Владимир Батаев

РОЖДЁННЫЙ ГЕРОЕМ

Рука Возмездия найдет

Того, кто в Пурпуре цветет,

Но мститель, пусть он справедлив,

Убийцей станет отомстив.

Уильям Блейк

Мой юный друг, ты действительно хочешь узнать, как я стал тем, кто я есть? Что ж, почему бы и нет, у меня полно времени. Да-да, знаю, ты пришёл убить меня. Вернее — покарать за мои злодеяния, конечно. Ты ведь Герой, а Герои не убивают, они карают Злодеев.

Что ж, храбрый рыцарь, как я уже сказал, у меня полно времени. Что бы ты там себе ни думал, ты ещё не победил, и я пока не мёртв. Хорошо-хорошо, больше не буду отвлекаться и перейду к делу, спрячь клинок, ещё не время. Ведь прежде, чем казнить меня, ты должен убедиться, что я действительно Злодей.

Итак, ты наверняка слышал историю о прошлом Герое. Том самом, что сразил Властелина Тьмы и спас принцессу. А потом они жили долго и счастливо — кроме Властелина, конечно — и умерли в один день, так ведь написано в летописи?

Враньё! Наглая ложь! С мерзавца летописца следовало бы содрать кожу живьём и сварить в кипящем масле за эту ложь! Ах да, я ведь так с ним и поступил, верно.

Два года — разве это долго? Неизмеримо малое мгновение, уж поверь мне. Особенно когда думаешь, что впереди ещё десятки лет. По-настоящему начинаешь ценить время только тогда, когда знаешь, что оно истекает. Они не знали. Мы не знали.

Неужели ты не понял? Я и был тем Героем. Нет, я не лгу. Зачем мне это? Вряд ли мои слова изменят твоё решение, скорее лишь укрепят его. Герой, предавшийся Злу, заслуживает кары вдвойне, не правда ли?

Два года — очень малый срок. Но я отдал бы десятки лет своей жизни за ещё один год с ней. Да что там год, за месяц, за день, хоть за час! И не только своей, я бы отдал за это десятки жизней, включая и твою!

Нет, разражаться зловещим хохотом я не буду. Я не психопат, вопреки твоему мнению. Слушай и не перебивай, юный Герой — когда ещё выпадет случай побеседовать по душам с Властелином Зла?

Если бы летописец был чуть более добросовестным, он мог бы написать, что в тот момент, когда она ушла, Герой тоже умер от горя, последовав за ней в вечность, где они пребывали вечно в счастье. Хотя это всё равно была бы ложь.

Непосредственно в тот момент я ничего не почувствовал, не ощутил, что её больше нет. Не кольнуло сердце, не сжалось в груди, не помутилось в глазах. Её уже не было, а я всё ещё жил и радовался жизни, не зная, что она ушла.

Ушла… Какое лживое слово, кого им можно обмануть? Если бы она ушла, то была бы где-то, можно было её найти, вернуть или просто увидеть. Она не ушла. Она умерла. Её убили.

Я сделал бы всё, чтобы вернуть её. Что угодно. К сожалению, это невозможно. Я консультировался с лучшими некромантами, и они заверили, что вернуть человека к жизни нельзя. Воскрешённый будет всего лишь ходячим трупом, покорным воле мага. Нет, они не могли солгать. Хоть они и чёрные маги, но раскалённый свинец, капающий на голову, кого угодно заставит говорить правду. Ты осуждаешь мою жестокость? Что ж, мне нечего возразить тебе на это.

Когда-то и я был таким, как ты. И осудил бы себя такого, каким стал. Но Герой умер в тот момент, когда увидел мёртвое тело своей жены. Что ты знаешь о жестокости, мальчик?

Я помню тот миг так, будто это было вчера. Она лежала на траве… Сплошь иссечённая кнутом спина, шея вывернута под неестественным углом, так что лицо повёрнуто к небу — обожжённая маска, глядящая провалами пустых глазниц. Волосы, ещё недавно струившиеся золотистым водопадом по спине с гладкой и нежной кожей, побурели от крови и сбились в колтуны…

Но глядя на её лицо Герой не видел ожогов и волдырей, и не потому, что глаза застилали слёзы. Перед ним стояло её лицо таким, каким он видел его в последний раз — с улыбкой на губах и ямочками на щеках, и складкой над левой бровью, возникающей от смеха, из-за чего казалось, что она одновременно смеётся и хмурится… А потом Герой умер.

Не знаю, пытали её бандиты просто из извращённого удовольствия видеть чужие муки или хотели узнать, где спрятаны ценности. Какие ценности они хотели найти в охотничьем домике, где ненадолго решили уединиться Герой и Принцесса, устав от дворцовой суеты? Да и знали ли они вообще, кто перед ними…

Я не спросил их об этом. Это не имело значения. Какая разница, почему они сделали то, что сделали. Но я заставил их об этом пожалеть. Они умирали долго и неприятно.

До того я был Героем. Вот этим клинком, что лежит на столе, я сразил Властелина Зла. Тогда меч сиял Истинным Светом. Теперь, глядя на побуревшее от крови лезвие, в это трудно поверить. Клинок Героя стал орудием палача, пыточным инструментом, и утратил сияние.

Героям нередко приходится убивать врагов. Один взмах честной стали — и злодей мёртв. Герои не заставляют недругов ползать по полу, пытаясь собрать кишки, вываливающиеся из распоротого живота, обрубками пальцев. Герои не сдирают с врагов кожу и не пытают их. Но Герой умер в тот миг, когда увидел свою возлюбленную Принцессу мёртвой. Тогда родился Мститель.

Герой слишком долго почивал на лаврах, наслаждаясь своим великим подвигом и наивно полагая, будто уничтожил зло. Но Властелин вовсе не воплощал в себе всё мировое зло. Людям не нужны тёмные Властелины, чтобы творить мерзости. У большинства их них хватает зла в собственных душах. Даже у Героев, хотя бы бывших.

Забавно, но при Властелине разбойников не было. Его войска безжалостно уничтожали всех, кто смел нарушать установленный порядок. За любое преступление полагалась смертная казнь. И почти никто не совершал преступлений. Но Властелин пал от моего клинка и всё вернулось на круги своя.

Герою такая мысль в голову не приходила, а вот Мстителю пришла. Вырезать разбойников поодиночке или даже бандами — хлопотное занятие. Уж поверь, я занимался этим несколько лет. Но навести порядок такими методами не вышло. Даже медленная и мучительная смерть сообщников не сбивала мерзавцев с пути преступлений. В конце концов, против них действовал всего лишь Мститель-одиночка, который не может быть везде и убить всех. Совсем другое дело — Властелин со своей армией и чёрными магами, способными заглянуть в любой уголок страны.

И вот я здесь, сижу на своём троне из черепов, сея ужас и вселяя страх в сердца. И заметь, Герой, уже два года в стране не совершается преступлений, страшнее мелкой кражи. Да, мои солдаты уничтожили сотни людей — всех разбойников, кого только сумели выследить маги. Их убивали жестоко, в назидание прочим, и это помогло. Да, солдаты врывались в дома по ночам, вытаскивали их из постелей, вырывая из объятий жён, и казнили на глазах соседей без всяких объяснений. Мой юный друг, убийцы вовсе не объявляют направо и налево о своих преступлениях. Те, кто по ночам убивает и грабит прохожих, зачастую в остальное время ведут вполне мирную жизнь, ничем не выдавай свой основной промысел. Полагаешь, следовало каждый раз оповещать свидетелей, за что был казнён тот или иной мерзавец? Это слишком хлопотно, к тому же могло послужить предупреждением другим. Гораздо проще поймать преступника, когда он спокойно спит дома, не подозревая, что час отмщения пробил, чем гоняться за ним по лесам.

Но мои маги всё же сплоховали и выследили не всех. Впрочем, виновные уже понесли наказание, которое послужит назиданием остальным. Например, тот барон, что нашёл тебя и вручил волшебный клинок. Благородный человек, направивший нового Героя на борьбу со злом, не так ли? А вот и не так. Видел бы ты его казематы и пыточную в подвале… Он любит там развлекаться с молоденькими девушками, после чего они теряют как свою привлекательность, так и жизнь. Его инструментам и навыкам позавидовал бы любой Мститель. Он долго скрывал свои развлечения, установил магическую защиту, а мои колдуны поленились её пробить. Он мог так и остаться безнаказанным, если б не привлёк моё внимание, послав тебя.

Конечно, это ничего не меняет. Да, ты послан подонком, преследующим свои цели, пусть так. Но ведь и злые намерения могут обратиться к торжеству добра. Ведь так считают Герои? Кем ты был, сыном кузнеца или пастухом? Почему-то чаще всего Герои рождаются в семьях представителей именно этих профессий. Впрочем, неважно.

Скажи, ты гордишься собой? Да, гордыня — грех и не к лицу Герою. Но всё же есть немного, не так ли? В одночасье узнать, что ты Избранный и отправиться свершать великий подвиг. Честь стать Героем выпадает не каждому. Для этого мало новеньких лат и волшебного меча. Героем нужно родиться. Тебе выпала эта честь. Как и мне.

Ты ведь знаешь, что я не лгал. Герои безошибочно чувствуют ложь. Это часть нашего Дара. Я был таким же, как ты, и посмотри, кто я теперь. Говорят, убивший дракона сам становится драконом. Конечно, это лишь сказка, как и сами драконы. Но доля истины в этом есть. Я, Герой, убивший Властелина Зла, сам занял его место. Кто знает, быть может, такова участь любого Героя, недаром они столь редки. Впрочем, и Тёмные Властелины не плодятся как грибы после дождя…

Всё ещё не изменил своего решения и хочешь убить меня? Не веришь, что однажды можешь оказаться на моём месте? Что ж, я так и думал. Я знаю, как мыслят Герои, сам таким был. Ты уж прости, что заставил всё это выслушивать. Властелину не к лицу откровенничать со слугами и приспешниками, а иногда так хочется с кем-то поделиться тем, что скопилось на душе. С кем-то, таким же, как ты сам. Хорошо-хорошо, ты не таков как я сейчас, но я был таким, как ты. Нас не так уж много, Рождённых Героями. И хорошо, слишком уж много от нас хлопот.

Итак, час настал, пора прощаться. Навсегда. Сегодня станет меньше на одного Героя. Ты прав, я давно уже не Герой. И говорил не о себе. Я пока не готов умереть. Может быть, когда придёт следующий Герой, я буду готов отправиться к Ней, где бы она сейчас ни была. Как был готов мой предшественник, когда я пришёл сразить его. Радуйся, тебе не суждено занять моё место, ты умрёшь Героем.

Двери распахнулись и в зал со всех сторон хлынули солдаты с арбалетами. Герой выхватил волшебный меч, но ни один клинок не способен отразить разом десятки болтов. Через мгновение Герой стал похож на ежа, утыканного стальными иглами.

Властелин махнул рукой, приказывая унести тело и устало опустился на трон.

Хорошо быть Героем, не знающим сомнений и уверенным, что всё сделанное совершается во имя добра и справедливости, не задумываясь о последствии своих поступков. Но Герои рождены для подвигов, а не для поддержания порядка. И даже мстители для этого не годятся. Править железной рукой, держа народ в страхе во имя поддержания порядка — участь тёмных Властелинов. Неблагодарная работа, но кто-то должен её делать…

Content

Владимир Батаев
РОЖДЁННЫЙ ГЕРОЕМ