Евгений Нетт

Вестник

Глава 1

- Каэл, обалдуй, неси лучшее вино! К нам важный господин пожаловал...! - Дядька кричал что-то еще, но Каэл его уже не слышал - до холодного погреба звуки из зала не доносились. Скорее всего сейчас дядя Брошк нахваливал свою стряпню и льстил господину, решившему здесь отужинать. Каэл не был уверен, приносит ли эта показушная радушность плоды, но спорить не решался - после смерти отца и матери из родни у шестнадцатилетнего юноши остался только дядя. И, хоть он и относился к Каэлу совсем не так, как к собственному сыну, но еда и одежда у сироты была всегда. Ну а большего ему, стоит признаться, было не нужно - он умел довольствоваться малым. Каэл как мог цеплялся за стабильную, ничем не примечательную жизнь.

Юноша поднялся на высокую приставную лестницу и без особого труда приподнял стоящий на самой верхней полке кувшин... А в следующую секунду его кто-то толкнул.

Каэл только и успел, что осознать факт своего падения и услышать смех, а после даже увидеть спину убегающего, хохочущего сводного братца...

- Ты что творишь! Я из-за тебя вино... - Каэл остановился на середине фразы и неверяще огляделся.

Лес. Исполинские дубы мелодично шуршали листвой, то тут, то там по их ветвям скакали, словно заправские гимнасты, белки и какие-то другие мелкие зверьки. Птицы пели какую-то свою песнь, а чуть в стороне, буквально в десятке метров от развалившегося на земле Каэла, с испуганным клекотом в кусты пряталось что-то рогатое и пушистое.

С минуту юноша просидел на месте, будучи не в силах собраться с мыслями. Лес? Где же погреб? И Юнка, опять напакостивший... Стоп, к черту Юнку! Куда и как он попал? Что за чертовщина? Еще немного помучив свою туго соображающую голову юноша решил отложить в сторону проблему своего перемещения из одного места в другое. Вполне может быть что важный посетитель оказался магом и просто-напросто устал ждать вино, рассерчал и так его наказал за нерасторопность. Или боги пошутили... Нет, точно нет. Пусть дядька и говорил, что во всем плохом в жизни виноваты Боги, Каэл не больно-то ему верил - добрый священник из церквушки неподалеку говорил прямо противоположные слова - мол, боги хотят людям только добра, а зло творим мы сами. И почему-то правды, как ему казалось, в словах священника было больше.

Каэл поднялся на ноги и, задрав голову кверху, огорченно вздохнул - листва закрывала небо, да и до ночи было еще далеко. По звездам свое местоположение так не определишь... Каэл припорошил руки песком и подошел к мощному, толстому и высокому дубу. Вся его кора была испещрена морщинами толщиной в два его пальца, так что подъем обещал быть легким - опыта у него в таком деле было предостаточно. Сбросив неудобную обувь и шепотом попросив у дерева прощения за то, что он его потревожил, Каэл, ловко перебирая конечностями, полез наверх.

К счастью, дуб оказался высоким не только внешне - его могучие ветви возвышались над остальными деревьями и позволили Каэлу насладиться необычным видом - с вершины были видны горы с белоснежными шапками, коих никогда не бывало рядом с родной деревней юноши. Ну, по крайней мере, дым от печных труб он обнаружил не так уж и далеко - пара часов ходьбы, не больше. А там уже можно будет узнать, куда его занесло и как ему добраться до дома. Одобрительно кивнув самому себе, Каэл быстро спустился вниз и зашагал в сторону поселения.

Размеренный стук молота разносился по небольшой кузне, ударяя по ушам каждого, решившего навестить кузнеца в самый разгар весны - время, когда работы особенно много. Возводятся избы и сараи, подковываются лошади и обновляется инструмент - все это тяжким, но приятным бременем ложилось на плечи Худоска. В эту пору он работал от рассвета и до заката, прерываясь лишь ради еды и обжигающе-холодного душа. И даже лежа в постели, мыслями старый кузнец все равно стоял у наковальни и творил.

Самые простые вещи в руках мастера обретали душу и уникальность, становились в какой-то мере произведением искусства. Возможно, это и была та магия, о которой он мечтал в детстве - просто воплощалась она не в молниях и огненных шарах, а в добром металле.

Хмыкнув, Худоск подхватил сухую тряпку и вышел на крыльцо.

Деревня жила своей жизнью: Мимо, чуть позади общего стада коров, брел сын соседа. Вокруг него, словно стайка цыплят вокруг наседки, вилась малышня - они любили этого сорванца, а он - их. Хоть и не хотел он этого показывать, пряча свои чувства за маской равнодушия. Но дети... Они ведь сердцем чувствуют добрых людей и тянуться к ним, как ростки к солнцу - их не провести и лучшему в мире актеру. Вот и бегают за Куртом хвостиком, во всем, вплоть до мелочей, ему подражая.

Вдруг взгляд кузнеца уцепился за незнакомого человека, мальчишку, о чем-то беседовавшим с деревенским столяром. Спустя минуту столяр покачал головой и зашел обратно в дом, а юноша побрел дальше - к дому-кузнице Худоска.

- Простите, господин, вам не нужен помощник? Я сильный и выносливый, могу помогать по дому... - Худоск жестом прервал мальчишку, выглядящего от чего-то потерянным и немного испуганным.

- Случилось что, мальчик? Откуда пришел и почто в помощники напрашиваешься, м? - Кузнец протянул мальчишке руку. - Меня Худоском кличут, кузнец я. Проходи пока в дом, поешь да попьешь вволю... Оголодал, поди. - Худоск в приглашающем жесте распахнул массивную дубовую дверь и Каэл, чуть замешкавшись, дёрнулся было вперед, но резко остановился.

- Меня зовут Каэл, господин. Спасибо вам. - Он низко, в пояс, поклонился старому кузнецу.

Каэл действительно выглядел так, словно несколько дней кряду провел в лесу - одежда грязна и местами порвана, волосы напоминают паклю да и в общем выглядел юноша совсем не так, как три дня назад.

Он вышел к людям, но те не только не подсказали ему дорогу, но и побили, отобрали башмаки и вышвырнули вон. Оказалось, что он наткнулся на крупный поселок лиходеев, почему-то его отпустивших. Это выглядело особенно странно ввиду того что обычно эти люди не брезговали и живым товаром, а молодые парни всегда были в цене. Рудники, галеры, арены и извращенцы - их с охотой покупали абсолютно все.

Худоск, после того как услышал историю юноши, долго ругал проклятого барона, вечно пьющего и позволяющего разбойникам творить на его землях все что их гнилым душам угодно. О родной деревне Каэла кузнец тоже ничего не знал, но обещал поспрашивать торговца, что раз в месяц наведывается в их захолустье и скупает пушнину, мед, травы и другие ценящиеся в городах товары.

- Сейчас я сбегаю к старейшине, а ты пока поспи, я уже постелил тебе в другой комнате. Поработаешь пока у меня, а, как приедет Гарит, купец наш, вместе с ним и отправишься. Не боись, никто тебя боле не обидит - вмиг всем руки пообрываю! - Сказал Худоск и демонстративно согнул в локте мощную мускулистую руку. Годы работы с молотом не позволили старости превратить его в дряхлую развалину, и выглядел кузнец на удивление молодо - одна лишь густая седая борода напоминала об истинном возрасте своего носителя.

Каэл же был худым, жилистым юношей, из-за чего рядом с кузнецом казался уж совсем слабым и немощным. Благо, что лицом он был в какой-то степени красив, чем-то походя на аристократа - темно-синие глаза и иссиня-черная шевелюра были ему в том хорошими помощниками.

Кузнец умчался к старейшине, дабы сообщить о бандитах неподалеку, а Каэл завалился на жесткую постель и, впервые за эти дни, улыбнулся. Отчаяние покинуло юношу, едва старик пригласил его в дом - все остальные жители деревни отказали ему в помощи, а ведь он был готов работать за одну лишь еду и место под крышей... Не доверяли, наверное - поди, уследи за таким. Дядька Каэла и сам бы наверняка прогнал взашей путника, появившегося из ниоткуда.

Входная дверь бесшумно открылась и хлопнула, а через секунду в комнату вошел Худоск. На его лице ярко сияла улыбка, а под мышкой он держал небольшой сверток.

- Старейшина не против того что ты остановишься у меня, Каэл. Держи. - Кузнец протянул юноше сверток, который тот бережно принял обеими руками и столь же бережно распаковал.

Одежда.

Выглядела она просто, но чувствовалась рука опытного в своем деле человека. Плотная ткань цвета древесной коры в некоторых местах была отделана чуть более темной кожей и напоминала броню. Каэл тут же поинтересовался происхождением и предназначением вещей - даже ему было ясно, что такое не надевают на работу и праздные гулянки. Уж скорее на войну или разведку - больно строго, по-военному, смотрелся костюм.

- Это одежда моего сына, он был охотником. - Каэл хотел было отказаться, но один лишь взгляд старика заставил юношу промолчать и принять подарок. - Ты славный юноша, Каэл. И во многом напоминаешь мне сына - такой же наивный и бестолковый, постоянно влипающий в неприятности... А иначе как бы ты оказался так далеко от дома? Тругт раскопал карты, отсюда до названного тобой города - два месяца верхом. Другой конец империи, между прочим.

Каэл потупился и, покраснев, рассказал всю свою историю от начала и до конца. Старик не стал над ним смеяться и сразу же поверил, вскоре оставив юношу одного. Тот немного побродил по избе, прибрал со стола и, едва добравшись до кровати, быстро заснул, отбросив в сторону все свои страхи и тревоги.

Сон еще никогда не решал всех проблем.

Глава 2

Торговец не появился ни через месяц, ни через два. Уже вступило в свои права жаркое лето, а Каэл все так же жил у Худоска, помогая тому по дому и обучаясь работе в кузне. Старый кузнец стремился передать случайно оказавшемуся рядом юноше все, что знал сам, и оттого по-отечески сурово подходил к этому процессу.

Каэлу здесь нравилось. Он был счастлив как никогда и, если честно, давно уже не желал возвращаться в место, когда-то называемое им домом. Его дом был здесь - рядом с бесконечно добрым Худоском, рядом с дружными соседями и ребятами. Каэл уже не видел свою жизнь как-то иначе - затерявшаяся в лесной глуши деревушка прочно закрепилась в его сердце и не стремилась оттуда уходить.

- Каэл, привет! - Из-за угла, словно черт из табакерки, выскочил Артис, старший сын старейшины и, по совместительству, главный заводила среди молодежи. - Айда на речку! Вода - молоко!

Каэл улыбнулся и, подняв обе руки, покачал головой. Артис, понимающе усмехнувшись, скорчил суровую гримасу и принялся вычерчивать в воздухе замысловатые знаки. Лицо Каэла сначала выражало непонимание, потом - заинтересованность, а под конец - сомнение.

- Подглядывать? Да ты с ума сошел!

- Тише ты! Договаривались же!

Каэл вздохнул и, размяв пальцы, принялся отвечать такими же странными знаками. «Плохо. Нельзя».

«Немного. Можно». «Девочки. Огорчение».

Подростки вели беседу на «языке охотников», он же - язык жестов запада. В этой глухой деревне не выращивали зерно и не рубили деревья - здесь охотились. Охотились как на обычных зверей, так и на магических - их, порою, выслеживали месяцами. Убить такого зверя было под силу лишь группе лучших из лучших охотников, не один год проведших в лесу, и знающих оттого повадки и привычки любого зверя. Они могли несколько часов кряду бежать по лесу, словно конь по степи, а от ударов их могучих кулаков на камнях оставались трещины. И сравнивать простого человека с охотником - все равно что сравнивать молодое зерно и горячую, только показавшуюся из печи буханку хлеба.

Когда Каэл узнал об этом, то стал опасаться магических зверей еще больше - сын Худоска, Тарнут, считался одним из самых могучих охотников.

Но его все равно загрызла какая-то волшебная тварь.

Каэл брел за Артисом и думал, как лучше предупредить девчонок. Просто подойти и сказать - вариант не самый лучший, парни его просто не поймут. Но и промолчать юноше не позволила бы совесть.

Когда до ушей Каэла донеслось едва слышимое журчание реки он все еще ничего не придумал - мысли просто не приходили в его голову, словно сговорившись. Артис замер у крайнего куста и, наклонившись, попытался протиснуться меж ветвей.

По лесу разнесся пронзительный девичий крик.

Каэл невольно ухватился за рукоятку подаренного ему Худоском кинжала и, помедлив немного, словно решая, что делать, ринулся к реке.

Так не кричат, обнаружив во время купаний в кустах соседского мальчишку.

Каэл не оборачивался, но слышал как Артис пристроился позади. Сын старейшины, хоть и любил повеселиться, но при этом все равно оставался надежным товарищем. Так, друг за другом, они и выскочили на поросший травой берег реки. Взгляд Каэла едва скользнул по аккуратно сложенным стопкам женской одежды и тут же переметнулся туда, откуда доносились крики.

Их было двое - один уже практически вытащил на берег полуголую Линду, в то время как второй все еще пытался поймать куда более юркую Клею, дочь знахарки. Разбойники, казалось, даже не заметили парней, полностью увлекшись девушками.

«Беги. Домой. Предупреди» - отсигналил Артису Каэл. Секунда, и вот уже не осмелившийся спорить парень скрылся в густых зарослях, а Каэл, покрепче сжав кинжал, закричал что есть мочи. Разбойники резко обернулись на звук и, отпустив свою добычу, полезли на сушу. Только сейчас Каэл разглядел на них добротные кожаные доспехи и закреплённые на поясах короткие мечи, похожие на используемые в имперской армии. Секунду спустя пришло осознание, что ему остается лишь полагаться на собственную скорость - где он, шестнадцатилетний парень со своим кинжалом, и где эти здоровые мужики в броне и с мечами. Тем временем они уже выбрались из воды и, так и не проронив ни единого звука, побежали на Каэла.

Каэл, краем глаза отметив что девочки уже скрылись из виду, развернулся спиной к разбойникам и побежал так, как не бегал никогда в жизни. Даже одичавшая собака, встретившаяся ему в детстве, не заставила тогда юношу бежать столь быстро.

Но разбойники приближались - с каждой секундой их сиплое дыхание и топот ног был все ближе, а в какой-то момент Каэл понял - сейчас его убьют. Надежда на то что в лесу он оторвется благодаря своей ловкости развеялись, словно утренний туман. В самый последний момент сознание подростка приняло совершенно неожиданное для него самого решение.

Каэл резко развернулся и что было силы ткнул кинжалом первого мужчину и, оттолкнув его в сторону второго, попытался продолжить свой бег... Но разбойник ловко перемахнул через корчащегося товарища и замахнулся рукою с зажатым в ней клинком.

И упал с арбалетным болтом в глазнице.

Каэл неверящим взглядом уставился сначала на рухнувший ему под ноги труп, потом - на развалившегося чуть в стороне, раненого его кинжалом разбойника. Тот не подавал никаких признаков жизни и, кажется, из его головы тоже торчал небольшой стальной болт.

Из ближайших кустов один за другим выбирались мужчины в одинаковой темно-зеленой форме. Трое держали в руках громоздкие арбалеты, а остальные - изящные черные луки. На груди воинов был начертан ястреб, сжимающий в своих цепких когтях извивающуюся змею. «Егеря!», определил Каэл и медленно осел на землю - ноги и во время бега предательски дрожали, а сейчас, когда все закончилось, так и вовсе подломились.

- Эй, парень, ты в порядке? Цел? - Идущий впереди всех егерь в два шага подскочил к юноше, резкими, но мягкими движениями осмотрев того на наличие ран. - Тьфу, не пугай. Посиди маленько, само пройдет. Впервые кровь чужую пролил?

Каэл кивнул - его мутило.

Егерь встал и подошел сначала к первому трупу, потом - ко второму, которого кто-то из его товарищей уже успел милосердно пристрелить. Еще несколько минут он, присев на корточки, шептался с другими егерями и что-то чертил на земле тонкой веткой. В конце концов егерь встал и, обернувшись, наткнулся на только вывалившихся из леса деревенских, вооруженных всем, что попалось под руку. Топоры, вилы, рогатины, луки, охотничьи мечи и кинжалы - все это еще несколько секунд угрожающе смотрело на егерей, прежде чем деревенские увидели рассевшегося на земле Каэла и трупы разбойников. Возглавлял «ополчение» самый опытный охотник, Элекс - ему уже минул шестой десяток, а волосы давно покрыла благородная седина. Но лучшим он от этого, стоит признать, быть не перестал - опыт в охотничьем ремесле значил намного больше физической силы.

- Десятник егерей, Стим Клоуш. Кто старший? - Десятник и Элекс встретились глазами, после чего оба едва не выронили свое оружие. - Элекс?! Старый ты сукин сын!

Стим Клоуш ринулся вперед с распростертыми объятиями, а через секунду его жест повторил и медведеподобный Элекс. Мгновение, и вот уже два старых друга обнимаются, едва ли не подпрыгивая в воздух от вызванной неожиданной встречей радости.

- Какими судьбами? - Элекс наконец-то выпустил Стима из своих объятий и вновь нацепил на лицо равнодушную, слегка высокомерную маску.

- Все за тем же, за чем и всегда, друг. Дезертиров ловим. - Десятник кивнул в сторону трупов, после чего направил свой взгляд на Каэла. - Твой?

- Куда там! Кузнеца нашего сын, приемный, правда.

- Жаль, я бы его взял к себе, будь в нём толика охотничьей крови. Такие храбрецы нам всегда нужны... Мда. - Десятник кивнул сам себе и, прокашлявшись выудил из небольшого, притороченного к поясу тубуса миниатюрную карту.

- У вас тут, говорят, разбойники завелись? Будь так любезен, черкани, где их лагерь стоит.

Элекс открепил от пергамента небольшой карандаш и обвел в круг небольшую область на западе.

- Только там не лагерь, а деревня. Каэл, - охотник кивнул в сторону окруженного друзьями юноши, - может рассказать поподробнее.

- Так он и там побывал? Ну, прямо-таки везде поспел! Эй, герой, подойди-ка сюда!

Глава 3

- Если ты хочешь чтоб меч служил тебе верой и правдой - выкуй его своими руками, пропитай сталь своим потом и вложи в неё душу. И тогда меч будет не слугой тебе, а товарищем. Твой меч - это твоя воля, сын.

Худоск повторял эти слова раз за разом, силясь подбодрить ученика, влить в него новые силы - работа над его первым клинком была в десятки, в сотни раз тяжелее чем обычная рутина.

И вот, наконец, клинок яростно зашипел в бочонке с водой.

Каэл смотрел на изящное, прямое лезвие без гарды, с трудом удерживая свое сознание от падения в пропасть. Юноше казалось, что устало не его сердце - устала душа, отдавшая себя всю, без остатка.

«фалклоу...», послышалось Каэлу в резко наступившей мертвой тишине.

- фалклоу... - Пробормотал он одними губами, нежно, словно любящая мать касаясь остывшего металла. Тот вроде-бы даже ответил, подался вперед...

- Поздравляю, сын. Отличный меч. - Юноша вздрогнул и едва коснулся режущей кромки... Хватило и этого - выступившая капля крови тут же впиталась в металл.

Каэл открыл глаза.

- Ка-аэл! Ка-аэл! - Доносились послужившие причиной пробуждения звуки откуда-то с улицы. Голос, что странно, знакомым не был. И - он был женским.

Каэл выскочил из дома, словно пробка из бутылки. Худоск лишь проводил его понимающим взглядом и, вздохнув, вернулся к работе - её все еще было много.

- Каэл? - Юноша остановился у порога и окинул взглядом почему-то алую, словно вареный рак. Клею, одну из девушек, попавшихся в лапы к разбойникам. Впрочем, алый цвет кожи девушки хорошо сочетался с её ярко-рыжими волосами и мерцающими, словно два изумруда, глазами. - Вот.

Каэл, так и не оторвав взгляда от Клеи, принял протянутый сверток, оказавшийся, при своем небольшом размере, достаточно увесистым.

- И... Это что? - Юноша поочередно переводил взгляд то на Клею, то на предмет в своих руках. Его голова упорно отказывалась соображать... Ровно с того момента как он увидел свою собеседницу.

- Спасибо за то, что спас меня, Каэл. Это... Небольшой подарок, не отказывайся.

- Спасибо. - Взгляд юноши зацепился за проглядывающий из-под ткани металл. Не удержав любопытства, Каэл аккуратно развернул подарок и с непониманием уставился на массивный, чуть теплый металлический сосуд.

- Это Поцелуй Криши. Исцеляет даже смертельные раны, очень редок, между прочим. Сама варила!

Каэл уже по-другому посмотрел на сокровище, которое он держал в руках. Худоск рассказывал, что подобные зелья очень ценны, а эффект их похож на силу мага-целителя.

- А оно точно сработает?

- Ты-ы...!

Договорить девушке не дал ворвавшийся во двор Артис. Выглядел он запыхавшимся и раскрасневшимся; казалось, еще чуть-чуть и от его тела повалит пар.

- Егеря вернулись!

Каэл, поняв, что сморозил глупость, воспользовался подходящим предлогом и поспешил убраться подальше от пылающей праведным гневом девушки. «Потом извинюсь», мелькнула трусливая мысль за секунду до того как юноша скрылся за высоким забором.

С неотвратимостью снежной лавины жители деревни собирались вокруг колодца, у которого развалились егеря. Никто не держал их на улице, нет - каждый был бы даже рад, остановись они именно у него... Но, едва егеря зашли в деревню, из них словно вынули стержни. Они рухнули там же, где стояли.

В ответ на вопросы всех собравшихся Стим Клоуш лишь задумчиво качал головой и с тщательно скрываемым страхом смотрел на запад. То, что им довелось увидеть, пробрало даже его.

Наконец показался старейшина, и десятник, собравшись с силами, поднялся с насиженного места. Каэл невольно пересекся с ним взглядами и вздрогнул - некогда жизнерадостный и дружелюбный егерь сейчас выглядел лишь бледной тенью себя, а его голубые, словно само небо, глаза заволокло тучами.

- Я не мастак говорить речи, поэтому скажу прямо... Разбойников больше нет. С ними расправились демонопоклонники.

Толпа затихла в одно мгновение. Все ошарашенно, с застывшим на лицах удивлением смотрели на егерей, словно ища подтверждения словам их командира.

Взгляды бледных, уставших, испуганных воинов оказались лучше всяких слов. Будь в поселении хоть какая-нибудь, пусть даже самая маленькая и тщедушная церковь - в ней, без сомнения, уже не осталось бы свободного места.

Демоны и предатели, им поклоняющиеся - самый страшный кошмар людского рода. В стародавние времена, когда еще не было королевств и империй, в мире правили бал демоны. Существа, чьи души давно погрязли в пороках. Существа, чьи деяния страшно даже просто увидеть. Пусть люди и окрепли, пусть демонов и стало меньше, но они не пропали совсем - нет-нет, да пропадет с карт удаленная от крупных городов деревня.

«Например, такая, как эта», невольно подумал Каэл и в сто крат крепче сжал сосуд с зельем.

- Старик. - Поднявшийся с земли Стим по-дружески положил руку на плечо старейшине. - Отправь весточку в город, пусть присылают инквизицию и церковников. Мы, если повезет, отсидимся.

Старейшина нервно кивнул и, резко развернувшись, мелкими шажками посеменил к дому - туда, где еще его прадед хранил способный передавать вести в город артефакт. Каэл, глядя на эту картину, задумался над чем-то, способным защитить от демонов. Он слабо представлял себе демона - ни подробных описаний, ни картин с изображением этих тварей в своей жизни он не видел. Чего бояться? Их привычки? Повадки? Оставалось уповать только на егерей, которые наверняка хоть что-то, да знают. Они, в конце-то концов, взрослые, опытные воины!

Так, ведя с самим собой мысленный диалог Каэл и добрался до дома. Худоск все еще что-то ковал, но юноша все равно оторвал его от работы и рассказал о произошедшем.

- Демоны... Хорошо, у меня есть немного серебра, хватит нанести на мечи егерей и наших парней, кто половчее с ними обращаться умеет, узор. И не смотри так на свой кинжал! Нет, сын! Так, может, и не побежишь геройствовать чуть что.

- Но отец!

Старый кузнец вздохнул.

- Только если ты пообещаешь мне не рисковать своей жизнью. Слово?

- Слово. - Каэл уверенно кивнул. Будь его воля, то юноша предпочел бы и вовсе не видеть демонов, а уж драться с ними... Пусть этим занимаются герои. Но оружие, которым можно отбиться, необходимо.

Худоск еще несколько секунд смотрел в глаза своего приемного сына, после чего, что-то для себя решив, тепло улыбнулся.

Глава 4

Минула неделя, прежде чем измученные недосыпом и нервным напряжением люди смогли облегчённо выдохнуть.

В деревню прибыли воины церкви.

Впереди колонны на своих двоих, ведя могучего коня под уздцы, шел мужчина. Он, несомненно, был непростым воином, о чем беззвучно сообщали его изящные, небесного оттенка доспехи, а скрытый в простецких ножнах клинок, эфес которого был украшен крупным алым камнем, убедил Каэла окончательно. Воинов света вел за собою Паладин.

Обладатель волевого, белого, словно утренний туман лица пребывал в глубокой задумчивости, тщательно вслушиваясь в неслышимые простым людям звуки леса. Он уже разглядел мальчишку, разглядывающего его из небольшой надвратной башенки. Если, конечно, эти хлипкие ворота вообще можно было так называть. Тот факт, что спустя неделю в деревне еще есть люди его немало удивил - демоны не умеют сдерживать себя, и только смерть твари может остановить непрерывную жатву. Но деревня все еще была цела, а жители, пусть и до смерти напуганные, живы.

Паладин взъерошил свои длинные, золотистые, прямые волосы и нацепил на лицо дежурную улыбку - он должен выглядеть, как воплощение света, действовать, как воплощение света и вселять в души людей уверенность, как воплощение света.

Виллиан Трей внимательно пригляделся к без раздумий распахнувшему ворота парню. Высокий, поджарый, с иссиня-черными волосами юноша с восхищением разглядывал... Нет, не его самого, а доспехи и меч. Казалось, что парень что-то понимал в кузнечном деле, и оттого не мог оторвать взгляда от изделий из небесного металла. Редкие и дорогие артефакты, использовать которые дозволялось лишь высшим церковным санам. Входили в этот список и паладины, коих во все времена было ровно двенадцать. По крайней мере, в империи.

Вот только привлек внимание Виллиана совсем не внешний вид мальчишки, а искра творца, размеренно пульсирующая в его груди. Он, сам того не ведая, уже попал в руки церкви - носителей искры либо обучали и брали на службу, либо умерщвляли. Ведь искра, поглощенная демоном, позволяла тому стать на порядок могущественнее... И кровожаднее. Соразмерно силе повышались и аппетиты адской твари - случай, когда демон пожрал сразу три искры, Виллиан помнил хорошо. Тогда из семи оказавшихся неподалеку паладинов уцелели лишь трое, а город, в котором бесновалась тварь, недосчитался двадцати тысяч жителей.

Виллиан обернулся.

- Райт, будь добр, поговори с людьми, проверь их на наличие скверны. Я займусь мальчиком. - Толстый, словно бочка, Райт, кивнул и прошел мимо недоумевающего Каэла. Следом потянулись и остальные церковники, в то время как Виллиан остановился перед парнем и с улыбкой произнес:

- Как тебя зовут, юноша?

- Каэл, господин. - Произнес он, уважительно поклонившись.

- Отведи меня к своему отцу, будь так любезен.

Каэл недоуменно кивнул и повел паладина к себе домой, тщетно пытаясь понять смысл происходящего. Нет, если он хочет где-то остановиться, то дом старейшины подошел бы куда как лучше - он больше и богаче, нежели дом-кузня его отца. Или, быть может, он невольно оскорбил паладина?

С такими невеселыми мыслями юноша со следующим за ним по пятам Виллианом добрался до дома. В дверях, с подозрением рассматривая закованного в латы мужчину, замер Худоск.

- Это мой отец, Худоск, кузнец. А это... - Каэл запнулся на полуслове - имени паладина он не знал. К счастью, тот лишь еще шире улыбнулся и представился сам.

- Виллиан Трей, Паладин. - Глаза Виллиана на мгновение вспыхнули золотом. - Я хотел сообщить о том что в вашем сыне сияет искра творца.

Худоск побледнел и отшатнулся.

- Нет! Нет! Пожалуйста, скажите что это шутка! - Голос старого кузнеца наполнился отчаянием и болью. Он, в отличии от сияющего, словно начищенный серебряк, Каэла понимал - его новообретенного сына уведут с собой церковники. И не в его силах что-то изменить.

- Отец? - Каэл в два шага подскочил к оседающему на землю Худоску и, пусть с трудом, но удержал того в вертикальном положении. Виллиан, грустно ухмыльнувшись, дотронулся до плеча старика. Секунда, и вот уже Худоск уверенно стоит на ногах, крепко сжимая руку сына.

- Спасибо. - Кузнец, поджав губы, коротко поклонился. - И ничего нельзя сделать?

- Ничего. Вы и сами это понимаете, верно?

Старый кузнец медленно кивнул и, развернувшись, скрылся в недрах кузни. Виллиан же, словно только того и ждал, повернулся к Каэлу.

- Замри.

- Что?

Не успел Каэл испугаться, как с тихим, едва слышимым звоном меч паладина выскользнул из ножен. Мгновение, и вот уже отливающее голубым лезвие плашмя коснулось плеча юноши. Послышался треск, а в землю вокруг Каэла ударили сорвавшиеся с клинка молнии. Запахло озоном.

- Хм. Интересный эффект... Если я не ошибаюсь, мальчик, то быть тебе моим учеником! - Виллиан резко загнал меч в ножны и освободившейся рукой похлопал парня по плечу. - И, если будешь хорошо учиться, станешь паладином.

- Но... Разве паладинов не ровно двенадцать, господин?

- Двенадцать. Но мы не вечны, Каэл... Впрочем, ты сам поймешь. Потом. И еще - зови меня по имени. Или учителем.

- А... Да, учитель! - Каэл радовался, как ребенок. Он - и ученик паладина! Заветная мечта каждого мальчишки!

- Видно, судьбы действительно не избежать... - Из кузни, сжимая в руках длинный сверток, вышел Худоск. Он словно разом постарел на десяток лет, но глаза старого кузнеца смотрели прямо и уверенно. Виллиан невольно удивился крепости характера этого старика - обычно родители, у которых забирали детей, вели себя совсем по-другому. И ему порой приходилось прибегать к самым нелицеприятным мерам.

Тем временем Каэл дрожащими руками принял массивный сверток и тут же отбросил ткань в сторону.

- Фалклоу... - Пробормотал он, касаясь рукояти. Секунда, и вот он уже крепко сжимает свое оружие. Фалклоу. Тот самый меч, что привиделся ему во сне.

- Откуда...? - Пробормотал Худоск. Спустя мгновение он запрокинул голову к небу и зашелся в приступе истерического хохота, от которого, казалось, дрожала сама земля. - Он выковал его и погиб...!

- Каэл! - Ворвавшийся во двор словно ураган Артис неуклюже затормозил, едва не врезавшись в своего друга. Он с удивлением осмотрел всех собравшихся, но даже присутствие здесь паладина не помешало ему сообщить важную новость. - Меня взял в ученики старший инквизитор!

Глава 5

- Держись за моей спиной, и не забывай правильно дышать. - Каэл пристроил свою лошадь за конём паладина и сосредоточился на дыхании, напоследок с грустью посмотрев на Артиса, жонглирующего маленьким шариком света. Его другу было куда как веселее - тренировки инквизиторов по большей части заключаются в использовании магии, в то время как паладины тренируют тело, волю, дух. «Тело паладина и есть его магия», сказал недавно Виллиан и голой рукой отломил, а затем раскрошил увесистый булыжник. Каэл тогда расстроился, и, заметив понурое состояние своего ученика, Виллиан все-таки рассказал юноше о сути его дара.

- Представь, что ты попытаешься поднять здоровенного бычка. У тебя получиться?

- Конечно нет, учитель!

- Вот именно! Ты скорее надорвёшься, нежели оторвёшь его от земли. То же самое и с магией - наш дар, дар паладинов, напрямую зависит от крепости твоих тела и духа. Сейчас ты слаб, и не сможешь «поднять бычка». Аналогия понятна?

- Да, учитель. - Каэла задело то, что с ним разговаривали словно с маленьким ребёнком, но это лишь распалило в нем огонь упорства. И отец, и Худоск учили его что взрослым человека делают не слова, а поступки. Вот и сейчас Каэл решил следовать этим заветам - покажи он хорошие результаты, и все само встанет на свои места.

Сейчас у него почти выходило поддерживать правильное дыхание по десять, а то и по пятнадцать минут кряду, а ведь прошли всего сутки с момента их отбытия из деревни.

Но шарик света на фоне дыхания все равно смотрелся серьезнее, о чем Артис не преминул сообщить на одном из привалов, заметно расстроив Каэла. Артис, как казалось Каэлу, очень гордился своими способностями. Старший инквизитор же лишь подбрасывал дров в топку, нахваливая Артиса и сравнивая его с «бездарными вшами», что учились у него раньше.

Виллиан же считал, что всегда найдется кто-то намного лучше тебя, и считал гордыню во всех её проявлениях неприемлемой.

Каэл был с ним полностью согласен.

- Стоп! - Виллиан спрыгнул с коня и опустил руку на эфес своего меча. Вся колонна тут же ощетинилась оружием, а над головами представителей инквизиции вспыхнули яркие, словно маленькие солнца, шары. Их свет не слепил людей - он слепил демонов и им подобных чудовищ. Прошла минута, затем - другая... Но ничего не происходило.

- Мы прибыли. - Виллиан выглядел напряженным и, стоило Каэлу подойти к нему, он смог рассмотреть причину.

Деревня разбойников.

На земле, стоптанные в землю, лежали вырванные створки ворот. Вдоль высокого ограждения возвышались острые колья с насаженными на них останками людей.

- Вот теперь я больше верю в то, что тут побывал демон... - Виллиан обнажил меч, и медленно, вглядываясь в каждую травинку, пошел вперед. Каэл, крепко сжимая Фалклоу, держался чуть позади. То, что со всех сторон его окружали воины церкви, его не сильно обнадеживало - какой силой должна обладать учинившая такое тварь? Смогут ли её удержать простые люди? Именно по этой причине он старался идти как можно ближе к своему учителю.

Стояла мертвая тишина, разрываемая лишь топотом людей. Молчали птицы и насекомые, не шелестели густые кроны деревьев... Затих даже ветер. В нос бил густой, почти осязаемый смрад, исходящий от разбросанных по земле частей тел. Кровь, сталь, сера - эти смешавшиеся запахи образовали непередаваемый аромат.

Последней каплей стала хрустнувшая под подошвой кость. Каэла вырвало.

Старший инквизитор поравнялся с Виллианом и что-то тому прошептал, на что паладин лишь коротко кивнул и обернулся к своим людям.

- Демон сбежал. Пока инквизиторы ищут следы, мы подготовим деревню к сожжению. Ситор! - Из нестройной толпы выбрался невысокий, облаченный в полный доспех воин и, отдав честь, принялся раздавать указания подчиненным. Виллиан, тем временем, ухватил Каэла за плечо и отвел чуть в сторону.

- Как себя чувствуешь? - Каэл прислушался ко внутренним ощущениям и невольно сглотнул вязкую от страха слюну.

- Паршиво, учитель. Страшно.

Виллиан распахнул притороченную к поясу суму и выудил оттуда изящный амулет, выполненный в виде маленькой, круглой, укутанной в серебряный «шарф» брошки.

- Этот амулет содержит в себе частицу алтаря из Великого Храма. С ним не будет страшно.

Каэл трясущимися руками закрепил серебряную цепочку на шее... И страх отступил. Дышать сразу стало легче, в глазах прояснилось, а из мышц исчезла пугающая до дрожи в коленях слабость.

- Спасибо вам, учитель. - Виллиан тепло улыбнулся и взъерошил волосы своего ученика.

- Пойдем, поможешь рассыпать огненную пыльцу. - Юноша кивнул и бодрым шагом направился к раздающему небольшие мешочки Ситору.

- Ситор, Каэлу тоже выдай пыльцу и определи участок!

- Сделаю, господин! - Ситор передал юноше небольшой мешок и ткнул пальцем в стоящий чуть поодаль дом. - Рассыпь половину внутри, половину - вокруг. Если вдруг найдешь чего - кричи, хорошо?

- Хорошо, господин. - Ситор проводил удаляющегося парня взглядом и, одобрительно хмыкнув, продолжил раздачу.

Каэл заскочил в дом, на ходу развязывая мешок. Об этом алом порошке он знал «из первых рук» - Худоск нередко использовал разбавленную огненную пыльцу в работе, оттого страха перед этим опасным веществом юноша не испытывал.

Миновав крошечную прихожую Каэл сразу попал в большую и, судя по отсутствию дверей, единственную комнату.

Первым, на что юноша обратил внимание стала длинная, разделяющая дом надвое дыра в потолке. Частички поднятой неожиданным посетителем пыли причудливо искрились в солнечных лучах, отвлекая внимание от разбросанных по полу листов заляпанной чернилами бумаги.

Каэл присел на корточки и приподнял один из листов, придирчиво его осмотрев. Ничего, кроме огромных клякс, на нем не было.

Неожиданно дунувший в спину холодный ветер заставил юношу поморщиться и еще крепче сжать грубую мешковину. Вместе с покалыванием в побелевших от напряжения пальцах к юноше пришло и осознание цели своего здесь пребывания. Наскоро рассыпав положенную половину пыльцы Каэл было устремился к выходу, как вдруг его взгляд наткнулся на странную книгу, сиротливо лежащую на прибитой к стене полке. В своей жизни книг он прочитал с десяток, но такую юноша видел впервые.

Черная, шершавая кожа, укрепленная по краям тонкими полосами алого металла притягивала взгляд. Когда-то давно на обложке были выдавлены и очерчены буквы, но сейчас от них остались лишь едва заметные силуэты. Каэл протянул к книге руку... А следующую секунду его грудь словно кипятком ошпарило.

Каэл вскрикнул и в два шага выскочил из дома, нос к носу столкнувшись с разъяренны! Виллианом, крепко сжимающим пылающий золотым огнем клинок.

- Где?! - Спросил Виллиан, одним движением задвигая Каэла себе за спину. - Демон? Человек?

- К-книга, учитель. Меня амулет обжёг, я испугался... Простите, учитель. - Виллиан шумн выдохнул и загнал клинок в ножны.

- Показывай... О! - Юноша не успел даже рта открыть, а Виллиан уже держал в руках проклятую книгу. - Демонология... Неудивительно, что их всех тут перерезали. Даже самы стойкие люди не в силах противиться воле падших душ, заключенных в бумаге. Идем.

Они вышли из дома и направились прямиком к отряду инквизиторов, о чем-то спорящих отдалении от основной группы.

- Райт! - Толстяк в доли секунды продрался сквозь окруживших его товарищей. - Готовы ритуал очищения. Смотри, что мой ученик обнаружил.

Райт двумя пальцами подхватил книгу и раскрыл на первой странице.

- «Сущности третьего плана, авт. Гуалидор»... Редкая и сильная книга. Ты не пострадал? Спросил инквизитор участливо, чуть наклонившись к юноше. Он, хоть и был толстым - ростом превосходил Каэла на две головы.

- Нет, господин. - Четко, как советовал учитель, ответил он.

- Тогда принеси сюда мешок пыльцы... И позови Артиса, ему пригодиться подобный опыт. Каэл кивнул и убежал разыскивать друга. Виллиан и Райт переглянулись.

- Он касался книги?

- Похоже, что нет - амулет Великого Храма не позволил. Но странно уже то что он остался в сознании, друг мой.

- У мальчика сильный дар. Он защитил его - не осталось даже следов.

- От Знания, вдоволь напитанного душами? Когда я впервые встретил такую книгу, то едва не насадил себя на собственный клинок!

- Значит, у него ОЧЕНЬ сильный дар, Виллиан. Обучи его как следует. - Райт подмигнул и стрельнул глазами за спину Виллиана. Паладин сразу все понял и обернулся.

- Высыпайте всю пыльцу на книгу. Рафаэль, неси запал! - Прикрикнул Райт на своего ближайшего подчиненного. К моменту, когда принесли запал, оказавшийся тонкой бирюзовой палочкой, книга была уже погребена под толстым слоем пыльцы. Помимо этого Райт начертил вокруг неё странный символ, сейчас тускло мерцающий белым светом.

- Пыльца испепелит физическую оболочку Знания, а знак очищения - астральную. Каким-либо иным способом проклятую книгу практически невозможно уничтожить, хорошенько это запомните.

С этими словами Райт метнул запал в пыльцу и, сложив на груди руки, принялся нараспев читать заклинание. Знак очищения вспыхнул, а в следующее мгновение в небо ударил огромный столб пламени.

Спустя несколько секунд огонь стих, оставив после себя лишь спекшуюся до состояния камня землю.

- Вот и все. А теперь я расскажу вам, почему к таким книгам, не обладая соответствующими знаниями и силой, не стоит даже приближаться...

Глава 6

Каэл с тоской смотрел на деревню, почти скрывшуюся за горизонтом. В глазах юноши стояли слезы.

Прощание было коротким и сухим - Худоск лишь попросил не забывать старика и быстро скрылся в кузне. Нельзя сказать, что Каэл из-за этого не расстроился - да, ему было обидно и тоскливо, но юноша мог понять своего приемного отца. Он и сам предпочитал быстро прощаться - так проще... И не так больно.

Взгляд юноши скользнул по обложке серой, с золотым тиснением книги.

«Нет унынию. Нет страху. Нет гордыне» - гласили надписи на грубо выделанной коже. Три завета паладинов. Каэл встрепенулся и взъерошил густые волосы, тут же отыскав взглядом своего наставника.

Виллиан ехал чуть в стороне, бок-о-бок со старшим инквизитором. «Райт, кажется...», подумал Каэл, поравнявшись с учителями.

- Куда мы теперь, учитель? - Спросил он, поймав дозволительный взгляд наставника.

- Туда, куда нас приведет эта дорога, полагаю... Указаний от Великого Храма пока нет, Каэл. - Уточнил Виллиан, добродушно улыбнувшись.

- Я понял. А когда мы будем учиться драться? - Спросил юноша, выразительно посмотрев на жонглирующего уже двумя шариками из света Артиса.

- Начнем на привале. Но, чур, не расстраивайся потом - искусство боя нельзя познать с наскока. Пусть Искра творца и делает нас сильнее, ловчее и способнее, но достичь результата можно только упорным трудом. - Каэл недоверчиво поморщился, но вслух ничего не сказал. Впрочем, Виллиану хватило и того, что промелькнуло на лице юноши. - Я занимаюсь с мечом двадцать лет, но в схватке с настоящими мастерами у меня будет мало шансов. Вывод?

Каэл пожал плечами.

- «Сколь бы силён ты ни был, всегда найдется некто куда более сильный», - так говорил мой учитель, предыдущий Седьмой.

- Он погиб?

- Да.

Громыхнуло. Каэл запрокинул голову к небу и почувствовал, как по телу разлилась приятная истома. Черные, клубящиеся, словно дым тучи стремительно заволакивали небо.

Приближалась гроза.

Не успел отряд проехать и сотни метров как солнце окончательно скрылось за тучами, погрузив лес в полутьму. Тех лучей света, что все-таки преодолевали преграду, едва ли хватало - лошади то и дело спотыкались и испуганно ржали, а люди раз за разом натыкались на невидимые во тьме ветви. Райт, отложив в сторону толстую книгу, окинул взглядом ропчущих людей.

- В укрытие! Разбиваем лагерь! Быстро! - Прокричал словно очнувшийся ото сна и приподнявшийся в седле Виллиан, силясь перекричать разбушевавшийся ветер.

А в следующее мгновение стихия, казалось, впала в ярость. Из стороны в сторону начали раскачиваться могучие деревья, а те, что помельче, с тоскливым хрустом надламывались и взмывали в небо, подхваченные взъярившейся бурей. Люди в панике устремились в окруженную крепкими дубами низину.

- Каэл! - Юноша поморщился - он не желал прятаться от стихии. Ему впервые за долгое время было по-настоящему легко и спокойно, и чувство это Каэлу хотелось растянуть на как можно больший срок. Словно внимая его немой просьбе с неба в одночасье рухнула стена воды, отрезав все лишние звуки.

Каэл улыбнулся.

В небе яростно зарычал гром, ветер, смеясь, закружился вокруг юноши, а молнии сотнями искрящихся копий ударили в землю у его ног. В глазах юноши вспыхнули искры.

- Виллиан, кого, черт возьми, ты откопал в этой деревне?! - Прокричал Райт, ухватившись за исходящий паром наплечник паладина.

- Ученика! Ученика я откопал, черт бы побрал эту грозу! Тьфу! - Сплюнув, Виллиан устало рухнул на густую траву.

- Не прорваться? - Райт прошептал что-то, и накрывающая его полупрозрачная сфера растянулась на весь лагерь, укрыв людей от ливня и особо резких порывов ветра. - Вот. Запомнил, Артис?

Промокший до нитки парень шмыгнул носом и кивнул, что-то непрерывно нашептывая себе под нос. Судя по его огорченному виду - безуспешно.

- Вот почему твой ученик не призывает ураганы, а? - Виллиан вздохнул. - Чую, не совладаю я с таким даром в одиночку. Но хоть моей доли не отведает, и то ладно.

- Но попытаться ты обязан. Не сможешь - передашь мальчика придворному магу императора, а пока... - окончание фразы потонуло в очередном громовом раскате.

- Вил, назад!

Юноша едва успел уйти за спину учителя как в то место, где он стоял мгновение назад, вонзилось исходящее черным дымом лезвие. Ни рукояти, ни чего либо, за что можно было ухватиться - выглядело странное оружие так, словно и вовсе не предназначалось для использования. Людьми, по крайней мере.

Секунда, и вот уже ничего, кроме оплавленного отверстия в пышущем жаром камне, не напоминает о странном оружии.

- Это тёмный маг. Вил. Устал?

- Нет, учитель. Я готов сражаться! - Без промедления ответил Виллиан, несмотря на то что грудь его вздымалась, словно меха кузнечного горна, а по лицу струился пот. Он окинул наступающих врагов оценивающим взглядом и принял защитную стойку, изготовившись к схватке.

- Прикроешь спину от марионеток. Без дара с магом лучше не встречаться. Понял?

Виллиан сжал зубы от переполнявшей его злости, но с учителем согласился. Да, его дар не желал пробуждаться. Но он был! Был!

Неуловимое движение клинка Виллиана, и очередная марионетка, слуга темного мага, тряпичной куклой оседает на землю. В то же время учитель юноши уже схлестнулся с их главным врагом. Злом, поглотившим целую приграничную крепость.

Высокая, укутанная в изношенное до дыр тряпье фигура наседала на Дериша, словно тот и вовсе не был паладином - все чаще наставнику Виллиана приходилось отступать назад, а юноше - идти вперед, разя клинком рьяно наседающих марионеток. Все чаще заточенные лезвия на лишних конечностях мага вспарывали зачарованный доспех Дериша, словно дрянную бумагу...

«Не будь их столь много... Почему, почему мой дар спит?!», зашелся в немом крике Виллиан, отсекая голову вслед за запястьем особо рьяной твари. Юноша скользнул взглядом по девственно чистому клинку - ни крови, ни пыли, в которую обращаются павшие марионетки. Абсолютно все указывало на то что они могут восставать из мертвых целую вечность, в то время как силы людей далеко не безграничны.

Но подвести учителя Виллиан не мог.

- А-а-а! - Виллиан обернулся на крик и не поверил своим глазам. Дериш, седьмой паладин империи, лежал в ногах у пусть и раненной, но довольно скалящейся твари. Три паучьих лапы мага пригвоздили корчащегося паладина к земле, а четвертая медленно, словно смакуя момент, тянулась к его шее.

- Нет! Мразь! - Виллиан одним ударом отбросил в сторону сразу нескольких марионеток. Секунда, и вот он уже опускает на голову мага клинок... А через мгновение падает на землю, отброшенный, словно немощный котенок.

«А ты и есть немощный котенок. Твой учитель... Он ошибся. Все ошибаются». Виллиан замер. Он был уверен, что слышал голос, идущий... От его сердца? «Кто ты?»

«Дракон, запертый в теле немощного котенка».

Виллиан с трудом поднялся. От страшной силы удара перед глазами плыли пятна, а все тело предательски дрожало - казалось, что еще чуть-чуть и ноги подкосятся, а меч выскользнет из ослабших рук. Маг же бросил поверженного паладина и широкими, уверенными шагами направлялся к Виллиану, не обращая никакого внимания на торчащий у себя из груди меч.

«Помоги. Прошу, помоги, кем бы ты ни был!» «О? Пусть даже я демон?»

«Пусть! Мне плевать, но если он убьет учителя...»

Голос рассмеялся.

«Люди не меняются. Что сейчас, что тысячу лет назад вы ради сиюминутной выгоды отвергаете дарованное вам Отцом. Я помогу, но цена будет велика. Согласен ли ты?»

«Да! Я заплачу любую цену!»

Виллиан вздрогнул, ощутив стремительно расходящийся по телу жар. Он неверяще оглядел собственные руки, ноги, клинок... Они горели. Горели ярким, нестерпимо ярким золотым пламенем, которое, казалось, пожрет любого. Любого, кроме своего хозяина.

Юноша с каким-то удовлетворением посмотрел на пятящегося назад мага. В нем не было более прежней силы, не было властности - им пришел на смену животный страх. Страх перед ним, тем, кого он минуту назад играючи отбросил в сторону. Виллиан улыбнулся и выпустил наружу свои ярость, боль, гнев - все то, что накопилось за прожитые без дара годы.

В ту же секунду огонь, охватывающий юношу, взвился до самых небес, раскрывшись средь облаков прекрасным огненным цветком; миг - и вот уже пламя обрушилось на землю, сжигая, испепеляя и поглощая все, до чего могло дотянуться.

И только тогда Виллиан понял, что он совершил.

Глава 7

Каэл сидел посреди разорённого ураганом клочка леса и нервно смеялся. Сознание, и без того ошеломленное свалившимися на юношу событиями с трудом переваривало странное, донельзя реалистичное видение, навеянное даром. В голове роились десятки, сотни мыслей - плохие ли, хорошие ли, но касались они в большинстве своем его жизни после смерти родителей.

Судьба, грубо вырвав Каэла из тихой, размеренной, ничем не примечательной деревенской жизни, где просто увидеть проезжающего через деревню воина - уже событие, забросила его туда, где даже демоны далеко не страшная сказка. Туда, где паладины бьются с тварями, недостойными называться людьми. Туда, где он сам превратился в былинного героя, открывшего в себе дар.

Ото всего этого хотелось одновременно и смеяться, и плакать - едва обретя семью юноша вновь её лишился, а теперь в его сердце поселился самый настоящий ураган. Дикий, свирепый и необузданный. Даже сейчас Каэл чувствовал его, дремлющего, расслабленного и донельзя довольного. Казалось даже что еще чуть-чуть - и дар замурчит, словно объевшаяся сметаной кошка... Вдруг дар вздрогнул и, словно почувствовав направленное на себя внимание, вспыхнул. Неожиданно накатившая следом волна бодрости смыла и усталость, и тоскливые мысли.

Каэл встрепенулся, смахнул с лица насквозь промокшую прядь непослушных волос и оглядел свою заляпанную грязью одежду. Да, видок его оставлял желать лучшего - такого молодца ночью в лесу увидишь, так помрешь от страха. «Ну дак воины церкви, чай, не девки какие...», подумал юноша, уверенно зашагав в сторону раздававшихся неподалеку голосов, отчётливо слышимых даже за шумом грозы.

- Очисти разум, выбрось из головы всё лишнее... - Тихий голос Виллиана пробивался через окружающую Каэла пелену, словно сквозь толщу воды. Да и самому юноше казалось что он и вовсе сидит не на безлюдной полянке, а на дне свирепой горной реки. По крайней мере, сознание ассоциировало происходящее именно с этим - до того порою реальными ощущались нити Мира.

Его тело, траву, деревья, учителя - все живое пронизывали нити Мира. Искусство меча, которому Каэла обучал Виллиан, существенно отличалось от того, чему учили простых, неодаренных людей. И дело здесь не в ударах, стойках или приемах, а в том, как одаренный воспринимает окружающий мир. Простой человек полагается на зрение, слух, обоняние и осязание, в то время как у одаренного все это может заменить одна лишь способность воспринимать движения нитей Мира. И простым органам чувств с этой способностью никогда не сравниться.

- Каждое действие в мире реальном находит свое отражение в мире астральном, напрямую связанным с нитями Мира. Опытный и талантливый одаренный может ощущать происходящее на расстоянии до десяти метров, отчего и реакция значительно превышает таковую у лучших воинов среди неодаренных. Мой учитель мог с завязанными глазами и заткнутыми ушами держаться против десятка настоящих мастеров боя сколь угодно долго. И я видел это собственными глазами. Полагаться на одни лишь рефлексы при таких возможностях лично я считаю несусветной глупостью. Ты согласен со мной, Каэл? - Каэл молчал. Мокрое от пота лицо, все тело напряжено чрезмерно - весь его вид говорил о крайней степени сосредоточенности юноши. Виллиан одобрительно хмыкнул, невольно вспомнив свои первые шаги на этом поприще. - Привыкай поддерживать состояние единства с Миром в любой ситуации. Враг не будет ждать, пока ты сосредоточишься.

- Я понимаю, учитель. - Каэл плавно кивнул и медленно, с трудом удерживая концентрацию, поднялся на ноги. Но, стоило ему дотронуться до рукояти меча, как состояние всезнания резко прервалось, а сам юноша, тяжело дыша, рухнул на землю.

- Учитель, разве сражаться в таком состоянии вообще возможно? - Каэл отдышался и, подобравшись, вновь уселся в центре поляны. - У меня не выходит поддерживать это состояние в движении.

- Не всё сразу, Каэл, не всё сразу. Даже с таким сильным даром ты не сможешь научиться всему за несколько дней.

- Господин! Господин Виллиан! - Из кустов, шумно дыша, выскочил растрепанный белобрысый парень, ровесник Каэла, один из служек инквизиции. - Старший Инквизитор Райт что-то обнаружил! Он попросил срочно привести вас к нему.

Виллиан нахмурился, невольно дотронувшись до рукояти клинка. Каэл же в очередной раз отметил, чрезмерную любовь паладина к своему оружию - тот, чуть что, хватался за него, словно утопающий - за соломинку.

- Веди. Каэл, за мной.

- Виллиан. Каэл. - Райт по-очереди обменялся рукопожатиями с новоприбывшими и, хмыкнув, указал на нечто за своей спиной. - Обнаружили меньше четверти часа назад. Все, в общем-то, понятно, но я хотел бы услышать и твое мнение, Виллиан.

Паладин аккуратно подошел к распластанным на земле телам.

- Легионеры, седьмой легион. - Виллиан помрачнел. - Они пролежали здесь сутки-двое, дикое зверье ими не побрезговало, значит, демоны тут ни при чем. Оружия и доспехов нет... Разбойники или армия, не гнушающаяся грабежа.

Паладин присел перед одним из трупов и, не выказывая совершенно никакой брезгливости, принялся отточенными движениями распарывать потрепанную животными одежду.

- Раны... Колотые. Это точно не звери, если, конечно, кабаны не научились орудовать мечами. Райт, карту.

Старший инквизитор, бросив на друга недовольный взгляд, выудил из походной сумы покрытый серебряной вязью тубус. Секунда, и вот уже Райт раскрыл начертанную на плотном пергаменте карту окрестных земель.

В центре, занимая практически четверть известных земель, лежала Империя Зил, родина Каэла. Чуть западнее расположились объединенные баронства, на севере - Империя Хорш, по размерам даже превосходившая Зил. На востоке же Зил граничила с множеством небольших королевств, а на юге - с Великим Океаном.

- Мы где-то здесь. - Виллиан ткнул пальцем в западную часть империи, в бледно-зеленое, вытянутое пятно, подписанное как Сырой Лес. Затем, немного подумав, перенес палец на пару сантиметров севернее. - А здесь форт Экопус, там расквартирована часть седьмого легиона. Вывод?

- Кто-то убивает легионеров... - Пробормотал Каэл и тут же, ощутив скрестившиеся на себе взгляды, смутился и даже отступил на шаг.

- Ничего, ты все сказал правильно. Одна маленькая деталь - этот кто-то убивает МОИХ легионеров. - Виллиан положил руку на рукоять меча. - Ну что, Райт, заглянем туда?

Инквизитор смахнул со лба выступившие капли пота.

- Жарко... Да, Виллиан, думаю, в твоих словах есть смысл, но припасов у нас осталось ровно на два дня, не больше.

- Двадцать верст, да по лесу, мои люди преодолеют за шесть-семь часов. Припас найдем - не в крепости, так в деревнях по пути. Важно другое - ты и твои люди поспеют за нами?

Каэл перевел взгляд сначала на пухлое лицо Райта, а следом - на его необъятное пузо... И едва не засмеялся, попытавшись представить бегущего инквизитора.

- Но-но! Мы не отстанем, уж поверьте. Даром ли каждый второй в моем отряде - одаренный?

- Хорошо, надеюсь, так оно и будет. Тридцать минут на сборы и проверку снаряжения, затем - выдвигаемся. Нам нужно прибыть к крепости до захода солнца.

Райт коротко кивнул и принялся раздавать указания столпившимся вокруг людям.

- Учитель, а почему эти легионеры - ваши?

- Это широко не афишируется, но именно паладины ведут в бой легионы. Двенадцать легионов, двенадцать паладинов. Седьмой легион - мой.

- Вы участвовали в войне?! - Чуть ли не прокричал юноша. Виллиан покачал головой.

- Нет, Каэл, ни я, ни мой учитель никогда не стояли во главе легиона. Но оттого легионеры не перестали быть моими людьми. И, не будь я седьмым паладином, убийце это с рук не сойдет...

Глава 8

Каэл сидел в густом кустарнике, со смесью ужаса и восхищения взирая на три возвышающиеся посреди поля катапульты. Он не мог не бояться тех, кто сейчас обстреливал имперский форт, но и не восхищаться этими монструозными осадными машинами шестнадцатилетний парень не мог. Рядом, буквально в нескольких шагах, с подзорной трубой в руках замер Виллиан. Остальной отряд, кроме обнаруживших врага дозорных, ожидал указаний чуть позади - Виллиан вполне обоснованно посчитал глупостью наблюдать за врагом всем скопом, потому большая часть людей осталась вместе с Райтом.

Каэл проводил взглядом разбегающихся от одной из катапульт людей, а через секунду в небо взмыла целая россыпь черных точек. Все снаряды перелетели через изрядно побитую крепостную стену и рухнули куда-то во внутренний двор. От лагеря осаждающих, расположенного много дальше от форта, нежели осадные орудия, в очередной раз раздались радостные крики.

- Щебнем бьют, не дают расслабиться гарнизону. Уходим. - Каэл, с трудом оторвав взгляд от врага, выбрался из зарослей и пристроился позади остальной группы. Шли молча - все, даже он сам, понимали, что против тысячи бойцов их четыре десятка никак не выстоят. Каэл время от времени посматривал на хмурого учителя, но заговорить не решался - не хотел отвлекать. Но паладин все-таки как-то уловил желание юноши.

- Спрашивай, что хотел, Каэл.

- Учитель, а вы не можете просто сжечь врагов?

- Нет. Я... Стараюсь не использовать дар против людей.

Каэл понимающе кивнул.

- Это из-за вашего учителя, да?

Виллиан остановился столь резко, что со стороны могло показаться будто он наткнулся на невидимую стену, а лицо его стремительно побледнело, цветом своим максимально приблизившись к белому мрамору.

- Откуда ты...? А, черт! Продолжаем движение! - Спохватился Виллиан, едва осознав что они встали посреди дороги. - Каэл, все это очень интересно, но о моём прошлом можно поговорить и позже.

- Хорошо, учитель. - Юноша покорно кивнул. Он не собирался выпытывать что-то у Виллиана - юноше хватало и того, что он увидел то, что ему видеть не следовало вовсе. Ну и терять расположение паладина Каэл тоже не хотел - кто знает, как оно все повернется в будущем? Все-таки одной недели рядом с человеком недостаточно для того чтобы хорошо его узнать... Пусть даже этот человек постоянно тебя поучает.

- Райт! Отходим глубже в лес. И постарайтесь оставить как можно меньше следов. - Паладин, не дождавшись ответа, подманил пальцем одного из служек инквизиции. - Где старший инквизитор?

- Не смею знать, господин.

- Позови его заместителя. Будем надеяться, что хоть он знает, куда запропастился Райт. - Последнее предложение Виллиан пробормотал себе под нос.

И тут Каэл ощутил тревогу. Такую, что то и дело замирало сердце, а кожа стремительно покрывалось мурашками. Паладин, похоже, тоже почуял неладное... И спустя мгновение резко нырнул в сторону, в прыжке обнажив охваченный огнем меч. Ножны, не выдержав такого обращения пеплом осыпались на землю, но Виллиан не обратил на это никакого внимания - сейчас его внимание было сосредоточено на десятке бесшумно выплывших из леса фигур. Очертания их искажались, словно подёрнутые дымкой, отчего не выходило рассмотреть ни одежды, ни оружия незваных гостей.

- К оружию! Каэл, назад! - Прорычал Виллиан, едва уцепившись взглядом за принявшего защитную стойку ученика. И удивленно вскинул брови, когда Каэл, покачав головой, встал рядом и обнажил меч.

- Я буду сражаться, учитель. Иначе какой из меня выйдет паладин?

- Живой! Живой из тебя выйдет паладин!

Тем временем в лагере разгорелась схватка. Несмотря на численное превосходство, крестоносцев теснили. Уже трое не успевших хоть что-то понять воинов лежали на земле изломанными куклами.

- В круг! В круг, живо! - Паладин развалил надвое первого попавшегося убийцу и сразу, ни на миг не останавливаясь, ринулся ко второму. Каэл хотел было последовать за наставником, как вдруг буквально в двух шагах из ниоткуда появилась фигура мужчины, сжимающая в руках арбалет. И целился он прямо в спину Виллиана, с первых секунд увлёкшегося боем. «С десяти метров - не промахнется...», мелькнула мысль уже после того как ноги оттолкнули от земли сжавшееся, словно пружина, тело, а руки занесли над головою меч. Стоит отдать стрелку должное - он не растерялся ни на мгновение, моментально переведя оружие на Каэла. С тихим щелчком арбалетный болт сорвался с ложа и устремился на встречу уже не успевающему уклониться юноше.

И тут все остановилось.

Каэл смотрел на себя словно бы со стороны, будучи не в силах что-то изменить. Медленно, невероятно медленно несся ему на встречу смертоносный снаряд.

Каэл боялся. Он не мог не бояться в эти секунды. Когда в считанных сантиметрах от тебя рассекает воздух сама смерть... Тут любой, даже закаленный в боях воин испугается. А вот поддастся ли он страху - это уже другой вопрос, ответить на который, не став этим самым воином, невозможно.

Накатившие в одно мгновение радость и нетерпение сильно удивили юношу, а когда с его пальцев сорвалась отбившая в сторону арбалетный болт молния он так и вовсе едва не застыл в замешательстве - помешал тому только и не думавший заканчиваться бой. Мир вновь пришел в движение.

Каэл пропустил мимо яростный удар и нанизал стрелка на клинок, словно бабочку на булавку. Тяжелое тело обмякло и повалилось на землю, едва не утянув за собой и юношу. Но тот, к чести своего наставника, смог избежать падения, освободив клинок - и ценою стало лишь распоротое брюхо уже мертвого стрелка.

Каэла замутило от вида и запаха вывалившихся потрохов. На какое-то мгновение в голове промелькнула мысль о бегстве, но юноша смог перебороть себя и продолжить бой. Поудобнее перехватив скользкую от крови рукоять меча Каэл бесстрашно, с диким, утробным воем бросился на следующего противника, уже занесшего клинок над беззащитным, бледным, словно мел, служкой. Миг, и вот уже убийца с преисполненным отчаяния криком падает на землю и хватается за отсеченное запястье. Служка, не растерявшись ни на мгновение, с ошалелым от страха лицом подхватил выпавший из ослабевших пальцев клинок и, замахнувшись, пригвоздил испуганно верещащего мужчину к земле.

- С-спасибо, добрый господин, спаси-и-ибо!

- Тихо! Не время! - Каэл, ухватив белобрысого служку за шкирку, побежал что было сил. Сам того не заметив, он вместе с незадачливым пареньком оказался отрезан от своих - крестоносцы и инквизиторы давно уже образовали круг и, буквально ощетинившись сталью, успешно оборонялись от понесших серьезные потери убийц.

- Прорываемся к нашим! Живо! - Прикрикнул на товарища по несчастью Каэл, попытавшись придать своим словам столь присущую наставнику уверенность и непоколебимость. И это сработало - служка, хоть и не превратился в матерого волкодава, но на ноги все-таки встал. Бежать сразу стало легче, и Каэл было даже решил что они сумеют преодолеть тридцать шагов, отделяющих их от союзников, без лишних схваток...

Но - не срослось.

В какой-то момент земля под ногами беглецов вздрогнула и покрылась мелкими трещинами, а через секунду прямо перед Каэлом из почвы, натужно кряхтя, выбралось нечто.

Высокий, плечистый и, что намного важнее, каменный, человек появился словно из ниоткуда. В его затылке уже торчало несколько арбалетных болтов, пущенных крестоносцами. Но, как оказалось, это нисколько не повлияло на его желание убивать - монстр все так же медленно, но неумолимо приближался к своей цели. И незатейливо раскачивающиеся в такт шагам этой махины булавоподобные руки лишь подтвердили опасения юноши.

Голем.

Каэл ринулся вправо, но каменный истукан на удивление резво бросился наперерез. Не ожидавший от монстра такой прыти юноша только и успел, что вскинуть меч и попытаться защититься, но каменный кулак словно не заметил препятствия, с легкостью подбросив ученика паладина в воздух. Недолгий полет завершился сильным ударом об ствол вековой сосны.

Каэл потерял сознание.

Артис с ужасом взирал на бушующего монстра. Голем убивал каждого, кто попадался ему на глаза, и никто не мог ему помешать. Седьмого паладина, как назло, нигде не было видно, а Каэл, на днях вызвавший настоящую бурю, безвольной, поломанной куклой распластался у подножия сосны. Люди же гибли от рук голема, будучи не в силах противопоставить ему хоть что-то - и мечи, и заклинания оказались здесь бесполезны. Радовало лишь то что и налетчиков чудовище убивало столь же рьяно - у его ног, смешанные с грязью, лежали останки по меньшей мере трех убийц.

- Парень! Держи! - Кто-то схватил Артиса за плечо и вручил парню тяжеленный, взведенный арбалет. - У меня рука. Жахни как следует! - Залитый кровью с головы до ног крестоносец кивнул на свою висящую плетью руку и со злобой посмотрел в сторону завывающего голема, втоптавшего в землю очередного воина.

- Це-ельс! - Повинуясь раздавшейся команде еще несколько человек вскинули арбалеты, и Артис тут же повторил за ними. Благо, прицелиться не составляло никакого труда - его отец был охоч до охоты, и арбалет в руках, несмотря на его дороговизну, Артис раньше держал. И даже стрелял - по дощечкам, правда, но они были куда как меньше огромной каменной глыбы...

- Пли! - Юноша вдавил спусковой крючок, запустив смертоносный снаряд в торс исполина. Секунда, и по лесу пронеслась череда взрывов. Все стихло - лишь стоны раненых, да завывания ветра прорезали установившуюся тишину.

- А-а-р-г-р! - Голем с треском поднялся с земли. У него не было части правых ноги и руки, а в торсе зияли сразу две дыры, в которые, при желании, можно было легко просунуть голову...

- Э-эле-е-ме-ент-а-аль! - Разнесся по лесу преисполненный отчаяния крик. Люди, словно только и дожидавшиеся команды, бросились во все стороны. Голем... Нет, теперь уже элементаль стремительно восстанавливался, высматривая в нестройной толпе посмевших ему навредить людишек. И взгляд его почему-то остановился именно на Артисе - быть может, это потому что из всех стрелков только он не выбросил свое оружие, или повинны не желающие двигаться ноги... Важно лишь то что факт при любых раскладах остается фактом.

Глава 9

По ущелью разносился ужасающий грохот, но ни птицы, ни звери не пугались его - уже многие тысячи лет этот могучий водопад вгрызался в толщу камня, словно оголодавший зверь в кусок еще теплого, сочащегося кровью мяса. Не пугался его и юноша, замерший, словно каменное изваяние, посреди реки. Глаза его были закрыты, и лишь побелевшая от напряжения рука, сжимающая длинную, заточенную ветку говорила о том, что Каэл все еще находится в сознании.

Секунда - и острога пронзила толщу воды, а сам юноша, тяжело дыша, метнул добычу на берег. Толстая, искрящаяся на солнце рыбина билась, насаженная на ветку, еще не осознав своего конца. Но, несмотря на этот успех, настроение Каэла радужным назвать было нельзя. Юноша повалился на раскаленные полуденным солнцем камни.

Каэл с тоскою смотрел в небо, туда, где виднелись края возвышающихся над долиной скал. Тюрьма. Самой настоящей тюрьмой было это место - из ущелья не было выхода, как и не было входа - каким-то неведомым чудом низвергающаяся с гор река принесла его сюда... Принесла вместе с Буком, четырнадцатилетним белобрысым служкой, которого он спас от смерти. Поначалу Каэл и не думал о том, что он тут не один - Бук вышел на дым от костра, разведенного юношей. И, хоть он и выглядел изрядно потрепанным и оголодавшим, но, в отличии от Каэла, одежда на нем сохранилась куда как лучше.

- Бук, как оно?! - Выкрикнул юноша, приподнявшись на своем ложе и взглянув куда-то вниз, туда, где среди нагроможденных посреди реки камней размещал свои сети оказавшийся неплохим рыбаком Бук.

- Пока ничего, да еще не вечер, поди! - Донесся до ушей юноши подхваченный ветром радостный голос. Вот уж кто не горевал по утраченному и как мог наслаждался жизнью.

Впрочем, бытие служки радужным не назвать никак - работа с утра до ночи, никаких денег и свободного времени, донельзя простецкая еда... По своей воле разве что блаженный изберет себе такую судьбу. Но Бука никто не спрашивал - в небогатой семье народилось много детей, лишних продали в услужение тем, кто первым изъявил желание обзавестись легальными рабами. Так бы и работал мальчишка до самой смерти, не приключись с ним то, что приключилось.

- Я пройду чуть дальше, не уходи далеко! - Каэл проворно спрыгнул с камней и накинул на себя рваную, словно пропущенную через мясорубку одежду. Приторочив к поясу ножны со вложенным внутрь клинком, юноша с печалью во взгляде посмотрел на свои ноги - сапог судьба словно шутки ради его лишила, так что ходить приходилось босиком.

Так и не дождавшись ответа Каэл нырнул в густые заросли, с завидным проворством лавируя меж ветвей деревьев. Каэл уже приложил немало усилий для поиска выхода - за последние дни он обошел едва ли не половину скал в округе, и едва ли собирался на этом остановиться. Пережить столько всего и сгинуть в диком лесу, даже не попытавшись выбраться? Ну уж нет! Уж чем-чем, а упорством Каэл обделён никогда не был.

Спустя четверть часа юноша добрался до отвесной скалы. Каменная громада доставала, казалось, до самых облаков, что делало подъем просто невозможным. Даже если не принимать во внимание на удивление гладкую поверхность этих стен, карабкаться вверх предстояло бы не один час... А на такой подвиг Каэл пока пойти был не готов. Вот когда все будет совсем плохо, когда иного выхода точно не будет - тогда да, можно будет попытаться. Наверное.

Вообще особыми размерами долина не выделялась - при желании вдоль стен её можно было пройти за несколько часов, но на детальный осмотр уходило куда как больше времени.

Не успел юноша пройти и десятка шагов как вдруг его взгляд зацепился за совершенно несвойственную этим гладким скалам выщерблину, при ближайшем рассмотрении оказавшуюся выдолбленной в камне стрелкой - так на трактах частенько указывают направление. Сердце юноши бешено застучало, а на лицо вылезла глупая, радостная улыбка. Тут кто-то был еще до них! И этот кто-то не стал бы просто так оставлять знаки, с значит... Значит, с большой вероятностью стрелка указывает на выход.

Обратно Каэл не пошел, а побежал - до того сильно ему хотелось поскорее сообщить Буку радостную новость и наконец-то выбраться к людям - шутка ли, но здесь они пробыли чуть больше недели, а если верить Буку - так и все две. Сам Каэл совершенно не помнил первых дней своего здесь пребывания, да и особо не акцентировал на этом внимание - не помер, и на том спасибо. А днем меньше, днем больше... Подумаешь, провалялся в беспамятстве лишние пару дней, да еще неделю зализывал раны. Другой бы, поди, и вовсе коньки отбросил, получив по ребрам огромной каменной лапищей. А он, Каэл, вон - всего спустя десяток дней здоров и полон сил. Тут не думать, а благодарить небеса надо.

Товарища Каэл застал за разделкой рыбы - светился при этом Бук что начищенный пятак. Сработала, видно, его сеть-то!

- Вышло?

- Вышло! Смотри, какая дура! - Бук взмахнул большой, в пару-тройку ладоней длиной, рыбиной. - Чуть сеть не порвала.

- А я, похоже, нашел выход!

Бук дёрнулся, словно его ударило током. Раз за разом он порывался что-то сказать, но в последний момент одергивал себя, будучи, вероятно, не в силах подобрать подходящие слова. Но, в конце концов, мальчишка решился.

- Знаешь... Может, ты без меня пойдешь?

Каэл непонимающе посмотрел на своего товарища по несчастью.

- Не городи ерунды! Вот выберемся, доберемся до людей...

- Не хочу! - Закричал Бук, резко вскочив. - Не видел я от тех людей ничего хорошего, и возвращаться уж точно не буду!

Каэл посмотрел в глаза мальчишки и невольно вздрогнул - до того отчаянным был его взгляд. Казалось, продолжи он уговаривать Бука, и тот набросится на него, словно дикий зверь. «Ну, на нет и суда нет», подумал юноша и примирительно поднял руки.

- Хорошо-хорошо. Если передумаешь, - Каэл кивнул сторону, откуда пришел, - там, на скале, стрелка высечена, я по ней пойду. Бывай.

Каэл развернулся и быстро скрылся из виду, оставив Бука в гордом одиночестве. Сети у него есть, удочки тоже. Крупных хищников в долине вроде бы нет... Не пропадет.

Стрелки встречались все чаще, пока, наконец, Каэл не набрел на явно рукотворный пещерный грот. Массивная каменная арка, венчающая вход, заметно обветшала со временем - ушла четкость высеченных в камне узоров, а сама поверхность покрылась каким-то белесым налетом. Но в том, что эта пещера - творение рук человеческих, юноша не усомнился ни на секунду. Взять хотя-бы те ступени, по которым он брел, да испускающий голубоватый свет мох под потолком, выстраивающийся в четкий, повторяющийся узор.

Но, несмотря на сохранившееся освещение туннель вовсе не был прогулочной тропинкой. И если отсутствие в некоторых местах ступеней еще можно было пережить, то серьезно просевшие за долгие годы потолки внушали определенные опасения. А холодный, пронизывающий до костей ветер заставлял лишний раз вспоминать бесследно пропавшую одежду и тепло, ею даруемое.

Каэл давно перестал считать пройденные ступени, сбившись на второй тысяче. Сейчас его мысли занимало нежелание присоединяться к бедолагам, встреченным им по пути - скелеты, голые и закованные в насквозь проржавевшие доспехи, встречались юноше все чаще и чаще.

Очередной древний костяк, издав жалобный хруст, невесомой пылью осыпался на камень. Каэл, чертыхнувшись, сбавил темп и принялся внимательнее смотреть под ноги - тревожить мертвецов, да еще и погибших явно не своей смертью, он больше не желал. Вдруг среди костей что-то сверкнуло, сразу захватив внимание юноши - ржавые доспехи и оружие так не блестят, а значит... Значит это какой-то драгоценный металл. В обычной ситуации Каэл просто прошел бы мимо, но сейчас, без денег, без одежды... Как выйти к людям? На что добираться до великого храма, на что искать учителя? Просто так, за красивые глаза, никто помогать не станет - это юноша знал точно.

Каэл аккуратно, стараясь все-таки не касаться костей, подцепил пальцем тяжелый кругляш. Подняв и оттерев находку от грязи юноша невольно ахнул - золото! Правда, надписи на ней были непонятные, да и герб точно не имперский. Древняя монета? Сколько тогда лет этому могильнику, если империя появилась три сотни лет назад, а до этого полторы сотни лет длился Темный Век?

Каэл бережно сложил находку в небольшой кармашек на ножнах, предназначенный, правда, для переноски точильного камня... Но чего нет - того нет, как любил говорить прадед, а монету потерять было бы очень обидно. Ведь золото дорого, намного дороже даже серебра, чего уж говорить о меди.

Запрятав находку Каэл продолжил подъем, с удивлением отметив потускнение света, исходящего от потолка. Неужели это и не мох вовсе, а что-то иное? Тихо пробормотав себе под нос извинения Каэл прибавил шаг, вздрагивая от каждого прикосновения к то и дело осыпающимся прахом костям. «Надеюсь, они не сильно на меня обозлятся», подумал юноша, прежде чем свет окончательно померк...

Глава 10

- Ну, парнишка, давай, затягивай потуже! - Просипел, натужно хрипя, бородатый воин. Его рука обильно кровоточила, и кровь эта даже не думала останавливаться, пропитав собою не только одежду, но и землю вокруг раненого.

Будь этот мужик обычным человеком, то тут бы для него все и закончилось, но крестоносцы, особенно такие здоровые, были крайне живучи. И сейчас Артис перевязывал этого и не думающего погибать гиганта, тщательно следуя его указаниям - сам юноша с ранами дела никогда не имел, и максимум, с чем мог помочь - это вытащить из-под кожи занозу. - Во-от, теперь бурдюк... Да-да, давай сюда.

Воин отпил несколько крупных глотков и отдал сосуд обратно.

- Теперь выливай все на ткань. Лей, не жалей! - Артис беспрекословно выполнил все что от него требуется и, еще раз осмотрев повязки, повалился на землю - сил у юноши не осталось совсем. Бой, бегство от элементаля и, словно вишенка на торте, обработка ран единственного оказавшегося рядом воина. А это занятие весьма трудоемкое и неприятное, особенно для человека неподготовленного - такого, как Артис. Никто и подумать не мог, что сын старейшины, тот, кого прочили следующим лидером деревни когда-нибудь окажется в такой ситуации.

Сон навалился и ушел резко, так, что Артис не успел даже осознать самого факта сна. Одна лишь выглядывающая из-за туч неполная луна явственно намекала на куда-то исчезнувший десяток часов. Слабость и усталость никуда не делись, лишь только ослабли, но теперь Артис мог стоять и даже ходить без приторного желания завалиться под ближайший куст и умереть... Впрочем, если все так и дальше пойдет, то смерть придет достаточно скоро - в этом бою Артису повезло, но будет ли везти впредь?

С трудом поднявшись на ноги юноша первым делом подошел к перевязанному им вчера мужчине... И с криком отшатнулся, наткнувшись на бледное, смотрящее в никуда стеклянными глазами, лицо. Воин был мертв.

Но больше всего Артис удивился тому, что это его практически не расстроило, а в глубине души он и вовсе был рад смерти этого мужчины. Какая-то часть юноши была искренне огорчена, а другая радовалась серьезно возросшим шансам на спасение - без раненого выбраться из леса, да и просто найти пропитание будет значительно проще.

Переборов собственную брезгливость и загнав куда подальше возмущенно вопящую совесть Артис снял с трупа добротный, сокрытый в простецких ножнах кинжал и приятно позванивающий мешочек с десятком серебряных монет. Одежду юноша оставил просто потому что она насквозь пропиталась кровью, а больше брать было нечего - мешок с поклажей они бросили еще там, на поле битвы, когда бежали от разъяренного духа земли.

Ночью идти по лесу было сложно, но света показавшейся из-за туч луны для этого вполне хватало. За что Артис любил хвойные леса, так это за минимальную вероятность выбить себе глаз незамеченной вовремя веткой. К сожалению, таких лесов в западной части империи было не так чтобы много - четверть, максимум треть ото всего леса. Другое дело баронства - вот там хвоя цвела и пахла, захватив практически всю свободную ото скал территорию.

Уже начало светать, когда Артис наконец-то выбрался из леса и, к своему удивлению, набрел на явно пользующуюся популярностью дорогу - травой на выдавленной в земле колее и не пахло, а еще дымящиеся остатки костра говорили о недавнем пребывании здесь людей. Жаль, не хватило какого-то получаса, а теперь придется сидеть на месте и ждать проезжих. А ведь мог уже мирно посапывать в какой-нибудь телеге - за добрую монету, конечно, но взяли бы попутчика. Деньга - она в доме никогда не лишняя, особенно здесь, в приграничье.

Вольготно развалившись на мягкой траве Артис уснул, сам того не заметив. Впереди его ждал дом.

Виллиан смотрел на проходящие мимо стройные ряды легионеров и думал. Думал о том, как так вышло. О том, почему его разум в очередной раз накрыла пелена безумия.

Да, матерый маг, оказавшийся среди убийц, связал его боем, но он мог и не бросаться за ним в погоню - в конечном итоге это ни на что не повлияло, сам чародей оказался лишь наемником, а ценных пленников не позволил захватить элементаль, дремавший в земле черт-пойми-сколько лет и потревоженный пролившейся кровью. Как итог - Райт мертв, от отряда осталась в лучшем случае половина, а Каэл и Артис пропали - ни тел, ни их самих обнаружить не удалось. Виллиан до последнего надеялся, что его ученик объявится где-нибудь неподалеку, но - тщетно. Ни он сам, ни ищейки храма найти его не смогли. А искали они так, как никогда раньше - такие сильные одаренные встречаются раз в десять лет, а ведь его еще нужно обучить, привязать к империи... А это тоже требует времени.

С того дня прошло две недели. Две недели, за которые все перевернулось с ног на голову - отряд налетчиков, осадивших Экопус, оказался преждевременно сорвавшимися с места людьми какого-то мелкого барона, решившего выслужиться. Перед кем? Сейчас это было не так важно - куда как большей проблемой стала почти пятидесятитысячная армия, вставшая лагерем не более чем в суточном переходе от границ империи, да насаженные на колья головы имперских послов, выставленные напоказ в столице баронств. Среди офицеров ходят слухи что среди этих несчастных оказался внук нынешнего императора, и именно по этой причине сразу три легиона, - пятый, шестой и седьмой, - под предводительством паладинов и одного из Лордов Вечной Стражи теперь идут войной на перешедших все границы баронов.

Одного лишь Виллиан не понимал - на что рассчитывают ранее всегда придерживающиеся нейтралитета бароны? Пятьдесят тысяч - ничто против даже одного легиона, состоящего из тридцати тысяч прекрасно обученных воинов. А тут к ним отправилось сразу три - впору падать императору в ноги и молить о снисхождении, но они лишь сосредоточенно готовились к войне. Не к одной скоротечной битве, а именно к войне - сжигались мосты, разорялись тракты, даже крестьяне снимались с земли и уходили ближе к столице, забирая все, что можно было унести. Словом, баронства делали все для того, чтобы осложнить продвижение империи вглубь их земель.

- Виллиан, будь так любезен... - Паладин резко обернулся к говорящему и уважительно кивнул - Лорд Гуррир заслужил почтительного к себе отношения как никто другой. Он был не только выдающимся полководцем, но и прекрасным воином, способным составить конкуренцию сильнейшим мира сего. - Что удалось разузнать о тысяче, осаждавшей твой форт?

- Точно - ничего, все люди баронов мертвы. Но, как мне кажется, имеет место быть неудавшийся призыв высшего демона, который расправился со всеми вокруг и вернулся в свой мир. Такого же мнения, хочу заметить, придерживаются и Иллиор с Элафией.

Лорд прикрыл глаза и огладил аккуратно подстриженную бородку, словно задумавшись о чем-то.

- Что-то зачастили к нам демоны, зачастили. Никак враги распространяют ересь на наших землях, провоцируя все новые и новые прорывы... Что на это скажешь, Виллиан? Все-таки в этом лучше тебя никто не разбирается, я полагаю...

- Инквизиция, Лорд Гуррир. Они - эксперты во всем, что касается... Подпольных игр. Наш же орден истребляет демонов, а не призывает их.

- Ха! Уж не хочешь ли ты сказать, что достопочтенная инквизиция призывает в своих подвалах демонов? - Лорд хмыкнул. - Забудь. Их сейчас здесь нет, а значит ты и твои люди - единственные демоноборцы в округе. Я могу на вас рассчитывать... В случае чего?

Виллиан уверенно кивнул. Он и сам обдумывал произошедшее с людьми барона - не случится ли чего-то подобного на поле боя, когда столкнутся две армии? В случае если ересь действительно получила массовое распространение, то становилась понятна самоуверенность баронств - даже один сильный демон может многое натворить во время крупного сражения, когда вокруг умирают сотни и тысячи людей. Легионеры тут не помощники, а трое паладинов, включая самого Виллиана... Справятся ли? Остается уповать на поддержку инквизиции, люди которой по какой-то причине не спешат присоединяться к армии. Подковерная борьба и интриги и в мирное время не приносят пользы, а в военное так и вовсе могут стать причиной многих тысяч смертей. Все это прекрасно понимают, но остановиться уже не могут - слишком далеко зашла их игра.

Виллиан проводил взглядом последнюю шеренгу войска и, согнав с лица мрачное выражение, пришпорил коня - людям сейчас как никогда нужна уверенность.

Уверенность, которую он, седьмой паладин, может им дать.

Глава 11

- Не сжимай так свой меч, не поможет. - Каэл ощутимо вздрогнул, когда в его спину, прямо напротив сердца, уперлась острая сталь. - Кто такой? Что здесь забыл?

Юноша искал выход из ситуации, но в голову не шла ни одна дельная мысль. Да и какая тут мысль, когда в спину упирается меч, а вокруг царит абсолютная темнота? Одному лишь незнакомцу в ней, похоже, весьма и весьма уютно - и как только он смог подкрасться сзади? Ничего и никого, хоть отдаленно похожего на человека, Каэл не видел. Одни лишь скелеты, но... А что, если незнакомец - оживший мертвец?! Испугавшись пришедшей в голову мысли Каэл бросился вперед, на ходу обнажая меч... Но тот не возжелал покидать ножен, а сам юноша, едва только сделал пару шагов, рухнул на ступени. Все его тело словно бы разом онемело и перестало слушаться хозяина. В установившейся тишине осуждающее поцокивание незнакомца звучало особенно громко.

- Ну что же ты так, человек? Мы вполне могли бы разойтись миром... Впрочем, и сейчас еще можем. Если ты, конечно, не станешь и дальше делать глупости. Мы поняли друг друга?

Каэл кивнул.

Секунда, и вот уже способность двигаться вновь к нему вернулась. Юноша поднялся с пола и, потирая отбитые ребра, - все-таки лестницы не созданы для бесконтрольных падений, - посмотрел туда, откуда минуту назад доносился голос.

- Меня зовут Каэл. Я пытаюсь выбраться из ущелья и не хочу причинять никому вреда. Незнакомец хмыкнул.

- Мне ты вреда точно не причинишь... Хоть и мог бы, владей ты своим даром. И нечего так хлопать глазами - увидеть это может любой сколь-нибудь сильный маг. Закрой глаза.

Каэл непонимающе уставился в темноту, а спустя секунду по глазам ударил нестерпимо яркий свет, заставивший юношу невольно отшатнуться и выругаться.

- А ведь я предупредил. Кхм. - Незнакомец, судя по звукам, обошел юношу по кругу. - Твое имя я уже услышал, так что... Летис, искатель. Будем знакомы.

Каэл коротко кивнул и пожал протянутую руку. Глаза давно уже отошли от неожиданной вспышки света и теперь юноша мог в полной мере рассмотреть человека, перед ним стоящего. Вернее, не совсем человека.

Эльф.

Высокий, на голову выше Каэла, Летис при этом не смотрелся нескладно - скорее даже сам юноша по сравнению с ним выглядел едва ли не карикатурным уродцем, хоть и считался в родной деревне почти что красавцем.

Длинные, прямые белоснежные волосы Летиса были забраны на затылке в тугой конский хвост, что придавало женственному образу мужественности. Тому же способствовал и тонкий, старый шрам, пересекающий лоб и правую глазницу. Цепкие, разноцветные глаза - синий и алый, смотрели прямо и уверенно, при этом во взгляде не чувствовалось гордыни и лицемерия, свойственного многим представителям лесного народа.

Одежда Летиса была самой что ни на есть обычной - прочная, отливающая зеленым ткань, укрепленная вставками из материала цвета древесной коры; ладони его плотно облегали оставляющие свободными пальцы перчатки, а из-за спины выглядывала рукоять полуторного меча. Выделялся на общем фоне лишь широкий, приплюснутый перстень в форме раскрывшего пасть дракона - уж больно вычурно смотрелись его алые глазки-капельки в сравнении с остальной одеждой, которую впору спутать с вещами какого-нибудь обедневшего наёмника.

- Ныряй и рассказывай, как докатился до жизни такой. - С этими словами эльф хлопнул по казавшейся монолитной стене и та, вздрогнув, совершенно бесшумно отъехала в сторону - её мог выдать лишь шелест лишившихся опоры песчинок, но в этих старых тоннелях песок сыпался едва ли не из каждой щели. Поди разбери, где потайная дверь открылась, а где просто от старости с потолка валиться земля.

Каэл поспешно нырнул в открывшийся лаз и поспешил за новым знакомым - тот, хоть и не бежал, передвигался легко и быстро, словно для него не в нове были прогулки по заброшенным тоннелям.

- Кхм, Летис?

- Да?

- Отсюда далеко до выхода?

Эльф резко остановился и, обернувшись, усмехнулся.

- Смотря что подразумевать под выходом. Просто уйти - пожалуйста, пол-тысячи ступеней и ты на поверхности. Но я ищу здесь что-нибудь ценное...

- Золото?

- ... ценное, друг мой. Ценное для меня, а не для людей. Древние артефакты и книги - вот, что меня интересует. А деньги... - Летис достал из ниоткуда золотую монету и, посмотрев на неё какую-то долю секунды, бросил на пол. - Деньги лишь пыль... С годами поймешь. - Последнюю фразу Летис произнес, глядя на то как Каэл выискивает глазами брошенный на пол золотой.

- На деньги можно купить и артефакты, и книги. Разве не так? - Вполне резонно возразил юноша, подобрав монету с земли.

- Золото никогда не решало проблем. Вы, короткоживущие, цепляетесь за деньги лишь потому, что с их помощью можно получить многое безо всяких усилий. Даже одаренные, способные прожить тысячи лет, гибнут в погоне за богатством и славой. Верный путь, к сожалению, выбирают немногие.

- И какой путь вы считаете верным?

Летис резко остановился и, повернувшись к ничем не примечательной каменной плите, принялся сосредоточенно её разглядывать. Спустя несколько секунд он слегка хлопнул по её поверхности и та отошла в сторону, открыв путь в другой тоннель, намного более чистый - здесь не было ни пыли, ни мусора, ни костей.

- Могущество и честь. Да, пожалуй, так и есть - я иду по пути могущества, но и честью своей при этом не пренебрегаю. Нет в мире разумного, который смог бы назвать меня, уж прости за тавтологию, бесчестным, не соврав при этом.

- Разве правильно ценить одну лишь силу? А как же семья?

Эльф расхохотался, чем моментально вогнал, не понимающего причины такого поведения Каэла, в краску.

- Как бы тебе объяснить... Могущество - это не одна лишь сила. Это в равной мере и семья, и ум, и отношение к тебе окружающего мира. Силен ли воин, способный надвое разрубить огромный валун? Бесспорно. Но могущественен ли? Какой-нибудь правитель, ни разу в жизни не бравший в руки меч, много могущественнее даже сотни таких рубак - им подобных у него в подчинении десятки, если не сотни тысяч. Силу можно назвать личным могуществом, но и только.

- Я... Я понял. Но как мне стать могущественным, если у меня нет даже силы?

- Ну-у-у, это ты, конечно, зря - сила в тебе есть, и сила немаленькая. Думаешь, стал бы я нападать на тебя, зная о том, что ты не умеешь пользоваться даром? Это, мальчик мой, разглядеть не так уж и просто. Не удивлюсь, если никто из людей и вовсе этого не может. Просто тебе нужно развить и подчинить свой дар.

- Но как?! Я тренировался целый месяц, но ничему так и не научился! А Артис с первых дней начал колдовать! - Юноша заметно повысил голос. Было видно, что он расстроен, и эльф прекрасно видел причину.

- Уж не знаю, кто такой этот Артис, но ты не должен ровнять себя и его. Ты - Каэл, а он - Артис. Вы разные люди, с разными жизнями и судьбами. Быть может уже завтра он упрётся в свой потолок, а ты будешь становиться сильнее на протяжении сотен лет, а может статься, что все произойдет с точностью до наоборот... Никто не может сказать точно. Даже боги не могут предопределить твою судьбу. Понимаешь? Каэл кивнул.

- Повеселее, не вешай нос - выберемся отсюда и я, при одном условии, кое-чему тебя научу. О подобном точно не знает никто из людей, уж поверь...

Тем временем туннель вывел их в просторную, но с низким потолком, комнату. Вдоль стен расположились книжные полки, по большей части - пустые, но кое-где виднелись потрепанные временем книги. Летис, что-то бормоча себе под нос, принялся бережно осматривать их и, бегло пробегая глазами по содержимому... растворять фолианты в воздухе. Они просто исчезали у него в руках, стоило ему пожелать этого.

- Простите, а куда вы убираете книги? - Каэл долго сдерживал себя, но в итоге все-таки решился отвлечь странного эльфа от книг.

- А? А-а-а, пространственный карман. Вернее, не совсем так - дома у меня есть специальным образом подготовленное хранилище. Туда я и отправляю интересные находки.

- Это ваш дар?

- Не совсем. Скорее даже совсем не совсем... О чем это я? А! - Летис не без труда оторвался от очередной книги и, испарив её, обернулся к юноше. - Тебе стоит научиться различать дар и магию. Магия - не всегда дар, но дар - всегда магия. Я не одарён так, как ты, но путём долгих трудов развил в себе способности к магии. И пусть в чем-то я уступаю одарённым, но далеко не во всем. И, ко всему прочему, я не ограничен одним лишь направлением или стихией - огонь, вода, воздух, пространственная магия - все это подчиняется мне в равной мере.

По мере того, как Летис перечислял стихии, на его раскрытой ладони сменяли друг друга их проявления.

- А что легче - развить дар или научиться магии?

Каэл, хоть и завороженно смотрел на маленькую черную звезду в руках эльфа, нити разговора не утерял. Летис же, глядя на это, чуть улыбнулся и продолжил свой рассказ - у него уже давно не было столь благодарного слушателя. Да и специально он их не искал, собственно - древнего эльфа вполне устраивало одиночество. За те тысячи лет, что он прожил на белом свете, он побывал во множестве миров и пресытился всем тем, что могло ему дать общество. Но иногда... Иногда душа Летиса жаждала вспомнить былое. Жаждала общения, жаждала вернутся в те дни, когда тысячи тысяч сородичей собирались пред его очами, дабы внимать каждому его слову. Слову истинного Короля. И пусть те времена давно прошли, но редкое желание никуда не пропало, становясь все сильнее с каждым годом. И вот появился тот, с кем Летис мог поделиться своей мудростью.

- Развить дар, конечно же. В тебе уже есть сила, её нужно только приручить. Это не так просто, как звучит, но уж точно легче и быстрее взращивания в себе магии. Вы, люди, не цените свалившихся на вас с небес возможностей.

- Не ценим? И почему именно мы? Разве у вас нет одаренных?

- К счастью, нет. Ни один старший народ не может похвастаться такой роскошью - нам доступна лишь магия.

- Почему к счастью? Разве дар - это так плохо?

- Я считаю, что мир таким образом поддерживает своеобразный баланс, даруя младшим силу, позволяющую им противиться нашей воле. Просто представь, какую власть обрели бы старшие народы, обладай они помимо долголетия, знаний и магии еще и даром?

Каэл себе такого представить не мог, о чем не примкнул сообщить Летису.

- И это хорошо. Хорошо, что ты не можешь представить себе этого ужаса...

Глава 12

- Бей! - С рук облаченного в просторные алые одеяния эльфа сорвалась волна ревущего, словно оголодавший дракон, пламени. Мгновением позже в ряды наступающих существ ударили заклинания остальных магов Великого Дома, но никакого ущерба они не нанесли - враг лишь остановился на секунду и, оклемавшись, вновь ринулся вперед. Совсем не тот результат, на который рассчитывал Король - большая часть сил, как бы прискорбно это не звучало, уходила на защиту.

Летис, поджав губы, проводил взглядом очередного осевшего на землю мага. Бой длился всего третий час, а практически все чародеи уже выжали себя досуха. И Летис в том числе - будь он хоть трижды Королем, в битве он участвовал на равных со всеми. И то, что он сейчас отлеживался в тылу, легко объясняла свежая повязка на глазу и помятый, словно пропущенный через мясорубку, доспех.

Эльфы проигрывали. Проигрывали странным, невероятно сильным существам, в чьих рядах смешались и маги, и одаренные. И при том все они являлись выходцами из одного народа, что было прямо-таки немыслимо и рушило всю систему знаний, построенную эльфами за многие тысячелетия. Захватчики Миров - так про себя окрестил Летис этих появившихся из ниоткуда существ, без переговоров, без раздумий, молча бросившихся в бой.

- Мой Король! Гвардия вступила в бой с авангардом неприятеля!

Летис и без этих слов видел, как лучшие из лучших представителей его народа бросились в самоубийственную атаку. Но, несмотря на всю безрассудность этого поступка, гвардия подарила им шанс.

Шанс сбежать.

Летис не был глупцом и видел подавляющее превосходство врага. Во всем, даже в магическом искусстве они возвышались над лесным народом - самые сильные заклятья эльфов оказались не в силах навредить им. В такой войне не было смысла, и Летис это прекрасно понимал. Попробуй он растянуть эту войну, и его народ медленно, планомерно будет уничтожен. Впервые за всю свою историю эльфы оказались бессильны перед лицом страшной угрозы.

- Отступаем, Иллион. Вели всем войскам отходить. Мы проиграли. Я же... Я более недостоин быть вашим Королём. Прости.

Летис, напоследок окинув взглядом отступающее эльфийское войско, исчез в нестерпимо яркой вспышке света.

Вдох, выдох. В ладони впиваются шершавые рукояти двух одинаковых, похожих друг на друга как две капли воды, клинков. Один из них - иллюзия, но иллюзия настолько не отличимая от реальности, что Каэл нет-нет, да забывал, в какой руке он держал настоящий клинок. Сколько он уже стоит здесь, среди скал, слившись со своим даром в одно целое? Час, день, неделю? Юноша давно потерял счет времени, и только лишь сейчас вновь обрел сознание. Каэл одним движением загнал мечи в ножны и спрыгнул вниз.

- Отдохнул? - Летис, как обычно, не спал. Этому древнему эльфу вообще не нужен был сон - за все то время, что Каэл пробыл рядом, он спал лишь единожды... И то - лишь для того чтобы юноша сам разобрался с агрессивными зелеными карликами, выскочившими прямо к их лагерю. - Спаррингуем?

Каэл глубоко вдохнул и, ухватившись за рукояти клинков, кивнул. А через мгновение на него обрушилась настоящая лавина.

Летис сдерживался, но юноше все равно приходилось выжимать из себя максимум возможного. В этом-то и заключалась методика эльфа - в каждом следующем бою он показывал чуть больше, чем в предыдущем, и Каэлу, волей-неволей, но приходилось наращивать силу и навыки с той же скоростью. Ограничено такое развитие было лишь «взрывным» потенциалом, которого у юноши пока хватало.

Наставником Летис оказался превосходным. Он учил Каэла не только боевым искусствам, но и рассказывал юноше о мире и о людях, его населяющих, о далеких землях и странах, о малочисленных народах и их обычаях. В беседах, длящихся, порою, ночи напролет, Каэл познавал мир. Иногда ему даже казалось, что за всю свою жизнь он узнал много меньше, чем за три месяца, проведенных в компании Летиса. И, в общем-то, ушел он недалеко от истины - много ли может узнать простой парень, живущий в деревне у тракта? А парень, все лето обретающийся рядом с древним существом, почему-то с удовольствием делящимся знаниями? То-то же.

Вот и сейчас, лежа на холодной земле после очередного боя, Каэл вслушивался в слова наставника, совершенно отстранившись от боли в избитом теле.

- ... тогда и произошел раскол. Некогда гигантская империя распалась сначала на провинции, лорды которых никак не могли выбрать императора, потом - на королевства, баронства и, как ты уже мог догадаться, две империи поменьше - Хорш на севере и Зил, - твоя родина, - на юге. Воспользовавшись беспомощностью погрязших в смуте соседей, новообразованные империи с легкостью расширили свои территории. С того момента они стали выступать противовесом друг другу, а королевства на северо-востоке, как и баронства на западе, до сих пор придерживаются нейтралитета. Кхм, прости - придерживались. Не так давно баронства совместно с империей Хорш выступили против империи Зил, но серьёзных боёв еще не было. И это странно - обе стороны словно бы тянут время, дожидаясь неведомо чего.

- А королевства?

- А что королевства? Заключили союз и повторно объявили о своей независимости. Они не желают вступать в войну, хотя и могут привнести решающий вклад в победу одной из сторон - суммарно армия королевств насчитывает едва ли не треть от имперской. И это при куда как большем количестве обученных, сильных одаренных. Достаточно весомая сила, согласись.

- Кхм, а у нас не будет проблем? Мы, все-таки, незаконно пересекли границу...

Летис нахмурился, словно вспоминая что-то, но спустя мгновение вновь нацепил на лицо равнодушное выражение.

- Ко мне вопросов точно никаких не будет, а ты - сильный одаренный, тебе и так, и так будут рады. Особенно в академии.

- Меня туда точно возьмут? Может, я лучше продолжу учиться у вас? Эльф покачал головой.

- Принять - примут, а вот по поводу учебы у меня... Я не одаренный, Каэл. Я маг. Это все равно что копейщик будет учить новобранца орудовать мечом и щитом - общие приемы и тактику он преподать сможет, но не более. Уже сейчас я просто не знаю, что тебе дать кроме опыта ведения боя и общих знаний об этом мире, а ведь этого мало, очень мало. Одаренный должен учиться у одаренного, маг - у мага, и никак иначе.

- Я понимаю, учитель. Но это все равно как-то... - Летис мягко оборвал юношу на полуслове, отвесив тому звонкий щелбан.

- Ты слишком быстро привязываешься, Каэл. Для простого человека это не плохо, но для одаренного, способного прожить тысячи лет... Люди смертны, Каэл, и жизни их скоротечны. Ты не успеешь моргнуть и глазом, а твои друзья, родители и дети уже канут в лету... Да, дети одаренных не всегда рождаются с даром. А терять детей... Больно. Очень больно. - Глаза Летиса хоть и смотрели на Каэла, но сам он в этот момент был очень, очень далеко. - Я сам пережил многих своих детей. Кто-то умирал от старости, кто-то - на войнах, кто-то - просто из-за трагической случайности. А я... Я все еще жив и даже не думаю умирать. Такова моя судьба, и такова судьба моего преемника...

В алом глазу Летиса что-то блеснуло, и тот, словно отойдя ото сна, встрепенулся и посмотрел на юношу - уверенно и прямо, так же, как и обычно. Ничто в его облике более не выдавало переживаний, по чистой случайности продемонстрированных древним магом мгновение назад. Казалось даже, что у этого эльфа и вовсе не может быть чувств... Но Каэл знал, как все обстоит на самом деле.

- Мы еще встретимся?

- Все может быть. Наш век долог, и мир этот покидать я не собираюсь... Встретимся. Да и вообще, хватит об этом - до академии еще целых два дня пути...

Каэл и Летис синхронно повернули головы на север, туда, где далеко за линией горизонта величественной громадой возвышалась Сиалская Академия Силы.

Глава 13

- Парень? Э-эй, слышишь меня? - Артис медленно повернулся к источнику голоса, еще крепче сжав лопату. Его безжизненные глаза, тускло мерцая в лучах заходящего солнца, уставились на оторопевших мужчин.

Взгляд высокого, худощавого воина пробежался по юноше и, тщательно того изучив, соскочил на укутанные в некогда белоснежные простыни, сложенные в аккуратную кучу тела. Ровные ряды могил за спиной Артиса, должно быть, придали этой картине особый шарм.

- Парень? - Голос мужчины дрогнул, но волю эмоциям он не дал. На своем веку этот человек повидал многое и, пожалуй, подобными картинами напугать его было сложно. Удивить - да, но напугать... Однако, отвечать юноша не спешил.

- Назовись. - Артис с показным равнодушием перехватил лопату обеими руками и оглядел окруживших его людей. Оглядел так, словно это не он стоит в окружении десятка вооруженных солдат с одной лишь лопатой в руках. Он словно пересчитал их и прикинул, сколько придется рыть могил... Такой взгляд ожидаешь встретить у матерого рубаки на поле боя, а не у безусого юнца. - Назовись, или я убью тебя прямо здесь.

- Попридержи коней, парень. Во-первых, нас здесь целый десяток, а ты один. Во-вторых - чует мое сердце, что мы не те, за кого ты нас принял.

- Вы - имперцы?

Мужчина призадумался на секунду и, по-видимому, что-то для себя решив, покачал головой.

- Настоящие имперцы, а не паршивые собаки, назвавшиеся империей. Капитан Ортед, Империя Хорш. - Мужчина с удовлетворением отметил изменившийся взгляд странного мальчишки. Он более не был безжизненным - в глазах юноши словно бы появилась... надежда? - Больше не собираешься нас убивать?

Артис поджал губы - впервые за всю свою жизнь он не знал, что ответить. В голосе мужчины, к вящему удивлению юноши, не было ни грана лжи - уж в этом Артис был абсолютно уверен. Но не всегда обязательно лгать - достаточно просто недоговаривать, умело манипулируя словами. Признаться, порою это оказывается куда эффективнее прямолинейной лжи.

Тем временем капитан, воспользовавшись заминкой юноши, продолжил.

- Я уже представился. Теперь, стало быть, твоя очередь. Назовись, сделай одолжение.

И, в качестве довеска к своим словам, мужчина положил руку на рукоять своего меча. Стало понятно, что сюсюкаться с наглым юнцом ему надоело и удивление, вызванное его внешним видом и окружением, практически сошло на нет.

- Артис Эльдстил, сын Тругта Эльдстила. И... - Юноша вонзил лопату в землю. - Я хочу пойти с вами, капитан. Прошу, примите мою присягу.

- Погоди-погоди. Ты сказал - Тругта? Тругта Эльдстила? Что с ним?!

Артис кивнул в сторону второй по счету могилы. Ортед витиевато выругался, вогнав своего собеседника в краску. Но ругался он недолго, и спустя несколько секунд перед Артисом вновь стоял уверенный в себе, невозмутимый, как скала, капитан.

- Все-таки эти ублюдки до него добрались... Хорошо, парень, ты можешь пойти с нами. Более того, я не против взять тебя под свое начало - глядишь, из тебя и выйдет толк. Еще кто-то из твоей семьи выжил?

- Кроме меня - никого. Я... Я был далеко отсюда, когда это случилось.

- Твой отец подозревал, что на вас вот-вот выйдут и успел связаться со мной... Глупо было скрываться от гонений во враждебной империи, да помилуют боги его душу. - Мужчина тяжело вздохнул и невольно дотронулся до покоящегося на груди массивного креста, сливающегося своим цветом с его темными одеждами. - Даю тебе час на сборы.

- Закопаю тела - и я готов.

Капитан посмотрел сначала на оставшиеся тела, потом - на ряды могил, среди которых не было ни одной свободной.

- Один не успеешь. Парни, подсобим нашему новому товарищу?! - Ортед окинул недовольным взглядом своих замерших, словно каменные болваны, людей. Те и не думали помогать юноше, но не выполнить приказ, пусть и данный в достаточно мягкой форме, они не могли.

- Вы были другом отца? - Произнес Артис на выдохе, вонзив лопату в податливую землю.

- Скорее должником. Тругт сильно помог мне перед тем как сбежал из империи. Отойди-ка, будь так любезен.

Ортед, придирчиво оглядев землю перед собой, широко раскинул руки и замер, словно желая обнять кого-то незримого. Спустя несколько секунд от ног капитана во все стороны ударила волна подхваченной взъярившимся воздухом пыли, а через мгновение почва начала быстро расползаться в стороны. Не прошло и минуты, а первая могила уже была готова. Ортед огляделся, небрежным движением смахнул со лба сиротливо поблескивающую каплю пота и отошел на шаг в сторону, вновь сосредоточившись на земле.

Артис уже совсем по-другому посмотрел на странного мужчину, одарённого капитана Империи Хорш.

Столица Сиала сразу поразила Каэла своим величием. Он прежде не бывал в сколь-нибудь крупных городах, и оттого не имел никакого о них представления. Да, Каэл, как и все, в детстве что-то слышал о домах, вмещающих сразу несколько семей, о мощеных гранитом улицах, по которым независимо от времени суток разъезжают возки и телеги, о школах, обучающих не только грамоте, но и географии, истории, естественным наукам... Но для него все это было лишь слухом. Красивым, очень необычным, захватывающим дух, но - слухом.

И вот теперь, оказавшись в по-настоящему крупном городе, Каэл оказался поражен до глубины души. Суета столицы, казалось, полностью его поглотила - он не мог наглядеться на этот совершенно отличный от деревенского уклад. Иногда юноше даже казалось что это и вовсе иной мир, до того все было не похоже на то, к чему он привык.

- Сначала заглянем в кузню, там закажем тебе второй меч. Ты уже привык орудовать двумя клинками, а иллюзия существует лишь пока я рядом.

- Хорошо. Но почему именно здесь?

- Хороший вопрос. - Летис остановился рядом с небольшим лотком, заставленным разного рода древностями. - В первую очередь потому что Аорус - город, в котором кузнечное дело действительно развито. Пожалуй, только здесь смогут выковать нечто, достойное стать парой для твоего меча. Иллюзорное оружие пропадет сразу же, как только я покину город. - Уточнил Летис, когда юноша покосился на вроде-бы ненастоящий меч. Все-таки эльф был великим магом - иллюзия, им созданная, ничем не отличалась от своего прообраза.

О цене на нечто, сравнимое с кровавым клинком, - а именно им и являлся Фалклоу, - Каэл предпочел не думать. Он уже привык к тому как Летис относился к деньгам, которых у него, по-видимому, было столько, что хватило бы засыпать золотом все улицы этого города. Но сам юноша в этом плане остался таким же, как и раньше, подходя к любой трате со столь свойственной всем небогатым людям бережливостью.

По мере приближения к ремесленному району людей становилось все меньше, а груженых доверху телег - все больше. Иногда доходило до такого что путникам приходилось дожидаться, пока освободиться дорога - улицы здесь, в сравнении с жилыми районами, были заметно уже.

- Доброго вам дня. - Кивнул Летис изучающе его осматривающему плечистому карлику. Густая борода, мощные мышцы и грубые, словно высеченные из камня черты лица не оставили в Каэле ни грана сомнений. Дворф. Народ, предпочитающий солнечному свету уютную темноту глубоких пещер. Обычно они не шли на контакт с людьми, но нет-нет, да рождались и среди этого обособившегося ото всех народца авантюристы, в конечном итоге отправляющиеся бродить по свету. А еще дворфы были знатными кузнецами - практически каждый мужчина из расы умел ковать так, как не всегда выходит у посвятившего ремеслу всю свою жизнь человека. Оттого и спрос на вышедшие из-под их молота вещи был соответствующе высок, как, впрочем, и цены. Пиво, дружба и золото - три вещи, ценимые честным дворфом во все времена. И непременно в такой последовательности.

- И тебе не хворать, ушастик. Давно ко мне не заглядывал, двести лет уже, поди. Совесть-то есть, Летис?

- Ну-ну, не серчай ты так. Я честно пытался тебя найти, но времена были смутные, сам понимаешь. Ты как, ремесло свое не забросил?

Каэл наконец оторвал взгляд от развешенных на стенах изделий и едва не вскрикнул, когда его взгляд наткнулся на все еще алую, раскаленную заготовку, которую дворф удерживал на весу голой рукой. Вопрос был явно риторический.

- А сам-то как думаешь? Это ты корону выбросил и рад, а мне даже податься некуда будет, коли ковать перестану. Да и без дела сидеть... Не мое это. Ладно, говори, зачем пришел. А то у меня, - он помахал заметно побледневшей заготовкой, - графский заказ стынет.

- К делу, так к делу - у меня тоже есть кое-какие неотложные дела. Нужен меч для моего спутника, в пару к уже имеющемуся. - Летис кивнул в сторону старающегося не вмешиваться в разговор старых друзей Каэла.

- Каэл. - Представился, коротко поклонившись, юноша. Летис, хоть и пытался отучить его раскланиваться перед каждым встречным, до конца эту привычку так и не вывел. Каэл уже не кланялся всем подряд, но людям, которые, по его мнению, этого заслуживали, отдать дань уважения не чурался.

- Гушт. А почто не два парных... О! - Стоило Каэлу протянуть мастеру свой меч как тот сразу же ухватился за него обеими руками. - Глупый вопрос, признаю. Да уж, пара для кровавого меча... А вы, молодой человек, не размениваетесь на мелочи. Если меч - то кровавый, если дар - то могучий, если друг - то Король... Да-да, не делайте такие глаза - именно друг. Чужого человека, пусть даже ученика, Летис бы сюда не привел.

Сам Летис взирал на происходящее с напускным равнодушием и отреченностью.

- В общем, я за этот заказ берусь. Не скажу, сколько на это уйдет времени, но меч у тебя будет. Зайдешь вечером, выпьем? - Последнее предложение было адресовано непосредственно Летису.

- Обязательно зайду, и не только сегодня. К слову, не знаешь что там с академией? Уже закрыли набор?

- Академией? Силы? А-а-а, нет, еще добирают людей в классы «лепестков». - Дворф нахмурился, словно бы вспоминая что-то. - Сорняки, стебли и цветки испытания закончили, а у лепестков какая-то неприятность приключилась и испытания перенесли. Весь город об этом судачит... Хочешь устроить туда Каэла? Тогда лучше времени не терять, когда набор закроют мне неведомо. Не интересовался я этим.

- Спасибо, ты нам очень помог. До вечера. - Друзья пожали друг другу руки. - Каэл, пойдем.

Глава 14

Академия выглядела одновременно и вычурно, и солидно - богато украшенные, достающие до самых облаков башни причудливо переплетались с приземистыми, высотой в два-три этажа, зданиями. Которые, в отличии от башен, были прямо-таки образцом аскетизма - не было здесь ни барельефов, ни статуй, ни искусных выдумок архитекторов. Голая функциональность, если говорить проще.

И Каэлу это место сразу понравилось. Тихо и уютно - лишь иногда до шествующих по пустым коридорам людей доносился стройный перестук чьих-то сапог. Здесь не было окон, зато дверей было более чем предостаточно - они миновали их несколько десятков, прежде чем добрались до искомой.

Летис вежливо постучал и, дождавшись приглашения войти, открыл дверь.

- Добрый день, уважаемый Ааф. Я приношу свои извинения за то что тревожу вас без весомого повода, но...

- Хотите зачислить своего отпрыска куда-то кроме группы четвертого ранга? Извините, но я здесь вам не помощник. Попытайте счастья в провин... - Старик поднял глаза и поперхнулся, едва не выронив из ослабевших рук перо. - ...ции! Учитель!

Старик вскочил, огладил топорщащуюся во все стороны бороду и по-молодецки перемахнул через разделяющий его и Летиса стол. На Каэла он при этом не обратил совершенно никакого внимания.

- Ааф, а ты все такой же, да? Мне тебя опять учить держать себя в обществе? - Летис рассмеялся и крепко обнял старика. Они еще много чего говорили, но Каэл, будучи юношей достаточно воспитанным, бесшумно ретировался из кабинета. Много, много у Летиса знакомых здесь оказалось - кузнец, - юноша скосил глаза на неприметную бронзовую табличку, практически сливающуюся с материалом двери, - заведующий кафедрой боевой магии... Так этот старичок - боевой маг? И почему маг, если люди по определению магами стать неспособны - срок жизни для того слишком мал? Про это Летис ему рассказывал многое, но эту важную деталь упустил. Сам же Каэл как-то и не задумывался над тем, почему одареннных нет-нет, да называют магами.

Юноша огляделся. Все те же пустые коридоры и ни одной живой души вокруг - даже звуков, и тех нет. Скоротать время было негде и не с кем, так что Каэл просто уселся на каменный пол и, шумно выдохнув, нырнул в свое внутреннее я. Медитация - незаменимая вещь, без которой о каком-либо прогрессе можно попросту забыть.

Уже привычно все вокруг прорезали нити мира, но вместо бурной реки Каэл оказался в спокойном озере. Спокойном настолько, что ранее ему неподвластные, энергии сами устремились в руки, а движения и вовсе не причиняли сколь-нибудь серьезного дискомфорта. Каэл встал и медленно обнажил звенящие от напряжения клинки.

Секунда, и вот уже юноша закружился в смертельном танце. Плавные и резкие, быстрые и медленные, его движения, казалось, рассекали само мироздание. Каждый взмах клинком отправлял вперед маленькие, но яростные протуберанцы, а каждый укол - стремительную и опасную, словно ядовитая змея, молнию. Сейчас юноша был уверен - сойдись он в бою с учителем, и тому придется продемонстрировать куда большую силу, нежели ранее. На губах Каэла заиграла торжествующая улыбка - всего за три месяца он шагнул на первую ступень развития, для себя обозначенную. Дальше по плану шло установление контроля над бушующей у сердца стихией - этим и учитель советовал заняться в первую очередь. Ведь нет зрелища более грустного, чем человек, чьи руки действуют отдельно от головы.

Каэл вихрем взвился в воздух и, немного не достав до высокого потолка, вернулся на бренную землю. Уже привычным движением он загнал клинки в ножны... А спустя секунду по пустым коридорам, отражаясь от каменных стен, разнеслись тихие аплодисменты.

- Браво, юноша. Позвольте узнать ваше имя? - Каэл обернулся и удивленно вскинул брови - чуть в стороне стояла высокая, стройная женщина, чьи волосы цветом своим напоминали осенний закат. По-военному строгие одежды каким-то неведомым образом не выглядели неуместно, лишь подчеркивая выдающиеся формы своей хозяйки. Завершал картину парящий в воздухе, тяжелый даже на вид, боевой шест.

- Каэл. Прибыл поступать в академию, миледи. - Юноша склонился в учтивом поклоне. Он сильно сомневался, что в стенах этого заведения ему может встретиться кто-то, перед кем ему не придется выказывать уважение. Разве что другие студенты.

- Похвально, Каэл, очень похвально. Надеюсь вас увидеть на своих занятиях - уж я-то смогу раскрыть твой потенциал в полной мере. И, чтобы ты не потерялся... - Каэл еще не успел ничего осознать, а женщина уже стояла прямо перед ним. Её холодная, словно лед, ладонь, плавно опустилась на голову юноши. Каэл невольно замер, но спустя секунду она, удовлетворенно хмыкнув, отступила на шаг назад. - Вот и все. Теперь тебя точно у меня не перехватят, если ты, конечно, сам не предпочтешь обучаться у другого наставника. Бывай.

Женщина, так и не назвавшая своего имени, развернулась и вскоре исчезла за одним из бесчисленных поворотов. В голове юноши сейчас бился лишь один вопрос: «Что. За. Чёрт?». Такое поведение является среди одарённых нормой? Почему нельзя просто подойти, представиться и предложить стать учеником? Почему обязательно надо вешать на него, Каэла, какую-то метку, которая еще и не стирается из ауры? Почему?!

В воздухе ощутимо запахло озоном.

- Каэл? - Из-за резко распахнувшейся двери выглянул Летис. - Зайди-ка.

Юноша, с трудом обуздав эмоции, успокоился и вошел в кабинет. На этот раз Ааф выглядел так, как и должен был выглядеть изначально - серьезно и величественно. Перед ним, на теперь уже девственно чистом столе, лежал один-единственный лист, испещренный непонятными Каэлу символами.

- Присаживайся. - Ааф жестом указал на место по другую сторону стола, прямо напротив него самого. - Каэл, шестнадцать лет, дар сильный, неконтролируемый... По-хорошему тебя нужно запереть где-нибудь глубоко под землей и научить держать свои силы в узде, но, по определенным причинам, - Ааф стрельнул глазами в сторону замершего у стены Летиса, - этот вариант отпадает. Попробуешь поступить в группу второго ранга, к лепесткам, тобишь - подсуживать я тебе не буду, и, поверь, сие для твоего же блага. Согласен?

- Да, уважаемый Ааф. Я и не рассчитывал на какие-либо поблажки.

- Вот и замечательно. Испытания начнутся через час, ну а до этого... Подожди, какого черта на тебе делает ученическая метка Лианны?! Что она себе позволяет?!

- Тише, Ааф, тише - по крайней мере, не при ученике. - Летис с довольной улыбкой оторвался от подпираемой им стены и похлопал Каэла по плечу. - Расскажи, что произошло?

- Мне было скучно и я немного помедитировал. Уважаемая Лианна же просто оказалась рядом и изъявила желание увидеть меня в своей группе...

- Можешь не оправдываться, юноша. Я даже не буду спрашивать, как выглядит твоя медитация, заинтересовавшая эту бой-бабу. - Старик хоть и успокоился, но неприязни в его голосе оттого меньше не стало. - В академии издавна сложились определенные порядки, а миледи очень, очень любит их нарушать... Впрочем, тебя это уже не касается. Ты можешь идти.

Каэл молча юркнул за дверь. И если в первый раз он сделал это по своей воле, то сейчас в его душе бушевала ярость. То, что он испытывал по отношению к старику нельзя было описать словами - неприязнь, злость, ненависть... Все это смешалось, слилось воедино. Причем юноша сам не понимал, откуда все это взялось - Ааф не обидел его ни словом, ни делом. Да, говорил он с каким-то пренебрежением, но такой человек вполне мог себе позволить ни во что не ставить еще даже не поступившего одаренного... Пусть даже этот одаренный - новый ученик его учителя.

С такими невеселыми мыслями Каэл вышел на улицу. До начала испытания, которое проводилось буквально в двух шагах, еще было предостаточно времени.

Тускло светило подернутое полупрозрачной осенней дымкой солнце, волнами перекатывалась трава, гонимая холодным ветром, нависшую над академией тишину нет-нет, да разрывали пронзительные крики ворон. Каэл сидел в тени могучего дуба, облокотившись спиною на его могучий ствол, и вслушивался в причудливое завывание ветра. Вдруг до слуха юноши донесся пронзительный девичий крик, совсем как тогда, у реки. Каэл, не мешкая ни секунды, молнией сорвался с места. Парк, поворот, еще поворот... Небольшой темный закоулок... Вот оно!

Несколько сотен метров он преодолел, казалось, за один удар сердца, но всей его скорости не хватило для того, чтобы остановить ладонь ублюдка, лестко ударившего девушку по лицу. Несчастная, вскрикнув, упала на землю, а обступившие её парни, весело гогоча, принялись недвусмысленно расстегивать пояса.

И тогда ярость, и без того переполнявшая Каэла, вырвалась на волю.

С диким треском сотни, тысячи молний ударили в ублюдков, моментально наполнив округу болезненными криками и стонами. Мгновение спустя громыхнул гром, а потом...

Потом сознание Каэла погрузилось во тьму. Последним, что увидел юноша, оказались большие фиалковые глаза склонившейся над ним незнакомки...

Глава 15

- ... ожоги, некроз тканей... Только двое из их компании смогут самостоятельно стоять на ногах, уважаемый Летис! И это вы считаете правильным?! - Невысокий мужчина с уже начавшими седеть волосами даже приподнялся в кресле, словно считая что так его слова быстрее дойдут до сидящего перед ним эльфа.

- Да, считаю, мэтр Гуэл. Нападение и попытка изнасилования посла доброй воли моего народа... Уже за одно это я должен разрушить здесь все. Не оставить о вашем городе даже упоминания! И у вас не хватит сил меня остановить, человек! - Прорычал Летис, озлобленно прищурившись. В этот момент все находящиеся неподалеку люди в полной мере прочувствовали на себе жуткую, полную мощи ауру, испускаемую этим древним существом. Впрочем, спустя секунду об этом приступе ярости не напоминало ровным счетом ничего - Летис был абсолютно спокоен. - Но этого не хотят ни девушка, ни её спаситель. И только из-за этого я еще разговариваю с вами.

- Поймите же, мы не можем проигнорировать инцидент такого масштаба! Пятеро! Пятеро отпрысков знатных семей, и, слава всем богам, среди них не оказалось никого сколь-нибудь значимого!

Эльф кивнул вошедшей в кабинет служанке и забрал у неё из рук изящный серебряный поднос с двумя маленькими, исходящими паром чашками.

- Ну так казните их, а головы отправьте нашему Королю. Он оценит. - Летис, глядя на стремительно увеличивающиеся в размере глаза министра тайного сыска мысленно усмехнулся. - Или просто пожурите недостойных сынов своего народа, а моего подопечного отпустите. Пока миледи не настаивает на казни, у вас есть все шансы замять это дело без особого вреда для своей репутации.

- И как казнь напавшего на аристократов юнца скажется на нашей репутации? Летис поставил опустевшую кружку на стол и посмотрел Гуэлу прямо в глаза.

- Самым прямым образом - нет вас, нет и вашей репутации.

- Вы... Вы забываетесь, уважаемый!

- Нет, дорогой друг, это ВЫ забываетесь! Ваш государь своим словом гарантировал безопасность нашим послам! И что я вижу в первый же день своего пребывания в столице? Попытку изнасилования! В академии!

Гуэл примиряюще поднял руки и, глубоко вздохнув, заговорил.

- Хорошо. Мы забудем о произошедшем, но при повторении подобного ответная реакция не заставит себя ждать.

Маленькая, если не сказать - крошечная комнатушка могла похвастаться полным отсутствием окон и, как следствие, свежего воздуха - отверстия в потолке, которым отводилась эта немаловажная роль, со своей работой не справлялись никак. С одной стороны кровать подпирал обеденный стол, в то время как с другой - отделенный тонкой дощатой перегородкой туалет. Каэл, за неимением других вариантов, - в комнате с трудом можно было даже встать, - лежал на узкой кровати и думал. Думал о том незабываемом запахе горелой плоти, о спекшихся стенах домов... И о девушке с глазами цвета фиалок. Его не особо волновала собственная судьба - Летис сказал, что он все сделал правильно и проблем не будет, а учителю, давно уже ставшему другом, юноша верил. В конце концов, на академии мир клином не сошелся - мало ли на континенте других учебных заведений для одаренных? Но вот прекрасную незнакомку Каэл не видел с момента своего здесь пробуждения, а это ни много, ни мало - несколько часов, и сие внушало определенные опасения. Не задел ли он её? Не успели ли ей навредить те, скорее всего уже мертвые, ублюдки?

Скрежет проворачиваемого в замочной скважине ключа заставил Каэла поморщиться - до того противным был этот звук. Но, в то же время, юноша был рад возможному посетителю - пусть даже это будет кто-то из тайного сыска... Но за дверью оказался тот, кого сегодня увидеть Каэл ожидал меньше всего.

Летис приглашающе махнул рукой, и юноша без колебаний выскочил из комнаты - заточение ему порядком надоело, хоть тут и не ощущалось того чувства беспомощности и страха, что накатывало на него в подземельях. Все чаще Каэл замечал за собой неприязнь к закрытым пространствам - даже спать он предпочитал не в доме, а на улице, среди деревьев. Или на крыше, на худой конец. Ведь только под открытым небом он ощущал себя в полной безопасности.

- Учитель, как?

- Хорошо подвешенный язык, ум и сила открывают любые двери. Но в данном случае я просто прибегнул к политическому давлению. - Летис ухмыльнулся и, не оборачиваясь, протянул Каэлу тонкую цепочку. - Надень. Этот амулет предотвратит... Нежелательные вспышки твоей силы, скажем так. В случае если ты зачерпнешь слишком много энергии разом - амулет раскалиться и приведет тебя в чувство. Болезненно, но действенно.

Юноша с благодарностью принял подарок - калечить людей из-за собственных эмоций он хотел в последнюю очередь, а потому такой амулет пришелся как нельзя кстати. Будь у него такой этим утром - глядишь, и обошлось бы простой дракой.

Тем временем спутники миновали коридор и вышли на улицу, где их уже дожидалась богато украшенная, белоснежная карета. Каэл даже почувствовал себя неловко - рядом с этим произведением искусства он сам смотрелся как масляное пятно на девичьем белоснежном фартуке. Совсем не смотрелся, тобишь - практичная, но простая одежда для таких поездок подходила мало.

- Куда мы сейчас, учитель? Я уже опоздал на испытание?

На свой второй вопрос Каэл ответ знал, но не спросить не мог. В нем все еще теплилась надежда поступить в академию.

- Опоздал. Но тебя все равно зачислили - то, что ты сделал с насильниками, видел один из экзаменаторов. Он же, к слову, и лишил тебя сознания, иначе итогом стали бы не калеки, а трупы - ты тогда явно намеревался их добить. Жаль, что тебе помешали.

- Жаль? Я ведь и так обрек на пожизненные страдания пятерых дворян, учитель!

- Не дворян, а насильников, покусившихся на честь девушки моего народа. Юной девушки. Будь уверен - не сделай этого ты, это сделал бы я. И тогда простыми ожогами они бы точно не отделались - кара за такое у нас предусмотрена намного более суровая.

Каэл представил, на что может быть способна фантазия тысячелетнего мага и невольно ужаснулся.

- Но ведь они - дворяне...

- А нас очень мало, Каэл. Мало настолько, что на одного эльфа приходится не одна сотня человек. Что есть при таком раскладе здоровье пусть даже десятка высокородных ублюдков, считающих, что им по праву рождения дозволено все? Жизнь, честь и свобода - три вещи, не имеющие цены. Каждого, на них посягнувшего, ждет смерть.

Глаза Летиса недобро сверкнули, но уже спустя секунду его лицо вновь приобрело свое обычное выражение.

- А куда мы едем... В посольство моего народа - юная леди хочет лично поблагодарить своего спасителя, но выходить куда бы то ни было опасается даже со мной. - Летис замолчал и откинулся на обитые бархатом сиденья, прикрыв глаза. - Ехать далеко, посольство расположено за городом. Можешь вздремнуть, если хочешь.

Тем временем город остался позади, и карета выехала на ровную, практически лишенную недостатков дорогу.

- Я, пожалуй, тоже помедитирую. - Сказал Каэл и под удивленным взглядом Летиса выскользнул в окно.

Мимо проплывали деревья, кусты и редкие прохожие с донельзя изумленными лицами - нечасто им доводилось лицезреть столь ловко орудующего мечами человека, к тому же стоящего на крыше неспешно едущей по доброй дороге кареты. Зрелище это было странным и завораживающим - казалось, что юноша не просто рассекает мечами воздух, а сражается с ему одному видимыми противниками. Раз - и движимые мускулистыми руками клинки взрезают пустоту, а сам Каэл отступает на шаг назад, каким-то чудом удерживаясь от падения. Два - и он ловко уклоняется от арбалетного болта, метящего ему прямо в грудь. Три - и он спрыгивает с начавшей заваливаться на бок кареты, сразу по приземлении рывком уходя в сторону. Громыхнуло.

Кто бы ни организовал эту засаду, но сделал он это мастерски - карета не пережила последующего за падением взрыва, кучер с пробитой болтом шеей распластался на земле, а Каэл оказался в крайне невыгодном положении. Он не видел стрелков, стоя при этом посреди ровной, без единого укрытия, дороги. И, не будь он одаренным, то уже наверняка присоединился бы к кучеру.

Рывок влево, взмах мечом - очередной болт отлетел в сторону. Пригнуться, уйти в перекат... Предплечье правой руки пронзила острая боль, но юноша не остановился ни на секунду, продолжая наращивать скорость. Но, когда убийцы преградили ему дорогу, до спасительных зарослей все еще было слишком далеко.

Каэл вперил взгляд в своих оппонентов, но быстро понял - зрение ему здесь поможет мало. Нельзя одновременно сражаться и следить за тем, чтобы не схлопотать арбалетный болт. Резкое погружение в медитативное состояние разом оборвало все звуки.

В считанные мгновения юношу окружили и принялись мастерски, со знанием дела, убивать. Ему не помогала ни его нечеловеческая скорость, ни способность чувствовать врага - смертоносный хоровод, кружащийся вокруг, не давал ни секунды передышки. С начала схватки прошло едва ли несколько секунд, а на его теле уже не осталось живого места. Убийц же юноша не коснулся ни разу.

Они, словно стая оголодавших шакалов, истязали могучего, гордого, но одинокого льва.

Глава 16

Летис стоял у останков кареты и смотрел на то, как сражается его ученик. Ему было чем гордится - всего за три месяца человек из слабака превратился в матерого, по людским меркам, хищника. Превратился настолько быстро, что сам не успел этого осознать.

Вот и сейчас он худо-бедно, но держался против полной пятерки наемных убийц. Они, конечно, не мастера, но опыт устранения магов имеют - артефактами увешаны с ног до головы, не подставляются, но стоит кому-то попасть под шальную молнию как его тут же оттягивают назад. Рано или поздно, но Каэла они убьют. Конечно, Летис не собирался этого допускать, но боевой опыт Каэлу был нужен как воздух. Во время тренировок эльф старался дать ему опыт сражения против разных противников, умело чередуя стили и оружие, но этого все-таки оказалось недостаточно. Все-таки тренировочный бой воспринимается совсем иначе, и там, как минимум, не рискуешь из-за досадной ошибки лишиться жизни.

Летис взмахнул рукой и убийцы поломанными куклами повалились на землю. Каэл же рефлекторно отсек одному из нападавших голову и замер, напряженно всматриваясь в неподвижные тела. Лишь только спустя секунду он заметил Летиса и, бросив на того полный облегчения взгляд, рухнул на спину.

Да, Летису определенно было чем гордиться.

- ... из-за меня! - Девушка разрыдалась.

- Рано или поздно, но Каэл столкнулся бы с ними. И он точно не потерпел бы такой мрази рядом с собой, Эния. Итог все равно был бы тем же.

- Но он бы не стал их калечить, а их отцы не отправили бы за ним убийц! - Эния бросила полный боли взгляд на широкую кровать с замотанным в бинты Каэлом. - Еще и мечи ядовитые, раны не зажива-а-аю-ют!

Девушка вновь сорвалась в пучину рыданий. Летис, едва сдерживаясь от того, чтобы не закричать, глубоко вдохнул. Он, Король, никогда не теряющий самообладания, был готов взорваться. На памяти древнего эльфа такое происходило впервые. Никогда прежде он не встречал кого-то настолько заботливого, нервного и громкого, способного при этом довести до ручки даже камень.

Едва Летис объявился на пороге посольства с окровавленным юношей на руках как в тот же миг его едва не освежевала фурия, в которую превратилась обычно добрая и нежная, подобно цветку, Эния. Неглубокая борозда на щеке все еще зудела и не затягивалась, хотя за такое время эльф регенерировал ранения куда более страшные. И, словно вишенка на торте, девушка во всем винила именно его. Он, якобы, знал о засаде и специально не помог Каэлу в том бою. Да, все так и было, но цель Летис преследовал исключительно благую. Вот только переубедить девушку он не мог - Энии было плевать и на то что все это делалось ради блага юноши, и на то, что вечно его оберегать все равно не выйдет. Но, подобно пожираемому горной рекой камню, Летис терпел.

- Его раны не смертельны и быстро заживут. Магия не помогает просто потому что ты находишься в невменяемом состоянии... Эй, ты меня слушаешь? - Летис наигранно возмутился, с подозрением покосившись на стремительно заполняющую пергамент символами Энию. Что-то в этой картине ему не нравилось.

Девушка, окинув дело рук своих придирчивым взглядом, удовлетворенно кивнула. В следующую секунду белоснежный сокол вырвал свиток из её рук и выпорхнул в распахнутое окно.

- Я заявила о помолвке.

- ЧТО?! - Летис поперхнулся вином и закашлялся. От его невозмутимости не осталось более ни следа.

- Я влюбилась, дедушка. Каэла мне послала сама судьба. - На лице Энии расцвела мечтательная улыбка. Она, казалось, совершенно не обращала внимания на реакцию своего родственника, целиком погрузившись в мир грез. А в это самое время серебряный кубок в руке Летиса сжался в комок, словно бумажный. Могучий маг потерял самообладание.

- Тебя ничего не смущает?! Тебе всего шестнадцать, Эния! Твоя бабушка женилась в триста восемьдесят! Да что там, мне тогда было больше тысячи лет, а ты заявляешь о помолвке в шестнадцать?!

- О помолвке, дедушка, а не о свадьбе.

Летис устало помассировал виски, тихо застонав.

- Если бы эту проклятую птицу можно было вернуть или убить - я бы это сделал не раздумывая. Но использовать Вестника для такого...! - Летис встал, размял затекшие плечи и подошел к окну. - Такого не вытворяла даже твоя мать, а уж как она любила чудить... Родителя ты уже превзошла. Будешь первой, передавшей сообщение о помолвке лично в руки Королю.

Несколько секунд дед и внучка не мигая смотрели друг на друга. Девушка, первой не выдержавшая этой игры в гляделки отвела взгляд, пожала плечами и, хмыкнув обиженно, вернулась к уходу за своим, - пока еще не сведущим о том, - женихом. Хмурый, словно дождевая туча, Летис простоял рядом еще минуту, но, так и не дождавшись ответа, молча вышел из комнаты. Он не хотел ссориться со внучкой, а та буря эмоций, что кипела в нем, к чему-то иному точно бы не привела.

- Смотрите! Там, на горизонте! - Удивленный и одновременно испуганный крик разнёсся по только вставшему на отдых лагерю. - Что это?!

Из большого, богато отделанного шатра вышла воинственного вида девушка. И, хоть на ней и не было доспехов, спутать с кем-либо еще её было невозможно. Элафия Ли - пятый паладин и, по совместительству, единственная женщина в их рядах пристально всматривалась в едва заметные на фоне серого неба точки. Её каштановые волосы, забранные в тугой хвост, открывали взгляду худое, волевое лицо с пронзительно яркими голубыми глазами. Тонкие губы сейчас были поджаты, словно их владелица пребывала в не самом хорошем расположении духа.

- Подзорная труба, миледи. - Элафия, одобрительно хмыкнув, приняла из рук своего адъютанта массивную, больше похожую на дубину, нежели на оптический прибор, трубу.

- Кемир, передай Виллиану, что необходимо его присутствие в штабе. Не спать! - Девушка рявкнула так, что стало понятно, почему за глаза её называют Железной Девой. Чуть замешкавшийся адъютант сорвался с места, словно на него спустили стаю цепных псов.

- Лорд Гуррир, вам стоит самому взглянуть на это. - Сказала девушка, почувствовав приближение привлеченного суматохой командующего. - Наши западные друзья кое-что приготовили. И лично мне это совсем не нравится, сэр.

- Это не демоны? - Лорд опустил трубу и вопросительно посмотрел на паладиншу.

- Не демоны. Это что-то магическое. Артефакты, скорее всего.

- Огромные летающие артефакты?

Гуррир, одной рукою все еще удерживая трубу, второй устало помассировал виски. Элафия, скользнув взглядом по уже отчетливо видимым черным мешкам под глазами командующего, покачала головой.

- Ради чего, командующий? Пытаться вникнуть в планы противника, не имея достаточно информации... В этом мало смысла. И сейчас, когда вы едва не падаете от переутомления, неизвестный враг показался на горизонте. Так ради чего?

Гуррир бросил рассерженный взгляд на девушку и, глубоко вдохнув, спокойно ответил.

- Распорядитесь о подготовке к продолжению движения, ударим первыми. Что бы они не придумали, а трехкратный перевес в силе это не нивелирует. - С этими словами командующий скрылся в своем шатре. Он как никто другой понимал, что Элафия была права. Права так же, как и тысячи раз до этого - Железная Дева очень, очень редко ошибалась. В этой на первый взгляд чрезмерно мужественной женщине острый ум почитался с природной предусмотрительностью, а ясности её ума могли бы позавидовать многие мудрецы. Единственное, в чем она была откровенно плоха - командование армией. Оттого Элафия и окружила себя лучшими советниками по военному делу, такими, с кем и он сам, Лорд Вечной Стражи, не побрезгует обсудить свои планы.

Каэл проснулся от странного, необычного ощущения. Ему казалось, что на него кто-то смотрит. И, что важнее, от этого взгляда не исходило желания навредить.

Юноша открыл глаза и, приподнявшись на локтях, огляделся. Большая комната с огромным, в два его роста, окном была обставлена дорого, но со вкусом. Кроме кровати, на которой он, собственно, и лежал, обнаружилась пара стульев, кресло и массивный дубовый стол, заваленный склянками, пузырьками и травами. Ото всего этого исходил соответствующий аромат, определить который не представлялось возможным - уж слишком много всего в нем смешалось.

Но одно он знал точно - в том бою его спасли. Летис, скорее всего - ведь никого кроме него рядом не было, а в то, что он погибнет от какой-то там бомбы, Каэл не верил.

- Каэл? Ты зачем встал?! - В мелодичном девичьем голосе зазвучали грозные нотки. - Ложись обратно! Ты ранен!

Каэл аккуратно повел руками, но, так и не ощутив никакой боли, принялся действовать чуть смелее. Ничего более не напоминало о полученных ранах - не осталось даже шрамов, что само по себе было удивительно. Каэл предполагал, что на сильных одаренных все заживает как на собаках, но это... Это, по мнению юноши, переходило все границы. Если, конечно, он не провалялся без сознания целый месяц.

- Ты меня слушаешь?! Ляг в постель!

Каэл наконец-то нащупал глазами свою собеседницу и обомлел. На него, стоя буквально в паре метров, смотрела спасенная им девушка. И, насколько Каэл мог судить, она явно была в бешенстве.

- Извините, юная леди, но я прекрасно себя чувствую. - Каэл хотел было встать с кровати, но неожиданно осознал, что он совершенно гол. - Кхм... А где моя одежда?

- Там же, где и карета.

- А карета...? - На всякий случай спросил Каэл, хотя он и сам уже знал, что сейчас услышит.

- Пришла в негодность и была сожжена. Но ты не беспокойся, как только я решу, что ты здоров, то сразу принесу новую. Разрешишь?

Каэл, завороженно глядя на еще более прекрасную вблизи девушку, кивнул. Белоснежные волосы, фиалковые глаза и лилового цвета платье - Эния в глазах юноши предстала самим очарованием. Девушка присела на самый край кровати и принялась водить руками над принявшим горизонтальное положение юношей, напряженно всматриваясь куда-то в район его груди. Спустя несколько секунд она шумно выдохнула, откинула с лица непослушную прядь и улыбнулась.

- Ты действительно здоров. Погоди немного, сейчас принесу одежду. Никуда не уходи! - С этими словами Эния выпорхнула из комнаты, оставив все еще пребывающего в каком-то воодушевленном состоянии Каэла в гордом одиночестве. Но не прошло и минуты, как в комнату вошел Летис.

- Каэл.

- Учитель. - Юноша вежливо кивнул. - Долго я был без сознания?

- Два дня. Одевайся.

- А...

- С Энией встретитесь позже. Пока ты под воздействием одного лекарства, которое я тебе дал, необходимо провести тренировку. Готов?

- Готов, учитель. - Каэл как раз уже надел ботинки, хлопковую рубаху, свободного кроя штаны и плащ, подозрительно напоминающий таковой у Летиса. Разве что его внешняя сторона была черной, а подбивка - салатового цвета, в то время как у наставника одежда была серых оттенков. Тем временем Летис распахнул окно и выпрыгнул во двор. Каэл, не долго думая, последовал следом - что ему два этажа? Такое падение может выдержать и даже ничего себе не повредить и простой человек, чего уж говорить об одаренных.

Вокруг посольства рос лес. Густой, такой, каким его описывают в сказках, но при том под сенью деревьев было сухо и светло. Каэл, все глубже уходя в чащу следом за учителем, все больше восхищался этим прекрасным местом. Нет-нет, да поверишь в слухи о том, что эльфы - дети леса.

Летис резко остановился у массивного валуна, возвышающегося посреди окруженной деревьями поляны.

- Подойдет, пожалуй. - Летис уселся на траву и облокотился спиной на камень. - Тренироваться, как ты уже понял, пока будешь без оружия - на этом этапе оно тебе не нужно. Ранее я не описывал общей схемы тренировок, но теперь, когда ты крепко встал на первой её ступени, время пришло. Накопление, циркуляция, высвобождение. Три шага, три ступени, три этапа на пути к подчинению своего дара. На первом этапе ты, можно сказать, осознаешь, что у тебя есть ноги. На втором - учишься стоять на них, а на третьем - ходить. Понимаешь?

Каэл кивнул. Он понимал, о чем говорит наставник - все-таки он три месяца учился накапливать и отпускать силу, пронизывающую мир.

- Тогда ты должен понимать важность этих шагов. Чем быстрее ты их преодолеешь, тем быстрее сможешь подчинить свой дар.

- А потом?

- А потом, мальчик мой, будет потом. Сейчас тебе следует полностью сосредоточиться на тренировках. Войди в состояние медитации и попытайся заставить наполняющую тебя силу двигаться.

Каэл уже привычно нырнул в «океан» и попытался сделать то, о чем ему сказал учитель, тем временем продолжающий рассказывать о весьма интересных вещах. Для юноши это было не внове - он уже давно привык к проходящим одновременно физическим и умственным тренировкам.

- ... у каждого разумного есть несколько каналов силы, от строения которых зависит очень многое. Обычно, если они не соответствуют нормам, их исправляют в раннем детстве, во младенчестве. Но процедура эта примерно в половине случаев оказывается смертельной - сердце ребенка просто не выдерживает нагрузки. В твоем случае все отлично. Даже складывается ощущение, что тебя пропустили через таковой ритуал... Но твои каналы силы абсолютно естественны, и я могу точно сказать - никакого вмешательства не было. Обычно у человека от пяти до семи каналов, в то время как у тебя - девять. Но я встречал и тех, у кого каналов было десять и даже одиннадцать. И, как правило, все они уже являлись могучими воинами и магами.

Каэл в очередной раз толкнул силу из предплечья в сторону запястья и та, вроде-бы, словно нехотя колыхнулась.

- ... но в то же время само понятие «циркуляция» среди людей используется не часто. Более того, эту ступень игнорируют почти во всех академиях и школах - едва освоив накопление там переходят к высвобождению, что в корне неверно. Циркуляция позволяет добиться высокой чистоты силы, что, в свою очередь, значительно увеличивает физическую силу и продлевает жизнь. Вместе с тем становится легче направлять дар - чистая сила делает его более послушным и гибким, развивает его собственные разум и волю. Кому-то это может не нравиться, но лично я считаю, что дар - такая же часть одаренного, как рука - у обычного человека. И фиксировать эту руку в одном предложении, пользуясь ею исключительно как дубиной, просто глупо.

Каэл раз за разом пытался направить и подтолкнуть силу, но та упорно не желала куда-либо двигаться.

- ... в то же время, в какой-то мере такой подход оправдан для слабых или неполноценных, с изувеченными каналами, одаренных. Им очень трудно заставить силу не то, что циркулировать, а даже просто перейти из одной части тела в другую. Иногда их каналы просто не способны пропускать через себя силу, что фактически превращает одаренного в простого человека, живущего чуть дольше. Среди людей магия развита слабо, и, соответственно, равняться юным магам приходится на своих старших товарищей, по меркам эльфов - неполноценных магов. Ты же, Каэл, постоянно видишь перед собою настоящего мага - меня, тобишь, и соответственно стремишься к большему, нежели другие.

- У меня не выходит даже просто сдвинуть силу с места.

- А ты хотел научиться этому в первый же день? Именно по этой причине люди пропускают этот этап. Он слишком долог - у большей части одаренных это занимает годы, если не всю жизнь. - Летис, наткнувшись взглядом на очумевшие глаза юноши, добавил спешно. - Но это касается по большей части эльфов и слабых одаренных. Думаю, ты перейдешь на следующую ступень максимум через год.

- Год... Долго. И что же, ничем кроме циркуляции я заниматься не буду? А как тогда учиться в академии?

- Никак не учиться. После произошедшего отправлять тебя туда - глупость, могущая привести к твоей смерти. Очень немногие захотят видеть рядом со своими детьми человека, способного убить их просто из-за собственной несдержанности. - Каэл потупил взгляд. Хоть он и осознавал свою вину, но слышать о том из уст наставника было как минимум неприятно. - Учиться ты будешь у частных мастеров.

- Мастеров? Не одного мастера?

- Именно у мастеров. Я прожил много веков, но даже так я не способен обучить тебя всему. Да, я один из сильнейших, но не лучший - какой бы силой я не обладал, но в мастерстве владения глефой, например, меня превосходят многие. То же касается и многих других моих навыков и умений. Ведь глупо будет учиться рыбачить у дровосека, верно? Каким бы опытным в своем деле он ни был, но рыбалка для него - всего лишь развлечение. - Летис, широко разведя руками, многозначительно замолчал.

- Я понимаю, учитель.

- Вот и хорошо. Как устанешь - возвращайся в посольство, меня не будет какое-то время. И ко внучке моей не приставай, пусть ты и её жених! Рано вам еще.

Каэл выпал из медитации и, на мгновение потеряв равновесие, упал на землю.

- К-какой жених?!

- О, так Эния тебе не сказала? Поздравляю, вы помолвлены. - Летис ухватил юношу за руку и, резким рывком подняв на ноги, рассмеялся.

- Мы же едва знакомы! Вернее, совсем не знакомы, только парой фраз перекинулись! Я еще слишком молод, чтобы жениться!

- Ну-ну, о свадьбе речи пока не идет. Познакомитесь, узнаете друг друга поближе... Глядишь, и расстроится всё. Эния ведь тоже тебя едва знает, но вбила себе в голову - влюбилась, и все тут.

- Я все еще не понимаю...

- И не пытайся. - Мягко оборвал юношу Летис. - Это даже мне не под силу. Даром, что старше меня едва ли существует кто-то в этом мире. Тренируйся и живи как жил.

- Да, учитель.

Глава 17

- ... ты такой инфантильный! - Каэл застонал. Укрыться от возмущений Энии не помогало даже полное отрешение от мира - голос буйствующей девушки, казалось, проникал юноше прямо в голову. - Ничего кроме своих тренировок не замечаешь! Дурак!

Спустя секунду Эния, хлопнув дверью, скрылась в коридоре. И из-за чего все? Из-за каких-то серёжек, которых за белоснежными волосами девушки и не видно вовсе! Да даже будь они на самом видном месте, Каэлу бы и в голову не пришло это как-то комментировать.

Юноша решительно не понимал, чем плохо его желание стать сильнее. Сила, в отличии ото всего остального, его по-настоящему притягивала и манила. Ради благостного ощущения растущей с каждым днем мощи Каэл был готов проводить в медитациях и тренировках сутки напролет, но и Энию игнорировать тоже не мог. Девушка ему нравилась - помимо своей несравненной красоты Эния была не в меру умна и образована, а о культуре и обычаях своего народа знала буквально всё. Вот только проявляющаяся иногда темная сторона её характера просто выводила юношу из себя. Умение раздувать из мухи слона Эния, казалось, оттачивала с самого рождения, и все ради того, чтобы заставить его чувствовать себя виноватым. Виноватым в том что он не заметил новые серёжки...

В такие моменты Каэлу хотелось бросить все и сбежать в лес на недельку-другую, но и этого он не делал, понимая, что так лишь расстроит девушку. Но, в отличии от молодой эльфийки, Каэл унынию предаваться не желал и после любой ссоры с головой уходил в тренировки. Вот и сейчас юноша уселся на широкую кровать и уже привычно погрузился в свой внутренний мир, теперь отчетливо видимый и ощущаемый.

Размеренно пульсирующий в груди сгусток серого тумана и молний притягивал и отталкивал одновременно. Притягивал своей огромной мощью, отталкивал - безумием, приходящим следом. «Никому не под силу подчинить Ураган, стоит тому развернуться в полную силу» - так говорил учитель. Но может ли он отказаться от этой силы? Должен ли? Каэл встряхнул головой, отгоняя трусливые мысли. Он - не все, он - сможет. Но не сейчас.

Тонкие, почти прозрачные каналы вздрогнули от заструившейся по ним силы. Казалось, что они вот-вот лопнут от напряжения, но Каэл упорно продолжал давить. Прошло несколько часов, прежде чем юноша, тяжело дыша, выпал в реальный мир - он более был не в силах терпеть боль, разрывающую его тело на части.

- Фантомной боли меня не сломить... - Прошипел сквозь зубы Каэл, поднявшись с пола. Спустя мгновение он уже закружился в танце с собственной тенью, стремясь заглушить боль, задвинуть её в самые дальние уголки своего сознания. Медленно, но верно пляшущие перед глазами пятна исчезали, руки и ноги начинали ощущаться так, как должно. Боль уходила, уступая место приятной истоме - сила, растекшаяся по телу, питала и перестраивала его под себя, стирая границу между физическим телом и духом. Полностью исчезнуть эта граница могла лишь при перерождении во что-то большее, нежели человек, но даже так оказываемое духом на тело влияние возрастало многократно. А любой одарённый, как, впрочем, и маг, изначально телом от простого человека совершенно не отличался - те же мышцы, те же кости, те же органы. Причиной же их долголетия, силы и скорости являлись изменения, происходящие с телом под влиянием духа. Тело постепенно лишалось свойственных смертным недостатков и приобретало черты, свойственные совсем другим существам.

Каэл резко остановился и замер, переводя дыхание. Неистово колотилось сердце, дрожали руки и ноги, пот ручьями струился по разгоряченному телу - все говорило о том, что юноше такие «танцы» не давались легко.

Каэл достиг своего предела - и душе, и телу требовался хороший отдых.

- Це-ельс! Поджига-ай! За-алп! - Сотник взмахнул рукой и десяток баллист синхронно вздрогнул, запустив объятые пламенем снаряды высоко в небо. В небо, целиком и полностью заполненное огромными воздушными кораблями, с бортов которых безостановочно, сплошным потоком летели стрелы и лилась кипящая смола.

- Дьявольское отродье! - Гуррир с отчаянием во взгляде смотрел на то, как многотонная махина небесного корабля, накренившись, начала медленно, словно нехотя, опускаться прямо на головы легионеров. Полыхающий, словно факел, корабль со страшным грохотом обрушился на землю, перемалывая в кровавую кашу всё, до чего только мог дотянуться. Это был четвертый уничтоженный силами трех легионов левиафан, но еще пять десятков его собратьев парило в небе, сея смерть и разрушение на поле боя. От армии империи же осталась едва ли треть.

- Такое оружие не должно существовать... - Прошипел лорд сквозь зубы, до боли в ладонях сжав кулаки. Ему, генералу, что водил за собою легионы на протяжении практически целого века, было больно смотреть на то, как бесславно гибнут его люди. Мужественные, храбрые воины, не боящиеся проливать за родину свою и чужую кровь гибли, будучи не в силах даже схватиться с обидчиком. Не помогала им ни многолетняя выучка, ни добрые доспехи, ни плечо товарища - перед бороздящими небо машинами всё оказывалось бессильно. Отточенная, доведенная до совершенства еще тысячи лет назад стратегия впервые оказалась бесполезна.

- Похоже, моя жизнь оборвётся здесь. Фридрих, труби отступление. Я лично возглавлю заградительный отряд.

- Но, мой лорд...!

- Выполнять!

Скрепя сердце, Фридрих умчался выполнять последний приказ величайшего полководца империи. Над полем боя тоскливо завыли трубы и легионеры, - те, что были еще живы, - начали отступление. Лорд Гуррир опустил забрало своего шлема, пришпорил лошадь и ринулся вперед, туда, где в схватке намертво увязло несколько тысяч его солдат.

Артис завороженно смотрел на крошечных людей далеко внизу. Они, словно перепуганные тараканы, разбегались во все стороны, преследуя лишь одну цель - оказаться как можно дальше от воздушных галеонов, уже не первый час собирающих свой кровавый урожай.

- Малец, подсоби! Держи канал! - Юноша замер на секунду, после чего встрепенулся и подхватил брошенный магом-наставником канал. Тот оказался непомерно тяжелым для еще неразвитого до должного уровня дара Артиса, но юноша выдержал те несколько секунд, что были потребны магу. Спустя секунду кристалл-индикатор из желтого окрасился в зеленый. Маг перевел дух, сделал несколько глотков из заполненной специальным настоем фляги и похлопал Артиса по плечу. - Молодец, выдержал. Сильным магом станешь, если не помрешь.

Вдруг где-то неподалеку зазвучал тревожный, сигнализирующий об очередном повреждении перезвон и маг, чертыхнувшись, споро скрылся из виду.

- Не помру, дядька. Не помру, пока империя стоит. - Просипел, размазав по лицу хлынувшую из носа кровь, Артис. Юноша бросил последний взгляд на поле боя и, чуть улыбнувшись, побежал следом за магом. Одна лишь мысль о том что он еще на шаг приблизился к свершению своей мести согревала его израненную душу лучше самого яркого костра.

Летис стоял перед небольшими воротами и вслушивался в доносящиеся из-за них звуки. Глухие удары, звон мечей, воинственные выкрики - все указывало на то что Школа Искусства была все еще жива. Бесшумно открылись ворота.

- Проходи, Летис, чего ждешь? Приглашения? - Древний старик каркающе засмеялся. - Так оно тебе никогда не было нужно. Сколько лет прошло? Пятьсот?

- Не преувеличивай. Глад. Не больше трехсот.

- Триста, пятьсот - какая разница? Разве так сложно почаще навещать старого друга? Мне, знаешь ли, недолго осталось.

Летис покосился на шустро перебирающего ногами старика и невольно вздрогнул. Некогда сильный и могущественный воин уже лишился половины своих сил. Человека, которого не сломили тысячи битв, доконала самая обыкновенная старость.

- Прости.

- Не стоит. Но я рад что мы все-таки успели свидеться, друг мой.

Старые друзья замолчали. Каждый думал о своём - Летис о своём бессмертии, заставляющем его раз за разом сталкиваться со смертью близких ему людей, а Глад - о сочном вишневом пироге, приготовленном его новой кухаркой. Он со свойственной всем старым людям практичностью предпочитал не думать о собственной смерти, а продолжать жить так, как жил. В конце концов, смерть - это далеко не конец.

- Учеников, как я понимаю, ты больше не набираешь?

- Почему же? Набираю. Я, конечно, основал эту школу, но занятия уже сотню лет как ведут мои преемники. Сиртер, Кофа... Ты должен их помнить.

- Ученики превзошли учителя?

- Конечно. А как иначе? Плох тот учитель, чьи ученики его не превзошли. Помнится, ты сам мне это говорил не один раз. - Глад усмехнулся. Взгляд его подернулся на мгновение, словно бы он с головою погрузился в воспоминания.

- Говорил. Я и сейчас придерживаюсь того же мнения. Вот только учитель из меня вышел плохой - никто из моих учеников так меня и не превзошел.

- Трудно превзойти бессмертного короля. - философски заметил Глад, широким жестом распахнув ведущую в небольшой кабинет дверь. В самом его центре, на массивном столе, в окружении исходящих паром чашек стоял пирог. Друзья быстро заняли уютные кресла, но беседу продолжили только после того как расправились с угощением.

- Глад, справятся твои ученики с обучением Урагана? Сильного, естественно.

- Классификация королевств? - Летис кивнул. - И Синха, и Кофа сильные одарённые. Не думаю, что обучение Урагана окажется им не под силу. Сколько ему лет? Потенциал?

- Почти семнадцать. Потенциал... Высокий, но, если не учитывать способность выдерживать самые болезненные виды тренировок, ничего сверхъестественного. Я бы с удовольствием продолжил его учить, но он одаренный, а я - нет. Ничего кроме основ я ему дать не смогу, а учить человека нашей магии... Сомневаюсь, что ему придется по нраву учиться несколько веков кряду. Как бы он ни был упорен и трудолюбив, но в его возрасте жаждут совсем иного. Я вообще не понимаю, почему он так упорно работает над собой.

- Все люди разные, и не мне тебе об этом говорить. По какой системе он обучается?

- По той же, что и ты когда-то. Пока он находится на шаге циркуляции, так что, если захочешь, еще не поздно что-то изменить.

- Нет, ничего менять не будем. Урагану, конечно, лучше учиться контролировать дар с помощью собственных эмоций, но и голый расчет тоже подойдет. Полагаю, что парень ко всему относится довольно прохладно и сильных эмоций не проявляет?

- Ну... - Летис отвел глаза в сторону. - Все так и было ровно до того момента как ему под руку не попались насильники. Но я считаю это единичным случаем. - Поспешил добавить эльф, наткнувшись на полный скептицизма взгляд Глада.

- Насильники, я так полагаю, мертвы?

- Почти. Произошло все на территории академии и Каэла успели остановить, но на своих двоих эта гниль больше точно ходить не сможет.

Глад откинулся на спинку кресла и, запрокинув голову, вздохнул.

- Думаю, завтра уже можешь приводить, ммм... - Старик пошамкал губами. - ... Каэла. Лучше утром, дабы не мозолить глаза остальным ученикам. Многие могут не понять, почему мы берем кого-то в обход общего испытания.

- Нет, так не пойдет. Если постоянно давать человеку желаемое просто так, то он перестанет это ценить. Каэл придёт завтра утром, но отбор он пройти должен не менее суровый, чем все твои ученики. Сможешь организовать?

- Смогу, почему нет? Надеюсь, мальчик сможет удивить своих наставников и будущих товарищей. Иначе, боюсь, среди аристократов он не удержится. Ты же этого хочешь? Ввести его в высшее общество?

- Как и тебя когда-то, Глад. Как и тебя.

- Ха! - Старик ухмыльнулся. - Годы идут, а твои методы совсем не меняются. Или я ошибаюсь?

Летис хитро улыбнулся и друзья, отсалютовав друг другу полупустыми чашками, рассмеялись.

Глава 18

Каэл с интересом рассматривал собравшуюся у запертых ворот толпу. Были тут и торговцы, и крестьяне, и даже аристократы, окруженные охраной и слугами. Королевство Сиал в последнее время старалось стереть ту границу, что разделяла знать и простых людей. Пока это было заметно лишь по мелочам вроде общих очередей, но в дальнейшем общими могут стать даже законы. «Вот только аристократии такие изменения явно не по душе...», подумал Каэл, глядя на яростно отстаивающего свое право на проход без ожидания парня.

Наглости и заносчивости в этом сынке графа было чрезмерно много даже для человека его положения - угрожать оружием страже, будучи не в своем праве, себе позволить мог разве что король. Но на то он и король, что волен делать все что его душе угодно и оставаться при том правым. Каэл вздохнул - ему всего-то и оставалось, что подождать еще несколько минут - всего один человек стоял перед ним. Но, как это повелось, долго без приключений юноша прожить не смог.

- Парень, уступи-ка свое место нашему господину. - обратился к Каэлу один из охранников не на шутку разбушевавшегося аристократа. Эти слова, сдобренные изрядной щепотью самолюбия и пренебрежения к окружающим моментально опустили его в глазах Каэла на самое низкое место - куда как ниже аристократишки, сейчас с каким-то затаенным удовольствием наблюдающим за своим слугой.

- Никак заразился от своего хозяина, болезный? - Улыбаясь, спросил в ответ юноша. Это знаменательное утро уже успело ему разонравиться, а одна из причин сейчас стояла прямо перед ним. В этом человеке не чувствовалось ни грана силы, а вел он себя так, словно ему и бог не указ. Каэлу сильно захотелось убедительно доказать мужчине, что его мышцы, рост и статус не дают ему никакого права принижать кого-то, кто выглядит слабым. - Так я тебя быстро вылечу. Хочешь?

- Нарываешься, щ-щенок? - Бугай, скорчив зверское лицо, сделал шаг вперед и замахнулся кулаком... А в следующую секунду испуганно заверещал, пытаясь потушить вспыхнувшие от удара маленькой молнии волосы. Каэл улыбнулся - ему было очень приятно осознавать, что он решил конфликт без драки, практически одним только словом. Вот только ни его оппонент, ни окружающие так, похоже, не считали.

Стоило всему случиться как аристократ что-то крикнул своим людям, и те молча, безо всяких промедлений кинулись на юношу. Каэл поначалу растерялся настолько, что окружающие могли подумать, словно он окоченел от сковавшего его страха, но юноша в эти секунды стремительно перебирал все возможные варианты. Почему-то мысль об избиении четверых, - не считая аристократа и теперь уже лысого бугая, - мужчин не казалась ему хорошей. Избить-то он их изобьет - все-таки они простые люди, а он одарённый... Но что делать дальше? Чью сторону примет столь любящая монеты стража? Если он всех вырубит, то роль пострадавшего ему точно не светит, но и позволить себя отлупить Каэл не мог. Даром ли Летис столь старательно взращивал в юноше чувство собственного достоинства, по вполне ясным причинам практически отсутствующее у трактирного служки? И тут в голову Каэла пришло крайне простое и эффективное решение проблемы - отступление.

Каэл ловко перемахнул через первого неприятеля и хотел было побежать дальше, как вдруг путь ему преградил закованный в металл гигант. И это при том, что юноша был готов поклясться - никого подобного ему рядом не было.

- Ну и что вы тут устроили? - Безжизненный, жуткий голос, доносящийся из-под шлема мало чем напоминал человеческий и внушал страх. Но, к удивлению юноши, обращалось это железное чудовище не к нему, да и смотрело совсем в другую сторону. В сторону бледного, с какой-то печалью во взгляде взирающего на Каэла парнишку-аристократа.

- Простите, учитель. - Парень отвел взгляд и покосился теперь уже на похватавшихся за оружие стражников. - Я пытался войти в город без очереди.

- И как? - Гигант скользнул взглядом по рассерженно сопящим, но ничего не предпринимающим охранникам.

- Я почти договорился, но Депеш попытался отнять место в очереди силой.

- И ты его не остановил, так? А потом просто наблюдал за тем как твои люди пытаются прибить этого мальчишку? А ты знаешь, что он вполне мог убить и их, и тебя заодно?

Парень окончательно стушевался и молчал, понурив голову. Эта сцена почему-то напомнила Каэлу его самого - в детстве, когда он совершал достаточно серьезные проступки, его точно так же отчитывала мама. И вел он себя примерно так же - угрюмо молчал, всем своим видом показывая что урок усвоен и пытку, - а для ребенка неодобрение, выказанное родителями, пытка и есть, - можно прекратить.

Тем временем гигант, видимо, что-то для себя решив, повернулся к Каэлу и снял шлем.

Грубое, бледное волевое лицо бывалого вояки резко контрастировало с уверенным, но добрым взглядом пронзительных голубых глаз. Едва видимые морщины вкупе с легкой сединой, едва тронувшей русые волосы, лихо закрученные, ухоженные усы - этот мужчина словно бы сошел со страниц популярных рыцарских романов, столь любимых Энией. Но, в отличии от них, он не толкал длинных речей и спасать явился совсем не принцессу.

- Меня зовут Хайл Эриндайл, рыцарь его сиятельства Хидельфа Федельфейна. Я от всего сердца благодарю вас за то что не стали вредить моему подопечному и его людям. Они понесут заслуженное наказание за свои проступки, будьте уверены.

Каэл растерялся на мгновение, но все-таки смог собрать все полученные от Летиса знания в кучу и достойно ответить.

- Все мы совершаем ошибки, сэр. И я искренне рад, что помог вашему подопечному избежать хотя-бы одной.

Хайл удивленно воззрился на юношу, от которого совсем не ожидал подобных слов, а спустя секунду захохотал. Захохотал так, как положено рыцарю - громко и заразительно. Заразительно настолько, что Каэлу с трудом удалось сохранить на лице отстраненно-равнодушную маску и не засмеяться вместе с ним.

- Не ожидал я встретить здесь столь одаренного и остроумного юношу, признаю. Позволите узнать ваше имя?

- Меня зовут Каэл, сэр.

- Что ж, Каэл, когда вам понадобится помощь, словом ли, делом ли - найдите меня. Я сделаю все, что будет в моих силах.

С этими словами Хайл развернулся, одной рукою подхватил с земли все еще подвывающего погорельца и широким шагом направился к воротам. Стража, стоит сказать, без возражений пропустила и его, и парня, и охранников.

Прошло еще несколько минут, прежде чем все успокоилось и стража, как ни в чем не бывало, продолжила выполнять свою работу. Лишь изредка люди нет-нет, да косились в сторону юноши. Но Каэл без происшествий вошел в город и растворился среди сотен горожан, что сплошной рекою бежали по своим делам, не обращая никакого внимания на странно выглядящего, довольно улыбающегося путника.

- ... двадцать шесть тысяч пятьсот человек. Обоз и осадные орудия утеряны безвозвратно, помимо Лорда погибла значительная часть офицеров и один паладин. Противник потерял десять тысяч человек и пять воздушных кораблей, после чего выдвинулся к нашей границе. Необходимо мобилизовать шесть легионов, если мы не хотим лишиться западных провинций и двенадцать, если решим контратаковать. Ваше Величество.

- Подробный доклад по сражению после совещания жду у себя на столе. По поводу мобилизации... Казна выдержит? Сроки? Как обстоят дела на границе с Хорш?

- Казна выдержит, Ваше Величество. Шесть легионов мы сможем укомплектовать за месяц, пустив в ход все резервы. Еще шесть - за четверть года. На границе с империей наблюдается нездоровое шевеление, были неоднократно замечены такие же воздушные корабли, как и у баронств. Все пограничные крепости и форты снаряжены дальнобойными баллистами, онаграми и стрелометами. Этого, как показала практика, более чем достаточно для уничтожения воздушных кораблей, но использовать такие машины в походе не представляется возможным.

Император устало помассировал виски и откинулся на жесткую спинку своего чрезмерно богато отделанного трона. Будь его воля, то он бы давно поменял его на что-то более удобное... Но традиции в империи забывать отчего-то не спешили.

- Мы можем защищаться, но не можем атаковать... Епископы молчат? Церковь готова предоставить армии магов?

- Епископы настаивают на встрече в главном храме, Ваше Величество, и отказываются говорить с кем-то кроме вас.

Скрип зубов своего повелителя люди, наверное, слышали во всем зале.

- Хорошо. Подготовьте экипаж и известите церковь. - Император встал с трона и оглядел сидящих за одним большим столом советников. - Раз уж слуги бога не в состоянии отринуть былые обиды, то это сделаю я.

- Но, Ваше Величество! это немыслимо! Церкви нельзя оставлять такую власть над одаренными!

- Нельзя. Но сейчас мою страну раздирают на части шакалы, под знаменами которых бьются маги. И именно их силами питаются бороздящие небо корабли, уже обратившие в ничто моего лучшего генерала и три его легиона! - Император рухнул в кресло и тут же саданул кулаком по подлокотнику. Брызнула кровь. - И противостоять им тоже должны маги, Дэвиан...

Глава 19

Каэл в нерешительности замер перед грубо сколоченными бревенчатыми воротами. Он наконец-то добрался до школы, которую учитель охарактеризовал как одну из лучших. Школа Искусств - так когда-то давно её назвал один из учеников Летиса, совместивший подход наставника с общепринятыми нормами развития дара, получив в итоге нечто ни на что не похожее. Сейчас, конечно, это учение разошлось по миру, но лучше, чем в Школе Искусства ему все равно нигде не обучали.

- Опаздываешь, Каэл. - Юноша, с трудом удержавшись от резкого поворота, обернулся и уперся взглядом в смуглого, широко улыбающегося мускулистого мужчину. Он совершенно точно являлся уроженцем востока - только там налысо бреют головы и покрывают все тело руническими письменами, по которым знающий человек может точно определить, кто стоит перед ним. Каэл рун, к сожалению, не знал и о личности своего визави мог только догадываться. Но одно то, что этот человек его ожидает и называет по имени, о многом говорит.

- Обстоятельства вынудили меня несколько задержаться.

- Знаю, и потому не сержусь. Но в будущем постарайся не опаздывать на столь важные церемонии. - Мужчина протянул вперед правую руку. - Меня зовут Синха и я буду тебя учить. Если ты пройдешь испытание, конечно.

Каэл крепко пожал протянутую руку.

- Да, мастер. Я сделаю все возможное для того чтобы стать вашим учеником. Синха поморщился.

- Давай без официоза, хорошо? Я очень не люблю, когда ко мне обращаются как к древнему старику. Будь проще.

- Хорошо, Синха. - Кивнул Каэл и, улыбнувшись, пошел следом за наставником. - Могу я узнать, в чем заключается испытание?

- Увы, но говорить об этом я не могу. Да и ты сейчас сам все увидишь.

С этими словами Синха широким жестом распахнул еще одни ворота, чуть поменьше внешних, и отошел в сторону. Картина, представшая перед юношей, была столь же невероятна, сколь прекрасна.

В небе не было солнца, и не скрывали его ни тучи, ни облака - его просто не было в этом мире, где само существование города было вычеркнуто из мироздания. Идеально ровное поле, протянувшееся до самого горизонта, этот факт только подчеркивало.

Каэл на негнущихся ногах шагнув вперед и невольно вздрогнул, когда в его лицо ударил холодный, пробирающий до костей ветер. Спустя секунду он бесследно пропал, а сам юноша уже уверенно стоял на белоснежной земле.

- Впервые в Параллели? - Голос Синхи вывел юношу из того состояния отрицания действительности, в которое тот впал, едва пересек границу между мирами. - Сейчас подойдут и остальные... участники.

- Тут безопасно? - Каэл покосился на возвышающиеся в чистом поле створки ворот, пространство меж которыми сейчас отчего-то было абсолютно черным. - Мне отчего-то не по себе.

- В первый раз всегда так. Параллель прислушивается к колебаниям твоей души и решает, стоит ли дать тебе возможность остаться здесь.

- А... Что будет, если параллель решит, что я не подхожу? - В голосе юноши зазвучала нешуточная тревога.

- Ничего. Ты просто не сможешь войти сюда во второй раз. Помнишь ветер? Ты тогда пересек барьер, разделяющий миры.

- А как параллель определяет, разрешать тебе сюда приходить или нет? И в чем смысл, помимо большого пространства?

Синха щелкнул пальцами и перед ним возник мужчина в кольчуге, шлеме-кушаке и грубой кожаной одежде. В руках же он сжимал крайне топорной работы топор.

- Это - искажение параллели. Оно полностью подчиняется твоей воле и может, например, выступить партнером в спарринге. Естественно, уметь искажение будет только то, о чем ты знаешь, но навыки эти будут практически неотличимы от оригинала. Ничего лучше для совершенствования техники в мире не существует. Вот, скажем, что ты можешь показать в бою?

Каэл задумался. Действительно - а что он умеет? Медитировать, бросаться крошечными молниями и дрянно фехтовать? Вся его сила, если задуматься, оказалась на деле просто пшиком, следствием развития дара, а не самого навыка. Резко нахлынувшее осознание собственной слабости удручало и вгоняло в уныние.

- Вижу, что немногое. Но в этом и есть суть существования людей и разумной жизни в целом - никто и ничто не совершенно, но всё и вся к этому совершенству постоянно стремится...

Вдруг позади что-то хлопнуло и Каэл, чертыхнувшись, рефлекторно отскочил в сторону и потянулся к мечам.

- Ну-ну, рановато еще, дружок. - Пересекший барьер старик усмехнулся и чуть посторонился, освобождая место для своего спутника. - Совсем тебя Летис застращал, да?

- Вовсе нет, просто ваше появление было достаточно неожиданным и громким... - Каэл замолчал, едва его взгляд наткнулся на только пересекшую барьер черноволосую девушку, с каким-то пренебрежением его рассматривающую. Тонкие губы, чуть сморщенный носик, презрение, безошибочно читающееся в холодных серых глазах - все это оставляло неизгладимое впечатление, влекущее за собою абсолютное нежелание общаться с этой особой. - ... оттого я и среагировал так, как среагировал. Прошу простить.

- В какой-то мере это даже похвально. Меня зовут Глад, а прекрасную леди, - Старик кивнул на девушку, - Астрея. Она любезно согласилась помочь проверить твои способности в бою.

- Дуэль? - Каэл напрягся. Мысль о сражении с девушкой ему откровенно претила. Но, хоть юноша и понимал, что такое отношение в обществе одарённых может когда-нибудь стоить ему жизни, моментально изменить свои убеждения не мог.

- Да, дуэль. Только бой сможет показать нам твои сильные и слабые стороны. Летис, к слову, эту идею одобрил.

Каэл вздохнул - ему учитель ничего, кроме того, что обучение стоит продолжить в этой школе, не сказал.

- Хорошо. Я согласен на тренировочный бой.

В ту же секунду девушка, словно все это время только и выжидающая, когда он согласится, с огромной скоростью рванула вперед. Каэл, понимая, что уклониться не успеет приготовился блокировать атаку, но её не последовало - Астрея, мгновение назад находящаяся перед юношей, исчезла. А в следующую секунду спину Каэла пронзила острая боль.

- Кхм, девочка моя, разве я не говорил, что он только-только начал развивать свой дар?

- У мастера Летиса в учениках не могло оказаться вот это. - Астрея с застывшим на лице отвращением пнула развалившегося на земле юношу. - Разве не так, учитель?

Глад втянул носом воздух и нахмурился.

- Астрея, что за технику ты использовала? Что-то связанное с грозой?

- Призрачный шаг, мастер. Молнией тут и не...

Каким-то чудом девушка почуяла неладное и успела отскочить от сверзившейся с неба молнии, а спустя секунду заметила медленно поднимающегося с земли юношу.

- Каэл, бой уже окончен. Ты потерял созн... - Глад отскочил от ударившей в землю перед ним молнии. - Какого черта, парень?!

- Учитель, мне кажется, что мальчик не контролирует себя. - Подал голос Синха, до этого момента лишь наблюдавший за происходящим. Спустя мгновение и его, и Глада окутали полупрозрачные, отливающие серебром барьеры.

- А-а-аргх! - По параллели разнесся нечеловеческий, сопровождающийся громовыми раскатами, вопль. Каэл медленно повернулся к застывшим чуть в стороне наставникам и недобро ухмыльнулся.

- Не контролирует себя? Да мне кажется, что он впал в бешенство! И это ученик пути «холодного разума»?! - Прокричала, едва не срываясь на визг, Астрея. Она впервые за год, прошедший с начала обучения была по-настоящему напугана. Необъятный, совершенно неконтролируемый океан силы, исходящий от побитого ею парня, поражал воображение и заставлял девушку трепетать от ужаса. Её пугала сама мысль о том, что с этим чудовищем она должна была сражаться.

Тем временем Каэл, явно не собирающийся дожидаться окончания разговора, резко сорвался с места и за какие-то доли секунды приблизился к Гладу. Старик, совсем не ожидавший от юноши такой прыти, едва успел сгустить перед собою защитное поле... И отлетел на десяток метров назад - барьер, способный защитить от выпущенного из катапульты снаряда, оказался бессилен перед одним-единственным ударом безумного мальчишки.

- Учитель! А, черт! - Синха едва успел перевести свое внимание обратно на юношу прежде, чем тот ударил во второй раз. За считанные мгновения сила, повинуясь воле мастера, образовала вокруг юноши поразительно сложную конструкцию. «Тюрьма Аши», подумала наблюдающая за происходящим со стороны Астрея. Она едва удерживала свой барьер, буквально рассыпающийся под давлением силы. Иногда ей казалось, что еще чуть-чуть, и она не выдержит, что сознание покинет её... Но она держалась. Из последних сил, но держалась, надеясь на то что кто-то из наставников успокоит разбушевавшийся ураган, набирающий мощь с каждой секундой. И каково было её удивление, когда тюрьма не остановила, а лишь замедлила Каэла - тот уже не пытался ударить Синху, все силы положив на уничтожение тюрьмы. И, что важнее, она медленно, но верно распадалась на части.

- Четыре месяца в учениках, да? - Пробурчал себе под нос Синха, рассеивая оказавшееся бесполезным заклинание. Вырвавшийся на свободу юноша сразу же бросился на своего обидчика, но, не пробежав и двух метров, рухнул на землю. Ураган стих.

Синха смахнул со лба выступившие капли пота, посмотрел сначала на задумчиво потирающего лысину Глада, а затем - на с опаской поглядывающую на Каэла Астрею.

Так или иначе, но все трое были поражены размерами и чистотой того не ограненного алмаза, что доверил им древний король.

Глава 20

Атака, уклонение, перекат, атака, уклонение... Каэл отлетел в сторону, приняв грудью не по-девичьи мощный удар. Искажение его новой знакомой и, по совместительству, младшего наставника обладало пока недостижимыми для него самого навыками и умениями.

- Стоп! - Астрея-искажение замерла в той же позе, в которой была - занесенная над головой рука с зажатым в ней шестом, стройные ноги напряжены, словно пружины, а в бездонных синих глазах, казалось, можно было утонуть. Каэл невольно залюбовался этой девушкой, уже месяц выступающей его спарринг-партнером.

- Ну и чего ты меня рассматриваешь? - Каэл перевел взгляд на неожиданно появившуюся в поле зрения вторую Астрею, на этот раз - настоящую.

- Перевожу дух, Астри.

- Не называй меня так! - Девушка нахмурила бровки и поджала алые, словно неспелая вишня, губы.

- Когда перестанешь называть меня слабаком - тогда и я перестану называть тебя так, А-а-стри-и. - Протянул издевательски Каэл, не без труда уклонившись от подзатыльника. - Покажешь что-нибудь новенькое? Шаги и ступени я освоил.

- Уже? - Астрея недоверчиво нахмурилась. - Покажи.

Каэл кивнул, сделал шаг назад и с оглушительным хлопком исчез - лишь затем, чтобы, довольно улыбаясь, появиться за спиной девушки. Он даже попытался дотронуться до её плеча, но Астрея ловко увернулась, с подозрением посмотрела на парня и, чуть помедлив, кивнула.

- Хорошо, шаги ты освоил. Не идеально, конечно - тебе следует поработать над устранением шумов при перемещении, а то мимо меня будто ураган пронесся. Так и оглохнуть недолго. Ступени?

- С ними та же проблема - очень громко. - Девушка лишь отмахнулась.

- Вполне может быть, что этот грохот - неотъемлемая часть твоего дара. Как огонь у огненных одарённых, уж прости за тавтологию - он у них проявляется буквально во всех заклинаниях. Показывай.

Парень пожал плечами, выдохнул и, с силой оттолкнувшись от земли, взмыл в небо. Со стороны могло показаться что он летит, словно птица, но при ближайшем рассмотрении в его движениях становились заметны рывки - он отталкивался ногами от пресловутых ступеней, целиком состоящих из концентрированной силы. С каждым таким рывком по округе разносился подобный грому грохот, что сводило на нет возможность применения такого навыка в повседневной жизни. Зато когда опора понадобится там, где её нет, ступени придутся как нельзя кстати.

Тем временем юноша приземлился рядом с задумчиво его рассматривающей девушкой.

- Знаешь, мне на освоение этих приемов понадобилось втрое больше времени. - Каэл довольно ухмыльнулся, но уже следующая фраза спустила его с небес на землю. - Но у меня и грохота такого не было. Призрачный шаг и призрачная ступень в твоем исполнении теряют всякую призрачность, Каэл.

Астрея рассмеялась.

- Ну, Астри, пока я ничего не могу с этим поделать. Так что насчет новых приёмов?

- Из того, что использую я, тебе подойдет едва ли четверть, и та будет малоэффективна из-за грохота. Все-таки я в большей мере рассчитываю на скорость и неожиданность, а не на силу.

- И все-таки?

- Нет, ничего, что тебе бы подошло, я не знаю. Что мастер Синха?

- Ничего. Я еще не обращался к нему после того... Кхм, происшествия.

- Тогда самое время это сделать. Пройдемся? - Девушка, не дожидаясь ответа, нырнула в арку ворот параллели. Каэл напоследок окинул взглядом ставшие уже привычными белоснежные равнины и шагнул следом.

Секунда, и вот уже Каэл размеренно шагает за привлекательно виляющей бедрами девушкой. Все-таки Астрея была красива настолько, насколько вообще может быть красива девушка её возраста. И, не будь Каэлу столь дорога Эния, он бы непременно влюбился в эту черноволосую красавицу.

- Астри, а зачем ты вообще учишься сражаться? Девушка резко остановилась, словно наткнувшись на что-то.

- А ты?

- У меня нет какой-то определенной цели. Я и сам не знаю, зачем учусь - из дорогих мне людей никто не нуждается в защите, меня не обуревает жажда мести, а моей возлюбленной ровным счетом ничего не угрожает... Я не знаю, Астри. Возможно, я так поступаю просто потому что так проще. - Сказал юноша, чуть помедлив.

- Проще? Многие бросают искусство просто потому что это очень тяжело, а ты говоришь - проще?

- Когда умерли мои родители... Тогда я просто не знал, как жить дальше. Несколько лет я просто существовал и работал в таверне у дядьки - без цели, без мечты, без смысла. Потом пришел Виллиан, паладин, первым решивший обучать меня. Тогда я подумал было, что пойти по стопам родителей и стать тем, кем хотели они - вот она, моя цель! Но - нет. Я недолго пробыл его учеником - нас разлучила роковая случайность, позже столкнувшая меня с Летисом. Я стал его учеником, узнал много нового и обрел силу, встретил Энию, тебя, попал в эту школу... Но смысла в жизни так и не нашел. Вот и выходит, что вместо поиска этого смысла я просто плыву по течению. Потому что так проще.

Девушка несколько секунд ошарашенно молчала, уже совсем по-иному глядя на Каэла.

- Кем были твои родители? - Девушка ойкнула. - Прости! Не отвечай... Каэл, грустно улыбнувшись, приложил палец к губам девушки.

- Забудь. Это было давно, и я уже не испытываю той боли, что была поначалу. - Каэл глубоко вдохнул и, сойдя с тропы, облокотился на стену. - Мои родители служили в церкви. Отец - в гвардии храма, мама - церковным магиком. Они хотели дослужиться до хоть какого-нибудь сана, дабы я, пойдя по их стопам, начинал не с низшей ступени в церковной иерархии. Но семь лет назад они, как и еще две сотни человек, погибли, защищая людей в городе от прорвавшегося в наш мир демона.

- Это ужасно...

- Это обычно. Люди умирают, Астри. Умирают неожиданно - с этой мыслью нужно просто свыкнуться и принять её. Так будет легче... Случись что.

- Нельзя свыкнуться со смертью дорогих сердцу людей!

- Можно. Через тысячу лет, через десять тысяч, через сто... Рано или поздно, но ты привыкнешь.

Астрея с нескрываемым ужасом и тревогой смотрела в антроцитово-черные глаза юноши и не находила в себе сил ни закричать, ни сдвинуться с места. И лишь когда первая капля дождя коснулась её лица, девушка словно очнулась ото сна. В ту же секунду небо рассекла надвое молния, а через мгновение грянул гром.

- Каэл, что с твоими глазами?!

- А что с ними?

- Они черные! Чер... - Астрея замолчала. Глаза парня вновь стали темно-синими.

- Да? - Каэл с плохо скрываемым недоверием посмотрел на девушку, а затем огляделся в поисках чего-нибудь, способного заменить зеркало. Охнув, юноша обнажил один из своих мечей и принялся пристально всматриваться в кромку. - Обычные у меня глаза. Тебе не показалось?

- Может и показалось... Гроза, опять же. Пойдем в дом! - Астрея ухватила Каэла за руку и едва ли не силком втащила в здание школы. Стоило им оказаться вне досягаемости дождевых капель как тучи, будто только того и выжидавшие, ливнем обрушились на землю.

- Так ты ответишь на мой вопрос?

- А? А! Да, конечно, Каэл. - Астрея прикрыла глаза на секунду и, собравшись с мыслями, продолжила. - Со мной все гораздо проще. Я - аристократка, виконтесса, если хочешь знать. А в нашей семье любой одаренный обязан его развить во благо рода. Моё мнение никого изначально не интересовало.

- Тебя заставляют заниматься искусством?!

- Сейчас - нет. В первые дни - тогда да, меня едва ли не насильно водили на уроки. А потом мне понравилось - сила, практически вечная молодость и невероятно долгая жизнь, свобода, в конце-то концов... Все это пришлось мне по душе, в отличии от фальшивой жизни во дворце.

- Неужто у знати все так плохо? Астрея покачала головой.

- Я бы не сказала что именно плохо. Там все просто иначе - иные ценности, иные обычаи, иная жизнь...

- Я понимаю. - Каэл посмотрел куда-то за спину девушки. - Летис мне многое рассказывал о знати самых разных стран и народов, об их обычаях и правилах поведения... Здравствуйте, мастер.

- И тебе не хворать, ученик, не появляющийся у меня больше месяца. Решил взяться за ум?

- Решил, мастер. Я уже освоил громовой шаг и громовую ступень.

- Громовую? Ха! - Синха понимающе усмехнулся. - Да, чем сильнее дар, тем больший отпечаток он накладывает на своего хозяина. Это одновременно и твоя сила, и твоя слабость. И заклинания - лишь верхушка айсберга, Каэл. Готов к своему первому уроку?

- Готов, мастер.

Глава 21

- Ваше величество. - Невысокий, худой, словно жердь, эльф упал на одно колено перед своим повелителем, едва заметил того в тени могучего дуба. - Совет старейшин просил передать вам приглашение в ложу.

- Агис, верно? - Эльф, не поднимая головы, коротко кивнул. - Передай моему отцу что я прибуду сразу, как только смогу. И... Молодец, не многие смогли бы отыскать меня в этом лесу.

- Спасибо, ваше величество! - Прокричал польщенный мужчина, через секунду уже умчавшийся в сторону ложи. Король же лишь грустно улыбнулся - ему совсем не нравилось то чрезмерное почтение, что выказывали его подданные. Но изменить складывающиеся на протяжении тысячелетий устои он не мог - не у народа, что живет столь долго... Но вот мысли повелителя эльфийского народа соскочили на проблему более насущную - вызов в ложу. Да, именно вызов, а не приглашение - старейшины сразу, стоило уйти куда более мудрому и могущественному королю, Летису, посадили на трон своего ставленника. И он, Агуэриан, этим ставленником являлся - все благодаря старейшему члену совета, Сиоду, его отцу.

Широкими шагами король вышел из леса, миновал несколько буквально утопающих в зелени зданий и замер перед настежь распахнутыми массивными дверьми - его любимый лес рос совсем рядом с ложей, ведь именно там он провел почти триста лет, которые, пусть и с натяжкой, но можно было назвать лучшей порой его жизни. Но отец этого, естественно, не знал - иначе он не стал бы поднимать на его поиски весь дворец.

- Ваше величество! - Слаженным дуэтом воскликнули воины, стоящие на страже ложи. Король, впрочем, и бровью не повел - лишь скользнул взглядом по бравым гвардейцам. Их оружие - полуторные кровавые мечи, что содержат в себе души своих создателей, их доспехи - отменные артефакты из мифрила - все это делало их идеальными бойцами для защиты одних из самых влиятельных особ во дворце. Пусть даже эта защита монстрам, скрывающимся под обличьями старейшин, была не особо нужна.

Агуэриан прошел мимо стражи и оказался в небольшой, залитой светом зале. В её центре находился широкий восьмиугольный стол, на каждую грань которого приходилось по изящному, совершенно непохожему на другие, креслу. И пустовало сейчас лишь одно - то, что принадлежало королю.

Первые слова были произнесены лишь когда Агуэриан занял свое место, показав, тем самым, что готов к обсуждению чего-то важного. Просто так короля в ложу не приглашают - лишь только если предмет обсуждения напрямую затрагивает весь эльфийский народ - Агуэриан. - Слово взял отец короля, Сиод. - Сегодня мы обнаружили как кто-то попытался проникнуть в этот мир из Внешней Сферы. Мир, из которого пытались осуществить прорыв, мы определить не смогли, но сам факт того, что существует некто, чье могущество сравнимо с нашим... Среди всех встреченных нами рас лишь Тёмный Народ был на то способен.

- Чего вы ждёте от меня, отец? Я не сражался с ними и не знаю, чего от них ожидать. От силы короля у меня едва ли половина, а значит и сражаться, как Летис когда-то, я не смогу. Пока мне на ум приходит лишь бегство в другой мир, как мы уже поступали восемь тысяч лет назад.

- От тебя, сын, я жду лишь одобрения нашего плана. Слушай же...

Астрея сидела на крыше школы и смотрела за тем, как Каэл и мастер Синха, стоя посреди небольшой песчаной площадки, практикуются в манипулировании силой. И если первый пока лишь пытался, сдерживая собственную силу, не обратить в пепел маленькую дощечку, то второй наоборот, практиковался в разрушении. Пока - на валунах, ранним утром доставленных с северного рудника. Но девушка не сомневалась - стоит только подвернуться такой возможности, как мастер опробует эту технику и на реальном противнике. К благу ли, к худу, но в мире одаренных частенько находились индивидуумы, пытающиеся заслужить уважение и славу победой над именитыми мастерами.

- Ну, как они, девочка моя? - Астрея сначала вздрогнула от неожиданности, а потом вся пошла пятнами от негодования - еще ни разу ей не удавалось ощутить приближение мастера Глада, сколь бы она ни старалась. Иногда девушке казалось даже, что он - бестелесный, бессильный призрак, существующий в этом мире лишь в виде визуального образа.

- Тренируются, учитель. Каэл быстро учится, мастер Синха нарадоваться на него не может. Старик хихикнул.

- Эти двое друг друга стоят - практикуются сутками напролет и ни на что не обращают внимания. Впрочем, я и рассчитывал именно на такой исход.

- Простите за бестактность, учитель, но чему Летис попросил научить Каэла?

- Интересные вопросы ты задаешь, Астрея. Любопытства ради или пользы для?

- Мне просто интересно, почему мастер Синха проводит практически все свое время только с одним учеником, когда у него их десятки. И все ждут, пока мастер уделит им хоть немного внимания. А ведь среди них большинство - из знати, и вполне могут принять такое пренебрежение за оскорбление.

Глад прокашлялся, подошел чуть ближе к краю крыши и сел рядом с Астреей.

- Меня это беспокоит не меньше. Аристократии не объяснишь, что если Каэл не обуздает свой дар, то в будущем он вполне может потерять контроль над силой. Вот только тогда он будет не едва прикоснувшимся к дару учеником, а самым настоящим чудовищем. И остановить его будет уже не так легко.

Тем временем на площадке начало происходить нечто, сразу привлекшее внимание Глада.

- Ну-ка, попробуй подпалить один из этих камней. Всё помнишь? - Спросил Синха, обратив в пыль очередной валун.

- Да, мастер. - Каэл отложил в сторону обгоревшую до состояния угля дощечку и, выбрав целью среднего размера камень, отошел от него на десять шагов. Несколько секунд ничего не происходило, но витающее в воздухе чрезвычайное напряжение вкупе с бурлящей силой говорили сами за себя.

- Не перенапрягай каналы, попробуешь зав... - До конца Синха так и не договорил - яркая вспышка ударила по глазам всех, кто в тот момент наблюдал за Каэлом. И лишь Глад, каким-то чудом почувствовавший неладное, сумел сохранить зрение и успел отгородить парня от опасности защитным барьером.

Каэл ошарашенно переводил взгляд с расколотого ударом молнии камня на песок у своих ног, иссеченный сотнями осколков. Не появись перед ним силовой щит, и ему не помогли бы никакие целители - нашпигованные камнями трупы воскрешать пока не научились.

- Цел?! Дурья моя голова! - Синха принялся осматривать и ощупывать все еще не отошедшего от шока парня. - Канал ты все-таки порвал, но в остальном все в порядке. Фух.

Мужчина облегчённо выдохнул и, огладив отсутствующие волосы, благодарно кивнул только подошедшему Гладу, из-за спины которого обеспокоенно выглядывала Астрея.

- Не ранен? - Каэл кивнул. - Хорошо. Синха, мальчик мой, впредь постарайся не недооценивать способности учеников.

- Но, мастер! На второй день после начала циркуляции осознанно высвободить силу - немыслимо!

- Почему же? Гении нового поколения, говорят, в свое время справлялись за три. И пусть Каэл к гениям не относится, но озарения, могущие привести к подобным, - Глад кивнул в сторону раскуроченного камня, - последствиям, случаются у всех.

- Мастер Синха, мастер Глад, а порванный канал можно исцелить? - Неожиданно подал голос Каэл. Выглядел юноша неважно - сказывалось первое осознанное высвобождение силы и повреждение канала правой руки.

- Конечно. Неделю не использовать дар, и все вернется на круги своя. Каналы трудно уничтожить полностью, а ученику подчас вообще невозможно.

- И чем мне заниматься целую неделю? Нельзя восстановится быстрее?

- Можно, но такое лечение в будущем тебе еще не раз аукнется. Лучше навести посольство. Тебя там наверняка уже заждались, а? - Синха хитро подмигнул юноше, отчего тот сразу залился краской и стал похож на помидор.

- Не смущай парня, Синха. Лучше найди Кофу и подождите меня в кабинете. А ты, Каэл... Действительно, навести пока своего учителя и невесту. Неделя у тебя точно есть, а там вернешься и продолжишь занятия. Идет?

- Идет, мастер.

Император вымученно вздохнул и поднялся с кровати, задвинутой в угол его рабочего кабинета. Всё, абсолютно всё требовало осмысления и координации - разгорающаяся война словно подбила колья в шестерни бюрократического механизма и все те проблемы, для решения которых совсем недавно хватало многочисленных чиновников, теперь приходилось разгребать лично императору и его ближайшим советникам. Слишком много самых разных неучтенных факторов выявилось в своде законов империи, в последний раз по-настоящему воевавшей во времена всеобщей смуты. И теперь, когда всё её устройство порядком заплыло жиром, все эти вроде-бы мелкие недостатки превратились в самые настоящие камни, что попали в жернов и вот-вот его расколют.

Только сейчас император осознал, что проснулся он посреди ночи - в кабинете его царила тьма. Свечи давно погасли, а магические лампы Геритар не любил - уж очень не нравился ему их свет. Геритар, каким-то чудом ни на что не наступив, подошел в широкому окну, что смотрело на запад. Туда, где к границе империи уже вплотную подобрались захватчики, использующие страшное в своей эффективности оружие - небесные корабли, что сеяли смерть и ужас на поле боя. Противостоять этим левиафанам армия не могла - уничтожить небесный корабль было под силу лишь тяжелым осадным орудиям, что стояли в крепостях, да одарённым, коих во всех легионах было меньше сотни. К счастью, епископы не стали долго ерепениться и выделили для армии сразу пять тысяч обученных магов, пообещав в ближайшем будущем второе такое же пополнение. Они не были дураками и понимали, во что может вылиться поражение в войне.

С трудом оторвав взгляд от ночного города, император подошел к своему столу, на котором, словно насмехаясь над сброшенными на пол документами, распласталась придавленная тяжелыми серебряными фигурками карта. Воины, кони, катапульты, маги, крепости и башни - эти миниатюрные статуэтки создали еще тогда, во времена по-настоящему великой империи, занимавшей весь континент, и оттого императору они казались особенными. В детстве он так и вовсе играл ими, примеряя на себя роль непобедимого полководца и представляя, как ведет за собою легионы.

Еще несколько минут Геритар смотрел на карту и думал, думал над тем, как можно выйти из сложившейся ситуации без потерь. По всему выходило, что никак, но император не мог просто принять необходимость сдачи примыкающей к границе провинции - империи люто ненавидели друг друга, и один лишь бог знает, что сделают с беззащитными людьми войска Хоршцев. Такое решение непременно обернулось бы успехом в дальнейшем, но Геритар всегда был слишком мягкосердечным, неспособным принимать такие эффективные, но страшные решения.

- Качел, Дэвиана ко мне, живо! - Разнесся по спящему дворцу крик императора, на лице которого почему-то появилась надежда. Надежда на то, что ему не придется предавать свои идеалы.

Глава 22

- ... продолжишь занятия вместе со всеми. Познакомишь Каэла с другими учениками. А ты, Кофа, это проконтролируешь. Не дело это, когда понабравший учеников наставник бросает все и начинает заниматься только с кем-то одним. - Глад откинулся на спинку высокого кресла и выжидающе посмотрел на Кофу.

- Сейчас у нас учится одна лишь знать. Думаю, Каэлу будет нелегко с ними сойтись.

- Сойтись? Ха! Я буду удивлен, если он с ними не схватится в первый же день! Мои парни хоть и неплохие, но аристократические замашки из них еще выбивать и выбивать. - Синха, словно в довершение своей речи, припечатал рукой о колено.

- Плохо, мальчик мой, плохо. На тебе, как на наставнике, лежит ответственность за то в какое русло ученики направят полученные от тебя знания. - Глад выразительно посмотрел на насупившегося Синху. - Теперь перейдем к тому, ради чего я вас, собственно, и позвал. До меня дошла информация о том, что, возможно, наше королевство скоро вступит в войну.

- Этой информации можно верить? - Спросил Кофа напряженно.

- Иначе я не стал бы об этом говорить. Тот, кто мне об этом сообщил, заслужил мое доверие делами.

- Неужто мы присоединимся к конфликту между империями? Король выжил из ума?

- Совсем нет. Просто без поддержки у Зил не так много шансов, а Хорш, лишившись единственного равного противника, без труда сметет и нас. Даже выступи мы единым фронтом, нам все равно не хватит сил победить.

- Но воевать... - Кофа устало помассировал виски. - У меня практически все ученики уже достигли стадии высвобождения и, согласно законам дворян, обязаны отправиться служить по первому слову короля. Но мне почему-то кажется, что они и без этого слова уйдут в армию. Аристократы...

Витиеватое ругательства, вылетевшее изо рта обычно спокойного и уравновешенного Кофы, могло бы удивить даже многое повидавшего десятника. Синха, что странно, молчал - лишь поочередно то краснел, то бледнел от распиравших его чувств.

- Это лишь один из возможных исходов - все зависит от того, сможет ли Зил в одиночку противостоять Хоршсцам и баронствам. В любом случае, вам стоит подготовить своих ребят к возможной войне, и дать им те знания, что действительно там помогут. А пока всё обдумайте, завтра мы всё обсудим еще раз. Поспешность пока не приводила меня ни к чему хорошему.

- Да, учитель.

- Поздравляю, парень! - На плечо Артиса опустилась худощавая рука Ортеда. - Курсант за месяц во флоте - прогресс! Обмывать будешь? - Артис покачал головой.

- Завтра вылетает корабль, к которому я приписан, поэтому - нет. Извини, Ортед.

- Какие проблемы! Так ты, стало быть, вернулся всего на один день?

- На три, просто до тебя добрался только сейчас. - Юноша устало вздохнул. - Били врага целый месяц, встали на ремонт, а рук не хватает. На два дня припахали.

Ортед понимающе закивал, посмотрел с грустью на проплывающий мимо кабак и, с трудом оторвав взгляд, вновь вернулся к беседе.

- Многих потеряли?

- По сравнению с этими ублюдками - практически никого. Пять кораблей, замену которым прислали на следующий день - в единственном крупном сражении, где мы наголову разбили три легиона. Еще два по своей глупости подставились под орудия пограничных крепостей. Простых войск, говорят, всего пять тысяч полегло. - Лицо Артиса, когда он рассказывал о достижениях объединенной армии, светилось от удовольствия. - А что?

- Да вот, думаю, хватит ли нам сил. Меня на днях отправляют на север, к Хоршсцам. Говорят, там нужны диверсанты - в крепостях Зиловцы засели плотно. Грязная работа.

Артис помрачнел и закусил губу.

- Не грязнее, чем на поле боя рубиться или деревни сжигать. Мне один знакомец рассказывал, как ему сотник приказал на глазах старосты деревенского, старика седого, его семью... - Артис говорил все тише и тише, пока не замолчал совсем. - Он все, что сотник хотел, сразу рассказал. Но его всё равно вздернули на суку, а дочь и внучку отдали солдатам на потеху. Гилт тогда попросился на корабль, сказал, что с людьми баронств дел никаких иметь не будет. Теперь со мной на одном корабле служит. Флайт-юнгой.

Ортед с минуту ничего не говорил, лишь с тоскою смотрел на уже столь многое повидавшего в свои годы парня.

- Война как она есть, Арти. Просто следи за тем, чтобы она не превратила тебя в такое же чудовище, как тех, кто был в той деревне.

- Ортед, ты правда считаешь, что это война делает из человека мразь? Стал бы ты смотреть на то, как насилуют ребенка на глазах у матери? Позволила бы тебе совесть просто смотреть?! - Прорычал, едва не срываясь на крик, Артис. - Вот и Гилт не смог. Не выдержал он тогда, попытался остановить насильников, а его свои же избили, на три недели в лазарет отправили. Глаза лишили. Об этом его товарищи не один день судачили и смеялись, смотрите, мол, каков дурак! Единственным он там человеком был, Ортед, понимаешь?

- Две кружки. - Ортед не выдержал и протянул уличному торговцу четыре медяка, получив взамен две объемные кружки с еще пузырящимся напитком. - Пей. В трактире поедим, к утру заметно не будет.

Артис спорить не стал и, словно добравшийся до воды путник, проведший месяц в пустыне, приложился к сосуду.

Посольство за неделю ни капли не изменилось. Тот же окружающий одно-единственное здание лес, те же петляющие меж деревьев тропы... Но почему-то Каэлу казалось, будто он не был здесь целую вечность. Умом-то он понимал, что прошло всего несколько дней, но чрезмерно рано перешедшее на следующий этап тело, похоже, считало иначе.

Каэл завел своего скакуна в конюшню, распряг и, удостоверившись в том, что кормушка и поилка еще не скоро покажут дно, трусцой побежал к поместью. Юноша сходу распахнул массивную дубовую дверь, миновал коридор и поднялся на второй этаж, туда, где еще с улицы заприметил свет - в читальный зал. Но, к его удивлению, ни Летиса, ни Энии он там не обнаружил. Лишь тускло сиял в самом центре помещения портальный знак, совершенно точно и безошибочно воспроизведенный так, как его описывал Летис. Войти в зал Каэл не решился - кто его знает, как отреагирует на его появление портал? Учитель рассказывал, что использовать его может далеко не каждый маг - мало того, что создание портального знака требовало серьезных навыков и умений, присущих столь нелюбимой одарёнными артефакторике, так еще и сил нужно было столько, что впору было собирать котомку и идти пешком. А, как известно, чем сложнее и запутаннее заклинание, тем проще его испортить.

Каэл аккуратно прикрыл ведущую в читальный зал дверь и отправился в свою комнату - если учитель и Эния покинули поместье надолго, то наверняка оставили весточку и записку. Ну а если нет, то он дождётся - благо, впереди была целая неделя, которую Каэл собирался целиком и полностью посвятить изучению правил поведения в обществе. Мастер Глад успел до отъезда рассказать ему о том, что дальше учиться придется не одному, а с добрым десятком отпрысков знатных фамилий королевства, а они, как известно, традиции свои блюдут свято. Да, Каэл знал основы, мог перекинуться парой словечек и не опозориться при этом, но для совместного обучения этого было мало - юноша твердо решил завести с другими учениками если не дружеские, то хотя-бы приятельские отношения.

По пути в свою комнату юноша завернул в малую библиотеку, отведенную специально для него и Энии - тут были все те книги, которые, как говорил учитель, им «можно и нужно» читать. Правда, в то время как для Каэла он выбирал наиболее содержательные произведения, способные расширить кругозор юноши, то для Энии - рыцарские романы и справочники по лекарскому делу. Что-то другое девушка читать упрямо отказывалась, ссылаясь на то, что и без того знает достаточно для своего возраста.

Но, не успел Каэл добраться с кипой книг до своей комнаты, как на первом этаже что-то со страшным грохотом упало. Шум эхом разнесся по полупустым коридорам, заставив юношу вздрогнуть от неожиданности. Каэл остановился, положил книги на пол и замер, напряженно вслушиваясь в установившуюся тишину. Но ни посторонних звуков, ни колебаний силы он не чувствовал - словно тот, кто нашумел на первом этаже просто растворился... Или замер в ожидании, как и сам юноша.

Каэл раздумывал недолго. Уже через несколько секунд он бесшумно скользил по ступеням ведущей на первой этаж лестницы, решив все-таки проверить источник шума - кухню. Не будь открыт на втором этаже портал то он просто остался бы наверху, выжидая, но разве мог Каэл точно сказать, что это не враги учителя пробрались сюда? Дестабилизация портальных врат - не просто сказка, а вполне себе существующее явление. Стоит повредить печать с одной из сторон в момент, когда учитель и Эния будут в междумирье - и им конец. От схлопывания пространства спастись невозможно. Летис как-то рассказывал о подобном случае, когда недоброжелатели одного могучего эльфийского мага пробрались в его поместье и, дождавшись сигнала о том, что «клиент» вошел во врата, просто разрушили печать. Больше того мага, естественно, никто никогда не видел. Да даже обычные воры могут просто повредить портальный символ, и он уже будет вести не в поместье, а, например, чуть правее - в скалу неподалеку. Или в дерево, что немногим лучше - смерть и так, и так будет моментальной.

С такими невеселыми мыслями Каэл добрался до кухни, рывком распахнул дверь... И обомлел. Посреди стола, прямо в большой кастрюле, сидело нечто круглое и волосатое. При этом существо, возмущенно лупая глазами, не переставало с упоением что-то жевать.

- Ищщто вылупилсо?

Глава 23

- Ищщто вылупилсо?

Реакция юноши была предсказуемой - рывком сорвавшись с места, он одним слитным движением обнажил меч и попытался разрубить неведомое существо на две равные половинки. Но, несмотря на совсем нечеловеческую скорость Каэла, волосатая тварь сумела увернуться от удара и переместиться на высокий табурет.

- Иррод! Кастрюльку попоррртил! - Возмущенно заверещало существо. А в следующую секунду, когда Каэл уже приготовился пожертвовать и табуретом, его оторвало от земли и подняло в воздух. Двигаться он при этом не мог совершенно - его тело словно со всех сторон сжимали стальные клещи. - Нагоняй от хозззяина! Нагоня-я-я-яй!

Шар, совершенно не обращая внимания на повисшего в воздухе Каэла подбежал к останкам кастрюли и, схватившись за голову тонкими, с палец толщиной, ручонками, запричитал.

- Хозяин ругаца будит! Ай-ай-ай-ай! Драться бушь? - Неожиданно спросило существо, повернувшись к юноше. И тут в голове Каэла словно бы прояснилось - кто может отругать это создание за кастрюлю? Хозяин? А кто хозяин в посольстве? Летис!

- Не буду. Твой хозяин - Летис?

- Да-да-да, моя хозяин Летис. - Хватка невидимых стальных лап резко ослабла и Каэл упал на пол, с трудом извернувшись и приземлившись на ноги. - Зачем кастрюлька убил, а?

При этом в голосе этого чуда звучала такая скорбь по преждевременно погибшей посудине, что Каэл сразу же почувствовал себя виноватым. И было за что - он бросился рубить нечто, явно не желающее ему зла. Оправдывало юношу только то, что никто об этой чупакабре ему сказать просто не удосужился, а попытаться прикончить неведомого зверя, пробравшегося в дом, поступок вполне логичный.

- А ты вообще кто?

- Я кто? Я не кто, я домовыдр! - Существо всхлипнуло. - Кастрюлька жалко.

- Да брось ты свою кастрюльку! Что за домовыдр? Может, домовой?

- Нет, домовыдр моя. Хозяин меня вы-ы-ывел, ругалса многа. Мозга маленький, говорит.

- Правду говорит, У тебя имя есть?

- Домовыдр!

- Это твой вид, а не имя! Вот я - человек, а зовут меня - Каэл. Ты - домовыдр, а зовут тебя...?

- Неудачный эксперимент! - Каэл с трудом сдержал смех - ему все-таки не хотелось обижать это забавное существо, которое, несмотря на жутковатый внешний вид, оказалось добрым и глупым.

- Хорошо, будешь Шаром, не против? А то неудобно тебя домовыдром звать.

- Моя это нравится! Шар согласный! - Шар начал забавно пританцовывать на одном месте, вращаясь вокруг своей оси. Но стоило ему наткнуться взглядом на половинки кастрюли, как он опять принялся рыдать.

- Забудь! Я разрубил кастрюлю, я и виноват! Летис тебя не накажет, успокойся! Лучше расскажи, где ты жил и почему я тебя не видел? И почему есть полез в темноте?

Шар шмыгнул носом и широко, буквально во всю свою ширину, улыбнулся - рот у Шара оказался широкий, усеянный острыми зубами, больше напоминающими хороших размеров камни.

- Хозяин наказал дом сохранить в сохранность, забрать маленький хозяйка и уйти. Две ночи моя сторожить, кушать мышей и зверей, а потом вкусный еда начинать пропадать! Шар хотеть сохранить все сохранность, а тухлый еда - не сохранный! Шар решить съесть вкусный еда и спасти себя от наказания. Точно! - Шар подпрыгнул на месте, и в ту же секунду разлетевшиеся по кухне остатки пищи взмыли в воздух, собрались в плотный шар и за мгновение были поглощены этим маленьким проглотом. - Чиста! Хозяина точно не будет ругаца?

- Точно, точно. Жил-то ты где?

- В лаборатории хозяина! Там много других зверь, но очень-очень тупых и злых! Жалка, хозяин запретил их есть.

- Проводишь меня туда?

- Шар проводить! Хозяин не запрещать, значит, можна! - С этими словами домовыдр спрыгнул с табурета и поковылял по коридору, что-то напевая себе под нос. Юноша устремился следом.

Они миновали несколько поворотов и уткнулись в совершенно незаметную со стороны дверь - если не знать, что она тут есть, то ни за что её не найдешь - до того искусно она была замаскирована. Ручки не было, но стоило Шару подойти к ней как она сразу же распахнулась, словно приглашая спутников войти. Домовыдр бесстрашно зашагал вперед, в то время как Каэл слегка замешкался - отчего-то ему вспомнились полные мертвецов тоннели вокруг стертой с лица земли крепости, где он и познакомился с учителем.

- Да, с такой-то лабораторией никакие подземелья страшны не будут... - Пробормотал юноша себе под нос, всё-таки пересилив страх и последовав за домовыдром. - Шар, а эти существа, ну, другие, они хотя-бы в клетках?

- Да-да, многа клеток! И во всех злые тупни сидят и орут.

- А далеко тут... - Каэл не договорил - лестница как-то разом оборвалась, и они оказались в достаточно просторном зале, в котором, к слову, было намного темнее, нежели на лестнице. Свет, испускаемый магическими светильниками под потолком, был тусклым и неярким. И вскоре юноша понял, почему - твари, что здесь содержались, его попросту не выносили.

Стоило Каэлу пройти чуть дальше как в то же мгновение поднялся такой вой, по сравнению с которым шум толпы в базарный день мог бы показаться невинным шелестом травы. Чудовища самых разных форм и размеров кричали, визжали, выли, клацали челюстями и скреблись всем, чем только могли. Параллельно они ломились к юноше, но прочный, отливающий голубым металл клеток не позволял им даже поцарапать свои узилища.

- Шар, что это?!

- Лаборатория хозяина! Он тута жизнь создает! - Домовыдр подошёл к самой большой клетке и повилял перед ней задом, поддразнивая содержащегося в ней гигантского медведя с парой лишних лап. - Тупая жизня, я умнее!

- Жизнь... - Каэл сглотнул отчего-то ставшую вязкой слюну. - Ладно, пойдём отсюда. Не хотелось бы что-то ненароком испортить.

С этими словами Каэл, напоследок окинув лабораторию взглядом, развернулся и покинул лабораторию.

- Дедушка, тут кто-то был! - Воскликнула Эния, едва оказавшись в читальном зале. Еще мгновение девушка прислушивалась к Миру, прежде чем воскликнула радостно: - Каэл! Это его отпечаток, верно?

- Верно. Ты делаешь определенные успехи, Эния. Но не стоит обращаться к сущему по таким пустякам.

- Хорошо, дедушка. - Эния поправила чуть растрепанные волосы, придирчиво осмотрела своё идеально выглаженное платье и удовлетворенно кивнула. - Я схожу, поищу Каэла. Ты не против?

- Нет, конечно. Иди. - Девушка скрылась в направлении комнаты юноши, а спустя несколько секунд в совершенно другой части коридора показался Каэл.

- Учитель? - Летис с какой-то смесью удивления и интереса посмотрел на юношу, из-за ног которого выглядывал испуганный домовыдр. - Я рад, что вы вернулись так скоро!

- Я тоже рад тебя видеть. Как канал?

- Как вы...? - Теперь уже настала очередь Каэла удивляться наблюдательности или проницательности своего учителя. - Зудит, но мастер Глад сказал, что все пройдет через неделю.

- Такими темпами - чуть раньше. Смотрю, ты уже успел познакомиться с домовыдром? А ведь я ему запрещал показываться посторонним! - Произнес он с толикой угрозы в голосе, отчего Шар весь сжался и задрожал.

- Я его сам нашел. Можно сказать, при попытке сохранить дом в целости. И в этом нет его вины! - Поспешил Каэл защитить по его вине навлекшее на себя гнев хозяина безобидное существо.

- Охотно верю. Способности становиться невидимым он, к сожалению, не унаследовал. Да, домовыдр?

- Шар я! Шар! - Произнес, гордо выпятив грудь, домовыдр. Похоже, он сам удивился своей смелости - до того удивленным стало его лицо спустя какую-то секунду.

- Ты дал ему имя? - Обратился Летис к юноше и сразу же получил положительный ответ. - Хорошо, одной морокой меньше. Домового имя привязывает к месту, где он его получил. Домовыдра... Я даже не знаю, каков будет эффект. В любом случае, имя тебе было нужно, Шар.

- Хозяин не будет меня наказывать?

- Пока ты защищаешь этот дом и Энию - не буду. У тебя намного больше сил, чем у домового, поэтому и ждать я от тебя буду большего.

- Да, хозяина! - Прокричал радостный Шар, подпрыгивая на месте. - Маленькая хозяйка идет, моя убегать!

С этими словами домовыдр за считанные мгновения исчез среди книжных полок.

- Энии про домовыдра ни слова.

- Да, учи... - Только и успел сказать юноша, прежде чем его поглотил водоворот под названием «Эния».

Редкие щелчки прорезали ночную тишину, в которую погрузилась Школа Искусств. Все, кроме Синхи, полностью погруженного в свои мысли, спали. Мастер сидел на невысоком крыльце и высекал пальцами искры, вспоминая своё детство. Давно, почти полторы сотни лет назад эти искромётные щелчки были первым, чему он научился у своего учителя, Глада, и оттого сейчас э то занятие вызывало в побитом жизнью мастере умиление.

- Не спишь? - Синха напрягся, но, едва заметив ночного гостя, расслабился - от Фира, одного из его первых друзей, удара в спину он не ждал. - Позволишь?

Синха, театрально кряхтя, подвинулся в сторону, освободив место для друга.

- По делу или поболтать, как в старые времена?

- Разве ночью приходят просто поболтать, Син?

- Всё случается в первый раз. Жаль, что сегодня это не так. Давно мы уже не болтали безо всякой цели.

Фир присел рядом и выудил из-за пазухи толстую сигару, взглядом спросил разрешение и, поймав её кончиком одну из испускаемых другом искр, закурил.

- Совет хочет, чтобы ты взялся обучать двоих из наших. Они хорошо заплатят.

- Нет, Фир. Я говорил сотни раз до этого, повторюсь и сейчас - какие бы деньги они не сулили, я не возьмусь учить убийц.

- Когда-то тебя так же отправили учиться...

- И я давно отдал этот долг! - Прошипел, словно змея, Синха. - Короля Эстии им оказалось мало? Совет уверял меня, что исполни я этот заказ - и они навсегда забудут обо мне!

- Друг, не изливай на меня свою злобу - меня лишь попросили передать это и попытаться тебя уговорить. - Фир небрежным движением стряхнул пепел с сигары. - Как видишь, я честен с тобой. Ты ведь продолжаешь убивать, верно? Не можешь не продолжать. Так почему...?

- Я убиваю тех, кто согласен биться со мною насмерть, а не тех, кто даже не ожидает нападения. Я не хочу больше невинных жертв, Фир. Ты знаешь, что всех, кто приходил ко мне до этого, я убивал?

Фир поперхнулся дымом и закашлялся.

- К-как тогда совет должен был узнать твой ответ?!

- Вместе с головами посланников я оставлял письма.

- А остальные?

- Что? - Будь у Синхи брови, то они непременно сейчас подскочили бы вверх. - Я не убивал никого, кроме посланцев.

- Вот дерьмо... А ведь тебя пытаются подставить, дружище. Кто-то начал методично выкашивать наших людей, и, ты не поверишь, в тот же день как к тебе отправили первого человека!

- И скольких уже...?

- Полторы сотни, не считая тех десятерых, что приходили к тебе. И работали исключительно в старых убежищах, о которых ты знал.

- Спешу тебя заверить - никого, кроме посланцев, я не убирал. За два месяца я прикончил еще двух мастеров родом из королевства на юге, но уж точно не полторы сотни.

Фир взъерошил густые черные волосы, затушил о сапог сигару и встал.

- Я извещу об этом совет...

- Не один. Планируй я эту акцию, то непременно устранил бы тебя по пути.

- Устранил перворанговую Тень? Да еще и так, чтобы непременно подумали на тебя? - фир с деланно-серьезным лицом со всех сторон осмотрел голову Синхи и покачал головой. - По голове тебя точно не били...

- Я не шучу. Ты правда думаешь, что те, кто провернул всё это прямо перед носом у совета не имеют ресурсов для устранения перворанговой Тени, не ожидающей нападения? Поверь мне, друг, на каждую змею найдется змея чуть крупнее. И это «чуть» вполне может оборвать твою жизнь. Я пойду с тобой, и это не обсуждается. Если Совет боится - пусть приставит ко мне хоть десяток Теней, но одного я тебя точно не отпущу.

Глава 24

Две едва заметные в ночи тени перескакивали с крыши на крышу, не издавая при этом ни единого звука. Впрочем, даже не скрывайся они вовсе, заметить их случайный прохожий смог бы только по счастливому стечению обстоятельств.

- Идут. - Синха неуловимым движением выхватил прямо из воздуха вороненый стилет и не глядя метнул его куда-то в сторону. Предсмертный вопль, пронзивший ночную тишину, заставил бывшего убийцу чуть улыбнуться - за долгие годы он все-таки не лишился весьма специфичных навыков. - Четверо.

Фир и Синха стояли спиной к спине и напряженно наблюдали за чего-то выжидающими противниками. Стандартная звезда убийц-Теней еще на подходе лишилась одного человека, но перевес все равно оставался значительный - четверо против двоих. Спасало лишь то, что они явно были неопытны, иначе бой бы давно начался. Убийца не должен мешкать - либо действуешь, либо сбегаешь. Давать цели проанализировать ситуацию, в которой он оказался - худшее, что вообще можно было придумать в их непростом ремесле.

Три коротких щелчка - и Синха рывком устремляется вперед, точным ударом сминая грудь рискнувшего начать бой оппонента. Со стороны того, что уже мертвый убийца на мгновение лишился зрения и слуха понять было нельзя, зато его напарники прекрасно видели, как закутанная в тёмные одеяния фигура с легкостью расправилась уже со вторым из их звезды. В то же самое время Фир накинулся на ближайшего убийцу и закружился с ним в смертельном танце, оставив своего друга одного против двоих.

- Скажете, кто вас послал - и будете свободны. - Сказал Синха, одной рукой поигрывая сразу с тремя кинжалами. Однако ответом ему стало одно лишь напряженное молчание, а спустя секунду убийцы, видимо, для себя что-то решившие, вытащили из своих мешковатых одеяний такие же кинжалы и синхронно бросились вперед. - Достойная смерть.

Мастер проводил взглядом рухнувшие вниз обезглавленные тела и хмыкнул - печать, грозившую вот-вот пожрать его душу, он сегодня накормил на полгода вперед.

- Ты моего не мог так же прикончить? С-сука... - Фир оторвал от рукава своего балахона словно бы специально для того притороченный моток черной, как и вся его одежда, ткани и принялся умело заматывать рану. - Успел цапнуть напоследок, понимал уже, что не жилец.

- Самый дерьмовый противник - тот, который понимает, что живым в любом случае из боя не выйдет. Этот, видимо, был из таких. - Синха наклонился над телом противника Фира и, натянув на руку толстую кожаную перчатку, принялся одной рукой что-то искать на теле мертвеца. - Интерес-сно девки пляшут. Взгляни.

Фир как раз закончил накладывать повязку и с интересом взглянул на находку друга.

Матово-черная, восьмиконечная звезда с оскаленной мордой какой-то твари в центре, казалось, сияла изнутри. Чем дольше Фир смотрел на странный амулет, тем больше поначалу незаметных деталей подмечал - вот вдоль граней звезды идут не какие-то ничего не значащие декоративные черточки, а самые настоящие сцены пыток, а на клыках твари кровь так и вовсе настоящая, словно его недавно... поили? Фир поморщился от одной только такой мысли. Среди всех артефактов крови он, как и вообще весь цивилизованный мир, признавал только кровавые мечи - просто потому что те получали свою силу благодаря кузнецу, положившему на создание артефакта собственные жизнь и душу. Но, если его догадки верны, то эта оскаленная морда - самая настоящая поделка школы Крови и Души, изведенной практически под корень.

- Это то, о чём я думаю?

- Именно. Эта дрянь уже попыталась заговорить со мной, но я выкачал из него практически всю силу. И именно из-за этого артефакта твой противник не упал замертво, как остальные.

- Синха завернул амулет в тут же оторванный от балахона трупа клочок ткани. - После встречи с советом нам стоит сразу предстать перед тайной стражей и рассказать всё, как есть - такую угрозу нельзя упускать из виду.

Фир лишь кивнул - несмотря на свою принадлежность к касте наёмных убийц он не хуже остальных понимал всю опасность появления подобных артефактов в королевстве.

Солнце только-только вышло из-за горизонта и не успело еще даже толком согреть выстуженную за холодную осеннюю ночь землю, как все небо уже заполонили хмурые дождевые тучи. И без того холодный ветер стал еще холоднее, а редкие капли угрожающего вот-вот начаться дождя окончательно испортили настроение Энии - именно сегодня, на шестой, последний день пребывания в посольстве Каэла она собиралась вытащить его на прогулку. Но у погоды, похоже, были совсем другие планы.

Эния с тоской посмотрела на полностью погрузившегося в чтение неизвестно какой по счёту книги юношу и вымученно вздохнула. Дедушка, сидящий рядом, тоже был поглощен чтением, и лишь она одна не могла найти себе занятия - романы, ею столь любимые, более совершенно не задевали потаённых струн души и не вызывали волнения за героев. То ли сами книги были плохими, то ли она сама впала в тоску - неважно, факт в любом случае остается фактом.

- Каэл! - Вскрикнула девушка, вскочив на ноги и скалою нависнув над юношей. - Идём гулять!

Юноша перевел взгляд на окно, по стеклу которого уже начали тарабанить первые капли набирающего силу ливня, после чего, неоднозначно хмыкнув, кивнул.

- Пойдем. Учитель, силовой барьер спасает от дождя? - Летис с трудом оторвался от толстенного фолианта и посмотрел на Каэла с явным неодобрением во взгляде, которое, впрочем, в следующую секунду полностью пропало.

- Спасает. Но я бы не советовал использовать силу ради таких мелочей... - Летис едва не поперхнулся, когда наткнулся на преисполненные нешуточной угрозы глаза Энии. - ...Слишком часто, по крайней мере.

- Спасибо, учитель! - Поблагодарил Летиса Каэл и, развернувшись, вышел из читального зала следом за девушкой.

На улице к тому времени погода разошлась не на шутку - завывал ветер, а льющаяся непрерывным потоком вода, казалось, непроходимой стеною окружила здание посольства - не было видно даже домика для прислуги, располагающегося в каких-то десяти метрах впереди, чего уж говорить о деревьях. Но девушку это, казалось, не смущало совершенно - она бесстрашно шагнула под дождь и обворожительно улыбнулась, когда с громким хлопком, присущим только заклинаниям Каэла, над ней развернулся силовой барьер.

- Куда пойдём? К реке? - Спросил парень, едва поспевая за Энией. Никаких дорог в этом лесу не было и в помине, а идти по напитавшейся влагой земле было для Каэла сущим мучением. Зато девушка не испытывала совершенно никаких неудобств, словно только и делала, что каждый день гуляла по дождливым лесам - эльфийка, одним словом. Дети леса - хоть в чём-то легенды об этом народе не врали.

- М-м-м, нет, у реки мы уже были... - Задумчиво протянула Эния, ловко перепрыгнув поваленное дерево. - Может, руины? Есть тут одни неподалеку. Я там уже была, но в сами подземелья не спускалась. Одной было страшно.

- Подземелья...? Ты уверена, что это хорошее место для прогулки?

- Они на холме, оттуда прекрасный вид на город! - Глаза Энии прямо-таки горели энтузиазмом, который разделить юноше не позволяла банальная логика.

- Тебя не смущает, что мы ничегошеньки вокруг не видим из-за ливня?

Эния нахмурилась и огляделась, словно бы проверяя - действительно ли вокруг ничего не видно. К её вящему сожалению погода исправляться и не думала.

- Пещеры...? Каэл! - Глаза девушки расширились от ужаса, и Каэл в ту же секунду, подхватив её на руки, бросился вперед. Несколько метров они пролетели за какое-то мгновение, после чего юноша аккуратно поставил девушку на землю и оглянулся. Огромный, чёрный медведь, чуть наклонив голову, выжидающе рассматривал парочку. Но на благоприятный исход Каэл рассчитывать и не думал - даже отсюда было видно, что морда и лапы медведя измазаны свежей, еще не засохшей кровью, а то, что Эния, дщерь леса, испугалась зверя, говорит о многом. Как минимум о безумии конкретно этого медведя. А вот меча юноша с собой не взял - Эния очень не любила, когда он постоянно таскал на себе железо. И теперь, когда оружие действительно оказалось нужно, под рукой ничего не было.

- Каэл, мне страшно! Лес боится его! - Каэл прекрасно ощущал, как девушка дрожит от страха, и судорожно перебирал варианты. Побег? Оставлять опасного зверя в лесу, в котором Эния регулярно гуляет? Бой? Если медведя что-то изменило, то вполне может статься, что с голыми руками он ему ничего не сделает - повторять печальный опыт и во второй раз разрывать канал силы Каэл не хотел, а значит... Значит, нужно справиться своими силами.

- По деревьям лазить умеешь? - Девушка кивнула. - Лезь!

Девушка без колебаний подчинилась словам юноши и ловко вскарабкалась на довольно высокий дуб, который медведь, даже такой огромный, не повалит при всем желании. Другое дело, что взобраться туда он вполне себе может - только редкий дурак не знает о прекрасном умении этих зверей взбираться на любое дерево, способное выдержать их немаленький вес. Но юноше это было необходимо лишь для того, чтобы в пылу схватки не беспокоится за Энию, полностью сосредоточившись на своем необычном оппоненте.

Медведь, до этого момента не сводивший взгляда со стремительно удаляющейся девушки, посмотрел на Каэла... А в следующее мгновение вскочил на задние лапы и, оглушительно заревев, бросился вперед. Юноша перекатом ушёл в сторону и заскользил взглядом по земле, высматривая что-то, что можно использовать в качестве оружия. Но ни достаточного размера палок, ни камней вокруг не было.

Тем временем хозяин леса успел развернуться и, опустившись на привычные ему четыре лапы, вновь устремился к Каэлу. И каково же было его удивление, когда вместо того, чтобы убегать, человек встал в полный рост и медленно пошёл в сторону зверя. Медведь, уже празднуя победу, оглушительно зарычал и бросился вперед - лишь затем, чтобы в следующую секунду врезаться в невидимую преграду и кулем рухнуть на землю. Ошеломленный, зверь поднялся и снова попытался дотянуться до замершего в каких-то двух метрах юноши, но все его попытки обращала в ничто невидимая стена, защищающая слабого человека. Это всё больше и больше выводило хозяина леса из себя пока он, в очередной раз полетев на землю, больше не поднялся. С противным хрустом голова зверя отделилась от тела и упала к ногам тяжело дышащего юноши, каким-то чудом избежавшего столкновения с уже мертвой тушей, пролетевшей еще несколько метров. Использования постоянно подвергающегося атакам барьера в качестве гильотины выжало из Каэла все соки, и он теперь едва стоял на своих двоих.

- Ты не ранен?! - Уже спустившаяся с дерева девушка подбежала к юноше и крепко его обняла, параллельно осматривая его с помощью своей магии.

- Истощен немного, а так - все в порядке. Пойдем домой, а?

Глава 25

Синха шел в окружении пятерых внеранговых, как и он сам, теней, лучших убийц на всём материке. В каком-то смысле ему было даже приятно, что его так боятся. С советом было бы куда как сложнее договориться, считай они его той самой внеранговой Тенью, что когда-то выкупила свою свободу за один очень сложный, практически невыполнимый заказ.

- Совет ждёт вас. - Произнес облаченный в строгий костюм пожилой мужчина, слегка поклонившись. В ту же секунду широкие, но крайне низкие створки дверей распахнулись, словно приглашая их зайти внутрь. Синхе, как и его конвоирам, пришлось пригнуться - хочешь ли, не хочешь ли, но так ты якобы отдаёшь дань уважения совету, кем бы ты не являлся - иных входов в зал, кроме этих низких дверей, здесь просто не было.

Вдоль стен просторной залы возвышались словно выгрызенные в камне пьедесталы, на каждом из которых сидел член совета. Всего их было семеро, ровно по числу существовавших когда-то скрывавшихся в тени организаций наёмных убийц. То, что все семеро собрались здесь сегодня говорило о многом.

- Совет приветствует тебя, Синха, Ужас Пустыни. Нам стало известно, что кто-то пытался столкнуть нас лбами, и мы уже получили тому множество подтверждений. Наши лучшие люди, без сомнения, найдут замышлявшего против нас и сообщат тебе о его личности и дальнейшей судьбе. - Мужчина, взявший слово, замолчал на секунду. - Мы хотим услышать здесь и сейчас, лично от тебя, почему ты не хочешь браться за обучение наших людей и игнорируешь любые суммы, нами предложенные. Если тебя не интересуют деньги, то мы можем предложить артефакты или услуги... Если таковые понадобятся в будущем.

Синха покачал головой.

- Когда-то давно я поклялся себе, что никогда, ни при каких обстоятельствах я не передам свои навыки и умения тем, кто намерен использовать их не для защиты себя, своей чести, своих родных и своего дома, а для убийств. С того дня прошло много лет, но слова своего я так и не нарушил. Совет устроит такой ответ?

Неожиданно отделившая Синху от совета голубая пелена заставила первого напрячься. Затянувшаяся на несколько минут пауза действовала на нервы похлеще замерших чуть в стороне, готовых в любую секунду кинуться в бой, убийц. Но вот пелена наконец спала, и отчего-то улыбающийся член совета предстал перед взором мастера.

- Да, совет полностью удовлетворен твоим ответом, Синха, Ужас Пустыни. Ты можешь идти, но перед этим мы хотим попросить тебя поклясться никогда не принимать в ученики убийц других организаций, не уведомив о том нас.

- Совет понимает, что я могу и не знать о принадлежности своего ученика к касте убийц?

- Совет понимает это, Синха, Ужас Пустыни, и не требует от тебя невыполнимого. Просто если когда-нибудь ты узнаешь о том что твой ученик - наёмный убийца, то ты немедля сообщишь об этом нам и перестанешь его обучать. И, пока выполняются эти условия, более мы никогда тебя не потревожим. - В глубине души Синха в этот момент облегченно выдохнул, но внешнее спокойствие и уверенность его при этом не дрогнули совершенно.

- Я согласен с данными условиями и благодарю совет за принятие правильного и взвешенного решения.

Синха низко поклонился и, дождавшись отмашки замершего чуть в стороне церемониймейстера, развернулся и вышел из залы. Его обуревали смешанные чувства - радость и облегчение от столь легкого решения достаточно серьезного конфликта и настороженность, вызванная чрезмерным уважением совета к его персоне. Словно бы они считали, что в плане личной силы он давно уже обогнал и перегнал самых способных из их теней... В таком случае, пятерка, его сопровождавшая, не более чем дань уважения, этакий почетный караул, если можно так выразиться. Если это действительно так, то всё становилось на свои места...

- Мастер, обучите меня сражаться без оружия! - Именно такой была первая фраза, услышанная Синхой от ученика сразу после его возвращения из посольства. И, если быть честным, такой настрой мастеру сразу понравился, хоть ему пока и не была известна причина столь резкой смены направления обучения - до этого юноша интересовался только искусством владения меча и развитием своего дара.

- Хорошо. Надеюсь, ты не забыл, что с начиная с этого дня обучаешься в группе?

- Нет, мастер, не забыл. - Более того, Каэл не просто не забыл - он основательно подготовился к общению с отпрысками аристократов, изучив целую гору посвященной им литературы - манеры, традиции, поведение... Юноша тщательно изучил всё то, что могло оказаться важным - ему очень не хотелось обидеть или спровоцировать своих новых товарищей словом или делом.

- Вот и отлично. Слушай и запоминай. Мои ученики, попавшие сюда обычным образом, разбиты на три группы, каждая из которых занимается четыре-пять часов, после чего расходится заниматься своими делами. Ты в этом плане особенный - и живешь здесь же, и тренируешься с утра до ночи, а значит и спрос с тебя будет особый. Помимо этого, каждая из групп собрана так, чтобы раскрывать сильные стороны участников. Так, первая, она же утренняя, группа приоритетно развивает свой дар. Вторая, дневная, сражается на мечах, а третья посвятила себя рукопашному бою. Пока всё понятно?

- Да, мастер. Но разве можно стать одинаково сильным во всём?

- Нет, конечно. Но тебе об этом пока думать рано - времени до того момента, когда можно будет точно сказать, чем тебе лучше заниматься, пройдет уйма.

- Но... Как тогда они обучаются только чему-то одному? Разве не лучше было, в таком случае, и их тоже обучать равномерно? - Синха по-доброму ухмыльнулся и потрепал ученика по волосам.

- Понимаешь ли, они - аристократы. Знать, дворяне, голубая кровь... Как только их не называют. И их время расписано буквально по часам - помимо увеличения личной силы им нужно заниматься науками, принимать участие во всевозможных балах и встречах, учиться управлять своими наделами... - Перечислял, загибая пальцы, мастер. - Нет, конечно, ты не один учишься всему и сразу - Астрея яркий тому пример, но так обучают, как правило, младших сыновей или дочерей, которых некуда больше пристроить. Это в семьях простолюдинов всё просто - каждый ребёнок одинаково любим и ценен. А у знати... У знати старшему сыну уделяют намного больше внимания, чем младшему - просто потому что он наследник. Дочери так вообще не имеют практически никаких прав и власти, несмотря на свои громкие титулы. Единственный способ для них стать ценным членом семьи - это достичь чего-то большого на недоступном наследнику поприще. И выучиться на мага - один из таких способов.

- Я понял, мастер. А кто кроме Астреи еще обучается во всех группах сразу?

- Астрея, Кёрд, Шиттока и Хюст. Четверо, не считая тебя. - Каэл задумчиво кивнул.

Тем временем Каэл и Синха добрались до большого полигона, обычно использующегося для тренировок, четверо парней и три девушки, выстроившись в круг, увлеченно перекидывали между собой с каждой секундой набирающий объем мерцающий шар, в котором юноша с удивлением распознал простейшее бытовое заклинание - светлячка. Он им пользоваться умел, но создавал всего несколько раз, на тренировке, просто потому что до этого момента в нем не возникало никакой необходимости. И теперь Каэл открыл для себя какой-то новый, совершенно непонятный способ его использования в качестве мяча.

- Мастер, а что они делают...?

- Подойди и спроси, нечего стесняться. Они такие же ученики, как и ты - может, знающие чуть больше, но ненамного. Ты их догонишь уже через пару недель, с твоим-то упорством.

Каэл с трудом отбросил отчего-то нахлынувшее волнение и подошёл к не обращающим ни на что внимания ребятам.

- Привет! - Выдавил из себя юноша, заставив вздрогнуть ближайшего к себе парня. Как итог - он не успел отбить «мяч» и тот, едва коснулся земли, распался на тысячи маленьких искр.

- А! Чтоб тебя! - Худощавый парень с горечью посмотрел на тающие в воздухе искры и обернулся. - Ну, привет, диверсант. Новенький?

- Да, только недавно поступил. Каэл.

- Кёрд. - Парень пожал протянутую руку. - Будем знакомы.

Каэл повторил процедуру представления со всеми, кроме Астреи. На вид все они были неплохими ребятами, с которыми можно было поладить без особых проблем. Они даже завязали кое-какую беседу, но раздавшийся над полигоном голос мастера заставил всех резво построится в шеренгу и вытянуться по струнке. Синху здесь все уважали и любили - за профессионализм и индивидуальный подход к каждому ученику, раскрывающему все его сильные стороны.

- ... начинаем с жонглирования светляками! Разбейтесь на пары и начинайте! Астрея, разъясни Каэлу принцип занятия. - Последнее предложение он проговорил чуть тише. Девушка кивнула и, ухватив юношу за руку, утянула в сторону - благо, размер полигона это сделать позволял, чем воспользовались все пары, равномерно распределившись по площадке.

- Я рада, что восстановление прошло успешно. Ты же умеешь создавать светляка?

- Умею. - В подтверждение его слов над раскрытой ладонью Каэла вспыхнула маленькая звездочка.

- Попробуй просто оттолкнуть его от себя, предварительно напитав силой - немного, лишь бы хватило на несколько секунд самостоятельного полёта. Примерно пять объемов, необходимых для его создания. - Каэл послушно выполнил всё, что наказала Астрея и уже спустя пару секунд светлячок медленно взмыл в небо, где и встретил свой бесславный конец - падать он даже и не думал.

- Хорошо. Для того, чтобы оттолкнуть его, просто создай еще один рядом с первым, направив его туда, куда тебе надо.

С этими словами девушка отошла на несколько шагов назад, создала светляка и отточенным до совершенства движением запустила его в юношу. Каэл едва не проворонил момент, когда нужно было отбивать подачу, но все-таки справился, направив вдвое увеличившийся светляк в сторону Астреи.

Синха наблюдал за учениками довольно кивал в такт своим мыслям. Всё-таки этот набор был талантлив - что Каэл, что остальные его ученики быстро осваивали принципы работы с даром, что позволяло уже в ближайшие дни перейти к изучению настоящих заклинаний, а не простеньких барьеров, светлячков и зажигалок. Ему только и оставалось, что радоваться успехам своих учеников и подкидывать им материал для усвоения - мечта, а не преподавание. И, если бы не нависшая над школой угроза ухода учеников на войну, то всё было бы куда как радужнее...

Глава 26

Солнце скрылось за чахлыми облаками и Каэл, смахнув со лба посеревшие от грязи капли пота, встал с земли и поднял меч. Напротив замер Кёрд - его оппонент на ближайшие десять минут. Выглядел он не сильно лучше самого Каэла - такая же пропитавшаяся потом одежда, такой же потрепанный, грязный вид... Его сразу же поставили против Астреи, в то время как Каэла - против Шиттоки. И всё бы ничего, не будь обе девушки отличными мечницами - что Астрея, что Шиттока хорошенько поваляли гордых парней по земле. И теперь им обоим не терпелось отыграться хоть на ком-то, отчего они сразу, особо не раздумывая, бросились в бой.

Первое столкновение окончилось ровным счетом ничем - обменявшись десятком ударов оба парня разорвали дистанцию и заняли выжидающие позиции. Прошло несколько секунд, прежде чем они вновь перешли к активным действиям - Кёрд не выдержал первым и, сократив дистанцию в одно мгновение, одновременно попытался дотянуться до груди соперника кончиком тренировочного меча. И каково было его удивление, когда юноша, ловко перебирая ногами, оказался у него над головой и обрушился сверху, словно наконец дорвавшийся до столь желанной добычи коршун. Серия ударов - и оба соперника падают на землю от фантомной боли, вызываемой артефактным тренировочным оружием - Кёрд испытал на себе всю гамму ощущений от насквозь пронзённой груди, а Каэл - от отсечённой руки, которой за мгновение до расплаты поразил оппонента. Боль длилась недолго - всего пару секунд, но и этого было достаточно для усвоения первого урока: Куда важнее сохранить свою жизнь, чем отнять чужую. Решившийся единожды нарушить это правило так и будет сражаться, не щадя себя, пока, наконец, не погибнет в схватке с более опытным бойцом.

Синха, наблюдавший за боем от начала до конца, тут же подошел к уже поднимающимся с земли ученикам.

- Первая ошибка - вы сражаетесь так, словно вашей целью является прикончить соперника любой ценой, но это в корне не верно. Ваша первоочередная задача - поразить противника без вреда для себя. Для этого совсем не обязательно насаживать его на клинок или отрубать руку. Будет вполне достаточно пары глубоких порезов в правильных местах, и уже через минуту позволивший себя ранить противник обессиленным упадет на землю и самым банальным образом истечет кровью. Да, вы сражаетесь не настоящими мечами, но эти артефакты вполне способны на время лишить сил «истекшего кровью» бойца.

- Учитель, а разве их нельзя использовать как настоящее оружие? Ведь это артефакты. Разве нельзя настроить их так, чтобы цель при малейшем касании испытывала адскую боль во всём теле? - Спросил Кёрд, чуть оклемавшись.

- Если на цели не надет амулет из того же набора - это бессмысленно. В настоящем сражении эти мечи не более, чем деревянные дубинки. Да, очень прочные, но всё-таки дубинки. Передохнули? - Синха, не дожидаясь ответа, прикрикнул. - Начали!

Мечи парней вновь вгрызлись друг в друга, и Синха, удовлетворенно кивнув, направился к только завершившим бой девушкам - Астерии и Шиттоке. Вот уж кто-кто, а они были действительно талантливы в обращении с холодным оружием. Реакция, природная гибкость и идеально подходящие для ближнего боя способности - все то, что нужно талантливому мечнику в идеальных пропорциях присутствовало в этих двоих. Гении - только так Синха мог охарактеризовать этих девушек, обучающихся у него всего два месяца, но демонстрирующих при том невероятные успехи. Кроме того, так как все парни тут подобрались как на подбор гордые и уверенные в себе, две красавицы одним своим присутствием на тренировке заставляли всех парней тренироваться еще усерднее - никто не хотел уступать девушке в якобы исконно-мужском занятии - сражении. Со временем до них дойдет, что одаренных нельзя делить на мужчин и женщин, что все они одинаково сильны и опасны... Но когда то еще будет? Синха сам до последнего недооценивал женщин, пока любовница одного аристократа, которого ему приказали устранить, едва не отсекла ему руку припрятанным среди подушек кинжалом. Конечности тогда он не лишился только чудом, зато приобрел кое-что иное - осознание равенства всех одаренных независимо от их пола и врожденных сил.

- Ну что, мальчик мой, как идут занятия? - Мастер Глад, как обычно, появился из ниоткуда.

- Лучше, чем я предполагал. Каэл на удивление органично вписался в новую для себя среду, хоть и общается преимущественно с теми, кто, как и он, обучается весь день.

- Этого и следовало ожидать, мальчик мой, этого и следовало ожидать. Однако отсутствие конфликтов меня сильно удивляет.

- В первый день все присматриваются друг к другу, а проблемы начинаются много позже, когда их уже не ждешь. Помните, учитель, как на второй месяц совместного обучения мы с Кофой чуть не поубивали друг друга?

- Зато потом вы стали не разлей вода, разве нет? - Глад зловеще усмехнулся. - Хоть мне и пришлось приложить для этого определенные усилия, да...

Синха поежился от одного лишь воспоминания об этих «усилиях», из-за которых они с Кофой целый месяц не могли нормально сидеть. А ведь им было тогда по шестнадцать лет - по тем смутным временам уже взрослые, зрелые мужчины, самоуверенность которых процесс приложения «усилий» серьезно пошатнул.

- Боюсь, мастер, родители этих ребят не одобрят ваших методов.

- Так придумай свои. В мою молодость учеников вообще били розгами, и ничего - все живы. Поверь мне, от справедливого наказания еще никто не умира... - Глад остановился на полуслове и нахмурился. - Ну, почти не умирал. Какие-то единичные случаи определенно были, но в основной массе все было в порядке, да.

- Если я буду выжимать из своих учеников все силы, то и конфликтов не будет... Надеюсь. В любом случае, во мне еще жива надежда на то что у моих ребят хватит ума не доводить дело до драк.

- Надежда умирает последней, мой мальчик...

- Баллисты, залп! Катапульты, залп! - Слитный стрекот десятков осадных орудий, ныне использующихся для уничтожения небесных кораблей Хоршсцев, можно было по ошибке принять за клекот разъяренной виверны, до того пугающей была эта страшная какофония звуков. Но сейчас на него никто не обращал внимания - защитники крепости давно к нему привыкли, а накатывающим на стены волна за волной осаждающим было, мягко говоря, не до этого - шел третий час осады, а первый круг стен города-крепости все еще не был взят. Тысячи трупов и десятки тысяч стрел устилали все подходы к укреплению, носившему звучное название на давно позабытом языке старой империи - Гиштах-Зор, что значит «Хребет Дракона».

Элафия Ли смотрела на нестройные ряды наступающих и думала о том, как она могла так просчитаться. Всё говорило о том, что тридцать тысяч легионеров под её началом смогут удержать приграничную крепость и против сотни тысяч осаждающих - благо, это укрепление возводили на века, да и осадных орудий здесь было в достатке - небесные корабли не подошли бы ни на лигу... Но если ты хочешь рассмешить бога, то просто расскажи ему о своих планах.

Словно из ниоткуда перед крепостью врагов появилось не сто тысяч, а почти двести пятьдесят - к армии баронств присоединились войска империи Хорш, приведшей за собой еще несколько десятков парящих в небесах левиафанов. Этой армады вполне хватало на полную блокаду города-крепости, но их генералы решили брать Гиштах-Зор штурмом, и вот уже четвертый час идёт жаркий бой, в котором защитники медленно, но верно проигрывают - стоит им отдать хотя-бы один сектор стены, как вся оборона рассыплется подобно карточному домику.

Надежда была лишь на внутренний город, окруженный второй стеной - не менее высокой, но куда как менее растянутой. Этот дополнительный круг обороны позволит протянуть еще как минимум пару дней, а потом... Потом крепость падет, но никто никогда не скажет, что империя сдала её без боя.

- Госпожа, мы опустошили северные склады, прикажете поджигать? - Высокий, полный мужчина в изрядно потрёпанном костюме выжидающе уставился на Элафию. Он был одним из тех чиновников, что не заперлись в своих имениях, трясясь в ужасе, а изо всех сил помогали армии и простым людям, ответственность за которых легла на их плечи вместе со властью.

- Пламя не перекинется на город?

- Нет, госпожа, здания расположены так, что... - Элафия вскинула руку и мужчина замолчал.

- Я доверяю вам в этом деле, Кильто. Поджигайте.

Глава 27

Каждый удар отзывался глухой, ноющей болью во всем теле - синхронизировать высвобождение силы с непосредственно ударом получалось в одном случае из десяти, что сильно расстраивало юношу - всем остальным, судя по их же словам, рукопашный бой давался намного легче.

Удар, удар, удар... В какой-то момент руку Каэла обдало холодным ветром, а в следующую секунду, одновременно с разнесшимся по параллели громовым раскатом, деревянный столб лишился своей верхней половины. Впрочем, стоило юноше пожелать как он вновь восстановился, и Каэл продолжил свою изматывающую тренировку. Все-таки параллель предоставляла огромные возможности для саморазвития - где еще он мог бы практиковаться посреди ночи, когда использование практически любого заклинания из его арсенала сопровождается жутким грохотом?

- Занимаешься? - Каэл обернулся и чуть не ойкнул от неожиданности - у врат стояли Астрея и Шиттока.

- Занимаюсь. Я сильно отстаю ото всей остальной группы, приходится наверстывать - наставник обещал спрашивать с меня особо строго. - Девушки улыбнулись, а секунду спустя и вовсе рассмеялись.

- Каэл, мастер Синха так всем говорит! - Проговорила скороговоркой Астрея сквозь смех.

- Шиттока, правда же?

- Истинная правда. Но на деле он всех спрашивает одинаково строго, так что практиковаться надо в любом случае. Мы и сами, если честно, здесь именно за этим.

- Вы идете на лидирующих позициях в нашей группе, разве нет? - Каэл мрачно усмехнулся и поправил слетевшую на лицо прядь волос, отметив для себя, что было бы неплохо либо постричься, либо забрать волосы в хвост, как это делает Летис. - Или наставник недоволен вашими успехами?

- Доволен, но говорит, что нам нельзя сбавлять темп. «Единожды посчитав себя лучшим, можно навсегда лишить себя возможности действительно стать им» - так он считает. А до этого мы действительно тренировались каждую ночь, иначе ни за что бы не достигли того, чего достигли. - Шиттока раскрыла укрывающую чуть изогнутый клинок ткань и ловко провернула его в руке, от чего во все стороны разошлась тугая волна силы.

Каэлу стало стыдно - он-то до этого тренировался только днём, и завидовал в глубине души успехам девушек, которым, как ему казалось, всё давалось само по себе. И теперь, когда он узнал цену этих успехов, дала о себе знать неожиданно проснувшаяся совесть.

- Значит, будем тренироваться вместе. - Юноша скользнул взглядом по уже схватившейся с искажением какого-то неизвестного ему мечника Шиттокой и вернулся к своей тренировке, которая была тут же прервана Астреей - девушка предложила попрактиковаться в использовании силы, на что юноша сразу согласился. Ему все еще не давала покоя схватка с медведем, после которой он пришел в норму только проспав почти пол дня - тогда ему банально не хватило опыта, и теперь он жаждал это исправить.

- Суть тренировки - в одновременном сражении и оперировании заклинаниями. Напарники встают рядом друг с другом, запускают максимально возможное количество светляков и кружат своими вокруг оппонента, одновременно сбивая чужих - светляки очень хрупки, и простого касания оружием им хватает для распада. Это сильно выматывает морально - все-таки сражаться и одновременно контролировать светляков достаточно трудно, но зато истощения силы под конец тренировки ты не испытываешь.

- Понял. Попробуем? - Каэл создал сразу десяток светлячков и закружил их вокруг девушки. Мечи, неизвестно когда оказавшиеся в его руках, уже дрожали от нетерпения.

- Попробуем. Лови. - Девушка бросила Каэлу какой-то маленький предмет, на поверку оказавшийся крошечной баночкой с какой-то жидкостью. - Выпьешь, если невмоготу будет - помогает рассеять внимание. Если буду сбивать слишком много - наращивай темп.

От девушки отделилось сразу два десятка маленьких звездочек, и уже через несколько секунд Каэл и Астерия неистово рубили заклятья друг друга.

Их первая совместная ночная тренировка началась.

Кёрд, чертыхнувшись, нырнул в параллель и с неподдельным удивлением отметил, что в их ночной компании произошло прибавление - помимо Астерии и Шиттоки сейчас здесь тренировался еще и Каэл. Он, очевидно, пришел к тем же выводам, что и они когда-то - одного таланта для успеха мало. И без того хорошее впечатление, произведенное на него Каэлом, от этого только усилилось - очень редко встречаются люди, способные не просто признать свою слабость, но и начать как-то исправлять ситуацию.

Шиттока сражалась с искажением ученика из известной столичной школы боя - Чоппой Куге, весьма талантливым баронетом, чьи небольшие владения располагались на юге королевства. Каэл и Астерия же увлеченно «рубили свет», как частенько называли это упражнение в академии. И если движения Астерии были наполнены грацией и плавностью, то яростный напор и первобытная сила Каэла были их явной противоположностью - он наносил каждый удар так, словно намеревался им кого-то убить. При этом лицо его не выражало ровным счетом ничего - он, словно бездушный голем, просто выполнял заложенную в него программу. Боевой транс - так это называл Синха... И призывал любыми способами избегать его вне настоящего боя.

- Ребята, скучаете? - Все остановилось в одну секунду - потухли светлячки, развеялось искажение Чоппы, и три пары глаз, - две рассерженных и одна растерянная, - воззрились на Кёрда. - Мастер Синха просил передать, чтобы мы поберегли силы на утро - нас ждет особая тренировка, как он выразился.

- И он попросил тебя передать это нам?

- Именно. Выловил по пути сюда, завел беседу о важности товарищества и, в конечном итоге, отпустил, наказав вам рассказать про испытание. Такие дела.

- Тогда имеет смысл на этом остановиться. - Выразил Каэл мнение всех здесь присутствующих, вернув мечи в ножны. - Или кто-то хочет остаться тут еще на пару часов?

Сколько сейчас, кстати?

- Что-то около двух ночи.

- Ого! Три часа как корова языком слизнула. Я даже и не заметил, как они пролетели. - Удивленно воскликнул юноша, потирая затылок. - Астри, ты в норме?

- Как сказать... Ты умудрялся срезать по пять светлячков в секунду независимо от их скорости. Мне было трудно поддерживать такой темп, но...

- Правда? Каэл смог довести тебя до предела? Силён! - Оборвала девушку на полуслове Шиттока, по-дружески хлопнула парня по спине и рассмеялась.

- Не в этом смысле! - Прокричала Астрея нырнувшей во врата Шиттоке, прыгнув следом. Парни, переглянувшись, сразу покинули параллель, но девушек не обнаружили - их словно и след простыл.

- Уже разбежались. По кроватям?

- Да, пожалуй. - Каэл зевнул. - Увидимся на тренировке. Бывай.

- Бывай.

Едва Каэл скрылся за углом здания, как с крыши, настороженно оглядываясь и вслушиваясь в ночную тишину, спустились Астрея и Шиттока.

- Что случилось, Кёрд? К чему все это? - Астрея угрожающе уставилась на парня. - Если ты развлечения ради прервал нашу тренировку и заставил нас наврать Каэлу...

- Во время вашей тренировки со светлячками Каэл впал в настоящий боевой транс. И я очень сомневаюсь, что наш ровесник способен в таком состоянии контролировать себя хотя-бы частично, Астрея.

- Боевой транс?! Но мастер говорил...

- Все мы знаем, что он говорил! - Грубо оборвала подругу Шиттока, закусив губу. - Нужно рассказать и Каэлу, и мастеру, иначе может случиться что угодно.

- Верно, но это стоило сделать сразу, а не пудрить мне мозги. - Раздавшийся откуда-то сверху голос Каэла изрядно перепугал даже Кёрда, частенько бахвалящегося своей храбростью. - Я очень не люблю, когда мне врут.

Спустя мгновение юноша спрыгнул с крыши и бесшумно приземлился на вымощенную камнями тропинку. Взгляд его антрацитово-черных глаз медленно заскользил по лицам собравшихся, и каждый, на кого он смотрел, ощущал себя так словно его душу выворачивали наизнанку и вытаскивали на поверхность самые гнусные помыслы и секреты.

- К вашему счастью, я контролирую себя даже во время боевого транса, так что вам бояться нечего. - Секунда, и вот уже Каэл улыбается как ни в чем не бывало, а в глазах его нет ни намека на тьму. - Расскажи вы мне о своих подозрениях, и нам не пришлось бы прерывать тренировку. Держи.

Юноша протянул Астрее так и не пригодившийся пузырек с зельем.

- Так ты...

- Да, шел к тебе, хотел вернуть снадобье. Но получилось то, что получилось. - Юноша развел руки в стороны и хотел было уже развернуться и уйти спать, как его ухватил за плечо Кёрд.

- Каэл, прости за такой щекотливый вопрос, но... Как классифицировали твой дар?

- Ураган. - Нехотя ответил юноша. Он очень не хотел раскрывать этот факт кому бы то ни было, но от прямого вопроса увернуться, оскорбив Кёрда, он не мог. Тем временем Кёрд, взъерошив свои короткие русые волосы, кивнул.

- Тогда понятно, почему у тебя глаза чернеют. Мне мой первый наставник рассказывал, что сильный дар накладывает свои отпечатки на носителя, которые могут проявиться в чём угодно. И в глазах, видимо, тоже. Ты сейчас злился или был расстроен?

- Не сказал бы. Раздосадован тем, что я доверял вам, а вы мне - нет. Вот и все. - Каэл пожал плечами, развернулся и во второй раз за ночь покинул растерянную компанию. Ни Астрея, ни Кёрд, ни Шиттока не знали, что они должны сказать в такой ситуации, ведь они действительно оскорбили Каэла своим недоверием.

Глава 28

... и он ушёл, мастер. - Кёрд замолчал, глядя на Синху, с которого рассказ о ночном происшествии смыл последние остатки сна.

- Предположим, что Каэл действительно вошел в боевой транс... Не обижайся, Кёрд, но не контролируй он его, и из параллели вы бы живыми не вышли. Я об этом не рассказывал - не считал нужным, но из боевого транса человека нельзя вывести, просто окликнув. Тут нужен сильный эмоциональный якорь - любимый человек, например.

- Тогда, получается, Каэл осознает себя в боевом трансе?! Кто же его учил?! - Воскликнул парень, чуть приподнявшись на грубо сколоченном табурете.

- Успокойся. - Грубо осадил ученика Синха, чуть повысив голос. - Твоя непомерная жажда силы не доведет тебя до добра, Кёрд.

- Да, мастер. - Парень, чуть замешкавшись, понуро опустил голову.

- Я рад, что ты сообщил об этом сразу - это верное решение, с какой стороны ни посмотри. Но было бы гораздо лучше, приди вы сюда все вместе. Не боишься, что тебя неправильно поймут?

- Я просто проявляю беспокойство за жизнь и здоровье товарищей. Чего мне бояться, мастер? Отношение наших семей мы, как вы и просили, оставили за порогом этой школы.

Пристальный взгляд Синхи скользнул по коротким русым волосам, миновал высокий, широкий лоб и остановился на карих глазах Кёрда Штерц, самого неоднозначного из его учеников. Восемнадцатилетний парень из семьи потомственных военных не обладал сильным врожденным даром, но с упрямством слона развивал то, что у него было. И именно это упрямство позволило ему попасть в ученичество к одному из наставников Школы Искусств.

- Можешь идти. Занятия я не отменяю, имей ввиду. - Кёрд встал, низко поклонился мастеру и, развернувшись, вышел из его покоев. Синха же, едва ученик скрылся за дверью, приглушенно выругался - почему-то Мастер Глад забыл упомянуть обо всех тонкостях обучения у Летиса, отчего ему теперь приходится вскакивать посреди ночи и успокаивать учеников. Если так продолжится и дальше, то титул самого проблемного ученика перейдет к Каэлу, в этом он не сомневался совершенно...

Каэл сидел, облокотившись на ствол старой ивы, и рассматривал скользившую по реке шумную стайку уток. Редкие капли дождя с глухим звуком ударялись о широкие кроны этих, бесспорно, прекрасных деревьев, чьи тонкие и гибкие ветви, потяжелевшие от дождя, почти касались поверхности воды. Дождливая ночь на берегу реки, вдали от людей - что может быть лучше для человека, чьи идеалы медленно растворяются в окружающей действительности?

- Присяду? - Юноша приоткрыл веки и внимательно посмотрел на давно уже замеченного незнакомца. Невысокий мужчина в плаще, достающем до щиколотки, загладил промокшие до нитки седые волосы назад и, дождавшись кивка, присел рядом, предварительно бросив на сырую землю вынутую из котомки тряпицу. При себе, кроме худого заплечного мешка, у него ничего не было. - Будешь?

- Спасибо, но я не курю. - Ответил юноша, едва заметив протянутую ему длинную сигарету. Мужчина лишь пожал плечами и выудил из внутреннего кармана огниво, которое, несмотря на завидное упорство незнакомца, почему-то совершенно не желало высекать искру. Каэл, заметив, в какое положение попал этот странный человек, хмыкнул и одним лишь усилием воли заставил кончик сигареты заалеть.

- Каэл, верно? - Юноша дернулся, как от удара, но спешить не стал - лишь подтянул ножны с покоящимися внутри мечами поближе к себе. - Не беспокойся, я не маг и оружия при мне, как видишь, тоже нет.

- Кто вы?

- Меня зовут Кастор. Кастор Силен, если быть точным. - Мужчина чуть улыбнулся и выверенным жестом огладил подбородок, словно рассчитывал нащупать там бороду. - Но это не важно. Скажи, ты когда-нибудь встречался с демоном лицом к лицу? С демоническими артефактами, быть может?

- Нет, Кастор Силен, я никогда не встречал демонов. Артефакт... - Перед взором Каэла проплыла книга, найденная им в деревне разбойников. - Книга. Я держал её в руках не больше минуты, после чего её развоплотил инквизитор империи Зил.

- Я так подозреваю, в ритуалах призыва демонов или духов ты тоже не участвовал?

- Не участвовал и не интересовался. К чему все это. Кастор? - Мужчина тем временем встал и отошел чуть в сторону, и Каэл, словно почувствовав неладное, напрягся. - Что-то случилось?

- Ничего, что стоило бы твоего внимания. Ответь на мой последний вопрос - с тобой не происходило ничего странного? Быть может, ты слышал в своей голове голоса или делал что-то против своей воли? - Голос мужчины стал похож на шепот.

- Ничего из всего вами перечисленного, святой отец. - Каэл встал, поднял с земли мечи и выразительно посмотрел на своего собеседника, за спиной которого собралась приличных размеров группа закованных в броню воинов. На груди каждого отчетливо виднелся знак церкви королевства. - Вам не кажется, что наш разговор свернул куда-то не туда?

- У меня есть все основания предполагать, что ты одержим, Каэл. Если не демоном, то духом. - Кастор запустил руку в свою котомку и выудил большой, размером с кулак, камень в изящной серебряной оправе. - И если второй случай вне нашей юрисдикции, то первый мы проигнорировать не можем. Возьми этот камень и докажи тем самым, что не являешься вместилищем демона.

Каэл ловко поймал брошенный Кастором предмет и пробежался по нему глазами. К вящему удивлению юноши, камень оказался не более чем камнем - в нем, как и в простецкой оправе, не было ни грана магии. Но, несмотря на это, воцарившееся на берегу реки напряжение куда-то резко улетучилось.

- В нем нет магии, святой отец.

- В нем и не должно быть магии. - Кастор, широко улыбаясь, подошел к юноше. - По крайней мере, той, которой пользуются одаренные.

- Что вы имеете ввиду? - Каэл нахмурился. Судя по тому, что воины церкви убрали оружие и теперь уже вовсю болтают меж собой, угрозы больше нет, но слова о какой-то иной магии юношу очень заинтересовали и испугали. Неужели существует нечто, чего он не может почувствовать?

- Не больше того, что уже прозвучало, Каэл. Практически все молодые одаренные почему-то считают, что их магия - одна единственная на всем белом свете, и попросту игнорируют силу слуг божьих. Впрочем, не только её - есть еще множество видов не свойственных человеку сил, заметить которые тебе будет не под силу. Я не буду читать тебе лекции - захочешь, найдешь, где о том узнать. Эти знания никто не скрывает и найти их можно в любой мало-мальски крупной библиотеке. Позволь. - Кастор забрал у Каэла церковный артефакт и бережно завернул его в бархатную ткань, после чего убрал в котомку. Та как и была почти пустой, так таковой и осталась - и это несмотря на достаточно объемный предмет, в неё убранный. - Вот так. И, да - прими мои извинения за то, что подозревали тебя в одержимости. Но, будь уверен, на то были свои причины.

- Эта встреча стала для меня весьма познавательной, святой отец, и я не имею никаких претензий к церкви. - Каэл пожал протянутую Кастором руку и добродушно улыбнулся. О том, что его вполне могли убить, он предпочитал не думать - в конце концов, все разрешилось к довольству обеих сторон, так почему бы просто не смотреть на это как на досадную случайность?

Солнце уже полностью взошло над горизонтом, а Каэл только-только добрался до школы. Юноша перемахнул через высокую ограду и хотел было сразу отправится на занятия, как вдруг его окликнул мастер Глад.

- Каэл, погоди-ка! - Парень замер, как вкопанный - мастер появился буквально перед его носом. В руках он сжимал массивный сверток, и нельзя было сказать, что выглядел он довольным. - Посыльный от некоего кузнеца, мастера Гушта, доставил это ранним утром. Не хочешь рассказать, почему ты покинул школу никого не предупредив?

Но, к удивлению Глада, юноша раскаиваться не поспешил.

- Мастер, разве меня держат под стражей?

- Что? - Глаза Глада расширились от удивления, да и сам он выглядел заметно растерянным.

- Я здесь только учусь, мастер Глад. Учусь, а не нахожусь в заточении. Так почему я должен отпрашиваться лишь за тем, чтобы отлучиться на несколько часов, не пропуская при этом занятий? Я благодарен вам за всё, что вы для меня сделали, но ученичество у Летиса не обязывает меня безвылазно здесь находиться.

Старик усмехнулся.

- Ты ошибся лишь в одном, мой мальчик - я не стремлюсь тебя ограничить или запереть в четырех стенах, вовсе нет. Летис решил, что здесь тебя обучат лучше, но не учел одну маленькую деталь - то, что он считает недостойной внимания песчинкой, для человека является настоящим сокровищем. Как ты думаешь, часто ли встречаются по-настоящему могущественные одарённые? За последние десять лет в нашем королевстве нашли всего пятерых одаренных, равных тебе по силе - два «Инферно», два «Цунами» и один «Торнадо». И за право обучать каждого из них проводились нешуточные войны, итогом которых стало исчезновение сразу двух школ. Ученик твоей мощи - это почетно. Это символ того, что твоя школа - чудовищно сильна и влиятельна, Каэл. Мы старались держать уровень твоих сил в секрете, но ты сам рассказал об этом товарищам. Да, мы не в праве тебя в том винить - я слишком поздно понял, что Летис даже и не подумал рассказать тебе о царящих в людском обществе интригах... - Глад помассировал виски. - Ты обучаешься у нас всего месяц, и кто-то, кто желает заполучить себе такого ученика, вполне может решить, что похитить тебя - не самое плохое решение.

- Не думаю, что, если меня похитят, я с криками радости брошусь обнимать этих самых похитителей. Слова «честь» и «гордость» для меня не пустой звук, мастер.

- Я не знаю, кто тебя воспитывал и где ты жил, Каэл, но те принципы, по которым ты живешь, с большой вероятностью приведут тебя к смерти. Нет, будь ты аристократом, стой за твоей спиной род - и здесь не было бы проблемы, но ты не аристократ, Каэл. За тебя никто не вступится, случись что по-настоящему серьезное.

- Тогда я выберусь из передряги сам. Или умру, но свои идеалы не предам. - На мгновение Гладу показалось даже, что глаза юноши почернели, но спустя мгновение наваждение исчезло. - Могу я получить то, что прислал Гушт?

- Конечно. - Старик передал юноше сверток. - Подумай над моими словами на досуге.

Каэл проводил старика взглядом ровно до того момента, пока тот не скрылся в дверном проёме, после чего аккуратно вскрыл посылку. Ему не нужно было гадать, что там - заказ они с учителем делали только один.

Меч.

Глава 29

- Ты сегодня в ударе... - Тяжело дыша, просипел, развалившись на песке, Кёрд. - Это надо же - разрубить мне голову... Отвратительные ощущения, я тебе скажу.

- А у меня был выбор? Не рассеки я твою черепушку и тут же проиграл бы. Мне кажется, тебе стоит уделять больше внимания защите головы.

- Верно. - Раздался над отдыхающими парнями голос Синхи. - Кёрд, поработай над защитой головы. Каэл верно сказал, ты чрезмерно фокусируешься на защите торса и рук, оставляя голову незащищенной. А ты, Каэл, слишком рискуешь - постоянно крутишься на волоске от клинка оппонента. Да, здесь ты можешь себе позволить рисковать, но в настоящем бою первая же ошибка станет для тебя последней. Понимаешь?

- Да, мастер. Но разве мы не тренируемся именно для того, чтобы выработать собственный, ни на что не похожий стиль боя? Вы хоть и показываете нам приемы из разных фехтовальных школ, но сражаемся мы все равно по-своему...

- Да, выработать собственный стиль ваша первоочередная задача, но в сложном бою ты начнешь действовать на одних лишь рефлексах, и вести бой будешь так, словно ты на прощающей любую ошибку тренировке. И это вполне может привести тебя к смерти.

- Я понял, мастер.

- Вот и отлично. Кёрд, пока отдыхай, а я покажу Каэлу, чем плох его стиль боя. Давай меч. - Синха принял из рук парня клинок, взвесил его в руке, рассек воздух перед собой и удовлетворенно кивнул. - Каэл, нападай. Покажи все, что можешь. Не сдерживай себя.

Каэл откинул на затылок непослушные волосы, встал в стойку и закрыл глаза, полностью отрешившись от мира. В первый раз это было страшно. Во второй - любопытно, а в третий... В третий раз, как и во все последующие, это было желанно. Размеренно пульсирующий сгусток тумана и молний встрепенулся и, как показалось Каэлу, огляделся, словно оценивая ситуацию. Дару было скучно взаперти, и сейчас юноша, широко распахнув свои антрацитово-черные глаза, выпустил его на волю. И грянул гром.

Синха носил титул мастера уже семьдесят лет, и искренне считал, что повидал на своем веку практически всё. Но ощутить силу, что мгновение назад выпустил на свободу Каэл, он не ожидал совершенно.

По округе разнесся заставивший вздрогнуть даже землю громовой раскат, а Синху едва не повалила на землю накатившая от Каэла волна силы. Ученики, что собрались на полигоне, начали в панике разбегаться в разные стороны. Лишь немногие остались на своих местах, со смесью ужаса и восхищения рассматривая окутанного грозовыми тучами юношу.

- Отошли! Живо! - Прокричал Синха, в доли мгновения укутывая себя в сотканный из нестерпимо яркого пламени доспех. Учебный меч уже давно лежал на земле, а вместо него в руках мастера полыхало нечто, с виду напоминающее обоюдоострую секиру. Каэл окинул наставника изучающим взглядом, недобро улыбнулся и отбросил в сторону свое деревянное оружие. Секунда, и вот уже в его руках затрепетали, силясь вырваться из мертвой хватки, белоснежные молнии.

Сигналом к началу сражения стал накрывший полигон полупрозрачный купол.

В одну секунду Каэл исчез из поля зрения мастера, и лишь благодаря непревзойденным рефлексам и опыту тот смог уклониться. Будь на его месте кто-то на сотню лет младше, и простым испугом он бы точно отделаться не смог - в месте, куда пришелся удар, вместо песка яростно бурлило кипящее стекло. Каэл, не обращая на неудачу совершенно никакого внимания, попытался продолжить атаку, но наставник одним лишь движением руки отбросил его в сторону. Ученику можно дать океан силы, но мастер одолеет его, используя лишь крошечный ручей - одной этой фразой можно было охарактеризовать происходящее.

Тем временем юноша, испытав неудачу в ближнем бою, собрал огромное количество силы в один пучок и метнул его в наставника. Сотни, тысячи молний пронзили то место, где Синха стоял мгновение назад, и купол, на который пришлась часть удара, задрожал от перенапряжения - его создавали совсем не для таких сражений. Мастер, едва иссяк поток вгрызающихся в него молний, развеял выдержавший атаку щит и с трудом уклонился от меча-молнии - Каэл за прошедшие с момента удара секунды успел подобраться вплотную и попытался достать наставника. Его более не окутывали тучи, а молнии в руках стали напоминать мечи, с которыми юноша обычно тренировался. Всё, абсолютно всё говорило о том, что либо его силы иссякли, либо он невероятно быстро научился их контролировать. И, судя по сосредоточенному выражению лица Каэла, до дна он себя явно не исчерпал.

- Нападайте, мастер.

Синха щелкнул пальцами свободной руки и зловеще ухмыльнулся, глядя на отброшенного взрывом в сторону парня. Часть его одежды сгорела, но на бледной коже не было ни царапины. Мастер невероятно быстро приблизился к Каэлу и хотел уже демонстративно рассеять свое оружие у его шеи, как вдруг юноша извернулся подобно змее и провел целую серию ударов, оставивших на одежде наставника две исходящие дымом проплешины. Синха отшатнулся и поднял обе руки. Меч-молния Каэла остановился в нескольких сантиметрах от груди мастера.

- Всё-всё, хватит. Признаю, остановить тебя я смогу, только применив что-то посерьезнее простых проявлений дара. Но нам ведь не нужны травмы, верно?

- Да, мастер. - Каэл рассеял оружие и огляделся. Перепаханный, местами сплавленный до состояния стекла дуэльный круг ясно показывал накал бушевавших здесь еще минуту назад страстей. - Кажется, такие спарринги лучше проводить в параллели.

- Правильно кажется. Ишь, перепугались-то как. - Усмехнулся Синха, глядя на начавших выбираться из-за укрытий парней и девушек. - А ведь я всего-то хотел показать тебе несколько слабых мест в твоем стиле... В следующий раз нужно будет обязательно обговорить условия боя.

- Если этот следующий раз у нас будет, конечно. - Отстраненно заметил юноша, кивнув на хмурого, словно туча. Глада, медленно приближающихся к выпустившей пар парочке.

- Продолжайте тренировку! Ничего экстраординарного не произошло! - Разнесся над полигоном зычный голос Синхи. Мастер, удостоверившись, что все ученики приступили к занятиям, подтолкнул Каэла в сторону Глада.

- Если обставим все как показательный бой - может быть, и пронесет. - Пробормотал шепотом Синха на ухо юноши, пока они приближались к тщательно скрывающему свое недовольство старику.

- Ураган - это поразительно! Еще совсем недавно он совершенно не умел осознанно высвобождать силу, а спустя две недели уже проявляет дар в бою! Как жаль, что я начинал с простой Свечи... - Синха сокрушенно покачал головой. - Какие возможности открываются перед ним!

- Откроются, если его не убьют, мальчик мой. То, что о Каэле теперь знает вся столица, может сослужить нам очень плохую службу, и ты сам это прекрасно понимаешь. - Глад откинулся на спинку кресла и вымученно вздохнул. - Столько проблем от одного лишь Урагана... Просто невероятно.

- Может быть, нам все-таки пора вступить в борьбу за место под солнцем, учитель? - Подал голос замерший у стены Кофа, до этого момента сосредоточенно что-то обдумывающий. - У нас есть все шансы - каждый из нас много сильнее тех мастеров, что сейчас считают себя лучшими. Да, их много, но даже в самой крупной Высшей Школе наставников набирается не более десятка. Что они для нас? Пшик.

- Иногда я смотрю на тебя, Кофа, и поражаюсь - обычно смышленый и умный парень, не в пример смекалистее Синхи, а говоришь откровенные глупости. Дело тут не в том, что мы слабее. Как воины мы наголову их превосходим, но серьезных связей среди знати у нашей школы практически нет - никто не прикроет нас, начни мы войну с кем-то из Высших.

- Но почему... - Начал было Синха, но Глад прервал его, резко вскинув руку.

- Потому что наша школа - сравнительно молодая. Высшие Школы существовали еще до смутных времен, в старой империи. И это вполне естественно, что они обладают куда как большей властью. Что мы будем делать, ополчись против нас всё королевство? А ведь такой сценарий реален - достаточно просто перейти дорогу, скажем, Школе Высокого Пламени. Старший сын короля, наследник, сейчас как раз обучается именно у них.

- В таком случае нам нужно просто не переходить им дорогу, верно?

- Мы уже её перешли, мальчик мой. Перешли тогда, когда «украли» Ураган. Да, Каэл пришел к нам вообще из другого королевства, но кого это волнует? Важен сам факт - у нас есть Ураган, о котором мы никого не предупредили. Даже скрывали, если подумать.

- И ведь никому не объяснишь, что Каэл может от нас уйти в любое время - просто не поверят... - Кофа забарабанил пальцами по столу. - Я вижу только один вариант - связаться с Летисом и объяснить ситуацию. Если нас покинет Ураган, то и проблемы исчезнут.

Глад внимательно посмотрел на своего ученика и одобрительно хмыкнул.

- Да, такое решение будет единственно верным в нашем случае. Синха, как ты считаешь?

- Мне противно от того, что мне придется выгнать такого ученика, но если выбирать между всей школой и Каэлом, то я выберу школу.

С этими словами Синха встал, хмуро посмотрел на своего мастера и вышел из кабинета.

Глава 30

... продолжать вести наблюдение?! Да сейчас идеальный момент, чтобы его похитить! О какой привязанности может идти речь, когда он там едва ли месяц проучился? Все получится, зуб даю! - Рослый, мускулистый мужчина стрельнул глазами в сторону едущей чуть впереди повозки. - Учителя нет, наставников тоже - ему никто не поможет!

- Кельт, пойми же ты - это чёртов Ураган! Думаешь, так просто нас приставили к нему? Да на один только сбор данных об этом засранце отправили десяток опытных агентов! Наблюдать, Кельт, а не действовать! Приказ я не...

- Т-ш-ш! Смотри, что это за шваль? - Резко оборвал напарника Кельт, одной рукой указывая куда-то в сторону так, что со стороны этого не было заметно. - Люди Алмар или Клюсц? Герб не видишь?

- Не вижу, далеко больно. Чертовы условия - ни тебе инструмента, ни приборов... Будто это нам как-то поможет. Давай подъедем поближе, если Алмар - действуем по седьмой схеме, разговор, если придётся, ведешь ты - я анализирую.

- Понял, есть седьмая схема. Доставай своё пойло.

Телега размеренно покачивалась на ухабистой дороге. Возница сидел на козлах и насвистывал себе под нос что-то умиротворяющее, а Каэл лежал на тюках сена и смотрел на голубое небо, изредка разбавляемое белоснежными, словно бы пуховыми облаками. Слегка портило впечатление знание о том, что это не более чем парящий в небесах водяной пар, но об этом юноша предпочитал просто не думать. Он вообще постарался выбросить из головы все мысли сразу после того как его отправили обратно в посольство, смутно объяснив произошедшее какими-то политическими мотивами. Знания, полученные от Летиса, серьезно изменили его представление об устройстве мира, но они мало касались жизни людей в общем. Да, Каэлу было известно многое из того, о чем знать не знает даже какой-нибудь образованный торговец, но в некоторых моментах он всё так же оставался полным нулём - так, например, он и не подумал даже о том, что ему нужно скрывать свою силу. Что за король правит этой страной, если прямо у него под носом одарённые перемалывают друг друга в кровавую кашу, борясь за власть и влияние? Подход тех же эльфов с их государственным устройством в этом плане нравился юноше куда как больше.

Вдруг телега остановилась, а старик, примеривший на себя роль возницы, с кем-то заговорил.

- ... за остановку. Нам поговорить только, не боись. - Раздался перезвон монет - словно кто-то подкидывал на руке туго набитый мешочек с серебром. - Идёт?

- Почто я, герцогским людям перечить буду? Да вежливые какие... - Скороговоркой пробормотал старик, принимая из рук богато одетого мужчины кошель с деньгами. Всё это Каэл видел своими глазами, чуть приподнявшись на сене.

- Каэл, если не ошибаюсь?

- Не ошибаетесь, сэр. - Безошибочно определил принадлежность своего собеседника к рыцарской касте юноша. - Чем могу помочь?

- Меня зовут Дитрих Гнесс, рыцарь на службе его сиятельства герцога Кериса Алмора. Мой господин уполномочил меня предложить тебе службу под его рукою. - Дитрих перешел на заговорщический шепот. - Рыцарь - это почетно, а в столь юном возрасте...

Каэл чуть улыбнулся.

- Мне жаль, сэр Дитрих, но я бы не хотел привязывать себя к одному-единственному герцогству. Я, безусловно, польщен предложением его сиятельства герцога, но - нет.

- Мальчик, ты должен понимать, что от таких предложений не отказываются без веской на то причины. Если ты, конечно, не намерен окончить свою жизнь в ближайших кустах.

- Это угроза?

- Всего лишь забота, парень, всего лишь забота... - Дитрих положил руку на рукоять своего меча, словно стремясь показать всю серьезность этой «заботы».

- Я искренне благодарен вам, сэр Дитрих, за проявленную заботу, но решения своего менять не собираюсь. По крайней мере, пока.

- Жаль...

- Х-хоспода, чем это вы ту-ут занимаетесь? - Рядом с собеседниками, едва не слетев с дороги на обочину, остановился небольшой возок, из которого тут же вывалилось в усмерть пьяное тело. Стойкий запах перегара вкупе со способностью этого мужчины стоять на своих двоих говорили сами за себя - пить он умел.

Пьяница, едва переставляя ноги, подошел к Дитриху и, отчего-то не удержав равновесие, повалил того на землю. Человек, что сопровождал рыцаря, тут же бросился ему помогать, но неожиданно выскочивший из возка мужчина за одну секунду приблизился к несчастному и, одной рукой зажав ему нос, второй что-то влил в глотку не ожидающего такого молодого парня. Всего секунда понадобилась на то, чтобы оруженосец Дитриха обмяк и повалился на песок.

Над дорогой воцарилась неприятная, тянущая тишина.

Каэл ошарашенно смотрел на мирно посапывающего рыцаря, рядом с которым, небрежно отряхивая с одежды песок, стоял «пьяница». Ловким движением мужчина сорвал с себя пропахшее потом тряпье, под которым оказалась самая обыкновенная одежда - чуть более богатая, чем у крестьян. Запах перегара при этом пропал совершенно, словно и не от него несколько секунд назад за версту разило алкоголем.

- Дед, лови. - Еще один мешочек с приятно позванивающими монетами перекочевал в руки внезапно разбогатевшего старика, все еще не верящего в свое счастье и прибывающего в прострации. - Никому о произошедшем ни слова. Усёк?

Возница часто-часто закивал и, скользнув по юноше извиняющимся взглядом, со всей дури хлопнул лошадь по филейной части. Телега, до этого момента едва плетущаяся, за считанные секунды набрала хорошую скорость и вскоре скрылась за поворотом.

- Кхм, господа, могу я узнать, что тут происходит? - Наконец подал голос юноша, подобрав свою котомку, предусмотрительно выброшенную стариком.

- Ничего особо серьезного, молодой человек. Можете взять коня одного из этих господ и продолжить свой путь. Счастливой дороги. - Мужчина подхватил Дитриха под руки и поволок в сторону, но остановился, не пройдя и пары шагов - Каэл и не думал уезжать. - Что-то еще?

- Я был бы не против узнать о том, что ждет людей, с которыми я до вашего появления любезно разговаривал.

Мужчина опустил рыцаря на землю, вытянулся в полный рост и широко улыбнулся.

- Любая беседа, в которой тебя обещают прикопать в ближайших кустах, считается обменом любезностями?

- Начни вам угрожать пятилетний малыш, стали бы вы всерьез рассматривать эти угрозы? Эти люди - не одарённые, и даже поцарапать меня не в их силах. В отличии от вас.

- И давно за один месяц можно выучиться зрению духа...? - Спросил мужчина, тут же одернув себя. - Можешь называть меня Кельт. И зла я тебе не желаю.

- А этим людям?

- Отоспятся в ближайших зарослях. Максимум, что им угрожает - простуда.

Каэл еще с секунду сверлил Кельта глазами, после чего, видимо, что-то для себя решив, удовлетворенно кивнул. Юноша подошел ко внешне непримечательному коню, принадлежащему, по-видимому, спутнику рыцаря, и запрыгнул в седло. Вороного скакуна Дитриха он решил не брать - уж больно приметен был этот, безусловно, породистый конь.

- Я не столько верю вам, Кельт, сколько надеюсь на ваше благоразумие. Смерть людей герцога привлечет к нам ненужное внимание, и даже кошель с серебром не заткнет рот старику, вами столь неразумно отпущенному.

Кельт уложил Дитриха в густых кустах, выбрался на дорогу и пристально посмотрел на Каэла. Его спутник, тем временем, свел вороного скакуна с дороги и полоснул по горлу кинжалом, отскочив сразу, как только чрезмерно доверчивый конь начал корчиться в предсмертных судорогах.

- А что бы ты предложил? Убить?

- Достаточно было узнать, где его дом - ты уже не бросишься к дознавателям, когда точно знаешь - те, о ком ты собрался рассказать, знают где живешь ты и дорогие тебе люди.

Кельт уже совсем по-другому посмотрел на юношу, по чьим антрацитово-черным глазам нельзя было понять, серьезно ли он говорит, или просто шутит. Но ответить парню он не успел - Каэл развернул коня, прикрикнул на испуганное резкой сменой всадника животное и ускакал вслед за стариком. По небу, медленно закрывая собою солнце, бесшумно шел грозовой фронт.

- И что это было? Нет, ты видел - у него глаза почернели! Точно Ураган! - Восторженно восклицал Кельт, глядя в спину удаляющемуся парню. Его напарник, Гёт, тем временем что-то записывал на маленьком листке, помещающемся на ладони. - Уже отправляешь сообщение?

Стоило мужчине оторвать от поверхности листа перо как тот ярко вспыхнул и пропал, оставив после себя лишь тонкую струйку сизого дыма.

- Дополняю портрет парня. Не совсем он вяжется с «добрым, пассивным, неагрессивным молодым человеком». Каким местом работают эти кретины? Он совершенно не похож на того, кого мы должны вести! А, чёрт! По коням! - Гёт выбросил вещи сопровождающего Дитриха юнца в траву и, с тоскою посмотрев на уже переставший дергаться труп доброго скакуна, запрыгнул в возок, на котором они следовали за юношей от самого города. Хлесткий удар поводьев по спине запряженной в возок клячи придал той значительное ускорение, и Кельт едва успел запрыгнуть в стремительно набирающий скорость транспорт. Все внимание мужчин было сосредоточено на почти скрывшейся за горизонтом тёмной точкой...

Глава 31

«Каэл, мой ученик. Если ты сейчас читаешь это, значит я вместе с Энией все еще скрываюсь от своих недоброжелателей. В мире настали сложные времена и мой народ пошел не по тому пути, который я ему прочил. Я обязан предотвратить то, чего никогда не должно произойти. В самом худшем случае мы вернемся через год, и за это время ты должен достигнуть значительных успехов в использовании дара. Не разочаруй меня.

Летис»

Каэл положил на стол только что прочитанное письмо и, под напряженное сопение засевшего под кроватью Шара, принялся за второе - от Энии.

«Мое сердце разрывается от нашего расставания, навязанного самой судьбой. Да, мы виделись не так часто, как того хотелось бы мне, - я даже хотела перебраться в город, поближе к тебе, но дедушка запретил, - но оттого я не стала любить тебя меньше. Я искренне надеюсь, что и ты сохранишь свои чувства ко мне и, когда всё разрешится, мы встретимся не как друзья, но как любовники.

На веки твоя, Эния»

В груди Каэла что-то сжалось, едва он увидел на бумаге следы слез. Будь то в его силах, и он отправился бы направлять эльфов на путь истинный прямо сейчас - лишь бы не лились слезы из фиалковых глаз Энии... Но он не знал даже, что произошло в королевстве этого гордого и скрытного народа.

- Шар хотеть показать Каэлу вещи, который хозяина оставил! Моя знать, что хозяина сам их делать! Твоя мерять, не грустить! - Пропищал, оторвав юношу от грустных мыслей, домовыдр. - Моя вести!

Шар, изредка оглядываясь, словно опасаясь, что юноша исчезнет, побрёл к тайному входу в лабораторию. Буквально через одну минуту они миновали уже знакомую дверь, спустились по лестнице и оказались в практически пустом помещении. Отсюда исчезли бесчисленные клетки и стеллажи, пропали все бумаги, в одном Летису ведомом порядке разбросанные по лаборатории... Перед Каэлом предстали лишь голые стены и один-единственный стол, сиротливо расположившийся прямо в центре комнаты. На нем, предусмотрительно укутанное в непрозрачную ткань, что-то лежало.

- Это и есть то, что оставил учитель?

- Да, хозяина оставлять это. Говорить охранять, пока твоя не прийти. И не трогать совсем, да.

Каэл подошел к столу и, откинув ткань в сторону, взял первое, что попалось под руку. Массивный, выкованный из неизвестного юноше металла наплечник был легким, словно перышко, а пронизывающая его сила не оставляла сомнений - в руках Каэла находился артефакт. Второй наплечник, наручи, нагрудник, плащ, штаны, рубаха... Юноша перебирал все то, что оставил учитель и невольно содрогался от переполнявшей предметы незримой мощи. Эти артефакты не были обычным доспехом в том понимании этого слова, к которому привыкли обычные люди - от меча или стрелы они защищали не хуже простых лат, но не более. Главной же особенностью этой брони была способность защитить хозяина от куда более опасных атак - магических. Никто не застрахован от незаметного удара в спину, и в такие моменты доспех, способный принять на себя удар, придется как нельзя кстати.

Тем временем юноша уже закончил облачаться в обновку, - каждая деталь этой брони была подогнана под него идеально, - и, кивнув самому себе, коснулся нагрудной пластины. В ту же секунду доспех исчез, а на юноше материализовался совершенно иной комплект одежды, выполненный всё в тех же, преимущественно черных цветах. Помимо одежды, на груди парня появился размеренно пульсирующий, заточенный в золотую оправу аметист. Каэл еще несколько секунд сосредоточенно изучал второй облик своей новой одежды, после чего, тепло улыбнувшись, коснулся камня. Спустя мгновение броня вновь оказалась на нём, словно и не пропадала никуда.

- Хороший вещь, да? Моя раньше тоже делать хороший вещь. Много вещь, много хороший, да... - Каэл резко обернулся к Шару. В его глазах стояло неподдельное удивление.

- Ты делал вещи? Раньше - это когда?

- Раньше - это до того, как моя стать Шар. Моя плоха помнить то время, но точно знать - Шар делать вещи раньше. Волшебные вещи.

- А... Шар, ты не помнишь, как тебя звали или кем ты был? - Спросил Каэл, присев перед домовыдром на корточки.

- Моя не помнить. Моя помнить только смерть и рождение домовыдром, да.

Каэл еще не один час пытался узнать что-то еще о прежней жизни Шара, но - безуспешно. Он только-только начал восстанавливать свои воспоминания, но уже сам факт того, что он буквально получил вторую жизнь, пусть и не самую лучшую, поражал. Юноша всегда считал, что даровать жизнь способны только боги.

- Шар, будь так любезен, собери на кухне что-нибудь из еды, что не пропадет в дороге. И вытащи из тайника мои деньги.

- Твоя уходить?

- Да, я отправлюсь на восток. Там и к землям эльфов поближе, и школы есть, в которых, быть может, к Ураганам относятся не как к политическим инструментам. - Каэл повернулся к выходу из опустошенной лаборатории. - Летис всегда говорил мне, что сидя на одном месте настоящую силу никогда не обрести.

- Дерьмо! Вот какого черта ему не сидится на месте, а?! - Воскликнул Кельт, стаскивая в канаву второе храпящее тело. На изрядно размокшей дороге возмущенно ржали кони, ради которых и было решено ограбить первых встреченных конных путников. - Неужто нельзя переждать эту проклятую грозу?!

- Он Ураган, ему что дождь, что ливень, что шторм - все в радость. А вот то, что он ведет себя совершенно не так, как ожидалось меня напрягает. - Гёт невольно дотронулся до лишившейся уже двух листов артефактной книжки. - Слишком часто приходиться вносить коррективы в портрет. На моей памяти такое случается впервые, и, знаешь... Все это похоже на подставу.

- Да ну ты брось, кому сдалась парочка агентов, да еще и безукоризненно выполняющих свою работу? В политику не лезем, особо многого не требуем... Бред это, Гёт. - Кельт критическим взглядом осмотрел спящих мужчин и подвинул их так, чтобы они не утонули. Да, спать им всего около часа, но случиться могло всякое - лучше перебдеть и не оставлять за собой трупов.

Гёт тем временем взъерошил густые русые волосы и выудил из-за пазухи сигарету, которая, впрочем, тут же насквозь промокла под струями ниспадающей с неба воды. Погода разыгралась не на шутку.

- Дерьмо... - Мужчина отбросил испорченную сигарету и сплюнул. - Можешь считать меня параноиком, но что-то тут нечисто. Не нуждайся я так в деньгах, давно бы уже бросил эту работу...

- Не напоминай, дружище. Много еще осталось?

- Тридцать пять золотых. Пара лет - и моя дочь будет здорова. Всего пара лет... - Гёт запрокинул голову, подставив лицо под холодный дождь. Прошло несколько секунд, прежде чем мужчина встрепенулся, смахнул с лица воду и запрыгнул в седло. - За дело, иначе далеко уйдет.

- В такую-то погоду? - Кельт посмотрел в небо, но не смог разглядеть ни единого просвета в заволоченном тучами небе. - Конь по грязи в лучшем случае рысью пойдет, а то и вообще - шагом. Этак ему до темноты к развилке не выйти.

- Плевать. Вот сядем ему на хвост - тогда и будем строить прогнозы, хорошо?

Каэл шел по размытой ливнем дороге и вел под уздцы практически ничего не видящего во тьме коня. Мало того, что небо заволокло тучами, так еще и солнце грозило вот-вот коснуться горизонта и окончательно повергнуть мир во тьму. Спасибо дару - юноша в темноте видел много лучше простого человека и мог не останавливаться посреди леса, дабы переждать непогоду. Впрочем, этим наверняка могли похвастаться и его преследователи - опыта у этих странных мужчин было не занимать. Каэл все еще мучил себя вопросом - кто послал за ним этих людей? Ради чего? Не дать Урагану попасть не в те руки? Так он изначально не планировал присягать хоть кому-то, а уж повестись на уговоры первого встречного рыцаря... Нет, такой глупости юноша никогда не совершит - свобода ему еще дорога. Присяга - это ведь не просто титул, это еще и пожизненная служба.

Вдруг в нос юноши ударила адская вонь разлагающейся плоти и Каэл, рефлекторно отшатнувшись и выхватив из-за спины клинки, с ужасом во взгляде уставился на представшую перед ним картину.

Жуткая человекоподобная тварь стояла спиной к юноше и, с легкостью отхватывая от стремительно гниющего человеческого тела куски, целиком их заглатывала. Пепельно-серая кожа, трехсуставчатые лапы, оканчивающиеся массивными когтями и неестественно большая голова, вытянутая вперед, как у собаки или волка - все это делало существо по-настоящему страшным и опасным. Гуль. Чуть в стороне лежала еще пара человеческих костяков - значит, трапеза монстра уже подходила к своему логическому завершению. Вдоволь набив брюхо, гуль пойдет искать жертву для обращения в подобного себе монстра, и через месяц здесь будет жить целая стая этих мерзких тварей. Тварей, с которыми простые люди так просто не совладают. И этого Каэл допустить точно не мог.

Мгновение назад юноша еще стоял на дороге, но стоило раздаться громовому раскату как рассечённый на две части гуль осел на землю, а Каэл, смахнув с меча едкую кровь, поморщился от многократно усилившегося запаха гнилого мяса. Пенящееся и шипящее нутро монстра вывалилось на наполовину сожранного мертвеца и того почти моментально растворило, оголив голые кости.

- Дяденька, злой монстр умер? - Юноша вздрогнул от донесшегося откуда-то сверху голоса. Тоненький, детский голосок принадлежал мальчишке, совсем еще ребенку - на вид ему нельзя было дать и трех лет. Как он уцелел? - Дяденька?

- Да, малыш, злой монстр мертв. - Каэл запрыгнул на дерево и подхватил ребенка на руки.

- Идём, я отведу тебя домой.

- А братья и сестричка?

- Они придут потом. Расскажешь, где ты живешь? - Каэл постарался ничем не выдать переполняющие его сердце злость и скорбь, но голос его все-таки дрогнул. К счастью, мальчик этого то ли не заметил, то ли не обратил на это внимания. Юноша посадил ребенка перед собою, достал из притороченной к седлу походной сумы предусмотрительно туда сложенный Шаром плащ и укутал в него продрогшего ребенка, создав вокруг малыша хоровод из заклятий-огоньков, которые должны были быстро согреть мальчика и просушить его одежду.

Каэл потрепал ребенка по густой для его возраста шевелюре, напоследок окинул пристальным взглядом место трагедии и, задержав взгляд на обломках небольшого возка, слетевшего с дороги, запрыгнул в седло.

Глава 32

Вот же...! - Выругался Кельт, оттолкнув ногой труп гуля. Открывшийся вид на наполовину растворенную едким нутром твари плоть хорошему настроению не способствовал совершенно. - Это наш парень постарался? Гуля - одним ударом?

Труп монстра за прошедшее время ссохся и давно перестал шипеть и бурлить - кровь гулей или, как их еще называют, вурдалаков, долго на открытом воздухе своих свойств не сохраняла.

Гёт выбрался из останков разоренного чудовищем возка, держа в руках побитую жизнью сумку.

- Деньги и, похоже, остатки товара. Кого бы ни сожрала эта тварь, но эти бедняги точно возвращались с рынка - продавали эти склянки. - Гёт вытащил из сумки небольшой непрозрачный сосуд, в котором определенно что-то плескалось. Сама бутыль была закупорена раздувшейся до невозможности пробкой. - А еще Каэл явно кого-то забрал. Видимо, живого - стал бы он тащить с собой труп? Так что прихватим вещи, может быть, получится отдать.

- И то верно. Раз ехали поздним вечером, то им недалеко оставалось... Или просто дураки были, быстрее хотели до дому добраться.

Гёт надёжно примотал сумку к крупу своего коня и запрыгнул в седло. Кельт еще с секунду смотрел на останки несчастных, после чего сплюнул и тоже оседлал своего коня. Всё говорило о том, что они не так уж и сильно отстают от вырвавшегося вперед парня.

- Дядя Каэл, а когда мы приедем? - Каэл встрепенулся и огляделся - каким-то образом он задремал в седле, но конь, к счастью, с дороги не свернул и размеренно продолжал свой путь.

- Скоро, Липо, скоро. Если ты всё рассказал точно, то во-от за этим холмом и должна быть твоя родная деревня. Спать не хочешь? - Спросил Каэл, рассматривая достаточно приметный холм с тремя каменными мечами-истуканами на вершине. На удивление спокойный ребенок, несмотря на все произошедшее, совершенно не плакал - возможно, он просто предпочел забыть о произошедшем как о страшном сне.

- Но я не вижу холма, дядя Каэл. Слишком темно.

- Я хорошо вижу в темноте, малыш. И холм от нас совсем не далеко. - Сказал юноша, тепло улыбнувшись. - Держи.

Каэл протянул ребенку кусок сыра и тот, совершенно не раздумывая, вгрызся в него так, что можно было подумать будто он не ел несколько дней. Каэл мысленно застонал - как он мог забыть предложить малышу что-нибудь из еды? Маленькие дети едят немного, но часто, а когда его кормили в последний раз - неизвестно.

Тем временем они почти объехали холм и Каэл уже мог различить редкие огни в избах, чьи хозяева еще не спали. И почему-то юноше казалось, что среди неспящих как раз и была семья этого мальчика.

Дождь прекратился, когда до деревни оставалось проехать не больше сотни метров - даже ребенок, то и дело норовящий спрыгнуть с коня и побежать домой на своих двоих, видел такие знакомые силуэты домов. Но с коня ему слезть Каэл позволил только тогда, когда они уже проехали сквозь настежь распахнутые ворота.

- Дядя Каэл, вот мой дом! - Мальчик указывал пальцем на большую избу, в окнах которой, несмотря на позднюю ночь, горели огни. - Мама! Папа!

Звонкий детский голосок только пронзил ночную тишину, а из дома уже выбежал сначала отец, а затем и мать малыша. Сказать, что они были рады видеть своего ребенка - ничего не сказать, даже в темноте было заметно, как они взволнованы и испуганы. Пока женщина обнимала сына, отец, убедившись, что с Липо все в порядке, подошел к Каэлу и крепко его обнял.

- Сначала - спасибо за то, что привел нашего сына домой. Но с ним должны были быть его старшие братья и сестра. Где они? Что-то случилось?

- В лесу они наткнулись на вурдалака. Я проезжал мимо, но спасти успел только Липо. Примите мои соболезнования.

Женщина, каким-то образом сумевшая расслышать сказанное Каэлом, в ту же секунду разрыдалась, осев на землю, а спустя мгновение к ней присоединился и мальчик. Лишь отец молчал, сверля пустоту безжизненным взглядом.

- Возможно, я сую нос не в свое дело, но у вас еще остался сын. Не уходите в свое горе с головой, не лишайте ребенка детства. Сейчас Липо особенно нужна ваша поддержка. - Каэл грустно улыбнулся и покосился в сторону двух всадников, только-только въехавших в поселок. Его преследователи даже не думали бросать свое занятие.

Солнце только показалось из-за горизонта, а Каэл вместе с Кельтом и Гётом уже выехали из деревни. Погода наконец-то исправилась и на небе, куда ни кинь взгляд, не было видно ни единого облака.

- И долго вы меня собираетесь преследовать? - Недовольно поинтересовался юноша спустя пол часа после того, как они выбрались на связывающий столицу с ближайшим восточным городом тракт.

- Пока нам не прикажут возвращаться или ты не помрешь. - Ответил Гёт, чуть усмехнувшись. - Ты же не думаешь, что нам в радость шляться за тобой по всему материку? Сидел бы себе в посольстве, в ус не дул, но нет же...

- У меня на то были свои причины. - Резко оборвал мужчину Каэл. - Я не имею ничего против вашего общества, и даже буду рад путешествовать не в полном одиночестве. В замен лишь попрошу рассказать о происходящем с твоей точки зрения.

- О происходящем... Мы знаем не так много. Молодой Ураган, объявившийся в столице, переполошил и Высшие Школы, и знать, но те просто не успели предпринять ничего серьезного - ты вовремя сбежал из столицы, сразу отсеяв подавляющее большинство претендентов. Остались только самые влиятельные рода, из людей которых до тебя в целости добрались только мы... Вот и всё, собственно.

- Чьи интересы вы представляете?

- Этого я тебе сказать не могу. - Покачал головой Гёт, с подозрением поглядывая на небо и закуривая сигарету. - Не потому, что не хочу - просто на это есть прямой запрет.

- Понимаю. - Согласно кивнул юноша, всматриваясь в скрывающуюся за горизонтом дорогу. - Говорят, на востоке есть нейтральные земли, власть над которыми давно закрепилась за тёмными магами. Так вот - я еду туда.

Гёт закашлялся и выронил сигарету изо рта, а Кельт едва не свалился с коня.

- Ты с ума сошёл?! Земли некромантов - самое дерьмовое место среди самых дерьмовых мест мира! И ты «хочешь туда попасть»?! Жить надоело?!

- Мне позарез нужен опыт сражений, а где еще Ураган может найти тех, с кем себя не надо сдерживать? Печальный опыт показал, что на людях лучше не показываться вовсе - сразу кто-то попытается захомутать, а защитить себя я пока не в силах.

- Но отправляться к некромантам - это не дело. - Произнёс Гёт абсолютно спокойно. - Если тебе так хочется научиться драться - лучше было податься на запад, к охотникам. Могучие твари есть и там, а шанс умереть намного ниже.

- Помимо тренировок мне нужно быть как можно ближе к землям эльфов, а они на востоке.

- На твоём месте я бы прибился к какому-нибудь гарнизону в качестве добровольца. Орки - тоже не слабые ребята, да и до эльфийского леса идти не то, чтобы очень далеко. Как тебе такой вариант?

- Орки... - Каэл задумался. - Я подумаю. Но путь у нас все равно один.

- А ведь я в молодости именно на заставах горных и поднимался, денег там платили прилично, а для простого парня из деревни - так вообще о-го-го! За месяц выходило столько, сколько со всего хозяйства за год моя семья не получала. Поначалу, правда, вообще ничего не платили - неумехой был, мечом махал как дубиной. - Кельт закивал в такт своим мыслям. - Сам не знаю, как за первый месяц не помер.

- Какие они - орки? - Да, Летис рассказывал ему о многих народах, в числе которых были и орки, но одно дело - сухая выжимка, содержащая в себе лишь голую информацию, а другое - мнение человека, с ними когда-то встречавшегося.

- Большие, сильные, бесстрашные... На стены бросаются, словно совсем смерти не боятся. В горах против них едва ли бороться можно, если мага в отряде нет. А среди скал их - тьма тьмущая, никаких колдунов не напасешься. Оттого люди только и делают, что держат заставы да изредка за стены выходят.

- А армия?

- Бесполезна. Армии там не место - пока они до цели дойдут, орки уже с места снимутся и растворятся среди камней, как рыба в речке. Поймать их невозможно, а люди выматываются - холод, ветер, ночные налеты, припас не доставить - мало того, что дорог там нет в принципе, так их еще и орки караваны в дороге разграбляют. Невозможно с ними воевать так, как мы привыкли. Даже простое сдерживание обходится очень дорого - нет-нет, да сжигают заставы, прорываются на обжитые людьми земли.

- Знаешь, Кельт, теперь мне больше хочется посетить горы, нежели земли некромантов. Посмотреть на народ, о котором ты так отзываешься. - Каэл окинул взглядом мощную фигуру мужчины, чьим мышцам мог позавидовать даже дворф. И этот человек отзывался об орках, как о по-настоящему сильных существах.

- Ну и слава богу. Мне очень не хотелось заканчивать свою жизнь в каком-нибудь могильнике. - Подвел итог разговора Гёт, приложившись к полной колодезной воды фляге.

Глава 33

- Двадцать мечей, семь боевых секир, тринадцать кинжалов и табуретка... - Мужчина в одеждах цветов королевства почесал затылок, перекинул несколько костяшек на счетах из стороны в сторону и, написав что-то на маленькой бумажке, передал её тощему торговцу, чьи товары он перечислял несколько секунд назад.

- Пять серебряников?! Почему так много?! - Возмутился было он, но тут же стушевался, едва из ведущей в пограничную башню двери выбрался, слепо щурясь на солнце, поджарый мужчина в расшитом золотыми нитями плаще.

- Что тут у тебя, Клец? Никак, опять про пошлину на вывоз оружия спрашивают? - Произнес капитан с напускной ленцой.

- Так точно, ваше благородие, про оружие! Разрешите продолжить осмотр?

- Разрешаю. А ты, купец, изволь пройти со мной. Потолкуем малость.

Тем временем Каэл, лицезревший подобную сцену уже не в первый раз, с нетерпением поглаживал рукоять меча. Ему совершенно не нравилось, что капитан пограничной заставы за втрое меньшую сумму, уходящую в его карман, пропускал торговцев с абсолютно любым грузом. И пока только один из доброго десятка пособников взятничества отказался задобрить жадного капитана деньгами, предпочтя полностью уплатить пошлину и заполнить все необходимые документы.

- Кельт, и везде оно так? - Спросил юноша развалившегося на траве мужчину, жующего купленный в таверне кусок сала с черным хлебом.

- Почти. Сколько я езжу по королевствам, а на честных пограничников натыкался всего раз или два, и это за десять лет. Нигде мы дольше чем на месяц единовременно не задерживались, к слову.

- И всех всё устраивает? Страна же лишается денег...

- Лишается, но пытаться с этим бороться - все равно что воевать с морем. - Оборвал юношу Кельт. - Пока не изменятся сами люди, законы ничем не помогут.

Каэл промолчал, глядя на очередного торговца, уводимого капитаном куда-то в башню.

- Кельт, Каэл, пойдём. - Объявил Гёт с отчетливо ощущаемым облегчением. Они ждали уже второй час просто потому, что путников без товара пропускали в десятую очередь. Кельт и тут посоветовал не поднимать бучу - мол, больше времени уйдет на разборки с властями.

- Оружие? Драгоценности? Лекарства? - Каэл продемонстрировал пограничнику свои мечи и этим ограничился - его броня находилась в свернутом состоянии, а аметист не было видно под рубахой. Мужчина еще раз окинул пристальным взглядом юношу и его коня. - Два медяка, один за выезд из Сиала, один - за въезд в Дерстор. Пошевеливайся, не задерживай очередь.

Каэл передал стражнику требуемую сумму и поспешил покинуть пограничный пост. На выходе его уже дожидались Кельт с Гётом - через досмотр они проходили первыми.

- Свободен? - Юноша кивнул. - Отлично. Отсюда три дня пути до ближайшей заставы, а там они через каждые тридцать километров стоят, выбирай, что называется, любую. Дальше от города - насыщеннее жизнь...

- Давай туда сначала доберемся, хорошо? - Оборвал Кельта Гёт, указывая куда-то на юг. - Не нравятся мне эти тучи. Тут не земля, а глина сплошная, местность холмистая... Останемся тут на неделю, если сильный дождь будет. Потому - поспешим. Остановимся в Хлебсте, небольшой городок неподалеку. Надо будет пополнить припасы и проверить коней, да прикупить кой-чего.

Каэл посмотрел туда, куда указывал Гёт и улыбнулся - вдоль всей линии горизонта протянулись чёрные, как сама ночь, тучи. Но стоило юноше вспомнить о том, что ливень серьезно замедлит их продвижение, как он тут же помрачнел, потрепал коня по холке и посмотрел на своих спутников. Гёт явно ждал, пока Каэл объявит о своем решении.

- Давайте сразу расставим все точки над «и». Я не такой большой знаток лошадей, да и путешествовал в своей жизни только на своих двоих, а потому в вопросе темпа движения я полагаюсь на вас.

- Соображаешь. - Улыбнулся Гёт одобрительно. - Пока идём рысью, а там посмотрим.

Облаченная в бесформенную хламиду женщина стояла посреди дороги и смотрела вслед почти исчезнувшей за горизонтом троице, презрительно нахмурившись. Она простояла едва ли не пятнадцать минут в пяти метрах от этих ничтожеств, но ни один из них даже не заподозрил её присутствия - двоим не хватало силы, одному - знаний и умения. Невидимка коснулась увенчанного изумрудом перстня и в её руке появилось нечто, напоминающее маленькую пирамидку. От начертанных на странном предмете линий исходило едва заметное свечение.

- Ниатта на связи. Ураган пересек границу, движется в сторону Хлебста вместе с агентами Хилметцдорфов. Продолжаю наблюдение. - Пирамидка исчезла так же, как и появилась, а женщина, чуть улыбнувшись, оттолкнулась от земли и, словно птица, взмыла в небо.

- В пятидесяти метрах впереди кто-то прячется среди деревьев. Около десяти человек, если никого нет дальше. - Гёт незаметным для окружающих движением потянул из потайных ножен кинжалы. - Каэл, постарайся не подавать вида, что мы о них знаем.

- Понял. Научишь потом так же?

- Научу. Как выскочат - толкни какую-нибудь высокопарную речь и припугни молнией или еще чем-нибудь. Моих сил для должного эффекта может не хватить.

- А если не испугаются?

- Их проблемы. - С усмешкой сказал Кельт, любовно поглаживая ножны с небольшим кинжалом на поясе. - Я хоть и не Ураган, а десяток разбойников мне на один зуб.

К моменту, когда троица въехала в ловушку, Каэл уже привел нервы в порядок и был готов «толкнуть речь» и показать пару фокусов, но, когда из-за деревьев показались высокие, мускулистые, серокожие монстры с торчащими из-под нижней губы клыками, он не выдержал. В первую же секунду двое орков, завывая, повалились на землю - их юноша угостил не самыми сильными молниями, искренне надеясь, что остальные испугаются, подберут раненых и убегут, но они совершенно не обращали внимания на своих беззащитных сородичей.

- Бей! - Выкрикнул Кельт, одним махом спрыгнув с коня и ударив того по крупу, отправляя перепуганное животное в свободный забег. - Вождя первым!

Мужчина ловко рассек горло первому приблизившемуся к нему орку и, оскалившись, бросился на второго. Гёт тем временем превратил самого крупного и обвешенного побрякушками монстра в ледяную статую и принялся отбиваться от пары его рассвирепевших сородичей. Каэл выхватил из-за спины мечи, в два шага приблизился к Гёту и прикончил не успевших отреагировать на новую угрозу монстров. Над дорогой повисла гнетущая тишина.

- Всё? - Спросил Гёт, напряженно всматриваясь в разбросанные по дороге тела. - Кельт, если есть живые - добей и вырви клыки.

- А клыки-то зачем? - Спросил Каэл, наблюдая за тем как Кельт хладнокровно подходит к неподвижным орочьим телам и отсекает им головы.

- В городах за них дают серебро - по монете за пару. Деньги никогда не бывают лишними. - Сказал Гёт, вытирая с кинжала стылую кровь.

- Что тут вообще орки делают? - Подал голос Кельт, едва закончил делать свое грязное дело. - Да еще и здоровые какие. Наверняка племя одно из сильнейших... Ну, или орки подросли за те двенадцать лет, что меня здесь не было.

- Это может быть напрямую связано с тем что орков у границы стало намного больше. Если слухи не врут, то даже гарнизоны застав увеличили вдвое против прежнего. Но правду мы узнаем только когда доберемся до города. - Шелест падающих с неба капель заставил Гёта поморщиться. - Кельт, лови своего скакуна, иначе застрянем тут черт пойми на сколько.

Пойдем галопом, пока еще можем.

Каэл испытал невиданное облегчение, когда один из работающих на конюшне мальчишек забрал у него поводья и предложил пройти в непосредственно трактир. То, насколько его морально вымотало путешествие по раскисшей, постоянно пытающейся уйти из-под ног дороге трудно описать - проще было сказать, что даже самые сложные тренировки он бы предпочел повторению такого похода.

- Комнаты есть? - Спросил Кельт, едва ему на глаза попался на удивление худой трактирщик с необычной, похожей на маленький цилиндр шапочкой на голове. - Банька?

- И комнаты, и баня, господин. - Залебезил трактирщик, едва ему в руку упала серебряная монета. - Если желаете отужинать, могу предложить восхитительное жаркое - нигде такого больше не попробуете!

Каэл тем временем оглядел пустой, без единого клиента, зал и улыбнулся - ему отчего-то вспомнились времена его жизни у дядьки, когда он сам так же выслуживался перед единственными за весь вечер посетителями.

- Для начала баньку, потом, как выйдем, подашь жаркое. И три комнаты приготовь - мы задержимся тут минимум на три дня. - Перечислил все необходимое Кельт. - И поживее!

- Цитрус, негодник, проводи господ в баню! - Прокричал куда-то в глубь здания трактирщик. - Сейчас, уважаемые, мой помощник все сделает как надо!

Спустя несколько секунд из недр трактира выбрался чумазый мальчонка двенадцати лет, сжимающий в руках массивный ключ.

- Пройдемте, господа, баня у нас всегда жаркая, ждать не надо. - С этими словами он отпер одну из многочисленных дверей и посторонился, словно приглашая гостей внутрь. - Все необходимое там есть. Холодная вода из крана, горячая - из емкостей у печи... Все как во всех банях, господа. Можете начинать помывку, сейчас я принесу холодный квас.

Мальчишка испарился, едва закончил свою речь, а Каэл, Кельт и Гёт принялись скидывать с себя грязную одежду...

Глава 34

- Русые, кучерявые волосы, ростом чуть ниже тебя, глаза золотистые - никого не напоминает? - Гёт после каждого слова хмурился всё больше и больше, пока, наконец, видом своим не стал напоминать тучу.

- Ты уверен в том, что это она?

- Абсолютно. Есть шанс, что она не заметила, что я её узнал, но то, что следует она за нами - факт. Не верю я в такие совпадения. - Кельт устало помассировал виски. - Ты же понимаешь, что мы с ней не справимся?

- Неатта-Невидимка... Да, давненько я о ней ничего не слышал. - Гёт вытащил из-за пазухи очередной листок и принялся за доклад. - Пока будем делать вид, что о её присутствии даже не догадываемся.

Кельт поморщился.

- Будем ждать пока она выпустит нам кишки?

- Будем ждать пока нам ответит куратор. Сейчас он обязан это сделать - я оставил в сообщении соответствующую пометку. Если же в течении суток мы его не получим... Тогда будем считать миссию проваленной, а куратора - устраненным, и вернемся домой. Вот такой расклад.

- Хороший расклад. Только ты учитывай, что нам тут еще несколько дней сидеть, а какая цель у Невидимки мы не знаем совершенно. Устранить нас? Устранить Каэла? Доставить его во дворец? Вызнать что-то? Я ненавижу работать, когда не знаю всех раскладов.

- А кто такое любит, Кельт?

Каэл с крайне угрюмым лицом сидел за заставленным простой, но вкусной едой столом и с невообразимой тоской смотрел в окно - впервые такая погода была ему не в радость. Уже пошли третьи сутки, как они остановились в этом трактире, а тучи все так же застилали небосвод, обрушивая на землю бесконечные, как всем казалось, потоки воды.

- Обычно ливни здесь продолжаются не дольше недели - сезон дождей на востоке короток. Да, придется переждать еще несколько дней, пока подсохнут дороги, но занятие себе можно найти и тут. Освоил щуп? - Спросил Гёт, отодвинув в сторону опустевшую деревянную миску. - Что у меня в нагрудном кармане?

- Кхм... - Каэл сосредоточился, и спустя секунду выдал ответ. - Ничего.

- Верно... А ты быстро учишься.

- Просто заняться тут больше нечем. Медитации да оттачивание использования щупа - вот и все развлечения. - Каэл откинулся на спинку стула и прикрыл глаза. - Чем Кельт занимается? С утра его не видел.

- Закупает все необходимое. Лучше сейчас, чем потом, когда все застрявшие в городе начнут судорожно скупать припасы. - Пояснил мужчина на вопросительный взгляд юноши.

Вдруг входная дверь оглушительно хлопнула и в помещение, сдавленно чертыхаясь, ввалился нагруженный, словно вол, Кельт. Следом за ним в трактир зашла очаровательная женщина с кудрявыми русыми волосами, на которой, несмотря на не самую благоприятную погоду, из одежды было только изящное походное платье, да туфли на широком, низком каблуке. Каэл рефлекторно взглянул на неё зрением духа и обомлел - мало того, что у этой особы был дар, так он еще и был столь велик, что мог бы посоперничать с таковым у мастера Синхи. И юноша был не уверен, кто в конечном итоге одержал бы верх - мастер боевых искусств, практикующий более века, или эта странная женщина, в чьих золотых глазах застыла вселенная.

- Гёт, ты её знаешь? - Прошептал юноша, чуть наклонившись.

- Лучше бы не знал, Каэл, лучше бы не знал... - С каким-то смирением в голосе проговорил мужчина, тарабаня пальцами по столу. Тем временем женщина едва заметно кивнула Кельту, и тот, скрипя зубами, потащил свою ношу в сторону жилых комнат. Сама же незнакомка, призывно качая бедрами, села за стол и, закинув ногу на ногу, обворожительно улыбнулась.

- Ну что, Гёт, познакомишь меня со своим спутником? - Промурлыкала она, не сводя с юноши взгляда. Ситуация Каэлу не нравилась совершенно - кем бы ни была эта женщина, но пришла она наверняка не чтобы просто повидать старых знакомых в лице Кельта и Гёта.

- Каэл, познакомься - Неатта, лучший ассасин королевства Сиол... - Не успел мужчина договорить как совсем рядом с его лицом в стене появилось глубокое отверстие. Сама Неатта при этом и бровью не повела, словно ничего не произошло. - ... умница, красавица и моя давняя знакомая. Вместе... Кхм... Ходили на охоту, да.

Мужчина легко пнул юношу по ноге и Каэл был вынужден подхватить речь своего спутника, судорожно перебирая варианты развития событий. По всему выходило, что что-то противопоставить этой, безо всяких сомнений, опасной женщине не мог ни он, ни Гёт.

- Меня зовут Каэл, миледи, и я очень рад нашему знакомству. Удивительно, как так совпало, что вы встретили своих старых знакомых в этом весьма далеком от Сиала трактире. - Юноша выдавил из себя максимально дружелюбную улыбку, на которую только был способен.

- Можешь не делать вид, что рад меня видеть, малыш. - Неатта выложила на стол несколько сложенных вчетверо листов. - Прочти это и скажи, что думаешь.

- Характеристика учителя? Весьма подробная. - Подвел итог юноша, возвращая бумаги владелице. - Что именно вы ожидаете от меня услышать? Ничего из того, чего нет в этих документах, я сообщить не смогу - мне просто не известно большего.

- Ты не лжешь... Что ж, в таком случае я сделаю тебе одно предложение, а от ответа будет зависеть, останешься ли ты в живых или умрешь. Ты согласен присягнуть на верность королю Артуру Сиан?

- Нет. - Ответил юноша совершенно не задумываясь. - Я уже говорил это однажды, и повторю снова - я не потерплю над собой никого и ничего. Даже если это будет стоить мне жизни.

Антрацитово-черные глаза юноши смотрели прямо и уверенно. Несколько секунд Каэл и Неатта играли в гляделки, но в конечном итоге женщина, хмыкнув одобрительно, щелкнула юношу по носу и рассмеялась, глядя на его растерянное лицо.

- Хороший ответ. - Неатта встала из-за стола и выложила на стол конверт, запечатанный бордового цвета печатью. - Если вдруг передумаешь - ты знаешь, к кому обратиться в первую очередь. Нарушишь свое слово - умрешь.

- В таком случае меня ждет вечная жизнь. - Усмехнулся юноша, убирая письмо за пазуху. - Я надеюсь, что в следующий раз мы встретимся друзьями.

Отвечать Неатта не стала - лишь стрельнула глазами в сторону Гёта, после чего просто исчезла, словно её здесь никогда и не было. И только покоящийся за пазухой юноши конверт напоминал о женщине, чья сила не поддавалась описанию...

- Ваше величество! Невидимка запрашивает связь! - Сообщил доверенный слуга короля, потупив взгляд. Артур встал, накинул на плечи шелковый халат и дотронулся до протянутого ему артефакта связи.

- Артур, можешь говорить? - Послышался от пирамидки чуть приглушенный голос Неатты.

- Не сказал бы, что я не был ничем занят... - Артур окинул взглядом щебечущих о своем девушек, развалившихся на огромной, едва ли не со всю комнату размерами, кровати. - ... но для тебя время я выделю. Говори.

- Дальнейшее наблюдение и попытки переманить Ураган на свою сторону я считаю бессмысленными. Мальчишка не собирается никому служить, и заявляет о том открыто и честно.

- Тогда непонятно, что там делают люди Хилметцдорфов. Если они не хотят подвести Ураган под присягу, тогда что им от него нужно? - Король благодарно кивнул одной из девушек, что поднесла ему бокал с вином. - Можешь это вызнать?

- Нет, Артур, они сами ничего не знают. Я перекинулась парой слов с одним из этой парочки - их куратор не выходит на связь уже довольно давно. Может ли это быть связано с беспорядками на их землях?

- Возможно. Ты же знаешь, что я не большой сторонник интриг.

- Да-да, ты больше по бабам да по алкоголю. Бросай всё это, Артур, и возьмись наконец за ум. - В голосе Неатты послышались суровые нотки. - Пока это не заметно, но дворяне уже начинают косо посматривать в твою сторону. Король, который плох во всём, не нужен никому.

- Я безмерно уважаю тебя, Неатта, но ты переходишь все границы. Да, ты застала еще детство моего деда, но это не даёт тебе права говорить такое мне в лицо. Можно было написать письмо...

- ... Которое ты прочел бы в лучшем случае зимой. Ты давно заглядывал в свой кабинет? Туда едва ли можно войти - до того много в нём скопилось бумаг, требующих твоего внимания. Пора прекращать почивать на лаврах деда и отца, Артур. Сейчас Сиалу как никогда нужен король, а не любвеобильная пьянь.

Артур еще несколько секунд смотрел на потухшую пирамидку, после чего оглянулся, окинул взглядом своих любовниц и вышел из спальни.

- Гютер, принеси мне мой костюм, будь так любезен. И отправь кого-нибудь прибрать кабинет... Мне нужно место, куда я мог бы сесть.

Глава 35

- ... тебя, тяжелораненого, вывезли с последним обозом. Уже через четверо суток над Гиштах-Зором подняли флаг империи Хорш. - Мужчина, чьих волос едва коснулась благородная седина, грустно улыбнулся. - Я рад, что ты выжил.

- Продолжай, отец. Я прекрасно понимаю, что не за этим ты спас своего блудного сына. - Виллиан отпил из кружки обжигающе-горячий напиток и ожидающе уставился на отца.

- Ты всё так же прямолинеен, Виллиан. Избавься ты от этой черты - и прошёл бы по моим стопам, а не рисковал жизнью в бесчисленных сражениях.

- Стать епископом? Отсиживаться в храме, пока твои люди рискуют своей жизнью? Прости, но это не для меня.

- Однако от епископа зависит куда как большее, нежели от паладина. Лорд Кершталь, заходите.

Массивная, но при том изящная дверь распахнулась и в комнату вошел пожилой мужчина в по-военному строгой одежде. На груди его сиял знак Лорда.

- Виллиан, Огстер... - Кершталь по очереди пожал им руки, после чего выложил на стол несколько запечатанных сургучом конвертов. - Дабы сэкономить наше, бесспорно, драгоценное время, я предлагаю тебе, - Лорд посмотрел в глаза Виллиану, - ознакомиться с этими бумагами. Все, тобой здесь услышанное и увиденное должно сохраняться в тайне.

Виллиан взял один из конвертов и пробежался по нему глазами.

- Заверения в верности новому императору? Что за чушь? - Первый конверт отправился на стол, и паладин принялся за остальные. - Семь лордов готовы присягнуть кому-то? Отец, это измена престолу?

От Виллиана стала исходить физически ощущающаяся угроза и Лорд невольно дотронулся до закрепленных на поясе ножн. Епископ же не повел и глазом - его сила позволяла ему не обращать внимания на такие мелочи.

- Ты ошибаешься, сын. Император предал нас тогда, когда запретил выдвигаться на встречу противнику. Знаешь, сколько крепостей и городов мы уже потеряли?

- Сколько?

- Тринадцать крепостей и семь городов. Без боя! Просто потому, что император решил отсидеться за стенами столицы! - Епископ ударил по столу кулаком так, что еще не показавшие дна кружки подскочили в воздух и едва не рухнули на пол. - Такой человек не должен править!

- И ты решил посадить на трон себя или кого-то из своих сторонников? Ты не боишься, что они окажутся еще хуже?

- Хуже?! Достаточно будет того, чтобы новый император позволил Лордам делать свою работу, а не строил из себя великого полководца, Виллиан. - Произнес епископ чуть тише.

- Ты веришь в то что твой сторонник не отправит тебя на плаху, едва взойдет на престол? В то, что остальные Лорды будут молча смотреть на то, как церковь подминает под себя власть?! А наследники? Или их тоже ты хочешь убить?

- У императора больше нет наследников. Его внука казнили в баронствах, а сын погиб при осаде Гиштах-Зора - он жаждал мести за своего ребенка, но сам сложил голову от рук его убийц... - Огстер замолчал на секунду. - И я уверен, что, случись что-то с императором, они не будут против кандидатуры, которую мы выдвинем.

- Тогда зачем вам я, отец? Восемь лордов из двенадцати, вся верхушка церкви... Вам никто не сможет помешать. Так зачем?

- Затем, что на престол должен взойти ты.

- Что, прости? - Паладин отвел взгляд от широко улыбнувшегося Лорда и неверяще уставился на отца.

- Мы возведем на престол тебя, Виллиан!

- ... копьё. Самое простое в обращении оружие - всё, чему нужно обучить новобранцев, так это держать строй и споро выполнять команды. Ну и дешево, опять же - копье это тебе не меч, на который о-го-го сколько доброй стали надо...

- Кельт, хватит, прошу. Ты же видишь - уснул твой слушатель! - Гёт кивнул в сторону развалившегося под раскидистым дубом юноши, на лице которого застыла блаженная улыбка.

- Я бодр как никогда, Гёт. - Произнес Каэл, приоткрыв один глаз. - Просто солнце разморило. Скажи мне кто пару дней назад, что будет такое пекло - я бы первым высмеял шутника. Странная нынче осень.

- То не осень виновата, а климат. Чем восточнее, тем он более изменчив и, если смотреть глазами прожившего всю жизнь на западе человека, странен. Тут, бывает, и зимой снег сходит да трава расти начинает. - Пояснил Гёт, обильно посыпая наваристый суп специями.

Вдруг из-за деревьев показалась сначала одна телега, затем - вторая, за ней третья... Всего юноша, первым обративший внимание на незваных гостей, насчитал пять груженых доверху повозок и порядка двадцати голов скота, плетущихся следом.

- Беженцы, видать. Интересно, и от чего бегут? - Кельт прищурился. - Не похоже, что их много. Пять-шесть семей.

Тем временем головная телега съехала с дороги, и возница, старик, чей возраст надежно скрывала густая борода, ловко спрыгнул на землю. Одет он был, прямо скажем, невзрачно - бесформенная хламида вместо рубахи, видавшие виды штаны и широкополая шляпа без веохушки. Обуви на нём не было.

- Доброго дня вам, путники! Не против будете, коль мы тут жару переждем? - Спросил он, сняв шляпу и вопросительно посмотрев на Кельта. Гёт вымученно выдохнул - похоже, ему порядком надоело то что за старшего постоянно принимают его напарника, который в их связке был «мускулами».

- И тебе доброго дня, старче. Я и товарищи мои не против, если проблем лишних не будет.

Старик благодарно кивнул, напялил на голову свою шляпу и принялся распрягать лошадь, напевая что-то себе под нос. Остальные, видя такое поведение возницы, с нескрываемой радостью принялись располагаться на днёвку.

- Ну, Гёт, как там наш обед? - Кельт покосился на варево, в котором как-то сосуществовало и мясо, и рыба. - Готово?

- Готово. Хорошо получилось. - Сказал Гёт, сняв пробу. - Не обманул тот торговец со своей сухопутной рыбой.

- Это не рыба, а очень толстая змея. - Возразил Кельт, налив себе полную чашку наваристого супа. - Или не змея... Какая разница, пока оно съедобно?

- И то верно. - Согласился с ним Каэл, по достоинству оценив готовку Гёта.

- Господа, вы - маги? - Троица синхронно обернулась к потрепанного вида мужичку. Тот еще несколько секунд жался, но, стоило Кельту нахмурится, как он все-таки выдавил из себя то, что хотел сказать. - У нас виверна. В деревне.

- Поздравляю. Я даже не знал, что кто-то еще промышляет показом диковинных тварей. - Сказал, приложившись ко фляге с водой, Гёт.

- Нет, господин, дикая виверна!

- Что? - Кельт чуть наклонил голову. - Ты не шутишь?

- Конечно нет, господа! Виверна, огромная, синяя, орет так, что кровь в жилах стынет! - Принялся вещать мужичок, дополняя свой рассказ жестами. - Повадилась скот таскать, но то ладно - редко, раз в месяц. А недавно дом разорила, всех пожрала вместе с животиной! Целую семью! Отправили мы посланца в город, а на следующий день виверна та снова напала! Мы собрались, подумали, да уехали - почто жизнью рисковать? Но многие там остались, всё помощи с города ждут.

- И сколько уже дней прошло? - Словно бы невзначай уточнил Гёт, задумчиво посмотрев на Каэла.

- Три дня да две ночи, господин.

- Ты её сам видел? - Мужичок кивнул. - Опиши, как она выглядит. Размеры, цвет, особые приметы...

- Размером с избу, цвета голубого, а приметы... Виверна как виверна, крылья, зубы, но главное - хвост! Огромный, с шипом на конце.

- Отойди пока, нам пошептаться надо. Мы сами подойдем, когда решим. - Мужичок коротко поклонился и поспешил вернуться к своим, где его встречали буквально как героя.

- Каэл, ты не прочь помочь этим милым людям? Виверны не каждый день встречаются. - Уточнил Гёт, видя сомнения на лице юноши.

- Я, быть может, не против, но вам-то это зачем?

- Деньги, Каэл. - Кельт заговорил вперед своего товарища. - Кое-какие органы виверны стоят хороших денег, а нам золото пригодиться. Убьем её - и сможем завязать с нашей... текущей работой.

Каэл скользнул взглядом по лицам спутников, находящихся в шаге от того, чтобы стать его товарищами. Да что там - не знай он, что этих двоих к нему приставили специально, то уже давно бы так их и называл.

- Вы знаете, как на этих монстров охотится?

- Я, когда служил на заставе, ходил с отрядом на виверну. Зеленую, правда, но у нашего десятка с ней проблем не возникло - достаточно было повредить крыло, а на земле она не так опасна. Для нас это вообще должно быть плевым делом.

Раздумывал юноша недолго - люди, которых он мог назвать товарищами, просили его о маленькой услуге. И отказать Каэлу не позволила бы совесть.

- Я согласен.

Глава 36

Небольшая усадьба посреди леса на первый взгляд казалась заброшенной - стены словно опутаны сетью переплетающихся друг с другом растений, каменные дорожки покрыты мхом, а стекла давно лишились права так называться - сквозь них было совершенно невозможно рассмотреть хоть что-то. Но первое впечатление часто бывает обманчивым.

Единственная ведущая в усадьбу дверь бесшумно распахнулась перед Летисом и тот, чуть улыбнувшись навеянным обстановкой воспоминаниям, вошел в жилище одного из самых старых представителей эльфийского народа.

- Сиод. - Летис поприветствовал хозяина дома коротким кивком, на что тот приглашающе махнул рукой.

- Присаживайся. Что привело сюда бросившего свой народ короля?

- До меня дошёл слух, что совет хочет нарушить данное мне слово. - Летис сел в предложенное ему кресло. - Так ли это, Сиод?

Сиод едва заметно шевельнул пальцами и из небольшого шкафа, расположившегося под самым потолком, вылетела пара хрустальных бокалов и больше похожая на произведение искусства, нежели на простой сосуд, бутыль, наполненная чем-то алым.

- Да, Летис, ты все правильно понял. Совет решил, что для нашего народа так будет лучше. - Старейшина наполнил оба бокала. - Ты должен понимать, что даже с полноценной силой Короля мы не защитим рощу. Я долго размышлял над тем сражением, и пришел к неутешительному выводу - мы намного слабее Тёмного народа. Слабее настолько, что для победы нам придётся пожертвовать людьми.

Летис поймал парящий в воздухе бокал и сделал пару глотков, удовлетворенно кивнув. Взгляд его при этом удовлетворения не выражал совершенно.

- Пожертвовать миллионами жизней ради победы... Будь я чуть моложе, то с радостью поддержал бы совет. Но магия крови - табу. Табу как для людей, которым мы этот запрет принесли, так и для нас самих. Ты-то должен помнить, к чему может привести её бездумное использование, Сиод.

- Табу... Знаешь, в каком-то из миров я слышал от людей одну забавную поговорку - то, что дозволено юпитеру, не дозволено быку. Мы распечатаем сферу, отразим вторжение и запечатаем её обратно. Катастрофы не повторится, Летис, а мы сохраним драгоценные жизни наших собратьев. Пройдет пара сотен лет, и люди восполнят свою популяцию.

- Это не выход. Принести в жертву целый народ - идея, достойная людей, но не эльфов. Ты никогда не отличался кровожадностью, Сиод. Так почему ты с таким рвением продвигаешь этот план?

Сиод щелкнул пальцами, и в ту же секунду из открывшейся у самого потолка воронки плавно спланировала толстая книга. Фолиант, казалось, прошёл через тысячелетия, и только магия не давала ему рассыпаться в пыль.

- Что это? Я не припомню в наших библиотеках ничего подобного. - Летис встал с кресла и подошел к старейшине, с нескрываемым интересом рассматривая книгу. - Позволишь?

- Ты знаешь, что Келлиан вновь взялся за исследования? - Сиод протянул Летису фолиант. - Он нашел это в одном из миров, нами покинутых. Тот мир мёртв, Летис. Тёмный народ не захватывает миры - он уничтожает их. Методично, один за другим.

- А это...?

- Ариал, последний король ныне мертвого мира, вел летопись своей войны с Тёмным народом. Наши собратья сдерживали врага тринадцать лет, но в конечном счёте всё равно проиграли. Они продержались столько лишь благодаря тому, что использовали людей в качестве... ополчения, скажем так...

- Как смазку для мечей. Со мной ты можешь говорить прямо, Сиод. - Оборвал старейшину Летис, одну за другой пролистывая страницы книги. - Но даже это не дало им достаточно времени для создания того, о чём говорится в этой книге, верно?

- Верно. Они слишком поздно нашли способ борьбы с врагом, но оставили несколько сотен таких фолиантов в хранилищах по всему миру. Если у нас получится воспроизвести это сооружение... - Старейшина замолчал.

- ... тогда вы закроете этот мир ото всех посягательств извне? - Летис закрыл фолиант и отдал его Сиоду. - Мне жаль разрушать ваши надежды, но вытолкнуть мир из спирали невозможно. Способ попасть сюда рано или поздно, но будет найден.

- Но...! - Летис остановил старейшину повелительным жестом.

- Поверь моему опыту, Сиод. Я провел не один год за исследованиями всего, что касается миров и перемещения меж ними. Кровавая Башня лишь предоставит нам отсрочку.

Сиод замер. Сейчас он, казалось, лишился свойственной ему самоуверенности и стал в большей мере напоминать уставшего от жизни старика, нежели одного из самых влиятельных представителей своего народа. Повинуясь едва заметному движению бутылка, до этого момента подвешенная в воздухе, скользнула ему в руки. Сиод грустно усмехнулся и приложился к горлышку.

- Проклятье... - Прошептал старейшина, осушив сосуд. - Как, Летис?! Как тогда нам сражаться с теми, кто некогда уже заставил нас отступить?!

Сиод устало опустился в кресло, откинулся на оббитую бархатом спинку и прикрыл глаза.

- Я еще никогда не чувствовал себя хуже, Летис...

- Не бывает непобедимых врагов, Сиод, и ты прекрасно это знаешь. Разве в книге описано одно лишь строительство башни? Это бесценное хранилище знаний содержит в себе множество других вариантов, которые не подошли нашим собратьям, но вполне могут подойти нам. - Летис раскрыл ладонь и над ней появилось две сферы. - Я лишь бегло пролистал первые страницы, но уже наткнулся на весьма эффективный способ. Нам не обязательно уничтожать врага - достаточно запереть его. Спиральная система устройства вселенной позволяет переходить из одного мира в другой, и никак иначе. А теперь представь, что эти сферы - наш мир и тот, из которого Тёмный народ планирует вторжение. Если они решат вторгнуться к нам, то им будет необходимо возвести нечто, способное синхронизировать портал. В ином случае...

- ... они будут лезть в бутылочное горлышко. Но в качестве маяка может выступать любое мало-мальски крупное сооружение... - Сиод приподнялся в кресле. - ... будет очень трудно обнаружить и предотвратить строительство.

- Но это, в отличии от твоего плана, реально. Вполне может быть, что в книге содержатся и другие способы. И я искренне не понимаю, почему ни ты, ни остальные члены совета в упор не видели этого.

- Знаешь, Летис, я тоже этого не понимаю...

- ... а здесь, стало быть, скалы, в которых виверна поселилась. - Старик нарисовал на песке несколько гор-треугольников. - Мимо не пройдете.

Гёт еще несколько секунд изучал начертанную крестьянином схему, пока, наконец, не бросил это неблагодарное занятие - рисовать старик не умел совершенно, а карт, похоже, и вовсе никогда не видел.

- Хорошо. Будем надеяться, что там остался хоть кто-то, и проблем с проводником не будет.

- Виверна не такая прожорливая, господин. Наверняка кто-то, да останется. Пойду я?

- Иди уж, дед. - Сказал Кельт, приподнявшись с травы. - Добрые они, однако. «Кто-то, да останется», да?

- И не говори. - Каэл закинул сумки на круп своего коня и запрыгнул в седло. - Такова человеческая природа - заботится только о себе. И чем дольше я живу, тем больше в том убеждаюсь.

- Тебе и двух десятков нет, а уже философствуешь. Лучше оставь это нам, побитым жизнью старикам...

- Побитый жизнью старик, прекращай дурачится. - Произнес Гёт чуть улыбнувшись. - Лучше расскажи, что вызнал о деревушке этой, да о виверне.

- Деревня как деревня. Глушь, тридцать дворов, возделывают поля да держат скот. Единственное, что отличает Новые Черемушки от сотен таких же сёл - виверна. - Кельт оседлал своего скакуна и потрепал его по холке, сняв с морды уже опустевший мешочек с зерном. Конь фыркнул. - Ну, маленький, позже морковку дам.

Спутники выехали на дорогу и Кельт, поравнявшись с товарищами, продолжил рассказ.

- Виверна, если верить описанию, громовая - может пару раз ударить молнией, и, собственно, всё. Она хоть и сильная неимоверно, но на земле представляет из себя легкую мишень. Гёт подморозит ей крылья - и благодарность деревенских вкупе с органами на три сотни золотом у нас в кармане.

- Шкура прочная? - Поинтересовался Каэл,

- Ни капли. В виверне почти нет магии, в отличии от драконов. Оттого и весит она мало, кости имеет хрупкие, а шкуру - тонкую. Я уже говорил, что десяток простых солдат такую способен убить, не потеряв при этом ни единого человека?

- Говорил...

- Господа! - Донесшийся откуда-то сзади крик заставил всех обернуться. - Господа! Обождите!

- Чего орешь? Вроде всё решили уже, или нет? - Поинтересовался Кельт у подъехавшего верхом на старой кобыле отчего-то помятого мужичка, которого деревенские использовали в качестве парламентера.

- Проводником вашим буду, господин! Я те скалы как свои пять пальцев знаю! - Сказал он и, словно в доказательство своих слов, растопырил ладонь. Одного пальца, безымянного, не было. - Со мной точно не заплутаете!

Каэлу отчего-то стало не по себе...

Глава 37

- Муар'шаттогх, чары, наложенные на одного из владык эльфов, развеяны. - Высокая, стройная девушка в обтягивающем белоснежном комбинезоне стояла на одном колене перед своим повелителем. Её рыжие, подобные свирепому пламени волосы каскадом ниспадали на изящные плечи, подчёркивая пронзительно-зеленый цвет глаз этой прекрасной представительницы Тёмного народа.

- И чья в том вина, Аэлинна? - Шепот Муар'шаттогха проникал, казалось, в самые глубокие уголки сознания и подчинял его, заставлял беспрекословно выполнять его волю. - Расскажи мне все, без утайки.

- Палата Чародеев, Муар'шаттогх. Они недооценили бывшего правителя этого народа. - Произнесла девушка полушепотом, не смея оторвать глаз от мраморного пола. - Он не поддался чарам и смог оградить от их влияния старейшину, с которым встретился.

- Бывший правитель? Что за чушь! - Муар'шаттогх зашипел, едва не срываясь на крик. - Правитель не может быть бывшим! Он либо правит, либо гниет в земле!

- Впервые за тысячелетия их король не погиб, а отстранился от правления. Муар'шаттогх. Прежде они никогда не уступали трон и сражались с нами до конца. - Произнесла девушка, сжавшись от сковавшего её ужаса - она испугалась собственной смелости.

- Аэлинна... Ты все так же желаешь исследовать этих ничтожеств? Зачем тебе это? - Девушка вздрогнула, когда Муар'шаттогх в одно мгновение оказался рядом. - Я могу отстранить тебя от этого. Ты достаточно настрадалась, Аэлинна.

- Нет, Муар'шаттогх. Пока во мне жива память о сестре, я буду исследовать и эльфов, и людей, какими бы ничтожными они ни были. Мною движет желание узнать, что же влекло её к этим... существам.

- На то твоя воля, достойнейшая дочь нашего народа, Аэлинна Шек'мастар. Подними голову. - Девушка оторвала взгляд от пола и посмотрела на повелителя Тёмного народа, теперь уже восседающего на парящем в воздухе троне. Муар'шаттогх более не выглядел пугающе - доспехи цвета ночи сейчас отчего-то сменили цвет на белый, такой же, как у самой Аэлинны, а устрашающего вида рога, венчающие шлем, пропали бесследно. Исчезла и давящая на сознание аура, всегда окружающая Муар'шаттогха. - Донеси до Палаты Чародеев мое недовольство. И не забудь упомянуть, что в следующий раз им об этом сообщат уже на Пике Смерти.

- Да, Муар'шаттогх.

Девушка встала на ноги и, поклонившись, покинула тронную залу. Муар'шаттогх еще несколько минут смотрел на закрывшиеся за ней двери, после чего встал с трона, подошёл к ничем не выделяющейся стене и на мгновение замер. В ту же секунду на каменной поверхности одна за одной начали вспыхивать и тухнуть сотни, тысячи соединенных тончайшими линиями звезд, вместе образующих воистину огромную спираль.

- Тысяча сто сорок семь миров. Творец. Когда же ты покажешься своим детям...? - Произнес Муар'шаттогх, задержав взгляд на пока еще мерцающей точке.

- Ваше величество, карета подана. Если не возражаете, то я поеду с вами. - Мужчина в элегантном костюме чуть поклонился, обращаясь к императору. - В последние дни во дворце ходят странные слухи...

- Я знаю, Дэвиан. Именно об этих, как ты выразился, слухах, меня и пригласили поговорить епископы. Они обеспокоены тем, что против меня может готовиться заговор. - Император улыбнулся и забрался в карету следом за своим начальником охраны. - Но все эти предосторожности все равно кажутся мне излишними. Во время войны ни один разумный человек не будет затевать что-то подобное.

- Осторожность - не порок, мой император. И вы как никто другой должны это понимать. Дэвиан коснулся борта кареты и замер на мгновение, а спустя секунду её окутала прозрачная силовая плёнка. Придворный маг императора придирчиво оглядел свое творение и, что-то в нём подправив, запрыгнул в карету.

- Трогай!

Четверка прекрасных вороных скакунов сорвала экипаж с места и уже через пару минут он выехал за пределы дворца.

- Дэвиан, как протекает выполнение нашего плана? Хоршсцы ничего не заподозрили?

- Об этом слишком рано судить, мой император. Если опираться только на внешние признаки и на донесения наших шпионов, то их командование считает происходящее проявлением трусости - якобы мы решили защищать только столицу, бросив всю остальную империю им на съедение. Но, несмотря на то что все развивается удачно для нас, аристократия начинает проявлять недовольство. Непосвященным в план кажется, что мы действительно боимся.

- Мы ожидали такого развития событий. Со дня на день я созову совет Лордов и там представлю часть плана. - Император прикрыл глаза и устало вздохнул. - Сегодня на вечер не запланировано никаких важных встреч? Мне нужно отдохнуть, иначе...

Договорить он не успел - карета резко, словно налетев на какое-то препятствие, остановилась, а в левый борт её ударило сразу несколько увязших в барьере разрушительных заклинаний.

- Грэгориас, артефакты! - Император за считанные доли секунды провернул камень на одном из своих перстней, и окутавшее его защитное поле разорвало карету на куски. Дэвиана, за это время успевшего выскочить из экипажа и вступить в бой, более рядом не было - налётчиков оказалось минимум трое, и каждый не на много уступал придворному магу в силе. - Дорт, уводи императора!

Сразу несколько ледяных шипов сорвалось с его рук, и с крыши ближайшего здания, отчаянно крича, сверзился один из нападавших. Грудь мага при этом начала стремительно окрашиваться в алый, но, несмотря на ранение, он не отступил ни на шаг, прикрывая своего господина.

Тем временем гвардейцы окружили императора и, прикрывая его зачарованными щитами, начали отступать в сторону оказавшегося совсем близко главного храма. Каждый пройденный метр щедро оплачивался проливаемой бесстрашными телохранителями кровью - уже семеро лучших из лучших воинов империи отдали свои жизни за своего повелителя.

Когда императора и ведущую к воротам лестницу разделяло всего несколько метров, из храма выскочил сжимающий в руках магический жезл Огстер. Он за какие-то доли секунды спустился по ступеням и, ухватив императора за плечо, закрыл его собой, подтолкнув в сторону массивных ворот храма. Одновременно епископ словно бы мельком коснулся груди императора и тот, захрипев, повалился на каменные ступени.

- Т-ты... - Последним, что увидел Грэгориас, стала издевательская насмешка на лице предателя.

- Дело - дрянь, раз такое твориться... - Кельт отошел от разложенных вдоль дороги трупов и поморщился. - Пару часов лежат. И ведь мужчины одни, женщин нет. Деньги не тронуты... Орки это. Недалеко от нас должны быть.

Из придорожных кустов выбрался назвавшийся Антипом мужичок, тот самый, вызвавшийся проводником. Сейчас он выглядел откровенно плохо - трясущиеся руки и позеленевшее лицо окончательно делали его похожим на умалишенного.

- Н-наши это, с Ч-черемушек... Х-хотели с-следом за нами п-п-пойти. - Голос Антипа дрожал так, что едва можно было разобрать что-то из сказанного. - Т-тётка моя тут... Тоже...

- Кельт, Гёт, вы можете определить, куда и на чем они ушли?

- Хочешь догнать? Мы с ними и так почти наверняка пересечемся, если они не надумают с дороги свернуть. Ну а если бросимся в погоню прямо сейчас, не загоняя лошадей, то догоним... - Гёт задумался на секунду. - ... максимум через час. Но я бы предпочел напасть на них ночью - меньше воз...

- Но-но! Это орки, а не люди, и ночью они видят даже лучше, чем днём. - Оборвал товарища на полуслове Кельт, вскинувшись так, словно своими словами Гёт задел само его естество.

- Тогда догоним их днём. И предотвратим дальнейшие бесчинства. Сколько их может быть? - Каэл запрыгнул в седло и выехал на дорогу.

- Полтора десятка, если все тут порезвились. Мы-то сможем вырезать и пол-сотни, но у них женщины в заложниках. Главная проблема - не позволить их убить. По коням!

- А хоронить...? - Антип окинул взглядом трупы и резко отвернулся, силясь подавить рвотные позывы.

- Твои же и похоронят, когда в деревню возвращаться будут. Готов поспорить - они сразу за нами и едут! - Оборвал мужичка на полуслове Гёт. - Всё, двигаем! Если хотим успеть до заката, то стоит поторопиться! Я совсем не уверен, что женщины переживут эту ночь...

Глава 38

Орк поскрёб густую щетину и осклабился, глядя на связанных человеческих женщин, которые, едва завидев направленное на них внимание, испуганно зароптали. Зря - боевой вождь запретил трогать добычу до того, как их отряд покинет земли людей и скроется в горах, откуда их не выгонит и сам Дьявол. Гигант в очередной раз потянулся было к подбородку, но рука отчего-то перестала его слушаться, повиснув безвольной плетью. Орк опустил взгляд и с нескрываемым удивлением уставился на показавшееся из его груди лезвие воронёного клинка.

Кельт опустил еще хрипящего орка на землю и, полоснув того по горлу кинжалом, серией замысловатых знаков дал знать товарищам о своём успехе - это был уже второй орк, приставленный охранять добычу. Прошло несколько секунд прежде чем по лесу разнёсся продолжительный стрёкот сороки - Гёт и Каэл покончили с теми орками, что собрались у костра. Кельт, постоянно озираясь, подобрался к затаившимся пленницам и за считанные секунды освободил их от пут. К счастью, женщины, видящие процесс расправы над своими пленителями, не проронили ни звука - среди них не было ни детей, ни особо впечатлительных молодок. Они уже почти скрылись в густых зарослях, как вдруг на поляну выбрался один из ушедших к реке орков.

- Бегом! - Выкрикнул Кельт, в одно мгновение преодолевая разделяющее его и серокожего гиганта расстояние. Но, несмотря на огромную скорость человека, орк успел выхватить свой иссеченный в сотнях сражений ятаган и отразить направленный в грудь удар. А в следующую секунду орк зарычал - громко, протяжно, так, что слышно его было на многие километры вокруг.

Кельт еще дважды попытался достать опытного рубаку с наскока, но тот, пусть и не без труда, но смог отразить все атаки - эффект неожиданности был окончательно утерян. Соплеменники серокожего должны были вот-вот добраться до поляны и Кельт, убедившись, что такой орешек ему быстро не расколоть, вскинул руку вперед, опустил веки и щелкнул пальцами. Спустя мгновение ослепительная вспышка ударила по чувствительным глазам орка и тот заревел, начав размахивать своим оружием словно крестьянин - дубиной. Кельт, ухмыльнувшись, с легкостью приблизился к гиганту и одним ударом отрубил ему голову.

- Ты был хорошим воином. - Сказал мужчина, дотронувшись до глубокой царапины на своей груди - орк в последние мгновения своей жизни смог дотянуться до человека.

Кельт набрал полную грудь отдающего смертью воздуха и кровожадно улыбнулся. На поляну один за другим выскочили три молодых орка.

Каэл поднырнул под лезвие несущегося прямо на него двуручного меча и разрубил орка на две неаккуратные половинки - усиленный магией удар безо всякого сопротивления рассек и дрянной доспех, и плоть, и кости. Свидетели бесславной кончины своего собрата не стали бездумно бросаться на юношу и попытались его окружить, но десяток сорвавшихся с рук Каэла молний оборвал их жизни быстрее, чем они успели осознать близость смерти.

- Всё? - Гёт прибил к земле еще шевелящегося серокожего. - Семь, восемь, девять... Вместе с теми, что были у костра - двенадцать. У Кельта должны быть еще четверо, не считая тех, что караулили пленниц... А вот и он, кстати.

Гёт широко улыбнулся, но стоило ему наткнулся взглядом на залитую кровью грудь напарника как лицо его приобрело озабоченное выражение.

- Сильно?

- Царапина. Матерый орк попался, не будь я чуть-чуть одарённым - мог бы на той полянке и остаться. У вас всё? - Каэл кивнул, и Кельт сбросил с себя разрубленную рубаху, оголив грудь. - Вот в такие моменты я по-настоящему жалею, что не привык носить доспех.

Царапина, а зудит так, словно мне всю грудину выпотрошили...

- Что же мы так! - Одна из женщин, завидев кровь на груди своего спасителя, бросилась к сваленным в кучу мешкам и за считанные секунды раскопала в них несколько чистых тряпок, до которых загребущие орочьи лапы добраться не успели. - Лилька, кипяти воду! Живо...!

Пока женщина хлопотала над Кельтом, Каэл и Гёт еще раз осмотрели округу и, не обнаружив никакой опасности, вернулись к костру. К этому моменту Кельт с перебинтованной грудью лежал на сваленных в кучу тряпках, насвистывая себе под нос какую-то незатейливую мелодию. Женщины, не привлеченные к помощи храброму воину, времени даром не теряли и уже подготовили пару телег, в которые сейчас запрягали уцелевших кляч - большую их часть орки просто-напросто сожрали.

- Антип, из ваших девки-то? - Поинтересовался Гёт, высмотрев прячущегося среди деревьев мужичка. - Антип?

- А...? Да-да, господин, наши. Без мужьев теперь, правда...

- Живы - и ладно. А мужья - дело наживное. Ну что, по коням?

- Господин, охотник утверждает, что виверна разбила гнездо на северном пике. Он согласился нас туда проводить всего за пять серебряных! - Полный мужчина в доспехах с ничего не выражающим лицом кивнул и снял с пояса кошель, из которого медленно, словно бы нехотя, отсчитал пять монет.

- Оплати его услуги, Баку. - Наёмник кивнул, взял деньги и скрылся в одной из изб, стоящих чуть в стороне от основного столпотворения зданий. - Гильдо, ты уверен в том что твои люди справятся с этой тварью?

- Да, господин. Я ходил на виверну и с пятёркой воинов, а сейчас нас целый десяток - более, чем достаточно для охоты на таких существ. - Капитан отряда чуть улыбнулся. - С амулетом обморожения это и вовсе будет легче, чем даже загнать оленя - виверна агрессивна, бросается на всех, кто покажется вблизи её гнезда. Лишим её возможности летать - и золото у нас в кармане.

- У меня в кармане, Гильдо. Я собрал этот отряд, купил коней, оружие и доспехи... То, что вы получите по десять золотых - и без того невиданная щедрость с моей стороны. Помни, где ты был год назад и где ты сейчас.

- Да, господин. - Капитан покорно опустил голову и ухмыльнулся своей тени - уж он-то не упустит шанса разбогатеть...! Пусть даже для этого придётся убить своего благодетеля.

Торговец посмотрел на следующего за Баку старика и, удовлетворенно кивнув, забрался в седло. Огромная по всем меркам сумма была практически у него в руках - этого золота хватит и на погашение долгов, и на закупку товара. Если бы только чёрная полоса, начавшаяся год назад, уступила место белой...

- Совет лордов согласен с вашей кандидатурой на пост императора, Виллиан. - Мужчина в церемониальных одеждах трижды ударил маленьким молотком по бронзовой пластине и звук, разнёсшийся по заполненной представителями самых разных сословий зале, ознаменовал конец Созыва Великих. Нового императора выбрали практически единогласно - лишь трое лордов пытались не допустить ставленника церкви к власти, отчего заседание затянулось на пять часов.

- А ты не верил, Виллиан. Осталось определиться со сроками коронации, и ты взойдешь на престол. - Огстер похлопал сына по плечу и завязал беседу с другим епископом. Виллиан же нашел глазами ответственного за армию. Лорда Беллига, и неспешной, гордой походкой направился к нему.

- Лорд Беллиге.

- Виллиан. - Лорд чуть поклонился. - Прошу меня извинить, но императором я вас считать буду лишь после коронации. Не хочу нарушать традиции, как это делают... некоторые личности.

Беллиге недобро посмотрел на своего главного конкурента за звание полководца имперских легионов. Впрочем, он тут же перевел взгляд на своего собеседника и добродушно улыбнулся, отчего его лихо закрученные усы едва не достигли уровня его же глаз.

- Я хотел обсудить ваш план касательно контрнаступления, Беллиге. Мы потеряли множество крепостей, и противник наверняка там закрепился. Возможно ли вернуть их без повреждения непосредственно укреплений?

- Внешний пояс мы потеряли безвозвратно - там «секреты» самым банальным образом не предусмотрены. А вот срединный пояс, на котором расположены по-настоящему важные крепости, мы можем вернуть без особых потерь. - Беллиге подхватил полный вина бокал с поднесённого миловидной девушкой подноса и вернулся к беседе. - Я имею все основания полагать, что оригинальных планов этих неприступных твердынь Хоршсцы не заполучили, а значит в нашем распоряжении сотни тайных ходов и механизмов.

- Меня это несказанно радует, Беллиге. Если вам будет что-то нужно - просто скажите мне об этом, и я постараюсь обеспечить всё необходимое... После коронации, естественно. - Виллиан, тепло улыбнувшись, отсалютовал лорду и переключился на уже как несколько минут околачивающегося рядом министра торговли, которому, видимо, не терпелось представиться главному претенденту на престол.

Глава 39

- ... уж несколько часов как уехал, господин. - Первый встреченный на главной улице опустошенной деревни старик то и дело посматривал на безупречно чистое небо, словно бы опасаясь чего-то. Впрочем, «словно бы» здесь было неуместно - люди действительно боялись. Боялись крылатой смерти, что могла в любой момент сверзнуться с небес и пожрать всех тех, кто окажется в это время на улице. Убежать от вышедшей на охоту виверны было невозможно.

- Иди, дед, только скажи, куда они ушли? - Спросил Кельт, благодушно улыбнувшись. Но на старика, продолжающего трястись от страха, это подействовало мало.

- На-а северный пик. А-антип знает, как туда добраться. - Пролепетал несчастный и, дождавшись утвердительного кивка, скрылся в одном из близстоящих домов.

- Опередили нас. Ненамного, но опередили. Если хотим догнать их - оставим лошадей у гор, а сами пойдём напрямик. Сможем мы сами путь найти, а, Антип? - Поинтересовался Гёт у замершего чуть поодаль мужичка, проверяющего копыта своей кобылы.

- Если без коней - то сможете, господа хорошие. Это для скотины верные тропки трудно высмотреть, а для пешего их там столько, что и слепой пройдет. - Уверенно ответил он. - А за конями вашими я присмотрю. Схоронимся в ложбинке, виверна нас тогда точно не заметит.

Гёт удовлетворенно кивнул, запустил руку в кошель и передал мужичку несколько серебряных монет.

- Держи. За помощь твою. Найди пока старосту, да расскажи об орках. Знахарка есть у вас в деревне?

- Есть, господин, как не быть. Живет на отшибе, - Антип махнул рукой куда-то на восток, - но охотно принимает всех, кому помощь нужна. Денег не берет, так мы ей то сала, то мяса, то еще чего приносим частенько. Не знаю, будет ли она с вами говорить...

- Будет. Мы, чай, не лихие люди - доброе дело пришли делать. - Гёт развернул лошадь в указанную Антипом сторону. - Кое-какие травки купим, да и всё.

Жилище травницы ничем существенным от остальных построек не отличалось - те же стены, та же крыша и окна, затянутые полупрозрачной плёнкой. И лишь благодаря пучкам трав, развешанным вдоль забора, спутники смогли найти необходимый им дом. Гёт, уже неоднократно доказавший свою способность успешно вести всякий разговор, спешился и постучал в низкую, словно бы рассчитанную на карликов дверь. В доме что-то громыхнуло, послышался суетливый топот, а через секунду дверь резко распахнулась. Мужчина скривился от неожиданно ударившего в нос резкого запаха и, крепко зажав рукою нос, отступил на шаг, бешено вращая глазами - такого он не ожидал совершенно.

Тем временем на порог, со свистом втягивая воздух через многослойную тканевую маску, вышла гномка.

- Чего надо? - Просипела знахарка, нервно оглядываясь на чадящий за её спиной котёл. - Живенько, живенько!

- Мы... Кхе-кхе... Кое-каких трав купить хотели... - Гномка махнула рукой и, развернувшись, устремилась к котлу.

- Минуту!

Гёт, поняв, что прямо сейчас они ничего не получат, за какие-то доли секунды оказался рядом с товарищами и приложился к заботливо протянутой Каэлом фляге. Наконец, когда синева с его лица практически сошла на нет, а во фляге не осталось ни капли воды, он облегченно выдохнул.

- Эт-то ужас какой-то, как она там вообще живет?! - В сердцах бросил Гёт, глядя на тянущуюся из всё еще распахнутой двери тонкую струйку полупрозрачного дыма. - Я думал, что умру...

- Не преувеличивайте, молодой человек. - Донёсшийся из-за спины Гёта звонкий голос заставил того едва ли не подпрыгнуть. - От испарений Болотного Душиста еще никто не умирал. Говорите, какие травы вам нужны. Если таковые у меня есть - продам.

Гёт обернулся, посмотрел на оказавшееся крайне милым личико гномки и, выудив из-за пазухи заранее подготовленный блокнот, принялся перечислять необходимые ингредиенты.

- ... Сервиг Скальный - полтора грамма. Кладезь Каменный - три щепотки, и Дучегар Холодный - два грамма.

- Уж не знаю, кто составлял этот список, но ему бы руки оторвать за такое пренебрежение к системе мер! Щепотки разные бывают, знаете ли. - Проворчала гномка, выписывая что-то себе в записную книжку. - Троешанс готовить собрался? Небезопасное это средство.

- Я знаю, уважаемая...

- Сиан.

- ... Сиан. Если случится что-то, из-за чего я буду вынужден исчерпать все свои силы, мне будет уже не до побочных эффектов. И список этот я составлял сам для себя. - Произнёс Гёт, чуть улыбнувшись.

- Два серебряных, и через пол часа у тебя на руках будет две порции этой отравы. Уже доводилось использовать?

- Дважды.

- Тогда зачем две...?

- Я предпочту не отвечать, уважаемая Сиан. - Ответил Гёт, стрельнув глазами в сторону товарищей. Гномка молча кивнула и, получив плату, скрылась в своем жилище.

Каэл остановился посреди широкой тропы и, оглянувшись, посмотрел вниз. Отсюда было хорошо видно место, где решил схорониться Антип с их скакунами - небольшой, окруженный деревьями овражек представлял из себя прекрасное укрытие от любой летающей твари вроде виверны, предпочитающей выискивать добычу с воздуха.

- Чего задумался, Каэл? - Спросил замерший чуть позади юноши Кельт. - Высоты боишься?

- Высоты...? Не больше и не меньше, чем мечей или, скажем, виверны. - Усмехнулся Каэл, продолжив подъем. Тропа была достаточно крутой для того, чтобы вызвать трудности даже у подготовленного человека, какими вне боя и являлись одарённые вроде Каэла и его товарищей. - Просто я никогда раньше не поднимался так высоко. Отсюда открывается прекрасный вид...

- Это да. Когда я впервые оказался в горах, то тоже не мог отвести взгляд от этой красоты. Перестал обращать на неё внимание только когда моего знакомца, что со мной служить пошёл, орк на копье насадил - мы стояли и смотрели на закат, а эта серокожая дрянь сзади подкралась. Их же среди камней ни черта не видно...

- Тихо! - Все замерли и замолчали, напряженно вслушиваясь в тишину. Прошла секунда, другая, и вот уже Каэл смог различить среди завываний ветра ритмичный перестук копыт.

- Близко. Далеко. Непонятно. Горы. Молчим. - Показал Гёт левой рукой, присев на корточки.

Тем временем юноша медленно выглянул из-за оказавшегося совсем рядом валуна и тут же юркнул обратно - буквально в двух десятках метров от него шла колонна из десятка конных воинов.

- Воины. Простые. Десять. Близко. - Кельт кивнул и бесшумно устремился в сторону Гёта, который знаков Каэла не видел из-за разделяющих их камней. Прошло несколько секунд прежде чем и Кельт, и Гёт добрались до юноши и, оценив возможную угрозу, приняли решение.

- Опасности нет. Выходим. Готовность.

- Э-эй! - Кельт, встав в полный рост, первым перебрался через камень и направился к ошеломленным неожиданным появлением кого-то еще людям. Каэл и Гёт пошли следом. - Вы, стало быть, тоже на виверну идёте?

- Идём. - Первым отошедший от неожиданности воин, окинув троицу взглядом, подал голос. - А вы втроём решили эту тварь одолеть? Да один еще и юнец безу...

Пролетевшая прямо перед носом наёмника искра заткнула его быстрее, чем это успел сделать выехавший вперед полный мужчина в богато расшитых одеждах, совершенно не подходящих даже для путешествия по горам, не говоря уже об охоте.

- Прошу простить моего подчиненного, уважаемые маги. Раз получилось так, что наши отряды встретились здесь, в горах, я бы хотел предложить обсудить условия дележа вырученной за труп виверны суммы. Ведь ни вы, ни мы не уступим друг другу всю добычу, верно?

- Верно говоришь, уважаемый. Вот только в одном ты ошибся - с чего бы нам с вами что-то делить? - Гёт улыбнулся вроде-бы добродушно, но торговцу, как и наёмникам за его спинами, отчего-то стало не по себе. - Тут или вы прямо сейчас уходите, или мы вас тут и оставим. Решайте.

Гёт развернулся и, подтолкнув Кельта в обратную сторону, подошёл к Каэлу.

- Сейчас они сами отсюда и уйдут. Наёмники на смерть ни за какие деньги не пойдут, точно говорю. - Прошептал он, зло ухмыльнувшись.

- А ну как не уйдут? Что тогда делать будем? Убивать? - Спросил Каэл, нахмурившись. - Так деньги, таким образом полученные, еще никому не помогали.

Гёт посмотрел на юношу как на несмышленого ребенка.

- Бредни это, Каэл. Деньги - они деньги и есть, нет никакой разницы, что ты честным трудом их заработал, что убил кого. Да, хорошего человека будет грызть совесть. Более того - рано или поздно она его сгрызет...

- А тебя она, хочешь сказать, беспокоить не будет?

- Будет. Но ради дочери я готов пойти на многое, пойми. - Гёт обернулся и посмотрел на что-то громко обсуждающих наёмников. Те, очевидно, не хотели вступать в схватку сразу с тремя магами, но отчего-то тянули и все еще не бросили своего нанимателя. - Надо будет - убью. Десяток людей, сотню... Лишь бы она была здорова.

- Они согласятся, даже если мы выделим им треть от добычи. Ты как-то упоминал, что на лечение потребно меньше полусотни. Я готов отказаться от своей доли, Гёт. Я не нуждаюсь в деньгах и, смею надеяться, никогда не буду нуждаться. - Каэл посмотрел на резко угомонившихся наёмников. - А эти люди? Сколько они проживут? Семьдесят лет? Восемьдесят? Нам отмерен куда как больший срок, и мы не можем вот так просто лишать их шанса наладить свою жизнь.

- Не знаю, к чему ты приплёл сюда возраст, Каэл, но - хорошо. В чём-то ты действительно прав. Мы отдадим им треть от вырученных денег, но в охоте они примут непосредственное участие. Оставшееся поделим между нами поровну. Доволен?

- Вполне.

Гёт покачал головой и, улыбнувшись своим мыслям, отправился к наёмникам. Каэл и Кельт двинулись следом.

- ... А я говорю, что нужно уходить! Силиотто, ты сделал для нас многое, но ты пойми - это маги, а не разбойники с большой дороги. Нам не справиться даже с одним...

- Отвлекитесь на минутку. - Торговец дернулся от неожиданно раздавшегося за его спиной голоса. - Мы обсудили ситуацию и решили выделить вам треть от вырученных с продажи виверны денег. Но в этом случае вы примите участие в охоте на равных с нами. Как вам такое предложение?

Глава 40

- Поприветствуем императора Виллиана! - Многократно усиленный магией голос глашатая разнесся над главной площадью столицы, на которой негде было упасть не то, что яблоку - крошечная виноградинка, урони ты её с неба, до земли бы просто не долетела. Но несмотря на всё это непрерывный поток людей и не думал иссякать - каждый хотел посмотреть на церемонию коронации основателя новой правящей семьи - паладина, сына епископа и друга Лордов, Виллиана Зил.

- В этот трудный для государства час я, император Виллиан Зил, со всей должной ответственностью принимаю бремя власти и обязуюсь править с крепкою верой в милость Господа, в духовную мощь и непоколебимую твердость и верность нашего великого народа...

Огстер стоял за спиной своего сына и недоумевал - речь, которую он составлял лично, Виллиан заменил на что-то своё. И в речи этой не было ни слова о церкви, что приведет империю к процветанию. На скулах епископа заиграли желваки. Обращение императора к народу - то, из чего складывается первое впечатление о правителе. Да, эта речь не была слабой - в ней чувствовалась сила, сила императора, способного править целым государством... Но в ней не было того, что должно было там присутствовать. Теперь не избежать неудобных вопросов как от иерархов церкви, так и от лордов...

- ... Нам предстоит тяжелая борьба с врагом, в которой мы или отстоим свою свободу и гордость, или умрём! Слава Империи! - Виллиан вскинул над головой объятый пламенем клинок и тысячи, десятки тысяч глоток подхватили клич, разнесшийся над столицей империи. Виллиан улыбнулся, опустил клинок и покинул преисполненную праведной яростью и готовностью рвать врага голыми руками толпу.

- Виллиан, какого чёрта?! - Прошипел, словно змея, Огстер, едва они остались одни. - Мы в течении нескольких дней составляли речь и ты, не обмолвившись ни единым словом вот так просто отбросил её?! Ты представляешь себе, на какие уступки теперь придётся пойти чтобы вернуть поддержку церкви и лордов?

- Не будет никаких уступок, отец. - Огстер даже замер на мгновение, ошеломлённый столь резким ответом сына.

- Что ты хочешь этим сказать? Разве ты не помнишь, о чём мы договаривались, когда...

- Я искренне считал, что все эти договоренности - искусно поданная фальшь, целью которой было возвести меня на престол и наконец поставить на место совет и церковь. Разве не так? - Оборвал отца на полуслове Виллиан, резко к нему обернувшись. - Почему император должен править, оглядываясь не на верных ему людей, а на отчего-то переживших предыдущего правителя лордов и церковных иерархов? Дай им шанс - и они предадут нас так же, как предали Грэгориаса. Я готов довериться тебе, но не тем, кто участвовал в заговоре, отец.

Виллиан и Огстер миновали еще несколько коридоров, пока, наконец, не добрались до отведенного для проведения срочных совещаний зала, в котором их уже ожидали епископы Искарот и Видлинг. Новоявленный император поприветствовал собравшихся и, устроившись в богато отделанном кресле, жестом предложил отцу продолжить их разговор.

- Виллиан, я понимаю, что ты хочешь до меня донести, но бремя власти - это не то, что может на себе нести один-единственный человек. Да, ты можешь сейчас отлучить от себя и церковь, и лордов... Но ни к чему хорошему это не приведет, поверь.

Не успел Виллиан ответить, как оба епископа, до этого что-то тихо обсуждавшие, синхронно посмотрели сначала на императора, потом - на Огстера.

- Огстер, в чём дело? - Поинтересовался Искарот, положив на стол магический жезл. - Какие-то проблемы с... императором?

Последнее слово он словно нехотя процедил сквозь зубы. Виллиан, до этого момента не обращавший на епископов никакого внимания, медленно повернул голову. Взгляд его отливающих алым глаз, казалось, пронизывал до самых костей.

- Никто, никогда, ни при каких обстоятельствах не имеет права ТАК обращаться к императору, епископ Искарот. На первый раз я вас великодушно прощаю, но впредь попрошу следить за тем, с кем и как вы разговариваете.

- Что ты себе позволяешь, мальчишка...! - Искарот резко замолчал - замерший у самого горла клинок лишил его всякого желания даже дышать, не то, чтобы что-либо говорить.

- Я предупреждал тебя, Искарот. За измену престолу... - Сорвавшаяся с посоха епископа Видлинга переливающаяся всеми цветами радуги сфера оттолкнула Виллиана назад и Искарот, вскрикнув, упал на пол.

«Убей».

Император взмахнул клинком, с которого сорвалась и понеслась вперед яростно ревущая волна пламени. Видлинг прокричал что-то и взмахнул посохом перед собою, и готовый вот-вот его пожрать огонь столкнулся с невидимой стеной. Здание содрогнулось.

«Убей».

Виллиан вскочил, занес над головой меч и в два шага оказался рядом с пытающимся дотянуться до брошенного на столе жезла Искарота. Епископ в последний раз дернулся и затих, обоими руками ухватившись за погрузившееся в его грудь лезвие меча. В ту же секунду Императора отбросил в сторону невероятной силы удар, пришедшийся в спину - оттуда, откуда он его не ждал совершенно. Виллиан, тяжело дыша, поднялся с пола и посмотрел на своего отца, сжимающего в руках маленький, словно бы игрушечный молот.

- Виллиан, остановись! Остановись, черт тебя дери!

«Убей».

Император встал в полный рост и опустил было меч, как вдруг в уцелевший после всего произошедшего барьер ударили сотни воздушных лезвий, сорвавшихся с посоха упущенного из виду Видлинга. Виллиан вскинул меч перед собою и зала утонула в адском пламени...

- ... в день коронации! Надеюсь, это не подкосит нашего императора. - Одна из участвующих в беседе девушек всеми силами попыталась изобразить на лице участие, но вышло у неё откровенно плохо. - Потерять отца! Какая трагедия...

- Проклятые Хоршсцы! Кто бы мог подумать, что они проникнут даже в нашу церковь! Надеюсь, Лорды найдут, чем им ответить!

Лорд Дэбрит, проходя мимо, поморщился. Он всеми силами пытался воспрепятствовать восхождению на престол ставленника церкви, видя в том марионетку, но произошедшее показало, как жестоко он ошибался. Дэбрит совершенно случайно подслушал часть разговора Императора и епископа Огстера, отчего у него появились все основания предполагать, что представленная общественности версия - чистая ложь. Епископ оказался человеком Хоршсцев и попытался убить императора? Однако император жив, в то время как тела епископов его пламя обратило во прах - случайность? Или тщательно спланированное устранение неугодных? Дэбрит хорошо знал погибших, как знал и то, что именно они в большей степени поспособствовали воцарению Виллиана. Остальных епископов просто-напросто подкупили, а Огстер, Видлинг и Искарот - те, кто положил начало заговору...

- Лорд Дэбрит, у вас найдется минутка?

- Ваше величество? Для вас у меня всегда найдется время. - Дэбрит нацепил на лицо доброжелательную улыбку и учтиво поклонился, при этом прорабатывая в голове все варианты развития событий. Он уже семнадцать лет носил звание главы тайной службы, которая успешно при этом функционировала. Впрочем, в связи с последними событиями «успешно» было более неуместно - воздушные корабли, заговор, покушение... Всё это за считанные месяцы свело на нет все прошлые заслуги Лорда. - Пройдем в мой кабинет?

- Нет необходимости, Дэбрит. Я бы хотел, чтобы ты увеличил число наших агентов в Объединенных Королевствах. Сейчас решается, к кому именно они примкнут в войне, и мне было бы крайне неприятно узнать о том, что они - враги уже после того, как их армия ступит на наши земли. Собственно, это было всё, о чём я хотел попросить. И еще одно... - Виллиан приблизился к Лорду и наклонился к его уху. - ... если будешь служить мне верно - не закончишь так, как те предатели.

Глава 41

Каэл смотрел на нависающие над лощиной скалы и не мог проронить ни единого слова. Чувство надвигающейся опасности, появившееся с момента их входа в эту долину, с каждой секундой становилось лишь сильнее. И сейчас юноша пытался обнаружить нечто, вызвавшее такое неестественное для него чувство. Страх.

- Странно это. Третий час как мы добрались до гнезда, а виверны всё нет. - Кельт поставил ногу на небольшой валун. - Не летают они так долго. Час, максимум - два, и возвращаются обратно в гнездо.

Каэл перевел взгляд на пасмурное небо, но чувство тревоги, казалось, стало еще ярче и чётче.

- Кельт, ты ничего не чувствуешь? - Спросил Каэл, оторвавшись от созерцания серых туч. - Чего-то... давящего?

- Всё, что я сейчас чувствую - желание найти эту чёртову виверну и рассказать, как её виду положено жить...

- Кельт, Каэл! Сюда! - Юноша обернулся и увидел стоящего посреди нагромождения камней Гёта, призывно машущего рукой. Он вместе с наёмниками должен был наблюдать за одной частью долины, в то время как Каэл и Кельт - за другой, куда как меньшей. Так приходилось поступать просто потому, что виверны имели неприятную привычку выбирать в качестве своего гнезда какое-то определенное место, достигающее порою весьма и весьма солидных размеров. Следов своего пребывания там они при этом практически не оставляли - ничего, кроме свалки костей в самом центре их дома, найти было невозможно. - Живо!

- Похоже, они что-то обнаружили... - Пробормотал Кельт, переходя на бег. Каэл, напоследок еще раз окинув взглядом небо, побежал следом.

Когда Каэл взобрался на нагромождение камней, то его взору предстала идеально ровная, покрытая уже начавшей желтеть травой, долина. На самом её краю, там, откуда начинала тянуться насыпь, столпились наёмники.

- Гёт, что-то нашли? - Спросил Каэл, нагнав мужчину за считанные секунды.

- Нашли. Виверну... Вернее, то, что от неё осталось.

К тому моменту, когда Кельт-таки смог догнать товарищей, те уже стояли на краю огромного кратера и молча взирали на вплавленный в камень труп.

Невероятный жар, образовавший кратер, запечатлел последние мгновения жизни этого прекрасного и могущественного создания. Поначалу могло показаться даже, что виверна вот-вот встанет на лапы, распахнет крылья и взлетит, дабы отомстить тому, кто посмел свергнуть её на землю, но стоило присмотреться повнимательнее, как становилось понятно - такого мертвеца даже некромант поднять будет не в силах.

- Это... Наша виверна? Кельт? - Спросил Каэл, не отрывая взгляда от распахнутой в предсмертном крике пасти монстра. - Кто её так?

- Плевать. Разворачиваемся и уходим отсюда. Камень еще теплый, и тот, кто это сделал, наверняка всё еще неподалеку. И я очень надеюсь, что это какой-то залётный маг помог страждущим, а не какая-то магическая тварь вышла на охоту.

- И всё-таки...

- Тихо! Слышите? - Каэл замер, вслушиваясь в нарастающий с каждой секундой гул. Юноша огляделся, но ничего, кроме камней, вокруг не обнаружил - лишь голые камни да покрытая травой почва. И тогда Каэл посмотрел в небо.

- Ты умрешь. Тебе не хватит сил. - Высокая, бесформенная фигура предстала перед ним - так же, как и сотни раз до этого. - Эти существа даже моему народу могут доставить проблем.

- Возможно. И что ты предлагаешь?

- Я? То же, что и всегда. Мне уже надоело существовать в заточении...

Покрытое лазурными чешуйками тело, увенчанная небольшими рогами голова на длинной шее и непропорционально длинные когтистые конечности - каждую его частичку переполняла мощь, наголову превосходящая человеческую. На это прекрасное и величественное создание в иных условиях Каэл мог бы любоваться вечно, но сейчас, когда дракон, сложив крылья, пикировал прямо на столпившихся у кратера людей, юноше оставалось только бежать. Он лучше многих понимал свою слабость в сражении с существом, чью силу можно было описать лишь одним словом - катастрофа.

- Каэл, бегом! К скалам! - Гёт сорвался с места и в считанные мгновения догнал оказавшегося куда как более расторопным Кельта. Юноша, чуть помедлив и окинув взглядом слишком медленно бегущих наёмников, чертыхнулся и бросился за товарищами.

Раздавшийся позади жуткий грохот вкупе с полными ужаса и отчаяния криками не оставлял никаких сомнений - дракон избрал своей первой целью тех несчастных, что побежали в сторону выхода из лощины. Древний ящер приземлился посреди долины, издал громогласный рык и, с презрением посмотрев на спины тех, кого не сумел раздавить, изрыгнул из своей глотки устремившийся вперед сгусток ярко-синей плазмы, за считанные мгновения нагнавший и испаривший всех наёмников.

- Отвлекающий... Фактор... Закончился... - Просипел Гёт сквозь зубы, ни на секунду не сбавляя темп. - Не успеем...!

Мужчина сорвал с пояса полученный от знахарки пузырек и, залпом его осушив, зашептал что-то себе под нос. Каэл, ощутив многократно возросшую силу товарища, вздрогнул - пусть Гёт и был опытным магом, но запас сил его оставлял желать лучшего. И сейчас он намного превысил свой предел, надеясь выиграть хотя-бы немного времени.

Гёт резко остановился и, развернувшись, выбросил обе руки в сторону уже обратившего внимания на троицу дракона. Сорвавшаяся с его пальцев волна лютого холода за считанные секунды преодолела разделяющие их и ящера пять сотен метров... И разбилась о пренебрежительно выставленную вперед лапу чудовища, расправившего огромные, застлавшие небо, крылья.

- Бегом! - Подтолкнул оцепеневшего от собственного бессилия Гёта в спину Каэл, не решившийся бросать товарища дракону на съедение. - У драконов есть слабые места?!

- Нет у них слабых мест! - Прокричал Кельт, чуть сбавив темп и поравнявшись с юношей. - Нам его не одолеть! Только бежать...!

Тем временем ящер величаво оторвался от земли и медленно, словно издеваясь над добычей, полетел вперед. Ящер быстро нагонял беглецов, и Каэл, выбросив из головы все лишние мысли, принялся за создание самого сильного заклинания, которое только было ему под силу. Глаза юноши почернели, а серое небо начало стремительно заволакивать грозовыми тучами.

Гёт бежал и не мог поверить в происходящее. Судьба впервые за пятнадцать лет подарила ему шанс, за который он без промедлений уцепился... Но шанс этот обернулся смертельной ловушкой. Дракон. Гёт многое слышал и читал об этих древних, могущественных существах, но никогда не рассчитывал даже увидеть его, не то, что вступить в схватку. В схватку с чудовищем, противостоять которому могла лишь пятерка самых могущественных магов материка, сотню лет назад объединившаяся, дабы отвадить пробудившегося ото сна дракона от людских городов. Как гласит легенда, тем магам лишь ценою своих жизней удалось одолеть бушующего монстра, ввергнув его в спячку. И теперь такой дракон грозился вот-вот обратить его, Гёта, в пепел. А вместе с ним погибнет и его дочь - не будет денег, не будет и дорогостоящего лечения... Случиться этому мужчина позволить не мог.

Гёт сорвал с пояса последний, четвертый пузырёк снадобья и, поднеся его ко рту, замер на мгновение. И этого мгновения Кельту хватило для того, чтобы вырвать сосуд из рук напарника.

- Умереть вздумал?! А о дочери ты подумал?!- Прорычал Кельт, скользнув взглядом по стремительно приближающийся махине.

- Я верю, ты позаботишься о Лилит! Но если мы все погибнем здесь...

- Я выиграю вам время и сбегу! Встретимся в городе! - Оборвал на полуслове Гёта Каэл, резко остановившийся и развернувшийся к начавшему снижаться дракону лицом.

- Каэл! - Гёт остановился, но стоило ему наткнуться на взгляд антрацитово-черных глаз юноши, как готовые сорваться с губ слова замерли у мужчины в горле. Всё, на что его хватило - это лишь благодарно кивнуть и, подтолкнув Кельта в спину, продолжить бежать. Бежать, оставив за спиной молодого парня, подарившего ему, наёмному убийце, шанс выжить.

С зависших над долиной грозовых туч то и дело срывались молнии. Жуткий грохот, сопровождающий каждую из них был слышен, казалось, на многие сотни километров вокруг, а самом эпицентре могучего заклинания земля дрожала и трескалась, будучи не в силах устоять перед давлением такой мощи. Но древний ящер, уже давно опустившийся на землю, медленно двигался по испещренной воронками земле, приближаясь к замершему перед ним человеку. Юноша не мог понять, отчего дракон до сих пор не попытался его сжечь - молнии пусть и не позволяли ему взлететь, опаляя крылья, но уж выдохнуть плазменное облако столь могущественному существу это помешать не могло никак. Каэл сосредоточился и, размазав по лицу хлынувшую из носа кровь, усилил напор - молнии стали бить с вдвое большей частотой. Дракон замер.

Ящер распахнул крылья и в один момент тучи, на которые Каэл истратил массу сил, исчезли, а сам юноша, не удержавшись на ногах, рухнул на землю.

– Ты храбр... – Преисполненный мощью и силой голос, совершенно игнорируя царящий вокруг шум, раздался, казалось, одновременно отовсюду. Каэл никогда прежде не слышал ничего подобного, но отчего-то точно знал, что с ним говорит замершее в паре десятков метров впереди существо. Дракон. – Храбр и безумен. Тебе никогда не победить меня, маленький человек...

- ... но я позволю тебе уйти. - Каэл, с трудом поднявшись с земли, покачал головой.

- Я уйду только если ты отпустишь и моих спутников.

- Ты проявил истинную храбрость, преградив мне путь, и за это я могу подарить тебе жизнь. Но твои спутники трусливо поджали хвосты и сбежали... Нет, человек, их я не отпущу.

- Тогда нам не о чем разговаривать. - С этими словами Каэл оттолкнулся от земли и взвился в воздух, окутавшись щитом из молний. С его рук в одно мгновение сорвались тысячи искр, сплошной мерцающей стеной ринувшихся к дракону.

- Ты сделал свой выбор, человек...

Глава 42

Финал

- У тебя отсутствует чувство самосохранения, Каэл. - Высокий мужчина с длинными, черными волосами чуть улыбнулся. - Я уже говорил - дракона тебе одолеть не под силу.

- Я знаю, Иэздар. Рано или поздно это все равно должно было произойти. - Каэл пожал плечами и подошел к откуда-то взявшейся прямо посреди белоснежной равнины кровати. - Откуда...?

- Ты устал, а отдых у тебя ассоциируется с кроватью. Всё просто. - Иэздар щелкнул пальцами, и кровать поплыла, теряя очертания. Спустя мгновение на месте простой крестьянской лежанки появилось по-настоящему королевское ложе, размеры которого впечатляли ничуть не меньше количества ушедшего на отделку золота и серебра. - Стоило ли так долго противиться нашему слиянию? Я мог бы и не успеть защитить нас.

- А ты бы смог отказаться от своей личности и жизни? Принять то, что ты обречен стать единым целым с кем-то еще?

- В этом ты прав - я бы до последнего противился захватчику и искал бы способы бороться с ним. Не встреться тебе дракон - и я бы еще несколько лет провёл в облике безвольной тени... - Иэздар грустно усмехнулся и опустился в тут же появившееся кресло. - Можно сказать, мне повезло. Если хочешь что-то спросить - спрашивай сейчас. Пусть скоро у нас и не останется друг от друга секретов...

Антрацитово-черные глаза эльфа выжидающе уставились на Каэла, замершего в задумчивости.

- Знаешь, пока я еще остаюсь собой, то был бы не против узнать, как ты вообще оказался в моем теле.

- Не совсем тот вопрос, который я ожидал услышать... Но ответ на него я тебе дам. - Иэздар прикрыл глаза, словно бы погружаясь в воспоминания. - Когда-то очень давно у меня был друг. Друг, которому я доверял как самому себе - не было у меня от него ни тайн, ни секретов. Мы во всём были лучшими из лучших, и шли по пути Силы, помогая и поддерживая друг друга. И я верил, что так будет всегда... Но Летис меня предал.

Окружающий Каэла мир погрузился во тьму, а уже через мгновение юноша оказался в просторной зале, в центре которой размеренно пульсировала рамка портала. Чуть в стороне о чём-то оживленно разговаривали двое - пожилой эльф в бледно-зеленых одеждах и Иэздар, облаченный во всё черное.

- ... искренне надеяться, что вы останетесь друзьями даже после того, как один из вас станет королём, одолев другого.

- Такого не произойдет, уважаемый Леадас. Ни я, ни Летис никогда не предадим нашу дружбу. - Иэздар чуть улыбнулся. Иллюзия ничуть не отличалась от него самого - те же прямые, черные волосы, широкие плечи, чуть заостренные черты лица и антрацитово-черные глаза. - Мы покажем всё, на что способны, и корона достанется достойнейшему...

Голоса затихли так же резко, как и появились.

- Я тогда направлялся в поместье Летиса - мы хотели обсудить условия поединка и договориться о том, что нельзя использовать - всё-таки каждый из нас обладал огромной мощью, контролировать которую зачастую просто невозможно. Смерти же друг другу мы не хотели... Как я тогда думал.

Обстановка вокруг вновь сменилась, и Каэл ощутил себя парящим над тонкой, прямой тропой, ведущей из ниоткуда в никуда - она появлялась перед шагающим Иэздаром и пропадала за его спиной.

- Межмирье. То самое пространство вне пространства, связывающее меж собою порталы. В зависимости от расстояния, которое необходимо преодолеть, разнится и расстояние, которое нужно преодолеть в этом измерении. Летис рассказывал тебе о том, что может случится если повредить портал, когда там кто-то находится?

- Мгновенная смерть для перемещающегося...

- Именно. По крайней мере, таково общепринятое мнение - все, кто оказывался там во время разрушения портала, исчезали навсегда...

Окружающий мир вздрогнул и Иэздар-иллюзия, замерев на мгновение, резко бросился вперед. С каждой секундой туманная завеса, окружающая его, становилась все прозрачнее и прозрачнее, но к моменту, когда сквозь неё стало возможным различить точку прибытия, тропа исчезла. Последним, что увидел Каэл, стал замерший перед схлопывающимся порталом Летис.

- ... но это оказалось не так. Я практически мгновенно лишился тела, но благодаря тысячам лет магической практики сумел сохранить сознание и рассудок, начав поиски способа воскрешения самого себя. Я точно знал, что таковой существует - те же личи, которым удалось сохранить сознание и поместить свою душу в филактерию - пример самый распространенный, но некромантию я никогда не изучал. Я не знаю точно, сколько провел времени в поисках надежного способа, но тысячи лет существования на грани миров положили конец и моему терпению - я решился попробовать вселиться в кого-то, чьи сознание и душу удалось бы подавить, вытеснить, заменить моими. И выбор пал на тебя - мальчишку с сильными, практически идентичными моим способностями. Вдобавок ко всему ты был надломлен жизнью, что должно было многократно облегчить мне работу... Но, как видишь, человеческие сознание и душа оказались куда как более стойкими, чем я предполагал. - Иэздар грустно усмехнулся.

- И теперь мы оба умрем. - Сухо подвел итог Каэл, поднявшись с ложа. - Тебя устраивает такой итог?

- Это не смерть в том смысле, в каком ты её понимаешь. Да, ты перестанешь быть собой, но всё, что произойдёт - это смешение наших личностей и памяти. Смешение, а не уничтожение. Так или иначе, но мы будем жить. И это точно лучше, чем развоплотиться или сгореть в пламени дракона. - Зрачки эльфа резко сузились. - У нас осталось очень мало времени. Сейчас наши души и сознания сольются воедино, Каэл. Извини за всё и... спасибо.

Всё утонуло в ослепительной вспышке света.

Когда человека поглотила волна всепожирающего пламени дракон, взмахнув крыльями, оторвался от земли... И тут же рухнул обратно - в его крыле зияла рваная, обугленная рана. По долине разнесся преисполненный ярости и боли рык.

- Я уже говорил, что уйду только если ты отпустишь моих спутников. - Каэл появился прямо перед мордой ошеломленного дракона.

- Ч-челове-ек! - Струя плазмы поглотила юношу, но, когда резко поднявшийся ветер развеял дым и пыль тот, как ни в чем не бывало, стоял на месте. - Ка-а-ак?!

В следующую же секунду дракон резко оторвался от земли и взмыл в воздух, за считанные мгновения преодолев сотню метров. Каэл хмыкнул и, оттолкнувшись от обугленной почвы, подпрыгнул. К моменту, когда сила притяжения начала брать свое, за спиной юноши неожиданно появились сотканные из туч и молний крылья, и Каэл, окутав себя грозовым щитом, ринулся за драконом. Древний ящер и не думал сдаваться - в воздухе вокруг него то и дело проявлялись подозрительно напоминающие руны символы, от наполняющей которые мощи у обычного мага задрожали бы колени, а эльфийские чародеи приготовились бы к тяжелому сражению. Но Иэздар, чьи душа, память и дар слились воедино с Каэлом, не просто так претендовал на титул короля - он был одним из сильнейших магов своего народа.

В считанные мгновения Каэл сблизился с древним ящером и обрушил на него огромной силы удар, от которого дракон частично закрылся сразу несколькими защитными рунами, разлетевшимися в дребезги. Но победу юноша праздновал недолго - дракон за секунду до удара успел выпустить на волю мириады ярко мерцающих алых искр, на огромной скорости устремившихся к юноше. Каэл, как и его оппонент, камнем устремился к земле. И если дракон после пропущенного удара просто перестал поддерживать себя в воздухе, сосредоточившись на защите, то за Каэлом гнались никуда и не думающие пропадать алые искры.

Тысячи ярчайших вспышек затмили солнце, обратив в пепел всех тех живых существ, что не успели убраться из долины. Дракон, вложивший в последний удар все силы до последней капли, медленно поднялся на дрожащие лапы и принялся напряженно всматриваться в поднявшуюся в воздух пыль, силясь разглядеть то, что должно было остаться от внезапно ставшего невероятно сильным человека. Но раздавшийся откуда-то сверху голос погрузил могущественного ящера в пучину отчаяния - он проиграл.

- Ты проиграл, дракон. Но за то, что ты предложил мне жизнь, я предложу тебе то же самое. - Свет, исходящий от крыльев Каэла, очертил силуэт юноши, медленно опускающийся на землю. Дракон, неожиданно осознавший, что он не дышал уже несколько минут, с нескрываемым облегчением вдохнул пропитанный пылью воздух.

- Ты... Не ты. - Произнес древний ящер с удивлением в голосе. Только сейчас он понял, что тот человек, который тогда преградил ему путь и тот, кому он проиграл - совершенно разные люди, о чем ясно говорила самым разительным образом изменившаяся аура. Взгляд ящера остекленел на мгновение, после чего дракон покорно склонил голову. - Я... Я уйду, маг. За мной, Гартуагром, долг жизни.

Гартуагр с трудом расправил крылья и медленно, словно нехотя, поднялся в воздух. Спустя минуту он уже скрылся из виду, но Каэл и не думал сдвигаться с места. Слияние сознаний вкупе с последующим боем вымотали его до предела. Со стороны этого было не видно, но любой человек, оказавшийся рядом в эту секунду, был бы сильно удивлен - Каэл спал стоя.

История Каэла закончилась.

История Каэла началась.

Content

Евгений Нетт
Вестник

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42 Финал