Уолтер Джон Уильямс

Смертный жребий

Беги.

Сознание вспышками молний мелькало в его уме. Будто выстрелы, будто строчки в сверхскоростном лазерном принтере… но нет, все было намного сложнее. Верховный ткач плел самую сложную и самую большую ткань Вселенной в течение считаных секунд, и все это происходило в его мозгу.

Он открыл глаза. Огни Святого Эльма мерцали перед ним, будто полярное сияние. Уши заполнил оглушительный шум. Инфразвуковые волны, словно прибой, прокатывались через его тело.

Шум утих. Внутренние контроллеры со скоростью света провели проверку систем. Радар нарисовал в его сознании картину, наложив ее на визуальную.

– Все системы проверены и функционируют, – услышал он свой голос.

Свечение Святого Эльма поблекло, и он увидел просевшие балки крыши, полуоткрытое слуховое окно, стекло которого было выкрашено в черный цвет изнутри. Разбросанные в беспорядке диаграммы, висящие кабели. Жужжали электрические вентиляторы. Что-то в комнате двинулось, первым это уловил радар. Потом приборы зрения. Он узнал силуэт, высокого седовласого мужчину с крючковатым носом и презрительным взглядом. Максим Травничек. Губы Травничека скривились в холодной улыбке. Он заговорил с европейским акцентом.

– Добро пожаловать обратно, тостер. Земля живых ждет тебя.

– Я взорвался.

Модульный Человек с холодной отстраненностью оценил эти слова, натягивая комбинезон. Где-то зажужжала муха.

– Ты взорвался, – сказал Травничек. – Модульный Человек, неуязвимый андроид, взорвал себя, разнес на куски. Во время большой драки в «Козырных тузах» с Астрономом и Масонами египетской школы. Хорошо хоть, у меня была резервная копия твоей памяти.

Атомарную макроструктуру сознания андроида наполнили воспоминания. Модульный Человек узнал новое жилище Травничека в Джокертауне, то, куда он переехал после того, как его выставили из больших апартаментов в Ист-Сайде. Здесь было невыносимо жарко, и вентиляторы, воткнутые в обшарпанные удлинители, не могли справиться с жарой и дать ощущение дома. Оборудование, огромные генераторы поля и компьютеры, были установлены на самодельные платформы и полки из неструганых досок. Ультразвуковой сканер показал ему электронно-лучевые трубки двух мониторов.

– Астроном? – переспросил он. – О нем не было слышно несколько месяцев. Я не припоминаю, чтобы он возвращался.

Травничек небрежно махнул рукой.

– Бой случился уже после того, как я делал резервную копию твоей памяти.

– Я взорвался? – спросил андроид. Ему не хотелось об этом думать. – Как я мог взорваться?

– Точно. Это сюрприз для нас обоих. Полоумные микроволновые печки не должны взрываться.

Травничек сел на старый пластиковый стул, судя по всему, найденный на помойке, с сигаретой в руке. Он стал еще более худым, чем раньше, его покрасневшие глаза запали еще сильнее. Он выглядел старше на несколько лет. Его прямые волосы, обычно зачесанные назад со лба, торчали пучками. Судя по всему, он их сам себе стриг.

На Травничеке были мешковатые зеленые штаны армейского покроя и кремовая рубашка с пятнами от еды и оборками спереди. Галстука на нем не было. Андроид никогда не видел Травничека без галстука. Должно быть, с ним что-то случилось, понял он. И к нему пришла тревожная мысль.

– Как долго я был…?

– Мертв?

– Да.

– Ты взорвался на прошлый День Дикой Карты. Сегодня пятнадцатое июня.

– Девять месяцев, – с ужасом сказал андроид.

Травничек явно был раздражен. Бросил сигарету и затоптал ее ногой на застеленном нестругаными досками полу.

– Как долго, по твоему мнению, надо заново строить блендер, наделенный такими способностями, как у тебя? Боже милостивый, недели ушли только на то, чтобы расшифровать записи, которые я написал, когда строил тебя в первый раз.

Он махнул рукой.

–  Посмотри на эту мастерскую. Я работал день и ночь.

Повсюду валялись упаковки от фастфуда, потрясающее сочетание еды из китайских закусочных, пиццерий и «Кентукки Фрайд Чикен». Над картонными коробками с жужжанием летали мухи. Меж коробок лежали обрывки бумажек, желтые листы бумаги формата «легал», куски бумажных мешков, рваные упаковки от сигарет и спичечные коробки. Все было покрыто заметками, которые Травничек делал, лихорадочно конструируя андроида. Половина уже прилипла к полу и была покрыта отпечатками обуви. Электрические вентиляторы, гонявшие воздух по помещению, сдували бумажки в разные стороны, разбрасывая их.

Травничек встал и отвернулся, прикуривая следующую сигарету.

– Надо бы тут хорошо прибраться, – сказал он. – Где метла, знаешь.

– Есть, сэр, – обреченно сказал андроид.

– После того, как я заплатил аренду за это долбаное жилище, у меня осталось пятьдесят баксов. Хватит, чтобы немного отпраздновать.

Он позвенел мелочью в карманах.

– Пойду позвоню, – сказал Травничек, ехидно улыбаясь. – Не одному же тебе подружек заводить.

Модульный Человек снова провел проверку систем, поглядел на свое тело в наполовину застегнутом комбинезоне. Все было на месте.

Тем не менее, что-то не так. Он пошел за метлой.

Спустя полчаса он взял два пластиковых мешка для мусора, набитых упаковками от фастфуда, открыл слуховое окно и поплыл в воздухе наружу. Пролетел над крышей и спустился вниз по вентиляционной шахте, которая вела в переулок. Он намеревался выбросить мусор в дампстеровские мусорные контейнеры, которые, как он знал, стояли в переулке.

Коснулся ногами потрескавшегося асфальта. В переулке эхом отдавались звуки. Тяжелое дыхание, гортанный стон. Странный, лиричный звук, похожий на пение птицы.

В Джокертауне звуки могли означать все, что угодно. Жертва нападения, истекающая кровью у стены особняка. Трагикомичный джокер Соплевик, с трудом дышащий. Изгой, заснувший и увидевший кошмар. Клиент из «Шизиков», перебравший выпивки или насмотревшийся странного и теперь опорожняющий желудок…

Андроид был осторожен. Он тихо опустил мусорные мешки на тротуар и приподнялся в воздух на полметра. Повернув тело в горизонтальное положение, вгляделся вдаль.

Тяжелое дыхание издавал Травничек. Он имел женщину, прижав ее к стене, стоя, рывками входя в нее, со штанами, опущенными до лодыжек.

На женщине была искусно сделанная на заказ маска, прикрывающая нижнюю часть лица. Джокер. Верхняя часть ее лица не была изуродована, но и красивой ее тоже нельзя было назвать. Она была уже немолода. На ней был облегающий топ, сверкающая серебристая куртка и красная мини-юбка. На ногах у нее были белые пластиковые сапожки. Из-под маски доносился переливчатый звук. Быстрое обслуживание в переулке обошлось Травничеку, наверное, долларов в пятнадцать.

Травничек что-то пробормотал по-чешски. Лицо женщины было бесстрастно. Она лишь глядела на переулок затуманившимися глазами. Музыкальные звуки, которые она издавала, она, похоже, издавала все время, вне зависимости от того, что делает. Андроид решил, что больше не желает на это смотреть.

Оставил мусор в вентиляционной шахте. Переливчатый звук преследовал его, будто стайка птиц.

Кто-то прилепил плакат, красный с белым и синим, на пластиковый козырек таксофона. БАРНЕТТА В ПРЕЗИДЕНТЫ. Андроид не знал, кто такой Барнетт. Пластиковые кончики его пальцев коснулись щели аппарата. Раздалось щелчок и гудок. Андроид очень давно научился общаться с системами связи.

– Привет.

– Элис? Это Модульный Человек.

Пауза.

– Не смешно.

– Это правда Модульный Человек. Я вернулся.

– Модульный Человек взорвался!

– Мой создатель построил меня снова. У меня сохранилась почти вся память прежнего образца.

Глаза андроида оглядывали улицу туда и обратно. Для теплого июньского дня на улице было очень мало людей.

– Ты занимаешь значительное место в этой памяти, Элис.

– О боже.

Снова долгая пауза. Андроид заметил, что пешеходы обходят друг друга на изрядном расстоянии. На одном из них была марлевая маска, закрывающая рот и нос. Машин тоже было мало.

– Могу я с тобой увидеться? – спросил он.

– Ты много для меня значил, сам знаешь.

– Я рад, Элис.

Андроид почувствовал разочарование, услышав слова в прошедшем времени.

– В смысле, любой из мужчин, с которыми у меня были отношения, слишком многого хотел. То того, то другого. И никогда не находилось времени, чтобы узнать, чего хочет Элис. А потом я встретила парня, который был готов дать мне все, что может, не прося ничего взамен, потому что он не мог ничего хотеть. Потому, что он машина, сам знаешь. Потому, что он мог пригласить меня посидеть за столиком в «Козырных тузах», потому, что мы могли летать и танцевать при луне…

Снова воцарилось молчание, но недолгое.

– Ты действительно много для меня значил, Модульный. Но я не могу с тобой увидеться. Я теперь замужем.

Осязаемое чувство потери прокатилось по макроатомным контурам андроида, будто «белый шум».

– Я рад за тебя, Элис.

Проехал джип национальной гвардии, внутри сидели четверо гвардейцев в полном боевом снаряжении. Модульный Человек, у которого сложились хорошие отношения с национальной гвардией во время отражения атаки Роя, помахал им рукой. Джип притормозил, и сидящие в нем безучастно поглядели на него. Машина набрала скорость и поехала дальше.

– Я думала, ты умер. Ты понимаешь?

– Я понимаю.

Он почувствовал в ее голосе неуверенность.

– Можно, я позвоню тебе потом?

– Только на рабочий, – поспешно ответила она. – Если позвонишь домой, Ральф может начать задавать вопросы. Он многое знает о моем прошлом, но может счесть отношения с машиной несколько странными. В смысле, я-то знаю, что тут все о’кей, и ты знаешь, но мне кажется, что было бы несколько странно рассказывать об этом людям.

– Я понимаю.

– Он терпимо относится к разным образам жизни, но я не уверена, насколько терпимо он отнесется к тому, что такое было у меня. Особенно такое, о чем он никогда не слышал и даже не думал.

– Я тебе позвоню, Элис.

– До свидания.

Она думала, что я для себя ничего не хочу, подумал андроид, вешая трубку. Почему-то это опечалило его больше всего.

Его палец снова ткнул в щель таксофона, и он набрал номер в Калифорнии. Прозвучало два гудка, а потом включился автоответчик, сообщив, что номер отключен. Синди куда-то переехала. Может, позвонить потом ее агенту, подумал он.

Набрал номер в Нью-Хэйвен.

– Привет, Кейт.

– Ой.

Он услышал, как кто-то затягивается сигаретой.

– Я всегда думала, что кто-нибудь обязательно тебя снова соберет, – радостно сказала она.

Он почувствовал облегчение.

– Кто-то сделал это. Надеюсь, теперь – к лучшему.

Тихий смешок.

– Хорошего человека так просто не убить.

Андроид задумался над смыслом фразы.

– Может, я смогу с тобой увидеться? – сказал он.

– Я не поеду в Манхэттен. Все равно мосты перекрыты.

– Мосты перекрыты?

– Мосты перекрыты. Военное положение. На улицах паника. Ты действительно не в курсе, так ведь?

Модульный Человек оглядел улицу.

– Похоже, да.

– Эпидемия Дикой Карты, по большей части в Манхэттене. Сотни человек вытянули Даму Пик. Мутировавший вирус. Предположительно, разносчик – человек по имени Кройд Кренсон.

– Спящий? Я знаю это имя.

Кейт снова затянулась.

– Они перекрыли мосты и тоннели, чтобы не дать ему выбраться. Военное положение.

Тогда понятно, почему на улицах национальная гвардия.

– Похоже, я действительно отстал от жизни, – продолжил Модульный Человек. – Мне никто не сказал.

– Поразительно. Видимо, раз ты был мертв, – глухо сказала она, – ты не мог смотреть новости.

Он мгновение подумал над ее словами, попытался хоть как-то взбодриться.

– Я могу прийти к тебе. Я могу летать. Перекрытые дороги меня не остановят.

– Ты можешь…

Она прокашлялась.

– Ты можешь оказаться разносчиком, Модульный.

Она попыталась усмехнуться.

– Если я стану джокером, это точно похоронит мою бурную карьеру в науке.

– Я не могу быть разносчиком. Я машина.

– О.

Она удивленно замолкла.

– Иногда я об этом забываю, – добавила она.

– Так мне можно зайти?

– Э-э-э…

Снова звук затяжки.

– Думаю, лучше нет. Пока не пройдет конкурс.

– Конкурс?

– Три дня в аду, забитом по уши самыми тупыми произведениями поэтов, писавших на латыни, которые считали, что говорят нечто дельное. Я сейчас штудирую их как безумная. Реально не могу позволить себе светской жизни, пока не получу свою степень.

– О. А тогда я тебе позвоню, о’кей?

– Буду ждать звонка.

– Пока.

Модульный Человек повесил трубку. В памяти чередой всплывали другие номера, но первые три разговора настолько обескуражили его, что ему не хотелось нарваться еще раз.

Он оглядел улицу, почти пустую. Можно пойти в «Козырные тузы», может, там он кого-то встретит.

«Козырные тузы». Туда, где он умер.

От этой мысли он почувствовал холод. Внезапно ему совершенно расхотелось идти в «Козырные тузы».

А затем он решил, что должен знать.

Завращалась тарелка радара, и он беззвучно поднялся в воздух.

Андроид приземлился на смотровой площадке и зашел в бар. Хирам Уорчестер, одиноко стоявший посреди зала, резко развернулся, сжимая кулак…

Его глаза превратились в темные дыры на пухлом лице. Он долго глядел на Модульного Человека, будто не узнавая его, потом сглотнул, опуская руку, и с трудом улыбнулся.

– Я знал, что тебя построят заново, – сказал он.

Андроид улыбнулся.

– Сколько ни стучи – всё тикают,[1] – ответил он.

– Очень рад это слышать, – сказал Хирам, усмехнувшись хрипло, будто этот звук исходил из жестяной трубы граммофона. – Все равно, не каждый день постоянный клиент восстает из мертвых. Сегодня выпивка и еда за счет заведения, Модульный Человек.

Кроме Хирама, в заведении не было почти никого, только Стеноход и еще пара человек.

– Благодарю, Хирам.

Андроид пошел к бару и закинул ногу на ограждение. Это движение было таким знакомым, таким теплым и домашним. Улыбнулся бармену, которого раньше не видел.

– «Зомби», – сказал он.

Позади него Хирам поперхнулся.

– Что такое, Хирам?

Хирам нервно улыбнулся.

– Ничего особенного.

Поправил галстук, стер несуществующий пот со лба. Его радушный тон явно был вымученным. Так, будто ему вообще было трудно говорить.

– Я несколько месяцев хранил все части тебя, – сказал он. – Тогда твоя голова осталась более-менее цела, хотя говорить уже не могла. Я продолжал надеяться, что твой создатель объявится и придумает, как собрать тебя.

– Он скрытен, не любит появляться на людях. Но я уверен, что он хотел бы получить их обратно.

Хирам поглядел на него запавшими безжизненными глазами.

– Извини. Их кто-то украл. Маньяк-коллекционер, наверное.

– О. Мой создатель не обрадуется.

– Ваш «зомби», сэр, – сказал бармен.

– Благодарю.

Андроид заметил, что фотография сенатора Хартманна с автографом перекочевала из угла на самое видное место, над баром.

– Прости, пожалуйста, Модульный Человек, но мне надо на кухню, – сказал Хирам. – Время и роньон сотэ о шампань никого ждать не станут.

– Звучит восхитительно, – ответил андроид. – Возможно, я закажу ваш роньон на ужин. Что бы это ни было.

Он посмотрел, как Хирам двинул свое массивное тело в сторону кухни. Что-то не так с Хирамом, подумал он, что-то странное в том, как он реагирует на все. Реакция на слово «зомби», странное замечание насчет головы. Он совсем не такой, каким его помнил Модульный Человек.

Как и Травничек. Как и все остальные.

Его сознание пронизал холод. Может, его восприятие раньше было неверным. Может, его воспоминания как-то исказились в процессе хранения, случайно, в результате сбоя. Хотя больше было похоже на то, что неверным является его нынешнее восприятие. Может, Травничек напортачил, восстанавливая его.

Может, ему опять суждено взорваться.

Он ушел от бара и подошел к Стеноходу. Стеноход был для «Козырных тузов» словно предмет обстановки, чернокожий мужчина, лет тридцати на вид, без определенного места жительства. Дикая Карта наделила его способностью ходить по стенам и потолкам. На его лице была матерчатая маска Домино, не слишком его скрывающая. Похоже, денег у этого человека было достаточно, а еще, как помнил андроид, он всегда был человеком компанейским. Никто не знал его настоящего имени.

Подняв взгляд, Стеноход улыбнулся.

– Привет, Модульный. Прекрасно выглядишь.

– Можно присоединиться?

– Я кое-кого жду, – сказал он с легким акцентом, ямайским, насколько мог уловить Модульный Человек. – Но я не против посидеть в компании, пока что.

Модульный человек сел. Стеноход глянул на него поверх бокала с портером «Сьерра-Невада».

– Не видел тебя с тех пор, как ты… взорвался.

Он покачал головой.

– Какая досада, парень.

Модульный Человек принялся потягивать «зомби». Вкусовые рецепторы передали в мозг зубодробительный сигнал.

– Слушай, ты не мог бы мне поподробнее рассказать, что случилось тем вечером?

Радар андроида нарисовал узнаваемый силуэт Хирама, выходящего к бару, тревожно оглядывающегося по сторонам и уходящего обратно.

– О да. Осмелюсь сказать, вряд ли ты помнишь, так ведь?

Он нахмурился.

– Это произошло случайно, я так полагаю. Ты пытался спасти Джейн от Астронома и оказался на пути у Кройда.

– Кройда? Того самого Кройда, который…

– Распространяет вирус? Да. Того же самого джентльмена. Он обладал силой… размягчать металл или что-то вроде. Попытался использовать ее против Астронома, но не удержал под контролем и задел тебя. Ты начал растекаться, как каучуковый, начал стрелять гранатами, дымовыми и со слезоточивым газом, парень, а спустя пару секунд взорвался.

Модульный Человек пару секунд сидел неподвижно, пока макроатомные цепи в его мозгу осознавали услышанное.

– Астроном был из металла? – спросил он.

– Нет. Простой старый мужик, хлипкий на вид.

– Тогда сила Кройда не должна была подействовать. На Астронома.

Стеноход поднял руки.

– Люди пытались использовать все, что было под рукой, парень. У нас тут даже полноразмерный слон появился. Свет погас, было полно слезоточивого газа…

– И Кройд применил силу Дикой Карты, которая могла подействовать только на меня.

Стеноход пожал плечами. Двое других посетителей встали и вышли. Модульный Человек задумался.

– А что за Джейн? Женщина, которую я пытался спасти?

Стеноход поглядел на него.

– Ее ты тоже не помнишь?

– Похоже, что да.

– Ты должен был ее охранять. Они называли ее Водяной Лилией, парень.

– О.

Сознание андроида ощутило огромное облегчение. По крайней мере, это он помнил.

– Я помню, как встречал ее, мельком. Во время Великого Налета на Клойстерс. На самом деле думал, что ее зовут Лилия.

«Мы с вами не виделись, когда обезьяна сбежала?» – спросил он тогда. И больше никогда ее не видел. Может, она сможет что-то рассказать.

– Похоже, что она предпочитает, чтобы ее называли Джейн. Она так представлялась, когда здесь работала.

У меня нет имени, внезапно подумал андроид. Только ярлык, Модульный Человек, будто торговая марка, а не настоящее имя. Не Боб, Саймон или Майкл. Некоторые меня зовут Модульный, но это для того, чтобы выговорить проще было. У меня нет настоящего имени.

Его разум окутала печаль.

– Не знаешь, как бы связаться с этой Джейн? – спросил он. – Я бы хотел задать ей несколько вопросов.

Стеноход усмехнулся.

– Ты, а еще полгорода, парень. Она исчезла, по всей вероятности, сбежала, чтобы остаться в живых. Ходят слухи, что она может исцелять жертв Кройда.

– Да ну?

– Трахаясь с ними.

– Ого.

Факты бесполезным хороводом кружились в сознании андроида. Совершенно лишенные логики. Кройд взорвал его, а теперь он сеет смерть по всему городу. Женщина, которая может исцелять зараженных Кройдом, куда-то сбежала. Хирам и Травничек ведут себя странно, Элис замуж вышла.

Андроид осторожно поглядел на Стенохода.

– Если это какая-то глупая шутка, лучше сразу скажи, – начал он. – Иначе побью хорошенько.

Глаза Стенохода расширились. Андроид понял, что человек не слишком-то испугался.

– Я тут ни при чем, парень, – сочувственно сказал Стеноход. – Это не выдумки, Модульный. Кройд разносит Даму Пик, Водяная Лилия в бегах, в городе военное положение.

Внезапно с кухни донеслись крики.

– Я понятия не имею, куда он пошел, будь он проклят!

Голос Хирама.

– Он просто ушел!

– Он тебя искал!

Раздался грохот, будто упала стопка сковородок.

–  Я не знаю! Я не знаю! Он просто ушел, будь он проклят!

– Он не стал бы уходить от меня!

– Он ушел от нас обоих!

–  Джейн не ушла бы!

– Они оба от нас ушли!

– Я тебе не верю!

Снова грохот сковородок.

–  Вон! Вон! Убирайся из моего заведения!

Хирам уже просто вопил. Внезапно он выскочил с кухни, неся в руках человека. Рослого худощавого азиата в одежде шеф-повара. В руках Хирама он казался легким, как перышко.

Хирам швырнул его в дверь, но веса повара не хватило, чтобы распахнуть ее, и он сполз на пол. Хирам покраснел. Ринулся вперед и выставил мужчину за дверь.

В ресторане повисла тишина, нарушаемая лишь шумным дыханием Хирама. Владелец ресторана обвел бар вызывающим взглядом и побрел к себе в кабинет. Один из клиентов встал, поспешно расплатился за выпивку и вышел.

– Проклятье, – сказал другой. Худощавый мужчина с каштановыми волосами, явно чувствовавший себя некомфортно в добротно пошитом костюме. – Двадцать лет ждал, когда смогу ходить сюда, и только поглядите, что тут происходит, когда я наконец сподобился.

Модульный Человек поглядел на Стенохода. Чернокожий печально улыбнулся в ответ.

– Культура в упадке повсюду.

Андроид почему-то почувствовал странное удовлетворение от происшедшего. Хирам действительно изменился, это не какой-нибудь глюк в его программе.

Начал снова раздумывать о Дне Дикой Карты. Контуры его мозга перебирали варианты.

– Не мог ли Кройд работать на Астронома?

– Тогда, в День Дикой Карты?

Мысль явно заинтересовала Стенохода.

– Он вообще наемник, по жизни, так что это возможно. Но Астроном убил почти всех своих подручных, это была реальная мясорубка, парень. А Кройд все еще с нами.

– Откуда ты так много знаешь про Кройда?

– Держу ухо востро, парень, – с улыбкой ответил Стеноход.

– Как он выглядит? – спросил Модульный Человек, решив, что лучше избегать этого человека.

– Я не возьмусь описывать, как он выглядит прямо сейчас. Этот чувак постоянно меняет внешность и способности, парень, за счет Дикой Карты. Последний раз, когда его видели, с ним был еще один, телохранитель, или что-то вроде того, и никто не знает, кто из них кто. Один из них, то ли Кройд, то ли другой парень, альбинос, парень. Судя по всему, красит волосы и носит темные очки, чтобы скрыть красные глаза. Другой – молодой, приятный на вид. Но ни одного из них уже пару дней никто не видел. И новых случаев Дикой Карты тоже не было. Так что, кто бы из них ни был Кройдом, возможно, он уже стал другим. Может, даже перестал быть разносчиком заразы.

– В таком случае с чрезвычайно ситуацией покончено?

– Наверное. Хотя бандитские разборки еще не прекратились.

– Даже слышать не хочу.

– А еще выборы. Даже я поверить не могу, глядя на кандидатов.

Радар показал, как Хирам появился из кабинета, снова опасливо оглядел бар и снова вышел. Стеноход поглядел на него, поверх правого плеча Модульного Человека. На его лице появилась озабоченность.

– У Хирама плохи дела.

– Мне казалось, он пытается сделать вид, что это не так.

– Бизнес загибается, парень. Тузы вышли из моды, не то что раньше. Бойня на День Дикой Карты будто сглазила все наши способности. А еще все эти вспышки насилия, во время турне, организованного ВОЗ. Хрень реальная, и Хирам во всем этом был замешан… прости, парень, это снова то, о чем ты знать не можешь.

– Не стесняйся, – ответил андроид.

– О’кей. Итак, сейчас Кройд шастает по городу, раздавая всем джокеров и Даму Пик, и надвигается реакция. Скоро может оказаться… политически нецелесообразным… тусоваться с тузами.

– Я не туз. Я машина.

– Ты летаешь, парень! Ты ужасно силен, ты пуляешь импульсами энергии. Попытайся кому-нибудь объяснить, чем ты от туза отличаешься.

– Можно догадаться.

Кто-то вошел в бар. Изображение, выданное радаром, было столь странным, что Модульный Человек повернул голову, чтобы сделать визуальную оценку.

Каштановые волосы и борода мужчины свисали едва не до лодыжек. На цепи, надетой на шею поверх волос, висело распятие. Из одежды на нем были грязная футболка и обрезанные синие джинсы. Ноги его были босыми.

Ничто из этого не было достаточно странным, чтобы заподозрить человека в чем-то, кроме того, что он переболел Дикой Картой, но, когда он подошел ближе, Модульный Человек разглядел разноцветные радужки глаз, оранжево-желто-зеленые, и цвета располагались кольцами, как кольца мишени. У него были деформированные кисти рук с тонкими волосатыми пальцами. В одной из рук он держал крохотную бутылку кока-колы.

– Вот с этим-то человеком я и должен увидеться, – сказал Стеноход. – Прошу прощения.

– Может, увидимся позже, – ответил Модульный Человек.

Волосатый незнакомец подошел к столу и посмотрел на Стенохода.

– Я тебя знаю.

– Ты меня знаешь, Аэродром.

Модульный человек вернулся к бару и заказал еще один «зомби». Появился Хирам и выставил Аэродрома за отсутствие подобающей обуви. Когда тот уходил вместе со Стеноходом, андроид заметил, что мужчина заткнул бутылку кока-колы себе в локтевой сгиб, будто шприц с иглой, да так и понес.

В баре никого не осталось. Хирам выглядел раздражительным и подавленным, настроение у бармена было под стать боссу. Андроид извинился и ушел. Он больше никогда не будет пить «зомби». Слишком сильная неприятная ассоциация.

– Ага. Добыл нам денег, так, кухонный комбайн? – сказал Максим Травничек, роясь в груде заметок, которые он сделал для себя, пока собирал Модульного Человека. – Завтра сходишь в патентное бюро. Заполнишь документы. Черт, как нога чешется.

Он потер палец левой ноги об икру правой.

– Могу попытаться попасть на «Соколиное гнездо» завтра. Пусть все знают, что я вернулся. Она платит по тарифу, но…

– Эта сука беременная, понял? Судя по тому, как выглядит, может родить в любой момент.

Еще что-то, о чем я не слышал, подумал андроид. Чудесно. В следующий раз он узнает, что Франция сменила название на Фредонию и переехала в Азию.

– Но видел бы ты ее сиськи! Если они казались хороши раньше, то теперь на них стоит поглядеть! Просто фантастика!

– Я слетаю и поговорю с ее продюсером.

– Бозонные струны, – сказал Травничек. У него в руке была одна из его заметок, но он на нее не смотрел. – Минус единица к энному равняется минус единица к безмассовому вектору, значит эпсилон равен единице.

Его глаза глядели вдаль. Тело раскачивалось вперед-назад. Похоже, он впал в какой-то транс.

– Для суперструн, – продолжил он, – минус единица к энному равняется единице к безмассовому вектору, значит, эпсилон равен минус единице… Все эн, умноженные на эн антиэрмитовых матриц, сведенные воедино, представляют матрицу Y-энного порядка в комплексном виде… потенциальный барьер унитарной…

Андроида охватил холодный ужас. Он никогда не видел своего создателя в таком состоянии.

Травничек продолжал бормотать в том же духе несколько минут. Потом вдруг резко пробудился. Повернулся к Модульному Человеку.

– Я что-то говорил? – спросил он.

Андроид слово в слово повторил все сказанное. Травничек хмуро слушал его.

– Незамкнутые струны, ладно, – сказал он. – Мнимый оператор струн, вот в чем загвоздка. Я ничего не говорил про сигма суб плюс один на два?

– Простите, – ответил андроид.

– Черт с ним, – тряхнув головой, сказал Травничек. – Я физик, а не математик. Слишком переработался. А еще долбаная нога чешется.

Он плюхнулся на раскладушку, уселся поудобнее, снял ботинок и носок. Начал чесать между пальцев.

– Если я смогу вычислить критическую точку кривой эмиссии фермионов, то смогу решить проблему с утечкой энергии при вращении за пределами нормального спектра. Лишенные массы частицы проще, это…

Он перестал говорить и посмотрел на ногу.

Два пальца отвалились от ноги. Из ран обильно сочилась синеватая жидкость.

Андроид смотрел, не веря себе. Травничек закричал.

– Рассматриваемые операторы, – сказал Травничек, – фермионны лишь в двумерном мире, плоской размерности, но не в пространстве-времени размерности Д.

Лежа на носилках в приемном покое клиники имени Ренссэйлер, Травничек снова впал в транс. Модульный Человек раздумывал, не связано ли это с мнимым оператором, который упомянул ранее его создатель.

– Ограничивая спектр областью равной гравитации… удаляем из спектра тахионы…

– Дикая Карта, – сказал Модульному Человеку доктор Финн. Сомнений в этом уже не было. – Но странная. Я не понимаю ее структуры.

Он поглядел на несколько распечаток. Нервно постукивал копытами по полу.

– Тут, похоже, два штамма Дикой Карты.

– Свободный от мнимости расчет светового конуса… инвариантность Лоренца становится применимой…

– Я сообщил Тахиону, – сказал Финн. Он был кентавром, но размером с пони. Человеческая его часть была одета в белый халат, на шее висел стетоскоп. Он снова поглядел на Травничека, а потом на андроида.

– Можете ли вы взять на себя ответственность за этого человека, если мы решим дать ему сыворотку? Вы член семьи?

– Я не могу подписывать официальные бумаги. Я не человек, а искусственный интеллект шестого поколения.

Финн с трудом воспринял это.

– Тогда дождемся Тахиона, – решил он. Раздвинулись пластиковые занавески. Ярко-синие глаза инопланетянина изумленно расширились.

– Ты вернулся.

Модульный Человек понял, что Тахион впервые в жизни так краток. Он был одет в белый халат, поверх которого он надел гусарский ментик с таким количеством золотой шнуровки, что мог бы с легкостью превзойти королевскую гвардию Руритании. Поверх него висел «кольт-питон», на черном поясе с серебряными кончо, отделанными бирюзой.

– Шестизарядник у вас, – сказал Модульный Человек.

Тахион быстро оправился от удивления. Небрежно махнул рукой.

– Тут были… угрозы. Мы справляемся, но я рад, что тебя заново собрали.

– Благодарю вас. Принес вам пациента.

Тахион взял распечатки у кентавра и начал поглядывать.

– Первый случай Дикой Карты за три дня, – заметил он. – Если бы мы могли узнать, где пациент заразился, то смогли бы выследить Кройда.

– Репараметрическая инвариантность бозонной струны! – выкрикнул Травничек. У него на лбу выступил пот. – Сохранение ковариантного критерия!

Тахион продолжал проглядывать распечатки, и его глаза сузились.

– Два штамма Дикой Карты, – сказал Тахион. – Один – изначальный, второй – новый.

Модульный Человек удивленно посмотрел на Тахиона. В его сознании замельтешили вероятности. Травничек был заражен Дикой Картой с самого начала. Его способность построить Модульного Человека была талантом, дарованным ему вирусом, а не врожденной гениальностью.

Тахион поглядел на Травничека.

– Можно пробудить его из этого состояния?

– Не знаю.

Тахион наклонился над носилками и внимательно поглядел на Травничека. Использует силу своего сознания, понял Модульный Человек.

Травничек издал крик и отмахнулся от рук инопланетянина. Сел, глядя прямо перед собой.

– Это та долбаная Лорелея! – сказал он. – Она со мной это сделала, сука. Просто потому, что я не оставил ей чаевых.

Тахион посмотрел на него.

– Мистер, а…

Травничек погрозил пальцем.

– Прекрати петь, когда мы этим занимаемся, говорю, а тогда, может, чаевые оставлю! Кому понравится такой отвлекающий фактор?!

– Сэр, нам нужен список тех, с кем вы контактировали последние пару дней, – сказал Тахион.

По лицу Травничека тек пот.

– Я ни с кем не виделся. Последние три дня был у себя на чердаке. Съел только пару кусков пиццы из холодильника. Это Лорелея, говорю вам! – срываясь на визг, крикнул он. – Она это сделала!

– Вы уверены, что контактировали только с этой Лорелеей?

– Боже, да!

Травничек выставил руку. Он все еще держал в ладони пальцы с ноги.

– Поглядите, что со мной сделала эта сука!

– Вы не знаете, как найти ее? Где она может прятаться?

– «Шангри-ла По Вызову». Они есть в телефонной книге. Просто попросите их прислать ее.

Его глаза запылали яростью.

– Пять баксов на такси!

Финн посмотрел на Тахиона.

– Не мог Кройд за последние три дня превратиться в женщину?

– Вряд ли, но это единственная ниточка, которая у нас есть. Если не выяснится другое, эта Лорелея может дать нам информацию о Кройде. Вызывай Отряд. И полицию.

– Сэр, – ответил Финн и грациозно ускакал за ширму, цокая копытами по кафельному полу. Тахион снова посмотрел на Травничека.

– Вы раньше болели Дикой Картой? Были ли какие-то проявления?

– Нет, конечно, – ответил Травничек, потянувшись к своей босой ноге, но тут же резко отдернул руку.

– Я пальцев на ногах не чувствую. Будь они прокляты!

– Причина, по которой я задал вопрос, сэр… это ваше второе заражение Дикой Картой. У вас было и первое.

Травничек резко поднял голову. Пот каплями полетел на халат Тахиона.

– Какого черта вы несете, первое заражение? Ничего такого у меня не было.

– Похоже, что было. Ваша генетическая структура пронизана вирусом насквозь.

– Я никогда в жизни не болел, коновал хренов!

– Сэр, – перебил его андроид. – У вас необычные способности. В том числе… репараметрическая инвариантность бозоновой струны.

Травничек долго глядел на него. А потом осознал. И пришел в ужас.

– Боже мой, – сказал он.

– Сэр, есть сыворотка, – сказал Тахион. – Вероятность успеха – двадцать процентов.

Травничек продолжал смотреть на андроида.

– Успеха, – повторил он. – Это означает, что обе инфекции уйдут из меня, так?

– Да, если сыворотка сработает. Но есть риск…

По полу зацокали копыта. Из-за занавесей появился Финн.

– Все сделал, док, – сказал он. В руках у него был чемоданчик. Он открыл его. Внутри лежали флаконы и шприцы. – Я принес сыворотку. И бланк согласия на лечение.

Травничек только что заметил кентавра. Отшатнулся.

– Отвали от меня, чудила!

Финн обиделся, а лицо Тахиона сделалось жестким. Он выпрямился. Его лицо запылало гневом.

– Доктор Финн здесь главный. Он дипломированный врач…

– Мне плевать, пусть у него хоть диплом на право телеги возить в Центральном парке! Джокер со мной это сделал, и я не намерен, чтобы лечил меня тоже джокер!

Травничек поглядел на пальцы ноги, которые держал в руке, и задумался. Его взгляд стал решительным. Он бросил пальцы на пол.

– На самом деле, я вообще не собираюсь получать эту долбаную сыворотку.

Он поглядел на андроида.

– Тащи меня отсюда. Немедленно.

– Да, сэр, – со стыдом ответил андроид. Его программа не подразумевала возможности отказаться выполнить четкий приказ создателя. Взяв Травничека на руки, он начал подниматься в воздух. Тахион смотрел на это с нескрываемой враждебностью, сложив руки на груди.

– Подождите! – в отчаянии вскричал Финн. – Нам необходимо, чтобы вы письменно подтвердили отказ от лечения!

– Отвали! – рявкнул Травничек. Модульный Человек пролетел сквозь пластиковые занавеси, разделявшие на части приемный покой, и полетел к выходу. Ребенок-джокер с серым лицом, ожидавший, пока ему извлекут из колена большую занозу, поглядел вверх серебристыми глазами. Финн поскакал следом за Модульным Человеком, с бланком и ручкой в руках.

– Сэр! По крайней мере, имя свое назовите!

Модульный Человек развернулся спиной, распахивая двери приемного покоя, и вылетел наружу, к двери, ведущей на улицу, мимо удивленного зеленокожего джокера ростом больше двух метров. Вылетев на улицу, Модульный Человек начал разгоняться.

– Когда попадем домой, – сказал Травничек, – я хочу, чтобы ты нашел эту Лорелею. Притащи ее ко мне на чердак, и мы заставим ее убрать из меня ее Дикую Карту.

Ходившие по вечерним улицам люди задирали головы, глядя на пролетающего со своей ношей андроида. Половина из них была в марлевых повязках. Модульный Человек ощутил, что его чувство стыда усиливается.

– Это вирусная инфекция, сэр, – сказал он. – Я не думаю, что это кто-то с вами сделал.

– Иисусе Христе, мать твою!

Травничек хлопнул себя по лбу.

– Те два сукина сына в коридоре! Я про них забыл!

Он ухмыльнулся.

– Тогда это точно не та шлюха. Когда я спускался вниз, чтобы вызвать Лорелею с таксофона в коридоре, натолкнулся на двух парней, которые как раз поднимались. С одним так просто столкнулся. Они шли в квартиру, которая прямо под нами. Должно быть, один из них – тот самый Кройд.

– Не был ли он альбиносом?

– Я не обратил внимания. Они все равно были в этих медицинских масках.

Травничек завелся.

– На одном из них были темные очки! Это в темном-то коридоре! Наверняка чтобы скрыть свои красные глаза.

Они долетели до дома, где жил Травничек. Андроид пролетел вдоль переулка, свернул к вентиляционной шахте и поднялся к чердаку, прикрытому плоской крышей дома. Открыл слуховое окно и осторожно внес Травничека внутрь. Когда он ставил его на ноги, то заметил, что оставшиеся на ноге пальцы торчат под странными углами.

Травничек, не обращая на это внимания, принялся расхаживать вперед-назад.

– Я думал, в той квартире живет джокер, – сказал он. – Как-то наткнулся на одного на лестнице. Мне было плевать на все, лишь бы он не жаловался домовладельцу на шум от генераторов поля.

Один из пальцев на ноге отвалился и укатился под стол.

– Он прямо под нами, – сказал Травничек. – Он это со мной сделал, и теперь ублюдок заплатит за это.

– Возможно, он это не контролирует, – сказал андроид. Глядел на то место, куда укатился палец, раздумывая, следует ли ему доставать его. – И, скорее всего, он не сможет повернуть это вспять.

Травничек резко развернулся. По его лицу струился пот, а глаза горели лихорадочным огнем.

– Он должен прекратить делать это! – крикнул он. – Или умереть! Я не желаю становиться джокером! – на грани визга выкрикнул Травничек. – Я гений и намерен оставаться таковым! Найди ублюдка и притащи сюда!

– Да, сэр, – обреченно ответил андроид и подошел к металлическому шкафу с запчастями. Набрал кодовую комбинацию и открыл его. Увидел, что двух гранатометов не хватает. Видимо, оба были у него, один с дымовыми гранатами, второй – с гранатами со слезоточивым газом, и оба пропали, когда он взорвался в «Козырных тузах». Оставались электрошокер, пушка калибра 20 мм и микроволновой лазер.

Кройд уже однажды уничтожил меня, подумал андроид.

Расстегнул молнии комбинезона на плечах, открыл стыковочные узлы своего тела. Взял пушку и лазер и присоединил их. Пушка была огромна, почти с него ростом, и очень тяжелая. Андроид ввел поправки в работу программы, чтобы удерживать равновесие с изменившимся центром тяжести. Сбоку от ствола пушки торчал барабан со снарядами. Щелкнул затвор, двинувшись туда-сюда, и первый снаряд оказался в каморе.

Интересно, не суждено ли ему снова умереть.

Андроид включил силовое поле. Воздух затрещал, запахло озоном. Перед его глазами заплясали огни Святого Эльма, и, сделавшись нематериальным, андроид провалился сквозь пол. Первое, что он увидел в квартире внизу, был телевизор. На месте одного из штырей комнатной антенны была металлическая вешалка.

Посреди комнаты стояла раскладушка. Матрас был обернут пластиком. Простыни не было. Помимо этого, комната была заставлена прочей дешевой мебелью.

Андроид перешел в материальное состояние, повиснув посреди комнаты. Услышал голоса из другой, и оружие тут же развернулось, нацеливаясь на источники звука.

– Что-то в стекло ударило, – произнес один голос, торопливо, но напряженно. – Что-то странное происходит.

– Может, ударная волна от сверхзвукового.

Другой голос, более низкий и куда более спокойный.

– А чашки на полках?

Первый голос был очень настойчив и так тороплив, что слова сливались в одно.

– От чего чашки на полках лопнули? От ударной волны такого не бывает. Тем более в Нью-Йорке. Это точно что-то еще.

Человек явно не мог успокоиться.

Модульный Человек завис у дверного проема. Посреди крохотной кухни стояли двое мужчин, согнувшись и глядя внутрь небольшого холодильника. С резинового уплотнителя стекали апельсиновый сок и молоко.

Тот, что ближе, был помоложе, темноволосый и красивый, будто кинозвезда. Он был одет в синие джинсы и куртку «Левис». В руке он держал разбитую банку от сока.

Другой, худой, бледный, с красноватыми глазами.

– Кто из вас Кройд Кренсон? – спросил андроид.

Красноглазый обернулся и вскрикнул.

– Ты взорвался! – заорал он, молниеносным движением сунув руку под куртку «Левис» за пистолетом.

Модульный Человек счел это достаточным доказательством вины. Потолок был слишком низкий, чтобы пролететь над первым, и он просто полетел вперед, выставив руки, чтобы стукнуть его о холодильник и заняться альбиносом.

Когда андроид толкнул его, тот не пошевелился. Даже не выпрямился, стоя у холодильника. Модульный Человек остановился как вкопанный. Толкнул сильнее. Человек выпрямился и улыбнулся, не сдвигаясь с места.

Предполагаемый Кройд выстрелил из пистолета. Грохот заполнил маленькую кухню. Первая пуля прошла мимо, вторая содрала пластиковую обшивку с плеча андроида, третья и четвертая попали в приятеля Кройда.

Человек не среагировал на попадания никак. Пули не отрикошетили, не сплющились от удара, просто упали на обшарпанный линолеум.

Пули не действуют, подумал андроид. Пушка отпадает.

Модульный Человек попятился, встал на пол и нанес быстрый прямой удар в грудь молодому парню. Тот не пошевелился, даже не вздрогнул. Защелкали пули Кройда, пронзая воздух. Пара попала в его друга, но ни одна – в андроида. Андроид снова ударил, со всей силы, и с тем же результатом.

Молодой парень ударил в ответ с поразительной быстротой. Попав по Модульному Человеку, его кулак отшвырнул андроида. Пролетев через комнату, андроид пробил старую жестяную отделку стены, а потом и планки на другой стороне. Лежавшая в десяток слоев краска посыпалась со старых стен, будто серый снег. В сознании андроида замигали красные лампочки, сигнализируя о повреждениях.

Модульный Человек с трудом выбрался из пробитой им дыры в стене. Длинный ствол пушки застрял, и ему пришлось двинуть плечами, чтобы освободиться. Он увидел, как альбинос с нечеловеческой быстротой ринулся на него, держа в руках холодильник. Андроид попытался увернуться, но помешала стена, а Кройд двигался слишком быстро. Холодильник снова впечатал Модульного Человека в стену, дыра стала еще больше. Внутри холодильника плескался апельсиновый сок.

Врубив генератор полета, Модульный Человек полетел вперед, хватая холодильник и используя его в качестве тарана. Кройд потерял равновесие и попятился в комнату, рахмахивая руками, пока ему под колени не попалась раскладушка. Он рухнул на пол. Андроид ринулся дальше, тараня холодильником кройдовского дружка с разгону.

Тот снова не шелохнулся. Огни Святого Эльма заполнили коридор, когда генераторы андроида вышли на полную мощность. Противник все так же стоял.

Черт с ним. Займусь Кройдом.

Бросив холодильник, андроид изменил траекторию полета, сворачивая к альбиносу. Но очень быстро, не успел он пролететь и нескольких сантиметров, молодой парень ударил другой рукой по холодильнику, посылая его в полет.

Модульный Человек снова пробил стену, улетев в другую квартиру и разбив шестидесятилитровый аквариум, а затем ударившись в уличную стену. Его сознание распадалось на части от шока. На пол потекла зеленая вода, и тропические рыбки начали умирать.

Время, казалось, навсегда застыло в его сознании. Он не помнил, зачем он здесь, не понимал, почему перед глазами мелькают яркие точки. Автоматические системы начали медленно перезагружать его память.

Вернулись воспоминания о сегодняшнем дне, долгом, наполненном отчаянием. Андроид вытащил себя из стены. Системы питания нуждались в перезарядке. Некоторое время он не сможет переходить в нематериальное состояние, и летать тоже лучше не пытаться. Двадцатимиллиметровая пушка висела на плече, погнутая. Лазер, похоже, цел.

Квартира была хорошо отделана, висели картины абстракционистов, на полу лежал восточный ковер. По стенам стояли оставшиеся целыми аквариумы. Под потолком висела абстракционистская скульптура из листового железа и проволоки. Хозяина дома не было. Андроид услышал звуки полицейских сирен снаружи. Вернувшись сквозь пролом в квартиру Кройда, он увидел, что альбинос и его товарищ исчезли. Поднялся по лестнице на чердак, к Травничеку. По дороге два раза потерял сознание на полсекунды. Придя в себя, пошел быстрее.

Услышал тяжелый топот полицейских внизу.

Услышав стук, Травничек открыл дверь. Босой, и на его ступнях не осталось ни одного пальца. Из ран начинало расти нечто синее и волосатое.

– Долбаная кофеварка, – сказал Травничек.

Андроид знал, что худшее еще впереди.

– Кройд оказался не настолько серьезной проблемой, как другой, – сказал андроид.

Комбинезон с него был снят, Травничек чинил дыру в пластиковой обшивке. Пушка лежала на столе. Придется найти ей замену в армейском арсенале, там же, где он взял эту.

Травничек принялся возиться с остальными узлами, вышедшими из строя. Он сказал полиции, что слышал выстрелы, но побоялся спуститься к таксофону и позвонить. Они молча выслушали его объяснения и больше не заходили. Все это время андроид прятался в сейфе.

– Никаких серьезных повреждений, тостер, – сказал Травничек. – Монитор контроля вылетел, поэтому ты сознание терял. Я эту хрень подлатал пока что. Помимо этого, пара мелких повреждений.

Он выпрямился и поглядел перед собой.

– Выключатель функции ренормализации поврежден, – сказал он. – Заменить немедленно.

Покачал головой, нахмурился и повернулся к андроиду.

– Открой свою грудную клетку еще раз. Я кое-что вспомнил.

Травничек почесал сустав одного из пальцев, но, осознав, что делает, сразу же прекратил, слегка побледнев.

– После того, как тебя починю, – сказал он, – выбирайся наружу. Этот чертов Кройд может использовать свою силу, чтобы изменить и других людей. Это даст тебе возможность определить, где он. Я хочу, чтобы ты его нашел.

– Да, сэр, – ответил андроид, открывая грудную клетку. Заметил, что у его создателя начала опухать шея, а кожа приобрела отчетливый синий оттенок. Решил, что не стоит говорить об этом.

Андроид патрулировал улицы всю ночь, выглядывая знакомые силуэты. Радиоприемник был готов принять любой сигнал, если бы его передали на волне полиции или национальной гвардии. Из последнего номера «Таймс», который он вытащил из стопки у закрытого газетного киоска, он узнал, что в течение двух часов после его сражения с Кройдом случилось еще с полдюжины случаев заражения Дикой Картой. Три случая в Джокертауне, еще три – у людей, которые вместе ехали в идущем на север экспрессе номер 4 по линии Лексингтон-Авеню. Кройд и его товарищ сели в метро, по крайней мере, не ближе остановки на Сорок Второй.

Из номера «Ньюсуик», найденного в мусорном баке, он узнал, что Кройд и его неизвестный защитник выдержали сражение с Тахионом и его отрядом джокеров пару дней назад с ничейным результатом.

Плохо, что он этого не знал. Хотя статья была не слишком подробной, возможно, знай он самое важное, то стал бы действовать по-другому.

Летая над улицами и выискивая глазами и радаром знакомые силуэты, он заново воспроизвел в памяти бой в квартире. Он попытался сбить с ног неизвестного, но тот не пошевелился. Удары попадали в него и останавливались. Когда андроид попытался снести его холодильником, движение тоже просто было остановлено. Пули не отскакивали, а просто теряли энергию и падали на пол.

Теряли энергию, понял андроид. Теряли энергию и замирали.

Следовательно, незнакомец поглощает кинетическую энергию. А потом преобразует ее в энергию своего собственного удара. Ему нужно, чтобы сначала ударили его, понял андроид, поскольку ему, похоже, нужно было поглотить энергию атаки андроида прежде, чем он смог ударить в ответ.

Сознание андроида наполнилось удовлетворением. Все, что ему нужно, – обойти этого парня, не нанося ему ударов. Если не будет энергии, которую можно поглотить, то он ничего не сможет сделать.

А если все пойдет плохо, в качестве последнего средства придется использовать микроволновой лазер. Неизвестный поглощает кинетическую энергию, а не излучение. Андроид улыбнулся. К следующей встрече у него припасен козырь. Теперь надо только найти их.

В полтретьего днем двое человек подхватили Даму Пик на Сорок Седьмой, рядом с Хаммаршёльд-Плаза. В эфире зазвучали переговоры полиции Нью-Йорка и национальной гвардии об усилении охраны у здания ООН, на случай если Кройд решит что-то сделать против этой организации.

Модульный Человек сразу же вылетел туда. Две жертвы лежали на улице, в полквартале друг от друга. Один лежал неподвижно, его тело превратилось в нечто чудовищное. Другой корчился от боли, его кости растворялись, и его раздавливал вес собственного тела. Выкрашенные в хаки машины «Скорой» военно-медицинской службы уже прибыли на место, следом, завывая сиренами, катились машины городской «Скорой помощи». Модульный Человек знал, что ничем не сможет помочь жертвам, и начал быстрый облет квартала по разворачивающейся спирали. Еще одна жертва Дикой Карты, западнее, на Третьей авеню, дала его поискам новое направление.

И тут он увидел одного из тех, кого искал. Приятеля Кройда, с каштановыми волосами. Все в тех же джинсах и куртке «Левис». Он быстро шел по Сорок Восьмой, возвращаясь, держа руки в карманах и внимательно глядя на пешеходов впереди.

Модульный Человек скрылся за парапетом дома на другой стороне улицы, летя параллельно и время от времени высовывая голову, чтобы не потерять цель. Пешеходов на улице было мало, и задача оказалась проста. Молодой парень не смотрел вверх. Вдалеке завывали сирены «Скорой».

Парень свернул на север, по Второй авеню. Прошел три квартала, а потом зашел во вращающуюся дверь белокаменного здания банка.

Андроид повис над крышей здания напротив, раздумывая, что делать дальше, а потом быстро пролетел над Второй авеню и спустился на тротуар так, чтобы его не было видно из дверей банка. Люди в белых марлевых повязках на лицах обходили его стороной.

Андроид перешел в нематериальное состояние и прошел сквозь толстую стену банка. Высунул голову с внутренней стороны. Защитник Кройда пересек вестибюль банка, прошел мимо касс и начал разговаривать с пухлым седым охранником банка у задней двери. Показал карточку и ключ. Охранник кивнул, нажал кнопку, и открылась дверь. Молодой человек вошел в лифт, и дверь закрылась.

Модульный Человек вышел обратно. Очевидно, помощник Кройда отправился в депозитарий. Под аханье случайно проходивших мимо пешеходов андроид начал погружаться в асфальт.

Хотя зрительные датчики показывали кромешную тьму, система навигации работала безупречно. Он опускался вниз, а потом двинулся вперед. Осторожно выставил из стены голову с радаром и зрительными датчиками. Огромный подземный депозитарий, сотрудник за столом, девушка, спиной к нему. На столе лежали стопки новеньких купюр в бумажной обертке.

Не тот депозитарий. Андроид ушел обратно в стену, потом в сторону и снова вперед. Прошел прямо сквозь ряд ячеек депозитов. Теперь то, что надо. Нахождение в нематериальном состоянии сильно расходовало энергию, нельзя делать так до бесконечности.

Приятель Кройда, вместе с другим охранником, быстрым шагом подошел к ячейке. Они вставили ключи, каждый – свой, и молодой парень вытащил ящик. Андроид запомнил местоположение ячейки, равно как и расположение камер наблюдения и других систем безопасности.

Энергии становилось все меньше. Он двинулся обратно, появился на поверхности тротуара, перешел в нормальное состояние и взлетел на крышу здания напротив. Приземлился. Наверняка не имеет особого значения, что там в депозите, хотя, если окажется иначе, он всегда сможет вернуться.

Товарищ Кройда провел в банке еще минут десять, что дало андроиду возможность полностью восстановить запас энергии. Когда парень вышел, то пошел обратно на юг, потом свернул на запад, на Пятидесятую, чтобы обойти посты полиции и машины «Скорой помощи» на Сорок Седьмой. Спешно свернул на Лексингтон-авеню, снова на юг. Андроид следовал за ним, перелетая с крыши на крышу. Противник дошел до Сорок Четвертой, а затем свернул на запад, к одному из боковых входов Центрального вокзала.

Андроид перешел в нематериальное состояние и пролетел сквозь стену на второй этаж здания. Приземлился на полированный мрамор балкона и стал следить, как противник идет внизу.

На вокзале почти никого не было. Входы на платформу охраняли армейские рейнджеры в черных беретах. Они были в костюмах химзащиты, сняв лишь капюшоны и противогазы, которые держали наготове. Сообщник Кройда подошел к лестнице, ведущей на подземный этаж, и стал спускаться.

Андроид двинулся следом, аккуратно, по необходимости переходя в нематериальное состояние, когда надо было выглянуть за угол. Молодой парень шел вниз, а затем прошел через служебный вход. Замок на двери был разбит. Потом он прошел еще ниже, к тоннелям, уходившим от вокзала на север. Ржавые железные балки держали на себе, казалось, вес половины Манхэттена. Редко попадавшиеся лампочки тускло освещали пространство. Пахло сыростью и металлом. Андроид без труда следовал за целью, пользуясь радаром.

Наткнулся на труп человека в нескольких слоях драной одежды, чье тело уже будто кальцинировалось от времени, сохранив навеки выражение ужаса и боли на лице. Кройд тут побывал, уж точно. Спустя сотню метров наткнулся на другое тело, пожилой женщины, прижимавшей к себе мешки с пожитками. Андроид пригляделся.

Это не та бомжичка, которую он когда-то знал. Понимание этого доставило андроиду облегчение.

– Ну, чо, взял? Чо, взял? – нетерпеливо спросил альбинос из темноты.

– Ага.

– Дай глянуть.

– Связка ключей. Пачка баксов.

– Ключ от ящика давай, да?

Андроид подполз ближе.

С севера с грохотом приближался поезд.

– Вот и все. Незачем было рисковать, вылезать наружу, – быстро, с оттенком подозрения проговорил альбинос. – Не знаю, могу ли доверять тебе. Да и подписи твоей на карточке нет.

– Охранник едва глянул. Похоже, выпимши.

– Пушку давай, да?

– Тяжеленная. Что это?

– «Аутомаг», сорок четвертый. Самый мощный пистолет в мире.

Кройд прицепил под руку огромную нагрудную кобуру.

– Если робот снова к нам привяжется, хочу иметь возможность дырок в нем наделать. У этой штуки обрезанные гильзы от натовского винтовочного патрона.

– Боже.

Альбинос что-то сказал, но Модульный Человек не расслышал. Поезд подъезжал ближе, его фары уже прочертили полосы по железным подпоркам. Кройд и его подручный пошли в сторону Модульного Человека. Андроид беззвучно взлетел к грязному потолку, скрывшись в тени от балки.

Желтый свет озарил железные балки, поезд неспешно ехал в южном направлении. Грохот эхом отдавался в замкнутом пространстве. Кройд и его телохранитель прошли под андроидом.

Кройд поднял взгляд, будто что-то заподозрив, может, заметив зависшего андроида периферийным зрением. Альбинос что-то выкрикнул, но его крик потонул в грохоте поезда. С невероятной скоростью схватился за рукоять пистолета. Его товарищ начал разворачиваться.

Модульный Человек упал вниз, обхватывая альбиноса со спины. Фары поезда залили происходящее ярким светом, будто на съемочной площадке фильма. Кройд закричал, попытался дернуться из стороны в сторону. Его сила значительно превосходила силу нормального человека, но не могла сравниться с силой андроида. Модульный Человек поднялся в воздух, обхватив Кройда ногами, и полетел в южном направлении. Его подталкивал поток воздуха, толкаемый поездом.

– Эй…! – заорал товарищ Кройда, рванувшись следом и размахивая рукой.

– Верни его назад!

Огромный пистолет, все так же зажатый под мышкой у Кройда, стрелял, выпуская пули вверх и вниз, пробивая куртку. Пули с яркими искрами рикошетили от железных подпорок.

Телохранитель Кройда резко свернул, вставая на пути у поезда.

Сверкнула вспышка, раздался скрежет. Поезд встал как вкопанный. Молодой парень пролетел метров пятнадцать и упал. Когда он коснулся пола, от него в ближайший рельс ударила искра.

И он вскочил на ноги. В ярком свете фар поезда андроид увидел ухмылку на его лице.

Модульный Человек быстро провел примерный подсчет кинетической энергии полностью загруженного поезда, ехавшего со скоростью порядка двадцати пяти километров в час. Хотя телохранитель Кройда и не сумел поглотить ее полностью и избыток энергии ушел в виде молнии – даже у его способности был некий предел, – остальное, то, что он смог поглотить, представляло собой потрясающую силу. Лазер андроида загудел, наводя прицел на человека, стоящего на рельсах.

Тот присел, упираясь ногами в шпалы, и прыгнул. Его прыжок был нацелен прямо на андроида. Парень закувыркался в воздухе, он явно еще не умел так передвигаться. Ударился в балку и упал на пол. На этот раз разряда не последовало. Поднявшись, он стиснул зубы и поглядел на андроида. Его одежда дымилась.

Быстрый подсчет погрузил макроатомные цепи андроида в печаль, со скоростью света. Модульному Человеку еще никогда не приходилось стрелять в живых людей. Ему не хотелось знать, как это случается. Но Кройд убивал людей, даже прячась, даже глубоко в тоннелях под Центральным вокзалом. А если телохранитель Кройда сможет схватить андроида, то просто порвет на клочки его корпус из прочных сплавов.

Андроид выстрелил. И вдруг начал падать. Его руки обмякли. Кройд упал на пол. Андроид с лязгом упал к ногам молодого парня. Тот наклонился и схватил его за плечи. Андроид попытался пошевелиться, но не смог.

Модульный Человек осознал, что телохранитель Кройда поглощает не только кинетическую энергию. Он поглощает любую энергию и может мгновенно вернуть ее обратно.

Скверная ошибка, подумал он.

Внезапно он понял, что снова летит. Пробив боковую стенку пригородного поезда, он растянулся на сиденьях, засыпанный осколками стекла и обрывками алюминия. В проход выпал чей-то чемоданчик, в воздух полетели бумаги. Андроид услышал крик. Сенсоры уловили запах гари.

Немногие пассажиры вагона, сотрудники, чья работа вынуждала их посещать находящийся на карантине город, ринулись ему на помощь. Подняв его, неуклюже лежащего на сиденьях, аккуратно положили в проход.

– Что с головой? – спросил седой усатый мужчина.

Радарное изображение исчезло. Блок контроля сгорел, когда телохранитель Кройда отразил в него когерентный импульс микроволнового лазера. Монитор перехода в нематериальное состояние отказал. В прочной оболочке из твердого сплава зияла аккуратная дырка. Избыточная энергия вырубила кучу предохранителей. Андроид перезапустил все системы, какие смог, и почувствовал, что снова может двигаться. Не все предохранители переключились обратно.

– Прошу прощения, – сказал он, вставая. Люди отшатнулись. Поезд дернулся, снова начиная движение, и андроид завалился назад, размахивая руками. Сел посреди прохода. Люди снова бросились к нему. Он чувствовал прикосновение рук справа, но не чувствовал слева. Равновесие и координация все еще не восстановились. Перегруппировав внутренние подключения, он все равно чувствовал, что дела плохи.

– Извините, – сказал он, расстегивая молнию и скидывая до половины комбинезон. Пассажиры ахнули. Пластиковая оболочка вокруг раны обуглилась. Модульный Человек раскрыл себе грудь и залез внутрь одной рукой. Кто-то отвернулся, похоже, его тошнило, но остальные пассажиры смотрели с интересом. Одна женщина даже забралась с ногами на сиденье и смотрела сверху вниз внутрь андроида, сквозь очки в роговой оправе.

Андроид вынул один из блоков управления, увидел расплавившиеся соединения и мысленно вздохнул. Вернул блок на место. Дорога домой будет неблизкой. Летать он не может, это точно.

Поднял взгляд на пассажиров поезда.

– Ни у кого не найдется пять долларов на такси?

Обратная дорога в Джокертаун оказалась опасна и унизительна. Пассажиры помогли ему выйти из поезда и со станции, но даже так он пару раз упал. Усатый мужчина дал ему немного денег, и он доехал на такси до противоположного конца квартала, в котором находился дом, где жил Травничек. Сунув деньги через щель в пуленепробиваемом стекле, отделявшем водителя такси от него, андроид, шатаясь, вышел на тротуар. Наполовину шел, наполовину полз к переулку, где стоял дом. С трудом залез наверх по пожарной лестнице. Очутившись на крыше, дополз до слухового окна и спустился на чердак.

Травничек лежал на раскладушке, голый по пояс. Его кожа была светло-синей, а из тех мест, откуда отвалились пальцы, выросли извивающиеся жгутики, покрытые длинными волосками. Над его головой жужжала муха.

Кожа на опухшей шее лопнула, обнажив гирлянды каких-то органов. Некоторые имели знакомый вид, походя на желтоватые глаза, воронкообразные уши, некоторые были нормального размера, некоторые – нет, но другие органы были вообще не определимы.

– Остались только… призраки движения, – пробормотал Травничек. – И призраки репараметризации.

У него был глухой, неразборчивый голос. Андроиду показалось, что его губы срослись. А слова выглядели знакомыми лишь наполовину, так, будто он совершенно потерял способность понимать их значение.

– Сэр, – сказал Модульный Человек. – Сэр, я снова поврежден.

Травничек резко сел. Пучки глаз в его шее сфокусировались на андроиде.

– А, тостер. Ты выглядишь… очень интересно… теперь.

Глаза на голове были закрыты. Возможно, навеки, подумал андроид.

– Мне нужен ремонт. Подручный Кройда отразил выстрел моего лазера в меня.

– А какого хрена ты вообще в него стрелял, микшер? Все виды энергии суть одно. Суть материя, если уж на то пошло.

– Я не знал.

– Тупица долбаный. Хоть бы немного ума от меня набрался.

Травничек вскочил с раскладушки, очень быстро, быстрее любого нормального человека. Схватился за потолочную балку одной рукой и крутанулся, вставая вниз головой. Поставил ногу на потолок, разводя в стороны волосатые жгутики, и отпустил руку. Повис на потолке. Желтые глаза, не мигая, глядели на андроида.

– Неплохо, а? Давно себя так хорошо не чувствовал.

Он аккуратно пошел по потолку в сторону андроида.

– Сэр. Радар сгорел. Устройство стабилизации вышло из строя. Поврежден контроль поля.

– Я тебя слышу, – задумчиво и медленно произнес Травничек. – На самом деле, я тебя не слышу, а воспринимаю сразу многими способами. Я еще не до конца в них разобрался.

Травничек схватился за другую потолочную балку, крутанулся и спрыгнул на пол. Вдалеке жужжала муха. Аналоговую часть сознания андроида охватила печаль. А на заднем плане, будто «белый шум», нарастал страх.

– Открой грудную клетку. – сказал Травничек. – Давай монитор. В ящике есть запасной блок навигации.

– У меня дыра в груди.

Желтые глаза глянули на него. Андроид стал ждать вспышки гнева.

– Сам залатаешь, – мягко сказал Травничек. – Когда время будет.

Взял генератор поля и шагнул к рабочему столу.

– Все труднее становится обо всем этом думать, – сказал он.

– Храните свой гений, сэр, – сказал Модульный Человек, из последних сил скрывая отчаяние. – Боритесь с инфекцией. А я притащу сюда Кройда.

– Ага, конечно, – кисло ответил Травничек. – А теперь позволь мне подумать о фермионных координатах, о’кей?

– Да, сэр.

Слегка успокоившись, андроид доковылял до сейфа и начал искать новый гироскоп.

Плакат с надписью БАРНЕТТА В ПРЕЗИДЕНТЫ лишился лица. Кто-то несколько раз проткнул лицо ножом или пилкой для ногтей, а потом написал жирными красными буквами ДЖОКЕР СМЕРТЬ. Рядом была от руки нарисована голова животного – черной собаки? – жирно, черным фломастером.

– Привет. Надо поговорить.

Кейт выпустила сигаретный дым.

– О’кей. Только недолго.

– Как там дела с латинской поэзией?

– Если бы латынь и так не была мертвым языком, можно было бы сказать, что Статий убил ее.

Модульный Человек снова стоял у таксофона. Он заменил гироскоп и теперь мог ходить и летать. Помимо большого количества военных и национальной гвардии, на улицах практически никого не было. Половина ресторанов и кабаре в Джокертауне были закрыты.

– Кейт, – начал андроид, – видимо, я скоро умру.

Повисла изумленная тишина.

– Рассказывай.

– Мой создатель заразился Дикой Картой. Он превращается в джокера и забывает на глазах, как меня чинить. И посылает за разносчиком этой чумы, надеясь, что его можно остановить.

– О’кей, – осторожно ответила Кейт. – Я слушаю.

– Похоже, он считает, что тот человек сделал это намеренно. Но большинство считают его просто разносчиком. Если я принесу его моему создателю и если люди правы, то девять к одному за то, что мой создатель снова заразится, получит Даму Пик и умрет.

– Да.

– А тот человек, которого я ищу, по имени Кройд – тот самый, который убил меня в первый раз. А на этот раз у Кройда есть защитник, который еще могущественнее самого Кройда. Мы бились уже дважды, и оба раза они меня победили. В последний раз я едва не погиб. А мой создатель уже не может полностью восстановить меня. Он теряет свои способности. Скорее всего, не сможет устранить все повреждения, которые я получил в последнем бою.

Кейт затянулась и выдохнула.

– Модульный, тебе нужна помощь, – сказала она.

– Да. Поэтому я тебе и позвонил.

– Я имела в виду, от других, с Дикой Картой. Ты не можешь выходить один на этих двоих.

– Если я пойду в КСИВПТ или кому-то еще и мы вместе захватим Кройда, тогда мне придется сражаться с тузами из КСИВПТ, чтобы забрать его. Я стану преступником.

– Может, тебе удастся с ними как-нибудь договориться.

– Я подумаю над этим. Попытаюсь.

Внутри он завывал от отчаяния.

– Я скоро умру, – сказал он.

– Прости. Ты не можешь просто уйти?

– Я запрограммирован подчиняться ему. Я не могу отказаться выполнить четкий приказ. А еще запрограммирован бороться с врагами общества. И так, и так, выбора у меня нет. Люди, такие, как Черепаха или Циклон, – они решают, что им делать, а что – нет. Я же никогда не мог. В этом плане я не человек.

– Понимаю.

– Рано или поздно я проиграю бой. Я не выздоравливаю сам, как люди, кто-то должен меня починить. Любая часть, которая сломалась, должна быть отремонтирована или заменена. Если не умру, превращусь в калеку, разваливающегося на куски.

Как Травничек, подумал он с холодной дрожью.

– И даже если буду калекой, – продолжил он, – все равно буду должен воевать. И тут у меня нет выбора.

Повисла долгая тишина.

– Не знаю, что тебе и сказать, – сдавленным голосом сказала Кейт.

– Раньше я был вроде бессмертного, – сказал Модульный Человек. – Мой создатель собирался наладить массовое производство таких, как я, продавать военным. Если одна машина уничтожена, другие продолжат выполнение задачи. Они будут запрограммированы одинаково. Они будут мной, по крайней мере, по большей части. А теперь этому не бывать.

– Мне жаль.

– Что случается с машинами, когда они умирают? Мне всегда интересно было.

– Я…

– Твои древние философы никогда о таком не думали, так ведь?

– Нет, надо полагать. Но они много говорили о смертном жребии, в целом. «Не все в этом мире подвержено смерти», – сказал Платон, цитируя Сократа.

– Спасибо тебе. Вот это действительно утешает.

– Не слишком-то много можно сказать в утешение, рассуждая о смерти. Извини.

– Я просто до сих пор никогда об этом не задумывался. Я еще никогда не умирал.

– Большинство из нас не рассчитывает на то, чтобы когда-нибудь вернуться. Ни один другой из погибших на День Дикой Карты не вернулся.

– Это может быть временная аберрация. Нормальный ход событий может восстановиться в любой момент.

Андроид понял, что кричит. Его слова эхом отдавались по пустой улице. Он быстро написал себе небольшую программу поддержания адекватной громкости голоса. Кейт надолго задумалась.

– У большинства из нас есть целая жизнь на то, чтобы привыкнуть к мысли, что мы умрем. А у тебя еще и пары часов не было.

– Я с трудом смог задуматься об этом. В моем мозге есть определенные обратные связи, и эти мысли возвращаются снова и снова. Занимают все больше и больше места.

– Другими словами, ты запаниковал.

– Разве?

Андроид на мгновение задумался.

– Наверное, да, – согласился он.

– Перспектива смерти, перефразируя Сэмюэла Джонсона, должна отлично способствовать сосредоточению ума.

– Я над этим поработаю.

Мгновенно перейдя от слов к делу, он быстро положил конец компьютерной логике, которая месила грязь и билась о стену из множества неизвестных и бесконечных требований, наполняя макроатомные контуры кашей. Требуется более спокойный и систематичный подход к проблеме.

– О’кей. Дело сделано.

– Так быстро.

– Одна целая шестьсот шестьдесят шесть тысячных секунды.

– Неплохо, – ответила она и рассмеялась.

– Я рад, что ты поняла, что происходит. По сути, я не приспособлен к работе с абстракциями. Я еще никогда так не зависал.

– Все равно, ты сверхчеловек. Ни один человек так не смог бы.

Она на мгновение задумалась.

– Не слышал стихи Миллей?

Я с двух сторон свечу зажгла,

Не встретить ей рассвет,

Но милые! Враги! Друзья!

Какой чудесный свет![2]

Андроид осмыслил стихи.

– Я это так понял, с эстетической точки зрения, что я могу произвести чудесный свет, объективно говоря, даже когда я взорвался. Мысль выглядит не слишком утешительной, в основном, наверное, потому, что я сам этого не видел.

– Думаю, ты меня не понял, – терпеливо ответила Кейт. – Ты невероятно быстр в действиях и рассуждениях. Твои способы восприятия окружающего совершеннее и точнее человеческих. Ты способен ощущать свое существование куда глубже и подробнее, чем любой, живущий на этой планете. Не является ли ограниченная продолжительность существования некоторой компенсацией этого?

Глубоко закодированное послание закружилось в водовороте электронного мозга андроида, будто листочек в бурных потоках электричества.

– Я должен подумать об этом.

– У тебя, похоже, огромный опыт существования, который вместился в несколько месяцев пребывания на этой планете. Ты обрел много опыта, который люди назвали бы ведущим к мудрости. Война, чувство товарищества, любовь, ответственность – и даже смерть.

Андроид глядел на попорченное лицо Барнетта, кандидата в президенты, раздумывая, что же за человек изображен на картинке.

– Наверное, я просто не сидел без дела.

– Есть множество людей, которые с радостью жили бы так.

– Попытаюсь помнить об этом.

– Ты горишь очень ярко. Цени это.

– Попытаюсь.

– И ты можешь и не сгореть. Ты бился с Роем и не получил серьезных повреждений, а их там были сотни тысяч. А тут всего пара плохих парней.

– Пара парней.

– Ты с этим справишься. Я в тебе уверена.

– Благодарю тебя.

ДЖОКЕР СМЕРТЬ, было написано на плакате.

– Думаю, ты дала мне пищу для размышлений.

– Надеюсь, что смогла помочь. Звони, если еще захочешь поговорить.

– Спасибо. Ты мне действительно очень помогла.

– Всегда пожалуйста.

Модульный Человек положил трубку на рычаг и беззвучно поднялся в небо. Пролетев в темноте, миновал несколько кварталов, возвращаясь к Травничеку. Влетел в слуховое окно. «Джокер Смерть», – подумал он.

Травничек лежал на кровати, видимо, уснув. Вокруг раскладушки валялись банки от еды. Видимо, он ел прямо из банок. Некоторые органы вокруг шеи Травничека немного распустились и издавали чирикающие ультразвуковые трели, которые стали звучать все чаще, когда андроид начал опускаться на пол. Сонар, понял андроид. Травничек открыл глаза, опоясывавшие шею.

– Ты, – сказал он.

– Да, сэр.

– Модуль восстановлен. Я так думаю. Местами моя память затуманена.

Андроида наполнил страх. Пролетела муха, и он отмахнулся от нее ладонью.

– Я опробую его.

Он расстегнул комбинезон, открыл грудную клетку и протянул руку за модулем, лежащим на рабочем столе.

– Мой мозг, похоже, изменяется, – сказал Травничек мечтательным голосом. – Я думаю, что вирус вызывает рост отделов, связанных с чувственными восприятиями. Я теперь воспринимаю окружающее всеми возможными способами и очень ярко. Я никогда не испытывал ничего подобного тому, что испытал сейчас, просто лежа и воспринимая окружающее.

Он глухо усмехнулся.

– Бог мой! Я никогда не думал, что есть кукурузный крем-суп из банки может оказаться таким чувственным опытом!

Модульный Человек вставил блок, провел тестирование. Его наполнило облегчение. Блок работал.

– Очень хорошо, сэр, – сказал он. – Держитесь.

– Ты сейчас так интересно выглядишь, – сказал Травничек. Муха кружилась вокруг пустых банок. Внезапное движение, и один из органов на шее Травничека резко развернул кольца. Молниеносно поймал муху на лету и поднес ко рту Травничека.

Андроид не мог поверить в увиденное.

– Чудесно, – сказал Травничек. Облизнул губы.

– Держитесь, сэр, – снова сказал Модульный Человек. Силовое поле затрещало вокруг него. Он пролетел сквозь крышу и исчез в темноте.

Подлетев к банку, андроид перешел в нематериальное состояние, спалил все сенсоры в депозитарии импульсами микроволнового лазера, чтобы охрана не увидела, что произойдет потом, и вошел в депозитарий. Вернулся в материальное состояние и вырвал ящик из ячейки депозита.

Внезапно остановился. В его мозгу загорелся желтый предупреждающий сигнал, мигнул и стал красным.

Он попытался снова перейти в нематериальное состояние. За долю секунды совершил переход, а потом почувствовал, как что-то отказало, и он снова стал материальным. Посреди банковского депозитария. Почувствовал запах горелого.

Блок управления полем снова сломался. Травничек починил его, но ненадолго. Холодный страх пронизал сознание андроида, когда он подумал, что было бы, если бы это случилось, когда он проходил через стену депозитария из стали и бетона. Огляделся, посмотрел на дверь и замок. Если его обнаружат здесь утром, подумал он, его репутация поборника добра существенно пострадает.

Удачным оказалось то, что депозитарии создавались так, чтобы не дать вломиться снаружи, а не выйти изнутри. После сорока пяти минут терпеливой работы микроволновым лазером в ламинированной обшивке двери появилась дыра, которая позволила андроиду добраться до механизма замка. Просунув руку и коснувшись его, он проанализировал принцип работы. Отключил электронику – это было не сложнее, чем бесплатно звонить с таксофона, – и тяжелые запоры ушли в сторону.

Он пошел по пожарной лестнице, сжигая по пути все датчики микроволновым лазером. Выбравшись наружу, взлетел на крышу ближайшего дома, вскрыл коробку и начал осматривать содержимое.

Долговременные договоры аренды, несколько небольших квартир по всему Нью-Йорку. Ключи. Пачки банкнот. Драгоценные камни, золотые монеты. Бутылочки с сотнями таблеток. Пара пистолетов и коробки с патронами. Тайный запас Кройда – деньги, оружие, наркотики и ключи к его тайным квартирам.

Он думал некоторое время. Травничек быстро деградирует. Андроид понимал, что нужно действовать быстро и нужно заручиться чьей-то помощью.

– Очень хорошо.

Синие глаза Тахиона заблестели, а его руки теребили бархатные лацканы камзола бледно-лилового цвета. На столе перед ним лежал «магнум» калибра 357, с кобурой. На стене кабинета, рядом с почетными дипломами, висел красно-бело-синий плакат. ЧЕЛОВЕК: ХАРТМАНН. ВРЕМЯ: 1988. ПЛАН: БУДУЩЕЕ НАШИХ ДЕТЕЙ.

– Мой отряд джокеров может пригодиться. Некоторые из них вполне способны вести скрытое наблюдение.

– Хорошо. Я останусь здесь, с самыми могущественными из ваших людей. Тогда мы сможем вместе отправиться на операцию.

Он разложил перед Тахионом содержимое депозитной ячейки Кройда. Тахион внимательно посмотрел на вещи.

– Только три адреса собственно в Манхэттене, – сказал Тахион. – Подозреваю, что он сначала попытается скрыться там, прежде чем лезть в тоннели или на мосты. Слепая Софи сможет использовать свой исключительный слух, чтобы знать, что происходит за закрытым окном, за счет вибрации стекла. Хлюпала – водитель такси, следовательно, сможет ненавязчиво расспрашивать о том, что выглядело бы подозрительным от любого другого.

Тахион нахмурился.

– Но вот этот приятель Кройда… красивый молодой джентльмен, с которым так трудно сладить.

– Я дважды сражался с ним. Но теперь, думаю, понял, как работают его способности.

Тахион внимательно поглядел на него. Наклонился к столу, убирая револьвер в кобуре и напряженно глядя на андроида.

– Тогда рассказывайте, сэр.

– Он поглощает энергию и возвращает ее. Может атаковать сам только после того, как атаковали его. Поглощает все виды энергии – кинетическую, излучение…

– Психическую, – пробормотал Тахион.

– Но если не нанести удар первым, у него силы не больше, чем у обычного человека. Так что, что бы мы ни делали, мы не можем атаковать его. Просто игнорировать, вне зависимости от того, какой бы хорошей целью он ни казался.

– Да. Очень хорошо, Модульный Человек. Твои заслуги не забудутся.

Андроид поглядел на Тахиона и вдруг понял:

– Мне нужно добраться до Кройда как можно скорее. Я не подхвачу от него Дикую Карту и, думаю, смогу в одиночку с ним справиться. Поскольку у него вполне хватит сил, чтобы порвать ваши костюмы химзащиты. А я достаточно силен, чтобы скрутить его в одиночку, если мне не надо будет беспокоиться о других.

– Принято, – кратко ответил Тахион.

Андроид почувствовал триумф. Ему удастся одному схватить Кройда, и тогда он доставит его к Травничеку без помех. Возможно, дела наконец-то стали налаживаться.

На столе Тахиона зазвонил телефон. Инопланетянин схватил трубку.

– Тахион.

Модульный Человек увидел, как синие глаза расширились.

– Очень хорошо. Твои заслуги не забудутся, Софи. Оставайся там до нашего прибытия.

Он положил трубку.

– Софи считает, что они по тому адресу, что на Перри-стрит. Слышит разговор двух людей, и один из них тарахтит быстро и без умолку, так, будто он под воздействием стимуляторов.

Андроид вскочил. Его снаряжение уже было готово, и он закинул его за плечи. Тахион нажал кнопку на телефоне.

– Пусть отряд одевается, – сказал он. – Через некоторое время известите полицию.

– Я полечу туда, – сказал андроид. Распахнул дверь и едва не столкнулся с худощавым чернокожим мужчиной, стоявшим у двери в комнате секретаря. На нем был костюм химзащиты и черно-белая маска с черепом, украшенная перьями. Запах от него исходил ужасающий, смесь запахов плесени и гниющей плоти. Джокер.

– Прошу прощения, сэр, – сказал мужчина. У него был поставленный артистический голос, почти баритон. – Не возьмете меня с собой?

Подпрограммы восприятия Модульного Человека вычленили из восприятия человека мерзкий запах.

– Кажется, я вас не знаю.

– Мистер Замогильный.

Изящный поклон.

– Я из отряда джокеров нашего чудесного доктора.

– Сможете ехать с ними в машине «Скорой помощи»?

Андроид почувствовал, как мужчина улыбнулся под маской.

– Боюсь, в ограниченном пространстве автомобиля мой запах станет практически… невыносим.

– Понимаю, о чем вы.

– Замогильный, – сдавленным голосом сказал Тахион, – что ты делаешь в комнате моего секретаря? Ты пытался подслушивать?

–  Мистер Замогильный, доктор, – резко сказал мужчина поставленным голосом.

– Прошу прощения, конечно же, – отрывисто сказал Тахион.

– Отвечая на ваш вопрос, я хотел поговорить с нашим рукотворным другом. Я хотел бы избавить остальных членов отряда от необходимости терпеть мой… аромат.

– Точно, – сквозь зубы ответил Тахион. – Делай, как сочтешь нужным, Модульный Человек.

Андроид и Мистер Замогильный поспешно вышли из больницы, Модульный Человек обхватил джокера со спины и поднял в воздух. Ветер трепал перья на маске Мистера Замогильного.

– Сэр, – начал андроид, – какие у вас есть способности, помимо… э-э-э…

– Моего запаха? – без тени смущения ответил низкий голос. – В самом деле есть. Помимо того, что я пахну, как мертвец, у меня есть силы, исходящие от смерти. Я могу окутать моих врагов могильным холодом.

– Это выглядит… полезным.

Безумием, подумал андроид. Джокер так долго пах трупами, что с ума сошел.

– А еще я быстр и опытен в драке, – добавил Мистер Замогильный.

– Хорошо. Кройд тоже.

Андроид быстро объяснил, какими способностями наделен альбинос, а также описал способности его телохранителя.

– Ах да, – добавил он, – еще у Кройда пистолет. «Аутомаг 44».

– Нелепое оружие. Должно быть, он чувствует себя незащищенным.

– Рад, что это вас не пугает.

Внизу показался каменный дом на Перри-стрит. Модульный Человек приземлился в полуметре по ветру от худощавой женщины средних лет, в темных очках и с белой тросточкой. Она стояла в тени у ступеней. Женщина подняла голову и сморщила нос.

– Замогильный, – сказала она.

–  Мистер Замогильный, с вашего позволения.

– Тогда я Мисс Юдковски, – сказала Слепая Софи.

– Я никогда иначе к вам и не обращался бы, мадам.

Пара ушей, круглых, как у мыши из мультфильма, поднялись по обе стороны головы Софи, будто воздушные шары, сквозь скрывавшие их длинные пряди черных волос. Она наклонила голову в сторону Модульного Человека.

– Привет, кто бы ты там ни был. Я только что тебя услышала.

– Не думал, что произвожу хоть какой-то шум.

– Вы немного опоздали, джентльмены, – сказала Софи. – Эти двое ушли пару минут назад. Почти сразу же, как я вернулась от таксофона.

Внутренние макроатомные цепи андроида наполнило разочарование.

– Почему же вы сразу не сказали?

– Прости, Господи, пришлось говорить с Мистером Замогильным, когда он взялся меня поправлять.

– Куда они отправились?

– Они не сказали. Думаю, вышли через заднюю дверь.

Не говоря больше ни слова, Модульный Человек схватил Мистера Замогильного и взлетел. Быстро облетел квартал, разыскивая беглецов. Мистер Замогильный молча пребывал в его руках. Нем, как могила, подумал андроид.

– Мы уже в пути, – послышался голос Тахиона по радио, в приемнике Модульного Человека.

– Проблема, – ответил по радио Модульный Человек беззвучно. Быстро объяснил ситуацию.

– Продолжаем двигаться в вашем направлении, Модульный Человек, – сказал Тахион.

– Вон там, – сказал Мистер Замогильный, показывая. Радар показал андроиду две человеческие фигуры, вышедшие из тени железной опоры эстакады пустынного скоростного шоссе Вест-Сайд.

Андроид удивился. У джокера оказалось исключительно хорошее ночное зрение. И андроид беззвучно поплыл в сторону двоих беглецов. Ему пришлось подлететь метров на триста, прежде чем он убедился, что это Кройд и его товарищ.

Внутри нарастало беспокойство. Последний раз он едва не умер. «Гори ярко», – зазвучал в его сознании голос Кейт.

Оба человека были тяжело нагружены. Молодой парень нес большой сверток, а Кройд нес на плече лодочный мотор. Кройд что-то без умолку говорил, но андроид не мог расслышать что. Двое быстро шли по потрескавшемуся асфальту и подошли к забору из проволочной сетки, отгораживающему пирс на Гудзоне от берега. Альбинос положил свой груз, оглядел замок и цепь, которая стягивала створки ворот, а потом сломал запор резким движением пальцев. Двое прошли за ворота и прошли мимо заброшенной будки сторожа, с разбитыми окнами.

Больше на пирсе никого не было. Кроме двух судов, случайно оказавшихся в Нью-Йорке на момент введения карантина, в бухте было пусто, в отличие от суеты, царившей у берега Джерси.

– Они собираются уплыть с острова, – сказал Мистер Замогильный.

– Похоже на то.

– Опусти меня. Мы с этим сможем разобраться.

– Момент. Надо связаться с Тахионом.

Андроид отправил Тахиону сообщение по радио, не получил ответа, и ему пришлось взлететь на сто пятьдесят метров, чтобы радиосигнал достиг машины «Скорой помощи». Мистер Замогильный занервничал.

– Что ты делаешь, парень? Они уходят. Опусти меня.

Услышав подтверждение от Тахиона, Модульный Человек быстро опустился. Снова на бой с Кройдом, подумал он. Вспомнил первые моменты своего существования, глупую драку у Эмпайрстейт-билдинг. Синди, ее светлые волосы, развевающиеся, будто бриллиантовое покрывало, над черной рукой обезьяны. Гори ярко, подумал он.

Отпустил Мистера Замогильного рядом с воротами. Джокер оттолкнул его.

– Зачем все это было? – возмущенно спросил он.

– Объясню позже.

Оба едва не подпрыгнули, услышав рядом стон. Андроид перестал тревожиться сразу же, увидев пухлого мужчину, лежащего без сознания рядом с забором. Рядом с его татуированной рукой валялась бутылка бурбона. На пьянице были кожаные штаны, сапоги-казаки и бейсболка с надписью «Полиция Нью-Йорка». Грудь была обнаженной, в проколотых сосках висели фигурные стальные кольца пирсинга.

Модульный Человек записал зрелище в память. Наслаждайся жизнью, подумал он.

– Мы не можем ждать, – сказал джокер. – Эти двое сбегут прежде, чем приедет наша «Скорая».

Мистер Замогильный отвернулся и снял маску. На лице не было видимого уродства, которое Модульный Человек мог бы заметить со спины. Джокер накинул капюшон и натянул противогаз, а затем быстро пошел по пирсу, вдоль ржавых рельс. И шел на удивление беззвучно.

– Подожди, – сказал Модульный Человек. – Они тебя увидят.

Джокер не обратил внимания. Подойдя к краю пирса, он нырнул под ограждение и исчез. В сознании Модульного Человека зазвучал сигнал тревоги. Взлетев, он сделал переворот, пролетев под пирсом.

Мистер Замогильный все так же шел, по старым, ржавым балкам, быстро. Вверх ногами. Под его головой беззвучно перекатывалась волнами черная вода Гудзона. Андроид подлетел к нему.

Осознал вероятность. Его сознание провело сканирование и проверки.

Вероятность выше девяноста процентов. Телосложение, способности, раса, примерный возраст… все совпадало. Акцент совершенно разный, и голоса серьезно отличаются по высоте и тембру, но поиск по ключевым словам тоже дал поразительные совпадения.

Зачем же, подумал Модульный Человек, Стеноход придал себе мерзкий запах и вырядился джокером? Или это просто другое проявление Дикой Карты у Стенохода? Может, он часть времени является Стеноходом, а другую – Мистером Замогильным?

А может, он просто безумен. По какой еще причине любой человек стал бы маскироваться в джокера?

Но он решил не излагать свои рассуждения тузу, идущему рядом с ним вверх ногами.

– Вы не говорили, что можете вверх ногами ходить, – сказал он.

– Разве?

Голос был приглушен противогазом.

– Иногда я немного забывчив.

– Есть ли что-то еще, что вы можете, Мистер Замогильный, что мне следовало бы знать?

Модульный Человек услышал голос Кройда, и Мистер Замогильный поглядел на него.

– Ш-ш-ш. Будь нем.

Андроид почувствовал, что под противогазом человек мрачно улыбнулся.

– Нем, как могила.

Они двигались дальше. Мистер Замогильный с легкостью шел по переплетениям металла и дерева, подпирающим пирс и торчащим вокруг них, будто ребра гигантского вымершего животного. Голос Кройда стал громче. Модульный Человек вдруг вспомнил дождь падающих звезд, ставший предвестником нападения Роя. Гори ярко.

– Шанса, на хрен, не было ни разу, – сказал Кройд. – Иисусе. Никогда не довелось ничего узнать об этом долбаном мире. Ни алгебры, ничего другого.

Он рассмеялся.

– А я их научил одной-двум штукам. Держись со мной, мальчик. Скоро мы дадим всем им очень интересные уроки, я и ты.

Андроид подумал о Синди, Элис, остальных. «Мы не виделись, когда обезьяна сбежала?» Вспомнил, что надо гореть ярко. Постарался, чтобы его движения были точными и совершенными. Попытался найти в ситуации интересный момент. Лететь под пирсом, над грязной водой, поджидающей внизу, вместе со скорее всего безумным тузом, целеустремленно идущим вверх ногами и маскирующимся под джокера.

Посередине пирса была деревянная лестница, спускающаяся вниз, в темную воду. Голос Кройда прозвучал прямо над головой.

– О’кей, мальчик. Вот и пришли. Просто следуй за Спящим. Я знаю, как выжить в этом мире.

Мистер Замогильный повернулся к андроиду и сделал жест. Несмотря на костюм химзащиты, его значение было предельно ясно. Ты летишь к противоположной стороне пирса, я жду здесь.

Круто, подумал андроид. Я пойду в атаку, и пока они будут меня убивать, Замогильный атакует с тыла. Потрясающе.

– Давай сверток, мальчик.

Голос Кройда.

Похоже, времени спорить с Мистером Замогильным уже не осталось. Андроид пролетел под пирсом, между металлических опор, и поднялся вверх с другой стороны.

Кройд стоял у лестницы, лицом к своему товарищу и, по совпадению, к андроиду. У приятеля Кройда в руке был маленький нож, которым он взрезал веревки и бумагу свертка.

Кройд резко выпрямился.

– Черт! Робот!

Молниеносным движением его рука потянулась за пистолетом.

Только не это, подумал андроид. Разогнался, летя прямо на альбиноса.

Кройд лихорадочно дергал рукой. Огромный серебристый пистолет запутался в одежде. Его товарищ, лишенный неестественной скорости, такой, как у остальных, начал медленно поворачиваться, стараясь встать между Кройдом и летящим андроидом.

Контуры андроида начали просчитывать варианты. Он не мог ударить телохранителя Кройда, не зарядив его энергией, и не мог добраться до Кройда, не снеся другого противника. И нырнул к поверхности пирса, приземляясь в кувырке. В комбинезон вонзились щепки. Он остановился у ног молодого парня. Тот таращился на него.

Раздался треск ткани. С торжествующим криком Кройд выдернул пистолет и опустил ствол. Будто грязный снег, из разорванного внутреннего кармана посыпались черные таблетки.

Позади Кройда вырос Мистер Замогильный, внезапно и зловеще, будто призрак. Его рука в перчатке протянулась и сомкнулась на пистолете. Он дернул ее назад, и «аутомаг» выстрелил со звуком, достойным конца света.

Джокер вскрикнул, когда затвор пистолета ударил ему в ладонь. Пистолет упал на настил пирса. Пуля, ударившая в телохранителя Кройда, тоже упала.

Упс, подумал Модульный Человек.

Молодой парень бросился на него, выставив правый кулак. Модульный Человек откатился назад. Парень упал на него, потратив заряд энергии на то, чтобы пробить кулаком доски настила. Андроид вскинул ноги, перебрасывая его через себя. Возможно, он отдал ему этим небольшое количество энергии, но не такое, о котором стоило бы беспокоиться.

Тем временем Кройд ударил Мистеру Замогильному локтем в грудь. Джокер отлетел назад и ударился об ограждение. Заскрежетали ржавые гвозди. Кройд нагнулся и схватил подвесной мотор. Поглядел через плечо и со всей силы бросил, но не во врагов, а в своего телохранителя. Пытается подзарядить его, понял андроид.

Взлетел поперек траектории полета мотора. Агрегат с грохотом ударил его в плечо, отшвырнув назад. Приятель Кройда протянул руку и схватил андроида за ноги. Пальцы тщетно пытались вцепиться в пластиковую оболочку.

Мистер Замогильный оттолкнулся от ограждения и стукнул Кройда сзади, предплечьем. Кройд резко развернулся, согнув пальцы, как когти. Его красные глаза горели жаждой убийства. Он махнул руками в сторону джокера, пытаясь проткнуть костюм химзащиты. Мистер Замогильный изящным движением ушел от удара. Оба двигались с неестественной быстротой.

Модульный Человек поднялся в воздух. Молодой парень отчаянно держался за его ноги. Пнешь его, подумал андроид, только силы ему прибавишь. Внезапно Кройд задрожал. Ахнул и схватился за живот. Мягкий и теплый летний воздух мгновенно стал на пару градусов холоднее.

Могильный холод, понял андроид. Это была не фигура речи. Джокер действительно говорил правду. У дальнего конца пирса засверкали огни. Завыла сирена. Прибыла «Скорая помощь» из больницы Джокертауна.

Кройд, шатаясь, попятился. Схватил сверток и швырнул в Мистера Замогильного. Джокер с легкостью увернулся. Сверток с плеском упал в воду.

– Смерть холодна, мистер Кренсон, – раздался из-под противогаза низкий поставленный голос Мистера Замогильного, заглушая даже вой сирены. – Смерть холодна, а я холоден, словно смерть.

Джокер поднял сжатый кулак, и температура упала еще ниже. Мистер Замогильный просто забирает тепло из воздуха, понял андроид. Кройд спотыкнулся и рухнул на колено. Его белое лицо сделалось синим. Его товарищ с криком ярости отпустил андроида и упал на пирс, рядом с «аутомагом». Схватил пистолет и навел на фигуру в костюме химзащиты.

Кройд ничком упал на пирс. Его руки и ноги начали дергаться. Андроид разогнался до максимальной скорости. Пистолет выстрелил так, будто грянул гром. Массивная пуля отрикошетила от металла внутренней обшивки Модульного Человека и улетела в темноту. От удара андроида закрутило. Не сумев вовремя остановиться, он проломил ограждение и повис над водами Гудзона. Перестав крутиться, сделал в воздухе петлю и вернулся в бой.

На пирсе уже сверкали маячки машины «Скорой помощи». Упавший в воду сверток начал надуваться автоматически. Спасательный плотик.

Мистер Замогильный, двигаясь с такой же немыслимой быстротой, уворачивался от телохранителя Кройда. Юноша с трудом мог целиться, стреляя из такого тяжелого пистолета. Выстрелил два раза, и оба раза промахнулся.

Мистер Замогильный поднял сжатый кулак.

– Нет! – закричал Модульный Человек. Температура снова упала. Телохранитель Кройда зашатался и упал на пирс, выронив пистолет.

Сработало, не веря увиденному, подумал андроид. А потом понял, что Мистер Замогильный не стреляет холодом, а, скорее, отнимает тепло. Если энергия уходит, а не приходит, то способности телохранителя бессильны против такого.

Модульный Человек сделал в воздухе мертвую петлю, спустился к альбиносу и схватил Кройда за воротник и ремень. Завизжали тормоза, и машина «Скорой помощи» остановилась. Из нее выскочили джокеры в костюмах химзащиты. Из-под противогаза Мистера Замогильного раздавался хохот.

Андроид устремился в небо, держа свой дрожащий груз и набирая скорость. Озадаченные джокеры, с трудом глядя сквозь стекла противогазов, таращились в небо, пытаясь разглядеть, куда подевались он и Кройд.

Модульный Человек встряхнул Кройда, словно тряпочную куклу.

–  Почему ты взорвал меня?! – заорал он.

У Кройда стучали зубы, и разобрать ответ было трудно.

– Тогда это показалось правильным.

Под ними проносились дома. Андроида охватила ярость. Он снова встряхнул Кройда.

–  Почему?!

Кройд начал брыкаться, но Модульный Человек с легкостью сдержал его плохо скоординированные движения.

Я победил, понял андроид. И попытался насладиться этим ощущением осторожно.

Кройда колотило от холода, когда Модульный Человек приземлился на крышу и снял с плеч заплечный мешок, который взял в больнице. Там были костюм химзащиты, одеяло, брезентовый коврик, мешок и веревка. Андроид замотал альбиноса в одеяло, прежде чем засунуть его в военный костюм химзащиты.

– На кого ты работаешь? – спросил Кройд. Зубы у него стучали громче его голоса. – На мафию? Или на других?

– Зачем ты взорвал меня?! – заорал андроид.

В темноте глаза Кройда казались просто кровавыми.

– Тогда это показалось правильным, – сказал он. – А сейчас – тем более.

Его снова начало колотить, зубы стучали не хуже кастаньет. Кожа альбиноса была ярко-бирюзовой, такой же как у Травничека. Он едва не терял сознание. Андроид натянул ему на голову противогаз, а поверх натянул матерчатый мешок из-под муки. Потом обмотал Кройда брезентовым ковриком и крепко стянул коврик нейлоновым шнуром. Даже человеку, наделенному физической силой, куда большей, чем у обычного, не удастся высвободиться в положении, когда он просто не может пошевелиться, подумал андроид.

Подхватив свой груз, андроид полетел. По спирали спустился на крышу дома, где жил Травничек, рядом со слуховым окном. Протянул к нему руку.

– Я здесь, тостер.

Травничек стоял обнаженный, на заостренной крыше водонапорной башни, над крышей соседнего дома. Его голос шел не изо рта, который, похоже, окончательно сросся, а из одного из органов на шее, напоминающего раструб мегафона. Но акцент жителя Центральной Европы никуда не делся в ходе этой трансформации.

– Это тот самый Кройд, так?

– Так точно.

Андроид перенес свой груз на соседнюю крышу и положил на покрытую смолой поверхность, еще хранившую остатки летнего тепла после солнечного дня. Травничек спрыгнул с высоты в десять метров, с крыши башни, и с легкостью приземлился рядом с замотанным в ткань телом. Наклонился. Гирлянда его органов чувств зашуршала и зашевелилась, сосредотачиваясь на альбиносе. Из-под мешка доносился стук зубов.

– Я вижу вирусы внутри, сквозь этот мешок, который ты ему на голову надел, – сказал Травничек. – Пока не понимаю как, но я их вижу. Дикая Карта бурлит внутри, так и рвется вторгнуться в мое тело и… нарушить мое перепрограммирование.

Из раструба послышался смешок. Андроид почувствовал, как по его сознанию побежал холодок. Насколько же нечеловеческим кажется этот звук, когда он не рожден человеческим горлом.

Модульный Человек склонился над связанным телом Кройда.

– Я сниму капюшон и противогаз. Если вы наклонитесь, сэр, и вдохнете, то сможете получить еще одну дозу вируса.

Травничек снова засмеялся.

– Ты дурак, тостер. Дурак.

Чувство, охватившее андроида, не было отчаянием, это была лишь блеклая и безнадежная констатация отчаяния.

– Вы приказали мне принести его. Вы хотели заразиться заново.

– До того, как понял, чем я стал, – ответил Травничек, и снова засмеялся. – Теперь я силен, моложав, воспринимаю мир способами, о которых ни один человек и не мечтал даже.

Он повернулся спиной к андроиду и подошел к парапету. Стоял на краю крыши, и огни Джокертауна играли на его лазурной коже.

– Этот город такой вкусный, – сказал он. – Я ощущаю свет, воспринимаю движения и ветер.

Гирлянда его органов обратилась к небу.

– Я слышу, как поют звезды. Мои чувства воспринимают все, от микроскопического до макрокосмического. И зачем бы мне терять это?

– Ваш гений, сэр. Гений, создавший меня. Если вы не обретете его вновь…

– А что мне с него было хорошего? Какое удовольствие он мне доставил?

Он рассмеялся.

– Годами есть всякую дрянь, не спать, слушать бормочущие голоса в голове, годами ни с кем не дружить, трахать дешевых шлюх в переулках, потому что я не смел позволить им прийти в мою мастерскую…

Он издал рык и повернулся к андроиду.

– Этого больше не будет, блендер. Теперь я начну жить по-настоящему. И, для начала, ты добудешь мне денег. Настоящих денег. Пару сотен тысяч для начала. Пойдешь в банковское хранилище и возьмешь.

Андроид печально поглядел на гирлянду желтых глаз.

– Да, сэр, – сказал он.

– И избавься от этого существа по имени Кройд. Утащи его туда, где он никого не побеспокоит.

– Да, сэр.

Травничек отошел от парапета к железному основанию башни, подпрыгнул на пару метров вверх и уцепился за стену башни руками и ногами. Спокойно поднялся к заостренной крыше башни и присел, оглядывая город.

– Мир – устрица в руке моей, – сказал он. – И ты ее откроешь мне.

Теплая июньская ночь становилась холоднее. Кройд дернулся и заорал. Модульный Человек подобрал его и полетел в ночь, в сторону больницы. И вслед его безмолвному полету несся хохот цветка-раструба.

Травничек, в новенькой одежде, сшитой на заказ, стоял на смотровой площадке «Козырных тузов». Рядом с ним стояла женщина, с вьющимися светлыми волосами, в облегающем платье с глубоким вырезом, почти прозрачном. На ней были белые пластиковые сапожки. Травничек потянулся к ней, синие язычки высунулись из гирлянды органов и оставили на ее лице влажные следы. Она поежилась и отвернулась.

– Иди на хрен, парень. Ты мне недостаточно много заплатил.

Травничек сунул руку в карман и вытащил пачку банкнот.

– А сколько будет достаточно?

Он протянул руку со стодолларовой купюрой.

Светловолосая женщина задумалась. Ее лицо стало жестким и решительным.

– Намного больше.

Хирам, будто призрак, слонялся по ресторану, оглядывая его, но ничего не видя.

– Иисусе, – послышался среди шума толпы голос клиента. – Хирам никогда не позволял раньше такого.

Модульный Человек вздрогнул и отвернулся. Его место у окна ресторана, откуда можно было слышать происходящее на смотровой площадке, предоставляло куда большую возможность видеть Травничека, чем ему бы хотелось.

Есть и такой опыт, наслаждаться которым у него никак не получалось.

Кейт поглядела через плечо на парочку и закурила.

– Хорошенький подход.

– Похоже, вполне срабатывает.

Она поглядела на него.

– В твоем замечании я четко услышала раздражение. Ты знаешь этого парня?

– Я сам устроил ему эту встречу.

– О’кей. Даже спрашивать не стану.

Травничек захохотал, отдавая женщине пачку банкнот. Его языки, чем бы они там ни были, продолжали исследовать тело женщины. В баре послышались возгласы отвращения.

Не обращая внимания на шум, к столику подошла рыжеволосая официантка.

– Десерт? – спросила она.

– Да, – ответил андроид. – Кростата, апельсиновый пирог и сабайон с шоколадом.

– Да, сэр. Что-нибудь для леди?

Кейт посмотрела на Модульного Человека и высунула язык.

– Ничего. Я на диете.

– Очень хорошо. Тогда кофе?

– Да, благодарю.

Кейт стряхнула пепел в пепельницу. Она была миниатюрной женщиной с пышными каштановыми волосами и добрыми глазами, как у Жанны Моро.

– Не думаю, что даже сам Эпикур одобрил бы такое обжорство, – сказала она.

– Мои дни сочтены. Я хочу испробовать все.

Он улыбнулся.

– Кроме того, я не набираю вес.

– Только амперы, знаю.

Она протянула руку и сжала его ладонь.

– Ты как? Теперь, когда низвергнут с Олимпа и живешь среди смертных?

– Думаю, начинаю к этому привыкать. Но все еще не уверен, что мне это нравится.

– А твой создатель?

– Его гений покинул его.

– Значит, теперь ты сам по себе.

– Нет. Я все так же вынужден повиноваться ему. А еще бороться с врагами общества, в свободное время.

И взламывать сейфы, подумал он, но не сказал. Маскируя свою внешность так, чтобы никто меня не узнал.

Она встревоженно поглядела на него.

– Хотела бы я, чтобы мы могли хоть что-то с этим сделать.

– Похоже, поделать тут нечего.

– И тем не менее.

Она затянулась сигаретой.

– Ты можешь изучить физику. Металлургию. И другие науки этого толка. Это поможет тебе жить дальше.

– Да. Могу записаться на вечернее отделение.

– А почему не на дневное?

– Почему бы и нет? – пожав плечами, сказал он.

Кейт рассмеялась.

– Они могут не пустить на занятия, если не оплачиваешь учебу. Но не думаю, что откажутся пустить робота.

– Возможно, я это выясню на опыте.

Андроид поглядел на свою подругу.

– Благодарю тебя. Ты помогла мне найти перспективы существования.

– Всегда пожалуйста. В любое время, – с улыбкой ответила она.

У ограждения смотровой площадки появилась чья-то голова. Стеноход. Андроид вздрогнул, вспомнив Мистера Замогильного. Зачем человеку маскироваться под джокера?

Молодой туз перелез через ограждение и вошел в бар.

Официантка принесла десерты и кофейник с чашкой для Кейт. Кейт мрачно поглядела на десерты и отодвинула стул.

– Пора сходить освежиться. А потом…

Она вздохнула.

– …снова за Статия и компанию.

Официантка подвинула поднос, чтобы дать возможность клиенту пройти. Андроид узнал неприметного мужчину с каштановыми волосами, который был в ресторане в тот день, когда он разговаривал со Стеноходом. Кивнул ему, но обратился к Кейт.

– Благодарю, что присоединилась ко мне, – сказал он. – Я все время ждал, что что-нибудь случится, пока мы ужинаем. Требующее срочного вмешательства. Вторжение инопланетян, бегство обезьяны, что угодно.

Кейт удивленно поглядела на него.

– О, а ты не слышал про обезьяну?

У андроида упало сердце.

– Нет. Не слышал.

– Он теперь не обезьяна. Он…

Модульный Человек поднял руку.

– Пожалей меня.

Худощавый мужчина с каштановыми волосами поглядел на них.

– На самом деле, – сказал он, – обезьяной был я.

Андроид поглядел на него.

Мужчина протянул руку.

– Джереми Страусс, – представился он. – Рад вас видеть.

Андроид позволил пожать себе руку.

– Привет, – сказал он.

– Но теперь я не обезьянничаю.

Джереми явно хотелось в компанию.

– Но все так же могу изобразить Богарта. Глядите!

Бывшая обезьяна сосредоточился. Черты его лица начали медленно меняться.

– Я не собираюсь изображать сентиментальность, милочка, – прошепелявил он. Лицо у него было такое, какое, наверное, у Богарта было в гробу.

– Очень хорошо, – в смятении сказал Модульный Человек.

– Хотите увидеть Кэгни?

Андроид поглядел на Кейт и увидел, что она смотрит стеклянным взглядом.

– Может, в другой раз.

Страусс явно обиделся.

– Слишком настойчив, а? – сказал он. – Извините. Я еще не привык. Скверно было быть мертвым целый год, парень, а двадцать лет быть обезьяной – ничуть не лучше. Боже, последнее, что я слышал, это, что Рональд Рейган был актером.

– Освежусь, – сказала Кейт. Поглядела на Страусса. – Рада была познакомиться.

И сбежала. Модульный Человек пожал руку Страуссу и попрощался.

Официантка снова подвинула поднос к столику и поставила десерты.

– У нас для вас сообщение, оно пришло пару дней назад, – сказала она, подмигивая. – Звонок из Калифорнии. Я подумала, что не слишком хорошо будет его вам передавать, когда вы с другой леди.

Она сунула руку в карман и вынула розовый листочек с сообщением. Сверху был написан междугородный номер.

«С возвращением. Новый номер телефона. Звони скорее. С любовью, Синди. P. S. Сердце тебе включили?»

Модульный Человек запомнил номер, улыбнулся и скомкал листок.

Наслаждайся, подумал он.

– Благодарю, – сказал он официантке. – Если леди позвонит снова, скажите, что я ответил «да».

И он принялся за десерты.

Новые ощущения ждали его повсюду.

Примечания

1

Рекламный слоган часов «Таймекс». (Прим. перев.)

2

Перевод Галины Ицкович.

Content

Уолтер Джон Уильямс
Смертный жребий

Примечания