Дарья Кова

Изувер

Глава 1

Меня зовут Эмма, мне шестнадцать лет. Я ученица муниципальной средней школы на окраине Лондона. Через два года выпускной, но меня это не особо беспокоит. Жизнь дерьмо! Папочка бьет безвольную мать. И оба никак не обращают на меня с младшей сестрой внимания. Их беспокоит другое. Ее — как бы заработать крохи на двух работах. Его — как стырить у нее деньги на пиво.

Если незаметно стянуть не получается — требует их уже с кулаками. Когда мне было одиннадцать лет, я очень жалела мать. Сейчас в душе осталась только ненависть к ней за ее бесхребетность. Она живет с мудаком, который не привносит ничего, кроме дополнительных проблем. И мать его терпит. Терпит! Невзирая на двух дочерей, которых он по сути обкрадывает из-за своего пива и посиделок с друзьями-алкашами.

До средней школы у меня была лучшая подруга Грейс, мы были не разлей вода. Но это продолжалось до поры, до времени, пока ей не стало стыдно дружить с девчонкой из малообеспеченной семьи. С тех пор и ее я ненавижу всей душой.

Она встречается с классным мальчиком из школы, я же изгой. Со мной не станет общаться никто, даже самый захудалый пацанишка. А как хочется мужского внимания, комплиментов, цветов, конфет, походов в кино.

Я этого никогда не чувствовала и даже не представляю каково это. Зависть гложет меня изнутри, но я не показываю вида.

Сказать, что у меня совсем нет друзей, нельзя. Соседка Хлоя, которая старше меня на три года, иногда приходит в гости и рассказывает разные истории. Именно она приучила меня к сигаретам, с которыми я ощущаю себя старше и более самодостаточной. Хлоя подтрунивает над моей невинностью и уже давно предлагает познакомить с парнем.

И вот сегодня состоится эта встреча. Нас приглашают в ресторан два красавца, по ее словам. И у обоих крутые тачки и много денег. Может один из них влюбится в меня и увезет из родительского дома.

Свои подростковые мечты я переношу в дневник, который завела совсем недавно. Психолог из школы рекомендавала делать записи, чтобы двигаться к поставленной цели. А моя цель — стать успешной женщиной и никогда больше не общаться с родителями. Пока я не продвинулась в ее достижении ни на дюйм, но еще не вечер.

* * *

— Эмми, давай на выходных съездим к Фишерам, порыбачим на озере у их дома. Меня звал Кевин вчера, забыл тебе сказать, — улыбнулся мой любимый муж.

— Двейни, конечно!

Он послал мне воздушный поцелуй и вновь уткнулся в свою утреннюю газету. А я взяла ежедневник, чтобы записать встречу с маркетологом, которую наметила разговором по телефону минуту назад. В обеденный перерыв мы с ним все обсудим, а сейчас нужно скорее собираться в офис.

Отхлебнув наспех очень горячий кофе и укусив ароматные хрустящие тосты с черничным вареньем, я поцеловала мужа и пошла на выход.

— А ты разве не собираешься на работу?

— Через час выхожу, Мейсон сказал заехать сегодня в налоговую, так что спешить некуда. Люблю тебя! — сказал он мне в вдогонку.

Сев за руль своего авто, я отправилась в офис. Ехать еще минут двадцать и я уже опаздываю. Сегодня очень важная встреча с нашим заказчиком. Я создаю рекламу в Интернете и такой лакомый кусок, как наш потенциальный партнер, я не могу упустить. Серьезная презентация, к которой я готовилась две недели, уже готова и отшлифована вдоль и поперек.

Волнение во мне растет с каждой милей, которую я пересекаю на пути к работе.

— Черт, Эмма, ты чуть не опоздала! Начинаем через минуту, — прошипела моя начальница Анна.

Пробегая мимо нее на высоченных каблуках и в ульта-обтягивающем платье до колена, какие очень любит владелец спортивного бренда, заказывающий у нас рекламу, я схватила кипу бумаг у своей помощницы.

— Флешка! Где флешка? — запаниковала я.

— Да вот же она! — удивилась моя секретарь. — Вы какая-то сегодня растерянная, — констатировала Элена очевидный факт.

— Да, спала плохо, — произнесла я, не уточняя, что ночью меня одолевали кошмары.

* * *

— Куда мы едем? — спросила я Хлою.

— Не волнуйся, все будет хорошо, — говорила она с усмехающимися нотками в голосе.

Мы обе сидели на заднем сидении огромного внедорожника, за рулем же был парень, уготованный мне, а рядом с ним — тот, кто причитался для Хлои. По какой-то неизвестной мне причине я даже еще не видела их лиц. Они ни разу не обернулись и говорили с нами короткими фразами исключительно со спины.

— Долго еще? — не выдержала я, уже обращаясь к парням.

— Ха-ха-ха. А она еще и торопится, — вдруг по-хищнически заржал тот, кто сидел на пассажирском сидении.

Он обернулся к нам и меня сжало в тисках ужаса. На его лице была лыжная маска. Как только он отвернулся, я схватила ручку двери, пытаясь ее открыть, но она не поддавалась.

— Твое любопытство скоро будет утолено, Эмма, — сказал тот, кто сидел за рулем.

Вдруг машина остановилась, второй вышел и открыл дверь со стороны Хлои.

— Ну что, извини, подруга, — усмехнулась она и вышла из машины, захлопнув за собой дверь.

— Спасибо, дорогая. Держи, — вручил парень в маске ей деньги. — Ты свободна.

Он вновь сел на пассажирское кресло впереди и мы поехали в полной тишине в темноту.

* * *

— Доброе утро! — поприветствовала я лучезарной улыбкой потенциального заказчика.

Ему требовалась самая броская реклама, какую только можно представить на просторах Интернета, но в то же время исключительно скромная. Мистер Гарет Эванс приличный семьянин, правда ходят слухи, что он тот еще лис.

— Эмма, рад вас видеть, — пожал он мне руку.

— Присаживайтесь, сейчас мы покажем презентацию.

Открыв флешку на демонстрационном ноутбуке, я вывела видео-презентацию на большой экран. Четыре минуты ролика, в котором мы отразили всю суть спортивной продукции мистера Эванса. Обтягивающие леггинсы, удобные кроссовки и шагомеры — вот несомненный атрибут современной девушки, которая собралась на утреннюю или вечернюю пробежку.

Она держит свою жизнь под контролем, не забывая о внешнем виде. Она свободна от стереотипов и красива. Она живет в гармонии с природой.

Гарет Эванс одобрительно кивал на протяжении всех четырех минут ролика, пока я незаметно на него косилась. Скажи да, гипнотизировала я его.

— Похвально, похвально. Вы поняли суть, Эмма! — вновь протянул он руку для рукопожатия.

— Я очень рада, что вам понравилось, — поторапливала я его скорее выдать свой вердикт.

На его фоне стояла Анна, скрестив пальцы. Она ждала его утвердительного ответа, чтобы сказать юристам готовить договор.

— Готовьте бумаги! — он произнес сокровенное.

А я наконец вздохнула полной грудью. Такой долгожданный контракт! И главное — какие агентские! Я чуть не прыгала от радости. Но на людях вела себя прилично.

— Завтра с вами отобедаем, Эмма, — улыбнулся мне мистер Гарет и, не прощаясь, вышел из переговорной.

Ко мне сразу же подбежала Анна и закружила в вальсе.

— Черт возьми, ты лучшая! Будет тебе хорошая премия!

— Ты главное не забудь про агентские, — усмехнулась я и вышла на офисную кухню, чтобы сделать себе кофе.

— Тебя можно поздравить, — услышала я за спиной голос друга детства моего мужа, с которым мы по нелепому стечению обстоятельств работаем в одной компании.

Хотя точнее сказать не просто работаем, он ее совладелец и позволяет себе редкие вылазки в офис, если у него есть такое желание.

— Джерард, привет. Сама не верю, — развела я руками, хотя конечно же знала причины своей победы.

В этом деле я лучшая и далеко не за один день мне удалось добиться этого. Сначала обучение в хорошем университете, используя кредитные средства. Потом стажировка у самых крутых профи в этой отрасли. Ну и моя богатая фантазия, смекалка и недюжий ум. Я поднялась из грязи в князи именно сама. Да, у меня довольно состоятельный муж, но наше знакомство произошло куда после моего восхождения.

Глава 2

— Уже похвасталась Двейну? — спросил он меня.

— Мы сегодня вместе обедаем, еще успею. Ты что-то хотел?

— Нет, только хотел поздравить. Ладно, пока, — выглядел Джерард довольно странно.

— Пока, — ответила я и вдохнула аромат бодрящего кофе.

На кухню зашла моя помощница.

— Эмма, только что звонил ваш муж, просил напомнить о том, что вы сегодня вместе обедаете.

— Хорошо, — ответила я удивленно.

Довольно необычно, он всегда пишет либо мне в мессенджере, либо звонит напрямую. Может Джерард уже успел рассказать о моем успехе и Двейни таким образом подтрунивает надо мной. Ведь после этой сделки меня точно ждет повышение. Я стану заместителем Анны, вторым человеком в компании. В моем подчинении будет около двухсот человек, к этому я шла долгие восемь лет после ужасного события в моей жизни, перевернувшего все с ног на голову.

Стараясь не думать о плохом, я выпила кофе и отправилась к подчиненным давать задания по организации массовой рекламной компании Гарета Эванса, которая покроет все Соединенное королевство. Англия, Шотландия, Уэльс и Ирландия — каждый регион страны узнает о его продукции, а мы получим свои комиссионные.

Несколько часов до обеда пролетели незаметно, мы отрабатывали способы рекламирования продукции заказчика, чтобы ни только показать ее с лучшей стороны, но и сэкономить на площадках.

— Эмма, уже обед, я пойду? — неуверенно спросила меня Элена.

— Да, конечно. Так, ребята, все на обед, — отпустила я команду и сама, схватив сумочку, отправилась в близлежащее кафе на ланч с мужем.

Он сидел у самого дальнего столика возле окна и задумчиво крутил в руках телефон. Неужели что-то случилось? Почему Двейни так расстроен?!

Сев на стул, я вывела его из состояния отрешенности.

— Эмми, привет, — он как будто растерялся, увидев меня.

— Привет, милый. Сделаем заказ, — произнесла я, подозвав жестом официанта.

Двейни еле заметно кивнул и слегка улыбнулся.

— Я буду вегетарианский салат и позволю себе чизкейк с клубникой, — улыбнулась я подошедшей девушке. — А так же черный чай. Милый? — уже посмотрела я на него.

— Мне тоже чай, — сказал он и на мой удивленный взгляд добавил. — Давайте то же самое.

Официантка ушла, а я стала пристально смотреть на мужа. Что же произошло? Он боится об этом заговорить со мной, все никак не решается.

— Что случилось? — проявила я мужество.

— Все нормально, Эмма, — слишком быстро ответил Двейн.

— А что там с поездкой на рыбалку к Фишерам? Поймаем рыбку, пожарим ее. Хм, послушай, у него же есть лицензия на вылов? — начала я щебетать о предстоящих выходных с воодушевлением.

— Эмми, мне нужно с тобой поговорить, — вдруг остановил он мой пыл.

— Я слушаю.

— Даже не знаю, как начать, — смотрел он на меня с каким-то высокомерным видом.

Или мне это показалось… Помню именно таким же взглядом на меня смотрели недоброжелатели в школе. Какие-то нотки высокомерия и пренебрежения. Неужели это так?! Муж смотрит на меня так же?!

— Да чего тянуть кота за хвост, — усмехнулся он, открыл свой кейс и достал из него мой старый дневник.

Он положил его передо мной, ожидая какой-то реакции.

— Ты читал? — неуверенно спросила я.

— Читал.

— Какое право ты имеешь читать чужие записи?! — вспыхнула я, немного повысив голос.

— Это было у меня дома, поэтому я имею право это читать! Это твой дневник? Почерк очень похож на твой. Ты это писала? — смотрел он прямо в мои глаза, высверливая их.

— Говори, пожалуйста, потише, — стала я озираться, когда увидела излишнее внимание к нам со стороны других посетителей.

— Извини, но я на взводе.

Муж схватил дневник и начал его листать. Он остановился на одной важной для меня дате. 15 мая 2010 года, суббота. Это тот самый день, когда я повзрослела морально и поняла ответственность за свою жизнь. Именно тогда меня изнасиловали.

Три богатеньких парня сделали со мной ужасное, они измывались несколько часов надо мной, пока мне чудом не удалось сбежать. Эти изверги ни только насиловали, но и пытали самым изощренным способом. Одно лишь воспоминание об этом приносит боль. Мне с большим трудом удалось заставить себя не думать о произошедшем, не вспоминать, не винить себя, не пытаться наложить на себя руки. И сейчас я вижу осуждение в глазах моего мужа.

— Это твой дневник? — повторил он вопрос. — С тобой это произошло? — на его глазах были слезы.

Я смотрела в упор и не могла произнести ни слова. Какой дать ответ? Да, это я. И почувствовать уже совершенно другое отношение, возможно, брезгливость с его стороны ко мне. Я же от всех скрывала этот факт в своей биографии. Мне было стыдно. Я виновата в своей глупости, я допустила это и никогда не прощу себе.

Или сказать — нет?! Обмануть мужа, скрывая этот нелицеприятный эпизод в своей жизни. В голове мысли разбредались и не позволяли принять быстрое и правильное решение.

— Да, это мой дневник, — произнесла я тихо, но решительно.

А зачем врать? По крайней мере, я не обманываю. Двейн скривился, как будто перед ним бросили дохлую крысу.

— Почему ты не сказала еще до замужества? Ты понимаешь, я считаю себя обманутым. Ты оказалась, как бы помягче выразиться, не совсем чистой невестой. Вся наша семейная жизнь началась с вранья!

— Какого еще вранья? — недоумевала я.

— Детка, да ты завралась, что уже сама путаешься в показаниях. Мне посоветовали нанять детектива. Ты сама-то как думаешь, откуда я узнал о твоем дневнике, который был спрятан за семью печатями. Детектив выяснил, что ты не из приюта, как мне всегда говорила. Твои родители живы.

Я смотрела на него, не зная, что сказать. Да, мать и отец живы, но я их покинула уже восемь лет назад. Я с ними не общалась после этого ни разу, они для меня умерли, хотя я и отправляю матери ежемесячно пару сотен фунтов на ее счет.

— Ты еще и детектива нанял? — на моих глазах наворачивались слезы.

— Ты знаешь, а я рад, что послушал совета и нанял детектива. Теперь я знаю, с кем живу.

— Да? И с кем же ты живешь? — вскинула я бровью.

Он посмотрел на меня с отвращением.

— Может ты еще гордишься тем, что тебя отымели во все щели как портовую шлюху. Так?

— Кто сказал, что я этим горжусь? Это произошло в моей жизни. Это было изнасилованием и я с большим трудом это пережила. Ты даже не представляешь, каких моральных усилий мне стоило выйти из душевной травмы. А сейчас ты меня обвиняешь в том, что меня изнасиловали? Да? Я тебя правильно поняла?

— А ты считаешь себя не виноватой? — удивился он. — Конечно ты, именно ты виновата. Была бы умнее, с тобой такого не приключилось бы. Ты досталась мне грязной, потасканной. И сейчас строишь из себя оскорбленную невинность? Я подаю на развод. Ты поняла, сука! — стиснул он с яростью зубы, швырнул мой дневник на пол и прошелся по нему, выходя из кафе.

Я сидела за столом, слезы высохли, хотя внутри меня разрывало от отчаянья. Эту картину наблюдала официантка, которая стояла с подносом на руках, боясь ко мне подойти.

Набравшись смелости, она аккуратно поставила мой заказ на стол и незаметно удалилась. Я тупо смотрела в тарелку с салатом, ни о чем не думая. Я не могла больше думать. Из меня вышла вся тяга к жизни и свершениям. Любимый мужчина только что бросил меня, обвиняя в том, что я сама виновата в том страшном событии. Происходящее не укладывалось в голове.

Виктимблейминг. От кого-кого, но от мужа я точно не ожидала такого предательства. Два года с нашего знакомства, мне казалось, что я знаю его лучше, чем себя. Он тот, кто накормит голодную собаку и отвезет ее в приют, тот, кто ходит в праздники в детские дома и приносит детям подарки. Тот, кто переведет через дорогу старушку и купит ей продукты, если вдруг она забыла дома кошелек.

Двейн так же и тот, кто обвинил изнасилованную тремя парнями девушку в том, что это она сама виновата. Она теперь грязная, не достойная его величества. И мне придется с этим смириться. Встать, отряхнуться и идти дальше. Я просто не могу поступить иначе, после всего того, что я пережила.

Он даже не дал мне рассказать о сегодняшнем моем успехи в заключении сделки. Двейн говорил только обвинения, не понимая причин моего молчания об этом. По-моему, даже дураку понятно, почему я ему не рассказала. Во-первых, это больно, во-вторых, я на подсознании ждала негативной реакции по отношению ко мне. Но я и не подозревала, насколько мой муж не тот, за кого я его принимала.

Глава 3

Я подняла свой дневник с пола, отряхнула его и открыла изученную вдоль и поперек страницу, которую долгие восемь лет назад выкорябывала ручкой на сухой бумаге.

«15 мая 2010 года, суббота.

Соседка Хлоя пригласила меня познакомиться с парнем. Она очень долго меня уговаривала, пока я не согласилась. Большой джип заехал за нами в 8 вечера. Родители, как это обычно бывало, ругались на кухни и я незаметно прошмыгнула к выходу. Моя дорогая и горячо любимая сестричка Мия смотрела телевизор, уже не обращая на ругачку матери с отцом внимания. Хлоя встретила меня на выходе из подъезда, взяла за руку и повела к черному внедорожнику. Она даже не слушала мои возгласы неуверенности, ведь увидев эту махину, я испугалась. Не волнуйся, все будет хорошо, только и говорила она. Одна из дверей была открыта и мы сели с ней внутрь по очереди. Я — за водителем, она — у противоположной двери. Через мгновение машина поехала. А пассажир рядом с водителем сказал: «Все нормально, девчонки?»

Я закрыла дневник, унимая дрожь в руках. Господи, даже читать это невыносимо. Понимая, что и во взрослом возрасте мне слишком тяжело справиться с потоком воспоминаний, я взяла телефон и позвонила своему психоаналитику. Мне нужна внеочередная беседа, иначе я сойду с ума. Договорившись заехать к нему после шести, я выпила чай, положила деньги за обед на стол и пошла на выход из кафе.

У двери сидел пожилой мужчина с газетой, заголовой которой гласил: «В Лутоне появился маньяк». Мне показалось неприличным читать статью в еженедельном обозревателе у незнакомца с рук, поэтому я, выйдя из кафе, купила себе экземпляр в газетном киоске.

«По данным полиции это уже третий случай в городе. Небольшой городок Лутон вблизи Лондона в ожидании, кто же станет четвертой жертвой. В первую очередь стоит опасаться девушкам 15–17 лет со светлыми длинными волосами.»

Я дважды прочитала последнее предложение… В первую очередь стоит опасаться девушкам 15–17 лет со светлыми длинными волосами. Я тоже когда-то была длинноволосой блондинкой, а после перекрасила и обрезала свои кудри. Мне хотелось, чтобы ничего не напоминало мне о том событии.

Самый главный и жестокий из тройки заплел тогда мои волосы в косу, для него они были своего рода фетишем. Сглотнув комок в горле, я продолжила чтение статьи, стоя у киоска.

«У каждой из жертв есть одинаковые травмы: обломанные зубочистки под ноктями, проколотый правый глаз и подпаленные волосы, заплетенные в косу.»

Я прижала от ужаса руки ко рту. Тогда мне удалось сбежать из-за перепалки между ними. Самый главный из этих чудовищ собирался проколоть мне глаз, когда третий, которого не было первоначально в машине, вдруг попытался его остановить.

* * *

— Темный, какого хрена ты творишь?! Нельзя! Ты ее убить хочешь? Мы маски для чего носим, чтобы она не могла нас опознать! Зачем?

— Заткнись, Острый! Я здесь главный.

В их перепалку влез третий.

— Острый, прекрати.

Воспользовавшись тем, что эти трое отвлеклись от меня, лежащей на полу с подпаленными волосами и несколькими зубочистками под ногтями, я резко встала и побежела со всех ног. Выскочив из заброшенного здания, я помчала в чащу леса, не оглядываясь. Та темнота, которой я так боялась, в этот момент спасла меня.

Колючая трава жгла босые ноги, но я не чувствовала боли и даже не обращала внимания на воткнутые зубочистки под ногти. Только добежав до трассы и увидев патрульную машину, я помахала ей, взывая о помощи.

Быстро выдернув несколько зубочисток и поправив свое задранное кверху платье, я старалась успокоиться.

— Девушка, с вами все в порядке.

— Да. Вы можете отвести меня домой? — еле унимала я дрожь во всем теле.

— Садитесь, — полицейский вышел из машины и помог мне сесть.

— Что случилось? Вас изнасиловали? — спросил один из них, когда машина тронулась.

Сгорая от стыда, я молчала и только роняла слезы. Они не стали меня пытать допросом, а отвезли в ближайший пункт полиции.

Но уже на месте мне снова задали этот вопрос, ответ на который я успела обдумать. В мои шестнадцать лет на основании жизненного опыта и общественного мнения мне не пришло ничего лучше в голову, чем солгать.

— Нет, меня не изнасиловали, — говорила я прямо и очень сухо.

— Как? А что же случилось? — недоумевал сотрудник полиции.

— Была попытка, но я убежала.

— Попытка это тоже преступление. Давайте оформим заявление. Сколько вам лет? Вы же еще несовершеннолетняя, тогда нам нужно говорить с вашими родителями.

— Нет, не подключайте моих родителей! Я не подам никакого заявления. Я буду все отрицать! Отпустите меня домой!

Мужчина посмотрел на меня с сожалением, должно быть он довольно часто встречается с такой реакцией у потерпевших.

— Я вам скажу одну фразу, а после вы примете решение. Смотрите, вам удалось убежать. Представьте, что через несколько дней, месяцев или даже лет этот человек повторит попытку изнасилования с другой девушкой и ему удасться. Вы можете спасти ни в чем неповинных будущих жертв. Это в ваших силах. Преступления на сексуальной почве всегда расследуются под скрытием от СМИ. О вас никто не узнает. Даже на судебное заседание никого не пустят. Вы же еще несовершеннолетняя. Никто не узнает. Пожалуйста, проявите мудрость. Я понимаю, это тяжело. Но заявление нужно подавать сейчас. По горячим следам его проще найти!

Слушая полицейского я даже не замечала, как роняю слезы. Мужчина говорит верно, но я не могу. Я не могу.

— Нет, — махала я головой. — Слышите? Нет! Отвезите меня домой!

* * *

Как же я хотела забыть все это. Как хотела вырезать из своей памяти каждый миг той ночи. Но, кажется, самой страшной ошибкой моей жизни было даже не решение познакомиться с рекомендованным Хлоей парнем, а отказ в заявлении в полицию.

Посмотрев на часы, я поняла, что пора срочно бежать в офис. Обеденный перерыв закончен, а значит мне нельзя думать ни о чем, кроме работы.

Ребята уже собрались в комнате для брифинга и мы продолжили мозговой штурм. Только около шести часов я вновь направилась на кухню, чтобы сделать себе еще одну чашечку кофе, а уже после отправиться к своему психоаналитику.

Впрочем, именно работа является лучшим для меня психологом. Когда я занята каким-то делом, то в мою голову не лезут гнустные мысли.

— Как дела? — неожиданно за спиной послышался голос Джерарда.

Я растерянно обернулась, не зная, что сказать. Он лучший друг моего мужа. Естественно Двейн уже все ему рассказал.

— Нормально. А сам как? — не пришло мне ничего лучше в голову, чем вести обычную светскую беседу.

— Слушай, мне тут Двейн звонил. Сказал, что наговорил тебе лишнего. Просит прощения и не знает, как извиниться. Я конечно сую нос не в свои дела, но может ты его выслушаешь?

Сказанное Джерардом оказалось для меня полной неожиданностью. Как так? Хочет извиниться? Да? Серьезно? После слов что я портовая шлюха и сама заслушила произошедшего. После того, как сказал, что подает на развод. И теперь его «мужское» поведение проявляется в том, что он просит о помощи в перемирии своего друга.

Кажется, я совсем не знаю своего мужа. Он совершенно не тот, за кого я его всегда принимала. Не может же человек говорить немыслимые вещи, думать о них, а потом поворачивать вспять.

— Джери, я понимаю, что ты мой босс, но давай с мужем я сама разберусь. Не нужно лезть в личное, — сразу же я отрезала его рекомендации.

— Как скажешь. Еще раз поздравляю с успешной сделкой! До завтра.

— Спасибо. Пока, — ответила я и продолжила пить кофе.

Понимая, что сегодня вполне могу обойтись без психоаналитика, я позвонила отменить сеанс.

— Эмма, ты уверена? У тебя был очень взволнованный голос. Мне показалось, что тебе действительно нужна беседа.

— Может быть завтра. Мне сейчас нужно домой, — произнесла я тихо, осозновая, что скорее всего меня ждет беседа с мужем.

Делать нечего, говорить нам придется. Ведь это его дом, он купил его еще до нашего знакомства. Либо Двейн выпроводит меня, либо мне самой спокойно нужно собрать вещи. Другого, по-моему, не дано.

Я села в машину, закинув сумку и газету на пассажирское сидение. Еще до того, как поехать, мне припомнилось имя того детектива, который просил меня подать заявление. Кажется, его звали Джейкобом, вот только фамилию я не помню. Может стоит с ним поговорить, если конечно он не уволился из полиции. Быть может я единственная, кому удалось сбежать живой.

Как я смогу спать спокойно, осознавая, что эти выродки гуляют на свободе? Как мне до этого момента удавалось не думать об их безнаказанности?! Ведь под удар даже может попасть моя младшая сестренка. Ей сейчас 17 лет, она, как и я, натуральная блондинка. И я оставила ее с долбанутыми родителями, не осознавая за нее ответственности.

Глава 4

Я завела машину и тихим ходом поехала домой, размышляя о том, как ошибалась в муже, насколько его слова меня задели. От обиды вдруг выступили слезы, хотя я себя и заставляла не плакать. Меня всю жизнь окружали предатели.

Сначала отец выбрал не семью, а бутылку, потом мать, которая не прогнала отца-тунеядца, позволяя нам с сестрой жить в невыносимых условиях. Самым главным предательством было даже не родительское, а соседки Хлои, которая после моего изнасилования сразу же уехала. И теперь меня предал муж. Любимый муж.

С другой стороны, разве я не предала Мию? Разве я не поступила также по-свински к ней, когда сбежала из дома в 16 лет, оставив девятилетнюю сестренку с безответственными родителями. Да, я не могла и за себя постоять в тот момент, перебиваясь крошечными заработками официанткой или курьером. Но я же не бросала школу, а закончила ее, получила аттестат. А потом каким-то чудом оформила кредит на обучение в университете и получила диплом.

За долгие восемь лет моего молчания, я даже ни разу не поинтересовалась, как дела у моей сестры. Остановив машину на обочине, я взяла в руки телефон, гипнотизируя его.

Стоит ли позвонить матери? Или нет? Может оставить все как есть. Еще не успев принять решение, я набрала старый домашний номер.

— Алло, — послышался постаревший голос моей матери.

— Привет. Это Эмма, — произнесла я и замолкла.

— Эмма! Ну надо же. Объявилась. Чего ты хочешь?

— Хотела узнать как у вас дела. Как дела у Мии?

— Ты издеваешься? Я думала, Мия к тебе сбежала. Два месяца назад она оставила записку, сообщая, что переезжает к тебя. Хочешь сказать, она до тебя не доехала?

По моей спине пробежал холодок. Тело сковало от ужаса.

— И ты не заявила в полицию? Ни ты, ни отец не стали искать свою дочь?

— Отец твой в могиле уже давно, спился. Туда ему и дорога. Да, я не стала искать, ты же хорошо устроилась. Мне несколько знакомых рассказывали, что видели тебя в самом престижном районе города. Раз она поехала к тебе, значит у нее все отлично. По-твоему, я плохая мать?! И что я должна была делать? Всю жизнь на моей шее сидел твой отец, а от тебя даже доброго слова не услышала. Всегда одни поптеки! Не забывай, мне приходилось работать на двух работах. Тебе этого не понять, ты же слишком умная, чтобы батрачить! Ты же белоручка!

— Стоп! Я позвонила не для того, чтобы слушать обвинения. То есть Мия пропала? И ты так спокойно реагируешь?!

— Она уже взрослая девочка, 17 лет ей, если ты забыла. Не пропадет. Ты же не пропала.

Слушая свою никчемную мать, я почувствовала такую тоску и безнадегу. Моя маленькая сестренка одна в этом суровом мире. Кто знает, чем ей пришлось заняться, чтобы раздобыть пропитание и ночлег.

— Прощай! — произнесла я и положила трубку.

Дав по газам, я помчала в тот самый полицейский пост, в который меня привезли восемь лет назад. Разговор с мужем подождет, мне нужно искать Мию!

* * *

— Ребята, я отвезу Эмму, — прекратил детектив свои попытки развязать мне язык.

Он взял ключи со стола и жестом сказал идти за ним. Усевшись в машину, полицейский в полной тишине завел двигатель и через пару минут спросил адрес.

— Понимаешь, Эмма. Возможно ты видишь во мне какого-то дядьку, которому плевать на то, что с тобой произошло. Но это не так. У меня была младшая сестра. Она подверглась насилию в 14 лет. Я не знал об этом, сестренка никому не рассказывала. Мы с семьей узнали об изнасиловании только, когда нашли ее в спальне, подвешенной на отцовском ремне. Она оставила записку, что какой-то подонок надругался над ее, что она не может жить в этом стыде. Отец хотел свести счеты с жизнью, не знаю, как он выкарабкался. Его любимая дочурка не только оказалась жертвой насилия, но и не смогла морально пережить это. Никто ей не помог. Она осталась одна со своим горем. Возможно, если бы она рассказала, то этого подонка нашли бы. Возможно она осталась бы жива. Возможно и я не стал бы полицейским.

Закончив свой монолог, он поехал к моему дому и больше не пытался со мной заговорить. Я же молчаса и считала секунды, как скоро окажусь в своей комнате, чтобы собрать вещи.

Джейкоб Флинн остановил машину у подъезда.

— Удачи тебя, Эмма. Держись, пожалуйста. Ты сильная!

Я пулей выскочила из машины и забежала в дом, на пороге меня ждала мать, которая отметелила меня веником.

— Ах, ты дрянь! Где ты шляешься? Полицейская машина тебя привезла? Ты что натворила? — била она со всей силы.

— Ничего я не сделала!

— Что ж ты врешь? Украла что-то! Ты позор нашей семьи! — ударила она веником по голове и отшвырнула его в сторону. — Лучше бы я сделала аборт, а не рожала таких выродков! — психанула она и пошла спокойно на кухню сделать себе чай.

Утирая слезы, я встала с пола и пошла в свою с сестрой комнату. Мне нужно собрать небольшой пожиток вещей и уйти из родительского дома. Отложенные для каникул деньги из заработков курьером, мне пригодятся на первое время. Осознание того, что уже давно пора уходить из дома, где тебе не рады, наконец снизошло до меня.

Я собрала небольшую сумку с самым необходимым, взяла деньги и оставила записку с просьбой меня не искать. Сестренка Мия умиротворенно спала, она и не подозревала, что я покидаю не только родительский дом, но и ее. Этого не осозновала и я. Мне почему-то не хотелось иметь что-то общее с матерью и отцом. И этим общим была сестра Мия.

Погладив ее поголове, я поцеловала сестренку в щеку и вылезла из окна. Квартира находилась на первом этаже, поэтому мои акработические навыки не угрожали жизни.

— Прощай, отцовский дом. Больше вы никогда меня не увидите, — произнесла я напоследок и пошла в сторону центра.

* * *

— Что вы хотите? — поинтересовался мужчина, когда я забежала в полицейский участок.

— Мне нужно поговорить с детективом Джейкобом… Забыла фамилию.

— Флинном? — сразу угадал он.

— Да! Да! С ним! — не поверила я от радости, что он все еще работает.

— Минутку, мисс.

Мужчина прошел по коридору и крикнул.

— Эй, Флинн, к тебе пришли.

Полицейский вернулся и сообщил, что детектив сейчас придет. Я растерянная стояла в ожидании.

— Добрый вечер, — произнес импозантный мужчина. — Я Флинн. Вы что-то хотели?

Первые несколько секунд меня накрыла волна воспоминаний. Те же ощущения ужаса и темноты, что я пережила после изнасилования. Этот мужчина теперь ассоциировался в моем подсознании с теми событиями. Сильно поседевшие волосы, немного округлившийся живот, восемь лет взяли свое. Но это был точно он.

— Да, мне нужно с вами поговорить. Мы можем поговорить наедине?

— Идемте, — проводил он меня к своему рабочему столу, кажется, тому же самому.

Все мелкие детали в обстановке сразу же напоминали мне тот ужасный вечер. На глазах навернулись слезы.

— Мистер Флинн, я Эмма. Не знаю, помните ли вы меня. Это было восемь лет назад, — начала я, опустив глаза в пол, почему-то не было сил ловить его взгляд. — Помните, вы подобрали на трассе 16-летнюю девушку. Блондинку, — продолжила я и остановилась, перед глазами были первые кадры после побега.

— Эмма? Конечно я тебя помню, — взял он меня за руку. — Ты волосы перекрасила?

Я закивала, утирая слезы.

— Хочешь что-то рассказать? — казалось, он не верил в то, что я наконец решилась.

— Да. Сегодня я в газете прочитала о найденных трех девушках с одинаковыми травмами. Все они были блондинками 16-ти лет, плюс-минус, — вздохнула я тяжело.

Даже говорить об этом невыносимо! Если бы я тогда все рассказала, их бы нашли и они бы не терроризировали город. Да, я сгорала от стыда и безысходности, но правдой можно было бы уберечь будущих жертв.

— Так. Что еще?

— В тот вечер моя соседка Хлоя Андерсон, ей на тот момент было 19 лет, — добавила я, а Джейкоб сразу сделал записи. — Она пригласила меня познакомиться с парнем. Но это была ловушка. За нами сначала приехали двое, а потом они ее выпустили из машины на окраине города. Дали ей денег и поехали к заброшенному зданию, там нас ждал третий. Но адрес я не знаю, мне завязали глаза. Могу, наверное, указать приблизительно, если вы помните, где подобрали меня.

— Эмма, я помню, где тебя подобрали. Все случаи, когда жертвы отказывались рассказать об изнасилованиях, я фиксировал, чтобы в случае чего, сопоставить информацию с новыми преступлениями.

Он достал телефон и открыл карту, отметив на дороге участок, где, по его словам, нашел меня.

— Сколько ты бежала? Помнишь?

Я тяжело дышала. Прошло восемь лет, но я до сих пор чувствовала запах леса и резь зубочисток под ногтяги.

— Мне кажется, я бежала минут десять, не больше.

— Так, понятно, — произнес Джейкоб и очертил радиус, где может располагаться то здание.

Он сразу же дал разнарядку своим коллегам, которые быстро собрались в патруль и поехали. Такая расторопность меня изумила. А ведь всегда казалось, что полиция не особо торопится.

— Слушай, Эмма. Я не имею права тебе об этом говорить, но ты должна знать. Заранее попрошу, чтобы ты никому ничего не рассказывала. Договорились?

— Конечно, — растерянно закивала я.

— В СМИ просочилась информация о трех девушках, но их гораздо больше. Семь найдено в лесах случайными грибниками или охотниками. У нас за последние восемь лет скопилось около тридцати заявлений о пропаже девушек 15–17 лет и все блондинки. Подозреваю, что ты была их первой жертвой. Тебе чудом удалось сбежать, но после они были уже более предусмотрительны. У нас в команде по поиску уже два года работают люди из Лондона. Мы не справляемся. И если сейчас этот адрес поможет найти ублюдков, то ты спасешь множество девушек. Жаль, что ты этого не сделала раньше, но даже сейчас.

Слушая его, я не верила в происходящее. Тридцать девушек! Тридцать невинных жизней! Какими же изуверами нужно быть?! Прижимая руки ко рту, я наконец сообразила о главной цели моего визита.

— Джейкоб, моя сестра пропала. Уже два месяца, как она сбежала из родительского дома. Я с ними не общалась, поэтому узнала только сейчас.

— У тебя есть ее фото?

— Одну минутку, — произнесла я и открыла соцсеть.

Надеюсь, у нее есть страничка. Введя в поиске «Мия Стоун 17 лет», я с нетерпением стала искать результаты. Ее анкета была на второй странице. Я сразу же скачала фото и показала детективу.

Он внимательно всматривался в ее лицо, а я от страха не дышала. Господи, хоть бы ее не было в списке жертв. Ожидание длилось слишком долго, отчего у меня даже затряслись руки.

— Нет, ее нет из той семерки девушек, — вынес он вердит, а я вздохнула с облегчением.

Хотя кто знает, может она в числе тех, кого просто не нашли. Это около тридцати заявлений о пропавших девушках. А сколько таких, о которых не сообщали, думая, что они просто сбежали из дома.

Глава 5

— Давай оставишь заявление о пропаже сестры. Когда она в соцсеть последний раз выходила?

Я взволнованная и обозленная на себя, что сама не додумалась до этого, вновь всматривалась в телефон.

— О, Господи! Она заходила сегодня! Пять минут назад! — мое дыхание перехватило.

— Значит, ее просто будет найти по ip-адресу. Дай-ка телефон, — взял он его и переписал какие-то данные со страницы Мии.

— Вот тебе бумага и ручка, пиши заявление о пропаже сестры, а я передам все сведения в отдел программистов, они ее быстро найдут.

Я взяла в дрожащую руку ручку и начала писать, тем временем Джейкоб уже зашел в соседний кабинет, отдавая указания.

— Так, ребята сказали, что займет пять минут, — произнес он, вернувшись.

Детектив Джейкоб прочитал мое заявление и одобрительно кивнул.

— Флинн, — послышался голос его коллеги. — Это не пять минут, займет до 24 часов. Адрес перенаправляется постоянно. Либо у нее какие-то шпионские штучки, либо даже не знаю, — услышала я то, о чем даже не могла подозревать.

Мистер Флинн сидел за столом озадаченный.

— Ты знаешь, тебе, наверное, нужно ехать домой.

— Что происходит? Объясните мне! — поняла я, что он не договаривает.

Джейкоб тяжело вздохнул. Это мне очень не понравилось. Что-то не так!

— Я тебе уже говорил про пропажу около тридцати девушек. Так вот, часть из них появляется в соцсетях, отследить их местоположение невозможно. Адрес постоянно перебивается.

— Черт! — вырвалось у меня.

— Это как будто специально делается, чтобы девчонок не искали, мол живы-здоровы и ладно. Ты поезжай домой, сейчас все равно ничем уже не можешь помочь.

— Хорошо. А можно ваш телефон, — попросила я его контактный.

— Да, конечно, — Джейкоб вручил мне визитку.

Попрощавшись, я вышла из участка и села в машину. Дрожь в реках не унималась. Пытаясь совладать с собой, я завела авто и поехала домой. Там меня ждет муж, но я слишком устала. У меня нет ни сил, ни желания с ним говорить.

Остановившись возде дома, я посмотрела на свет в окнах. Уютное гнездышко, которым мне виделся наш таунхаус, после обеденного разговора с мужем уже не был таким. Может стоить снова собрать сумку и уехать в отель, как я это сделала восемь лет назад после предательства.

Стараясь не принимать скорополительных решений, я вышла из машины и направилась в дом. В гостиной на диване в напряжении сидел Двейн, он даже боялся на меня посмотреть. Я ничего не сказала, а пошла сразу в спальню с намерением просто взять несколько самых необходимых вещей и переночевать сегодня в гостинице.

— Эмма, — произнес он, не поднимая глаз. — Ты позволишь мне извиниться? — подошел он ко мне со слезами на глазах. — Какой же я мудак! Мне так стыдно за свои слова. Вместо поддержки я нес чушь! Я понимаю, что мне нет прощения, но я прошу дай шанс. Крошечный шанс исправиться. Пожалуйста, дорогая моя, — встал Двейн передо мной на колени, обнимая мои бедра. — Пожалуйста, прости меня. Не уходи! Ты для меня все! Я не переживу, если ты не простишь и уйдешь! Милая, — поднял он снизу вверх глаза.

Слушая его, я не знала, как мне поступить. Минуту назад я хотела просто уйти, хотя и не торопить события. Но сейчас я уже не уверена. Может и правда стоит дать ему шанс. Ведь мы вместе два года жили душа в душу.

Каждый может сорваться и наговорить гадостей, это уж я точно знаю, ведь ни раз терпела от родителей оскорбления. С другой стороны, к чему привела моя терпимость, я все равно от них ушла. Но с Двейном это первый раз. Как говорят мудрецы, дай человеку шанс, но не давай второго и тем более третьего.

— Хорошо, Двейн, давай попробуем заново. Но, пожалуйста, сегодня мне бы хотелось лечь спать одной. Ты согласен?

— Дорогая, как скажешь! Я лягу на диване. Милая, спасибо тебе! Ты даже не представляешь, как я тебя люблю.

— В том-то и дело, что представляю, ведь я тоже тебя люблю, — произнесла я, улыбнувшись.

— Я приготовил ужин. Поужинаем?

— Спасибо, я не голодна. Я пойду лягу спать, очень устала, — обманув супруга, я намеревалась заняться другими делами, оставшись одной в спальне.

Он нахмухрился, но ничего не сказал.

Поднявшись на второй этаж, я зашла в спальню, осматривая ее без каких-либо целей. Фотография с нашей свадьбы на прикроватной тумбе, на ней мы оба такие счастливые. Он на фото не знает о жене большую часть ее жизни. Она врет ему с самого начала отношений. Хорошая парочка.

Я открыла ноутбук и вышла на сайт поиска пропавших, где родственники бьют тревогу. Раз мне особо не дают информацию в полиции, я могу и сама ее попытаться найти. Может между девушками есть какая-то связь.

В комнату раздался стук.

— Да?

Дверь отворилась и на пороге появился Двейн.

— Милая, а можно я возьму ноутбук, мне он нужен.

— Двейн, он сейчас занят, мне нужно поработать.

— Ты же хотела спать! — не унимался он.

Что за бзик?

— Зачем тебе ноутбук понадобился именно тогда, когда я взяла его? Возьми планшет, телефон в конце концов.

— Ладно, — тихо произнес Двейн и вышел.

Его зацикленность на ноутбуке мне показалась более чем странной. Вообще-то это его устройство, но он мне всегда разрешал им пользоваться. Тем более я обычно работаю на своем планшете. Может здесь хранится что-то запрещенное для меня?

Я попыталась найти скрытые файлы, но ничего не нашла. Ноутбук выглядел более чем прилично. Никаких подозрительных сайтов в истории браузера, никакой сомнительной активности. Но такая заинтересованность забрать ноут у меня очень настораживает, поэтому я достала внешний жесткий диск и сделала полную копию файлов с ноутбука. Пусть лучше это изучит специалист, быть может я просто не все вижу.

Спустившись через десять минут на первый этаж, я вручила ноутбук мужу, предварительно удалив из реестра операций копирование диска и поиск в браузере.

— Возьми, он все-таки твой, — улыбнулась я ему.

Двейн смотрел на меня подозрительно, никогда в жизни до этого дня я не видела такого взгляда с его стороны. Вспомнились его слова о детективе, которого он нанял, чтобы следить за мной и выяснять некоторые неизвестные ему обстоятельства. Может и мне следует сделать то же самое?!

Вернувшись в спальню, я взяла планшет и ввела в поиске соцсети: «Хлоя Андерсон 26–28 лет». Появилось много результатов, но ни в одном не было той самой Хлои. Быть может ее и не звали так. Может она как засланный казачок подбирала жертв для тех насильников. Для нее это своего рода бизнес, она ведь получила деньги за меня.

Я сразу решила связаться с каким-нибудь детективом, чтобы он начал поиски ответов на сотни вопросов. В нашем городе всего два сыщика, кто знает, кого из них нанял Двейн. Чтобы не попасть на его детектива, я решила нанять человека из другого города — из Лондона.

Мы связились с ним сначала в переписке, договорившись на завтра встретиться в городе в обед. Придется отменять встречу с Гаретом Эвансом, но ничего не поделать, меня вполне может заменить кто-то с работы.

Мне следует выяснить, кто такая эта Хлоя Андерсон на самом деле. Она связующее звено, это точно. Адрес ее прежнего места жительства у меня есть, описание внешности тоже. Детектив также должен помочь в поиске Мии и выяснении, что не так с Двейном, что же он скрывает. А съемный диск я завтра попрошу проштудировать коллегу — программиста.

Открыв заново страницу Мии с фейкового аккаунта, я решила ей написать. Если создается видимость активности человека в сети, значит и сообщения будут читаться, а возможно и ответы на них я тоже получу.

Аккаунт, с которого я вошла, использовался в основном для изучения клиентов в рекламе. Впрочем, парень 23 лет не должен особо вызвать вопросов. Только кем он может быть? Каким-нибудь двоюродным братом. Точно!

— Привет, Мия. Я твой двоюродный брат по отцу Алану Стоуну. Мне так жаль, что он умер, — печатала я без грамма сожаления. — Мы можем поговорить? — нажала я кнопку «отправить».

С последнего входа в аккаунт Мии никто не заходил. Возможно ждать придется долго. Волнение во мне не спадало, а количество вопросов только возрастало.

Из своей сумки я достала свернутую газету о пропавших девушках, чтобы заново ее перечитать. Как я не вчитывалась, ничего нового не смогла найти. Единственное, что мне показалось адекватным, это связаться с журналистом, который работал над статьей. Ей оказалась некая Мальвина Люкс… Да, скорее все это псевдоним.

Может поискать ее в соцсетях?! И, о, чудо! Я ее нашла. Слава создателям этих полезных сайтов!

— Здравствуйте, Мальвина. Мне нужно с вами поговорить относительно вашей статьи в «Luton Weekly» о пропавших девушках. У меня есть важная информация, — нажала я кнопку «отправить», понимая, что лукавлю.

Это скорее мне нужна информация. Не могу же рассказывать неизвестной мне журналистке о том, что со мной произошло восемь лет назад. Или могу? Пока идет следствие возможно не стоит трезвонить это всем подряд.

Сжимая в руке планшет, я сама не заметила, как погрузилась в сон.

* * *

— Ты самая прекрасная женщина на свете, — ласкал мою промежность Двейн.

Наш медовый месяц и первая брачная ночь были замечательны. Остров Бора-Бора это просто места. Здесь все мои сокровенные фантазии воплотились в реальность.

Его умелые ласки дразнили, но не позволяли достигнуть оргазма. Он получал еще большее удовольствие от той сладкой муки, которой меня подвергал.

— Как насчет позы «69», — улыбнулся он, отвлекаясь от моего лона.

— Я смущаюсь.

— Я никому не скажу, — шепнул он мне на ухо и развернул свой пах к моему лицу.

Его невероятный пенис настолько меня возбуждал, что я без доли стеснения приступила к ласкам, получая их и от мужа.

Как же я была счастлива принадлежать ему всем телом. Он мой любимый и самый ненаглядный! Я его жена!

Наша поездка обошлась очень дорого. Пятизвездочный отель был арендован полностью для нас на две недели. В эти дни я и не думала, откуда у Двейна столько денег. Да, он неплохо зарабатывает, но откуда эти сверхдоходы. Даже спустя два года с вступления в брак я так и не поняла причин.

Глава 6

Я проснулась он приятных ощущений. Нежные ласки касались моей шеи и груди. В полудреме до меня стало доходить, что это Двейн. От одних лишь его мягких прикосновений я возбудилась до предела и ответила на его ласку.

Прильнув губами к страстному рту мужа, я с неистовством использовала свой язык, тая в его объятиях. Он стянул с себя боксеры, отодвинул мои трусики и с нежностью вошел. Я млела от его мощи, игриво извиваясь по натиском мужа. Недюжий размер всегда производил на меня впечатление, как и сейчас, я погрузилась в забытье от удовольствия.

Умелые фрикции и крепкие объятия любимого мужа приводили меня в восторг, это длилось, казалось, всего мгновение, пока меня не скрутило в тугой узел оргазма.

— Ты прелесть! — шепнул он мне на ушко и слез с меня.

Крепко обняв, Двейн вдыхал мой аромат и терся о мою голую попу пахом.

— Какая ты сладкая! — чуть различимо произнес он и через минуту захрапел.

Я же не могла заснуть. Да, секс с мужем это настолько искристо и волнующе, что я на несколько минут забыла об обеденной ссоре. Грусть обволакивала меня и скупая слеза скатилась по щеке.

Кажется, я до сих пор не простила Двейна. Да и подозрения в его странном поведении наводят на неоднозначные мысли. Злость на себя за то, что позволила ему ласкать себя и сама активно принимала в этом участие, еще больше стала меня одолевать.

Взглянув на спящего супруга, я взяла одеяло с подушкой и пошла спать на диване. Завтра у меня важный день, придется заехать в офис и отпроситься так, чтобы друг Двейна — Джерард и ухом не повел. А обед с Гаретом Эвансом проведет та же Анна, это даже будет лучше.

В потоке мыслей о завтрашних планах я сама и не заметила, как погрузилась в сон.

* * *

— Выходи, — грозно произнес один из монстров.

Я сидела на заднем сидении их большого внедорожника и боялась пошевелиться. Повязка на глазах как будто погружала меня в другое место. Я словно не была в этой жуткой ситуации с ужасной компанией. Он аккуратно снял черную тряпку, которой мне завязали глаза после ухода Хлои.

Зажмурившись, я боялась открыть глаза. Если передо мной предстанут их лица, то они точно не оставят меня в живых.

— Детка, — взял меня за подбородок главный, которого они называли Темный. — Если будешь пай-девочкой, все закончится хорошо. Поняла? Открой глаза.

Слезы лились рекой, я жмурилась изо всех сих.

— Я сказал открой! Если не будешь слушаться, мое обещание, что все закончится хорошо, я не исполню. Ты поняла? Отвечай!

— Поняла, — произнесла я, открывая глаза, но все еще ничего не видя из-за слез.

Проморгавшись, я пришла в ужас. Передо мной стояли три высоких и крепких физически парня, на лицах каждого была лыжная маска. Унести ноги, как-то спастись, у меня вряд ли получится. Даже один из них куда сильнее меня и бегает быстрее. А уж трое тем более.

Он подал мне руку и я вышла из внедорожника. Идя, за ними, с крепко сжатой им рукой, я спотыкалась и плакала.

Они завели меня в обшарпанное здание, похожее на какой-то заброшенный завод. Пройдя пару комнат, ублюдки завели меня в помещение, в котором стояла камера на штативе. На секунду мне даже показалось, что все это какая-то жестокая шутка. Сейчас, буквально через секунду, появится ведущая и скажет: «Вас снимают скрытой камерой». Но камера не была скрытой.

На полу валялся старый потрепанный матрас. Темный толкнул меня на него, а сам, расстегнул ширинку своих джинсов и с уже эрегированным пенисом направился на меня…

* * *

Я проснулась от кошмара. Уже второй день меня мучают плохие сны. Сны — воспоминания. Наверное, они никогда не прекратятся. Мне придется с этим жить всегда.

Быстро собравшись на работу, я вышла, не дожидаясь пробуждения Двейна. Сев за руль своего авто, я вновь проверила соцсеть, не выходила ли Мия в свой аккаунт. К моему разочарованию — уже прошло больше двенадцати часов с ее отсутствия.

Зато я получила ответ от Мальвины Люкс, она согласилась обсудить все подробнее и при личной встрече. Отписавшись, что я готова с ней встретиться ближе к семи вечера, я покатила на работу.

* * *

— Привет, Стюард, — заскочила я к нашим программистам.

— Привет, Эмма, — улыбнулся он мне самой лучезарной улыбкой.

— Я пришла просить об одолжении. Поможешь? — подмигнула я ему, понимая, что играю нечестно, парень давно и бесповоротно влюблен.

— Для тебя все, что угодно! — сразу ответил он, даже не выясняя, о чем я буду просить.

Достав из сумочки съемный жесткий диск, я вручила его своему другу.

— Стюард, можешь посмотреть, есть тут какие скрытые или удаленные файлы. Ок?

— Без проблем. А что я получу в замен? — вдруг он стал более целеустремленным.

— Шоколадку? — улыбнулась я.

Он отрицательно закачал головой.

— Тортик? — по-моему, я теряла его терпение.

— Давай сделаем так. Ты пригласишь меня в паб за углом в эту пятницу. Согласна?

— А ты знаешь, чего хочешь. Я согласна, — протянув руку ему для рукопожатия, я закрепила нашу сделку.

* * *

— Ты шутишь? — причитала Анна. — Это твой клиент! Он хочет сегодня с тобой пообедать и обсудить все детали его заказа. Не могу я на встречу пойти.

— Не говори глупости! Ты прекрасно можешь пойти на встречу вместо меня. Ты мой начальник, я никогда тебя не просила об одолжении, ты всегда могла рассчитывать на меня. Но именно сегодня я не могу быть на работе, более того, мне нужно, чтобы все в офисе думали, что я занята делом. Понимаешь? Я тебя прошу. По-дружески прошу!

Она облизнула подсохшие губы, как всегда это делала, когда не могла принять решение.

— Черт! Ладно, Эмма. Поезжай по своим делам. Я тебя прикрою.

— Спасибо! — приобняла я ее.

— Давай иди уже, а то я передумаю, — улыбнулась Анна, а я помчала на выход, стараясь, чтобы меня никто не увидел.

Уже вновь сев за руль, я открыла навигатор и назвала адрес детектива. Ехать всего-то 37 миль, я буду на месте даже раньше намеченного времени.

Проехав всего десятую часть пути, я почувствовала вибрацию в телефоне. Звонил Двейн. Поднимать трубку или нет? Метания моего мозга длились всего пару секунд. Не нужно создавать излишнюю подозрительность, пусть думает, что все в порядке.

— Алло, — быстро ответила я.

— Милая, все в порядке? Что делаешь? — как будто зная о моих намерениях, он задавал вопросы.

— Нормально. Мне тут по работе нужно кое-куда заехать. Давай я позже позвоню.

— А куда тебе нужно заехать?

Молниеносно думая, как же выглядеть правдоподобно, я начала врать довольно искренне.

— У меня встреча с маркетологом, я же тебе говорила, — назвала я реальные планы, только те, которые намечены через два дня. — Очень важная встреча. Давай я позже позвоню, — не дожидаясь ответа, я положила трубку.

Превышая скорость, я на нервах ехала к наемному сыщику. Мысль позвонить и детективу Джейкобу Флинну не покидала меня, но мне почему-то было очень страшно это делать.

Узнать плохие новости о Мии я боялась больше всего на свете. Чтобы не думать о негативном, я взяла телефон и позвонила детективу Александру Гуверу. Он к моему счастью согласился принять меня раньше.

* * *

— Здравствуйте, — неуверенно я зашла в его офис.

Меня встретила помощница в годах.

— У вас назначено? — поправила она очки с толстыми стеклами.

— Да, мистер Гувер ждет меня, — я закивала.

— Аманда, сделай-ка мне чаю, — вышел детектив из своего кабинета, чуть не ковыряясь в носу. — Ой, извините, — увидев меня, он опешил. — Думал, вы будете чуть позже.

— Да, я очень торопилась, поэтому приехала раньше. Мне срочно нужно с вами поговорить, — начала я, а он рукой пригласил зайти в его кабинет.

— Слушаю вас.

Унимая нервную дрожь, которая возникла на фоне того, что мне вновь нужно погрязнуть в воспоминаниях, я начала. Но буквально через секунду меня прервал еще один телефонный звонок. Звонил программист Стюард. Я нажала на сброс и отключила вибрацию. Ничего не должно меня отвлекать. Ничего.

Слушая мою историю об зверском изнасиловании, о пропаже большого количества девушек с аналогичным со мной типажом и найденных жертвах, детектив, чуть не седел на глазах.

— Это как в каком-то малобюджетном ужастике, — вдруг вынес он вердикт.

— Может это так и выглядит, но все происходит на самом деле. Вы возьметесь за дело?

Он потер свой подбородок с аккуратно постриженной бородой.

— Да, мисс Биготт. Я берусь за ваше дело, — пожал он мне руку. — Аванс 500 фунтов плюс ежедневные расходы 200 фунтов. Вы согласны?

— Конечно, — закивала я.

Заключив договор и оплатив начальный этап, я довольная собой вышла из офиса детектива, как вдруг вспомнила о звонке Стюарда.

Взяв в руки телефон, я прочитала ужасающее сообщение, от которого у меня волосы встали дыбом. Друг-программист написал: «Эмма, я не знаю, откуда ты взяла этот диск, но я должен обратиться в полицию. На нем страшные видео. Срочно позвони!»…

Глава 7

В нервном напряжении и с плохим предчувствием я села в машину. Пора возвращаться в офис. Взяв в трясущиеся руки телефон, я не решалась нажать кнопку вызова, чтобы позвонить Стюарду.

Но меня кое-кто опередил. Мне звонил мой муж… План не выглядеть подозрительно почти провален. Я не знала, о чем с ним говорить. Я даже не знала, что имел ввиду Стюард, говоря, что нашел на диске страшные видео. Что за видео?!

Нажав кнопку сброса, я уверенно позвонила другу-программисту.

— Эмма, ты где? Скорее приезжай. Мне надо тебе кое-что показать на твоем винчестере.

— Что там за видео? — теряла я терпение.

— Это не телефонный разговор, Эмма.

— Мне ехать еще целый час. Ты не можешь хотя бы намекнуть.

— Слушай… Скажу тебе одно. Было время, я работал в полиции, — перевел он дыхание. — Это было после колледжа. В общем, мне поручали восстанавливать удаленные файлы с телефонов, компьютеров, планшетов. Ты даже не представляешь, какой дряни я насмотрелся. Но то, что было на твоем диске будет мне сниться до конца дней! Тебе нужно было предупреждать! Короче я тебя жду, а потом мы с тобой поедем в полицию. Там нечто ужасное, чего ты даже не можешь представить…

Не слушая мой ответ, Стюард положил трубку. Мои руки затряслись еще сильнее. Господи! Мой муж хранит какие-то ужасные видео на своем ноутбуке! Я живу с чудовищем под личиной святого…

Всю дорогу мне звонил Двейн, но я не могла с ним говорить. Просто не смела. Всплывающие перед глазами картинки заставляли держать дистанцию. Как вдруг до меня снизошло прозрение.

В момент изнасилования меня тоже снимали на видео… Что можно считаться ужасными кадрами, такими, чтобы даже программист, который работал в полиции, был в шоке?! Мой муж любит подобные видео?! Я слушала, что есть такие извращенцы, которые готовы платить за этот треш деньги. Может он один из них? Говорят же, в тихом омуте черти водятся. Это про моего мужа?

Он, который виделся мне почти святым, в душе демон?! Мне очень не хотелось в это верить, но многое говорило в эту пользу. Его слова о том, что я виновата в изнасиловании, означало лишь одно. Он оправдывает насилие тем, что девушка надела короткую юбку, тем, что она шла поздно вечером домой, тем, что пошла на дискотеку, или тем, что ее родители не доглядели в чем-то. Ни один нормальный человек никогда не станет винить жертву, указывая на то, что если бы она была умнее, то такого с ней не приключилось бы.

Не случилось бы с ней, произошло с другой бы. Изувер всегда найдет на ком отыграться. Поэтому преступление нельзя оправдывать. У него нет оправданий, тем более, ссылаясь на то, что жертва могла бы предугадать…

Я мчала на работу, мне не терпелось скорее поговорить со Стюардом. Но в то же время я больше всего на свете боялась нашего диалога. Друг-коллега сказал, что хочет обратиться в полиции из-за тех видео. Значит жизнь уже точно не будет прежней. Голова шла кругом, я даже сама не замечала, как плачу.

* * *

Пробегая мимо своей помощницы Элены, которая обратилась ко мне с каким-то вопросом, я отмахнулась.

— Стю, что там? — заскочила я в его кабинет сама не своя.

Он мрачно посмотрел на меня, приглашая сесть за его компьютер. Закрыв плотно дверь, я на ватных ногах села рядом со Стюардом.

— Ты действительно хочешь это смотреть или может давай просто отвезем диск в полицию. Потому что я тебя предупреждаю, здесь такие кадры, которые я просто не хочу повторно смотреть…

Я нервно кусала губы, одновременно кивая. А что делать? Кому-кому, а мне точно это нужно посмотреть. Что бы там ни было.

— Ну смотри, я предупреждал, — казалось, он даже разочаровался в моем ответе.

Стю открыл папку с восстановленными видео и нажал на первое, отвернувшись от экрана.

Ролик длился около 30 минут, но мне хватило и первых десяти секунд. Звук Стюард предусмотрительно отключил. Перед глазами молоденькая блондинка с длинными волосами, которой задрали платье и раздвигали грубо ноги, под ее беззвучные для меня протесты. Несколько ударов по лицу большой рукой и она потеряла сознание.

На моих глазах от вселенской несправедливость навернулись слезы. Я была не в силах произнести ни слова. Три парня в масках по очереди овладевали рыдающей девчонкой, прижимая ее лицо к грязному матрасу. Через несколько минут все стало только хуже. Я уже не в силах была смотреть на весь этот ужас в кадре.

Стюард сжалился надо мной на том моменте, когда девушке загнали первую зубочистку под ноготь. Он отключил видео. Прижимая руки ко рту, я разрывалась в истерике. Поток моих слез никто не способен был остановить. Даже Стюард не мог понять такой реакции. Да, видео ужасные, но почему я не смогла абстрагироваться…

— Придется тебя еще сильнее расстроить, — произнес Стю, когда я заставила взять себя в руки, утирая рукавом слезы. — Таких видео здесь, — продолжил он и остановился, переводя дыхание. — Тридцать четыре… И везде разные девушки, но все блондинки. Мы должны обратиться в полиции. Это не постанова. Это реальные издевательства. Есть черный рынок для таких видео и на них есть спрос у больных ублюдков. Этот диск либо от почитателей таких видео, либо от изготовителей. Обе категории преступники, им не место на свободе. Мы идем в полицию сейчас же, если ты не пойдешь, я иду без тебя.

— Конечно мы пойдем в полицию. Я даже знаю, кто занимается расследованием этих преступлений.

Стюард смотрел на меня с крайним удивлением, он точно не ожидал моей личной заинтересованности. Отключив съемный носитель от компьютера, он вручил его мне в руки и закивал.

— Я уже отпросился с работы сегодня, мы можем выезжать. Поехали?

— Да, — не взирая на то, что просила Анну прикрыть меня до обеда, я дала свой положительный ответ.

Мы вышли незаметно из офиса, как от неожиданности я чуть не поседела.

— Эмма, куда ты пропала? — перекрывал мне дорогу Джерард — шеф и по совместительству друг мужа.

— Очень сегодня занята, езжу по делам.

— Мне сказали, что ты попросила встретиться с Гаретом Эвансом вместо себя Анну. Как это понимать? — вдруг включил он начальника.

Такое любопытство в отношении меня со стороны Джерарда выглядело вполне себе подозрительным.

— Извини, говорит не могу, нужно срочно ехать, — схватив за руку опешившего Стюарда, я выскочила на улицу, подбегая к машине.

Быстро сев за руль и почти не дожидаясь, когда сядет в авто Стю, я глядя на центральный вход, пересекаясь взглядом с Джерардом, дала по газам. Они, черт возьми, лучшие друзья и его заинтересованность возникла не просто так.

Немного превышая скорость, за 30 минут я доехала до полицейского участка. Стюард не проронил ни слова, он, наверное, был в еще большем шоке, чем я. Мне же удается с этим жить уже восемь лет… А он столкнулся с такой жестокостью только сегодня.

— Мне нужен мистер Флинн, — заскочила я по-свойки в офис полиции.

— Сейчас позову, — видно, узнав меня, произнес мужчина.

Он вновь прошел по коридору, заглядывая в один из кабинетов.

— Эй, Флинн, к тебе гости.

Джейкоб с расстроенным видом, выйдя из помещения, прошел по коридору ко мне. Казалось, он чем-то был обеспокоен.

— Эмма, здравствуй, — пытался он расстянуть неуклюжую улыбку.

— Что-то произошло?

— Ну как тебе сказать. Есть новости. Плохие новости, — начал он и умолк.

Душу начала разрывать невыносимая боль, глаза жгли горючие слезы.

— Что??? — смотрела я на него испытывающе. — Только не Миа!

— Да, Миа, — кивнул он, опустив глаза.

— Господи! Говорите же быстрее! — схватила я Джейкоба за грудки.

— Эмма, ее нашли в лесу. Она мертва, — отводил он взгляд.

Разжав окаменевшие руки, я рухнула на пол, бьясь в беззвучных конвульсиях. Это все моя вина! Я струсила сообщить о преступлении и теперь моя младшая сестренка погибла. Свою истерику я не могла остановить. Это конец! Я уже ничего не в силах сделать…

— Эмма, — пытался до меня докричаться Джейкоб. — У нее не те признаки, что у остальных. Это другое преступление. Это не твоя вина, — но я его уже не слышала.

Глава 8

Резкий запах нашатырного спирта и я как после сна открыла глаза. Очень болела голова, в ушах стоял звон. Надо мной склонились трое с крайне испуганными лицами.

— Как ты? — еле слышно произнес Джейкоб по-отцовски.

— Извините за это. Все нормально. Мы сюда приехали совсем по другой причине, — заставила я себя быть сильной. — У нас есть диск. Стюард помоги, пожалуйста, — взглянула я на него.

Он тяжело вздохнул и достал из рюкзака винчестер, передавая его в руки мистеру Флинну.

— Что там? — сдвинул он брови.

— Стю, можешь подождать в машине? — не ответила я на вопрос следователя.

Тот кивнул и вышел из помещения. Джейкоб смотрел ему вслед и на меня вопросительно.

— В общем, когда меня насиловали восемь лет назад, у тех извергов была камера. Она все фиксировала. На этом диске 34 аналогичных видео, — быстро произнесла я, переводя дыхание.

Детектив смотрел, не отрываясь, на съемный диск, часто моргая. Казалось, он и сам не верил.

— Я сейчас, — зашел мистер Флинн в уже знакомый мне кабинет программистов.

Мужчина помог мне подняться с пола и предложил чай.

— Спасибо. Я с удовольствием, — стараясь вообще ни о чем не думать, произнесла я.

Он налил мне горячий напиток в пластиковый стаканчик из кулера и пригласил сесть на стул возле стола мистера Флинна.

— Дождитесь его, он скоро выйдет. Пожалуйста, никуда не уходите. Вам еще нужно, — продолжил полицейский и замолчал.

— Нужно что? — удивилась я.

Он пристально смотрел на меня, боясь произнести хоть слово.

— Вам нужно еще сделать опознание, — опустил он глаза.

— А, хорошо, — ответила я, отвернувшись от него, град слез сразу же хлынул.

Тяжело дыша, стараясь отвлечься от этой душевной боли, я отпила глоток слишком сладкого чая. К моему удивлению мне действительно стало чуть легче.

Из кабинета вышел Джейкоб, на нем просто не было лица. Ужас, увиденный минутой ранее, отражался в его глазах.

Взяв в руки блокнот, дав мне лист бумаги и ручку, мистер Флинн начал стандартную процедуру допроса.

— Откуда этот диск?

— Это мой диск. Я вчера вечером сделала копию всех данных с ноутбука своего мужа на него. Так что эти видео с его компьютера, — опустила я глаза.

— Как зовут вашего мужа? Сколько ему лет и как его найти? — сухо задавал он вопросы.

— Его зовут Двейн Биготт. Он родился 2 июня 1990 года. Муж сейчас на работе, но в 6.30 вечера будет дома, адрес я скажу.

— Ваш муж вел себя подозрительно? Проявлял ли какую-то агрессию в отношении вас?

— Подозрительно он стал вести себя, когда нашел мой дневник с записями об изнасиловании, все началось вчера. До этого никогда не вел себя странно, всегда был ко мне добр. Он обвинил меня в том, что меня изнасиловали и сказал, что бросает меня. Но вечером попросил прощения за грубость. После я сделала копию с ноутбука, т. к. он также вел себя подозрительно. Муж всегда разрешал им пользоваться, но в тот вечер как будто запрещал.

— У вашего мужа есть друзья?

— Да. У него есть лучший друг Джерард Сатклифф. Также почти лучшие друзья Кевин Фишер и Эдвард Блэк. С последним он уже давно не виделся.

— Есть их телефоны, адреса? — уточнил детектив.

— Да, — произнесла я и продиктовала все контактные данные, что знаю.

Читая цифры со своего смартфона, я от неожиданности вздрогнула. Мне снова звонил Двейн. Я показала телефон детективу, взглядом намекая, что это муж.

— Возьмите трубку, скажите, что все в порядке, вы скоро приедете домой. Ничем не заставляйте его подозревать о неладном.

Я закивала, нервно пытаясь нажать на кнопку «принять вызов».

— Алло, — произнесла я максимально спокойно.

— Милая, куда ты запропастилась. Мне Джерард сказал, что ты себя странно вела, убежала с работы, хотя всем говоришь, что поехала по делам. В чем дело?

— Джерард не так понял. Я действительно по работе бегала. А ему-то откуда знать, он лишь ходит с важным видом, но ничего не делает. Давай поговорим дома, я уже скоро приеду.

— А где ты? — был он непреклонен.

Глядя пристально в глаза детектива Флинна, я уже знала, что сказать мужу.

— Помнишь, ты поймал меня на лжи о моей семье? Так вот… — произнесла я, тяжело вздохнув. — Я приехала к своей матери, моя младшая сестра пропала. Маме звонили из полиции и сказали, что нашли труп похожей девушки, мне нужно заехать на опознание. Ты не мог бы поддержать меня? — не знаю как, но я смогла произнести слово в слово.

— Конечно, родная. Я приеду! Говори адрес.

Вскинув злобно бровью и продиктовав мужу расположение полицейского участка, я уверенно смотрела в глаза Джейкоба Флинна.

— Что ты задумала, Эмма? — спросил он после окончания разговора с мужем.

— До того, как вы его возьмете, я хочу видеть его глаза при опознании Мии. Если это он, я увижу ложь.

— Психопаты и социопаты умеют врать, они не чувствуют мук совести, — пожал он плечами. — Но идея хорошая. Только не знаю, как ты сможешь играть при опознании.

— А я и не буду играть…

* * *

Морг располагался в соседнем здании. Мы с полицейскими вышли из участка и направились туда. Я должна быть сильной. Хотя бы сейчас. Тогда я была безвольной тряпкой, которую опустили в помои, и у меня не хватило воли справится со своими обидчиками. Из-за моей слабости пострадала Миа, что бы мне ни говорили в противовес.

Муж приехал через двадцать минут. Вместе с ним и полицейскими мы вошли в прохладное помещение, не проронив ни слова.

Сотрудница морга провела нас к металлическому столу с человеком, накрытым простыней. Кровь в моих жилах застыла. Казалось, я нахожусь во сне. Патологоанатом взяла в руки папку с документами, сделала какие-то пометки и, взглянув на меня с мужем, спросила, готовы ли мы к опознанию.

Я не могла сказать ни слова. А что говорить? Да, я готова опознать свою маленькую сестренку. Готова признать ее смерть. Или нет? Я готова просто убежать, спрятав голову в песок. Но мне уже нельзя прятаться. Просто нельзя.

Роняя слезы, я закивала, Двейн крепко меня обнимал, стараясь поддержать.

Сотрудница морга сдернула с лица простыню, казалось, это было в замедленной съемке. На столе лежала девушка очень похожая на Мию и на меня в этом же возрасте. Но она ли это?! Я понятия не имею. Прошло долгих восемь лет, за эти годы даже я очень сильно изменилась, чего уж говорить о девятилетней девчушке, которой сейчас семнадцать.

Мистер Флинн пристально смотрел то на меня, то на Двейна, стараясь у мужа уловить признаки совести.

— Да, это она, — произнесла я тихим голосом.

Женщина накрыла девушку простыней, снова сделав пометки в документах.

— Ты можешь выйти на минутку? — обратилась я к мужу.

Он, кивнув, сразу же вышел из холодного помещения.

— Что ты задумала?

— Вас я тоже попрошу выйти, посмотрите, чтобы он не сбежал.

Флинн, качая головой, тоже вышел. Я же попросила сотрудницу морга показать попу покойницы.

— Зачем вам? — удивилась она.

— У моей сестры была большая родинка на правой ягодице. Если она вдруг ее удалила, то точно бы остался шрам. Если родинки нет, то эта девушка не моя сестра.

Женщина одобрительно кивнула, развернула ее, отодвинув простыню. На ягодице не было и намека на родинку. Первый раз в жизни, глядя на женскую попу, я роняла слезы радости. Это не Миа. Это не моя сестренка…

Глава 9

Выйдя из холодного помещения, я с удивлением обнаружила, как скручивают Двейна. Мистер Флинн, видимо, окончательно убедился в его виновности.

— Эмма, это ты меня сюда заманила. Ты считаешь я насильник? Убийца? — чуть не хрипел муж. — Как ты могла такое подумать? Это не я!

Глядя на супруга, я не верила ни единому слову. Он пойман почти с поличным. В его ноутбуке видео зверств, он винил меня в преступлении, которое было совершенно в отношении меня. Все говорит в пользу его виновности. И да, есть замечательное правило. Когда насильника или убийцу ловят, он все никак не может понять, как так. В чем дело? Почему вдруг подумали на него?! Он же избавлял мир от грязи. Или решал какие-то свои детские травмы.

— Где моя сестра? — прошипела я.

— Ты сбрендила? Она же лежит на столе у патологоанатома. Ты сама сказала!

— Там лежит не она. Эта другая девушка, которую ты погубил! — смотрела я со всей ненавистью, на какую способна.

Окажись сейчас я один на один с мужем, я бы его убила! Убила бы, даже не моргнув. Пусть после этого я сама стану преступницей, убийцей, но я спасу будущих жертв и отомщу за себя. Вспоминая моменты пыток, я роняла слезы, представляя, как сама наношу ему эти же травмы, причиняя неимоверную боль. Физическую боль и душевную…

Не в силах сдержаться, я накинулась с кулаками на скрученного наручниками Двейна. Даже мистер Флинн сам растерялся от моей реакции. Восемь долгих лет заточения душевных страданий закончились. Теперь я отомщу этой падали!

— Эмма, Эмма, остановись, — пытался урезонить меня Джейкоб. — Мы его взяли, он тебя больше не обидит, больше никому не причинит вреда.

— Погоди. Ты думаешь, что я тебя изнасиловал? — расширил от напускного ужаса Двейн глаза.

Не ответив на его вопрос, я достала из кармана телефон, мне звонила Мальвина Люкс. В эту же секунду я вспомнила о том, что у нас с ней сегодня встреча и я уже опоздала на сорок минут.

— Алло, — ответила я, думая, стоит ли вообще с ней общаться.

— Эмма, добрый вечер. Я все также вас жду в кафе, где мы договорились. Вы приедете? — без каких-либо обвинений в моей непунктуальности озвучила свои мысли Мальвина.

— Да, я буду. Буду через, — взглянув на часы, я прикинула необходимое время. — Через двадцать минут. Вы дождетесь?

— Конечно, жду, — произнесла она и положила трубку.

Все это время на меня, беседующую с журналисткой по телефону, смотрели удивленные Двейн и Джейкоб. Как будто обменявшись со мной мыслями, мистер Флинн повернулся к моему мужу и заговорил.

— Вы имеете право хранить молчание, то, что вы скажете, может быть использовано против вас, — развернув его к себе спиной, детектив повел Двейна к участку, их сопровождали еще двое полицейских.

Краем уха я услышала то, что сказал удаляющийся от меня мистер Флинн.

— Ну и проблем ты нам создал, даже в штаб-квартире Скотланд-Ярда за голову хватались последние два года, пытаясь тебя поймать…

* * *

— Добрый вечер, — произнесла я, подойдя к столику, за которым, по-моему мнению, сидела Мальвина Люкс.

— Эмма? — вопросительно она взглянула на меня.

— Да, — ответила я, усевшись напротив нее.

— Вы хотели обсудить то, откуда я знаю о пропавших девушках-блодинках? И сказали, что у вас есть какая-то информация для меня.

— Верно. Так откуда же вы знаете, если Скотланд-Ярд не афиширует?

— Надеюсь, все сказанное останется между нами? — спросила она и, увидев мой кивок, продолжила. — В Лондоне у меня есть друг, который как раз занимается этим делом. Он и дал часть информации. После я стала искать по других источникам и убедилась, что действительно за последние восемь лет в крошечном пригороде Лондона, нашем городке Лутоне с населением в 200 тысяч человек, пропало слишком много однотипных девушек. Да и нашли несколько трупов этих же девушек. Теперь ваша очередь. Какую информацию вы мне можете дать дополнительно?

Я смотрела на нее, не решаясь произнести ни слова. И правда, а что я могу ей сказать? Может то, что я первая из жертв этих извергов и единственная, которой удалось сбежать. После моего побега они, видимо, стали более подготовлены к своему преступлению и изворотливы, поэтому никто больше не смог сбежать. О, а самое поразительное то, что мой муж оказался один из тех ублюдков. С ним я прожила два года. Два года под одной крышей со своим насильником.

— Дело в том, что моя сестра пропала, она тоже блондинка, ей семнадцать лет. Как раз тот самый типаж, — почему-то решила я не вдаваться в подробности о своем прошлом.

Мальвина покачала головой, выражая сочувствие.

— Мне очень жаль. Я могу чем-то помочь?

— Не подскажите, каков ход расследования?

— Мне мой друг из Лондона говорил, что у них есть наметки на подозреваемых и они отправили человека под прикрытием. Это все, что я знаю. За эту статью Боб, мой друг, когда узнает, что я ее опубликовала, больше не станет делиться информацией. Я и сама сейчас думаю, что наломала дров. Сейчас ведется следствие, вдруг они лягут на дно, зная, что их активно ищут. С другой стороны, может это спасет чьи-то жизни. Не знаю, — качала она головой.

— Вы правильно поступили. Одного уже поймали сегодня. Говорю вам так же по секрету, — произнесла я гордо.

— Серьезно? — заблестели от радости ее глаза.

— Да, — ответила я и почувствовала, как по щеке покатилась слеза.

Поговорив еще несколько минут с Мальвиной, я попрощалась и вновь поехала в полицейский участок. Мистер Флинн был все еще на работе и готов был меня принять.

— Джейкоб, можно к вам обращаться по имени? — спросила нерешительно я.

— Конечно, Эмма, — улыбнулся он мне.

— Я вот что подумала. Насильники общались между собой по прозвищам. Прозвища двоих я слышала четко. Как называли третьего, мне неизвестно. В общем, один был Темным, второй Острым.

— Да, ты об этом говорила.

— Суть в том, что имя Двейн с англо-саксонского языка означает, — произнесла я и замолчала, пытаясь унять дрожь.

— Что означает?

— Темный…

Джейкоб расширил глаза от удивления.

— Это еще не все…

— Что же еще? — мистер Флинн смотрел на меня с восхищением.

— У Двейна есть лучший друг Джерард… Его имя с древне-ирландского означает Копье храбрых. Конечно с натяжкой, но его можно трактовать, как Острый. Не так ли?

— Неплохая теория, Эмма. Будем иметь ввиду этого Джерарда как соучастника. Завтра утром будет суд об избрании меры пресечения для твоего мужа в виде ареста. Надеюсь, что судья не согласится выпустить его под залог. Но все может быть, особенно, учитывая тот факт, что он пригласил лучшего адвоката Лондона…

Черт! Откуда этот подонок берет столько денег?! Не озвучила я свои мысли.

— У меня к тебе неофициальная просьба. Пока мы не получили орден на обыск, но ты можешь посмотреть дома что-то подозрительное. Вдруг найдешь. И твоя сестра выходила совсем недавно в соцсеть. Может это была она, а может и нет.

Услышав последнее, я попрощалась и быстро вышла из здания полиции. Накануне вечером я написала сестричке сообщение от якобы двоюродного брата, кто знает, может она ответила.

Зайдя в аккаунт, я расстроилась, сообщение прочитано, но на него не отправлен ответ. Мия, родная, почему ты молчишь?! Как я надеюсь, что по ту сторону экрана именно ты и именно ты просто так решила проигнорировать непонятного паренька. Не долго думая, я зашла уже в свой аккаунт и снова написала сестренке, объяснив, что я та самая старшая непутевая сестра. Дожидаться ответа я не стала, а поехала прямиком домой. Нужно посмотреть, может что найду.

* * *

— Какой же ты скользкий тип, — смеялся Темный, когда видел, как его коллега по преступлениям, настраивает камеру.

Я лежала лицом в старый вонючий матрас, боясь пошевелиться. Мысль о том, что если я буду тише воды и ниже травы, позволяла думать, что возможно благодаря этому мне удастся выжить. Они получат то, что хотят и рано или поздно остановятся. Но зачем эти звери записывают эти ужасы на видео?! Чтобы потом смотреть и наслаждаться своей «мужественностью»? Что втроем справились с хрупкой девушкой? Так?

* * *

Я резко вжала педаль тормоза в пол. Скользкий! Скользкий тип! Это прозвище, мать его!!! Кто же третий?! Из моих глаз брызнули слезы. Я знаю, кто…

Глава 10

Забежав в дом, я сразу стала рыскать в кабинете мужа. Его я редко использовала, обычно только Двейн проводил в нем время. Мне казалось, что это обычные деловые вопросы, но скорее всего то было не так. Проходя вдоль двух шкафов с плотно расставленными книгами, я пыталась найти зацепку. Как вдруг перед глазами оказались три книги автора по имени… Гарет Эванс. Одна называлась «Темный», другая — «Скользкий» и третья «Острый».

Два года я живу в этом доме, за это время довольно много раз была в кабинете, но ни разу не обратила внимания на эти книги! Они как красная тряпка маячили перед глазами.

Гарет Эванс?! Осторожно взяв в руки первый том с названием «Темный», я судорожно стала перелистывать. Оказалось, это художественный триллер о маньяках. Три парня-насильника вдруг возомнили себя вершителями судеб, похищая, насилуя и убивая девушек блондинок не старше семнадцати лет.

Прочитывая жуткий роман через строчку, я как будто наблюдала за собой со стороны. Все три книги написаны в 1998 году. Уже столько лет прошло. Но как мне известно, я первая жертва этих преступников. Значит они подражатели! Ведь так?

Пролистывая книгу до конца, я с удивлением обнаружила, что мое предчувствие относительно идентичности имени с заказчиком Гаретом Эвансом возникло не на пустом месте. На последней странице было фото автора. Да, он сейчас гораздо старше, но на изображении точно этот человек! Мистер Эванс написал все три книги с жуткими названиями!

Его сумасшедшие фанаты вдруг решили повторить зверства, описанные им. Нужно обязательно с Гаретом Эвансом поговорить. Сегодняшняя встреча с ним была мной отменена, а точнее вместо меня с ним общалась Анна. Захочет ли он после этого разговаривать со мной, ведь крутой бизнесмен известен своими обидами.

Я стала рыскать по другим местам и взяла в руки блокнот мужа. Просматривая страницы, я наткнулась на очень подозрительную запись. «Детектив Джонс 2018.02.15 в 12 после полудня».

У нас в городе есть два частных сыщиках и один из них как раз-таки Джонс. Мое сердце завело усиленный ритм. И с ним тоже обязательно нужно встретиться. Муж обратился к детективу по чьей-то наводке. Кто его надоумил?!

Пока я почти бездумно просматривала остальную часть комнаты, то еле заметила вибрацию в телефоне. Это сигнализировала соцсеть, я получила сообщение. Нервно схватив в руки смартфон, я разблокировала экран и открыла приложение. Мне ответила… Миа…

«Сестричка! Неужели это и правда ты! Давай встретимся…» — написала она, указав адрес кафе и свой сотовый. Я не верила своим глазам! Буквально вчера у меня даже легкой надежды не было, что она мне ответит. А сейчас Миа ни только ответила, но и пригласила пообщаться. Все выглядит слишком подозрительно. Кто знает, может это какие-то злоумышленники. Ведь почему ее ip-адрес не могли вычислить программисты полиции?!

Но рискнуть ради сестры стоит, поэтому я, даже ни с кем не связавшись, отправилась по названному адресу. Это обычный ирландский паб в центре. Со мной точно ничего не должно приключиться, даже если ответила мне не Миа, все же встреча в публичном месте.

Прибыв в кафе чуть раньше обозначенного времени, я вновь взяла в руки телефон и решила набрать номер сестры. Она быстро подняла трубку, ее звонкий и повзрослевший голос сразу же напомнил мне о том, как мы с ней дурачились в детстве. Я была значительно старше, но это не мешало мне играть с сестричкой на выходных в войнушку подушками.

— Эмми, я буду через пять минут. Ты на месте?

— Да, Миа, — ответила я и почувствовала, как глаза наполнились слезами.

Казалось, последние восемь лет вычеркнули нас из жизней друг друга, но мы одна кровь, мы самые близкие в этом мире. Мне нужно взять себя в руки, не могу же я показаться вновь тряпкой. Я все же старшая сестра и именно мне нужно задать темп нашим отношениям.

Зайдя в паб, я выбрала свободный столик и стала пристально смотреть за входом, как через пару минут появилась Миа. Шикарная девушка, одетая с иголочки, сразу привлекла своим видом все мужское внимание в кафе. Она тряхнула охапкой роскошных белокурых локонов и начала взглядом искать сестру. Увидев скромную одинокую девушку — меня — Миа направилась уверенной походкой к моему столику.

Да… Время летит… Прошло восемь лет, передо мной уже не безбашенный сорванец, а очень красивая молоденькая девушка, которая способна вскружить голову любому.

— Сестричка! — слишком пафосно она потянулась поцеловать меня через столик.

— Миа, это действительно ты? Ты так изменилась! — смотрела я во все глаза и все еще не могла поверить, что говорю с пропавшей сестрой.

— Конечно я, — гордо она вскинула бровью.

Схожесть Мии с той девушкой на столе патологоанатома была фантастической. Они как будто близнецы.

— Милая, а какая у тебя есть отметина и где? — решила я проверить.

Она демонстративно засмеялась, ловя на себе влюбленные взгляды двух парней за соседним столом.

— У меня на правой половине попы родинка, — улыбнулась Миа вновь, обнажив идеально ровные и белые зубы.

Не знаю почему, но я все не верила.

— В какие игры мы с тобой играли в выходные дни?

— Эмма, ты шутишь? Решила допрос устроить? В чем дело? Отчего такая подозрительность?

— Да, ты права, странная подозрительность, — закивала я головой. — Но ты все же ответь!

— Мы с тобой бились подушками, — кажется, она стала терять терпение. — Ну что? Убедилась?

— Миа! — выскочила я из-за стола и крепко обняла сестру, обливаясь слезами.

— Мать, ты что беременна? Откуда такая чувствительность? — спросила она и вновь заставила меня плакать.

Так, шутя, Миа называла меня много лет назад, насмехаясь над тем, что я намного старше.

— Не беременна, просто много чего произошло. Как ты? Где ты? Чем живешь? — произнесла я, когда мы сели за стол и взялись за руки.

— Ну… У меня есть мужчина. Он меня содержит. В нашем городе он довольно известен, — говорила она шепотом.

— Гарет Эванс? — не знаю почему, вдруг спросила я.

Миа серьезно взглянула на меня, дав понять, что я попала в точку.

— Он женат и мы не афишируем наши отношения…

— Бросай его, Миа, переезжай ко мне. У меня есть деньги, дом. Я помогу тебе. Зачем тебе в 17 лет связываться со стариканом. Он нарушает закон, общаясь с тобой.

— Ты шутишь что ли? Я свалила от мамочки, от безденежья и безнадеги, он мне открыл весь мир и дарит свою любовь. А я его брошу! Нет.

— Ты просто не знаешь, что происходит. Я тебе все сейчас расскажу.

— Да что происходит? Исчезновение большого количества девушек-блондинок? Это что ли? Я читала статью в «Luton Weekly». Ты думаешь это он? — усмехнулась Миа.

— Я не думаю, что это он. Мне нужно тебе кое-что рассказать, — произнесла я и умолкла, как-то язык не поворачивался признаться младшей сестре в том, что произошло со мной много лет назад.

Хотелось уберечь ее от этой информации, от жестокости мира. Но она уже взрослая и возможно морально более зрелая, чем я. Миа смотрела на меня, ожидая того, что я так хотела рассказать и я начала… Начала говорить.

После нескольких сказанных предложений, я просто отвела взгляд и продолжила рассказ, мне было страшно видеть тот ужас в глазах сестры, ту жалость.

— Господи, Эмма! — остановила она мой рассказ на самом «интересном».

— Как ты понимаешь, Гарет Эванс косвенно связан. Он написал эту трилогию, которую три ублюдка взяли на вооружение.

— А что я могу сделать? Может мне не стоит уходить от него, а наоборот на его территории проще пытаться раскрыть преступление.

Но я ее почти не слушала, меня вдруг увлекла совершенно другая мысль.

— Миа, скажи, пожалуйста, почему твой вход в соцсети не отслеживается по ip?

— О, это все благодаря Гарету, — произнесла она с влюбленностью в голосе. — Он мне дал такой зашифрованный телефон. А что? Откуда ты знаешь?

— Ну, деточка, скажу тебе вот что! Каждая пропавшая девушка за последние восемь лет входила в соцсети по скрытому ip. Входила даже после своей смерти. Тебя это не наводит ни на какую мысль? Это редкое защита на телефоне, которая перенаправляет ip. Это то, что дал тебе Гарет Эванс. Теперь в его участии я точно уверена!

— Эмма, ну что за чушь?! — закатила она демонстративно глаза, но по ее виду я прочитала другое.

Кажется, Миа что-то уже подозревала.

— Ты делаешь вид, что не веришь, почему? Из-за его денег? А ты не думала, что когда ему надоешь, то сама окажешься в расходниках?!

— Говори тише! — прошипела сестра.

— Извини, — закивала я, понимая, что уже перехожу на слишком высокий уровень децибел. — Слушай, нужно поговорить с полицейским, с тем, кому я доверяю.

— Я не могу, мне уже пора домой, Гарет меня не на долго отпустил, — начала она нелепо оправдываться.

— Миа, какой домой? Ты не понимаешь, тебе опасно с ним оставаться! И что значит отпустил?!

— Ты как-то не вспоминала обо мне целых восемь лет, а как я наладила жизнь, ты сразу же ворвалась в нее и хочешь все испортить? — вскочила она из-за стола и побежала прочь из паба.

Глава 11

Я побежала следом за сестрой, мне нельзя ее отпускать!

— Миа, стой! Дай мне еще одну минуту.

— Эмма, зачем? Ты опять будешь просить уйти от него, но я не могу! Я не могу его так предать! Я не верю в то, что он имеет какое-то отношения к этим, — продолжила она шепотом. — Преступлениям. Да, написал эти книги, он мне, кстати, говорил, что много лет назад занимался писательством. Но при чем здесь он?

А ведь и правда? Почему я вдруг подумала, что Гарет Эванс замешан в преступлениях. Моей первой мыслью было же подражательство больных на голову ублюдков. Кто знает, быть может именно с ним ей безопаснее всего. Но факт остается фактом, наличие устройства, которое скрывает реальный ip, говорит не в его пользу.

— У меня последний вопрос. Можешь показать свой телефон?

Миа, не моргнув и глазом, достала из кармана смартфон и вручила его мне. Я внимательно осматрела устройство, на вид ему больше чем пара месяцев…

— Давно он у тебя?

— Гарет мне подарит полтора месяца назад. А что?

— Ты так неаккуратно пользуешься телефоном? Почему так исцарапан экран? Или один из богатейших людей Лутона подарил тебе б/у аппарат? — усмехнулась я.

Это было последней каплей, Миа забрала телефон и, махнув рукой, поймала такси.

— Извини, — крикнула я ей вслед, когда машина тронулась.

Младшая сестричка, из-за которой я очень волновалась в эти дни, вдруг стала меня безумно бесить. Почему она меня не слушает? Почему не прислушивается? Я же старше, мудрее, опытнее. Так хотелось дать ей затрещину, чтобы вправить мозги, но вряд ли будет толк.

Стоя в растерянности возле паба, я обратила внимание на странную парочку бомжей, как вдруг, меня отвлек телефонный звонок.

— Добрый вечер, Эмма. Это Александр Гувер. У меня есть первый результат.

— Мистер Гувер, я вас слушаю, — произнесла я, удивившись скорости его работы.

— Я нашел вашу Хлою. Ее настоящее имя Дебра Блэк. Она супруга Эдварда Блэка, довольно успешного бизнесмена. Все исходные данные могу вам прислать.

— Хорошо, присылайте.

Супруга Эдварда Блэка… Это либо полный тезка друга Двейна, либо действительно он и есть. Как-то все очень странно. Задумчиво растирая затылок, я вновь отвлеклась на парочку бомжей. У дамочки на плече висела сумочка, которую она точно не могла себе позволить купить. Это Гуччи. У меня есть такая же, но покупала ее я не сама, мне подарил муж. Набравшись смелости, я подошла к странной компании.

— Добрый вечер. Извините за нескромный вопрос. Откуда у вас эта сумочка?

— Че те надо! Пошла отсюда вон подобру-поздорову! — сразу среагировала агрессивно женщина.

— Нет-нет, я совсем ничего не хочу вам сказать, просто мне нужно уточнить, вы нашли ее? И если да, то где? Я не буду обращаться в полицию. Мне нужна лишь информация, — произнесла я, достав 10 фунтов и протянув их бомжихе.

Она, озираясь по сторонам, быстро схватила деньги и довольная собой заговорила.

— Сумка валялась на трассе в сторону Лондона, в двух милях. У нас там просто родственники живут в заброшенном доме, мы у них гостили. Карта есть? Давай покажу.

Я достала телефон, совсем потеряв страх быть обкраденной странной парочкой, и открыла приложение Карты. Она водила своим грязным пальцем по экрану, щуря глаза, а потом ткнула ногтем на участок дороги.

— Здесь.

— Спасибо вам, — произнесла я, кивая.

— Да не за что, — ответила она и, не прощаясь, пошла прочь от меня вместе со своим кавалером.

* * *

— Вы понимаете, что это подозрительно? — говорила я с детективом Джейкобом Флинном.

— Эмма, я понимаю, что ты, видимо, возомнила себя следователем. Но как сумочка, найденная бомжихой в районе, где мы тебя подобрали восемь лет назад, может быть связана с преступлениями.

— Вы, наверное, не слышите! Я же сказала, мой муж мне подарил такую же сумочку!

— Я не очень-то считаю эти вещи связанными. Да мало ли какую он тебе подарил сумочку! У меня сейчас другие заботы. Шеф сказал, что у нас недостаточно улик. Он подозревает, что судья не даст ордер на задержание и обыск. В лучшем случае у нас есть 48 часов на то, чтобы найти более веские доказательства. А сейчас уже и меньше.

— Что? А эти видео на его ноутбуке?

— Видео были на твоем съемном диске. Ты дома нашла его ноутбук? Или даже не искала? Давай все делать по порядку. Первое, мне нужны доказательства, что эти видео хранились именно на его ноутбуке. А так пока это выглядит как клевета жены на мужа. Понимаешь, мы его задержали только с твоих слов. О презумпции невиновности слышала? Тем более преступления в виде совершения насильственных действий и убийств в сравнении с хранением подобных видео подразумевают совершенно другую ответственность.

— Нет, я не искала ноутбук, я думаю, что он его уже спрятал. Но программисты же могут найти информацию, откуда я сохранила эти данные на диске.

— Вот сейчас ты мыслишь правильно, этим они и занимаются. Что-то еще нашла подозрительное, кроме трех книг одного бизнесмена, самого богатого в нашем городе, есть? Если нет, то ищи еще! Это и в твоих интересах, — слишком грубо Джейкоб закончил разговор, положив, не прощаясь, трубку.

Чертово бюрократическое правосудие! Чтобы доказать вину человека в преступлении, нужно записать на видео преступление и подать на блюдечке. Но у нас же есть запись? Почему так сложно доказать?

Размышляя над вновь возникшими проблемами, я вдруг задумалась. Кто, если не я, узнает моего мужа в кадре. Мне нужно смотреть не на сам процесс, от которого кровь стынет в жилах, мне нужно смотреть на движения. Я-то знаю, как движется мой муж. Если он там присутствует, то кому, как не мне, его узнать.

Вновь позвонив детективу Джейкобу, я одним лишь чудом убедила его прислать мне один из файлов, что были на съемном диске. Он уже терял терпение от моих «необоснованных» догадок. Но деваться было некуда.

Зайдя почти в полночь домой, я взяла в руки планшет и открыла злополучный файл. Стараясь совсем не следить за происходящим перед моими глазами, я пристально рассматривала движения каждого изувера.

На моих глазах навернулись слезы. Нет, среди них не Двейн! Это точно! Так почему я до сих пор его считаю виновным?! Я же только что убедилась в том, что в кадре совершенно другие люди. Не мог же мой муж менять свои движения, жестикуляцию в момент преступлений.

Утирая слезы рукавом, я зашла в соцсеть и открыла сохраненное видео с нашей свадьбы. Вдруг я что-то путаю? Вдруг на тех ужасных кадрах он, а мне лишь кажется, что он не виновен. Голова от неизвестности просто раскалывалась.

Хотя возможно обида за его колкие слова, за то, что он растоптал мой дневник, в котором я хранила тайну ужасной трагедии взыграли вверх и мне показалось лучше его обвинить в произошедшем, чем искать другие причины.

Шафером на нашей свадьбе был Джерард Сатклифф. Внимательно всматриваясь на него в кадре, я сразу же нашла того, кто из тройки зверей был на видео. Язык тела — он не способен обмануть!

Вспомнив о своей дикой идее, что один из них Питер Фишер, я попыталась найти и его в кадре. К своему уже неудивлению я определила и его на видео. Маски не помогли в их опознании. Людей выдают не только лица…

Но кто же третий и самый главный?! Тот самый с прозвищем Темный. Учитывая, что у двоих из этой тройки были сходства имени и прозвища, то нужен человек, у которого имя или фамилия похожи на слово «темный».

Пока никого более подходящего Эдварда Блэка не приходило в голову. Черный — темный. Значения почти идентичны. Но его я уже давно не видела, возможно с нашей с Двейном свадьбы.

Схватив в руки планшет, я побежала в кабинет взять на шкафу школьный альбом мужа. Эта четверка дружит еще с детских лет. После окончания школы Двейн на некоторое время уехал в Лондон и вернулся незадолго до нашего знакомства. Может старые фото или записи к ним дадут какие-то ответы?!

Перед глазами цветные фотографии всех учащихся их выпускного класса. Прыщавые и неуклюжие подростки за несколько лет превратились в очень привлекательных мужчин. Просматривая подписи к каждому фото, я наконец наткнулась на Эдварда Блэка. Если сравнивать его с двумя другими преступниками, то сразу видно — он главный. Но если оценить его и Двейна, то я даже не знаю, кому стоит отдать пальму первенства. По всей видимости, еще в детские и подростковые годы они не могли поделить лидерство.

Куда же пропал Эдвард? А вдруг Двейн его заменил в этом деле?! Вдруг я смотрела старое видео, а мой муж присутствует только на самых последних? Новый поток слез не заставил себя ждать, я в отчаянии упала на пол, не веря в то, что снова подозрения падают на него. Я не хочу верить в то, что живу с чудовищем два года под одной крышей! Я не хочу верить в то, что я не видела происходящего эти годы!

Глава 12

Отложив альбом и планшет, я стала рыскать дальше в кабинете мужа. На завтра я запланировала заскочить к детективу Джонсу, тому самому, с которым Двейн встретился скорее всего касательно меня. Просматривая тяжелый дубовый стол, я поняла, что самый нижний ящик закрыт на ключ. Уже теряя надежду открыть его сегодня без слесаря, я расстроенная взглянула на керамическую статуэтку аборигена с копьем, что стояла на столе… С копьем…

Схватив безделушку, я стала вращать ее в руках. Оказалось, что у основания выдвигается металлический ключ, который идеально подходил рисунком к замку на закрытом ящике стола.

Превозмогая бешеное сердцебиение, я открыла его тайное хранилище. Как мне и казалось ранее, внутри лежали копии страниц моего дневника, куча каких-то финансовых бумаг и флешка.

Просматривая скопированный черно-белый текст, который я выводила синей ручкой много лет назад, я не чувствовала каких-то эмоций. Мне нельзя их проявлять, я должна быть хладнокровной. А вот что действительно стоит изучить, так это финансовые бумаги. Банковские выписки получения переводов без открытия счета суммой до 10 тысяч фунтов несколько раз в месяц. Кто-то моему мужу очень хорошо приплачивает. Но за какие услуги?!

Компания-отправитель это фирма, зарегистрированная в оффшоре. Документы нужно изучить специалисту, я в этом мало что понимаю. Взяв в руки телефон, я сфотографировала все 150 или даже больше листков с финансовыми данными. Прикинув в голове цифры, я поняла, что за несколько лет муж получил порядка 1,5 млн. фунтов стерлингов. Да и вполне возможно, что здесь не все бумаги, поэтому объем переводов невозможно точно определить. Муж всегда держал меня в неведении относительно своих финансовых дел, но по счетам платил исправно. Поэтому я и не совала нос в его дела…

Понимая, что не смогу посмотреть содержимое флешки без компьютера, я стала думать, как можно это сделать иначе. Вспомнив, что когда-то давно покупала переходник, я, используя свои чертоги разума, сразу же нашла его. Подключив устройство к планшету, я дрожащими руками открыла флешку. Черт! Она запаролена!

Нужен программист! Но сейчас слишком поздно! Сделаю это утром.

Приняв душ в состоянии отрешенности, я строила план дальнейших действий. Сил ни на что не было, как будто всю энергию из меня высосали. Я очень устала от этой погони за прошлым. Очень устала…

* * *

Это сон! Точно! Я понимаю, что сплю, но от этого мне не становится менее страшно. Передо мной злобная троица в масках. Я их очень боюсь, хочу убежать, а ноги не слушаются. Как будто погружаясь в пески, я тону в бездне. Ужас накрывает меня. Хочется плакать и кричать. Беззвучный вопль вырывается из глотки и я вижу его! Демона… Он смеется.

* * *

Проснувшись в холодном поту, я попыталась успокоиться объяснением, что это сон. Но то был не сон, это отражение моего подсознания… Пережитое много лет назад не ослабило хватку власти надо мной. Стоит мне вспомнить или лишний раз подумать, как я снова погружаюсь в эмоциональную боль. Только отстраненность поможет мне справится с наваждением. Я должна быть сильной.

Встав с кровати, я почувствовала легкое головокружение, на которое сначала не обратила внимание. Тошнота подкатила к горлу и я рысцой побежала в туалет. О, Господи, почему меня вырвало?! Неужели все нервы? Или… О, ужас! У меня задержка.

Просматривая календарь в телефоне, я поняла, что у меня уже третий день нет месячных. Черт! Черт! Черт! Гневно выругавшись, я начала плакать! Нет, ну только не это! Я подозреваю мужа в том, что он насильник, и самое неподходящее, что может случаться, это беременность!

Приведя себя наспех в порядок, я взяла флешку и отправилась в офис. Нужно поговорить со Стюардом.

— Эмма, я от вчерашнего отойти не могу, а ты меня просишь о новом одолжении? — не был он миролюбив.

— Да, прошу. Мне не к кому обратиться. Ты же понимаешь!

— Хорошо, — произнес он, стиснув зубы.

Только я собралась выйти из его кабинета, как услышала за спиной голос Анны.

— Мне уже советуют тебя уволить, Эмма. Куда ты пропала? Надеюсь, сегодня ты будешь работать. Мистер Эванс не стал со мной встречаться, он желает отобедать именно с тобой.

— Конечно, — кивнула, гадая, как мне вырваться к детективу Джонсу, чтобы расспросить его о Двейне.

— Тогда ровно в час будь по этому адресу, — передала Анна мне визитку кафе.

Она вышла, а я отправилась в финансовый отдел, спросить кое-что у подружки-бухгалтера.

— Привет, Кира! — улыбнулась я ей.

— Приветик! Давненько мы с тобой не общались! Может сегодня пообедаем? — спросила она меня.

— Сегодня у меня в обед встреча с заказчиком.

— А, ну понятно. Ладно, мы звезд с неба не хватаем, — обиженно произнесла Кира.

— Я к тебе по делу. Можешь посмотреть документ и получить информацию об отправителе? — не успев даже задать вопрос, я уже открыла первое фото с платежек Двейну.

Кира внимательно рассматривала телефон, а потом выдала вердикт.

— Ты знаешь, такие платежи даже полиции не отследить и МИ-5 и 6 тоже. Они на то и скрытые, чтобы отправителя не палить. И сумма смотри какая.

— Какая?

— Ну та, на которую финансовый мониторинг не обратит внимание… Такими платежами пользуются преступники, — закончила она, пожимая плечами.

— Ясно.

Но все равно непонятно, нужно еще расспросить у детектива. Он просил что-то подозрительное найти, я и нашла. Выйдя от подруги, я отправилась в туалет, намереваясь, закрывшись, поговорить с Джейкобом Флинном по телефону.

— Эмма, у меня плохая новость, — произнес он вместо приветствия. — Судья отказал в аресте и обыске. Если мы не найдет зацепку, то отпустим его в течение суток. У тебя что-то есть?

— Что? — вскрикнула я от паники. — Что?

— У тебя есть что-то? — повторил Джейкоб вопрос.

— Я нашла финансовые документы и флешку.

— Вези скорее.

— Я привезу в обед, — прикинула я, как можно с Гаретом Эвансом отобедать быстрее, а потом поехать в полицейский участок. — А сейчас могу отправить фото.

— Отправляй, жду, — произнес он и положил трубку.

Да, не слишком приветливый. Но как иначе. Мой муж — главный подозреваемый в жутких преступлениях — может уйти без наказания. И как мне самой с ним быть? Если он выйдет, то сразу же поедет домой, туда, где я провела самоличный обыск в его вещах. Мне нельзя будет после этого появляться в нашем «семейном гнездышке».

Растирая от волнения виски, я решила сделать еще один звонок. Детектив Джонс — вот с кем мне стоит поговорить.

— Здравствуйте. Я Эмма Биготт. Мой муж Двейн заказал у вас расследование в отношении меня, — заговорила я сразу, как секретарь меня переключила на частного сыщика. — Мы можем поговорить?

— Здравствуйте. Слушаю вас, — его голос насмехался.

— Плачу тысячу фунтов за информацию о том, кто ему посоветовал к вам обратиться и что вам удалось найти.

— Миссис Биготт, вы не так поняли, любая информация, связанная с моей работой, конфиденциальна.

— Две тысячи фунтов.

— Нет.

— Пять тысяч.

— Вы издеваетесь? Нет! — терял он терпение.

— Мое последнее предложение — двадцать тысяч.

В ответ тишина. Попался на крючок!

— Продолжайте, — произнес он спустя несколько секунд.

— Плачу наличными сегодня. Давайте встретимся в каком-нибудь людном месте и оформим сделку.

— Договорились.

Назвав адрес удобного мне кафе, я прикинула, как могу успеть еще и в банк заехать за деньгами. Позвонив своему банкиру, я обозначила, что ближе к вечеру приеду на крупной наличностью.

Глава 13

Я вышла из туалетной комнаты и пошла в свой кабинет. В приемной сидела испуганная Элена, на ней просто лица не было.

— Доброе утро, что-то не так? — сразу же спросила я ее.

— Шеф, доброе утро! Я так за вас переживала. Хотят такие слухи…

— Да? И кто их распускает? О чем слухи-то?

— Первоисточник не знаю. Мне девчонки рассказали. Говорят, ваш муж убийца. Это так? — расширила она от ужаса глаза, ожидая мой ответ.

Господи! Что ей сказать? Да — и через пять минут поползут новые слухи. А аргументом выступят уже мои слова. Или нет — и поставить себя в неловкое положение уже после.

— Я не буду ничего ни подтверждать, ни опровергать. Давай делом займемся. Что там есть? — сделала я максимально равнодушный вид.

— Гарет Эванс ждет вас сегодня на обед здесь, — передала она мне визитку кафе.

Он эти карточки всем раздает? Это уже вторая!

— Что еще?

— Сказал, что хочет внести коррективы в концепцию рекламного ролика.

— О! Ну хоть какая-то информация.

Я зашла в свой кабинет и гипнотически посмотрела на распечатанную презентацию рекламной компании одного из богатейших людей не только Лутона, но всего объединенного королевства. Несколько недель я готовила ее и у меня даже не возникло никаких подозрений в совпадении…

На первой странице кратенькое техзадание заказчика.

1. Стройная девушка-блондинка до 20 лет. Длинные волосы в косе.

2. Она бежит по мостовой в спортивных леггинсах и маечке, ее коса развивается.

3. Пробегает мимо трех парней в темных одеждах с капюшонами.

4. Надпись в конце: «Твоя сила в тебе».

По спине прошел холодок… Занятно все-таки получается, когда ты немного в курсе происходящего. Уже и предпочтения заказчиков не кажутся чем-то обыденным.

Весь день до обеда я старалась себя занять какой-то работой, силясь не думать о предстоящей встрече с Гаретом Эвансом. В час дня я должна быть на месте, ехать не более двадцати минут, поэтому в половину первого я взяла сумочку, вызвала такси и направилась на переговоры.

* * *

Подъезжая к кафе, я сразу заметила на парковке кортеж именитой персоны. Понятно, он уже на месте. Сердце забило бешеный ритм, руки похолодели, меня накрыл озноб. Стараясь отдышаться, я оплатила такси и довольно высокомерно направилась к столику, где уже восседал богатей.

Стоило мне появиться в кафе, он сразу же подскочил и схватил мою руку. Обжигающий пот его ладоней вызывал отвращение, но я не одернула руку. Он смачно, излишне откровенно поцеловал тыльную сторону моей ладони и пригласил сесть за столик.

— Эмма, понимаю, это далеко не ресторан с мешленовской звездой, но здесь готовят потрясающие чизбургеры. Вы знаете, я из Америки, еда детства, — говорил Гарет Эванс совсем не по теме нашей встречи.

— Ничего, переживу. Вы хотели обсудить изменение концепции рекламной компании. Я вас слушаю.

— Погодите вы с рекламной компанией. Отведайте чизбургер, сейчас его принесут.

Я смотрела на заказчика и не понимала сути его игры. Зачем мы здесь, если не для внесения правок?! Что он задумал?

Мужчина в годах, с сединой на висках и глазами, умудренными опытом, пристально смотрел на меня. Этот дядька спит с моей младшей сестрой, наконец снизошло до меня прозрение. А я с ним мило беседую. Старый извращенец. Так и подмывало ему это сказать.

Официант принес на подносе два блюда с огромными чизбургерами, а также два стакана колы. Я внимательно всматривалась в Гарета Эванса, стараясь понять его намерения. Но он был закрытой книгой для меня…

— Посмотрите на свой чизбургер. Это просто совершенство, — вдруг выдал он.

— О, сомневаюсь! Я придерживаюсь здорового питания, — вскинув бровью, усмехнулась я.

— Вот-вот! Вы наконец поняли суть!

— Какую суть?

— Ну как же. Вы не едите это гадость, — протянул он и вонзился зубами в свой чизбургер с недюжим аппетитом.

Гарет Эванс так смаковал, что даже и мне захотелось попробовать, но я сдержалась, ограничиваясь лишь глотком воды.

— Эта греховная пища… Но вы не такая. Вы не будете ее есть. Или будете? — сделал он мне вызов.

— Не буду.

— А теперь о рекламной компании. Вы. Именно вы мне нужны для нее. Та бегунья со светлыми волосами не подходит. Бегуньей будете вы. Вы ведь не такая, как они.

— Не такая, как кто? — стала я понимать его недвусмысленные намеки.

— Вы же понимаете!

— Не такая, как моя сестра, с которой вы спите? — вдруг выпалила я.

Гарет Эванс закивал. Вот же ублюдок! Сам провоцирует девушек своими деньгами на близость, а потом их же обвиняет в этом. Вспоминая тот злополучный вечер, я вдруг поняла, что мои намерения знакомства с богатым красивым парнем были лишь для того, что получить финансовую свободу от родителей. По мнению этого козла я такая же продажная, поэтому заслужила это.

— Вы же не такая. А моя продукция для чистых девушек.

— Я не актриса.

— Вам и не нужно играть. Вам нужно быть собой.

Этот дядька точно знает больше, чем показывает. Он изображает из себя идиота, но мистер Эванс не такой. Он хитрый и вдумчивый лис. Желая не играть под его дудку, я схватила чизбургер и вонзилась в него зубы. Вкус и правда неповторимый.

Но, кажется, я прогадала. Именно этого от меня и ждал старый искуситель.

— В общем, вы поняли смену концепции, — произнес он разочарованно и бросил несколько банкнот на стол.

Выйдя из кафе, даже не попрощавшись, Гарет Эванс сел в одну из своих тачек и покатил в неизвестном направлении.

Что это было?!..

* * *

Заскочив после обеда с Эвансом в полицейский участок, я отдала флешку. Стю так и не смог открыть ее, кто знает, может у полицейских лучше получится. А уже вечером после работы меня ждал частный сыщик в пабе, куда я его пригласила.

— Я дам вам эту информацию бесплатно, — сказал детектив Джонс, чем очень меня удивил.

— Почему вдруг вы изменили мнение?

— Потому что она не стоит 20 штук. Это нечестно с моей стороны.

— Тогда ответьте на несколько вопросов. Кто надоумил моего мужа к вам обратиться? Что вы раскопали?

— Я не знаю, кто надоумил вашего мужа. Он сказал, что друг. Наверное, вам лучше знать, какой именно друг. А раскопать мне удалось лишь то, что вы не сирота, как говорили мужу, у вас есть родители. Я посоветовал ему просмотреть ваши вещи. В случаях, когда люди скрывают родню, у них часто есть какие-то доказательства. В вашем случае — дневник. Но, по всей видимости, он нашел что-то запрещенное для него, поэтому просил не распространяться. Это все.

Слушая внимательно частного сыщика, я не видела лжи. Он говорил правду. Впрочем все прекрасно укладывается в мозаику. Друг — это скорее всего Джерард. Он вполне мог рекомендовать Двейну изучить меня доскональнее. Да и все остальное верно. Муж нашел дневник с моими тайнами, отчего у него снесло разум. Вся любовь, которой он меня накрывал, исчезла. А была ли она?

* * *

Сидя дома на кухне, я ждала мужа. Полчаса назад мне звонил детектив Джейкоб Флинн. По указанию прокурора Двейна отпустили даже раньше, чем должны были. Моя флешка не понадобилась. Его освободили, невзирая на подозрения. Какой-то очень влиятельный человек ему покровительствует.

У меня уже не было панического ужаса. Я у себя дома. Я смогу себя защитить, если это потребуется…

Услышав звук ключа в дверном замке, я напряглась. Вот он. Человек, которого я полюбила больше своей жизни, сейчас зайдет в наш общий дом и сделает что-то, отчего моя жизнь изменится. Он либо станет врать, что ни при чем. Либо скажет правду. И то, и другое будет означать одно. Мы больше не пара. Нам нельзя быть вместе. Да и не смогу я жить с изувером.

— Эмма, — произнес Двейн, зайдя в темную кухню и включив свет. — У нас есть пять минут, ты должна меня выслушать.

Я посмотрела на мужа, который выглядел очень странно. Казалось, он прошел через пять шагов принятия неизбежного. Он был похож на мудреца. Не говоря ни слова, я лишь наблюдала за ним в напряжении.

— Ты должна запомнить. Я всегда любил тебя и всегда буду любить. И что бы ни случилось, это всегда будет так.

Он взял лист бумаги со стикера для кухни и написал на нем какой-то набор цифр.

— Сохрани его, когда все закончится, я объясню для чего…

Не успел он закончить фразу, как в наш дом ворвалась группа захвата, скрутив мужа, зачитав ему права.

Глава 14

— Нет, вы не беременны.

— Почему же до сих пор нет месячных?

— Наверное, у вас был стресс, произошел сбой. Такое случается. Я назначу вам гормональный препарат он вызовет менструацию. Не волнуйтесь, у каждой женщины такое происходит иногда, — успокаивала меня гинеколог.

— Хорошо, — обрадовалась я положительным новостям.

Мой муж уже почти месяц под следствием, он рассказал такое, от чего у многих волосы встали дыбом. Не хотелось бы мне иметь с ним что-то общее, тем более детей. Единственное, что радует в отношении него, это то, что у него как-будто развязался язык, словно Двейн уже много лет мечтал предать общественности всю эту грязь.

* * *

6 месяцев спустя…

Сегодня последнее судебное заседание, на котором суд присяжных вынесет вердикт каждому участнику: Виновен или Нет. Тот объем доказательной базы, собранной за время следствия, хватит с головой, чтобы закрыть пожизненно всю мерзкую шайку.

Эдвард Блэк — главный из тройки насильников, его «напарники» — Джерард Сатклифф и Питер Фишер претендуют на срок от 30 лет каждому до пожизненного. Гарет Эванс, который не только написал примерзский роман в трех томах, но и стал главным заказчиком этих преступлений, распространителем среди почитателей таких видео во всем мире. Он сколотил состояние не только на бизнесе, но и на своем «хобби»… Этому гаду светит пожизненное.

И мой муж… Двейн Биготт… Он выступал в этом вопросе ответственным за «организационные вопросы». Подбирал девчонок, оборудование, места съемок, передавал материал заказчику и другим покупателям. Своими руками он не трогал девушек, но именно он идейных вдохновитель. Прочитав как-то еще в юности о банде, которую накрыли в штатах, что специализировалась на таком роде деятельности, он вдруг понял, что это ниша «бизнеса» не заполнена в Британии. Мало того он, любить триллеров и ужастиков, прочитал книгу Гарета Эванса и решил, что тот будет еще и потребителем такой продукции. И, что удивительно, не прогадал!

Посещая каждое судебное заседание, я всегда садилась в самом неприметном месте, чтобы муж не видел меня. Но он видел. И постоянно смотрел на меня, гипнотизируя. Каждый раз я жалела, что пришла, хотя не могла поступить иначе.

Вот и сегодня я прибыла в суд за целый час до начала заседания. Проходя по коридору, я была остановлена адвокатом мужа.

— Эмма, поговорим минутку?

— Зачем? — испугалась я.

— Всего на минутку. Хочу передать слова вашего мужа.

Схватив довольно беспардонно меня за локоток, адвокат отвел меня к автоматам с напитками.

— Двейн вам давал лист с цифрами. Так?

— А что?

— Это не просто цифры. Это счет с его накоплениями.

— Накоплениями? За это? За его грязную работу? — слезы брызнули из моих глаз.

— Послушайте и не делайте ничего скоропалительного!

— Слушаю, — заскрипела я зубами.

— Последние восемь цифр это пароль, вам нужно явиться в банк на Кипре и обналичить деньги.

— Мне это нужно? Серьезно? — усмехнулась я.

— Эти деньги ваши. Они на предъявителя номера счета и пароля. Но предъявителем обозначены только два человека: он и вы.

— Т. е. я снимаю деньги и отвожу их в полицию. Так? — вскинула я бровью.

— Решать вам, но Двейн просил большую часть отдать на благотворительность, а процентов 10–20 — вам.

— Он еще и меценат?! — покачала я головой.

— Такова его воля. Вам же понятно, что ему дадут минимум 30 лет, а может и пожизненное без права на досрочное. Вы же можете исполнить его последнюю волю.

— А он тоже исполнял последнюю волю тех девушек?

Адвокат грустно пожал плечами и достал из кармана записку.

— Это вам. От мужа…

Вручив мне в руки бумажку, он удалился прочь. Сжимая листок, я смотрела на него, пытаясь унять сердцебиение. Мимо проходили любопытствующие люди, журналисты, которым не терпелось скорее узнать, какой вынесут присяжные вердикт. Я же отошла в сторону и развернула записку.

«Милая моя, ты для меня все! Я люблю тебя больше жизни! Ты самый прекрасный человек на свете! Я не достоит тебя, я дерьмо, человеческое отребье. Мне не повезло родиться в бедной семье, поэтому еще в подростковом возрасте я поставил себе цель — зарабатывать много денег. Методы заработка меня не волновали. Я делал ужасные вещи, о которых ты, к сожалению, знаешь не понаслышке…

Мою вину ничего не искупит, но я молю тебя, пожалуйста, выполни мою последнюю просьбу! Ради нашей любви! Ведь я знаю, ты меня тоже не любила. Создай фонд помощи женщинам, подвергшимся насилию и внеси на счет 80–90 % от суммы, которая хранится на счете банка Кипра. Остальные оставь себе! Заклинаю тебя! Выполни мою последнюю просьбу. Ты моя жизнь. Прощай!»

Я вытирала стекающие по щекам слезы и уже знала, что сделаю так, как он просит. Двейн и моя жизнь. Он ужасный человек, но я все равно его люблю. Дура! Проклятая идиотка!

* * *

— Господа присяжные, вы приняли решение? — спросил судья после того, как они вернулись из совещательной комнаты.

Главная из присяжных встала и озвучила вердикт в отношении каждого участника процесса.

Гарет Эванс — виновен.

Эдвард Блэк — виновен.

Джерард Сатклифф — виновен.

Питер Фишер — виновен.

Двейн Биготт — виновен.

Каждому назначили пожизненное с правом на досрочное после 30 лет отсидки.

Я не проронила ни слезинки. Приговор суровый, но справедливый. Моя б воля, я бы вообще не дала им права на досрочное, даже спустя 30 лет. У них нет смягчающих приговор обстоятельств.

Взглянув на мужа в последний раз, я, отправив ему воздушный поцелуй, отпустила его морально. Нам не быть вместе и это правильно. Прощай, Двейн.

Выйдя из зала суда, я почувствовала облегчение. Люди, которые причинили мне столько боли и уничтожили жизни многих девушек, будут наказаны. Справедливость восторжествовала, что на самом деле происходит довольно редко. Мне нужно отметить это!

Глава 15

Только ближе к вечеру следующего дня я вспомнила о записке и номере счета. Что с ним делать? Заявить в полицию или все же открыть фонд помощи женщинам?! Как поступить? Голова от наплыва вопросов раскалывалась…

* * *

Потягивая безалкогольный коктейль на побережье Карибского моря, я задумчиво смотрела на потрясающий голубой океан. Волны ласкали купающихся, чем провоцировали меня скорее самой окунуться в пучину нежной природы. Прозрачная вода, просматриваемая на многие метры, яркое солнце, ослепляющее даже в темных очках, и чудесный морской воздух. Атмосфера праздника и релакса витала в воздухе.

Я скинула парео и направилась к волнам, на которых вдали катались серферы. Красивые статные парни и девушки ловко лавировали на своих досках, покоряя океан. Я и сама когда-то мечтала научиться. Кажется, это было в прошлой жизни. Вместе с бывшим мужем. Неделю назад я получила свидетельство о разводе и теперь официально меня можно назвать свободной женщиной.

Двейну гнить в тюрьме, а мне еще предстоят долгие годы впереди. Его деньги я так и не обналичила, хотя прошло уже почти три месяца. Но и полиции я их не отдала. Воспользовалась советом Джейкоба Флинна о сохранении средств и создании фонда помощи. Деньги для себя я не буду брать, да и не знаю, сколько там. У меня и так достойный для самодостаточной жизни доход.

Из рекламного агентства я уволилась и перебралась в Лондон, где быстро нашла себе вакантное место в отличной конторе, не запачканной владельцами-изуверами. Эту поездку я оплатила после заключенного многомиллионного контракта на рекламу одного известного бренда. Мой работодатель дал мне недельку набраться сил после сложной работы.

Обо всем этом я думала, купаясь в водах Карибского моря, настроение немного испортилось. У меня есть прошлое. Но мне нельзя оборачиваться назад. Груз слишком тяжел. Даже мысли об этом способны вогнать в тоску. Поэтому я должна жить настоящим и будущим.

— Скучаете? — вдруг услышала я, как мужчина позади меня задал мне вопрос.

Оглянувшись, я увидела потрясающего красавца с темными волосами и яркими глазами. Его фигура выгодно очерчивалась загорелой кожей, но, видно, он тоже в отпуске и солнечных ожогов не избежал.

— С чего вы взяли, что я скучаю? Разве можно скучать в таком месте? — улыбнулась я.

— У вас грустный вид, — подал он плечами и сразу же переключил внимание. — Вы здесь одна?

— А что?

— Ничего, просто хотел пригласить вас пообедать. Мы все равно остановились в одном отеле. Я очень проголодался. Составите мне компанию? Я, кстати, Крис.

Взглянув еще раз на красавца, я задумалась. Хм, а почему бы и нет? Это же просто обед. Тем более не могу же я всю поездку быть одна, общение мне тоже не повредит.

* * *

— Вы шутите? — удивилась я.

— Отнюдь.

— Неужели вы тоже из Лондона? — не верила я.

— Эмма, ну может вам паспорт показать? — усмехнулся он.

— Конечно покажите! — настаивала я.

— Он у меня в сейфе в номере. Не знаю, насколько это будет корректно пригласить вас в номер, — улыбнулся Крис соблазнительно.

До чего красивый, промелькнула у меня мысль, когда я заострила внимание на его губах. Мы болтаем всего двадцать минут, а у меня такое чувство, что я его знаю всю жизнь. Меня всегда забавляли истории знакомств на курортах, в их искренность я никогда не верила. Да и финал таких лав-стори один — парочки разъезжаются по домам, оставив в лучшем случае милое воспоминание, а в худшем — разбитое сердце.

— Вечером я свободна, можете пригласить меня выпить по стаканчику, чтобы показать паспорт, — я и сама удивилась своей решительности.

— С удовольствием! — загорелись его глаза.

* * *

Наш легкий флирт перерос в страстный роман. Мы не могли оторваться друг от друга по приезду в Лондон. Неделя в раю пролетела незаметно, теперь я и мой новый герой в сером и дождливом городе. Мои страхи, что интерес Криса ко мне развеется после возвращения в будни, прошли. Этого не произошло. Мы все также влюблены друг в друга.

Но у меня есть один нерешенный вопрос. Я должна поехать на Кипр и понять, что мне делать с теми деньгами…

* * *

— Сколько? — повторила я в третий раз свой вопрос.

В голове никак не укладывалось, как Двейн мог сколотить такое состояние на грязных извращенных видео. Это ж сколько больных на голову людей!

— Сто девятнадцать миллионов долларов США, — вновь повторил сотрудник банка.

Я отрешенно смотрела под ноги, сидя за столом. И что делать? Взять деньги или отдать их полиции? Почти 120 миллионов. Этих денег хватит, чтобы очень многим помочь. Нарушая нависшее молчание, сотрудник банка вновь заговорил.

— Советую использовать эту схему для вывода денежных средств, — протянул он мне листок с пометками.

— Почему? — хмурила я брови.

— Чтобы не доказывать происхождение средств.

С прищуром взглянув на мужчину средних лет, сидящего напротив меня, который явно уже далеко не первый раз обсуждает такие крупные денежные средства, я выдала свой вердикт.

— Хорошо, так и сделаю…

КОНЕЦ

Словарь

* Биготт (английский) — изувер

* Фамилия Сатклифф взята из имени британского серийного убийцы. Созвучна с фамилией российского маньяка из Старого Оскола Саплина, который снимал на видео свои зверства.

* Двейн (с англо-саксонского) — Темный

* Джерард (с ирландского) — Копье храбрых

* Эдвард (старо-английский) — Владеющий копьем

* Блэк (английский) — Черный

* Фишер (немецкий, английский) — немецкая фамилия, связанная с рыбами

* Питер (английский, древнегреческий) — Скала, камень

* Гарет (валлийский, французский) — валлийское мужское имя, созвучное с французским Гаррет — Сильное копье.

* Мия/Мия — Непокорная

* Эмма — Ласковая

* Джейкоб — Следовать, обследовать

* Флинн — Румяный, рыжий

Content

Дарья Кова
Изувер

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Словарь