Владимир Батаев

НЕЗАВИДНА СУДЬБА РЯДОВОГО МАГА

Незавидна судьба рядового мага — дали волшебный жезл, и крутись, как хочешь. Определенно, не стоило честному наемнику пытаться лезть в волшебники, меч в руках как-то привычнее. При том, враг в худшем случае сможет тебя зарезать, а не спалить чародейским пламенем с сотни метров, когда ты его ещё и заприметить не успел.

За почти дюжину лет службы самым разным правителям, от мелкопоместных дворян до императорской армии, и участие во множестве сражений, как междоусобных стычках, так и захватнических походах, никогда ещё не доводилось Трэвису терять весь свой отряд за неполные три минуты.

Вот прятаться в канаве за кустами, пока отряды победителей рыщут вокруг в поисках дезертиров и недобитых врагов — доводилось неоднократно. Впрочем, как и самому искать уцелевших противников по лесам и канавам — лениво и невнимательно искать, честно говоря. В конце концов, кому охота напороться на меч беглеца, сражающегося за свою жизнь с отчаянием загнанной в угол крысы? А ведь с таких даже взять нечего, не бегут с поля боя, прихватив с собой мешок трофеев. На то, что на этот раз его враги мыслят сходным образом и уповал Трэвис, поплотнее вжимаясь в размокшую после дождя землю.

Наёмник раздраженно поправил висящий на поясе магический жезл, впившийся навершием в ногу. Проклятая побрякушка, всё из-за неё! Насколько лучше было раньше, без всякой магии… Сам Трэвис магом себя вовсе не считал и никаких таинственных сил в себе никогда не замечал — а в чародейский отряд подался, рассчитывая на более сытный харч и богатую долю трофеев. И как выяснилось, не он один, была в отряде парочка его давних знакомых, да и ещё несколько раньше виденных лиц — или просто того же типа, явственно бандитского вида, на волшебников похожих, как свинья на апельсин. Тем не менее, на тренировках все исправно применяли магические жезлы, лихо сжигая молодой кустарник. Ну, так, куст сдачи не даст, не то, что колдун вражеский. На безопасность понадеялись бывшие наемники и головорезы — мол, в рубке на мечах и голову снести могут, а магией-то мы их быстренько, издали… Только вот не подумали, что могут и их быстренько издали поджарить — а может и подумали, да рукой махнули, авось пронесёт.

Пронесло только Трэвиса — в буквальном смысле, за ближайшими кустами. Зато штаны не запачкал с перепугу, увидев, как боевые товарищи превращаются в обугленные головешки, не говоря уж о том, что избежал их участи. А то, что приходится отсиживаться теперь там же, где присел, так в жизни у наёмников бывают и похуже моменты.

Если бы Трэвис верил в каких-нибудь богов, то непременно помолился бы им о своем спасении. Он не слишком-то боялся смерти, те, кто очень дорожат своей жизнью, предпочитают оставаться дома, пахать поле, а самое дальнее путешествие совершают на ближайшую городскую ярмарку раз в году, после чего целый год рассказывают о своих приключениях. Бывалый наемник привык быть на волосок от смерти и ценит жизнь не дороже месячного жалования. Но одно дело пасть в равном бою от честной стали в руках такого же головореза как сам, а совсем другое попасть в руки непонятных существ, бродивших сейчас среди останков уничтоженного отряда Трэвиса.

Наёмник почти не сомневался, что устрашающий облик врага — всего лишь доспехи. Но то, как легко они двигались в полном боевом облачении, в подобном которому рыцари обычно и на коня без посторонней помощи взобраться не могли, заставляло мысли склоняться к нечеловеческой природе недругов. Если же демонические морды и чешуйки на теле все-таки были лишь искусной гравировкой, то ковал эти доспехи истинный мастер, художник своего ремесла, при том, трудился, должно быть, не один год, учитывая их количество. Трэвис и сам не отказался бы от такого доспеха — лёгкого, прочного и красивого, хотя и мрачной, пугающей красотой.

— Воздух! Поберегись! — внезапно закричал один из демонов, задрав морду к небесам.

— Отходим! — тут же рявкнул другой, чей шлем — или все же голова? — был украшен алым плюмажем — или гривой?

Трэвис поначалу принюхался, не поняв в чём дело. Может, какие-то ядовитые испарения? Или что не так с воздухом? Но ничего нового не почувствовал, все та же знакомая и ставшая уже привычной вонь. Наконец, он поднял голову, и от увиденного все же зашептал первые строки единственной известной ему молитвы.

Ангелы парили в небесах, раскинув белоснежные крылья и посылая огненные лучи вслед удирающим исчадиям преисподней. Бежали демоны огромными прыжками, что в очередной раз убеждало в их нечеловеческой природе.

— В монастырь уйти, что ли, — пробормотал Трэвис.

Он поднялся в полный рост и следил за полетом своих белокрылых спасителей. Вскоре они тоже заметили его и стали снижаться. Когда они приземлились и Трэвис смог их разглядеть, то молиться перестал и раздраженно сплюнул.

Маги, всего лишь маги! Не такие как Трэвис, конечно, настоящие — вон, даже летать могут. Но вовсе не ангелы, всего лишь люди, да к тому же — мальчишки. Лица у большинства покрыты прыщами, ни один ещё даже бриться не начал. Это, впрочем, вполне объяснимо — лет пять назад ещё никто и не слыхал о магии, кроме как в легендах и сказаниях, откуда же взяться среди чародеев умудрённым сединами старцам. Старого пса курей топтать не научишь, как говорится. Молодёжь куда лучше поддаётся обучению.

— Ты чьих будешь? — обратился к наёмнику командир «летучего отряда».

— Да какая разница, давайте его спалим и полетели, — встрял один из бойцов.

— Имперский я, — поспешно сообщил Трэвис. — Рядовой третьего пехотного магического отряда второй когорты.

— И где отряд? — надменно осведомился маг.

Трэвис молча кивнул головой в сторону обугленных останков своих товарищей. Юные маги от такой картины изрядно побледнели, а некоторые и позеленели, спесь с них разом сошла.

— Э-э… ладно… как тебя там… С нами летишь, коменданту все доложишь, что тут произошло.

— Лечу? — скривился Трэвис? — Как? На козе верхом?

— На буксире, — усмехнулся мальчишка.

Двое магов протянули Трэвису длинные кожаные ремни, велев привязать к поясу и держаться покрепче. Едва он успел это сделать, как летучий отряд взмыл в небеса, увлекая его за собой. Но в отличие от магов, наёмнику лететь было не столь комфортно — какие там удобства, когда болтаешься в воздухе как мешок. Оставалось радоваться, что успел натерпеться страху раньше и снова не запачкал подштанники.

Комендант крепости лично вышел на плац встречать летучий отряд. Подтянутый седовласый мужчина с длинными вислыми усами хмуро оглядел группу юных магов, Трэвису показалось, что он с трудом сдерживает желание раздраженно сплюнуть. Сам наёмник удостоился не более ласкового взгляда старого служаки.

— Ну? — буркнул комендант.

— Враги обращены в бегство, потерь среди личного состава нет! — вытянувшись в струнку, гаркнул командир крылатых чародеев.

— А это кто? — указал комендант на Трэвиса. — И где второй пехотный отряд?

— Третий, — поправил Трэвис, за что удостоился очередного хмурого взгляда.

— Пехотный отряд погиб в почти полном составе, — доложил маг. — Уцелел только этот засранец.

Юные волшебники захихикали.

— Молодой человек! — угрожающе процедил комендант. — Очень не хотелось бы исправлять упущение вашего батюшки и знакомить вас с поркой, но если подобное повториться, то придётся.

— Э-э… Я не… То есть… Он… — мальчишка от стыда покраснел как рак и готов был провалиться под землю.

— Рядовой третьего пехотного магического отряда второй когорты Трэвис, сэр! Чудом уцелел при атаке превосходящих сил противника, благодаря слабости желудка и неумению полкового повара, сэр! Во время атаки укрывался за кустами, сэр!

— Отставить солдафонство, — буркнул комендант. — Одет не по уставу, от формы одни аксельбанты, а «сэркает» мне тут.

— Так точно, сэр, — осклабился Трэвис. — Я наёмник, сэр! Верно служу его императорскому величеству, да продлятся его годы вечно, сэр! — осекся под хмурым взглядом и быстро закончил: — Есть отставить солдафонство, сэр!

— Пошли, — мотнул головой комендант в сторону казармы. — Там поговорим спокойно. Вольно, разойтись!

«Летучий отряд» и без того не стоял по стойке смирно, но скрыться с глаз строгого командира мальчишки были вовсе не прочь, и разбежались раньше, чем Трэвис успел сделать пару шагов.

— Ну, и что ты об этом думаешь? — поинтересовался комендант, выставляя на стол перед Трэвисом кувшин эля и пару кружек.

— Раньше было лучше, — вздохнул наёмник, разливая пенящийся напиток.

— Да-а, — вздохнул старик и, помолчав, добавил: — Хорошо тебе.

— Почему? — не понял наёмник.

— Можешь спокойно сказать: «Раньше было лучше» — и тебя никто не назовёт старым брюзгой, — пояснил комендант. — Да и вообще, приспособился ты, вон, сам в маги подался. А мне что делать? Пока ещё крепость не отобрали, не поставили на моё место какого-нибудь сопляка с волшебной палочкой и не отправили меня складом заведовать…

— Угу… — буркнул Трэвис. — Приспособился я… Как же. Как говорится, сколько корову с крыши ни бросай, орлом не полетит.

Старик с хитрым прищуром взглянул на наёмника и неожиданно расхохотался.

— Ошибаешься, сильно ошибаешься, мой юный друг, — сквозь смех выдавил комендант. — Хочешь, прямо сейчас назначу тебя в отряд к этим пернатым, которые тебя сюда притащили? Твой отряд все равно погиб… Запишем, что спасшихся не было, да и дело с концом. Меньше бюрократии вести и бумажек писать. А то пока тебя ещё к основным силам отправить удастся, а то и случится что по дороге…

— Честный наёмник не дезертирует! — с напускной горячностью возразил Трэвис.

— Честный наёмник просто не существует, — спокойно закончил поговорку старик.

— А как меня к этим, крылатым, в отряд? — вернулся к теме Трэвис. — У меня же того, крыльев нет.

— Ерунда, — отмахнулся комендант. — Ощиплем ещё десяток кур. Крылья это так, маскарад, мальчишки это сами придумали, для устрашения врага. А летают они с помощью специальных поясов, волшебных.

Трэвис хмыкнул, вспомнив устрашающий вид брони противников. Это посерьёзней куриных перьев, да и куда полезнее.

Летать наёмник не очень-то стремился. Разве что в детстве мечтал об этом, но уже давно перерос подобные фантазии. Он не был готов, как та корова из поговорки, прыгать с крыши, надеясь взмыть в небеса, поскольку весь жизненный опыт настоятельно твердил, что в результате останутся от него только рожки да ножки и кровавая лепёшка. С другой стороны, если на это способны прыщавые мальцы, то неужели опытный и закаленный воин струсит и будет прятаться за стенами крепости, пока дети рискуют жизнями, сражаясь с врагом? При том, за отсиживание в подвале ему вряд ли заплатят…

— Ладно, — пожал плечами Трэвис, одним глотком осушая кружку, — всегда хотел стать птицей высокого полёта, хотя и не так буквально.

Content

Владимир Батаев
НЕЗАВИДНА СУДЬБА РЯДОВОГО МАГА