Эрик Берн

Лидер и группа. О структуре и динамике организаций и групп

Лишь в людях себя познать способен человек.

И. Гете

Eric Berne, M. D.

THE STRUCTURE AND DYNAMICS OF GROUPS AND ORGANIZATIONS

Copyright © 1973 by Eric Berne Copyright renewed 1992 by Ellen Berne, Eric Berne, Peter Berne and Terence Berne. This translation is published by arrangement with Random House, a division of Penguin Random House LLC

Перевод с английского А. Грузберга

Предисловие

Эта книга адресована тем, кто связан с группами и сталкивается с проблемами, возникающими в группах. Однако это научная работа, а не руководство для лидеров. Подход примерно такой, как у инженера, которого пригласили для починки бойлера. Инженер отыскал засоренный клапан, сильно ударил по нему, и бойлер заработал нормально. Инженер представил счет на сто долларов. Владелец бойлера сказал, что это многовато для одного удара молотком, и предложил пересмотреть счет. Тогда инженер написал: «Удар по бойлеру молотком – 1 доллар. Знание, куда именно ударить, – 99 долларов». То есть 99 процентов текста отведено практическому пониманию того, как организовать работу группы, поскольку именно это знание делает возможным ее нормальное функционирование.

Исследование основано на изучении, наблюдении и участии в деятельности множества групп на протяжении девятнадцати лет, а также на руководстве работой групповых терапевтов и консультировании лидеров самых различных организаций. Сюда входит опыт свыше пяти тысяч изменяющихся ситуаций в армии, флоте и администрации по делам ветеранов, в больницах штата Калифорния, в исправительной системе этого штата, в муниципальных, окружных и частных агентствах, а также в Калифорнийском и Стэнфордском университетах. Большие возможности для наблюдений предоставляли также повседневная жизнь и участие в частной психиатрической практике, политике, спорте, религии, образовании, науке – наблюдения черпались и в суде, театре, в буфете и у лагерного костра. Идеи, представленные здесь, с самого первого своего опубликования обсуждались в основном в Сан-Франциско: в клинике душевного здоровья ветеранов, в больнице Маунт Сион, нейропсихиатрической клинике Лэнгли-Портер, Стэнфордской психиатрической клинике, в отделе исследований человека исследовательского центра Форт Орд, а также на Сан-Францисском семинаре по социальной психиатрии, где терапия лечебных групп исследовалась наиболее систематически.

В Первой части создается модель группы, основанная на исторических и современных наблюдениях и иллюстрированная практическими приложениями. Во Второй части в качестве примера анализируется одна группа – во всех подробностях единичного группового собрания. Третья часть рассматривает реального индивида как члена группы и организации, его проблемы, тревоги и действия в разных ситуациях, когда он сталкивается со сложностями личностных взаимоотношений. Эта часть основана на принципах трансакционного анализа, которые полнее рассматриваются в моей предыдущей книге «Трансакционный анализ в психиатрии». Четвертая часть включает сведения для группового терапевта и некоторые примеры из консультационной практики. Имеются также два приложения, одно – посвященное литературе по групповой динамике и другое – о классификации социальных агрегаций. Язык настолько прост, насколько позволяет характер работы. Слова, которые используются в терминологическом смысле, можно посмотреть в словаре в конце книги, если значение их неясно или забылось.

В подготовке рукописи к печати неоценимую помощь оказали мой секретарь миссис Эллен Уильямс, мои сын Питер и дочь Эллен. Но поскольку люди постигают практические аспекты групповой динамики только в очень юном возрасте, книга посвящается моей единственной сестре.

Эрик Берн

Часть I

Группа как целое

Глава 1

Структура группы

Введение

Первая задача – построение модели, чего-то вроде скелета или арматуры, а потом – заполнение ее плотью, кровью и душой, чтобы она ожила. Это позволит ответить на вопрос: что делает группа с личностью и что делает личность с группой? Как только модель прилагается к реальным людям и к реальным группам, она оживает.

Группу можно определить как социальную агрегацию, имеющую внешнюю границу и по крайней мере одну внутреннюю границу.

Люди, собравшиеся для совместного времяпрепровождения, представляют собой неформальную «одноразовую» группу малой структуры. На противоположном конце шкалы располагаются такие большие, формальные, относительно постоянные группы, как государства. Основная структура такой огромной организации примерно такая же, как у малой группы, хотя ее лучше представить амебной формой структурной диаграммы (рис. 1). Большая окружность, внешняя граница, означает, что группа делает различие между членами и нечленами, а меньшая окружность – главная внутренняя граница – означает, что в группе есть по крайней мере два класса людей: лидерство и членство.

Рис. 1. Главная групповая структура – амебная форма

Из этой диаграммы видно, что существует по крайней мере два других типа социальных агрегаций: с внешней границей, но без внутренней границы (вечеринки и приемы) и такие, у которых нет ни внешней, ни внутренней границы (массы и толпы). Более подробное объяснение этой классификации социальных агрегаций дается в Приложении 2.

Хотя приемы, толпы и массы по-своему интересны, их динамика отличается от динамики организованных групп. Данная книга посвящена обсуждению структурированных анклавов, т. е. организаций и групп. Сюда относится большинство оформившихся общностей людей, представляющих академический, практический или научный интерес. Тут и такие исторически важные организации, как государства, города, парламенты, армии, флоты, религиозные организации; агрегации, важные в повседневной жизни, – школы, университеты, фирмы, профсоюзы, профессиональные общества, спортивные лиги и общественные клубы; и большинство агрегаций, представляющих интерес для изучающих групповую динамику, – больницы, психотерапевтические группы, военные и индустриальные единицы, семьи и экспериментальные группы. Все они имеют две общие особенности: делают различия между членами и нечленами и содержат по крайней мере два класса людей, в целом относящихся к лидерству и членству.

В данной системе классификации необязательно проводить строгое различие между группой и организацией. Такое различие бывает иногда полезно в ходе обсуждения, но теоретически не требуется. Группа может иметь любое количество внутренних границ, и при этом ее характеристика существенно не меняется. При любом обусловленном количестве внутренних границ, скажем, при четырех, пяти или шести, можно повысить ранг группы, назвав ее организацией, и в дальнейшем отличать от простых групп, у которых таких внутренних границ меньше.

Однако не следует забывать, что термин «группа» используется здесь только для удобства. В обычных научных дискуссиях этот термин часто используется не очень разборчиво и несет с собой невысказанные, неоправданные и, вероятно, ошибочные оттенки. В практической ситуации обычно лучше говорить просто «вы», «те люди», «некоторые из нас» или «некоторые из них». В сущности, огульные разговоры об «этой группе» и «той группе» часто являются свидетельством скрытого высокомерия по отношению к конкретным людям и отсутствия подлинной образованности.

Но для объективного мышления необходима некоторая отчужденность. Она позволяет говорить о «группе» как о некоем существе и наблюдать за происходящим, как за поведением существа – иногда это необходимо для лидера внутри группы и для друзей, находящихся за ее пределами. Полководец должен скорее думать о «наших силах» и «силах противника», чем о «гражданах нашей страны» или «людях из другой страны». Не забывая об этом, мы попытаемся ответить на вопрос (к сожалению, на языке взрослых), который нередко задают все маленькие мальчики: «Мама, а почему папа носит такой мундир?» Причем мундир может быть серым, синим или оливково-зеленым.

Групповая структура

Внешняя граница и главная внутренняя граница составляют основные границы группы; вместе они представляют главную групповую структуру. Из рисунка 1 очевидно, что следует рассмотреть три региона. Внешняя граница, или пограничная зона, отделяет внешнюю среду от группового пространства, а главная внутренняя граница разделяет групповое пространство на регион членства и регион лидерства.

В случае государства диаграмму может заменить карта. Внешняя граница, морская или сухопутная, отделяет государство от остального мира, а власть располагается в особом регионе, в столице. Все государство в целом: Соединенные Штаты, Великобритания или Россия – представлено регионом внутри большой окружности, но все официальные заявления и документы исходят из Вашингтона, Лондона или Москвы, представленных регионом внутри меньшей окружности.

Было бы очень удобно, если бы структуру всех групп можно было представлять географически, поскольку существует естественная тенденция думать о группах в пространственных терминах, используя такие выражения, как «требования для вхождения» или «высылка». Целые книги написаны с этой точки зрения. К несчастью, во многих случаях возникают серьезные проблемы. Невозможно представить на карте отличия католиков от остальных людей, даже если можно изобразить кружком Ватикан. Очевидно, что необходимо более тщательно рассмотреть значение главных границ.

Еще более важное соображение: карта группы – не сама группа. Можно многое узнать из карты, в некоторых отношениях даже больше, чем при изучении самой местности, но она дает только самые общие намеки на то, что может происходить в сознании людей. Чтобы начать понимать это, необходимо знать психологическое значение линий на карте.

По этим двум причинам целесообразнее описывать значение структурной диаграммы не в географических терминах. Внешняя граница определяется как представляющая факторы, которые существенно отличают членов от нечленов, а главная внутренняя граница – как представляющая факторы, отличающие членство от лидерства. Эти определения подходят ко множеству самых разных ситуаций. В то же самое время они не мешают использовать при обсуждении и пространственные термины: это неизбежно, потому что повседневная речь изобилует пространственными словами.

При таком способе выражения членство определяется как положение индивида «внутри» внешней границы. В некоторых случаях индивид оказывается в таком положении недобровольно и автоматически, как при рождении, гражданстве или родстве. В других случаях границу необходимо пересечь снаружи внутрь с помощью таких процессов, как иммиграция, крещение, посвящение (инициация), прием на работу, допуск или зачисление. Пересечение внешней границы изнутри известно под такими названиями, как эмиграция, уход с должности или окончание обучения; изгнание из группы называют исключением, отлучением или разжалованием. Главная внутренняя граница пересекается извне внутрь с помощью выборов, наследования, назначения или аналогичных процессов. Уход из региона лидерства называется отречением, отставкой, истечением срока деятельности; изгнание из этого региона может быть названо смещением, отзывом, исключением или перемещением. Стоит предварительно отметить, что существует больше слов для обозначения пересечения границы изнутри наружу, чем снаружи внутрь.

Конечно, структурная диаграмма служит только подготовкой к встрече с реальными людьми, участвующими в реальных трансакциях. Такая диаграмма подобна меню, указывающему предлагаемые возможности. Но чтобы распробовать пирог, его нужно съесть.

Женщина с лесбийскими наклонностями рассказала, что встретила на улице владелицу бара, где она обычно встречалась с подругами, но в последнее время стала бывать там реже. Она сказала, что барменша обращалась с ней так, словно она больше не член группы. Доктор спросил у нее, каковы критерии членства, и она ответила: «Ходить туда, где они встречаются, говорить их языком, делать так, чтобы тебя с ними видели, соглашаться встречаться с одной из них».

Очевидно, что группа, лидером которой является барменша, отличает членов от нечленов. Член – это тот, кто ходит в места их встреч, говорит на их языке, согласен, чтобы его с ними видели, и образует пару с одной из этих женщин. Нечлен – тот, кто всего этого не делает. У группы есть и своя карта: внешняя граница – помещение бара, а главная внутренняя граница – стойка бара. Женщина, которая по праву находится за стойкой, является лидером, а те, что перед стойкой, – члены. Однако полноправными членами они не становятся, если не удовлетворяют остальным критериям членства. В бар может зайти любой, но само по себе это перемещение не сделает его подлинным членом группы.

Многие группы различают не только членов и нечленов (в данном случае гомосексуалистов и гетеросексуалов), не только лидерство и членство (барменша и посетительницы), но также различные категории лидеров и членов. Эти добавочные различия составляют второстепенную структуру группы. Такая второстепенная структура, которая различает вертикальные (иерархические) классы, такие, как члены, обладающие и не обладающие правом голоса, или старшие и младшие исполнители (офицеры, чиновники), называется составной группой и может быть представлена концентрической диаграммой (рис. 2А), в то время как структура, различающая горизонтальные (гомологические) классы, такие, как калифорнийцы и жители Нью-Йорка, узбеки и украинцы или монахи и монашки, называется комплексной группой и может быть представлена сегментной диаграммой (рис. 2Б).

Группа с одним лидером, в которой все члены находятся в равном положении с точки зрения организации, называется простой. У такой группы нет второстепенной организационной структуры, поскольку главная структура (рис. 1) достаточна для вычленения единственного лидера из единственного класса членства. Типичным примером является психотерапевтическая группа.

Рис. 2. Второстепенная групповая структура. А (вверху). Составная группа. Б (внизу). Комплексная группа

Различие между картой и структурной диаграммой подчеркивается тем фактом, что диаграмма может быть истинной только с определенной точки зрения. (То же справедливо и для карты, но с другими условиями.) В одном отношении римская католическая церковь может рассматриваться как составная иерархия, а в другом – как сложная организация с мужским и женским сегментами. В повседневной жизни временами семья может действовать как простая группа, в которой отец представляет лидерство, а остальные – недифференцированное членство, но в других случаях – как составная или сложная группа, в которой лидерство разделено между отцом и матерью, а в членстве следует различать старших и младших детей или сыновей и дочерей[1] (рис. 3).

Рис. 3. Семья в действии. А (вверху). Простая группа. Б (внизу). Сложная группа

Почти любое строение группы предоставляет законные возможности и условия для развития ее структуры. Эти условия, которые обычно размещаются в конце конституции группы, могут быть названы аутотелическими[2]. Одна из целей аутотелических условий – предоставить возможность изменять конституцию и организационную структуру, не ослабляя группы. Аутотелические условия конституции Соединенных Штатов находятся почти в самом ее конце, в статье пятой. У Соединенных Штатов сейчас та же организационная сущность, что и пятьдесят лет назад, отчасти потому, что структурные изменения происходят по закону. Но Советский Союз имел совершенно иную организационную суть, чем прежняя Россия, потому, что ее структура была изменена неконституционными методами. Решающий фактор по отношению к структуре – это изменение главных органов организационной схемы.

Сама по себе организационная структура – всего лишь скелет. Группа не обретает жизнь, пока она не активируется путем заполнения отдельных или всех ее ниш конкретными индивидами. Эти люди составляют индивидуальную структуру группы. Поэтому пресса может спрашивать: «Что говорит Вашингтон (или Лондон, или Москва)?» или же: «Что говорит Рузвельт (или Черчилль)?» – в соответствии с тем, представляется ли лидерство частью организационной или индивидуальной структуры. Индивидуальная структура в каждый данный момент показана на схеме персонала (извлеченной из списка), в которой перечислены имена индивидов, занимающих ниши штатного расписания.

Очевидно, что конституционная структура группы независима от ее индивидуальной структуры; в сущности, цель конституции в том, чтобы так и было. Соединенные Штаты сохраняют свою организационную структуру, даже когда в результате выборов коренным образом меняется персональная схема.

Тот факт, что группа сохраняет свою организационную структуру при почти полной замене индивидуальной структуры, аналогичен процессу в живом организме. Обычно, как утверждается, 95 % атомов, из которых состоит человеческое тело, заменяются новыми в течение года, но это изменение атомной структуры, которая соответствует индивидуальной структуре группы, почти не сказывается на узнаваемой сущности индивида. Происходит это потому, что «взаимоотношения» между новыми атомами примерно такие же, какие были между старыми. Это соответствует исторической преемственности конституционной структуры группы. В обоих случаях относительно незначительные изменения в главной организационной структуре могут вызвать гораздо более болезненные последствия, чем полное изменение атомной (индивидуальной) структуры.

Напротив, можно произвести фундаментальные перемены в организационной структуре группы, не обязательно изменяя при этом индивидуальную структуру. Такой процесс называется реорганизацией (без смены персонала) и наиболее отчетливо иллюстрируется реорганизацией железнодорожной компании, испытавшей финансовые трудности. Каждый шаг этой компании подвергается тщательному анализу по законам, регулирующим такие ситуации. А профсоюз бдительно следит за сохранением индивидуальной структуры. Таким образом, относительно постоянная организационная структура и подвижная индивидуальная структура в основном не зависят друг от друга.

Вместе организационная и индивидуальная структуры образуют публичную структуру, поскольку они обе открыты для публичного наблюдения. Но у каждого члена свой личный взгляд на группу. Это определяется личными потребностями, опытом, желаниями и эмоциями. Например, конституция Соединенных Штатов отводит каждому члену сената равные ниши, но избиратель видит структуру сената по-другому. Своего собственного сенатора он может представить как занимающего самую важную нишу, а остальной сенат для него – другая, недифференцированная ниша «остальные сенаторы». Ниши «обычных граждан» в организационной структуре имеют одинаковое отношение к нише президента, но человек, получивший личное письмо от президента, может видеть себя в своей частной структуре – справедливо или нет – гораздо более значительным, чем соседи. Индивид вообще склонен считать свои собственные взаимоотношения с лидером центральной проблемой группы, остальные члены при этом слегка отводятся в сторону. Это справедливо даже в том случае, если индивид считает себя очень периферийной личностью. Если его вообще занимают проблемы группы, то это проблемы его взаимоотношений с лидером.

Таким образом, организационная структура группы основана на ее конституции; индивидуальная структура состоит из персонала, который в каждый данный момент занимает организационные ниши; и частная структура основана на личных чувствах каждого члена. Эти три аспекта легко увидеть в семейной группе. Организационная структура – это официальные отношения между мужем и женой, родителями и детьми, установленные законом. Индивидуальная структура остается прежней, с некоторыми возможными добавлениями, пока сохраняется семья. Частная структура зависит от исхода; например, психологическое разъединение предшествует разводу или побегу из семьи. Интересно отметить, что организационная структура колоний пчел и муравьев установлена биологически, а не «конституционно». Вопрос о том, распознают ли в подобной структуре индивиды друг друга, еще ждет ответа. А способны ли вести себя такие организмы по отношению друг к другу как «частные личности», по-иному, не так, как требует организационная структура, – этот вопрос еще менее ясен.

Резюме

В этой главе установлены отличия одного типа социальной агрегации от остальных и вводится понятие группы.

Основная гипотеза, нуждающаяся в проверке: у каждого члена особая мысленная картина группы, основанная на личных чувствах.

Термины, введенные в этой главе

Глава 2

Групповая динамика

Выживание группы

Самое главное в каждой группе – это сам факт ее существования. Группа, перестающая существовать, становится историческим явлением, как Древний Египет или Ассирия. Поэтому самая главная забота каждой здоровой группы – выжить как можно дольше, во всяком случае, до тех пор, пока не выполнена задача. Стандарты здоровья для группы, как и для организма, – долговечность, эффективность и способность к росту. И очевидно, что самый главный из этих стандартов – выживание.

Есть два вида влияний, которые могут угрожать существованию группы: разрушительные силы снаружи и дезорганизующие силы изнутри. Устранение этих угроз должно иметь приоритет перед всем остальным. Энергия, с которой отражаются эти угрозы, зависит от того, насколько сильно члены желают сохранить группу. Даже в спокойные времена большинство групп должно направлять часть своей энергии на поддержание порядка. Такой задачей нельзя пренебрегать сколько-нибудь долго, как показала забастовка полиции в Бостоне много лет назад. Таким образом, в борьбе группы за выживание следует учитывать три силы: внешние посягательства, внутреннее возбуждение и противостоящую им силу группы.

Сущность группы, то ее «бытие», которое должно быть сохранено, – это групповая структура. В некоторых случаях член будет сражаться за свою собственную частную структуру, за свои реальные или воображаемые личные взаимоотношения с лидером и за идеалы, которые, по его мнению, представляет лидер; хороший лидер заботится о том, чтобы эти мотивы укреплялись. Другие сражаются за сохранение индивидуальной структуры: чтобы спасти свои семейства и друзей или чтобы спасти королеву. Однако если группа выживает как эффективная сила, сохраниться должна не изменяемая частная структура и не расходуемая (в известных пределах) индивидуальная структура, а организационная структура.

В сущности, есть три типа выживания: идеологическое, физическое и эффективное. Идеологически группа может существовать в сознании членов или их потомков долго после того, как перестала существовать в виде организованной силы в обществе.

Земля Израиля много столетий существовала в виде такого идеологического представления, и Австро-Венгерская империя еще существует в сознании некоторых.

Потенциальные возможности такого идеологического выживания демонстрируют случаи возрождения.

Физическое выживание группы необходимо, чтобы группа продолжала существовать.

Так, деревня Лидице[3] может выжить как идеологическое представление в сознании многих людей, но когда уничтожена индивидуальная структура, группа не может больше функционировать.

Тем не менее индивидуальная структура «расходуема» в очень большой степени. Даже государство, глубоко заинтересованное в благосостоянии отдельных граждан, готово пожертвовать некоторыми из них в час опасности, и они, в свою очередь, готовы к такой жертве. Аналогично государство пожертвует огромное количество ресурсов, чтобы выжить как организованная сила, перед угрозой извне или изнутри (как в гражданской войне).

Эффективное выживание группы измеряется ее способностью к организованной деятельности или борьбе. Конечно, в определенной степени оно зависит от идеологической и физической силы, но решающим фактором является организационная структура. Эффективная сила группы может быть доведена почти до нуля, если сама группа может быть уничтожена или если она с самого начала слаба.

У евреев Восточной Европы была сильная и глубоко укоренившаяся идеология и большие человеческие ресурсы, но они были подавлены превосходящей организацией врагов.

Таким образом, существуют три варианта прекращения существования группы. Если слаба частная структура, группа может не выжить идеологически. Члены испытывают такую слабую потребность сохранить группу, что она просто разрушается от отсутствия объединяющих чувств – или любви, когда супруги расходятся. Группа распадается физически и перестает быть эффективной. Это называется разложением. Если уничтожена индивидуальная структура, как бы сильна ни была идеология, организационная структура группы не может действовать. Это называется уничтожением. Но даже если существует достаточно людей, желающих сохранить группу и готовых действовать для этого, если группа сохранилась физически и идеологически, – она может быть уничтожена эффективной силой путем уничтожения главной групповой структуры. Это называется разрушением. Поэтому обычная тактика при попытках устранить группу как эффективную силу: идеологическое нападение, которое вносит разложение (эрозию), физическое нападение, которое приносит частичное уничтожение (изнашивание), и, наконец, преодоление главных групповых границ, чтобы ликвидировать их (вторжение). Если разрушение происходит внезапно, оно может вызвать панику.

На практике главной заботой лидерства и аппарата является эффективное выживание группы, даже за счет ее идеологической и физической силы. Наиболее драматичная угроза эффективному существованию – война. Стратегическая цель войны – уничтожение главной групповой структуры; на карте на рисунке 1 – преодоление границы и захват столицы. Цель – либо захват власти, т. е. преодоление главной внутренней границы и смена лидерства путем вторжения и реорганизации, либо уничтожение групповой структуры – «чтобы у выживших не осталось ничего, кроме глаз, чтобы оплакивать поражение», как сформулировал один воинственный писатель.

Первый вариант был использован Соединенными Штатами в Японии после Второй мировой войны. После короткого периода реорганизации «Япония» снова возникла как эффективная сущность. С другой стороны, немцы использовали в Польше второй вариант; в результате возникла неорганизованная толпа, и группа больше не была способна к организованной работе. Группа была уничтожена как эффективная сила путем разрушения границ и дезорганизации структуры. И только много времени спустя «Польша» снова ожила, но с иной идеологией, с серьезно поврежденной физической структурой и ослабленной эффективностью.

Идеологические и физические войны – холодные и горячие, как их называют в наши дни, – это только средство.

Гитлер «прикончил» Чехословакию, уничтожил ее как эффективную силу, проникнув в главную групповую структуру, хотя идеологическая эрозия была очень слаба и почти не было изнашивания физической силы. Австрию он вначале подверг эрозии, а потом «прикончил» почти без изнашивания. В случае с Польшей он вызвал вначале невыносимое изнашивание, прежде чем смог преодолеть главную внутреннюю границу.

В случае государства физическая карта и организационная структура более тесно связаны, чем во многих других случаях. Государственная граница – не только конституционный, но и географический предел, отделяющий членов от нечленов. Удар по государственной границе рассматривается как первый шаг в нападении на главную внутреннюю границу, т. е. на правительство. Таким нападениям противодействует сила, которая зависит от потребности лидерства и членства сохранить существование группы, ее организационную структуру вместе с как можно более полным сохранением индивидуальной структуры. Аппарат, который имеет дело с такими угрозами существованию группы, – это внешний аппарат, первым встречающий вторжение на внешней границе. Такая ситуация показана на рисунке 4А.

Рис. 4. Групповые силы.

А. Внешний групповой процесс.

Б. Главный внутренний групповой процесс.

В. Второстепенный внутренний групповой процесс

Нападение на лидерство со стороны членства может быть представлено как нападение на главную внутреннюю границу без нарушения внешней границы. И опять, как в гражданской войне, такому нападению противодействует сила, которая зависит от потребности лидерства и сохранившего верность членства сберечь организационную структуру группы. Аппарат, имеющий дело с такими угрозами, – это внутренний аппарат. Такая простая революционная ситуация представлена на рисунке 4Б.

Третий тип угрозы возникает в результате конфликта между индивидуальными членами, индивидуальными компонентами или индивидуальными категориями, причем в конфликт непосредственно лидерство не вовлечено (рис. 4В). Такая смута (интрига) нарушает нормальный ход работы и, если ее не остановить, может постепенно привести к дезорганизации всей группы. Гангстерские войны – повседневный пример опасной интриги, с которой групповые силы справляются при помощи внутреннего аппарата.

Таким образом, войны, революции и внутренние смуты есть три типа угроз, которые ставят в опасность организационную структуру и угрожают эффективному выживанию группы. Каждая из этих угроз вначале связана с разными границами. Войны начинаются на внешней границе, революции – на главной внутренней границе, интриги – на второстепенных внутренних границах.

Более тонкие ситуации, где не все так четко очерчено, как в случае вооруженного конфликта, можно понять при помощи изучения сущности группового аппарата. Групповой аппарат есть инструмент, который предназначен для поддержания организационной структуры группы. В случае чрезвычайного положения в этот аппарат может быть мобилизовано все членство. Если внешняя угроза велика, все остальные работы откладываются и все здоровые члены мобилизуются в армию. Аналогичная мобилизация происходит в случае серьезной внутренней угрозы, например гражданской войны. Внешний аппарат государства состоит главным образом из армии и дипломатического корпуса. Внутренний аппарат состоит из полиции и отдела морали.

Всякая неудача группы в поддержании существования, не ограниченного во времени или достаточно долгого для выполнения задачи, – это неудача группового аппарата. Либо угрожающие силы способны преодолеть даже самое сильное сопротивление верных членов, как при завоевании Польши или в гражданской войне в Испании, либо аппарат относительно слаб из-за дефицита объединяющих чувств, как в русской или турецкой революции. Во всяком случае, уничтожение группы означает, что ее аппарат оказался слабее противостоящих сил.

В каком-то смысле история, как обычно понимают это слово, – это попытки различных групп (не только государств) поддержать свое существование перед лицом внешней и внутренней угрозы. Или, если сформулировать по-другому, история – это действия групповых аппаратов: внешних, таких, как армии, флоты и дипломатический корпус, и внутренних, как дворцовая гвардия, полиция и силы контрреволюции.

Проблемы, связанные с выживанием группы, хорошо иллюстрируются как малыми группами, так и государствами. В психотерапевтической группе лидер функционирует как собственный аппарат, обеспечивая порядок и выживание группы. Аналогично домохозяйке приходится иметь дело с внешним миром и держать детей в порядке, если она хочет, чтобы в ее семье все было благополучно.

Силы группы

Чтобы иметь возможность избрать верные методы для укрепления «расшатанной» (неэффективной) группы, нужно дать названия трем силам, от которых зависит эффективное выживание групп.

Внешние силы, которые в каждый данный момент грозят разрушить группу, составляют внешнее давление. Сюда включаются все силы, которые не исходят от членов и которые угрожают нарушить групповое пространство. Тайфуны, термиты, торпеды, эпидемия тифа и приказы высшей власти – все это с точки зрения групповой динамики можно рассматривать совокупно, поскольку со всеми этими угрозами имеет дело внешний аппарат. Успех внешнего давления приводит к фатальной эрозии, ослаблению (изнашиванию) или вторжению. Заметный «оборонительный» успех внешнего аппарата становится частью победоносной истории группы.

Внутреннее возбуждение (брожение) возникает в результате действий членов, которые стремятся дезорганизовать группу в соответствии со своими индивидуальными склонностями и интересами. Противодействующий этому успех внутреннего аппарата приводит к изменению внутренней групповой структуры, а концентрированные усилия многих индивидуальных устремлений могут привести к полной революции. Целеустремленная группа с преступными намерениями может взять верх над властями целого государства или города и преобразовать структуру в соответствии со своими замыслами – как партия с революционными устремлениями может начать гражданскую войну. С внутренним возбуждением должен справиться полицейский отдел внутреннего аппарата.

Сила, противостоящая давлению и возбуждению, исходит из потребности верных членов к сохранению упорядоченного существования группы и называется групповой сплоченностью. Термин в данном случае используется в более специальном (операционном) смысле, чем обычно. Подлинным испытанием групповой сплоченности является ее способность устоять перед лицом оппозиции, т. е. преодолевать внешнее давление и внутреннее возбуждение. Успешный исход укрепляет группу идеологически; неудача может означать конец жизни группы. Задача отдела морали внутреннего группового аппарата – усиливать сплоченность и мобилизовать членов в случае необходимости.

Все эти три силы, встречающиеся на границах главной групповой структуры, показаны на рисунке 4.

Групповая работа

В своем предисловии к «Краткой истории английского народа» Грин замечает, что уделяет «больше места Чосеру, чем Креси и Кекстону, чем «мелким схваткам» Войны Алой и Белой роз»[4]. Он противостоит историкам, которые превращают историю в простое перечисление войн, и не отказывается от рассказа о торжестве мира.

Это замечание Грина как бы делит деятельность государств на три категории: торжество мира – Чосер и Кекстон; войны за пределами государства – Креси и Агинкур; войны внутри, как война Роз. Мирная деятельность, внутренние конфликты и отражение внешней опасности не сочетаются друг с другом, и каждый вид до определенной степени воздействует на эффективность остальных двух.

Много исторических книг имеют дело только с одним из этих аспектов почти в чистой форме.

«История философии» А. Швеглера и «История английской литературы» Лонга рассматривают почти исключительно мирную деятельность. В труде «О заговоре Катилины» Саллюстий рассматривает внутреннюю революционную интригу, касающуюся главной внутренней границы; а его же «Югуртинская война» относится к аналогичной интриге, связанной с главной групповой структурой. Интересно отметить, что борьба в Африке между нумидийским царем Югуртой и его двоюродными братьями вначале непосредственно не затрагивала Рим, но впоследствии стала выходить из-под контроля. Это хороший пример того, как трудности во второстепенной структуре могут угрожать дезорганизацией всей группе, если позволить им развиваться бесконтрольно. «История» Фукидида, посвященная междоусобной Пелопоннесской войне (431–404 гг. до н. э.), почти тридцать лет сотрясавшей Грецию, – классический пример истории внешней борьбы. Геродот, «отец истории», по-видимому, имел дело одновременно со всеми тремя аспектами: созидательными силами, внутренними конфликтами и внешней борьбой[5].

Групповая работа (энергия, которую тратят члены) может быть посвящена либо созиданию, либо поддержанию собственной структуры. Когда группа занята преимущественно работой и находится в среде, которую не считает враждебной, – ее можно назвать деятельной или рабочей группой. Когда она занята сохранением своей структуры, преодолевая внешнее давление, она называется боевой группой. Когда она имеет дело с внутренним брожением, ее можно назвать процессуальной группой.

Конституция группы обычно формулирует ее цель, и эта цель становится смыслом групповой деятельности. Все в окружающей среде, что может служить объектом умственной или физической работы или удовольствия, может быть названо материалом групповой деятельности. Однако некоторые группы заняты главным образом телом и душой своих членов. Например, мышцы, голос, манеры и симптомы являются материалом спортивных групп, классов обучения красноречию, школ хороших манер и психотерапевтических групп. Большинство рабочих групп заняты такой деятельностью, как сельское хозяйство, наука, религия, промышленность, торговля. Все это разновидности конструктивной деятельности. Другие группы, например подростковые банды, больше заинтересованы в распространении беспорядка. Это деструктивная деятельность.

Одна из главных забот специальных подразделений, обеспечивающих морально-психологическую подготовку группы («аппарат морали»), – сохранение эффективности группы, т. е. достижение максимума количества работы или удовольствия, что во многих случаях зависит от силы сплоченности группы. Если силы сплоченности отвлечены давлением или возбуждением, деятельность приносит меньше результатов. Поэтому считается правильным скрывать от членов или аудитории внутренние конфликты, чтобы не распылять силы и не допустить вмешательства в групповую деятельность.

Когда среда становится угрожающей или воспринимается таковой, группа готова встретить угрозу на внешней границе. Такая группа, которая противопоставляет свою сплоченность внешнему давлению и сражается во имя самосохранения, показана на рисунке 4А. Подобная работа группы составляет внешний групповой процесс. В обычных условиях ведение внешнего группового процесса – обязанность внешнего аппарата группы, но по мере усиления давления все больше энергии группы изымается из деятельности и уделяется отражению угрозы. И группа переходит от рабочего состояния к боевому, как бывает с государством во время войны.

В особых случаях – при эпидемиях, землетрясениях или пожарах – опасность может не встретить сопротивления, пока не внедрится в групповую структуру, потому что застает аппарат врасплох. Однако как только аппарат приходит в действие, с этими катастрофами справляются так же, как с любыми другими вторжениями. С большими пожарами, с полчищами крыс и комарами сражаются так же, как сражались бы с армией вторжения.

Нужно хорошо понимать, что члены группы видят внешнюю среду не такой, какой она кажется постороннему наблюдателю, а такой, какой ее представляет аппарат морали. Если членам сообщают, что среда не угрожает, они будут вести нормальную деятельность. Если сообщают, что среда угрожающая, – предполагается, что они поведут себя соответственно. Всякий несогласный с аппаратом может ожидать неприятностей. К нему могут отнестись как к сеятелю смуты. Поэтому недействительное состояние среды играет решающую роль при определении, будет ли группа сохранять рабочее состояние или перейдет в состояние боевое; обычно это решает лидерство: оно определяет, каким представлять среду членству. Например, лидер может преувеличить угрозу или исказить представление о внешней среде, чтобы мобилизовать членов для борьбы.

Групповая деятельность и внешний групповой процесс вместе составляют внешнюю групповую работу, т. е. всю работу, проделанную группой над внешней средой или ее эквивалентом. Внутренняя групповая работа включает все аспекты внутреннего группового процесса, а также работу, проделанную членами над внутренней групповой структурой, организационную, индивидуальную и частную. Если эта активность непосредственно затрагивает лидерство, так что нарушается главная внутренняя граница, как бывает при выборах, заговорах, восстаниях, изменениях конституции или возбуждении, – такая деятельность является частью внутреннего группового процесса. Если она затрагивает только второстепенную групповую структуру, как бывает со спорами или интригами в членстве или с интригами и дворцовыми переворотами в лидерстве, – это часть второстепенного группового процесса. Группа, которая в данный момент преимущественно занята такой деятельностью, может быть названа процессуальной. Как показано на рисунке 4Б, главный групповой процесс – это конфликт между индивидуальными склонностями и групповой сплоченностью под управлением лидерства, второстепенный групповой процесс включает конфликт только между индивидуальными склонностями, как показано на рисунке 4В. Как уже отмечалось, внутренний групповой процесс проходит под присмотром «аппарата полиции».

И боевая, и процессуальная группы имеют дело с конфликтом между динамическими силами. Но эффективность группы возрастет, если силы будут действовать совместно, а не конфликтовать. Поддержание духа сотрудничества, в особенности между индивидуальными склонностями и групповой сплоченностью, – такова задача аппарата морали. Индивидуальная склонность, которая вступает в конфликт с групповой сплоченностью, может быть названа дистонической, а та, что усиливает сплоченность, – синтонической. Разница между ними хорошо видна на примере отношения к финансам. Задача внутреннего аппарата – получить средства членов в виде налогов, различных обложений, займов и пожертвований. Уплата налогов или пожертвований означает синтоническую склонность, а неуплата – дистоническую склонность.

До сих пор ничего не говорилось о внешних вкладах в психологическую и материальную силу группы. Такая поддержка часто приходит от материнской группы, если таковая существует, или достигается путем усилий внешнего аппарата. Если существует соперничество между группами, обеспечение внешней поддержки есть часть внешнего группового процесса и относится к ведению боевой группы. Если такое обеспечение является нормальным или представляет собой деятельность группы (как на рыбачьем судне), оно относится к групповой работе.

Одно из преимуществ систематического подхода в том, что он позволяет кратко формулировать полезные истины. Например, освещение истории на предыдущих страницах можно подытожить таким образом: Грин уделяет большее внимание групповой деятельности, чем групповому процессу; Швеглер и Лонг занимаются групповой деятельностью (рабочими группами); Саллюстий – главными и второстепенными групповыми процессами (процессуальными группами); Фукидид – внешним групповым процессом (боевая группа); Геродот – всеми тремя разновидностями.

Снова приведем в пример домохозяйку. Ее работу в семье можно проанализировать следующим образом: повседневная деятельность состоит в работе по дому; внешний групповой процесс заключен в таких проблемах, как обеспечение порядка не хуже, чем у других, и в борьбе с болезнями; второстепенный внутренний групповой процесс иллюстрируется дракой между двумя детьми или ссорой между матерью и отцом; главный внутренний процесс состоит в воспитании детей, – в том числе, например, в «усмирении» непослушного ребенка.

Первая цель любой группы – поддержание внутреннего порядка. Это главная забота процессуальной группы. Как только порядок установлен, группа может уделить внимание деятельности. Таким образом, эффективность групповой работы зависит от успеха процессуальной группы. Сказанное очень похоже на то, о чем так много говорят экономисты. Если изолированное общество не может в течение года производить больше, чем абсолютно необходимо для поддержания существования, члены такого общества не могут тратить время на создание механизмов, которые позволили бы увеличить производство. Если несколько человек решили бы потратить год на конструирование трактора, они задолго до окончания работы умерли бы с голоду, потому что никто не смог бы предоставить им необходимую пищу. Усовершенствования возможны только тогда, когда остаются какие-то излишки продукции. Назовем такое ограниченное общество «без излишков» обществом Тюрго[6] – в честь экономиста, высказавшего эту мысль.

Группа Тюрго действует аналогично в отношении своего единственного динамического ресурса – сплоченности. Если группа использует всю сплоченность для схватки, у нее ничего не останется для деятельности или процесса. Она не сможет производить ничего, кроме вооружения и укреплений, ей будет грозить постоянная опасность революции, и она должна будет обязательно побеждать, чтобы сохранить свое существование. Если группа всю сплоченность тратит на деятельность, например, на сельское хозяйство, у нее ничего не останется для внешней борьбы и ей также будет постоянно грозить опасность революции. Без оружия она окажется легкой добычей любой соседней воинственной группы. Хуже всего придется группе, которая истратила всю сплоченность на поддержание внутреннего порядка; такая группа не годится ни для внешней борьбы, ни для деятельности и погибнет от первого же внешнего давления или умрет с голоду. Все три типа представляют группы Тюрго или что-то очень близкое к ним; такие группы действительно существовали в истории человечества; грабительские племена, беспомощные скотоводы и враждующие кочевники – все они более или менее уязвимы по-своему.

Как общество Тюрго должно производить избыток продуктов, чтобы происходил экономический прогресс, точно так же группа Тюрго должна обладать избытком сплоченности, чтобы обеспечить свое существование. Грабительская боевая группа нуждается в дополнительной сплоченности, чтобы предотвратить внутреннюю борьбу в перерывах между войнами и производить достаточное количество продуктов, чтобы не погибнуть в случае поражения. Спокойная деятельность группы возможна лишь при условии отражения врагов и подавления внутреннего возбуждения. Улаживающая внутренние конфликты процессуальная группа должна сражаться с врагами и в то же время обеспечивать свое существование.

Исследуя «больные» группы, полезно рассматривать их как группы Тюрго; преимущественно боевые, деятельные или процессуальные, они тратят почти всю сплоченность на основную работу, на другие виды деятельности у них остаются лишь «остатки» сплоченности, которые оказываются под рукой.

Резюме

В этой главе рассматривается «здоровье» группы и формулируется несколько главных гипотез.

1. Главная забота каждой здоровой группы – как можно более долгое сохранение своего существования, по крайней мере до тех пор, пока не будет выполнено задание.

2. Существованию группы могут угрожать два типа влияний: внешнее давление и внутреннее возбуждение.

3. Сохранение существования группы как эффективной силы зависит от сохранности ее организационной структуры.

4. Любая неудача группы в поддержании своего эффективного существования есть неудача группового аппарата.

5. Вся работа любой группы относится к одной из следующих трех категорий: групповая деятельность, внешний групповой процесс и внутренний групповой процесс.

6. Существование группы находится в постоянной опасности, если группа не может мобилизовать достаточно сплоченности для проведения работы всех трех типов.

Термины, введенные в этой главе

Глава 3

Некоторые количественные соображения

Структурная классификация

Социальные агрегации можно разделить на два типа – имеющие внешнюю границу и не имеющие ее. Те, которые не имеют внешней границы, можно назвать открытыми собраниями, а те, которые имеют, – анклавами.

В соответствии с классификацией, приводимой в Приложении 2, существует два типа открытых собраний: массы и толпы. В массе ни один член не может с достаточной степенью уверенности предсказать, к какому классу людей будут относиться его соседи в каждый данный момент. Хотя в толпе тоже нет внешней границы и всякий может к ней присоединиться, тем не менее можно с некоторой долей уверенности предсказать, к какому классу будут относиться твои соседи в каждый данный момент.

Куда будет отнесено открытое собрание: к массе или толпе, – зависит от наблюдателя.

Люди, идущие в часы пик по 42-й улице Нью-Йорка, для большинства наблюдателей представляют собой массу. Например, бейсбольный болельщик не может с какой-то долей уверенности предсказать, способен ли следующий встречный сообщить ему счет вчерашнего матча. Однако демограф с большой долей уверенности может предсказать, что следующий встречный будет американским гражданином, следовательно, для него эти люди – толпа.

Существуют также два типа анклавов – с внутренними границами и без них. Анклавы без внутренних границ можно назвать приемами, а с внутренними границами – группами и организациями. Здесь различия более объективны. На корпоративном пикнике нельзя с достаточной степенью уверенности предсказать, кто с кем рядом сядет, но можно предсказать, что все собравшиеся работают в одном месте или имеют отношение к работающим там. Таковы специальные характеристики приема. А в офисе можно не только предсказать, что все находящиеся здесь работают вместе или имеют отношение к этой работе, но и с определенными исключениями предсказать, кто рядом с кем работает. Таковы специальные характеристики группы.

Таким образом, предлагаемая классификация построена на оси, с одного конца которой случайность, незнание или непредсказуемость, а с другого – порядок, информация и предсказуемость. Такой подход выгоден не только тем, что позволяет давать количественные характеристики; он естествен с психологической точки зрения. Там, где существует свободный выбор между членствами, возможность предсказывать класс соседей оказывает решающее влияние на принятие решения, как при выборе колледжа, компании или клуба. В сущности, в этих примерах слово «класс» имеет не только общее значение «объединение по любому значительному фактору», но и более распространенное значение – «социальный класс».

Таким образом, данная классификация социальных агрегаций, по крайней мере в теории, основана на степени вероятности или предсказуемости. Мы можем определить принадлежность людей к определенному классу в таком собрании как масса со степенью предсказуемости, равной нулю; у толпы степень предсказуемости выше нуля, но меньше единицы – таким образом, у нас появляется возможность сравнивать толпы с разной степенью. У анклава степень предсказуемости равна единице, если говорить о принадлежности к классам людей, включенных в это собрание. Однако внутреннее распределение членов на приеме имеет степень предсказуемости, равную нулю, в то время как в группе или в организации – больше нуля, а значит, можно сравнивать группы с разной степенью предсказуемости.

Группа с внутренней предсказуемостью, равной единице, может быть названа полностью организованной. В такой группе столько ролей в организационной структуре, сколько ниш в штатном расписании. На практике это означает, что у каждого члена есть особая позиция, отличная от позиций всех других членов, и не остается никаких сомнений относительно ответственности и привилегий. В идеале это означает, что каждый член с полной вероятностью может определить роли и обязанности каждого из своих соседей в организационной структуре, как в спортивной команде, а также организационную дистанцию каждого другого индивида в группе.

Предсказательная вероятность группы на практике может быть определена степенью организованности и выражаться в процентах.

Например, в классе из 99 студентов и одного профессора есть две роли в организационной структуре: «профессор» и «студенты». Степень организованности 2 % (2 роли на 100 ниш), и можно предсказать две вещи: что на возвышении будет постоянно находиться профессор и не будут находиться студенты и что человек, обычно сидящий рядом со студентом, тоже студент, а не профессор. Если в группе 24 студента, 24 аспиранта, профессор и помощник профессора, значит, здесь 4 роли и степень организованности 8 % (4 роли, 50 ниш). Аспирант может утверждать (если в университете твердо придерживаются расписания), что все его соседи по классу аспиранты, а не студенты; что человек на возвышении – помощник профессора; что те учащиеся, которые не являются аспирантами, студенты; что остальные преподаватели – профессора. В операционной, в которой находятся хирург, его помощник, анестезиолог, медсестра и санитарка, – шесть человек, включая пациента, и степень организованности равна ста процентам (6 ролей, 6 ниш). У каждого члена группы особые обязанности, отличные от обязанностей всех остальных членов, обязанности и привилегии не пересекаются. Помощник хирурга знает, что будет стоять напротив хирурга, а хирург знает, кто стоит против него, кто за инструментальной панелью, кто во главе стола и кто ходит по комнате, так что степень вероятности равна единице.

В торговой фирме с управляющим, 39 торговыми агентами, у каждого из которых своя территория, и с техническим персоналом из 10 человек степень организованности 82 %. В такой ситуации каждый агент знает, кто его соседи на прилегающих территориях, но не знает, кто напечатает его отчет. Очевидно, что если бы у каждого агента было достаточно работы, чтобы занять все время одной секретарши, для него было бы гораздо эффективней иметь постоянную помощницу, которая была бы знакома с его индивидуальными проблемами и корреспондентами. В таком случае агент мог бы предсказать, кому он диктует, а секретарша – кто будет диктовать ей завтра. Это пример взаимоотношений между эффективностью и организованностью, которые можно выразить в виде следующего принципа: при прочих равных условиях эффективность группы прямо зависит от степени организованности. Это можно проиллюстрировать хирургической бригадой, эффективность которой, измеряемая соотношением смертей и выздоровлений, тем больше, чем точнее сформулирована ответственность каждого члена, и при этом члены не пытаются в ходе операции выполнять работу друг друга.

И напротив, поскольку степень организованности в учебной аудитории низка, эффективность здесь тоже будет низкой. Специалисты в области образования признают это, стремясь уменьшить классы, что, естественно, приводит к увеличению степени организованности. Справедливо считается, что государственные школы с большими классами учат гораздо менее эффективно, чем частные школы, классы в которых гораздо меньше (то же самое количество ролей с меньшим количеством ниш). Ученикам, у которых возникают проблемы при обучении, нередко берут репетиторов, в результате возникает полная организованность (2 роли и 2 члена). (Однако нужно еще раз подчеркнуть, что применять указанные положения к группе, состоящей из двух человек, нужно с осторожностью.)

Степень организованности группы, т. е. соотношение ролей и ниш, относится к организационной структуре. Это сопоставление организационной схемы со штатным расписанием. Соотношение укомплектованности (члены/ниши) относится к индивидуальной структуре. Это сопоставление списка со штатным расписанием. Соотношение укомплектованности показывает, сколько имеющихся ниш заполнено, так что появляется возможность говорить о переукомплектованных, полностью укомплектованных и недоукомплектованных группах. Степень организованности определяет действенность группы. Если группа действенна, тогда штатное расписание определяет ее эффективность. Если взять эти два соотношения вместе, отношение между групповой деятельностью и публичной структурой в целом может быть сформулировано следующим образом: при прочих равных условиях чем больше степень организованности, тем действенней группа; при условии действенности чем ближе соотношение укомплектованности к ста процентам, тем эффективней группа. Чтобы понять это яснее, следует напомнить, что действенность относится к возможности экономично работать; эффективность – к действительному количеству проделанной работы.

В некоторых группах ролей больше, чем ниш, так что индивид исполняет две или больше ролей в организационной структуре, что в разговорной речи называют «сидеть на двух стульях». Строго говоря, степень организованности (роли/ниши) в такой группе больше ста процентов. Но такие группы проще считать переукомплектованными, чем излишне организованными, хотя «операционный аналитик» с математической подготовкой может решить по-другому.

Соответствующее отношение в частной структуре есть степень дифференциации. Пока один или несколько членов не имеют особого психологического значения для члена X и в его сознании существуют вместе как «посторонние», – группа для члена X не полностью дифференцирована. С другой стороны, если какой-то иной член заполняет в имаго члена X больше, чем одну нишу, группа излишне дифференцирована. Простейшая ситуация с арифметической точки зрения такая, в которой количество членов соответствует количеству активных ниш в групповом имаго члена X; в таком случае можно сказать, что для члена X группа полностью дифференцирована. Поскольку степень дифференцированности меняется со временем и при переходе от одного члена к другому, это скорее психологическая, чем организационная проблема.

Количественная групповая динамика

Групповая сплоченность есть организующая сила, в то время как с точки зрения группы давление и возбуждение – дезорганизующие силы. Сплоченность представляет силы порядка, а другие две – силы беспорядка. Каждый раз, как возникает группа, порядок в мире укрепляется, и каждый раз, как группа распадается в результате разрушения, уничтожения или разложения, порядка становится меньше. Когда возникает группа, ее члены начинают действовать в одном направлении, а при распаде группы мы наблюдаем обратный процесс.

Это утверждение можно проиллюстрировать, используя стандарты предсказуемости. Когда бригада приходит на работу, можно с определенной степенью уверенности предсказать, что большую часть времени она будет работать, например, на железной дороге. Но после окончания работы уже нельзя предсказать, чем займутся рабочие, если порядок не будет привнесен извне, в виде спектакля или спортивного матча.

Деятельность группы может быть связана с укреплением порядка или наведением беспорядка в окружающей среде. Конструктивная группа добивается усиления порядка, деструктивная увеличивает беспорядок. В любом случае можно разработать метод измерения эффективности группы за каждый период времени: количество построенных домов или вставленных оконных рам; или количество разбомбленных домов или разбитых стекол.

Говоря в общем, можно утверждать, что семья – это конструктивная группа, каждый член которой вносит свой вклад в групповую сплоченность и поддерживает внутренний порядок. Однако выражая свои индивидуальные склонности, дети могут вызвать внутренний беспорядок. Любовница может представлять внешнюю разрушительную силу, грозящую выживанию группы. Цель брака – борьба с таким типом внешних угроз.

Если бы была возможность измерить эти три динамические силы и эффективность групповой деятельности за определенный период, можно было бы показать, что в их соотношениях есть определенная регулярность. Область изучения такой возможности относится к деятельности математически подготовленного «операционного аналитика». Главную трудность представляет первая проблема, т. е. точное измерение потенциала трех динамических сил, но возможна приблизительная оценка по отношению к «больной» группе.

Любопытно, что организация нередко вносит порядок даже в сферы, находящиеся за пределами ее намеченной деятельности. Это похоже на побочные эффекты в фармакологии. Лекарство, которое должно снизить температуру, может одновременно вызвать роды, хотя для этого не предназначалось. С другой стороны, лекарство, принятое с целью вызвать роды, может уменьшить температуру или вызвать шум в ушах. Природа не обращает внимания на наши намерения, и последствия возникают независимо от желания тех, кто пытается контролировать естественные процессы.

В Кармеле, Калифорния, в течение двух лет каждый воскресный вечер устраивались открытые приемы. Никакие специальные приглашения не рассылались, но в общине было известно, что каждый пришедший будет принят. Посещаемость этих приемов очень напоминает последовательность случайных чисел. В одну неделю могло быть два гостя, в другую 58, в третью 23 и так далее. Эта непредсказуемость создавала серьезные трудности при покупке закуски и выпивки.

Человек, который устраивал эти открытые приемы, был лидером пяти психотерапевтических групп, встречавшихся при различных условиях. Записи показывают, что все члены этих групп присутствовали хотя бы на половине вечерних встреч. Существовала равная вероятность для любого члена группы, что он будет присутствовать на встрече. Такая предсказуемость оказалась удобной в таких делах, как расстановка мебели. Важно указать, что в группах не делалось акцента на необходимости обязательного присутствия. Таким образом, для этих групп была характерна регулярность даже в той области, которая не была специально важна для группы, и эта регулярность отличает данные группы от неорганизованных приемов. Это отличие нельзя объяснить личностью терапевта, потому что он не призывал гостей регулярно приходить на приемы. Регулярность следует приписать сплоченности, возникшей в терапевтической группе.

Кстати, несмотря на многие отличия между разными терапевтическими группами, посещаемость в каждой из пяти групп за долгий период была примерно одинаковой, составляя от 83 до 89 % в период от 6 месяцев до 3 лет. Другими словами, эти группы были одинаково привлекательны для своих членов, или, на терминологическом языке, сила сплоченности в каждой из этих групп была примерно одинакова.

Это подтверждается другой регулярностью. Процент пациентов, покинувших группу, составил точно 50 в трех группах и чуть меньше 50 еще в двух. Это еще одно указание на примерно одинаковую притягательность всех групп, т. е. на примерно одинаковую силу сплоченности.

Интересно отметить, что такая же регулярность отмечена при сопоставлении с другими сериями групп, по крайней мере на основе опубликованных данных. Общая посещаемость всех пяти терапевтических групп составила 88 %. Средняя ежедневная посещаемость во всей школьной системе того же города в тот же период составила 89,6 %. Средняя посещаемость клуба «Ротари»[7] в Соединенных Штатах за один случайно выбранный месяц в тот же период была 87,8 %; а в нескольких сотнях клубов «Киванис» в Калифорнии, Неваде и на Гавайских островах за три случайно избранных месяца того же периода – 89,7 %. Согласно этим данным, посещаемость столь разных категорий, как терапевтические группы, классы и деловые клубы, примерно равна и составляет 88,8 % плюс-минус единица. Если лучшая посещаемость означает привлекательность группы, эти почти невероятно близкие числа свидетельствуют о том, что в настоящее время сплоченность в разных группах Соединенных Штатов Америки примерно одинаковая.

Одно из наиболее важных свойств регулярности в том, что она проявляется, несмотря на различное отношение к посещаемости. Посещение школы обязательно по закону. Никакой закон не заставляет посещать деловые клубы, но сильное социальное давление поощряет их посещение. В терапевтической группе нет ни давления закона, ни социального давления; напротив, член экономит деньги, пропуская занятие, поскольку отсутствующие не платят. Однако эти различия в отношении практически не сказываются на действительной посещаемости.

Сила сплоченности как будто меняется с годами.

Средняя ежедневная посещаемость начальных и средних школ в Соединенных Штатах была в минувшем десятилетии 87,3 %. Но в 1870 году средняя ежедневная посещаемость школ составляла только 59,3 %. Вероятно, в прежнее время дети чаще пропускали занятия, отчасти из-за недостаточной мотивации, отчасти из-за трудностей в транспорте, высокого уровня заболеваемости, безработицы, финансовых трудностей и других давлений. По мере того как более эффективным становится аппарат государства (например, транспорт, здравоохранение и возможность получить работу), становится легче преодолевать бытовые трудности, которые отражались на посещаемости.

С точки зрения школьной администрации, любое влияние, отвлекающее учеников, рассматривается как внешнее давление. Нерегулярное посещение школьных уроков не только отрицательно сказывается на успехах в учебе; если с ним не бороться, снижение показателей посещаемости может привести к сокращению финансирования школы. Кажется, что такое противодействие различным нерегулярностям является обычной процедурой для большинства групп по всему миру.

Любые внешние силы, которые угрожают выживанию группы, отвлекая от дела ее членов, рассматриваются как часть внешнего давления, и на них соответственно реагируют; если же реакции не происходит, группа может погибнуть от изнашивания.

Относительная сила внешнего давления на группу за данный период может быть выражена процентом членов, которые отсутствуют на встрече группы по каким-либо внешним причинам.

Так, относительная сила внешнего давления на систему образования была больше в 1870 году, чем ныне. В психотерапевтических группах за весь наблюдаемый период такое отсутствие людей на занятиях, вызванное внешними причинами, составило 2,6 % от общей возможной посещаемости.

Есть доказательства, что остальные случаи отсутствия в психотерапевтических группах объяснялись нежеланием членов посещать встречи. Поскольку такое отсутствие в каждом случае определялось внутренними психологическими факторами, оно служило проявлениями индивидуальных склонностей. Таким образом, общая посещаемость составила 88 %, что можно принять за показатель силы сплоченности; отсутствие, вызванное посторонними потребностями (внешнее давление), составило 2,6 %; вызванное внутренним сопротивлением (индивидуальные склонности), – 9,4 %. Следовательно, в данной ситуации количественное выражение силы трех динамических сил можно приблизительно представить соотношением 88/3/9. Пример показывает, что иногда появляется возможность измерить эти силы, по крайней мере относительно друг друга.

Правда, только квалифицированные психотерапевты могут различить две разновидности отсутствия: отсутствие, связанное с внешним давлением, и отсутствие, вызванное индивидуальными склонностями. Подлинную информацию обычно легко истолковать после ее получения. Например, студент отсутствовал на групповом сеансе вечером накануне выпускного экзамена. Легко классифицировать это отсутствие как вызванное внешним давлением, поскольку оно не соответствует его желанию, чтобы терапевтическая группа выжила (случайное отсутствие). Другой человек насыпал сахар в карбюратор своей машины, чтобы иметь возможность правдиво утверждать, что он не мог попасть на встречу, потому что его машина вышла из строя. Очевидно, это проявление его собственных внутренних проблем, то есть отсутствие, вызванное внутренним сопротивлением. Трудность заключалась в том, что потребовался целый год старательного психиатрического лечения, чтобы этот человек смог признаться в том, что делал. В подобных ситуациях обычные методы исследования, такие, как вопросники, бесполезны.

Поскольку результаты психотерапии с трудом поддаются измерению, невозможно сопоставить с какой-либо точностью соотношение динамических сил с терапевтической эффективностью группы. Тем не менее можно заключить, что со сменой терапевтических методов время от времени общая посещаемость испытывает приливы и отливы, изменяется соотношение между отсутствием, вызванным сопротивлением, и терапевтическими результатами. (Доля случайного отсутствия все время остается примерно одинаковой.) Грубо говоря, в одни периоды посещаемость увеличивается и пациенты поправляются быстрее, а при другой методике посещаемость падает и пациенты выздоравливают медленнее. Эти и другие эксперименты и соображения доказывают, что в терапевтической группе полезно попытаться оценить потенциал динамических сил и их связь с групповой деятельностью. Простейший способ оценки – внимательное изучение данных посещаемости. В конечном счете процент общей посещаемости за всю продолжительность существования группы (или за очень долгий период) может стать показателем силы сплоченности. Если это число меньше 75, вероятно, что-то неправильно, и лидеру следует «удалиться в свою палатку для размышлений».

Резюме

В данной главе сформулированы следующие гипотезы.

1. Структурная. При прочих равных условиях чем больше степень организованности, тем действенней группа; при данной действенности чем ближе соотношение укомплектованности к ста процентам, тем эффективней группа.

2. Динамическая. Динамические силы поддаются измерению, и их отношение определяет эффективность группы за данный период.

Термины, введенные в этой главе

Глава 4

Рост и история

Рождение государства

Каждая группа, прежде чем стать реальностью, возникает в виде идеи. Идея может претерпеть годы предварительных обсуждений, как в случае с Организацией Объединенных Наций; на другом полюсе шкалы, в случае крайней необходимости, когда, например, нужно кого-то спасти, она может мгновенно вспыхнуть в сознании энергичного индивида. Эта идея, или мысленный образ того, какой должна быть группа, является только предварительной. Обычно когда группа начинает действовать, все оказывается не совсем так.

Всякий мысленный образ того, какой должна быть группа, может быть назван групповым имаго. Различие между тем, что предвидел человек и на что он надеялся, т. е. его предварительным групповым имаго, и тем, как он на самом деле видит уже существующую группу в данный момент, т. е. его действительным групповым имаго, – становится основой неудовлетворенности и психологического напряжения, которые, в свою очередь, вызывают попытки устранить несоответствие. Это можно сделать двумя способами: изменить предварительное имаго или изменить саму группу. Имаго меняется в процессе приспособления, в котором индивид отказывается, по крайней мере временно, от некоторых своих запросов. Процесс проходит легче, если при этом индивид обнаруживает, что некоторые его опасения и предчувствия не оправдываются. Процесс приспособления обычно начинается еще до того, как индивид входит в группу, и основывается на доступной информации.

С другой стороны, член группы, который не хочет или не способен приспосабливаться, либо откажется от вступления в группу, либо попытается изменить структуру группы в соответствии со своим предварительным имаго. Его усилия становятся частью внутреннего группового процесса, в котором он берет на себя инициативу.

Когда организуется новая группа, цель каждого организатора – как можно полнее устранить расхождения между своим предварительным имаго и планируемой реальностью. Это делается в процессе переговоров. Индивидуальные склонности сталкиваются, вырабатываются компромиссы, пока не определяются достаточно четко деятельность, физическая структура, внешняя граница, а также, возможно, главная и второстепенные внутренние границы группы. Если организаторы не могут приспособиться друг к другу или к тому, кто проявляет наибольшую инициативу, переговоры окажутся безуспешными и группа не возникнет. Для достижения успеха необходимо, чтобы часть индивидуальных склонностей уступила место сплоченности. Если этот отказ только временный или притворный, разница должна быть устранена позже, в ходе развития группы.

Эти принципы иллюстрируются историей основания США.

Декларация независимости возникла как результат предварительного группового имаго некоторых из тех, кто ее подписал. Все началось в ходе революционного процесса, сменившего первоначальную власть в группе. То, что было второстепенной внутренней границей Британской империи, стало внешней границей новой группы. Территория и права новой группы были отделены от территории и прав «материнской группы». Второстепенные внутренние границы новой группы, существовавшие до возникновения новой внешней границы, сохранились почти без изменения.

Первый план создания правительства Соединенных Штатов, представленный в «Статьях Конфедерации»[8], напоминал скорее структуру приема, а не группы. При этой форме правления Конгресс не имел внутреннего аппарата для установления налогов и регулирования отношений между штатами. И не имел эффективного внешнего аппарата для защиты страны от вторжения, от нападения индейцев или от вмешательства из-за моря. Деятельность властей постоянно нарушалась столкновениями индивидуальных склонностей, проявлявшихся в соперничестве и взаимных угрозах. Наконец недостатки этой структуры стали настолько очевидны, что необходимо было что-то с ними сделать.

В качестве средства была избрана новая конституция. На Конституционном конвенте[9] каждый член (штат) отказывался от части своих индивидуальных интересов в пользу групповой сплоченности. Когда были более четко установлены границы, особенно главная внутренняя граница, представленная действующим федеральным правительством, каждый штат удовлетворился тем, что конституция в некоторых отношениях совпадает с его предварительным групповым имаго, хотя в других отношениях и не совпадает. Эти несоответствия нередко вызывали недовольство, усиливавшееся в новых обстоятельствах. Этот внутренний групповой процесс разрешался законным образом путем обращения к внутреннему аппарату, представленному Верховным судом. Только один раз напряжение между Севером и Югом привело к революционной попытке сбросить групповую власть. Эта революция привела к неимоверному усилению внутреннего аппарата и закончилась победой сил сплоченности и сохранением групповой структуры.

В различные периоды американской истории активизировалось внешнее давление, и в каждом случае ему успешно противостояла срочная мобилизация сил, сплоченности, олицетворяемой невероятно разросшимся внешним аппаратом – армией Соединенных Штатов Америки. Успех сплоченности в преодолении внешней угрозы в таких ситуациях отчасти также связан с эффективностью полицейского аппарата (в частности, ФБР) в подавлении внутреннего брожения и аппарата морали (министерство информации, существовавшее во время Второй мировой войны), в усилении сплоченности. В этих случаях силы, способствующие сплоченности, официально именуются патриотизмом.

Еще раз следует напомнить, что групповой процесс всегда в какой-то степени сказывается на обычной деятельности членов. Процесс, связанный с исполнением законов, сказывается минимально, требуя лишь прекращать работу для голосования, являться на суд или служить в качестве присяжных заседателей. Но внешний процесс и революционный процесс, т. е. войны, в том числе гражданские, оказывают гораздо более серьезное влияние на повседневную жизнь.

Одна из причин того, что США в самом начале, при «Статьях Конфедерации», испытывали значительные трудности, заключалась в том, что предварительный имаго основателей страны не включал эффективный групповой аппарат. А выжила страна под сильным внешним давлением и при внутренних противоречиях благодаря тому, что групповой аппарат выполнил работу, для которой предназначался. Добрых намерений, энтузиазма и патриотизма недостаточно, чтобы группа выжила как государство; все это необходимо подкрепить действенной и эффективной организацией; необходимо также иметь надежное оснащение. При испытании ни один из этих трех факторов не должен быть упущен. Вот почему практической мерой сплоченности служит не эффект, произведенный вступлением в группу (вход), а результат (выход) объединения. Вход – громкие слова, заверения в сплоченности, ответы на психологические вопросники и тесты – не может спасти группу. Выход – эффективное использование ресурсов или их эквивалента – вот в чем единственное спасение. Наполеон, как известно, предпочитал «свободе, равенству и братству» «пехоту, кавалерию и артиллерию», и взгляды этого великого побежденного серьезно изучались всем миром. Терапевт должен написать над входом в свой кабинет: «Мораль, организация и оснащение».

Многие вновь организованные группы сталкивались с трудностями, потому что не уделяли внимания особенностям групповой структуры, прежде всего групповому аппарату. И если выживали, то скорее благодаря удаче, чем мастерству. Такие группы могут выполнять определенную работу, но не в состоянии справиться с внешней угрозой или внутренним брожением. Они благодаря собственному трудному опыту должны увеличить степень организованности. Макиавелли в своих политических советах подчеркивал необходимость сильной власти и хорошо организованного группового аппарата.

Однако даже при самом тщательном планировании организаторы группы почти неизбежно сталкиваются с трудностями, потому что предварительный групповой имаго никогда полностью не совпадает с действительными условиями. Сами планы, изложенные на бумаге, могут быть безупречны, но они не в состоянии полностью предвидеть поведение членов, которое основано на более личных мотивах, кроющихся в частной структуре групповых имаго этих членов. Много неудач в бизнесе связано с непрактичной частной структурой. Человек, который, возможно и справедливо, считает себя хорошим торговцем и отлично разбирается в теории финансирования, производства и торговли, на практике нередко руководит своим бизнесом в соответствии со своим групповым имаго, уделяя усиленное внимание лишь продаже, и поэтому разоряется из-за недостатка кредитования или из-за плохого оборудования. Или он может быть хорошим финансистом, но плохим торговцем или производителем. Его компания терпит крах из-за низкой морали, плохой организации или несовершенного оборудования. Мораль и оборудование бесполезны без организации, а организация и оборудование бесполезны без морали. И в бизнесе, и на войне из этого правила бывают исключения, как встречается прямой флеш[10] в покере, но это не имеет непосредственного отношения к умению играть в покер.

Предварительный групповой имаго, характерный для застолья или приема, в котором слабо очерчены лидерство и групповой аппарат, вероятно, самая распространенная причина неприятностей вновь организуемых групп, но есть и другие факторы, имеющие серьезные последствия. Предварительный групповой имаго Гитлера имел очень четкую главную внутреннюю границу и предусматривал очень эффективный групповой аппарат. Тем не менее произошла страшная трагедия, особенно из-за расхождения внешней границы Германии на карте и в групповом имаго Гитлера. Именно его попытки устранить это «расхождение» и создать Великую Германию привели ко Второй мировой войне. Другие извращения в имаго фюрера привели к новым трагедиям, например, истреблению евреев и цыган. Аналогичная патология в предварительном имаго турецких правителей породила резню с целью «избавиться от всех армян в Турции».

Цель данного раздела – подчеркнуть, что группа начинается как мысленный образ и попытки привести этот образ в соответствие с реальностью способны обернуться бедой для многих ни в чем не повинных людей.

Истории и традиции

После того как переговоры достигли определенного пункта, группа может быть активирована. Утверждаются цель группы, ее внешняя граница, время и место встречи лидерства и членства. Каждый член отказывается от части своих индивидуальных склонностей во имя сплоченности, так что группа может стать действенной силой. Групповая работа, включая групповую деятельность, главный, второстепенный и внешний групповые процессы, регулируется групповым каноном, который состоит из: а) конституции, б) законов и в) культуры.

А) Конституция обычно включает несколько важнейших утверждений, не обязательно писаных; но все они хорошо укоренены в сознании членов и меняются с большим трудом.

1. Название группы, которое сообщает ей формальное существование и дает определенные законные преимущества и обязанности, такие, как право владеть собственностью или участвовать в выборах.

2. Формулировка целей деятельности, которая может быть краткой, широкой по охвату и поддающейся различным интерпретациям. В американской конституции она дается в одной фразе.

3. Главная групповая структура, которая обычно сформулирована и хорошо понимается: внешняя граница, т. е. кто является членом, и главная внутренняя граница, т. е. кто способен стать лидером и как достигается лидерство. Часто включается и второстепенная структура: указание ниш лидерства, ниш членства и второстепенные внутренние границы.

4. Официально установленные правила, относящиеся к внутреннему групповому процессу: главный процесс и правила, которыми руководствуются члены во второстепенных процессах. Американская конституция типична в том отношении, что большей частью посвящена именно этому.

5. Условия изменения конституции или добавлений к ней, определяемые соответствующим законом.

В американской конституции эти условия были установлены с самого начала. В других обществах они развивались и формулировались постепенно в течение жизни группы. В бесписьменных культурах, где ничего не записывается, можно найти те же условия. Модель неписаной конституции примерно такова:

1. Мы зовем себя Людьми. 2. Наша работа – рыбная ловля. 3. У нас есть верховный вождь и местные вожди, и все, кто рожден в племени, им подчиняются. 4. Вождь может собирать налоги и наказывать убийц и прелюбодеев. У нас имеются особые брачные обычаи. 5. Ни один вождь не может изменить ни один обычай без согласия знахаря.

И какой бы ни была группа – большой или малой, мы находим те же условия: в империи, в международной научной организации, в подростковой уличной банде или в психотерапевтической группе. Первое условие, экзистенциальное, дает группе название (даже если это просто «Группа»), утверждает права, привилегии и обязанности. Второе условие, телеологическое, указывает цель деятельности. Третье условие, структурное, устанавливает требования к лидерству и членству. Четвертое условие, регулирующее, дает средства для поддержания дисциплины и порядка. Пятое условие, аутотелическое, формулирует механизм смены конституции (хотя в империи, уличной банде и терапевтической группе лидер иногда имеет достаточно власти, чтобы сделать это автократически).

Б) Различия между конституцией и законами только формальные, потому что законы просто содержат подробности относительно группового процесса и представляют собой развитие конституционных положений.

В) У культуры есть три аспекта: технический, который предоставляет орудия для групповой деятельности; групповой этикет, который говорит людям, как быть тактичными по отношению друг к другу, и групповой характер, совокупность особенностей, присущих именно данной группе в ее деятельности и взаимоотношениях.

В группе, не имеющей настоящего опыта внешних или внутренних конфликтов, нормы, обычаи, принятые в группе (групповой канон), воспринимаются серьезно только самыми суетливыми членами. Но группа, прожившая долгий срок, имеющая богатый опыт борьбы с трудностями, начинает воспринимать канон как полный смысла. Говорят, что у такой группы есть история, и история эта создается групповым аппаратом.

Канон становится особенно важен, если имеет экзистенциальное подкрепление. Экзистенциальное подкрепление означает, что группа, ее члены, и особенно ее лидеры, должны принимать решения, которые, будучи приняты, становятся безвозвратными, их нельзя пересмотреть, как в ситуациях, связанных с жизнью и смертью. Такие решения, даже плохие, часто усиливают групповую сплоченность благодаря возникновению традиции. История – это просто старые газеты; она становится литературой, только когда украшается традицией. Традиции в любой группе с длительным существованием приобретают все большее и большее значение, и психологическую историю группы можно скорее обнаружить в традициях, а не в перечислении событий. Небольшой пример: все бывшие соученики гораздо лучше помнят приукрашенную в воспоминаниях историю выпускного вечера, состоявшегося десять лет назад, чем подробности деловой встречи месяц назад.

Наиболее важные традиции концентрируются вокруг героев, т. е. людей, совершивших великие подвиги в истории группы, особенно таких, которые основали саму группу, увеличили ее или спасли от разрушения перед лицом сильного сопротивления – спасли, убив или будучи убитыми. Типичный «герой» – тот, кто убивает или свергает старого лидера и устанавливает новый порядок. С психологической точки зрения история группы не обязательно начинается с началом этой группы, но часто – с деяний первого важного героя.

Например, существует тенденция считать, что современная история Англии начинается с Вильгельма Завоевателя. Многое происходило в Англии до 1066 года, но большинство непосвященных помнят только немногие имена второстепенных героев, вроде Этельреда Нерешительного, Эдуарда Исповедника, Суэйна Раздвоенная Борода или Беды Достопочтенного[11]. Аналогично во Франции первым главным героем является Карл Великий, и обычно забывают о лидерах меньшего значения, живших до него.

Герои в целом принадлежат к одному из двух классов: они бывают лидерами или членами группового аппарата. Психологически самым важным героем становится тот, кто традиционно рассматривается как основатель группы; его можно назвать первичным лидером. Первичные лидеры являются создателями канона. Они делают возможным применение конституции, законов и культуры. Позднейшие лидеры могут произвести существенные перемены в каноне или спасти его от уничтожения, и в этом отношении они тоже первичные лидеры. Признак первичного лидера – не составление канона, а придание ему экзистенциального усиления. Исторический первичный лидер – это тот, кто создал конституцию, но традиционным первичным лидером становится тот, кто благодаря своим героическим деяниям придал этой конституции смысл и действенность, сражаясь и погибая, чтобы это стало возможно. Таким образом, Джордж Вашингтон – первичный лидер США, потому что он сделал возможной ее конституцию, а Авраам Линкольн – позднейший первичный лидер, потому что готов был пролить кровь для ее защиты.

После своей смерти первичный лидер имеет тенденцию пройти процесс, который можно назвать эвгемеризацией. В сущности, воздействие первичного лидера можно измерить степенью его эвгемеризации, т. е. теми мистическими свойствами, которые приписываются ему после смерти. Ранняя психологическая история старейших групп основана на таких мифах.

Типичным примером может служить Карл Великий. Вся фольклорная история ранней Франции сосредоточена вокруг его фигуры. Много столетий крестьяне верили, что он восстанет из мертвых и примет участие в крестовых походах. Его обессмертили в песнях и сказаниях, канонизировали с христианским представлением о святости и с языческими свойствами волшебства и воскрешения, а в Германии и Англии астрономы даже назвали его именем созвездие Большой Медведицы.

Этот процесс, в ходе которого древние короли и герои приобретают в общественном сознании мифические атрибуты и становятся подобными богам, впервые в западном мире рассмотрел греческий философ Эвгемер, хотя идея была известна и на Востоке. В честь него индивиды, прошедшие процесс эвгемеризации, могут быть названы эвгемерами. Таким образом, выдающимся примером эвгемера является Карл Великий. Эвгемеры группы, просуществовавшей длительный период, представлены «Эвгемером», т. е. покойным первичным лидером, и «позднейшими эвгемерами», героями последующей групповой традиции. Наиболее успешные первичные лидеры производят самое сильное воздействие на массу и поэтому наиболее вероятно подвергаются эвгемеризации.

Существует два типа несостоявшихся героев (почти героев). 1. Можно отметить, что лидер или претендент на лидерство, убивающий или убитый, но не сумевший спасти или изменить структуру группы (например, Троцкий), не эвгемеризируется. 2. Лидер, проявивший истинное мужество или гениальность, но не убивавший и не убитый (например, Фрейд), может быть до некоторой степени эвгемеризирован, но никогда не достигает уровня героя, пролившего кровь. «Эвгемером» может стать первичный лидер, как Вашингтон, Ленин или Магомет, но может стать и позднейший лидер с большим воздействием, чем его предшественники (как Карл Великий).

Иногда процесс эвгемеризации может начаться еще до смерти первичного лидера, если считается, что он удалился преждевременно.

Приземленным примером этого может служить случай с учителем танцев, которого звали Эйб. Эйб учил народным танцам, и весь класс воспринимал его уроки с энтузиазмом. Когда началась война, Эйба призвали в армию, и класс получил нового учителя. Ученики постоянно сравнивали Эйба с новым учителем, всегда в пользу Эйба. Со временем Эйб становился все более и более великим. Никто не сравнится со стариной Эйбом. Он казался все более великолепным и прославленным, и ученики верили всему, что говорили о нем. Но вот однажды Эйб вернулся, он демобилизовался и готов был снова давать уроки. И когда он начал урок, все испытали сильнейшее разочарование: они увидели простого учителя народных танцев, такого же обыкновенного, как и тот, что давал уроки перед ним. Новички, слышавшие о мифическом Эйбе, не могли поверить своим глазам, когда он действительно появился перед ними и оказался самым обыкновенным человеком. Таков относительно редкий случай «возвращения эвгемера»[12].

Многие эвгемеры, такие, как Гиппократ, Вашингтон, Линкольн, Ленин и Фрейд, хорошо известны, но новичок в более замкнутой группе первое время может испытать трудности, определяя, кто же именно здесь эвгемер. В прошедшие столетия эвгемеров можно было узнать по народным песням и сказкам, традиционным для данной группы. Теперь эвгемеров скорее видят, чем слышат о них. Эвгемер группы – это покойный, чей портрет скорее всего будет висеть на стене как в помещении для встреч, так и в домах членов группы. В случае с Буддой и католическими святыми таким зримым изображением героя служит не картина, а статуя. В религиях, в которых подобные изображения запрещены, их заменяют цитаты из эвгемеров, как, например, в случае Магомета или Моисея.

Эвгемер служит объединяющим началом для сил сплоченности группы и увеличивает эффективность группы, придавая авторитет канону. Первичный лидер устанавливает порядки и обычаи, связанные с тем, как строится деятельность группы, и после его смерти эти обычаи становятся традицией и подкрепляются его авторитетом.

Члены сконструированной нами группы, о которой речь шла выше, рыбачат с помощью сетей из конопли, всегда обращаются к теще в третьем лице, и им разрешается смеяться над человеком, совершившим прелюбодеяние, и петь, когда муж мстит этому человеку. Все это входит в традицию, потому что, как говорят, именно так поступал Глаб, когда спустился с Луны и показал все это первому мужчине, первой женщине и их детям, сотворив их из тапиоки. Следовательно, Глаб – эвгемер этого вымышленного общества. Он первичный лидер и создатель первичного канона. Первичный канон был слегка изменен вождем Благом, который жил несколько столетий спустя. Благ сказал, что в табу третьего лица нужно включать также невесток, и поскольку ему хватило храбрости изменить первичный канон, не советуясь со знахарем, он стал второстепенным эвгемером, особенно среди невесток, которые после его смерти стали носить в головных уборах резную фигурку вождя.

Динамическое воздействие эвгемеров особенно заметно во времена стресса. Пока в группе царит спокойствие и порядок поддерживают своей повседневной деятельностью отделы полиции и морали, эвгемеры не имеют особого значения. В такие времена их могут игнорировать и даже посмеиваться над ними. Но если кто-то опасно нападает на групповую структуру – снаружи или изнутри, так что обычными методами не удается справиться с неприятностями, – призывают на помощь эвгемеров, часто в обратном хронологическом порядке.

Например, в США, когда активное меньшинство начинает угрожать конституции, обе стороны в поддержку своей позиции вначале цитируют Линкольна, и если трудности продолжаются, все более часто звучат имена отцов-основателей[13].

Групповые функции

Некоторые процессы происходят регулярно в истории различных типов групп, и они могут быть названы групповыми функциями. Внутренний процесс любой группы можно разделить на серии подобных функций. Некоторые в полном или зародышевом виде происходят в любой группе, как будто без них группа не способна существовать; эти функции можно назвать обязательными. Другие встречаются часто, но не в каждой группе; их можно назвать случайными функциями. Первая часть этой главы посвящена функциям организации и эвгемеризации, и обе эти функции кажутся обязательными. Организация обязательна, поскольку группа, по определению, без нее не может возникнуть; в то же время история свидетельствует, что группа, прожившая несколько поколений, не обходится без эвгемеризации, которая, по-видимому, тоже необходима для ее существования. Трудно представить себе длительно существующую группу, которая не имеет и не имела эвгемера. Эвгемеризованы основатели всех религий, а также городов, государств, империй и династий, такие, как Кадм, Бизас, Ромул и Рем, Ииму Тенно у японцев и Иаков у евреев[14]. Традиционные профессии имеют своих эвгемеров, таких, как Асклепий у врачей и Солон у законодателей. Поскольку в большинстве групп как будто существует потребность в эвгемерах, было бы психологически невероятно, если бы группа выжила больше двух поколений, не эвгемеризировав кого-нибудь. И в современной промышленности и финансах происходит процесс эвгемеризации живых и недавно скончавшихся лидеров, о чем свидетельствуют рассказы о легендарных причудах и чудачествах Сэмюэля Голдвина, Генри Форда и Джона Д. Рокфеллера.

Другая обязательная функция – знакомство. Если люди уже знакомы за пределами группы, они должны познакомиться заново в своих новых ролях членов группы.

Может быть, существуют и другие обязательные функции, но в настоящее время определить их с какой-то степенью уверенности невозможно. Прибавление к перечню, состоящему из организации, знакомства и эвгемеризации, требует внимательного изучения истории большого количества групп с данной точки зрения, но такого собрания историй пока еще нет.

Случайные функции подпадают под то, что в разговорной речи называют «заразительным», например совместный смех, плач или пение. У древних греков были сотни слов для описания таких действий, в которых члены группы участвуют совместно.

Можно разработать серию экспериментов для определения особенностей и последствий случайных функций. Например, выступающего всегда представляют перед выступлением, а не после, – это формальный способ познакомиться с ним, предоставляя право выступить. А что произойдет, если последовательность изменится и при этом аудитория не будет знать, что проводится преднамеренный эксперимент? Если удастся обнаружить и рассмотреть добавочные обязательные функции, прояснятся многие аспекты групповой динамики.

Идея функций родственна широко известным наблюдениям социальной психиатрии. Бион описывал то, что он назвал «базовыми предположениями». У него есть названия для различных состояний группы: рабочая группа, группа зависимости, группа нахождения пары и группа сражения или бегства. Бион – один из немногих, кто пытался изучить, что происходит в группе, с точки зрения естествоиспытателя-натуралиста; он ничего не доказывал и не опровергал, он просто спрашивал себя: «Что здесь происходит?» В некоторых отношениях работы Биона гораздо интересней обычных статистических социологических исследований. Он очень пристально и проницательно наблюдал за некоторыми группами. Состояния группы, описанные им, кажутся случайными функциями, но, возможно, они обязательные. Вопрос в том, все ли группы обязательно находятся в одном из этих состояний или проходят через них, или в отдельных случаях это необязательно? Для ответа на этот вопрос необходимо дальнейшее изучение. Тригант Берроу, первым практиковавший групповую терапию, как мы понимаем ее сегодня, тоже был замечательным наблюдателем. Состояние, названное им «котенцией», при котором изменяются ритм дыхания субъекта, движения глаз и даже энцефалограмма, вероятно, связано со случайными функциями группы этого субъекта.

Полученные к настоящему времени данные как будто свидетельствуют, что обязательные функции следуют в неизменном порядке: вначале организация, а эвгемеризация может происходить только позже, когда многие функции группы уже выполнены. Как уже отмечалось, центральная личность ритуалоподобной деятельности, например лектор, всегда представляется до начала деятельности. Движущая сила, определяющая эту последовательность, может быть сопоставлена с биологической силой, которая определяет последовательность возникновения функций у растущего организма. Возможно, это что-то вроде физиса стоиков; а может быть, определенные вещи возможны только в определенные периоды.

Резюме

Важнейшие гипотезы, сформулированные в главе.

1. Внутренний групповой процесс возникает в результате напряжения между двумя наборами психических образов: того, какой хочет индивид видеть группу, и того, какой он ее видит на самом деле.

2. Организаторы группы пытаются добиться от реальности наибольшего соответствия своим образам, но поскольку эти образы у организаторов различны, всегда необходимы компромиссы; согласно гипотезе 1 такие компромиссы никогда не бывают окончательными.

3. Функция первичного лидера – регулирование групповой работы с помощью процесса создания канона.

4. Каждая группа нуждается в героях и старается увековечить своих первичных лидеров после их смерти с помощью эвгемеризации.

5. Эти эвгемеры оказывают сильное влияние на придание существованию группы осмысленности.

6. Внутренний групповой процесс исторически может быть разбит на отдельные функции. Некоторые функции, такие, как организация и эвгемеризация, являются обязательными для существования группы, и они осуществляются в определенной последовательности.

Термины, введенные в этой главе

Глава 5

Групповая власть

Лидер

Власть в группе состоит из двух секторов: из лидерства и из группового канона. Эти два вида власти соотносятся друг с другом, так что член может апеллировать от решения лидера к канону, как от вердикта судьи к своду законов; или может апеллировать от канона к лидеру, от наказания по закону к помилованию губернатором.

Существуют три типа лидерства, соответствующие трем аспектам групповой культуры. Ответственный лидер – это тот, кто находится впереди и на виду, тот, кто исполняет роль лидера в организационной структуре. Эффективный лидер – тот, кто на самом деле принимает решения; он может иметь свою роль в организационной структуре, а может и не иметь. Он может находиться на втором плане, но именно он самая важная личность в индивидуальной структуре. Психологический лидер – тот, кто имеет наибольшее влияние на частную структуру членов и занимает нишу лидерства в их групповых имаго. Все три вида лидерства могут быть сосредоточены в одном индивиде, но бывают и разнообразные комбинации. Так, в британской монархии премьер-министр является ответственным и эффективным лидером, а роль психологического лидера исполняют король или королева. В некоторых наших городах мэр является ответственным и психологическим лидером, а в качестве эффективного лидера выступает партийный босс. В преступных группах на виду находится ответственный лидер, в то время как другой человек, не имеющий закрепленной роли в организационной структуре, может быть эффективным и психологическим лидером.

Не всегда легко провести различие между этими тремя типами лидерства. Например, психологический лидер, который относится к частной структуре (которая часто не осознается), иногда может быть определен психиатрическими методами. Но поскольку частная структура выходит наружу во времена стрессов или при анализе больших промежутков времени, в исторических ситуациях психологическое лидерство становится яснее.

Например, в случае Британской империи несомненно, что королева Виктория, хотя по конституции не была ответственным или эффективным лидером, представляла собой высший образец психологического лидера. Какими бы достижениями ни прославились ее премьер-министры, этот период по-прежнему называют викторианским, и королева, вероятно, была самым влиятельным человеком своего времени.

Эффективный лидер может быть определен путем изучения деятельности группы. Это тот, на чьи вопросы отвечают в первую очередь и чьи предложения в ситуациях стресса принимаются прежде всего. Существует некоторое сходство между эффективным лидером и так называемыми подлидерами, которые находятся в различных экспериментальных группах. Подлидеры тщательно изучались в экспериментах с солдатами и студентами колледжа. Это члены, которые привлекают внимание, потому что они доминируют, имеют популярность или проявляют особый интерес к групповой деятельности. Одним из объектов таких экспериментов было изучение личностных характеристик влиятельных людей для отбора кандидатов в офицеры и в студенческие лидеры. Однако при анализе результатов таких экспериментов часто упускают из виду, что эффективным лидером экспериментальной группы является сам экспериментатор.

Ответственный лидер – это индивид, которого в первую очередь призывают к ответу высшие власти. Это экспериментатор в экспериментальной группе или администратор в деловой фирме. Поскольку во многих организациях ответственный лидер – это только фасад, именно здесь влиятельность, популярность и способность помочь проявляются с особой отдачей. Человек, обладающий такими качествами, может стать привлекательным для членов и тем самым продвинуться к эффективному лидерству.

Психологический лидер занимает особое положение в группе, независимо от того, является ли он одновременно ответственным и эффективным лидером. Члены требуют от психологического лидера особых качеств; именно психологический лидер наиболее вероятно станет в групповой традиции эвгемером. Эти качества – качества бога. Предполагается, что лидер всемогущ, всеведущ, бессмертен, неуязвим, непобедим, неподкупен, неутомим, бесстрашен и его невозможно совратить. Именно такие качества в древности приписывались императорам, например «несравненному, всемогущему, непобедимому, неколеблющемуся» Ашшурнасирпалу[15]. Если в реальной жизни лидеру не хватает одного из этих качеств, всегда найдутся желающие его критиковать. Например, что произойдет, если американский президент проявит слабость, невежество, болезненность, вспыльчивость, подкупность или страх? Последствия скоро начнут сказываться на фондовой бирже, в политических карикатурах и в письмах к редактору. Определенными «лидерскими качествами» должен обладать и групповой терапевт. В большинстве групп члены испытывают беспокойство, даже если терапевт просто простудился. Над ним начнут посмеиваться, некоторые пациенты скажут, что не чувствуют себя в безопасности из-за его болезни, а кое-кто спросит, как он может лечить их, если болеет сам.

Следует отметить, что качества, требуемые от психологического лидера, в то же время являются свойствами эвгемера. Древние императоры, к которым еще при жизни следовало относиться как к богам, настаивали на своей эвгемеризации еще до смерти, как показывают надписи об Ашшурнасирпале.

Вдобавок к классификации лидеров в соответствии с тремя аспектами лидерства желательно классифицировать их и по их положению в группе. Тот, кто основал группу, является первичным лидером. Лидеры, которые следуют по стопам первичного, могут быть названы последователями. Последующий лидер, который меняет конституцию, тоже до некоторой степени является первичным. Действующий живущий лидер в любой данный момент может быть назван личным. Лидеры, обладающие определенной независимой властью, но ответственные перед верховной властью, могут быть названы подлидерами. Лидеры, отвечающие за все, являются личными лидерами в своих подгруппах, но по отношению ко всей группе они могут называться делегатами. Практическое испытание лидерства – это способность принимать решения, которые не будут пересмотрены или запрещены никем из присутствующих; наиболее убедительны решения, касающиеся групповой структуры, например, кому позволено оставаться в группе, когда заканчивать встречу и на какое время назначать следующую. Если решение данного индивида никто в группе не оспаривает, значит, этот индивид и есть лидер группы. Если лидер играет роль короля, но кто-то другой играет роль туза (перефразируя эпиграмму Эжена Филда[16]), значит, это на самом деле не подлинный лидер, а подлидер или делегат.

Лидерство наиболее сильно подкрепляется экзистенциальным усилением. Исторически великие лидеры всегда способны были убивать и быть убитыми и брали на себя ответственность за все, включая смерть. В США три наиболее эвгемеризированных президента – Вашингтон, Линкольн и Рузвельт, все были военными президентами и все брали на себя ответственность за убийства. Ашшурнасирпал, Хеопс, Перикл, Магомет, Наполеон, Ататюрк, Гитлер и Сталин – все они оказались способны на массовые кровопролития; Сократ и Иисус были людьми, знавшими, как умирать. В более цивилизованных условиях убийство заменяется изгнанием, и сильный лидер должен иметь способность обрекать других на изгнание, когда это требуется. Так, Фрейд изгнал «диссидентов», которые пытались извратить его теорию, и каждый хороший преподаватель должен уметь справиться с учеником, если того требуют обстоятельства. Таким образом, главным тестом на лидерство является ответственность и право (организационное) применять санкции и награждать, а также способность (индивидуальная) делать это решительно. Даже председатель родительского комитета в каком-то смысле должен быть безжалостен, чтобы поддержать порядок.

Групповой канон

После смерти первичного лидера ход групповой деятельности регулируется каноном, который он установил. Как уже упоминалось, канон состоит из трех частей: конституции, законов и культуры. Первичный канон следует за каноном материнской группы; но каждая группа развивает собственные ответвления от материнского канона, и именно эти ответвления отличают канон одной группы от канона другой в одном и том же обществе.

Главные черты типичной конституции перечислены выше. Прежде всего это название группы, экзистенциальное положение, которое формулирует ответственность данной группы по отношению к другим группам и к обществу в целом. Во-вторых, утверждение, касающееся деятельности группы, телеологическое положение, формулирующее цель группы. В-третьих, структура группы описывается в структурном положении. В-четвертых, регулирующее положение вводит в определенные рамки групповой процесс. И, в‑пятых, изменение самой конституции проходит по правилам, утвержденным аутотелическим положением.

Первый канон создается первичным лидером, который с помощью своей власти устанавливает традицию поведения, которая в каких-то положениях отличается от того, к чему привыкли члены за пределами группы. Это и есть первичный канон, который оказывает очень сильное воздействие на членов более поздних поколений. Всякий, кто меняет что-то в каноне, что-то добавляет или убирает из него, в определенном смысле тоже становится первичным лидером. Обращение к традиционному канону во времена сомнений почти всегда приобретает персональную форму с привлечением имени соответствующего эвгемера. И тогда получается «Конфуций сказал», «Линкольн сказал», «Фрейд сказал», «Ленин сказал». В таком виде эвгемер осуществляет свою власть над последующими поколениями группы. Типичными первичными лидерами были Ататюрк и Ленин. Они установили новые конституции и новые культуры, радикально изменив организационные и личностные отношения материнских групп. С точки зрения конституции оба они сменили форму правления, а с точки зрения культуры изменили, например, взаимоотношения мужчин и женщин.

Поскольку даже в самых «нерелигиозных» группах первичный лидер и канон обладают священными свойствами, хороший последователь редко пытается стать первичным лидером. Напротив, он меняет канон в соответствии с потребностями времени таким образом, чтобы казалось, что он его не меняет, а просто интерпретирует. Таким образом он снижает риск ослабления сплоченности. Однако если для революционной операции ему необходима своя группа, он должен смело напасть на старый канон и часто при этом ослабить власть старого эвгемера. Но он должен тщательно обдумать, насколько далеко можно заходить, оставаясь в безопасности. Простой способ – напасть на личного лидера, не трогая эвгемера, т. е. низвергнуть императора Николая, не унижая Петра Великого, избавиться от Абдул Гамида, не касаясь престижа султана Ахмета[17], нападать на Кеннеди, не трогая Линкольна.

Как уже отмечалось, цель канона – регулирование групповой деятельности, в особенности внутреннего группового процесса, который состоит из операций, направленных на изменение организационной, индивидуальной или частной структуры группы. Роли в организационной структуре поддерживаются конституционным контрактом, который гласит: «Я обещаю соблюдать конституцию группы». Остальная часть внутреннего группового процесса поддерживается социальным контрактом, который гласит: «Ты уважаешь мою персону, а я уважаю твою». Социальный контракт подкрепляется групповым этикетом, но в каждой группе возникают собственные послабления и отступления от этикета, и эти отступления составляют часть группового характера.

Поскольку социальный контракт – наиболее важная часть групповой культуры, его значение нужно понимать совершенно отчетливо. Способ, которым индивид представляет себя группе, называется его персоной. Социальный контракт утверждает, что это представление должно приниматься за чистую монету и к нему следует относиться бережно и вежливо, в соответствии с групповым этикетом. Каждая группа должна выработать собственные способы законного нарушения социального контракта, иначе жизнь станет нестерпимо скучной. Эти отступления от строгого этикета и составляют групповой характер.

Сказанное можно проиллюстрировать, сопоставив культуру фотографии в США и в СССР. Материальный аспект, оборудование и техника были аналогичны в обеих странах. Но в Советском Союзе персона защищалась строгим этикетом. Например, спортсменов и политических деятелей можно было фотографировать только во время занятий официальными видами деятельности, и чтобы фотографы обязательно соблюдали эти условия, они должны были получить предварительное разрешение на съемку. Поэтому газетные фотографии в Советском Союзе, как правило, были очень скучны. В Америке они гораздо живее, потому что полны характера. В данном случае этикета вообще не существует, и используются любые возможные отступления от социального контракта. В сущности, наши фотографы наслаждаются, играя с персонами своих субъектов; они фотографируют спортсменов в ночных клубах, а банкиров – с девицами на коленях.

В культуре политической деятельности ситуация противоположная. В СССР совершенно не соблюдали социальный контракт, и грубейшие посягательства на персоны со стороны их тайной полиции терпелись членством и даже одобрялись лидерством. В Америке существует строгий контролируемый законом порядок, который наблюдает за тем, чтобы полиция соблюдала социальный контракт, и нарушения этого контракта не терпятся, за исключением, может быть, самых низких слоев общества.

Следует отметить, что культура изменяется не с индивидом, а с группой, в которой находится индивид. Например, муж может очень неуважительно относиться к жене дома, но должен придерживаться строгих правил приличия на собрании родительского комитета. То есть индивид приспосабливается к культуре, а не наоборот, за исключением случая с первичным лидером.

Групповая культура

Для практического понимания организаций и групп необходимо иметь пригодную для использования теорию групповой культуры, поскольку культура влияет почти на все происходящее в социальной агрегации. Нижеследующий подход, основанный на структуре личности, которая описывается в части III, кажется нам наиболее полезным при подходе к лечебным группам.

Культура делится на три сегмента: на техническую культуру, этикет и групповой характер. Техническая культура используется преимущественно в рабочих и боевых группах и включает все разновидности полезных (и декоративных) артефактов, начиная от кремневых осколков и кончая космическими кораблями; все сорта практической техники, предназначенной для изменения среды, от раскраски кожи до изготовления плутония; а также все разновидности интеллектуальных операций – от подсчета северных оленей до программирования компьютера. Техническая культура включает те аспекты, которые требуют использования логического сознания, направленного на реальность, ту часть личности, которую ниже мы назовем Взрослым.

Групповой этикет основан на общем социальном этикете и включает все особенности, которые отличны от общего этикета, но приемлемы в данной группе. Этикет имеет дело со стандартами поведения и способами представления своей персоны или руководства персонами других, влияния на них. Люди комфортно чувствуют себя в обществе, когда ощущают, что другие видят их такими, какими они хотят, чтобы их видели. Большинство людей хотели бы, чтобы их считали великодушными, умными, храбрыми, искренними и верными – в общем, приемлемыми в соответствии со стандартами группы. У каждой группы свои особые стандарты и излюбленные пути представления или подчеркивания особенностей характера личности. Храбрость по-разному представляется на научной конференции, на религиозном собрании или при встрече аквалангистов. И в каждой из таких ситуаций свой этикет проявления храбрости. Этикет обычно традиционен и в большинстве случаев меняется очень медленно и при особых условиях. Эта часть групповой культуры происходит от того аспекта личности, который ниже мы назовем Родителем.

Групповой этикет включает отступления от социального контракта, которые считаются законными в данной группе. Иногда такие расслабления группового этикета поражают посторонних наблюдателей.

Характер «примитивней» этикета. Этикет требует сдержанности, понимания и знания социального поведения, которых нет, например, у ребенка. Характер – более непосредственное выражение инстинкта. Он включает многое из того, на что способен ребенок, например смех, пение или плач. Групповой характер в основном является выражением того аспекта личности, который ниже будет назван Ребенком.

Полезность трехстороннего подхода к культуре может быть проиллюстрирована анализом некоторых разновидностей группового поведения, которые обычно считаются типично относящимися к «культуре».

1. Обрезание может рассматриваться как обряд посвящения (инициации), т. е. конституционное подтверждение членства. Если конституция писаная, как, например, Библия, первичный канон может быть воспринят в его оригинальной форме. Ритуалы, сопровождающие операцию, в таком случае являются частью группового этикета – этикета обрезания. Во многих местностях эта церемония включает пир, на котором, как часть группового характера, позволяются более свободные и расслабленные проявления чувств.

2. Организационная структура Соединенных Штатов Америки предоставляет особую нишу для президентства. Человек, заполняющий эту нишу, официально именуется президент или мистер президент, а неофициально – по имени или прозвищу. По конституционному контракту на его роль как президента нельзя нападать, за исключением только подтвержденных конституцией способов. Если нужно изменить правила выборов или количество сроков, в течение которых можно быть президентом, это полагается делать с помощью процесса, соответствующего закону, и эти перемены будут относиться не только к какому-то одному индивиду, но ко всякому, кто заполняет нишу президентства.

Однако человек, исполняющий обязанности президента, в каждый данный момент представляет себя в качестве особы с определенным типом смелости, щедрости, искренности и верности по отношению к различным специфическим проблемам, таким, как расовая интеграция или внешняя торговля[18]. При обсуждении мистеру президенту можно противопоставлять свое мнение, но оно должно быть основано на фактах, имеющих отношение к проблеме, и при этом нельзя привлекать аргументы, связанные с личностью президента; его деяния можно подвергать вежливой критике, но нельзя затрагивать его персону, ибо это будет рассматриваться как нарушение этикета. Именно так все отнеслись к тому случаю, когда в свое время глава другого государства назвал Эйзенхауэра неискренним.

Одно из официальных руководств по этикету – «Регламент Роберта»[19]. В неофициальных сообщениях титул президента порой заменяется прозвищем, которое относится к индивидуальной структуре. В соответствии с американским групповым характером личность Айка[20] можно было высмеивать, если речь шла о его любви к гольфу, и подвергать критике его умение выбирать себе друзей. Но и здесь существуют определенные границы того, как далеко можно заходить в этом публично, и переступить эти границы – значит нанести оскорбление. Аспекты канона, относящегося к президентству, показаны в таблице 1.

Если в сфере группового этикета обычно существует руководство или некий признанный авторитет, то характер проявляется так естественно и он так пластичен, что его трудно запечатлеть или выразить в словах. Политический карикатурист держит «Руководство по сатире» преимущественно у себя в голове. Следует отметить различие между грубостью и оскорблением. Грубость есть простое несоблюдение этикета или проявление характера («фамильярность»). Оскорбление выходит за рамки, допускаемые групповым характером.

Таблица 1

Канон американского президентства

3. Хороший пример представляют собой тайные общества различных типов с их повышенной заботой о достоинстве. Для большинства они скучны, потому что у них слишком много этикета и слишком мало характера, т. е. каждый должен все воспринимать совершенно серьезно. Но в большинстве таких обществ, если член нарушает этикет, другой член имеет право покарать нарушителя, и вот здесь проявляется характер и начинается интересное.

Например, во многих американских клубах одно из развлечений – это штраф в 10 центов, которому подвергается член за каждое нецензурное выражение.

Изложенные выше психологические аспекты культуры можно подытожить следующим образом. Техническая культура, то, что нужно делать, основана на реалистическом, объективном, «взрослом» подходе к реальности. Групповой этикет, то, что полагается делать, относится к традиции, имея дело со стандартами поведения и их поддержанием; эти традиции переходят от поколения к поколению и усваиваются от родителей. Групповой характер, то, что хотелось бы делать, с некоторыми ограничениями позволяет выразить наиболее архаичные аспекты личности.

Культура одежды в нашем обществе иллюстрирует объединение всех этих трех аспектов. Женщины носят одежду, во‑первых, чтобы защититься от непогоды, – это рациональный, или Взрослый, подход; во‑вторых, одеваются из требований скромности – это традиционный, или Родительский, подход; и, наконец, украшают себя, делая более интересными и привлекательными. Таким образом, одежда, будучи полезной, является частью технической культуры, будучи скромной – частью этикета, и, как часть характера, позволяет самовыражение, даже когда вступает в конфликт с персоной скромности. С организационной точки зрения одежду надевают также по конституционным причинам: в большинстве мест она требуется по закону.

Такой подход к культуре имеет два преимущества. С одной стороны, он основан на личности индивида, а с другой – соответствует динамике всей группы в целом. Поэтому он занимает свое естественное место при обсуждении вопроса о том, что происходит между индивидами в любой группе.

Резюме

Предлагаются следующие гипотезы.

1. Происходящее в любой группе регулируется двумя источниками: лидерством и групповым каноном.

2. Существуют три типа лидерства: ответственный лидер, эффективный лидер и психологический лидер.

3. Члены требуют от своих лидеров неких абсолютных качеств, так что в основе своей каждый успешный лидер – это харизматический лидер.

4. Культуру группы можно разделить на три аспекта: техническую культуру, групповой этикет и групповой характер. Последние два основаны на подразумеваемом контракте, согласно которому члены уважают личность друг в друге. Каждая группа вырабатывает собственные стандарты поведения, свои способы подкрепления контракта и свои пути нарушения его в некоторых отношениях.

5. Каждый аспект групповой культуры исходит из особого аспекта личности членов: техническая культура – из рационального (Взрослого) аспекта; групповой этикет – из традиционного (Родительского) аспекта; групповой характер – из эмоционального (архаичного) аспекта.

Термины, введенные в главе

Глава 6

Классификация групп

Система для классификации

До сих пор мы рассматривали то, что у всех групп является общим. Теперь пришло время обратиться к разнице между ними. Есть тюремные группы и дружеские компании, есть группы обязательные для посещения и добровольные. Некоторые имеют членство по рождению, в других членство достигается, а есть такие, в которых членство навязывается. Есть группы, в которые легко вступить, но из которых трудно выйти, например брак или армия. И группы, в которые трудно попасть, но из которых легко выйти, как, например, школьная футбольная команда. Вообще было бы не так трудно сделать нечто вроде антологии или тезауруса с почти бесконечным числом классификаций, причем каждая прекрасно подошла бы для своей цели. Дж. Ф. Браун предлагает хорошую «классификацию классификаций» групп: биологически-социальные, основанные на теории классов; функционально-социологические, основанные на целях; экономико-функциональные, основанные на положениях Бухарина; внутригрупповые и внегрупповые, основанные на положениях Самнера; первичные и вторичные, основанные на работах Кули; открытые и закрытые, описанные Альваресом. Креч и Крачфилд предлагают другие критерии классификаций, такие, как жесткие и гибкие, организованные и неорганизованные. Кимболл Янг делит группы на расы, общества и общины; первичные и вторичные; постоянные и временные; мы-группы и они-группы.

Однако, чтобы систематически рассмотреть «больные» группы, нужна классификация, куда вошли бы все важнейшие аспекты, проанализированные в предыдущих главах: групповая структура, групповые силы, групповая работа и групповая власть. При таком подходе становится возможным научный анализ практических проблем всех разновидностей существующих групп. Опыт свидетельствует, что такая система дает исследователю возможность ставить точные диагнозы, а это, как знает каждый клиницист, важнейший шаг на пути к улучшению состояния больного.

Удобно начинать с групповой структуры, причем с внешней ее границы. Первая характеристика, которую следует принять во внимание, – это проницаемость границы: открытая граница, которую в любое время может пересечь почти каждый и в любом направлении, как, например, открытые границы Красного Креста; закрытая граница, которую невозможно пересечь извне в таких закрытых группах, как экипаж корабля в море, выпускники школы 1923 года или ветераны войны; и запечатанная граница, которая запрещает пересечение изнутри, как в тюрьме или закрытой психиатрической лечебнице. Запечатанная граница соответствует тому, что некоторые авторы не очень удачно называют «группами пленных». Степень запечатанности границы относительна и редко бывает настолько полной, как в печально известных «заколоченных поездах» гитлеровской Германии.

Тесно связаны с проницаемостью внешней границы обстоятельства, при которых она может быть пересечена. Это ведет к различию классов членства: добровольное, по желанию; выборное, по приглашению; условное, по соглашению; обязательное, по призыву. Сюда можно добавить случайное членство, как в случае рождения.

Переходя к внутренней структуре, полезно различать простые, составные, сложные и усложненные группы. Простая группа – это группа с одной внутренней границей, как показано на рисунке 1, так что она состоит только из лидерства и членства, без других внутренних подразделений. Такова типичная структура психотерапевтической группы. Составная, или дифференцированная, группа представляет собой группу с простой иерархией, соответствующей концентрической структуре на рисунке 2А. Такая группа состоит из лидера, подлидеров в определенной иерархии, старших и младших членов. Примерами могут служить профсоюз или акционерная компания с привилегированными и простыми акционерами. Сложная группа состоит из совокупности подгрупп, у каждой из которых есть своя внутренняя организация, соответствующая сегментам на рисунке 2Б. Типичными примерами такой группы служат конфедерации, как Соединенные Штаты или Канада. Усложненная группа – такая, в которой власть разделена, как в больнице или корпорации: финансовая ответственность, административная ответственность и рабочая ответственность распределены между разными подгруппами, которые не могут непосредственно влиять на поле деятельности друг друга. Акционер не может указывать мастеру, как выплавлять сталь, а хирург не может указывать администрации больницы, как подыскивать бухгалтера для нее. На практике существуют различные комбинации этих типов, и такие структурные различия до некоторой степени зависят также от точки зрения наблюдателя, но обычно простая группа – это именно простая группа.

Отношения между организационной и индивидуальной структурами позволяют выделить сверхорганизованные, полностью организованные и недоорганизованные группы, в зависимости от соотношения между ролями и нишами, – и переукомплектованные, полностью укомплектованные и недоукомплектованные группы, в зависимости от числа членов по отношению к заполняемым нишам. Степень дифференциации групповых имаго дает основание для еще одной классификации, но тут возникают специальные проблемы, которые будут рассмотрены ниже. Этим завершается важнейшая проблема структурной классификации, дающей возможность поставить очень интересные вопросы. Например, каковы результаты того факта, что все простые группы, состоящие более чем из двух человек, являются не полностью организованными?

С динамической точки зрения группы можно классифицировать по соотношению сил в каждый данный момент и также по тому, активны ли эти силы или только потенциальны. Речь идет о силах сплоченности, индивидуальных склонностей и о внешних разрушительных силах. Что касается сплоченности, то группа, которая в обычных обстоятельствах выглядит слабой и функционирующей неэффективно, во времена опасности может мобилизовать мощные силы сплоченности. Таким образом, группы можно классифицировать не только по существующим, но и по потенциальным силам. Это один из аспектов морали.

Индивидуальные склонности тоже могут быть активными и потенциальными. Когда члены не участвуют в активной деятельности или держатся в стороне, группа может быть расслабленной или напряженной, в зависимости от того, как члены оценивают ее возможности. Если групповой процесс проходит активно, группа может быть спокойной или интенсивной.

Например, кажется, что Швейцария нашла удовлетворительное решение некоторых внутренних проблем. Так что, когда на общегосударственной сцене все спокойно, швейцарцы спокойно занимаются своими делами, и если возникают споры, то проходят они тоже спокойно. С другой стороны, латиноамериканская страна может быть напряженной в ожидании убийства или революции, и если это происходит, за ними следуют ожесточенные схватки. Таким образом, расслабленность или напряженность группы зависят от того, что происходит внутри сообщества, а спокойствие или интенсивность – от того, что за пределами группы, в соответствии с индивидуальными склонностями.

Та же самая классификация может быть использована по отношению к внешним силам. Сила потенциального внешнего давления, как ее определяют члены, зависит от того, расслаблена или напряжена группа по отношению к внешней среде. Если внешние разрушительные силы активизируются, внешний групповой процесс может проходить спокойно или напряженно. Одна страна спокойно воспримет разоблачение нескольких настоящих шпионов, другая будет чрезвычайно напряжена из-за какой-нибудь воображаемой опасности.

Динамическая классификация ставит перед исследователем много интересных вопросов. Например, при каких условиях напряженная группа может быть: а) более эффективной или б) менее эффективной, чем расслабленная группа? (Наиболее вероятный ответ: а) когда напряжение относится к внешней среде, б) когда напряжение относится к лидерству.) Как усиливающаяся напряженность внутреннего процесса действует на напряженность внешнего процесса? (При этом силы внешнего аппарата переходят во внутренний аппарат.) А как это воздействует на сплоченность? (Силы из аппарата морали переходят в полицейский аппарат.)

Классификация групп в соответствии с фазами групповой деятельности уже подробно рассматривалась. Группа может быть преимущественно рабочей, боевой или процессуальной.

Попытка различать группы в соответствии с природой групповой власти вызывает вопросы, всегда приводящие к противоречиям и спорам. Например, так ли четки различия между демократическими и авторитарными группами? С одной точки зрения почти все группы являются авторитарными, так как члены должны подчиняться групповому канону. Это можно показать, взяв два крайних примера: один канон утверждает, что у всех членов есть равный голос, другой – что ни у одного члена нет права голоса. Если кто-нибудь в первой группе попытается лишить другого права голоса, возникнут такие же неприятности, как во второй группе, когда кто-то попытается вмешаться в решения автократа. Гражданская война, которая была попыткой силой навязать демократию, проходила не мягче войны за независимость, которая была попыткой подкрепить автократию. В обоих случаях с теми, кто пытался отказаться от канона, обращались одинаково авторитарно, а именно – их расстреливали.

Каждая группа, стремящаяся выжить, должна обеспечить подчинение членов своему канону, иногда жестокими методами, и в этом смысле каждая группа является авторитарной. Однако сами каноны могут быть классифицированы как более или менее демократические – в соответствии с распространенными стандартами по трем главным компонентам групповой власти: лидерству, конституции и групповой культуре. По этому принципу группы могут быть расположены на шкале с демократическим правительством на одном конце и тоталитарным – на другом. Эта обширная тема относится к политической науке, но всякому изучающему организации и группы полезно рассмотреть несколько простых примеров. Например, лидерство может быть текучим, вязким или застывшим. При текучем лидерстве лидер ответствен перед членами и может быть легко смещен; при вязком лидерстве он ответствен только перед особым привилегированным классом и сместить его гораздо труднее; застывшее лидерство увековечивает себя и тогда может быть безответственным и автократическим. Конституция может быть гибкой и легко приспосабливаемой к потребностям членов, а может быть жесткой и неизменяемой. Культура может быть терпимой, ограничительной и запретительной, в соответствии с тем, насколько свободно члены могут критиковать.

Отчетливо демократический канон должен иметь текучее лидерство, предполагающее наличие многих кандидатов на должность при выборах; гибкую конституцию, которую легко изменять по инициативе народа, и терпимую культуру, представленную свободной прессой. США, например, как будто обладают всеми этими особенностями. Однако в мире немало государств, которые «клонятся в противоположном направлении», – у них фальсифицированные выборы, народ почти не обладает правом на конституционную инициативу, а пресса односторонняя.

Следует помнить, что в группе всегда есть подгруппа, о которой даже самый автократический лидер должен подумать дважды: это его собственный групповой аппарат.

Иначе лидер окажется в ситуации, напоминающей знаменитые революционные хунты Латинской Америки или восстание янычаров и дворцовой гвардии. Когда Махмуд II[21] сумел разогнать янычаров, которые держали его родственников буквально в плену, ему пришлось хорошо подумать, что делать со своим новым аппаратом.

Помимо политических аспектов группового канона, необходимо исследовать другие его важнейшие характеристики, особенно его твердость и строгость. Твердость есть дело «коммуникации» и определяется ясностью, с которой сформулирован канон. В четкой культуре каждый знает (или может установить), поступает ли он по закону или нет. В мягкой культуре член группы часто сомневается, и это вызывает трудности, точно так же, как непоследовательный родитель вызывает трудности в семье. Если культура слишком мягкая, групповая мораль может ослабеть.

Строгость связана с применением санкций и включает четыре различных аспекта. Канон может быть ограничительным, как на некоторых съездах, или терпимым, как во многих детских садах. Он может быть карательным, с подчеркиванием роли наказаний, как в тюрьмах, или вознаграждающим, с подчеркиванием роли поощрений, как в торговых фирмах. Он может быть жестоким, как старинные законы в Англии, которые требовали суровых наказаний за малейшие провинности, или мягким, как современная система с условными наказаниями, при которой даже за серьезное преступление можно получить легкое наказание. Он может быть строгим, когда наказывается любое отступление от закона, и толерантным, как в городах, поощряющих туризм. Во многих случаях все эти аспекты доходят до крайностей – жестокости или, наоборот, толерантности. Часто установившийся мягкий канон просто означает, что лидерство недостаточно эффективно и внутренний беспорядок не контролируется, как в некоторых детских садах и школьных классах.

Поскольку твердость и строгость независимы друг от друга, «хороший» лидер должен уметь различать эти два аспекта и думать о них порознь. Лучшая группа не обязательно та, в которой самая твердая и строгая культура. Членам группы необходимы хорошо уравновешенные степени свободы: не так мало, чтобы вызывать раздражение, и не так много, чтобы приводить в смущение. Относительно индивида социальная ситуация – это благодарная возможность и желанное приглашение, но одновременно – тревожная угроза и опасное искушение. Особенно ясно это в случаях, когда индивидуальные склонности мотивируются эксгибиционизмом или подавленным гневом. «Хороший» лидер воздействует на групповую культуру достаточно твердо, чтобы направлять индивидуальные склонности в нужном направлении, не создавая препятствий для самовыражения, и достаточно строго, чтобы контролировать ситуацию без «запугивания». По крайней мере таков современный подход в Англии и Северной Америке. У каждой группы здесь, вероятно, достигнуто идеальное соотношение твердости и строгости; слишком мало или слишком много того и другого способно вызвать неприятности.

Психологические типы

Похоже, на действительный опыт людей в группах влияют не только рассмотренные нами характеристики, но и определенные психологические факторы. Поэтому важно учитывать психологическую ситуацию, которая определяет, является ли группа личной, вынужденной или принудительной.

Индивид присоединяется к группе из-за входящих в нее людей. Его интересует не столько роль в организационной структуре, сколько место в индивидуальной структуре. Личная группа состоит из людей его собственного психологического класса, людей, у которых общие с ним интересы, социальные отношения, опыт и отличия от остального населения. В этом привлекательность групп досуга, компаний и клубов. Личные группы обычно (но не обязательно) относятся к числу таких, которые мы выше характеризовали как добровольные, факультативные или обусловленные; со временем почти любая группа приобретает для своих членов личный аспект.

Вынужденная группа – это такая, в которую индивид вступает не столько из-за индивидуальной, сколько из-за организационной структуры; т. е. он становится членом, потому что имеется ниша для него и он нуждается в привилегиях, которые связаны с этой нишей. Он готов даже мириться с очень неприятной индивидуальной структурой ради того, чтобы сохранить членство. Типичный пример – работа, которую выполняют, чтобы заработать на жизнь. Если член присоединяется из-за настоятельной потребности в преимуществах: моральных, социальных или материальных – для него группа является вынужденной, хотя может и не быть принудительной. Психологическая особенность вынужденной группы в том, что у члена нет выбора в вопросах надежности и ответственности. Он находится с людьми, которых не выбирал, в структуре, которую не он создавал, и ему необходимо к этому приспособиться. Он не может ни выбирать своих соседей, ни менять их; ни работа, ни присутствие на собраниях не являются для него делом выбора. Приспособление к своей нише в деловой фирме – совсем иное дело, чем приспособление к друзьям в клубе. В клубе член может приходить и уходить, когда ему вздумается, и сам выбирать себе соседей. Но в офисе совсем не так. Здесь у него не только перемещения и соседи вынужденные, но он должен сдерживать некоторые свои индивидуальные склонности ради выживания и роста группы, нравится ему это или нет. В противном случае он теряет свое положение и преимущества.

Личная группа – это социальная проблема; вынужденная группа – проблема экзистенциальная: член должен принять способ существования как «необходимый выбор». Принудительная группа, например, тюрьма, – ни то ни другое; здесь это преимущественно проблема индивидуального выживания. Здесь член может быть вынужден участвовать в групповой деятельности, но его нельзя заставить быть общительным или вносить свой вклад в сплоченность. Однако он может с выгодой для себя действовать так, словно он в личной или вынужденной группе, а не в принудительной; в таком случае он может пользоваться привилегиями «своего парня» среди других заключенных или «образцового заключенного» у администрации.

Другой психологический фактор, который влияет на существование людей в группе, – это групповая позиция. Американские и европейские рабочие группы обычно демонстрируют рациональную позицию; группа, собравшаяся для спиритического сеанса, подобно многим группам в примитивных обществах, являла позицию детского суеверия; миссионерские организации, политические и религиозные, демонстрируют третью позицию – моралистическую, или родительскую. Таковы примеры трех типов групповых позиций: рациональной, архаической и родительской. Позиция – это вопрос состояний Эго, которые будут рассматриваться в следующей части.

Позиции следует отличать от «базисных допущений» Биона (независимость, вступление в пары, борьба или бегство). Сам Бион подчеркивает нестабильность своих групп «базисных допущений», и уже говорилось, что их следует рассматривать как случайные функции.

Поведение группы – еще одна психологическая характеристика, и это не то же самое, что позиция.

У некоторых рабочих групп, например служащих банка или хирургических бригад, серьезное, проникнутое особым чувством ответственности поведение, у других, например работников баров и закусочных, – гораздо более раскованное и даже небрежное. Интересные полюса в поведении можно обнаружить в некоторых религиях, чьи обряды в письменном виде кажутся строгими, но совершаются куда более небрежно. Буддисты из низших классов Таиланда не слишком изнуряют себя коанами[22], но обращаются в храмы для лечения так же привычно, как американская домохозяйка заходит в аптеку за аспирином. Впечатляющей особенностью собраний поклонников вуду[23] в лесах Таити являются сплетни участников и то, что они непрерывно жуют жевательную резинку. Интересно наблюдать, как идолопоклонники в горах Гватемалы небрежно и без всякого вдохновения обращаются к своим богам.

Позиция и поведение, наряду с некоторыми другими характеристиками, обсуждавшимися выше, такими, как напряженность и интенсивность, вносят свой вклад в то, что некоторые авторы называют «групповым климатом». На практике лучше термин «климат» разбить на составляющие его компоненты и каждый из этих компонентов рассматривать порознь.

Социологические типы

Группы можно характеризовать в соответствии с природой их деятельности. Такая классификация может быть очень подробной, если будет учитывать множество особенностей. Некоторые самые широкие классы этой классификации: спортивные, коммерческие, образовательные, военные, политические, религиозные, научные, общественные группы и так далее.

Варианты, упомянутые в этой главе, подытожены в таблице 2. Таблица завершает рассмотрение группы в целом, и теперь мы можем перейти к рассмотрению индивидуального члена в его функционировании в группе. Этому посвящена третья часть книги.

Таблица 2

Предлагаемая классификация групп

Резюме

Высказываются следующие гипотезы.

1. Группы можно содержательно и полезно классифицировать на основании их структуры, динамики, работы, власти и «психологических» аспектов.

2. Все группы «авторитарны», поскольку члены должны следовать групповому канону.

Термины, введенные в этой главе

Часть II

Показательный анализ групповой встречи

Глава 7

Анализ последовательности событий

Как мы туда попали

Проблемы и закономерности, рассмотренные выше, станут понятней на примере одной небольшой группы. Но сначала – несколько предварительных соображений.

Любую организацию в конечном счете можно рассматривать как усложненную разновидность группы. Поскольку группы, состоящие только из двух человек, имеют собственные характеристики, будет легче, если мы не включим их в обсуждение.

Если кто-нибудь предлагает подумать о какой-то конкретной организации или группе, первым вопросом должно быть: «Кто на самом деле входит в эту группу?» В случае небольшой группы самый удобный и информативный ответ – диаграмма размещения, которая показывает места расположения людей и имена тех, кто занимает эти места. Если рассматривается реально происходившая групповая встреча, рисунок принимает форму диаграммы рассаживания (рис. 5). В случае большой организации диаграмма размещения напоминает привычную организационную схему и указывает расположение ветвей, постов, церквей, кораблей, самолетов или отрядов, а также имена людей, которые размещены в каждом месте (рис. 6). Потребность в таких диаграммах свидетельствует о том, что предпочтительней не говорить о воображаемых группах, а определять, что в реальности произошло или происходит среди реальных специфических индивидов. Когда рассматривается группа, важно иметь классную доску, даже если заранее подготовлены распечатки схемы.

Рис. 5. Психотерапевтическая группа – диаграмма рассаживания

Рис. 6. Деловая организация – диаграмма размещения

Пример анализа групповой встречи

Небольшая группа, взятая нами в качестве примера, представляет собой встречу, на которой несколько лет назад присутствовали автор и два его коллеги по профессии. Необычный интерес, который представляет эта группа, объясняется кратковременностью ее существования, поскольку продолжительность ее жизни ограничена одним вечером. Такой поучительный феномен редко доступен научному наблюдению и позволяет сделать важные выводы относительно жизнеспособности и умения выжить – это касается групп всех типов и размеров, начиная от государства и кончая психотерапевтической группой.

Большинство групповых встреч проходит по крайней мере под внешним «покровом рациональности», и это затрудняет анализ того, что происходит под поверхностью. В поисках встречи, свободной от профессиональных особенностей, какие находишь в экспериментальной или психотерапевтической группе, и в то же время способной раскрыть наиболее первичные (архаические) особенности личности индивидов (их необходимо знать, чтобы понять, что на самом деле происходит в группе), автор с радостью принял приглашение присутствовать на спиритическом сеансе. В силу примитивного характера происходящего и методы, которые использовал лидер, и реакции участников были более очевидны, чем в других наших опытах, и это особенно привлекало. Важно добавить, что приглашение было сделано и принято с добрыми намерениями и без цинизма или обмана с обеих сторон. Наша позиция скептиков и специалистов по групповой динамике была объявлена и принята с самого начала. Поэтому мы считали этичным демонстрировать потом полученную запись на семинарах по групповой динамике, на которых она тщательно анализировалась и обсуждалась.

Поскольку формулировки должны прилагаться к любой группе, независимо от ее размера и цели, мы, как и в части I, используем также примеры из более знакомого и удобного материала: из истории и политики, из бизнеса и деловых организаций, из психотерапевтических групп.

В книге повсеместно используются псевдонимы. В частности, автор именуется «доктором Кв.».

Собрание группы

Прежде чем любая группа может собраться, пусть даже ненадолго, в сознании ее организатора должна возникнуть идея. Этот образ того, какой тип собрания планируется, может быть назван предварительным групповым имаго; если организаторов несколько, возникает коллективная фантазия. В сущности, у каждого, кто хочет стать членом группы, существует определенный набор ожиданий. Однако человек может не осознавать их существования, пока не столкнется с реальностью, которая почти всегда в чем-то отличается от его фантазий. Из возникающих в результате удивления, тревоги или разочарования человек узнает, если не знал этого раньше, о том, что у него были особые ожидания, которые теперь должны пройти процесс приспособления к ситуации, в которой этот человек оказался.

Перед спиритическим сеансом, о котором пойдет речь, предварительный групповой имаго был общим у мистера Пола Вуда, в доме которого происходил сеанс, мистера Кена Мида, медиума, и миссис Мид, его жены. Этому имаго было суждено несколько раз за вечер приходить в замешательство. Первый раз это произошло, когда доктор Кв. неожиданно привел с собой двоих друзей. Поскольку имаго предполагал ниши точно для десяти приглашенных, гостиная была подготовлена для приема именно такого количества. Вначале мистер Вуд казался раздраженным и обращался с друзьями доктора Кв. как с непрошеными гостями. Но после того как доктор Кв. напомнил, что говорил о своем намерении привести двух друзей-скептиков, мистер Вуд приспособился к ситуации и приспособил к ней обстановку, принеся два дополнительных стула.

Что касается самого доктора Кв., то, поскольку он изучал непосредственно процесс приспособления, он на собственном опыте научился быть физически и психологически готовым к любым неожиданностям и происшествиям. Больше того, неожиданности для доктора Кв. были не помехой, а желательной возможностью для изучения.

Роль мистера Вуда в организации спиритического сеанса (который он называл «группой С») заключалась во взаимодействии с внешней средой. Он отбирал кандидатов в группу из общей массы людей вне ее. Он предоставлял необходимое оборудование, включая квартиру, вещи, сиденья и другие нужные предметы, поэтому ему приходилось иметь дело с людьми, например с продавцами, которые не были ни членами группы, ни кандидатами в нее. В его функции входило также защищать группу от вторжения, поддерживая целостность внешней границы группы, которая в данном случае была представлена стенами его дома. Люди, обязанности которых заключаются в контактах с внешней средой, в снабжении и наборе, в проверке того, соответствуют ли подобранные кандидаты требованиям данной группы (в данном случае – что они согласны заплатить за участие), а также в поддержании целостности внешней границы и недопущении вторжения чужаков и разрушительных сил, – такие люди могут быть названы внешним аппаратом группы.

Мистер Вуд, как и доктор Кв. в своей терапевтической группе, осуществлял все это в одиночку. В большой организации внешний аппарат может быть очень сложным. В США, например, он, помимо всего прочего, включает управление внешней торговли, консульскую службу, иммиграционную службу, министерство иностранных дел и вооруженные силы. В относительно небольшой организации, такой, как научное общество, внешний аппарат включает только президента, его секретаря, казначея и небольшой штат, который отбирает кандидатов для членства.

Исполняя последнюю функцию (отбор кандидатов), мистер Вуд отбирал людей, которых считал подходящими, и приглашал их на сеанс. Таким образом, членство в группе С было необязательным, ибо основывалось на приглашении, которое можно было отклонить. С другой стороны, членство в научном обществе, которое тоже может быть необязательным, в то же время является обусловленным, поскольку зависит от достижения неких жестких стандартов. Членство в государстве, как уже говорилось выше, является либо случайным (зависит от рождения), либо обусловленным. Членство в психотерапевтической группе добровольное, так как, говоря в общем, такая группа открыта для любого желающего. Ни один из этих случаев членства не является обязательным, как, например, в случае тюремного заключения или психиатрической лечебницы, так как любой член имеет право уйти из группы или пересечь внешнюю границу изнутри, уйдя во внешнюю среду.

Когда членство необязательное, обусловленное или добровольное, одно из его привлекательных свойств в том, что кандидат может ожидать встречи с людьми своего класса: людьми, интересующимися спиритуализмом, физикой или оперой. У доктора Кв. в этом отношении были два условия. Он хотел, чтобы его соседи интересовались одновременно и спиритизмом, и психотерапией. Поскольку он не был уверен, что найдет таких людей в группе С, он прихватил с собой свою собственную подгруппу. Все в помещении относились к классу людей, интересующихся спиритизмом, но только он и его друзья доктор Белл и доктор Каппи принадлежали к классу людей, которые также профессионально заинтересованы в психотерапии.

Таким образом, собрание любой группы, независимо от ее цели или повода, требует предварительного группового имаго. В связи с практическими трудностями, которые ожидают на пути осуществления замысла, первое имаго обязательно связано с предварительным приспособлением еще до начала собрания группы. До того как группа начнет действовать, необходимо определить три важнейших положения: внешний аппарат, основу членства (самое трудное – будет ли членство добровольным или обязательным) и главные признаки тех, кто будет входить в группу. Последнее включает или подразумевает также род деятельности, которой будет занята группа, но это обычно менее важно для будущих членов, чем определение класса.

Предварительная фаза

Читателю уже должно быть ясно, что группа состоит из реальных людей с активным воображением и что организаторы группы должны быть способны принимать решения. После того как члены группы начинают собираться, возникает интервал между этим моментом и тем, что называют «открытием собрания». В этой фазе, в соответствии с существующими критериями, группа еще не начала функционировать, поскольку не активизировано различие между членством и лидерством. Собрание напоминает нечто вроде приема или вечеринки, т. е. анклав, куда не допускаются посторонние, но который лишен внутренней организации. Отличие этой фазы от «открытия собрания» в психотерапевтической группе часто отмечается пациентами, которые спрашивают врача: «Почему мы сразу перестаем разговаривать, как только вы входите в комнату?»

Обычно прием характеризуется социальными ритуалами и времяпрепровождением. На спиритическом сеансе каждый вновь пришедший знакомился со всеми в соответствии с принятым ритуалом американского социального этикета. Остальное время до начала сеанса было занято различными стереотипными разговорами. Люди знакомились друг с другом: на поверхности – находя взаимные интересы во времени, месте, личностях, материалах, событиях или видах деятельности; в глубине – в надежде найти интересного человека, с которым можно будет встретиться снова. Существует всеобщая тенденция отыскивать людей с одинаковыми или комплементарными интересами, отношениями и реакциями и держаться вместе с ними.

Во время этого интервала ситуация во многих отношениях очень напоминает компанию, собравшуюся на прием с чаем. Но очевидны и существенные отличия. Предстоящая повестка дня в сознании у собравшихся – набор более или менее отчетливых ожиданий, когда они пытаются представить себе, что произойдет с началом собрания. Их предварительные групповые имаго проходят процесс предварительного приспособления, связанный с тем, что имаго возникли на почве фантазий или – в случае «специалистов» – на прошлом опыте участия в спиритических сеансах, и эти имаго проходят предварительный процесс приспособления, основанный на том, что видят и испытывают эти люди. Вследствие ожидания сверхъестественного эти имаго сильно заряжены, и попытки приспособить их часто связаны с такими признаками напряжения, как беспокойство, разговорчивость, хихиканье и отчуждение. Открытые симптомы тревоги ослабевают, когда неопределенности постепенно начинает противостоять реальность. Суетливые приготовления мистера Вуда и мистера и миссис Мид, которые проходили независимо от членства, теперь оказались направленными исключительно на гостей.

Организационная фаза

Как только члены группы и все физическое оборудование оказались внутри внешней групповой границы, миссия мистера Вуда была завершена. В центре внимания оказалась миссис Мид, на которую были возложены организационные задачи. Они включали четыре главных аспекта.

1. Внутренняя организация физического оборудования, такого, как стулья, светильники и магнитофоны.

2. Отделение мистера Мида и признаков его положения от остальной части группы.

3. Уточнение размещения членов (миссис Мид попросила одного сесть у двери, другого немного передвинуться, а двоих поменяться местами).

4. Разрешение некоторых отступлений от социального этикета общины в целом (миссис Мид сказала, что мужчины могут снять пиджаки).

Положение, сложившееся после того, как все заняли свои места, показано на диаграмме paccaживaния (рис. 7). При этом занавес, отделивший мистера Мида от остальной части группы, и образовал главную внутреннюю границу группы. Внешняя групповая граница (стены дома) и главная внутренняя групповая граница (занавес), отделяющая лидера от членства, вместе образуют главную групповую структуру (рис. 8), показанную схематически на рисунке 9. Распределение регионов между индивидуальными членами гораздо менее важно для результатов встречи, чем главная групповая структура. Это распределение определяет второстепенную групповую структуру, представленную стульями. Разрешение оставаться в рубашках было первым положением группового этикета, то есть отступлением от общего социального этикета, допустимым в пределах группы.

Рис. 7. Группа С – диаграмма рассаживания

Люди, которые, подобно миссис Мид, занимаются распределением физического оборудования, установлением и поддержанием внутренних групповых границ, групповым этикетом и другими вопросами внутреннего регулирования, могут быть названы внутренним групповым аппаратом. В сложных организациях, таких, как Соединенные Штаты, внутренний групповой аппарат очень велик, и функции, возложенные на миссис Мид, распределяются среди большого числа правительственных организаций, представленных соответственно Администрацией общих служб[24], аппаратом Белого дома, Секретной службой, Министерством внутренних дел и судами соответственно. В деловой организации или научном обществе эти обязанности распределяются между различными чиновниками и комитетами. В терапевтической группе доктор Кв., подобно миссис Мид, исполнял эти функции один.

Рис. 8. Главная групповая структура – диаграмма размещения

Следует отметить, что в организационной фазе мистер Мид имел возможность свободно вмешиваться и давать указания, а мистер Вуд и миссис Мид оба то и дело обращались к нему. Это позволяет сделать вывод, что ни внутренний, ни внешний аппараты не обладают подлинной независимостью и что оба они представляют собой органы лидерства. Мистер Мид был уверен, что его указания будут в целом приняты членством и что отдельные члены откажутся от своих предпочтений в смысле размещения ради лучшей организации группы. Можно сказать, что мистер Мид с самого начала выделялся в качестве лидера, потому что его предложения выполнялись и на его вопросы отвечали в первую очередь.

Рис. 9. Главная групповая структура, представленная на диаграмме

Установление лидерства

Лидерство – повторим это еще раз – определяется выборами, как в США; наследованием, как в Великобритании; захватом власти, как во времена революции, или допущением, как в лекционных аудиториях и классных комнатах, где один человек признается остальными наиболее квалифицированным из всех присутствующих. В любом случае принято информировать членство о квалификации лидера. В республике это делается перед выборами; при наследовании – во время инвеституры, то есть при формальном введении в должность; в случае революции – во время консолидации сил и при допущении – до того, как начнется само собрание. Признаком такого определения лидерства могут служить наборы доктрин, исторические символы, демонстрация силы и перечисление титулов. В большинстве случаев это проделывает отдел морали внутреннего аппарата, но в случае мистера Мида он предпочел проделать это сам, когда принял на себя лидерство.

Когда мистер Мид начал свое выступление, общественная структура группы была завершена. Любой наблюдатель отметил бы, что физическая сторона этой структуры состояла из комнаты, разделенной занавесом на два региона, и нескольких стульев, распределенных определенным образом (см. рис. 7); что организационная структура включала одного лидера, располагающего внешним и внутренним аппаратом, и десять более или менее недифференцированных членов. Сделав соответствующие расспросы, наблюдатель мог бы установить имена всех индивидов, заполняющих ниши индивидуальной структуры. Мистеру Миду было нетрудно установить все эти три аспекта (физическую сторону, организационную структуру и индивидуальную структуру) в соответствии со своими указаниями. Но воздействие на групповые имаго членов оказалось более деликатной проблемой. Идиосинкратический групповой имаго каждого члена оказывал сильное воздействие на его поведение и реакции в группе. Однако эти интимные аспекты обсуждаются с большой неохотой, и вообще индивид может не подозревать о таких характеристиках своего собственного имаго. Групповые имаго присутствующих в целом могут быть названы частной структурой группы.

Теперь мистер Мид занял место вблизи рупоров (при открытом занавесе) и приступил к воздействию на частную структуру группы С, т. е. он представлял себя таким образом, чтобы укрепить определенное отношение к себе у каждого члена группы.

После нескольких поверхностных предварительных замечаний он перевел дыхание и заговорил звучным голосом проповедника:

– Прежде чем мы начнем, я хочу кое-что сказать вам… Меня зовут Мид. Я делаю это с детства. С шести лет, после того как меня оставила мать, со мной начали происходить различные необъяснимые явления. Самым выдающимся событием в моей жизни стал астральный полет. Хочу я того или нет, половину своей жизни я провожу в невидимом мире. Мне было сказано, что я обязан это делать. В видимом и невидимом мирах я узнал очень многое, такое, с чем у обычного человека нет возможности вступить в контакт… От самого индивида зависит, сколько плоскостей сознания для него доступны. Не ждите от меня ответов на все вопросы. То, что приходит, исходит от духов, а не от меня. Я вдохновенный оратор. Я читаю выдающиеся лекции. Для тех, кто с Богом, все возможно. Если вы пришли на встречу непредубежденно, если вы ищете чего-то достойного, вы его найдете. Я ничего не могу для вас сделать, потому что я только предоставляю энергию. Это очень утомительно. Не думаю, чтобы что-нибудь другое в мире могло так истощать человека. Но мой дух заботится обо мне. Я никогда не испытываю страха. Пожалуйста, задавайте любые вопросы, приходящие вам в голову.

В таком роде он говорил минут пятнадцать.

Характеристика, которую он себе давал, казалось, способна была удовлетворить определенные потребности членов. Она соответствовала тому типу лидерства, которое предпочитают многие доверчивые люди. Искусно пользуясь комбинацией драматизма и внушения, обращаясь к самым архаичным аспектам личности, мистер Мид характеризовал себя как вундеркинда, ставшего с детства инструментом сверхъестественных сил, которые наделили его магическими способностями, сделав (как он намекнул) неутомимым, неподкупным, всемогущим, всеведущим, бессмертным, бесстрашным и неуязвимым. Он внушал членам надежду с его помощью отчасти приобрести такие же свойства, если они доверятся «первозданным» силам, которые он представляет, и при этом ссылался на некий особый канон чувств и поведения. После того как он закончил эту самопрезентацию, или персону, миссис Мид задернула занавес. Это был знак того, что установление лидерства завершено и начинается групповая деятельность.

Групповая работа

В качестве первого шага на пути понимания того, что происходит в группе, полезно обобщить происходящее. Все, что происходит, связано с какой-то работой, и эта групповая работа может быть классифицирована в соответствии с ее результатами. То, что способствует или как-то связано со сформулированной целью группы, является частью групповой деятельности. То, что изменяет структуру группы или связано с этим изменением, является частью группового процесса. Во многих ситуациях эти два типа работы взаимно исключают друг друга.

Когда сборщики плодов на плантациях островов Тихого океана бросают работу, чтобы участвовать в очередных столкновениях общинных групп, время, проведенное в драках, сказывается на цели группы точно так же, как мир в период возделывания кокосов, который откладывает кульминацию вражды.

После окончания драки физическая, организационная и индивидуальная структура смены работников оставалась той же самой: у рабочих были те же инструменты, те же обязанности, тот же бригадир и те же соседи. Однако частная структура, то есть то, как каждый воспринимает свои отношения с другими, в ходе группового процесса изменилась. Другой случай – успешная революция, когда возникает новое лидерство, реорганизуется правительство и перераспределяется земля; такие решительные перемены внутреннего группового процесса меняют также общественную и частную структуры группы.

В более мирной ситуации нелегко отличить работу, проведенную в ходе групповой деятельности, от той, что проделана в групповом процессе, и для того, чтобы установить это отличие, необходимо специальное исследование.

В группе С первый появившийся дух представлял слияние деятельности и процесса. Это была маленькая девочка по имени Руби, и, так как утвержденной целью группы был вызов духов, ее появление было частью групповой деятельности. С другой стороны, она вела себя очень общительно и, казалось, задалась целью помочь членам лучше узнать друг друга. Она спрашивала их имена и извлекала другую информацию. В то же время она побуждала их активно участвовать в происходящем. Больше того, она постоянно повторяла, что любит членов группы, успокаивала их. Эта серия соединительных трансакций была частью группового процесса, она меняла группу, позволяя ее членам предстать друг перед другом в наиболее благоприятном свете и наблюдать друг друга в действии. Руби старалась, чтобы все присутствующие приняли участие в общем деле.

Групповая культура

Во время «фазы Руби» стали проявляться некоторые аспекты групповой культуры, имеющей дело 1) с физическим миром, 2) с социальной ситуацией и 3) с тревогами и заботами индивидов.

1. Техническая культура общества может быть развита в разной степени: от глиняной керамики до спутников. Внутри общества отдельные группы располагают специальным оборудованием, которое они используют в своей деятельности: машины, химикаты, распятия, стетоскопы и тому подобное. В соответствии с утверждениями мистера Мида технический аспект культуры группы С был основан на законах физики и химии, на понимании природы используемых материалов (таких, как эктоплазма) и искусном их использовании. Наиболее существенным аспектом в технической культуре группы были рупоры, которые использовались для концентрации голосов духов.

2. Социальная ситуация сохранялась в норме благодаря групповому этикету, который, подобно любому этикету, основан на социальном контракте. Руби представила себя как невинного, чувствительного, послушного и стремящегося всем помочь ребенка, и члены группы уважали ее персону и вели себя соответственно. Члены группы представляли себя (во всяком случае, так их представляла миссис Мид, знакомя с Руби) в качестве умных, серьезных и дружественно настроенных исследователей спиритуализма, и Руби разговаривала с ними в соответствии с таким представлением. Таким образом, обе стороны следовали социальному контракту, который гласит: «Ты потрешь мне спину, а я потру тебе», или в более вежливой формулировке: «Ты уважаешь мою персону, а я уважаю твою». Однако очевидно, что в применении к группе С контракт имел свои особенности. Всякие способы его поддержания одобрялись, а все возможности нарушения осуждались. Позволялось называть Руби уменьшительными и ласкательными именами, расспрашивать о ее происхождении, методах контакта с этим миром и даже о ее способностях предсказывать. Эти отклонения от строгой формальности, которые становились законными в группе, представляют собой особый этикет данной группы.

3. Характер группы связан с психологическими механизмами, которые имеют дело с тем, что заботит отдельных членов. В преступных сообществах, например, допустимы неприличные выражения и сарказм, и именно они придают таким группам вульгарный характер. Во многих психотерапевтических группах одобряется сексуальная откровенность, конечно, лишь на интеллектуальном уровне.

Очевидно, что в группе С неуместны неприличные выражения, сарказм и сексуальная откровенность, но одобряются простые шутки и умеренное поддразнивание. В одном случае Руби прервал голос исполнителя негритянских песен по имени Сэмбо, и миссис Мид заметила:

– Если ты слышишь, что кто-то передвинулся, Сэмбо, то это только я – я закрыла дверь из-за сквозняка.

Сэмбо: Я думал, вы слишком стары для этого. Ха-ха! (Все смеются.)[25]

Когда Руби собралась уходить, миссис Мид спросила:

– Ты не хочешь поговорить с папой?

Руби: Нет, на этот раз я не хочу с ним говорить. (Смех.)

Папа: Тебе не обязательно любить меня при всех, милая. (Смех.)

Стоит отметить источники этих трех аспектов групповой культуры – технической, социальной и индивидуальной. Техническая культура требует специальных навыков и умений, например, умения обращаться с машинами, химикалиями, стетоскопами или рупорами. Овладение этими умениями – проблема объективного взрослого ума. Групповой этикет есть разновидность этической системы, обычно основанной на установленных традициях, то, что в семье передается от родителей к детям, например, правила приветствий, обычаи гостеприимства и пунктуальности, которые разнятся от одного социального класса к другому. В особых группах сюда включаются каноны, или кодексы поведения, относящиеся к практике бизнеса, личной переписке, научной честности или клятве Гиппократа; некоторые из этих кодексов передаются без особых изменений от поколения к поколению в течение сотен и тысяч лет. Групповой характер допускает некоторые личностно-эмоциональные проявления индивида в рамках группового этикета. Поэтому техническая культура может быть названа рациональным аспектом, групповой этикет – традиционным аспектом, а групповой характер – эмоциональным аспектом групповой культуры.

Личность лидера

Интересно было наблюдать серию персон, представленных мистером Мидом. Вначале это был рациональный, умудренный опытом взрослый, дававший краткие объяснения принципов спиритуализма; это был сам мистер Мид. Затем появился чувствительный, послушный, невинный ребенок Руби, за которым последовал насмешливый подросток Сэмбо. Все они проложили дорогу доктору Мергатройду, главной фигуре вечера, который был «материализован» мистером Мидом в отцовской роли мудрого старого учителя, чья радость – «просвещать тех, кто ищет истину». Эти компоненты представлены на рисунке 10.

Эта диаграмма личности не отличается от диаграмм других лидеров. Чередования детского, рационального, подросткового и отцовского поведения часто описываются в биографиях глав государств. Как родительские фигуры, некоторые из них строги, другие благожелательны, одни ведут себя дружелюбно, другие – ужасно. Некоторые больше других известны частыми переходами от одного состояния к другому. Превращение таких психологических реальностей в приемлемые для общества персоны – искусство, которым занимаются и сам лидер, и отдел морали его внутреннего группового аппарата.

Самые фундаментальные качества лидерства зависят от некоторых иррациональных взаимоотношений лидера с членами. Эффективное лидерство в группе должно включать определенное, иногда очень большое количество «аппаратных» индивидов, которые следят за тем, чтобы дело делалось. Психологический же лидер – это тот, кто в сознании членов наиболее наделен выдающимися, часто сверхъестественными характеристиками. Особые качества, которые приписываются ему открыто или – в случае с демократией – подсознательно, могут быть аналогичны тем, что упоминаются в Библии, а именно – мудрость, способность творить чудеса, дар пророчества и изгнания злых духов. Именно на эти качества намекал мистер Мид в своем вступительном слове: всеведение, бессмертие, неуязвимость, неутомимость и щедрость. Такие качества составляют загадку лидерства, или мистику, которая сохранилась в мифах о классических героях и в легендах о средневековых королях.

Рис. 10. Диаграмма личности медиума

Во всякой хорошо организованной и управляемой группе появлению психологического лидера предшествует сосредоточение. Очевидно, что все предшествовавшее появлению доктора Мергатройда в группе С есть часть сосредоточения. Одна из этих операций состояла в серии громких хмыканий, которые в одном случае прервали Руби. Миссис Мид объяснила, что звуки исходят от индейца, которого зовут Серая Птица; этот индеец вводит мистера Мида в состояние транса; сам Серая Птица потом объяснил: «Я ввожу его в транс (хмыканье)». Строго говоря, Руби, Сэмбо и Серая Птица – все это части отдела морали внутреннего аппарата доктора Мергатройда; именно эти части ответственны за сосредоточение. Руби исполняла функцию разогревания, подготовки, Серая Птица – гарант и ответственное лицо, а Сэмбо – предвестник, провозгласивший: «Не вешайте трубку. Появляется доктор Мергатройд!» В шоу-бизнесе распорядитель церемонии (ведущий) объединяет все эти функции.

В группе С мистер Мид вначале действовал как эффективный лидер и представился в качестве психологического лидера, но позже психологическое лидерство перешло к доктору Мергатройду.

Групповой процесс

Хотя во время сосредоточения и происходит некоторая деятельность, эта фаза предназначена главным образом для воздействия на частную структуру группы, представленную групповыми имаго членов. Поэтому в основном это часть группового процесса. Когда появился доктор Мергатройд, группа непосредственно обратилась к своей главной деятельности, которая заключалась в выяснении духовного окружения. Некоторые члены принимали эту деятельность за чистую монету и деловито задавали вопросы доктору Мергатройду. Другие проявляли больше скептицизма, а в некоторых случаях за скептицизмом чувствовалась враждебность. Внешне враждебно настроенные делали то же, что и все остальные, – задавали вопросы о мире духов, но были признаки неверия и легкого сарказма. Собрание проходило как обычное обсуждение, и всякие выражения эмоций скрывались за действиями. Можно сказать, что в этой группе деятельность и групповой процесс не исключали друг друга; скорее деятельность образовывала матрицу для процесса. Это разбавление группового процесса и было одной из целей группового этикета.

Тот факт, что групповая культура допускала определенную дозу враждебности, если она выражена в форме уместных вопросов, привлек научное любопытство доктора Кв. Отметив, что эта деятельность образовывала матрицу для неочевидных, или скрытых, трансакций, он задался вопросом: что же произойдет, если кто-нибудь открыто нарушит этикет, задав вопрос не о мире духов, а о том, что происходит в группе?

Всякий член, который затрудняет или пытается затруднить деятельность группы, нарушая этикет, может быть назван возбудителем. Чтобы понять суть эксперимента доктора Кв., полезно привести отрывок из записи происходившего.

Доктор Мергатройд, который «материализовался» после объявления Сэмбо, представил персону говорливого помпезного мудреца с властным и напыщенным голосом. Начал он так:

– Добрый ве-ечер, говорит доктор Мергатройд – посредством медиума. Надеюсь, вы все войдете в его вибрации своими вибрациями… всегда приятно оказаться в земных вибрациях. Поэтому я вхожу в ваше время, чтобы вы могли задавать вопросы.

После 15 минут подобных разглагольствований миссис Мид с некоторым трудом извлекла из аудитории первый вопрос.

Элла: Как скоро после смерти начинаешь осознавать загробную жизнь?

Др. Мергатройд: Это целиком зависит от ин-дивида. Для некоторых никакого периода бессознательности не бывает. А другие много лет остаются в темноте (10 минут объяснений).

Мистер Вуд: Я хотел бы поговорить с Гермесом Трисмегистом. Спросите его, насколько верно отражена история в первой книге Пятикнижия.

Доктор Мергатройд: Не вижу, какой смысл в том, что вы это узнаете. Книги, о которых вы говорите, столько раз менялись, что никакой подлинной истории в них не осталось.

Мр. Вуд: Доктор, если не возражаете, я бы хотел спросить об этом самого Гермеса Трисмегиста.

Др. Мергатройд: Он ответит вам то же самое.

Мр. Вуд: И все же я хочу узнать, что он скажет.

Др. Мергатройд: Я уже ответил.

Миссис Вуд: У кого еще есть вопросы?

После ответа на несколько вопросов (миссис Мид все время играла роль посредника) доктор Кв. спросил:

– Могу я задать вопрос?

Миссис Мид: Давайте.

Др. Кв. (вежливо): Необходимо ли вам нравиться нам, чтобы вы могли оставаться с нами?

Др. Мергатройд (удивленно): Простите?

Др. Кв. (вежливо): Обязательно ли, чтобы вы нам нравились, для того чтобы вы могли оставаться с нами?

Др. Мергатройд: Нет. Я могу оставаться с вами по своей воле. Могу уходить и приходить, как мне угодно, независимо от вибраций, создаваемых группой людей – индивидуально или коллективно.

Др. Кв.: На самом деле я хочу спросить, почему вы не так милы, как Руби?

Др. Мергатройд: Мой дорогой сэр, я гораздо более прямолинеен и откровенен. В природе во всем есть положительные и отрицательные силы.

Др. Каппи (успокаивающе): Вы хотите сказать, что вы агрессивней, чем Руби?

Др. Мергатройд: Да. Она действует на другом уровне вибраций.

Рис. 11. А (вверху). Первоначальный групповой имаго любого члена. Б (внизу). Последующий групповой имаго (любого члена)

В этот момент доктор Кв. понял, что его эксперимент подтвердил три предположения, которые он хотел проверить.

1. Что нарушение этикета сказывается на действенности группы. То есть потребность сохранить групповую культуру берет верх над групповой деятельностью.

2. Что возбуждение вызывает тревогу тем, что угрожает эффективности лидерства. Даже доктор Каппи, который был гостем доктора Кв., встал на защиту доктора Мергатройда. Опыт показывает, что, если угроза слишком велика, группа постарается изгнать нарушителя.

3. Что возбуждение меняет частную структуру группы. Стало очевидно, что др. Кв. занимает особое место в групповом имаго остальных присутствующих. Эта перемена показана на рисунке 11, который иллюстрирует групповой процесс в данный момент. Все трансакции, которые изменяют частную структуру группы, являются частью группового процесса; и наоборот, групповой процесс содержит все трансакции, которые меняют частную структуру группы, независимо от того, меняется ли при этом ее публичная структура.

Необходимо отметить, что еще до начала своего «эксперимента» др. Кв. по сотням других наблюдений был убежден в справедливости своих предположений. Его действия были скорее демонстрацией, чем экспериментом. Больше того, если бы эксперимент поставил его предположения под сомнение, он скорее усомнился бы в эксперименте, чем в своих гипотезах (точно так же человек, который видел полет птиц, усомнится в эксперименте, «доказывающем», что птицы не умеют летать).

Но его интересовало нечто еще более тонкое и незаметное. Он строго, по крайней мере внешне, придерживался группового этикета. Тон его был вежливым и деловитым, а вопросы можно было истолковать и как проявления искреннего интереса к потустороннему миру, а не пренебрежения к персоне доктора Мергатройда. Это придавало происходящему тревожный элемент. Доктор Мергатройд, должно быть, заподозрил, что выставит себя дураком, если поспешит с заключением и проявит негодование. В таком случае др. Кв. будет иметь право заявить, что к нему отнеслись несправедливо.

Др. Кв. позволил провести десять минут в спокойствии, а потом начал второй этап своего исследования.

Он спросил, можно ли ему задать вопрос.

Др. Мергатройд: Да, можно.

Др. Кв. (вежливо): Почему вы не уходите и не позволяете вернуться Руби?

Мр. Вуд (сердито): Руби – всего лишь маленькая девочка. А он так старается ответить на наши вопросы.

Элла, Эф, Эдди и другие (возмущенно): Это грубо! Это невежливо!

Др. Мергатройд (оскорбленным тоном): Я изо всех сил стараюсь угодить вам, но, кажется, меня здесь не ценят. Вы считаете, что я не справляюсь?

Миссис Мид: У вас все получается прекрасно, доктор.

Др. Каппи и др. Белл (перешептываются): Он обижен.

Миссис Мид: Да, он обижен. Но давайте продолжать.

Др. Кв.: Я бы хотел, чтобы он ответил на мой вопрос.

Последовало длительное молчание. Потом доктор Мергатройд скованно спросил:

– Какой вопрос?

Др. Кв.: Почему вы не уходите и не позволяете вернуться Руби?

Др. Мергатройд (добродетельно): Я делаю, что могу. (Пауза). Скажу вам всем, что чувствую вашу обеспокоенность. Почему никто не спрашивает меня о летающих тарелочках? (Следует долгий монолог о летающих тарелочках.)

Из описанного очевидно, что по мере того как др. Кв. действовал смелее, его предположения оправдывались все больше. Эту вторую фазу можно описать в следующем виде. Член нарушает социальный контракт, бросая вызов персоне другого члена таким способом, который не разрешается групповым этикетом данной группы. Такая операция называется грубостью. Поскольку в данном случае грубость нацелена не на какого-то члена лично, а на деятельность всей группы, грубый нарушитель должен быть назван возбудителем. Возбуждение направлено против лидерства в попытке нарушить главную групповую структуру, и такой тип возбуждения называется революционным.

Перед лицом революционного возбуждения необходимость сохранить главную групповую структуру становится важнее остальных дел группы. Главная структура группы, т. е. ее внешняя граница и главная внутренняя граница, подвергается угрозе соответственно со стороны войны и гражданской войны. И то и другое является операциями вторжения. В войне внешние силы пытаются вторгнуться через внешнюю границу, а в гражданской войне внутренние силы пытаются нарушить главную внутреннюю границу. Это наиболее критические моменты в жизни любой группы. Когда др. Кв. перешел ко второму этапу своего эксперимента, потребность сохранить структуру группы взяла верх над всем остальным, и произошло следующее.

1. Действенность группы относительно ее главного вида деятельности снизилась почти до нуля. Трансакции стали гораздо более прямыми и больше не погружались в материал. Напряженность группового процесса и действенность групповой деятельности относятся друг к другу в обратной пропорции. Чем больше возбуждения, тем меньше информации о потустороннем мире.

2. На мгновение лидерство доктора Мергатройда не только подверглось угрозе, но и отступило на второй план. Это обстоятельство вызвало у членов стремление прервать возбуждение и вернуть предыдущую структуру группы. Во время этой особой мобилизации групповых сил были отброшены многие персоны и прямые трансакции обнаружили то, что раньше скрывалось, – т. е. не «официальное», а психологическое лидерство. Др. Мергатройд временно отказался от своей роли лидера в организационной структуре группы и отбросил свою героическую персону, обнаружив чувствительную, ранимую личность. Некоторые из присутствующих отказались от роли учеников и последователей и отбросили персоны искренних искателей истины, обнаружив негодующие, защищающиеся или «терапевтические» личности. Соотношения этих трех аспектов отражены в таблице 3, из которой видно, что роли, как элементы организационной структуры, и персоны, как элементы индивидуальной структуры, являются компонентами публичной структуры, в то время как личности относятся к частной структуре.

3. Нет никакого сомнения, что в частной структуре др. Кв. теперь резко отличался от всех остальных. Ниша, которую он занимал в групповом имаго остальных членов, оказалась сильно заряженной враждебностью.

Таблица 3

Структура группы

Эти события, являющиеся частью внутреннего группового процесса, иллюстрируют, что может произойти, когда деятельность группы трансформируется в групповой процесс.

Второстепенный групповой процесс

Как уже было сказано, когда др. Кв. напал на лидерство, он угрожал главной групповой структуре и, следовательно, самому существованию группы. Такой конфликт является частью главного группового процесса, что показано на рисунке 12. Следующий эпизод не связан непосредственно с лидерством, но представляет локализованное столкновение между двумя членами.

Миссис Бир захотела удостовериться, что мр. Мид действительно находится в трансе. Она попросила у миссис Мид разрешения взглянуть на него и получила такое разрешение. Мр. Вуд зажег слабый свет, и миссис Бир подошла и посмотрела на медиума. Она долгое время стояла и смотрела на это олицетворение лидерства, пока миссис Мид и мр. Вуд не начали проявлять нетерпение. Наконец мр. Вуд раздраженно сказал:

– Ради бога, вы можете его видеть и со своего места. Не правда ли? Он выглядит просто как сидящий человек.

Рис. 12. Главный внутренний групповой процесс

Рис. 13. Второстепенный внутренний групповой процесс

Миссис Бир недовольно посмотрела на него, но ничего не ответила. Др. Мергатройд позволил спору продолжаться, не делая никаких попыток прекратить его, потому что этот спор не угрожал главной групповой структуре.

Такой конфликт является частью второстепенного группового процесса, поскольку затрагивает только второстепенную групповую структуру, как показано на рисунке 13. Главный групповой процесс подобен гражданской войне, в то время как второстепенный групповой процесс напоминает местный спор между двумя штатами или областями, в который нет необходимости вмешиваться центральному правительству. В данном случае конфликт заключался в том, что мр. Вуд хотел продолжить разговор, а миссис Бир предпочитала смотреть.

Внешний групповой процесс

Пробыв на сцене около часа, доктор Мергатройд попрощался и удалился. Миссис Мид возглавила групповое пение «Позволь назвать тебя милой!». Это вызвало новое появление на сцене Руби. Руби находилась в контакте с различными духами и предложила помочь обменяться сообщениями между ними и членами группы.

– Я разговариваю с вашей бабушкой, Кора. И еще тут молодой человек, которого убили. Его зовут Джимми.

Она подождала, пока кто-нибудь не обратится к Джимми, и, наконец, Элла сказала:

– Я знаю человека, о котором ты говоришь. Что он сказал?

Примерно в это время на дорожке перед домом послышались чьи-то шаги. Никто не обратил на это особого внимания, кроме Руби и доктора Кв. Руби спросила, что там происходит, и миссис Мид ответила, что это просто кто-то прошел мимо. Руби продолжила передавать сообщение профессора Фрейда доктору Беллу. Но посреди ее выступления во входную дверь постучали, и послышался голос:

– Откройте. Полиция.

Мистер Вуд решил пойти и узнать, что случилось. Неожиданно за ним последовал Джадд, репортер местной газеты. Остальные члены группы вели себя так, словно ничего не произошло. Руби спросила, знает ли кто-нибудь в группе женщину по имени Иветт. Пока все обсуждали, к кому могла обратиться Иветт, в кухне зажгли свет и послышались громкие голоса, так что их уже нельзя было больше игнорировать.

Руби: Боюсь, мне нужно уходить. Я выведу папочку из транса.

Голоса: До свидания, Руби! Спокойной ночи, дорогая! Да благословит тебя Бог, милая!

Эти прощальные возгласы сопровождались стонами и скрипом из угла мистера Мида. Голоса в кухне звучали все громче. Было слышно, как мистер Вуд просил кого-то говорить потише. Минуту спустя зажгли свет и в гостиной, открылась дверь в кухню, и стали видны три незнакомца, которые просматривали имена в книге гостей: в этой книге каждый пришедший на сеанс должен был в начале вечера расписаться. Кое-кто из членов отправился на кухню.

Кора (возмущенно): Я требую соблюдения моих конституционных прав!

Мр. Вуд: Кто их наслал на нас? Смотрите, с ними фотограф. Они подготовились. (Коре): Он узнал ваше имя?

Кора: Мне все равно, знает ли он мое имя, я собираюсь узнать его!

Первый полицейский: Я офицер Дик. Необходимо иметь лицензию для проведения таких сеансов. Является ли мистер Мид лицензированным проповедником?

Миссис Мид: Можете проверить в окружном регистре. Там все записано.

Др. Кв. (второму полицейскому): Чего вы здесь добиваетесь?

Пока организаторы, др. Кв., его друзья и еще несколько человек разговаривали с полицейскими, остальные попытались уйти. Далеко они не ушли, потому что их задержали еще два полицейских. Они остались снаружи именно для этой цели.

Следует отметить, что полиция представляет собой непредсказуемую, независимую силу из внешней среды. Такие влияния, угрожающие структуре группы снаружи, представляют класс сил, которые играют решающую роль в жизни любой группы. Этот класс представляют вторгнувшаяся армия, ураган или приказ высшего начальства. Поскольку главная задача группы – обеспечение собственного выживания, перед лицом внешней угрозы все остальные виды работы прекращаются и группа мобилизует всю свою энергию на участие во внешнем групповом процессе, как показано на рисунке 14. Группа в таком состоянии может быть названа боевой. В трудном положении группа проявляет сильное стремление к выживанию, все членство переходит во внешний аппарат и прямо или косвенно использует свою энергию для отражения враждебного вмешательства.

Рис. 14. Внешний групповой процесс

Группа С вначале попыталась справиться с угрозой, игнорируя ее. Но такую активную силу нельзя игнорировать. Рано или поздно с ней придется считаться. Мистер Вуд (внешний аппарат) вначале попытался встретиться с этой угрозой снаружи, т. е. за пределами внешней групповой границы. Когда полиция преодолела эту границу, мистер Вуд попытался не пропустить ее за занавес мистера Мида (главную внутреннюю групповую границу), и пока это ему удавалось, деятельность группы продолжалась, несмотря на некоторую утрату действенности. И лишь когда серьезная угроза нависла над самим лидерством, группа разбилась на части. У этой конкретной группы воля к выживанию была не очень сильна, и члены так и не смогли собраться в эффективную боевую группу. Когда мистер Мид отказался от лидерства, структура группы разрушилась. Такая последовательность событий, возникающая в результате воздействия внешней силы, может быть названа разрушением. Лидерство со своим аппаратом, выдержавшее внутренние нападения со стороны индивидов, сдается под воздействием внешней необходимости. Структура группы уничтожается, и ее членов больше не отделяет от посторонних эффективная граница, так что любой чужак может свободно смешиваться с членством и даже с лидерством. Группа превращается в неструктурированный анклав, внутри которого каждый человек представляет только себя, поскольку организованного сопротивления больше не существует. В данном случае внешняя разрушительная сила была представлена внутренним аппаратом, или полицией, всей общины.

Впоследствии было установлено, что ситуация возникла в результате столкновения принципов, или канонов. По слухам, Джадд, репортер, организовал полицейский рейд, после того как добился включения в группу. Потребовалось ему это, чтобы получить хороший материал для газеты. Джадд действовал как агент, направленный иной группой для проникновения со скрытыми мотивами через внешнюю границу группы С. Стоит отметить, что все участники действовали в соответствии с канонами своей группы, но ни одна из групп не проявляла слишком большого уважения к другой. Поведение Джадда и его редактора оправдано с точки зрения канонов журналистики. Начальник полиции, исполнитель законного канона, посылая своих людей проверять, исполняется ли закон, действует оправданно, по мнению членов своей группы. С религиозной точки зрения Миды и мистер Вуд, организовавшие сеанс, тоже действовали оправданно в глазах своей группы. Но полиция, которая впоследствии заявила, что была спровоцирована журналистами, не позаботилась встретиться со спиритами наедине и, с точки зрения Коры и мистера Вуда, вела себя «неэтично и отвратительно». Происшествие представляет большой научный интерес, так как является иллюстрацией того, что происходит, когда сталкиваются две групповые культуры, причем каждая группа ведет себя «правильно».

Глава 8

Систематический анализ

Введение

Несколько аспектов группы С представляют научный интерес. Внимание профессионала привлекают, в частности, психологическое происхождение спиритизма, природа транса мистера Мида, личности членов, эксперименты доктора Кв. и полицейский рейд.

Однако для присутствующих важнее всего оказались два последних момента. Например, когда впоследствии мистер Вуд встретился с доктором Кв., он укорил его за его поведение. С другой стороны, Кора похвалила смелость, с которой доктор Кв. задавал вопросы, но еще долго негодовала при упоминании о полицейском рейде. Такие события, вызывающие неприятные чувства у членов социальной агрегации, относятся к области социальной психиатрии.

Как уже отмечалось, эксперименты доктора Кв. представляли собой часть внутреннего группового процесса, а полицейский рейд – часть внешнего группового процесса. Приводимый ниже систематический анализ ориентирован преимущественно на более ясное понимание этих двух событий. Опыты свидетельствуют, что наиболее показательные аспекты можно продемонстрировать в ходе следующих анализов:

1) публичной структуры, представленной диаграммой рассаживания;

2) групповой власти, представленной диаграммой власти;

3) частной структуры, представленной групповыми имаго;

4) групповой динамики, представленной диаграммами динамики;

5) подробностей группового процесса, представленного трансакционными диаграммами.

Эти пять подходов минимально необходимы для понимания того, что происходит в жизни любой группы, а сопровождающие диаграммы могут быть названы пятью основными диаграммами социальной психиатрии. При обсуждении любого частного аспекта существования группы полезно, а иногда и необходимо иметь под рукой для справок соответствующие диаграммы. Время и усилия, затраченные на добывание предварительной информации, обычно оправдываются; сами же диаграммы в черновом виде можно изобразить на доске за две-три минуты. Если структура группы не так проста, как у группы С, психотерапевтической группы или небольшой организации, – следует добавить шестую основную диаграмму – структурную. Соображения относительно более сложных групп мы перенесем в последующие разделы книги.

Публичная структура

Для понимания почти всего происходящего в группе необходимы некоторые сведения о ее публичной структуре. Бессмысленно вне контекста спрашивать: «Что вы думаете по поводу того, что один человек говорит другому: “Почему бы вам не уйти и не позволить Руби вернуться”?» Диаграмма рассаживания дает необходимый контекст и отвечает на многие вопросы, которые неизбежно возникают перед всяким, знакомящимся с проблемой.

Рис. 15. Организационная схема – группа С

Такая диаграмма (см. рис. 7) в сжатой и удобной форме дает почти всю информацию, которую можно получить при формальном анализе публичной структуры, и многое помимо этой информации. Формальный анализ требует большого количества дополнительных диаграмм, например, штатного расписания и схемы организационной структуры, списка членов и схемы персонала для индивидуальной структуры. В штатном расписании спиритической группы (табл. 4) указаны: лидер – 1, внешний аппарат – 1, внутренний аппарат – 1, члены – 10. Каждое специальное назначение может быть названо ролью. Таким образом, в штатном расписании указано четыре роли. Организационная схема (рис. 15) показывает распределение ролей в публичной структуре. Список членов, с большинством из которых читатель познакомился при описании происходившего, представлен в таблице 5; их распределение в рамках индивидуальной структуры группы показано на схеме персонала (табл. 6). Каждая особа в списке представляет себя определенным образом, исполняя свою роль: властная личность, скромный человек, высокомерный, объективный и т. д. Это типичное поведение каждого индивида составляет его персону, и каждый прилагает усилия, чтобы поддержать эту свою персону.

Таблица 4

Штатное расписание

Таблица 5

Список

Таблица 6

Схема персонала

Диаграмма рассаживания тоже содержит полезную информацию относительно физической структуры группы; эту информацию можно также представить на схеме. Схема для группы С показывает место, время, оборудование и количество людей; все вместе это образует матрицу групповой деятельности. Эта схема относительно проста и контрастирует с расписанием, например, железной дороги. Это последнее расписание представляет собой объемистый документ, куда входят карты, показывающие групповое пространство, расписание, показывающее структуру времени, и таблицы оборудования, свидетельствующие о том, что может быть перевезено в каждом поезде.

Одна из особенностей физической структуры группы С – наличие магнитофона. То, что происходящее записывалось, могло иметь и имело решающее влияние на все сказанное.

Таблица 7

Схема

Помимо того, что диаграмма рассаживания в одном документе сообщает большую часть информации, которая содержится в штатном расписании, организационной схеме, списке, схеме персонала и схеме, – она содержит и другие важные характеристики встречи. Она содержит информацию относительно физической ситуации и окрестностей; она показывает, с кем рядом сидит каждый индивид, а также относительное расположение мужчин и женщин в группе. Из нее ясно, что лидер со своим оборудованием находится в одном углу, а члены расположены примерно по кругу с пустым пространством в центре комнаты. Все эти факторы могли оказать какое-то воздействие на эксперименты доктора Кв., и очевидно, что всякий, кто хочет проанализировать ситуацию, должен знать данные, которые содержатся на рисунке 6.

Групповая власть

Один из наиболее эффективных путей к пониманию того, что происходит на встрече группы, – как можно яснее представить себе, что отстаивает эта группа. Лучше всего это проделать, изучая влияния, которые удобно (и с психологической точки зрения верно) назвать групповой властью. Эта власть редко является такой простой и очевидной, какой кажется. Она включает психологические факторы, которые можно обнаружить только при тщательном исследовании.

Власть в группе С составляют по крайней мере четыре переплетающихся влияния. Их можно назвать персональным, организационным, культурным и историческим влияниями.

1. Персональное влияние исходило от самого мистера Мида. Существовало много доказательств его власти как персонального лидера, например энергия, с которой последователи защищали его, и их готовность ему повиноваться.

2. Организационное влияние определялось тем фактом, что мистер Мид был лицензированным проповедником. Это означало, что у него есть свое место в организационной структуре материнской группы. Лицензия подтверждала, что его власть в качестве лидера группы поддерживается властью материнской церкви. Поэтому всякий, признающий власть этой церкви, должен был признать и власть мистера Мида; и наоборот, признание власти мистера Мида означало и признание власти материнской группы. Случилось так, что материнская группа не упоминалась до появления мистера Дика. После этого на членов группы произвела впечатление демонстрация документов, которые от имени местной администрации также подтверждали право мистера Мида на власть.

3. Культурное влияние представляет собой набор традиционных верований, признаваемых материнской группой ортодоксальными, делающих мистера Мида представителем этой материнской группы и составляющих групповой канон. Члены группы приняли мистера Мида не только как своего персонального лидера и как агента или делегата материнской группы, но и как исполнителя этого канона.

Очевидно, что мистер Мид часть своей власти извлекал из канона, точно так же, как короли и президенты черпают власть из того факта, что они являются исполнителями национальной конституции; верность народа конституции является сильнейшим влиянием, которое помогает королям и президентам сохранять свое положение. Мистер Мид признал это, когда провозгласил себя исполнителем двух канонических источников власти: «науки» и библии; и то и другое является каноническими составными частями спиритизма. Некоторые важнейшие положения канона содержались в брошюре, которую мистер Вуд распространял перед началом встречи. Эту брошюру можно назвать руководством группы С.

4. Исторические влияния тесно связаны с каноном и включают людей, создавших канон. Каждый канон требует интерпретаций, поправок и дополнений, и поэтому авторитеты в области канона ценятся очень высоко, особенно после смерти. Так, мистер Вуд хотел знать, что думают Гермес Трисмегист и Моисей о Пятикнижии, а в целом он очень высоко ценил давно умерших лидеров и куда ниже – живущих, как он и заявил в обсуждении, предшествовавшем сеансу.

В брошюре, которую он раздавал и которая называлась «Истинные основы спиритизма», упоминаются некоторые создатели канона, которые произвели на него особое впечатление. Его аргументы (если их перефразировать) выглядят так:

Традиция пришла к нам от Гермеса Трижды Величайшего (Трис Магистос), египетского иерофанта (жреца), который прибыл из Атлантиды под именем Трота… Мадам Блаватская, основатель Теософского общества, описала эту утраченную цивилизацию в своей «Тайной доктрине»… Эзра[26] выполнил аналогичную грандиозную миссию относительно библии примерно в 700 году до н. э. Это показывает, что связь с потусторонним миром была постоянной темой разговоров в те дни, как, впрочем, и в наши, о чем свидетельствует человек по имени Ньюборг, который написал Оаспийскую библию[27] – как он утверждает, она явилась ему как откровение богов…

Канон может быть определен как традиционные влияния, писаные и неписаные, которые регулируют отношения и действия группы, включают групповую культуру и сообщают лидеру его власть. Мистер Мид старался создать впечатление, будто он даже лучше знаком с создателями канона, чем с самим каноном.

Например, он фамильярно говорил о Гермесе, но мы трое с некоторым удивлением узнали, что он не читал 42 священных герметических писания.

Тенденция почитать умерших создателей канона вплоть до приписывания им божественных свойств была, как уже говорилось, отмечена Эвгемером, древним африканским философом, чьи взгляды определены в словаре как «эвгемеризм». В честь этого давно умершего исследователя психологии групп создатель канона, который в оценке группы занимает особое место, может быть назван эвгемером.

Мистер Вуд считал важным, чтобы участники сеанса знали об эвгемерах спиритического движения, и представил эту информацию в начале встречи в виде брошюры.

Рисунок 16 (А и Б) дает диаграмму власти группы С и показывает все четыре влияния, описанные выше. Рисунок 16А демонстрирует персональные и организационные аспекты. Прежде всего стоит отметить, что мистер Мид, персональный лидер, не имеет непосредственно превосходящего его лидера и, во‑вторых, что он извлекает свою административную власть, как священник, из двух источников. Материнская группа – спиритуалистская церковь – разрешает ему проводить сеансы; законная власть предоставляет право исполнять те или иные обязанности, но в то же время не дает права проводить собрания без специальной лицензии.

Рис. 16А. Диаграмма власти – персональный и организационный аспекты

Рисунок 16Б показывает культурное и историческое влияния, представленные каноном и эвгемером (с использованием произношения их имен мистером Вудом). Первая фигура на нем – Гермес Трис Магистос. Если принять объяснения мистера Вуда за чистую монету, Гермес является основателем и первичным лидером спиритуалистского движения и, следовательно, создателем первого, или первичного, канона – в данном случае 42 священных герметических писаний. Где-то в процессе развития Гермес приобрел атрибуты бога под именем Тот, или, как произносил мистер Вуд, Трот. Это один из многочисленных случаев, когда человеку, который был при жизни первичным лидером, после смерти, когда он становится эвгемером, дают новое имя.

Рис. 16Б. Диаграмма власти – культурный и исторический аспекты

Мистер Вуд в хронологическом порядке упоминает имена: Эзра, мадам Блаватская, Ньюборг, указывая канонический вклад каждого. Хотя в брошюре мистера Вуда доктор фон Шренк-Нотцинг, немецкий психиатр, не упоминается, он включен в схему, поскольку его позже упомянула Руби под именем др. фон Нотциг; он кажется хорошим представителем вклада науки в спиритуалистический канон; этот вклад для мистера Мида и доктора Мергатройда очень важен. Все эти эвгемеры с их каноническими трудами сообщают власть спиритуалистской материнской группе, делегатом которой и является мистер Мид. Он сам подчеркивает, что не является создателем канона, что он всего лишь исполнитель, или инструмент: «Все, что исходит от меня, исходит от духов». Такие характеристики свойственны хорошему исполнителю, независимо от того, кто выступает в качестве эвгемера: Иисус Христос, Гиппократ или Фрейд.

Рис. 17. Сокращенная диаграмма власти

Упрощенная диаграмма власти подгруппы доктора Кв. демонстрирует необходимость знания эвгемера для понимания поведения членов группы (рис. 17). Поскольку у членов этой подгруппы не те эвгемеры, что у остальных, они во время сеанса ведут себя не так, как другие. Гермес, в соответствии с брошюрой мистера Вуда, одобрил бы поведение таких верующих, как Элла, Эдди и сам мистер Вуд. Но его, как и некоторых членов группы, встревожило бы поведение доктора Кв. Однако поведение доктора Кв. легко понять, если знать, что его эвгемером является не Гермес с его оккультным каноном, а Гиппократ с его каноном научного наблюдения. В сущности, эксперименты доктора Кв. можно истолковать как конфликт между доктором Мергатройдом, представляющим Гермеса и все, что он символизирует, и доктором Кв., представляющим Гиппократа и персонифицированное им объективное отношение.

Частная структура

Организационная структура предписывает каждому роль – то, каким его должны видеть другие (особа); индивидуальная структура позволяет проявить свою персону – каким хотел бы человек представляться другим; частная структура отводит ему нишу – средства для того, чтобы его воспринимали другие.

Частная структура, представленная в групповых имаго членов, различается у разных людей и даже время от времени у одного человека в зависимости от его эмоционального состояния (рис. 18). У некоторых людей в определенное время она очень близка к публичной структуре; у других и в другое время – очень отличается. Групповой имаго создается следующим образом. Члены распределяются по заранее подготовленным нишам в соответствии со своими «реальными» личностями, т. е. в соответствии с тем, как индивид воспринимает их в данный момент, независимо от того, какими он должен их видеть (роли) или как они хотят, чтобы он их видел (персоны). Эти ниши эмоционально заряжены в соответствии с прошлым опытом индивида; такие заряды психической энергии хорошо известны в других связях под названием катексис.

Рисунок 18 показывает групповой имаго доктора Кв. на трех стадиях сеанса. Мистер Мид занимал главную нишу во время своей речи, поскольку в тот момент доктор Кв. принял его лидерство; он также готов был признать власть, которую мистер Мид делегировал мистеру Вуду и миссис Мид. В это время его имаго (рис. 18А) очень близок к публичной структуре, если не считать некоторых личных особенностей во второстепенной структуре его имаго. К доктору Беллу и доктору Каппи он относится одинаково доброжелательно, однако его взаимоотношения с ними различаются настолько, что каждый из них занимает отдельную нишу. Что же касается остальных членов, то он о них почти ничего не знает и отношения его с ними поверхностные; поэтому подсознательно он всех их втискивает в одну недифференцированную нишу.

Рис. 18. Нестабильный групповой имаго

На рисунке 18Б его имаго снова приспособился к публичной структуре. Но на этот раз он настолько заинтересовался Руби, что его особые личные взаимоотношения с доктором Беллом и доктором Каппи потеряли свое значение, и доктор Кв. втиснул их вместе с остальными в одну недифференцированную нишу. Однако он продолжал осознавать присутствие мистера Вуда и миссис Мид; они больше не казались ему представителями власти, а просто интересными фигурами, находящимися в группе на том же уровне, что и он сам, и отличающимися от остальных. У остальных могло быть в то время другое представление о роли миссис Мид, но рисунок 18Б представляет только отношение доктора Кв.

На рисунке 18В отношение снова изменилось. Теперь доктор Кв. видел самого себя в главной нише, как и доктора Мергатройда; остальные члены в его сознании слились и представлялись сторонниками доктора Мергатройда, с которым предстояло состязаться доктору Кв.

Ниши доктора Кв., как и у остальных присутствующих, были сильно заряжены чувствами еще до прихода на сеанс. Подобно режиссеру, распределяющему роли, он должен был для каждой ниши найти наиболее подходящего кандидата из числа присутствующих. Рисунок 18 должен показать, что в случае доктора Кв. прошлый опыт зарядил подготовленные ниши уважением, любопытством и скептицизмом. Доктор Кв. привык с уважением относиться к законной власти, его интересовали дети, и он выступал против тех, кого считал самонадеянным и высокомерным. Эти три ниши были заполнены мистером Мидом, Руби и доктором Мергатройдом соответственно, и каждая ниша активизировалась на разных стадиях сеанса.

С другой стороны, очевидно, что и позиция доктора Кв. в имаго остальных со временем менялась. Например, мистер Вуд вначале воспринимал его как интересного гостя; в конце сеанса, когда доктор Кв. оказался на стороне группы в столкновении с полицией, мистер Вуд испытал к нему дружеские чувства и рассматривал его как равного. Доктор Белл и доктор Каппи поместили доктора Кв. в своих нишах «старшего брата», и, как показало их последующее поведение, он занимал эту нишу и в дальнейшем.

Групповая динамика

Под этим названием понимается исследование влияний, действующих на границах групповой структуры (рис. 19).

Похоже, что группа имеет особые притягательные качества для своих законных членов (отличающихся от тех, кто присутствует по посторонним мотивам, как Джадд или доктор Кв.) и что эти члены готовы сражаться за выживание своей группы против угрозы извне и изнутри. Мистер Вуд, миссис Мид и Элла были наиболее ревностными последователями лидера, они наиболее регулярно посещали собрания и наиболее упорно возражали, когда доктор Кв. напал на доктора Мергатройда и когда внешнюю границу нарушила полиция. Судя по их поведению, сохранение существования группы синонимично сохранению ее структуры путем отражения чужаков и сохранению лидерства в руках мистера Мида и его духов за занавесом. Опять-таки именно мистер Вуд и миссис Мид проявляли наибольшее беспокойство, когда миссис Бир пошла взглянуть на мистера Мида (ранее мистер Мид заявил, что если кто-нибудь коснется его, группа окажется в опасности).

Рис. 19. Групповые силы

Притягательность группы у определенных членов вызывает в критические моменты стремление сохранить ее существование. Напряженность этого стремления является решающим фактором в обеспечении выживания группы. Эту напряженность нельзя измерить непосредственно, но в практических целях ее (как и во время войны) представляют силы, мобилизованные группой для отражения разрушительных влияний. В группе С напряженность активных сил группы, казалось, достигла максимума во время второго эксперимента доктора Кв.; сил, мобилизованных для отражения полиции, оказалось недостаточно, чтобы сохранить группу.

Наскоки доктора Кв. на доктора Мергатройда были внутренней угрозой. Доктор Кв., по-видимому, считал необходимым выразить свою индивидуальность даже с риском (а может, и с целью) нарушить главную внутреннюю границу. Необходимость индивида выразить себя особым образом может быть названа индивидуальной склонностью. Индивидуальные склонности в группе С проявлялись в том, что члены группы пытались структурировать ее по своим индивидуальным потребностям. Так, индивидуальная склонность мистера Мида активно проявилась во время его вступительной речи и в этот период стремилась укрепить групповые силы. Склонность доктора Кв. была активна во время его экспериментов и противостояла групповым силам. Индивидуальная склонность, которая находится в гармонии с групповыми силами и стремится укрепить их, может быть названа синтонической; склонность, которая противостоит групповым силам и ослабляет их, называется дистонической. Таким образом, склонность мистера Мида во время организационной фазы была синтонической, а склонность доктора Кв. во время экспериментов – дистонической. Взятые вместе, все дистонические склонности составляют внутреннюю дезорганизующую силу любой группы или организации.

Мистер Дик и его люди явно представляли разрушительные силы вне пределов группы. Все такие силы, угрожающие внешней границе группы в каждый данный момент, образуют внешнюю разрушительную силу. В нашем случае, когда внешние разрушительные силы активизировались, внешняя граница была прорвана и лидерство сменилось.

Динамические взаимоотношения этих сил (групповых, внутренних дезорганизующих и внешних разрушительных) и то, как они действуют на границы группы, показаны на рисунке 19. Рисунок 19А иллюстрирует ситуацию во время первого эксперимента доктора Кв. Часть групповых сил, представленных лидерством, поддерживает главную внутреннюю границу, выступая против индивидуальной склонности доктора Кв. Во втором эксперименте к лидеру присоединились несколько членов – это была мобилизация групповых сил с той же целью. Ситуация, когда лидерство, без помощи или с помощью членства, борется с внутренними дезорганизующими силами, чтобы сохранить главную внутреннюю границу, может быть названа главным внутренним групповым процессом.

Рисунок 19Б иллюстрирует конфликт между мистером Вудом и миссис Бир во время осмотра медиума. У каждого из них свое представление о том, чем в дальнейшем должна заняться группа, поэтому возникает столкновение между склонностью мистера Вуда «говорить» и склонностью миссис Бир «смотреть». Ситуация, в которой участвуют две или больше индивидуальных склонностей членов без участия лидерства, может быть названа второстепенным групповым процессом.

Рисунок 19В иллюстрирует ситуацию во время полицейского рейда, когда групповые силы (в данном случае безуспешно) противостоят внешним разрушительным силам на внешней границе. Такие конфликты составляют часть внешнего группового процесса.

Подобные динамические диаграммы позволяют анализировать противоборство трех наборов сил в главном, второстепенном и внешнем аспектах группового процесса.

Групповой процесс

Группа осуществляет два типа работы. Один тип связан с внешним окружением – в данном случае с миром духов – в соответствии с повесткой собрания. Эта работа составляет групповую деятельность. Другой тип, связанный с групповым процессом, представляет собой работу, необходимую для сохранения или развития упорядоченного существования группы. Таким образом, групповой процесс состоит из работы, проводимой динамическими силами, занятыми на главной и второстепенных границах групповой структуры. Для удобства группу можно рассматривать как существующую в определенный момент и в определенном состоянии в соответствии с типом работы, на которую затрачивается ее главная энергия. Когда границы находятся в состоянии устойчивого равновесия, так что большая часть энергии группы направлена на деятельность, группу можно просто назвать рабочей. Когда энергия используется в основном во внутренних конфликтах и стычках сил, то есть во внутреннем групповом процессе, группа может быть названа процессуальной. Когда энергия направлена на конфликт между групповыми силами и внешними разрушительными силами, т. е. на внешний групповой процесс, группа может быть названа боевой. Эти отношения показаны в таблице 8.

Таблица 8

Групповая работа

Групповой процесс осуществляется с помощью тех или иных (более или менее разбавленных) трансакций между личностями. Поскольку схематично люди в группе либо исполняют свои роли, либо выражают персоны, либо проявляют личности, очевидно, что существуют три типа трансакций: 1. Те, которые в соответствии с ролями связаны главным образом с групповой деятельностью и являются «деловыми» или рабочими. 2. Те, которые соответствуют персонам, открывают фрагменты индивидуальной структуры и могут быть названы структурными трансакциями. 3. Трансакции между «реальными» личностями, установленными в частной структуре группы, могут быть названы межличностными.

Примерами являются: 1) конституционная деятельность «президента» («Это его работа»); 2) высказанные, но тщательно продуманные мнения о «мистере президенте» («Такой у нас президент»); 3) спонтанные семейные и социальные замечания о «парне в Белом доме» («Такой он человек»).

Но практически почти все трансакции имеют некий межличностный аспект, и именно этот аспект больше всего нас занимает.

Чисто межличностные трансакции наиболее драматично могут завершиться как физическое нападение. Разбавленные (ослабленные) межличностные трансакции могут настолько погружаться в групповую деятельность, что становятся едва различимыми. В группе С многие такие трансакции были замаскированы как деловые и осуществлялись в ходе обсуждения в виде внешне невинных вопросов и ответов, касающихся спиритизма. Но другие трансакции были совсем неразбавленными, и отдельные члены группы откровенно выражали свое возмущение, называя доктора Кв. грубым. Произошло также несколько чисто межличностных трансакций между членами и мистером Диком, но они произошли уже после распада группы.

Групповая культура непосредственно связана с групповой работой. Физическое оборудование, часть «рационального» аспекта групповой культуры, предназначено главным образом для обращения с внешней средой и поэтому обычно используется в рабочих группах (например, тяжелые механизмы в американской культуре) и в боевых группах (подводные лодки в американской культуре, например). Групповой этикет и групповой характер предназначены для регулирования внутреннего группового процесса. В группе С техническое оборудование состояло из рупоров, которые использовались в групповой деятельности. У этой группы не было физического оборудования для сопротивления внешним разрушительным силам. Групповой этикет, «традиционный» аспект культуры, служил регулирующим инструментом групповых сил. Он требовал стандартных образцов поведения и стандартных наборов трансакций. Они укрепляли групповую структуру и придавали форму внутреннему групповому процессу. Групповой характер, «эмоциональный» аспект культуры, допускал и некоторые отступления от стандарта для выражения индивидуальных склонностей. Все это создавало суть внутреннего процесса. Короче, групповая культура формулирует правила, как быть «приемлемым» и «неприемлемым» в любой данной группе.

Чтобы понять групповой процесс в его подробностях, нужно пункт за пунктом рассмотреть происходившее. Индивидуальные трансакции должны быть прояснены с помощью трансакционного анализа.

Обмен репликами между доктором Кв. и доктором Мергатройдом во втором эксперименте доктора Кв. проанализирован в трансакционной диаграмме на рисунке 20Г. Первый шаг в составлении такой диаграммы – подготовка структурной или персональной диаграммы для каждого участника. Рисунок 20А показывает личность мистера Мида. Поскольку структура личности сложна, нужно внимательно вдуматься в нижеследующее объяснение.

По собранным свидетельствам, культура данной группы была описана как имеющая три аспекта: рациональный, традиционный и эмоциональный, представленные физическим оборудованием, этикетом и характером. У каждого члена личность состоит из компонентов рационального, традиционного и эмоционального, и все они находят отражение в соответствующих аспектах групповой культуры. В трансакционном анализе эти компоненты личности, или состояния эго, называются Взрослый, Родитель и Ребенок соответственно, и именно эти термины использовались при составлении диаграммы личности. (Прописная буква используется для того, чтобы показать: термин обозначает компонент личности, а не конкретных взрослых, родителей или детей. Более подробное обсуждение структуры личности можно найти в части III.)

В случае с мистером Мидом уже отмечалось, что он вызывал духов Руби, Серой Птицы, Сэмбо и доктора Мергатройда. Серая Птица и Сэмбо появляются ненадолго, и их можно опустить. Остаются три главных образа: Руби, доктор Мергатройд и сам мистер Мид. Для простоты мистера Мида самого можно рассматривать как Взрослого. Он разговаривал с членами разумным, деловым языком. Руби представляет собой Ребенка – послушного, немного робкого и слегка озорного. Доктор Мергатройд ведет себя как Родитель – властный, немного догматичный, строгий и доминирующий. Кажется вероятным, что Руби и доктор Мергатройд тесно связаны с аспектами личности мистера Мида. Поэтому на диаграмме его личности (рис. 20А) доктор Мергатройд изображен как Родитель, а Руби – как Ребенок.

Рис. 20. Трансакционная диаграмма

На рисунке 20Б показана диаграмма личности доктора Кв. Здесь Родитель представлен традиционными отцовскими качествами медицинской профессии; Взрослый – объективным ученым и Ребенок – наивным любопытством исследователя. Во время сеанса доктор Кв. задавал вопросы не отцовским или наивным детским тоном, а тоном многознающего рационального Взрослого.

Поскольку вопросы задавались не мистеру Миду, а доктору Мергатройду, необходимо начертить диаграмму и его личности. Здесь три аспекта обозначены просто Родитель, Взрослый и Ребенок (рис. 20В);

Сама трансакция: последний экспериментальный вопрос доктора Кв. «Почему вы не уходите и не позволяете вернуться Руби?» и реакция доктора Мергатройда – представлена на рисунке 20Г. Вопрос доктора Кв., трансакционный стимул, исходил от Взрослого Кв. и был адресован Взрослому Мергатройда, что показано стрелкой стимула С. Однако трансакционная реакция, как показывает стрелка Р, исходит от Ребенка Мергатройда и направлена к Взрослому Кв. Анализ данной трансакции следующий:

Заданный объективно вопрос «Почему вы не уходите?» является рациональным. Его можно перевести двумя способами. 1. «Как рациональный человек, с научной точки зрения интересующийся спиритизмом, что в конце концов объясняет мое появление здесь, я хотел бы знать, почему здесь, в данный момент сеанса, присутствуете вы, а не Руби; каковы преимущества вашего присутствия и недостатки присутствия Руби со спиритической точки зрения? Не можете ли вы дать мне рациональное объяснение?» 2. «Как человек с научным интересом к групповой динамике, почему, собственно, я здесь и оказался, я хотел бы знать, что происходит, когда лидеру данной группы задают несанкционированный вопрос. Возможно, вы поймете, что именно это мне и нужно установить, и дадите рациональный ответ, например: «Когда в спиритической группе задается вопрос лидеру, процедура следующая…»

Вопрос может быть истолкован как обращенный от одного Взрослого к другому. Доктор Кв. дал доктору Мергатройду возможность так его и истолковать; больше того, он предложил ему даже две возможности рационального ответа.

Однако доктор Мергатройд ни одной из этих возможностей не воспользовался. Он не ответил: «Преимущества моего появления в данный момент вместо Руби таковы…» или «Обычная процедура при возникновении такого несанкционированного вопроса следующая…» Напротив, он сказал: «Я изо всех сил стараюсь угодить вам, но, кажется, меня здесь не ценят». А немного погодя добавил: «Я делаю что могу». Он ясно дал понять, что воспринял вопрос доктора Кв. не как вопрос, а как выговор. Он вел себя как обиженный Ребенок в такой ситуации: он делает что может, а его не ценят. Он говорил с доктором Кв. не как с заинтересованным ученым, а как с критическим и требовательным Родителем. Остальные подстроились под него и принялись утешать; ни один не сказал, что следовало бы дать разумный ответ на этот вопрос. Доктор Кв. пытался добиться ответа, но добился лишь того, что Мергатройд вообще прекратил «прения» и больше не разрешил членам задавать вопросы. Смысл его слов был таким: «Вы нехорошие, поэтому я не буду с вами играть; лучше повторю урок насчет летающих тарелочек и пойду домой». Что он и сделал. По этой причине его ответ рассматривается как исходящий от Ребенка Мергатройда и адресованный Родителю Кв.

Эта трансакция, как показали последующие события, явилась важным этапом группового процесса, поскольку изменила имаго многих присутствующих. Это стало ясно, когда доктор Кв. потом время от времени встречал Кору и других членов кружка на улице; у них выработалось к нему особое отношение из-за его вопроса. Их представление о докторе Мергатройде изменилось из-за детского ответа, который ослабил его лидерскую позицию в группе.

С помощью трансакционного анализа можно многое понять в групповом процессе. Такой анализ может сколь угодно углубляться в соответствии с имеющимся психологическим материалом. Например, мистер Мид упомянул, что мать бросила его в шестилетнем возрасте. Это позволило кое-что понять в Ребенке Мида, представленном Руби, которая описывала себя как «нежеланного ребенка»; понять нежное чувство взрослого Мида к «нежеланной» Руби; понять стремление Руби к вниманию и любви со стороны членов. Внешне оба эксперимента доктора Кв. можно истолковать как враждебные по отношению к доктору Мергатройду, но можно также увидеть, что в них заключено внимание к Руби и забота о ней. Этот уровень иллюстрируется сплошной линией на рисунке 20Д, где трансакционный стимул со стороны доктора Кв. интерпретируется как «Я, Родитель Кв., люблю Руби, Ребенка Мида». Руби на это ничего явно не ответила. Для того чтобы выяснить, почему доктору Кв. понадобилось так изменять групповую структуру, чтобы исключить доктора Мергатройда и включить Руби, потребовался бы более глубокий психологический анализ и подробное изучение личности самого доктора Кв. На этом уровне вклад Ребенка доктора Кв. в стимул, возможно, следует рассматривать так, как изображено пунктирной линией на рисунке 20Д.

Резюме

Диаграмма власти, которая показывает «происхождение» группы, полезна в том же смысле, в каком для зоолога полезно научное название образца. Животных можно классифицировать как больших и маленьких, черных или белых, а также на любом другом удобном основании. Но большая черная собака может больше походить на маленькую белую собаку, чем на большую черную лошадь. «Научная» классификация дает больше полезной информации, чем «импрессионистическая», потому что основана на биологически значимых факторах. Поэтому полезнее иметь классификацию, которая позволяет отличить собак от лошадей, а не больших черных животных от маленьких белых. Точно так же нужно подходить к психологически значимым факторам при классификации групп. Многие такие факторы можно обнаружить в основных диаграммах.

Данную группу полезно классифицировать, начиная с диаграммы власти (как на рисунке 16). Можно отметить, что группа происходит от эвгемера Гермеса Трис Магистоса, или Трота, и что первичным каноном являются Священные герметические писания. Таким образом, наша группа относится к большому классу оккультных групп, куда входят также, например, теософы и сведенборгианцы[28]. Но поскольку материнской группой является спиритуалистская церковь, очевидно, что группа входит в спиритуалистическое семейство оккультного класса. Это семейство включает несколько различных видов, таких, как молитвенные собрания, столоверчение и спиритические сеансы. Обратимся теперь к диаграмме рассаживания (рис. 7) и увидим, что группа относится к виду «сеанс с рупорами». Такие сеансы могут проводиться по-разному, и диаграмма рассаживания показывает, как именно проводился конкретный сеанс в соответствии с методом, избранным мистером Мидом, так что можно говорить о «Мидовом подвиде» в рамках вида. Поскольку теоретически мистер Мид мог проводить почти бесконечное количество сеансов с разными группами людей, полезно также знать индивидуальные характеристики данной группы. Они также показаны на рисунке 7.

Диаграмма рассаживания дает некоторую дескриптивную информацию, которая, вероятно, полезна. Она показывает, что группа «среднего» размера, но что в ней слишком много людей; что у нее два органа: внешний и внутренний аппараты и что коммуникация между всеми членами, включая и персонального лидера, осуществляется лицом к лицу, то есть непосредственно.

Для того чтобы предсказать, что может произойти в ходе группового процесса, полезны групповые имаго. Стоит рассмотреть групповые имаго доктора Кв., поскольку они показывают, в каком направлении он двигался и как воспринимал ситуацию. Они показывают, что он перешел от состояния принятия групповой структуры, или вовлечения, к другому состоянию, в котором лидерство оказывается под сомнением. Его превращение из члена в возбудителя предупреждает, что произойдет нечто такое, что покажется группе тревожным.

Динамическая диаграмма напоминает, что на эффективность группы могут повлиять силы, которые разными путями действуют на групповую структуру. Рисунок 19А показывает, что диссонанс, внесенный доктором Кв. и заставивший группу на время прекратить свою деятельность, был частью главного процесса и индивидуальная склонность доктора Кв. вступила в дистонический конфликт с групповыми силами.

Трансакционная диаграмма (рис. 20) показывает способ анализа любой частной подробности происходившего. Она полезна, потому что говорит, что нужно было сделать, чтобы уменьшить воздействие группового процесса на групповую деятельность. Диаграмма второго эксперимента доктора Кв. (рис. 20Г) показывает, что стимул был направлен от Взрослого к Взрослому, в то время как реакция – от Ребенка к Родителю. Внимательному наблюдателю это дает представление о слабостях доктора Мергатройда как лидера.

Таблица 9 подытоживает, что можно узнать из пяти основных диаграмм относительно экспериментов доктора Кв.

Таблица 9

Систематический анализ группы и трансакций

Опыт показывает, что подобный анализ плодотворен не только для понимания происходящего, но и для нахождения способов исправить нежелательное состояние. Его можно с успехом применять при решении практических проблем в группах различных классов и семейств. Этот опыт дал основание подробнее развивать описанные идеи, что и осуществляется на страницах книги.

Часть III

Индивид в группе

Глава 9

Структура личности

Введение

Единица действия в любой социальной агрегации называется трансакцией. Один индивид, которого можно назвать агентом, ведет себя определенным образом с целью вызвать ответную реакцию. Такое поведение, словесное или иное, называется трансакционным стимулом. Другой индивид, которого можно назвать респондентом, реагирует на стимул, давая трансакционную реакцию.

Намерение вызвать чью-то реакцию делает агрегацию социальной. Если в одном и том же месте собралось несколько человек, но ни один из них не намерен вызвать чью-либо реакцию, такая агрегация не является социальной. Такова ситуация в больничной палате, полной ушедших в себя пациентов, или – в более привычной ситуации – в театральном зале перед тем, как поднимется занавес. Агрегация, в которой ни у одного члена нет такого намерения, может быть названа диссоциальной. Одно из величайших изобретений человечества, предназначенных для создания диссоциальных агрегаций, это нью-йоркская подземка. Поскольку такие агрегации скорее исключение, чем правило, можно сказать, что желание вызвать реакцию возникает у человека легко. Это другая формулировка положения: человек – общественное животное.

Внутренние причины и мотивы, вызывающие специфические трансакционные стимулы и реакции, являются личной заботой индивида и относятся к области социальной психиатрии. Изучение внешних последствий таких стимулов и реакций – предмет науки социальной динамики. Обе эти науки можно считать ветвями социологии или социальной психологии в самом широком значении этих терминов.

Введение единицы социального действия делает возможным приступить к анализу любого типа социальной ситуации. Для этого нужно взять специфическую трансакцию и идти от нее вперед или назад. Анализ таких единиц называется трансакционным. Чтобы проводить трансакционный анализ, нужно сначала изучить структуру человеческой личности, какой она наблюдается в социальных агрегациях.

Структура личности

Если в одном месте собираются несколько человек и участвуют в трансакциях, можно заметить, что позиция каждого участника время от времени меняется. В таких случаях опытный наблюдатель может заметить перемены почти во всех личностных проявлениях: в позе, мышечном напряжении, выражении лица, жестах, голосе, словаре, эмоциональной напряженности, в характере эмоций и в содержании речи. Для объяснения подобных наблюдений предлагались самые разные подходы. Психиатр или врач, который много времени проводит, наблюдая за переменами в поведении, в эмоциональном и психологическом состоянии пациентов, и который вдобавок имеет возможность исследовать состояние психики пациента в каждый данный момент, находится в особенно благоприятном положении для изучения взаимосвязей всех этих факторов. Наблюдения за различными образцами поведения и теми состояниями психики, которые их вызывают, дали основание для выдвижения идеи состояний Эго. С объективной точки зрения существует набор тесно связанных образцов поведения; с субъективной точки зрения существует корреспондирующая система чувств; взятые вместе образец поведения и состояние психики и образуют состояние Эго.

У каждого индивида существует строго ограниченное количество состояний Эго. Обычно это три класса состояний.

1. Состояние, напоминающее состояние родителя, то есть того, кто ведет себя по-отечески.

2. Состояние, в котором объективно рассматриваются факты окружающей действительности.

3. Архаичное состояние, которое близко напоминает состояние младенцев или детей разного возраста.

Состояния Эго рассматриваются как производное психических органов: экстеропсихе, неопсихе и археопсихе. Экстеропсихе имеет дело с тем, что заимствуется у других людей, обычно родителей, и по своей природе подражательно; неопсихе связано с тем, что требует объективного анализа внутренней психической и внешней физической среды; археопсихе содержит состояния Эго, которые сохранились со времен раннего детства и активизируются в некоторых условиях.

Диаграмма любой личности может быть представлена очень просто, как состоящая из трех окружностей (рис. 21). Верхняя окружность изображает набор заимствованных состояний Эго. Поскольку эти состояния обычно строятся по образцу родительских фигур, удобно этот аспект личности назвать Родителем. Средняя окружность представляет те состояния Эго, которые объективно оценивают психическую и физическую среду. Поскольку такой тип деятельности обычно находят у ответственных взрослых и называют «зрелым поведением», этот набор состояний Эго составляет Взрослый аспект личности. Состояния Эго, представляющие прорывы или сохранение ранних отношений, называются Ребенком.

Рис. 21. Структурная диаграмма

Следует еще раз подчеркнуть, что общее количество состояний личности, доступных любому индивиду, весьма ограничено. Индивид может иметь два родительских состояния Эго, одно взрослое, два детских – и не больше. Диаграмма на рисунке 21 называется структурной диаграммой личности, и ее следует отличать от структурной диаграммы группы. В данном случае термин «структурная диаграмма» будет использоваться в значении «структурная диаграмма личности», а слова Родитель, Взрослый и Ребенок, начинающиеся с прописных букв, означают состояния Эго, а не людей.

Описанная таким образом структура личности может изучаться повсюду, где люди вступают в трансакции: за обеденным столом, в школе, на вечеринке и на работе. Однако наиболее удобно исследовать ее в психотерапевтических группах, где легче получить информацию, подтверждающую наличие того или иного состояния Эго.

Классический пример различия между состояниями Эго дает история пациента мужского пола, подвергавшегося психиатрическому лечению.

Пациент рассказал следующую историю.

Восьмилетним мальчиком он проводил каникулы на ранчо и однажды в своем ковбойском костюме помогал наемному работнику расседлывать лошадь. Когда они кончили, работник сказал: «Спасибо, ковбой!», на что его помощник ответил: «На самом деле я не ковбой, я только маленький мальчик».

Пациент добавил: «Так я себя чувствую и сейчас. На самом деле я не адвокат, а маленький мальчик».

За пределами кабинета психиатра это был преуспевающий адвокат, пользовавшийся очень хорошей репутацией. Он заботился о своей семье, выполнял много общественной работы и был вообще популярен. Но у психиатра он часто проявлял себя маленьким ребенком. Таким образом, становилось ясно, что в одних случаях он ведет себя как взрослый юрист, а в других – как ребенок. Он сам так привык к этим своим двум состояниям, что иногда в процессе сеанса лечения спрашивал у терапевта: «Вы говорите с юристом или с маленьким мальчиком?» Вскоре стало возможно говорить с ним откровенно о его состояниях, и выяснилось, что в общественной работе он вел себя рационально (Взрослый), как и в суде, и не был одинок и испуган (Ребенок), как часто в кабинете психиатра; обычно он проявлял большое внимание к тем, кому плохо, сочувствовал и стремился помочь. Он сам понимал, что повторяет отношение своего отца; поэтому ему легко было воспринять предложение о том, чтобы называть такое состояние «родительским».

Эти три состояния его психики, или состояния Эго, отчетливо видны в том, как он обращался с деньгами. Иногда он готов был истратить крупные суммы, даже в ущерб себе и своей семье. В другое время вел свои финансовые дела с проницательностью опытного банкира. А иногда мог вступать в мелочный спор из-за нескольких пенни. Как уже отмечалось, филантропическое отношение он сам распознавал как повторение отцовского. Во втором состоянии он проницательно оценивал всю имеющуюся информацию. В третьем состоянии он узнавал пережитки того, как вел себя относительно денег, будучи маленьким мальчиком. Отчетливое различение этих трех состояний Эго было порождено конфликтом, который вызывала каждая из трех форм поведения. Когда он был настроен филантропически, юрист в нем восставал против неразумной траты средств, а детская часть была недовольна тем, что приходится тратить деньги, которые можно было бы пустить на удовольствия. На структурном языке его Взрослый и Ребенок возражали против его Родительского способа тратить деньги. Когда он вел себя проницательно и разумно, Родитель упрекал его в том, что он не думает о нуждах других людей, а Ребенок смотрел на его финансовые манипуляции с чем-то вроде благоговения и страха. Когда начинал капризничать его Ребенок, Родитель выражал неодобрение, а Взрослый, юрист, предупреждал, что он может попасть в большие неприятности из-за пустяка, если, например, попытается обмануть продавца на несколько пенни. Иногда такие протесты приобретали форму неясных предчувствий, но в другое время они становились вербализованными, и тогда этот человек оказывался втянутым во внутренний триалог.

Из этого краткого описания видно, что можно было в структурных терминах описать каждую его финансовую операцию, передавал ли он крупную сумму на благотворительные цели, покупал ли страховку или крал в магазине жевательную резинку. В каждом из этих случаев можно было сказать, какой именно аспект его личности участвует в трансакции.

Такой тип анализа, который определяет состояние Эго, вовлеченное в каждую трансакцию, называется структурным.

Для ясного понимания поведения индивида в группе структурный анализ совершенно необходим. Однако он не должен основываться только на заключениях наблюдателя, и если диагноз не подвергается тщательной проверке, он должен считаться только предварительным. Диагноз считается завершенным, если он подкреплен с четырех различных точек зрения.

1. Диагноз, поставленный наблюдателем, является бихевиористским (поведенческим). Например, бихевиористский анализ делается, когда кто-нибудь неожиданно и часто неуместно разражается слезами, напоминая наблюдателю ребенка определенного возраста; или если агент проявляет застенчивость, капризность или игривость, которые также напоминают определенную фазу детства.

2. Те, кто участвует в трансакциях, совершаемых агентом, ставят диагноз на социальной основе. Если его поведение заставляет их чувствовать себя по-отцовски или матерински, он, по-видимому, предлагает детские стимулы, и его поведение в данный момент может быть диагностировано как манифестация Ребенка. И напротив, поведение респондентов диагностируется как Родительское. Если агент с помощью своих стимулов извлекает объективные, связанные с окружающей средой реакции, респонденты находятся в состоянии Эго Родитель, и весьма вероятно, что агент и сам находится в этом состоянии. Напротив, если два человека строят лодку и один из них говорит (Взрослый): «Передай мне молоток», ответ респондента прояснит состояние его Эго. Если он ответит: «Всегда береги пальцы, чтобы не ударить по ним молотком», можно предположить, что ответ исходит от Родителя. Если он спросит: «Какой именно молоток?», можно полагать, что это ответ Взрослого. Если он капризно скажет: «Почему мне все здесь приходится делать?», – его жалоба может быть диагностирована как исходящая от Ребенка.

3. Субъективный анализ исходит из самонаблюдения. Индивид сам сознает, что ведет себя, как это делал его отец, или что он объективно заинтересован в происходящем, или что он реагирует так, как вел себя ребенком.

4. Исторический диагноз делается на основе фактической информации о прошлом индивида. Пациент может вспомнить точный момент, когда именно так вел себя его отец; или где он узнал, как выполнять данную конкретную задачу; или когда точно у него была аналогичная реакция в раннем детстве.

Чем больше применяется таких стандартов, тем точнее диагноз. Полный психиатрический диагноз требует, чтобы наблюдатель, спутники индивида, его самонаблюдение и его личная история указывали в одном направлении.

Поскольку в большинстве ситуаций невозможно получить социальный, субъективный и исторический диагнозы, для члена группы наиболее важен поведенческий анализ. Например, на заседании родительского комитета невозможно сделать перерыв и спросить, согласны ли все, что данный индивид своей речью заставил всех чувствовать себя детьми; или что данный член чувствовал себя Родителем, когда говорил такие-то слова; или спросить, часто ли его отец говорил таким тоном, и если это так, то в каких именно обстоятельствах. Поэтому особенно важно собирать данные анализа поведения. Проиллюстрируем эту мысль.

1. Поведение. Строгая родительская прямота, иногда с вытянутым указательным пальцем, и грациозный материнский изгиб шеи очень скоро начинают восприниматься как проявления Родительского отношения. Задумчивая сосредоточенность, часто сопровождаемая поджатыми губами и слегка раздутыми ноздрями, является типично Взрослой. Наклон головы, означающий застенчивость, или сопровождающая улыбка, которая свидетельствует о сообразительности и озорстве, – все это манифестации Ребенка. Точно так же, как отворачивание или наморщенный лоб, которые после Родительской насмешки сменяются неохотным или раздраженным смехом. Наблюдения за семейной жизнью позволят обнаружить иные характерные проявления каждого из состояний Эго: родители ведут себя как Родитель, ученики часто – как Взрослый, а дети – как Ребенок. Интересно бывает перечесть книгу Дарвина о выражениях эмоций и особенно рассмотреть ее иллюстрации, имея в виду структурный анализ.

2. Жесты. Родительское происхождение жестов запрета или отказа часто становится ясным, если наблюдатель знаком с родителями индивида. Некоторые разновидности указывания указательным пальцем исходят от Взрослого. Так, например, поступает профессионал, говоря с коллегой или клиентом, бригадир, инструктируя рабочих, или учитель, помогая ученикам. Сдерживающий жест рукой, когда он неуместен, является проявлением Ребенка. Некоторые жесты легко разгадываются интуитивно: например, иногда легко увидеть, что вытянутый указательный палец – не жест Взрослого, а часть Родительского выговора или жалобного обвинения Ребенка.

3. Голос. Довольно распространенное явление – когда у человека два голоса, каждый со своей интонацией, хотя тот или иной голос могут подавляться на протяжении очень длительных периодов. Например, человек, который представляет себя в психотерапевтической группе как «я старина малышка», может в течение нескольких месяцев не проявлять скрытый голос Родительского гнева (возможно, голос матери-алкоголички); или может потребоваться сильный стресс в группе, чтобы голос «здравомыслящего рабочего» сменился голосом испуганного Ребенка. Однако близкие и друзья хорошо знакомы с обеими интонациями. Нередко встречаются и люди с тремя интонациями: в благоприятных обстоятельствах можно буквально встретиться с голосом Родителя, голосом Взрослого и голосом Ребенка, и все будут исходить от одного индивида. Когда меняется голос, обычно нетрудно заметить и другие признаки изменения состояния Эго. Одна из самых ярких иллюстраций этого – случай, когда «меня старину малышку» неожиданно сменило повторение ее разъяренной матери или бабушки.

4. Словарь. Некоторые слова и фразы особенно характерны для определенных состояний Эго. Важный пример – различие между «ребяческим», что неизменно является словом Родителя, и «детским», принадлежащим Взрослому. «Ребяческий» означает «неприемлемый», в то время как «детский», использованное в соответствующем контексте, – это объективный биологический термин.

Типичными Родительскими словами являются: умница, сынок, нехороший, плохой, вульгарный, отвратительный, нелепый и множество их синонимов. Слова Взрослого: неконструктивный, соответствующий, экономный, желательный. Проклятия, восклицания и прозвища – часто проявления Ребенка. Существительные и глаголы преимущественно относятся к Взрослому, потому что без искажения, предубеждения или преувеличения отражают объективную действительность, но в особых целях могут использоваться и Родителем, и Ребенком. Диагноз слова «хороший» – заманчивая возможность испытать интуицию. Когда это слово произносится «с большой буквы», оно принадлежит Родителю. Когда используется строго рационально и оборонительно – Взрослому. Когда обозначает инстинктивное одобрение и является по существу восклицанием, оно исходит от Ребенка. В том случае оно является более грамотным синонимом восклицаний типа «Здорово!» или «Ух ты!». Очень часто оно выражает Родительское предубеждение, замаскированное под Родительскую объективность; произносится оно словно «со строчной буквы», но когда начинаешь расспрашивать, становится видна «прописная буква». Говорящий сердится или тревожится от задаваемых вопросов, а когда пытается подкрепить свое мнение, его доказательства оказываются неосновательными и непродуманными.

Приведенные примеры иллюстрируют лишь некоторые возможности. В распоряжении человека огромное количество образцов поведения. Антропологи составили длинные списки манер, а специалисты (пасимологи) полагают, что комбинации различных мышц могут произвести не менее семисот тысяч различных элементарных жестов. Существует достаточно вариантов тембра, высоты, напряженности и громкости, которые должны привлечь внимание учителей и целых направлений ученых. Проблемы словаря настолько сложны, что ими занимаются сразу несколько научных дисциплин. А ведь это только немногие категории; количество проявлений состояний Эго практически неограниченно, и все их может наблюдать структурный аналитик. Единственный практичный курс для серьезного ученого – наблюдение. Нужно наблюдать, как родители ведут себя в своей ипостаси родителей, как взрослые действуют в облике разумных и ответственных граждан, как дети ведут себя как младенцы у груди, в колыбели, в яслях, в ванной и на кухне, в школе и на детской площадке. Обостряя свои способности к наблюдению и интуицию, такой ученый сможет найти новые интересные грани в своей работе.

Мы уже отмечали, как были представлены три состояния Эго мистера Мида в группе С. В своей предварительной речи он выступал в состоянии Эго Взрослый, говорил объективно о проблемах медиума-спирита и о том, как с этими проблемами окажутся связанными члены. Руби представляла собой типичное состояние Эго Ребенок. Доктор Мергатройд вначале был представителем властного состояния Эго Родитель; позже, во время экспериментов, он переключился на обиженного ребенка.

Специальные характеристики

Теперь мы подробней рассмотрим специальные характеристики каждого состояния Эго. Это поможет нам лучше понять отношения между индивидом и другими людьми в группе.

А. Родительское состояние Эго – это набор чувств, отношений и образцов поведения, напоминающих родительскую фигуру. Диагноз обычно вначале формулируется на основании наблюдений за поведением, жестами, голосом, словарем и другими характеристиками. Это бихевиористский диагноз. Он подкрепляется, если такой набор реакций обычно возникает при детском поведении кого-либо в группе. Это социальный диагноз. В психотерапевтической группе диагноз можно еще подкрепить исследованием семейной истории и рассказом индивида о его чувствах – исторический и субъективный диагнозы. Родитель обычно проявляется в двух формах: предубежденной и кормящей. Предубежденный Родитель проявляет догматическое и неодобряющее отношение. Если такие же предубеждения и у других присутствующих, они могут быть без критического рассмотрения восприняты как рациональные или, по крайней мере, оправданные. Кормящий Родитель обычно тот, который поддерживает других и сочувствует им.

Состояние Эго Родитель следует отличать от Родительского влияния. Родительское состояние Эго означает: «Сейчас говорит твой Родитель; ты говоришь, как твоя мать». Родительское влияние означает: «Твой Ребенок так говорит, чтобы угодить твоему Родителю; ты говоришь так, как понравилось бы твоей матери».

Ценность Родителя в том, что он сберегает энергию, делая решения автоматическими и не подлежащими сомнению.

Б. Состояние Эго Взрослый есть независимый набор чувств, отношений и образцов поведения, которые приспособлены к реальности и на которые не действуют родительские предубеждения и архаические отношения, оставшиеся с детства. В каждом индивидуальном случае нужно делать поправки на прошлый опыт индивида. Взрослый очень молодого человека или Взрослый крестьянина выскажут совсем иные суждения, чем Взрослый рабочего. Вопрос не в точности суждения, не в его приемлемости для остальных членов (которая зависит от их Родительских предубеждений), а в качестве мышления и в использовании ресурсов, имеющихся в распоряжении данного конкретного индивида. Именно состояние Эго Взрослый делает возможным выживание.

В. Состояние Эго Ребенок – это набор чувств, отношений и образцов поведения, сохранившихся у индивида с детства. И опять бихевиористский анализ обычно делается вначале на основании тщательных наблюдений. Если этот набор образцов поведения провоцируется родительским поведением кого-либо в группе, диагноз становится социальным. Исторический диагноз ставится на основании воспоминаний об аналогичном поведении и чувствах в раннем детстве. Субъективный диагноз, действительное переживание первоначального детского опыта, должен ставиться только в ходе психотерапии под наблюдением квалифицированного врача.

Ребенок проявляется в двух формах – как приспособленный и естественный. Приспособленный Ребенок действует под Родительским влиянием и изменяет свое естественное поведение – с жалобами и уклонениями. Естественный ребенок свободней, он импульсивней и больше потакает своим слабостям. Ребенок во многих отношениях – самый ценный аспект личности, и если он находит нормальные здоровые пути выражения и наслаждения, то делает плодотворный вклад в жизнеспособности и счастье индивида.

Резюме

В главе предлагаются следующие наиболее значительные гипотезы.

1. Поведение любого индивида в группе в каждый данный момент может быть отнесено к одной из трех категорий, которые обычно называются Родитель, Взрослый и Ребенок.

2. Для подтверждения истинности такой классификации необходимо привлечение поведенческих, социальных, исторических и феноменологических данных.

3. На основании клинических данных Родитель, Взрослый и Ребенок толкуются прежде всего как состояния психики, или состояния Эго, и возникают из трех психических органов: экстеропсихе, неопсихе и археопсихе соответственно.

4. Точный структурный анализ необходим (или, по крайней мере, желателен) для понимания поведения и функций каждого индивида в группе.

Термины, введенные в этой главе

Глава 10

Анализ трансакций

Простые комплементарные трансакции

Цель трансакционного анализа – выяснение того, какое именно состояние Эго дает трансакционный стимул и трансакционную реакцию в любой из исследуемых трансакций. Всякий, кто собирается иметь дело с больными группами, должен быть знаком с этой процедурой. Простая трансакция представлена чертежом двух структурных диаграмм, расположенных рядом друг с другом, одной для агента, другой для респондента, как на рисунках 22 и 23. Затем чертится стрелка от активного состояния Эго агента к тому аспекту респондента, к которому адресуется агент. Эта стрелка представляет трансакционный стимул. Другая стрелка чертится от респондента к агенту и представляет трансакционную реакцию. Такая диаграмма называется трансакционной, а две стрелки – векторами.

Чтобы групповая работа во всех своих аспектах проходила гладко, коммуникация между членами не должна встречать помех. Так происходит до тех пор, пока трансакции комплементарны. Комплементарной называется трансакция, векторы которой параллельны. Чаще всего это трансакции типа Взрослый – Взрослый или Родитель – Ребенок.

Комплементарные трансакции типа Взрослый – Взрослый обычно происходят в ходе групповой деятельности. В повседневной жизни примером такой трансакции является вопрос «Который час?» и ответ «Полчетвертого». Стимул Взрослый – Взрослый вызывает реакцию Взрослый – Взрослый, такой вариант может быть назван комплементарной трансакцией типа 1, он представлен на рисунке 22А.

Рис. 22. Комплементарная трансакция

Рис. 23. Пересекающиеся трансакции

Второй тип обычной комплементарной трансакции – тот, что имеет место между Родителем и Ребенком, – легко наблюдать в семейной жизни, когда дети просят у родителей помощи, одобрения или защиты. Такая же трансакция происходит между взрослыми, когда один из них нуждается в реакции помощи, защиты или одобрения. Например, заболевший муж, который по опыту детства знает, «как принято болеть», – ложась в постель, обращается к состоянию Эго Ребенок. Жена, научившаяся от матери заботиться о больных, переходит в состояние Эго Родитель и помогает мужу. Если заболевает она, супруги меняются ролями, меняются и их состояния Эго. Такая взаимная любовная забота во времена необходимости демонстрирует комплементарную реакцию типа 2, которая представлена на рисунке 22Б. Состояние Эго Взрослый особенно чувствительно к некоторым лекарствам и бактериальным токсинам. Обычно человек с высокой температурой не в состоянии сохранить состояние Эго Взрослый и обращается к состоянию Эго Ребенок, тем самым активизируя состояние Эго Родитель в тех, кто о нем заботится. В таком случае окружающие выходят за пределы строго Взрослого медицинского обращения и успокаивают и утешают больного.

Пересекающиеся трансакции

Вернемся к Взрослому агента, который спрашивал о времени. Предположим, респондент, вместо того чтобы сказать, который час, отвечает по-другому. Он может, как надувшийся ребенок, ответить: «А почему я должен следить за временем?» Или сказать укоризненным родительским тоном: «Если бы у вас были свои часы, вы были бы пунктуальней!» В обоих случаях агент обескуражен. Респондент поставил новые вопросы, не связанные непосредственно со временем дня. Коммуникация на эту тему прервана, и ее приходится восстанавливать в новом направлении. Агент в такие моменты склонен испытывать раздражение или начинает защищаться. Первый пример, когда стимул Взрослый – Взрослый («Который час?») встречает реакцию надувшегося Ребенка – Ребенок – Родитель, показан на рисунке 23А и называется пересекающейся трансакцией первого типа. Второй пример, в котором стимул Взрослый – Взрослый наталкивается на укоризненную реакцию Родитель – Ребенок, проиллюстрирован рисунком 23Б и называется пересекающейся трансакцией второго типа. Относительно этих двух диаграмм важно отметить, что векторы не параллельны, как в комплементарной трансакции, а пересекают друг друга. Это дает основания для формулировки одного из самых важных правил терапии в лечебных группах – правила коммуникации: когда возникает пересекающаяся трансакция, коммуникация прерывается. То же самое можно сформулировать по-другому: если прерывается коммуникация, значит, произошла пересекающаяся трансакция.

Изучение простой трансакционной диаграммы делает очевидным, что существуют 9 возможных типов комплементарных трансакций, включающих Взрослый – Ребенок и Ребенок – Взрослый, Родитель – Родитель и т. д., но по сравнению с типами I и II остальные комплементарные трансакции встречаются реже. Количество возможных пересекающихся трансакций больше, но и среди них большинство встречается редко по сравнению с типами I, II и III, показанными на рисунке 23. Поскольку диаграммы топологически несовершенны, некоторые пересекающиеся трансакции на чертеже на самом деле не пересекаются. Поэтому, строго говоря, пересекающуюся трансакцию лучше определить как такую, векторы у которой не параллельны. Но в самых распространенных случаях пересечение видно совершенно явно.

Определение пересекающейся трансакции имеет большую практическую ценность. Например, пересекающаяся трансакция первого типа (рис. 23А) вызывает и всегда вызывала наибольшие трудности в мире: исторические, семейные, профессиональные и прочие. Если в любом типе взаимоотношений такая трансакция встречается часто, можно предсказать, что взаимоотношения будут развиваться трудно и закончатся непониманием или разрывом. Многие проблемы психиатрии и групповой терапии можно рассматривать с этой точки зрения. Пересекающаяся трансакция первого типа представляет собой главную заботу психоаналитиков и составляет основу типичной «реакции переноса». Например, если (Взрослый) аналитик говорит что-нибудь вроде: «Ваше поведение напоминает мне то, как вы вели себя в трехлетнем возрасте», он ожидает ответа типа: «Об этом стоит подумать!» Такой ответ означал бы, что Взрослый пациента заинтересован в цели лечения, которая заключается в лучшем понимании самого себя. Реакция переноса будет звучать примерно так: «Вы всегда меня порицаете!» Совершенно очевидно, что это реакция Ребенок – Родитель. Реакция контрпереноса, к которой привлекается все большее внимание, представлена пересекающимися трансакциями типа I (рис. 23А) и II (рис. 23Б), в которых пациент делает объективное (Взрослый) замечание, а аналитик раздражается и ведет себя как обиженный ребенок или напыщенный родитель.

Непрямые трансакции

Во многих группах можно наблюдать, как А что-то говорит Б, но предназначены его слова для непрямого воздействия на В. Такой робкий подход часто считается дипломатичным. Подобный подход часто встречается в так называемых хорошо управляемых группах, в которых сомнительные способы воздействия на людей считаются приемлемыми. Например, вместо того чтобы непосредственно обратиться к боссу, можно в его присутствии, так, чтобы он услышал, высказать предложение кому-нибудь другому, в надежде, что оно подействует на босса. Поскольку такой способ является доказательством неудовлетворительных отношений между агентом и боссом и исходит из страха или неуверенности, можно усомниться в том, что такая практика действительно полезна. Следует отметить, что непрямые трансакции на самом деле являются трехсторонними и респондент в них используется как посредник в психологической трансакционной связи с третьим лицом.

Разбавленные трансакции

В ходе любой групповой деятельности, какой бы деловой она ни была, почти все участники рано или поздно оказываются вовлеченными лично. В США типичным проявлением этого является подшучивание друг над другом. В этом случае полувраждебные, полуинтимные трансакции используют материал деятельности. А может попросить Б передать молоток и сделать это в шутливой форме («Эй, тупоголовый, где молоток?»), а Б может не передать молоток, а бросить его, что будет местью на шутку А. Такие трансакции, которые погружены в материал деятельности группы, называются разбавленными.

Прямая трансакция не бывает ни непрямой, ни разбавленной. Хотя использование непрямых или разбавленных трансакций может привести к некоторому материальному успеху, лучшие представители человечества в важных ситуациях стараются пользоваться только прямыми трансакциями.

Напряженность

Трансакционный анализ имеет дело в первую очередь с тем, что происходит в действительности, а не с тем, что скрывается в психике занятых в трансакциях индивидов. Те люди, которые пользуются непрямыми или разбавленными трансакциями, могут мотивироваться очень сильными чувствами, но эти чувства искажены или разбавлены в ходе действительного трансакционного обмена. Когда при наблюдениях за трансакциями видно, что они окрашены сильными чувствами, такие трансакции скорее всего будут прямыми, а не непрямыми или разбавленными. Часто полезно классифицировать трансакции по их напряженности. Наиболее напряженными и страстными являются убийство и зачатие: первое – крайнее проявление враждебности, второе – наиболее напряженное выражение любви. Если убийство произошло случайно или зачатие случилось в ходе более или менее поверхностного занятия любовью, совершаемые при этом трансакции могут быть не такими напряженными. Аналогично трансакции, открытые для повседневного наблюдения, должны очень тщательно анализироваться, прежде чем будет сделана оценка их напряженности.

Таким образом, при анализе единичной простой трансакции нужно установить ее комплементарный или пересекающийся характер, прямоту или непрямоту, чистоту или разбавленность и напряженность или слабость. Так, в интимных любовных взаимоотношениях люди разговаривают друг с другом предельно искренне, неотрывно и напряженно.

Скрытые трансакции

Простыми называются трансакции, в которые вовлечено только одно состояние Эго каждого из участников трансакции. Однако большое количество трансакций явно основано на скрытых мотивах.

В некоторых ситуациях сознательно используются скрытые трансакции, и их свойства тщательно изучаются, хотя и под другими названиями.

Например, продавец страховых полисов, который проявляет родительский интерес к благосостоянию и будущему своего возможного клиента, участвует в скрытой трансакции: каким бы искренним ни был его Родительский интерес к клиенту, главная его цель – это цель Взрослого, а именно: получить у клиента деньги. Удачная торговля, реклама и продвижение товара на рынок всегда связаны со скрытыми трансакциями: искренняя или деланая забота о благополучии потенциального покупателя всегда скрывает совсем иной интерес. Тот факт, что продавцы говорят об «убийстве»[29], не упоминая о своей истинной финансовой выгоде, свидетельствует, что в большинстве случаев в работе участвует Ребенок продавца, так же, как Родительское отношение и мастерство Взрослого в заключении сделки. Этот скрытый аспект более или менее откровенно признается в выражениях «игра в страховку», «игра в недвижимость» и – среди преступников – «игра с полицейскими». Некоторые скрытые трансакции – например, знакомства на вечеринках с целью продать что-нибудь новому знакомому или игра в гольф, чтобы потом использовать приобретенные связи, – считаются в определенных кругах вполне приемлемыми. Такие операции должны совершаться в соответствии с этикетом неформальной торговли. Опытному продавцу необходимы социальные и психологические умения, чтобы обращаться не к одному, а сразу к нескольким состояниям эго клиента.

Диаграммы скрытых трансакций приводятся в следующей главе.

Резюме

Высказаны следующие гипотезы.

1. Простые трансакции можно полезно и уместно классифицировать в соответствии с некоторыми значительными переменными: комплементарностью, прямотой, чистотой и напряженностью.

2. Пока трансакции остаются комплементарными, коммуникация может продолжаться неопределенно долго. Она прерывается, когда возникают пересекающиеся трансакции, и должна возобновляться на новом уровне.

Термины, введенные в этой главе

Глава 11

Анализ игр

Индивидуальное участие

Анализ отдельной трансакции бывает в некоторых ситуациях очень полезен, но, чтобы полнее понять природу участия индивида в том, что происходит в группе, нужно проанализировать целую цепочку трансакций. Такие цепочки можно с пользой для дела расклассифицировать по шести главным типам, включая крайние случаи неучастия (отчуждения) и «полного» участия (интимности). Это дает индивиду шесть возможностей, или выборов, как вести себя в группе.

1. Отчуждение. Некоторые люди могут присутствовать физически, но психически отсутствовать на собрании. Они не принимают участия в происходящем, а если их спросить, выясняется, что они погружены в фантазии. Эти фантазии в целом бывают двух типов.

А) Посторонние фантазии, в которых индивид мысленно покидает группу и представляет себе, что делает что-то другое, никак не связанное с происходящим.

Б) Аутистические трансакции: индивид интересуется происходящим, но по каким-то причинам в нем не участвует. Он проводит время, воображая, что мог бы сказать или сделать относительно различных членов группы. Аутистические фантазии иногда бывают связаны с действительными возможностями участия, но бывают и гораздо менее приспособлены к ситуации и заключаются в прямых выпадах или сексуальных попытках, которые совсем неприемлемы для других участников. Таким образом, сами аутистические фантазии могут классифицироваться как приемлемые и неприемлемые.

2. Ритуалы, церемонии и церемониалы. Начальная и заключительная стадии встречи в любой социальной агрегации, включая группы, обычно ритуалистичны по своей природе. Эти ритуальные фазы могут быть краткими и состоять из стандартных приветствий и прощаний, но могут быть и более продолжительными, с перечислением титулов и выражениями признательности. Во время формальных церемоний, таких, как бракосочетание, не только начальная и заключительная фазы, но и основная часть являются ритуальными. С точки зрения социальной динамики главная особенность ритуального поведения – его предсказуемость. Если в начале собрания один член говорит другому «Здравствуйте», то можно с определенной степенью уверенности предсказать, что второй ответит тем же или каким-нибудь эквивалентом. Если затем первый член спросит: «Достаточно тепло для вас?», можно предсказать, что ответ будет «Да» или какой-нибудь аналогичный вариант. То же самое с прощаниями в конце встречи. В таких традиционных ритуалах, как церковная служба, стимулы и реакции хорошо известны всем присутствующим и при обычных условиях стопроцентно предсказуемы.

Единица ритуальной трансакции называется поглаживанием. Ниже приводится пример типичного американского приветственного ритуала, состоящего из восьми поглаживаний.

А: Привет!

Б: Привет!

А: Достаточно ли тепло для вас?

Б: Вполне. Как дела?

А: Отлично. А у вас?

Б: Тоже хорошо.

А: Ну, пока.

Б: До встречи. Пока.

Здесь представлен примерно равный обмен, состоящий из приветственного поглаживания, безличного поглаживания, личного поглаживания и прощального поглаживания. Такие ритуалы являются частью группового этикета.

На встрече группы первыми шестью поглаживаниями члены могут обменяться в начале, а последними двумя – в конце встречи. Проблема заключается в том, чем заполнить время между этими двумя сегментами.

3. Деятельность. Большинство групп собирается с целью заняться какой-то деятельностью, которая, как уже отмечалось, в самом общем виде формулируется в конституции группы. Чистая деятельность на трансакционном языке состоит из простых комплементарных Взрослых трансакций, начинающихся с чего-нибудь вроде «Передай мне молоток» или «Сколько будет три плюс три?». Если же заранее запланированной деятельности нет, как на многих вечеринках и в некоторых психотерапевтических группах, время заполняется преимущественно либо времяпрепровождением, либо играми.

4. Времяпрепровождение. Времяпрепровождение состоит из полуритуальных серий комплементарных трансакций, обычно доброжелательных и иногда обучающих. На формальной встрече промежуток между приветственными ритуалами и началом самого собрания заполняется обычно времяпрепровождением. В это время собрание имеет скорее структуру приема, чем группы. На вечеринках времяпрепровождение может занимать весь период между приветствиями и прощаниями. В психотерапевтических группах времяпрепровождение может начаться или продолжаться даже после появления терапевта, которое обозначает начало формального сеанса.

5. Игры. После того как члены познакомились друг с другом, обычно в период времяпрепровождения в ходе групповой деятельности, у них развиваются более личные взаимоотношения друг с другом, и тогда возникают скрытые трансакции. Они часто происходят цепочками, с хорошо определенной целью, и являются, в сущности, попытками различных людей незаметно манипулировать друг другом, чтобы получить определенные желаемые результаты. Такие продолжительные наборы трансакций со скрытыми мотивами называются играми.

6. Интимность с точки зрения трансакционного анализа – это прямое выражение глубоких чувств между двумя индивидами, без скрытых мотивов или сдерживания. В особых условиях, например в семейной жизни, в интимность может быть вовлечено больше двух человек. Поскольку такое разделение на пары может отвлечь от деятельности группы, в больших рабочих группах оно не поощряется. Например, во многих организациях существует правило, что если два члена сочетаются браком, один из них должен покинуть организацию. Поскольку в подлинной интимности очень важны субъективные моменты и поскольку она редко происходит в группах из-за многочисленных внешних и внутренних запретов и ограничений, ее характеристики трудно исследовать. Больше того, это один из тех случаев, когда попытка исследования скорее всего уничтожает предмет исследования: подлинная интимность по определению – нечто очень частное и личное. Мало кто даст согласие на запись своего медового месяца третьим лицом. Есть жертвы, которые не следует приносить даже ради науки.

Псевдоинтимность (со скрытыми мотивами и ограничениями) – совершенно другое дело; она наблюдается довольно часто и ошибочно описывается в специальной литературе как подлинная интимность. Некоторые особые группы организованы так, что в них одобряется физическая свобода, включая половые общения, но это делается в ходе ритуала, на коммерческой основе или в виде протеста и не обязательно включает субъективное единство двух человек. Псевдоинтимность обычно входит в категории ритуалов, времяпрепровождения или игр.

Эти шесть возможностей перечислены в примерном порядке по сложности взаимодействия и серьезности отношения к ним. Две крайности: отчуждение и интимность, – вероятно, относятся к области психиатрии. Больше всего важны для исследователя социальной динамики и больше всего нуждаются в прояснении и дальнейшей характеристике времяпрепровождение и игры, поскольку именно они чаще всего воздействуют на ход внутреннего группового процесса.

Времяпрепровождение

Времяпрепровождение можно описать как цепь простых комплементарных трансакций, обычно связанных со средой и не имеющих прямого отношения к групповой деятельности. Времяпрепровождение характерно для приемов, и его часто можно наблюдать в таких неструктурированных анклавах. Счастливые или хорошо организованные люди, с незатронутой способностью к развлечениям, могут участвовать во времяпрепровождении ради него самого и ради удовлетворения, которое оно приносит. Другие, прежде всего невротики, участвуют в нем именно ради того, о чем говорит термин, – ради проведения (то есть структурирования) времени «до тех пор»: до тех пор, пока не познакомятся с другими поближе; до тех пор, пока не придет время расходиться; и – в более общем масштабе – пока не придет время ложиться спать, пока не начнется отпуск, пока не начнутся занятия в школе, пока не наступит выздоровление, пока не случится чудо, не придет спасение или смерть. (В терапевтических группах последние три случая в целом разговорно именуются «в ожидании Санта-Клауса».) Времяпрепровождение служит средством знакомства в надежде достигнуть желанной интимности с другим человеком. Во всяком случае, каждый участник пытается получить от времяпрепровождения все возможное. Лучше всего систематически изучать времяпрепровождение в психотерапевтических группах.

В таких группах два наиболее распространенных времяпрепровождения – это «родительский комитет» и «психиатрия», и их можно использовать в качестве примеров для анализа. Официально встречи родительского комитета[30], по крайней мере официально, не являются времяпрепровождением, поскольку это конституционно заявленная деятельность группы. Но в психотерапевтической группе это не так, поскольку мало кто бывает излечен от неврозов и психозов при помощи времяпрепровождения. Ситуация может встретиться в двух разновидностях. Проективный тип «родительского комитета» – это Родительское времяпрепровождение. Тема его – преступность в самом широком смысле этого слова, и речь может идти о малолетних преступниках, о плохих мужьях и женах, преступных продавцах, о преступлениях власти и знаменитостей. Интроективный «родительский комитет» – времяпрепровождение Взрослого и относится к собственным социально приемлемым проступкам. «Почему я не могу быть хорошей матерью, хорошим отцом, нанимателем, рабочим, другом, хозяином?» Девиз проективной формы – «Разве это не ужасно?», девиз интроективной формы – «Я тоже!».

«Психиатрия» – это Взрослое или, по крайней мере, псевдо-Взрослое времяпрепровождение. В проективной форме оно известно под названием «Так вот что ты делаешь»; в интроективной – «Почему я это делаю?».

Посетители терапевтических групп особенно часто занимаются времяпрепровождением в трех типах ситуаций: когда появляется новый член, когда члены чего-то избегают и когда отсутствует лидер. Поверхностная природа таких обменов репликами показана ниже на двух примерах, анализ которых представлен на рисунках 24 и 25.

I. «Родительский комитет» – проективный тип.

Мери: Если бы не распавшиеся семьи, не было бы никакой преступности.

Джейн: Дело не только в этом. Даже в хороших семьях в наши дни детей не учат манерам, как когда-то.

II. «Психиатрия» – интроективный тип.

Мери: Рисование для меня символизирует грязь и позор.

Джейн: В моем случае – это попытка понравиться отцу.

Рис. 24. «Родительский комитет» – проективный тип

Рис. 25. «Психиатрия» – интроективный тип

В большинстве случаев времяпрепровождение – это «разговоры без особого смысла», такие, как «Дженерал моторс» (сравнивают машины), «Кто победил» (и то и другое – «мужские» разговоры), «Бакалейная лавка», «Кухня» и «Гардероб» («женские» разговоры), «Как сделать» (что-нибудь), «Сколько» (стоит), «Бывали когда-нибудь» (в месте, вызывающем ностальгию), «А знаете» (то-то и то-то), «Что стало» (с добрым старым Джо), «На следующее утро» (сопоставление похмелий) и «Мартини» (я знаю выпивку получше).

Очевидно, что в каждый данный момент, когда два человека участвуют во времяпрепровождении, одновременно по всему миру проходят тысячи аналогичных бесед, с учетом разницы во времени и местных слов и выражений. Ситуация напоминает печатные почтовые открытки, которые раздавались солдатам в окопах Первой мировой войны и в которых несоответствующие слова можно было вычеркнуть; или соревнования, в которых требуется завершить предложение, используя меньше 25 слов. Таким образом, времяпрепровождение – это по большей части стереотипные наборы трансакций, в которых каждое предложение содержит то, что психологи называют множественным выбором, плюс заключительное предложение; например, в «Дженерал моторс»: «Мне нравится («форд», «плимут», «шевроле») больше, чем («форд», «плимут», «шевроле»), потому что…»

Социальная ценность времяпрепровождения в том, что оно дает людям безвредный способ прочувствовать друг друга. Это возможность предварительно понаблюдать и оценить игроков, прежде чем начнется сама игра. Многие бывают благодарны этому предварительному испытанию, потому что если ты уже принял участие в игре, то должен принимать и ее последствия.

Игры

Особенности игр в целом можно проиллюстрировать игрой «Если бы не ты», которая наиболее распространена между мужьями и женами.

Миссис Уайт жаловалась, что муж не разрешает ей посещать спортивные или иные клубы и мероприятия. После периода психиатрического лечения ее состояние улучшилось, она стала более независима и решила попробовать сделать то, что всегда хотела. И записалась на занятия по плаванию и танцам. Когда начались занятия, она пришла в отчаяние, поняв, что невыносимо боится и плавательного бассейна, и танцплощадки. Ей пришлось отказаться от своего замысла.

Этот случай выявил некоторые важные аспекты ее брака. У нее были основательные Родительские и Взрослые причины, по которым она любила своего мужа, но ее Ребенок особенно нуждался в запрещающем Родителе. Этот Родитель, запрещая ей выход из дома, уберегал от пугающих ситуаций. Таковы были психологические преимущества ее брака. В то же время, в качестве «приза», он давал ей «оправданную» возможность жаловаться на ограничения. В этом была часть социальных преимуществ брака. Внутри семейной группы она могла сказать мужу: «Если бы не ты, я могла бы…» и так далее. Вне дома она тоже оказывалась в преимущественной позиции, поскольку могла с сознанием своей правоты присоединиться к аналогичным жалобам подруг: «Если бы не он, я могла бы…» и так далее.

«Если бы не ты» – игра, потому что миссис Уайт несправедливо использует мужа. Мистер Уайт делал только то, чего на самом деле хотел от него Ребенок его жены (психологическое преимущество), но вместо того чтобы выказать благодарность, она еще увеличивает свое преимущество, наслаждаясь жалобами (социальное преимущество).

Но обмен равный, ибо именно он сохраняет брак: потому что мистер Уайт, со своей стороны, тоже использует ситуацию для извлечения преимуществ. В качестве важнейшего побочного результата эмоциональное обучение детей Уайтов включает интенсивный курс изучения такой игры, так что со временем вся семья начинает часто и искусно в нее играть. Таким образом, социальная динамика этой семьи вращается вокруг игры «Если бы не ты».

Во времяпрепровождении трансакции простые и комплементарные. В игре они тоже могут быть комплементарными, но они не простые: они включают одновременно два уровня, которые называются социальным и психологическим. Трансакционный анализ игры «Если бы не ты» показан на рисунке 26. На социальном уровне схема такова:

Муж: Оставайся дома и заботься о детях.

Жена: Если бы не ты, я могла бы заняться чем-то интересным.

Здесь трансакционный стимул Родитель – Ребенок, а реакция – Ребенок – Родитель.

На психологическом уровне (скрытый брачный контракт) ситуация выглядит совершенно по-иному.

Муж: Ты всегда должна быть дома, когда я здесь. Я очень боюсь, что ты меня бросишь.

Жена: Я буду здесь, если ты поможешь мне преодолеть мои аномальные страхи.

Здесь оба стимула и реакции Ребенок – Ребенок. Ни на одном уровне нет пересечения, так что игра может продолжаться неопределенно долго, пока в ней заинтересованы участники. Такая трансакция, поскольку она использует одновременно два комплементарных уровня, является типичной скрытой трансакцией.

Рис. 26. Игра «Если бы не ты»

Игру можно определить как набор продолжающихся скрытых трансакций со скрытыми мотивами, ведущий к хорошо определенной кульминации. Поскольку у каждого игрока есть определенная цель (которую сам игрок может не осознавать), трансакции, внешне выглядящие невинными, на самом деле есть серия ходов с ловушкой, или «трюком», и предназначены для достижения кульминации, или «выигрыша».

Наиболее распространенная игра в приемах и группах всех разновидностей, включая психотерапевтические группы, называется «Почему бы вам не… Да, но…».

Гиацинт: Мой муж не может ничего построить правильно.

Камелия: А почему бы ему не пойти на курсы по строительству?

Гиацинт: Да, но у него нет на это времени.

Розита: А почему бы тебе не купить ему хороших инструментов?

Гиацинт: Да, но он все равно не умеет ими пользоваться.

Холли: Почему бы тогда не пригласить хорошего плотника?

Гиацинт: Да, но это слишком дорого.

Айрис: Почему бы тебе просто не принимать все, что он делает?

Гиацинт: Да, но ведь все сооружение упадет.

В игру «Почему бы не… Да, но…» может играть любое количество участников. Один из игроков формулирует проблему. Остальные предлагают решения, каждый раз начиная с «Почему бы тебе не…». На каждое из этих предложений первый игрок отвечает «Да, но…». Хороший игрок может неопределенно долго противостоять группе, пока все предложения не иссякнут, и тогда первый игрок выигрывает. Гиацинт, например, успешно противостояла более чем десятку предложений, прежде чем Розита и терапевт не прервали игру.

Поскольку все предложения, за редкими исключениями, отвергаются, вскоре становится очевидным, что игра служит какому-то скрытому мотиву. «Трюк» игры «Почему бы вам не… Да, но…» в том, что цель ее не в том, что лежит на поверхности (Взрослые вопросы и потребность в решениях), но в успокоении и удовлетворении Ребенка. В письменном виде это может показаться Взрослым, но в ходе живой игры можно наблюдать, как первый игрок представляет себя как Ребенка, неспособного справиться с ситуацией; в то время как остальные участники преобразуются в мудрых Родителей, торопящихся поделиться своей мудростью с беспомощным игроком. Чего на самом деле хочет Ребенок, так это одного за другим поставить в тупик Родителей. Анализ этой игры показан на рисунке 27. Игра может продолжаться, поскольку на социальном уровне оба стимула и реакции Родитель – Родитель, а на психологическом уровне стимул Родитель – Ребенок вызывает реакцию Ребенок – Родитель (Да, но…). Психологический уровень может обеими сторонами не осознаваться.

Рис. 27. Игра «Почему бы вам не… Да, но…»

Некоторые интересные особенности выяснились при обсуждении в группе игры Гиацинт.

Гиацинт: Да, но все сооружение упадет.

Др. Кв.: Что вы обо всем этом думаете?

Розита: Мы опять играем в «Почему бы тебе не… Да, но…». Можно было подумать, что мы на этот раз узнали бы ее.

Др. Кв.: Предложил ли кто-нибудь что-то такое, о чем вы не подумали сами?

Гиацинт: Нет. На самом деле я испробовала почти все эти предложения. Купила мужу инструменты, и он ходил на курсы по строительству.

Др. Кв.: Интересно отметить: ведь Гиацинт сказала, что у него для этого нет времени.

Гиацинт: Ну, во время разговора я не понимала, что делала, но теперь вижу, что играла в «Почему бы тебе не… Да, но…». Наверное, я пыталась доказать, что ни один Родитель не может мне указывать, и на этот раз я для этого даже солгала.

Одна из целей игр – устранить дискомфорт, помогая структурировать время. Это отчетливо видно на примере другой женщины – миссис Блэк. Как в большинстве случаев, миссис Блэк легко переключалась в своих любимых играх от одной роли к другой. В «Почему бы вам не… Да, но…» она одинаково искусно исполняла и роль первого игрока, и роль одного из мудрецов, и во время ее индивидуального сеанса обсуждалось именно это.

Др. Кв.: Почему вы играете, если знаете, что здесь подвох?

Миссис Блэк: Когда я с другими, мне приходится думать о своих словах. Если я этого не делаю, я чувствую себя неудобно.

Др. Кв.: Было бы интересно провести эксперимент, если вы перестанете играть в «Почему бы не…» в группе. Мы все могли бы узнать что-нибудь.

Миссис Блэк: Но я не выношу перерывов. Я это знаю, и мой муж это знает. Он мне всегда говорит об этом.

Др. Кв.: Вы хотите сказать, что если ваш Взрослый не занят, проявляется ваш Ребенок и вы чувствуете себя неудобно?

Миссис Блэк: Вот именно. Поэтому если я делаю предложения кому-нибудь или кто-то делает предложения мне, все в порядке. Я защищена.

Здесь миссис Блэк ясно указывает, что боится неструктурированного времени. Ее Ребенок спокоен только тогда, когда ее Взрослый занят в социальной ситуации, а игра дает хорошую возможность занять ее Взрослого. Но чтобы она продолжала чувствовать интерес, игра должна приносить удовлетворение и ее Ребенку.

Ее выбор именно этой игры определяется тем, что по психиатрическим причинам игра лучше всего удовлетворяет особым потребностям ее Ребенка.

Другие распространенные игры – «Шлемиль», «Алкоголик», «Скандал», «Ты меня в это впутал», «Вот я опять» и «Давайте-ка подеритесь друг с другом». Такие игры имеют много общего с популярными состязаниями типа шахмат или футбола. «Белые делают первый ход», «Ист вводит мяч» – все это параллели первым ходам в социальных играх. После определенного количества ходов игра заканчивается четко очерченной кульминацией, которая эквивалентна мату или голу. Отсюда ясно, что игра не просто возможность поворчать или проявить лицемерие, но серия скрытых трансакций, имеющих хорошо определенную цель, трансакций с неожиданными поворотами, которые часто упускаются из виду.

Последовательность ходов иллюстрируется игрой «Шлемиль». В этой игре первый игрок постоянно что-нибудь ломает, проливает и делает множество неловких ходов, каждый раз извиняясь.

Ходы в типичной ситуации таковы:

1. Уайт проливает коктейль на вечернее платье хозяйки.

2. Блэк вначале реагирует гневом, но он чувствует (часто очень смутно), что если проявит свой гнев, Уайт выиграет. Поэтому Блэк берет себя в руки, и это позволяет ему сохранить иллюзию, что он выиграл.

3. Уайт говорит: «Простите!»

4. Блэк что-то бормочет в ответ, укрепляя свою иллюзию выигрыша.

Можно заметить, что оба участника получают значительное удовлетворение. Ребенок Уайта радуется, потому что неловкие движения нравятся ему и напоминают ходы в игре, в конце которой он получает прощение, в то время как Блэк демонстрирует страдания и сохранение самообладания. Поэтому оба извлекают выгоду из неприятной ситуации, и Блэк совсем не стремится прервать эту явно нежелательную дружбу. Следует отметить, что, как в большинстве игр, Уайт, агрессор, выигрывает при любом исходе. Если Блэк проявит гнев, Уайт чувствует себя оправданным в своем негодовании. Если Блэк сдерживается, Уайт может продолжать наслаждаться открывающимися возможностями.

«Трюк» в таких играх почти всегда содержит в себе элемент сюрприза. Например, невнимательный наблюдатель может посочувствовать миссис Блэк из-за ее автократического мужа, но «трюк» в том, что, хотя миссис Блэк жалуется на мужа, на самом деле он служит ей, ограждая от аномальных страхов. В «Почему бы не… Да, но…» трюк оставался скрытым от серьезного исследования много тысяч лет, в течение которых играется эта игра. Неоднократно отмечалось, что первый игрок отвергает все предложения, но никто серьезно не воспринимал предположение, что само это отвержение является источником уверенности и удовольствия. Обсуждалась неловкость Шлемиля и возможное тайное удовольствие, которое она ему доставляет, но это удовольствие – всего лишь дивиденд; «трюк» и цель всей процедуры, которые заключены в извинении и последующем прощении, ускользали от внимания.

Такие игры, как упомянутые выше, представляют интерес для исследователей социальной динамики и носят серьезный характер, даже если их описания могут напомнить об английских юмористах. Они образуют основу, на которой строят свои жизни многие люди и решаются судьбы многих народов и государств. Всякая последовательность трансакций, которая неоднократно происходит в группе и может быть проанализирована на двух уровнях, как в примерах на рисунках 26 и 27, вероятно, является игрой. Диагноз подтверждается, если удается обнаружить скрытый мотив, который снова и снова приводит к одной и той же кульминации.

Резюме

Наиболее значительные гипотезы, сформулированные в главе.

1. При правильной классификации групповых действий можно утверждать, что у каждого индивидуального члена есть только ограниченное количество поведенческих выборов.

2. Социальной функцией времяпрепровождения является безобидная матрица для пробных проявлений Ребенка.

3. Определенные повторяющиеся наборы трансакций имеют скрытые мотивы и ведут к кульминации, скрытой под поверхностными проявлениями.

Термины, введенные в этой главе

Глава 12

Приспособление индивида к группе

Каждый индивид входит в группу со следующими обязательными особенностями: 1) биологические потребности, 2) психологические потребности, 3) побуждения, 4) образцы старания, 5) прошлый опыт и 6) приспособительные способности. Именно эти особенности дают лидерам возможность использовать членов в добрых и злых целях, именно они способны затруднить полное раскрытие потенциала личности индивида. Но это совсем другой вопрос, который не относится к специальной работе по групповой динамике, как обсуждение человеческой морали не относится к учебнику медицины. Познакомившись с силами, с которыми встречается индивид, вступая в группу, читатель сможет успешней сформировать собственную философию.

Биологические потребности

Хорошо известные эксперименты по сенсорной депривации показывают, что для душевного здоровья индивида необходим непрерывный поток меняющихся сенсорных стимулов. Изучение детей в домах ребенка, так же, как повседневные наблюдения, показывает, что предпочтительной формой стимулирования является прикосновение к другому человеку. У детей, лишенных ласки и нормальных человеческих контактов – Рене Спиц называет это «эмоциональной депривацией», – развивается прямо или косвенно как физический, так и психический распад. Трансакционные аналитики выражают это открытие в не очень точном, но ярком утверждении: «Если ребенка не гладят, у него высыхает спинной мозг».

Вырастая, индивид учится воспринимать символические формы поглаживания взамен действительного прикосновения, пока той же цели не начинает служить простой акт узнавания. Именно поэтому элементы приветственных ритуалов называются «поглаживаниями». Сказанное менее важно, чем тот факт, что людям нравится общаться и они ценят социальный контакт как необходимое условие сохранения здоровья. И дети, и взрослые нуждаются в социальных контактах – пусть даже в самой примитивной форме. Это легко проверить всякому, кто наберется смелости не отвечать на приветствия друзей. Стремление к «поглаживаниям» может быть также связано с тем фактом, что внешнее стимулирование необходимо для сохранения бодрствования. Эта потребность в «разрядке» при помощи стимулов, и особенно социальных контактов, может рассматриваться как одна из биологических основ формирования групп. Страх одиночества (или отсутствия социальных стимулов) – одна из причин того, что люди согласны отказаться от части своих индивидуальных склонностей ради группового сплочения.

Психологические потребности

Помимо всего этого, человеку трудно провести определенный период времени без специальной программы – пустой период, никак не структурированный, особенно если он продолжительный. Этот «структурный голод» объясняет неспособность большинства людей в течение длительного времени просто сидеть неподвижно и ничего не делать. Структурный голод хорошо известен родителям. Вопли малышей в летние каникулы или подростков в уикенды «Мама, мне нечего делать» постоянно подвергают испытанию их лидерство и изобретательность.

Только относительно небольшой процент людей способен независимо структурировать свое время. Наиболее высокооплачиваемые люди в нашем обществе – те, кто умеет развлекать других и структурировать время тех, кто не может сделать это сам. В наши дни телевизор сделал это преимущество доступным любой семье. В группе обычно лидер исполняет необходимую роль структурирования времени. Хороший лидер знает, что мало что способно так деморализовать, как безделье, и солдаты предпочитают рисковать жизнью в схватке, чем пережидать «скучную войну». В меньшей степени то же самое наблюдают психотерапевты, когда пациенты просят указаний, как себя вести и что делать, и остаются недовольны, если такой программы нет. Одно из следствий структурного голода – «голод на лидерство», который очень скоро проявляется, если лидер отказывается предложить программу или если он отсутствует и нет подходящей замены. Несомненно, здесь действуют и другие факторы, но так же очевидно, что длительная неожиданная тишина в группе или на радио вызывает у большинства людей все усиливающуюся тревогу.

Поскольку группа предлагает возможность структурирования промежутков времени, члены согласны платить за свое членство. Они согласны отказаться от части своих индивидуальных склонностей, чтобы обеспечить выживание группы и ее структуры. Они также оценивают тот факт, что лидер структурирует их время, и это одна из причин возникновения преданности лидеру.

Миссис Блэк назвала причину, по которой она играет в игры, и эти ее слова дают ответ на вопрос, почему люди стремятся к структурированию времени. Если Взрослый не занят или если деятельность Ребенка не направлена и не контролируется, существует опасность, что Ребенок, так сказать, вырвется на свободу и поведет себя таким образом, что индивид не в состоянии будет с ним справиться. Именно стремление избежать такого хаоса служит одной из сильнейших побудительных причин для объединения людей в группы и заставляет их приносить жертвы и приспосабливаться.

Потребность в социальных контактах и голод на структурирование времени могут быть названы предупредительными мотивами формирования групп. Цель формирования групп, присоединения и приспособления к ним – предотвратить биологический, психологический и моральный распад. Мало кто способен «перезарядить собственные батарейки», приподнять себя психологически за волосы и сохранить мораль без помощи извне.

Побуждения

Общение и даже просто присутствие других людей предоставляют много возможностей для удовлетворения потребностей, о которых говорилось выше, и все интуитивно или сознательно приобретают умение извлекать как можно больше пользы из своего членства в группе. Это удовлетворение достигается использованием вариантов участия, перечисленных в предыдущей главе. Окружающие приносят меньше удовлетворения в фантазиях, а больше всего – в интимности. Интимность подвергается угрозам по многим причинам, отчасти потому, что требует независимого структурирования и личной ответственности; к тому же, как уже отмечалось, она не предназначена для публичных ситуаций. Поэтому в группах большинство людей ограничиваются тем удовлетворением, которое могут получить в играх, а самые робкие не выходят за пределы времяпрепровождения.

Тем не менее скрытое или открытое, простое или осложненное стремление к интимности определяет наиболее напряженные и важные операции в групповых процессах. Это стремление, стимулирующее активные индивидуальные склонности, может быть названо индивидуальным ананказмом, внутренней необходимостью, которая всю жизнь ведет каждого человека к его судьбе. Четыре фактора способствуют разнообразию выражений этого ананказма: 1. Самоограничения и компромиссы, которые необходимы для выживания группы. Это вклад индивида в групповую сплоченность. 2. Маскировка, возникающая в результате страха перед долгожданной интимностью. 3. Индивидуальные различия в понимании интимности: для большинства это любовный сексуальный союз, для некоторых – просто проникновение в иное существо даже с причинением боли: сюда может включаться самовосхваление и самоуничижение. Существуют различия в желаемых поглаживаниях. Большинство хочет партнера противоположного пола, некоторые – и в любви, и в муках – нуждаются в партнере того же пола. На все эти элементы накладывается прошлый опыт взаимоотношений индивида с другими людьми. Со дня рождения каждый человек сталкивается с разными формами обращения – грубого и жесткого или мягкого и вежливого, в любых комбинациях и вариациях, и все это может сказаться на его представлении о природе интимности. 4. Разница в методах действия, образцы поведения, усвоенные в эмоциональных трансакциях с другими людьми.

Образцы старания

У каждого человека есть подсознательный план жизни, сложившийся еще в ранние годы, и человек всегда старается, насколько позволяют ситуации, его осуществлять. Этот план «призывает» других людей реагировать желаемым образом и в целом разделен на отчетливые разделы и подразделы, как пьеса. Можно даже в определенном смысле сказать, что театр есть производное от такого подсознательного жизненного плана, или сценария. Первоначальный набор переживаний, который лежит в основе жизненного плана, называется протоколом. Примером может служить Эдипов комплекс Зигмунда Фрейда. В трансакционном анализе Эдипов комплекс рассматривается не как простой набор отношений, а как развертывающаяся драма, разделенная, подобно трагедиям Софокла «Царь Эдип», «Электра», «Антигона» и другим пьесам, на естественные сцены и действия, предлагающие другим людям играть определенные роли.

Отчасти из-за преимуществ младенчества, даже проведенного в плохих условиях, у каждого человека сохраняется ностальгия по младенчеству и часто вообще по детству; поэтому в более поздние годы он стремится как можно точнее воспроизвести ситуации первоначального протокола, чтобы либо пережить их снова, если они были радостными, либо смягчить опыт, если он был неприятным. В сущности, большинство людей испытывают такую ностальгию и смятение, что готовы заново переживать опыт детства, даже если он был очень неприятным; отсюда странное поведение некоторых индивидов, которые готовы подвергнуться боли и унижениям, снова и снова повторяя одну и ту же ситуацию. В любом случае эта ностальгия составляет основу индивидуального ананказма. Это что-то вроде «повторяющегося принуждения» Фрейда, только одно повторение может занять всю жизнь, так что на деле повторений нет, а есть только грандиозное переживание своего протокола.

Поскольку сценарий связан с манипуляциями («пользованием») другими людьми, его первая потребность – подбор определенных актеров. Этот подбор происходит в периоды времяпрепровождения. Как они ни стереотипны, они тем не менее дают возможность в той или иной степени разглядеть особенности личностей участников. Это помогает каждому игроку отобрать людей, которых он хотел бы узнать получше, чтобы вовлечь в одну из своих любимых игр. Из тех, кто склонен играть и способен участвовать в его играх, индивид подбирает актеров для главных ролей в своем сценарии; это одна из важнейших причин выбора супруга (основная поддерживающая, или второстепенная, роль). Конечно, для успешного воплощения этот отбор должен быть взаимным и комплементарным.

Сценарий сложен, и хорошо, что не нужно рассматривать его целиком, чтобы понять, что происходит в большинстве ситуаций в группах. Обычно достаточно знать любимые игры участников.

Предварительный групповой имаго

Различные силы определяют членство в группе, и индивида не обязательно привлекает основная групповая деятельность. Если группа такая, в которой он лицом к лицу встречается с другими членами, становятся важны более личные стремления индивида. Как только членство в группе становится вероятным, у индивида начинает формироваться предварительный групповой имаго, образ группы, какой она ему кажется и какой он надеется ее узнать. В большинстве случаев этот предварительный образ под воздействием реальности недолго остается неизменным; но, как уже отмечалось, внутренний групповой процесс основан на желании каждого члена сделать действительную реальную группу как можно более соответствующей его предварительному групповому имаго. Например, человек может вступить в местный загородный клуб, потому что это дает ему возможность заниматься любимым времяпрепровождением. Если клуб не приспособлен для такого времяпрепровождения, вступивший может попытаться приспособить его. Членство в любой группе, состоящей из неженатых мужчин и незамужних женщин, почти всегда сопровождается надеждой найти пару, и эта надежда может послужить основанием для очень живого и многоцветного предварительного группового имаго.

Психотерапевтам часто приходится иметь дело с предварительными групповыми имаго, когда они предлагают пациенту вступить в терапевтическую группу. Пациент расспрашивает терапевта, чтобы либо приспособить имаго, который у него уже сформировался на основе чтения и слухов, либо сформировать имаго и таким образом знать, чего ему ждать. Если картина, нарисованная терапевтом, не соответствует ожиданиям пациента, он не будет настроен вступать и согласится только для того, чтобы угодить врачу, а не в надежде, что «группа» окажется для него полезной.

Если сценарий и игры, вплетенные в него и приводящие его в действие, основаны на прежних уровнях впечатлений индивида, его предварительный групповой имаго опирается на относительно недавний опыт: отчасти непосредственный, на основе групп, членом которых пациент уже был, отчасти опосредованный, из описаний групп, аналогичных той, в которую он хочет вступить. Реклама и торговля, в своей погоне за покупателем в особенности, занимаются созданием благоприятных предварительных групповых имаго.

Теперь должно быть ясно, что каждый индивид вступает в группу, вооруженный на первых порах 1) биологической потребностью в стимулировании; 2) психологической потребностью в структурировании времени; 3) социальной потребностью в интимности; 4) ностальгической потребностью в определенных трансакциях и 5) предварительным набором ожиданий, основанных на прошлом опыте. Задача индивида – приспособить все эти потребности и ожидания к новой реальности.

Приспособление

Каждого нового члена группы можно оценивать с точки зрения его приспособительных возможностей. Они состоят из двух различных характеристик: приспособляемости и гибкости.

Приспособляемость есть вопрос Взрослой техники. Она зависит от тщательности и точности, с которой индивид оценивает ситуацию. Некоторые индивиды благоразумно оценивают окружающих, прежде чем предпринять действия. Такие люди тактичны, дипломатичны, проницательны и терпеливы в своих действиях, при этом не отступая от цели. Приспособляемый человек постоянно изменяет свой групповой имаго в соответствии с опытом и наблюдениями в группе – с целью постепенно добиться наиболее полного удовлетворения потребностей своего сценария. Если сценарий призывает его стать президентом, он прокладывает свой путь осторожно и заранее оценивает опасности различных политических групп.

С другой стороны, «малоадаптивный» человек продвигается вперед вслепую, основываясь на своем предварительном групповом имаго. Это типично для определенного типа импульсивных женщин, которые сразу после вступления в группу начинают соблазнительную сексуальную игру, даже не осмотревшись и не оценив, в какой компании они оказались. Иногда грубые, неприспосабливаемые маневры такой женщины могут оказаться успешными и она вызывает реакции, которых требует ее сценарий: внимание мужчин и ревность других женщин. Однако если другими членами не удается так легко манипулировать, ее могут игнорировать представители обоих полов и даже дать отпор. В таком случае перед ней альтернатива приспособления или отчужденности; иначе она может быть вообще исключена из членства.

Вторая характеристика – гибкость зависит от способности и готовности индивида видоизменять элементы своего сценария или даже жертвовать ими. Индивид может решить, что нет надежды получить в группе желанные виды удовлетворения, – и взамен начать искать другие виды, более доступные. Или стремиться к меньшей степени удовлетворения, чем та, на которую рассчитывал. Негибкая личность не способна или не захочет избрать один из этих вариантов.

Таким образом, приспособляемость касается преимущественно Взрослого, задача которого добыть удовлетворение для Ребенка. Приспособляемая личность может сохранить свой сценарий нетронутым, изменив реалистически свой групповой имаго. Гибкость – дело Ребенка, который должен видоизменить свой сценарий в соответствии с возможностями, представляемыми групповым имаго. Отсюда ясно, что приспособляемость и гибкость часто накладываются, но могут оставаться и независимыми друг от друга, как покажет анализ четырех крайних случаев.

Приспособляемый гибкий индивид будет спокойно делать свое дело и с терпением ожидать результата («Политика – искусство возможного»). Это прагматичная, социально приспособленная личность, – «отыскиватель здравого смысла», который приносит принципы в жертву удобствам «социально приемлемым» путем. В некоторых профессиях такие свойства желательны или выгодны и могут сознательно культивироваться.

Приспособляемый негибкий член будет действовать терпеливо и дипломатично, но не откажется ни от одной из своих целей. В эту группу входят многие успешные бизнесмены со своим особым деловым «почерком». Не умеющий приспосабливаться гибкий человек мечется от одной цели к другой, не обретя толком ни мастерства, ни терпения, и будет удовлетворяться тем, что может получить, не меняя тактику. Не умеющий приспосабливаться негибкий человек – это диктатор: он готов добиваться своих целей, не обращая внимания на потребности других людей, он негибок в своих требованиях. Остальные должны играть по его правилам: он берет и дает что хочет.

Приведенные выше описания трансакционны и относятся к поведению индивида в группе, но они напомнят каждому характерные типы, встречаемые нами в жизни.

Следует отметить, что к приспособляемости ведет групповой процесс, а не групповая деятельность. Например, некоторые бухгалтеры никогда не могут приспособиться к группе в офисе; такие люди сосредоточены на своей работе и справляются с ней хорошо, но в остальном год за годом остаются изолированными, участвуя только в приветственных ритуалах.

Групповой имаго

Полный процесс приспособления группового имаго состоит из четырех различных стадий. Предварительный групповой имаго кандидата в членство – первая стадия – состоит из сплетения фантазий Ребенка и ожиданий Взрослого, основанных на предыдущем опыте. Этот имаго изменяется, превращаясь в приспособленный групповой имаго – вторая стадия; происходит это путем довольно поверхностной Взрослой оценки других людей; обычно эта оценка делается во время ритуалов и деятельности. В этот момент член готов участвовать во времяпрепровождении, но если он осторожен, то не будет начинать собственную игру, хотя может пассивно участвовать в играх других. Прежде чем начинать свою игру, он должен заменить приспособленный групповой имаго оперативным; это третья стадия. Эта трансформация происходит на основе следующего принципа: имаго члена не становится оперативным, пока он не сочтет, что знает свое место в групповом имаго лидера, и этот оперативный групповой имаго остается неустойчивым, пока не получит неоднократное экзистенциальное подкрепление. Чтобы стать оперативным, имаго должен иметь высокую степень дифференциации, упомянутой в пятой главе.

Мрачные примеры можно найти в воспоминаниях офицеров тайной полиции. Многие из этих офицеров чувствовали себя неуверенно в своем положении в иерархии службы, пока не решали, что знают, как их оценивают начальники, на которых они постоянно старались произвести впечатление в ходе работы. Но как только они ощущали уверенность в своем положении, они оказывались способными более отчетливо дифференцировать себя и коллег в своих групповых имаго и в полной мере проявить свои индивидуальные наклонности. Они становились все более и более уверенными в своих жестокостях и в отношении с другими членами группы, если чувствовали одобрение лидеров.

Более обычный пример оперативного приспособления – замкнутый мальчик в детском саду. Он может с трудом ладить с другими детьми, пока не посчитает, что знает, как оценивает его воспитатель. Конечно, все хорошие учителя интуитивно знают этот принцип и соответственно им пользуются. Если они действуют успешно, то отмечают: «Этот мальчик приспособился, и у него появились друзья», т. е. он дифференцировал других детей осмысленным образом. Аналогично в психотерапевтической группе приспособляемый член не начнет свою собственную игру, пока не подумает, что знает, какое место занимает в оценке лидера. Если он непостоянен и неприспособляем (например, тип импульсивной женщины, описанный выше), он может начать действовать преждевременно и понести соответствующее наказание.

Оперативный принцип может показаться сложным, но на самом деле он очень прост. Когда в семье рождается новый ребенок, остальные дети обращаются с ним с осторожной выжидательностью, пока не поймут, какое место они занимают относительно этого ребенка в групповом имаго родителей; а узнают это они путем проверки. Если отец сменился на отчима, разумный ребенок обращается с другими детьми тоже выжидательно, пока не поймет, как к ним относится новый родитель.

Оперативный принцип позволяет считать разумным использование диаграммы власти при изучении больных групп. Имаго каждого человека на такой диаграмме действует в соответствии с тем, как, по его представлению, относятся к нему вышестоящие и чего они от него ожидают; именно это определяет, как человек будет исполнять свою роль в организационной структуре. Первичный лидер или лидер, никому не подчиненный, должен своими средствами усиливать свой имаго. Но даже здесь может быть использован оперативный принцип. Независимый лидер, например, групповой терапевт в частной клинике, может чувствовать себя ответственным перед своим Родителем. Поэтому можно сказать, что подлинный лидер в некоторых терапевтических группах – это отец терапевта. Ниша лидерства в таком имаго занята его фантомом, и терапевт действует как исполнитель отцовского канона. (Кстати, когда хорошо дифференцированный член покидает группу, тоже остается фантом и сохраняется до конца действия траура, если такой конец наступает. Поскольку с фантомами возможны только аутистические трансакции, они вызывают множество интересных и сложных последствий.)

Четвертая фаза группового имаго – вторичное приспособление. На этой стадии член отказывается от собственных игр, чтобы играть так, как принято в группе, подкрепляя ее культуру. Если это происходит в малой группе или подгруппе, такое поведение может послужить ступенью к свободной от игр интимности. Однако деятельность должна продолжаться эффективно, независимо от стадии группового имаго индивида.

Четыре стадии приспособления группового имаго и их пригодность для структурирования времени таковы: 1) предварительный имаго для ритуалов; 2) приспособленный имаго для времяпрепровождения; 3) оперативный имаго для игр; 4) вторично приспособленный имаго для интимности.

Знание этой прогрессии позволяет с известной точностью определить значение четырех распространенных терминов, которые обычно используются неточно и смешиваются друг с другом: участие, вовлечение, обязательство и принадлежность.

Индивид, от которого исходят любые трансакционные стимулы и реакции, словесно или иным способом, тем самым принимает участие. Другими словами, участие противоположно отчуждению. Оно может произойти на любой стадии приспособления. Член может участвовать в деятельности, ритуалах, времяпрепровождении или в играх, в зависимости от того, насколько приспособлен его предварительный групповой имаго.

Личность («особа»), которая играет пассивную роль в игре другого члена, не беря на себя инициативу, вовлечена. Вовлеченность возникает, когда приспособленный групповой имаго еще не стал оперативным.

Член, берущий на себя инициативу, начиная собственную игру, или активно воздействующий в собственных целях на игру другого, берет на себя обязательства. Это происходит только после того, как его групповой имаго становится оперативным. Как уже отмечалось, у непостоянных индивидов это может произойти преждевременно и неуместно.

Принадлежность более сложна. Член обладает принадлежностью, если соответствует трем условиям: приемлемости, приспособленности и принятия. Приемлемость означает, что он отвечает требованиям членства. Приспособленность означает, что он готов отказаться от собственных игр в пользу тех игр, которые используются в группе. Такой отказ возникает в результате вторичного приспособления оперативного группового имаго. Тех, кто «рожден принадлежать», учат всем ритуалам, времяпрепровождениям и играм, приемлемым для их класса; их вторичное приспособление происходит на ранних стадиях обучения. Принятие означает, что другие члены осознают, что данный член отказался от некоторых своих индивидуальных склонностей в пользу групповой сплоченности и что он действует в соответствии с групповым каноном. Если он не сможет все это подтвердить, в принятии ему может быть отказано. Признаком принадлежности является уверенность, а знак принятия – то, что остальные члены относятся к новичку так, как предписано каноном. Если они разрывают социальный контракт и проявляют грубость, член утрачивает свою уверенность. Все это очень хорошо иллюстрирует процесс натурализации. Иностранец вначале должен быть приемлем, чтобы иметь возможность пересечь внешнюю границу при иммиграции. Затем от него требуется изучить канон страны, в которой он оказался. Чем лучше он приспосабливает свой групповой имаго, тем сильнее его принятость и принадлежность.

Сценарий

Сценарий является самым важным и в то же время самым трудным для исследования элементом, который индивид приносит с собой, вступая в группу. Например, при выборе нового президента из вице-президентов корпорации психолог может проверить способности различных кандидатов на эту должность, но сценарий определит, как использует индивид эти свои способности, а сценарий невозможно выявить никакими видами тестирования. Его выявление требует от опытного сценарного аналитика долгого периода психиатрических исследований. К счастью, однако, интуиция коллег кандидата, и особенно вышестоящих начальников, которые знают его много лет и видели в самых различных стрессовых ситуациях, иногда в этом отношении бывает очень надежна. Есть выдающиеся вице-президенты, сценарий которых требует от них превзойти покойного президента по эффективности, и есть не менее способные вице-президенты, в которых неподготовленный наблюдатель не заметит никаких признаков сценария, призывающего их уничтожить все созданное покойным президентом и уничтожить самих себя в этом процессе.

Приспособление сценария аналогично приспособлению группового имаго, но подготовительные стадии происходят до того, как индивид вступает в группу.

Первоначальная пьеса – протокол – обычно завершается в ранние годы детства, часто к пяти годам, иногда еще раньше. Эта пьеса может проигрываться снова и снова во все более изощренных формах, в соответствии с меняющимися способностями растущего ребенка, с его потребностями и социальными ситуациями последующих нескольких лет. Такая позднейшая версия сценария называется палимпсестом. Протокол и палимпсест довольно схематичны и не подходят в качестве программы для взрослого человека. Они по большей части забываются и сменяются более цивилизованной версией, собственно сценарием – планом, который индивидом не осознается (он находится в подсознании), но который можно с помощью соответствующих процедур сделать сознательным. Собственно сценарий близко родствен предварительному групповому имаго, и его можно обнаружить вместе с предварительным групповым имаго в фантазиях кандидата относительно его вхождения в группу. Как только кандидат становится членом, его сценарий проходит тот же процесс приспособления, что предварительный групповой имаго, в зависимости от гибкости индивида. В ясных случаях существует приспособленный сценарий, называемый адаптацией, затем оперативный сценарий и, наконец, вторично приспособленный. Очевидно и иногда поразительно сходство с постепенным созданием театральной пьесы или киносценария.

Поскольку для разыгрывания некоторых сценариев требуются годы или даже вся жизнь, их нелегко изучать в экспериментальных ситуациях групп, существующих недолгое время. Наиболее эффективно их можно прояснить, тщательно изучив всю предшествующую жизнь индивида или долговременной психотерапевтической группы, которые для этой цели подходят гораздо лучше индивидуальной терапии. Но до некоторой степени сценарий оказывает свое воздействие на большинство трансакций индивида на любой групповой встрече, в которой он принимает участие.

Один из самых легко вскрываемых сценариев – сценарий человека, индивидуальный ананказм которого трагически ведет его к неудачам. Такого человека исключают из колледжа, увольняют с одной работы за другой, и внимательный наблюдатель вскоре определит решающий момент во всех этих происшествиях, которые готовят сцену для финала; такой наблюдатель видит, как одна и та же драма снова и снова разыгрывается с различными наборами актеров.

Приспособление сценария можно проиллюстрировать на более конструктивном примере.

Терапевт, чей протокол призывал к «излечению многих людей» (своих братьев и сестер), в возрасте пяти лет приобрел палимпсест, в соответствии с которым приглашал к себе домой сверстников, чтобы играть в доктора. Протокол был основан на примере любимого семейного врача и на том, что в семье много болели. Палимпсест стал необходим, потому что братья и сестры Дэви были разного возраста и не хотели принимать участие в его играх, поэтому ему пришлось набирать актеров среди соседских детей. Собственно сценарий был активен и в школьные годы, когда Дэви приглашал к себе домой различные группы, надеясь стать их лидером. Адаптация произошла годы спустя, когда он стал групповым терапевтом – социально приемлемая возможность «приглашать к себе домой много людей, чтобы лечить их». Во время периода адаптации его усилия были пробными и не очень успешными. Во время действия оперативного сценария, когда Дэви проявлял больше инициативы в структурировании своей терапевтической группы, он действовал более эффективно, использовал меньше игр и добивался больших успехов. Он по-прежнему имел возможность «приглашать к себе домой много больных», но был достаточно гибок, чтобы отказаться от удовлетворения тем, что излечил их, руководствуясь высказыванием Амбруаза Паре: «Я их лечу, а излечивает Бог». Эта «встреча в моем доме» была первым действием длинного сценария, который привел к успешной профессиональной карьере, когда был правильно приспособлен.

Резюме

Мы рассмотрели путь индивида от младенчества до того времени, когда он становится членом группы, типы трансакций, в которых он может участвовать, и манеру, с которой он участвует в этих трансакциях. Мы теперь располагаем достаточной информацией, чтобы понять действия любого индивида в любой группе в терминах социальной динамики и завершить изучение структуры и динамики группы в целом.

Наиболее важные гипотезы, предложенные в ходе анализа процесса приспособления индивида к группе, таковы:

1. Социальные контакты и структурирование времени необходимы для психологического и, вероятно, биологического выживания.

2. Следовательно, главная проблема здоровья индивида – нахождение нужной для структурирования времени группы. Вторая по важности проблема заключается в получении максимально возможного при данных условиях удовлетворения.

3. Вторичные соображения ведут к появлению предварительного группового имаго, возникающего до вхождения в группу.

4. Затем индивид приспосабливает свои операции в группе в соответствии со своей приспособляемостью и гибкостью.

5. Его участие программируется мысленным образом группы, ее социальными обычаями, некоторыми идиосинкратическими образцами манипуляций и специфическими заранее установленными долговременными целями или, более точно, его групповым имаго, групповой культурой, его играми и его сценарием.

6. Он не будет брать на себя инициативу в групповом процессе, пока не сочтет, что знает свое место в групповом имаго лидера, хотя его заключение может оказаться преждевременным.

7. Групповой имаго и сценарий проходят через строго определенные стадии приспособления.

Термины, введенные в этой главе

Часть IV

Прикладная социальная психиатрия

Глава 13

Групповая психотерапия

Здесь рассматриваются только аспекты групповой динамики психотерапевтической группы, поскольку технические аспекты относятся к психиатрической литературе.

Диаграмма размещения

Диаграмма размещения, объединяющая список и схему, как показано на рисунке 1, поднимает несколько важных практических вопросов. Тригант Берроу еще в 1928 году отметил, что количество членов психотерапевтической группы должно быть не больше десяти, чтобы было достаточно возможностей для самовыражения индивидов. В наши дни многие терапевты предпочитают восемь, а некоторые работают с шестью. Теоретически можно работать и с меньшим числом, но трудность в том, что может случайно совпасть отсутствие двух и большего числа членов, и тогда терапевту придется работать с двумя или одним человеком, а такая ситуация не благоприятствует использованию группы как терапевтического инструмента. Поэтому практический минимум – пять членов. В группе, в которой больше десяти членов, почти невозможно непрерывно держать их всех в поле внимания, так что групповая терапия в больших группах проходит совсем не так, как в меньших.

Некоторые терапевты предпочитают двухчасовые сеансы. Часа слишком мало, потому что необходим период разогревания, и отдельную фазу представляет также окончание сеанса, и между этими фазами остается недостаточно времени для необходимой работы по сбору информации и наблюдения и их оценки, чтобы групповой процесс принес максимальные терапевтические результаты. Однако установлено, что сокращение сеанса до полутора часов не приносит вреда. Ошибочное впечатление могут создать некоторые пациенты, которые предпочитают воздерживаться от значительных трансакций до конца сеанса. Ошибка в выводе, будто им необходимы два часа, чтобы разогреться. В сущности, такая активность в конце сеанса есть часть игры и будет происходить именно в конце независимо от продолжительности группового сеанса. Если двухчасовой сеанс сократить до 90 минут, будет установлено, что пациент, начинавший игру к концу второго часа, теперь будет это делать к концу полутора часов. Поэтому сокращение сеанса не сказывается на эффективности терапии; больше того, эта эффективность может усилиться из-за общего напряжения. К тому же меньшая продолжительность сеанса позволяет терапевту встретиться в течение дня с большим количеством групп, что желательно при нынешнем состоянии психотерапии из-за относительной редкости терапевтов в мире. Особенно относится это к Африке и Востоку, где чрезвычайно низко отношение психотерапевтов к общей численности населения.

Что касается оборудования помещения, принципиальным фактором является наличие или отсутствие стола, точнее, наличие или отсутствие пустого места в центре помещения. То, что находится в центре помещения, наделяется особыми свойствами, и если это пустое пространство, то с ним обращаются по-другому, чем с объектом вроде стола. К тому же стол скрывает нижнюю часть тела членов, что в какой-то степени сказывается на происходящем в группе, особенно если группа состоит из представителей обоих полов. В настоящий момент нет достаточной информации для уверенных утверждений о значении наличия или отсутствия стола, но нет сомнения, что оно имеет определенное значение.

Диаграмма власти

Групповые терапевты государственных больниц неохотно признают то, что их группы динамически отличаются от тех, что существуют в частной практике. Отличия объясняются диаграммой власти и оперативным принципом, который в какой-то степени воздействует на все, что делает терапевт в государственной больнице. Диаграмма власти для психотерапевтической группы больницы дается на рисунке 29. Всякий проводящий групповую терапию в этом заведении в первую очередь отвечает непосредственно перед главным врачом клиники, а во вторую очередь – перед главой администрации и некоторыми другими чиновниками, как показано на диаграмме. В подсознании терапевта постоянно сохраняется представление о том, чего эти люди ожидают от него. При обычных условиях эти представления могут и не стать сознательными, но во времена стресса они проявляются. Каждый работник клиники в глубине души постоянно помнит, что любой пациент может обратиться к губернатору или другому чиновнику, и, как ни маловероятна такая возможность, она в редких случаях способна оказать решающее влияние на собственную карьеру чиновника.

В организациях под федеральной юрисдикцией, таких, как администрация по делам ветеранов, диаграмма власти должна быть расширена до главы департамента в Вашингтоне и еще дальше, вплоть до президента Соединенных Штатов, потому что возможно, что дело пациента психотерапевтической группы приобретет общегосударственное значение, и это известно федеральным служащим. Обычно терапевт знает, чего ждет от него непосредственный начальник и глава его клиники; он знает также, что, если не будет удовлетворять этим ожиданиям, у него возникнут трудности. Поэтому, прежде чем организовывать психотерапевтическую группу, важно начертить диаграмму власти, чтобы прояснить, чего, по мнению терапевта, от него ожидают. Часто он сам бывает очень удивлен тем, что выясняется, потому что гордость не позволяла ему признать влияние этих факторов.

Власть внутри самой группы зависит от способностей лидера. Если назначенный терапевт слаб, пациенты могут пожелать изменить лидерство. Если он компетентен, такое происходит редко.

Врач в частной клинике для всех практических целей ответствен только перед собой и потому не должен принимать во внимание ожидания и требования начальственной иерархии. Все это можно подытожить, сказав, что старший лидер психотерапевтической группы в больнице – это главный врач, а незримый лидер терапевтической группы в частной практике, как уже отмечалось, отец (или мать) терапевта. Интересно также отметить, что в терапевтических группах, которыми руководят психоаналитически подготовленные терапевты, присутствует активный эвгемер Фрейда. И пациенты часто хорошо это знают, так что в таких группах во времена стрессов можно ощутить влияние эвгемера.

Структурная диаграмма

Психотерапевтическая группа обладает структурой малой группы с двумя классами: лидерством, представленным одним индивидом – терапевтом, и членством, представленным классом индивидов – пациентами. Обычное отступление от этой простой структуры – наличие составной или сложной структуры внутри лидерства, представленной наблюдателем, помощником или другим терапевтом.

Фантом сложности может быть введен, если сеанс каким-то образом механически записывается. Группа становится сложной из-за фантазий, которые появляются у пациентов относительно записывающей аппаратуры. Говорят, пациенты постепенно привыкают к тому, что сеансы записываются, но это всегда достигается определенной ценой и приводит к искажениям нормальной процедуры: свою тревогу пациенты подавляют, усиливая защиту, а эта защита обязательно сказывается на природе происходящего. Это легко заметить, когда пациента переводят из группы, сеансы в которой регулярно записываются. Если он попадает в группу, в которой сеансы не записываются, или переходит к индивидуальной терапии, вскоре становится ясно, что фантазии относительно того, что делают с записями, во время его членства в предыдущей группе были очень активны. Эти фантазии легко оживить, и часто они удивляют самого пациента, который о них забыл, хотя на самом деле они все время присутствовали.

В некоторых больницах на сеансах присутствует второй терапевт, и пациентам хорошо известно, что на самом деле так называемый второй терапевт – это помощник, подчиненный старшему терапевту группы. Лицемерие лидерства признается групповым имаго и представлено в жаргоне как элементе групповой культуры. Невнимание к этой психологической реальности приносит больше вреда, чем пользы, и миф о «втором терапевте» ослабляет терапевтическую эффективность. Во всяком случае присутствие более чем одного индивида в регионе лидерства порой непредсказуемо изменяет происходящее. Поэтому введение второго индивида как орудия лидерства всегда должно делаться осторожно и с сознанием того, что с ним связаны определенные недостатки, которые во многих случаях могут перевесить достоинства от наличия в группе терапевта и его помощника.

В такой простейшей группе лидер действует как собственный внутренний и внешний аппарат: он отбирает членов, определяет время и место встречи, устанавливает мебель и другое необходимое оборудование, отвечает на телефонные звонки, ведет дела с властью за пределами группы, собирает оплату и поддерживает порядок внутри группы. Временами эти обязанности могут передаваться второму терапевту или наблюдателю.

Динамическая диаграмма

Для большинства психотерапевтических групп внешним давлением можно пренебречь. Обычно внешнее давление может сказаться на проведении сеансов во времена войн и в редких случаях ураганов, землетрясений или эпидемий. В больницах внешнее давление представлено людьми, которые обладают достаточной властью, чтобы перевести терапевта или временно прекратить сеансы. Если возникает ситуация, в которой это давление активизируется, терапевт может иметь с ним дело, ничего не говоря пациентам, а может и обсудить с ними.

Однако в большинстве случаев переход в состояние боевой группы для психотерапевтических групп очень необычен; чаще группа остается простой процессуальной. Трансакции пациентов могут быть разделены на трансакции главного процесса – они обычно называются феноменом трансференции, – и трансакции второстепенного процесса, т. е. трансакции между пациентами, в которые сам терапевт непосредственно не вовлечен. Теоретически любая трансакция в такой группе подвергается воздействию трансференции, т. е. главного процесса, но на практике возможно различать трансакции главного внутреннего процесса и трансакции второстепенного внутреннего процесса, или, пользуясь терминами групповой динамики, трансакции, в которых индивидуальные склонности связаны с групповой сплоченностью, и трансакции, в которых индивидуальные склонности двух или больше пациентов связаны друг с другом.

Элементарная классификация цепочек трансакций, особенно полезная для начинающих в групповой терапии, – это триада: обсуждение – объяснение – выражение. Обсуждение связано с внешней средой (времяпрепровождение и деятельность). Описание связано с личными чувствами – скорее разговоры о них, а не проявление; это Взрослые описания отношений Ребенка и Родителя и часто составляют элемент игры «психиатрия». Описания часто обозначены присутствием местоимения «это» вместо «то»: «Вот этим я занимался вчера», а не «Вот то, что я делал вчера». Выражением называют прямое неразбавленное проявление чувств относительно другого члена группы.

Групповые имаго

Подлинная цель большинства динамических психотерапевтических групп – прояснить групповые имаго индивидуальных членов, хотя это можно выразить и по-другому. Некоторые терапевты считают, что протокол всех терапевтических групп основан на ранних событиях семейной жизни. Поэтому групповой имаго является воспроизведением младенческого или детского группового имаго. Однако, вероятно, слишком легко соглашаться с таким утверждением неверно, и неосторожные выводы в этом направлении приводят к утрате ценных соображений; в особенности страдают важные наблюдения за приспособлением.

Трансакционная диаграмма

Преимущество использования трансакционного анализа в групповой терапии в том, что он повышает теоретическую эффективность этого лечения до ста процентов. В принципе любой стимул и любая реакция, какими бы тривиальными они ни казались, представляют собой плодотворный объект для анализа. Нет необходимости ждать «материала», и не бывает такого явления, как «непродуктивные» сеансы, если только сам терапевт не делает их такими. Старая шутка относительно психиатра, который сказал коллеге «Здравствуйте!», на что тот ответил: «Что вы под этим имеете в виду?», становится серьезной центральной проблемой трансакционного анализа[31]. Тот факт, что у терапевта есть строго определенная прогрессирующая программа, ведущая от структурного анализа через собственно трансакционный анализ и анализ игр к анализу сценария, придает ему уверенность и открытость, которые сами по себе оказывают терапевтический эффект и устраняют осторожный пробный подход, служащий признаком техники, заимствованной у индивидуальной терапии. Трансакционный анализ – это сильный инструмент групповой терапии, поскольку создан на базе теории, рожденной в кабинете групповой терапии. Поэтому он не только действен, но и высокоэффективен в терапевтическом отношении.

Трансакционные диаграммы того, что происходит в терапевтической группе, являются образцами для других трансакционных диаграмм, поскольку только в таких группах можно адекватно исследовать характеристики трансакций. Поэтому основные сведения о взаимоотношении индивидуальной и групповой динамики получены именно в терапевтических группах. Поэтому все, кто работает с группами, обычно интересуются групповой терапией и поступают в психотерапевтические группы в качестве пациентов, особенно если хотят изучить принципы структурного анализа, трансакционного анализа и анализа игр. Похоже, что лидерам самых разнообразных групп такой опыт полезен – как для понимания собственных внутренних проблем, так и для уяснения того, что происходит в их группах; но только если они искренне считают, что нуждаются в личной психотерапии.

Глава 14

Терапия неэффективно функционирующих (больных) групп

Прикладная групповая динамика

Прикладная социальная психиатрия имеет дело, с одной стороны, с нездоровыми трансакциями между индивидами – в этом основная польза групповой психотерапии; с другой стороны, с болезненными аспектами организаций и групп – здесь она становится ответвлением прикладной групповой динамики.

Терапия неэффективных групп, как и терапия индивидов, зависит от ясного понимания проблемы. В обоих случаях лечение может рассматриваться в классических рамках патологической структуры (анатомия), патологических функций (психология), симптомов, диагнозов, перспектив и средств. Чтобы понять причину неполадок в группе, нужно иметь достаточно информации, позволяющей начертить по крайней мере 6 диаграмм: расположения, власти, структурную, динамическую, имаго и трансакционную. Вдобавок необходимы сведения из истории группы и о мотивациях лидерства и членства. Чтобы найти средство лечения, необходимы также наблюдения за происходящим в группе.

В настоящее время терапия больных (неэффективных) групп находится преимущественно в руках промышленных психологов. Но затронутые вопросы касаются всех руководителей аппарата, всех законодателей, публичных политиков, политологов, экономистов, социологов, специалистов по образованию, криминалистов и иногда (как, например, на островах южной части Тихого океана) антропологов. В сущности, это относится к любому человеку, входящему в лидерство, и к любому члену группового аппарата.

Один из наиболее существенных вкладов промышленной психологии – следующий принцип: ни один конфликт между двумя классами членства не может быть разрешен удовлетворительно путем отдельного консультирования с разными классами. Например, возникает конфликт между управляющими и рабочими фабрики. В таком случае консультант, который вначале встречается с управляющими, потом с рабочими, или наоборот, мало чего добьется. Способствующее усилению продуктивности увеличение сплоченности и ослабление возбуждения может быть достигнуто только на совместной встрече с обеими подгруппами. Из этого принципа логично следует полезность «семейной групповой терапии».

Однако личный лидер является персональным воплощением групповой сплоченности, и его групповой имаго воздействует на поведение всех членов в соответствии с оперативным принципом. Поэтому сдвиг в его групповом имаго будет иметь следствием изменение частной структуры группы, в результате чего изменится и эффективность. Поэтому в терапии неэффективной (больной) группы наиболее сильным оружием являются консультации с лидерством.

Для иллюстрации практического применения этого метода будет использовано четыре примера: клиника амбулаторного лечения, психотерапевтическая группа, больница штата и клуб мальчиков. Лучший способ изучить психотерапию больных групп – проведение регулярного профессионального семинара, с еженедельными занятиями, как минимум двухчасовыми: один час отводится представлению случая, второй – обсуждению диагноза. Как только установлен точный диагноз, лечение обычно не представляет трудностей, а результаты могут быть проверены на новом представлении – через несколько недель или месяцев. Подойдет почти любая группа или организация, при условии, что лидер или постоянный член согласен представить необходимую информацию – например, неспокойный класс, средняя школа; департамент здравоохранения округа, благотворительная клиника, дезорганизованная театральная труппа, больница, группа трудных подростков, иными словами, любая группа, не дающая ожидаемых результатов. Больше всего информации способна предоставить психотерапевтическая группа, поскольку психотерапевт знает о членах больше, чем лидер любой другой группы. Чтобы предупредить отвлеченные рассуждения и шумное обсуждение, следует предоставить право с самого начала задавать тому, кто представляет случай, специальные вопросы, чтобы члены семинара обратили внимание на те симптомы, которые вызывают тревогу.

Неэффективная клиника

Доктор Лебон недавно был назначен главным врачом амбулаторной психиатрической клиники в городе среднего размера, расположенном в глубине страны. Его предшественник доктор Фабель ушел в отставку, чтобы заняться частной практикой. У доктора Лебона не было опыта административной работы, но он считал, что обладает нужными способностями, и хотел использовать их наилучшим образом. Коллега порекомендовал ему обратиться к доктору Кв.

Доктор Фабель уделял мало внимания организационным аспектам работы клиники. Он предпочитал заниматься пациентами, предоставляя остальным работникам действовать так, как им хочется. Доктор Лебон рассказал, что состояние дисциплины в клинике низкое. Никто не выступает на больничных конференциях, и сами конференции проводятся поверхностно и вяло. Он попытался пересмотреть некоторые медицинские и терапевтические процедуры так, чтобы получить лучшее представление, как работники выполняют свои обязанности, и это вызвало всеобщее негодование.

А. Первый сеанс

На первом сеансе доктор Кв. попросил доктора Лебона сформулировать проблемы, которые ему кажутся самыми важными. Затем расспросил его о подробностях, которые позволяли бы начертить шесть основных диаграмм. Поскольку это была частная консультация, а не обучающий семинар, доктор Кв. не стал чертить эти диаграммы на доске, но составил их в своем сознании. Он не пытался прочитать доктору Лебону курс групповой динамики. Он сосредоточил свои мнения и предложения на тех вопросах, которые поднял доктор Лебон, и сказал лишь столько, чтобы доктор Лебон мог следить за ходом его мысли; когда в целях точности необходимо было использовать специальный термин, доктор Кв. объяснял его значение так, чтобы доктор Лебон знал, к чему именно в его профессиональной ситуации относится этот термин. Такой подход оказался вполне приемлем для доктора Лебона. Будучи практикующим клиницистом, он не хотел получить теоретический курс; ему нужны были практические решения конкретных проблем, и он доверял мнению доктора Кв., как доверял бы суждениям консультанта в любой другой отрасли психиатрии или медицины.

Рис. 28. Диаграмма размещения

При выполнении диаграммы размещения (рис. 28) не было необходимости вдаваться в подробности. Доктор Лебон кратко описал расположение помещений в клинике; большие кабинеты отводились ему самому, главному психиатру и главному социальному работнику, остальные штатные работники клиники получали меньшие кабинеты; затем имелись комната ожидания, регистратура, помещения для неотложной помощи, кабинеты секретарей и конференц-зал. Важно подчеркнуть, что доктор Лебон считал физическое оборудование клиники вполне удовлетворительным.

Больше внимания было уделено диаграмме власти. Клиника финансировалась городом, некоторые средства поступали и из бюджета штата. Финансами распоряжался глава департамента здравоохранения, которому непосредственно подчинялся главный врач. Глава департамента подчинялся, с одной стороны, мэру, с другой – совету попечителей. Местные газеты активно интересовались клиникой, общественность в целом – тоже, поскольку ожидалось, что она уменьшит потребность в средствах на благотворительность и предоставит хорошее психиатрические лечение тем, кто не может себе позволить обратиться к частному психиатру. На первом сеансе выяснилось, что высшие представители цепочки власти непосредственно не вовлечены в проблему, и поэтому от данного аспекта вскоре отказались. Однако низшая часть цепочки казалась больше обеспокоенной и потому требовала более подробного исследования. Старшие эшелоны власти отчасти представлены на рисунке 29; самые низшие включают смотрителей и секретарей, но, как выяснилось, они в данном случае совсем не вовлечены.

Рис. 29. Диаграмма власти

К этому времени стала яснее структурная диаграмма. В отличие от некоторых клиник, которые структурированы как составные группы и в которых психологи и социальные работники подчинены медицинскому персоналу и работают под его контролем (рис. 30А), эта клиника была структурирована как сложная группа. Психиатры, психологи и социальные работники функционировали как независимые подгруппы, так что главный врач служил только административным буфером, защищавшим их от внешнего давления (рис. 30Б). Доктор Лебон указал на это, отметив, что процедуры в клинике недостаточно регламентированы. Все поступали так, как им хочется. Особенно противились всякому вмешательству социальные работники. Главным социальным работником была энергичная, собранная женщина с крупной фигурой, гораздо более агрессивная, чем, например, доктор Фабель.

Рис. 30. А (вверху). Типичная клиника. Б (внизу). Неэффективная (больная) клиника

Именно социальные работники больше всего возмущались, когда доктор Лебон начал пересматривать терапевтические процедуры. Они считали, что это вторжение в их область и покушение на их права (социальный контракт, каким они его видели). Пытаясь успокоить их, доктор Лебон объяснил, что затеял этот пересмотр в соответствии с законом штата о здравоохранении.

Теперь доктору Кв. стали ясны важнейшие аспекты динамической диаграммы (рис. 31). Внешнее давление практически отсутствовало. Социальные работники ослабляли сплоченность группы путем возбуждения на главной внутренней границе и также с помощью интриг на второстепенной внутренней границе между психиатрами и социальными работниками, свободно проявляя свои индивидуальные склонности и не делая компромиссов в пользу эффективности и выживания группы в целом.

Рис. 31. Динамическая диаграмм

В этот момент доктор Кв. сделал три замечания доктору Лебону. 1. Он объяснил принцип, согласно которому члены группы не участвуют в групповом процессе, пока не сочтут, что знают свое положение в групповом имаго лидера, и, только узнав его, действуют соответственно. Прежний главный врач своей политикой невмешательства не давал социальным работникам никаких указаний на их положение в групповом имаго. Поэтому при его режиме они не были вовлечены в главный процесс, и доктор Фабель и социальные работники относились друг к другу как чужаки, с последующим ослаблением групповой сплоченности. Но в своей собственной подгруппе главный социальный работник был хорошим психологическим лидером. Остальные хорошо знали, какое место занимают в ее представлениях, и это позволяло им участвовать в процессе подгруппы. Как пояснил доктор Лебон, они были заняты игрой на соперничество. На одном уровне они были эмоционально вовлечены в лечение пациентов, а на другом – соперничали друг с другом за одобрение главного социального работника, используя преимущественно стереотипный терапевтический подход, который она одобряла (это была версия игры, которая называется «Я только пытаюсь вам помочь»). Они негодовали против вмешательства доктора Лебона в их игру и боялись его, не зная, насколько далеко он готов зайти в этом отношении. Культура группы в целом была мягкой и вялой.

2. Доктор Кв. указал, что лидеры существуют отчасти для того, чтобы представлять объект враждебности для членов, и что доктор Лебон не должен быть удивлен или раздражен их реакцией на его вопросы, потому что его вопросы указывают, что в будущем работников могут ожидать неприятности, если он не удовлетворен их работой. Доктор Фабель действовал скорее как внутренний аппарат, чем настоящий главный врач. Теперь работники столкнулись с человеком, который хотел быть ответственным и эффективным лидером, а не просто администратором, который лишь занимался бумагами и играл роль буфера. Следовательно, им тоже приходится стать ответственными и эффективными. Если они не будут сопротивляться, их Взрослые займутся клинической работой, оставив их Родителей раздраженными и негодующими. Следовательно, хотя доктор Лебон понимает их чувства, это не должно мешать ему делать то, что он считает нужным.

3. Говоря, что он предпринял перемены в соответствии с законом штата о здравоохранении, доктор Лебон начал трехстороннюю игру, в которой призвал в качестве подкрепления законодательное собрание штата. Поскольку работники не могут нападать на законодателей, они становятся беспомощными. Доктор Лебон всегда мог отмахнуться от их недовольства, переадресовав его тем, с кем работники не могут встретиться, и не отвечая на это негодование самому. Этот «успешный» маневр, каким он его считал, мог быть успешен в том смысле, что спасал его от беспокойства ответственности, но на самом деле, вероятно, вызвал бы еще более глубокое недовольство. Поскольку он уклонялся от ответственности, подчиненные могли перейти к пассивному сопротивлению, что еще больше ослабило бы сплоченность группы. Больше того, подчиненные вполне справедливо могли бы истолковать его объяснение как признак слабости, и это ослабило бы их уважение к нему и делало бы для них трудным принятие его лидерства. Тот факт, что такая уловка – ссылка на высшую власть – является распространенной, вовсе не означает, что это хорошее средство; возможно, его распространенность свидетельствует о том, как трудно быть смелым лидером.

Б. Второй сеанс

На следующем сеансе, две недели спустя, доктор Лебон описал конференцию штата больницы. Появилась возможность трансакционного анализа, и можно было представить себе групповые имаго социальных работников (рис. 32А). Выяснилось, что социальные работники рассматривают больничный штат, включая самих себя, как группу не по летам развитых детей, в которой все находятся на одном уровне, под благосклонным управлением правительства штата и города.

Рис. 32. А (вверху). Групповой имаго члена разъединенной подгруппы (слабая сплоченность). Б (внизу). Групповой имаго члена соединительной подгруппы (сильная сплоченность)

Согласно описанию доктора Лебона, три психолога стояли особняком в своей малой подгруппе и сосредоточились на выполнении работы; их разговоры касались только профессиональных проблем, и они не участвовали в общей дискуссии, как делали социальные работники. Психиатры действовали преимущественно как независимые индивиды, каждый был заинтересован только в своих пациентах и почти не принимал участия в групповом процессе. Конференции проводились с повторами, они были ритуальными, со строгим соблюдением этикета, предписанного социальным контрактом. Не было ни откровенных дискуссий, ни подлинной мысли; никто не хотел критиковать или слышать критику. После представления истории болезни отношение членов было таким: «Не говори ничего деструктивного. Сосредоточься на конструктивном». Так и вслух говорил не один социальный работник. Выступление заключалось только в подкреплении персоны говорящего в качестве «хорошего» терапевта. При таком жестком ритуале никакая деятельность не была возможна, и пациенты почти ничего от таких конференций не получали.

Проблема заключалась в развитии более полезной групповой культуры. Прежде всего нужно было изменить слабо дифференцированные групповые имаго социальных работников, которые представляли ситуацию скорее как прием, чем как группу или организацию, преобразовать эти имаго в нечто более эффективное и побудить психиатров и психологов к большему участию. Доктор Лебон должен был ясно показать, что его долг и право как лидера – подвергать сомнению персоны подчиненных и дифференцировать себя от остальных членов. Но чтобы сделать это, он должен принять на себя ответственность, связанную с нишей лидерства, а не занимать нишу просто одного из членов. Желаемая перемена имаго представлена переходом от рисунка 32А к рисунку 32Б. Вопрос состоял в том, насколько быстро нужно осуществлять этот переход. Дилемма такова: чем быстрей, тем лучше для пациентов; чем медленней, тем лучше для штата, тем больше времени у работников для приспособления и тем меньше вероятность ухода. Было установлено, что социальные работники, лично вовлеченные в положение своих пациентов, с трудом отказываются от своей психологической позиции и часто предпочитают скорее бежать, чем отступить организованно.

Помимо необходимости тщательного расчета времени, возникала также трансакционная сложность. Существовала опасность, что сомнение в персоне «хорошего» терапевта приведет к возникновению пересекающейся трансакции. Каким бы объективным ни был лидер, его замечания скорее всего будут рассматриваться (по крайней мере вначале) как критика Родителя относительно Ребенка, в результате возникнет ситуация, представленная на рисунке 33, с реакцией возмущения. Лучше всего было бы затронуть Взрослого работников, подчеркнув их «хорошую клиническую практику», прежде чем подвергать сомнению какую-нибудь конкретную процедуру. Вызвав гордость Взрослого, лидер получал сильного союзника, внутреннюю сдержанность против возмущенного восстания со стороны Ребенка члена. Предстояло проверить, как доктор Лебон воспользуется такой возможностью.

Рис. 33. Пересекающаяся трансакция типа I.

Стимул: «Давайте обсудим это».

Реакция: «Почему вы всегда мной недовольны?»

Доктор Лебон спросил, должен ли он поговорить спокойно с подлидером, властной женщиной – главным социальным работником, и предоставить ей действовать самостоятельно или вмешаться самому. Первая альтернатива – попытка «спрятаться за ее юбкой» – не обещала быть конструктивной. Эта женщина получала большое удовлетворение от своего положения независимого лидера, а он должен был попросить ее отказаться от этого положения и перейти на его сторону. Она сделает это, только если решит, что взамен получит что-то. Это означало, что ему предстоит «соблазнить» ее, чтобы она привела свою подгруппу в его подчинение. Соблазнение, каким бы тонким и скрытым оно ни было, всегда содержит в себе невысказанные обещания и непредсказуемые последствия. Это нечто вроде «сделки». Было предложено, чтобы доктор Лебон сначала поговорил с подлидером, чтобы подготовить ее, а потом взял все на себя. Если он ясно покажет, что не заключает сделку, но что он лидер и ожидает от нее сотрудничества, в таком случае он не соблазняет, а укрепляет группу. В этом случае перед ней две возможности: открыто восстать или признать его лидерство и уважать его; и с тем и с другим легче справиться, чем с последствиями первого предложения.

При обсуждении этой проблемы отчетливо проявились характеристики доктора Лебона как лидера, и он с готовностью принял на себя ответственность. У него была тенденция в провозглашении своей политики становиться в позу проповедующего Родителя, а не практичного Взрослого. И если ему бросали вызов, он, как маленький мальчик, ссылался на высшую власть, вместо того чтобы действовать самостоятельно. Теперь он яснее все это понял, но по-прежнему иногда обнаруживал, что поступает по-старому; тем не менее он считал, что в этом отношении есть большое улучшение, и в будущем оно станет еще больше.

В. Третий сеанс

Во время третьего сеанса, который проходил через месяц после второго, доктор Лебон рассказал, что штат больницы теперь в лучшей форме и что обсуждение принесло большую пользу. После предыдущего сеанса он поговорил наедине с главным социальным работником. Он просто спросил у нее, как она представляет себе роль социального работника, и остановился на этом, не развивая свой вопрос и не оправдывая его. Для него такая формулировка вопроса была необычной и казалась даже слегка неестественной. К его большому удивлению, она не заняла оборонительную позицию, хотя вначале казалась смущенной его новым подходом, но принялась деловито отвечать на вопрос, перечислив задачи, которые законом относятся к ее профессии. Доктор Лебон молча слушал и потом заметил, что многие из этих задач выходят за пределы возможностей психиатра, а также ясно указал на абсолютную необходимость деятельности в клинике социальных работников. Он предложил, чтобы на следующей конференции социальные работники поговорили о своем вкладе в работу клиники. Выступления получились неудачными, и доктор Лебон счел, что социальные работники встревожены и недовольны его предложением. Доктор Кв. согласился с его мнением и сказал, что социальные работники сопротивляются вторжению в то, что они считают своим полем деятельности.

Тем не менее эти выступления имели хорошие последствия. До сих пор психиатры не понимали полезности социальных работников, поскольку те вели себя как соперники медицинского персонала. Теперь психиатры впервые увидели и поняли, что такое социальная работа, если она ведется правильно, и что социальные работники могут внести большой и уникальный вклад в эффективность клиники. Несмотря на все свои недостатки, эта конференция произвела сильное впечатление на штат, так что разные члены начали «ценить» друг друга (то есть прислушиваться друг к другу) впервые с начала работы клиники.

Доктор Лебон перешел к другой проблеме. Он хотел открыть в местной больнице стационарное отделение, а социальные работники возражали, потому что такое отделение вызовет у населения представление, будто клиника имеет дело со «свихнувшимися». Доктор Лебон хотел наедине поговорить со старшим инспектором больницы и уговорить его представить дело так, будто это его, инспектора, идея открыть психиатрический стационар. Доктор Лебон считал, что таким образом сможет переложить ответственность за стационар и избежать критики со стороны социальных работников.

Доктор Кв. сказал, что, по его мнению, это очень неудачный ход, поскольку доктор Лебон снова пытается начать трехстороннюю игру со штатом, в которой его союзником должен выступать старший инспектор; однако на этот раз ход еще хуже, потому что связан с сохранением тайны. Поскольку в данный момент задачей доктора Лебона было покончить с играми, в которые играет с ним штат больницы, казалось неразумным начинать собственную игру.

В этом месте доктор Кв. про себя подумал, что если бы доктор Лебон осуществил свой план, рано или поздно он подсознательно организовал бы утечку информации и тем самым навлек на себя неприятности в тот самый момент, когда «все идет хорошо». Однако он не сказал этого вслух, потому что доктор Лебон обратился за терапией больной группы, а не за терапией своих личных проблем. Психиатру, консультирующему по вопросам групповой динамики, всегда легко предположить, что лидер нуждается в персональной психотерапии, но это просто означает, что консультант добрался до конца своих знаний в области групповой динамики. Если это все, что он может предложить, ему лучше отказаться от работы до начала.

Очевидно, мысли доктора Лебона развивались в том же направлении, потому что следующие его слова были о том, что ему предстоит сделать выбор: либо самому пройти курс психотерапии, либо глубже изучить социальную динамику. Он добавил, что не считает себя «очень больным». Доктор Кв. ответил:

– Не думаю, чтобы вы вообще были «больны». Вопрос не в том, больны вы или нет, а в том, какая процедура работает, а какая нет.

Они согласились, что дальнейшие консультации следует отложить. Доктор Лебон сказал в заключение:

– У меня в сознании многое прояснилось, а ситуация значительно улучшилась. Мне кажется, теперь я знаю достаточно о слабостях людей, включая меня самого, чтобы продолжать самостоятельно.

Последующие события подтвердили его мнение.

Больная психотерапевтическая группа

Психотерапевтические группы во многих отношениях аналогичны простым рабочим группам, таким, например, как класс в сельской школе или работники на плантации. Главная разница – в групповой культуре. Во всех трех разновидностях диаграмма размещения позволяет всем говорить друг с другом непосредственно, штатное расписание и структурная диаграмма просты, всего с двумя ролями («надсмотрщик» и члены). Небольшое различие есть только в диаграмме власти; пока работа делается, маловероятно вмешательство сверху, а если что-нибудь идет не так, лидер точно знает, перед кем он отвечает: перед главврачом клиники, перед школьным советом или перед управляющим плантацией. Если группа здоровая, динамическая диаграмма тоже проста: лидер обладает почти абсолютной властью во введении определенных ограничений, а члены не обладают никакой властью друг над другом. В большинстве случаев работа происходит без помех и перерывов со стороны внешнего давления, хотя наводнение или ураган могут помешать функционированию этих групп. Имаго элементарного типа, если у группы сильная сплоченность, трансакции преимущественно типа Взрослый – Взрослый в деятельности и Родитель – Ребенок в главном процессе.

Болезни, поражающие класс, обычно связаны с мягкостью и некоторыми формами вялости культуры. На плантациях, если судить по газетным отчетам, трудности обычно возникают в противоположных условиях излишней твердости и строгости. Например, владельцы тропических плантаций, чьи отцы заселяли эти земли, сражаясь с крокодилами и каннибалами, обычно устанавливают строжайшую и часто раздражающую дисциплину среди работающих по контракту туземцев. Таким образом, нездоровая культура может быть вялой или хрупкой. Вялая культура мягкая и расслабленная, деятельность недостаточно структурирована и целенаправлена, чтобы серьезно вовлечь Взрослого. Хрупкие культуры слишком тверды и строги, а деятельность излишне структурирована, в результате Ребенок недоволен угнетением, он сопротивляется или открыто восстает. Вялая культура способствует разложению, а хрупкая – пассивному сопротивлению или открытому восстанию. Никто ничему в классе не учится, или туземцы отказываются платить налоги, и тогда летят копья и пули.

Обычно легко прописать терапию больной психиатрической группе. Из-за простоты структуры и динамики трудности обычно редко находятся в этих сферах. Нездоровые терапевтические группы почти всегда вялые, поэтому им не хватает сплоченности и члены постепенно уходят. Иногда лидер руководствуется, сознательно или бессознательно, магической властью, данной ему Ребенком его пациентов, и почти не делает усилий для разработки прогрессивной, хорошо продуманной терапевтической программы.

А. Диагностическое интервью

Доктор Гедиг обратился с просьбой о консультации, потому что его психотерапевтическая группа разлагалась. Он начинал с восемью пациентами, но через короткое время средняя посещаемость сократилась до трех. Чтобы прояснить ситуацию, на доске был начерчен рисунок 34. Расспросы показали, что низкая посещаемость не связана с обычным «статистическим» изнашиванием, при котором ожидается, что 50 % членов уйдут за первые несколько месяцев, 50 % заменивших их пациентов – за следующие несколько месяцев и так далее. В действительности групповая сплоченность относительно ушедших была сильней обычной; слабость была того типа, который проявляется в нерегулярном посещении. Только двое из первоначальных восьми членов ушли преждевременно, но остальные посещали нерегулярно. Как будто доктор Гедиг дал некое обещание, более привлекательное, чем все остальные, но задерживал его исполнение. Поэтому члены были слишком заинтересованы, чтобы уйти окончательно, но недостаточно заинтересованы, чтобы приходить регулярно. Время от времени один из них ходил регулярно на протяжении нескольких недель, как будто проверяя, насколько группа приблизилась к концу радуги, потом несколько недель пропускал, словно выжидая развития событий. Поэтому при средней посещаемости в три человека на сеансах редко встречались одни и те же пациенты.

Доктор Гедиг оказался доброжелательным, сердечным человеком, получившим некоторую подготовку в психоанализе и трансакционном анализе. Он позволял пациентам, отобранным из его частной практики на несколько снобистской интеллектуальной основе, вести себя, как им вздумается, и иногда давал интерпретации. Если пациент обращался непосредственно к нему, а он не знал, что ответить, то пользовался распространенной, но ошибочной идеей ссылки на Фрейда (как мы уже отмечали, Фрейд – эвгемер большинства психотерапевтических групп) и начинал «обдумывать вопрос» или использовал свое «право» сохранять непроницаемое молчание. Он не мог объяснить, каким образом получил это «право». Он чувствовал, что такова «хорошая психиатрическая практика», но не был уверен, что она хороша для него. При тщательном анализе выяснилось, что он считал, будто это право предоставлено ему вместе с дипломом.

Рис. 34. «Дискуссионная диаграмма» терапевтической группы. Такая диаграмма вычерчивается на доске, когда рассматривается психотерапевтическая группа.

При анализе она дает ответы на многие вопросы.

Если прослушивается запись, терапевт может указывать, какой именно пациент говорит

Пояснения

XVII – семнадцатый сеанс

1/нед – сеансы проводятся раз в неделю

3/6 – присутствуют трое из шести активных членов

70 % – средняя посещаемость за время существования группы (указатель сплоченности)

4/16 – Том пришел через две недели после начала деятельности группы и с тех пор отсутствовал на четырех из 16 сеансов. Диаграмма может включать и другую информацию, например, возраст пациентов или их диагноз, но в данном случае это несущественно

Вопросы оказались не такими, каких ожидал доктор Гедиг, и он почувствовал себя неуверенно, но в результате понял, что истинной причиной «непроницаемого молчания» было стремление избежать участия в играх. Такая неподвижность не предназначалась для того, чтобы скрыть собственное невежество терапевта или передать ложное впечатление его превосходства; это рациональная процедура и должна применяться только с рациональными намерениями, а никак не иначе. Неразборчивое ее использование со стороны доктора Гедига было частью игры «Психиатрия» с его стороны. В сущности, он делал это не столько ради пациента, сколько ради себя самого.

Обсуждение показало, что у него нет последовательно развивающегося терапевтического плана, нет четко определенной программы проведения сеансов группы. Ему казалось, что пациентам станет «лучше», если они будут говорить, что приходит им в голову, а он – что в его. Короче, это была вялая группа. Пациенты никогда ясно не представляли себе, что происходит (мягкая культура), а вмешательства терапевта не были существенными и хорошо организованными (расслабленная культура). Аналитический подход терапевта был слишком плохо определен и ненаправлен, чтобы вызвать интерес Взрослой части пациентов. Именно Ребенок пациентов по большей части приводил их сюда, чтобы доктор Гедиг о них позаботился; этот Ребенок хотел увидеть чудо, которое втайне пообещал ему терапевт.

Б. Лечебный процесс

После нескольких сеансов доктор Гедиг признал, что он ленив, ему не хватает смелости и он не следует, в сущности, ни одной из систем терапии. Он решил более систематически и старательно использовать трансакционный анализ и анализ игр, не продолжая прежний эклектический подход. Доктор Кв. объяснил, что необходимо обсудить два аспекта: во‑первых, предотвращение несистематической посещаемости и окончательного разложения группы и, во‑вторых, качество терапевтических результатов, которые надеется получить доктор Гедиг. Что касается первого, то неважно, какой подход он выберет, лишь бы использовал его систематически. Такой подход приведет к формированию более твердой, строгой, здоровой групповой культуры, которая даст больше уверенности Ребенку пациентов; он даст также Взрослому пациентов уверенность в том, что этот Взрослый понимает, что происходит, что нужно сделать и что он от этого получит; вдобавок это даст образец неколеблющейся силы, к которому пациенты смогут обращаться в своей жизни. Перемены усилят групповую сплоченность и увеличат посещаемость. Однако качество терапевтических результатов зависело от подхода, который изберет доктор Гедиг. Доктор Гедиг решил отказаться от «нерешительного психоанализа» в пользу систематического и старательного применения трансакционного анализа и анализа игр.

И опять доктору Кв. легко было сказать коллеге, ленивому, недостаточно решительному и вялому в своих подходах, что он нуждается в личной терапии. Однако, как выяснилось, ситуацию удалось улучшить и без этого. Потребовалось всего несколько недель, чтобы у доктора Гедига появились уверенность и энергия, а его пациенты стали проявлять интерес и увлеченность; их посещаемость заметно улучшилась.

В этот период доктор Гедиг продолжал вести себя по отношению к доктору Кв. виновато и оборонительно, демонстрируя трансакции типа Ребенок – Родитель. Однако благодарные реакции пациентов вскоре подбодрили его и усилили независимость, так что на консультациях все чаще проявлялось отношение Взрослый – Взрослый, а обсуждение все больше сосредоточивалось на особенностях главного и второстепенных внутренних процессов, а не на качествах доктора Гедига как лидера и терапевта. Через 6 месяцев еженедельных консультаций посещаемость в его группе поднялась с 70 до 95 %. Еще через 6 месяцев доктор Гедиг стал умело и уверенно пользоваться трансакционным анализом; некоторые из пациентов сочли это настолько полезным, что приводили с собой супругов для анализа своих брачных игр. В результате через 18 месяцев его группа так разрослась, что он вынужден был разделить ее на две. Этот успех отчасти объясняется привлекательностью трансакционного анализа по сравнению с другими подходами, усилившейся строгостью и твердостью групповой культуры, а также лучшим пониманием групповой динамики со стороны лидера[32].

Клуб маленьких мальчиков

Теперь вернемся к мальчику Дэви, упомянутому в главе 12, который всегда хотел проводить встречи в своем доме и который позже стал групповым терапевтом. В возрасте десяти лет он попытался организовать клуб – клуб Агамемнона, но так результата и не добился. Анализ шести основных диаграмм позволит понять причину его неудач. Поскольку в его случае диаграммы относительно просты и их легко себе представить, их не обязательно рисовать.

1. Диаграмма размещения показывает подвал дома Дэви. Он обладает качествами, привлекающими внимание мальчиков: забранные решетками окна, место, где можно спрятаться, изоляция от взрослых и, поскольку дядя Дэви был врачом, различные предметы, представляющие научный интерес: ленточные черви в бутылках, анатомические схемы и сломанный микроскоп. Если бы Дэви хотел организовать молодежное общество Ослера[33] или клуб Асклепия[34], возможно, этого хватило бы. Но для Агамемнона[35] ничего подходящего не было: ни мечей, ни щитов, ни ружей, ни копий. Было много и других мест, в которых можно проявить храбрость и лучше играть в войну. Первым недостатком оказалось несоответствующее оборудование и недостаточно строго определенная деятельность.

2. Диаграмма власти состоит только из эвгемера и персонального лидера. Эвгемер – Агамемнон большинству кандидатов в членство оказался неизвестен и не имел для них личного значения. Его канон – использование кавалерии и пехоты в Троянской войне – устарел на много столетий. В экзистенциальном усилении дискоболы и Ахиллес сменились Малышом Рутом[36] и Эдди Рикенбейкером[37]. Персональный лидер – Дэви – не обладал в глазах членов никакими магическими или социальными свойствами лидера и имел только одного или двух верных последователей.

Недостатки диаграммы очевидны в разных направлениях: историческом (неопределенный эвгемер), культурном (лишенный смысла канон, устаревшая культура), персональном (наивное лидерство) и организационном (отсутствие материнской группы). В сущности, все, что смог предложить организатор в этой сфере, было несколько карточек с заглавием «Клуб Агамемнона», которые он изготовил на игрушечном печатном станке.

3. Структурная диаграмма плохо определена. Право на членство в клубе основано на автократическом предварительном групповом имаго одного человека и имело недостаток, фатальный для автократа: нестабильность. Требования к кандидатам менялись ежедневно и от одной пропагандистской речи к другой. Неизменным оставался только один пункт – плата в один цент в качестве вступительного взноса. Накопленные деньги планировалось истратить на сливы для начального заседания. К несчастью, из-за различия во вкусах кандидатов даже этот пункт подвергся воздействию эрозии и превратился в вазу с различными фруктами, и организатор понял, что это недостижимо в финансовом отношении. Поэтому внешняя граница вскоре стала совершенно неопределенной. Могла бы помочь соответствующая внутренняя структура. Если бы каждому кандидату был предложен особый пост, могла бы начаться какая-то деятельность; но у Дэви не было представления о принципах раздачи должностей. Под предлогом страсти к деятельности он пытался сохранить за собой все посты, кроме поста вице-президента. Поэтому в структурном отношении клуб Агамемнона был нестабилен, плохо определен и в данных обстоятельствах недостаточно организован.

4. Динамическая диаграмма демонстрирует слабую сплоченность и избыток активных индивидуальных склонностей, в связи с чем выживание группы становится сомнительным. Внешние разрушительные силы, представленные родителями Дэви, остаются только потенциальными, но достаточно угрожающими, чтобы оказывать влияние на внутренний групповой процесс. Пустое пространство было бы лучше и предоставляло бы больше свободы. Сплоченность еще больше ослабляется в результате непрерывного возбуждения и угрожающей внешней среды. Такая ситуация обычно заканчивается разложением.

5. Групповые имаго недостаточно дифференцированы; лидер в сознании членов недостаточно определен. В их сценариях для него нет места; это не образ отца или старшего брата и не образ мятежника. Все, что он может предложить, это идеализм, а они для этого еще слишком молоды. На самом деле он вписывается в сценарий двух из старших мальчиков, но не из-за своего собственного предварительного группового имаго. Эти старшие ребята отводили организатору роль честолюбивого мальчишки, остающегося в дураках; помогали набирать кандидатов, рассчитывая все плоды присвоить себе на первом же собрании. Разумеется, как представители группового аппарата, они освободили себя от вступительной платы. Их бегство с подготовленными для первого собрания лакомствами было основной причиной раскола группы. После этого она уже никогда не собиралась. Но это означает только, что группа погибла от неожиданной дезорганизации, а не от неизбежного разложения. Когда сам орган выживания – групповой аппарат – предает, группа обречена.

6. Трансакционные диаграммы в основном банальны. Проводилась некоторая организационная работа, но не было времени и возможностей установить ритуалы и участвовать во времяпрепровождении. Единственной игрой была та, в которую играли беглецы и в которую они вовлекали других. Не было ни принадлежности, ни интимности. Таким образом, почти все трансакции оставались простыми комплементарными и типа Взрослый – Взрослый; только двое старших мальчиков проводили скрытые трансакции.

Глава 15

Управление организациями

Те же принципы, которые применялись к анализу малых больных групп, могут прилагаться и к большим организациям, в которых свыше тысячи членов. Нужно только помнить, что в малой группе с каждым членом можно иметь дело как с индивидом, в то время как в большой организации вначале нужно изучить общие тенденции, прежде чем заниматься индивидуальными склонностями. Тип анализа, излагаемый ниже, подходит для больших больниц или учреждений закрытого типа, таких, как тюрьмы, а с некоторыми видоизменениями может применяться к деловым, политическим и военным организациям.

Общее описание

Принадлежащая штату больница «Элизиум» – современное, хорошо оборудованное, хорошо финансируемое медицинское учреждение, расположенное, как во многих аналогичных случаях, в отдаленной части штата, вблизи небольшого города. В больнице свыше тысячи пациентов и чуть меньше тысячи работников. Доктор Кв., как консультант по социальной динамике и групповой терапии, имел возможность хорошо познакомиться как с административными и кадровыми проблемами штатных работников, так и с психиатрическими проблемами пациентов.

Диаграмма размещения

Госпиталь был построен по проекту лучших архитекторов и с учетом консультаций психиатров, и физическое оборудование было удовлетворительным для работников. Структурно здание построено таким образом, что кабинет главврача находится у главного входа, а кабинеты врачей расположены по радиусам от него и перемежаются с палатами и клиническими и профессиональными отделами. За зданием находится просторная территория, на которой хватает места для выращивания овощей, дополнительного строительства и отдыха. Территория всегда открыта для пациентов, которым разрешено находиться за пределами больницы. По периферии расположены жилища служителей; старшие работники живут в городе. Все вместе они образуют важный элемент экономической и социальной жизни округа. Семьи некоторых пациентов тоже поселились поблизости или часто приезжают в уикенды. Таким образом, город Элизиум социологически напоминает армейский городок, город, принадлежащий одной компании или колледжу в сельскохозяйственной местности, с аналогичными проблемами связей с общественностью, с которыми приходится иметь дело внешнему аппарату больницы.

Диаграмма власти

Диаграмма власти относительно проста, как видно на рисунке 35. Административно главный врач подчиняется главе департамента душевного здоровья штата, который был назначен – и очень удачно – губернатором. В конечном счете этот глава департамента отвечает за голосующую публику, за хорошо известного «среднего гражданина». Административным руководством служит законодательство штата по здравоохранению, которое подвергается конституционным изменениям со стороны законодательного собрания. Все приказы главврача конституционны и легко защитимы, если соответствуют кодексу. Это его личная и организационная ответственность. Эти аспекты не вызывали у него затруднений.

Гораздо больше беспокойства приносили обязанности, связанные с культурой, согласно которым нужно было общаться с публикой через прессу. В культуре штата считалось крайне нежелательным иметь превышение минимального количества неразрешенных отлучек из больницы или других неблагоприятных происшествий, с ней связанных. Публика как бы передала главному врачу, как лидеру одного из органов внутреннего аппарата штата, часть своего воображаемого всемогущества, всеведения и неуязвимости. Слишком большое количество недочетов означало бы, что он нарушил этот воображаемый контракт, основанный на совпадениях в групповых имаго большинства простых граждан.

Историческая ответственность главного врача относилась к его собственной подгруппе, т. е. к профессии психиатра, причем эвгемером выступал Пинель, французский врач, который ввел в психиатрических лечебницах мягкое обращение и портрет которого висел в кабинете главврача. Эта ответственность требовала соблюдения строгого этикета по отношению к пациентам и расслабленности в отношениях с персоналом клиники. Таким образом, главврач подчинялся двум канонам, в чем-то противоречившим друг другу: субкультуре, требовавшей мягкости в отношениях с пациентами и запретительной строгости в дисциплине штата клиники, и общей культуре, призывавшей к предупреждению конфликтов. Это противоречие особенно усиливалось при обращении с возбужденными пациентами. Этот конфликт был наиболее серьезной заботой главврача, и он разрешал его в своей технической культуре с помощью лекарств.

Рис. 35. Диаграмма власти больницы штата

Организационная схема была достаточно стандартной: такая организация типична для лучших больниц подобного типа. Главные отличия заключались в неформальных каналах коммуникации. В большинстве штатов формальные каналы указаны в главном руководстве – обычно в своде законов о здравоохранении, подкрепленном местным руководством, основанном на административных условиях каждой больницы. Так, пациент, который хочет поговорить с главврачом или любым другим работником, имеет законное право обратиться с просьбой об этом по формальным каналам. Неформальные каналы зависят от персоны и личности главного руководителя в каждой местности. В пределах, указанных общим руководством, руководитель такой организации может принимать независимые и обычно окончательные решения относительно всех внутренних вопросов и в этом отношении до некоторых пределов является автократом. Мораль, или состояние групповой сплоченности, зависит от того, как он применяет это свое право. В принадлежащей штату больнице «Элизиум» руководитель был одновременно доступен и полезен работникам и пациентам, и его примеру следовали остальные штатные работники. Доступность означает, что неформально, с соблюдением соответствующего этикета, все каналы коммуникации открыты в полагающееся время. Пациент мог остановить главврача или другого работника без предварительного уведомления, если встречал их в коридоре или в палате, и был уверен, что его вежливо выслушают. Полезность означает, что после того как просьба выслушана, последует твердое решение или эффективное действие.

Ситуация в «Элизиуме» резко отличалась от положения в двух соседних больницах. В первой из них главврач предпочитал быть доступным только по формальным каналам. Излишняя строгость распространилась и на низшие эшелоны и стала характеристикой групповой культуры. Однако если удавалось обратиться к главному врачу, решение или действие следовали быстро. Во второй больнице был очень высокий уровень доступности, но толку от этого было мало; главврач согласен был поговорить с любым и в любое время, но от него было почти невозможно получить окончательное решение или твердую поддержку. В первой больнице, несмотря на высокий уровень полезности, оказалась слишком большой текучесть кадров, которую сами работники объясняли недостаточной доступностью; во второй, даже с высоким уровнем доступности, существовала слабая групповая сплоченность, которую штат объяснял уклончивостью главного врача и недостатком полезности или поддержки.

Структурная диаграмма

Несмотря на выдающиеся качества главврача, в больнице «Элизиум» постоянно возникали трудности, не специфические для этого учреждения, которые главврач оказался не в состоянии устранить, хотя принимал, насколько возможно, конструктивные меры. Это легко понять, взглянув на структурную диаграмму, изображенную на рисунке 36. Главная внутренняя граница разделяет два основных класса членства: те, для кого больница – обусловленная добровольная группа, называются персоналом или штатом; те, для кого она принудительная группа, называются пациентами. Эти два класса можно различить по следующему признаку: штат имеет законное право накладывать ограничения на пациентов и использует это право, в то время как у пациентов нет законного права накладывать ограничения на штат. Но пациенты могут дисциплинирующе воздействовать на других пациентов, поддерживая в палатах порядок с согласия терапевтов.

Рис. 36. Структурная диаграмма госпиталя штата

Эти два класса во многих важнейших отношениях напоминают классы, которые мы находим в конторе или на заводе и которые известны под общими названиями управляющие и рабочие. Если в больнице есть главврач, штат профессионалов, технические работники и пациенты, на заводе мы имеем директора, работников администрации, бригадиров и рабочих. Но есть и важные отличия. В промышленности членство добровольное, хотя для самого индивидуального члена группа может быть психологически вынужденной, а не личной. Армейская часть имеет ту же структуру, с главной внутренней границей между офицерами и солдатами-контрактниками; в военное время членство за немногими исключениями принудительное. В больнице внешняя граница открыта для штата, но закрыта для пациентов; в промышленности она открыта для всех членов; в армии военного времени закрыта для всех членов.

В больнице, в отличие от промышленности (забастовки) и армии (жалобы), на главной внутренней границе редко возникают трудности. За немногими исключениями пациенты и штат легко уживаются друг с другом. Главные проблемы возникают на второстепенных внутренних границах. Наиболее тревожное возбуждение бывает на второстепенной границе лидерства, потому что именно здесь проявляется отсутствие твердости культуры. Эта культура не различает отчетливо психиатров (медицинский персонал), с одной стороны, и социальных работников и психологов (парамедицинский персонал) – с другой.

Эта трудность возникла потому, что главной деятельностью больницы было лечение психиатрических больных, и медицинский и парамедицинский персоналы действовали в качестве психотерапевтов. Медицинский персонал считал, что недостаточное профессиональное разграничение нарушает каноны, формулируемые законом и традицией, и отдает пациентов в руки терапевтов, чью квалификацию трудно оценить отчетливо. Представители парамедицинских профессий возмущались традицией, согласно которой только медицинский персонал достаточно подготовлен для проведения терапии, а самые способные и опытные специалисты полагали, что могут сделать больше, чем менее умные и менее опытные медики. В целом медицинский персонал исполнял свои роли в организационной структуре, в то время как остальные действовали как персоны в индивидуальной структуре; поэтому они не могли договориться друг с другом. Этот местный конфликт соотносился с общим конфликтом в культуре штата и всей страны. В это время конституционное (законодательное) возбуждение проявлялось очень сильно при определении границы между деятельностью представителей медицинских и парамедицинских профессий.

Решение доктора Кв. заключалось в общей поддержке парамедиков; он утверждал, что терапевтическая эффективность зависит больше от персоны, чем от организационной роли, но подчеркивал также, что врачи специально подготовлены для диагностики и назначения лечения, а другие такой подготовки не имеют. Он хотел сказать, что у врачей в этом отношении условия для старта благоприятней, но одаренные социальные работники и психологи тоже могут стать терапевтами при специальной подготовке. Ударение смещалось с терапии, как части социальной культуры больницы, на терапию как техническую процедуру, доступную изучению; и с терапевтического мастерства как искусства, подтвержденного конституционным дипломом, на терапевтическое мастерство, возникающее в результате приложения личных талантов, знаний и отношений. В результате среди психиатров пошли толки о том, что доктор Кв. изменяет своему классу (классу конституционно утвержденных медицинских терапевтов). Однако доктор Кв. все время старался говорить и действовать в соответствии с положениями Гиппократа, и психиатры не могли упрекнуть его в отсутствии преданности конституционной клятве. Поскольку они не могли найти недостатков в его персоне, им пришлось начать выискивать недостатки его личности. Но собственная Взрослая честность не дала им слишком долго оставаться на этом уровне, как и предвидел доктор Кв.

Динамическая диаграмма

Следующий набор проблем относился к взаимоотношениям между тремя силами в группе.

Если внешнее давление в промышленности представлено такими факторами, как финансы, профсоюзы и конкуренция, в больнице его преимущественно представляет пресса. Если глава корпорации уделяет особое внимание своему штату распространителей, чтобы иметь возможность бороться с конкурентами, руководитель больницы особенно тщательно подбирает работников в отдел связей с общественностью во внешнем аппарате, чтобы воспрепятствовать появлению отрицательных откликов в прессе, которые могут стать главной угрозой для продолжения существования нынешней организационной и индивидуальной структур больницы.

Как уже отмечалось, на конфликт между групповой сплоченностью и индивидуальными склонностями влияла межпрофессиональная конкуренция. Положение усложнялось тем, что даже в рамках одной профессии каждый индивид упрямо настаивал на праве поступать по-своему. Каждый был погружен в свою собственную игру с пациентами – этот факт доктор Кв. подтвердил, побывав на сеансах в разных терапевтических группах, так что в данной ситуации было недостаточно принадлежать к группе или принимать остальных членов группы. Наиболее перспективным оружием против возбуждения были профессиональная подготовка и гордость.

Решение доктора Кв. заключалось в том, чтобы еще больше обострить различие между деятельностью и процессом. Он предложил организовать регулярный клинический семинар, посещение которого было бы обязательным для всех штатных работников, занятых терапией; на этом семинаре следовало отказаться от организационных и персональных различий, чтобы увеличить эффективность лечения. Это означало, что во время семинара Родитель и Ребенок каждого терапевта должны подчиниться, предоставив Взрослому свободу обсуждать предложенный материал. Семинаром должен был руководить старший представитель администрации, не занятый терапией и потому не имеющий конкурирующих дистонических склонностей. Это должен был быть человек, разбирающийся в трансакционном анализе, чтобы он мог вести себя как Взрослый с минимальным, насколько это возможно, вмешательством со стороны его собственных Родителя и Ребенка и чтобы он справился с прорывами Родителя и Ребенка участников семинара. Целью служило усиление вдумчивости и благоразумия Взрослых участников семинара, когда они будут публично отчитываться о своей деятельности и представлять свою деятельность для профессиональной оценки. Конечно, была определенная опасность в требовании приспособления у самых обидчивых штатных работников; чтобы избежать осложнений, необходим был искусный посредник.

Чтобы процедура была эффективной, требовалось еженедельное проведение семинаров в строго определенное постоянное время. Если время проведения часто изменять или сделать длительными и нерегулярными интервалы между заседаниями, самым недовольным членам легко будет забыть о семинаре или договариваться на это время о других делах и встречах. Но если в их сознании твердо закрепится, что, скажем, каждый понедельник в три часа дня они обязаны явиться на семинар, им будет гораздо труднее находить предлоги для отсутствия. К тому же по своему опыту доктор Кв. знал, что изменить индивидуальные склонности будет гораздо труднее, если интервал между семинарами превысит одну неделю.

Групповые имаго

Чем яснее штат больницы поймет, что положение каждого работника в имаго главврача определяется профессиональной компетенцией, а не личными операциями (т. е. их рабочей эффективностью, а не умением играть в игры), тем большее внимание будет он уделять работе. Конечно, для менее способных работников это труднее, но тактичное обращение может смягчить нежелательные последствия в этом отношении. Однако даже если перенос ударения с желания и способности играть в игры к желанию и способности эффективно работать приведет к отставкам, в этом нет ничего плохого. В прошлом самые искренние и прямые люди уходили потому, что организация была настроена на игры; в будущем из-за высоких требований станут уходить менее компетентные работники, которые держатся за свои игры. Если раньше отсеивались лучшие специалисты, к явному ущербу для больницы, теперь будут отсеиваться наименее пригодные, и больница от этого только выиграет. Однако такая политика требует от главного врача жесткости, потому что лидеру обычно легче смириться с уходом хорошего работника, чем с отставкой хорошего игрока. Именно поэтому организации легче впасть в застой или начать падение, чем подъем.

Особой проблемой, относящейся к групповым имаго, была тенденция некоторых старших работников обсуждать на конференциях частную структуру групп, проводя в ходе деловых или учебных встреч нечто вроде разбавленной групповой терапии. Это обычное искушение в организациях, занятых групповой терапией. Идея заключается в том, что, если групповая терапия хороша для пациентов, она должна быть хороша и для работников штата. Возможно, это справедливо, но процедура нуждается в более тщательном обдумывании, чем это делается обычно. Если штат нуждается в такой терапии, для него должна быть организована особая терапевтическая группа, и она должна быть вполне отчетливо отделена от других собраний штата и соответствующим образом названа. В противном случае возникает следующая ситуация. Член, который хочет сказать что-то уместное на деловой встрече или на обучающем семинаре, никогда не знает, где и когда его попросят проанализировать мотивы сказанного. И справедливо считает, что участвует в игре «Психиатрия». Поэтому у него либо развивается тенденция воздерживаться от выступлений, либо он тщательно подгоняет свои слова к текущей игре. В таком случае страдает деятельность на встречах, а возможный терапевтический эффект, который извлекается из такого положения, не стоит принесенных жертв.

Больше того, согласно общим принципам психиатрической и социальной динамики, терапию для работников штата должны проводить нейтральные наблюдатели, не вовлеченные в деятельность организации. Чем меньше у пациентов возможности вести с терапевтом игры за пределами часов терапии, тем лучше он сможет выполнять свою работу. С другой стороны, прибавление игры «Психиатрия» к тем, которые уже разыгрывались членами организации, не увеличивает рабочую эффективность. Когда доктор Кв. представил эти соображения администрации больницы, они были приняты не только с благодарностью, но и с облегчением; было решено устранить «групповую динамику» из деловых и учебных собраний и совещаний.

Трансакционные диаграммы

Штат больницы (на учебных собраниях) и многие пациенты получили инструкции по структурному и трансакционному анализу. Таким образом они научились различать Родителя, Взрослого и Ребенка во взаимоотношениях с окружающими и обнаружили, что, тщательней обдумав то, что говорят, могут получить более приемлемые результаты. Или, если что-то шло не так, они были способны обнаружить пересекающуюся трансакцию и избежать в дальнейшем неприятных или трудных ситуаций.

Наиболее важной проблемой здесь оказалась терапевтическая техника тех, кто занят групповой терапией. Как отмечалось, посетив сеансы различных терапевтических групп, доктор Кв. заметил, что почти все терапевты больницы потакали своему Родителю или Ребенку, не сознавая этого. Многие трансакции, которые они считали Взрослыми терапевтическими операциями, на самом деле оказывались их собственной игрой; обычно это были игры, в которые терапевт не решался открыто играть с женой или с коллегами, но в которые любил играть дома с детьми и которые сам усвоил от своих родителей. В некоторых случаях достаточно было кратко упомянуть о таких возможностях и получить конструктивные результаты.

Термины, введенные в этой главе

Приложение 1

Рекомендуемая литература

Все, что написано о взаимоотношениях людей друг с другом, в определенном смысле относится к литературе по социальной динамике. Согласно Брестеду[38], древнейшим трактатом на эту тему являются «Поучения Птахотепа» (3000 год до н. э.), а то, что Брестед называет «рассветом сознания», было также утром групповой динамики. Можно порассуждать о том, что первые психодинамические группы (группы, в которых чувства замещаются и переносятся на объекты) были созданы нашими предками, когда они в поздний ледниковый период наносили магические рисунки на стены пещер; ибо это «творимое волшебство» и перенос его на отдельного индивида (художника) является древнейшей известной попыткой сознательно планировать организацию живых существ, используя «психологические артефакты».

Более существенно, однако, наличие древних текстов, которые предвещают и даже порой превосходят современные открытия и концепции; и они, наряду с новейшими публикациями, должны входить в интеллектуальное оборудование тех, кто считает себя образованным терапевтом больных групп. Ниже предлагается минимальный обзор литературы для изучения.

Древний мир

Среди населения Древнего мира должна была существовать та же пропорция проницательных мужчин и женщин, что и в наши дни, но мало кто из них получал возможность научиться писать. Те, кто научился, завещали нам немало плодотворных идей относительно работы организаций и групп, в особенности касающихся качества лидерства и взаимоотношений между лидерами и членами.

Индия

Наиболее относящейся к нашей теме среди индийской литературной классики является «Хитопадеша», или «Книга добрых советов», в которой учитель дает сыновьям царя инструкции по правильному лидерству с помощью притч, перемежаемых цитатами из Вед и «Махабхараты». Эти цитаты относятся ко времени от 1300 до 350 года до н. э.

Китай

Классическая литература Китая гораздо более содержательна в этом отношении, чем подозревают многие. В особенности интересны для принципов групповой динамики труды двух философов: Конфуция (551–479 гг. до н. э.) и Лао Цзы, мифической фигуры, которой приписывается авторство ряда трактатов третьего столетия до н. э. Еще конкретнее Сунь-Цзы (500 г. до н. э.), «Искусство войны» которого, как утверждают, является старейшим военным трактатом в мире.

Греция и Рим

Конечно, наиболее известными классическими трудами в этой области являются «Политика» Аристотеля и «Республика» Платона. Марк Аврелий говорит много о подготовке, обязанностях и особенно об ответственности лидера. Менее известен, но, возможно, гораздо более полезен в практическом отношении трактат «О военном деле» Вегеция, автора, который жил в IV веке до н. э. Это наиболее авторитетный военный трактат западного мира от римских времен до XIX века. Эвгемер относится именно к этому периоду (300 год до н. э.).

В целом групповая динамика древних в основном связана с проблемами политики и войны.

Средние века

В западном мире серьезная литература связана с теологией, хотя продолжают развиваться юриспруденция и наука о политике. Некоторые плодотворные идеи предложены такими авторами, как святой Августин и Фома Аквинский.

Возрождение

Наиболее важный автор этого периода Макиавелли. Хотя он больше всего известен своими советами и наставлениями по динамике интриг, он так же глубоко изучал принципы хорошего лидерства и возможности исправления недостатков в этой области.

От 1500 до 1800 года

В этот период взаимоотношения между лидером и членами группы были подвергнуты более формальному теоретическому анализу, в особенности юристами, многие из которых были деятельными наблюдателями и глубокими мыслителями. Свои выводы они извлекали не из экспериментов, а из жизни, то есть из действительной политической ситуации, так что их принципы можно было проверить, сопоставив с политическим результатом. Почти все темы, затронутые в настоящей книге, обсуждались великими философами этих веков.

Их труды обобщены Отто Герке в четвертом томе его «Das deutsche Genossenschaftsrecht» (1913). Глубина мысли многих из этих трудов такова, что всякого, кто не знаком с работой Герке, можно назвать невежественным в области групповой динамики. К счастью, самые важные разделы книги были переведены Баркером, профессором политологии из Кембриджского университета. Тем, кто недостаточно подготовлен, чтобы прочесть оригинальный текст, следует обратиться к стимулирующему вступлению профессора Баркера.

XIX век

В начале столетия было продолжено развитие формального (структурного и динамического) подхода и анализировалась его ценность (Огюст Конт, 1798–1857), в то время как исторический подход представлен Гегелем (1770–1831) в его «Философии истории». Вторая половина столетия отмечена заметным сдвигом, вызванным влиянием двух авторов – Дарвина и Маркса. Быстро развился эволюционный подход и проявил себя в трудах Герберта Спенсера и Уолтера Баджета[39]. Как, очевидно, хорошо всем известно, труды Маркса породили огромную литературу, чье влияние на изучение групповой динамики иллюстрируют короткая работа Георгия Плеханова «Роль личности в истории» и менее известный трактат Энгельса «Происхождение семьи, частной собственности и государства». В последнем десятилетии получила развитие психологическая точка зрения, сформулированная в известном трактате Лебона «Психология народов и масс» («Psychologie des fouls»), который почти сразу был переведен на английский язык и послужил основным стимулом для работ Фрейда по групповой психологии.

Де Токвиль («Демократия в Америке»), Дж. С. Милль и Ницше представляют другие подходы, имевшие влияние в эту эпоху.

XX век

Научная литература первых десятилетий относится преимущественно к трем областям: социологии, социальной психиатрии и групповой психотерапии. Два наиболее значительных ранних труда: «Стадный инстинкт во время войны и мира» Троттера (1916) и «Групповая психология и анализ эго» Фрейда (1921). Интересным дополнительным чтением послужит «Тотем и табу» Фрейда (1912).

Социологическая литература неоднократно обозревалась. Один из наиболее доступных обзоров принадлежит Виктору Бренфорду, который в истинной социологии предпочитает «синтетические обобщения» «необъективному партикуляризму».

Два взгляда на социальную психологию представлены Кречем-Кратчфилдом и Дж. Ф. Брауном соответственно. Точка зрения Брауна основана на топологической и полевой теории Льюина. Обе точки зрения включены в хрестоматии для колледжей. Более специальное обозрение, включающее исторический и теоретический фон, аннотированную библиографию и избранные труды современных исследователей, можно найти в отчете о симпозиуме по малым группам, изданном Hare, Bogratta and Bales. Аналогичную подборку опубликовали Картрайт и Зандер.

Обзор литературы по групповой психотерапии см. у Слевсона и Шидлингера, причем у последнего он более подробный, особенно относительно теорий Фрейда.

Из всех этих отчетов явствует, что исследования в данной области следуют одной из двух академических альтернатив. Вначале целенаправленно собираются данные, а затем либо подвергаются статистической обработке, либо укладываются в заранее подготовленные теоретические рамки. Обе эти операции ныне компьютеризируются. Как можно было предвидеть, во всей колоссальной «современной» литературе найдется мало творческих идей, выдерживающих сравнение с более древними трудами. Наблюдается подозрительное отсутствие того, что может быть названо «творческим созерцанием природы», того типа мышления, который характеризует таких теоретиков, как Ньютон, Дарвин и Фрейд, и таких экспериментаторов, как Галилей, Гарвей[40] и Фабр, таких специалистов по решению трудных проблем, как Архимед, Кекуле[41] и Пуанкаре.

К счастью, творческое мышление в области групповой динамики существует, но из-за неформального характера на него часто не обращают внимания обозреватели и профессиональные исследователи. Некоторые наиболее интересные идеи высказаны психиатрами, возможно потому, что у них больше возможностей для «творческого созерцания», чем у остальных ученых в области социальных наук, которые скорее поддаются академическому давлению. Любопытно, что из четырех человек, сделавших (по мнению автора) наиболее значительный вклад, трое англичан; а американец Берроу работал в небольшом поселке. Можно вспомнить эпиграмму: «Пенициллин нельзя было открыть в Америке, потому что здесь в лабораториях слишком чисто». Ниже приводится обзор работ этих четырех авторов: Биона, Берроу, Эзриеля и Фолкса.

Бион

У. Р. Бион из Тавистокской клиники (Лондон) изучал малые группы как натуралист, отбросив все предубеждения. Свои открытия он изложил в семи статьях (1948–1951) в журнале «Human Relations» и в обобщенном виде – в статье в «International Journal of Psychoanalysis». Позже они появились в виде книги. Мало кто может сказать, что понял их полностью, однако самые ясные и наиболее плодотворные положения таковы:

1. Группа достигает зрелой структуры, становясь рабочей группой, чтобы избежать превращения в некоторые разновидности групп, которых все опасаются, а именно групп «основного предположения». Рабочая группа сосредоточена на реальности и поэтому имеет некоторые характеристики «Эго» (по Фрейду).

2. Группе необходима структура, состоящая из лидера и его последователей; она обладает отвергающим (параноидальным) отношением к лидеру, не обладающему качествами, которые группа считает необходимыми.

3. На поведение членов действуют сознательные и подсознательные представления о том, как к ним относится группа, но сами члены предпочитают это отрицать.

4. «Групповой менталитет» выражает волю группы, в которую все члены вносят свой вклад анонимно и очень утонченными способами. Групповой менталитет затрудняет жизнь индивида, который ведет себя не в соответствии с основными предположениями.

5. «Групповая культура» возникает из конфликта между индивидуальными желаниями и групповым менталитетом. Она включает структуру группы в каждый данный момент, занятия группы и организационную форму.

6. Когда два человека вступают в тесный контакт и группа и эта пара делают «основное предположение», что эти взаимоотношения носят сексуальный характер. Это первое основное предположение. Такая «парная группа» становится тревожной из-за ощущения, что имеет дело с «нерожденным гением». (Трудно понять, что здесь имеет в виду Бион.)

7. Когда люди встречаются в группе, группа предполагает, что их цель – сохранение группы. Второе основное предположение заключается в том, что группа использует только два метода самосохранения, ей известные: борьбу или бегство. Разбивка на пары допускается потому, что это альтернативный способ сохранения группы.

8. Третье основное предположение заключается в том, что существует внешний объект, который обеспечит безопасность незрелого организма. Это дает почву для возникновения зависимой группы, основанной на некоем подобии религиозной системы. Независимая мысль удушается, ереси преследуются, а лидер подвергается критике, потому что он не волшебник, которому можно поклоняться; в этой части рациональный подход отвергается.

9. Зависимая группа противостоит объективному развитию под предлогом верности лидеру или своей традиционной «библии» – слову бога группы или того, кто превращен в бога группы, чтобы противостоять переменам. Если предоставить ее самой себе, зависимая группа изберет в качестве лидера своего наименее здорового члена: параноидального шизофреника, истерика или преступника. Если лидер (например, Бион) не вмешивается, группа утверждает, что он одновременно безумен и надежен. Поскольку это явное противоречие, группа начинает тревожиться. А потом постарается привлечь другие группы для решения этой проблемы.

10. Основные предположения, которые в данный момент жизни группы не актуальны, хранятся в некоей «протоментальной системе», в которой сливаются физическое и психическое. Здесь взаимоотношения трех основных предположений усложняются.

11. Важно изучать, что происходит, когда группа переходит от одной культуры к другой, как, например, от рабочей группы к группе одного из трех основных предположений.

12. Группы основного предположения привлекают членов тем, что создают иллюзию, будто член может погрузиться в группу без обязательного развития. Таким образом, группа раскалывается на необразованное большинство, которое противостоит работе, и образованное меньшинство, которое хочет развития. Рабочие группы постоянно испытывают воздействия со стороны групп основного предположения; тем не менее в конечном счете побеждает рабочая группа.

13. Рабочая группа должна предотвращать вмешательство основных предположений. Групповая организация укрепляет рабочую группу; без организации рабочая группа может быть поглощена группами основных предположений. Организация и структура – это оружие группы. Они являются результатом взаимодействия и сами побуждают дальнейшее взаимодействие. Группа, действующая на базе основного предположения, не нуждается ни в организации, ни во взаимодействии.

14. В группах основного предположения существует спонтанное инстинктивное сотрудничество, которое называется «валентностью». Интерпретации, связанные с валентностью, могут и должны заменить психоаналитические интерпретации в групповой терапии. Они могут повергнуть группу в молчание. Можно показать, что для индивида не существует в группе способа «ничего не делать», хотя он и делает «ничего».

15. Психоаналитические интерпретации оправдываются терапевтами как попытки преодолеть сопротивление. Но на самом деле это попытки справиться с «негодностью» группы, ее очевидной нестабильностью для терапевтических целей. Такие интерпретации только усиливают независимые тенденции группы.

16. Встреча группы в определенном месте и в определенное время «не имеет отношения к производству группового феномена». Место и время существуют до того, как их существование становится очевидным.

17. Группы дают результаты, которые кажутся странными наблюдателю, не привыкшему к использованию групп.

18. Платон подчеркивал гармоническое взаимодействие в работе групп. Августин постулировал гармонию через взаимоотношения каждого индивида с Богом. Ницше предполагает, что группа достигает жизненности, только реализуя свои агрессивные импульсы.

Иногда Бион скромно говорит о тех реакциях, которые происходят «в каждой группе, членом которой я был», и о том, что значит «быть в группе, в которой я присутствую». Однако в других местах он рассуждает так, словно его выводы универсальны для всех групп, включая исторические. Например, когда он утверждает, что «предоставленная самой себе зависимая группа выберет лидером самого больного своего члена», он не уточняет, происходит ли это только при использовании его очень своеобразного и интересного способа обращения с группами или это универсальное правило. Больные «злые гении» Ломброзо, если брать большую категорию, очень нелегко добивались «избрания» лидерами, в то время как Р. Сиерс находит, что «лидеры» среди пациентов демонстрируют больше общего в характере, чем в степени встревоженности. В сущности, концепция Биона о «лидерах основных предположений» ставит проблему: возможен ли в терапевтической группе иной «лидер» кроме самого терапевта, как бы усердно терапевт ни старался избежать личной вовлеченности. Используя слова самого Биона, даже терапевт, который «ничего не делает», не может делать «ничего».

Бион тщательно изучал некоторые основные аспекты групповой психологии и подчеркивал важность наблюдения за процессами в группах без предрассудков и предубеждений.

Остается проверить, происходит ли то, что наблюдал Бион, в каждой группе или только в особых группах, то есть закономерны эти явления или случайны.

Берроу

Тригант Берроу, работавший в фонде Лифвинн, Коннектикут, был плодовитым автором. Настоящее резюме дает обзор восьми статей, шесть из которых написал он сам, а две – его последователи Ганс Сиз и Уильям Галт. Именно эти статьи отобрал сам доктор Берроу, когда его попросили выбрать самые представительные работы. Как в случае с Бионом и Фрейдом, его идеи легче было понять в процессе созревания, чем позже, когда они усложнились в результате дальнейших исследований. В законченном виде система может показаться постороннему наблюдателю слишком сложной, чтобы изучать ее без указаний автора или хорошо подготовленного последователя.

В первой статье – «Основы группового анализа», опубликованной в 1928 году, Берроу предлагает групповую терапию как «ценное дополнение к существующим методам лечения невротических и психически больных пациентов». Он заявляет: «В течение нескольких лет… я ежедневно на практике наблюдал взаимоотношения, которые возникают при экспериментальных условиях в группах». Он действительно на практике пользовался тем, что 15 или 20 лет спустя на основе собственного опыта стали применять многие терапевты.

«Количество индивидов, участвующих в одном групповом сеансе, должно быть ограничено примерно десятью… Сеансы длительностью в один час проводятся еженедельно. Цель группового анализа – дать индивиду возможность выразить себя в социальной обстановке без помех со стороны привычных социальных образов».

Он ясно дает понять, что предпринимает попытку с помощью психоаналитических принципов обнаружить, что происходит под поверхностью социальных взаимодействий.

Хотя в 1941 году он написал, что «групповой метод анализа… не связан с недавно предложенными способами лечения, известными под названием групповой терапии», с самого начала ясно, что Берроу – родоначальник того, что сейчас называется групповым анализом или аналитической групповой терапией. На этом основании можно утверждать, что, наряду с его позднейшим вкладом в изучение групповой динамики, Берроу был первым групповым терапевтом, систематически применявшим этот метод. В сущности, во многих отношениях его можно рассматривать как выдающегося пионера во всей науке изучения малых групп. Поскольку он придерживался ортодоксальных взглядов и формулировал свои выводы слишком специальным языком, работы его в целом игнорируются или лишь кратко упоминаются, за исключением его собственных последователей. В статье 1928 года он опередил Биона в открытии того, что Бион называет основными предположениями, особенно в отношении борьбы, бегства и зависимости; он опередил Эзриеля в анализе «здесь и теперь», или, как выражается сам Берроу, «конкретной группы в конкретный момент»; он опередил выводы Акермана о «социальных ролях». Кстати, в этом отношении Юнг (1920) опередил Берроу.

Работа Берроу заставила его особенно тщательно изучать проблемы внимания, которые интересовали его с самого начала. Он рассматривает поведение людей в группе как неестественное. Каждый член группы, нормальный или невротик, «особо чувствителен к впечатлению, которое он производит на остальных». Эта проблема так его занимает, что в действительности он не способен стать членом группы. Вместо того чтобы кооперироваться в подлинном значении этого слова, он все время остается враждебным и соревнующимся. Все его пребывание в группе затуманено вниманием к внешнему впечатлению.

«В так называемых нормальных общностях под внешними выражениями скрываются тот же страх, то же подавление, неуверенность и даже уклонение – те же самые эмоциональные субституции и сознание вины, та же односторонняя секретность и самозащита; тот же подъем и упадок, краткий или продолжительный; короче, те же невротические реакции, которые характеризуют изолированного пациента».

Это отношение враждебного, поверхностного, соревнующегося самосознания связано с особым типом затуманенного внимания, которое Берроу называет «дитенсией». Однако с помощью опыта индивид осваивает иной тип внимания, который Берроу называет «котенсией», при котором индивид действует согласованно с окружением. Состояние котенсии ассоциируется с психологическими переменами. У пациентов Берроу частота дыхания при дитенсии достигала 10 вздохов в минуту, а при котенсии падала до трех в минуту; количество кислорода, усвоенного за минуту, оставалось одинаковым, но в состоянии котенсии он использовался более эффективно. Происходили также изменения в движении глаз и в электроэнцефалограмме.

Представление Берроу о котенсии неспециалисту понять трудно, и, может быть, именно в этом причина того, что его работы не оказали влияния на более широкий круг групповых психологов и групповых терапевтов. Однако нет никакого сомнения в том, что во многих группах временами исчезают нормальные отношения соперничества и при этих условиях происходят существенные перемены в атмосфере группы, создается почти религиозное отношение, которое существенно отличается от других состояний группы. Поскольку такая атмосфера производит сильное впечатление и полна смысла и поскольку большинство «ученых» исследователей групп ее игнорируют (может, потому, что они слишком «ученые»), работы Берроу о котенсии нуждаются в тщательном осмыслении.

Тексты Берроу нелегко понять, их трудно резюмировать, но в упрощенной форме некоторые из предложенных им принципов таковы.

1. Групповой или социальный анализ – это анализ конкретной группы в конкретный момент.

2. Социальная группа состоит из личностей, каждая из которых представлена символом, который Берроу называет «Я», или «сам Я», или «Я-персона».

3. Этот символ принимается другими индивидами в группе. Это основа их взаимосвязей, они потакают друг другу, принимая искаженные изображения друг друга.

4. Социальный образ переводит интерес индивида от себя самого к тому, как воспринимают его другие. В соответствии с этим образом каждый из нас стремится играть определенную роль, изображать определенный характер или часть социальной схемы.

5. Индивид постоянно сопоставляет собственное представление о себе с тем, как его представляют другие.

6. Нет разницы в социальных образах невротика и нормального индивида. Никто не может приобрести рациональное отношение к этим частным образам.

7. Социальный образ тесно связан с ранними антропоморфическими представлениями и с намеками на сверхъестественное.

8. Чувства в социальной общности постоянно искажаются, поэтому частное мнение с личными интерпретациями часто принимается охотней свидетельств органов чувств.

9. В результате человек видит во внешних объектах смысл, который этим объектам не принадлежит; поэтому мир человека окрашен его собственными фантазиями.

10. Мы обычно не распознаем диктаторское влияние отцовского образа на наши текущие социальные взаимоотношения.

11. Человек должен осознавать, что он использует чисто эмоциональные символы в ущерб сплоченности своей группы.

12. Есть два вида внимания в социальных процессах. При дитенсии доминирует аффектно-символический образ, он искажается в результате влияния образа самого индивида. При котенсии аффективные элементы ограничены, и отношение индивида к окружению снова становится безусловно первичным.

13. Универсальной реакцией человека является проекция. Она заполняет его сознание и забивает природные каналы социальных контактов и связей.

14. Персоналистские концепции являются ответвлением от процессов естественного роста; они лежат в основе условных рефлексов, которые навязываются ребенку контактом с миром взрослых. Взаимодействие среди детей является первичным по сравнению с соревновательным (Галт).

15. Поведение человека определяется «состоянием сна», образом эгоцентрической вселенной из-за преувеличения его способности создавать и использовать символы и образы. Не в силах обуздать свои чувства, люди создают разрывы между собой.

Эзриел

Генри Эзриель, из Тавистокской клиники в Лондоне, опубликовал три работы по групповой динамике и технике групповой терапии, которые представляют особый интерес. Его выводы можно подытожить так:

1. Индивид, встречаясь с другим индивидом, пытается установить с ним такой тип отношений, который в конечном счете уменьшает напряжение между объектами подсознательных фантазий.

2. Каждый член приносит на групповую встречу некие подсознательные взаимоотношения с «фантастическими объектами», в которые также подсознательно хочет вовлечь других членов группы.

3. Поведение других пациентов в группе действует как стимул в тестах, подобных тесту Роршаха, провоцируя реакции, вызванные подсознательными фантазиями. Аналогичный эффект производят некоторые действия аналитика.

4. Общий знаменатель всех подсознательных фантазий членов представлен общим групповым напряжением или общей групповой проблемой, о которых группа не подозревает, но которые определяют ее поведение.

5. Имея дело с общим групповым напряжением, каждый член избирает для себя роль, которая характеризует его личностную структуру, из-за его специфических подсознательных фантазий, которые он пытается разрешить при помощи соответствующего поведения всей группы.

6. Роль, которую избирает для себя каждый член в «драме», разыгрываемой во время сеанса, демонстрирует его специфический защитный механизм в обращении с собственным подсознательным напряжением.

7. «Ситуация трансференции» не специфична для лечения; она возникает всегда при встрече одного индивида с другим. Таким образом, очевидное поведение, помимо сознательно мотивированных образцов, содержит попытки разрешить отношения с подсознательными объектами фантазии, пережитками нерешенных конфликтов детства.

8. Каждый член проецирует свои подсознательные объекты фантазии на других членов и пытается соответственно ими манипулировать. Каждый смиряется с ролью, отведенной ему другими, только если эта роль совпадает с его собственной фантазией и позволяет ему отводить другим соответствующие роли. В противном случае индивид постарается изменить положение, чтобы реальная группа соответствовала его фантастической группе.

9. Индивид старается ослабить напряжение либо в деятельности, которая служит только этой цели, либо в деятельности, навязанной индивиду сознанием и окружающей средой.

10. Все, что говорит и делает пациент во время сеанса, выражает его потребность в специфических отношениях с терапевтом; он пытается вовлечь аналитика во взаимоотношения со своими фантастическими объектами и с их представителями во внешней реальности.

11. Существуют три типа объективных взаимоотношений: желаемые взаимоотношения, которые пациент хочет установить с группой и в особенности с терапевтом; другая разновидность желаемых отношений, которых, как чувствует пациент, во внешней реальности следует избегать, как бы он к ним ни стремился; и, наконец, отношения, которые принесут несчастье; эти несчастья наступят неизбежно, если пациент вступит в те взаимоотношения, которых он избегает, но втайне желает. Например, группа пациентов хотела бы установить друг с другом отношения «на основе имен», чтобы избежать отношений с терапевтом «на основе прозвищ», в результате чего, как опасались пациенты, наступит «отвержение».

12. Старчи подчеркивает, что только анализ отношений «здесь и теперь» представляет «мутационную» интерпретацию, т. е. такую, которая может постоянно изменять личность пациента (что означает изменение его подсознательных потребностей). Рикман и другие полагают, что необходимо пользоваться только интерпретациями трансференции.

13. В группе «здесь и теперь» удается избежать недостатков, связанных с тем, что психотерапевтическая группа представляет собой артефакт, не имеющий младенческой истории. Такая группа также позволяет нам эффективно справляться с чувством преследования у пациента, которое особенно ясно проявляется в присутствии посторонних наблюдателей.

14. Иногда все члены группы вовлекаются силами, выходящими из-под их контроля, в то, что они считают бесполезным обсуждением. Например, они могут критиковать члена, который слишком много рассуждает по поводу их рассуждений.

15. Терапевтическая группа имеет то преимущество, что влияние ее определенной заранее структуры сравнительно слабо по сравнению с подсознательными силами каждого члена. В «группе задания» подлинные столкновения интересов безнадежно перемешаны с подсознательно детерминированными конфликтами.

16. Подробный анализ каждого замечания, сделанного пациентом и терапевтом в группе, и создание набора динамических концепций как будто позволяют приблизиться к формулировке и проверке гипотез о динамике человеческого поведения.

Представление Эзриеля о терапевтической группе как об артефакте, не имеющем младенческой истории, противоречит его предположению о том, что все происходящее в группе основано преимущественно на трансференции. Он считает опасения по поводу будущих неприятностей проекцией, в то же время связывая параноидальное отношение группы с присутствием постороннего наблюдателя. Он преуменьшает значение заранее определенной структуры терапевтической группы и считает безнадежным стремление отделить феномен задания от «подсознательного феномена конфликта» в группе задания. Все эти проблемы нуждаются в дальнейшем исследовании. Взаимное манипулирование членов подробнее рассматривается Дж. Бахом под названием «установленные операции».

Фолкс

Среди работ С. X. Фолкса, из Лондонского института психоанализа, особенно интересна статья о лидерстве. Фолкс разделяет точку зрения Биона, согласно которой терапевт не должен подходить к проблемам групповой динамики с заранее сформировавшимися убеждениями: «Наблюдатель не должен допускать ошибку, слишком легко перенося концепции, полученные при изучении психологии индивида, в особенности психоаналитические концепции, в новую область наблюдений… Разумеется, он найдет здесь все «уже знакомое в действии, но узнает мало что нового». А вот просто наблюдая происходящее, он больше узнает о динамике группы, и «поистине новый свет прольется на механизмы индивидуального психоанализа… Психология групп должна развивать собственные концепции, а не заимствовать их у психологии индивида».

Выводы Фолкса относительно лидерства могут быть подытожены следующим образом.

1. Группа группового анализа есть карикатура на группу, а ее лидер не лидирует.

2. В группе существуют две основные проблемы. Видимый уровень касается отношений с другими людьми во взрослой жизни и в современной реальности. Внутренний уровень касается отношений с родительским авторитетом, представленным в изначальном образе лидера и соответствующим младенчеству и изначальной реальности.

3. Лидер активизирует и аналитический и интегративный процессы. Тревога, вызванная ожившими образами и представлениями, ранее хранившимися в подсознании, уравновешивается ростом силы группы. Группа может уравновесить воздействие новых источников беспокойства с помощью собственной растущей силы.

4. Первая основная проблема социальной жизни – это столкновение между эгоистическими потребностями и импульсами индивида и ограничениями, наложенными на него группой. Индивид узнает, что для собственной безопасности и защиты от вторжения импульсов других членов он нуждается во власти группы.

5. Поэтому он должен создавать и поддерживать власть группы путем модификации собственных импульсов. В обмен на эту жертву он получает поддержку группы для собственной индивидуальности. Если он хочет, чтобы другие терпели его притязания, он должен терпеть притязания других и сдерживать в себе то, что не может терпеть в других.

6. В подсознательной фантазии группы терапевт занимает позицию первобытного лидера; он всеведущ и всемогущ, и группа ожидает от него чуда. Но если справедливо, что семья – это группа, неверно считать группу семьей.

7. Группа может непосредственно оживить архаичное наследие психологии «первичной орды», как описано у Фрейда (и, можно добавить, подчеркнуто Клепманом).

8. В результате группе нужен лидер в образе всемогущей богоподобной отцовской фигуры, абсолютного лидера, это положение терапевт не может утратить, хотя может его испортить. (Это стремление наиболее отчетливо отмечено Бионом и в дальнейшем изучалось Берном, Старрелсом и Тринчеро.)

9. «Необходимо выработать научный подход к групповой динамике и концепции, которые позволили бы нам понимать друг друга, выражаясь на понятном всем языке».

10. В личности лидера есть элементы, различимые не современной наукой, а, скорее, искусством и религией, – первичные связи, без которых он не может пробудить или сдержать «древнее очарование».

Во взглядах Фолкса на терапевта как на проводника, который в сущности не является лидером, существует противоречие. То же самое можно сказать о его положении, будто терапевт не может утратить свою позицию абсолютного лидера в подсознательных фантазиях членов, что бы он ни делал. Вдобавок группа стремится к «отцовской фигуре»; это противоречит мысли о том, что группа не семья. Во многих отношениях можно перевернуть высказывание «семья – это группа, но группа не семья» и сказать напротив: «семья – это не группа, но группа – это семья». Некоторые аспекты этой проблемы рассматриваются Бьюкенкампом и Гротьяном.

Морено

Помимо работ указанных четырех ученых, следует познакомиться с социометрической концепцией Морено.

Методология

Изучающие групповую динамику и не знакомые с психоаналитической теорией (или не принявшие ее всерьез) расширят свои возможности наблюдения и оценки и откроют для себя новую и очень важную литературу, исправив этот недостаток. Многие работы Фрейда теперь широко распространены и вполне доступны. Те, кто хотел бы получить легко усвояемое резюме, должны обратиться к популярной работе на эту тему автора (Берна).

Что касается общей методологии, можно процитировать рецензию Дж. Броновски на «Научное объяснение» Р. Б. Брейтвейта. Брейтвейт, профессор философии из Кембриджа, не вполне согласен с максимой Бертрана Рассела: «Там, где это возможно, логические конструкции следует заменять объективными заключениями». Броновски пишет: «Мы должны искать проявления законов в их взаимных пересечениях. Мне кажется, что в качестве доказательства нужно приводить тот порядок, который законы привносят в многообразие фактов природы».

Другие методологические подходы, легко усвояемые и понятные неспециалистам, можно найти у Бора, Кентрила, Эриксона, Планка, Ричтера, Рудерфера, Стюарта, фон Берталанфи, Уивера и Вайнера.

Резюме

В обзоре литературы, охватившем пространство от Индии и Китая, от древних восточных очагов цивилизации через Афины, Вену, Лондон и Нью-Йорк до Сан-Франциско, был подтвержден один из принципов групповой динамики. Его наиболее четко изложил Конфуций: «Люди довольны своим лидером, потому что он для них как отец. Если князь правильно ведет себя, он установит в стране порядок». Это попытка ответить на вопрос, фундаментальный для всех теорий групповой динамики: почему человек делает то, что ему велят другие?

Приложение 2

Предлагаемая классификация социальных агрегаций

Всякая попытка разработать плодотворную и исчерпывающую теорию групповой динамики требует специального определения термина группа. Первым требованием является разграничение групп и негрупп. Это разграничение в литературе проводится редко. Вдобавок в обширной и непрерывно растущей литературе по социальным наукам почти столько же определений, сколько авторов, и это затрудняет точное понимание друг друга.

Конкретный пример позволит показать, что существуют важные различия между разнообразными типами социальных агрегаций.

Количество людей, которых можно каждый день между тремя и четырьмя часами дня застать на пляже в Кармеле, Калифорния, разнится от менее десяти до многих сотен. На эти отличия оказывают сильное воздействие такие внешние факторы, как погода и время года, но эти варианты не имеют известных нам связей с внутренней социальной ситуацией в общине отчасти потому, что солнечным летом в период отпусков большинство посетителей пляжа приезжие. Однако количество людей, которые в том же поселке посещают приемы, подвержено лишь слабому воздействию таких внешних факторов, как погода, но зато подчинено сильному влиянию внутренней социальной ситуации. В течение нескольких лет автор каждый вечер по воскресеньям «был дома». Никаких специальных приглашений не рассылалось, но «всем было известно», что всякий пришедший будет доброжелательно принят. Посещаемость этих приемов напоминает последовательность случайных чисел: одну неделю – два гостя, на следующую – 58, на третью – 23 и т. д.

С другой стороны, автор в том же поселке достаточно долго также вел три психотерапевтические группы. Было отмечено, что посещаемость этих организованных групп не зависела от погоды или социальной ситуации в поселке, но зависела преимущественно от двух факторов: неизбежных внешних случайностей и внутренней ситуации в группе, как ее представляли себе индивидуальные члены. В результате, несмотря на значительную разницу в демографии групп, посещаемость их оказалась почти невероятно сходной. Когда эти три группы были сопоставлены с двумя аналогичными группами в Сан-Франциско, сходство продолжилось. Во-первых, средняя посещаемость в каждой из этих пяти групп за период их существования (от восьми до тридцати трех месяцев) оказалась равной 86 % плюс-минус 3 %; во‑вторых, отсутствия, вызванные психологическими конфликтами между индивидуальными членами групп, составили 21 % плюс-минус 3 %; в‑третьих, в каждой группе 50 % членов плюс-минус 8 % давали образцовую стопроцентную посещаемость. Были и другие сходства.

Когда средняя посещаемость во всех сериях групп – 88 % – была сопоставлена со средней посещаемостью в других организованных сериях групп, выяснилось еще более поразительное сходство. Средняя посещаемость клубов Киванис в Калифорнии, Неваде и на Гаваях за апрель, май и июнь 1953 года составила 89,7 %; в Ротари-клубах США за октябрь 1952 года – 87,8 %; посещаемость двух начальных школ, одной средней школы в Кармеле и одного колледжа для младшего возраста по соседству – 89,6 %. Таким образом, расхождение во всех этих сериях групп составило всего 1,9 %, а максимальное отклонение от средней величины в 88,8 % составило для всех четырех показателей всего 1 %.

Необходимо проверить, сохранится ли это сходство при изучении больших групповых серий. Тем не менее остается фактом, что посещаемость организованных групп качественно отличается от посещаемости приемов и иных неорганизованных встреч. Поскольку «существование» всех этих агрегаций зависит от присутствия членов, нельзя упустить данные о посещаемости; они более важны, чем многие другие факторы, определяющие динамику этих собраний.

Очевидно, что существуют важные различия в соотношении причин, которые определяют посещаемость в этих трех типах социальных агрегаций: на пляже, на приемах и в организованных группах. Эти отличия практически очень важны для дорожной полиции в поселке, для хозяина, который должен купить и приготовить выпивку и угощение на приеме, и для лидеров организованных групп (школьных учителей, терапевтов и т. д.), которые стремятся достичь определенной цели. Опыт скоро покажет, что имеются и различия в атмосфере этих трех типов собраний, и во взаимоотношениях составляющих их людей. Поэтому существуют достаточные основания, чтобы усомниться в правильности подведения их под одно и то же название (такое, как группа). Более различительный подход, какой используется в других науках, позволяет создать классификацию социальных агрегаций, которая представляет значительный практический и теоретический интерес.

Такой подход позволяет выделить пять типов собраний: массы, толпы, приемы, группы и организации. Прежде чем систематически определять их, проиллюстрируем их несколькими «засушенными образцами» – их живые оригиналы можно найти во многих общинах.

Допустим, что каждый индивид в мире получает простейший отличительный признак – номер. Нам удобно начать нумерацию с поселка Кармел в Калифорнии, который имеет вымышленное население в 40 человек. Жители поселка получают номера от 01 до 39, а сороковой номер – 00 – зарезервирован для наблюдателя. Примем, что номера больше 5 000 000 000 в мире не будет.

В первой ситуации большое количество людей, жителей поселка и приезжих, в беспорядке (с точки зрения 00) расположились на пляже. В каждый данный момент, выбранный случайно, 00 обнаруживает себя окруженным массой людей. Очевидно, он не может предсказать, кто будет с ним по соседству, поскольку все встречи происходят случайно, по крайней мере по отношению к нему. При таких условиях он может обнаружить, что в один момент его соседями являются шестеро местных и двое приезжих, а через несколько минут это соотношение меняется на противоположное. В любой момент он может оказаться по соседству с любым номером. Единственное, в чем уверен 00, так это в том, что он не встретит номера больше 5 000 000 000.

Во второй ситуации 00 отправляется в почтовое отделение за почтой в тот же час, что и большинство других жителей поселка. Поскольку большинство приезжих получают почту в других местах, они не присоединяются к данной толпе, но при различных обстоятельствах и здесь может оказаться несколько приезжих. 00 по опыту знает, что на улице, ведущей к почте, он скорее встретит номера с 01 до 39, чем между 40 и 5 000 000 000. Но сколько именно он их встретит, не знает из-за постоянно меняющихся обстоятельств: невозможно предсказать, сколько приезжих в данный день будет в поселке и сколько его жителей куда-то уедут. И здесь преимущественно (говорит 00) все встречи происходят случайно, но с определенной уверенностью на основе опыта можно предсказать, что встреч с людьми одного класса (жителями поселка) будет больше, чем с людьми других классов. Реальные подсчеты на квартале, ведущем к почтовому отделению Кармела, в течение года в период между 10–50 и 11 часами утра подтвердили это предположение.

В третьей ситуации 00 отправляется на прием, куда приглашены только местные жители; таким образом, он впервые оказывается на собрании с внешней границей. При условии, что все подчиняются правилу, 00 впервые может кое-что предсказать с полной уверенностью, а именно: кто бы ни подошел к нему на приеме, у него будет номер между 02 и 39 включительно. Но он не может сказать, какой именно член окажется рядом с ним и какого не будет в каждый данный момент. (Случаи, когда не все подчиняются правилу, относятся к другой главе теории групповой динамики и не будут здесь рассматриваться.)

В четвертой ситуации 00 отправляется на концерт, который дается только для жителей поселка, имеющих четные номера. Музыканты-исполнители все имеют номера, представляющие собой квадрат (4,16 или 36), и все номера-квадраты – музыканты. В этой ситуации есть не только внешняя, но и внутренняя граница (огни рампы), которая отделяет музыкантов от аудитории. 00 может с полной уверенностью предсказать, что все его соседи будут иметь четные номера от 02 до 38 включительно; что все номера, представляющие собой квадраты, будут на сцене и что он сам будет в ином регионе, чем квадраты. Таким образом, он может с уверенностью предсказать, какие номера не будут сидеть рядом с ним, но не сможет предсказать, какие индивиды будут сидеть рядом.

Ситуация 5: организация

В пятой ситуации 00 посещает собрание политической организации жителей поселка с четными номерами. Жители первого административного района имеют номера, оканчивающиеся нулем, и сидят слева; жители второго района имеют номера, оканчивающиеся двойками, и сидят в следующем вертикальном ряду, и так далее, вплоть до пятого ряда, крайнего справа, в котором сидят жители пятого района, номера которых оканчиваются на 8. В первом от сцены ряду сидят президенты районных советов, вице-президенты – во втором ряду, секретари – в третьем ряду, а казначеи – в четвертом. Они различаются по первым цифрам, 0, 1, 2 и 3 соответственно. Как бывает примерно на половине встреч этой организации, присутствуют все; присутствует также приезжий выступающий, номер которого 123456.

Теперь 00 может предсказать не только все то, что в предыдущих случаях, но и многое другое. Он знает, что шансы на то, что будут присутствовать все и не все, равны; но если будут присутствовать все, он сможет точно предсказать номер каждого своего соседа в любом направлении. Например, он знает, что при полном присутствии номер самого далекого от него члена будет 38. И независимо от того, придут ли на встречу все, он знает следующее: ни один член из второго района не будет сидеть по соседству с членом из четвертого района; ни один президент не будет сидеть рядом с секретарем и т. д. Больше того, он может с уверенностью предсказать, что, если явится на встречу той же самой организации 50 лет спустя, он будет знать первую и вторую цифры, то есть функцию и территорию каждого из своих соседей и, в сущности, всех в помещении, и что, если будут пустые места, он сможет назвать цифры, роли и территории отсутствующих членов. Но он не сможет предсказать переменные цифры, то есть личности каждого индивида, который может присутствовать на встрече в отдаленном будущем, когда большинство серийных номеров станет больше 5 000 000 000. Такая способность предсказать качества еще не рожденных людей является специфической особенностью организации, которую она лишь отчасти разделяет с приемами и группами.

Такой пример типичных собраний (с единственным условием, что все подчиняются правилам, поскольку теория нарушений должна рассматриваться отдельно) иллюстрирует классификацию, которая, по мнению автора, включает и выделяет каждую известную человеческую социальную агрегацию. Полезность такой схемы подчеркивается тем фактом, что она в чем-то параллельна обыденным отличиям. Интересный пример возражения против этой классификации, высказанного коллегами автора: способность предсказать, кто твой сосед, основана на тривиальной базе и указывает на стремление к точности физической теории в ущерб психологическим соображениям. Любопытное возражение, поскольку в большинстве случаев знание того, кто будет твоим соседом, является наиболее важным фактором в определении членства добровольных групп или присутствия на приеме. Это соображение может стать решающим при выборе и пляжа, и фирмы, с которой человек предпочитает иметь дело.

* * *

Договоримся, что при выработке определений для массы, толпы, приема, группы и организации мы назовем собранием любую агрегацию людей, включающую более двух индивидов. (Такое ограничение устранит трудности, с которыми в данное время нет смысла считаться.) Всякий индивид, который кажется наблюдателю отличающимся в каком-то значительном отношении от остальной части собрания, называется дифференцированным. Всякое собрание, члены которого кажутся наблюдателю недифференцированными, называется бесструктурным. Граница есть любой фактор или набор факторов, который кажется наблюдателю вносящим порядок в собрание путем ограничения определенного региона. Индивиды, окруженные границей, называются анклавом. Таким образом, членство в анклаве есть одна из форм дифференциации. Анклав, разделенный внутренними границами на два или больше регионов, называется структурированным. Всякое собрание, которое не является бесструктурным или структурированным, может быть названо неструктурированным.

Масса – это недифференцированное бесструктурное собрание. Формальной характеристикой массы является то, что наблюдатель не может предсказать ничего о своих соседях в каждый данный момент. Масса есть внешне случайный набор людей без всякой информации о нахождении каждого из этих людей в любой момент будущего. Именно это имеют в виду политики, когда говорят о «массах» как о большом количестве взаимозаменяемых равнозначных индивидов, живущих повсюду. Психологическое значение «случайности» следует отличать от других значений этого слова. Психологически с тем, что кажется случайным, обращаются как со случайным; тот же самый набор феноменов другому наблюдателю может показаться очень упорядоченным.

Класс – это несколько индивидов, отличающихся от массы явной тенденцией реагировать одинаково на определенные события. Члены класса могут быть случайно распределены в толпе, и в таком случае наблюдатель опять ничего не может предсказать о своих соседях в каждый данный момент. Поэтому класс дифференцирован, но может быть рассеян в бесструктурной беспорядочной массе. Классы не обязательно являются агрегациями, но агрегации состоят из классов. «Рабочий класс» не обязательно социальная агрегация в стране, но такие организации, как профсоюзы, формируются из него.

Толпа – это концентрация класса. Формальной характеристикой толпы является способность наблюдателя предсказать, что его соседи вероятней будут принадлежать к одному классу, чем к другому. Член толпы, направляющейся к футбольному стадиону, может уверенно предсказать, что большинство его соседей проявят такой же интерес к предстоящему событию, то есть все они идут на стадион. Таким образом, толпа – это дифференцированное неструктурированное собрание. Однако иногда толпа может приобретать временную структуру; например, когда зрители какого-нибудь случая собираются вместе в попытке спасти пострадавших; в таком случае в толпе может возникнуть временная структура, состоящая из лидеров, работников и зрителей; и она будет сохраняться до прибытия профессиональных спасателей.

Прием – это неструктурированный анклав. Характеристикой его является то, что наблюдатель может с полной уверенностью предсказать, что внутри границы все соседи будут принадлежать к одному классу, но не может предсказать, какой именно из членов будет или не будет по соседству. Члены приема дифференцированы тем, что окружены границей. Таким образом, класс включает только тех членов массы, которые могут законно пересечь границу. Но прием отличается от группы или организации тем фактом, что он не имеет значительных внутренних границ; то есть внутри анклава нет значительной дифференциации[42].

Группа – это структурированный анклав. Его характеристикой служит способность наблюдателя предсказать, что внутри границ группы все члены будут принадлежать к одному классу; больше того, наблюдатель может предсказать, какой из членов будет в одном регионе группы, какой – в другом. В определенный момент группа может превратиться в организацию, например, когда в ней имеется больше двух, трех или четырех регионов. Группа называется полностью организованной, когда регионов столько же, сколько членов, и когда границы четко определены. В полностью организованной группе наблюдатель может предсказать точное положение каждого индивида по отношению к его соседям. Это противоположный полюс по сравнению с беспорядочной массой.

Применяя такую систему классификации, некоторые обычно обсуждаемые собрания удобней разбивать на компоненты и по практическим причинам рассматривать эти компоненты отдельно. Группу, состоящую из организации плюс прием или толпа, можно назвать представлением; одна особа может отвечать за организацию, или игроков, а другая – за толпу, или аудиторию. Это применимо, например, к футбольным матчам, театральным спектаклям и концертам и даже к таким «импровизированным представлениям», как работа пожарной команды.

На практике определение границ, особенно внутренних, редко достигается за один раз, но подвергается многочисленным прояснениям и утверждениям, т. е. на это требуется время. Почти все известные лидерства действуют на основании принципа, согласно которому периодические физические встречи необходимы для обеспечения определенности, жизненности и выживания группы, и такие встречи организуются чаще всего на определенном месте: на площади или в зале, где такая группа и «существует». В настоящей теоретической классификации границы не определяются в материальном смысле. В реальном мире люди и анклавы стремятся купить, снять, присвоить, включить или приписать себе определенные территории. Насколько известно автору, нет ни одного анклава, который не имел бы какой-либо собственной постоянной или временной «квартиры». Поэтому собрания должны рассматриваться в их физическом местопребывании, так что границы могли бы существовать как реальные архитектурные или территориальные ограничения; они не менее реальны, чем «территориальные» границы животных. Это иногда вызывает затруднения, особенно при определении внутренних границ маленьких тесных групп, но эти затруднения разрешимы.

* * *

Такая система классификации ведет непосредственно к главным проблемам групповой структуры и групповой динамики.

1. Организационная структура группы может быть определена как взаимоотношения ее регионов. Простейшая структура, подлежащая рассмотрению, такая, в которой только одна внутренняя граница. Она может быть представлена двумя формами: хордой и окружностью и амебной формой соответственно. Каждая разграничивает три региона. На рисунках 37А и 37Б Вн. представляет внешнюю среду, а Л и Ч два региона внутри группы, обычно это лидерство и членство. Базовая структура, состоящая из внешней границы и одной первостепенной внутренней границы, встречается регулярно и может быть названа главной структурой любой группы. Всякое усложнение организации путем дополнительного подразделения Л и Ч может быть названо второстепенной структурой группы, в которой Л и Ч представляют лидерство и членство, компанию и клиентов, исполнителей и аудиторию, офицеров и рядовых, врачей и пациентов, преподавателей и студентов – и вообще все, что может встретиться в группах.

Рис. 37. Теоретическая схема

2. Групповая динамика может быть определена как наука о влияниях, действующих через границы (или пограничные зоны), являющиеся основой групповой структуры. Рисунок 37В, на котором амебная форма использована для ясности, представляет простейшее возможное расположение таких влияний.

Вн. представляет собой дезорганизующие влияния со стороны внешней среды, которые в каждый данный момент могут угрожать разрушением внешней границы. Эта граница представляет определенную степень порядка, и поэтому дезорганизующее воздействие Вн. представляет беспорядок. Единство внешней границы поддерживается противоположным влиянием, обозначенным Ч1, действующим в данном случае со стороны членства. Внутренняя граница тоже находится в состоянии динамического равновесия под действием двух противоположных влияний Л и Ч2. Эта граница представляет собой значение внутри значения, еще более высокую степень информации и порядка. Рисунок 37В можно истолковать так: «Энергия членства разделена на два компонента. Один компонент поддерживает единство группы перед лицом физических и социальных разрушительных сил извне. Второй посвящен трансакциям с лидерством[43].. Энергия лидерства направлена на трансакции с членством».

Обычно Л тоже делится на два компонента – Л 1 и Л 2. Л 1, как и Ч1, связано с Вн., а Л 2 связано с Ч2. Если Л и Ч разделены второстепенной групповой структурой, в таком случае сила Л 3 будет направлена на границу главной структуры в Л, а компонент Ч3 будет направлен на второстепенную границу в Ч. Это легко начертить дополнительно, если хорошо усвоено размещение, представленное на рисунке 37В.

Динамические взаимоотношения Ч1 и Вн. на внешней границе могут быть названы внешним групповым процессом. Отношения между Ч2 и Л на главной внутренней границе называются главным внутренним групповым процессом. Отношения между Л 3 и Ч3 на второстепенных границах – это части второстепенного внутреннего группового процесса.

Словарь

Словарь содержит краткие определения слов, употребленных в терминологическом значении. Большинство этих терминов относится либо к структурным особенностям (компонентам), либо к динамическим воздействиям (переменным величинам), либо к процессам (функциям). Словарь предназначается для кратких справок.

Агент (agent) – тот, кто осуществляет некую форму поведения с целью вызвать реакцию.

Агентство (agency) – орган или компонент группы.

Агрегация (aggregation) – любое собрание более чем двух человек, занимающее установленное пространство. Социальная агрегация (social aggregation) – такая, в которой трансакционные стимулы вызывают трансакционные реакции. Диссоциальная агрегация (dissocial aggregation) – такая, в которой вообще не осуществляются трансакции или осуществляются лишь самые тривиальные трансакции.

Активация (activation) – группа активирована, когда структурные санкции становятся эффективными.

Анализ, игровой (analysis, game) – выявление скрытых трансакций, которые составляет игру.

структурный (analysis, structural) – исследование особенностей и взаимоотношений состояний Эго, присущих данному индивиду.

трансакционный (analysis, transactional) – определение состояний Эго данного индивида, активных в данной трансакции или серии трансакций.

Анклав (enclave) – агрегация, имеющая внешнюю границу. Анклав структурирован (structured), если у него есть и внутренние границы, как у группы или организации, и не структурирован (unstructured), если таких границ нет, как у приема (party).

Аппарат (apparatus) – органы, обеспечивающие выживание группы.

внешний (apparatus, external) – орган, имеющий дело с внешней средой и предназначенный для уменьшения внешнего давления. Обычно состоит из отделов снабжения, предотвращения и боевых действий.

внутренний (apparatus, internal) – орган, имеющий дело с наклонностями индивидов и предназначенный для поддержания структуры группы и усиления ее сплоченности. Обычно состоит из отделов полиции и морали.

Археопсихе (archeopsyche) – часть психики, имеющая дело с состоянием Эго Ребенок.

Вектор (vector) – стрелка на трансакционной диаграмме, указывающая направление.

Взрослый (Adult) – тип состояния Эго. Аспект личности, связанный с объективной обработкой информации и оценкой вероятностей.

Внешнее давление (external pressure) – совокупное действие внешних разрушительных сил.

Внешние разрушительные силы (external disruptive forces) – силы среды, угрожающие структуре группы.

Вовлечение (involvment) – участие не по своей инициативе в играх других членов.

Возбудитель (agitator) – член, совершающий прямое нападение на структуру группы.

Возбуждение (agitation) – объединенная сила активных склонностей индивидов.

Воздействие (impact) – свойство лидера, в результате которого его образ в групповом имаго или в групповой традиции оказывается сильно заряженным, обычно в связи с его способностью усиливать групповую сплоченность.

Вознаграждающий (remunerative) – подчеркивающий роль вознаграждения.

Времяпрепровождение (pastime) – серия простых комплементарных трансакций, направленных на среду и в целом не связанных с групповой деятельностью.

Вступление (accession) – занятие освободившейся ниши лидера по заранее обусловленному правилу, обычно путем наследования.

Вторжение (intrusion) – проникновение в главную групповую структуру в результате внешнего давления.

Вторичные компоненты (secondary components) – те, сила которых может быть изменена по указанию лидера без внесения поправок в конституцию.

Выживание идеологическое (survival, ideologic) – выживание частной структуры после того, как группа перестает существовать как эффективная сила.

физическое (survival, physical) – выживание персонала и оборудования группы.

эффективное (survival, effective) – способность выполнять организационную работу.

Выигрыш (gains) – синоним преимуществ.

Вялость (laxity) – пренебрежение дисциплиной.

Герой (hero) – индивид, сохранивший структуру или канон группы перед лицом сильного сопротивления.

Гибкость (flexibility). 1) легкость, с какой меняется канон; 2) способность члена модифицировать или адаптировать цели и объекты своих индивидуальных склонностей в процессе приспособления.

Голод на лидерство (lidership hunger) – чье-либо желание структурировать деятельность группы.

Граница (boundary) – существенное психологическое или пространственное различие классов или членов внутри группы – внутренняя граница (internal boundary) или различие членов и нечленов – внешняя граница (external boundary).

второстепенная внутренняя (boundary, minor internal) – существенное психологическое или пространственное различие между классами или индивидами внутри членства или лидерства.

главная внутренняя (boundary, major internal) – существенное психологическое или пространственное различие между членами и лидерами.

закрытая (boundary, closed) – граница, которую почти невозможно пересечь извне, если группа активирована.

запечатанная (boundary, sealed) – граница, которую почти невозможно пересечь изнутри, если группа активирована.

открытая (boundary, open) – граница, которую можно свободно пересекать в любом направлении.

Грубость (rudeness) – незаконное нападение на персону.

Группа (group) – социальная агрегация, имеющая внешнюю границу и по крайней мере одну внутреннюю границу. Группы классифицируются с различных точек зрения, при этом выделяются следующие их разновидности:

боевые (combat) – вовлеченные во внешние групповые процессы;

больные (ailing) – с ослабленной эффективностью и действенностью;

вынужденные (constrained) – в которые индивид вступает, потому что ему нужны предоставляемые членам группы привилегии;

вялые (flabby) – слишком мягкие или расслабленные;

действенные (activity) – вовлеченные в деятельность;

демократические (democratic) – с текучим лидерством, гибкой конструкцией и терпимой культурой;

деструктивные (destructive) – деятельность которых увеличивает беспорядок;

добровольные (voluntary) – в которые можно вступить по желанию;

закрытые (closed) – в которых членство зависит от исторических традиций;

запечатанные (sealed) – из которых невозможно выйти;

интенсивные (intensive) – в которых активно проявляют индивидуальные склонности;

комплексные (complex), или сегментированные (segmented), – собрание подгрупп, каждая из которых обладает собственной внутренней организацией;

конструктивные (constructive) – деятельность которых увеличивает порядок;

личные (personal) – в которые индивид вступает, чтобы быть с определенным классом членов;

материнские (mother) – признающие каноническую власть;

напряженные (tense) – в которых члены испытывают угрозу или раздражение;

обусловленные (conditional) – в которых членство зависит от достижений;

открытые (open) – в которых вступление в группу и выход из нее доступны любому члену почти всегда;

принудительные (obligatory) – такие, в которых членство для определенных классов является обязательным;

простые (simple) – группы с одним лидером и одним классом членов;

процессуальные (process) – в которых члены преимущественно заняты внутренними групповыми процессами;

рабочие (work) – занятые преимущественно деятельностью;

расслабленные (relaxed) – члены которых не испытывают чрезмерной угрозы или раздражения;

сильные (strong) – с сильной сплоченностью;

слабые (weak) – со слабой сплоченностью;

случайные (accidental) – членство в которых зависит от случая (например, рождения);

составные (compaund), или дифференцированные (grated) – структуры которых основаны на простой иерархии;

спокойные (mild) – в которых индивидуальные склонности проявляются слабо;

суеверные (superstitious) – которые стремятся вызвать сверхъестественное вмешательство;

тоталитарные (totalitarian) – группы с застывшим лидерством, жесткой конституцией и запретительной культурой;

Тюрго (Turgot) – теоретически возможные группы, которые всю энергию уделяют одному типу деятельности, так что для других типов ничего не остается;

усложненные (complicated) – в которых власть разделена между различными канонами, например, в театре: художественный состав и те, кто связан с коммерческой стороной дела;

факультативные (optional) – такие, вступление в которые зависит от приглашения, причем это предложение может быть отклонено;

хрупкие (brittle) – слишком жесткие и строгие.

Групповая работа (group work) – всякая работа членов группы в ходе групповой деятельности и группового процесса.

внешняя (external group work) состоит из групповой деятельности и группового процесса.

внутренняя (internal group work) состоит только из главного и второстепенных внутренних групповых процессов.

Групповой имаго (group imago) – всякий психический образ, сознательный или подсознательный, того, какова группа или какой она должна быть. В ходе групповой деятельности групповой имаго может проходить определенные фазы развития. Различают имаго:

предварительный (provisional) – до вхождения в группу или до начала действия группы; эта фаза основана на фантазиях и прежних представлениях о группе;

приспособленный (adapted) – с поверхностно измененным в соответствии с представлениями группы о противостоящей реальности групповым имаго;

оперативный (operative) – с еще более измененным групповым имаго в соответствии с представлениями индивида о том, насколько он сам соответствует этому групповому имаго;

вторично приспособленный (secondary adjasted) – заключительная фаза, в которой член отказывается от некоторых своих наклонностей в пользу группового сплочения.

Групповое пространство (group space) – психологическая или пространственная область внутри внешней границы.

Групповой процесс (group process) – конфликт сил, возникающий в результате попыток разрушить, дезорганизовать или изменить структуру группы.

внешний (external group process) возникает в результате конфликта между внешним давлением и сплоченностью группы и осуществляется на внешней границе.

главный внутренний (major internal group process) возникает в результате конфликтов между индивидуальными склонностями и групповой сплоченностью и происходит на главной внутренней границе.

второстепенный внутренний (minor internal group process) возникает в результате конфликта склонностей разных индивидов и происходит на второстепенных внутренних границах.

Групповой характер (character group) – случаи отказа от социального контракта, считающиеся в данной группе законными.

Групповые силы (group forces) – три силы, участвующие в групповом процессе: давление, возбуждение и сплоченность.

Дезорганизация (disorganisation) – подавление групповой сплоченности наклонностями индивидов; может возникнуть в результате эрозии.

Действенность (efficiency) – способность работать экономично.

Декомпозиция (decomposition) – деление группы на части в результате изнашивания, разрушения, дезорганизации или разложения.

Делегация (delegation) – орган лидерства, ответственный за его действия.

Депривация, сенсорная (deprivation, sensory) – отсутствие в течение длительного времени сенсорной стимуляции, ведущее к монотонности.

социальная (deprivation, social) – отсутствие возможности для социальных трансакций.

эмоциональная (deprivation, emotional) – отсутствие контактов или поглаживаний.

Дескрипция (description) – ответственность Взрослого за реакции и фантазии Ребенка.

Деятельность (activity) – целенаправленная работа группы над материалом.

конструктивная (constructive activity) увеличивает порядок.

деструктивная (destructive activity) увеличивает беспорядок.

Диагноз (diagnosis) – определение состояния Эго индивида в данный момент.

поведенческий (behavioral) – устанавливаемый путем наблюдения за психикой и телом человека.

исторический (historical) – устанавливаемый путем определения прототипа состояния Эго.

социальный (social) – устанавливаемый путем наблюдения за трансакциями с другими людьми.

субъективный (subjective) – устанавливаемый путем проникновения в прототип состояния Эго.

Диаграммы (diagrams).

6 основных диаграмм групповой динамики таковы:

власти (authority) – указывает личные, организационные и культурные влияния, определяющие особенности лидерства;

динамики (dynamics) – показывает состояние взаимоотношений сил в группе;

имаго (imago) – показывает особенности структуры группы, относящиеся к данной проблеме;

расположения (location) – указывает расположение персонала и дает его характеристики. Если она включает и расписание, получается удобная диаграмма обсуждения (discussion diagram):

структурная (structural) – показывает внутреннюю структуру группы;

трансакционная (transactional) – дает анализ относящихся к проблеме трансакций.

Две основные диаграммы социальной психологии таковы:

личности (personality), или структуральная (structural), – показывает три типа состояния Эго каждого индивида;

трансакционная (transactional) – показывает, какие состояния Эго участвуют в данной трансакции.

Динамика групповая (dynamics, group) – наука, изучающая силы, действующие на границах структуры группы.

социальная (dynamics, social) – наука, изучающая силы, которые действуют на любую социальную агрегацию извне и изнутри, а также взаимодействие между социальными агрегациями.

Дискуссия (discussion) – серия слабых трансакций, касающихся материала; времяпрепровождение.

Дистонический (dystonic) – о таких наклонностях индивида, которые вступают в конфликт с групповой сплоченностью или групповой культурой.

Дифференциация (differentiation) – 1) отличие одного класса от другого; 2) отличие одного индивида от другого в групповом имаго.

Дифференциация, ее степени (differentiation, degress of) – 1) группа полностью дифференцирована (fully differentiated), если соотношение между количеством членов и количеством действующих ниш в групповом имаго равно единице; 2) группа излишне дифференцирована (overdifferentiated), когда членов меньше, чем действующих ниш; 3) группа недостаточно дифференцирована (underdifferentiated), когда членов больше, чем действующих ниш.

Доступность (accessibility) – возможность связи между компонентами, особенно между верхними и нижними эшелонами.

Законы (laws) – набор формальных положений, утверждающих детали группового этикета, обычно в строго определенных, карательных терминах.

Игра (game) – серия скрытых трансакций, ведущих к отчетливо определенной кульминации; набор операций с трюком.

Изнашивание (attrition) – постепенный выход из строя оборудования и персонала группы в результате действия физической силы.

Индивидуальные склонности (individual proclivity) – тенденция каждого члена группы вести себя по-своему; его необходимость выражать себя даже с риском дезорганизации группы.

Инициатива (initiative) – проявление активной индивидуальной деятельности. Энергия, с которой член пытается изменить какой-либо аспект группы в соответствии со своим предварительным групповым имаго.

Интимность (intimacy) – прямое выражение эмоций, полных значения и лишенных скрытых мотивов или умолчаний. Отношения, свободные от игр; обычно возникают между двумя людьми.

Интрига (intrigue) – конфликт, связанный со второстепенными структурами группы.

Исполнение (performance) – групповая деятельность в ходе приема или перед лицом толпы, поскольку эти два вида собраний имеют особые динамические характеристики.

История (history) – фактографический отчет о прошлых событиях, особенно связанных с действием аппарата группы; противостоит традиции.

Кандидат (candidate) – тот, кого привлекают в соответствующую группу.

Канон (canon) – положения, определяющие сплоченность группы. Регулирующая сила, которая состоит из конституции, законов и культуры.

демократический (canon, democratic) – с гибким руководством, с изменяемой конституцией и терпимой культурой.

первичный (canon, primal) – первоначальный канон, установленный создателем канона.

карательный (canon, retributive) – подчеркивающий роль наказания.

Класс (class) – собрание индивидов, отличающихся от массы или от других классов особыми характеристиками.

Конституция (constitution) – формальное выражение группового канона.

Контракт, конституционный (contract, constitutional) – контракт, принимаемый членом и предусматривающий уважение им ролей в организационной структуре на условиях, сформулированных в конституции.

социальный (contract, social) – неписаный этикет, требующий от членов считаться друг с другом как с представителями индивидуальных структур.

Культура (culture) – материальные, интеллектуальные и социальные влияния, регулирующие деятельность группы; включает техническую культуру, групповой этикет и групповой характер. Некоторые важнейшие свойства культуры:

вялость (flabbiness) – нездоровое состояние, при котором культура настолько мягка и расслаблена, что групповая сплоченность ослабевает под воздействием индивидуальных склонностей, и вся культура начинает разлагаться;

строгость – расслабленность (severity – laxity) – степень применения санкций. Запретительная (prohibitive) – запрещающая инициативу. Ограничительная (restrictive) – порицающая инициативу. Терпимая (permissive) – допускающая инициативу. Вознаграждающая (remunerative) – делающая ударение на вознаграждении. Карательная (retributive) – с подчеркиванием роли наказаний. Жесткая (harsh) – со строгими наказаниями за малейшие нарушения. Мягкая (mild) – с минимумом наказаний даже за серьезные нарушения. Строгая (strict) – наказание за любое нарушение. Нестрогая (tolerant) – закрывающая глаза на нарушения;

твердость – мягкость (firmness – softness) – степень ясности, с которой сформулированы положения групповой культуры;

формальность (formality) – степень подчеркнутости этикета; неформальность (informality) – степень терпимости по отношению к характеру;

хрупкость (brittleness) – нездоровое состояние, при котором культура слишком строго или сурово реагирует на силу групповой сплоченности.

техническая (culture, technical) – экономические, интеллектуальные и технологические ресурсы, используемые в деятельности группы.

Лидер (leader) – руководитель группы или организации, который взял на себя право или наделен членами правом проявлять инициативу, налагать санкции и который обладает достаточной властью для этого. С различных точек зрения лидеров можно отнести к следующим типам:

делегат (delegat) – тот, кто отвечает за свои решения перед высшей властью;

исполнитель (executive) – тот, кто при поддержании канона следует за первичным лидером или высшей властью;

личный (personal) – конкретная личность, которая в данный момент функционирует как лидер;

ответственный (responsible) – индивид, занимающий нишу лидерства в организационной структуре и постоянно отвечающий за свои решения;

первичный (primal) – тот, кто устанавливает или радикально меняет структуру и канон группы перед лицом опасного сопротивления;

подлидер (subleader) – тот, кто обладает определенной независимой властью, но в то же время отвечает за свои решения перед другими;

психологический (psychological) – индивид, чей образ наиболее заряжен в нише лидерства и которому присваиваются абсолютные или магические свойства;

эффективный (effective) – индивид, чьи решения скорее всего будут иметь последствия. В небольшой группе это тот, на чьи вопросы скорее всего отвечают. Эффективность лидерства связана с индивидуальной структурой группы.

Личность (personality) — 1) то, как индивид на самом деле представлен в структуре группы, независимо от того, каким он хочет выглядеть. То, каким его видят другие; 2) структура, представленная на диаграмме личности.

Масса (mass) – бесструктурное собрание, в котором ни один член не может с определенной долей вероятности предсказать, к какому классу будут относиться его соседи.

Материал (material) – все, что служит объектом групповой деятельности.

Мистика (mystique) – метафизические доктрины, включенные в канон.

Мораль (moral) – наблюдаемые проявления сильной групповой сплоченности.

Мягкость (softness) – отсутствие четкости в формулировке групповой культуры.

Напряженность (intensity) — 1) в групповой динамике – сила активных индивидуальных склонностей; 2) в трансакционном анализе – эмоциональная сила трансакции.

Неопсихе (neopsyche) – часть психики, которая имеет дело с состоянием Эго Взрослый.

Ниша (slot) – 1) элемент группового имаго; 2) элемент штатного расписания или схемы личности.

Обязательство (engagement) — 1) в общем – любая форма социального действия; 2) член принимает на себя обязательство, если проявляет инициативу в игре, собственной или чужой.

Оперативный принцип (operative principle) – обладающий возможностью к приспособлению член не проявляет инициативу, пока не установит свое место в групповом имаго лидера.

Орган (organ) – в структурном отношении – компонент организации, в динамике отношений – орудие лидерства.

Организационная схема (organization chart) – показывающая установленные конституцией роли и их функциональные отношения.

Организационная тождественность (organization identity) – функциональные отношения, которые остаются постоянными, независимо от изменений в индивидуальной структуре.

Организация (organisation) – анклав с относительно большим числом внутренних границ.

Организация, степень (organisation, degree of) – соотношение числа ролей (в организационной схеме) к числу ниш (в штатном расписании). Организация полностью организована (completly organized), если это соотношение равно единице; сверхорганизована (overorganized) – если оно больше единицы; недоорганизована (underorganized) – если оно меньше единицы.

Оскорбление (insult) – незаконное нападение на личность.

Особа (person) – индивид, рассматриваемый с эстетической точки зрения как совокупность организма и психики в сочетании с артефактами культуры.

Ответственный (warrant) – член группы, руководящий сосредоточением.

Отсутствие, случайное (absence, accidental) – отсутствие, вызванное внешним давлением.

сопротивление (absence, resistance) – связанное с активными наклонностями индивида.

Отчуждение (withdrawal) — 1) временное или постоянное физическое отсутствие в группе; 2) состояние, при котором член физически присутствует, но мысленно не участвует в собрании.

Оцепенелость (rigidity) — 1) степень трудности, с которой встречается попытка изменить канон; 2) исключительная строгость и суровость культуры; 3) неспособность индивида отказаться от целей и объектов своих склонностей в процессе приспособления.

Палимпсест (palimpsest) – состояние развития сценария; раннее, в период детства, приспособление протокола к процессу естественного роста.

Переговоры (negotiations) – процесс взаимных компромиссов или приспособлений предварительного группового имаго к реальности. Зависит от приспособленности и нуждается в гибкости.

Первичные компоненты (primary components) – компоненты, чья абсолютная или относительная сила не может быть изменена без внесения поправок в конституцию.

Персона (persona) – способ, каким индивид считает нужным представиться группе. То, каким он хочет, чтобы его видели.

Поведение (demeanor) – серьезность или несерьезность группы.

Поглаживание-1 (stroke) – единица ритуальных трансакций.

Поглаживание-2 (stroking) – физическое или символическое стимулирование в форме признания.

Позиция (attitude) – ведущее состояние Эго, которое проявляется в действиях группы или индивида.

Полезность (availability) – определяется быстротой решительных действий в коммуникации.

Положения, конституционные (provisions, constitutional) – положения, сформулированные или неписаные, которые кажутся существенными для деятельности и выживания группы и которые имеются в конституциях всех долговременных и эффективных организаций. Сюда входят следующие положения:

аутотелические (autotelic) – содержащие механизм изменения самой конституции;

регуляторные (regulatory) – формулирующие санкции, необходимые для поддержания порядка в группе в ходе групповой работы;

структурные (structural) – формулирующие границы и права, особенно относящиеся к основной групповой структуре;

телеологические (teleologic) – формулирующие или подразумевающие цель деятельности группы;

экзистенциальные (existential) – придающие группе формальный статус и сообщающие ее название, обязанности, привилегии и ответственность.

Преимущество (advantage) – выгода или прибыль, получаемая от трансакции или серии трансакций;

психологическое (psychological advantage) – увеличение внутреннего равновесия;

внутреннее социальное (internal social advantage) – преимущество в структурировании времени и стимулировании;

внешнее социальное преимущество (external social advantage) – выгода, полученная от соответствующего времяпрепровождения.

Прием (party) – анклав без внутренних границ, хотя, возможно, и имеющий аппарат, соответствующий происходящему.

Принадлежность (belonging) – член обладает принадлежностью, если он приемлем, приспособлен и принят.

Принятие (acceptance) – признание остальными, что член отказался от некоторых индивидуальных склонностей ради сплоченности группы.

Приспособленность (adaptability) – способность приспосабливать социальную технику к противостоящей действительности.

Проницаемость (permeatability) – степень открытости внешней границы для прониковения; по степени проницаемости выделяются открытые, закрытые и запечатанные группы.

Произвольный (arbitrary) – об индивиде, не склонном к приспособлению.

Протокол (protocol) – события жизни в младенчестве и раннем детстве, на которых основываются палимпсест, а позже – сценарий.

Псевдоинтимность (pseudo-intimacy) – прямое выражение эмоций между индивидами, но со скрытыми мотивами или ограничениями, как часть ритуала, времяпрепровождения или игры.

Психологическая ситуация (psychological situation) – фактор, определяющий, является ли группа личной, вынужденной или принудительной.

Психологический уровень (psychological level) – скрытый уровень скрытой трансакции.

Разложение (decay) – уход членов в результате слабой сплоченности в сочетании с идеологической эрозией.

Разрушение (disruption) – подавление групповой сплоченности в результате давления извне. Может происходить постепенно, путем проникновения (инфильтрации). Если происходит внезапно, может привести в результате паники к декомпозиции.

Ребенок (Child) – состояние Эго. Аспект личности, включающий архаичные функции.

естественный (Child, natural) – детское поведение, не находящееся под Родительским влиянием.

приспособленный (Child, adapted) – детское поведение под Родительским влиянием.

Регионы (regions) – психологические или пространственные участки, разделенные границами.

Регулирование (adjastment) – процесс, во время которого член приспосабливает свою технику и вырабатывает компромиссы, необходимые ему в соответствии с его истинными социальными возможностями.

вторичное (adjastment, secondary) – финальная стадия регулирования группового образа или сценария.

Реорганизация (reorganisation) – изменение организационной структуры без обязательного изменения индивидуальной структуры.

Респондент (respondent) – тот, кто отвечает на трансакционный стимул агента.

Ритуал (ritual) – предсказуемая серия простых трансакций, не связанных непосредственно с групповой деятельностью, за исключением церемониалов и церемоний.

Родитель (Parent) – тип состояния Эго. Аспект личности, воспроизводящий поведение и состояние психики родительской фигуры.

Родительское отношение (Parental attitude) – активное состояние Эго Родитель. Существует в двух обычных разновидностях: Кормящий Родитель (nurturing Parent) представляет собой отношения защиты и заботы. Предубежденный Родитель (prejudiced Parent) – набор внешне нерациональных положений с догматическими и запретительными тенденциями.

Роль (role) — 1) элемент организационной структуры; 2) способ, каким в соответствии с каноном индивид должен представляться и вести себя как часть организационной структуры; противостоит персоне (индивидуальной структуре) и личности (частной структуре); 3) элемент сценария; 4) тип поведения члена, какой ожидают от него другие члены, особенно в игре и сценарии.

Руководитель (executive) – лидер или делегат, представляющий каноническое статус-кво.

Руководство (manual) – самая последняя по времени формулировка канона, особенно применительно к современному состоянию группы.

Синтонический (syntonic) – об индивидуальной склонности, которая усиливает сплоченность группы.

Собрание (congeries) – то же, что агрегация;

открытое (open congeries) – масса или толпа;

бесструктурное (structurless congeries) – масса;

неструктурированное (unstructured congeries) – толпа.

Создатель канона (canon maker) – первичный лидер, который создает или изменяет положения канона.

Соотношение укомплектования (manning ratio) – отношение количества членов (по списку) к количеству ниш (в штатном расписании). Организация или орган полностью укомплектованы (fully-manned), если это отношение равно единице; переукомплектованы (overmanned) – если оно больше единицы; недоукомплектованы (undermanned) – если меньше.

Сосредоточение (build-up) – подготовка группы и группового аппарата к официальному действию лидера.

Социальная психиатрия (social psychiatry) – наука, изучающая внутренние силы, которые мотивируют специфические трансакционные стимулы и реакции. Отличается от социальной динамики, которая изучает внешние результаты этих стимулов и реакций.

Социальные ритуалы (social rituals) – те, что входят в групповую деятельность как часть группового этикета.

Социальный уровень (social level) – внешний уровень скрытой трансакции.

Сплоченность (cohesion) – действенная сила, возникающая из потребности членов поддерживать порядок в группе.

Среда, внешняя (environment, external) – вселенная за пределами пространства группы.

внутренняя (environment, internal) – все групповое пространство, которое не имеет прямого отношения к структуре группы, включая определенные аспекты личности членов.

Структура (structure) – границы и взаимоотношения между компонентами анклава. С различных точек зрения структура группы может быть классифицирована по следующей разновидности:

амебная (ameboid) – в которой лидерство изолировано от внешней среды;

индивидуальная (individual) – те индивиды, представленные своими персонами, которые в данный момент составляют членство;

организационная (organisational) – структура, представленная на организационной схеме;

публичная (public) – индивидуальная и организационная структуры, открытые для всеобщего обозрения;

связочная (chordal) – в которой лидерство находится в непосредственном контакте с внешней средой;

частная (privat) – групповой имаго каждого члена.

Структурный голод (structural hunger) – необходимость индивида в структурировании времени.

Схема (schedule) – формулировка физических особенностей, относящихся к деятельности организации или группы: пространство, время, оборудование и количество участников.

Схема личности (personnel chart) – схема, показывающая соотношение между организационной структурой и индивидуальной структурой.

Сценарий (script) – подсознательный план жизни, основанный на протоколе. Собственно сценарий (script proper) – это производное подсознания. Он в ходе группового процесса проходит через те же фазы, что и групповой имаго, давая приспособленный сценарий (adapted script) или адаптацию (adaptation), оперативный сценарий (operative script) и, наконец, вторично приспособленный сценарий (secondary adapted script).

Твердость (firmness) – четкость, с которой формулируется культура группы.

Текучесть (fluidity) – степень зависимости руководства от воли членов; если эта степень стремится оставаться неизменной, она является вязкой (viscid) или застывшей (frosen).

Толерантный (tolerant) – закрывающий глаза на нарушения.

Толпа (crowd) – агрегация без внешней границы, но с определенной степенью предсказуемости.

Традиция (tradition) – избирательное искажение истории, особенно при экзистенциальном подкреплении.

Трансакционная реакция (transactional response) – поведение индивида, реагирующего на трансакционный стимул.

Трансакционный стимул (transactional stimulus) – поведение, словесное или иное, проявляемое индивидом в надежде вызвать реакцию.

Трансакция (transaction) – единица социального действия. С различных точек зрения выделяются следующие виды трансакций:

аутистическая (autistic) – трансакция, в которой второй член участвует лишь мысленно в силу сдерживающих или запрещающих факторов. Может быть приспособленной (adapted) и неприспособленной (unadapted) – произвольной;

комплементарная (complementary) – у которой векторы параллельны;

непрямая (indirect) – в которой стимул направлен к третьему участнику в надежде получить реакцию второго;

пересекающаяся (crossed) – у которой векторы не параллельны;

простая (simple) – в которой со стороны каждого участника действует только одно состояние Эго;

прямая (direct) – не разбавленная и не непрямая;

рабочая (work) – трансакция типа Взрослый – Взрослый, связанная с групповой деятельностью;

разбавленная (deluted) – погруженная в групповую деятельность;

разъединительная (disjunctive) – пересекающаяся или враждебная;

скрытая (ulterior) – в которой со стороны одного или всех участников действует больше, чем одно состояние Эго. Трансакция со скрытым мотивом;

соединительная (conjunctive) – комплементарная или дружеская;

чистая (pure) – не разбавленная второстепенными особенностями.

Трюк (gimmick) – скрытое или незамеченное преимущество, полученное в ходе игры.

Уничтожение (destruction) – уничтожение персонала или оборудования при помощи физической силы.

Участие (participation) – осуществление любого трансакционного стимула или трансакционной реакции.

Фантазии посторонние (extraneous fantasies) – фантазии, не связанные с тем, что происходит в пространстве группы.

Фантом (phantom) – член, в особенности лидер, чья ниша в частной структуре по-прежнему сильно заряжена, хотя самого его в действительности нет. С фантомом возможны только аутистические трансакции.

Функции (functions) – фазы группового процесса.

случайные (incidental functions) могут происходить в жизни определенной группы, а могут и не происходить.

обязательные (obligatory functions) проявляются обязательно и в определенном порядке.

Церемония, церемониальный (ceremony, ceremonial) – формальный канонический ритуал.

Член (member) – используется чаще всего как общий термин, обозначающий любого индивида в составе членства или лидерства.

Членство (membership) – чаще всего используется как общий термин для обозначения непосредственно членства и лидерства.

в классах (membership, classes of) – членство по отношению к желанию кандидатов: случайное, принудительное, по выбору или желанию.

Штатное расписание (manning table) – расписание, указывающее все роли в организации и количество ниш для каждой роли.

Эвгемер (euhemeros) – покойный первичный лидер или герой.

Эвгемеризация (euhemerization) – традиционное преувеличение неких свойств, присущих первичному лидеру или герою, после их смерти.

Эго состояние (ego state) – система чувств вместе со связанными с этими чувствами образцами поведения.

Экзистенциальное усиление (existencial reinforcement) – эффект воздействия групповой сплоченности при внесении синтетических безвозвратных решений, например связанных со смертью.

Экстеропсихе (exteropsyche) – часть психики, которая имеет дело с заимствованными состояниями Эго.

Экструзия (extrusion) – насильственное пересечение границы, обычно наружу.

Эрозия (erosion) – идеологическое нападение, усиливающее разложение.

Этикет, групповой (etiquette, group) – социальные правила, специфические для данной группы и предназначенные для усиления социального контакта.

социальный (etiquette, social) – этикет общины в целом.

Эффективность (effectiveness) – способность выполнить необходимый объем работы.

Примечания

1

Семья, действующая как подлинная сложная группа с организационным разделением в членстве, вероятно, находится в опасности. – Прим. авт.

2

От греч. autos – сам и telos – конец, цель, что означает «завершенный в самом себе», – т. е. такие, которые не имеют никакой цели, помимо самих себя. – Здесь и далее, кроме особо оговоренных случаев. – Прим. перев.

3

Чешская деревня, уничтоженная гитлеровцами. – Прим. ред.

4

Джеффри Чосер (1340–1400) – самый знаменитый поэт английского Средневековья; Креси – деревушка во Франции, у которой в 1346 году английские войска одержали верх над французскими; Уильям Кекстон – английский первопечатник XV века.

5

Саллюстий (86 – ок. 35 гг. до н. э.), Фукидид (460–400 гг. до н. э.) и Геродот (484 – ок. 225 гг. до н. э.) – античные историки.

6

Анн Робер Жак Тюрго (1727–1781) – французский экономист и государственный деятель.

7

Местное – городское или районное – отделение организации «Ротари интернешнл». Эта элитарная общественная организация объединяет представителей деловых кругов.

8

Первая конституция США, принятая в 1777 году. Просуществовала до 1789 года.

9

Этот конвент состоялся в 1787 году в Филадельфии. На нем была выработана ныне действующая конституция Соединенных Штатов.

10

Карты одной масти на руках у игрока.

11

Этельред Нерешительный – английский король X века. Был назван так за неспособность устранить угрозу набегов датчан. Эдуард Исповедник, сын Этельреда Нерешительного, – английский король с 1042 года. Канонизирован как святой. Беда Достопочтенный – англосаксонский монах, ученый и историк VIII века.

12

Этот случай рассказала мне доктор Лорен Картер. – Прим. авт.

13

Группа политических деятелей времен Американской революции 1776 года, возглавивших борьбу против британской короны и сыгравших решающую роль в образовании США. Это Джордж Вашингтон, Бенджамин Франклин, Джеймс Медисон, Александр Гамильтон, Томас Джефферсон и др.

14

Кадм – в греческой мифологии финикийский принц, познакомивший греков с письмом и основавший город Фивы. Бизас – сын Посейдона, мифический основатель Византии. Ииму Тенно – Первый микадо, сын богини солнца Аматерасу и основатель японской императорской династии. Иаков – библейский персонаж, второй сын Исаака и отец двенадцати патриархов.

15

Ашшурнасирпал, по прозвищу Безжалостный, – воинственный царь Ассирии IX века до н. э.

16

Эжен Филд – американский поэт и журналист XIX века.

17

Абдул Гамид – последний султан Турции, конец XIX – начало XX века. Ахмет – сын пророка Магомета и основатель Турецкой империи, первый султан Турции.

18

В целом роли в организационной структуре определяются глаголами («Он принимает решения»), а персоны – прилагательными («Он решительный человек»). – Прим. авт.

19

Справочник по парламентской процедуре, составленный на основе правил, принятых в Палате представителей США. Подготовлен в 1876 году инженером Г. Робертом.

20

Прозвище президента Эйзенхауэра.

21

Турецкий султан начала XIX века.

22

Вопрос учителя ученику, на который нужно получить ответ путем медитации; элемент дзен-буддизма.

23

Политеистическая религия, исповедуемая в основном негритянским населением Вест-Индии и связанная по происхождению с африканскими культами и католицизмом.

24

Независимое федеральное ведомство США, которое осуществляет административно-хозяйственное руководство всей системой материального обеспечения органов исполнительной власти в центре и на местах.

25

Игра слов, основанная на том, что слово «draft» имеет не только значение «сквозняк», но и «исполнение роли на сцене».

26

Еврейский писец и пророк, который вместе с Нехемией в VI веке до н. э. привел к возрождению иудаизма в Палестине.

27

Оаспийская библия, которую упоминал мистер Вуд, скорее всего «Оаспа. Священная история… прошедших 24 тысяч лет», написанная Джоном Баллоу (Ньюборгом), опубликованная в 1882 году и переизданная в городе Монтроз, Колорадо, в 1950-м. Вероятно, это каноническая библия теософской секты, основанной калифорнийским медиумом в конце 1870-х годов и в течение нескольких десятилетий активно действовавшей в Южном Техасе.

28

Последователи шведского философа и ученого XVIII века Сведенборга, входящие в так называемую новую церковь.

29

Making a killing – американское сленговое выражение, означающее удачную торговую сделку.

30

Имеется в виду так называемая Ассоциация учителей и родителей, которая создается в школе для сбора средств на школьное оборудование, на экскурсии учащихся и иной помощи школе.

31

Слишком часто пациент, который спрашивает терапевта «Как поживаете?», на самом деле имеет в виду: «Чтоб тебе сдохнуть!» – Прим. авт.

32

Через два года у доктора Гедига были уже три группы, произошедшие от первоначальной, все три плодотворно занимались трансакционным анализом, во всех трех средняя посещаемость составляла 95,5 %, превосходя по сплоченности группы самого доктора Кв. В них посещаемость не превышала 90 %. Прекрасный пример ученика, превзошедшего учителя. «Доктор Гедиг», разумеется, псевдоним. – Прим. авт.

33

Cэр Уильям Ослер – знаменитый канадский врач второй половины XIX – начала XX века.

34

Асклепий – древнегреческий бог медицины и здоровья.

35

Агамемнон – герой «Илиады» Гомера, предводитель греческого войска, осаждавшего Трою.

36

Малыш Рут (Джордж Герман Рут) – легендарный бейсболист-рекордсмен. Кумир болельщиков, которые считали его сверхчеловеком.

37

Эдуард Вернон Рикенбейкер – авиатор и спортсмен.

38

Джеймс Генри Брестед – американский археолог и историк Древнего Египта.

39

Уолтер Баджет (1826–1877) – английский экономист и журналист.

40

Гарвей – английский врач XVII века, открыватель системы кровообращения.

41

Фридрих Кекуле – немецкий химик XIX века.

42

На обычной вечеринке хозяин представляет собой аппарат, а не лидера; он не дифференцирован «значительно» от гостей. – Прим. авт.

43

Существуют определенные аномалии, которые необходимо принимать во внимание: а) случаи, когда цели группы как будто провоцируют окружение; б) случаи, когда внешняя среда как будто укрепляет внешнюю границу. Эти случаи можно рассмотреть, не отступая от принципов, но здесь мы не будем этого делать. – Прим. авт.

Content

Эрик Берн
Лидер и группа. О структуре и динамике организаций и групп

Предисловие

Часть I Группа как целое

Глава 1 Структура группы

Введение

Групповая структура

Резюме

Глава 2 Групповая динамика

Выживание группы

Силы группы

Групповая работа

Резюме

Глава 3 Некоторые количественные соображения

Структурная классификация

Количественная групповая динамика

Резюме

Глава 4 Рост и история

Рождение государства

Истории и традиции

Групповые функции

Резюме

Глава 5 Групповая власть

Лидер

Групповой канон

Групповая культура

Резюме

Глава 6 Классификация групп

Система для классификации

Психологические типы

Социологические типы

Резюме

Часть II Показательный анализ групповой встречи

Глава 7 Анализ последовательности событий

Как мы туда попали

Пример анализа групповой встречи

Собрание группы

Предварительная фаза

Организационная фаза

Установление лидерства

Групповая работа

Групповая культура

Личность лидера

Групповой процесс

Второстепенный групповой процесс

Внешний групповой процесс

Глава 8 Систематический анализ

Введение

Публичная структура

Групповая власть

Частная структура

Групповая динамика

Групповой процесс

Резюме

Часть III Индивид в группе

Глава 9 Структура личности

Введение

Структура личности

Специальные характеристики

Резюме

Глава 10 Анализ трансакций

Простые комплементарные трансакции

Пересекающиеся трансакции

Непрямые трансакции

Разбавленные трансакции

Напряженность

Скрытые трансакции

Резюме

Глава 11 Анализ игр

Индивидуальное участие

Времяпрепровождение

Игры

Резюме

Глава 12 Приспособление индивида к группе

Биологические потребности

Психологические потребности

Побуждения

Образцы старания

Предварительный групповой имаго

Приспособление

Групповой имаго

Сценарий

Резюме

Часть IV Прикладная социальная психиатрия

Глава 13 Групповая психотерапия

Диаграмма размещения

Диаграмма власти

Структурная диаграмма

Динамическая диаграмма

Групповые имаго

Трансакционная диаграмма

Глава 14 Терапия неэффективно функционирующих (больных) групп

Прикладная групповая динамика

Неэффективная клиника

А. Первый сеанс

Б. Второй сеанс

В. Третий сеанс

Больная психотерапевтическая группа

А. Диагностическое интервью

Б. Лечебный процесс

Клуб маленьких мальчиков

Глава 15 Управление организациями

Общее описание

Диаграмма размещения

Диаграмма власти

Структурная диаграмма

Динамическая диаграмма

Групповые имаго

Трансакционные диаграммы

Приложение 1 Рекомендуемая литература

Древний мир

Индия

Китай

Греция и Рим

Средние века

Возрождение

От 1500 до 1800 года

XIX век

XX век

Бион

Берроу

Эзриел

Фолкс

Морено

Методология

Резюме

Приложение 2 Предлагаемая классификация социальных агрегаций

Словарь

Примечания