Нина Баскакова

ИНЖЕНЕР ПСА

Глава 1

Когда началась эта история? Вита, спустя десять лет, пыталась найти ответ на этот вопрос, но не могла.

В тот год когда ей исполнилось семь лет и на город, в котором она тогда жила вместе с родителями напали кочевники? Кочевники ворвались в город, убивая всех, кто появлялся в их поле зрения. Им не была знакома жалость. Вита помнила, как пряталась в подвале, вместе с другими соседями. Помнила как плакали женщины. Было страшно. Все время хотелось есть и пить. Было сложно понять, сколько прошло времени. Они сидели в темноте и боялись. Потом их нашли. Приехали военные, уничтожили кочевников. После прошлись по подвалам, вытаскивая выживших в той массовой резне. Мама сразу приступила к работе. Талантливый врач, которая осталась в тот день в живых, потому что у не был выходной. Она проводила его дома вместе с мужем и детьми. Им тогда повезло. Никто из их семьи не пострадал. Папа занимался с Ирой. Ей тогда только исполнился год. Вита на какое-то время оказалась предоставлена самой себе. Она стояла в стороне и смотрела на яркое голубое небо, с которым уже думала, что попрощалась навсегда. Солнце ласкало ее щеки. Было жарко, хотелось пить, но она продолжала стоять среди двора, не обращая внимания на суету и радоваться, что осталась в живых. В семь лет ребенок не должен задумываться о смерти, но если смерть проходит рядом, то невольно начинаешь взрослеть раньше. Она понимала, что они выжили тогда лишь чудом. Трупы еще продолжали лежать на улицах, вздуваясь от жары. Их было много. Все знакомые лица. Вита видела соседей, своих одноклассников, просто знакомых. Трупы стаскивали в большую кучу и поджигали. Неприятно пахло горелым мясом. Еще вчера все они были живы, а сегодня уже нет. Она хотела заплакать, но слез почему-то не было. Одно лишь непонимание происходящего. Почему все это произошло? Одни люди умерли, а другие продолжали жить и среди живых них была она.

Вита вышла со двора на улицу. Повсюду были пятна крови, но здесь не было этого противного запаха. Она прислонилась к стене дома. Закружилась голова. Военные расположились среди главной городской дороги. Большие мощные машины со щелями, вместо окон, напомнили Вите дома на колесах. Колеса были с нее ростом. Вита видела военных в серых с коричневыми пятнами куртках и штанах. Цвет местной земли, на которой мало что росло. На головах были повязки, чтоб защититься от солнца. А она свою панаму давно потеряла. Когда кочевники ворвались в город, Вита играла во дворе. Крик родителей заставил все бросить. Включая и панамку, которую она в тот момент надела на голову кукле. Кукла потерялась вместе с панамой. Возможно они так и остались около лавочки во дворе дома, а возможно и нет. Проверять не хотелось.

Дома смотрели на оставшихся в живых людей пустыми окнами без стекол. Осколки щедро покрывали улицу. Они сверкали на солнце. Красиво. Тогда Вита в первый раз и увидела Пса. Мужчина был высокого роста. Чтоб посмотреть на него приходилось задирать голову. Но все равно его лица Вита так и не разглядела. Это помешало сделать солнце.

— Потерялась? — спросил он. Голос был громкий, похожий на удары по железу. — Чего молчишь?

— Нет. Не потерялась. — тихо ответила Вита. Она не думала, что он ее услышит. С такой высоты, на которой находился пес сложно услышать ребенка, что макушкой едва доставал до пояса. Но он услышал.

— Твои родители живы?

— Да. Мама перевязывает раненых. Папа дома.

— Почему ты не с ним?

Вита не смогла ответить на этот вопрос. Почему она не пошла в квартиру?

— В подвале страшно было. Здесь небо. — подумав, ответила она.

— Здесь не только небо, но и солнце, которое голову может напечь. — он снял повязку, которая была квадратным куском ткани выгоревшем на солнце, и повязал его косынкой Вите на голову. — Пить хочешь?

— Хочу. — Вита, не раздумывая, взяла протянутую фляжку. Это был какой-то вкусный чай. Сладкий тепловатый со вкусом мяты и фруктов. Он напоминал компот. — Вкусно.

— Держи. — он протянул ей сухую галету. Она была жесткой и сухой, но показалось оголодавшей Вите необычайно вкусной. Этот чай и галета навсегда врезались ей в память. — Пойдем я отведу тебя домой. Нельзя маленьким девочкам разгуливать одним.

Она помнила, что ее ладошка утонула в его большой ладони. Вита так и не запомнила, как он выглядел. Лишь вкус галеты, чай и его большую ладонь.

После того случая, Вита решила, что станет боевым ирлитом и пойдет служить.

Когда закончилась последняя война, в мире изменился климат, на свободу были выпущены вирусы, которые разрабатывались, как биологическое оружие. Много территорий были заражены радиацией. Часть земли превратилась в выжженную пустыню, с которой имели границу часть стран, включая и Сухонию. Чтоб повысить выживаемость, были изобретены вакцины, что активировали способности организма. В итоге из-за мутаций появились иры и ирлиты. От обычных людей их отличал цвет глаз. У иров радужка заполняла полностью весь глаз, в том числе и белок. Чаще всего иры были черноглазые. Ирлиты меньше подвергались мутации и цвет глаз был ярче чем у обычных людей. Способности у людей прошедших мутацию были самыми различными начиная от увеличения силы, заканчивая необъяснимыми процессами, как передача информации на расстоянии.

Предсказать какая способность появится у ира или ирлита было нельзя. Единственное, что способность можно было развить. Начиная с одиннадцати лет начинались занятия по развитию и улучшению способностей.

Так как ирлиты и иры были сильнее, лучше обычных людей, то законодательно они не имели права занимать высокие должностные места. Управление страной было сосредоточено в руках чистых. Тех, кто не подвергся мутации. Это было несправедливо, с одной стороны, с другой люди хотели себя обезопасить от более сильных.

Вите было в то время совсем не до политики. Она готовилась к вводу второй вакцины, чтоб стать боевым ирлитом. Ей не хватало мышечной массы, поэтому она собиралась нарастить ее искусственно. Перед таким серьезным шагом, когда, по сути, решалась ее дальнейшая жизнь, Вита поехала в спортивный лагерь. Из-за нападения тварей, что обитали по всей территории страны, города окружали защитные стены. Единственной возможностью оказаться на природе было выехать или в санаторий, или в лагерь. Занятия в первой половине дня и отдых во второй. Трава, деревья, свежий воздух, пруд в котором можно было плавать до посинения — Вита любила лагерь и каждый год ездила туда с удовольствием. После того как родители переехали в столицу, она скучала по траве и воздуху. В столице был парк, но там всегда было много народу и находился он в двух кварталах от дома, поэтому туда особо не находишься. Единственной ее отрадой был сквер. Небольшой зеленый островок в большом городе.

В этом году в лагерь должны были приехать ветераны из знаменитого отряда Псов. Они занимались тем, что отбивали города, захваченные кочевниками, или отгоняли тварей, что порой брали в осаду города. Тварей на границе было больше, чем на всей территории страны. Иногда они собирались в стаи и нападали на города. Никто не знал когда случится очередной гон. В это время твари готовы были на все что угодно, чтоб добраться до людей. Они штурмовали стены сутками напролет. Потом так же быстро разбегались, как и появлялись. Осада могла длиться от пары дней до месяца. Иногда стены поддавались, и твари проникали в город.

Жизнь на границе была опасна, но города там были необходимы, потому что они сдерживали кочевников и тварей, чтоб они не проникли вглубь страны. Каждый город старался защититься. Но это не всегда удавалось. Тогда и приезжали на помощь Псы. В отряде было пятьдесят человек. Десять пятерок. Туда было сложно попасть. Отбор был строгий, но Вита хотела именно к ним.

Они долго разговаривали про службу границу, а потом отобрали около ста человек для личной беседы. Среди них была и Вита. В кабинете директора лагеря сидело двое Псов. Ирлит был старше ее отца, а ир вовсе годился в дедушки. Ир на нее особо и не смотрел, читал какие-то бумаги.

— Хочешь стать боевым ирлитом? — спросил ее ирлит.

— Я хочу в отряд Псов. — твердо сказала Вита. Она приготовилась, что ее будут переубеждать, но этого не случилось.

— Она инженер, плюс накапливает силу. Хорошее приобретение для отряда. — ир, что читал, кинул папку с бумагами на стол. Папка упала с громким хлестким звуком, что заставил вздрогнуть.

— Почему ты хочешь пойти в отряд? — спросил ирлит.

— Хочу помогать людям, защищать их. — уверено ответила Вита, стараясь перебороть робость.

— Идеалистка. — хмыкнул ирлит.

— Это хорошо. Можно сыграть на долге. — ответил ир.

— А мне ее жалко. На дочку похожа.

— Думаю, твоя дочка не такая дура, как эта. Ей не придет в голову идти по стопам отца.

— Нет, она хочет кондитерскую открыть. Пирожные выпекает — это что-то. — рассмеялся ирлит. — Иди сюда, сейчас посмотрю, как ты силу отдаешь. Если все нормально, то подпишем тебе добро. Будешь целенаправленно учиться на защитника или к Псам, или к Птицам попадешь. Псы чем занимаются?

— Отвоевывают города. А Птицы уничтожают кочевников на их территории. — ответила Вита.

— Все верно. — ирлит положил ей руки на плечи. Вита почувствовала, что на тело наваливается слабость. — А девочка вкусная. Попробуй.

Он оттолкнул ее к иру. Ноги подогнулись. Вита споткнулась и упала на ира. Он повернул ее к себе, схватив за плечи.

— В глаза мне смотри. И не опускай их. — в серых глазах, что полностью покрывали белок был холод. Мышцы свело судорогой. Вита попыталась вырваться, но Пес держал ее крепко. Она уже почти повисла на его руках, когда тяжелая пощечина откинула ее на другой край комнаты. Из носа потекла кровь. Виту все трясло. — Иди сюда. Что смотришь? Хочешь в отряд? Тогда привыкай.

Вита вытерла рукой кровь, размазывая ее, и подошла к иру.

— Зачем?

— Помолчи. — он положил руки ей на плечи. Перед глазами плясали черные точки, она чувствовала, как уходит сила. Кровь из носа стекала по губам и падала на пол.

— Что ты хочешь сделать? — с тревогой спросил ирлит.

— Довести ее до грани. Заодно посмотрю сколько отдать сможет. — ответил он. — Девочка хорошая, сильная. Но ее нельзя к нам. Они же ее выпьют до дна. Слишком вкусная.

— Я заметил. Ты не переусердствуй только.

Вита не понимала, о чем они говорят, а потом она начала падать в пропасть. Темнота манила к себе. Еще один удар по щеке. Ее выкинуло назад. Вита чтоб не упасть ухватилась за ира. Он этого не ожидал. Немного растерялся, но потом все же прижал к себе.

— Что это было? — дрожащим голосом спросила Вита.

— Грань. Если ее перейти, то умрешь. — проводя ладонью по ее спине, ответил ир. — Напугалась?

— Да.

— А теперь послушай меня, вы тебе есть стержень. Сломать тебя сложно. Ты можешь собирать энергию, которую потом отдавать. Например, такое хорошо во время боя. Силы на исходе. Мы же не железные, начинаем выдыхаться. Стоит пойти к тебе, забрать немного и можно вновь в бой рваться. Это последняя разработка целенаправленных мутаций, которые вводят всем отрядам первой категории. Птицы и Псы относятся к этой категории. А батарейки встречаются в жизни и так. У тебя же сила еще и вкусная. Сладкая. Оторваться сложно. Тебя наши, особенно молодежь, просто съедят. Заставят перейти грань. Не смогут остановиться. Ты там побывала. Понравилось?

— Нет.

— Батареек в отряде не уважают. Вы дохнете как мухи. Расходный материал. Женщин тем более. Я подпишу тебе разрешение хоть сейчас, но проживешь ты там до первого боя. Тебе оно нужно? — спросил ир. Вита не ответила. Она начала падать. Он подхватил ее и посадил к себе на колено. — Видимо взял слишком много. Сейчас верну.

Вита почувствовала, как приятное тепло расходится по телу.

— Лучше? Видишь как? Даже мне сложно рассчитать. Горечи в тебе нет. Когда сила подходит к концу, то чувствоваться горечь начинается. А ты сладкая до конца остаешься. — он протянул ей фляжку с чаем. — Пей. Тебе нельзя подходить ни к кому из тех, кто может силу забирать. Хочешь продолжить карьеру, иди в военные инженеры. Сиди в тылу. Не нужно тебе на границу.

Сладкий чай отдавал привкусом мяты и ягодами. Знакомый вкус, который она уже встречала. Ей было страшно и плохо.

— Еще хочешь к нам? — спросил ее ирлит. Вита отрицательно покачала головой.

— Вот и правильно. — ответил ир. — Не твоя это судьба. Так что беги и держись подальше от Псов.

Вита последовала его совету. В напоминании того дня осталась ранняя седина. С псами ей пришлось по работе пересекаться еще несколько раз, но она держалась от них в стороне. Позже она поняла, что ей пытались объяснить. Они были жестокие по отношению к другим, требовательны до абсурда. Общаться с ними было тяжело. Завышенное мнение было почти у всех. Они были напичканы улучшениями от пяток до макушки, поэтому считали себя лучше других. Их оправдывало лишь одно: работали они как в последний раз, не задумываясь о смерти и неудачи. Фанатики своего дела.

Так когда началась эта история? Когда ей сделали прививку, и она стала ирлитом? Или когда в первый раз встретила Псов? Или это все были лишь незначительные штрихи к основной картине, а все случилось, когда на столицу напали твари? Можно ли было избежать произошедшего или судьба сама направляла ее? Виновата ли она была в случившемся? Было ли в ее силе что-то изменить? Вита не знала ответов на эти вопросы. Она часто думала об этом, но не могла найти варианты, которые привели бы к другому концу. В любом случаи пик событий пришелся на тот год, когда твари разрушали одну четвертую столицы. Вите исполнилось двадцать четыре года, и она переживала не самый приятный период в жизни.

Глава 2

Сложно было представить, что руины были когда-то несколькими районами столицы. Здания почти не уцелели. Когда твари прорвали стену, то было решено применить новое не опробованное оружие. Оно должно было отпугнуть тварей, но вместо этого снесло четверть города. В срочном порядке была построена новая стена, которая отделила разрушенные районы от основной части. Теперь разрушенные районы пытались восстановить и отвоевать от мутантов. Твари устроили в развалинах гнезда, где выводили новое потомство. Они по скорости воспроизводства себе подобных напоминали клопов или тараканов. Сегодня была одна пара тварей, завтра на этом месте могло быть с десяток. Это было что-то новое и непонятное. Раньше твари так себя не вели. Когда их только вывели, на выращивание нового потомства, в зависимости от вида, им нужно было от пяти месяцев до сорока дней. Мутанты создавались, как новый вид биологического оружия, но вышли из-под контроля и заполнили собой все территории, постепенно уничтожая нормальных зверей. Через пятьдесят лет, что прошло со времен Последней войны от зверья остались лишь птицы и домашний скот.

Вита была инженером. Она могла строить новые здания, разбирать старые. Сейчас ее профессия была одной из самых востребованных, только Вите запретили по ней работать. Вместо этого ее отправили в патрули истреблять тварей. Официально она была военнообязанной, поэтому это не считалось сменой должности. Правда, Вита так и не повысила физические показатели. Не подействовала сыворотка, с помощью которой она хотела стать сильнее. Произошел сбой. Теперь же она была не высокого роста и плотного телосложения.

Каждый день отправляясь в патруль, она думала что оттуда не вернется. Но пока ей везло. Восемь часов в патруле и восемь часов работы на заводе, который сортировал мусор, что привозили с развалин для дальнейшей его переработки — последние два месяца это стало ее постоянным занятием. Домой она приходила лишь чтоб упасть на кровать и уснуть. Еще недавно у нее была совсем другая жизнь. Она была замужем за Давидом Резаковым. Молодой умный политик, которому пророчили место в Совете Двенадцати. При этом красивый внешне, он был выгодной партией. Чистокровный человек, без примесей мутаций, ему нужно было жениться на какой-нибудь грязнокровке для пиара. Каким-то чудом ему приглянулась Вита. Роман закрутился быстро. Через три месяца они оформили отношения. Родители Виты радовались такому успешному браку их дочери. Но потом Вита поняла, что постель будет делить с ним не одна. Она лишь мелкая единица в череде его любовниц. Он их и не скрывал. Вита терпела год, а потом с ним развелась. Ее никто не понял. Ну изменяет и что тут такого? Из-за развода, так как его инициатором была она, на ее карьере был поставлен жирный крест. Теперь в документах было написано жирным шрифтом «НЕБЛАГОНАДЕЖНАЯ». Считалось, что если человек не может сохранить семью, не может сохранить стабильность, то он не может занимать хоть какой-то пост. Вита оказалась в самом низу общественной жизни. При этом она заплатила большую сумму за развод, плюс еще и должна была выплатить огромный штраф. Но она не отчаивалась, считая, что рано или поздно выберется из этой ямы.

Кафе было почти пустое. В последнее время жизнь в столице сильно подорожала. Были проблемы с подвозом продуктов, поэтому цены резко подскочили вверх. Пару месяцев назад в кафе часто забегали выпить кофе или пообедать, а сейчас это стало роскошью. Например, как для той пожилой пары, которая отмечала в кафе юбилей совместной жизни. Их поздравил сам владелец кафе и вручил символический подарок. Поэтому Вита и узнала об их дате. Наверное и свидание молодой парочке, по виду еще студентов было из такого же ряда праздников. В кафе пришел поужинать лишь один мужчина с толстым портфелем. Видимо чиновник, что живет один, который привык питаться в общественных местах. У него не было времени на приготовлении себе еды. Сама же Вита сидела за чашкой кофе. Она замерзла и промокла. Под конец ее смены в патруле пошел дождь, поэтому плащ промок насквозь. Именно это и заставило ее заглянуть в кафе, чтоб просто согреться и получить очередную дозу адреналина, которая заставит ее дойти до дома. В последнее время только кофе заставлял ее двигаться. Она давно жила на пределе сил. Вита понимала, что так долго не может продолжаться, но пока выхода из сложившейся ситуации не видела.

— Вита? Как давно я тебя не видела! — к ней вихрем подлетела Диана.

— Не знала, что ты в столицу вернулась! — Вита посмотрела на свою школьную подругу. — Сколько мы с тобой не виделись? Лет пять?

— Да пять лет. — Диана села рядом с Витой и заказала себе чай с пирожными.

Она напоминала конфетку в блестящей обертки. Яркий макияж, прическа по последней моде, золотые украшения, кофточка с дорогими блестками — все это так и кричало с вызовом о том, что Диана явно не бедствовала. Вита почувствовала себя серой мышью на ее фоне. Хотя так и было всегда. Диана блистала, сколько Вита себя помнила. Она была яркой звездочкой их класса, а Вита предпочитала быть в тени своей яркой подруги. Они подружились в профильном классе, когда им было двенадцать лет. После этого они общались вплоть до последнего класса, когда яркую Диану отправили по распределению в глушь, а Виту оставили в столице.

— Когда ты вернулась?

— Месяц назад. Вам же инженеры нужны. Вот обо мне и вспомнили. — хмыкнула Диана. — И я сделаю все, чтоб назад не возвращаться. Ты представляешь, они меня отправили форты чинить на восточной границе. Там горы, твари ядовитые, зеленые испарения и я по колено в грязи.

— Я знаю, была в тех местах. Меня же в «горячий» отряд распределили. Номинальна в столице работала, а по факту всю страну объездила. Где нужно было дыры прикрыть, туда и отправляли.

— Несладко тебе пришлось. — Диана нахмурилась. — Я ведь тебе вначале завидовала. А вон как оказалось.

— Оказалось все не так, как нам рассказывали. — ответила Вита.

— Да, лекции о патриотизме сложно забыть. «Вы нужны стране. На вас держится наш мир», — передразнила она нашего преподавателя. — В итоге: сплошной обман и разочарование.

— Если бы они говорили правду, то никто бы не пошел…

— А куда идти? В гражданские? Там вообще не реально подняться. Помнишь Мишку? Он все в лабораторию хотел пробиться со своими разработками?

— Так вроде пробился. — вспомнила Вита.

— А толку? Он проекты разрабатывает под началом научного руководителя. Миша трудиться, а тот премию получает. Так и с нами бы получилось. Пахали бы на какой-нибудь стройке и дальше рабочих бы не поднялись. А так хоть замуж удачно выйти можно.

— Можно. — согласилась Вита, невольно вспомнив Давида. — Ты как? Встретила своего принца?

— Так, ничего серьезного, — отмахнулась Диана. — Но теперь я здесь и своего шанса не упущу. А ты?

— Как ветер в поле. И пока менять ничего не собираюсь. — Вита пожала плечами. Дверь открылась, впуская еще двух посетителей, которые решили укрыться от непогоды под крышей кафе. Вита так и замерла при виде Давида, что шел под руку с красивой блондинкой. Они словно сошли с обложки журнала о столичной жизни. Наверное где-то и были их фотографии.

— Это же Давид Резаков и Анна Пелина. — удивленно сказала Диана. — Не знала, что они теперь вместе.

— Анна Пелина. Ее же выслали из столицы за убийство. Три года назад был большой скандал.

— Может признали невиновной? Я ее часто вижу в определенных кругах. Никто и словом не обмолвился о ее прошлом.

— Странно, что все забыли. Дело было громкое. — Вита поморщилась, когда увидела, что Давид решил подойти к ним.

— Давно не виделись. — насмешливо оглядывая Виту, сказал он. Знал ведь в каком она оказалась положении.

— И тебе не хворать. — процедила Вита.

— Как поживаешь?

— Неплохо. — она с вызовом посмотрела на него.

— Я вижу. — хмыкнул он, подмечая ее поношенный свитер и огрубевшие руки с коротко стриженными ногтями. Ему всегда нравились ухоженные руки. Об этом он ей часто говорил. — Познакомишь со своей подругой?

— Диана — Давид и наоборот. Знакомьтесь дальше без меня. Я опаздываю. — Вита поспешила допить свой кофе и выскочила на улицу. Уже там она накинула промокший плащ.

Как же было неприятно вновь увидеть бывшего мужа! Внутри все кипело от возмущения. Он был против развода. Его все устраивало. Только Вита была не согласна с таким образом жизни.

Она шла быстрым шагом от кафе шлепая по лужам, что затопили тротуар. Ливневая канализация не справлялась. При таком дожде зонт был бессилен. Резкие порывы ветра то и дело выгибали его в обратную сторону. Машины светили фарами. Мелькали фары прожекторов, что были расположены на крышах зданий. Твари не любили яркий свет, поэтому это была еще одна защита от них.

Вита чувствовала, что окончательно замерзла, а усталость была слишком сильной. Хотелось уже упасть, пусть даже в лужу, и не вставать. Она израсходовала весь запас сил, которые ушли на вспышку злости. Надо было их экономить, но она поступила бездумно.

Машины проносились мимо, обрызгивая прохожих из лужи. Светофор. Люди ждали своего сигнала, чтоб перейти улицу. Вита стояла в этой толпе, что торопились домой после тяжелого рабочего дня. Столица переживала не самое удачное время. Во всех сферах деятельности были авралы. Люди выкладывались полностью, потому что понимали, если они не наладят жизнь в столице, то столица падет. Тогда им самим будет не выжить.

Она почувствовала тепло руки сквозь мокрый плащ. Оно приятно разливалось по телу, наполняя каждую клеточку такой необходимой энергией. Вокруг шли люди, не замечая ничего вокруг. Они торопились попасть домой или опаздывали на работу. Вита же застыла попав под влияние человека, что решил оказать ей такую поддержку.

— У меня неподалеку машина. Давай подвезу. — предложил он.

— Не надо. — Вита сделала шаг вперед, разрывая контакт. Он дернул ее назад, вытаскивая из-под колес машины, что пронеслась с гудением мимо Виты, окатив новой порцией воды.

— Осторожнее. — его пальцы скользнули по ее шеи, там где воротник соприкасался с кожей. Вита чувствовала тепло его грубых шершавых пальцев, она понимала, что это не правильно, но не могла пошевелиться. — Раз не хочешь со мной поехать, тогда беги.

Он подтолкнул ее в спину, когда опять загорелся зеленый свет. Вита не стала оборачиваться. Она испугалась. Ей показалось, что она только каким-то чудом избежала серьезной опасности. Это понимание усилилось, когда она пришла домой, где почувствовала себя в безопасности.

После развода Вита вернулась в квартиру родителей. Они ее не поняли, но разрешили жить с ними. Положение Виты было сильно плачевным. Она была не в состоянии снять даже койку место, не говоря уже о комнате и квартиры. Шестнадцатилетняя Рита была против возвращения сестры. Она уже привыкла, что комната была в ее полном распоряжении. Поэтому хотела всячески выжить Виту, но та так уставала, что этих попыток сестры просто не замечала. Мама поняла Виту лишь, когда сама оказалась в похожей ситуации. Отец Виты завел молодую любовницу, этого Мария стерпеть не смогла. Особенно, когда узнала, что любовница еще и беременная. Она подала на развод. Из-за этого ее понизили в должности, лишили надбавок и премиальных, но Мария знала, что ей особо ничего не грозит. Врачей с ее уровнем квалификации еще надо было поискать. Поэтому Мария рассчитывала в скором времени все вернуть. К тому же она не подверглась мутациям, в отличие от дочерей. Законы для нее были не такие суровые.

В квартире было тихо. Мама была на работе, а Рита скорее всего уже спала. Вита первым делом отправилась в душ. Теплая вода согревала. Жаль, что нельзя было сделать теплее. Нагревательные станции не справлялись. И так их из пяти осталось лишь три. Две были разрушены. После душа сил хватило лишь доползти до кровати и провалиться в беспокойный сон.

Глава 3

Пять часов сна и пора вставать. Вита не выспалась. Она зашла на кухню. Задумчиво положила две ложки кофе и стала ждать, когда закипит вода. Дождь противно моросил, стекая разводами по стеклам. Тучи низко нависали над городом, давили и угнетали своей массивностью. За последние пятьдесят лет никто не мог припомнить такого дождливого лета. Хотелось солнца и тепла, а не этой противной сырости. Тепла. Невольно вспомнился вчерашней незнакомец. Нужно быть осторожнее. Нельзя поддаваться на обман. Она помнила предостережение того ира. Один раз, побыв на границе жизни и смерти, Вита не хотела повтора, и так для этого было предостаточно случаев, чтоб попасть на тот свет.

Звук сирены разнесся по всему города, проникая в квартиры и наполняя их страхом. Нападение. Мирные жители должны в срочном порядке спуститься в подвалы. Все, кто военнообязанный выйти на защиту. Минута, чтоб одеться. Рита уже спускалась. Вита раздраженно посмотрела на так и не успевшую закипеть воду, выключила плиту и выбежала на улицу. Дождь сразу осел на ее щеках. До стены три автобусных остановке. Слишком далеко. Мимо проехал патруль, что остановился, подобрав ее. Вита не желала погибнуть смертью храбрых. Будь ее воля она вовсе не стала бы ввязываться в бой. У нее были не те навыки и не те знания, которые требовались от солдата. Она могла лишь прикрывать, но ломиться вперед. Только и прятаться ей никто бы не разрешил.

Удар за ударом. Твари прыгали друг дружке на спину, чтоб добраться до верха стены. Ее нужно было бы еще нарастить, но не успели. Удар за ударом. Задача откинуть тварей назад. Поднять камень, кинуть в тварь. Вита старалась экономно расходовать силу. Каждый раз поднимая тяжелые камни, она чувствовала, как дрожат руки. Это плохой признак. Слабости быть не должно. Камни летят вниз. Твари падают со стены, а на их место сразу становятся другие. Под стеной мелькают клинки. Бой идет врукопашную. Какие-то твари пытались подкопать стену. Их приходилось отгонять. Вита не думала проиграют они или нет. На это не было времени. Она с трудом держала темп.

Атака закончилась так же неожиданно, как и началась. Вита не могла поверить, что в этот раз вновь выжила. Она падала от усталости. Пот промочил одежду насквозь. Ноги не держали. Ей нужно было отдохнуть. Хотя бы пару минут. Вита спустилась на землю. Прошла пару шагов, а потом ноги подогнулись. Она осела рядом со стеной. Нужно было идти на работу. У нее еще была смена на заводе, только Вита не могла пошевелиться. Мелкий дождь продолжал оседать на лице, волосах, смешивался с потом и усталостью.

— Что грустишь, красавица? — спросил ее проходящий мимо паренек. Чернявенький, с яркими голубыми глазами. На вид ему было лет двадцать, может чуть больше. Он протянул ей батончик с кофеином. — Держи.

— Спасибо. Опасно ими переедать.

— Вся наша жизнь опасная штука. — Он посмотрел на небо. — Сегодня мы живы, а завтра помрем.

— Хорошо сказано. Только я помирать не обираюсь. — надкусывая батончик, ответила Вита.

— Я тоже. Данила.

— Вита.

— Еще увидимся, малышка. Если завтра не помрем.

— Непременно. — Вита отсалютовала ему батончиком. Нужно было подниматься и идти работать. Хоть появиться там, чтоб защитила день. А то штраф повесят.

Как ни странно, отработала она неплохо. Стоять за конвейером и сортировать мусор, камни и железо, было не так уж сложно. Намного тяжелее возвращаться назад и патрулировать за стеной.

Руки дрожали. Вита знала, что она сейчас слабая, как котенок. Она не сможет отбить самую простую атаку. Грань. Она приближалась слишком стремительно. Двадцать четыре года слишком ранний срок для смерти. Вита взяла в отделение короткий клинок. Оружие выдавали лишь во время патруля. Носить клинок в городе было запрещено. Хотя город и был на военном положении.

Сумерки наступили рано из-за низких туч. По плану надо было зачистить несколько квадратов. Но как выполнить задание, когда вместо пятерки у них лишь тройка. Самым опытным воином была Вита. Ее напарниками два паренька лет по девятнадцать. Вчерашние школьники. Со слабыми способностями. Они дрожали как два осенних листка на ветру, боясь собственной тени.

Вита плакала. Слезы выступали неосознанно. Тяжело прощаться с жизнью. Она еще столько всего не сделала. Жить хотелось. Только дураки мечтали о смерти. Спрятаться бы. Например, вон в тех развалинах, что остались от дома. Но красные глаза рычание говорило, что эта нора уже занята. Над развалинами горели прожекторы, но они не освещали все пространство. Пахло сыростью и мокрой землей. Может и хорошо, что периодически шел дождь. Он прибил пыль, которая поднялась после того, как посыпались дома.

Смерть пришла из-за угла. Вита не успела ни увернуться ни отбить атаку. Когти порвали плащ, распарывая его. Зубы прогрызли руку. Больно. Вита вонзила клинок твари в шею. Вонь, кровь, боль. Вита потеряла на миг сознание. Пощечина заставила открыть глаза. Больно. Лучше закрыть глаза и не просыпаться.

— Очнулась? Хорошо. Не засыпай. Посмотри на меня. — голос неприятный, режущий слух. Вита хотела вновь закрыть глаза, но ее тряханули за плечи.

— Отстань. — попросила она.

— Жить будешь. — довольно сказал мужчина. Перед глазами все плыло. Она шмыгнула носом. — Только не скули. Не люблю. Сейчас мы тебя починим. Риб, давай сюда аптечку. Я девочкой займусь, а ты вон тем засранцем, что в штаны наделал.

— Там… там… — Вита слышала чей-то дрожащий голос, но не могла понять кто его обладатель.

— Сопли вытри. Мне не хватало еще твое нытье слушать. — рявкнул мужчина с жутким голосом. Вита невольно сжалась. — Тихо. Сейчас легче станет.

Действительно, боль прошла. Вместо нее пришел холод. Стало знобить. Она дрожала, и не могла согреться.

— Ранки я тебе склеил. Повязку наложил. Яда нет, но на всякий случай антидот вколол. Сейчас тебя согрею. — он накинул ей на плечи какую-то кофту. Вита вцепилась в нее мертвой хваткой.

— Где моя одежда? — заикаясь, спросила она.

— Вот теперь я точно уверен, что жить будешь. — он рассмеялся или скорее заскрежетал. — Порвалась твоя одежда.

— Там документы. — Вита попыталась слезть с его колен, на которых почему-то сидела, но он не дал ей этого сделать.

— Сиди. — он потянулся за остатками плаща и свитера. Не обращая внимания на грязь и кровь, он достал пластиковую карточку с фотографией Виты. — Значит, ты Вита.

— Спасибо. — зажимая карточку в руке, сказала она. Вторая рука не работала.

— Все заживет. Посидишь часок и начнешь в норму приходить. — ответил он, закутывая ее в кофту.

— Отпустите.

— Тогда ты сейчас умрешь. Нельзя уходить в ноль, красавица. Что замерла? Правильно думаешь. Ты в сознании благодаря мне. Так что сиди и отдыхай.

Ноль. Это получается она почти на грани. Нет сил даже на регенерацию. Вита вздохнула. А он щедрый. Она чувствовала, как от него исходит тепло. Приятное. Ласковое. Оно отгоняло дрожь. Вита расслабилась. Она слишком устала. Тут ей предложили минуту отдыха.

— Даже батарейкам нужна зарядка. — пробормотал он, гладя ее по спине. Батарейки. Из Псов или Птиц? Ведь только они могут забирать энергию. Нет, он отдавал ее. Делился своей. Кто же он? Вита резко посмотрела на мужчину. Она увидела лишь светлую футболку и цепочку. Чтоб посмотреть ему в лицо, нужно было запрокинуть голову, но болела шея. — Что ты все время крутишься? Сиди спокойно.

— Кто вы? — тихо спросила она.

— Хочешь познакомиться? — насмешливо спросил он. Вита почему-то сразу смутилась. — Меня Игорем кличут. Хотя, ты симпатичная. Губастенькая. Мне нравятся такие. Можем и поближе познакомиться.

Он провел пальцами по ее губам. Вита попыталась отстраниться, но он держал ее крепко. Не руки, а балки стальные.

— Не хочу. — она чихнула, пряча нос в кофту. Его пальцы скользнули ей под кофту, стали гладить шею, спускаясь к груди. — отпусти!

— Может быть когда-нибудь и это сделаю, — весело ответил он. У него были неприятные пальцы, шершавые и грубые, но при этом теплые. Вита не знала куда от них деться, а он развлекался.

— Давно меня ждешь? — услышала Вита женский голос. Посмотреть на ее обладательницу она не могла. Во-первых, пришлось бы повернуться, тогда у мужчины оказалось бы больше простора для ее лапанья, а воспользуется он этим или нет, она не знала. Во-вторых, ей было стыдно за свою слабость.

— Я уже два дня в городе и все тебя поймать не могу. Зачем было меня приглашать, а потом прятаться? — спросил Игорь. Голос вроде нейтральный, но Вита чувствовала, что он раздражен.

— Сам видишь, что здесь творится. И тебе бы жаловаться. Вижу ты нашел себе развлечение.

— Это развлечение хотело тварь сожрать. Как и вон того нытика в углу. Дарья, объясни мне темному, почему вот эта детвора оказалась ночью за стеной?

— Потому что народу не хватает. Еле смогли уговорить совет не посылать за стену школьников.

— Правильно, давайте уничтожим детвору. Чего им мучится? — резко сказал Игорь. Вита почувствовала, как его пальцы скользнули за чашечку бюстгальтера.

— Это… — она попыталась возразить, но он ее ущипнул. Неприятно. Жарко. Вита растерялась.

— Чего ты там пищишь? — усмехнулся он.

— Мне не нравятся такие игры. — ответила Вита.

— Я заметил. Даш, так что тебе от меня нужно?

— Помощь.

— О как! Не ожидал. А я думал, ты меня пригласила чайку попить с джемом. Три недели ехал только ради этого.

— Разговор не для посторонних ушей.

— Какая ты скрытная. Договорись, чтоб девочку до дому довезли.

— Скоро машина от больницы приедет.

— Девочку до дому отвезти. Больница ей не нужна. Выпиши ей день больничного, потом пусть в строй возвращается. Если не хочешь, чтоб я сам этим занялся, а потом тебя еще неделю разыскивал. — сказал Игорь.

— По дороге все решим.

— Ты сама видишь, что бардак. А когда бардак надо самой за всем следить. Тогда бардака не будет. — задумчиво сказал он. — Не мне же тебя работать учить.

Вита не расслышала, что ответила ему Дарья. Мужчина заставил посмотреть на него. Серые глаза подавляли. Холодные, казалось, в них не было жизни.

— Сейчас ты мне скажешь спасибо, поцелуешь и поедешь домой отсыпаться. — сказал он.

— Нет.

— Хочешь со мной прокатиться? Ты еще слабенькая. Тебе для начала отдохнуть надо.

— Домой хочу. Просто спасибо скажу.

— За жизнь? Слишком маленькая плата. Целуй давай. — велел он. Вита лишь отрицательно покачала головой. — Тогда это я сделаю.

Это был не поцелуй. Ураган. Вита забыла как дышать. Он ее смял. Раздавил. Заставил потерять ощущение реальности. Она словно начала падать, теряя сознание.

— Вкусно с тобой общаться. Кофту себе оставь. — он на прощание провел по ее щеке пальцами и посадил на свое место в старое пыльное кресло.

Вита чувствовала себя разбитой. Опять вернулся холод. А потом пришла боль. Сильная, до слез. Пришлось закусить губу до крови, чтоб не закричать. Огонь внутри готов был вырваться наружу, но Вита заставила его подчиниться. Заставила вернуться на место. Нельзя его выпускать на свободу. Нужно держать под контролем. Постоянным контролем.

Батарейка. Те, кто был наделен этой способностью, могли впитывать энергию из пространства. Обычно это просто были сильные ирлиты с хорошим показателями способностей. Но в случае с Витой, она не могла пользоваться своей силой. Ее было столько, что она не усваивалась организмом. Вместо этого, организм начинал разрушать сам себя. В итоге она вынуждена была почти забыть о способностях, пользуясь ими по минимуму. Не переходя внутреннюю черту. А сегодня он разрушил ее барьеры. Что она так долго выстраивала. Поэтому и случился приступ.

— Привет. Малышка. Это значит мне тебя надо довезти? — к ней подошел Данила.

— Наверное.

— Выглядишь хуже некуда. Идти можешь?

— Могу. — Стоило ей встать, как Виту зашатало.

— Ничего, доберемся. — помогая ей дойти до машины, сказал он.

Они ехали по разрушенному району, разгоняя фарами темноту. Наверное, это была жуткая картина, походившая на фильм ужасов, но Вита не чувствовала ничего. После тяжелого дня и приступа, Вита смотрела на мир отстраненно, безразлично. Она осталась в живых, когда уже думала, что пришел конец. Но радости от этого не было. Завтра ее ожидал очередной тяжелый день. Пусть ей не надо было идти в патруль. Но работу никто не отменял.

Глава 4

После того случая прошло пять дней. Вита попросила сократить восьмичасовые смены на шести. Пусть она будет получать меньше, а долги придется выплачивать дольше, но зато у нее должно было появится больше времени на восстановление сил. Хотя Вита и провела целый день на больничном, но это мало чем помогло. Что-то было не так. Она стала быстрее выдыхаться. В больницу или мед центр обратиться было нельзя. Не было банально времени, к тому же больницы и центры были переполнены раненными. Их было слишком много и все на грани жизни и смерти. А тут Вита со своим упадком сил.

Мама по три смены проводила в больницы изредка наведываясь домой, чтоб упасть на кровать и уснуть. Вита ее не видела неделями из-за того, что графики у них не совпадали. Все работали на пределе сил, поэтому тут было не до нытья. Только сколько она еще выдержит и сколько продлиться такой ритм жизни? Месяц? Два? Год? Никто не мог дать точного ответа. О будущем ничего не говорили конкретного. Лишь расплывчатые слова: «скоро все наладится». Но пора было признать, что отбить столицу своими силами не удавалось. Это надо было признать. Надо было приглашать отряд Псов. Но этого не делали. Хотя было непонятно, что делают, чтоб выгнать тварей. Патрули из слабых, плохо обученных ирлитов были не лучшим вариантом, чтоб добиться победы.

Вита сидела на кухне и пила кофе. Она только недавно проснулась. Кардиган, в который закутал ее в тот день сероглазый ир был накинут на плечи. Он оказался неожиданно теплым и уютным, поэтому Вита стала носить его дома. Не бегать же ей за его владельцем по всему городу, чтоб ему вернуть кардиган.

На улице хмурые тучи опять готовы были пролиться дождем, поэтому в квартире было прохладно. Только горячий чай немного согревал. Вита недавно пришла с очередной смены. Ей бы сейчас лечь спать, но она так устала, что сна не было. Оставалось только сидеть на кухне и пить чай, в ожидании, когда она хоть немного отдохнет. Дверной звонок эхом разнесся по квартире. Рита, хлопая тапками, побежала открывать дверь.

— Я сейчас разбужу маму. Подождите. — услышала Вита голос сестры.

— Буди, а мы пока осмотрим квартиру. — миролюбиво, но все же твердо, ответил женский голос. — В квартире две комнаты. Одна двадцать, другая четырнадцать квадратных метров. Суд оставил за продавцом большую комнату. В квартире проживает бывшая жена продавца, она врач, так что ее дома почти не бывает. Еще две ее дочери. Одна еще учится, вторая неблагонадежная. Но насколько я поняла из-за развода, а не из-за проблем с законом. Потому что с вами в одной квартире будут проживать два неблагонадежных элемента, продавец вам делает скидку.

— Это я элемент? — Вита услышала разъяренный голос мамы. Она и так нервно относилась ко всему, что было связано с разводом, а тут ей еще не дали выспаться. Надвигалась гроза.

— Добрый день. Я риелтор Татьяна Висова. Представляю интересы Ярослава Ковшева. Вы отказались покупать у него комнату, поэтому он выставил ее на продажу.

— Это моя комната!

— Ваше имущество было разделено судом. — возразила риелтор.

— Несправедливым судом.

— Итоговое решение не обсуждается. Мы имеем полное право осмотреть квартиру и комнату. Если вы будете нам чинить препятствия, я вынуждена буду вызвать охрану правопорядка.

— Это моя квартира. Видеть посторонних я в ней не намерена! — Мария готова была в любой момент ринуться в бой. Ее бы и штраф не остановил. Вита решила вмешаться.

— Мам, ты же знаешь, что ничего тут не сделаешь. Пусть смотрят. Может еще испугаются неблагонадежных элементов. — сказала Вита, выходя в коридор.

— И то, правда. За просмотр денег не берут. — выдохнула Мария.

— Тогда продолжим осмотр. Санузел раздельный, кухня довольно большая для квартиры с такой планировкой. — риелтор все говорила и говорила, нахваливая квартиру. Но покупатель ее не слушал.

Он с неприкрытым интересом рассматривал Виту. Высокий, метра два, с огромными руками и мощными плечами он почти полностью заполнил собой коридор. Холодные серые глаза не считались с легкой улыбкой, которая играла у него на губах. Они ничего не выражали, но при этом пугали. Короткий ёжик волос непонятного цвета, на щеках и подбородке короткая борода, серо-белого цвета. Трудно было сказать сколько ему лет, но точно больше сорока. Крупный нос, полные губы, которые только подчеркивала борода и мощная шея. На шее болталась цепочка с кулоном в виде песей головы. Она висела поверх темно-зеленой безрукавки, что была надета на рубашку с кремовым воротом. Так студенты отличники ходили, только он на студента не походил совсем.

— Давайте посмотрим комнату, — предложила риелтор, видя, что говорит впустую.

— Я и так скажу, что согласен на сделку. — отводя от Виты глаза, сказал он. Этот противный голос, похожий на звук распиваемого железа, резанул по нервам. — Особенно когда в придачу предлагают такой цветник. Давайте договоримся так, к завтрашнему дню вы освобождаете комнату. Что останется, я выкину на помойку. Поэтому с крупногабаритными вещами можете не возиться. Сам выкину. На кухне освобождаете мне два шкафчика, тогда не буду загромождать своей мебелью. Вторую плиту подключат завтра. Холодильник привезу свой. Оплата по метражу у нас раздельная, а счетчики… Я возьму оплату всей воды за правом пользования вашей стиральной машинкой. Свет делим напополам. Думаю мы договорились. Есть возражения?

Его голос перешел на командный тон. У кого было хоть капля здравого ума, те не стали бы ему возражать. Это было на уровни интуиции, которая чуть ли не кричала, что с ним связываться опасно.

— Тогда до завтра. — сказал он. Один шаг и он оказался рядом с Витой. Его пальцы подцепили край ворота кардиган. — Не ожидал тебя найти, тем более в нем. Но мне нравится. Еще увидимся.

За ним захлопнулась дверь. Риелтор на минуту задержалась, а потом побежала догонять своего покупателя. Тишина. Вита стояла, прислонившись спиной к косяку.

— И что это было? — тихо спросила Мария.

— Папа продал комнату одному из Псов. — ответила Вита.

— Они же на границы. — заметила Рита.

— А этот здесь.

— Ты его знаешь? Что это за человек? Ты же хотела к ним в отряд. Чуть не бредила этим. — Мария посмотрела на дочь. — Мне с этим отрядами не удавалось пересечься по работе.

— Потому что они не доживают при сильных ранах до больниц. А если раны не сильные, лечатся сами. — ответила Вита. — Я так поняла, что он ветеран. Уже давно не служит. А человек? Больной на голову, как и все, кто долго служит на границы. Завышенная самооценка. Или мы будем жить в нейтралитете, или проиграем. Дружить он вряд ли будет. Они дружат лишь с равными себе. И надо освободить комнату. Иначе он завтра все отправит на мусорку.

Вита помогла маме и Рите перенести какие-то вещи, а потом все же уснула. Вроде и прилегла на пять минут, а проснулась лишь через пять часов.

— Ты его знаешь. — утвердительно сказала Мария.

— Пересекались недавно. — кивнула Вита, отпивая кофе. Потом подумав, все же добавила. — Я ему жизнью обязана.

— Тебе это чем-то угрожает? Долг?

— Не думаю. Он просто вытащил меня с того света. Вот и все. — ответила Вита.

Разделение на «чистых» и «грязных» разделило общество на два лагеря. Информация об ирлитах и ирах не была в свободном доступе. Они жили наравне с обычными людьми, но в то же время обособлено от них. Раздельные школы, почти раздельная медицина, ирлиты и иры могли рассчитывать лишь на первую помощь при самых серьезных ранах в любой больнице, а так должны были обращаться к своим врачам, которые занимались лишь «грязнокровными». Даже жениться старались на «своих». Но дети получались все равно разные. У ирлитов мог родиться чистокровный ребенок, которого не брала мутация, а у обычной пары у ребенка пойти осложнения после вакцины. Из-за этого роль воспитания детей взяло на себя общество. Сад, школа, кружки, а потом распределение: или учиться дальше, или работать. У обычных людей было больше возможностей выбора. Тех же кто подвергся мутации почти лишали выбора. Их контролировали всю жизнь. А все из-за страха перед их силой.

Глава 5

Опять не пятерка, а тройка. Полными боевыми единицами, были пятерки, неполными тройки. В пятерки было трое сильных и двое слабых ирлита. В тройки набирали двое сильных, одного в поддержку и не ниже среднего уровня. Вита смотрела на своих напарников и не могла понять по какому принципу сейчас составляют патрули. Ребята вроде были ее ровесниками, но они должны были находиться в глубоком тылу с их уровнем. Когда один из них обрезался своим же клинком, у Виты дар речи пропал. Клинками учили пользоваться ирлитов с одиннадцати лет. У них была регенерация выше, чем у людей, поэтому считалось, что они должны были защищать простых людей.

Два молодых человека были еще и высокого о себе мнения. Всю дорогу они задирали Виту, хвастались, что сегодня они попадут в хроники, как лучшие патрульные. Вита на них старалась не обращать внимания. Она только настороженно смотрела по сторонам. Твари. Целая стая из пяти тварей. Двое взрослых, трое поменьше, молодняк. Тем более опасен. Молодняк не чувствовал боли. Они думали лишь о еде и размножении. Еще минуту назад напарники Виты хвастались, что тварь разорвут голыми руками. Теперь же один просто пропал, убежав в темноту, а второй спрятался за Виту. Она отметила его «храбрый» поступок, но говорить по этому поводу ничего не стала, предпочитая не расходовать понапрасну силу. Силе и так найдется применение.

Вита была инженером. Значит, ей было доступно умение передвигать предметы. Но одно дело работать в специальном шлеме, который усиливает способности и строить из кирпичей дом, другое дело защищаться от тварей в поле.

Она скинула на двух тварей кусок стены, одновременно отбивая клинком нападение третий твари. Вонь, кровь, визг. Крик ее напарника, который звал ее на помощь. Вита обернулась на миг. Тварь кинулась на паренька, пытаясь разорвать ему горло. Вита ее поддела клинком. Тварь рванула в сторону, роняя Виту. Она попыталась удержать клинок, за который потом пришлось бы платить из своего кармана, но он застрял в плотной шкуре. Тварь тащила Виту по камням, воя и рыча. Вита мысленно подцепила булыжник и кинула его в тварь. Та упала на живот. Вита лежала и не могла пошевелиться. Тело болело. От свитера остались грязные лохмотья. У нее не было денег на плотную военную куртку, а в отделение их не выдавали, потому что на всех не хватало. Синяки, ссадины. Вроде переломов не было. Вита заставила себя сесть. Злость. Зачем ей все это? Почему она должна сидеть в грязи, крови и вонючей слизи, к которой нельзя было привыкнуть? Руки зарылись во влажную землю. Она устала. И ей хотелось отдохнуть. А не помирать среди этих развалин под клыками очередной твари. Она не хотела их видеть в своем квадрате, который предстояло зачистить. Не хотела больше воевать. Зато она хотела, чтоб твари были уничтожены. Желание было таким сильным, неконтролируемым. Свалились бы на всех тварей в ее округе камни. Чтоб их придавило, а она спокойно смогла бы доработать свою смену в патруле. Земля задрожала под ее руками. Или ей это показалось? Виту накрыла сильная слабость, а потом она потеряла сознание.

Тяжело было приходить в себя. Реальность давила. Слабость во всем теле, жжение в ранах и боль. Первой ее мыслью было, что зря она не погибла. Не было бы так тяжело. Но она осталась в живых, значит надо было подниматься и идти к штабу. Клинок. Он валялся чуть в стороне воткнутый в тварь. Вита выдернула его. Слабость. Голова кружилась. Вита начала спускаться насыпи, на которую ее затащила тварь. А прожекторы продолжали рваными лучами освещать пространство.

На языке горечь. Земля смешалась с кровью. Гадость. Вита сплюнула на землю. Она не чувствовала опасность. Интуиция молчала, но что-то было не так. Перепроверять интуицию не было сил. Оставалось только идти вперед. Мертвый город. Где-то вдалеке эхо доносило какие-то звуки, но они сливались в неразборчивый шум. Кровь стучала в ушах. Что-то непонятное, непривычное царило вокруг. Мир разделился на две части. Здесь и где-то там, и это там было неопределенное и далекое. Вита поняла, что ее настораживало. Не было слышно воя тварей и их рычания. Обычно, оно всегда разносилось над развалинами.

Парень был жив, хотя в это сложно было поверить. Рука наполовину обглоданная. Лицо все в крови. Вита прошлась по его карманам. Аптечка. Три шприца. Неплохо. И лекарства не первого поколения. Как минимум второго и одно третьего. Она вколола ему три шприца. А с рукой парню придется попрощаться. Обидно, такой молодой и калека, но все-таки жив остался.

— Лучше убей. — прошипел он.

— Обязательно. — взваливая его себе на плечо, ответила Вита.

Адреналин гулял в крови. Его было слишком много. Слишком много силы. Она легко несла парня, помогая себе именно силой. Все-таки она может не только камушками кидаться, но и более крупные предметы поднимать. А раны кровоточили. У нее таких препараторов не было. Вита вообще без лекарств ходила. Все слишком подорожала в последнее время. И жизнь становилась все тяжелее и опаснее.

Темно. Сейчас бы оказаться в кровати, а не бегать по развалинам. Парень скулил, как щенок. Мелкий, маленький щенок. Вот зачем они отправляют на смерть таких щенков? Им дома сидеть надо, а не воевать. Штаб. Вита оставила парня под присмотром штабных крыс. Это были ирлиты такие же слабые, как и паренек, но имеющие хороших родственников. Которые помогли им выбить место в штабе. Вроде бы и воюют, а на самом деле в безопасности. Вита понимала, что кто-то должен составлять патрули, координировать их деятельность, следить за работами по восстановлению стены, но не могла понять, почему так несправедливо распределены роли. Почему одного уровня способности должны погибать, когда другие прячутся за стенами? Интересно, их потом по ночам совесть не мучила?

Хотелось смыть с себя грязь. Но воды в штабе почти не было. Зато для нее нашлась свежая новая футболка. Какой-то предприниматель прислал, в качестве помощи защитникам города. Лучше бы куртки прислал, а не футболки. Вита перевязала раны и начала писать объяснительную. Пять дней назад этого делать не потребовалось. Она не знала кем был Пес и Дарья, но явно не последними людьми, раз по их приказу замяли дело о двух смертях и Вите без разговоров дали больничный. В этот раз пришлось все детально описывать и со следователем разговаривать, который должен был понять не прикончила ли Вита своего напарника. Отпустили Виту через два часа. Хорошо, что автобусы все еще ходили. В последнее время их перевели на круглосуточный режим работы. Рассвет. А еще идти на смену. И никак не отвертеться. Но Вита чувствовала прилив бодрости, хотя чувствовала себя побитой собакой. Странное противоречие.

На заводе удалось умыться. А дальше нудная работа. Однотонная и однообразная, но безопасная, поэтому Вите она нравилась. Круглосуточно работал конвейер, потому что городу нужны были новые материалы для отстройки. С развалин привозили машины с камнями, пластиком и железом. На конвейере их разбирали, а дальше все отправлялось в цеха на переработку. Завод стал местом, где можно было найти подработку или сюда отправляли должников. Много людей было должно государству за различные провинности. Будь то развод, невыплата кредита, причинение вреда по неосторожности. Грабительские штрафы скидывали человека почти на дно без возможности подняться с него, если не работать дополнительно. Но люди не жаловались. В столице была возможность работать на таких вот заводах и производствах. Другие регионы страдали от безработицы.

Дом. Первым делом душ. На этот раз холодный, потому что горячую воду отключили. Вита дрожала под холодными струями, которые обжигали тело. Кровь и грязь стекали с нее бурой водой. А Пес в тот раз, когда лечил ее, не обращал на это внимание. Видимо, привычный к таким вещам. И чего она о нем думает? После душа Вита забежала в комнату. Середина дня. Рита, наверное, на учебе. Это хорошо. Можно будет тихо поспать. Только вначале нужно раны обработать. Одна гноится начала. Гной — это всегда плохо, так же как и яд.

Вита взяла свою аптечку. В основном там были травы. Они были дешевле, чем препараты. Примочки имели похожий эффект, только не такой сильный, как готовое лекарство. Поставив кастрюльку на водяную баню, Вита стала готовить отвар. Кухня изменилась. Вторая плита и холодильник заняли довольно много места. Хорошо, что никого нет. Можно спокойно обработать раны. Вита только сняла теплый кардиган, оставшись в майке и стала обрабатывать рану на плече, когда хлопнула дверь. Она вздохнула. Нужно перебраться в комнату. А там места почти нет. После того как мама перенесла туда свою двуспальную кровать. Шкаф и телевизор, в комнате остался лишь небольшой пяточек. Мама потом хотела потом поменять кровать на диван, но это были лишь планы.

— Больно же! — пробормотала Вита под нос. Когда она хотела взять ковшик, чтоб отнести его в комнату, то случайно задела стенку и обожгла пальцы. На автомате пальцы разжались, и ковшик упал на пол, разливая содержимое отвара по всему полу. Теперь все готовить заново и еще в придачу пол вытирать. Слезы подступили к глазам. Несправедливо.

— Кто там воюет? — опять этот хриплый голос. Пес вошел на кухню. Места сразу стало еще меньше. Какой же он был крупный! Больше на быка походил, чем на пса. — Красота какая.

— Сейчас уберу. — сказала Вита.

— И чем лечимся? — он подцепил пальцами пакет с травами. — Красота.

— Что есть. — почему-то Вите стало стыдно за свой небогатый арсенал лекарств. Она подобрала ковшик и вновь поставила его на водяную баню. Пес ушел в ванную. Оттуда принес тряпку и кинул на пол.

— Этим долго лечиться будешь. — он принес свою аптечку.

— Не надо.

— Почему? — он с интересом посмотрел на Виту.

— Денег нет, чтоб заплатить за лекарства.

— Договоримся. — хмыкнул он, доставая ампулы и шприц.

— Нет.

— Тихо. Помолчи. — он подвинул стул и сел напротив нее. Его лапа накрыла ее плечо. — Где тебя так поцарапало?

— За стеной. — сквозь зубы ответила Вита. Руку обожгло огнем.

— Рассказывай. Как все было.

— Допрос?

— Пока только интересуюсь. — ответил он. Пес. Вроде Игорем звали. Да, Игорь. С серыми холодными глазами. Он вколол ей что-то сильное, потому что Вита почувствовала, как сознание начало уплывать, но боль прошла. Стало легко.

— Обычный патруль с плохо сформированной тройкой. Я там самая сильная была. Представляете такое?

— Плохо, но представляю. — ответил Игорь.

— Они даже защитить себя не могли. А я пыталась отбиться. Но не получилось. А потом злость пришла и желание, чтоб все закончилось. — Вита чувствовала, что ее развязало, но она понимала, что его дальнейшие действия какие-то неправильные. — Не надо меня раздевать.

— Другие раны обработаю.

— Там царапины. Они сами пройдут. — пытаясь бороться с его руками, возразила Вита. Но легко перехватил ее руки и задрал рубашку.

— Тут царапины. — разглядывая ее живот, сказал он. — Уже почти затянулись. А ниже?

Ему ничего не стоило поднять ее со стула и приспустить ее штаны.

— Тут нужно промазать рану. Глубокая царапина.

— Так нельзя.

— Молчи. И чего ты ревешь? Я тебе что-то плохое сделал? Вроде нет. Наоборот, подлечил. А ты реветь решила. — насмешливо сказал он, убирая аптечку. Вите осталось лишь поправить одежду. Кухня зашаталась. Вита начала падать. — Как на тебя лекарство подействовало. Не ела что ли?

— Нет. Не успела.

— Это плохо. — он достал кусок копченного мяса и нарезал его тонкими ломтями. — Ешь давай. Чай поставлю.

— Что-то мне нехорошо.

— Вита, ты с каким уровнем силы?

— Второй. Неполный средний.

— Врешь ведь. Я больше чувствую.

— Не вру. Хотите, посмотрите в документах. — жуя мясо, ответила Вита. Да, это было неправильно, но она слишком устала, чтоб думать о правилах приличия.

— Он мог у тебя повыситься?

— А я откуда знаю? — Вита не собиралась открывать ему правду. На уровни инстинкта, она чувствовала, что этого лучше не делать. Она была высшего уровня, но ведь сила не поддавалась контролю. Поэтому полностью ей пользоваться было нельзя.

— Надо будет проверить.

— Не хочу больше на грань. Одного раза вполне хватило.

— И кто тебя туда сводил?

— Вы. — Вита доела последний кусок и налила воды. — Спасибо, не буду ждать чай. Спать хочу.

Она смогла сделать лишь несколько шагов и начала падать. Просто сползла по стенке.

— Пойдем тебя до кровати доведу. Такая сильная, а такая при этом слабая. Странное сочетание. — услышала она слова Игоря. Хотела спросить, что он имел в виду, но не успела. Темнота. Сон без сновидений поглотил ее.

Глава 6

В отделение Виту встречали кто насмешливо, кто удивленно. Она слышала разговоры за своей спиной, но не могла понять их причину. Может чего-то случилось, а она не была в курсе?

— Ну что, подруга, сегодня одна идешь? — развязано сказал штабной, который распределял патрули.

— Это почему? — спросила Вита.

— После того как ты за вчера зачистила свой квадрат в одиночку, тебе пятерка не нужна. Так начальство решило. Берешь план и бегом выполнять, — откровенно издеваясь, сказал штабной.

— Хватит шутить. Это не смешно. — сказала Вита. Это ведь не могло быть правда. Пусть сейчас и было утро, но одной идти в патруль без прикрытия…

— Сама посмотри. — штабной протянул ей план патруля. На нем был обведен квадрат, который предстояло зачистить. Наверху значилась лишь ее фамилия.

— За что? Это же смерть. — она посмотрела на парня. Видимо в ее взгляде была такая обреченность, что веселость у него пропала.

— Я не знаю кому ты так насолила, но приказ пришел такой. — уже серьезно сказал он. — Если есть знакомые среди начальства, беги к ним. Невыход на смену без уважительной причины штраф в трёхкратном размере средней зарплаты по стране.

— Давай листок. — Вита взяла план и вышла на улицу.

Рядом с отделением царила суета. Стояли машины. Кто-то приезжал, кто-то уезжал. Из серых туч на миг выглянуло солнце. Вита посмотрела на небо, подставляя лицо лучам. Жизнь и смерти. Одним суждено выжить, а другим умереть и никто не знает кому какая приготовлена карта. Значит нечего переживать. Повесив поудобнее клинок, чтоб в случае опасности его легко можно было вытащить, Вита пошла к воротам. Был же шанс, что она сможет пережить и этот день. Если это получится, то она выяснит, за что ей такие милости. Ключевая фраз, если получится. Вита вздохнула, но тут ничего не сделать.

— Вита! — Она сразу узнала этот скрипучий, неприятный голос. Сразу стало не по себе. После вчерашнего встречаться с Игорем было неудобно. Вита ушла ночью, когда все спали, поэтому с ним еще не виделась и не знала, как поведет себя при встрече. Игорь стоял около большой машины. Наверное своей. Больно уж она ему подходила. Такая же массивная и тяжелая, как и его фигура. Он поманил Виту пальцем. На миг она задумалась, стоит ли подходить к нему. В итоге решила, что вреда от этого не будет. К тому же надо было сказать спасибо за помощь.

— Как самочувствие? — спросил он, оглядывая ее своими серыми глазами. Под этим взглядом невольно стало холодно.

— Спасибо, почти все зажило.

— Почти. — пробормотал он, оглядывая площадку перед отделением. Отделение было в каждом районе города. Штабы делали в разрушенной части один на пять квадратов. Там можно было получить подкрепление или получить помощь. — Куда направляешься?

— Вот, — Вита протянула ему листок с планом. Это был порыв, или скорее обида на несправедливость. Игорь посмотрел на листок, потом на Виту. Поджал губы.

— Я могу сходить сегодня с тобой. — сказал он, возвращая ей листок. — Но не за просто так.

— Денег у меня нет. Связей тоже. — устало ответила Вита.

— Со мной работать будешь. — Вита так и не поняла, предложил ли он ей это или утвердил.

— Кем?

— Для того, чтоб кем-то быть, нужно для начала дорасти. — хмыкнул Игорь. — Пока хвостиком походишь. Может и пригодишься для чего-нибудь.

— Вам это не нужно. Тогда зачем?

— Это не твое дело выяснять мои мотивы. Жить хочешь? Тогда согласишься. — он перевел взгляд на Виту.

— Хорошо. Но…

— Условия? — он кажется удивился.

— Я работаю на заводе по шесть часов…

— Это мелочи. Пойдем. — он шел быстрым уверенным шагом. Вита еле за ним успевала.

Около ворот Вита протянула листок с разрешением на выход. Своеобразный пропуск. Из города просто так не выпускали. Для этого нужно было получить специальную визу на выезд. Так пытались бороться с дезертирством, которое участилось в рядах ирлитов. Умирать никому не хотелось, а смерти в последнее время стали чем-то постоянным и обыденным. У Игоря пропуск спрашивать никто не стал. Вита в принципе понимала дежурных у ворот. Игорь мог их одним пальцем переломить, поэтому она тоже побоялась бы с ним связываться.

— Ты раньше в паре работала?

— Не доводилось. — честно ответила Вита. — Обычно в пятерке, наподхвате. Хотя два раза была самой сильной в тройке.

— И кто так тебя поставил? За какие заслуги?

— Я не знаю. Причин убирать меня нет. Может случайно так получилось?

— Один раз — еще поверю в случайность. Два с натяжкой тоже засчитать можно. Три — это уже закономерность. Тебя не удалось убить в слабых тройках, теперь решили наверняка. Понимаешь, что сейчас одна ты не справишься?

— Понимаю.

— И что ты хотела предпринят?

— Постараться выжить. — ответила Вита.

— Как?

— Уповаю на везение. Слева, второй этаж. Мелькнула тень.

— Вижу. Вперед не лезешь. Прикрываешь спину.

У Игоря не было клинков. Его когти заменяли клинки. Пять острозаточенных клинков. Темно-синие, почти черные, они напоминали тонкие острые кинжалы. Мускулы напряглись. Они натянули рубашку и штаны, что висели свободно. Вита видела боевых ирлитов и во время тренировок, и во время боя. Но никто не был таким массивным и явно перекаченным. Даже другие ирлиты из элитных отрядов, которых она видела раньше, не могли похвастаться такой силой. Он и в бою расправлялся с тварями голыми руками. Они не успевали к нему даже подойти. Когти распарывали шкуру насквозь. Вита так и стояла с вынутым клинком и не верила своим глазам. Да он же ее одним щелбаном прибить мог. Невольно стало страшно. А ведь она хотела с такими работать плечом к плечу.

— Только в панику не впадай. Я чувствую твой страх.

— Не впаду.

Они шли по развалинам города, методично очищая одно гнездо тварей за другим. Час, два, три. Вита забыла о времени, наблюдая за этой мясорубкой, в которой почти не участвовала. Они забрались на четвертый этаж полуразрушенного здания. Крыши не было. На кухне стояла кастрюля без крышки, в которую натекла дождевая вода. Игорь убрал когти и вымыл руки. Он огляделся по сторонам.

— Чувствуешь чего-нибудь?

— Нет. — также осматриваясь, ответила Вита.

— Я тоже. Передохнем здесь. — садясь на разделочный стол, который стоял в углу, сказал Игорь. — Иди ко мне.

— Зачем?

— Общаться будем. — ответил он. На лице ни один мускул не дрогнул. — Не бойся.

— Не боюсь. — осторожно подходя к нему, ответила Вита. Она не ожидала, что он притянет ее к себе. Поставив ее боком, он зажал ее бедра своими ногами. Одной рукой он держал ее за плечо, а другой прошелся ладонью по ее спине. Вита замерла. Не сбежать. Хотя она и хотела попытаться, но это было скорее инстинктивное желание. Умом она понимала, что он не даст ей этого сделать.

— Запомни, я не люблю, когда мне врут. Предупреждаю один раз. Я тебе уже сказал, что чувствую твой страх. Так зачем ты меня обманываешь? — спросил он. — Молчишь. Правильно. Не хочешь, сказать что-то лишнее, значит, лучше промолчать. Но я не люблю, когда меня игнорируют. На свои вопросы я хочу получать ответы. Ты меня поняла?

— Поняла.

— Уже лучше. — сказал он, не прекращая ее гладить по спине. Вита чувствовала легкую слабость. От этого стало не по себе. — Будешь умной девочкой, тогда останешься в живых. Я тебя прикрою. Ты мне чем-то нравишься. Может тем, что ты такая вкусная?

— Это вопрос?

— Нет. Я хочу, чтоб ты поняла, что меня можно не опасаться.

— Что-то я в этом сомневаюсь. — тихо сказала Вита.

— Почему ты не на стене, а в патруле? Ты ведь камушки должна переставлять.

— Я не знаю. Ирлиты подневольные люди. Куда поставят, там и стоят. Сами знаете, что мы на свои вопросы не получаем ответов. — она зашаталась, чувствуя, как начали подгибаться колени.

— Значит своих врагов ты не знаешь?

— Я даже не знала, что они у меня есть. — она бы упала, если бы не хватка Игоря, который держал ее крепко. — Хватит.

— Нет. Ты можешь больше мне отдать. Стой спокойно.

— Не могу. Больно.

— Скорее страшно и не привычно. Это не боль. Или ты слишком изнеженная. — хмыкнул Игорь. Он приподнял ее за подбородок. Его губы коснулись ее. Вита дернулась. Страшно. Холодно. Больно. Его губы были словно сделанные изо льда. Такие же холодные, как глаза. — Расслабься.

Она дернулась. Попыталась отвернуться. Он только усилил напор. Огонь прошелся по ее нервам. А с огнем пришла боль. Она скрутила мышцы, заставила на глазах выступить слезы. Вита тихо заскулила.

— Тихо, — прижимая ее к себе и гладя по одеревеневшим мышцам, прошептал Игорь. — А ты у меня, оказывается, с сюрпризом.

Вита не поняла о чем он говорил. Оставшуюся часть патруля, она пробыла как во сне. Еще один день прошел. Она его пережила. Только радости по этому поводу не чувствовала.

Игорь наблюдал за Витой. Интересная девочка. Молодая еще, наивная и доверчивая. Он хорошо чувствовал ее растерянность, которую она не скрывала. Она никакие чувства не скрывала. Открытая. Как на ладони. Давно он с такими не общался. Был один период в его жизни, когда малолетки забавляли. Интересно их было жизни учить.

Потом это надоело. Глупость кажется лишь забавной поначалу. Но потом начинает раздражать. Поэтому он переключился на более умных и зрелых, которые знали на что шли и знали что он от них хотел. Но и это рано или поздно наскучило. Теперь, если он и связывался с женщинами, то чисто по настроению. И с теми, которым заплатил и забыл.

Обычная девочка, пусть и с сюрпризом. Но что он раньше таких не встречал? Встречал. Только эта его интересовала. Его мысли возвращались к ней вновь и вновь. Как будто он встретил кого-то забытого. Из прошлой жизни. Хотя она не походила на Свету, его первую жену. Света была уверенная в себе эффектная женщина. А эта девчонка взглянуть-то неприятно. Красоты никакой. Ростом мелкого, сама какая-то нефигуристая. Только на грудь посмотреть можно, а так, недоразумение. И волосы мышиного цвета с белыми прядками в хвостик крысиный собраны. А ему нравились девицы с пышными волосами. Длинными. Рыженькие или блондиночки. Тут же недоразумение, а не женщина. Она ему определенно не нравилась, а мысли опять о ней, а не о деле. Это неприятно и неправильно.

Понять бы кому эта серая мышка помешать могла? Не из-за способностей же ее убрать хотели? Она конечно выделяется, но не настолько, чтоб за это убивать.

Игорь поставил мясо в духовку. Девчонка достала из морозилки пачку пельменей. Поставила воду для них.

— Ты этой гадостью питаешься?

— На что денег хватает, тем и питаюсь. — ответила Вита. Неуверенно прикусила губу. Хочет о чем-то спросить? Видимо так. И чего боится?

— Мне нужно позвонить бригадиру и сказать когда могу выйти на смену. Они у меня были привязаны к сменам патруля.

— Я тебе сказал, что это мелочи. — после его слов ее глаза сверкнули голубизной. Яркие, красивые, но она тут же взяла себя в руки.

— Для вас это мелочи, а я на эти деньги живу и выплачиваю штрафы.

— Назавтра смену отменишь. Я потом скажу, чтоб тебе отпуск дали. А деньги ты свои получишь. — Игорь заметил, что она кивнула своим мыслям. Потом сосредоточенно стала варить пельмени. Прям как опыты химические проводила.

— Мне завтра во сколько нужно готовой быть? — спросила она.

— К восьми утра.

— Хорошо.

А ела она аккуратно. При этом о чем-то думала. То брови нахмурит, то в тарелку смотри, так вдумчиво, словно хотела там ответы на свои вопросы найти. Игорь почувствовал раздражение. И чего он к ней привязался? Нужно было отвлечься. До ужина еще минут двадцать есть, поэтому он ушел в комнату.

Вита не могла составить полную картинку. Ей не хватало информации. Что случилось вчера? Как им удалось зачистить целый квадрат, когда они потерпели поражение у первого попавшегося гнезда? Это было странно. Кто-то помог, но промолчал? Зачем? Телефонный звонок нарушил тишину квартиры.

Стоило Вите поднять трубку и спросить кто звонит. Так на нее вылился поток грязных слов. Пришлось даже трубку от уха отставить и подождать. Пока на другом конце провода человек выдохнется.

— Я поняла, кем ты меня считаешь, пап. И узнала, что ты мне желаешь. Теперь по существу, чего позвонил? Поругаться? — спокойно спросила Вита.

— Ты… — он видимо набрал в воздухе новую порцию воздуха и разразился очередной порцией ругательств.

— Не успокоишься — я повешу трубку. — предупредила Вита. Только после этого она поняла, что папа обвинил ее в том, что она не смогла защитить какого-то паренька. Потом до нее дошло, что он говорил, про мальчишку, которого она вынесла, после вчерашнего нападения. Этот мальчишка был сыном папиного начальника. Папа обвинил Виту в халатности, бездействии, в том, что это была ее вина. Теперь карьера отца была под угрозой, потому что его начальник мог банально отомстить за сына.

— Надо было самой работать, а не мальчишек подставлять. Решила за их счет выслужиться? Цену себе набивала? — продолжал он.

— Спасибо за твое мнение. Я его услышала. Больше слушать не могу. Знала бы, того парня оставила бы на съедения тварям. — Вита повесила трубку. Она выглядела спокойной, только предметы вокруг поднялись в воздух. Злость. Она заставляла кровь бежать быстрее. Сердце начинало биться чаще. Дыхание сбилось. Как после быстрого бега.

— Какая ты воинственная. — резкий голос. Вита обернулась. Ботинки, что висели в воздухе полетели прямо в Игоря. Он еле успел увернуться. Следом за ними в воздухе перевернулась вешалка. Ее Игорь поймал и поставил на пол. Один шаг и он уже был рядом с Витой. Его лапы сжали ей плечи. Вита почувствовала резкую боль и слабость. — Контролировать себя не училась? Что за истерики?

— Не получается. Спонтанно. — ответила Вита, не разжимая зубов.

— Я только излишки забираю. Зря сопротивляешься. Расслабься. Легче станет. — посоветовал он. Вита начала оседать, но он не дал ей упасть. Прислонил к стене и продолжал удерживать за плечи.

— Не надо больше.

— Я знаю когда остановиться. Как раньше справлялась с излишками?

— Спорт, успокоительные. После семнадцати не было. — Вита была на грани обморока. Перед глазами все плыло. Когда Игорь отпустил ее, она мешком осела на пол.

— В следующий раз просто подойди и попроси. Мне несложно.

Несложно. Он прям сиял. А Вита себя чувствовала так, будто ее вывернули наизнанку. Она дрожала. Слабость, усталость и боль в мышцах просто раздавили ее. С трудом она добралась до кровати, чтоб упасть на нее и забыться беспокойным сном.

Глава 7

Вита проснулась от звонка будильника. Шесть утра. Как ни странно. Но она отдохнула. Вроде после вчерашнего, она должна была с трудом шевелиться. Нет. Как будто неделю отдыхала. Она потянулась и легко соскочила с кровати. Рита еще спала. Мама опять была на смене. Два часа до выхода. Время чтоб и в душ сходить и завтрак приготовить. Можно и новости посмотреть. Нет новости не получится узнать, потому что телевизор в комнате, а это значит придется будить Риту. Пусть лучше отдыхает. Последние классы тоже заставляли трудиться на благо города. Она тоже уставала. Как и все.

А воду так и не дали. Холодная. После ледяного душа, хочется под одеяло забраться и оттуда не вылезать. Но Вита пошла на кухню, чтоб поставить воду для кофе. Из комнаты вышел Игорь. Его серые глаза окатили холодом. Вита поспешила посторониться.

— Кофе пить вредно. — сказал он. — Особенно тебе.

— Зато помогает проснуться и настроиться на нужный лад.

— Дело твое, но он возбуждающе действует на нервную систему. Там провоцирует вспышки вот таких приступов, который был у тебя вчера. Ты говоришь, что сила нестабильна.

— Мне удается ее контролировать. Всегда удавалось. — исправилась Вита.

— В любом случае мне от этого только выгоднее. — он передернул плечами. — Это тебе мучится.

— Отстаньте от моего кофе!

— Мысли не было к нему приставать. — он достал сковороду и вывалил на нее остатки ужина. Потом разбил туда с десяток яиц. — Ты будешь завтракать?

— Нет, спасибо. — жуя горбушку хлеба, ответила Вита.

— Как знаешь. — он поставил сковороду прямо перед ее носом. — Ты в столице давно?

— Шестнадцать лет. Как родители сюда переехали.

— Хорошо, город знаешь. Я его не знаю. Если был здесь, то проездом. — ставя локти на стол, сказал он. — Работала раньше кем?

— При министерстве, вторым инженером градостроения.

— Теплое местечко.

— Теплое для тех, кто умеет из этого выгоду извлекать. Я не умела.

— Хочешь сказать, что денежку в карман не брала? Через тебя шли разрешения для мелких до двух этажей домов.

— Вижу, вы в теме.

— У себя в городе прошел все круги бюрократии, когда получал разрешение на строительства дома. Пока в карман не кинул, разрешение подписывать не хотели. — ответил он.

— А я отказывалась. Будь у меня деньги. То тут бы не сидела. А спокойно выплатила бы долги государству.

— На процветающую особу ты непохожа. — согласился Игорь. — Муж кто был?

— Давид Резаков третий помощник при Совете.

— Чего? Такой же честный?

— О честности я ничего сказать не могу, но ходок по бабам еще тот. — Вита зло сверкнула глазами.

— Сколько с ним прожила?

— Год. Да, я не поняла что он за человек. Слишком сложная личность. Врет, как воду льет. Где правда, а где ложь не угадаешь. Есть еще вопросы? — Вита так это резко сказала, что другой бы на месте Игоря не стал бы дальше ничего спрашивать, но Игорь лишь усмехнулся.

— У меня много вопросов. — ответил он. — человек я неместный. От всех этих дел был далеко. Одно дело когтями махать, а другое — хвостом перед советом крутить. Так что в этом мне твоя помощь пригодится.

— Я никогда задом перед Советом не крутила. Не тот формат.

— Заметил. Там эффектных любят, если судить по телевизору. Странно, что ты до такой должности доросла.

— Ничего странного нет. — Вита посмотрела в сторону окна. Опять серое небо и плохая погода. — Пока одни крутят прелестями перед Советом, другие работают.

— Ясно. Значит ты у нас некрасивая, но умная женщина.

— Была бы умная, не вышла бы замуж. — ответила Вита. — допрос окончен?

— Я должен знать, кого держу у себя за спиной. Поэтому из тебя все душу вытрясу.

— Сколько времени будем работать вместе? — спросила его Вита.

— Пока я не закончу здесь свои дела. — ответил он.

Что это были за дела, Игорь посвящать не стал. После завтрака они поехали в магазин обмундирования. Плотные куртки из синтетического материала, такие же штаны и ботинки красовались на витрине. Вита давно на них смотрела, как пошла в патруль, но каждый предмет стоил как вся ее месячная зарплата. Там же продавались и клинки: длинные, короткие, узкие, широкие, тяжелые, легкие. С различными модификациями в виде шипов или выдвигающихся дополнительных лезвий.

— Нравится? — спросил Игорь, наблюдая за реакцией Виты.

— Этого часто за стеной не хватало.

— Ты ведь небоевая. Коготков у тебя нет. С клинками обращаться умеешь?

— Умею.

— Выбирай по руке железки. Потом одежку. — велел Игорь. Он заметил опять ее неуверенный взгляд. Понятно, что придется выложить немаленькую сумму, чтоб ее одеть. Но и тащиться за стену с ней без защиты он не хотел. Еще понять бы почему?

Раньше его не заботила безопасность батареек. Расходный материал. Их всегда было много. Вот толковых рубак мало. Он больше заботился о ценных единицах своего отряда. Чем вот о таких девчонках и мальчишках, которые приходили с горящими глазами поступать в отряд. Вначале может и было тяжело смотреть, как восторженные физиономии сменяются на ожесточенные или безнадежные. Но потом ему стало все равно. Не он их приглашал в эти отряды, не он призывал отдавать свои жизни, чтоб жили его ребята. Сейчас же он думал о безопасности малявки. Может на гражданке разомлел за столько лет? А малявка сразу за клинки схватилась. Вроде в оружие разбирается. Вопросы по существу задает. Во время боя в истерику не впадает. Может и удастся с ней сработаться. Хотя зачем ему это? Из-за ее силы? Она вчера неплохо его подпитала. Даже не чувствуется, что вчера почти все вылил на эту зачистку квадрата. А было время, когда ему это ничего не стоило. Да, было время, когда и деревья рядом с домом были по колено, а не разрослись размером с лес. И одежка ей подошла. Неплохо так смотрится. Хоть теперь на человека походить стала.

— Разрешение на ношение клинков в городе есть? — спросил продавец.

— Выпиши ей, под мою ответственность. — Игорь показал свои документы. Продавец стал заполнять карточку. Больше никаких вопросов не возникло.

— Спасибо.

— Из карманных денег теперь вычитать буду стоимость снаряжения. — ответил Игорь.

Вита не поняла, шутил он или нет. Но переспрашивать не стала. Клинки приятно успокаивали. Когда в городе в любой момент мог случиться прорыв, это было просто необходимостью.

— Теперь можем ехать на стену. — сказал Игорь.

Вита не возражала, да и неуверена она была, что он услышит ее возражения. Она думала, что они поедут на ту часть стены, которая огораживала развалины от города, но Игорь решил осмотреть как идут работы по починке разрушенной части. Ее строили не торопясь. Всего человек пятнадцать инженеров под охраной боевых ирлитов.

— Это же дети! — возмутилась Вита. — Они отправили чинить стену старшие классы школ. А где строительный отряд?

— Ты меня спрашиваешь?

— Мысли вслух. Что могут настроить школьники? Видите вон ту часть стены? — Вита указала на ошибку. — Я могу кинуть маленький камушек, и там появится дыра. Детали не закреплены надлежащим образом. И это не вина девочки, которая строила этот участок. Она просто не знает, как ее закрепить, потому что это еще не проходила.

— Много таких ошибок?

— Все что они построили можно хоть сейчас сносить и лепить сначала. Я не вижу смысла подвергать детвору опасности, ради такого результата.

— Жалко их?

— Не только. Зачем тратить сейчас людской ресурс, когда он может послужить в дальнейшем? Когда подрастет следующая смена строителей? Столица во время прорыва и так много народу потеряла. — Вита старалась говорить цинично. Она знала, что сопли он не поймет. Тут нужны были доводы и логика. Тогда удастся достучаться. Вита поняла, что он не простой ирлит. Явно при власти или имеет рычаги давления на власть, иначе ему не удалось бы так легко ее снять с патруля и выписать клинки. А детей хотелось отсюда убрать.

— Я тебя понял. — ответил Игорь. — Тебе не кажется странным, что ирлиты с достаточным опытом отправляются в патруль, а те, кто должен дома у юбки материнской сидеть, занимаются взрослой работой?

— Это и так ясно. — сказала Вита. — Только не моего ума дела кто какие принимает решения.

— Осторожная.

— Не хватало еще на меня ярлык вольнодумных взглядов вешать.

— А они есть? Эти взгляды? — подходя к машине, спросил Игорь.

— Когда видишь детей в развалинах, такие взгляды могут в скором времени появиться. — осторожно ответила Вита.

— Ты меня боишься? Или ты всегда правду говоришь?

— Опасаюсь, изучаю, пока стараюсь не врать. Все из чистого самосохранения. У вас лапы слишком большие. Они пугают. — ответила Вита, на минуту задумавшись.

— А когти? — усмехнулся Игорь.

— Про это уж совсем молчу. — ответила Вита.

Пес методично объезжал каждый участок стены. Спрашивал мнение Виты. Она так и не поняла, что он хотел этим добиться и какая у него была должность. Несколько раз их останавливали патрули, но они не задавали лишних вопросов, стоило ему показать свои документы. Вите самой стало любопытно, что же в них написано, но она сдерживала свое любопытство, решив, что узнает все со временем. За стеной они провели до полудня. После этого вернулись в город. Заехали в кафе. Игорь то и дело поглядывал на часы. Словно кого-то ждал.

— Терпеть не могу когда опаздывают. Сейчас развернусь и уеду. Пусть сама меня ищет. — пробормотал он. И посмотрел на Виту. — Ладно, пока вертихвостке нет, то с тобой пообщаемся. Чего плечами пожимаешь? Меня удивляет твоя не многословность. Женщины любят потрещать, а ты больше молчишь.

— Я "трещу" лишь с теми, кого хорошо знаю и кому доверяю.

— Но при этом ты легко рассказываешь о себе.

— Лишь ту информацию, которая есть в моем деле. Все остальное вы можете узнать из других источников. Это в свободном доступе. Так же как и нормативы по строительству стены. Учебник последнего года обучения по профессии инженер. — ответила Вита.

— Все по делу.

— Конечно. — она улыбнулась.

— Ты сейчас встречаешься с кем-нибудь?

— Не думаю, что эта информация вам потребуется в работе. — вздрогнув, ответила Вита, но продолжила улыбаться.

— Потребуется. Мне нужно знать из чьей постели тебя вытаскивать, когда ты мне понадобишься. А это может случиться в любое время.

— Сейчас не то время, чтоб личную жизнь строить.

— А я другие мнения слышал. Говорят, что живем один раз, а завтра может и не наступить.

— Такие выражения в моде. Каждый день может стать последним. Если учесть, что много ирлитов мирных профессий загоняют насильно в патрули, понятно, что им просто страшно. Они не подготовлены морально к этому. Когда идешь в боевые, то там уделяется не только физической подготовки, но и психологически. Мирных ирлитов учат спустя рукава. Да, у них есть подготовка, но в последний раз парень клинком порезался. Своим клинком, когда держал его в руках. И таких отправляют зачищать развалины. По сути, отправляют на убой.

— Я заметил. Еще обратил внимание, что ты довольно профессионально работаешь.

— В самом начале карьеры ездила по разным городам, где твари прорывали защиту. Чинила стены. Строила новые. Так что боевое крещение прошла еще в восемнадцать лет.

— А сейчас тебе сколько?

— Двадцать четыре.

— Молодая и глупая.

— Спасибо за комплимент.

— Это мысли вслух. Пытаюсь понять, что от тебя ожидать. — ответил Игорь. — А вот и пропащая! Опаздываешь.

— Дела задержали. — К ним подсела запыхавшаяся Дарья Журкова, мэр столицы.

— Сказал бы где я видел твои дела, но ругаться не буду. В следующий раз ждать не буду.

— Извини, — она взяла меню. — Хоть здесь готовят не так, как ты, но тоже весьма сносно.

— Смотри, чтоб меня здесь не отравили. — буркнул Игорь. — Мелкая, чаем ты точно не наешься.

— Нет аппетита. — соврала Вита, разглядывая цены.

— Угу, или денег на аппетит. Ей то же, что и мне. Если травиться, то вместе. — велел он официанту.

— Познакомил бы со своей подругой. — Дарья с интересом рассматривала Виту, которая старательно делала вид, что ее здесь нет.

— Помнишь ту девочку, что на днях много шуму наделала? Район в одиночку зачистила? Я решил с ней поближе познакомиться. — хмыкнул Игорь.

— Я думала, ты ее хотел в тюрьму посадить.

— Решил, что полезнее ее под рукой держать.

— За что в тюрьму? За то, что выжила? — не выдержала Вита.

— Район был зачищен так же, как и снесена стена. Не знаю в курсе ты или нет, но стену для начала снесли, поэтому твари и проникли в город. Потом уже диверсия с оружием. Так что вполне логично тебя было посадить в тюрьму под замок, а потом разобраться, что да как. Тем более ты разбираешься во многих вопросах. — ответил Игорь.

— Или не разбираться, а просто про меня забыть.

— Можно устранить, чтоб наверняка. — добавил Игорь. — А можно на границу отправить и убрать тебя там. Под шумок. Кто вас считает, батареек. Расходный материал.

— Зачем вы мне все это говорите? — тяжело сглотнула Вита.

— Отвечаю на вопрос Дарьи. — довольно сказал Игорь. Только в чем была причина его радости? Вита так и не поняла. Принесли обед. Есть расхотелось, но Игорь только посмотрел на нее, как она машинально взялась за вилку. — Так-то лучше. Не известно куда нас с тобой судьба закинет, силы нужны будут в любом случае.

Игорь без прикрас рассказывал, что думает о положение дел в городе. Дарья его слушала, лишь изредка что-то уточняя или оправдываясь. Как поняла из разговора Вита, у Дарьи не получилось найти в чем были просчеты. Она отдавала указания. Их выполняли, приносили отчеты, а в итоге получалось совсем не то что предполагалось. Она уже сама ездила и на стену и решала все важные вопросы лично. Пока она была рядом, все выполнялось, как надо. Стоило ей отвернуться, как начиналось что-то невероятное и абсурдное.

— Я тебе сказал, что разберусь. Вижу, что кто-то палки в колеса ставит, но найти этого чудика пока не удалось. Найдем. Так Вита? Надо же помочь хорошему человеку.

— И что мне будет это стоить? — вздохнула Дарья.

— Как ты меня хорошо знаешь! Даже не по себе становится. — серьезно сказал Игорь.

— Какие требования?

— Девочку отмазать от патрулей и работ. Со мной катается.

— Но под твою ответственность.

— Естественно. — хмыкнул Игорь.

Зато теперь понятно откуда у него такие полномочия. Вита задумалась. Еще оставалось понять, почему он решил ей помочь. Вряд ли ему так нужен был консультант по строительству. Если он ее подозревает, то может думает она выведет его на подельников? Но Вита ни в чем таком не участвовала. Дарья ушла раньше. Не стала дожидаться десерта. Игорь же явно никуда не торопился. Сидел и о чем-то думал.

— Сейчас едешь домой и сидишь там. На улицу даже носа не показываешь. Решишь сбежать, тебя найду — мало не покажется. А я найду. Поняла меня?

— Поняла.

— Вот и молодец. Надеюсь тебе не надо объяснять, что шутить я не люблю. — холодные глаза сверкнули сталью.

— Не надо. Итак вижу. Могу идти? — он лишь кивнул.

Вита чувствовала себя ужасно. Было просто страшно. А на улице светило солнышко, которому удалось пробиться сквозь хмурые тучи. Только Вита не чувствовала его тепла. Холод его глаз преследовал. Она быстро доехала до дому. На кухне мама жарила котлеты.

— Будешь? — спросила она Виту. — На тебе лица нет. Ранена?

— Нет. Просто у меня неприятности. И кажется, большие неприятности.

Глава 8

— И что ты будешь делать? — спросила мама, когда Вита рассказала в чем ее подозревают. Прямых доказательств не было, но столица была почти на военном положение. Разбираться и вести следствие не было времени и не было людей. Поэтому могли запереть в камере, чтоб просто перестраховаться. А там быстро избавиться. Этого Вита и опасалась.

— Не знаю. — Вита смотрела в чашку с чаем. — Я так поняла, что он не считает меня виновной, иначе не стал бы возиться. Но обвинения серьезные.

— Будем надеяться, что никто поспешных выводов делать не будет.

— Другого и не остается.

Хотелось спать. Куда делась утренняя бодрость? Вита забралась под одеяло, но никак не могла согреться. Пришлось доставать кардиган. Из-за того, что денег не хватало, а вещи рвались в патруле часто, Вита почти лишилась своего гардероба. Делать свитер "на выход" домашним она не могла. А кардиган не жалко. Хотя, по-хорошему, его нужно было вернуть. Но он был таким теплым. Жалко было расставаться. Так Вита и не решила расставаться с ним или нет. Просто уснула.

Холодно. Вита никак не могла согреться. Ей снилось, что она зимой бредет по лесу. Ноги утопали в сугробах. Усталость. Глаза закрывались. Она готова была упасть в сугроб и уснуть, но знала, что если уснет, то больше не проснется. Оставалось лишь брести по снежному лесу.

Он чувствовал энергию. Она наполняла все квартиру. Игорь ощущал ее на губах, на волосах, которые стали дыбом. Прям статическое электричество. Он нахмурился. Энергия была вкусная, легкая и сладкая, сложно было отказаться от искушения вобрать ее в себя. Около комнаты ее концентрация усилилась. Стало приторно сладко, как сироп. Он постучал. Дверь открыла женщина. Сонная. Она смотрела на Игоря и явно пыталась вспомнить кто он такой и что от нее хочет.

— Вита что делает?

— Спит. — ответила она, бросив взгляд за спину.

— Дай пройти.

Наверное спросонок, а может испугалась, но женщина возражать по поводу его вторжения не стала. Вита лежала закутавшись в одеяло. Бледная. Дыхание тихое и еле слышное. Она слишком много отдала. Только зачем? Он сел на край кровати и погладил ее по щеке.

— Что вы делаете?

— Думаю, как ее с грани вытащить. Нестабильная энергия. Она почти все отдала воздуху. Тут столько энергии, что у тебя волосы по воздуху плывут, а девчонка умирает. — ответил он. — Ладно, попробую через себя пропустить, что она тут повыкидывала, и ей вернуть.

— Может врача вызвать?

— Не поможет. Это не лечится. — Игорь попытался разбудить Виту, но она не просыпалась. Он посадил ее и обнял за плечи, прижимая к себе. Его когти начали увеличиваться. Он видел, что это напугало женщину.

— Тебя как звать?

— Мария.

— Игорь. Клинки сами вылезли из-за того, что энергии много. А энергии много потому что малышка перестаралась. Часто у нее такое бывает?

— Раньше не было. — ответила Мария.

— Вита говорила, что у нее периодически терялся контроль. Ты в курсе этого? Вижу по лицу, что нет. Почему она промолчала?

— Наверное из-за отца. У него пункт был что все ирлиты и иры — это нелюди. — ответила Мария. — Как-то само получилось, что тема способностей у нас в семье не обсуждалась. Да и для чистокровных эта информация закрыта. Вы же ее в секрете держите.

— Определенный уровень информации доступен родителям, которые хотят знать, что происходит с детьми. Я знаю смешенные семьи, в которых родители разбираются в процессах мутации не хуже самих детей. Но гораздо проще переложить воспитание на плечи государства и школы. Зачем засорять себе голову ненужной информацией?

— Не надо мне читать лекции, как воспитывать детей! — вспылила Мария.

— Даже не собирался.

— Я вызову врача. — не выдержала Мария.

— Глупая ты женщина. Говорю, что не поможет тут врач. Они напридумывали вакцин и сывороток, но к результатам их действия не были готовы. Ты же в медицине работаешь. Знаешь, как такое лечить? Нет, не знаешь.

— У вас же специальные врачи.

— Которых держат на прицеле, чтоб они не открыли ничего нового? Или не улучшили мутацию? Все из-за страха перед силой. Приходиться самим лечиться или помирать. — вспылил Игорь. — Есть у меня одна идея.

Он положил Виту на кровать и ушел к себе в комнату. Когда вернулся, в руках у него была емкость, напоминающая кристалл, размером с ладонь. Он нажал какие-то грани. Появилось три иголки. Резко он приложил кристалл к ладони Виты, вгоняя иголки до упора. Вита дернулась. Из-под кристалла потекли три ручейка крови. Вита дернулась еще раз. На щеках появился румянец. Губы перестали отдавать синевой. Она открыла глаза.

— Подействовало. — довольно сказал Игорь.

— Что случилось?

— Очередной приступ. — он провел ладонью по ее щеке, убирая прядь волос. — Интересно с тобой играться, но больно дорого ты мне обходишься.

Игорь нажал на кристалл, убирая иголки. Вита проследила за его действиями. С каждой минутой ее глаза расширялись.

— "Ведьмины кристаллы," — Вита слышала о них. С их помощью можно было передавать энергию и подпитываться ею. Единственный недостаток этих кристаллов находился в болезненной процедуре закачки энергии. Вита пыталась подзаработать на этом, но не смогла выдержать, чтоб наполнить и один кристалл.

— Угу. Хорошо выручают, когда во время боя уходишь в ноль. Вещь дорогая, но не дороже жизни. Сладкая моя, я на тебя потратил около двухсот пятидесяти тысяч. Осталось понять зачем? Извинение за то, что я тебя за грань сводил? Я даже не помню, когда это было. И слишком дорогое извинение получилось. Ты у меня в должниках. Только не говори, что не надо было помогать и вытаскивать тебя. Жить все хотят, включая и тебя. Так? По глазам вижу, что так. Если эти деньги смогут помочь удлинить жизнь хотя бы на один день, значит, это того стоило. Согласна? — спросил он. Вита молчала. Лишь опустила глаза, соглашаясь с ним. — Но я не меценат. Полежи какое-то время и приди в себя. Резко не вставай. А то может стать плохо.

— Спасибо.

— Пойду ужин готовить. — он поднялся с ее кровати. Не рассчитал и ударился головой о второй ярус. — Этим не люблю двухъярусные кровати. Всегда про второй этаж забываю.

Потирая лоб, он ушел из комнаты. Вита не знала, что думать и делать. Мама о чем-то спрашивает. Принесла аптечку, чтоб обработать руку. Вита же никак не могла понять, почему она переживает. Хотя тут нужно было переживать. Слишком большие деньги. Ей всю жизнь придётся работать, чтоб отдать этот долг, если она не умрет в бою раньше времени. А умирать не хотелось. Тут он был прав. Да, было страшно, опасно и порой противно жить, но интересно.

— Все в порядке, мам. Такое иногда случается. В последнее время такие приступы участились, но это не смертельно. А Игорь только панику поднял. Это все не так страшно, как кажется.

— Тебе все равно нужно показаться врачу.

— Как появится время, так покажусь. — сказала Вита.

— Ты по поводу долга не переживай. Сейчас расплачусь за штрафы и развод, начнем твои выплачивать.

— Спасибо, но не волнуйся. Я решу этот вопрос. Сейчас просто период тяжелый. Дальше легче будет. — сказала Вита. По крайней мере, она на это надеялась. — А долг Игорю отдам при случае. Мы сейчас вместе работаем. Спасу его при случае вот долг и спишется.

Вита заметила, что мама вроде успокоилась. Хотя за двести пятьдесят тысяч придется раз двадцать ему жизнь спасать. Но это все было мелочи. Она добралась до ванной. Холодная вода убрала жар со щек. Все случившиеся заставляло задуматься. До этого у нее не было так часто приступов. Энергия гуляла, бурлила, могла пропасть, а могла вернуться. Но никогда она не была так близко к грани из-за дурной энергии.

— Встала? — Игорь отошел от сковороды, на которой жарил мясо и провел пальцами по щеке Виты. — Не дергайся. Смотрю как твоя энергия поживает. Тактильно лучше ощущается.

— Пока нормально. — наливая воды, ответила Вита.

— Я заметил. Сейчас поужинаем и поедем на стену. Сегодня гон у тварей будет.

— Откуда знаете?

— Чувствую. Первые сыворотки мало чем отличались от тех, что вводили тварям. Так что они, по сути, похожи на нас, а мы на них. Плюс долго на границе жил. Могу сопоставить когда мое волнение имеет такую же природу, что и у тварей. — ответил он.

— Я ничего такого не чувствую.

— Потому что ты малявка. Тебе уже более легкую версию вводили, чем мне. А может способности не пробудились. Ты же небоевая.

— Возможно. — ответила Вита.

— Это еще мало изучено и объяснено. Поэтому может быть все что угодно.

— Спорить не буду.

— Вита, скажи, чем тебе так моя кофта приглянулась?

— Она теплая. Я ее выстираю и отдам.

— Оставь себе, если так нравится. — отмахнулся Игорь. — Но когда я тебя в ней вижу, интересные мысли возникают.

Вита не стала уточнять какие, но кардиган сняла, на всякий случай. Игорь лишь усмехнулся.

Глава 9

Ночью на стене было неуютно. Город освещался фонарями и прожекторами, но все равно неприятный холодок пробегал по спине. Вита смотрела на развалины, все что осталась от большой части города, что включала в себя несколько районов и мечтала оказаться где-нибудь далеко отсюда. Это был беспричинный страх. Ему не было объяснений. Лишь холодок по спине.

Игорь запретил сегодня патрули. Вытащил все штабы за стену. Походу ему поручили защиту города. Вита ходила за ним хвостом, иногда еле поспевая. Он разделил патрули на отряды, отряды на пятерки и теперь разговаривал с главами отрядов. По голосу злился, когда они не понимали, что он от них хочет. Вита отошла в сторону и смотрела за стену. Эта темнота манила, притягивала. Вой, протяжный и заунывный разнесся по территории заглушая собой все. Он парализовал мышцы.

— Страшно? — Игорь поймал ее руку и провел большим пальцем по тыльной стороне.

— Нет. — машинально ответила она.

— Обманываешь. — он царапнул ее руку. — А я тебя предупреждал, что ложь чувствую и не терплю. Даже в мелочах. И не надо на меня так смотреть.

— Хорошо, боюсь. — ответила Вита.

— За стену спуститься хочешь?

— Нет.

— Вот я думаю брать тебя или всё-таки не стоит. Там внизу будет сегодня мясорубка. — сказал Игорь. Он провел пальцем по ее щеке. Скользнул по губам. Вита испуганно замерла. — Чего ты так боишься? Сердце так и выпрыгивает из груди.

— Вас. Боюсь. — выдохнула Вита.

— Так что будем делать, батарейка? Пожалеть тебя?

— Вам решать. — она заставила себя сделать шаг назад.

— Мне? Ладно, видишь в эти три пролета стены? Я даю тебе пять человек. Отвечаешь за стену и за их жизни.

— Я никогда раньше…

— Справишься. Место относительно безопасное. — усмехнулся Игорь. Казалось, что ему ни капли не было страшно. Он подхватил ее и поставил на гору с камнями, которые были приготовлены для защиты. Все равно Вита осталась где-то на полголовы ниже его. Она ухватилась за его руки чтоб не упасть. — Мелкая ты. Целовать тебя неудобно.

Его губы накрыли ее. Вита лишь напряглась. Она боялась его, и в то же время целоваться с ним было приятно. Он же с минуту мял ее губы.

— После боя меня не жди. Домой иди. Пока развлекайся.

Он спустил ее вниз и быстрой походкой пошел прочь. Вита вытерла губы. И что это было? Как это понимать? Но размышлять над мотивами и действиями Игоря у нее не было времени. Твари приближались. Ее пятерка ждала указаний. Двое слабых, двое средних, одна девочка сильная. Не допустить прорыва и выжить. Вроде простая задача, но такая сложная в выполнении.

Тварей было столько, что они напоминали муравейник, в котором муравьи были в хаотичном движение, выли и рычали. В этот раз был какой-то новый вид тварей, которые прыгали на большие расстояния. Они прыгали на середину стены, потом отскакивали от нее. В воздухе совершали кульбит и запрыгивали назад на стену. Плотные панцири покрывали их туловище. Пробить панцирь почти не удавалось. Паника. Ужас. А за стеной был город с мирными жителями. Это заставило забыть о себе. Вита откидывала тварей от стены, снося их вниз с помощью силы. Она представляла, что это камень. Но камни не пружинили и не возвращались назад. В этот момент другие ирлиты из ее пятерки скидывали камни на тварей, что стремились подкопать стену.

— Несите арматуру! — крикнула она. Со всей силы она кинула железяку в тварь. Только так удалось уничтожить одну из десяти, проткнув ее насквозь. Сила. Она заставляла предметы подниматься в воздух, но она была не вечная и имела свойство заканчиваться.

Дурнота. Голова кружится. Все вокруг плывет. Она отошла назад. Все словно замедлилось. Вот Данила, который один раз угощал ее батончиком и домой подвозил, подлетает к очередному “кузнечику”. Клинок проходит между щитками панциря. Парень не успел вытащить клинок и полетел со стены вместе с тварью. Вита действовала инстинктивно. Вита еще в полете, поймала тварь вместе с Данилой, который не опустил клинок, и потащила их назад на стену. Злость. Она устала воевать. Вот бы все эти твари лопнули! Вот взяли и лопнули.

Ей только удалось подтащить Данилу и таракана к стене, как хлопок. Все вокруг забрызгало слизью. Хлопки пошли по всей территории. Атака закончилась. Вита пошатнулась и упала в вонючую слизь.

— Где-то у меня был батончик. Держи. — Данила впихнул ей в рот сладкий батончик, от которого пахло кофе.

— Сейчас легче будет, красавица.

Он сидел рядом с ней и тяжело дышал. Разговоры слились в какой-то неровный гул. Вита не могла поверить, что у нее получилось.

— Я только подумала, чтоб они лопнули. И они лопнули. — тихо сказала она.

— Совпадение. Не бери в голову. Но очень удачное. Подруга, я тебе ужин должен. Ты мне жизнь спасла.

— Ерунда.

— Знаешь, я чуть в штаны не наделал, когда вниз летел. Я в должниках. — ответил Данила. Вита спорить не стала.

Сирена больше не выла. Можно было не спеша идти домой. Отмываться. Вонь стояла такая, что глаза слезились. Энергии батончика хватило как раз чтоб дойти до дома и принять холодный душ, а потом упасть на кровать и забыться тревожным сном.

Проснулась она на следующий день поздно вечером. Над кроватью была прикреплена записка.

“Сегодня выходной. С завтрашнего дня чинишь стену, по своей профессии. Хватит не своим делом заниматься. Игорь.”

У нее был выходной, а она его проспала. В квартире была лишь Рита. Варила макароны.

— Проснулась? Будешь? — спросила Рита, кивая на макароны.

— Не откажусь.

— Вчера чего-то во время гона случилось. Говорят, новое оружие применили.

— Возможно.

— Эта секретная информация? — продолжала допытываться Рита.

— Я честно, не знаю. — ответила Вита.

— Мне после школы предлагают или секретарем в администрацию, или на границу третьем звеном.

— Интересный разброс. И там и там плохо.

— Мне казалось, что в администрации должно быть спокойно.

— Подставить могут в любой момент. Сама не заметишь как это произойдет. Там хитрость нужна. — ответила Вита. — На улице опять дождь?

— Целый день льет как из ведра.

Хлопнула дверь. Тяжелые шаги раздались в коридоре. Вита невольно напряглась. Игорь сразу пошел в комнату. Они Ритой успели уже поужинать и ждали теперь когда закипит чай, когда Игорь появился на кухне. Сразу стало меньше пространства. Он достал яблоко и сел за стол. Вите стало не по себе от его прямого взгляда. Почему-то вспомнился тот поцелуй перед боем, она поспешно отвела глаза.

— Я думал до утра проспишь. — сказал он. Вита лишь пожала плечами. — Рита ведь?

— Да.

— У меня на полке чай стоит. В красной банке. Кинь мне в кружку одну ложку и кипятком залей. — велел он. Напряжение, неловкость. Вита хотела сбежать в комнату, но не могла себя заставить пошевелиться. — Рита, ты у нас чего за ирлит? Как сестренка?

— Нет. Слабое внушение пляс накопитель энергии.

— Еще одна батарейка? Интересно. — Рита только поставила перед ним чай, от которого распространился приятный аромат цветов и фруктов. В этот момент Игорь перехватил ее, заставив подвинуться ближе. — Дай посмотрю на твой уровень.

— Не надо. — попросила Вита.

— Почему? Любопытно же. — с интересом спросил Игорь.

— Не надо ее за грань водить.

— Опять ты про эту грань разговор завела. Когда так говоришь, я себя монстром чувствую. Стандартная процедура. — проворчал он, проводя ладонью по спине Риты. И сразу отталкивая ее. — Какая же ты горькая и кислая! Гадость. Аж плеваться захотелось. Можешь забыть, что ты вообще силу копить можешь. Ее никто не возьмет, разве кто-то с извращенным вкусом. Вот насколько твоя сестра вкусная, настолько ты противная. За чай спасибо. Вита тебе на стену с утра.

Он взял кружку и ушел в комнату. Сестры лишь переглянулись.

— Так ты раньше с ним знакома была?

— В лагере нас проверял.

— Так это когда было!

— А до сих пор остался страх. Вы в этом году поедете в лагерь? — спросила Вита, переводя тему.

— Пока не известно. Мама говорит у них отменили все отпуска. Школьников загрузили занятиями. Тех кто мало-мальски со способностями погнали на руины, хотя вчера это отменили. Хорошо, что до меня еще очередь не дошла на стене дежурить. У нас в классе три человека не вернулись после дежурства. Меня на бумаги посадили.

— Повезло. — согласилась Вита.

Они вернулись в комнату и включили телевизор. Долго щелкали по каналам, пока не наткнулись на романтический фильм. Забравшись к маме на двуспальную кровать, они провели весь вечер за просмотром этого фильма. Иногда Рита вполне могла вести себя по-человечески без споров и выяснения отношений. Или Вита просто не спорила с ней? Она помнила, как только вернулась домой с сумкой вещей. Это было все, что осталось после развода. Рита тогда открыто заявила, что не будет с ней жить в одной комнате. Мама ответила на это, что Рита может переезжать куда угодно, раз ее не устраивает делить комнату вместе с сестрой. Но Виту она никуда прогонять не будет. Тогда и началось, что вещи класть некуда, потому что у Риты все полки забиты и двигать она ничего не будет. Музыку она будет слушать в любое время, даже если Вита спит. Вроде мелкие уколы, но все равно было неприятно. Может трудности так на нее подействовали? В любом случае, Вита только рада была переменам, что сестра начала взрослеть.

Глава 10

Следующие несколько дней выдались спокойными. Вита занималась привычным делом. Строительство ей всегда нравилось. Надел шлем и возводи стену из кубиков-кирпичей. Только скрепляй их нужными способами. Она работала по двенадцать часов, но при этом почти не чувствовала усталости. Даже выспалась за эти пару дней. С Игорем она не пересекалась. Зато ее нашел Данила. И пригласил на ужин. Вита согласилась, к тому же это был ни к чему не обязывающий ужин. Специально договорились встретиться в кафе, чтоб не пришлось переодеваться. По совпадению или потому что это кафе было ближе всего к работе, Данила выбрал то, где Вита встретила не так давно своего бывшего мужа.

Как ни странно, но вечер удался. Они как-то легко нашли общий язык. Разговаривали про новый вид мутантов, о которых было больше слухов, чем достоверной информации. Данила был шофером и телохранителем мэра, поэтому много знал. Но Вита поняла, что это была скорее неофициальная должность. Парень слишком много знал, для своей должности, поэтому, скорее всего, он был доверенным лицом, если не больше. Больно уж ярко у него начинали гореть глаза, когда он упоминал имя Дарьи.

— Давно ты с Псом?

— Он мне помог неделю назад, но с условием, что работаем вместе. Тогда и выхода другого не было. — ответила Вита.

— Только работа? — прямо спросил он.

— Твое какое дело?

— Интересно, почему он так о тебе хлопочет. — выкрутился Данила. Но явно дело было в другом. Она уже не первый раз заметила, что он постоянно смотрит ей за спину и периодически его глаза становились ярче. Вита обернулась.

Игорь и Дарья сидели на другом конце зала и о чем-то мило беседовали. Она смеялась. Игорь тоже улыбался. Вита теперь поняла в чем была причина вопроса Данилы.

— Сочувствую. — Вита посмотрела на Данилу. — Ты только эмоции при себе держи.

— Стараюсь. Порой его убить охота.

— Ты проиграешь.

— Знаю, поэтому и не пытаюсь. — Данила грустно улыбнулся.

— А она знает?

— Нет.

— Почему не расскажешь? — спросила Вита.

— Разница в уровне и возрасте. Сам понимаешь, что у меня шансов нет.

— Тогда вздыхай в сторонке и помалкивай, не строя из себя обиженного. Не смотри на меня так зло. Если бы ты хотя бы попытался и получил твердое нет, то смог бы переключиться. А так, ты все еще надеешься. Скажи, что ты ее любишь.

— Потом работать сложно будет. Если твое пресловутое “нет” получу.

— Я тебе и говорю, сиди, вздыхай и ревнуй. Так ведь проще. — она улыбнулась, заметив злой взгляд, который бросил на нее Данила. — Спасибо за ужин. Я домой пойду.

— Тебя проводить?

— Не надо. Зачем мне мешать тебе ревновать?

— Вита, ты зараза. Только попробуй кому-нибудь растрепать.

— Я сплетни не разношу. — хмыкнула Вита и вышла из кафе.

Теплый летний вечер и не дождливый. Можно было не торопясь пройтись до дома. А мысли вернулись к Игорю и Дарьи. Они смотрелись вместе. Да, она мэр, симпатичная женщина. Не то что Вита. После этой мысли Вита остановилась. О чем она подумала? Нет, это бред. Не нужен ей Пес. Это опасность, это проблемы. Пусть себе спокойно общается со своей подругой. Вите и одной хорошо. Она свернула в небольшой сквер. Что был рядом с домом. Страшно и неприятно. Он ей не нравился. Она его боялась. Тогда почему такие мысли?

Около скамейки растеклась лужа, по которой плавал листок, упавший с дерева. Вита мысленно начала его гонять по воде, как кораблик. Оставив листок в покое, она начала играть с водой. Это успокаивало, отвлекало от ненужных мыслей. В сквере почти не было народу. Время было довольно позднее. Уже все разошлись по домам. Вите тоже надо было последовать их примеру. Завтра очередной рабочий день. Но идти домой не хотелось. И разбираться в причинах почему она предпочитала сидеть на лавочке, вместо того, чтоб видеть сны, Вита не хотела.

— Чего грустим? — его вопрос застал Виту врасплох. Она резко плеснула водой в сторону Игоря. Он ловко отскочил в сторону. Сработала реакция. — Я только спросил, а ты водой брызгаешься.

— Извините. — Вита почувствовала себя неловко.

— Вот возьму и не извиню. — усмехнулся Игорь. Явно он был в хорошем настроении. — Что тогда будешь делать?

— Водой плескаться, пока не извините. — ответила Вита, быстро посмотрев на него и вновь опустив глаза.

— Сильная угроза. — Игорь сел рядом. — Это мне тогда зайцем стать придётся, чтоб все время отскакивать.

— Кто такие зайцы?

— Эх, молодежь. Были такие ушастые и пушистые зверьки на кроликов похожие, которые кору грызли и капусту с огородов тырили. Еще у них зубы вперед выходили. И бегали они быстро.

— Зачем бегали?

— Чтоб их волки не поймали. Кто такие волки тоже не знаешь?

— Не знаю. — покачала головой Вита и невольно улыбнулась. Игорь положил руку на спинку лавочки и закинул ногу на ногу. Большие у него были ботинки. Вита как зачарованная смотрела на них.

— Волки, что наши твари, только больше на зайцев нападали, а не на людей. Хотя, в холодные зимы и на людей нападали. Как так получилось, что ты не в курсе кто у нас обитал до войны?

— У меня не было в программе обучения флоры и фауны. Только разновидности тварей. — ответила Вита.

— А сказки?

— Сокращенная программа по литературе. Лишь основные книги. Я же из боевых ирлитов.

— Ну да, а они долго не живут. Поэтому незачем им мозг ерундой забивать. — хмыкнул Игорь.

— А вы по какой программе учились?

— Довоенной. И на зайцев охотиться ходил, как и на волков. Чего удивленно так смотришь? Я давно живу. И много чего видел, много чего знаю. До войны был бы уже дряхлым дедом, а сейчас еще могу и коготки выпустить. — он выпустил свои когти, которые напоминали добрые клинки. — Страшные?

— Страшные.

— Я тоже так думаю. И режут больно. А я не всегда могу их контролировать, особенно когда рядом такая сладкая девочка. Если я тебя не выпью досуха, то изрежу, чего бы мне делать не хотелось. Я тебя почему-то жалею. Других мне жалко не было. А тебя жалко.

— Зачем вы мне все это говорите? — тихо спросила Вита.

— Держи меня от себя подальше. Если я почувствую, что ты не против оказаться в моей постели, я не буду церемониться. Подомну тебя, а на свою совесть забью большой и толстый гвоздь. — он осторожно подцепил своими когтями ее за подбородок, заставляя повернуться к себе. У Виты даже мысли не возникло сопротивляться. Жизнь была дороже. Она только испуганно смотрела на него, а сердце колотилось в груди. — Но знаешь в чем загвоздка, я ведь захочу, чтоб ты больше никому не принадлежала. Я начну тебя ломать. Тебе это не понравится. Ты будешь слезы лить. А я ведь еще та скотина. Меня девчачьи слезы не трогают. Вот совсем никак. Не топят они холодное сердце. Ты меня в итоге начнешь ненавидеть. И думаешь меня это будет волновать? Не будет. Мне все равно, какие ты будешь испытывать эмоции. Любовь или ненависть — неважно. Мне нравятся сильные эмоции. Я ими как подпитываюсь что ли, как ты вытаскиваешь энергию из пространства, я беру ее от людей. Поэтому обычно в постель себе беру каких-нибудь истеричек, а не пугливых и тихих девочек. Хотя твой страх тоже приятен.

Он провел когтем по ее щеке, заставляя еще больше дрожать. Вита усилием воли заставила себя отстраниться, переборов страх, который сковывал движения.

— Поэтому вы так хорошо чувствуете ложь?

— Возможно. Я не знаю. Но тебя я чувствую очень хорошо. Каждую нотку эмоций. И ревность, и растерянность, страх, желание — интересный такой коктейль. Притягательный. — он с улыбкой смотрел на Виту. — Ты мне нравишься, поэтому я хочу дать тебе шанс. Если не получится тебе от меня уйти, значит судьба. В нее я еще верю, так же как и в господина случая.

— Может нам лучше вместе не работать? Мне уехать?

— Куда ты поедешь? Ты вообще под подозрением. Чего в последний раз с тварями сделала? Думаешь после этого я тебя спокойно по стране отпущу гулять? Выезд из города тебе закрыт. Решишь сбежать — найду. А я тебя найду, просто поверь на слово. Последствия не понравятся.

— Про каких тварей вы говорите? — Вита испуганно сглотнула.

— Во время последнего гона. Кто их полопал? В следующий раз пожелай, чтоб хоть сердце остановилось или там легкие. Из дерьма выбираться противно. На меня такая стая налетела, штук двадцать. И все вдруг лопнули. Я думал захлебнусь в этом дерьме. — он говорил спокойно, чуть насмешливо. Но от этого Вите легче не становилось. Страх перешел в ужас.

— Почему вы решили что это я?

— Ты не ответила на вопросы. — он до крови царапнул ее руку.

— Какие вопросы? — автоматически проводя языком по царапине, спросила Вита.

— Куда ты собралась ехать?

— Мне все равно куда. Есть же распределение. И я неуверена, что я тварей полопала. Может это просто случайность, а вы подозреваете меня.

— От них пахло твоей сладкой энергией. Тут даже вопрос не стоит, кто инициатор этого безобразия.

— Это невозможно! — выпалила Вита.

— У тебя нестабильная энергия. То ты ее отдаешь слишком много, то впитываешь столько же. Чисто в теории ты могла впитать ее с избытком, а потом применить в дело. Так что все реально.

— Но ведь это не доказано!

— Малышка, я могу хоть сейчас дать против тебя показания. — сказал Игорь. — Знаешь что тебя ждет дальше?

— Тюрьма?

— Будешь наполнять Ведьмины контейнеры.

— Только не это. Не надо. — выпалила она.

— Чего ты так испугалась? Я же сказал, что не сдам тебя. И даже озвучил почему, так что не бойся. — он убрал когти и обнял ее за плечи, прижимая к себе. — Не бойся, мелкая, просто ты так остро реагируешь. Не смог отказать себе в слабости тебя попугать.

— Значит это все неправда? — спросила Вита расслабляясь. От него исходила такая аура тепла и уверенности, что все страхи отходили на второй план.

— Правда. Но я озвучивать ее не собирался. Но твои эмоции слишком яркие. — он наклонился к ее губам. Вита не успела возразить. Он держал ее крепко, не давая пошевелиться. Его губы давили на ее, мяли. Когда она почувствовала как он прошелся по ним языком, то попыталась отстраниться, но он не дал ей даже головой повернуть. Вита хотела возразить, но он лишь воспользовался этим углубляя поцелуй. Сопротивляться было бесполезно. Она замерла. Хотя это уже было мало похоже на поцелуй. Он показывал свою власть и силу. Страх и страсть смешались в огненном танце. Вита не заметила, когда оказалась у него на коленях, не заметила, как включилась в эту игру. Он хотел, чтоб она отдавала, и Вита не стала противиться. Она словно растворилась в этом поцелуи.

— И что ты делаешь, глупышка? — прижимая ее к себе, спросил Игорь.

— Не знаю. — выдохнула Вита, пряча лицо у него на груди.

— Я тебе только что говорил, чтоб не поддавалась, а ты тут вся растаяла. — он поцеловал ее в макушку. — Захочешь продолжения — приходи. Но назад дороги не будет. Не отпущу. Пойдем домой, а то поздно.

Вита не запомнила, как они дошли до квартиры, как поднялись на второй этаж. Она вздрогнула, когда он провел ладонью по ее спине, снимая напряжение и избыток энергии. Лишь кивнув, она быстро пошла к себе. Переодеться и спать. Хватит на сегодня приключений.

Только сна не было. Лишь пустота. Она не пугала и казалась вполне естественной. Вита долго думала, что произошло в сквере. Почему она поддалась ему? Только ответа не было. Но она не могла ему сопротивляться. При ее спокойном характере, Вита не была слабой девушкой. Она могла спокойно поставить на место перешедшую определенную черту поклонника, могла постоять за себя. То что она вышла замуж за Давида в двадцать четыре года, будучи невинной, уже о многом говорило. У нее были поклонники которые не обращали внимания на ее внешность. В основном это были ирлиты, сами имевшие недостатки. Но она сразу переводила всех в статус друзей, а потом и вовсе выводила из своей жизни. Ей не нужны были проблемы, связанные с отношениями. Итак в жизни было много проблем, которые приходилось решать. В Давида же она просто влюбилась первой любовью. Он ей казался каким-то совершенным. Красивый, ласковый, его речь лилась медом. Брак с ним должен был принести повышение в должности. Плюсы со всех сторон. Поэтому Вита и согласилась выйти за него замуж. Тогда она не понимала, что такие красавчики не обращают внимания на ошибки генетических экспериментов. Неудачная реакция на введенную сыворотку для увеличения массы подействовала не совсем так как надо, нарушив обмен веществ, который восстановить так и, не удалось. Вита так и не смогла понять, чем она так приглянулась Давиду. Ладно Игорь. Он честно сказал, что его интересуют его эмоции и сила, а не она сама. Осталось лишь понять почему она поддалась ему и почему не было сна, хотя усталость после тяжелого дня была такой сильной, что Вита еле поворачивалась с боку на бок. Уснула Вита лишь под утро.

Глава 11

— Ты просыпаться собираешься? — Рита стащила с нее одеяло. Вита с трудом открыла глаза.

— Который час? — спросила Вита.

— Вставать пора. У тебя будильник десять минут трезвонит, а ты не слышишь. Уже я встала, не выдержала.

— Извини, что разбудила.

— Да ладно, я все равно хотела через пятнадцать минут вставать. — отмахнулась Рита. Она открыла шкаф и начала выбирать что надеть. Вита же смотрела на свою сестру и не узнавала. А где недовольство и ворчание? Рита чуть не цвела, улыбаясь и насвистывая песенку.

Поднявшись, Вита пошла в ванную. Она привыкла, что у нее с Игорем не совпадали графики работы. Обычно он уходил раньше или спал, когда уходила она, поэтому она не ожидала столкнуться с ним в коридоре. Игорь окинул ее холодным взглядом, который не сочетался с насмешливой улыбкой.

— Милая пижамка. Хорошо хоть в цветочек, а не с игрушками.

— Зато теплая. Это не лето, а осень. Я ночью мерзну. — обходя его, ответила Вита.

— Так пришла бы ко мне. Я бы согрел.

— А мне в пижаме тепло. — она улыбнулась ему и ушла умываться.

Когда Вита зашла на кухню, то там вовсю готовил Игорь. На сковороде что-то шипело и скворчало. Рита наводила кофе. Вита поставила ей кружку, чтоб она налила кофе и для нее. Игорь неодобрительно посмотрел на Виту, та лишь пожала плечами.

— У нас приняли решения по поводу лагеря. Отправляют на две недели с завтрашнего дня. — сказала Рита.

— А я и думаю, что такая довольная! Хорошо тебе отдохнуть. — сказала Вита.

— Чем вам так нравятся эти лагеря? — спросил Игорь.

— Свежий воздух, можно поплавать от души, в траве валяться, много свободного времени. Занятия тоже есть, но не такие интенсивные, как в школе. — ответила Вита.

— Новые знакомства, свиданки, танцы. — мечтательно ответила Рита.

— Кому что, — рассмеялась Вита. — Я туда отдыхать ездила. А не романы крутить.

— Какие это романы? Так, игра скорее. Но такая интересная. Я не в том возрасте, чтоб думать о серьезных отношениях. — ответила Рита. Она залпом выпила кофе. — Всем удачного дня.

Она быстро выбежала на улицу, продолжая напевать веселые песенки. Игорь подошел к окну. Чему-то усмехнулся и посмотрел на Виту. Она вопросительно посмотрела на него. Минута, две. Никто и не думал отводить взгляд. Недовольно зашипела на плите сковорода. Вита посмотрела в ту сторону. Игорь выключил плиту.

— Ты через сколько выходишь?

— Через час.

— Тогда успеешь позавтракать.

— Просто кофе попью. Готовить не хочу.

— Я тебя угощу.

— Не надо. — ответила Вита.

— Почему? — раскладывая еду по тарелкам, спросил Игорь.

— Не хочу быть еще больше обязанной.

— Если начнем вспоминать и считать долги, то ты со мной до смерти не расплатишься. — ответил Игорь. Он поймал ее вопросительный взгляд и продолжил. — Хочешь посчитать? Давай вспомним математику. Обмундирование и клинки, долги и штрафы, плюс отмазал тебя от следствия три раза. А ведь это тоже деньги и не малые. Притом что улики против тебя. Так что тарелка каши и котлета тебя обязанной мне больше не сделают.

— Кто ведет следствие?

— Я по поручению нашего мэра. Скажем так, она не доверяет местным, которые уже столько времени не могут найти виновников прорыва.

— И что, сами себе деньги платили, чтоб мне поверили? — Вита не выдержала и рассмеялась.

— Сделку с совестью заключал. А она у меня неподкупная всегда была. Даже не представляешь как я ее убеждал, чтоб она мне поверила. Так что ешь. — он поставил перед ней тарелку с завтраком. Весьма плотным. — Потом неизвестно удастся ли поужинать. Что-то неспокойно в столице. Не нравится мне это.

— Вроде, наоборот, тихо. — ответила Вита. — Никто не возмущается. Как наладили работу на стене, так стало совсем хорошо. Каждый занят своим делом.

— Рад это слышать. Давай договоримся. — он дождался, когда она посмотрит на него. — Если услышишь какие-нибудь подозрительные разговоры, захотят тебя завербовать кто-нибудь куда-нибудь, то ты мне расскажешь об этом.

— Есть такая вероятность?

— Есть. Я сейчас пошуршу палкой в осином гнезде. Это мало кому понравится. Меня захотят заткнуть. Проще всего будет сделать через тебя.

— Почему?

— Потому что для многих уже не секрет, что я к тебе неровно дышу. Пусть так и думают дальше. Когда появляются слабости, то начинают на эти слабости давить.

— Значит все это затевалось ради того, чтоб сделать меня приманкой? — доедая кашу, спросила Вита. Теперь многое в его поведение выглядело логичным. Это начинало успокаивать.

— Поначалу я не хотел тебя подставлять. Но со временем мне эта идея показалась привлекательной. Добавку будешь?

— Нет, спасибо. Было вкусно. — она собрала тарелки и быстро вымыла их. — Если у вас получится все провернуть, что вы задумали, то долги спишутся?

— Спишутся. — согласился Игорь. Он не сводил глаз с Виты.

— Хорошо. Хотя, я так думаю, мое мнение вас не интересует. Вы меня просто решили посвятить в свой план.

— Часть плана, в котором тебе отведена небольшая роль.

— Зато теперь мне стало понятно, для чего были все эти поцелуи. А то я всю голову сломала. — продолжая размышлять, сказала Вита.

— И чего ты надумала?

— Ничего. Не было логичного объяснения.

— Ох, женщина. Искать логику в поцелуях… — он поймал ее за руку и притянул к себе. Вита чуть не потеряла равновесие. — Тут надо наслаждаться, а не логику искать.

Он накрыл ее губы своими губами. Вита не ожидала. От такого напора закружилась голова. Ноги начали подкашиваться. Он прижал ее к своему бедру, придерживая одной рукой. Другой же он забрался к ней под кофту и ласкал грудь. Вита дрожала от возбуждения. Мир для нее сузился до его грубоватых ласк. Игорь отстранился, разглядывая ее лицо.

— Быстро же ты заводишься. Горячая какая, а с виду и не скажешь. Натянутая как струна. Чего отворачиваешься?

— Отпусти.

— Так вроде не держу. Пока еще. — он усмехнулся. — Хочешь закончить, что мы начали?

— Нет.

— Обманываешь, а ведь знаешь, что я это не люблю. — он опять поцеловал ее. Вита не успела ничего понять. Ему рука скользнула по ее бедру. Ему достаточно было лишь коснуться ее, как у Виты перехватило дыхание от разрядки. Она лишь беспомощно вцепилась ему в плечи, боясь, что не выдержит и потеряет равновесие. Игорь вновь посмотрел на нее. — Эмоции у тебя вкусные. Мне нравится. Но врать я тебя отучу.

Он оголил ее бедро и провел глубокую царапину когтем.

— Больно! — Вита испуганно смотрела, как по ноге растекается кровь.

— В следующий раз подумаешь, стоит мне врать или нет. — отпуская ее, сказал Игорь.

Нужно было перевязать ногу. Кровь быстро стекала по ноге, пачкая штаны. Она действовала на автомате. Наложить мазь, перебинтовать, смыть кровь. В голове была странная пустота. Обида? Нет. Скорее непонимание. Почему он сделал хорошо, а потом тут же плохо. И непонимание как на это реагировать. Вот она сейчас выйдет из ванной. Что дальше? Как дальше с ним общаться? Ругаться, обвинять, промолчать?

Хлопнула дверь. Он ушел. Значит проблема решилась сама по себе. Вита вздохнула и вышла из ванной на кухню, чтоб столкнуться с ним. Она буквально влетела лбом в его грудь и чуть не упала. Игорь вовремя успел ее подхватить.

— Как?

— Я уже шел тебя проведать. Больно долго ты возилась.

— Мне показалось ты ушел.

— Это твоя мама пришла. — ответил Игорь.

— Пойду к ней схожу.

— Нет, со мной останешься. — он взял ее за руку и провел на кухню, где посадил на стул. В руки поставил кружку с чаем. — Пей.

— Я…

— И не спорь. — Фруктовый чай. От его аромата кружилась голова. — Ты много энергии потеряла. Сейчас придешь в норму, тогда иди куда хочешь.

— Куда хочу? — переспросила Вита.

— В разумных пределах. — хмыкнул Игорь.

— Вита, ты еще здесь? — на кухню вошла мама. Она кивнула Игорю.

— Рита завтра в лагерь отправляется.

— Я в курсе. Сегодня подпишу разрешение. — ответила она. — Фруктами какими-то приятно пахнет.

— Угощайся. — предложил Игорь. — Мари, мне нужно переговорить с тобой по поводу твоей дочки.

— Что-то случилось? — насторожилась Мария. Вита сидела и смотрела в кружку, старательно изображая, что ее здесь нет. Игорь же насмешливо за ней наблюдал.

— Ты бы с ней провела бы беседу с кем можно встречаться, а кого лучше стороной обходить. Я и сам могу это сделать, но вроде не мое это дело, да и с подростками не умею общий язык находить. Но у меня есть нестерпимое желание начистить пятак, тому пареньку, который около нее крутится. Видел его пятак в сводках привода. — ответил Игорь. — Так что сегодня часов в восемь составишь мне сегодня компанию за ужином?

— Честно, так устала, что мне до кровати бы доползти. Идти никуда не хочу. Может здесь чаю попьем?

— Я здесь и предложил поужинать. На моей территории. Ужин с меня.

— Тогда, хорошо. — согласилась Мария.

— Мелкая, ты в себя пришла? Пойдем я тебя до работы подкину. — сказал Игорь. Вита нашла в себе силы лишь кивнуть. Внутри все переворачивалось. Странное ощущение.

— Вита, ты сегодня вечером дома? — донесся голос Марии с кухни.

— Да мам. В десятом приду. — ответила Вита.

Они с Игорем спустились вниз к его машине. Холодный ветер пробирал до костей. Осень, а не лето. Вита задумчиво смотрела на дорогу. Пустота. Она пугала. Не было эмоций, кроме легкого раздражения.

— Часто ты подавляешь эмоции?

— О чем вы? — не поняла Вита.

— Ты сейчас подавляешь эмоцию. В данном случае ревность. Часто ты так делаешь?

— Не знаю. Наверное неосознанно. Я не люблю сильные эмоции. Мне нравится спокойствие, а не бури.

— А я думал будешь отрицать, что не ревнуешь.

— Я только сейчас поняла, чем вызвано раздражение. А вы когти выпускаете при любом намеки на ложь, даже в пустяках. — спокойно сказала Вита.

— Быстро учишься.

— Я только одного не могу понять, зачем сегодня было ко мне лезть? Мы ведь не на улице были. Доказывать мне ничего не надо. Я не спорила, не подрывала авторитет и все такое. И так я стараюсь быть тише воды ниже травы. Зачем нужно было все это?

— О как! Да ты вон как стараешься не возникать. Почему?

— Потому что я вас боюсь. Вы меня щелчком прибить можете.

— Логично. Мелкая, раз ты такая умная, то ведь можешь допустить, что мне просто нравишься?

— Наверное могу. Приехали. Спасибо, что подвезли.

— Иди сюда. — он наклонился к ее губам и быстро поцеловал.

— Как думаешь, окажешься ты сегодня у меня в кровати или нет?

— Время покажет. — Вита поспешно выскользнула из машины. Почему-то ее всю трясло.

Глава 12

Ей стало плохо в середине дня. Она продолжала работать, не обращая внимание на слабость. Во рту была сухость. Голова кружилась. Но при этом Вита не чувствовала упадка сил. Она продолжала активно работать, лепя из кирпичей стену. Потом все же не выдержала и решила сделать перерыв. Как назло, светило солнце. Из-за него нагревался шлем. Болела голова. Перед глазами плясали черные точки.

— Вита! Не верю своим глазам. — к ней подошел какой-то мужчина. Вита старалась его вспомнить, но никак не могла. — Не узнаешь?

— Нет. — ответила она, проводя ладонью по лбу. Как же болела голова!

— Мы с тобой вместе в лагере отдыхали десять лет назад.

— Ничего себе! Конечно, я вас не помню, к тому же я плохо лица запоминаю. — присвистнула Вита.

— А я тебя запомнил. Даже одно время во сне мне снилась. Да постеснялся подойти. Меня Арик зовут.

— Все равно не помню. — пожала плечами Вита.

— Но сейчас я тебя не упущу. Давай встретимся завтра?

— Встретимся? Хорошо. Завтра в кафе, что в двух домах отсюда. “Пятый звонок”.

— Договорились. Тогда в восемь часов. Посидим, лагерь вспомним. Познакомимся.

— Хорошо. — Вита выдавила слабую улыбку, но он ей поверил. Вот и человек, про которого говорил Игорь. Только плохо. Дурнота не проходила.

Игорь подъехал к стене. Вроде и нечего ему было здесь делать. Так мимо проезжал, но решил заехать и посмотреть, как у малявки дела. Предчувствие. Оно не поддавалось логике, но не раз его выручало. Взгляд зацепил Дарью. Заодно можно и с ней переговорить. Все логично. А глаза ищут мелкую. Вон она, работает. Что-то не так. Только что?

— Она тебя зацепила. — проследив за его взглядом, сказала Дарья.

— Угу, даже не скрываю. — ответил Игорь.

— Работает неплохо. Проблем с ней нет.

— Удивился, если бы были. Она тихая.

— Я бы так не сказала. Тут ребят строит. Споры решает. Драка была, так она всех раскидала в разные стороны с помощью силы и пригрозила задир в стену вместо кирпичей вмонтировать. Ей поверили, теперь стороной обходят.

— По ней не скажешь.

— Первое впечатление часто бывает обманчивым. Сам же знаешь.

— Знаю. А это мне уже не нравится. — он заметил, как Вита покачнулась и упала. Оказаться около нее не составило труда. Он разогнал всех, кто подошел к ней. Провел ладонью по груди. — Ты почти в ноль ушла, дуреха.

Вита его не слышала, находясь в глубоком обмороке. Игорь попытался накачать ее своей силой, но она ее не принимала. Он достал Ведьмин кристалл и воткнул ей в ладонь. Вита лишь дернулась. Но он все равно чувствовал, как из нее уходила сила. Она отказывалась задерживаться в ее теле.

— Ее в мед центр надо, чтоб обследовали. Я не понимаю, что с ней происходит. — сказал он бригадиру.

— Вызвать машину?

— На своей отвезу. Быстрее будет. — Игорь поднял ее на руки и понес к машине.

Мед центр. Виту сразу положили в палату. Игорь остался ждать вердикта. Было не по себе. Он чувствовал себя беспомощным в данной ситуации. По логике у нее сегодня должен быть приток энергии. А она в минусе. И его не воспринимает.

Доктор появился через час. Невысокий седой человек без каких-то признаков мутации. Он с серьезным и немного высокомерным видом начал объяснять Игорю, то и дело скатываясь до медицинских терминов. Игорь не понял ни слова. Он едва сдерживал себя, чтоб не схватить доктора и не встряхнуть его, чтоб тот смог сказать, что с малявкой. Но доктор продолжал разглагольствования. Игорь уже еле сдерживал себя, когда к доктору подошел молодой человек, видимо помощник и сказал, что его куда-то вызывают. Молодой человек посмотрел на Игоря, блеснув яркими глазами. Ирлит.

— Пойдем я тебе все расскажу и объясню, но не здесь, а где-нибудь в кафе. Заодно и пообедаем. — предложил он.

Информация, которой не нужно быть услышанной другими? Вполне возможно. Игорь не стал спорить. Медицина для иров и ирлитов была развита плохо, и развивать ее дальше никто не собирался, считая, что им и так повезло. Сила и способности должны были компенсировать лечение. Люди боялись, что медицина и новые эксперименты сделают только сильнее грязнокровок. Поэтому приходилось лечить себя самим, лишь изредка обращаясь в мед центры.

— Твоя подруга умирает. Мы попробовали остановить потерю энергии, но она не среагировала. Я так понимаю у нее не стабильно это все происходит?

— В последний раз удалось вернуть с помощью кристалла. Ее вечно качает то в плюс, то в минус.

— До утра она откинется.

— Варианты? Не просто так же ты меня пообедать позвал.

— Варианты всегда есть, главное в цене договорится. — ответил парень. Он достал ручку и нарисовал на бумаге цифру. — Это если ее энергию закрыть на тебе. Короче, ты будешь чувствовать когда ей плохо и перекрывать каналы или, наоборот, открывать, чтоб скинуть излишек.

— Знаю такую вещь. Ты о побочках не сказал.

— Не успел. Но раз знаешь, то не будем тратить время. Согласен?

— Ты говорил, что у тебя несколько вариантов. Кстати, Игорь.

— Лешик. — он кивнул, дожевывая бутерброд. — Второй стоит дороже.

— Я столько за комнату в этом городе отдал! — возмутился Игорь, разглядывая бумажку.

— Мне за работу отсюда уйдет лишь десять процентов, остальное материалы. Сам понимаешь, что черный рынок.

— Хорошо, допустим.

— Это будет браслет, чтоб контролировать энергию вместо тебя. Так твоя подруга сможет спокойно жить и работать не будучи привязанной к тебе.

Игорь задумался. Слишком большая сумма. Она у него была, но стоило ли это все, ради малявки? Сегодня одна, завтра другая. И так ведь много денег на нее спустил. А отдача? Да он даже с ней не переспал. Она ему никто. Ни родственница, ни подруга. Соседская девчонка.

— Первый вариант.

— Дело твое. — пожал плечами Лешик.

— Мы делали по старинке. Ломали их и все.

— Слышал о таком методе. Тут я чип предлагаю поставить. Это меньше времени на адаптацию займет.

— Я так и понял, что предложишь чего-то из технологий, иначе не стал бы запрашивать такую сумму. — хмыкнул Игорь.

— У меня сегодня смена до девяти вечера. В десятом часу заберешь ее из мед центра и приедешь по этому адресу. Деньги наличкой.

На том они и расстались. Такое часто было. Если нужна была срочная операция, или нужно было что-то вылечить, то искали ирлита, который увлекался медициной и наукой. И никто никого не сдавал. Все были в одной лодке.

Жженее в позвоночнике, в области шеи. Сильная боль. На глазах выступили слезы, а потом мышцы начало разрывать от переполнявшей их энергии.

— Ты потише не можешь? — услышала она незнакомый голос.

— Она сама меня высасывает. — пробормотал Игорь.

— Так не поддавайся. Или потом тебя с грани тянуть придется.

— Не дождешься, я свое назад возьму. Пусть только это чудо в себя придет. — ответил Игорь.

— Она уже пришла.

— Ну-ка. И верно, глаза открыла. — Вита увидела Игоря.

Он был без рубашки. Мышцы вздуты. Но когти не выпущены. Плечо почему-то пульсировало красноватым светом, по нему стекала струйка крови от свежего пореза. Игорь присел на корточки, потому что его лицо оказалось на одном уровне с ее. Серые глаза пугали. Он же внимательно разглядывал каждую ее черточку лица. Вита не понимала, что происходит. Боль в теле мешала сосредоточиться. Она облизала языком пересохшие губы, чем вызвала усмешку со стороны Игоря.

— Губки у тебя, прям мечта. С этим я согласен. А все остальное средненькое. Ничего выдающегося не вижу. — он провел пальцами по ее щеке, спустился к шее, плечу.

— Где моя одежда? — тихо спросила Вита.

— Точно ожила. — губы Игоря расплылись в улыбке, только глаза также внимательно наблюдали за ней. — А тебе нужны эти тряпки?

— На мне был костюм. Он дорогой. — Вита попыталась встать, но закружилась голова и она упала назад на стол, где лежала.

— Какая же ты слабая. — Игорь помог ей сесть и продолжил держать за плечи, чтоб она не упала.

— Голова кружится.

— Такое возможно. Пока… — начал молодой человек, но Игорь его прервал.

— Помолчи. Без тебя разберемся. Дай лучше полотенце или лучше два. — велел он. В него полетели две тряпки.

— Пойдет? — спросил парень.

— Нормально.

— Душевая напротив комнаты.

— Не боись, найдем. Тут все равно вариантов немного. Квартира как бы однокомнатная.

— Один пациент в шкаф забрел, поэтому лучше предупредить, чем вытаскивать оттуда. — молодой человек достал ведро и тряпку. Игорь одну тряпку повесил себе на шею, а второй обернул Виту.

— Зачем? — спросила Вита.

— Ты вся в крови и не только в ней. Мы тебя клепали без катетеров. А человек такое существо, любит помирать, хм, в облегченном виде. Тебя еще и вырвало заодно.

— Я ничего не чувствую.

— Вернется все со временем. — он донес ее до душевой. — Стоять можешь? Держись за стену. Вот так, молодец.

Вита даже не могла обернуться. Она еле стояла. Ноги дрожали. Слабость. Она почти потеряла сознание, когда ее стал придерживать Игорь. Сразу стало легче.

— Это абсурдно. — пробормотала она.

— Что тебе кажется абсурдным? — спросил Игорь, намыливая ей голову.

— Вся ситуация.

— Я смирился. Так что советую поступить также и тебе.

— Падаю. — она схватилась за его руку, чтоб не свалиться вниз.

— Я тебе не дам упасть. Не бойся. — он вздохнул. — А вода холодная. Но нам это сейчас нужно.

Все казалось страшным сном. Вита и представить себе не могла, что она будет с ним мыться в одном душе. Не думала, что ей придется принимать от него помощь в самых элементарных вещах. Она была очень слабой. В голове туман. Ноги болели.

— Закрыть бы глаза и не просыпаться. Чтоб не видеть этого кошмара.

— Это я по-твоему кошмар? Могу и обидеться. — сказал Игорь.

— Извините. Я…

— Теперь ты на человека похожа. — Надев на нее кофту и штаны, он посмотрел на Виту. — Домой?

— Домой. — согласилась она.

— Тогда бери кулек с твоими вещами и поедем. — он протянул ей вещи.

— А клинки?

— У меня в машине. — поднимая ее на руки, сказал Игорь. — Лешик, дверь закрывай.

— Если будут проблемы, ты знаешь где меня искать. — на прощание сказал он.

Игорь не стал отвечать. Он спустился по лестнице вниз. Вита прижалась к нему. Казалось, что спит, но нет, просто настороженно замерла. А на улице бушевала непогода. Ветер швырял листву, дождь бил крупными каплями.

— Какой сегодня день?

— Еще сегодняшний. Тебе стало плохо. Я отвез тебя в мед центр, но там помочь не смогли. Пришлось обходить закон. Лечили тебя не совсем легально.

— Значит, еще день не закончился.

— Он подходит к концу.

— У меня завтра вечером свидание с влюбленным в меня с самого детства поклонником. Я его не помню. У меня плохая память на лица. Думаю это тот, о ком вы меня предупреждали.

— Возможно. — Игорь посмотрел на нее и вновь вернулся к дороге. — Пойдешь одна. К тому времени ты должна будешь уже восстановиться.

— Это будет хорошо. Что со мной произошло?

— Опять скачок энергии.

— Ясно. — она больше не задавала вопросов. Смотрела в окно, по которому стучали капли дождя.

— Спать со мной сегодня будешь.

— Почему? — она вздрогнула.

— Мне так проще будет контролировать твою нестабильность. — Игорь сам не узнавал себя. Он ей сказал неполную правду. Не мог сказать, как обстоят дела на самом деле. Это начинало его злить.

До квартиры ему пришлось ее нести. Он сразу пошел в комнату. Посадил ее на стул и стал раскладывать диван. Вита смотрела за его действиями. Она не ожидала, что он вытряхнет ее из одежды и закинет к стенке дивана. Оставалось лишь накрыться одеялом. Он ушел. Вернулся через пару минут и протянул ей стакан с компотом. Дождался когда она напьется, поставил стакан на стол и лег рядом. Она не заметила, когда он разделся. Его обнаженное тело было горячим. Вита невольно прижалась к нему, пытаясь согреться. С другой стороны, ей было страшно. Игорь прижал ее к себе.

— Спи. Сегодня был тяжелый день. Будем надеяться, что завтра будет легче. — сказал он. Видимо его выключило. Вита последовала его примеру, отложив все вопросы до завтра.

Глава 13

Вита проснулась оттого, что ее кто-то гладил. Тяжелые прикосновения огнем обжигали кожу. Она поспешно открыла глаза и вздрогнула, столкнувшись со взглядом Игоря. Он внимательно наблюдал за ней. Его пальцы лениво проходились по ее плечу, спускались к бедрам.

— Не надо. — попросила она.

— Я учту твои пожелания. — ответил Игорь. — А ты учти мои. Я не хочу, чтоб ты повторила то, что сделала вчера. Чувствуешь, что стало плохо, прекрати работу. Если я рядом, скажи мне. Обязательно скажи мне. Поняла?

— Да. — Вита тяжело сглотнула.

— Что ты сейчас чувствуешь? — спросил он, продолжая пальцами разгуливать по ее телу.

— Слишком много ощущений. — еле ответила Вита. — Хватит!

— Нет. Приказывать ты мне точно не будешь. — прошептал он. Пощечина. Вита дернулась, попыталась подняться, но он удержал ее, положив руку на грудь. — Лежать. Я тебя не отпускал. Злишься? Глаза горят.

— Отпусти меня! — прошипела Вита. Он надавил когтем, оставляя царапину. Вита испуганно замерла. — Что ты делаешь?

— Хочу получить ответы на свои вопросы. Так что ты чувствуешь?

— Страх. — подумав, ответила Вита.

— Еще.

— Боль.

— Мне из тебя все клещами тянуть? Малявка, у меня еще дел много.

— Не знаю.

— Думай быстрее. — его пальцы надавили на грудь, живот, спустились ниже.

— Неприятно, отчаяние, беспомощность, возбуждение. — быстро перечислила Вита.

— Уже лучше. Идем дальше. Какие ощущения испытываешь? — поглаживая ее кожу, спросил он.

— Жар. Еще щекотно. — Вита закрыла глаза. Стыдно, больно и неприятно.

— Запомни это ощущение. У тебя сейчас всплеск энергии. Ты ее активно собираешь. Видимо от испуга, считая, что я представляю для тебя опасность. — довольно сказал Игорь.

— Так оно и есть.

— Даже думать так не смей! — он поцарапал ее плечо. — Сейчас только я держу тебя на этом свете. Помру я, это случится и с тобой. Никто тебя так тянуть, как я не станет.

— Что все это значит?

— Поменьше вопросов задавай. Сейчас у тебя заболят мышцы, потому что они не приспособлены к такому количеству энергии. Тебя начнет разрывать изнутри. Попроси, и я сниму напряжение.

Он убрал свою руку, продолжив наблюдать за ней. Ее лицо исказилось в гримасе. Тело дернулось. Вита стиснула зубы, чтоб не закричать от сведенных мышц. Еще никогда с ней такого не было.

— Пожалуйста, — процедила она.

— Есть три варианта. Первый — это Ведьмины кристаллы. Хороший способ, чтоб скинуть излишки.

— Нет.

— Второй, более мягкий. Авансом, но тогда ты сегодня ко мне ночью придешь и отдашь с лихвой. Ну, а третий, я заберу все лишнее без лирики.

— Третий. — только и смогла ответить Вита, чувствуя, как от напряжения стекает пот по вискам.

— Как скажешь. — он зажал ей рот ладонью и нажал на основание шеи со стороны спины. Вита почувствовала, что летит в пропасть. Все продолжалось пару минут, но они показались вечностью. Она лежала вся мокрая от выступившего пота. Рот заполняла кровь. — Не шевелись, а то порежу. Какая ты кусачая. Зубки у тебя острые, раз мою ладонь прокусила. Кстати, зубки можно и разжать, а ранку зализать, пока я тут свои когти убираю. Чего отказываешься? Вот из принципа буду тебе рот зажимать, пока рана не затянется. Так что устраняя последствия своих зубов.

Он ослабил хватку, но ладонь не убрал. Вместо этого перекатился на спину, а ее к себе на грудь положил, поглаживая по спине. Вита дернулась, но он держал ее крепко.

— Ты не прыгай, а то я найду применение твоему рвению. Хоть я предпочитаю сам сверху, но для тебя сделаю исключение. Тем более ты так скачешь. — сказал он. Вита тут же замерла. — Не торопись, все у нас с тобой будет. Чего головой машешь? Еще и мычишь? Я тебе сказал, пока раны не залижешь — не уберу руку. Так что не упрямься. А глазки у тебя злые. Еще раз укусишь — спину порву. Если многое тебе прощаю — это не означает, что мне надо на шею садиться. Другой на твоем месте вот за такие выкрутасы так бы врезал, чтоб точно все желание отбило на меня свою пасть раскрывать.

Вита начала дрожать. Тело покрылось мелким потом. В комнате же было довольно прохладно. Он упрямо смотрел на нее. Вита чувствовала, как кровь наполнила рот, как стекает по ее губам, потому что она не хотела ее сглатывать. Надо же было так глубоко прокусить ему ладонь. Она вздохнула и провела языком по укусу. Злость вспыхнула свечою. Да, пусть подавится! Игорь начал кашлять. Он ее отшвырнул от себя на пол с такой силой, что у Виты вышибло дух. Игорь продолжал кашлять. Несмотря на это он схватил ее за шею и поднял над полом. Вита начала задыхаться.

— Подохну я — тебя с собой заберу. — прерываясь на кашель, прорычал Игорь.

— Ошибка! — Вита начала задыхаться. На грани сознания пролетела мысль, что она не хотела смерти Игоря.

Он перестал кашлять. Разжал руку. Вита кулем упала на пол. Они оба тяжело дышали. Игорь сел на диван и хмуро посмотрел на Виту.

— Иди сюда, пока у меня, и вправду, не появилось желание от тебя избавиться. — сказал он. Вита попыталась подняться, но упала на пол. Ее трясло в ознобе. Он легко поднял ее с пола и посадил к себе на колени, укутав одеялом. — Дуреха, думай, что ты желаешь. Опасная и сладкая. Жуткое в тебе сочетание. Видимо, как я и предполагал, ты можешь управлять энергией. Но все это носит спонтанный характер, когда ты на сильных эмоциях. Эмоции в свою очередь вызывают всплеск энергии. Вот такая вот цепочка. А я почему-то в тебе много эмоций вызываю. Но это ничего, разберемся, как твоими талантами управлять. Или ты предпочитаешь, чтоб я тебя на опыты отправил?

— Не надо опытов. — слабо сказала Вита.

— Я тоже так думаю. Сами справимся. Только не смей мне больше желать зла. Разозлюсь. А в гневе я страшный. Договорились? — спросил он. Вита лишь кивнула. — Раз так, то думаю нам пора подкрепиться.

Вещи на стуле. Иди умывайся, а то у тебя вид больно жуткий. А я пойду что-нибудь вкусное приготовлю.

Он пересадил ее на диван и поцеловал в висок. Словно ничего не было. Как будто он не пытался ее задушить. Вита чувствовала себя опустошенной. Это не было упадком сил, скорее пустота и дрожь, которая не проходила.

— Похоже я переработала, как вчера. — устало сказала она. — Такое же ощущение. Слишком много взял.

— Сейчас верну. — он подошел к ней и провел по ее волосам ладонью. Вита почувствовала, как возвращается тепло. Ласковое и обволакивающее, оно отгоняло дрожь. — Лучше?

— Да.

— Всегда говори, если что-то не так. Я могу увлечься и взять лишка. А тебе плохо будет. — он ушел на кухню.

И откуда такие вещи. Штаны ей были велики, как и рубашка, но не настолько, чтоб в них утопать. Но не ходить же по квартире голой. Пришлось надевать, что было. Вита ушла в ванную. Даже душ приняла. Холодный и неприятный, но после него стало легче. На кухне ее уже ждал Игорь, который разговаривал о чем-то с ее мамой. Стоило ей сесть, как Игорь подвинул тарелку с яичницей и кружку с чаем.

— Ешь.

— Спасибо. — ответила Вита, хотя чувствовала себя неуютно от такого внимания.

— А я и не знала, что ты дома. — Мария, прищурившись, посмотрела на дочь.

— Она у меня спала. Вчера сбой был. — спокойно сказал Игорь. — Пришлось опять за энергией следить.

— Ну, ну. — хмыкнула Мария.

— Хмыкай, не хмыкай. Ей не шестнадцать и даже не восемнадцать. Сама вправе принимать решения к кому в кровать ложится. — сказал он. Вита молчала, только вилка в ее руках начала сгибаться и завязываться узлом. Игорь накрыл ее руку своей ладонью. — Успокойся. Не надо так остро реагировать на слова. Держи себя в руках.

— Обычно у меня это легко выходило. — Вита посмотрела на него.

— Я это уже понял. — усмехнулся Игорь. — Ладно, я поеду. Сиди дома и никуда не уходи. Когда у тебя свидание?

— В восемь вечера.

— К этому времени я точно вернусь. Планирую в обед, но может и задержусь немного. Но без меня в любом случае не уходи. Договорились?

— Хорошо.

— Тогда подойди ко мне и поцелуй. — сказал он.

— Не буду. — сверкнув глазами, ответила Вита.

— Могу я и подойти, но наклоняться неудобно. Больно ты ростом не вышла.

— Скорее наоборот. — пробормотала Вита.

— За языком следи. — пригрозил он. — Так и будем полдня спорить?

— Нет.

— Какая молодец, тогда иди сюда. — Игорь потянул ее за руку, заставляя подняться и подойти к нему.

— Нет.

— Я ведь тебя все равно переспорю. — почти ласково сказал он. — Поэтому давай не будем терять время. А я пока с тебя излишки сниму.

Он провел рукой по спине. Вита понимала, что спорить с ним бесполезно. Она вздохнула и поцеловала его в щеку. Игорь вопросительно посмотрел на нее и покачал головой. Она вспыхнула. Отпускать он ее явно не собирался. А устраивать сцену глупо. Но на глазах у матери целоваться с ним! Стыдоба. Но не отвяжется. Упрямый. Только зачем ему все это? Что за игра такая? Пришлось целовать его, чтоб побыстрее забыть об этой неприятной ситуации.

— Вот так. И стоило со мной спорить?

— Наверное. — неопределенно ответила Вита.

— Все, не скучай. — он еще раз поцеловал ее и ушел. Вита же подошла к окну. Много мыслей. Много о чем нужно подумать.

— Вита.

— Я не знаю, мам. Ничего не знаю. Посмотри, у меня есть что-то на спине? — Вита немного оголила плечи, приспустив кофту.

— Синие пятно, от которого идут во все стороны что-то похожее на отростки. — ответила Мария. — Что это?

— Наверное через эту штуку он и контролирует мою силу. — Вита сразу застегнула кофту. Она прислонилась лбом к холодному стеклу.

— Ты сама не знаешь?

— Нет, так же как и не знаю хорошо это или плохо. — ответила Вита.

— Что-то мне это все не нравится.

— Надеюсь время все по своим полкам расставит. Но пока остается лишь ждать и наблюдать.

— Мы вчера с ним долго разговаривали, но про тебя он ничего не говорил. В основном про Риту расспрашивал. Я уже подумала, что он на нее глаз положил.

— Нет, она его не интересует. Ему моя сила нужна. Как я поняла, из-за возраста, он не может так же долго драться, как раньше. Иначе ему не пришлось бы носить с собой Ведьмин кристалл в кармане. Ими вообще редко кто пользуется. Вещь дорогая. Обычно пес может выдержать от восьми до двенадцати часов боя. Столица хоть и на военном положении, но бои больше трех часов у нас не идут. Гон спадает. Рассчитывать здесь на бой больше двенадцати часов — нужно быть параноиком. Значит у него просто проблемы. Быстро выдыхается. А тут я. Бесплатный источник энергии. Все логично. — Вита улыбнулась.

— И что теперь? — с тревогой спросила Мария.

— Ждать, мам. Остается только наблюдать и ждать.

Глава 14

Мама уехала провожать Риту в лагерь. Вита осталась в квартире одна. Слабость и холод. Она лежала в кровати, укутавшись с головой одеялом, и не хотела вылезать. Можно было так хоть целый день пролежать. Благодать. Что же с ней происходит? Раньше не было таких скачков. Они появились после приезда Пса. Может он так влияет? Скорее всего. Тянет неосознанно с нее энергию. Вот организм и перестраивается. Как все сложно и обидно. Зато сбылась ее детская мечта работать с псами. Только почему-то теперь она этого не хотела. Было страшно. Она боялась Игоря. Боялась, что он мог с ней сделать.

По стеклу барабанил дождь. Он убаюкивал. Рассказывал сказку. Вита сама не заметила, как уснула, снилось что-то страшное и неприятное. Отчего хотелось спрятаться, сбежать. Но Вита не могла пошевелиться, она словно приросла ногами к земле.

Она даже обрадовалась, когда ее разбудил звонок в дверь. На пороге стоял мальчишка выше ее на голову. По возрасту ровесник Риты. Рыжий, с канапушками на всем лице и нахальной улыбкой. А глаза серые и полностью заполняли глазное яблоко.

— Рита уехала. Сегодня же в лагерь всех отправляют. — сказала Вита.

— Не знаю кто такая Рита. Я к отцу.

— Псу? Игорю? — сразу исправилась Вита.

— Ага. Пропустишь? — окидывая ее взглядом, спросил он.

— Проходи. — Вита пропустила его и закрыла дверь.

— Неплохая кофточка. — он поддел пальцем ее кардиган, в который она куталась.

— Зато теплый. — отводя его руку, ответила Вита. — Его нет. Будет где-то в обед или чуть позже. Дверь в комнату закрыта на замок. Если ключ есть, то заходи.

— Нет. Я думал у него выходной. — мальчишка растерялся.

— Не знаю. Мне твой отец ничего не говорил. Ты чай будешь?

— Буду. — проходя следом за Витой на кухню, ответил мальчишка.

— Тебя как звать?

— Володя.

— Вита.

— Отчего сокращение?

— Просто такое имя.

— А Рита твоя сестра? Вита и Рита. — пояснил Володя.

— Угадал. — Вита налила чай.

— Ты здесь давно живешь?

— Давно.

— А я недавно переехал. Полгода назад в Академку поступил.

— Военное отделение?

— Оно самое.

— Туда с двенадцати берут, а ты говоришь недавно поступил. Сколько же тебе лет?

— Тринадцать будет. — ответил мальчишка. Вита еще раз оглядела его.

— Выглядишь на все шестнадцать.

— Угу. Толи еще будет. Заканчивать буду, так и вовсе взрослым дяденькой стану. — улыбнулся он.

— Что-то я сегодня все больше убеждаюсь, что в Академки мне делать было нечего. Я тоже на военное в элитный отряд хотела. — сказала Вита. — Сложно там учиться?

— Физическая подготовка много времени занимает. Остальное не так сильно преподают. Тебе было бы тяжело. Ты мелкая. Там боевка. Только вся в синяках ходила бы. — ответил он. — Там никого не жалеют. Всем как к равным относятся, что девчонка, что парень.

— Как будто где-то делают поблажки. — хмыкнула Вита.

— Ладно, пойду. Спасибо за чай. Скажешь, что я заходил.

— Подожди. Скоро придет.

— Я обещал зайти. Его не застал. Ты подтвердишь. Свой долг исполнил. Обещание сдержал. Могу своими делами заниматься.

— И какими? — поинтересовалась Вита.

— Разными. По городу поболтаюсь. У меня один выходной в две недели. Не тратить же мне его на лекции. Но зайти я обещал, а обещания надо выполнять. — сказал он.

Вита не стала спорить. Проводила его, а потом долго сидела на кухне, с кружкой чая. Оказывается, у него есть сын. Интересно, а где жена? Спросить? Или это не ее дело? Убраться? Опять упадок сил. Она чувствовала, как сила медленно покидает ее. Нет. Это не дело. Нужно ее пополнить.

Когда Игорь вернулся, то с порога его встретил запах домашней выпечки. Играла музыка. А Вита фальшиво подпевала. Он зашел на кухню и увидел странную картину. Пирог на столе, а Вита жонглировала в воздухе ложками с помощью силы, в такт песни. На губах улыбка, а в воздухе мелькали искорки силы. Сколько же она отдала? Но не выглядела уставшей. Игорь собрал все и сел за стол.

— Иди сюда. — позвал он. Вита вздрогнула. Ложки посыпались на пол. — Опять без меня хулиганишь? Мне теперь тебя и одну оставить нельзя?

— Я думала над этим. — она подошла к нему. Игорь сразу прижал ее к себе. Его рука прошлась по спине, плечу, возвращая ушедшее тепло. Вита чуть не мурлыкала от удовольствия.

— И что ты надумала?

— Это из-за вас. Потому что вы впитываете энергию. А мне приходится ее все больше и больше аккумулировать. — ответила Вита.

— Возможно.

— Если мы с вами разъедимся, то все придет в норму.

— Не придет. Расслабься. Больно ты напряжена.

— Почему? — она посмотрела на него.

— Откуда я знаю, почему ты рядом со мной становишься похожей на каменную статую. Боишься наверное. — он наклонился к ее губам. Вита забылась в поцелуи. Его ладони уже гуляли у нее под кофтой еще больше разжигая огонь и крепче прижимая к себе. Она чувствовала, что теряла себя, теряла почву под ногами. Голова закружилась.

— Какая ты нетерпеливая. Я в готов хоть сейчас, но у тебя вечером свидание. Тебе в форме нужно быть. — сказал он добродушно. Вите показалось, что она падает с большой высоты. Игорь поймал ее, когда она начала оседать на пол. — Что же с тобой творится? Вита, посмотри на меня. Глазки открой. Вот так. Возвращайся. Не надо от меня уходить. Ну-ка.

— Не надо меня трясти. Я не дерево. — Вздрогнула Вита.

— Ты уходить начала.

— Берешь много. С тобой опасно рядом находиться. Ты меня убьешь. — сказала она, устало прислонившись к его груди. — Сильные перепады энергии. Ты ее то забираешь, то отдаешь в таких количествах, что я не выдерживаю.

— Привыкнешь со временем. Так всегда бывает поначалу. — он посадил ее на стул и поставил чайник.

— Со всеми батарейками?

— Не со всеми. С некоторыми. Хоть съедобно? — Игорь кивнул в сторону пирога.

— Попробуй. — Вита зажала ладонями виски.

— Неплохо получилось. — отрезая треть пирога, сказал Игорь. — Что за повод?

— Когда теряешь энергию, ее нужно чем-то пополнить. Для этого подойдет что-то сделать, послушать музыку или…

— Короче, получить эмоции. Ты их получаешь от выпечки?

— Да. Я замесила тесто. Пирог удался. Положительные эмоции. Приятная песня. Опять в копилку. — Вита посмотрела на Игоря. Встретившись с его взглядом, она захотела отвернуться. Спрятаться.

— Меньше сопротивляйся. Плыви по течению. Проще будет.

— О чем ты?

— Совет даю. — ответил Игорь.

— К тебе Володя заходил. Выпил чаю и ушел.

— Хорошо, что уже зашел.

— В ссоре?

— Можно и так сказать. Его мать от меня хотела сбежать. Взяла деньги, мальчонку и села в первый попавший караван. Оказались бандиты какие-то. Когда их догнал, ее уже было не спасти. Ограбили и изнасиловали, а Володьку выкинули тварям на съеденье. Он после этого меня во всем винит.

— А ты тут причем? Только потому, что надо было найти кого-то виновного? Поэтому он и обвинил тебя?

— Ее надо было сломать, а я не стал. Думал, так интереснее будет. Оказалось, что плохая идея. Брак ее разочаровал. Я тоже. Захотелось, свободы. Она ее решила получить таким оригинальным способом. — Игорь говорил спокойно, ровно. Никаких эмоций.

— Можно ведь развестись. Пусть и дорого, но государство дает кредит. Если все так плохо, зачем доводить до такого?

— Как у нас разводят? Если две стороны согласны на развод. А я развода не дал. И никогда не дам.

— Почему?

— Потому что если мне женщина нравится, то ее отпускать я не стану. И меня привлекает больше постоянство, чем поиски ни пойми чего. Уже наискался и напробовался. Хватит. — сказал Игорь. — В себя пришла? Тогда иди, на свидание собирайся. А то опоздаешь.

— Можно последний вопрос?

— Смотря какой.

— Сколько тогда Володе было?

— Одиннадцать. Все год назад произошло. Все остальные вопросы вечером. — он это сказал таким тоном, что Вита побоялась возразить.

Свидание. Вита давно ни с кем не встречалась. Если не считать дружеский ужин с Данилой, то встречалась она лишь с Давидом. Он умел красиво ухаживать. Делал так, что женщина чувствовала себя самой красивой и желанной во всем мире. Только потом Вита поняла, что он разыгрывает красивый спектакль перед каждой понравившейся ему женщиной. Давиду нравилось, когда на него смотрели влюбленными глазами. Он легко заводил интрижки и также легко разбивал сердца. После него плакали в подушку, потому что не могли забыть. Виту ожидала та же участь, но она смогла узнать его лучше и успела разочароваться.

Свитер, брюки, плотная куртка и клинки — сейчас было не время для нарядов. Волосы в пучок. Макияж? От косметики давно ничего не осталось. Хотя выглядела она бледновата. И темнели круги под глазами. Красавица. Нечего сказать. Игорь лишь одобрительно кивнул и пожелал удачи.

Пес. Его намерения Вита не могла понять. Он что-то недоговаривал. Это очень хорошо чувствовалось. Он ее использовал. Это было легко понять. Игорь это не скрывал. Только что именно ему от нее было нужно? Чтоб она была наживкой? Сила? Почему она так реагирует на него? Простые поцелуи, а кажется, что она сходит с ума. Одни вопросы.

Еще и этот нарисовавший кавалер. Вита даже не старалась его вспомнить. Это было бесполезно. В лагерь свозили детвору со всей страны. Каждый раз это были разные смены. Собирали детвору по программам, которые были разработаны с учетом способностей ребенка. Дети все были разные. Посадить всех в один класс и учить по одной программе было сложно, потому что одни шли на силовиков, другие на ученых, третьи мелкие рабочие. Разные направленности, разные знания. Вспомнить какого-то парня, что стоял в сторонке и боялся подойти — было проблемой.

В кафе было немного людей. Мужчина замахал рукой, когда она вошла. Вита напрягла память, но как его звали просто вылетело из головы. Он с улыбкой и нескрываемым обожанием смотрел на Виту. Она пыталась запомнить его внешность, но детали постоянно ускользали от ее внимания. Не удавалось запомнить черты лица, телосложение. Ярко выделялись лишь глаза, зеленоватого цвета, которые горели довольно ярко. Он был сильно возбужден? Ирлиты знали о своей особенности, что глаза начинали светиться ярче, когда эмоции начинают зашкаливать, поэтому с детства учились контролировать себя, расслабляясь лишь дома, среди родных. У иров глаза не менялись. Они обычно ничего не выражали. Безжизненные и холодные.

— Добрый вечер. — сказала она, присаживаясь к нему за столик.

— Вита, давай сразу на “ты” перейдем. Не люблю ходить вокруг да около. Я человек простой. — сказал он.

— Можно и так. — пожала плечами Вита.

— Ты мне нравишься. И нравилась все это время.

— Давай вначале что-нибудь закажем, и ты напомнишь как тебя зовут. — остановила его Вита.

— Как скажешь. — он только улыбнулся. — Меня Арик зовут.

— Рада познакомится. — ответила Вита. Его глаза. Они продолжали ее смущать. Их яркость можно было списать, на волнение. Если поверить его словам, то он был влюблен в нее все эти годы, а когда вчера увидел на стене, то потерял голову окончательно.

Он вспоминал детально поездку в лагерь. Вита ничего из этого не помнила. После того как Вита побывала на грани, она изменилась. Тогда ее мечты были разрушены. Весь мир стал каким-то серым. В нем не было ярких красок, о которых рассказывал Арик. Вита только сейчас это поняла. До того дня она помнила свое детство очень хорошо. А потом в памяти остались лишь главные события. Это осознание пришло лишь сейчас. Она улыбалась, шутила, когда это было надо, плакала, потому что было обидно, но это были скорее неискренние чувства, а ожидаемая реакция на события. Вита знала, что от обиды надо плакать, а от удачи радоваться. Хорошая музыка должна дарить положительные эмоции, поэтому эти эмоции и появлялись. Только все это было фальшивкой. Чувства. Их не было? Но почему?

— У меня в лагере горели глаза? — спросила она.

— Конечно. Они завораживали. — Улыбнулся Арик.

— Если честно, то меня вся эта ситуация смущает.

— Я понимаю что нужно время. Но ты ведь не против продолжить наше знакомство? — он с надеждой посмотрел на Виту.

— Не против.

— Давай тогда послезавтра опять встретимся? Например, здесь. В это же время.

— Договорились.

На прощание он поцеловал ее в щеку. Вита почувствовала, как внутри вспыхнул огонек желания, но также быстро погас. Арик внимательно посмотрел на нее, но Вита не выдала себя. Пожелала удачи и пошла в сторону остановке. Ей нужно было доехать до больницы.

Лужи, холодный ветер. Больше погода для осени, чем для жаркого лета. Около больницы много людей. Кто-то пришел за помощью, другие навещали родных. Вита попросила, чтоб вызвали ее маму. Пришлось немного подождать в приемной. Мария выглядела встревоженной.

— Что-то случилось? — спросила она. Мария сколько ни пыталась вспомнить, когда в последний раз Вита приходила к ней на работу, но такого не было никогда.

— Ты видела, чтоб у меня горели глаза, как у остальных ирлитов?

— Конечно. Когда ты была маленькая, то только ими и сверкала. — Мария отвела ее в сторону.

— Я про последнее время говорю. Когда я злюсь, радуюсь. Они становятся ярче?

— Иногда. Но ты ведь хорошо контролируешь эмоции, поэтому они такие тусклые. Разве не так?

— Все правильно мам. Извини, что оторвала от работы.

— Перерыв тоже иногда нужно делать. — вздохнула Мария. — Мне предложили по обмену опытом поехать в Озерный край.

— Курортный район?

— Так как мы здесь работаем без выходных и уже на грани, сотрудников так в отпуск отправляют.

— Хорошая идея. Отпуск всегда хорошая идея. — думая о своем, машинально ответила Вита.

— Мы будем работать за сотрудников в тех городах, а они за нас. Я думаю согласиться.

— Конечно. Чего здесь делать? Только дождь и работа на последнем издыхании. — сказала Вита. — Когда поедешь?

— Послезавтра на три недели. До моего возвращения приглядишь за Ритой?

— Да, оставишь доверенность на мое имя, на случай непредвиденного. Не знаю, увидимся послезавтра или нет, но удачно отдохнуть.

— У тебя точно все в порядке?

— Все хорошо, мам. — Вита выдавила из себя улыбку.

— Береги себя.

— Ты тоже.

На улице Вита впервые обрадовалась прохладному ветру, который остужал кровь. Химия все еще действовала в организме, но Вита знала, что минут через десять она развеется. Уже начало темнеть. Автобус. Она прислонилась лбом к стеклу. И как теперь быть? Злость? Нет. Ее не было, как и других чувств. Их не было. Только усталость.

В квартире свет был погашен. Темно. Дверь в комнату Игоря открыта. Он лежал на диване и смотрел телевизор. Вита остановилась в дверях, прислонившись спиной к косяку.

— Как все прошло? — спросил Игорь, выключая звук у телевизора.

— Парень час мне заговаривал зубы. Вешал лапшу про неземную любовь. — ответила Вита.

— Почему считаешь, что он врет?

— Он мутный. Я не смогла запомнить его внешность. Неестественный цвет глаз, как будто парень принял запрещенные препараты, но вел себя адекватно и речь связанная. Поэтому это не они.

— Откуда знаешь?

— Был печальный опыт. Северная граница, места дикие. Отправили меня чинить гарнизон один. А там через одного все любители этой дряни. Как там выжила, сама не поняла.

— Тебе повезло. — сказал Игорь.

— Возможно. Парень представился Ариком. Перевели его сюда неделю назад из глуши. Он средненький ирлит. Это все, что он про себя рассказал. В основном я слушала сказки про лагерь. Только его там не было. Я поймала его на лжи, но сделала вид, что верю. В итоге договорились с ним встретиться еще раз. Напоследок почувствовала феромоны. Явно хотел соблазнить.

— Но не получилось?

— У меня от этого крышу не сносит. Особенность организма. Да, проверяла. — хмыкнула Вита.

— Молодец. Идеи есть, зачем все это нужно?

— Влюбить меня в себя? А потом играть мною, как марионеткой? — предположила Вита.

— Возможно. — Игорь улыбнулся. — Получится?

— Сам же знаешь, что нет. — Вита посмотрела на него.

— Этого никто не знает. Но проверить можно. — он поманил ее пальцем. — Иди сюда. Но после каждого тобой сделанного шага, обратно будет повернуть все сложнее. Видишь, я честно играю и предупреждаю о последствиях.

Вита почувствовала, что ее кинуло в жар. Она смотрела на Игоря, слегка прикусив губу. Минута, две. Игорь молча ждал, разглядывая ее в неясном свете.

— Нет. — наконец, ответила Вита.

— Дело твое. — хмыкнул он. — Можешь и немного потянуть, посопротивляться. Я никуда не тороплюсь.

— Как будто другого варианта нет.

— А он разве есть? — Игорь быстро поднялся и подошел к ней. Довольно ловко он стал освобождать ее от одежды.

— Не надо! — Вита вцепилась в свитер. Она попыталась вырваться, но он ей этого не дал сделать.

— Пальчики разожми, а то еще больно тебе сделаю, а это в планы у меня не входит. — вытаскивая ее из свитера и откидывая его в сторону, сказал Игорь.

— Ты…

— Только попробуй гадость сказать. Сразу по губам получишь. — предупредил он, крутя ее как игрушку.

— Вот так ты мне гораздо больше нравишься.

Он ласково провел ладонью по ее обнаженной спине. Вита лишь зло на него посмотрела.

— Красивые у тебя глазки. Мне нравятся, когда они так ярко горят. — сказал он довольно. Вита вздрогнула.

— Скажу по секрету, что со мной они цвета не потеряют.

— Почему?

— Потому. Забирайся к стенке. Спать будешь со мной.

— Нет. — возразила Вита.

— Тебе сегодня плохо будет. Я по ночам спать предпочитаю. Мне проще руку протянуть и тебя в чувство привести, чем к тебе в комнату бегать. Тогда я не высплюсь, буду в плохом настроении. Тебе же от этого хуже будет.

— Почему хуже будет?

— А к кому я придираться начну?

— Я поняла.

— Раз такая умная и понятливая, то беги греться. А то вся холодная.

— Не надо было раздевать. Я не замерзла бы. — Вита не стала спорить. Сразу забралась под одеяло.

— Двигайся ко мне. Сейчас согрею. — Выключая телевизор и ложась рядом, сказал Игорь.

— Сама согреюсь. — Вита постаралась отодвинуться от него как можно дальше.

— Не буду я к тебе приставать.

— Почему?

— Вита, — он рассмеялся и прижал ее к себе. — Ты же отказалась. Все. Поезд ушел. Так что давай спать. В следующий раз не будешь отказываться от продолжения нашей игры.

Вита замерла. Некоторое время она лежала без сна. Но все ее опасения оказались напрасны. Игорь крепко спал.

Глава 15

Вита проснулась от звонка в дверь. Пока она еще только открывала глаза, Игорь уже пошел встречать гостей.

— Дарья, ты могла бы еще ночью заявиться! — проворчал он.

— Этого ты бы мне точно не простил. — ответила она довольно весело.

— Чего тебе от меня надо?

— Для начала неплохо было бы позавтракать.

— Ты меня работой загрузила, так я еще и кормить тебя должен!

— Ага. Я ведь хорошая, потому что сделала то, что ты просил. — сказала она.

— Тогда другой разговор. — сменив тон, ответил Игорь. — Проходи на кухню. Сейчас подойду.

Вита уже думала встать и одеться, когда он вернулся в комнату. Она встретилась с ним взглядом и тут же отвела глаза.

— Ты похожа на птенца. Хотя птенцы не краснеют. — он сел рядом и провел пальцами по ее щеке. Вита отстранилась от него, тряхнув головой. — Чего это ты фыркаешь?

— Ничего.

— И настроение плохое у тебя. — он вытащил ее из-под одеяла.

— Отпусти. Я тебе не игрушка. — тихо прошипела Вита.

— А кто же ты?

— Хватит меня тискать!

— Тогда буду тебя целовать. — сказал он.

Вита попыталась увернуться, но он перехватил ее губы. Грубоватый поцелуй. Тяжелый. Вита замерла. Острое желание прижаться к нему, раствориться в эмоциях было таким неожиданным, что Вита растерялась. Она не была к этому готова. Не была готова к тому, что захочет его обнять. Ответить на этот грубый поцелуй неожиданно ласково. Казалось она наблюдала все это со стороны. Разум кричал, что все это неправильно, но при этом тело предавало ее.

— Мне все это нравится, но нам надо позавтракать и с мэром поговорить. А потом можем и продолжить. — отстраняясь от нее, сказал Игорь.

— Ты первый начал.

— А я даже не отрицаю. — он усмехнулся, наблюдая, как она собирает разбросанную им с вечера ее одежду и одевается. Вита, не смотря на него, ушла в ванную. Щеки горели огнем. Она посмотрела на себя в зеркало. Растрепанная. Глаза так и горели, губы припухли от поцелуев. Нужно прийти в себя, но не получалось.

— Теперь ты займешься работой? — спросила Дарья Игоря. Вита вышла в коридор и как раз услышала их разговор.

— А я мало работаю? Подруга, ты меня с кем-то путаешь. Мало того что заманила меня сюда. Потом так незаметно повесила должность, к ней обязанности. И еще говоришь, что я мало работаю? Я не собираюсь сутками сидеть в штабе или зачищать развалины.

— Ты отвечаешь за защиту города.

— У меня нет для этого нужных знаний. Я штурмовик. Могу наладить тебе отряды. Или заставить переживать твоих врагов. Я ведь как та тварь, что решила срезать путь через густые кусты. Много шума делаю, но я не следователь. — сказал Игорь, помешивая кашу. — Ты от меня слишком много хочешь.

— У меня очень мало людей, которым я могу доверять. Сейчас все так запуталось, что вчерашние друзья сегодня враги. Я не могу понять кому нужно, чтоб столица пала. Вначале я думала, что копают чисто под меня, чтоб обвинить во всем и снять с поста. Но нет. Оказалось, что все гораздо хуже. — Дарья замолчала.

— Я все равно не понимаю, зачем тебе пихать меня, старого вояку, в политику. Не знаю я всех этих игр.

— Так ты себе помощницу взял. Она в этом котле варилась. Вот пусть тебя и консультирует, а не только в постели развлекает.

— Вита, может хватит наушничать? Иди сюда. — сказал Игорь.

— Я не подслушивала. — она зашла на кухню.

— Забываешься, — его глаза сверкнули холодом. Вита сделала шаг назад. — Это глупо. От меня не убежать. Лучше по-хорошему подойди.

— Нет. — Вита сделала еще шаг назад. Опять ведь порежет.

— Второй раз врешь мне за утро. — он покачал головой.

Выключил плиту. Взял половник и стал наливать кашу по тарелкам. Вита, как завороженная, наблюдала за его действиями. Дарья молча пила чай. В этой тишине было что-то такое гнетущее и неприятное, как перед бурей. Вита хотела сбежать несмотря на угрозу со стороны Пса, но ноги не слушались. Он преодолел расстояние до нее в два шага. Провел пальцами по ее щеке. Она не ожидала, что он ударит. В глазах все потемнело. Вита неудачно упала на пол, подвернув при этом руку. Он поднял Виту за шиворот и поставил на ноги.

— Я тебя предупреждал, что не потерплю вранья. Сколько мне еще надо повторить?

— Не надо.

— Что не надо?

— Повторять.

— Ты ведь несогласна со мной. Так зачем меня обманываешь третий раз? Ты явно не умеешь учиться на своих ошибках.

— Не умею. — поспешно согласилась Вита.

— Четвертый раз. Ты говоришь то, что не думаешь.

— Я тебя боюсь! Что ты хочешь еще услышать? — выпалила Вита. Слезы давно стекали по щекам, но от страха она их не замечала.

— Правду. Я хочу слышать от тебя только правду. Меня злит, когда мне врут. Особенно когда это делает такая мелкота, как ты, зная правила игры.

— Какой игры? — Вита подняла заплаканные глаза.

— Я тебе их озвучивал и не раз. Глупая, раз не поняла. — он ударил ее второй раз по той же щеке. И опять поднял за ворот куртки.

— Хватит!

— Я так не думаю.

В этот раз Вита попыталась увернуться, поэтому удар пришелся по губам. Верхняя губа треснула. Кровь. Голова закружилась. Вита покачнулась, когда от четвертого удара упала на пол и не смогла подняться. Почему-то стало дурно. Перед глазами все плыло. Она не могла понять, что происходит. А потом наступила темнота.

— Я могу продолжить? — спросила Дарья как ни в чем не бывало. — Будь другом, положи еще каши. Вкусно ты готовишь.

— Я понял что нужно собрать свой круг верных людей. Против кого хоть воюем? — забирая у нее тарелку, спросил Игорь.

— Какие-то революционеры. Вроде давно свои идеи продвигают, но делают это так тихо, что мы о них почти ничего не знаем. Это вам надо смотреть, потому что как я слышала краем уха, они за равенство грязнокровных и чистокровных. — ответила Дарья.

— Идейные? Это большая вероятность на фанатиков наткнуться. Как вспомню Детей солнца, так противно становится. Как они людей в жертву приносили. Мол, тогда твари не будут на город нападать. Больные люди.

— Я тебе говорю, что данные не подтвержденные. Может это кто-то кого-то в Совете подсидеть хочет.

— Смотри-ка, оклемалась. — заметил Игорь, увидев, что Вита пришла в себя. — Поднимайся и иди сюда.

Вита села. Посмотрела на Игоря. Холодные глаза притягивали. Этому не было объяснения. Она с трудом поднялась. Голова кружилась. Эти несколько шагов до него дались ей с большим трудом. Она упала бы, но Игорь подтянул ее к себе придерживая.

— Не надо было дергаться. Теперь губу разбила. — он налил на край полотенца немного чая и стал вытирать кровь с подбородка. Вита лишь устало прислонилась к нему. От аромата чая в голове стоял туман. Или это не от него? — Видишь какую нам Дарья загадку загадала. Надо найти то, не зная что, но при этом не ошибиться. Сложная задачка. И как нам с тобой справится?

— Не знаю. — тихо ответила Вита, пряча лицо у него на груди.

— И я не знаю. — он провел рукой по ее волосам, снимая заколку. Волосы тут же рассыпались по плечам Виты. Она лишь слабо задрожала.

— Знаешь, порой о чем я мечтаю? — Игорь посмотрел на Дарью.

— О чем?

— Чтоб ученые, которые все это придумали — жили вечно и так же мучились, как мы. — зло ответил Игорь.

Целый день прошел как в тумане. Вита плохо понимала, что с ней происходит. Мир перестал быть ярким и четким. Она смотрела на все словно через мутное стекло. Игорь посадил ее разбираться в делах сотрудников. Искать какие-то несоответствия. Небольшая комнатка, которая напоминал кладовую. Стол и компьютер. А по стеклу стучал дождь. Он сегодня как зарядил в течение дня, так и не прекращался. Его стук почему-то действовал успокаивающе. Хотелось выйти на улицу. Подставить лицо холодным каплям. Казалось, что дождь смывает всю грязь этого мира. На глазах слезы. В душе потерянность.

Вита закрыла кабинет и вышла на улицу. Захотелось есть. Пора обедать. Только денег нет. Они давно закончились. Она больше не работала на заводе. Где еженедельно перечисляли зарплату, а старые запасы денег закончились вчера. Теперь у нее не было денег даже на автобус. Оставалось лишь идти под дождем вдоль витрин магазинов и хлюпать по лужам. Ботинки не промокали, поэтому можно было вернуться на миг в детство, когда так было здорово наступать в лужи. Нет. Это глупо. Нет того веселья. Только пустота. А когда идет дождь, то пустота не такая пугающая.

Пешеходы куда-то бегут. Машины едут по дорогам. А Вита брела в этом потоке, не задумываясь куда она идет.

— Вита! Куда ты так бежишь? Постой! — около нее остановилась машина. Открылась дверца. Диана. Они когда-то дружили, а теперь? Теперь их дороги разошлись. Диана окинула Виту внимательным взглядом и поджала губы. — Садись.

Вита нахмурилась. Зачем ей садиться в машину? Она и так хорошо идет. Только не помнит куда.

— Сильно тебя переклинило. — Диана вышла из машины и взяла ее за руку. Вита словно ребенок смотрела на нее и не понимала. Это было страшно. Что-то не так, но что? В машине тепло и сухо. Водитель куда-то везет. Диана открыла сумочку и достала бутылку. — Пей. Легче станет.

Вита сделала глоток. Бормотуха. Алкоголь. Закашлялась. Чуть не уронила бутылку, но Диана ее подхватила и заставила сделать еще один глоток. Перед глазами все поплыло, но сознание стало проясняться. Слабо, но все же.

— Нам нельзя алкоголь. Это незаконно. — сказала Вита, переводя дыхание. Во рту и пищеводе все горело огнем.

— Зато я узнаю тебя. — Диана убрала бутылку. — Сейчас ко мне поедем.

— Зачем? Мне на работу нужно.

— Работа от тебя никуда не сбежит. А мы чаю попьем и поболтаем. Давно ведь не виделись. И в тот раз ты так быстро из кафе убежала, что мы толком и не поговорили.

— О чем нам разговаривать? Школьные времена мы и в тот раз вспомнили.

— Значит будем о настоящем и будущем говорить. — решительно сказала Диана.

Она все так же жила в квартире родителей. Они погибли во время гона, когда прорвало стену. Были в гостях в том районе. Не то время они выбрали, чтоб в гости ходить. Но тут ничего не поделать.

— Я не знала. — сказала Вита.

— У тебя своих проблем хватает, чтоб еще и за чужими следить. — ответила Диана. — Ты есть хочешь? Давай чай с бутербродами попьем.

— Давай. — маленькая кухня и какая-то неживая. На столе несколько пустых бутылок. Диана поставила чайник и достала колбасу с хлебом.

— Ты как? В себя пришла?

— Немного. — Вита протерла лицо руками, пытаясь убрать туман, что все еще мешал, но уже не так сильно.

— Не понимаю, что со мной происходит. Как будто заболела.

— Ты ведь сейчас с Псом?

— Мы работаем вместе. — ответила Вита.

— Отсюда твои проблемы. Он ир. У них особенность такая — подавлять. Ломать человека, что он с тобой и делает.

— Зачем?

— Ты ведь раньше хотела к ним. Неужто не собрала никакой информации на эту тему?

— Пыталась, но в двенадцать лет все кажется совсем другим, чем в более взрослом возрасте. Да и засекречено все.

— Тут согласна. Все, что касается элитных и иров находится под грифом секретно. Элитные отряды состоят на шестьдесят процентов из иров. Остальные сорок — это постоянно меняющиеся и погибающие ирлиты. Расходный материал.

— Батарейки?

— Не только. Разные ирлиты. Но все они живут по минимуму. Самое большее пару лет. После ранений их списывают домой, но к обычной жизни они вернутся уже не могут. Это сломленные люди, которые не видят смысла жизни. Оболочка без души.

— Потому что внутри пустота. — ответила Вита, вспоминая утренние ощущения.

— Я не знаю. Могу судить только по сестре.

— Зина? — Вита с трудом вспомнила, что у Дианы были сестры. Все казалось таким далеким и незначительным. — Она вроде в отряде была.

— Была. И вернулась оттуда, списанной по ранению. Поэтому всю эту кухню я знаю изнутри. И знаешь во что превратилась ее жизнь? Она сидит в своей комнате и смотрит в стену. Это может продолжаться часами. Несколько раз она пыталась покончить с собой. Ее удается привести в чувство только с помощью алкоголя. Но это временный эффект. Алкоголь притупляет чувства. Она начинает разговаривать, вспоминать. Может совет дельный дать. Зина ведь специалистом была. Высший уровень. Потом она пьянеет и засыпает. Просыпается и опять смотрит в стену. Это жалкое и жуткое зрелище. — Диана замолчала. Вита хотела что-то сказать. Наверное это что-то должно быть важное, но она не помнила. Мысли упрямо убегали. — Сейчас это происходит с тобой. Он тебя ломает. Подминает под себя.

— Это невозможно.

— В зеркало взгляни на себя. — ответила Диана. — Тебе надо уходить от него.

— Куда? Мы вместе работаем. Меня к нему личным помощником приставили. — к туману прибавился еще и шум.

— Я могу тебе помочь. Ты ведь понимаешь, что так долго продолжаться не может?

— О чем ты?

— О том, что об нас просто вытирают ноги. Если с ирами еще считаются, то ирлиты — это почти мусор под ногами. Второй сорт. А ведь мы такие же люди. Тебя же кидают к иру, который рано или поздно тебя уничтожит. Не спросив тебя. Ты так хочешь закончить свою жизнь?

— Мне надо подумать. — ответила Вита. — Я пойду домой. Извини, но мне что-то совсем плохо.

— Когда надумаешь, то приходи сюда.

Слова Дианы еще звучали у нее в голове, когда Вита брела по улице темнело. В воздухе пахло опасностью. Она понимала, что туда лучше не идти, но не могла остановиться. Дыра в стене. Нужно будет потом заделать. Она выбралась через нее и навалила какого-то мусора, чтоб дыра больше не представляла угрозы для жилых районов. Развалины. Слышится рычание. Страшно? Нет. В руках клинки. Тут без оружия разгуливать глупо. Туман в голове не хотел проясняться. На миг вокруг совсем стало белым. Ей показалось, что она перестала видеть из-за тумана. Туман пропал. Мозг заработал ясно, как никогда раньше.

Недалеко шел бой. Вита поспешила туда. Раз все равно здесь оказалось, то можно и помочь. К тому же она чувствовала, что должна быть там.

Большая стая крупных тварей. Они окружили Игоря. Он отбивался от них, но это ему становилось все сложнее. Вита не стала лезть в пекло драки. Приподняла с помощью силы несколько плит и кинула их на Тварей. Грязь, что образовалась после дождей, заляпала все вокруг фонтаном брызг. Игорь даже не обернулся в ее сторону, но она почувствовала, как он стал тянуть с нее силу. Вита зашаталась. Как раз одна из тварей заметила ее. А следом и остальные. Крупные, сильные, злые — они подавляли ее. Вита не могла пользоваться силой, потому что ее тут же “съедал” Игорь. Пришлось отбиваться клинками. А ими она владела не так уж и виртуозно. Нет, она могла отбить мелкоту или среднюю тварь, но на крупных у нее просто не хватало физических сил и умений. Они раньше были редкими. Встреча с такой махиной была одна на тысячу. А тут целая стая.

Удар лапой пришелся ей в спину. Она проехалась по земле, прямо под ноги к Игорю. Он отступил так, чтоб она оказалась у него за спиной. Тепло. Защита. Энергия так и фонтанировала. Вита сидела на мокрой земле. С обломков арматуры и бетонных плит стекала грязная вода. Вита же не могла пошевелиться. Тварей становилось все меньше. С каждым ударом когти Игоря становились все длиннее. Вита пропустила момент, когда закончился бой. Опять пошел дождь, который прекратился на какое-то время. Вита хрипло рассмеялась.

— Что смешного? — Игорь сел рядом с ней на корточки. От когтей не осталось и следа.

— Если дождь не закончится, то столица превратиться в озеро. Большое озеро. И нам не придется зачищать районы. — ответила она. Тумана не было. Только легкость и пьянящая радость.

— Как ты здесь оказалась? — спросил он. Вита не уловила в его голосе строгости, лишь усталость.

— Тебя искала. — Она посмотрела на Игоря.

— От тебя пахнет алкоголем.

— Это долгая история. Но мне сегодня сделали интересное предложение. Я тебе чуть позже расскажу.

— Развалины и грязь не самое приятное место для душевных разговоров. — Он поднял голову и прислушался. — Меня искать начали. Не прошло и года.

— Пойдем отсюда домой? У меня спина болит. И энергия скачет то в плюс, то в минус.

— Я заметил. Выровняю. Подожди немного. — он протянул ей руку, помогая подняться. Виту шатало. Она упала на него. Игорь вовремя ее подхватил. Вита сама не поняла почему, обняла его за шею.

— Я рада, что тебя нашла.

— Правильно. Иначе сама бы умерла. Без меня тебе не жить. — он поднялся, придерживая ее.

— Почему?

— Проведешь со мной ночь, то на все вопросы твои отвечу.

— Нет. — Вита зевнула.

— Чего ты так упрямишься?

— Потому что происходит что-то непонятное. Надо вначале разобраться.

— Допустим ты все узнаешь, думаешь легче будет?

— Неизвестность пугает. — ответила Вита.

— А ты не бойся. Я же рядом.

— Ты меня сегодня ударил и не раз.

— Если будешь играть по моим правилам, то бить не буду. — немного помолчав, ответил Игорь.

— А если не буду?

— Тогда будешь получать. — спокойно ответил он.

— Я заболела или мне из-за тебя так плохо? — решила спросить Вита.

— Ты знаешь ответ. — сажая ее на передние сидение, ответил Игорь.

Из-за него. Она смотрела, как он разговаривает с подошедшими патрульными, как ругается с ними. Потом посмотрел в сторону Виты. Зло бросив им что-то сквозь зубы, он вернулся к машине.

— Поедем домой. Завтра все доделаю. — заводя машину, сказал он. — Все равно эти дураки никуда не денутся.

— Домой — это хорошо. — сонно пробормотала Вита. Почему-то ее начало клонить в сон.

Глава 16

— Ты дрожишь. Замерзла? — спросил Игорь, включая в коридоре свет.

— Наверное. Что-то странное происходит. Не понимаю. — Вита посмотрела на него. Он коснулся ее щеки. Сразу захотелось прижаться ближе, но она сдержала этот странный порыв.

— Мы с тобой грязные и чумазые, как будто целый день траншеи рыли. Надо помыться и хорошо поесть. Сегодня непросто пришлось. — он снял ботинки и достал из кармана ключи, чтоб открыть комнату.

— Вода опять холодная.

— Знаешь, чем мне не нравится столица? У вас здесь отопление центральное. В мелких городах оно индивидуальное. Хочешь воду нагрел, а хочешь — остудил.

— О таком можно только мечтать. — вздохнула Вита.

— Давай в кастрюле тебе нагрею? М? — он вопросительно посмотрел на нее.

— Можно. — Вита дрожащими руками сняла куртку. — Потом посмотришь, что с моей спиной? А то болит.

— Посмотрю.

Горячая вода расслабляла. Прогоняла холод, который пронизывал до костей. Порой достаточно для счастья немного таких простых вещей, как горячая вода, вкусный ужин, которой дразнил своими запахами и чья-то забота. Об последнюю мысль Вита споткнулась. Забота. Но почему? С чего незнакомому человеку о ней заботится? Силу он и так может взять. В постель затащить? Не такая она красавица, чтоб мечтать ее заполучить. Ломает? Тогда логична утренняя сцена. Но забота в эту картину не укладывалась. Вита растерялась.

— Дверь открой.

— Зачем?

— Ты же просила спину тебе посмотреть. — ответил Игорь. — Голой я тебя уже видел и ни раз. Ничем не удивишь.

— Нне надо. Я…

— Вита. Не зли. Я не в том настроении, чтоб с тобой спорить. — пригрозил он. Вита поспешила открыть дверь. Правда прикрылась полотенцем.

— Какая скромность. — хмыкнул Игорь, разворачивая ее спиной. — Синяк. Порез. Видимо яд попал. Немного гноится. Антидот вколю. Через пару часов пройдет. Тут даже обрабатывать не надо.

Он сделал ей укол в плечо. Провел пальцами по спине. Вита невольно задрожала. Тишина. Только слышно, как на кухне что-то шипит. Булькает в трубе вода. Дыхание. Вита не сразу поняла, что это ее дыхание.

— Прекрати сопротивляться. Тебе сразу станет легче.

— Почему? — тяжело сглотнула Вита.

— Мойся, а то вода остынет. — он ушел. Стало одиноко. На глазах почему-то выступили слёзы. Нервная система слишком расшаталась. Так нельзя. Надо взять себя в руки.

Теплая кофта. Домашние штаны. Но все равно холодно. Вита и Игорь ели моча. Она изредка поглядывала на него, но он был поглощен только своей тарелкой.

— Хочешь что-то сказать — так говори. Или боишься?

— Ты ведь меня ломаешь?

— Переспишь со мной, тогда отвечу на этот вопрос. — сказал он, поднимая на нее свои холодные глаза.

— Это так принципиально?

— Да. — он отодвинул тарелку в сторону. Двумя руками взял большую кружку с чаем, что походил на сладкий компот. — Ты должна сама согласиться на наши отношения. Не я тебя заставил, а ты сама этого захотела. Я могу тебя уложить в кровать хоть сейчас. Это не будет изнасилованием. Ты меня хочешь. Может я тебя чем-то привлекаю, может у тебя давно никого не было, но факт остается фактом. Ты ведь не будешь это отрицать?

— Не буду. — Вита заставила себя сказать правду. Она понимала, что не может ему соврать. Он ей этого не простит. Но эти слова дались ей, как признание своей слабости.

— Вот и хорошо. — довольно сказал Игорь. — Нужно быть полной дурой, чтоб меня постоянно провоцировать. А ты умная, девочка. Начинаешь понимать правила игры.

— Какой игры?

— Ты ведь знаешь. Чувствуешь ее. Только самой себе боишься признаться, что ты давно попала в большие неприятности. — он говорил спокойно. От этого его слова еще сильнее пугали. — А вот когда ты сама подойдешь ко мне и сдашься, то и поговорим дальше.

— И что будет потом? Что будет, когда это случится?

— Будешь со мной. Я тебя не отпущу, даже если уйти захочешь. — ответил Игорь. — Мне нравится, что ты понимаешь — от меня тебе не получится отделаться. Ты просто оттягиваешь время. Мы с тобой сильно повязаны друг другом. И с каждым днем все это только крепнет.

— И остановить не получится?

— А смысл?

— Не знаю. — Вита повела плечами.

— Пойдем отдыхать. — предложил Игорь.

Они сидели и смотрели телевизор. Было уютно. Спокойно. Не надо было никуда торопиться. Какое-то кино, новости. Вита не обращала внимания, на передачи, что показывал телевизор. Она только согрелась, забравшись в угол дивана, чуть в стороне от Игоря и дремала. Вите казалось, что все проблемы позади. И еще хотелось, чтоб этот вечер никогда не заканчивался.

— Еще немного и ты мурлыкать начнешь. — заметил Игорь.

— Что-то меня разморило. — зевнула Вита.

— Иди сюда. По шерстке поглажу. — Вита пересела к нему. — Смотри, даже возражать не стала.

— Машинально получилось. Наверное расслабилась.

— И на сколько ты там расслабилась?

— Я не думала об этом.

— Так подумай. — его пальцы скользили по ее коже, забираясь под кофту и принося волны жара.

— Я тебя почти не знаю. — горячо выдохнула Вита.

— У нас с тобой будет еще много времени, чтоб познакомиться. — ответил Игорь. — Сдавайся.

— А что потом? — Вита выскользнула из его объятий. Возбуждение было таким острым, что перехватывало дыхание.

— Откуда я знаю? Может мы завтра с тобой помрем? А может выживем? Ты знаешь будущее?

— Нет.

— И я не знаю.

Вита ушла на кухню. Во рту пересохло. Мышцы были напряжены до боли. Очевидное отрицать глупо. В этом он прав. Она его хотела. Но решиться… Вита чувствовала, что это ловушка. Как только она захлопнется, выбраться ей не получится. И что делать дальше? Почему так сложно? Только Вита начала чувствовать, что она давно в этой ловушке. Только рядом с ним она оживала. А если он пропадет? Опять серость?

Вита не заметила, сколько она провела на кухне. Уже стемнело. В комнате Игорь выключил телевизор и разложил диван.

— Иди сюда, если решилась. — в его голосе скользнула насмешка? Вита сделала несколько шагов.

— Ты со мной играешь. Уже давно все решено.

— Отчасти. — наблюдая за ней, ответил Игорь. — Последний шаг все равно за тобой.

— Но он тяжелый.

— А никто и не говорил, что будет легко. Снимай вещи.

Она дрожащими пальцами стала расстегивать пуговицы на кофте. Сомнения не оставляли. Воздух в комнате словно был наэлектризован. Но вот одежда соскользнула на пол. Прохладный ветерок прошелся по разгоряченному телу, заставляя поежиться.

— Последний шаг и я тебя не отпущу, малышка. — с угрозой сказал он. Сердце на миг замерло. Вита испугалась. Но и обратно повернуть она уже не могла. Последний шаг. Он был сделан.

Игорь притянул ее к себе. Его горячие руки прошлись по всему ее телу, заставляя его гореть в огне. Жажда. Вита отвечала на его поцелуи, передавая ему эту жажду. Страсть смешивалась с привкусом горечи. Вита не могла понять причину этой горечи, но разобраться в ней не было возможности. Все происходило слишком быстро. Он скинул рубашку. Его тело было таким горячим и притягательным. Ласки грубоваты, непривычные. Он словно лепил ее. Каждое его прикосновение заставляли ее прижиматься к нему все ближе. Ей стало мало этих ласк. Хотелось большего, но он не давал. Останавливался за миг до того, когда ее страсть достигнет пика. Он словно насмехался над ней, над ее слабостью. А потом и вовсе остановился. Вита тяжело дышала. Она посмотрела на него. Холодные серые глаза светились в темноте. На губах улыбка. Но при этом он выглядел спокойным, полностью сохранившим контроль.

— Красивые у тебя глаза. — сказал он. — И губки у тебя сладкие. Нравятся мне тебя целовать. И сама ты мне нравишься. Цепляешь. Попробуем эту ночь пережить.

Вита не поняла его слов, но спросить не успела. Он быстро разделся и навалился на нее. Его ладонь зажала ей рот. Стало трудно дышать. Страшно. Он был слишком большой. Больно. Вита дернулась, Игорь держал ее крепко. Она не могла пошевелиться. Он вошел в нее медленно, но Вита уже ничего не хотело. Лишь чтоб все это закончилось. Но ночь только началась. Игорь тянул с нее энергию. Движения резкие, тяжелые, как и он сам. И боль. Она пронизывала каждую клеточку. Игорь и не думал останавливаться. Горечь. Его когти распороли ей кожу. Кровь, слезы, сопли. Все смешалось. Это походило на пытку, которая и не думала заканчиваться. В итоге она потеряла сознание.

Ей снилось прохладное утро в лесу. Роса густо лежала на траве. Пахло хвоей и свежестью. Солнце пробивалось сквозь кроны деревьев, наполняя поляну волшебством. Вита шла по этому лесу и дышала полной грудью. Она соскучилась по этому свежему воздуху и траве. Взять бы и уехать куда-нибудь из Столицы. Но… Столица. Пес. Боль.

Сознание возвращалось медленно и неохотно. Вита с трудом открыла глаза. Она лежала в ванне. Холодная вода была окрашена в красно-зеленый цвет. Игорь стоял рядом, скрестив на груди руки. Без рубашки. Одни мышцы. Боевая форма? Возможно. Когти выпущены, но не сильно. На пару сантиметров. И сталь в глазах. Ни капли сожаления или вины. Вита же не могла пошевелиться. Она была выжата, выпита. Глаза устало закрылись. Сколько прошло времени? Вита не знала и не хотела знать. Только стало холодно.

— Я замерзла. — прошептала она. Голос оказался сорванным. Говорить она не могла. Только шептать.

— Хорошо. Значит жить будешь. — Игорь вытащил ее из воды и завернул в простыню.

Вита не могла стоять, про то чтоб идти не было речи. Она валилась с ног. Игорю пришлось нести ее в комнату. Его тело было таким же горячим и притягательным. Сразу стало тепло. Вита понимала что нужно от него бежать, но вместо этого прижималась сильнее. Игорь осторожно стал смазывать ее раны. Их было много.

— Здорово я тебя поцапал. — сказал он, замазывая очередную рану. — Ты слишком много отдала. Уже и все Ведьмины кристаллы заполнил, а выйти из боевой формы не могу.

— Я почти на нуле.

— Сейчас еще наберешь. Я тебя по головке поглажу, тебе легче станет. Начнешь опять энергию генерировать.

— Мне так плохо. — она всхлипнула и спрятала лицо у него на груди.

— Знаю. Со временем привыкнешь.

— Нет!

— Не ной. Привыкнешь. Ни ты первая не ты последняя. — строго сказал он. — Я тебе говорил, что обратной дороги не будет. Предупреждал.

— Это нечестно. — прошептала Вита.

— С тобой все нечестно получилось. Но не я тому виной. — он прикоснулся губами к ее волосам. — Ты знаешь, что я солдат. Еще до войны начал служить. Войну прошел. А потом началась вся котовасия. Мир рушился. Города уходили под землю. На месте равнин возникали горы. Мор уносил людей тысячами. Когда предложили ввести сыворотку, я был среди добровольцев, что решились ее испытать. Это была зарубежная технология. Наши ученые до конца не разобрались, как она действует. Но нам удалось добыть ее большое количество. Иммунитет сразу поднимался. Никакая простуда не страшна. Сыворотку стали колоть всем в обязательном порядке. Кто не делал прививку, тот умирал. Эпидемии с массовыми смертями закончились. У нас научились сыворотку воспроизводить. Несколько лет все было спокойно. Потом стали проявляться мутации, как побочный эффект. Со временем иры заметили, что немного отличаются от других людей. С каждым годом это отличие только увеличивается. Появляются новые мутации. Организм меняется. Я не ученый, чтоб все складно объяснить. Но я с ними сотрудничал. Был подопытным кроликом, когда еще проводились исследования. Потом все это закрыли. Я оказался на границе. Там мы с ребятами и поняли, что представляем некоторую опасность для женщин ирлитов. Как раз пошли аномалии с энергией. Выяснилось, что есть люди, которые могут эту энергию аккумулировать. Мы могли эту энергию забирать. При этом у женщин ирлитов возникает что-то вроде привязке или неземной любви к иру. Дело доходит до сумасшествия. Если она находится вдалеке от своего объекта обожания, то начинает тосковать. Происходит как бы потеря личности. Смотря на таких женщин, начинаешь понимать что такое потерять себя. Это еще можно сравнить с наркотической зависимостью.

Он замолчал. Вита боялась пошевелиться. Боль проходила. Лекарства и регенерация начали заживлять раны. Тепло, приятное и робкое, стало возвращаться в промерзшее тело. А еще было спокойно. Тихо и спокойно. Весь ужас забывался.

— Мы ведь тоже смертные. При такой ситуации приходилось или ломать их под весь отряд, чтоб все равно с кем быть, или позволять погибнуть. А так оставляли при себе. Только тут еще какая гадость. Когда вы отдаете энергию, то тело переходит в боевой режим. А в постели легко потерять контроль. Хоть и стараешься себя в руках держать, но все равно — рано или поздно срываешься. А мне это сложнее. Я ведь чувствую твои эмоции. Да и силу твою контролирую, а ты ею порой просто фонтанируешь. Плюс еще я здоровый. Ты же маленькая. Одно хорошо, что хоть совместимы с тобой. Порой и такое случается. Остальное — привыкнешь.

— Мне было больно.

— Знаю. Через недельку станет уже не так. Привыкнешь.

— Не хочу привыкать.

— По-другому не получится. Ты уже не можешь без меня. Вон как жмешься ко мне, несмотря на то, что я сделал. Похоже эта привязка раньше началась. Может, когда я тебя до грани довел. Хотя не должно было такого быть. Там ряд факторов должен сойтись.

— Каких?

— Проще говоря: кнут и пряник. Стресс и забота.

— Ты меня чаем напоил. Пожалел.

— Вот видишь, проявил заботу к девочке и испортил ей жизнь. После этого и думай, что лучше. — Игорь вздохнул. — Но вернуть ничего нельзя. Остается только приспосабливаться к обстоятельствам.

Глава 17

Утро застало Виту в совершенно разбитом состоянии. Тело болело так сильно, что она с трудом могла пошевелиться. Усталость и боль. Думать не хотелось. Вита мечтала лишь об одном, чтоб не шевелиться. Но надо было встать. Умыться. Для того, чтоб доползти до двери комнаты, понадобилось полчаса. По стенке она дошла до ванной. Похоже в квартире никого не было. Вита посмотрела на себя в зеркало. Все тело в синяках и кровоподтеках. Лицо разбито. Губы опухли. Глаз не видно. Вчера она много плакала.

Забраться в ванну потребовалось больших усилий. Холодная вода. Ну и ладно. Казалось, что она снимает эту боль. Внутри тоска и слезы. Закрыть глаза и больше не открывать. Пустота. Такая тяжелая. Вита не думала, что пустота может быть тяжелой. Давить. Тоска. Слезы на глазах. И больше нет ничего в этом мире.

Так нельзя. Нужно жить дальше. Жизнь — это самое ценное, что у нас есть. А она не могла. Казалось, потерялась часть души. Или сама душа. Кусок мыла полетел в стену. Взрыв эмоций вылился в фонтан силы. Лопнула лампочка. Но темнота продолжалась недолго. Воздух наполнился мелкими синеватыми искрами. Они сталкивались, превращаясь в шары. Завораживающие и в то же время раздражающие. Вита понимала, что это почти конец. Она не выдержит этого давления.

А потом наступила темнота. Она больше не пугала, а манила. Было приятно лететь вниз и не бояться. Главное, что ушла тяжесть. Удар. Вита выплюнула воду и закашлялась. Легкие болели. Слизистая была словно обожжена. С носа капала вода. Вита вся была мокрая и не могла понять почему. Но ушла тяжесть. Темно. Чьи-то руки. Режущий голос. Противный такой. А она вцепилась ему в руки и ревет. Хруст стекла под ногами. Холодно. В квартире очень холодно. Или это она так замерзла? Теплое одеяло. И тепло чьего-то тела. Он прижал ее к себе и гладил по спине.

Игорь, вернувшись в квартиру, сразу почувствовал неладное. Надо было ее с собой взять, но будить не хотел. И так досталось сильно. Он успел дойти до ванны, как перестал ее чувствовать. Вытащил из воды. Встряхнул хорошенько. Успел. Он не выдержал. Сорвался. Накричал на нее, а она даже этого не поняла. Вцепилась в него мертвой хваткой. Дрожит. Игорь выругался. Никогда он не чувствовал себя так паршиво. Обычная девчонка. Перешагнуть и забыть. А не получалось. Это раздражало, но в то же время и нравилось. Доверчивая. Ласковая. Если подумать, то неплохая девочка. И чего он злится? Привыкнет к нему. Еще поживут на этом свете. А что так повязало их, ничего не поделаешь.

Она затихла. Уснула? Нет. Успокоилась. И больше не дрожит. Сопит только. Носом в грудь ему уткнулась и сопит.

— Что это было? — хрипло спросила она. Закашлялась.

— Привязка. Вначале всегда тяжело. Потом легче будет.

— Потом? Это когда?

— Обычно через пару дней. — ответил Игорь. — Но у нас этих дней нет. Работать надо.

— Я понимаю, но не могу.

— Знаю. Сегодня мы с тобой устроим выходной. А завтра я поменяю некоторые планы, так, чтоб ты за мной хвостиком походила.

— Мне показалось, что вокруг весь мир разрушился и больше никого не осталось в живых. Прям будто я потерялась.

— Теперь нашлась. — Игорь, не торопясь, провел несколько раз ладонью по спине, собирая потерянную энергию и возвращая ее назад Вите.

— Как же все это отвратительно.

— Согласен. Я тебя предупреждал, что обратного пути не будет.

— Но и другого выбора не было.

— Не было. — согласился Игорь. — Если не я так кто-нибудь другой бы тебя подобрал. И было бы хуже.

— Почему хуже?

— Потому. Хорошо-то тебе со мной. Привязка на меня пошла. А там пришлось бы ломать старую. А дальше ломать окончательно. Чтоб с любым могла. Это намного тяжелее, чем сейчас. Не знаю, что хотели сделать разработчики этих вакцин, но женщин они точно не любили. — вздохнул Игорь. Он потянул ее за волосы, заставляя посмотреть на себя. Вита поморщилась. Хотела возмутиться. Но он не дал ей этого сделать. Жестко впился в ее губы. Отстраниться. Спрятаться. Только он ее крепко держал, не давая пошевелиться. Оставалось лишь терпеть. — Чего ревешь?

— Больно. Отпусти. — сквозь слезы ответила Вита.

— Не буду я тебя отпускать. Это ты уже глупости говоришь. Не могу я тебя оставить. Тебе опять плохо будет. Опять топиться пойдешь или из окна прыгать. А мне потом, что делать? За тобой следом идти? Не хочу. — сказал он. Вита посмотрела на него. Он находился слишком близко. Можно было увидеть каждую черточку лица. Холодные глаза внимательно за ней наблюдали. — Чего?

— Я не могу ответить на твои вопросы, потому что не знаю на них ответы. — ответила Вита. — Ты тоже попал в эту привязку?

— Не совсем. Мне нужна твоя энергия, мелкая. — Игорь пересадил ее на диван. — Сейчас аптечку принесу. Починим тебя немного, а потом пойдем ужин готовить.

Вита смотрела на него и не узнавала. Казалось, в нем два разных человека. С одной стороны, забота и внимание, а с другой — тяжелый характер и жестокость. После мазей и обезболивающего Вита смогла передвигаться по квартире. Но все равно было больно. Ужин. Потом они долго смотрели телевизор. Кто-то приехал к Игорю. Вита слышала, как он разговаривал с человеком в коридоре, а потом закрыл дверь и вернулся в комнату.

— Меня потеряли. — хмыкнул он. — Ничего. Полдня можно и дома переждать. Мы с тобой должны иногда отдыхать.

— Игорь, я сегодня должна к парню на свидание идти.

— Ты сейчас не в состоянии.

— Мне нужно тебе рассказать одну вещь. Почему-то кажется это важным. — она собралась с духом и рассказала про встречу со школьной подругой. Игорь нахмурился, но промолчал.

— Возможно она занимается переводами из столицы ирлитов?

— Нет. Диана обычный инженер.

— Может, оставляет лазейки для дезертиров? В последнее время случаи ухода ирлитов из города участились. Приказом вам запрещено покидать город, чтоб не ослабить его.

— Все, кто был более-менее сильные и хитрые уже уехали. — ответила Вита.

— О чем ты?

— Вчера ты меня за документы посадил. Я заметила одну вещь. Все специалисты были под разными предлогами отправлены из столицы. Чаще всего по обмену опытом. Кому-то пришла в голову «гениальная» идея устроить учения в непростое время. Поэтому в столицу в спешном порядке были пригнаны довольно слабые ирлиты, а сильные уехали по провинциям. И не на границу, а в глубокий тыл. Сейчас то же самое происходит и со специалистами среди чистокровных. У меня маму в отпуск на курорт отправили под предлогом обмена опытом. Странно, что никто это не заметил. — ответила Вита. Она машинально прижалась к Игорю. От него шло такое приятное тепло, что она не могла устоять.

— Кому тут замечать? Начальство все сменилось. Новые люди ничего не знают. Зато теперь понятно, почему я на одних идиотов натыкаюсь. Из стариков, которые занимали свои должности еще до прорыва, осталось пару человек. Включая Дарью. Понятно, что в таком фарше сейчас сложно разобраться. Они мчаться, но ничего сделать не могут. Физически не хватает ни сил, ни времени. Ничего. Наведем порядок. И не с таким справлялись. — ответил Игорь.

— Надеюсь на это. Иначе просто погибнем.

— Рано нам помирать, мелкая. Время еще не пришло. Вот дела решим, а там тогда и на покой уходить можно. Поселимся с тобой в тихом месте и будем повидло из яблок варить. У меня дом построен в небольшом городке. Там участок земли. Несколько яблонь, кусты плодовые. Малина. Будем с тобой варенье варить и ягоду сушить. А потом зимой чай пить. Слушать, как метель воет.

— На севере?

— Что на севере?

— У тебя дом. В северной области?

— Да. Там. Не люблю юг. Надоел за столько лет службы. Да и родом я с севера. До войны в тех краях город был, в котором я родился. В пяти километрах от Карпска. Так что Карпск почти мой родной город.

— А что с городом стало?

— Там теперь озеро. Хорошее такое озеро. Город под землю ушел.

— Жуть. Вместе с жителями?

— Да. Тогда такое периодически случалось. Да и сейчас порой земля еще ходуном ходит в некоторых местах.

— Но таких провалов крупных на моей памяти не было. — сказала Вита.

— Так ты живешь еще мало. Да и последние года относительно тихо проходят. Первые десять лет тяжело было. Но люди такие существа, что ко всему приспосабливаются. Похлеще тварей. Ничего нам не страшно.

— Страхи есть у всех. Неужели ты ничего не боишься?

— Раньше боялся. Сейчас нет.

— Потому что ты сильный. Тебе и не страшно. Ты сам страх нагоняешь.

— Возможно. Ты меня боишься?

— Не знаю. Я не могу понять себя. Это пугает.

— А ты пока ни о чем не думай. Плыви по течению и не сопротивляйся. — сказал Игорь. Вита вздохнула, но промолчала.

— Ты понимаешь, чем пахнет вывоз специалистов из столицы? — она подняла на него глаза.

— Заговором. Тут это было ясно с самого начала. — ответил он. — Осталось понять кто все это подстроил.

— А ты не боишься со мной такие темы обсуждать? Я ведь могу предать.

— Не сможешь. Ты теперь без меня и шага ступить не сможешь. Поэтому с тобой можно любые темы обсуждать. К тому же ты умная. Живешь в столице не первый год. Я дураком буду, если этим не воспользуюсь. — спокойно сказал Игорь.

Она спала, свернувшись клубком. Вздрагивала. Видно что-то снилось неприятное. Хотя тут не надо было удивляться. Игорь накрыл ее одеялом и провел рукой по волосам. Вита напряглась, а потом расслабилась и прижалась к нему. Все тепло ищет. Энергию слишком много отдает. Не хочет она у нее держаться. А он ее уже поглощать не может. Мышцы напряжены. Хоть сейчас в бой иди. Давно Игорь не чувствовал такого подъема сил. Малышку жалко. Но не он все это придумал. Недельку помучается, потом привыкнет. Или не привыкнет. Тогда придется с ней распрощаться. Главное не привязываться. Хотя он уже привязался. Когда такое было, чтоб он плюнул на работу и остался ради какой-то батарейки. Обычно он их бросал и возвращался, когда было время. Они не были для него людьми. Так, оружие. Реквизит. Как Ведьмины кристаллы. Помогают в бою и ладно. А то, что у них есть чувства, Игорь старался не думать. Зачем себя расстраивать? Горевать? После того, как у него на руках умерли во время эпидемии все родные, Игорь думал, что чувствовать и вовсе разучился. Да и многие иры замечали, что стали жесткими, если не жестокими. Вначале думали, что это из-за работы. Когда каждый день может стать последним, не до нежности и чувств. Но когда стали присылать в отряд батареек, эта сухость в эмоциях стала проявляться заметнее. Малышка же пробилась к нему. Непонятно как, но пробилась. Зацепила чем-то себе на зло. Остается надеяться, что все обойдется.

Глава 18

Звук сирены вывел Виту из апатии. Она сидела и смотрела на бумаги. Нет, работать в таком состоянии было невозможно. Тревога сковала сердце. Паника. Стало трудно дышать. Но дверь открылась. Вошел Игорь. Он только взглянул на нее и вздохнул.

— Поехали. — велел он. Вите сразу стало легче. Главное, чтоб не оставаться одной. — Будешь наверху камнями кидать. Я внизу останусь.

Она молчала. Только смотрела на капли дождя, которые оседали на стеклах машины. Страх. Он почти все время преследовал ее. Она не могла отделать от него. Никакие разумные доводы не помогали. А за страхом следовали вспышки энергии. Прошло три дня после той ночи, а Вита не могла прийти в себя. Временами на нее нападала апатия, временами бурная деятельность. Вита не узнавала себя. С каждым днем Игорь становился все мрачнее. Она часто ловила его взгляды, которые были задумчивые и неприятные. Он все возился с ней. Это порой раздражало.

Вспышка злости. Вита так сжала кулаки, что ногти пропороли кожу до крови. Хоть рычи. Она сходила с ума. Меньше всего на свете Вита хотела оказаться в бою. Она не хотела потерять в этом бою Игоря. В последнее время она не могла долго находиться без него. Это раздражало. Градус злости только рос.

Они подъехали к стене когда твари уже почти добрались до ее верха. Много. Больше чем обычно. Или ирлиты были слабее обычного, вот и подпустили так близко. Игорь сразу направился к воротам. Страх. Он сильный, но самоуверенный. Слишком рассчитывает на свои силы. Но тварей слишком много. Она не должна этого допустить. Энергия прошла через ее тело. Слишком много. Вита упала на землю. Энергия разрывала тварей на части. Но Вита об этом не задумывалась. Она видела разъяренное лицо Игоря. Его боевую форму. Плечо окровавлено. Он был в таком состоянии, что Вита испугалась. Он же ее сейчас убьет! Не думая, она побежала прочь. Не разбирая дороги. Петляя между машинами и домами. Только главное не останавливаться. Иначе ей придется худо.

Игорь только смотрел ей вслед, переводя дух. Нужно успокоиться. Сирена перестала выть. Защитники стены и не поняли, что произошло. Только Игорь знал правду. Она слишком сильна и опасная. Одно слово и ее убьют. Если девчонка дальше так будет дурить, то догадается кто-то еще. Или все сделать так, будто все было им запланировано? Дарьи соврать. Она хоть и говорила, что прикроет его, но в этот раз заступаться не будет.

Плечо болело. Это надо такую силу иметь, что чип перегорел! Правильно, что она сбежала. Иначе бы он не сдержался и прибил бы, чтоб больше не мчалась. Да и у него меньше проблем было бы.

Он вернулся в отдел. Игорь терпеть не мог бумажную работу. Отвечать за безопасность столицы — это означало как раз перебирать бумажки. Расставлять фигуры на шахматной доске в нужном положение. Ему проще было расставлять их на поле боя, чем из кабинета. Но сейчас на эту должность некого было посадить, поэтому приходилось самому ковыряться.

Дарья приехала через полчаса. Встревоженная. Он не успел сказать заготовленную речь, как она остановила его жестом руки.

— У нас большие неприятности. — сказала она. — На хлопковой каторге бунт. Каторжане пошли на столицу.

— Сколько человек?

— Это неизвестно. Нам ничего не известно. Есть только слова перепуганного полицейского, которого выслали в столицу за помощью. Оказывается уже неделю нет связи со столицей. С кем мы тогда ведем телефонные переговоры?

— Без понятия с кем ты там болтаешь. — Игорь нахмурился и достал аптечку. До врача он сегодня не доберется. Придется лечиться самому. — И атака сегодня явно была спланирована. Как только они тварями управляют? Это понять не могу. Хотя их ведь и создавали, чтоб им управлять. Оружие на четырех лапах. Может где-то раскопали старые технологии? Все возможно.

Он разрезал место, где стоял чип и стал его вытаскивать. Дарья поспешила отвернуться.

— Нужно созывать Совет двенадцати. Пусть они решают эту проблему. Не могу понять, почему они молчат.

— Потому что шесть человек пропали без вести, а трое придерживаются довольно радикальных взглядов. Если будет переворот, то они его поддержат. Троим другим все равно. Они поддержат и тварей, если им заплатить.

— Почему ты мне об этом говоришь лишь сейчас? — рыкнул Игорь.

— Потому что этим делом занимается другой мой человек. — ответила Дарья.

— Не доверяешь?

— Игорь, у тебя и так работы много. Еще и это вешать я на тебя побоялась.

— Угу. Не доверяешь. Сведи меня со своим человеком. Думать будем. — сказал Игорь. Дарья недоверчиво посмотрела на него. — Или так, или я уезжаю. Мне твои игры надоели. Сама будешь отбивать столицу и от тварей, и от каторжников. Сколько дней пути до нас от каторги?

— Смотря как идти будут. Могут и за десять дней пройти, а могут и месяцами идти. Мы не знаем, как идет этот сброд.

— Не надо так категорично. Будь это обычный сброд, то они не смогли бы выбраться с каторги. Пойдем, поговорим с полицейским, который принес нам эти вести.

Игорь пришел домой только в восьмом часу. Пустая квартира. Вита еще не вернулась. Но она где-то поблизости. Он это чувствовал. Все боится возвращаться, но и уйти не может. Вот и крутиться поблизости. Игорь принялся готовить ужин. Девять, десять вечера, а ее все не было. Он уже и пообедал и выключил свет. Потом просто сидел и ждал. Раздался звук открывающийся двери. Она прошмыгнула как мышка.

— Нагулялась? — насмешливо спросил он. Вита вздрогнула от его слов. Замерла. — Чего молчишь?

Вита прошла на кухню и включила свет. Вся серая, осунувшаяся. С кругами под глазами. Она выглядела усталой. Отчаянье. Его привкус наполнил кухню. Она подошла к Игорю и достала из кармана складной нож. Положила его перед ним.

— Что это? — лишь мельком взглянув на нож, спросил Игорь.

— Нож.

— Я вижу что нож.

— На нем яд, который убивает иров. — ответила она, посмотрев ему в глаза. Не торопясь, Вита сняла куртку, а затем закатала рукав рубашки. — Этот чип должен перекрыть привязку. Она ведь до конца не произошла. Есть еще в запасе пару дней. Если я тебя сейчас убью, то освобожусь. Да, прежней не буду. Но и зависимости не будет.

— Ясно. И ты это хочешь сделать?

— В моем случае это может не помочь и я все равно сойду с ума. Также и с тобой. Ты ведь это знаешь, но не говоришь. Обманываешь. Хотя нет, ты не раскрываешь всех карт. Говоришь лишь то, что считаешь нужным. И ты не можешь мне помочь. А они могут. Если не обманут. Или не могут. Но шанс есть. Или нет. Все слишком хрупко. И никто не даст гарантий выживу я или нет. Но ты меня убьешь. Я представляю опасность для окружающих. И ты это знаешь. Но пока прикрываешь. Или не прикрываешь. Не знаю. — Вита покачнулась. — Устала сегодня. За тебя переживала, а потом тебя боялась.

— Знаю. — он притянул ее к себе за кофту заставляя подойти ближе. Выпустил когти. — Только пикники. Прирежу.

Он резанул ее по руке, в которую был вставлен чип. Поддел его когтем и выдернул. Вита стояла как полотно. Глаза закрыты. Побелевшие губы крепко сжаты. Он распорол ее кофту и перевязал руку. Затем развернул к себе спиной и подцепил второй чип, что поставил доктор в области шеи. Она со стоном упала на колени. Игорь кинул чипы в раковину.

— Раз не получается научным путем идти, так справимся. По старинке. — пробормотал он, поднимая ее на руки. Кровь испачкала рубашку, но он не обратил внимание. Вита молчала, лишь тихо всхлипывала.

— Я должна тебе сказать… — очнулась она, когда он начал раздевать ее. — Про Диану…

— Мне сейчас плевать и на переворот, и на тварей, и на Совет. Сейчас на первом месте ты. — проходясь по ее телу горячими ладонями, перебил ее Игорь. — Боль сейчас уйдет. Расслабься и доверься.

— Игорь, не надо. Я… — она тихо всхлипнула. Тело загорелось огнем в его руках. Она задрожала.

— Прекрати сопротивляться. Ты будешь мучиться, пока не смеришься. Ты должна полностью доверять мне. — горячий шепот коснулся ее кожи.

Вита и не думала сопротивляться. Усталость. От боли, от страха. В его руках она чувствовала себя воском. Нежность. Ласка. Неожиданно. Разрядка. Сильно. Вторая. В этот момент он стал забирать энергию. Перехватило дыхание. Но боли не было. Только его глаза светились в темноте холодной сталью. Ей хотелось растопить эту сталь. Этот лед. Тепло. Все переросло в огонь. Страсть. Она целовала его, не чувствуя себя. Ласка. В какой-то момент он вошел в нее. Опять боль. До стиснутых зубов. До искр в глазах. Но в то же время не такая сильная, как в первый раз. Время остановилось. Потом все прошло. Он ушел. Вернулся с холодным мокрым полотенцем, которое ожогом прошлось по разгоряченной коже, стирая кровь, что натекла с раны после чипа на спине.

— Я должна сказать… — Вита боролась со сном, который навалился на нее непосильной ношей.

— Знаю. Спи. Тебе осталось спать около трех часов. Все разговоры потом. — прервал ее Игорь. Она не спорила. Послушно закрыла глаза и через минуту он уже услышал ее сопение. В теории может и получится ее вытянуть. Хотя шансы малы. Игорь выругался. И ничего не сделаешь. Лишь методом проб и ошибка. А ей мучиться. Он чувствовал ее боль сегодня сильнее обычного. Сам чуть не рехнулся. После этого можно согласиться, что они похожи на тварей, раз делают такое друг с другом. А сколько он так девчонок поломал? Сотня? Две? И не задумывался как им тяжело. Батарейки к оружию, которыми являлись Псы. Может не так и плоха идея с переворотом?

Глава 19

Одеяло укутывало плечи. Горячая кружка с чаем обжигала ладони, но это даже было приятно. Вита сидела на диване и смотрела в окно. Только начинала пробиваться первая заря, окрашивая все в сизоватый цвет. Игорь вернулся в комнату с тарелкой, на которой было нарезано холодное мясо и хлеб. От мяса на небе оставался неприятный привкус жира, но это не мешало его жевать, запивая горячим чаем. Игорь сидел рядом, наблюдая за Витой.

— Игорь, они ведь теперь поймут, что я их предала. — сказала Вита, когда голод был утолен.

— Когда должны были прийти твои гости?

— В первом часу ночи. — она поежилась, как от озноба. — Я тебя вчера так испугалась, что убежала. Потом долго ходила по улице. Пришла к Диане. Она мне и предложила так избавиться от зависимости к тебе. У нее что-то вроде революционного кружка. После того как они мне помогут, я должна была на них работать.

— Я так и понял.

— Но я не смогла. Понимаешь? — Вита испуганно посмотрела на него.

— Медаль тебе за это дать? — хмыкнул Игорь.

— Нет. Только не ругайся.

— Я подумаю. Если сегодня реабилитируешься, то сделаем вид, что ничего не было. — ответил Игорь.

— Теперь они меня уберут. Я слишком много знаю. — сказала Вита, отпивая чай.

— Попробуют. — согласился Игорь. — Как интересно получилось, куда бы ты ни пошла или какой бы путь ни выбрала — все равно не жить. Это надо было тебе так судьбе насолить, чтоб она на тебе так отыгрываться стала.

— Не хочу умирать.

— Будешь делать, как скажу, то не умрешь. — Игорь коснулся ее щеки. — Со мной останешься. Не бойся. Расскажи, что за революционный кружок?

— Как я поняла, он состоит из ирлитов, которые хотят добиться власти и расширения прав и свобод. Разговор идет, чтоб мы стали в правах равные с чистокровными людьми. Так же могли занимать высокие должности и вести научную деятельность.

— А ты как думаешь? Поддерживаешь их идеи?

— Не знаю. Мне не до них.

— Я поддерживаю. — спокойно сказал Игорь. — Но они решили пойти слишком кровавым и жестоким путем, еще и глупым. Уничтожить столицу, чтоб приобрести права — по мне так неверное решение. Они этим только развалят страну. Тем более сейчас еще каторжники идут на город с какими-то требованиями. Наверное теми же, плюс еще и амнистию захотят. И нам придётся с ними договариваться. Одновременно отбиваться от тварей и вести Гражданскую войну не получится.

— Каторжники?

— С хлопковой плантации. Так что видишь какая нас с тобой веселая жизнь впереди ждет. Скучать не будем.

— Я бы не отказалась поскучать.

— В принципе, мы можем не лезть в эту грызню. Отойти в сторону, и посмотреть кто выживет, а кто помрет. Но у меня здесь учится сын. Если город падет, он погибнет. А у иров дети редко появляются. Терять мне его не хочется. Забирать его из города и увозить в более спокойное место, только трусости учить. Да и Дарья здесь. Плюс еще несколько человек, с которыми я хорошо общаюсь. Поэтому город будем отстаивать. — сказал Игорь.

— Как будто это так легко.

— На самом деле не так уж и тяжело, как кажется на первый взгляд. Скоро приедут мои ребята и работа пойдет быстрее. — ответил Игорь.

— Странно, что ты мне все это рассказываешь.

— Я не робот, такой же человек, как и все. Одно — я не люблю доверять людям. Но если кто-то становиться близким, то это действительно близкий человек. Тебе это удалось сделать. — просто сказал он. — К тому же ты теперь вроде моей тени. А ей сложно не доверять.

— Тени? — Вита подняла на него глаза.

— Без меня тебе не выжить и ничего я с этим сделать не могу. Собирайся. Нам в пять утра надо с одним человеком встретиться.

— Почему так рано?

— Потому что к этому времени он должен был найти нужную для меня информацию. — ответил Игорь.

Казалось, что город даже не ложился спать. Люди шли с серыми лицами под серым небом, хлюпая по лужам. Не хватало тепла, не хватало солнца. Все было серым и грязным. Хотелось спать. Но они ехали по серым улицам, поднимая брызги в лужах, которые остались после вчерашнего дождя.

Небольшое кафе, что работало круглосуточно. Игорь завернул к нему. Человека, с которым они должны были встретиться, звали Родик. Высокий, улыбающийся, несмотря на черные круги под глазами и весьма помятый вид. Вита таким его и запомнила. Со взъерошенными волосами и доброй аурой.

— Привет, — не сводя глаз с Виты, сказал он. Есть такой тип мужчин, которые даже дурнушку заставят поверить, что она королева. — Я Родик. Нужно сразу представиться, пока он не завалил нас делами и не развел в разные стороны.

— Вита, — ответила она.

— Красивое имя. Я так понимаю мы над одним делом работаем. Потом тогда переговорим…

— Она со мной работает. Так что ищи другую подругу. — одернул его Игорь.

— Так всегда. Она сладкая.

— Прекрати тянуть с нее энергию. Девочка нестабильна. Сейчас возьмет и снесет нам полздания. — сказал Игорь. — Я не знал, что Дарья и тебя вызвала.

— Еще хотела Дага, но тот помер недавно. — ответил Родик.

— Чего случилось?

— Официально, не рассчитал силы в бою с тварями. Неофициально — с собой покончил. Мы с ним встречались. Он в депрессии был. С чистой жил, так она умерла. Он не мог оправиться. Любил ее. Да и жить ему надоело. Даг и пошел за ней.

— Плохо. Даг нам сейчас бы пригодился. Но чего жалеть, если не вернуть человека?

— Дай хоть немного по обнимаюсь с твоей подругой. И она вроде не против. Так ведь, малышка? — Родик подмигнул Вите. Она же вцепилась в рукав Игоря.

— Обойдешься.

— Сначала пашешь несколько суток, а потом в таких малостях отказывают.

— Давай без лирики. Чего нарыл?

— Первый из дюжинны пропал два месяца назад. Незадолго до гона тварей. Решили замолчать. А так посчитали, что он погиб во время прорыва стены. Тогда полная неразбериха была. Потом в Совете двенадцати началась настоящая прополка. Люди пропадали бесследно. Сейчас мы почти без правительства. Дарью то и дело хотят убить. Было уже около десяти покушений. Если бы не ее преданный Данила, она давно бы ушла вслед за членами совета, что пропали. Дарья уже на грани срыва. Хотя держится. Но не забывай, она женщина, хоть и руки у нее стальные. Если она уйдет со своего поста или ее уберут, то столица падет.

— Править некому?

— Нет. Все разбежались как тараканы. И продолжают убегать.

— Скоро пойдет паника среди людей.

— Уже идут слухи.

— Сегодня закроем въезд и выезд из столицы. — решил Игорь.

— Я пару часов посплю, пройдусь по кругу общения пропавших из Совета.

— Вита, напиши адрес своей подруги. — велел Игорь.

— Что с ней будет? — спросила она.

— Посмотрим на кого выведет, потом зачистим.

— Но она мне хотела помочь.

— Или использовать. Я тоже сейчас тебе помогаю и хочу того же от тебя. Кто кого использует? Думаешь за свою помощь она ничего бы от тебя не потребовала?

— Знаю, что потребовала. Мы говорили с ней на эту тему. Нужно было бы с ними идти до конца.

— Пиши адрес. — повторил Игорь. — А до конца со мной пойдешь.

— Держи. — Вита не была уверена, что поступает правильно. Это по сути было предательство Дианы. Но сопротивляться Игорю и идти против него, она не могла. Не позволяло что-то внутри. Как какой-то барьер.

— Родик, посмотри по жильцам и гостям этой квартиры. Может быть связано с твоим делом. Только осторожнее.

— Понял. — убирая листок, сказал Родик. — Так и не дашь мне свою девочку? Я тебе вечером верну.

— А потом мне ее добить останется, чтоб не мучилась? Самому нужна. А ты вон, кристаллом обойдешься. — Игорь достал из кармана Ведьмин кристалл и протянул Родику.

— Хоть что-то. Тогда до завтра. Здесь же в это время. — Родик ушел, оставив их одних. Игорь тоже засиживаться не стал. Только в машине он несколько минут сидел, держась за руль, и смотрел перед собой.

— Видишь, как бывает, мелкая. Устал жить. Ты за эту жизнь цепляешься. А он устал. Хотя его тоже понять можно. Когда живешь долго, наступает такой момент, когда не знаешь, для чего все это и кому нужно. Вроде себе уже не нужно. Все что хотел сделать — сделано. Все что хотел получить — добился. Попробовать? Даже перенасыщение получить успел. А конца этому не видно. Раньше люди знали, что через какое-то время придет старость, дряхлость, а за ней смерть. Мы же эту смерть видим лишь в бою. Это как-то неправильно. Неестественно. Для вас молодого поколения — эта норма, а для нас — дикость. Из всех признаков старости я пока чувствую быстрый упадок сил. К этому приходится привыкать. Раньше больше мог в боевой форме находиться. Но это даже не пугает. А так-то ничего не меняется. Каким был, когда мне эту сыворотку вкололи, таким и остался. Все это дико. Но так теперь мы живем.

— Это плохо?

— Кто его знает? Время покажет. — ответил Игорь.

Бумаги, бумаги. Вита сидела в кабинете Игоря и разбирала его бумаги. Это было что-то невозможное. Завал. Игорь же ругался с подчиненными, все пытаясь наладить работу. Арик ее нашел в кухонном уголке. Куда она заглянула, чтоб выпить кофе. Сильно хотелось спать. Да и тело болело после вчерашней ночи. Игорь хоть ее и не порезал в этот раз, но синяков наставил изрядно.

— Привет. Как дела? — спросил он.

— Не смогла вчера прийти. — ответила Вита. — Много работы было.

— Ничего страшного. Сейчас всех завалили выше крыше. Не продохнуть. — ответил он.

— А ты здесь что делаешь?

— По работе за бумагами прислали. Решил, что халявного кофе выпью. Когда потом время будет на это.

— Никогда не знаешь, что будет через час. — согласилась Вита.

— Вита, давай сегодня встретимся? — предложил он, касаясь ее руки.

Легкий укол. Почти неощутимый. Сознание начало уплывать. Голос Арика стал доноситься откуда-то издалека. Он что-то спрашивал. Уговаривал. Вита уже хотела пойти с ним. Но тут вспомнился Давид. Бывший муж. Она с ним сидит в кафе. Смеётся над его шутками. Потом они гуляли. Он подарил ей небольшой кулон, который источал дивные ароматы. От них так же начинала кружиться голова. Вита не любила этот кулон и редко его надевала. Но Давид постоянно обижался. А сознание плыло. Все вокруг стало таким неважным. Пес. Сознание прояснилось. Она должна быть рядом с ним, а не куда-то брести за руку с мутным типом.

Вита пробормотала какие-то извинения и вырвала свою руку из руки Арика. Бежать назад. Он ее окликнул, но Вита уже поднималась по лестнице. Как она успела дойти до выхода из здания? Главное не останавливаться. Ее разрывало на две части. Хотелось остаться с Ариком, но при этом и вернуться к Игорю.

Игорь был в кабинете. Разговаривал с каким-то человеком. Вита зашла. Она чуть не падала. Шатало. Во рту все пересохло. Два желания. Каждый шаг делался с трудом.

— Что случилось? — спросил ее Игорь.

— Не отпускай. — она прижалась к нему, почти теряя сознание.

— И не подумаю. — ответил Игорь, проводя рукой по ее спине.

Глава 20

— Что случилось? — спросил ее Игорь.

— Я не понимаю, что произошло. — ответила Вита. Она все никак не могла отойти от Игоря, словно боялась, что все опять повториться. Туман только рассеялся. Вернулась способность соображать здраво. — Ненавижу такое состояние.

Они стояли в кабинете одни. Опять заморосил дождь. Он приятно успокаивал нервы. Казалось, что все произошедшее глупая шутка. Что все Вите показалось, но она знала — это не так. Интересно, что от нее хотел Арик? И зачем здесь появился? Хотя он скорее всего связан с Дианой.

— Может расскажешь, что тебя так напугало? — осторожно спросил ее Игорь. И это был не приказ, а именно просьба. Вита удивилась, но на это не было времени.

— Все началось с Давида и кулона. — начала она. Игорь слушал ее, задумчиво водя рукой по спине, отгоняя страх, заставляя энергию прийти в норму.

— Потом покажешь мне этот кулон. Он у тебя остался?

— Да. Вещь дорогая. Все думала продать, но, с другой стороны, подарок, поэтому рука не поднялась.

— Я давно уже ничему не удивляюсь. Может кто-то изобрел состав, который действует, как временная привязка.

— Может быть. Хоть это и незаконо, но ирлиты часто продолжают заниматься разработками. Все что-то усовершенствуют. Создают новое. Не могу понять зачем только им это нужно. — сказала Вита. — Ведь это большой риск.

— Гены. Еще до войны наука была возведена в культ. Около ста пятидесяти лет люди жили изобретениями. Что-то создавать было престижно. Были целые династии ученых, которые стояли у власти. Но они относились ко всему с большой долей фанатизма. Не могли реально оценить ситуацию. А потом началась война, которая напоминала хвастовство между странами у кого из них лучше и уничижительнее игрушки. Игрушки несли смерть, меняя лицо земли. Поэтому сейчас наука и не в особом почете. Люди боятся повторения войны. Потомки же продолжают тяготеть к науке. Не забывай, сколько они там еще намудрили с генетикой, выводя идеальны людей. — ответил Игорь.

— У меня нет к этому тяги. Мне наука тяжело шла. Я с трудом профессию инженера получила. Два раза экзамены заваливала. Но теперь привыкла. Разобралась во всем. Но так, я на силе вышла только на свой уровень профессии.

— Потому что ты для другого была предназначена. Рулетка из сыворотки сделала тебя генератором силы. Остальные твои способности шли второстепенно. Ты по моему совету решила развить способности второстепенные. Отсюда и сложности в получении профессии. Самое обидное, что от судьбы не убежишь. Все равно связалась с Псами.

— С Псом. — поправила его Вита. Или ты меня хочешь в отряд отдать?

— Нет. Не хочу. Хотел бы, то давно тебя туда отправил. — он вздохнул и взглянул на часы. — Надоело все. Пойдем домой.

— Еще до конца рабочего дня целый час.

— А то что мы начали с тобой работать еще за четыре часа до начала? Это ты не учитываешь?

— Нет.

— Вот и поедем. Тут можно хоть сутками сидеть, но ничего толкового не сделать. Слишком бардака много. — сказал Игорь.

Они вышли на улицу. Дождь. Он барабанил по лужам, забирался за воротник куртки. Лужи норовили залить ботинки. Игорь и Вита пока шли к машине промокли насквозь.

— Когда эта слякоть закончится? — недовольно спросил Игорь, включая печку.

— А мне наоборот нравится. Сырость — это неприятно. Но когда на душе тоска возникает, он успокаивает. Создает иллюзию, что это временно. С ним пройдет боль и беспокойство, а жизнь вернется в прежнее русло.

— Если так, то кому-то в этом городе слишком тоскливо, раз смог сюда собрать все тучи. — ответил Игорь.

Вечером Вита сидел на диване, закутавшись в одеяло. В квартире было холодно и сыро. По телевизору рассказывали о засухе в других городах. По прогнозам ожидалось, что две трети урожая погибнет, если в ближайшее время не пойдет дождь. А как он может пойти, если все тучи сосредоточились в столице? Тучи притягивало сюда словно магнитом.

— О чем говорят? — заходя с тарелками, на которых был ужин, спросил Игорь.

— О том как картошку сажать. Говорят надо яму глубже капать, чтоб вода задерживалась.

— А окучивать они ее как собираются? Если этого не сделать, то клубни позеленеют.

— Этого не говорят. Только этот совет дали. На следующий год планируют все сажать в низинах.

— Глупо. Этот год засушливый, а следующий дождливый будет. В итоге все сгниёт. Что-то из крайности в крайность людей кидает.

— Все потому что у нас министр сельского хозяйства на самом деле технарь по образованию. Он в картошке разбирается так же, как и я. Предпочитаю варенную. — хмыкнула Вита.

— Откуда такая информация?

— Давид рассказывал. Он же в очереди на кресло стоял. Там крутился постоянно. Дружбу водил с Советниками и министрами. Поэтому я о многих знаю. С несколькими знакома была. — Вита села за стол, что стоял в комнате. — Игорь, а в теории может человек управлять погодой?

— В теории все возможно. На практике не встречал. — ответил он. — Но вот установкой, что влияет на погоду, на мой взгляд, управлять реальнее.

— Была такая?

— Была. Если мне память не изменяет, то лет семьдесят назад проводились испытания установки, как альтернатива оружия. Мол, врагов дождем зальем или заморозим. Испытания прошли успешно с побочным эффектом. Что давно подмечено, у любой разработки всегда есть побочные эффекты. И порой они такие, что с лихвой пользу затмевают. Так и с этой погодной установкой произошло. Минусом был обратный эффект. Если в одном месте шел дождь, то в другом начиналась засуха. Мороз на одной территории, на другой или дождь или жара, как в печке.

— То же самое, что происходит сейчас. Столицу заливает, а всю остальную страну мучает засуха. — заметила Вита.

— Возможно кто-то откопал эту установку и играется ею. Только смысл?

— Может дождь не только меня успокаивает? В городе есть несколько бывших батареек. Включая Дианину сестру.

— Бывших батареек не бывает. Все чипы и настойки — ерунда полная. Все дает лишь временный эффект.

— Не проще сейчас задержать подозреваемых?

— Ты про революционный кружок твоей подруги?

— Да.

— Что нам известно? — Игорь отложил в сторону вилку и взял кружку с чаем. — Есть квартира, на которой собираются несколько людей, что придерживаются вольных взглядов. Так?

— Так. — ответила Вита.

— Мы не знаем всех людей и ирлитов, которые состоят в кружке. Не думаю, что им удалось заручиться поддержкой иров.

— Почему?

— Потому что никто из нас глупостями заниматься не будет. Если бы в их рядах был хоть один ир, то мы жили бы в другой стране и по-другим правилам. — ответил Игорь. Он посмотрел поверх кружки на Виту.

— Не слишком ли самоуверенно? — спросила она, желая спрятаться от этого неприятного взгляда. Стало не по себе.

— Нет. — он неожиданно улыбнулся. — Нас правильно бояться. Мы сила и большая сила. Один мальчишка ир — стоит сотни хорошо обученных ирлитов в разных специальностях. Взрослый ир может спокойно горы свернуть, если захочет. С другой стороны, мы осознаем свою силу и не применяем ее без надобности. Стараемся жить как все.

— Почему?

— Потому что один неверный шаг и начнутся гонения на иров, а возможно и ирлитов. Люди начнут нас убивать. Начнется война. Ладно, пусть будет война. Но кто в первую очередь пострадает? Пока мы будем выяснять кто из нас сильнее и кто прав, в первую очередь пострадают женщины и дети. Мы и так на границе теряем много людей в результате нападений кочевников и тварей. Война может привести к такому результату, что останется горстка людей или ирлитов. Мы просто вымрем. Есть еще вероятность, что пойдет побочный эффект сыворотки и возрастет процент иров. А ты знаешь, что у нас низкий процент, как я читал в больничной выписке, воспроизводства потомства. Когда это прочитал, себя почувствовал племенным быком. Нет, я понимал, что ученые выражаются специфически, но это перебор. Хотя, многие нас считали полулюдьми или полутварями. Идеальный человек получился наполовину животным. Смех да и только. Но речь не об этом. Вернемся к проценту иров. Мы не знаем как поведет себя сыворотка. Поэтому если процент иров возрастет, то станет меньше прирост населения. Дети перестанут рождаться.

— Можно ведь что-то придумать. Есть же различные способы.

— Хочешь сказать про оплодотворение искусственным путем? Оно не помогает. Также, как и выращивание детей в пробирках. Настоящие уроды получаются. Больше на тварей похожи, чем на людей. Живут не больше пары дней. Нам вообще ставили диагноз как бесплодие, но дети появляются. Правда мало и в основном мальчишки. Проблема большая. Война нам невыгодна. Но ее упрямо стараются развязать.

— Зачем? В надежде что придут перемены?

— Это тебе лучше знать. Ты с ними общалась.

— Немного. Тогда меня другой вопрос интересовал.

— А сейчас?

— Не знаю. Сложно все. Непонятно.

— Непонятно? — Игорь холодно посмотрел на нее, а на губах насмешка. — Иди сюда.

— З-зачем? — Вита почувствовала страха. Она не могла понять почему, но испугалась.

— А ты подойди и узнаешь. — хмыкнул Игорь. Ее тянуло к нему магнитом. Она не могла ничего поделать с этим. Пыталась сопротивляться, но на глазах только выступили слезы. Он позвал, а она должна подойти. И другого варианта нет. Это неприятно. Потеря себя. Вита принадлежала ему и это злило. Подойти все же пришлось.

— Знаешь ведь что так будет, но все равно сопротивляешься. — прижимая ее к себе, сказал Игорь. Его рука забралась к ней под кофту и стала гладить спину. Вита задрожала, чувствуя тепло и странное удовольствие от этой ласки.

— Мы ужинаем.

— Я заметил. — откидывая ее одежду, сказал Игорь.

— Подожди. Я…

— Тихо. — велел он, подхватив ее.

— А ужин…

— Успеем.

Ласка. Горячая, притягательная. В ней хотелось раствориться. Забыться. Она перебивала дождь. Снимала боль, что казалось постоянно жила внутри Виты. Он же разыгрывал все как по нотам. Заставлял ее быть ближе, хотеть этих ласк, забыться в его руках. Был страх. Боли не было. Просто неприятно, но уставшему телу, после нескольких сильных разрядок было уже все равно. Хотелось, чтоб все закончилось. Она уже устала. Но Игорь был другого мнения. Эмоции захлестнули ее. Сильный водоворот огня. Он уносил ее куда-то. Заставлял гореть. И понять откуда этот вихрь налетел было невозможно.

Вита забыла как дышать. Сердце на миг остановилось. А потом все начало возвращаться. Комната, диван. Сидящий рядом Игорь, который гладил ее по бедру. И она сама, чувствующая себя рыбой вынутой из воды. Усталость. И, в то же время, удовлетворение. Только удовлетворение отчего? Она посмотрела на Игоря. Он молчал. Смотрел на нее и молчал. Страх? Нет. Вита не боялась. Она все равно ничего не могла сделать.

— Что мне с тобой сделать? — спросил он.

— Не знаю.

— А ведь все плохо для тебя складывается, мелкая. — он несильно царапнул ее бедро.

— Я заметила.

— Мне не нравится, что происходит.

— Мне тоже.

— Я могу прирезать хоть сейчас. Что меня должно остановить?

— Тоска. Сам знаешь, она появится, а сделать с ней ты ничего не сможешь. — ответила Вита.

— Не надо было мне тебя жалеть. Сам вляпался. — он откинулся на спинку дивана. Вита села рядом, прислонившись к его широкой груди.

— Вместе вляпались. — ее рука скользнула в его ладонь.

Такое было первый раз. Ему ведь просто было жаль ее. Хотелось облегчить ту боль, которую и сам ей причинял. Вчера он снял эту боль. Заставил почувствовать страсть. Но сейчас произошло то, что не должно было случиться. Она почувствовала его эмоции. Он привязывался к ней. И это было плохо. Не хватало стать зависимым от ее присутствия в своей жизни. Но она и так будет в его жизни. Так какая разница? Приятная девчонка. Так чего бояться? Того что она помрет, а его следом за собой утащит? Он давно не боялся смерти. Нечего придумывать себе проблемы. Их и так хватает.

— Считай вчерашнее твое приключение забыто. Сегодня ко мне пришла, а не с дружком своим сбежала, поэтому вчерашний побег забудем. Но если еще раз такое повториться, то порежу.

— Он мне не дружок. Я этого парня почти не знаю. — устало ответила Вита. — И вчера я спонтанно воспользовалась силой.

— Ее не смог принять мой чип. Я чуть без руки не остался.

— Извини.

— Поэтому и разозлился. — закончил он.

— Я не хотела. За тебя испугалась. И за себя.

— В следующий раз контролируй себя.

— Постараюсь.

— Надеюсь на это. За меня не бойся. Пока еще не разваливаюсь. Как это начнется, то уйду в отставку. Хотя я и так в отставке. Если бы не Дарья, то сидел бы у себя в доме и картошку сажал.

— Из-за засухи все рано неурожай. Ты ничего не потерял. — Вита зевнула.

— Устала?

— Спать хочу. А ты?

— Мне мало надо для сна.

Вита ушла умываться. Ее немного пошатывало. Глаза слипались. Когда она вернулась в комнату, то закуталась в одеяло. Забыт был ужин. Хотелось лишь одного — спать. Есть тоже хотелось, но не так сильно, как спать.

— Сильно тебя вымотала. — Игорь сел рядом. — Иди сюда.

— Зачем? — спросила Вита, но все же села.

— Второй раз за вечер этот вопрос задаешь. — хмыкнул он. — Ужин продолжим.

— Давай потом. Сил совсем нет.

— А как ты их пополнишь, если есть не будешь? Рот открывай. — велел он. Приказ. Вита машинально его исполнила. Тут же в рот ей влетела ложка с кашей и мясом. Она хотела возразить, но не успела. В итоге осталось только пережевывать и думать с чего такая забота. Чтоб она копыта не откинула? Он коснулся пальцем ее губ, стирая подливу. Вита не уверенно посмотрела на него. В глазах мелькнула теплота? Или это ей показалось?

— Вот теперь можешь отдыхать. — сказал он. Глаза опять смотрели холодом.

— Нет. Теперь я пить хочу.

— Как птенец. Сначала покорми, потом напои. А как крылья расправишь и из гнезда улетишь.

— У меня крылья подрезаны, поэтому не получится. — отпивая чая, ответила Вита.

— А если б были не подрезанные, то улетела? — спросил Игорь. Но она не ответила ему. Уснула.

Глава 21

Звонок в дверь заставил проснуться. Пока Игорь открывал дверь, Вита нашла свою одежду. На улице было еще темно. Это сколько же время? В коридоре плакала женщина. Вита вышла туда и увидела Дарью в объятьях Игоря. Она плакала, он ее пытался утешить. В дверях стоял Данила, едва сдерживая свою ревность. Что-то в душе Виты тоже шевельнулось. Неприятное. Раздражающее. Но она задвинула это чувство и пошла в комнату, собирать диван. Вряд ли сегодня они опять будут спать.

Вита оказалась права. Игорь провел Дарью в комнату. Послал Виту поставить чай. Данила ушел вместе с Витой.

— Что случилось? — спросила она его.

— Не знаю. Дарья прибежала ко мне уже в таком состоянии. Попросила ее сюда отвезти. Всю дорогу проплакала. Может сорвалась?

— Кто его знает? — Вита посмотрела на часы. Половина третьего ночи. Деревья так и сгибались под порывами ветра. Приближался ураган. Она не могла понять откуда это знает, но чувствовала, что ураган будет. Из комнаты донесся смех Игоря и возмущенный голос Дарьи.

— Как ты можешь?! Он погиб, а ты смеешься!

— Предлагаешь мне с тобой вместе поплакать? — продолжая веселиться, ответил Игорь. — Помер и ладно. Хотя неудачное время выбрал. А вот то, что он к тебе в постель забрался — это забавно. Был ведь уговор тебя не трогать. Но нет. Бабник не удержался. Одно хорошо, что помер раньше, чем я узнал. А то придушил бы своими руками.

— Ты! — Дарья не нашла слов.

— Что я? Я знал всех ребят из нашей пятерки, как себя. Почему я запретил тебе даже смотреть в их сторону.

— Потому что ты не хотел ссор в коллективе.

— Нет. Потому что они не для тебя. Еще те подонки. — ответил Игорь. — Ладно. Это все лирика. Давай правду жизни. Что случилось?

— Его нашли под стеной. В луже. Перерезали горло. Несколько ножевых. Все карманы пустые. Похоже на ограбление.

— Но цепку с пёсий головой оставили? Как поняли что это он?

— Сняли. Следователь его узнал. Видел рядом со мной и сообщил мне.

— Ограбить он себя не дал бы. Это убийство. Жаль, но ничего не поделаешь. — Игорь протянул чай Дарье.

— Пей и успокойся.

— Что будешь делать?

— Ждать.

— Чего?

— Когда они ко мне в гости придут или когда ребята подъедут. Я тебе не всесильный. Знал бы кого убрать, давно бы это сделал. А так, без понятия, кто у нас враги. Есть наметки, но нет точных данных. По этим наметкам у нас и Вита во врагах считаться может. — ответил Игорь.

— Но…

— Что но? Есть сведения, так говори.

— Нет. — Дарья отвернулась. Прикусила губу.

— Ждем и работаем дальше. Тебе надо к себе вернуться. Сегодня ураган будет. Тебя искать будут. Слезы утирай и работать. Когда все закончится, тогда и хандри сколько хочешь. Данила, от нее на шаг не отходи. Чтоб все время была в поле зрения.

— Хорошо. — Данила даже спорить не стал. Только рад этому был.

Игорь проводил их. Вита сел с ногами на диван. Горячий чай, что больше походил на компот. Она начала к нему привыкать. Даже мысли о кофе начали пропадать. Игорь остановился в дверях и посмотрел на нее. Вита молчала, сосредоточенно смотрела в кружку, словно пыталась найти там какие-то ответы на свои вопросы.

— Мне Дарья как дочка. Нашли ее в живых на каком-то хуторе. Голодную, дикую. Сколько она там пробыла — не знаю. Так же как и выжила для нас осталось загадкой. Но девчонка почти забыла как разговаривать. Мы ее к себе в отряд взяли. Думали пристроить в семью, но времена тогда неспокойные были. Лишний рот никому не нужен был. Или брали в батраки, по сути, в рабство. Не для этого мы ее спасали. Так и возили с собой. Потом прижилась. Жизнь наладилась. Дарья выучилась. Помогли ей работу найти. Она поднялась до мэра столицы. На кой ей это надо — не знаю. Но чем бы дитя ни тешилось. Когда проблемы начались и она попросила помощи, сразу и приехал. Любой бы из наших приехал. Только теперь из нашей пятерки, с которой мы войну прошли и потом еще пятнадцать лет колесили и в опытах участвовали, я один остался. Вот как бывает. Померли все. И самое интересное, я не огорчен. Это ведь естественно.

— Ты расстроен, но забыл, что это за чувства такие и как их выражать. Пытаешься себя убедить, что тебе все равно. Но это не так. Ты не из камня, хотя порой кажется, что булыжник с дороги чувствительнее тебя. Когда ты не можешь изменить ситуацию, то пытаешься убедить себя в безразличие к ней.

— Прям такая умная.

— Это наблюдения со стороны. Ты по-своему хороший человек, но это сразу не видно.

— Должен тебя огорчить, но ты ошибаешься. Нет у меня никаких привязанностей. Есть люди кому я доверяю, и кому могу прийти на помощь, но это потому что мне выгодно.

— Тебе и сейчас выгодно так считать. Потому что это спокойнее.

— Мелкая разозлишь ведь. — его когти прошлись по ее щеке. Не царапая, лишь угрожая.

— Больше не буду. — ответила Вита не шелохнувшись. Он откинул прядь ее волос. Когти оставляли холодные ожоги на ее коже.

— Ты не боишься.

— А нужно? Я устала. Пес. Устала бояться. Эти несколько дней выдались слишком тяжелыми для меня.

— Привыкнешь. — он сел рядом.

— К тяжелым дням?

— Да. Легче не будет.

— Утешил. — Вита допила чай.

На улице бушевала непогода. Вырубило электричество. Они сидели в темноте, слушая, как яростно лупит по стеклам дождь. Как падают немногочисленные деревья. Слетают с домов рекламные вывески.

— Надо на работу вернуться? Стена сейчас без защиты осталась. — сказала Вита.

— Еще до нее добраться надо. Я не хочу умирать из-за упавшей на машине вывески. Буря закончится и поедем.

— А если твари нападут?

— Не нападут. Они по норам спрятались. Они ни как люди, которые хотят покинуть город. Дезертиры. Почувствовали, что пахнет паленым вот и решили сбежать. — спокойно ответил Игорь.

— Откуда ты знаешь?

— Предположения. Смотри сама. Твой революционный кружок попал в подозрения властей. Они решили эвакуировать близких, потому что наступают опасные времена. В любом случае во время переворота, независимо от того удачно он закончится или нет, в столице будет находиться опасно. Увести близких, чтоб они не попали под раздачу, вполне логичное решение. Может заодно и пополнить ряды из приехавших поддержать революцию ирлитов. Из города выезды и въезды закрыты. Если у них есть погодная установка, то они ей воспользовались. Как раз под шум можно отключить защиту стены. Городу это не навредит, а у них появиться возможность осуществить свои планы. Родик возможно узнал об этом. То ли подставился, то ли попытался остановить. Итог ты знаешь.

— Ты не попытаешься их остановить?

— Я тебе говорю, что не самоубийца. Все их попытки не увенчаются успехом. Если им охота жизнью рисковать, то пусть рискуют. Нам же меньше потом работы. К тому же это лишь предположение. Доказательств нет.

— Ясно. — Вита закрыла глаза. Можно было еще немного подремать. А за окном бушевал ураган, который в любой момент мог превратиться в ураган переворота.

— Игорь, ты специально даешь им возможность выступить! — Вита резко села на диване. — Поэтому ничего и не предпринимаешь.

— Возможно. — он пересадил ее к себе на колени. Когти скользнули по шее, заставляя откинуть голову назад, ему на плечо. Он мог убить ее в один момент. Одним нажатием когтя, но он этого не делал.

— Ты тоже в этом кружке?

— Нет. Но это не мешает мне отвернуться, когда нужно. — Игорь водил когтем по ее шее. Она начала бояться. Одно ее слово и его могут посадить. Боялся ли он? Нет. Они бы тогда камеру разделили одну на двоих. Слишком сильно были повязаны.

— Почему?

— Потому что пришло время переменам. Они должны наступить, иначе мы с тобой умрем. И не только мы. Ир и ирлиты, все грязнокровки должны получить помощь. Должны начать вновь проводиться исследования. Способности открываются у многих, но люди не знают как ими управлять. В итоге погибают. У нас и так много поводов чтоб умереть. Зачем усложнять и без того нелегкую жизнь? — он убрал когти и взял сложенное одеяло, что лежало сбоку дивана. Закутал в него Виту. — Спи, пока у нас есть время на сон.

— Тогда им нужно помочь, а ты этого не делаешь. Сам же говорил, что один ир может многое.

— Я неуверен, что у них все получится. Слишком большой риск. — ответил Игорь.

Малышка на него плохо влияла. Еще недавно он и думать бы не стал на эту тему. Но в последнее время все чаще задавался вопросом, что будет дальше? Сколько еще погибнет девчонок в лапах его ребят? А сколько погибнет не справившись со способностями? Он видел как выгорали ирлиты. Видел, как ломались иры, теряя смысл к жизни. Тяжело знать, что ты в этом мире один со своими проблемами. Никто не подскажет, что делать дальше. Был один институт, что изучал новые способности, чтоб приспособить их для обороны от тварей. Но они опять же брали эти способности, но не помогали справиться с ними. Не помогали понять. Проблема назревала давно. Сейчас они подошли к той грани, когда замалчивать все это было уже нельзя.

Глава 22

Перед глазами Виты еще долго стояли сваленные в кучу тела перед стеной. Вроде должна была к этому привыкнуть, но все равно было не по себе. И этот отвратительный запах паленного мяса. Тела сжигали прямо там же. Сколько их было? Сто, двести человек? Никто и не думал считать ирлитов, которые пытались сбежать. Дезертиры. Они уже перестали быть гражданами, поэтому и незачем было о них беспокоиться. А ведь у каждого из них были семьи. Но тут скорее семьи от них откажутся. Предатели. От таких открещивались, чтоб не испортить себе репутацию.

Все было, как и предполагал Игорь. Во время урагана была совершена попытка сбежать из города несколько групп ирлитов и людей. Но о последнем было решено умолчать. Сейчас о многом замалчивали. Ураган сильно потрепал столицу. Сорванные крыши, вывески, поваленные немногочисленные деревья — они перегораживали улицы. Мусор убирали, но когда эта уборка закончится — никто не знал. Также и не знали, когда восстановится город.

Среди людей начали ходить слухи об идущей на столицу армии каторжников. Вита слышала, как люди говорили по секрету, что эти люди вооружены до зубов. Убивают всех и вся на своем пути. И теперь в столице никого не останется. А правительство еще и запретило покидать город.

Вита все это передала Игорю. Он только нахмурился, но ничего не сказал. Работы было много. Но он не торопился что-то делать. Казалось Игорь чего-то ждал.

Новость о горящем лесе вокруг лагеря, где отдыхала Рита, застала Виту на работе. Детей решено было эвакуировать. Автобусы должны были приехать к вечеру. До этого времени Вита не находила себе места от беспокойства за сестру. Энергия скакала от плюса к минусу. В конце концов Игорь повез ее на вокзал, чувствуя, что иначе Вита себя доведет, а заодно и его. Их связь росла с каждым часом. Его это немного пугало. Непривычно так ярко чувствовать другого человека. Иногда появлялись мысли все прервать, пока непоздно, но он отгонял их прочь. Сомнения пропадали, стоило Игорю взглянуть на мелкую девчонку с седыми волосами, которая пыталась скрыть беспокойство, прикусывала губы. Это его начинало сводить с ума. Хотелось схватить ее в охапку и самому заняться ее губами, которые уже начали опухать. Вита была дурманом. Ее сладость заставляла его только и думать о ней. Слабость. Боевому иру непозволительно иметь слабости. Но он давно уже не служит. Так что можно и подругой обзавестись. Пусть и будет это последняя его подруга. Зато старость скрасит. А ей останется к этому привыкнуть. Все равно не выживет без него.

Принесли списки пропавших без вести. Рита была в их числе. Скачок энергии был таким сильным, что Вита пошатнулась.

— Без вести — это не труп. Так что успокойся. — сказал Игорь, сжимая ее плечо и приводя в чувство. Они прошли к штабу по эвакуации, чтоб выяснить, почему не все дети были доставлены в лагерь. Усталый ирлит уже в возрасте, весь перемазанный сажей, вздохнул, увидев документы Игоря.

— Быстро вы решили взяться за это дело. Еще и лично. Григорий. Я директором был лагеря.

— Что случилось?

— Лесной пожар. Думали нас стороной обойдет, но ветер резко поменялся и огонь пошел в нашу сторону. Все происходило за считаные часы. Пришлось сажать детей в автобусы и вывозить. Автобусов не хватило. Шестьдесят человек остались в огненном кольце. Боюсь, что они не выжили. Я последним уезжал, когда кольцо замкнулось. — ответил он.

— Вита, успокойся. Держи себя в руках. Кто остался с детьми? Или вы всем преподавательским составом сбежали?

— Двое человек. Без семейных. Сами понимаете…

— Нет, не понимаю. И не хочу понимать. — обрезал его Игорь. — Высылайте два автобуса назад. Мы поедим с ними.

— В ночь? — испуганно спросил Григорий?

— А вы предлагаете оставить шестьдесят детей ночью в лесу одних? Не факт, что они погибли. — сказал Игорь. — Надо только Дарью в известность поставить.

У Виты сил хватило лишь кивнуть. Верить в то, что Рита не смогла спастись, было сложно. Как она матери все это скажет? Пусть у Вита и не была в дружеских отношения с Ритой, но она была ее сестрой. Игорь занимался организационными моментами, пока Вита находилась в каком-то шоковом состоянии.

— Это не может быть. Просто не может быть. — едва слышна повторяла она. Можно выносить свои мучения, можно вариться в котле смерти, узнать вкус отчаянья, но сломаться во время гибели близкого человека. Вита была на грани этого. Игорь смотрел на нее и думал, подтолкнуть ее к этой грани или вытащить, чтоб помучилась еще. Жалко. Почему ее все время жалко? Обычная ведь девчонка. Пусть не с простой судьбой. Сразу обреченная на тяжелую жизнь. Но это не повод, чтоб жалеть.

— Поедем. Все еще может обойтись. — сказал он ей. Вита уцепилась за его слова, как за последний лучик надежды.

Машины разгоняли ночь дальними фарами. Два автобуса и пять боевых машин, включая машину Игоря. Оружия на них не было. Лишь увеличена броня. Окна закрывались специальными ставнями со щелями. Железные танки на колесах. Вита видела и настоящие гусеничные танки в дальних фортах на границе. Но содержать их было невыгодно. Слишком тяжелые. Они поглощали много энергии. Из-за этого аккумуляторы быстро садились. Требовалась постоянная зарядка. Это, в свою очередь, снижало срок службы аккумуляторов и солнечных батарей, которые приходилось покупать из-за границы.

Ночью в лесу было страшно. Неуютно. Пусть даже не видно всей дороги, но и небольшого кусочка вполне хватало. Передали по рации, что на последнюю машину напала тварь, но удалось ее откинуть. Люди были почти безоружны. Было самоубийством ехать куда-то в ночь. Люди предпочитали по ночам прятаться за мощными стенами городов и деревень. В крайнем случае хуторов. Все населенные пункты специально стояли так. Что до них можно было доехать за полдня. Так караваны и передвигались по цепочке населенных пунктов.

Игорь опустил стекла машины. Теперь по салону гулял сквозняк. Но это был теплый ветерок. Летний. Не такой промозглый, как в столице. А они отъехали всего на два часа от нее. Это было странно. Словно попали в другой мир.

— Что-то я все больше склоняюсь к тому, что над столицей погодная установка. — нарушил тишину машины Игорь. — Найдем ее — вернем лето.

— Как в сказке. — ответила Вита.

— Вся наша жизнь похожа на сказку или на фантастическую книгу.

— Что такое фантастика?

— Совсем забыл, что ты много не знаешь из той до военной жизни. Был период, когда люди предполагали, каким будет будущее. Кто-то видел все в радужных тонах. Светлые высокие здания, умные люди. Мир во всем мире. Все счастливые. Зла нет.

— Интересное будущее.

— Но это невозможно. Вита, всегда найдется какой-нибудь гад, которому не понравится эта система и он начнет ее разрушать.

— Разве не может нравиться идеальный мир?

— А в чем его идеальность? В том, что люди делают все во имя общего блага? Многие страны шли по такому пути развития и куда оно нас привело? Сейчас тоже можно сказать все происходит ради общего блага. Например, ты со своей нестабильной энергией. Отправить тебя на границу и сколько ты поддержишь псов? Или поставить на Ведьмины кристаллы? Все ведь ради общего блага. Когда идет такой лозунг, то стирается ценность человеческой единичке. Все стремились к светлому будущему, но оно не наступило и уже вряд ли наступит. Но люди продолжают в это верить, потому что больше не во что верить. А без веры человеку жить скучно.

— Я уже ни во что не верю. Живу по накатанной. Каждый день все хуже и хуже. Во что верить? Уже кажется, что светлая полоса никогда не наступит. А черная рано или поздно поглотит меня. — ответила ему Вита.

— Так оно и произойдет. Это лишь вопрос времени. После этого наступят перемены. — сказал Игорь. — Так вот, по фантастике. Другие люди представляли все в мрачных тонах. Говорили, что человечеству рано или поздно придет конец. На эту тему писались книги, снимались фильмы. Люди спорили на эти темы. Кто-то говорил, что не будет земли, как планеты, а мы будем жить на далеких звездах. И, знаешь, они все оказались правы.

— Даже про далекие звезды?

— Первый корабль, который должен был отправить первых космических переселенцев должен быть взлететь в тот день, когда началась война. Тогда пропала связь со странными и я не знаю, чем все это закончилось. Но задумка такая была. Может и удалось запустить корабль к далеким звездам, и люди уже сейчас высаживаются на какой-нибудь планете. Думают как им выжить.

— Тогда им так же несладко, как и нам. Потому что мы только и думаем, как пережить этот день и проснуться в следующем. Ты не договорил про темную полосу. Это со мной произойдет из-за привязки?

— Да. Но потом легче будет.

— Помру что ли?

— Нет, поменяется мировоззрение. Не так на все остро будешь реагировать.

— Звучит не очень оптимистично.

— Зато правда. Вита, с этим ничего не сделать. Смирись.

— А я и не сопротивляюсь. Устала. Даже не представляешь как.

— Знаю. Не забывай, я все это чувствую. — беря на бампер и откидывая вылетевшую на машину тварь. Вита только успела схватиться за ручку, чтоб не влететь головой в потолок. — Вот кто придумал в лесу лагерь делать?!

— Здесь не так и опасно было. Днем редко нападали. А ночью спасали стены. Зато тут природа, которой нет в городе.

— Тут теперь не природа, а обгорелые деревья. Чувствуешь как гарью пахнет?

— Как от костра.

— Тут и был большой костер.

— Как думаешь, почему произошло пожар?

— Жаркое лето, а здесь жарко. Даже душно. Может солнце на осколок бутылки попало. Вот тебе и пожар. Или гроза прошла. Порой туча с молнией идет, а дождя нет. Сухие грозы. Еще одна причина.

— Или диверсия. Могли поджечь специально?

— Могли. — не стал спорить Игорь. — Только зачем? Чтоб мы выехали из столицы?

— Паника. Посеять недоверие к правительству. — ответила Вита.

— Все может быть в этом мире.

Какое-то время они ехали молча. Вита даже задремала, не обращая внимание на кочки, из-за которых машина то и дело подпрыгивала.

— Впереди твари, — предупредил Игорь по рации.

— Откуда ты знаешь?

— Почувствовал. А теперь, моя хорошая, мне надо, чтоб ты всех тварей положила на лопатки от разрыва сердца. Я тебе энергию поставлю, а ты ее используешь. Давай. Там твоя сестренка может быть. Нужно постараться.

Вита почувствовала, как тело наполняется силой. Сердце тварей. Раздавить, чтоб они все пропали. Попадали и больше не вставали. Злость. А потом упадок сил.

— Молодец. Вроде получилось.

Дорога свернула в сторону. Проехав еще немного по обгорелому лесу, и фары осветили поляну. Вокруг лежали мертвые твари. А в центре стояло три машины. Около них столпилась группа детей всех возрастов. Кругом стояли люди с длинными когтями.

— Вот мои ребята подоспели. — сказал довольно Игорь. — Сейчас поищем твою сестру. Я смотрю, что не все выжили.

— Я ее вижу. — Вита вышла из машины. Ноги почему-то плохо слушались. Рита стояла с одним из Псов. Он гладил ее по спине, так же как это делал Игорь. Энергия. Батарейка. Хоть и горькая, но в такой ситуации…

— Привет, командир. Как вам это удалось? — подходя к Игорю, сказал один из Псов.

— У каждого свои секреты. — ответил Игорь.

— В любом случае вы вовремя.

— Скорее опоздали. — пробормотала Вита, продолжая смотреть на сестру. Сознание покинуло ее. Игорь успел подхватить ее и не дать упасть на тварь.

— Вот ты и сломалась. Не выдержала. — подхватывая ее на руки, пробормотал Игорь.

Глава 23

Вита приходила в себя медленно. Перед глазами все плыло. Серо. Тяжело дышать. Брести, идти куда-то. Жить. А смысл? Смысла нет. Только необходимость жить. Необходимость. Кто это сказал? Может проще закрыть глаза и больше их не открывать? Зачем все это? И нет ответов. И не будет. Пустота. Серость. Как тучи, что нависают над столицей. Хотелось спрятаться от них. Хотелось солнца. Оно выглянуло внезапно. Пришло с его прикосновением к ее плечу. Мир перестал быть унылым. Она ему нужна. Поэтому и стоит жить. Но это неправильно? Так ведь не должно быть? Зато проще. Не будет больше сомнений. Не будет переживаний. И всплесков силы. Все станет намного проще. Такая жизнь имеет право на существовании. Пусть теперь вся ее жизнь и сузилась до служения этому старому слабому псу, который не мог уже без нее. Она это знала. Все его тайны были у нее как на ладони. Он знал, что слабнет с каждым годом все сильнее. Сколько они смогут прожить? Они? Жизни переплелись. Два слабых умирающих человека соединились, чтоб поддержать друг друга и стать одним сильным. Сейчас они могли многое. Эта сила и возможности пугали. Но они ими не воспользуются. Нельзя. Это надо держать в тайне. Почему втайне? Иначе убьют. Их убьют. Всех убьют. Смерть — это плохо.

В голове каша. Информация. Мысли. Понимание и отрицание. Что хорошо? Что плохо? Вита не понимала. Не понимала, почему смерть — это плохо, а жизнь хорошо? Почему она не может принять решение? Не может найти хоть какой-то ответ? Только вопросы. Без ответов и факты.

— Пес. — Вита не задумывалась, что нарушила разговор в машине. Она слышала отдельные слова, но не могла понять их суть. Мысли постоянно ускользали. Казалось, она утратила способность нормально думать.

— Что?

— Это пройдет? Я не понимаю. Ничего. Ты понимаешь?

— Не пройдет. — ответил после минутного молчания Игорь. — Но ты научишься с этим жить.

Он сказал, что научится. Это правда. У нее получится. Он ведь не может ей врать? Вита обняла себя за плечи, чувствуя холод. Закрыла глаза. Она немного поспит, а потом станет легче. Он ведь не может врать ей. Не может…

— Что с Витой? — спросила Рита.

— Ничего. Болеет.

— Ирлиты не болеют.

— А она болеет. — обрубил Игорь. — Жак, начнем зачистку, как только приедем в столицу. Дальше ждать смысла нет. Или все решиться сейчас, или нас захватят каторжники, а с ними и твари.

— Зачистим. Какие проблемы? — пожал плечами Жак. — И столицу отобьем. Для нас невыполнимых задач нет. Так ведь, малышка?

— Отстань от девочки. — сказал Игорь. — Как ты можешь ее энергию забирать? Она же горькая.

— А мне нравится. Пикантненько так. Я к себе возьму в отряд.

— Жак, не трогай девочку. Маленькая она еще, чтоб по отрядам бегать.

— И что? Сейчас времена неспокойные. Проведем ее по экстренному призыву.

— Ты меня не слышишь? — не скрывая угрозы в голосе, спросил его Игорь.

— Чего ты так нервничаешь? Не трогаю я твою горькую. — Жак выпустил Риту из своих объятий.

— Так-то лучше. Не забывай, что сейчас ваш отряд под моим командованием.

Игорь подъехал к дому и разбудил Виту.

— Сейчас поднимешься с сестрой в квартиру и будете там сидеть, закрыв дверь. Никого не впускать и никому не открывать. На улицу не выходите.

— Я должна с тобой пойти.

— Ты не можешь. Пока не в состоянии. Я обязательно вечером приеду. Жди. — ответил Игорь. — Что я тебе велел сделать?

— Ждать тебя. — не отрывая взгляда от его серых глаз, ответила Вита.

— Правильно. И на улицу не выходить. Поняла?

— Да.

— Рита, пригляди за ней. — велел Игорь.

Квартира встретила холодом. Как будто здесь никто не жил. Вита нашла кардиган и закуталась в него. Теплее не стало, но это был его кардиган. От одной мысли становилось легче.

— Вита, ты меня пугаешь. — заметила Рита.

— Я сама себя пугаю. Кофе хочется, хотя нельзя. Но желание слишком сильное. Это правильно. Объяснимо.

Раньше кофе было как привычка. Привычки остались, только меня больше нет. И кофе нет. — заглядывая в банку, вздохнула Вита. — Значит придётся пить его чай. Такой сладкий и ароматный. Никогда не забуду его вкус. А ведь сколько времени прошло, я все это помнила. Сталь в глазах и сладкий чай, а еще сухую безвкусную лепешку, которая хрустела на зубах. Я тогда еще ей десны намяла, и они болели. Так и в жизни. То хорошо и сладко, то жестко и больно. Странно, что не может быть все хорошо.

— Вита, я пойду ополоснусь.

— Да, сестренка. Это правильно. Только вода снимет лишь грязь, но не боль. — ответила Вита. Рита остановилась в дверях. Посмотрела в ее пустые глаза. Холод. Боль. Страх. Лучше этого не знать. Попытаться скрыться, хотя бы на время. Не может быть, чтоб они чувствовали одно и то же. Не может быть, чтоб ее ждало то же самое.

Она поняла, что пес тянул ее энергию во время боя. Тогда было слишком много тварей. Дети пытались отбиваться, но силы были неравны. Их ждала смерть. Тут появились Псы. Это можно было назвать чудом. Волшебным спасением. Рита впервые видела их в деле. Машины для убийства. Твари десятками падали к их ногам. Бой длился несколько часов. Тогда они и стали тянуть энергию со всех, с кого это было возможным. Боль и холод. Рита знала, что так будет. Еще были свежи воспоминания, когда Игорь проверял ее на кухне. Но что будет так неприятно, она не ожидала. Рита не была дурой, чтоб понять, что сейчас с Витой твориться неладное из-за связи с Псом. Себе такого конца она не хотела.

Вита забралась в кровать матери, потому что так было удобнее смотреть телевизор и, накрывшись одеялом, грела руки об горячую кружку. По телевизору ничего стоящего не показывали. Никаких новостей. Фильмы, несколько передач. Все нейтральное. А в городе явно что-то происходило. Рита присоединилась к ней через час. Просто легла рядом. Одной находиться было тяжело.

— Как вы спаслись? — спросила Вита.

— В подвал спрятались. Все щели закрыли. Вокруг все в огне. И гул стоял такой, что закладывало уши. Страшно было.

— Терпеть не могу подвалы.

— Я теперь тоже их не люблю. — Рита закрыла глаза. — Надо было в подвале оставаться, но преподы решили, что тогда нас не найдут спасательный отряд. Мы вышли, а там твари. Почему-то никому не пришла идея спрятаться назад в подвал. Я пыталась кричать, но паника началась. А потом меня и вовсе от этого подвала метров на двести откинуло. Такое месиво было. И тут приехали Псы.

— Вам повезло.

— Да. Не могу понять почему, твари не испугались огня. Это было бы вполне естественно. Но они напали на нас.

— Потому что это было спланированная атака. Так же как и на столицу. Их чего-то сюда тянет. Никогда же такого не было, чтоб атаки шли так часто.

— Согласна. — Рита вздохнула. — Я немного посплю. Будет что-то интересное, то тогда разбуди.

— Хорошо. — кивнула Вита.

Новости появились лишь к трем часам дня. Когда сообщили об арестах в правительственных рядах. Где-то мелькнул Игорь. Вита почувствовала, как сердце предательски сжалось при виде его. Он не смотрел в камеру. Выполнял свою работу. Знакомый, родной, близкий. И от понимания этого слезы на глазах. Она попала в ловушку, из которой уже не будет выхода. Сидеть и не выходить на улицу. Комендатский час. Ирлитам запрещалось покидать дома, на время операции. Зачистка. Псы разъезжали по городу, зачищая адреса. Откуда Игорь знал на каких квартирах собирались заговорщики? Но он знал. Вита была в этом уверена. Знал давно, но не рассказывал ей, потому что не считал нужным.

Тревога. Захотелось выйти из квартиры. Что-то ее звало. Или кто-то. Но есть приказ оставаться дома. И что делать? Нарушить? Нарушать нельзя, но и тревогу терпеть невыносимо. Рита спит. По телевизору показывают кино. Дальше оставаться дома нельзя. Надо идти. Не известно куда, но идти.

Вита не стала снимать кардиган. Пусть он ей велик, да и выглядит она в нем смешно, но зато уютный. В него можно кутаться, когда дует холодный порывистый ветер, волнуя зеркальную поверхность луж. Машин нет. Пешеходы единичны. Все сидят по домам или на рабочих местах. Зачистка всего города. Вита брела по улицам совершенно бесцельно. Не запоминала путь. Она шла, хлюпая по лужам. Ботинки намокли сразу, поэтому искать сухой путь было необязательно.

Акадмка. Здесь учился сын Игоря. Она даже не помнила его имени. Мальчишка. И зачем она здесь? Земля задрожала. Грохот. Пыль. Вита потерялась в пространстве. Дышать было невыносимо. Пыль была повсюду. Прорыв? Нет. Пыль начала оседать. Кто-то подорвал Академку. Как это было возможно?

Крыло Академки превратилось в груду руин. Плиты сложились, как карточный домик. А там был мальчишка. Нужно найти. Иначе погибнет. Откуда такие мысли? Но времени нет, чтоб найти на них ответа.

Она пробиралась по разрушенными плитам. Слышала откуда-то стоны, а то и крики. Всех не спасти. Или придут спасатели и откапают выживших. Ее интересовал лишь один мальчишка, что попал в небольшое пространство между плитами. Она видела все это так ясно, что становилось страшно. Но чувство страха было уже привычным явлением. Человек ко всему привыкает. Ко всему.

А вот и плиты. Их надо поднять. С ее силой это ничего не стоило. Вита мысленно подняла их и с помощью вытащила мальчишку. Весь в крови. Сильные раны. Виднеются поломанные кости. Ребра всмятку. Как еще жив? Маму зовет. Ребенок. Она провела по его волосам рукой. Чумазый и весь в пыли. Она не могла ему помочь. Здесь нужны лекари. Но где их взять? Да и смогут ли они ему помочь? Иры. Сильные. С повышенной регенерацией. Его оставят залечиваться самому. Будут помогать более слабым. А у мальчишки не хватит сил. Он же еще мелкий, хотя и выглядит старше. Надо ему помочь. Но как? Запихнуть в него свою силу? Но ему еще не должны были вколоть этот поглотитель чужой энергии. Или вкололи? Или эта способность могла передаться от отца. Попробовать можно. Тянет. Слабо, но тянет с нее энергию. А для восстановления надо больше. Намного больше. Уйти почти в ноль, чтоб спасти какого-то случайного паренька? Зачем? Но это важно. Ему важно. Псу. А ей? Ей наверное тоже. Хотя он не оценит.

Голова кружилась. К этому тоже можно привыкнуть. Ко всему можно привыкнуть. К слабости, усталости и… Он открыл глаза и с удивлением посмотрел на нее.

— Вита? — голос слабый, но жить будет. Процесс восстановления запущен. Энергии хватит. А ей надо подремать. Кто-то подбежал. Люди. Кричат. Требуют, чтоб она отошла от мальчишки. Только нет сил отходить. Потерять бы сознание, но не получилось. И отвечать, что-то объяснять бесполезно. Люди злые, напуганные. Они не будут сейчас ее слушать. Вита решила не тратить силы. Молча смотрела на людей пустыми глазами. Машина. Куда-то везут. Камера. Нет. Сразу допросная. А сил все меньше и меньше.

Следователь орет. Надо отвечать. Только разогнать бы туман для начала. Что же этот мужик так громко орет? Лицо все красное. И голос громкий. Кулаками стучит. И что он думает, так заставит ее лучше соображать? Имя. Ему нужно имя. Чье? Ее. Да. Она с ним согласилась, что ведет себя как дура. Туман.

— Вита. — наконец ответила она. Положить руки на стол, а на них голову и уснуть. Пусть сам разбирается, в том кто взорвал это здание. Разве она обязана ему помогать? Нет. Не обязана. Он ей никто. Пес. Будет злиться. Она его не дождалась. И энергией пользовалась. Он бы сейчас приехал и помог бы восстановить баланс. Но сейчас ему лучше не попадаться на глаза. Она не должна нарушать приказы. Это ведь противоречит самой сути. Сути чего?

— Что такое суть? — неожиданно спросила Вита.

— Что? — следователь перестал орать.

— Что такое суть? — повторила Вита.

— Ты с головой не дружишь?! — и новый поток ора.

Почему не дружит? Очень даже хорошо соображает или соображала. Раньше. А что было раньше? Другая жизнь. Какая? И была ли эта другая жизнь? Наверное не было. Что же тогда было и есть в этой жизни? За что цепляться, чтоб не потеряться в этом противном тумане? Пес. Он большой и сильный. Вытащит ее из этого тумана. Надо только подождать. Он придет. И тогда станет легче. Если не убьет ее. Он может. С такими когтями легко человека убить. Противно. И голова болит. Куда ее тащат? В камеру? Пусть будет камера.

Мест нет. Там, где должно поместиться пять человек, сидит тридцать. Вита села на холодный пол. «Ирлиты не могут простыть. Не могут заболеть. Они нелюди, но и не твари, как иры. Ирлиты ближе к людям, чем иры. Но люди смотрят на всех одинаково. Изгои», — кто-то говорит так красиво и четко. Открыть глаза и посмотреть бы. Но Вита не станет. Не пойдет революцией на людей. Это не одобрит Игорь. О! Она вспомнила как звали пса. Игорь. Красивое имя. Он не одобрит, если она примкнет к движению. Нельзя бросать на него тень. Пусть он в душе и поддерживает революцию, но останется в стороне. Она же будет его тенью. А имя мужественное. Сильное. Как и он сам. Вита же слабая. Ничего она не может одна. Без него. Только спать, не обращая внимания на пламенные речи, что говорили в камере.

Глава 24

Игорь совсем забыл о времени. Работы было много. Казалось, что прошло всего несколько часов, а оказалось, что закончился день. Ему надо было проведать Виту. Выкроить хотя бы минуту. Это получилось сделать лишь около десяти вечера. Сейчас мысль, чтоб оставить ее одну уже не казалась такой хорошей. Но и в пекло событий тащить тоже не хотелось. Для нее было лучше быть дома. И чего он так за нее волнуется. А на душе неспокойно.

В квартире света нет. Спят что ли? В его комнате ее тоже нет. Одна заспанная Рита, которая толком ничего сказать не может. Ее надо найти, да времени на поиски нет. Со злости Игорь ударил по стене, оставляя вмятину. Напугал Риту. Плевать. Если девчонка попадет в неприятности, то сама будет виновата. Он же велел ей сидеть дома. И куда понесла нелегкая эту дуреху?

Пришлось возвращаться в штаб с ужасным настроением. Как его все это достало. Он же ненавидел этот серый дождливый город. Ненавидел ученых. Устал. Давно не было такой усталости и безысходности. Игорь зло сжал кулаки. Это не его эмоции. Ее. Он чувствует ее так же хорошо, как и себя. Девка забралась глубоко в душу и корни пустила. Теперь если выдергивать, то и помереть от этого можно. Плевать. Не так уж сильно и держался за эту жизнь. Ничего. Главное жива. Остальное неважно.

Штаб. Пришла новость, что взорвали Академку. Много раненных и убитых. Уроды. Его сын жив. Уже хорошо. Даже подозреваемые пойманы. С ними потом побеседует. Завтра. Пока другие дела. Игорь зашел к себе в кабинет. В его кресле, за компьютером сидел незнакомый ир. Какой-то нескладный, с узким лицом, впалыми щеками и жидкими волосами. Загорелый до золотисто-коричневого цвета.

— Кто вы? — прорычал Игорь.

— Альхор. Извини, что компьютером воспользовался. Надо дать знать, что я объявился. За все время, что мы ехали первый раз нашел работающий комп. Что за дурная манера ломать технику?

— Плевать мне на компьютер. Чего тебе надо?

— Поговорить. — Улыбнувшись, ответил Альхор. — Узнал, что здесь свои. Может договоримся миром прежде чем начинать военные действия?

— Ты с каторги? — Игорь взял стул и сел сбоку от стола.

— С чего решил?

— Здесь из иров только мои ребята да два придурка каких-то помешенных на науке. В подвале формулы и теоремы решают. — ответил Игорь. — Если бы у революционеров был кто-нибудь из нас, давно все было бы решено. А так, только кулаками машем, да людей пугаем.

— Есть такое дело. — Альхор достал из кармана деревянную заколку и стал ее крутить между пальцами с задумчивой улыбкой. — Каждый из нас сходит с ума по-своему. Кто-то теоремы решает, кто-то людей убивает. Но хочется без крови обойтись. Без большой крови. Да и гражданской войны.

— Ее и так в столице много пролилось. — согласился Игорь.

— Значит, тебе это положение вещей тоже не нравится?

— По-честному, нет. Но я знаю свои силы и точно скажу, что не проверну это дело. Мне хватит ума понять во что стоит ввязываться, а когда лучше в сторонке постоять. Я солдат, как и моя ребята. Мы заточены под тварей. Ну кочевников погонять. Не больше. Здесь же нужна тонкая работа.

— Убрать лишних людей не проблема. Сделаю так, что все будет выглядеть как естественные смерти. Потом поставим своих людей. По-тихоньку начнем вытягивать страну из болота.

— Надо выйти на революционеров. Будем действовать с ними заодно, то быстрее дело пойдет. — сказал Игорь.

— Так вы их всех пересажали.

— Не всех. Но это не так и важно. Не нравится, что они здания взрывают. Если опять организуют прорыв стены, то нас сожрут твари.

— Значит работать надо будет быстрее. Чтоб им не пришла мысль покончить жизнь таким извращенным способом. А заодно и наши прихватить. — он говорил с какой-то ленцой в голосе и продолжал улыбаться. — Я сегодня пошуршу в городе. Узнаю что тут да по чем. Старые связи подниму. Завтра утром выйду на организаторов заговора. От этого плясать и начнем.

— Одно. Страну развалить мы можем за пару часов. Что будет потом?

— Уравняем права грязнокровных и чистокровных. Амнистия. Те, кому суждено век спину гнуть на каторге, туда быстро вернуться. Также мы сможем пополнить людьми страну. Я так понял, что из-за нападения тварей в последнее время много людей погибло.

— Нужно разрешить исследования. — резко добавил Игорь.

— Личное? — заколка на миг замерла в его пальцах.

— У меня девочка загибается. Нестабильная батарейка. Да и надо что-то сделать с батарейками. Чтоб они перестали помирать как мухи.

— Понимаю. Что-то похожее и у меня. Если не изменим страну, то у меня зеленоглазку убьют. Ты не мешаешь мне, я постараюсь помочь твоей подруги. Договорились?

— Я с тобой раньше не пересекался, чтоб так доверять.

— У Дарьи спроси. Мы с ней одно время сотрудничали и весьма плодотворно. — усмехнулся Альхор. — И ты правильно думаешь, что если бы мы с тобой не договорились, то в живых ты бы не остался. Ничего личного. Каждый пытается выжить как может.

— Где утром встречаемся?

— Я тебя найду.

Альхор ушел, оставив после себя странное впечатление. Игорь чувствовал, что с ним не стоит связываться. Опасность. Нутро так и кричало о ней. С другой стороны, если этот ир возьмет на себя все вопросы, связанные с переворотом, Игорь точно возражать не будет. Но навести о нем справки было нужно. Дарья с ним работала. А с кем Дарья не работала? Деловая больно стала. Зачем-то в политику полезла. Хотела чего-то им доказать? Мол и она на что-то годная. А была милой девочкой. Приятной. Скоро на тварь походить начнет со своими амбициями.

Он нашел ее около Академки. Где еще быть мэру, как ни на месте трагедии. Ему тоже здесь нужно было находиться, но Игорь справедливо посчитал, что и Дарьи хватит. Развалины уже почти разобрали. Быстро сработали. Дарья уже валилась с ног от усталости, но продолжала руководить. Словно без нее никто не справиться. Тут осталось всего лишь мусор собрать.

— Тридцать погибших, сотня раненных. Твои сын жив. — доложила она.

— В курсе. Кто такой Альхор?

— А тебе зачем? — настороженно спросила Дарья.

— Предложил работать.

— Он убийца. Профессиональный убийца, который берет много, но работает чисто.

— Это я уже понял. Интересно, откуда ты его знаешь.

— Пересекались пару раз.

— Пересекались?

— Игорь. Ты знаешь на каком месте я сижу. Иногда приходиться действовать жестко.

— Иди домой спать. — Игорь вздохнул. Да, и место у нее, и должность, и дурость.

— Мне работать надо. — устало возразила она.

— Данила, забирай свою начальницу и укладывай спать, пока она не свалилась. Можешь применить силу и даже связать, если начнет сопротивляться.

— Такой приказ только рад исполнить. — довольно сказал Данила. Он так решительно к ней подошел, что она даже не стала сопротивляться.

Игорь смотрел как она садится в машину. Надо поискать Виту. Или для начала навестить сына? Хоть разорваться. И посмотреть как дела на стене тоже нужно.

Опять допросная. И что они ее мучают? Вита уже устала повторять, что оказалась у Академки случайно. Она уже сорвала голос, повторяя одно и то же. Следователи же хотели всю вину спихнуть на нее. В итоге, спустя два часа, ее посадили в карцер, чтоб подумала. Квадратное помещение метр на метр и метр в высоты. Темное и холодное. Можно было лишь сидеть, поджав ноги или лежать. Еще было холодно. Очень холодно, как в морозильной камере. Называется, помогла пареньку. Она устала. Хотелось есть и пить. Спать. А еще хотелось к Псу. Лечь рядом с его теплым боком. Он теплый. Всегда отгонял холод. Согревал ее. С ним больно и страшно, но и хорошо. Так ведь не бывает? Или бывает? Еще он отгонит все сомнения. Пропадут эти дурацкие вопросы.

Вита закрыла глаза. Она уже на все была согласна, лишь бы он был рядом. Холодно. Стучат зубы. Оказаться бы в поле под летним солнцем. Нет. Солнце не согреет. Согреет только пес. Не хочется умирать. Да и как она его оставит? Он ведь тоже погибнет без нее. Холодно. Нет, не страшно. Умирать совсем нестрашно. Там ведь не будет всего этого. Поэтому она не боялась. Только жалко его оставлять.

Сила медленно покидали тело. Энергия не могла восстановиться. Ничего. До утра она может и не дотянет. Сама виновата. Приказы нарушать нельзя. Но она не могла по-другому. Оставалось надеяться, что он поймет.

Игоря зашатало. Убьет. Как найдет — своими руками убьет. Он упал на стул. Ведь сказал же ждать…

— Пап, позвать доктора? — с тревогой спросил Володя. Выглядел он плохо, но быстро шел на поправку.

— Нет. Значит, тебя Вита вытащила?

— Да. Я не понял откуда она появилась.

— Зато я знаю, где она сейчас. — зло ответил Игорь. — Поправляйся. Потом загляну к тебе.

Только не помереть бы раньше времени. Игорь доехал до министерства правопорядка. Столкнулся там с Альхором. Удивился. Но времени было мало, чтоб выяснять, что он тут забыл. Она умирала. Опять. Как ему все это надоело! Он спустился в подвал. Ее энергия почти растворилась в этих камнях. Холодных и глухих к любым мольбам. А ведь она плакала. Тихо звала на помощь. Его звала. Хотелось ругаться. Когти увеличились раз в шесть. Охранник со страхом смотрел на него. Вот и тот карцер, в котором она сидела. Минута, которую охранник потратил на отпирание двери, показалась вечностью. Игорь вытащил ее из этой конуры. Она дрожала. Открыла глаза и слабо улыбнулась.

— Ты пришел.

— Я что тебе велел? — он спросил ее спокойно, но от этого легче не становилось. Игорь встряхнул ее за плечи. Вита опустила глаза, признавая вину. Он отшвырнул ее от себя, задевая ее плечо когтями и разрезая кожу несмотря на кофту. Плечо сразу окрасилось кровью. Игорь подошел к ней и поднял ее за шкирку.

— Какого ты творишь, — он хотел ее опять ударить, но Альхор перехватил его руку.

— Прекрати. — велел Альхор. От его голоса стало не по себе. Хуже чем от угроз.

— Не вмешивайся в то, чего не понимаешь. Тебя это тоже ждет. — ответил ему Игорь.

— Все равно, больше не надо. — отступая на шаг и доставая заколку, сказал Альхор.

Игорю же было не до него. Он стащил с Виты кофту и футболку. Его ладони проходились по ее обнаженному телу возвращая тепло и энергию. Вита только прижималась к нему, еле удерживая себя на ногах.

— Вот так. Сейчас легче будет. Я же просил тебя не пугать. Ты же упрямая. Все по-своему делаешь.

— Извини, — тихо попросила она.

— Еще подумаю. От тебя только одни хлопоты. Пользы почти нет.

— Знаю. Но не смогу без тебя. — прошептала она, проваливаясь в сон, который так нужен был ее измученному организму. Игорь сразу почувствовал себя легче.

Глава 25

— Вот дурость. Была рядом, а я думал где ее искать. И почему не почувствовал? Или почувствовал, что рядом поэтому и не волновался особо. — Игорь сидел у себя в кресле и держал Виту на коленях, закутав в свою кофту. Он продолжал разгонять энергию по ее обессиленному телу. Вита то ли спала, то ли находилась без сознания. Альхор стоял около окна и задумчиво крутил заколку.

— Ты мне хотел что-то мне объяснить. — напомнил он.

— Ты не знаешь какое мы оказываем на девчонок влияние?

— Нет.

— С ребятами случайно заметили. Знаешь, во время боя все случиться может. Жалко девок. За спину откинешь, где прикроешь, где поможешь. Они начали в нас повально влюбляться. Вчера такая девка была своим парнем, которая сразу ставит границы, а на следующий день лезет обниматься и готова на все. Ну посмеялись. Мол девку переклинило. Потом повторилось и со второй. Начали наблюдать за этим явлением. Кнут и пряник. Стрессовая ситуация, потом пожалеешь и девка ломается. В голове что-то переклинивается. Иру начинают чуть ли не поклоняться. Уже не видят жизни без него. Привязка до смерти. Только порой мужику эта баба и не нужна. Она же без его внимания помирает. Единицы выживали, после отказов. Тогда мы их стали их ломать под любого ира. Чтоб плевать было с кем спать, кому, грубо говоря, служить. Но девки теряли себя. Становились куклами. — Игорь провел рукой по волосам Виты.

— Жестоко.

— Жестокость началась, когда появились батарейки. Те, кто наделен способностью набирать силу и отдавать по необходимости. Процесс этот, мягко говоря, неприятный. Так-то мы про себя решили, что в отряды девок брать не будем. Но батарейки были преимущественно женщины. Лучше всего научить их отдавать эту гребаную энергию удавалось через постель. А все равно ведь пожалеешь. Не можешь к ним относиться как к оружию. И все заново пошло. Начальству сказать не можем, потому что на иров и так косо смотрят. Одно время хотели нас и вовсе ликвидировать, как неудавшийся эксперимент. Но потом поняли, что мы побочный эффект сыворотки и получается, что ликвидировав наш отряд, иры никуда не денутся. Если бы мы доложили о том, что творится с батарейками, то опять привлекли бы к себе ненужное внимание. Это все удавалось скрывать, потому что на границе всегда большие потери.

— Это все плохо.

— А теперь объясняю, что было внизу. Я, дурехи, сказал, чтоб она меня ждала дома. Она ослушалась. Ее понесло к Академки вытаскивать моего сына из-под обломков. Пока не понял как она это почувствовала. Но до этого один раз уже мне жизнь спасла, подойдя в самый нужный момент. Как-то почувствовала, что мне нужна.

— Может из-за того, что парень твой сын, поэтому и почувствовала. Как этот механизм работает? Нам же не известно. По крови, по каким-то эмоциональным слепкам или ауре. — сказал Альхор.

— Все может быть. Исследования давно заморожены. Мы все только на своем опыте проверяем. Если бы она не получила свое за то, что проигнорировал приказ, то начала бы корить себя. В итоге довела бы себя до смерти чувством вины. К тому же у Виты нестабильная сила. Она на эмоциях ее то выплескивает огромными количествами, то забирает слишком много. Намного больше чем может перегнать через себя, и получается опять выплеск энергии. Я специально ломал ее под себя. И жестче чем других. Затачивал ее, чтоб она о других даже не думала, чтоб контролировать ее энергию. Без этого она умрет. Пробовал с помощью чипов все это урегулировать. Она так силой маханула, что мне чуть руку не оторвала. Еще можно браслет приобрести на чёрном рынке, который будет контролировать ее энергию, но там цена большая, и я неуверен, что все это подействует. А девчонки всего двадцать четыре года.

— Думаешь, что такая жизнь лучше? У нее же глаза гореть не будут.

— Будут, но только рядом со мной. Она сможет по-настоящему жить, лишь со мной. А так депрессия и бессмысленность существования. — ответил Игорь, гладя ее по голове.

— Надо будет придумать, как это остановить.

— С Витой вряд ли получится повернуть все процессы вспять. А других девочек нужно обезопасить от нашего влияния на них. Но для этого надо возобновить исследования.

— Тогда продолжим работу по смене правительства. Я слышал, что задержали главу этого переворота. Хотел с ней переговорить. Оказалась это твоя девочка.

— Главная революционерка? Забавно. Какая она революционерка? Так, девчонка, что оказалась ни в том месте не в то время. Правда, с десяток раз, но это ничего не меняет.

— Ночь только началась. Пойду работать дальше. Все равно сна нет. — сказал Альхор.

Игорь хотел его спросить, как тот собирался переговорить с Витой, которая была задержана, но не стал. Показалось, что не все он должен знать, что может Альхор. Закрывались глаза. Она его вымотала. Да и сколько он не спал? Вторые сутки? Так и должно быть. Стареет. Раньше мог и по трое суток не спать. Но годы берут свое. Это надо признавать.

Четыре часа утра. Это сколько прошло времени? Он спал два часа? А чувствует себя как будто проспал все двенадцать. Вита потянулась. Устроилась удобнее и открыла глаза. Она улыбнулась ему так ярко, что Игорю захотелось ответить тем же. И плевать, что все это неискренне. Пусть она это делает только из-за того, что кто-то играл с генами и привязками. Идеальные солдаты те, кто не сможет предать. Или идеальные жены. Верные и любящие. Готовые за мужем пойти и в огонь, и в воду. Но ведь это навязанная вода. А может нет? Может судьба специально ему подкинула эту девочку, которая не может без него? Игорь верил в судьбу. Верил в грань. Знал, что рано или поздно хорошее сменяет плохое и наоборот. Может не все так и плохо?

— Так сладко спала. — сказала Вита. — Сегодня опять трудный день?

— Да.

— Я вчера думала что ты меня не простишь.

— Тебя прощу. Поругаю, а потом поцелую. — он наклонился к ее губам. Долгий грубоватый поцелуй. Вита лишь вздохнула, когда он прервал его. Она опять прижалась к его плечу щекой.

— Кажется, что весь мир перестал существовать. Мы с тобой прыгнули в пропасть и оказались на самом дне. Никого нет кроме нас. Я боялась грани. Почему-то раньше это пугало. А с тобой не страшно. Мне теперь ничего не страшно. Только тебя жалко. Ты же без меня пропадешь.

— С чего ты так решила? — он тихо усмехнулся.

— Если я однажды не справлюсь. Уйду за грань. Кто же тебя подпитывать будет? Ты ведь старый ворчливый пес. И сильный. Тебе не каждая батарейка подойдет. И как ты без меня здесь останешься.

— За тобой пойду. Я тебя одну не оставлю.

— Почему?

— Так сама же сказала, что тебе без меня страшно. Как я тебя там оставлю?

— Спасибо.

— Но давай мы постараемся оттянуть это путешествие в один конец? Давай вначале ты увидишь мой дом. Поживем там мирной жизнью. А потом уже и о грани задумаемся.

— Там трава есть?

— Есть. И трава, и кусты, и деревья.

— Больше всего на свете хочу завалиться в траву и смотреть как плывут облака. Белые, пушистые. Еще хочу, чтоб ветер щеки ласкал и светило солнце. Оно такое ласковое, как ты. Доброе. Ты тоже добрый, хотя и не любишь это показывать. По-своему добрый.

— Дуреха. Чего ты обо мне знаешь?

— Многое. Ты не стал бы со мной возиться, если бы не был добрым. Отправил бы на растерзание в отряд. Батареек ведь много.

— Ты сама себе противоречишь. Еще минуту назад уверяла, что я без тебя не смогу. — он забрался рукой ей под кофту, лениво лаская теплую кожу.

— Это сейчас. До знакомства со мной еще мог бы продержаться без подпитки. А сейчас подсел на меня.

— Какое интересное выражение. Мне нравится. У меня тут диванчик стоит. Испробуем твое выражение на практике? — снимая с нее кофту, предложил Игорь.

— Наверное…

От его ласки перехватило дыхание. Она помнила, что еще недавно была без сил, а теперь энергии было столько, что болели мышцы. Игорь лишь усмехнулся, когда ему только стоило дотронуться до нее, а Вита уже получила разрядка. Ему нужна была энергия. День обещал быть тяжелым. Лишняя сила не помешает. И Вита после этого придет в чувство. Он постарался быть нежнее, чем обычно. Заставлял привыкнуть к себе и чуть не сорвался, когда она сама начала подгонять к более активным действиям. К концу месяца привыкнет. При условии, что они останутся в живых.

Полшестого. Вита сидела, пытаясь выровнять дыхание. Уже стало светло. Но в кабинете было как-то неуютно.

— Хорошая идея поставить здесь диванчик.

— Это для тех случаев, когда домой не попасть из-за работы, или когда твари напали. Меня ни раз такой диванчик в кабинете выручал. — ответила Вита. — Когда я работала на прежней должности.

— А в перерывах между работой можно было использовать и по прямому назначению.

— Мне такие идеи никогда раньше не приходили. — улыбнулась Вита. — Даже с Давидом. Хоть мы и часто по работе пересекались. Хотя у нас с этим делом было не все так гладко. Он спал со всеми, кроме меня.

— Зачем тогда женился?

— Кто его знает? — Вита пожала плечами. — Пить охота и есть.

— Держи. — он протянул ей фляжку с чаем и несколько галет.

— Ты все время их с собой носишь?

— Привычка, выработанная годами. На те же случае, что и диваны в кабинетах.

— Вкусно. Часто этот вкус вспоминала.

— Галеты и чай?

— Ага. Больше нигде их не пробовала. Только у тебя. У меня это ассоциируется вкусом из детства.

— Оригинальные у тебя вкусы.

— Я тебе вроде рассказывала, что уже тебя раньше встречала.

— А я все равно этого не помню.

— Игорь, почему ушел туман в голове? Я вновь стала нормально соображать. Из-за тебя?

— Да.

— Почему-то я так и думала. На мне твои кофты выглядят почти как халат.

— Я же не виноват что ты такая мелкая.

— Я не возражаю. Мне даже они нравятся. Я тебя раздражаю?

— Немного.

— Тогда лучше помолчу.

Игорь только улыбнулся. Умная. Сидит на диване, перекинув ноги через подлокотник и болтает ими. Забавная. И не скажешь, что еще вечером он чуть ее не потерял. Она резко села.

— Кто-то идет. Я шаги слышу. — кутаясь в его кофту, сказала Вита.

— Свои. Не бойся. — ответил Игорь, открывая дверь. Как раз должен был вернуться Альхор с информацией.

Глава 26

— Разговаривал я с «революционерами». Это фанатики. — посмеиваясь, сказал Альхор. — Не знаю, помните ли вы, но был такой порыв кочевников к цивилизации вернуть. Мол, что они на наши границы нападают. Надо им объяснить, что это плохо. Отправилось сколько-то сот смельчаков на эту «благородную» миссию. И как же они были удивлены, что их не поняли. Они ведь со всей душой. А их кого не перебили, тех в рабство продали. Вот у наших «революционеров» такие же взгляды. Они не хотят равенства. Им нужна власть. Кстати, иров они перебить хотят. Так как мы, не буду при женщине ругаться, плохие люди.

Альхор бросил взгляд на Виту, что сидела на диване. Он стоял около окна и крутил заколку. Почему-то это простое действие завораживало и нервировало.

— Как ты на них вышел? — спросил Игорь.

— По своим каналам. Поднял старые связи. Да и не скрывались они особо. Считают, что уже выиграли этот бой. Натаскали машинок из старых лабораторий. Видели когда-нибудь ребенка с гранатой? Незабываемое зрелище. У нас в городе, где я родился, мальчуганы откопали целый ящик. Быстро сообразили, что они взрывают здания. Начали играться. В воду кидали. И тут увидели в руках трехлетки такую гранату. Честно, испугались все. Не знали, что он сделает, кинет ее в нас или сам подорвется. Так и с «революционерами». Дурости много и «гранат» много.

— А что с ребенком стало? — спросила Вита.

— Все обошлось. — ответил Альхор. — Тогда отобрали эту опасную игрушку. Нам тоже надо сделать с воинствующими ирлитами. То, что они предлагают — это гражданская война.

— Тогда я своих ребят собираю. Ждать и тянуть смысла нет. — сказал Игорь.

— Нет. Если все сделаем громко, то поднимем ненужную шумиху. Всю вину на иров свалят, что мы такие плохие довели бедных баб до ручки. Там кстати, почти одни бабы и руководят. Пьяные и фанатичные. Почти человеческий облик утратившие.

— Алкоголь помогает притупить эту зависимость. — ответила Вита.

— И помогает слететь окончательно с катушек. — хмыкнул Альхор. — Игорь, ты со своими ребятами лучше отправляйся к администрации. Еще надо открыть ворота и пропустить моих ребят. Я по-тихому разберусь с революционерами. Пусть будет, что бабы решили напиться тайком и траванулись из-за некачественного алкоголя. Объясним такое количество смертей, заодно другим будет наука, чтоб всякий суррогат не пили.

— Дарью надо убрать на какое-то время. Она наши идеи не поддержит. И терять ее мне не хочется.

— Дарья — человек боевой и упрямый. — согласился Альхор. — Я ее усыплю на два дня.

— Хорошая идея. Заодно отдохнет. — согласился Игорь.

— Но ее надо снять с должности. Своего человека поставим. — Альхор убрал свою заколку. — Твою подругу усыплять надо, чтоб не путалась под ногами?

— Может понадобиться. — покачал головой Игорь.

— Как знаешь. Тогда, за работу.

Опять серые тучи и противный ветер. Сырые ботинки натерли ноги. Но Вита не жаловалась. Она торопливо шла, стараясь не отстать от Игоря. Он велел ей сидеть в машине и никуда не уходить. Дальше события развивались быстро и путанно. Она не могла понять их план. Только отдельные фразы и приказы. Общая картинка не складывалась, а иры понимали друг друга с полуслова, как будто все давно обговорено и не раз. Она начинала понимать, что имел введу Игорь, когда говорил, что один ир может легко совершить переворот. А несколько иров так и подавно. Они продумывали все на несколько шагов вперед. Учитывали детали и мелочи, о которых Вита бы и не задумалась. И быстрая работа, сложенной командой.

Каторжники были в городе уже к десяти часам дням. Оборванные, злые. Люди прятались по домам.

Никому в здравом уме не приходило с ними заговаривать. Вита сразу вспомнила про Риту. Она надеялась, что той хватит ума сидеть дома. Игорь ушел. Они брали штурмом администрацию. Сразу стало холодно и тускло. И мысли походили на густой кисель. На какое-то время Вита выпала из реальности.

Твари. Она чувствовала их. Они шли на город в большом количестве. Тут никакие стены не спасут. Иры волновались. Переглядывались. Они выиграли и проиграли. Администрация взята за час, но город падет, не выдержав напора.

Состояние стены плохое. Есть слабые места. Люди стали садиться по машинам. Нужно было ехать принимать последний бой. Последний бой. Город-ловушка. Из него не выбраться. Откуда столько тварей? И Пса нет. Она не может посоветоваться.

Тучи стали расходиться. Выглянуло солнце. Как она соскучилась по этому солнцу и траве. Вита вышла из машины. Неподалеку стоял Альхор, рассматривая заколку.

— Они какой-то прибор откопали. Он притягивает тварей со всей округи. — сказал он. — Пытался его отключить, но не получилось. В итоге сломал, но твари уже идут. Какие у тебя глаза не горят.

— К этому можно привыкнуть. Ко всему можно привыкнуть. — тихо ответила Вита.

Сквер. Зеленый уголок в сером городе. Несколько деревьев с жухлой травкой. Она сняла мокрые ботинки и ступила босыми ногами на перенасыщенную влагой почву. Под ногами хлюпало. Но так приятно было ощущать землю между пальцами. Мягкие травинки щекотали ноги. Лучи солнца отражались в лужах и каплях, наполняя окружающий мир волшебством. А за стеной сейчас будет кровавый бой. Люди будут погибать. Иры, ирлиты, простые чистокровные. Тварям нет разницы, кого сожрать. Вита села под деревом. Пусть, что сыро. Какая разница, когда это уже неважно. А что в этом мире важно? Пес важен. Он стоит на тропинке и смотрит на нее. Спокойный, холодный взгляд. Сладкий чай и галеты, большая ладонь, которая может защитить и убить. Пес со скрипучим голосом, похожим на не смазанные петли и когтями, что могут убить тварь, разорвав ее. Смогла бы она к нему привыкнуть? Наверное. Человек ведь ко всему привыкает. Он часто ей это говорил. Только ведь это не проверить. Больше не проверить.

— Опять нарушила приказ. — он подошел к ней и сел рядом. Ему тоже плевать на влагу и грязь. Сколько лет он провел вот так по колено в грязи? Много. Десятилетия. Она столько еще не жила.

— Солнце вышло. Люблю солнце, и не люблю подвалы.

— Надо было дождаться меня. — он царапнул ее щеку. Кровь. Специально так сделал. Теперь останется шрам. Плевать. Неважно. Вита подставила лицо солнцу.

— Хорошо, что оно вышло. И серость ушла. Теперь все должно быть хорошо. — Вита улыбнулась. — Как думаешь, почему мы с тобой встретились?

— Чтоб тебе не было страшно. Роли каждого из нас давно распределены, но сыграть их до конца не всем хватает смелости. — он пересадил ее к себе на колени.

— С тобой ничего не страшно. Может там будет лучше чем здесь.

— Может еще с тобой яблочное варенье поварим у меня дома.

— Все может быть. Когда наша пьеса закончится, нам не известно. — согласилась Вита.

Энергия. Сила. Нужно только пожелать, чтоб не было много крови. Пусть им не хватит дыхания. Больно. Хочется все прекратить. Кажется, что Вита больше не выдержит. Но надо дожать. Тварей много. Со всеми иры и ирлиты не справятся. Она может им помочь. Она и Пес. Ему ведь тоже несладко. Но он терпит. Помогает ей. Сосуды уже лопаются от перенапряжения. Темнота. Как будто выключили свет.

Лес. Она соскучилась по лесу. Так хочется выехать загород. Побродить по траве. Не по этому клочку.

— Люблю природу. Там цветы есть, а еще ягоды. И дышится легче. Не так, как тут. — тихо сказала Вита. Губы разбиты в кровь. Шевелить ими тяжело, но она упрямо продолжает говорить. Это лучше, чем молчать. — Я и сейчас задыхаюсь.

— Потерпи. Скоро мы тебя подлатаем. — сказал Пес.

— Тебя тоже латать надо. Весь в крови.

— Заживет. — ответил он. — Нужно только до больницы дойти.

— Брось. Как ты ползешь, мы до утра только дотуда дойдем. Надо было в сквере остаться.

— Не ворчи. Без помощи — подохнем. А я есть хочу. Одними галетами сыт не будешь.

— Это веский повод, чтоб не помирать. — согласилась Вита.

Игорь еле шел. Все болело как будто его драли твари. Тело не слушалось. Но он упрямо шел, держа на руках Виту. Приходилось все время возвращать ее к жизни. Удерживать тонкую нить. Она умирала. А значит и ему конец. Глупо было привязывать ее к себе так крепко. Но другого пути не было. Вита впала в забытье. Опять что-то бормотала про солнце и траву. Ему было не жалко, если он помрет, но жалко было ее. Ведь толком еще не жила.

— Красота. Ты с нее шкуру живьем снимал? — хмыкнул Альхор. Он шел навстречу по пустой улице.

— Не выдержала. Слишком тварей было много. Ее в больницу надо.

— Там сейчас раненых много. Не пробьетесь. Пойдем аптеку вскроем.

— И чего это даст?

— Препараты.

Игорь пошатнулся и осел на асфальт. Он больше не мог сделать и шага.

— Ладно, ждите. Вытащу вас. Но должен будешь. — внимательно смотря на Игоря, сказал Альхор. Тот лишь слабо кивнул. Пятнадцать минут спустя, Альхор уже вколол ему ранозаживляющие препараты.

— Ты лучше ей коли. Я еще продержусь.

— Ага. Поучи меня. — хмыкнул Альхор. — Что ты ей вводил?

— Пять шприцов заживляющего.

— И не вытянуло ее? Ладно. Сделаем другой коктейль. — смешивая лекарства, сказал Альхор. — Что-нибудь да получится. Или не получится. Но тогда буду знать, что эксперимент не удался. Когда у меня еще появится возможность проверить свои теории в новых лекарствах на таких добровольцах?

Игорь не успел ему ответить. Потерял сознание.

Вита открыла глаза. В комнате было все залито светом. Она лежала на диване Игоря. Одежды нет. Это уже привычно. Солнце и тепло. Даже жарко. А вещи у нее в той комнате. Она завернулась в одеяло и вышла в коридор и тут же столкнулась со здоровым бугаем.

— О, еще одна малявка.

— Ты ее не трогай, а то тебе Пес все лапы поломает. — посоветовал Альхор, выходя из ванной комнаты. Вита чувствовала себя совсем маленькой среди этих двухметровых верзил. Придерживая одеяло, она проскользнула к себе в комнату. Рита лежала на кровати рядом сидел Володя. Они прервали свой разговор, когда она вошла.

— Вита, ты как? — спросила ее Рита.

— Нормально. — шепотом ответила Вита. Голоса не было. — Володя, выйди. Я переоденусь.

Футболка, юбка. Рита молчала. Только сочувствующие смотрела на нее. Вита не понимала этого. Шрамы. Да и ладно. Она уже к ним привыкла. Один или десять, какая разница. Галеты и чай. Пес должен быть на кухне. Много народу. И все высокие. Одни великаны. Жуют, спорят. Голоса громкие, как будто не четыре человека сидело за столом, а человек двадцать. Но ей было все равно. Она видела только Игоря. Осторожно подошла к нему. Он ничего не сказал ей. Сделал вид что так и должно быть. Только прижал к себе, продолжая разговор. Вите больше ничего и не было нужно. Ей хватало того, что он был рядом. Остальное казалось неважным.

Глава 27

— Ты предлагаешь легализовать преступность. Я боюсь представить, что начнется в стране после этого. — возразил Игорь.

— Нужно все это поставить в рамки. Выработать правила понятные двум сторонам. — спокойно ответил Альхор. — Иначе, нам невыгодно участвовать в перевороте. Через пару месяцев все забудется и нас назад отправят на каторгу. Так дело не пойдет.

— Но и разбой в стране устраивать — это последнее дело. — не сдавался Игорь. Вита стащила у него кружку с чаем, внимательно слушая о чем речь.

— Сделаем зоны, которые будут вне закона. Я не предлагаю по всей стране все это разрешить. Наоборот, преступления вне этих зон будет караться строже, чем сейчас.

Все-таки Игорь умел готовить. Мясо так и таяло во рту. После нескольких дней голодовки, Вите оно казалось чем-то волшебным. Получается они на кухне решают судьбу страны. Четверо людей? А где все остальные? Где Совет? Интересно. Чего произошло, пока она спала?

— Твоя идея с налогами на преступления это откровенный бред.

— Люди как убивали друг друга, так и продолжат убивать. Как раньше обманывали, так и будут продолжать. Почему бы нам это не систематизировать? Идею с налогами предложил Михаил. Если посчитать сколько мы с ним получили денег за свои дела, и заплатив налоги хотя бы вполовину от полученной прибыли, то бюджет страны был бы заполнен на несколько лет.

— Это абсурд.

— Все равно ведь сделаем. — весело сказал Альхор. Вита могла поспорить на что угодно, ему нравилось дразнить Игоря. Чем он откровенно и занимался. А Игорь велся. Начинал злиться. Не хватало чтоб дело до драки дошло. Как дети себя ведут. И спор какой-то глупый. Чай вкусный. Сладкий.

— Тогда какого ты мне мозг выносишь?

— Чтоб ты понял — перемены будут. Тебе от них не получится остаться в стороне. О пенсии пока можешь забыть.

— Это еще почему?

— Потому что ты нужен здесь. Бравый солдат, с огромным стажем, наградами и грамотами. О тебе легенды ходят. Если ты открыто поддержишь наши действия, то народ поверит, что мы правы. — сказал Альхор. Вита посмотрела на Игоря с каким-то удивлением.

Об элитных отрядов было не так много информации в открытом доступе. Но про главу отрядов Псов ходили легенды среди народа. Он руководил всеми пятерками. Его пятерка была лучшей. Сорок лет беспрерывного стажа. Тысячи боевых операций. Кочевники его ненавидели. Детвора восхищалась. При этом он не любил светиться на телевиденье и в прессе, как и все те, кто был среди элитных подразделений. Несколько смазанных фотографий, но которых и лица было сложно разглядеть. Вита не подумала, что ее Пес и есть тот Игорь. Теперь стало по-настоящему страшно.

— Нашла чего бояться, когда уже поздно. — неожиданно весело, сказал Игорь, посмотрев на Виту. Он поцеловал ее в губы. Вита почувствовала, что подкашиваются ноги. Она чуть не упала, но он ее придержал. Ласки не было. Лишь доказательство, что она его. Когда он отпустил ее, Вита едва могла дышать. Она только спрятала лицо у него на груди. Было приятно ощущать мягкую ткань рубашки на щеке. Это от всего отвлекало. Они опять о чем-то спорили. Только Вите уже казалось, что это спор ради спора.

Вот все стали расходиться. Она оторвала свой нос от рубашки Игоря и посмотрела на них.

— Ты прав, глаза все-таки у нее горят. — усмехнулся Альхор.

— Я же говорил, что загорятся. — ответил ему довольно Игорь.

— Красивые. Но у зеленоглазки лучше. — он достал из кармана заколку и ушел.

Сразу стало в квартире тише. Вита пыталась собраться с мыслями, но они постоянно ускользали.

— Я с тобой превратилась в какую-то дурочку. Все время думать плохо получается.

— Бывает. Но ты мне и такой нравишься. — ответил Игорь. — Главная живая, а остальное это неважно.

— Но…

— Иди в комнату. Я пока на кухне приберусь. А тебе еще отдохнуть нужно и сил набраться.

— Наверное.

В комнате было жарко. Солнечная сторона. Только Вита так устала от дождей, что не жаловалась на жару, а скорее радовалась ей. Игорь пришел где-то через час. Он закрыл дверь и лег рядом.

— Как ты?

— Странно. — честно ответила Вита. — Ничего не понимаю и не соображаю. Не могу понять, почему мы живы.

— Потому что мы с тобой оба сильных человека, да и Альхор тебя подлатал.

— Он тебя все это время задирал. А ты велся.

— Знаю.

— Тогда не понимаю.

— Это сложно, когда идут перемены. Я предлагал более мирное решение и не такое радикальное. Но они все хотят поставить с ног на голову. Это большой риск провала. Хотя я мало понимаю в политике. Может и получится все. Лезть в это не хочу. Взять бы тебя и уехать отсюда. Разве мы с тобой уже не навоевались? Мне лично надоело.

— Игорь, а чем переворот закончился и атака тварей.

— Мы с тобой большую часть тварей уничтожили. Остальных добили ребята. Одно, малышка, такие подвиги тебе противопоказаны. Грань нас отпустила сегодня, но завтра заберет к себе. Поэтому мы больше подвигов не совершаем. Надо уметь уступать дорогу более молодым и сильным.

— Как скажешь. Я и не хотела этого. Поэтому и не расстроюсь, что мы больше воевать не будем. Я так от всего устала, что больше ничего не хочу.

— Но, скорее всего, в столице нам придется задержаться. Альхор хочет. Чтоб я занял место Дарьи.

— Она против будет. Может этого не простит.

— Может быть. Но и отказать Альхору я не могу.

— Почему?

— Потому что нам нужно всеми силами избежать гражданской войны. И нужны люди, которые будут отстаивать наши интересы. К тому же он обещал мне одну вещь, которая избавит тебя от такой сильной зависимости ко мне в плане энергии. Сейчас такая ситуация, что ты не можешь одна оставаться. Слишком все нестабильно.

— Одни хлопоты со мной.

— Это точно. — разгоняя энергию по ее телу, ответил Игорь.

Володя пока жил у них в квартире. Через неделю должен был вернуться в Академку, здание которой в спешном порядке отстраивали заново. С отцом он старался не общаться и никак не пересекаться. Вита хотела с ним переговорить, но не могла. Этого не хотел Игорь. Она не могла пойти против него. Ему пришлось занять должность мэра столицы. Дарью отправили в отставку. Как ни странно, но она не стала возражать против этого. Вита видела, что она устала настолько, что больше не могла ни с кем бороться. Ей предложили небольшую должность, но она отказалась.

Вита помогала возиться с бумагами Игорю. Мысли продолжали периодически разбегаться. Тогда Вита откладывала работу в сторону и бездельничала. Иногда на нее находило озарение. Тогда работа так и кипела. В такой день она и натолкнулась на Арика. Он вырос словно из-под земли.

— Вита! Как я рад тебя видеть! Ты жива. Я уже думал, что все. Нигде тебя найти не мог. — он обнял ее, хотя Вита и пыталась увернуться. Укол она почувствовала довольно ощутимый. Ее повело. Арик что-то говорил и говорил. Вита сама не могла понять почему его слушает и идет за ним. История повторялась. Нужно закричать, позвать на помощь, но язык не слушался. Она была как кукла.

— Куда это вы намылились? — Альхор легко убрал руку Арика с плеча Виты. Тот попыталась вырваться, но тут же обмяк. Удерживая Арика за шкирку, он взял Виту за руку. — Пойдем-ка к твоему приятелю поднимемся. Что-то мне все это не нравится.

Вита не отвечала. Она послушно пошла за Альхором. Люди, что встречались им на пути хоть и смотрели с удивлением на странную процессию, но лишь молча уступали дорогу. Было что-то такое в этом ире, что заставляло его бояться. В кабинете Игоря, Альхор свалил в угол Арика и закрыл дверь кабинета.

— Смотри какую парочку я увидел. Твоя подруга решила погулять пойти, хотя ей от тебя далеко отходить нельзя в компании с этим пареньком.

— Он ее чем-то накачал. — подходя к Вите и сажая ее на стул, ответил Игорь. — Уже не первый раз такое.

— Сейчас посмотрим. — Альхор обыскал Арика и нашел небольшой пузырек. — Дилетант. Кто же такие вещи с собой таскает? Ладно, дома посмотрю, что за ерунда, а девчонке дай антидот универсальный.

— Не надо. Мне уже лучше. — ответила Вита. — Эта ерунда лишает воли. Но рядом с Игорем все проходит. Он, словно перебивает это состояние.

— Может какой-то игридиент сыворотки? — предположил Игорь.

— Посмотрим. — Альхор внимательно смотрел на Арика. Тот продолжал лежать мешком в неудобной позе и только зло смотрел на всех. — Вита любишь фокусы? Сейчас будет представление.

Альхор взял Арика за ухо и резко дернул. Фигура Арика начала меняться на глазах. Поплыла волнами. Лицо пошло буграми. Прошло все так же резко, как и началось. Вита смотрела на Арика и видела Давида, своего бывшего мужа.

— Ты же числился среди погибших! — удивилась Вита.

— Кто это?

— Бывший муж. Давид.

— Игорь, отправь его в камеру. Мне за препаратами сходить нужно. Не думаю, что он нам чего-то расскажет добровольно. — сказал Альхор.

Весь оставшийся день Вита просидела на диване. Игорь вынужден был спуститься вниз, поэтому она осталась одна. Летние сумерки. Приятная погода.

— Как самочувствие? — в кабинет без стука вошел Альхор. Он вел себя так, словно для него не существовало закрытых дверей. Уверенный с хищным взглядом и такими же угловатыми чертами лица. На губах улыбка.

— Нормально. Отошла. Игорь скоро подойдет.

— Я даже рад, что его нет. Поговорить с тобой хочу. — он взял стул и поставил его спинкой перед собой, а только после этого сел. В руках заколка.

— О чем?

— Я нашел средство, как избавить тебя от этой дурной зависимости к иру.

— Это все равно ничего не решит. Без него я не выживу. — грустно улыбнулась Вита.

— С этим выживешь. — он достал из кармана браслет. — Он будет следить за твоей энергией. Ну как? Попробуем?

— А Игорь?

— Чего с ним будет?

— Как он без моей силы будет?

— Нормально. Все равно в бой идти не собирается. — Альхор пересел к ней. Достал шприц. — Один укол и тебе уйдет туман. Согласна?

— Он меня убьет. Но попробовать хочу. — кивнула Вита.

— Не убьет. Тем более что сам просил разработать такую вещь. Ты будешь первой испытуемой.

Ясность наступила через пять минут. Как будто Вита до этого смотрела сквозь запотевшие стекла.

— И как?

— Здорово! Даже дышится легче. До этого такая тяжесть была.

— У тебя глаза опять светятся. — заметил Альхор.

Ревность. Она затмевала сознание. Злость. Предательство. Вита не поняла, что произошло, как щеку обожгло огнем. Кровь потекла вниз по шее.

— Еще раз ее ударишь — убью. — Альхор только перехватил его руку, как Игорь начал оседать на пол. — Порой мне кажется, что ты с головой не дружишь. Как можно женщину избивать? Не для этого они созданы, чтоб такие твари руки чесали.

Альхор взял со шкафа аптечку, которые были в каждом кабинете и достал мазь, повязку, вату.

Вернулся к Вите.

— Иди сюда, рану обработаю. Сильно он тебя порезал. Шрамы останутся. — обрабатывая крупные порезы, сказал Альхор.

— Ничего.

— Жалко. — поморщился Альхор. — Зачем он тебе нужен? Одни расстройства от него. Давай ему по-тихому сердечный приступ организуем? Я даже ничего не возьму за это. Больно меня раздражают такие идиоты, которые не ценят, что имеют.

— Что ты с ним сделал?

— Предложил немного отдохнуть. Минут через пятнадцать очухается. Начнешь все с начала. Как тебе эта идея?

— Он же не специально? Зачем-то приревновал. Альхор, он же отвык от мирной жизни. Вот и ведет себя, как будто завтра в бой.

— Не надо искать оправданий. Не может себя контролировать, пусть за гранью воюет.

— Он меня спас. Не предам.

— Дело твое. — Альхор наложил на рану повязку. Посмотрел на Игоря. — Считай, она тебя спасла. Если бы она тебя не любила, то в живых оставлять тебе не стал бы. Просьбу твою я выполнил. Теперь она может контролировать силу.

— Не полностью. — возразил Игорь медленно поднимаясь. — Все равно без меня не сможет.

По ее глазам вижу, что и от зависимости избавил?

— Да. У вашего Арика-Давида был ингридиент, который вызывал у женщин зависимость от мужчин. Что-то наподобие феромонов. В обычных мужчин они просто влюблялись, к ирам же испытывали неземную любовь. Что-то на сумасшествие походило. Я антидот сделал. Вскоре его введем всем ирлитам-женщинам и проблема будет решена. — ответил Альхор.

— Что по революционерам?

— Убрал остатки вольнодумцев. Всех сдал. Там какая история была, хоть книгу пиши. Этот Давид специально сошелся с Витой. Запудрил ей голову, потом добавил этой гадости. Она и вышла за него замуж. Хотел ее на свою сторону перетянуть. Но Вита побоялась идти против строя. Им же нужны были ее способности.

— Раньше были всплески силы, но не в таком количестве. — ответила Вита.

— Но о них знала твоя подруга. Она и предложила тебя использовать. Они хотели стену разрушить с помощью тебя. Но потом отказались от этого плана. Особенно когда к ним попало оружие со старой лаборатории. Погодная установка, датчик, что притягивал тварей и какая-то пушка, что разнесла четверть города. Они этого не планировали сделать, но не рассчитали мощность. Вместо стены разрушали город. — сказал Альхор. — Хотя я не удивлен. Пили много. Наркота. Как-то они к этому делу подошли несерьезно.

— А сейчас им что нужно было? — спросил Игорь.

— Твоя подруга. Оружия у них не было. Решили вернуться к первоначальному плану. Отвоевать свои позиции.

— Вита, сделай чай. — попросил ее Игорь. Она без лишних вопросов вышла из кабинета.

— Игорь, это не мое дело, но если такое повториться, я мимо не пройду. — тихо сказал Альхор.

— Два раза повторять не надо. — буркнул Игорь.

— И ребятам своим скажи, чтоб заканчивали с рукоприкладством. Пора возвращаться к нормальной жизни. Да и слава мне такая для иров не нужна. — Альхор крутанул заколку. — Не для этого все затевалось, чтоб разрушилось из-за псов, которые не могут держать себя в руках.

— Когда увидел как у нее глаза горят при разговоре с тобой, так плохо стало. Все равно сломаю.

— Дело твое. Но ломать можно и нежностью. Необязательно кулаками. Так даже интереснее. Попробуй. — Заколка была спрятана в карман, а Альхор ушел.

Это был выходной. Впервые за несколько недель. Рита сдавала экзамены. Володя уехал в Академку, поэтому квартира была в их распоряжение. Было хорошо вот так лежать и никуда не торопиться, ничего не делать. Легкий сквозняк играл занавесками. Вита рассматривала руку Игоря, пытаясь понять, куда у него деваются когти. Он же смотрел передачу по сельскому хозяйству. Эта тема его сильно интересовала. Как он объяснял, помогала отвлечься.

Город восстанавливался быстро. Строились новые дома. Починили стену. Под руководством Игоря работа пошла намного быстрее, да и больше не было возмутителей спокойствия. Провели сильную чистку среди ирлитов. Всех, кто был несогласен с новым правительством в столице тихо убрали. Новые законы вызвали споры в стране, но люди восприняли их относительно спокойно. Стране нужны были перемены. Эти перемены ей давали. Так что еще нужно? А результат покажет лишь время.

Хлопнула дверь. Кто-то пришел. Рите еще рано было возвращаться. Мама? Наверное. Она должна была вернуться из своего отпуска. Так и есть. Она вначале прошла мимо, но потом вернулась так и застыв в дверях. Вита лежала положив голову на плечо их соседу. Она в легком платье, он в летней рубашки и штанах. На щеке Виты свежие шрамы в три полоски.

— Привет мам, — улыбнулась ей Вита и отложила ладонь Игоря в сторону. — Так и не поняла, куда ты свои когти прячешь. Я отойду?

— Иди, — хмыкнув, ответил Игорь. — Чай поставь.

— Конечно. — Вита вспорхнула с дивана. — Как работа? Я смотрю, даже загореть успела.

— Да, мне повезло. — уходя следом на кухню, ответила мама, которая явно была удивлена. — А Рита?

— С ней все в порядке. — Вита налила в чайник воды. — После того как Альхор вколол ей сыворотку, так она избавилась от начинающей зависимости к одному из Псов. Слышала об этом?

— Да. Но столько было сплетен, что сказать, где правда, а где ложь, было сложно.

— Это правда. За Ритой сейчас этот Пес ухаживает, но можешь не переживать. Не тронет, пока она школу не закончит. Да и командира побоится. Игорь хоть и в отставке, но его до сих пор бояться.

— А ты?

— Я нормально. Ни плохо и ни хорошо. Жива. Любуюсь ярким солнцем. Остальное неважно.

— Значит, так закончилась эта история?

— Я не могу понять когда она началась и началась ли. А ты мне про конец говоришь. — рассмеялась Вита. Они выжили. За окном светило солнце. Больше не было серых туч. А что нужно еще для счастья?

Эпилог

Когда началась эта история? Вита, спустя десять лет, не могла ответить на этот вопрос. Но она ведь началась и не думала заканчиваться. Три года они прожили в столице. Много за это время чего случилось. Город удалось восстановить и добиться того, чтоб столица не только вернула былое великолепие, но и расцвела, заиграв новыми красками. Конечно, в этом была не только заслуга Игоря, много для столицы и для страны сделал Альхор с друзьями. Он как кукловод дергал за нужные ниточки, и люди исполняли его планы. Сам же Альхор оставался в тени. Ему предлагали должность, но он отказался, утверждая, что это не для него. Ему нравилось быть в тени.

Рита вышла замуж за Пса, который был от нее без ума и ее горькой силы. Мама тоже не засиделась одна. Как-то спонтанно у нее появился кавалер, которому было все равно, что она уже была раньше замужем. Тем более что сейчас пошли послабления для тех кто разводился. И необязательно развод мог поставить крест на карьере.

Антидот, что изобрел Альхор, был вколот всем женщинам. Но он имел лишь отсрочку. При постоянном контакте с ирами все равно происходила привязка, что накладывала на иров большую ответственность. Хотя куда уж больше…

Дарья вышла замуж за Данилу. Как ему удалось покорить ее сердце — это осталось загадкой. Вита как-то спросила его, но получила в ответ лишь хитрую улыбку и смену темы разговора.

А жизнь не стояла на месте. Володя попал в плохую компанию. В итоге на него был сделан заказ, который попал к Альхору. По дружбе он выплатил все налоги и переделал заказ на заказчика. Володя остался жив, а Игорь теперь был должен огромную сумму Альхору. Последний постоянного ему это ставил в упрек, а то и вовсе шантажировал. Игорь злился и ругался. Он терпеть не мог Альхора, за то, что тот был преступником. Сбежавший наемный убийца, который мог переиграть любого. Только Вита знала, что на самом деле у них такая дружба. Хотя порой казалось, что они непримиримые враги.

Спустя три года, появилась полная привязка к Игорю. Но Вита уже была к ней готова. Она знала, что это рано или поздно случится. В последнее время он стал слишком внимательный к ней. Хотя и ворчал много. То и дело собирался помирать. Но Вита ко всему этому относилась с долей снисходительности. Жаль только с сыном Игорь так и не помирился. За десять лет отношений детей у них не было. Хотя в постели перестало быть неприятно и больно. Человек ко всему привыкает. У иров редко рождаются дети.

В городе, где у Игоря был построен дом, Вита наткнулась на мелкую копию Альхора. Мальчишка был как две капли воды похож на ее знакомого. Поэтому когда Альхор появился в городе, она не была удивлена. А вот Игорь долго от него прятался, боясь, что тот опять заставит его работать как в столице. Игорю же нравилась его работа кладовщиком при министерстве внутренних дел и менять ничего он не хотел. Когда появился Альхор и возглавил это министерство, Игорь хотел уволиться. Вита только улыбалась, когда он пытался доказать ей, что точно уволиться, потому что больше работать с Альхором не сможет. Шел с таким решительным видом, а в итоге вернулся его замом. Тут уже Вита не смогла удержать смеха. А потом Альхор ему еще и трех детей навязал.

Дети. С одной стороны Вита хотела детей. С другой, она боялась, что не справиться. Но там и справляться не пришлось. Старшая девочка была умная и самостоятельная. Довольно быстро они прижились в их доме, наполнив его смехом и топотом. Даже старый Пес стал меньше ворчать, хотя и говорил, что детвора его раздражает. Вита не могла сказать с уверенностью, что его не раздражало. Разве только она. Он ее любил. По-своему, в своей грубоватой манере, но она это знала. Знала, что он всегда протянет ей руку помощи и пойдет с ней даже за грань. С ним было не страшно. Любила ли она его? Да. Хотя это и было странно.

Со временем их семья пополнилась прибившимся старым псом, которого никто и не подумал выгонять. Так и потекла жизнь. Какие бы проблемы ни возникали, они ни казались серьезными, после того, что им пришлось вместе пережить. Они отвоевали свое. Теперь оставалось лишь наслаждаться мирной жизнью. Смотреть летними вечерами на звезды, сидеть в густой траве под старой яблоней или обсуждать, как сажать картошку и цветы или просто молчать.

Так, когда началась эта история и когда она закончилась? А может все начинается только сейчас, когда закончились проблемы? Или все зависит от нас и нашего решения определить, где все начинается и все заканчивается? Может, это мы решаем, что хотим видеть в итоге? Одни вопросы, а ответ для каждого из них свой единственный и неповторимый.

Content

Нина Баскакова
ИНЖЕНЕР ПСА

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Эпилог