Владимир Батаев

Транзитная зона

Бармен изрядно удивился, увидев посетителя — такие гости на орбитальной станции «Мнемозина» были редкостью. Основной контингент прибывающих на транзитную базу составляли паломники Ордена Белого Древа, ожидающие разрешения на посещение планеты Минерва. Периодически прилетали грузовые корабли, но они следовали установленному графику и надолго не задерживались, а большинство пилотов также являлись последователями Ордена.

Этот тип к числу верующих явно не относился. Для начала, на его одежде не было символа Белого Древа. Вместо присущей паломникам кислой мины, по их мнению изображающей просветление и отрешённость, на его небритой физиономии играла хитроватая усмешка. На простого работягу, доставляющего заказанные грузы, он тоже не походил. Бармен решил, что если этот парень что-то и привёз, то исключительно контрабанду, но в этом случае он явно ошибся координатами.

— Виски, двойной, без льда, не разбавленный, — сделал заказ пилот, усевшись за стойку.

Бармен не стал спорить. Хотя на станции, жившей по планетарному времени, сейчас было утро, только что прибывшего звездолётчика это явно не интересовало. А вот бармена снедало любопытство. Когда пилот прикончил третий стакан и перешёл на пиво, бармен решил, что уже можно приступить к расспросам:

— Каким ветром тебя занесло на «Мнемозину», приятель?

— Я вольный торговец, — отозвался мужчина, — привёз кое-какой груз, думаю выгодно его продать.

— На Минерве? — бармен скептически хмыкнул. — Орден Белого Древа не поощряет роскошь, а всё необходимое производится на планете или доставляется постоянными поставщиками. Хотя, может сами Жрицы заинтересуются? А если нет, попросту не пройдёшь таможню, а то и вовсе могут конфисковать груз.

— А я не собираюсь высаживаться на планету, — пожал плечами контрабандист. — Меня и транзитная зона вполне устраивает. Пусть с таможней покупатель сам разбирается.

— И что же ты такое привёз? — заинтересовался бармен.

— Ош.

От этого короткого слова у бармена от удивления отвисла челюсть. Он рефлекторно огляделся по сторонам, но в зале ожидания по-прежнему никого не было.

— «Звёздная пыль»? — шёпотом уточнил бармен.

— Что?! — пилот от возмущения ударил кулаком по стойке. — За кого ты меня принимаешь? У меня чистый ош, натуральный, прессованный. Ты тут не сравнивай!

— Да я ничего, — замялся бармен. — Я только слышал…

— Ну да, в состав «звёздной пыли» он тоже входит, но составляет меньше десятой доли… И вообще, всегда найдётся кто-нибудь, кто из самой замечательной вещи умудрится сотворить какую-нибудь гадость. А ош — это как философский камень, как панацея… Между прочим, двести семьдесят восемь Галактических религий утверждают, что ош был дарован людям именно их божеством.

— И много его у тебя?

— Сто тридцать тонн.

— Сколько? — лицо бармена вытянулось ещё больше.

— У меня небольшой корабль, — пожал плечами пилот.

В голове у бармена роились десятки вопросов, но на большинство из них контрабандист ни за что не стал бы отвечать.

— Так что вообще такое этот ош? Я всякое слышал. Фармацевтические компании клянут его на все лады, на многих планетах его запретили.

— Конечно, фармацевты против, — хмыкнул звездолётчик. — Они же разорятся мигом. Ош — отличное природное лекарство, половину болезней мигом как рукой снимает. И в целом укрепляет здоровье. Говорю же — практически панацея. Я его вообще в еду как приправу добавляю — пальчики оближешь. И это не всё. Ну, про «звёздную пыль» ты в курсе, но это не пример. Сам ош привыкания не вызывает. Хотя в сочетании с алкоголем расслабляет и может вызвать лёгкую эйфорию, настраивает на лирический лад. Знал я одного поэта, так тот без кружки пива со щепоткой оша двух слов срифмовать не мог.

— Может, и правда Жрицы заинтересуются, — с некоторым сомнением протянул бармен.

— Да есть у меня покупатель, — отмахнулся пилот. — Скоро должен прибыть. Ты сам попробуй ош, тогда поймёшь, что это. Угощаю. Налей самого дрянного пойла, какое у тебя найдётся.

Пожав плечами, бармен полез под стойку и, достав бутыль с прозрачной жидкостью, налил полный стакан. Пилот достал из кармана небольшой брусок прессованного оша и ногтем отковырнул крохотный кусок. Брошенный в выпивку, ош быстро растворился, с лёгким шипением.

— Пей, не бойся, — махнул рукой контрабандист. — Мелкими глотками. Не пожалеешь.

Бармен осторожно принюхался. Вопреки ожиданиям, напиток ничем не пах, даже спиртовые пары будто исчезли. Парень осторожно отхлебнул.

— Это вкусно! — удивился он.

Медленно и с наслаждением он опустошил стакан. Воздействия алкоголя совершенно не ощущалось, но внутри будто разлилось приятное тепло, а мысли настроились на позитивный лад. «Мнемозина» больше не казалась ему унылой дырой, а паломники, хоть и остались странными чудаками, перестали быть противны.

— И правда, отличная штука, — признал бармен, по привычке шмыгнув носом. — Ого, насморк прошёл!

В зал ожидания вошла группа паломников, но к бару подходить не стали, усевшись в стороне. Видимо, скоро ожидался рейс на Минерву. Хотя Орден Белого Древа и не запрещал алкоголь, пьяных на борт шаттла не пускали.

При наличии посторонних ушей, разговор про ош сошёл на нет. Пилот травил анекдоты и байки, время пролетело незаметно. Через пару часов прозвучал сигнал прибытия шаттла.

Паломники редко возвращались с планеты, большинство предпочитали эмигрировать навсегда. Хотя некоторых всё же заворачивали восвояси — как несоответствующих канонам строгой доктрины Белого Древа. Но группа новоприбывших к таковым не относилась. Бармен уже в который раз за утро вытаращился от изумления. Пилот тоже не оставил визитёров без внимания.

— Это одна из Жриц, — шепнул бармен, кивком указав на молодую женщину, восседающую в установленном на антигравитационной платформе кресле. По углам платформы шествовали четверо солдат в бронескафандрах. — Впервые вижу, чтобы Жрица прилетала на «Мнемозину». Это она твой покупатель?

— Нет, не она, — рассеянно отозвался пилот. — Впервые, значит? Странно, а странности это всегда не хорошо.

— Не таращись так, — шикнул бармен.

— Да я на крону засмотрелся, — хмыкнул звездолётчик.

Бармен усмехнулся в ответ, вполне разделяя точку зрения собеседника. Балахон Жрицы, как и положено, украшал на груди символ Белого Древа, и его крона имела весьма выдающиеся очертания.

— Она похожа на мою четвёртую жену, — задумчиво протянул контрабандист.

— А сколько их у тебя было?

— Пока только три.

— Не надейся, — покачал головой бармен. — Она же Жрица Белого Древа.

— Подумаешь, Жрица, — развёл руками пилот. — Моя третья жена вообще была журналисткой.

Бармен не нашёл, что на это возразить и только озадаченно почесал в затылке.

Через полчаса вновь прозвучал сигнал стыковки. Увидев новоприбывших, уставший удивляться бармен достал из кармана электронный ежедневник и отметил текущую дату красным цветом.

В зал вошли три фигуры в громоздких скафандрах с затемнёнными непрозрачными забралами. У всех троих справа на груди был изображён символ в виде трёхпалой когтистой лапы. Неожиданные визитёры направились прямиком к Жрице.

— Рептилоиды, — озадаченно протянул бармен. — Их-то как сюда занесло?

— Всё страньше и страньше, — глубокомысленно изрёк пилот, отхлебнув пива.

Не все отнеслись к происходящему столь меланхолично. Паломники вскочили с мест, сбрасывая с себя балахоны. Под ними оказались стандартные лётные комбинезоны с нашивками на груди в виде символического изображения огня, почему-то зелёного цвета.

— Сейчас тут станет жарко, — заметил бармен, проворно прячась под стойку.

— Ага, весело тут у вас, — согласился звездолётчик, присоединяясь к нему, не забыв прихватить и пивную кружку.

Фальшивые паломники, а на деле — сектанты Ордена Зелёного Пламени вытащили из сумок лучемёты и открыли беспорядочный огонь. Охранники Жрицы и рептилоиды ответили тем же.

— В такие моменты даже я начинаю жалеть об отсутствии таможенного контроля при входе в транзитную зону, — вздохнул звездолётчик.

— А ты их ошем накорми, — предложил бармен. — Может, успокоятся.

— Это запросто, только понесёшь напитки им ты, — хмыкнул пилот.

Вылезать в гущу перестрелки ни один из них не собирался. Вместо этого оба уселись на полу под стойкой, попивая пиво в ожидании, когда в этой схватке определится победитель.

Впрочем, заранее было ясно, что преимущество не на стороне сектантов. Их противники были облачены в бронескафандры, а Жрицу прикрывали силовые поля, встроенные в платформу. Тогда как приверженцев Зелёного Пламени хранила только вера, оказавшаяся не в силах противостоять энергетическим зарядам.

С гибелью последнего сектанта стрельба прекратилась, но могла в любой момент возобновиться. Атмосфера оставалась накалённой. Какие бы цели не преследовали фанатики, их нападение грозило как минимум сорвать переговоры между рептилоидами и Жрицей.

— Вот теперь время подавать напитки, — шепнул контрабандист, доставая брусок оша.

Бармен послушно разлил по пивным кружкам дешёвое пойло, после добавления в него оша превратившееся в амброзию. С некоторой опаской парень выбрался из-за стойки и направился к ожесточённо спорящим противникам.

— Поди прочь, мы ничего не заказывали, нашёл время, — отмахнулась от него Жрица.

— Это за счёт заведения, особый фирменный коктейль, я назвал его Кровь Еретиков, — объявил бармен, кивнув на дымящиеся тела сектантов.

— Мне это нравится! — объявил рептилоид. — Испить крови поверженного врага было древней традицией нашего рода!

— Хорошо, подтвердим мир между нами, совместно испив символической крови сообща убитых врагов, — ухватилась за идею Жрица.

Рептилоид осушил кружку залпом, женщина только чуть пригубила, но распробовав, сделала ещё несколько глотков.

— И впрямь, неплохо, — одобрила она.

— Возможно, я немного погорячился, и ты не имеешь отношения к нападению, — признал утихомирившийся рептилоид. — Враги хотели помешать нашему союзу, но мы их поджарили! — он зловеще расхохотался. — Теперь можно и обсудить условия договора. И подать ещё этого напитка!

Бармен намёк понял и поспешил на своё место. Контрабандист, прекрасно слышавший громогласного ящера, щедро пожертвовал весь брусок оша.

— Не переборщи, по чуть-чуть сыпь, — посоветовал он. — Остаток себе заберёшь. Мой покупатель, похоже, уже не явится. Но у меня есть другой план. Если дельце выгорит, я тебе ещё пару ящиков подкину.

С этими словами он направился к столу, за которым уселись для переговоров Жрица и рептилоид.

— Где напитки? Я жажду крови еретиков! — рыкнул ящер.

— Это не бармен, — вздохнула Жрица. — Кто ты такой и чего тебе надо?

— Позвольте представиться, капитан Курт Даркхок, вольный торговец, — отрекомендовался контрабандист. — У меня есть груз, который, вероятно, вас заинтересует.

— Оружие? — осведомился воинственный рептилоид.

— Сто двадцать тонн оша.

Бармен едва не опрокинул поднос, услышав, что контрабандист решил оставить десять тонн для личного использования.

— Поднимает боевой дух, нейтрализует большинство ядов и токсинов, укрепляет иммунитет, — тем временем рекламировал свой товар звездолётчик. — Способствует здоровью и спокойствию мирных граждан, одухотворяет верующих, снимает религиозные противоречия. Философский камень растительного мира и панацея от всех проблем. А также замечательная приправа к пище. И в том числе входит в состав столь полюбившегося вам коктейля.

— Беру всё! — решительно объявил ящер. Его товарищи, успевшие также попробовать спешно поднесённый барменом напиток, яростно закивали.

— Нет, Орден Белого Древа покупает груз, — возразила Жрица. — В случае заключения союза, мы охотно поделимся.

Контрабандист назвал цену. На эти деньги можно было приобрести небольшой крейсер. Жрица и рептилоид начали торговаться, довольно быстро сумма выросла в полтора раза.

— По шестьдесят тонн каждой из сторон, — прервал торги пилот, решив не накалять атмосферу. — Оформим договор?

Он развернул голографический экран наручного компьютера, остальные сделали то же самое.

— За удачную сделку! — предложил тост ящер, когда с формальностями было покончено.

Осушив кружку, рептилоид закрыл глаза и захрапел, упасть со стула ему не позволил скафандр. Помощники подхватили своего командира под руки и, прищёлкивая языками, что у них означало смех, потащили на корабль.

— Вот не знала, что ош так действует на рептилоидов, — задумчиво постукивая пальцами по столу, протянула Жрица. — Они ведь даже к алкоголю не чувствительны.

— Я тоже не знал, — пожал плечами Курт. — Зато в таком состоянии с ними вполне можно иметь дело, на удивление сговорчивы. Определённо, хороший рептилоид — пьяный рептилоид. Будет забавно, если эффект окажется постоянным. Жаль, шестьдесят тонн на всех не хватит.

— Интересные у вас забавы, капитан Даркхок, — вскинула бровь женщина. — Менять мировоззрение нечеловеческих рас за завтраком.

— То ли будет к ужину, — усмехнулся Курт. — Кстати, не желаете ли поужинать вместе?

— Ни за что не упущу такую возможность, — улыбнулась Жрица.

Наблюдавший из-за стойки бармен сделал ещё одну пометку в записной книжке о воздействии оша на людей.

Content

Владимир Батаев
Транзитная зона