Сьюзен Мейер

Как приручить гения

Глава 1

Прозвенел колокольчик лифта в холле роскошного отеля «Париж», и сердце Кристен Андерсон затрепетало.

Из лифта вышли две американки средних лет.

Девушка не успела разочарованно вздохнуть. Кто-то дотронулся до ее плеча и тихо задал вопрос.

По-французски.

Французский язык она не знала.

Кристен обернулась и увидела мужчину, судя по всему, портье.

Она заговорила с ним по-английски. Вряд ли здесь кто-нибудь слышал о ее родном греннадийском языке.

– Простите, я не говорю по-французски.

И снова зазвонил колокольчик лифта. Кристен моментально отвернулась. Тогда портье обратился к ней на идеальном английском:

– Мадемуазель, могу я поинтересоваться, что привело вас в наш отель?

Она указала на мужчину, вышедшего из лифта:

– Я собираюсь встретиться с этим человеком.

Кристен сделала два шага по направлению к Дину Сумински, генеральному директору «Сумински стафф», но портье схватил ее за руку.

– Нет, мадемуазель. – Его палец покачивался перед ее носом, как метроном. – Не нужно беспокоить нашего гостя.

Дин Сумински приближался к ней. Его глаза были опущены. Возможно, таким образом он избавлялся от навязчивого внимания посторонних. Но Кристен было все равно. Она должна заставить этого человека поехать в Греннадию и убедить его перенести офис компании туда. Такова ее миссия. Кроме того, попытка поговорить с ним – отличная практика общения с бизнесменами такого уровня. После того как она создаст свой благотворительный фонд, ей понадобится умение контактировать с подобными людьми. И какой-то портье ее не остановит.

– Простите. – Она высвободила руку. «Я собираюсь строить школы в странах третьего мира. Мне пора научиться быть жестче». – Мистер Сумински!

Дин проигнорировал призыв.

– Мистер Сумински! Я знаю, что это вы. Я видела вашу фотографию в Интернете.

Мужчина шел к дверям.

Кристен двинулась за ним.

– Мне нужна всего пара минут!

Краем глаза она увидела, что портье кивнул охраннику, и тот поспешил к ней. Сумински вышел на улицу. Кристен устремилась за ним.

– Честное слово, всего две минуты. Мне больше не потребуется.

Тишину холодного декабрьского утра нарушил раздраженный голос:

– Кто вы?

Кристен замерла под его пристальным взглядом. Темные волосы Сумински были идеально уложены, ни одна непослушная прядь не выбивалась из прически. У него были высокий лоб, прямой нос, аристократичные скулы. Внешность, достойная короля.

Когда она не ответила, он буркнул:

– Отлично.

И направился к лимузину.

– Я – Кристен Андерсон, – представилась девушка. Ее голос звучал слишком громко. Она вдохнула холодный воздух, чтобы успокоиться. Наконец Кристен заговорила уверенно и властно: – Греннадийцы хотят предложить вам перевести свою компанию в их страну.

Он снова взглянул на нее:

– Принц Алекс знает, что мне это неинтересно. Принц Алекс был мужем начальницы Кристен, принцессы Евы. Будучи личной помощницей будущей королевы Греннадии, Кристен, конечно, знала, что Алекс сразу же отверг предложение рассмотреть «Сумински стафф» в качестве компании, которая может придать ускорение их развивающейся экономике. Но остальные варианты были исчерпаны. Остался только Сумински.

– Поэтому вас не было в списке? – спросила она.

Дин улыбнулся, однако без тени дружелюбия. Его улыбка была полна сарказма, ее даже можно было назвать пугающей.

– А что, есть список?

– Список был, но его значительно сократили.

– Полагаю, в нем никого не осталось, если уж вы решили нарушить мой рабочий график.

Кристен нервно сглотнула, слишком уж пристальным был взгляд его темных глаз. Казалось, Сумински видит ее насквозь. Она поняла, что он способен очень точно и тонко судить о человеке, на которого смотрит.

Дин остался сиротой в четыре года, его воспитывала бабушка, которой он был не нужен, и, развлекая сам себя, он играл в видеоигры. Когда ему исполнилось четырнадцать, он поступил в бизнес-колледж, поскольку к этому времени уже умел программировать и не нуждался в компьютерном образовании. Сумински был чрезвычайно умен и надменен. И он был последним шансом Греннадии.

Она умоляюще сложила ладони:

– Прошу вас! Если бы вы уделили мне пару минут, я смогла бы убедить вас посетить Греннадию и решить, стоит ли рассматривать вопрос перевода компании к нам.

– Если бы да кабы.

– Возможно, вы не планируете передислокацию.

– Не планирую.

– А стоит задуматься, Греннадия – красивейшая страна.

Дин насупился. А Кристен оробела. Он был высок, широкоплеч… и при этом вел себя настолько резко, что у нее душа уходила в пятки.

Очевидно, он пугает ее намеренно. Может быть, поэтому принц Алекс не желает видеть Сумински в их стране? Но правительство Греннадии отчаялось найти инвестора, который предложил бы рабочие места молодым и образованным гражданам. На это способна только компания «Сумински стафф».

– Знаете что? – неожиданно заявила Кристен, отходя. – Прошу прощения, что отняла у вас время. Хорошего дня.

Дин покачал головой:

– Неужели так легко сдадитесь? Я думал, вы способны на большее.

– Что?

– Вы ради встречи со мной прилетели из своей холодной страны в Париж, хотя даже не знаете язык. Я слышал, что вы сказали портье. Кроме того, вы бежали за мной и кричали на весь холл. Я обратил на вас внимание, и тут вы дали задний ход. – Его губы тронула полуулыбка. – Это неправильно.

Он был готов сесть в лимузин, но девушка схватила его за руку.

– А что вы сделали бы на моем месте?

Дин рассмеялся:

– Хотите, чтобы я научил вас добиваться своего?

Его темные глаза были нацелены на нее. Она снова сглотнула ком в горле. «Не стоит бояться его только потому, что у него есть деньги. И потому, что он высокий. И симпатичный. И от его взгляда просто дух захватывает».

– Не надо. Я хочу, чтобы вы потратили около пятнадцати минут на то, чтобы выслушать меня.

– Раньше речь шла о двух минутах.

– Столько потребовалось бы, если бы мне не пришлось показывать вам кое-какие фотографии.

Дин поднял голову, полюбовался небесной синевой, а затем снова посмотрел на Кристен:

– Хорошо. Садитесь в машину. Я еду в аэропорт. Всю дорогу можете говорить и показывать. Постарайтесь, чтобы презентация была убедительной.

В сердце Кристен мелькнул лучик надежды. Может быть, этот человек не так уж плох?

– Правда?

Сумински уже шел к лимузину.

– Урок номер один: когда удача идет в руки, не задавай лишних вопросов.

Водитель открыл дверцу, и девушка скользнула внутрь, на мягкие и теплые кожаные сиденья, расположенные полукругом.

Дин Сумински сел рядом с ней. Несколько секунд прошло в тишине. Машина тронулась с места. Кристен начала:

– Могу предположить, что о Греннадии вам известно немногое?

– Я имею представление о том, у кого на этой планете есть нефть. Я встречался с ксавьерским принцем Алексом несколько лет назад. Когда он женился, я выяснил, на ком именно.

– А почему вас волновало, на ком он женился?

Дин усмехнулся:

– А почему я должен вкладывать деньги в нефтяные промыслы нестабильного региона?

– Это никак не связано с женитьбой принца Алекса на принцессе Греннадии. Кроме того, Ксавьера достаточно стабильна.

– Давайте назовем это контролируемой нестабильностью. Она возникает из-за людей вроде короля Ксавьеры Рональдо, отца Алекса. Рональдо силен, пока счастлив. Я должен был убедиться, что женитьба Алекса не нарушит сложившуюся ситуацию.

– Значит, вы знаете, что власть в нашей стране так же крепка, как и в Ксавьере.

– В вашей стране в начале года чуть не произошел переворот.

Кристен помолчала.

– О’кей. Но сейчас у нас что-то вроде эпохи Возрождения, и вы можете стать ее частью.

– Я богат, и мне не нужно становиться частью чего-то.

У Дина в нагрудном кармане зазвонил телефон. Прежде чем ответить на звонок он сказал:

– Мало кто знает этот номер. Это должно быть важно.

Он нажал на кнопку ответа. Возникла пауза.

– Maurice! Je m’excuse…

Снова французский. Кристен знала два языка: родной и английский. Да, ей придется подучиться, если она хочет заниматься благотворительностью на международном уровне.

Пока Дин говорил по телефону, она рассматривала шикарный салон автомобиля. Кристен приходилось ездить на лимузине с принцем и принцессой, но на этот раз она чувствовала себя иначе. Сейчас она – не помощница принцессы, не старается сделать все, чтобы облегчить жизнь Евы. Она ведет серьезные и ответственные переговоры.

И Сумински воспринимает ее всерьез.

Она делает первые, пусть неловкие, шаги по направлению к своей мечте. Кристен нравилось работать помощницей принцессы Евы, но у нее были диплом экономиста и план, как изменить мир к лучшему. В школе у Кристен была подруга по переписке из Ирака. Ее звали Аашера. Братья Аашеры получили образование, но она и ее сестры – нет. И тогда она стала тайком брать книги братьев. Когда родители обнаружили это, она умолила их позволить ей научиться читать и писать.

Аашера была смелой и упорной. Она часто говорила, что ее страна была бы совсем другой, если бы женщины имели право на образование, и строила планы, как добиться этого… Аашера погибла от рук террориста-смертника. Кристен, охваченная горем, поклялась воплотить в жизнь мечту подруги.

И вот наконец она стоит в начале большого пути.

Дин закончил разговор.

– Простите, пожалуйста.

– Все в порядке.

И тут же его телефон снова зазвонил.

Он развел руками:

– Я должен ответить.

На этот раз разговор велся на испанском. Кристен принялась любоваться красотами Парижа, чтобы Дин не думал, что она подслушивает. Впрочем, она при всем желании не смогла бы это сделать, не зная языка.

Кристен до сих пор не могла поверить, что на собственные средства отправилась к Дину Сумински. Однако она добилась своего. Сердце ее трепетало от гордости, а в животе порхали бабочки.

Дин говорил так долго, что суета центра успела смениться спальными районами. Внезапно впереди появилась взлетная полоса частного аэродрома. Под лучами солнца золотились восемь или десять ангаров, рядом с которыми стояли самые разные самолеты – от маленького, стильного до такого громадного, что в нем можно было бы разместить весь парламент Греннадии.

Дин Сумински разговаривал по телефону, когда лимузин остановился возле одного из небольших самолетов. Он продолжал говорить, когда водитель открыл дверцу. Даже подав девушке руку, помогая ей выйти и ведя ее к взлетно-посадочной полосе, он не умолкал.

Наконец Дин отключил телефон.

– Это не моя вина. Я объяснял вам, что по этому телефону звонят только по важным делам. Я не привык менять свои планы, но, если хотите, можете полететь со мной в Нью-Йорк. У вас будет почти девять часов, чтобы продать мне свою идею.

Глаза Кристен округлились.

– В Нью-Йорк?

– Нет времени?

– Просто я…

Она не хотела признаваться, что не может пропустить обратный рейс следующим утром. Она не хотела рассказывать, что принц и принцесса улетели в Ксавьеру, чтобы отпраздновать День благодарения с принцессой Джинни и королевой Розой. Кристен не могла сказать ему, что принцесса Ева не знает, где в данный момент находится ее помощница, и, соответственно, не поручала ей встретиться с ним. Кристен собиралась удивить всех, заручившись обещанием Дина Сумински нанести в январе визит в Греннадию. Так она отблагодарит принцессу и принца за то, что они сделали для нее, а также продемонстрирует, что способна на многое. И когда она начнет благотворительную деятельность, они, возможно, станут ее первыми спонсорами.

Но если она не сможет убедить Дина Сумински поехать в Греннадию и перенести туда фирму, сумеет ли она уговорить людей пожертвовать миллионы на строительство школ?

– Когда долетим до Нью-Йорка, самолет развернется и доставит вас обратно.

Вероятно, в этом случае она успеет на свой рейс. А может быть, стоит попросить, чтобы Дин Сумински распорядился отвезти ее прямо в Греннадию?

– Очень щедро с вашей стороны.

Он нахмурился:

– Щедро?

– Вы могли оставить меня в аэропорту.

– Мог бы, – согласился Дин, глядя в сторону. – У меня репутация не самого доброго человека. Но ведь вам не нужна моя доброта. Вы хотите, чтобы я вас выслушал, и я создаю условия для этого. Считайте это рождественским подарком.

Внезапно девушка осознала, что он почему-то заинтересовался ее предложением. Он не послал ее куда подальше около отеля, предложив поехать с ним, хотя из этого ничего не вышло. И вот теперь он снова предоставляет ей шанс.

– Вы же не собираетесь переводить фирму в другую страну.

– А мне показалось, что вы хотите этого.

Глава 2

Дин Сумински всматривался в лицо красивой девушки, стоящей напротив. Это была блондинка со светло-зелеными глазами и полными губами, созданными для поцелуев. Она была в скромном черном пальто, черных брюках и удобных туфлях. Обычно любой, кто делал попытку приблизиться к нему, имел дело с его телохранителем, но Кристен напомнила Дину его самого десять лет назад, когда компания «Сумински стафф» только зарождалась. В те времена он носил простую и практичную одежду, считая, что таким образом его не осудят за недостаточно тонкий вкус, а это было важно при общении с инвесторами.

Однако при этом Дин не потерял голову. Он приказал секретарю разузнать все о Кристен Андерсон из Греннадии. Именно об этом он и говорил по-испански. Выяснилось, что девушка действительно работает у принцессы Евы.

Если ее направила к нему королевская семья, в этом еще был смысл. Он не собирался участвовать в возрождении этой страны, спровоцированном неудачной попыткой переворота, однако ему льстило, что от его решения зависит целое государство.

– Ладно, – сказал Дин. – Я признаю, что переезд компании не снят с повестки дня, однако очень сложно выбрать место.

Дин рассматривал девушку, и его взгляд проникал глубоко, гораздо глубже красивых зеленых глаз. Он понимал, что она не имеет опыта ведения переговоров, и удивлялся, что принцесса возложила эту миссию на нее. Опытные переговорщики или пиарщики могли бы выполнить задание более профессионально. Глаза девушки засияли.

– Значит, есть шанс, что вы переведете фирму к нам?

Дин с удивлением поймал себя на мысли, что блеск ее глаз согрел его. Светло-зеленые глаза девушки отражали свет ее души. А сексуальные губы молили о поцелуе. Дин не мог оторвать от них взгляд.

Не стоит на нее смотреть. Он встречается только с опытными женщинами, которых устраивают отношения без обязательств. Они не мечтают жить вместе долго и счастливо, о чем, скорее всего, грезит эта эмоциональная и наивная девушка.

Тем не менее странное ощущение не исчезало. Дину казалось, что Кристен Андерсон почему-то нужна ему, и стоит обратить на нее внимание.

Он указал на трап.

– Давайте не будем забегать вперед.

Она первая поднялась в салон и издала вздох восхищения. Дин рассмеялся:

– Разве тебе не приходилось летать с принцессой?

– До прошлого года она мало занималась государственными делами. У нее даже охраны не было.

Он приподнял бровь:

– Собираешься ближайшие несколько часов развлекать меня сплетнями?

– Нет! – Кристен вскинула руки. – Извини, твое время стоит дорого. – Она вслед за Дином перешла на «ты».

– Давай-ка пристегнемся. Можешь начинать презентацию, как только наберем высоту.

Пока он говорил, его заместитель и лучший друг, Джейсон Уилсон, вышел из кабинета, располагавшегося в хвосте.

Это был невысокий полноватый мужчина. Несмотря на избыточный вес, он выглядел ухоженным и уверенным в себе.

– У нас проблемы, – заявил Джейсон.

Дин жестом предложил Кристен присесть.

Джейсон подхватил его под руку, отвел в хвостовую часть и зашептал:

– Пока ты вчера был на встречах, я переговорил с несколькими фирмами-инвесторами, у которых есть наши акции. Они собираются продавать их.

Дин моментально выбросил из головы Кристен Андерсон и с изумлением уставился на Джейсона:

– Продавать?

– Журнал «Тек джанки» опубликовал статью. Они полагают, что наша новинка не то что запаздывает – ее просто нет.

– Абсурд!

– Согласен, но это еще не все. Автор статьи утверждает, что ты слишком далеко ушел от реальной жизни и от реальных людей, и называет чудом то, что тебе вообще удалось создать операционную систему и видеоигры. Отсутствие близости к рядовым покупателям привело к тому, что ты не можешь понять их потребности.

– Мой стиль жизни никак не связан с моими способностями.

– В статье приведены цитаты, в которых ты сам опровергаешь это утверждение. Аналитики говорят, что твое время ушло и что у тебя было пять или шесть хороших идей, но они иссякли.

Дину очень хотелось изо всех сил потрясти головой, чтобы выбить из нее все, что он услышал. Он гений, в конце концов. Естественно, его жизнь отличается от жизни обычного человека.

– Я отлично знаю, что такое программное обеспечение. И отлично знаю, что такое компьютерная игра.

– Они пишут, что именно это и привело тебя в бизнес, но твой талант истощился.

Расстроенный, Дин развел руками:

– Мы разрабатываем просто фантастическую серию игр.

– Разработка длится три года. Слишком долго. – Джейсон щелкнул пальцами. – Сейчас все зависит от скорости.

– Игры должны быть доведены до совершенства, прежде чем можно будет говорить о выпуске их на рынок.

– Тогда плохи твои дела. – Джейсон перевел взгляд на Кристен: – А это кто?

Дин не любил ни перед кем отчитываться. Даже перед лучшим другом. К тому же ему самому было не очень понятно, хочет ли он выслушать предложение девушки.

Каждый раз, когда он смотрел на Кристен, у него появлялось ощущение, что ее не нужно отталкивать. Смысла в этом не было, поскольку Алекс Санчо женат на ее боссе. Кроме того, вглядываясь в ее глаза, Дин понимал, что рядом с ней искушает судьбу. Какая абсурдная ситуация! Он никогда не искушал судьбу, не переходил границы и не рисковал. Он был весьма предусмотрителен. И именно поэтому он богат.

И все же эта девушка оказалась в его самолете.

– Мы с ней познакомились в отеле.

Глаза Джейсона расширились.

– Правда?

Дин решил, что следует дать Кристен шанс и честно объяснить ее присутствие на борту. Он подошел к ней.

– Кристен, это Джейсон Уилсон, мой заместитель.

Она вскочила и протянула руку:

– Меня зовут Кристен Андерсон. Я работаю у принцессы Греннадии Евы.

Джейсон посмотрел на Дина:

– Помощница жены принца Алекса – твоя новая девушка?

Кристен рассмеялась:

– Нет. Мы хотим, чтобы мистер Сумински рассмотрел возможность перевода своей компании в нашу страну.

Из динамиков донесся голос пилота. Он попросил всех занять свои места, пристегнуть ремни и приготовиться к взлету.

Дин поймал счастливый взгляд Кристен. Он, сам того не желая, чувствовал, что его привлекает эта девушка, что она по какой-то неведомой причине ему необходима.

– Пристегивайся, – сказал он ей и повернулся к Джейсону: – Давай-ка перейдем в кабинет.

Дин прошел за другом в хвост самолета. Когда они заняли свои места и пристегнулись, Джейсон поинтересовался:

– Так кто она такая?

Дин сосредоточился на застегивании непослушной пряжки, чтобы не смотреть на него.

– Она же сказала. Она из Греннадии. Они хотят, чтобы мы перебазировались туда.

Его друг прищурился:

– А она тебе, часом, не нравится?

Она нравилась Дину. Он старался не обращать внимания на свою интуицию, которая подсказывала, что Кристен Андерсон нужна ему, и на то, что он испытывает волнение рядом с ней. Однако Дин не мог не отметить, что она умна и амбициозна. Конечно, у нее нет опыта. Возможно, поэтому она столь любопытна. Но Кристен не назойлива и не болтлива – для этого она еще слишком наивна.

Она просто старается делать свое дело. Если королевская чета не случайно послала к нему именно ее, девушка об их планах не догадывается.

– Если ты спрашиваешь, хочу ли я пригласить ее на свидание, ответ – нет. – Может быть, она и интересует его, но не до такой степени. К тому же ее трудно представить в роли любовницы. – Я сказал, что выслушаю ее в машине, но всю дорогу проговорил по телефону. Поэтому я предложил провести презентацию в самолете. Как только мы приземлимся, самолет развернется и доставит ее в Париж.

– Хорошо, – кивнул Джейсон.

Самолет тем временем вырулил на взлетную полосу.

– Но в первую очередь нужно подумать, что делать с нашими инвесторами, – продолжал Дин.

– Естественно.

Самолет поднялся в воздух и начал набирать высоту. Мужчины заговорили о том, что они могут противопоставить статье в «Тек джанки». Многочасовое изучение схем, отчетов сотрудников и собственного бизнес-плана, который был абсолютно провальным, поскольку в данный момент отставание от запросов рынка составляло почти три года, ни к чему не привело. Они решили связаться с самыми влиятельными брокерскими фирмами и попросить их пока не советовать клиентам продавать акции, чтобы дать «Сумински стафф» время.

Дин и Джейсон составили список компаний, в которые нужно будет позвонить, как только они доберутся до Нью-Йорка, набросали примерный план того, что нужно им сказать. Однако брокеры, по сути, были правы. Цель Дина была слишком амбициозной. Никто не знал, когда они смогут запустить тестирование предварительной версии. Персонал начал уставать, и работа шла очень медленно.

А ведь его предупреждали. Но он не слушал. Его люди способны сделать абсолютно все.

По крайней мере, Дин так считал. И теперь они оказались в неприятной ситуации, потому что он не в силах назвать дату, когда они будут готовы к бета-тестированию, не говоря уже о сроках поступления игры в продажу.

Джейсон потер подбородок и спросил:

– Это мы и будем говорить, да?

Дин пожал плечами и откинулся на спинку стула.

– Да. Если брокеры вообще станут нас слушать. Я думаю, нам удастся выиграть около шести недель. Однако затем нужно что-то им предъявить, даже если это будет всего лишь дата бета-тестирования.

– Прямо посередине этих шести недель у нас Рождество, а следом и Новый год.

– Так отменим Рождество.

Джейсон рассмеялся:

– Мы не можем отменить праздники.

– Не можем, но в наших силах отменить отпуска.

– Сотрудники тебя возненавидят.

– Я тоже не испытываю к ним особенно теплых чувств. Они уже три года с этим возятся. Если у кого-то и есть право на разочарование, так это у меня.

Пилот объявил, что пора пристегнуть ремни перед посадкой. Дин не удивился. Этот полет в Нью-Йорк был, пожалуй, самым коротким в его жизни, потому что он провел всю дорогу в раздумьях, как спасти от падения акции своей компании. Но, честно говоря, будь он на месте инвесторов, непременно избавился бы от них.

Дин и Джейсон пристегнулись. Самолет приземлился и подрулил к частному ангару. Мужчины отстегнули ремни, вышли из кабинета и столкнулись с Кристен Андерсон, которая выглядела весьма недовольной.

Дин прикрыл глаза. Именно поэтому он не любил работать с людьми. Он не умел учитывать все. Его мозг был способен работать только в одном направлении. Сейчас его компания оказалась на грани краха. У него не было времени выслушивать предложение, которое было ему абсолютно не нужно.

– Извини. Я готов предложить тебе сесть в лимузин и доехать со мной до офиса, но тогда ты не сможешь быстро улететь домой.

Ее милое личико чуть-чуть смягчилось.

– Все в порядке, только распорядись, чтобы твой пилот доставил меня в Греннадию, а не в Париж.

Дин уже почти согласился, но Джейсон поймал его за руку.

– Она не может ехать с нами. Тебе нужно немедленно начинать звонить. Скорее всего, говорить придется весь день. А вечером – рождественский гала-ужин.

– Его можно пропустить.

Джейсон выдавил смешок.

– Правда? Ты целый день будешь убеждать брокеров в том, что с компанией все в порядке и ты – нормальный человек, а не гений, который воротит нос от реальной жизни. Так стоит ли пропускать мероприятие, на котором соберутся обычные люди? Там будут все.

Черт, Джейсон прав. Слухи о том, что он не появился на главной вечеринке года, сведут на нет все усилия.

Дин с грустью взглянул на Кристен. Он ненавидел подобные ситуации.

Дин потащил ее с собой в Нью-Йорк без какой-либо причины, если не считать того, что он чувствовал себя странно каждый раз, когда смотрел на нее. А теперь придется от нее избавиться.

– Прости, Кристен. У меня нет времени. Тебе лучше отправиться назад.

– Да ты что? Я провела в самолете несколько часов, а ты не можешь уделить мне и пятнадцати минут?

С языка Дина чуть не сорвалось еще одно извинение, но он сообразил, что его вины в этом нет. Он сглотнул и продолжил:

– Ты могла предположить, что так выйдет. Я – занятой человек. Ты рискнула, но ничего не вышло.

Джейсон положил руку на плечо Дина и обратился к Кристен:

– Подождите секундочку. – Он повернулся к другу: – Давай-ка отойдем.

Дин неохотно поплелся за Джейсоном.

– Перед нами открывается непредвиденная возможность.

Дин не мог понять, о чем говорит его друг.

– Мы хотим оспорить статью. Мы хотим, чтобы брокеры и важные инвесторы увидели в тебе нормального парня и перестали волноваться.

Дин согласился.

– Так почему бы не взять ее с собой на ужин? – предложил Джейсон.

Дин рассмеялся:

– Что?

– Никто никогда не видел тебя с женщиной. Твоя личная жизнь тщательно спрятана. Пресса на части разрывается, пытаясь поймать тебя с подружкой. С Кристен ты сразу станешь выглядеть нормальным. Даже счастливым. Кто знает, может, следующая статья будет посвящена тому, что выпуск игры задерживается, поскольку ты занят своей девушкой. Тогда вся эта неразбериха обернется в твою пользу.

Дин посмотрел на Кристен. Пульс замедлился. По телу нежной и легкой волной пробежало волнение. Гормоны требовали, чтобы он непременно пошел с ней на ужин.

– Она красивая.

– Более чем, Дин. Она – шикарная. Именно с такой девушкой тебя хотят видеть. Удачно, что она работает на принцессу. Мы немедленно отправим ее вместе со Стеллой по магазинам, чтобы она купила все, что ей понадобится.

– Тогда мне придется ее выслушать. Прямо сейчас, – заявил Дин. – Я не собираюсь ее дурачить и не хочу, чтобы она думала, будто я ее использую.

Джейсон покачал головой:

– Твоя честность до добра не доведет.

– Моя самоуверенность должна это компенсировать.

Джейсон хлопнул его по плечу:

– Как знаешь.

Дин вернулся к Кристен.

– Я готов выслушать тебя.

Ее глаза округлились.

– Правда?

– Да. Но я хотел бы нанять тебя… мне нужно кое-что.

Учитывая странные ощущения, которые испытывал Дин, глядя на нее, он хотел, чтобы их так называемое свидание состоялось. Однако он не желал, чтобы Кристен Андерсон оказывала ему услугу. Услуга подразумевала, что он останется в долгу перед ней. А он никому никогда не был должен.

– Плачу сто тысяч долларов, если ты пойдешь со мной на вечеринку сегодня вечером.

Кристен засмеялась. Дин ждал. Она посмотрела на него широко открытыми глазами и спросила:

– Зачем это тебе?

– Ты, наверное, слышала часть моего разговора с Джейсоном. Моя компания оказалась в довольно шатком положении.

Она кивнула.

– Я полагаю, что, появившись вместе с тобой, буду выглядеть немного более… – Дин не смог сказать «нормальным». Ведь тот факт, что он был гением, ставил его выше серых масс. – Более дружелюбным. Счастливым. Если я приду с девушкой, все решат, что у меня все в порядке.

Кристен внимательно посмотрела на него.

– Акции – забавная штука, – подхватил Джейсон. – Их цена растет и падает в зависимости от слухов. Имидж главы компании напрямую связан с тем, каким количеством денег люди готовы рискнуть.

Дин хмуро взглянул на Джейсона:

– У Кристен диплом экономиста. Думаю, она в курсе. – Он повернулся к ней: – Мне нужно что-то противопоставить той статье, сделать так, чтобы люди воспринимали меня как нормального человека. А отношения с девушкой – это именно то, что нужно нормальному парню.

Дина снова захлестнуло странное чувство. Эта девушка почему-то важна для него. Глядя в ее красивые зеленые глаза, он понимал, что с ней нужно играть по-честному.

– Я готов выслушать твои предложения независимо от того, пойдешь ты со мной сегодня или нет. Но если ты согласишься, я распоряжусь, чтобы тебе было что надеть. Мы поселим тебя в отеле. Мероприятие начинается в восемь часов. Как раз успеешь поспать, чтобы выглядеть свежей и довольной, а завтра сядешь в самолет и отправишься домой.

– За сто тысяч долларов?

– Я не готов платить за свидание более ста тысяч долларов.

– Мне и не нужно больше. По сути, мне лично деньги не нужны. Но я начинаю делать первые шаги в благотворительности – хочу строить школы в странах третьего мира. Обещай установить компьютеры в этих школах.

Дин испытал разочарование. Она хочет от него чего-то, как и все остальные. К тому же она, скорее всего, выполняет задание принцессы Евы и принца Алекса. В ней нет ничего особенного.

Впрочем, он привык к тому, что люди чего-то хотят. Все, кто окружал его, добивались денег, услуги или рекомендации. Дин по-прежнему не мог объяснить, что именно в Кристен привлекло его внимание. Может, это просто игра гормонов и долгий перелет?

– Когда будут построены школы?

Она прикусила губу.

– Не знаю. На данный момент я только планирую свою кампанию.

– Тебе нужно письменное подтверждение?

– Да. Я хочу, чтобы это был вклад в благотворительность, а не деньги, переданные мне лично.

Дин кивнул:

– Хорошо. Составим соглашение о том, что я поставлю триста компьютеров в твои новые школы. По рукам?

– По рукам.

Глава 3

Помощница Дина, Стелла, оказалась резковатой девицей слегка за тридцать с короткой стрижкой и в больших очках. Она была одета в длинный свитер поверх легинсов, на ногах у нее были высокие ботинки. Они стояли в примерочной эксклюзивного бутика, и Стелла неодобрительно смотрела на красное платье, которое выбрала Кристен.

– Дорогуша, – сказала она, делая глоток кофе из дизайнерской кружки, – на твоем месте я купила бы что-нибудь черное, чтобы можно было надеть не один раз. Когда за тебя платит богатый мужик, следует покупать с умом.

Менеджер магазина возвела глаза к потолку.

Кристен вздрогнула.

– Я не собираюсь разорять Дина.

Стелла фыркнула:

– Дина Сумински не разоришь. Все же примерь черное платье, которое выбрала я.

Кристен послушно сменила милое красное платье на элегантное черное.

– О-о…

Платье из шелка, без рукавов, длиной до середины бедер книзу расширялось и при ходьбе шелестело.

Менеджер вздохнула:

– Это платье – просто совершенство.

Они подобрали черные туфли на каблуках, а также прекрасные серьги и ожерелье из белого золота. После этого водитель Дина доставил их в отель на Бродвее. Стелла проводила Кристен в номер.

– Поспи немного, – посоветовала она. – А я пока вызову стилиста и парикмахера.

– У меня есть все, что нужно, в косметичке.

– В этом ужасном черном мешке? Да его сжечь надо.

– Может, косметичка и старая, но с косметикой все в порядке.

– Тебя будут фотографировать. С моим боссом. В мои обязанности входит сделать из тебя идеал.

Ты не должна выглядеть второсортно. – Стелла указала на спальню. – Давай-ка иди поспи. Твой организм считает, что сейчас на десять часов меньше, чем у нас. Ты, вероятно, очень устала. Мне не нужно, чтобы ты зевала на глазах у фотографов.

Кристен почувствовала себя непослушным ребенком. Она отправилась в спальню. Девушка действительно сильно устала. Но она была счастлива. Свидание с Дином Сумински – совсем не высокая цена за компьютеры. Аашера гордилась бы ею.

К тому же это не обычное свидание. Кристен не собиралась клеиться к нему или строить глазки. А еще ей не придется смеяться над его шутками, потому что он никогда не шутит. Он самый серьезный человек на свете, возможно, потому, что он гений. Кристен расстроилась. Она понятия не имела, что должна делать девушка, выходящая в свет с общепризнанным гением. Может быть, достаточно быть вежливой и дружелюбной?

С этим она справится.

Скользнув под одеяло, Кристен вспомнила слова его друга. Ее задача – помочь Дину выглядеть нормальным. На этом она и сосредоточится. Если она будет вести себя как нормальный человек, он поведет себя так же.

Она будет стараться, несмотря на то что Дин все-таки отказался посетить Греннадию. Но, по крайней мере, она попыталась, а он ее выслушал.

За это она набавила ему несколько очков.

Кристен проснулась оттого, что в спальню зашла Стелла с айфоном, из которого доносилась испанская музыка.

– Это одна из моих любимых записей, – объяснила она, пританцовывая, – а ты, наверное, постоянно занимаешься спортом. У тебя отличная фигура.

– Нет, – ответила Кристен, скидывая одеяло, – я укладываю сено в стога, поэтому в хорошей форме.

– Сено?

– Да, для коров. Я живу на ферме.

Стелла была потрясена.

– Кроме шуток?

– У вас в Америке тоже есть фермы.

– Да, конечно, но я на них никогда не бывала. Даже не знаю никого, кто живет на ферме. Даю тебе десять минут на душ. Парикмахер уже тут, а стилист поднимается в лифте.

Кристен прошла в ванную комнату и замерла. Все вокруг было сделано из стекла и мрамора. На нее смотрели шесть разных насадок для душа. Пушистые белые полотенца были скручены в корзинах, как букеты цветов. Мыло пахло просто божественно.

Как жаль, что у нее всего десять минут на то, чтобы насладиться этим великолепием! Она даже не успеет попробовать все виды душа. Кристен воспользовалась лишь ароматным мылом и апельсиновым шампунем.

Она замотала голову полотенцем и накинула банный халат, висевший на двери, после чего вышла в гостиную и увидела, что там находятся человек десять и все болтают одновременно.

Увидев Кристен, они замолчали на несколько секунд, а потом снова заговорили наперебой:

– Кто сказал ей вымыть волосы?

– А у нее красивые глаза. Я думаю, мы можем с ними поэкспериментировать.

– Хочу видеть ее платье до того, как приступлю к макияжу.

– Ей нужна высокая прическа.

– А у нее есть украшения?

Стелла подняла руки, словно дирижер оркестра, и резко взмахнула ими.

– Все замолчали! – Она повернулась к Кристен: – А ты садись.

Кристен подошла к вертящемуся креслу, которое материализовалось в номере, пока она спала, села в него и доверила себя профессионалам.

Почти два часа спустя Стелла помогла ей надеть черное платье, застегнула на шее девушки ожерелье и протянула серьги. Когда все было готово, она передала ей коробочку.

– Это – подарок. От Дина. Ему очень приятно, что ты согласилась помочь.

Взяв коробочку, Кристен ощутила нечто странное. Одно дело – чувствовать, что ты помогаешь человеку в запутанной ситуации, и совсем другое – принимать подарки.

– Я не могу это принять.

Стелла вздохнула:

– Придется. Он хочет, чтобы ты сегодня это надела. – Она подняла руку. – Подожди! – Она подхватила со столика еще одну коробку. – Сначала вот это.

Девушка открыла ее и увидела длинные вечерние перчатки.

– Перчатки?

– Все дело в белом галстуке, – не очень внятно пояснила Стелла, помогая Кристен надеть перчатки. – Это куда более официальный вариант, чем черный галстук. Когда я поняла, что мы не купили перчатки, то позвонила в бутик, и их доставили. А теперь открывай подарок.

Черный шелк перчаток соскальзывал с крышки коробочки. Наконец Кристен удалось открыть ее. Она замерла, затем взглянула на Стеллу:

– Я не могу это принять.

Стелла, ни секунды не раздумывая, достала из коробочки браслет и надела его на левую руку Кристен поверх перчатки. Он так ярко сиял на фоне черного шелка, что слепил глаза.

Стелла рассмеялась:

– Знаешь, почему Дин купил его? Сегодня днем он увидел платье и перчатки и…

– Он приходил?

– Босс был занят, но я ему отправляла фото. – Она покачала головой. – Он одобрил все. Каждую мелочь. Увидев перчатки и украшения из белого золота, он настоял на покупке бриллиантов.

– Я не могу их взять.

Стелла рассмеялась:

– Это не просьба и не предложение. Браслет – необходимая деталь твоего наряда, и он достается тебе в качестве благодарности за помощь. Не в моих силах это изменить. Если не хочешь забирать браслет, говори об этом с Дином.

– Да, я скажу ему.

Дин зашел в номер около восьми, и Стелла отступила в сторону, будто собиралась презентовать Кристен не как человека, а как проект.

Он посмотрел на ее сложную высокую прическу, затем его взгляд скользнул по ней. Если бы на нее так посмотрел кто-нибудь другой, она поежилась бы, но Дин оставался серьезным и деловитым.

– Она – совершенство.

Стелла просияла.

– Ну конечно! – Она взяла пальто и сумку, бросила: – Желаю хорошо отдохнуть, ребятки, – и покинула номер.

Кристен набрала в грудь воздуха.

– Так я нормально выгляжу?

– Как я уже сказал, ты выглядишь идеально. – Его голос звучал холодно. – Идем.

Кристен покинуло чувство легкости. У нее появилось ощущение, что она делает что-то не так. Но она еще ничего не сделала. Она соглашалась со всем, что предлагал он, включая Нью-Йорк, шопинг и ужин.

Что же расстроило Дина?

Кристен взяла черную шелковую накидку и проследовала за ним к двери. Они спускались в главном лифте роскошного отеля в полном молчании.

В холле сотрудники отеля кивали им и здоровались:

– Добрый вечер, мистер Сумински, мисс Андерсон.

Они вышли на улицу. Декабрьский воздух был ледяным, и они поспешили к лимузину.

Кристен скользнула на сиденье. Дин опустился рядом с ней. Лимузин выехал на дорогу.

Они продолжали молчать.

Она мельком взглянула на Дина. На нем были черный вечерний костюм, белая рубашка, белый жилет и белый галстук-бабочка. А пахло от него просто божественно. И тут до нее дошло, что она, по сути, отправляется на свидание с одним из богатейших и красивейших мужчин в мире.

Во всем этом огромном мире.

К горлу подступил комок. Нервы Кристен натянулись. Вот она сидит рядом с Дином Сумински, но все его богатство и социальный статус не идут ни в какое сравнение с тем, как обворожительно он выглядит. Девочку с греннадийской фермы пригласил на свидание такой мужчина! Нельзя сказать, что в Греннадии нет красивых мужчин, но в Дине Сумински было нечто такое, от чего у нее внутри все дрожало. Он был собран и умен, а его проницательные темные глаза были будто выточены из оникса.

Возможно, он не злится, но и не выглядит как мужчина, отправляющийся на свидание с девушкой, которая ему симпатична. Ее задача на сегодня – одурачить всех, продемонстрировав, что они пара. Счастливая пара.

Кристен прочистила горло и сказала первое, что пришло в голову:

– Так что вечеринка и правда в белых галстуках?

Дин смотрел в окно и был явно недоволен тем, что его заставляют отвечать.

– Богачи вечно придумывают что-то, чтобы выделиться.

– Ты сам – один из этих богачей. – Кристен приподняла руку, показывая браслет. – Кстати, я не могу оставить его себе.

– Браслет?

– Да.

– А что не так?

– Это неправильно.

– Ты же мне помогаешь.

– Мы заключили сделку. Я подписала соглашение, по которому в обмен на это свидание получаю компьютеры. А не браслет.

– Не забывай о техническом прогрессе. Сейчас я позвоню своему юристу. Он составит новое соглашение, отправит его мне, а я распечатаю. Все в наши дни делается со скоростью света.

Кристен едва не рассмеялась, слушая, как он пытается заболтать ее.

– Не уходи от темы. Пока мы с тобой на равных, но, если ты начинаешь дарить мне браслеты, все меняется.

– Почему? – спросил Дин.

– Наши отношения выходят за рамки деловых. К тому же это дорого. – Он молча смотрел на нее, и она вздохнула. – Все идет наперекосяк, как только смешиваются личные и рабочие вопросы, а я не люблю беспорядок.

Дин несколько секунд изучал ее лицо, а потом проговорил:

– Похоже, у тебя был подобный опыт. – Девушка не ответила. – Если хочешь, чтобы я понял твою точку зрения, придется объяснить.

– Один парень использовал меня, чтобы подобраться ближе к принцессе.

Он снова внимательно посмотрел на Кристен:

– Он преподал тебе урок?

– Не могу сказать, что это было приятно.

Этот идиот разбил ее сердце на миллион осколков, заставил ее почувствовать себя никчемной и решить, что любовь не для нее. Тогда Кристен поняла, что нужно осуществить мечту Аашеры, потому что это реальная цель. А любовь? Она не верила в ее существование, за исключением нескольких счастливых случаев, вроде любви принца Алекса и принцессы Евы.

– Он использовал меня, чтобы втереться в доверие к принцессе, а когда я сообразила, в чем дело, заявил, что не собирался на мне жениться. – Кристен вздрогнула. Хотя прошел не один год, ей все еще было больно. – С тех пор я научилась не смешивать дела и личную жизнь.

– Хм, в свое время я тоже получил непростой урок, – сказал Дин.

– Да?

– Поэтому меня ненавидит принц Алекс, и поэтому я тоже отрицательно отношусь к смешиванию удовольствий с бизнесом.

– Тогда нам сегодня будет проще. Мне не нужно от тебя ничего, кроме того, что было согласовано. – Кристен тихонько рассмеялась. – Но я жду приятного вечера. Я очень давно нигде не была.

Дин кивнул и слегка расслабился. Она готова была поклясться, что он почти улыбнулся.

– В конце вечера я заберу браслет.

Она кивнула, но у нее осталось странное ощущение, что во всех его словах был какой-то подтекст, который она не могла разгадать.

В машине снова воцарилась тишина. Кристен задумалась. Что случилось с Дином? Когда он получил жизненный урок? Особенно интересно было то, что в этом участвовал принц Алекс. Принц обратился к нему за услугой? Или использовал его? Она представить не могла, что Алекс способен кого-то использовать.

Кристен подождала минуту, надеясь, что Дин продолжит разговор, но, естественно, он не собирался это делать.

– Что же произошло?

Он хмуро взглянул на нее:

– Прости?

– Что тогда случилось? Кто тебя использовал?

– Я ни с кем не обсуждаю свою личную жизнь.

– Если я буду знать, за что тебя не любит принц Алекс, возможно, мне удастся объяснить принцессе, почему я обратилась к тебе.

– Так тебя послала ко мне не принцесса?

Кристен помотала головой.

– Я сочла неправильным, что «Сумински стафф» нет в списке компаний, которые могут обосноваться в нашей стране. В Греннадии сложилась отчаянная ситуация с рабочими местами для молодых людей. Я просто хотела сделать что-то хорошее. Я не предполагала, что принц Алекс не любит тебя. Когда принцесса Ева узнает, что я общалась с тобой, мне несдобровать.

– Может быть, не стоит ей говорить?

– Это будет нечестно.

Дин прищурился:

– То есть ты собиралась им рассказать.

Кристен пожала плечами:

– Я собиралась пригласить тебя в январе, чтобы ты рассмотрел возможность перевода компании к нам. Тогда принц и принцесса были бы счастливы. Понимаешь, я решила рискнуть.

– Я не поеду в Греннадию.

– Теперь я это поняла. Это как-то связано с твоей враждой с принцем Алексом…

– Между нами нет вражды. Он просто меня не любит.

– Удивительно! Ты – такая интересная личность. Дин рассмеялся:

– Алекс Санчо считает иначе.

– Он восхищается принцессой. Он добр к людям. Так что он – хороший человек.

Дин вздохнул:

– Должно быть, сейчас он самый счастливый принц в мире, но Алекс не всегда был хорошим человеком.

– Мне известно, что когда-то он был мачо и увлекался азартными играми. Думаю, с тобой было нечто подобное. Ты не всегда был сухим и черствым. Наверное, между вами что-то произошло, когда вы были молоды, – Кристен покосилась на него, – и глупы.

У Дина был расстроенный вид.

– Да, я был глуп.

Девушка издала стон.

– Ну давай, расскажи, чтобы я знала, как мне извиниться перед принцессой и ее мужем за то, что я перешла границы.

– Просто извинись.

– Прошу тебя.

– Нет.

Глава 4

Сумински сказал это так, что Кристен поняла: продолжения не будет. К тому же зазвонил его телефон.

Раздосадованная, девушка отвернулась к окну.

Да, она, возможно, неопытна, но у нее есть цель.

И для ее достижения ей придется стать жесткой…

А еще ей предстоит пообщаться с принцессой и ее мужем, извиниться перед ними.

Кристен распрямила плечи. Она сумеет сделать все правильно. Она исправит свои ошибки.

Когда Дин наконец закончил разговор по телефону, ей уже было все равно, что произошло между ним и принцем Алексом. Она решила не затягивать давящее молчание и не позволять ему думать, что она дуется на него.

– А город уже украсили к Рождеству, – весело сказала Кристен.

– Да, мы всегда начинаем слишком рано готовиться к празднику. – Дин помолчал. – Ты бывала в Нью-Йорке раньше?

Она повернулась к нему и увидела, что он внимательно смотрит на нее своими темными глазами. Под кожей возникло знакомое странное ощущение.

Дин выглядел великолепно. Кристен не могла поверить, что ни одна женщина не смогла его захомутать. Конечно, его личные качества были далеко не идеальны, но он был так хорош собой, что порой она переставала дышать, когда их взгляды встречались. Однако Дин Сумински – зануда. Сегодня она должна заставить его быть нормальным – возможно даже, приятным человеком. Нужно помнить только об этом, а не замирать, глядя на него, или страстно желать, чтобы его характер изменился.

– Я мало где бывала. Пока была студенткой, немного путешествовала, а так я человек домашний.

– Тем не менее ты собираешься запустить благотворительный проект в странах третьего мира.

В его голосе не было уничижительных интонаций, скорее, ему было любопытно. И Кристен дала честный ответ:

– Я добилась встречи с тобой, и это мой первый шаг. Я попытаюсь вытащить себя из раковины в реальный мир.

– Амбициозно.

Она рассмеялась:

– Трудно было предположить, что поездка в Париж может обернуться путешествием в Нью-Йорк. Ты продемонстрировал мне, как работают миллиардеры.

– Рад, что могу быть тебе полезен. Я хотел бы сделать для тебя столько же, сколько ты делаешь для меня. Чем более профессионально мы будем вести себя, тем лучше будут учтены интересы всех сторон и тем проще будет нам работать вместе.

– Урок номер четыре? – спросила Кристен.

– Нет, это относится к уроку номер два: не смешивать дела и личную жизнь. – Дин поморщился, пытаясь вспомнить. – А урок номер три – это что?

– Нужно исправлять свои ошибки. Я за спинами королевских особ решила встретиться с тобой. Придется признаться и извиниться перед ними.

– Правильно мыслишь. – Дин всматривался в ее лицо. – Так что мы теперь будем считать их?

– Уроки? – Он кивнул. Кристен усмехнулась. – Конечно, почему бы и нет.

– Сегодня вечером я буду вынужден четыре или пять часов представлять тебя разным важным людям, моим потенциальным партнерам. Твоя задача: произвести хорошее впечатление и запомнить имена. – Дин искренне улыбнулся и добавил: – У тебя получится, без сомнения.

По спине девушки от удовольствия побежали мурашки. Если он продолжит вести себя так же мило, то тяга, которую она испытывает рядом с ним, может перерасти в настоящее желание. Она была уверена, что Дин чувствует то же самое.

Лимузин остановился. Водитель открыл дверцу. Дин вышел и протянул девушке руку. От тепла его пальцев волна нежности охватила ее.

Он легонько потянул ее к себе, помогая подняться, и их взгляды встретились. Никто не хотел смешивать бизнес и удовольствие, но в этот момент Кристен ощутила внезапный электрический импульс, заставивший ее представить, каково было бы пойти с ним на настоящее свидание.

Захватывающе и странно.

Он симпатичный, а еще он гений, который говорит все, что думает, уверен, что всегда прав, и хочет делать все по-своему. Совокупность этих черт вряд ли можно назвать идеальной.

Они оба задали себе вопрос: «А что, если меня привлекает этот человек?» И оба ответили отрицательно.

Дин мягко взял Кристен за локоть и повел к отелю. Миновав величественный холл, они прошли к лифту и поднялись в зал для приемов. Следует отметить, что в лифте Дин тут же засунул руку в карман.

За те несколько секунд, что он придерживал локоть Кристен, находясь буквально в паре дюймов от нее, Дин внезапно почувствовал, что она не просто некий человек, который может ему пригодиться. Эта девушка привлекает его гораздо сильнее, чем он думал. Не потому, что у нее красивые глаза, и не потому, что завораживающая линия ее спины плавно перетекает в совершенные по форме ягодицы. В Кристен ему нравится абсолютно все.

Ей хватило смелости прямо спросить, что случилось между ним и Алексом. Она с легкостью преодолела свой страх по поводу предстоящего объяснения с королевской четой. И она спокойно признала, что это ее собственные проблемы, с которыми она в силах справиться.

Дин не мог вспомнить, когда кто-либо был настолько честен и открыт, общаясь с ним. И ему нравилось, что это слегка выбивает его из колеи. Он привык общаться с людьми исключительно по делу, он жил в мире, состоящем только из рабочих вопросов. Однако, когда он слушал рассказы Кристен о ее прошлом, о том, что с ней происходит сейчас, ему было приятно.

При этом Дин понимал, что не стоит заводить с ней роман.

Двери лифта открылись, и с губ Кристен сорвался вздох восхищения. Дин взглянул на нее: светло-зеленые глаза сияли, уголки красивых губ приподнялись в улыбке.

– Здесь так красиво!

Для него же все выглядело как обычно. Зеленые веточки украшали арку, ведущую в зал, где были расставлены столы, покрытые красными скатертями. На них стояли тарелки с салфетками, сложенными в форме цветов, и сверкали хрустальные бокалы. Над головами гостей мерцали, словно маленькие звездочки, огоньки.

Дин обнял ее за талию, и они прошли в зал.

– Здесь нет ничего сверхъестественного. Принцесса, наверное, не берет тебя никуда.

– Я обычно работаю, так сказать, за кулисами, но стараюсь это изменить. И сейчас я рада возможности выйти из зоны комфорта.

И снова она говорила честно. Дин даже умилился. Но это абсурд! Он не может сейчас увлечься женщиной, которая не значится в его жизненных планах. К тому же у него много дел. Следует забыть о неожиданных порывах чувств и использовать вечер, чтобы убедить людей, что с ним стоит иметь дело. Он постарался взять себя в руки.

– Дин!

Дин и Кристен обернулись. Громогласный бас принадлежал Джорджу Перкинсу, хозяину приема. Это был высокий человек с белоснежными волосами и проницательными голубыми глазами. Джордж протянул Дину руку:

– Рад, что ты здесь.

– Спасибо за приглашение, Джордж. – Дин улыбнулся миловидной жене Джорджа: – Добрый вечер, Лоррейн. Кристен, это Джордж и Лоррейн Перкинс, они организовали сегодняшний ужин. А это Кристен Андерсон, моя спутница.

Кристен поздоровалась с ними.

– Зал украшен прекрасно.

Лоррейн лучезарно улыбалась и время от времени теребила ожерелье.

– Спасибо. Мы всегда спорим: либо оформить все просто и элегантно, либо сногсшибательно. В этом году я решила, что будет просто и элегантно.

– Все выглядит идеально, – заверила ее Кристен.

Дин подхватил Кристен под руку.

– Увидимся позже, – бросил он Перкинсам и повел ее дальше.

– Ты должен был сказать Лоррейн, что тебе нравится ее ожерелье.

Дин остановился.

– Что?

– Лоррейн постоянно к нему притрагивалась. Очевидно, оно ей очень нравится. Если бы ты отметил это, она порадовалась бы.

Дин засмеялся:

– Ты считаешь, что мужчина должен обращать внимание на ожерелья?

– Это не повредит. Женщины любят комплименты. Более того, наверняка его подарил ей муж. И если бы ты сказал, что ожерелье красивое, ему тоже было бы приятно.

– Пытаешься учить меня, как себя вести?

– Вроде того.

– Я знаю, что мне стоит делать, а что нет.

– Полагаю, Джейсон с тобой не согласится.

Дин взял с подноса проходящего официанта два бокала с шампанским.

– Джейсон суетится, как старуха.

– Может быть. Но тогда зачем ты привел меня сюда?

– Ты здесь для того, чтобы создать выгодное впечатление обо мне.

– Верно. Если хочешь, чтобы нам это удалось, веди себя по-человечески.

Дин вздохнул. Кристен права.

Она взяла у него бокал и осмотрелась. Дин в это время окинул взглядом ее платье и прическу. Он собрался было сказать, что она выглядит прекрасно, но вовремя остановился. Он не имеет права искушать судьбу.

Дин задумался, что бы сказала Кристен о его жизненном кредо – не искушать судьбу, – и рассмеялся. Она повернулась к нему:

– Что?

– Я кое о чем подумал, пока смотрел на тебя.

На ее лице появилась тревога.

– Я выгляжу смешно?

– Нет.

Слова «ты прекрасна» почти сорвались с его губ, однако он снова сдержался.

– Ты отлично выглядишь. Стелла хорошо поработала. – Дин быстро окинул взглядом столики. – Нам сюда. У меня в приглашении написано: столик номер тридцать один.

Пробираясь к своему столу, они здоровались и обменивались любезностями со многими гостями. Дин всем представлял Кристен, но ни с кем не заводил разговор. По его мнению, достаточно выглядеть спокойно и уверенно и делать вид, что он рад оказаться в таком месте с красивой девушкой.

Когда Дин остановился, чтобы поздороваться с мистером и миссис Норман Дженкинс, Кристен не выдержала:

– Миссис Дженкинс, ваше ожерелье выглядит потрясающе. Скажите, это фамильная драгоценность?

Высокая, стройная женщина засияла от гордости.

– Да, именно. Его носила еще моя бабушка.

– Оно великолепно. – Кристен повернулась к Дину: – Не так ли?

Он бросил на нее быстрый взгляд. Кристен все так ловко провернула, что он мог просто согласиться, а Дженкинсы сочли бы его приятным человеком.

– Да, действительно очень красиво.

Миссис Дженкинс взяла Кристен за руку.

– В наши дни людей привлекают исключительно новизна и бессмысленный блеск. – Она коснулась пальцами сияющего украшения. – Я же предпочитаю роскошь старины.

Седоволосый Норман Дженкинс усмехнулся:

– Именно поэтому она все еще замужем за мной.

Кристен рассмеялась. Дин улыбнулся. Когда она была рядом с ним, беседы автоматически становились простыми и естественными, особенно если речь шла не о делах.

Довольные Дженкинсы пошли дальше, а Дин передал инициативу в разговорах Кристен, позволив ей делать сколько угодно комплиментов. Он допил шампанское и взял им еще по бокалу, а чуть позже поймал себя на том, что время от времени даже смеется.

Прямо перед ужином к ним подошли Кауффманы. Молодые и веселые супруги владели рекламной фирмой, к которой «Сумински стафф» обращалась раз или два. У Питера и Белинды только что родился первенец, и они были ближе Дину по возрасту, чем большинство гостей.

После того как он представил свою спутницу, Кристен заметила:

– Мы бы очень хотели увидеть фотографию вашего сына. Правда, Дин?

Дин полностью доверился ей, поэтому ответил:

– Конечно.

Кауффманы синхронно полезли за телефонами. Белинда оказалась первой. Она передала телефон Дину. С экрана на него смотрело самое странное лицо, которое он когда-либо видел: лысая головка, выпученные глазки и пузырьки слюны в уголках губ.

Он честно попытался сказать что-нибудь приятное, однако его язык присох к нёбу.

Кристен нежно проворковала:

– Он просто прелесть! Какие огромные глаза!

Дин пошел проверенным путем и согласился с девушкой:

– Действительно, глаза очень большие.

Десять минут спустя, когда Кауффманы оказались достаточно далеко от них, Дин повернулся к Кристен:

– Тебе следует выдать медаль за нежное выражение лица, когда ты смотрела на ребенка.

Она рассмеялась:

– Он милашка!

– Не сказал бы.

– Да ладно. Все детки милые, каждый по-своему.

– М-да, ну, может быть.

– Боже, Дин, главное в жизни – это не симметрия и совершенство, а то, что делает человека уникальным. Глаза у этого малыша и правда потрясающие.

Он скептически бросил:

– Пожалуй.

Кристен остановилась и внимательно посмотрела на него:

– Ты мало общался с детьми, верно?

– Мало, и не планирую общаться чаще.

– Да? Не хочешь завести когда-нибудь своих детей?

– Я не представляю, что значит быть отцом.

– Говорят, это получается само собой.

Он жестом предложил ей пройти к столику.

– У меня – вряд ли. Я вырос без мужского внимания.

– Извини, я забыла, что твои родители погибли.

– Все в порядке.

Кристен затрясла головой.

– Нет, не в порядке. Мне следовало подумать до того, как я допустила оплошность.

– Не переживай. Тяжело запомнить подробности чужой биографии.

– Это важная подробность.

– Не очень. Я это уже пережил.

Кристен не сводила с него глаз, и Дин испытывал некое странное чувство, увидев в них искреннее сочувствие. Ему показалось, что с ней можно говорить о чем угодно.

– Если бы пережил, ты не был бы так уверен в том, что не хочешь детей.

Дин рассмеялся, чтобы разрядить обстановку, поскольку у него в горле встал ком. Ему хотелось быть честным. Но он ни с кем не делился воспоминаниями о своем детстве, и девушка – пусть даже с красивыми глазами – не заставит его изменить этому правилу.

И Дин воспользовался тем способом ведения разговора, который в течение десяти лет помогал ему руководить «Сумински стафф».

– То, что случилось со мной в детстве, никоим образом не связано с нежеланием иметь детей. У меня нет родительских навыков, кроме того, бизнес отнимает очень много времени. За последние двадцать четыре часа я побывал в двух странах и пересек океан. В моей жизни нет места жене, не говоря уже о детях.

Кристен удерживала его взгляд целых десять секунд, и при этом было совершенно непонятно, что у нее на уме.

– Знаешь, это делает тебя более сложной целью.

– Целью?

– Ну да. – Она усмехнулась. – Каждая женщина мечтает приручить убежденного холостяка и превратить его в семьянина.

Кристен явно шутила, однако в голове Дина немедленно нарисовалась картина: они в спальне его поместья в Албани. Легкий бриз колышет белые шторы. Белый плед лежит на огромной кровати. Кристен облокотилась на подушки и держит на руках ребенка.

Его ребенка.

Дин помотал головой, прогоняя абсурдную мысль.

Кристен указала на столик, на котором стояла табличка с числом «31», и двинулась туда.

Дин с облегчением выдохнул, подошел к столу и отодвинул для нее стул.

Она села.

– Я хотела бы иметь много детей.

Он присел рядом. Тема не изменилась, но теперь, по крайней мере, разговор пойдет о ней, а не о нем. С этим он справится.

– Как же ты будешь мотаться по всему миру, строя школы?

– Можно что-нибудь придумать. Есть няни. И моя мама. – Кристен рассмеялась. – Она все возьмет в свои руки, не сомневаюсь.

У Дина сбилось дыхание. Он вспомнил собственную бабушку. Если она что-то и брала в свои руки, так это выбор наказания, когда мальчик вел себя не так, как ей хотелось.

Дин автоматически поднялся, чтобы поздороваться с еще одной парой, присевшей за их столик. Он старался остановить поток внезапно нахлынувших воспоминаний о пожилой женщине, которая била его за пролитое молоко в пять лет и за просьбу купить бейсбольную перчатку, когда ему исполнилось семь. Его детство было безрадостным и одиноким.

– Я не могу представить, что у меня не будет семьи, – продолжала Кристен. – Конечно, я люблю родителей, но мне хочется самой стать матерью, научить ребенка всему, что я знаю и умею.

Дин остро ощутил внутреннюю пустоту, а потом зависть. Должно быть, у этой девушки было прекрасное детство.

Какая глупость! Он оставил эти грустные годы в прошлом. К тому же именно в детстве он нашел развлечение, которое, по сути, и сделало его богатым. Он – прагматик и не должен страдать оттого, что его детство было не самым лучшим. И не стоит завидовать Кристен из-за того, что она хочет детей.

Им подали стейк с овощами. К удовольствию Дина, его спутница ела с аппетитом. В то время как ее соседки по столу вяло ковырялись в тарелках, она съела стейк до последнего кусочка и ерзала на стуле в ожидании десерта. Подали крем-брюле.

И тут Дин сообразил, что девушка целый день не ела. Он перекусил сэндвичем и картошкой, которые доставили в офис, пока он звонил брокерам, но забыл предупредить Стеллу, что Кристен нужно покормить. А худенькая Стелла славилась способностью обходиться без еды.

Он наклонился к девушке и шепнул:

– Прости, что мы забыли про обед.

Она улыбнулась:

– Ничего страшного, я все равно почти весь день спала.

Оттого, что ее милое личико оказалось так близко, Дин затаил дыхание. Ее гладкая нежно-розовая кожа сияла в свете свечей. Ее искренняя улыбка согревала его.

Мужчина проигнорировал прилив необычного радостного чувства.

– Наверняка ты была очень голодна.

– Ты решил, что я проголодалась, потому что увидел, как я съела стейк? – Она рассмеялась. – Я всегда ем с аппетитом.

Ее смех был заразителен, и Дин тоже засмеялся. Напряжение отпустило его.

Она действительно самый честный и открытый человек из всех, кого ему доводилось встречать.

Джина, жена Тима Макмюррея, наклонилась над столом и прошептала:

– Простите, я случайно подслушала… Боже мой, как бы я хотела, чтобы у меня появилась возможность нормально поесть.

Шерри Джонсон подхватила:

– Вот я не могу себе это позволить. Меня сразу разнесет, как корову. В чем ваш секрет?

Кристен ответила:

– Наверное, хороший обмен веществ. Но вообще-то у моих родителей своя молочная ферма. И я много работаю на ней.

Шерри кивнула:

– Когда я бегала повсюду за детьми, мне тоже не приходилось думать о весе.

– Надо просто больше двигаться, – согласилась Джина.

Пока женщины болтали, Дин наблюдал за Кристен и за тем, как действует на людей ее обаяние. Он полностью доверял ей, и его не беспокоило, что она скажет и как.

Кристен интересный человек. Она работает у принцессы, живет на ферме. Все это сильно отличается от того, к чему привык Дин. К тому же она собирается начать благотворительную кампанию и строить школы. И в то же время девушка мечтает о детях.

Она просто восхитительна!

Джордж Перкинс поднялся на сцену и взял микрофон. Он пожелал гостям счастливого Рождества и объявил первый танец. Все мужчины за столом пригласили на танец своих жен. Дин понимал, что, если он не пригласит Кристен, это будет выглядеть странно.

Он поднялся и протянул ей руку:

– Пойдем?

– С удовольствием, – ответила она с улыбкой.

Дин отвел ее на танцпол и обнял. Вместе они смотрятся замечательно, решил он. Кристен очаровательна, достаточно утонченна и при этом не утратила простодушия. Она ест, когда голодна. Она хочет детей. Она собирается изменить мир к лучшему.

Все мысли Дина были заняты ею, и он чуть было не остановился. Кристен не просто очаровательная. Она – его идеал. Естественно, его к ней влечет. Конечно, он ее хочет.

Если бы в его мечтах было место женщине, этой женщиной стала бы Кристен.

Дин был на грани того, чтобы поцеловать ее, а сердце советовало ему никогда и ни за что не выпускать ее из объятий. Так он себя еще ни разу в жизни не чувствовал.

Видение Кристен с ребенком на руках никуда не ушло, напротив, оно становилось все отчетливее.

Дин не мог отвести глаз от ее лица. Та часть его, которая прежде спала, теперь проснулась и требовала романтики, мечтала о будущем с этой девушкой…

Но это было невозможно.

Его воспитание сложно назвать нормальным, поэтому Дин не имел представления о том, какой должна быть настоящая семья, что значит быть мужем и отцом. Кроме того, все усложняла причина, по которой его ненавидел Алекс Санчо.

Если этого недостаточно, чтобы осознать, что они не могут быть вместе, можно добавить, что он по-прежнему нацелен только на одно – на успех своей компании. Даже если Кристен находит его интересным и привлекательным, ей следует убежать от него как можно скорее.

Как только она узнает его получше, конечно же сбежит не раздумывая.

Дин сделал шаг назад и сжал ее ладони.

– Я очень устал. Давай вернемся за столик.

Кристен посмотрела на него, но он отвел глаза, и ее прекрасные губы, созданные для поцелуев, недоуменно изогнулись.

– А как же танцы?

Он, как всегда, дал прагматичный ответ:

– Еще успеется. Джейсон попросил меня просто показаться людям на глаза. Думаю, мы провели здесь достаточно времени.

Дин подхватил Кристен под руку и повел к столику. Честно говоря, он сожалел о своем поступке, хотя и не понимал почему. Это его жизнь, и он доволен ею. Он богат и занимается любимым делом. Стоит ли переживать из-за того, что ему нравится женщина, с которой он не может быть вместе?

Они не успели присесть, когда к ним подбежали Уинслоу и Джулия Осмонд, владельцы одной из крупнейших брокерских фирм Нью-Йорка.

– Вижу, ты еще на плаву, – сказал Уинслоу.

– Твоими молитвами, – с улыбкой кивнул Дин.

Днем они с Уинслоу обо всем договорились. И хотя Дин решил, что на ужине он не будет обсуждать бизнес, это был шанс укрепить позиции.

Кристен прикоснулась к его руке.

– Сегодня никаких деловых переговоров.

Этот жест был нежным и таким приятным, что Дин почувствовал, как по его телу пробежала теплая волна. Ему хотелось жизни, отношений – того, о чем он раньше не задумывался. Это было странно. Даже нелепо.

– О, я постоянно слышу то же самое. – Уинслоу улыбнулся Кристен. – А где вы познакомились?

– В Париже.

– Это так романтично, – вздохнула Джулия.

Кристен рассмеялась:

– Да уж, романтично. Можно сказать, мы находимся по разные стороны баррикад. Я работаю на принцессу Еву из Греннадии.

– О, милая, это она только что вышла замуж за роскошного принца из Ксавьеры?

– Да, его зовут Александр Санчо. Они сейчас в Ксавьере, празднуют американский День благодарения. Брат Алекса, Дом, женат на принцессе Джинни, американке, а их отец – на ее матери, Розе.

Уинслоу усмехнулся:

– Кажется, сейчас последует подробный рассказ о генеалогическом древе. – Он взглянул на Дина: – А что за бизнес у твоей компании в Греннадии?

Дин замешкался и ушел от ответа.

– Мы торопимся запустить серию игр. Как я и говорил тебе сегодня по телефону, бета-тестирование новой версии состоится в середине января.

Уинслоу задумчиво взглянул на стакан виски, потом на Дина. Может быть, креативность сотрудников Сумински восстановится, если их отправить в страну, которая славится свежим воздухом и чистым снегом? Там они смогут заняться спортом, взбодриться. В таком случае Греннадия – отличный выбор.

– А где ваш офис? – спросила Джулия.

– На Манхэттене, – ответил Уинслоу вместо Дина. – Его сотрудники давятся в набитом транспорте, чтобы доехать до города, потом пытаются исправить огрехи, поскольку с новинкой, очевидно, не все гладко, потом они ссорятся и едут по домам. – Он посмотрел на Дина. – И нет этим парням ни сна, ни отдыха.

– Весьма интересное наблюдение, – протянул раздосадованный Дин, признавая критику.

– Это не наблюдение, а факт. – Уинслоу сжал плечо друга. – Знаешь что? У меня и нескольких коллег завтра состоится ланч. Празднуем Рождество. Я бы хотел, чтобы вы с Кристен присоединились к нам.

– О, ну…

Дин хотел было отказаться, но никак не мог подобрать слова. Может, стоит попросить Кристен задержаться еще на день?

– Да ладно. Ты же не упустишь шанс поговорить с директорами крупнейших компаний города. – Уинслоу подмигнул девушке. – И наверняка тебе захочется познакомить их с Кристен.

Она засмеялась:

– Звучит неплохо.

Дин расценил ее ответ как одобрение.

– Пусть твой секретарь пришлет мне название ресторана и время.

Уинслоу хлопнул его по спине:

– Договорились.

Когда Осмонды отошли, Дин повернулся к Кристен:

– Если ты согласилась ради приличия, я вполне могу пойти один. Это не проблема.

Кристен посмотрела вслед Уинслоу и его жене.

– У него большие связи?

– Он и есть «связи». Если ты посмотришь в словарь, то рядом с определением «деловые связи» увидишь его фото.

– Тогда нам стоит пойти.

– Правда? Ты можешь остаться в Нью-Йорке еще на один день?

Она засмеялась:

– Завтра суббота, так что все в порядке. – Вдруг на ее лице появилось задумчивое выражение. – Кроме одного. Удобно ли появиться на ланче в белой блузке и черных брюках?

Дин сожалел, что поставил ее в неловкое положение. К счастью, у него была возможность все исправить.

– Мы достанем тебе одежду.

– Стелла?

– На этот раз с тобой поеду я сам. Позавтракаем, потом отправимся в бутик, где ты купила это платье.

– Хорошо.

Кристен появилась в жизни Дина очень кстати, и он испытывал легкие угрызения совести за то, что использовал ее.

– Я клянусь, что завтра в три часа ты уже будешь ехать в аэропорт, а в пять вылетишь в Греннадию.

При мысли о том, что на следующий день им придется расстаться, Дин ощутил тяжесть на сердце.

Их сделка не была взаимовыгодной, а он терпеть не мог чувствовать себя должником.

Глава 5

На следующий день Кристен проснулась, приняла душ и надела скромную белую блузку и черные брюки. Она аккуратно развесила их с вечера, так что они не измялись, но все равно девушке было неприятно носить одно и то же не первый день, кроме того, ей предстояло в этом же наряде лететь домой. Наверное, стоило все-таки постирать блузку перед дорогой.

В номере зазвонил телефон. Кристен сняла трубку.

– Алло.

– Это Дин. Я в ресторане отеля. Я заказал кофе. Спускайся, когда будешь готова.

От звука его голоса ей стало легко, но она подавила в себе глупое чувство, которое впервые ощутила еще вечером. Кристен напомнила себе, что она уже безумно влюблялась в Бреда, а он ее использовал – в каком-то смысле так же, как Дин. Тогда все закончилось разбитым сердцем и большим разочарованием. Дин честен и прямо говорит, что она ему нужна для конкретной цели. С этой точки зрения, он, конечно, лучше, чем Бред. А может быть, и нет. Просто он искренний человек. Особенно это стало заметно, когда он перестал танцевать. Кристен в этот момент поняла, что с ним безопасно. Мужчина, который не хочет к ней прикасаться, не станет заводить интрижку.

И ей романы не нужны. Не стоит рассматривать в роли спутника такого сложного человека. Она собирается начать путешествие длиною в жизнь: заняться международной благотворительностью, изменить мир. Это дело займет все ее время. У нее нет возможности строить отношения до того, как будут построены ее школы.

Кристен вышла из лифта в холле и направилась к ресторану. За одним из столиков сидел Дин. Увидев его, она чуть было не потеряла равновесие.

На нем были джинсы и свободный оливковый свитер, и он совсем не походил на недовольного мужчину, которого она встретила в Париже. Это был молодой парень, к которому можно запросто обратиться. И если считать его улыбку показателем, он был рад ее видеть.

Кристен ощутила ответный прилив радости. Ему очень шла простая одежда, и он выглядел счастливым…

Как тут устоять?

Дин отодвинул для нее стул.

– Надеюсь, ты хорошо спала?

– Хорошо, что я вчера выпила шампанского, иначе мне было бы сложно уснуть, поскольку я выспалась днем.

К ним подошел официант и налил в чашку Кристен кофе.

– Я буду яичницу с беконом. – Дин улыбнулся девушке. – А ты?

Она с трудом выговорила:

– То же самое, пожалуйста.

Ее сердце начинало танцевать каждый раз, когда он смотрел на нее с улыбкой. Она пыталась напомнить себе про Бреда, но это не помогало. Кристен чувствовала, что хочет быть с ним.

Официант ушел, и Дин снова посмотрел на нее счастливыми глазами.

– Я понимаю, что посещение еще одного мероприятия требует заключения нового соглашения. – Он передал Кристен бумаги, которые лежали сбоку от его тарелки. – Вот договор. Вместо ста тысяч долларов ты получишь компьютеров на двести тысяч.

Ее глаза округлились.

– Двести тысяч долларов?

Кристен поняла, что именно это сделало его счастливым, а вовсе не ее присутствие. Дин доволен, что сделка заключена по всем правилам. Он дает ей больше компьютеров, а значит, не принимает от нее помощь. Они на равных.

Сумасшедшие чувства, которые вскружили ей голову, разом замерли.

Она уставилась на Дина:

– Ты не любишь быть обязанным?

Он склонил голову.

– Ты так думаешь, потому что я увеличиваю твое вознаграждение?

– Потому что ты не позволяешь мне оказать тебе услугу.

Дин пожал плечами:

– Это, скорее, относится к правилу: не смешивай дела и удовольствия.

– Нет. Мы вступили на территорию новых правил. Тебе не нравится, когда люди что-то для тебя делают.

Он теребил салфетку.

– Я деловой человек.

– Конечно. – Кристен молчала, пока официант подавал им яичницу с беконом, потом заговорила снова: – А как насчет одежды, которую ты мне покупаешь? Браслета, который ты не взял обратно? Если ты хочешь, чтобы все было согласовано и сбалансировано, я оплачу вещи. И одному Богу известно, сколько я буду должна тебе за браслет.

Дин покачал головой:

– Одежда и браслет – это накладные расходы. Кристен поморщилась:

– Накладные?

– Ты осталась по моей просьбе и не можешь каждый день носить одно и то же. Поэтому я покупаю тебе одежду.

– Не думай, что ты всегда прав.

– Я в этом уверен.

Кристен взяла вилку и приступила к еде, решив, что не будет стараться его переспорить. Однако после первого же куска тоста, по какой-то странной причине, она представила Дина ребенком, который был умнее всех даже в начальной школе, и рассмеялась.

– Готова поспорить, что такое отношение к людям сложилось у тебя еще в песочнице.

– Не совсем. Я подружился с Джейсоном еще в детстве. Когда обстановка накалялась, он вмешивался и решал вопрос до того, как я на кого-нибудь кинусь или кто-то ударит меня. Он также сбрасывал мне ссылки на видео, по которым я научился драться. – Дин снова улыбнулся. – У меня это хорошо получалось.

Ну как не улыбнуться в ответ?

– А долго ты учился в обычной школе?

Он прожевал кусочек тоста, будто взвешивая ответ.

– Все было нормально, пока кто-то не решил, что я – гений. Когда мне было тринадцать, я сдал тест, который доказал это, и получил предложение поступить в университет. Я провел год в Массачусетском технологическом институте, но это было не для меня.

«То есть он не стал учиться в лучшем техническом вузе?»

– Дело в том, что к тому времени я знал о компьютерах все. Еще ребенком я прочитал несколько пособий, разобрал пару материнских плат и понял, что к чему. А вот о бизнесе я ничего не знал, поэтому хотел изучить его. Я собирался трудиться в сфере высоких технологий, но не как наемный работник. Мне была нужна собственная фирма, поэтому я должен был научиться управлять.

Эту цель Дин поставил перед собой в четырнадцать лет.

– Умно.

Он рассмеялся:

– Да уж.

Становилось все сложнее сравнивать Дина с корыстным Бредом, не замечать, как ему хорошо с ней рядом, как легко им разговаривать, как они подходят друг другу.

Они закончили завтрак и вышли на улицу. Стояло погожее декабрьское утро. Их уже ждал лимузин. Буквально через несколько минут Кристен и Дин добрались до бутика. Их радостно приветствовала Дженнифер, менеджер, которая уже была знакома Кристен.

Кристен не видела цену купленного вчера платья, но догадалась, что Дженнифер получила свой процент, и сумма была немаленькая.

– Доброе утро!

– Доброе утро, – ответил Дин. – Мы собираемся на важный деловой ланч и хотели бы приобрести у вас все, что ей может понадобиться.

Дженнифер кивнула:

– Понимаю.

Дин засунул руки в карманы черной кожаной куртки.

– Наверное, что-то вроде костюма.

– Костюм? Да что я, бабуля семидесятилетняя? – возразила Кристен.

– Костюм – подходящая одежда, – сказал Дин, оглядывая одежду самых разных стилей, развешанную в торговом зале.

– Трикотажное платье в самый раз.

– Это же деловой ланч, – возразил он.

– Не совсем. Это рождественский ланч с друзьями или с людьми, которых ты хотел бы считать своими друзьями, – пояснила Кристен. В этом споре ему уж точно не выиграть. – Кроме того, я не имею отношения к бизнесу, и… – Она чуть не сказала «должна сыграть роль твоей девушки», однако осеклась, увидев, что Дженнифер с любопытством смотрит на нее. – Я твоя девушка.

Дин был озадачен, а Дженнифер эта новость понравилась.

– Если судить по тем вещам, которые мисс вчера подбирала со Стеллой, – начала она, – вы можете доверять ее вкусу. – Дженнифер повернулась к Кристен: – И я с вами согласна. В данном случае правильно подобранное трикотажное платье – лучший выбор. – Она пригласила Кристен в примерочную кабину со словами: – Дайте мне пару минут, и я принесу вам то, что нужно.

Дин нахмурился.

Кристен рассмеялась:

– С кем ты ведешь бизнес: с тем, кто пресмыкается, или с тем, кто знает, что делает?

Он вздохнул и махнул рукой:

– Примеряй платья.

Девушка скользнула в примерочную с зеркальными стенами и скинула брюки и блузку. Дженнифер принесла ей три платья.

– Красное, – пояснила она, протягивая его первым, – потому что я считаю, что оно тебе очень пойдет. Синее немного поспокойнее и будет к месту на ланче с занудами. А черное, не сомневаюсь, понравится Дину. Он выберет черное, потому что не захочет, чтобы на тебя все смотрели.

Лицо Кристен залила краска.

– Да нет, он не собственник.

– Дорогая моя, все они – собственники. Но если ты мне не веришь, начни с красного – и его хватит удар, потом надень синее, затем черное. Он предпочтет черное.

Кристен последовала совету Дженнифер и надела красное платье. Мягкое трикотажное полотно обрисовывало фигуру, но не выглядело вызывающе. Это было просто красивое платье.

Когда она вышла из примерочной, Дин стоял спиной к ней.

– Платье номер один! – объявила Кристен, и он обернулся.

Его сердце едва не разорвалось от восторга. Изгибы ее прекрасного тела были подчеркнуты идеально, без капли вульгарности. В этом платье было видно, насколько роскошна ее фигура. Длина его достигала колен, то есть все было прилично.

Но зеленоглазая блондинка Кристен в ярком красном платье была способна свести с ума. И вдруг Дин понял, что дело вовсе не в платье, а в ней. Она будет сводить его с ума, что бы ни надела.

Он попытался что-то сказать, но язык прилип к нёбу.

Дженнифер рассмеялась:

– Давай теперь попробуем синее.

Она потянула девушку в примерочную, и через некоторое время Кристен появилась в синем платье.

– Ух ты… – только и смог выговорить Дин. – Оно… – он прочистил горло, – очень красивое.

Дженнифер улыбнулась:

– Ну хорошо, а теперь платье номер три.

Кристен предстала перед ним в черном. Оно выглядело просто и элегантно. Это платье тоже привлекало внимание к ее идеальной фигуре, однако не вызывало желания немедленно наброситься на девушку.

– Это мне нравится больше всего.

Дженнифер расхохоталась, а Кристен заметила:

– Мне нравится красное. – Она прищурилась. – И тебе оно тоже понравилось.

Он вздохнул:

– Да, понравилось.

– Так почему ты предпочитаешь черное?

– Потому что не хочу, чтоб у Уинслоу и его друзей был сердечный приступ.

– Ладно, – кивнула Кристен. – Знаешь что? Я, пожалуй, сама заплачу за красное. – Она взглянула на бирку на рукаве и при виде цены открыла рот. – Или не заплачу. Думаю, последняя корова обошлась моим родителям дешевле.

Дин рассмеялся:

– Если тебе так нравится красное платье, давай купим оба. Но я очень прошу: сегодня надень черное.

– Я не могу позволить тебе купить красное, – пробормотала Кристен, пытаясь спрятаться в примерочной.

– Тебе нужно в чем-то лететь домой. Ты не можешь вечно ходить в черных брюках и белой блузке.

Разозлившись, она резко задернула штору.

Дин подошел вплотную к примерочной.

– Я буду рад подарить тебе красное платье.

– Хватит! – Это прозвучало как приказ. – У меня дома куча одежды. Мне не нужно красное платье. И прежде, чем ты начнешь строить предположения по поводу того, в чем я хожу дома, предупреждаю: я не разрешу тебе платить бог знает сколько за одежду.

Дин проигнорировал ее и обратился к Дженнифер с просьбой принести джинсы, поскольку она знала размер девушки.

Когда менеджер вернулась, он прошептал:

– Добавьте ботинки или туфли и носки. И все прочее, что может ей понадобиться, чтобы провести в Нью-Йорке еще один день.

Наконец Кристен вышла из примерочной. Вздернув подбородок, она направилась прямо к кассовому аппарату.

– Я не хочу красное платье.

– Хорошо, – покорно согласился Дин.

Она остановилась и с подозрением посмотрела на него:

– Ты что, решил сдаться?

– Нет, просто я не собираюсь спорить по мелочам. Я рад был бы преподнести тебе платье в качестве благодарности.

– Для этого не потребуется еще одно соглашение?

Он вздохнул:

– Нет.

– Ты не способен взглянуть на ситуацию с моей стороны.

– Что же это за сторона?

– Я не хочу принимать подарки. У меня есть гордость. И есть работа. И я могу позволить себе покупать одежду. Просто шопинг в подобных магазинах мне не по карману.

– Хорошо.

Кристен приподняла бровь:

– Снова сдаешься?

Дин покачал головой:

– Нет, смотрю на ситуацию с твоей стороны.

– Отлично.

– Отлично.

Они прошли к кассе, у которой стояла Дженнифер и лучезарно улыбалась.

Она отсканировала ярлык на черном платье и черном шерстяном пальто.

– Ваше пальто доходит до середины бедра, а к этому платью требуется пальто длиннее. Я выбрала самую практичную и недорогую из наших моделей.

Кристен кивнула.

Дженнифер отсканировала бирку на паре туфель на шпильках и взглянула на Кристен.

– Я помню ваш размер. Туфли, которые вы выбрали вчера, были на невысоком каблуке. Думаю, сегодня вам подойдут эти.

Дин пробормотал, что он совсем не разбирается в женских туфлях, но если они до этого доверяли Дженнифер, то…

Кристен закатила глаза.

Дженнифер уложила туфли в пакет, потом взяла джинсы и красное платье.

– Надеюсь, это для Стеллы? – с вызовом поинтересовалась Кристен.

– Тебе нужно в чем-то лететь домой.

Кристен посмотрела на платье, и Дин увидел в ее глазах желание, до того как она успела подавить его. Он произнес только одно слово:

– Пожалуйста.

Зачем иметь деньги, если ты не можешь никого осчастливить?

Она посмотрела на него:

– Это обязательно?

Он кивнул:

– Именно. Если только ты не собираешься постирать блузку в раковине.

– Я хотела так сделать.

– Тогда она будет мятой.

Она вздохнула:

– Ну ладно. Но я чувствую себя не в своей тарелке в этой одежде.

– Ты сможешь принять душ и полететь домой освеженной.

Кристен отвернулась.

Дин испытал странное облегчение, за которым последовало неведомое ранее чувство. То была гордость. Кристен очень понравилось это платье, и он купил его для нее.

Когда Дженнифер уложила в пакет платье и джинсы, под ними оказались черный кружевной бюстгальтер и трусики.

– Вы же сказали: все, что ей может понадобиться, – напомнила ему менеджер.

Сердце Дина резко ударилось о ребра. Перед глазами предстал образ высокой, стройной, идеально сложенной Кристен в черном бюстгальтере и трусиках… и в черных туфлях на шпильках. Он попытался сказать: «Может быть, лучше другой цвет?» – но сумел лишь пробормотать нечто невнятное.

Кристен покосилась на него:

– Тебе не нравится черный?

Боже, ему нравится черный! Но он будет вынужден сидеть за столом с важными людьми и думать о том, что под трикотажным платьем Кристен скрывается черное кружевное белье.

Дин оттянул ворот свитера и выдавил:

– Бери любое, какое тебе нравится.

– Оставим черное, – решила девушка.

Дин попросил шофера отвезти их в отель и отнес пакеты в ее номер. Кристен открыла дверь картой и предложила ему пройти вперед.

– Куда лучше поставить?

– На стул.

Дин поставил пакеты и пошел к двери.

– Я вернусь через пару часов.

Она кивнула. Дин закрыл за собой дверь и шумно выдохнул. Сейчас он отправится к себе в пентхаус, примет холодный душ и вернется в отель спокойным человеком, который ни за что не станет вспоминать сексуальное черное кружевное белье, которое будет надето под элегантным соблазнительным платьем.

Глава 6

Дин был спокоен, когда заехал за Кристен. Всю дорогу до ресторана они молчали, и девушка была этому рада. Нельзя сказать, что она злилась на Дина за то, что он купил ей одежду. Дело было в том, что он с легкостью делал все, что хотел, тогда как она могла действовать только в рамках соглашения.

Когда они вошли в ресторан, Дин даже не назвал свое имя. Метрдотель улыбнулся и проводил их в отдельный кабинет, украшенный к Рождеству. В еловые веточки были вплетены мерцающие гирлянды, а в центре большого круглого стола стояла утонченная цветочная композиция.

Как и говорил Уинслоу, людей было немного. На ланче присутствовали восемь мужчин в черных костюмах вроде того, что был на Дине, а также восемь женщин в достаточно строгих платьях. Кристен очень хорошо вписывалась в эту компанию.

Однако внутри у нее бурлили совсем другие чувства. Кристен внезапно ощутила себя деревенской простушкой. Ей было двадцать четыре года, она работала помощницей принцессы, у нее был диплом, и она собиралась учредить благотворительный фонд. Однако она не была ни с кем знакома и нигде не бывала…

За исключением Парижа, где она встретила этого интересного, немного сумасшедшего парня, одержимого своими идеями. И теперь она притворяется его девушкой.

Когда Дин представил ее своим знакомым, Кристен улыбнулась:

– Мне очень приятно.

Она напомнила себе, что эти люди могут стать спонсорами программы по строительству школ. Ей нужно учиться заводить полезные знакомства, подбирать верные слова, говоря о деле, и находить отклик.

Она опустилась на стул, отодвинутый Дином. Он сел рядом с ней.

Миссис Фланниган, дама, выглядевшая на восемьдесят, обратилась к Кристен:

– Джулия говорила, что вы работаете у Евы, принцессы Греннадии.

– Да, я ее помощница.

– Звучит занимательно.

Кристен издала нервный смешок. Все уверены, что у нее прекрасная работа и гламурная жизнь. Но на самом деле Кристен сидела в офисе и отвечала на электронные письма.

– Порой, конечно, бывает интересно, но в основном это обычная работа помощника.

Дин положил руку на спинку ее стула.

– Кристен собирается оставить должность и заняться благотворительностью. Она хочет строить школы в странах третьего мира.

Глаза миссис Фланниган засияли.

– Правда? Это – большая ответственность.

– Кристен знает, что такое мировая политика, ведь она работает на принцессу. Она понимает, на что идет.

Кристен откинулась на спинку стула. Ей было приятно, что рука Дина касается ее и что он искренне гордился ею. Может быть, она мало путешествовала, но действительно разбиралась в политической обстановке. Работа у Евы научила девушку многому. Теперь ей предстояло использовать полученный опыт.

– Я слышала, что у тебя с бизнесом не ладится, – сказала миссис Фланниган, меняя тему, и улыбнулась Дину.

– Ничего такого, с чем я не мог бы справиться.

Уинслоу наклонился к миссис Фланниган:

– Кристен и Дин познакомились, когда она прилетела в Париж, чтобы убедить его перевести «Сумински стафф» в Греннадию.

– Неужели? Ну, дорогая моя, ты любительница приключений.

Гордость Кристен, только что расправившая крылья, сжалась до размеров горошины. Она не любительница приключений. Она – скромная девушка, поставившая перед собой большую цель. Она умеет доить коров и укладывать сено в стога. Как ей удастся запустить кампанию по строительству школ и изменению мира?

Рука Дина соскользнула на ее плечи. Она почувствовала, что не одна, и смогла снова нормально дышать.

– Она не любит приключения. У нее золотое сердце, – заявил он. – Я вижу, как она с каждым днем становится все более уверенной в себе. Не сомневаюсь, что она справится.

Поддержка Дина вернула ей спокойствие. Кроме того, она поймала себя на мысли, что он второй раз говорит так, будто хорошо ее знает. Впервые это произошло в самолете, когда Дин сказал Джейсону, что у нее диплом экономиста. Ну, это он мог как-то выяснить. И мог догадаться, что ее уверенность в себе растет рядом с ним. Но золотое сердце? Откуда он это взял?

Они провели три часа с деловыми людьми и их женами. Кристен была удивлена, услышав, что миссис Фланниган, а не ее муж, владеет брокерской фирмой и не хочет снижать курс акций Дина.

За столом высказывались различные предложения, как Дину стимулировать креативность сотрудников. Уинслоу даже посоветовал увезти людей в Греннадию, например, недель на шесть, чтобы они перестали думать о рутинной повседневности и набрались сил. Но Дин отверг это предложение.

К моменту, когда они сели в лимузин, голова у девушки шла кругом. Во-первых, она понимала, что идея Уинслоу хороша. Почему бы не отправить «Сумински стафф» в Греннадию до завершения проекта? А там у нее и у принцессы Евы будет куча времени, чтобы убедить его перебраться окончательно. Правда, Дину не нравится принц Алекс. Либо, как сказал Дин, принцу не нравится он. Во-вторых, она не забыла, как верно Дин охарактеризовал ее и как уместно он вставлял реплики в разговор. В глубине души ей очень хотелось обсудить с ним это, но Греннадия была важнее.

– Тебе стоит перевезти персонал в Греннадию на шесть недель. Пусть они отпразднуют Рождество на наших горнолыжных трассах, проветрятся и благополучно закончат проект.

– Моим людям требуется нечто покруче снежных трасс. Уинслоу чересчур оптимистичен.

– А может быть, он прав.

– Ты просто хочешь, чтобы я приехал в твою страну, а там ты навяжешь мне переезд компании.

Кристен не предполагала, что он видит ее насквозь.

– А что в этом плохого?

– Я уже говорил, что Алекс ненавидит меня.

– Почему?

Дин поймал ее взгляд и улыбнулся:

– Должно быть, потому, что я – выдающаяся личность.

Он снова шутит?

– Ты – хороший человек. – Кристен говорила абсолютно искренне. Дин был хорошим, милым, очень и очень умным… но где-то в глубине души. – Что же произошло между тобой и Алексом?

Он оставил ее реплику без ответа, и она вздохнула.

– Должно быть, ты нашел сведения обо мне в Интернете, потому что тебе известно многое. И ты используешь эти факты в беседе. Это не просто проявление ума, это – проницательность. Я думаю, твоя репутация заносчивого человека сильно преувеличена.

– А может быть, рядом с тобой во мне просыпается самое лучшее.

Они сидели в машине и смотрели друг другу в глаза. Сердце Кристен билось в груди, как птичка в клетке. Ее наполняло тепло от их близости. Но все же ей было очень страшно. Они используют друг друга, заводят нужные знакомства, притворяясь парой. Почему же возникла такая странная и интимная ситуация, когда они оба абсолютно искренни?

Дин тихо сказал:

– Ты хорошо справилась за ланчем. Правда, порой я замечал, как твоя уверенность без всякого повода угасает.

– Откуда ты знаешь?

– У тебя есть все данные для того, чтобы начать серьезное дело. Кроме того, я поговорил с несколькими людьми. Все утверждают, что ты предана своей идее и полна энергии. – Он поморщился. – Хотя, должен признать, мне любопытно, почему ты выбрала именно это направление.

Кристен ничего не ответила. Она размышляла над тем, как Дину удается понимать ее. А она не в силах понять его до конца.

– Не хочешь рассказывать? – спросил он.

– Расскажу тебе эту историю, если ты расскажешь свою.

– Договорились. Начинай.

– Ну уж нет. Так нечестно. Я все тебе выложу. За это время мы как раз доедем до отеля, и ты останешься Мистером Икс.

– Мистером Икс?

Она пожала плечами:

– Ты кажешься мне загадочным. Если какой-то факт не указан в твоей официальной биографии, он никому не известен.

– Все верно. Тогда начну я. Что ты хочешь знать?

– Что произошло между тобой и Алексом?

Дин вздрогнул.

– Мое больное место. Ты не можешь успокоиться. Тебе мало истории несчастного ребенка, воспитанного бабушкой, не желавшей возиться с мальчиком и дарившей ему носки на Рождество?

Кристен догадалась, что он хотел пошутить, но она снова услышала грусть в его голосе и представила маленького мальчика, одинокого и тихого. Она мысленно поблагодарила Джейсона за то, что он появился в жизни Дина, и всем сердцем пожелала, чтобы Дин встретил других близких людей и больше никогда не чувствовал себя одиноким.

– Я понимаю, через что тебе пришлось пройти в детстве. – Она посмотрела ему в глаза. – Но за что принц Алекс, любящий всех, возненавидел тебя?

– Я пытался увести у него девушку.

Кристен прыснула.

– На мой взгляд, недостаточный повод для ненависти.

– Это долгая история. – Дин набрал полную грудь воздуха. – У Алекса была девушка, Нина, дочь принца Саудовской Аравии, к которому я обратился за финансированием, создавая свой бизнес. Нина пришла в офис к отцу, когда там был я. Она мне улыбнулась, и принц решил, что это хорошая возможность не дать дочери выйти замуж за Алекса, который в то время увлекался азартными играми.

– Ее отец решил вставить им палки в колеса.

– Вообще-то он решил, что мы с ней неплохо друг другу подходим. Он ничего не говорил, однако увязал финансирование моей компании с моими ухаживаниями за Ниной, пытаясь уберечь ее от Алекса.

– Какой ужас!

– Вовсе нет. Алекса тогда трудно было назвать примером для подражания. Он был испорченным принцем из неприлично богатой страны. У него был доступ к несметному состоянию, и он делал все, что хотел. То, что Нина увлечена им, Алекс воспринимал как должное и большую часть времени просто игнорировал ее.

Было достаточно сложно представить Алекса в этой роли, но Кристен слышала о его похождениях.

– Я начал появляться в тех местах, где часто бывала Нина: в барах, на набережной, в клубах. Наконец она согласилась пойти со мной на свидание. – Дин откашлялся. – Я сходил от нее с ума, а она использовала меня, чтобы вызвать у Алекса ревность. Это сработало. Он забыл азартные игры, стал обращать на нее внимание и сделал ей предложение.

Кристен почувствовала, что кусочки мозаики складываются в цельную картину. Дин в то время был неопытным новичком, оказавшимся в среде богачей. Наверное, поэтому теперь он следует правилу не смешивать работу и личную жизнь. А принц Алекс? Принцесса как-то сказала ей, что в молодости у него было разбито сердце, когда его возлюбленная умерла.

Кристен прошептала:

– Нина умерла?

– Она погибла в результате несчастного случая с яхтой. Некоторое время детективы Ксавьеры подозревали меня в причастности к этому. Но я не был ни у доков, ни возле ее яхты. Мы виделись с Ниной тем утром. Она пригласила меня на завтрак, предложила расстаться по-дружески, рассказала о помолвке, показала кольцо. Нина призналась, что использовала меня. Я был молод и глуп и попытался убедить ее в том, что она любит меня, но она очень быстро расставила точки над «i». Она любит Алекса, а меня использовала. Я чувствовал себя идиотом. – Дин поймал взгляд Кристен. – Я и был идиотом. Потом я узнал, что она погибла, неосторожно управляя яхтой, и впал в депрессию, настолько глубокую, что боялся не выбраться. И не только из-за ее гибели. Меня взбесило, что я не заметил, как меня используют. Это было унизительно и стыдно, потому что слухи об этой истории распространились очень быстро. Мне пришлось покинуть Ксавьеру. Я вернулся в Нью-Йорк, принялся зализывать раны и поклялся, что ничего подобного больше не случится. Никогда.

– Мне очень жаль.

Дин горько усмехнулся:

– У тебя был тревожный звоночек: ты встречалась с парнем, которому нужно было втереться в доверие к принцессе. Но моя история доставила гораздо больше проблем. С ней было сложнее разобраться. Порой я думаю, что невозможно смириться с потерей человека, тем более если он так молод…

– Правильно, невозможно. Я решила заняться строительством школ из-за подруги. Она умерла… Она мечтала об этом.

– Школы – не твоя идея?

Кристен кивнула:

– Нет. – Лимузин остановился около отеля, но она решила продолжить. – Аашера жила в Ираке. У ее братьев было образование, а у нее – нет. Она умоляла их научить ее читать и писать, и они согласились. Она говорила, что это открыло ей целый мир, и решила создавать школы для девочек.

– И ты поддержала ее идею?

– После того, как она погибла из-за террориста-смертника.

– Мне очень жаль. – Дин взял ее за руку. – На свете не так много людей, которые говорят, что понимают, и при этом действительно способны понять, – сказал он, глядя ей в глаза. – Но я понимаю.

Кристен всматривалась в глубину его темных глаз, видела, что он говорит правду, и ощущала, как крепнет связь между ними. Они оба пережили трагедии, которые изменили их жизнь. Неудивительно, что она все время чувствовала близость с Дином.

– Я делаю это не только в память об Аашере. Я поняла, насколько это важно. – Девушка выпрямилась. – Ее путь стал моим путем.

Резкий звонок телефона нарушил тишину. Дин вздрогнул.

– Мне придется ответить.

Кристен кивнула, радуясь, что у нее появилось несколько секунд на то, чтобы собраться с мыслями перед тем, как они попрощаются. Она сопровождала его на ужин и на ланч. Теперь все закончилось. Уинслоу Осмонд предложил Дину привезти свою команду в Греннадию, но Дин не видел в этом смысла. Завтра он снова станет бесчувственным бизнесменом, а она вернется домой и подготовится к вступлению на мировую арену в качестве основателя благотворительного фонда.

После того как они выйдут из лимузина, она никогда больше не увидит его.

Дин нажал кнопку ответа.

– Дин Сумински. Миссис Фланниган, какой приятный сюрприз!

Он молчал, пока говорила пожилая женщина. Кристен внезапно ощутила, что она ужасно скучает по погибшей подруге, что она запуталась в тех чувствах, которые вызывает у нее Дин. Девушка решила уйти и застегнула пальто. К чему оттягивать неизбежное? Она едва знакома с ним. Он женат на работе. И честное слово, хватит с нее совместных мероприятий. Сейчас нужно собрать в кулак всю свою энергию и начать благотворительную кампанию. Ни у кого из них нет времени на отношения. Незачем устраивать сцену прощания в шумном холле отеля.

Но как только Кристен открыла дверцу лимузина, Дин взял ее за руку.

– С удовольствием, миссис Фланниган. Завтра в семь. Ждем с нетерпением.

Кристен уставилась на него. Ее жутко раздражало, что она перестала дышать, когда он прикоснулся к ее руке. Но при этом девушка радовалась, что расставание, судя по всему, откладывается.

– Еще одно мероприятие?

– Нас пригласили на ужин к Фланниганам. – Дин улыбнулся, и в его темных глазах вспыхнули искорки радости. – Она хочет поговорить с тобой о строительстве школ. Завтра в семь вечера.

Глава 7

Господи! Она хочет поговорить со мной?

Кристен смотрела на Дина, и ее очаровательные зеленые глаза были широко открыты от удивления и волнения. Она рассмеялась.

– У тебя все получится, – сказал он.

– У меня сегодня действительно было несколько проблемных моментов с уверенностью. – Кристен взглянула на него. – Но ты мне очень помог.

Дина окатила волна радости, однако он не позволил ей захлестнуть его с головой. Он сходит с Кристен на ужин, но не станет потакать эмоциям, которые испытывает рядом с ней. И не потому, что они ему неприятны. Наоборот, они слишком хороши.

– Тогда поступим так: завтра утром Стелла поможет тебе подобрать подходящее платье.

Кристен вздохнула.

– Она должна отвезти меня в какой-нибудь недорогой магазин. Я не могу позволить себе покупать одежду в бутике Дженнифер.

Дин покачал головой:

– Понимаешь ты это или нет, но завтрашний ужин важен и для меня. Пока ты будешь беседовать с миссис Фланниган, у меня появится шанс пообщаться с ее супругом. Возможно, она и владеет бизнесом, но муж имеет на нее влияние. – Дин улыбнулся. – Вообще-то я твой должник, потому что благодаря тебе у меня появилась возможность провести с ними больше времени.

– Поскольку этот ужин они устраивают для меня, я тоже получаю от него выгоду. Это значит, что больше мы не подписываем никаких соглашений.

Он кивнул:

– Обещаю.

Из машины они позвонили в магазин Дженнифер. Дин предупредил, что на следующий день Кристен придет покупать платье для коктейлей.

– Приготовить для примерки что-нибудь особенное? – поинтересовалась Дженнифер.

– Просто что-то милое. Мы вам доверяем. – Он поймал взгляд Кристен и улыбнулся. – Пусть это будет красное платье.

Кристен рассмеялась:

– Забавно!

– Я становлюсь веселым человеком.

– Пожалуй.

Водитель открыл дверцу.

Кристен вышла, и Дин последовал за ней. Он прошел в холл отеля и почти решился проводить Кристен до номера. Чувства, которые он целый день испытывал, достигли апогея. Пока Дин договаривался с миссис Фланниган об ужине, у него появилось странное ощущение. Ему показалось, что они с Кристен становятся парой. Он знал, что это не так, хотя ему этого очень хотелось.

Вот и причина не провожать ее до номера. Дину было ясно: достаточно полунамека, и он поцелует ее. А что тогда?

Свидание?

Женитьба?

Когда он представлял Кристен и его в главной спальне дома в Албани, у него сдавливало грудь из-за невозможности воплотить это в жизнь. Он не имеет ни малейшего представления о том, что значит быть отцом. Он унылый трудоголик, настолько увлеченный своими проектами, что порой остается спать в офисе.

Как он может начать отношения с Кристен, зная, чем все закончится… и каким болезненным бывает финал? Когда Нина порвала с ним, назвав сотню причин, по которым они друг другу не подходят, она разрушила душу Дина, укрепив его веру в то, что ему не стоит рассчитывать на настоящие отношения.

Его чувства к Кристен – ошибка. Ему нужно остановиться.

Подъехал лифт. Кристен зашла в кабину и помахала ему на прощание. Дин вернулся к лимузину, торопясь скрыться от тяжелых мыслей у себя в пентхаусе.

Автомобиль остановился возле его дома, и он направился к стеклянным крутящимся дверям, отметив по дороге, что у подъезда большое количество папарацци. Несколько репортеров сфотографировали Дина, но он не нашел в этом ничего необычного. В доме жила довольно раскованная дочка крупного бизнесмена, которая часто светилась в газетах. Папарацци постоянно вились неподалеку. Более того, те, кто сфотографировал его, наверняка хотят получить новые фотографии Дина просто на всякий случай. Ей-богу, ничего интересного в том, что он возвращается домой один, нет.

Дин пронесся через холл, на ходу поздоровавшись со швейцаром, набрал код на двери личного лифта и уже через несколько секунд открыл дверь пентхауса.

Квартира была оформлена в черно-белых тонах, яркий акцент создавала россыпь диванных подушек цвета лесных ягод и несколько аксессуаров. Декоратор утверждала, что лесные ягоды – писк моды, и Дин послушно кивнул.

Он быстро прошел в спальню, к которой была пристроена гардеробная. Там он выбрал пару черных туфель, синие джинсы, свитер цвета льна. Про моду на цвет льна ему рассказала Стелла, покупавшая для него свитера.

Дин не знал, какие цвета сейчас в моде. Он не обставлял сам свои дома и квартиры, потому что у него не было настоящего дома, только места, где он останавливался. Он был холодным, и у него не было эмоций. Это была причина номер семьсот сорок один, по которой прекрасной Кристен следовало держаться подальше от него.

В свое время это стало причиной номер один для Нины. Она сказала, что никогда не смогла бы в него влюбиться и никогда не хотела бы быть вместе с ним по-настоящему.

Он был холодным, но не бессердечным. Просто он был далек от мира из-за своей гениальности и из-за странного воспитания. Он просто не знал, как общаются люди.

Дин не хотел думать ни о Нине, ни о Кристен и, стараясь отвлечься, взял со стола утренние газеты.

Он полистал их и уже собрался отложить в сторону, но один лист выскользнул и упал на пол. То был раздел, посвященный сплетням из жизни высшего общества. Дин наклонился, чтобы поднять газету, но тут его взгляд упал на первую полосу, на которой было фото его и Кристен. Неприятно большого размера.

На фотографии он смеялся.

Дин рассмотрел фотографию, потом прочел заголовок: «Ледяной истукан «Сумински стафф» тает от любви?»

Желудок Дина сжался. Он накинулся на статью, в которой говорилось о его проблемах в бизнесе и упоминалась статья в «Тек джанки».

Проклятье!

Но хуже всего были заключительные строки: «Может ли убежденный холостяк и миллиардер встречаться с кем-то? Мы сомневаемся. Это сумасшествие. У него достаточно денег, чтобы не ухаживать за женщинами столь старомодно».

Если бы от намеков можно было умереть, Дин упал бы замертво. Они предполагают, что он нанял Кристен.

И он ее нанял.

Дин уронил голову на руки, посидел немного, потом позвонил водителю и приказал подать машину через десять минут. Он накинул черную кожаную куртку, надел перчатки, схватил газету с дивана и направился к лифту.

На улице его лимузин окружали люди с камерами.

Черт!

Кристен стояла в банном халате в ванной и прикидывала, что приятнее: принять ванну или душ. Здесь было все, что ей могло понадобиться, и, хотя душ был достаточно хорош, пена для ванн пахла просто божественно. Это было преступное, порочное, но прекрасное удовольствие – остаток дня заниматься тем, чем хочешь, и девушка решила воспользоваться этим сполна.

Кристен выбрала ванну. Она открыла краны и налила пену. Она погрузилась в теплую воду и закрыла глаза. В тот момент, когда ее тело коснулось воды, она, к несчастью, подумала о Дине.

Кристен вспомнила историю Нины. И это было совсем не похоже на ее историю. Бред жаждал денег и власти. Он хотел добиться цели любыми способами и делал это бесстыдно, не таясь. Если бы Кристен держала глаза открытыми, она сразу все поняла бы.

Гораздо хуже, когда тебя используют в девятнадцать лет, чтобы заставить ревновать своего парня. Кристен даже представить не могла, что чувствовал Дин, когда Нина сказала ему правду. Неудивительно, что он стал недоступным. Неудивительно, что ему не нравится смешивать бизнес и личную жизнь, ведь отец Нины вкладывал деньги в компанию Дина исключительно ради их отношений.

Можно понять, почему ему не хочется повторения. Это также объясняет его потребность в правилах и договоренностях. Кристен восхищалась Дином, потому что он смог собрать себя воедино. За годы, последовавшие за гибелью Нины, когда один из сильных мира сего его ненавидел, Дин сумел создать империю.

Не стоило его жалеть. Сам он точно себя не жалел. Но Кристен осознавала, насколько тяжелы были его переживания: гибель родителей, жизнь с бабушкой, которая видеть его не желала, публичное унижение…

Кристен сидела, погруженная в пену по шею, когда внезапно зазвонил телефон. Девушка встала, накинула пушистый халат и подняла трубку в ванной комнате:

– Да.

– Это Дин. Я могу подняться?

– Сейчас?

– Это важно.

– Дай мне пять минут.

Кристен быстро вытерлась, надела джинсы и красный свитер, которые Дин купил ей на обратную дорогу, и попыталась причесаться. Волосы отказывались слушаться, поэтому она скрутила их в пучок и прошла в комнату. Через несколько секунд раздался стук.

Она открыла дверь. На пороге стоял Дин.

Он протянул ей газету:

– Прости меня.

Кристен увидела фотографию.

– Ох!

– Все бы ничего, но они полагают, что я тебя нанял.

Она рассмеялась:

– С этим трудно поспорить.

– Да, они правы.

Он прошел в комнату.

Ей очень понравилось, как он выглядит в кожаной куртке и грубых ботинках. В костюме Дин был властным, а сейчас казался сильным, мужественным, сексуальным.

Кристен поторопилась остановить себя, чтобы не выйти за рамки приличия.

– Но соглашение никто не видел.

Он потер ладонью подбородок.

– И не увидит. Но это нечто вроде сплетни, а мне не нужно, чтобы у моей компании были проблемы.

– Не понимаю, как это связано.

– Я похож на сумасшедшего?

Девушка еще раз внимательно рассмотрела Дина и могла с уверенностью сказать, что на сумасшедшего он не похож. Саму Кристен никогда не беспокоило, что скажет пресса, однако она видела, как, например, волновалась из-за этого принцесса Ева.

– На завтрашний ужин ты меня не нанимал, – заявила она.

– И что?

– Значит, это нечто вроде свидания.

Он прищурился:

– На что ты намекаешь?

– Если мы отправимся куда-нибудь – хотя бы прямо сейчас, – посмотрим красивые места и поужинаем, и при этом ты мне не заплатишь, у нас состоится настоящее свидание.

– Если нас увидят фотографы, мы будем выглядеть по-деловому.

Кристен помотала головой:

– Нет. Придется сыграть роль.

– А-а-а… – протянул Дин.

– Спасибо за энтузиазм, – вздохнула она.

– Прости, но я не хожу на свидания.

– А потом удивляешься, почему газеты называют тебя сумасшедшим.

Он засмеялся.

Кристен улыбнулась:

– Вот увидишь, свидание – это не так уж плохо. Особенно когда я в твоем распоряжении только определенное время. Мне же нужно где-то побывать.

– И никаких неприятных расставаний?

– В точку.

Дин помолчал, потом решительно произнес:

– Бери пальто. Идем к Рокфеллеровскому центру.

Так как Кристен была в джинсах, она надела свое старое пальто.

– Звучит многообещающе, – заметила девушка.

– Все туристы туда едут. Там стоит огромная нарядная елка. – И он добавил: – Надеюсь.

Кристен покачала головой, но не стала осуждать его. Этот мир был чужд Дину Сумински.

На улице их поджидала пара мужчин в зимних куртках. Пытаясь прятать фотоаппараты за спиной, репортеры отправились вслед за парой в Рокфеллеровский центр.

Кристен была уверена, что Дин их видит, однако он притворился, что никого не заметил. И она тоже притворилась. Дин начал говорить о ее благотворительности.

– Тебе потребуются советники.

Он шел широкими шагами, и ей приходилось почти бежать. Падал снежок. Кристен глубоко вздохнула, внезапно испытав тоску по снегу, который идет у нее дома, по маминому имбирному печенью, по тишине. Даже в субботу Нью-Йорк оставался шумным, полным жизни городом.

– Знаю, что потребуются. Я рассчитываю на то, что они помогут мне с тем, в чем я не разбираюсь.

– Если миссис Фланниган выложит больше пятисот тысяч, значит, она хочет участвовать в твоем проекте.

Кристен остановилась.

– Пятьсот тысяч долларов?!

– Она всегда стремится занять первое место. И я его ей отдал бы.

– Поверь, я бы тоже.

Дин засмеялся. Кристен взяла его под руку и, прильнув к нему всем телом, шепнула:

– Это для конспирации.

Их взгляды встретились. В его темных глазах таился намек на желание, который отозвался в ее душе, но Дин ничего не сказал. Она сочла это молчаливым согласием и прижималась к нему, пока они не дошли до Рокфеллеровского центра.

Увидев гигантскую ель, Кристен воскликнула:

– Какая красота!

– Эта елка привлекает туристов.

– Смотри, каток! – восхитилась девушка, и ей еще сильнее захотелось домой.

– Это вторая причина, почему сюда едут люди.

– Ты всегда все считаешь?

– Считаю? – недоуменно переспросил Дин.

– Ведешь счет.

Он улыбнулся:

– Надеюсь, что да. Так мой мозг систематизирует информацию.

– Интересно…

Внимание Кристен снова привлекли люди на катке. Повалил обильный снег, но ей не было холодно. Она выросла в скандинавской стране и привыкла к гораздо более низким температурам. Тоска по дому усилилась.

– Я думаю, нам стоит покататься.

Дин побледнел:

– Ни за что на свете!

– Почему? Мы одеты подходяще. Я вижу знак проката коньков. – Она легонько подтолкнула его плечом. – Будет здорово.

– Да, если за тобой не наблюдают журналисты. Я не желаю, чтобы во всех СМИ появилась фотография, на которой я падаю на задницу посреди катка. Мне не хочется выглядеть идиотом.

– Ты будешь выглядеть как человек, которому я нравлюсь достаточно сильно, чтобы попробовать что-то новенькое. И рассуждения на тему «заплатил ли он ей» сменятся другими, например, «кто эта женщина?».

Он покачал головой:

– Учти, они выяснят о тебе все.

– Ты тоже так сделал. И что же ты обнаружил? Что я милая и простая девушка. Твои изыскания не повредили мне, не испортили жизнь. – Кристен улыбнулась. – Далеко не все на свете – вопрос жизни и смерти. Давай повеселимся. Фотографы, которые идут за нами, это увидят. Они поищут информацию обо мне, не найдут ничего особенного и отступятся.

– Ты оптимистка.

Она повернулась к Дину и внимательно посмотрела на него:

– Знаешь, тебя легко можно назвать пессимистом, но я так не считаю. Ты вынес много горя и стал осторожным.

– Достаточно осторожным, чтобы не сломать лодыжку.

– Вот видишь! Об этом я и твержу. Избегая чего-либо, ты стараешься держаться подальше от болезненных тем. Но не беспокойся. Я больше не буду расспрашивать тебя о Нине. И о твоем детстве. Но я хочу покататься на коньках. Я случайно попала в незнакомую страну, задержалась здесь и очень скучаю по дому.

Если бы Кристен стала возражать или доказывать собственную точку зрения, Дин легко ее переспорил бы. Но он не настолько груб, чтобы отказать девушке в возможности развеять тоску.

– Я пойду и посмотрю расписание и цены в прокате.

Она просияла:

– Правда?

– Да. Однако за руки мы держаться не будем.

– Вообще-то предполагается, что у нас свидание.

– Я не хочу выглядеть слабым на льду.

Оказалось, они попадают на следующий сеанс катания. Дин подозвал ее. Они взяли коньки и через двадцать минут стояли на льду.

После пары минут осторожного покачивания на нетвердых ногах Дин, поработав над равновесием, наконец нашел баланс. Он не забывал, что репортеры фотографируют их. Проехав первые несколько футов, он затормозил и рассмеялся:

– Хорошо. Правда весело.

Кристен покружила вокруг него:

– Я же тебе говорила.

– По сути, используются те же мышцы, что и на сноуборде.

Она удивленно взглянула на него:

– А ты катаешься на сноуборде?

– Раньше катался. Мне пришлось научиться многому, чтобы находиться в тех местах, где я мог встретить обеспеченных людей, готовых стать инвесторами «Сумински стафф».

Вспомнив, что их фотографируют, Кристен схватила его за руку и быстро поехала вперед.

– Вольемся в поток катающихся, и я тебя отпущу.

Дину безумно хотелось, чтобы она не выпускала его руку. Ее прикосновение было очень приятным, очень естественным. Казалось, это должно испугать его. Однако Дин, напротив, чувствовал, что может довериться Кристен и отправиться вместе с ней туда, где он никогда не был.

Они смешались с толпой, она отпустила его, но он снова взял ее за руку.

Девушка вопросительно посмотрела на него.

– У нас же свидание, – сказал Дин.

Кристен кивнула, улыбнулась и немного обогнала его.

– Хочешь сделать трюк?

– Тебе надоело кататься просто так?

– Вроде того. А еще я думаю, что в газете лучше будет смотреться фото, на котором я делаю что-то занимательное, а не глазею на других.

– И ты хочешь, чтобы я в этом участвовал?

– Это очень просто.

Кристен взяла Дина за вторую руку, они встали лицом друг к другу и закружились.

Он понимал, что со стороны это выглядит мило и забавно. Перед глазами мелькали быстро сменяющиеся картинки, а Дину становилось все спокойнее и спокойнее. Он рассмеялся. Впервые за долгое время он не думал ни о фирме, ни о проблемах. Он вообще не думал.

Только ощущал полное доверие к ней.

Кристен сразу же заметила перемену. Отпустив одну руку Дина, она потянула его за собой. Когда они набрали достаточную скорость, девушка заставила его проехать «восьмеркой».

– Мне кажется, ты выпендриваешься, – заметил он.

– Нет. Выпендриваться – это учить тебя быстро вращаться или выполнять поддержку.

Она ожидала увидеть на его лице ужас, однако он произнес:

– Думаю, вращение у меня получится.

Кристен остановилась после третьей «восьмерки».

– Тебе нравится, когда ты делаешь что-то хорошо? – спросил Дин.

Она пожала плечами:

– Мне нравится делать что-то хорошо настолько, насколько это в моих силах.

– Мне тоже.

Она понимала, что Дин имеет в виду. Будучи гением, он наверняка считает, что «хорошо» означает «идеально». Поэтому он не хочет упасть лицом в грязь перед репортерами, поэтому держится в стороне от людских глаз.

Когда истекли отведенные им полтора часа, они погуляли еще немного по городу и поужинали в маленьком мексиканском ресторанчике.

Кристен застегнула пальто, когда они вышли на засыпанную снегом улицу. В витринах горели рождественские огоньки, снег ложился на ветви хвои, как сахарная глазурь на печенье. Дин без стеснения взял ее за руку, и она не смогла сдержать улыбку.

Это было одно из лучших свиданий в ее жизни.

Тем не менее она знала, что для него это вряд ли значит так же много, как для нее. Может быть, Дин и получает удовольствие от времени, проведенного с ней, но, услышав историю о Нине, Кристен подозревала, что он поклялся никогда больше не приближаться к женщине. Вероятно, это одно из его правил.

Когда они вернулись в отель, она ожидала, что Дин попрощается с ней у лифта. Однако он вошел в кабину следом за ней.

В ее животе запорхали бабочки.

– Проводишь до двери?

– В холле три фотографа.

Бабочки мигом улетели.

– Ясно.

Но когда они дошли до двери, Кристен обернулась, чтобы сказать «до свидания», и увидела озадаченное лицо Дина. В финале свидания предполагается поцелуй. Однако что-то подсказывало ей, что он не поцелует ее даже в щеку.

– Что-то не так?

Он сделал глубокий вдох и посмотрел в сторону.

– Все в порядке.

Но когда Дин снова взглянул на нее, его глаза смотрели уверенно и жестко. Мускулы широких плеч напряглись под кожаной курткой. Он шагнул к ней.

Кристен затаила дыхание. Он собирается ее поцеловать!

Она сделала шаг навстречу, ведомая древним инстинктом. Дин поднял руку, будто собирался обнять девушку за талию или за плечи, чтобы притянуть к себе. Ее сердце танцевало в груди, а на губах играла улыбка надежды.

Однако его рука замерла. Дин шагнул назад и пригладил волосы.

– Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, – прошептала Кристен, с трудом сдержав вздох разочарования.

Но Дин не уходил. Сначала она подумала, что он все же хочет ее поцеловать, но потом поняла, что он джентльмен, а потому ждет, когда она зайдет в номер.

Кристен быстро вставила карту в замок. Она снова пожелала ему спокойной ночи, надеясь, что не выглядит как идиотка, и закрыла за собой дверь.

Она так ждала поцелуя…

Глава 8

– Мистер Сумински сообщил мне, что тебе требуется коктейльное платье, и еще я должна накормить тебя ланчем.

Кристен покосилась на экран телефона и поняла, что уже десять утра.

Она села на кровати.

– Стелла, прости, я проспала.

– Не спеши. Встретимся в холле.

– Спасибо.

Кристен встала, приняла душ и снова надела красный свитер и джинсы. Потом она позвонила на ресепшн и попросила забрать в стирку белье, черные брюки и белую блузку. Ей пообещали, что одежду приведут в порядок к вечеру. Она отправится домой в том, в чем прилетела в Париж.

Они со Стеллой сели в лимузин Дина и отправились в бутик. Дженнифер уже ждала их с красными коктейльными платьями. Кристен примерила три штуки и выбрала кружевное платье-футляр.

– Тебе нужны новые джинсы и свитер, – заявила Стелла.

– Для чего?

– Дин сказал, что тебе потребуется одежда в дорогу.

– Мне ничего не нужно.

Стелла удивленно взглянула на девушку:

– Ты с ума сошла? Мужчина хочет купить тебе свитер за восемьсот долларов. Бери и ни о чем не жалей.

– Нет.

Стелла вздохнула и посмотрела на потолок, словно просила небеса дать ей ответ.

– Мне не нужна лишняя одежда, – подчеркивая каждое слово, сказала Кристен. – Конец дискуссии.

Стелла покачала головой и вздохнула:

– Ладно.

Они попросили Дженнифер отослать платье в отель и отправились на ланч.

Снег, выпавший вчера, расчистили. Из ливневых решеток поднимался пар и, смешиваясь с холодным воздухом, клубился вокруг лотков с горячей едой.

– Где хочешь поесть?

Кристен указала на один из лотков.

– Хот-дог подойдет.

– Нет. Дин просил, чтобы ты поела нормально.

Кристен засмеялась:

– Он, наверное, самый властный человек на свете.

Стелла фыркнула:

– Это только вершина айсберга. Кстати, как насчет итальянской кухни?

– Ее все любят.

– Вот и прекрасно.

Они зашли в ресторан и присели за круглый стол. Стелла взяла в руки меню.

– Как ты относишься к тому, что вы идете с ним еще на одно свидание?

– Это Дин просил выяснить или тебе самой интересно?

Стелла придвинулась ближе.

– Судя по его тону, Дин считает, что тебя радует предстоящий ужин. Мне любопытно.

– Ужин организован для меня. Миссис Фланниган хочет обсудить вопросы благотворительности.

– Ну что ж, хорошо. Дин – сложный человек, имитировать свидание с ним безумно трудно. Я рада, что ты тоже что-то получаешь от этой сделки.

– Ты имеешь в виду – кроме вечернего платья, двух трикотажных платьев, джинсов, ботинок, пальто, туфель и прочего? – возмутилась Кристен. – Черт возьми, он даже браслет до сих пор не забрал.

Стелла рассмеялась:

– Полегче! Для Дина это – даже не мелочь. Скорее, пыль.

Официант принял у них заказы.

Когда он отошел, Кристен заявила:

– Мне нужно вернуть ему браслет.

Стелла снова наклонилась к ней:

– Зачем? Дин Сумински, по сути, грубиян и сволочь. Он постоянно увольняет сотрудников и бросает любовниц. Единственный человек, с которым он более или менее способен разговаривать, – это Джейсон.

– Он разговаривает со мной.

– О-о-о… – протянула Стелла. – Я поняла, что происходит. Милая моя, не дай этому человеку насадить тебя на крючок. Ты слишком хороша для него. Если и правда хочешь заниматься благотворительностью, не порти репутацию, встречаясь с Дином.

– Во-первых, он не так плох, – раздраженно парировала Кристен. – Я видела, как он держится, когда ему есть что сказать. Вчера за обедом он болтал без умолку. Во-вторых, встречаться с парнем – не значит губить свою деловую репутацию.

Стелла облокотилась о стол.

– Хорошо, беру обратно слова о репутации. И меняю их на описание реальности: Дин способен разрушить твою личность, разбить тебе сердце. Он упрям, насколько может быть упрям бизнесмен. Не дай ему одурачить тебя за несколько вечеров, в течение которых он был милым. Не верь, что ты ему нравишься.

Кристен нервно затеребила салфетку.

– Я не настолько глупа.

Однако она так хотела, чтобы он поцеловал ее вечером! Всем сердцем. Из всего, что наговорила Стелла, можно было бы сделать вывод, что она его не знает. Сначала Дин действительно был всем недоволен, замкнут, но постепенно становился более открытым и дружелюбным, даже решился встать на коньки. Либо Дину было комфортно с ней, либо он изменился, либо это было что-то еще.

Ей вспомнилось, как Дин сказал в лимузине: «Рядом с тобой во мне просыпается самое лучшее».

Неужели с ней он становится лучше? А если нет? Что, если он – мерзкий тип, которому она нужна исключительно для того, чтобы играть роль его спутницы?

Вряд ли деревенская девушка из Греннадии может понравиться нью-йоркской звезде.

Когда Дин зашел за ней в номер, Кристен уже была готова. На ней было красное кружевное платье, на плечах роскошные светлые локоны. Она выглядела просто восхитительно.

Он едва сдержался, чтобы не поцеловать ее накануне вечером. Он настолько хотел этого, что чуть не проиграл войну с самим собой. Нет, целовать Кристен ни в коем случае нельзя. У них деловые отношения. Они не встречаются по-настоящему, просто создают видимость.

Сегодня он будет умнее.

Дин помог Кристен надеть пальто.

– Спасибо.

Ему показалось, что «спасибо» прозвучало несколько натянуто.

Он открыл дверь и пропустил ее вперед.

– Спасибо еще раз.

В ее подчеркнутой вежливости определенно что-то крылось. Это было совершенно не похоже на Кристен.

– Пожалуйста. Что-то случилось?

– Все в порядке.

Конечно, с ней не все в порядке.

– Тебе Стелла что-то наговорила?

Приехал лифт, и они вошли внутрь.

Не поворачиваясь, Кристен сказала:

– Мы с ней отлично провели время.

– Платье ты выбрала великолепное.

– Его выбрала Дженнифер.

Холод в ее тоне и то, что она не смотрела на Дина, вызвали у него дурное предчувствие. Стелла могла сказать миллион вещей, из-за которых Кристен обиделась. Теперь она перестанет обращать на него внимание.

Но ведь она и не должна обращать на него внимание. Он никогда ни с кем не встречался. У него были только любовницы, а Кристен явно не из этой категории. Ей хватит ума не подпускать его слишком близко.

А ему хватит ума позволить ей это.

Они ехали к Фланниганам в полной тишине. Это было странно. Дин едва сдерживался. Ему хотелось обратить внимание Кристен на украшенные витрины магазинов. Он помнил, как ей понравилась елка в Рокфеллеровском центре. Однако он молчал, уважая ее желание сохранять дистанцию. А на улицах было очень красиво. Эльфы и круглощекие Санта-Клаусы улыбались. Все было увешано гирляндами и узорными фигурками. Дин не любовался рождественским убранством города с тех пор, как бабушка дала ему пятьдесят долларов и велела купить себе подарок. Она не хотела ничего украшать. Не хотела печь. Не хотела выходить из дому. Потому что считала Рождество праздником, придуманным владельцами магазинов для того, чтобы заставить людей тратить деньги.

И тогда Дин взял пятьдесят баксов, пошел в магазин подержанных вещей и купил старенький компьютер. Пытаясь справиться с печалью оттого, что рядом нет родителей, что никакого праздника не будет, он убедил себя, что бабушка права. Рождество предназначено для глупых людей, которые хотят быть одураченными…

Лимузин подвез их к дому Фланниганов. Дин и Кристен молча вошли в холл. Швейцар отметил их в списке приглашенных и бесшумно скользнул к лифту, чтобы вызвать его.

Квартира Фланниганов располагалась на верхнем этаже. Сияющая чета встретила их у лифта. Дина бросило в пот при мысли о том, что грустное настроение Кристен может повлиять на вечер и на ее планы. Если она будет так же вести себя с миссис Фланниган, пожертвований ей не видать.

Хуже того, виноват в этом он. Стелла, скорее всего, сказала ей, что он мерзавец.

И это правда.

Кристен вышла из лифта и обняла миссис Фланниган.

– Джон возьмет ваши пальто, – сказала хозяйка.

Дворецкий взял черное пальто Кристен и темно-серое пальто Дина.

Миссис Фланниган ахнула:

– Красный цвет! Как он тебе идет, Кристен. Были времена, когда я любила носить красное.

Кристен засмеялась:

– Были? Я уверена, вы и сейчас прекрасно смотритесь в красном.

Миссис Фланниган взяла ее под руку и повела по длинному коридору в зал с высоким потолком. В зале были современные диваны и кресла. На стенах висели полотна старых мастеров. По периметру были эффектно расставлены скульптуры. По случаю Рождества рамы картин украшали веточки хвои, перевитые красными бархатными лентами.

– У вас очень хорошо, – сказала Кристен.

– Спасибо. А некоторые, – Минерва Фланниган покосилась на Дина, – пользуются услугами декораторов. Я предпочитаю сама создавать красоту в своем доме.

Кристен отвела взгляд.

Она смотрела в сторону весь вечер, несмотря на то что разговор касался ее благотворительного фонда и обещания значительных пожертвований. Кристен пригласила хозяйку поучаствовать в проекте в качестве советника, и, как и предполагал Дин, глаза миссис Фланниган загорелись. Она с радостью согласилась и предложила свою помощь в поиске других советников.

– Они тоже сделают взносы, – пообещала Минерва и перечислила несколько имен, от которых у Дина голова пошла кругом.

Наконец она обратилась к нему:

– Мы закончили обсуждать серьезные дела, а теперь я хотела бы поговорить с тобой.

От ее взгляда у него по спине побежали мурашки. Эту женщину переполняли энергия и жажда жизни. При этом она была очень влиятельной особой на Уолл-стрит, и одно ее слово могло отправить его акции в бездну.

Дин сидел на диване с коктейлем в руке, закинув ногу на ногу, и старался держаться расслабленно.

– Давайте поговорим.

– Уинслоу прав насчет того, что тебе стоит вывезти своих парней куда-нибудь, чтобы они, сменив обстановку, смогли наконец завершить проект. Мой помощник рассмотрел возможность передислокации в Греннадию. Там хорошо и тихо. Там есть чем заняться твоим сотрудникам и их семьям. Устрой им отпуск, совмещенный с работой.

– Звучит отлично, но…

– Никаких «но», Дин. Через месяц моего слова будет недостаточно, чтобы отсрочить неминуемое.

– Я в курсе.

– У тебя нет выбора.

– Я не уверен, что, оторвав сотрудников от привычных рабочих мест, смогу подстегнуть их креативность.

– Они не могут закончить работу уже три года. Я ни капли не сомневаюсь, что тебе особенно нечего терять.

Внезапно Кристен взяла Дина за руку. Его очень удивило, что девушка решила поддержать его. Но потом он понял, насколько это приятно, особенно если учесть, что она не разговаривала с ним весь вечер.

Никто и никогда не поддерживал его.

Грудь Дина наполнил неописуемый восторг. Внутри сразу стало тепло. Вернулось ощущение легкости, которое он испытал, когда они катались на коньках. Мир окрасился в более яркие цвета.

Но, конечно, он не собирается пойти на поводу у своих желаний и причинить Кристен боль.

Разговор переключился на обсуждение картин. Кристен и миссис Фланниган подошли к ним поближе, и пожилая женщина рассказывала историю приобретения каждой из них.

Беседуя с Артуром Фланниганом, Дин порой бросал взгляды на Кристен. Она действительно интересовалась искусством, а ее нежные чувства к Минерве были искренними.

И вдруг ему неудержимо захотелось поцеловать ее. Еще сильнее, чем вчера.

Вечер подошел к концу. Они снова прошли по длинному коридору, и к ним приблизился Джон, держа в руках пальто. Дин помог Кристен одеться.

– О, посмотрите-ка, – улыбнулась хозяйка, указывая на огромный букет на столике в прихожей. – Нельзя сказать, что вы под омелой, но, по крайней мере, рядом с ней. – Она слегка подтолкнула Дина к Кристен. – Если хочешь поцеловать ее, мы с Артуром не возражаем.

Страсть вскипела в его крови. Действительно, подходящий момент для поцелуя, о котором он мечтал последние два дня. Да, он клялся, что не будет с ней вместе, не сделает ей больно… Но неужели он не заслуживает всего одного поцелуя?

Конечно, заслуживает.

Кристен рассмеялась:

– Это против правил. Омела обязательно должна висеть над головами.

И она направилась к лифту, миссис Фланниган, посмеиваясь, пошла за ней, а Артур двинулся следом за женой.

Дин задержался и сделал то, чего никогда себе не позволял. Он быстро выхватил из букета веточку омелы и сунул ее в карман пальто.

В лимузине Кристен снова погрузилась в молчание. Дин не мешал ей. Ему было о чем подумать. Их время практически вышло. Нужно принять важные решения всего за несколько минут, пока они едут к отелю.

Дин не мог не признать, что миссис Фланниган обладает очень большой властью, и с ней нельзя не считаться. Придется везти сотрудников в Греннадию. Он сжал веточку омелы в кармане. Ему нельзя думать о Кристен ради ее же блага.

Они вышли из лимузина и впервые за два дня не увидели папарацци.

– Журналистов нет? – удивилась Кристен.

– Сейчас поздно и холодно, к тому же они столько раз нас сфотографировали вчера, что им надолго хватит.

Дин открыл дверь. Они молча дошли до лифта и молча дожидались, пока он спускался.

Дин зашел вслед за Кристен в кабину. Девушка ничего не сказала. Когда лифт остановился на ее этаже, Дин вышел с ней вместе. Они по-прежнему молчали.

Подойдя к номеру, она повернулась к нему с вежливой улыбкой:

– Большое спасибо за вечер. И огромнейшее спасибо за то, что познакомил меня с миссис Фланниган. Она – просто чудо. С ее помощью мое дело пойдет раза в два быстрее.

Дин улыбнулся:

– Возможно, еще быстрее. Она обладает очень большой властью. И ты ей нравишься.

– Она мне тоже.

– Из вас получится отличная команда.

– Спасибо.

Впервые за вечер она посмотрела ему в глаза. Эффект был молниеносный.

Сердце Дина чуть не выскочило из груди. Дыхание замерло.

Он понимал, что видит Кристен в последний раз. Если он позволит ей остаться, то не сможет устоять.

Девушка открыла дверь и хотела войти, но Дин удержал ее.

– Не так быстро, Золушка. Ты хотела, чтобы я перебазировал компанию в Греннадию. Так вот, мы приедем к вам.

Ее глаза расширились.

– Правда?

– Ты же слышала, что сказала миссис Фланниган.

Кристен поморщилась:

– Но все говорят, что ты не приемлешь ничьих советов.

– Миссис Фланниган прекрасно разбирается в бизнесе. И она очень влиятельна. Если я не соглашусь с ней, это будет равносильно тому, что я попрошу ее понизить курс моих акций.

– То есть ты переводишь фирму в Греннадию?

– Пока временно. Если мои ребята закончат проект до конца года, я подумаю об окончательном переезде.

– Но до Рождества осталось всего три недели.

– На твоем месте я бы уже сегодня начал подыскивать офис. Надеюсь, у тебя есть план, как уговорить королевскую семью. Я буду общаться исключительно с ними.

Вот так Дин решил перехитрить свою тягу к Кристен. Он будет работать непосредственно с королем Мейсоном и принцессой Евой.

Однако Дин понимал, что он упускает чудо. Он никогда раньше не чувствовал себя так, как рядом с Кристен. Он знал, что не подходит ей, но тем не менее понимал, что его чувства – особенные. И она особенная.

Он не мог уйти, не поцеловав ее. И не важно, что он – не ее мужчина. Он не создан для того, чтобы жить долго и счастливо, как в сказке.

Он поцелует девушку, которая заставила его поверить в то, что сказка может стать былью. Даже если для него это недостижимо, он поцелует Кристен.

Дин достал омелу из кармана.

– Ты говорила, что это сработает только в том случае, если омела над головой?

Кристен посмотрела ему в глаза.

Он поднял омелу вверх, а другой рукой обнял Кристен. Ее глаза широко раскрылись, но Дин не дал ей возможности подумать или отказаться. Он наклонился и поцеловал ее в губы.

Глава 9

Повинуясь инстинкту, Кристен ответила на поцелуй. Дин слегка надавил, заставляя ее приоткрыть рот. Поцелуй стал глубоким, а дыхание остановилось. Его губы были гладкими и подвижными, а поцелуй – поцелуем опытного любовника.

Внутри Кристен разгоралось желание. Мозг перестал работать. Ее закружили вихри восторга. Она положила ключ от двери в карман пальто и шагнула ближе к Дину. Еще полшага – и их тела соприкоснулись.

Это было похоже на рай. Руки Дина гладили ее спину. Весь мир исчез, остались только два человека и пьянящие чувства, от которых Кристен становилось легко и волшебно, пусть даже немного странно.

Потом Дин оторвался от нее и отступил назад.

Кристен пристально глядела на него. Ее сердце стучало, как сумасшедшее. Во рту ощущался вкус поцелуя, а мысли никак не хотели складываться в слова.

– Было очень приятно познакомиться. Удачи с благотворительностью. Когда придет время, дай знать Стелле по поводу компьютеров. Прощай, Кристен Андерсон.

Кристен смотрела, как он широкими шагами уходил прочь. Дин Сумински поцеловал ее. Это был поцелуй не бессердечного интроверта, а поэта. Влюбленного поэта.

Вчера Дин ушел от поцелуя у этой самой двери. Но после того, как она стала его игнорировать, он взял и поцеловал ее.

Кристен не знала, что и думать. Ясно было одно: его последние слова, очевидно, были прощанием.

Такие мужчины, как Дин, не встречаются с простыми девушками.

А также с личными помощницами, даже если это личные помощницы принцесс. Он будет общаться с королевской семьей напрямую. А когда ей понадобятся обещанные компьютеры, следует обратиться к Стелле. Она никогда не увидит Дина, не услышит его голос.

Кристен вздохнула и вошла в номер. Если Дин планирует перебросить сотрудников в Греннадию буквально на следующий день и собирается договариваться с королевской семьей, она не должна тратить время на размышления о глупом поцелуе, а также об очень сексуальном, интересном, но чрезвычайно нестандартном мужчине.

Нужно срочно сделать несколько звонков.

Кристен повесила пальто на спинку стула и взяла телефонную трубку. Подсчитав разницу во времени между Ксавьерой и Нью-Йорком и сообразив, что там разгар дня, она набрала номер.

Принцесса Ева ответила быстро.

– Кристен?

Голос Евы был приятным и мягким, но в нем звучали стальные нотки. Она была прекрасным человеком, но при этом будущей королевой, сильной женщиной, судьба которой – управлять страной.

– Прошу, не увольняйте меня.

– Уволить тебя? – Ева засмеялась. – Ты – самая лучшая помощница, которая у меня когда-либо была.

Кристен сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться.

– Я искала, какую компанию, занимающуюся высокими технологиями, можно перевести в Греннадию.

– И?..

– А еще я знаю, что в вашем списке не осталось кандидатур. Не с кем вести переговоры.

– Мы думаем вернуться к этому вопросу в январе.

Кристен сглотнула.

– Возможно, возвращаться не придется. Я встретилась с Дином Сумински…

– Из «Сумински стафф»?

– Да.

– О нет, Алекс его ненавидит!

– Я в курсе.

– Зачем же ты начала с ним переговоры?

– В тот момент я этого не знала. Я подумала, что, может быть, вы с Алексом просто не рассматривали такую возможность.

– О, Кристен!

Девушка прошла в спальню, и на секунду ей вспомнился Дин. За пару дней, проведенных с ним, она поняла, что он ей очень сильно нравится. Но он не хочет иметь с ней дело.

Иначе он не попрощался бы.

– Простите. Клянусь, я понятия не имела о ссоре между ними, пока Дин мне не рассказал по дороге на рождественский ужин.

– Ты ходила на вечеринку с Дином Сумински? Он в Греннадии?

– Нет. Мы в Нью-Йорке.

Ева, судя по всему, открыла рот от изумления.

– А что ты делаешь в Нью-Йорке?

– Это долгая история, принцесса.

Кристен опустилась на огромную кровать. Конечно, ее объяснения звучат странно, однако они не лишены смысла.

Как и ее чувства к нему.

Дюйм за дюймом перед ней открывался настоящий Дин, дюйм за дюймом она влюблялась в него.

– Я хотела начать эту историю с извинений за превышение полномочий, но, наверное, я слишком сильно их превысила. Мне показалось неправильным, что мы никогда не вступали в контакт с «Сумински стафф». Поэтому я разыскала Дина в Париже.

– В Париже?

– Я выяснила, в каком отеле он остановился, и он согласился поговорить со мной пять минут по дороге в аэропорт, но из этого ничего не вышло. Я полетела с ним в Нью-Йорк, чтобы рассказать ему о своем предложении в самолете. Но там его дожидался друг, который сообщил Дину, что курс акций компании снижается. – Кристен набрала в легкие воздуха. – У «Сумински стафф» проблемы. Дин старается их решить, но ему необходимо быстро запустить бета-тестирование новой серии игр, чтобы продемонстрировать, что они на плаву. Как бы там ни было, мы сегодня ужинали у миссис Фланниган, владелицы брокерской фирмы, и она посоветовала Дину перевезти сотрудников в какое-нибудь тихое и приятное место, чтобы завершить проект.

– Сегодня ужинали? Ты встречаешься с ним?

Кристен вздрогнула и ответила:

– Да. – Она очень хотела бы с ним встречаться. Он был ей небезразличен. – Можете прочитать в газетах. Мы… вроде встречаемся. Но мы пошли на это, чтобы пресса не подумала, что он заплатил мне… Вообще-то он заплатил…

– Кристен!

– В обмен на посещение с ним ужина он подписал соглашение, по которому поставит моим школам компьютеры.

Голос Евы смягчился.

– Так ты уходишь от нас в благотворительность?

– В этом и была суть ужина у миссис Фланниган.

– Ты имеешь в виду Минерву Фланниган?

– Да. Она согласилась стать членом совета моего фонда.

– У нее выдающийся склад ума. Она – отличный выбор.

– И конечно, я просила бы вас, принцесса, тоже войти в совет.

Ева рассмеялась:

– Меня не придется долго уговаривать.

– Я очень хотела бы, чтобы вы были с нами.

– Для меня это честь.

– Но я не увольняюсь прямо сейчас. Завтра вечером Дин со своими сотрудниками прилетит в Греннадию, и им нужен офис. Если бы у меня была пара недель, конечно, я сама подобрала бы подходящее помещение…

– Заполучить такую компанию, как «Сумински стафф», очень выгодно для страны. Проблема десятилетней давности не должна препятствовать принятию правильного решения, но это не значит, что мы полезем на рожон. Пока Алекс и Дин не видятся, нам не о чем волноваться.

– Но Дин рассчитывает на непосредственный контакт с королевской семьей.

– И он его получит. Он будет работать со мной. Я позабочусь об офисе. Сейчас же займусь звонками. – Ева помолчала. – Кристен?

– Да?

– Поосторожнее с этим человеком.

Девушка усмехнулась:

– Конечно.

Кристен вспомнила его поцелуй и сильное желание, которое она испытывала, хотя и знала, что он не собирается встречаться с ней. Его прощание было окончательным. И ей стоило бы этому порадоваться. Богатые мужчины не женятся на простых девушках. Они пользуются ими. Неужели ей недостаточно того, что ее сердце уже разбивали.

– Он самый неприятный человек на свете, так что со мной все будет хорошо.

– Значит, несчастный случай его изменил.

– Несчастный случай?

– Дин был очень веселым и общительным, пока не погибла девушка Алекса… Ты понимаешь, насколько это сложный момент?

– Да, мадам.

– Я позвоню кое-куда, чтобы найти офис для Сумински. Наш отпуск заканчивается через два дня, нет смысла его прерывать. Сможешь два дня опекать Дина и его команду?

– Да, мадам.

Дин думает, что они больше не увидятся, но принцесса Ева только что поручила ей работу с ним.

Кристен попыталась сглотнуть ком в горле, но не смогла. Весь мир считает Дина ледяным истуканом, но ей он доверился, смеялся с ней и целовал ее.

Она не хотела его отпускать.

Самолет Дина приземлился в Греннадии через четыре часа после прилета Кристен, Стеллы и команды разработчиков игр. Джейсон остался в Нью-Йорке, чтобы уладить дела и провести кое-какие переговоры, так что Дин договорился позавтракать с ним перед вылетом. Он был рад, что у него появилась причина не лететь в одном самолете с Кристен, не искушать себя снова и не мечтать, чтобы жизненные обстоятельства были иными. Потому что его жизнь не изменится. Он таков, каков есть.

Черт! В самом начале его карьеры все шло не так уж гладко, и он сильно ошибся, связавшись с Александросом Санчо. Но в целом он был достаточно удачлив. Та ошибка стала для него непростым уроком. Теперь он не поступал необдуманно. Он все планировал заранее.

Поцелуй с Кристен был самым импульсивным поступком за всю жизнь Дина, но необдуманным его назвать нельзя. Он знал, что они больше никогда не увидятся. Несмотря на то что они скоро окажутся вместе в маленькой стране, между ними вырастет гора условностей. Он будет работать с королевской семьей, потому что это его уровень. А она будет работать со Стеллой, потому что это ее уровень. Он не увидит Кристен даже издалека.

Дин все предусмотрел еще до поцелуя, и его это устраивало. Но он не мог предвидеть того, что ее губы будут такими мягкими, а поцелуй – столь волнующим. Он не мог предположить, что у него закружится голова и заиграют гормоны. Однако он сумел удержаться. Он отступил, как джентльмен.

И ему удалось избежать длительного полета с ней вместе, потому что он вылетел позже своих сотрудников. Дин приехал один…

Посреди ночи.

В морозную тундру.

Боже мой, как холодно!

И как темно.

Конечно, он же вырос в городе, привык к фонарям, свету фар и неоновым вывескам. Он никогда не оказывался в полной темноте.

Дин взглянул на небо и замер. Мириады звезд мерцали у него над головой, их разделяли световые годы. Он затаил дыхание.

Черт возьми! Какой мороз!

И они потеряли целый день. С учетом разницы во времени они прилетели поздней ночью в понедельник или даже ранним утром во вторник. Дину было холодно, он опоздал, к тому же ему пришлось оставить первую женщину, которая заинтересовала его за десять лет. Путешествие начиналось просто замечательно.

Он не стал тратить время и побежал к поданному ему лимузину. Но вместо водителя дверцу открыла Кристен, сидящая в автомобиле.

– Добрый вечер.

Дину пришлось тряхнуть головой, чтобы перестать смотреть на нее. Он сделал все, чтобы их пути больше не пересекались, а она снова оказалась рядом.

Дин набрал в легкие ледяного воздуха, чтобы оправиться от шока. Он попытался переключиться на рабочий режим, вспомнить, что она подчиняется людям, с которыми ему предстоит работать ближайшие шесть недель.

– Вечер? Вот как вы называете это время суток?

– Ну, на самом деле сейчас глубокая ночь. Я сказала «вечер», потому что «доброй ночи» больше похоже на «до свидания». – Она умолкла.

Они же попрощались, подарив друг другу лучший в жизни поцелуй. И одна мысль об этом поцелуе ускоряла его пульс…

Кристен пришла в себя быстрее Дина и предложила ему сесть в машину.

– Мы думаем, что темнота – это уютно, – улыбнулась она. – Ты еще увидишь, как мы празднуем Рождество.

Ему очень хотелось улыбнуться в ответ, но он отказал себе в этом удовольствии. Он не намерен начать отношения с этой девушкой – ради ее же блага. И не собирается жить эмоциями. Он будет говорить логично, вести себя логично, и все будет хорошо.

Сев в лимузин, Дин внимательно рассмотрел теплую куртку Кристен, толстые варежки и вязаную шапку, под которой были спрятаны ее прекрасные светлые волосы.

– Я-то думала, что гению хватит сообразительности при поездке в одну из самых холодных стран мира одеться соответствующим образом.

– Я надел зимнее пальто.

Кристен покачала головой:

– Тебе нужно что-то потеплее.

– Позвоню Стелле.

Она положила руку ему на запястье до того, как он потянулся за телефоном.

– Стелла сломала ногу.

Дина поразила естественность ее жеста. К тому же прикосновение было очень приятным. Размышляя об этом, он едва не упустил смысл сказанного.

– Стелла сломала ногу? – переспросил он.

– Она шла к самолету, оступилась и упала. «Скорая» увезла ее в больницу. Она настояла, чтобы мы летели без нее. Но она готова работать и скоро будет здесь.

Дин вздохнул:

– Ей стоит отлежаться хотя бы несколько дней. Позвоню ей позже.

– Ты справишься без своей правой руки?

– Стелла не моя правая рука. Она – один из моих сотрудников.

– Она общается с людьми вместо тебя.

Дин уставился на девушку, не понимая, шутит она или говорит всерьез.

– Нет. Стелла работает с людьми. Например, она сходила с тобой в магазин. Сотрудников нужно было собрать в аэропорту, и она это сделала. – Дин вздохнул, осознав, как ему будет не хватать Стеллы. – Она покупала билеты, арендовала машины и готовила все для переезда сюда двадцати сотрудников с семьями. – Он потер подбородок. – Да уж, ситуация так себе.

– Твои сотрудники достаточно умны, чтоб сделать что-то самостоятельно. Если это не так, у меня полный дворец людей, которые помогут. Через пару дней приедут Ева и Алекс, тогда будешь общаться с ними. А пока что я к твоим услугам.

Он столько сил потратил на то, чтобы отдалиться от Кристен! А тут королевской семьи нет на месте, а Стелла на больничной койке. Выходит, ему придется общаться со своей искусительницей, пока не выяснится, кто из персонала замка будет выделен ему в помощь.

Он не пойдет на поводу у собственных желаний!

– Благодарю.

– На здоровье. Обращайся. Даже если в Греннадии будет завершен всего лишь один проект, мы хотим, чтобы нас вспоминали с теплом в сердце.

А его план – прямо противоположный. Она заставляет его мечтать о том, что он никогда не сможет иметь. И он должен забыть Кристен и все, что ее касается.

– Хотите, чтобы мы запомнили, что ваша страна нам не подходит?

– Нет. Мы хотим, чтобы твои сотрудники запомнили катание на лыжах, сноуборде и в санях, горячее какао, пунш, вечера у камина. Мы хотим, чтобы, вернувшись домой, они рассказывали, как хорошо им здесь было.

– Ты всегда во всем находишь светлую сторону.

– Подобное задание я получила впервые. Но все, что ни делается, – к лучшему. Значит, это судьба.

– Судьба? – хмыкнул Дин.

Его бесили подобные утверждения. Кристен, может, и умна, но наивность сослужит ей плохую службу, если она немедленно не повзрослеет.

– Забудь о судьбе. Думай о списке первоочередных дел. Думай об организационной структуре. Для благотворительности, которой ты хочешь заниматься, тебе потребуются бухгалтеры и налоговики, и все они должны быть подкованы в вопросах международного законодательства.

Она рассмеялась:

– Принцесса в течение трех лет помогала мне в этом, и у меня есть диплом, если ты забыл. Я гораздо более подготовлена, чем тебе кажется.

– Ты воображаешь, что все произойдет само по себе.

– Ты же приехал сюда, как я хотела, – заметила девушка.

Дина с головой накрыла волна желания. Кристен была соблазнительна, когда вела себя мило, и становилась просто неотразимой, когда дерзила.

Он вздохнул:

– По сути, я здесь по воле миссис Фланниган.

– Согласись, очень удачно, что я была рядом с тобой каждый раз, когда вы с ней виделись.

– Дело не в удаче. Это просто совпадение. Я повел тебя на рождественский ужин, куда меня пригласил Уинслоу. Ты сказала ему, что предлагаешь мне перебраться в Греннадию. Он сообщил об этом миссис Фланниган. Никакой магии, никакой удачи. Все имеет свою причину и цель. Прекрати думать о судьбе и начни использовать вот это. – Дин указал на ее голову. – Тогда все станет гораздо проще.

– Я смотрю, ты стал весельчаком накануне Рождества.

Дин раскрыл дипломат, как будто там лежали важные документы, которые нужно немедленно изучить, потому что ему было очень сложно удержаться от искушения неотрывно смотреть на Кристен.

– Если я не отдыхаю в праздники, у меня для этого есть причины.

– Конечно, прости.

У нее было виноватое выражение лица, и Дин почувствовал себя неловко. Но нельзя смешивать бизнес и удовольствие.

– Выходит, нам два дня придется вместе работать. Давай перестанем пытаться дружить и займемся делами.

– Ты же поцеловал меня, – прошептала Кристен. Дин вздохнул:

– Помню. Я был уверен, что никогда больше тебя не увижу, поэтому проблем не будет. По-моему, это был прекрасный способ завершить прекрасные выходные.

Их взгляды встретились.

– Действительно, выходные удались на славу, – согласилась она.

Честно говоря, эти дни были одними из лучших в жизни Дина. А теперь он понял, что Кристен чувствовала то же самое, и ему снова захотелось ее поцеловать.

Но он не может быть с ней, а ей не стоит думать о нем.

– Давай оставим эту тему. – Он начал перебирать документы в дипломате, притворившись, что пытается разыскать что-то. – Сейчас моя главная задача – и твоя тоже, раз уж ты моя помощница, – запустить бета-тестирование игр второго января. Забудем о поцелуях и о выходных. Забудем о Париже, будь он неладен. Давай представим, что мы только что познакомились.

– Договорились. – Кристен достала из кармана браслет. – Забери это.

Вообще-то он купил эту вещь для Кристен. Но если они договорились держать дистанцию, ему нечего возразить. Придется взять браслет.

– Спасибо. Отлично. Ты уверена, что не хочешь оставить его себе?

– Абсолютно.

Дин положил браслет в карман пальто. Ему показалось, что украшение безумно тяжелое. Что прикажете с ним теперь делать?

Когда они доехали до отеля, который был похож на швейцарское шале, Кристен сказала:

– Принцессе пришлось приложить некоторые усилия, но в итоге мы сумели освободить весь отель.

– Для меня?

– Для тебя и твоих сотрудников. В твоем распоряжении пентхаус на третьем этаже, а на первом и втором этажах по двадцать номеров. Следовательно, у тебя остается еще несколько свободных комнат.

– Я буду жить в одном отеле с сотрудниками?

– Все будет нормально.

Дин покачал головой. Если бы этот отель забронировала Стелла, он ни секунды не сомневался бы, что все будет в порядке. Они никогда не ссорились, и между ними не было ничего личного. Она просто работала на него.

Итак, если он хочет ближайшие два дня не усложнять отношения с Кристен, надо так же профессионально работать с ней. Не пытаться ее во что-то втягивать. И доверять ей.

– Хорошо. Пусть так. Когда можно будет осмотреть офис?

– Вообще-то ваш офис – гостиные на первом этаже.

Дин удивленно посмотрел на нее:

– Мы будем работать там же, где живем?

– Я думала, тебе это понравится.

Он вздохнул:

– Может быть.

– Это очень удобно. Сотрудников уже оповестили, что световой день длится всего шесть часов. Люди хотят дневное время проводить с семьей и работать, когда стемнеет.

Это было уже за гранью его понимания.

– Я готов смириться с вашими гостиными и даже с тем, что подо мной будут жить мои сотрудники, но восемнадцать часов темноты…

Кристен рассмеялась:

– Это скандинавская зима. Все, кто учил географию, могут догадаться, что очень светло здесь не будет.

Дин поборол желание закрыть глаза и застонать от разочарования. Он, конечно, знал об этом. Просто не сложил два и два.

– Посмотри на это с другой стороны. Если твои ребята работают в темное время суток, то получается восемнадцать часов каждый день.

Он выдавил смешок.

– Да ты фантазерка.

Кристен вышла из машины.

– Зато ты – нет.

Каждый раз ее ответ становился для него неожиданным.

– Это все? Я назвал тебя фантазеркой, а ты только и смогла сказать, что я не такой? – Дин тряхнул головой. – Я научу тебя спорить.

Кристен направилась к входу.

– Может быть, я не хочу спорить. Ты опять начнешь учить меня, как вести себя в мире бизнеса. Мы же решили, что ведем себя так, будто только сегодня познакомились. Уроков больше не будет.

Она вошла в отель, а Дин уставился на звездное небо.

Он долго не выдержит, если будет притворяться, что Кристен ему безразлична.

Глава 10

Ночью Кристен не видела снов. Проснулась она около девяти, как раз вставало солнце. В семье все интересовались, как она провела последние дни, и ей пришлось ответить на кучу вопросов. Девушка звонила домой, когда прилетела в Нью-Йорк, а еще из лимузина по дороге в магазин, когда выбирала наряд для рождественского ужина.

Но она не говорила, что полетела на другой континент с бизнесменом, которому собиралась сделать деловое предложение.

– Он занятой человек, мам. Я сопровождала его на деловых обедах и ужинах. А теперь мы приехали в Греннадию, и все вернулось на круги своя. – Кристен взяла кусок сыра и направилась к двери. – Я не в силах помочь ему уложиться в срок, но отвечаю за то, чтобы он и его команда чувствовали себя комфортно ближайшие два дня. Его помощница осталась в Нью-Йорке.

Она выбежала из дома и направилась в город, в магазин, где принц Алекс купил пальто, когда впервые приехал в Греннадию и понял, что одет слишком легко.

Стефан Штайнер, высокий светловолосый голубоглазый мужчина, улыбнулся ей:

– Кристен, здравствуй! Чем я могу помочь?

– У королевской семьи гость. Он американец.

– М-м-м, интересно…

Дин действительно был интересным, наверное, даже самым интересным мужчиной из всех, кого встречала Кристен. Но он не желал иметь с ней ничего общего – только деловые отношения. А Кристен не хотела подталкивать его к признанию, хотя это было очевидно. Она была абсолютно в этом уверена. Поцелуй сказал ей все.

Дин пытается избежать каких-либо личных отношений потому, что его сердце когда-то разбила Нина. Эта женщина его обманула, использовала и выбросила.

И погибла.

Ничего удивительного, что Дин стал таким осмотрительным. Вряд ли он когда-нибудь заговорит о чувствах…

Она заметила, что Стефан ждет.

– Он бизнесмен, в Греннадию приехал всего на несколько недель, чтобы доделать проект.

– Сейчас? Мы же собираемся праздновать Рождество.

– Он – американец.

Стефан улыбнулся:

– Я слышал, что американцы тоже празднуют. Кристен подошла к вешалке с куртками.

– Только не он. Он погружен в работу.

Потому что у Дина непростая жизнь. Трагедия превратила его в холодного педанта с печальными глазами. Но ей не стоит заострять на этом внимание, не ее дело думать о шрамах на его сердце, которые, возможно, никогда не заживут. Но ей очень хочется, чтобы Дин был счастлив.

– Моя задача – сделать так, чтобы он ни о чем не беспокоился. – Кристен выбрала темно-синюю куртку. – Думаю, это то, что нужно, но не уверена насчет размера.

– Какой у него рост? – спросил Стефан.

– Пожалуй, как у тебя.

– А плечи?

Кристен задумалась, потом развела руки, представив, как обнимала Дина.

– Примерно такой ширины.

Стефан прикинул на глаз и назвал размер.

Девушка пожала плечами:

– Мне кажется, нормально.

Он помог Кристен подобрать теплые перчатки и меховую шапку-ушанку.

– Наверное, ему будут нужны ботинки, но я не могу угадать размер.

– Конечно, ты же не с его ногами целовалась.

– Что? – Она почувствовала, как краснеет.

– Ты думаешь, я ничего не понял, когда ты показывала руками объятие?

– Да уж…

– Не волнуйся, – сказал Стефан, облокотившись о прилавок, – мой рот на замке.

– Спасибо. Между нами ничего не будет. Я же сказала, он женат на работе.

И не важно, что за тоска у него в глазах. Нужно уважать его чувства.

Кристен записала все покупки на счет королевской семьи. Стефан попросил ее узнать номер телефона Дина, чтобы выяснить размер обуви. Он обещал доставить ботинки в отель.

Она вынесла из магазина гигантскую сумку и пошла по заснеженным улицам. Из пекарен и магазинов доносились запахи свежеиспеченного хлеба, сыра, пирожков с мясом. Морозный воздух щекотал ноздри.

В холле отеля Кристен отряхнула снег с ботинок. Перебросившись парой слов с администратором, девушка потащила покупки в одну из гостиных.

В ней были расставлены круглые столы, накрытые белыми скатертями. Обстановка была похожа скорее на ресторан, чем на офис для кучки «ботаников» с компьютерами.

Было светло, и большая часть команды «Сумински стафф» отправилась покорять лыжные трассы. У сотрудников отеля есть время, чтобы организовать рабочие места, а также поставить пару диванов. Она напомнит им об этом, как только отдаст Дину куртку, шапку и перчатки.

Несколькими футами дальше по коридору располагалась вторая гостиная, предназначенная для работы. Кристен заглянула внутрь и увидела то же самое, что и в первой.

За исключением того, что здесь за одним из столов сидел Дин в джинсах и свитере. Его волосы слегка растрепались. Именно так он выглядел в Рокфеллеровском центре. Кристен вспомнила, как они катались на коньках, держась за руки, а потом гуляли по Нью-Йорку, и едва сумела сдержать вздох сожаления.

– Если тебе непонятно выражение моего лица, эта комната мне не нравится, – заявил Дин.

Она рассмеялась:

– Не торопись. Все устроится. Это первый день для твоих ребят. Они вообще могут отказаться работать сегодня. Людям нужен отдых. – Она положила сумку с вещами на один из столов. – Я купила тебе кое-что. – Он поднял бровь. – Теперь я понимаю, как ты чувствовал себя в Нью-Йорке, когда покупал мне одежду.

– Это были накладные расходы.

– Ну, считай, что это – привет от королевской семьи.

Кристен вытащила из пакета шапку и бросила ее Дину, потом перчатки, одну за другой, а затем и куртку.

– Я не собираюсь выходить на улицу.

– Ты прилетел на шесть недель. Ты непременно устанешь от еды в отеле и отправишься в ресторан, но в пальто далеко не уйдешь. – Кристен передала ему визитку Стефана. – Кроме того, тебе нужна обувь. Позвони Стефану и скажи, какой у тебя размер. Он доставит ботинки в отель. Примерь, пожалуйста.

Дин глубоко вздохнул и встал.

Кристен кивком предложила ему повернуться и помогла надеть парку. Она принялась разглаживать слегка помятую ткань. Обновка смотрелась на нем идеально.

Разглаживая ткань на спине, Кристен вдруг осознала, что гладит Дина, и ей это нравится. Девушке было приятно, что он рядом. А тоска в его глазах… Ей очень хотелось задать ему миллион вопросов.

– Развлекаешься? – спросил он.

Она фыркнула:

– Извини. Мне нравится, когда вещи хорошо сидят.

– Ага, а мои губы по чистой случайности столкнулись с твоими, когда мы целовались.

Кристен взяла темно-синюю шапку и, прежде чем Дин понял, что она собирается сделать, встала на цыпочки и надела шапку ему на голову.

И рассмеялась.

– Ты похож на русского. – Она действительно почти ничего не знает о человеке, который ей очень нравится. – Ты не русский, кстати?

Дин завязал уши шапки на затылке.

– Я наполовину поляк, наполовину ирландец.

– Странная смесь.

Он пожал плечами:

– Нормальная. Моя польская часть помогает мне быть гибким, а благодаря ирландцам я с удовольствием праздную День святого Патрика.

Уголки ее губ приподнялись в улыбке.

– Ты снова шутишь. Не скрывай от людей чувство юмора.

– Думаешь? Как считаешь, что сказал бы Уинслоу, если бы на ужине я начал шутить, хотя у моей фирмы неприятности?

– Может быть, он понял бы, что ты – человек.

– Или что я недостаточно серьезен. И не осознаю масштаб проблемы.

– Не важно. – Кристен развязала уши его шапки и стянула их под подбородком. – Мне нравится, когда ты шутишь.

Дин сжал ее руку.

– Хватит.

И снова они стояли невероятно близко, будто оба не могли сохранять дистанцию.

– Почему ты упорно игнорируешь то, что мы испытываем друг к другу?

– Из меня выйдет плохой рыцарь на белом коне, Кристен.

– Только потому, что тебе когда-то причинили боль?

– С тех пор я не способен на отношения.

В глазах Дина не было желания, которое обычно вспыхивало, когда они оказывались рядом. Кристен затаила дыхание, ожидая чего-то, но потом до нее дошел смысл его слов.

А может, она нравится ему не так сильно, как ей кажется?

– Теперь у тебя есть куртка, и тебе стоит выйти наружу. Пора посмотреть на наши лыжные склоны, где катаются твои ребята. Сходи развлекись.

– Да, Дин, пора бы.

Кристен оглянулась и увидела Джейсона, стоявшего в дверях. На нем был пестрый свитер. Джейсон неспешно вошел в комнату, держа в руках чашку с кофе.

Дин отпустил руку Кристен и спросил:

– А ты что тут делаешь?

– Стелла не в форме. – Джейсон пожал плечами. – Ей предстоит пару дней провести на сильных обезболивающих, потом – полтора месяца в гипсе. И еще несколько недель займет реабилитация.

– Черт! – Дин поморщился.

– Она тоже чертыхается, – засмеялся Джейсон. – Я решил, что могу принести пользу, поэтому прилетел.

– Слава богу! – Дин с облегчением выдохнул, словно Кристен не справлялась с ролью его помощницы. – Ты мне очень нужен. Нам придется работать здесь. Так решила королевская семья.

Джейсон осмотрелся, глотнул кофе и произнес:

– А что? Мне нравится. Ничего страшного, если мы устроим разработчиков в одном помещении.

– Да они поубивают друг друга.

Джейсон отмахнулся.

– А может, смогут чему-то научиться друг у друга. – Он пощупал рукав куртки Дина. – А это что?

– Куртка, перчатки и шапка, – сказал Дин, глядя на Кристен такими глазами, будто эти вещи разрушили его жизнь.

Джейсон кивнул:

– Отлично. Ты готов к катанию на лыжах. – Дин молча смотрел на него. Джейсон повернулся к Кристен: – На самом деле Дин – не лыжник. Зато он очень хорошо катается на сноуборде.

– Катался – более правильное слово, – вставил Дин.

Но Кристен уже представила себе Дина – значительно моложе, в легкой куртке и модной вязаной шапке. А еще он смеялся от радости, когда ехал на доске. Ему нравились высокая скорость и крутые горы. И снова ее сердце екнуло при мысли о трагическом эпизоде, который превратил счастливого парня в человека, боящегося жить в полную силу.

Джейсон улыбнулся:

– Знаешь что? Если не хочешь сегодня встать на сноуборд, то осмотри город. У вас потрясающая столица, Кристен.

– Спасибо, – сказала она. – Здания в основном построены много веков назад.

– Дин, ты нигде ничего подобного не увидишь. Кристен, ты же ему все покажешь?

– Я не могу.

Дин заговорил одновременно с ней:

– Нам нужно поработать.

Джейсон замахал руками:

– Да что с вами, ребята? Успеете сегодня поработать. А завтра здесь будут трудиться наши лучшие сотрудники. Идите сейчас, пока светло. Стемнеет часа через четыре?

– Примерно, – отозвалась Кристен.

– Прекрасно. – Джейсон взглянул на Дина. – Достаточно, чтобы тебе не успело все наскучить. Ты успеешь увидеть лучшее, что здесь есть. И проветрить голову. Подыши свежим морозным воздухом.

Дин скривился.

Джейсон обернулся к девушке:

– Понимает он или нет, но ему предстоит сделать комплимент королевским особам, когда они вернутся. Расскажи ему немного об истории, чтобы они не сочли его дураком.

– Я никуда не пойду.

Глава 11

Резкий отказ Дина заставил Джейсона отступить. Он понял, что зашел слишком далеко.

Кристен повернулась и пошла к двери.

– Если потребуется моя помощь, я во дворце.

Дин не попрощался. Он вообще ничего не сказал. Он ждал, когда девушка уйдет, а потом обратился к Джейсону:

– Вызови работников отеля. Я хочу, чтоб эти два помещения были готовы для работы к закату.

В номере Дин скинул куртку, которая ему не нравилась, и чуть было не швырнул шапку в остывший камин.

Он был безумно зол. Дина взбесило не то, что Кристен пыталась заставить его показать людям, каков он на самом деле. Он просто не мог быть тем, кем она хотела его видеть.

Дин взял телефон, сделал несколько звонков и на время перестал думать о Кристен Андерсон. Когда солнце село, его сотрудники начали возвращаться в отель, смеясь, с довольными лицами. В душе Дина зародилось чувство вины. Прошел час, все собрались и стали обсуждать, как ускорить процесс и улучшить качество игр. Дин почувствовал, что он виноват очень сильно.

Уинслоу и миссис Фланниган были правы. Разработчикам действительно нужно было уехать туда, где они смогут расслабиться и найти вдохновение. Кристен сделала возможной эту поездку, а он отнесся к ней по-свински.

После ужина Кристен поднялась к себе и открыла компьютер. Миссис Фланниган прислала список людей, которых она предлагала в качестве членов совета благотворительного фонда. Но, прежде чем приглашать их, Кристен решила узнать о кандидатах побольше.

Она стала читать статьи о людях, достигших успеха благодаря исключительно своему уму. Это напомнило ей о Дине. Как она хотела, чтобы он радовался жизни! Ссоры как таковой у них не было, однако она все поняла по его интонации, когда он отказался прогуляться с ней по городу.

Ей было больно. В глубине души она не сомневалась, что нравится ему. И еще больнее становилось оттого, что она испытывала к Дину более сильные чувства, чем готова была себе признаться.

Перезвон санных бубенцов отвлек Кристен от раздумий. За окнами послышались мужские голоса, и девушка нахмурилась. Их ферма располагалась в стороне от города, поэтому случайно никто не мог сюда заехать. Она поднялась и выглянула в окно.

На дороге стояли красивые расписные сани. Кучер правил гнедой лошадью. В санях сидел Дин Сумински.

Кристен пулей вылетела из комнаты и помчалась вниз. Она не ошиблась, предположив, что нравится ему.

Кристен со смехом распахнула дверь.

– Что случилось?

Дин шел к дому ее родителей в синей куртке и ушанке.

– Прими это в качестве извинения.

Ее сердце екнуло. Великий Дин Сумински приехал, чтобы извиниться перед ней?!

– За что?

– Я излишне резко отказался пройтись с тобой по городу. Прости, для меня здесь все в новинку.

– Как отель? Все нормально?

– Да. – Он окинул взглядом ее белый свитер и джинсы. – Тебе, наверное, ужасно холодно. Может, оденешься? Мы могли бы покататься и поговорить.

Дин пошел к саням. Кристен метнулась в дом, схватила куртку, шапку и варежки.

Ее мать, высокая, стройная блондинка, заглянула в прихожую:

– Кристен, ты с кем-то разговаривала?

– С Дином Сумински, тем самым, с которым я была в Нью-Йорке. Он приехал на санях.

– Это для него оборудовали офис в отеле? Может, пригласишь его к нам на ужин?

Кристен замерла. Ужин? Знакомство с родителями? Дин будет в шоке.

– Мы же поужинали.

– Не сегодня. Лучше завтра, – усмехнулась мама. – Ладно, беги отдыхай.

Кристен выбежала на крыльцо, одним прыжком преодолела три ступеньки и поспешила по заснеженной тропинке к саням. Дин помог ей сесть и сел рядом.

Воздух трещал от мороза, ночь была очень холодной, но Кристен абсолютно все казалось сказочным и чудесным. С каждым днем Дин все больше превращался в того, кем он должен быть, – в мужчину, который может ее полюбить.

Но не надо торопить его. У этого человека тяжелое прошлое. Он вырос без любви, а первая девушка его жестоко использовала. Кристен не могла при помощи волшебной палочки или заклинания вернуть Дина к нормальной жизни. Ему требовалось время, чтобы снова начать верить людям.

Дин должен узнать ее достаточно близко, чтобы научиться доверять ей всем сердцем. А сегодня она просто будет радоваться чудесной прогулке в санях.

Ведь он рядом.

Дин накрыл их ноги плотным пледом.

– Я вообще-то умею управлять санями. Я изучил видео в Интернете.

– Так почему не ты правишь?

– Клайд, – он указал на кучера, – знает эту местность, а я – нет.

– Резонно.

Фонарь на передке саней освещал примерно футов двадцать, все остальное скрывалось в темноте.

Темно, ужасно холодно и очень тихо. Слышен только свист полозьев.

В таком холоде двое, которым не стоит влюбляться друг в друга, могут запросто оказаться в санях под одним пледом и познакомиться поближе.

Кристен взяла Дина под руку и прижалась к нему, согреваясь его теплом.

– Расскажи, что ты делал сегодня.

– Изменил своему обычному распорядку. То, что я оказался далеко от США, причем в таком месте, где день столь короток, странным образом подействовало на меня.

Кристен прижалась к нему теснее.

– Не забывай, что здесь еще и холодно.

Он усмехнулся:

– Холодно. – Она почувствовала, как Дин постепенно расслабляется. – Мои ребята получили сегодня огромный запас энергии. Я уже несколько месяцев не видел их такими.

Он откинулся на спинку саней.

– Я рада, что мы можем быть полезны.

– Просто это… весьма неожиданно.

Они ехали в тихой ночи около двадцати минут. Кристен задавала Дину вопросы, и он рассказывал о своей работе.

– Джейсон говорит, что мне стоит не принимать звонки из США и забыть про Азию, пока мы не вернемся домой. По его мнению, у сотрудников появился интерес к работе не только потому, что они покатались на лыжах. На них благотворно влияет мое присутствие. – Дин мельком взглянул на Кристен. – Обычно я нахожусь в кабинете, на четыре этажа выше. А сегодня я побыл с ними, задавал вопросы, кое-что предлагал. Это было здорово. Как в старые добрые времена.

– Может, стоит проводить с ними больше времени?

– Я уже несколько лет этого не делал.

– И они несколько лет не могли сдвинуться с места.

Дин покачал головой:

– Ты намекаешь на то, что я им нужен? Я нанял лучших в этой профессии. Они и без меня могут справиться.

– И все же… они застряли…

Мороз крепчал, и они подтянули плед повыше. Кристен, вслушиваясь в его голос, чувствовала, что доверие между ними растет. Кучер развернул сани и повез их обратно. Девушка прикинула, что у них осталось около двадцати минут.

Когда Дин стал расспрашивать про ее день, она была с ним так же честна.

– Когда принцесса уезжает, мне становится скучно. Единственное, чем я занимаюсь в ее отсутствие, – это проверка почты. Нужно следить, не начался ли кризис. А в странах такого размера, как наша, кризис случается раз в десять лет.

Дин рассмеялся:

– Плохо, что ты не занимаешься программированием.

– Правда?

Она понимала, что он говорит не о программировании. Дело в другом. Почему ей хочется быть рядом с ним? Почему он приехал за ней на санях и увез в ночь?

– Думаешь, плохо, что мы такие разные? Признай, – сказала Кристен, – нас тянет друг к другу отчасти потому, что мы совсем не похожи.

– Мы выросли в разных условиях и собираемся изменить мир разными способами. Но оба хотим изменить его.

– Это значит, что мы способны понять друг друга и при этом не наскучить один другому?

Сани остановились у дома родителей Кристен. Дин покачал головой:

– Возможно. Не знаю.

Казалось, он всерьез растерян. Кристен не смогла сдержаться, наклонилась и коснулась губами его губ. И Дин ответил на поцелуй. Он обнял ее за плечи и притянул к себе. Поцелуй стал страстным.

Именно этого Кристен ждала всю жизнь. Волшебный принц, в существование которого она не верила, оказался вовсе не рыцарем на белом коне, а человеком, который понимал ее. Человеком, которого понимала она. Равным ей.

Они влюблялись друг в друга, и это было настоящее чувство.

Кристен высвободилась, выскользнула из саней и помахала Дину рукой.

– До завтра.

Она побежала к дому. В висках стучало, а ноги подкашивались. Но в душе царила невероятная легкость. Они созданы друг для друга.

Но у нее есть только три недели, чтобы Дин это понял.

Но даже если он поймет, ему придется войти в абсолютно новый для него мир, мир честности и общения. Возможно, ему это не удастся.

Глава 12

Следующим утром Дин проснулся счастливым и обновленным. На завтрак к нему в пентхаус зашел Джейсон.

Когда они остались вдвоем, Джейсон спросил:

– Куда же ты отправился прошлой ночью?

– Веришь или нет, я взял напрокат сани.

– Сани? – рассмеялся Джейсон.

– Я решил, что стоит извиниться перед Кристен. Я был резок, когда она пыталась помочь. – Он пожал плечами. – Я не предполагал, что в темноте может быть так хорошо.

– Ты слишком долго жил в городе, – сказал Джейсон, снимая крышку с блюда с блинчиками и яичницей. – Вот вернемся домой и подумаем, как тебе больше времени проводить в Албани.

Мысль о доме в Албани заставила Дина улыбнуться. Причиной улыбки была картина, которую он часто рисовал в воображении. На ней Кристен держала на руках ребенка. Их ребенка. Сегодня это впервые не напугало Дина, но у него появилось множество вопросов.

Может ли то, что происходит между ними, завершиться подобной идиллией? Трудно сказать. Поездка в санях была романтичной, теплой и милой. А потом Кристен поцеловала его и, конечно, разожгла желание.

Дин думал о Кристен всю дорогу до города, думал о ней, когда проснулся, и теперь снова представлял ее.

Она ему нравилась. В ней было прекрасно абсолютно все.

Даже ее морозная страна.

Это-то его и пугало.

Когда-то ему все нравилось в Нине. Даже ее жаркая родина. Когда дело касается чувств, здравый смысл не работает. Дин был потрясен, узнав, что Нина использовала его, чтобы вызвать ревность Алекса Санчо.

Могла ли Кристен использовать его, чтобы сблизиться с миссис Фланниган? Или ради возможности встретиться с сильными мира сего и с легкостью добыть деньги для своего фонда?

Что-то было не так.

Всегда что-то бывает не так.

Зазвонил телефон. Дин не знал, у кого может быть этот номер, поэтому не взял трубку. А Джейсон, увлеченный дискуссией о методах маркетинга в Азии, не придал звонку никакого значения.

Но после того как Джейсон отправился осматривать местные достопримечательности, Дин на всякий случай позвонил на ресепшн. Оказывается, там записали сообщение для него.

– Вам звонила Кристен Андерсон. Она приглашает вас присоединиться к семейному ужину сегодня в семь часов. Она оставила номер телефона.

– Благодарю, он мне не потребуется.

Он не собирался идти ни на какой семейный ужин.

Но весь день Дин думал о белом доме, который он видел вчера. Что за люди живут так далеко от города?

Эти люди вырастили Кристен.

Они сумели воспитать дочь, которая взялась воплотить в жизнь мечту погибшей подруги. Рядом с ними она выросла доброй и искренней.

Дин тянул до последнего, а потом стало слишком поздно звонить и отказываться. Настолько поздно, что он едва успел поймать такси.

Он приехал к дому Кристен с бутылкой вина, купить которую посоветовал ему таксист, и постучал в дверь, сам себе удивляясь.

Дверь открыла высокая улыбчивая женщина.

– Должно быть, вы – Дин Сумински. Я – Джоан, мама Кристен. – Она предложила ему войти и крикнула: – Кристен! Приехал твой друг!

Когда Дин зашел в старомодно обставленную прихожую, Джоан снова улыбнулась:

– Надеюсь, вы любите ростбиф. У нас тут без изысков.

Он чувствовал себя странно и едва сумел произнести:

– Отлично.

В этот момент Кристен сбежала вниз по ступеням. Она остановилась, увидев его, и их взгляды встретились. Лицо девушки светилось от радости, а улыбка была широкой и сияющей, будто, увидев его, она стала счастливейшей женщиной на свете.

– Я так рада, что ты пришел.

– Да, простите, что не позвонил.

– Не обязательно звонить, – сказала мама Кристен, взяла Дина под руку и провела его в неожиданно современную кухню. – У нас все просто, не нужно церемоний.

Стол в центре кухни был накрыт для ужина, а вокруг царил мир, населенный кастрюлями и сковородками, разными приборами и разделочными досками, словом, всем тем, что требуется для приготовления пищи. Деревянные полы были светлыми и чистыми. Столешницы содержались в идеальном порядке.

– Я принесу еще приборы, – вызвалась Кристен.

Она ринулась за тарелками, а ее мама предложила Дину сесть за стол.

– Отец Кристен придет с минуты на минуту, – сказала Джоан, открывая один из ящиков. Она вытащила штопор и передала Дину вместе с принесенной им бутылкой вина. – Будьте любезны.

Дин открыл вино, а Кристен поставила на стол четыре бокала и улыбнулась.

У него на сердце стало легко. Теплая атмосфера дома подарила ему ощущение комфорта, которое он прежде никогда не испытывал.

Открылась задняя дверь, и в кухню вошли мужчина и парень лет пятнадцати.

– Это папа Кристен, Джеймс, и ее младший брат, Ларс. Ларс, Джимми, это друг Кристен, Дин – тот самый человек, который привез сюда своих сотрудников, чтобы они отдохнули и поработали.

– Очень приятно познакомиться.

Мистер Андерсон протянул ему руку.

– Мне тоже очень приятно. Кристен хотела, чтобы вы сюда приехали. Это особенно важно, поскольку ее второй брат, Брайан, учится на программиста в университете.

Дин взглянул на девушку, и та покраснела.

– Кристен мне об этом не говорила.

– Я не хотела давить на тебя.

Он расхохотался. Искренне.

– Шутишь? Ты поймала меня в Париже, отказывалась покидать мой самолет, пока я не выслушаю твое предложение, а теперь говоришь, что не пыталась на меня давить?

Она поморщилась:

– Может, самую малость.

За ужином они разговаривали о компании Дина, благотворительности Кристен и о мечте Ларса тоже стать программистом. Они сидели за столом, ели шоколадный торт и допивали вино, болтая, как старые друзья. Около девяти Кристен вызвалась отвезти гостя в отель.

– Я могу поехать на такси.

Натягивая куртку, она бросила:

– Ерунда. Это недалеко.

Она постоянно улыбалась, а на душе у Дина было тепло оттого, что он ощущал себя частью ее жизни. И он не противился этому.

Они сели в маленькую машину, и он молчал, пока Кристен выезжала со двора фермы на заснеженную дорогу.

– У тебя чудесная семья.

– Это правда. Спасибо, что ты был с ними так мил. Моя мама очень хотела с тобой познакомиться. Она обрадовалась, что ты принял приглашение на ужин.

– Она отлично готовит.

– Кстати, картофель – моих рук дело.

– Значит, ты тоже прекрасно готовишь. Моя бабушка в свое время тоже очень хорошо готовила, но чем старше она становилась, тем меньше ей хотелось стоять у плиты. Вот мы и ели пиццу.

– Ребенку это должно нравиться.

– Мне нравилось, – усмехнулся Дин.

– Но, наверное, не все было хорошо.

– Да, я всегда чувствовал себя брошенным. Бабушка не позволила мне вступить в юношескую бейсбольную лигу, даже не отпускала на школьные мероприятия. Она утверждала, что это дорого, а мы не можем позволить себе платить. На родительские собрания она не ходила. Именно поэтому так много времени потребовалось, чтобы понять, что я был одаренным ребенком.

– Судя по всему, твою бабушку это очень удивило.

– Не то слово.

– А еще мне кажется, что ты ее простил.

– В основном да. Но есть вещи, которые не проходят бесследно. С этим можно только смириться.

Когда Кристен припарковала машину возле отеля, Дин смущенно огляделся. Он думал, что она высадит его у парадного входа, но они подъехали сзади.

Он повернулся к ней, собираясь спросить, почему они остановились здесь, но она потянулась к нему и поцеловала. Быстро и нежно. Ее губы скользнули по его губам, а потом она откинулась на спинку водительского сиденья.

– Спасибо, что пришел.

Дин рассмеялся:

– Не за что. Впервые в жизни меня целуют в знак благодарности.

– Правда? – И Кристен снова поцеловала его. – Теперь тебя уже дважды поцеловали в знак благодарности.

На этот раз он не позволил ей отстраниться, поймав ее за плечи. Дин не понимал, что происходит, но, если это и есть любовь, ему такое положение дел нравилось.

Через несколько минут он вдруг осознал, что, как возбужденный подросток, обнимается с девушкой в машине на парковке отеля, и эта девушка ему нравится сильнее, чем кто-либо до нее.

Дин слегка отодвинулся.

– Все это, наверное, нормально для тебя. Так просто…

– Думаешь? Ты считаешь, что я каждый день разъезжаю по округе и целуюсь с первыми встречными? – Кристен весело засмеялась. – Для меня это так же необычно, как и для тебя. К тому же для меня это еще и не лучшее время. Ведь я стою у истоков проекта, который, надеюсь, станет для меня делом всей жизни.

– Прости.

Кристен потянулась к Дину и заглянула ему в глаза:

– В субботу днем мы будем наряжать елку. Я хотела бы, чтобы ты пришел.

Все, что он мог ответить в этот момент, было «конечно».

Кристен завела машину и довезла его до входа.

– Поразмышляй на досуге. Увидимся в субботу.

– Хорошо, – кивнул взволнованный и смущенный Дин и вышел из машины.

Он понимал, что пыталась ему сказать Кристен. Время не самое подходящее для обоих. У него тоже проблемы. Он рискует окунуться с головой не в любовный омут, а в стихийное бедствие.

В субботу Кристен удивилась, когда прозвенел звонок. На пороге стоял Дин с двумя бутылками вина.

Ее сердце бешено застучало. Она не ждала, что он снова приедет на ферму. Во-первых, несмотря на то, что ему понравилась ее семья, наверняка он, вернувшись в отель, припомнил весь ужин от и до и нашел миллион нестыковок в общении с ее родителями и братом. Во-вторых, Дин считает свою работу важнее, чем что бы то ни было. В-третьих, они собираются наряжать елку к Рождеству, не самому любимому его празднику. В-четвертых, Кристен точно знала, что Дин не может разобраться в своих чувствах к ней.

Тем не менее он стоял на крыльце.

– Проходи. Ты принес больше вина, чтобы легче было пережить этот день?

Дин улыбнулся и быстро поцеловал ее в губы.

– Что-то вроде того.

Его ответ не удивил Кристен, зато поцелуй ее поразил. Она даже представить не могла, что испытывает к ней этот нелюдимый человек, который вышел за пределы своей зоны комфорта ради нее.

Она провела Дина в кухню, где они взяли четыре бокала, а затем в гостиную, в углу которой стояла огромная голубая ель.

Дин поздоровался с семьей Кристен. Они разлили вино по бокалам, разглядывая ель и игрушки, которые лежали на стульях, диване и журнальном столике.

Кристен взяла в руки старую игрушку и протянула Дину.

– Смотри, я сделала ее в детском саду.

Он прищурился:

– Это что?

– Втулка от туалетной бумаги. Да. Посыпанная блестками и обмотанная мишурой, она все равно остается картонкой.

Дин рассмеялся.

Ларс показал ему нечто похожее.

– Моя картонка.

– Как хорошо, что они у вас сохранились.

Мама Кристен сказала:

– Мы любим вспоминать прошедшие праздники.

Кристен метнула взгляд в Дина, но он не смотрел на нее. Если бы она не услышала его тихий вздох, не поняла бы, как его задела эта невинная фраза.

Но она услышала. Конечно, добрые семейные воспоминания тяжелы для него, однако Кристен считала, что ему стоит через это пройти. Дину пора перестать избегать праздников, которые дарят людям радость, пора поучаствовать в них и научиться радоваться вместе со всеми.

– С нами жила бабушка. Она умерла, когда я заканчивала школу. Она всегда пекла ореховые рулеты.

Отец Кристен, вешая на ель гирлянду, добавил:

– Не было ничего лучше, чем рождественский завтрак с теплым ореховым рулетом.

– И со стаканом молока, – подхватил Ларс.

Дин поставил бокал и обошел елку. Он встал напротив отца Кристен, взял у него конец гирлянды и, протянув ее по веткам с противоположной стороны, передал обратно.

Кристен понимала, что более подходящего момента не будет, и задала вопрос:

– У тебя есть какие-нибудь особенные воспоминания, Дин?

Глаза матери девушки удивленно расширились. Отец резко повернулся к ней, но она знала, что делает. Нужно решать проблему.

Дин тихо ответил:

– Нет.

Он возился с гирляндой, не поднимая глаз, но Кристен стояла на своем.

– Я рассказывала маме и папе о твоих родителях. Осознав, что затеяла дочь, Джоан произнесла:

– Это была трагедия, которую сложно пережить.

– Да, – сказал Дин.

– И очень печально, что ваша бабушка была слишком стара, чтобы заботиться о вас, – продолжала с сочувствием Джоан.

Кристен решила, что настал момент сменить тему.

– Но это все позади. А впереди у тебя целая череда праздников. Ларс, не принесешь пирожные с фруктами, которые мама испекла утром?

Ларса не нужно было просить дважды.

Дин склонил голову набок и посмотрел на мать Кристен.

– Пирожные вкусные?

– Просто божественные, – ответила Джоан без ложной скромности. – Я мастер рождественской выпечки. Если вы любите бананово-ореховый кекс, то придете в восторг, попробовав кекс моего приготовления.

Дин усмехнулся:

– Несите пирожные.

Кристен с облегчением выдохнула. Ее идея оказалась удачной. Дин готов не только признать, что Рождество существует, но и принять участие в празднике.

Она влюблялась в этого мужчину, а у него было тяжелое прошлое, к тому же его использовали самым подлым образом. Несколько рождественских пирожных и украшение елки должны помочь ему смягчить воспоминания о Нине.

Но, возможно, они никогда не отпустят его.

И что же ей тогда делать? Любить человека, который не сможет ответить на ее чувства?

Глава 13

Утром в понедельник вернулась королевская семья.

Прошел слух, что Дин был приглашен на ужин и что они с Алексом поговорили по душам. Никто не ждал, что они подружатся, но Кристен болела за будущее своей страны, а потому была рада, что они заключили перемирие.

Около полудня зазвонил рабочий телефон Кристен. Она нажала на кнопку ответа.

– Да.

– Кристен, зайди, пожалуйста, ко мне в кабинет, – сказала Ева.

– Конечно.

В кабинете была не только принцесса, но и принц Алекс. Он улыбался.

– Присаживайся.

Девушка смутилась, однако села на стул.

– Вы с Дином провели много времени вместе, пока мы были в отъезде, – начала Ева.

– Я уже упоминала, что ему потребовалась спутница на рождественский ужин, а когда он привез сюда своих сотрудников, я поддерживала с ним контакт, чтобы убедиться, что он и его команда нормально устроились.

– Он рассказал нам, что консультировал тебя по поводу благотворительности, в частности, упомянул о советниках, которые тебе потребуются.

– Да?

Ева взяла Алекса за руку.

– Для нас всех сейчас сложилась непростая ситуация. Однако прошло десять лет, да и королевская охрана Ксавьеры, которую возглавляет брат Алекса, сняла с Дина все обвинения в гибели их общей знакомой. Проблемы остались в прошлом. Теперь поговорим о твоем благотворительном фонде. Дин под впечатлением от твоей идеи. Мы с Алексом всегда считали тебя талантливым человеком и теперь собираемся сделать предложение.

– Я с удовольствием вас выслушаю.

– Мы хотели бы внести свою лепту. Как только ты учредишь фонд и у тебя появится банковский счет, мы пожертвуем миллион долларов.

Кристен была потрясена.

– Спасибо.

Алекс добавил:

– А еще мы думаем, что тебе пора оставить должность.

В душе девушки словно распустился дивный цветок. Годами она мечтала, изучала вопрос, и наконец ее время пришло. Она готова сделать что-то важное для себя и для всего мира.

– Благодарю вас.

– С сегодняшнего дня ты свободна. – Ева рассмеялась. – А это означает, что теперь нам нужно выдать тебе официальное приглашение на прием, который состоится сегодня вечером в честь «Сумински стафф». Ты должна прийти на него как гостья, не как сотрудница.

Кристен поднялась.

– Спасибо, мадам.

Ева тоже встала.

– Дорогая, можешь называть меня Ева. В конце концов, я буду членом совета твоего фонда. Можно сказать, я работаю на тебя.

Король Мейсон давал прием в честь «Сумински стафф». Кристен надела розовое кружевное платье, которое купила для королевского рождественского бала год назад. Она была не из тех, кто боится показаться в одном наряде дважды. Принцесса Ева тоже так поступала. Кроме того, теперь она осталась без работы, и каждый цент имел значение.

– Выглядишь отлично, очень элегантно, – заметила принцесса. – Готова ко всему?

– Общение с Дином подготовило меня ко многому, – улыбнулась Кристен.

– Хм, надеюсь, что ты ведешь себя с ним осторожно. Прошлое сильно повлияло на него, и он стал достаточно жестким. Такое нельзя пережить или забыть.

– Все нормально. Честно говоря, он мне нравится.

– Нравится?

– Он общается со мной совершенно не так, как с другими людьми. Он помогал украшать елку у меня дома.

– О боже! – Ева была очень удивлена. – Ты влюбилась в него?

– Думаю, да.

Принцесса покачала головой:

– Пожалуйста, будь начеку.

Они направились к месту встречи гостей. Отец Евы, король Мейсон, стоял рядом с ее матерью, Карен. На ней было черное бархатное платье и бриллиантовое ожерелье – подарок мужа за понимание. Год назад он скрыл от нее информацию о том, что в стране готовился переворот.

Увидев Еву и Кристен, король расплылся в улыбке. Он взял Кристен за обе руки.

– Насколько я понимаю, вас можно поздравить.

– Спасибо, ваше величество.

– Королева и я тоже хотели бы сделать пожертвование в ваш проект по строительству школ.

Смущенная, девушка поклонилась:

– Большое спасибо.

Королева Карен обняла ее.

– Не благодари нас. Ты – звезда. Мистер Сумински приехал в нашу страну. Даже если это краткосрочный проект, для нас их пребывание здесь имеет огромное значение. – Она улыбнулась. – И благодарить за это мы должны тебя.

– Просто я сделала правильный шаг в правильное время.

– Продолжай в том же духе, – посоветовал король. Дворецкие распахнули широкие двойные двери, предложив сначала пройти Дину. Он поклонился королю и королеве, пожал руки Алексу и Еве и занял место рядом с королем Мейсоном, так как был почетным гостем.

Потом вошли сотрудники компании Дина. Они разглядывали роскошный интерьер зала приемов с нескрываемым восхищением и любопытством. Наконец появились прочие приглашенные, в том числе те, с кем принцесса Ева хотела познакомить Кристен.

Дин пожимал руки и беседовал о программном обеспечении и ценах на акции. Кристен договаривалась об обедах и ужинах с будущими членами совета и спонсорами.

В мгновение ока ее жизнь изменилась до неузнаваемости.

Наконец Кристен подошла к Дину, который разговаривал с Джейсоном.

– Привет еще раз.

Джейсон поклонился ей:

– Снова здравствуй. Сегодня для тебя важный вечер.

Она засмеялась:

– Я шла к этому годами. – Она удовлетворенно вздохнула. – А теперь мечта становится реальностью. – Девушка повернулась к Дину: – Пойдем танцевать?

Джейсон улыбнулся:

– Только посмотрите на нее! Это ее первое официальное мероприятие в качестве руководителя, а она осмелилась пригласить парня на танец. Может быть, это прозвучит странно, но знаешь, Дин, кого она мне напоминает? Нину. Той женщине хватало дерзости.

Его комментарий показался Кристен неуместным, но она помнила, что у дружбы Джейсона и Дина долгая история. А это означало, что его слова имеют для Дина особый смысл.

Дин поставил коктейль на поднос проходящего официанта.

В розовом платье, с высокой прической Кристен выглядела не менее роскошно и элегантно, чем принцесса Ева.

Но она была больше чем королевской особой. Она была честным, открытым, прекрасным человеком. Человеком, которому Дин нравился. Человеком, который нравился ему. Кристен он мог доверять.

У нее нет ничего общего с Ниной.

– С удовольствием потанцую.

Они прошли на танцпол, и Дин нежно обнял девушку. Как всегда, она почувствовала себя равной ему.

Дин вспомнил, как в Нью-Йорке на рождественском ужине он почувствовал, что это женщина его мечты. Женщина, которая могла бы стать его партнером. Умная и достаточно дерзкая, чтобы поставить его на место. И очень красивая. Кристен Андерсон – та, которая ему нужна.

– Как прошел день? – спросила она.

Дин рассмеялся:

– Я катался на сноуборде.

– Один? – удивилась Кристен.

– Да. Я доехал до горнолыжной трассы на автобусе и взял доску напрокат.

Дин закружил ее в танце. Его чувство к ней было серьезным, но это не исключало веселья. Спонтанности. Чудес. Он впервые за десять лет встал на сноуборд, что было для него большим достижением. Он познакомился с родителями Кристен. Он говорил с ними о своих проблемах. Он украшал елку и ел с ними пирожные. И он знал, что, хотя их отношения развиваются со скоростью света, нельзя останавливать то, что происходит. Он должен ухватиться за этот шанс и держаться изо всех сил. Он должен привыкать к радости.

– Вчера вечером за ужином мы говорили с Алексом, и мне показалось, что я снова там, где был десять лет назад.

Кристен нахмурилась:

– Десять лет назад? Когда ты начинал свой бизнес?

Ее вопрос напомнил ему о замечании Джейсона по поводу Нины. Какая нелепость!

– Не только. Еще я учился наслаждаться жизнью. Кристен ни капли не похожа на Нину, но они обе научили его получать удовольствие от жизни…

– Ты напомнила мне, что я люблю веселиться.

– Все любят веселиться.

– Некоторым приходится учиться этому.

Кристен привела его в свою семью. Нина ввела его в свой круг…

Она улыбнулась:

– Что ж, у тебя хорошо получается.

У Дина стало тепло в груди. Кристен не флиртовала. Она помогала ему почувствовать себя нормальным, стоящим человеком… и у нее это выходило естественно. Она просто была самой собой и позволяла быть собой ему.

Дин злился на Джейсона за глупое сравнение, из-за которого он никак не мог сказать то, что собирался. Кристен должна знать, что она – та женщина, с которой он хочет быть вместе.

Музыка смолкла, и они выпустили друг друга из объятий, но Дин удержал ее руку. Ему нужно было увести Кристен из зала и поговорить с ней. Пока он оглядывался в поисках двери, на сцену поднялся король Мейсон с ребенком на руках.

Он взял микрофон.

– Для тех, кто еще не знает! Это Джеймс Тибериус Санчо. – Он поцеловал мальчика в щеку. – Это племянник мужа моей дочери, сын Дома и Джинни Санчо.

У мальчика были темные волосы и карие глаза, и он был очень мил.

Дом и Джинни стояли счастливые и гордые, а рядом с ними стояли король и королева Ксавьеры, которые выглядели самыми счастливыми бабушкой и дедушкой на свете.

Кристен засмеялась:

– Этого мальчика обязательно избалуют.

Дин скользнул по ней взглядом.

– Да уж, и в один прекрасный день он обязательно станет королем.

– Родители приложат все усилия, чтобы воспитать его правильно, – уверенно сказала Кристен. – Дом выглядит крутым и модным, но он хороший отец.

Хороший отец…

У Дина в горле появился неприятный ком. Он не понимал, что это значит.

Нина помогла ему завязать нужные знакомства, Кристен помогла ему понять, что такое семья. Но никто не поможет ему разобраться с личными проблемами.

Кристен потянула его за руку:

– Пошли, поздороваемся с малышом.

– Поздороваемся?

– Да. Он просто прелесть. Я видела его всего несколько раз, когда Дом и Джинни приезжали навестить Еву и Алекса.

Она снова потянула его за собой, а он не двинулся с места.

– Рядом с ним и без того куча родни.

Кристен улыбнулась:

– Они любят, когда вокруг много людей. Мужчины Санчо слишком долго были одни. Идем же!

Дин почти сделал шаг. Почти. Но что-то удержало его. Краем глаза он увидел, что к ним приближается Джейсон.

Он ощутил облегчение, когда Джейсон поинтересовался:

– Чем занимаетесь?

– Собираемся поздороваться с Джимми, – ответила Кристен.

Джейсон засмеялся:

– Самый милый ребенок из всех, которых я видел. Нам с Дином нужно обсудить кое-что. Иди одна, а мы подойдем позже.

В душе Дина шла настоящая битва. Ему очень хотелось пойти с Кристен, сделать этот шаг. Но при этом он благодарил небеса за то, что срочно понадобился Джейсону.

– О чем ты хотел поговорить?

– Да ни о чем. Просто я понял, что тебе требуется помощь.

– Это так заметно?

– Трудно сказать. Но я очень хорошо тебя знаю. Дети тебе не по душе.

– Я должен преодолеть это. – Дин посмотрел вслед Кристен. – Она мне очень нравится.

Джейсон фыркнул:

– Конечно. Она роскошна. И так же, как в Нину, ты влюбился в нее моментально. – Он хлопнул Дина по плечу. – Ты весьма предсказуем. Тебе нравятся сильные и красивые женщины. Ты подсознательно выбираешь тех, которые никогда не будут принадлежать тебе. Нина любила другого, а эта… – Он указал на Кристен. – У нее все впереди. – Дин озадаченно посмотрел на приятеля. – Ты слышал, что сегодня королевская семья отправила ее в отставку?

– Кристен уволили?

– Нет, что ты. Они выпустили птенчика из гнезда. А еще ходят слухи, что они перечислят ей миллион долларов.

– Отлично! – обрадовался Дин.

– Да, прекрасно. Для нее. А кто этому поспособствовал? Ты. Ты познакомил ее с миссис Фланниган. В свое время ты, вольно или невольно, помог Нине вернуть Алекса. А Кристен ты показал дорогу, ведущую к ее цели.

Кровь застыла в жилах Дина.

– Теперь джинн выпущен из бутылки, – продолжал Джейсон. – У нее появились связи и источники финансирования. Не мешай ей. К тому же в ближайшие недели ты будешь занят нашим проектом, иначе он провалится. – Он взял Дина за плечо и развернул лицом к Кристен, которая стояла возле короля Мейсона и играла с Джимми. – Посмотри на нее, Дин. Она в своей тарелке. Она будет путешествовать по миру и строить школы. И ей нужен не ты, а высоченный блондин фермер, который будет ждать ее дома. Приехав домой, она будет любоваться своими ухоженными, красивыми детками и отдыхать перед очередной поездкой в Африку, Азию или Южную Америку.

– Бред какой-то.

– Почему бред? Разве она не заслуживает крепкой семьи и добротного дома? Впрочем, забудь. Кто я такой, чтобы тебя останавливать? Но вспомни, как ты гнался на машине за Ниной, отказываясь принять ее «нет», и она спряталась от тебя на яхте. Юридически ты чист, однако доля твоей вины в ее гибели есть.

Кристен направилась к ним. Ее глаза сияли.

– Пообщайся со своими ребятами, – посоветовал Джейсон. – Пусть они почувствуют себя желанными гостями на этом приеме.

Слова друга о том, что ему следует винить себя в смерти Нины, ножом ударили по сердцу Дина. Да, он пытался догнать ее, но, поняв, что она едет к пристани, взял себя в руки и развернул машину. Его совесть чиста.

Но неприятный холодок внутри не проходил.

– С ребятами все в порядке.

Джейсон пожал плечами:

– Ну ладно. Если хочешь потерять все, что у тебя есть, а заодно сломать ей жизнь, я умываю руки.

Джейсон отошел, зато рядом появилась Кристен. Дин ощутил прилив счастья, но слова друга звенели у него в ушах.

И вдруг Дин понял, о чем говорил Джейсон. Кристен сейчас в таком же положении, в каком был он, когда встретил Нину. Для каждого, кто делает первые шаги на новом поприще, теоретически существует возможность потерять все. Его дело еще два месяца после гибели Нины находилось на грани краха…

– Ребенок чудесный, – сказала Кристен.

Джейсон беспокоился, что Дин каким-то образом может навредить Кристен, и у нее все выйдет из-под контроля, как у Дина после смерти Нины. Тогда погибнет ее мечта.

Кристен взяла его за руку. Это было естественно и прекрасно, будто они были созданы друг для друга. Но Дин ощутил панический страх.

Что, если он сделает ей больно?

Что, если какое-то его слово или поступок так заденут ее, что она лишится своей мечты?

Некоторые люди получают от жизни только один шанс.

Что, если он испортит ей все?

– Дом и Джинни унесли сына. Они оставят его с няней и вернутся, но я думаю, что долго они без него не выдержат.

Дин был согласен с ней. Няня может оказаться такой же холодной, как и его бабушка, не желавшая заниматься им…

И тут он понял, чем на самом деле вызван приступ страха. Он боится стать плохим отцом, которому потребуется для воспитания детей помощь. А детям нужна любовь. Любовь родителей.

Дину стало холодно. Он высвободил руку.

– Мне нужно, м-м-м… поговорить со своими парнями.

Кристен улыбнулась:

– Отлично! Я хочу с ними познакомиться.

– Нет. Лучше пообщайся с теми, кто поможет тебе с благотворительным фондом.

– Я уже с ними пообщалась, – усмехнулась она, – если попытаюсь поговорить еще, это будет перебор.

Кристен не могла быть слишком навязчивой. Для этого она была слишком честной. Слишком открытой. Дину такое даже не снилось.

Он был мрачным, одиноким человеком. И две недели, проведенные в компании этой девушки, его не изменили. Всего за две недели он никак не мог влюбиться.

– Я не хочу, чтобы ты шла со мной.

Ее глаза округлились.

– Что?!

– У тебя как раз все налаживается. А это – мои люди и мое дело. Помощь мне не требуется.

Дин был намеренно груб. Он хотел внушить Кристен, что она не так уж хорошо его знает. А пытаться узнать его получше глупо, потому что ей не понравится человек, который предстанет перед ней.

– Прощай, Кристен Андерсон.

Дин повторил то, что сказал в ту ночь, когда поцеловал Кристен. Решение далось ему нелегко. Он понимал, от чего отказывается.

Он в последний раз посмотрел на Кристен, задержав взгляд на ее прекрасных зеленых глазах, и ушел прочь.

Глава 14

Остаток вечера оказался весьма насыщенным для Кристен. Хотя она сказала Дину, что больше не собирается ни с кем беседовать, оказалось, что все в ней очень заинтересованы.

К тому времени, когда она освободилась, Дин уже ушел.

Она не могла понять, что случилось. Минуту назад все было прекрасно. Они отлично понимали друг друга. И вдруг он сбежал.

Кристен уговорила себя отложить разговор с Дином на завтра. Она поехала домой и забылась беспокойным сном. На следующее утро девушка отправилась в отель, но Дин был занят. Он передал через Джейсона, что не может отвлекаться.

– Это очень важный момент, – сказал Джейсон, улыбаясь. – Наконец я заставил его трудиться в одной команде с разработчиками. – Он пристально посмотрел на нее поверх очков. – Дин действительно не может отвлечься. Ни на кого. Прими совет: не приходи в отель. Дин занятой человек, он не тратит время на отношения. К тому же теперь он будет непосредственно контактировать с королевской семьей.

Сердце Кристен ударилось о ребра. Если бы не этот танец прошлым вечером, она… могла бы предположить, что Дин использовал ее, чтобы наладить контакт с принцем Алексом.

Но это абсурд.

Или нет?

Она не сделала ровным счетом ничего, чтобы облегчить его примирение с Евой и ее мужем.

Разве что привезла Дина в Греннадию.

И сообщила об этом принцессе за два дня до возвращения их высочеств из отпуска, так что у Евы было время подготовить Алекса.

Встретившись и поговорив, Алекс и Дин перестали винить друг друга в былых грехах.

Кристен ощутила острую боль в груди. Она снова связалась с человеком, который ее использовал.

И, как идиотка, умудрилась влюбиться в него.

Вечером Кристен дождалась, когда Дин отправится в свой номер, а потом позвонила ему. Он ответил после второго звонка:

– Слушаю.

– Привет, это Кристен. Я заходила повидаться с тобой, но Джейсон сказал, что ты очень занят.

– Мы готовимся запустить бета-тестирование.

– Поздравляю.

– Я не хотел, чтобы меня прерывали. Я очень благодарен тебе за все, что ты сделала для меня, но сейчас мне нужно работать.

Он повесил трубку, а Кристен в немом изумлении уставилась на телефон, зажатый в руке.

Он действительно ее использовал.

***

Дину было больно оттого, что он бросил трубку. Но это для ее же блага.

Кристен хороший человек, а его карта бита.

Но с каждым днем ему становилось все больнее. Снова для него поблекли рождественские украшения. Все вокруг казалось издевкой. Он не желал слушать рождественские песни, есть пирожные и любоваться нарядными елками. Мир вокруг него веселился и ликовал. И лишь он был одинок и опустошен.

Недостатки в играх были быстро и эффективно устранены, программы проверены и перепроверены, и в канун Рождества все было готово.

Дин предоставил сотрудникам возможность уехать домой на Рождество, но все до одного отказались. Они решили встретить праздник в зимней сказке, которую успели полюбить.

Дин было собрался полететь в Нью-Йорк, но в нем заговорил бизнесмен, и он остался, чтобы посетить рождественский бал, который давала королевская семья. Греннадия вернула его людей к жизни. Греннадия спасла его компанию. Он договорился с принцессой Евой о том, что будет привозить персонал сюда на отдых дважды в год. Это было не то, на что она втайне рассчитывала, но у нее родилась идея предложить подобные условия другим высокотехнологичным компаниям. Так что он не имеет права пропустить празднование Рождества с королевской семьей. Ведь они стали для него ценными союзниками.

Дин не мог сидеть в номере целый день. Он надел куртку, сел в автобус и отправился кататься на сноуборде. Дин искал новые трассы, отойдя в сторону от обычных туристических маршрутов, и неожиданно оказался в самой мирной и прекрасной из всех долин, которые когда-либо видел.

Преисполненный восторга Дин съехал в ее центр. И обнаружил, что он здесь не один.

Принц Алекс стоял спиной к нему и смотрел на горы.

Дин развернулся, собираясь уйти.

– Я слышал, как вы подъехали. Это место не является моей собственностью. Оставайтесь на здоровье.

– Ты уверен? – спросил Дин.

Алекс обернулся:

– А, это ты.

Алекс простил его, но предупредил, что друзьями им никогда не стать.

– Я пойду, – пробормотал Дин.

Принц покачал головой:

– Нет. Мы все равно не сможем избегать друг друга. – Он усмехнулся. – Особенно теперь, когда ты заключил соглашение с моей женой.

Дин вытащил ноги из креплений и, подбросив доску мыском ботинка, поймал ее.

– А ты по-прежнему мастер, – протянул Алекс.

– Спасибо. – Странно было видеть принца в теплой куртке, а не в костюме или во фраке. Дин сказал: – Здесь совсем не Средиземноморье.

– Естественно. Но здесь красиво. Мне кажется, что в Греннадии я чувствую себя больше дома, чем в Ксавьере.

– Принцесса Ева – прекрасный человек.

– Все греннадийцы – прекрасные люди. Они добрые и верные.

– Похоже, ты собираешься что-то мне сказать?

– Мы с Евой очень волнуемся, что ты можешь обидеть Кристен.

Дин поморщился:

– Не стоит беспокоиться. Я отпугнул ее неделю назад на приеме.

– Правда?

Дин кивнул.

– Такой женщине, как Кристен, нужно все. Не только карьера, но семья и дети. А я – не тот человек.

– Ты не хочешь семью?

Дин хотел. Всем сердцем. После того как он побывал дома у Кристен, ему захотелось домашнего уюта, настоящего Рождества, жены, которая будет разделять его мечты, детей, которые подарят ему тепло и смысл жизни…

Дин пожал плечами:

– Какая разница? Она хочет то, чего я не могу ей дать.

– У тебя не может быть детей?

– Не в этом дело. Просто у меня не было детства.

– Потому что ты был гением?

– И потому что меня воспитывала бабушка, которая устала от жизни. У меня не было отца, не было примера того, каким должен быть мужчина. Работа отнимает у меня большую часть времени. Кристен заслуживает какого-нибудь красавца, который даст ей все, в чем она нуждается.

– И ты ее, по твоим словам, отпугнул? Тогда понятно, почему она целую неделю не появлялась во дворце.

Сердце Дина тревожно забилось.

– Ты ее видел?

– Мы пытались организовать для нее две встречи, но она отказалась, заявив, что занята подготовкой к Рождеству. – Алекс прищурился. – Но это неправда. Она сидит дома и переживает.

Дин потупил взгляд:

– Мне жаль.

– Да что ты?

– Конечно, я же люблю ее. Кристен для меня – все. Но она заслуживает лучшего.

Алекс глубоко вздохнул:

– Ты просто чокнутый, Дин Сумински. Я не собирался тебе помогать, но придется.

– Помогать мне?

Алекс еще раз вздохнул, посмотрел на горы, потом перевел взгляд на Дина:

– Не важно, что ты думаешь о том, какой из тебя выйдет отец, не важно, какой смысл ты вкладываешь в понятие брака. Если ты встретил кого-то, кто заставил тебя хотеть этого, не упускай свой шанс. – Алекс взял лыжные палки. – Решай проблемы, учись договариваться, и все получится.

Дин ухмыльнулся:

– По воле судьбы? Или с помощью магии?

Алекс улыбнулся, надевая защитные очки.

– Не магия, а работа.

Оттолкнувшись палками, он поехал по склону, потом резко развернулся и сквозь поднятый им снежный вихрь вновь посмотрел на Дина.

– Очень сложная работа! – крикнул он. – Но она того стоит. Не упусти свой шанс. Если ты действительно любишь ее, а мне кажется, что это так, то будешь сильно жалеть о своей глупости.

Кристен решила не ходить на королевский бал. К ней в комнату зашла мама в вечернем платье.

– Ты еще не одета?

– Зато ты нарядилась. По какому поводу? – удивилась девушка.

– Нас с отцом тоже пригласили на рождественский бал.

– Правда?

– Да, хотят что-то сказать о моей роли в твоем благотворительном фонде. – Джоан присела рядом с дочерью на кровать и погладила ее по плечу. – Спасибо, что ввела меня в совет.

Кристен улыбнулась:

– Ты самый умный человек на свете. Конечно, ты не сможешь пожертвовать миллион долларов, но ты нам нужна.

– Ну, раз уж я умный человек, то дам тебе один совет.

– Я никуда не пойду.

– Я знаю, что ты не хочешь видеть Дина. Ты целыми днями сидишь и страдаешь из-за того, что тебя бросил парень, но теперь подобная роскошь непозволительна. Тебе нужно пойти на бал. – Мать встала. – Ты должна показать жертвователям, что, несмотря на личные проблемы, можешь вести дела.

Кристен вздохнула.

Ее мама направилась к двери.

– Мы с папой уезжаем, не хотим ничего пропустить. Я предполагала, что мы отправимся вместе, но дожидаться, пока ты наденешь платье, не намерена.

Кристен засмеялась, но, когда мать скрылась за дверью, она закрыла глаза. Мама права. Ей нужно там появиться. Нужно выглядеть сильной и счастливой.

Но что надеть?

Кристен заглянула в шкаф и увидела черное платье. От воспоминаний об ужине в Нью-Йорке ее сердце забилось, как сумасшедшее. Она не может видеть Дина. Она не может смириться с тем, что он ее использовал.

Но она должна доказать себе, ему и всем вокруг, что ничто не собьет ее с пути.

Дин вошел в бальный зал дворца. С потолка свисали золотые и серебряные гирлянды. На круглых столах сверкали хрустальные вазы с букетами красных роз, а королевский стол был подсвечен мерцающими огоньками.

Но Кристен не было видно.

Не упустил ли он свой шанс?

Дин обдумал то, что сказал Алекс, и понял, что тот прав. Он любит Кристен всем сердцем. Но боится. Ведь он провел большую часть детства в одиночестве, к тому же последние десять лет никому не верил. Дин больше не желал так жить.

Он взглянул на вход в зал. Неужели обидел ее так сильно, что она решила не приходить?

Король Мейсон провозгласил рождественский тост. Начались танцы.

Дин заметил в толпе родителей Кристен, но ее рядом с ними не было. Он перестал дышать.

Джейсон подошел к нему с двумя бокалами шампанского.

– Держи. У меня есть тост. За наш сегодняшний успех. Бета-тестирование запущено на неделю раньше срока. Полагаю, мы доказали свою состоятельность.

Дин засмеялся:

– Думаю, да.

– Я боялся, что тебя захомутала шикарная блондинка, но ты вернулся в наши ряды с новыми силами, если можно так сказать.

Дин приподнял бровь:

– Погоди. О чем ты?

– О тебе и о Кристен. Ваша влюбленность отвлекала тебя от работы. Пришлось воздвигнуть между вами стену.

Дин уставился на друга:

– Во-первых, никакой стены не было. Твои слова заставили меня осознать, что я недостаточно хорош для нее. Но это мой выбор. Во-вторых, если ты попробуешь провернуть что-то подобное еще раз, я тебя уволю так быстро, что ты глазом моргнуть не успеешь. – Он отдал бокал Джейсону. – А теперь я отправлюсь к ней и все исправлю.

Он будет вместе с Кристен, чего бы ему это ни стоило.

Когда Дин подходил к дверям бального зала, они открылись.

Кристен была в том платье, которое ей купил он. Воспоминания о вечере в Нью-Йорке ударили ему в голову. В тот вечер, обняв Кристен, Дин сразу почувствовал, что это – его вторая половинка. Женщина его мечты.

Не медля ни секунды, он бросился к ней.

– Кристен! Прости меня.

– За что? Ты получил все, чего только можно пожелать. Твоя игра ушла сегодня на бета-тестирование, на неделю опередив график. По слухам, твоя команда понимает тебя с полуслова. Тебе не нужно переезжать в Греннадию, хотя ты в любой момент можешь привезти ребят на отдых. У тебя появился свободный доступ к нашим кадровым ресурсам. По сути, ты не даешь нашей стране ничего, а получаешь все. И что для этого потребовалось? Всего лишь одурачить меня.

Кристен вздернула подбородок. Дин увидел в ее прекрасных глазах обиду и боль. Она сделала шаг в сторону, но он поймал ее за руку.

– Я понимаю, что все сложилось не лучшим образом.

– Не лучшим образом? – Девушка горько усмехнулась. – Пошел вон!

Она вырвала руку и смешалась с толпой. Он видел, как она задержалась около американской пары, тепло с ними поздоровалась и заговорила, вероятно, о своей благотворительной деятельности.

Сердце Дина сжалось. Он допустил непоправимую ошибку, оттолкнув ее. Но даже если ему не удастся завоевать Кристен, он все равно должен выяснить, действительно ли она не хочет видеть его.

Он решительно направился к ней.

– Простите, – обратился он к американцам, – но Кристен обещала мне танец.

– Я не… – начала девушка.

Но Дин не дал ей закончить. Он потянул ее на танцпол и обнял.

– Прости, что я был так груб с тобой. Я люблю тебя.

В голове Дина наконец сложилась цельная картина. Кристен не просто чудесная девушка. Она – тот человек, с которым он всегда будет самим собой. Настоящим. Тем, кем должен быть.

Кристен хотела высвободиться из его объятий и уйти, однако ее сердце таяло.

Дин ее обидел и может снова обидеть, если она ему позволит.

Но она этого не допустит.

– Видишь ли, я не хотел навредить тебе. – В его глазах светилось счастье. Кристен захотелось его ударить. – Но тем не менее причинил тебе боль.

– Не стоит повторять одно и то же. Я все поняла.

Кристен чувствовала, что придвигается все ближе к Дину. И не потому, что он этого заслуживал. Но было в нем что-то, зачаровывающее ее. Похоже, гормоны играют с ней злую шутку, заставляя поверить, что она должна быть рядом с этим сумасшедшим.

– Вряд ли я смогу быть хорошим отцом…

Кристен остановилась.

– Что?!

– Я люблю тебя, а это означает, что я хочу того же, что и ты… и детей…

– Ты заглянул далеко в будущее и начал беспокоиться о том, что произойдет, когда у нас появятся дети? – Дин кивнул. – Тебе не пришло в голову, что в Интернете можно поискать ролики о том, как стать хорошим отцом?

К ее удивлению, Дин рассмеялся.

– Нет. Сама мысль о детях повергала меня в шок, и я думал только о том, что это нечестно по отношению к тебе. – Он набрал в грудь воздуха. – Но есть кое-что еще. – Музыка смолкла. Дин сжал ее руки. – Ты только начинаешь жить, и тебя ждет прекрасная карьера. Я боялся, что буду тянуть тебя вниз. Но мы будем на равных.

Кристен улыбнулась:

– Так ты меня любишь?

Он прижал руку к груди.

– Очень, если боль в груди является верным признаком.

Снова заиграла музыка, пары вальсировали, но они не двигались с места.

– Любовь делает человека счастливым.

Дин фыркнул:

– А я и не догадывался.

– Мне предстоит научить тебя многим вещам, мой кузнечик.

Он улыбнулся и кивнул.

Руки Кристен скользнули по его плечам, взгляд стал теплым.

– Ты меня не ненавидишь? – спросил он.

– Я люблю тебя. Но мы заключим договор. Ты не принимаешь решений за меня. Мы все обсуждаем вместе.

– Договорились.

Кристин обняла его.

– Договорились. – Миновала секунда, потом еще одна. – Можешь меня поцеловать.

Дин рассмеялся, наклонил голову и поцеловал Кристен. Сердце девушки пело. Любовью всей ее жизни стал этот сильный, упрямый, порой высокомерный человек, но она не сомневалась, что они будут на равных.

Дин оторвался от нее и потянулся к карману пиджака.

– Нам потребуется кое-что, чтобы скрепить наш договор.

Он достал из кармана бриллиантовый браслет и положил его на ладонь Кристен.

– Мой браслет? – ахнула она.

– Именно. Я знал, что он тебе нравится.

Кристен встала на цыпочки и поцеловала его.

– Конечно, нравится. Но я не хотела принимать такой значимый подарок от незнакомого человека.

– А теперь ты хорошо меня знаешь?

– О, мы проведем всю жизнь, пытаясь узнать друг друга. – Кристен снова поцеловала Дина. – Но от этого наша жизнь станет только веселее и интереснее.

Он взял ее за руку и увел с танцпола. Кристен прижималась к Дину. Она понимала, что их трудно назвать нормальной среднестатистической парой, но любовь укажет им верный путь.

Кристен не сомневалась, что она и Дин сумеют изменить мир.

Потому что вместе они вдвое сильнее.

Content

Сьюзен Мейер
Как приручить гения

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14