Эбби Грин

Экзамен для плейбоя

Abby Green

Married for the Tycoon's Empire

© 2016 by Harlequin Books S A.

© «Центрполиграф», 2017

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2017

Эта книга является художественным произведением.

Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

Пролог

Бенджамин Картер рассеянно крутил в руках хрустальный бокал с водой, удобно устроившись в кожаном кресле в глубине зала элитарного мужского клуба. Мягкий приглушенный свет, экзотический аромат сигар и дрожащее пламя свечей в небольших изящных подсвечниках создавали атмосферу уюта и доверительности.

Клуб гарантировал полную конфиденциальность, потому и был выбран Беном в качестве места встречи. Вскоре к нему присоединились прибывшие по его просьбе трое гостей.

Шейх Зейн аль-Гамди, могущественный правитель богатого нефтью и полезными ископаемыми королевства в Аравийской пустыне. Его сокровища были несметными, а власть абсолютной.

Данте Манчини, итальянский энергетический магнат, за приятной внешностью которого скрывался недюжинный интеллект, бульдожья хватка и острый язык, в чем Бен убедился лично при заключении сделки несколько лет назад. Сейчас от его приязни не осталось и следа, он буравил Бена угрюмым взглядом исподлобья.

Третьим, но не менее важным был Ксандер Тракас, греческий миллиардер, владелец крупнейшей мировой компании по производству товаров класса «люкс». Он был холоден и надменен. Его лицо оставалось непроницаемым. Бен как-то в шутку посоветовал ему играть в покер, если он вдруг разорится и захочет вернуть состояние. Но скорее в аду выпадет снег, чем такое случится.

Бен Картер владел крупной строительной компанией и строил современные, порой весьма оригинальные здания на Манхэттене, не менее амбициозные, чем он сам.

Напряжение, царившее за столом, можно было потрогать руками. Все присутствующие на дух не переносили друг друга, увидеть их вместе – нереальное событие. Начавшаяся с мелких стычек при заключении сделок неприязнь переросла в большую войну. Каждый видел в другом непримиримого врага, которого следовало уничтожить, и каждый был настолько упрям и безжалостен, что их выпады друг против друга вели к тупиковым ситуациям.

Почувствовав, что Данте Манчини вот-вот поднимется и уйдет, Бен понял, что пора начать разговор.

– Спасибо, что пришли.

Шейх Зейн аль-Гамди недовольно посмотрел на Бена.

– Мне не нравится, что меня вызвали на ковер, как набедокурившего мальчишку, Картер, – процедил он сквозь зубы.

– И тем не менее вы здесь. – Бен обвел взглядом присутствующих. – Все в сборе.

– И приз за подтверждение очевидного уходит к Бену Картеру, – протяжно произнес Манчини. Подняв массивный хрустальный стакан с янтарным напитком, он кивнул Бену и залпом опрокинул стакан, сделав знак официанту повторить. Поймав на себе взгляд Бена, он насмешливо произнес: – Тебе тоже хочется выпить чего-нибудь покрепче воды, Картер?

Бен проглотил колкость. Он единственный из присутствующих пил воду, а не премиальный односолодовый шотландский виски.

Он уверенно посмотрел на присутствующих:

– Джентльмены, как ни приятно было публично пикироваться с вами в течение последнего десятилетия, думаю, вы согласитесь со мной, что настало время прекратить давать прессе повод стравливать нас друг с другом.

Ксандер Тракас, окинув всех взглядом, вздохнул и согласно кивнул:

– Он прав. Пресса всех уже достала. Небольшие статейки с непристойными сплетнями в желтой прессе постепенно переросли в нечто более серьезное. Ясчитаю, что мы сами в этом виноваты, поскольку наши пиар-службы попустительствуют прессе. Откуда у журналистов ложные сведения о ежевечерних гулянках, вращающихся дверях в спальне и частом отсутствии босса в офисе?

Волевое лицо греческого олигарха исказила гримаса недовольства.

– Я работаю день и ночь, а пресса пишет, что в головном офисе компании каждый вечер дым коромыслом от гульбы. На прошлой неделе я потерял выгодный контракт из-за того, что была подвергнута сомнению моя компетентность. Это ни в какие ворота не лезет. Все зашло слишком далеко.

Данте Манчини невнятно хмыкнул, выразив согласие.

– Я тоже могу лишиться контракта, потому что мои потенциальные партнеры хотят работать с кем-то, у кого есть, по их выражению, «семейные ценности». – Он щедро глотнул из стакана.

Тот факт, что Данте Манчини и Ксандер Тракас сидят за одним столом и соглашаются друг с другом, яснее ясного говорил о том, что Бен Картер поступил правильно, собрав их вместе, и что угроза их бизнесу вполне реальна.

Бен продолжил:

– Нас превратили в карикатурных персонажей, наша частная жизнь в искаженном виде предается огласке. Игнорировать выпады прессы становится опасным. Одно дело отшучиваться, когда рабочие на строительной площадке спрашивают о фото с поцелуем, и совсем другое – когда инсинуации в прессе влияют на стоимость акций и мою профессиональную репутацию.

Тракас посмотрел на него с явной насмешкой в глазах:

– Не хочешь ли ты сказать, Картер, что это дело рук твоей бывшей любовницы?

В памяти Бена тут же всплыл сенсационный заголовок «Жесткий строитель также жесток в постели!». Он тут же парировал:

– Ее россказни так же правдивы, как твой пресловутый черный блокнот с именами и телефонами известных на весь мир красоток. Что об этом пишут в последнее время? В тихом омуте черти водятся?

Тракас помрачнел. Манчини ухмыльнулся:

– Разве у Тракаса монополия на красивых женщин? Всем известно, что я…

Холодный, твердый голос прервал его:

– Конкурс по обмену колкостями и насмешками завершен. Давайте лучше обсудим, как нам выбраться из этих неприятностей. Я согласен с Картером: дело зашло слишком далеко. Такое извращенное внимание прессы к моей персоне не только подрывает веру в меня моего народа и портит деловые отношения с партнерами, но и негативно влияет на шансы моей младшей сестры выйти замуж. Подобное положение вещей для меня неприемлемо.

Все посмотрели на говорившего шейха Зейна аль-Гамди. В отблеске свечей его красивое лицо выглядело зловещим. Все присутствующие были в классических черных смокингах, кроме Манчини, который в нарушение этикета был одет в белый пиджак и щегольски небрежную бабочку.

Это напомнило Бену о только что закончившемся приеме, на котором они все присутствовали. Он сурово произнес:

– И это касается не только нашего бизнеса… или наших семей.

Манчини, нахмурившись, подался вперед:

– Поясни, что ты имеешь в виду?

Окинув присутствующих внимательным взглядом, Бен продолжил:

– Во время сегодняшнего приема я говорил с главой благотворительного фонда, попечителями которого мы являемся. Она заявила, что, если шумиха в прессе вокруг нас не прекратится, она будет вынуждена вывести нас из состава попечительского совета. Повышенное внимание к нам средств массовой информации негативно отражается на продажах билетов и на посещаемости потенциальными спонсорами благотворительных мероприятий фонда.

Данте Манчини витиевато выругался по-итальянски.

– Так вот почему ты собрал нас здесь? – задумчиво спросил шейх.

Бен кивнул.

– Не хотелось бы, чтобы из-за нас пострадал благотворительный фонд.

Благотворительность служила единственным связующим звеном между ними. Раз в году их можно было увидеть вместе на благотворительном балу. Неудивительно, что пресса проявляла к магнатам повышенное внимание.

Фонд «Надежда» выделял гранты молодым, талантливым и перспективным юношам и девушкам на экономическое образование и бизнес-проекты.

Данте заметил:

– Картер прав. Мы не должны препятствовать работе фонда.

Бен впервые почувствовал родство их душ. Все они искренне желали успеха фонду и хотели работать в попечительском совете.

Бен приосанился.

– Ну и как мы будем выходить из создавшейся ситуации? – ровным голосом спросил шейх Зейн.

Бен взглянул на всех присутствующих и продолжил:

– Думаю, что вы тоже проконсультировались со своими юристами. Нужно вчинить иски некоторым желтым изданиям и начать с «Селебрити спай».

Все согласно кивнули.

– Выступать с опровержениями считаю нецелесообразным. Это может привести к противоположному эффекту. Читатели подумают, что мы пытаемся защищаться. – Бен сделал многозначительную паузу. – Единственный выход из создавшейся ситуации – предпринять такой решительный шаг, чтобы реабилитироваться и отбить у прессы желание преследовать нас.

За столом повисло молчание. Его нарушил шейх:

– Я согласен с Картером. Как ни старался я этого избежать, но похоже, что женитьба и появление наследника – единственно верные стратегические шаги. Только так я смогу вернуть доверие своих подданных.

Бен почувствовал, как все присутствующие содрогнулись от этого заявления. Тем не менее он с неохотой подхватил слова шейха и продолжил:

– После консультаций с шефом пиар-службы и личным адвокатом я пришел к такому же заключению.

На лице Данте отразился неподдельный ужас.

– Женитьба? Неужели это действительно необходимо?

Бен взглянул на него:

– Несомненно. Выбор подходящей девушки и брак с ней восстановят доверие партнеров по бизнесу и прекратят преследование прессы. Я много раз замечал интерес к себе со стороны жен деловых партнеров во время протокольных мероприятий и вечеринок, что вызывало злость мужей. Сделки срывались из-за ревности или необоснованных подозрений. – Бен вновь окинул взглядом присутствующих. – Как видите, мы представляем угрозу для окружающих во многих отношениях. Это отнюдь не радует.

Данте был явно раздражен и растерян.

– Что подразумевается под «подходящей девушкой», как ты соизволил выразиться? Разве такая существует?

Вместо Бена ответил шейх Зейн. В его стране браки по соглашению не были редкостью.

– Конечно, есть женщины, которые с радостью согласятся на эту роль. Жена будет лояльной мужу и осторожной в высказываниях.

Брови Данте поползли вверх.

– Ну ты, гений, где же найти такой образец добродетели?

Воцарилось неловкое молчание. Бен напрягся от такого фривольного обращения Данте к шейху. Как-никак, он глава государства и требует более почтительного отношения. Похоже, Манчини переборщил.

Но шейх аль-Гамди откинул голову и расхохотался, разрядив тем самым напряженную ситуацию.

– Знаете, подобное обращение ко мне очень отрезвляет, – улыбнулся он.

Данте улыбнулся в ответ и поднял бокал.

– Если согласитесь обсудить со мной предложения по альтернативным источникам энергии, готов и дальше выказывать вам неуважение.

В глазах шейха блеснул обычно несвойственный ему юмор.

– Ну, сейчас нам не до работы, мы женщин обсуждаем.

Манчини посерьезнел.

– По-моему, легче обнаружить гнома верхом на единороге на Пятой авеню, чем женщину, описанную шейхом.

Ксандер Тракас задумчиво сказал:

– Кажется, у меня есть кое-кто на примете.

Все посмотрели на Тракаса, который до сих пор был подозрительно молчалив.

– И кто же это? – с любопытством спросил Бен.

– Одна очень тактичная женщина, возглавляет службу знакомств для таких, как мы. Она знает наш мир не понаслышке.

– Кто она тебе, – прервал Данте, – бывшая любовница?

Ксандер свирепо на него уставился, вмиг растеряв сдержанность и равнодушие:

– Это не твоего ума дело, Манчини. Просто поверь мне, что эта женщина сможет нам помочь.

Данте примирительно вскинул руки вверх:

– Хорошо, хорошо, не надо так горячиться.

Бен посмотрел на шейха, пытаясь переварить услышанное:

– Что скажете?

Шейх выглядел так, будто ему было легче подписаться на занятия по вязанию на спицах, но в конце концов со вздохом произнес:

– Думаю, что это оптимальный вариант для нас. И время не терпит. – Он окинул присутствующих выразительным взглядом.

Данте откликнулся с явной неохотой:

– Будь по-вашему. Я возьму ее координаты, но ничего не обещаю.

Бен протянул Ксандеру Тракасу свой мобильник:

– Вбей ее номер. Я позвоню на следующей неделе.

Пока Ксандер записывал контакт в телефон Бена, шейх вдруг, усмехнувшись, сказал:

– А что, собственно, послужило причиной нашей неприязни друг к другу?

Бен задумчиво улыбнулся:

– Думаю, нам просто нравилось быть врагами, и мы не хотели примирения.

Ксандер положил мобильник Бена на стол и поднял бокал.

– Тогда, может быть, настало время признать общее поражение во имя грядущей победы? Мы восстановим нашу репутацию, что приведет к укреплению доверия к нашему бизнесу и получению дивидендов. А мы все знаем, что это в бизнесе главное.

Данте Манчини тоже поднял бокал и протяжно произнес:

– Ну и ну. За начало прекрасной дружбы, джентльмены.

Бен оглядел присутствующих и почувствовал, что, несмотря на слегка насмешливый тон Манчини, в его словах прозвучала правда. В их отношениях произошел позитивный сдвиг. Они перестали быть врагами и стали союзниками. А возможно, и друзьями. Теперь ничто им не должно помешать, даже женщины, которых они намерены взять в жены.

Глава 1

Из огромного окна кабинета Бена Картера открывался захватывающий вид на сердце Манхэттена. Ему обычно доставляло удовольствие видеть устремленные в небо пики строительных кранов, разбросанных по всему острову. Но сейчас он стоял спиной к окну, и вся его поза выражала напряжение.

– Это, пожалуй, все, что я хотела узнать.

Бен вовремя прикусил язык. С его губ едва не сорвался вопрос, не желает ли она узнать, какого цвета нижнее белье на нем сегодня.

Женщина, сидящая напротив него в кресле, сдержанно заметила:

– Похоже, вы не любите отвечать на вопросы личного характера.

Бен натянуто улыбнулся:

– Почему вы так считаете?

Элизабет Янг, сваха, беспечно пожала плечами, записывая что-то в айпад.

– Вы выглядите так, будто хотите выброситься из окна.

Бен нахмурился и вернулся к столу.

Вопросы Элизабет, от самых невинных типа «Куда вы любите ездить отдыхать?» до более острых «Чего вы ждете от отношений?», вызывали досаду. Он, безусловно, понимал, что ему нужна удобная жена, но резкий переход от свободной жизни холостяка к роли подкаблучника, пусть даже ради поставленной цели, вызывал опасения.

После развода родителей, брак которых распался, как карточный домик, при первых же семейных трудностях, Бен не тешил себя иллюзиями о домашнем очаге.

Сваха права: если бы он мог выпрыгнуть из окна, он бы попробовал сделать это.

Бен еще больше насупился, усаживаясь за рабочий стол. И кому, черт побери, могла прийти в голову эта безумная идея? Ксандер Тракас. Вспомнив реакцию греческого магната на вопрос Манчини, не является ли сваха бывшей любовницей грека, Бен более внимательно присмотрелся к стройной блондинке, сидящей напротив.

Светлые, похоже вьющиеся волосы были собраны в тугой низкий пучок. Одета неброско, но модно: безупречно сидящие брюки, явно от портного, кремовая шелковая блузка и светло-коричневый лайковый жакет. Она была сама элегантность, сдержанность и профессионализм. Бен признался себе, что Ксандер оказался прав.

Элизабет внимательно смотрела на него. Бен заметил, что глаза у нее необычного золотисто-янтарного цвета. Бен на секунду замер, пытаясь понять реакцию на нее своего тела. Ничего. Он внутренне обрадовался, что может сосредоточиться исключительно на цели ее визита.

Бен сказал:

– Теперь, когда вы знаете мою подноготную, кого могли бы предложить мне в качестве оптимальной кандидатки?

В ее взгляде промелькнул явный цинизм, а в уголках рта притаилась усмешка.

– Не беспокойтесь, – сказала Элизабет спокойно. Я не питаю никаких иллюзий. Я знаю, что вы рассказали мне о себе ровно столько, сколько хотели. Мне хорошо известен подобный тип мужчин, мистер Картер.

– Ксандер Тракас порекомендовал мне вас, – неожиданно сказал Бен, заметив ее секундную растерянность и потерю самообладания.

Избегая смотреть на него, Элизабет копошилась в айпаде.

– Он просто один из моих многочисленных знакомых, – все еще не поднимая глаз, сказала она.

Бен был заинтригован ее реакцией на упоминание Тракаса, но не стал заострять на этом внимание. Своя рубашка ближе к телу.

– Забудьте про Ксандера. Так у вас есть для меня подходящая кандидатура?

Она передала ему айпад:

– Взгляните на экран и скажите, заинтересует ли вас какая-то из них.

Бен взял айпад и начал листать страницы с фотографиями и краткой биографической справкой каждой из женщин. Среди них были: юрист по правам человека, исполнительный директор компании по производству программного обеспечения, переводчица ООН, супермодель… но ни одна из них его не заинтересовала. Он хотел было вернуть айпад, когда увидел последнее фото, и сердце его замерло.

Бен даже не взглянул на биографию. Он был ошеломлен. С фотографии ему улыбалась шатенка с развевающимися по ветру волосами и ямочками на щеках. Бен не мог припомнить, когда в последний раз встречал женщину с ямочками. Ярко-синие глаза в обрамлении густых длинных ресниц, высокие скулы, сочный рот. Она излучала невинность и чувственность одновременно и была изысканно красива.

У Бена перехватило дыхание. Он вдруг понял, что откуда-то знает эту девушку.

Элизабет почувствовала его интерес.

– Это Джулианна Форд. Красавица, не правда ли? Она англичанка, живет в Лондоне. Но, на ваше счастье, она на этой неделе в Нью-Йорке, приглашена на благотворительный аукцион.

Бен нахмурился:

– Форд, вы сказали? Дочь Луи Форда?

Элизабет тряхнула головой.

– Вы с ней знакомы?

Бен еще раз взглянул на фото, прежде чем вернуть айпад Элизабет.

– Знаю о ее существовании. Я встречался с ее отцом несколько лет назад. Пытался уговорить продать мне его бизнес. Он рассказывал про дочь, в доме я видел ее фотографии, но самой ее в тот момент не было.

Бен попытался вспомнить. Кажется, она была на каникулах, каталась на горных лыжах. Отец гордился дочерью, но у Бена сложилось впечатление, что она избалованная и капризная, как любая единственная дочь обожающего отца.

Бену приходилось встречаться с золотой молодежью на аристократических приемах в Лондоне. Он ненавидел подобные мероприятия. Это служило ему напоминанием о том, что, не обанкроться его отец, он продолжал бы вращаться в этих кругах. Но суровая реальность сделала его другим. Точнее, он сделал себя сам и достиг такого успеха в бизнесе, что ему не страшна была участь банкрота, постигшая его родителей.

Бен выкинул из головы старые болезненные воспоминания и сосредоточился на свахе и на своем будущем. Она предлагала ему возможность, которую нельзя упускать. Вывески с логотипом строительной компании Форда можно было встретить по всей Великобритании.

Бен прекрасно понимал, какие выгоды сулит европейский рынок, если ему удастся получить одну из самых уважаемых строительных компаний. Он уже предпринимал такую попытку. Но тогда Луи Форд отказал ему, несмотря на упорно ходившие слухи о его слабом здоровье. С тех пор Бен не упускал компанию из виду. Но последнее время о Луи Форде не было слышно.

И вот теперь его дочь здесь и ищет ухажера.

Неожиданно Бен понял, что Джулианна Форд – решение всех его проблем. Если уж он решился на женитьбу ради восстановления деловой репутации, почему бы не убить двух зайцев сразу? Жениться и расширить бизнес. Если она согласится выйти за него замуж, Бен включит европейский рынок в свою строительную империю и получит красавицу жену в придачу. О чем еще можно мечтать?

Бен в радостном предвкушении взглянул на Элизабет и сказал:

– Я хочу с ней познакомиться. Можете назначить встречу?

Лия Форд пыталась унять растущий гнев, но ничего не помогало. Ее шпильки раздраженно стучали по широкому тротуару Манхэттена в такт ее изменчивому настроению.

Во-первых, она сердилась на отца за вмешательство в ее личную жизнь, по его мнению, для ее же блага. Во-вторых, она злилась на отцовского помощника, который, следуя инструкциям босса, передал информацию про нее в «Левиафан солюшэнс». Ее рассердило и то, что отец отослал на сайт брачного агентства очень личную фотографию, которую сам и снял во время их морской прогулки.

Штаб-квартира агентства находилась в Нью-Йорке. Лия зашла утром в офис Элизабет Янг, как только отец позвонил ей и радостно сообщил:

– Видишь, дорогая, тебе и делать ничего не надо. Теперь жди свидания с достойным молодым человеком.

Лия хотела просить Элизабет, чтобы та удалила ее файл из системы, когда узнала, что ею уже заинтересовались.

Лия никак не ожидала увидеть в свахе-миллионерше элегантную, красивую женщину примерно ее возраста, к тому же поклонницу классического стиля в одежде. Она была сдержанна и профессионально осмотрительна и убедила Лию в том, что нужно согласиться на свидание. Затем показала девушке фотографию потенциального кавалера.

Лия несколько секунд рассматривала красивое, волевое лицо с пронзительными голубыми глазами и густыми темными волосами. Он излучал мужество и мощную мужскую энергетику. Лия инстинктивно опасалась таких мужчин, полагая, что подобная внешность повлияет на ее тайную ранимость. И еще фотография напомнила ей о другой слишком самоуверенной личности – ее матери, которая ушла от них с отцом, когда Лии было всего десять лет. Тем не менее, к своему неудовольствию, Лия по-женски почувствовала привлекательность мужчины на фотографии. Хотя мужчины ее мало интересовали. Она однажды уже делала попытку порадовать отца и обручилась, но помолвка закончилась ужасно. Лия, желая сделать жениху сюрприз, неожиданно пришла к нему в офис и застала его за сексом с секретаршей прямо на рабочем столе. Она пулей вылетела из кабинета, а вечером он заявил:

– Ты фригидна, Лия. Я не могу жениться на женщине, которая равнодушна к сексу.

Это событие только усилило ее стремление к независимости. Она поклялась себе сосредоточиться на карьере и доказать отцу, что способна сама за себя отвечать. К сожалению, из-за его слабого здоровья Лия больше занималась семейным бизнесом, чем собственной карьерой.

Элизабет Янг вернула Лию к действительности, когда та назвала имя мужчины, желавшего с ней познакомиться.

– Бенджамин Картер? Владелец «Картер констракшэн»?

Элизабет кивнула.

– Он сказал, что заочно знает вас, поскольку встречался с вашим отцом.

Лия насторожилась. Пару лет назад Бенджамин Картер приезжал в Англию и пытался купить их семейный бизнес, но отец тогда отказал ему, несмотря на щедрое предложение. Луи Форд был гордым человеком и ни за что не признался бы постороннему в невозможности продолжить бизнес из-за слабого здоровья.

А теперь Бенджамин Картер назначает ей свидание? Поверить в то, что это простое совпадение, – все равно что станцевать Фею Драже из балета «Щелкунчик».

Лия остановилась на перекрестке, чтобы перевести дух. Она могла бы просто отменить свидание через Элизабет Янг. Но почувствовала острую необходимость заявить Картеру в лицо, что ему не удастся прибрать к рукам бизнес отца, тем более через нее.

Встреча была назначена в баре роскошного отеля «Элгонкин», куда Лия сейчас и направлялась. Несмотря на решительный настрой дать бой этому охотнику за приданым, Лия вспоминала его красивое лицо и синие глаза. «Интересно, какого он роста?» – вдруг подумалось ей.

Зажегся зеленый свет, и Лия пошла через дорогу, стараясь убедить себя в том, что разочаруется, увидев Бенджамина Картера воочию. Фотография и живой человек – разные вещи. Хотя она не собирается рассматривать его, ей бы только сказать ему, что…

Бамс!

Лия будто налетела на каменную стену, и мысли ее рассыпались. Хватая ртом воздух, она подняла взгляд и поняла, что это вовсе не стена, а живой человек. Очень высокий, широкоплечий, с пронзительными синими глазами.

Про себя она отметила, что во плоти он даже интереснее, чем на фото. Он улыбнулся, и Лия невольно отметила его красивый рот и чувственные губы.

– Извините, я совсем не хотел, чтобы наше знакомство началось с такого столкновения. Я увидел, как вы переходите улицу, и, узнав вас по фотографии, решил подождать здесь. Вы в порядке?

Его глубокий голос звучал завораживающе, и Лия на секунду застыла, ругая себя за глупую реакцию.

– Да, я в порядке, – пробормотала она.

Она так погрузилась в мысли о предстоящей встрече, что не замечала ничего вокруг. Она вдруг поняла, что непроизвольно схватила его за руки, чтобы не упасть, и до сих пор за них держится. Она почувствовала твердые бицепсы даже сквозь ткань пальто. Лия отдернула руки, словно обожглась.

Бен посмотрел на нее долгим взглядом и, пропустив ее вперед, указал на вход:

– После вас, леди.

Раздраженная неловкостью ситуации и недовольная собой, Лия двинулась по направлению к главному входу, где их уже поджидал швейцар, широко распахнув дверь.

– Добро пожаловать, мистер Картер, – услышала Лия приветствие швейцара.

– Спасибо, Том, всегда рад встрече.

Лия даже спиной чувствовала его мощную мужскую энергетику.

У входа в бар их встретил метрдотель и сделал знак служащему принять у гостей верхнюю одежду. Лия хотела было сказать, что она ненадолго, но официант уже помогал ей снять пальто. Метрдотель провел их к уютному столику на двоих в глубине зала.

Смирившись с неизбежным и настроившись на решительный разговор, Лия села на обитую бархатом банкетку у стены и наблюдала за Бенджамином Картером, усевшимся напротив. Она сделала несколько глубоких вздохов, чтобы обрести душевное равновесие, утраченное при столкновении с Картером.

Одетый в строгий костюм-тройку и темно-серый галстук, Бенджамин Картер являл собой пример респектабельности, но за внешней учтивостью таилась опасная мужская сила. Его бицепсы проступали даже сквозь тонкую шерстяную ткань пиджака. Он походил скорее на воина, чем на городского бизнесмена.

Лия снова запаниковала и быстро сказала:

– Послушайте, мистер Картер…

У нее слова застряли в горле, когда Бен лучезарно улыбнулся. Лия не могла оторвать взгляд от его губ: полная нижняя и чуть более тонкая, но чувственно изогнутая верхняя были будто созданы для поцелуев. Ни один мужчина не производил на нее подобного впечатления. Про бывшего жениха и говорить нечего.

– Простите, я не представился. Бенджамин Картер, – сказал он, протягивая руку.

Хорошие манеры, привитые отцом с детства и закрепленные в пансионе, не позволили ей уклониться от рукопожатия.

Рукопожатие было крепким, а ладонь грубой, что усилило ее подозрения в том, что внутри он не такой белый и пушистый, каким предстает снаружи.

Отвечая на его рукопожатие, Лия почувствовала легкий спазм в том месте, о котором не хотела думать. Она крепко свела бедра, и ее пальцы инстинктивно сжали его ладонь. Она тихо произнесла:

– Я Джулианна. Джулианна Форд.

Почувствовав пожатие длинных женских пальцев, Бен непроизвольно представил, как они могли бы сомкнуться вокруг других частей его тела. Никогда раньше его реакция на рукопожатие женщины не была такой чувственно-возбуждающей. Его плоть так же прореагировала на нечаянное столкновение с ней перед отелем. Бена охватило вожделение, когда она ухватилась за него, чтобы не упасть. Лия была высокой девушкой. Достаточно лишь слегка наклониться, чтобы поймать губами ее чувственный рот.

В тот момент Бен почувствовал, что и он ей небезразличен.

А сейчас он буквально тонул в ее васильковых глазах, ему хотелось погладить ее нежную сливочную кожу, шелковые каштановые волосы, изящный контур губ. Он жаждал проглотить ее целиком. Она была умопомрачительно красива.

Лия пыталась выдернуть руку, которую он с неохотой отпустил.

Подошел официант, чтобы принять заказ. После секундного колебания Джулианна заказала бурбон со льдом, а Бен содовую воду.

Официант ушел выполнять заказ, а Бен, подавив плотские мысли, сказал:

– Спасибо, что согласились со мной встретиться.

Она посмотрела на него, и его снова охватило возбуждение. Лия была в закрытой светлой шелковой блузке и темной узкой юбке. Легкий макияж, минимум украшений, высокие шпильки. Классически элегантна. Но его либидо разыгралось так, будто она сидела перед ним обнаженной.

Официант вернулся с напитками.

– Послушайте, – снова начала она, слегка пригубив напиток и явно нервничая.

Бен знал, какое впечатление производит на женщин, но давно научился вежливо отшивать светских красавиц, которые буквально вешались ему на шею. Но Лия не из их числа. Она пребывала в смятении. Бен решил помочь ей справиться с волнением и спросил:

– Вы постоянно живете в Лондоне, да? А здесь всего лишь на неделю?

– Я… да, Лондон мой родной город. И честно говоря, я считаю, что это свидание – излишняя трата времени, – сказала она холодно и с безукоризненным английским акцентом.

Бен удивленно моргнул.

– Зачем тогда вы здесь?

Она пристально уставилась на него потемневшим взглядом:

– Затем, что хотела сказать вам лично, что мне известно о вашей встрече с моим отцом и попытке купить наш семейный бизнес.

Выдержав ее гневный взгляд и удивившись ее проницательности, он равнодушно ответил:

– Мир тесен.

Она с горечью заметила:

– Слишком тесен, – и сделала еще глоток, обхватив обеими руками хрустальный бокал.

Бен напрягся:

– Что вы хотите этим сказать?

Теперь она выглядела сердитой, на щеках разгорались два красных пятна.

– Я хочу сказать, мистер Картер, – она подчеркнуто выделила голосом его имя, – что не верю в подобные совпадения.

Ее цинизм удивил его. Она, оказывается, не так уж наивна и беззащитна, какой казалась на фотографии. Он внутренне подобрался и осторожно произнес:

– Это не простое совпадение. Я действительно знаю, кто вы и чем занимается ваш отец.

Она натянуто улыбнулась:

– Значит, вы решили ухватиться за представившуюся возможность?

Бен тоже выдавил из себя улыбку:

– Вы, вероятно, зарегистрировались в агентстве «Левиафан солюшэнс», потому что хотите найти себе пару. Тут наши интересы совпадают, что может послужить началом разговора.

Взгляд Джулианны горел сапфировым пламенем.

– Боюсь огорчить вас, мистер Картер, но у меня нет никакого интереса начинать с вами разговор. Я пришла только затем, чтобы лично сказать об этом, чтобы у вас не осталось ни малейших сомнений.

С этими словами она одним глотком допила бурбон и, поставив стакан на стол, взяла сумку. Поднявшись, она снова посмотрела на него:

– Что касается моего отца, его позиция не изменилась. Вам придется попытать счастья в другом месте. Спасибо за напиток, мистер Картер. Провожать меня не нужно.

Пока Бен пытался переварить происходящее, она перекинула ремень сумки через плечо и направилась к выходу.

Бен медленно поднялся, увидев, как озадаченный метрдотель подает ей пальто. Лия вышла из отеля даже не оглянувшись.

Бен в недоумении посмотрел на часы. Свидание продолжалось всего четверть часа.

Он снова опустился на стул. «Попытайте счастья в другом месте», – повторил он про себя слова Лии. В другой ситуации он бы развеселился. Но сейчас ему было не до смеха. Он даже ни разу не вспомнил о ее отце во время их короткой встречи.

Но хорошо запомнил ее последний уничижительный взгляд, будто он был грязью под ее ногами.

Бен попросил счет. Он кипел от негодования. Давно на него никто так не смотрел. Ему бы выкинуть из головы эту избалованную сучку, с негодованием и вожделением думал он.

Сказать, что первое свидание не оправдало ожиданий, – значит не сказать ничего.

Пару минут спустя Бен вышел из отеля. Он выглядел мрачным. Ни одна женщина не давала ему от ворот поворот, особенно та, которую он хотел.

Лию трясло от переизбытка адреналина всю дорогу до гостиницы «Централ парк». Голова кружилась от выпитого почти залпом бурбона. Именно смелость во хмелю позволила ей сказать то, что она хотела, этому опасно привлекательному мужчине.

Она до сих пор чувствовала его сексуальную энергетику и обольстительную улыбку. Лия ушла из бара на ватных ногах, опасаясь, как бы не упасть. Тем не менее она знала, что способна оставаться внешне холодной и высокомерной. Этому она научилась у матери. Лия до сих пор вспоминала уничижительные слова матери, которые та сказала отцу при расставании:

– Конечно, я не беру Лию с собой. Зачем мне ребенок, который только и делает, что заикается, запинается и краснеет, стоит кому-то на нее посмотреть?

Даже сейчас, годы спустя, слова матери вызывали у нее стыд и унижение, хотя с того дня она никогда больше не запиналась и не заикалась. Что же до способности краснеть… Она дотронулась до горящих щек. С этим ничего не поделать.

Хорошо, что Бенджамин Картер оставался сидеть, пока она говорила и уходила. Она с бьющимся сердцем выскочила из отеля, хотя ноги отказывались повиноваться. Возможно, она убедила его в своем к нему безразличии, но он-то явно проявил к ней мужской интерес.

Швейцар быстро поймал для нее такси, и она уехала. Расплатившись у своего отеля, Лия буквально вбежала в вестибюль, опасаясь, что вдруг ей на плечо ляжет сильная мужская рука.

Она не хотела больше вспоминать встречу со строительным магнатом. Если у нее и была крупица надежды на отсутствие корыстного умысла, то эта крупица мгновенно растаяла при взгляде на его бесстрастное лицо игрока в покер, когда она сказала ему, что знает про его встречу с ее отцом.

Тем не менее она была рада, что встретилась с ним, не оставив ему ни малейшего шанса использовать ее.

Что же до ее физической реакции на него, это, скорее всего, просто адреналин и гормоны. Бывший жених, единственный, с кем она спала, обвинил ее во фригидности. Она и сама помнила, как ее тело отказывалось реагировать на его любовные ласки. Наверное, он был прав.

Двери лифта открылись, Лия ступила на мягкий ковер. Затем прошла в свой номер, стараясь заглушить в себе острое чувство тоски и любовного томления.

Сняв пиджак и развязав галстук, Бен нервно мерил шагами гостиную своего просторного лофта. Он не мог отделаться от мыслей о Джулианне и ее холодной аристократической красоте. При воспоминании о ледяной отповеди ему хотелось распять ее в горячей любовной прелюдии и услышать, как она хрипло выкрикивает его имя в порыве страсти.

Черт возьми, с каких это пор у него так быстро разыгрывается воображение?

А еще ему не давала покоя враждебность, с которой она немедленно заключила, что его интерес к ней диктуется попыткой добраться до бизнеса ее отца. Ему было немного совестно, что первоначально такой мотив присутствовал, но во время их встречи он и думать забыл об этом.

В этот момент зазвонил телефон и на дисплее высветилось имя Элизабет Янг.

– Не знаю, что между вами произошло, – начала она без обиняков, как только он ответил, – но Джулианна Форд попросила меня изъять ее фото с сайта и сказала, что не хочет никогда с вами больше встречаться.

Бен почувствовал одновременно и раздражение от отказа Лии, и удовлетворение, что она не хочет ни с кем встречаться, раз просит удалить информацию из системы. Кроме того, подтвердилось его предчувствие о ее некой внутренней уязвимости, поскольку она чувствовала в нем опасность.

Безошибочный инстинкт заставил Бена принять вызов.

– Жаль, конечно, что наше свидание потерпело фиаско. Но дальше я сам ею займусь.

Реакция Элизабет последовала незамедлительно.

– Я так не веду дела, мистер Картер. Вы не можете преследовать ее, если она специально об этом попросила.

Бен все больше распалялся. Сначала Лия настаивает, что не хочет с ним встречаться. Теперь Элизабет диктует ему, что он должен делать. Но он не мог конфликтовать с этой женщиной. Она была ключом не только к его будущему. Только теперь он намеревался взять это будущее в свои руки.

– Уверяю вас, мисс Янг, я не буду искать с ней встреч через ваше агентство.

Воцарилось короткое молчание. Затем Элизабет Янг сказала:

– Благодарю. Если вновь захотите воспользоваться нашими услугами, добро пожаловать. Но предупреждаю, мистер Картер, я не дам в обиду своих клиенток.

Бен невольно почувствовал уважение к свахе и добавил:

– Мы с Джулианной не сошлись характерами. Такое иногда случается. Если вы мне понадобитесь, я свяжусь с вами, мисс Янг. Всего доброго.

Закончив разговор, Бен исполнился решимости. Возможно, что он и темноволосая красавица из Туманного Альбиона не сошлись характерами, но пылающая искра взаимного притяжения между ними пробежала, несмотря на ее ледяную манеру поведения. Он знал, что Джулианна Форд здесь ради благотворительного вечера. А Нью-Йорк может быть удивительно тесен, если вращаешься в определенных кругах. Если у них и состоится новая встреча, то без посредничества Элизабет Янг, в чем он и уверил последнюю.

Бен позвонил личному помощнику и сделал несколько распоряжений. Он пытался уверить себя в том, что предвкушает встречу с Джулианной Форд как шанс на публичную и деловую реабилитацию, а не потому, что она чертовски заинтриговала его и он хотел ее, как никогда и никого.

Глава 2

Вечером следующего дня Лия критически рассматривала себя в большом зеркале гостиничного люкса. Вечерний наряд казался ей чересчур откровенным: открытые плечи, глубокое декольте, разрез почти до бедра, да к тому же ярко-красного цвета.

Однако это был вынужденный шаг. Она решила принять огонь на себя, чтобы отсутствие на мероприятии отца не так бросалось в глаза. Пусть лучше в светских кругах судачат о ее вызывающем наряде, чем о нездоровье отца.

Лия и сама занималась благотворительностью, считая сбор средств на восстановление экономики регионов, пострадавших от кризиса, важной миссией.

Она поговорила с отцом и немного успокоилась. Его голос звучал бодрее, чем в предыдущие дни. Легкий инсульт проходил без осложнений, хотя и напугал их обоих.

Лия рассказала отцу, что была на свидании, но не назвала имени кавалера. Отцу совсем не обязательно знать, что это был Бенджамин Картер. Иначе он тоже может задуматься о мотивах Картера. Стервятники кружили над бизнесом Луи Форда, поджидая удобного случая воспользоваться его пошатнувшимся здоровьем.

Прошлой ночью ей не спалось, и она погуглила Бенджамина Картера в Сети. Лия наткнулась на фото папарацци, изображавшее его в компании трех известных всему миру олигархов, пользующихся дурной славой плейбоев, да к тому же еще и бизнес-конкурентов. Имена Ксандера Тракаса, Данте Манчини и шейха Зейна аль-Гамди были неразрывно связаны с огромным богатством, роскошными женщинами и отвращением к соблюдению обязательств.

В статье, сопровождавшей фотографию, говорилось о резких нападках прессы в последнее время и высказывались различные предположения о том, почему они объединили усилия в борьбе против масс-медиа.

И тут Лия поняла, что совершила огромную тактическую ошибку, выказав Бенджамину Картеру столь явную антипатию. Он явно не без причины сделал своих давнишних врагов закадычными друзьями, не зря назначил свидание именно ей, когда любая красавица явилась бы к нему по первому зову.

Он явно что-то замышлял.

Лия неохотно прекратила поиск информации в Сети. Хотя уже довольно много о нем узнала. Бенджамин Картер сделал себя сам. Его детство сложилось непросто. Родители развелись, а его отдали на воспитание в приемную семью в Куинсе. Он начинал рабочим на стройплощадке и за десять лет прошел всю иерархию, создав крупнейшую строительную компанию. Лия не зря почувствовала в нем непокорный дух за учтивой внешностью. Сейчас его компания строила самый высокий небоскреб на Манхэттене.

Он был целеустремленным и беспощадным бизнесменом. Он менял женщин, как перчатки, не скрывая своих любовных похождений. Лия ненавидела сплетни, но сейчас жадно читала о том, что он и к женщинам был беспощаден: удовлетворив мужское тщеславие и получив секс, он разрывал отношения после одного-двух свиданий.

Тем не менее полученная информация не помешала Лии продолжить грезить о Бенджамине Картере как о прекрасном незнакомце, с которым она случайно столкнулась на улице. Потому что впервые после унизительной помолвки, случившейся год назад, она почувствовала, что в каменной стене, которую она тогда возвела вокруг себя, пробита брешь.

Лия постаралась абстрагироваться от образа красавца мужчины. Да, она попала под его чары, и что с того? Это лишний раз доказывало, что она женщина.

Лия свирепо уставилась на изысканную цветочную композицию, доставленную курьером утром. Разорванная на мелкие клочки сопроводительная записка была выброшена в мусорную корзину. Но Лия помнила наизусть эти несколько слов, написанных косым, размашистым почерком:

«До скорого свидания, Джулианна. Бен».

Ее немного удивило, что он знает, где она остановилась. Хотя для человека с его возможностями это не составило труда.

Лия хотела было еще раз позвонить Элизабет Янг, но подумала, что это будет выглядеть нелепо. При всей жесткости, Бенджамин Картер не опустится до того, чтобы охотиться за женщиной. А через несколько дней Лия уже будет по другую сторону Атлантического океана.

Она вновь перевела взгляд на свое отражение в зеркале, примеряя изысканную черную кружевную маску, отделанную перьями. Ей было на руку, что предстоящий благотворительный вечер был объявлен балом-маскарадом. Маска помогала ей чувствовать себя защищенной от похотливых взглядов альфа-самцов, которых в изобилии будет на балу.

Выбросив из головы беспокойные мысли о темноволосом красавце, Лия подхватила сумочку и вышла из номера.

Не прошло и часа, как Лии страстно захотелось поддернуть вверх корсаж платья. Она понимала, что это глупость. Многие женщины на балу были в более откровенных нарядах. Но если еще хоть один мужчина прищелкнет языком от удовольствия, окинув взглядом ее грудь, она завопит от негодования на весь зал.

Лия лихорадочно искала глазами официанта, чтобы выпить бокал вина и расслабиться, когда почувствовала легкий толчок сзади. От неожиданности она покачнулась вперед и едва не упала, как вдруг сильные руки подхватили ее, и она снова обрела равновесие. Лия подняла взгляд и увидела высокого, широкоплечего мужчину в белом смокинге с черной бабочкой. Его лицо полностью закрывала богато украшенная маска. На долю секунды ей почудилось, что это Бенджамин Картер.

Мужчина спросил:

– Вы в порядке? – Голос из-под маски звучал приглушенно.

Лия облегченно вздохнула, она не узнала голос. Он по-прежнему поддерживал ее за руки, и она ощущала их жар на своей коже. Почувствовав легкое возбуждение, она отступила на шаг.

– Я в порядке. Спасибо. Извините, я искала официанта, чтобы взять напиток.

– Позвольте мне.

Официант вырос будто из-под земли, и в следующее мгновение мужчина протянул ей бокал шампанского. Она отметила, что себе он не взял спиртного. Лия потягивала игристый напиток, вновь обретая душевное равновесие. Она уверила себя, что, если бы это был Бенджамин Картер, ее интуиция била бы во все колокола.

Лия выбросила его из головы и поинтересовалась у незнакомца:

– Вы не пьете спиртного?

Он покачал головой.

– Хочу сохранить трезвый ум. Кроме того, мне мешает маска, а раскрывать инкогнито мне бы не хотелось до поры до времени, – ответил он глубоким, чуть хрипловатым голосом.

Лия снова почувствовала прилив возбуждения. Вчерашняя встреча с Бенджамином Картером вызвала у нее подобные ощущения, и она быстро ретировалась. Значит, не так уж она и фригидна.

Гости все прибывали. В зале стало душно.

– Вы не находите, что здесь слишком многолюдно? – спросила Лия.

– Хотите подышать воздухом? – вопросом на вопрос ответил он.

С бьющимся сердцем Лия кивнула. Он взял у нее наполовину пустой бокал и, умело маневрируя сквозь толпу, вывел ее на балкон. Прохладный воздух приятно освежал. Она облокотилась о парапет и любовалась яркими огнями Манхэттена. Оба молчали, но неловкости не возникало. Это был волшебный момент.

– Если бы я здесь жила, все время любовалась бы этим видом.

Незнакомец повернулся к ней:

– А вы откуда?

Лия взглянула на лицо в маске, которое и смущало, и волновало одновременно. С незнакомцем проще общаться, можно избегать светских банальностей. В его присутствии она чувствовала себя очень женственной.

– Я живу в Ричмонде, это пригород Лондона.

Мужчина восхищенно хмыкнул.

Лия улыбнулась:

– Знаете этот район?

– Хорошее место. Дорогое. – В голосе слышалась ответная улыбка.

Лия сухо ответила:

– Билет на сегодняшний вечер стоит шесть тысяч долларов. Полагаю, вы тоже не бедствуете.

Он слегка пожал плечами:

– Не могу этого отрицать.

Лия увидела блеск в прорезях для глаз, и ее сердце забилось сильнее. Это была рискованная… опасная, но захватывающая игра.

Лия никогда не умела флиртовать. Сказывалось отсутствие женского примера матери, да и в пансионе для девочек этому не учили. Тем не менее к концу учебы в школе ей удалось преодолеть природную застенчивость. Хотя и сейчас в Лии порой просыпались неловкость и неуверенность в себе.

Так было и в тот раз, когда ее бывший жених обнаружил, что она невинна. Ее первый сексуальный опыт не принес ничего, кроме боли и разочарования.

Но сейчас она чувствовала себя уверенной и даже немного бесстрашной.

– Так вы решили оставаться неузнанным и загадочным как можно дольше? – спросила она.

– А это работает? – В вопросе сквозила заинтересованность, несмотря на непринужденный тон.

– У вас отлично получается.

– Думаю, мне следует поработать над загадочностью, – мягко добавил он. Даже не видя лица, Лия чувствовала его необыкновенную харизму.

Она смело продолжила:

– А не представиться ли нам друг другу?

– Вы этого хотите?

Слегка вздрогнув, Лия кивнула. Она будто чувствовала на себе его взгляд, хотя не видела его глаз. Это было похоже на бесконтактную ласку.

Подумав, что она дрожит от холода, незнакомец снял смокинг и накинул его ей на плечи, прежде чем Лия успела что-либо возразить. От смокинга веяло теплом его тела. Лия остро почувствовала прикосновение его пальцев к своим обнаженным плечам, когда он накидывал на нее смокинг.

Ей показалось или его пальцы действительно на секунду задержались на ее плечах?

– Благодарю вас, – хрипло произнесла она. Он был так близко, что она увидела щетину на подбородке и уловила запах одеколона с лесными и пряными нотками. К немалому удивлению, она почувствовала легкий спазм в увлажнившемся лоне. Эта физическая реакция вернула ее к реальности. Неужели это она? Такое состояние совсем не характерно для нее. Что изменилось в ней, если она так реагирует на мужчин в последние два дня?

До нее донесся голос незнакомца:

– Так вы уверены, что хотите познакомиться?

Уверенность Лии начала улетучиваться. Ей не хотелось возвращаться в реальность. Ей нравилось притворяться той, кем она на самом деле не была, – уверенной в себе и опытной женщиной.

Она с сожалением начала:

– Не совсем уверена, что хочу… но нельзя же скрываться под маской вечно…

Она снова услышала усмешку в его ответе:

– Но очень хотелось бы, не так ли?

Она согласно кивнула, неожиданно ощутив в душе некоторое сходство с незнакомцем. Ей отчаянно хотелось продлить этот момент притворства хоть на мгновение, и она сделала шаг ему навстречу. В то же мгновение она почувствовала, как его пальцы нежно поглаживают ее пылающие щеки.

– Ваша красота изысканна, вы знаете об этом?

Лия в смущении отрицательно покачала головой.

Она без ложной скромности полагала, что на нее приятно смотреть, но ни в коем случае не считала себя красавицей. Она завидовала женщинам, обладающим внутренней чувственностью, которая не связана с симпатичным лицом или идеальными параметрами.

Но сейчас у нее появилась слабая надежда, что и ей присуща чувственность. Ее губы покалывало, когда она представила, что незнакомец смотрит на них сейчас. Губы чуть приоткрылись, когда он приподнял ее подбородок. Все ее существо жаждало поцелуя.

Ее охватило сильное волнение. Она дотронулась рукой до маски, намереваясь приподнять ее, отчаянно желая увидеть его лицо и ощутить его губы на своих губах.

Она увидела его нижнюю губу. Но в этот момент его ладонь обхватила ее запястье, остановив движение.

– Вам может не понравиться то, что вы увидите.

В этот момент раздался женский голос:

– Лия! Вот ты где. Я тебя обыскалась. Ситуация критическая, и ты должна мне помочь.

Чары разрушились. Незнакомец отстранился, рука Лии упала вниз. Сердце ее бешено колотилось, будто они только что поцеловались. Лия вся дрожала.

Оторвав взгляд от безликой маски, за которой скрывался незнакомец, Лия едва не испустила вопль отчаяния. Она увидела распорядительницу аукциона, англичанку по имени Сара, с которой была шапочно знакома. Они встречались, когда Лия приезжала в Нью-Йорк.

– Что случилось, Сара? – Лия обрадовалась, что голос ее звучит спокойно, не выдавая волнения.

Симпатичная блондинка пребывала в явной панике.

– Стейси Сомерс, супермодель, обещавшая быть на аукционе, чтобы продать поцелуй, не смогла прийти. Аукцион должен начаться через десять минут. – Сара выжидательно уставилась на Лию.

Лия испуганно пробормотала:

– Не может быть, чтобы ты выбрала меня в качестве замены Стейси. – Вся ее неуверенность мгновенно вернулась. – Я и супермодель – это небо и земля. И потом, меня здесь никто не знает.

В безумном взгляде Сары металась паника.

– Пожалуйста, Лия. Ты сногсшибательно выглядишь сегодня. И никому нет дела до того, кто ты такая. Средства от аукциона пойдут на благотворительность. Поцелуй – такой необычный лот, он заявлен в программе. Мой босс вне себя, и мне не поздоровится, если лот будет сорван.

Сзади послышался глубокий голос:

– Я был бы не прочь заплатить за ваш поцелуй.

Лия посмотрела на незнакомца. От волнения и страха она забыла о его присутствии. При мысли, что он смотрит на нее, Лия затрепетала. Она вообразила, как они целуются на виду у публики. Боже, похоже, пребывание в Нью-Йорке лишило ее разума.

– Простите, а вы кто? – вдруг спросила Сара, с любопытством переводя взгляд на незнакомца.

Назови он сейчас свое имя – и очаровательно-интимный кокон, в котором они пребывают, будет разрушен.

Лия приняла мгновенное решение и выпалила:

– Я согласна.

Сара выдохнула с видимым облегчением. Лия сняла с плеч пиджак и передала его незнакомцу. Их пальцы на мгновение соприкоснулись, и Лию будто пронзило электрическим током. Она сделала ему вызов? Он будет делать ставку и откроет свою личность?

Прервав ее мысли, Сара схватила ее за руку и потащила в переполненный гостями зал, на ходу объясняя, что ей нужно делать. Лия почти ничего не слышала. На пороге Лия обернулась, но на балконе никого не было. На какой-то безумный момент ей подумалось, не была ли встреча с загадочным незнакомцем плодом ее воображения. И встретятся ли они вновь.

– Итак, какова стартовая цена за поцелуй очаровательной британской розы по имени Джулианна Форд? – хорошо поставленным голосом произнес аукционист с высокой трибуны.

Бенджамин неподвижно стоял у стены, скрестив на груди руки. Он был готов задушить любого, кто покусится на женщину, стоящую на подиуме в середине зала.

Она выглядела слишком соблазнительной с этой высокой прической, открывающей стройную шею, и одновременно удивительно уязвимой. Вчера в баре она была другой – холодной и властной.

Тем не менее при их неожиданном столкновении у входа в отель она смутилась и покраснела. Непредсказуемая женщина.

Искусно сделанная маска из черного кружева прикрывала верхнюю часть лица, подчеркивая ее красоту и придавая таинственность. Но даже маска не могла скрыть сапфировые глаза и соблазнительный рот.

Он почувствовал интерес других мужчин, и волна незнакомого доселе чувства прокатилась внутри. Прошла пара секунд, прежде чем он понял, что это чувство собственничества. Он прежде не испытывал его ни к одной из женщин.

«Мое», – пронеслось в голове у Бена. В этот момент кто-то выкрикнул:

– Пять тысяч долларов!

Внутри у Бена все сжалось, когда ставки стали расти.

– Десять тысяч, пятнадцать… двадцать…

Гости оглядывались, дамы ахали и охали.

Громкий голос перекрыл шум в зале:

– Пятьдесят тысяч долларов!

Бен сразу узнал этот голос. Это был его заклятый враг, который хотел отнять у него бизнес, когда Бен только начинал. Сквозь толпу к подиуму пробирался толстый коротышка с глазами навыкате и блестящим от пота лбом.

Бен заметил расширившиеся от ужаса глаза Джулианны под маской при виде такого претендента на поцелуй.

Аукционист поднял молоток и спросил, предложит ли кто-нибудь новую цену. Зал молчал. Мысль о том, что этот мерзавец может хоть на йоту приблизиться к Джулианне, вызвала у Бена такое неистовое желание немедленно с ним расправиться, что он сам испугался.

Аукционист стукнул молотком один раз, затем второй…

И прежде чем молоток опустился на гонг, Бен властно произнес:

– Миллион долларов.

Зал охнул и повернулся на голос. Толпа расступилась, пока он шел к подиуму. Приблизившись к помосту, Бен сказал:

– Но я хочу больше, чем поцелуй. За миллион долларов я хочу провести уик-энд с Джулианной Форд.

Это был он. Незнакомец не был игрой ее воображения. Она искала его в толпе глазами, пытаясь скрыть неловкость, пока участники торгов делали ставки. Вся ее напускная самоуверенность и показная храбрость испарились. Она снова чувствовала себя растерянной девочкой в свете огней и под устремленными на нее взглядами сотен гостей.

Но он был здесь. Все еще в маске, как и другие гости. Кто он?

Словно прочитав ее мысли, незнакомец произнес:

– Если вы принимаете предложение, я открою лицо.

Ее сердце трепетало. Разве не этого она хотела? Никогда прежде она не чувствовала себя такой незащищенной, и все же ей хотелось отбросить врожденную осмотрительность и пуститься во все тяжкие. Кроме того, не каждый день ты можешь отдать миллион долларов на благотворительность.

Аукционист деликатно кашлянул:

– Мисс Форд, вы принимаете предложение? Оно, правда, весьма оригинально…

Чувствуя, будто совершает прыжок в бездну, Лия нашла в себе силы лишь молча кивнуть. Она не слышала, как аукционист закрыл торги, да и кому придет в голову предлагать ставку больше миллиона? Это безумие.

«Это романтика», – подсказал внутренний голос, но Лия тут же заглушила его. С каких это пор ее интересует романтика? Она воочию наблюдала крах романтических отношений, когда ее мать ушла от отца.

Аукционист громко произнес с трибуны:

– А сейчас всем нам, и в первую очередь мисс Форд, хотелось бы узнать имя и увидеть лицо нашего загадочного благодетеля.

Нервный смешок пронесся в толпе гостей, пока незнакомец снимал маску. Лия заметила пронзительный синий взгляд, и ее охватило дурное предчувствие.

Нет. Этого просто не может быть.

Маска упала, и под восторженный вздох женской половины собравшихся перед гостями предстал дьявольски красивый и мужественный Бенджамин Картер собственной персоной.

Лию будто обухом ударили по голове. Мысль о том, что это он, не укладывалась в сознании. Это было чересчур. Она спустилась с помоста, освобождая место для следующего лота.

Распорядительница аукциона поблагодарила Лию, а она не могла отделаться от мысли, как ей хочется убить Бенджамина Картера.

В этот момент теплая, крупная, мозолистая ладонь взяла ее под локоть, и она напряглась всем телом, понимая, что одно лишь его прикосновение будит в ней скрытые желания. Лия не смотрела на него и хотела было освободить локоть, но он крепко держал ее. Глава благотворительного фонда не знала, как излить свою благодарность.

Бен сдержанно произнес:

– Я вдохновился преданностью мисс Форд делу благотворительности. Вы знаете, что благотворительность близка и моему сердцу.

Лия голову бы дала на отсечение, что он лукавит. У нее язык чесался сказать все, что она думает по поводу его возмутительной выходки, но она не могла этого сделать публично после такого щедрого дара.

Наконец ему удалось отделаться от главы фонда, и они направились в выходу из зала. По дороге Лия ловила на себе завистливые взгляды. Сцепив зубы, она молча следовала за ним.

Как только они оказались вдали от любопытных глаз, Лия выдернула руку и прошипела:

– Что, черт возьми, вы делаете?

Он спокойно посмотрел на нее и ответил:

– Я проявил невиданную щедрость, а остальное вам должно быть и так понятно.

– Это была самая нарочитая и грубая демонстрация богатства, которую я когда-либо видела в жизни! – воскликнула она.

В его лице что-то дрогнуло, но Джулианна не жалела о сказанном.

– Я не видел на вашем лице восторга, когда ставку сделал Соул Гольдштейн, – процедил Бен.

Лия едва не содрогнулась, мысленно представив толстые губы коротышки. Но, задрав подбородок, сказала вслух:

– Я бы целовалась с ним хоть каждый день, только чтобы не проводить и минуты в вашей компании.

Он ухмыльнулся:

– Вы так экспрессивны, Лия.

Она проклинала в душе свою несдержанность. Ее щеки предательски пылали. Тем не менее сказала:

– Только друзья и семья называют меня Лией, а вы ни то ни другое.

Он театрально приложил руку к груди:

– Вы ранили меня в самое сердце.

Лия в ответ лишь фыркнула. Она не представляла, что может ранить этого человека. Он непробиваем, как гранитная скала. Ее выпады для него как укус комара. Она злится на него не столько из-за его попытки прибрать к рукам бизнес отца, а потому, что он затронул в ее душе какие-то тайные струны, пробудив в ней женщину.

– Вы ведь могли и отвергнуть мое предложение, – недовольно сказал он.

Лия уперла руки в бока.

– Вы открыли лицо после того, как я приняла предложение. Как я могла отказаться от миллиона долларов на благотворительные цели? – Она в отчаянии покачала головой, стараясь не показать ему, что у нее были и другие мотивы. – Вы загнали меня в угол, мистер Картер. У меня не осталось выбора.

Его глаза блестели.

– Выбор есть всегда, Лия.

На этот раз она не поправила его, понимая, что он ее провоцирует. Лия нервно расхаживала взад-вперед.

– Вы намеренно обманули меня, когда подошли ко мне в маске. Почему вы не назвались тогда? – обвинительным тоном спросила она.

– А вы почему не представились? – парировал он.

Лия огорченно хмыкнула и сжала руки в кулаки.

– Ваша маска давала вам фору. Вероятно, мало кто отказывал вам в свидании, стало быть, ваша гордость была уязвлена, когда…

– Не будьте смешной, – прервал он. Металлические ноты, прозвучавшие в его голосе, остановили Лию. – Неужели вы думаете, что я настолько низко пал, что заплатил такую огромную сумму за уик-энд с женщиной, которая ушла с первого свидания?

Стоящий перед ней мужчина изобиловал разными пороками, но только не низостью. Лия вдруг поняла, что не хочет знать, почему Картер заплатил за нее такие деньги.

– Никакого уик-энда не будет, – твердо сказала она. – Нелепо думать, что я соглашусь провести выходные с практически незнакомым человеком. Все гости расценят ваше предложение как эффектный трюк.

Бен покачал головой и подошел к ней почти вплотную. Он подавлял ее своей мощной энергетикой. Лия снова вспомнила, как жаждала его поцелуя на балконе, вспомнила и шероховатость его ладоней при прикосновении к своим плечам, но в тот момент она это проигнорировала. Ее неумолимо влекло к нему. Реакция ее тела на Бена была ей неподконтрольна. Лии хотелось бежать от него как можно дальше.

– Послушайте, – как можно холоднее сказала она. – Не знаю, как в Соединенных Штатах, но у нас в Англии такая неприкрытая демонстрация богатства неприемлема. Я ценю ваш щедрый вклад на благотворительные цели, но я с вами никуда не пойду, ни за миллион долларов, ни просто так.

Скрестив на груди руки, она решительно взглянула ему прямо в глаза.

Бенджамин Картер, черт бы его побрал, улыбался.

– Не нужно покровительствовать мне, дорогая.

Краска стыда залила ее лицо и щеки. Она никогда не была столь прямолинейна и груба. Но этот мужчина под личиной незнакомца видел ее реакцию на него. Такую реакцию, что ей хотелось спрятаться от него в самый дальний угол.

– И тем не менее вы пойдете со мной. Если вы откажетесь, то я публично заявлю устроителям аукциона, что вы не выполняете данных обязательств, а я беру назад свое предложение.

Лия смертельно побледнела.

– Вы не посмеете этого сделать.

Он пристально взглянул на нее:

– Вы действительно хотите проверить?

Лия инстинктивно поняла, что с ним лучше не спорить.

Почувствовав себя загнанной в угол, она спросила:

– Зачем вы это делаете? Если не назло мне, то почему?

Он долго смотрел на нее непроницаемым взглядом, а затем произнес:

– Все просто, Лия. Я хочу тебя.

Глава 3

Повисла звенящая тишина. Бен и сам не понимал, почему эта женщина будит в нем зверя, толкает на такие безумства, как превратиться в инкогнито или публично предложить скандальную ставку.

Глаза Лии расширились от изумления, будто она пыталась переварить услышанное. Затем она произнесла ледяным тоном:

– Вы так хотите меня, что готовы заплатить миллион за удовольствие. Не знаю, с кем вы общались до меня или что вы думаете на мой счет, но я не высококлассная…

– Я точно знаю, кто ты такая, – резко прервал ее Бен, удивленный, что ее инсинуации так быстро вывели его из себя.

Он давно уже ни перед кем не оправдывался. Особенно перед теми, кто принадлежал к обществу, отвергнувшему его однажды и заставившему выживать в одиночку. В этом отношении американское и английское высшие общества ничем не отличались друг от друга.

Тем не менее он натянуто сказал:

– Я никогда в жизни не платил за женщину. В этом не было необходимости.

Казалось, она растеряла всю самоуверенность. Лия покраснела и спросила заинтригованно:

– Что вы имели в виду, когда сказали, что знаете, кто я такая?

Лия нечаянно наступила на больную мозоль.

Бен отрывисто сказал:

– Ты, может, и не член королевской семьи, но явно принцесса, ни в чем не знающая отказа. Я завел тебя, и тебе не понравилось, что это сделал тот, кого ты считаешь ниже себя. – Он сердито продолжил: – Там, на балконе, когда я был в маске, ты вела себя более раскованно, считая меня кем-то более… утонченным.

Смена выражений на ее лице была завораживающей: шок, злость, оскорбление и, наконец, пожар.

– Вы играли со мной, как кошка с мышью, и, по-вашему, я не поняла, зачем вы хотите провести со мной уик-энд.

Она хотела уйти, но Бен взял ее за руку. Ее кожа была гладкой и теплой. Он почувствовал себя грубым и недостойным такой утонченности. Но Бен не отступал. Лия повернулась к нему. В ее глазах полыхало синее пламя.

– Немедленно отпустите меня, черт бы вас побрал. И для вашего сведения, вы меня совсем не завели.

Это был вызов. Бен развернул ее к себе, положив обе руки ей на плечи. Помимо гнева в ее глазах промелькнуло что-то похожее на обиду. Интересно, она обиделась на высказанную им правду или он неправильно все понял?

Он обратился к Лии более вежливым тоном:

– Я не хотел тебя обидеть. Ничего личного, ты продукт своего общества. Я только хотел сказать, что и в мыслях не держал видеть в тебе шлюху высшего класса.

Бен почувствовал, как напряглись ее плечи под его руками, будто она хотела освободиться от него. В нем проснулся первобытный инстинкт охотника.

– Но боюсь, что я не могу принять ложь.

– Какую ложь? – подозрительно спросила она.

– А вот какую. – Бен притянул ее к себе и жадно прижался губами к ее рту.

В тот же миг мир перестал существовать. Бен чувствовал только ее мягкие, сочные губы и упругое тело.

В первую секунду Лии показалось, что она упирается в каменную стену, но потом она поняла, что это мускулистое тело обнимающего ее Бенджамина Картера. Объятие было таким крепким, что ей едва хватало воздуха. Ее груди напряглись. Соски покалывало. Не чувствуя сопротивления, он слегка ослабил хватку, и его жестко-требовательные губы стали трепетно-нежными. Лия понимала рассудком, что должна отстраниться, но не могла и не хотела этого сделать. Она приоткрыла пухлые губы, и его язык тут же скользнул во влажную глубину ее рта, переплетаясь с ее языком и нежно его лаская. От невероятных ощущений Лия едва не потеряла разум.

Одной рукой он поддерживал ее голову, а другая легла на ее бедро, поглаживая его. Лия почувствовала его эрекцию, и ей захотелось, чтобы он проник в ее увлажнившееся лоно. Она не испытывала ничего подобного со своим бывшим женихом. Бен разбудил в ней женское начало…

Его поцелуй был требовательным и нежным одновременно. И только когда он оторвался от ее губ и стал покрывать поцелуями шею, спускаясь к груди, она неожиданно услышала внутренний вопль: «Что ты делаешь, черт возьми?»

Резко отпрянув, она с ужасом уставилась на Бена. Ее губы припухли, набухшая грудь едва не вываливалась из декольте, волосы растрепались, маска валялась на полу. Она чувствовала себя поверженной.

Дрожащим голосом Лия прошептала:

– Не знаю, что на меня нашло…

– Зато я знаю.

Картер выглядел мрачным, но отнюдь не раздавленным, как она.

– Я доказал, что завожу тебя. И доказал это не только тебе.

Лия оцепенела.

– Что вы имеете в виду?

– Похоже, нас застукали папарацци.

Лия свирепо на него уставилась:

– Это вы во всем виноваты. Если бы не преследовали меня и не сделали эту дурацкую ставку, ничего этого не случилось бы.

На лице Бена появилась сардоническая ухмылка.

– Дорогая, я просто доказал, что между нами такой накал электричества, что хватило бы на освещение небольшого городка. Это было неизбежно.

Лия опять зашагала по холлу, чтобы проверить, уверенно ли держится на ногах. Внезапно остановившись, она смерила Бена презрительным взглядом:

– Я не ваша дорогая. С меня достаточно. Я ухожу.

На этот раз он не пытался остановить ее, а лишь деловито бросил ей вслед:

– На твоем месте я бы этого не делал.

Что-то в его интонации заставило Лию остановиться. Она неохотно обернулась и спросила как можно равнодушнее:

– Это еще почему?

Скрестив на груди руки, Бен спокойно произнес:

– Ты приняла условия широко разрекламированного публичного мероприятия. И я не шутил, когда сказал, что заберу назад свое предложение, если ты не выполнишь данное слово. Папарацци и желтая пресса будут гоняться за тобой по пятам.

Он приблизился к ней. Лия снова остро почувствовала его магнетизм и вспомнила ощущения от его поцелуя.

– К тому же мне известно, что ты проведешь выходной здесь, в твоем расписании нет никаких встреч. Вместо шопинга ты могла бы отправиться в небольшое путешествие со мной.

Его упрямая самоуверенность бесила ее. Он судит о том, чего не знает. Шопинг! Как бы не так. Без сомнения, он навел о ней справки, но сделал это поверхностно. Он бы со смеху умер, если бы узнал, что она планировала посетить несколько лекций в нью-йоркском университете о последних достижениях в развертывании временных сооружений в зоне стихийного бедствия.

Лия была твердо убеждена: есть между ними химия или нет, это плохо кончится. Под внешней харизмой Бена Картера таится стальная воля. Она уже не сомневалась, что если сейчас уйдет, то благотворительный фонд останется без миллиона долларов.

Лия утешалась мыслью, что Картеру не удалось увидеть ее настоящую. Он уверен, что покорил ее, пусть тешит себя подобной иллюзией. Если ей суждено было встретиться с этим высокомерным альфа-самцом, она выдержит уик-энд с ним ради благой цели.

Просто надо выработать иммунитет к его харизме и ни за что с ним не целоваться.

Задрав подбородок, Лия произнесла самым ледяным тоном, на который была способна:

– Похоже, вы не оставили мне выбора. Когда и куда мы едем?

С выражением триумфа на лице Бен схватил ее за руку и нетерпеливо потащил к выходу.

– Сейчас там самое лучшее время. Сначала к тебе в отель, чтобы ты взяла все необходимое и паспорт.

Лия затормозила посреди холла и прошипела, не желая привлекать внимание окружающих:

– Паспорт? Куда это, скажите на милость, вы собрались?

В глазах Бена явно плясали чертики.

– Если узнаешь, пропадет интрига. Не беспокойся, Лия, со мной ты в безопасности.

Лию передернуло. Ей казалось, что никогда она не была в меньшей безопасности, чем в компании этого мужчины. И дело отнюдь не в физической безопасности. Он представлял для нее ощутимую чувственную угрозу. В его присутствии она теряла над собой контроль.

Лия с нажимом произнесла:

– Что бы вы там себе ни напридумывали, мистер Картер, между нами ничего нет и не будет в выходные. Этот поцелуй был ошибкой.

Бен хищно улыбнулся:

Я не имею привычки принуждать женщину к сексу. Если между нами что и произойдет, то исключительно по обоюдному согласию.

С этими словами он подал ей шаль и быстро провел через вестибюль к припаркованному снаружи серому спортивному автомобилю.

Лия шла с гордо поднятой головой, костеря его про себя на чем свет стоит. Усадив ее в автомобиль, Бен обошел машину и сел на водительское место, немедленно заполнив собой внутреннее пространство. Лия чувствовала мускусный запах одеколона. Она упорно избегала его взгляда и смотрела вперед, стараясь убедить себя в том, что ни за что на свете не поддастся чарам этого человека, который уже нарушил ее спокойствие.

Какую бы игру он ни затеял, она не примет в ней участия.

В салоне частного самолета Бена царило ледяное молчание, прерываемое односложными ответами Лии на его вопросы. Она сидела в кресле, закутавшись в шаль, и смотрела в иллюминатор. Густые каштановые волосы с медно-рыжим оттенком рассыпались по плечам. Бен не мог оторвать взгляда от их шелковистой глади.

Раздражение, смешанное с каким-то незнакомым чувством, закралось в душу Бена при мысли, что, не заплати он на аукционе миллион долларов, ее бы не было сейчас в самолете. Он отогнал крамольную мысль. Она рядом, и это главное.

Они взлетели час назад с частного аэродрома, после того как забрали паспорт и все необходимое из отеля, в котором остановилась Лия. Она пошла было в ванную, чтобы переодеться, но что-то заставило Бена упрямо сказать:

– У нас мало времени.

Облив его взглядом, полным холодного презрения, она прошествовала к двери, оставив ему дорожную сумку.

Она играла роль принцессы по полной программе. А Бену оставалось лишь проклинать себя за то, что он сам предложил ей это.

Он признался себе, что Лия продолжает его удивлять непредсказуемостью поведения и реакций. Она была довольно противоречивой натурой.

Особенно в тот момент, когда они были на балу в масках. Он признался себе, что имел преимущество, поскольку Лия была в полумаске и он сразу узнал ее. Он хотел представиться, но она была с ним так мила, даже флиртовала и была возбуждена. Она разительно отличалась от той Лии, которая отшила его накануне, недвусмысленно дав ему понять, что именно за этим и пришла. Но в тот момент на балконе ему не хотелось разрушать очарование момента. Такое проявление слабости было ему несвойственно. Его план состоял в том, чтобы соблазнить ее и в конечном итоге жениться на ней.

Сейчас он понимал, как далек его план от осуществления. Лия вряд ли подходит на роль послушной жены-домохозяйки. А ведь сначала он считал это пустяковым делом. Любая из его бывших подружек сочла бы за честь стать миссис Картер. Как ни странно, но Бену почему-то не хотелось отпускать Лию.

Он хотел ее. А желание укоротить ее острый язычок, сделать ее послушной и жаждущей его ласк вызывало ни с чем не сравнимое возбуждение.

Наконец он оторвал взгляд от сидящей через проход женщины и распустил галстук-бабочку. Ему было стыдно, что он не дал Лии переодеться. Это платье еще больше будило в нем желание. Он воображал, какие прелести скрыты под тонким шелком…

– Никаких папарацци не было, правда?

Голова Бена дернулась, он повернулся и увидел устремленные на него холодные голубые глаза. Напряжение слегка его отпустило, когда он заметил, что Лия непроизвольно окинула его заинтересованным взглядом.

Она вожделеет его. И он ей это докажет.

Почти не испытывая угрызений совести, Бен ответил:

– Если помнишь, я выразил сомнение, употребив слово «похоже».

Она сверкнула глазами.

– Не могу поверить, что попалась на эту удочку.

Бен лишь пожал плечами и сделал глоток кофе.

– В конечном итоге у тебя все равно не осталось бы выбора.

Ее губы сжались в тонкую линию, а Бену вдруг нестерпимо захотелось разгладить их. Вместо этого он сказал:

– Мне нравится называть тебя Лией. Твое полное имя звучит гораздо жестче.

Ее щеки снова зарделись румянцем.

– Я уже говорила, что Лия только для семьи и друзей.

Бен улыбнулся, наслаждаясь ее смущением больше, чем следовало бы.

– Я думаю, что мы теперь больше чем друзья, Лия. Не знаю, к чему привыкла ты, но в моем кругу друзья так не целуются. Любовники… другое дело.

Лия взглянула на кабину пилота и прошипела:

– Мы никогда не станем любовниками, мистер Картер.

Бен ничего на это не ответил, лишь вытянул ноги, удобнее устраиваясь в кресле, пытаясь расслабиться, что плохо ему удавалось.

– В конце салона есть спальня. Можешь переодеться и отдохнуть. Нам лететь еще часов семь.

– По-прежнему не хотите поделиться, куда мы летим?

Бен невинно улыбнулся в ответ:

– Сюрприз останется сюрпризом.

Лия невольно сжала челюсти.

– Я не люблю сюрпризов, мистер Картер.

– Пожалуйста, Лия, называй меня Беном, – промурлыкал он.

Лия смотрела на него долгую секунду, будто решаясь нанести ему физическое увечье. Затем отстегнула ремень и поднялась из кресла.

– Это просто невозможно. Вы невозможны. – Лия пошла в хвост салона, обронив: – Хочу поспать. Прошу меня не беспокоить.

Бен улыбнулся:

– Будь как дома.

Услышав щелчок замка, Бен поморщился. Ему хотелось броситься вслед за Лией и доказать ей прямо сейчас, что они больше чем друзья. Но он напомнил себе, что он воспитанный человек.

В этот момент у него в кармане завибрировал мобильник. Посмотрев на экран, Бен невесело улыбнулся и ответил:

– Тракас, скучаешь по мне и новым друзьям?

– Ну, это вряд ли, – сухо ответил голос в трубке. – Интернет гудит о твоей вопиющей ставке на благотворительном аукционе и бегстве с британской принцессой высшего света в неизвестном направлении на все выходные. Я думал, мы решили исправить нашу репутацию, а не навредить ей еще больше.

Бен со значением взглянул на запертую дверь и сказал:

– Не беспокойся. Это часть плана. Свидание устроила Элизабет Янг. Ты хотел узнать что-то конкретное или просто посплетничать?

Ксандер Тракас на секунду умолк, затем сказал:

– Ну и?.. Как она?

Бен нахмурился:

– Кто? Сваха?

В голосе Тракаса слышалось нетерпение.

– Конечно, кто же еще?

Бен почувствовал укол совести, вспомнив, что нарушил предупреждение Элизабет.

– Прекрасно. А тебе-то, черт возьми, что за дело?

– Просто так, – быстро ответил Тракас, добавив: – До скорого, Картер, – и отключился.

Бен покачал головой и снова сердито уставился на дверь. Он понятия не имел, что происходит между Ксандером Тракасом и директором агентства «Левиафан солюшэнс», но, если это похоже на его ситуацию с Лией, он пожелал бы Тракасу удачи. Элизабет Янг – крепкий орешек, ее так просто не раскусишь.

– Позволь показать тебе окрестности.

Лия с подозрением взглянула на Бенджамина Картера. Какое он имел право выглядеть таким свежим и отдохнувшим после семи часов в кресле самолета? Он переоделся в черные джинсы и рубашку поло с коротким рукавом, выгодно подчеркивающую его мощные бицепсы.

Пытаясь сориентироваться во времени и пространстве, она спросила:

– Где точно мы находимся?

Час назад они приземлились в международном аэропорту города Салвадор бразильской провинции Баия. Бен арендовал джип, и они полчаса ехали вдоль морского побережья. Лия не могла не оценить красоту Атлантического океана с бесконечными милями тянущихся вдоль берега белых песчаных пляжей.

– Мы на моей частной вилле к северу от Салвадора.

Он взглянул на нее, и Лия тут же пожалела, что не переоделась в самолете. Сраженная усталостью, она заснула прямо в платье, а когда раздался стук в дверь и голос Бена сообщил, что самолет идет на посадку, она из чистого упрямства не стала переодеваться, надеясь разбудить в нем муки совести.

Теперь она чувствовала себя глупо и неловко в помятом вечернем платье.

Лия скинула туфли на шпильке и неохотно последовала за ним в дом, бросив на ходу:

– Вы снова не оставили мне выбора.

Вилла оказалась современной и элегантной. Просторные комнаты с деревянными полами и огромными окнами с белыми ставнями залиты солнечным светом. Легкий бриз шевелил занавески. На стенах и столиках художественные произведения современных авторов. Интерьер удачно гармонировал с дизайном. Лия удивилась, насколько обстановка соответствовала ее вкусу.

Просторная, но уютная гостиная с низкими кофейными столиками, удобными креслами, музыкальным центром располагала к приятному времяпрепровождению. Одна стена целиком занята стеллажами с отлично подобранным собранием книг по искусству и фотографии. У Лии прямо руки зачесались полистать книги.

– Ваш дизайнер интерьеров весьма талантлив, – заметила Лия.

В ответ послышалось сухое «благодарю», что заставило Лию повернуться к слегка улыбающемуся Бену. Заметив чертовщинку в его взгляде, она недоверчиво сказала:

– Не может быть… Вы все сделали сами?

– Удивительно, сколько вкуса можно приобрести за деньги, – ехидно заметил он.

Лия почувствовала неловкость, что-то в его интонации заставило ее по-другому на него взглянуть.

– У вас очень мило, – сказала она, не реагируя на его ехидный тон.

Бен провел ее на огромную, сияющую чистотой кухню.

– Это владения моей экономки Эсме. Она следит за виллой в мое отсутствие и ведет хозяйство, когда я здесь. Она придет позже приготовить обед.

У Лии в животе запорхали бабочки, когда она представила романтический ужин при свечах на пляже в компании такого мужчины. Она прогнала возникший образ прочь и молча последовала на ним наверх. Они шли по широкому, устланному роскошным ковром коридору, по обеим сторонам которого располагались спальни. Подойдя к атриуму с балконом, Бен открыл дверь и сказал:

– Твоя комната.

Лия подозрительно уставилась в его широко раскрытые невинные глаза.

– Что? Неужели ты думала, что я настолько невоспитан, что не предоставлю тебе отдельную комнату? Я ведь уже говорил: если между нами что и произойдет, то исключительно по обоюдному согласию.

Лия прошмыгнула в комнату, чтобы скрыть смятение. Ни один мужчина не был с ней так прямолинеен. Она не знала, чего ожидать. Но чувствовала, что она здесь в безопасности. Если ей и следовало кого опасаться, то только самое себя.

Бросив туфли на пол, она подошла к балкону с великолепным видом на океан и белоснежный песчаный пляж. Зрелище завораживало. Она иронично подумала, что мужчине не нужно прибегать к силе или уловкам, чтобы соблазнить женщину. Это место и есть соблазн в чистом виде.

Когда она снова повернулась к Бену, он продолжил:

– К комнате прилегает ванная и гардеробная.

Заинтригованная, Лия заглянула в просторную ванную комнату. Огромная ванна с джакузи и контрастный душ сулили неземное наслаждение. Смежная дверь вела в гардеробную с несколькими шкафами, заполненными дорогой дизайнерской одеждой с бирками.

У другой открытой двери в спальню стоял внешне невозмутимый Бенджамин Картер, наблюдая с легкой улыбкой за реакцией женщины на целый гардероб шикарной одежды.

Уперев руки в бока и прищурив глаза, Лия ощетинилась:

– Вот, значит, чем вы соблазняете женщин, которых сюда привозите? По правде сказать, меня мало интересует ворох дорогущей одежды, какой бы поверхностной и избалованной вы меня ни считали.

Лии показалось, что в его глазах на секунду промелькнула обида. Он не шелохнулся, но она почувствовала его напряжение.

– Честно говоря, я никогда не привозил сюда женщин. Но я сдаю виллу друзьям и бизнес-партнерам. Я держу здесь одежду, потому что ближайшие бутики в Салвадоре, а гости иногда прибывают в неподходящей одежде. Мой стилист проверяет шкафы после отбытия гостей и отдает ношеные вещи в благотворительные организации. Затем он пополняет запас одежды.

Лия почувствовала стыд за столь быстрое и неправильное суждение. Это так на нее не похоже. Но он постоянно гладит ее против шерсти. Неужели и правда он не привозил сюда своих женщин? По его непроницаемому лицу ничего не угадать. А зачем ему лгать?

Мысль о том, что это место может иметь для него особое значение, сделала ее еще более уязвимой.

– Это очень щедро с вашей стороны, но я привезла свою одежду, – сказала она, с опозданием поняв, что захватила в Нью-Йорк осенне-зимний гардероб, который вряд ли будет уместен в здешнем климате.

Бен оторвался от двери, и Лия почувствовала холодок в воздухе впервые со времени их встречи. К ее удивлению, ощущение ей не понравилось.

Бен посмотрел на часы.

– Я здесь впервые в этом сезоне, мне надо уладить кое-какие хозяйственные вопросы. Чувствуй себя как дома. Если захочешь перекусить, в холодильнике полно еды. Пляж ты уже видела. Он частный, тебя никто не потревожит.

Он повернулся, чтобы уйти. Эмоции захватили Лию. Она потеряла дар речи. В душе кипела злоба. Он почти похитил ее, но привез в райский уголок, предоставив полную свободу.

«Очнись, не дай себя одурачить», – приказала она себе. У него наверняка есть план. Ей нужно быть осмотрительной, чтобы не попасться в расставленные силки.

Она поспешила к двери и увидела его высокую фигуру, спускающуюся вниз.

– Если вы все это затеяли, чтобы добраться до моего отца, можете немедленно отправить меня в Нью-Йорк, – выпалила она ему в спину. – Я никому не позволю соблазнить себя ради такой низкой цели.

Бен остановился на полпути. В его душе царило разочарование. До сих пор ни одна женщина не устраивала ему обструкцию. Тем более та, которая его хотела. И ни одна не была о нем такого низкого мнения. Он мало считался с мнением о нем окружающих, однако ее мнение было для него важным. А она его ни в грош не ставила, несмотря на то что всякий раз при его приближении у нее пульсировала жилка в ложбинке на груди.

Он медленно повернулся, едва сдерживаясь, чтобы не сказать ей, что он отсылает ее обратно в Салвадор, но слова замерли на губах, когда он увидел выражение ее лица. Помимо пренебрежения в ее лице появилась неуверенность, обида и даже уязвимость. Он вспомнил, что она выглядела так же, когда он назвал ее избалованной принцессой. Он вспомнил неподдельный ужас на ее лице, когда подруга попросила ее заменить супермодель на аукционе.

Босая, в мятом платье, со спутанными волосами, она была прекрасна.

И он безумно ее хотел.

Бен стал медленно подниматься наверх. Ее глаза расширились и лихорадочно блестели. Она была напряжена, но не от злости, ее охватило вожделение, как всякий раз при его приближении. И тут Бен понял, что ни за что ее не отпустит.

Остановившись около нее, он сказал:

– Не стану отрицать, что у меня есть интерес к бизнесу твоего отца. Но в данный момент мне нет до этого никакого дела.

Он сам удивился, что действительно так думает. Сейчас его интересовала только Лия.

Она судорожно сглотнула, и он проводил взглядом это движение по ее стройной шее.

Наконец она произнесла непререкаемым тоном:

– Вам со мной ничего не светит, мистер Картер. Лучший выход из положения – провести уик-энд поодиночке, пока не настанет пора возвращаться.

Бену стало ее почти жалко, когда он ответил:

– Тебе не стоило этого предлагать, Лия…

Глава 4

Слова Бенджамина Картера целый день не давали Лии покоя. Черт бы побрал этого самовлюбленного красавца.

После их очередной стычки на лестнице она пару часов мерила шагами роскошную спальню в тщетной попытке привести в порядок мысли. Наконец, решив воспользоваться предоставленной возможностью отдохнуть, она выбрала в шкафу скромный купальник и пляжное платье и, перекусив на кухне, отправилась на пляж.

К ее облегчению, Бенджамина Картера нигде не было видно. Она нашла уединенное место под пальмой, откуда вилла не была видна, и несколько часов нежилась в тени раскидистого дерева, купалась, читала, дремала, вообразив, что устроила себе маленький отпуск по собственной воле.

Лия вернулась на виллу, когда уже начало смеркаться, и лучи закатного солнца золотыми бликами отражались в прозрачной воде. Она споткнулась на ровном месте при виде Бена Картера в одних потертых шортах на терракотовой крыше виллы. Лия буквально пожирала глазами его загорелое мускулистое тело. Мышцы спины ритмично двигались, пока он забивал что-то в шифер.

Она была так поглощена этим зрелищем, что не заметила второго темнокожего мужчину, помогавшего Картеру.

Она чуть из кожи не выпрыгнула, когда услышала рядом мелодичный и слегка озорной голос:

– Неплохое зрелище в конце дня, да?

Повернувшись налево, Лия увидела стройную, миловидную молодую женщину с кожей шоколадного цвета и блестящими карими глазами. Яркий тюрбан и лучезарная улыбка дополняли экзотический образ.

Женщина сказала, что ее зовут Эсме, добавив, что второй мужчина на крыше – ее муж.

– Я как раз собиралась вас искать. Бен приносит извинения, что был занят весь день, и просит передать, что ждет вас на ужин в восемь.

Лия хотела было съязвить, но вовремя прикусила язык, поняв, что будет выглядеть нелепой, ведь Эсме здесь совсем ни при чем. Она поблагодарила экономку и направилась к себе.

Интересно, с каких это пор мужчины, занятые простым физическим трудом, кажутся ей такими привлекательными?

Она проклинала себя за то, что ее мысли постоянно возвращаются к Картеру. Вот и сейчас, когда думала, что надеть на ужин. Сначала Лия хотела облачиться в джинсы и рубашку, но, представив насмешливый взгляд Картера, говоривший о том, что она не потрудилась нарядиться, выбрала из гостевого гардероба простое черное шелковое платье с вырезом лодочкой, собранное на талии и прикрывающее колени. Монашеский наряд. Отличный вариант.

Минимум макияжа, волосы, собранные в тугой пучок у основания шеи, собственные черные туфли на тонком, низком каблуке завершали скромный образ. Ровно в восемь она спустилась вниз.

Бен как раз открывал бутылку вина в гостиной. Он переоделся в темно-серые брюки и светло-серую рубашку, снова превратившись из простого работяги в элегантного бизнесмена. Лия заметила, что его непокорные волосы все еще влажны после душа. Ее услужливое воображение тут же нарисовало картинку воды, струящейся по его мускулистому телу.

– Эсме сказала, что нашла тебя. Еще раз прошу прощения, что оставил тебя одну, но муж Эсме согласился помочь, и мы с ним успели починить все, что было необходимо.

Лия ответила слегка охрипшим голосом:

– Я и не ждала, что вы будете развлекать меня целый день. Я прекрасно отдохнула на пляже.

– И не умерла со скуки? – с ноткой недоверия спросил он.

Лия отрицательно покачала головой. День был гораздо более приятным, чем она ожидала. Если ей и было чуть-чуть одиноко, то не из-за его отсутствия, пыталась уверить себя она.

– Я плавала, читала, загорала. У меня давно не было возможности так расслабиться.

Он промолчал, вероятно не поверив ей. Лия не стала его разубеждать. Ей все равно, какого он о ней мнения. Главное, этот уик-энд принесет миллион благотворительному фонду.

Лия проследовала за ним в уютную гостиную с приглушенным светом. Теплый ветерок играл с пламенем свечей и приятно ласкал кожу. По сравнению с хлестким осенним ветром в Нью-Йорке здесь был рай.

Картер хлопотал у бара.

– Хочешь бокал вина? С виноградников моего хорошего друга из Аргентины.

Лия хотела было отказаться, но что-то ее остановило. Ей захотелось расслабиться, полностью окунувшись в чарующую атмосферу вечера. Она кивнула и взяла бокал с охлажденным белым вином, заметив, что Бен налил себе воды. Она вспомнила, что он не заказывал спиртного во время их встречи на бале, да и на аукционе тоже не пил.

– Вы равнодушны к алкоголю? – невольно вырвалось у нее.

Он утвердительно кивнул и жестом пригласил ее присесть на кушетку. Сам устроился напротив на другой кушетке, вальяжно положив руку на спинку.

Лия пригубила вино. Тонкий, легкий вкус и восхитительный аромат немедленно вскружили ей голову.

Бен снова наполнил ее бокал.

– Я не пью. Совсем.

Лия посмотрела на него, слегка пожав плечами, будто ее это совсем не интересовало.

– Я тоже не большая любительница спиртного. Пара бокалов вина – моя обычная норма.

Лия воздержалась от дальнейших расспросов. Может быть, у него были проблемы с алкоголем… или это как-то связано с его воспитанием?

В этот момент вошла Эсме и объявила, что ужин готов.

Бен поднялся, пропуская Лию вперед, и они прошли в столовую.

Белоснежная скатерть, крахмальные салфетки, тарелки тонкого фарфора, столовое серебро, хрустальные бокалы, цветы в высокой вазе, тонкие свечи в изящных серебряных подсвечниках создавали неповторимую романтическую атмосферу. Все это вкупе с желанием узнать о хозяине побольше заставило Лию натянуто сказать:

– Не стоило так из-за меня беспокоиться.

Бен молча отодвинул ей стул и помог сесть. Она остро чувствовала спиной его близость. Обойдя стол, он уселся напротив нее и произнес, растягивая слова:

– Ты восемь часов летела сюда, плюс двухчасовая разница во времени, значит, потратила десять часов, чтобы отобедать со мной, я должен чем-то отплатить.

Лия подумала, что ни один из ее мужчин не пошел бы ради нее на такие жертвы. Тот, с которым она встречалась до бывшего жениха, отвратительно себя повел, когда она отказалась переспать с ним после первого же свидания. Бывший жених Саймон не переходил границ сразу, уважая ее свободу. Но она тогда не знала, что он преследует корыстную цель стать членом адвокатского бюро, представлявшего интересы компании ее отца, а свои сексуальные потребности он удовлетворял на стороне.

Но Картер был здесь и сейчас. Он ворвался в ее жизнь, разрушив стену, которую она возвела вокруг себя после развода родителей и неудачной помолвки.

Если она поддастся его ухаживаниям, последствия будут ужасными. Она не хотела признаваться в том, что Бенджамин Картер уже проник в ее душу.

Но для него она лишь очередное завоевание – личное и профессиональное. В этом у нее не было ни малейшего сомнения.

– Послушайте, мистер Картер… я знаю, что вы не меньше заинтересованы в моем отце, чем во мне…

Вошла Эсме с закусками – равиоли в сметанно-грибном соусе. Лия не преминула заметить ее заинтересованный взгляд.

Когда они вновь остались одни, Бен заметил:

– Прежде всего, меня зовут Бен. Во-вторых, мой профессиональный интерес к бизнесу твоего отца известен всем. И не один я им интересуюсь. У твоего отца никогда не было проблем защитить свои интересы. Если ничего не изменилось, ему нечего опасаться. И наши отношения тут совершенно ни при чем. А в-третьих, когда я увидел твое фото у свахи, я запал на тебя, даже не зная твоего имени.

Его слова повисли в воздухе. Единственное, на чем Лия сконцентрировалась, была фраза о том, что он захотел ее прежде, чем узнал ее имя. Это ощущение было сродни тому, которое она испытала стоя на подиуме, когда незнакомец предложил миллион за ее поцелуй. И этот незнакомец сидел сейчас напротив нее. Он был греховно красив.

Этот мужчина опасен. Он будил в ней желания, без которых, по ее мнению, она могла жить. И все же она хотела быть чувственной женщиной и быть уверенной, что с ней все в порядке.

Затем она задумалась над его словами про отца. Правда в том, что он действительно болен и ему нужно уйти в отставку, но не на кого оставить бизнес. Лия поняла, что, упоминая отца, она неизменно подводит Картера к тому, чтобы тот задавал вопросы о его здоровье. А ей необходимо, наоборот, развеять эти сомнения. Ей следует быть осторожной, иначе он почует кровь.

Она заставила себя расслабиться и сказала:

– Хорошо, стану называть вас Беном. – Сердце ее дрогнуло. Имя звучало интимно.

Бен протянул ей через стол руку:

– Перемирие?

Лия неохотно протянула свою:

– Перемирие. – Она попыталась отнять руку, но Бен крепко сжал ее пальцы и смотрел на нее горящим взглядом.

– Я рад, что ты здесь, Лия, – сказал он, – хочу познакомиться с тобой поближе.

Бен не обольщался, что уступка Лии связана с ним. Да, она, безусловно, его хочет. Но продолжает бороться с собой. После объявления перемирия они поужинали в непринужденной атмосфере, болтая о всякой всячине, хотя Бену по-прежнему хотелось ее поцеловать.

Закончив ужин, они переместились в гостиную пить кофе. Лия прохаживалась по комнате с чашкой в руке, рассматривая картины и книги.

А Бен наконец-то мог спокойно ее рассмотреть, не чувствуя на себе ее оценивающий синий взгляд. На ней было прелестное платье, но она специально надела такое, чтобы скрыть фигуру. Ему по-прежнему не давала покоя мысль, почему она так упорно избегает возникшей между ними химии.

Бен осторожно спросил:

– В свете того, что ты сама дала информацию в «Левиафан солюшэнс», почему решила аннулировать свой файл после первого же свидания?

Он заметил, как сильно она напряглась, услышав вопрос. Лия поставила книгу на полку и повернулась к нему. Ее лицо выражало явную неохоту говорить на эту тему. Однако после небольшой паузы Лия ответила:

Я не собиралась давать информацию о себе в агентство знакомств. Кое-кто сделал это от моего имени.

Бен загорелся любопытством, но сдержанно спросил:

– И кто же на такое способен?

Лия со вздохом поставила чашку на кофейный столик и присела на диван. Она двигалась с врожденной грациозностью, даже когда была напряжена.

– Это была идея моего отца. Он старомоден и хочет, чтобы я создала семью.

Она замолчала, будто и так уже слишком много сказала. Бен заметил, что ей хотелось сложить руки на груди и окончательно от него отгородиться. Он вдруг вспомнил ее поведение на аукционе, теперешнее смятение и напряжение, и ему пришла в голову мысль, что она очень стеснительная и неуверенная в себе.

Он подался вперед:

– После того поцелуя я уверен, что ты не испытываешь отвращения к противоположному полу. Что же тогда с тобой не так, Лия? Почему ты избегаешь мужчин?

Она в смятении поднялась с дивана, отошла к книжным полкам и посмотрела на него:

– Неужели так трудно поверить в то, что женщина не хочет, чтобы ее жизнь вращалась вокруг мужчины? Что у нее могут быть собственные амбиции? Если вы не знаете, то революция уже давно произошла.

Бен откинулся на подушки, еще более заинтригованный. Намеренно растягивая слова, он произнес:

– Я не женоненавистник, Лия, даже знаю, что такое феминизм. Однако некоторые считают, что еще есть за что бороться. Хотя женщины в наш век могут успешно совмещать карьеру и личную жизнь.

Теперь она покраснела.

– Я знаю. – Лия обхватила себя руками. – Просто я… Отцу не следовало это делать. Особенно после… – Лия прервала себя на полуслове.

Бен снова подался вперед:

– После чего?

Она отвернулась, сжав челюсти. Затем опять посмотрела на него и сказала:

– Вы и сами легко можете выяснить. Я была помолвлена год назад.

– Кто он? – резко спросил Бен.

Лия села на диван и взяла чашку с кофе.

– Я встретила его на приеме. Он адвокат в компании, которую отец привлекает для юридических консультаций.

Бен почувствовал укол ревности.

– Не вижу тебя в роли жены обычного лакея.

Глаза Лии блеснули.

– Нет? Это говорит о том, как мало вы меня знаете.

Бен пожал плечами:

– Совсем не знаю, Лия, но уверен, что корпоративный брак не для тебя. Ты бы умерла с ним со скуки. – Бен удивился, что так уверен в этом. А затем подумал, что и сам затевал такой же брак по расчету.

– Такое суждение – большой шаг вперед, учитывая, что вы меня почти не знаете.

Бен состроил на лице гримасу.

– Я должен извиниться, Лия. Ты вовсе не принцесса. Иначе ты бы уже давно потребовала возвращения в цивилизацию, а ты прекрасно провела день на пляже наедине с собой. Эсме сказала, что ты сама приготовила ланч и убрала за собой.

Она сдержанно ответила:

– Приготовление ланча и уборка за собой не заслуживают особенной похвалы. Я получила привилегированное воспитание по сравнению со многими.

– Но ты совсем не избалована.

Лия надолго замолчала, покусывая губу. Наконец она произнесла:

– Нет, не настолько, как вы предположили сначала. Но я осталась с отцом после развода родителей и рано стала хозяйкой на его приемах. Я думаю, что он перестарался, компенсируя отсутствие матери. Я всегда была равнодушна к дорогим подаркам. Но если он был счастлив, я тоже чувствовала себя счастливой.

Бен переварил эту информацию, поняв, что неправильно судил о ней. Он знал, что Луи Форд в разводе, но ему не были известны подробности.

– И где сейчас твоя мать? – спросил он.

Лия равнодушно пожала плечами. Бен узнал это выражение лица, потому что и сам так реагировал на вопросы о родителях и своем прошлом.

– Думаю, в каком-нибудь швейцарском шато с четвертым мужем. Эстела не сидит на месте. Мы редко видимся. Когда я была тинейджером, она периодически приглашала меня на шикарные курорты, особенно после очередного развода, когда ей нужно было развеяться.

Бен почувствовал прилив раздражения к незнакомой женщине, но с ноткой юмора заметил:

– Прелестная женщина, нечего сказать.

Лия на секунду зажмурилась, а затем резко поднялась, чем немало удивила Бена. Он даже не заметил, как они перешли на такие личные темы. Как правило, он не расспрашивал своих женщин об их частной жизни.

Бен тоже встал в тот момент, когда Лия сказала:

– День был длинный. Пожалуй, пойду спать.

– Конечно. – Он проводил ее взглядом и, за долю секунды приняв неожиданное решение, проговорил ей в спину: – Я подумал, не поехать ли нам завтра в Салвадор. Это потрясающий город. Я хочу загладить вину за то, что ты провела одна сегодня весь день.

Лия остановилась в явном напряжении. Бену показалось, что сейчас она повернется и скажет, что хочет завтра ехать домой. И по правде говоря, он не сумеет отказать ей, хотя все его существо противилось этому.

Но она, быстро обернувшись, сказала:

– О'кей, прекрасно.

И исчезла из вида. Бен почувствовал такое облегчение, будто совершил подвиг, а не получил маленькую уступку.

Как только Лия оказалась в своей комнате, она прислонилась спиной к двери, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. Что, черт побери, с ней происходит? Она едва не выбрала Бенджамина Картера своим конфидентом и не открыла ему душу.

Только его язвительное замечание по поводу ее матери вернуло Лию к действительности. Она никогда и ни с кем не говорила о матери. Старая рана отверженной дочери до сих пор кровоточила, и Лия избегала разговоров о матери.

А зачем она сказала ему, что свидания с мужчинами ее не интересуют? И тем самым спровоцировала разговор о ее неудавшейся помолвке?

Застонав, Лия сбросила туфли и вышла на балкон.

Воздух был еще напоен теплом, и ласковый ветерок обдувал ее горящие щеки. Сквозь чернильную темноту до нее доносился тихий плеск волн. Океан действовал умиротворяюще, и мало-помалу Лия успокоилась.

Она вспомнила извинения Бена за принцессу и то, что он считал ее непригодной для корпоративного брака, и что-то внутри ее растаяло. Тем не менее она почти согласилась на подобный брак. После второго инсульта отца она уступила его просьбам и решила дать шанс Саймону Барнсу, тому самому симпатичному, но скучному адвокату.

Они откровенно поговорили во время первого свидания. Саймон признался, что его цель – получить место в юридическом департаменте компании ее отца. Он обещал, что не станет препятствовать ее карьере и амбициям. Такой брак по расчету устраивал Лию. Она наивно предполагала, что успокоит и осчастливит отца и сама станет жить своими интересами, хотя и в браке.

В конце концов после скандального развода родителей, в результате чего отец перенес первый инфаркт, Лия и думать не хотела о любви и романтических отношениях.

Затем сердце заныло с удвоенной силой, когда услужливое воображение подбросило ей образ ее жениха, голова которого пряталась между ног секретарши, а та громко стонала, запустив пальцы в его шевелюру, прямо на столе в его кабинете. Лию снова окатила волна унижения. Она была унижена не его неверностью, в конце концов, они не любили друг друга, а осознанием того факта, что не смогла разжечь в нем подобную страсть.

Лия стояла, облокотившись на балконные перила, и никак не могла отделаться от мыслей о Бенджамине Картере. Было в нем и в этом месте что-то такое, что привлекало ее и заставляло расслабиться и довериться ему. С одной стороны, он с самого начала самонадеянно заявил, что хочет переспать с ней, а с другой стороны, беспрекословно отпустил ее сегодня. Одну.

Она провела с ним менее суток, а он читает ее, как открытую книгу. Ей вдруг захотелось спуститься вниз и потребовать, чтобы он немедля отправил ее домой.

Как это ни смешно, она была уверена, что он выполнит ее желание. Но в то же время она не хотела, чтобы он знал, что она обеспокоена тем, что слишком ему открылась. Надо держать рот на замке, а его на расстоянии. Она сможет. Другого выхода нет.

Лия устроилась на переднем сиденье рядом с Беном, когда они выехали в Салвадор на следующее утро. Она собрала волосы в практичный конский хвост, и теплый ветерок развевал его, как моток шелковой пряжи. Бен с трудом сохранял видимость спокойствия, будто никогда раньше не видел женщину в майке без рукавов и в шортах.

Сейчас она походила на эфирное создание, хотя утром на кухне она вовсе не выглядела хрупким эльфом. На ее лице тогда читалась решимость говорить на нейтральные темы и не допускать вчерашней откровенности.

Сейчас в машине ему казалось, что она воспринимает его как гида, которого наняли показать ей местные достопримечательности. Она мило ему улыбалась и вела светский разговор о разных пустяках.

Бен решительно нарушил легкую беседу, спросив:

– Ты хорошо спала?

Он не мог видеть ее глаза, спрятанные за темными очками, но Лия радостно улыбнулась:

– Спала как убитая, спасибо. Это все свежий воздух и океан, не то что отравленный городской воздух.

Бен сжал челюсти. Пора погладить ее против шерсти.

– Не хочешь спросить, как я спал?

– Вообще-то не собиралась.

– А я все равно скажу, что спал плохо, долго крутился. Потом мне даже пришлось принять душ.

– Что ж, – натянуто сказала она. – Значит, нам не следовало ехать в Салвадор. Если вы слишком устали, можете высадить меня в аэропорту, и я полечу домой. Тогда вы отдохнете.

Его рот скривился в усмешке.

– Ни за что. Я же не говорил, что устал, просто плохо спал. Я вообще мало сплю.

Лия ощетинилась, и Бен это почувствовал.

Он продолжил:

– Расскажи подробнее об амбициях, про которые упоминала вчера.

Лия скрестила на груди руки и устремила взгляд вдаль:

– Вас это не касается.

– Может быть, и так, – согласился он, искоса взглянув на ее соблазнительные губы. – Ну, уважь меня.

«Черт бы побрал этого мужчину», – сердито подумала Лия. Она готова была поспорить на что угодно, что он намеренно ее провоцирует. Вся ее умиротворенность мгновенно улетучилась, как только он сказал, что принимал ночью душ. Она ведь дала себе зарок держать его на расстоянии. С другой стороны, ей хотелось немного ему открыться. Его мнение стало для нее что-то значить.

Она шумно вздохнула, а Бен вкрадчиво произнес:

– До Салвадора еще полчаса езды.

Решимость Лии не говорить о себе таяла. Кляня себя на чем свет стоит, она почти обвиняющим тоном проговорила:

– Если уж вам так интересно знать, я изучала архитектурное проектирование в университете.

Голова Бена дернулась от неожиданности.

Лия мило улыбнулась:

– Не ожидали от меня такого, да?

Бен сделал глуповатое лицо и сказал:

– Когда я встречался с твоим отцом, он сказал, что ты катаешься на горных лыжах…

Лия закатила глаза:

– В жизни не стояла на лыжах. Я была в колледже. Мой отец никому не хотел признаваться, в том числе и себе, что у дочери есть амбиции и она хочет сделать карьеру. Он предпочитал, чтобы все считали меня светской девушкой.

Бен сжал челюсти и крепче ухватился за руль.

– Должен признать, что действительно сначала посчитал тебя светской барышней.

В груди Лии что-то сжалось.

– Это понятно. Мало кто интересуется моими профессиональными знаниями.

Он взглянул на нее, прежде чем снова перевести взгляд на дорогу. Лия была рада, что на нем темные очки, ей не хотелось видеть выражение его глаз.

– И как ты планируешь использовать полученное образование?

После небольшого колебания она ответила:

– Меня интересуют вопросы восстановления инфраструктуры после стихийного бедствия.

– Поэтому ты приехала на благотворительный бал? Этот фонд известен работой по оказанию помощи странам, пострадавшим от стихийного бедствия.

Она кивнула.

– Я работала добровольцем во время землетрясения в Юго-Восточной Азии и тогда поняла, что хочу этим заниматься. Я убедила отца выделить средства благотворительному фонду.

Бен снова взглянул на нее, улыбнувшись кончиками губ:

– Значит, ты вовсе не шопингом хотела заняться в выходные?

Лия покачала головой, удивляясь, что она говорит это именно ему:

– Я планировала послушать лекции в университете Нью-Йорка.

Бен ответил с сардонической улыбкой:

– Я бы солгал, выразив сожаление о том, что нарушил твои планы.

У Лии перехватило дыхание и горячая волна прокатилась внутри.

– Умная, благородная, да к тому же красавица. И не прерывай мою осанну, бесполезно.

Лия зарделась от похвалы, но внутренне укорила себя, что снова попалась в его сети. Тем не менее ей было приятно, что он поощряет эту сторону ее деятельности.

Чтобы отвлечь внимание от своей персоны, Лия спросила:

– Похоже, вы знакомы с главой этого благотворительного фонда?

Бен согласно кивнул.

– Хочешь верь, хочешь нет, но я тоже заинтересован в восстановлении зон стихийного бедствия. Я посылал оборудование и бригады рабочих в зоны разрушений, чтобы побыстрее восстановить инфраструктуру. По правде говоря, я член попечительского совета фонда.

Лия в изумлении повернулась к нему. Ее захлестнула волна унижения. Она думала, что он пришел на бал исключительно ради нее, а он оказался там по долгу службы.

Следовательно, он случайно там с ней столкнулся и решил совместить полезное с приятным? А она-то душу ему изливает. Как стыдно!

Лия прохрипела, задыхаясь от ярости:

– Немедленно остановите машину.

Она выскочила из джипа, не успел Бен припарковаться. Он вышел вслед за ней. Лия задрала очки на лоб и, уперев руки в бока, вперила в него гневный взгляд:

– Значит, все прекрасно знали, кто вы такой, а я выглядела полной дурой, стоя на подиуме и гадая, что за незнакомец делает такие ставки?

Бен прервал ее гневную тираду:

– У меня и в мыслях не было дурачить тебя, Лия. Я не планировал надолго оставаться инкогнито.

Он пробормотал что-то похожее на ругательство и тоже поднял очки на лоб. Он пристально смотрел на нее, и Лия уже жалела о вспышке гнева.

Бен тем временем продолжил:

– Возможность поговорить с тобой инкогнито показалась мне весьма соблазнительной, особенно после нашего первого свидания. И по правде говоря, мне не хотелось видеть твою реакцию на то, что незнакомец – это я. Я вообще не планировал быть на этом балу и пришел с единственной целью увидеть тебя.

Лия поверила ему, немедленно устыдившись своей бурной реакции. Она слишком ему открывалась.

– О'кей, – только и сказала она, снова направляясь к машине.

Бен увидел, что Лия пристегнулась ремнем безопасности, и тоже сел в машину. Остаток пути в Салвадор они обсуждали исключительно достопримечательности, попадавшиеся по дороге.

Лия не ожидала, что у них с Беном окажется такой общий интерес. И это не способствовало данному ранее зароку держать его на расстоянии.

Глава 5

– Это одна из старейших площадей Салвадора, разбитая тогдашним губернатором. А это базилика Святого Сальвадора, одна из самых великолепных церквей стиля барокко в Бразилии.

Лия подумала, что ее трудно будет удивить чем-то еще, но, войдя в огромную церковь, была заворожена великолепием роскошных золотых интерьеров. Она отдала должное Бену, оставившему это чудо напоследок.

Это было достойным завершением приятного дня знакомства с городом. Салвадор оказался потрясающе красивым. Мощенные булыжником улицы взбирались вверх и сбегали вниз по холмистой местности, яркие барочные здания радовали глаз, дружелюбные лица жителей разных национальностей светились улыбками. Из небольших кафе на открытом воздухе доносилась зажигательная музыка. Лия чувствовала себя весело и непринужденно. Бен был прекрасным рассказчиком.

Он пригласил ее на ланч в невзрачный с виду ресторанчик на берегу океана.

Поймав ее полный сомнения взгляд, Бен улыбнулся:

– Пословица «внешность обманчива» относится не только к людям. Владелец не любит наплыва туристов. Это ресторан скорее для местных, здесь готовят самую вкусную рыбу во всей Бразилии.

Бен оказался прав. К удивлению Лии, ресторанчик оказался внутри чистым и уютным, а рыбы вкуснее она и правда нигде не ела. Запах моря придавал блюдам еще более изысканный вкус.

После ланча они осмотрели собор и еще побродили по городу. День клонился к вечеру, когда у Бена зазвонил телефон. Вынув его из кармана, Бен посмотрел на дисплей. Лия вдруг поняла, что это первый звонок за день. Бен выступал в роли радушного хозяина и посвятил ей целый день. А ведь он глава крупной компании.

Ее бывший жених, занимавший гораздо более скромную должность, был буквально приклеен к своим двум телефонам.

Бен посмотрел на нее:

– Звонок от друга. Он здесь живет и приглашает сегодня на вечеринку.

Лия почувствовала укол разочарования, но тут же взяла себя в руки и сказала:

– Конечно, идите. Я доберусь до виллы на автобусе или возьму такси…

Он покачал головой, его глаза блестели.

– Я не собираюсь идти туда один.

Лия зарделась от удовольствия и волнения. Ее чувства к этому мужчине претерпели колоссальные изменения за один день. Этому безусловно способствовала романтическая обстановка проведенного вместе дня и харизма Бена, которая оказалась гораздо притягательней, чем она ожидала.

Хотя умом она понимала, что не пара Бену Картеру, знатоку и любителю женщин. Плейбою.

– Я не хочу навязываться, а вы ступайте.

Бен покачал головой и мягко спросил:

– Когда вы последний раз спонтанно решались повеселиться от души?

Вопрос был таким неожиданным, что Лия на мгновение растерялась. Ее охватил ужас от того, что она не смогла вспомнить ничего. Она с ранней юности была хозяйкой на протокольных мероприятиях и светских раутах, организованных отцом. А их прогулки на яхте остались в далеком детстве.

Она была дочерью босса. Сотрудники компании отца сторонились ее и не приглашали на неформальные вечеринки из-за боязни, что она может рассказать о них отцу. И отношения с Саймоном нельзя было назвать забавными.

Лия почувствовала комок в горле, осознав эту грустную реальность. Бен наблюдал за ней, видя ее уязвимость.

Лия постаралась справиться с собой и тихо ответила:

– Если вы уверены, что он не станет возражать…

– Абсолютно уверен. – Бен так улыбнулся, что у Лии перехватило дыхание. – Здесь все гораздо проще. Меня пригласил не только Луи, но и его муж Риккардо. Они оба обожают красоту, включая красивых женщин. Как только мы приедем, меня тут же разжалуют.

У нее внутри что-то сжалось оттого, как легко он сказал об этой гомосексуальной супружеской паре. Но Лии так хотелось побольше узнать о Бене Картере.

Лия показала на свою помятую одежду:

– Я не одета для вечеринки.

– Я знаю одно местечко, где нам помогут.

Бен протянул ей руку. Поколебавшись, Лия приняла ее. Она пыталась игнорировать ощущение, что пересекла Рубикон и путь назад отрезан.

Но тщетно. Оно засело в ней, как бомба с часовым механизмом.

Бен привез Лию в бутик приятельницы. Его несказанно обрадовало согласие Лии пойти на вечеринку. Каждая новая уступка с ее стороны казалась ему неимоверным триумфом.

Он быстро объяснил Габи, кузине Эсме и владелице бутика, что им нужно. Она дала Бену ворох одежды для примерки, а сама повела Лию в примерочную. Бен выбрал для себя черные джинсы и светлую рубашку и с нетерпением ждал появления Лии.

Услышав сзади себя шум, он повернулся и замер. Босоногая Лия с распущенными волосами стояла перед ним. Ее наряд… у Бена перехватило дух. Ярко-синее шелковое платье с запахом под стать ее васильковым глазам обтягивало фигуру, как вторая кожа. Он заметил соблазнительный разрез, открывающий стройную ногу почти до бедра, и глубокий треугольный вырез. За пару дней ее кожа приобрела золотистый оттенок, а на носу проявились едва различимые веснушки.

Он почувствовал, что задыхается. Лия повернулась, чтобы уйти, заметив:

– Я так и знала. Оно слишком…

Ее голос донесся до него как сквозь туман.

– Нет! – почти выкрикнул он.

Лия медленно обернулась. Она выглядела неуверенной.

– Платье идеальное, – невнятно пробормотал Бен, все еще не приходя в себя.

В этот момент появилась Габи.

– Бен прав. Наряд как раз для вечеринки у Луи и Риккардо. Платье прямо создано для тебя. Пойдем подберем туфли.

Бен был рад, что остался один. Что с ним, черт побери, происходит? У него было много женщин, но ни одна не лишала его рассудка, ни обнаженная, ни в платье. Как правило, он одаривал подружек нарядами, уже переспав с ними.

Отношения с Лией были самыми целомудренными в его любовной практике. Обычно он спал с женщинами для удовлетворения сексуальной потребности. С Лией все по-другому.

Впервые он задумался, правильно ли поступил, что привез ее сюда. В этот момент появилась Лия в своем сногсшибательном платье и плетеных серебряных босоножках на шпильке. Бен снова почувствовал прилив вожделения.

Бен попросил Габи записать все траты на его счет, и они направились к машине. Лия выглядела озабоченной.

– Я компенсирую вам стоимость платья и босоножек, – твердо сказала она.

Еще одно доказательство ее неизбалованности. Еще один удар по неправильным представлениям о ней.

– Не стоит об этом беспокоиться, – проворчал он.

Лия проскользнула на переднее место, платье слегка распахнулось, и Бен увидел упругое полушарие груди в вырезе.

Сжав челюсти, Бен закрыл дверцу и обошел машину, сев на водительское место и мысленно молясь о выдержке. Никогда она ему не требовалась так, как в данный момент.

Друзья Бена оказались неимоверно яркой парой. Они попеременно заключили Лию в объятия, бурно восхищаясь ее красотой. Как и предсказывал Бен, его они совершенно игнорировали после короткого приветствия.

– Туманный Альбион не место для таких восхитительных женщин! Перебирайтесь в Бразилию! Нам нужно больше таких красавиц, как вы!

Они явно переигрывали. Бен при первой возможности отвел Лию к роскошно сервированным и ломившимся от изысканных кушаний и вин столам. Лия отдала должное деликатесам, к несказанному удовольствию шефа, который был рядом и охотно отвечал на ее вопросы. Насытившись, они отошли к уединенному столику на двоих с бокалами вина. С огромной веранды открывался изумительный вид на залитый огнями город. Оркестр наигрывал красивую джазовую мелодию. Стоял прекрасный теплый вечер. Лия почувствовала себя расслабленной и довольной. Бен наблюдал за ней с такой соблазнительной улыбкой, что внутри у нее все таяло от желания прикоснуться к этим чувственным губам. До чего же он хорош собой, черт возьми.

– Не хочешь поблагодарить меня за столь изысканный вечер? – промурлыкал Бен.

По выражению его лица Лия легко догадалась, какой благодарности он ждет. Тем не менее ответила:

– Не дави на меня, Бен.

Он пристально посмотрел на нее:

– Хорошо, не буду. По крайней мере сейчас.

Сердце Лии ухнуло вниз. Она и сама уже не знала, как долго еще сможет ему противостоять. Да и хочет ли она этого?

– Ну и красавец, правда? – Лия вздрогнула и зарделась, поняв, что ее застали за разглядыванием Бена, который выделялся среди гостей, окружавших хозяина вечеринки, Луи.

Риккардо, породистый, седовласый итальянец, владелец нескольких эксклюзивных отелей в Бразилии, оценивающе рассматривал ее.

– Я… да, полагаю, он интересный мужчина, – запинаясь, ответила она.

Риккардо негодующе фыркнул:

– Дорогая моя, это самый сексуальный мужчина на планете. Я вам страшно завидую.

Лия улыбнулась, стараясь скрыть смущение:

– Хорошо, что Луи вас не слышит.

Риккардо лишь махнул рукой:

– Вожделеть кого-то не преступление.

– А как вы познакомились с Беном? – с любопытством спросила Лия.

– Мы знакомы тысячу лет. Мы были его первыми клиентами, когда он только начинал свой бизнес. Нам всегда были интересны новые, свежие идеи, и мы видели его работы на Манхэттене. Удивительно, что он сам достиг таких высот, хотя принадлежал к одной из самых богатых семей Америки.

Лия нахмурилась:

– Что вы имеете в виду?

Он с недоверием посмотрел на Лию:

– Неужели вы не знаете?

– Не знаю что?

– Бен родился в известной семье. Его отец – Джонатан Картер, крупнейший финансист на Уоллстрит, который в одночасье стал банкротом, когда открылись его многолетние злоупотребления и мошенничества на финансовом рынке. Из особняка в Верхнем Ист-Сайде Бен оказался в однокомнатной лачуге в Куинсе.

Лия была потрясена услышанным. Конечно, она знала, кто такой Джонатан Картер, его имя связывали с глобальным финансовым кризисом.

Как раз в этот момент Бен повернулся и взглянул поверх голов прямо на нее, пронзив взглядом, будто лазером.

Риккардо печально вздохнул:

– Я бы не пожалел ничего на свете, если бы он так посмотрел на меня.

Лия натянуто улыбнулась и направилась к Бену, чувствуя, что откровения Риккардо сбили ее с толку. Прикинув, когда это все произошло, Лия поняла, что Бен был тогда совсем зеленым юнцом.

Когда она подошла ближе, то увидела, что Бена держит за руку знойная бразильская красотка. Лия почувствовала укол ревности. В этот момент Бен свободной рукой притянул ее к себе, и Лия помимо воли обрадовалась этому жесту собственника.

Глаза соперницы недовольно блеснули, и она отошла от Бена, одарив Лию фальшивой улыбкой. Лия не привыкла к публичному выражению чувств, потому хотела отстраниться, но Бен еще теснее прижал ее к себе.

– Что ты делаешь? – испуганно спросила она.

– Думаю, что нам пора отправляться домой.

Лия огляделась вокруг и увидела, что толпа гостей сильно поредела. Было уже довольно поздно.

– Хорошо, – согласилась она.

Они тепло попрощались с хозяевами. Лия с грустью подумала, что вряд ли им доведется встретиться вновь. Но сегодня она провела прекрасный вечер и действительно получила удовольствие.

В машине Лия скинула босоножки и вытянула ноги. Она украдкой кидала взгляды на его волевой профиль.

Выехав за пределы города, Бен как бы между прочим спросил:

– И о чем это вы беседовали с Риккардо?

Лия напряглась, чувствуя себя виноватой, что проявила любопытство к его прошлому. Она и сама могла бы найти эту информацию, если бы копнула поглубже. Врожденная честность заставила ее ответить:

– Я не знала, что Джонатан Картер – твой отец.

Бен так уцепился за руль, что костяшки пальцев побелели.

– Старина Риккардо не упустит возможности посплетничать.

Лия немедленно бросилась на защиту Риккардо:

– Все было не так. Я спросила, как вы познакомились, и он упомянул… – Она запнулась, пытаясь вспомнить точные слова. Может, Риккардо действительно немножко посплетничал.

– Продолжай, – сухо обронил Бен.

Лия судорожно сглотнула.

– Он просто сказал, что восхищается вашими достижениями, особенно в свете того, что вы начали с нуля, когда ваша семья все потеряла.

Бен хранил молчание. Лия добавила:

– Далеко не все об этом знают.

Он взглянул на нее:

– Ты имеешь в виду, что эта информация не всплыла, когда ты читала обо мне в Интернете?

Лия горячо возразила:

– Это нечестно. Вы знали точно, кто я такая, когда попросили Элизабет назначить нам свидание.

В салоне автомобиля повисло напряженное молчание. Затем Бен с явной неохотой произнес:

– Подробности моего прошлого перестали всплывать в Сети, потому что перестали быть горячей новостью. Особенно после того, как отец скончался в нищете и забвении, а через год за ним последовала и мать. Злопыхатели, вероятно, посчитали, что он заплатил за все сполна.

Лия не стала выражать банального сочувствия, поняв, что ему это неприятно. Она спросила:

– Как они умерли?

– Отец допился до смерти. Он всегда злоупотреблял алкоголем. В лучшие времена он пил виски премиум-класса, а потом уже не брезговал и самым дешевым спиртным, которое не пришлось по вкусу его организму. Мама умерла от инфаркта. Она не смогла примириться с реалиями существующего мира.

Лия молчала, пытаясь осознать услышанное.

– Вы поэтому не пьете?

Бен молча кивнул. Лицо его было сурово.

Почувствовав, что пора сменить тему, Лия задала следующий вопрос:

– Почему Бразилия? Вас что-то связывает с этой страной?

Бен сдержанно взглянул на нее:

– Стало быть, Риккардо не удовлетворил до конца твое любопытство?

Лия нахмурилась:

– Он сказал, что видел ваши здания на Манхэттене…

– Да, и предложил мне участвовать в тендере на строительство одного из его отелей в Бразилии. Моя компания в то время только-только стала покрывать свои расходы.

– Сколько вам было лет?

Бен пожал плечами:

– Около двадцати пяти.

Лия попыталась скрыть изумление. Действительно, огромное достижение.

Бен продолжил:

– Я приехал в Баию посмотреть площадку. Встретился с Риккардо, и он отдал проект мне. По завершении работ я понял, что влюбился в это место. Оно послужило для меня глотком свежего воздуха. Необычное. Живое. Я решил построить здесь резиденцию для отдыха. У нас раньше была вилла на Лонг-Айленде, но, когда отец все потерял, тамошнее общество подвергло нас остракизму. Однако, как только я приобрел известность, некоторые старинные приятели отца снова нарисовались, будто ничего не произошло. Мне же совсем не хотелось туда возвращаться. То общество дурно пахнет.

Лия уловила горечь в голосе Бена. Где же были эти так называемые друзья, когда Бен нуждался в их защите и поддержке?

Она заметила как можно веселее:

– Похоже, вы приняли правильное решение.

И, почувствовав на себе его взгляд, не повернулась. Она и без того испытывала весьма противоречивые эмоции к этому человеку с их первой встречи.

Подъехав к вилле, Бен, как истинный джентльмен, помог Лии выйти из машины. Она совсем забыла, что сняла босоножки в машине, и, ступив на гравий босыми ногами, невольно вскрикнула.

Бен немедленно подхватил ее на руки, как пушинку, и понес вовнутрь.

– Вы не должны носить меня на руках, – заметила она запоздало, когда он уже почти поставил ее на ноги в холле.

У Лии кружилась голова, она не могла смотреть на него, охваченная неизвестной ей доселе эмоцией.

Бен приподнял пальцем ее подбородок и спросил, нахмурившись:

– Что случилось?

Лия с ужасом почувствовала, что вот-вот заплачет. Прикусив губу, она ответила:

– Не знаю, что со мной. Просто… Мне жаль, что с вами такое случилось. Трудно представить, через что вам пришлось пройти.

Бен на мгновение замкнулся, а затем так резко опустил ее на пол, что она нырнула вперед, едва удержавшись на ногах.

Бен отпрянул от нее и, скривив губы, сказал:

– Ты испытала ко мне жалость, узнав, как мальчик из богатой семьи попал из князи в грязи? Но сейчас все прекрасно, потому что я родился с серебряной ложкой во рту, да?

Лия ужаснулась, что он так превратно ее понял. Оскорбленная, она почти выкрикнула:

– Нет, я совсем не то имела в виду…

Но он сердито прервал ее:

– Случившееся пошло мне на пользу. Я окунулся в реальную жизнь. Мне не преподнесли успех и богатство на блюдечке с голубой каемочкой. Я создал свою компанию собственными руками и уверен, что она будет процветать.

– Я это прекрасно понимаю, – тихо сказала Лия, сожалея о том, что он неправильно ее понял.

Бен смотрел на стоящую перед ним босую женщину в слегка помятом платье, с растрепанными волосами, но тем не менее такую соблазнительную.

Он знал, что она не сноб. Его упреки были несправедливы, но он ничего не мог с собой поделать. Он никогда и никому так не открывался. Он ни с кем не откровенничал о своем прошлом, об алкоголизме отца, о слабости матери. Бен чувствовал себя на взводе.

Лия шагнула ему навстречу.

– Бен, простите, позвольте мне объяснить…

– Нет, – решительно прервал ее он, понимая, что на выдержку больше нет надежды. – Не нужно ничего объяснять. Мне больше не интересно разговаривать. Сейчас я хочу вот чего…

Лия не успела вымолвить и слова, как Бен приблизился к ней и накрыл ее рот страстным поцелуем. На долю секунды она замерла, а затем теснее прижалась к нему, отдаваясь во власть поцелуя.

Забыв обо всем на свете, она крепко обвила его шею руками. Слова утонули в бурлящей лавине страсти. Их губы слились в горячем, требовательном поцелуе. Возбуждение пронзало ее тело, как огненные стрелы, посылая импульс возбуждения в горячее, влажное лоно, грудь напряглась, соски затвердели. Бен опустил руки на ее бедра, привлекая к себе еще ближе, давая ей почувствовать всю силу своего возбуждения.

Лия оторвалась от его губ неимоверным усилием воли. Она так тяжело дышала, будто пробежала марафон.

Ей еще не приходилось испытывать ничего подобного. Она и не знала, что способна на такие чувства.

– Я не могу… – невнятно бормотала она, пытаясь восстановить дыхание. – Это слишком…

Глаза Бена дико блестели.

– Это лишь самое начало.

Схватив ее за руку, Бен увлек Лию в гостиную и усадил на диван. Она с радостью опустилась на мягкие подушки, ноги ее дрожали. Бен возвышался над ней, как скала, буравя ее пылающим взглядом, который одновременно пугал и возбуждал.

– Ты такая красивая…

Лия в смущении пыталась свести концы распахнувшегося платья, вспоминая знойную бразильскую красотку на вечеринке.

– Я не…

В этот момент он опустился перед ней на колени, немало ее удивив. Нежно развел ее бедра и устроился между ними.

– Да, ты прекрасна. Извини, что набросился на тебя с упреками. Ты этого не заслуживаешь.

Его извинение тронуло ее.

– Все в порядке…

Бен притянул ее к себе поближе, так что она полулежала на подушках. Сердце ее учащенно билось.

– Что вы делаете?

Сардонически сексуальная улыбка тронула его губы.

– То, что я хотел сделать, как только увидел тебя в этом платье.

Легким движением руки он развязал пояс на талии, распахнув половинки платья. Вспомнив, как он смотрел на нее в бутике, Лия почувствовала волнение вместо смущения.

Ее изящный кружевной голубой бюстгальтер на косточках застегивался спереди, и Бен быстро расстегнул его, отбросив в сторону. Обхватив упругую грудь, он слегка приподнял ее и обвел языком темное полукружие вокруг соска. Лия часто задышала, а Бен втянул сосок в рот. Волна наслаждения захлестнула Лию, и она забыла обо всем на свете. Она запустила руки в густую шевелюру Бена, сильнее притянув его к себе. Глаза ее были закрыты, сердце молотом стучало в груди.

Бен открыл шлюз, и ее эмоции хлынули наружу. Она не могла и не хотела останавливать его. Удовольствие затмило все ее страхи и неуверенность.

Когда Бен оторвался от набухшего бутона соска и взглянул на нее, Лия поняла, что вцепилась в его волосы мертвой хваткой.

Она в ужасе разжала пальцы, но Бен лишь улыбнулся и нежно отвел с ее лица прядь волос.

– Ты выглядишь такой чувственно противоречивой, – хрипло сказал Бен.

Его слова будили в ней желание одновременно и сбежать, и отдаться ему.

Спустившись ниже, Бен проложил дорожку из поцелуев от груди до живота и посмотрел на ее кружевные трусики.

– Мне так хочется попробовать тебя на вкус, можно?

Лия молча кивнула.

Она закрыла глаза, а Бен ловко стянул с нее трусики, залюбовавшись открывшейся перед ним изысканной наготой ее совершенного тела. В следующий момент Лия ощутила его губы на интимных складках ее горячего лона. Она едва не задохнулась от наслаждения, когда его язык коснулся бугорка Венеры и стал ласкать его. Под его настойчивыми губами и пальцами пульсация влажного лона становилась невыносимой, но Бен продолжал дразнить ее изощренными ласками. Ритмичные движения пальца вдоль нежной стенки вагины посылали импульсы удовольствия по всему телу. Не сдержав стон наслаждения, Лия содрогнулась в бурном оргазме, захлестнувшем каждую клеточку ее тела. Она почувствовала себя совершенно опустошенной, но в то же время и наполненной до краев. Ощущение было невероятным.

Глава 6

Когда Бен распрямился, сполна насытившись Лией, он с удивлением отметил, насколько она ошеломлена. Темные волосы веером рассыпались по подушке, глаза лихорадочно блестели, дыхание было прерывистым.

Он хотел было расстегнуть брюки, чтобы тоже получить удовольствие, но, проигнорировав напряжение в паху, положил руки ей на колени и спросил:

– Ты в порядке?

Взгляд ее прояснился, и она кивнула. Но он заметил, как она дрожащими руками потянулась за платьем, чтобы прикрыться. Бен слегка отстранился, чтобы она накинула платье. Жар в его груди поутих.

– Что с тобой, Лия?

Она какое-то мгновение смотрела на него обвиняющим взглядом, но он выдержал его, не моргнув. Лия выпрямилась на диване. Она молчала, прикусив губу. Наконец произнесла:

– Однажды я без предупреждения зашла в офис к жениху и увидела его с секретаршей. Он делал с ней то, что ты только что проделал со мной… – Ее голос прервался.

Бен пытался вникнуть в смысл услышанного.

– Поэтому вы разорвали помолвку? Он был тебе неверен?

Она кивнула, сгорая от стыда:

– Да, но Саймон был первым у меня…

Бен и представить себе не мог подобного развития событий. Все его представления о Джулианне Форд оказались в корне неверными. Она была совсем неопытной в любовных играх. А сейчас выглядела до боли уязвимой, хотя и пыталась это скрыть.

Вместо того чтобы пуститься от нее наутек, Бен поднялся и сел рядом с ней на диван. Ему захотелось ее защитить.

Лия взглянула на него:

– Извини. Я совсем неопытна в этих делах.

В душе у Бена разгоралась ярость.

– Что между вами было?

Лия сильно побледнела.

– Когда мы первый раз занимались любовью, мне было очень больно. Я больше не хотела с ним спать. – Лия поморщилась. – Мы не любили друг друга. У обоих были причины для помолвки. Но он сказал мне, что я фригидна, и поэтому он спит с секретаршей. Я не могла… не хотела после этого выходить за него замуж.

Бен почувствовал головокружение. Ему хотелось найти этого парня и как следует ему врезать за то, что он предал эту женщину, подорвав ее веру в себя. Бен никогда не стремился спать с девственницами, но сейчас его охватило странное чувство утраты при мысли, что ее бывший жених не понял, какое чудо попало ему в руки. Лия ни в коем случае не фригидна.

Затем он подумал о том, что она еще сказала.

– Почему ты согласилась на брак по расчету?

Лия грациозно поднялась с дивана и крепче запахнула платье, завязав его поясом спереди. Скрестив на груди руки, она сказала:

– Главным образом ради отца. Я говорила о его традиционном стремлении выдать меня замуж. Он верил, что я буду в безопасности, если обрету семью. В то время он серьезно заболел. Отец уговорил меня дать Саймону шанс, он знал, что мы некоторое время встречались. – Она пожала плечами и уставилась в пол. – Выяснилось, что такой брак устраивает нас обоих. – Она вызывающе уставилась на Бена. – В тот момент мне казалось, что это хорошая идея.

– Не нужно меня убеждать, – с горечью ответил Бен. – Я видел, что стало с браком родителей, как только возникла кризисная ситуация. У меня нет иллюзий по поводу романтического идеала.

Оба долго молчали. Затем Лия отступила назад.

Бен поднялся.

– Куда ты собралась?

«Надеюсь, что подальше от тебя», – пронеслось в голове у Лии.

Она была готова к тому, что земля разверзнется у нее под ногами из-за ее признаний. Она винила Бена в том, что он выжал из ее тела такую реакцию, которой она сама от себя не ожидала.

Он смотрел на нее так, будто у нее выросло две головы. Мысль о том, что он жалеет ее после всего того, что она ему рассказала, была унизительна. Меньше всего Лия хотела, чтобы он ее жалел.

Пытаясь сохранить остатки самообладания, она ответила:

– Пойду спать.

Бен покачал головой:

– Мы еще не закончили.

Лией овладело волнение и беспокойство. Бен, безусловно, альфа-самец. Может быть, он рассматривает ее как вызов.

– Послушай, я понимаю, что обманула твои ожидания, когда ты рассчитывал на короткую любовную интрижку на выходные. Но мы, кажется, уже обсудили, что я не из того теста, что твои обычные женщины. – С этими словами она намеревалась покинуть гостиную. Под его буравящим взглядом она чувствовала себя обнаженной. Как же она была права, что опасалась его с самого начала!

Но Бен остановил ее, развернув к себе лицом:

– Нет других женщин. Только ты. Хочешь сказать, что ты меня не хочешь?

От этих слов Лию бросило в жар.

«Только ты», – повторила она про себя. И как она может отрицать, что хочет его, когда он только что довел ее до оргазма одними лишь поцелуями и ласками.

Она натянуто сказала:

– Ты правда мне ничем не обязан. Если ты из жалости…

Он так крепко сжал ее руки, что она замолчала. Он выглядел ошеломленным.

– Жалость? С чего ты взяла? Поверь, я страстно хочу тебя, Лия. Я могу заживо сгореть, если не получу тебя. И это отнюдь не жалость, это вожделение в чистом виде.

Неожиданно барьеры рухнули. Он звал ее.

Лия занервничала.

– Я недостаточно опытна для тебя. Я тебя разочарую.

Он пронзил ее горящим взглядом:

– Ты не можешь меня разочаровать, Лия. Даже если бы попыталась. Что же до неопытности, то такого понятия не существует, для меня главное, чтобы партнеры подходили друг другу. И ты не фригидна. Тот парень был полным идиотом, что не распознал, с какой драгоценностью имеет дело.

Слова Бена проникли глубоко в душу Лии и растопили ее неуверенность в себе, так долго лежавшую тяжким грузом на сердце.

– Я хочу тебя, как никогда не хотел никакую женщину. Но если ты откажешься заниматься со мной любовью, я отпущу тебя.

Он взял ее за локти и нежно притянул к себе. Если у Лии и оставались еще сомнения, они тут же развеялись, когда она почувствовала твердую выпуклость, упирающуюся в ее мягкий живот.

Сердце Лии бешено колотилось, а в животе порхали бабочки.

– Не могу тебе этого сказать.

Бен явно напрягся.

– Не можешь сказать чего?

Посмотрев ему прямо в глаза, Лия утонула в синем омуте страсти.

– Что я не хочу тебя.

Не говоря больше ни слова, Бен подхватил ее на руки и понес наверх, в спальню. Лия мельком отметила, что его спальня такая же роскошная, как и у нее, но выполнена в более мужских тонах. Ее взгляд упал на огромную кровать, и во рту у нее пересохло.

Какая-то часть Лии хотела вырваться из объятий Бена и пуститься наутек, но другая непременно желала остаться и быть сильной. Отвергнутая матерью в детстве, а потом и бывшим женихом, Лия растеряла уверенность в себе и боялась быть отвергнутой снова. Настала пора обрести женское достоинство.

Бен опустил ее на пол у изножья кровати и попросил глубоким, чувственным голосом:

– Не пора ли освободиться от этого платья?

Лия перевела взгляд на свои руки, судорожно сжимавшие пояс платья, и развязала его. Невесомый шелк синим облачком спустился к ее ногам, открывая взору Бена совершенную фигуру.

Он заворожено уставился на Лию, которая боролась с желанием прикрыть наготу руками.

– Как ты прекрасна, – пробормотал он.

Лия вытянула руку и легонько дотронулась до его широкой и сильной, мускулистой груди.

Бен с шумом втянул в себя воздух, а руки Лии продолжали порхать по его груди, спускаясь ниже, к плоскому животу. Она по-кошачьи провела ногтями и подушечками пальцев по его груди, коснувшись плоских сосков. Бен снова втянул в себя воздух и прихватил ее за затылок, запутавшись пальцами в густых каштановых волосах. Лия взглянула ему в глаза и почувствовала наркотическое опьянение.

Не отрывая от него взгляда, Лия нашла пряжку ремня и расстегнула ее, за ней последовала молния. Она чувствовала пульсацию его напряженной плоти через ткань брюк, и это возбуждало. Горячая волна окатила ее увлажнившееся лоно. Она спустила брюки с его бедер. На секунду оторвавшись от нее, Бен выступил из них, снял трусы и предстал перед Лией в обнаженном величии мужской красоты. Лия никогда раньше не чувствовала себя такой женственной и сексуальной.

Не узнавая себя и не в состоянии противостоять желанию, она обхватила рукой его набухший член и начала нежно массировать. Кожа на ощупь была мягче бархата. Затем она погладила круговыми движениями влажную головку пениса.

Бен отвел ее руку.

– Я долго не продержусь, если ты продолжишь эти ласки, – хрипло сказал он.

Потянув Лию за руки, Бен уложил ее на кровать и сам последовал за ней. Лия задрожала всем телом, почувствовав его напряженный член на внутренней поверхности бедра. Она снова вспомнила про дискомфорт, испытанный с бывшим женихом. Будто читая ее мысли, Бен осторожно раздвинул ее бедра чуть шире, удобно устроившись между ними. Нависая над ней на локтях, он обхватил руками упругие полушария ее грудей и поглаживал затвердевшие соски большими пальцами, прежде чем по очереди одарить их лаской горячего влажного языка.

Огонь вожделения буквально пожирал Лию, которая тихо постанывала от прикосновений Бена. Ей хотелось выгнуть спину, но крупное тело Бена буквально пригвоздило ее к кровати, и он продолжил сладкую пытку. Оторвавшись от ее грудей, он сосредоточился на влагалище, лаская его головкой возбужденного члена. Неожиданно Бен выругался себе под нос и скатился с Лии.

Тяжело дыша, Лия приподняла голову.

– Что-то не так? – тревожно спросила она. Лия похолодела от ужаса, представив, что не подходит Бену, но в следующий момент успокоилась, поняв, что Бен потянулся к ящику в прикроватном столике, чтобы надеть презерватив.

– Перестань мучить меня, Бен, – умоляюще прошептала Лия.

Бен добрался до шелкового треугольника между бедер и через секунду был уже в ней. Нащупав нежный чувствительный вход, он выдержал паузу, давая ей время приспособиться к нему, а затем вонзил большой твердый член в тугой канал. Лия ахнула, принимая его, и уже не сдерживала криков наслаждения, сопровождавших сильные, глубокие толчки. Ритм становился все чаще, стремительнее, раскручивая пружину возбуждения, пока Лия не вознеслась на вершину оргазма, упиваясь невероятными ощущениями. Она едва расслышала выкрик Бена, когда и он содрогнулся в пароксизме наслаждения.

Лия проснулась совершенно сбитая с толку. Она поняла только, что это не ее спальня и не ее кровать. Тело немного ныло от незнакомой боли, и память вернула ее к прошедшей ночи.

Приближался рассвет. Осторожно повернув голову, Лия увидела растянувшегося у нее под боком, великолепного в своей наготе Бенджамина Картера.

Лия чувствовала себя наполненной и удовлетворенной. Бен пробудил в ней настоящую чувственную женщину. Он проник в самые затаенные уголки ее души, заставив поверить в себя.

Но как же быстро она капитулировала, не устояв перед его обаянием и сексуальным магнетизмом! Он подчинил своей воле не только ее тело, но и разум. Он глубоко проник в ее душу. Такого она еще никому не позволяла. Ее обуял шквал разных эмоций: страх, ликование, надежда.

На слове «надежда» она споткнулась и вернулась с небес на землю. Надежда на что? На то, что не будет отвергнута, если откроет кому-то свое сердце? Ей вспомнились слова Бена: «Я не тешу себя иллюзией мифа о романтическом идеале». В этом она была с ним согласна, пыталась уверить себя Лия. Хотя на долю секунды в ней зародилась надежда о таком идеале. А это опасно.

При мысли о том, что Бен непременно заметит ее надежду, она похолодела и решила действовать. Она ни за что не покажет Бену слабость.

Лия бесшумно выскользнула из кровати. Бен пошевелился во сне, хмурясь чему-то, но затем снова расслабился и повернулся на другой бок.

Бенджамин Картер умудрился легко прорвать оборону, которую она так тщательно выстроила вокруг себя. Ей нужно бежать от него за тридевять земель и никогда не попадаться ему на глаза.

На следующее утро Бен проснулся с недобрым предчувствием. Лии рядом не было, из ванной комнаты тоже не доносилось ни звука. Наспех натянув шорты, он обошел виллу, но ее нигде не было видно.

Бен собирался предложить ей остаться еще на день. Он знал, что хочет ее, но не ожидал, что между ними вспыхнет такая всепоглощающая страсть. Бен решился посвататься к ней. Раз она уже думала о браке по расчету, то почему бы не сделать еще одну попытку, несмотря на крах первой. Брак много значил для ее отца, а отец много значит для нее. Лия Форд не банальная девица высшего света, какой он представлял ее себе сначала. Она умна, проницательна, умеет сострадать и обладает страстной натурой.

Он вспомнил о том ужасе, который испытал, решив, что ему надо жениться и остепениться для улучшения имиджа. Сейчас идея взять в жены Лию Форд казалась весьма привлекательной.

Бен понял, что серьезно недооценивал роль женщины, подобной Лии, в жизни и карьере мужчины. У них есть общие цели и идеалы. Чем больше он об этом думал, тем меньше хотел иметь кроткую и послушную жену. Ему нужна темпераментная, энергичная женщина, способная отстоять свою точку зрения и постоять за себя. В Лии этих качеств было с избытком. К собственному удивлению, Бен впервые задумался о потомстве. У него защемило в груди при мысли о синеглазом малыше или малышке с темными волосиками.

Раньше подобные мысли его никогда не посещали. Пример неудачного брака родителей саднил, как незаживающая рана. Он не хотел, чтобы его дети испытали страдания, подобные тем, что выпали на его долю. С Лией он может создать крепкую семью.

На кухне ее тоже не было. Бен старался не обращать внимания на растущее беспокойство. Он ценил независимость Лии и то, что она не липнет к нему каждую секунду, как другие подружки, но сейчас он просто хотел ее найти.

Неожиданно он с облегчением подумал, что Лия на пляже, и быстро направился туда. К его разочарованию, белый песок был девственно-чист: ни яркого зонтика, ни шезлонга, ни следов Лии.

За его спиной послышались шаги. Бен резко обернулся, но это была Эсме с охапкой цветов, которые она несла на виллу.

– Доброе утро, босс. Долго спите, на вас не похоже, – улыбнулась она.

Бен последовал за ней в дом.

– Ты видела Лию?

Эсме нахмурилась:

– А вы разве не знаете?

– Не знаю чего? – спросил Бен с плохо скрытым раздражением.

Эсме аккуратно положила на стол экзотические цветы и с невинно-насмешливым видом ответила:

– Она уехала рано утром. Меня подвозил Джо, и она вместе с ним уехала в Салвадор. Сказала, что ей нужно попасть на первый рейс до Нью-Йорка, а потом в Англию. Я думала, вы знаете… Она сказала, что не хотела вас будить, и оставила записку. Я отнесла ее к вам в кабинет.

Он наблюдал, как Эсме расставляет цветы, пребывая в недоумении и растерянности. Ни одна женщина не уходила от него, тем более дважды.

Бен быстро вышел из гостиной и направился в кабинет. На столе он увидел сложенный вдвое лист с его именем, выведенным типично женским почерком.

Записка гласила:

«Дорогой Бен!

Еще раз благодарю за щедрый благотворительный взнос. Полагаю, что я выполнила условия сделки. Выходные закончились, и наши отношения тоже, не так ли? Спасибо за прекрасный отдых на вилле. Мне очень здесь понравилось. Вряд ли мы встретимся снова.

С наилучшими пожеланиями,

Лия Форд».

На сердце Бена легла тяжесть. Намек на то, что она переспала с ним, выполняя условие сделки, а не потому, что хотела его, был ему очень неприятен.

Он в ярости скомкал листок бумаги.

Он снова недооценил ее. Но и она его недооценивает, если считает, что они больше не встретятся. Он найдет ее, и на этот раз ей не удастся сбежать от него. Она идеально ему подходит. И он ни за что не упустит ее снова.

Глава 7

– Где ваш отец, Лия? Надеюсь, он не заболел снова?

Лии до смерти хотелось стереть эту гнусную ухмылку с лица одного из основных конкурентов отца, который явно подразумевал обратное. Вместо этого она ответила, блаженно улыбаясь:

– Разумеется, он здоров, Джордж. Просто у него сегодня более важное мероприятие. По правде говоря, я удивлена видеть вас здесь. Разве вы не знаете, что сегодня профсоюз строителей устраивает ежегодный зимний бал?

Румяное лицо Джорджа побагровело, и он пробормотал:

– Конечно, я знаю. Но обычно не посещаю подобные мероприятия…

«Поэтому ты не такой успешный, как отец», – подумала про себя Лия, а вслух сказала:

– Многие так поступают, но не мой отец. Он всегда на этом балу вместе со своими служащими и рабочими, и они любят его за это.

Конкурент отца так быстро ретировался, что Лия едва не расхохоталась. Конечно, такая издевка была не совсем уместной. По правде говоря, отец предпочел профсоюзный бал во избежание встречи здесь со стервятниками, мучающими его вопросами о здоровье.

Лия только что получила от отца эсэмэску:

«Я уже дома. Не беспокойся. Держи за меня оборону, дорогая».

Лия вздохнула. Она всю жизнь это делает. Отец так и не оправился до конца от предательства матери, покинувшей их обоих. Лия немедленно подавила в себе приступ жалости. Никто не должен заметить ее слабость на сегодняшнем эксклюзивном благотворительном вечере.

Она снова нацепила на лицо дежурную улыбку при виде приближающихся к ней конкурентов отца, хищный взгляд которых был заметен издалека. В этот момент она заметила периферийным зрением высокую фигуру, и ее сердце остановилось в буквальном смысле слова.

В дверях возвышался Бенджамин Картер собственной персоной. В классическом черном смокинге, он явно кого-то высматривал в толпе гостей. Наконец его пристальный синий взгляд упал на нее и остановился. Лию будто ударило электрическим током.

Все вокруг замерло. Она слышала, что к ней кто-то обращается, но понятия не имела, о чем ее спрашивают.

Казалось, что с момента их встречи прошли лишь секунды, а не целая неделя. Ее сердце громко колотилось, пока он шел к ней. Лия не могла оторвать от него глаз: высокий, породистый, загорелый, он явно выделялся из толпы бледнолицых британцев. Он быстро приближался к ней размашистым шагом. Гости расступались перед ним. Женщины возбужденно перешептывались.

Не отрывая от нее глаз, Бен произнес:

– Господа, прошу прощения за непрошеное вторжение в вашу беседу, но у меня неотложное дело к мисс Форд.

Крепко ухватив Лию под локоть, Бен повел ее к выходу. Вожделение, охватившее ее от его прикосновения, доказывало, что она не грезит наяву.

Лия подхватила подол черного шелкового платья, чтобы не споткнуться. Она мельком увидела их отражение в зеркале. Рядом с Беном она выглядела Дюймовочкой в облегающем платье с открытыми плечами и забранными вверх волосами.

Ее мгновенно охватила паника. Если он догадается, как глубоко проник в ее душу… Смятение усилилось. Лия пыталась упираться и вырывала руку, но хватка Бена была железной.

Они остановились в холле. Напускная светскость мигом слетела с его лица. Бен буравил ее свирепым взглядом. Он был очень зол. Лия ничуть не испугалась и в свою очередь разозлилась. Зачем он появился, снова нарушив ее душевное равновесие?

– Какого черта тебе здесь надо? – воинственно спросила она. – Ты на моей территории.

Бен вскинул соболиную бровь и отвесил театральный поклон.

– Прошу прощения, леди Форд. Вы владелица данного отеля?

Лия залилась румянцем.

– Нет, конечно. – Затем парировала: – Нас ждет частный самолет на лужайке позади отеля? Ты запланировал еще одно похищение?

Он по-прежнему крепко держал ее за руку, а другой обхватил за талию и притянул ближе к себе. Лия запылала, почувствовав его нарастающую эрекцию. Его глаза заблестели, когда он увидел ее волнение. В холле было довольно многолюдно, и Лия проклинала себя, что позволила себе эту стычку, не дождавшись более подходящего места и времени.

– Ты задала мне вопрос.

Лия нахмурилась:

– Какой вопрос?

– Позволю себе процитировать твое благодарственное письмо: «Выходные закончились, и наши отношения тоже, не так ли?»

Лия залилась румянцем.

– Это был риторический вопрос.

Бен покачал головой:

– Как бы не так. Но, кажется, теперь я на него ответил.

– Каким образом?

Он слегка потерся о ее бедра, не оставив сомнений в своих намерениях, а затем гортанно произнес:

– Предлагаю немедленно пойти со мной, или ты хочешь, чтобы твои коллеги посмотрели шоу, которое предпочитают смотреть в одиночестве?

Шестым чувством Лия поняла, что он хочет ее, как и она его.

В этот момент открылись двери лифта, и Бен увлек ее внутрь кабины. Лифт поехал наверх. Бен заполнил собой почти все пространство кабины. Лия снова почувствовала приступ паники. Теперь ей негде спрятаться.

– Это безумие, Бен. Ты не можешь двигать меня, как пешку, куда хочешь и когда хочешь.

Он стукнул ладонью по кнопке, и лифт застрял между этажами. Бен отпустил ее руку и взял ее в плен своих рук, положив их на стену с обеих сторон от нее.

– Мне нужно кое-что обсудить с тобой, – проговорил он таким низким и глубоким голосом, что Лия почувствовала растущее вожделение. – Прежде всего о том, что наша интрижка окончилась…

У Лии перехватило дыхание.

– Так это была всего лишь интрижка? – вызывающе спросила она.

– Неужели ты и правда думаешь, что я отвалил такие деньжищи, только чтобы затащить тебя в постель?

Лии хотелось увернуться от его пронзительного взгляда. Конечно, она так не думала. Ей отчаянно хотелось знать его истинную цель. И еще ей было страшно признаться самой себе, чего хочет она. Лия так долго выстраивала свою оборону, что однажды даже согласилась на брак по расчету.

Лия качнула головой:

– Нет, я так не думаю.

Губы Бена растянулись в медленной сардонической ухмылке. У Лии подкашивались ноги. Он никуда не уедет.

Может, он вернулся, чтобы завершить то, что началось между ними в Бразилии? Еще одна ночь любви? Или две? Ведь он не сторонник длительных отношений, так?

Да и она тоже. Зря она сбежала с виллы. Надо было остаться и отдаться страсти до конца.

Сумбурные мысли привели к единственному выводу: Лия прекратила бороться с очевидным. Вся ее решимость растаяла, и она нырнула в омут страсти с головой.

– Поцелуй меня, Бен.

Он хитро улыбнулся, принимая ее капитуляцию, и, обхватив ее лицо ладонями, приник к ней в бесконечном поцелуе, от которого замирало сердце и останавливалось дыхание. Его губы были мягкими, а поцелуй на удивление нежным. Обвив его шею руками, Лия приподняла подбородок, словно просила о большем. Его руки скользнули вниз и легли на ее упругие ягодицы, слегка приподнимая ее над полом.

– Обхвати мои бедра ногами, – попросил он сквозь поцелуй.

Она подчинилась и почувствовала, как его ладонь проникла под кружевные трусики и погладила интимные складки. Лия едва слышно застонала. Поддерживая ее одной рукой за попку, другой рукой он нырнул в глубокий вырез платья и, вынув тугое полушарие, стал медленно поглаживать большим пальцем розовый бутон соска. Лия кусала губы.

– Пожалуйста… – умоляла она. – Дотронься до меня, как раньше.

Он улыбнулся и, опустив голову, провел губами по набухшему соску.

– Так? – невинно спросил он, посмотрев на нее.

– Да, – простонала Лия, – продолжай же, черт бы тебя побрал!

Его глаза сверкнули, и, наклонившись, он втянул сосок губами в рот. Ей страстно захотелось немедленно почувствовать его внутри себя.

В этот момент она увидела себя в зеркале: растрепанная, полураздетая, с припухшими губами и безумным взглядом, темная голова Бена у ее груди. Лия пробормотала:

– Мы не можем заняться любовью в лифте.

Бен собрался возразить, но потом передумал и слегка отстранился, к разочарованию Лии.

Она храбро продолжила:

– Вообще-то я никогда не занималась любовью в лифте… Идея кажется заманчивой.

Но Бен упрямо покачал головой:

– Ну уж нет. Не хочу прослыть грубым американцем, совершившим вопиющее преступление в одном из самых фешенебельных лондонских отелей.

«И вовсе он не грубый», – пронеслось в голове у Лии, когда Бен разнял ее ноги и опустил их на пол. Она с трудом держалась на ногах и с опозданием заметила торчащую из декольте обнаженную грудь.

Лифт снова двинулся наверх. Лия быстро привела себя в порядок. Как раз вовремя, потому что двери открылись и вошла пожилая пара, ворчавшая, что пришлось так долго ждать. Лия подавила готовый вырваться наружу смех, а Бен крепко взял ее за руку. Они вышли на следующем этаже. Оказалось, что Бен забронировал здесь номер. В душе Лии снова забрезжила надежда, которую она всеми силами старалась подавить со времени своего бегства из Бразилии.

Закрыв дверь изнутри, Бен прислонил Лию к стене, приподнимая ее, чтобы ей было удобнее обвить его ногами за талию.

– Ну, так на чем мы остановились? – гортанно спросил он.

Занимался рассвет, когда Лия проснулась. Несколько секунд она лежала неподвижно, прислушиваясь к приятным ощущениям в теле. Шелковое платье небрежно свешивалось с кресла, а нижнее белье разбросано по полу.

Она покраснела при воспоминании об их бурном сексе прямо у двери люкса, а потом был второй раз, более томный… и третий.

Повернув голову, она увидела раскинувшегося рядом Бена в бесстыдной наготе своего мужского великолепия. Ее охватило чувство дежавю. У нее закружилась голова и сжалось сердце. Она сделала одно инстинктивное движение и тут же почувствовала его ногу на своем бедре, а рука Бена легла ей на грудь.

– И куда это мы собрались? – промурлыкал он, теребя кончиками пальцев ее уже напрягшийся сосок.

Лия едва сдержала стон и положила свою руку поверх его ладони, но это не помогло.

Вся показная смелость Лии мгновенно испарилась в холодном свете наступившего утра.

– Мне пора.

Бен продолжал ласкать ее грудь, словно не слышал ее слов. Он слегка передвинул свое бедро, чтобы Лия почувствовала его эрекцию.

– Думаю, что это плохая идея, – проронил он, проводя дорожку из поцелуев вдоль ее обнаженного плеча и спускаясь ниже, к груди. Его пальцы ласкали один сосок, а горячий рот ласкал другой.

На этот раз Лия не сдержала стон. Ее сопротивление исчезло, когда его длинные пальцы погрузились в ее горячее, влажное лоно, доказывая, что она снова готова принять его.

Бен самодовольно улыбнулся. Раздраженная собственной слабостью, Лия вдруг резко поднялась и оседлала его, заведя ему руки за голову. Она знала, что он легким движением может от нее освободиться. Тем не менее эта позиция создавала иллюзию власти над его телом. Слегка приподнявшись и отодвинувшись назад, Лия почувствовала головку его возбужденного члена в промежности. Она стала ритмично двигаться, скользя по его возбужденной плоти. Зрачки Бена расширились, на лбу выступили капельки пота.

– Колдунья, – пробормотал он, и Лия остро почувствовала его мощную эрекцию.

Затем он легко подмял ее под себя, ловко надел презерватив и в следующую секунду мощным толчком вошел в нее. Ритм становился все чаще, стремительнее, пока оба не содрогнулись в сокрушительном оргазме. Дрожа всем телом, Бен обвил Лию руками и ногами, а она почувствовала, что целиком в нем растворилась.

Накинув банный халат после душа, Лия испытала умиротворение. Когда она проснулась, Бена рядом не было. Она увидела его в гостиной, одетого в темные брюки и тонкий серый джемпер, не скрывавший рельефных мышц. Он разговаривал по мобильному, стоя у окна. Лия прошмыгнула в ванную.

Она не взглянула на себя в зеркало, не желая видеть последствия бурно проведенной ночи и раннего утра. Лия гнала от себя опасные мысли, как то: «Зачем он действительно сюда приехал? И что теперь будет?»

Когда она вошла в гостиную, Бен сидел за столом и читал газету. Увидев Лию, он отложил газету. Она почувствовала пронзающий взгляд его ярко-синих глаз даже сквозь толстый банный халат.

– Я заказал для тебя кое-какую одежду.

Ей была приятна его забота. Лия испытала облегчение, что ей не придется выходить из отеля среди белого дня в вечернем наряде.

– Спасибо, я компенсирую стоимость.

Глаза его недобро сверкнули, но он промолчал. Лия села за стол, уставленный разными блюдами.

– Я не знал, что ты любишь на завтрак, поэтому заказал на выбор.

Лия проскользнула за стол, избегая его взгляда.

– Пока только кофе, спасибо.

Бен взял кофейник и налил чашку ароматного кофе. Она не могла оторвать взгляд от его крупных мужских рук. Она пыталась подавить смущение при мысли, как эти руки касались ее ночью.

Наконец она решилась на него посмотреть и спросила:

– Ну и какие у тебя планы в Лондоне?

Губы Бена тронула чувственная улыбка.

– Я приехал к тебе, Лия. Ты и есть мой план.

Признание, что он приехал ради нее, обезоружило и ошеломило Лию. Эмоции захлестнули ее, и ей захотелось оттолкнуть его.

Она со звоном опустила тонкую фарфоровую чашку на блюдце.

– Ты не ждешь, что я брошу все, чтобы обслуживать тебя. У меня есть работа и своя жизнь.

Глаза Бена сузились.

– Ты работаешь на отца. Ты всегда хочешь оставаться его эмиссаром, как на вчерашнем благотворительном вечере?

Лия немедленно ощетинилась:

– Это наш семейный бизнес.

– А как же твои планы начать собственную карьеру?

Она немедленно пожалела, что поделилась с ним своими планами.

– Не думаю, что ты приехал для обсуждения моей карьеры.

Бен пошел на уступку:

– Нет. Но у меня есть офис в Лондоне. Я решил воспользоваться возможностью проверить работу моей здешней команды. У нас в разработке ряд проектов. Я проведу несколько встреч, пока нахожусь в Лондоне.

Лия мысленно обругала себя, что не догадалась про его лондонский офис и не удосужилась проверить.

Бен подался вперед:

– Но главным образом я хочу узнать тебя поближе, Лия. Вот почему я здесь.

Ее глупое сердце затрепетало от тайной надежды. Она сбежала из-за этого из Бразилии, а он снова поймал ее. Лия боялась, что у нее не хватит сил уйти еще раз. И он прекрасно об этом знает.

Бен почувствовал себя триумфатором, когда Лия не выскочила из-за стола при сообщении, что он хочет провести с ней время, хоть и не подал виду.

Несмотря на то что вчера она сдалась, Бен знал, что утром она будет корить себя за проявленную слабость. И еще он знал, что успехом обязан своему натиску и тому, что заманил ее в засаду.

Он все еще переживал их встречу после недельной разлуки. Бен планировал приехать в Лондон, встретиться с Лией, поухаживать за ней, доказать, что хочет узнать ее получше, а затем посвататься.

Но как только он увидел ее на благотворительном вечере, в нем проснулся первобытный инстинкт пещерного человека. Он немедленно захотел ее взять и был близок к этому в лифте…

Он заметил, что Лия снова закрывается от него.

Бен покачал головой:

– Не делай этого, Лия.

Она выглядела слегка обеспокоенной.

– Не делать чего?

– Не отгораживайся стеной безразличия.

Прежде чем Лия успела что-либо возразить, Бен потянулся к ней и пересадил к себе на колени, подавив невольный стон, когда ее ягодицы коснулись его чувствительной плоти. Всякий раз при виде Лии его охватывал зверский сексуальный голод.

Он знал, что, если бы не имел в отношении нее серьезных намерений, ему пришлось бы бежать на край света, чтобы спастись.

Бен уверил себя в том, что Лия – часть его плана. Она важна для него, поскольку представляет строительную компанию, в сотрудничестве с которой он заинтересован. То, что между ними сильное сексуальное притяжение, играло ему на руку, и Бен собирался использовать это обстоятельство на полную катушку.

Лия настороженно взглянула на него, будто прочитав его мысли:

– Что мы здесь делаем, Бен?

Спроси его об этом другая женщина, он бы бросился наутек. Но сейчас ему совсем не хотелось сбежать.

– Ну, для начала мы не покинем этот номер все выходные. – Он сразу понял, что она станет возражать, и тут же продолжил: – Послушай, мы совсем не такие, какими представляли себе друг друга, согласна?

Она медленно кивнула:

– Похоже, это так.

Бен помассировал ей спину одной рукой, а другой слегка нажал на бедро, видя, как в ее глазах загорается огонь. В случае необходимости он готов без зазрения совести использовать свой богатый арсенал для соблазнения Лии.

– Я хочу получше тебя узнать. Мы пылаем такой страстью друг к другу, что нам трудно расстаться. Давай проведем вместе уик-энд. – Про себя Бен решил, что к концу выходных Лия согласится стать его невестой. Женщины обожают романтические выходные.

Его рука скользнула под халат и поглаживала шелковую кожу ее бедра. Он почувствовал незамедлительную реакцию ее тела.

Она положила ему руки на грудь и хрипло проговорила:

– Послушай, я…

Не договорив, она прикусила губу, когда его рука нырнула в ее влажное и горячее лоно. Лия свирепо посмотрела на него, но он лишь безмятежно улыбался.

– Черт бы тебя побрал, Бен.

– Так что ты ответишь на мое предложение? – Его рука продолжала ласкать интимные складки, подбираясь к самому чувствительному бугорку. Он был безжалостен, но Лия не останавливала его.

Бен чувствовал ее возбуждение, смешанное с решимостью не поддаваться ему.

– Значит, только выходные, говоришь?

Бену хотелось зарычать. Она всегда устанавливает границы. Но он сдержался. Через пару дней границы сотрутся.

– Да, только выходные, – слукавил он. Ему удалось затащить эту женщину в постель, значит, он соблазнит ее и на замужество.

Она так долго и пристально смотрела на него, что Бену захотелось отвести взгляд. Неожиданно Лия резко повернулась и оседлала его.

Склонив голову набок, она кокетливо сказала:

– Для такого улетного уик-энда на тебе слишком много одежды…

С этими словами она взялась за низ джемпера и потянула его вверх. Бену не оставалось ничего, как поднять руки, и джемпер оказался на полу.

Лия в очередной раз его удивила. Он посмотрел на ее лучезарную улыбку, и в его душе что-то дрогнуло. Бен старался сосредоточиться на физической стороне.

Он легко развел ее руки в стороны и, распахнув халат, накрыл ладонями нежные полушария. Лия непроизвольно ахнула. Под настойчивыми ласками губ и пальцев розовые бутоны сосков налились и затвердели. Лия встала с его коленей и лихорадочно расстегивала ему брюки. К тому времени, как он надел защиту и слился с ней в объятии, оба дышали так, будто только что пробежали марафон. Банный халат полетел на пол. Бен вонзался в ее податливое влажное лоно снова и снова, крепко держа ее за спину. Лия сводила его с ума, вознося на вершину блаженства. То, что раньше рисовало его воображение, было бледной копией того, что с ним происходило наяву. Всего несколько минут спустя после соития их тела содрогнулись в бурном оргазме.

Бен беспомощно уткнулся головой в груди Лии. Она вцепилась руками в его густую шевелюру. Он все еще был глубоко внутри ее и чувствовал посторгастические вибрации ее тела.

Он понял, что не сможет вырваться из ее объятий, даже если бы очень этого хотел.

Когда Бен наконец обрел способность двигаться, он взглянул на Лию и понял, что, несмотря на разрушительную страсть, она способна ускользнуть от него.

Такого не должно случиться. Бен не намерен потерять такое драгоценное приобретение.

– Какой сегодня день? – сонно спросила Лия, чувствуя, как пальцы Бена бегут по ее позвонкам.

Удивительно, но даже от такого прикосновения ее тело начало покалывать, и она застонала.

Собрав все силы, она повернулась к нему лицом и натянула на себя простыню. Он поднял руки вверх с выражением невинности на лице. Если можно назвать невинностью образчик мужского великолепия с пробивающейся темной щетиной на скулах. Он был таким искусным любовником, что заставлял ее делать немыслимые вещи. Время остановилось. Но Лия не заметила бы, даже если весь мир рухнул.

– Ты не ответил на мой вопрос.

– Вечер воскресенья. И я не вынесу еще одного заказа еды в номер.

В голове у Лии все кружилось. Конечно, она знала, какой сегодня день, но услышать от Бена, что они почти три дня подряд наслаждались друг другом, дорогого стоило. Бен открыл в ней такую чувственную женщину, что часть ее сердца была отдана ему навеки.

Уцепившись за его слова, как за спасительный якорь, который позволит выбраться из этого интимного пространства, Лия сказала:

– Я знаю одно местечко недалеко отсюда…

Бен улыбнулся и сдернул с Лии простыню. Она заверещала, когда он с легкостью поднял ее на руки. Бен принес ее в ванную и поставил на пол, а сам включил душ. Лия замерла в сладостном ожидании.

Под тугими струями воды он мягко втирал шампунь в ее волосы, массируя голову. Лия была рада, что он не видит ее лица. Она внезапно загрустила. Их чудный уик-энд подходил к концу.

Она сбежала от него из Бразилии, потому что он проник ей под кожу… а теперь? Лия прикрыла глаза и старалась не думать о том, что отдала Бену Картеру не только часть души.

Он повернул ее лицом к себе, но Лия не открывала глаз, пока его умелые руки исследовали ее тело. Она отчаянно твердила себе, что вожделение затмило ее разум, поселив в голову безумные мысли.

В какой-то момент она даже разозлилась: как ловко он совратил не только ее тело, но и душу. Черт бы его побрал. Ей так не хотелось повторить участь отца и стать отверженной. Но Бен джентльмен. Он не допустит грубости. Их расставание будет приятным, а прощальный поцелуй сладким…

Рука Бена, мягко водившая губкой по внутренней поверхности ее бедер, отвлекла Лию от грустных мыслей, и тело ее предательски задрожало от его прикосновений.

– Посмотри на меня, Лия, – властно сказал он.

И хотя это было последнее, что ей хотелось сделать, она открыла глаза и смотрела прямо на него, пока он умелыми пальцами не довел ее до очередного оргазма. Лия громко вскрикнула, выплеснув наружу свои страхи.

Глава 8

Возможно, Лия и пожалела бы, что привела Бена в свой любимый ресторан, если бы не умирала от голода и физически не ослабла от полученного удовольствия.

Она окинула взглядом простые каменные стены с пожелтевшими от времени черно-белыми фотографиями с видами Италии. На небольших столиках, накрытых клетчатыми скатертями, красовались вазочки с букетиками искусственных цветов.

Лия чего-то застыдилась, хотя Бен в потертых джинсах и тонком шерстяном свитере гармонично смотрелся в данной обстановке. Тем не менее она с вызовом сказала:

– Наверное, ты привык к более изысканным заведениям. А здесь все просто, но еда замечательная.

– Если бы я знал, что ты любишь дешевые места, я бы отвез тебя на побережье Джерси, а не в Бразилию.

У Лии участился пульс от его поддразнивания.

Затем он наклонился к ней поближе и заговорщическим тоном прошептал:

– Да будет тебе известно, что я подавал пиццу и лазанью голодным жителям Нью-Йорка, пока учился в колледже.

Лия не преминула ухватиться за предоставленную возможность узнать о Бене побольше.

– Как ты попал в колледж?

– Из приемной семьи.

Лия кивнула. Бен знал, что она не сноб, ей просто любопытно, с чего он начал восхождение к вершинам бизнеса.

Подали закуски. Бен попробовал кальмара в кляре.

– После смерти родителей я оказался в приемной семье в Куинсе.

Лия нахмурилась:

– Неужели не было родственников или друзей, которые могли бы позаботиться о тебе?

Глаза Бена потемнели, и Лия вспомнила его рассказ о том, что друзья отца отвернулись от него, как только он потерял состояние.

– Мои родители были единственными детьми, а их родители уже умерли. Моя мать долго не могла забеременеть. Я родился с помощью ЭКО.

Лия съела несколько ложек супа, не чувствуя вкуса. Она сосредоточенно слушала рассказ Бена. Затем отложила ложку.

– И что было потом… после их смерти?

– Тяжело… но это было и своего рода облегчение. Разразившийся скандал буквально раздавил их. Отец превратился в горького пьяницу. Я приходил домой из школы и заставал его спящим на диване. А меня почти каждый день били за мой акцент, за мою манеру поведения, за то, что я был далеко впереди всех по знаниям. Мать была совершенно беспомощной. Этакая принцесса с Лонг-Айленда, живущая в кошмаре. Я все для них делал. – Бен непроизвольно сжал челюсти. – Но не это меня беспокоило. Я не мог понять, почему они не боролись, а так быстро сдались.

У Лии сердце сжималось от жалости.

– Тебя били из-за произношения?

Он кивнул:

– Каждый день, пока я не научился давать сдачу. Постепенно я адаптировался. К тому моменту, когда родители умерли, никто из моей прежней школы не узнал бы меня. – Он предостерегающе взглянул на Лию. – Это не красивая сказочка, Лия.

– Если ты до сих пор считаешь меня любительницей красивых сказок, значит, ты ничего про меня не понял, – парировала она.

Бен покачал головой, загадочно улыбаясь.

– Расскажи мне еще раз, почему ты не прохлаждаешься на яхте какого-нибудь миллионера, заботясь исключительно о красивом загаре?

Лия вопросительно выгнула бровь.

– Это что, мой единственный выбор? Я могу тебя спросить о том же. Ты достаточно богат сейчас, чтобы…

Бен поднял бокал и ухмыльнулся:

– Так мне и надо. Квиты.

Он немного помолчал, а Лия, не дождавшись ответа, продолжила:

– Я уже говорила тебе, что роскошь меня не интересует. В школе я слыла всезнайкой. Мне нравилось учиться, а не терять время на сплетни или разговоры о тряпках. В результате у меня практически не было подруг.

Бен склонил голову набок и внимательно посмотрел на Лию. Его взгляд ей не понравился.

– Почему у меня сложилось впечатление, что ты была застенчивой девочкой? И в тот вечер на подиуме во время аукциона ты тоже выглядела смущенной.

Лия прикусила губу. Его проницательность заставляла ее чувствовать себя уязвимой.

Ей хотелось отделаться шуткой, но она честно ответила:

– Да, я была очень застенчивой в детстве. Я даже заикалась. И все время краснела. – Лия не стала говорить, как это не нравилось ее матери.

– Но ты преодолела эти комплексы, – с восхищением в голосе сказал Бен.

– Мне пришлось, иначе они отравили бы мне жизнь.

Тем временем официант принес основное блюдо. Лия воспользовалась моментом и сказала:

– Ты так и не рассказал мне, как поступил в колледж.

Его взгляд говорил красноречивее слов, что он, как правило, не терпит такого дотошного вмешательства в его личное пространство, но Лия только вскинула бровь. Он-то ее расспрашивал, стало быть, и она имеет право узнать о нем побольше.

Вздохнув, он сказал:

– Все началось с полицейского по имени Клэнси. Однажды он нас задержал. К шестнадцати годам я попал в банду, бросил школу, воровал в супермаркетах. Это был мой первый привод в полицию. Он не поленился узнать о моем прошлом. Отвел меня в сторонку и сказал, что мне дан шанс, который всей этой шпане даже и не снился, и что я разбазариваю наследие родителей. – Бен задумчиво покачал головой. – Со мной трудно было в то время. Я был зол на весь мир. Ему было непросто достучаться до меня. Тем не менее Клэнси убедил меня посетить мастер-класс бизнесмена, владеющего строительной компанией. С этого все и началось. Я начал подрабатывать в его компании, ушел с улицы, закончил школу, попал в хорошую приемную семью. Он помог мне получить стипендию для поступления в колледж, и я получил профессиональное образование. С этого момента я проводил все время либо обслуживая столики в кафе, либо работая на разных строительных площадках Нью-Йорка. Как только мне подвернулся шанс, я его не упустил.

Лия внимательно слушала его рассказ. Когда он замолчал, она, подцепив на вилку кусочек карпаччо, невинно спросила:

– И это все?

Бен ухмыльнулся, а затем в его взгляде промелькнуло что-то похожее на уважение.

– Вы не перестаете меня удивлять, мисс Форд.

Она улыбнулась в ответ:

– Стараюсь.

Неожиданно Бен спросил:

– Почему ты так рьяно защищаешь отца?

Лия отложила вилку и мгновенно насторожилась.

– Нас всегда было только двое. – Поколебавшись, она добавила: – Он так и не пережил уход матери. Его здоровье ослабло, и не только физическое, но и душевное.

– Но ты не можешь вечно выступать вместо него.

– Знаю, – ответила Лия понурившись.

Бен не сводил с нее взгляда, и на секунду она позволила себе тайно помечтать, как было бы хорошо самой опереться на кого-то… Но она безжалостно выбросила из головы эту мечту.

Подошел официант, нарушив воцарившееся тягостное молчание. Бен, не глядя на него, сказал:

– Счет, пожалуйста.

Лия почувствовала облегчение. Бен больше не говорил об отце. В душе царило смятение. Бен расплатился и подал ей руку. Без колебаний она приняла ее.

Прохладный воздух на улице помог ей восстановить равновесие. Она почувствовала, что Бен навсегда развеял ее неуверенность и страхи.

– Поцелуй меня, Бен, – попросила она. Лия боялась, что если продолжит разговор, то попросит большего, чем он может дать.

Бен нежно поцеловал ее в ладонь, а потом притянул ближе и приник к ее губам в глубоком и чувственном поцелуе. Все мысли и сомнения тут же вылетели у нее из головы. Лия полностью отдалась во власть поцелуя.

Оба молчали, пока добирались до гостиницы на такси. Сексуальное напряжение на заднем сиденье такси ощущалось буквально физически. Они едва добрались до номера и набросились друг на друга, не дойдя до спальни. Утолив первый голод, Лия увидела, что они даже не разделись толком.

Когда они все-таки дошли до кровати, Бен с таким благоговением освободил Лию от остатков одежды, будто она была фарфоровой богиней для поклонения. Лия поняла, что попала в безвыходное положение и никакой бурный секс не спасет ее от возникшего чувства.

На следующее утро Лия нежилась в горячей ванне, пока Бен делал звонки по работе, обвязав вокруг бедер полотенце. Она могла бы вести подобный декадентский образ жизни до тех пор, пока ящик Пандоры с ее чувствами остается закрытым.

Но она опоздала.

Бенджамин Картер вихрем ворвался в ее налаженную жизнь и спутал все карты. После этого уик-энда она не может больше обманывать себя, что Бен привлекает ее только физически. А кто она для Бена?

В этот момент раздался стук в дверь. Лия вздрогнула от неожиданности.

– Да? – выкрикнула она.

– Я во французскую булочную на углу. Что тебе купить?

Сердце Лии бешено колотилось.

– Круассан, пожалуйста.

– О'кей, вернусь через десять минут.

Услышав звук хлопнувшей двери, Лия быстро надела джинсы и шелковую блузку. Она нервно мерила шагами гостиную. Разве полетит человек через океан ради короткой интрижки? Бен сам сказал, что хочет узнать ее поближе. Он был так откровенен с ней вчера. Возможно, между ними что-то большее, чем просто любовная интрижка?

Мысли неслись с бешеной скоростью. Лия приложила руки к горящим щекам. Голова кружилась. В душе росла надежда. Лия поняла, что влюбилась в Бена Картера.

После проведенного вместе уик-энда Лия не могла и не хотела верить, что Бен хочет от нее только секса. Она чувствовала вкус его губ, прикосновение его рук и была уверена, что он не предаст ее.

В этот момент послышался шорох, и она увидела, как под дверь подсунули утренние газеты. Вероятно, по просьбе Бена. Она автоматически подняла их с пола и пробежала глазами заголовки. Один потряс ее, газеты выпали из рук.

«Американский строительный магнат последовал в Англию за наследницей строительной империи после уик-энда за миллион долларов в Бразилии. Сумеет ли Джулианна Форд приручить Бена Картера?»

Под заголовком красовалась зернистая фотография Бена и Лии, которые целовались на выходе из ресторана вчера вечером. Они не заметили папарацци. Было еще несколько нечетких снимков за столом во время ужина. Прекрасное воспоминание о вечере тут же померкло.

Лия почувствовала приступ тошноты. Вернувшись в гостиную, она присела на краешек стула. Само собой разумеется, что Бен был известной личностью, о нем часто писали в газетах. Таблоиды вечно охотились за ним. Но Лия впервые увидела свое имя в газете, да еще в подобном контексте. Лия продолжала читать статью и увидела еще одну фотографию, которая показалась ей знакомой. На снимке был изображен Бен с тремя известными олигархами, выходящими из частного клуба на Манхэттене пару недель назад.

В статье снова муссировался вопрос, зачем они собрались в тот вечер вместе, обсуждался негативный образ магнатов, созданный прессой, и высказывалось предположение, что Бен Картер хотел не только закрутить роман с Лией, имея в виду ее фамильный бизнес.

Лия подумала, что будет с отцом, если он увидит эту газету. Мысль в буквальном смысле слова вызывала тошноту.

В этот момент Лия услышала трель, возвещавшую о приходе эсэмэски. Внутри у нее все оборвалось. Лия подумала, что это от отца, который прочитал статью. Но на экране высветилось имя Данте Манчини и текст:

«Ты видел газеты, Картер? Похоже, что твоя миллионная ставка приносит результат. Ты первым из нас окажешься у алтаря…»

Дальше текст не читался без разблокирования телефона. Она попыталась это сделать, но не смогла. И только в этот момент до нее дошло, что сообщение предназначено не ей, а Бену. У них одинаковые телефоны.

Лия пыталась вникнуть в смысл прочитанного… ставка, алтарь, опередишь всех нас. Фото олигархов снова возникло перед ее мысленным взором.

Она вспомнила первую встречу с Беном и свои подозрения. Она оказалась самой глупой женщиной в мире.

А ведь она знала, как жестоки и беспощадны люди, не понаслышке. Даже те, которые должны любить тебя. Лия извлекла урок из отношений с матерью, но была готова забыть обо всем и вновь оказаться в плену иллюзий.

В этот момент она услышала, как вошел вернувшийся из булочной Бен.

Когда Бен увидел разбросанные по полу газеты, он сразу понял: что-то случилось. Как тогда в Бразилии, он проснулся, а Лии и след простыл. Его губы сжались в тонкую линию. Если и на этот раз она поступила с ним так же…

Он остановился в дверях гостиной, облегченно увидев стоящую лицом к окну Лию. Но тревожное предчувствие не покинуло его.

– Привет, я принес круассаны и пирожные.

Лия не сразу обернулась. А когда он наконец увидел ее побледневшее лицо и погасший взгляд, он понял: что-то произошло в его отсутствие. Лия совсем не походила на ту светящуюся от счастья женщину, которую он целовал утром.

Бен положил пакет на ближайший столик.

– Что-то случилось?

– Можно и так сказать, – бесцветным голосом ответила она.

Бен нахмурился, но прежде, чем он успел задать следующий вопрос, Лия спросила:

– Что происходит, Бен? Что мы здесь делаем?

Ужасное подозрение, что она каким-то образом все узнала, закралось в его душу.

– А ты сама как думаешь, Лия? – спросил он.

Она долго смотрела на него, прежде чем ответить:

– Если быть честной до конца, то я не уверена. Это было тщательно продуманное соблазнение, в чем я совершенно не сомневаюсь. Особенно для мужчины, который до последнего времени слыл закоренелым холостяком с подмоченной репутацией плейбоя.

Теперь пришла очередь Бена краснеть. От злости он скрипнул зубами.

– До настоящего момента ты не анализировала ситуацию так тщательно.

– Да, – с горечью согласилась Лия. – И выставила себя полной дурой.

– Ты совсем не глупа, Лия.

– Неужели? – выгнув бровь, спросила она.

Лия схватила лежащую на диване газету и швырнула Бену. Он на лету ее поймал. Увидев заголовок, он с облегчением вздохнул.

– И это все? – с деланым удивлением спросил он. Если дело только в таблоиде, то это может сыграть ему на руку.

– Нет, не все, – холодно продолжила Лия. – Тебе пришло сообщение от друга, а я нечаянно его прочитала, подумав, что это мой телефон. И я не жалею, что прочитала его. Многое для меня прояснилось.

Бен взял телефон и, разблокировав его, прочитал конец сообщения:

«Ты опередишь всех нас на дороге к алтарю. Наслаждайся свободой, пока можешь. Чао. Манчини».

Бену так и слышался тягучий голос Манчини, полный сарказма. Он едва удержался, чтобы не швырнуть телефоном в стену.

Лия еще больше побледнела и буравила его сапфировым взором, задыхаясь от гнева.

– Почему он упомянул о ставке в миллион долларов?

На сердце у Бена висели гири. Он не хотел, чтобы разговор принял подобный оборот, но решил быть честным до конца.

Он нервно провел рукой по волосам и посмотрел на Лию:

– Я собрал друзей, потому что на нас усилились нападки желтой прессы, что вредило и бизнесу, и благотворительному фонду, в учредительный совет которого мы входим. Я подумал, что если мы объединим усилия, то сможем нанести ответный удар по прессе.

Лия натянуто спросила:

– И вы собрались вместе для выработки стратегии?

Бен помрачнел.

– Что-то вроде того.

Она минуту молчала. Но Бен чувствовал, как напряженно работает ее мозг. Лия умная женщина. Она быстро сложит два и два. Так и вышло. Ее глаза расширились, а лицо приобрело мертвенную бледность.

– Ты назначил мне свидание через неделю после вашей встречи. Я правильно понимаю, что, если бы я сейчас позвонила Элизабет Янг, я бы услышала от нее, что не ты один обратился в ее агентство?

– Да, это так. Мы решили, что лучший способ для всех нас исправить пошатнувшуюся репутацию – жениться.

Лия открыла рот от изумления. Она едва слышно сказала:

– Не могу поверить… Вы заключили жуткий пакт найти подходящих женщин через агентство и жениться на них, чтобы избавиться от репутации плейбоев?

Внутри у Бена все оборвалось.

– Люди и не по таким причинам женятся, – пытался отшутиться он.

Бен подумал, что Лия вряд ли услышала его. Она буквально пылала от негодования.

– Неудивительно, что твой друг упомянул о миллионной ставке. Ты надеялся, что я потеряю голову? Но сначала решил проверить нашу физическую совместимость?

Что-то в лице Бена выдало его. Лия отшатнулась он него, пригвоздив его к месту обвиняющим взглядом.

– Я с самого начала подозревала, что у тебя есть коварный план. Но я никак не могла представить, что ты зайдешь так далеко.

Гнев душил Лию. Она уговаривала себя, что это не боль и предательство. Она внушала себе, что чувство, которое она считала настоящим, было плодом фантазии и разыгравшимися гормонами. Как только ее угораздило попасться на удочку такому человеку?

Она кляла себя на чем свет стоит за то, что не послушала свою интуицию с самого начала, за то, что позволила себе думать, что Бену она нравится. Какая наивность! Единственное, что его заботит, – это его бесценный бизнес и деловая репутация.

Куда же делся присущий ей цинизм?

Растаял, с отвращением подумала она, вместе с волей, стоило ему до нее дотронуться… Но больше всего ее ранило то, что в Бразилии он солгал ей, сказав, что захотел ее, как только увидел фотографию, даже не зная ее имени. Лия ненавидела себя за проявленную слабость.

Бен смотрел на нее, пытаясь оценить ее реакцию. Он выглядел отстраненным и совсем не походил на любовника-соблазнителя, который возносил ее на вершину блаженства столько раз, что и не перечесть.

– Ты ведь уже рассматривала брак по расчету один раз, – напомнил ей Бен.

Лии была невыносима мысль о том, что она открыла ему душу. А он все это время играл на ней, как виртуозный скрипач. Задрав подбородок, она пыталась справиться с разбитым сердцем, уверяя себя, что это просто гнев.

– Да, но я была не права.

– Но у нас гораздо больше общего, чем у тебя с твоим бывшим. Между нами безумная химия. У нас общие цели и амбиции. Мы можем создать хорошую семью.

Услышать это из его уст было сокрушительным ударом для Лии. Она впервые поняла, что изменилась. Раньше она согласилась бы на брак по расчету ради отца и чтобы защитить себя от интимных отношений с нелюбимым человеком, но с этим покончено. Она знала теперь, что достойна гораздо большего. Именно Бен открыл в ней женщину. Эта мысль причиняла боль.

Бен тем временем продолжил:

– Я позабочусь о тебе и твоем отце. Ты сама говорила, что у него слабое здоровье. Это лишь дело времени, и ему придется уйти в отставку. Ты не можешь вечно защищать его, жертвуя своими амбициями.

Его слова ранили Лию в самое сердце. Вот что получается, когда слишком близко подпускаешь к себе человека. Она сама во всем виновата.

Его желание позаботиться о ней разозлило Лию.

– Ты все продумал до мелочей, когда увидел мое фото в агентстве. Размечтался о том, что не только получишь удобную жену, но и продвинешь свой бизнес в Европу.

Бен покраснел, но Лия не чувствовала удовлетворения, она была разочарована его предательством. Бен попытался снова:

– Я сделаю все для того, чтобы бизнес твоего отца процветал и имя его не было забыто. Ты ни в чем не будешь нуждаться.

Лия скрестила на груди руки, пытаясь обрести самообладание.

– Ты говоришь о слиянии. Ты не слышишь меня. Я уже говорила, что роскошь и богатство меня не интересуют.

Голос Бена вибрировал от злости.

– Тебе легко говорить, ведь ты никогда ничего не теряла, и твою семью не подвергали остракизму.

Лия моментально замолкла. Ее отец точно не перенес бы того, что случилось с родителями Бена. И она ненавидела себя за то, что у нее до сих пор болит сердце из-за Бена… Ей хотелось спросить, что он чувствует к ней, кроме расчета, но она не мазохист. Только что он был так беспощаден к ней.

– Мне не интересен брак по расчету с тобой, Бенджамин Картер.

У Бена дернулась щека.

– И тем не менее ты хотела прожить жизнь с человеком, который тебя не возбуждал? – нанес Бен очередной удар.

– Лучше с таким, чем с тем, который соблазнил, чтобы добиться своего, и лгал мне и телом, и прикосновениями, и душой. Ты мне противен.

«Ты мне противен», – рефреном звучало в голове Бена.

Внутри у него что-то словно оборвалось. Он был бессилен перед ее обвинениями. Она права… Он сначала планировал брак по расчету, но потом и думать об этом забыл, желая лишь раствориться в ней.

– Но ты все еще хочешь меня, – прорычал он. Первобытный инстинкт похоти снова проснулся.

Она покачала головой, облив его ледяным взглядом:

– Нет.

Ее отказ лишил Бена самообладания. Он в два прыжка подскочил к ней и заключил в объятия. Воинственно задрав подбородок, она продолжала стоять со скрещенными на груди руками. Ее грудь бурно вздымалась под шелком блузки.

В ее голосе послышалась легкая паника.

– Это ничего не значит, Бен. Я реагирую…

Не дослушав, он приник к ее губам в страстном поцелуе, крепко сжав в объятиях. Несколько секунд Лия оставалась неподвижной в крепком кольце его рук. Бен чуть ослабил хватку, его рука теперь поддерживала ее голову, перебирая густые волосы, а другой рукой он обнял ее за талию.

Долгое мгновение Лия никак не реагировала, и Бен ожидал, что она вот-вот отшатнется от него, но Лия, издав не то стон, не то всхлип, расслабилась и раскрыла губы.

Бена залило ликование, утопив все встречные обвинения и чувство вины. Он ощущал только соблазнительные изгибы прильнувшего к нему тела и то, как ее язык касается его языка.

Они целовались жадно и неистово. Лия обвила руками его шею и вжалась в него так сильно, будто хотела слиться воедино. Бен обхватил ее за ягодицы и терся о ее бедра.

Он уже хотел приподнять ее, чтобы она обвила ногами его талию, и понести ее в спальню, как вдруг она напряглась и вырвалась из его объятий.

Оба тяжело дышали. Лия посмотрела на него так, будто он пнул ногой щенка.

Она покачала головой и хрипло сказала:

– Нет. Я не хочу этого, Бен. Мне нужно больше, чем удобный брак и взаимная страсть, которая в конце концов изживет себя. И с чем мы останемся? Это все ложь.

Возбуждение мешало Бену трезво мыслить. Ему нужно было обуздать восставшую плоть.

– Это не ложь. Это самая настоящая правда, которую я когда-либо знал в своей жизни.

Лия покачала головой и направилась в спальню. Она шла неверной походкой, охваченная вожделением, но это служило ему слабым утешением.

Пару минут спустя она вышла из спальни, держа в руках сумку с купленными им для нее вещами, и быстро направилась к выходу, избегая его взгляда.

В порыве паники и отчаяния Бен воскликнул:

– Ну и что? Чего тебе надо после всего того, что между нами было?

Лия остановилась у двери и обернулась. Она выглядела такой юной и хрупкой, с припухшими губами от поцелуя, что ему нестерпимо захотелось снова обнять ее и остаться с ней навсегда.

Гордо выпрямившись, Лия с вызовом ответила:

– Возможно, я хочу большего. Возможно, я не так цинична, как думала. И уж точно я не такой циник, как ты. Но главное – я никогда не смогу тебе верить. – Нажав на ручку двери, она добавила: – Буду признательна, если ты оставишь в покое моего отца.

Бен зарычал от бессильной ярости:

– Твой отец обо мне больше не услышит. Но найдутся другие охотники.

– Возможно, – спокойно ответила она. – Мы будем решать проблемы по мере их появления.

Бена охватила волна покровительства. Это он должен решать их проблемы. Он не хотел, чтобы Лия в одиночку защищала отца от бессовестных акул бизнеса. И вдруг он понял, что именно его она и считает такой акулой.

Лия исчезла за дверью, оставив за собой легкий шлейф тонкого аромата духов. Бен оцепенел, несмотря на остатки бурлящего в крови возбуждения. Он все еще ощущал вкус ее губ.

У него на секунду перехватило дыхание. Он подошел к окну и уставился на маячащие перед ним высотки, напомнившие ему о жизненных приоритетах. Его бизнес несокрушим.

Он будет верен данному слову и не станет трогать бизнес ее отца. Губы Бена сжались в тонкую, упрямую полоску. Есть и другие объекты его бизнес-интереса. Что же до его первоначального плана найти невесту, то здесь ничего не изменилось.

Чем быстрее он выкинет Лию Форд из головы и вернется на круги своя, тем лучше.

По пути в аэропорт Бен позвонил Элизабет Янг. Услышав в трубке его голос, Элизабет разразилась гневной тирадой по поводу нарушения им соглашения и преследования Лии.

Выслушав ее отповедь, Бен спокойно спросил:

– Не могли бы вы подыскать мне еще одну девушку? Пожалуйста.

После небольшой паузы в трубке послышалось:

– Я дам вам еще один шанс, мистер Картер. И только потому, что знаю, как трудно мужчинам, подобным вам, признать поражение и сказать вежливое «пожалуйста».

Глава 9

– Вы открыто признаете, что хотите заключить брак по расчету? Это неожиданный ход, – удивленно сказала женщина, с которой Бен имел уже три целомудренных свидания, потому что не мог заставить себя поцеловать ее. – Я обдумаю ваше предложение и посмотрю брачный контракт, но в принципе я не против.

Бена не удивило, что она немедленно не сбежала от него, как если бы он оказался двухголовым монстром. У него было достаточно практичных и циничных подружек в Нью-Йорке, которые не оставили бы без внимания подобное предложение. А некоторые сочли бы его даже романтичным.

Женщина, сидящая напротив Бена в одном из самых дорогих ресторанов на Манхэттене, была умопомрачительно хороша собой. Высокая блондинка с изумрудными глазами, аристократка до мозга костей. Она работала переводчиком в ООН.

Из нее получится прекрасная жена для брака по расчету. Он нашел, что искал. Но Бену этот потенциальный союз был безразличен, потому что он знал, что браку не бывать.

Его мысли занимала другая женщина – Лия. Он был уверен, что сможет вычеркнуть ее из своей жизни, но не тут-то было. Чем больше проходило времени, тем четче он осознавал, что ему никто не нужен, кроме нее.

Его охватило мрачное отчаяние. Он сложил салфетку и сказал:

– Извините, что отнял у вас время, но план не сработает.

Блондинка забеспокоилась:

– Послушайте, я же сказала, что подумаю над вашим предложением.

Бен посуровел.

– Извините, ничего не выйдет.

Она раздраженно отбросила салфетку и, поднявшись из-за стола, сказала:

– Советую вам сначала разобраться с тем, кто связал вас по рукам и ногам. Если после этого захотите пообщаться со мной, позвоните. Но я не намерена ждать вас вечно, – добавила она, прежде чем уйти.

Бросив на стол несколько купюр, Бен вышел следом за ней в промозглый вечер, засунув руки в карманы.

Он долго шел, пока не очутился вблизи пустыря, где еще утром стояло недавно приобретенное им старое здание, которое сегодня снесли. Площадка была обнесена временным забором с логотипом его фирмы. Зданию было двести лет. Впервые Бен почувствовал укол совести. Здесь жили и умирали люди. У здания была история, а теперь от него остались руины.

На этом месте будет построен современный небоскреб. Жизнь идет вперед. Так почему же Бен чувствовал в душе пустоту вместо обычного удовлетворения? Ведь он всегда стремился к успеху и возрождению. Что случилось?

Впервые в жизни он понял, что если вдруг все завтра потеряет, то сможет снова все возродить. В конце концов, он начинал с нуля. Он не похож на отца и не сломается.

Бен почувствовал, как с плеч свалился огромный груз. Он решительно отправился в обратный путь.

Он осознавал, что заключил соглашение с Манчини, Тракасом и шейхом аль-Гамди, но сейчас это не имело никакого значения. Бен знал, что у него только один выход, и был готов к последствиям, какими бы они ни были.

Неделю спустя

Лия стояла у окна офиса, задумчиво уставившись на лондонскую улицу. Погода соответствовала настроению – серое, затянутое облаками небо и моросящий дождь. Она представила Бена Картера на его роскошной вилле в Бразилии, в компании сногсшибательной блондинки, которая скоро станет его женой, как сообщалось в газетах.

Внутри у Лии все заныло от боли. Она больше не могла себя обманывать. Она любит Бена Картера. Глубоко. Бесповоротно. Но она не жалеет, что ушла тогда от него. Она в свое время согласилась на брак по расчету с Саймоном, потому что это было в высшей степени безопасно. Но брак по расчету с человеком, к которому питаешь чувства? Это стало бы пыткой. Он хотел жениться на ней исключительно ради своей репутации и в интересах бизнеса. Его жестокость в очередной раз ранила ее.

Увидев себя в зеркале, Лия ужаснулась. Она выглядела бледной и изможденной после бессонных ночей. Когда ей удавалось забыться коротким сном, ее мучили эротические видения. Она любила его и одновременно ненавидела за предательство и безжалостный расчет.

В этот момент зазвонил мобильник. Увидев имя на дисплее, она постаралась улыбнуться, чтобы голос не звучал жалостливо.

– Папа! У тебя все в порядке?

В последнюю неделю он работал дома, чтобы реабилитация проходила успешнее. Но Лия знала, что отец рвется выйти в офис, где она сейчас и находилась. К счастью, он не видел статью про нее и Бена в таблоиде.

Они немного поболтали, а затем отец сказал:

– У меня сегодня утром был посетитель.

Лия праздно спросила:

– И кто же это?

Отец кашлянул и ответил:

– Бенджамин Картер, американский строительный магнат.

Лия замерла, крепче прижав трубку к уху. Она почувствовала, как кровь отхлынула от лица.

Отец продолжал что-то говорить, но она перебила его, не поверив своим ушам:

– Что он сделал?

– Он попросил твоей руки. Мы говорили о возможном слиянии… Он прав, Лия. Я не становлюсь моложе и здоровее. У тебя есть свои амбиции. Мне нужно быть практичным…

Лия тяжело опустилась на стул. Она была шокирована его словами об амбициях не меньше, чем когда услышала имя утреннего визитера.

– Прости меня, папа. Это я во всем виновата. Мы встретились в Нью-Йорке, и он преследовал меня. Но его всегда интересовал лишь твой бизнес, и ему нужна жена, и…

Лия замолчала, испугавшись, что скажет лишнее. Первый шок прошел, и в ее душе нарастала ярость. Он действовал за ее спиной и встретился с ее отцом, хотя она просила его не делать этого.

– Понятно… – протянул отец. – А как ты к нему относишься?

– Ненавижу его, – быстро ответила она. Но в голове звучало: «Врунья, врунья».

– Лия, послушай меня. Думаю, ты не понимаешь…

– Нет, папа, – прервала его Лия. – Послушай, я сама во всем виновата и сама решу этот вопрос.

Она отсоединилась, не дав отцу больше ничего сказать. Затем позвонила секретарше и попросила ее найти адрес лондонского офиса Бена Картера.

Это ему не сойдет с рук просто так. Лия старалась не обращать внимания на тот факт, что при мысли о Бене у нее в животе запорхали бабочки.

Лия не ожидала увидеть идущего к ней навстречу Бена, когда вошла в холл его современного офиса из стекла и металла в центре Лондона. Он выглядел суровым и напряженным и остановился как вкопанный, увидев ее.

– Лия.

Долю секунды он смотрел на нее так, будто перед ним привидение. Затем зажмурился и, вновь открыв глаза, сказал:

– Я как раз собирался к тебе в офис.

Лия сложила на груди руки и, пытаясь унять колотящееся сердце, сказала с вызовом:

– Я сэкономила тебе время на дорогу. Ты и правда считаешь, что я позволю этому случиться?

Бен нахмурился, и Лия впервые заметила, что он выглядит неопрятным и усталым, а вокруг рта залегли морщины.

– Что сказал тебе твой отец?

– Все, что мне нужно знать. Ты пришел к нему с предложением объединить компании и попросил моей руки.

Она подошла ближе и прошипела:

– Как ты мог? Ты использовал мои откровенные признания в своих корыстных целях.

– Полагаю, ты не дослушала своего отца до конца.

Настала очередь Лии недоуменно прищуриться. Ее отец действительно пытался что-то ей сказать, когда она отключилась.

– Я услышала все, что нужно. А зачем еще тебе было снова приезжать в Англию?

Глаза Бена блестели.

– А действительно, зачем?

Мимо проходили сотрудники, пытаясь сделать вид, что не подслушивают. Бен понял то же самое и выругался.

– Мы не можем здесь разговаривать.

Он схватил ее за руку и буквально потащил к лифту. Лия прошипела, пытаясь вырвать руку:

– Я думаю, уже все сказано. Оставь в покое моего отца и меня. Ты не получишь, что хочешь.

Несмотря на ее протесты, они все же оказались в лифте и поехали наверх.

Он отпустил ее руку и мрачно заявил:

– Ты не уйдешь, пока не выслушаешь меня.

Лия молча уставилась на него, а услужливая память стала рисовать другую сцену в лифте. Их взаимное воспламенение. Глаза Бена потемнели, будто он вспоминал ту же сцену, и его взгляд упал на ее вздымающуюся под шелковой блузкой грудь. Горячая волна прокатилась внизу ее живота, а лоно увлажнилось. Он по-прежнему мгновенно возбуждал ее.

В этот момент двери лифта открылись, и они оказались на верхнем этаже. Бен чуть ли не насильно вытащил ее из лифта и повел по длинному коридору, с обеих сторон которого располагались застекленные офисы. Служащие отводили взгляды при виде босса. Лия подумала, не позвать ли ей на помощь, но, представив, что с Бена станется заглушить ее крик поцелуем, молча следовала за ним.

Наконец они вошли в его огромный застекленный кабинет, откуда открывался панорамный вид на Лондон и извилистую Темзу. Вид впечатлял.

Но не так, как стоящий перед ней мужчина, перекрывший ей путь к отступлению. Черт бы его побрал.

Лия отступила назад.

– Что вам нужно, мистер Картер? У меня нет времени.

Облокотившись о дверь, Бен невесело усмехнулся:

– Мы снова перешли на «вы», и я опять «мистер Картер».

Лия скрестила на груди руки, снова чувствуя себя уязвимой, находясь в такой опасной близости к нему.

– А чего еще вы ожидали?

Оторвавшись от двери, Бен подошел к окну и заговорил:

– Однажды коллега сказал мне, что в моих зданиях больше сердца, чем во мне самом. И он был прав. Я верил в то, что мои здания надежны и прочны, они устоят даже в том случае, если я упаду. На них не действуют человеческие эмоции, им не свойственна жадность, они не подвержены коррупции. Но это все неправда.

Сбитая с толку, Лия спросила:

– Что вы имеете в виду?

Бен долго молчал, а потом уныло посмотрел на нее:

– Я был не прав, полагая, что мое покаяние – это те здания и сооружения, которые я построил.

Лия покачала головой, отказываясь вникать в смысл услышанного.

– Мне нет никакого дела до ваших зданий.

Бен чуть слышно выругался, а затем, взъерошив шевелюру, уставился на нее пристальным синим взглядом.

– Я пытаюсь сказать тебе… – Он замолчал, а потом с трудом продолжил: – Я действительно приехал к твоему отцу, чтобы сделать деловое предложение и попросить твоей руки.

Его слова острой болью отозвались в ее сердце.

– Знаю. Поэтому…

– Ты не все знаешь.

Лия затаила дыхание. Ее сердце снова прорезал тоненький лучик надежды.

– Я не знаю чего?

Взгляд Бена прожигал насквозь.

– Я приехал сказать твоему отцу, что хочу на тебе жениться, потому что люблю тебя. – Бен помолчал, давая ей время переварить услышанное, а затем продолжил: – Еще я сказал, что ты мне не поверишь после всего того, что я натворил. А доказать чистоту своих намерений я могу, только предложив твоему отцу забрать мой бизнес. Я хотел доказать тебе, что ты значишь для меня гораздо больше, чем все, что я построил. Без тебя жизнь теряет смысл.

Лия почувствовала, как земля уходит у нее из-под ног. Она пыталась переварить услышанное.

– Но… ты позволил мне уйти. И ты встречаешься с той женщиной…

Бен состроил гримасу:

– Я был слишком горд, чтобы признаться, что я эмоционально к тебе привязался. Я всю жизнь старался избегать эмоций. Моя стихия – строительство зданий. Я пытался выбросить тебя из головы и продолжить жить своей налаженной жизнью.

На лице Бена отразились печаль и горесть.

– А еще мне вдруг стало страшно. Меня охватило безразличие. Мне казалось, что я схожу с ума. Я всегда доверял только своим инстинктам. А они мне твердили, что я должен вернуть тебя, мои приоритеты радикально изменились. А с той женщиной у меня ничего не было. Она утомила меня до смерти, и она – не ты.

У Лии сжалось сердце.

– Даже если я поверю всему, что ты сказал по поводу передачи бизнеса отцу и желания взять меня в жены, в конечном итоге у тебя и так все есть, ты уже достиг, чего хотел.

Его глаза отдавали такой яркой синевой, что в них было больно смотреть. Он очень хотел, чтобы она поверила ему, она это видела. Но что-то мешало Лии верить ему. Страх.

Она мысленно представляла хиреющего на глазах отца, с годами понявшего, что мать Лии не вернется, но так и не сумевшего пережить ее измену. А сейчас перед ней стоит мужчина и просит отдать ему сердце. Лию переполнял страх. Она запаниковала.

– Я не могу на это согласиться.

Отвернувшись от его слишком проницательного взгляда, Лия пошла к выходу, но Бен преградил ей дорогу.

– Пусти меня.

– Ни за что.

– Ты разве не понимаешь, что я не могу тебе доверять? – воскликнула Лия. Сердце готово было вырваться у нее из груди.

Бен покачал головой:

– Ты не мне не доверяешь, а себе. Ты боишься протянуть руку и взять то, в чем ты всегда себе отказывала: шанс на счастье, которого ты заслуживаешь. Твой отец всю жизнь отказывал себе в счастье, но это не значит, что ты должна следовать его примеру.

Его слова задели Лию за живое.

– С каких это пор ты стал психологом?

Бен ухмыльнулся:

– С тех пор, когда красивая, умная и смелая женщина ушла с нашего первого свидания и перевернула мой мир вверх тормашками, доказав, что все мои жизненные приоритеты и гроша ломаного не стоят.

Лия ответила, едва сдерживая слезы:

– А ты меня вывернул наизнанку.

Бен посерьезнел.

– Я знаю. С первого момента нашей встречи я хотел тебя больше всего на свете. Да, я знал, кто ты, и у меня был план. Но честное слово, все это сразу же ушло. Существовала только ты. Мне пришлось напомнить себе о своей цели. Я понял, что сбился с курса.

Его челюсти сжались. Ему было трудно говорить.

– Когда ты ушла, я внушил себе, что последнее, что мне нужно, – это жена, которая заставляет меня чувствовать. Я сказал тебе правду, что влюбился в тебя с первого взгляда. Я сделаю все, чтобы ты поверила мне, Лия. Я передам тебе «Картер констракшэн» или твоему благотворительному фонду, да хоть Санта-Клаусу. Верь мне. Мой адвокат здесь. Скажи только слово, и мы немедленно составим контракт. Я никогда бы не попросил твоей руки, если ты считаешь, что таков конец игры. Если ты мне скажешь, что ничего ко мне не чувствуешь, тогда я позволю тебе уйти, и ты больше обо мне никогда не услышишь.

Лия посмотрела в эти пронзительные синие глаза, горящие решимостью и любовью, и поняла, что он и правда готов для нее на все.

Тем не менее что-то ее останавливало.

Лия едва слышно спросила:

– А как я могу быть уверена в том, что ты меня никогда не покинешь и не причинишь мне боль?

Лия высказала свои самые глубинные страхи.

Бен так посмотрел на нее, что она едва не обомлела от ужаса.

– Я не покину тебя ни за что на свете, Лия. Ты и не подозреваешь, какую власть имеешь надо мной. Скорее ты причинишь мне боль.

– Я на такое не способна, – тихо сказала она.

На лице Бена промелькнуло что-то похожее на удовлетворение, и он заметил:

– Не все люди похожи на наших родителей, Лия. Некоторые действительно обретают счастье и уверенность. Ты любишь меня?

У Лии не осталось ни капли сил для сопротивления. Она лишь молча кивнула.

– Тогда, – мягко сказал Бен с подозрительным блеском в глазах, – мы уже от них отличаемся. Потому что я тоже тебя люблю и клянусь приложить все силы, чтобы сделать тебя счастливой на всю жизнь.

Лия постаралась осмыслить услышанное.

Бен тем временем продолжил:

– Ни твои, ни мои родители не любили друг друга по-настоящему. В этом все дело.

Она взглянула на него, и ее сердце затрепетало. Неужели он прав? Если они любят друг друга, у них все будет по-другому. Такая вот простая истина.

И тогда Лия обняла ладонями лицо Бена и поцеловала его. Все ее сомнения и страхи исчезли. В сердце царила любовь.

Вечером того же дня умиротворенная Лия блаженно нежилась под боком у Бена в гостиничном номере того же здания, где располагался его офис. Их воссоединение было весьма убедительным.

Неожиданно Бен поднялся с кровати и, не стесняясь своей великолепной наготы, стал что-то искать в кармане пиджака. Выудив на свет коробочку из черного бархата, он встал перед Лией на колено. У нее во рту пересохло.

Бен осторожно сказал:

– Я не показал тебе это, потому что не хотел на тебя давить.

Он открыл футляр, и перед изумленным взором Лии предстало великолепное кольцо с крупным овальным сапфиром в обрамлении бриллиантов.

– Дело в том, – в голосе Бена звучали непривычные неуверенно-нервные нотки, – что, если тебе оно не понравится или не подойдет, я смогу его обменять. Но если ты согласишься принять это обручальное кольцо и стать моей невестой, я буду счастлив. Я готов ждать свадьбы до тех пор, пока ты не решишь, что готова выйти за меня.

У Лии к горлу подступил комок. Ее буквально распирало от счастья. И еще она почувствовала полную свободу от груза прошлого.

Она посмотрела на Бена затуманенным взором и, улыбаясь, ответила:

– Оно прекрасно, и я выйду за тебя, Бен Картер.

Он ошеломленно уставился на нее, а Лия обвила его шею руками и потянула в кровать. Их обнаженные тела переплелись в нежном и крепком объятии.

Лия распласталась на груди у Бена. Он взял ее левую руку и, надев кольцо на ее безымянный палец, хрипло сказал:

– Я люблю тебя, Джулианна Форд.

Кольцо идеально село на палец, и Лия томно ответила:

– Я тоже люблю тебя, Бенджамин Картер… так на чем мы остановились?

Эпилог

– Команда уже прибыла к месту назначения в Индии, Лия. Слов не хватает, чтобы выразить нашу благодарность. Вашу с Беном благотворительную деятельность трудно переоценить. Благодаря вашей помощи район катастрофы возрождается к нормальной жизни.

Лия выглянула из окна офиса.

– Жаль, что не могу сейчас присоединиться к вам.

Мужчина на другом конце провода хмыкнул:

– Не беспокойся, твоя дистанционная помощь и советы не менее ценны. А твой муж вряд ли выпустит тебя из поля зрения в ближайшее время.

Лия непроизвольно положила руку на заметно округлившийся живот и посмотрела сквозь стеклянную перегородку, отделяющую ее офис от кабинета мужа в лондонском филиале компании, где они в данное время работали.

Бен согласился переехать в Англию, чтобы они могли быть поближе к отцу Лии. Луи Форд переживал второе рождение после слияния компаний во внушительный трансатлантический концерн «Картер Форд констракшэн». Ее отец неожиданно ответил на чувства влюбленной в него много лет персональной помощницы, и они отправились в круиз. Лия не могла на них нарадоваться.

Она нахмурилась, не увидев мужа в кабинете, и рассеянно сказала:

– Хорошо, Филип, держи нас в курсе событий.

Положив трубку, Лия поднялась и улыбнулась, поняв, почему сидя не видела мужа. Она вышла из офиса и остановилась в дверях его кабинета, придерживая свой восьмимесячный живот.

Бен взглянул на нее из своего удобного укрытия под столом, где он распластался, и приложил палец к губам.

Их трехлетняя дочка Люси, пока не заметившая Лию, проговорила таким знакомым начальственным тоном:

– Нет, папочка, понимаешь? Нам надо построить гараж для пожарной машины и загон для всех животных.

Радость и любовь переполняли сердце Лии. Она быстро смахнула навернувшиеся на глаза слезы. Беременность сделала ее слишком эмоциональной.

Бен сел и протянул Лии руку. Люси, повернувшись, радостно взвизгнула:

– Мамочка, иди сюда! Посмотри, что мы строим.

Лия подошла и осторожно опустилась на колени. Бен по-хозяйски, но нежно обхватил ее за располневшую талию.

Люси, темноволосая, синеглазая егоза, вскочила с пола и прощебетала:

– Можно послушать, как ведет себя мой братик?

Лия и Бен раскрыли руки, и Люси прижалась к животу Лии розовой щечкой, сведя темные бровки, чтобы лучше сконцентрироваться. Лия оперлась спиной о широкую грудь Бена, и он отвел в сторону ее волосы, чтобы поцеловать в шею. Лия вздрогнула от удовольствия. В это время малыш начал пинаться. Люси захихикала.

Лия почувствовала, как Бен улыбается, и улыбнулась в ответ.

Он прошептал, щекоча дыханием ее шею:

– Я люблю тебя…

Повернув к нему голову, она прошептала в ответ:

– И я тебя тоже люблю…

Content

Эбби Грин
Экзамен для плейбоя

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Эпилог