Юрий Брайдер, Николай Чадович

Учебный полет

Их маршрут пролегал ниже экваториальной плоскости Солнечной системы, в пространствах пустынных и безопасных, где не встретишь ни шального астероида, ни бродячей кометы, ни метеоритного потока. Под стать маршруту было и полетное задание — банальный полуэллипс до условной точки, расположенной где-то за орбитой Сатурна, потом разворот — и обратно — вдогонку за успевшей далеко убежать Землей. Скука и рутина, но ничего не поделаешь — надо зарабатывать летные часы, необходимые для получения удостоверений штурманов-пилотов Дальнего Космического флота.

Петя изнывал от скуки и не скрывал этого. Все свободное от вахты время он спал, решал этюды из сборника «Новые шахматные идеи» и надоедал Сергею предложением сыграть блиц-турнир, от чего тот неизменно отказывался, потому что не любил заведомо безнадежных предприятий. В космос Петя попал совершенно случайно. Все шло к тому, что он будет специализироваться в архивоведении, но узнав, что Сергей выбрал внеземную экологию, Петя в последний момент последовал его примеру. Зато Сергею полет доставлял истинное удовольствие. Он мог часами созерцать жемчужную вуаль Млечного Пути и золотую корону солнца, кипящий багровыми вихрями диск Юпитера и стреляющие расплавленной серой вулканы Ио. В этом черном безмерном море, среди ледяной пустоты, где почти все сущее лежит за пределами нашего восприятия и где ежесекундно рождаются и гибнут десятки светил, все совершения рода человеческого казались такими же бесцельными и жалкими, как толкотня инфузорий в теплой луже. Здесь как-то само собой забывались печали и горести. Что могла значить переэкзаменовка по квантовой механике на фоне взрывающейся в собственное нутро нейтронной звезды, какой мелочью казалась неразделенная любовь по сравнению со столкновением галактик…

…На двадцать первые сутки полета, когда дежурство Сергея уже подходило к концу, внешние датчики засекли работу неизвестного радара. Узкий луч радиоимпульсов, нащупавший ракету, продолжал сопровождать ее, хотя в точке пространства, из которого он должен был исходить, совершенно ничего не было. Сергей разбудил Петю, и весь остаток вахты они провели, строя бесплодные догадки. Уже решено было обратиться за консультацией к станции слежения на Земле, когда всего в нескольких километрах от них внезапно появилась огромная глыба неправильной формы — не то астероид, превращенный в ракету, не то ракета, старательно замаскированная под астероид. Пришелец возник буквально из ничего, из пустого места, и в тот же момент все, что до этого окружало Сергея и Петю — планеты, звезды, диффузные туманности, далекие галактики и даже сама черная пустота космоса — разом исчезли. Смолк треск радиопомех, пиликанье наземных станций и шорох солнечного ветра. Они оказались в центре глухой, сумрачно-серой сферы, не пропускавшей внутрь ни свет, ни излучение.

Гигант приближался, не реагируя на сигналы общегалактического кода. Его размер и форма не имели ничего общего ни с межзвездными кораблями алетян, ни с космическими истребителями дружественной Гарпиды. Мрачные предчувствия овладели Сергеем. Уже давно, по случайно оброненным инопланетными гостями фразам и по частично расшифрованным лазерограммам, земляне догадывались, что не все в Дальнем космосе обстоит гладко, что есть какие-то причины, заставляющие гарпидянцев оснащать свои корабли странным оружием, а алетян вести свою мирную экспансию только в одном направлении — к периферии галактической спирали. Но с землянами на эти темы не говорили — так обычно взрослые стараются не посвящать в свои невеселые заботы детей.

Среди скал, трещин и кратеров, сплошь покрывавших поверхность пришельца, Сергей заметил ровную квадратную площадку, на которой горели посадочные знаки — точно такие же, как на учебном космодроме, который они покинули три недели назад.

— Звала кошка мышку в гости… — пробормотал Сергей.

— А ты их шугани стартовыми двигателями, — посоветовал Петя.

— Они тебя шуганут… Делать нечего, будем садиться.

На малой тяге он выполнил маневр ориентации и выключил двигатель. Инерция сделала остальное. Площадка, на которую они опустились, сразу же плавно пошла вниз. На огромном лифте земляне провалились в недра чужого космического корабля, неизвестно с какой целью подкравшегося к их родной планете.

…Помещение, в котором они оказались, имело огромные размеры и было освещено тусклым синим светом.

Их встречали.

Странная коротенькая фигура, облаченная во что-то черное, торжественное и нелепое, молча стояла перед выходным шлюзом. Нечеловеческие, жуткие, испещренные кровяными прожилками круглые глаза в упор смотрели на людей. Молчание затягивалось, и Сергей наконец не выдержал:

— Здравствуйте, — сказал он. — Очень, знаете ли, рады…

На левом глазу карлика дернулось воспаленное, лишенное ресниц веко. Ладонью он зажал какое-то отверстие на своем лице — не то рот, не то ноздрю — и, быстро-быстро перебирая пальцами, монотонно и гнусаво продудел:

— Покорнейше прошу прощения. Ожидал, чтобы вы заговорили первыми. Мне известно примерно сорок тысяч языков, в том числе не меньше десятка земных, но общение — вещь весьма деликатная. Особенно начальный этап. Всегда можно попасть в глупое положение. Представляете, что бы вы могли подумать, обратись я к вам на языке ушастиков с Хеллы, — карлик оттянул огромные складки кожи на своих щеках и они затрепетали, как флаги на сильном ветре. — А на языке запахов, которым пользуются аборигены Фалькрума, та же самая фраза выглядела бы вот так…

Ужасное зловоние, подобное тому, что издает испуганный скунс, ударило Сергею и Пете в нос и через целую гамму не знакомых, но сильных запахов, перешло в аромат цветущей сирени.

— Хватит! — простонал Сергей, зажимая нос. — Мы не сомневаемся в ваших лингвистических способностях. Лучше объясните, чем мы обязаны этой встрече?

— Вы находитесь на корабле Свободной Федерации Центральногалактических светил.

Наша цель — установить контакт с землянами. Вы будете приняты специальным посланником Федерации. Он принадлежит к одному из древнейших народов Галактики.

В свое время его предки первыми зажгли факел знания, законности и свободы! Моя родная планета была освобождена и цивилизована уже очень давно. С тех пор мы верные слуги федерации! — Заискивающее бормотание карлика странным образом не вязалось с его ледяным, пронизывающим взглядом. — При особе посланника я состою личным секретарем-переводчиком. Прошу вас пройти со мной! — Он кивнул в сторону стоящего чуть впереди Сергея.

— Нет, мы только вдвоем!

— Размеры кабинета посланника не позволят принять вас одновременно. Ваш друг может подождать своей очереди здесь.

Посланник был худ, бледен и сухопар. Голова его, криво торчащая из пышных складчатых одежд, напоминала замшелый валун. На вид ему было лет сто, а может, и тысяча. По пути сюда секретарь успел шепнуть Сергею, что народ посланника в процессе эволюции ушел так далеко вперед, что не нуждается уже ни в пище, ни в дыхании.

При виде Сергея посланник выпучил глаза, широко разинул беззубый рот и дико вскрикнул, словно ему прищемило дверью палец.

— От лица всех свободных народов федерации я приветствую представителя планеты Земля, — без всякого выражения перевел секретарь.

Посланник зашатался, уронил голову на грудь и протяжно застонал.

— Благодарю вас за согласие участвовать в переговорах, — прогундосил секретарь.

— Каких переговоров? Какое согласие? — взволновался Сергей. — Никакого согласия я не давал. У меня нет на это никаких полномочий.

Посланник затрясся и истошно завизжал. Можно было подумать, что его распиливают ржавой пилой. Секретарь бесстрастно переводил:

— Все существующие на свете полномочия — блеф. Мне вполне достаточно того, что вы являетесь жителем этой планеты и согласны вести переговоры. А если это понадобится, будут и полномочия. Когда Земля станет членом федерации, само собой.

— А если я не дам согласия?

— Мы будем вести переговоры с вашим другом. Или найдем еще кого-нибудь. Желающие найдутся. После подписания договора и завершения всех других формальностей вы будете объявлены императором, пожизненным президентом и верховным главнокомандующим Земли и всех подчиненных Земле миров.

— Хотелось бы знать, какие цели преследует ваша федерация: космические, военные, торговые?

— Нравственные. Исключительно нравственные! Мы единственные защитники свободы в этой части Галактики. Могу объяснить поподробнее. На Земле, насколько мне известно, существуют различные нации, не так ли?

— Так.

— Следовательно — и государства?

— Да. Хотя идет процесс…

— Вот именно. Мы успели вовремя. Идет процесс поглощения одних государств другими, процесс дестабилизации национальных структур и развал привычных международных отношений.

— Я бы так не сказал…

— Поверьте, я знаю лучше. Прикрываясь демагогическими лозунгами о равноправии и единстве, сильные пожирают слабых. Мы положим этому конец.

— Каким образом?

— Земля вступит в федерацию. После этого будут немедленно восстановлены все государственные, расовые и этнические границы. Любого, кто посягнет на принципы национальной или личной свободы, мы сумеем призвать к ответу.

— Боюсь, это может не понравиться землянам. Мы привыкли сами решать свои проблемы.

— Для поддержания порядка и умиротворения недовольных на Землю будет высажен отряд мрызлов. Это на редкость умелые, дисциплинированные и бесстрашные бойцы. Правда, разместить их придется в каком-нибудь изолированном месте — на острове или в пустыне. Продукты их жизнедеятельности — фосген, синильная кислота и аммонал — могут представлять для вас некоторые неудобства.

— А чем они питаются?

— Да чем угодно. В пустынях — песком, в горах — камнями, в лесу — деревьями…

— В городах — людьми, — подсказал Сергей.

— Ни в коем случае. На все действующие головы мрызлов будут одеты специальные фильтры, не позволяющие им глотать людей. Эффективность фильтров достигает девяносто двух процентов.

— Так у них несколько голов?

— Рядовой мрызл имеет три головы. Полный генерал — четырнадцать. Все остальные — в этом промежутке.

— Может, у них и хвосты имеются? — подозрительно спросил Сергей.

— Как правило, тяжеловооруженные мрызлы имеют хвост-лафет. Кстати сказать, они способны существовать и вести боевые действия в любой среде, включая космическое пространство.

— Если вы так сильны, зачем вам вообще нужен этот договор?

— К сожалению, не все в Галактике одобряют нашу благородную деятельность. Некоторые умственно ограниченные существа, в том числе и известные вам гарпидянцы, только и ищут повод для конфликта. А если все будет сделано на законном основании, они не посмеют вмешаться. Эти пожиратели грязи, как ни странно, еще уважают законы.

— Чем будет обязана Земля за… гм, столь трогательную заботу о ней?

— Этот вопрос мы обсудим позднее, когда будет подписан основной договор.

— Могу я подумать до утра?

— Это ваше право, — душераздирающие вопли посла уже давно умолкли, и он уснул, сидя за столом, а секретарь все еще бубнил и бубнил: — Обдумайте ваши предложения. И не забудьте пригласить для беседы вашего друга.

…Петя вернулся в ракету часа через два, молча расставил на доске шахматные фигуры, но играть не стал, а только задумчиво поглаживал белого короля.

— С чем тебя поздравить? — ехидно спросил Сергей. — Может, ты уже император всей Солнечной системы?

— А что? — огрызнулся Петька, что было совсем на него не похоже. — Они же благородные существа. Носители свободы!

— Послушайте, Ваше Величество! Ты у нас, конечно, великий шахматный стратег, но в жизни разбираешься весьма слабо. Не больше, чем любая из этих пешек. Свободу не носят, за нее сражаются. Наши деды и прадеды за нее умирали. Дурак, какая тебе еще свобода нужна? Разве ты не понимаешь, что они хотят захватить Землю? «Разделяй и властвуй!» Ты хоть слышал о таком лозунге?

— Хорошо, что ты про все слышал!

— Ну вот что! — сказал Сергей, надвигаясь на друга. — Если ты завтра не возьмешь свои обещания обратно, я из тебя, грубо говоря, душу вытряхну. Будешь делать только то, что я скажу. И старайся меньше общаться с секретарем. Из них двоих он наиболее опасен. Посланник — тот давно впал в маразм, а этот регенерат, подлая душонка, на все способен. Понял? А теперь ложись спать и постарайся хорошо выспаться.

Никакого определенного плана у Сергея не было, но в ситуации, когда надеяться на постороннюю помощь не приходилось, и все зависело только от него самого, он мог развернуть бурную и не всегда бесполезную деятельность.

Первым делом Сергей ознакомился с каталогом библиотечного компьютера, который в объеме с наперсток хранил по крайней мере половину того, что было написано людьми за всю их долгую историю. Однако информация о драконах, василисках и огнедышащих змеях (Сергей решил, что это кого-то из них имел в виду посланник, когда говорил о мрызлах) была крайне скудной и противоречивой. Большинство авторов сходилось на том, что они свирепы, беспощадны, аморальны, умственно ограничены, неравнодушны к золоту, женщинам, временами способны на благородные поступки (кое-где на них даже пахали) и всегда с удовольствием дают победить себя положительному герою. Затем Сергей просмотрел все, что касалось военной стороны вопроса: историю войн и военного искусства, воинские уставы всех времен, мемуары великих полководцев и солдатский фольклор разных народов.

…Распевая «Соловей, соловей, пташечка…», он разбудил Петьку.

— Подъем! — краткие мужественные слова команд так и выскакивали из Сергея. — Выходить строиться! Форма одежды — скафандр высшей защиты! На инструктаж — шагом марш!

Петька, не знавший, что такое «инструктаж», не на шутку испугался.

— Возьмешь с собой мешок и пару огнетушителей, — продолжал Сергей. — Находясь в безопасном месте, будешь вести визуальное наблюдение. В дальнейшем действуй исходя из обстановки.

В громадном зале, по-прежнему скупо освещенном синеватым больничным светом, их уже поджидал секретарь.

— Осмелюсь доложить, я согласен на все ваши условия! — проорал Сергей, молодцевато отдавая честь. — Прошу разрешения провести строевой смотр и оперативно-тактические учения экспедиционных войск.

— Во время полета мрызлы получают недостаточное питание, — с сомнением сказал секретарь. — Поэтому сейчас они могут быть несколько неуравновешенными… Так что за последствия я не ручаюсь.

Ворота в дальнем конце зала распахнулись, и за ними во мраке сверкнуло несколько пар узких волчьих глаз. Что-то ухнуло и зашипело, словно заработал огнемет. Пол задрожал, и огромный, размером не меньше, чем ракета землян, многоголовый и крылатый дракон выполз из своего стойла. Хвост его, высекая искры, хлестал налево и направо. Капающая с языков слюна горела, как напалм, а сами языки были сплошь покрыты острыми колючками. Треугольные, похожие на противотанковые надолбы клыки могли прокусить десятидюймовую броневую плиту. Свирепо зыркнув по сторонам, дракон встряхнул шипастыми крыльями, и поднятый при этом ветер едва не сбил Сергея с ног. За первым драконом уже лез второй, а тому на хвост наступали сразу двое. Последним появился командир, судя по количеству голов, в звании майора. Его могучую грудь, словно чешуя, покрывали ордена, медали и нашивки за ранения. Вся шкура была покрыта шрамами, ожогами и следами сварки.

Секретарь сказал что-то на незнакомом каркающем языке, и драконы нехотя построились. Всего их было тридцать два.

— Что вы им сказали? — клацая зубами, сказал Сергей. Никогда в жизни ему не было так страшно.

— Я велел им повиноваться вашим командам, как если бы они исходили от меня.

— А они меня поймут?

— Команды поймут. Их же специально готовили для этой экспедиции.

— Сми-ирно! — гаркнул Сергей. — Равнение налево! Поздравляю с прибытием в солнечную систему!

Драконы нестройно зарычали. Понять их было можно так: «Ладно уж, покомандуй, хоть мы и видим, какое ты ничтожество!» Девятиглавый командир выполз вперед и оглушительно рыкнул что-то вроде «Ж-ж-ж-рать!»

— Сытое брюхо к учению глухо! — ответил Сергей, закрыв глаза. — Стать в строй!

Дракон, будто случайно, чихнул, и Сергея с ног до головы обдало ревущее пламя.

Неизвестно, чем бы это могло кончиться, если бы не скафандр высшей защиты да вовремя подскочивший с огнетушителем Петька.

Очень скоро выяснилось, что мрызлы не имеют никакого представления о счете, и секретарь, по просьбе Сергея, пронумеровал их негорючей краской. Затем Сергей разжаловал девятиглавого ветерана в рядовые, а на его место назначил какого-то трехглавого замухрышку. Маршировало драконье воинство из рук вон плохо. Конечно же, имея такое количество голов, было трудно иметь представление о левой и правой стороне. К тому же им очень мешали тяжелые и длинные хвосты.

— Левой! Левой! — бодро командовал Сергей. — Выше голову! Тянуть ногу! — Тут он забыл, как подается команда «стой!», и первый ряд драконов с грохотом врезался в стену.

Голодные мрызлы быстро теряли терпение. Уже несколько раз возле самого лица Сергея щелкали могучие челюсти. Однажды его огрели сзади хвостом. Взрыв мог произойти в любую минуту. Необходимо было немедленно дать выход накопившейся ярости.

— На месте стой! Раз, два! Смирно! Вольно! Приступить к учениям. Первые номера нападают, вторые защищаются. Победители получают еду в первую очередь!

Поначалу драконы прыгали и толкались безо всякого энтузиазма, только бывший командир рьяно трепал своего преемника, но вскоре кому-то отдавили лапу, кому-то поцарапали нос, и драка закипела нешуточная. Трещали сталкивающиеся лбы, скрежетали зубы, вверх летели клочья шкуры. Кто-то из атакующих промахнулся и, с разгона пробив стену, ввалился в переплетение кабелей и трубопроводов.

— Надеюсь, вы удовлетворены боевыми качествами мрызлов? — спросил секретарь. — Пока не поздно, их надо остановить.

Из складок своей одежды секретарь вытащил плоский предмет, на котором имелись две кнопки — черная и белая.

— А что это у вас? — притворяясь дурачком, сказал Сергей и выдернул непонятную вещицу из рук секретаря.

— Подождите!.. — крикнул тот, но Сергей уже нажал черную кнопку.

Все драконы моментально успокоились и только очумело трясли головами и недоуменно переглядывались. Сергей, отпихиваясь локтем от секретаря, нажал белую кнопку — и схватка возобновилась с прежней силой.

— Что вы делаете? — чернея лицом, прошипел секретарь. Его странные глаза сверкнули и в упор посмотрели на Сергея. Странная звенящая пустота и смертельный покой сразу же охватили Сергея. Все его члены окостенели. Он видел и слышал все, что происходило вокруг, но его это совсем не интересовало, так же как и своя собственная судьба.

Спас его Петька, во второй раз за день совершивший героический поступок.

Подкравшись сзади, он накинул на голову секретарю мешок, и оцепенение прошло, только долго еще тряслись руки и ноги.

Кругом творился уже настоящий ад. Рушились стены. Что-то горело, разбрасывая искры. Экс-майор, зажав под мышкой все три головы своего противника, пытался перекусить ему хребет, но тот, изловчившись, оттяпал ветерану полхвоста. Драконы крушили все подряд и пожирали любой предмет, казавшийся им съедобным. Они отрывали друг у друга хвосты, лапы и головы, которые, впрочем, сразу же регенерировали.

Сергей быстренько завязал горловину мешка и с большим трудом перекинул его за спину. Секретарь, хоть и неудавшийся ростом, был тяжел, как свинцовая отливка.

В шахте лифта, где высоко вверху едва светился тускло-серый квадрат выхода, они застали израненного дракона, который, обхватив лапами ракету, с аппетитом грыз левую дюзу.

Сергей стартовал вслепую, прямо с места дав полный форсаж. Не прошло и минуты, как Петька, внимательно следивший за экраном кругового обзора, схватил его за руку.

— Смотри!

Оболочка гигантского корабля треснула, он начал медленно разваливаться на две части и тут же рассыпался, как упавший с пятого этажа кувшин. Тусклая, однотонная мгла вокруг сразу же исчезла, сменившись бархатно-черным цветом космической бездны.

Драконы, выбравшись из кучи обломков, еще некоторое время сражались друг с другом, но потом, словно подчиняясь какому-то приказу, построились в журавлиный клин и взяли курс к центру Галактики. Вел их девятиглавый. На его средней шее, сгорбившись, восседал посланник. К груди он прижимал портфель, очевидно, с дипломатической перепиской.

— Я хочу сделать заявление! — раздалось из мешка. — Являясь гражданином оккупированной планеты, я всегда ненавидел захватчиков и не разделял их идеологии. Поэтому прошу предоставить политическое убежище на Земле. Позор агрессорам! Да здравствуют земляне — надежда и будущее Галактики!

Content

Юрий Брайдер, Николай Чадович
Учебный полет