вопрос, когда перестану противиться искушению ощутить его ласки, для меня оставался пока без ответа.

— Ты как тот волшебный жароцвет — в руки не даешься. Но я настойчивый, не отступлюсь.

— Да зачем я тебе? Для коллекции?

— Кто-то верит в слухи обо мне? — улыбнулся он, задумчиво поглаживая мою щеку и обводя контур губ.

Я фыркнула и даже не пошевельнулась. Разморило что-то…

— Я дам тебе время привыкнуть ко мне, Бажена. Это единственное, что могу обещать.

Кто-то из нас слишком самоуверенный… Ничего, перевоспитаю. Уже успешно сегодня начала, завтра продолжу.

Тарнх погасил огоньки, скинул одежду и забрался ко мне под одеяло. Я попыталась вскочить, но демон рассмеялся и не позволил.

— Мы так не договаривались.

— Мы договаривались, я тебя не трону, пока не попросишь.

Притянул еще ближе, обнял так, что я забыла обо всем на свете.

— Спи, ведьмочка.

В любой другой раз я бы показала ему, где прячется лихо, но сейчас… безумно хотелось отдохнуть. И я просто закрыла глаза, уплывая в сон.

Утром я проснулась на удивление отдохнувшей и бодрой. Выпуталась из объятий Тарнха, стараясь не глядеть, как он соблазнительно выглядит — растрепанный, горячий, все еще не отошедший ото сна, засобиралась.

— И куда так рано? Только светает, — зевнул он.

— Травы собирать! Звездчатка лишь после дождя и расцветает. Как солнце поднимется, уже не отыщешь, — сообщила я очевидные вещи, натягивая поверх рубахи сарафан. Впрочем, демон вряд ли разбирался в травах, судя по растерянному и задумчивому выражению его лица.

Я подхватила корзину, отыскала ножницы и ножик.

— Я с тобой, — неожиданно заявил Тарнх.

— Зачем? — удивилась я.

— Никогда не собирал травы. Интересно же! Мешать не стану, только посмотрю, помогу может чем…

Хм…

Я махнула рукой и не стала спорить. Некогда! И так чуть не проспала.

— Плащ и обувь, — напомнил он, быстро одеваясь.

— Без надобности, не простыну. Ведьмы по утрам сил набираются от природы, холода не чуют.

Тарнх озадаченно почесал макушку, собрал волосы в хвост на затылке и натянул на себя сапоги и плащ. Затем отобрал у меня корзину, покосился на метлу, которую я поглаживала, распахнул двери. Тимофей, недовольно каркнул от холодного воздуха — все же весна за окнами, не лето, нахохлился и остался на печи.

На крыльцо мы с принцем демонов вышли вместе. Я уселась на свое летное средство, подождала, когда Тарнх обхватит меня за талию.

— Держись крепче! — велела я. — Надо торопиться! Путь неблизкий.

И взмыла в воздух, не дожидаясь ответа. Только ветер и засвистел в ушах. Есть в таких полетах ранним утром своя особая прелесть. Воздух словно наполнен магией. Волшебство так и плещется через край! И душа отзывается, поет… Я летела, подставляя лицо холодным порывам, вдыхая и наслаждаясь. Внизу мелькали темные пятна деревьев, лентой вилась река. К заветной полянке, о которой не знал никто, кроме меня, мы уже приближались, когда метла взбрыкнула и замерла на окраине леса.

Ничего, дойду!

— Это было незабываемо, — тихо сказал Тарнх, когда я спрыгнула на землю, вдыхая душистые травы.

Я улыбнулась в ответ, прислонила метлу к ближайшей березе и пошла, осторожно раздвигая траву и цветы, к центру поляны. Звездчатка только распустилась. Маленькие, словно сделанные из хрусталя, цветочки, сияли и благоухали. Я забрала у замершего Тарнха корзину, опустилась на колени и поставила ее под соцветия. Вскоре те начнут опадать, и не растаят, коснувшись земли, а останутся в корзине.

Демон смотрел на них, как зачарованный, а я тем временем отправилась собирать другие травы, наслаждаясь единением с природой. Отрезала аккуратно, связывала в пучки, складывала на другой край корзины.

Я уже заканчивала, наблюдая, как с куста звездчатки падает последний цветок, когда из-под земли в шаге от меня вылез огневик. Простой алый цветок-колокольчик — проклятье всех ведьм. Он затмевает разум, заставляя колдовскую суть вырываться наружу. И нет от него спасения! Ни эликсиры не помогут, ни зелья. Оттого и используют огневик против нас маги да люди. Одна радость — встречается запредельно редко, наделенный чарами цветок путешествует под землей, а выползает, где захочет.

Мне просто не повезло.

Резко обернулась, уставилась на принца демонов.

— Тарнх, уходи! Беги и прячься!

Он посмотрел на меня, перевел взгляд на огневик.

Жар уже полз по телу, давил. Я скинула сарафан, тяжело задышала.

— Беги! И не заходи на поляну, пока сила не уймется! Я щит поставлю, который не сниму в таком состоянии.

Он нахмурился еще больше и… с места не сдвинулся. Хотя об огневике явно слышал, раз не стал расспрашивать.

— Идиот! — прошипела я, собираясь наложить на упертого демона заклинание и выпихнуть с поляну любой ценой.

Начала шептать заветные слова, сбилась…

Не успела.

Сознание поплыло, тело стало легким, невесомым. Я потянулась и скинула рубашку.

Тарнх выдохнул, и я поймала его жадный взгляд. В такой момент, как сейчас, наполненная силой, зачарованная цветком, я не соображала, что творила, подчинялась магии огневика, поэтому просто подошла к Тарнху, провела рукой по плечу, предвкушающе облизнулась и спросила:

— Раздеться не хочешь?

— Ты под действием чар, Бажена, — тихо напомнил он. — Я себе не прощу, если у нас все случится… так.

И неожиданно взмахнул рукой и — засиял над поляной непроницаемый купол.

— Дважды идиот! Когда рядом с огневиком находится ведьма, если применить любую силу, вся магия на время замрет. Теперь нам двоим не выбраться, пока чары не исчезнут! Мы заперты!

— Я знаю, — спокойно ответил Тарнх и остался стоять.

Сладость огнецвета ощутилась вдруг ярче, сильнее. Я улыбнулась, скинула с демона плащ. Тарнх тяжело дышал, но не двигался с места. Я потерлась о его рубашку, застонала, оплела руками…

— Погибель ты моя, — тихо заметил демон.

Почему же тогда не ушел? Был же шанс!

— Ты красивый, демон. Очень.

Если ответит, то остановиться мы не сможем.

Вдох. Выдох. Рваный, тяжелый, обжигающий. И тишина.

Ну надо же! Даже не пытается воспользоваться ситуацией. Я погладила его по щеке и поцеловала в чуть распахнутые губы. Стянула рубашку, ощупала всего, обласкала губами и языком, чувствуя, как плавлюсь от его вдохов. Тарнх не двигался, замер, в глазах бился огонь. Он не просил остановиться, продлевая свою и мою пытку, и не молил о продолжении.

Терпел. Зачем только? Не ожидала такого благородства от демона.

Я отступила, пытаясь справиться с магией огневика и понимая, насколько это бесполезно. Шагнула в густые травы, разлеглась и перекатилась, собирая росу на кожу. Она не снимала чары, но гасила их, частично забирала, позволяя моей ведьминской силе понемногу отступать. В росе, в каждой капле, сверкала чистая и совершенно другая сила. Жаль, она так мала, и мой жар не уймет. Я провалилась в забытье, где царил лишь огонь и непроглядная ночь, даже реальность исчезла.

Солнце поднялось высоко, когда я пришла в себя. Медленно села, оценила дикий взгляд Тарнха, замершего на краю поляны, потянулась к рубашке и поползла… От него, конечно, такого пламенного.

— Одевайся! — хрипло приказал он. — Я с тобой вечером разберусь.

И… отвернулся.

Боясь нарваться на разъяренного демона, который чудом выстоял в то время, когда на меня действовал огневик, я не стала спорить и уточнять насчет угроз. Оделась, скрутила волосы в узел, подхватила корзину и пошла к метле. Тарнх молча последовал за мной.

Ой, что будет… Плохо будет. Однозначно. Кто бы знал, как мне стыдно! И вроде бы понимала, ни чем не виновата, а прощения у демона попросить безумно хотелось. Чтобы я еще раз отправилась с кем-то в лес!

Марьяна встретила нас на крыльце моей избушке, взволнованно постукивая метлой. Оглядела меня, потом Тарнха, удивленно приподняла брови.

— Думала, он сбежал, а ты…

— Звездчатку отправилась собирать, а там огневик вылез, — тихо ответила я, объясняя свое отсутствие, и нырнула в избушку.

Тошно-то как… Эмоции схлынули, остыли, оставляя горькое послевкусие.

— Если тронул… — послышался голос Марьяны.

— Да устоял, твою ж… огненную бездну!

— Тогда жду на занятиях! Немедленно!

Марьяна стукнула метлой, взмыла в небо, а Тарнх спустился с крыльца и отправился в сторону школы.

Я вздохнула, привела в порядок волосы, переоделась, быстро развесила травы, чтобы не завяли до вечера и пришли в негодность, и отправилась на занятия. И так с этим огневиком столько времени потратила!

На парах я нещадно гоняла ведьмочек, не обращая внимания на стоны и жалобы. Проклятия, сглазы и порчи никого не пугали, вошли в привычку. Пыталась забыться, успокоиться, не помнить ни горячих мышц, перекатывающихся под моими ладонями на той поляне, ни сумасшедшего взгляда демона. Выматывала себя, но когда уже закончила занятие и отпустила ведьм, случайно увидела, как на соседней площадке появился Тарнх — собранный и сосредоточенный, и забыла про все на свете.

Мне не было слышно, что происходило за легким защитным куполом, но на ведьмочек, бросающих взгляды на нового преподавателя, хотелось наслать парочку проклятий. А когда они принялись призывно улыбаться, облизываясь и окружая Тарнха…

— Интересно, сколько выдержит? — полюбопытствовала Марьяна, незаметно оказываясь рядом.

Ответ на вопрос мы получили через пару минут. Демон скинул плащ на землю, закатал рукава, словно собирался драться, рявкнул и… ведьмочки испуганно, сшибая друг друга, стали строиться.

— И что же он им такого сказал, раз с первого раза послушались? — удивилась Марьяна.

Я наблюдала, как Тарнх создал огненный шар, швырнул тот в купол. Ведьмочки следили за представлением, синхронно вздохнули.

Тарнх предвкушающе улыбнулся и что-то спокойно сказал. Ведьмочки взвизгнули от восторга и принялись учиться создавать шары.

— Какой… подозрительный энтузиазм, — снова прокомментировала ситуацию Марьяна.

— Так еще и выиграет спор, — буркнула я.

Директриса развернулась ко мне, задумчиво осмотрела и осторожно сказала:

— Осмелюсь дать тебе совет, Бажена.

— Какой?

— Вне зависимости от того, выиграешь или проиграешь, просто… насладись. Вреда ведьме от такого мужчины, — она кивком показала на демона, который бродил среди ведьмочек и раздавал указания, помогал и подсказывал, — не будет. Только польза одна. Тебе же он нравится, не так ли?

— Нравится, — созналась я, вспоминая, как Тарнх проявил благородство и не воспользовался ситуацией на поляне.

— Так что тебя держит? Гордость?

— Самой бы понять…

Марьяна по-доброму усмехнулась, перевела взгляд на Тарнха. Его занятие подошло к концу, ведьмочки выстроились в ряд, как-то предвкушающе замерли.

Я напряглась, Марьяна замерла, с любопытством поглядывая на принца демонов. Тарнх прошелся вдоль ряда, как восточный султан, выбирая наложницу на ночь, остановился возле одной из ведьмочек, притянул к себе и слегка коснулся губ.

Тут же отодвинулся, зло выдохнул и скривился так, будто обжегся.

Как я оказалась рядом с ним — не помню. Вот вроде бы только что стояла возле Марьяны, а теперь — уже возле Тарнха. Налетела на демона сразбегу, заколотила руками по плечам, оплела силой…

— Ну дела… — послышался голос кого-то из ведьм.

— Кто наложил приворот? — раздался спокойный голос Марьяны, не предвещавший ничего хорошего.

Тарнх неожиданно крепко сжал меня в объятьях, успокаивая, и нежно поцеловал в макушку.

Я вздрогнула, всхлипнула и прошептала:

— Не было приворота, Марьяна. Я бы почувствовала.

Попыталась выбраться из объятий демона, но разжать руки не получалось, сила не давала, требуя удержать «свое».

— Значит, истинная пара…

— Да, — ответил Тарнх и погладил меня по волосам.

— И давно осознали, Ваше Высочество?

— Когда отдал Бажене часть силы. Огонь демона опалит любого, кроме суженой. А сейчас… получил подтверждение.

Я попыталась ослабить хватку, вырваться, сбежать…

— Марьяна, мы пойдем, наверное. Темнеет уже…

Директриса хмыкнула, отпустила и нас, и столпившихся и обсуждавших очередную сплетню, ведьмочек.

А я все же выпуталась из объятий Тарнха, попятилась.

Ужас! Понять вот так, кем он для тебя является! И как я не заметила знаков? Этого странного с первого момента встречи притяжения, собственного отклика, взявшегося из ниоткуда желания…. Да и на поляне сегодня утром Тарнх не ушел, так как все равно бы не спасся. Одурманенная чарами огневика, я бы отправилась следом, догнала бы… В тот момент я точно была сильнее любого демона!

— Жароцвет ты мой, давай-ка дойдем до избушки и поговорим. Если уж так сильно сердишься, что не поведал правду, то я горшков для печи новых купил. С запасом. Хоть все перебей.

Я сделала еще один маленький осторожный шажочек от него, призывая метлу.

— Ты с самого начала это понял… Ты… не сказал.

— Надеялся, привыкнешь ко мне, примешь… Прости, — в голосе демона звучала глухая тоска и какое-то отчаяние.

Он сделал шаг в мою сторону, и я сорвалась с места. Метла послушно отозвалась, появилась рядом. Я оказалась на ней мгновенно, взмыла в небо. Бежать хотелось безудержно, без оглядки. И вроде бы понимала, это эмоции затмили разум, но остаться не могла. Не сейчас.

Все еще не верила. Не осознавала. Не хотела… чтобы все случилось так. Знала, когда-то встречу своего единственного, но готовой к такому не была.

Слезы катились по щекам от той бури чувств, что я испытывала, разогналась метла, оставляя позади весь мир, ветер спутал волосы, коснулся холодом.

Когда мир стал распадаться на кусочки, я не сразу поняла, что происходит. Разрыв пространства… он всегда такой. Только что перед тобой сумрачное небо, которое ласкают последние лучи заходящего солнца, а потом неожиданно вспыхивает черная клякса, расползается, растекается… И открывается воронка, начинает лезть пакость. На этот раз из разрыва выскочило два огромных волка. Черные, с горящими алыми глазами. Метла увернулась от прыжка первого зверя, неудачно врезалась в ближайшее дерево, и я скатилась на землю.

Огненный шар создала быстро, одновременно накидывая защитный купол. Первый зверь снова бросился, я швырнула в него огонь и… волк его проглотил! Метелочка моя дорогая, это вообще кто? И как его убить? Шар лишь на мгновение задержал, а теперь… вся надежда на защитный купол! И других ведьм не призовешь, погибнут.

Оба зверя оскалились, прыгнули уже разом. Защита затрещала и рухнула. Я уперлась спиной в ствол, чувствуя, как дрожат колени и бешено стучит сердце. Паника охватила меня всю. Бежать было бесполезно, метла уже не поднимется в воздух, магия ведьмы на этих монстров не действует.

Стиснула зубы, создала еще один огненный шар. Я не из тех, кто хочет умирать. Буду бороться до последнего!

Промазала. Еще бросок, следующий… Волки глотали огонь, уворачивались, выматывали меня. И вскоре я оказалась беззащитна. Звери почуяли, бросились вместе, я зажмурилась, понимая, что уже не спасусь. Когда меня подняло в воздух, а потом швырнуло на дерево невиданной силой, я не сразу осознала происходящее.

Глаза Тарнха, каким-то немыслимым образом оказавшегося рядом, пылали огнем. Я даже порадовалась, что из разрыва вынырнули волки, а не разъяренный демон. Очень уж принц был страшен в своей ярости.

— Только посмей отсюда слезть, — пригрозил он, отпуская и случайно задевая крылом ветку. Посыпалась листва и веточки, но я не обратила на это внимания.

— Тарнх…

— Пощады потом тогда точно не жди, — предупредил демон, отпуская мое плечо.

И, расправив крылья, оттолкнулся, взлетел, шепча какое-то заклинание и вытаскивая из воздуха меч. Рухнул вниз, всадил оружие в землю. Маленький участок, на котором все еще носились волки, окружило кольцо огня с темными всполохами. Волки попробовали его миновать и не смогли.

И как принц это сделал? Любопытство не давало покоя.

Я чуть свесилась и вгляделась в меч, заметив, как на том светится древняя печать повелителя пламени. Откуда у Тарнха такая редкость? Где добыл? И даст ли рассмотреть, вот что важно!

Звери замерли, принюхались, явно пытаясь оценить соперника. Умны… И осторожны. Демон — не беззащитная шокированная ведьма, которая не особо владеет боевыми заклинаниями.

Сам же принц демонов вспыхнул настоящим живым огнем, зашептал заклинания, вытянув руку. Прорыв затянуло мгновенно, но передышки Тарнх не получил. Волки бросились разом и… развеялись в сгустках темного пламени, которые швырнул в них Тарнх.

Я сидела ни жива, ни мертва, вцепившись в дерево, не пытаясь унять колотящееся сердце. Поляна покрылась пеплом, огонь медленно угасал.

Тарнх взлетел резко, быстро, мгновенно оказался рядом. Сейчас начнет язвить, сыпать гадостями, читать наставления…

Я не угадала. Демон притиснул меня к себе так, что страх неожиданно ушел, словно жар, исходящий от мужчины, его прогнал. Принюхался, лизнул воздух, удовлетворенно рыкнул, а потом опалил своим дыханием мои губы и впился поцелуем. От неожиданности я его укусила и тут же застонала, не выдержав огня самого желанного мужчины на свете. И нет, не сдалась, уступила… Тарнх только что спас мне жизнь, и теперь брал свое по праву. Оплетал силой, прикусывал мои губы, до боли сжимал в руках. Оказывается, звезды можно увидеть, не смотря в небо. Достаточно сияния любимых глаз…

— Жароцвет ты мой, — вкрадчиво-мягко начал Тарнх, когда я перестала дрожать, но все еще приходила в себя, — ты почему не кричала и не звала на помощь?

И так зло на меня уставился. Будто это я была виновата в случившемся прорыве.

— Ну знаешь ли…

— Правду! — рявкнул Тарнх. — Иначе ты с этого дерева не слезешь!

— Я не успела.

— И заклинания черного огня не стала использовать по той же причине?

Я помялась и созналась:

— Не всем ведьмам везло с преподавателями по боевой магии.

— То есть… не умеешь, что ли? — поразился Тарнх.

Кивнула. Щеки от стыда и смущения горели. Но разве ему такому не сознаешься во всем, что пожелает?

Демон выдохнул, наклонился чуть ниже и спокойно так заметил:

— Научу.

— Заклинаниям по боевой магии? — просипела я.

— Не только им.

— А чему еще?

Этого вопроса Тарнх ждал, улыбка предвкушения скользнула по его лицу, сообщая, что даже сбежать не получится.

— Кричать научу, ведьма.

— Чего? — оторопела я.

— Меня как зовут? — поинтересовался он.

— Тарнх.

— Прекрасно! Полдела сделано, мое имя ты помнишь.

— Ты надо мной издеваешься? — все же уточнила я, чувствуя, как начинаю злиться.

— Думаешь, просто так целовал?

Я глупо моргнула.

— Ах да… Вы же ведьмы все эликсирами да зельями пользуетесь. Демоны в этом плане практичнее. Я с поцелуем вложил оповещательное заклинание, закрепил — избавиться даже не пытайся, сразу узнаю, и ничто тебя от свадьбы не спасет.

— Какой свадьбы? Демонюга ты проклятый! Ты с ума сошел!

— То есть за чары мы не сердимся? — вкрадчиво поинтересовался Тарнх.

— Ты… ты…

— Осталось только научить тебя кричать мое имя. Впрочем, за ночь управлюсь.

Я подумала-подумала и наложила на него порчу.

— Да не действует на меня, ведьмочка, — коварно напомнил демон. — И горшки для готовки в доме.

То есть кто-то пытается напомнить мне, что я — беззащитна?

Тарнх оборвал все мои мысли до последней, просто прижавшись и найдя мои губы. Вырываться было бессмысленно, только силы терять. И я ответила на его поцелуй, пробуя на вкус желанные губы, падая в бездну, вдыхая аромат моего мужчины.

— Вы спускаться собираетесь? Случилось еще два прорыва! — раздался снизу встревоженный голос Марьяны.

Я вывернулась из рук Тарнха, покосилась на директрису с двумя преподавательницами, стоящими возле дерева.

— Бажена не пойдет. У нее метла сломана. Но я вам готов помочь.

— Ты же наверняка можешь ее починить! — возмутилась я.

— И позволить тебе рисковать? — поинтересовался демон.

— Тарнх…

— Хочешь переубедить? — хитро поинтересовался он.

— А это реально?

— Спать с сегодняшнего дня будешь раздетой.

Почему-то вместо того, чтобы возмутиться, я покраснела. Правда, тут же опомнилась и наложила парочку сглазов. Те, конечно, не действовали, но… нервы успокаивает, знаете ли.

— Согласна?

— Да.

Мы спустились. Под слегка ехидным взглядом Марьяны и встревоженными — Дарины и Красавы, подошли к центру поляны.

Тарнх вытащил меч, я призвала поломанную метлу. Одно прикосновение лезвия, которое, я теперь точно знала, создано при помощи древних чар, — и метла стала прежней. Даже прутики пригладились. Я крепко обняла свое сокровище, старательно пряча улыбку, но долго наслаждаться не получилось. Марьяна отдала распоряжение нам с Тарнхом проверить западную часть территории школы, а потом направиться в восточную. Нежить, что вырвалась на свободу, уже уничтожена, а разрыв ведьмы закрывали при помощи древних амулетов, напитанных силой из мощных источников.

На западе, когда мы с Тарнхом долетели, было спокойно и тихо. Я проверила маячки, убедилась, что они все в рабочем состоянии. Мы отправились на восток, когда за крышами ведьминской школы полыхнуло зарево. Я развернула метлу, бросилась на подмогу.

Марьяна, судя по впалым глазам, из последних сил сдерживала щит. Ведьмы-преподавательницы и ученицы с последнего курса бились с нежитью. Часть из них была ранена, но в целом, ведьмочки держались.

Тарнх не спрашивал ни о чем, спрыгнул с метлы, расправил крылья.

И был снова меч, воткнутый в землю. Темное пламя. Отступившие ведьмы, с огромными от удивления глазами смотревшие на принца демонов.

Он бился с нежитью, сокрушая ее своей силой, защищая нас… ведьм, а вместе с нами — и мир. А разрывы вспыхивали, как назло, один за другим. И амулет с трудом с ними справлялся.

Марьяна очнулась первая, шагнула и отдала Тарнху почти весь свой резерв. Следом, словно заколдованные, потянулись другие ведьмы. Молча, спокойно, решительно. Я подошла к Тарнху на рассвете. В тот момент, когда его силы растаяли, а последний прорыв, из которого еще не повалила нежить, необходимо было закрыть. Амулет уже не действовал, угас. Молча положила руки ему на плечи, влила золотистым ручейком силу.

Вскоре небо стало спокойным, замерцал защитный восстановленный купол, а Тарнх устало опустил меч и выдохнул.

— Марьяна, почему вы, ведьмы, защищаетесь сами? У вас же элементарных боевых навыков нет!

— Так кому нас защитить? — тихо спросила директриса.

— Демонов позовите, темных колдунов…

— Не идут они, — устало ответила одна их преподавательниц. — Боятся…

— Да неужели прямо все?

— Те, кто соглашается, требуют непомерную цену.

— И лучше…

— Смерть! — ответила одна из ведьм, а остальные эхом подхватили.

Тарнх оглядел нас, испуганных, измученных кровавой ночью, почти лишенных сил и… нет, не сказал, приказал:

— Списки тех, кто требовал в качестве платы ведьму, должны быть у меня сегодня к обеду. Вам ясно, Марьяна?

Она сощурилась, но потом неожиданно кивнула.

— На время прорывов вам станут помогать демоны, я свяжусь с отцом.

— Цена? — хмуро уточнила директриса.

— У вас преподает моя суженая. Если с ней что-то случится…

Он не договорил, но Марьяна вдруг стала серьезной, глаза у нее потемнели. Ох сдается, собралась на меня надеть десятикилограммовую защитную кольчугу, хранящуюся в подвале с незапамятных времен.

Ааааа! Мне сразу сбегать или попытаться переубедить? Ведь никто не осмелится возразить Марьяне.

Тарнха, впрочем, она рассматривала долго, словно пытаясь в чем-то разобраться, потом кивнула, отступила.

— После ужина вы все должны быть на полигоне для занятий по боевой магии, — добавил Тарнх.

— Зачем? — пискнула Дарина, самая юная из нас, преподававшая всего год.

— У вас в школе теперь есть преподаватель по боевой магии. И я намерен научить ведьм держать удар и защищаться.

— Но…

— Да новорожденный демон справиться с любым чудищем лучше, чем ведьмы вместе! Вы прорыв без амулетов закрыть не можете! — рявкнул Тарнх.

— Демон, а не слишком ли ты…

Тарнх обернулся ко мне, шагнул, наклонился и напомнил:

— Кое-кто мне что-то должен.

Я фыркнула, решив игнорировать эти неприличные намеки.

— И так, жду весь преподавательский состав в условленном месте после ужина. Ведьмы, которые хотят дополнительно тренироваться, тоже могут прийти.

— И что, снова пообещаете лучшей из нас поцелуй? — кокетливо уточнила Ровена.

— Нет, — опередил мою волну ревности Тарнх. — Я признал свою пару. К другой женщине даже не смогу прикоснуться.

На этом разговор оборвался. Ведьмочки поблагодарили Тарнха за помощь, отправились набираться сил и готовиться к занятиям, а мы с демоном уже как-то привычно сели на метлу и отправились в избушку.

Пока я доставала чистую одежду, заметив, что рядом с моим сундуком появился еще один, (демон точно обживался в моем доме), Тарнх при помощи амулета связи, редкого и дорогого, отправился к окну общаться с отцом. Разговора я не слышала, вынырнула из избушки, решив не мешать, отправилась к озеру, что было неподалеку, мыться. Обычно я ходила сюда, когда становилось достаточно тепло, не желая тратить много сил на поднимающее температуру заклинание, а в холодное время года использовала обычный таз и ведро с водой, отгородив ширмой дальний угол за печкой. Тарнх, судя по всему, быстро освоился и разобрался, иначе бы я не обнаружила его полотенце рядом со своим. Впрочем, чего я ожидала? Он же теперь со мной живет, а я все никак не привыкну к такому положению вещей.

Одежду оставила на берегу, воду нагрела, разогнала немного туман и шагнула в объятья озера. Когда через несколько минут рядом оказался Тарнх, даже не удивилась.

— Помочь? — спокойно спросил он.

Кивнула. Волосы самой не промыть, да и ему тоже со своими не справиться. Тарнх бережно распутывал прядки, вытряхивая листья и землю, и молчал. Не пытался соблазнить, не вгонял в краску. И от этого я расслабилась, чувствуя себя легко и уютно в его объятьях. Никогда не думала ощутить нечто подобное с мужчиной. И знаю Тарнха-то всего пару дней, но уже нет никого ближе. За эти дни он раскрылся, показал себя настоящего. И ведьм принялся защищать, хотя казалось бы, какое ему до нас дело?

— Не окажешь мне в подобной любезности, поможешь промыть волосы? — тихо поинтересовался, когда я привела себя в порядок.

Вот тогда-то, когда я разглядела его тело целиком, жар вернулся, прокатился волной. Я боялась к Тарнху прикоснуться, зная, что наверняка потеряю контроль. И в то же время больше всего на свете этого желала. Пропускала волосы через пальцы, смывала грязь и запах пепла. Так увлеклась, что упустила момент, когда в глазах Тарнха появился огонь. Ойкнула — и оказалась прижата к нему.

— Что, даже сил на сглаз и порчу нет? — провокационно спросил он.

Да о чем речь? Ни одного заклинания вспомнить не получается. Он чуть потерся об меня, прикусил мочку уха, провел пальцем по щеке.

— Помнишь, я обещал тебя научить меня звать, ненаглядная?

— Да чтоб тебе духи лесные щедро гадости творили! — возмутилась я, разочаровываясь, что такой чудесный момент испорчен.

— Неверный ответ, — заметил Тарнх, а потом… сковал меня магией!

Нет, я ему все силы отдала, а он…

— Убью! — пригрозила, сверкая глазами.

Тарнх бесстыдно заскользил руками по моему телу, улыбаясь так, что я забывала дышать. Кажется, не зря говорят, что демоны мстят очень изощренно. Тарнх так точно.

— Испепелю!

И чуть не сошла с ума, когда он стал покрывать поцелуями мои плечи.

— Укушу…

— Уже лучше, — ехидно заметил Тарнх. — Скоро и кричать мое имя научишься!

— Демонюга проклятый! — беспомощно возмутилась я, не имея возможности хоть как-то воздействовать.

Эх… котелки бы сюда с горшками! Все бы о его голову перебила!

— Эммм… какая сладкая!

Демон, чтоб его черти разыграли, лизнул кожу на плече и снова прикусил мою мочку уха. Я застонала и попыталась возмутиться, но рот мне банально закрыли поцелуем. Это был уже не огонь, а омут, в который я падала. Без возможности двигаться, ответить на наглость Тарнха силой, наслаждаясь и проклиная все на свете, я летела в бездну.

— Жароцвет мой… Бажена…

Тарнх прохрипел мое имя так, что я снова застонала. Покрыл поцелуями лицо, плечи, ключицы, заставляя сначала сыпать проклятьями, потом шептать его имя, а затем уже кричать…

Добился своего, гад такой!

— Жаль, о большем ты не просишь, Бажена, — тихо заметил Тарнх, снимая чары.

А я… вся разгоряченная, злая, как шершень, бросилась к берегу, натягивая рубашку и отправляясь в избушку. Ненавижу! Тоже мне учитель!

Но жизнь-то спас… И на поляне повел себя благородно, когда я была по действием чар от цветка, и разрывы закрыл, и ведьм защитил… И вот что мне со всем этим делать?

Я посмотрела на горшок для каши. Новый, расписанный синими цветами. Посмотрела и… поставила обратно.

Тарнх появился в дверях, скинул плащ — единственная одежда, что на нем была, и нырнул под одеяло, блаженно щурясь.

Не поняла. Вот совсем. Он что, теперь голым спать решил?

— Присоединяйся, — проказливо предложил он.

Я фыркнула и принялась готовить завтрак. Жаль, накормить измученного и уставшего Тарнха не смогла. К моменту, когда вытащила еду из печи, демон крепко спал. Тимка же, наплевав на все угрозы, улегся у него в волосах. Я вздохнула, отставила котелок и укрыла Тарнха одеялом. Затем быстро позавтракала и отправилась на занятия.

День прошел, как в тумане. Раньше я только слышала о том, как нелегко приходится тем, кто встретил истинную пару, а сейчас ощутила всю прелесть на себе. Будто мои защитные барьеры рухнули, стены исчезли, и я осталась одна… беспомощная, привязанная нитями, крепче любого приворота к мужчине.

Я думала о нем, сгорала от желания снова ощущать на себе его прикосновения. Губы ныли, а воздуха все время не хватало. Несколько раз я оказывалась на метле, собираясь полететь к избушке, где отдыхал Тарнх, но все время себя останавливала.

Ведьмы, осознающие, что со мной происходит, сочувствовали, но больше ничем помочь не могли. Заклинания, зелья, чары… ничего не действовало против истинной любви, не останавливало тягу к мужчине, моей истинной паре. Теперь я понимала, почему многие ведьмы выходили замуж практически сразу через пару часов после встречи с половинкой. Выдержать эту муку было нереально, а мысль, что любимый мужчина исчезнет из твоей жизни, сводила с ума.

Когда Тарнх после ужина появился на занятии, я держалась с трудом. Пальцы сжимала, губы кусала, но решиться на последний шаг — признать поражение, не могла. Тарнх выглядел отдохнувшим, спокойным. Правда, пламя в глазах теперь не таилось, билось, будто запертое в клетке.

Мы выстроились в ряд, заметив, что к нам на занятия присоединилось больше половины ведьминской школы, выслушали четкие пояснения о боевых заклинаниях. Затем Тарнх разделил нас на группы, велел пробовать. К каждой ведьме подходил отдельно, пояснял, что не так делает, велел искать стимул для атаки. А когда понял бесполезность таких уговоров, выругался и при помощи магии создал огненных псов.

Как мы вопили! И даже рык Тарнха, что их уничтожит даже самое простое боевое заклинание, которое мы выучили четверть часа назад, не сразу услышали. Меня псы вообще окружили, загоняли к краю купола. Я уже не думала, привычно действовала. Заклинание, летящее молнией, вспышка, разворот, чтобы успеть отразить следующую атаку, снова удар. Я не знала, сколько прошло времени, а силы не убывали. И, кажется, все огненные псы, а их было около полусотни, нападали на меня. Но справилась же!

Когда вытерла потный лоб и выдохнула, уничтожив последнего, заметила, как часть ведьм расправляется со своими чудовищами, а некоторые — удивленно смотрят на меня. Тарнх же командовал и прикрикивал, подлетая то к одной ведьме, то к другой, но кажется, своего добился. Мы перестали бояться нападать.

Для светлых ведьм убийства чужды. Мы не приносим жертвы, не проводим страшные ритуалы, пользуясь лишь силой природы и собственным резервом. Даже самые сильные из нас не всегда могут переступить через себя и защищаться, особенно, если это связано с убийством живого существа. Проще наложить чары оцепенения, окаменения или заморозить, к примеру. Да только на тех чудовищ, что рвутся из прорывов, разве они подействуют?

Кстати, Тарнх, как и обещал, прислал в школу два отряда демонов-воинов. Первый патрулировал территорию школы, отгораживаясь щитами от назойливого любопытства ведьм. Да-да, мы изощрялись, пытаясь заманить, отточить чары флирта, опробовать новые зелья из трав и редких ингредиентов, но демоны, вот беда, не поддались, поэтому энтузиазм возрос в два раза. А когда выяснилось, что Тарнх запретил нас обижать… Демонов даже мне, участие в забаве не принимавшей, стало жалко. Второй отряд отдыхал в загадочном месте, и никто их не мог найти. Но чует мое сердце, ведьмы не сдадутся, пока эту тайну не выведают.

Тарнх отпустил всех за час до заката, чтобы было время добраться до избушек. Часть ведьм пыталась отправиться к демонам, охранявшим опасные места, но Тарнх не позволил. Я тоже отправилась к избушке, стараясь не встречаться с ним взглядом и не представляя, как переживу ночь, сгорая от страсти.

Демон догнал меня почти сразу, развернул к себе.

— Нас ждет непростой разговор, ведьмочка.

— А если я не хочу?

— Бажена, ты сердце мое пожалей… Я же огненный демон. И эта стихия весьма своенравна.

Я знала. Сама обладала таким же даром. Огонь усиливает эмоции, контролировать их порой непросто.

Не ответила ему, медленно пошла по тропинке через лес.

— Чего ты боишься? Почему не идешь навстречу?

— А сам как думаешь?

— Я тебе не нравлюсь? Или про спор наш думаешь?

— И о нем тоже…

— Можешь считать, я проиграл… Хотя… если согласишься быть со мной, то…

— Тарнх! Да погоди ты! Я — ведьма, а ты их всех ненавидишь. Сам при первой встрече сообщил.

— Если бы тебя кто-то проклял, против воли заставил менять жизнь, и не такое скажешь в сердцах.

Он вздохнул, покосился на меня.

— Почему с тобой так трудно, ягодка моя? От чего бежишь? Переживаешь, что заберу во дворец, лишив свободы?

— Да я знаю тебя всего трое суток! — вспылила я. — А в княжество демонов я точно не отправлюсь! Мой дом — здесь!

Я обвела рукой лес, на окраине которого уже виднелись первые избушки.

— Я знаю, — спокойно отозвался Тарнх. — Придется, конечно, идти на поклон к Тангиру, чтобы амулет для перемещений сделал. И в споре с границами уступить… Но ты же большего стоишь.

— Ты о чем?

Я вконец запуталась и не понимала, к чему он клонит.

— Я люблю тебя, жароцвет мой.

Тарнх произнес эти слова, глядя в глаза, и я растерялась.

— Я не стану отбирать у тебя свободу, Бажена. И дом, в котором хочешь жить. Но заберу сердце. Оно теперь только мое.

— То есть во дворец меня не потащишь?

— Отец, конечно, не будет в восторге, что я стану большую часть времени проводить в ведьминской школе, но согласится оставить все, как есть до того момента, когда решит передать мне правление. Это случится не скоро, время насладиться друг другом и вольной жизнью у нас имеется, а потом… посмотрим. К тому же вам, ведьмам, действительно нужен преподаватель по боевой магии. Беззащитные же совсем. Ты такая хрупкая, нежная, как цветок, до отчаянного смелая… Я просто восхищен тобой! Но допустить, чтобы попала в беду…

Тарнх неожиданно подхватил меня на руки, не давая ответить, взлетел по лестнице, распахнул двери избушки… Она утопала в невероятных сказочных цветах, пылающих ало-золотым цветом.

— Жароцветы. Они все для тебя. Они все… твои, ненаглядная. Ты, как этот редкий цветок, пылающая огнем и наполненная светом. Я готов пойти за тобой по краю пропасти, шагнуть в бездну, сгореть…

Я ошарашено смотрела на полыхающие невероятным волшебным светом цветы, не находя слов. Вдоль стены стояли раскрытые сундуки с травами и редкими ингредиентами. Кто-то решил окончательно завоевать мое сердце, не дать возможности сбежать.

— Я не знал, чем тебя порадовать, как… как умолять не отвергать меня.

Тарнх вдруг заглянул в глаза, так и не выпуская из рук.

— Ты выйдешь за меня замуж?

— Да, — тихо ответила я, понимая, что без этого удивительного мужчины уже не могу.

Он выдохнул, ласково коснулся моих губ.

— Свадьба когда? — поинтересовался осторожно.

— Не знаю.

— Сейчас?

— Да я… не готова! — возмутилась в ответ.

— Я забыл тебе рассказать, ненаглядная моя. У демонов другие обычаи. Мы не строим храмов, не проводим обрядов.

Я растерялась. У меня же и сарафан свадебный лежит в сундуке, и рубашка, расшитая обережной вышивкой.

— Мы просто проводим ночь с женщиной в огненном круге и таким образом закрепляем связь.

Я нервно сглотнула.

— Ты должна согласиться добровольно, Бажена. Иначе древний огонь не примет выбор, сгорим оба. И попросить… попросить стать моей.

На какое-то мгновение мне стало страшно, но я поймала уверенный взгляд Тарнха, выдохнула. Ощущая себя маленькой девочкой, когда он помогал достать свадебный наряд и переодеться, дрожа и все еще не веря в происходящее, я готовилась к самому главному для меня событию.

— Ты невероятно красивая, — нежно заметил он, когда я переплела косу и оправила свой алый сарафан, расшитый белоснежными цветами.

Тарнх тоже переоделся — в расшитую золотом черную тунику. И волосы наоборот распустил, оставив свободно лежать на плечах.

Зашептал заклинания, и когда в избушке вспыхнул огненный круг, взял меня за руку.

— Не передумала?

Покачала головой.

— Я люблю тебя, Бажена. Клянусь пламенем своего сердца защищать и беречь. Принадлежать лишь тебе всем своим существом — телом, душой, сердцем, помыслами. Огнем, что бежит в крови, клянусь! Бездной, темной и нескончаемой, клянусь! Пламенем, соединяющим нас, клянусь!

Круг вспыхнул ярче, словно принимая его слова. И я потянулась к нему, замирая и отвечая:

— Я люблю тебя, Тарнх. Клянусь светом защищать и беречь. Принадлежать лишь тебе всем своим существом — телом, душой, сердцем, помыслами… Крыльями света, который хранит все живое, клянусь! Небесами вечными, манящими любую ведьму, клянусь! Огнем, соединяющим нас, клянусь!

Пламя поднялось выше, к нам потянулись жгуты, посыпались искры.

— Не бойся, Бажена, так надо, — прошептал Тарнх, улыбаясь и открывая запястье.

Огонь коснулся его кожи, по телу побежали золотые змейки, превращаясь в затейливый узор.

Я тоже потянула рукав вверх. Пламя поцеловало и меня, бережно, ласково, делясь силой и рисуя на запястье вязь настолько древнюю, что я о таких и не слышала.

Тарнх сделал взмах рукой, огонь пополз по избушке, но не касался вещей, лишь вплавлялся в стены и, бросая причудливые отсветы на многочисленные жароцветы, остался в таком состоянии.

Похоже, до рассвета нам даже не понадобятся свечи.

Демон притянул меня к себе, наклонился, чтобы поцеловать.

— Тарнх, у меня не было мужчин, — выпалила я.

Он замер, словно окаменел. И я начала уже пугаться, жалея, что зря призналась… вот так прямо, спонтанно, когда мой мужчина неожиданно приподнял меня над полом, вглядываясь в мои наполненные тревогой глаза.

— Бажена, краса моя ненаглядная, что ты со мной творишь?

— Ты… тебе жаль? — растерялась я.

— Нет, конечно. Просто ведьмы же редко остаются чистыми. Мужчина служит источником их сил, поэтому твои слова…

— Я ждала тебя, — тихо ответила я.

— Немыслимая, невероятная моя ведьма! Соблазн в чистом виде!

— Ну ты же демон… Тебя положено соблазнять.

Тарнх улыбнулся, а потом тоскливо сказал:

— Попроси уже о том, чтобы стать моей. Мне эти проклятые чары не дадут унести тебя на кровать, — пожаловался он.

— Я… прошу. Люби меня, пожалуйста. Я хочу стать твоей.

Тарнх не стал медлить, переспрашивать и уточнять. Он вообще не стал ничего говорить. Просто страстно поцеловал в губы и понес в сторону кровати.

Никогда не думала, что все может быть так. Словно в одно колдовское зелье смешались страсть и нежность, опутали, обожгли… Тарнх умел брать и отдавать, я поняла это сразу, с первыми поцелуями. По началу — осторожный, бережный, сдерживающий собственное желание, он раскрывал для меня грани близости между мужчиной и женщиной, выясняя, что мне нравится, вырывая стоны и заставляя кричать от его прикосновений. А когда накрыл собой окончательно, шепча признания, я просто пошла за ним, доверяя и открываясь. В этих жарких желанных объятьях, безумном и вечном движении тел, в сумасшедшем всплеске чувств все было только нашим. Наверное, так опрокидывается бездна, когда расцепить рук ты не в состоянии, а губы по-прежнему ловят дыхание единственного. Суженого.

Заласканная, зацелованная, мало что соображающая, но абсолютно счастливая, я впервые встречала рассвет, скользя пальцами по лицу мужчины.

Тарнх, впрочем, тоже выглядел совсем другим. Уставшим, встрепанным, сияющим от переполняющих его чувств.

Наш выбор был верным, мы оба это знали, хотя и придется еще притираться характерами, учиться слышать друг друга, понимать и оберегать. Сдается, нам предстоит весьма непростое время.

— О чем думаешь?

— О том, что запас посуды надо пополнить, — вздохнула я и погладила его по щеке.

— Я готов тебе уступать, — прошептал Тарнх, поймав мои пальцы и перецеловывая их.

— Хм…

— Лучше давай в качестве свадебного подарка у моего отца попросим особый амулет, расширяющий пространство.

— Думаешь, вдвоем в избушке не поместимся?

— Малыши ведь со временем пойдут, — прохрипел Тарнх.

Я замерла и окончательно растерялась. Как-то о детях я пока не думала. Тут бы привыкнуть к мысли, что я теперь замужняя ведьма.

— Ты почему грустишь, жароцвет мой?

— Все так быстро, так сразу, так… внезапно!

— Счастье по-другому не приходит, Бажена. Мы со всем разберемся, справимся. Вместе же… И это главное.

Тарнх притянул меня к себе, нежно поцеловал.

— Когда приходит любовь, жизнь меняется, наполняется особым смыслом. Просто почувствуй это волшебство, позволь ему тебя наполнить. Оно почти такое же, как огонь, только слаще, жарче, желаннее…

— Не ожидала от тебя подобной сентиментальности, — ухмыльнулась я.

— Да я вообще-то еще и стихи пишу, — хмыкнул Тарнх, окончательно меня дезориентируя своим серьезным тоном и этим заявлением.

Но расспросить не дал, снова поцеловал. На этот раз жадно, страстно, заставляя предвкушать продолжение. Он всю ночь был просто неподражаем в своих ласках.

— Я бы тебя совсем сегодня не выпустил из постели, — сладко прошептал в мое ухо, поглаживая поясницу, — но у тебя через час занятия, а мне нужно поговорить с отцом, рассказать, что связал свою судьбу с суженой.

— Думаешь, обрадуется?

Тарнх неожиданно расхохотался. Я недоуменно подняла брови и уставилась на него.

— Суженая для демона — это самый мощный источник силы. Лучше света солнца и луны, любого, даже древнего огня, самой жизни.

Я удивленно уставилась на него.

— Вы что, даже этого о нас не знаете? — поразился он.

— Ничего, теперь я точно выведаю много полезной информации о демонах, — провокационно сообщила, скользя руками по его плечам. — И начну с самого интересного.

— С чего же? — принял мою игру Тарнх.

Вместо ответа я прикусила его губу, получив жадный вдох, и опутала его ласками. И мир снова провалился в бездну.

— Любава, ты опять ее тискаешь! Это метла! Метла, я сказала, а не твой очередной воздыхатель! — прикрикнула на ученицу, зная, что повторяюсь.

Ведьмочка злобно фыркнула, но в этот раз хорошо подумала и не стала насылать порчу или сглаз на собственную преподавательницу. Они вообще с утра сегодня были подозрительно тихие и послушные.

— И что с вами происходит? — не удержалась я, старательно пряча зевок.

За нашу первую ночь мы с Тарнхом так и не сомкнули глаз, не сумев оторваться друг от друга. Да и после рассвета с трудом разжали объятья. У меня до сих пор ощущение, будто часть меня осталась где-то там, с этим несносным демоном, оказавшимся моей парой.

А уж как я за пятнадцать минут собиралась, носясь по избушке! Тарнх, зараза такая, не помогал, только хохотал в голос и нежился под одеялом. До тех пор, пока вредная я не обрушила на него теплый грибной дождичек. Демон рыкнул, подскочил, возмущенно фыркнул и коварно посмотрел на полураздетую меня. Я попятилась, Тарнх моментально оказался рядом. И если бы не Тимофей, требовательно усевшийся к нему на макушку, явно собираясь вить гнездо в волосах моего демона, про работу бы я точно забыла.

Впервые за столько лет, не хотелось на нее идти, а пришлось…

— Ну, отвечайте же?

— А правда, что демоны имеют в истинной ипостаси хвост и клыки? — не выдержала одна из ведьмочек.

— Все с вами ясно. Любопытство покоя не дает?

Ученицы потоптались на месте, закивали.

— Нет, не правда.

— Точно?

— Точно, — честно созналась я, памятуя, что Тарнх в истинной ипостаси уже показывался во время битвы с нечистью. — Он всего лишь воспламеняется и обретает крылья.

Раздался разочарованный вздох. Кажется, кто-то хотел получить от меня, вернее от моего мужчины, какой-то ингредиент для зелья. Ведьмы… мы такие, любим не просто экспериментировать, а впадаем в азарт, когда начинаем охотиться за редкостями для эликсиров. Я сама была такой. Как вспомню свой первый год… уши до сих пор от стыда горят. А я ведь — ведьма, меня редко чем можно смутить.

— Если вопросы закончились, тогда по метлам!

Наверняка расспросить меня им хотелось о многом, но они не решились, чувствуя мое настроение.

Ведьмочки поднялись в небо, послышалась привычная ругань. Я подавила улыбку, так и рвавшуюся из меня. Еще бы! Сама семнадцать метелок сменила за первый год, прежде чем свою нашла, а уж сколько экспериментировала… У Марьяны, действительно, железное терпение, раз столько ведьминских пакостей выносит.

— Даже не буду спрашивать, как долго вы с демоном договаривались и мирились, — раздался голос Марьяны, опустившейся на поляну. — Ты вся светишься от счастья, Бажена. Там Темный Властелин письмо прислал… На свадебный пир зовет.

— Уже? — поразилась я.

Быстро же он мою Василису, лучшую ученицу и подругу, околдовал своей любовью. Уметь еще надо… Впрочем, кто бы говорил. Сама же через три дня связала судьбу с демоном нерушимой клятвой.

— А ты почему на занятиях?

— Соблазн не идти был велик, — честно созналась я.

— И?

— Как вот их таких, бросишь? — спросила я, заметив, как Варвара и Светана петляют между сосен, грозя свалиться с метлы, а Любова уже висит на рукоятке, цепляясь и страшно ругаясь.

— Заканчивай урок, пусть собираются. Темный Властелин пригласил на праздник всех ведьм без исключения. И если хочешь…

Договорить она не успела. Перед нами возник омут портала.

— Назад! — завопила я ученицам, а Марьяна накинула щит, но тот почему-то не выдержал.

Видимо, тот, кто шел к нам, обладал большей силой. Дежавю какое-то!

Ведьмы летели и вопили, ситуация вышла из-под контроля. А из портала неожиданно шагнул Тарнх. Тут же увернулся от летевшей в него ведьмы, притиснул меня к себе. А вот второму демону, вышедшему следом, не повезло.

Я вздохнула, наблюдая привычную картину. Куча учениц, свалившихся на незнакомого мужчину, а потом стонущие и расползающиеся по поляне ведьмы. Впрочем, демон быстро пришел в себя, поднялся, отряхнул богато расшитый золотыми и красными нитями плащ.

— А я, между прочим, предупреждал, отец! — смеясь, заметил Тарнх, так и не выпуская меня из своих объятий. — Это ведьмы! И то, что они не владеют толком боевой магией, не значит, что не снесут с ног.

— Кто же знал-то! — фыркнул он, откидывая черные, с легкой сединой волосы за спину и впиваясь в меня взглядом.

Глаза у него были такие же темные, как и у Тарнха, а черты лица более суровые. Над бровью располагался небольшой шрам. Правитель демонов буквально излучал мощь и силу, и воздух, казалось, становился горячее.

— Отец, это моя Бажена, избранница и суженая.

— Рад знакомству, — приветливо ответил он, не сводя с меня глаз. — Тардан Нуринарт Темное Пламя, — представился он. — Можно просто Нур.

— И я… тоже рада, — выпалила в ответ.

Ну погоди, Тарнх! Останемся наедине, я тебе это скорое неожиданное знакомство точно припомню. Во всех красках и подробностях.

Отец моего суженого собрался что-то сказать, но неожиданно перевел взгляд на Марьяну и… его глаза полыхнули темным огнем.

— Марьяна, директор ведьминской школы, — представилась подруга.

Демон принюхался, выдохнул и кивнул.

Хм… одна я думаю, что происходит что-то странное и непонятное?

— Тарнх сказал, вы хотели со мной обсудить список тех, кто за помощь требовал ведьму, — серьезно заметила она, ничуть не смущаясь.

Нур оглядел ее с ног до головы, чуть сощурился и… снова кивнул. Затем быстро развернулся ко мне и Тарнху и спросил:

— Бажена, сын вы не обидитесь, если сначала я разберусь с делами?

Я покачала головой, радуясь передышке. Спасибо моей подруге, поняла и помогла.

Нур и Марьяна тут же с нами распрощались, на ходу рассыпаясь друг перед другом в любезностях.

Хм… Вот совсем ничего не поняла. Впервые вижу Марьяну такой… на себя не похожей.

Тарнх неожиданно рассмеялся, создал купол, который скрыл нас от посторонних глаз.

— Бажена, ты случайно не хочешь стать директором ведьминской школы?

— Чего? — поразилась я.

Он вздохнул, заглянул мне в глаза.

— Брак у моего отца случился по расчету. Нашему княжеству был необходим наследник, вот и договорились с сильным кланом о свадебном союзе. А когда родился я…

— При чем тут Марьяна?

— При том, что глаза у моего отца пылают огнем только во время битвы!

— Эм… Ты хочешь сказать…

— Он встретил суженую.

Я открыла рот, закрыла, не нашлась, что ответить.

— Это я могу оставаться, пока он правит, здесь, а его пара…

— Да погоди, Тарнх! Все же еще…

Договорить я не успела. Со стороны леса что-то бабахнуло, поднялась стая птиц, а потом так же быстро стихло. Ведьмочки, молча стоявшие неподалеку, переглянулись и не тронулись с места.

— Сдается, они найдут общий язык, — хмыкнул Тарнх. — А пока…

Он снял купол, подмигнул ведьмочкам, озадаченным поведением директрисы не меньше моего и строившим разные предположения.

— Собираемся на праздник к Темному Властелину, — велела я растерянным ученицам.

Те взвизгнули от радости и бросились к метлам, споря на ходу, у кого наряд окажется лучше, а подарок для Василисы — интереснее.

Вдали снова что-то сверкнуло, но уже ближе к главному корпусу школы. То есть обмена любезностей хватило совсем на чуть-чуть.

— Интересно, за сколько дней мой отец убедит Марьяну согласиться соединить с ним свою судьбу? За сутки или меньше?

— Неделю подруга должна продержаться, — заметила я. — Она же истинная ведьма!

Тарнх ехидно посмотрел на меня, сдавшуюся на третьи сутки на его милость, признавшую в нем пару, потом явно вспомнил о Василисе, которая вышла замуж за Темного Властелина так же стремительно.

— Спорим, предложил он?

— На что? — тут же согласилась я.

— На имена будущим детям.

— Так их у нас еще нет! — поразилась я.

— Ну как тебе сказать…

Тарнх задумчиво оглядел меня всю и огорошил:

— У тебя потоки меняются, значит, дочка у нас уже точно будет.

Я вытаращила глаза, испуганно ойкнула, переваривая новость. И когда пришла в себя, улыбнулась, Тарнх тут же стал покрывать мое лицо поцелуями, шепча нежности и такие признания, что жар заливал щеки.

— В избушку? — хрипло уточнил он. — Я там тебе еще сундуков с подарками навез…

— Ты — мой лучший подарок, — честно ответила я, потянувшись за очередным поцелуем.

Content

Шерстобитова Ольга Сергеевна Соблазн для демона

Ольга Шерстобитова Соблазн для демона