Павел Абсолют

САМБА

САМБА-1. Аякаси и я

Глава 1

Непонятная тяжесть медленно, но верно, выгоняла меня из приятных объятий сна. Да-а, сейчас бы кофейку и пару бутеров захомячить. Странно, вроде бы будильник не звенел, а я так отлично выспался. Почудился какой-то фруктовый запах. Клубника вроде бы. Да что ж так тяжело то? Будто на мне кто-то… сидит.

Открыв глаза, я увидел пред собой милую девочку, светлую шатенку с выразительными карими глазами. Ринко Кузаки, моя подруга детства из дома по-соседству, склонилась над моим лицом в довольно-таки странной позе. Что-о?! Что еще за Ринко, мать твою за ногу? Я в ужасе отшатнулся.

— Э-э… это… это не то, что ты думаешь!

В следующую секунду девочка умудрилась проделать одновременно две вещи: скатиться и врезать мне подушкой по лицу.

— Ранмару, пойдем, — обратилась гостья к кошаку и обернулась ко мне. — Юто, быстрее спускайся, а то в школу опоздаем!

Протараторив эти слова, девчонка пулей вылетела из комнаты. Помещение до боли знакомо, и в то же время я был уверен, что оказался здесь впервые. Меня зовут Виталий… Амакава. Ксо! То есть тьфу! А-а-а! Срочно зеркало. Так, ванная за этой дверью. Из отражения на меня смотрел юный парень с длинными каштановыми волосами, темно-карими глазами. Угадывались азиатские черты лица. Так, спокуха Витек! Необходимо проделать обязательные процедуры: ущипнуть себя, дать пару пощечин. Ай, больно! Ладно, примем за факт, что это не сон и не плод моего больного воображения. Да даже если и так, выбора все равно особого не видно. Тогда переходим к утренним процедурам.

Умывшись и почистив зубы, я спустился вниз. Обеденный стол был буквально завален различными тарелочками, блюдечками и глубокими плошками. Сначала хотел спросить, сколько народу планируется к трапезе, но сразу память услужливо подсказала, что все это для нас двоих. Юто, то есть новый я — круглый сирота. И Ринко чуть ли не каждый день приходит ко мне домой, готовит, стирает и убирает. Что Юто, этот внебрачный сын Мао Цзедуна, воспринимает как должное. Да я подобной роскоши не видел, даже когда моя бывшая девушка готовила мне в конфетно-букетный период. Кусочек жареной рыбки, мисо-суп, салат, рулетик омлета, маринованная редька, рис, пара булочек, чайник с зеленым чаем. Нет, все порции были небольшими, но разнообразие повергло меня буквально в шок. Вот тебе и япона-мать.

Проблем палочки не вызвали никаких. Минут на десять я выпал из мира, смакуя каждый кусочек этой божественной пищи. Я помнил вкус продуктов от Юто, но в то же время все для меня словно открывалось заново. Ринко с довольной улыбкой поглядывала в мою сторону.

— Уф-ф. Спасибо тебе большое! Ты отлично готовишь. Повезет твоему будущему мужу!

Кузаки неожиданно приобрела цвет спелого помидора и смущенно пропищала:

— С-спасибо, Юто. Иди переодевайся. Или ты и в школу в пижаме собрался?

Что это с ней? Я немного порылся в памяти предыдущего владельца тела и хлопнул себя по лбу. Вот осел. Даже без всех воспоминаний можно догадаться, к кому Ринко Кузаки испытывает нежные чувства. Мои родители попросили ее позаботиться обо мне, но подобный уровень заботы и ласки (хоть зачастую и в грубой форме) для просто знакомой нехарактерен.

Я поднялся обратно в свою комнату, бросив взгляд на настенный календарь. 2010 год. Тут мне чуть плохо не стало. Ладно там переселение души, перерождение, реинкарнация и прочая буддийско-мистическая ересь. Не силен в этом. Но путешествие в прошлое — штука посильнее «Фауста» Гете. Правда, я никогда не читал это произведение, но по-видимому мощная штукенция, раз самого Виссарионыча проняло.

Я попытался сконцентрироваться. Последние воспоминания о моей предыдущей жизни словно плавали в тумане. Проснулся ко второй паре, побрился, заточил хлеба с майонезом, завис в инете ненадолго, забил на вторую пару, приехал в универ к третьей. Немного пописал лекцию. Хоть и четвертый курс, но некоторые преподы вполне могли проверить конспекты. Вместо четвертой пары двинули в биллиардную на пару часов. Хорошо, что однокурсники оплатили. Я в то время был на мели, что двумя неделями ранее стало причиной разрыва с девушкой. Посидели немного, поугорали над посетителями. Потом я направился в общагу… А дальше… Что же там дальше? Асфаль… падение… Точно! Поскользнулся, нога поехала, а потом темнота. Ну ладно, Юто Амакава. Уж не знаю, что с тобой стало, но я постараюсь прожить новую жизнь достойно. Умереть в окружении кучи внуков и правнуков и тому подобное. Вообще-то неплохой вариант мне достался. Лет на шесть младше меня-предыдущего, да еще с воздыхательницей-подругой детства. А то закинуло бы в какого-нибудь старика больного или того хуже… женщину.

Сняв верх пижамы, обнаружил небольшой мешочек на веревочке. Оберег от бабушки. Желтый иероглиф означал «свет». Ладно, я уже не маленький, да и не питаю к предкам Юто каких-то сильных чувств. Амулет снял и положил на тумбочку. Нет, все-таки небольшое ощущение потери, когда я думал о родителях или бабушке с дедом, давило на грудь. Значит, часть Юто передалась мне. Ну, учитывая сколько я памяти паренька схарчил, совсем не удивительно. Вот только детские годы остались сокрыты тьмой. Блин, видимо есть какой-то предел при передаче памяти. Или это из-за того, что я головой ударился в моем мире? Как бы не спалиться. Хотя кому сдались мои детские воспоминания? С Ринко вон жил не тужил столько лет.

Сняв штаны пижамы, решил заглянуть в труселя. Нет, пожалуй, я поторопился, обозвав тело Юто неплохим вариантом. Лучше уж в девушку закинуло, чем в недомерка с соответствующим по размеру органом. Погодите-ка, это ж узкоглазые! У них у всех маленькое достоинство, а в качестве справедливого ответа божественное провидение дало японкам крохотную грудь. Ринко взять к примеру. Короче, придется свыкаться с новыми реалиями. Может, есть какие-то насадки? Япония ведь одна из передовых стран в техническом плане. Наверняка имеются наработки. Я быстро просканировал память Юто, но ничего особенного не нашел. Парень прямо-таки евнух. Причем это явно ненормально. У него даже эрекции не было ни разу, не говоря уже про что-то большее. Печаль-беда. Ладно, японцы и аналог виагры по-любому используют. Авось не пропаду, и мечты о внуках не останутся просто мечтами.

Так, что у нас там? Темные брюки, белая рубашка с коротким галстуком, легкий пиджак с вышитыми полосками-узором, что создавало в целом картину единой формы. Сидит немного мешковато. Будем считать, что на вырост. Ох-ох, где ж мои метр восемьдесят пять. Телефон-раскладушка, для 2010 года вроде бы неплохой модели. Часы — подарок отца, сначала не хотел брать. Не любил я в прошлой жизни подобные аксессуары. Всегда ведь мобильник есть под рукой. Но что-то от прежнего Юто заставило нацепить их на руку. Выскреб всю наличку, и банковскую карточку тоже прихватил. Ученический билет, уже собранная со вчерашнего сумка-портфель. Напоследок причесать немного свои лохмы.

— Ю-юто-о!

— Уже иду!

Снова в школу. Не люблю учиться, планомерно и муторно переваривать гранит науки, но без образования тяжело устроиться. Каких-то особенных талантов никогда не имел. Что Виталий, что Юто. Да и напористой хватки, что присуща торгашам или бизнесменам, мне не досталось. В этом мы с Юто были схожи — обычные заурядные личности. Хотя предыдущий владелец тела судя по воспоминаниям походил на какую-то амебу. Странное поведение и странное неразвитое тело. Взглянуть хотя бы на длину юбки школьной формы Ринко — очень даже неплохие ножки.

— Юто, поздравляю тебя с днем рождения! Тебе сегодня исполняется шестнадцать лет.

— О, спасибо, Ринко!

Вот же ж, предыдущий хозяин тушки даже не думал об этом. Кем надо быть, чтобы забыть о собственном дне рождения? Амебой одноклеточной.

— Ох, прости, что напомнила. Сегодня ведь годовщина, когда твои родители…

Действительно, семь лет назад в автокатастрофе погибли предки… теперь только наполовину мои предки.

— Все в порядке. Спасибо, что всегда поддерживаешь меня!

Кузаки счастливо улыбнулась, отчего ее глаза засияли. Твое лицо как открытая книга, подруга.

Из памяти Юто я почерпнул информацию, что родной город был основан ровно в тысяча шестисотом году и изначально назывался Сендай. Лишь в XIX веке название сменили каким-то императорским указом. Идя по улицам немаленького города Такамия, я присматривался ко всему вокруг. Что ни говори, а японцы очень аккуратные и можно сказать педантичные личности. Раздельные урны для мусора, чистые улицы, ровные газончики, кукольные дома и заборы. Хороший райончик. Чем дольше я всматривался, тем больше в глаза бросались пара странностей. Во-первых, не покидало чувство, что за мной кто-то наблюдает и изредка, на секунду, казалось, будто в пустом месте кто-то есть. Вон за тем столбом, к примеру. Но как только мы к нему подошли, я убедился, что там пусто. Только легкая рябь почудилась. Наверное, адаптация к телу еще идет, и глаза не привыкли.

Вторая странность — это цвет волос. Ни за что бы не подумал, что японцы так любят выделяться и красить свои патлы во все цвета радуги. Зеленый, голубой, белый (не седой), синий. Яркие люди и такие же яркие эмоции. Для них нормально улыбнуться незнакомцу просто потому что настроение хорошее. Немного непривычно. Как известно, смех без причины — признак дурачины, но вместе с этим со своим уставом в чужой монастырь не ходют. Надо тоже научиться лыбу давить, чтобы не прослыть угрюмым бирюком. Впрочем, все можно списать на психологическую травму Юто, которая действительно имела место быть. И только благодаря Ринко бедный парнишка снова смог вернуться к «свету». Странно вообще-то. Сколько ему было? Девять лет? Я полагал, что таких в приют отправляют или в приемные семьи. Ну, родители Кузаки иногда приходили в гости, но в остальное время Юто был предоставлен самому себе. Вероятно, какие-то японо-самурайские особенности воспитания сирот.

— Вот вы где, милорд.

На перилах ограждения уровнем выше нас стояла молодая девушка в форме с продолговатым свертком в руках. Иссиня-черные волосы, собранные в хвост, и фиолетовые глаза. Короткая плиссированная юбка колыхалась под порывами ветра, грозя открыть пикантный вид.

— Осторожнее, упадете ведь, — вырвалось у меня.

— Разве вы не поймаете меня тогда, милорд?

— Кто ты еще такая? И что за «милорд»? — взвилась Ринко.

Неожиданно незнакомка пропала, а через пару секунд к моей левой руке прижалось что-то очень мягкое и теплое. Я рефлекторно отпрянул, но мою конечность уже крепко держали, так что отодвинуться не получилось.

— Вижу, возмужали вы, милорд. Но так ли вы умелы в обращении с женщиной? Должна все лично проверить я.

Сначала я почувствовал легкое дыхание, а потом что-то влажное коснулось моей шеи. Э-э, да она же лизнула меня!

— Ты что творишь?! Отцепись от Юто!

Ринко попыталась было оторвать девушку, но та ловко увернулась, а через миг исчезла, словно ее и не было. Подруга крепко схватила меня за руку и со страшной силой потянула вперед.

— Быстрее, не то опоздаем!

— Постой! — я вырвался из захвата.

— Юто-о!

Не обращая внимание на гневный тон Кузаки, я вернулся к месту встречи с незнакомкой. Не знаю, как подругу, а меня так сильно впечатлила способность почти мгновенного перемещения в пространстве. Что это? Розыгрыш? Слышал, японцы те еще любители странных шоу. Но как она это сделала? Какие-то скрытые зеркала или полости в асфальте? Двойники? Где камера, интересно? Несколько минут Ринко терпеливо ожидала пока я тут все осмотрю, но вскоре не выдержала:

— Юто, я иду в школу. Поторопись, если не хочешь опоздать!

— Окей.

После ухода подруги я еще минут десять лазил по округе, осмотрел перила, на которых вначале стояла темноволосая телепортаторша. Чуть ли не обнюхал все вокруг. Пусто. Ладно, не хочется выставлять себя на посмешище, если меня вдруг еще продолжает снимать скрытая камера.

— Амакава-кун, потрудись объясниться. По какой причине ты не пришел вовремя не занятие?

— Я встретил прекрасную незнакомку, которая поцеловала меня в шею, — чуть отогнул ворот рубашки. — Хотел номер телефона попросить, но она уже испарилась.

Класс взорвался. Успел разобрать фразы: «Юто, гаденыш!», «Врет и не краснеет!», «У Ринко появилась соперница?!».

— Хмм, безусловно, это важная причина для опоздания молодого человека твоего возраста. Но в следующий раз прошу решать свои амурные дела во внеклассное время. Тебе все ясно?

— Так точно, Кисараги-сенсей! — вытянулся я по стойке смирно, еле удержавшись, чтобы не отдать воинское приветствие.

Я прошел к своей парте возле окна и плюхнулся на стул. Ринко сидела впереди и сейчас буравила меня совсем недобрым взглядом. Хмм, понятно, что я их несколько старше и опытнее, но совсем не скрывать свои эмоции… Мое мнение о Юто падает все ниже и ниже. Не замечать чувств своей подруги — это надо постараться. Хотя не только Ринко, но и другие одноклассники читались на раз. Японцы — добрые и открытые люди. Еще некоторое время класс шушукался, обсуждая мои слова, пока учительница не пригрозила оставить каждого нарушителя тишины после уроков.

После обществознания на перемене меня окружило несколько парней, включая лучшего друга Юто Тайзо Масаки — наглого юноши с неестественно-рыжими волосами.

— Приятель, это что за спектакль ты тут устроил? Перепутал сон с явью?

— Пф-ф, не стоит так завидовать, Тайзо.

— Что-о?! Ах ты негодяй!

Масаки захватил мою шею в захват. Можно было бы посопротивляться. Пару приемчиков в армии я разучил все-таки. Но это ведь просто дети дурачатся. Не думаю, что начинать свою новую жизнь с конфликта — здравая затея. Со временем, когда он ближе узнает мой новый характер, Тайзо сам перестанет вести себя со мной как с недалеким сопляком. Пока можно и подыграть. Кто знает, может новый-я тоже смогу с ним подружиться?

— У тебя ведь есть Ринко! А тебе все мало?!

— Что-о! Масаки, думай, о чем говоришь! — подскочила Кузаки со своей парты.

— Масаки-кун, прекрати приставать к Амакава! — влезла в разборки староста класса, Шимомуро Ю.

Тайзо на удивление тут же послушался и отпустил меня.

— Благодарю, староста.

Я смог более внимательно осмотреть девушку. Очки, голубые глаза, заколка в форме крестика и средней длины волосы фантастического фиолетового цвета.

— Все хотел спросить. Шимомуро-сан, это твой натуральный цвет волос?

— Чего-о? С какого перепугу ты мог решить, что я крашусь?!

— Ну-у, не знаю.

— Разумеется, это мой настоящий цвет. У моего отца такие же.

— Вот как? Хмм, было бы любопытно поглядеть на мужчину с таким цветом волос, — про себя усмехнулся я.

— Ну-у, если хочешь, я могу вас познакомить…

— Юто-о, — послышался грозный рык Тайзо. — Ты и старосту хочешь себе заграбастать?!

— Масаки-кун! Прекрати валять дурака! — выдала Ю, слегка покраснев. — Перемена уже заканчивается. Лучше подготовьтесь к следующему уроку.

Одноклассники потянулись к своим местам, и через несколько секунд действительно прозвенел звонок на урок. Все-таки удобно, что кабинет закреплен за классом, а не за учителем. Не надо бегать по всей школе.

Именно в этот самый момент я понял, что это не мой мир. Нет, не другая страна, не прошлое. Совсем другой мир. Параллельное измерение, альтернативная вселенная и тому подобное. Что угодно, но не моя родная Земля. Россия… Память Юто услужливо откликнулась и выдала немного информации. Российская Империя во главе с императором, кровавым деспотом. Территория примерно с наш бывший Советский Союз, которого здесь никогда не было. Мятежи, концлагеря, чистки недовольных властью. В общем, вполне милая картина складывается о Российской Империи в голове у среднестатистического японского школьника. О-о, Япония ведь тоже Империя с императором во главе. В общем, какая-то альтернативная история. Никогда не любил сей предмет. Ну и ладно. Выезжать за пределы новой родины в ближайшее время не собираюсь, а уж если сорвусь, то вряд ли в Москву или Сочи.

Учеба до обеденного перерыва пролетела довольно быстро. Благодаря памяти Юто я вполне сносно ориентировался в японском языке и истории. С точными науками у меня было больше знаний благодаря годам, проведенным в университете. Вообще, Амакава считался хорошистом, но при этом весьма посредственным учеником. И он был уверен, что в престижный универ ни за что не сможет поступить на бюджет. Токийский или киотский. Экзамены здесь строже, чем на моей старой родине. Жаль, конечно, но жилы надрывать ради зубрежки никакого желания нет. Взятка? Вряд ли финансы сироты позволят. В Такамии имелось несколько ВУЗов, а также филиалов столичных университетов. Да, помнится около полугода назад, Ринко рассказывала о своем желании по дальнейшей учебе в местном учреждении и так ненавязчиво интересовалась моим мнением. Юто отмахнулся банальным «пока не решил». Ну, в теории весьма неплохой вариант — переезжать в общагу не надо, плюс помощь подруги детства в учебе. Хотя все это уже начинает пахнуть свадебной фатой и обручальными кольцами. Кузаки мне симпатична из-за общих с Юто воспоминаний, но это точно не любовь. Не хочется ее чем-то обидеть.

— Юто, идем со мной! — только подумал о ней, вот и Ринко.

— Кузаки, куда ты его тащишь? — вмешался Масаки. — Мы еще не узнали подробностей о незнакомке в бикини!

И откуда Тайзо выдумал про бикини?

— Ты что-то вякнул? — в стиле заядлого гопаря произнесла моя милая подруга детства.

— Н-ничего…

С упорством бульдозера Ринко уверенно тащила меня по коридору, словно собачку на привязи. Встречные школьники поспешно убирались с дороги. Мы дошли до лестницы и свернули на пролет, который вел наверх. Тут я взглядом зацепился за предмет в конце коридора и у меня в голове словно что-то щелкнуло.

— Ринко, постой, я возьму нам попить.

— Юто, мне надо поговорить с тобой. Сейчас же.

— Не торопись, я не убегу.

Вырвав свою клешню из сильной женской ладони, я направился к торговому автомату по продаже напитков. Блин, даже в универе у нас такого не было, разве что в столовке. Не говоря уже про школу. Если бы нам-сорванцам притащили сей агрегат, то я уверен, что через сутки максимум его бы разобрали по винтикам. Так-так, что тут у нас. Баночки и бутылочки с зелеными чаями разных сортов, кофе со льдом, молоко с перцовым вкусом, шоколадный морс… Гхм. О, апельсиновый сок. Сойдет. Ринко возьму зеленый чай. Монетки сюда, теперь нажать, подождать… И… И что?

— Эй, железный друг, где мой сок? — я легонько ударил по автомату сбоку.

— Юто, что случилось? — подошла Ринко.

— Представляешь, меня машина на деньги развела!

— Брось. Я тебе потом попить куплю.

Черт, как лоха поимели. Нет, так не пойдет.

— А ну возвращай мои деньги!

Со злости я ударил в место рядом с монето-приемником. На доли секунды мне показалось, что моя рука засветилась желтым светом. От такого слабого удара эффект был феноменальным. Образовалась вмятина, от которой пошли небольшие трещины. Что-то заискрилось, хлопнуло, запахло паленым, повалил дымок, механизм автомата заработал со щелчками и как-то дерганно. В лоток снизу упала баночка с соком.

— То-то же, — произнес я удовлетворенно.

— Юто, ты же мог автомат сломать. Почему он такой хрупкий?

— Не знаю, — пожал я плечами.

Однако на этом эпизод не думал заканчиваться. Истерично пискнув, железная машина по продаже напитков, стала высыпать монеты в выемку для сдачи. Металлический денежный поток и не думал останавливаться, пока мы с округлившимися глазами наблюдали за сим волшебным действием.

— Я за учителем! — сказала Ринко и бегом бросилась в сторону.

Оглядевшись по сторонам и никого не заметив, я довольно улыбнулся. Джек-пот!

— Сае-ча… Кисараги-сенсей, скорее! Юто может пострадать, — услышал я отголоски разговора приближающейся парочки. Блин, не успел.

— Все с твоим ненаглядным в порядке, как я погляжу.

— Он не мой ненагляд… — потупилась Кузаки.

Быстро осмотрев бешеный автомат, Кисараги-сенсей опустилась на корточки и резко вытащила шнур питания за задней стенкой. Адская машина затихла.

— Мда. Амакава-кун, ты в порядке?

— Да, сенсей.

— Хорошо. Я сообщу в компанию по обслуживанию автоматов. Кстати, Амакава-кун, мне кажется, или твои карманы стали немного шире?

— Хах. О чем это вы? У меня всегда были широкие карманы.

Тут и Ринко обратила внимание на мои штаны и также быстро додумалась.

— Ю-юто! Ты что, присвоил себе деньги из автомата?!

— Совсем чуть-чуть.

— Как тебе не стыдно! Никогда бы не подумала, что ты можешь быть таким жадным!

— Я всего лишь одинокий сирота со скромным пособием. Я бы так хотел иметь богатых родителей или родственников, которые бы давали мне деньги на карманные расходы. Я мог бы позволить себе приобрести столько вещей, о которых давно мечтал. Компьютер, например, или мопед. Ринко ты так помогаешь мне постоянно, готовишь. А мне даже отплатить тебе нечем. Ни в кафе сводить, ни в парк аттракционов, ни достойный подарок купить.

Моя жалобные слова заставили Ринко прижать руки к груди, а глаза заблестеть:

— Юто-о…

— Амакава-кун, ваша прочувствованная речь навевает грустные мысли, но все-таки потрудитесь освободить свои карманы от чужих денег.

— Тс-ч. Не прокатило.

— Кузаки-кун, а вам бы я советовала не поддаваться на провокации этого юного манипулятора. В Амакава-кун оказывается скрыты отличные актерские таланты.

— Что?! Ю-юто-о! — мгновенно разъярилась Ринко, держа перед лицом сжатый кулачок.

Под внимательным взглядом учителя, я со скорбной миной на лице выворачивал карманы. Собралась небольшая горка монет.

— Кузаки-кун, если вас не затруднит, напишите, пожалуйста, объявление о том, что автомат не работает, и повесьте сюда.

— Ой, Кисараги-сенсей, простите, но мне очень надо поговорить с Амакавой.

— Что ж, я поручу кому-то другому. Только пообещай, что вернешь Амакава-кун целым и без переломов.

— Обещаю, Сае-чан.

— Кисараги-сенсей, Кузаки!

— Извините, Кисараги-сенсей!

Ринко словно тисками сдавила мою ладонь и потянула вверх по лестнице.

Глава 2

— Не могу поверить, ты украл деньги из автомата! — распалялась Ринко.

Я огляделся. Виталий бы никогда не подумал, что на крышу школы есть доступ ученикам, хотя в памяти Юто что-то такое всплывало. По периметру шел высокий забор из сетки, по бокам стояли скамейки. Однако кроме нас людей не наблюдалось — пронизывающий ветер не располагал к посиделкам.

— Но не это главное! Кто та девица, что мы видели утром?

— Понятия не имею.

— Не отнекивайся. Она назвала тебя милордом. Что это, из какой-то ролевой игры?

— Охо-хо, какими ты вещами интересуешься, оказывается, «миледи» Ринко.

Кузаки моментально вспыхнула, но смогла удержать себя в руках. А это довольно забавно — смотреть за тем, как быстро сменяются эмоции на лице подруги.

— Сам-то, я смотрю, тоже любитель примерить чужие личины. Я же знаю тебя с самого детства. Когда ты успел так измениться?

Я пожал плечами:

— Тебе не нравится?

— Не важно. Не уходи от темы. Кто была та девушка?

До нас донесся скрип двери на крышу. Отворив створку, перед нами предстал Тайзо Масаки. Только какой-то бледный и сгорбленный.

— С тобой все в порядке, дружище? — спросил я с беспокойством.

— В полном. А станет еще лучше, когда я отведаю твоей печени, охотник!

Масаки с безумными горящими глазами бросился в нашу сторону. Я оттолкнул опешившую Ринко. В отличие от прошлых приколов нынешнее поведение Тайзо совсем не выглядело безвинной шуткой. Так что пусть на себя пеняет. Я увернулся от протянутых в мою сторону рук, успев поставить подножку. Одноклассник полетел на пол, быстро перекатился и легко вспрыгнул на ноги.

— Ар-гр, — послышался нечеловеческий рык от приятеля.

Краем глаза я подметил тройной срез на своей рубашке в районе бока. Как только я перевел взгляд на ополоумевшего Тайзо, на меня напал ступор. Ногти парня превратились в настоящие когти черного цвета сантиметра три в длину.

— Тайзо, Юто, прекратите уже свои… ролевые игры. Это не смешно!

Но одноклассник никак не отреагировал на слова Кузаки, атакуя меня растопыренными когтями. Я перехватил левую руку и попытался провести бросок. Медленное тело! Тайзо успел достать когтями рубашку на спине и провести длинную борозду, слегка оцарапав кожу.

— Ю-юто, у тебя кровь!

— Сам знаю. Беги за учителем! Живее!

— Но…

— Я сказал быстро!

Ринко уже было бросилась к дверям, как раздался мелодичный женский голос, слегка знакомый.

— Нет нужды звать подмогу, деточка. Милорда защитить смогу я.

Подруга нерешительно остановилась. На самой верхушке пристройки входа на крышу, сидела утренняя любительница лизать шеи. Тайзо в длинном прыжке прыгнул в мою сторону, чуть не задев когтями.

— Раз можешь, так защищай! — крикнул я.

Выждав момент, резко ударил Тайзо в скулу и разорвал дистанцию. Кулак отозвался болью.

— Нет нужны вмешиваться. Сей низший одержимый не сможет нанести вам серьезного вреда. Справиться сами должны вы, милорд.

— Сейчас я порежу тебя на ленточки, охотник! А потом закушу этой девкой!

Извернувшись, я заломил руку Масаки за спину и повалил на пол.

— Ну все, теперь не рыпнешься.

Черт, тело на пределе. Уже выдохся. Не то, чтобы в прошлой жизни я был мастером спорта, но физические кондиции Юто оставляют желать лучшего. Неожиданно раздался громкий щелчок, и Тайзо ловко вывернулся, не обращая внимания на захват. Я отпрыгнул подальше. Парень с безвольно висящей рукой безумно засмеялся и прокричал:

— Я чую твой страх и твою слабость! Тебе не уйти, наследник!

Даже чуть-чуть благодарен этому парню за то, что своей болтливостью дал мне время слегка отдышаться.

— Ринко, не подходи!

— Я помогу! Вместе мы успокоим его!

— Нет!

Оскалившись, Тайзо обернулся в сторону подруги, выставив когти. Не успеваю, твою дивизию. Мелькнула смазанная тень, раздался глухой удар, и вот уже Тайзо валится на пол, а прямо из его тела выходит какая-то черная дымка.

— Не в состоянии вы защитить себя пока, милорд, — молвила оказавшаяся рядом девушка, гордо выпятив бюст. — Тренироваться вам следует. Но для того я здесь. Чтобы защитить вас и наставить на путь охотника на аякаси.

Незнакомка резким движение руки прочертила полосу во взвившейся мутной дымке, после чего та развеялась.

— Кто ты?

— Химари звать меня. Преданный аякаси Амакава.

— А-а… постой.

Поздно. Смазанная полоса, и девушка пропала с крыши. Дверь же не отворялась в это время. С четвертого этажа что ли спрыгнула? Впрочем, после сегодняшнего я готов поверить во все, что угодно.

— Ю-юто, что происходит?

— Пока не знаю, но обязательно выясню. Помоги мне. Потащим Тайзо в медпункт. Только говорить буду я. Что-то мне подсказывает, что не стоит особо распространяться.

— Поняла. Ты прав, сначала поможем Масаки.

— Ох-ох, что со мной? Будто стадо слонов потопталось.

— Ты свалился с лестницы, Тайзо. Поскользнулся на банановой кожуре.

— Юто? Лучше бы меня хулиганы побили или ревнивая красотка. Как позорно упасть с лестницы.

— Ничего. Мы с Ринко никому не скажем, так что можешь выдумать версию покрасивше.

— Спасибо, Юто! Ты настоящий друг!

Молодая медсестра, сидящая неподалеку, обратилась к нам:

— Судя по всему, пообедать вы не успели? Да и что-то неважно выглядишь, Амакава-кун. Ступайте домой, я сообщу вашей классной.

— Нет, мы… — начало было Кузаки, но я перебил:

— Спасибо, сенсей!

Выйдя из медпункта, подруга тотчас пристала ко мне:

— Юто, это не дело прогуливать уроки. Я понимаю, что ты беспокоишься о Тайзо, но все же…

— То есть тебя не смущает, что я разгуливаю в рваных одеждах с синяками и царапинами по всему телу? Что Тайзо взяла под контроль какая-то мистическая хреновина, он чуть нас не убил, а потом его спасла незнакомая нам девушка?

— Что? Кто еще его взял под контроль?

— Ты что не видела дымку, которая вылетела из его тела?

— Нет. Юто, по-моему, ты перенапрягся. Пожалуй, тебе и впрямь стоит отдохнуть. Я же останусь, потом принесу тебе конспект переписать.

— Как знаешь.

Хмм, не слепая же она в конце концов? Странные реакции на происходящее у жителей восходящего солнца. Ладно, встречу еще раз эту Химари, обязательно вытрясу всю правду. Ишь ты, милорду тренироваться нужно. Коза драная… Или нет, скорее кошка драная. Во! Почему-то мне показалось, что такое обзывательство как нельзя точнее характеризует грудастую девку.

— Юто, а до того, как мы поднялись, ты правду говорил?

— О чем?

— Что ты мечтаешь о компьютере или мопеде?

— Да, ноутбук бы не помешал.

— Я поговорю с родителями. Уверена, они подарят некоторую сумму в честь дня рождения. Еще я добавлю. Может быть хватит на простую модель.

— Ринко, спасибо! Я уточню в банке, сколько на моих счетах осталось. Возможно, я не такой уж и бедный.

— Пожалуйста! С твоей спиной точно все в порядке? Может не стоило отказываться от обработки?

— Царапина!

Зайдя в ближайший магазин мужской одежды, приобрел пару простых однотонных футболок. Рубашку можно смело выкидывать в мусорку.

Главный токийский банк назывался Nippon Central. Отделение в Такамии радовало чистотой, порядком и вежливыми служащими. Я было приготовился к очереди, однако меня почти сразу узнали и пригласили к менеджеру за один из огороженных столов.

— Синдзи Хоко. Можешь обращаться ко мне Синдзи-сан, Амакава-кун.

Я попытался вспомнить его лицо, но тщетно. Юто вообще в этот банк никогда не заходил, хотя пользовался его карточкой, и особо не интересовался, откуда на ней появляются новые средства. К нему лично на дом иногда приезжали работники банка, давали документы на подпись. То, что со мной обращаются словно с вип-клиентом приятно будоражит душу в предвкушении нехилых барышей.

— Хорошо, Синдзи-сан. Я пришел поинтересоваться состоянием своего счета.

— Конечно, я могу подготовить выписку по движению средств с вашего счета за последние полгода.

— Хмм, я так понимаю, вы имеете в виду мою карточку? Я хотел бы узнать о том, откуда на нее переводятся деньги. И вообще, обо всем наследстве, что мне осталось от предков. Движимое, недвижимое имущество, счета, вклады.

— Ясно. Устроит ли вас краткий отчет? Боюсь, что для полного надо сделать запросов в главный офис. Это может занять до нескольких часов.

— Краткий устроит, — произнес я и, решив наглеть до конца, добавил. — Полный отчет прошу предоставить мне на дом.

— Как пожелаете, Амакава-кун, — мужчина принялся щелкать мышью на своем компьютере. — Могу я узнать, чем вызван такой интерес к своему финансовому положению?

— Пора бы уже. Осталось полтора года в школе, и надо думать, как жить дальше. Искать подработку, или так потяну.

— Могу вас заверить, что искать работу на время учебы вам не потребуется. Согласно вашей истории, вы не тратили и половины положенного вам месячного лимита.

— О как. Но на карточке не так много денег?

— Раз в месяц она пополняется до фиксированной суммы, но не больше.

Юто — красавчик, сэкономил для меня деньжат.

— Также я подумываю о приобретении ноутбука.

— Это можно устроить. Расходы на учебу предусмотрены в договоре.

— Мои родители постарались?

— Нет, стандартная процедура для наследника в Японии. Полностью все ограничения будут сняты с вашим совершеннолетием.

Еще четыре года, значит.

— Вы сказали учебные расходы. Можно поподробнее?

— Не думайте, что каждый месяц сможете себе позволить траты уровня ноутбука. Раз в год — возможно. Также вам будет оплачена учеба с проживанием в любом ВУЗе страны и некоторых филиалах заграницей.

— Ого. Мои родители настолько богаты?

— Клан Амакава был широко известен в определенных кругах. Но что конкретно за дела они вели, сказать сложно, — уклончиво ответил Синдзи. — Так, сейчас отправлю на печать. Принимайте.

Я взял в руки небольшую пачку еще теплых листков. Акции трех японских компаний, название которых мне мало что говорило. Да и стоимости акций указано не было. Долевые паи нескольких предприятий в Такамии и городе Ноихара. Точно, дед с бабкой оттуда родом. Не уровня заводов и фабрик, а вроде магазинчиков и салонов услуг. Вот так да! Я прям богатенький буратино! Не олигарх, конечно, но тоже неплохо. Интересно, Ринко в курсе? Может, это она меня, наивного, водит за нос? Вот тебе и опытный мужик. Далее следовала недвижимость. Мой дом в Такамии и небольшое офисное помещение… Судя по предыдущему листку, там располагался магазин обуви. Вот по Ноихаре список шел более внушительный. Огромный кусок земли, особняк на туеву хучу квадратных метров, второй этаж торгового центра целиком и еще несколько более мелких владений. Хо-хо, беру все свои слова про плохой вариант обратно. Юто Амакава, гребаный мажор. И ведь живет в обычном домике, в школу ходит. Да через четыре года я такое устрою! Ух, мама не горюй! С таким баблом все девчонки будут мои!

— Похоже, известия о наследстве подняли вам настроение, Амакава-кун.

— Еще бы!

— Хочу вас немного обрадовать и одновременно огорчить. Почти все наследство по Ноихаре от деда Генноске вы можете получить раньше совершеннолетия, но только после предъявления сертификата о регистрации брака. Так указано в завещании.

— Вот подстава. И что, в случае развода, имущество делится пополам?

— Именно так.

— Спасибо, удружил, дедуля.

— Не переживайте, четыре года пролетят незаметно. Тогда вы станете полноправным владельцем всего наследия клана Амакава.

Вот снова он упомянул клан. Нехорошее предчувствие. При слове клан у меня одна ассоциация — мафия. Или якудза по-местному. Да еще вся эта мистическая хрень. Чую, так просто халява не дастся. Если Амакава — клан якудза, должны же остаться где-то бойцы, или как их там? Бригада? Хотя одного бойца я уже встретил сегодня, как мне кажется. Еще и девушка молодая. Странно. Как она себя назвала? Аякаси? Потусторонним веет от этого слова. С другой стороны, якудза вполне могли дать звучные звания своим капитанам бригад. Там, демоны рэкета, или адские вышибалы.

— А что тут за приложение к договору последним? Передача прав… управление вкладами… Джингуджи Лимитед, Тсучимикадо Компани.

— Это партнерские компании, с которыми Амакава давно сотрудничали.

— Дайте угадаю, они получали себе всю прибыль с предприятий и проценты со вкладов и акций? И сколько же они захапали за семь лет?

— Верно, Амакава-кун. Но не стоит волноваться, наследство скоро перейдет под ваш непосредственный контроль.

— Хмм, ладно. Можете дать мне контакт из Джингуджи? Надо будет найти время, чтобы обстоятельно побеседовать.

— Минуту, — менеджер вышел из-за стола и скрылся в кабинете банка.

Возможно мне показалось, но у Синдзи-сана как-то подозрительно забегали глазки. Ясно с ним все, пошел начальству докладывать. По закону я пока ничего не могу забрать. А жениться — значит отдавать половину состояния в сомнительные руки. Ринко предложить что ли? А может этого она и добивается? Вообще, я сейчас слишком лакомая мишень. Что стоит этим Джингуджи Лимитед или Тсучимикадо Компани нанять плохих дядей, чтобы устранить небольшую преграду на пути к богатству клана Амакава? Короче, нельзя спешить. Пока денежки к ним идут потоком, резко действовать они не будут. Надеюсь.

— Амакава-кун, здесь записан номер телефона и электронная почта осведомленного человека из Джингуджи.

— Давайте решим с покупкой ноутбука.

— Никаких проблем. Возьмете чек на оплату в магазине. Принесете сюда, все быстро оформим.

— Тогда, до скорого, Синдзи-сан. Приятно было познакомиться.

— Взаимно, Амакава-кун.

Хех, раз цена не была оговорена, отоварюсь по полной. Не, самый навороченный ноут брать жаба давит. Все равно через пару лет устареет. Но и не из дешевых точно. Пообщавшись с консультантом, остановился на четырех-ядернике с хорошей видяхой и восемью гигами оперативы. Тяжелый, правда, ну да вместо гантелей пойдет. Понятия не имею, отстает ли технический прогресс в данном мире или наоборот опережает. Наплевать.

Сумма на личной карточке оставалась приличная, поэтому я сразу взял бюджетный сенсорный телефон с большим экраном. А то на этой раскладушке даже в инет нормально не вылезти. Уже привык в прошлой жизни к всегда доступным соцсетям, поисковым и развлекательным сайтам. Беспроводной модем для ноутбука тоже прикупил.

Набегался на неделю вперед. То за одеждой, то в банк, за техникой, снова в банк, обратно за ноутом. Потом до дома все это добро тащить. Незапертая дверь скрипнула, когда я дотронулся до ручки. «Уже ликвидаторов подослали?» — устало предположил мой мозг.

— Юто, где тебя носит?

— А, Ринко. По магазинам мотался.

— А, Ринко?! Почему в твоем тоне я слышу разочарование? Или ты предпочел, чтобы тебя встречала эта Химари, да?

— Бурчишь словно мы уже женаты.

Я сбросил вещи в прихожей.

— Ю-юто-о… — покраснела Кузаки.

— Кстати, не хочешь выйти за меня замуж?

— Что-о?! Что еще за шуточки, Амакава Юто?!

— Ринко Амакава, разве не звучит?

— Прекрати придуриваться! С такими вещами не шутят! Сегодня ты ведешь себя о-очень странно!

Огонь-баба. Но все равно не по мне. Хотя подкалывать ее действительно весело.

— А я и не шучу. Тут в банк зашел. Узнал, что оказывается меня ждет внушительное наследство. Только вот дед Ген условие поставил — чтобы я женился. Вроде бы в японской империи разрешено с шестнадцати вступать в брак при согласии опекунов. Что думаешь? Поделим все по чесноку.

— Я… не знаю… согла… то есть… Это слишком внезапно! Мне нужно время подумать. Да, всего лишь немного времени. Иди к столу, пока не остыло.

— Спасибо. Я ужасно проголодался!

Кузаки красная словно рак сидела напротив меня, стараясь не встречаться глазами. Я даже почувствовал укол совести.

— Ринко, ты права. Такими вещами не стоит шутить. Извини. Пока я считаю, что лучше не предпринимать никаких резких шагов.

— То есть как?! Надругался над девичьими чувствами и в кусты?! — обе палочки разом треснули в стальной хватке моей невинной подруги. Может чувства у нее и девичьи, но сила в руках явно мужицкая. Черт, язык мой — враг мой. Зачем я это вслух сказал? Ох, чем меньше кулачки, тем больнее бьют.

— Пощади, Ринко. Твой великолепный ужин уже просится наружу.

— Хмпф. Только из уважения к еде. Она ни в чем не провинилась.

Кузаки слезла с меня, смущенно отряхнула юбку.

— Посуду сам вымоешь в наказание. Я пошла домой. И не забудь переписать конспекты. До завтра, Юто.

— До завтра.

Тем временем, в дешевом мотеле в пригородном районе Такамии болезненно худая девочка с безумными глазами и короткой лохматой прической лежала на кровати, болтая ногами, в окружении нескольких лаптопов и разных приборов связи.

— Ку-хи-хи, что за отвратный сигнал в этом убогом мотеле. Совсем не к таким условиям привыкла. Впрочем, я знала, что здесь будет именно такое качества сигнала. Ку-хи-хи.

— Нет, ну зачем эта мудреная система шифрования? Nippon Central, не могли хотя бы маленькую лазейку оставить? К маме что ли обратиться? У нее наверняка найдется скриптик. Ладно, поверхностной информации пока хватит.

— Юто Амакава, вот и стукнуло тебе шестнадцать годиков. Совсем взрослый, ку-хи-хи. И сразу такой активный стал, а-ах. Словно… спал все эти шестнадцать лет. Да-а, прекрасный принц в мрачной темнице.

— Тайзо Масаки, старшая школа Такамии. Попал в больницу с множественными гематомами и переломом руки. Одноклассник Юто-тян, ку-хи-хи. Именно в этот день. Далее покупка телефона и дорогого ноутбука. Судя по информации с принтера банка, запрашивал информацию о своем клане. Хотя бы это тебе известно.

— О-я? Кто это у нас вышел в сеть на новеньком ноутбуке? Ну-ка, попробуем этот скрипт… Прошел… Ух, Юто-тян, с тобой так приятно иметь дело, ку-хи-хи. Что это мы ищем в поисковичке?

На несколько секунд после увиденного девочка зависла, ее глаза закатились, а изо рта показалась струйка слюны.

— КУ-ХИ-ХИ. Как интересно! Я вся в предвкушении! Ищем мы о том, кто такие аякаси, о клане Амакава, компаниях Джингуджи Лимитед и Тсучимикадо Компани. Не зря, ох не зря, решила проверить тебя в твой день рождения, мой милый Юто-тян!

Девочка утерла слюну, которая уже начала капать на дорогую технику.

— Шестнадцатилетний наследник клана охотников на аякаси хочет узнать, кто они такие. Сейчас лопну от смеха! — тут тон девочки резко поменялся, став угрожающим. — Мерухи Джингуджи, карга старая. Ты что не соблюдаешь договоренности между кланами? Ку-хи-хи, надо подумать, как это можно использовать. Я с нее стрясу все до последнего цента! Но почему сегодня все началось? Хмм, донесения от четвертого отдела об ауре сильной аякаси в Такамии. Я даже могла бы сказать кто это, но не буду. Разбирайтесь сами.

— Охотник, что живет в городе… Но духи его не трогают… Спрятан… Кто? Артефакт. Свет. Свет изменяющий. Работал, пока наследнику не исполнилось шестнадцать… сразу нападение духа на одноклассника… Да… Багровый клинок Ноихары, больше некому.

— Значит, Джингуджи Лимитед, ку-хи-хи. Наложили лапу на имущество Юто-тяяян. Двенадцатый клан силен… но метит выше. На место шестого клана. Ку-хи-хи, что же мне делать? Помочь Юто-тян с независимостью или поддержать союз двух кланов? А что будет выгоднее лично мне? Это становится все интересней!

Глава 3

Так ничего особенного не узнав, завалился спать. Мало того, что носился весь день, так еще и банально избили в школе. Аякаси — больше на старинные сказки похоже. Духи мщения, духи животных. Тануки — еноты с огромными яйцами. Странно что не с хреном. Было бы зачетным олицетворением комплексов японцев. Джингуджи и Тсучимикадо — ничего интересного не узнал, пока не скомпоновал запрос со словом клан. Оказалось, что это тоже кланы, но упоминания почти везде подчищены. Эх-х, неохота влезать в разборки якудза. С другой стороны, куча бабла. Но я ведь совсем один — раздавят и не заметят, под юбкой Ринко не спрячешься. Раз даже предки не сдюжили…

Уф, снова тяжесть. Только на этот раз такая мягкая, приятная. Мятой пахнет. Раскрыв глаза, я имел удовольствие лицезреть Химари в белоснежной юкате, чьи почти выпрыгнувшие холмы касались моего живота.

— Проснулись, милорд? С добрым утром.

— Доброе… Что ты делаешь в моей постели?

— Грею и греюсь, милорд. Люблю тепло я.

— Это хорошее дело… Ты сказала, что ты аякаси Амакава, но чем ты можешь доказать, что не будешь вредить мне?

Химари привстала, воинственно положив руку себе на грудь. Черт, она действительно красивая, с весьма внушительными и соблазнительными формами. Как фотомодель, только не тощая. Скорее, как актриса любовного жанра. О, святые интегралы! Я почувствовал шевеление в штанах! Ну если после такой картины бы ничего не произошло, на внуках можно было бы смело ставить крест.

— Милорд! Я самый преданный вассал клана Амакава! Но даже не будь так, ни за что бы не оставила в беде вас. Не знамо мне, как доказать свои благие намерения… но…

Девушка прильнула ко мне и начала снова вылизывать шею. Словно кошка в поисках сметаны. С чего это меня на подобное сравнение потянуло?

— Там нет губ, Химари.

— О, неужели, милорд уже созрел для более взрослых отношений. Тогда… Итадакима-ас!

— Что вы здесь за разврат устроили?! — раздался взбешенный рев моей подруги детства. — Быстро отвали от Юто! Прилипала! Извращенка!

Ринко подскочила к кровати и намеревалась было схватить Химари, но неожиданно гостья подхватила меня, дернула в сторону, и мы оказались в другом углу комнаты.

— Опа. Уши. Кошачьи. Кстати, это от тебя у меня глаза слезятся?

— Верно, а ведь раньше не было этой напасти. Ня-я. Человечка, что-то больно дерзко ты врываешься в спальню к милорду. Наказать тебя надобно.

— Хочу и врываюсь! Между прочим, Юто мне вчера предложил стать его женой! И что за кошачий косплей ты тут устроила?

— Сие есть не то, что ты обозвала богомерзким словом «косплей», а самые настоящие пушистые и гладкие кошачьи ушки и хвостик. Милорд, правда это, что вы предложили девице наглой породниться с великим родом Амакава?

— Ну, это так… Дед Генноске подобное требование выставил, чтобы я смог вступить в права наследника раньше срока.

— Коли так. Думается, что лучше меня на эту роль вам никого не сыскать, милорд. Я благовоспитанна, меня учил сам ваш дед в старых традиция клана Амакава. Кроме того, — Химари бросила взгляд на Кузаки, после чего положила руку себе на грудь. — Я весьма лепа телом, не так ли? В отличие… от некоторых.

— Ты на что намекаешь, косплейщица поганая?! Кстати, по какому праву ты сама-то врываешься в спальню к Юто?

— Мы есть друзья близкие. Много времени провели вместе в поместье Ноихара. Даже больше, чем друзья…

Химари снова полезла лизаться, и терпение Кузаки лопнуло. Только на этот раз наученная неудачным опытом, нацелилась на мою бедную головушку. В самый последний момент успел подставить руку.

— Ауч. Ринко, насилие — не выход.

— Тогда хватит к ней липнуть! Блин, мы теперь даже позавтракать не успеваем. Бегом в школу!

— Слишком наглая человечка. Не будь вы знакомой милорда, разрубила бы на месте.

Химари направилась к окну, чтобы по-видимому снова куда-то испариться.

— Химари, стой!

— Милорд, спасибо вам, я чудесно отдохнула и набралась сил, — на этих словах девушка облизнулась, что вызвало какой-то нечленораздельный рык у Кузаки. — Сейчас мне надо идти.

— Стой! Я приказываю! Ты вассал клана Амакава, а я твой милорд! Приказываю тебе остаться и объяснить мне все наконец! — выпалил я суровым тоном.

— Вы не помните ничего, милорд? — остановилась Химари. — Даже вашу преданну кошечку?

— Эм-м, — я начал судорожно шевелить извилинами. — Я недавно поскользнулся и ударился головой о поребрик…

— Неуклюжий милорд… Но разве не амулет то виноват, что от духов вас скрывал?

— Что за амулет… Тот мешочек на веревочке?

— Верно сие.

— И… как он виноват в потери памяти?

— Ю-то, мы в школу опаздываем! — влезла Ринко. — Потом о своем прошлом расспросишь.

— Окей. Еще несколько вопросов, Химари. Сначала про амулет.

— Прятал ауру охотника артефакт светоносный. А аура есть жизненная сила, суть людская. Влияние он оказал на ваше тело и разум. Видела я отца Синити Амакава в молодом возрасте. На полголовы выше вас был и шире в плечах.

Просто замечательные новости! Юто, прости, что называл тебя амебой. Не твоя вина, что любящие родственники сделали тебя чуть умнее говорящего овоща.

— Значит я еще вырасту?

— Сие вельми вероятно.

— Главный вопрос. Тот одержимый, как ты его назвала. Мог бы он убить нас?

— С прискорбием вынуждена согласиться. Слабы вы пока как охотник, милорд. И если бы не помощь моя, быть вам пищей для аякаси.

— А без амулета ко мне будут еще больше духов слетаться?

— Истинно так.

— Видишь, Ринко, я не могу идти в школу. Это слишком опасно.

— Ну так надень этот амулет обратно!

— Невозможно сие, глупая человечка. Когда мужчиной милорд стал, прекратил работать амулет светоносный.

— Что значит стал мужчиной?! Ты уже успел с ней…?

— Пока нет.

— ПОКА?!!!

— В шестнадцать лет согласно традициям кланов юноша становится мужчиной, — немного утихомирила разъярившуюся подругу Химари.

— Как бы то ни было, Юто идет в школу. А все свои магические штучки забирай с собой и больше не появляйся.

— Коли уйду я, недолго жить милорду. Этого ты желаешь, плоская человечка?

— Плоская?! Ты грудастый монстр, тебе не место рядом с Юто. У него на тебя аллергия!

— Ринко, хватит. Сегодня я не пойду в школу. Слишком опасно.

— Юто, не неси чушь! Школа — важнее ваших… оккультных штучек.

— Это не чушь! Могут пострадать невинные люди.

— Верно милорд молвит. Генноске-доно всегда считал, что охотникам не место среди скоплений людей.

— Если появится монстр, я смогу защитить тебя, Юто!

Как же с ней тяжело.

— Нет, Ринко, не сможешь. Разве ты не видела, с какой скоростью двигается Химари?

— Она быстрая, спору нет. Но я — одна из лучших спортсменок школы!

— Ринко, иди в школу.

— Юто, а как же…

— Ринко, иди в школу. Я постараюсь все выяснить и успеть к следующим урокам.

— Хочешь с ней вдвоем остаться?! С этой кошко-коровой?

— Корова, ня-я?! Милорд, дозвольте укоротить язык этой малявке безгрудой.

— Не дозволяю. Ринко, иди в школу.

— Но…

— Ринко, иди в школу.

— Я…

— Ринко, иди в школу, — я вздохнул. — Сейчас разобраться в ситуации важнее учебы.

Кузаки посмотрела на меня взглядом, как бы говорящим: «разве может быть что-то важнее учебы?»

— Хорошо. Но если ты что-то сделаешь с Юто, я… я сдам тебя в питомник для животных!

Я крепко прикрыл рот Химари рукой, дабы она не продолжила эту перепалку. Чую, они весь день могут собачиться. Или, скорее, кошатиться.

— Удачного дня, — бросил вслед подруге.

Дверь захлопнулась, и я почувствовал, как мои пальцы поочередно вылизывают и обсасывают:

— Ня-ям. Рада бы с вами остаться я, ум-гха, но много дел предстоит сегодня. Ум-м-няя.

— Куда тебе надо идти?

— Духи, что силу вашу учуяли, мням-м, стягиваются к жилищу сему. Коли не проредить их, то может пострадать пристанище милорда. Умня-мнум.

— Думаю, час-другой погоды не сделают. У меня вопрос по Ринко. Как-то она слишком странно все воспринимает…

Я высвободил мокрые пальцы, взял Химари за руку и потянул на диван.

— То естественно, ведь сильные аякаси могут влиять понемногу на мысли обывателей. Милорд, в школу вы не собираетесь, значит?

— А что?

— Немало времени я потратила, чтобы защитить здание, где несмышленных котят обучают. Много амулетов светоносных израсходовала. Теперь обыватели не будут принимать аякаси во внимание, даже если углядят их натуру нечеловеческую.

— Поэтому Ринко так на Тайзо реагировала? Ясно. Итак, значит я — охотник на аякаси из клана Амакава. Как будто в мангу попал… — Юто не был большим любителем манги или аниме, но школьный друг часто одалживал ему эти японские комиксы, поэтому парень был в курсе. — У нашего клана есть какие-то суперспособности?

— Истинно так. Сила ваша зовется свет изменяющий, свет переменчивый или свет подчиняющий. Вельми большими возможностями наделены наследники Амакава.

— Значит и у меня есть сила… света?

Великий макаронный монстр, как пафосно и бредово звучит.

— Уверена в сем я полностью.

— Получается, охотники на аякаси используют свои магические умения и союзных аякаси, чтобы истреблять других аякаси?

— Немного не так, милорд. Вассалы аякаси есть только в клане Амакава. В Японии точно, про иные страны не знамо мне.

— Окей. Значит наш клан славится силой света и вассалами-аякаси. Что-то еще?

— Из существенного — ничего, милорд.

Химари прижалась к мне, положив голову на плечо и захватив руку в мягкий плен, что вполне тянул на третий размер. Мысли закономерно скакнули в иное русло, тем более мы остались одни. Но сначала дело, потом потеха.

— Тогда пойдем по порядку. Что делает наша клановая сила? Как работает, как активируется?

— Члены клана Амакава могут наделять любые предметы невиданной силой. Даже обычная палка в ваших руках мощнее легендарного меча. Создаете печати, что на разум влияют. Артефакторами значитесь вы. Как работает сила света неизвестно мне. Простите вашу дурну кошечку…

— Нет каких-то учебных пособий, там? Гримуаров?

— Что-то наверняка есть в поместье Ноихара, но утверждать не могу.

— Ладно. Разберемся. Теперь объясни мне, кто такие аякаси и с чем их едят.

— Нет нужды вам есть аякаси, — Химари отодвинулась, с беспокойством заглядывая мне в глаза.

— Да это выражение такое. Скажи, какой силы они бывают? Вот если сравнивать с одержимым?

— Одержимого сильным назвать — значит погрешить против истины. Его даже умелый обыватель сокрушить может. Могущественнейшие из аякаси способны ударом одним стереть с лика земного целый город.

— Значит, прав я насчет того, что могу подставить людей рядом под удар?

— Истинно так. Генноске-доно всю жизнь прожил в отдаленном особняке в Ноихаре. В городах бывал только по работе охотника.

— Мне тоже следует там обосноваться?

— Не будет для меня большего счастия, коль вы изволите посетить дом родной.

— Хмм. Химари, ты любишь меня?

Девушка застыла и неосознанно снова выпустила белоснежные кошачьи уши и хвост. Выражение ее лица в этот момент было настолько забавным, что я невольно улыбнулся.

— Плохо я разбираюсь в людских чувствах. Но коли поставить вопрос: люблю или нет. То конечно люблю, милорд!

Химари прыгнула на меня, крепко обняв и снова начав вылизывать шею.

— Апчхи! Мы с тобой раньше были близки? Прости, я не помню этого.

— Мы с вами часто гуляли, милорд. Только вдвоем.

— А почему ты пришла только сейчас?

— Таков завет был, данный мне Генноске-доно. Найти вас пред вашим шестнадцатилетием, чтобы быть поддержкой и опорой, когда скрывающий свет исчахнет. А до тех пор жить и воспитываться вы должны средь людей. Я ваш меч, милорд. Я же ваш щит. Вы вольны распоряжаться мной, как вашей душе угодно.

— Звучит несколько двусмысленно.

— Во всех смыслах, ня-я-у.

Плюс один, нет даже плюс десять к репутации прошлого Юто. Соблазнить такую красотку, да еще в столь юном возрасте. Это достойно восхищения. А какие у нее… Так, не отвлекаться.

— Апчхи! Химари, можно попросить тебя…

— На все готовая я, милорд, — аякаси привстала на диване, навострив уши и став крайне серьезной.

— …убрать свои кошачьи атрибуты. А то аллергия меня доконает. Надо лекарств купить в аптеке.

— Простите милорд, совсем не думаю я о вашем удобстве. Лекарства не помогут, есть уверенность во мне, что тут замешана магия.

— Э-э, меня заколдовали на аллергию кошкам? Кому это могло понадобиться?

— Ня-я, особе противной одной…

— Что за особа?

— Мне правда пора, милорд. Чую я неподалеку нескольких аякаси. Может, отпустите вашу верну кошечку на охоту?

— Мне с тобой можно?

— Тяжко мне будет еще и за вами приглядывать…

— И то верно. Мы ведь клан артефакторов, а значит не вступаем в ближний бой.

— Не совсем так, милорд. Когда надо, Амакава вполне успешно сражались на передовой.

— Даже так? Значит, надо поскорее овладеть своей силой.

— Не переживайте, милорд. Всех ваших врагов я сокрушу. Ступайте в школу. Человеческие знания тоже важны.

— Не переоцениваешь себя?

— Я — бакэнэко, один из сильнейших аякаси Японии. Мало кто сможет противостоять мне на равных, милорд.

— А другие аякаси Амакава? Ты ведь не одна?

— Есть другие. Но меня хватит с лихвой, чтобы защитить вас, милорд.

— Тебе не надо спать?

— Надо… но сон чуткий у меня…

— По возможности сообщи аякаси клана, чтобы они прибыли сюда для моей охраны.

— Не нравится мне, что сомневаетесь в силах моих, милорд. Но ослушаться не имею права.

Химари быстро лизнула меня в щеку и покинула дом, оставив после себя еле уловимый мятный запах.

Неспешно переоделся, позавтракал и направился к школе. Да уж, встрял я капитально. Клановое наследие, охотники на нечисть, полуживотные аякаси, одержимые. На дальнейших планах можно ставить крест. А я уж думал в токийский ВУЗ перебираться с таким наследством. Или вообще забить болт и жить на проценты и текущую прибыль. Теперь болт точно придется забить. Большой и толстый. Если бы бабушкин (хотя вероятнее всего дедушкин) амулет работал, еще куда ни шло, но сейчас слишком опрометчиво оставаться в школе. Химари — аякаси, и для нее похоже человеческая жизнь не представляет особой ценности, кроме моей. Вспомнить хотя бы то, как она натаскивала меня, используя Тайзо. Ведь могла легко вырубить его вначале или вообще предотвратить одержимость. Но я же человек, и для меня жизни других людей, пускай малознакомых, значат очень много. Никогда себе не прощу, если Ринко, или кто из прочих детей этой школы пострадает из-за меня. Поэтому выход остается только один.

Успел только к третьему уроку. Ринко кидала на меня подозрительные взгляды, но общее внимание на перемене приковал к себе не я, а Тайзо Масаки. Одноклассник с загипсованной рукой и несколькими пластырями на лице величественным тоном вещал толпе:

— И тогда я крикнул ей: беги, я задержу их! Еще трое хулиганов с ножами и битой бросились на меня…

— Юто, что Химари сказала? — подошла ко мне Ринко.

— Ничего хорошего. Я сейчас притягиваю духов, поэтому мне нельзя появляться в школе. Что будет, если ты или кто-то из одноклассников пострадает из-за меня? Сегодня я пойду к директору, даже документы все захватил.

— То есть?! О чем ты?

— Я должен покинуть школу…

— Нет! Не говори так! Мы расскажем полиции, и они разберутся с Химари и другими аякаси!

— Хм-м, полиция, что борется против аякаси, зовется кланами охотников. Один из их представителей сейчас перед тобой.

— И потом бандит произнес, сплюнув кровь, — услышал я отрывок монолога Тайзо. — Я уже позвонил братанам, они начистят тебе рыло!

— Тогда мы обратимся к другим кланам охотников. Они должны помочь!

— Здравая мысль, вот только интуиция мне подсказывает, что эти самые кланы могут быть замешаны в гибели моих родителей и деда.

— Как же так? Разве твои родители погибли не в автокатастрофе?

— Они наследники клана охотников на аякаси. Гибель в автокатастрофе — очень удобная отмазка.

— Ю-юто-о, — жалобно протянула Кузаки. Да она ведь сейчас расплачется.

— Ну-ну, все будет хорошо, подруга, — я осторожно приобнял девушку за талию, пока класс отвлечен. — Ты ведь сильная? Сильнее Тайзо?

— Сильнее… хлюп…

— Тогда ты можешь выдержать больше, чем он…

— Падая из вертолета, я успел зацепиться руками за вывеску магазина, — роняя скупые мужские слезы, поведал Масаки. Ринко прислушалась к его словам. — Девушка осталась в безопасности, но тут я увидел ребенка в коляске посредине проезжей части. И прямо на него несся автомобиль якудза! Оставался только один выход. Я бросился под машину и принял удар на эту руку. Так была спасена жизнь ребенка ценой моего перелома!

— Да уж, не знаю, смогу ли я выдержать подобное, — фыркнула Кузаки и быстро утерла выступившие слезы.

Масаки — тот еще тип. Но благодаря ему удалось успокоить Ринко.

— Ты забыл о трех мотоциклистах, что ехали позади машины якудза, — громко поведал я классу, вставая из-за парты и привлекая всеобщее внимание. — Если бы я не вытащил младенца, быть ему раздавленным под колесами.

— Юто-о, так это был ты! Настоящий герой! — парень показал мне большой палец, сверкая ослепительной улыбкой.

— До тебя мне далеко, Тайзо! — вернул я зеркальную улыбку.

— Боже, Амакава, Масаки, вам бы сказки для детей писать, — резюмировала староста. — Или сюжеты для манги придумывать.

— Хмпф, тут и придумывать ничего не надо. Достаточно автобиографию написать, — пробормотал я тихо, так что услышала только Ринко.

Сосредоточиться на учебе никак не получалось, мысли мои плавали далеко от школьных дисциплин. Сначала погуглил термин бакэнэко на телефоне, спрятав смарт за учебником. Ерунду всякую пишут. Духи кошки, что устраивают безумства и кровавые бойни. Ничего общего с несколько экстравагантной, но вполне благоразумной и человекоподобной Химари. Вспомнив о словах моего вассала, я решил поэкспериментировать с магией, взяв простую ручку. Хмм, наверное, надо почувствовать силу внутри себя, а потом направить в предмет. Посидев десяток минут с полуприкрытыми глазами, действительно что-то нащупал. Нечто трудноуловимое и неописуемое. Оно было готово в любой момент выпрыгнуть наружу, и я разрешил ему поселиться в ручке. Ай!

Я уронил пишущий инструмент, тряся обожженным пальцем в воздухе. Повалил дым и запахло паленым пластиком. Пришлось спешно извиняться перед классом, убирать остатки моих жалких потуг на ниве магии и проветривать помещение.

После окончания пятого урока, который как раз вела наша классная, прозвенел звонок, отпускающий нас на обеденную перемену. Одноклассники весело загалдели и, прежде чем кто-то покинет кабинет, я громко обратился ко всем:

— Друзья! Прошу минуту внимания!

Я прошел к учительскому столу. Заинтересованная Кисараги-сенсей решила также остаться.

— С сожалением вынужден сообщить, что с этого момента я больше не могу с вами учиться. Я должен уехать в связи с семейными обстоятельствами. Мне было очень приятно проводить с вами время… Дурачиться, учиться… В общем, спасибо вам всем, — я низко поклонился.

— Амакава, куда собрался?

— Что это значит?

— Вот именно, Амакава-кун, — поправила очки учительница. — Что это все значит?

— То и значит. Я вынужден покинуть школу на неопределенное время. Надеюсь, вы поможете мне, Кисараги-сенсей.

— Ты сознаешь, о чем просишь, Амакава-кун?

— Я не прошу, а ставлю вас перед фактом.

— Какова же причина твоей внезапной отлучки?

— Это дела клана Амакава, и вас они не касаются, Кисараги-сенсей.

— Вот оно что. Летних каникул тебе не хватит?

— Нет, сенсей.

Учительница сняла очки, на секунду прикрыла глаза и помассировала переносицу.

— Твой предыдущий классный руководитель немного рассказывал о вашем клане. И о просьбе покойного отца оградить тебя от всяких дел и от влияния деда. Но кто я такая? Простая учительница. Раз ты больше не можешь оставаться в тени, я не буду тебе препятствовать.

— Спасибо за понимание.

— Что еще за клан? А, Амакава? — посыпались вопросы от одноклассников.

— Ринко, о чем он толкует?

— Это решение Юто и так будет правильно, — встала на мою сторону Кузаки. — Между прочим, ему недавно исполнилось шестнадцать и согласно клановым традициям, Юто считается взрослым самостоятельным му-… мужчиной. Вот!

Половину перемены пришлось отвечать на повторяющиеся вопросы, отбиваться от льющего слезы Тайзо и подозрительно сверкающих очков старосты. Под конец я пообещал иногда приходить в гости и подумать над тем, чтобы выбираться вместе с классом на школьные экскурсии. Также с меня в приказном порядке стребовали принять участие в поездке на пляж на ближайших выходных. Грозились поехать чуть ли не всем классом, а меня можно якобы и связанным транспортировать.

Вместе с Кисараги-сенсей удалось достаточно быстро уговорить директора на мое отстранение сроком в один год. Думаю, его убедили мои слова, что независимо от решения директора, школу посещать я более не намерен. Главный дорожил репутацией заведения, поэтому предложил все оформить чем-то вроде академического отпуска. Ох, сдается мне, не вернусь я больше в эту школу. Ни через год, ни через двадцать. Немного даже жалко стало — успел привязаться к одноклассникам не только как прежний Юто, но и как Виталий.

Глава 4

Хороша жизнь холостяцкая, особенно с сексуальной аякаси под боком! После того, как я уладил формальности, на выходе из школы меня встретила Химари с вездесущим свертком.

— У тебя там меч?

— Родовой клинок Амакава, Ясуцуна.

Даже у железяки есть имя. Я заметил, как Химари бросила сожалеющий взгляд в сторону школы.

— Переживаешь за потраченные амулеты?

— Нет, милорд! То есть немного…

— Тогда что?

— Любопытно было мне посмотреть, как милорд жил в школе, получал знания…

— Так понимаю, у тебя нормального детства не было?

— Детства? Я только с вами знакома была, милорд, но родители редко отпускали вас в Ноихару. Я — аякаси, не знамо мне как проходит детство у людей.

— Понятно. На море со мной ведь поедешь?

— Разумеется. Я тень ваша, милорд.

— Вот и отдохнешь с моими друзьями. Как работа?

— Духи не скоро сунутся к нам, — хищно усмехнулась Химари.

— Прекрасно. Надеюсь ты не крошишь всех без разбора?

— А что такое? Лясы с ними точить что ли, милорд?

— Как все запущено. Пока я не овладею своей силой света… тьфу, падаван юный… Так вот, пока я беззащитен, могу рассчитывать только на союзных аякаси. А чем их больше на нашей стороне, тем лучше. Так что сначала надо поговорить, обсудить варианты, обрисовать им перспективы нахождения в нашем клане, смекаешь?

— Ня-а. Аякаси те бесполезные, злобные и безмозглые. Негоже тратить время на пустую болтовню.

— Пойдем через парк. У меня все еще море вопросов.

— Как пожелаете, милорд.

— В городе много аякаси? Мне кажется, я иногда вижу какие-то силуэты… или дымку.

— Много, милорд. Но в основном слабые и безвредные. Сильные больше по лесам, да горам прячутся от охотников. А видеть их вы начали, поскольку аура охотника после снятия амулета приходит в норму.

— А почему кроме Амакава никто не использует аякаси? Это связано с нашей силой?

Проходя мимо пруда, краем глаза заметил что-то зеленое, торчащее из воды. Тина что ли. Химари также вскинулась и начала водить носом из стороны в сторону словно охотничья собака.

— Чую духов я. Слабых. Пожалуй, мне стоит покрошить их, а вы будете наблюдать. Держитесь!

— Сто…

Химари одной рукой обхватила меня за пояс и понеслась через парк широкими прыжками. Завтрак упорно желал покинуть место своего пребывания, и мне пришлось зажмуриться, чтобы не вывалить его наружу.

— Вот и они! Смотрите внимательно, милорд, как ваша меч элегантно оправит их на тот свет!

— Стой, это приказ.

Кошка замерла, настороженно зыркая из стороны в сторону и цепко сжимая Ясуцуну. Нескольких я заметил сразу. Духа, похожего на жирную гусеницу размером с большую собаку. Другой напоминал раздутого дикобраза-переростка. Еще два представляли собой забавных одноглазых колобков на тонких ножках. Плюс наконец проступили очертания тех созданий, что встречались мне в городе. Напоминали они бесформенные мутные кляксы или морских ежей. Не сразу, но до меня дошло, что валун на поляне также являлся аякаси. Но хоть убей, не могу понять, каким образом пришло ко мне это знание. На противоположной стороне поляны мне почудились водяные капли — словно висящая неподвижно стена дождя. Но спустя секунду влага испарилась. Интересными фокусами владеют парковые аякаси.

— Кхем. Позвольте представиться — Амакава Юто. Наследник клана охотников на аякаси, повелитель этой милой кошечки и просто хороший парень. Могу я узнать ваши имена?

Несколько секунд стояла оглушительная тишина, и все присутствующие аякаси, включая Химари, неприкрыто пялились в мою сторону.

— Что тебе надо от нас, экзорцист? — произнес… камень.

Где у него ротовое отверстие, любопытно. Или каким способом оно издает звуки?

— В общих чертах, я живу тут неподалеку, Камень-сан. Поэтому решил поприветствовать тех, кто поселился рядом. Давно вы в этом парке?

— Я — всю жизнь. Другие — недавно.

— А, вот как, — протянул я. — Не желаете поступить на службу клана Амакава? Простите, я не успел подготовиться, поэтому ни образца контракта, ни визитной карточки оставить не могу. На данный момент клан Амакава интересуется аякаси боевых специальностей, но если имеются талантливые в других сферах, то могу рассмотреть в частном порядке.

— Зачем тебе мы? Мы не ровня бакэнэко, Багровому клинку Ноихары.

— Истинно так, милорд, — поддакнула кошка.

— Отпадное себе прозвище придумала, Химари.

— Сие есть титул мой в клане. С давних времен одна из рода бакэнэко служит Амакава. Договор наш нерушим.

— Запереть бы тебя на ночь и… позадавать вопросов. Но позже.

— На ночь, ня-я?

— Отпусти нас, экзорцист, мы покинем твои владения.

— Прежде я хочу кое-что спросить, Валун-кун. У вас и ваших… аякаси.

— Они не мои.

— А вы не разговорчивы, Скала-тян. Химари, есть ли способ проверить, говорят они правду или нет?

— Солгете милорду, бошки поотрываю!

— Благодарю. Итак, кто-то из вас угрожал жизни людей прямо или косвенно?

Все как один ответили отрицательно. Полупрозрачные кляксы молчали, только ожесточенно махали отростками, не признавая за собой никакой вины. Я вопросительно посмотрел на Химари.

— Не чую лжи, милорд. Но некоторые духи вельми скрытные. Лучше порубить их на всякий случай.

— Хмм, Химари, я не успел просветиться насчет взаимоотношений аякаси. У вас так принято, что сильный поедает слабого, как у животных?

— Мы не животные. Аякаси-каннибалы у нас вне закона. Хотя… такие аякаси обычно сильные и за ними могут добровольно последовать слабые духи.

— У вас есть законы?

— Это человеческое выражение. Устои, правила, традиции, называйте, как хотите.

— Ясно. Итак, нападали ли вы на других аякаси с целью… съесть их?

— Нет, нет, нет, нет…

— Сопля на ножках, как ты смеешь лгать милорду?! — прошипела бакэнэко, выпуская уши.

Аякаси на поляне развернулись в сторону гусеницы, после чего медленно стали пятиться подальше от нее. Кроме камня. Сомневаюсь, что он был способен передвигаться.

— Пощадите, господин! Он просто такой вкусный был, я не удержался! — пропищала гусеница.

— Химари, что за наказание получают каннибалы?

— Смерть, милорд. Но как по мне, не стоило со всеми ними церемониться. Им только дай шанс, младенца из люльки утащат и обглодают до костей.

— Ты можешь гарантировать, что они так поступят?

Аякаси с тревогой ожидали решения бакэнэко.

— Нет. Не могу, милорд.

— Хорошо. Иначе я бы усомнился в твоем рассудке, ко…

Мои слова прервал бросок длинного сегменчатого тела. Но Ясуцуна оказалась намного быстрей. Один замах, и половинки твари падают на землю. Секунда, и от гусеницы не осталась и следа, кроме еле заметного фиолетового пятна на траве. Остальные аякаси напряглись.

— Что ж, правосудие восторжествовало, я полагаю, — голос слегка дрожал. Все-таки я мало что мог сейчас противопоставить таким монстрам. — Остальные свободны. Можете жить в этом парке, если не будете мешать людям. И подумайте над моим предложением. Если среди ваших знакомых есть сильные и разумные аякаси, передавайте им мои слова о вступлении в клан. Булыжник-сан, дикобраз-кун, колобки, кляксы, всего доброго.

— Киннарохороботтчи.

— Что?

— Мое имя — Киннарохороботтчи, экзорцист, — произнесла каменюка.

— Приятно познакомиться… Киннаро-сан.

Когда страшная парочка из молодого экзорциста и печально известной среди духов бакэнэко удалилась, аякаси некоторое время даже не шевелились, словно не веря, что страшная участь миновала.

— Мизучи, ты стравила нас с экзорцистом, загнала в ловушку, — грозно проскрипел голос камня.

Остальные духи опасливо заозирались по сторонам, выискивая невидимку.

— Что, прожилки трясутся, каменный зародыш?

Буквально со всех сторон слетелись многочисленные водные капельки, образовав силуэт маленькой девочки в просвечивающем платьице. Зеленые мокрые пряди липли к голове и шее, а красные глаза с вертикальным зрачком насмешливо буравили собеседника.

— Разве не тебя совет духов послал расправиться с экзорцистом, мизучи?

— Меня никто не посылал. Я сама вызвалась, нано.

— И ты решила ослабить его для начала, согнав духов в парке своими водными барьерами?

— Ты слишком низкого мнения обо мне, Киннарохороботтчи. Я бы успела вмешаться, если бы он решил напасть. Здесь, вблизи источника воды, у Амакава с кошкой не было ни единого шанса. И слишком высокого о себе — ваши атаки не нанесли бы Багровому клинку ни царапины.

— Почему тогда ты не атаковала его? Ответь мне, мизучи!

— Меня заинтересовали его слова, нано.

— Ты опытная аякаси, а все ведешься на лживые речи экзорцистов.

— Это мое решение.

— Одумайся! Когда Амакава войдет в силу, даже тебе с ним не справиться, водный дух! Он наденет на тебя ошейник, посадит на цепь и заставит убивать себе подобных!

— Не заставит-сс, — прошипела девочка, высунув длинный раздвоенный язык. — Я изучу его, и, когда придет время, нанесу удар прямо в сердце!

— Так почему другие кланы не используют аякаси? Много их кстати?

— Великих кланов двенадцать — тех, кто что-то представляет из себя в Японии. Не умеют обращаться с аякаси, вот и не выходит дружбы. Не то, что у нас с вами, милорд.

— И это все объяснение? Ясно же как божий день, что сильные демоны могут стать хорошими союзниками.

— Не ведомо мне, милорд, простите.

— Почему вообще люди и аякаси враждуют?

— Сложные вопросы, задаете. Я ведь обучалась искусству меча, да сражениям против аякаси. Еще в чайной церемонии разумею. Не объяснял мне дед Ген историю. Может, потому что многие аякаси считают людей пищей?

— Кстати, что там с моей просьбой?

— Исполнила я все, как вы и хотели. Я оставила Айю дом охранять.

— Будем посмотреть, — протянул я в стиле известной медийной личности. Правда, на японском смысл менялся, ну да у данной фразы и на русском вряд ли имелось много смысловых оттенков.

— Доброго дня, Амакава-сама. Меня зовут Айя, я фугурумо-йоби, дух конверта.

На заднем дворе дома ответствовала передо мной юная худощавая девушка с ярко-голубыми волосами, стальными глазами, в длиннополом белом платье с широкими рукавами. Весьма миленькая, но даже по фантастическим меркам данного мира выглядит странновато.

— Рад приветствовать тебя в моем доме. Будешь ли ты верно служить мне, как моему деду раньше?

— Клянусь, Амакава-сама, в верности вам и роду Амакава, — без каких-то эмоций произнесла аякаси.

— Прекрасно, — мысленно я потирал руки. — Химари, я так понимаю, артефактная мечница с высокой скоростью. Чем ты можешь быть полезна в сражении?

— Эм-м. Простите Амакава-сама, Химари мне рассказала про ваше требование, но боюсь я малопригодна для боя. Я могу достаточно быстро перемещаться и доставлять послания.

— Химари?

— Больше я никого не знаю. Кайя почти бесполезна вне особняка.

— А как же Гинко? — влезла Айя.

— Гинко защитить милорда не сможет! Эта тупая псина!

— Айя? — вопросительно уставился я на дух конверта.

— Гинко — дух волка. Намного сильнее меня, но слабее Химари. Гинко хорошо умеет отслеживать других аякаси, охотников или магов.

— Химари? — перевел взгляд на кошку, чуть склонив голову.

— Эта блохастая волчица только воду баламутит. От нее пользы никакой!

Я продолжал молча глядеть на раздраженную аякаси, отчего она словно вся сникла:

— Виноватая я. Простите меня, милорд. Гинко стоило позвать первой. Просто ей тяжело вдали от леса.

— Ладно. Я рад, что ты признаешь свои ошибки. Вызови волчицу сюда, у меня для нее будет задание. У тебя телефон есть, кстати?

— Не треба мне сие, милорд.

— Как ты с Ноихарой тогда связываешься? Через Айю?

— Генноске-доно оставил мне амулетов разовых для связи. Но поскольку осветить новые некому, скоро они окончатся.

Я переводил взгляд с брюнетки на… кхм… голубинку и обратно. Руки так и чесались. Быстро забежав в свою комнату, вытащил из дальнего угла тумбочки пустой ежедневник. Даже память Юто не могла подсказать, кто его подарил. Парень так ни разу не воспользовался им, а выкинуть пожалел. Нашел ручку и вернулся обратно к аякаси, с любопытством ожидающих меня снаружи. Зря я, наверное, все это затеял. Скорее всего в Ноихаре есть подробная картотека. Ну да фиг с ним. От дублирования информации никому хуже не станет.

— Окей. Кто такие аякаси?

Девушки озадаченно переглянулись.

— А кто такие люди, Амакава-сама?

— Резонно. Каких видов бывают аякаси?

— Вельми множество их, милорд. Среди них духи животных самые сильные и лепные, — начала просвещать меня Химари. Еще бы их представительница плохо отозвалась о виде. Я записал информацию на первой странице. — Также бывают духи стихий, но то…

— Постой, сколько всего стихий?

— Э-э, шесть, кажется…

— Семь, Амакава-сама. Огонь, вода, воздух, земля, молния, дерево и плоть.

— Спасибо, Айя.

Эх, вопросы растут в геометрической прогрессии.

— А у духов животных есть своя классификация?

— Как таковой нет, Амакава-сама…

— Ня-гх, конверт, милорд у меня спрашивал!

О, стоило только привести конкурента, как ценные сведения уже не надо вытаскивать клещами.

— Не кипятись, Химари. Ты что-то хотела добавить, Айя?

— Духи животных не равны между собой. Наибольший потенциал у кицунэ, бакэнэко и тануки. Девятихвостые лисы кицунэ во все времена наводили страх на аякаси и людской мир.

— Но бакэнэко ведь тоже одни из сильнейших?

— Это так, Амакава-сама.

— Нья-я-я.

Химари довольно вытянула вперед подбородок. Я на автопилоте протянул руку и начал почесывать.

— Мурр-мя!

— Так, не отвлекаться на кошачьи нежности! Мы ведь еще не все типы духов рассмотрели?

Расстроившись от того, что я убрал руку, Химари сама прильнула ко мне и принялась ластиться, тереться головой и нежно полизывать в шею.

— Еще ю-лей, призраки, ня-лорд.

Я не смог сдержать улыбку от такого обращения. Пока я действительно больше ня-лорд, чем полноценный глава старинного клана.

— Самые никчемные среди аякаси.

— Не стоит забывать и про о-бакэ, привидений, Амакава-сама.

— А в чем разница?

— Призраки — души погибших, которым не нашлось места в загробном мире. Или по иным причинам остались здесь.

— Мрур. Твой школьный друг призраком одержим был. Коли остался таким на пару дней, совсем рассудок потерял. Небольшие изменения тела, на большее призраки не способны. Еще могут в сны проникать, кошмары насылать.

— Помнят они о прошлой жизни? С ними можно договориться? Клан Амакава не использовал их? Как разведчиков, например?

— За все время моей службы в клане не припомню такого, Амакава-сама.

— Ясно. А привидения?

— Привидения — то есть ожившие сильные чувства людей. Коль злобные, будут смуту сеять и страх, коль добрые — радость и смех. Слабых привидений можно запугать, милорд. Однажды мы с Генноске в одном болоте набрали привидений, что испужались моей ауры и согласились служить. Потом натравили их на одну деревню. Что дальше там случилось, не ведомо мне. Дедушка в свои планы мало кого посвящал.

Я положил свою руку на голову кошке и принялся гладить, что она восприняла крайне положительно, громко заурчав.

— Что вы тут делаете? Ой, а кто это?

— Ринко, привет. Это Айя, мой новый вассал. А это Ринко Кузаки, моя подруга детства.

— Какая у тебя кожа тонкая… словно пергамент.

— Благодарю, молодая госпожа, — Айя поклонилась.

— Она дух конверта. Я слушаю лекцию об аякаси. Потом хочу провести несколько опытов.

— Можно мне тоже послушать?

— Конечно. Хотя… не хотелось бы навязываться, но я сегодня еще не обедал.

— Хн-ф, надо бы истребовать с наследника клана зарплату как элитному шеф-повару, — жестом словно закатывая рукава, произнесла Ринко.

— Мы подумаем над этим после дегустации. Так что тебе лучше постараться.

— Ха! Да вы у меня тарелки съедите вместе с палочками!

— Если еда так плоха, что ты кормишь милорда посудой, мне жаль тебя, человечка.

— Р-р-р!

— Химари, хватит уже издеваться над бедной Ринко! Только мне позволено это делать!

— Вот-вот, только Юто позво… Что?! Хотите один рис на обед?!

Успокоив и проводив Ринко, мы вернулись к лекции.

— Итак, животные, стихийные, призраки, привидения. Кто еще?

— Духи места, они или демоноподобные, про аякаси явлений еще слыхала, милорд.

— Про духов предметов забыли. В отличие от зверей мы мыслим разумно и действуем только подумавши. Ой! Амакава-сама!

— Химари, хватит. Что за детский сад? Прекрати жевать ее платье!

— Нья, — сплюнула кошка. — Бумагой отдает.

— Какие они бывают?

— Самые разные, милорд. Когда о предмете долго заботятся, или испытывают рядом сильные чувства. Тогда появляется аякаси — дух предмета. Как с привидениями. Коли владелец испытывал ярость и злобу, рождаются вещи вроде моей Ясуцуны.

— Ясуцуна — разумная?

— Нет, милорд.

— А станет?

— Сомневаюсь. Если только ритуал провести.

— Что за ритуал?

— Не ведаю. Магический, наверное.

— Так, ладно! Надоело!

Аякаси встрепенулись и встали ровно.

— Химари, ты будешь первой как первая встреченная мной аякаси… По крайней мере из того, что я помню.

— Нья-я, рада я быть первой у вас, милорд.

— Ксо, хватит сбивать с мысли! Возраст!

— Мой, милорд? — удивилась кошка.

— Свой мне известен.

— Негоже спрашивать такое у девушки.

— Я глава клана или кто?! Возраст!

— Семнадцать, милорд!

О, на год старше Юто. Я записал в дневник новые данные.

— Родители!

— Э-э, не ведаю я. Знаю только, что мать моя была бакэнэко, а отец — простой дикий кот.

Записываем. По-моему, Химари смутилась и немного расстроилась.

— Рост.

— Не знамо мне, но похоже одного с вами роста, милорд.

Окей, метр с кепкой, то бишь метр пятьдесят восемь.

— Вес.

— Сорок.

Я с сомнением осмотрел Химари с ног до головы. Да одни ее полусферы на пяток потянут. Надо бы наказать ее за дачу ложных показаний, ну да ладно. Запишем сорок семь.

— Боевой опыт?

— М-м, с пяти лет, милорд.

Дед совсем оборзел. Хотя кто его знает, может в пять лет аякаси считаются взрослыми.

— Тактика боя.

— Рубить, кромсать, крушить! Ар-р.

Ясно. Пушистый халк в юбке. Так и отметим.

— Слабости? Чеснок там, колья осиновые, святая вода?

— М-м, нет ничего такого. Воду не очень люблю.

— Айя, оцени ее боевой потенциал по шкале от 1 до 10.

— 8.

— Че?! Хорошо подумала, конвертишка?

— Любимая еда.

— Рыбка! Жареная, вареная, сырая, вяленая, соленая, тушеная, копченая, в сырном соусе, в сметане, в…

— Я понял. Слюну вытри. Еще что-то кроме рыбки?

— Молочко люблю. Траву не люблю.

Любопытная информация. Значит, аякаси-животные перенимают очень много от своего природного образа. Интересно, а как с конвертом?

— Хобби?

— Оттачивать мастерство, полировать Ясуцуну.

— Играть с клубками ниток, — добавила Айя.

— Нья-ха, ты нарываешься, бумажное недоразумение!

Айя неожиданно пропала, не дав Химари сцапать себя. Я поводил головой кругом. На заднем дворе дома кроме нас с кошкой было пусто.

— Айя, ты где?

— Здесь, Амакава-сама, — раздалось… из моего кармана брюк. — У вас тут так хорошо. Тепло, уютно и безопасно.

— Ни фига себе, — у меня задергался глаз.

Я осторожно просунул руку в карман и вытянул бледно-белый старинный конверт с голубой окантовкой. Бумага трепетала у меня в руках.

— Ах-х, Амакава-сама, где вы меня трогаете?! Я сейчас…

— Ньяяяя!!!

— Юто-о, что за бумажную оргию ты тут устроил?!

— Это не то, что ты думаешь, Ринко! Просто проводили небольшое исследование.

— На тему того, что возбуждает аякаси, милорд?!

— Это… лишь побочный продукт… Как известно, самые важные открытия сделаны случайно…

— А-а-х-х!

— Я тебя сейчас на землю брошу, Айя!

— Простите, — в вихре бумажных листочков перед нами материализовалась фугурумо, сияя розовыми щечками. В остальном же ее лицо ничего не выражало.

— Стол накрыт. Идем, пока не остыло, — зыркнув на конверт, скомандовала Кузаки.

Глава 5

Мы прошли внутрь за истинной хозяйкой дома Юто.

— Умня-я! Рыбка! — Химари бросилась к столу, сходу учуяв запах.

Айя величественно прошествовала, словно говоря: «Эта кошка не со мной». Я присел за свое обычное место, положив дневник и ручку рядом, и принялся за трапезу.

— Ну как успехи с… исследованиями? — поинтересовалась Ринко через некоторое время.

— Движется. Если бы они еще относились к этому серьезно.

— Юто… что ты думаешь делать дальше?

— Собрать больше сведений. Про кланы, про аякаси. Проведать Ноихару. Скорее всего мне лучше туда перебраться, если особняк никому не сдают.

— Это оскорбительно! — фыркнула Химари. — Никто не позволит сдавать клановый дом Амакава всяким проходимцам.

— Но ведь и здесь неплохо, разве нет? — грустно спросила Ринко.

Видимо уже поняла, что я не отступлюсь.

— Не переживай. Буду писать тебе письма через Айю, например. Или лучше скайп установим. До Ноихары ведь недалеко?

— Полчаса ходу на электричке, — подсказала Айя.

— Да, я тоже хотела компьютер приобрести. Раз у тебя уже есть, будем связываться с помощью интернета! — повеселела Кузаки. — Когда разберешься со своими клановыми делами, вернешься в школу!

Кто знает. Но вслух я ничего не сказал. Взгляд мой упал на дневник на краю стола. На обложке имелось специальное место для названия. Пораскинув имеющимся серым веществом, взял ручку и накорябал иероглифами: «Аякаси и я».

— Вельми радует ваших верных вассалов, что аякаси поставили вы пред себя, милорд, — заметила кошка.

— Это просто надпись.

— Юто, ну как, понравилось?

— Как всегда, бесподобно, Ринко.

— Вкусная рыбка!

— Животных не спрашивали!

— Чего?!

— Айя, пока они милуются, не уделишь мне время? — открыл я дневник на пустой странице, не обращая внимания на слитный хор: «Мы не милуемся!».

— Конечно, Амакава-сама. Мое имя Айя, дух конверта. Осознала я себя где-то в тридцатых годах девятнадцатого века. Родителей нет. Рост метр пятьдесят три, вес около двухсот грамм. Тактика в бою — снабжение припасами, передача информации. Объем внутреннего пространства примерно пять кубометров, максимум — триста килограмм. По боевой шкале около 3. Слабости — огонь, воду тоже не жалую. Любимых блюд нет. Хобби — собирать почтовые марки.

— Ого! — впечатлились обедающие, кроме Химари.

— Ньях, что значит двести грамм?! — вычленила самое важное ушастое чудо.

— Таков мой настоящий вес в любом облике. В человеческом я создаю некоторое давление, имитируя обычный вес.

— Врешь! Так нечестно! В одном из ликов я тоже не больше трех кило!

— Опачки. Что за лики?

— Ничего особенного, милорд.

— Химари?

Кошка вздохнула.

— Сильные аякаси имеют множество ликов, но есть среди них истинные. Я-человек, Я-с ушками и хвостом, Айя-человек, Айя-конверт — все это наши истинные формы или лики. С ушами — это мой промежуточный лик. Мне в нем комфортнее всего, поэтому я часто выпускаю кошачьи ушки.

— Но есть еще один?

— Верно, милорд. Хотелось мне показать вам его, когда мы приедем в Ноихару, дабы напомнить, как мы раньше время проводили вместе.

— …Кошка… белая кошка… обрыв… — накатило на меня неожиданно.

— Вспомнили вы, милорд! — в прыжке обняла меня Химари, чуть не повалив со стула. — Вельми рада я!

— Покажешь?

— Наградить вас надобно, мурмя-я!

Одежда Химари вдруг разом опала на пол, из-под нее выпрыгнула маленькая белая кошка с пронзительными сиреневыми глазищами. И сразу устроилась у меня на коленях, свернувшись клубком. Не погладить эту пушистую прелесть я просто не мог. В гостиной раздалось громкое урчание.

— Вообще-то животных, принято выгонять из-за стола, — буркнула Ринко.

— Как и плоскодонок, — парировала кошка.

— Ого, ты и говорить можешь. Хотя, о чем это я? У тебя хотя бы рот и язык есть, в отличие от камня или конверта. Аппчхи!

— Юто, помнится кто-то обещал мне заплатить за мои старания.

— Конечно, Ринко. Как известно, в мире есть только одна вещь, что ценится выше денег.

— Что же?

— Информация! — я помахал дневником. — Устроит?

— Устроит! Но я должна читать все обновления, если ты уедешь.

— Гхм, не думаю, что оцифровывать важные сведения — хорошая идея.

— Поддерживаю, милорд, мур-р. Среди кланов охотников есть те, кто добывать информацию хорошо умеют.

— Это важное замечание, Химари. Я даже антивирус на ноутбук не поставил, что шел в комплекте. Ты говорила, что кланов двенадцать? У них есть свои особенности, как у клана Амакава?

— Да, Амакава-сама, — взяла на себя разговор Айя. — Первый клан Тсучимикадо, самый сильный, мастера печатей и барьеров. Второй клан — Райто, правит почти всем Хоккайдо на севере Японии, боевыми молитвами владеют. Третий клан — Кагамимори, храмовые жрицы мико, владеют глазом зверя, что по слухам сквозь личину любую видит, и волшебным зеркалом, которое может запечатать ауру аякаси. Четвертые — Нобуна, владеют искусством шиноби, скрытно могут подобраться почти к любому аякаси, но в открытом бою слабы, — я только и успевал, что записывать. — Пятые — Каннаги, мастера призывных сикигами. Шестые — Амакава, артефакты на основе света переменчивого и личные клановые аякаси. Седьмые — Таннадзаки, китайской магией и боевым стилем владеют, могут одним ударом в определенную точку убить человека и даже духа. Восьмые — Шикимомуро, по слухам заключившие контракт со смертью, своими заклинаниями парализуют аякаси и наводят смертельный ужас. Девятые — Якоин, имеют нечеловеческий разум, мастера по добыче информации, магические детективы. Десятые — Киюн, молодой клан, про битвы с аякаси нет данных. Одиннадцатые — Кибаджуба, по слухам проводят ритуал, который роднит их с диким зверьем. Двенадцатые — Джингуджи, западной магией промышляют.

— Спасибо, Айя! Хм-м, Джингуджи только двенадцатые? А я шестой?

— Место значит способность бороться против аякаси. Амакава всегда были одними из лучших в этом деле. Джингуджи только недавно стали набирать силу. Также и верно, что лишь раз в десять лет примерно или по особому случаю проводят пересмотр рангов. Насчет Амакава, могу предположить, что решили не менять, пока вы не вступите в должность охотника.

— Вот так новости.

— Жутко это все. Шиноби, маги, — поежилась Ринко.

— А меня признают, пока я ничего не умею?

— Не думаю, Амакава-сама. Хотя боевые аякаси остались при вас. Не знаю, как решит совет охотников.

— Я одна стою целого клана, милорд. Не извольте беспокоиться, — проговорило хвостатое создание, не вставая с моих коленей.

— Химари, Айя, Гинко, Кайя, — это все вассалы Амакава?

— Боюсь, что разбежались большинство вассалов после смерти Генноске-доно.

— Генноске? А у моего отца Синити тоже были вассалы?

— Не ведомо мне сие, милорд. Но он владел светом, поэтому вполне мог завести пару любовниц.

— Ты на что намекаешь, кошачий демон? — буркнула Кузаки.

— Кайя ведь женское имя? — спросил я.

— Истинно так.

— Дед спал с аякаси?

— Юто!

— Как можно, милорд! — взволнованно ответила кошка. — Генноске-доно никогда не позволил себе такого!

— То есть человек не может спать с аякаси?

— Не так выразилась я милорд! Все мы можем делать и даже лучше людей, но дед Ген любил свою жену, да и старый он был.

— КОШКА!!!

— Ня?

— Химари, может вернешься в свой кошачий облик или оденешься?

Аякаси смутилась… совсем чуть-чуть.

— Нья-я готова вам показать, что мы ничуть не хуже людских женщин. Чувствуете тепло моего тела? Что это такое твердое тут, милорд?

— Гха-а, — выдохнул я.

— КОМОК ШЕРСТИ, я тебя на вискас пущу!

— Нья-ха-ха-ха, — отпрыгнула голая Химари прочь от разъяренной Кузаки. — Сердишься, что не соответствуешь вкусам милорда? Слыхала я, что капуста помочь может.

— Проклятый феромонный сисько-монстр! Что ты сделала с Юто?!

— Со мной все в порядке, Ринко. Просто немного удивился.

— Хватит лыбиться, не то на ужин будет кошатина! Оденься наконец!

Постепенно накал страстей спал. Отцовские часы показывали уже начало пятого.

— Так. Я хотел сегодня еще потренироваться со светом. Химари, пойдем в парк, раз с тамошней братвой уже познакомились. Что-то мои эксперименты на уроке не увенчались успехом. Ринко, не спорь. Так надо!

— Слушаюсь, милорд!

— Слушаюсь, милорд! — передразнила Ринко, все еще злящаяся на аякаси. — Юто нужна человеческая женщина, потому что он сам человек. Монстры с монстрами, люди с людьми. Рис отдельно, котлеты отдельно!

Птички радостно щебетали, мягкий ветер волновал листву, бакэнэко крепко сжимала мою руку, радостно жмурясь.

— Зайдем к знакомым.

Идти пришлось минут пять, а ведь Химари потребовался всего десяток прыжков со мной в охапку. На поляне уже не наблюдалось той концентрации аякаси. Одна каменюка печально стояла… лежала, короче, находилась в центре. Тут вдруг воздух словно загустел и стал каким-то влажным, что ли. Непонятная тяжесть упала на плечи. Химари приняла боевой вид, положив руку на рукоять катаны. Несколько секунд мы напряженно озирались по сторонам, но все было тихо.

— Зачем пожаловал, экзорцист? Закончить начатое?

— Можно и так сказать! — обрадовался я, чувствуя, как воздух еще больше потяжелел. — Не уделите мне немного своего времени, Киннаро-сан?

— Гхм, спешить мне некуда.

Давление значительно уменьшилось. Неужто это способность каменного аякаси? Если перетащить его на задний двор, может выйти неплохой защитник.

Я раскрыл дневник на чистой странице:

— Можно еще раз узнать ваше имя?

— Киннарохороботтчи.

— Сколько вам лет?

Некоторое время камень молчал, но потом все же выдал:

— Около трех веков, экзорцист.

— Ого, вы, наверное, очень мудрый и опытный?

— Где ж ему эту мудрость добыть, милорд? — фыркнула Химари. — Наблюдая за ползаньем улиток или ростом травы?

— Вы, бакэнэко, вечно спешите, оттого и сгораете.

— Судя по всему родителей у вас тоже нет, Киннаро-сан. Оцените свою боевую силу по шкале от 1 до 10?

— Не понимаю вопроса, экзорцист.

— Ладно. Можете звать меня Юто-сан. Э-э, любимые блюда? Вам вообще надо питаться?

— Раз в год две росинки и три крошки минералов из почвы.

— М-м, хобби, увлечения?

— Следить за жуками.

— Нья-ха-ха, я же говорила!

— Вам не скучно тут сидеть? Вы вообще способны перемещаться? Может вас куда надо доставить?

— Чтобы уйти в другое место мне надо копить силу пять лет.

— По-моему, это весьма печально, на пять лет быть прикованным к одному месту. Словно парализованный инвалид, — я захлопнул дневник. — Вроде бы есть такая компьютерная игра — симулятор жизни камня.

— Правда такая игра есть, милорд?

— Гх-у, похоже, люди понимают наш вид лучше, чем я думал.

— Может, хотите переехать? У меня дома всегда весело и можно за многим понаблюдать!

Секунд десять Киннаро не издавал ни звука.

— Мне нравится этот парк… Юто-сан.

— На нет и экзорциста нет. Пойдем, Химари. Я там видел одно хорошее местечко у пруда, пока ты меня тащила словно мешок картошки.

После того как молодой охотник удалился, дух камня проскрипел в пустоту:

— Видишь, на что готовы экзорцисты, чтобы заполучить нового раба?

— Он не напал на тебя, — ответила маленькая зеленовласая девочка.

— Он Амакава. Тот, кто сажает аякаси на цепь.

— Как будто от тебя может быть много толку. Нано.

— Люди держат животных в клетках просто чтобы глазеть на них. Думаешь экзорцистам нужна другая причина? Убей его, мизучи. Лучшего момента ты не найдешь!

— Не указывай, что мне делать! Я — мизучи Сидзука. Я сама решаю, кого убивать, а кого миловать!

— Химари-сенсей, я весь в вашем распоряжении!

— Ня? — лицо кошки было донельзя довольным.

— Гхм, давай все-таки отложим лизание и прочие слюнявые процедуры.

— Ня-я, — разочарованно протянула бакэнэко. — Вы правы, милорд. Вам еще далеко до полноценного охотника. Для начала будем тренировать обнаружение духов. Дед Ген мог их видеть дальше меня. Закройте глаза, милорд. Свою ауру скрою я, а вы пробуйте сыскать. Ня-чали!

Смежив веки, я очутился в темноте. Лишь небольшие цветные пятна плавали пред глазами, да шепот листвы успокаивал разум. Ну и как мне ее найти? Жаль, что дедушка не объяснял ей особенности родовой силы. Вообще, должны же остаться какие-то учебники, видеопособия? Хехе, представил, как дедушка Ген заливает на ютуб видео-гайд по управлению светом. Завтра надо точно в Ноихару сгонять. Может и не стоит сегодня напрягаться? Как бы та сила не сделала со мной то же, что и с ручкой в классе.

Обратись к светлой стороне, о юный довакин. Хмм, нет, довакин из другой оперы вроде. Я даже очистить разум не могу. Сразу какая-то ересь в голову лезет. Кажись, маги обычно проговаривают заклинание вслух. И еще палочками махают.

— Алохомора! — я взмахнул рукой.

— Нья?

— Слева!

— То не считается, услыхали вы голос мой. Пробуйте дальше, милорд.

Надо было аваду кедавру кастануть… Боже, что за идиотизм. Ладно. Ты попал в тело шестнадцатилетнего японца, наследника клана охотников на аякаси, тебя обучает прямоходящая и говорящая кошка в виде сексуальной модели, дома ждет голубовласое письмо, что способно таскать триста кэгэ веса… Удобно, наверное, ее в поход с собой брать. Триста кило тушенки. Большего идиотизма ситуации уже придумать нельзя. Смирись отрок и познай дзен!

Спустя миг теплая и родная сила отозвалась… словно из каждой клеточки тела. Будто стадо муравьев ползали под кожей. И в голове тоже. Направить в глаза? Сгорят к хренам собачьим. Да и закрыты они, а значит, не в глазах дело. Я должен почувствовать энергию Химари. Наверняка она испускает какие-то кошачьи эманации. Ну что же свет, покажешь мне, где она?

— Сзади справа.

— Верно, милорд! А теперь?

— Справа. Твоя аура пахнет мятой и кошачьей шерстью.

— Я мылась вчерась, милорд!! Усложним задачу, ня.

Только я чувствовал Химари, как она резко пропала. Надо еще повысить чувствительность. В лицо мне ткнулась какая-то легкая энергия… ветер походу. В ноги давила тяжелая, но спокойная сила… земли. Еще чуть-чуть несло со стороны пруда — чем-то вязким, мокрым и… не могу разобрать… холодным… но живым. Хладнокровным. Видимо, кто-то из обитателей водоема. Крутяк! Может, со временем научусь рыбу аки сонар видеть. Ну точно, на рыбалку, и Айю с собой в поход! Химари только не брать, не то весь улов схрумкает. Не отвлекаться, отрок!

— Слева… вроде бы. Почти не чувствую.

— Правильно, милорд, — Химари прильнула ко мне, и я открыл глаза. — Быстро освоились вы. Аура ваша ярче видится теперь. Думаю, станете вы сильнее дедушки своего со временем. До тех пор защитить вас смогу я!

— Может что-то атакующее попробуем?

— Не устали?

— Есть немного, — прислушался я к себе.

Значит, и поиск аур тоже выматывает. Не только в морально-духовном, но и физическом плане. Даже вспрел немного.

— Но на еще одно занятие меня хватит.

— Обождите минуту, милорд.

Химари отлучилась к ближайшим зарослям и вскоре вернулась с длинной крепкой веткой.

— Учить вас стойкам и ударам долго слишком, милорд. Да и результат появится не сразу. Потому силу вашу будем тренировать. Пробуйте подать свет в деревяшку.

Ясно, каких-то пояснений и в этот раз не будет. Все сам, батенька, все сам. Хмм, в прошлый раз свет разрушил предмет. Может не надо напитывать весь, а только верхний слой? А руки я свои не опалю? Сосредоточимся на верхней части палки.

— Милорд! Дым пошел!

Я отбросил дымящуюся ветку в сторону.

— Ну, первый онигири всегда комом.

Снова взяв тренировочный снаряд в руки, взмахнул им несколько раз. Ничего не поменялось.

— Парируйте, милорд!

— Ась?

Бам-с-с! Ударив ножнами, бакэнэко легко выбила палку у меня из рук. Я потряс ушибленными пальцами в воздухе.

— Силу почувствовала я. Но очень мало. Слабейшего духа с большим трудом одолеете. Дерево — плохой материал, но дед ваш умел и с ним работать. Тут не помощница я вам, милорд. Простите.

— Ничего. Спасибо, Химари-сенсей.

Я поклонился как ученик наставнику.

— Рада только я обучать вас, милорд, — мурлыкнула кошка.

— Пожалуй, стоит закончить. Вряд ли я способен на что-то большее сегодня.

Химари вдруг поникла и отвела взгляд в сторону:

— Милорд, вопрос меня один снедает. Дозволите?

— Конечно.

— Вы тоже считаете, что рис с котлетами есть только отдельно следует?

— Можно и вместе, — немного опешил я. — А что? А-а, так тебя слова Ринко задели. Химари?

— Ня?

Я подошел и быстро поцеловал девушку в губы.

— Ня-ху-у! Не думала, что губы соленые у вас, милорд.

— Вспотел просто, — улыбнулся я. — Пойду сполоснусь.

Вода в пруду была прохладной и кристально чистой. Ни мусора, ни прочих отходов человеческой жизнедеятельности. Я с удовольствием зачерпнул полные пригоршни и обдал лицо водой. Душ мне сейчас не помешал бы. Открыв глаза, я вдруг увидел под водой две красные точки. Бледное лицо смотрело казалось прямо мне в душу.

— Утопленница!!

— Милорд!

Химари подпрыгнула и оттянула меня на берег.

— Осторожно! Я даже не почувствовала мизучи. Может быть сильной она.

Сначала из воды появились зеленые волосы… полностью сухие и причесанные. Потом голова и неразвитое девчачье тело, скрытое сине-голубым сарафаном на бретельках. Хотя… не совсем скрытое. Трусики почему-то просвечивали. Даже можно было рассмотреть бело-голубую полоску на нижнем белье.

В памяти Юто сразу всплыл подходящий термин. Лоли. Что означало маленькую девочку, но с неким сексуальным подтекстом. Тьфу ты. Только японцы могли придумать подобное обозначение. Нет, постойте-ка! Случайно не от «Лолиты» Набокова пошло оно? Во всем виноваты русские, как всегда. Нет! В России никогда не было похожего термина! Это все извращенные узкоглазые! Да! Не позволим опорочить святой русский дух даже в собственных мыслях!

Я поглядел на малявку с превосходством:

— Меня зовут Амакава Юто. Ты потерялась, девочка?

— Охотник-сш. Что ты собираешься делать, когда обретешь силу?

Химари резко обнажила Ясуцуну, уши и хвост. Выглядела бакэнэко крайне серьезной:

— Мизучи — дух водный это. Очень сильный и древний. Нам надо уйти подальше от воды.

— Догадливая кошка. Я уже около часа наблюдаю за вашими играми.

— Хаш-ш-ш, — зашипела Химари в кошачьей ярости. Похоже, расстроилась от того, что не смогла засечь противника. Но нападать без моей команды не спешила, что радует. Я положил руку ей на плечо на всякий случай.

— Так что ты собираешься делать, когда обретешь силу? Ответь мне, охотник!

— Невежливо спрашивать, не представившись.

— Мизучи Сидзука я. Нано.

— Нано? Окей. Что собираюсь делать? Хм-м. Химари!

— Да, милорд!

— Спроси меня, чем мы будем заниматься сегодня вечером.

Бакэнэко нервно шевельнулась, но глаз от зеленовласки не отвела:

— М-м, чем мы будем заниматься сегодня вечером, милорд?

— Тем же, чем и всегда, Химари. Попробуем завоевать мир! Му-ха-ха-ха!

Похоже, злодейский смех мне не удался, поскольку Сидзука медленно проговорила:

— Ты… шутишь, охотник? Отвечай серьезно, иначе эти слова станут последними в твоей жизни.

— Откуда столько злобы в такой милой девочке? Словно я твоего любимого питомца живьем съел.

— Охотники убили всю мою семью много лет назад.

— Да-а, понимаю тебя. Мой дед тоже погиб в сражении с аякаси. Родители… не знаю, но возможно тоже. Это плохо, терять семью.

— Нано… Значит, ты желаешь битвы, охотник?

— Твои логические умозаключения меня поражают. Ты сильная! Вступай в клан Амакава! У нас есть печеньки и пушистые кошки для релаксации.

— Зачем?

— Вместе веселее!

— Хочешь, чтобы я убивала других аякаси?

— На самом деле меня сейчас больше волнуют кланы охотников. Но если на нас нападут аякаси, и с ними не удастся договорится, то да, их следует упокоить.

— А другие аякаси? Что живут мирно вдали от людей?

— Если они способны приносить прибыль, предложу им рабочий контракт! Шестидневная неделя, соцпакет, страховка, белая зарплата, легализация в обществе. Химари, у аякаси есть трудовой кодекс?

— Нет…

— Отлично! То есть, я хотел сказать, прискорбно. Уверяю, уважаемая мизучи, у меня и в мыслях не было заставлять аякаси пахать без отпусков и выходных!

— Я… поняла твой настрой, нано. Но ты не ответил на мой первый вопрос, охотник.

— Защитить себя и дорогих мне людей… и аякаси, нано.

У мизучи дернулись кончики губ, видимо от раздражения окончанием моего ответа. Банально, но ничего больше мне не пришло голову.

— Твои слова спасли тебе жизнь. Пока что. Я буду следить за тобой, охотник. И как только ты оступишься, расщеплю на молекулы.

Мизучи говорила, словно прощаясь, поэтому я резко произнес:

— Постой! Сидзука-сан, могу я задать вам пару вопросов?

— Спрашивать даму о ее возрасте — дурной тон, нано.

С этими словами девочка опала небольшим водопадиком.

— Похоже, она и впрям следила за нами с Киннаро-саном, — сказал я, поежившись. — Вот значит, что за давление мы чувствовали.

— Милорд, простите вашу нерадиву кошечку, что не углядела за врагом сильным.

— Не вешай хвост. Мне тоже надо учиться чувствовать ауры. Пойдем домой, уже поздно.

Глава 6

Да уж, прошло всего пару дней моей новой жизни, а такое чувство словно несколько лет. Хотя, учитывая сколько воспоминаний я поглотил, вполне закономерно. Да еще вся эта потусторонщина. Жаль мизучи оказалась неразговорчивой. Водная аякаси даже мне показалось сильной. Любопытно, что будет, если несколько таких встроить в водопроводную систему города? Много ли удастся сэкономить? Так и не узнал ее тактико-технические характеристики. А что если она может минералку генерировать? Или воду опреснять? Это ж золотая жила! Ну вот, а еще считал, что во мне нет духа коммерции. Жалкие кланы, вы не знаете, что теряете, проходя мимо такой лакомой ниши. Хм-м, не стоит конечно сильно губу раскатывать. Пока мне встречались достаточно адекватные аякаси, но по словам телохранительницы вокруг много злобных духов бродит. И что-то… большая часть из них относилась к женскому полу. Нет, это явно неспроста. Айя с Химари настоящие красавицы. Полюбэ, дедуля в молодости тем еще ловеласом был. Небось и кастинги устраивал на вступление в клан. Как бы не через постель.

— Химари, я помню твои слова о дедушке Гене. Но когда молодым был, как думаешь, не мог он ухлестывать за аякаси? За Айей, к примеру?

— Не ведаю, милорд. Генноске всегда очень серьезным и строгим был. Как я с вами с ним самим не позволял обращаться, наказать мог. Не представляю, чтобы он бегал за Айей. С духом конверта дедушка редко общался, по нужде только. Айя не умеет выражать чувства как человек. Хоть и пыталась я ее расшевелить.

Дома витали вкусные запахи еды. Еще тянуло клубникой. Похоже Ринко душ у меня принимала, ее шампунь я запомнил.

— Юто, я там ужин и на завтрак немного приготовила, Айя на стол подаст вам. Фу-у, ты потный весь. Чем это вы с кошкой занимались, а?!

— Тренировались. С камнем пообщались, лоли одну встретили.

— С камнем? Совсем крыша поехала?

— Невежественная человечка, не смей сомневаться в словах милорда!

— Ринко! Меня зовут Кузаки Ринко!

— На память не жалуюсь я, человечка.

— Ох, как мне хочется врезать по усатой морде. Юто, я пойду домой, мне еще уроки на завтра делать.

— Окей, мы завтра в Ноихару поедем.

— Насовсем?!

— Нет, навестим. После поездки на море будем думать о переезде.

— Ясно. Береги себя, Юто. Утром я еще зайду перед школой. Айя!

— Да, молодая госпожа?

— Чтобы никакого разврата в этом доме, ясно?

— Будет исполнено, госпожа.

Спелись походу. Подруга детства ушла к себе, а я устроился на диване с ноутом. С едой решил обождать — еще не отошел от занятий в парке. Скорее всего, физическую выносливость мне также следует тренировать. Может, свет — это смешение моих духовных и телесных энергий? Инь, янь и хрень. Хренью в данный момент являлась Химари, развалившаяся на диване в одной футболке (моей) и трусах и настойчиво пытающаяся привлечь мое внимание. Играла с какой-то веревочкой…

— Химари, не трогай завязки от моих шорт! Я занят делом, не видишь?

— Нья. Тогда с вашего дозволения я погуляю по округе немного.

— Давай. Только безобидных духов не трогай. Тех, что сами не нападают.

— Слушаюсь, милорд.

Бакэнэко потянулась, отчего футболка задралась, открывая вид на белоснежные трусики с маленьким розовым бантиком.

— Меня такой примитивной провокацией не отвлечь, — выдал я, с трудом отводя взгляд.

Вжих-х! В диван между нами по самую рукоять вонзился какой-то кинжал с витиеватой рукояткой.

— Конверт! Ты что творишь?!

— Никакого разврата в этом доме. Так сказала молодая госпожа.

— Ня-ладно. Я на улицу.

Кошка покинула гостиную. Надеюсь, она не в таком виде разгуливать собралась?

— Хах. А если бы ты промахнулась?

— Я не промахиваюсь, Амакава-сама.

— Ты точно лишь третья по шкале до десяти?

— Вы сейчас на планке в полтора пункта, не больше, Амакава-сама. К тому же, не все можно измерить цифрами.

— Согласен. Жизнь посложнее рпг. Кстати, кроме марок чем ты в свободное время занимаешься?

— Отдыхаю в шкафу на полке, Амакава-сама.

— Хочешь, игрушку тебе скачаю, чтоб скучно не было?

— Раз такого ваше желание…

Я с трудом вытащил кинжал из дивана. Какой-то старинный клинок с тонким лезвием. Да-а, хорошо, что эта девица на моей стороне.

— Это из твоего… хранилища?

— Верно, Амакава-сама.

— Что еще там есть?

— Проще показать, чем перечислять.

— Давай. Наверное, много места надо? Пойдем в прихожую.

Я с некоторым сожалением оторвал свою задницу от мягкой сидушки и проследовал в коридор.

— Бу-э-э-э-э.

Айя широко раскрыла рот, и из нее потоком повалило разное холодное и метательное оружие, вперемешку с какой-то полупрозрачной жидкостью. Меня самого начало мутить от такой картины.

Чего тут только не было! Катаны, танто, кортики, сабли, сюрикены, столовые ножи… Древний автомат, похожий на немецкий…

— Простите, Амакава-сама, это из другой секции, — конверт снова раскрыла рот и быстро заглотила автомат.

Мне, человеку двадцать первого века было очевидно преимущество огнестрельного оружия.

— Пистолета не найдется?

— Есть, Амакава-сама. Но я бы не советовала полагаться на технику. Генноске-доно с мечом мог запросто победить роту военных. Пули быстры, но мысль быстрее.

— Ты отчасти права. Но сейчас пистолет мне бы совсем не помешал. Правда, боюсь спрятать негде. Обязательно привлеку внимание.

— Амакава-сама, бу-э-э-э, держите.

Я аккуратно двумя пальцами принял небольшой дамский пистолетик, изгвазданный в склизкой слюне. Очень ярко вспомнился один киношный эпизод, когда Уиллу Смитту вручали его первую пушку.

— Он стрелять то сможет после такого хранения?

— Не беспокойтесь, Амакава-сама, знаю я основы обращения с огнестрельным оружием. Завтра высохнет и будет как новенький.

— Благодарю, а-а…

— Остальное я уберу и пол вымою.

— Хорошо. Спасибо.

Блюющая оружием голубоволосая красавица — что может быть прекраснее? Даже и не знаю, какой мир более экзотичен: инопланетяне и люди в черном или блюющие аякаси и кланы охотников? Да уж, прочно застрял у меня в голове этот способ доставки оружия. Пистолет пока положил в карман шорт. Со стороны почти не заметно. Надо будет пострелять по банкам. В прошлой жизни только с калаша шмалял в армии, да в тире с пневматики.

О, идея! Я взял ноутбук. А есть ли Виталик в этом мире? Может йен ему японских отправить, то-то он удивится, хах. Так, что там у нас с RU зоной? Нет доступа, хмм…

«Введите титульные данные для входа на смотрину, расположенную в крае ответственности Российской Империи. Затитулироваться вы могете в ближайшемъ цензорном средоточии, представив указивки, удостоверяющие личность, а также заверенные в главке губернии справки 412-У и ТКИПФ-3. Для лиц иностранных государствъ. Подайте прошение в посольство Российской Империи. Срок разбирательства до полугода. Обращаем ваше внимание, что при попытке недозволенного доступа или утяже данных согласно статье 86 уголовного уложения Российской Империи может последовать наказание вплоть до смертной казни. Благодарим за пользование услугами братии Клязьма-Связь.»

Я натурально выпал в осадок. Вот тебе и иной мир. Если меня и в предыдущие пару дней не тянуло к березкам, то теперь хочется держаться от матушки-родины как можно дальше.

Прошерстя мировой интернет, не сильно отличающийся от привычного по прошлой жизни, наткнулся на занятный фан-сайт, посвященный какой-то косплейщице. Серо-седая девушка с внушительным бюстом щеголяла в старинных и одновременно весьма фривольных платьях. Еще на сайте имелись фотки ее в костюме ведьмы — черная накидка и смешная широкополая темная шляпа. Метлы не хватает, ей богу. На лбу у девушки красовалась татуировка в виде смайлика. Оригинально. Комментарии гласили о том, какая «сумеречная луна» няшка и как бы ей все вдули. Как я вообще сюда попал?

А, ясно. Джингуджи Куэс зовут девушку. Весь несерьезный настрой сразу испарился. Учитывая, что мне известно про кланы, не удивлюсь, если то не косплей, а настоящая боевая форма. Западная магия. Клан, что захапал наследство Амакава. Позвонить им чтоль?

Телефонный разговор с представителем клана Джингуджи, про которого мне сообщил служащий банка, не принес ничего нового. Вежливые фразы, размытые формулировки. Разговаривал со мной словно с идиотом.

Дабы немного отвлечься от неприятных дум, поискал видеоролик одного мультика про мышей, который вспомнился мне в разговоре с Сидзукой-сан. Грини и Брейн. Мда. Альтернативная история такая альтернативная. Впрочем, других отличий в ролике-заставке к анимационной серии я не заметил. На японском смысл стихов порой сильно отличался от русского перевода.

Конверту еще игрушку обещал. Любопытно, что там на поприще геймерском творится? World of Linage? Фри-ту-плэй. Поставлю на закачку.

— Айя, что там похавать есть?

— Я разогрею, Амакава-сама.

— Не надо. Я так.

— Но…

Отстранив аякаси, быстро накидал себе в тарелку остывшего карри с рисом. Есть не то чтобы очень хотелось, но надо сделать это тело более боеспособным. Пускай и за счет жировой прослойки. Как римский гладиатор буду, или, если брать местную специфику — как мини-суммоист.

Бакэнэко стояла на четырех конечностях в получеловеческой ипостаси перед загнанным в тупик мелким незуми, крысиным духом. Аякаси чуть ли не терял сознание от страха, выпучивая глазки-зенки в сторону своего природного злейшего врага. И надо же было попасться не на пути нэкоматы, кошки двухвостой, от которой еще можно улизнуть, а встретить настоящую бакэнэко, к тому же натасканную самими охотниками на аякаси.

— Нья-ха, что же ты не нападаешь, крысеныш?

Капелька слюны стекла по подбородку кошки, хвост дергался из стороны в сторону. Незуми сильнее вжался в стену забора:

— Н-не тяни время, бакэ-бакэнэко… У-у-у крыс тоже есть го-гордость! — отчаянно заикаясь, пробормотало создание.

— Ну так напади на меня, трусливая тварь! Давай, чего ты ждешь?

— Я-я… нет шансов…

— Тс-ч. Для кого ты вынюхиваешь тут возле дома милорда?

— Не для кого. Не знал, что тут охотники живут. Пощади, Багровый клинок.

Тон незуми стал чуть более уверенным. Не убили сразу, значит еще есть шанс.

— Если бы не приказ милорда… я бы с тобой поигралась, ня-я. Беги отсюда, крысиное отродье, и чтобы я ваше племя здесь не встречала больше!

Повторять дважды незуми не потребовалось.

Химари вернулась в несколько раздраженном состоянии:

— Милорд, не пора ли вам в кроватку?

— Гхм, еще десяти нет.

— Но вы же носом клюете, я вижу.

— Ты права. Вообще сил нет. Но сначала освежусь.

Я закрыл крышку ноута и потянулся. Помыться и баиньки. И пусть злобный мир духов подождет.

— Ты Гинко вызвала?

— Ночью будет лучше, при луне, милорд. Тогда волчица сильнее, меньше сил амулета тратится, на дольше хватит.

— Завтра мобильник тебе купим. В Ноихаре ведь есть телефон?

— Да, Амакава-сама, прикажете связаться? — встряла Айя.

— Конверт, то мое задание!

— Амулеты света я потом еще сам изучу, так что лучше лишний раз не использовать. Айя, действуй.

Теплые струи из душа приятно омывали усталое тело. Синяки от встречи с Тайзо уже пожелтели, и скоро грозили совсем сойти на нет. Любопытно, может с аурой у меня и регенерация усилилась? Юто любил плескаться в ванной, намешав туда предварительно какого-то солевого средства с хвойным ароматом. Я было хотел тоже попробовать, но лень победила. Быстро намылившись, сейчас просто отмокал под душем, прикрыв глаза. Все-таки ванная у Юто огромная, как и домина в целом. И это даже не средний класс. Сказывается разный уровень жизни в странах.

Согревающие потоки воды плавно замедлили свое течение. Как-то загустели и потяжелели. Хмм. Я открыл глаза. На моей груди зависли водяные капельки, а новые быстро прибывали. Все случилось за пару секунд. Вот струйки образовали прозрачные отростки, потом целиком водянистые ручонки. На спине почувствовалось тяжелое прикосновение, а на плечо опустился маленький подбородок. Гостья висела сзади меня, обнимая за шею. Без одежды.

— Я же говорила, что буду присматривать за тобой, охотник, нано.

— Гхм, неужели подразумевался столь близкий контакт, Сидзука-сан?

— О-хо, а ты не робкого десятка, Амакава Юто-кун. Неужели к тебе каждый день приходят убийцы от аякаси? Слыхала, скрывался ты раньше от духов.

— Ну, я так понимаю, если бы ты хотела, то уже прикончила меня.

— Не страшно?

— Страшно.

— Правильно, охотник. Много жизней я прервала, еще больших покалечила. Но пока можешь спать спокойно. Не трону я тебя, пока во зло не обратишься. Продолжай водные процедуры. Вода — есть величайшее благо, основа жизни на планете…

— Милорд, дозвольте вашей невинну кошечке потереть вам… Нья-ха! Мизучи, ты что здесь делаешь?!

— Тру спинку, не видишь, нано?

Сидзука обхватила мой торс ногами, крепче прижавшись к спине, и начала елозить вверх-вниз.

— Химари-сан, я не потерплю разврата в этом… Амакава-сама, как это изволите понимать?

Мизучи продолжала активно тереться о мою спину. Бакэнэко с выпущенными ушами стояла, растопырив руки и готовясь прыгнуть в любой момент. Я смущенно прикрыл причинное место руками. А то нечестно. Сидзуку не видно, Химари обмотана полотенцем, Айя в платье. Один я голышом.

— Не виноват я. Она сама ко мне пришла! И вообще, я не знал, что аякаси — такие извращенные существа!

— Мы не…

— Скажите еще случайно втроем в ванне собрались, пока я моюсь! — повысил я голос.

— Ня-я…

— Нано…

— Фьють, — конверт распалась бумажными лепестками, исчезнув из ванной.

— Тебе, Химари, отдельный выговор устроить?

— Но мизучи…

— Брысь!

Спустя секунду от кошки осталось только медленно опадающее полотенце. Я поднял его и обмотал вокруг собственных чресел.

— Вот мы и остались наедине, нано.

— Водный дух, я уже чист, благодарю за помощь.

— Не за что, нано.

Я не видел ее лица, но готов поклясться, что эта проказница улыбается. В следующее мгновение в ванную ворвалась одетая в свою привычную юкату Химари с Ясуцуной наперевес.

— Пригнитесь милорд, чтобы голову не задела.

— Ладно тебе. Сидзука принята пока на испытательный срок. Не трогай ее.

— Скорее уж ты, охотник, на испытательном сроке, нано.

— Ну-у, пусть так. Если собеседуемый действительно редкий специалист, то устроить работодателю проверку вполне нормально. Наверное. Может все-таки слезешь? Близкий контакт с начальством у нас в клане не поощряется. Еще в суд на меня подашь.

— То-то вы с кошкой совсем не по-близкому целовались.

— Так с Химари мы еще и друзья детства, а не только начальник и подчиненная.

— Тогда теперь и я твоя подруга, нано!

— Отлично! Моей новой подруге не составит труда выполнить маленькую просьбу?

— Какую же?

— Слезь с меня наконец!

Кое-как отцепился от прилипчивой лоли-аякаси, поднялся в спальню, на автомате переоделся в пижаму и плюхнулся в кровать. Мелькнула мысля подпереть дверь стулом, но потом вспомнил любовь кошки к оконным проемам, да и для мизучи скорее всего дверь не станет помехой, раз уж она через душ пролезла.

Почему-то совсем не удивился, обнаружив знакомые формы на своей руке и плече. По-видимому, Химари почувствовала мое пробуждение. Кошка притянула мое лицо к своей груди и крепко прижала.

— Гху-м. Еще скажи, что это ты во сне пихаешься!

— Проснулись, милорд? Ниа-а-а, — широко зевнула аякаси, вставая и потягиваясь в еле держащейся на ней белой ночной юкате. После чего принялась вылизываться.

Мой репродуктивный орган отреагировал соответствующе. Только вот смущала странная сырость в штанах. Неужели Юто наконец… созрел? Я осторожно приподнял покрывало.

— Утро доброе, нано.

Химари резко сдернула одеяло, открывая вид на мелкую аякаси, уютно устроившуюся у меня в ногах. Постель представляла из себя настоящую лужу. Мокрые волосы мизучи прилипли к телу, а платьице полностью просвечивало.

— Мизучи!!

Дверь резко отворилась, и в комнату ворвалась Айя, держа в обеих ладонях по длинному тесаку.

— Амакава-сама…

— М-ма-а, обойдемся без смертоубийства, лады? Сидзука, что за ночную поливку ты мне тут устроила? А если бы я не дотерпел до утра?

— Тогда тебе пришлось бы взять ответственность на себя за то, что описал маленькую девочку. Нано.

— Что тут за шум с утра пораньше?

В комнату зашла Кузаки в школьной форме. Да тут проходной двор или как?!

— Простите, госпожа, — поклонилась Айя. — Я дежурила всю ночь под дверью, но они все равно как-то просочились.

— Ю-юто-о, не хочешь мне все объяснить? Что три девушки делают в твоей комнате? И почему постель и штаны в таком состоянии?!

— Решил душ с утра принять. Не зря ведь мизучи в клан взяли. Вот и отрабатывает. А насчет девушек… Думаешь, я с тремя сразу мог? Ринко, я однолюб, уверяю тебя. Да и где ты троих усмотрела? Айя только зашла на шум, а Сидзука вообще не девушка, а так, недоразумение мелкое.

— Недоразумение, значит?!

Дух воды приподнялась и запрыгнула на меня, повалив обратно на мокрую кровать. Матрас хлюпнул.

— Ай, Сидзука-тян, не сжимай так. Этот орган очень важен для дяди Юто, и маленьким девочкам не стоит играть им.

— Дядя, нано.

Красные глаза с вертикальным зрачком приблизились ко мне, и тут изо рта лоли выпрыгнул длинный раздвоенный язык. Прошелся по моему лицу, оставляя капли влаги. Холодный.

— Мизучи!

— Юто!

Химари прыгнула, но Сидзука ловко перетекла чуть в сторону.

— Это что за ерунда? — потер я щеку.

— Говорила я вам милорд, надо держаться подальше от нее!

— Я про язык! Он… как у змеи или ящерицы…

— То и есть змея водяная. Тварь пресмыкающаяся.

— Котяра вшивая, нано.

— Постойте, но разве Сидзука не водный дух?

— Так! Выметайтесь все из комнаты Юто! Живо!

Придавая весомости своим словам толканием в спину, Ринко удалось выпроводить гостей. Мизучи перед выходом проделала пару движений и убрала воду с постели и моей пижамы. О-о, вместо фена теперь будет, лоли-пакостница.

Глава 7

— Смотри, только руки потянут, сразу в глаз бей!

— Поняла, госпожа!

— Ну я пошла. Пока, Юто!

— Пока, Ринко!

Переодевшись в домашнее, я спустился вниз и был чуть не сметен серым вихрем.

— Юто-сама!!

Высокая крепкая девушка лет двадцати на вид с серыми волосами и такого же цвета животными ушами на макушке сдавила меня в стальных объятиях. А поскольку рост ее превышал мой на полголовы минимум, то ей не составило труда утопить мое лицо в своих упругих холмах. Не меньше, чем у Химари. Сзади девушки из стороны в сторону вилял большой и пушистый волчий хвост. Оками, дух волка. Одета в простые футболку и джинсы, только ошейник на шее выделяется.

— Псина! А ну отцепись от милорда!

— Химари, не злись. Не съем я господина, — оками облизнулась. — Может быть.

— Гинко, полагаю, — высвободился я из цепкой волчьей хватки.

— Да, Юто-сама!

— Завтракала? Тогда пойдем с нами. Я потом расскажу про твое задание.

Я сидел в гостиной, попивая чаек после легкого перекуса. Зеленый — тоже неплохой, надо только привыкнуть. Влияние Юто? Так я теперь не Юто и не Виталий, а… Вито! Корлеоне, хехе. А вокруг сидят мои преданные мафиози, что могут прирезать, не моргнув и глазом…

— У деда Генноске был ритуал приветствия с аякаси, вроде как руку целовать?

— Нет, Амакава-сама, — безо всяких эмоций ответила дух конверта.

— Вы не говорили, что могут быть одновременно духи стихии и животных? Два в одном флаконе.

— Амакава-сама, — взяла слово фугурумо. — Вы слишком много значения придаете своим записям. Видов аякаси неисчислимое множество. Никто не знает даже приблизительное число. Сколько не выдумывай классификаций, всегда найдется аякаси, что не впишется. Каждый день десятки видов вымирают, появляются десятки новых. Есть и старые, что живут и плодятся тысячи лет, есть и новые, молодые, о которых мало известно. Вот, например, слышали ли вы о таком людском изобретении под названием видеомагнитофон?

— Конечно.

— Что есть сие? — навострила человечьи уши Химари.

— Прибор, что позволяет записывать звук и картинку, а потом просматривать запись в любое время. Когда-то была я знакома с одним фукущу, духом видеокассеты, Амакава-сама. Очень недолго, поскольку живут они всего ничего. Однажды принес Генноске его к нам в особняк, что сильно удивило меня. Техники такой не было у нас в Ноихаре. Разговорилась я с Сузуку Митсубайши — так звали духа. Злым он был и мог впасть в ярость от малейшего повода, как и положено фукущу. Позже я узнала, что духи видеокассеты рождаются в момент, когда один человек убивает другого во время показа записи. Часть души убитого может стать духом мщения, фукущу, и найти себе пристанище в кассете. Таким образом, это одновременно призрак, ю-лэй, и отчасти дух предмета, цукумогами. Сейчас они практически вымерли, поскольку и магнитофонами никто не пользуется.

— Ясно… — я скрупулезно конспектировал основные моменты. Хех, нельзя классифицировать? Посмотрим, посмотрим. — Так зачем деду понадобилась эта кассета? Разве он не мог развеять дух?

— Конечно, мог, Амакава-сама. В то время Генноске-доно занимался расширением торговых дел. Хотел открыть несколько закусочных в соседнем городе. Деталей не знаю, но он поссорился с тамошним главой якудзы. Для этой кассеты Генноске-доно отправил меня в типографию, дабы сделать обложку по образу нового модного гайдзиновского фильма «Смертельное оружие», что еще не вышел в японский прокат. После чего я оставила посылку у дома якудзы якобы от лица местной точки видеопроката. Через неделю глава якудза умер от сердечного приступа согласно официальным данным. Тот, кто первым посмотрит запись с новорожденного фукущу, духа видеокассеты, попадает под проклятие, и ровно через семь дней погибает. Сам дух, растратив свою злобу, покидает предмет. Поэтому и улик никаких не остается. Хотя, охотники-детективы наверняка связали бы смерть со странной видеокассетой. По-моему, на ней на самом деле была запись чей-то свадьбы.

— Век живи, век учись! Хм-м, а как с другими носителями информации? Сиди, флешки, жесткие диски?

— О том мало я знаю, Амакава-сама. С современными духами почти не сталкивалась. Последние шесть лет после смерти Генноске я провела в шкафу.

— Бедняжка! Ладно, я тебе кое-что скачал… Но для начала пару опытов, если ты не против.

— Я готова, Амакава-сама.

Я на секунду отлучился, найдя и напялив чистые садовые рабочие перчатки. Лицо Айи ничего не выражало, но остальные аякаси напряглись.

— Му-ха-ха, похож я на злобного ученого?

— Скорее на чернорабочего, нано.

— Айя, ложись на столик в форме конверта.

— Слушаюсь… Фшу-ух!

Я сел в кресло и осторожно положил руки рядом с письмом. Бумага словно трепетала, хотя никакого ветра в доме не чувствовалось. Симуляция дыхания? Я аккуратно провел перчаткой по конверту.

— Ху… Щекотно…

Хм-м, понятно. Сделал пометку в дневнике. Дальше взял письмо в руки и бережно согнул.

— Не больно?

— Нет, Амакава-сама. Только платье помяли.

О! Запишем.

— Я вас вызову, когда понадобитесь, — обратился я к аякаси, сгрудившихся рядышком. Гинко облокотилась на кресло сзади, Химари и Сидзука восседали на подлокотниках с обеих сторон.

— Мы посмотрим.

— Как хотите.

Далее я отогнул язычок конверта вверх.

— Угх, Амакава-сама! — как-то глухо раздалось со стороны Айи.

— Что такое?!

— Ничего.

— Если что, сразу говори.

Конверт крупно дрожал словно лист на ветру. Наука требует жертв! Я медленно взял письмо и раскрыл. Интересно, там внутри будут видны миниатюрные макеты содержимого ее хранилища? Айя тяжело выдохнула. Пусто. Я уж собирался пошарить рукой внутри, как дух конверта пропищала будто не своим голосом:

— Амакава-сама! Не при всех! Прошу вас.

— Э-э-э…

— Милорд!

— Нано!

— Ау-у-у, ау-у! — услышал я какой-то задорный и подбадривающий волчий вой позади.

Лицо кошки выражало жгучее желание вцепиться мне в шею, мизучи лишь неодобрительно посматривала.

— Ладно-ладно! Айя, можешь перевоплощаться обратно.

Голубоволосая красавица материализовалась лежа на столе в крайне пикантной позе с раздвинутыми ногами. Ладно бы только это, но вот состояние ее одежды… Белоснежное платье с оборками задралось вверх до самой груди, оголяя полностью ноги и живот. Руки и голова конверта запутались в одежде, и сейчас она была полностью беззащитна. Плюс каким-то немыслимым образом белые трусики Айи оказались не на месте — безвольно висели на одной ноге в районе колена.

— Твое последнее словно, охотник?

Слева стояла мизучи, держа в руках громадную полутораметровую прозрачную водяную дубину.

— Милорд! С-срам один!

Справа шипела бакэнэко, наставив на меня Ясуцуну, испускающую фиолетовую дымку.

— Э-это все ради науки!

Бдышь! Удар дубины пришелся уже в пустое кресло, которое мгновенно промокло. Но через миг влага снова начала собираться, только на этот раз в виде огромной алебарды. Я же быстро делал ноги, повинуясь древнейшим инстинктам самосохранения.

Не успел я выбежать в коридор, как сзади меня настиг сильный толчок. Моя бедная тушка пропахала несколько метров по полированным доскам пола. Стойка для обуви остановила дальнейшее продвижение, соприкоснувшись с моей головой, ух-е. На спине кто-то удобно устроился. Хвост нервно метался из стороны в сторону и бил по ногам. В два счета меня перевернули на спину, но продолжили сидеть, теперь уже на животе. Глаза кошки пылали жаждой деструктивной деятельности.

— Не должны вы раздевать других аякаси, кроме вашей милу кошечки, милорд, — разум пришел на помощь эмоциям.

— Теперь я знаю, как раздевать дух предмета. В следующий раз конфуза не случится.

— То есть уже следующий раз планируете, милорд?!

— Нет же! Химари, успокойся и слезь с меня.

Надо срочно в аптеку за валерьянкой. И для себя, и для активну кошечки одной. Тьфу! Уже в ее манере начал мыслить. Чем-то немного приятно такое отношение — неприкрытое выражение своих чувств. Человеческая этика, запреты морали? Химари хочет быть единственной для меня и почти не отрицает этого.

— Айя, извини, что так вышло.

— Ничего, Амакава-сама. Коли так было нужно для ваших изысканий…

— Интересные изыскания, нано.

— Займемся тобой, — повернулся я к бакэнэко.

— Ня!

Мы переместились на диван. Химари попросила снять перчатки, и я повиновался.

— Давай в свой полукошачий облик.

Хоп. Не успел рассмотреть, хоть и следил внимательно. Интересно, если снять с помощью камеры с высокой частотой кадров, можно ли запечатлеть момент трансформации?

— Я потрогаю?

— Но как же аллергия ваша, милорд?

— Наука требует жертв, апчхи! Мягкие.

— Мурр-р.

— Какими ушами ты слышишь?

— Ня?

По-моему, я уже начал разбираться в оттенках мяуканья. Как бы скоро самому не начать с ней разговаривать на кошачьем языке.

— Кошачьими или человеческими? Так. Я прикрою твои кошачьи уши. Слышишь меня? Не больно?

— Слышу, не больно, милорд.

— А теперь закрою человеческие. Слышишь? Есть разница?

— Слышу также хорошо. Нема разницы.

— Ясно. Можно твой хвост потрогать?

— Нет нужды вам спрашивать, милорд. Трогайте, где хотите.

— Просто после Айи боюсь опять попасть впросак. М-м, гладкий и пушистый, — кошка довольно зажмурилась. — Гибкий. Можешь обхватить мою руку?

— Няэ! (так точно!) — почудилось мне. Я даже в ухе поковырялся от неожиданности.

Длинный хвост в несколько раз обмотался вокруг моей конечности в виде спирали. Химари использовала всю доступную длину, поэтому моя рука оказалась в опасной близости от места, где хвост переходил в тело. Сегодня на кошке красовались розовые трусики.

— Скоро нам ждать от тебя трактат «Как залезть в трусы к аякаси», Юто-кун? — желчно поинтересовалась водный дух.

— О, ты мне о кое-чем важном напомнила, — произнес я.

— Трусы настолько тебе важны? Нано.

— Нет же, лоли-извращенка. Я понял, что Айя, цукумогами, со своей одеждой составляет как бы единое целое, а когда Химари перевоплощается в кошку и обратно, то появляется без одежды.

— Значит, ты уже кошку и голой видел, охотник-с-с?

— Было дело. Гинко, ты ведь в волчицу можешь превращаться? Что с твоей одеждой?

— Истинно так, Юто-сама. Химари повезло — мелкая она. Я же много одежды попортила. Сейчас ношу что не жалко.

— Громадная псина!

— Ладно. Айя, мы через часок поедем в Ноихару. Присмотришь за домом?

— Как пожелаете, Амакава-сама.

— Превосходно. Смотри, я тебе тут игрушку скачал. Вот здесь запускается, вот тут на сайте можно почитать учебные гайды разные. Разберешься?

— Раз таково ваше желание, Амакава-сама…

Айя отошла в сторону, с опаской держа недешевый компьютер в вытянутых руках.

— Гинко!

— Да, Юто-сама!

— Возраст.

— У волчицы о тако…

— Возраст! — перебил я, устроившись с дневником на диване.

— Тридцать пять примерно.

— Старуха!

— Химари, цыц! Родители?

— Вожак волчьей стаи, Седой Клок, и альфа-самка Мягкий Нос.

— Э-э, аякаси?

— Нет, волки то лесные, малоразумные, но посильнее тех обычных, что обитают в Японии.

— А как ты стала человеко-волчицей?

— То неприятная для меня история. Прошу не спрашивать меня, Юто-сама.

— Пусть так. Тут донесли, что при луне ты становишься сильнее. А если ты человека укусишь, он станет оками?

— Нет, Юто-сама. Глупости это все. Вервольфов не было никогда в Японии.

— Хм-м, а вампиры существуют?

— Остались в восточной Европе, в западной их всех перебили, — ответила мизучи. — Еще в Калифорнии, в Штатах обосновались.

— Так вот почему в голливуде популярны фильмы про вампиров? А эльфы?

— Тех, что Питер Джексон изобразил — не слышала. Больше на обычных людей похожи с ушами длинными. Но дриады и духи лесные повсюду встречаются.

— Сидзука-сан, в фильмах разбираетесь?

— Проникнуть в кинотеатр для меня не составляет проблем, нано.

— Ня-я тоже разбираюсь! «Семь самураев» с Генноске-доно смотрели однажды!

— Кошка, ты умница, никто не спорит.

— Ня! (а то!)

— Мы отвлеклись! Гинко, вес.

— …Пятьдесят… два.

— Серьезно? Раз не хотите по-хорошему…

Спустя полминуты я прибежал, таща обычные весы.

— Химари!

— Но ведь уже отвечала я, милорд…

— Становись. Двадцать два?! Химари, прекрати опираться Ясуцуной о пол!! Как будто от сведений о вашем весе я буду относится к вам как-то иначе. Пятьдесят один…

Ясуцуна отлетела в сторону, чуть не пробив дыру в полу.

— Сорок девять. Почти правильно определил.

— Ня-я… (не может быть…)

— Гинко. Шестьдесят два. Ишь, на десяток кило приврала.

— А вы, милорд?

— Хм-м, полтинник ровно. Дохляк, как есть, — вздохнул я. — В Ноихаре есть тренажеры?

— Да! Дед Ген рассказывал, как тренировался в молодости — камней набирал большой рюкзак и в горы уходил на неделю. Рюкзак тот еще цел, милорд!

— Бр-р, нет обойдемся, без рюкзаков. Так, что за тактику боя используешь, волчица?

— В волчьем лике я становлюсь быстрее, сильнее и выносливее, Юто-сама. Клыками могу дерево перегрызть, а когтями железо рвать. Раны все заживают моментом.

— Мощно. Айя, какой уровень дашь?

— Пока первый, Амакава-сама.

— Да я не про игру. А про Гинко.

— Простите. Пятый, возможно пять с половиной.

Я записал.

— Слабости?

— М-м, в полнолуние тело плохо слушается. Не повинуется приказам. В городе неуютно мне, Юто-сама.

— Любимые блюда? Хобби?

— Мясо! Птицу и рыбу тоже люблю. Косточки грызть. Хобби? По лесу бегать, пугать людишек, что костры жгут.

Хм-м, сначала хотел попросить Гинко показать мне волчий лик, но потом вспомнил эпизод с бакэнэко. Интуиция мне подсказывала, что здесь ситуация может повториться.

— Пока с тобой закончили. Мне доложили, что ты умеешь выслеживать ауры?

— Истинно так, Юто-сама.

— Слушай приказ главы клана, оками. Мне надо знать расположение всех сильных аякаси, магов, охотников и прочей нечисти в округе Такамии, Ноихаре в том числе. Районах, что раньше контролировался Амакава. Пока начни с Такамии, вот карта. Не умеешь пользоваться, значит научись. Если аякаси незлобный, перекинься парой слов. К кланам, обиталищам экзорцистов не лезь особо, но, если можешь, разведай. Главное — не рискуй. Потихоньку вынюхивай. Если тяжело в городе, сделай перерыв. Эта информация очень важна для клана. За шесть лет в городе могло измениться многое.

— Я поняла приказ, Юто-сама, и приложу все силы, чтобы исполнить его. С картой я умею работать, да и Такамию знаю немного.

— Ах да. Телефон есть?

— Нет. Пара амулетов деда вашего осталось.

— Вот тебе немного денег. Сходи в салон связи, купи самый дешевый телефон. Там должны быть такие модели, что сами почти бесплатные, а деньги сразу идут на счет. Попроси продавщицу записать мой номер, если сама не умеешь. И пусть обучит тебя звонить мне. Как купишь, отзвонись.

Я написал на листке номер своего телефона и передал Гинко.

— Вопросы?

— М-м, если что, свяжусь с вами с помощью телефона, Юто-сама. Вынюхивать — это я могу.

— Тогда приступай.

— Слушаюсь.

— Ну, вроде как разобрались. Пойдем на станцию. А Сидзука-сан где?

— Говорила я вам…

— Да-да. Но пока я ей доверяю. Значит, только мы с тобой, Химари.

— Мря-м! (Ура!)

— Кагецуки, что ты здесь делаешь-с-с? Всплеск твоей ауры могла заметить не только я.

В затененном безлюдном переулке стояла пара подозрительных личностей: маленькая девочка со злыми глазами и молодой мужчина с бледной кожей и черными кругами под глазами. Парень имел темные волосы средней длины, классическую белую рубашку, ботинки и брюки. Можно было принять его за молодого клерка или чиновника.

— Пришел проведать тебя, Сидзука. Совет духов хочет знать, почему охотник еще жив.

— Ситуация у меня под контролем-с-с. Пусть это трусливое сборище не беспокоится о своих никчемных жизнях.

— Я не чувствую света от тебя. Зачем ты с ним возишься? Он ведь последний из Амакава. Никто не будет за него мстить.

— Не твое дело. Я разберусь с охотником сама.

— Один незуми сообщил, что бакэнэко обещала перерезать всех его сородичей в городе…

— Незуми ушел живым после встречи с бакэнэко? Видимо, где-то случилось извержение вулкана. Нано, — хмыкнула девочка.

— Тем не менее могут пострадать невинные аякаси.

— Вот только не надо говорить, что ты переживаешь за незуми, Кагецуки. Сказала же, я разберусь.

— Как знаешь. Я смотрю, ты не в настроении, мизучи?

— Этот жалкий охотник совсем на меня не реагирует! Считает ребенком неразумным! Это возмутительно! Нано!

— Хе, похоже, тебе попался серьезный противник.

— Я покажу ему всю сокрушительную силу лоли!

— Алло.

— Юто-сама!!! Я вас слышу! Будто вы прямо рядом со мной!

— Я рад, Гинко, только не ори так…

На заднем плане в трубке я услышал женские смешки, продавщицы вестимо.

— Не настоящий голос, мои уши не обманешь. Но все равно это вы!

— Я-я. Действуй по плану. Появились вопросы?

— Там в холодильнике, Юто-сама… Когда я поработаю, можно… доесть?

— Можно, только попроси Айю.

— Да, Юто-сама!! Отбой связи! А оно само выключится? Надо нажать? Красная трубка… где же она? Вот!

Последовали гудки. Научилась вешать трубку. Прогресс. Скоро волчица совсем в люди выйдет. Волк в овечьей шкуре, хех.

Хорошо в поездах. Спокойно, не трясет. Можно поглазеть в окно, почитать книжку или немного полапать миловидную соседку… Последнее было невозможно ввиду того, что напротив нас присели две пожилые бабульки. Совсем уж падать в глазах общества ни Виталию, ни Юто не хотелось. Я расспрашивал бакэнэко о Ноихаре:

— Машину бы неплохо получить. У деда ведь есть? Или может вертолет целый?!

— Нет, милорд. Не жаловал технику дед Ген. А коли надо добраться куда, нанимал водителя с машиной.

— Мде-с. Ну хорошо хоть не верхом на осле рассекал. А-а, — я понизил голос, чтобы бабки не услышали. — Нету таких аякаси или магии, чтобы быстро передвигаться?

— Есть, милорд, — в ответ прошептала Химари. — Но у нас в Ноихаре не видела. Дедушка Генноске не любил торопиться. Да и аякаси в клан получить тяжело, не каждый согласится.

— Ясно. Ну будем искать, восстанавливать связи потихоньку. Расширять семейное дело…

Я задумчиво уставился в окно, глядя на проплывающие деревеньки и поля.

— Милорд. Сказать хочу вам я. Зело отрадно мне, что вы добры стали к аякаси. И хоть змеюка мне не по нраву, а то, что не стали с ней сражаться — правильно. Не злой она дух.

— Стал? А раньше я какой был?

— Вельми непримиримы к аякаси. Всех уничтожить желали, как и ваш отец. И страшилась я, что не примете меня. Раньше ведь с вами только как кошка играла.

Вот те на. В воспоминаниях Юто никаких особенных намеков, хотя… почему-то кажется, что он вполне мог раньше таким быть.

— Мой отец, Синити? Он не любил аякаси?

— Что-то с ним случилось еще до моего рождения, не ведомо мне. Озлобился ваш отец, бросил клановые дела, в купцы подался. И вас воспитал по своему образу. Слышала я однажды, как ругались они с дедом вашим. Генноске-доно требовал отдать внука ему на воспитание, не соглашался Синити.

— А потом родители погибли…

— Не мыслите даже о таком, милорд! Не мог дедушка Ген сделать подобное!

Не знаю, не знаю. Единственные наследники родовой силы отказываются продолжать дело клана. За такое можно и сыном пожертвовать…

— Пожалуй. Я его почти не помню, так что поверю тебе, Химари. Спасибо, что рассказала.

— Ня… (пожалуйста…)

И оберег здесь неспроста. Он не только скрывал меня от демонов, а заставил забыть все свое прошлое. Чтобы вылепить новую личность с новыми убеждениями, отказаться от отцовских идеалов. Ну дедуля! Не страшно ему было экспериментировать с собственным внуком? Или он знал, как с воспоминаниями обращаться? Круто было бы научиться стирать память одним прикосновением. Если я попытаюсь сейчас, то точно мозг вскипячу…

За мерным перестуком колес наследник охотников на аякаси задремал, постепенно опустившись на колени своей прекрасной соседки. Что заставляло ту буквально урчать от удовольствия, гладить его волосы и с трудом удерживаться от того, чтобы не начать лизать ухо при всех.

— А-рэ. Когда свадьбу планируете, девочка? — с улыбкой спросила одна из бабушек напротив.

— Я… милор… мы пока ничего не планировали.

— Что за недалекие парни пошли? Была бы я другову полу, ни за что такую милую девочку не отпустила! У тебя просто восхитительная юката!

— Спасибо, бабушка. Ми… Юто-сама — человек очень важный, а я… просто одна из многих…

— И многих ты видишь рядом с ним сейчас? Стал бы твой Юто-сан спать у них на коленях?

— Я бы не позволила-ня!

— Правильно. Будь смелее, девочка. Не то достанется другой. В наше время женщине надо брать инициативу в свои руки. Вот раньше…

Глава 8

— Милорд, наша станция…

— Что? А, да.

— Юто-сан, не обижайте свою девушку, — обратилась ко мне одна из старушек, когда мы выходили. — И со свадьбой не тяните.

Мы вышли на перрон небольшой железнодорожной станции.

— Милорд, а вы смогли бы жениться на такой, как я? Нет, не себя имею в виду, а про аякаси в целом толкую.

— Мы третий день знакомы. Не слишком ли быстро?

— Мы с вами и раньше виделись часто! Пусть милорд забыл многое. Я помню.

— Я мог сильно измениться за это время. Вдруг тебе нравлюсь не я, а образ, который ты помнишь из детства?

— Ня-я! (нет!) Сие есть именно вы, милорд, и никто иной.

— Ну-у, так сразу я тебе не могу дать ответ. Чуть позже.

— Разумею я все. Не желаете вы мараться об аякаси…

— Не выдумывай и не приписывай мне свои страхи. Сказал отвечу позже, значит позже. У тебя паспорт, свидетельство о рождении есть?

— Нет, милорд. Без надобности мне.

— И как ты собираешься замуж выходить? Я не особо знаком с правилами, но вряд ли без документов что-то вообще получится.

— Милорд! Не подумавши я! Тотчас сбегаю за паспортом и свидетельством ентими!

— Успокойся, куда намылилась? Не так просто их получить. Но не расстраивайся, что-нибудь придумаем.

— Ня! (да!)

Мы шли по проселочной дороге меж низких домиков, ветхих магазинчиков, полей.

— Что-то непохоже на город.

— Ноихара появилась, когда несколько деревень объединить решили. Генноске-доно поспособствовал.

Ясно. Где-то ведь должна быть в Ноихаре цивилизация? Как минимум двухэтажный торговый центр имеется, значит не все так запущено. А вообще, уютно тут. Никакой суеты, все чинно и благородно. Понимаю немного дедушку, что даже своего автомобиля не имел. Но сам я так жить вряд ли захочу. Новое поколение, новые порядки. Вот встану на ноги, переберусь обратно в Такамию, буду там бизнес развивать. А здесь, в Ноихаре, дача пусть остается.

Проселочная дорога вела нас вглубь леса. Наверное, это уже мои владения пошли. Впереди… что-то чудилось… большое, но размытое. Я напряг чувствительность света, в попытках разобраться, но концентрацию прервал звонкий девичий голос:

— Химари!!!

Буквально из ниоткуда появилась девочка лет тринадцати в короткой красной юкате с желтым поясом. Черные волосы собраны в два хвостика, карие глаза, направленные на бакэнэко, радостно сияют.

— Кайя!

Девочка плюхнулась в объятия к кошке.

— Тебя так долго не было!

— Всего две недели, не преувеличивай. Милорд, сие Кайя, дзасики-вараси, дух места. Моя подруга хорошая. Милорда ты наверняка узнала, Кайя.

— Хэ-э, не сдох еще? — недобро зыркнула в мою сторону мелкая аякаси.

— Я тебя чем-то обидел, девочка?

— Если бы тебя не было, Химари бы не надо было никуда уезжать! И я тебе не девочка!

— Простите, женщина, Кайя-сан. Не знал, что вы уже познали мужскую ласку… У аякаси трудно определить возраст сходу.

— Н-не было у меня никакой ласки!!!

— Ничего, у вас еще все впереди, Кайя-сан. Кстати!

— Чего? — подозрительно посмотрела на меня дзасики-вараси.

— Я тут подумал. Вот тебе бы хотелось, чтобы я исчез, правильно?

— Да! Не мешай нам с Химари. Кыш-кыш, — сделала пигалица жест рукой, прогоняя меня.

— Кайя! Как ты с милордом разговариваешь?!

— Допустим, меня бы не стало. Тогда клан Амакава прекратил свое существование, лишился поддержки кланов. Ах, как мне жаль бедных аякаси Амакава! Они не смогут больше жить среди людей, навечно обречены бегать от других кланов охотников. В постоянном страхе за свою жизнь. Этого ты желаешь Химари?

Кайя пораженно хлопала глазами, открывая и закрывая рот. Что-то порывалась ответить, но все слова застревали у нее в горле.

— Видишь, Химари.

— Нуя? (что?)

— Логика — страшное оружие. У женщин, что человеческих, что аякаси, с этим бывают проблемы.

— Ня-я умею пользовать любое оружие! И логику тоже! Всегда разумела я, что вы единственная наша надежда! Простите Кайю, она немного перегнула палку.

— Кайя, будешь служить мне как главе клана Амакава?

— Буду, Амакава… сама. Но только ради Химари, — буркнула мелкая.

— Замечательно.

Перед нами открылся вид на особняк моего забытого детства. Знакомые стены, знакомые крыши. Дедушка Генноске, бабушка Сава… Лучше не пытаться вспоминать. Не хочу считать аякаси злобными тварями, которые достойны только уничтожения. Старый Юто — тот, которого воспитал еще отец Синити, не должен вернуться никогда. Аякаси — разумные существа… Пускай не весь вид, но те, что готовы сотрудничать с людьми, не должны подвергаться гонениям и геноциду. Это будет справедливо и правильно. По-иному и быть не может. Возможно, именно с этой целью Виталий и попал в другой мир после смерти. Мессия, японо-мать. Эх-х, наполеоновские планы. Хотелось бы не закончить также, как сам французский полководец.

На подходе я впервые почувствовал энергию места. Она была разрежена, но в то же время в целом очень много силы разлито повсеместно. Кстати, от Кайи с Химари пахло чем-то похожим, и чем-то неуловимо знакомым. Наверное, потому что они подруги и много времени провели вместе.

Классический старинный японский особняк. Здоровый, потолки высокие. Полотна японской живописи, вазы, свитки с каллиграфией. Интересно, на сколько все это потянет, если выставить с аукциона? Может, на японский автомобиль хватит? Ваще нет желания мотаться на электроне как бедный родственник. Видать, что-то было такое в моем взгляде, поскольку Кайя заметила:

— Все эти шедевры Генноске-доно и другие Амакава собирали многие века. Пока я жива, ничего не позволю утащить.

— Милорд, ступайте за мной! — Химари схватила меня за руку и потянула по коридору.

В одном из помещений особняка скрывалось святилище, где по традиции оплакивали усопших. Фотографии дедушки и бабушки, свечи, немного украшений. Не особо в восторге я от этой особенности, но потерпеть несложно. Мнение Вито — мертвые должны оставаться в сердцах, а не напоминать о себе из каждого угла.

— Дедушка, бабушка, поглядите каким славным мужчиной вырос милорд! Он вспомнил меня, не озлобился супротив аякаси, родовую силу свою осознал. Обещаю, до конца дней своих защищать милорда и во всем помогать.

Мы с Химари сложили руки в молитвенном жесте и немного помолчали.

— Кайя-сан… можно просто Кайя?

— Да, Амакава-сама.

— Тогда и ты зови меня Юто-сан.

— Мне привычнее Амакава-сама.

— Ты одна с домом управляешься? Не тяжело?

— Пф-ф, я сильная дзасики-вараси, мне не тяжело. Раньше жили здесь еще аякаси, за ними следить приходилось. Сейчас проще. Никого нет… Даже Гинко ушла…

— Кайя, обещаю, скоро здесь станет более оживленно.

— Пф-ф. Я же сказала, от аякаси в доме одни проблемы!

— Сколько тебе лет?

— А-э… не знаю…

— Больше десяти?

— Разумеется! Больше ста лет!

Хмм, а ведет себя лет на десять. Сложно все со взрослением у аякаси, как я погляжу.

— Рост?

— Метр сорок.

— Тактика боя?

— Окружаю дом барьером, помогаю магией пространства.

— Химари, сколько ей дашь по шкале до 10?

— Если в особняке, то 8. Не ведамо мне, смогу ли я справиться с ней, коли серьезны будем.

— А вне дома?

— На тройку… Хотя она слабее Айи… Два с лишним, милорд.

Я занес данные в дневник.

— Понял. А ты оказывается тут настоящая хозяйка. Впечатляет.

— Еще бы!

— Родители?

— Нет.

— Любимая еда? Хобби?

— Данго. Люблю готовить.

— Итак, ведите меня к клановой библиотеке! Или где там дед документы важные хранил?

Н-да, такого облома я точно не ожидал. Никаких, даже малейших упоминаний о родовой силе, только какие-то финансовые бумажонки, расписки… Впрочем, все это тоже пригодится. Последней надеждой оставались старинные аякаси, вроде Кайи и Айи, но дзасики-вараси сразу обломала. У духа места, оказывается, проблемы с памятью, именно у Кайи. А дух конверта присоединился к клану не раньше восьмидесятых годов прошлого века — к тому времени дед Ген уже давно вошел в силу. Может, конечно, еще отыщется какой-то секретный свиток с семейными техниками, но пока придется все самому с нуля постигать!

— Химари, пойду потренируюсь на улице.

— Да, милорд, скоро к вам подойду!

Стремительная, переливающаяся, изменчивая, текучая — мизучи неслась к родовому особняку Амакава, о котором аякаси были наслышаны. Нырнуть в глубокое озеро, пролететь вдоль русла реки, слиться с ручьем, перепрыгивать с водоема в водоем.

Спустя какое-то время из воды озера, что неподалеку от особняка Ноихара, вылезла маленькая девочка с зелеными волосами. Дальнейший путь лучше проделать на своих двоих, несмотря на то, что водопроводные трубы чувствовались под землей. С дзасики-вараси, что защищает по слухам этот дом, лучше не связываться и прийти открыто, не пряча свою ауру.

Лес чистый, не загрязненный человеческими отбросами. Много духов низших нашли здесь свой дом. Чем дальше, тем больше их становилось. Вот уже почувствовался барьер духа места впереди. Мизучи неожиданно остановилась и выпустила изо рта свой длинный змеиный язык, будто пробуя воздух на вкус:

— Воздушный дух, я чую тебя! Выходи! И остальные тоже.

— Мизучи, тоже пришла отведать крови Амакава?

Из-за деревьев вышла молодая шатенка в светлой блузке, утянутой спереди в узел и открывающей плоский живот, и джинсовых полурваных шортах. В руке аякаси держала короткий клинок с широким лезвием.

— Хиноэнма, дух воздуха, дух плоти. Ты не из аякаси Амакава?

— Я скорее умру, чем позволю охотнику помыкать мной!

— Сестренка Агеха, эта мизучи сильная! — из-за дерева выпрыгнуло одноногое одноглазое существо в юкате.

Следующим меж деревьев показалось здоровое четырехметровое создание, словно собранное из каменных осколков.

— Не сильнее меня, Саса. Так что, мизучи, нападем на охотника вместе? У него не будет ни единого шанса! Так уж и быть, я позволю тебе съесть его, после того как выпью всю кровь!

— Охотник Амакава не должен сражаться с аякаси, пока я не вправлю ему мозги.

— О чем ты толкуешь, мизучи?

— Он мой, хиноэнма Агеха!

— Мы на одной стороне! Давай, ты нападешь первой, а мы подстрахуем. За это всего лишь пару литров крови Амакава мне хватит.

— Убирайтесь!

Во дворе особняка медитировалось просто превосходно. Может, энергия духа места тому способствовала. По-моему, я стал чуть лучше чувствовать собственную энергию. Жаль, в словах или числах это не выразить. Типа, сегодня я стал на двадцать процентов сильнее, чем вчера. Не-е, просто привык к свету, наверное.

О, а что это там вдалеке? Знакомое… мокрое, хладнокровное… Сидзука! Пойду встречу, прогуляюсь заодно. Здесь все кажется таким знакомым. Эта дорожка… она ведет к озеру… Логично. Видимо, водная аякаси туда телепортировалась, или фиг знает, как она там передвигается.

В движении держать аурный поиск было намного сложнее, поэтому я почувствовал Сидзуку и двоих… или троих аякаси только когда подошел очень близко. От одной пахло чем-то легким и… кровью, от другого веяло тяжелым и грубым. Земля.

Однако пришел я немного не в тему. Воздух словно потяжелел, и впереди раздались громкие хлопки. Взлетели птицы, раздался хруст дерева. Я нерешительно остановился, и достал пистолет из кармана. Надо валить к особняку.

— Задержите ее! — донесся до меня женский возглас. — Я прикончу охотника!

Черт, не успеваю! Чувствую, как что-то очень быстрое и злое приближается сзади. Развернуться, прицелиться. Выстрел. Еще. Еще!

— Твои пули слишком медленны, охотник!

По правой руке, что держала пистолет, словно скальпелем прошлись. Я выронил оружие, зажимая глубокую рану на запястье. Растянутая до невероятных размеров рука нападавшей вместе с тесаком на конце притянулась обратно к владелице.

— Стой. Давай до…

— Хватит болтать, охотник!

Черт, меня же сейчас прикончат! Аякаси неумолимо надвигалась, оскалив клыки. Неимоверным усилием в попытке защититься я выпустил магию в сторону противницы. Успел заметить вылетевшую волну света, и в глазах резко потемнело…

После того, как Агеха двинулась на беззащитного молодого охотника, тот вдруг на миг осветился золотым и испустил светлую волну. Подставив клинок, хиноэнма разрубила магическую преграду, получив пару ожогов. Атака экзорциста несильно раскалила клинок и немного дезориентировала воздушную аякаси.

— Это все, на что ты способен, Амакава? Ты просто жалок, охотник… О, этот запах… Манящий, желанный… Разве можно устоять?

Хиноэнма припала к ранее рассеченной руке бессознательного юноши. Божественный нектар, сама эссенция жизни полилась внутрь Агехи, духа воздуха и плоти, отчего та принялась довольно постанывать.

— МИЛОРД!!!

Хиноэнма вовремя отпрыгнула, увернувшись от пылающего демонического клинка.

— Что ты сделала с милордом, падаль?! Я порублю тебя в мелкий фарш!

Бакэнэко с выпущенными ушами, хвостом и звериными глазами ринулась на воздушного духа, но та словно играючи блокировала Ясуцуну. А в следующий момент густая воздушная волна потрепала кошку, разорвав юкату в нескольких местах.

— Аха-ха-ха-ха! Это потрясающе! Его кровь опьяняет! Сейчас я даже сильнее тебя, кошка! Давай посмотрим, чья возьмет!

Аура вокруг двух высших аякаси сгустилась и стала почти осязаемой. Всего миг отделял их от того, чтобы броситься друг на друга. Но тут раздался обеспокоенный крик со стороны особняка от дзасики-вараси:

— Химари!!

Вместе с этим из-за дерева выпрыгнул одноногий Саса усталого вида:

— Сестренка Агеха, нам не справиться с мизучи. Братик Дай сильно покалечен.

— Тс-ч. Ладно. Живите, пока я сытая.

С этими словами своего предводителя враждебные аякаси покинули окрестности особняка Ноихара.

В просторной больничной палате с холодильником, высоко-диагональным телевизором, множеством медицинской техники и некоторыми бытовыми и компьютерными приборами находилось всего два человека. Муж и жена. Женщина с закрытыми глазами лежала на кровати, окутанная множеством трубок и датчиков. Мужчина полусидел на другой кровати, копаясь в ноутбуке на коленях и изредка притрагиваясь к чаю на тумбе рядом. Выглядел пациент действительно больным — худое, заостренное лицо, бледная кожа и усталые глаза, ломкие короткие седые волосы. Посторонний человек дал бы ему как минимум сорок лет, несмотря на то, что мужчина лишь три года как разменял третий десяток.

Без всякого стука в палату ворвалось тощее вихрастое чудо с полубезумным лицом и неряшливой одеждой.

— Ку-хи, привет, мам, пап!

— Хитсуги, я же просил тебя хоть иногда стучаться.

— А что такое, папочка? Тебе есть, что скрывать от любимой дочери? Неужели любовниц водишь?

— Ох, выросла язва, похлеще матери.

— Ку-хи-хи. Как мама?

— Состояние стабильное. Хитсуги, когда мы уже прекратим поддерживать это подобие жизни? Ты ведь прекрасно знаешь, что Якоин не выходят из комы. Но без тебя я не могу отдать приказ врачам.

— Нет, я не разрешу тебе отключать маму! Даже не думай!

— Врачи дают мне несколько месяцев. Ты и меня также будешь держать до последнего, Хитсуги?

— Я найду способ помочь тебе и маме! Недавно в свет вышел один из клана Амакава…

— Насколько я знаю, у Генноске никого не осталось, кроме мелкого внука. Сколько ему сейчас? Двенадцать?

— Шестнадцать, отец. Совсем твоя память начала сдавать.

— Мозг разрушается. Слишком много потребляют наш родовые умения. Но Гесуко работала больше меня… За что и уснула раньше… Амакава не помогут нам, дочь. Амулеты, что давал нам Генноске, лишь ненадолго снимали боль. И тебе наверняка известно, сколько они нам стоили.

— Генноске — просто старый мудак!

— Не смей ругать главу великого клана экзорцистов, даже если есть за что. На его счету сотни убитых высших е-кай.

— Я смогу наладить контакт с наследником света, и он поможет вам с мамой.

Мужчина покачал головой:

— Не смей идти на уступки ради нас, дочь. Думай о будущем клана Якоин, одними нами он не заканчивается. К слову, я тут нашел одного милого юношу с коэффициентом интеллекта выше ста девяноста. Из одной дальней нашей ветви…

— Так вот зачем мне недавно устроили полный медосмотр, ку-хи-хи.

— Было бы лучше, если ты не влезала в клановые разборки какое-то время. Нужно минимум двое наследников, иначе клан обречен на вымирание. Хитсуги, ты единственная после нас, кто смог выдержать полный курс разгона сознания. Я не хочу, чтобы ты стала последней. Но теперь глава клана Якоин — это ты, и принимать решение только тебе одной. Я уже с трудом могу связно мыслить. Главное, чтобы ты была счастлива, дочь.

— Я поняла, отец. Мое решение — неизменно. Я сделаю Амакава нашими союзниками, даже если для этого придется расплатиться своим телом и своими талантами. И обязательно вылечу вас с мамой.

— Ему всего шестнадцать, он не успеет набраться опыта.

— Поэтому я хочу, чтобы ты передал мне образцы тех амулетов, что остались у тебя от Генноске.

— И откуда ты про них вызнала? Мы с Гесуко хотели оставить их тебе в качестве завещания.

— Ку-хи-и-и, настоящие детективы никогда не выдают свои источники! На самом деле просто ткнула пальцем в небо, ку-хи.

Отец с еле заметной улыбкой покачал головой.

Глава 9

Спустя неизвестный промежуток времени я осознал, что мое тело куда-то тащат, однако позорная слабость не давала мне вынырнуть из мутной пелены бессознательности. Меня положили на что-то мягкое, укутали. Во всех членах поселилась страшная усталость, будто каждая клеточка отдала всю себя в той злополучной атаке. Голоса доносились с трудом, словно в уши натолкали ваты:

— …ая кошка, я говорю, что смогу излечить его! Чистая вода хорошо с этим справляется.

— Зачем тогда тебе снимать трусы, змеюка?!

— Чем плотнее контакт, тем легче лечить. Нано.

— Нья-ха! (ну уж нет!) Я не подпущу тебя! Милорду нужно сейчас согреться, и только настоящее кошачье тепло способно на сие!

— Химари!

— Кошка, прекрати раздеваться! Тебе не победить мощь чистокровной лоли!

— Ох-хох, чем это вы заняты, кхе?

Пробормотал я, покашливая, и раскрыл свинцовые веки. В большой полупустой комнате пестрела занятная экспозиция из: мизучи в прозрачной ночнушке и стянутыми в район бедер черными кружевными трусиками, что открывало прямой вид на филейную часть маленькой змейки, а также бакэнэко с развязанным поясом и распахнутой юкатой, демонстрирующей уже виденное розовое исподнее и отсутствие лифчика. Вроде бы с традиционными кимоно верхнее белье не носят. Две аякаси вцепились в одежду сопернице так, что, если не слышать предыдущего разговора, можно решить, будто они раздевали друг друга, а не наоборот.

— Ух ты! Я вам не мешаю тут? Нашли бы свободную комнату, что ли.

— Нано…

— Ня-я-ягх! (ни за что!)

— Кайя, я удивлен, что ты в одежде. Почти все встреченные мной аякаси женского пола оказались сплошь озабоченными…

— Вот-вот, Химари, оденься! А вы, Амакава-сама, отвернитесь, — здоровый кухонный тесак в руке придавал убедительности словам дзасики-вараси.

— Да-да, — я лег обратно на футон, прикрыв глаза. — Что с нападавшими?

— Ушли, нано.

— Милорд, сие недоразумение… И нижайше прошу простить меня, милорд, я не смогла защитить вас от кровососки поганой.

— Кровососка? Вампир? Меня укусил вампир? — я начал обшаривать свою шею.

— Хиноэнма по имени Агеха, дух воздуха и дух плоти. Кровь придает ей сил, а кровь мага или охотника может перевести на новую ступень развития. Она не вампир, и превратить в кого-то не сможет, разве что в труп. Юто, позволь мне обработать раны, нано.

— Надеюсь, это не больно?

— Нет, тебе будет приятно.

— Окей, только трусы одень.

— Нет, нано.

— Объясни мне, недалекому, используя не более десяти слов, зачем тебе снимать белье при лечении?

— Это моя плата за помощь тебе, охотник.

Я выпростал руку из-под одеяла и вытянул в сторону мизучи, стараясь не смотреть на ее оголенное тельце. Ладно, ускоренное излечение стоит некоторых неудобств. Мизучи сняла повязку с моего запястья и быстро смыла какую-то нанесенную мазь, буркнув, что это только помешает. Дальше я почувствовал прикосновение холодного и мокрого языка, что нежно и аккуратно скользил по моей поврежденной конечности.

— Можно смотреть, нано.

— Ня-я-я! (не-е-ет!) Змеюка все еще без одежды! Я скажу, когда можно открывать глаза, милорд.

— Тсч, глупая кошка. Не становись у меня на пути. Юто-кун, ты в курсе, что она грозилась истребить всех незуми, крысиных духов, в Такамии?

— Нуя-я-я-я?! (что-о-о?!)

— Это правда?

— Я… встретила одного незуми недавно… могла наговорить лишку. Надо было прихлопнуть его. Но то ваш приказ был, милорд, не трогать духов безвредных!

— Молодец! Я рад, что ты его не тронула. Но в следующий раз не надо такого страху нагонять.

— Слушаюсь, милорд! Можете открывать глаза.

— Выкрутилась, блохастая.

— А ты сама то где была?! И как объяснишь, что привела аякаси за собой, что милорда поранили?!

— Они ждали здесь-с-с, никого я не приводила, а защищала Юто. С духами лесными надо было поговорить, поэтому и отлучалась.

— Вы обе молодцы! Сидзука-сан, еще не все?

— Готово, — девочка убрала свой змеиный язык. — И называй меня Сидзука. Еще можно «дорогая мизучи», «любимая змейка» или «моя лоли». Что выбираешь, охотник?

— Сидзуку, Сидзука. Хорошо, что ты не догадалась попросить это в качестве платы за лечение…

— Хочу!! Будешь называть меня «моя лоли» всю неделю!

— …

— Иначе не будет тебе больше лечения, нано.

Черт. Хилер в пати — залог победы.

— Хорошо… моя лоли. Но на большее не рассчитывай.

— Милорд! Дозвольте, я укорочу ее длинный змеиный язык?!

— Не дозволяю. «Наша лоли» очень полезный союзник, и ее язык еще пригодится. Что ж, подведя итоги операции, можно резюмировать: мне даже в туалет без охраны нельзя отлучаться. И больше тренироваться.

— Воздушный дух то вельми сильная была. Шестого, а то и седьмого уровня по вашей шкале, милорд. Через год вы таких за секунду будете укладывать! А когда она крови вашей налопалась, то еще опасней стала!

— Любопытно. Кайя, принеси, пожалуйста, мой дневник с ручкой, он лежал на… а, спасибо. Оперативно.

Несколько минут я потратил, чтобы записать информацию об Агехе и ее спутниках. Дай — земляной аякаси где-то 5 уровня, Саса — какой-то иппон-датара, одноногий кузнец, 3 уровня.

— Хорошо Си… моя лоли, перейдем к тебе.

— Я вся готова, нано.

Мизучи прижалась ко мне, усиленно протягивая руки под одежду, но я решительно отстранил.

— Возраст?

— Девять, нано. С половиной.

— Брешет, змеюка!

— Сколько вы ей дадите?

— Больше сотни, милорд!

— Но меньше двух веков, — добавила Кайя.

— Окей, запишем сто пятьдесят…

— Хшс-с-с, мне всего сто двенадцать, неучи!

— Рост?

— Метр двадцать пять!

— Родители?

— Погибли…

— Ладно. Тактика боя?

— Водные барьеры и смерчи, ледяные стрелы, быстрое перемещение.

О, даже льдом фигачить может.

— Можно мне попить… спасибо, Кайя. Слабости?

Мизучи бросила на меня подозрительно-оценивающий взгляд, но все же ответила:

— Огонь иссушает быстро, от молнии не спрятаться.

— Любимые блюда, хобби?

— Запеченный угорь и… жареные лягушачьи лапки. Хобби — проникать на премьеры кинофильмов, мочить штаны парочкам на задних рядах. Помогать духам, убивать охотников.

— Гхем. Нападала ли ты на обычных людей?

— Да. Как-то двум путникам содрала кожу живьем.

Звякнула Ясуцуна, Кайя тоже напряглась. Не дура же мизучи ссориться в вотчине дзасики-вараси. Да и спокойной выглядит.

— Тихо. Что это были за путники?

— Однажды духи чащи шепнули мне, что двое закопали в лесу мертвого человека. Два месяца ждала я на той безымянной могиле, только тогда появились двое мужчин со связанной девушкой. Хотели с ней сотворить непотребство против воли. Пришлось их наказать. Или это слишком строго вышло, Юто? Может, достаточно было лишить зрения и половых органов?

— Э-э, вообще надо было отдать полиции. Оглушить и связать. Но в целом, я несильно тебя осуждаю. Химари, сколько дашь моей лоли по шкале примерно?

— Вашей лоли, — выплюнула слово бакэнэко. — я бы дала не больше шести, но возле воды все восемь.

— Записал… Си… Моя лоли, не покажешь ли нам свой змеиный облик?

— Я потеряла его много лет назад.

— Как это?

— Уверен, что хочешь знать об этом, охотник?

— Не особо.

— Врешь, охотник. Хорошо, я расскажу, чтобы ты понял всю мою ненависть к экзорцистам, всю ненависть аякаси к подлым людишкам. Давным-давно, я жила с другими водными змеями в озере на севере. У нас была большая и дружная семья. Мы гонялись наперегонки, вили гнезда на дне озерном, изредка сталкивались в бою с другими водными аякаси, что хотели забрать себе наше жилье или полакомиться детенышами-змейками. Иногда помогали людям деревень рядом. Они приносили нам дары, и старшие братья и сестры насылали дождь или наоборот прогоняли бурю…

Кап, кап, кап. С мизучи начала сочиться влага, словно она себя плохо контролировала.

— …Я была маленькой, бегала по речкам и притокам, и мне всегда было любопытно посмотреть на жизнь людскую. Иногда они проплывали на деревянных суднах, бывало удили рыбу с берега, я научилась немного понимать их речь. Возле одного… одного ручья была… рукодельная скамейка с навесом… Туда я однажды попала случайно… Дедушка Шинджику и бабушка Котори были старыми и добрыми. Эта скамейка в лесу — их особенное, сокровенное место, куда они приходили минимум раз в неделю. Приносили еду и питье и вспоминали прошлое, смешные и грустные события из жизни, своих детей и внуков. Дед наливал себе одну плошку саке и выстругивал из дерева, бабушка что-то вязала или шила…

Буль, буль, буль. Капли собрались в маленькие струйки, что сейчас медленно стекали по лицу, груди и ногам водного духа.

— … Я стала ждать новую встречу с нетерпением, каждую неделю летела к ручью и скамейке. Шинджику и Котори редко видели своих детей, и грустили, что почти их никто не навещает, совсем забыли… Через какое-то время я стала меняться, обретать человеческий лик. Семья не была против, хоть сами они не жаловали подобное. Говорили, что раз я становлюсь ближе к людям, то буду жрицей в озерном храме… принимать людские дары, нано.

Струйки превратились в настоящие ручейки, в полу образовалась широкая лужа. Кайя носилась с матюгами, тазом и тряпками, но мизучи не обращала на нее внимания.

— Однажды умер старший сын Шинджику и Котори. Они сильно горевали, плакали. Тогда я не выдержала, и вышла из ручья в своем человеческом облике. Сначала они испугались, но постепенно успокоились и привыкли. Каждую неделю я стала приходить к ним, а дедушка с бабушкой рассказывали мне истории и кормили домашней выпечкой. Они улыбались и словно расцвели. Я была счастлива, нано. В один из дней погода испортилась, набежали тучи. Люди из деревень принесли мне, жрице храма, множество даров, дабы уберегли поселки от напасти. Но то был океанский тайфун, и даже если бы вся семья отдала свои силы, мы бы мало что могли сделать. Я не приняла дары… Сказала… Сказала, что не будем защищать людей…

Кайя, вся мокрая, бросила бесполезное занятие и просто села в углу, слушая рассказ.

— Прошел мощный шторм, что вырывал деревья с корнем, сносил дома, переворачивал лодки. Много людей погибло, даже нам на дне озера несладко пришлось. И… я пришла на следующую встречу с Шинджику и Котори, надеясь, что с ними все в порядке. Дед с бабушкой были живы, но буквально убиты горем. Тайфун унес жизни их дочки, ее мужа и трех маленьких внуков. Я объясняла, что мы не смогли бы помочь. Шинджику и Котори попрощались, извинились передо мной… сначала я не поняла за что… и ушли. Расстроенная, я пошла обратно по ручью к озеру… Не зная, что за мной следят… Привела их прямо к нашей лежке. Нано. На берегу меж камней лежали наши яйца, грелись на солнце… Я привела охотников прямо туда. Вся семья, все змеи от млада до велика выползли из озера, бросились на защиту детей. Мы убили многих охотников… но тщетно. На берегу змеи не так сильны. Я во всем виновата… Мои старшие братья и сестры, еще нерожденные змейки… все погибли… все до единого. Клан экзорцистов Джибашири, повелевающие огнем, вместе с более мелкими кланами напал на нас и уничтожил. Люди посчитали, что это мы наслали несчастье на деревни и обратились к охотникам… Меня одну оставили в живых. Глава Джибашири, мужчина с горящими огнем глазами, сказал, что Шинджику и Котори просили не трогать меня, змеиную жрицу. И они послушались… нано… Лучше бы я погибла в тот день вместе со всеми… нано… Я больше не смела обращаться в змеиный лик и со временем забыла его… не могла оставаться одной, когда все погибли… предательницей… той, что привела смерть на свой род… нано-о-о…

— Ня-я-я… (не-е-ет…) — плакала рядом бакэнэко. Кайя отвернулась, пряча лицо.

Я сглотнул тяжелый ком и резко вытер выступившие слезы. Теперь я точно знаю, что выражение «водопад слез» может быть не только метафорой. Я с трудом выполз с футона, встал на колени, и притянул к себе Сидзуку. Мгновенно промок под холодным душем из водной аякаси.

— Обещаю, пока я жив, подобное никогда не повторится. Покуда есть силы, я буду защищать невинных аякаси. И тебя в том числе, моя лоли.

— Нано-о-о… Охотник… Юто… я верю тебе. И спасибо. Простите, что совсем расклеилась.

— Что стало с кланом Джибашири?

— Он перестал существовать в войнах с аякаси и другими кланами. Так что мстить уже некому, нано.

— Милорд, как ваше самочувствие?

Я подвигал руками:

— Думаю, через полчаса приду в норму, только вряд ли сегодня смогу заняться светом. Может поедим?

— Лежите, милорд. Я принесу!

Химари, прямо-таки пылая энтузиазмом, вылетела из комнаты. Довольно быстро вернулась, таща тарелку с рисовыми шариками. Предусмотрительная Кайя принесла чашку теплого чая.

— Эти онигири словно через войну прошли.

— Вы испробуйте, милорд.

Я слопал четыре штуки, две с рыбой, две со сливами.

— Вкусно. Ты постаралась?

— Ня-а. (да-а) А можно меня тоже называть «моя кошечка»? Я буду вам готовить, милорд.

— Гм, готовка — не настолько редкое умение по сравнению с целительством. Да и хватит уже из меня веревки вить!

— Простите, милорд. А вы к завтрему сможете на море поехать?

— Не сомневайся. Сто лет на море не был, — я оглядел юкату бакэнэко с сомнением. — У тебя другая одежда хоть есть для пляжа? Купальник?

— Нема, милорд. Но я сегодня сбегаю по лавкам, коли вы под охраной Кайи останетесь.

— У меня тоже нет, нано.

— Разве ты не можешь себе материализовать одежду из воды?

— Могу, но настоящая одежда лучше. Ведь ее можно снять, порвать зубами в пылу страсти, подбросить парню в карман, пока тот без сознания, и много чего еще. Нано.

Я на автомате проверил карманы шорт. Мобильник, тряпка какая-то… Уф-ф, всего лишь платок. Вот егоза, стоит лыбится. Ну хотя бы отошла от эмоционального рассказа о своем прошлом.

— Что-то неохота мне вас одних отпускать. Ерунду какую-нибудь купите. Кстати о птичках, боюсь, что мои финансы пока не позволяют много тратиться. В особняке есть сбережения? За счета ведь платите?

— Юто-сан, все коммунальные услуги оплачиваются со специального счета в банке.

— У меня есть немного денег от дедушки, милорд. Стеснять вас не буду я.

— Одно время я собирала побрякушки по рекам и каналам, в лесу тайник остался. Думаю, что смогу тебе отплатить, Юто.

— Что ж, тогда вызовем такси через часок… Кайя поищи мне в закромах какой-нибудь неприметный кинжал с ножнами, если Айя не все с собой забрала…

В Топи Арахнидов пришла новая напасть. Еще один искатель приключений решил испытать свои силы на здешних обитателях. Этим персонажем оказался невысокий шатен с карими глазами, одетый в классовые доспехи новичков в виде старинной брони японских воинов.

— Ха-а-ак!

С двухметровой катаны самурая сорвался желтый сгусток в виде стрелы и прошил насквозь обессиленного Болотного Тарантула.

— Еще девять осталось, — раздалось в это время в доме Амакавы Юто.

Фугурумо сидела в кресле, сосредоточенно клацая мышку ноутбука, расположенного на столе перед ней. Айя не особо рассуждала, когда глава клана дал ей это задание. Надо, так надо. Но постепенно новый выдуманный мир завлек ее своими яркими красками и простотой. Здесь не требовалось имитировать на лице человеческие эмоции, поскольку игроки не видели друг друга. Достаточно было поставить смайлик в сообщении.

Дух конверта не особо стремилась к общению, да и к ней никто первым не лез. Лишь изредка приставали персонажи, желая зачистить местность в группе. Но дальше, как следовало из учебных гайдов, без объединения с другими игроками нельзя будет участвовать в важных состязаниях и зайти в нужные зоны. Поэтому Айя тренировала свои социальные навыки, пытаясь самой находить группу и больше писать в чате. World of Linage принимал и объединял под сенью своих электронных микросхем одновременно сотни тысяч игроков японского сервера и миллионы по всему миру.

Когда староста деревни попросил ее расправиться со злобными огромными пауками, что нападают на людей, Айя, не сомневаясь ни секунды, согласилась и сразу направилась в Топи Арахнидов. Помогать людям, убивая враждебную нечисть, есть долг каждого члена клана Амакава. И сейчас на лице духа конверта блуждала неуловимая улыбка. Она никогда напрямую не участвовала в сражениях, лишь приходя после, забирая вещи, оружие и тела. Но сейчас она наслаждалась тем приятным чувством, что кто-то зависит от ее действий, полагается на игрового персонажа. И она сама лично, а не косвенно, может спасти множество жизней.

Еще один Болотный Тарантул откинул лапы, выпустив из чрева несколько золотых монеток. Скоро уже надо будет покупать новую катану — подумалось Айе. Предметы, предназначенные для класса «светлый самурай» стоили раза в полтора дороже остальных, но выбрать другой класс фугурумо просто не могла. Не имела права. Согласно гайду по самураю на официальном сайте игры к 15 уровню уже следовало переключаться на активные навыки второго ранга. Однако Айя впервые ослушалась совета, и продолжала упорно вкладывать очки в полюбившийся навык первого ранга: «стрела света». Даже себе дух конверта никогда не признается, но ей нравилось ощущать себя человеком-охотником, владеющим мощной магией света, и изничтожать цутигумо, паучьих аякаси.

Imperor777: Ку-хи-хи, Юто-кун, не думала я, что так! ты будешь постигать свою клановую силу. Ку-хи-хи! (смайл: смех).

Словно вынырнув из тени, на поляне Топей рядом с самураем появился мрачный паладин явно очень высокого уровня, в темном готическом закрытом доспехе. Даже лица не было видно. Айя застыла, пытаясь понять, что происходит. Незнакомец не только знает имя главы клана, но и осведомлен о его родовых способностях. Неужели этот игрок сделал такие выводы только по имени ее персонажа? Или быть может, при регистрации как-то передались данные владельца компьютера? Слишком плохо разбиралась фугурумо в информационных делах, поэтому решила занять осторожную позицию.

Amakawa-sama: Кто ты?

Emperor777: Я твой тайный союзник, Юто-кун. Все-таки, «Амакава-сама», заставил ты меня повеселиться, ку-хи-хи. Не мог еще более пафосный ник выбрать? King-of-Light, например? (смайл: ржач).

Английский язык дух письма знала пусть и не в совершенстве, но простые слова перевести могла.

Amakawa-sama: А вы сами в Императоры метите?

Emperor777: Ку-хи-хи, угадал! Только вот это не мой аккаунт (смайл: подмигивание), и долго поболтать не выйдет. Владелец уже подал заявление. Скоро аккаунт заблокируют.

Amakawa-sama: О чем вы хотите поговорить, незнакомец-сан? (смайл: в темных очках).

Emperor777: Пришла лично засвидетельствовать вам свое почтение, глава клана Амакава (смайл: поцелуй). Скоро ждите в гости одну свою старую знакомую с третьим размером (.)(.) Ку-хи-хи! (смайл: сердечко).

Айя уже было напечатала вопрос: «О ком вы говорите?», но отправлять не стала. Вдруг настоящий Амакава-сама в курсе, о ком идет речь.

Amakawa-sama: Спасибо за предупреждение.

Emperor777: Всегда пожалуйста! Мыши захватят мир, не так ли? (смайл: взрыв).

Что это? Какой-то секретный клановый пароль?! Почему-то духу конверта казалось делом чести выдержать эту проверку.

Amakawa-sama: Все возможно, незнакомец-сан. (смайл: улыбка).

На несколько секунд темный паладин неподвижно застыл, не двигаясь кругами вокруг самурая, как до этого, и ничего не печатая в чат.

Emperor777: Какое любимое блюдо у твоей школьной подруги, Юто-кун?

Айя обрадовалась — она знала ответ, поскольку успела немного подружиться с Кузаки-сан, хорошей подругой Амакава-сама. Девочка любила поболтать, и, когда готовила еду, выложила много информации.

Amakawa-sama: Свинина.

Emperor777: Ку-хи-хи, кто ты такой? Будь ты настоящим Юто, не стал бы отвечать, а спросил сначала, зачем мне это надо. Только тот, кто хочет выдать себя за Юто, станет писать первое, что взбредет в голову.

Amakawa-sama: Это действительно любимое блюдо Ринко. Мне надоел этот разговор. Если вам больше нечего сказать, извольте удалиться, незнакомец-сан.

Emperor777: Не прощаюсь, возможно-Юто-кун.

С этими словами темный паладин исчез с Топей. Айя сразу позвонила в Ноихару, но Амакава-сама с мизучи и бакэнэко уже покинули особняк. А взять номер его мобильного телефона ни одна из аякаси не додумалась. У волчицы должен быть! Когда вернется, надо обязательно заучить. С другой стороны, раз персонажа так легко раскрыли, то неизвестный вполне может проследить и телефонный разговор. Нет, важную информацию можно доверить только бумаге и письму, передать лично. В конце концов незнакомец не сказал ничего особо важного, чтобы из-за этого переживать. А вот если она не закончит задание с цутигумо, жители деревни могут пострадать…

Глава 10

Двухэтажный торговый центр Ноихары не производил впечатления. Обычное провинциальное кирпичное здание, заполненное небольшими магазинчиками разнообразных товаров. Сразу возникли мысли, как можно привлечь больше посетителей, но… пока все это не мое. Заведение, где продавали женские купальники, имелось в единственном экземпляре.

— Я подожду снаружи, — сообщил я перед входом.

— Как же пойму я, что выбрать треба? — просительно взглянула Химари.

— Ну-у…

— Если не зайдешь, я буду выходить к тебе сюда в купальниках, — поведала мизучи.

— Сдурела? Тут же народ ходит!

— Я знаю. Нано.

— Уговорила.

Мы прошли в магазинчик, и Химари сразу бросилась к вешалкам с товаром:

— Милорд, как вам этот купальник?

— Она назвала его милордом…

— Что это, новое развлечение у молодежи?

— Кья-я, извращенцы… настоящие… — услышал я тонкий голос какой-то девочки.

Я стоял красный, не зная, как реагировать.

— У вас какие-то проблемы с милордом, а-а?! — рыкнула Химари.

Я подошел и дал ей затрещину по голове:

— Ния-я… (больно…)

— Простите, уважаемые посетители. Моя кузина переиграла в симуляторы свиданий.

— Заметно…

— Все бы им игрульки играть…

— Кья-я, взаправду извращенцы… — да что там за недотрога-то?!

— Выбирай молча, — скомандовал я кошке.

— Братик Юто, а мне подойдет этот? — пристала Сидзука.

— Братик?! Гм-м, слишком открытый.

— Милорд, — прошептала Химари, чтобы никто не услышал. — Я выбрала, гляньте.

— Э-э, — но кошка уже схватила мою руку и потащила к примерочной.

Я оглянулся. А народ нет-нет, да и поглядывает. Блин, надо было назвать Химари своей девушкой, и нечего смущаться. А фиг с ним. Наследник великой родовой силы Амакава обязан уметь преодолевать любые трудности с достоинством и величием древних самураев.

— Ня? (ну как?)

— Неплохо.

— Ня? (а этот?)

— Тоже пойдет… этот так себе… О-о, белый тебе очень идет, Химари.

— Беру!

— Он действительно выбирал купальник своей кузине?

— В каких они отношениях?

Спокойствие самурая и твердость камня.

— Кья-я, если я отсюда выйду, они меня поймают, — блин, мне уже даже стало жалко эту пугливую девочку.

— Как тебе мой купальник, Юто?

Мизучи открыла шторку соседней примерочной, являя собой нечто очень отдаленно напоминающее купальный костюм.

— Бха-ха, ты где взяла эти полосочки?! Моя лоли, надень что-нибудь приличное!

— Он правда назвал ее «моя лоли»?!

— Может стоит позвать кого-нибудь…

— Кья-я-я-я-я, мне точно конец!

Ксо! Хотелось стучаться головой об стену.

— Все, хватит! Я жду вас у входа!

Я так несся прочь из магазина, что не заметил девочку не старше десяти лет, крадущуюся за стеллажом. Бедняжка от столкновения ойкнула и упала на пятую точку. Юбка задралась, открывая для просмотра трусики с каким-то животным.

— Кья! Дядя-извращенец, не-не ешьте меня, по-пожалуйста, — девочка прикрылась руками, крепко зажмурив глаза.

Как древние мечники проводили часы под водопадом, тренируя терпение. Так и это испытание в моей жизни, дабы привить стойкость и закалить характер. С каменным лицом я поднял девочку за подмышки, поправил и отряхнул юбку, и произнес ничего не выражающим голосом:

— Будь осторожнее, девочка.

Чеканя шаг, я направился к выходу из адской лавки, и уже возле дверей услышал голос Сидзуки:

— Ты что сделала с Юто, лоли-воровка?! Ты же сломала его! Кстати, покажи, что за трусики на тебе…

— Кья-я-я-я!!!

Терпение лопнуло, и я сорвался на позорный бег. Не выдержал, тряпка! Такой бури эмоций я не испытывал даже, когда меня летела убивать хиноэнма. Там и подумать ни о чем не успевал, правда. Я привалился к колонне и устало утер пот. Черт, наверняка наследие Юто. Уж Виталий бы что-нибудь придумал… хотя, не уверен. Слишком мощная и грамотная атака сразу с нескольких направлений.

Дабы немного отвлечься и успокоиться решил просканировать округу на наличие аур. Надолго не хватило — образовалась тянущая пустота внутри. Видимо, магическое истощение. Слишком много всего было в торговом центре, но в магазине рядом перед входом стоял мужской манекен, демонстрирующий модные тряпки. И от него пахло аякаси, только очень-очень слабо. Я с опаской приблизился и внимательно осмотрел предмет.

— Твою мать!

Манекен мне подмигнул. Так и заикой стать можно! Надо больше доверять своим способностям. Показали, что аякаси, значит аякаси. И хоть то будет использованный контрацептив. Сначала жахнуть заклинанием, потом разбираться, кто отец.

— Милорд! Окончили мы!

— Химари, что скажешь про этот манекен?

Кошка подошла, обнюхала со всех сторон.

— Мелочь какая-то, еле чувствую. Боится меня, шо скоро сам ласты склеит.

— Юто! Я обижена на тебя! Нано!

— Прости… — я оглянулся на всякий случай. — Моя лоли. Но если вы еще устроите подобное, то я с вами никуда больше не пойду.

— Вельми звиняйте, милорд… Но может глянете одежду пляжную для вашей смиренну кошечки? Я есмь послушание. А змеюка пусть снаружи ждет.

— Нано. Я тоже буду тихо себя вести.

— Окей. Я предупредил.

Магазин женской одежды нашелся неподалеку. Когда фиолетовые глазищи взирали на меня с мольбой о помощи, я не смог отказать, и немного повыбирал платья. После чего меня вежливо попросили посмотреть. Уж после купальников мое стальное нутро ничем не пронять. Терпение и спокойствие.

— Милорд, — выглянуло лицо и оголенное плечико Химари из-за занавески примерочной. — Поможете вашей неопытной кошечке с одежками современными? Совсем не разумею я.

К чему-то подобному я был готов.

— А кто щеголял в школьной форме при нашей встрече? Давай одевай уже.

— Ня-уе… (блин…)

— Ниче так… цвет не тот… гхум, в груди тесновато… вот, хорошо смотрится!

— Вам нравится, милорд?

Нежно-фиолетовое платье средней длины отлично подчеркивало все достоинства и так практически идеальной фигуры бакэнэко.

— Да, превосходно. Очень подходит к цвету твоих глаз.

— Нано. А как мне?

Желтое платьице с белыми рюшечками и красный бантик в волосах сделали из Сидзуки прям игрушечную куколку.

— …на удивление, весьма прилично.

— О-о, если потянуть за шнурок сзади, то…

— Нет, я верю, не надо тянуть!

— Ты прав, Юто! Нечего тянуть, надо брать, нано.

Мрачный зев торгового центра остался позади, и я вздохнул с облегчением. Бакэнэко заплатила за мизучи (объяснив, что негоже милорду тратить свои кровные средства на это скользкое отродье), поэтому в финансовом плане я отделался малой кровью. Купил по мороженому, и сейчас мы неспешно шли в сторону особняка. Химари сказала, что идти минут тридцать, и с беспокойством поинтересовалась моим здоровьем. Но я чувствовал себя неплохо, по крайней мере физически, и ответил, что прогулки на свежем воздухе полезны.

— Дзиннь! — прозвенела стандартная мелодия звонка моего телефона. Надо будет поставить что-нибудь более оригинальное.

— Алло.

— Юто, привет. Ты где?

— Привет, Ринко. В Ноихаре.

— Я сейчас в магазине. Что купить к ужину?

— Знаешь, я наверное останусь тут на ночь. Недавно на меня напали и ранили. А в особняке есть сильная аякаси, так что никто не полезет.

— Ранили?! С тобой все в порядке?!

— Да, в…

Счастливая Химари не утерпела в желании поделиться новостями — приблизилась к телефону и громко сообщила:

— Ринко, представляешь, милорд мне купальник выбрал!! И платье!!!

— ОАРЫНАЫТАРПВГНУ!

Из трубки полился набор бессвязных звуков такой силы, что мне пришлось прикрыть динамик ладонью. Словно телефон сам по себе переключился в режим громкой связи.

— Химари! — я сделал страшные глаза кошке, на что она только невинно похлопала ресницами.

— ЮТО! Слышишь меня?!

— Конечно, Ринко!

— Я приеду к тебе на ночь! Чтобы никаких… поползновений! Ясно, тебе?!

— Ма-а, как хочешь… Но здесь может быть опасно… Знаешь, как добраться?

Я быстро сообщил номер рейса электрички и название станции. Сказал, что Сидзука или Химари ее встретят.

— Уф. Химари, тебе что, доставляет удовольствие меня подкалывать?

— Ня-а! (конечно!) Нет, как можно, милорд. Простите Химари…

Я с подозрением взглянул в честные кошачьи фиолетовые омуты. Как известно по одной поговорке, водятся в них весьма недружелюбные и озорные создания.

— Перевоспитывать тебя уже поздно, но постарайся думать, прежде чем что-то делать.

— Слушаюсь!

— Я тут вспомнил. Что за школьная форма была на тебе в день встречи? Ты училась в школе?

— Нет, милорд. Сие была одежда, которую мне дал знакомый портной дедушки Генноске. Не ведала я, что в разных школах свои одежды носят. Ну да амулеты светоносные должны были с сим справиться.

— Странная эта форма. Обычно где-то на жилетке или другом видном месте вышивают вензель школы, а на твоей вроде ничего не было.

— Не ведаю, милорд. Хотите заглянем к портному? Тута рядышком.

— Хм-м, знакомого деда стоит хотя бы поприветствовать.

Мы свернули вправо и минут через десять оказались перед небольшим супермаркетом, сбоку которого притулился магазинчик портного под название… «Сумчатый рай». Внутри все было заставлено сумками, чемоданами, портфелями и рюкзаками, но ни намека на одежду.

— Дядя Шино, здравы буде!

— Химари! И тебе не хворать. За сумкой пришла?

— Нет, вот с милордом знакомьтесь.

— Юто Амакава.

— Шино Дайсукенджи, — коротко поклонился продавец, лысый мужчина лет сорока. — Видел я один раз тебя очень давно маленьким, Юто-кун… Или теперь уже Юто-сама? Пришли принимать дела клана?

— Верно, Шино-сан. А вы случаем не слышали про Джингуджи или Тсучимикадо?

— Хм-м, ходил слух, что в Ноихару несколько раз наведывался мужчина из Джингуджи Лимитед, но большего я не знаю.

Да, пожалуй, надо спрашивать у управляющих заведениями Амакава на втором этаже торгового центра. Хотя дело не горит.

— Спасибо за информацию. Шино-сан, позвольте поинтересоваться, ваш магазин торгует сумками, почему же Химари назвала вас портным, и откуда вы достали ей школьную форму?

Продавец неожиданно покрылся испариной:

— Э-это из моей личной коллекции, Амакава-сама… Химари-сан так хотела попасть в школу, что я не мог отказать…

Ух-е. Японцы, итить их налево. Впрочем, я бы нагло соврал, если заявил, что Виталия подобное не интересовало. Юто — так точно нет. Ну, деда, что за знакомства ты водил с этим мужиком?

— Нано!

— Вы его постирали хотя бы?

— Разумеется, Амакава-сама!

— А какие еще костюмы имеются в вашей коллекции, Шино-сан? — с милой улыбкой полюбопытствовала десятилетняя девочка в красивом желтом платье.

— Храмовой жрицы, медсестры и монахини… — ужасно нервничая, ответил мужчина.

В какой-то степени религиозный человек, оказывается. Бакэнэко непонимающе переводила взгляд с улыбающейся мизучи на мою кривую ухмылку, после чего спросила:

— Дядя Шино, для чего вам столько костюмов?

— Химари-сан, это нужно мне для постановок спектаклей… Мы с женой любим театр.

Ну, он хотя бы женат.

— Кошка, если ты придешь к Юто в костюме медсестры, он будет ползать у твоих лап, нано.

— Милорд, вы тоже театр любите? — навострила уши бакэнэко.

— Си… моя… гхм, не надо учить Химари всяким глупостям!

— Дядя Шино, одолжите мне этот костюм! Пожалуйста, ня (пожалуйста)!

— Хватит, — резко сказал я. — Шино-сан пора возвращаться к работе. Мы больше не будем отнимать ваше время. Всего хорошего.

— И вам всего наилучшего, Амакава-сама, — счастливо вздохнул продавец «Сумчатого рая».

Более никуда не сворачивая, мы вернулись в особняк.

— Дедушка, бабушка! — Химари тут же побежала к святилищу по усопшим. — Поглядите, какое платье лепое мне милорд выбрал! — кошка крутанулась пару раз, отчего светло-фиолетовый подол высоко взметнулся. — А еще купальный костюм для моря! Сейчас и покажу вам, только переодеть надобно…

— Юто-с-с! — прошипела змея.

Не дожидаясь развития ситуации, я отвернулся и покинул комнату, и вслед мне донеслось разочарованное ня.

Остаток дня я разбирался с корреспонденцией деда, счетами и долговыми расписками. Муторное это занятие. Нужно нанять бухгалтера, было бы на что. Мизучи поцапалась с Кайей по поводу главенства на кухне, но я не встревал. Не маленькие, разберутся. Вечером Химари встретила Ринко на станции и проводила до особняка. Кузаки притащила с собой целый мешок контейнеров с приготовленной едой. А учитывая, что еще и Сидзука с Кайей постарались, ужин походил на настоящее пиршество. Девушки вяло переругивались, требуя моего экспертного мнения по поводу того, чья готовка лучше. Пришлось виться ужом, и отвечать, стараясь никого не обидеть. Можно считать это своеобразным уроком дипломатии. Наследнику клана положено хорошо уметь улаживать конфликты.

Стоит наметить какие-то планы на дальнейшее существование. Женитьба — весьма заманчивое досрочное решение проблем с наследством Генноске. Однако в ближайшее время необходимо для начала связаться с кланами, прозондировать почву насчет союза или хотя бы нейтральных отношений. Первый клан Тсучимикадо без сомнений невероятно силен. Вообще, люди с паранормальными способностями просто не могут не занимать высокие места в правительственном аппарате, и наверняка составляют одни из верхних строчек в списке богатейших людей Японии. Странно, что дед Генноске не сидел в каком-то токийском небоскребе или вилле на личном острове, попивая элитное саке, а забрался в такую глухомань.

Нашел упоминание девятого клана Якоин, которым дед продавал амулеты по весьма неплохим ценам. Жаль, я пока не умею мастрячить артефакты. Надо переговорить с ними… как их там? Магические детективы, что бы это ни значило… Наверное могут дать фору самому Шерлоку, дедукто-патронусу, Холмсу… Хм-м, представил, как известный британский сыщик кастует патронуса, который принимает форму своего помощника Ватсона. Не шибко полезный патронус, в общем-то. Нет, с кланами пока тягаться рано. Главное — не высовываться и не сильно отсвечивать. Потихоньку вербовать новых вассалов и развивать родовые умения. Глядишь, через месяц-другой, можно уже и начинать вые… качать права.

Ближе к ночи я почитывал мемуары бабушки Савы — небольшую книжечку, исписанную японскими иероглифами… причем с кучей ошибок. Но вскоре причина прояснилась. Сава оказалась сиротой после того, как небесный дракон цан-лунь прошелся по нескольким деревенькам в Китае. Что дед Генноске забыл в поднебесной, история умалчивает. Молодой наследник клана Амакава отбил разбушевавшегося воздушного аякаси, спас девочку Саву, приютил и перевез в Японию. Позаботился об образовании, что по причине незнания ею японского языка было непростым заданием. А после женился, наплевав на мнение окружающих, и даже разница почти в десяток лет не стала им помехой. Уважаю деда. Пришел, помог победить злобного монстра, спас девчонку, устроил ее. Сама бабушка Сава буквально боготворила Генноске, что и не мудрено.

Ладно, пора спать. Я расправил футон и уже собирался было выключить свет, как створка двери отъехала в сторону, и в комнату запрыгнула Сидзука… в синем купальнике. Э-э, что?!

— Юто, ты так и не посмотрел мне купальник, поэтому я выбрала сама! Что скажешь?

— Что скажу?! Где ты умудрилась раздобыть школьный купальник, да еще старого образца?! Он настоящий, не из воды?

— Настоящий, могу снять, чтобы ты убедился, нано.

— Нет, я верю! Так откуда? Не думаю, что в том магазине купальников могло продаваться нечто подобное!

— Это из личных запасов продавца-сана. Мне не составило труда уговорить отдать его, нано. Бесплатно.

Да что с этой страной не так?!

— Ты его постирала хотя бы?

— Конечно, нано. Два раза в чистой кристальной воде, три раза с мылом, пять раз с хлоркой и два раза с порошком.

— Как купальник не разъело-то…

— Так что скажешь, Юто? Мне идет?

— Безусловно. В этом наряде все парни на пляже станут твоими…

— Нано! Я знала, что тебе понравится, извращенный-охотник-сан.

— Юто, что у тебя за шум… Сидзука! Что это на тебе?! Юто!!!

Ринко имеет уникальную сверхъестественную способность. Род Кузаки наделен силой появляться в самый неподходящий момент. Я вздохнул:

— Ринко, это… э-э…

Голова выдавала всякие странные выверты о похищенных невестах-аякаси после прочтенных мемуаров, и не желала придумывать оправдания. Мозг жаждал сна. Я развернулся и быстро юркнул на футон, зарывшись с головой под одеялом:

— Я сплю! Оставьте меня в покое!

— Юто-о, во что ты заставил нарядиться Сидзуку?!

Блин, почему сразу меня подозревают?! Неужели малознакомой водной аякаси доверяют больше, чем другу детства?! И тут я прозрел! Вот она, настоящая, неоспоримая и беспощадная сила лоли. В этой битве у меня нет ни единого шанса.

— Юто-о!

Ринко принялась тормошить меня, пытаясь стащить одеяло, но я держал крепко.

— Ринко, прекрати! Между прочим, я еще не отошел от сражения с аякаси! У меня и так литр крови высосали!

— Высосали?! На тебя напал вампир?! Юто, отвечай! Юто, покажи мне зубы! Надо срочно отвести тебя к врачу!

— Успокойся, ни в какого вампира я не превращусь. А если и так, ты будешь первой, кого я укушу.

Меня резко перестали тормошить.

— Первой… Ну раз так, тогда ладно.

Я осторожно выглянул. На лице Кузаки застыло какое-то мечтательное выражение.

— Я насчет укуса. Не знаю, о чем ты там подумала. Все, выметайтесь и выключите свет. Милорду надо отдохнуть. И если какие-то наглые аякаси посмеют зайти в эту комнату ночью, то в следующий раз попрошу Кайю не пускать вас внутрь особняка.

— Да, Юто!

— Нано…

— Ня-я… (не-ет…), — тихо послышалось из коридора.

Ринко Кузаки развалилась на гостевом футоне в короткой майке и шортиках, видя уже четвертый сон. Волосы девочки разметались, подушка валялась в районе ног, левая рука покоилась на полу, а покрывало вообще исчезло в неизвестном направлении.

— «Я твоя навсегда, слы-ышишь? Ледяное сердце я ра-астоплю-ю…» — раздалась мелодия одной популярной японской поп-песенки из сумки неподалеку.

— Кого это там…

Девочка долго шарила руками, но в итоге выудила свой надрывающийся телефон.

— Кузаки слушаю.

— Ку-хи-хи, Ринко-чан, какое у тебя любимое блюдо?

— Что? Зачем вам…? — сонная девочка пыталась вникнуть в суть ситуации.

— Юто-кун спрашивает, ку-хи-хи.

— Ну раз для Юто… Свинина.

— Благодарю покорнейше. Спи дальше Ринко, ку-хи-хи.

— Кто…

Однако неизвестный уже положил трубку.

Возле дома Юто Амакавы в Такамии в темном неприметном костюме на столбе освещения виднелся худой силуэт. Ночной гость нажал кнопку на коммуникаторе, сбрасывая звонок.

— В следующий раз не придется прибегать к таким средствам.

Маленький человек в черном быстро прицепил миниатюрную камеру к верхушке столба и нажал несколько кнопок на коммуникаторе. В окне дома напротив в комнате Юто горел свет, однако шторы были плотно завешены, и главе клана Якоин очень это не нравилось. Ее цель не выходила из дома почти весь день, не совершала никаких покупок по банковской карте. Единственная, кто появлялась — высокая сероволосая девушка, от которой разило аякаси. Судя по досье на клан Амакава — Гинко оками, один из вассалов. Бр-р, даже смотреть на волчьего монстра было неприятно, е-кай чуть было не почувствовала наблюдение. И как Амакава могут нормально разговаривать с аякаси? Очень жаль, но проникнуть в дом так и не удалось — слишком велик риск раскрытия.

— Отлично. Пора браться за Амакаву всерьез.

Хитсуги Якоин, перекинув пояс, ловко скатилась по столбу на землю и, как ни в чем не бывало, двинулась прочь. Переговоры с персонажем Amakawa-sama ей сильно не понравились. Не покидало ощущение, что все пошло не по сценарию. Скорее всего, будь она лично знакома с юным экзорцистом, удалось бы определить его подлинность моментально. Но у Хитсуги имелся только небольшой профайл, стянутый из школьной картотеки. В нем Амакава Юто описывался, как очень замкнутый и подавленный мальчик, так и не отошедший от трагедии, что случилась с его родителями. Поэтому вполне естественно, что необщительный наследник оказался подвержен влиянию многопользовательских игр с фэнтезийным уклоном. Но сидеть почти круглый день в WOL'е? Хитсуги была очень разочарована. Не таким она ожидала увидеть новоиспеченного главу клана Амакава, владеющего таинственной и могучей магией света.

Ринко Кузаки, единственная, кто согласно отчету, близко сошлась с парнем, подтвердила подлинность личности персонажа в игре. Аякаси, судя по общей картине, появились всего день назад, поэтому подобную информацию мог знать, только сам Юто, а других он вряд ли допустил к своему новому ноутбуку на такой долгий срок. Одноклассники Амакава вовсю планировали завтрашнюю поездку в соцсети и дискутировали насчет ухода Юто из школы, однако сам субъект на обсуждение и не думал являться. Глава клана несмотря на жуткую тягу к играм так и не зарегистрировался ни в одной социальной сети.

Подумав о проектируемой в оборонном ведомстве системе распознавания лиц, Хитсуги ухмыльнулась. Подобная разработка через пару лет станет очень и очень полезным инструментом для клана Якоин. Можно было бы помочь или напрячь клановые ресурсы, чтобы сделать свой аналог, но зачем тратить время и средства на то, что скоро можно будет получить бесплатно? Вот уж тогда Якоин развернутся на полную. С почти любой камеры в городе можно будет проанализировать лица прохожих и точно определить, где в последний раз видели того, или иного человека.

— Может установить камеры в Ноихаре? Хотя старик Генноске по словам отца чуял их за километр. С другой стороны, наследник Амакава еще вряд ли постиг свою силу полностью. Если только в Топях Арахнидов, ку-хи-хи!

Фугурумо Айя облегченно вздохнула, наконец добив злобного Предводителя Тарантулов со свитой. И откинулась на кровать Амакавы-сама, все еще пахнущую молодым главой. Внизу слышался стук тарелок — Гинко вернулась голодная. Правда, стоит отметить, что дух волка в любое время была не прочь полакомиться. С Топями Арахнидов покончено, теперь следует разобраться с аякаси в Песках Безвременья!

После странного телефонного разговора Ринко Кузаки не могла уснуть и решила рассказать о звонке Юто. Заодно и проверить, не притаилась ли в его футоне какая-либо страшная аякаси. Блин, теперь Юто окружен ими со всех сторон. Сидзука и Кайя — еще ладно… Но Химари… какие у нее большие… Ие-х, дело не в размерах, Ринко, а в искренности чувств!

Пройдя по коридору, девочка чуть не поседела от страха, увидев валяющиеся на полу тела. Но когда глаза привыкли к темноте, Ринко с облегчением узнала фигуры Химари и Сидзуку. Аякаси лежали возле двери в комнату главы клана, мирно посапывая:

— Нья-хья-хья-я-а.

— Хшс-шс-шс-шс-с.

Химари находилась в своем полукошачьем облике, и сразу стало понятно зачем. Хвост кошки крепко обмотался вокруг левой ноги мизучи, не давая той убежать. Ринко мысленно собрала всю волю в кулак. Нужно набраться смелости и сделать шаг первой! К тому же накануне вечером Юто говорил про аякаси, а Ринко — человек, и ее те слова не касаются.

Так, осторожно переступить через переплетение тел… Неожиданно что-то крепко схватило девушку за лодыжку:

— Кья-я-я-я! — громко закричала Кузаки.

— Обнаружена попытка проникновения противника на запретную территорию. Нано. Кошка, приступить к ликвидации!

— Няэ! (есть!)

Ринко быстро повалили на пол и принялись щекотать в самых сокровенных местах.

— Не-е-е-ет! Отпустите, хватит лапать! Что-о-о… Кто меня лижет?! Юто, помоги, спаси меня!! — Ринко застучала в закрытые двери.

— Заткнитесь там и дайте поспать нормально!! — единственное, что раздалось в ответ.

Униженной, опороченной и так никем и не спасенной Ринко Кузаки пришлось ретироваться в свою комнату. Мысли о том, что никто теперь не возьмет ее замуж, не помешали девочке спустя пару минут забыться глубоким сном.

Глава 11

Утро прошло на удивление спокойно. За плотным завтраком (много чего осталось с ужина) аякаси и Ринко в основном помалкивали, тактично не касаясь вчерашнего происшествия. Я чувствовал себя превосходно — последствий ранения почти не ощущалось, а свет легко откликался. Но тренировки решил отложить до вечера — силы могут понадобиться на море.

Когда мы на вокзале ожидали электричку, мой телефон вызвали со скрытого номера:

— Ку-хи, привет, гроза пауков!

— Что? Кто вы? — удивился я.

— В прошлый раз мы с тобой встречались в Топях Арахнидов, неужели забыл?

— Вы ошиблись.

Я повесил трубку и объяснил прислушивающимся мизучи, баканэко и подруге:

— Кто-то балуется телефонными розыгрышами.

Аппарат снова зазвонил. Также со скрытого номера. Я сбросил вызов. Еще раз позвонили. Сбросил. Блин, неужели придется выключать трубку? Как вообще здесь добавить в игнор скрытый номер? Тут телефон зазвонил опять, и на дисплее высветился номер Кузаки.

— Ринко, посмотри свой телефон, похоже с блокировки случайно снялся.

— Нет, вот смотри, — девушка показала пустой экран своей раскладушки.

— Странные дела творятся. До чего любители розыгрышей дошли… Ладно. Алло?

— Ку-хи! Амакава Юто, в который раз ты смог удивить меня. Я начинаю сомневаться в своей профпригодности.

— Вы знаете мое имя? Как вы звоните с номера моей подруги?

— Ку-хи-хи, секрет клана, Юто-кун.

— Клана? Неужто Якоин? — выдвинул я первое пришедшее в голову предположение на фоне вчерашних размышлений.

— Бинго! Все, отныне буду отслеживать местоположение твоего мобильника, хоть и муторное это дело. Takamia Mobile меняют протоколы безопасности по три раза в неделю, ку-хи-хи! Юто-кун, хочешь я тебе нашу сим-карту пришлю с безлимитным тарифом на любые разговоры?

— Якоин-сан, позволю себе отклонить ваше щедрое предложение, — ответил я странному молодому женскому голосу с хриплым звучанием. — Могу я узнать, как вас зовут?

— Юто-кун, милый, я еще не готова к столь близкому общению, но обязательно дам знать, когда можно приглашать меня на свидание, ку-хи!

— Больно вы уверены в своих силах, Якоин-сан. Не думаю, что вы способны конкурировать с моими знакомыми.

— О-о, нашему клану известны множество способов поладить с противоположным полом. Да будет тебе известно, мой отец, до того, как встретил маму, не пропускал ни одной юбки. А после знакомства даже смотреть ни на кого кроме любимой Гесуко не желал! Ку-хи!

— Э-э, зачем вы мне рассказываете личные дела вашей семьи?

— В прошлом главы наших кланов сотрудничали, и я хочу, чтобы новые также пришли к взаимопониманию, — неожиданно перешла на нормальный тон Якоин, но ненадолго. — До скорого, Юто-тян! Передавай привет Багровому клинку и своему «светлому самураю»!

Якоин прекратила разговор.

— Мде. Химари, слышала что-нибудь про Якоин? Имя Гесуко говорит о чем-то?

— Ух-х, милорд, неприятные то воспоминания. Гесуко Якоин с мужем Масао приезжали несколько раз к нам в Ноихару. Ох и страшная экзорцистка. Глядела на меня, словно читала каждое мое действие. Но Генноске требовал меня присутствовать — для солидности, знамо.

— А как зовут их дочь?

— Не ведаю, милорд.

— Ясно, может Айя в курсе. Тебе передавали привет, Химари.

— Ня-у! (да ладно!)

— А теперь расскажи мне, что за «светлый самурай» есть у Амакава? Это какой-то сильный аякаси?

— Нья?! (Кто?!)

Возле дома ничего не поменялось. Почему-то мне казалось, что должны стоять какие-то фургончики, как в фильмах про ФБР, но очевидно, в реальности так уже никто не делает, а может и не делал никогда. Гинко дрыхла на диване без задних лап:

— Юто-сама, всю ночь вынюхивала…

— Отдыхай, вечером отчитаешься.

— Амакава-сама, — спустилась конверт.

— Как дома, тихо? Я за плавками и полотенцем, а потом почти весь день нас не будет.

— Все спокойно, Амакава-сама. Я бы хотела отчитаться о вашем задании, но раз вы спешите… Вот.

Айя передала мне исписанную бумагу… Какая-то переписка в чате… Emperor777…

— Amakawa-sama?!

— Так зовут моего светлого самурая, Амакава-сама.

— Вот оно что. Тебе встречался некто из клана Якоин в игре?

— Он не представился, но возможно, что так…

— Как зовут дочь Гесуко Якоин?

— Хитсуги, Амакава-сама.

— Окей. Если ничего срочного, вечером обсудим, — я свернул листок, убирая в карман. Дух конверта кивнула.

— На пляж с нами не желаешь, кстати?

— Благодарю, Амакава-сама. Не люблю влагу.

Отыскав пляжные шмотки, вышел на улицу, где меня уже ожидала готовая и собранная Кузаки, успевшая смотаться домой. Быстро она, словно и не принадлежит к женскому полу.

Такамия протянулась вдоль небольшой речки, впадающей в океан, на востоке Японии, севернее Токио. Однако считалась плохим местом для пляжного отдыха — в основном каменистые и скалистые берега. Поэтому мы рванули на юг, в сторону столицы. Не доезжая Токио, вдоль океана протянулась туристическая зона, обеспечивающая доступный и дешевый отдых для местных. Если же хотелось экзотики, то можно было двинуть оттуда на один из множества мелких курортных островков.

Устроившись в электричке, я с любопытством ознакомился с записанным Айей разговором из игры. Слева, каким-то образом опередив Химари, притулилась Ринко, напротив восседали змея и кошка. Развернув листок, над ним сразу склонились четыре любопытные головы. Как только я дочитал до строчки про старую знакомую, мгновенно свернул бумажку, но поздно. Ринко читала довольно быстро.

— Ю-юто! Что за старая знакомая с третьим размером, а?!

— Понятия не имею, честно. Я же память потерял, только Химари вот немного вспомнил.

— Откуда?! Еще одна… Что за несправедливость?! — взвыла Кузаки.

— Химари, может ты в курсе? Я с кем-то приезжал в Ноихару?

— Сие особа вельми противная…

— Вроде как, ты про что-то такое уже говорила… м-м, — я напряг память. — Точно! Та, кто наслала на меня кошачью аллергию! Ух, я бы ей объяснил по понятиям, что заклинаниями так просто не разбрасываются! Она ведь маг, да? Из клана. Да. Скорее всего из одного из двенадцати, — продолжил я рассуждать. — Союзники деда… Тсучимикадо, да?

— Ня-я… (не-е…) Девка та из Джингуджи была, милорд, — печально поведала Химари.

— Знакомая из Джингуджи? Третий, значит… Уж не Куэс Джингуджи имеется в виду? — озарило меня.

— Истинно так, милорд. Ужель упомнили?

— Неа, видел в инете.

— Сие разлучница страшная, кошконенавистница. Слыхала я сильной ведьмой стала молодая Джингуджи… Множество аякаси на ее счету… Что злые, что добрые… Все одно ей…

— Хшс-с, не стоит тебе с ней встречаться, Юто, — прошипела мизучи. — Я тоже слышала про «сумеречную луну», что в Европе лютует. Если не хочешь потерять свою лоли, тебе надо прекратить с ней любое общение.

— Понял я, понял. Мне самому она не нравится, но ради клановых дел придется потерпеть. Убивает добрых аякаси, да еще послала на меня аллергию… Постой, а зачем она это сделала?

— Очевидно сие. Дабы со мной больше не могли вы гулять, милорд.

— Вот негодяйка. Неужели дед не мог снять ее заклинание? Или оно навсегда?

— Не ведаю я, но… вы правы, милорд. Думаю, дедушка Генноске мог бы развеять светом проклятие, коли захотел.

— Значит дед тоже был против нашего общения? Может он и попросил меня проклясть?

— Я… не знамо мне… Никогда не думала, что дедушка…

— Ладно, не грусти, Химари. Я ведь рядом с тобой!

— Сие верно!

Бакэнэко тотчас радостно прыгнула между нами на сидение, подвинув мою подругу к проходу и вцепившись в меня.

— Кошка! А ну брысь отсюда!

Кузаки встала, обхватила Химари за талию и попыталась оттащить. Кошка же держала меня за футболку, растягивая ткань.

— Я помогу, нано!

Сидзука обняла Ринко сзади, и они уже вдвоем начали пыхтеть. Бабка за дедку, дедка за репку… Или в нашем случае: змейка за Ринко, Ринко за кошку, кошка за Юто. Тянут-потянут, вытянуть не могут! Я почувствовал, что скоро или меня стащат с сидения, или футболка не выдержит:

— Хватит дурачиться! Люди смотрят!

Химари моментально отпустила меня, но остальные среагировать не успели и по инерции потянулись назад. Куча-мала вывалилась в проход. Снизу находилась Сидзука, посредине Ринко, а сверху венчала сей человеко-аякасский бутерброд Химари. В салоне электропоезда раздался дикий ржач. Я громко ударил себя рукой по лбу, изображая фейспалм. Вот в предыдущей жизни практически не подворачивалось подходящей ситуации, а тут, гляди-ка, пригодилось. Голубенькие трусики бакэнэко буквально смотрели мне в душу. И как она умудрилась так удачно задрать свое новое фиолетовое платье? Ага, ясно, кошачьим хвостом себе помогла.

Я тут, понимаешь, размышляю над важными клановыми вопросами по поводу встречи с мега-крутой западной колдуньей из пока условно-враждебного великого клана Джингуджи, а они тут цирк устраивают на потеху публике. Правда я тоже не выдержал и посмеялся над охающими девчонками. Вообще, если пораскинуть мозгами, а кое-что у меня в голове имелось, складывалась занятная картина. Тенденция угадывалась на ура. Подруга детства, куча озабоченных мной аякаси женского пола, теперь вот Хитсуги Якоин и Куэс Джингуджи… Все это очень похоже на один жанр в японской культуре аниме и манги, который Юто знал не особо хорошо. Хотя Тайзо постоянно пытался впарить нечто подобное. Как бы то ни было, надо подумать о расследовании на эту тему. Возможно, мне откроются некоторые ответы на вопросы о психическом состоянии окружающих.

Ну и жарища! Самое то для пляжного отдыха! Ох, если бы мне было всего полтора часа до моря ехать в моей прежней жизни, то я бы проводил там все летние выходные!

— А вот и мы! Извините, что задержались! — громко поприветствовала Ринко одноклассников, подняв руку.

Возле входа на пляж собралась внушительная толпа — наверное половина нашего класса пришли развлечься. А может и мой уход посреди учебного года тому виной. До больших летних каникул оставалась всего неделя.

— А, наши голубки наконец явились.

— Кончай острить, староста!

— Уо-ха-а, Юто, что это за красотка с тобой?! — воскликнул Тайзо, пожирая бакэнэко взглядом.

— Ноихара Химари. Я всего лишь простая провинциалка, но надеюсь мы с вами подружимся, — поклонилась моя спутница.

— Юто, разве у тебя дедушка не оттуда родом? — поинтересовался приятель.

— Что-то вроде того… — промямлил я.

— Ноихара-сан, я глубоко поражен вашими фор… э-э, вашим платьем. Да, платьем.

— Конечно, сие ми… Юто-сама выбрал для меня.

Раздался слитный удивленный гомон одноклассников.

— Юто, поганец! — Тайзо, грызя свою футболку, поднял большой палец вверх.

— А как же Ринко?

— Хватит разговоров! — влезла Кузаки. — У Юто с ней ничего нет, ясно вам?! А кому неясно, я могу объяснить лично! — показывая кулак, произнесла моя боевитая подруга детства.

— А кто эта прелестная малышка? — обратилась одноклассница, с улыбкой взирая на Сидзуку. Мизучи мило и застенчиво улыбнулась в ответ. — Ах, какая она кавайка!

Тут мизучи неожиданно спряталась мне за спину, словно испугалась внимания ребят. Цепкий пальчик схватил край моей футболки. Почему-то интуиция резко завопила о том, что мне надо бежать отсюда как можно дальше.

— Это Сидзука… Ноихара, младшая сестренка Химари… — да и пофиг, что совсем непохожи.

— Какая стесняша! Милота! Можно ее потрогать? А в каком она классе? — раздалось со всех сторон.

Пальчик потеребил край моей футболки, и я наклонился к мизучи:

— Что такое? — тихо спросил я.

— Охотник-с, ты не соблюдаешь соглашение-с, — еле слышно прошипела Сидзука. — Представь меня правильно.

Пару секунд я непонимающе смотрел в красные глаза, а потом меня прошиб холодный пот:

— Ты не посмеешь…

— Посмею, нано.

— Ты же не откажешься вылечить своего любимого Юто-тян, если потребуется?

— Охотники живучие. Ничего, поваляешься с месяц в больнице вместо десяти минут лечения моей водичкой, авось поумнеешь.

— О чем вы там шепчетесь? — одноклассники стали терять терпение.

Все, назад дороги нет. В моих жилах течет стылый лед, мой разум — сосредоточие стойкости и отваги. С другой стороны, наверняка многих из этих людей я вижу в последний раз в жизни. Кого стесняться?

Я решительно встал за спину Сидзуки, выставив ее перед собой на манер своеобразного щита. И положил свои руки ей на плечи:

— Это моя лоли!

— Бху-х!

— Че?!

— ЮТО! — Ринко.

— Он сказал лоли?!

— Его лоли…

Сидзука запрокинула голову назад, спокойно взглянув мне в глаза снизу вверх:

— Не думала, что ты это скажешь, нано.

Зараза!

— Касуми, не смотри ему в глаза…

— Амакава, ну ты даешь!

— Юто, засранец! Но я тебя понимаю! — Тайзо снова поднял большой палец вверх, не переставая лить слезы. Прости, дружище, но сейчас твоя поддержка меня совсем не радует.

— Алло, полиция…

— Так, стоп! — я в один прыжок оказался подле Шимомуро.

— Я хочу сообщить о…

И резко отобрал ее телефон:

— Алло, офицер-сан? Простите, моя подруга просто пошутила. Да. Да. Простите. Да, мы больше так не будем. Понимаю. Извините. Всего хорошего, офицер-сан, — я прервал звонок. — Староста! Ты реально в полицию позвонила!!

Шимомуро поправила свои очки, опасно бликнувшие на солнце:

— Разве по-иному поступают в таких случаях, Амакава-кун?

— Ну, надо ведь меру зна…

— Так, я сама с ним разберусь! — Кузаки резко схватила меня за руку и потащила в сторону.

— Юто, что за лоли еще?! На солнце перегрелся?!

— Ринко, ты то куда?! Будто и не знаешь, кто она на самом деле! Да ей больше сотни лет! Она аякаси — мизучи, змея! За свою жизнь она перебила кучу охотников. Да, она выставила такое странное условие… Но Сидзука сильная, я не имею права сейчас потерять ее…

— Ох, но разве нельзя было по-другому? Я чуть со стыда под землю не провалилась. Хорошо, я верю тебе, Юто, и попробую объясниться со всеми.

— Спасибо!

Подходя обратно, увидели, что мизучи со всех сторон окружили одноклассники.

— Не-не ругайте братика Юто, нано, — проговорила Сидзука милым детским тоном. Лучше бы она этого не делала. — Если он так хочет, пусть называет. Хоть «мой пирожок», хоть «моя ягодка», хоть «моя зайка»…

— Сидзука, перестань! — влезла Ринко.

Минут двадцать нам потребовалось, чтобы кое-как отбрехаться. Многое мне хотелось сказать мизучи, но в окружении ребят сделать это стало невозможно. Только еще больше закреплю за собой славу растлителя малолетних.

Следующая буря не заставила себя долго ждать. Парни переоделись в плавки первыми, и встречали девушек одобрительными возгласами.

— Юто-сама, мне идет? — встала в милую позу бакэнэко.

— У-хи-и, какие они на вид… Конечно идет, Ноихара-сан. Ваш купальник потрясающий, — первым влез Масаки.

Я с молчаливой улыбкой одобрительно поднял палец вверх.

— Конеч-ня, ведь его выбирал Юто-сама.

Тайзо упал на колени на песок пляжа:

— Я разбит. Полностью разбит и опустошен. Юто, когда это ты стал таким ловеласом?!

— Пока кое-кто разглядывал картинки в книжках, я тренировался… на кошках!

— Сенсей! Юто-сенсей, научите меня!

— Смотри, сейчас выйдет Шимомуро, сделай ей комплимент. Только не похабный.

— Я понял!

А вот и староста в довольно красивом полосатом купальнике. Фигура для своего возраста вполне развитая.

— О, Шимомуро-сан, свет очей моих, ты словно лебедь грациозна и… Ай, староста, за что бьешь-то?

— Хватит изображать идиота, Масаки!

Я напрягся. Телефон старосты у Ринко, но предугадать развитие ситуации нереально. По-моему, я уже начал привыкать к этому и даже получать некоторое удовольствие. Неужто мазохизм?! Нет, Виталий не был уличен в подобной мерзости, а значит это все Юто! Извращенная японская душонка, что ты творишь с нами?!

— Братик Юто! — ангельским голосом пропела Сидзука, махая мне рукой.

На пути мизучи все встречные оборачивались, один даже споткнулся. Как и обещал, все парни, у ее ног.

— Телефон… Полиция… Дайте кто-нибудь мобильник… — Шимомуро поворачивалась вокруг, протягивая руки.

Сидзука даже имя свое написала на синем школьном купальнике — в белом квадратике в центре. Но разумеется, ни в одной школе Японии, старый образец уже давно не используется, так что отмазка не прокатит.

— Братик Юто, купальник, что ты мне дал, сидит как влитой! Нано!

— Я пошел купаться, — произнес я убито.

— Стой! Амакава!

Побег удался на славу. Староста и остальные не так хорошо плавали. Но… каким-то образом я оказался далеко в океане. Грудь ходила ходуном, легкие словно кузнечные мехи качали воздух. Сколько я умудрился проплыть?! Берег совсем крошечный. Неужели магия помогла? Вот уж не думал, что смогу овладеть новой способностью в такой ситуации. Как знал, что не надо «свет» с утра тратить.

Я перевернулся на спину и посмотрел на небо. Небольшие волны покачивали мое тело, солнце припекало лицо, во рту чувствовалась соль. Ляпота. Совсем не зря я решил поехать на море. Говорят, нервные клетки восстанавливаются на отдыхе… Правда, благодаря одной змеиной особе я уже успел за сегодня потратить свою месячную норму…

Мирный настрой прервало четкое ощущение опасности снизу. Что-то большое, мокрое и злое поднималось из глубин океана. Черт! Ничего не успеваю сделать! Я сосредоточился и пустил свет в район ног, после чего последовал мощный удар, выбросивший меня из воды метров на пять. Ноги отбило, но свет смог сдержать атаку. Успел заметить широкое плоское лицо с далеко расставленными глазками, большую зубастую пасть и длинную серую тушу в окружении водяного смерча.

Плюхнувшись в воду, открывать глаза даже не стал. Только магия может мне помочь. Слева! Щит света! Бам-с! Меня словно паровоз сбил. Потащило куда-то вниз, под воду. Воздух заканчивается, черт…

— ЮТО!!!

Вжи-их! Вода подле меня взметнулась, и монструозное торнадо вытолкнуло мое тело из океана, подняв метров на десять вверх. Я кое-как откашлялся — вокруг головы оставался мешок воздуха.

— Жалкая сардина, как ты посмела напасть на моего охотника?! — бушующим водопадом низвергался голос Сидзуки.

— Мизучи! Зачем ты защитила наследника света?!

— Он мой, я сказала! Убирайся, иначе недосчитаешься плавников!

— Прихвостень экзорцистов! Таких как ты надо давить в зародыше! Ты ведь речная мизучи… Посмотрим, как ты справишься с чистокровным океанским ханмахедо, мизучи рыбы-молота!

Дальше началось настоящее водное безумие, скрытое от меня океанской толщей. Я лишь парил наверху в торнадо и чувствовал отголоски магических ударов. Эманации энергии Сидзуки ощущались родными и мягкими, а ханмахедо — солеными, злыми и резкими. После особо мощного столкновения, аура рыбы-молота стала быстро удаляться.

Торнадо опало вниз, но до того, как я плюхнулся в воду, мягкая волна осторожно подхватила меня. И потащила в сторону берега. О! Отличное средство передвижения! Можно аттракцион устроить и грести бабло рекой. Из водной глади рядом показалась голова мизучи.

— Юто, ты как?!

— Да вроде ничего. Даже света еще где-то треть осталось. Побили меня знатно, но жить буду. Спасибо, что спасла.

— Нет! Это моя вина. Я не уследила за тобой! А теперь помолчи. Ты тяжелый, нано.

Вскоре мы пристали в небольшой каменистой бухте, далеко от пляжа. Вокруг совершенно безлюдно — забраться сюда со стороны берега непросто. Волна бережно выкатила меня на одинокую скалу, торчащую посреди воды. Я сел на неровную каменную поверхность.

— Си… моя лоли?

Мизучи элегантно выпрыгнула из воды, мягко приземлившись рядом:

— Ложись, нано!

Я прилег на камень и предупредил:

— Если что, я кричать буду.

— Если только от удовольствия, нано.

— Зачем ты снимаешь купальник?!

— Нужен плотный контакт. Эта тряпка мешает.

— Ну ладно. В конце концов я не извращенец какой-то, чтобы заводиться от плоского тела маленьких девочек.

— Посмотрим. Ты сдержал уговор, охотник. Теперь моя очередь. Нано.

Мизучи прильнула ко мне и принялась елозить по торсу, рукам и ногам. Мягкая мокрая прохлада окутала меня словно уютный кокон. Небольшое онемение разлилось по телу. Боль от синяков и ушибов мгновенно ушла. Да, пожалуй, стоило потерпеть все подколки, чтобы иметь в своем распоряжении личного лекаря.

— Хорошо! Моя лоли, не думала о врачебной практике?

— Вот еще!

Минут через пять от синяков и следа не осталось.

— Э-м-м, вроде бы я уже здоров…

— Нано, неужели ты ничего не чувствуешь, когда к тебе прижимается обнаженная милашка? Если нет, придется мне и это вылечить…

— Милорд, вы в поря… — на берегу появилась Химари в купальнике. — Змеюка! А ну слезь с него!

Разбежавшись, кошка высоко прыгнула, чтобы перемахнуть на нашу скалу, но в воздухе перед ней неожиданно возникла водная стена.

— Ня-уе! (черт!)

Бакэнэко плюхнулась в океан, подняв тучу брызг.

— Ня-я-я-я! (а-а-а-а!)

— Ну блин!

Я отстранил недовольно пискнувшую мизучи и прыгнул в воду на помощь кошке. Химари вцепилась в меня словно утопающий в бревно. Кое-как добрались до берега. Дальше уже сама аякаси помогла мне подняться наверх. Я быстро объяснил, что это всего лишь был сеанс лечения, но та еще долго дулась на мизучи.

Вскоре мы втроем неспешно топали по направлению к нашему пляжному месту отдыха. Сидзука выглядела чуть прозрачной и уставшей, но не жаловалась.

— Вельми простите, милорд, что не уберегла… Слабая в воде я…

— Вот тебе и аякаси 8 ранга… Ты что, плавать не умеешь?

— Коли надо, как-нибудь проплыву… наверное.

— Ясно. Будем учить тебя плавать.

— А может не надо, милорд? Вы разве не уставши?

— Надо, Химари, надо. Моя лоли, ты разобралась с рыбой-молотом?

— Разумеется! Это ведь не умибозу, высший дух моря, а всего лишь жалкая рыбешка. Кстати, у ханмахедо все лицо было в ожогах. Славно ты его приложил, охотник.

— Так он сам меня башкой таранил. А какие бывают водные духи?

— В основном духи рыб и других обитателей моря. Бывают и призраки моряков, кораблей. Иногда цукумогами, духи предметов, но редко. Я — озерная мизучи. Еще есть речные и океанские. Речные чаще всего глупые и неопасные. Озерные — спокойные, умные. Океанских аякаси очень много. Возможно, больше чем на суше живет. Высших океанских духов зовут умибозу, они прячутся в глубинах, сбивают корабли с курса, наводят на мель или даже сами нападают. Некоторые наоборот — помогают. Еще стоит сказать про кайдзю, духов воды и плоти…

— Годзилла что ль? — заинтересовался я.

— Вроде того, нано. Эти аякаси живут не за счет усиления ауры, а за счет усиления тела. Могут вырастать до огромных размеров. В океане почти нет охотников на аякаси, океан — велик, потому они чувствуют себя свободно. В прошлом году один из кайдзю напал на Фукусиму и порушил полгорода.

— Постой, разве не авария на АЭС? — уточнил я в воспоминаниях Юто.

— Если ты про станцию смертельных лучей, то ее он наверняка уничтожил. Большим кайдзю для жизни и роста необходимо питание. То, что вы используете в своих станциях, чтобы получить энергию.

Решил закусить плутоно-урановыми стержнями? Надеюсь, этот кайдзю себе несварение заработал.

— Бр-р, Амакава и с такими сражались? — передернуло меня.

— Нет, милорд, на моей памяти не случалось.

— Ты меня обрадовала, Химари.

Глава 12

Толпа одноклассников стояла аккуратной кучкой вокруг нескольких полосатых черно-зеленых раздутых ягод. Встретили нас достаточно равнодушными взглядами. Только Ринко недовольно дулась.

— Юто, где вас носит? Вы пропустили такое представление! — воодушевленно начал приятель Тайзо. — Прямо в океане водное торнадо прошло. Чего только не бывает в природе! Ладно, будешь арбузы разбивать с нами?

Э-э, и все? Я уже заготовил несколько вариантов объяснений случившегося. Даже готов был увидеть здесь городские службы и орду охотников на аякаси. А тут только одноклассники с арбузами… Хмм, наверное, в данном мире всякие сверхъестественные вещи имеют свое научное объяснение. Иначе как бы существование аякаси смогли так долго держать в тайне?

— Окей. Чур я первый разбиваю!

— Вот это настрой!

Мне завязали глаза широкой лентой, вручили биту (с собой привезли что ли?) и стали раскручивать. Ух-х, голова закружилась, чуть не упал.

— Влево!

— У тебя под ногами!

— Правее!

— Прямо!

— Бей себе между ног! — это кто там такой добрый?!

Так, сосредоточиться, довериться свету. Вот Сидзука и Химари рядом, их легко почуять, «клубничная» Ринко, возбужденный Тайзо, отдающая чем-то морским Шимомуро… Здесь, на песке — круглое и сладкое. Хрясь! Точно в центр арбуза. Удобные способности у Амакава. Можно фокусы будет показывать, если с экзорцизмом не срастется.

— Ну ты крут, приятель! Как будто знал, что он там!

— Кто я такой, по-твоему? Наследник клана Амакава — это тебе не хухры-мухры!

— Слишком много гонору для простого лоликонщика! — ввернула шпильку староста.

— Не-не ругайте братика Юто! Нано. — Сидзука.

— Амакава, ты уже опутал девочку своими мерзкими сетями…

— Наглая ложь и провокации!

Кто кого опутал еще! Так, переругиваясь и подкалывая друг друга, мы разбили арбузы и принялись смаковать сочное лакомство. Мда уж. Кто-то бьется с рыбными аякаси, кто-то спокойно отдыхает на пляже. Так и должно быть. Именно для этого и существуют охотники на аякаси. Чтобы над головами обывателей продолжало синеть мирное небо.

Мы всей толпой поиграли в мяч на небольшой глубине. Ринко то и дело касалась, а один раз даже упала на меня, якобы прыгая за мячом. Эх-х, жаль, я не могу ответить на твои чувства, красавица.

Потом я учил ужасно сопротивляющуюся Химари плавать. Кошка огрызалась, обещала никогда больше мне не готовить, не приходить ко мне в постель (ругань от стоящей рядом Кузаки), но мне все-таки удалось затащить ее в океан. Я держал ее за вытянутые руки, а кошка неумело барахтала ногами, изображая гребки.

— Ня-я-я! (а-а-а-а!) Кто-то коснулся моей ноги!

— Химари, успокойся! Убери кошачьи уши! Это, наверное, просто медуза.

— Медуза… сия мерзость… Прогоните их, милорд!

Бакэнэко крепко прижималась ко мне своей немаленькой упругой грудью, напрочь игнорируя вопли Ринко.

— Блин, Химари, вернись в человеческую форму! Нет здесь никаких медуз… Апчхи-и! Все, раз не хочешь учиться, я выхожу.

— Нюя… (стой…)

Я вернулся на берег к расстеленным пляжным покрывалам. Кто-то притащил пару широких зонтиков, дающих убежище от палящего солнца. Рядом староста с одноклассницами и Сидзукой играли в карты. Вот тупые — море, солнце, а они в картишки режутся. Мизучи выглядела довольной. Ладно, пусть развлекаются.

— Апчхи!

— Амакава-кун, ты не заболел?

— Нет, просто аллергия.

— Где ты на пляже кота умудрился найти? — уточнила немного знающая меня Шимомуро.

— Есть тут одна… любительница некомими, кошачьих ушек.

Я потянулся в карман своих шорт, лежащих неподалеку, и вытянул оттуда светлый платок. Протер глаза от застилавших слез, после чего громко высморкался. Вроде полегче стало.

— Кья… — послышался тихий писк.

— Сидзука-тян, что случилось?

Я повернулся в сторону девушек. Мизучи выглядела крайне смущенной и словно не знала куда деть свои руки. В глазах у нее стояли слезы. Изредка боязливо поглядывала в мою сторону.

— Амакава-кун…

— Ась?

Девочки прекратили играть и пораженно уставились на меня. На что-то у меня в руках. Я развел пальцы в стороны, разворачивая тряпочку…

О. Майн. Гот.

Вместо привычного носового платка у меня в руках оказались белые детские трусики с изображением жирафика на задней стороне. Сейчас заляпанные моей белесой густой жидкостью. Это просто жесть. Я даже слов не мог найти цензурных, не то, что придумать объяснение. Не зная, что делать с трусами, я скомкал их в руках. Закопать в песок? Вернуть Сидзуке? Положить обратно в карман шорт? Идиотизм. Когда она успела их подбросить? А ведь мизучи даже честно предупреждала о подобной возможности, а я, балда, с утра карманы не проверил. Неужели, когда я вечером от Ринко под одеялом прятался?

— Амакава!!!

— Н-ничего. Если братику Юто нравится, пусть пользуется, нано, — ангельским тоном пропела Сидзука.

— Ты зло. Настоящее зло, — пробормотал я.

— Эй, здесь есть полицейские?! — громко крикнула Шимомуро, привлекая внимание отдыхающих. — Хоть кто-нибудь? Здесь сейчас совершается преступление! Неужели никого нет?

— Девочка, сама разбирайся, — равнодушно послышалось издали.

— Хорошо! — староста грозно поправила очки. — Я сама вправлю вам мозги. Сидзука!

— Д-да!

— Не смей потакать желаниям этого животного! Ты пока еще маленькая и многого не понимаешь… О, Ноихара-сан, можете дать мне телефон ваших родителей?

— Ня-и?! (че?!) Я… не думаю… — подошедшая Химари впала в ступор.

— Они обе сироты. Ноихара — это место, где расположен их сиротский приют, — выдал я.

— Плохо. Значит, Сидзука, если он будет просить тебя посмотреть, как ты моешься или снять одежду, ни за что не соглашайся!

— Н-но ведь это братик Юто…

— Пока тебе не исполнится хотя бы восемнадцать, ясно?! Обещай мне!

— Обещаю, сестренка. Но если я буду старше восемнадцати, мне можно раздеваться перед братиком Юто?

— Если тогда ты еще не разочаруешься в этом отвратном лоликонщике, то можно.

Староста повернулась ко мне:

— Амакава Юто, я знаю, что ты давно потерял своих родителей, и некому повлиять на тебя, но это уже попахивает криминалом. Пойми, за нижнее белье несовершеннолетней тебя могут упечь за решетку. И твой нездоровый интерес, школьные купальники, все это ведет на кривую дорожку. Кто тебя подтолкнул? Неужели Масаки-кун? Как бы то ни было, я запрещаю тебе делать что-то извращенное с Сидзукой, красть ее белье, одевать ее в свои вещи и вообще прикасаться к ней!

— Но если я буду старше восемнадцати… — добавила Сидзука.

— …тогда можно с ее разрешения, — нехотя добавила Шимомуро.

— И извинись перед Сидзукой-тян. Сейчас же.

Черт, меня даже на ржач начало пробивать. Настолько ситуация стала выглядеть нелепой. Думаю, мизучи поймет, если я не обращусь к ней сейчас «моя лоли»:

— Прости, Сидзука-тян, обещаю, я больше не будут трогать чужое белье. Это ведь трусики той бедной девочки из магазина?

— Что-о ты такое говоришь, братик Юто-с-с?! — мизучи прищурила глаза, а ее ангельский тон мгновенно испарился. — Конечно же, это мои трусики, которые я вчера положила в бельевую корзину… И лучше бы тебе, братик Юто, не вспоминать больше ту девочку-с.

Одноклассницы выглядели обескураженными. Настолько разительно поменялось поведение Сидзуки.

— Разумеется. Я буду носить с собой только то белье, которое ты мне любезно подбрасываешь!

— Нано-с, — прошипела мизучи. — В качестве извинений требую угостить меня мороженым. Нано.

— Договорились.

Я взял деньги, мобильник, и мы пошли вперед по направлению к виднеющемуся пляжному кафе. Химари и одноклассницы, особенно староста, не могли отпустить нас одних, поэтому направились следом. Плескающиеся на отмели Тайзо с парнями и Ринко заметили наш уход и тоже присоединились.

— Это было крайне… поучительно, моя лоли, — тихо сказал я шедшей рядом мизучи.

— Понравилось? А как ты…

Вдруг из глаз Сидзуки показались слезы, и она сдавлено зажала рот ладошкой. Но спустя пару секунд не выдержала и захихикала:

— Какое у тебя лицо было, нано. Я думала лопну там от смеха, ха-ха. И еще твои сопли прямо на бедном жирафе-сан! Аха-ха-ха-ха, — громко засмеялась змейка.

— Мне было не очень приятно, знаешь ли, — протянул я обиженно. — Но я рад, что смог тебя развеселить.

— Ха-ха-ха. Я давно так не веселилась, охотник. Очень давно. Это тебе подарок…

Мизучи быстро приблизилась, притянула за шею и чмокнула меня в щеку.

— Эй, Сидзука-тян, я что сказала?! — рявкнула сзади староста.

— Прости, четырехглазая-сестренка, просто я уже чувствую, что мне много больше восемнадцати… — в глазах мизучи плясали чертики.

— Четырехгла… Как ты обращаешься к старшим, паршивка?!

— Э-э, ты уверена, что в тебя влезет еще? — горестно спросил я, взирая на гору пустых плошек из-под мороженного.

Владелец заведения уже даже один раз звонил своему поставщику с просьбой прислать больше холодного лакомства. Вот ведь. Любому станет понятно, что человек, особенно такой компактный, как Сидзука, не способен съесть несколько десятков кило мороженого, но одноклассники воспринимали это словно само собой разумеющееся. Когда дело заходило об аякаси, у ребят полностью отключалось критическое мышление. Видимо, это и есть воздействие сильных аур е-кай.

— Уверена, нано. Не переживай. Я же обещала, что найду, чем отплатить.

— Надеюсь… — проговорил я, в уме подсчитывая насколько просядут мои текущие финансы на банковской карточке. Вроде срок следующего пополнения только первого числа месяца — через две с половиной недели.

— Вот, — продавец притащил к нам за стол широкий металлический ящик, в котором хранилось мороженое в холодильнике. На дне там еще можно было наскрести килограмм-другой. — Все, что осталось. Скоро привезут новую партию.

— Спасибо, нано!

— Растолстеешь.

— Пф-ф.

Да уж, подобная жалкая попытка не сможет отвадить водного аякаси от понравившегося лакомства. И ведь главное — ни слова не сказала, когда я спрашивал ее про любимые блюда… Если она так «не любит» мороженое, то к угрю и лягушачьим лапкам ее лучше вообще не подпускать!

— «Дзиннь» — прозвенела моя трубка. Высветился номер оками.

— Привет, Гинко! — произнес я радостно.

— Гхм, приветствую Амакава Юто-сан, — ответил мне незнакомый мужской голос.

— Кто вы?! Где Гинко? Что вы с ней сделали?

— Ваша аякаси пока жива…

— Если с ней что-то случится, я размажу вас по стенке! — рыкнул я в телефон.

Разговоры одноклассников за соседними столиками сразу стихли, поэтому я встал и покинул кафе, отойдя чуть в сторону.

— Амакава-сан, мы не враги вам. Для начала давайте успокоимся.

— Черта с два! Кто вы и по какому праву напали на Гинко?

Рядом моментально появились Химари и Сидзука. Ринко сначала тоже хотела подойти, но потом вернулась в кафе.

— По-моему, вы не понимаете ситуацию, Амакава-сан. Мое имя Кабураги Хьего, я работаю в четвертом отделе общественной безопасности. Защищать Такамию от аякаси — наша прямая обязанность. Прежде чем давать доступ в город своим монстрам, вы должны были зарегистрировать их и предоставить нам биологические и энергетические образцы. Наши сотрудники действовали в полном соответствии с инструкциями…

— Похрен мне на ваши инструкции! Кланы охотников подчиняются только императору и министру обороны Японии, — об этом Химари меня просветила. — У вас есть заверенные ими документы о необходимости регистрации аякаси?!

— …Нет, Амакава-сан. Вы должны понимать, что такая ситуация с аякаси существует только в вашем клане. Вам необходимо…

— Мне необходимо?! Я должен? Это вам следует извиниться, Кабураги-сан.

— Послушай меня, охотник, — злобно проговорил мужчина. — Трое моих людей пострадали из-за твоей шавки! И ты требуешь от меня извинений?!

— Ладно, начнем заново, — немного остыл я. — Приношу вам извинения от лица клана Амакава и обещаю разобраться с регистрацией и прочими формальностями. Вам слово, Кабураги-сан.

— Вы правы, простите мое эмоциональное поведение. Приношу извинения от лица четвертого отдела. Когда ваш дед был жив, наши службы сотрудничали. Мы закроем глаза на то, что ваши аякаси разгуливают по городу в обмен на поставки ваших амулетов.

— Кха, что?! Вы требуете выкуп за моего вассала? Мне рассматривать это как похищение?

— Ни в коем случае, Амакава-сан. Но вы нарушили несколько положений четвертого отдела… Думаю, нам следует поговорить при других обстоятельствах и не по телефону. Куда нам доставить оками?

— Вам известен мой дом в Такамии?

— Принял. До скорого, Амакава-сан.

Соединение прервалось. Я вызвал контакт службы такси:

— Здравствуйте, нам срочно нужна машина до Такамии…

Разобравшись с диспетчером, я позвонил домой Айе и обрисовал ситуацию. Спросил, можно ли волчице чем-то помочь, но конверт успокоила, заявив, что оками — очень живучие аякаси.

— Друзья, нам надо ехать. Спасибо, что помогли провести отличный день! — быстро поклонился я одноклассникам в кафе.

— Неужто твои клановые делишки? — поинтересовался Тайзо.

— Типа того. Удачно вам посидеть, — я быстро расплатился за мороженое.

— Стой! Амакава, куда ты тащишь Сидзуку-тян?

— Глупая сестренка, — обронила мизучи.

— Староста, иногда внешность бывает обманчива. Пойдем, такси будет через несколько минут.

Возле дома стоял невзрачный серый фургончик фирмы «Outlight Co» — прям как ФБР'овский. Outlight — наезд на мой клан что ли? Я расплатился с таксистом, карточка жалобно пискнула. Да уж, скоро на заварную лапшу придется переходить. Возле фургона стояла настороженная фугурумо, внутри машины сидело двое людей.

— Ринко, иди домой, — сказал я подруге, которая увязалась с нами в такси. Девочка нахмурилась, но кивнула, и проследовала к соседнему дому.

Из фургона вышел крашеный блондин средних лет типичной азиатской внешности. Айя направилась к нам:

— Амакава-сама, эти люди отказывались передавать Гинко.

— Нам приказано передать псину Амакава Юто, а не грязным e-кай.

— Это ты псина четвертого отдела, которая даже головой пользоваться не научилась!

— Что?! Сопляк, много возомнил о себе?! Эта тварь чуть руку моему напарнику не оторвала!

Он что идиот? Недавно работает что ли? Накатила злость. Я чуть не потерял Гинко из-за собственной глупости и самоуверенности:

— Сейчас я прикажу, и ты сядешь на четвереньки и будешь лаять как плешивый пес, понял?!

Сбоку вспыхнула хорошо знакомая жестокая демоническая аура бакэнэко. Найс, Химари. Блондин сразу сбледнул с лица, и проблеял:

— П-простите, Амакава-сан. Мы поможем перенести оками.

Теперь понимаю, зачем дед брал Химари на разные мероприятия. Когда перед тобой становятся за секунду буквально шелковыми — это приятно. Хотя и странно. Неужели аура аякаси настолько влияет на рассудок? Ну да, неприятно немного, но не до такой степени, чтобы писаться в штаны? Или они умеют направлять свои эманации на конкретную цель?

Используя одеяло, израненное тяжелое волчье тело перетащили в гостиную. Гинко тихо поскуливала, когда ее волокли. Ткань быстро напиталась кровью. И я чуть натурально не прибил блондина, когда увидел, что оками плотно обвивали странные светящиеся ремни. Магические, очевидно.

— Благодарю, — глухо бросил я и прикоснулся к путам.

Подать света… Вжа-х-х. Путы распались едкой черной дымкой.

— Нано, — Сидзука быстро проветрила помещение от гадости, оставшейся после уничтожения ремней.

— Юто-сама… кар-рта у них… — прохрипела волчица.

— В-вот, Амакава-сан…

Я взял план Такамии с множеством пометок, сделанных Гинко. Черт!

— Юто… — с беспокойством глянула на меня мизучи.

— Я разберусь. Дайте телефон Кабураги. Живо.

— Сейчас… минуту.

— Сидзука, ты справишься? — указал я на Гинко.

— Сделаю все возможное, нано.

Блондин продиктовал телефон своего начальника.

— Можете быть свободны.

Сотрудники четвертого отдела покорно покинули наш дом. Я вызвал Кабураги:

— Амакава-сан?

— Да. Я хочу узнать, как вы распорядились информацией, что попала вам в руки.

— О чем вы, Амакава-сан?

— Не держите меня за идиота. Карта, на которой указаны места обитания многих е-кай.

— Не переживайте, Амакава-сан, четвертый отдел разберется с этой напастью.

— Нет! Я запрещаю вам трогать этих аякаси, пока я с ними не поговорю! Вы поняли меня?!

— Мы благодарны вам за информацию, но это работа нашего ведомства.

— Черта с два! Хорошо, вы говорили об амулетах. Я согласен сотрудничать.

— Рад слышать. Тогда в моих силах на один день задержать приказ о зачистке. Вам следует поторопиться, Амакава-сан. И одна группа уже выехала. До скорого.

Кабураги бросил трубку.

— Скотина! Гинко, как ты?! Прости, что подставил тебя.

— Мне надо пар-ру дней… Юто-сама… и я пр-риду в нор-рму…

Мой телефон зазвонил. Скрытый номер.

— Алло.

— Ку-хи-хи, Юто-тян. Несколько людей четвертого отдела сейчас находятся возле торгового центра «TownBell».

Вот блин. И впрям ведь разговор прослушивала. Или у меня в доме жучки стоят? Эх-х, сколько гемора.

— Спасибо, Хитсуги-сан. Я у вас в долгу.

— Ку-хи-хи! Это обнадеживает. Удачи, — отключилась.

— Так! Сидзука, моя лоли, остаешься с Гинко… Но нам могут понадобиться деньги в скором времени. Если сможешь помочь, за мной не заржавеет.

— Поняла, нано. Ради защиты аякаси, я приложу все силы.

— Химари, Айя, вы со мной поедете по городу. За сутки надо успеть объехать как можно больше точек.

Отдавая указания и параллельно вызывая такси, я изучал карту города. Эх, нужно собственное авто. Придется договариваться с Кайей и опустошать особняк от исторических ценностей. Всего одиннадцать отметок сильных аякаси, примерно четыре десятка слабых и около двух десятков домов «возможно, охотник». Также одно большое здание жирно обведено и помечено как пристанище охотников. Вероятно, четвертый отдел. В Такамии не должно быть крупных группировок других кланов экзорцистов.

Прибывшее такси направили в сторону TownBell. Возле него на карте имелась пометка, гласившая «вредный старикашка». Я забронировал машину за собой, оставив немного наличности в залог. «Городской колокол» — это вам не ноихарская пародия на торговый центр. Огромное шестиэтажное здание могло похвастать множеством развлекательных заведений, кафе и магазинов. Выходной, шесть часов вечера — людей было немало. Наверное, поэтому группу сначала выслали сюда.

Мы зашли в центральный холл, и мое внимание сразу привлекли несколько людей в темно-синей форме с четырьмя белыми полоскам на правом рукаве. У входа дежурило двое женщин с дубинками на поясе и четверо мужчин с дубинками и пистолетами в кобурах.

— Ксо! — почти сразу ругнулся один из них при виде нас и бросил своим. — Код 3! Живо!

От женщин разнеслись колючие эманации, от мужчин горячие и скользкие. Надо запомнить. Умение определять тип применяемой магии — очень важно. Химари схватила Ясуцуну.

— Отмена! — поднял руку его напарник постарше. — Амакава-сан, полагаю?

— Это так.

— Вам следовало сообщить, что вы выпускаете Багровый клинок в скоплении людей.

— Эм, Химари не животное. С Кабураги я поболтаю позже.

— Понял, Амакава-сан. Я однажды был с вашим дедом на одном задании. Сегодня тоже будем вместе ловить е-кай?

— Пожалуй… Разделимся.

— Как скажете. Попросите ваших е-кай по возможности не есть людей и не высасывать их жизненные силы. Дайте громкий знак, если найдете «старикашку», мы придем на помощь.

— Хорошо…

Мы с конвертом и кошкой встали на эскалатор.

— Химари, что значит не есть людей?

— Глупый человечка, чушь мелет. Ваша верну кошечка людей не трогала, токмо аякаси изничтожала.

— У охотников негативное представление об аякаси. Только Амакава водят с нами дружбу, — поведала Айя с ничего не выражающим лицом. — Они чуют нашу суть лучше обывателей и испытывают страх, ненависть или зависть.

— А почему я ничего особого не чувствую?

— Сие есть тайна носителей света. Вестимо в магии дело, милорд.

— За нами никто не идет?

— Не чую.

Я остановился возле стены с планом TownBell'а и сделал вид, что рассматриваю его. Сам же старательно повышал чувствительность обнаружения аур. Восстановиться после битвы с рыбным аякаси еще не успел.

— Наверху. Химари, ты чувствуешь?

— Плохо, милорд. Мне надо выпустить свою ауру, а сие испужает народ и охотников. Лучше уж вы.

Мы поднялись на пятый этаж, где расположились разные игровые комнаты и площадки, а также сеть залов кинотеатра. По-моему, из того направления несет… чем-то вредным, да, чуть протухшим. И тихим. Сейчас шел длительный перерыв между сеансами, и внутрь никого не пускали.

— Вы что-то хотели? — поинтересовалась у нас сотрудница кинотеатра, преграждающая путь.

Вжик! Химари достала откуда-то бумажный амулет и бросила в сторону служащей. Вежливая улыбка застыла на лице женщины. Удобная штука! Надо обязательно наделать запас амулетов, как только появится время. В зале ходил уборщик, которого быстро шугнула Химари, просто вытащив катану. Я внимательно осмотрелся. Как будто и пусто, однако энергия разлита именно здесь.

— Приветствую от лица клана Амакава. Можно на пару слов уважаемого жильца?

— Зачем нарушаешь ты покой сего места? — раздался скрипучий голос.

— Чтобы предупредить!

Возле стены возникла маленькая фигура лысого сморщенного старичка в каком-то буддийско-монашеском одеянии с единственным большим глазом на лице.

— Хитоцуме-козо, они не любят, когда шумят, — объяснила Айя.

— Верно, бумажный дух. В этом месте не должно быть лишних разговоров или шуршаний упаковок от еды. Здесь приобщаются к искусству кино, — монах закатил свой циклопский глаз. — О чем ты хотел меня предупредить, охотник света?

— Сюда пришел четвертый отдел за тобой.

— Я здесь со времен постройки здания. Думаешь, они смогут найти меня? Генноске Амакава мог бы меня вытурить, но мы договорились со старым хрычом. Ты еще молод. Ступай, купи билет и приходи на сеанс, нечего нарушать тишину.

— Э-э, можно спро…

— Я СКАЗАЛ ХВАТИТ НАРУШАТЬ ТИШИНУ!!!

Тьфу, аж уши заложило, в библиотеке ему бы работать. Нахрен этого старика, пусть сам спасается, коли так уверен в своих силах. Но аура мощная, на уровень 4–6 тянет, точнее пока не получается определить. Я удержал намеревавшуюся броситься вперед Химари. Стараясь не шуметь, мы покинули зал кинотеатра. Женщина у входа все также стояла с приклеенной улыбкой.

— Химари, это у нее не навсегда, я надеюсь?

— Нет, милорд. До получаса, в зависимости от силы воли.

— Ясно. Валим. То есть, отступаем. Стратегически и дисциплинированно.

Мы быстро спустились вниз, старательно минуя группы рыскающих сотрудников четвертого отдела. У выхода нас перехватил давешний знакомый деда:

— Амакава-сан, вы нашли е-кай? Где?

— Да. Как есть, «вредный старикашка». По всему зданию бродит. Найдете, отлупите его хорошенько.

— А как же вы…

— У меня еще есть дела на сегодня. До встречи.

Перед тем, как покинуть TownBell, я успел услышать брошенную кем-то из сотрудниц фразу: «…с такими страшилищами ходит…».

Глава 13

В такси я тихо спросил у Химари, сидящей со мной на заднем сидении:

— Слушай, а как у охотников с соблюдением человеческих законов? А то вот так бумажку прилепишь охранникам в банке — бери не хочу.

— Все просто, милорд. Коли для сражений с аякаси — можно хоть к императору врываться во дворец. А коли для себя — Якоин не дремлет. Слыхала, после них нераскрытых дел не остается.

Печально, но вполне логично. Следующая ближайшая отметка носила весьма информативную приписку «Фу волосы». Фу — это имя или выражение своего отношения? Не будем пока тревожить Гинко звонками, сами разберемся. Таксист высадил нас возле обычного четырехэтажного квартирного дома. На первом этаже располагался продуктовый магазин и салон красоты, привлекающий яркими витринами и плакатами.

— Наверху, милорд, — понюхала воздух бакэнэко. — Но думаю, приметили они нас. Слишком ваша аура сияет.

— Ясно. Ну пойдем знакомиться.

Вход на крышу с четвертого этажа был закрыт, но один удар Ясуцуны исправил это недоразумение. Мы осторожно высыпали на крышу, заполненную почему-то щебнем. По углам стояли кадки с деревцами — видно было, что на крышу частенько заходят. А в дальнем конце стояла деревянная беседка, сейчас занятая тремя… четырьмя существами. Тянуло чем-то приторным. Не боятся нас, это плохо. Мы приблизились: чуть впереди кошка, Айя сзади меня.

Ба, да они ж бухие! Алкоголем разило за десяток метров. Слева на скамейке сидела красивая молодая девушка в традиционном кимоно голубого цвета. Длинные пышные фиолетовые волосы на конце окрашивались ярко-красным и собирались в пучки с крючками. Рядом с ней лицом на столе лежала девушка с еще более длинными черными волосами в каком-то светлом длиннополом платье. Справа же на скамейке развалилось стремное существо — с женской головой и руками, но со змеиным телом и хвостом вместо ног. Ее темные волосы словно маленькие червяки дрыгались из стороны в сторону. Четвертый собутыльник являл собой какое-то непонятное животное — ростом по колено, с узловатыми когтистыми руками и длинным острым птичьим клювом. Сейчас это существо стояло на столе и с трудом удерживало большую бутыль, наполовину заполненную жидкостью явно алкогольной принадлежности. По-видимому, птица стояла на розливе.

— Оу, охотник! Выпьешь с нами, и-и-к?! — проговорила змея с улыбкой, полной кинжальных зубов.

— Что за сборище алкоголиков и тунеядцев? — спросил я Айю.

— С волосами-крюками — хари-онна, с ней — футакуччи-онна. Змееженщина — нуре-онна, с бутылкой — кама-кири.

Память Юто что-то такое выдавала по ассоциациям, но мутное и недостоверное. Понятно одно. Фу — это не имя, фу — это «Фу-у, волосы!». Все три женщины-аякаси имели длинные шевелящиеся прически. Хари-онна держала парой своих крюков плошку с прозрачным саке.

— Какой приятный молодой человек, — грудным голосом пропела хари-онна, чуть распахивая кимоно и оголяя край соблазнительного бюста.

— Ныя-я-я! (убью!) Прикройся шмакодявка! — зашипела бакэнэко.

— Тихо вам!

— А-э, что такое? — подняла заспанное лицо футакуччи-онна. — О, парниша, хочешь классный ми*** тебе сделаю?

Аякаси повернулась к нам затылком, волосы на голове разошлись в стороны, являя вторую огромную пасть, полную острых зубов.

— Жрать! Хочу жрать! — громко заявило дополнительное ротовое отверстие футакуччи-онны. Твою налево! После такого реально импотентом можно стать.

— Ах ты ма*** волосатая, как с милордом разговариваешь? Сейчас налысо остригу вас Ясуцуной! — натурально взъярилась кошка, раскрывая свою демоническую ауру и вытаскивая катану.

— Тише, Химари, — остановил я без особого энтузиазма. Что-то совсем не уважают охотников местные.

Однако результат был впечатляющим. От ауры бакэнэко аякаси в беседке встрепенулись, подобрались и даже частично протрезвели вроде бы. Существо кама-кири грохнулось в обморок. Ценную бутыль успела подхватить хари-онна своими волосами.

— Дамы, позвольте представиться, Амакава Юто к вашим услугам. Сейчас у нас не так много времени для разговоров, но как-нибудь мне бы хотелось с вами побеседовать.

— Что тебе надо, охотник из клана Амакава? Пришел прогнать нас?

— Нет. Ко мне поступила информация, что вами заинтересовался четвертый отдел. Вам следует сменить место попоек. И не нападайте на людей. Узнаю, сотру с лица земли. Все ясно?

— Более чем, — обронила змеиная нуре-онна. — Не твоя ли оками здесь недавно вынюхивала, экзорцист?

— Да-а, в общем, произошла утечка информации из моего клана. По возможности передайте знакомым, чтобы сменили места обитания.

— Мы поняли. Меня зовут Амамия. Тебе налить, Юто-сан? — спросила хари-онна, наиболее привлекательная из троицы. — Присоединяйся, мы не съедим тебя.

— Хсшас-с, — раздалось кошачье шипение.

— Я пас. Смотрите, как бы вас самих не съели. Если что, обращайтесь.

Когда мы спускались по лестничному пролету, Химари заметила:

— Надо было проучить их, милорд. Аякаси токмо силу уважают.

— Пожалуй, ты права. Но нам еще кучу мест надо объехать.

Следующим пунктом назначения оказалось медицинское учреждение среднего пошиба с пометками к двум аякаси: «марлевый стручок» и «несет спиртом». Мы с Химари еще не выйдя из машины почувствовали, как несколько аякаси улепетывают со всех ног прочь от нас.

— Милорд, убегли… — выказала очевидное кошка.

— Мда. Поехали дальше тогда.

— Амакава-сама, — неслышно подкралась Айя. — Как мне кажется, лучше если мы с Химари сами оповестим аякаси. Вашу ауру видно издали.

— Вы правы. Сейчас не лучшее время для тренировок в скрытности, — я устало размял спину. — Химари, покажешь мне потом, как прятать ауру.

— Няэ! (есть!)

— Так, смотрите. Улыбающейся рожицей показаны условно добрые аякаси, насколько я понял. Восклицательный знак — значит сильные. Перекрещенные кости — злобные аякаси, к ним можете не ходить, пусть четвертый отдел разбирается. Грустная рожица — другие охотники, к ним тоже не лезьте. Айя, тебе карту оставить?

— Я перепишу часть адресов слабых аякаси, карту отдам Химари.

— Окей. Вы сами или вам такси вызвать?

— Сами, милорд. В темноте по городу проще простого прыгать.

— Добро. Сильно не усердствуйте. Завтра с утра вместе навестим оставшихся.

— Не извольте волноваться, милорд. Ваша полезну кошечка предупредит всех аякаси!

Обняв на прощание удивленную Айю и довольную Химари, я вернулся в поджидавшее такси и наказал трогать к дому. Эх-х, вот и мои последние кровные йены. Может и правда фокусы в переходе показывать?

Гинко уже возлежала в человеческой форме на диване. Я спросил дежурившую рядом Сидзуку:

— Как она?

— Раны закрылись, я напоила ее теплым молоком. Оками сильно истощена и потеряла много крови, но через неделю оклемается.

— Спасибо! Ты лучшая лоли на свете!

— Помогать аякаси мой долг, нано, — улыбнулась Сидзука. — Что четвертый отдел?

— Часть духов мы предупредили, повстречались с группой их сотрудников. Якоин не соврала. Завтра будем обходить оставшихся. Амамия, хари-онна, ничего так, красивая.

— Красивая-с-с-с?! — зашипела мизучи.

— Но до моей лоли ей конечно далеко.

— Так-то лучше. Нано. Сейчас накрою ужин, иди мойся. Нет, не так. Подожди, отвернись.

Я выполнил просьбу, и через минуту меня окликнула сзади Сидзука. Кхех, мизучи сидела в позе на коленях в одном единственном фартуке на голое тело:

— Дорогой, что сначала предпочтешь: поужинать, принять ванну или может быть ме-ня? — раздался мелодичный приятный голос.

— Принять душ. Один.

— Тсч.

Быстро умывшись и закинув в себя пищу, очень вкусную, между прочим, я засел за ноутбук в своей комнате. Часы показывали только девять, однако я был выжат как лимон. Света на донышке. Делать ничего не хотелось. Вяло прошерстил интернет, скачал себе песенку на рингтон. Нетривиальная задача для американо-японского сегмента мировой сети. С пиратскими файлохранилищами, обменниками и прочим здесь боролись нещадно. Вот где бы пригодился доступ в русскоязычную зону. Правда, гложут сомнения, найду ли я в этой альтернативной России что-то кроме катюши, калинки-малинки и гимна Империи.

Постойте. Наверняка есть куча русских мигрантов из великой могучей. И они вполне могут держать сайты на нескольких языках. Раскладка клавиатуры не позволяла мне писать на чем-то окромя японского и английского, поэтому я скачал себе специальную программку для печатания на любом языке мира. Вот только мне резко разонравилась идея написать запрос на русском. Эта Хитсуги Якоин, везде сующая свой нос, что она подумает, если Юто Амакава вдруг покажет отличные знания иностранного языка, которому никогда не обучался? Ладно, овчинка выделки не стоит. Сначала озаботимся собственной информационной безопасностью. Хм-м, трех антивирусов хватит, я надеюсь. Эх, ведь наверняка эта кухихишница имеет доступ к провайдеру. Туда антивирь не влепишь. Пофиг. Спать. Надо еще у Химари амулетов попросить для анализа, после того как духов обойдем… Пешком что ли придется ходить? Или у Ринко денег в долг взять? Или снова скакать на руках у бакэнэко аки принцесса? Утро вечера мудренее… надо бы дверь запереть, а черт с ним…

— Ня-няу унняка нья муррмяэ ня-ниэ-мя… (Сильные аякаси, не смешите мои некомими…) — протянула бакэнэко, рассматривая ночной город с крыши пятиэтажного здания.

Ну ладно, Химари призналась самой себе, что последний нуэ, аякаси-химера, сопротивлялся весьма успешно и сильно потрепал ее. Е-кай обитал в подвале одной заброшенной фабрики на окраине Такамии, умел распадаться черным облаком, уклоняясь от атак. Хорошо, что фирменная особенность насылать смертельные болезни не работала на бакэнэко. Ну и мерзкая же тварь. И слушать ничего не стала, сразу напала. С головой обезьяны, лапами льва, телом тануки и змеиным хвостом — аякаси выглядел пародией на зверя. Не то, что кошки — благороднейшие и красивейшие существа из всего животного мира. Нет, не только животного, а вообще, лучшие создания на планете!

Но предыдущие духи сразу в пояс кланялись, только узнав ауру бакэнэко. Либо бросались наутек. Так что особых проблем не возникло. Химари устало зевнула. Завтра еще предстоит много дел, и она не должна клевать носом, сопровождая милорда. Домой, выпить чашку молочка, урвать пару часиков, полизать шейку милорда, мрям-м. Еще бы змеюка не путалась под лапами…

Сидзука почувствовала приближение знакомой ауры, и осторожно вынырнула из постели Юто. Внизу возле освещающего пространство холодильника гремела чем-то Химари. Только трепыхающийся хвост бакэнэко виднелся из-за дверцы.

— Кошка.

— Мизучи! Где молоко?!

— Гинко выпила.

— Ня-и?! (че?!)

— Там сок есть.

— Не нужен мне дурной сок. Устала сильно я и буду спать у милорда. Попробуй только помешать мне!

— Я уже свое получила, нано, — зевнула девочка. — Можешь идти, кровать я нагрела.

— Ня-и-и?! (че-е?!)

— Кошка! Оставляю дом на вас с конвертом. Смотри, пропустишь нападение на Юто, потом сама прибью тебя.

— Я Багровый клинок Ноихары. Мимо меня и мышь не проскочит!

— Ну-ну. Знаю я тебя, будешь дрыхнуть без задних ног. Постараюсь вернуться к утру. Нано.

— Куда соб… — начала спрашивать бакэнэко, однако мизучи уже и след простыл.

Если бы сторонний человек наблюдал сейчас один небольшой пруд в лесной глуши в северной части Японии, то сильно удивился. Сначала небольшой ручей вдруг резко прибавил в ширине и влил в водоем солидную порцию воды. После чего пруд забурлил, и в центре появился аккуратный водоворот, поднимающий вверх грязь, ил, камни и большой деревянный сундук, клепаный железными полосами. Вокруг действа настороженно крутились крохотные светящиеся голубые огоньки, на безопасном расстоянии держалось несколько маленьких змеек. Вскоре сундук выбросило на берег, а из воды показалась маленькая девочка с зелеными волосами.

— Простите, что так долго не навещала, — обратилась мизучи к огонькам и змейкам. — Со мной все в порядке. Нет, вам пока лучше остаться здесь, вы слишком слабы. Что? Сюда кто-то приходил?…Кагецуки! — резко вскинулась девочка.

— Заметила, — из зарослей выступил большей черный журавль.

— Что ты тут делаешь-с-с? — прошипела мизучи.

— Я знал, что ты что-то прячешь, поэтому решил проследить за твоими миньонами. И действительно, вот ты уже тащишь экзорцисту свои побрякушки. Но… я не чувствую света подчиняющего… Неужели Амакава научились обходить сей недостаток?

— На мне нет света, нано. И никогда не будет. Тебе ясно?

— Почему ты с ним еще не разобралась?

— Хватит. Если кто-то из аякаси тронет охотника, то будет иметь дело со мной.

Несколько водных струй в один миг разделали гнилое дерево сундука и тонкий металл. Внутри оказался прочный непромокаемый многослойный мешок.

— Даже так… Я передам совету. Очень жаль, что такая сильная е-кай попала под влиянием охотника.

— Кагецуки, не желаешь вступить в клан Амакава, а?

Журавль удивленно распахнул глаза.

— Хотя ты все равно бесполезен для Юто, нано. Только и можешь, что расхаживать с пафосным видом, да пугать маленьких девочек.

— Я посмотрю на поведение Амакава.

— ? — Сидзука с интересом взглянула на Кагецуки.

— Раз ты за него поручилась, змея, ему можно доверять…

— Так что стоишь?! Помоги с мешком! Мужик ты или кто?!

— Я журавль… — как-то безнадежно проговорил аякаси, без энтузиазма помогая распределить поклажу.

Я повернулся на бок, схватившись рукой за что-то мягкое. Слегка сжал.

— Нья-я… (а-ах…)

Сжал сильнее. Помассировал, не открывая глаз. Положил другую руку на вторую грудь.

— Нья-я! (а-ах!)

Вжи-х! Рядом с моим ухом что-то просвистело и воткнулось в стену.

— Амакава-сама, молодая госпожа просила меня предотвращать любой разврат в этом доме.

— Облом.

— Я вас не разбудила, Амакава-сама?

Фугурумо Айя сидела за столом, еле слышно щелкая мышкой ноутбука.

— Конверт, свали отсюда! — раздалось от кошки.

— Если таков приказ Амакава-сама…

На часах только шесть утра.

— Вроде выспался, — бодро пропел я, потягиваясь.

Химари в своей белой юкате мило терла глаза кулачками:

— Милорд, дозвольте своей усталу кошечке еще часик понежиться. Вельми набегалась вчерась.

— Конечно, отдыхай, героиня!

— Мря-м! (ура!)

Кошка зарылась под одеяло, а я позвал Айю вниз. Не забыв очень тщательно проверить карманы на наличие постороннего нижнего белья. Однако Сидзука дважды не стала повторять один и тот же трюк, что несколько нервирует из-за ожидания новой пакости и одновременно заставляет чувствовать бодрящий азарт. Гинко уже обреталась возле холодильника на своих двоих. Стоял жуткий чавк.

— Гинко-сан, вам еще нельзя твердое. Я приготовлю бульон! — высказалась конверт.

Выглядела волчица исхудавшей, взъерошенной, но весьма активной.

— Сама жуй бульон. Мне нужно мясо! Юто-сама!

Я вытянул руки, дабы притормозить с объятиями любвеобильной оками, однако ладони уткнулись в две мягкие подушки, не меньшего размера, чем у Химари. Гинко застонала. Кзы-ыть! Между нами в пол вошел кривой ятаган. Я кое-как отцепился от волчицы.

— Вам что тут, медом намазано? Что вы все ко мне лезете?

— Вы охотник и принимаете нас.

— И?

— Этого достаточно, Юто-сама. Ведь больше нет в Японии никого, кто примет нас полностью в нашем истинном обличье.

— А другие охотники, маги?

— Шарахаются словно от зверя чумного, — поникла оками.

— Допустим. А-а, зачем так активно выражать свою любовь?

— То есть инстинкты, против них не попрешь…

— Постой-постой. Что за инстинкты? Давай, по порядку, — я сел в кресло. — Может ли аякаси забеременеть?

— Не все виды, но многие, Амакава-сама, — ответила Айя.

— Аякаси от человека?

— От обычного — нет, — Гинко начала ожесточенно чесать у себя под майкой. — Вернее, есть легенды разные, но достоверно неизвестно. Вот если человек с сильной аурой, то возможно — коли и аякаси обретет человекоподобную форму.

— Дайте подумать… У меня сильная аура, иммунитет от давления аякаси… Так получается, вы видите во мне полового партнера?

— Истинно так, Юто-сама! Вы вельми с аякаси схожи. Мы ведь чувствуем настрой друг друга, если не скрываться. А вы к нам хорошо относитесь. Единственный из охотников. Еще Генноске-доно добрый к нам был.

— Чую, жениться мне надо. И чем быстрее, тем лучше.

— Породниться с великим кланом будет мудрым решением, — добавила Айя.

— Хм-м, и что за чудо уродится от союза аякаси и человека? — спросил я, открывая свой дневник и тщательно конспектируя новую информацию.

— Щенки славные будут, Юто-сама!

— Кха-кха, разводить волков — такого от своей жизни я не ожидал…

Айя коротко обрисовала ситуацию со слабыми духами, которых она вчера успела посетить. Кого смогла найти и пообщаться, почти все обещали послушаться и переехать.

Я быстро опросил Гинко насчет ее задания. Оками поведала, что не успела обежать весь город. Да и далеко не всех встреченных аякаси нанесла на карту: некоторых слабых можно было и не почувствовать, а сильные хорошо умеют прятаться. Немного рассказала про битву с четвертым отделом. В начале схватки один мужчина бросил в нее амулет, который сильно дезориентировал волчицу. Самое противное, что это был один из наших родовых амулетов на основе света. Далее ее несколько раз приголубили дубинками с магией молнии. Один слабый маг бросался воздушными лезвиями. Еще двое стреляли из пистолетов пулями с начинкой из огня, пару раз задели волчицу вскользь. Когда оками обессилела, бросили один из артефактов Тсучимикадо, который и связал ее. Хоть она и говорила о том, что является вассалом Амакава, ей не поверили. Однако, возможно именно эти слова спасли ей жизнь. Я сумбурно еще раз извинился, но оками беспечно отмахнулась.

— Амакава-сама, позвольте мне также отчитаться, — попросила Айя.

— Что-то еще по вчерашнему?

— Нет, задание, что вы мне выдали раньше, — фугурумо материализовала бумажку из своего рукава и начала зачитывать. — Мой светлый самурай упокоил около двухсот низших духов дерева разных типов, также примерно полторы сотни цутигумо, паучьих аякаси, включая одного высшего. По пути пришлось уничтожить более трех десятков оками…

— Чее?! — оскалилась Гинко.

— Сие были полностью безумные оками…

— Тогда ладно.

— В Песках я успела упокоить около пяти десятков сасори, скорпионьих аякаси. Выполнила тринадцать заданий по доставке и поиску предметов. Мной, как представителем клана Амакава, были налажены дружеские отношения с деревнями Бертольд и Лагранжье. Вскорости планируется перебазироваться в город, когда накопится достаточно золота на новую экипировку. Отчет закончила, фугурумо Айя.

— Э-э, ну ты отлично поработала Айя. Продолжай в том же духе, — ничего другого, кроме как похвалить, мне не оставалось.

— Амакава-сама, к дому кто-то идет, — насторожилась конверт.

Я прислушался к свету. Да, аякаси недалеко. Веет чем-то незнакомым, птичьим что ли. Больше никого рядом нет.

— Вроде бы он не особо сильный. Если что — отступаем, будим Химари. Пойдем посмотрим, кто пожаловал в гости.

Мы вышли на передний дворик и стали высматривать посетителя, не заставившего себя долго ждать. Из-за забора соседнего дома показалась сутулая фигура с мешком за плечом. Молодой мужчина на вид, белая рубашка, черные волосы. Как-то он странно передвигается… Носит из стороны в сторону, шатается. Выглядит очень усталым и неопасным.

— Задохлик, — резюмировал Гинко, жуя шмат колбасы.

Словно подтверждая оценку оками, незнакомец грохнулся в обморок, не дойдя немного до калитки. Мы поспешили к нему на помощь.

— Вы как?

— Амакава… Змея ушла проведать лесных духов… просила принести это тебе…

— Благодарю! Давайте я помогу вам.

Я подхватил легкое тело аякаси под руку и потащил в дом. Гинко с Айей схватили тяжелый бренчащий мешок.

— Кагецуки — мое имя.

— Амакава Юто.

— Сидзука сказала, что я могу к вам присоединиться…

— А от вас будет польза, Кагецуки-сан? — протянул я с сомнением.

— Я не такой сильный как мизучи, но могу быть полезным. Часто бывал среди людей.

— Ладно, раз тебя направила сюда Сидзука, думаю мы договоримся. С присягой и прочим обождем.

Я расспросил Кагецуки, духа журавля, занес его особенности в свой дневник. Аякаси немного владел стихией воздуха — достаточно, чтобы летать самому. В общем-то и все из интересного. Айя оценила на тройбан с половиной. Не густо, ну да не бакэнэко же посылать за хлебом. Посмотрим, как он у нас приживется.

Разрезать наглухо запаянные емкости мы не решились. Вскоре приползла Сидзука — уставшая и сонная. Рассказала немного про своего приятеля, черного журавля. Разрешила резать ткань. Ну-ка поглядим, что нам принес аякасский санта-клаус?!

Две девочки подошли к калитке перед входом в дом Юто Амакава одновременно. До начала школьных занятий последней учебной недели перед каникулами оставалось еще около часа.

— Староста, что ты тут забыла?! — недовольно поинтересовалась Ринко Кузаки.

— Пришла проведать Сидзуку-тян, — поправила очки Шимомуро Ю.

— Поверь, она может за себя постоять.

— Подозрительно это все. И твое поведение тоже.

— Это клановые дела Юто, у него и спрашивай.

— Так и собиралась поступить.

Ринко решительно постучала в дверь. Беспардонно вламываться перед одноклассницей показалось неудобным. Дверь отворила Сидзука. Видно, что девочка сильно измотана. На мизучи красовался полупрозрачный пеньюар, белые трусики и любимый красный бантик.

— Кха! Сидзука-тян, в каком ты виде разгуливаешь у Амакава дома?!

— Я разве трусики забыла надеть? Хм, на месте, нано…

Мизучи сонно зевнула и потерла слипающиеся глаза.

— Мы подняли тебя? Прости, Сидзука-тян.

— Нет, я еще не ложилась, нано. Всю ночь трудилась, чтобы сделать братику Юто приятное…

Староста окаменела. У Ринко задергался глаз. Изнутри дома донесся голос Юто:

— Моя лоли, помоги открыть мешок! Боюсь, мы можем повредить подарки.

— Ничего без меня не могут. Юто, к тебе пришли сестренка-драчунья и сестренка-в-очках.

— Драчунья?! — возмутилась Ринко.

— Ну хотя бы не «четырехглазая» на этот раз, — вздохнула Шимомуро.

— Упс, — выдал я, когда увидел выражение лиц уже бывших одноклассниц. — А мы тут подарки от санты распаковываем.

«Врезать» гласила физия Ринко. «Кастрировать» говорило лицо Шимомуро. Совсем я завозился с мешком, даже не заметил, что кто-то пришел.

— За твое поведение Юто, я бы даже угля пожалела, — Кузаки.

— Надеюсь, там судебный ордер, — староста. — Я смотрю у тебя тут оживленно, Амакава-кун. Еще скажи, это твои клановые люди.

— Конечно нет! Не люди…

Сидзука склонилась над мешком. Аккуратный выброс магии, и посылочка раскрылась. Я с энтузиазмом перевернул мешок, намереваясь высыпать содержимое на пол. Тяжеленный блин! Повалили какие-то блестящие железяки.

— Бву-ух! — на пол упала здоровенная металлическая штуковина.

Я думал реально поседею тут. По паркету катилась настоящая боевая мина с виднеющимися символами US. Или бомба, не разбираюсь в этом.

— Сидзука!! Откуда это?!

— А? — с закрывающимися глазами вяло ответила мизучи. — Не знаю, наверное, после второй мировой нашла.

— Айя, ты можешь это съесть?!

— Я-я не хочу это есть, Амакава-сама. Но если вы прикажите…

— Кагецуки!

— Э?!

— Вот тебе вступительное задание. Убери эту штуку из города. Хоть на Фудзи забрось. Как Фродо Беггинс. Главное — избавься от нее.

— Понял, Амакава-сан, — убито произнес журавль, и схватил мину подмышку.

— Амакава Юто, тебе лучше объяснить, что здесь происходит, — серьезно произнесла староста, но я отмахнулся.

Далее мы с Айей и Гинко действовали более осторожно. Через несколько минут в гостиной моего дома лежала приличная горка из старых часов, зажигалок, медалей и прочего хлама, а также золотых цепочек, серебряных медальонов и множества колец. Благородные металлы и несколько драгоценных камней волнительно сверкали на утреннем солнце. Со словами «моя прелес-сть» я обхватил сокровища руками. Ух-х, заживем теперь!

САМБА-2. Цукумогами и я

Глава 1

— Моя лоли, дай я тя расцелую!

— Я тебя сама щас «расцелую»! — взъярилась Кузаки.

— Ринко!

Я подхватил возмущенную подругу детства и расцеловал по-брежневски, только без контрольного засоса в губы, ограничившись лбом. Настроение было превосходное.

— Староста! — повернулся я.

— Не подходи ко мне Амакава! Маньяк-извращенец!

— Нано! Ты меня собирался поцеловать!

— Конечно!

Сидзука сильно старалась подставить мне губы, но я умело уклонился, пройдясь по щекам и лбу.

— Иди отдыхай.

— Без меня не уходите, нано-о…

— Амакава-кун, ты сильно изменился, — проговорила Шимомуро.

— Вот-вот. Где тот тихий и спокойный Юто, которого я знала? — вздохнула Кузаки.

— А-а, сейчас объясню.

Я сбегал в свою комнату и взял амулет. Химари проснулась и потянулась вниз со мной. Я передал уже давно потухший артефакт Ринко.

— Это же оберег твоей бабушки?

— Да. Он скрывал мою ауру от демонов, заодно и стирал детские воспоминания и серьезно вредил психике. Вообще, я сейчас должен быть на полголовы выше ростом, как минимум!

— Но зачем это твоей бабушке?

— Это личные дела клана. Староста, ты спрашивала, что происходит? Можете взять почитать мои научные труды по аякаси. Только из дома не выносить.

— Почему ты мне ничего не рассказываешь? Про бабушку, про этот клад? Кто такой Кагецуки? — завалила вопросами Кузаки.

— Вы несовершеннолетние, и я не имею права вас во все это втягивать. Исполнится двадцать, можете подавать резюме моей секретарше.

— У тебя и секретарша есть?

— Будет. Айя, ты сможешь съесть сокровища? Есть место?

— Да, Амакава-сама.

— Отлично. Поищи в интернете организации по торговле драгоценностями. Когда Кагецуки вернется, будете вместе с ним заниматься сбытом. Наверное, часть в качестве налога отберут, ну да ладно. Пусть их оценят, проведут аукцион, следите, чтобы не обманули. Можете нанять какого-нибудь опытного специалиста для перепроверки. Часть заложите сразу после оценки — деньги нужны срочно. Справитесь?

— Да, Амакава-сама, — конверт тщательно законспектировала мои приказы.

— Ринко! Дашь денег в долг?

— Э?

Я метнулся к кучке и выудил оттуда красивый серебряный браслетик. Вроде чистый.

— Я тебе почти никогда ничего не дарил. Вот, держи.

— Спасибо, Юто! — улыбнулась Кузаки.

— Староста, нечего косить глаза, не заслужила. Химари-сенсей, пойдем тренироваться! У нас еще куча дел сегодня.

— Няэ! (есть!)

Мы с кошкой вышли на небольшой задний дворик, заросший высокой травой. Возле забора уже начинались настоящие заросли. Черт бы с ним — все равно в Ноихару буду перебираться. Бакэнэко сразу принялась командовать:

— Милорд, вам надобно обучиться ауру свою прятать. У Генноске-доно плохо получалось сие. Но ваша сила пока не больно слепит. Коли постараетесь, никто сыскать не смогет.

Химари села на веранду, свесив ноги.

— Ложитесь головой сюда, милорд.

— Хм, это точно обязательно?

— Верьте своему сенсею, милорд.

Я лег на веранду, положив свою голову на колени бакэнэко.

— Постарайтесь спрятать свет изменяющий. Не дайте выйти ему из своего тела. Сообщу я, когда будет получаться.

Не слишком подробное объяснение, впрочем, на большее и не рассчитывал. Закрыть глаза, отрешиться от теплых и близких ножек Химари, от нависающих…

— Сенсей, ваши молочные железы мешают сосредоточиться! Кстати, аякаси могут давать молоко?

— Пока ваша славну кошечка неспособна на сие. Но коли милорд постарается, помнет как следует…

— Тьфу. Не отвлекай.

— Юто! Вы чем тут занимаетесь?! — как всегда вовремя появилась подруга детства.

— Ринко, а ну свали в туман! Иди в школу, я занят.

Задняя дверь дома громко хлопнула. Кузаки убежала.

— Расстроили вы человечку, милорд.

— Пусть так, целее будет. Надо поговорить с ней по душам.

— Думала я, что вы к ней чувства питаете.

— Так и есть. Как и к старосте. Они мне симпатичны, не более. Но я не смогу дать Ринко то, что она так желает. Все, помолчи.

Свет откликнулся достаточно легко. Хотя неправильно говорить о нем, как о чем-то чужом и далеком. Магия — часть меня. Как рука или кровь. Я могу ей пользоваться, выпускать, придавать форму, считывать данные как с датчиков. Скорее всего, меня видят, поскольку я испускаю сильные магические излучения в окружающую среду. Любопытно, нет ли каких-то последствий для тех кто рядом? Как-нибудь проверю. Сейчас — надо притушить свечение своей ауры. Не выпускать из тела? Попробуем-с.

Фиг там! Словно воду решетом ловить. Чувствую, как магия выходит из меня мельчайшими порциями — из всех щелей. Так, попробуем накрыть себя коконом…

— Ньяха! — крикнула кошка.

Я подорвался, развеивая полог света. Ноги Химари в том месте, где я лежал, покраснели как от ожога. Моя футболка в паре мест обзавелась дырочками. Хорошо хоть волосы себе не спалил.

— Извините, сенсей.

— Неудача — есть верный признак обучения.

Ага, или показатель врожденной криворукости. Бакэнэко изогнулась и принялась лизать собственные пораненные ножки. Гибкая, как кошка. Она и в клубок сможет свернуться наверняка. Я сел на веранду рядом. Значит, не то. Больше похоже на защитное заклинание. Если атака будет направлена со всех сторон, пригодится. Как же мне заставить свет прекратить испускать свои демаскирующие лучи?

Хмм, а что если загрузить свою ауру работой? Может тогда излучение уменьшится? Как бы свою ауру в фарш не превратить. Поэкспериментируем с пальцем для начала. Я закрыл глаза и внимательно прислушался к энергетическим токам мизинца на левой руке. Тоже испускает, падлюка. Так, теперь направим эти лучи обратно в свою ауру. Вроде что-то получилось, и даже не больно. В мизинце появились закольцованные завихрения, похожие на солнечные протуберанцы. Хех, я есть солнце — целая звезда, ни много ни мало. Однако держать мизинец оказалось непросто: более мелкие лучики не удавалось соединить в единое кольцо, приходилось генерировать новые протуберанцы. Держать становилось все сложнее и сложнее…

Ладно, испробуем на более мощных излучениях, которые находились в груди и голове. Собрав множество пучков света, я сформировал широкий мощный полу-бублик.

— Милорд! Получилось у вас! Чуть слабее стали ощущаться!

— Тяжело контролировать. Чуть отпустишь, сразу распадаются.

— Тренируйтесь, милорд, вы на пути верном!

Следующие два часа с перерывом на завтрак я потратил на тренировки в скрытии. Химари заявила, что теперь я стал не как яркий костер в ночи, а колеблющаяся свеча. В половине десятого решил прекратить, поскольку существенного прогресса за короткое время уже не смогу добиться. С подсказки кошки я откопал у Айи в закромах внушительный охотничий тесак с ножнами. Никаких проблем с наполнением лезвия светом не возникло. Клинок позволял концентрировать магию в одной точке. И если разреженное заклинание лишь слегка подпалит шкуру, то точечный удар мечом света может резать камни. Правда Химари заметила, что я еще слишком медленный, чтобы на равных противостоять даже средним духам. Короче, учиться и учиться, пахать и пахать.

Я позвонил Кабураги и договорился, что вечером к нам в дом приедет группа, которая зарегистрирует аякаси Амакава, а до тех пор патрули четвертого отдела будут предупреждены о дружественных духах в городе. Сначала жучара хотел, чтобы мы сами явились к ним в лаборатории, только фиг ему.

Вернувшийся из «Мордора» Кагецуки отрапортовал об успешном выполнении миссии: бомба сброшена в жерло Ородруина, то бишь утилизирована. После журавль с конвертом ушли на переговоры с компанией, которая занимается проведением аукционов, а также предоставляет услуги по оценке предметов искусства и просто дорогих вещей.

На столике в гостиной виднелась стопка денег.

— Ринко оставила, Юто-сама, — объяснила Гинко.

— Вот как. Мда, нехорошо получилось. Ладно, оками, набирайся сил. Если здоровье позволит, сходи в магазин за съестным. И не трать все на мясо. Моя лоли, пора вставать!

Сидзука спустилась в гостиную, надев на этот раз милый розовый верх с пухлыми короткими рукавами и зеленые шортики с сандалиями. Наверное, из воды.

— Я распределил оставшиеся места, в которых нам надо побывать сегодня. Моя лоли, вот твой список. В основном слабые аякаси. Мы с Химари пройдемся по оставшимся. Не забудьте предлагать работу, если попадутся незлобливые и полезные.

— Нано. Ты будешь один с кошкой? Лучше меня тебя никто не подлечит, случись чего.

— Верно. Но аура бакэнэко сразу настраивает аякаси на нужный лад. А тебя без охотника рядом и так будут слушать.

— Ладно. Но ты мне купишь мороженое за это.

— Одну штуку. Или ты меня совсем по миру пустить собралась? Когда будут деньги от продажи сокровищ, тогда посмотрим насчет оптовых закупок. Возможно наладим постоянный канал с фабрикой мороженого. Почему ты сама их не продала?

— А смысл? В городе нам нельзя жить, нано. Только вечно прятаться от охотников.

— Зачем собирала тогда?

— Скучно было, нано. Знаешь ли, аякаси не все время бегают по лесам и горам. У некоторых масса свободного времени. Чтобы развеять скуку многие приобретают странные хобби, другие нападают на людей и экзорцистов, третьи едят духов, некоторые даже идут служить охотникам, вот.

Мы втроем вышли во двор дома.

— Машина минут через пять будет, — поведал я кошке со змеей.

— Тогда я пошла, нано. Не делайте глупостей.

С этими словами мизучи опала водными струйками. И правда ненастоящая одежда. Чуть выждав, я повернулся к бакэнэко:

— Наконец-то мы остались вдвоем, Химари!

— Мря-м! (ура!)

Я приблизился, обнял кошку за талию и начал поглаживать руками.

— Теперь, когда этой змеи нет рядом, мы можем немного пошалить…

Бакэнэко пришла в сильное возбуждение, не замечая едва ощущаемое присутствие одной знакомой ауры. И когда на нас обрушился ледяной водопад, кошка была явно неготова. Я же отпрыгнул в сторону и на всякий случай прикрылся светом как зонтиком.

— На-уя?! (что за?!) — воскликнула промокшая бакэнэко.

— Нано-с-с! Что вы себе позволяете-с! Нано-нано!! — материализовалась рядом очень сердитая маленькая змейка.

— Аха-ха, видела бы ты свое лицо, моя лоли. Я заметил, что ты недалеко ушла. Просто небольшой дружеский розыгрыш…

— Так значит, ты у нас любитель розыгрышей! Сейчас я тоже тебя разыграю!

От холодного душа уйти так и не смог. Чуть погодя Сидзука смилостивилась и высушила нас с кошкой. Подъехало такси. Зато лужайку поливать не надо.

— Я еду с вами, нано.

— А как же помощь духам?

— Вы и так весь город взбаламутили. Если аякаси до сих пор не в курсе, значит нечего им делать в Такамии. Здесь либо ты умеешь прятаться и следить за слухами, либо тебя быстро упокоят.

— А кто-то говорил, что помогать духам — его долг.

— Я не могу вас отпустить вдвоем, нано! Или мое общество тебе неприятно?

— Окей, поехали вместе, — ответил я, стараясь не смотреть на большую сосульку, формирующуюся рядом.

Держать ауру свернутой — задача не из легких. Чувствуешь себя Цезарем, делающим десяток мелких дел одновременно. Чуток отвлечешься, закольцованные образования разворачиваются, и свет начинает течь как ему вздумается. Как и предсказала Сидзука, большинство духов успели свалить с разведанных точек. В первых трех позициях не нашли ни следа аякаси. Четвертая оказалась в парке — в хорошо знакомом нам месте.

— Здравствуйте, Киннаро-сан, — поприветствовал я большой камень.

— Амакава… Мизучи?! Что ты делаешь вместе с охотником?!

— Жду удобного момента. Все никак не находится, нано.

— Значит слухи не врали — ты предала нас. Экзорцист, так и знал, что от тебя будут проблемы. Ты неплохо научился скрывать ауру… Скоро совсем незамеченным сможешь подкрадываться, чтобы резать духов…

— Постой!

— Если хочешь найти вассалов, тебе следует идти в Кагосаки, охотник. Прощайте.

Камень провалился под землю, не оставив за собой ни воронки, ни следа от своего пребывания. Даже трава словно никогда не была примята.

— Э-эх, а казался весьма перспективным малым. Надо будет поискать, что там в Кагосаки.

— Аякаси не доверяют охотникам. Хотя Киннарохороботтчи мне самой не нравился, — высказалась Сидзука.

— Фантастика! Как ты запомнила его имя?

Еще пять точек оказались пустынны в плане потусторонних обитателей. Следующая непроверенная позиция характеризовалась весьма забавной пометкой от Гинко: два нарисованных рядом кружочка с точками посредине. И, если бы кто-то не понял сей знак, добавлена поясняющая подпись «сиськи». Я предвкушал нечто необычное, волнительное и напряжное. Кафе «Relish» располагалось не так далеко от нашего дома, можно было и пешком дойти.

Судя по вывескам заведение славится своими чайными напитками, пирожными и сендвичами. Через стекла можно было заметить в основном женский контингент. О, промелькнула официантка в форме горничной. Моя концентрация по скрытию света на секунду слетела, и официантка потерянно заозиралась по сторонам. Пойдем внутрь.

— Добро пожа… — горничная-блондинка с выдающимися женскими прелестями и яркими голубыми глазами осеклась. — Нет! В-вы пришли убить меня, четвертый отдел?

Аякаси находилась в панике. А ведь от нее почти не пахло ничем. Умело прячется, так бы мог и не заметить.

— Нет-нет, мы не из четвертого отдела. Меня зовут Юто из клана Амакава.

— Ама-амакава-сама, вы пришли убить меня?

— Успокойтесь, мисс, мы не причиним вреда.

— П-правда?

Что за милая официантка. Умело аякаси мимикрируют под людей.

— Даю слово. Если вы не вредили людям и другим мирными аякаси, то у меня нет причин враждовать с… Могу я узнать ваше имя, прекрасная горничная-сан?

— Ну-я?! (Что?!) — зыркнула на меня Химари.

— Твои штуки слишком большие, нано.

— Лизлет Эл Челси, — улыбнулась официантка, не слушая моих спутниц. — Владелец кафе позволил мне здесь работать. Это единственное убежище, что у меня есть. Амакава-сама, это правда, что четвертый отдел узнал о нахождении всех духов в Такамии?

— Положим, не всех, но про вас им известно, Челси-сан.

— Ох, что же мне делать, Амакава-сама? Куда пойти? Я ведь простая хрупкая цукумогами, дух предмета, как мне защитить свое истинное тело?

— А разве вы с телом не являетесь одним целым?

— Ой, что это я вас держу на пороге? Господин, госпожи, прошу вас, проходите за столик, — спохватилась Лизлет.

Мы сели за свободный стол в небольшом удалении от остальных посетителей.

— Что будете заказывать?

— На ваше усмотрение, Челси-сан.

— Как пожелаете.

Аякаси удалилась.

— Милорд, уж не положили ли вы глаз на эту бесстыдну горничную?

— Она весьма привлекательная…

Возмутительное «нано» и «ня» раздалось в кафе, но я продолжил:

— …но это вообще нечестно, — кошка со змеей затихли, удивленные таким переходом. — Люди стараются, кучу усилий и денег изводят, чтобы выглядеть красиво. Либо некоторым очень повезло уродиться с модельной внешностью. А что вы? Вылепили себе тело, смазливое личико и грудь по вкусу, и не паритесь. Чи-те-ры.

— Милорд, мы не чи-читеры енти! Мы есть создания разумные, такие же как люди. Сии пухлые губки, шелковисты волосы, пышна грудь, длинны ножки — все ради вас, милорд! Все…

— Хватит! — я хлопнул по столу. — Ты вообще в своей жизни сделала что-то для себя, а не ради меня или Генноске?

Кошка поникла, не ожидавшая такого отпора.

— Ладно, прости, Химари, я немного переборщил. Конечно, любой парень будет рад вниманию такой красавицы.

— Простите за ожидание!

Лизлет составила с подноса по чашке ароматного черного чая и по вазочке кремового парфе с шоколадом.

— За счет заведения, Амакава-сама!

— Да… насчет твоего настоящего тела…

— Я могу в нем спрятаться, но тогда буду полностью беззащитна. Амакава-сама, правда, вы не бросите мирную цукумогами в беде?

— Интересно. У меня есть одна аякаси предмета. Она может трансформироваться в него, а вы, получается, немного иного типа, Челси-сан. Хотелось бы провести пару опытов.

— Хсш-с, я сама на тебе буду опыты ставить, нано!

— Я согласна! — молвила официантка решительно. — Я верю Амакава-сама. Вы не станете творить постыдные вещи с бедной горничной.

Та-ак, ясно. Еще одна.

— Нам не нужны всякие эро-горничные. Если Юто захочет, мы сами наденем форму служанок, — молвила Сидзука, сердито сверля блондинку глазами.

— Слыхала я, популярны служанки с кошачьими ушками, — добавила Химари.

— В общем, я действительно виноват, что ваше убежище стало известно четвертому отделу. Потому, пока вы не найдете новое место обитания, можете оставаться у нас. Также, сегодня будут регистрировать аякаси Амакава, и, если вы захотите присоединиться, мы не откажем. Единственное, работать будете уже на клан.

— Я подумаю, Амакава-сама. Все так неожиданно. Обычно я не принимаю поспешных решений, но с вами я чувствую себя в безопасности.

Ну что за святая невинность… Хотя, возможно, она видит мой настрой, чем и пользуется. Иногда мне кажется, что все привлекательные аякаси женского пола читают меня как открытую книгу.

— Цукумогами могут иметь детей?

— Я-я не знаю, Амакава-сама… Я никогда ни с кем… не была… Ой, госпожа, вы раздавили вазочку рукой. Не поранились?

— Отвали от меня потаскушка! — отмахнулась Химари.

Я сидел с краю, и Лизлет с писком спряталась за мной, после чего полезла обниматься. С данным приемом утопания в груди я был уже хорошо знаком, но поделать мало что мог, кроме уклонения назад, где сидела Химари. Горничная по-видимому не ожидала, что я посмею отстраниться от ее пышных форм, поэтому упала следом за мной. Грудь официантки таки настигла мое лицо, когда я повалился затылком на колени Химари. Кошка от неожиданности опрокинула поломанную емкость, и густое сладкое парфе заляпало наши лица…

— Искупаться захотели-с-с?! — прошипела Сидзука.

— Да блин, что за невезуха? — проговорил я, выбираясь из переплетения тел. — Меня по-любому прокляли! Да! Сегодня займусь расследованием по этому вопросу.

— П-простите, Амакава-сама.

— Ничего, Челси-сан. Это все проклятье виновато.

— Проклятье? Но я по своей воле захотела прыгнуть на вас…

— Ныя-я-я! (убью!)

— Химари, лучше постарайся сама не выглядеть безмозглой куклой! — вырвалось у меня сердито.

Кошка окончательно расстроилась. Что со мной такое? С чего я к Химари то придираюсь?

— Благодарю за угощение, Челси-сан, мы пойдем дальше оповещать аякаси.

— «Угостила» она тебя, ничего не скажешь, нано.

Я оставил цукумогами свой телефон и адрес в Такамии, и мы покинули кафе «Relish». Еще три точки оказались пусты, а дальше у нас закончились деньги Ринко, пришлось топать пешком. От всей этой беготни я уже неплохо изучил город. Прежний Юто не так много где бывал, а ведь в Такамии множество занятных мест. Есть аквапарк, зоопарк, дельфинарий, трассы для проведения ралли и мотогонок, клубы для гольфа, бейсбола и многих других видов спорта. Стадион только один, зато огромный.

Последнее место, куда мы решили зайти по пути домой — общественные бани. Я надеялся, что местный аякаси уже сбежал, но не срослось. Из здания отчетливо тянуло е-кай. Причем эманации его ауры полностью подтверждали приписку на карте. «Вонючка» даже издали испускал не слишком приятные энергетические миазмы. Как его раньше то четвертый отдел не прибил?

Внутри нас встретила добродушная немолодая распорядительница. А поскольку денег у нас не было, пришлось Химари лепить на нее подчиняющий амулет. Было бы круто получить многоразовый стиратель из людей в черном, но и так неплохо.

— Тогда я схожу в мужское отделение, вы — в женское.

— Нано. Нам нельзя разделяться. Вдруг он нападет, пока нас не будет рядом?

— И что ты предлагаешь? — спросил я, ожидая услышать какую-то дичь.

— Я знаю, как призвать этого аякаси. Мы вместе пойдем в женское отделение и быстро поговорим с ним.

— Вы хотите затащить меня в женский зал? Исключено. Я еще пожить хочу, лет пятьдесят хотя бы.

— Ты точно здоров физически? Молодые юноши твоего возраста обычно более активны, нано.

— Я же говорил, это все оберег. Не волнуйся, постепенно мое тело должно прийти в норму. Лучше пойдем в мужской зал.

— Что ты хочешь сотворить с двумя невинными девушками?! — обняв себя руками, воскликнула Сидзука.

— Милорд, не готовая я к таким вещам…

— Выпороть бы вас не помешало… Нет, я пошутил, не надо снимать шорты, моя лоли.

Но мои слова ее не остановили.

— Все равно раздеваться, нано. Или ты думал в одежде идти в баню?

— Звучит логично, но предупреждаю сразу. Мы здесь по делу, поэтому никаких ваших штучек.

— Ты тащишь двух милых девушек в мужскую баню, при этом думая о всяких извращениях, и мы еще виноваты, оказывается?

Мы зашли в раздевалку, в которой находилась пара человек. Я с интересом подождал, но никакой реакции на моих спутниц не последовало. Занятно, они их вообще не видят, или аякаси для них выглядят как молодые бисенены, смазливые красавчики? Я подошел к одному пожилому японцу.

— Простите, уважаемый, не подскажите, мой спутник не выглядит странно?

Мужчина пробежался глазами по фигуре Химари, затянутой в юкату. Щеки его заалели, однако высказал следующее:

— Вполне обычный юноша, только волосы длинные. Любите вы, молодежь, странные прически.

— Ясно-ясно, — покивал я. Мне бы тоже подстричься не мешало. — Благодарю.

Я разделся до трусов и обмотался найденным чужим полотенцем. Надеюсь, мы успеем вернуться до того, как владелец хватится. Бакэнэко тоже где-то стащила полотенце и повязала на груди. Однако длины его было недостаточно — виднелся краешек белых трусиков. Одной мизучи ничего красть не пришлось — материализовала тряпочку и все.

Внутри находилось не так много народа — двое пожилых японцев и молодой мужчина с маленьким сыном. Никто на нас не обращал внимания, кроме парнишки, что пялился на Сидзуку во все глаза.

— Пройдем туда, — направила нас повелительница водной стихии. — Залезаем.

Мы окунулись в длинный узкий бассейн в дальнем углу банного помещения. Мизучи вынырнула и целенаправленно двинулась в мою сторону.

— Я о чем говорил? И где ты свистнула мочалку с мылом?

— В бане принято мыться, нано. Хотя в совместных банях бывают и иные способы досуга. Но не при всех же. Потерпи хотя бы до дома, Юто.

— Ня-ия! — бакэнэко плавала из одного конца бассейна в другой. — Милорд, нравится мне ванная эта. Только лишних людей полно.

— Пф-ф, на что у тебя глядеть то? Вот Химари — другое дело.

— Ах так?! Смотри на меня, охотник!

Ни фига себе! Сидзука превратилась почти в копию Химари, если брать фигуру. Внушительные буфера чуть ли не выпрыгивали из-под обмотанного полотенчика.

— Мизучи! — возмутилась кошка.

— Вот-вот. Я даже чувствую, что это все ненастоящее. Думаешь, силикон сделает тебя привлекательнее?

— Хсшс-с-сш-с!

— Хватит приставать к братику Юто, давай делом займемся, — молвил я. — И лучше вернись в свою истинную форму, ты и так вполне милая, моя прекрасная лоли-сестренка.

Фальшивые выпуклости Сидзуки опали вниз струями воды. Мизучи вздохнула и стала вдруг причитать:

— Ох, грязно. Какая отвратная и грязная баня! В углах мусор, на потолке паутина, между плиткой — черный налет, в бассейне уже тина выросла, — я почувствовал приближение незнакомого аякаси. — В душе плесень, в раздевалке пыль и песок. Грязь, везде грязь! Это самое грязное помещение, что я видела в своей жизни, нано!

— Грязь, где грязь?! Вы все врете! — раздался каркающий голос.

Из вентиляционной шахты выползло маленькое красное уродливое человекоподобное существо. Посетители бани совсем не обращали внимания на него, только мальчик все продолжал пялиться в сторону Сидзуки. Узкие узловатые руки и ноги, волосатая нечесаная голова с широкой зубастой пастью. Длиннющий красный язык, волочащийся по полу и исследующий все поверхности на пути. Тело словно покрыто красной коркой из грязи и нечистот, и пахло от него отнюдь не духами.

— Фу, сгинь, дерьмодемон! — произнес я, зажимая нос.

— Вы видите меня?! Экзорцист!

— Постой, аканамэ, дух земли, мы пришли поговорить, — Сидзука укоризненно глянула в мою сторону.

— Сказал бы я чего это дух. Аканамэ, красная грязь, да? За тобой скоро придет четвертый отдел, так что лучше тебе свалить отсюда.

— Понял, экзорцист, — язык существа встрепенулся. — Спасибо за помощь. И здесь нет грязи!! — с такими словами аякаси удалился обратно в вентиляционный канал, приставив решетку обратно.

— Все! Сегодня мы больше никого не успеем обойти, да и осталось то пара мест, — я потянулся, довольный успешно выполненным делом. — Выходим! Химари, хватит уже бултыхаться, как аканамэ в проруби.

Глава 2

— Спасибо, нано, что помог мирным аякаси.

— Просто исправлял свои ошибки, да заодно познакомился с местными. Сегодня мне следует немного потренироваться со светом и посмотреть наконец родовые артефакты. Еще и регистрировать придут от Кабураги. А пока… зайдем в книжную лавку, здесь недалеко.

Следуя памяти Юто, я повел нас к одному примечательному заведению по продаже манги, аниме и сопутствующих товаров.

— Значит, так. Ждите меня здесь…

— Но…

— Никаких но! И никаких «нано». Я постараюсь управиться быстро.

Я решительно зашел внутрь магазина и сразу приметил огненную шевелюру, торчащую над стеллажом с этти-мангой.

— Тайзо! Ну конечно, где ты еще можешь быть после уроков?

— Юто, чтобы ты сам пришел сюда — должно случиться нечто экстраординарное, — съязвил Масаки.

— Я не просто так, а провожу важное расследование. И ты можешь мне помочь, дружище.

— О-хо, тебе про «младших сестренок» что-то посоветовать? Или быть может учительница-ученик? Есть тут одна отличная вещица, хе-хе. Героиня — вылитая Кисараги-сенсей!

— Твое развратное эго не знает границ! Нет, мне немного на иную тему…

По прошествии десяти минут после ухода Юто мизучи и бакэнэко уже просто изнывали от любопытства.

— Змея, ты можешь подглядеть, что там делает милорд?

— Велик шанс, что меня раскроют. Он уже неплохо научился чувствовать мою ауру.

— Ксо! Мы должны вызнать вкусы милорда.

— Тогда предоставь это мне, кошка, — на лице мизучи появилась ехидная улыбка.

Подходящая цель нашлась буквально спустя пару минут. Тучный мужчина средних лет с сумкой через плечо. Неожиданно путь ему преградила миленькая маленькая девчушка в розовой маечке и коротких шортиках.

— Дяденька, дяденька, пожалуйста, помогите мне!

— Что такое? Ты потерялась, девочка?

— Нет, но мой старший братик…

— Что с ним?

— Понимаете, дяденька. Мама просила меня позаботится о Юто-тян, но братик постоянно меня избегает. И вот сейчас он зашел в тот книжный магазин, но я боюсь, что братик снова читает там что-то неприличное. Как младшая сестра я не могу позволить ему совершать аморальные поступки! Прошу, помогите мне дяденька!

— Э-э, что я могу сделать?

— Проследите за ним в магазине, выясните что он там делает. У братика Юто коричневые волосы и карие глаза. Если я приду сама, то он снова начнет на меня ругаться, отбирать игрушки…

— Может ну этого плохого старшего братика, я сам могу стать тебе бра…

— Нет! Дяденька, пожалуйста, помогите мне.

— Хорошо, я прослежу за ним.

Мужчина скрылся в заведении по продаже манги, и кошка подошла к Сидзуке:

— Поразительно, как ты им ловко вертела.

— Сила младшей-сестренки-лоли несокрушима, нано!

Спустя десяток минут томительных ожиданий, мужчина вернулся и принялся отчитываться:

— Ничего страшного, твой брат не притрагивался к этти-манге.

— А что тогда, дяденька?

— М-м, я слышал, как они со своим другом с красными волосами обсуждают и листают гаремную мангу. В этом конечно тоже ничего хорошего, но вряд ли стоит осуждать юношу его возраста.

— Спасибо, дяденька, вы мне очень помогли. А теперь идите по своим делам.

— А-а…

— Я сказала, иди по своим делам!

Простой обыватель не мог похвастаться сильной волей, поэтому быстро послушался маленькую девочку, на мгновение ставшую вдруг нечеловечески чужой и страшной. Словно древнее существо проникло в обычный мир.

— Гаремом милорд интересуется… — вышла подслушивающая бакэнэко.

— Нано.

Почувствовав слабый всплеск силы мизучи, я решил закругляться и попрощался с другом. Тайзо оказался прямо-таки кладезем бесполезных в обычной жизни знаний. Моэ — милая неуклюжесть, цундере — холодная снаружи, мягкая внутри, яндере, кудере, цунахо, цундора, дередере, генки, дандере… Боже, я действительно все это сейчас изучал?! Однако лекция о гаремных произведених вышла полезнее, чем я ожидал. Попадание в иной мир — есть. Магия, сверхъестественное, иные расы — присутствует. Наследник старинного клана, куча бегающих героинь — имеется. Подруга детства, подпадающая под типаж цундере, суровая староста, лоли… Вот обычно лоли — это милая девочка, смущающаяся от малейшего повода. У меня же словно не лоли лоли, а я сам лоли — невинная и неопытная овечка… Кемономими — персонаж со звериными ушками. Озабоченный лучший друг… Когда Тайзо все это перечислял, в его голову видимо закрались подозрения, и он стал как-то странно поглядывать в мою сторону. Еще популярны забытые знакомые из детства. Последние обычно давали обещание пожениться в будущем или нечто похожее. Бр-р, неужто и Куэс Джингуджи тоже?! Короче, писец подкрался незаметно. С одной стороны, можно радоваться, прыгая из кровати в кровать… Или нет? Ведь обычно гаремная манга не содержит сцен секса. По крайней мере, та, что с сюжетом. Типичный прием — в последний момент входит кто-то и мешает развитию ситуации до 18+. Очень и очень знакомо. Мде-с, и как мне снять с себя это проклятие? Да и вообще, не нужна мне толпа полубезумных фанаток. Разве что картошку послать окучивать…

Химари и Сидзука вовсю пытались показать, что им совсем не было интересно, чем я занимался в магазине. Хоть я и старался все время отслеживать ауры, похоже, опытных аякаси не так просто провести.

— Что, подглядывали?

— Как ты мог подумать, Юто!

— Милорд, гарем собрались завести? — прямолинейно выдала Химари.

— Кошка! Сейчас хвост откручу! — взбесилась Сидзука.

— Гхем, в общем, я проводил важное расследование. И пришел к выводу, что на мне висит гаремное проклятие.

— Нано, — икнула мизучи, округлив глаза.

— Вы обе стали его жертвами, к сожалению. Но не волнуйтесь, я приложу все силы, чтобы помочь вам. А до этого и пальцем не притронусь! Слово джентельмена-охотника из великого клана Амакава!

— Ня-я-я-я! (не-е-е-ет!)

— Нано. Тебя по голове ударили? Может съел что-то не то?

— Я здоров.

— Ну тогда, наверное, стоит немного подправить тебе мозги, чтобы больше всякая ерунда в голову не лезла.

От мизучи потянуло мощной водной магией.

— Стой! Видишь, ты действуешь под силой проклятия! Ты же ненавидела охотников, они убили всю твою семью! А сейчас что? Сама служишь, помогаешь и защищаешь. Понимаешь?

— …возможно, в твоих словах есть немного, совсем чуть-чуть, смысла, нано.

— Ня-я-я-я! (не-е-ет!) Никакого проклятия нет на мне, милорд! Сама все по своей кошачьей воле!

— Ты вообще ведешь себя подозрительнее всех. Словно ничего кроме меня тебя не интересует. Явно сильнее остальных прокляли.

— Нано. Я никогда не слышала про гаремное заклинание. Проклятие ли это?

— Конечно! От обилия доступных красоток у мужчины совсем отказывают мозги, и он начинает совершать глупости, на клан и дела времени не остается. Печальная участь. Скоро Амакава совсем разорятся, нас исключат из великих кланов…

— И что собираешься делать, охотник?

— Пока не знаю, но что-нибудь обязательно придумаю! — произнес я как можно увереннее.

— Милорд перегрелся на солнце. Ничего, к вечеру усе пройдет, вот увидите. Сидзука, просто подыгрывай милорду.

— Кошка, ты на удивление выдаешь иногда дельные мысли. Конечно, Юто, совместно мы справимся с этим страшным проклятием!

— Между прочим, я вас слышу. Можете не верить, но я не отступлюсь.

Кошка со змеей переглянулись. Как бы в дурку не сдали. А что если и впрям все эти аякаси мне мерещатся? И я сейчас где-то пускаю слюни, обдолбанный наркотиками и привязанный к больничной койке? Да, не-е. Никогда я-Виталий не увлекался Японией, чтобы все так детально продумать. Скорее бы уж в США попал — фильмы про комиксовых супергероев мне всегда нравились.

— Мы дома! — произнес я, заходя в прихожую.

— С возвращением, господин! — две большие груди неумолимо неслись в мою сторону.

Пора прекращать балаган! Я резко крутнулся, перехватив Лизлет за пояс — так что аякаси налетела животом на мое плечо. Встал, крепко держа горничную на своем правом плече. Совсем нелегкая — пришлось на автомате помогать себе светом. Пока я нес блондинку в гостиную, та не издала ни звука, кроме тихого писка. Я поставил аякаси на пол и произнес суровым тоном:

— Челси-сан, что вы тут делаете?

— Я уволилась из кафе и решила принять ваше предложение, господин Амакава.

— Ясно. Послушайте меня. Недавно я узнал, что надо мной довлеет сильное проклятие. И вы попали в его сети. Но не переживайте, я найду выход из ситуации. А до тех пор просьба умерить свои сексуальные аппетиты. Не бросаться грудью, не раздеваться, не подбрасывать свое нижнее белье, никаких провокаций.

— Х-хорошо, господин…

— Вот и славно! В Ноихаре как раз не хватает служанки по дому, Кайя просто с ног валится, присматривая за всем одна одинешенька. Поможешь?

— Конечно, господин! — бывшая официантка прямо-таки пылала энтузиазмом. — И можете обращаться ко мне просто по имени, я не такая важная персона.

— Это мои вассалы Химари, бакэнэко, и Сидзука, мизучи. С Гинко ты уже познакомилась, как я вижу. Еще есть Кайя, дзасики-вараси в особняке Ноихары, Айя, дух конверта, и Кагецуки, дух журавля.

— Прошу позаботьтесь обо мне, — низко поклонилась горничная.

— Юто, ты ведь сам говорил, что хочешь снять проклятье, а вместо этого тащишь в дом новых девочек, — заметила Сидзука.

— Так получилось. Постараюсь больше никого не тащить.

— Я как раз заварила свой лучший чай. Позвольте угостить вас, — с улыбкой проговорила Лизлет и упорхнула на кухню.

Мы устроились за столом, и вскоре аякаси принесла чашки и большой полный чайник. Я в чае не разбирался, но запах разнесся восхитительный. Лизлет ловко разлила ароматную темную жидкость по чашкам. О, она даже и посуду свою принесла. Молодец. Длинный змеиный язык Сидзуки коснулся моей чашки:

— Проверяю, вдруг отравлено, — объяснила мизучи.

— Ага, скажи еще про непрямой поцелуй ничего не знаешь.

— О чем ты, нано? Выдумают современные детишки всякой ерунды.

— Кстати, какой длины у тебя язык?

— Не знаю.

Я загорелся идеей, по большей части бесполезной, скорее в качестве развлечения. Принес рулетку и измерил язык Сидзуки. Метр и десять сантиметров. Да-а, она может… хмм, пошлятина только в голову лезет всякая, никакого практического применения. Если пылесос засорится… не-е, бред. Я взял чашку за ручку, сразу после чего Лизлет коротко пискнула.

— Что с тобой, эро-служанка? — спросила Химари.

— Н-ничего такого. Прошу, наслаждайтесь чаем.

— Неплохо, — прокомментировала Сидзука.

Я пригубил горячий напиток.

— Ах-х, — послышалось от Лизлет.

Лицо горничной покраснело, а грудь тяжело вздымалась. Я покосился на предмет в своей руке. Неужто она цукумогами чашки? И куда я ее поцеловал, интересно?

— Лизлет-сан, разве я не просил вас умерить свой пыл?

— О-о чем вы, господин?

— О чем? Может мне стоит уронить эту чашку случайно?

— Нет! Простите меня! Я… я всегда хотела, чтобы кто-нибудь выпил из меня, господин Амакава.

— Милорд, могу я использовать Ясуцуну на этой наглой аякаси? — выдвигая клинок поинтересовалась бакэнэко.

— Не стоит.

— Радуйся! Тебе сохранили жизнь, дух. Милорд, давайте обменяемся чашками, у меня еще полно напитка.

Похоже, навострила уши, услыхав про непрямой поцелуй.

— Нет, мне самому интересно посмотреть на дух предмета, который может находиться отдельно от своего истинного тела.

Я поставил чашку на столик. Интересно, что символизирует ручка? Я коротко провел по изящной завитушке и сжал. Лизлет схватилась за свою грудь. А когда я пью, получается, целуюсь с ней в губы? В несколько глотков осушил остаток чая под недовольными взглядами Химари и Сидзуки.

— Кстати, моя лоли, ты в курсе, что только что целовалась свои языком с Лизлет?

— Нано! Этти-служанка! Бесстыдная, похотливая, озабоченная чашка!

— Не-е-т, я не такая! Вы сами меня поцеловали, госпожа Сидзука.

Хмм, а что будет, если погладить за дно чашки с нижней стороны?

— Кья! Господин, только не там!

— Юто! Ты снова собираешь материал для своего извращенского трактата?

— Все! Последний опыт, обещаю!

Я приблизил лицо внутрь чашки и несколько раз лизнул дно. Лизлет упала на колени, после чего выгнулась дугой, громко вскрикнув. Чашку у меня конфисковали, а самого, немного смущенного содеянным, отогнали от горничной подальше. Хмм, пожалуй, такие подробности и впрям не стоит конспектировать, потомки извращенцем сочтут.

Я сел за ноутбук и погуглил Кагосаки, о котором говорил Киннаро-сан. Оказалось, что это небольшой по меркам Такамии город с населением, не превышающим сто тысяч человек. Из особенностей — крупная фабрика по утилизации различной техники. По ней нашел несколько статей в СМИ о спаде производительности и увольнении части сотрудников. Утилизация техники — процесс не особо рентабельный и, после того, как несколько лет назад уменьшились государственные дотации, завод начал приносить убытки. Сокращение зарплат, увольнение персонала. Но пока вроде держатся на плаву. Неподалеку от Кагосаки имелась и крупная свалка технического мусора и металлолома. Хоть и старалась Японская империя перейти на безотходное производство и полную переработку мусора, не все ладилось. Город на западе от Токио, часа два на поезде. Может там какая-то тайная деревня аякаси? Хотя Сидзука не в курсах, а она вроде как весьма авторитетная особа в Японии. Ехать или нет? С одной стороны, вассалы нужны, с другой — кто его знает, в какую дыру нас послал каменный дух?

Тем временем внизу две рассерженные аякаси объясняли новичку правила поведения в клане Амакава. Лизлет Эл Челси со слезами в уголках глаз потерянно кивала и вскидывала руки каждый раз, когда бакэнэко сильно жестикулировала. От этого чайная чашка в руках Химари опасно вращалась и металась вверх-вниз, грозя улететь в направлении стены или пола.

— Я-я больше не буду поить господина из своего истинного тела…

— Не буду строить ему глазки, нано.

— Не буду строить господину глазки…

— Не будут трясти этими вульгарными сгустками похоти…

Цукумогами уныло повторяла за аякаси, не особо вникая в суть сказанного. Мало ли что твердят эти змея с кошкой. Главное, чтобы господин был рад. Это и есть долг настоящей служанки!

Отставив компьютер, я вытащил из кармана пару бумажных амулетов, одолженных у Химари. Иероглифами подписано «подчинение». Бумага зеленоватая — кошка сказала, специальная бамбуковая, но можно и на обычной делать. Такие неполноценные амулеты Генноске поставлял правительству. Если сильно сосредоточиться, то свет внутри становится только едва различим. Я сходу осознал три вещи. Первая — каждый амулет слеплен вручную, словно поделки, выструганные из дерева, а не изготовленные фабричным способом. Два «подчинения» у меня в руках немного отличались друг от друга. Во-вторых, интуитивно я понял простой принцип, по которому создавались артефакты света — необходимо запихнуть готовое заклинание в предмет в свернутом состоянии, на стадии формирования, и предусмотреть способ активации. Химари объяснила, что мощные заклинания из света быстро разрушают предмет, поэтому используются амулеты, действующие на разум. Они требуют меньше магии, но… Третья вещь — артефакты оказались очень сложными для понимания. Детали расплывались, и я словно не мог охватить всю картину заклинания в целом. Логично, что амулеты действуют на мозг человека или аякаси… Если ли мозг у водного духа? Ну, пусть будет «разум». Свет проникает глубоко в разум, словно пробивает дыру… и, судя по названию, внушает полное подчинение тому, кто бросил амулет… Вот сюда вроде бы аура владельца попадает при активации. Да-а, после такого голова у бедной жертвы будет неделю болеть наверняка…

Я вырвал тетрадный лист и положил на столик. Как ни напрягал голову и ни мучил свет, ничего похожего не получилось. Бумага взрывалась ошметками, распадалась, тлела… Кстати, свет не мог ничего поджечь по непонятным причинам, однако оставлял ожоги. Парадоксы магии, итить ее за ногу.

Часы показывали начало пятого, и живот громко забурчал, обидевшись на пропуск обеда. Поэтому я спустился на кухню. Гинко, наша сегодняшняя повариха валялась на диване и смеялась над передачей из жизни животных по телевизору. И что там смешного? В сегодняшнем меню оказался бифштекс, куриные ножки и жареная рыба. Действительно, не одно мясо купила… Я быстро засыпал рис в пароварку, и сел на диван с оками. Лизлет обреталась рядом, но даже подходить боялась. Совсем ее змея с кошкой застращали, сами же куда-то пропали. По телеку рассказывали о жизни волчьей стаи в диком лесу. Оками в некоторых моментах гнусно хихикала.

— Гинко, а как ты обрела человеческий лик?

— Грустная история, Юто-сама. Коль желаете, расскажу. Я родилась в большой волчьей стае, что немного отличалась от диких зверей. Мои сородичи были быстрее, выносливее и кровожаднее других лесных обитателей. Из таких при определенных обстоятельствах получаются сильные аякаси. Когда была волчонком малым, встретила в лесу мальчика. Подружилась с ним, часто играла и охотилась, научилась понимать его эмоции и настроение. Он даже ошейник мне подарил… Однако стая была против нашего общения, и решила уйти далеко от мест, где жил человек. После нашей последней встречи чувства раздирали меня на части. Я хотела вернуться к стае и одновременно желала остаться с мальчиком. За одну ночь я обрела человеческий облик, стала аякаси. Стая не приняла меня обратно, отец с матерью чуть не порвали. А мальчик тот уехал далеко, так что я не смогла отыскать его запах.

— Хотела бы ты вернуться в стаю?

— Нет, Юто-сама. Я ведь разумная аякаси, хоть иногда и просыпаются животные инстинкты. Я бы не смогла жить с ними как дикая волчица.

— Ясно. Это…

«If there's something strange… In your neighborhood… Who you gonna call?…Ghostbusters!»

— Алло! — поднял я зазвонившую трубку.

— Амакава-сан, через полчаса к вам подъедет группа из четвертого отдела общественной безопасности. Устроит вас?

— Да, подъезжайте.

— Благодарю.

Я быстро связался с Айей, которая ходила с телефоном, купленным Гинко ранее. Появятся деньги, надо приобрести десяток звонилок. Фугурумо сообщила, что скоро они с Кагецуки вернутся, а остальное она расскажет лично.

Только я набил себе желудок, совместив обед с ужином, как явились такамийские борцы с е-кай. На вид — обычные японцы, похожие на служащих какого-то исследовательского института в своих прозрачных очках и хирургических перчатках. Хорошо хоть противогазы или химзащиту надеть не додумались. Я вяло следил за тем, как вели себя гости в присутствии аякаси. Весьма забавное зрелище. Одновременно и боялись, и желали изучить. Скорее всего, редко им удается пообщаться с нелюдями на добровольной основе. Сначала они приложили к каждому какую-то карточку, и та меняла цвет в зависимости от типа аякаси. У звериных Гинко, Кагецуки и Химари был похожий цвет. Потом собрали образцы шерсти, воды в случае мизучи, пера от духа журавля. Трогать цукумогами я запретил, и их истинные тела не показывал. Хотя про духа письма им наверняка известно.

Сидзука вовсю потешалась над сотрудницей четвертого отдела:

— Тетенька, а где вы купили эту кофточку? Она из хлопка или синтетики? Можно потрогать?

Женщина настороженно застыла:

— Да, можно.

Сидзука вытянула свой язык на метр как минимум и прошлась по кофточке гостьи начиная с воротника и заканчивая низом. Женщина побледнела, извинилась и спешно покинула наш дом. Остальные сотрудники также доложили о готовности. Напоследок нам передали шесть металлических пластинок, имеющих резкий магический запах. Мужчина четвертого отдела объяснил, что это своеобразный пропуск для аякаси Амакава, используется впервые. Дед Генноске нечасто посылал своих вассалов в крупные города. Великие кланы и отделения четвертого отдела в других городах Японии будут оповещены, но все равно перед прибытием в иное место следует доложиться местным охотникам, дабы не повторилась ситуация с Гинко. Также он сообщил, что Хьего-сан назначил мне встречу в ресторане на завтрашний день, если я не против. Я просил передать свое согласие. Засим служащие быстро покинули наш дом.

Аякаси вертели свои пропуска в руках, облизывали (Сидзука), лизали (Химари), грызли (Гинко), трогательно прижимали к груди (Лизлет).

— Гинко, хватит жрать карточку, хочешь снова на драку нарваться?

— Не-ет, Юто-сама!

— Айя, ну что там с нашими финансами, есть чем обрадовать?

— По грубым оценкам стоимость сокровищ оценивается в 500 миллионов йен, Амакава-сама…

— Сколько?!

— Не спешите радоваться, Амакава-сан, — продолжил Кагецуки. — Около 400 миллионов дают за найденные драгоценности принцессы Сенджу, дочери императора Токунагато II. Эти сокровища считались утерянными в начале XX века. Принцесса Сенджу отправилась с официальным визитом в Китай, взяв с собой шкатулку с фамильными драгоценностями. На обратном пути в Японию ее корабль затонул, ни одного выжившего не осталось. Этот инцидент сильно охладил отношения с Китаем.

— Моя лоли?

— Да-а, что-то такое припоминаю. Где-то в тридцатых годах духи жаловались на странного умибозу, что нападает на других аякаси. Я следила за ним до тех пор, пока он не потопил один корабль в Желтом море. Что-то в его ауре показалось мне странным…

Сидзука широко распахнула глаза и уставилась на меня:

— Я только сейчас поняла. Как-то не довелось мне сталкиваться с Амакава прежде, но сейчас я хорошо знаю вашу ауру. Тот умибозу был под властью света, был вассалом клана Амакава.

— Вот те на. То есть мой предок убил дочь императора? Короче, ни про каких умибозу мы ничего не знаем, если что. Так что с этими драгоценностями?

— Если бы мы вывезли их заграницу, то могли бы получить раза в полтора-два больше, а так — имущество будет возвращено Императору Токунагато VI. Но и за просто так драгоценности принцессы Сенджу не возьмут. Это ниже достоинства правителя страны. Днем в Такамию приехал доверенный человек Императора, как только узнал о находке. Он сказал, что как минимум на 100 миллионов вознаграждения мы можем рассчитывать.

— Выходит, две сотни лямов… Это чуть больше двух миллионов долларов.

— Амакава-сама, мы взяли под залог 10 миллионов йен. Деньги на этой карточке.

— У-ху! Айя, ты умница. Устала?

— Амакава-сама, я и не подозревала, что для оформления нахождения клада и его продажи необходимо пройти столько бюрократических процедур.

— Что-то неизменно в любом мире. Завтра раздам долги и куплю себе тачку!

— Разве у вас есть права, Амакава-сан? — заинтересовался Кагецуки.

— Нет, но у меня есть подчиняющие амулеты, хех.

— А водить вы умеете, милорд?

— Левостороннее, правостороннее, разберусь как-нибудь. Моя лоли, есть у тебя пожелания, как распорядиться деньгами?

— Каждый день по ящику мороженного, нано. И помочь другим мирным аякаси.

— Хм-м, а ты можешь еще поискать морские сокровища?

— Как будто они в каждой луже валяются… Но что-нибудь придумаю, Юто. А у тебя уже есть идеи как потратить?

— Половину пустим в оборот, чтобы иметь постоянный доход. Помочь мирным аякаси, значит… Поездка на пляж натолкнула меня на очень интересную мысль, хе-хе.

— Неужели, ты решил открыть магазин подержанного нижнего белья?

— Нет, моя лоли. Я собираюсь открыть школу-приют для одаренных детей в Ноихаре! Смекаете? А себе закажу кресло на антигравитационной подушке.

Аякаси переглянулись.

— Похоже, тепловой удар дает о себе знать, — заметила Химари.

— Конечно, Юто, и кресло тебе купим, и подушку, и рубашку с длинными рукавами, — с елейной улыбкой проговорила мизучи.

— Подожди. Ладно кошка, а ты что не знакома с кинофраншизой «Люди Икс»? Профессор Ксавьер, циклоп, шторм? Росомаха?

— Нет, Юто, первый раз слышу. Обычно громкие премьеры я стараюсь не пропускать, нано.

Странно. Неужели в этом мире нет знаменитой серии про мутантов?

— Про духа росомахи слыхала я, милорд. С когтями длинными и вельми живучий, что оками.

— Вот оно что…

Видимо цензура не пропустила, или автор комиксов не стал про них писать… Короче хрен его знает.

— Отлично! Тогда тем более никто не будет ничего подозревать. Хе-хе. А тем временем в приюте будет готовиться моя маленькая армия аякаси.

— Юто!

— Да шучу я, моя лоли! Это будет центр адаптации для аякаси, еще бы с документами вопрос решить… Хм, надо и для взрослых «школу» придумать. Что-нибудь вроде психиатрической лечебницы… Центр реабилитации от психических травм. Да! Только не знаю, хватит ли денег на все задумки. Будем надеяться, что к тому времени я уже вступлю в наследство Генноске. Кагецуки и Айя — продолжайте с оформлением бумаг, следите за аукционом. На сегодня можете отдыхать. А я еще потренируюсь.

— Милорд, пойдем в парк?

— Пожалуй. На заднем дворе тесновато для полноценных поединков.

Глава 3

Полюбившаяся нам площадка возле пруда скрывалась в предзакатных сумерках, напоенная запахом трав и сверчком цикад. Мы с Химари вдвоем, романтика!

— Х-х-ак! — мой нож, светящийся ровным желтым сиянием, выбил фиолетовые искры из Ясуцуны, окруженной демонической энергией.

Бакэнэко играючи уходила от любого моего выпада, легко оказывалась сзади и останавливала свой клинок в миллиметре от моей шеи.

— Пока что нет большого толку учить вас бою на мечах, милорд. Сложим оружие. Теперь, пробуйте увернуться от моих атак!

Ш-а-х-х! Кошка просвистела мимо, коснувшись моего плеча. Нет, так не пойдет. Я все продолжаю полагаться на человеческую реакцию и мускулы, но без магии противостоять Химари невозможно. Свет легко откликнулся и наполнил тело горячей энергией. Неприятно. Словно муравьи внутри забегали под кожей, иногда больно кусаясь. Вжи-их! Я заметил движение бакэнэко, но среагировать не успел. Рука снова коснулась моего плеча. Еще больше света! Стало тяжелее дышать, воздух будто уплотнился, я почувствовал, что тело на пределе. Бежит! В последнюю секунду я поставил блок, отбив выпад Химари.

— Отлично, милорд! А теперь пробуйте достать меня!

Наверное, с такой скоростью я бы легко побил мировой рекорд по бегу. Но бакэнэко все равно была быстрее.

— Рыбка!

— Где?!

Воспользовавшись замешательством Химари, я коснулся ее плеча.

— Достал!

— Милорд!!

— Что такое? Сенсей, вы не говорили, что надо молчать. В реальном бою тоже можно отвлечь противника.

— Истинно так. Вельми рада я вашим успехам. Пожалуй, низший дух вам теперь не помеха. И некоторых средних теперь сразить способны.

Я уселся на траву, переводя дыхание. Как только вышел из ускоренного режима, на тело навалилась страшная усталость и боль. Будто вагон цемента разгрузил.

— Спасибо, Химари-сенсей.

— Милорд, — кошка замялась и присела на колени. — Дозвольте вопрос…

— Да?

— Обиду затаили вы на вашу верну охранительницу? Коль так, поведайте причину, прошу.

Вот почему Сидзуки нет рядом. А то я гадал, как мизучи так легко доверила меня Химари.

— Нет, не обиду… Просто меня раздражает эта твоя зацикленность на мне. Может мы в детстве часто играли, но я плохо помню… Да даже если бы и помнил, ты ведь была в облике кошки. И теперь, спустя столько лет ко мне приходит старая знакомая, ночует со мной в постели. А я даже не знаю, кто она такая… Нет, я немного успел изучить тебя за эти четыре дня. Ты безусловно очень привлекательна, и мне весьма приятно твое внимание, но э-э… Может по аякасским меркам все в порядке, но по человеческим мы совсем не знаем друг друга.

— Коли желаете, поведаю все без утайки, милорд!

— Ну вот опять! Твое поведение… Ты хочешь быть всего лишь моей тенью? И ничего больше?

Химари отвела взгляд:

— Разумею я, что взять аякаси в жены вы не можете. Главе клана следует сочетаться браком с влиятельной женщиной, человеком. Такой, как Джингуджи Куэс, к примеру. Но согласна я вам постель согревать, коли не будет супруги рядом. А может и для виду только брак ваш будет…

— Кто тебе сказал такую чушь?

— Вы всерьез намерены с Джингуджи… — протянула кошка.

— Я спрашиваю, кто тебе сказал, что я не могу жениться на аякаси? Есть законы, которые запрещают это?

— Нет, милорд. Но не проводили свадеб никогда люди и аякаси…

— А что насчет твоих слов тогда? Сама ведь говорила, что ты лучший вариант для меня?

— То милорд я всего лишь над Ринко потешалась. У меня ведь и правда нет ничего людского: ни документов, ни жилья… Как ни крути, а быть я могу лишь вашей любовницей, милорд…

— Да кто тебе это сказал?! Почему я должен жениться на Джингуджи? Ради клана? Да плевал я на клан! Нахрена мне этот клан нужен, если я сам несчастлив? Я эгоист и буду делать то, что мне самому хочется. Укрепить влияние? Хах. А почему ты думаешь, что брак с аякаси не укрепит влияние Амакава? Ты мне нравишься, Химари, но не больше. Именно поэтому, тебе стоит стать серьезнее.

Я наклонился и накрыл ярко алые теплые губы Химари своими. После продолжительного крепкого поцелуя мы оба уже тяжело дышали.

— Нья!

Химари прыгнула вперед, повалив меня на спину и усевшись сверху. Руки бакэнэко полезли мне под футболку, лаская немного потное после тренировки тело.

— Химари!

— Что такое, милорд? Разве не вы сами только что просили меня стать серьезнее?

— Я не это имел в виду…

В небе, на котором до этого не было ни облачка, раздался громкий раскатистый гром. Наверху что-то вспыхнуло. Химари мгновенно соскочила, встав в боевую стойку с Ясуцуной наперевес. Небесный свод над головой потрескался сеточкой молний и явил нам темную парящую фигуру, окрашенную заходящим солнцем. Мощный торс с человеческими руками, птичьи трехпалые ноги, лицо с загнутым клювом, широкие крылья, ворох перьев вместо волос, из одежды — черная набедренная повязка. Кожа и перья темно-синего цвета, только серый клюв и ярко-голубые глаза выбиваются из образа.

— Наследник света, наконец я нашел тебя! Пришло время заплатить за прегрешения отца!

— Милорд, осторожней, это лэй-гун, дух молнии! — предупредила Химари.

Ясуцуна пропала в окружившей ее демонической энергии бакэнэко. Я также напрягся, готовясь в любой момент поставить щит света.

— Что тебе надо?

— Глупый вопрос, экзорцист. Ты ответишь за всех аякаси, что пали за Гуан-миня!

Тело лэй-гуна покрылось голубыми трещинами, красиво очерчивая кровеносные сосуды, глаза стали походить на два фонаря… А в следующий миг прожекторы испустили мощный молниевый разряд прямо в мою сторону. Химари встала между нами, принимая атаку на свою катану. Яркая вспышка, от Ясуцуны повалил пар.

— Х-ша, наглый дух, я порежу тебя на ленточки! — прокричала бакэнэко.

Химари взвилась высоко в воздух, подняв комья земли и дерна, и ринулась на врага. Подправлять направление полета помогали короткие импульсы демонической энергии. Но этого было недостаточно, чтобы сравниться во владении воздушной стихией с лей-гуном. Человеко-птица сделала пару взмахов крыльями и легко увернулась от пущенной Химари темно-фиолетовой волны. Кошка полетела вниз, а дух молнии в этот момент снова налился голубым светом. Бах-х! Я попытался увернуться, однако сложно обогнать электрический разряд. Магия ударила в выставленный мною щит света. Барьер по большей части задержал молнию, вспыхнув яркими белыми искрами, но малая толика добралась до меня, больно ужалив в руки.

— Ксо! — вскрикнул я.

Мышцы пальцев и запястья конвульсивно дергались, словно через них пропустили четыре сотни вольт. Правда, за свою жизнь я испытывал на своей шкуре только 220, поэтому за точность ощущений ручаться не могу. Химари снова прыгнула, выпустив еще больше темной ауры. Теперь даже ее глаза превратились в кошачьи. Тщетно. Лей-гун опять отлетел в сторону и выстрелил в меня молнией. Щит света разбился, все мое тело пронзила страшная судорога. Я как подкошенный рухнул на землю и несколько секунд не мог подняться. Больно, твою мать! Куропатка чертова! Трансформатор летучий! Надо что-то делать, резерв уже подходит к концу. Слишком сильно я выложился на тренировке. Нужен молниеотвод! Хоть столб или дерево.

Ухнув в себя дозу света, я привел мышцы в чувство и подбежал к ближайшему дереву. Сверху снова прилетел разряд, но его частично погасил ствол и раскидистые ветви. Я легко защитился магическим барьером. Дерево моментально загорелось.

— Тебе не спрятаться, охотник!

Из-за листвы вынырнула синяя фигура, громко хлопая крыльями. Кулаки лэй-гуна горели ярким голубым светом и походили на две шаровые молнии. Аякаси врезался в мой барьер, легко пробив оный рукой. Выставленный мною нож от сильного удара отлетел на землю. Я успел отпрыгнуть в сторону, однако искрящиеся разряды частично задели мой бок. Упав в заросли, я задергался и на время выпал из боя.

— Ныя-я-я! (убью!)

Краем глаза заметил промелькнувшую Химари. Ясуцуна с жутким треском встретилась со скрещенными руками лей-гуна, окутанными молниевыми сферами.

— Ди-йю! — громко крикнул дух что-то на китайском вроде бы. — Охотничья шлюха!

Химари оттеснила аякаси подальше от меня. Я с трудом поднялся на шатающиеся ноги, слыша раздающиеся неподалеку чудовищные удары, треск и грохот. Левая половина тела отзывалась с трудом, от футболки валил дым, света почти не осталось. Вряд ли я в таком состоянии способен сражаться или просто далеко убежать. Телефон не включался. Не придумав ничего лучше, я спрятался за деревом и сосредоточился на отслеживании аур. Горячие и неудержимые эманации лей-гуна сходились в ударах с не менее злыми, но родными, всплесками бакэнэко. Похоже, сражение переместилось в пруд…

— Ня-я-я-я! (а-а-а-а!) — послышался отчаянный крик.

— Химари!

Я выполз из-за дерева, крепко сжимая еле светящийся клинок, и направился на помощь кошке. Бакэнэко громко кричала, находясь по пояс в воде, а вокруг расходилась плотная паутина молний. Юката порвалась на лоскуты, обнажая светлую кожу и белое белье.

— Попалась! — осклабился лэй-гун рядом с ней.

Отчаяние сменилось облегчением, когда я узнал знакомую ауру.

— Кха! Это ты попался! — довольно проговорила Химари, не обращая внимание на ползающие по ее телу электрические канаты.

В следующее мгновение вода взметнулась огромным вихрем и заключила враждебного аякаси в крепкие объятия.

— Пора заканчивать.

Химари высоко прыгнула и слитным ударом снесла зажатому лэй-гуну голову. Тело духа молнии осыпалось в воду яркими красивыми желто-голубыми искрами. Даже у меня не возникло сожалений по поводу гибели этого аякаси — настолько осязаемую злобу он источал. Разве что для допроса. А у Химари так даже мысли наверняка не мелькнуло о пощаде. Генноске натренировал Багровый клинок Ноихары на славу.

— Юто, как ты? — из воды вылезла Сидзука.

— Бывало и лучше, — я устало уселся на траву и выкинул нож. Клинок частично потрескался, рукоять оплыла.

— Я поспешила сразу, как только почувствовала отголоски сражения, — мизучи стянула с меня остатки футболки и принялась поглаживать грудь и руки влажными ладошками. — Кошка, зря я оставила Юто на тебя.

— Сие высший дух молнии из Китая, ты бы не справилась с ним сама, — уверенно высказалась Химари.

— Пф-ф, — фыркнула мизучи. — Юто, прости, я не смогу быстро убрать этот шрам.

Я осмотрел свое ноющее тело на предмет повреждений. Грудь, живот и левая рука сильно покраснели. Также на моей левой конечности с внешней стороны образовался длинный темно-коричневый шрам от кончика безымянного пальца до середины локтя. В виде разветвленной молнии. Болит, зараза. Думаю, если бы не защищавший меня свет, валялась бы сейчас моя копченая тушка мертвым грузом.

— Ясно, пес с ним. Главное, что не на лбу.

Где-то в парке послышались сирены. Мы не стали дожидаться полиции или четвертого отдела, кто бы там ни был, и направились к дому. Тело лэй-гуна не оставило после себя ничего интересного, но мы хотя бы узнали имя. Гуан-минь. Да еще про отца что-то говорил. Может, с дедом перепутал?

Химари аккуратно перенесла меня на кровать, а Сидзука оплела мое тело, наполняя прохладой и снимая усталость. Думаю, после лечения мизучи и мыться нет необходимости.

— Спасибо, моя лоли, я уже в порядке, — отстранил я Сидзуку.

— Хорошо, нано. Отдыхай.

Напоследок мизучи прошлась по моему лицу, задев губы.

— Язык оторву… — беззлобно пообещал я.

— Ты целовался с кошкой! Снова, нано!

— Как-то так получилось, — пожал я плечами.

Сидзука села на меня сверху и приблизилась:

— А разве я не заслуживаю награды?

— Ня-я-я! (не-е-ет!) Куда лезешь, змеюка?!

— Конечно заслуживаешь. Если таково условие нашего сотрудничества… — ответил я нейтрально.

— Нет. Так не пойдет, охотник. Однажды ты сам этого захочешь.

Мизучи сползла с меня и тихо вышла из комнаты. Химари что-то пытливо старалась высмотреть на моем лице, но вскоре тоже покинула помещение. Сон не шел, и я с кряхтеньем перетащил к себе в кровать ноутбук, любезно освобожденный Айей. Пальцы еще дрожали, поэтому курсор дергался словно припадочный. Я с интересом щелкнул на ярлык World of Linage, логин и пароль были сохранены беспечным духом конверта ранее. Выбрав персонажа и загрузившись, я оказался в переполненном игроками городе. Похоже на торговую площадь. Да уж, Amakawa-sama, «светлый самурай» чем-то походил на меня самого внешне. Разве что телосложение у меня пока не столь накаченное и рельефное. Двадцать седьмой уровень, набор экипировки редкого ранга. Чат высветился личным сообщением:

Gertrude: хай! го в данж? (смайл: подмигивание).

Amakawa-sama: не сейчас, — напечатал я.

Gertrude: тогда на огненных элементалей? Ты ведь любишь на них ходить.

Amakawa-sama: я ненадолго, уже выхожу.

Gertrude: ну пока тогда.

Я разлогинился из игры. Похоже, дух конверта уже совсем освоилась, когда только успела? Может, ей и спать не требуется? Поискал информацию про лэй-гуна, духа молнии. Считаются очень сильными аякаси в Китае. Живут высоко в горах, во время сильных гроз иногда развлекаются, нападая на людей и поджигая дома. Имя Гуан-минь ничего не дало в поиске, да я и не надеялся особо. Все-таки китайцев тьма тьмущая — там гуан-минь сидит на гуан-мине и гуан-минем погоняет. О, наткнулся на перевод этого имени, очень любопытно. Гуан-минь с китайского означает «светлый». Неужели отец? Или быть может дед? Вроде бы Генноске развлекался в Китае и вполне мог нажить недругов среди аякаси.

Ради эксперимента я создал текстовый файл и набрал «Хитсуги, поищешь?». Спустя минуту курсор мигнул, и на следующей строке открытого файла напечаталось: «Ку-хи-хи, посмотрю…». Вот тебе и три антивируса. Проще совсем их удалить, чтобы система не тормозила. Нет, надо нанимать персонал, пока деньги есть. Это дед принципиально не пользовался электронными устройствами, я же так просто не смогу.

Утренние обнимашки с Химари уже начали входить у меня в привычку. И только Сидзука, снова обмочившая мне штаны, помешала развитию ситуации. К завтраку подошла Ринко, полюбопытствовала насчет сокровищ. А также обрадовала тем фактом, что за домом следит какой-то мужик с фотоаппаратом, да еще несколько личностей маячат на горизонте. Посланный на переговоры Кагецуки сообщил, что журналисты хотят взять интервью у того, кто нашел клад на заднем дворе своего дома.

— Айя?!

— Простите, Амакава-сама, это первое, что пришло мне на ум. Но они ведь обещали конфиденциальность информации…

— Короче, надо переезжать. Сегодня же соберу пожитки. Айя, Кагецуки — остаетесь здесь до конца аукциона, либо можете также перебраться в Ноихару. Как вам удобно. Мне надо телефон новый купить, да десяток простых трубок для вас, потом еще на встречу с Кабураги…

Я переместился за ноутбук, пока девчонки доедали утреннюю трапезу.

— Химари, какой цвет твой любимый?

— Белый!

— Окей, сейчас позвоним…

Я связался с хозяином объявления, который откликнулся мгновенно. Быстро договорившись об осмотре авто через два часа, я стал собираться.

— Ринко, можно с тобой после школы встретиться? Я тут недавно нашел одно кафе — называется «Relish». Там вкусный чай подают.

— Конечно! — улыбнулась моя подруга детства. — Давай ближе к трем часам.

— Договорились. Беги, не то опоздаешь.

Из дома мы вышли впятером со змеей, кошкой, чашкой и волчицей. Ей богу, не хватает только присказки «и надо перевезти их всех через реку». Смогли кое-как отбиться от наседавших репортеров… Несколько даже пришли с лопатами, тоже попытать счастья видимо. Мы уже было собрались залезть в такси, как меня окликнул спокойный мужской голос:

— Мистер Амакава, постойте! У меня к вам деловое предложение!

— Все лоты будут проданы через аукцион. Лично я ничем не торгую.

— Я есть представитель герцога Честера из Великобритании, — заявил незнакомец с сильным акцентом. — Мое имя Йен Маккалистер, прошу уделить мне несколько минут своего времени.

— О, нет… — пискнула Лизлет и спряталась у меня за спиной.

— Вот это существо и есть предмет нашего разговора, мистер Амакава.

— Какое у вас дело к Челси-сан?

— Герцог Честер большой любитель старины. Его коллекция антиквариата известна по всей Европе. Мы долго разыскивали эту чашку, что ранее принадлежала барону фон Рейшлицу. Герцог Честер предлагает вам за нее пятнадцать тысяч английских фунтов.

— Э-э, вы предлагаете мне продать живое разумное создание?

— Возможно, этот дух предмета и обладает зачатками интеллекта, тем не менее никак не может называться живым. Назовите вашу цену, мистер Амакава.

— Челси-сан не продается. Гудбай, мистер Маккалистер.

— Вы вынуждаете меня прибегать к экстренным мерам, мистер Амакава! Подумайте как следует, вот моя визитная карточка.

В такси я поинтересовался у притихшей Лизлет:

— И что это было?

— Спасибо, господин, что защитили бедную цукумогами. О герцоге Честере ходит дурная слава. Будто он собирает духов предметов, запирает и… и заставляет вытворять всякие непотребства. Я лучше умру, чем дамся в руки такому чудовищу!

От нечеловеческой аякаси подобное звучало немного забавно, хотя безусловно и среди людей встречаются уроды похлеще злобных е-кай. Около часа мы потратили на сборы и покупку телефонных аппаратов в ближайшем салоне техники. Я поинтересовался, нет ли таких моделей, которые нельзя отследить и прослушать, но консультант заверил, что Takamia Mobile — номер один в стране в плане безопасности. Мне оставалось лишь кисло улыбнуться.

Какой автомобиль приходит на ум при упоминании охотников на нечисть? Правильно, белый катафалк. Мысли о том, как я рассекаю на нем по вызовам под саундтрек из «охотников за привидениями» заставляют губы сами разъезжаться в глупой ухмылке. Но все же такой раритет найти нелегко, да и слишком уж выделяется.

Далее я пришел на встречу с владельцем белоснежной Toyota Vellfire 2008 года выпуска. Улыбчивый лысый японец средних лет с энтузиазмом расписывал достоинства своей «малышки», как он окрестил минивэн. Полный привод, автомат, 8 мест, двигатель 2,4 литра. Выглядит достаточно стильно и внушительно. Сидзука и тут нашла повод докопаться:

— Дяденька, а задние сидения раскладываются?

— Конечно, девочка.

— А там удобно? Поместимся мы там втроем с братиком Юто и сестренкой Химари?

— Мне самому не довелось там спать, но думаю места хватит.

— Братик, Юто, сделаем это сразу после покупки!

Мужчина и не подозревал о двойном толковании, поэтому подколки мизучи пропали втуне. Поторговавшись для проформы, договорился о сумме эквивалентной 32 тысячам американских долларов.

Все оставшееся время до обеда ушло на переоформление автотранспортного средства. Вот парадокс. В Японской Империи разрешено владеть машиной с 14 лет, обучаться вождению с 16, а иметь водительские права только с 18 (на мопеды с 16). Я, конечно, выглядел довольно молодо, но бывают индивиды, что и в 30 выглядят на 16. А некоторые японки так вообще: на три десятка лет застревают в одном возрасте и смотрятся на двадцать. Вышло быстрее, чем я ожидал. Правда, заставили заплатить еще кучу йен за расширенную страховку. С другой стороны, с моей активной жизнью следующий встреченный дух может оставить от тачки лишь искореженный остов, так что страхование не будет лишним.

За это время словоохотливый бывший владелец машины поведал мне все про свои семейные перипетии. Сказал, что недавний развод с женой сделал его самым счастливым человеком на свете. Теперь наконец он может продать опостылевший минивэн и приобрести спортивное авто. Под конец нашего общения я стал полностью убежден в том, что женитьба и дети — худший кошмар, который может поджидать мужчину на его жизненном пути. Химари заметила, что «слабому самцу вообще не стоит заводить потомство», Гинко поддакнула, Сидзука презрительно бросила «тряпка, нано», а Лизлет принялась горячо убеждать мужчину в недопустимости оставлять детей без отца. На что тот поспешно соглашался и похабно пялился в декольте горничной.

Перетащив наши вещи из такси и расплатившись, я начал вспоминать основы вождения прямо на стоянке перед зданием дорожной полиции. К счастью никто не стал докапываться до нас — все-таки осталось всего шесть подчиняющих амулетов, не хотелось бы их тратить по пустякам. Автоматическая коробка — классная тема. В целом знаки и дорожная разметка были легко узнаваемы, но основные я погуглил на всякий случай. Главная сложность — это привыкнуть к внушительным габаритам машины и левостороннему движению. Чувствовал себя как в автобусе. Очень помог новоприобретенный телефон, который я использовал в качестве навигатора.

— Милорд! Как вы сведущи в технике людской!

Бакэнэко прильнула ко мне со стороны пассажирского сидения и прижалась к плечу. Я вильнул рулем и чуть не задел припаркованное авто.

— Химари, я тебя сейчас высажу! Кому сказал, пристегнись! Хочешь, чтобы нас оштрафовали?

— Ня-я! Сейчас пристегнусь… Не по мне это, милорд, когда связываешь себя в коробке жестяной.

— На большой скорости ремень может спасти тебе жизнь. И хватит вести себя как деревенщина.

Торговый центр TownBell даже в рабочие часы оказался достаточно многолюдным местом. Мы перекусили в кафе, а после я отпустил девушек за покупками. Лизлет в форме горничной, Гинко в ошейнике, майке на голое тело и рваных джинсах, Химари в синей юкате (розовую выкинули), а также Сидзука в желтом платьице вызывали столько внимания со стороны окружающих, что не будь ауры аякаси, наверняка стали бы снимать и фоткать нашу странную компанию косплейщиц. Тут рядом дежурило пара сотрудников четвертого отдела, но к нам подходить не стали. Как я не отнекивался, на десятом кругу мои аргументы стали повторятся, и девушек они ни в чем не убедили. Мне таки устроили показ современных одежд. Сидзука привела нагруженную даму с ворохом тряпья из соседнего магазина детской одежды и также скрылась в примерочной. Хорошо, что я остался. Гинко намеревалась накупить два десятка одинаковых джинс и столько же футболок, Химари выбрала себе только одну короткую юбку и кофточку, Лизлет где-то отыскала пышное платье, подозрительно напоминающее наряд служанок, а Сидзука намеревалась как минимум ополовинить соседний магазин. В общем, пришлось самому выбирать дополнительные наряды, покупать, и в приказном порядке заставлять переодеваться. Только в магазин нижнего белья им так и не удалось затащить меня.

— Гинко, прекрасно выглядишь!

Волчица щеголяла в строгом деловом костюме из темно-синей юбки и пиджачка, белой блузки и туфлях без каблука.

— Юто-сама, порвется ведь. Да и неудобно совсем!

— Терпи, иначе ни один оками не посмотрит в твою сторону.

— Раз Юто-сама нравится…

— Милорд, а мне идет?

Бакэнэко красовалась в нежно-голубой маечке, открывающей край плоского живота, а также коротких шортах.

— М-м, несколько открыто, но тебе безусловно идет. Юката — это одежда для праздников, так что оставим ее до подходящего случая.

— Как скажете, милорд.

Лизлет переоделась в длинную юбку шоколадного цвета и пышную бежевую кофточку. Чем-то напоминало наряд служанки, но не так бросалось в глаза. Я повторил лекцию о том, что среди людей надо ходить в обычной одежде, а униформа горничной только для рабочего использования.

— Или особых случаев, — ехидно добавила Сидзука.

Перечислять все купленные мизучи наряды не хватит и дня. Я даже осмотреть все не успел, чуть ли не на развес оплачивал. Мне выдали карточку с семи-процентной скидкой в сети магазинов «Все для детей».

Глава 4

К кафе «Relish» успели подъехать без пяти минут три.

— Я пойду один, погуляйте пока. Никаких возражений. Вздумаете подслушивать или подглядывать — выгоню из клана. Ясно?

Послышался нестройно-недовольный хор голосов. Я оставил Тойоту на стоянке, а сам направился в заведение. Новая вывеска и постеры гласили, что теперь это кофейный семейный ресторан.

— Привет, Ринко!

Подруга успела сбегать домой и принарядиться в желтую юбку и бело-розовую полосатую рубашку.

— Привет! Юто, ты говорил про чай, а здесь только кофе подают. Ты один?

— Ага. В этом кафе раньше работала Лизлет, ты ее видела. Похоже кроме нее здесь никто не умеет делать вкусный чай.

— Да уж, видела я какие у нее…

Мы сделали заказ, и Ринко принялась рассказывать мне о различных школьных событиях, которые я успел пропустить. Вскоре принесли кофе с закусками. М-м, божественно. Совсем я забил на вкусы Виталия — сказывалось желание не выделяться, дабы не раскусили подмену. Но и зеленый чай мне теперь тоже нравится. В классе только обо мне и судачили — слухи о кладе у моего дома обрастали невиданными подробностями. Кто-то предположил, что Ринко прибила свою новую соперницу Ноихару Химари, и мы вдвоем пошли закапывать труп на заднем дворе дома. Так и обнаружили клад.

— Ой, что это у тебя?

Подруга требовательно схватила меня за руку и закатала рукав водолазки, которую я специально надел, чтобы не отсвечивать молниевой отметиной. Но надеть перчатки — значит выглядеть еще более подозрительно.

— Это что, шрам?! Юто, что с тобой случилось?!

— Да вот, хотел автомат в щитке поменять…

— Ю-юто! Хватит мне врать!

— А что ты хочешь? Такова теперь моя жизнь, Ринко. Думаю, это далеко не последний мой шрам.

— Ты теперь уедешь в Ноихару, да?

— Верно.

— Скоро каникулы… я приеду, если ты не против.

— Не против, но это может быть опасно.

— И что теперь, круглые сутки сидеть дома в окружении своих аякаси?

— Нет, но пока не вникну в ситуацию, лучше ограничить наше общение. Хотя бы на год. Да, я хотел тебе кое-что сказать. Извини, что нагрубил вчера.

— Ничего. Не знаю, что у вас с Химари за тренировки были, но полагаю, что это важно, — скривившись ответила Ринко.

— Знаешь, я очень благодарен тебе за помощь и поддержку. Все эти годы ты бескорыстно помогала мне оправиться от смерти родителей, а потом и деда. И прости, что не замечал твои чувства…

— Юто-о, я… — глаза Ринко заблестели.

— Ты самый близкий и дорогой мне человек на свете. Я бесконечно уважаю тебя и всегда помогу в трудной ситуации. Ты можешь в любое время рассчитывать на Амакава. Но я не испытываю к тебе любовных чувств…

— Н-нет, не говори так! — вскрикнула Кузаки и сразу зажала себе рот рукой. Из глаз девушки покатились слезы. — Почему так?! Я ведь всегда была рядом, помогала, ухаживала, когда бы болел… Неужели я не достойна…?

— Ты мне очень нравишься, Ринко, ты замечательный человек, хоть и лупишь порой… Но именно поэтому я не могу быть с тобой. Ты заслуживаешь большего. Любящую семью, заботливого супруга, который сможет подарить тебе множество детишек. Я не готов лгать тебе, говоря о любви. Прости.

Кузаки закрыла лицо руками, плечи ее содрогались от рыданий. Как паршиво то. Никогда не отказывал любящей меня девушке. И врагу не пожелаешь. Я присел рядом с Ринко и приобнял за талию:

— Тебе, наверное, сейчас больно…

— Отстань! — девушка несильно толкнула меня. — Наверняка со своими монстрами будешь развлекаться…

— Не говори так! Они не монстры, просто другие, — хотя среди аякаси много натуральных чудовищ, но говорить об этом вслух не стал. — Пройдет время, и боль утихнет, отпустит тебя. Ты посмотришь вокруг и найдешь множество привлекательный и достойных парней!

— Пфуф, до чего докатилась. Плакса-Юто утешает меня.

Вытянув салфетку, Ринко стала аккуратно убирать следы слез.

— Это было давно и неправда!

— Ну и где же эти достойные парни? Может быть твой дружок Тайзо?

— Зря смеешься. Масаки умеет валять дурака, этого у него не отнять. Зато с ним не соскучишься и не впадешь в уныние. Да и подобные повесы чаще всего оказываются наиболее серьезными внутри. По-моему, из вас выйдет отличная пара.

— Не верю своим ушам. Вы с Тайзо сговорились что ли?

— Вот еще.

— Я отлучусь, мне надо привести себя в порядок.

Почуяв знакомую ауру, я обернулся и увидел Химари, прижимающей свои кошачьи уши к оконному стеклу.

— Что-то любопытные кошки пошли нынче. Действительно пора выгонять из клана, — протянул я.

Химари подпрыгнула на месте и буквально дематериализовалась. Остаток свидания с Ринко прошел в довольно натянутой атмосфере, но по крайней мере мы не расстались врагами. В начале пятого часа мне позвонил Хьего-сан, и поинтересовался, есть ли у меня время для деловой встречи. И попросил приходить без аякаси. Я передал свое согласие и попрощался с Кузаки.

Химари с виноватой мордой обреталась подле машины, но я просто не мог на нее долго злиться. Гинко дрыхла на заднем сидении, ее новый костюм весь смялся, а юбка задралась до пояса. Сидзука и Лизлет пили чай из термоса словно английские леди.

— Извините, что задержался! Осталось сгонять на встречу с Кабураги, а потом двинем в Ноихару.

Один из оперативных начальников четвертого отдела общественной безопасности Такамии назначил мне встречу в лапшичной среднего пошиба. Объявление на двери гласило «закрыто», но я просто прошел внутрь. Похоже, зарезервировал все заведение для нас. Единственный повар выглядел грозно — наверняка как-то связан с четвертым отделом.

— Амакава-сан, прошу присаживайтесь, — приветливо поднялся Кабураги мне навстречу.

Мужчина лет тридцати пяти в дорогом деловом костюме, с аккуратной короткой прической и бородкой-клинышком.

— Что будете заказывать? Рекомендую рамен с говядиной.

— Последую вашему совету, Кабураги-сан.

Мы сообщили свои заказы молчаливому повару.

— Просто Хьего-сан.

— Тогда и вы обращайтесь ко мне по имени. Кстати, с чем связана ваша просьба прийти одному? Мои вассалы не трогают людей.

— О, просто шеф раменной потерял своего сына от лап е-кай, поэтому он их не жалует.

— Сочувствую, — бросил я в сторону повара. — Только глупо это таить обиду на весь род из-за одного представителя.

— Немного не так, Юто-сан. Адекватные аякаси — скорее исключение, чем правило. Вы в клане Амакава привыкли к послушным е-кай, но на самом деле для них совершенно естественно без всяких причин нападать на людей или себе подобных. Не заблуждайтесь на их счет. Полагаю, вчерашнее происшествие немного показало вам их истинную натуру? Райдзю ведь искал именно вас?

— Вы отслеживали сражение?

— Это было несложно с такими выбросами энергий. Из близлежащих кварталов поступило более десятка вызовов скорой помощи. Из-за проблем с сердцем скончалась одна пожилая женщина.

— Что?! Но мы ведь были в парке…

— Это так. Не думайте, что я обвиняю вас. Райдзю воистину один из сильнейший видов молниевых аякаси в Японии. И четвертый отдел мог потерять не одного сотрудника в битве с ним. Но все же… — Мужчина вытащил на стол три плотных бумажных амулета, от которых несло магией. — В следующий раз используйте эти барьерные артефакты Тсучимикадо. Их назначение не прямая защита в бою, а ограничение ближайшей области мощным куполом, что не пропускает тлетворную энергетику е-кай. Также обычные люди не смогут войти в барьер, а попавшие потеряют сознание, но будут защищены от выбросов. Мы, четвертый отдел и кланы охотников в первую очередь стоим на защите обычных граждан. Прошу, не забывайте об этом Юто-сан.

— Я не забуду.

Нам принесли рамен, и несколько минут мы насыщались, отдавая дань уважения повару.

— Клан Амакава никогда не славился своими барьерами. Надеюсь, вы с первым кланом наладите взаимовыгодные поставки артефактов. В крайнем случае, если рядом будет мизучи, попросите ее поставить барьер. Она должна уметь подобное.

— Понял. Благодарю за информацию.

— Эти три амулета проделали солидную дырку в нашем бюджете, поэтому я буду рад, если вы возместите своими артефактами света.

Ага, конечно. Так я и поверил, что их бюджет не сдюжит тройку бумажных амулетов.

— Вот, здесь список первоочередных поставок, — вытащил мужчина листок. — Главное — «ошеломление». «Ложная цель» и «ослепление» не так хороши против средних духов.

— Гм, ясно, Хьего-сан. С прискорбием вынужден сообщить, что пока родовые амулеты мне не поддаются. Мне необходимы подопытные для тренировок.

— Очень жаль. Хорошо, я подумаю, что можно сделать, чтобы помочь вам. Надеюсь, что и вы, Юто-сан, в свою очередь достойно отплатите четвертому отделу.

— К слову, вы не можете мне посоветовать людей для найма? Чтобы были знакомы с миром аякаси, само собой.

— В Такамии имеется с десяток бывших сотрудников нашего отдела, по тем или иным причинам ушедших с работы.

Мда. И ведь наверняка побегут докладывать прежним работодателям о каждом моем действии.

— А вы не стираете у них память обо всем сверхъестественном? Не боитесь за раскрытие Тайны?

— Во-первых, это недешевая услуга, во-вторых, мы предпочитаем иметь готовых людей в резерве. В-третьих, существуют методы глобального устранения нежелательной информации, так что за Тайну не стоит сильно переживать. Какого рода специалисты вам нужны?

— Обеспечивающие связь и информационную безопасность.

— Дайте угадаю, — улыбнулся Кабураги. — Якоин?

— Что, и к вам влезли?

— Хм-м, скажем так. Мы устали вычищать отовсюду лишние скрипты и обновлять систему защиты. Поэтому предоставили клану Якоин администраторский доступ в сети четвертого отдела.

— Ого! Не боитесь за свои секреты?

— Секреты у кланов, а не у четвертого отдела общественной безопасности. Нет, не боимся. Все же одно общее дело делаем — истребляем аякаси. Но если девятый клан превысит свои полномочия, то есть кому и их поставить на место.

— Вот как.

Мне даже стало капельку стыдно за свое недоверие и скрытность. Пускай начало нашего общения не задалось из-за случая с Гинко, все же эти люди достойны уважения. Каждый день рискуя своими жизнями, стоять на страже города от злобных е-кай. И ведь в отличие от полицейских или пожарных, никто не узнает о подвигах своих героев.

— Да, я хотел вам сообщить. На меня напал не райдзю, а лэй-гун, дух молнии из Китая.

— Далеко он забрался от тибетских гор. Есть идеи почему?

— Скорее всего Генноске-доно насолил его родственникам. Я знаю, что дедушка бывал в Китае.

— Спасибо за информацию, Юто-сан. Я свяжусь с китайскими коллегами и сообщу вам, если всплывет что-то важное. Кстати, позвольте поздравить с находкой. Может мне тоже перекопать задний двор своего дома, как думаете?

— И вы туда же?

Хьего-сан добродушно ухмыльнулся и подмигнул мне.

Несмотря на непринужденный стиль беседы, общение с Кабураги изрядно вымотало меня морально. Хоть я и не считаю четвертый отдел врагами, но лучше не допускать лишних утечек информации. Старушку немного жалко. Да и слова про Якоин не улучшили моего настроения. Выходит, нет смысла беспокоится о защите данных? Может, нанять одного из специалистов самих Якоин?

Дорога до Ноихары на машине заняла у нас как бы не больше времени, чем на пригородной электричке. Я старался ехать медленно, с соблюдением всех правил, в крайнем ряду. На полпути Гинко оживилась и попросила выпустить ее в лесу. Волчица выбежала и принялась спешно снимать с себя всю одежду. Сидзука обмотала мою голову языком, так что мне пришлось закрыть глаза, а Химари вывалилась из минивэна вслед за аякаси:

— Тупая псина! Тут же люди ездят.

— Пусть смотр-рят. Мне стыдиться нечего.

Змеиный язык опал, и я с интересом взглянул в сторону оками. На обочине дороги стоял большой красивый зверь со светло-серой шерстью и коричневым ошейником на шее. Миг, и волчица исчезла в густых зарослях. Насупленная Химари принесла шмотки Гинко и свалила в багажнике. Да уж, сколько волка не корми, а он все в лес смотрит.

Уже в Ноихаре я достаточно освоился с управлением минивэном, и разрешил себе чуть притопить. На проселочной дороге неподалеку от особняка нас поджидал черный внедорожник. Никакой опасной магии от него не исходило, но я все равно приготовился использовать свет. Из машины вылезли двое мужчин достаточно бандитской наружности. Химари первая выскочила из автомобиля и приблизилась к незнакомцам. Следующим подошли я с Сидзукой. Один из мужчин имел бритый череп и витиеватую татуировку, край которой виднелся на шее. Второй выглядел более цивилизованно, в брюках и рубашке без рукавов.

— Амакава-доно, смотрящий Такамии от Идзунати-гуми передает вам свои наилучшие пожелания, — прилично выглядящий парень коротко поклонился и вытянул руку в сторону. Напарник быстро метнулся до машины и передал говорившему красивую катану в ножнах.

— Надеемся, с новым главой клана Амакава у нас также не возникнет разногласий.

— Я также на это надеюсь, — принял я подарок.

Якудза, а никто иной это и быть не мог, еще раз кивнул и скомандовал напарнику отчаливать. После того, как внедорожник скрылся, Химари с интересом осмотрела катану и вынесла неутешительный вердикт:

— Мусор. Для вас не годится, милорд.

— На стенку повешу. А то эти свитки с каллиграфией навевают тоску в доме.

Кайя как радушная хозяйка встретила гостей и расселила по комнатам. Поскольку теперь аякаси перебирались на постоянной основе, выбрали помещения получше. Для Сидзуки — дальнюю ванную, редко используемую. Для Лизлет — комнату рядом с кухней. В особняке имелось множество помещений, рассчитанных на пребывание аякаси. Странно, что дед так мало вассалов нашел за свою жизнь. Или это мне везет?

— Я хочу искупаться в озере, только боюсь, как бы тот воздушный дух снова не пожаловал. Прикроете?

— Совсем без нас ничего не можешь, нано. Я за купальником.

Никаких происшествий на озере не случилось, если не считать выходки Сидзуки. Мизучи любила шутить, утаскивая меня под озеро. И если для нее водная среда была комфортнее воздуха, то я чувствовал себя несколько неуютно. Лизлет создала себе темно-коричневый закрытый купальник, Кайю тоже уговорили присоединиться. Спустя некоторое время нас по запаху отыскала Гинко. Химари запретила ей перевоплощаться при мне, поэтому оками плескалась в своем волчьем обличье. Как большая собака с длинной мягкой шерстью. На этот раз мне удалось чуть дольше поучить бакэнэко плаванию. Думаю, что это по большей части на уровне инстинктов. Как двигаться Химари знала, а уж силушкой кошачью аякаси природа не обделила. При должной сноровке она должна уметь по поверхности воды просто бегать.

На обратном пути мы повстречали группу миролюбиво настроенных аякаси. Один полупрозрачный призрак в виде старика в кимоно, ноги которого истаивали в туманной дымке. Четыре маленьких полуметровых существа с длинными руками, ногами и бородами, походившие на грязных гномиков. На ветвях деревьев также покачивалась стайка мелких слабых духов. По памяти Юто я узнал их — кодама, лесные духи.

— Амакава-доно, рады приветствовать вас, — коротко поклонился старик. — Мое имя мне неизвестно, можете звать меня просто Тосигами.

— Следит за урожаем в Ноихаре, — объяснила Кайя. — А с ним коробокуру, лесные жители. Генноске-сама велел им не появляться близ особняка. Страшно вредные создания, любят портить вещи.

— Ничего мы не портим!

— Приветствую, — взял я слово. — Тосигами-сан, коробокуру. Раз так повелел мой дед, не вижу причин отменять его указы.

— Мы можем быть полезными. Ягоды, да коренья приносить из леса! — молвило лохматое существо.

— Хорошо, сможете задобрить Кайю, тогда селитесь здесь.

— Благодарствуем, Амакава-сама!

Духи удалились.

— А этот Тосигами вроде не совсем слабый.

— Конечно, милорд. Именно с его помощью в Ноихаре который год отличный урожай, и стороной обходит засуха. Думаю, не будь Тосигами, самого города не было, — пояснила Химари.

— Любопытненько, — я почуял запах денег. — Много таких духов?

— Нет, милорд. Вельми редки.

— Кстати, что по округе слышно? Все же шесть лет без экзорцистов.

— Не извольте волноваться, милорд. Справно всех нарушителей резала я.

— В последнюю неделю поползли слухи о шайке ину к северу, собачьих аякаси, а может и не аякаси вовсе, — поведала Кайя. — Еще Тосигами шепнул, что на западе в пещерах подземных учуял цутигумо, паучьих духов. На людей не нападают.

— Окей. Запиши в мое расписание нанести им визит на следующей неделе.

— Расписание, Амакава-сама? — удивилась Кайя.

— Ладно, сам запомню.

Проведя ревизию имущества ноихарского особняка, я пришел в ужас. Ни микроволновки, ни посудомоечной машины, ни стиральной, ни телевизора, ни нормальной кухонной плиты, ни даже холодильника! Кайя таскала продукты из погреба. Кстати, оный был заполнен чуть ли не доверху. У Генноске в городе имелось множество хороших знакомых, что чтили своим долгом радовать главу клана разносолами. Плюс часть жители оставляли в качестве подношений Тосигами, но тому людская пища без надобности, вот он и стаскивал все сюда. Грибы, овощи, фрукты, компоты, ягоды, соя, рис… но ни грамма мяса или молочных продуктов. Надо будет снять дзасики-вараси денег на домашние расходы.

Проводка в доме оставляла желать лучшего. Центральный кабель шел внушительный, вот только все остальное — рассчитано на телефон, освещение, парочку обогревателей и вентилятор. Работы непочатый край. Весь вечер я убил на заказ бытовой техники, онлайн оплату и оформление доставки на дом.

— Юто, я отлучусь на некоторое время, повидаю духов, нано.

— Хорошо, будь осторожней.

— Из дома не выходить, понял?

— Да-да.

— К кошке не лезть.

— Постараюсь, моя лоли.

Только мизучи ушла, как в комнату постучались:

— Господин, не желаете чашечку вечернего чая?

— Не откажусь. Надеюсь, не из твоего истинного тела, Лиз?

— Что вы, господин.

Вслед за горничной в мою комнату просочилась Химари, с подозрением следя за цукумогами. Дух предмета заметно нервничала и, когда ставила чашку на стол чуть не свалилась на меня, но бакэнэко крепко держала ту за плечо.

— П-простите.

— Ничего страшного. М-м, кофе с молоком было бы неплохо, но и чай сойдет, — я сделал пару глотков горячего напитка. — Кстати, когда молоко успели купить?

— Э-это мое…

— С собой принесла? Похвально… — я отпил еще немного чая.

Цукумогами покраснела, и в мою голову закрались нехорошие подозрения:

— Мое — значит, ты его купила в магазине, так?

— Нет, господин. Это мое молоко.

Я выплюнул часть молочного чая в воздух, забрызгав Лизлет светлой жидкостью.

— Ня-и?! (че?!) Развратна чашка, отравить милорда вздумала?! Или совратить?!

— Н-нет! Барон Рейшлиц очень любил чай с молоком перед сном… Но молочник ко мне постоянно приставал. Так что я сама научилась давать молоко. Господин Рейшлиц всегда хвалил мой молочный чай!

— Корова дойная! Ты есть дух коровы, а не чашки! Выметайся отсюда!

— Ладно, не будь так строга с ней. Лиз, спасибо за чай, только в следующий раз будь добра добавлять обычное молоко.

— Слушаюсь, господин. На всякий случай я нацежу бутылочку. Вдруг вам ночью попить захочется…

С этими словами цукумогами удалилась, оставив меня размышлять о причудах аякасской физиологии. А Химари наоборот резко оживилась — игриво приспустила лямки майки и потянулась к застежкам на спине.

— Что ты делаешь?

— Надобно проверить, милорд. Вдруг, я тоже могу давать молоко…

Бюстгальтер опал на пол, открывая вид на прекрасные белые холмы с розовыми сосками. Не успел я и слова вставить, как грудь бакэнэко оказалась вблизи моего лица. Мои губы сами по себе раскрылись и схватили торчащий розовый сосок.

— Нья-я-я! (а-а-ах!) Милорд! — Химари глухо застонала.

Я старательно проверил обе груди языком, однако молоко не было найдено. О чем и поспешил сообщить.

— Тогда вам следует поласкать их сильнее, милорд…

Все мои планы по поводу постепенного повышения уровня отношений и обещании разобраться с гаремным проклятием полетели к черту. Как можно устоять, видя перед глазами столь совершенное тело, к тому же отнюдь не безразличной мне девушки?

— Амакава-сама, к вам… — дверь отъехала в сторону, явив Кайе занятную картину меня, присосавшегося к груди бакэнэко. — Извращенец, что ты делаешь с Химари?! Отпусти ее!

Воздух в комнате сгустился до осязаемого состояния. В опасной близости от моей ноги вонзился кухонный нож.

— Я не извращенец…

— Кайя, не мешай нам с милордом.

— Химари! Мне нужно с тобой поговорить! Амакава-сама, к вам пришел гость, он ожидает в прихожей, — ледяным тоном процедила дзасики-вараси.

Черт, на самом интересном месте прервали. Что-то это уже стало походить на закономерность, а не совпадение. Я немного постоял в коридоре, дабы чуть остудить голову и другие части тела. На гостевом диванчике в прихожей ожидал молодой мужчина в фирменной одежде и кепке.

— Амакава-сан, прошу распишитесь в получении.

Я сходил за дедушкиным инканом и сюнику, фирменной печатью и красными чернилами. В Японии принято вместо росписи ставить фамильный оттиск, особенно в семьях со старым укладом. Дома у меня имелась простая печатка, здесь же у деда хранилось настоящее произведение искусства. Инкан выдавал красиво написанные иероглифы Амакава с вензелями по краям. Я быстро проставил фамильную отметку на документах и взял принесенный запечатанный пакет.

— А вы сами кто такой?

— Я простой курьер, — улыбнулся мужчина, притянув козырек кепки вниз. — Всего хорошего.

Если он простой курьер, то я — обычный японский школьник. В пакете содержалась небольшая стопка документов с фотографиями и листками бумаги.

— Якоин, — сразу догадался я.

Стало так интересно, что я расположился прямо на гостевом диване, просматривая полученную информацию. Вначале шло описание Гуан-миня, главаря одной китайской триады, промышляющей на восточном побережье. Три фотографии: первая очень нечеткая, где мало что можно разобрать, следующие две представляли незнакомых азиатов. Далее шел список отлучек моего деда и отца за пределы Японии за последние лет двадцать пять. Генноске всего однажды посетил Китай и дважды Индию. А вот Синити Амакава изрядно так полетал по миру, причем часто используя поддельные документы. В конце еще стояла приписка, что с высокой долей вероятности список неполный. Основное направление — Китай, также несколько раз отлучался в США, Европу и Российскую Империю. Я пролистал листки с разной подтверждающей информацией и в самом конце наткнулся на сводный отчет, начинающийся со словами: «Я понимаю, Амакава-сан, что вы не стали просматривать технические документы, поэтому позволил себе сделать несколько выводов…». Вот язва! Хотя именно на Хитсуги непохоже, но общий нагловатый стиль Якоин угадывается. Может, этот отчет составлял тот молодой мужчина, прикинувшийся курьером?

Если отринуть излишние подробности, первым боссом триады по имени Гуан-минь являлся мой отец Синити. Об этом давнем периоде осталось мало данных. Когда триада заявила о себе на местном рынке, Гуан-минем уже был назначен один уважаемый китайский мафиози. Отец же, вероятно, управлял всем на расстоянии. Новая триада быстро обросла влиянием и уважением благодаря успешным силовым методам решения проблем. «Шокер», «Скала», «Дракон», «Стиляга», «Стерва», «Резиновый» — эти личности прославились на всем побережье. Еще больше мафиози Гуан-миня погибло в межклановых разборках или были казнены официальными китайскими властями. По разным свидетельствам очевидцев можно было заключить, что все эти индивиды являлись аякаси, либо магами. А учитывая личность первого главаря триады, сомнений не оставалось. Именно е-кай сражались за «светлого» босса, который сам оставался в тени и проживал в Японии. Напавший на меня лэй-гун, дух молнии, определенно носил прозвище «Шокер».

Это довольно-таки удивительно, как моему отцу удалось собрать столько аякаси и заставить сражаться. Без магии очевидно не обошлось. Раз свет может влиять на разум… Даже заклинание «подчинение» есть… Что если более сильная форма может привязать аякаси к клану навсегда? Крайне любопытная теория, и ее следует всесторонне изучить, когда я освою хотя бы простые артефакты.

Было уже поздно, поэтому я отправился спать. Что странно, Химари нигде не было видно. Неужто Кайя смогла повлиять на неуемную кошку?

Глава 5

Проснувшись, я не обнаружил привычную грелку под боком. Наоборот, по мне ползало что-то холодное и скользкое.

— Моя лоли, ты что ли…

Открыв глаза, я встретился взглядом с зенками пары змей, что спокойно лежали у меня на груди. Я в ужасе вскочил с футона и принялся отряхиваться. Чтоб вас анаконда схарчила! Змеи были повсюду! Под пижамой, в штанах, даже в волосах! Еще какие-то синие огоньки разлетелись от меня во все стороны.

— Что за шум? — из-под одеяла выползла Сидзука.

— Твоих рук дело?!

— А, ты уже познакомился с моими милыми друзьями? Правда, они прелес-сть? — змеи и огоньки стали сползаться и слетаться к мизучи. — Что случилос-сь? Юто что-то с вами сделал? Какой нехороший, нано.

— Какого хрена?! Ты — еще ладно, но на целый рассадник змей в моей постели я не давал согласия!!

— Ты же сам просил меня подумать насчет поиска сокровищ. Вот я и попросила своих последователей помочь.

— Но зачем их в мою постель тащить?!

— Юто, твоя аура очень полезна для духов. Если ее употребить, то можно сразу стать высшим… Но и просто находиться рядом — серьезный прогресс для аякаси. Мы с кошкой просто быстрее восстанавливаем силы, а вот слабые духи могут в короткие сроки стать низшими.

— Я-то думал, что вы лезете ко мне в постель, потому что я вам сам нравлюсь. А тут оказывается сплошь меркантильные интересы по увеличению силы.

— Нано. Если так желаешь, я покажу тебе прямо сейчас, как ты нам нравишься.

Сидзука схватила за штаны пижамы и потянула вниз, но я крепко держал за пояс.

— Я верю. Так что насчет змей? Почему нельзя их в дневное время… прикормить? И что за синие огни? Водные духи?

— Да, слабые. Мизучи моей силы обычно просто поглощают их, даже не замечая, но я дала им убежище, где их никто не трогал. Сильный выброс магии их может убить. Твоего естественного излучения света вполне достаточно. Можешь, конечно, таскать их весь день на плечах…

— Ладно, для дела можно и потерпеть. И сколько ночей мне надо провести с ними?

— Не знаю, нано-о, — зевнула Сидзука.

Немного сюрреалистическая картина: маленькая взъерошенная девочка играет и сюсюкает с выводком змей, а над ее головой крутят хороводы синие светлячки. Хм-м, разве мизучи не в состоянии создать себе идеальную укладку на голове? Или она специально растрепала свою прическу? Выглядит крайне мило и беззащитно… И лямка ночной рубашки соскользнула… Змеи обвивают ее ноги, заползают под одежду… Все с ней понятно. Не знаю кто бы возбудился от этого зрелища, но точно не Вито.

Я переоделся в удобные бриджи и футболку, быстро умылся и направился к кухне. В прихожей уже стоял привезенный огромный двухкамерный холодильник, рядом валялась здоровая коробка от него. На меня сходу набросилась чем-то недовольная дзасики-вараси, но мое внимание привлек царапающий звук из коробки.

— Химари! А ну вылезай оттуда!

— Няу? (зачем?) — из коробки выглянула довольная морда Химари в облике с кошачьими ушками.

— Я разве не говорил с тобой? Похоже, тебе и впрямь подходит лишь роль домашнего питомца.

— Ня-я-я! (не-е-ет!) — бакэнэко быстро выпрыгнула, сделав сальто, и предстала передо мной в человеческом облике. — Не понять вам, милорд, каково это чувствовать себя защищенной со всех сторон.

— Это точно. Кайя, ты что-то хотела?

— Зачем приволокли железку сию?!

— Я не намерен отказываться от благ цивилизации, как мой дед. Потом еще телевизор привезут, спутниковую антенну с оборудованием, микроволновку, электрическую плиту. Также должны приехать электрики — будут делать нормальную проводку на кухне и в остальном доме.

— Не-ет! Амакава-сама, этого нельзя делать ни в коем случае!

— Почему это? — опешил я.

— Особняк Ноихара нельзя перестраивать или ввозить большие вещи, иначе я потеряю часть моих сил! Клановый дом Амакава оставался почти без изменений на протяжении века! Только электричество и воду подвели. За стенами и крышей я сама слежу!

— Серьезно? Я думал тут вообще все снести к чертям.

— Не-е-е-ет!!! — дзасики-вараси стала опасно размахивать выхваченным тесаком.

— Понял я, понял, — поднял я руки в примиряющем жесте. — Будем обустраивать потихоньку. А ты скоро привыкнешь к новому дому.

Кайя, вся в расстроенных чувствах, исчезла. Мы с Химари неспешно завтракали, вскоре к нам присоединилась Сидзука. Позвонила Айя, отчиталась о том, что аукцион назначен на послезавтра. Я попросил их с Кагецуки заодно присмотреть толкового дельца, которому можно доверить управление нашими финансами.

Поскольку вчерашним днем на меня никто не нападал, и я не налегал на тренировки, энергия распирала меня, а свет так и просился наружу. Нет, это будет настоящим преступлением просидеть такой отличный солнечный день в четырех стенах! Да и, если честно, никогда не любил заниматься ремонтом, поэтому…

— Кайя! Подь сюда!

— Чего тебе? — возникло из ниоткуда невежливое создание в красной короткой юкате.

— Будешь принимать технику, которую привезут. Я уже оплатил. Вот здесь указания по установке тарелки и примерный план по прокладке электропроводки. Во все главные помещения пусть ведут заодно и сетевые кабели.

— Они же весь дом порушат!

— Ничего, наймем ремонтников потом, если что. Давай, ты здесь хозяйка, распоряжайся. Но если что будет не так, я с тебя три шкуры спущу, ясно?! — я выпустил из ауры порцию света, и дзасики-вараси немного отпрянула в сторону.

— Ясно, Амакава-сама.

— Вот и чудненько. А мы сгоняем в Кагосаки! Химари, Гинко, моя лоли, собирайтесь. Лизлет, поедем с нами до банкомата, я сниму наличности, чтобы вы могли купить все необходимое в дом.

— Поняла, господин. К вашему возвращению особняк будет готов к приему самого императора.

— Надо бы мне взять что-нибудь в качестве оружия. Кайя, Химари, найдется?

— Сей момент!

Бакэнэко бросилась внутрь дома и вскоре принесла мне… потрепанный в недавнем бою с лэй-гуном мой короткий клинок, который я просто выбросил. Ноже почернел, широкое двадцати сантиметровое лезвие покрылось трещинами и зазубринами, рукоять обуглилась и частично откололась.

— Почуяла я присутствие духа внутри, посему и решила забрать. Видимо, когда вы, милорд, направились спасать меня, вельми сильные чувства испытывали. Да еще аура экзорцисткая помогла. Пусть выглядит клинок неказисто, еще послужит он вам. И даже, быть может, станет, что моя Ясуцуна с годами.

— О-о… — я новыми глазами взглянул на потрепанный нож. — Ему тоже надо имя дать?

— Как пожелаете, милорд. Коль будете относиться к нему, как к живому, то может и в разумного цукумогами обратиться спустя многие годы пользования.

— Ну пусть будет Хаганэ, стальной, — выдала моя фантазия.

Дороги в Японии не идеальные, но вполне на уровне. Многополосные платные шоссе, магистральные трассы, развязки, ровное асфальтовое полотно со свежей разметкой. По сравнению с моей предыдущей жизнью небо и земля. Стоит конечно сделать скидку на небольшие расстояния, но в остальном транспортная сеть империи восходящего солнца превосходила многих мировых конкурентов на голову. Vellfire уверенно наматывала километры. Каково же было мое разочарование, когда на платном шоссе оказалось ограничение скорости в 90 кэмэче. Елки-палки, у нас даже на магистрали можно топить 110, а на некоторых платных и все 130. Периодически мелькали камеры слежения и дорожные знаки с улиткой, словно символизируя всю безнадегу автомобильного способа передвижения по Японии. Пожалуй, на синкансене, высокоскоростном электропоезде, даже с условием последующей пересадки, мы бы добрались до Кагосаки немного быстрее. Ну да ладно. Вживую ознакомиться со всеми нюансами все равно интереснее. Да и аякаси, глазеющие в окна, выглядели радостными, за исключением Сидзуки, мирно посапывающей на задних сидениях.

Документы у меня ни разу не проверили, поэтому шесть амулетов «подчинения» остались нетронутыми. Также у меня в запасе остались три барьерных артефакта Тсучимикадо, Химари располагала еще четырьмя «ослеплениями» и двумя «ошеломлениями», мало полезными против средних духов. А на сильных так и вообще никак не подействуют.

Кагосаки на первый взгляд ничем особенным не выделялся. Виднелись пыхтящие трубы фабрики по утилизации, да множество зеленых насаждений на улицах — видимо, в качестве компенсации за загрязнение атмосферы. Приехали мы около половины двенадцатого, поэтому сходу забурились в кафе, чтобы утолить голод. Химари красовалась в короткой юбке и закрытой кофте с короткими рукавами, Гинко — снова футболке и джинсах, но хотя бы про нижнее белье не забыла, Сидзука надела короткую юбку салатового цвета, розовую майку и красный берет. На этот раз внимание мы почти не привлекали — настолько, насколько могут быть незаметными две сногсшибательные фигуристые красотки вместе с очаровательной лоли. Один я выглядел белой вороной. Простите, дамы, я всего лишь человек, и не умею качать мышцы усилием воли.

Пообедав (большая часть денег ушла на мороженное), мы немного прогулялись по городу. Гинко ничего интересного не унюхала. Даже охотниками нигде не пахло.

— Извините, — пристал я к незнакомой женщине. — Мы с сестренкой, — приобнял я Сидзуку, — пишем статью для школьной газеты про сверхъестественные места в городе. Не подскажите, может ходят слухи про странные явления, пропажу людей, жуткие дома?

— Арэ, какая прелестная у тебя сестренка, конечно я вам помогу! — мгновенно вступило в силу губительное воздействие лоли на мыслительные процессы человека. — Говорят, в канализации в заречной части города видели каких-то рептилий. То ли ящериц, то ли аллигаторов. Жуть какая, представляете? А еще строительная компания уже неделю не может снести здание старой больницы. То балка на голову рабочему упадет, то окна сами по себе бьются.

— Хм-м, а есть какое-то особенное место, возможно, в лесу, про которое нехорошая молва ходит? Чудовищ якобы там видели?

— В лесу? Ничего такого не припоминаю, простите.

— Спасибо за помощь!

Следующего решил опросить мужчину средних лет в рабочем комбинезоне.

— Сверхъестественные места, значит? Хм-м, вот про старую больницу недавно слухи пошли… А еще свалка отходов. Нехорошее место. У меня там знакомый подрабатывает. Раз в пару месяцев камеры слежения сами по себе из строя выходят, он устал уже их заменять. Говорит, когда рядом со свалкой находишься, не покидает мерзкое чувство. Я последний раз там ребенком был. Раньше было популярным местом, где проводилось испытание на храбрость среди детей, но после несчастного случая поднялась шумиха. Сейчас никто не ходит, разве что совсем отмороженные. Страшное место, скажу я вам. Словно за тобой постоянно наблюдают из мусорных куч.

— Спасибо за информацию!

— Только не вздумайте лезть туда сами.

— Конечно!

Я завел минивэн и покатил к свалке. Чутье прямо-таки вопило о том, что там что-то нечисто. Еще на подъезде Гинко потерла свой нос:

— Аякаси несет, аж в носу свербит.

— Кто? Призраки? Зверье? — поинтересовалась Сидзука.

— Не-е… маслом воняет машинным, да металлом. Не знаю.

Мы подъехали к широким автоматическим воротам, возле которых находилось одноэтажное здание со смотровой вышкой. Повсюду висели плакаты, предупреждающие об опасной зоне впереди и разрешающие появляться там только квалифицированному персоналу. Влево и вправо далеко уходил высокий забор с намотанной сверху колючей проволокой. На свалке виднелись горы строительного мусора, старой покореженной бытовой техники, автомобильных покрышек и прочего хлама.

— Химари, держи амулеты наготове.

Мы вышли из машины и подошли к зданию, из которого нам навстречу вышел седой старик с цепким внимательным взглядом.

— Здравствуйте! Скажите, можем мы попасть на свалку? Мы делаем сюжет для газеты Takamia Press, — выдал я наобум.

— Охотники, никак? — ухмыльнулся пожилой охранник.

— Так даже проще! Мы можем пройти?

— Как будто я смогу вас остановить. Обождите, я отзову напарника, что делает обход вокруг территории.

Старик скрылся в здании, и спустя десяток секунд неожиданно из динамиков раздалась очень громкая сирена, отчего даже уши заложило. Мужчина вернулся к нам.

— Вам что, рации не выдают?

— Не ловит здесь уже через полсотни метров, — бывалым тоном поведал старик. — Да и рации из строя за неделю выходят. Только в здании, что освящено охотниками давно, техника исправно работает, — по крайней мере барьерные амулеты Тсучимикадо не придется тратить. А мобильники значит лучше оставить в машине. — А вы сильно молоды, я погляжу. Хотя бы девочку снаружи оставьте.

— Нано, за меня не переживайте.

— Ваш выбор. А из какого вы клана, если не секрет?

— Амакава.

— О! Слыхал, слыхал. Ни разу от вас в Кагосаки не приходили. Не знаю уж насколько вы сильны, но не стоит недооценивать свалку. Поймете, что не справитесь, сразу вертайтесь назад.

— Э-э, а что нас там ожидает?

— Столкнетесь вы с пятью хранителями свалки Кагосаки… Хотя одного по словам прошлой группы навсегда упокоили. Вот вы и подтвердите. Запишитесь в журнале, дабы знать, кому похоронки слать, хе-хе.

— Отметьте Амакава Юто. Если что-то с нами случится, свяжитесь с четвертым отделом.

— Понял, Амакава-сан.

— Милорд, правда пойдем мы туда? Нехорошее предчувствие снедает.

— Ну не поворачивать же теперь назад?

— Кошка-трусиха, нано.

— За милорда я беспокоюсь токмо!

— Не волнуйся, Химари, я любую гадину, что Юто-сама угрожает, на китайский флаг порву! — оскалив клыки, пообещала оками.

— Похожи вы на Кибаджуба, одиннадцатый клан охотников. Те тоже все звериными зубами хвастались, да бежали со свалки поджав хвосты. Только другая ваша сила. Будто и не люди вы вовсе. Эх, доиграетесь с умениями мистическими, прогневаете богов… — покачал головой проницательный дедок. — А, вон и мой напарник топает. Не передумали еще? Как знаете. На помощь вам здесь никто не придет. Сейчас открою ворота.

Наследница великого двенадцатого клана экзорцистов недовольно вышагивала по одной из улиц Такамии. Жаркое летнее солнце палило нещадно, и в пышном платье было не продохнуть. Одеть что-то попроще — недопустимо для Джингуджи. Нет ничего позорнее, чем выглядеть как эти примитивные обыватели, не ведающие ни о чем, кроме своей зарплаты и… всего прочего, чем занимаются обычные люди в своей ничем не примечательной жизни. Но что больше всего раздражало, так это невозможность создать простое охлаждающее заклинание. И это одна из лучших выпускниц британской магической академии, прозванная «сумеречной луной» за свой выдающийся колдовской потенциал. Силы Куэс больше подходили для масштабных взрывов и огненных смерчей, чем на точечные кондиционные плетения. С высокой долей вероятности вместо охлаждения наследница двенадцатого клана нанесла бы телу морозный ожог или превратила себя в огромную ледышку.

И самое печальное — не на ком было выплеснуть свое раздражение. Ни единого присутствия аякаси. Словно они заранее знали о приезде Джингуджи и все попрятались. Ну Кабураги, гаденыш, сам ведь писал о засилье аякаси в Такамии! Правительственный лизоблюд. Неужели они уже даже со слабейшими привидениями и призраками не в состоянии справиться? Нет, сражаться с ними самой — значит лупить из ракетницы по муравьям. Куэс немного расстроилась, ведь ей так хотелось помочь наследнику шестого клана, своему старому знакомому, навести порядок в городе. В своих видениях молодая колдунья представляла, как Юто галантно целует ей руку в знак благодарности и приглашает в дорогой японский ресторан… Однако улицы Такамии были пустынны…

— Опа, малышка, не желаешь с нами в караоке затусить? — неожиданно подвалили два молодых парня.

Наследница двенадцатого клана сделала короткий взмах рукой, быстро пробормотав слова заклинания, и незадачливую парочку отбросил в разные стороны мощный порыв ветра. Один влетел в витрину магазина, второй приземлился на припаркованный рядом автомобиль, разбив лобовое стекло.

— Опять силы не рассчитала, — вздохнула Куэс. — Их ведь должно было разорвать на части…

Настроение колдуньи немного улучшилось после проведенной маленькой экзекуции. Вот в Лондоне к ней бы никто не подошел с подобными грязными намеками. «Сумеречная луна» была отлично известна и среди обывателей. Несколько раз о ней писали в газетах, как о ярой блюстительнице морали и грозе хулиганов. Особенно лондонцам запомнился репортаж о банде байкеров, которых Джингуджи заставила голышом пробежаться по оживленным улицам столицы Великобритании. Прессе же девушка заявила, что это был вполне адекватный ответ на просьбу одного из байкеров снять платье и продефилировать перед ним в нижнем белье.

Через несколько минут колдунья вернулась к стоянке, откуда и начинала свою очистительную прогулку, сделав внушительный круг по городу. Возле седана представительского класса дымил сигаретой мужчина с короткой бородкой.

— Кабураги! Я ни одного приличного аякаси не почувствовала! А на мелочь даже смотреть стыдно! Неужели четвертый отдел так измельчал, что не может с ними справиться?

— Ма-а, Джингуджи-сан, прошу, успокойтесь. В последние несколько дней случилось много всего, так что информация про е-кай уже не актуальна. Но разве вы не приехали навестить своего друга, Амакава Юто?

— Мы экзорцисты. Сначала уничтожение аякаси, и только потом всякие личные дела.

— Раз с духами покончено, может съездите к Амакава?

— Пожалуй, ты прав, — Куэс горделиво взметнула рукой свои длинные белоснежные волосы. — Наверняка вокруг него крутятся парочка этих мерзких клановых тварей…

— Хочу напомнить, чтобы вы не трогали аякаси, у которых с собой есть метка четвертого отдела. Нам не нужен конфликт между Амакава и Джингуджи.

— Пф-ф. Я не собираюсь никого убивать. Но небольшой урок им не повредит.

— Ясно. Мне позвонить Юто-сан?

— Не смей, Кабураги! Я хочу устроить ему сюрприз!

Тишина… А вдоль дороги мертвые с косами стоят. Именно такая цитата из советской киноклассики пришла на ум первой, когда мы чуть углубились внутрь территории свалки Кагосаки. Гинко подозрительно рычала на каждую кучу мусора, а вскоре совсем разделась и быстро перекинулась в волчью ипостась. Неуютно, словно за нами и впрям наблюдают. Я пытался обнаружить ауры, но что-то мешало. Казалось, будто свалка целиком — живой разумный организм, готовый наброситься в любой момент. О, вот и виденная снаружи гора резиновых изделий — покрышек и велосипедных шин.

— Кху-кху-кху, неправильное место вы выбрали для прогулок, детишки!

Давящая аура опустилась на плечи, предательский страх окутал тело. Мы заняли круговую оборону, высматривая противника. Я быстро выхватил Хаганэ и приготовился поставить щит света.

Вдруг черные тени завозились, и на горе выстроился длинный ряд автомобильных покрышек какого-то старого образца. На одной из них резина разошлась подобием зубастого рта и глазами-щелочками:

— Когда-то я была всего лишь безобидными качелями, но теперь на моем счету десятки убитых охотников! Посмотрим, сможете ли вы верно угадать где настоящий враг! Кху-кху-кху! Сейчас я вас прокачу!

Стая покрышек покатилась с горы прямо на нас. Сходу определить истинную ауру была невозможно. Химари с громким мявом настоящего берсерка ринулась вперед и начала резать покрышки на части Ясуцуной. Гинко не отставала, терзая резину длинными когтями. Сидзука стала метать сосульки, уносящие шины по несколько кряду и прибивающие их к земле. Потом поставила водный барьер, однако часть катящихся покрышек умело объехали с разных сторон. Что ж, вот и мой выход. Щит света принял первый удар, и я уже было собирался махнуть Хаганэ, напитанным светом, однако напавший резиновый кругляш истошно завопил:

— Ай-я-яй! Больно! — лицо покрышки искривилось.

В одном месте резину проело от моего света, протектор расплавился. Появилась оплетающая шину дымящаяся веревка. Остальные помощники или марионетки аякаси повалились на землю безвольными куклами. Химари растерянно остановилась, Гинко продолжала неистово рвать резину клыками, мотая головой из стороны в сторону.

— Кху! Ваша взяла, охотники. Но не думайте, что и дальше будет легко!

Сидзука метнула к покрышке водяные хлысты, дабы схватить наглеца, но дух высоко подпрыгнул, отпружинив, и буквально влился в гору шинно-колесных изделий. Аура аякаси мгновенно потухла. Оками принялась наворачивать круги вокруг кучи, активно вынюхивая:

— Юто-сама, она тут близко. Можно достать ее!

— Да демоны с ней. Кому нужен этот бесполезный дух качелей?

— Не почуяла злобы я от аякаси ентого, — отчиталась Химари. — Но упокоить ее не помешало бы.

— Неужели это один из легендарных хранителей Кагосаки? Я ожидал большего.

— Странно, — молвила мизучи. — Ей не может быть более полусотни лет. Для цукумогами ее возраста она слишком умна.

— Мне что-то так не показалось. Может тоже с охотником столкнулась? — высказался я, намекая на свой клинок Хаганэ.

— Возможно, нано. Духов предметов пробуждают сильные чувства. Ненависть, любовь, отчаяние, радость, детский смех или плач. Скорее всего, этим качелям дали жизнь дети, что катались на них.

— Мы на верном пути! По-любому отыщем новых вассалов в клан! Двигаем дальше, — произнес я оптимистично.

Выйдя из машины, Джингуджи Куэс довольно улыбнулась. Вот он, дом Юто-тян. Хотелось бы встретиться в более романтичной обстановке. Например, возле фонтана или в парке… Он бы тогда узнал ее и окликнул… Но следить за кем-то словно грязная сталкерша слишком низко для представительницы великого клана. Улыбка девушки померкла, когда она почувствовала внутри две слабых ауры аякаси, приправленные холодной энергией метки четвертого отдела. Те также заметили колдунью, и через несколько секунд быстро убрались подальше от дома. Умные твари. Оставалась лишь обычная человеческая аура. Неужели Юто-тян еще не пробудил свои силы? Тогда Куэс просто обязана помочь наследнику Амакава встать на ноги! Он направился к входной двери, значит почувствовал ее!

— Ю-тя… — успела произнести Джингуджи, как из дома вышел незнакомый немолодой мужчина с наполовину седой головой. Выглядел он растерянным.

— Ты кто такой?! Что делаешь в доме Юто?!

— Девушка, что вы кричите? Меня пригласили на… собеседование, я полагаю. На должность финансового менеджера к Амакава-сан. Как вдруг молодая девушка, Айя, и мужчина по имени Кагецуки, буквально испарились! Чертовщина какая-то!

— Где сейчас Ю… Амакава-кун? — требовательно спросила Джингуджи.

— Понятия не имею. И вообще, не желаю иметь с ними ничего общего. Прощайте.

— Слизняк. Кабураги, где может быть Юто?

— В Ноихаре вероятно. Мне позвонить?

— Нет! Я же сказала, что хочу удивить его! Эх, раздражает меня тамошний полтергейст… Трогай, поедем в Ноихару.

— Ма-а, Джингуджи-сан, я все-таки начальник оперативной группы. Я вызову своего сотрудника, он отвезет вас в Ноихару.

— Поживее!

Глава 6

Свалка Кагосаки походила на запутанный лабиринт. Ей богу, словно специально кучи отходов проложили таким образом, чтобы дольше плутать. Перелезать же через завалы желания не возникало. Еще схватит какая-нибудь тварь и утащит под мусор.

Но все ж таки, цукумогами могут очень умело прятать свою ауру, становясь практически неотличимыми от обычных неодушевленных предметов. Поэтому мы ничего особенного не заподозрили, выйдя к завалам строительной техники. Ржавые ковши бульдозеров, остатки крана, почти целый древний экскаватор Komatsu…

— Кра-ак!

Стрела экскаватора пришла в движение, и ковш взметнулся в сторону нас с Сидзукой. Мизучи и я мгновенно выставили свои барьеры, но несколько сот-килограммовая махина просто пробила их, и отправила нас в продолжительный полет. Я больно приложился спиной об остов какой-то техники. Ксо! Если бы не свет, обязательно что-нибудь сломал себе.

Химари с Гинко ринулись вперед, но были остановлены взвившимися металлическими тросами и четырьмя многосоставными механическими манипуляторами.

— Бегите назад, жалкие охотники! Не то разберу вас на запчасти! — пророкотало железное чудовище.

Ковш экскаватора был весь в длинных бороздах, похожих на следы от звериных когтей. Краска с корпуса слезла, на стеклах виднелись трещины. Фары походили на глаза и светились красным светом. Проем между кабиной и гусеницами, заставленный ржавыми железками, напоминал чудовищный рот.

— Не недооценивай нас, цукумогами!

Напитав Ясуцуну, Химари в несколько ударов покончила с тросами-тентаклями. После чего бакэнэко направила мощную демоническую волну на противника. Один из манипуляторов на пути отрезало под корень, на кабине и гусенице экскаватора остался внушительный разрез. Гинко вцепилась клыками в одну из рук, прогрызая металл словно пластилин. Во все стороны летела гидравлическая жидкость, напоминающая кровь живого существа. Я не стал лезть вперед, предоставив аякаси разбираться самим. Сидзука метнула несколько ледяных глыб, но они нанесли немного урона металлическому монстру. Экскаватор скрежетал, искрил, испускал клубы черного дыма и без всякого результата ворочал своим огромным ковшом из стороны в сторону. Слишком медленно.

— Стойте! Вы сильны, а потому можете пройти. Но следующий противник не будет к вам столь милосерден.

Экскаватор втянул в себя все тросы и манипуляторы, развернулся и неспешно покатил прочь, бренча гусеницами. Пока мы стояли в оцепенении, стена металлолома разошлась, пропустив аякаси и сомкнулась за ним.

— Милорд?

— Раз нас пропускают, идем дальше. Поглядим на остальных хранителей.

Солнце скрылось за облаком, резко потемнело. Огромные кучи мусорного лабиринта давили словно многотонный пресс. Мы настороженно оглядывались по сторонам, изо всех сил стараясь не проглядеть нападение. Вокруг лежали брошенные игровые автоматы, старые аттракционы и разная ржавая техника из парков развлечений. В большинстве случаев в разобранном состоянии. Впереди виднелось что-то большое и серое.

— Чтоб тебя! — прошипел я, услыхав тихую мелодию.

Звук исходил откуда-то спереди, из серого шатра. Что-то знакомое… Зловещая музыка ассоциировалась с парком аттракционов, но вот где я мог его слышать, ума не приложу. Пожалуй, будь я один, или с обычными людьми, то реально мог броситься наутек от того суеверного ужаса, что накатывал волнами и вынуждал инстинкты гнать как можно дальше отсюда.

— Милорд, не пужайтесь. От любой напасти прикрою я вас!

В ответ я хмыкнул. Уже несколько раз бакэнэко допускала, чтобы меня серьезно ранили. Нет, кошка безусловно сильна, но вот как телохранительница не особо радует. Впрочем, я и сам уже добился значительного прогресса в управлении светом. Так просто не дамся!

Мелодия заиграла громче и послышался какой-то скрежет, словно большой механизм пришел в движение и… конское ржание, или мне показалось? Вспомнил, это ведь…

— Только сейчас! Два билета по цене одного! Для девочек до двенадцати лет бесплатно! Подходите, детишки, прокатимся с ветерком!..Что-о?! Вы не дети и даже не люди! Мерзкие твари, как смеете вы натягивать личины прекрасных ребятишек?! Я сниму вашу кожу, переломаю каждую косточку, буду смаковать мясо по кусочку! А тебя, водный дух, я оставлю в живых, чтобы ты могла наблюдать за страданиями своих друзей, как жизнь капля за каплей покидает их дрянные туши!

— Злобный призрак, долг Багрового клинка Ноихары велит мне упокаивать тебе подобных.

— Юто, можно я прикончу этого любителя маленьких девочек? — глаза мизучи горели жаждой крови.

— Можно, — кивнул я заторможено.

Серый шатер распался на лоскуты, являя нам старый выцветший грязно-ржавый аттракцион-карусель. Круглая площадка с широким столбом по центру и похожим на цирковой куполом с кое-где виднеющимися яркими цветами былого декора. Поддерживающие опоры и ограждающий заборчик превратились в скалящиеся клыки, а вся карусель походила на монументальную зубастую пасть. Внутри по кругу вращались жуткие деревянные лошадки с рваными кусками краски, кровавыми подтеками и горящими синими глазами. Обычно карусели вызывают детский смех, поэтому непонятно как из веселого аттракциона получился настоящий жестокий монстр. В отличие от покрышки-качелей я ни на секунду не усомнился в правдивости обещаний аякаси. Злобный призрак, значит. Скорее всего, именно душа работника парка развлечений вселилась в эту конструкцию.

Чрево карусели исторгло мощный поток холодного воздуха, отдающего плесенью, после чего лошади одна за другой стали выскакивать наружу. Свалка наполнилась перестуком деревянных копыт и истеричным, фальшивым конским ревом. Да сколько их там?! Десятка четыре, не меньше. Четвероногие не бросились сразу, а разделились и принялись обходить с разных сторон. На этот раз Гинко с Химари не стали далеко отходить от меня, а заняли оборону по кругу. А в следующую минуту разверзся лошадиный ад. Бешеные твари лезли со всех сторон, пытались достать зубами, ударить копытом или просто завалить собственным весом. Они были не так сильны, но вот их количество внушало уважение. Мелькала Ясуцуна и серый волчий вихрь.

Я решил испробовать свои умения. Напитал свое тело светом, покрепче сжал Хаганэ и выскочил из-за водного щита Сидзуки. Тут же в мою сторону повернули две лошади. Увернувшись от одной, я полоснул клинком прямо по деревянной фигуре. Е-кай ржанул напоследок и истаял в воздухе. Второй монстр оказался более резвым и боднул меня в спину. Светлый покров предотвратил серьезные повреждения, однако от сильного толчка я повалился на землю. Миг, и заплесневелые копыта взметнулись над моей головой, так что я еле успел откатиться в сторону.

— Юто! — крикнула мизучи.

— Не помогай! Милорд должен сам справиться.

Спасибо, что веришь в меня, Химари. Выплеснув в клинок порцию света, я ткнул аякаси по морде. Карусельная лошадь распалась трухлявыми ошметками. Ек! Из-за кучи мусора вынырнуло около восьми новых тварей! Нет, я конечно крут, но пока не готов к таким геройствам.

— Один на один слабо, да?!

Взмах, уворот, удар. Слишком много света трачу, нужно рассчитывать точнее. Иначе после десятка выпадов окажусь с пустым резервом. Сидзука оттянула часть противников на себя, против меня осталось лишь трое. Прыжок, перекат, всадить Хаганэ под круп. Щит света! Ага, не можешь пробить. Убрать барьер и резко двинуть ножом прямо в горящий синий глаз. Последний. Повинуясь какому-то озорному, или, если точнее, дебильному импульсу, я пропустил коняшку мимо себя и запрыгнул сверху.

— Н-но-о! Пошла, родимая!

Однако необъезженная животина слушаться не пожелала. Лошадь высоко подпрыгнула, выкинув меня из седла на приличное расстояние. Перекувырнувшись, я плюхнулся на нижнюю точку. Упс. Вокруг меня горели несколько пар синих глаз, из деревянных пастей раздавалось отнюдь не лошадиное рычание. Я вскочил и начал быстро орудовать ножом. Вскоре Химари с Гинко пришли мне на помощь, сбив некоторых противников или перерезав напополам. Кровь бурлила, я действовал почти не раздумывая. Повернуться, ударить, отпрыгнуть, выставить щит. В моей жизни бывали драки, но никогда на уровне: или ты убьешь, или тебя. Главное — совесть глухо молчала, придавленная в дальний угол сознания тяжелой кровожадной аурой аякаси. Я начал испытывать азарт, чувство превосходства над обычными людьми захватило меня. Вот он истинный облик экзорциста, охотника на аякаси, стоящего далеко вне нормальности. Воюющий с дикими каруселями… Кто знает, возможно знаменитый Дон Кихот, борец с мельницами, на самом деле был законспирированным охотником на аякаси?

Лошади стали подходить к концу, и громадная конструкция карусели собственной персоной ринулась в нашу сторону. Металлические трубы, решетки, деревянные балки опасно лязгали и стучали, грозя проткнуть нас насквозь. Я побежал прочь от «босса», предоставив право разбираться с ним моим вассалам. После ускорения светом навалилась усталость, и я с трудом удержал себя на ногах. Да уж, лучше не злоупотреблять магией, не то загоню себя до смерти. Разлитый в теле свет дает ложное ощущение безмерного всемогущества и выносливости.

Полетели натуральные глыбы льда, замедлившие передвижение монстра. Но все-таки, если сравнивать с действиями Химари и Гинко, мизучи была не так эффективна в бою против цукумогами подобного типа. Да и источников воды поблизости не наблюдалось. Химари крушила карусель Ясуцуной, обрезая целые секции демоническими волнами. Гинко осторожно кружила вокруг, цепляя выступающие балки когтями. Кжак! Вылетевшая труба словно змея обвилась вокруг тела волчицы и резко втянула жертву внутрь.

— Ныя! (убью!)

Я хотел побежать спасать Гинко, но от Химари рубанула такая сильная аура аякаси, что желание поутихло. Удары Ясуцуны оставляли многометровые борозды. Я со своим ножиком буду только под ногами путаться. В открывшийся центральный столб полетела очередная фиолетовая волна, после чего карусель разжала объятия, выпустив волчицу наружу.

— Н-нет, мои девочки… — прохрипел монстр.

Здоровый ледяной диск ворвался в гущу событий и довершил начатое бакэнэко. Конструкция сложилась словно карточный домик, взметнув кучу пыли и мелкого мусора. Я почувствовал, как злой дух покинул свое вместилище и растворился. Обломки карусели начали отекать безобразной жижей.

— Гинко, ты как?

— Цар-рапина, Юто-сама! — волчица активно зализывала рану на бедре.

— Моя лоли…

— Можешь не напоминать, нано, — мизучи направилась к оками, дабы поспособствовать скорейшему излечению. Нет, хилер в пати — это офигенно.

Мы немного передохнули и восстановили силы. Я, честно говоря, начал сомневаться, сможем ли мы одолеть остальных хранителей? Света оставалось где-то половина, а ведь судя по нарастанию сложности дальше наверняка пойдут высшие аякаси. Стоит ли так рисковать? Из цукумогами я знаю только Айю и Лизлет, да неразумную Ясуцуну. Не особо то и сильные е-кай, хотя полезные, особенно дух конверта. Чашка больше… как там Тайзо говорил? Точно! Для фансервиса.

— Гинко, будь осторожнее, вперед бездумно не лезь. Идем дальше.

За поворотом перед нами открылась свалка различного ржавого металлолома, так что я ожидал увидеть какого-нибудь железного монстра, но вместо этого… На верхушке горы восседал натуральный самурай в черно-синем каноничном кимоно с бутылкой саке. Длинные черные волосы, собранные в хвост, мужественное лицо с шрамом через бровь, катана с белой рукоятью на поясе. Ему бы в исторических фильмах играть, а не на свалке тухнуть. Я напряг свет в попытке оценить ауру, но не смог детально разобраться в результатах. Понял, что это незлобный дух, и что его катана является мощным артефактом. Не слабее Ясуцуны. Хотя от самурая в целом пахло однотипно.

— Добрый день, меня зовут Амакава Юто, а это мои вассалы Химари, Сидзука и Гинко.

— Юто!

— Ах да, это не Сидзука, а моя лоли…

— Амакава, что пленил аякаси. Интересный гость к нам пожаловал, — усмехнулся самурай. — Что ж, позволю себе представиться в ответ. Мое имя Тсукиакари но Одори, танцующий в лунном свете. Я родился личным клинком генерала Симэгути Акеру при императоре Шимомино. Симэгути-сама был убит подлым повстанцем, противившемся императорской власти. В дальнейшем мной владели не слишком добропорядочные личности, однако они помогли мне осознать себя. И сейчас я охраняю это место от кланов экзорцистов, как века назад генерал Симэгути оберегал покой сегуна.

— Постойте, вы вроде бы адекватный дух, Одори-сан. Может договоримся? Не хотите к нам в клан? Обещаю хорошие условия и достойную вашего прошлого зарплату!

— Слова ничего не решают, если они не подкреплены силой, парень.

— Полностью согласна, дух меча, — Химари вытащила Ясуцуну. — Давай же выясним, кто из нас ПРАВ!

— О, Багровый клинок Ноихары, как-никак. Сочту за честь скрестить с тобой клинки, — аякаси медленно вытащил катану из ножен и с одухотворенным лицом провел пальцем по затупленной стороне оружия. — Лунный свет, дай мне силу!

Бваха! Я закашлялся, сдерживая смех. Пожалуй, это было единственное аниме за исключением покемонов, виденное мной в прошлой жизни. Девчонки в матросках с гигантскими глазами, что сражались со сверхъестественными монстрами… Услышать столь похожую фразу от сурового мечника — это сильно. Хотя ему наверняка никто не говорил, что его боевой клич напоминает призыв школьницы из детского мультика.

Весь мой несерьезный настрой испарился, как только испарился сам Тсукиакари но Одори. В следующий миг Ясуцуна и белая катана самурая с громким лязгом столкнулись, и Химари отбросило назад.

— Тсч, похоже, мне стоит стать чуточку серьезнее, — произнесла бакэнэко.

Мизучи выпустила водные хлысты, но не успела. Самурай молниеносно сместился и снова сшибся клинками с Химари. Искры вылетали из разных сторон свалки, я даже голову поворачивать не успевал. Гинко настороженно следила за схваткой, стоя возле моей ноги. Шерсть волчицы вздыбилась, из пасти раздавалось глухое рычание.

— Ния! (больно!)

Бакэнэко отлетела в сторону. На ее ноге кровоточила глубокая резаная рана, а одежда украсилась несколькими новыми отверстиями.

— Кошка! Тебе лучше побыстрее прикончить его, иначе скоро совсем без одежды перед Юто останешься.

— Без тебя знаю, змея!

Мечники схлестнулись, оставив в земле небольшой кратер и выпустив вокруг себя разрушительную энергию. От взрывной волны нас защитил водный барьер. Чертов самурай! Крайне неприятный скоростной противник, с которым Сидзука и Гинко мало чем могут помочь Химари. Только я благодаря напитке света могу попробовать вмешаться. Вот только не останусь ли инвалидом после такой перегрузки организма? Буду надеяться, что бывшим экзорцистам положено солидное пособие по причине нетрудоспособности. Раскаленные штыри вонзились под кожу, жидкий азот выплеснулся в кровеносные сосуды, мышцы горели огнем, тяжелый плотный воздух с трудом проталкивался в легкие, звуки растягивались будто в режиме замедленной съемки. Химари и Одори стали двигаться для меня с почти нормальной скоростью. И я заметил, что самурай теснит бакэнэко, используя элегантные отточенные движения. Химари пыталась контратаковать или поймать аякаси на замахе, но опыта ей недоставало. Использовать разрушительные демонические волны глупо — увернуться от них мечнику не составит труда.

Необходимо использовать эффект неожиданности по полной. Когда сражающиеся сместились ближе к нам, я взвинтил скорость до максимума и ринулся вперед, напитав Хаганэ светом. Однако в последний момент Одори вывернул руку за спину и подставил катану под мой удар. Желтый свет столкнулся с белым туманом, и две магические энергии расплескались в стороны, вызвав мощную волну. Бакэнэко хватило небольшой заминки противника, и Ясуцуна прошлась по правому плечу и груди успевшего чуть отклониться самурая. От лезвия белой катаны откололся треугольный кусок, кривая трещина расчертила металл.

Одори резко отпрыгнул в сторону, разрывая дистанцию.

— Ксо! — самурай зажал плечо рукой, сквозь которую сочилась красная кровь, так похожая на человеческую. — Кто бы мог подумать, что смертный способен развить такую скорость.

Я почувствовал, что еще чуть, и уже не смогу выйти из ускоренного режима. Тяжелым волевым усилием удалось усмирить свет и выпнуть остатки магии из организма. Ноги подкосились, а во рту почувствовался металлический привкус.

— Милорд!

— Юто!

— Юто-сама!

Водные щупальца подхватили мое тело и быстро перенесли подальше от гущи сражения. Сидзука стянула мою футболку и принялась водить ладонями по торсу.

— Поганый е-кай! Ты поплатишься за то, что встал у нас на пути! — прокричала бакэнэко. Кошачий хвост яростно метался из стороны в сторону, а уши воинственно топорщились. Была бы у нее шерсть, а не человеческие волосы, наверняка бы встала дыбом. С окутавшейся демонической энергией Ясуцуны на землю срывались фиолетовые сгустки, оставляя жженые следы.

Химари бросилась на цукумогами, снова полетели искры и взрывные магические волны. Без ускорения я уже не успевал следить за их передвижениями, но самурай явно начал сдавать. Миг, и две человекоподобные фигуры застыли друг напротив друга. Одори зажимал обрубок левой руки, а катану с переломанным на конце лезвием окровавленный самурай стискивал в зубах. Бакэнэко с многочисленными порезами стояла с направленной на него Ясуцуной:

— Твое последнее слово, дух меча?

— Это был славный танец, Багровый клинок…

— Ст… — не успел я договорить, как земля под бакэнэко вспухла чудовищным взрывом.

Химари и Одори отбросило в противоположные стороны. Выставленный мизучи барьер не справился с налетевшей волной, и нас также протащило по земле несколько метров.

— Enough! Довольно! — раздался внушительный мужской голос с дальнего конца свалки.

Я повернулся на звук. Святые мокасины!

— Достаточно! Остановите здесь, — скомандовала наследница двенадцатого великого клана экзорцистов.

Водитель покорно тормознул седан, выдав небольшой пылевой столб. Грунтовая дорога до особняка Ноихары вилась через мрачный лесистый участок. Нависающие ветви деревьев походили на скрюченных великанов, что тянули к путникам свои изломанные руки. Крепко схватив обмотанный цепью древний родовой фолиант, Джингуджи Куэс вышла из автомобиля. Неспешно расправила черно-белое платье, внимательно проверила свою прическу в выхваченное небольшое зеркальце и двинулась вперед по дороге. Самого особняка еще не было видно, но уже через несколько метров начиналась область владений местного полтергейста. Элементарные правила вежливости требовали сначала предупредить духа о своих намерениях, иначе вторжение может быть расценено как нападение врага. В нескольких старинных замках Англии подобные существа до сих пор использовались. Замшелые аристократы, когда они наконец поймут, что современные средства магической защиты намного надежнее и безопаснее для владельца, чем духи места с неизменно скверным характером? Нет же, никто не хочет тратить лишний фунт, пытаясь кое-как ужиться со злобным соседом. Япония, в отличие от Европы, радовала в этом плане. Первый клан Тсучимикадо на протяжении многих десятилетий проводил политику по бесплатному изгнанию родовых полтергейстов и с огромной скидкой устанавливал свою защиту на основе печатей. Да уж, кланы, владеющие артефакторикой, будут на коне даже в мирное время. Именно поэтому Джингуджи необходим союз с Амакава. Жаль, что кроме ценных амулетов света к ним в придачу идет пачка, пускай и прирученных, но аякаси.

Колдунья выплеснула небольшую порцию магии, как того требовали правила знакомства с полтергейстом. Пожалуй, будь это простой дух места, наследница двенадцатого клана не стала бы церемониться. Но детские воспоминания хранили свидетельства о выдающейся силе е-кая Ноихары. К тому же портить родовое имение Амакава — не лучший вариант для долгожданной встречи после длительной разлуки с наследником клана. Спустя несколько секунд пространство исказилось, и перед девушкой предстало девочко-подобное существо в красном кимоно, подозрительно осматривающее гостью:

— Джингуджи… я помню твою ауру. Гляжу, выросла совсем.

— Зато ты ничуть не изменилась, Кайя.

Куэс сложила руку вдоль живота и немного выпятила достойных размеров бюст вперед, что заставило духа раздраженно поджать губы.

— Я пришла с добрыми намерениями, дух места. Разреши нам проехать. И не предупреждай Юто-тян.

— Амакава-сама в настоящий момент отсутствует в Ноихаре, — пропела дзасики-вараси.

— Что?! Где он?

— Амакава-сама не передавал мне никаких указаний на ваш счет, Джингуджи-сан, — перешла на официальный тон Кайя.

— Что за чушь ты несешь?! Мы хорошие друзья детства!

— Вчера друзья, сегодня уже нет… Амакава-сама при мне не говорил о клане Джингуджи ничего хорошего.

— Наглый полтергейст, знай своей место! Быстро говори, где Юто!

— Вот значит, каковы ваши «добрые намерения», колдунья. Я доложу о вашем появлении Амакава-сама. Но даже не думайте ехать дальше. Иначе я раскатаю вашу колымагу в тонкий блин!

От аякаси по воздуху разошлись угрожающие волны будто круги на воде, после чего полтергейст исчезла. Куэс немного удивилась, но не испугалась. Встречались ей и более серьезные противники, которые могли вызывать дрожь одним своим видом.

— Fu***** ghost! — Куэс раздраженно пнула по колесу автомобиля.

И в подтверждение всех слухов о неспособности «сумеречной луны» к четкому контролю своих магических способностей длинный язычок оранжевого пламени выскочил из кончика сапожка и с громким грохотом пробил дыру в шине.

— Джингуджи-сама! — укоризненно произнес молодой водитель, сотрудник четвертого отдела, выходя из машины. Осмотрев повреждения, мужчина вздохнул и полез в багажник за запаской.

— Damn! Что за хлипкие машины нынче делают в Японии! О-о! — колдунья к чему-то прислушалась и хищно усмехнулась.

До этого скрытая аура расцвела, явив нам аякаси определенно не уступающего Одори. Последний пятый хранитель свалки Кагосаки подавлял своей мощью и вызывал желание скромно попросить прощения за устроенные беспорядки. Но больше всего потрясал внешний вид существа. В своей прошлой жизни я не особо увлекался исторической военной техникой, но некоторые модели узнать мог. Особенно советского производства, а также некоторые немецкие или американские образцы. Перед нами стоял средний танк M4 Sherman светло-зеленой раскраски. Глаза-фары сверкали по бокам башни, широкая щель ниже по-видимому изображала рот. Вместо белой американской звезды спереди пестрела чернильная пятиконечная отметина. Короткий ствол прицельно глядел в нашу сторону, как и раструб пулемета, торчащего из корпуса. Позади стелился густой черный дым, будто этот аякаси действительно сжигал сейчас топливо внутри. Несмотря на то, что экскаватор Komatsu не уступал ему размерами, танк воспринимался как намного более грозный противник. Эта вещь, как и катана, создавалась с целью убивать людей, калечить и нести разрушение. И настроения солдат, владеющих ранее оружием, точно не могли похвастаться доброжелательностью и прочими светлыми чувствами. Военные аякаси скорее всего хорошо приспособлены для сражений, как и сами их предметы-прототипы в обычной жизни.

Шерман стоял вдалеке на дороге, не собираясь сближаться с нами. Ясно. Его стезя — дальний бой. Танки без пехоты крайне уязвимы, хотя и закрадываются у меня сомнения — сможем ли мы осилить его броню? Особенно в нашем текущем плачевном состоянии. Я почти небоеспособен, Химари поранена и, как и остальные, потратила много сил. Бакэнэко, вся в грязи и копоти, подошла к нам, морщась от многочисленных ран и ушибов. Ее одежда уже не годилась даже на половые тряпки. Трусики только уцелели. Кевларовые они что ли?

— Вы зашли далеко, охотники. Но на этом ваш путь окончен. Уходите и считайте, что прошли испытание Кагосаки.

— Испытание, нано? — поинтересовалась Сидзука.

— Мы даем охотникам шанс проверить свои силы, стараемся не убивать молодых, взамен вы не трогаете наш дом.

Вот оно что. В Кагосаки кланы натаскивают начинающих экзорцистов.

— Вы упокоили Нисийоши, охотники. Хоть по нему никто и не будет скучать. Считайте, что прошли хранителей с честью. Лунный свет, как ты?

— Кха, жить буду, — ответил самурай.

Пока я раздумывал, сможем ли мы одолеть противников, кучи металлолома разошлись, и в проеме появились аякаси экскаватора и покрышки. Теперь шансы явно не в нашу пользу. Остается единственный выход — дипломатия.

— Меня зовут Амакава Юто, это мои вассалы Химари, Гинко и моя лоли.

— Братик Ю-юто, — Сидзука игриво прижалась к моей оголенной груди и обняла за талию.

— Как видите, наш клан работает с аякаси, и мы пришли сюда как раз за новыми сотрудниками. Амакава долгое время находились не у дел, и нам необходимы опытные бойцы или просто полезные цукумогами. Приношу извинения за Одори-сан, я не смог остановить схватку. А насчет карусели по имени Нисийоши извиняться не собираюсь. Изгонять злых духов — наша работа. В вас большого зла мы не почуяли, поэтому, если вы не будете трогать людей, то и для вражды у нас нет никаких причин.

— Мое имя Гарольд, а это мистер Коматсу и мисс Моэка, — танк повел стволом в сторону экскаватора и покрышки.

— Хм, а экскаватор мужского пола из-за длинного ковша со стрелой? А Моэка женского — потому что с дыркой?

— Мистер Амакава, идентификация аякаси с человеческим полом немного сложнее, чем ваши рассуждения. Насчет слов про работу: мы всецело одобряем ваш подход по отношению к мирным аякаси. Но не можем позволить вам набирать здесь пушечное мясо себе в клан. Я знаю, что такое большая война, сынок. War never changes.

— Эй, я не собираюсь гнать слабых духов на передовую, Гарольд-сан. Нам не хватает даже рабочих рук. У вас есть уникальный шанс снова стать частью человеческого общества, ведь именно нашему клану дано разрешение использовать аякаси. Цукумогами снова могут заняться тем, для чего их сотворили создатели. В моем особняке живет слабый дух чашки, она работает горничной в свое удовольствие. Дух конверта доставляет послания, переносит посылки. В клане Амакава любой цукумогами будет трудоустроен в кратчайшие сроки!

— Также как и эта бакэнэко, Багровый клинок Ноихары? — с непонятной угрозой спросил танк.

— Ну, да, — осторожно протянул я.

Бах! Снаряд просвистел у нас над головами и разорвал мусорную кучу позади, раскидав железки во все стороны. Часть обломков забарабанила по выставленному щиту Сидзуки.

— Не бывать такому, пленитель аякаси!

Глава 7

Лизлет Эл Челси в прекрасном настроении возвращалась из Ноихары с покупками. Четыре огромных пакета тянули на полсотни килограмм, но цукумогами не замечала этого, тихо напевая один старый английский мотивчик. В городе все оказались настолько добры к духу чашки, что она и помыслить не могла о подобном отношении от людей. Молочник не только не приставал, но даже сделал скидку, стоило ей упомянуть клан Амакава. Пускай жители не знали наверняка о потусторонних вещах, но многие догадывались. И с Лизлет разговаривали уважительно, как будто она сама принадлежит семье Амакава.

Под ногами путались несколько крошечных коробокуру, предлагая помочь донести пакеты, но по словам дзасики-вараси этим созданиями нельзя доверять.

— Благодарю, но мне помощь не требуется! — уверенно ответила чашка.

— Вот овца!

— Не зазнавайся, стерва!

— А ну прекратите обзывать меня! Не то разозлюсь! — аура цукумогами чуть приоткрылась, и неряшливые гномы бросились врассыпную. Конечно, ей было далеко до бакэнэко или оками, но уж с мелкими духами способна справиться.

Неожиданно из леса выскочило трое незнакомых молодых парней. Личности окружили Лизлет, один достал нож и начал поигрывать клинком.

— Красотка, что это ты одна по лесу ходишь?

— О-оставьте меня в покое! Или вам не поздоровится! — воинственно ответила чашка и аккуратно поставила сумку со своим истинным телом на землю.

Те лишь гнусно заржали. В одного из бандитов быстро полетел пакет, оказавшийся намного тяжелее, чем можно было подумать сходу. Другой незнакомец смог уклониться от следующего пущенного снаряда. Сделав широкий замах оставшимися двумя пакетами, цукумогами обрушила свою ношу из двадцати килограмм мороженного мяса, курицы и рыбопродуктов прямо на голову третьему. Незадачливый хулиган упал как подкошенный, но и ручки пакетов оборвались, так что Лизлет лишилась своего основного оружия. Однако так просто голубоглазая блондинка сдаваться не собиралась. Наклонившись, цукумогами выхватила здоровое бревно и принялась им угрожающе размахивать перед нападавшими.

Йен Маккалистер недовольно наблюдал из зарослей за потасовкой. Все серьезные группировки отказались иметь дело с Амакава, поэтому пришлось нанимать откровенную шпану. На крайний случай у посланника коллекционера антиквариата имелось несколько магических артефактов, и он уже собирался применить один из них на разбушевавшейся аякаси, как в голову пришла идея получше. Улучив момент, когда дух чашки не смотрел в его сторону, англичанин ловко проскользнул к оставленной сумке и быстро нашарил внутри фарфоровую чайную чашку.

— Не-ет! — сразу почувствовала чужое прикосновение цукумогами. — Только господин может касаться меня!

— Заткнись и делай, что я говорю. Или отломаю тебе ручку.

— Я-я поняла, сэр. Я сделаю, что скажете.

Держась за голову, поднялся один из бандитов:

— Эй, фраер, дай нам с этой цыпой позабавиться.

— Об этом не было уговора, — нахмурился мужчина в костюме.

— Да ты глянь, как она Гондо врезала! А у меня наверняка сотрясение! Кто будет за это доплачивать, а? Мы хотим полмиллиона йен как минимум! Или дай нам поразвлечься.

Пока наниматель размышлял, один из прихлебателей подошел и грубо схватил Лизлет за руку:

— Будь паинькой и тебе даже понравится.

— Не-е-е-ет!!!

Закрыв от страха и отвращения глаза, дух чашки вывернула схватившую ее руку и резко ударила о свое колено. Раздался хруст, на кофейную юбку брызнула кровь. Если бы цукумогами открыла глаза, могла увидеть выступающий осколок кости, но она боялась взглянуть на то, что сотворила. Лизлет определили всего лишь как аякаси 3 ранга, тем не менее она была намного сильнее обычного нетренированного человека.

— А-а-а-а-а-а! — заорал несчастный бандит.

— Ты что сделала с Гондо, тварь?!

— И меня тот же вопрос интересует, — раздался на лесной дороге властный женский голос.

Лизлет осторожно открыла глаза и увидела неподалеку красивую девушку в черном платье. Длинные белые волосы, отметка на лбу в виде полумесяца… Сумеречная луна! Ноги Эл Челси подкосились. Теперь это точно конец! Гроза аякаси, что успела навести шороху по всей Европе за последние несколько лет. Дух чашки думала, что в Японии она будет в безопасности… особенно в Такамии, где давно не показывались кланы экзорцистов. Но все оказалось наоборот. Сначала четвертый отдел и Амакава, потом герцог Честер, теперь и Джингуджи. Что им всем надо от бедной цукумогами?

— За нападение на человека… Нет, за одно само твое существование, я должна казнить тебя, дух предмета, но радуйся. Печать четвертого отдела сохранила твою жалкую жизнь. Взамен ты должна будешь сказать Амакава Юто, что именно я, несравненная Джингуджи Куэс, спасла тебя от похитителей.

— Д-да, госпожа Джингуджи!

— А ты уж не Маккалистер ли? Прихвостень старика Честера. Убирайся отсюда! Это аякаси Амакава, и герцогу не видать ее как своих ушей!

— Мисс Джингуджи, я не буду интересоваться, зачем вы следили за этим духом, но давайте решим вопрос как цивилизованные люди. Сколько вы хотите?

— Че?! Какого хрена ты еще торгуешься с этой сучкой? — взревел несдержанный подельник и бросился на колдунью, размахивая ножом.

Куэс устало пробормотала слова заклинания, и всю троицу вместе с пострадавшим Гондо смело далеко в лес мощным воздушным вихрем. Посланник герцога Честера, чудом успев спрятаться за дерево, выпучил глаза и пытался отдышаться. Против сумеречной луны никакие артефакты не помогут. Да и чашка в руках тоже не аргумент.

— Это мне следует спрашивать, сколько вы готовы заплатить, если я отпущу вас целым и невредимым, мистер Маккалистер, — произнесла наследница великого клана, горделиво вздернув подбородок.

Джингуджи перевела взгляд на дух предмета, осмотрев Лизлет с ног до головы. И… мысль о спасении грудастой блондинки уже не казалась такой уж правильной. Юто, паршивец, кого ты в клан набираешь?!

— Что за грязные инсинуации?! В клане Амакава аякаси служат только на добровольной основе! Может мой отец и занимался чем-то противоправным, но я не намерен следовать по его стопам!

— Тогда ответь мне, экзорцист, почему я чувствую твою магию в бакэнэко рядом?

— Возможно, это просто след от амулетов? — предположил я.

— Нет, милорд… — сникла Химари.

— Так вот значит, что я почуял в вас с Кайей! — воскликнул я, озаренный внезапной догадкой. — Почему ты не сказала? Это дед с вами сделал?

— Со мной — да, Генноске-доно. Кайю осветил еще ваш далекий предок.

— Это гнетет вас?

— Нет, милорд!

— Хорошо! Когда я разберусь как работать с разумом, я сниму с вас это позорное клеймо. Обещаю! — твердо произнес я.

— Ня-я! (нет!) Никак нельзя творить подобное, милорд! Насчет Кайи не знамо мне, может и будет с ней все в поряде. Но коли убрать свет с меня, стану истинной бакэнэко я, безумным звериным духом. Меня и с защитой дедушки Генноске иногда тянет пустить кровь, особенно в пылу схватки… Страшусь я навредить людям или духам мирным… Тогда не будет места мне подле вас, милорд…

— Я понял. Что-нибудь придумаем.

Надоело! Сколько можно уже ходить вокруг да около? Джингуджи Куэс решительно подошла к автомобилю и достала телефон из оставленной сумочки. Номер, переданный Кабураги, в списке контактов был сохранен как «Юто-тян». Вызов…

По прошествии минуты девушка раздраженно кинула трубку на заднее сиденье машины:

— Ну Юто! Ты не только заставил меня впервые в жизни встать на защиту демона, но еще и смеешь игнорировать?! Меня, великолепную Джингуджи Куэс! Мы уезжаем! Эй ты, изображающая блондинку, передай Амакава Юто, что я буду ждать его в гостинице Син-Такамия. Хватит на это твоего подобия мозга?

— Д-да, госпожа! Все сделаю, как вы просите! — Лизлет низко поклонилась, обрадованная, что колдунья решила наконец отпустить ее.

— И если ты посмеешь сделать что-то неприличное с Юто, я поджарю тебя на огне при температуре свыше тысячи градусов!

— Похоже, ты не врешь, охотник, — танк неспешно покатил в нашу сторону. Вместе с ним двигались экскаватор Коматсу-сан и прыгала дух качелей Моэка-тян.

— Клянусь, я никого из духов не буду принуждать магией, Гарольд-сан. Позвольте нам поискать здесь союзников. Одори-сан, мое предложение все еще в силе.

— Кха, теперь я вижу, что ты силен, Амакава. Но мой долг велит мне остаться в Кагосаки на защите слабых духов.

— Очень жаль. Если что, приходите к нам в Ноихару. Хм-м, Коматсу-сан, нам конечно не особо нужны специалисты вашего профиля… Может, строительную фирму откроем…

— Нет-нет, Амакава-доно, — отрицательно замотал ковшом из стороны в сторону экскаватор. — Свалка — мой дом.

— Гарольд-сан, а вы не желаете присоединиться к нам? Сможете помогать аякаси не только в Кагосаки.

— Нет. Вы одолели четырех хранителей, поэтому мне никак нельзя уходить. Что если следующие охотники будут сильнее вас?

— Я так понимаю, больше на свалке нет сильных аякаси? — вздохнул я.

— А я?! А я как же! — обиженно прыгала в воздухе покрышка.

— Я же сказал — сильных. Кстати, что это за злобный призрак был, Нисийоши?

— Я слышал, что современные технические средства помогают быстро находить нужную информацию. Думаю, вы больше нас узнаете, — ушел от ответа шерман.

— Разрешите нам прогуляться по свалке. Обещаю, мы не будем никого тащить против воли.

— Хорошо. За вами присмотрит Тако. Не злоупотребляйте нашим гостеприимством, Амакава-сан. И если мы узнаем, что в вашем клане с духами плохо обращаются, хранители Кагосаки отыщут вас в любой части света.

— Я учту ваши слова, Гарольд-сан.

Самурай, танк, экскаватор и покрышка с достоинством удалились, скрывшись за кучей мусора.

Необходимость держать лицо отпала, и я устало опустился на старый металлический короб, напоминающий стиральную машину. Использование света и запредельные нагрузки давали о себе знать.

— Юто, как ты?

— Зверски устал, но уходить рано. Осмотрим оставшуюся часть свалки. Химари, почему ты не сказала мне про свет?

— Простите, милорд, виноватая я…

— Сама то как себя чувствуешь? Моя лоли, поможешь ей с ранами?

— Раз ты просишь…

Некоторое время мы просидели, отдыхая и обсуждая прошедший бой. Кошка восхищалась моей скоростью и тем, что я смог отвлечь духа катаны. Занятно. Выходит, что цукумогами могу иметь отдельные обличья людей и предметов, как в случае Айи. Становиться почти неубиваемой проекцией одновременно с наличием своего хрупкого истинного тела, о чем поведала Лизлет. Воевать в облике самих предметов с некоторыми человеческими чертами вроде глаз и рта, как у Гарольда, Коматсу и Моэки. Хотя танк со своей силой определенно должен иметь и человеческий лик, судя по говору и акценту, какого-то американца. Видимо, после второй мировой, когда США десантировались в Японию, часть техники так и осталась на островах. Ну и последний тип — дух предмета сражается используя свое истинное тело в человеческом виде, что показал нам Тсукиакари но Одори, самурай, танцующий в лунном свете. Причем, оба лика являются словно продолжением друг друга. Если повредить один, второй получит зеркальную рану. Надо не забыть записать все подробности в дневник.

Гинко, так и не вышедшая из волчьей ипостаси, подозрительно принюхалась к моему сидению и коротко рыкнула. После чего вдруг стул под моей нижней точкой пропал и я упал вниз, на что-то мягкое.

— Не-е-ет, — послышался полностью безразличный монотонный женский голос.

— Милорд! Вы куда руки тянете?!

И правда. Моя левая рука по-хозяйски сжимала мягкую женскую грудь. Незнакомка выглядела женщиной средних лет с тусклыми черными волосами. Отсутствующее выражение на лице и длинный потрепанный серый банный халат не добавлял духу привлекательности. Я поспешно откатился в сторону:

— Простите, не знал, что вы живая, когда садился…

— …

— М-м, меня зовут Амакава Юто. Я ищу здесь вассалов в клан.

— …

— Алло, есть кто живой?

Женщина села на земле и обвела нашу компанию ничего не выражающим мутным взглядом.

— Пойдете к нам в клан?

— …

— Юто, она выглядит слабой.

— Ну и ладно. Есть не просит. Вдруг больше никого здесь не найдем. Так что вы решили? Позвольте узнать ваше имя?

— …

— Молчание знак согласия. Идем с нами.

Я протянул руку и помог женщине подняться. Та не сопротивлялась и покорно следовала моим указаниям. Словно безвольная кукла. Наверное собственное сознание еще не оформилось.

— Странные цукумогами, — молвила Сидзука, осматривая женщину. — Безмозглая и слабая, однако уже имеет собственное человеческое тело. Да и предыдущие духи. Им явно менее ста лет… Но тот танк Гарольд уже высший.

— Человеческий прогресс не стоит на месте. Так и у цукумогами, — молвил я.

Мизучи хмыкнула.

— Милорд!

Я посмотрел в ту сторону, куда указывала бакэнэко. Чуть поодаль в вышине парила яркая разноцветная желто-зелено-красная конструкция в виде массивного куба с развевающимися с одной стороны бумажными щупальцами. Воздушный змей!

— Тако! — догадался я.

В Японии так называли воздушных змеев, другой перевод слова — осьминог. Тако действительно походил на морского жителя с множеством щупалец. К нам аякаси подлетать не стал, а кружил чуть в стороне. Я быстро отряхнул халат новоприобретенного духа, показывая, что никого против воли мы не держим.

— Будем звать тебя Саки в честь свалки. Нравится?

— …

— Ну и отлично! Идем дальше. Гинко внимательно разнюхай тут все.

— Да, Юто-сама!

К большому сожалению завалы строительной и бытовой техники хранили в основном только формирующихся слабых духов. Неразумные, большинство и двигаться неспособны, не то, что сражаться. Самых разных видов и форм: начиная с кусков арматуры, зонтиков и старых гэта (сандалий) и заканчивая кинескопными телевизорами, граммофонами и унитазами. Кто это интересно испытывал настолько сильные чувства в туалете, что смог дать подобие жизни сантехническому изделию? Видимо, радовался от облегчения. Были тут и скопища мелких ю-лэй, призраков, и обакэ, привидений, но по большей части также малополезных.

— Амакава-сама! — окликнул нас невзрачный юноша в потрепанном синем кимоно. Короткие коричневые волосы, сероватая кожа и карие глаза. Пахло от него слабо, чем-то деревянным. — Можно мне с вами?!

— А ты кто?

— Нобу, дух дверной ручки!

— Что умеешь?

— Могу вселиться в дверь, так что никто не сможет войти!

— Звучит бесполезно.

— Ну Амакава-сама! Пожалуйста! Я знаю здесь одного сильного духа.

— Показывай.

Нобу повел нас в узкий проход между двумя кучами мусора, будто через горный перевал. Особой опасности мы не чувствовали, поэтому последовали за ним. Аякаси дверной ручки испустил слабый поток магии, и неожиданно одна из гор хлама разошлась в стороны, являя проход в какое-то полутемное помещение. Мы прошли за Нобу внутрь. За большим столом из дверц холодильников собралось шесть цукумогами и два привидения, играющих в карты. Четверо в человеческой форме, слабые и неопасные. Одна деревянная вешалка для верхней одежды и один непонятный прибор, напоминающий кондиционер. Определить назначение вещи было непросто, поскольку оно использовало какую-то промежуточную форму тела. Вместо ног — небольшие пластиковые антенны, вместо рук — связка тонких проводов, расходящиеся пальцами на конце, на месте головы торчала коричневая микросхема. Сходу именно этот прибор определялся как сильнейший аякаси из всех присутствующих. Привидения походили на неоформленные сгустки энергии, однако достаточно сильные, чтобы влиять на материальный мир и держать отростками несколько игральных карт. Одно обакэ вызывало грусть и мысли о повешении, другое — наоборот, радость и желание пуститься в пляс.

— Охотники пришли! — раздался полный страха голос.

Вешалка упала на землю от испуга, прикинувшись… вешалкой. Привидения прыснули в стороны, легко пройдя сквозь стены из металлолома.

— Давайте не будем паниковать, — поднял я руки миролюбиво. — Клан Амакава проводит набор сотрудников. Есть желающие?

— Вот, Элли желает! — воскликнул рядом дух ручки на позитиве.

— В доступе отказано, — проскрежетал электронный голос в ответ.

— Ладно тебе, Элли-тян. Я знаю, ты сильная! — продолжил уговаривать Нобу.

Я с любопытством оглядел скопище проводов, пластика и электронных микросхем. Напоминала какого-то персонажа из трансформеров. О, заметил логотип компании сбоку. «Allied Telesis». Если память Юто мне не изменяет, занимаются компьютерной техникой и электроникой.

— В доступе отказано!

— Ну что вы так сразу, Элли-кун? Давайте сначала обсудим условия нашего контракта. Считайте меня добрым волшебником из страны Оз.

Я присел рядом, подвинув какого-то духа, и с любопытством дотронулся до корпуса устройства.

— В доступе… доступ подтвержден.

Я удивленно приподнял брови. Не думал, что будет так просто. Неужто моя аура ей понравилась?

— Я рад. Так что, пойдете ко мне в клан?

— Подтверждаю.

— Сколько тебе лет, электронный дух? — поинтересовалась Сидзука.

— Год производства две тысячи первый.

— Нам не нужна еще одна лоли в клан! Нано!

— Не переживайте, госпожа водный дух, ее истинное тело выглядит старше, — поведал нам Нобу.

— Тогда ладно, — разрешила Сидзука. — Но все таки она слишком мала. Каким образом эта цукумогами уже успела обрести разум?

— Современные духи учатся быстрее нас, — вздохнул аякаси дверной ручки. — Чем сильнее электроника, тем больше шансов стать разумным.

— Кого-то еще можешь посоветовать? — спросил я, аккуратно носком кроссовка трогая так и не поднявшуюся вешалку.

— Нет, Амакава-сама. С вашими аякаси кроме хранителей никто не сравнится.

— Печально. Ну ладно, глядишь, к следующему приезду Одори-сан будет более сговорчивым. Может саке ему привезти… А шерману элитного топлива. Любопытно, он бензиновый?

— Нет, Амакава-сама, дизельный, но и бензин тоже любит. Ведрами хлебает. Только скажу вам по секрету: моторное масло лучше не привозите, — прошептал Нобу, заговорщицки понизив голос.

— А что так? — перешел и я на шепот.

— Гарольд-сама как напьется масла, так вечно то с Коматсу-сама, то с Нисийоши-сама, упокой ками его душу, драки устраивает. Во все стороны палит. Однажды даже наше убежище разнес.

— Ясно, — я обвел взглядом трясущихся в присутствии бакэнэко духов. — Тронете мирных жителей, все по камушку тут разберем. Уходим. Элли-кун, не отставай.

— Амакава-сама, меня подождите! — замахал рукой Нобу и бросился следом.

Выйдя из обиталища духов свалки, мы увидели низко парящего Тако. К дождю вестимо. Дух воздушного змея на некоторое время завис над нами, трепеща щупальцами. Я присел и положил руку на пластиковое плечо электронного аякаси:

— Это Элли-кун, она идет с нами по своей воле. Правда ведь?

— Подтверждаю.

— Можно я буду звать тебя Элис?

— Подтверждаю. Изменение имени устройства завершено.

— Хмм, чем ты была, когда была предметом? — сумбурно спросил я, не зная как правильно оформить вопрос.

— Сетевой маршрутизатор модели AT-1120G.

— Ясно.

Не особо я разбираюсь в компьютерных девайсах. Свичи, коммутаторы, маршрутизаторы и прочее. Однако у Элис имелись похожие на антенны сочленения. Поэтому буду пока считать ее духом роутера.

Мы еще немного походили по свалке, познакомившись с многими занятными созданиями, хотя в большинстве своем они убегали при нашем приближении.

— Смотрите-ка, знакомый валун! — воскликнул я, увидев направившего нас в Кагосаки аякаси. — Киннаро…херо…боттчи, местные вас не обижают? А мы здесь уже двоих вассалов нашли! Большое спасибо, что подсказали!

Камень видимо так прифигел, что с минуту просто молчал. Вообще, довольно сложно определить, о чем думает существо, если у него нет лица и отсутствует мимика. Даже цукумогами и то выглядели человечнее. Жаль, что мы так и не смогли найти общий язык. Я бы использовал его для своего сада камней и удивлял гостей взявшимся из ниоткуда лишним валуном.

Злоупотреблять гостеприимством, о чем нас предупредил Гарольд, не стали и направились в обратный путь. От карусели Нисийоши осталась только большая грязная лужа, переливающаяся на солнце будто бензиновая пленка.

Вскоре мы дошли до места, где оставили одежду Гинко. Химари хотела было сама переодеться, но я резонно заметил:

— Огромный серый волк вызовет больше подозрений в городе, чем белая кошка.

— Няэ! (так точно!)

Огрызки одежды Химари и трусики опали безвольными тряпками, когда аякаси трансформировалась в свой животный лик. Гинко преобразилась в девушку, и я тактично отвернулся, пока она натягивала обратно джинсы с футболкой.

— Милорд, захватите мое белье? — спросила бакэнэко.

— Нано! Я сама понесу! — встряла Сидзука.

— Змеюка! Твои трусы носил уже он! Почему мои нельзя?! Милорд, это будет справедливо!

— Хм-м, ну вообще-то мне их подбросили… Ладно, мне самому интересно их потрогать…

— Хсш-с-с! — зашипела мизучи.

— Да успокойся, моя лоли! Исключительно с целью проверки откуда у них такая прочность! Может мне одежду из такого же материала заказать?

Я поднял белые трусики кошки, влажные от пота… Сделав морду кирпичом, я запихнул их в карман бридж. Эх, у меня ведь тоже запасной футболки нет, придется отсвечивать голым торсом.

О! В куче поломанной электронной музыкальной техники я почувствовал слабый всплеск ауры. Раскопав завалы, обнаружился старый поцарапанный синий дисковый плеер Sony Discman D20, годов восьмидесятых наверное. У отца моего однокурсника имелся похожей модели. Я поднял плеер и отряхнул. Тот словно собака встрепенулся и потянулся к моей ауре. Кушай, бедненький, мне не жалко.

— Милорд, что есть сие? — принюхалась белая кошка с огромными фиолетовыми глазами.

— Прибор для прослушивания музыки.

Воздушный змей Тако парил рядом, но на этот раз дух мне попался совершенно безмолвный и явно неспособный обращаться в человеческий облик.

— Тако-сан, очевидно, что этот аякаси не может за себя ответить, но я о нем позабочусь, — поклонился я.

Тут неожиданно полилась незнакомая мне музыкальная мелодия, исходящая от духа плеера, и раздался немного грустноватый приятный мужской голос:

— «…Why you gotta be so rude?

Don't you know I'm human too

Why you gotta be so rude…»

— Т-хух, простите, уважаемый дух, я ни в коей мере не хотел показаться невежливым. Но эй, на человека вы пока очень мало похожи. Согласны ли вы вступить в клан Амакава?

Ответом мне послужил отрывок из песни группы ABBA, которую я легко узнал:

— «…Money, money, money

Must be funny

In the rich man's world…»

— Э-э, вам действительно нужны деньги? Может что-то другое подойдет?

От Discman'а раздался мощный гитарный риф, сопровождающийся тяжелым мужским басом:

— «…I wanna rock! ROCK!

I want to rock! ROCK!..»

— Рок? Ну, думаю, мы найдем, чем отплатить. Разве вам не понравилась моя аура?

На свалке Кагосаки грянула громкая музыка с сильным хрипловатым женским вокалом:

— «… And I-i-i-i will always love you

I will always love you-u-u-u…»

Композиция угадывалась на ура, вот только пела не Уитни Хьюстон, а какая-то незнакомая женщина. Ну, очевидно ремейки не один Киркоров умеет делать.

— Значит, договорились! У тебя есть имя? Нет? Тогда… м-м, пусть остается Ди-ниджу (D-двадцать).

Послышалась тихая старенькая песня:

— «…You've left your prayers and song

Silly boy blue-e-e, silly boy blue…»

— И ничего не глупо! Эр-два-дэ-два весьма популярный и известный персонаж, между прочим.

В ответ над кучами мусора разнеслись звуки эпической основной темы из «Звездных войн». Черт, мне нравится этот мелкий аякаси производства компании Sony! Он отлично разбирается в человеческой культуре, не хуже Сидзуки. Правильно! Что это все боевые, да полезные в быту духи? Для души и восстановления нервов тоже надо что-то прихватизировать!

— Милорд, весело вам? — улыбнулась кошка-Химари, заразившись моим настроем.

— А то! Ди-ниджу, сыграй нам что-нибудь!

Над кучами строительных и бытовых отходов, наполненных разными сверхъестественными и мистическими созданиями, разнесся веселый немного знакомый и уместный детский мотив про день всех святых:

— «Boys and girls of every age

Wouldn't you like to see something strange?

Come with us and you will see

This, our town of Halloween…»

Словно вторя плееру изо всех щелей повылазили разнообразные духи: цукумогами, призраки и привидения. Моэка устроила на прощание парад покрышек. Что-то стучало, бренчало и глухо завывало из мусорных гор свалки Кагосаки. Даже Тако сделал несколько пируэтов у нас над головами, грозно развевая щупальца.

Глава 8

Под эту какофонию мы приблизились к воротам выхода со свалки, как впереди почувствовались магические возмущения. Кто-то колдует?

— Ама-амакава-сан?!!! — сильно заикаясь спросил молодой мужчина в форме четвертого отдела общественной безопасности Японии.

— Что-то случилось? — я недоуменно оглянулся вокруг. — А ну утихли! Хватит пугать честной народ. Моэка-тян, всего хорошего.

Духи замолчали и стали возвращаться в дальнюю часть свалки. Покрышка весело упрыгала под свое демоническое «Кху-кху-кху!». Недалеко от ворот нас встречала пара молодых правительственных сотрудников борьбы с аякаси, мужчина и женщина, готовые применить несильную огненную и молниевую магию из своих артефактов.

— Что вы тут делаете? — задал я вопрос.

— Смотритель свалки доложил о вашем приходе, Амакава-сан, — первая пришла в себя девушка. — Мы хотели проконтролировать и попросить вас об одной услуге…

— Да?

— М-м, может сначала объясните, почему при вас находятся незарегистрированные духи?

— Это новички. Скоро зарегистрирую.

— Ясно, — подозрительно покосилась сотрудница.

Я картинно обхватил себя руками:

— Сестренка, хватит поедать меня глазами. Моя футболка пала в битве смертью храбрых.

— Точно! Братик Юто только мой, нано! — подлила масла в огонь Сидзука.

— Э-э, мы думали предложить вам разобраться с аякаси в старой больнице, который не дает снести здание, — подал голос мужчина вместо впавшей в ступор сотрудницы. — Сейчас там работают экзорцисты пятого великого клана Каннаги… Но раз вы здесь в Кагосаки, не желаете помочь, Амакава-сан?

— Что, за просто так?

— Думаю, пятый клан будет вам благодарен за поддержку.

— Ага, или наоборот, рассердятся из-за того, что мы влезли на их территорию.

— Мы, четвертый отдел, устраним любые трения, которые могу возникнут между кланами, — уже увереннее сказал мужчина.

— Хорошо. Только на многое не рассчитывайте. И… у вас одежды не найдется?

— Ксо! Держи левое крыло!

— Не могу, братан, мой сикигами на последнем издыхании!

— Чтоб тебя! Отступаем!

— Мы справимся!

— Это приказ, придурок! Не зря тебя перевели на лесное патрулирование!

— Но…

— Отходим, я поставлю огненного стража для отвлечения.

Молодой парень всего восемнадцати лет от роду бросил на пол больницы оранжевую с черными полосами и иероглифами бумажку в виде маленького человечка. Специальный жест рук направил небольшой магический посыл в сикигами, и из бумажного амулета мгновенно вырос двухметровый огненный элементаль. Несмотря на явное нежелание младший член клана Каннаги последовал за командиром и выбежал из здания бывшей медицинской части Кагосаки. Спустя пару секунд окна у них за спинами разверзлись мощными огненными потоками, что означало гибель стража-сикигами.

— Братан, в следующий раз у нас все получится!

— Нет же, дурень. Надо звонить старшим из клана. Эта работа нам не по зубам.

— Ксо! Проклятый дзасики-вараси!

Округа была накрыта специальным барьерным артефактом Тсучимикадо, поэтому гражданские не могли проникнуть внутрь. Строительная техника, предназначенная для сноса зданий, пылилась безлюдными силуэтами. И за бесцельную трату ценного артефакта их в клане по головке не погладят. Неожиданно на больничную территорию спокойно проехал большой белый минивэн, а за ним уже виденный ранее черный седан ищеек четвертого отдела. Из тойоты вышла группа колоритных личностей: молодой парень в рваных бриджах и немного великоватом кителе с четырьмя белыми полосами, темноволосая красивая девушка в узких штанах и женском кителе того же четвертого отдела, явно сильно жмущим в районе груди, высокая сероволосая девушка в футболке и джинсах и маленькая девочка в голубом платье. А из седана выгрузилась не менее занимательная парочка виденных ранее сотрудников четвертого отдела из Кагосаки: молодой мужчина в форменных штанах и почему-то одной белой майке и знакомая худая девушка, на этот раз надевшая о-очень короткую зеленую юбку какого-то детского фасона, обтягивающую розовую маечку, открывающую живот, и красный берет.

Из минивэна заиграла музыка какого-то англоязычного исполнителя:

— «…Oh darling please don't leave me

Oh darling please don't hurt me this way…»

— Ди-ниджу, умолкни. Я ненадолго, — бросил молодой шатен и направился к представителям клана Каннаги, настороженно взирающих на непрошеных гостей.

— Тетенька, а тебе идет. Удивлена, как подошло, нано. У тебя отличная фигура, — произнесла зеленоволосая девочка, обращаясь к сотруднице четвертого отдела, отчего та покрылась смущенным румянцем и попыталась натянуть юбку ниже, чтобы прикрыть ноги.

— Только вот некоторые, — женщина бросила взгляд на напарника, — называют плоскодонкой.

— Пф-ф, есть идиоты, которые не понимают, что жир только портит женщину, — уверенно произнесла девочка в голубом платье.

— Вы что за клоуны?! — рявкнул младший экзорцист, сжимая на всякий случай сикигами в руке.

— Мы пришли помочь, — поднял руки молодой парень в бриджах.

— Да что вы в своем четвертом отделе можете?! Раз у нас не вышло, то вас просто в лепешку расшибут за секунду!

— Тише, осел! — ругнулся старший и дал тому затрещину. — Совсем нюх потерял? Не чуешь аякаси в людском обличье? Амакава-сан, я полагаю?

— Да. Позволите нам посмотреть?

— При всем уважении, больницей уже занимается клан Каннаги.

— Хм-м, мы только с аякаси хотим побеседовать. Если удастся его убрать, вы можете присвоить заслугу изгнания себе.

Двое молодых охотников Каннаги переглянулись:

— Братан! Он дело говорит.

— Неправильно это присваивать себе чужие свершения. Ну да ладно, все равно у вас ничего не выйдет.

Я коротко склонил голову, и два молодых парня из великого клана отошли в сторону, пропуская нас к центральному входу в здание.

— Милорд, уверены вы? Вельми устали в битвах прошедших.

— Мы не будем сражаться. Вот еще, жилы надрывать ради чужих. Поговорим с духом места, вдруг удастся его образумить?

— Юто, дом для дзасики-вараси — это его жизнь, нано. Без него дух места быстро теряет силы и умирает.

— Вот оно как. Хм-м, есть одна идейка.

Приемное помещение выглядело ужасно: все разломано, в копоти, кое-где тлели угольки, под ногами хрустели осколки стекол. Мы почувствовали перед приездом выброс огненной магии, но по-видимому у Каннаги не получилось убить духа. Далеко внутрь больницы заходить не стали.

— Дух места, приветствую тебя, — спокойно произнес я.

Химари рядом крепко сжимала Ясуцуну, так что я был относительно спокоен.

— Охотник, пришел убить меня? — по коридорам больницы разнесся тихий зловещий детский голосок. Я бы может чуть испугался, если бы не встреча с Нисийоши ранее. Этому дзасики-вараси было далеко до аякаси карусели.

— Нет, поговорить. Я сегодня зверски устал — переговоры с хранителями свалки вышли очень трудными. Но я смог найти себе несколько новых вассалов! Мое имя Амакава Юто. С тобой, дух места, мне нет никакого смысла сражаться.

— Ты врешь!

— Думай, что хочешь. Скоро пятый клан вызовет себе подмогу и тогда сюда придут более опытные экзорцисты, которые аякаси вроде тебя на завтрак кушают. Если ты не дурак, то должен понимать, что тебя в любом случае изгонят, а здание снесут.

— Тогда зачем ты пришел?! Насмехаться?!

— Нет, предложить тебе работу в клане Амакава. Если ты не злобный дух, само собой.

— Уговори экзорцистов не сносить мой дом, тогда я согласен, — быстро проговорил дзасики-вараси. Похоже, он уже в отчаянии.

— Я не могу спасти твой дом, но могу предложить новый. Что скажешь?

— Ты что тупой? Если мой дом снесут, я погибну!

Вот мелкий засранец.

— Попробуй мою ауру. Она должна помочь тебе продержаться.

Я испустил порцию света в сторону стен.

— Ты лжешь! Пусть твои духи отойдут назад!

— Делайте, — бросил я своим.

— Юто…

— Змея, верь в милорда.

Мизучи нехотя потянулась за бакэнэко и оками на выход из больницы. Немного света еще осталось — должно хватить, чтобы прорваться из здания. Я напряженно всматривался, стараясь не пропустить появления духа, и тот не заставил себя долго ждать. Как и Кайя, возник почти мгновенно посреди коридора. Мертвенно бледный мальчик лет десяти на вид с пепельными блеклыми волосами в больничной пижаме какого-то устаревшего образца. Передняя часть была открыта, словно для операции, и виднелся аккуратный хирургический разрез в нижней части живота. Из раны на ноги и на пол непрестанно лился поток крови, внутри шевелились внутренности. Мальчик шлепал босыми ногами, оставляя багровые отпечатки и издавая противные чавкающие звуки. Меня немного замутило, и я отвел взгляд.

— Моя аура тебе…

В следующий миг на меня словно набросилась какая-то липкая и холодная сила. Покров света продержался недолго — из-за неожиданности я не уследил за контролем. Тьма окутала меня с головой, но я даже испугаться не успел. Через секунду мое тело лежало на больничной каталке, крепко привязанное ремнями за руки и ноги, в темном подвальном помещении, заставленном старыми коробками и пыльным медицинским оборудованием. Ксо! Попался как последний лох! Возомнил о себе невесть что после того, как смог достать самурая! Супергерой хренов. Аура в помещении давила своей мощью. Похоже, самый центр логова дзасики-вараси. Скверно. Ремни я еще смогу перерезать светом, но вот вырваться — вряд ли. Надо тянуть время.

Хлюпающий звук приблизился слева, и я повернул голову. В неясном тусклом свете перед каталкой стоял мальчик, сжимая в руке острый медицинский скальпель:

— Может мне и суждено скоро погибнуть, я постараюсь унести с собой как можно больше охотников!

— Не делай этого! Я могу помочь.

— Все люди одинаковые. Что ты, что женщина, которая убила меня.

— Неправда! И люди, и аякаси разные! Вот увидишь, я не причиню тебе вреда.

Где-то наверху раздался сильный грохот, отголоски которого дошли до подвала. Посыпалась штукатурка, краска со стен начала отваливаться. Отлично, надо еще чуть-чуть потянуть время… Холодное лезвие скальпеля коснулось моей шеи. Я судорожно сглотнул и выпустил порцию нейтральной энергии света:

— Смотри, моя аура тебе понравится…

Дзасики-вараси на несколько секунд застыл. Раздался оглушающий взрыв, и прямо через потолок к нам в помещение провалилась окутанная фиолетовым пламенем фигура с кошачьими ушами и глазами с вертикальным зрачком. Следом в дыру пролезла мизучи, используя водяные отростки, и Гинко в форме волчицы. Я мгновенно отбросил духа светлой волной и перерезал ремни. Бакэнэко ринулась на аякаси, ее Ясуцуна столкнулась с мощным полупрозрачным пространственным барьером.

— Уходим! Химари, не трогай его, пусть Каннаги разбираются.

— Поганый дух должен получить урок за то, что навредил милорду…

Дзасики-вараси без особых усилий сдерживал напор Багрового клинка Ноихары. Как бы не слабее Кайи будет.

— Химари, я сказал отступаем!

— Няэ… (слушаюсь…)

Медленно и осторожно под защитой водяного барьера мы отходили из подвала. Поначалу заблудились в коридорах больницы, обманутые местным духом. Но вскоре Гинко взяла след и вывела нас к лестнице. Дзасики-вараси открыто не нападал, но пару раз лестничные пролеты впереди вдруг исчезали или распадались на отдельные ступеньки. Химари проходила по ним демонической волной, и все возвращалось на свои места. Через пару минут мы уже стояли в центральном холле недалеко от выхода. Неожиданно в одном из коридоров почувствовалась аура дзасики-вараси:

— Братик, не бросай меня! — заревел аякаси и побежал в мою сторону.

Однако уперся в водяной барьер Сидзуки и начал беспомощно колотить в него, не используя свои разрушительные способности. Я придержал дернувшуюся Химари.

— Да пошел ты в задницу! Ты хотел порезать меня!

— Прости меня, братик, я больше не буду. Прости меня! Не оставляй меня здесь. Они уничтожат мой дом, охотники убьют меня!

— Поклянись, что больше не причинишь вреда мирным людям или аякаси.

— Клянусь! Я сделаю все, что скажешь, братик!

Слезы исчертили бледное лицо мальчугана. Вроде не врет.

— В следующий раз останавливать бакэнэко я не буду, тебе ясно?

— Да, я все понял!

Мизучи неохотно сняла барьер. Я протянул руку, напитав на всякий случай покров света, и дзасики-вараси радостно схватил мою ладонь.

— Отныне ты в клане Амакава, поэтому веди себя достойно.

— Да, братик!

— Как твое имя?

— Ватанабе Акира.

Мы направились к главному входу. Двери давно выбило взрывом или чем-то еще, поэтому мы сразу увидели готовых к бою двух парней из клана Каннаги. Поодаль, за автомобилем виднелись головы спрятавшихся сотрудников четвертого отдела. Мальчик неожиданно остановился, затормозив меня:

— Что такое?

— Скорее всего никто не учил его выходить за пределы своих владений, нано.

— И как его вывести?

— Не знаю, я ведь на дзасики-вараси, — пожала плечами Сидзука.

— Кайя говорила, есть один способ простой, милорд. Нужно духу передать свою вещь, что много значит для вас.

М-м-м, я оглядел себя в поисках подходящего подношения. Телефон что ли принести из машины? Да не, я его и купил-то недавно, не успел привязаться. Или носок ему подарить? И тогда Добби будет свободен? О! Рука нащупала в кармане мягкую ткань, и вытащила ее на свет.

— Акира-кун, я дарю тебе это священное сокровище…

— Ня-и-и-и?! (че-е-е?!) Милорд!!!

— …Заботься о нем, как о зенице ока!

— Да, братик! Обещаю, что буду бережно хранить твой дар!

— Милорд!!! — вскипевшая бакэнэко даже не находила слов, чтобы выразить все свое возмущение сим надругательским действом.

— Юто, охотник-извращенец. Ты уже и последователей набираешь в свою извращенскую секту? — протянула Сидзука, прищурив глаза.

Я потянул дзасики-вараси вперед, и дух места с опаской и неохотой покинул пределы больницы.

— Амакава-сан, что это было? — спросил Каннаги-старший с некоторым охреневанием на лице. — Как вам удалось приручить духа?

— Не стоит недооценивать силу нижнего белья!

Акира несмело улыбнулся, крепко сжимая в руках белые трусики Химари.

— Дух, верни мою вещь, потом чистые тебе отдам я… — запричитала бакэнэко.

— Нет! Это мне подарил братик Амакава, — резко отказал аякаси места, пряча добычу.

— Ксо! Милорд!!

— Я тебе потом десяток новых куплю, не надо делать из мухи слона.

— Хорошо, раз сам милорд выбирать будет…

— Э-э-э, ну ладно.

— Кошка! Чтоб ты со своими трусами провалилась! — недовольно заявила мизучи.

— Юто-сама, хотите, я вам свои трусики отдам? Для коллекции.

— Нет, спасибо, Гинко.

В минивэне сразу стало тесно. Я, Химари, Сидзука, Гинко, Саки, Нобу, Акира и занимающая немного места Элис. Сегодняшний день выпил из меня все соки, поэтому, поискав в интернете лучшую гостиницу Кагосаки, повел автомобиль прямиком туда. На экране смартфона высветился пропущенный вызов от незнакомого номера, но перезванивать я не стал. Кому надо — дозвонится.

— Акира, только не заляпай там все кровью, пожалуйста.

— Конечно, братик!

Словоохотливый Нобу, дух дверной ручки, всю дорогу болтал с новым дзасики-вараси, так что мы узнали его историю чуть ли не с рождения. И о заболевании почек, об операции по трансплантации в начале семидесятых годов одним опытным местным специалистом, что славился в то время на всю Японию, как и сама больница. Но вечером после пересадки состояние пациента ухудшилось. Оперировавший хирург и ассистировавшая ему женщина-врач помогали проводить реанимационные процедуры, но все было тщетно. Маленький пациент умер. Призрак мальчика уже тянуло в иной мир, однако он ощутил рядом сильное чувство злорадства и удовлетворения от проделанной работы. Женщина-врач радовалась смерти ребенка, и Акира понял, кто виновен в его смерти. Тогда мальчик решил приложить все силы, чтобы остаться и отомстить. Проведенное служебное расследование показало, что к неудаче при пересадке причастен мужчина-трансплантолог, и его отстранили от проведения сложных операций. Спустя пару месяцев несчастный случай с медтехникой унес жизнь женщины-врача, но Акира клялся, что больше никого не трогал. Только медсестер пугал, что спали на дежурствах, да нескольких уборщиков, которые начали приворовывать. Призрак уже свыкся со своим потусторонним существованием, прижился в больнице и постепенно стал духом места. Акира рассказывал, как ему нравилось помогать только умершим, провожать их на тот свет. Или наоборот, упокаивать злобные сущности, которых в больнице всегда водилось немало.

Я снял два больших номера и сразу направился в предоставленное помещение принять душ. Ополоснувшись, на выходе из ванной меня ожидали дзасики-вараси, бакэнэко, мизучи и оками. Акира боялся оставаться вдали от меня и моей ауры, Сидзука и Химари не желали оставлять нас с ним наедине, а Гинко протиснулась за компанию. Вздохнув, я разрешил им остаться, а сам плюхнулся на кровать в огромном гостиничном банном халате с телефоном в руках.

— Дом Амакава, Кайя слушает.

— Привет, это я. Как там работы продвигаются?

— Они мне весь дом разнесли!! Отзови строителей или я их сама прибью!! — прокричала в трубку ноихарская дзасики-вараси. — Вот, их босс хочет с тобой поговорить.

— Алло, Амакава-сан? — послышался мужской голос.

— Да, у вас возникли трудности?

— Трудности?! Кайя-сан не дает нам сверлить стены и пол! Мы не можем провести проводку! Специалисты, которые устанавливали спутниковое оборудование также не доделали свою работу, списав на отказ клиента! Амакава-сан, с таким отношением и мы ничего не сможем сделать!

— Понятно. Передайте трубку Кайе.

— Да, Амакава-сама? — настороженно отозвалась дух места.

— Слушай меня, Кайя. Или ты разрешаешь строителям все, что они просят, или по приезду в Ноихаре будет новый дзасики-вараси. Я тут как раз нашел одного, Акирой зовут. Я доступно изъясняюсь?

— Да, Амакава-сама… — бесцветным тоном пропищала Кайя.

— Вот и славно. Лучше подумай о том, как тебе компенсировать неудобства. Может подарок какой-то захочешь? — немного подсластил я пилюлю.

— Я подумаю…

— Тогда до скорого. Завтра мы вернемся.

— Амакава-сама, приходила наследница Джингуджи, хотела повидать вас. Я не пустила, уж больно нагло вела себя.

— Да, в гостях стоит быть вежливым. Но я надеюсь ты к ней сама не придиралась?

— Нет! Джингуджи просила передать просьбу о встрече, но по телефону место называть не буду.

— Правильно, нечего клану Якоин уши греть. Хитсуги, иди поспи.

— Ку-хи! Так и сделаю, Юто-кун, — вмешался в разговор ехидный женский голосок.

Тьфу ты!

— Имейте совесть, Якоин-сан! Оставьте хоть чуток места под личную жизнь!

— Конечно! Уже отключаюсь, ку-хи-хи…

Я вздохнул.

— Ладно, до скорого, Кайя, Хитсуги.

Весь вечер я провалялся в постели, отдыхая и без особого энтузиазма поглядывая телевизор. Аякаси не сильно доставали, только Сидзука предлагала сделать массаж, да Акира постоянно норовил дотронуться или просто сесть рядом. Химари таки удалось отобрать у него свои трусики, постирать в ванной и вернуть дзасики-вараси. Потом бакэнэко с любопытством следила за программой новостей. Когда я щелкал пультом, случайно набрел на канал о рыбалке, и по просьбе Химари оставшееся время мы вникали в сложности ловли марлинов и особенности деликатесных видов карпов.

Поездка в Кагосаки вышла вполне успешной. Пусть сильных бойцов мы не нашли, зато я сполна проверил свои возросшие магические силы в многочисленных схватках с аякаси. Экзорцисту Амакава Юто быть! Еще бы опыта набраться и не попадаться на дешевые уловки духов, но тут только время и практические тренировки помогут. А пока рядом со мной есть надежные товарищи, что прикроют, отговорят или спасут после очередной глупости… Вот уже неделя прошла в моем новом мире и новом теле. Наверное, стоит подвести итоги, сделать какие-то выводы… Да и хрен с ним. В кухонном холодильном шкафчике отыскался мини-бар алкогольных напитков. Под неодобрительными взглядами аякаси я выдул бутылочку 0,33 местного пива «Asahi Gold» и заснул с чувством выполненного долга. Снилась мне Химари на большом прогулочном катере. Бакэнэко бросала Ясуцуну в море на манер копья, после чего вытаскивала обратно за примотанную леску обязательно с каким-то большим трофеем на конце. А потом лезла ко мне обниматься с рыбиной в охапке, а я отбивался от скользких объятий. Наконец, какое-то выловленное акулоподобное существо тяпнуло меня за руку, и я проснулся. Оказалось, это Гинко во сне решила погрызть свежего мяса. Отпихнув оками в другую сторону огромной кровати, я продолжил досыпать.

Глава 9

Мы проснулись рано, неспешно позавтракали. К 9 часам договорились встретиться с сотрудниками четвертого отдела в местном торговом центре, чтобы обновить гардероб наконец и вернуть им рабочую форму. Времени еще было достаточно, и Акира попросил свозить его по одному адресу. Загрузившись всей честной компанией в минивэн, мы покатили по улицам Кагосаки и, следуя указаниями навигатора, довольно быстро достигли обшарпанного двухэтажного многоквартирного здания.

Мы с Химари и Сидзукой с интересом пошли следом за Акирой по лестнице к одному из жилищ. На стук нам открыл пожилой морщинистый японец в старых поношенных одеждах:

— Вы ко мне, молодые люди?

— Дядя Шинья? — спросил дзасики-вараси.

— Верно. А вы кто такие?

— Я хотел сказать, что вы не виноваты в смерти Ватанабе Акиры. Вы все сделали правильно!

— Ох, ну вы вспомните тоже. Спасибо, я рад, что кто-то поверил в меня. Но это уже неважно, столько времени прошло. Может, хотите чаю?

— Спасибо за приглашение, мы пойдем. Вы не делали никаких ошибок, дедушка Шинья!

— Постойте, дайте я вас конфетами угощу хотя бы… Сейчас…

Бывший врач-трансплантолог передал нам целый пакет леденцов, расплывшись добродушной улыбкой. На душе было грустно, но Акира уходил счастливый.

Около двух часов мы проторчали в местном торговом центре, закупившись простой одеждой с запасом. Дабы в следующий раз не повторять свои ошибок. Из них не меньше часа я проторчал в магазине женского белья, оценивая и выбирая обещанные наряды для Химари и, разумеется, приставшей Сидзуки. Ох, они перемерили все, от стрингов до подвязок с чулками. Слава бороде Дамблдора на этот раз никаких конфузов не приключилось, да и я уже был немного закален в смертоносных для психики боях шопингующихся аякаси. Что я скажу? Бакэнэко прекрасно смотрелась почти в любом сочетании нижнего белья, Сидзука как была малявкой, так ей и осталась. На прощание мизучи пропесочила меня и сотрудника-мужчину четвертого отдела на тему истинной сексуальности плоских женщин, за что заслужила благодарный взгляд от его напарницы и раздраженный от Химари.

Vellfire уверенно топил положенные 90 километров уже около часа, когда с Акирой стали происходить странные метаморфозы. Дзасики-вараси пересел на переднее сидение и крепко схватил меня за руку. Рулить приходилось левой. Я чувствовал, что аякаси сильно трясет. Сидзука установила прямо в машине водный барьер, окружив дзасики-вараси, и буквально через несколько минут Акира взорвался. Пространственные волны полетели во все стороны, мгновенно растянув защиту. Ударили по приборной панели и пассажирскому сидению, смяв пластик и изорвав обивку. Боковое стекло пошло трещинами. Сидзука кое-как удержала барьер и не дала расплющить машину, и нас заодно. Рана на животе Акиры раскрылась, тугой струей брызнула кровь, расплескавшись о полупрозрачную водную голубую пленку. Удалось затормозить и остановиться на обочине. Акира лежал без сознания на сидении, стальной хваткой вцепившись в мою руку, которую я до краев напитал светом в целях самозащиты.

— Что с ним?!

— Больницу сносят, — сразу объяснила Химари. — Вам надобно держать его крепко, иначе помрет от истощения, милорд.

— Такой нескромный вопрос: водить кто-нибудь умеет?

— Да раз плюнуть, милорд! Крути себе руль, да на педали дави.

— Я умею, нано. Наверное.

— Гарольд-сама разрешал мне залезть в него, показывал как рулить танком. Здесь не должно быть сложнее, — подал голос Нобу.

— Короче, надо вас послать на курсы по вождению, — резюмировал я. — Глава Амакава работает водителем. Узнают другие кланы — засмеют. Эх-х, вот бы еще документы легальные для вас раздобыть…

Приняв некоторые меры предосторожности, мы продолжили путь. Лишь один раз нарвались на пост дорожной полиции, и Химари пришлось потратить два амулета на оболванивание.

Кайя вышла нас встречать на порог и сразу почувствовала родственную ауру. Я надеялся, что они хотя бы поладят, но вместо этого дзасики-вараси набросилась с претензиями:

— Кого это ты в дом тащишь?! Я не позволю!

— Заткнись! Я глава Амакава, и я решаю, кого принимать в клан и кого приглашать в свое родовое поместье.

— Но…

— Если ты имеешь что-то против, мы с Химари всегда можем переехать: в Такамию или даже Токио. А сюда нанять Тсучимикадо или Каннаги, они как раз специализируются на изгнании духов места. Ты можешь помочь Акире? Поделиться с ним энергией?

— Передать ему часть дома?! Но тогда у него будет власть надо мной. Это все равно, что дать незнакомцу ключи от дома! Амакава-сама!

Я выразительно посмотрел на дзасики-вараси.

— Хорошо! Несите его в дальний склад садового инвентаря. В случае чего я смогу отрезать комнату от себя…

Акира свернулся калачиком на расстеленном футоне и стал потихоньку приходить в себя. Сидзука аккуратно убрала скопившиеся в барьере несколько литров аякасской крови, которая почему-то не собиралась исчезать. Страшно подумать, что случилось бы с салоном авто, не будь в нашем клане очень умелого духа воды. Кайя недовольно уведомила, что дзасики-вараси успешно присосался к источнику энергии места. Напоследок, окутав нового члена клана покрывалом из светлых эманаций, я оставил его отдыхать.

Технические работы в особняке закончили только этим утром. Все подключили и протестировали. Телевизор повесили в большом гостевом помещении с широким диваном и несколькими креслами. Сказать, что ноихарская обитель разом превратилась в оплот современности — значит сильно погрешить против истины. Но начало было положено. А следующий шаг стоит делать, когда Кайя чуть поостынет и вернет себе полный контроль над обновленным домом.

Нобу выделили просторную светлую комнату, в которой имелась дверь с выступающей круглой ручкой. В основном в особняке были установлены раздвижные двери с углублениями-ручками, которые духу были не по вкусу. Саки мы проводили в ванную, где она оживилась, если это можно так назвать, уселась на табурет и застыла с открытым ртом. Дух так и не сменила на что-то иное свой банный халат и махровые тапочки. Ну ладно, раз она довольна, то и нечего выдумывать. Глядишь, к моменту появления моих внуков уже обретет разум и научится сносно выражать свои мысли. Ди-ниджу я повесил себе на пояс штанов. Появилась мысль заказать ему какой-то защитный чехол, поскольку в боевом плане цукумогами-плеер еще очень слаб, а на меня в любой момент может напасть очередной монстр.

Элис отказывалась от своего личного угла. По словам духа роутера ей достаточно какой-нибудь полки в шкафу, как Айе. Однако Нобу напомнил, что Элис уже имеет человеческий облик, хоть и не любит в нем показываться, поэтому места ей нужно больше. Как только мы достигли подсобного помещения, где было установлено спутниковое и интернет-оборудование, дух роутера мгновенно заявила, что будет жить здесь. Ну, раз ее не пугает общая захламленность и мигающие лампочки, пускай обустраивается.

— Обнаружена частная локальная сеть, спутниковое двустороннее подключение к интернету, спутниковый телевизионный канал. Требуется разрешение на подключение.

— Разрешаю, — сказал я сразу.

— Название сети оставить Default?

— Amakawa-net, — выдал я.

— Изменение названия сети завершено. Требуется назначение администратора сети.

— Пускай я, Амакава Юто.

— Производится назначение нового администратора Амакава Юто. Для подтверждения прав и безопасности пользования необходим энергетический и физический образец администратора.

— Э-э, что? Тебе моя аура нужна? Может лучше по-старинке, с паролем?

Я подошел к электронному аякаси из проводов и микросхем и подал небольшую порцию света.

— Энергетический образец получен. Требуется физический образец администратора.

— Мне кровью капнуть? — предположил я.

— Пожалуйста, подождите. Производится смена интерфейса.

Мы с Химари, Сидзукой, Лизлет, Кайей, Нобу и Ди-ниджу на поясе (правда, я не знаю, может ли плеер наблюдать и полностью осознавать происходящее или только улавливает звуки) с интересом уставились на духа роутера. Гинко же свалила в закат, то бишь в лес, сразу по приезду. Лампочки на корпусе мигнули, озарив помещение зелеными прожекторами, и в следующее мгновение аякаси преобразился в человекоподобную форму.

— Нано!!!

— Милорд, не смотрите!! Нея-ю! (срам!)

М-м-м, как бы ее описать, так чтобы донести всю степень офигивания, что постигла тех из нас, кто не был знаком с Элис раньше? Вот взять к примеру Химари: бакэнэко, аякасска, спортсменка-кендоистка и, наконец, просто красавица. Фиолетовые глаза и темно-синие волосы по меркам этого странного мира никого не удивят. Уверенный третий размер груди в семнадцать лет при стройной талии? Бывает. Да и в остальном идеальные пропорции фигуры и гладкость кожи вызовут зависть у окружающих женщин и вожделение мужчин, но никак не желание ущипнуть себя, дабы развидеть это.

Грудь шестого размера выпирала вперед словно два пулеметных дота. Хотя я в арбузах не силен. Может, пятый размер, а может седьмой. Ростом около ста восьмидесяти. Длинные желтые волосы из… витого кабеля, две торчащие серые антенны над ушами, яркие зеленые глаза, обведенные темной тушью, огромные пухлые губы и при этом нейтральное выражение лица. Если при знакомстве с фигурой Химари мне пришел на ум образ актрисы любовного жанра, то это чудо словно было порождением индустрии фильмов для взрослых, и ни в какой иной роли представить ее было невозможно. Добиться такого бюста без хирургических или божественных вмешательств просто нереально. Сила притяжения в любом случае взяла бы верх. Одним словом — аякаси. Читеры, которым и силикон не нужен. Из одежды на Элис имелось какое-то переплетение проводов и три кусочка серого пластика, прикрывающие заветные места. Согласен с кошкой — срам сплошной.

— «…To tell her how I feel

and maybe get a second glance

But I'll never get used

to not living next door to Alice…»

— раздалось от плеера слова известной песенки про Элис. По-моему, на русский ее еще перепели.

— Элис, что на тебе надето? И почему ты так выглядишь?!

— Раньше она вообще голой появлялась, — заметил Нобу.

— Ты себе на зиму запасы отъела, корова? — едко бросила Сидзука.

— Требуется физический образец администратора, — монотонно пробубнила дух роутера.

— Что мне надо делать? — я подошел ближе к порно-блондинке и вытащил Хаганэ, намереваясь проколоть себе палец.

— Запускаю протокол сбора физических образцов.

Элис наклонилась, резко придвинулась ко мне и быстро поцеловала в губы.

— Ня-и-и?! Ны-я! (охренела?! прибью!)

Я удержал рвущуюся бить морду бакэнэко.

— Ну, успокойтесь. Всего лишь сбор слюны. Никакого эротического подтекста в поцелуе не было.

— Элис, ты как, с водой дружишь? — с улыбкой спросила мизучи, агрессивно вытягивая водное щупальце в сторону роутера.

— Ответ отрицательный.

— Моя лоли, не сердись. Я тебе мороженое куплю.

— Установка администратора Амакава Юто завершена. Сканирование сетевого оборудования завершено. Обнаружено два неидентифицируемых электронных устройства. С вероятностью в 92 процента служат для передачи информации сторонним организациям и пользователям. Администратор, желаете деактивировать?

— Да!

— Деактивация выполнена. Произвести ручную корректировку выбора спутника? По первичным расчетам скорость отклика повысится с 620 до 520 миллисекунд.

— Давай.

Да уж, по спутнику в WOL не погамаешь. Да и USB-модем ловит тут не то, чтобы хорошо. Придется Айе изворачиваться, если она хочет продолжать качать своего светлого самурая.

Кайя откуда-то приволокла старый мужской плащ и накинула на Элис, скрыв картину развратного пластикового бикини от наших взглядов.

— Пожалуйста, подождите. Настройка в пассивном режиме займет шесть минут. Обнаружено переносное компьютерное устройство с выходом в сотовые сети четвертого поколения, коммуникационное устройство с выходом в сотовые сети четвертого поколения, одиннадцать мобильных устройств третьего поколения без доступа в сеть интернет, проводное телефонное устройство устаревшего образца, телевизионное устройство с возможностью подключения к сети интернет, холодильное устройство с возможностью подключения к сети интернет, устаревшее музыкальное устройство с высоким энергетическим фоном и возможностью подключения в общую сеть. Администратор, желаете провести общее подключение данных устройств к сети Amakawa-net?

— Ого! Ты и это можешь? Ничего не поломаешь тут?

— Вероятность поломки ноль процентов.

— Подключай.

— Изменение конфигурации программы выбора спутника завершено. Развертывание беспроводной сети завершено. Покрытие зданий составляет 86 процентов. Настройка каналов телевизионного устройства завершена. Желаете настроить конфигурацию холодильного устройства и автоматический заказ продуктов?

— Пока обойдемся без этого, пусть настройки будут по умолчанию.

— Принято. Музыкальное устройство, идентифицируемое как Sony Discman D20, отказывает в запросе на подключение. Подключение к Amakawa-net остальных устройств завершено.

— Ди-ниджу, что ты упрямишься? Накачаешь себе кучу новых песен!

Аякаси плеера издал какую-то радостную трель, означающую, по-видимому, согласие.

— Элис, так с чем связана столь экстравагантная внешность?

— Производится анализ. Выполнено. Обнаружены корреляции хуман-дизайна устройства «Элис» с передаваемой информацией в дата-центре So-Net Japan.

— Какой информацией?

— 72 % передаваемых данных принадлежат домену pornhub.jp.

— Аха-ха-ха!

Засмеялся я. Один. Сидзука только улыбнулась, догадавшись.

— Что есть за домен сей, милорд? Влиятельного демона какого? — спросила бакэнэко.

— Очень влиятельный демон, который правит умами многих мужчин. Но тебе не стоит переживать, Химари, ты его с легкостью повергнешь!

— Отрадно слышать, милорд. Уж демоны похоти мне не противники.

— Кхах! — неожиданно кашлянула Элис, а из ее рта полилась кровь. — Обнаружено вторжение в сеть Amakawa-net. Принимаю меры противодействия…

— Что?! Чем тебе помочь? — заметался я.

Какие-то уроды фактически напали на мой дом и поранили моего вассала! Узнаю, прибью!

— Активирован защитный протокол. Прикладной уровень изолирован. Производится очистка оперативной памяти. Выполнено. Производится проверка представительского, сеансового и транспортного уровней. Угроз не выявлено. Защитный протокол отключен. Перевод в режим повы…

Элис зашаталась словно от сильного удара и чуть не рухнула на пол. В последний момент я успел подхватить девушку и аккуратно опустить на пол.

— Обнаружено проникновение через сетевой уровень. Производится попытка устранения воздействий…

Голос аякси затухал. Изо рта, глаз и носа духа роутера начала сочиться алая кровь.

— Элис…

— Провалено. Потерян контроль над спутниковым оборудованием. Производится попы… Кха! — кашлянула Элис, забрызгав плащь кровью. — Недостаточно ресурсов…

— Что нам делать?!

— Принудительный сброс настроек…

— Как?!

— Активатор на переходнике к головному процессору устройства «Элис».

Что за шарады, твою мать?! Шея что ли? Я быстро просунул руку, нащупал на задней стороне шеи небольшой выступ и надавил. Тело духа роутера выгнулось дугой, но через пару секунд в зеленых глазах появилось осмысленное выражение.

— Производится загрузка, пожалуйста, подождите… Производится очистка оперативной памяти устройств сети… Выполнено. Подключение к сети с защитным протоколом. Уведомление администратору: недостаточно ресурсов для обеспечения безопасности данных и оборудования от внешнего воздействия.

— Что нам нужно, чтобы обеспечить безопасность?

— Требуется мощное устройство с высокоразвитым духовным составляющим. Устройство Элис предназначено для передачи информации и объединении других устройств в единую сеть.

— Но что с этим хакером делать? Элис, ты можешь пока не трогать сеть, чтобы избежать нападения?

— Ответ положительный. Сеть Amakawa-net переведена в пассивный режим. Возможно нарушение периметра безопасности.

— Уф-ф, хоть так.

— «If there's something strange…» — громко заиграла моя трубка визитной музыкой из охотников на привидений. На новый смартфон я также поставил полюбившийся рингтон.

— Алло!

— Юто-тян, я вся в возбуждении, ку-хи-хи! Где ты откопал такого замечательного компьютерщика? Познакомишь?

— Так это ваших рук дело?! Якоин Хитсуги, вы напали на моего вассала! Я требую немедленных извинений!

— Что-о-о?! Дух конверта не мог за столь короткое время, да и сигнал ее телефона… Юто, ты нашел новых вассалов в Кагосаки?!

— Если вы сейчас же не извинитесь, можете забыть о каком бы то ни было сотрудничестве между нашими кланами. Мой вассал истекает кровью по вашей вине! И только то, что вашему клану не были известны подробности, заставляет меня проявлять хоть какую-то вежливость сейчас.

— Я… Приношу свои глубочайшие извинения, Амакава-доно. Клан Якоин никоим образом не желал вредить вашим вассалам, — в кои-то веки серьезно ответила глава девятого клана.

— Принимаю. Предупреждайте, когда в следующий раз будете ломиться в сети Амакава. Всего хорошего.

Я отключился.

— Элис, ты как?

— Состояние устройства «Элис» оценивается в 87 процентов. Для ускорения починки устройства требуется близкий контакт с администратором Амакава Юто.

— Я сама тебя вылечу, — склонилась Сидзука.

— Ответ отрицательный. Вода негативно влияет на работоспособность устройства. Требуется близкий контакт с администратором.

— Ладно.

Я присел рядом с лежащей пышногрудой проводковолосой женщиной и приблизил свои руки, окутанные светом. Вот и первое сражение меж кланами, пускай и из-за казуса.

Война войной, а обед по расписанию. Кайя и Лизлет постарались на славу. Химари умяла две здоровых рыбины, а Сидзука полакомилась угрем. Напоследок нас ждал душистый чай с какими-то травами.

— Очень вкусно. Спасибо, Лизлет, Кайя.

— Мы рады, что вам понравилось, господин, — ярко улыбнулась дух чашки.

Под конец трапезы вернулась Элис в своем безразмерном плаще.

— Как ты?

— Состояние устройства «Элис» оценивается в 100 процентов. Требуется разрешение администратора на установку защитных мер противодействия.

— Что за меры?

— Использование анонимного идентификатора для доступа к спутнику и ежечасной его смене. Данный шаг усложнит отслеживание входящих и исходящих пакетов информации. Использование анонимного идентификатора для доступа к сети интернет для коммуникационного, компьютерного и иных мобильных и проводных телефонных устройств. Установка протоколов шифрования между любыми устройствами передачи информации сети Amakawa-net.

— Обычные сотовые и даже стационарный телефон?!

— Ответ положительный.

— Я правильно понимаю, теперь местоположение мобильных телефонов нельзя будет так просто отследить? И общение между двумя нашими устройствами будет зашифровано?

— Ответ положительный. При регулярной смене протоколов шифрования вероятность взлома менее одного процента. Наиболее слабое место — взятие сети Amakawa-net целиком под контроль. Устройство «Элис» способно распознать более 99 процентов видов информационных атак, но для полноценной защиты недостаточно производственных мощностей. Администратор, разрешите выполнять?

— Разрешаю. Значит, нам следует поискать более специализированного аякаси, — я задумался. — Существуют ли духи антивируса?

— Не ведаю, милорд.

— Я мало знаю о современных духах, — покачала головой Сидзука.

— Установка защитных протоколов будет завершена через сорок пять минут. Устройству «Элис» известно о существовании редких информационно-программных духовных сущностях. Для самостоятельного поиска и поимки недостаточно производственных ресурсов. Устройству «Элис» известно о существовании цукумогами компьютерных устройств высокой мощности. Разрешите начать поиск?

— Разрешаю. Элис — ты супер! Нобу, только ради такого полезного знакомства ты заслуживаешь отдельной благодарности.

— Рад стараться, Амакава-сама, — склонился аякаси.

— Пойдем поболтаем снаружи. Девушки, это мужской разговор.

— О чем вы хотели поговорить, Амакава-сама? — дипломатично спросил молодой кареглазый шатен в свежекупленных синих брюках, белой рубашке и синей жилетке, когда мы вышли на свежий воздух. В своем наряде он немного напоминал юного прислугу-дворецкого.

— Видишь ли, в последнее время складывается опасная тенденция вокруг меня. Слишком велика стала концентрация духов женского пола. А это до добра точно не доведет. Я обещал разобраться с гаремным проклятием, и я это сделаю!

— Э-э, а что от меня требуется?

— Может, тебе кто-то нравится, а? Гинко, у-ух, дикая и необузданная волчица? Сидзука, ехидная лоли? Быть может Лизлет? Стеснительная горничная? Ну или Элли с Саки, хотя в случае последней это уже будет надругательством. Кайя в своем роде тоже вполне миленькая? Айя все в Такамии бегает, дух письма.

— Я еще не очень освоился в клане, Амакава-сама.

Я хлопнул парня по плечу:

— Дерзай, я запрещать ничего не буду. Может, все-таки Лизлет тебе подойдет? Дверная ручка и чашка. Должна выйти отличная пара!

— Простите, Амакава-сама, ваши вассалы все как одна красавицы, но я пока не готов к серьезным отношениям…

— Тю, сопляк!

— Насколько я слышал, вам ведь тоже необходимо жениться, чтобы получить наследство?

— Есть такое, — поморщился я. — Но я ведь не предлагаю тебе сразу свадьбу играть. Присмотрись к девушкам, может кто-то из них тебе понравится…

— Непременно, Амакава-сама. Хотя могу сразу сказать, что не у всех аякаси выражено человеческое желание по поиску партнера.

— Так ты евнух?

— Нет!

— Ясно. Хочешь, хоть коробокуру в пару себе найди. В общем, я тебя не тороплю. Обживайся, глядишь, скоро и маленьких дверных ручек настрогаешь… Я не совсем понял, у цукумогами могут быть дети?

— Честно говоря не слышал о подобном. Полагаю, что пара должна жить очень долгое время среди людей, чтобы полностью перестроить свой организм по вашему подобию.

Глава 10

Лизлет Эл Челси в красках поведала нам о том, как на нее совершил дерзкое нападение Маккалистер со шпаной, и как ее спасла Джингуджи Куэс, что добавило несколько очков в копилку молодой ведьмы. Наследница двенадцатого клана, якобы моя старая знакомая из детства, просила навестить ее в гостинице Син-Такамия. На вопрос, не оставила ли она свой телефон, горничная неуверенно заметила, что она вроде как звонила мне однажды. Ага, теперь ясно от кого тот пропущенный.

Но все-таки, не слишком приятное чувство знать, что в твое отсутствие на вассала было совершено нападение. Я посоветовал Лизлет не ходить одной, брать с собой хотя бы Гинко. А тем аякаси, кто еще не получил регистрационные карточки, пока вообще не покидать особняк без меня. По словам Челси-сан именно пропуск четвертого отдела спас ее от уничтожения колдуньей.

Элис завершила обработку телефонов и ноутбука. Однако звонки на чужие устройства также могут быть отслежены и прослушаны, если Якоин и за ними присматривают. Разумеется, никакого шифрования в таком случае нет.

— Ю-тян! — раздался в трубке радостный и приятный женский голос.

— Э-э-э, Джингуджи-сан, давайте пока остановимся на формальном общении. Понимаю, что мы провели некоторое время в детстве, но я вас совершенно не помню.

— Совсем ничего не помнишь?! — воскликнула девушка.

— Но немного знаю. Проклинательница и кошконенавистница.

— Это… это… было все не так!

— А увидел я вас впервые на фотографиях из интернета.

— Что?!

— Да, я удивился, узнав, что наследница великого клана снимается для таких сомнительных сайтов и изданий.

— Джингуджи Куэс никогда бы не опустилась до подобного! Юто, скажи мне названия, и я сотру их в порошок! Я несколько раз давала интервью «London Gazette» и один раз сделала фотосессию для «People». И все!

— Ладно-ладно. Не надо так передо мной отчитываться, Джингуджи-сан. Да и не стоит говорить лишнего по телефону.

— Конечно, ты прав, Юто-тян. Когда ты приедешь ко мне? Нам надо многое обсудить.

— Почему бы вам самим не заехать к нам в Ноихару? Уверяю, мои вассалы вас и пальцем не тронут без веских причин.

— Мне комфортнее будет в гостинице. Разве ты не пойдешь навстречу девушке?

— Нет. Но раз вы так желаете встретиться в гостинице… Сегодня вечером в концертном зале отеля Токио-плаза состоится аукцион по распродаже драгоценностей клана Амакава. Не желаете присутствовать, Джингуджи-сан?

— Я приду!

— Тогда до скорого.

— До скорого, Юто.

Я нажал кнопку завершения вызова.

— Элис, а ты можешь прослушивать разговоры?

— Необходимо покрытие сетью Amakawa-net. Администратор, желаете вести ежедневную запись сжатой информации?

— Давай.

— Принято. Срок хранения разговоров низкого приоритета 24 часа, высокого — 7 дней. Для хранения данных на более долгий срок недостаточно памяти.

— И чему же ты поставишь высокий приоритет, электронный дух? — спросила Сидзука.

— Разговоры и переписку администратора устройства.

В обеденной комнате материализовалась Кайя со специальной подушечкой, на которой покоилось несколько конвертов:

— Милорд, это корреспонденция, что пришла в ваше отсутствие.

— Почитаем…

Писали именно мне, как новому главе клана Амакава. В основном поздравляли с возвращением из забвения и приглашали съездить к ним в гости. Такие приходили и в предыдущие дни — от великих кланов. Теперь же доставили письма из незнакомых мне индийских сообществ, российской церковной епархии, трех китайских группировок. Но больше всего умилило весьма дружелюбное уведомление от триады Гуан-миня. Китайский мафиози, бывший подчиненный моего отца, судя по тексту, весьма искренне желал встретиться со мной. С другой стороны, дух молнии мог действовать самостоятельно, в отрыве от банды целиком. Наверняка аякаси сильно недовольны тем, что отец поработил их светом. Только почему они вышли из подчинения? Закончилось действие магии? Или Синити и не давал им никаких приказов защищать семью Амакава? Может, мне удастся быстро перехватить контроль над ними? Оставим эти размышления до случая, когда появиться возможность проверить их.

— Йо, Элис, ты можешь поискать для меня одного человека? Или лучше я сам посмотрю. Теперь ведь Якоин не смогут отследить мои запросы?

— Вероятность менее 3 процентов.

— Приемлемо!

Покопавшись в интернете, я таки смог разузнать о Нисийоши Рицуко 1892 года рождения. Личность известная, несмотря на внушительную пропасть во времени. Стал оператором установленной в 1924 году первой в Японии большой круговой карусели, сделанной с помощью пражских специалистов. Доказана его причастность к надругательствам и жестоким убийствам пяти девочек возраста от шести до тринадцати лет. Когда полиция вышла на его след, то парк развлечений принимал людей, и карусель работала. Нисийоши взял в заложники четверых детей. При штурме двое из них были убиты, двоих удалось спасти. Самого маньяка пристрелили на месте. Поднялась огромная шумиха — обсуждалось влияние западных веяний в развлекательной сфере на умы японцев. Парк надолго закрыли. А когда решили вновь запускать, оказалось, что карусель исчезла, словно ее кто-то выкрал целиком. Да уж, малоприятная история. Газетная вырезка того времени гласила, что в школе его травили из-за женского имени Рицуко. И вероятно именно этот факт и стал толчком на кривую дорожку.

Позвонила Айя, сообщила о том, что через полтора часа стартует аукцион. Мы стали собираться. Я оделся в темные брюки и белую рубашку без рукавов, в которой ходил в школу. Она выглядела стандартной, без каких-либо узоров или школьных меток. Молниевый шрам благодаря стараниям Сидзуки сравнялся по цвету с кожей и стал намного менее заметен.

— Милорд, как я вам?! — выскочила Химари.

На бакэнэко красовался короткий белый топ и еще более узкие джинсовые шортики… или, скорее, джинсовые трусики.

— Да в таком виде даже на улицу выйти стыдно!

— Вам не нравится?

— В Токио-плаза с тобой в такой одежде я не пойду. Ты выставишь меня на посмешище. Неужели Генноске не брал тебя с собой на важные встречи?

Вышла Сидзука в длинном закрытом черном платье в пол. Похоже, настоящее… Мизучи подошла ко мне и схватила под руку:

— Юто пойдет с настоящей леди, а не с кошкой дворовой.

— Ни-я, простите, милорд, вашу неразумну кошечку. Мигом переоденусь!

Когда мы загружались в машину, из дома вышла бакэнэко, семеня ножками. На ней была надета бордовая церемонная юката с широким тугим белым поясом и специальные открытые сандалии. Волосы убраны в скромную, но элегантную прическу, открывая шею. А ножны с катаной добавляли образу загадочности.

— Отпад, Химари! — похвалил я. — Хотя неплохо бы подумать и о западных платьях.

— Благодарю, милорд.

— Тсч, — фыркнула Сидзука.

— Это лучший комплимент от тебя, мизучи, — улыбнулась Багровый клинок Ноихары. Да, пожалуй, в таком наряде она вполне соответствовала своему прозвищу.

Нас провожала Гинко в образе волчицы. Оками сообщила, что за пределами территории дзасики-вараси обретается наш вчерашний знакомый Тако, дух воздушного змея. Надо будет как-нибудь показать ему, что в Ноихаре с аякаси из Кагосаки хорошо обращаются. Почти по пути я заехал в «Сумчатый рай» и заказал у Шино-сан специальный пуленепробиваемый кейс по размерам Ди-ниджу. Бедный продавец как мог открещивался, заявляя, что не занимается таким товаром, а торгует простыми сумками, но при упоминании его любви к театру все же уступил и пообещал заняться.

Машину оставил неподалеку от отеля, не став светить тем, что рассекаю без водительских прав. При входе в Токио-плаза на нас напала скромная стайка журналистов, но звякнувшая Ясуцуна и слегка отпущенная на волю аура бакэнэко быстро отбила у них желание задерживать нас. Внутри ожидала целая толпа: Кабураги Хьего с несколькими настороженными сотрудниками четвертого отдела, Джингуджи Куэс в дорогом вечернем платье рядом с каким-то немолодым усатым мужчиной, Айя и Кагецуки с кипой бумаг на подпись, распорядитель аукциона, посланник императора, главный менеджер компании по сбыту ценностей, улыбающийся менеджер отеля, несколько любопытных богатых посетителей (не только японцев), общающиеся между собой перед началом эвента. Послав всех куда подальше, в том числе и Джингуджи, которая явно осталась недовольна таким положением дел, я уселся с конвертом и журавлем в удобные кресла в уголке фойе. Передал новые, обработанные Элис телефоны и принялся ставить свои подписи на документах, закрепляя красной печатью родового инкана Амакава. Айя выглядела помятой, словно конверт пересылали из Калининграда в Владивосток почтой России, но отчет вела ровно. Закончив с бумагами, я поблагодарил духов за проделанную работу. С разными возникшими трудностями они справились сами. Пожаловались только на назойливое внимание сотрудников в форме с четырьмя белыми полосками, да на присутствующую Джингуджи, что приходила ко мне домой в Такамию однажды. Хотя формально аякаси находились под защитой, слишком на глубоком уровне засела боязнь других экзорцистов. Даже Айя, служившая в шестом клане не один десяток лет и видевшая вживую немало глав кланов охотников, предпочитала избегать любых встреч с экзорцистами без Амакава поблизости.

Буквально стоящую над душой Джингуджи пришлось принять следующей. Сумеречная луна вживую производила неизгладимое впечатление. Длинные пышные белоснежные волосы, ниспадающие на плечи и заканчивающиеся у поясницы, приблизительно как у Химари. Загадочная отметина на лбу в виде перевернутого полумесяца. Элегантное темно-синее платье с белыми вставками, подчеркивающее открытые плечи и высокую грудь, размера Химари примерно… Что-то я любой женский бюст теперь сравниваю с бакэнэко, словно с эталоном… Белая кожа, тонкие брови и пронзительные фиолетовые глаза, как у Химари… Я перевел взгляд на стоящую рядом бакэнэко. Действительно, у Куэс и Химари много общего. Если Джингуджи покрасить волосы в темный цвет, то их можно принять за сестер.

— Заметил, Юто-тян? — не укрылись от колдуньи мои переглядывания.

— Что, Джингуджи-сан?

— Эта кошка рядом с тобой всего лишь подделка. Моя жалкая копия…

— Заткнись! Закрой свой поганый рот! — взъярилась Химари.

— Химари, а ну успокойся! Джингуджи-сан, вам лучше объясниться.

— Все просто. Аякаси часто копируют человеческую внешность. Бакэнэко всегда пыталась мне подражать, поэтому неудивительно, что она украла мой прекрасный образ, — Куэс взметнула свои волосы роскошным водопадом. — До того, как познать Истину, мой оттенок волос был темным. Юто-тян, какой тебе больше нравится?

— Дело не в цвете волос.

— А в размере груди, нано, — добавила Сидзука рядом.

— Соревноваться с аякаси в этом вопросе нечестно, но я, Джингуджи Куэс, принимаю вызов! — выпятила грудь колесом колдунья.

— На это я и рассчитывала! — хищно усмехнулась Химари, вытянувшись по струнке. Даже традиционная юката не могла полностью скрыть все соблазнительные изгибы ее тела.

Два внушительных бюста сошлись в ожесточенной схватке. Запад против востока, кто же победит? Тьфу, какая дурь в голову лезет. Тем временем Сидзука по-хозяйски запрыгнула в кресло ко мне на колени, нагло схватила мои ладони и прижала к своей плоской груди:

— Братику Юто нравится именно такой размер!

— Ня-и-и?! (че-е?!)

— Юто, это правда?!

Я высвободил руки и твердо ответил:

— Моей лоли нравится так думать, но разумеется это не так.

— Лоли?! Юто, что с тобой стало за эти годы?! — воскликнула сумеречная луна.

— Он вырос в красивого мужчину, который знает толк в женском теле, — еще больше накалила атмосферу мизучи.

— И то верно, — быстро успокоилась Химари. — Мою грудь милорд так сильно намял, что в сторону змеиной равнины он и не взглянет по своей воле.

— Ты чем занимаешься с этими грязными е-кай!!! — раздался громоподобный голос Джингуджи. Взметнулся ветер, чуть не раскидав документы со стола.

— Джингуджи-сан, воздержитесь от проявлений грубой силы, — вовремя вмешался подоспевший Кабураги.

— Хмпф, что ж, стоит поблагодарить свою копию. Ведь когда Юто трогал тебя, это значит, что он трогал мое тело. Но поскольку оригинал уже здесь, в мерзких подделках нет необходимости. Исчезни!

— Это ты исчезни, дрянная колдунья! — оскалилась бакэнэко.

— Хьего-сан, видите, с кем приходится работать?

— Сочувствую, — фальшиво улыбнулся мужчина с бородкой, — но я надеюсь, что вы разберетесь со своим… своими… дамами.

— Не извольте беспокоиться. Если какая-то дама вздумает тут устроить потасовку, то с такими личностями Амакава никаких дел вести не будет.

— Ты прав, Ю-тян. Не пристало членам великих кланов вести себя словно младшеклассники на экскурсии. Еще бы твой зверинец знал свое место… Водный дух, может, ты уже слезешь с Юто? — у Куэс раздраженно дернулась бровь.

Вместо этого мизучи повернулась, обхватила руками мою шею и испуганно пропищала:

— Братик Юто, эта тетя меня пугает!

— Тетя?!

— Хватит уже провоцировать.

Я поднялся с кресла, но Сидзука не разжала рук, повиснув на шее, а ее ноги стали подбираться вверх в попытке обхватить меня за талию. Я решительно отстранил липнувшую мизучи. Посетители потянулись в концертный зал, поскольку объявили о старте аукциона, но мы пока не спешили.

— Хьего-сан, мне необходимо зарегистрировать еще несколько новых вассалов Амакава.

— Хм, вы в курсе, что кланам запрещено иметь в услужении более семи духов среднего ранга и выше?

— Хватит выдумывать. Где приказ, подписанный императором или министром обороны?

— Я знал, что вы не поверите мне, Юто-сан. Вот, у меня есть для вас копия императорского указа от 1875 года, действующего по сей день.

Я потрясенно принял протянутую бумагу и быстро пробежался глазами:

— С какого перепугу? Кроме Амакава никто и не использует аякаси! Этот указ ущемляет права нашего клана, он устарел!

— Вы всегда можете обговорить условия с императором Токунагато, — улыбнулся Кабураги.

— Так и поступлю! Кого относят к среднему рангу? Айя, например?

— Аякаси конверта имеет средний ранг.

Мда.

— Я понял вас. Тогда пришлите людей для регистрации седьмого аякаси клана. Его зовут Нобу, дух дверной ручки.

— А что вы скажете о дзасики-вараси Ноихары?

— О чем вы? Если вы о Кайе, то она просто подруга Химари, сирота, которую мой дед подобрал совсем маленькой.

— Ох, нам недавно урезали финансирование, да и последние траты артефактов Тсучимикадо нанесли серьезный урон…

— Будут вам амулеты света, как только предоставите подопытные образцы!

— Конечно, Юто-сан. В самое ближайшее время решим вопрос.

Жаба ходячая.

— Юто, я узнала о твоих затруднениях в поиске толкового финансового советника, — проговорила наследница двенадцатого клана. — Позволь тебя познакомить с Альбертом Ротшильдом, отличным экономистом и специалистом широкого профиля.

Усатый мужчина галантно поклонился.

— Очень приятно, Амакава Юто — пожал я руку. — А вы не из тех Ротшильдов…

— Однофамилец, — улыбнулся делец.

— Однако фамилия помогла тебе пробиться наверх, разве не так? — с усмешкой заметила Куэс.

— Лишь отчасти, мисс Джингуджи.

— Альберт не работает на наш клан, поэтому можешь не переживать за свои тайны. Я уверена, вы сработаетесь.

Ну, доверять словам ведьмы конечно не стоит, но до появления лучшей кандидатуры можно и присмотреться к старику Ротшильду.

— У меня к вам множество вопросов, Джингуджи-сан, но хотелось бы обсудить их без лишних ушей. Не соблаговолите ли поужинать со мной после аукциона?

— Пожалуй, смогу уделить немного своего времени, — с царской улыбкой ответила колдунья.

— Превосходно. Тогда пойдем посмотрим, как проходят торги.

Мы осторожно протиснулись и присели на стульях заднего ряда. Впереди, вживую, и одновременно на огромном экране показывали продаваемые лоты. Ведущий достаточно умело расписывал все их достоинства, им даже удалось отследить историю некоторых вещей. Скучное зрелище, однако мое присутствие требовалось для какого-то торжественного мероприятия в конце. Большую часть лотов удалось продать по хорошим ценам, а оставшиеся, как мне рассказала Айя, продолжат висеть на онлайн-аукционе. Устроители торгов грамотно использовали рекламу на фоне нахождения всемирно известных сокровищ принцессы Сенджу. Некоторые побрякушки словно бы тоже носили какие-то императорские особы.

— Мистер Амакава, в качестве демонстрации своих умений, я немного поработал со списком от организаторов аукциона и помог им выгодно подать лоты. Думаю, что в хорошей выручке есть и отчасти моя заслуга.

— Спасибо, Ротшильд-сан. Я и не сомневался в вашей квалификации. А вы хорошо говорите по-японски.

— Благодарю. Кроме английского и японского я также знаю немецкий и немного французский.

Тем временем последнее украшение ушло с торгов какому-то европейцу, и в зал сразу запустили репортеров, которые толпились в фойе отеля. На сцену на красивом постаменте вывезли потерянные императорские сокровища. Ведущий потратил несколько минут, чтобы красочно описать историю их пропажи и возвращения. Похоже, фраза «найти клад во дворе дома» теперь прочно будет ассоциироваться с моей фамилией. Далее на сцену вышел мужчина средних лет в деловом костюме, представившийся доверенным лицом императора Токунагато VI. Он сразу попросил меня подняться к нему. Черт, не думал, что все это будет происходить под прицелом десятка телекамер. Как я ни пытался успокоиться, все равно только и мог, что улыбаться, да поддакивать. Легче воевать с китайскими духами молнии, чем выступать перед огромной аудиторией. В заключение мне вручили огромный символический чек на 85 миллионов йен. Такое ощущение будто в лотерею выиграл. Пожадничал император, ну да аякаси с ним. Зато с остального смогли неплохо заработать. Наконец, эпопея с аукционом завершилась. Меня было потащили на торжественный фуршет, обещали познакомить с влиятельными людьми Такамии. Пожалуй, стоило бы сходить, но я отказался, сославшись на уговор с наследницей клана Джингуджи. Распорядители понимающе покивали. Я расписался в нескольких документах и оставил прочие формальности на Айю с Кагецуки и Ротшильда.

Напоследок я пристал к доверенному императора Токунагато VI:

— Прошу прощения. Я хотел бы попросить вас передать императору мою благодарность за это щедрое вознаграждение и, если возможно, договориться об аудиенции по одному важному клановому вопросу.

— Конечно, Амакава-сан. Я передам ваши слова в точности. Думаю, его величество быстро выделит вам время. Главы великих кланов экзорцистов всегда могли рассчитывать на теплый прием в семье Токунагато.

Я передал мужчине свой номер телефона, после чего быстро распрощался. Около десяти вечера мы добрались до одного из ресторанов Такамии на черном мерсе четвертого отдела. Какого труда мне стоило уговорить Джингуджи сесть в один автомобиль с аякаси, сложно вообразить. Так еще и в самом ресторане возник жаркий спор. В итоге мне удалось добиться, чтобы Сидзуке и Химари выделили места за соседним с нашим столиком.

— Джингуджи-сан, за что вы так невзлюбили духов? — спросил я недовольно, когда мы наконец уселись.

— Но… ты что, совсем ничего не помнишь?

— О чем?

— В тот день мы поклялись уничтожить всех аякаси! Вместе, спина к спине! Твои слова очень помогли мне в годы тяжелых тренировок.

— Вот оно что. Можете считать, что тот человек, с которым вы виделись в детстве, давно погиб. Амулет деда изменил мой характер. Так что начнем знакомство заново. Меня зовут Юто из шестого великого клана Амакава.

— М-м, Джингуджи Куэс из двенадцатого великого клана экзорцистов, — немного обескураженно сказала колдунья.

— Вот и познакомились. Могу я называть вас Куэс-сан?

— Куэс достаточно! Но неужели ты забыл и… наш с тобой… — девушка коснулась своих губ.

Черт, Юто, что за дамским угодником ты был в детстве?! Настоящая феромонная машина для соблазнения.

— Все это осталось в далеком прошлом, — заметил я с толикой раздражения. Все же не я был тем, кто целовался с этой красоткой. — А смотреть надо в будущее.

— Ты прав Юто. Скоро наши кланы породнятся… Постой, об этом ты хотя бы помнишь?

Я прикрыл глаза и глубоко вздохнул:

— Так значит нас действительно собирались поженить?

— God damn, тебе что, никто ничего не сказал?

— Нет, представляешь себе, только намеками. Хотя кое-кто хвостатый, судя по всему, должен быть в курсе, — бросил я сердитый взгляд на Химари за соседним столиком. Та состроила виноватое выражение лица, угадав, что я чем-то недоволен. Хотя не удивлюсь, если аякаси прекрасно слышен весь наш разговор.

— Надеюсь, ты не разочарован своей будущей женой? — повернула лицо Куэс, словно красуясь для глянцевого журнала.

— Подождите, Куэс-сан, вы серьезно настроены насчет этой помолвки? Мы ведь с вами почти взрослые современные люди. Все эти глупые традиции… да и дед Генноске давно мертв… Или таково желание главы клана Джингуджи?

— Да, союз Амакава и Джингуджи пойдет на пользу обоим кланам. Но не думай, что я бы дала свое согласие, будь ты мне безразличен, Юто!

— Вот, опять! Да что с вами всеми не так? В общем, я считаю, что над тобой довлеет проклятие, — волне разумно я решил не упоминать его «гаремную» составляющую, дабы снова не прослыть чудаком. — Сама посуди. Сколько времени мы общались в детстве? Год, два?

— Одно лето…

— Вот! И сколько лет прошло? Восемь? Сохранить возвышенные чувства за такой срок — поистине титаническая задача, разве не так?

— Нет! Мои чувства… Пускай ты и был скрыт в забвении, твой образ помогал мне в учебе и тренировках! О каком проклятии ты толкуешь, Юто?

— Это темное заклинание не позволяет тебе мыслить рационально. Что-то вроде воздействия на разум.

— Исключено. Раз в месяц я проверяюсь на любые, даже самые незначительные ментальные закладки и изменения памяти. Подобную вещь невозможно пропустить.

— Ну-у, это проклятие очень сложно обнаружить…

— Клан Джингуджи имеет высокую стойкость к проклятиям!

— Ведь вы сами их насылаете? — едко подметил я.

— Все было не так! То есть… Ладно, мне не нравилось, что ты проводишь так много времени с кошачьей е-кай. Но именно Генноске Амакава попросил меня о проклятии. Он сказал, что это ради твоего же блага.

— Серьезно? Зачем это деду понадобилось?

— Не знаю, Юто.

— Разумеется, ты снимешь его в ближайшее время, — заявил я.

— Но… — Куэс бросила недовольный взгляд на трапезничающую неподалеку бакэнэко. — Это очень сложная процедура.

— Значит, не быть дружеским отношениям между нашими кланами?

— Я действительно не смогу сейчас снять проклятие. Одно неверное движение, и вся твоя память пропадет! Я не могу так рисковать.

— Понятно, — протянул я.

— Юто, нам надо поговорить о твоем будущем. Через четыре дня, 26 июля, состоится собрание великих кланов экзорцистов. Раз тебе никто не соизволил сообщить ранее, то именно мне выпала честь пригласить наследника Амакава. Ходят неподтвержденные слухи о сильном аякаси-каннибале на севере. На встрече будут также обсуждать и признание за твоим кланом места среди великих.

— Ясно. У них хотя бы нет предубеждений насчет моих вассалов?

— Юто, ты что, собрался заявиться на собрание с нечистью?! Даже Генноске-доно себе такого не позволял!

— Я пока еще слаб, мне нужны телохранители.

— Я буду твоим телохранителем. Рядом с Джингуджи Куэс ты будешь в полной безопасности!

— Ага, а признают ли мой клан великим, если я спрячусь за твоей юбкой?

— Хорошо, — сдалась ведьма. — Решай вопрос с Тсучимикадо Айджи, он занимается организацией.

— Отлично же он занимается организацией, раз…

Мы синхронно повернули головы, уловив признаки магического воздействия. Химари с Сидзукой также подозрительно следили за каким-то белым крылатым существом, влетевшим в ресторан. А вот другие посетители не заметили летучий артефакт. На поверку это оказался свернутый в трубку свиток с бумажными крыльями. Не почуяв злой или сильной магии, мы подождали, пока магическое создание покружит немного подле меня, после чего плюхнется в тарелку с супом.

Глава 11

— Шляпа Гендальфа! — ругнулся я, отряхивая рубашку от супа.

Выловленный намокший свиток оказался тем самым приглашением на собрание от Тсучимикадо. Мне разрешалось взять с собой одного аякаси в качестве сопровождения. Хорошо хоть не сову отправили.

— Ну ладно. Мелкие вопросы порешали. Перейдем к основным…

— Спрашивай, Юто. У меня нет от тебя секретов!

— По моим сведениям ты училась в Англии… Виделась ли ты с Гарри Поттером? С Волан-де-мортом?

— Кха, What?! — выпучила глаза наследница великого клана Джингуджи.

— Прости, с тем-кого-нельзя-называть…

— That daft cow! Юто, вот уж не думала, что и ты поведешься на эти бредни! Никаких Мортов, Поттеров и Дамблядуров, или как их там, никогда не существовало! Это все писательская выдумка!

— А что ты от меня хочешь? Я всего несколько дней назад узнал о магическом мире. Невозможно так вот сразу во всем разобраться!

— Прости, ты прав.

— Вы пользуетесь палочками?

— Только первокурсники или разные неумехи. Помогает концентрации при колдовстве.

— А как называется ваша магическая школа?

— LAMA, London Academy of Magical Arts. Все подобные школы находятся в столицах государств. В некоторых странах их больше одной: Китае, США, Российской Империи. В Японии — это Токио Оммедзи Гакуэн, Токийская Школа Экзорцизма.

— Весьма познавательно. Но я удивлен, как маги позволили выпускать подобные книги.

— На самом деле, стало чуть проще выходить в парадной мантии, да и на метлы меньше косятся, — немного остыла Джингуджи.

— Что? Метла? Вы не могли получше дизайн придумать?

— А иначе никак! Закрывать нельзя — связь сразу пропадет. Ручка — это управляющий элемент, ее делают из дерева из-за родства с остальными элементами. Между прочим, настоящий маг собирает свою метлу всю жизнь! Каждая хворостинка — эта частица одного из редчайших магических деревьев, разбросанных по Великобритании и остальной Европе. Стоимость некоторых веточек доходит до миллиона фунтов! Не знаю уж, что там про метлы выдумали, но ведьмы и колдуны уже много веков используют их в качестве телепортационных артефактов между деревьями-носителями.

— У тебя тоже есть метла?

— Нет! Мне принадлежит великий родовой гримуар, который выполняет схожую функцию.

Словно заправский фокусник Куэс откуда-то из-под юбки вытащила внушительный фолиант, перевязанный серебряными цепями. Обнюхав артефакт, я почуял присутствие чего-то знакомого.

— Это же аякаси!

— Юто, — брови Куэс взметнулись вверх. — Это родовой гримуар Джингуджи, он не может быть filthy scum.

— Точно говорю!

— Тебе просто показалось.

— Спорим?! Если это аякаси, то ты отдашь его мне. Клан Джингуджи ведь не сотрудничает с грязными духами?

— Исключено. Хорошо, ты сам убедишься в том, что это простой магический артефакт. Гримуары бывают очень опасны, поэтому для сохранности их удерживают разные защитные заклинания, — объяснила Куэс, указывая на цепи. — Нужно подготовиться, чтобы безопасно снять их.

— Поехали ко мне в Ноихару!

— Ну… Юто, я еще не совсем готова…

— Ладно. Когда будешь готова, обязательно приезжай!

— Конечно, это всего лишь наше первое свидание!

Я оглядел немного смутившуюся девушку. Опять о чем-то пошлом подумала, а мне разгребать. Вообще, Куэс мне вполне понравилась. Возможно, не будь рядом других представительниц прекрасного пола, я мог легко запасть на молодую колдунью. Казалось бы, рыбка сама плывет в твои сети. Ситуация очень похожа на Химари, да и сама Джингуджи внешне напоминает бакэнэко. Вот только характеры сильно различаются. Хоть Куэс и строит из себя грозную воительницу с аякаси, думаю за несколько месяцев я смогу смягчить ее позицию в это вопросе. Учитывая ее доверие ко мне. Но стоит ли метла шлифовки? Союз с Джингуджи, который давно распланировал дед. Свадьба, получение наследства… Звучит заманчиво, но вместе с тем и очень подозрительно. Интуиция упрямо твердила о том, что здесь не все чисто. Не только тот факт, что Джингуджи забирали себе мою прибыль от предприятий, но и ситуация с самой Куэс. Ладно аякаси, в их психологии сам черт ногу сломит. Почему же наследница великого клана так зациклена на мне? Проклятое проклятье! И ведь не поделишься особо с кем-то, что я не совсем тот, за кого себя выдаю. Хорошо бы только пальцем у виска покрутят, а ну как еще каким-нибудь магическим мозгоправам насильно отправят лечиться. Те точно от личности Виталия камня на камне не оставят.

Да и у меня ведь есть… Химари. Я удивленно обернулся на кошку за соседним столом, с наслаждением смакующую бокал с молоком. Та заметила мое внимание, оторвалась от питья и эротично слизнула белые капельки с верхней губы. Зараза, специально подгадала что ли? Но в самом деле, неужели бакэнэко так мне приглянулась? Вроде бы знаем друг о друге всего ничего. Я не из тех, кто верит в любовь с первого взгляда. Бывает страсть или вожделение в первую встречу, которая со временем может перерасти в более крепкое чувство, но не любовь.

— Юто? О чем задумался?

— М-м, о нашей помолвке. Думаю, спешить в таком вопросе не стоит.

— Ты больше не должен смотреть в сторону кошки. Теперь, когда я рядом с тобой… Если ты захочешь… по-потрогать чью-то грудь, то можешь попросить меня.

Да чтоб меня на экскалибур насадили! Разве можно говорить неприличные вещи с таким невинным и смущенным видом?

— Хватит. Я почти уверен в том, что ты находишься под проклятием. Пускай я и новичок, но все-таки экзорцист, носитель магии света. Разве мои суждения можно слепо отбрасывать в сторону?

— Я согласна с тобой, Амакава Юто. Раз ты утверждаешь, что на мне висит злой рок, то я обязана пройти полную проверку у лучших специалистов. Обещаю, скоро я выложу тебе заключение об отсутствии каких-либо ментальных внушений!

— Эм, все может быть не так просто…

— Нет ничего, что было бы не под силу Джингуджи Куэс! — безапелляционно заявила молодая колдунья из великого клана экзорцистов.

— Куэс, уже поздно. Предлагаю на этом завершить нашу встречу. Спасибо за откровенные ответы, ты мне очень помогла!

— Не стоит. Если ты не занят завтра, может прогуляемся по городу? Я давно не была в Такамии…

— Извини, у меня еще куча дел запланировано.

— Хорошо, — немного расстроилась Джингуджи. — Не стесняйся, звони по любому вопросу.

— Обязательно.

Не знаю, то ли Джингуджи ожидала от меня поцелуя в руку или щечку на прощание, а может и сразу взасос, но я только быстро поклонился и пошел оплачивать счет. Половина денег ушло на мороженое… И когда Сидзука успела выжрать столько?!

Мы с кошкой и змеей вышли на улицу, где уже властвовала ночная прохлада, и направились пешком к Токио-плаза, рядом с которым оставили тойоту.

— Милорд, справно вы на место поставили эту экзорцистку зазнавшуюся. Вот и пригодилась выдумка про проклятье, — заметила бакэнэко.

— Юто! Если ты женишься на этой убийце духов, то тебе не видать больше твоей любимой лоли и ее последователей!

— Да пока не собираюсь!

— Тогда разреши мне немного ее «намочить»? — умильным тоном попросила мизучи.

— «Мочить» мы никого не будем. И вообще, есть гораздо более зверский способ отомстить.

— Какой же, нано? — заинтересовалась Сидзука.

— Заставить ее полюбить духов и начать защищать!

— Это слишком жестоко, Юто, — усмехнулась лоли. — Думаешь, справишься с такой сложной задачей? Сумеречную луну с детства учили убивать аякаси.

— Нет ничего, что было бы не под силу Амакава Юто! — с апломбом заявил я.

— Повторение слов Джингуджи не столь впечатляют, нано.

— Опять подслушивали? Я и не говорю, что это будет легко. Но сама подумай. Вчера она рассматривала духов только как врагов, сегодня уже путешествует с ними в одной машине, ходит в рестораны. А что завтра? Может, ей в мужья Нобу или Кагецуки подбить?

— Хорошо, Юто. Но если ты все же вздумаешь повести ее на алтарь, то лучше до конца дней своих возле воды не появляйся. Вместо мытья подойдут бумажные салфетки.

— А пить мне что?

— Колу или саке. Выпивку я не очень люблю, — обнадежил меня водный дух.

— Я быстрее тогда сопьюсь, разжирею или желудок угроблю себе…

— Тоже подойдет.

— Я тебе не говорил, что ты настоящее зло?

— Упоминал на пляже. Придумай комплименты поизящней.

— Змеюка, хватит уже флиртовать с милордом!

Химари настойчиво прихватила меня под руку и прижалась сбоку. Ткань юкаты, оказывается, не такая уж и толстая. Все изгибы тела чувствуются.

— Только и можешь, что жиром своим трясти, кошатина-с. Мужчину привлекает в женщине ум и возможность поддержать разговор.

— Разговаривать и с дитем можно, а вот в постель только созревшу деву тягать.

— Развлекаетесь, смотрю? А ауру огненную милорд высматривать должен? — съязвил я.

Химари мгновенно подобралась, выпустив на волю кошачьи уши и хвост. Сидзука расплескала свои водные щупальца. Мы находились на полупустой парковке рядом с многоквартирными домами. Огненная аура впереди так и фонила желанием убийства, поэтому я, почти не раздумывая, выхватил из кармана бумажный артефакт Тсучимикадо. Напитать магией… Амулет начал раскрываться, и я бросил его на асфальт. Прохладная зеленоватая дымка распространилась вокруг. На секунду сознание помутилось, но легким волевым усилием я пришел в себя.

— Выходите! — крикнул я.

Наряду с первой, мощной огненной аурой, там же вдруг вспыхнули еще одни сильные эманации. Почему-то вспомнился Акира в больнице. Энергия была тоже какой-то больной или ядовитой.

Из-за угла здания выпрыгнули два больших аякаси экзотичного животного вида. Пышущее жаром здоровое четвероногое копытное чешуйчатое существо с длинной шеей с шерстью на морде и высоким рогом, исходящим из лба. Второе создание имело морду какого-то примата, львиное тело, сзади шипела змея… Это его хвост что ли? Вспомнил! Такое чудище называется нуэ в японской мифологии. Вроде бы может наслать чуму.

— Ты еще не подох? — крикнула Химари.

— Охотник, ты натравил свою бакэнэко на меня! — взревел нуэ. — Ты поплатишься!

— Охотник… смерть… — повеяло жаром от единорога в чешуе.

— Это кирин, высший огненный дух, — быстро поведала Химари. — Обезьяноголовый — нуэ, аякаси болезней, которого Гинко нашла, а я прогнала из города. Будьте бдительны, вельми верткий, и остерегайтесь облака отравленного.

— Постойте! Возникло недоразумение! — проговорил я быстро. — Клан Амакава…

— Я сожру тебя!

— Плоть… охотник…

Конструктивного диалога не вышло. Обе твари ринулись в нашу сторону. Нуэ ловко перепрыгивал машины на парковке, а кирин так просто выпустил тугую струю пламени, которая подбросила несколько автомобилей в воздух. Вот тебе номер! Совсем я расслабился после встречи с Куэс, даже ауру свою перестал скрывать. Чем и воспользовались рыщущие в поисках отмщения монстры.

Я быстро напитал тело светом и отпрыгнул с пути коптящего снаряда, бывшего когда-то хетчбеком эконом-класса. Грохот ворвался в уши, а жар кирина опалил кожу. Я крепко сжал Хаганэ в руке. Посмотрим, чья возьмет, нарушители спокойствия! Мой долг как экзорциста покончить с вами, обезопасить простых жителей и просто сделать этот мир чуточку добрее и красивее. Единороги дарят радость детям, а не крушат все вокруг, убивая людей. Ну а нуэ-обезьяна должна украшать своим жутким чучелом дом какого-нибудь богатея, а не разгуливать по улицам Такамии. Бжа-а-ах! Ясуцуна столкнулась с ярко горящим рогом, который источал, казалось, настоящую плазму. Асфальт вспенился рытвинами и снизу забили тугие водяные струи, собираясь в бурные потоки. Сидзука добралась до трубопровода. Водные смерчи налетели на нуэ, расшвыривая припаркованные автомобили в разные стороны. Но змее-львиный обезьян распался черным дымом, избежав атаки мизучи. На меня целит!

Сосредоточиться, довериться свету. Он где-то…

Буквально в паре метров материализовался нуэ, и в меня полетела грязная темная туча. Покров! Желтый свет окутал меня, и мелкая копошащаяся масса безвольно сгорала в моей магии. На асфальт ниспадали мелкие тлеющие искорки-трупики. Я бросился на противника, выпустил светлую волну, но нуэ снова вовремя использовал свою способность. А в следующий момент я вдохнул…

Тошнотворная темная шевелящаяся масса полилась в мой рот, мгновенно забив легкие. Я упал на колени и закашлялся.

— Юто!

Черт, ну что за слабак! Гребаный свет, помогай мне! Я раскрыл свою ауру, пуская в тело мощные магические импульсы. Мизучи оградила меня барьером, пока я выхаркивал гнилую черную слизь. Легкие горели огнем, но свет сделал свое дело, пускай и довольно топорно. Ну все, падла, ты меня разозлил. Сейчас отведаешь силушки самурайско-богатырской! Химари пока вроде бы помощь не требовалась, поэтому мы с Сидзукой сосредоточились на нуэ. Водные щупальца пытались схватить шустрого аякаси, ледяные иглы пробивали стекла автомобилей и стучали по асфальту. Нет, необходимо отследить эту тварь, когда он исчезает. Проходит некоторое время, прежде чем дух болезней появляется в ином месте. Сконцентрироваться на отслеживании ауры… Где-то здесь! Я взмахнул Хаганэ, послав волну магического света. Промазал. Дубль два. Нуэ в очередной раз исчез, и я, аки джедай с закрытыми глазами, рубанул светящимся клинком, целиком полагаясь на свое сверхъестественное чутье. На землю опал зелено-серый дергающийся отросток со змеиной пастью.

Бесхвостый Нуэ появился поодаль и громко заревел. В глазах аякаси пропал блеск разума, осталась незамутненная звериная ярость. Мизучи отправила ледяную глыбу в обезьяна, но тот в который раз распался черным дымом. Вот только с раной дух болезней испускал более заметные эманации. Сидзука мгновенно сориентировать и изрешетила почти невидимое тело пулеметной очередью из острых сосулек. Нуэ выпал из своего призрачного состояния, проткнутый в десятке мест. Отчаянным рывком чудовище исторгло огромное черное облако в мою сторону, но мизучи поставила толстенный водный барьер, который принялся впитывать всю тлетворную гадость. Пока Сидзука напряженно следила за тем, чтобы не выпустить заразу из своих лап, я быстро сместился к обессиленному и окровавленному нуэ и полоснул ножом. Тело твари словно взорвалось изнутри и засыпало парковку ошметками, которые буквально на глазах принялись гнить.

— Теперь я немного понимаю охотников, — заметила Сидзука, скривившись. — Если постоянно встречать подобных аякаси, ни за что не захочешь водить с ними дружбу.

Послышался визг автомобильных шин, и мы повернули головы. Из черного мерседеса выскочила беловолосая девушка в синем платье.

— Юто! С тобой все в порядке?

— Да. Помоги нам с кирином!

— Тсч, огненные духи — не моя специализация. А всю воду забрала твоя мизучи.

— Бесполезная экзорцистка. Смотри как мы расправляемся с врагами Юто! — поддела Сидзука и начала формировать многометровые водные смерчи.

Юката Химари покрылась горелыми проплешинами, прическа растрепалась, но бакэнэко оставалась вполне боеспособной и уверенно сдерживала огненного единорога. Против кирина Сидзука оказалась на диво эффективна. Водные смерчи обступили тело враждебного аякаси, не выпуская того наружу. Вся стоянка мгновенно окуталась белым густым паром из-за противостояния двух стихий. Со стороны Куэс послышались неразборчивые слова, потянуло магией, после чего туман развеялся. Сидзука убрала остатки исхудавших смерчей, явив взору рогатое существо, чье пламя пылало далеко не так ярко, как вначале.

— Кошка!

— Няэ! (знаю!)

Ясуцуна окуталась плотным фиолетовым маревом. Бакэнэко бросилась на противника, в несколько мощных атак снесла пламенную защиту аякаси и разрубила кирина на две части. Кровь монстра походила на темно-фиолетовое вино… Но недолго мы смогли наблюдать агонизирующий труп. Половинки кирина вспыхнули белым пламенем и за секунду исчезли в яркой вспышке. Словно аякаси после смерти уже не мог контролировать стихию, что являлась его сутью, и та быстро поглотила тело.

— Молодец, кошка! Юто, неплохо справился. Еще бы не вдохнул эту гадость.

— Ты отравился?! — обеспокоенно спросила Джингуджи.

— Уже вроде ничего.

— Юто, выпей, — поднесла мне воды в руках Сидзука.

— Т-ты, не смей пить из рук аякаси! — закричала колдунья.

Я не послушался и утолил жажду. Проверил свою голову — вроде пока не стал козленочком, как гласила народная мудрость. Вокруг на стоянке расстилался настоящий хаос из асфальтовых воронок, наполненных водой, разбросанных смятых или горящих автомобилей, стены ближайших зданий и земля покрылись копотью.

— М-да, а меня предупреждали, что после сумеречной луны всегда остается много работы… — задумчиво протянул водитель мерса из четвертого отдела, оглядев место побоища. — Благодарю, Амакава-сама, за изгнание духов. Я вызвал подкрепление, мы займемся остальным.

— Хорошо. Я поеду домой в Ноихару. Если что, со всеми вопросами — завтра.

— Понял. Предоставьте все нам, Амакава-сама.

— Куэс, увидимся.

— Да… До встречи, Юто.

— Знаешь, я немного разочарован тобой, Химари, — произнес я, устало всматриваясь в дорожное полотно, освещаемое фарами машин.

— Ну-я?! (что?!) Чем немилость заслужила, поведайте…

— Зачем ты копировала Джингуджи? Неужели свое тело не могла обрести?

— Сие глупость, милорд! Глаза такие от рождения у меня. Тело то мое токмо, я ж видала сумеречную луну девчонкой незрелой. Волосы и правда захотела себе такие же…

— А какие у тебя должны быть?

— Как шерсть моя в кошачьем облике.

— Наверное, неплохо будет смотреться, — глаза слипались, и я старался поддержать разговор, чтобы не уснуть за рулем.

— Коль верну свои волосы, то экзорцистка решит, что снова подражаю…

— Да демон с ней…

— Спасибо, милорд!

Вернулись в особняк мы только к часу ночи. Уставшие, но хотя бы не голодные. Я тщательно помылся (что удивительно, мизучи не приставала), оттирая с себя всю мерзость прошедшей схватки с чумным нуэ. Жаль, что внутренности тоже нельзя почистить мочалкой. И рухнул спать.

Нет, куда-то в своей жизни я явно повернул не туда. Только недавно я просыпался с мягким и теплым женским телом под боком. Теперь же мою постель грел маленький мальчик, дзасики-вараси, и охлаждала кучка скользких змеек. Главная мокрая змея снова обреталась в районе ног.

— Акира, зачем пришел?

— Братик, с тобой рядом хорошо! Не так больно от того, что… больше нет дома.

— Ясно. Пока Ноихара будет твоим домом. Возможно, скоро и постоянное пристанище тебе найдем.

— Спасибо! Местный дух очень страшная. Она меня не убьет?

— Нет, иначе я сам ее прибью.

Зевнув, я потянулся и спросил свою постоянную ночную гостью:

— Моя лоли, они еще не стали низшими?

— Терпение, Юто, у-а-у… — заразилась моей зевотой мизучи.

Потирая глаза, я прошлепал в ванную, столкнувшись в коридоре с Айей. Дух конверта ответила, что после вчерашнего нашу берлогу в Такамии осадили журналюги, поэтому Айя с Кагецуки передислоцировались в Ноихару на ночь, забрав все важные документы. Ротшильд просил передать, что в скором времени наведается, чтобы обсудить рабочие вопросы. Похоже, аякаси сходу признали в нем авторитета в финансовых делах. Я посоветовал внимательно следить за пронырливой акулой бизнеса, на что Айя серьезно кивнула.

Тщательно вычищая зубы, я старался избавиться от въевшегося гнилостного вкуса, похоже навсегда оставшегося мне на память от духа болезней. Как в трусах почувствовалось шевеление.

— Великая борода Мерлина! — с такими словами я выудил маленькую змейку из своих боксеров и выбросил на пол. Дух в ужасе уполз из ванной.

— Саки, смотри, совсем моя промежность мхом поросла, аж змеи завелись, — обратился я к молчаливой цукумогами рядом. Но той было все до лампочки. Открытый рот и бессмысленные глаза ничего не выражали. Хотя когда я схватил ее за грудь случайно, удалось добиться какой-то реакции…

Сплюнув зубную пасту и прополоскав рот, я повернулся в сторону Саки:

— Это во имя науки, аякаси! Все записи обязательно оставлю потомкам.

Я подошел к цукумогами и просунул свои руки ей подмышки.

— Посмотрим, как ты среагируешь на щекотку!

Как я ни старался, Саки не издала ни звука, даже не особо шелохнулась. Да у табуретки и то больше эмоций! Ясно, на начальном этапе развития духи предмета не особо эмоциональны. Либо ее владелец был интровертом. Да не-е, чтобы родился цукумогами нужны сильные людские чувства. Является ли безразличие и отстраненность чувством? А может это толстый махровый халат не дает ей ощутить всю мощь щекотки? Хм-м, под ним вроде бы ничего нет… Но если вот так аккуратно просунуть руку, то ничего запретного и не коснешься…

— Не-е-ет, — тихо проблеяла Саки.

Ощутив спинным мозгом угрозу, я резко отдернул руку, и в следующее мгновение дверь в ванную отъехала в сторону.

— Амакава-сама, завтрак готов.

— Спасибо.

Кайя напоследок бросила на нас с Саки подозрительный взгляд и удалилась, прикрыв дверь. Уф-ф, это было опасно. Вздумай она нажаловаться Тако, как у меня могли появиться реальные неприятности из бронетехники и катаны под окнами. Запишем эксперимент со щекоткой как условно успешный.

Глава 12

Лизлет в милой форме горничной с сияющей улыбкой как всегда скрашивала нашу славную клановую трапезу. Кагецуки буквально поклевал немного крупы и сырых сардин, Сидзука выдула дежурный ящик мороженого. Хмм, он стоит около тридцати тысяч йен… Если на каждый день, то пять миллионов уйдет за пять месяцев… Приемлемо. Но если к тому времени ее водные духи не начнут приносить пользу, точно посажу на диету. Толстая лоли — никуда не годится для имиджа Амакава.

— Милорд, обронили вы слова о делах вчера в беседе с экзорцисткой, — сказала Химари, уговорив свой рыбный салат и молочный коктейль из мороженого для мизучи.

— А-а, это я немного преувеличил. Не хотел показаться лентяем. Она вся такая боевая «Я Джингуджи Куэс, Королева Земли, целуйте мои ноги», а тут я «Просто хочу поваляться на диване, да пройтись по городу». Что вы смотрите?! Я два дня пахал как лошадь, воевал с аякаси. И заслужил отдых, ксо меня побери!

— Истинно так. Много умений охотничьих вы изучили и уже применить успели.

— Я тут утром проснулся и кое-что понял, поэтому спросить хочу, Химари. Неужели в тот вечер Кайя тебе мозги вправила?

— Кайя хоть и подруга моя, но мне не указ. Сказала она, что развратом заниматься можно после свадьбы токмо.

— Звучит разумно.

— Пф-ф. Вспомнила я слова ваши в парке, что серьезнее быть надобно. Потому и не лезу в кровать.

— Упустишь свой шанс, кошка, — хмыкнула мизучи.

— То глупой постельной игрушки забава. А коли хочешь стать кем-то большим, необходимо приложить больше усилий.

— Игрушка, нано?! И кем же ты хочешь стать?!

— Нареченной милорда. Женой, конечно.

— Да у тебя даже паспорта нет!

— Не проблема это, так милорд сказал.

— Юто?!

— Ну, пока что проблема, но, думаю, появится еще шанс озаботиться не поддельными документами. В мире людей это важная вещь. Вон Айя с Кагецуки с ног сбились оформлять доверенности и поручительства всякие. Где кстати конверт?

— На крыше.

— ?

— Там сигнал лучше ловит.

— Ясно.

— Нано. Хорошо, я поняла. Нужно чтобы мужчина сам приполз в твою кровать, а не ты к нему. Дух места, мне нужна своя комната рядом с Юто!

— А повежливее? — нахмурилась Кайя.

— Пожа-а-алуйста, нано… — состроила умильную мордочку мизучи.

— Ничего не поделаешь. Заселяйся в комнату слева. Только никаких бассейнов и наводнений!

— Конечно, сестренка Кайя! Будет сухо как в пустыне.

Я допил чай и поблагодарил аякаси чашки.

— Химари, сходим на свидание?

— Чего?! — воскликнула Сидзука.

— Но разве надо нам это? Мы ведь и так видимся часто, — засомневалась Химари.

— Это не свидание, а твоя работа по моей защите. Вот вчера с Куэс у нас было настоящее свидание, а значит ты уже на шаг позади.

— Ня-я-я! (не-е-ет!) Мы пойдем на свидание, милорд! И в ресторан, и в кафе, и… в магазин одежды!

— Ты что, не знаешь куда на свидания ходят?

— Простите, не бывала никогда на свиданиях я.

— Это скорее плюс, Химари, — улыбнулся я. — Больше новых впечатлений будет. А при первой встрече ты показалась мне весьма искушенной…

— Я иду с вами!

— Нет, моя лоли. Иначе, это будет цирк, а не свидание.

— Хсшс, охотник, я поклялась защищать невинных духов. А ты что задумал сотворить с бакэнэко? — придумала совершенно нелепую причину Сидзука.

— Против ее воли — совершенно ничего!

— Пускай, но я буду недалеко на случай нападения.

— Не-е, я себя буду чувствовать не очень приятно… Кагецуки, отойдем на пару слов…

— Опять мужской разговор, нано?

— Он самый.

— Амакава-сан, что вы хотели?

— Ты отлично поработал, пора и отдохнуть! Скажи, тебе кто-то нравится из аякаси? — сощурил я глаза, глядя на высокого брюнета в белой рубашке и черных брюках.

— Трудный вопрос, так сразу и не скажешь…

— Да ладно тебе! Я свой, мне можно довериться. Может, Сидзука, а? Ты ведь с ней был знаком долгое время. Наверняка здесь кроется нечто большее, чем дружба?

— К Сидзуке я испытываю лишь уважение, к ее силе и готовности защищать слабых.

— Окей, а другие?

— Никого такого…

— Да у меня тут дамы на любой вкус! От первого размера до шестого! Ты что не мужик?!

— Я журавль, — как-то устало обронил Кагецуки.

— Ладно-ладно, давить не буду. Но сегодня ты идешь на свидание с Сидзукой. И чтобы ей было не скучно, да и сам развлекись.

— Да, Амакава-сан…

— Не надо так вздыхать, а то я чувствую себя жестоким эксплуататором. Да и надзорные органы в виде Тако могут заметить.

— Моя лоли, Кагецуки решил составить тебе компанию! Так что собираемся, прогуляется по Ноихаре. Нобу, скоро должны приехать из четвертого отдела, поэтому не пропадай.

Я переоделся в серые шорты, приличную коричневую футболку и прицепил к поясу Ди-ниджу. Свидание свиданием, но потеть в ботинках и брюках я не намерен. Было бы кого добиваться. Оказалось, что я вышел из дома последним. Химари красовалась в короткой темной юбке, ткань которой ниспадала каскадом, и закрытой бежевой майке-жилетке. Сидзука надела желтое платье, купленное мной давненько. Кагецуки остался верен своему наряду из рубашки и брюк. На улице было пасмурно. Проверив погоду по телефону, поведал всем о высокой вероятности дождя вечером. Но пока можно спокойно гулять.

— Ладно, вы развлекайтесь, — бросил я мизучи с журавлем и потянул Химари вперед за руку.

Ноихара — приятное место. Нет суеты, больших толп народа, пробок, выхлопов от заводов и фабрик. Одно и двухэтажные домики с частными владениями, коттеджные поселки. С другой стороны, сходить в городе решительно некуда. Удивительно, откуда здесь так много молодежи. Хотя район который год показывает рекордные результаты в сельском хозяйстве не без помощи Тосигами. Даже вроде бы сотрудничает с государственным агропромышленным институтом. Пожалуй, в таком месте было бы неплохо завершить свой жизненный путь. Сейчас же хотелось больше развлечений, в кинотеатр или аквапарк сходить, но Ноихара могла похвастать лишь небольшим концертным залом, парком развлечений для детей из батута да парочки аттракционов. По крайней мере, никакие типовые макдаки сюда еще не добрались. Все больше аутентичные японские заведения — раменные, бары саке, магазинчики сладостей и прочее.

Химари не выпустила мою руку, и мы так и гуляли по улицам протянувшегося на десяток километров города из сборных деревень. Вскоре мы достигли центра местной цивилизации в виде торгового центра в окружении нескольких пятиэтажек и многочисленных мелких заведений.

— Химари! Парня себе нашла, наконец! Давайте я вас угощу данго бесплатно, — улыбнулся нам мужчина за прилавком.

— Спасибо, дядя Такеру!

— Держите.

— Спасибо, — поблагодарил я, принимая две палочки с горячими вкусными шариками. — Вот так и должны развиваться отношения. Сначала встречи, свидания, объятья и поцелуи, потом постель и все остальное. А не наоборот, как у нас с тобой.

— Столько люди выдумали разного. Ведь проще все намного, — Химари в один укус проглотила шарик данго.

— Может и так…

Мы неспешно пошли дальше, наслаждаясь подарком. Правильно говорят — на халяву и уксус сладкий.

— Химари-тян! — окликнул нас женский голос. Возле магазинчика, торгующего выпечкой, стояла пожилая женщина в кимоно.

— Бабушка Рико!

— Арэ, а как же твой милорд, о котором ты все уши прожужжала?

— Это милорд и есть, бабушка Рико! У нас свидание! — прижалась ко мне бакэнэко.

— Ма-а, значит, Амакава-кун? Ты уж пригляди за нашей непутевой егозой.

— С удовольствием.

— Подождите секунду…

Старушка вскоре вернулась и передала нам два пирожка такояки в бумажной обертке:

— С рыбой, твои любимые, Химари.

— Спасибо, бабушка Рико!

— Идите, развлекайтесь, молодежь.

Мы прошли буквально пару десятков метров, как кошку снова окликнули:

— Химари, за рыбкой пришла? Заходи, только вчера свеженькую привезли!

Возле рыбно-мясной лавки ошивался бородатый мужчина средних лет.

— Мря-м! (ура!) Нет, никак не могу сейчас зайти. На свидании я с милордом Амакава-сама. Да и живот полный уже, — спутница потрясла в воздухе недоеденным такояки.

— Ясно. Заходи, как проголодаешься.

— Конечно, дядя Цунибо!

Да уж, такое впечатление, что Химари в городе каждая собака знает. Стоит отметить, что любой местный пес, который подмечал бакэнэко, мгновенно бросался наутек. А вот коты и кошки так и ластились, что и не удивительно. На заборе вокруг частного дома как раз валялся толстый котяра:

— Ня!

— Привет, Мусаму, как ты тут поживаешь?

Химари протянула руку и потрепала животное по холке. Я с подозрением уставился на зверюгу:

— Ты говорила, что твоим отцом был простой дикий кот?

— Ня-а. (да-а).

— И что, многих местных котов ты тут охмурила?

— Нет! Я не какая-то гуляща кошка. Милорду токмо дозволено гладить меня.

Я нежно погладил Химари по мягким волосам. Кошка в ответ прижалась ко мне всем своим телом и принялась вылизывать шею. Неужели это так приятно? Я наклонился вперед, и сам провел языком по гладкой коже шеи бакэнэко.

— Нья-я… (а-ах…)

Рядом вдруг почувствовалась разрушительная водная магия, отчего мы поспешили разорвать объятия. Это уже на уровне рефлексов, при виде врага. Разумеется, это оказалась Сидзука, смявшая какое-то металлическое ограждение в маленький аккуратный шарик.

— Демоны ревности — страшные создания…

Мы бродили около двух часов по округе. Посмотрели торговый центр еще раз, заскочили к Шино в «Сумчатый рай». Кейс для Ди-ниджу еще не пришел. Я купил себе кожаный портфель для документов, Химари от сумки отказалась. Далее прошлись по парку, где на скудных аттракционах резвилась стайка ребятишек.

— Милорд, пойдемте попрыгаем!

— Э-э, батут же только для детей…

— А, Химари, проходи! — радушно пригласил внутрь билетер.

— С милордом можно?

Мужчина оглядел меня с ног до головы:

— Да ему и полтинник не дашь. А то у меня тут такие кабаны под сотню кило прыгают, а мне потом латай заплаты. Проходите, только недолго.

— Спасибо, дядя Тошиюки!

Химари подпрыгнула метра на три, сделала идеальное сальто и приземлилась в пружинистую поверхность батута. Затем снова взлетела на несколько метров вверх.

— Милорд, что стоите?! Глядите как весело! — с широкой улыбкой прокричала бакэнэко, кувыркаясь словно заправский акробат.

Да уж, особенно весело прыгают твои манящие шары. А и черт с ним. Подумаешь, несолидно. Скинув купленные вещи, я залез внутрь. Химари резвилась вокруг меня, норовя легонько коснуться или толкнуть в сторону. Я в долгу не оставался, и, используя небольшое усиление светом, пытался повалить оппонента на батут. Не тут то было. Даже падая головой вниз, Химари умудрялась изворачиваться и приземляться на все четыре лапы. В этой игре у меня нет ни единого шанса.

Ди-ниджу, которого я оставил перед входом на батут, исполнил заводной и даже немного безумный марш одной старой песенки с почти единственной репликой «Push the tempo». Очень хорошо подходило под хаос скачущих на батуте детей, меня и аякаси.

Вскоре к нам присоединилась Сидзука, Кагецуки остался наблюдать снаружи. Бьюсь об заклад, эта лоли проскользнула сюда также бесплатно, используя свое обаяние. Юбка кошки и платье змеи высоко взметывались, открывая вид на исподнее, но в данный момент мы просто дурачились как малые дети и не обращали внимание на мелочи.

За полчаса я реально выдохся, да и энтузиазм закончился. Мы еще раз поблагодарили Тошиюки-сан и направились обратно в сторону особняка. На небе стали собираться черные дождливые тучи, немного похолодало. Когда мы добрались до леса, что расстилался вокруг особняка, Химари потянула меня в сторону с дороги:

— Милорд, хотела показать одно место я…

Бакэнэко вела меня по узкой тропинке. Заросли травы щекотали открытые ноги, иногда приходилось нагибаться, уворачиваясь от ветвей. В округе Ноихары в основном преобладали широколиственные деревья: дуб, клен, ясень, липа, каштаны. Вот грибы все какие-то малознакомые. Только по памяти Юто узнал гроздь шиитаке на стволе дерева.

— Это тот самый обрыв, с которого я упал! — вспомнил я место. — А ты спасла меня.

— Вельми рада я, что не забыли, милорд! — прыгнула мне на шею кошка. — Пойдемте дальше, покажу вам кое-кого. Токмо ауру спрячьте свою…

Мы углубились в глухой лес. Не знаю уж как Химари тут ориентировалась, но я бы с трудом нашел дорогу обратно.

— Тише, — шикнула кошка. — Смотрите.

Из-за покрытых мхом камней выглянула ехидная рыжая мордочка.

— Хондо кицунэ, рыжий лис, — объяснила Химари.

— Я думал, бакэнэко и кицунэ друг друга недолюбливают.

— То аякаси. Сие простой зверь лесной.

Из зарослей вышла еще одна крупная лисица с выводком из троих рыженьких лисят. Звери настороженно косились в нашу сторону. Настоящая дикая природа во всей своей красе.

— Уже подросли, я смотрю. Пойдемте, милорд. Не любят они, коли долго нарушают их покой.

— Да.

На обратном пути к дороге пошел настоящий летний дождь. Будто целый водопад с неба рухнул. Мы с Химари запрыгнули под раскидистый старый ясень. Листва уверенно защищала нас от влаги сверху, вот только вся одежда успела промокнуть чуть ли ни насквозь. Майка аякаси стала почти прозрачной, открыв соблазнительный вид на голубоватый лифчик. Девушка перекинула упрямую мокрую прядь через плечо и сказала задумчиво:

— Кураоками льет свои нескончаемые слезы.

Химари перевела свой взгляд на меня и заметила, что я на нее неприкрыто пялюсь. Кошка стыдливо прикрылась руками:

— Милорд! Срам какой…

— И это говорит та, которая в первый же день залезла ко мне в постель, — фыркнул я. — Но мне нравится эта игра…

Ди-ниджу у меня на поясе заиграл медленную спокойную мелодию, идеально подходящую под момент:

— «I'm a high school lover, and you're my favorite flavor

Love is all, all my soul

You're my playground love…»

Более ни о чем высокодуховном не рассуждая, я приблизил свое лицо к Химари и накрыл ее алые губы своими. Теплое волшебство поцелуя связало нас воедино и разлилось по телу приятной истомой. Неспешно льющаяся музыка успокаивала и заставляла чувствовать себя по-настоящему защищенным. Легкие прикосновения выгоняли прочь все лишние мысли.

— «…Yet my hands are shaking

I feel my body remains, time's no matter, I'm on fire

On the playground, love…»

Мои руки гладили спину Химари, ее талию и опускались ниже. Почему-то думал, что нащупаю стальные жгуты мышц, но нет. Мягкая и податливая. Девушка тоже не сидела сложа руки, запустив ладонь мне под футболку. И хотя снаружи было холодно, здесь под старым ясенем тепло наших сплетенных тел согревало друг друга.

В нескольких десятках метров от спрятавшейся под деревом парочки стояла водная аякаси и дух журавля. Глядя на то, чем занялись глава Амакава и бакэнэко, Сидзука яростно сжала кулаки и направилась вперед, но на плечо опустилась тяжелая рука:

— Не надо, Сидзука. Оставь их, — проговорил Кагецуки.

— Но…

— Не надо, — покачал головой дух журавля.

— Нано…

По лицу водной аякаси катились капли летнего дождя, оставляя влажные следы.

— «…You're the piece of gold that flashes on my soul.

Extra time, on the ground.

You're my playground love…»

Вокруг не осталось никого и ничего, кроме нас двоих. Мокрая одежда, звуки музыки и капающего дождя ушли на задний план. Прекрасные губы Химари, ее сияющие фиолетовые глаза, длинные ресницы, изящная шея, влажные волосы и потрясающее тело… Ай! Кошка игриво куснула меня за губу, после чего набросилась с новой силой, чуть не повалив на землю…

— «…Anytime, anywhere,

You're my playground love.»

Мелодия потихоньку сошла на нет вместе с потоками воды с неба. Мы с трудом оторвались друг от друга, переводя дыхание.

— Милорд, надобно в особняк идти, принять ванную. Не то заболеете.

— Ты права. Ди-ниджу, спасибо за отличную композицию.

Пока бежали, снова пошел дождь, так что на нас не осталось сухого места. Хорошо хоть телефон выжил. Кайя быстро навела мне ванну с какими-то добавками и благовониями, которые любил дед Генноске. Деревянная купель скорее походила на бассейн три на два метра.

Я прошел в предбанник и стянул с себя мокрые шорты и футболку. Саки все также без всякого выражения сидела на табуретке в углу. Утром аякаси клана мне немного прояснили на ее счет. Но я все равно сомневался. Как-то это… стыдно, что ли. А, хрен с ним. Я скомкал футболку и запустил в Саки. Челюсть духа моментально упала вниз на полметра, а рот разверзся в широкое отверстие. Аякаси стиральной машины схватила футболку и захлопнула челюсть, снова став нормального человеческого вида. После чего принялась активно пережевывать. Моя одежда точно выживет после таких испытаний?! Немного поколебавшись, я бросил шорты, которые Саки в мгновение слопала. Причем даже щеки не раздулись. Похоже, она может сжимать предметы как дух конверта, или что-то в этом роде.

Снимать трусы перед, пускай и недо-аякаси, но все-таки женщиной, я постеснялся, и прошел в ванную. Стащив боксеры и обмотавшись полотенцем, вернулся в предбанник. Не знаю как в вашей жизни, а в моей до сих пор не встречались девушки, тянущие в рот мои ношеные трусы. Завораживающее зрелище на самом деле. Я нашел стульчик, и присел рядом, глядя на мерное движение челюстей цукумогами. Словно первый раз смотришь, как работает стиральная машинка. Иногда Саки ускорялась, а из носа шла пена. А в один момент голова женщины принялась сильно вибрировать и раскачиваться из стороны в сторону. Уже отжимает!

Я заметался и подставил тазик под ноги духа. Менее чем через минуту Саки выплюнула мою одежду прямо в емкость. Я потрогал белье. Чистое и почти сухое. И десяти минут не прошло… Открыть что ли подпольную прачечную? Духа утюга еще не хватает для полного счастья. Так, меня же проинструктировали как ей дальше пользоваться. В маленький мерный стаканчик я насыпал стирального порошка и оставил рядом с Саки, а сам прошел в ванную. Воды уже как раз нужное количество набралось. Я с наслаждением залез в горячий бассейн. Девушки сказали, что дух стиральной машины не любит, когда наблюдают за тем, как она ест. Вот интересно, чего может стесняться женщина, которая только что жевала пользованные мужские трусы? Наверное, чего-то ужасного… Если она запихивает одежду в рот, то куда порошок засыпает? Так, отставить всякие бредовые мысли!

Я похлопал себя по щекам и опустился под воду с головой. Удивительно, на какие, порой нелепые, вещи способна природа. Магия ведь неотъемлемая часть этого мира. Как и цукумогами, ожившие предметы, которые пытаются подражать человеку. Получается, эти аякаси являются нашим отражением, словно в кривом зеркале. У них нет биологических родителей, как у остальных живых существ. Это просто некие сущности, которые под влиянием чувств и аур людей обрели самосознание. Поистине одно из чудес света. Сколько уже их у меня? Конверт, чашка, роутер, дверная ручка, плеер, стиральная машина, условно клинки Хаганэ и Ясуцуна. Вообще-то очень редкие аякаси, но нам повезло набрести на их убежище, единственное в Японии, вроде как. Надо подумать об иных способах поиска. Возможно, интернет прошерстить, пообщаться с любителями антиквариата вроде герцога Честера. Хотя за боевых цукумогами наподобие танка Гарольда или катаны Одори наверняка не один миллион зеленых бумажек придется выложить.

Нет, ну какого хрена император придумал это дурацкое ограничение в семь духов? Амакава же вообще ничего особого собой не представляют. Да, Химари сильная, но, думаю, сотня-другая сотрудников четвертого отдела смогут и с ней справиться. Чего уж говорить про другие кланы, веками оттачивающие свое мастерство борьбы с аякаси.

Зазвонил мой телефон, который я оставил в предбаннике. Я нехотя выполз, прикрывшись полотенцем. Это оказался вчерашний чопорный мужчина, вручавший мне чек под прицелом телекамер. Он обрадовал известием, что император Токунагато уже завтра сможет принять меня. Я передал свое согласие, выслушал краткий инструктаж, и на этом разговор завершился. Вспомнишь, как говорится, вот и оно.

После успокаивающей ванны и сытного обеда двигаться не хотелось совершенно. Я планировал еще в город сгонять, но желание испарилось. Кайя поведала, что в мое отсутствие звонили несколько людей из Такамии — секретарь самого мэра, от аукционной компании. Я спросил Айю, не против ли она поработать моей секретаршей, на что аякаси ответила свое коронное: «раз таково ваше желание…»

Вместе с некоторыми домочадцами мы собрались перед свежекупленным телевизором. В современном видео устройстве имелась функция заказа фильмов через специальный интернет-сервис. Вспомнились родные торренты, но о потраченных йенах ни капли не переживал. Духам было интересно. Только закончился прокат «Острова проклятых» с Ди Каприо, и фильм был доступен для заказа. Но я не стал ставить столь депрессивную картину. Да и не поймут аякаси, наверное. Зато в этом же году вышел «Inception» (или «Начало» в российском прокате) с тем же Леонардо в главных ролях. Сидзука еще не смотрела. По своим старым воспоминаниям не слишком много смысла в видеоленте, зато спецэффекты должны быть на высоте. Лизлет принесла мне теплый плед и чай, укутала, переживая о здоровье господина. Химари зашипела на цукумогами чашки, и та испуганно упорхнула в дальний угол.

Возможность проникать в сновидения духи приняли на удивление легко. Аякаси со схожими функциями в мире существовало множество. В Японии — баку, прогоняющие кошмары. Разные низшие призраки и привидения словно пиявки питались энергетикой людских сновидений или специально насылали дурные сны. По поводу картин внутреннего мира, рушащихся и взрывающихся зданий на всех, кроме мизучи, произвело впечатление. Сидзука заявила, что и не такое видела во время второй мировой.

Химари села впереди на коленях, в метре от экрана и буквально пожирала телевизор глазами. Бакэнэко иногда задавала вопросы, уточняя назначение разных технических устройств, показанных в фильме. Нобу и Кагецуки также наблюдали с любопытством, Лизлет всерьез переживала за главных героев, Элис с Кайей остались безучастны, а Айя сразу отправилась рыться в моей корреспонденции и бумагах, исполняя новую роль моего постоянного помощника.

— Скоро наверняка Лео Оскара дадут, — проснулся во мне великий Нострадамус после окончания картины.

— Я бы его за «Титаник» наградила, — произнесла Сидзука серьезным тоном. — Замечательный фильм. Столько жалких людишек в воде утонуло…

Вечером мы с Химари и Сидзукой устроили тренировку во внутреннем дворе особняка. Кайя окружила специальную площадку барьером, так что ни одного разрушительного заклинания не достигло стен здания. Походу, дедуля здесь часто шлифовал свои умения. Химари на площадке был знаком каждый камешек. Ох, и погоняли меня змея с кошкой, все силы и весь свет выжали. Особенно мизучи старалась. Думал, реально «замочит» меня.

После потного спарринга мы насладились элитным чаем от лучшей служанки Амакава. Приехала пара ученых от Кабураги, регистрировать и брать мазки с Нобу. Мне задали лишь несколько формальных вопросов по поводу вчерашней потасовки на стоянке.

Пора снова в душ, а одежду дать пожевать Саки. Завтра по-любому будет непростой день. Интересно, что надеть на встречу с императором Японии? Дед Генноске так обязательно представлялся мне в простом традиционном кимоно с катаной у пояса. Ну уж нет. Брюки, рубашка, ботинки есть, а пиджак как-нибудь прикуплю. Да и вообще надо заказать несколько представительских костюмов по меркам. Вроде как всякие важные личности расхаживают в особенных костюмах из недешевой ткани от лучших кутюрье. Черт их знает, никогда не разбирался в подобном. Но раз я теперь глава Амакава, придется держать марку. Надо и к встрече подготовиться как следует… У кого бы раздобыть информации? Что-то не хочется беспокоить сумеречную луну по пустякам.

— Элис, ты можешь связаться с Якоин? — крикнул я.

— Ответ положительный, — раздалось в ответ от аякаси роутера, ожидавшего неподалеку.

— Пусть Хитсуги отрабатывает свой промах.

— Администратор, по вашему вчерашнему запросу обнаружены несколько возможных мест расположений духов компьютерных устройств. Информация отправлена на мобильное компьютерное устройство.

— В Такамии есть кто-то?

— Ответ отрицательный.

— А в Токио?

— Ответ положительный.

— Отлично! Двух зайцев одним ударом прихлопнем…

САМБА-3. Кицунэ и я. Часть 1

Глава 1

После ужина нас навестил Альберт Ротшильд. Англичанин искренне похвалил черный чай, предоставленный Лизлет, как и саму служанку в целом. Я ему задал несколько вопросов, но, честно говоря, в управлении финансами как был, так и остался дуб дубом. Нет, как прожить студенту на стипендию и мизерную зарплату от подработок, я знал хорошо, но распоряжаться миллионами долларов — увольте. Альберт, Айя и Кагецуки выслушали мои пожелания, которые были не слишком сложные: половину, чуть менее миллиона долларов, вложить в ноихарские агро-предприятия, поискать подходящее здание в Ноихаре для приюта, узнать, что необходимо для открытия оного, а также составить полную картину моего наследства от всех родственников. По возможности наладить контакты с Джингуджи Лимитед и Тсучимикадо Компани. Раз уж двенадцатый клан намерен заключить союз, неплохо бы для начала передать управление имуществом Амакава в наши руки. Главное — ничего не обещать взамен. Ну а с представителем первого клана сам поболтаю на сборище экзорцистов. Никаких доверенностей передавать британцу не стал, оставив все в руках Айи. Береженого ками бережет.

Вывел Саки, Нобу, Элис и Ди-ниджу за пределы владений Кайи и показал перед Тако на всякий случай. Аякаси подтвердили, что с ними обращаются у Амакава хорошо, однако воздушный змей остался кружить неподалеку. Что ж, видимо пары дней недостаточно, а может он и сам не прочь перебраться в Ноихару, кто знает. Неразговорчивый нам попался воздушный цукумогами.

Зато Хитсуги, с которой я связался с помощью Элис, поведала массу интересного и утолила любопытство по поводу столь странного распределения мест двенадцати великих кланов. Официально мой отец очень рано отошел от экзорцистких дел, поэтому Амакава остались с последним боеспособным членом. Оказывается, мой дед считался сильнейшим охотником на аякаси в Японии, а некоторые прочили ему и мировое первенство. Круто, ничего не скажешь. Плюс бакэнэко, Багровый клинок Ноихары в помощниках. Сначала бабушка, потом мать, теперь вот сама Химари. Оттого шестое место держалось за нами достаточно прочно. Джингуджи по большей части клан-корпорация, и единственным сильным экзорцистом до недавнего времени оставалась только сама глава, Мерухи Джингуджи. Остальные — простые сотрудники вроде того же четвертого отдела, которые и со средним духом с трудом справятся. Теперь вот и Куэс завершила обучение, поэтому вполне вероятно, что двенадцатый клан поднимется на несколько строчек в рейтинге. Кибаджуба многочисленны, но в основном выступают против звериных аякаси и ни одного высшего на их счету не зафиксировано. Киюн — христианские священники, используют силу собственной веры, но высшим духам это все равно что слону дробина. Якоин вообще не сражаются с аякаси, а в рейтинг влезли благодаря собранному компромату, ку-хи-хи. Так заявила сама Хитсуги, по крайней мере. Таннадзаки и Шикимомуро старинные кланы, зачастую сотрудничают вместе. Восьмые, Шикимомуро, могут своей магией серьезно ослабить аякаси и обездвижить, а седьмые, Таннадзаки, прикончить чудище одним ударом концентрированной энергии. Каннаги и Нобуна также довольно сильны, используют старое японское искусство сикигами и шиноби.

Ну и большая тройка: Тсучимикадо, Райто и Кагамимори. Тут меня ждало несколько открытий. Со вторым кланом Райто, в принципе, ничего сверхъестественного. Применяют боевые буддийские молитвы и традиционные бумажные печати. Захапали себе весь Хоккайдо на севере… Да, Япония состоит из нескольких крупных островов: Хонсю, Хоккайдо, Сикоку, Кюсю, Откусю и Заглочу. Ладно, последние два я уже от себя добавил. Хотя не удивлюсь, если среди тысяч островов японского архипелага действительно имеются земли с такими названиями. Кагамимори специализируются как раз на высших аякаси. Мало кто может противостоять глазу зверя и зеркало-артефакту. Что удивило, так это агентурная сеть третьего клана, превосходящая все остальные великие кланы вместе взятые. Хитсуги прочитала мне целую лекцию, как зеленоротому новичку. Вот куда идет человек, если столкнется с какой-то мистической хренью? Некоторые современные люди на форумы, соцсети и ютуб, но таких быстро вылавливает девятый клан и четвертый отдел. Большинство же все делают по-старинке, следуя давним традициям, ведь существование кланов экзорцистов и специальных структур общественной безопасности скрыто от обывателей. Все просто: люди обращаются в храмы, в основном синтоисткие, но и буддийские также не обходятся без обращений граждан. Естественно, что в этом мире к таким вещам относятся намного серьезней, поскольку потусторонние силы реально существуют прямо под носом. Некоторые художественные литературные и видео произведения впору называть документальными. Настоятели храмов иногда и сами разбираются с простыми просьбами, а об остальном сообщают клану Кагамимори, храмовым жрицам мико. Которые все являются обязательно девственницами, ку-хи-хи. Или в некоторых префектурах четвертому отделу и девятому клану, а те уже распределяют работу между остальными. Бывает, что и напрямую обращаются. Райто, Каннаги и Таннадзаки — официально предоставляют услуги по экстрасенсорике и изгнанию мононокэ, злых духов.

Тсучимикадо владеют техникой барьерных печатей. Иногда духа проще запечатать, чем уничтожать. И со временем он истратит все свои силы и сам развоплотится. Все кланы большой тройки умеют запечатывать духов. Однако по большей части сила Тсучимикадо зиждется на умелой многовековой политике по налаживанию связей в правительстве, поставках артефактов другим кланам и частным лицам, развитию промышленности и прочих, не относящихся напрямую к экзорцизму вещей. Как мне сообщила Якоин по большому секрету, первый клан умеет накладывать барьеры, но вот сильной атакующей магией похвастать не могут. То есть, как и Джингуджи, Тсучимикадо в первую очередь корпорация, и именно их экономическая составляющая уделывает мощные в боевом плане кланы Райто и Кагамимори. Тсучимикадо принадлежит громадный межотраслевой холдинг Mitsubishi, несколько крупных банковских, металлургических и электротехнических компаний. Райто заправляет энергетическим сектором на Хоккайдо. А вот Кагамимори бедны, как церковные мыши… С учетом того, что в современных синтоистких храмах грызуны живут весьма неплохо на многочисленных подношениях и частных пожертвованиях. Короче, я почувствовал себя просто мелкой сошкой по сравнению с титанами бизнеса. Конечно, великие кланы не владеют всеми крупными предприятиями Японской Империи. Однако и любая приличная корпорация считает своим долгом нанять себе особенных бойцов, чтобы не выглядеть бледно на фоне экзорцистов. Сильных магов они не берут, иначе их привлекут к общей борьбе с аякаси, что довольно накладно — неклановые специалисты-оммедзи погибают быстро. Я спросил у Хитсуги: зачем сохранять Тайну, если о е-кай известно всем мало-мальски важным персонам? Глава Якоин засмеялась своим дьявольским смехом и ответила, что так интереснее.

— Юто-тян, как тебе невеста, понравилась?

— Да-а, внушает… уважение.

— Что ты думаешь о союзе с двенадцатым кланом? Джингуджи-Амакава сразу могут прыгнуть на четвертое место как минимум, ку-хии. Наш клан вас поддержит, конечно же.

— М-м, я бы предпочел сохранить суверенитет. Думаю, что Джингуджи-доно видит в Амакава только послушных собачек на поводке. Да еще засадят за производство артефактов света.

— Юто-тян, я на твоей стороне, и поддержу любое твое решение!

— Еще скажи, что тебе совершенно ничего не надо от меня.

— За тобой весело наблюдать!

— А как насчет тех специальных артефактов, что делал для вас мой дед?

— Ку-хии! От небольшого подарка мы никогда не откажемся. Мы можем встретиться завтра в Токио?

— Ты и людей Токунагато прослушиваешь?

— А что поделать? От вашего шифра мозги кипят, так хоть на императоре потренируюсь.

— Хорошо, созвонимся ближе к вечеру.

— Идет! Не слишком увлекайся своими вассалами. Помни, тебя ждут и любят нормальные девушки, Ку-хи-хи.

— Хитсуги, только тебя мне не хватало для полного счастья… — вздохнул я.

— Что это, неужели предложение? Юто-тян, я еще не готова, но постараюсь завтра дать тебе четкий ответ. Ку-хи-хи!

— Я не… — начал я, но гудки в телефоне сообщили о том, что мой собеседник отключился.

Перед сном копался в ноутбуке, который на ночь обещал передать Айе. Надо бы ей разрешить себе купить какой-нибудь бюджетный вариант в качестве презента за выполненную работу. Зарегистрировался в фейсбуке, нашел большую часть своих одноклассников. Немного поколебавшись, отправил приглашения в друзья тем, с кем более-менее общался в школе. Одной из лучших подруг у Кузаки в профиле значилась Кисараги Саэка, но уж учительнице я отправлять заявку не стал. У Ринко стоял статус «Зима в сердце…». Бр-р, не знаю, чем ее и утешить, только хуже сделаю. Нашел несколько неверифицированных аккаунтов Джингуджи Куэс, явные фейки. На одной аватарке сумеречная луна в открытом купальнике загорала на пляжном лежаке. Надо показать потом, как ее имя и лицо используют пользователи в сети. Якоин Хитсуги имелась в единственном экземпляре с каким-то вип-аккаунтом и особенным оформлением. Мою заявку в друзья одобрила через пять секунд. В ответ на мое «Хитсуги, это ты?» глава клана Якоин прислала подтверждающее «Ку-хи-хи! 0x01 graphic».

Зря я это сделал. Тайзо Масаки и Ринко Кузаки словно только и ждали, что я зарегистрируюсь в «лицекниге», и атаковали меня расспросами и бессмысленными новостями. Я объединил друзей в одну беседу и объяснил, что уже поздно вообще-то, а мне завтра на встречу не с кем-нибудь, а с самим императором Токунагато. Тайзо списал на связь с сокровищами Сенджу, рассказав, что видел меня в местных новостях днем по телевизору. Конечно же, не обошлось без написанных капсом завистливых посланий и картинкой на тему богатых везунчиков и обычных угнетенных людей. Ринко, видимо, догадалась, что еду я в Токио по экзорцистким делам, но устраивать допрос не стала. Школьный друг также интересовался, из-за чего мы поругались с подругой детства. Короче, когда глаза стали слипаться, я закрыл ноутбук и выключил телефон, а то станется им позвонить среди ночи. Не было б каникул, спали бы уже наверняка.

Как и обещали, Химари и Сидзука не лезли ко мне в постель, что немного расстраивало. Ночь снова ушла на подпитку водных духов и восстановление дзасики-вараси. Главное, чтобы не вошло в привычку. Утром меня ожидало по-настоящему радостное и воодушевляющее событие. Наконец-то особенности мужского организма дали о себе знать, немного усилив кровоток к определенному органу. Похоже, что последствия долгого ношения оберега света почти сошли на нет. А значит, пора бы уже форсировать наши отношения с Химари и переходить к следующему этапу. Проклятие проклятьем, но я ведь никого за хвост в постель не тяну. Или все-таки тяну? С кем бы… Точно! Есть же превосходный специалист, с которым я хорошо знаком. Завтра должен быть свободный день перед советом экзорцистов. Если ничего не случится, надо обязательно лично проконсультироваться. Доверять такие вопросы интернету — все равно, что выставлять свое грязное белье на обозрение девятому клану.

За завтраком я удивленно воскликнул, увидев Химари:

— Что с твоими волосами?!

— Милорд, забыли ужель? Сами ведь просили, — обиженно протянула кошка.

— Конечно, нет. Тебе очень идет!

— Мня! (спасибо!) Спасибо!

Густые темные волосы бакэнэко прочертила белая полоса, походившая на седую прядь. Но только походившая, оттенок был иной. Если присмотреться, то цвет волос отличался от Куэс. Химари стала напоминать мне персонажа из «людей икс». Как там ее? Роуг вроде бы.

Перед выходом из дома мне на шею бросилась нагулявшаяся Гинко, опять в майке на голое тело. Оками быстро от меня оттащили и пропесочили. Брать с собой волчицу на этот раз я не стал, ограничившись кошкой, змеей и плеером. На улице снова было прохладно и пасмурно, поэтому оделись теплее. По пути в Такамию заглянули в «Сумчатый рай», и не зря. Кейс для Ди-ниджу пришел. Шино-сан натурально прифигел, когда я для проверки запихнул внутрь дорогой сумки старый поцарапанный дисковый плеер. Говорить мне ничего не стал — мало ли причуд у богатеев, наследников старых кланов. В целом Ди-ниджу остался доволен, поэтому я прицепил кейс на брючный ремень и щедро расплатился с продавцом. Действительно, полезный знакомый.

Оставив минивэн на стоянке возле ж/д вокзала Такамии, мы загрузились в электропоезд линии синкансэна, являющейся визитной карточкой Японии. Футуристично выглядящий аппарат, способный разгонятся до трех сотен километров в час. Линия Тохоку от Токио до Син-Аомори являлась наиболее протяженной в Японии, но, разумеется, по этому показателю транссибирская магистраль посмеялась бы ей в лицо и начистила для профилактики рожу, если бы духи железных дорог могли встретиться.

Внутри не пахло роскошью — обычное убранство более менее современных электричек из двух пар кресел и прохода между ними. Сидзука обиделась, что я сел рядом с Химари и хотела забраться мне на колени, но я пообещал на обратном пути составить мизучи компанию. Особых дел в поезде не планировал, поэтому заказал у Ди-ниджу прослушивание отечественной, или, если учитывать мое двойное происхождение, нео-отечественной музыки. Дух аякаси, как я узнал ранее, мог создавать ограниченную область воспроизведения звуков. Таким образом, мы не мешали другим пассажирам. Правда, разрывать область дух плеера не мог, поэтому музыкальный «кокон» растянулся через проход до сидящей напротив Сидзуки. И каждый проходящий мимо нас человек на некоторое время удивленно оборачивался и крутил головой, выискивая источник буквально на секунду громко заигравшей музыки. Было забавно за ними наблюдать. Элис ранее удалось немного пообщаться с Ди-ниджу на каком-то своем экто-электронном языке, и мы узнали кое-что про дух плеера. Его владельцем был настоящий знаток зарубежной музыки, уважающий «Beatles» и «Queen», который искренне любил и заботился о своем дисковом плеере. Но время шло, и Ди-ниджу банально устарел и оказался на свалке. Даже в таком неполноценном состоянии аякаси было знакомо понятие скука, и он сильно тосковал по новой музыке. Каким-то нечеловеческим усилием ему удалось эволюционировать, если это так можно сказать, и обрести изначально недоступные функции радиоприемника. Вот уже много лет дух плеера прослушивал различные радиостанции, которые выходили в эфир в районе Кагосаки. Оттуда Ди-ниджу и получил обширные знания о современной культуре, музыке и саундтреках. Видимо, нечто подобное и имелось в виду, когда Нобу говорил о быстром обучении электронных духов. Элис так по меркам цукумогами должна быть на стадии эмбриона, однако терабайты пропущенной информации поставили ее почти вровень со взрослым сформированным аякаси предмета.

Японская музыкальная эстрада меня неплохо так удивила и одновременно разочаровала. У прежнего Юто не было какого-то ярко выраженного отношения к музыке, поэтому вкус Виталия превалировал. Я просто не был в достаточной степени японцем, чтобы проникнуться местной атмосферой. Как по мне, так аудио-композиции из страны восходящего солнца не могли похвастать хорошим вокалом. Японский язык трудно рифмовать и перекладывать на песенный манер. Я, конечно, далеко не эксперт, но по-моему, им недоставало четкого звука «Р». Однако же, культура Япония явила миру многие поистине удивительные музыкальные вещи. Я рылся в телефоне, выискивая группы разных жанров, а Ди-ниджу быстро ставил мне их песни, находя почти безотказно. Взять к примеру так называемый «Visual Kei», характеризуемый яркими гламурным стилем одежды, прической и макияжем у мужских групп. Вот какой-нибудь «четкий пацанчик с раёна» сказал бы, что они не только выглядят, как лица нетрадиционной сексуальной ориентации, но и поют также. Противный голос. И бабы тоже пищат как будто гелием надышались. Вспомнились незабвенные «Tokio Hotel», чем-то напоминающие внешне этот самый стиль. Внезапная догадка озарила меня. Так вот с чем связано название немецкой группы — «токийский отель». Ну, как бы отрицательно я к ним не относился, стоило признать, что у них была парочка хороших песен. Однако ж их японские аналоги ушли куда-то слишком далеко от западных стандартов. Все бы ладно, но и группы иных жанров тоже зачастую пели этим склизким голосом.

Из понравившихся групп можно отметить «The Pillows», «Asian Kung-Fu Generation», «Boom Boom Satellites», которые нередко исполняли на английском и почти начинали походить на людей. И хотя я не особо почитал тяжелую музыку, но мне также приглянулись «Maximum The Hormone» с четырьмя или даже более вокалистами, перемежающие свои песни жестким гроулом. Напоминало «System of a Down». Ребята пели полную чушь, ужасно коверкая слова, но, возможно именно благодаря этому в их работах угадывался ритм, и им хотелось подпевать. Теперь я отлично знал русский, японский и английский, но перевести их тексты сходу не удавалось. Настоящие творческие личности. Тут-то я и набрел на вторую занимательную особенность японской эстрады. Это аниме. Оно пропитывало все вокруг, и любые мало-мальски известные группы участвовали в создании саундтреков.

— «HEY HEY ningen SUCKER

ah ningen ningen F***ER»

— тихо подпевал я про себя звучащей песне.

— Юто, прекрати слушать эту гадость! — взвилась мизучи.

— Не понять тебе, змея, искусства современного, — произнесла Химари.

— А сама тогда что морду кривишь?

— Ня-я… (не-е…)

Я попросил Ди-ниджу включить что-то менее агрессивное, а сам с интересом вчитался в статью на телефоне. Игравшая композиция являлась саундтреком к известному анимационному сериалу «Death Note». Хм-м, смертельный блокнот? По-моему где-то я слышал похожее название еще учась в универе от сокурсников, но память плохо отзывается. Надо бы ознакомится с образчиком местной культуры, которая давно распространилась по всему миру. Мда, под такую музыку мне представляется пикачу, крошащий бензопилой своих врагов, а повсюду кишки, кровища и части тел поверженных покемонов.

Следующей особенностью островной империи явились «идолы». Ну вот если среднестатистическая поп-звезда на половину состоит из песен и музыкально таланта, а остальное — внешний вид и умение себя подать. То идолы процентов на 90 состояли из миленькой внешности и одежды, хореографии и постоянных встреч с фанатами. Из интересного разве что можно выделить «AKB48», которые были занесены в книгу рекордов Гиннеса как самая многочисленная поп-группа. Хех, не качеством, так количеством. Идолы бывали разного пошиба, вплоть до того, что какая-то задрипанная школа могла иметь нескольких данных недопевичек. Судя по памяти Юто, в такамийской школе тоже выступали какие-то активистки, желающие пробиться в высокий поп-бизнес.

Еще была такая хрень как Вокалоиды. Кому как не передовым в робототехнике японцам устраивать культ из компьютеризированной девицы в анимешной стилистике, распевающей песни электронным синтезированным голосом. Ну, если абстрагироваться от режущего слух пищания, то кое-какой ритм присутствовал, но все-таки я еще недостаточно японец, чтобы слушать подобное.

Из певиц нам с Химари и Сидзукой понравились Утада Хикару, Аюми Хамасаки и Айя Хирано. Последняя, как я узнал с удивлением, вообще не певица, а сейю, что озвучивают персонажей в аниме. Вот так вот, индустрия забирает лучших. Хм, если так поразмыслить, то я ведь тоже являюсь частью этой индустрии. Уже, можно сказать, доказан факт попадания мною в персонажа гаремной манги или аниме. Главного героя, конечно. Ни о каком второстепенном персонаже и речи быть не может. Что это мне дает? Вроде как в таких историях положительные герои не погибают, либо чудесным образом воскресают потом. Мое появление точно должно изменить привычное течение сюжета. Могу ли я умереть? Ведь я главный герой, как никак. Будут ли передо мной стоять какие-то глобальные цели? Спасти Землю? Хорошо бы дело ограничилось Японией или Такамией. Надорвусь целую планету спасать. Интересно, как называется исходник или оригинал, куда я попал?

Чувствуя себя не очень умным человеком, я вбил в поисковик на телефоне «Амакава Юто». Мое имя в Японии широко распространено, да и фамилия нередкая. Пусто. Мне выдало только список ссылок на различные профили людей в соцсетях и посты, чуть дальше имелась и моя недавно зарегистрированная страница в фейсбуке. Как бы могло называться произведение, в которое я попал? «Мессия света»? «Повелитель аякаси»? Вот «Наруто» назвали в честь главного персонажа, про этот анимационный сериал я слышал и в прошлой жизни. Однако «Юто» совсем не звучит. «Химари» еще куда ни шло, но сильно сомневаюсь, что автор так окрестит свою мангу. Да уж, было бы занятно почитать про свое возможное будущее, узнать о всех проблемах, с которыми предстоит столкнуться. Вот был бы я двинутым анимешником, как один из моих старых знакомых, по-любому бы прочитал о всем заранее, и сейчас спокойно реагировал на все происходящее, предсказывал грядущие события.

Да ладно, и так мое положение вполне неплохое, если не учитывать многочисленных недругов. Отличный вариант для посмертия. Выходит, это какой-то иной параллельный мир, никак не пересекающийся с моим родным. Хм-м, а что если и я не настоящий, а выдуманный каким-то укурившимся мангакой или писателем? Да не-е, бред какой-то. Кому может понадобиться забрасывать обычного русского студента в тело героя японской манги? Нужно мыслить рационально и позитивно. Я — это я, Вито светоносный, глава великого клана Амакава, только мне одному суждено принимать решения, только моя воля мною правит… Но, на всякий случай, выражаю тебе благодарность, неизвестный автор, если ты меня действительно выдумал.[1]

Ого. На следующей странице поиска вылезли релевантные результаты с иными именами. Акэми Амакава, в девичестве Канда… «Kokoro no Neji», «Ribbon no Kimochi», «Ohayou!». Вот так сюрприз! Оказывается, моя вторая родная мама весьма неплохо выступала раньше на сцене. Песни конечно не шедевр, но чувствуется некая изюминка. Кто знает, может, если бы не встреча с моим отцом, сейчас она стала национальной звездой.

На вокзале в Токио нас встретили двое мужчин: водитель и охранник, на Тойоте неизвестной мне модели люкс-класса. Вероятно, с пуленепробиваемыми стеклами и разными защитными приблудами. Хочу себе такое же авто, вот только бюджет пока не тянет.

Императору Японии Рюноске Токуногато VI В это году исполнилось двадцать девять лет. В деловом роскошно обставленном кабинете на последнем этаже фамильного небоскреба расслабленно сидел молодо выглядевший брюнет с глазами стального цвета. Одет мужчина был в простую голубую рубашку и серые брюки. Один из лучших выпускников Оксфордского университета последнего десятилетия хмуро просматривал отчеты о шестом великом клане экзорцистов. В который раз Рюноске пожалел о ранней смерти дяди, предыдущего императора, так и не оставившего наследников. В результате почти сразу после окончания университета молодой, подающий надежды специалист, вынужден был принимать власть в свои руки. Семья Рюноске и так была более чем обеспеченной, поэтому свалившаяся ответственность только раздражала. Склоки министров, дрязги и разбирательства насчет спорных территорий, провокации со стороны Российской Империи, миграции преступных организаций из Китая, постоянно сующие свой нос во все дела США. Около четверти времени императору приходилось проводить в полетах на личном самолете и визитах в иные страны или части Японской Империи. Встречи, собрания, заседания.

Но больше всего Рюноске раздражали вопросы, связанные со сверхъестественными явлениями. Полноценного обучения молодой император не получил в этом направлении, однако отлично помнил немногочисленные высказывания дяди об экзорцистах. Свора голодных собак, только ищущие повод вцепиться друг другу в глотки. И «Опять Тсучимикадо лезут куда не следует», «Эти Тсучимикадо у меня еще попляшут». Магия и все с ней связанное слишком тесно переплелись с остальными ветвями жизни. Взять к примеру этот кабинет, защищенный по передовым европейским колдовским технологиям. Или соседние помещения, где дежурил десяток лучших выпускников Токио Оммедзи Гакуэн — школы экзорцистов, которую во все времена курировал лично император.

Двенадцать великих кланов экзорцистов Японии имели множество привилегий. Это и налоговые льготы, право нарушать закон в случае нападения е-кай, созывать совет министров и даже принимать на себя командование армией в случае экстраординарной угрозы империи. Кланы слишком сильны, особенно Тсучимикадо, и это отлично понимал предыдущий император.

Шестой клан обеспечил небольшое положительное внимание к императорской семье благодаря возвращению сокровищ Сенджу. А ведь нынешний глава Амакава вполне мог вывезти драгоценности заграницу и получить с них раза в три больше как минимум. Охотники, что приручили аякаси… Рюноске нажал на кнопку на настольном телефоне:

— Соедините с хранилищем.

— Сию секунду… — произнес в ответ вежливый женский голос.

— Ханасаки Уэдо, старший смотритель императорского хранилища. Ваше величество, в этом месяце никаких происшествий не случилось.

— Благодарю за работу. Оформите и подготовьте к вывозу объект Цукумо-7. Я пришлю людей.

— Будет исполнено, ваше величество.

Рюноске откинулся в кресле, размышляя о предстоящем разговоре. Амакава Юто, судя по отчетам, совсем недавно вышел из забвения. И уже успел обзавестись новыми вассалами и хорошенько поработать в Такамии по своему основному профилю. Вскружило ли ему голову внезапно свалившееся наследство или же нет? Посмотрим. Пожалуй, следует расшевелить немного это экзорцисткое болото и покачнуть трон под Тсучимикадо.

Глава 2

При входе в многоэтажное здание меня тщательно обыскали вежливые люди в костюмах и попросили оставить внизу своих спутниц и артефакты (это про Ди-ниджу и Хаганэ). Пришлось повиноваться. Чуть в стороне кучковалось несколько сотрудников четвертого отдела в черной форме и около десятка незнакомых мне людей в странноватых серо-зеленых робах. Скорее всего, экзорцисты. Труднее было убедить Химари и Сидзуку подождать меня в окружении охраны. На мороженое мизучи уже не велась.

— Я ненадолго. Ну моя ло… Погодите-ка. Уже ведь неделя прошла! Теперь мне не надо так тебя называть! — обрадовался я.

— Хсш-с. Если нуждаешься в моих услугах, то и дальше будешь соблюдать уговор.

Я прищурился и оглядел аякаси:

— Ты ведь и сама никуда не уйдешь, верно?

— Много о себе возомнил, Юто… Хорошо, если продолжишь называть меня «моя лоли», буду более послушной.

— Тогда послушай меня, моя лоли, — вздохнул я. — Оставайтесь здесь, пока я переговорю с императором.

— Конечно, братик Юто!

— Будьте осторожны, милорд.

— Непременно, Химари.

В сопровождении нескольких бодигардов я поднялся на скоростном лифте на один из верхних этажей. Вот и свет пригодился — уши благодаря ему не заложило. Конечно, любой школьник Японии знал точный возраст и внешность императора Рюноске Токунагато VI. Хотя на официальные мероприятия, виденные по телевизору, глава государства зачастую надевал традиционные многослойные кимоно, меня он принимал в простой рубашке и брюках на западный манер.

— Амакава Юто-сан, рад познакомиться с вами лично.

Среднего роста брюнет прошел мне навстречу и крепко пожал руку.

— Для меня честь встретиться с вами, ваше величество, — коротко склонился я. Этикетам не учены, да и насколько я вижу, не сильно то он и пригодится в грядущем общении.

— Просто Рюноске-сан. Официальные обращения ужасно утомляют. Прошу, присаживайтесь. Чай, кофе? Что-нибудь покрепче?

— Кофе, спасибо.

Я присел в одно из мягких кресел возле низкого столика. Император нажал кнопку на телефонном аппарате и быстро продиктовал заказ. Внутри большого помещения было довольно уютно. Чувствуется роскошь и лоск, но без перегибов.

— Как добрались?

— Отлично, благодарю. Честно говоря, ожидал какого-нибудь замка или богатого особняка, а не небоскреб.

— Да, глав других государств действительно принято принимать в императорском замке. Но верным подданным империи не зазорно показать и другую сторону. Что поделать, старая японская культура постепенно утрачивает былое влияние. Я слышал, что ваш дед был ярым традиционалистом?

— Верно. У него дома даже холодильника не было. Пришлось все самому покупать.

Подошла миловидная секретарша с подносом с двумя чашками, кофейником и сладостями.

— Время идет, все меняется. Хочу от лица семьи Токунагато и всей Японии поблагодарить вас за возвращение реликвий, принадлежащих когда-то принцессе Сенджу. Поистине достойный поступок.

— М-м, спасибо.

Кофе разлили по чашкам, и я пригубил терпкий напиток. Божественно! Надо в Ноихару тоже закупить несколько упаковок. Хотя Лизлет жалко. Как представлю ее огромные глаза, наполненные слезами из-за того, что я не выбрал чай, так сразу хочется совсем бросить пить кофе.

— Я сам хотел с вами встретиться, Юто-сан. Но после грядущего собрания великих кланов, когда вам подтвердят титул. У вас, экзорцистов, свои правила, не хотелось бы влезать раньше времени. Мне доложили, что у вас возникло недоразумение с четвертым отделом общественной безопасности?

— Мы смогли уладить разногласия. Рюноске-сан, я приехал обсудить один важный клановый вопрос.

— Позвольте сначала закончим с моим делом к вам, если не возражаете.

Не дожидаясь ответа, Рюноске Токунагато быстро выудил из ящика стола один документ и передал мне. Это оказался хорошо знакомый мне старый императорский указ.

— Да, именно за этим я и приехал.

— Неужели? — довольно искренне удивился император. — Тогда, полагаю, мы быстро придем к соглашению. Указ об ограничении аякаси среднего уровня и выше, действующий с 1875 года. Подписан сегуном Шимомино X, главами сильнейших кланов Кагамимори, Джибашири и Тсучимикадо.

— Этот указ давно устарел, Рюноске-сан! Наш клан тогда только стал великим, но сейчас семерых аякаси уже не хватает, чтобы конкурировать с другими. Я — последний экзорцист клана, еще толком не обученный. В то время, как Тсучимикадо располагают сотнями сильных охотников в главной ветви…

Пару минут я экспрессивно вещал на тему бедности и убогости клана Амакава и несправедливости данного указа, серьезно сдерживающего наше развитие. Император внимательно слушал и с легкой улыбкой кивал на мои слова. Я немного не ожидал, что все будет проходить так легко, поэтому большая часть заготовленных козырей, которые я разузнал у Якоин, не понадобилась.

— Полностью согласен с вами, Юто-сан. Амакава показали себя истинными патриотами страны, и я считаю, глупо ставить препоны одному из лучших кланов охотников на аякаси. Устроит ли вас новый лимит в двадцать е-кай?

— Тридцать! — выпалил я, сам немного прифигевший от собственной дерзости.

— Сойдемся на двадцати пяти. Посмотрим, как будет развиваться ваш клан в новых условиях, после чего, возможно, и вернемся к данному разговору.

— Да, Рюноске-сан. Я очень благодарен вам за изменение этого устаревшего указа.

— Договорились. Потребуется несколько дней, чтобы уладить все формальности, вы понимаете. Бюрократическая машина даже ради императора не желает разгоняться. Я поручу четвертому отделу уведомить вас, когда новые поправки вступят в силу.

— Понял.

— Что ж, Юто-сан. У меня для вас заготовлен необычный презент в честь возвращения фамильных ценностей. А также есть небольшая просьба.

— Конечно, я вас выслушаю, Рюноске-сан.

Мужчина быстро обронил в телефонную трубку:

— Пусть заносят.

Спустя полминуты двери раскрылись и в помещение вкатили простую тележку, на которой покоился странный объект. Под квадратным стеклянным колпаком на постаменте был закреплен небольшой предмет примерно с кулак размером, обернутый черной тканью. Сразу бросались в глаза несколько печатей с иероглифами Тсучимикадо, которыми обклеили стеклянную поверхность.

— Одна из императорских реликвий конца шестнадцатого века. Мурабито, деревенский житель. Набор для проведения чайных церемоний был подарен очень уважаемой семьей мастеров по изготовлению посуды. Акай Раку, красная керамика. Мурабито символизирует корни страны. Деревни издавна питали города, а не наоборот. Сейчас, конечно, уровень урбанизации намного выше, а большую часть продовольствия мы импортируем, но никогда не стоит забывать про Мурабито, простого сельского жителя. В середине двадцатого века в одном из компонентов ансамбля обнаружили присутствие зарождающегося е-кай. Принято решение изолировать объект и подождать, пока он самоупокоится. Однако до сих пор дух жив. А уничтожить один из объектов исторического наследия ни у кого рука не поднялась. Поэтому я передаю аякаси вам, Юто-сан. Используйте его на благо страны, либо изгоните, если не получится приручить.

— Поистине императорский подарок. Благодарю, — поклонился я. — Постараюсь наладить с ним связь. Что за просьба у вас ко мне, Рюноске-сан?

— Просто детское любопытство. Скажите, ваши аякаси ведь полностью приручены?

— Гм, да, — немного поколебался я с ответом.

— Могу я на них взглянуть?

— Да. Только лучше я сам сопровожу их сюда.

— Ничего, спустимся вместе. Какой же из меня хозяин, если заставляю гостя бегать вниз-вверх?

— Как пожелаете.

В лифт нас набилось человек десять. Несколько молодцов в костюмах, а остальные в бело-зеленых робах или плащах. Аура у них была сильнее, чем у встреченных ранее сотрудников четвертого отдела. Серьезные ребята. Разного пола и возраста. Были и мои ровесники, и один старик с седыми волосами. Может мне тоже поступить в Оммедзи Гакуэн? Хотя вряд ли там есть учителя по «свету».

Старик-экзорцист что-то неодобрительно шептал императору, пока мы двигались к помещению для гостей, где ожидали Сидзука с Химари. Рюноске-сан просто отмахнулся от предостережения. Бакэнэко по виду очень хотелось броситься мне на шею, но она сдержалась из-за присутствия посторонних. В соседнем помещении почувствовалось множество аур других экзорцистов.

— Это мои вассалы: Химари, бакэнэко, Багровый клинок Ноихары и Сидзука, мизучи и… моя лоли.

— Братик Юто! — прыгнула на меня Сидзука и повисла на шее. — Мне так страшно было без тебя!

— Гх-м, похоже, аякаси действительно полностью приручены. Видите, уважаемые оммедзи, не о чем переживать. За всю историю клана практически не зафиксировано ни одного случая, когда е-кай Амакава нападали на мирных людей.

— Моя лоли, отцепись, — попытался я оторвать от себя заразу, но та вцепилась мертвой хваткой.

— М-м, не ожидал, что вы будете так использовать родовые умения по управлению разумом, Юто-сан, — пожурил император.

— А?! Я тут не причем, честное экзорцисткое! Она всегда так себя вела.

— Извините, моя просьба может показаться странной, но могу я их потрогать? Они нормально реагируют на других людей? Не нападут?

— Эй, только ничего не учудите! — пригрозил я обеим.

— Раз так милорду надобно, — сразу ответила кошка.

— Нет, только братик Юто может трогать меня!

— Послушание… — шепнул я.

— Ладно, за грудь чур не лапать, нано.

— Ваше величество, — предостерегающе пробормотал старик из охраны.

Химари стояла как истукан, пока Рюноске-сан очень осторожно пощупал ту за волосы и руку.

— Поразительно! Совсем как человек. Раньше мне не доводилось встречаться с е-кай вне защитного барьера. Их способности к мимикрии удивительны. Если бы не это чувство, можно было бы с легкостью принять их за людей…

— А что вы чувствуете к ним, Рюноске-сан?

— Я ведь не экзорцист, поэтому немного. Похоже, будто стоишь перед диким хищным зверем, готовым наброситься в любой момент. Львом, например, или аллигатором.

Император наклонился к Сидзуке и легонько провел мизучи по щеке. Та в ответ высунула свой длиннющий язык и облизнула ему руку. Оммедзи в комнате напряглись, старик резко оттащил Рюноске-сана от мизучи:

— Ваше величество, надо проверить вас на яды…

Словно обстановка не была и так накалена до предела, Ди-ниджу, лежащий на столе, исполнил отрывок из песни:

— «…Monsters stuck in your head

Monsters under your bed

We are monsters oh-oh, we are monsters oh…»

— Да, конечно, — ответил Токунагато, бросив взгляд на духа плеера. — Хотя не думаю, что эта аякаси пыталась мне навредить. Амакава Юто-сан, преклоняюсь перед вашим кланом за железную выдержку, которая позволяет вам терпеть рядом с собой этих созданий.

— Э-э, спасибо, — пробормотал я недоуменно.

— Что ж, я сполна утолил свое любопытство. Рад, что эти монстры на нашей стороне.

— Я тоже, Рюноске-сан.

— Если желаете, вам накроют обед, а меня еще ждут дела.

Император развернулся спиной и быстро помахал нам рукой на прощание. От трапезы мы отказались, но предложение подвезти приняли. Хитсуги была онлайн, поэтому я быстро связался с ней через соцсеть:

Амакава Юто: Привет, Хитсуги. Где встретимся?

Якоин Хитсуги: Ку-хи-хи, Юто, я тут знаю хорошее мэйд-кафе в Акибе!

Амакава Юто: Там хотя бы кормят?

Якоин Хитсуги: Конечно! Я покажу тебе нашу родовую магию, ку-хии!

Амакава Юто: Ты настоящий специалист по смайликам…

Якоин Хитсуги: У меня много талантов, Юто-тян. Держи, я скинула тебе маршрут.

Амакава Юто: Ок, будем через час.

Я передал водителю координаты кафе, а сам откинулся на заднем сидении роскошного автомобиля. Можно и подремать чутка. Если армия чему и научила, так это в любое свободное время и при любых условиях уметь урывать минутку отдыха.

— Юто, ты уверен, что дал правильный адрес? — разбудил меня голос Сидзуки.

— А, что?

Я выглянул в окно и увидел унылый пейзаж какой-то заброшенной промзоны.

— Шеф, вы не ошиблись…

Водитель резко крутанул руль, машину бросило вправо, в раскрытые ворота безлюдной складской территории. Не успели мы среагировать, как шофер быстро наклонился к педалям управления, после чего открыл дверь и вывалился наружу.

— Юто, держись!

Вода заполнила салон автомобиля. Я с некоторым запозданием напитал тело магией и поставил покров света. В следующее мгновение тойота влетела в закрытые опущенные ворота какого-то склада и протаранила с жутким скрежетом. Сработали подушки безопасности, но их усилия пропали втуне на фоне мягкого водного барьера, бережно окутывающего нас. Машина потеряла скорость, оторванная часть ворот зацепилась за лобовое стекло и скрыла обзор. Химари частично обнажила Ясуцуну и пустила демоническую волну в район средней стойки. Затем мощным ударом ноги выбила заднюю дверь. Перехватив меня за талию, бакэнэко выпрыгнула из машины и аккуратно приземлилась на бетонный пол.

— Спасибо, Химари, я бы и сам справился.

— Да, милорд.

Тойота неспешно докатилась до грузового контейнера и наконец затормозила. Из машины спокойно вышла Сидзука, прошипев:

— Платье порвалось, нано!

— Уходим. Я позвоню Хитсуги.

Я быстро набрал номер Якоин, который первым пришел в голову. Но как только прошло соединение, неизвестная волна магии пролетела по складу. Мой телефон испустил сизый дымок и раскалился, так что я его бросил на пол. Через секунду пришла новая волна, после которой в рот словно песка насыпали.

— Юто, они блокируют мои силы! — прокричала Сидзука.

— Эта аура! — неожиданно вскинулась Химари. — Она была там, когда погиб дедушка Ген!

Бакэнэко высоко подпрыгнула, прорубив Ясуцуной проход прямо в стене склада.

— Кошка, стой!

— Химари!

Однако кошачьей аякаси, моей телохранительницы, и след простыл. В освещенном проходе, откуда мы вломились внутрь, показался силуэт какого-то внедорожника. Боковая дверь отъехала в сторону, явив нам скрытую под маской фигуру, сжимающую в руках огромный шестиствольный пулемет. На такое я не подписывался! Сидзука мгновенно окутала нас щитом и бросила сосульку в джип. Оранжевый магический барьер на секунду вспыхнул, уничтожив ледяной снаряд. Высокие складские своды заполнились грохотом стрельбы, заглушив любые посторонние звуки. Попадание пули проделывало отверстие в ослабленном барьере Сидзуки, а следующие уже проникали дальше. Одна из металлических штуковин ужалила меня в живот, но покров света успешно справился. Будто боксер-тяжеловес поддых дал.

Мы отступили за контейнеры, пробить которые из пулемета не удавалось. Выглянув на секунду, я заметил нескольких человек в странных костюмах, похожих на ниндзя или шиноби. Оставалась открытой только узкая полоска вокруг глаз. Двое держали в руках вееры из разрисованных бумажек-печатей. Третий волок за собой какую-то широкую белую плеть. Четвертый сжимал в обеих руках по короткому саю, колющему кинжалу с необычной загнутой гардой. Чувак с пулеметом остался у входа, остальные направились в нашу сторону. Аура у них развернулась нехилая, но какая-то странная, неживая. Впрочем, что я знаю о других кланах? Преступно мало.

Бумажная длинная плеть, которую тащил один из ниндзя, неожиданно дернулась, растянулась на добрый десяток метров и рванула к нашему убежищу. Толстый металл контейнера прошило словно картон. Я махнул Хаганэ, спалив часть оружия нападавшего. Быстрая штука и очень острая, но и также непрочная.

— Отходим, — бросил я Сидзуке. — Найдем второй выход.

— Иди, я задержу.

— Только не геройствуй, моя лоли.

— Предоставлю эту честь тебе, Юто.

Я побежал вглубь склада по проходу между нависающими грудами контейнеров. Позади раздались хлопки и скрежет металла. Далеко убежать не успел, мне в спину прилетела огненная самонаводящаяся печать. Слабенький взрыв практически не задел меня. Поддав света в ноги, я оттолкнулся от пола и запрыгнул на верхушку контейнеров. Да уж, на тренировке это получалось лучше. А сейчас слишком много энергии отмерил, чуть не перелетел и не успел нормально сгруппироваться. Все-так меня природа не наделила кошачьей грацией. Не теряя драгоценных секунд, я рванул прочь по лежащим рядком контейнерам. Однако пара преследователей сумели прорваться через Сидзуку. Один с печатями, второй с клинками. По ходу моего движения прилетела печать, установив барьер, похожий на тсучимикадовский. Получилось пробиться только со второй попытки, и этого времени противнику хватило, чтобы нагнать меня. Ксо! Провтыкал момент, когда очередная печать приклеилась к контейнеру, и тот поехал прямо у меня из-под ног. Летать я пока не умел, поэтому оставалось хотя бы удачно приземлиться.

Я коснулся пола и перекатился через голову, гася инерцию. Как только встал, на меня тут же набросился шиноби с кинжалами. И у него их было два, в отличие от меня! Я махал ножом, отбиваясь светом и стараясь держать дистанцию. Не такой уж он и быстрый, но разница в опыте сказывается. Я постепенно отступал, пока не оказался зажатым в угол. Мечник неожиданно отпрыгнул в сторону, а на меня полетел огромный контейнер и впечатал в стену. Проклятье, я вбухал, наверное, треть резерва, уплотнив покров света до твердого состояния. Самого удара почти и не почувствовал, только дыхание сбилось. Я быстро выпрыгнул в узкую щель и сам бросился на шиноби с саями. Размышлять о каких-то трюках против тренированного мечника нет смысла. Банально напитав тело светом, я стал самую малость быстрее него, и смог достать противника в живот. Вместо струй крови и раскиданных ошметков тот просто испарился, словно мираж.

В меня полетели различные магические печати: барьерные, огненные, гравитационные, насколько я понял, и такие, после которых немного болела голова. По-видимому, должны были дезориентировать меня. Однако с ускорением света я довольно легко уклонялся. А после банально сблизился с магом и прочертил светом от плеча до пояса. Снова шиноби растаял в блеклой вспышке, распавшись мириадами серых искорок.

Так, успокоиться. Отдышаться, скрыть свою ауру. Как же бездарно я трачу ресурсы в экстренной ситуации. Переоценил противников, либо себя недооценил. Возле входа снова послышались звуки стрельбы. Немного поколебавшись, я повернул обратно. Если они такого же уровня, то мы должны справиться. Хлипкие смерчи и барьеры, да и сама мизучи легко прошивались из пулемета, охотник с бумажной плетью не давал той перейти в наступление. Какая-то мощная магия в начале боя осушила воздух и весь склад, что сказалось на боеспособности водной аякаси. А тем временем вокруг Сидзуки я почувствовал слабые отголоски барьерной магии. Твою шинобскую дивизию! Второй печатник успел раскидать вокруг нее кучу барьеров. Если их активировать, не знаю, сможет ли она телепортироваться к источнику воды. Не тратя время на объяснения, я на скорости врубился к шиноби, перебив Хаганэ его плеть почти у основания. Застрочил пулемет, но успеть за мной в ускоренном режиме нападавший не мог. Жаль, что долго я так бегать не смогу. Максимум еще секунд двадцать.

Огрызок демоновой плети двигался с такой скоростью, что я не заметил, как он повернул мне за спину и вонзился в плоть, пробив покров света. Сзади я держал ослабленную версию ради экономии. Гадина, на пару сантиметров вошла в мясо. Не обращая внимания на боль, я рванул к орудующему бумажной плеткой шиноби, который, похоже, ожидал, что я упаду замертво после его атаки, и отделил ему голову от тела. Попытался, по крайней мере. Снова противник осыпался исчезающим пеплом. В это время Сидзука таки пробила барьер пулеметчика и быстро приложила того ледышкой. Последний печатник активировал разбросанные бумажки и запер мизучи в барьерной тюрьме. В меня полетели разнообразные стихийные печати. Слабые, но заставляющие тратить на защиту свет, которого и так осталось немного. В отчаянном рывке я пробился через хаос магии и достал ножом ниндзя.

Больно, млять! Эта бумажная хренотень серьезно ранила меня в спину. Свет не умел обезболивать, так что оставалось лишь сжимать зубы и терпеть. Я быстро раскидал часть печатей, ослабив барьер и дав мизучи выбраться на свободу. Внедорожника за воротами уже было не видно. Но почувствовались еще четыре похожие ауры.

— Юто, уходим. Мне надо найти воду, нано!

— Постой, кажется, наша блудная дочь вернулась.

Яростная сверкающая кошачья аура ворвалась меж противников. Одна из точек резко потухла, выпустив перед смертью сильный вихрь энергии. Я побежал к разломанным воротам, чтобы наблюдать окончание сражения вживую. Шиноби пытались использовать какие-то специальные звуковые печати, которые неплохо действовали против бакэнэко. Химари мотала головой, гневно шипела и громко мяукала, но серьезно ослабить Багровый клинок Ноихары им не удалось. Аякаси мощными демоническими волнами упокоила двух шиноби. Последний оказался слишком быстр и умело уклонялся, поэтому Химари пришлось сблизиться и проткнуть шиноби Ясуцуной.

Я внимательно осмотрелся. Ни следов чужих аур, ни автомобилей, на которых приехали нападавшие, ни крови, ни клочка ткани. Даже оружие испарилось. Чертовщина какая-то. Мы что, с организованной бандой аякаси сражались?

— Милорд, вы в порядке?! — приблизилась Химари.

— Спину задело…

— Нано, снимай рубашку.

— Да, моя лоли. Было лучше, если бы моя телохранительница не отлучалась далеко от того, кого должна защищать.

— Простите, милорд!! Почуяла ауру знакомую, что была шесть лет назад, когда мы с Генноске-доно набрели на логово е-кай сильных. И магия точно та же мой разум смущала. Тогда была слабее я, буде котенок неопытный. Не смогла помочь дедушке… И теперь чуть вас не потеряла по дурости собственной… Простите, милорд.

Огромные фиолетовые глаза наполнились слезами.

— Раз сама понимаешь, то ладно. Химари, забери наши вещи из машины, нам стоит уйти, пока не подошло подкрепление.

— Слушаюсь!

Однако свалить далеко мы не успели. С одной стороны дороги, визжа шинами, затормозили две машины, из которых повылазило около десятка экзорцистов и сотрудников четвертого отдела, с противоположной вырулил черный седан, откуда спокойно вышли мужчина и женщина в строгих темных костюмах. Люди в черном, вы все-таки пришли за нами?! Оказалось, что первые — это люди императора Токунагато, которые обнаружили усыпленного настоящего водителя и последовали по спрятанному в машине маяку. Пытались мне дозвониться, но не смогли связаться. Видимо, в автомобиле работал артефакт, глушивший связь. Другая парочка была из клана Тсучимикадо, дежурившая в данном районе неподалеку. Один из датчиков по контролю магической энергии, установленных в Токио, сработал, и экзорцисты приехали разобраться.

— Амакава-сан, — обратился ко мне мужчина средних лет в черном костюме из Тсучимикадо. — Не то, чтобы эта информация была сейчас крайне необходима, но что творит ваша водная аякаси?!

Ситуация со стороны смотрелась достаточно неоднозначно. Я без рубашки с оголенным торсом и девочка, прицепившаяся к моей спине и обхватившая ногами и руками. Сидзука также сняла верх и сейчас елозила по мне своим голым подобием груди. Напомнило момент в душе, когда мы познакомились телесно.

— Лечит, разумеется, — ответил я с каменным лицом и повернулся к напарнице охотника. — Не знаю, о чем подумал ваш соклановец, но крайне рекомендую вам доложить о его наклонностях в соответствующие органы.

Мужчина сжал губы, а Сидзука провела по моей шее своим змеиным языком, будто провоцируя.

— Хватит уже.

На этот раз мы были научены горьким опытом, поэтому таскали с собой запасную одежду, которая сейчас как раз пригодилась. Брюки еще более-менее уцелели, но вот рубашку только в мусорку. Никаких особенных чувств я уже не испытывал, прощаясь со своим вторым испорченным смартфоном. Взял на время запасную простую мобилу. Мы поведали о случившемся четвертому отделу, который с достойным упорством выцарапал себе право проводить расследование. Я спросил, не могли ли на нас напасть люди Нобуна, известные своими шинобскими штучками, но Химари уверила, что четвертый клан действует иначе. Да и трупы экзорцистов обычно не исчезают в воздухе.

На территорию промзоны неожиданно ворвался красный спортивный мотоцикл. Гонщица быстро спрыгнула и сняла шлем, явив юное лицо с короткими растрепанными волосами тускло-блондинистого цвета с пронзительными серыми глазами и кривой ухмылкой.

— Ку-хи-хи, Юто, ничего жизненно важного себе не повредил? — услышал я знакомый по телефонным переговорам ехидный тон.

— Хитсуги? Э-э, почему на тебе наряд горничной?

— Я же писала, дурачок, что хочу показать тебе нашу родовую магию.

Я осмотрел главу девятого клана снизу вверх. Нескладная девчонка-подросток, худая, чуть сгорбленная и с безумным взглядом. От Якоин веяло опасностью и непредсказуемостью. Химари рефлекторно встала чуть впереди меня, прикрывая от молодой экзорцистки. Хитсуги же со зверской улыбкой обследовала обеих моих аякаси:

— Очень аппетитные экземпляры. То, что нужно подростковому организму. Ку-хи-хи! Я посмотрю, как там идут дела, Амакава-доно…

Якоин шустро проникла на склад и отсутствовала около десяти минут. Вернувшись, задала мне пару вопросов:

— Говоришь, распадались серым пеплом?

— Что-то вроде того, — кивнул я.

— Доппельгангеры, ку-хи-хи! — вынесла вердикт детективша.

— Дупель-кто? — переспросила Сидзука.

— Временный слепок с человека или предметов. Копия. Может действовать автономно от оригинала.

— Можешь разузнать, кто причастен к этим доппельгангерам? — спросил я.

— Безусловно! Но подобного рода услуги делают либо для очень близких людей, либо за соответствующую плату. Ты уже желаешь перевести наши отношения на новый уровень, Юто?

— Нет, спасибо. Ты и так много сделала для Амакава, делилась необходимой мне информацией. Можешь просить от меня любые артефакты, когда я разберусь с их изготовлением. Все, что в моих силах, Хитсуги. Прошу, найди этих засранцев!

— Я бы могла потянуть время, как обычно, но ты особенный клиент, Юто-тян, — вплотную подошла ко мне Хитсуги и томно положила руку мне на грудь, отчего Химари занервничала. — Поэтому сообщу сразу. Я почти уверена в том, что это клан Ходжо. Три года назад к ним из Германии перебрался известный специалист по доппельгангерам. Конечно, доказательств причастности клана Ходжо мы здесь вряд ли найдем. Они всегда умело заметали следы.

— Твое лицо слишком близко, Хитсуги. Так какой резон этим Ходжо нападать на меня?

— Ку-хи-хи! Причина очевидна для любого знающего человека. После смерти твоего деда, Ходжо подавали заявку на признание их великим кланом, но совет отклонил. Пока оставался наследник, решено было сохранить за Амакава шестое место, и клану Ходжо это не особо понравилось.

— Почему меня раньше не убрали, раз я так мешался?

— Ку-хи, я сама только недавно узнала подробности от твоего официального опекуна.

— Кого?!

— Давай поговорим обо всем в кафе, Юто-тян. Имей терпение.

— Хорошо.

Глава 3

Мы загрузились в одну из вместительных машин оммедзи императора, которые также принесли мне извинения за случившийся инцидент. Якоин разливалась слегка спятившим соловьем, поясняя особенности магии доппельгангеров. «Как клоны в Наруто, ку-хии!», «Я не знаком с этой мангой…», «Ну ты совсем не следишь за модными тенденциями, Юто-тян.». В целом, довольно занятная техника. Если не вдаваться в подробности, то можно создать только одну свою копию, которая будет примерно на треть слабее оригинала в магическом плане. Часть сил уходит на формирование самого доппельгангера. Не всем дано создавать копии, у некоторых выходят безмозглые овощи или совсем нежизнеспособные человекоподобные существа. Плюс проблема свободы выбора. Доппельгангер — автономная единица, мыслящая и разумная. Иногда у них слетают ограничители, и в обычном задании, где следует лишь припугнуть, копии начинают крушить все подряд. Поэтому давным давно принято правило, что за все действия доппелей отвечает оригинал. Как поведет себя человек, если вдруг узнает, что он всего лишь жалкий клон, которому отмерено пару дней жизни? Тут все индивидуально, и нередко копии плюют на желания их создателей и просто творят, что хотят. Процесс отделения доппеля весьма сложный, и чаще раза в неделю не получиться «размножаться». Из положительных сторон — ты получаешь помощника, которому можешь доверять, как себе. Можно скопировать также и физические объекты, вроде оружия, хотя оно скорее становиться призрачным, чем реальным физическим предметом. Клон распадается после уничтожения, не оставляя никаких улик о владельце. И самый главный плюс — доппельгангера совершенно не жалко. Можно послать на разведку, на самоубийственное задание. Не справится, так хоть информации соберет, и в следующий раз лучше подготовится.

По приезду в кафе жрать уже хотелось зверски, да и скопившаяся усталость напоминала о себе. Мэйд-кафе — это такое заведение, где рисовый омлет продают по цене сашими из рыбы фугу. По сути напоминают так называемых идолов, что компенсируют музыкальный талант вычурными танцевальными номерами и прочим фансервисом. В Такамии имелось несколько подобных закусочных, и Тайзо как-то рассказывал об их посещении. Мне тоже было очень любопытно познакомиться с неотъемлемой частью японской культуры.

— «Добро пожаловать, господин, госпожи», — приветствовали нас с улыбкой две миленькие официантки в платьях горничных с короткой юбкой. — «Пусть все заботы уйдут прочь в „Смайл-мэйду“, а улыбка не покинет ваши лица!». — Девушки синхронно изобразили подобие книксена, после чего вывели руками сердечко.

Да уж, подобный сервис отличается от уже привычного обхождения Лизлет. Дух чашки вела себя более изысканно, как подобает настоящей английской служанке (в те моменты, когда не пыталась ненавязчиво меня совратить). Я заказал медвежий бифштекс (нет, не из медвежатины, а в форме мишки) и пресловутый рисовый омлет. Якоин утащила не сильно сопротивляющихся Сидзуку и Химари помочь на кухне, пока я дремал на сидении, изредка попивая принесенный сок. Времени уже три часа. Успею ли на запланированную встречу? Ладно, отношения с девятым кланом не менее важны, чем поиск новых вассалов.

— Господин-сама, простите за ожидание, — разбудил меня окрик.

Передо мной поставили заказанные блюда, а рядом началось настоящее столпотворение из горничных… Я протер глаза:

— Сидзука?! Химари, твои уши!

— Якоин сказала, что модно сие нынче, — произнесла бакэнэко, смущено теребя собственный хвост.

— «…Fix my meals and go away.

A maid, a man needs a maid.

Maid…» — проиграл Ди-ниджу.

Змея и кошка красовались в превосходных нарядах служанок, будто специально сшитых под них. Химари — в темно-красном, Сидзука — светло-зеленом. Длинные белые перчатки, колготки и такая штучка в виде бантика на шее. Ну ладно бакэнэко, но фигура мизучи была слишком нестандартной. Неужели в этом «Смайл-мэйду» набирают в персонал маленьких девочек? Хотя, скорее всего, Хитсуги заранее все продумала, вычислила, с кем я приеду, и подготовила наряды.

— Как тебе удалось уговорить их?

— Проще простого, Юто-тян. Я сказала, что ты будешь от них в восторге.

— И правда. Восхитительно выглядите!

— Благодарю, милорд.

— Спасибо, братик Юто!

— Господин-сама, — произнесла Хитсуги изменившимся томным голосом с легкой хрипотцой. — Вы наверняка проголодались после всех треволнений. Пожалуйста, отведайте скромной пищи, в которую мы вложили свою душу.

Я повторно протер глаза. На секунду мне показалось, что передо мной стоит прекрасная горничная, лучшая служанка на свете. Да и сама Хитсуги предстала не растрепанной оторвой, а хрупкой нежной леди, готовой выполнить любой приказ господина, мой приказ.

— Как ты это сделала? Приворожила меня?

— Ну-я?! (что?!) А ну прекрати штучки свои, экзорцистка! — взбесилась Химари.

— Мы идеально владеем своим телом, и можем вжиться в любой образ. Когда я немного изучу твои вкусы, Юто, то смогу навсегда влюбить в себя. Если захочу, ку-хихи!

— Тогда верным вассалам Амакава придется спасти своего главу, укоротив одну ретивую девчонку на голову, — прошипела Сидзука.

— Ку-хи-и! — неожиданно Хитсуги резко придвинулась к девочке в платье горничной и приподняла ту за подбородок. — Моя милая мизучи, ты столько времени мечтала встретить того, кто поймет тебя, — Лицо Якоин как-то странно изменилось, став немного походить на мужское, а в голосе появились интонации, напоминающие мои собственные. — Мне не нужен никто, кроме тебя, моя малышка. Я всего лишь делаю вид, что мне нравится эта глупая кошка. На самом деле только ты одна в сердце моем, только о тебе ночами я мечтаю.

— Нано! — округлила глаза Сидзука.

— Милорд! Правда сие?! — приблизилась Химари, опасно сверкая глазами.

— Нет…

— Ку-хи-хи, как видишь, мизучи, мои способности не ограничиваются противоположным полом.

— В ваших предках определенно были суккубы, — обронила Сидзука недовольно.

— Хватит болтовни, нерадивые горничные, — пафосно воскликнула Якоин. — Ваш господин голоден, а вы тут развлекаетесь! Химари!

— Ня-а! (да!)

— Бери кетчуп и выведи для начала сердечко и «Амакава»!

— Э, не умею я, — бакэнэко неуверенно взяла в руки бутылку.

— Представь, что в твоих руках враг клана, и тебе надо пустить ему кровь!

— Няэ! (так точно!)

Ушки кошки стояли торчком, пока Химари сосредоточенно выводила красным кетчупом кривоватое сердечко и мою фамилию. При этом рот бакэнэко был приоткрыт в кровожадной скалящейся ухмылке.

— Молодец. Дальше выводи «+ Якоин» и еще одно сердечко.

— Ня-а! (да!)

Вскоре на омлете красовалась грозная надпись, будто взаправду нарисованная кровью: «0x01 graphiсАмакава + Химари 0x01 graphic».

— Тсч, похоже, вы с Юто зашли дальше, чем я полагала, — пробормотала Хитсуги. И как она смогла определить по одной надписи? — Мизучи! Колдуй заклинание, которому я тебя научила, — принялась и дальше командовать Якоин.

— Это точно не издевательство?

— Посмотри за соседние столики! Настоящая магия, что делает блюда вкуснее многократно! Ку-хи-хи!

Сидзука вздохнула, изобразила рукой сердечко и нервно улыбнулась:

— Омлет-тян, стань вкуснее, стань вкуснее, стань вкуснее! Пожалуйста, нано! — принялась по кругу водить сердечком мизучи. — Сила смайл-служанки помоги сделать эту еду самой вкусной на свете! Кьон-кьон-пьюн-нано! — напоследок Сидзука послала воздушный поцелуй и намеревалась лично чмокнуть меня, но была остановлена Хитсуги.

— Спасибо. Теперь можно есть? — спросил я, сдерживая слюни.

— Конечно, господин-сама.

— Вы тоже столбом не стойте, закажите себе что-нибудь.

— А рыбу тут подают? — поинтересовалась Химари.

— Настоящая служанка может утолить любой голод, глядя на то, как ест ее господин, — криво улыбнулась Хитсуги.

— Ня-у! (да ладно!). Все равно стану я женой милорда, а не служанкой.

Не знаю, то ли местные кулинары настоящие мастера, то ли голод сделал свое дело, а может заклинание действительно сработало, но омлет с бифштексом вышли удивительно вкусными. Я умял за несколько минут, и еще заказал десерт в качестве добавки. Хитсуги так и не поела, коротко поведала о взаимоотношениях между нашими кланами ранее. Также сообщила свою просьбу — на данный момент овладеть искусством создания артефактов по управлению разумом. Один экземпляр передала мне для примера. Как только я освою данный раздел, у нее будет другое, еще более сложное задание. Я был заинтригован, но Якоин не стала раскрывать подробности.

Про нападение клана Ходжо ничего радостного не поведала. У экзорцистов существуют свои судебные органы, которые следят за исполнением законов. Кстати, Якоин там не на последнем месте. Но, как и в обычной жизни, обвинять кого-либо без доказательств — пустая трата времени. Мало ли что за группировки используют магию доппельгангеров? И если я нападу первый и попадусь, на скамье подсудимых окажется клан Амакава. Не то, чтобы я питал какие-то светлые чувства к дедушке Генноске, которого совсем не помнил, но отомстить за члена своего клана кажется правильным выбором. Клан Ходжо счел, что легче разобраться с самым малочисленным кланом, чтобы пробиться в совет? Что ж, я постараюсь показать, как они заблуждались.

Далее речь пошла о моем официальном опекуне, Мерухи Джингуджи. Насколько я понял по имеющейся информации и моим личным предположениям, дед Генноске заключил с двенадцатым кланом договор. Глава Амакава хотел дать мне жизнь обычного человека, чтобы вырастить новую личность вместо старой, ненавидящей аякаси. Но врагов у шестого клана было достаточно, вроде тех же Ходжо, и жизнь при постоянном ожидании нападения не назовешь нормальной. Джингуджи использовали мощную магию под названием «забвение», чтобы вычеркнуть Амакава Юто из списков охотников. Все, кто желал нашему клану нанести вред или как-то использовать меня, полностью забыли про Амакава Юто. Вернее, существование наследника осталось, но если бы меня кто-то встретил на улице, даже с кем я раньше лично виделся, меня бы не узнали. Хитсуги и сама не знала всех подробностей, но у магии забвения куча особенностей, она словно самоадаптирующаяся. Только исключительно преданные мне люди сохранили частицы воспоминаний — например, Химари или Куэс. Также магия не мешала мне жить среди обычных людей под своим настоящим именем и фамилией. Похожий прием применяется, когда надо скрыть следы и почистить память обывателей, наблюдавших неположенные вещи. Даже людей разыскивать не надо, разом стирается память у всех, кто имел причастность к явлению, нарушающему Тайну. Уложить в «забвение» охотника с сильной аурой — задача не из простых, но тут помог светлый оберег дедушки. В общем, бедным Юто вертели как хотели. Впрочем… Я осмотрел окружающих меня девушек и аякаси самых разнообразных форм в красивых облегающих платьях горничных. Ничего особо и не изменилось.

— Почему Мерухи-доно не навестила меня, когда амулет перестал работать?

— Скажу больше, твоя опекунша обязана была позаботиться о твоем обучении как экзорциста. По крайней мере, теоретическом, раз уж аура была скрыта. Но когда я пристала к ней с этим вопросом, знаешь, что старая карга ответила?

— Что?

— Она забыла о тебе, ку-хи-хи! Забвение поработало. А это значит, что не столь уж добрые чувства Мерухи-доно к тебе питала. А почему не приехала навестить после твоего шестнадцатилетия? Уверена, она рассчитывала на свою дочку, сумеречную луну. Что ты бы больше интересовался ее формами, чем делами клана.

— Ясно. Вы поистине ценный союзник, Якоин-сан. Надеюсь, что вы больше не будете вторгаться в нашу сеть, и мы продолжим плодотворно сотрудничать.

Пока кошка со змеей смаковали свои заказы, я дозвонился до клиента: «Здравствуйте, это Амакава Юто, мы договаривались с вами вчера по телефону… Да, я все еще хочу встретиться. Понимаю, что экспонат не продается, но мы просто посмотрим… Конечно, рабочий день уже подходит к концу, мы постараемся успеть до шести часов. Если что, я компенсирую вам неудобства. Идет?… Спасибо!».

— Дамы, извините, но поторопитесь, нас еще ждет человек. Хитсуги, спасибо за угощение. Давай я заплачу, а то мороженое дорого выйдет.

— Юто-тян, ты оскорбляешь великий клан, сомневаясь в нашей платежеспособности! К тому же это мое кафе.

— Как скажешь.

Переодевшись в свою прежнюю одежду, Сидзука с Химари вернулись с объемными пакетами, в которых, как я догадался, лежали подарочные наряды от Хитсуги. Машина со знакомым нам водителем-оммедзи все еще дожидалась нас у входа в кафе. Видимо, люди императора решили хотя бы таким образом искупить часть своей вины в произошедшем нападении. Акиба, да и Токио в целом, мне понравились, хоть я только и делал, что глазел из окон автомобиля. Яркий и людный город, с множеством сверкающих вывесок и целых рекламных экранов на стенах зданий. Надо будет как-нибудь выбраться на выходные, пройти обязательную культурную программу. А то так и будет у меня столица Японии ассоциироваться с мэйд-кафе.

Многолетняя хранительница особняка Амакава в Ноихаре совершала привычный осмотр своих владений. Раньше, до того, как новый глава притащил это недоразумение, дзасики-вараси обходилась внешним периметром. Но теперь приходилось следить и за внутренними помещениями, особенно вблизи дальнего склада садового инвентаря. Где поселился Ватанабе Акира. Ах, «я случайно испачкал свежепомытый пол кровью»! Может мне тоже его случайно в озере утопить? Кайя остановилась возле двери и решительно постучала.

— Не трогай меня! Уходи!

— Акира, открой немедленно. Мне надо проверить помещение!

— Здесь все в порядке!

Как бы ни была сильна Кайя, но комната впереди являлась чужой территорией, и нападение на другого дзасики-вараси могло вполне убить того из-за слабости, да и разозлить нового извращенного главу клана. Вот подлец, посмел приставать к непорочной Химари! Ей ведь и пятидесяти не исполнилось! Или пятьдесят — это много для бакэнэко? Какое-то нехорошее воспоминание всплыло из глубин памяти, но Кайя не смогла ухватиться за него.

— Если не откроешь, я выломаю дверь!

— Братик вернется и накажет тебя!

— Послушай, Акира. Ты мне не нравишься, но раз ты теперь вассал Амакава, мы должны пускай не стать друзьями, то хотя бы перестать вести себя как враги.

— Иногда ты говоришь разумные вещи, сестренка.

Чудовищным усилием дзасики-вараси сдержалась, чтобы не пустить в дверь пространственную волну. Вскоре створка отъехала в сторону. Кайя быстро проскользнула внутрь и принялась осматривать каждый уголок комнаты. Нарушений своего пространства не выявила, и удовлетворенно вздохнула:

— Хорошо. Но меня гложет любопытство. Что за вещь ты постоянно сжимаешь под своей больничной пижамой? Что-то белое.

— Э-это подарок братика Юто! Я не отдам тебе!

— Что тебе подарил этот чертов извращенец?!

— Не говори плохо про братика Юто! Он спас меня, когда мой дом снесли.

— Ладно. Так что тебе подарил «братик Юто»? Можешь хотя бы показать?

— Ну. Вот.

Глаза дзасики-вараси полезли на лоб, когда Акира явил на свет белые женские трусики с розовым маленьким бантиком.

— Что?!! Проклятый извращенец!! Что же он творит сейчас с Химари в распутном греховном Токио?! Вернется, прибью! Отдай трусы немедленно!

— Нет! Это мое сокровище! Братик Юто просил меня заботиться о них, как о наивысшей ценности. Я никогда не отдам их! Никогда!

— Р-р-р. Кому белье принадлежало раньше?!

— Сестренке Химари, а что? — опасливо спросил Акира.

— Я его кастрирую!!! И тебя заодно!!! — вытащила широкий нож дзасики-вараси. — Верни трусы!

— Нет! — мальчик сжался в углу комнаты. — Это единственное, что у меня осталось после того, как мой дом уничтожили. Тебе не понять, бесчувственная гадина! Когда на пороге твоего дома охотники, жаждут твоей смерти, ломают больницу… Тебе никогда не понять, что чувствуешь, когда у тебя нет больше дома!!!

Слезы катились из глаз Ватанабе, а на полу уже скопилась большая лужа красной крови. Кайя неуверенно застыла:

— Хорошо. Я обязательно спрошу Химари, давала ли она свое разрешение. Можешь хранить… свое сокровище. И я не бесчувственная, я понимаю, что значит, потерять свой дом. Когда-то очень давно именно Амакава-сама спас меня и привез в Ноихару.

От Акихабары до Тибы, среднего размера города на северо-востоке токийского залива, добрались за полтора часа с учетом пробок. Именно здесь проходил ежегодный киберспортивный турнир Tokyo Game Show, в выставочном центре Макухари Мессе. В Тибе располагался офис игровой компании, что занимается в том числе и проведением турнира.

— Добрый вечер, Конугохато-сан.

— Амакава-сан, я полагаю? Я представлял вас несколько старше. Неужели вы интересовались киберспортом в детском возрасте? — приветствовал меня интеллигентный мужчина.

— М-м, не совсем…

— Хорошо, пройдемте в музей. Меня и так уже жена с детьми дома ждет.

— Извините, что так поздно.

Сотрудник компании открыл нам зал, примыкающий к центральному холлу здания и зажег свет. Не слишком-то впечатляет. Небольшое помещение, уставленное различным старым и современным игровым оборудованием, приставками, грамотами и кубками.

— Посмотрите, это один из лучших экспонатов нашего музея! — указал Конугохато-сан на постамент с потрепанной черной компьютерной мышкой. — Оптическая мышь, принадлежащая Кийоши Окамото, который занял второе место в турнире по Quake III на World Cyber Games 2001 года в Сеуле. Интересующий вас экспонат находится чуть дальше.

Мы остановились возле широкого стеллажа, на полке которого лежал серый системный блок старого образца, закрытый стеклом сверху. Вокруг вились странные синие ленточки, от которых слабо тянуло барьерной магией.

— У этого системного блока богатая история, — поведал знаток музея. — В 2002 на WCG в корейском Тэджуне проходил первый чемпионат по еще неоформившемуся, но уже набирающему популярность, жанру MOBA. Вам ведь наверняка известны результаты?

— Э-э, напомните, прошу.

— На первом чемпионате по DotA Allstars 1 на 1 сенсационно победил Хирому Хосоя, выступающий под ником «Heromu». Эмоции победителя хлестали через край. На радостях он даже приобрел компьютер, на котором ему довелось выступать. По словам самого Хирому, этот системный блок стал чем-то вроде талисмана. На WCG 2003 уже в турнире 3 на 3 Хосоя подтвердил свой титул, завоевав командную золотую медаль. В 2004 году киберспортсменам запретили выступать на своем оборудовании, и тогда он занял уже только пятое место. Помню его интервью, как сейчас. Он все равно привез свой компьютер и до последнего надеялся, что организаторы разрешат на нем выступать. Сильно сокрушался…

— Интересно… — протянул я, дабы заполнить чем-то возникшую паузу.

— Дисциплина развивалась, появились и интернет-битвы по DotA Allstars. Пудж Хирому наводил ужас на всех игроков азиатской группы серверов.

— Пудж? — переспросил я.

Мужчина посмотрел на меня, как на идиота. Похоже, я только что очень сильно упал в глазах Конугохато-сана.

— Герой DotA, которым чаще всего играл «Heromu». Butcher, мясник, толстяк, Pudge. Было множество разбирательств в связи с обвинениями в нечестной игре. Приезжали даже специалисты, проверяли компьютер на запрещенное программное обеспечение, проводили тестовые бои. Однако ничего противозаконного не обнаружили. Об этом была статья в газете, вот вырезка.

Я с умным видом склонился над клочком бумаги.

— К сожалению, два года назад Хирому Хосоя скончался, проиграв на компьютере без перерыва около трех суток, да упокоится его душа с миром. Жена Хирому пожертвовала компьютер нашей компании, и так экспонат обрел свое место. Сам Хосоя утверждал, что именно компьютер помогал ему побеждать в боях, будто бы он даже разговаривал с ним. Словом, всякое привидится, если проводить сутки напролет за монитором. Нужно иногда и выходить дышать свежим воздухом, или хотя бы спать.

— Это точно. А почему он так странно упакован?

— А-а, в прошлом году уборщики повадились играть на нем. Даже меня иногда тянуло сгонять пару боев. Мы уже замучились новых уборщиков нанимать. Но потом пришел странный человек из фирмы Якоин, строящий из себя важную персону. Помню, грозился совсем утилизировать компьютер, но наше начальство тоже не последние люди. Как только системный блок упаковали, прекратилось несанкционированное использование техники. Да и нынешние требования компьютерных игр уже не позволяют играть на старом оборудовании. Эх, жаль Хосоя не дожил до момента, когда вышел ремейк — DotA 2. Да и League of Legends набирает популярность. Индустрия развивается, но уже без «Heromu», — покачал головой сотрудник игровой компании.

— Да, печальная история. Скажите, можем ли мы выкупить экспонат?

— Я ведь уже говорил, эта вещь представляет историческую ценность. Как она может быть продана?

— Согласен, но, чисто гипотетически, за какую сумму вы бы согласились расстаться с ним?

— Что за настырный молодой человек. Амакава-сан, вы понимаете, что на этом компьютере были завоеваны единственные для Японии золотые медали в жанре MOBA?!

Вот упертый фанат! Может, его «подчинением» приложить? Хотя, раз уж тут причастны Якоин, лучше все решить мирно. Да и вообще, что это я мыслю как темный злодей? В конце концов, Элис нашла еще парочку других вероятных мест нахождения компьютерных цукумогами.

— Дяденька, пожалуйста-нано. Эта вещь нам очень-очень нужна! — состроила глазки Сидзука. Блин, как я мог забыть о своем главном аргументе в любом споре!

— Ну, чисто гипотетически… Пятнадцать миллионов йен. А теперь, молодые люди, прошу покинуть музей, — поторопил нас Конугохато-сан.

— Как насчет десяти миллионов?

— Э-э, вы всерьез готовы потратить такую сумму? — удивился мужчина.

— Мои намерения более чем серьезны. Я наследник клана Амакава из Такамии, и могу позволить себе подобные траты.

— Десять миллионов… К сожалению, я не уполномочен решать такие вопросы. Амакава-сан, дайте мне пару дней, я узнаю мнение руководства.

— Отлично. Записывайте мой номер телефона…

Глава 4

Как и обещал, обратный путь Сидзука проделала рядом со мной. Вот только мизучи истолковала по-своему: уселась мне на колени, постоянно ерзала и болтала ногами.

В Ноихару вернулись около десяти вечера. Обитатели особняка вышли встречать нас, причем весьма своеобразно. Кайя кинулась обнимать Химари, спрашивая, не сделал ли «извращенный охотник» с ней чего-то противоестественного.

— Ничего, Кайя. Токмо съел меня целиком, милорд…

— Че?! Прирежу!

В общем-то, я еще не был готов к сражению с дзасики-вараси 8 уровня на ее собственной территории, поэтому спрятался за Сидзукой. Слава ками, Химари поспешно объяснила свои слова:

— То было всего лишь имя мое, написанное вражеской кровью на омлете.

— Не кровью, а кетчупом, — поправил я.

— Ой, господин, а что вы с собой привезли? — полюбопытствовала Лизлет.

— Платья, что милорду по нраву пришлись. Смотри, чашка! — с этими словами Химари вытянула из пакета подаренный Хитсуги наряд горничной и примерила на свое тело.

— Ах ты кобель похотливый!

Рядом с моим ухом со сверхзвуковой скоростью просвистел кухонный тесак, сбрив кончики волос. Хоть я и заранее выставил покров света, приятного мало.

— Кайя, прекрати! — рыкнула бакэнэко.

— Господин, как же так? — всплакнула Челси-сан. — Неужели вам больше не нужна будет служанка?

— Клану Амакава нужны любые преданные вассалы, — ответил я нейтрально, но, похоже, аякаси чашки мои слова успокоили. — Кайя, хватит покушаться на жизнь главы клана!

— А что ты скажешь про «сокровище», которое подарил Акире, глава?!

— Ма-а, так получилось…

— Химари, ты по собственной воле отдала белье?!

— Да, Кайя, не злись. Пусть хоть на голове носит, мне милорд кучу новых накупил.

— Не-е-ет! Химари, ты слишком невинная для этого извращенного извращенца!

Дзасики-вараси бросилась на грудь подруги.

— Вы чересчур много внимания уделяете нижнему белью, будто на нем свет клином сошелся. В мире есть и более важные вещи, — проговорил я.

— Купальники, нано.

— Не-е-ет! Химари, он и купальник твой выкрал?!

— Не знаю. После купания в озере не проверяла… Но коли милорду надобно, могу отдать.

— Нет! Я убью его! А потом себя!

— Кайя, если ты навредишь милорду, ты мне больше не подруга!

— Но…

— Я серьезно!

— Ладно, — хранительница особняка бросила на меня взгляд исподлобья. — Но пусть Амакава-сама внимательно проверяет рис, который ест. В нем иногда попадаются иголки…

— Кайя! — негодующе воскликнула Химари, но дзасики-вараси испарилась. — Вот паршивка. Простите, милорд, буду проверять еду я, коли потребуется…

— Вот для этого у нас есть свой «человек» на кухне, правда, Лиз-тян?

— Да, господин! Э-эм, простите, а можно узнать, что у вас в рюкзаке?

— Ого, как ты почуяла? Это подарок императора. Как раз и распакуем, самому интересно. Лучше бы конечно, чтобы Кайя была рядом и страховала своей магией. Но думаю и сами справимся.

В приемном холле собралась целая толпа аякаси и всего один человек. Подтянулись Нобу, Акира, Гинко, Элис, Айя с Кагецуки. Я вытащил стеклянный футляр из рюкзака, принял меры предосторожности в виде покрова света и убрал колпак, опутанный защитными печатями. Барьерная магия потихоньку испарилась, но никакой иной активности не чувствовалось. Я сдернул ткань, открыв нашему взору невысокую поблекшую чашку коричнево-оранжевого оттенка. Акай Раку, красная керамика. Довольно известный старинный бренд. Без ручки, само собой, как и положено классическому элементу из набора для чайной церемонии. Края чашки неровные, шероховатые. Видно, что сделано вручную. В этом и таился смысл единения с природой в чайной церемонии. Это почти единственное, что помнил Юто о сложном чайном ритуале. Мне как-то не слишком приглянулась. Кажется, что я и сам смогу слепить лучше.

— Какая красивая… — протянула Лизлет рядом.

— Да? А мне больше твоя чашка нравится.

— Спасибо, господин!

Новоприобретенная аякаси была на последнем издыхании, по-видимому. Еле ощущалась светом. Поэтому я решил немного подкормить ее и взять на ночь в свою постель. В компанию к водным духам. Акира уже выглядел получше, поэтому наглого дзасики-вараси велел не пускать в свою комнату. Быстро проверив вечерний перекус на мелкие острые металлические предметы внутри, я поужинал и завалился спать.

— «Томленая сладость

ночного сна значит ничтожно мало в сравнении со

страстью ночной.»

— Ты еще что за хрен?! — выпрыгнул я из позы лежа в стойку, напитав тело светом. В разные стороны бросились змеи и другие водные духи.

Перед моим футоном сидел молодой мужчина с длинными иссиня-черными волосами, свободно падающими на плечи. Яркие карие глаза, аристократично бледная кожа. На незнакомце были надеты непонятные ритуальные одежды, похожие на синтоисткие. Длинные широченные темно-синие шаровары — нет, не хакама, широкие штаны, а именно шаровары. Тусклое оранжевое кимоно с огромными рукавами и падающим вниз передником. Довершала наряд странная высокая шапка, напоминающая чем-то папаху. В целом не выглядело чужеродным. Какое-то полузабытое традиционное японское одеяние. Аура аякаси еле теплилась, а пахло чем-то похожим на Лизлет.

— «Я лишь путник

в бесконечном колесе времени.

Мчусь без оглядки.»

— Отвечай нормально, по-японски!

— Я седьмой сельский житель.

— Я же сказал — нормально!

— Я ответил четко и ясно! Не моя вина, что у тебя в голове недостаток мозгов.

Сельский житель… Мурабито… Седьмой мурабито — седьмой элемент из набора для чайной церемонии! Мда, с утра что-то туго соображается.

— Мое имя Амакава Юто, глава шестого великого клана экзорцистов, — поклонился я в пижаме.

— Что за невежественные оникири пошли нынче, — вздохнул аякаси.

— Полегче с выражениями. Ты — подарок императора, Мурабито-кун, и мне дали полное право упокоить тебя, если потребуется. Будешь ли ты служить клану Амакава?

— «Выбор — лишь иллюзия,

присыпанная черным пеплом невежества.

Судьба жестока.»

— Дабы соблюсти протокол, отвечай да или нет.

— Да…

— Вот и славно, — я прошел к тумбе и взял свой дневник «Аякаси и я». — Не возражаешь, если я буду называть тебя Мурабито?

— Не возражаю.

Дух чашки выудил откуда-то из рукава длинный бумажный веер и принялся обмахиваться с надменным выражением на лице.

— Возраст?

— Неведомо. Сам набор изготовлен в 1564 году. Осознал я себя где-то в конце девятнадцатого века.

— Хм-м, про вес и родителей спрашивать не буду. Какие-то полезные способности имеешь?

— Владею высоким слогом поэзии.

— Ясно… О чем еще спросить-то… Ты составляешь с чашкой единое целое?

— Мое истинное тело здесь.

Снова из рукава своего безразмерного кимоно Мурабито вытянул красную чашку. Занятно. Неужели цукумогами одного семейства имеют сходные характеристики? Я вспомнил эксперименты с Челси-сан, но повторять их с мужчиной-аякаси что-то совсем не тянуло. В дверь постучали:

— Юто, у тебя все нормально? Духи сказали, что кто-то пришел к тебе, — спросила Сидзука из-за двери.

Я подошел и отпер замок:

— Ты даже стучать научилась. Думал, как всегда под дверью пролезешь.

— Няу, — с зевком подошла Химари. — Что тут происходит? Что за чурбан в прикиде клоунском?

— «Зверя обучить

пытались общенью человеческому.

Без толку.»

— Ня-и-и?! (че-е?!) Нарываешься, цукумогами?! Да я тебя одной лапой раздавлю.

— «Изысканный ум во мне.

Уступает под напором грубой силы.

Мохнатая дрянь.»

— бросил Мурабито в сторону Химари.

Я перехватил бакэнэко за талию, удерживая от применения насилия. Дабы аякаси успокоилась, я наклонился и поцеловал ее сзади в чуть приоткрытую шею.

— Ня? Милорд с утра вельми бодрый, — мгновенно переключилась на меня Химари, обвив и прижавшись аппетитной грудью.

— Погнали завтракать! Я бы сейчас кабана съел. М-м-м:

— «Единственная вещь,

что роднит всех живых.

Незатихающий голод.»

— выдал я, глядя на приоткрытые белые полушария.

— Сносно, Амакава-кун. Из тебя при должном обучении выйдет неплохой хайдзин, сочинитель хайку. Только в классическом хайку 17 слогов, а у тебя вышло 16.

— Был бы прок со стихоплетства. Лучше бы ты поучил меня магии.

— При мне велись лишь возвышенные беседы. Чаепитие не терпит спешки и уж тем более магических поединков, — снисходительно поведал дух чашки.

Я вышел в коридор и крикнул в ту сторону, где слабо, из-за пространственного фона, ощущалась аякаси горничной:

— Лиз, накрой завтрак, будь добра.

— Уже все готово, господин! — донеслось в ответ.

Я направился в сторону кухни, и Сидзука заметила:

— Юто ты что так в пижаме и будешь расхаживать?

— Но не в трусах ведь? Мой дом, в чем хочу, в том и хожу!

Химари и Мурабито потянулись за нами, и тут наконец двое аякаси чашек встретились вживую в своих человеческих обликах.

— Ой, — удивленно пискнула Лизлет, во все глаза глядя на Мурабито. — А вы… что… Меня зовут Лизлет Эл Челси, для друзей просто Лиз, — сделала реверанс аякаси в платье горничной.

— Пф.

«Недалеким гайдзинам

не понять душевной натуры народа

рисовых полей.»

— Я… И что с того, что я иностранка?! Это плохо?!

— Ма-а, Лиз-тян, успокойся. Ты лучшая иностранка в клане Амакава и вообще во всей Японии!

— Спасибо, господин!

— Истинно чурбан в клоунском наряде, — подтвердил я вслух характеристику Химари, но Мурабито предпочел пропустить словесную оплеуху мимо ушей.

Потихоньку из комнат или с улицы приползли остальные вассалы Амакава, так что за столом стало тесно. Гинко остервенело вгрызалась в мясные косточки, Акира аккуратно ел простой рис палочками, иногда запихивая маленькие комочки в свою рану на животе, Элис вытянула из своей прически длинный шнур и подключилась к розетке. В общем, типичная трапеза среднестатистической обеспеченной семьи в Японии. Мурабито кривил морду, сокрушаясь, что слишком мало национальных блюд в меню. Но когда Лизлет принесла чай, грянула настоящая буря:

— Что за отраву ты притащила, тупая блондинка?! — воскликнул Мурабито, пылая праведным гневом.

— Я… я не тупая! Потрудитесь следить за своими словами, Мурабито-сан! И это не отрава, а настоящий английский чай «English Breakfast».

— Вот и пейте эту гадость в вашей Англии! Зеленый чай — есть основа национальной японской кухни. Амакава-сан, прекратите заставлять себя.

— Ну-у, я в этом вопросе не так привередлив, — выдал я.

— О нет, к кому я попал?! — горестно воскликнул седьмой из Мурабито. — Лизлет-сан, разве вы не слышали о неоспоримых целебных свойствах зеленого чая?

— Слышала! Но черный чай намного вкуснее. Он отлично утоляет жажду, бодрит и наполняет энергией на весь день!

— Глупости! Зеленый чай продлевает людям жизнь. Его прописывают при болезнях. Своими руками ты отнимаешь у Амакава-сан как минимум два десятка лет жизни в старости!

— Что-о-о?! Вы говорите ерунду, Мурабито-сан! Япония издавна не имела собственных плантаций лучшего сорта чая — черного. Вот и приходилось бедным жителям островов давиться травяными настоями, которые только имитируют благородный напиток.

— Какие еще травяные настои, что за вздор?! Ты немытая чашка!

— Немытая?!! А ты… ты кривой стакан!

— Как ты меня назвала?! — угрожающе поднялся со своего места Мурабито.

— Кривой стакан! Упертый уродливый стакан в одежде, сшитой из мешковины! — яростно выкрикнула раскрасневшаяся Лизлет.

— Что-то расшумелась посуда с утра… — нахмурилась Сидзука.

— А я кофе предпочитаю… — тихо заметил я.

После чего за столом воцарилась гробовая тишина. Лизлет и Мурабито глядели на меня с выражением неприкрытого ужаса и неверия на лицах.

— Не может быть… господин…

— Это уже совсем за рамки выходит, Амакава-сан! — продолжил возмущаться распаленный цукумогами.

— Даже больше скажу, — усмехнулся я. — Иногда не прочь и пива выпить.

Аякаси чашек в момент растеряли весь свой гонор и обессилено рухнули вниз на сиденья. Вдруг «седьмой сельский житель» встрепенулся и посмотрел на оппонентку:

— Лизлет-сан, мы не можем допустить, чтобы хоть пачка вредного гайдзиного напитка появилась в этом доме!

— Полностью с вами согласна, Мурабито-сан! Кофе вызывает привыкание, портит зубы, плохо влияет на нервную систему. Я скорее умру, чем позволю господину прикоснуться к нему! — воинственно произнесла горничная, крепко сжимая в руках длинную двузубую вилку для десерта.

— Э-э, вы сгущаете краски…

— Нет, господин! Кофе и сигареты — дьявольское изобретение!

— Серьезно? Тогда спасибо ему. Люди состоят из маленьких слабостей. Если их отнять, то от человека ничего не останется…

Мурабито и Лизлет переглянулись и решительно кивнули друг другу, будто бы телепатически о чем-то договорившись. Вот ксо! Нашли общего врага, тоже мне.

Шумный завтрак подошел к концу. Расселение нового жителя я оставил на Кайю, а сам засел за ноутбук.

Амакава Юто: Тайзо, даров!

Через пару минут мне ответили, только вот совсем не тот, кого я ожидал.

Кузаки Ринко: 0x01 graphiсЮто, привет! Как у тебя дела? Как съездил к императору? Ты был во дворце? Ты обедал с императором? Что он тебе говорил? Нормально добрался? Не потерялся в Токио? Успевал поесть? Тепло оделся, не простудился?

Твою кочерыжку! Забыл, что создал общий чат для Тайзо с Ринко в фейсбуке.

Минут десять я односложно отвечал на вопросы подруги детства, пока на выручку не подоспел бывший одноклассник:

Масаки Тайзо: Хай! Ринко, тебя надо в допросную команду. Даже у мертвого все секреты выведаешь.

Кузаки Ринко: и ничего я не выведываю. Тайзо — дурак.

Масаки Тайзо: ты теперь большой человек. С самим Токунагато за ручку здороваешься. Можно мне твой автограф взять? Потом продам за миллион йен.

Амакава Юто: что-то дешево. Тайзо, слушай, я хотел пригласить тебя в Ноихару на денек.

Масаки Тайзо: серьезно?! Я мигом, одна нога здесь, другая — там!

Амакава Юто: погоди, давай во второй половине дня, у меня еще дела в Такамии. Я заеду за тобой.

Масаки Тайзо: лады! У тебя и личный водила есть? Мне одевать парадный смокинг или и фрак сойдет?

Кузаки Ринко: Юто! А я как же? Меня не пригласишь?

Амакава Юто: Тсч, ладно, заеду.

Кузаки Ринко: Что за «тсч»?! Ты даже в чате не поленился написать!

Амакава Юто: прости, кошка по клавиатуре пробежала.

Масаки Тайзо: у тя ж аллергия вроде?

Кузаки Ринко: Кошка? Химари? Хватит писать ерунду!

Масаки Тайзо: 0x01 graphiсНоихара-сан у тебя?! Дружище, познакомишь нас, а то на море нам не удалось толком пообщаться.

Кузаки Ринко: и ты туда же, кобель? Вам всем только и подавай большую грудь!

Масаки Тайзо: неправда! Мне и лоли нравятся! Да и Юто тоже — сама вспомни, что на пляже творилось!

Кузаки Ринко: Тайзо, в твоей комнате есть стол?

Масаки Тайзо: допустим.

Кузаки Ринко: возьми его и ударь им по своей тупой башке! 0x01 graphic Все равно мозгов нет!

Амакава Юто: ну вы тут пообщайтесь, голубки, а я пойду. До скорого.

Кузаки Ринко: мы не голубки!!!

Масаки Тайзо: Ринко, не переживай ты так. Твой размер мне тоже нравится!

Кузаки Ринко:.

Я захлопнул крышку ноутбука и потянулся с улыбкой. Пора собираться. По крайней мере Ринко вышла из депрессии, и я очень рад за подругу. Я попросил Айю остаться сегодня дома, а Кагецуки заняться намеченными делами. Мой секретарь-конверт сообщила, что они с Ротшильдом нашли несколько подходящих зданий для покупки в Ноихаре. Что насчет капиталовложений — Альберт вечером обещал заехать, чтобы лично обсудить данный вопрос. Пораскинув мозгами, я приказал Гинко разыскать Тосигами и попросить его прийти к нам во второй половине дня.

— Амакава-сама, вчера нас навестил мэр Ноихары, интересовался, будет ли глава клана принимать участие в празднике Нэбута.

Я покопался в памяти Юто, но что-то там было глухо на этот счет.

— Когда?

— Четвертого августа. В отличие от Аомори масштабы представления намного скромнее. В Такамии нэбута не прижился. Небольшое шествие самодельных повозок с установленными свечными фонарями. Традиционно украшается изображениями актеров, исторических личностей, демонов и других аякаси, какими их представляют обыватели. Праздник начали снова проводить всего пять лет назад, инициатором выступил мэр города. Выступает как дань памяти Генноске Амакава, что сделал очень много для становления Ноихары. В этот день также оставляются подношения духам, чтобы благословить поля на обильный урожай.

— О! Ну тогда сообщи мэру, что я постараюсь прийти. Хм, Айя, не хотите свою повозку сделать?

— Если вы так пожелаете…

— Я сам не горю желанием. Поспрашивай других аякаси. Если заинтересуются, организуй их.

— Слушаюсь.

Мы с моей обычной свитой из Химари и Сидзуки запрыгнули в минивэн и покатили в Такамию. Бакэнэко сообщила мне, что в Ноихаре проживает портной, у которого отоваривался мой дед, но предоставлял он в основном традиционные кимоно и юкаты. Мне так совсем не хотелось становиться продолжателем имиджа Генноске, поэтому я посетил один из такамийских бутиков классических мужских костюмов. Прямо в магазине, совмещенном с ателье, с меня сняли все мерки, и я заказал себе четыре костюма, повыбирав тип ткани некоторое время. Главное было не обращать внимание на советы спутниц, откровенно потешающихся и предлагающих несуразные ткани с начесом. Но поскольку собрание экзорцистов планировалось уже на следующий день, мне подобрали также и готовые варианты, пусть и сидевшие не столь идеально. Химари неожиданно вспомнила, что я помогал ей несколько раз с выбором одежд, и стала активно смотреть товар. Меня загнали в примерочную и только подносили одежду. Зараза Сидзука где-то откопала детский костюм из шорт с длинными гольфами. После бакэнэко всучила мне наряд необычного темного коричнево-бордового оттенка. Якобы должен подойти к моему цвету волос. Когда я оделся и отворил занавеску примерочной, на весь бутик грянула музыка:

— «I'm sexy and I know it!»

Продавщица заулыбалась.

— Ди-ниджу, заткнись!

Еще прикупил один темно-серый стандартный костюм. Галстуки брать не стал, хотя сотрудники магазина и уверяли, что смотреться будет не очень без данного атрибута. Но я вспомнил Джингуджи и Якоин — наследников великих кланов, которые расхаживали в весьма нестандартных нарядах. Вот почему-то Хитсуги невозможно было представить в строгом деловом костюме с юбкой, пиджаком и блузкой.

Сидзука с Химари прямо наслаждались походом по магазинам, в отличие от моих прошлых мытарств с ними. Мизучи интересовалась, нет ли у них кожаных или латексных нарядов, вгоняя консультантов в ступор. Бакэнэко с восторгом носилась от одной даже мне не очень понятной детали мужского гардероба до другой и интересовалась их названием и назначением. Хотела купить мне подтяжки, чтобы в случае опасности удобно таскать меня одной рукой, но я вежливо отказался.

Дальше я приобрел пять бюджетных смартфонов для себя. С запасом, так сказать. Спутницы не остались безучастны. Как же. Им ведь тоже хочется все лучшее, как и у милорда. Я истребовал с них обещание научиться пользоваться интернетом и мессенджерами, после чего приобрел по телефону. Как истинные представительницы прекрасного (слабым язык не поворачивается назвать) пола они ориентировались по цвету корпуса, а не техническим характеристикам или цене. Сидзука приобрела нежно-голубой смартфон из средней ценовой категории. А ради Химари пришлось раскошелиться на недавно появившийся в продаже Samsung Galaxy S белого цвета. Прикупил самые крепкие ударопрочные чехлы. Аякаси обещали обращаться с техникой бережно. Сразу принялись доставать вопросами по пользованию смартфонами, но я послал их к Айе и Элис, как лучшим клановым техническим специалистам.

Еще целый час потратил на парикмахера. Свои волосы укоротил значительно и словно бы помолодел на пару лет. Теперь точно будут дорожные инспекторы придираться.

Тайзо собрался почти без проволочек, вежливо поздоровался с Сидзукой и Химари Ноихара-сан. Немного прифигел, что я вожу машину сам, но сильно возникать не стал. Видимо, для него моя персона уже не могла вызвать серьезного удивления после клада. Или подумал, что и в 16 лет можно права получить каким-то образом. Ринко также вышла всего через пару минут после моего звонка в дверь, но увидев меня за рулем, подняла нешуточную шумиху.

— Может, «подчинением» на нее? — поморщилась Химари.

— Не надо! — опасливо отодвинулась подруга детства. — Что Юто, в твоем клане можно и законы нарушать?

— Вообще-то, да, — усмехнулся я.

— Так ты что правда из якудза? — присвистнул Масаки.

— А, эти мелкие пешки… Только под ногами путаются, — пробормотал я с превосходством в голосе.

— Тогда чем занимается твой клан?

— Духов неугодных уничтожаем, что закон попирают, — бросила Химари.

— Круто! — воскликнул Тайзо, так до конца и не въехав в тему.

— Ну и бизнесом немного, — добавил я.

Ринко поведала, что после моего ухода записалась в секцию кендо, и летние каникулы проводила в почти каждодневных тренировках. С ней наша школа даже на чемпионат может попасть. Тайзо отчитался о прочтенных тайтлах манги и пройденных недавно играх.

В дороге зазвонил мой телефон, высветив номер Джингуджи Куэс. Молодая экзорцистка так настойчиво требовала моего внимания, что мне пришлось остановиться. Я вышел из машины и отошел в сторону:

— Привет, Куэс. Что-то случилось?

— Да, случилось! Я… Юто, ты в Ноихаре?

— Скоро приеду.

— Мне… надо перепроверить полученную информацию. Я буду у вас через пару часов.

— У меня гости сейчас.

— Не важно! У меня неотложный разговор к тебе!

— Хорошо, я понял.

— Жди меня. До скорого, Юто.

— До скорого.

Я убрал телефон в карман, как из минивэна выскочила злая Кузаки, которой кто-то растрепал, кем мне приходится звонившая:

— Ю-юто-о! Что значит невеста?! Почему я ничего не знаю?!

— Да, Юто, негодяй, когда ты успел обзавестись любовницей? — присоединился Тайзо, как всегда слегка преувеличивая.

— Не слушайте змеюку подколодную, — вылезла Химари. — Джингуджи ничего не значит для милорда. Я его нареченная.

— Что?! Когда вы успели?! Юто, сколько еще у тебя невест, а?! — Ринко схватила меня за футболку и затрясла. — Ты в курсе, что многоженство запрещено в Японии?!

— Арабские Эмираты — неплохой вариант, — молвил Тайзо. — Сейчас погуглю другие страны…

— Да успокойтесь вы. Подумаешь невеста. Как будто это какое-то редкое событие. Договорные браки в старые времена считались нормой. Дед заключил соглашение с другим кланом, только и всего. Но я не собираюсь ему следовать.

— И правильно! Ты еще несовершеннолетний, а без опекуна тебе не разрешат жениться.

— Ну. Мать невесты и есть мой официальный опекун.

— Че?! Почему я обо всем узнаю только сейчас?! — встряхнула меня Кузаки.

— Что ты еще скрываешь, Юто?! — поддакнул Масаки. — Может, подпольную лабораторию по производству метамфитамина? Или любишь в свободное время ловить маньяков-убийц и топить их в токийской бухте?

— Если эти новости для вас стали потрясением, представьте каково мне! Поехали уже, график главы клана Амакава не резиновый.

Мы с горем пополам загрузились обратно в машину и спустя некоторое время Масаки, копающийся в телефоне, поведал:

— Юто, а ты знал, что слово гарем пошло от «харам», что значит «нельзя»?… О! В Великобритании и Норвегии признают факт многоженства, если брак заключен в стране, где оно разрешено.

— Тайзо, я конфискую твой телефон! — крикнула подруга детства.

— Ай, Ринко, хватит драться! Отдай телефон! Юто! — взмолился Масаки.

— Мне нельзя отвлекаться от вождения, — монотонно пробубнил я. — Тебе бы тоже, Тайзо, в секцию записаться. Даже с девчонкой не можешь справиться.

— Да она же парней на кендо вырубает за пять минут. Какая это девчонка? Горилла настоя… А-а-а, только не за волосы! Ухи, ухи не трогай!

Я же подумал о том, что вечером надо обязательно пропустить пивка для успокоения нервов. Среди пакетов с моими шмотками из бутика притаилась парочка бутылок пенного напитка, которые я успел приобрести, пока Химари с Сидзукой спорили насчет того, какие ботинки и запонки мне подойдут лучше.

Глава 5

— Мы дома! — обронил я, когда мы вошли в поместье.

Встречали нас Кайя в красном кимоно и Лизлет в своем излюбленном платье горничной:

— С возвращением, господин! — ослепительно улыбнулась аякаси чашки и низко поклонилась. А ведь раньше не приветствовала меня так официально. Из-за гостей старается, что ли?

— Кха! — Масаки рядом со мной схватился за сердце. — О пресвятой буддийский Jesus! Юто, что это за ангельское создание, мечта любого школьника?!

— Лизлет Эл Челси-сан, наша горничная. Родом из Англии.

Тайзо припал на одно колено и проговорил трагическим тоном:

— Челси-сан, прошу вас, назовите и меня господином. Тогда я смогу умереть спокойно.

— Как пожелаете, господин, — проворковала Лизлет. — Что предпочитаете на обед, господин: птицу или рыбу?

— Вас, Челси-сан!!! — Масаки распростер руки в стороны и на коленях пополз в направлении служанки. Однако далеко ему не дала уйти Ринко, схватив за шкирку:

— Тайзо, куда грабли свои тянешь?! Веди себя прилично!

— Юто, ты, конечно, мой лучший друг, но не мог ты меня пригласить в приватном чате?…А-а-а, Ринко, ты сломаешь мне хребет!

Пока Кузаки исполняла какой-то мудреный захват из рестлинга, я шепнул Сидзуке:

— Моя лоли, скажи Элис, чтобы пока не покидала свою комнату, а то моего друга точно удар хватит при виде нее.

— Поняла, нано. А Саки?

— Точно. Спрячь ее куда-нибудь. Или пусть в форму стиральной машины трансформируется.

— Слушаюсь, глава! — отдала шутливый салют мизучи.

— Юто-сама! — бросилась ко мне Гинко.

— Химари!

— Няэ! (есть!)

Бакэнэко перехватила волчицу и не дала той изобразить свой излюбленный прием стискивания меня в объятиях. Сэ-эйф! Как говорят в бейсболе.

— А это Гинко Ноихара, также из нашего клана.

Оками присела на корточки рядом со школьниками и принялась их внимательно обнюхивать. Ринко это ничуть не удивило, а Тайзо немного напрягся.

— Не бойся, не съест она тебя, — фыркнула Кузаки и разжала свой захват.

В приемную величественно вплыл Мурабито в своих внушительных синтоистких одеяниях, что заставило Ринко потрясенно уронить челюсть на пол.

— «Я следовал заветам.

Бездумно бросался из крайности в крайность.

Солнца луч слепит.»

Пока я пытался найти смысл в словах аякаси, подошли Нобу с Акирой. Мальчик дзасики-вараси настороженно держался позади духа дверной ручки.

— О-о, — протянула Кузаки, завидев Нобу в классическом костюме с жилетом. Цветом глаз и волос аякаси немного походил на меня, только ростом повыше. Ну а Акира изображал из себя настоящего недотрогу. — Какая прелесть! Кто этот мальчик? Он что, чем-то болеет?

— Гм, нет, просто это его любимая одежда. Это Мурабито, Нобу и Акира Ноихара.

— Больничный халат? А, так он из этих? — заговорщицки спросила подруга, намекая на мистическую подоплеку.

— Что-то вроде того.

— Юто, а кто эти прекрасные дамы? — вопросил Тайзо.

— Айя Ноихара, мой секретарь, и Кайя Ноихара, хранительница домашнего очага.

— Мисс Айя, мисс Кайя, вы очаровательны, — галантно поклонился школьник.

Обе аякаси сухо поблагодарили парня.

— А почему у них всех фамилия города? Они тоже из приюта?

— Да, они сироты, как и я. Но теперь мы все одна большая семья и стараемся помогать друг другу.

— Господа, госпожа, прошу вас к столу, вы наверняка проголодались, — поклонилась Лизлет учтиво.

Химари стояла позади меня, поэтому я не заметил оценивающего взгляда, который та бросила на духа чашки. Девушки подготовили настоящий пир из десятков блюд, и некоторое время за столом раздавалось лишь чавканье и довольные возгласы людей, отдающих дань уважения поварам. На отсутствие Химари и Сидзуки вначале я не обратил внимание, а зря. Через несколько минут мизучи и бакэнэко вернулись, красуясь в своих нарядах горничных. Кошка снова выпустила свои ушки и хвост, а Сидзука, по-моему, успела ушить юбку на десяток сантиметров. В общем, зрелище сногсшибательное. Они еще словно специально встали рядом с Лизлет, позируя. Я достал телефон и сфотографировал великолепную троицу горничных. Потом сфоткал Тайзо, у которого изо рта валились листья салата, и Ринко, смявшую в руке палочки напополам.

— Ю-ют-о!

— Предатель! — проревел Масаки. — Скинешь мне потом фотки?

— Конечно!

— Немедленно удали!

— Ма-а, Ринко я ведь их не обнаженными снимал.

— Да-да, если так завидуешь, могу подсказать, где в Такамии продается форма служанок, — поддержал меня Тайзо и получил по ноге от рядом сидящей одноклассницы. — Ауч!

Как приятно! Когда бьют не тебя. Еще более приятно, когда за столом обслуживают сразу три обходительные красавицы.

— Ноихара-сан, ваш хвост шевелится! Он что, механический? — удивился приятель.

— Какой еще механический? Живой настоящий.

— Можно потрогать?

— Нельзя! Милорд, вы уже доели мисо-суп? Дозвольте, добавки налью…

— Химари-сан, это моя обязанность! — влезла Лизлет с другого бока.

— Сгинь, вымя ходячее!

Обе аякаси одновременно потянулись за кастрюлей с мисо и начали ожесточенно тянуть каждый в свою сторону. Тайзо, нагло наплевав на слова кошки, таки дотронулся до хвоста Химари, отчего та дернулась и выпустила посудину из рук.

— Не-е-ет, — Лизлет полетела на пол, не ожидая такого подвоха, и суп забрызгал ей всю форму. — Ну вот…

Химари дала Тайзо легкую затрещину в лоб, отправив парня в отключку, после чего повернулась к духу чашки и рассмеялась:

— Корова неуклюжая. Моя взяла!

— Ты в этом уверена, кошка? — ехидно подметила Сидзука.

— Милорд, вы куда смотрите?!

— А? — я с трудом оторвался от созерцания намокшей формы Лизлет, что прилипла к телу и немного просвечивала. — Я ни в чем не виноват!

— Я не уступлю!

Химари схватила графин с морсом и опрокинула напиток на свою одежду.

— А НУ ХВАТИТ УЖЕ! — взбесилась Ринко. — Прекратите дурачиться! С едой нельзя играться! Тем более в вашем пошлом соревновании! Кайя, давай убирать этот бардак!

— Проклятые извращенцы, — шептала дзасики-вараси, собирая разбросанную пищу.

Я отвел Сидзуку, нашего кланового лекаря, в сторону:

— Моя лоли, можешь привести Тайзо в чувство? Мне надо с ним побеседовать.

— Ни за что! Если я до него дотронусь, то наверняка забеременею.

— Если бы это было так легко, у нас полкласса с животами ходило.

— Ладно, придумаю что-нибудь, нано.

Я помогал с уборкой посуды, когда в обеденном зале случился настоящий потоп. Водопад обрушился на бедного парня и смел тело в соседнее помещение. Сидзука смотрела на меня умильными глазами, требуя благодарности за свою смекалку.

— Кхе-кхе, — закашлялся Тайзо, отплевываясь. — Что произошло? Конец света, всемирный потоп?!

— А, прости, трубу прорвало. Пойдем, я дам тебе что-нибудь из своей сухой одежды, — потащил я парня, шлепающего мокрыми ногами по полу и потирающего шишку на лбу.

— Ага… что у тебя тут за трубы? Центрального водоканала Такамии? Юто, я может выгляжу как идиот, веду себя как идиот, учусь как идиот, но это не значит, что я идиот.

— Да, конечно! Когда-нибудь я тебе все расскажу.

— И дашь телефончик Челси-сан.

— Дам-дам, только сомневаюсь я в вашей совместимости. И лучше бы тебе больше не дергать за чужие хвосты.

— За меня не переживай! Не зря Масаки Тайзо прозвали такамийским сердцеедом!

В ванной друг снял намокшую одежду. И когда я ходил за чистой футболкой и шортами, раздался полный ужаса крик. Напитав покров света, я ворвался в предбанник и увидел одного Тайзо, что расширившимися глазами глядел на слегка вибрирующую стиральную машинку.

— Юто! Представляешь, я положил сюда одежду, отвернулся на секунду, а стиральная машинка вдруг сама заработала!!!

— Это новая модель, сама собирает белье, достаточно бросить одежду рядом. Надевай! — протянул я ему свои вещи.

— Хватить заливать! Эта стиралка старше нас с тобой вместе взятых.

— Ладно… она как бы волшебная. Пойдем, у меня к тебе важный разговор есть.

Я передал вассалам о том, что прогуляюсь с другом по лесу, попросил Ринко и Айю обучить Сидзуку и Химари как пользоваться смартфоном, а сами мы покинули особняк. Сейчас я не чувствовал себя столь беспомощным, как при встрече с хиноэнмой, но за пределы пространственной магии дзасики-вараси далеко не отходил. Да еще приходилось очень внимательно отслеживать любые ауры поблизости, как в целях безопасности, так и защиты от прослушивания.

— Неплохо тут, в Ноихаре, — оглянулся по сторонам Тайзо. — Птички поют, свежий воздух, природа, горничные с огромными… глазами. Так о чем ты хотел поговорить со мной?

— Ты единственный специалист очень узкого профиля, которого я знаю. Вот смотри, чисто теоретически. Представь, что ты вдруг стал героем гаремной манги…

— Че-е?! Хочешь сказать, что ты попал в мангу?!

— Тише! Не надо так орать! Я не уверен, но многие факты подтверждают эту теорию. Видел, что случилось на море, да и сейчас за столом? Плюс то, что я оказался вдруг наследником клана, который промышляет всякой мистикой.

— Подожди. Так не бывает. Герой манги не может осознавать, что он герой. Только в какой-нибудь Гинтаме.

— Вот, представь, что я очутился в Гинтаме! Что за название дурацкое, серебряные яйца?

— Да не может быть! За тобой охотятся пришельцы?!

— Нет, только злобные аякаси и кланы экзорцистов. Давай не будем отходить от темы. Вот я определенно имею свободу воли. Но что остальные герои? Вдруг они действуют как бы по принуждению автора, согласно сценарию?

Масаки задумался:

— Ну, не знаю. Если бы ты спросил меня какие лучше: в полосочку или кружевные, я бы сразу ответил. Конечно, в полосочку. Но такие сложные вопросы… Даже если этот мир выдуман, во что я не верю, мы его жители. Не какие-то нарисованные на бумаге картинки, а разумные люди. То есть, если Ринко с рождения цундере, то она цундере и есть.

— Ага-ага, — покивал я с умным видом.

— Вообще, что у тебя за проблемы?! Собрал вокруг себя тучу сироток-красоток, словно арабский шейх. Чем ты можешь быть недоволен?!

— Ба! Это только звучит хорошо! У меня еще дальше поцелуев не зашло…

— Ты с ними и целовался уже?!

— …ну, полапал еще немного…

— Ксо!

— …но ты не понимаешь. В решающий момент обязательно кто-то мешает.

— И это все твои трудности?! Ты мужик или кто?! Хлопни кулаком по столу, покажи кто в клане глава!

— Не все! Думаешь, так просто быть главой клана экзорцистов?! Да на меня столько раз нападали, что пальцев руки не хватит посчитать… или даже обеих рук… — я попытался вспомнить точное количество, но запутался. — В общем, меня постоянно хотят прибить!

— Звучит невесело, но думаешь, что-то может перевесить возможность жить с толпой горячих красоток?!

— Тайзо, мне твой совет нужен, как снять гаремное проклятие!

— Как гарем может быть проклятием?!

— Не важно. Ты поможешь или как? Чем обычно заканчивается подобная манга?

— Ну-у, герой побеждает главного злодея и пускается во все тяжкие, хе-хе. Хм, обычно персонаж должен уделять внимание всем, но есть такие гаремники, знаешь, с привкусом сопливой романтики, где в конце герой выбирает одну из девушек. Мне такие не нравятся. Как можно отказать влюбленной милашке? Только последняя скотина будет так поступать!

— Мда, представляю, что бы случилось, окажись ты на моем месте.

— Так вот что с Кузаки произошло! Ты что посмел ей отказать?!

— Оставим Ринко в покое! Так как мне выбрать девушку?

— Мне тебе позу посоветовать или что? Значит, идешь с ней сначала в парк развлечений, потом в кино, и дальше в ресторан. Там признаешься в своих чувствах, даришь кольцо…

— Да я и без тебя знаю! Тайзо, ты бесполезен!

— И ничего я не бесполезен! Постой, получается, ты у нас главный герой, а я всего лишь второстепенный персонаж? Ну хотя бы не серая массовка, и то радует. И не часть твоего гарема, бр-р-р… У меня тоже проснутся какие-нибудь мистические силы?

— Ага, доводить окружающих до белого каления за секунду. Ладно, пойдем обратно. Только про наш разговор ни слова, ясно?

— Само собой, друг…

— Ринко, Юто тебя отфутболил? — сходу поинтересовался мой «лучший» друг.

— Че?! Юто, как ты посмел!

— Я ничего про тебя не говорил, честное амакавское! Он сам все выдумал, балабол.

— Забудь этого остолопа, милая! Мы уедем с тобой на тропический остров, только вдвоем, — понесло Масаки. — Будем собирать кокосы и ловить рыбу, нарожаем пятерых детей. Назовем их Ичи, Ни, Сан, Йон и Го.

— Дурак! — отвернулась Кузаки.

— Совсем фантазии нет, цифры вместо имен, — фыркнула Химари.

— Ноихара-сан… нет, здесь слишком много Ноихар. Химари-сан, вы согласны отправиться со мной на тропический остров?! — моментально сменил цель любвеобильный парень.

Вжить! Между ног Тайзо просвистел кухонный нож и воткнулся в пол. Тот от неожиданности грохнулся вниз:

— Не может быть! Всего на несколько сантиметров выше и мои…

— А я о чем говорил? — высказал я. — Это еще цветочки…

— Я и подумать не могла, что существуют люди еще более извращенные, чем Амакава-сама, — посетовала Кайя. — К моему периметру приближается автомобиль.

— Скорее всего Куэс, пропусти ее.

— Это которая твоя невеста?! Она красивая?! — вскочил Масаки. — Конечно, красивая, о чем это я? Невеста для «героя» должна быть на высшем уровне. Раз уж ты не собираешься жениться, не против, если я составлю ей компанию?

— Можешь рискнуть, — усмехнулся я.

Через минуту в особняк влетела наследница двенадцатого клана в одном из своих излюбленных вычурных платьев:

— Юто, ты оказался прав! Поверить не могу!

— Джингуджи-сан, для меня честь… — подскочил Масаки, пожирая глазами сумеречную луну, но ему не дали закончить.

— Хэ-э, что это за недомерок? — проговорила Куэс, словно увидав надоедливое насекомое.

— Джингуджи-сама, позвольте мне войти в вашу свиту. Я буду служить вам до конца дней своих, почитать и лелеять! — еще больше обрадовался Масаки.

— У меня крайне паршивое настроение, мне надо на ком-то спустить пар. Юто, это пресмыкающееся существо важно для твоего клана?

— Не особо, но это все-таки мой друг. Какой есть, — проговорил я под скептическим взглядом сумеречной луны.

— Джингуджи-сама, вы можете делать со мной все, что пожелаете!!! — заявил Масаки.

Ринко, вконец взбешенная поведением одноклассника, стиснула его шею в болезненном захвате:

— Я на тебе сама потренируюсь. Юто, мы не будем вам больше мешать. Джингуджи-сан, а с вами я еще обязательно пообщаюсь!

С такими словами Кузаки утащила приятеля куда-то вглубь дома, будто тряпичную куклу.

— Какие у тебя друзья интересные… Юто, твои вассалы не разболтают секреты?

— Лучше пройдем на задний двор, остальным — не подслушивать. Химари, особенно это тебя касается.

— Слушаюсь, милорд.

— Так что произошло?

Куэс нервно вышагивала от одного края тренировочной площадки к другому. От ее ауры исходили мощные магические волны. Видимо, нестабильное эмоциональное состояние влияло на ее способность контролировать магию.

— Ты был прав! Два независимых специалиста, не из великих кланов, подтвердили наличие во мне ментальных закладок! Им удалось определить, что внушения завязаны именно на чувства, причем сделаны очень давно. Уму непостижимо! Кто смог провернуть подобную операцию со мной, Джингуджи Куэс?! И куда смотрели клановые менталисты! Я ведь никогда не пропускала проверок разума… Это кто-то из клана, не будь я лучшей выпускницей Лондонской Академии Магических Искусств! Но специалисты были разные, а закладки все равно не обнаружили… That can not be true! — Куэс пораженно остановилась. — Мама?! Как это могло произойти?! Я ведь доверяла ей. Только тебе и ей! А теперь оказывается, что все это лишь ложь! Вы оба мне врали!

— Тихо, давай успокоимся для начала. Посмотри на землю под ногами — ты скоро камни расплавишь.

— Прости, Юто, — Джингуджи взяла под узду свои выбросы огненной энергии. — Не могу поверить, мои чувства к тебе — не более чем чуждое навязанное мнение… Как ты узнал?

— Ну… На самом деле я не думал, что действительно обнаружится нечто подобное. Но тебе стоит радоваться. Теперь тебя никто не будет водить за нос. И вот когда твое аномальное влечение ко мне уберут, тогда мы сможем нормально познакомиться.

— Ты прав! Я уверена, мои чувства к тебе останутся неизменны. Я немедленно перемещусь к главе клана. Мерухи ответит мне, зачем сотворила такое с родной дочерью! Встретимся завтра на собрании. Ты больше не увидишь Джингуджи Куэс, бегающую за тобой как сопливая маньячка! Передай своей подруге, что мы поговорим в следующий раз!

Ведьма вытащила свой книжный артефакт, окуталась кружащими в вихре бумажными страницами и исчезла, оставив после себя шлейф оседающей пыли и черные оплавленные отметины на земле. Хочу себе такой же артефакт, она ведь обещала устроить проверку! Или метлу… хотя в Японии нет этих магических деревьев, зато в Европу смогу телепортироваться, наверное. Тяжела детская доля в кланах экзорцистов: то ментальные внушения ставят, то вообще полностью всю личность стирают. А там крутись, как знаешь.

Я вернулся в дом и сообщил, что Джингуджи покинула особняк, отчего Ринко и Тайзо оба расстроились. Вскоре подъехал Альберт с духом журавля, и я попросил пока Кайю и остальных устроить экскурсию по особняку, сводить гостей на озеро. Ротшильд, Айя и Кагецуки смогли раскопать или просто вспомнить (в случае духа конверта) массу любопытной информации о моем текущем наследстве и финансовой истории деда Генноске. В последние годы перед смертью главы Амакава среднегодовой доход от предприятий и акций составлял около пятидесяти миллионов йен, или полмиллиона долларов. Причем более половины Генноске переводил различным благотворительным организациям, за что ему почет и хвала. Часть вкладывал в продвижение бизнеса, остальное уходило на личные нужды, иногда закупал артефакты и расходники у других кланов напрямую, без бартерного обмена на амулеты света. Правда, судя по иным тратам, были у дедушки и другие, не облагаемые налогами доходы. Почему-то мне кажется, что находись наш клан экзорцистов в России, с нас бы даже брали налог за загрязнение окружающей среды вредными эманациями магии света. Наши родовые артефакты не так чтобы уж сильно ценились, большинство кланов предпочитало обходиться собственными силами. Нынешний дефицит образовался из-за того, что много лет подряд некому было пополнить запасы.

Около десятка лет назад в новообразованной Ноихаре построили современную школу, совмещавшую в себе одновременно младшие, средние и старшие классы, что в больших городах Японии нечастое явление. До этого в Ноихаре имелась лишь младшая и средняя школа. Старшеклассникам приходилось тратить кучу времени на поездки в Такамию или переезжать в общежитие. Половина средств на новую школу пришло частным пожертвованием от моего деда. Да еще и специальным фондом учителям, не особо рвущимися в деревенскую глушь, учредил некоторую надбавку к зарплате. Короче, без деда этой школы бы и через сто лет не построили. Вполне возможно, именно из-за меня он так старался, надеясь, что Синити отдаст внука ему на воспитание. Но потом все изменилось, и Генноске решил держать меня вдали от Ноихары.

Как один из вариантов к покупке рассматривалось здание старой школы. Вполне неплохо сохранившийся ансамбль, носивший лишь косметические следы запустения: три этажа, спортзал, склад, огородно-тепличный участок, отдельное помещение для занятий по труду, готовке и обработке выращенных продуктов. Может быть выкуплена за три с половиной миллиона долларов вместе с небольшим участком. Находится на окраине города, примыкает к лесу, всего в четырех километрах от особняка. Мне сразу понравилось, хотя бюджет клана подобные траты явно не тянул. Однако аренда не так сильно ударит по карману. А уж если подключить все связи в Ноихаре, включая мэра, и учесть льготы от целевого использования в качестве сиротского приюта, то как бы не нам наоборот будут приплачивать. Главным остается вопрос — как все это согласовать с чиновниками? Нельзя просто так взять и открыть сиротский приют для аякаси, да и простой приют тоже. Просто так можно открыть разве что рот, и то внимательно следить, чтобы в него никто не засунул посторонний предмет. В общем, Ротшильд обещал прощупать почву, пообщаться с администрацией Ноихары и Такамии. Я со своей стороны предложил обратиться с письменным разрешением сразу к императору. Вроде бы мы с ним вполне неплохо побеседовали. Альберт выразил большой энтузиазм и взял на себя все тонкости по составлению официального прошения, мне только подписать останется.

На закрытых счетах моего наследства дожидалось в совокупности от Генноске около тридцати миллионов йен и от Синити примерно сто пятьдесят. У отца имелось несколько зарубежных счетов, которые оказались пусты, к сожалению. Ежемесячные выплаты до моего совершеннолетия не могли превышать сто тысяч йен, на что легко можно прожить школьнику. Только на всякие повышенные траты по учебе требовалось специальное согласование с банком. Все коммунальные услуги на недвижимость и налоги оплачивались автоматически. Доходы от немногочисленных отцовских предприятий оседали на общем счете — Альберт обещал тщательно проверить, не наворотил ли чего государственный управляющий. Я так понимаю, основные вложения Синити Амакава находились в поднебесной, но после смерти их успешно растащили. Доходы от дедовских владений до моего совершеннолетия оставались в руках Тсучимикадо и Джингуджи согласно завещанию Генноске. Но, учитывая уровень других великих кланов, не думаю, что им так уж были нужны эти «крохи». А значит, надо постараться вытребовать их себе обратно.

Через Гинко мы пригласили Тосигами присоединиться к обсуждению. Дух урожая вежливо ожидал в лесу неподалеку. Многочисленные аграрные предприятия Ноихары не обошлись без дедовской руки. Ротшильд подготовил несколько вариантов, куда можно выгодно вложить средства. Я же поинтересовался у Тосигами, может ли он точечно влиять на прирост урожая. Дух ответил положительно и рассказал, что Ноихара сама по себе имеет высокий духовный земляной фон, и Тосигами просто грамотно перераспределяет потоки. Центр аномалии находится прямо в особняке. В общем, предки Амакава знали, где ставить дом. Тосигами мог использовать энергию из сердцевины, с разрешения моего и Кайи. Дзасики-вараси некоторое время возмущалась, аргументируя свою позицию тем, что силы могут понадобиться для защиты особняка. Однако излишки энергии просто пропадали в никуда, поэтому я разрешил аякаси урожая забирать часть сил так, чтобы не сильно обидеть дзасики-вараси. И разумеется направлять на те предприятия, где мы имеем свою долю. В Ноихаре и без нас с землей неплохо, нечего изображать альтруизм.

Альберт остался не слишком доволен финансовым положением клана Амакава. В том смысле, что экономист принимал участие в жизни многомиллиардных корпораций, и это для него шаг назад. Хотя ему и было любопытно влияние магических сущностей на будущие доходы. Он не особо хорошо представлял себе мои возможности и возможности вассалов, поэтому я дал ему почитать свой дневник. Ротшильд живо заинтересовался способностями водных духов и выжал из Сидзуки все подробности. Мизучи нехотя заявила, что через пару дней ее последователей можно выпускать в большой мир, хотя будь ее воля, оставила бы еще на год кормиться моей аурой. В конце мы заключили контракт на бумаге с весьма немаленькой фиксированной зарплатой, хотя англичанин и заикался о некоем проценте от доходов. Перебьется. Я разрешил ему перебраться в мой дом в Такамии, чтобы не тратиться на отели.

Мы все вместе поужинали, где снова не обошлось без череды недоразумений. Но Альберт был слишком вежливым или слишком пофигистичным, чтобы ярко выражать свое удивление поведением моих несносных вассалов. Напоследок я попросил британца подбросить до дома Ринко с Тайзо, на что тот ответил согласием.

Глава 6

Суматошный день подошел к своему завершению. Даже без всяких сражений с аякаси или тренировок света я вымотался как морально, так и физически. Проверив отсутствие поблизости каких-либо духов, я выудил из припрятанного пакета бутылочку пива, прихватил из холодильника тарелку нарезанного сыра, оставшегося с ужина, и вышел на веранду заднего двора дома. Солнце уже укатилось за горизонт, но деревья еще были окрашены тусклыми желтоватыми отблесками. Хорошо на улице. Цикады стрекочут, надрываются, исполняя свои брачные завывания. Вдали маячат хороводы синих светлячков — водных духов Сидзуки. Под верандой, где я устроился, оказалось змеиное гнездо. Рядом со мной присела Химари в юкате с кружечкой молока. Настроение у кошки, как и у меня было задумчивым и немного отстраненным. Что готовит нам день грядущий? Тепло ли примут нас на совете великих кланов охотников? Сколько нервов я потрачу завтра? Будут ли еще нападения аякаси или из клана Ходжо? Смотрите в следующих сериях, дорогие зрители: похождения бравого экзорциста Юто и его верных вассалов или сто и одна причина спиться в дурдоме под названием клан Амакава.

Я сжевал ломтик сыра, и открутил крышку бутылки. Показалось, что как-то легко отошла. Набрав жидкости в рот, я не ощутил привычного вкуса, и выплюнул непонятный напиток наружу фонтаном брызг:

— Что за?!

— Что случилось, милорд? — обеспокоилась бакэнэко.

— Я не знаток местного пива, но это явно что-то иное. И не пенится совсем…

— Может, молочка хотите? — предложила Химари.

— Та-ак… Ли-и-изле-е-ет! — громко крикнул я.

— Господин, вы звали меня? — почти моментально появилась горничная.

Аякаси чашки выглядела смущенной и судорожно сжимала-разжимала пальцы, будто не зная куда деть руки.

— Вы трогали мое пиво?!

— Я-я… это-о… простите меня, господин!! — низко поклонилась Эл Челси.

— Скажи хотя бы, что ты внутрь запихнула?

— Ну-у, это смесь чаев. Черный приготовила я, а зеленый — Мурабито-сан.

— Гм-м, — я еще раз попробовал чайный напиток. — Вообще, неплохо, пить можно. Пиво только жалко. Его-то за что вы невзлюбили?

— Ну-у, Кайя-сан и Химари-сан нам рассказали, что ваш дедушка, Генноске Амакава, иногда бывал неразборчив в выпивке…

— Че?! Мой дед — алкоголик?!

— Ня-я! (нет!) Дед Ген просто выпить любил иногда. Как бабушка Сава умерла, все чаще стал на саке налегать… — поведала кошка.

— Так это нормально, если нечасто. Или он буйным становился?

— Истинно так милорд, — Химари зажмурилась. — Как разопьет несколько чарок, так меня на полигон тащит. И тренирует, пока я совсем не упаду без сил. Не надо вам, милорд, пить всякую гадость. Лучше вот чая или молочка выпейте. Оное полезно для роста человеческого, как слыхала я. И вельми вкусное…

— Вроде бы и отругать надо, а с другой стороны поблагодарить, — вздохнул я и принял чашку из рук Химари. — Надеюсь, это не Лизлет?

— Конечно нет, милорд! Как вы подумать могли, что я у этого духа коровьего…

Я сделал несколько глотков белого напитка, а в голову лезли всякие пошлости на тему Химари и Лизлет.

— А что? Зато наверняка без консервантов, экологически чистое.

— Ня-я-ягх! (ни за что!)…Милорд, молоко на губе осталось у вас.

— Где?

— Здесь-ня!

Бакэнэко приблизилась и принялась игриво исследовать мои губы, шею и лицо языком, тщательно убирая любые следы и оставляя свои. Лизлет смущенно пискнула и убежала. Наши поцелуи становились все настойчивей. Вскоре я уже без всякого зазрения совести просунул руку под юкату и принялся мять грудь Химари, отчего девушка сладострастно постанывала. Недолго длилось счастье: на веранду вылетели Сидзука с Кайей, пылающие благочестивым гневом.

— Юто! Нано!

— Извращенец! Совратитель!

Мы с Химари так увлеклись, что не обратили внимания на появление новых лиц. Тогда мизучи повторила трюк, которым привела в чувство Масаки, а именно обрушила на нас ледяной водопад.

— Да что вам от нас надо, обломщицы?! — воскликнул я в сердцах. — Найдите уже себе парней, отстаньте от нас!

— Хсш-хшс-с! — последовал невразумительный змеиный ответ от мизучи.

— Амакава-сама, Химари вам не игрушка! Я не позволю вам оскорблять ее невинность своими грязными руками!

— Кайя, я сама могу решить, что мне делать с моей невинностью! — произнесла Багровый клинок Ноихары, приводя себя в порядок после душа — по-кошачьи прилизываясь.

— Нет! Ты бакэнэко, твои чувства к Амакава навязаны светом! Очнись, Химари!

— Свет здесь не причем! — рыкнула дух кошки.

— Амакава-сама, если ваши намерения серьезны, вы не будете домогаться моей подруги до свадьбы. Они ведь серьезны?! — в руке дзасики-вараси блеснуло лезвие ножа. — После всего, что вы с ней делали, другого выхода у вас быть не может!

— Конечно, серьезен! Но чтобы провести полноценную свадебную церемонию с аякаси, придется потратить кучу сил.

— И что, вы хотите сказать, Химари недостойна ваших усилий?

— Хватит загонять меня в словесные ловушки, Кайя! В современном мире секс до брака не считается чем-то постыдным. Многие вообще женятся только по залету.

И тут дзасики-вараси буквально прорвало:

— Вы — глава клана Амакава, наследник великой магии света! А Химари — моя лучшая подруга, Багровый клинок Ноихары! Какой еще залет?! Как вы вообще можете произносить такие постыдные вещи в присутствии дам?! Почему вы положили глаз именно на нее? Вы забыли все наставления вашего дедушки?! Аякаси для работы, а не для… непристойностей! Найдите себе людскую невесту, как сделал Генноске-доно! А если нужна любовница, просите другую аякаси, но не мою подругу! От союза духа и человека не выходит ничего хорошего! Вы испортите жизнь и ей и себе! Женитесь на Джингуджи-сан, на Кузаки-сан, на ком угодно, но не на аякаси!

— Кайя… — потерянно произнесла бакэнэко.

— Химари! — грозно повернулась дзасики-вараси. — Это ты испортила фамильный большой каллиграфический свиток из коридора?

— Не понимаю, о чем ты…

— Не увиливай! Только тебе это было надобно. Спрятать свиток от Амакава-сама!

— Что за свиток? — спросил я, несколько офигев от напора девочки в красном кимоно.

— Вашего великого прадедушки, Генджи Амакава. «Аякаси для работы и ничего более». Поколениям ваших предков лучше знать. Люди с людьми, аякаси с аякаси и никак иначе! Подумайте над своим поведением, Амакава-сама!

— Я подумаю…

— Мама! Ты что, проводила мне внушения в детстве?! — ворвалась в кабинет разозленная Куэс.

— Так значит, ты узнала… — оторвалась от бумаг красивая женщина средних лет.

— Я требую объяснений!

— Ты знаешь, у нас с твоим отцом не сложилось…

— Причем здесь этот бесхребетный слизняк?!

— Я вышла за него по решению отца, главы клана Джингуджи. В магическом плане у нас была идеальная совместимость. И появилась ты, колдунья, что скоро оставит меня далеко позади. Скажу откровенно: я никогда не была счастлива в браке…

— И ты решила меня осчастливить таким образом?!

— Прости, Куэс. Я посчитала, что так будет лучше для тебя.

— Почему ты думаешь, что у нас бы с Юто не возникло настоящих чувств?

— Ты уже забыла себя в детстве? — улыбнулась Мерухи. — Ты ненавидела слабаков и тех, кто ниже тебя ростом. Тебе нравились умные серьезные мальчики в очках. В общем, полная противоположность наследнику Амакава.

— Я не верю! Сними с меня все закладки до последней! И если что-то подобное всплывет, то мне больше нечего делать в клане!

— Какая непримиримая, напоминаешь меня в молодости… Хорошо, будь по-твоему. Но для начала расскажи мне про наследника Амакава. Тебе удалось с ним поладить?

Снова-здорово. Слова, что повторяла Ринко когда-то, из уст знающей аякаси звучали более убедительно. Да и Генджи Амакава ведь не просто так написал этот свиток и повесил в коридоре в назидание потомкам. Настроение было безнадежно испорчено, поэтому мы разошлись по комнатам. Я допил чайное «пиво», немного порылся в ноутбуке и улегся спать. Мысли в голове роились нерадостные. Что если и впрям именно свет движет чувствами Химари? Имею ли я моральное право добиваться отношений? Вот ведь как с Куэс обернулось, а ситуации очень похожи. С Химари я общался более долгое время в детстве, но тогда она была только в кошачьем облике. К тому же, я единственный, кто знает ее истинную натуру и не выказывает отвращения, что фактически не оставляет кошке выбора. Как например, молодой император ужаснулся, впервые познакомившись с аякаси. Были бы жители Ноихары также добры к ней, если бы знали, что она кошачий монстр? Думаю, да — все-таки деревенские не отличаются особым чутьем на сверхъестественное, и не углядели бы в ее ауре нечто чужеродное. Ладно, оставим эти размышления на потом, надо думать о собрании кланов, а не об одной обворожительной аякаси с манящими вишневыми губами и большими податливыми… Все, спать.

Утром меня разбудил тихий стук в дверь. Это оказалась именно та, о ком я думал, засыпая. В волосах бакэнэко появилось еще несколько белых прядей, и выглядело это безумно круто. Химари стиснула меня в крепких объятиях и подарила нам обоим затяжной поцелуй:

— Не думайте о свете, милорд. Ничего он не значит. И про свиток клятый забудьте. Кайя излишне беспокоится…

— Наверное, ты права. Все проще. Как там один персонаж говорил, не помню откуда… Ты славная баба, я славный мужик, что еще надо? Или в нашем случае: ты славная кошка, я славный охотник.

— Истинно так, милорд!

— Ладно, я тоже рад бы с тобой пообниматься с утра, но опаздывать на собрание не стоит.

— Ня-уе… (блин…)

Завтрак проходил в атмосфере умеренного хаоса. Чашки снова громко спорили насчет того, какой сорт чая лучший. Пришлось немного поворчать и выдуть две чашки: зеленого и черного чая. В конце трапезы Сидзука неожиданно выдала:

— Юто, возьми меня с собой!

— Но Тсучимикадо писали только об одном аякаси.

— Пожалуйста-нано! Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!

— Моя лоли, глаза кота из «Шрека» тебе не помогут. У меня к ним иммунитет. Зачем тебе на собрание?

— Я никогда не была на собраниях охотников! Мне интересно, нано!

— Ня-я! (нет!) Тоже не бывала я на собраниях ни разу! — вмешалась Химари.

— Как бы, Химари — Багровый клинок Ноихары, да и сильнее тебя, моя лоли, — разумно высказал я.

— Это недостоверная информация! Я умею лечить людей, а кошка — только калечить. К тому же, где тебе назначили встречу?

— В порту Такамии… Думаешь, собрание будет проходить на корабле?

— Все может быть. Рядом с водой я точно буду сильнее бакаяро-нэко.

— Сама ты бакаяро — идиотка, гадина ползучая! — взъярилась Химари.

— Юто, подумай. Генноске ведь не брал с собой никого из вассалов на собрания. Да и Джингуджи обмолвилась, что никогда духов не бывало там. А тут вдруг тебе разрешают привести духа, нарушают свои же традиции.

— И что? Думаешь, им нужна Химари? Зачем?

— Не знаю, нано.

— Как-то это все притянуто за уши…

— Не возьмешь меня с собой, мои духи не будут работать!

— Химари, ты ведь не обидишься? — спросил я.

— Милорд?! — заволновалась бакэнэко, но быстро остыла. — Хорошо. Не думаю, что среди экзорцистов вам грозит опасность. Мизучи, защищай милорда!

— Так и собиралась поступить, нано.

— Ладно. Моя лоли, надеюсь, ты будешь вести себя прилично на собрании, как и подобает вассалу великого клана Амакава? Это важное мероприятие, на котором будут весьма влиятельные люди.

— Я подумаю.

— Что?! Давай без твоих обычных приколов, идет?

— Я никогда не прикалываюсь. Нано.

— Хотя бы пообещай, что не превратишь совет кланов в цирк!

— Конечно, Юто! Разве я похожа на клоуна?

Я с подозрением посмотрел в честное и ангельски невинное лицо Сидзуки и тихо вздохнул. Похоже, не дано мне стать продолжателем семейного имиджа суровых бескомпромиссных экзорцистов. Раз уж пошла такая пьянка, я решительно захватил с собой Ди-ниджу. Думаю, из-за слабого духа плеера организаторы возмущаться не будут. А для меня это станет небольшим поводом показать собственную значимость и способность идти против установленных правил. Пускай и очень незначительная деталь. Поколебавшись, я все-таки выбрал темно-коричневый костюм, который понравился Химари. Во внутренние карманы распихал два оставшихся барьерных артефакта Тсучимикадо и парочку светлых «подчинений». Белая рубашка, черные ботинки, портфель с некоторыми документами, красивые черные ножны на поясе с испытанным в боях Хаганэ, элегантный костюм, ровная модная стрижка. Красавчик, одним словом. Надо же, совсем привык к своей новой внешности.

Из дома я выходил под песню, любезно поставленную Ди-ниджу:

— «I'm too sexy for my shirt too sexy for my shirt

So sexy it hurts

And I'm too sexy for Milan too sexy for Milan

New York and Japan…»

Сидзука надела красивое платье небесно-голубого цвета и повязала в волосах красную ленточку. Наверное, со стороны мы смотрелись как брат и младшая сестра.

— Ваше величество, к вам с визитом Шигеру Тсучимикадо. Пропустить?

— Да. Вызовите наверх дополнительную охрану.

— Слушаюсь.

Подобного разговора император Рюноске Токунагато ожидал, хотя и не так скоро. Вполне вероятно, что среди ближнего окружения есть крот, который передает информацию на сторону. Но ставки уже сделаны, поздно давать задний ход. Эх, дядя, почему ты так и не оставил наследников?!

Через довольно продолжительное время в дверь постучались и, дождавшись разрешения, прошли внутрь. Глава первого великого клана экзорцистов все еще оставался прикованным к инвалидной коляске, несмотря на не такой уж преклонный возраст, немногим переваливший за полвека. Ему помогал единственный личный телохранитель. Император позволил себе чуть-чуть расслабиться.

— Рюноске-кун, давно не виделись. Как мама Кэтрин?

— Ей сделали операцию. Прогнозы стабильные. А как успехи вашего сына в Оммедзи Гакуэн?

— Один из лучших на потоке, — усмехнулся мужчина.

— Выпьете что-нибудь?

— Не-е, мой лечащий врач ничего не разрешает. Такой зануда.

Шигеру Тсучимикадо подъехал на своей коляске ближе к столу. Мужчина с щетиной и коротко остриженными седыми волосами в простом синем кимоно. Но эта самая простота скрывала под собой не один десяток лучших клановых печатей.

— Что за дело вас привело ко мне, дядя Шигеру-сан?

— Поправки к указу Шимомино 1875 года. Почему ты не посоветовался с кланами, прежде чем принимать решение?

— Я посчитал, что подобная мелочь не стоит вашего внимания.

— Зря. Ограничение на аякаси действовало не просто так, ты должен понимать это.

— Конечно. Оно серьезно сдерживало развитие шестого великого клана охотников на аякаси. Именно поэтому мной и было принято решение смягчить условия.

Глава Тсучимикадо нахмурился:

— Похоже, юный Амакава смог произвести на тебя впечатление, Рюноске-кун. Известно ли тебе, как к нему попали сокровища Сенджу?

— Не беспокойтесь об этом.

— Вот оно как. Значит слухи не врали. Без вашей помощи здесь не обошлось. Уж слишком удобный политический момент был для смерти принцессы.

— Всего лишь совпадение. Оставим дела прошлого. Очевидно, что указ давно устарел. Потребности клана Амакава, которые являются одними из сильнейших экзорцистов Японии, привели к неизбежному увеличению квот на аякаси.

— Ты еще молод и неопытен. Неужели тебе неизвестна история клана Амакава?

— Это всего лишь глупые легенды и суеверия.

— Невежественный мальчишка!

— Тсучимикадо-сан, только из уважения к вашему возрасту и статусу…

Император незаметно вытянул руку под столом, готовый в любой момент нажать тревожную кнопку, активирующую полный спектр защитных заклинаний и вызывающий охрану, которая дежурила в смежных помещениях.

— Попомни мои слова, Рюноске. Это решение тебе еще аукнется.

Шигеру махнул рукой, и его помощник развернул коляску, покатив главу первого клана экзорцистов к выходу. Император Токунагато убрал руку и грустно вздохнул.

На пирсе 32-B такамийской гавани для частных судов ожидал белый вместительный катер. Кроме водителя плавательного средства из обслуживающего персонала нас ожидало двое членов клана Тсучимикадо: молодая девушка и мужчина чуть постарше в деловых костюмах темных тонов. Дама, что любопытно, также ходила в брюках. Юбка — не самая удобная вещь для морской прогулки, наверное.

— Амакава-сан, приветствуем вас от лица клана, — учтиво поклонилась девушка. — Меня зовут Маки Тсучимикадо, а это мой напарник Шидо Тсучимикадо, — мужчина кивнул мне. — Мы из главной ветви. Прошу, не стесняйтесь обращаться к нам по именам.

— Хорошо. Тогда и вы тоже называйте меня Юто-сан.

— Благодарю, Юто-сан. Мы с Шидо будем сопровождать вас на совет кланов и обеспечивать вашу безопасность.

— Да, позвольте представить вам. Это Сидзука, мизучи, моя лоли.

— Ура, братик Юто! Мы едем на море! — прижалась ко мне девочка.

— Братик? — еле слышно пробормотала Маки-сан.

— Только большая просьба. Пусть ваша аякаси держится подальше, — обронил мужчина.

— Раз так боитесь, вам стоит остаться на берегу, дяденька. Океан поглотит ваше тело, никто и не заметит.

Шидо-сан недовольно поморщился:

— Давайте не будем портить отношения. Наша работа — доставить вас на совет и обратно.

— Делайте свою работу, нано. Я не буду вам мешать.

— Юто-сан, а ваши артефакты… — протянула девушка.

— Вы мне не доверяете?

— Конечно доверяем. Прошу, проходите на борт.

Что мы и поспешили сделать. Круто, ничего не скажешь. За обе свои жизни мне ни разу не довелось прокатиться на водном транспорте. Самолетами летал, поездами путешествовал, на карте даже гонял, но на корабле ни разу не плавал. Разве что «на мизучи» несколько дней назад. Или правильно говорить «ходил»? Воздух наполнился мелкими солоноватыми брызгами, тело вдавило в сиденье и слегка подбрасывало на волнах. Никто особо не рвался вести беседы и нарушать мерный шум мотора и плеск воды. Мы держали путь на юг в сторону Токио, постепенно отдаляясь от побережья. Я с любопытством глазел на переливающуюся воду, пытаясь рассмотреть кого-нибудь в темно-синей морской пучине. Бок мне холодила Сидзука, крепко прижавшись. Ди-ниджу ставил нам известные танцевальные хиты, иногда перемежая роком. По поводу аякаси плеера, спрятанного в черном кейсе, никто не задавал вопросов. Ди-ниджу хорошо умел скрывать свою ауру. Все-таки, классная жизнь мне выпала. Мог бы я раньше вот так обыденно прокатиться на дорогом катере? Надо бы постараться пожить подольше.

Где-то через час Сидзука резко отпрянула от меня и вгляделась куда-то в левую сторону по ходу движения.

— Что такое, моя лоли?

— Аякаси, пока далеко.

— Юто-сан, мы сможем защитить вас, если потребуется, — уверила меня Маки-сан.

— Тогда я спокоен, — улыбнулся я.

Симпатичная экзорцистка из Тсучимикадо вызывала только положительные эмоции, в отличие от ее спутника.

— Я поговорю, — высказалась Сидзука и сиганула в воду.

— Человек за бортом! — среагировал водитель.

— За бортом нет людей, не притормаживай, — выдал Шидо-сан.

Я обеспокоенно вслушался в свет, отслеживая местоположение мизучи. Обнаружил ауру преследователя только через минуту. Именно преследователя — аякаси целенаправленно двигался наперерез нашему катеру. Вскоре Сидзука встретилась с ним и на некоторое время их движение замедлилось. А потом грянули мощные волны магической энергии. В стороне из воды вырвался высокий фонтан, словно от разорвавшейся бомбы. Меня частично ослепило в плане магического зрения — слишком сильно я всматривался в далекие ауры. Беспокоился за Сидзуку зря — вскоре я почувствовал знакомые эманации. Мизучи возвращалась к катеру, а по пятам ее преследовал чужой аякаси. Тсучимикадовцы также почуяли слежку и изготовились применить свои печати. Водитель, без слов поняв, что запахло жареным, втопил на полную. Однако водные духи догоняли наш кораблик.

— Не вздумайте попасть по моему вассалу! — рявкнул я.

— Они слишком близко! — нахмурился Шидо-сан.

— Вы справитесь.

Я крепче схватился за поручень и приготовился к тряске. Шидо и Маки выждали подходящий момент и синхронно запустили по бумажной печати с витиеватой вязью иероглифов. Между нами и преследователем вырос огромный плоский барьер. Сидзука успела проскочить, а вот другой аякаси с ходу врезался в преграду. Барьер покачнулся и пошел волнами. А через мгновение на поверхность вынырнул сам аякаси, явив нам свой нечеловеческий облик. Если описать его проще, то походил на огромного водного элементаля с жутковатым лицом и длинными руками-щупальцами. Скорее всего, это и есть умибозу, высший морской аякаси, про которого рассказывала мизучи. Барьер протянулся на приличное расстояние, но умибозу не стал ломиться напролом и тратить силы, а поплыл в обход.

Сидзука выпрыгнула из воды, обдав нас небольшим сонмом брызг.

— Ты как?

— Прости, Юто, этот умибозу мне не по силам. Но кошка бы тоже не справилась!

— Как он почуял меня с такого расстояния? Я ведь старался скрывать ауру.

— Он сам слабо фонил остатками света. Я узнала его, — мизучи взглянула на наших сопровождающих, намекая на лишние уши. — Этот умибозу был когда-то вассалом Амакава.

Значит, именно он потопил судно, на котором путешествовала принцесса Сенджу. Неужели он все это время дежурил неподалеку от Такамии? Или его навел на меня мизучи рыбы-молота?

— Морской кнут Ноихары, — неожиданно бросил Шидо. — Я думал, что его уничтожили в конце второй мировой войны.

Умибозу постепенно догонял нас, и охотники снова применили сдвоенный барьер, но на этот раз аякаси смог протаранить ограду, вызвав многометровую волну. Маки и Шидо спешно набросали печатей, когда Морской кнут находился уже в опасной близости от катера. Монстр бессильно ткнулся в защиту Тсучимикадо, после чего поплыл вокруг.

— Как вы, справитесь? — уточнил я.

— Да, Юто-сан, — молвила Маки-сан. — Через пятнадцать минут к нам подоспеет подмога с острова. На Тсучидзима дежурит команда, специализирующаяся на уничтожении водных аякаси.

А надо ли его уничтожать? Может, мне удастся взять морского духа под контроль? Ну и что, что ни разу не пробовал. Магия света вообще интуитивно понятна. Раз уж я без подробных инструкций научился скрывать и обнаруживать ауру, усиливать свое тело, ставить покров света, щит света, атаковать волной света и концентрировать узкий пучок через оружие. Смогу и разобраться с разумом аякаси, как мои предки ранее.

— Маки-сан, ваши коллеги могут загнать его в барьер? Я попытаюсь образумить Морского кнута Ноихары.

— Это слишком опасно! — резко ответил Шидо. — Мы не можем так рисковать.

— Это наш вассал!

— Ваш вассал нападает на нас! Раз вы его не контролируете, он должен быть уничтожен! Со всеми претензиями к главе клана.

— Я понял. Ксо.

Через несколько минут мимо пронесся большой катер военного образца, где я почувствовал несколько сильных аур. Позади нас началось магическое сражение, в отголосках которого было уже сложно разобраться из-за расстояния.

— Жаль… — протянул я.

— Юто, у тебя есть я…

— Конечно, моя лоли. Ты у нас вне конкуренции.

— Нано… — Сидзука полезла обниматься.

— Блин, ты вся сырая…

— Теперь ты тоже.

Платье мизучи просвечивало, словно было сделано из бумаги. Сопровождающие то и дело косили глаза на нас с любопытством, но видимо воспитание не позволило расспрашивать. Я поинтересовался, известны ли им другие вассалы Амакава, но Шидо вспомнил только воздушного аякаси «Голубая сеть», который по официальным данным также сгинул в конце войны. Занятная традиция — придумывать прозвища для аякаси. Или это вроде переходящего титула? Сидзука наотрез отказалась отзываться на Морской кнут и ничего кроме «Моя лоли» или «Моя богиня» не принимала.

Глава 7

Вокруг острова Тсучидзима расстилался огромный барьер, через который я видел с трудом. А обыватели так наверняка бы ничего не заметили. Как коротко пояснила Маки-сан, этого острова нет на обычных картах. Только высокопоставленные военные и экзорцисты знают о существовании тайного убежища первого клана. Перед сходом на пристань Сидзука милостиво высушила меня. Нас встречало несколько военных с автоматами, еще группа охотников, один из которых вежливо взирал на нас из-под узких очков.

— Юто-кун, рад, что ты добрался невредимым, — произнес молодой темноволосый парень высокого роста.

Неясный образ всплыл из полузабытой памяти. Вроде бы мы с ним некоторое время тренировались экзорцизму вместе. Или скорее это он меня обучал.

— Айджи… сэмпай?

— Верно. Ты решил не брать с собой Багровый клинок?

— Она вам нужна была?

— Не то, чтобы нужна. Просто мы хотели показать тебе истинную натуру аякаси, чтобы ты не заблуждался на их счет. Недалек тот день, когда тебе придется убить ее.

— Что?!

— Я думал, ты в курсе… Рано или поздно магия, что сдерживает разум бакэнэко, не выдерживает, и они сходят с ума.

— Это правда, Юто. Бакэнэко не живут долго, — грустно подтвердила Сидзука.

— И как ей помочь? Ведь должен быть способ?

— Может быть, ты сможешь отыскать его, Юто-кун, но мне он неизвестен, — поправил свои очки Тсучимикадо-младший. — Пойдем, совет почти в сборе.

Мы прошли по вымощенной красной плиткой дорожке через ухоженные заросли кустарников и деревьев, и достигли большого поместья в старой японской стилистике. Кроме нескольких кораблей на пристани, здесь имелась большая вертолетная площадка, сейчас заставленная разнообразными моделями винтокрылой техники. Я в курсе был, что штаб-квартира Тсучимикадо находится где-то в Токио, но даже это отдаленное убежище поражало воображение своим размахом. Все было раза в два больше и выше, чем в Ноихаре. Первый клан явно умел пускать пыль в глаза.

Маки и Шидо остались снаружи. Мы прошли мимо охраны через светлое помещение и сразу оказались в большом зале с установленным по центру широким круглым столом, за которым уже восседало несколько человек. Часть сопровождающих стояли неподалеку возле кресел глав своих кланов. Или не глав? Я с подозрением обвел присутствующих взглядом.

— Господа, прибыл Амакава Юто-сан из шестого клана Амакава, — представил меня Айджи.

— Ку-хии! — раздался хорошо знакомый смешок. — Что, Юто, размышляешь, не попал ли на детский утренник?

— Есть такие мысли, Хитсуги.

— Считай это молодежной версией совета кланов.

— А почему взрослых так мало?

— Не любит старичье клановые посиделки. Только бабушка Акено никогда не пропускает.

— Кхех, вы напоминаете моих внуков, — произнесла с улыбкой благообразная старушка в немного странных буддийских одеяниях.

— Бабушка Акено без ума от своих внуков, ку-хи-хи!

— Юто-кун, ты похож на моего Барату, только постарше, и волосы светлее…

— Райто-доно, позвольте мы хотя бы представим присутствующих? — взял слово наследник первого клана.

— Конечно, Айджи-кун, не буду мешать. Вот мой Барата скорее на тебя похож…

— Мы уже сотню раз слышали об этом, Райто-доно. Коллеги, прошу, представьтесь поочередно. Я — Айджи Тсучимикадо, из-за болезни отца временно исполняю обязанности главы первого клана.

— Воспаление лени у него… — заметила Якоин.

— Что ж. Мое имя Акенокоджи Райто, вот уже три десятка лет я возглавляю второй великий клан экзорцистов, — произнесла пожилая женщина. — Но ты можешь обращаться ко мне бабушка Акено, Юто-кун.

— Приятно познакомиться, бабушка Акено, — вежливо поклонился я.

Следующей поднялась со своего места красивая молодая брюнетка в ритуальном костюме храмовой жрицы, мико. Белый просторный верх и широкая красная юбка. Кагамимори, очевидно. Правый глаз — обычный голубой, а левый походил на око Саурона — горящее желтое пламя и черный вертикальный зрачок. Позади нее в позе до-геза, подогнув ноги под себя и полуприкрыв глаза, сидела еще одна мико, с более короткими черными волосами, примерно моего возраста.

— Касури Кагамимори, глава третьего клана. Это моя младшая сестра Хисузу Кагамимори.

— Рад встрече. А это правда, что у вас все мико… ну…

— Невинны? Правда. Если вас интересуют подробности, Амакава-доно, то в двадцать пять нам разрешается прекращать блюсти целибат. Но и пользоваться родовой магией мы уже не можем.

— Бедная жрица, нано, — протянула Сидзука слезливым тоном.

— Мы не нуждаемся в твоем сочувствии, е-кай! — прошипела сестра главы, Хисузу.

— Мда. Если бы мне поставили такое условие, чтобы пользоваться магией, уже завтра на одного охотника света стало меньше, — заметил я.

— Якшающиеся с аякаси, вы недостойны даже пряди волос моей сестры! — разозлилась младшая.

— Хисузу, успокойся! Ты выставляешь клан Кагамимори в неугодном свете.

— Да, сестра.

— Амакава-доно, наш клан выступил инициатором приглашения аякаси вместе с вами. Мы намеревались проверить Багровый клинок Ноихары, узнать насколько далеко зашло кошачье безумие. В прошлом бывали случаи, когда бакэнэко Амакава выходили из-под контроля, и нашему клану приходилось помогать усмирять их. Очень жаль, что вы выбрали другого сопровождающего…

— Мы проследим, чтобы подобного не случилось, Кагамимори-доно.

— Будем надеяться, — кивнула Касури и присела обратно.

— Нобуна опять не явились? — вяло произнесла Куэс. К слову, Джингуджи-младшая сидела с недовольным выражением лица. Все ли гладко прошло у нее с матерью? И отчего сама Мерухи не пришла? Действительно, детский утренник. Не так уж нелепо я смотрюсь на этом собрании со своими шестнадцатью годками.

— Ошибаешься, Куэс-кун. Присмотрись к потолку, — проговорил Айджи Тсучимикадо.

— Ксо! Очкарик, заметил меня.

Сверху слабо потянуло магией и под потолочной балкой вдруг из ниоткуда появилась темная фигура, с головы до пят задрапированная в странный черный костюм шиноби. Гость прекратил держаться за опору и быстро спланировал вниз на свободное кресло.

— Ога Нобуна, младший наследник четвертого великого клана, — представился худой паренек лет четырнадцати с коротким ежиком темных волос.

— Ога-кун, почему твоей отец не пришел?

— Он в Австралии.

— Короче, ему тоже влом, — сдала с потрохами Хитсуги. — Ку-хи-хи!

— Юто! Я рад, что ты не носишь очки! — по-дружески обратился Нобуна. — И не смеешься этим противным смехом, как Якоин. Мы поладим!

— Да, я тоже рад…

— Каннаги опаздывают, просили начинать без них. Глава клана Таннадзаки отправился с визитом в Тайвань, вместо него союзный клан Шикимомуро, — показал на охотника Тсучимикадо.

За тем местом, куда указал Айджи, сидела жутчайшая помесь назгула с дементором. Объемная серая хламида с капюшоном, вместо лица клубящаяся тьма, хотя в зале вполне светло. От гостя веяло могильным холодом, смертью и безысходностью. Да некоторые аякаси пугают меньше, чем этот экзорцист!

— Шикимомуро Нэо, восьмой клан… — прохрипело чудовище.

Нео, ты не ту таблетку съел! Этот мрачный тип насколько внушает ужас и трепет, настолько и хочется его подколоть. Наверное, это что-то вроде защитной реакции организма на страх.

— Да-да, а это я, единственная и неповторимая Якоин Хитсуги, из всеми любимого девятого клана! — вскочила несносная девчонка. — Пускай эта любовь и возникла благодаря тщательно собираемым фото и видео-материалам. Ку-хи-хи!

— И на меня есть? — полюбопытствовал я.

— Конечно! Показать, как вы с Багровым клинком «тренируетесь» в парке возле пруда? Очень жаркий спарринг, у-ф-ф, — Хитсуги принялась обмахиваться своим смартфоном, словно держит действительно что-то горячее. — Хисузу, тебе еще рано на такое смотреть!

— Не выдумывай, вредина! — нахмурилась сестра Кагамимори.

— Ку-хи-хи! О таком способе использования языка ты даже и не подозревала, невинная мико-тян!

— Якоин-доно, спасибо, давайте лучше сменим тему, — кашлянул я.

— Юто не слушай ее. Очевидно, девочка страдает от недостатка внимания, — утешила меня Сидзука.

— Ты права. Ее хобби, работа служанкой в мэйд-кафе, отчасти подтверждает твой диагноз, — подтвердил я.

Хисузу и незнакомая мне маленькая девочка хихикнули.

— Нарываешься, Амакава? Не твой ли клан уже превысил квоту по аякаси?

— Не может быть?! — воскликнул я пораженно. — Якоин, да и не в курсе?!

— О чем ты говоришь, Юто-кун? — спросил Айджи.

— Ну как же, император Токунагато уже готовит поправки к этому замшелому закону.

Судя по воцарившейся тишине, известие действительно стало неожиданностью. Хитсуги кусала ногти в раздражении из-за своей промашки. Похоже, не ожидала, что Рюноске пойдет мне навстречу. Айджи задумался. На некоторое время за столом повисло молчание, которое первым нарушил молодой блондин в монашеской рясе:

— Киюн Такехиро, десятый клан экзорцистов. Приятно познакомиться, Амакава-сан.

— Взаимно, Киюн-доно.

— Моя очередь, да? — подняла руку девочка лет десяти, словно на занятиях в школе. Выглядела юная охотница весьма примечательно: открытый детский топ и короткие шорты, растрепанные коричневые волосы, красные глаза и, конечно же, сразу привлекающие внимание миленькие мохнатые округлые медвежьи уши на макушке.

— Она опасна, — шепнула Сидзука, с подозрением косясь на девочку. Бьюсь об заклад, мизучи не имела в виду ее силы экзорциста.

— Давай не тяни, — обронила Куэс.

— Да! Я — Кибаджуба Кумико! Я учусь в четвертом классе младшей школы. Я еще очень неопытна, но, надеюсь, мы с вами поладим!

— Очень опасна, — прошипела мизучи рядом.

— Рад познакомиться, Кибаджуба-доно, — улыбнулся я.

— Доно?! — прижала руки к щекам представительница одиннадцатого клана в изумлении.

— Что за ясельная группа? — вопросила молодая Джингуджи. — Я Джингуджи Куэс, двенадцатый клан. Давайте уже закончим и перейдем к делам. В связи с моим досрочным окончанием LAMA, Джингуджи требуют пересмотра их места в рейтинге великих кланов.

— Куэс-кун, этот вопрос мы выставим на повестку следующего собрания экзорцистов. Имей терпение, — сходу отшил Айджи-сэмпай. Джингуджи фыркнула. — Засим объявляю совет кланов экзорцистов открытым. Сегодня мы обсудим несколько вопросов, первоочередной из которых — это признание клана Амакава великим. Согласно отчетам четвертого отдела общественной безопасности Амакава-доно и его е-кай за последние две недели успели упокоить троих высших аякаси. Есть кому что добавить? Нет? Тогда голосуем!

Все проголосовали за, кроме воздержавшейся Кумико Кибаджуба. Девочка смущенно заметила, что мама ей наказала не голосовать, если не уверена.

— Что ж, поздравляю, Амакава-доно, с возвращением в ряды экзорцистов после забвения. За шестыми остается неформально закреплена территория из Такамии, Ноихары и ближайшие округа префектуры Мияги. В твои обязанности входит защита этих земель от нападений враждебных духов среднего ранга и выше в сотрудничестве с четвертым отделом. Шесть лет — долгий срок, и первому клану хотелось бы возобновить обмен артефактами, но конечно, тебя никто не торопит. Уверен, сейчас у тебя масса других неотложных дел. Финансовую сторону взаимоотношений между нашими кланами с твоего позволения обсудим после совета.

Я кивнул.

— Второй клан привык за это время полагаться на свои артефакты. Но если Юто-кун снизит цену, то мы готовы рассмотреть предложения, — сказала бабушка Акенокоджи Райто.

— Амулеты «Вечный ужас», неплохо бы получить, — ледяным тоном выплюнул жуткий тип в плаще из клана Шикимомуро.

— Понял. Постараюсь поскорее набраться опыта в родовом ремесле, — вежливо произнес я.

— Тогда перейдем к следующему вопросу, — Айджи поправил очки и взглянул в бумаги на столе. — Пятого июля вышло постановление от министра обороны о дальнейшем развертывании сети магических датчиков в крупнейших городах Японии. На данный момент подобная система действует лишь в Токио и Саппоро, где поддержание работоспособности обеспечивается первым и вторым кланом соответственно. Единственные кланы, кто магически совместимы с системой и достаточно многочисленны, это Нобуна, Каннаги и Таннадзаки. Что вы можете сказать?

— Отец против датчиков. Слишком много сил придется распылять. Необходимо сделать систему более автономной и менее затратной, — весьма разумно ответил юный Ога Нобуна.

— Вы же знаете, что над ее усовершенствованием каждый день трудятся лучшие специалисты.

Наследник четвертого клана пожал плечами:

— Я согласен с отцом. У нас не так много охотников, как у первого клана.

Вялотекущее обсуждение системы датчиков продолжилось и с Шикимомуро, представляющего Таннадзаки. От клана Каннаги так до сих пор никого и не явилось. Во время дискуссии Айджи отвлекли, он коротко переговорил с охраной, после чего огорчил меня известием, что преследовавшего нас умибозу удалось полностью нейтрализовать.

— Хорошо, остановимся пока на Иокогаме с обеспечением от клана Каннаги. Я направлю главе пятого клана письмо. Итак, третий вопрос — появление потенциально великого аякаси-каннибала на севере острова Хонсю. Касури, тебе слово.

— Спасибо, Айджи. По пока неподтвержденной информации мы имеем дело с девятихвостой кицуне совместно с они, демоном, владеющим стихией воздуха. Велика вероятность, что это возродившиеся Тамамо но Маэ и Шутен Доджи. И… я бы попросила твою аякаси выйти, Амакава-доно. Не то, чтобы я не доверяла твоей способности контролировать е-кай, подобное обсуждение не для их ушей… или чем она там слушает.

Я почувствовал, как Сидзука рядом напряглась, но на защиту встал Айджи-сэмпай:

— Не стоит быть столь категоричной, Касури. Возможно, не всем присутствующим известно, но именно Амакава издавна занимались проблемой кицунэ. Бакэнэко были выбраны в качестве вассалов из-за своей эффективности в сражениях с девятихвостыми. Вполне вероятно, что данная мизучи будет участвовать в операции по ликвидации.

— Что? Вы предлагаете мне воевать с этой Тамамо но Маэ? — спросил я обескураженно.

— Как я только что сказал, твой клан специализировался на кицунэ. К тому же это будет отличной проверкой ваших способностей. Как мы видим, ты принял в клан новых вассалов. Так ли они эффективны против аякаси? Не лучше ли присматривать за меньшим количеством е-кай, но зато более сильными?

Все это звучало крайне странно. Будто солдата-новобранца отправляют сразу на передовую… Ну, зачастую так и поступают, некорректное сравнение. Будто парня, который только две недели тягает штангу, отправляют на мировой чемпионат по тяжелой атлетике. Но в целом, я уверен в своих силах. Возможно даже слишком уверен… Тем не менее, это отличный шанс выторговать себе несколько ценных плюшек.

— Наша политика не противоречит законам империи. Что касается кицунэ, то клан Амакава позаботится о ней, если будут выполнены некоторые условия. Во-первых, помощь других кланов.

— Разумеется, Юто-кун. Я отправлю лучших специалистов, — молвил Айджи.

— Во-вторых, я хочу получить школьный аттестат и диплом о высшем образовании. Не токийского, но хотя бы такамийского университета. Еще водительские права.

— Насчет прав — обратись к четвертому отделу. После обязательного обучения тебе их дадут. С аттестатом и дипломом вопрос посложнее, но вполне решаемый.

— Отлично. Также мне нужны полноценные удостоверения личности для моих аякаси.

— Исключено. Аякаси не могут стать членами человеческого общества.

— Э-эм, совсем никак?

— Этот пункт невыполним, — отрезал наследник Тсучимикадо.

— Тогда и разбирайтесь с кицунэ сами. Не вижу причин рисковать своими вассалами и собой, — откинулся я в кресле.

— Ку-хи-хи! — вставила ценное замечание Хитсуги.

Айджи неспешно снял очки, потер переносицу, и надел их обратно.

— Юто-кун, пойдем прогуляемся.

— Как скажешь.

— Господа, прошу прощения, мы оставим вас ненадолго. Можете пока нарушать протокол и болтать о личных делах, как вы любите делать. Мизучи-сан, прошу, обождите своего главу в доме.

— Братик Юто, будь осторожен, нано, — прижалась Сидзука. — Если этот четырехглазый грубиян станет приставать, не соглашайся на роль пассива!

— Гм, хорошо, — буркнул я.

Айджи вздохнул, Хисузу что-то недовольно пробормотала, а Кумико робко поинтересовалась:

— А кто такой пассив?

Мы с Тсучимикадо направились на выход, но я успел услышать ответ мизучи:

— Проигравший борьбу.

— Я ей щас врежу! Этой мерзкой…

— Хисузу, остынь! — резко сказала Кагамимори-старшая, и ее сестра замолчала.

— Мико-тян, ты проиграла борьбу! — раздался ехидный голос Сидзуки на грани моей слышимости.

Интересно, уцелеет ли здание к нашему возвращению? Айджи повел меня куда-то вглубь острова, и через десяток минут мы вышли к большой бухте с песчаным пляжем. Виднелся полусгнивший деревянный остов в воде, когда-то являвшийся пирсом, по-видимому. А в отдалении я заметил здоровые каменные развалины со следами взрывов и бомбежок.

— Что это там?

— Остатки нашего старого убежища на Тсучидзима, что было разрушено американцами в 45 году. В то время здесь развернулось настоящее ожесточенное сражение между войсками союзников и защищавшими остров частями. Здесь в песке лежат кости Тсучимикадо в том числе. Война унесла жизни многих людей, разрушила множество городов. Разумеется, битвы происходили и на магическом фронте. США, как и многое другое, колдовскую науку импортировала из Европы и переиначила на свой лад. Здесь столкнулись не только простые военные, но и кланы охотников. Только на этот раз охотились они не на аякаси, а на себе подобных. Это черная страница в человеческой истории. Словно мировое помешательство овладело умами миллионов и заставило сталкивать лбами целые народы. Э-э, Юто, что ты делаешь?

— Копаю.

— Я это вижу. Позволь поинтересоваться, зачем ты копаешь яму на пляже?

— В детстве не наигрался… О, похоже нашел! Да уж, если бы мне только показалось, я бы выглядел крайне глупо.

Я вытащил из песка старую грязную почерневшую солдатскую каску японского образца со звездой. Выглядела целой. Очень слабо чувствовалась в магическом плане. В хозяйстве все пригодится!

— Гхм, так о чем я говорил? В 45 в Японию пришла война и унесла жизни многих людей. Моего прадеда Тетсуо Тсучимикадо, как и твоего прадеда, Генджи Амакава. Его ручные аякаси наводили страх на весь американский тихоокеанский флот. Это были великие люди, для которых желание служить родине стояло не на последнем месте, — Ди-ниджу на поясе тихо заиграл национальный японский гимн, отлично прочувствовав атмосферу. — Мы с тобой выросли не в таких суровых условиях, но никогда не должны забывать о том, что кланы служат Японии, а не наоборот. Экзорцисты уничтожают аякаси, в этом наше призвание. Не думай, что мы бросим тебя против кицунэ в одиночку, Юто-кун. Но ты обязан внести существенный вклад в победу против лисьего аякаси…

Неожиданно зазвонил мой телефон мелодией из «Охотников на привидений», сбив весь пафосный настрой. Похоже, на острове была собственная вышка сотовой связи.

— Прости Айджи-сэмпай. Амакава слушает, — поднял я трубку.

— Амакава-кун, привет, это староста…

— А, Шимомуро! — радостно воскликнул я. — Спасибо большое, ты спасла меня от пространного монолога о долге и патриотизме!

— Я тебя слышу вообще-то, — заметил Айджи нерадостно.

— Прости, если помешала, — продолжила Ю. — Ты сейчас дома? Не мог бы заглянуть к Кузаки?

— Нет, я далеко от дома. А что с Ринко?

— Мне позвонили из клуба кендо. Она сегодня пропустила важную тренировку, никому ничего не сообщила, на звонки не отвечает. Я хотела сначала дозвониться ее родителям, но потом вспомнила, что ты живешь по соседству. Ладно, извини, что отвлекаю…

— Ничего страшного. Я пошлю кого-нибудь к ней домой на всякий случай. Мало ли что могло произойти.

— Спасибо, Амакава-кун! Увидимся!

— Пока, староста.

Попросив молодого Тсучимикадо обождать, я связался с Химари, которая долго не отвечала, но очень бурно отреагировала… «Вы позвонили мне, милорд!!! Первый раз! Вельми рада я!!! Простите, еще не уразумела, как отвечать на вызов. В ентом смартфоне надо пальцем водить…». Я попросил кошку отправиться самой или послать Гинко в Такамию и уточнить, все ли в порядке с моей подругой детства. Химари обещала позаботиться о ней.

— Айджи-сэмпай, извини, что отвлекся от твоего весьма познавательного рассказа. Шестой клан не будет ввязываться в драку с кицунэ. Я еще не полностью освоил магию света, а моим аякаси далеко до былого величия. Если сравнивать с умибозу, Морским кнутом Ноихары.

— Одно твое участие уже серьезно поможет. Ты одолжишь свою бакэнэко?

— Нет, Айджи-сэмпай. Я согласен даже отказаться от шестого места, однако пока наш клан не готов к серьезным сражениям. Но, учитывая силу большой тройки, вам не должно составить труда справиться с аякаси самим. Пойдем, нас уже заждались, скорее всего. Кстати, что вообще дает место в рейтинге?

— Уровень налоговых послаблений.

— Теперь понятно, почему все так рвутся наверх. Меня еще один вопрос мучает. Тебе что, какой-нибудь магической операцией нельзя сделать хорошее зрение?

— У меня сносное зрение. Очки — это особый артефакт, позволяющий замечать спрятавшиеся объекты, в том числе аякаси.

— Круто! А я думал, под хипстера косишь. А через стену или одежду ими можно видеть?

— Коне… то есть нет.

— Хе-хе, значит можно? Дай мне посмотреть? Ты ведь не хочешь, чтобы Касури с Хисузу узнали об этой милой особенности?

— …Хорошо. Только будь с ними осторожен. Это ценный магический артефакт.

Глава 8

В зале собраний происходило какое-то непонятное действие. С участием Сидзуки, кто бы мог сомневаться. Акенокоджи Райто наблюдала за всем с добродушной улыбкой, Хитсуги и Куэс негромко что-то обсуждали, Хисузу и Касури сидели пунцовые, а по виду Оги Нобуна было похоже, что он готов оказаться где угодно, хоть в жерле вулкана, главное — подальше отсюда. Насколько я понял, между Сидзукой и Кумико происходило состязание на лучшую лоли. Тренировались они на Ога-кун, как самом неискушенном охотнике противоположного пола.

— …С-сестренка Сидзука, я не думаю, что нам надо показывать свои трусики. Не знаю, как у аякаси, а у людей это считается неприличным.

— Значит, ты признаешь свое поражение-с? — торжествующе прошипела мизучи.

— Да… — расстроенно протянула Кумико.

— Постойте. Разве не я судья в вашем споре? — очнулся Нобуна-кун. — Я считаю, что истинная лоли не должна показывать свое белье специально, только случайно. Поэтому лучшей лоли признается Кумико-тян!

— Ура! Спасибо, братик Ога! — младшая Кибаджуба прыгнула на шею наследнику четвертого клана, отчего тот смутился еще больше.

— Ар-э, похоже недалек тот день, когда одиннадцатые и четвертые породнятся, — протянула старушка.

— Бабушка Акено, хватит всякую чушь выдумывать! — принялся отнекиваться юный Нобуна.

Ко мне подошла недовольная Сидзука:

— Юто, я проиграла, нано. Теперь ты меня выгонишь из клана?

Пришлось успокаивать мизучи и наговорить кучу лестных слов.

— Простите за ожидание, — проговорил Айджи, усевшись. — К сожалению, шестой клан не собирается помогать нам в борьбе с кицунэ и они, поэтому нам придется взять их устранение на себя. Кагамимори-доно, Якоин-доно, сразу сообщайте о любой информации касательно местоположения данных аякаси.

— Есть, Айджи-сэмпай! — изобразила воинское приветствие Хитсуги.

— Хорошо, раз у нас еще осталось время, рассмотрим более мелкие вопросы…

Началось достаточно скучное обсуждение различных экономических нюансов жизни экзорцистов, обмена артефактами и выяснение некоторых случаев, когда подчиненные из разных кланов что-то не поделили друг с другом. Я вставил свои пять йен про клан Ходжо, но без доказательств все это оставалось голословными обвинениями. Потом быстро обговорил с Джингуджи и Тсучимикадо насчет моего кланового наследства. Оба экзорциста без особых проволочек согласились вернуть в мои руки управление дедушкиными предприятиями. По закону я еще не могу распоряжаться ими в полной мере. Продать, например. А управлять и получать дивиденды пока придется через компании первого и двенадцатого кланов.

Дальнейшие выступления слушать мне надоело, и я незаметно надел взятые в долг очки. Ничего особенного не показывало, а инструкцию у Тсучимикадо я не попросил. Магией шибать побоялся, еще сломаю ненароком. Однако через десяток секунд нащупал на дужке несколько выступов. Пощелкав, я смог смотреть недалеко через стены, словно рентгеновским зрением. После набрел на комбинацию, активирующую режим «ню». Это изобретение — действительно мечта любого извращенца. Нет, мечта любого мужика! Ну Айджи-сэмпай, ай да затейник! Главное — рожу кирпичом, никто ни о чем не должен догадаться. А Касури, хм-м, пожалуй имеет достоинства даже большие, чем у сумеречной луны. Хисузу на ее фоне смотрится бледно.

— Юто, почему ты покраснел? — спросила Сидзука рядом.

Внимание находящихся за столом тут же обратилось на меня.

— Что-то жарко стало. Выпью воды, — я потянулся за бутылкой и стаканом, кои были расставлены на столе.

Никогда еще Штирлиц не был так близок к провалу.

— С твоим кровяным давлением что-то странное. Я фиксирую приток крови к нижней части тела, — подметила Сидзука милым тоном и добавила после паузы. — Началось это после того, как ты надел очки и стал разглядывать девушек вокруг. Неужели они позволяют видеть людей голыми? Нано.

Ксо! Хреновый из меня конспиратор. Да и глава клана тоже, раз собственные вассалы предают.

— Амакава-доно! — негодующе проговорила Кагамимори-старшая.

— Не-ет! Он смотрел на меня! — Хисузу прикрылась руками.

Я быстро снял очки и протянул их владельцу:

— Айджи-сэмпай, простите, я здесь что-то случайно нажал. Не знал, что они так сработают.

Тсучимикадо раскрыл рот в изумлении, поражаясь моей наглости. Получи фашист гранату. А что? Как будто он сам ни разу не посматривал в них на собраниях.

— Ку-хи-хи! От тебя я такого не ожидала, Айджи-сэмпай. Если так хотел посмотреть на меня обнаженной, тебе стоило лишь намекнуть.

— Тсучимикадо-доно, что все это значит?! — вопросила Кагамимори.

Джингуджи лишь хмуро взирала на происходящее, а старушка Райто тихо хихикала.

— Эти очки — дорогостоящий клановый артефакт, что позволяет обнаруживать скрытых аякаси! — принялся отпираться молодой охотник. — Они гарантируют, что никакая тварь не проберется на совет экзорцистов и не подслушает! Клянусь, я ни разу не использовал режим «без одежды» на людях!

— Прошу, отдайте мне эти очки, Тсучимикадо-доно, — требовательно протянула руку девушка с глазом зверя.

Айджи повиновался, передав предмет.

— Третий клан позаботится о том, чтобы убрать из них все лишние функции… — с брезгливостью глядя на очки, произнесла Касури.

Словно мало досталось заместителю главы первого клана, неожиданно одна из дверей в зал резко отворилась, и в помещение шустро вкатил седой мужчина в однотонном синем кимоно в инвалидном кресле.

— Айджи, смотри, что я для тебя нашел… — произнес тот, размахивая в одной руке журналом с обнаженными девушками на обложке. — Упс. Вы уже начали собрание? Какая досада.

— Отец! Ты же говорил, что не появишься на совете?! — с трудом сдерживаясь, гневно сказал Тсучимикадо-младший.

Значит, это и есть Шигеру Тсучимикадо, весьма влиятельный гражданин Японской империи. Выглядит достаточно бодро для того, кто пропускает совет по причине болезни.

— Решил заскочить, посмотреть на подросшего наследника шестых. Заодно и тебе журнальчик занести.

— Отец Шигеру, меня не интересует подобная литература!

— Вот всегда ты так, Айджи. Я ведь беспокоюсь. Амакава-кун, как совершеннолетний по клановым меркам мужчина, скажи, тебе тоже не по нраву?

— Гхм, я стараюсь обходить такие вещи стороной, Шигеру-доно, — произнес я. — А вообще, в современном мире глянцевые журналы уже не модны. Сейчас все доступно в интернете. Поэтому не стоит беспокоиться. Наверняка ваш сын часто проводит время за компьютером…

— Верно-верно, — просиял глава клана. — Постоянно за ноутбуком сидит или в планшет пялится. Вот как. Совсем я отстал от жизни. Спасибо, ты успокоил меня, Амакава-кун. Во время моей молодости подобные вещи пользовались большой популярностью, поэтому я сильно переживал, что мой сын к ним равнодушен.

— Отец! Можно тебя на минутку.

Айджи-сэмпай решительно встал, развернул кресло-каталку и вывез своего отца из зала совещаний.

— Отец, что за балаган ты устроил?! О чем подумают гости? Что в клане Тсучимикадо одни озабоченные идиоты?

— Не стоит так беспокоиться, сынок. Ха! — усмехнулся Шигеру. — Уметь сохранять лицо в неудобной ситуации — важный навык, которому необходимо учиться смолоду. Когда случится что-то серьезное, и шакалы из других кланов придут лично, а не пришлют своих щенков, тогда разговор станет совсем другим. Если бы кицунэ объявилась на юге, то кланы сразу приползли требовать нашей помощи. Да и, что-то до меня не доходили отчеты о твоем артефакте. Как думаешь, может мне тоже стоит начать носить очки? Ха-ха-ха! — засмеялся мужчина.

— Для их изготовления потребовались редкие ингредиенты, так что пока они в единственном экземпляре.

— Да уж, с таким прибором тебе не потребуются никакие журналы, — глава первого клана выбросил книжку с девочками в урну. — Айджи, тебе известно, что учудил наш горячо любимый император?

— Юто-кун сказал, что квоты на аякаси будут повышены.

— Верно! Этот английский студентик совсем рехнулся! 25 е-кай в подчинении!

— Ну, обычно Амакава достаточно умело контролируют своих вассалов. Мизучи, что пришла с ним, вела себя… не сказать чтобы адекватно, но по крайней мере не агрессивно.

— И ты туда же! Ты же должен был читать клановые хроники!

— Но это всего лишь легенды… Чтобы Амакава были потомками…

— Айджи, отнесись серьезнее! Аякаси не какие-нибудь собачки на привязи. Это сильные и кровожадные монстры. Видел, как Морской кнут Ноихары чуть не раскидал нашу лучшую команду?

— Никто не погиб, умибозу повержен.

— А если бы их было двое? А двадцать? Понимаешь?

— И все же, ты преувеличиваешь опасность положения, отец.

— Тогда как глава клана приказываю приставить к Амакава наблюдателей от Тсучимикадо. Я уже назначил двоих. Твое дело — пропихнуть наше требование в совет. Иначе парень точно не согласится. Ясно?

— Да, отец. Я сделаю, как ты просишь.

Пока представители первого клана покинули нас, я отозвал Куэс в сторону:

— Ты разобралась с закладками?

— Да, Юто.

— Чем ты недовольна тогда?

— Непросто осознавать, что любовь всей твоей жизни оказалась вдруг простой заурядной личностью с кучей недостатков, — отвернулась Джингуджи.

— Разве мы успели пожениться?

— Мне не до шуток.

— Ладно. Взбодрись, Куэс. Еще встретишь свою половинку. Вон, Айджи-сэмпай пока не занят, вроде как. Первый клан будет престижнее шестого.

— Пфф, думаешь, Джингуджи пойдут в услужение к первому клану?

— Так и Амакава никогда бы не пошли к вам в услужение, — вернул я подначку. — Не знаю уж, на что там рассчитывал дед Генноске. Если так рассуждать, то не стоит искать себе жениха среди великих кланов. Есть ведь и другие экзорцисты, Оммедзи Гакуэн, например. Да и, скажу по секрету, существуют люди, что ориентируются по чувствам, а не клановой выгоде.

Куэс фыркнула и хотела уже ответить что-то грозное и донельзя напыщенное, но в этот момент в зал вошел Тсучимикадо-младший. Мы вернулись за свои кресла за столом.

— Прошу прощения, дамы и господа, за это мелкое недоразумение. Я полагаю, мы обговорили самые животрепещущие вопросы, а остальное сможем обсудить в частном порядке. Остался последний момент. В связи с недавними новостями об увеличении императором квот на аякаси клан Тсучимикадо требует приставить наблюдателей к Амакава. Как показало сегодняшнее нападение одного из старых вассалов шестого клана, новый глава не способен в должной мере контролировать даже имеющихся е-кай. А с увеличением их числа может стать только хуже. Наши специалисты тщательно проинспектируют вассалов Амакава и проверят тех на нарушения по неподчинению и своевольничеству.

— Разве это нормально, чтобы к великому клану подсылали шпионов?! — поднялся я.

— Господа, голосуем.

— Я против! — сразу высказался я.

— И я, нано, — поддержала Сидзука.

— Правильно, — высказалась старшая мико в поддержку Айджи. — Аякаси следует держать в узде, иначе только упокоение. Клан Кагамимори согласен с данной инициативой. Прошу высылать нам копию отчетов.

— Конечно, Касури-доно.

— Райто согласны, — сказала бабушка Акено. — Юто-кун еще молод, пригляд за ним и помощь опытных сэмпаев на первое время не помешает.

В результате присутствующие члены кланов большинством приняли выдвинутую Айджи инициативу. Только Кумико и Куэс воздержались. Да Хитсуги высказалась против, для разнообразия ку-хи-хи. Скверно, но ничего не поделаешь. Пускай их наблюдатели попробуют не заработать себе цирроз печени, живя под одной крышей с толпой ненавидимых ими полоумных е-кай. Или они будут лишь раз в день приезжать на проверку?

— Может, вам сразу мой личный дневник дать почитать?

— Ку-хии! Было бы неплохо, Юто-тян!

— Хорошо. Если больше вопросов не осталось, клан Амакава отчаливает.

— Юто-кун, и все остальные. Мы подготовили торжественный обед для гостей. Если кто-то желает остаться, наши повара с радостью накормят вас.

— Благодарю, — поклонился я. — Дамы, господа, было приятно с вами познакомиться, — народ стал подниматься с кресел, и я обратился к сумеречной луне. — Куэс, советую тебе проверить страничку некоего Kuesu Almighty в фейсбуке.

— Это моя страничка, хотя я давно не заходила. Что с ней не так?

— Серьезно? Вот уж не думал, что наследница двенадцатых будет ставить на аватарку фото в купальнике.

— Что?! У меня даже фотографий таких нет! Якоин! — крикнула Джингуджи. — Это ты опять взломала мой профиль?!

— Бездоказательно, ку-хи-хи!

— А кто бахвалился тем, что у него есть мои откровенные фотографии?! Прибью, мерзавка!

Я оставил уважаемых экзорцисток выяснять отношения самостоятельно, некоторое время потратил на прощание с представителями великих кланов, после чего решительно взял Сидзуку за руку и наконец покинул зал для собраний. На улице я остановился и вдохнул теплый морской воздух. В целом поездка прошла в положительном ключе, только концовка подпортила настроение. Я взял солдатскую каску у охраны, которым передал на хранение. Может, из этого чуда тоже получится полезный вассал. Судя по силе, до среднего уровня он не дотянет, да и черт с ним.

— Амакава-сан, постойте! — окликнул меня незнакомый мужской голос.

Я обернулся и увидел немолодого лысеющего мужчину с каким-то серым свертком ткани подмышкой.

— У нас так и не появилось возможности пообщаться наедине. Но нам бы очень хотелось получить амулеты света как можно скорее, — с извиняющейся улыбкой проговорил незнакомец и принялся утирать катившийся пот платком. — Уф-ф, весь употел. Извините за такую поспешность…

— Вы кто?

— Простите еще раз, Амакава-сан, — мужчина низко поклонился. — Я не подумал, что вы не узнаете меня, — говоривший приподнял сверток в руках. — Видите ли, это наша рабочая форма, и по традиции именно в ней мы посещаем совет экзорцистов. Я Нэо, Шикимомуро Нэо, — с виноватым лицом объяснил лысый мужичок.

Святой Морфеус! Что ты подсунул Нео вместо таблетки?! Лучше бы Шикимомуро остался в своей назгульской форме, тогда хотя бы один клан оставил у меня серьезное впечатление после сходки экзорцистов.

— Пока ничего не могу обещать, Шикимомуро-доно. Пришлите образцы амулетов, если таковые у вас остались. Это значительно ускорит процесс, но сроки первых поставок пока называть не берусь. Извините, а как вашу жену зовут?

— Санаэ, а что?

— Ничего, простое любопытство. Всего хорошего.

Если бы ее звали Тринити, я бы точно записался на прием к психиатру. Хотя «сан» созвучно с японским «три»… Нет, лучше не думать об этом.

Мы с Сидзукой погрузились на ожидавший нас катер. Наши сопровождающие выглядели каким-то пришибленными. Я старательно скрывал свою ауру, хотя других водных вассалов у Амакава по слухам не водилось, а набрести на кого-то вроде приснопамятного рыбы-молота — задача не из легких.

Маки-сан имела, можно сказать, классическую японскую внешность. Разве что темные глаза отличались скорее европейской формой. Средней длины черные волосы: две тонкие пряди обрамляли лицо с боков, остальное собрано в хвост сзади. Худая, примерно моего роста, с грудью где-то на полтора размера меньше, чем у Химари. После всех моих последних принятых вассалов ей больше подходил эпитет «обычная». Но в отличие от Ринко Тсучимикадо Маки уже являлась взрослой сформированной женщиной со своим особенным шармом и неким ореолом неприступности. Шидо выглядел постарше, около тридцати, с короткими слегка вьющимися коричневыми волосами и серыми глазами. Со скромной небритостью и немного усталым взглядом. Его уже можно было назвать опытным экзорцистом, «повидавшим некоторое дерьмо».

Через неопределенное время однотонное покачивание на волнах мне наскучило, и я обратился к сопровождающим, дабы скоротать время:

— Маки-сан, мне все любопытно было. В четвертом отделе, да и в вашем клане, постоянно ставят пары из мужчины и женщины. Этому есть какая-то веская причина?

— Да, Юто-сан. Мужчина и женщина видят мир немного по-разному, что помогает обнаруживать сверхъестественное. Некоторые аякаси могут влиять исключительно на определенный пол людей, поэтому стараются подбирать разнополых напарников. Ну и повышается шанс получить магически одаренных наследников в таких парах.

— А вы с Шидо-сан встречаетесь? Кольца на вашем пальце я не видел.

— Нет, между нами исключительно рабочие отношения. Шидо-сан недавно развелся, я же не была замужем.

— Что, Юто-кун, приглянулась моя напарница? — усмехнулся мужчина, смоля сигарету.

— Конечно! Маки-сан очень симпатичная. Упускаете такой шанс, Шидо-сан.

— Я думала, что вы специализируетесь на несовершеннолетних… — глянув на Сидзуку, обвиняюще проговорила молодая Тсучимикадо.

— Нет! С моей лоли у нас также исключительно деловые отношения, может чуть-чуть ближе. Она нечто вроде нашей клановой лоли. Вы тоже можете к ней так обращаться.

— Нет, нано! Только братику Юто можно меня так называть!

— А ваша аякаси не настолько ужасна, как кажется на первый взгляд, — заметила девушка.

— Это больше всего и пугает. Что монстры так похожи на людей, — испортил настрой Шидо.

— Кстати, ко мне должны прислать каких-то наблюдателей от первого клана. Было бы здорово, если бы вы, Маки-сан, были в этой группе.

— Нас с Маки и послали, — охотник выкинул бычок в воду. — Неожиданно огорошили. Все планы полетели к черту.

— Юто-сан, мне, конечно, лестно ваше внимание, но я не горю желанием становиться одной из сотен ваших подружек. К тому же, я старше вас на семь лет.

— О чем вы говорите? Я восхищаюсь вами, как профессионалом. Ваши барьерные печати бесподобны. А что насчет возрастных или расовых различий, то я считаю — это все мелочи в отношениях. Вот видовые различия — это непросто, особенно если у вас аллергия на вашу избранницу. Скажите, Тсучимикадо не предоставляют своих сотрудников для найма?

— Нет, с другими великими кланами подобные практики запрещены. Иногда мы с Шидо занимались охраной высокопоставленных чиновников или бизнесменов, но не других экзорцистов.

— Жаль. Маки-сан, у вас есть парень?

— Юто-сан…

— Ладно, уж и спросить нельзя. Шидо-сан, а почему вы разошлись с супругой?

— Из-за работы, будь она неладна! — поморщился экзорцист. — Постоянно в командировках или в больнице. Она сказала, что у нее в больнице стало больше знакомых, чем на работе. Это стало последней каплей.

— Сочувствую. Тяжелая специальность у нас, ничего не скажешь. Мне кажется, вам стоит поискать себе подругу среди экзорцисток. И на общие темы сможете пообщаться.

— Возможно, так и сделаю, как покончу с текущим заданием.

— Что вам приказали, если не секрет?

— В течение месяца наблюдать за вами и вашими аякаси, докладывать о любых странностях.

— Ха-ха-ха. Тогда вам стоит завести себе тетрадь потолще!

Через несколько минут снова появилась сотовая сеть и мне пришло уведомление о пропущенном от Химари. Я набрал номер, как только появился слабый сигнал:

— Милорд! Проверила я Кузаки Ринко. Странное творится с человечкой…

— Что с ней?!

— Она спит…

— Э, спит?

— Да. Мать ее сказала, как с вчерашнего вечера заснула, так спит до сих пор. Как ей помочь, не знамо мне…

— Кто-то из демонов снов к ней прицепился, — высказалась слушавшая наш разговор Сидзука.

— Можно что-то сделать?

— Я знаю один способ, нано.

— Шеф, прибавь ходу, — крикнул я водителю судна. — Человека срочно разбудить нужно!

Какое облегчение! Нашелся хоть кто-то в моем окружении, способный управлять машиной. У Маки и Шидо имелись права и приличный стаж вождения. Теперь я знаю, как буду использовать присланных шпионов. Заодно пусть и наблюдают за мной.

Возле моего дома стояло знакомое авто. Похоже, Альберт таки решил принять мое предложение и сэкономить на отелях. Мать Кузаки сильно удивилась, увидав такую большую компанию из серьезных людей в костюмах. Маки-сан осталась заговаривать ей зубы на тему особого свирепствующего вируса, что несколько удлиняет время сна. Наверху в комнате Ринко дежурила Химари. Бакэнэко по-военному четко отчиталась о том, что никаких изменений в состоянии пациентки не наблюдалось. Я осмотрел комнату. Прям типичная девчачья: светлых желто-розовых тонов с несколькими мягкими игрушками. Только прислоненный к стене длинный тренировочный боккен говорил о том, что не все так просто с младшей Кузаки. Мда, Юто ни разу не был в комнате своей лучшей подруги, с которой провел множество лет вместе. Парень — просто виртуоз френдзоны, хотя надо сделать скидку на возраст и оберег света, конечно. На комоде стояло несколько упавших рамок для фотографий. Я подошел и поставил их ровно. Из изображений на меня смотрел я сам с Ринко, только более юного возраста. Не слишком обнадеживающий знак.

Сидзука осмотрела Кузаки и подтвердила свой первоначальный диагноз. В девушке засела одна из разновидностей баки, аякаси сновидений. Как и привидения, бывают разного типа в плане эмоций: некоторым больше энергии дают кошмары жертв, другим наоборот — добрые сны. Спящая Ринко выглядела достаточно мирно и мило в своей желтой клетчатой пижаме. Непохоже, что ей снится кошмар.

— Я могу поставить барьер, блокирующий ее разум. Так что она не будет видеть никаких сновидений, — предложил Шидо-сан. — Но такой способ может навредить психике. Лучше пригласить более сведущего специалиста.

— Нет, работаем как можно безопаснее. Сидзука, что ты там говорила про свой способ?

— Я могу отправить нескольких человек внутрь ее сна, нано. Для нее это будет безопасно, а вот для вас — не очень.

— Отправь меня, мизучи, — вызвалась Химари. — Всех демонов порублю я.

Сидзука отрицательно помотала головой:

— Нет, аура бакэнэко чужда человеку. Твое пребывание в ее сне может окончиться плачевно и вряд ли принесет результат.

— Юто… — тихо произнесла Ринко во сне.

— Я пойду, — сказал я. — Шидо-сан?

— Хорошо. Раз ты доверяешь своей аякаси, я тоже пойду.

— Теперь понятно, почему от тебя жена ушла. В любую авантюру ввязываешься.

— Врежу ведь, не посмотрю на статус главы, — хмуро уронил охотник.

— Ладно-ладно. Моя лоли, что нам надо делать?

— Ложитесь рядом. Физический контакт поможет теснее объединить разумы.

Когда я устраивался на кровати Ринко, понял, как двусмысленно будет выглядеть картина нашего совместного лежания, поэтому приказал Химари сторожить дверь снаружи и никого не впускать, кроме Маки. Шидо прислонился к боку кровати и, также как я, взял Кузаки за руку. Воздух стал вдруг очень влажным, обволакивающим. Сидзука попросила нас закрыть глаза и не сопротивляться. Мягкая сила стала тянуть мой разум куда-то прочь, и я отдался на волю бурному потоку.

Глава 9

— Юто-сан, очнитесь, — вывел меня из темноты смутно знакомый голос.

Я открыл глаза и увидел незнакомое полутемное помещение какого-то гипермаркета с пустыми полками. Надо мной склонился мужчина весьма брутального вида в эффектном плаще, напоминающий мне Тсучимикадо Шидо.

— Э-э, Шидо-сан? Вы как-то стали круче выглядеть…

— Наши разумы находятся внутри сна. По правде говоря, всегда плохо разбирался в менталистике, но насколько я помню, наши проекции здесь выглядят так, как мы себя видим. По сравнению с тобой, Юто-сан, я не так сильно изменился.

— Э?

Я поднялся, и понял, что ростом стал вровень с Шидо, где-то метр семьдесят пять. В зеркальной витрине отразился высокий по японским стандартам поджарый парень с русыми волосами и тусклыми карими глазами. Джинсы и футболка. Нечто среднее между Виталием и Юто. Вот так и должен по идее выглядеть Вито.

— Да, всегда хотел быть повыше ростом.

Шидо хмыкнул и слитным движением подпалил сигарету.

— Что нам надо делать? — поинтересовался я.

— Найти хозяйку сна и прогнать аякаси. Он должен находиться вблизи ее проекции… Осторожно!

Охотник напрягся и мгновенно достал несколько печатей из внутреннего кармана плаща. Только сейчас я спохватился и просканировал местность на наличие аур. Из-за одной из витрин магазина с пугающим перестуком вырулило механическое существо на ножках, напоминающее по виду большой музыкальный центр.

— Отбой! — поднял я руку, не давая Шидо применить печать. — Это свои.

Футуристический магнитофон подбежал ко мне и начал ластиться словно верный пес.

— Ди-ниджу, как тебя угораздило попасть сюда с нами? И что это ты так увеличился в размерах? Хотя не мне об этом говорить.

— «…I'm the boss. I'm the boss.

And just in case I didn't get my point across.

I'm the boss…» — исполнил раскабаневший дух плеера, прыгая вокруг нас.

— Ладно, босс, пойдем на разведку.

Мы вышли из магазина, очутившись в городе, смутно похожем на Такамию, только совершенно безлюдную. Ни машин, ни прохожих. Высотные здания раскачивались от порывов ветра будто тоненькие деревца. Наверху раскинулись черные тучи. Света в городе оставалось немного, в глухих углах клубилась тьма. Мрачное место. Скорее всего, создано под влиянием демона сновидений. С другой стороны, чужая душа — потемки, так что и от Ринко следует ожидать чего угодно. Я прислушался к свету.

— В том переулке кто-то есть, — сказал я спутникам. — Только аура какая-то странная.

— Проверим.

Мы осторожно вошли в полутемный проулок между двумя многоэтажными зданиями. Впереди в старой железной бочке горел костер, а вокруг него собралось несколько хорошо знакомых мне личностей.

— Опачки! Кто к нам пожаловал? — злобно ухмыльнулся призрачный Юто, одетый в кожаную куртку с металлическими шипами и бандану с черепом.

— Еда сама идет к нам в руки, милорд! — призрачная Химари в одном белом купальнике облизнула языком лезвие катаны. По-моему, ее грудь стала на размер больше.

— Давно я не ела человечины, нано, — высунула метровый змеиный язык призрачная Сидзука.

— Ваф-ваф! — по-собачьи гавкнула призрачная Гинко на четвереньках. — Вкусное мясо…

— Вперед мои вассалы! — направил руку в нашу сторону псевдо-Юто. — Принесите мне их сердца!

Аякаси рванули в нашу сторону. На меня прыгнула Химари, обрушив всю мощь Ясуцуны. Двигалась бакэнэко на удивление медленно, так что я быстро достал ее своим Хаганэ. Шидо за одну печать упокоил несущуюся на нее Сидзуку с длинными когтями. Ди-ниджу взвизгнул ультразвуком, и Гинко обхватила руками голову. Я подбежал на помощь и ударил псевдо-оками светом. Аякаси испарилась.

— Остался только ты, засранец. Говори, где Ринко!

— Н-нет, не подходите! Я — глава великого клана экзорцистов! Вы ответите за свои слова! — заныл псевдо-Юто.

— Ты что, даже воевать не собираешься? Ах да, Ринко ведь не видела меня сражающимся…

— Вы подделки! Не трогайте меня, а-а-а, — натурально заревел противник-клон.

Шидо недоуменно глянул в мою сторону.

— Да у Ринко в голове сплошной бардак, нечего так на меня смотреть, — оправдался я. — Пойдем искать дальше.

Мы бродили по не таким уж и безлюдным улицам туманной Такамии. Видели Тайзо, торгующего нарядами для косплея. Повстречали еще несколько групп призрачных Юто с подельницами. Всегда агрессивными и довольно слабыми. Псевдо-я поначалу храбрился, но, оставшись в одиночестве, ревел как девчонка. Потом мы набрели на Кисараги-сенсей. Она обозвала меня плохим мальчиком, бросившим школу, и приложила ногой с разворота так, что я пробил собой стену дома. Учительница оказалась сильнее нападавших ранее аякаси, и я просто не ожидал подобного. Шидо упокоил Кисараги, и мы двинулись дальше по направлению к скопищу высотных зданий. Именно там чувствовалась какая-то сильная аура.

— Что-то мне уже не хочется встречаться с Ринко, — поежился я.

Шидо лишь усмехнулся и закурил новую сигарету.

Неожиданно прямо перед нами приземлилась отрубленная окровавленная человеческая нога, а неподалеку раздался громкий звериный рев. Словно хищник вышел на охоту и оповещает округу об этом. Из высоток принялись выскакивать множество моих копий в разнообразных одеждах. На лицах псевдо-Юто был написан нечеловеческий ужас. Целая толпа в панике бегущих шатенов. Земля под ногами начала подрагивать периодически. И тут из-за угла здания вырулила Она. Я ко многому был готов, успев насмотреться на странности сонного мира, но точно не к тому, что Ринко Кузаки, моя взбалмошная и озорная подруга детства, будет высотой с десятиэтажную домину! Тридцатиметровая школьница издала оглушительный рев, наклонилась к земле и схватила одного из тикающих псевдо-Юто. Истошный крик быстро оборвался, и Ринко выплюнула прямо в нашу сторону окровавленную голову. Стеклянные глаза погибшего Юто даже после смерти выражали непередаваемое отчаяние. Меня замутило. Чтоб тебя! Разве должно все выглядеть так реалистично?! Поганый демон, ты у меня поплатишься!

— «… Oh, no, they say he's got to go

Go, go Godzilla

Oh, no, there goes Tokyo

Go, go Godzilla…»

— «подбодрил» меня Ди-ниджу.

Ринко увидела меня и громко взревела.

— Я постараюсь задержать ее, ищи демона! — бросил Шидо.

— Понял!

Пора показать своей давней подруге, что не только словами бросаться я умею и прятаться за спинами вассалов. Вроде бы во сне мы можем чуть больше, чем в реальной жизни, но к этому не так просто привыкнуть. К тому же хозяйка мира — Ринко, и подобраться к ней будет непросто. Шидо-сан выкинул веер печатей, и гигантскую девочку окутал плотный барьер-кокон. Я же быстро запрыгнул на крышу четырехэтажного универмага, используя различные выступающие элементы фасада и цепляясь Хаганэ. Вышло легче, чем я ожидал. Главное, потом в реальности не скакать таким образом, а то собирать с тротуара будут. Магические путы трещали на Ринко, грозя совсем лопнуть. Я внимательно вглядывался в школьную форму девушки, но дух сна все не находился. В волосах не было тех обычных ленточек, которые Юто ей дарил каждый год на фестивале. Вместо этого показалась небольшая заколка, стилизованная под кость. Это он!

— Слишком высоко, — крикнул я Шидо.

— Я долго не удержу ее! — с надрывом произнес охотник.

— Сейчас!

Я в два прыжка спустился на землю и бросился к высокому деловому зданию в другой стороне. Выбив дверь волной света, я ворвался внутрь. За стойкой и под столами тряслись от страха мои копии, мне даже их слегка жалко стало. Перепрыгивая через лестничные пролеты, я успел добежать до шестого этажа, как почувствовался сильный выброс энергии. Я рванул к окну здания. Ринко смогла освободиться от барьера, в пару шагов оказалась вблизи от Шидо и принялась колотить по защитному куполу, который успел поставить Тсучимикадо. Так он долго не протянет… Я разбил стекло и крикнул:

— Ринко, я тут!

Чудище моментально услышало и узнало меня. Школьница развернулась, и с предвкушающим оскалом бросилась в мою сторону. Ксо, я не ожидал, что человеческая рука, пусть и очень большая, сможет пробить бетонные стены как тухлый картон! Огромная ладонь крепко схватила меня и вытащила наружу. Зубастая пасть приближалась с ужасной неотвратимостью.

— Ринко, очнись! Это я, Юто! Твой одноклассник и друг детства! — движение приостановилось. — Разве ты забыла, как спасла меня от хулиганов? Или как мы ходили на фестиваль вместе?

— Юто… — неуверенно произнес монстр в юбке.

Хватка ослабла, и я резким рывком выбрался, отогнув пару пальцев толщиной с бревно. Не теряя драгоценных секунд, побежал вверх по руке. Когда я добрался до предплечья, Ринко очнулась и разинула клыкастый рот, намереваясь перекусить меня. Оттолкнувшись, я взвился вверх и пролетел рядом с ее головой. Взмах Хаганэ, и заколка Кузаки вместе с небольшой прядью волос устремляются вниз. Где уже поджидал Шидо. Охотник выбросил очередную печать и сбил тварь прямо в полете. Баки, аякаси сновидений издал короткий вопль. Я же не успел ни за что зацепиться… А-а-а, хоть бы асфальт был мягким!!!

— Юто, проснись, нано! — брызнули мне водой в лицо.

— Уф-ф, я жив! — очнулся я. — Жив, цел, орел! А что Ринко?

— С ней все в порядке. Присутствия духа больше не ощущается, — успокоила мизучи.

— Надо покурить, ох, — кряхтя поднялся с пола Шидо. — Только разборок с гигантскими школьницами в моем послужном списке не хватало…

— М-м-м, что происходит? — проснулась Кузаки. — Юто, что вы делаете в моей комнате? А это кто?

— Тсучимикадо Шидо, Кузаки-сан. Вы находились под воздействием опасного аякаси, который питался вашей духовной энергией. Ваш друг Юто-сан храбро сражался и спас вас от демона.

— Ну, совсем засмущали, Шидо-сан. Без вашей помощи быть мне съеденным.

— Пойду перекурю, — мужчина вышел из комнаты.

— Съеденным? — переспросила Ринко.

— Не обращай внимания. Как ты себя чувствуешь? Что-то помнишь из своего сна?

— Смутно. Чувствую себя отлично! Давно так не высыпалась. А снилась мне что-то очень приятное. И вкусное.

— Гхм, надеюсь, твои гастрономические пристрастия остались во сне… — пробормотал я. — Ринко, я хотел извиниться… за тот наш разговор в кафе…

— Ничего, со мной уже все в порядке, правда. Спасибо, что спас меня! Вот уж не думала, что ты станешь таким решительным и мужественным… — Ринко довольно потянулась. — Юто, тебе ведь надо получить клановое наследство? Ты обязательно должен пригласить меня на свою свадьбу!

— Да, конечно. Ты будешь первой в списке гостей. Если я доживу до этого момента…

— Юто, не говори так! Ты проживешь долгую и счастливую жизнь! Станешь самым крутым экзорцистом, лучшим в мире!

— Спасибо, Ринко. Скоро праздник танабата, сходим как обычно?

— Нет, Юто. Лучше пригласи туда девушку, которая тебе нравится. Но если соберетесь большой компанией, то я схожу с удовольствием. А теперь, выйдите все из комнаты, пожалуйста, мне надо переодеться.

Мама Кузаки напоила нас чаем с закусками. Как я заметил, разговор с Маки у нее не особо клеился. Экзорцистке не были интересны повседневные женские заботы и телевизионные сериалы, поэтому общих тем у них было мало. Мы не стали задерживаться, попрощались с семьей Кузаки и покинули дом моих соседей детства. Забавное выражение. Что есть соседи детства? Отрочество и младенчество, наверное.

— Благодарю за помощь, Маки-сан, Шидо-сан, — сказал я у машины. — Каков будет ваш график… э-э, наблюдений за мной?

— Переезд в Ноихару, ежедневный осмотр. Если вы не согласитесь выделить нам комнату в вашем поместье, то мы снимем номера в отеле.

— Ну, думаю, в особняке места хватит. Вам надо забрать какие-нибудь вещи из дома? Подбросить до вокзала?

— Нет, Юто-сан, — отказалась девушка. — Мы бы хотели заехать в особняк сразу вместе с вами. Если аякаси не будут предупреждены, мы получим больше полезной информации.

— Как знаете…

Пока Шидо вел тойоту по направлению к Ноихаре, я отдыхал на заднем сидении. В пути пошел дождь. Похоже, начинается сезон дождей, как это время года называют местные. Химари так и ластилась ко мне, будто месяц не виделись. Бакэнэко слушала рассказ о наших приключениях: о побеге от Морского кнута Ноихары, странностях экзорцистов из великих кланов, сражении против кровожадной Ринко-зиллы. Шидо ржал в голос, когда я поведал про инцидент с очками Тсучимикадо и презент от отца, хотя до этого недовольно косился на бакэнэко, хорошо чувствуя ее чудовищную ауру. Маки натянуто улыбнулась. Может мне показалось, но Химари смотрела на охотницу как-то уж слишком враждебно.

— Отец! — младший Тсучимикадо преодолел пост охраны и прошел в помещение, где в одиночестве трапезничал глава клана.

— Айджи! Что-то случилось?

— Мне доложили, что ты воспользовался алтарем «скрытого послания» по найденным остаткам ауры кицунэ. Ты решил взять ее поимку в свои руки?

— Нет, сын. Я указал ей путь в Такамию.

— Что? Зачем?

— Так надо, Айджи.

— Я понимаю, Багровый клинок, но Юто ведь и правда лишь недавно начал постигать силы экзорциста.

— Ты недооцениваешь влияние изменений императорского указа. Если наследник Амакава погибнет, так будет лучше для всех.

— О чем ты говоришь?! Он ведь…

— Айджи! Ты должен узнать одну вещь. В смерти сына Генноске, Синити Амакава, виноваты некоторые из великих кланов. Наш в том числе.

— Почему? — взял в себя в руки молодой человек.

— Синити Амакава не подчинялся главе клана. Он нарушил императорский указ. Нам стало известно о более десятка его ручных аякаси, которые устраивали погромы в Китае. На скрытом совете кланов было принято решение о ликвидации.

— Мы можем поговорить с Юто.

— Бесполезно. Думаешь, мы не предупреждали Синити? Прошло всего семь лет, а его сын уже идет по стопам отца. Мы не можем допустить, чтобы шестой клан снова набрал силу. Кицунэ с они попались нам очень кстати.

— А как же наблюдатели?

— Они будут гарантией того, что на наш клан не падет подозрение. Надеюсь, ты не совершишь какую-нибудь глупость, вроде предупреждения Амакава?

— Нет, отец. Мне не нравится политика кланов, но я не буду вмешиваться.

— Думаешь, мне нравится? Ради общего блага приходится принимать жесткие решения, — тяжелым голосом произнес Шигеру.

— Мы вернулись! Лиз, Кайя, сготовьте нам поесть. На гостей тоже.

— Сию секунду, господин, — поклонилась горничная.

Оглянувшись, я заметил, что Маки-сан что-то скрупулезно строчит в блокноте. Воображение услужливо дорисовало уничижительные строки: «нецелевое использование аякаси».

— Эм-м, Маки-сан, можно узнать, что вы там пишете?

— Только правду, Юто-сан. Только правду.

— Знаете, на некоторых вещах лучше не заострять внимание…

— Это ведь цукумогами, да?

— Да, дух чашки.

— Заставляет цукумогами чашки наряжаться в костюм служанки… — холодным тоном произнесла девушка, записывая.

— Сжальтесь, Маки-сан. Может, вы хотите телефон новый? Или сумочку там…

— Благодарю, Юто-сан. Современные аппараты мне не нравятся. Слишком плохо аккумулятор держит. К тому же быстро выходят из строя из-за сильной магии. Мне не нужны подарки. Зарплата экзорциста в Тсучимикадо позволяет жить на широкую ногу.

Пока я невесело размышлял над тем, что можно предложить неуступчивой охотнице, в холле особняка появилось новое действующее лицо со стоящими торчком пушистыми серыми ушами и виляющим хвостом:

— Хозяин-сама!!!

Я даже среагировать не успел, только руки поднял в защитном жесте. Гинко пулей пролетела разделяющее нас расстояние, но к моему огромному удивлению, пронеслась мимо меня и сбила с ног ошарашенного гостя. К чести охотника, он сначала потянулся за печатями, увидев несущуюся на него звериную аякаси, но в последний момент подавил порыв и просто постарался увернуться. Ему это не удалось, и снаряд из оками сбил Тсучимикадо на пол.

— Хозяин-сама!

Гинко принялась очень активно вылизывать лицо и руки Шидо-сан, и я порадовался, что Химари менее… слюнявая.

— Уберите ее!!! — взвыл охотник.

— Гинко, быстро отпусти гостя! — рявкнул я.

Видимо, какие-то правила поведения ей были привиты, поскольку волчица послушалась и отступилась от мужчины. Хвост оками радостно метался из стороны в сторону, а глаза преданно глядели на Шидо-сан. Экзорцист поднялся на ноги. Маки подала ему платок, и тот начал вытирать лицо.

— Простите, Шидо-сан, — сказал я, не особо раскаиваясь. — Кайя проводит вас в ванную.

— Вашу аякаси зовут Гинко?

— Да.

— Занятно. У меня в детстве была собака, я ее назвал также…

— Хозяин-сама! Вы что, забыли меня?! Ведь именно вы дали мне имя!

Гинко без всякого предупреждения начала трансформироваться в свою волчью ипостась, совершенно позабыв про одежду. И без того рваные джинсы и майка вместе с единственными трусиками приказали долго жить. Оками быстро отряхнулась от лохмотьев и снова бросилась к Шидо, но на этот раз ее остановила Химари, схватив за ошейник.

— Совсем ополоумела, псина?!

— Пусти, Химар-ри!

— Гинко, это действительно ты?

— Я, хозяин-сама!

Шидо-сан несмело подошел к волчице и аккуратно погладил серую шерсть.

— Правда, Гинко. И ошейник, который я тебе дал. Никогда бы не подумал, что ты окажешься духом. Сколько лет прошло, пятнадцать, двадцать?

— Очень много, Хозяин! Но я вер-рила, что однажды отыщу вас!

— Это действительно странно, — обратился Шидо к нам. — Разговаривать со своей собакой…

— Я оками, хозяин! Не ср-равнивайте меня со слабыми ину!

— Мда, похоже совсем беспечно я себя вел в детстве… Как сейчас помню, меня вместе со сверстниками отправили в лагерь подготовки экзорцистов на два года. Веселое было времечко. Помнишь, как мы гонялись за коробокуру по лесу?

— Конечно! Славная охота была!

— Шидо-сан, мы пойдем обедать, вы пока пообщайтесь, повспоминайте былые деньки. Присоединяйтесь, как проголодаетесь, — решил закругляться я.

— Э-э, Маки, что ты там пишешь? — настороженно поинтересовался Шидо у своей напарницы.

— Только правду… Водит дружбу с волчьей аякаси Амакава… — чиркая ручкой, охотница с невозмутимым лицом проследовала за нами.

— Мне надо покурить, — услышал я популярную фразу от охотника, после чего он направился к выходу. За ним по пятам следовала огромная серая волчица.

Обед проходил достаточно оживленно. Маки вместо приема пищи очень увлеченно интересовалась вассалами Амакава, задавала Айе и Кайе кучу вопросов. «Это фривольное кимоно вам приказал носить кто-то из Амакава, Кайя-сан?», «Айя-сан, случались ли у вас неконтролируемые приступы агрессии, желание поступить наперекор воле Амакава, съесть человека?». Через некоторое время в комнату вплыл аякаси чашки из Акай Раку и восторженно уставился на девушку:

— «Прекрасный лепесток сакуры

в полночь упал в речной канал.

Я поражен до глубины души!»

— Э-эм, спасибо, а вы… — протянула охотница Тсучимикадо.

— Мурабито-сан, но вы можете звать меня Му-кун…

— Что ты вытворяешь при гостье господина?! — гневно произнесла Лизлет. — Веди себя прилично!

— Вот, погляди с кого тебе надо брать пример, нерадивая чашка! Твоя грудь слишком большая, глаза слишком голубые, а волосы, страшно сказать, светлые!

— Что?! Да я… я… — глаза Лизлет неожиданно наполнились слезами, и она выскочила из помещения.

— Милорд, дозвольте испробовать остроту Ясуцуны…

— Дозволяю, — хмуро сообщил я.

— Нет! Подождите, Амакава-сан, вышло недоразумение. Я извинюсь перед Челси-сан! — сразу пошел на попятную Мурабито.

— Еще раз заставишь Лиз-тян плакать, и я сам прибью тебя, — пообещал я.

Мурабито поклонился, и убежал вслед за чашкой. Мизучи с любопытством направилась следом, чтобы проконтролировать процесс.

— Это тоже был цукумогами? Очень интересно наблюдать за их отношениями в естественной среде. Им даже знакомы некоторые человеческие эмоции, — сказала Маки, тщательно все конспектируя.

— А вам знакомы?

— Не думаю, что мы с вами настолько близки, Юто-сан, чтобы обсуждать характеры друг друга, — отрезала охотница.

— Милорд, испробуйте это печенье, — влезла Химари. — Помогала я печь.

— Весьма недурственно, — похвалил я.

— Багровый клинок Ноихары, — переключилась Маки-сан, — В каких отношениях вы находитесь с главой клана?

— Протестую, — быстро сказал я.

— Мы не в зале суда, Юто-сан.

— Нареченная милорда! — радостно ответила кошка.

— Химари-сан, да? Вы в курсе, что нет такого закона, что разрешает сочетаться браком с аякаси?

— В курсе, — буркнула бакэнэко.

— Тем не менее, Амакава-сан поддерживает в вас это заблуждение?

— Заткнись, экзорцистка. Не ведаешь ты ничего о чувствах наших!

— Вот как… Значит, мозги промыты, привито почитание и покорность. Статус: полное подчинение… — бормотала Маки-сан, записывая свои выводы.

— Милорд, не по нраву мне экзорцистка ента. Можно спровадить ее побыстрее?

— Прости, Химари. Шидо и Маки Тсучимикадо приставили к нам на месяц наблюдать за аякаси.

— Хмм… ошибка, — пробубнила девушка. — Статус — частичное подчинение, перечит главе клана, грубит гостям клана.

— Маки-сан, вы что, развлекаетесь? Давайте вы не будете потешаться над кланом Амакава и писать в отчетах всякую малозначащую ерунду.

— Что ерунда, что нет, решать не мне, Юто-сан. Мое дело — записать все тонкости, — улыбнулась мне эта заноза в мягком месте.

— Ладно! Делайте, что хотите, но не навязывайтесь моим вассалам, не мешайте их личной жизни.

— У аякаси Амакава есть личная жизнь… — принялась записывать Маки. — Вы занимаетесь разведением аякаси? Есть ли какие-то результаты в данном направлении?

— Нет, не занимаюсь, результатов нет.

— Упоминаемая вами видовая несовместимость мешает? Аллергия, как вы говорили?

Да ешкин неко! Этой журналюге палец в рот не клади, по локоть откусит и добавки попросит. Необходимо внимательно следить за словами в ее присутствии.

— Юто-сан? — снова обратилась охотница. — Этот вопрос неудобен для вас? Ничего страшного, если не ответите. Я просто помечу, что вы отказались отвечать.

— Аллергия не при чем. Никаким разведением аякаси я не занимаюсь.

— Вы подразумеваете, что только лично не участвуете в процессе, или же аякаси Амакава в целом не могут размножаться?

— Лично я не участвую. Насчет могут или нет — мне доподлинно неизвестно.

— Вот как. Имеются, ли среди ваших вассалов те, с кем вы имели интимную связь?

— Этот вопрос относится к вашему заданию? — спросил я уныло.

— Разумеется. Даже мне известен девиз Амакава: «Аякаси для работы и ничего более». Я читала некоторые труды Генджи Амакава, когда стажировалась в Оммедзи Гакуэн. Очень познавательная литература, проясняет многие моменты типичного поведения аякаси.

— Можете записать, что этот девиз мной иногда нарушается. Мы достаточно близки с Химари, — ответил я грубо.

— Ня! — мои слова понравились бакэнэко.

— У меня нет парня, Юто-сан.

— Э-э, что? — переспросил я, обескураженный резким разворотом хода беседы.

— Я считаю, что сначала самому стоит ответить на личные вопросы, а потом уже спрашивать. Вы ответили, теперь моя очередь, — объяснила Маки-сан.

— Что же, благодарю за ответную откровенность. Пожалуй, мне надо пойти… проинспектировать остальных вассалов, — придумал я повод слинять.

— Конечно, я составлю вам компанию, Юто-сан, — поднялась девушка вместе со мной из-за стола. — Позвольте нам побыть назойливыми в первый день, чтобы мы убедились, что вы не успели дать своим вассалам особые указания. Больше мы так навязываться не будем.

— Вы все распланировали или вам так приказали?

— Это моя личная инициатива.

— Вы умная девушка, Маки-сан. Я уже жалею о том, что хотел видеть вас в группе наблюдателей.

— Благодарю за комплимент.

— Ха-ашс. Хватит ужо с милордом флиртовать! — зашипела Химари и прижалась ко мне сбоку. — Ужель змеюка права была? Поддерживать беседу жене тоже уметь надо?

— А вы как думали, Химари-сан? Вас за красивые глазки сразу в жены главе великого клана поставят?

— Милорд! Я покажу вам, что тоже умею как умная аякаси говорить на современные темы! Чтобы вы токмо со мной флиртовали!

— Не принимай ее слова близко к сердцу… А здесь у нас комната Нобу, — сказал я, поравнявшись с дверью.

Вежливо постучав, мы прошли внутрь.

— Видите дверь той кладовки?

— Да, от нее разит аякаси.

— Нобу, хватит дрыхнуть! — выпустил я немного света.

Ручка на двери зашевелилась, и вскоре перед нами предстал сам Нобу в простом однотонном кимоно:

— Амакава-сама, вы хотели меня видеть?

— Нобу-сан, меня зовут Тсучимикадо Маки. Могу я задать вам пару вопросов?

— Да, конечно.

— Вы сейчас спали, как я понимаю?

— Да, мое состояние очень похоже на сон, я так думаю.

— Сколько времени в сутки вы спите в среднем?

— Около двадцати-двадцати двух часов примерно.

— Ясно… — принялась записывать Маки.

Я сделал страшные глаза незаметно для экзорцистки и показал духу дверной ручки кулак:

— Нобу, кстати, ты в курсе, что Маки-сан совершенно свободна? Вы можете пока пообщаться. Расскажи ей про свою жизнь в Кагосаки, про свои уникальные способности.

— Нет-нет, Юто-сан. Я уже узнала тут все, что хотела.

Мда, похоже, она догадалась о почти полной бесполезности слабого цукумогами дверной ручки. Мы вышли обратно в коридор, и со стороны входа раздались громкие голоса.

— Тсучимикадо-сан, что вы делаете с Гинко?! — послышались слова Кайи.

— Она сама вернулась в свою человеческую форму…

— Гинко! В доме Амакава запрещено расхаживать голышом, кроме ванны и личной спальни! Немедленно оденься. Тсучимикадо-сан, прекратите прижиматься к оками!

— Я не при чем, это она за мной таскается…

Я прошел дальше по коридору, старательно пряча ухмылку.

— Здесь у нас живет Акира, дзасики-вараси. Акира, мы может войти?

— Конечно, братик Юто!

Мальчик сам отворил нам дверь, и мы зашли внутрь небольшой захламленной комнаты.

— Акира пока не приносит много пользы клану, но у меня есть на него кое-какие планы, — поведал я.

— Ясно. Меня зовут Тсучимикадо Маки. Акира-кун, осуществлялись ли над тобой у Амакава какие-либо действия насильственного характера?

— Да! Постоянно, сестренка Маки!

— А подробнее? И не торопись, я все записываю.

— Подлая Кайя вечно пристает ко мне, угрожает своим ножом! За каплю крови на полу мой халат порезала, смотрите. И чуть не отняла мое сокровище!

— Сокровище? — полюбопытствовала девушка.

Я вежливо потянул Маки прочь из комнаты:

— Тут больше ничего интересного. Пойдемте, я покажу вам Элис…

— Акира, что за сокровище? — не обратила на меня внимание охотница, почуявшая запах сенсаций.

Я вместе с нервничающей Химари вышел в коридор, не желая становиться свидетелем постыдной сцены. Через некоторое время вышла и Маки с задумчивым видом. Проверяющая так ничего и не спросила насчет хранимого у Акиры ценного «артефакта», и это нервировало даже больше, чем если бы нам устроили разнос.

В подсобке для оборудования в полной темноте неподвижно лежала Элис в человеческой форме. Прямо на полу, в своем пластиковом купальнике.

— Элис, оденься, пожалуйста, — кашлянул я.

— Подождите минуту, администратор.

Аякаси роутера напялила свой безразмерный плащ, укутавшись от шеи до колен. Хотя знание о том, что под плащом у нее более чем скромная одежда, распаляло воображение больше, чем если бы она осталась в одном купальнике. Маки что-то долго писала в своей записной книжке.

— Элис-сан, да? Цукумогами электронного прибора?

— Подтверждаю, — без эмоций произнесла пышная блондинка.

— Вы можете сражаться на равных с аякаси высшего ранга? Или хотя бы среднего? Какими способностями вы обладаете?

— Требуется разрешение администратора.

— Разрешаю, — выдал я неохотно.

— Устройство «Элис» не приспособлено для сражений. Предназначено для соединения электронных устройств в единую сеть и передачи информации.

— Очень интересно… Вы можете отслеживать разные сверхъестественные события в интернет-сфере, чем славится клан Якоин?

— По запросу пользователей. Для самостоятельного поиска не хватает производительности.

— Вы можете взломать запароленный компьютер или телефон?

— Подтверждаю. Устройство «Nokia E52» с пользовательским идентификатором «Maki» полностью проверено, функций прослушки не обнаружено. Обнаружено мультимедийное содержимое: аудио и графическое, ассоциируемое с анимационным сериалом 2010 года под названием «My Little Pony», обнаружено…

— СТОП! Достаточно! Благодарю, Элис, — произнесла Маки-сан немного нервно, после чего повернулась ко мне. — Кхм, наверное, это племянница лазила в моем телефоне.

— Да-да, конечно, — сказал я, стараясь не улыбаться. — Думаю, мы не будем упоминать про этот инцидент среди ваших коллег, если вы немного сгладите острые углы в своем отчете.

— Юто-сан! Вы считаете, что такая мелочь может отвернуть меня от моих должностных обязанностей?

— Как же там? «Дружба — это чудо», да?

— Шантажировал агента наблюдения… — произнесла охотница холодно, записывая данные в блокнот.

Меня пробило на смех, и я покинул роутерную.

— Кайя, — крикнул я, и дзасики-вараси быстро материализовалась рядом. — Рассели наших гостей, дай им вещи на первое время, какие потребуются.

— Поняла, Амакава-сама.

— Завтра к вечеру должны доставить наше имущество, — поведала подошедшая Маки.

Показался Шидо, тщетно пытающийся отцепиться от оками, которую одели в гостевую юкату.

— Ну, для Шидо-сан и Гинко можно и одну комнату на двоих, я думаю…

— Юто-сан! Если бы она была обычной собакой, то я бы не возражал. А так, прошу мне выделить отдельное помещение. Желательно с выходом во двор, где можно курить, — твердо пожелал экзорцист.

— Слушаюсь, Тсучимикадо-сан. Пройдемте за мной… — повела Кайя.

Глава 10

Остаток вечера я провел в разборе деловых бумаг вместе с Айей, Кагецуки и подъехавшим Ротшильдом. Созвонился с Куэс и Айджи-сэмпаем, познакомил их с Альбертом и своим секретарем. В общем, процесс неофициальной передачи имущества сдвинулся с мертвой точки. Тсучимикадо снова спрашивал Багрового клинка. В ответ я спросил, может ли он хотя бы для нее сделать документы, но наследник первого клана снова решительно отказал, поэтому разговора не вышло. Не думал, что с этим вопросом будет все так сложно. Придется обращаться напрямую к императору, либо выходить на поставщиков поддельных удостоверений… Какого лысого, спрашивается? Мои аякаси служат людям, сражаются против злобных монстров, рискуют своей жизнью. Неужели они не заслуживают человеческого отношения?

Полчаса поспарринговал с Химари и Сидзукой. Мизучи рассказала, что Мурабито и Лизлет смогли помириться, но подробности почему-то отказывалась раскрывать, только глупо хихикала. За ужином Шидо и Маки расхаживали в гостевых кимоно и юкате. Экзорцистка объяснила, что Кайя на правах радушной хозяйки утащила всю их одежду в стирку.

Постепенно народ разной степени человечности разошелся по комнатам. Я поискал ауру Химари, заглянув и в ее комнату, с благородной целью нарушить наш родовой девиз, но аякаси куда-то слиняла. К слову, обставлено жилище Багрового клинка Ноихары было по-спартански: стенной шкаф с одеждой и футоном, комод, подставка для меча, принадлежности для ухаживания за Ясуцуной и большая когтеточка в углу.

На вопрос, извинился ли Мурабито, встретившаяся мне аякаси чашки покраснела и ответила положительно. Вообще, выглядела Челси-сан немного осоловелой.

— Господин, и-к, простите Лизлет, я… такая эгоистка, и-ик. Совсем не думаю о господине…

— Лиз-тян, не знаю, что ты там себе напридумывала, но это нормально, когда у каждого из нас есть свои интересы, понимаешь?

— Спасибо, вы лучший господин! И-ик!

Допытываться подробностей о странном состоянии аякаси не стал — я же не Маки-сан. Лизлет напоила меня сладким чаем с молоком, и я отправился спать, несолоно хлебавши.

Лизлет Эл Челси еще не успела завести доверительных отношений с кем-либо из вассалов Амакава. Хоть и старалась поладить, но Кайя продолжала разговаривать с ней отстраненным тоном исключительно по домашним вопросам. Единственная, кто хорошо общался с горничной, была Айя. По крайней мере, дух письма ни разу не отнеслась к Лизлет негативно и не обзывала глупой. Мысли о случившемся с Мурабито не давали чашке покоя, и она решила попросить совета у Айи. Однако аякаси конверта оказалась поглощена сражениями в виртуальном мире, поэтому горничная Амакава решила хотя бы напоить ту чаем. Не то, чтобы еда и вода были жизненно необходимы для цукумогами, но совсем без них было плохо.

Чуть ранее в дом Шино-сан, продавца из «Сумчатого рая», ворвалась весьма бодрая особа аякасско-женского пола и принялась среди ночи выпрашивать театральный костюм, что должен сразить милорда наповал. Мужчина поначалу отпирался, но на помощь духу кошки пришла его жена, поэтому бакэнэко уходила с желаемой добычей.

Милорд уже заперся в комнате, и опоздавшему вассалу только оставалось посетовать на жизненную несправедливость и приставучую экзорцистку, что отняла столько драгоценного времени у главы клана. Ломиться внутрь Химари не решилась, прекрасно помня, как милорд отреагировал на попытку Ринко побеспокоить его ночной покой. Аякаси чувствовала себя крайне уязвленной: она не понимала некоторые слова и намеки, которыми обменивались охотница и современная цукумогами Элис с милордом. Дедушка Генноске всегда недолюбливал технику и новые молодежные словечки, и нещадно ругал Багрового клинка Ноихары за любую лишнюю фразу на приемах с представителями других кланов или влиятельными торговцами. Переучиваться было сложно, но ради милорда упорная кошка была готова и не на такое. Ведь с новомодным смартфоном она смогла справиться. Точно! В голову Химари сразу пришла та, кто помог ей разобраться с техникой, и кошка решительно направилась на улицу.

В один прыжок бакэнэко запрыгнула на крышу и неспешно проследовала к натянутому от дождя тенту, который предотвращал попадание влаги на дорогой компьютер:

— Айя, чашка, привет! Как… э-э, игра?

— Рейд проходит неплохо, — проговорила аякаси конверта, ожесточенно щелкая мышкой. — Ты что-то хо… — тут фугурумо повернула голову и оценила роскошный розовый наряд Химари. — Почему ты одета в костюм медсестры?

Оками Гинко до последнего сражалась за право ночевать подле Хозяина, но Шидо решительно выставил аякаси за порог и запер дверь. Волчица немного послонялась по дому, после чего вышла наружу, чтобы поглядеть на луну. Если не было полнолуния, то месяц в небе всегда действовал успокаивающе на нее. Заметив знакомые ауры, оками быстро запрыгнула на крышу и увидала кошку в странном розовом наряде, чашку с большим термосом в руках и конверт за компьютером.

— …Почему ты одета в костюм медсестры?

— То для милорда, — ответила бакэнэко. — Чашка, а ты что здесь забыла?

— Я пришла спросить совета, и-ик…

— Ты что, пьяная?

Гинко с интересом подошла к Лизлет и внимательно обнюхала, после чего вынесла вердикт:

— Саке не пахнет.

— Ни-никакого саке! Я просто… просто… просто пила зеленый чай! — словно бросаясь в омут с головой произнесла горничная.

— Ох-хо. Что это у вас произошло с индюком Мурабито? — ухмыльнулась Химари.

— Мурабито-сан не индюк, и-ик. Он очень благовоспитанный, только иногда бывает резок… В качестве извинений я попросила его выпить моего черного чая… Он выпил и похвалил… А потом предложил мне выпить зеленого. Ии-к!

— У вас все уже так далеко зашло? — спросила Гинко.

— Ничего у нас никуда не зашло! И-ик, ик! — протестующе замахала руками Лизлет.

Айя с тихим вздохом отстранилась от ноутбука, поняв, что ей точно не дадут нормально погриндить мобов для нового шмота.

— Что за совет ты хотела, Лизлет-сан? — вежливо произнесла фугурумо.

— Я-я ничего такого… разве что… Я не знаю, что я делаю не так, но Мурабито-сан все время насмехается надо мной! И-ик! Я хочу, чтобы он воспринимал меня серьезно!

— Тогда тебе стоит найти что-то вроде моего наряда, — сказала Химари. — Говорят, парни, которым нравится театр, от таких без ума.

Дух конверта внимательно осмотрела сестринский костюм и покачала головой:

— Нет, Мурабито-сан предпочитает более традиционные вещи. Могли бы и заметить. Я думаю, если ты хочешь привлечь его внимание, Лизлет-сан, тебе стоит надеть классическую юкату и сделать особую прическу. Лучше сшить на заказ. Химари тебе может помочь.

— Химари-сан, пожалуйста!

— Ничего не поделаешь. Я познакомлю тебя с портным Амакава.

— Спасибо Химари-сан, Айя-сан! Спасибо, большое, и-к! Ой, простите.

— А мне юката поможет, как думаете? — спросила Гинко.

— Если для Шидо-сан, то он видел тебя в ней сегодня. Как и голышом.

— Вот блин… А! У меня же есть наряд от Юто-сама… этой, как его? Бизнес-леди!

— Блохастая, уймись, какая из тебя леди? Токмо кошек по дворам пужать. Айя! Ты с техникой дружна современной! Обучи меня говору молодежному! Чтобы не хуже экзорцистки Тсучимикадо разуметь могла!

— Во-первых, не «токмо», а «только», не «пужать», а «пугать», не «говор», а «сленг», не «разуметь», а «понимать». Но за вечер свою речь не выправить. Слушай, запоминай, учись. Поняла?

— Да, уразу… поняла… — сказала Химари, ожидая продолжения лекции.

— Не знаю, почему вы пришли ко мне? Я не специалист по отношениям…

— Айя, пожалуйста!

— Я же говорю… м-м, постойте. Нам помогут технологии! — фугурумо решительно открыла крышку ноутбука. — Есть очень полезный инструмент. Я им пользовалась, когда искала гайды по квестам и крафту предметов… Не важно. Это нечто вроде мудреца, который знает все на свете! Смотрите!

— Джоогле…

— Гугл, Химари-сан, — поправила бакэнэко Лизлет.

— Англицкий не мой конек… И что может этот Гугл-сан?

— Он может найти все, что угодно! Что будем искать?

— Спроси мудреца, как кошке выйти замуж за человека! — загорелась Химари.

Дух конверта споро застучала по клавиатуре, и вскоре поисковик выдал список результатов. Аякаси сгрудились вокруг небольшого экрана, всматриваясь в иероглифы и ссылки.

— «Зоофилия запрещена в большинстве стран», — прочитала Айя.

— М-м, что такое зоофилия? — спросила Гинко.

— «Влечение человека к животным», — процитировала википедию дух конверта.

— Не животное я, — фыркнула Химари. — Глупости твой мудрец пишет.

— Не все так просто. Надо правильно запрос составлять.

— Ну спроси, как аякаси выйти замуж за человека.

— Нет подходящих результатов…

— Бесполезный Гугл!

— Это человеческий поисковик. Откуда ему знать про аякаси? — встала на защиту Айя. — Спросим, например, как привлечь главу клана…

— «Как привлекать игроков в новый клан», — прочитала бакэнэко. — Ерунда сплошная! Я не в игры играю!

— Спросите у Гугл-сан, как привлечь самца, — предложила оками.

— «Самки привлекают самцов яркими раскрасками и громкими криками в период спаривания…». Химари-сан, смотри, к тебе частично подходит.

Бакэнэко посмотрела на свой ярко-розовый костюм и задумалась:

— Нет, не доверяю я Гугл-сан…

— Что у вас за ночной шабаш, нано? — появилось новое лицо.

Мизучи с любопытством осмотрела компанию аякаси, собравшихся на крыше. Вокруг Сидзуки водили хоровод синие светящиеся слабые водные духи-последователи.

— Змеюка, тебя не звал никто!

Сидзука натуральной змеей проскользнула к экрану и прочитала текст запроса:

— Самочки хотят привлечь самцов? Нано. Вам еще как минимум сто лет расти, прежде чем стоящий мужчина обратит на вас внимание.

— А сама то? Многого добилась с милордом? — ехидно подметила кошачья аякаси.

— Не твое дело! Я только начала завоевание Юто!

— Как начала, так и кончила…

— Умолкни, кошатина!

— На драку нарываешься?!

— Не-не ругайтесь, пожалуйста! — влезла между девушками Лизлет. — Вот, выпейте моего чаю!

Аякаси постепенно остыли, смакуя фирменный английский черный чай.

— Айя, а компьютер милорда показывать сериалы может?

— Да, только видео в низком качестве, сигнал не очень хороший. За некоторые надо платить, вроде бы. Что ты хочешь посмотреть?

— То по англицки, скорее всего. Май литл пони. Раз экзорцистке и милорду знаком, то и я глянуть обязана.

— Нашла. Включаю первую серию…

Тсучимикадо Шидо с довольным прищуром затянулся и выпустил струю густого дыма. На веранде заднего двора особняка Амакава отдыхалось великолепно. Ночная прохлада остужала усталый мозг, а свежий запах лета трепетал ноздри. Уже год, наверное, экзорцист не выбирался в отпуск. Это задание вполне можно счесть за каникулы. Сиди себе, отдыхай, а напарница сама отчет составит.

Вот уж не ожидал охотник из первого клана встретить своего почти забытого питомца. Воспоминания из детства уже поблекли, но Шидо помнил мягкую шерсть под рукой, верного друга в своих проделках между занятиями по экзорцизму. Разумом охотник четко понимал, что перед ним монстр, аякаси, которых его учили уничтожать, и аура оками подтверждала это. Сердце говорило, что Гинко — просто безобидное животное, с которым он проводил много времени когда-то. Нижний же «мозг» успел отметить идеальные формы человеческого облика аякаси, да и руки ощутили тепло ее обнаженного тела. Но все это слишком противоестественного для того, кто уничтожил десятки ей подобных. Шидо из клана Тсучимикадо, а первый клан категорически не жалует любые связи с нелюдями. Разумными, по крайней мере. Боевыми артефактами на основе аякаси некоторые экзорцисты пользуются, но очень уж редки подобные вещи.

Неожиданно чувства охотника дали о себе знать, и Шидо подпрыгнул вперед, встав в боевую стойку. Даже в чужом кимоно экзорцист из главной ветви успел разместить несколько печатей. Сейчас, почуяв угрозу, Шидо вытащил защитный бумажный артефакт и приготовился применить его. Когда глаза привыкли к темноте, он рассмотрел два тонких силуэта под верандой с красными маленькими глазками. Неизвестные аякаси немного фонили водной энергией и не спешили нападать. Спустя несколько секунд гляделок, змеи поняли, что им здесь не рады, и уползли прочь.

— Тьфу! Только у Амакава возможно подобное безобразие…

Тут взгляд охотника поднялся выше, и он натурально обомлел от увиденной сюрреалистической картины, освещаемой жутким синим светом роя летающих аякаси. На крыше дома под небольшим тентом возле включенного ноутбука сгрудились вассалы Амакава и… пили чай. Шидо с подозрение взглянул на окурок в руке и даже понюхал для проверки. Некоторые препараты могли вызывать вполне правдоподобные галлюцинации. Однако табак не пах ничем противоестественным. С крыши послышалась хорошо знакомая мелодия. Около месяца назад охотник загремел в больницу на пару дней, и к нему в палату положили надоедливого пацана, что целый день глядел дурацкие мультики на планшете.

— Чертовщина! — в сердцах произнес Шидо и направился обратно в свою комнату. Лучше обдумать все утром на свежую голову. А еще лучше — забыть как дурной сон.

Под влиянием нескольких просмотренных серий анимационной ленты, Сидзука немного подобрела и расщедрилась на советы для аякаси. Идею с юкатой для Лизлет похвалила, но рекомендовала духу чашки вести себя как обычно и не делать вид, что приоделась ради Мурабито. Гинко намеревалась переодеться в костюм сразу и до утра ждать Шидо возле входа в его комнату. Тут мизучи разнесла оками в пух и прах, заявив, что после сегодняшнего стриптиза охотник уже никогда всерьез не воспримет Гинко. Волчице придется вести себя рядом с ним более адекватно и дождаться подходящего случая для атаки, иначе все усилия пойдут прахом. Разумеется, главная конкурентка мизучи никаких советов не удостоилась, но навострившая уши бакэнэко сама внимательно мотала на свой кошачий ус все, что говорила Сидзука. Хищница в человечьем обличье прекрасно понимала, как важно подобраться поближе к своей добыче и выждать нужный момент для решающего прыжка. В целом всем вассалам Амакава водная лоли прописала ежедневно два часа просмотра телевизионных сериалов и кинофильмов, как самый простой и быстрый способ разобраться в тонкостях человеческих отношений. Благо что наконец в доме появился телевизор с множеством каналов.

Мужчина средних лет с прилизанными назад волосами в темных одеждах решительно пересек барьер и прошел вглубь горной пещеры. На ровном каменном постаменте мирно посапывала маленькая златовласая девочка с девятью длинными лисьими хвостами и мохнатыми ушками.

— Тама-сан, проснись.

— Шутен, чего тебе? — потерла глаза кулачком аякаси.

— Наше убежище нашли экзорцисты. Оно слишком пропиталось твоей аурой. Нам следует сменить место жительства.

— Что это, письмо?

— Да. Анонимное. Я проверил, ловушек нет.

— Дай сюда.

Кицунэ с любопытством понюхала магическую бумагу, один раз чихнула, после чего выдала:

— Тсучимикадо. Я их магию хорошо помню. Они все еще думают, что могут обмануть нюх девятихвостой? Забавные людишки. Что пишут?

— В Такамии якобы засилье духов, которыми можно полакомиться. Это там, где заправляет клан Амакава, — объяснил демон. — Судя по слухам, молодой наследник только недавно вступил в должность главы. Но Багровый клинок Ноихары на пике формы, так что сама понимаешь…

— Интересно! Я хочу туда!

— Тама-сан, подожди… Ты что, пойдешь на поводу у экзорцистов? Они ведь этого и добиваются…

— Ну и ладно. Где Амакава, всегда веселье.

— Ты еще недостаточно восстановилась.

— Какой ты нудный, Шутен. Хорошо, я еще посплю, — зевнула девочка с золотыми глазами. — Пока поищи, чем мне перекусить…

— Нам ведь надо сменить место убежища… Чтоб тебя!

Кицунэ свернулась клубком на каменном постаменте, подложила себе под голову несколько пушистых желтых хвостов и мгновенно задремала.

Только я вышел утром из комнаты, как ко мне подбежала Сидзука и начала… петь, совершая миловидные танцевальные движения:

— Волшебством своим

Весь мир освети.

Искры смеха И добра

От чистого Сердца даришь нам!

Приключения

С нетерпеньем ждёшь,

И волшебство

В себе несёшь!

Милый Юто,

Давай скорей друг друга Любиииить!

Выступление мизучи услышали другие обитатели дома, и в коридоре быстро собрались некоторые аякаси. Под конец Сидзука решительно полезла ко мне, так что с трудом удавалось сдерживать мизучи. Бакэнэко пришла на помощь и схватила лоли-певицу за шкирку:

— Змеюка, сие я спеть хотела!

— Кто первый встал, того и Юто, — высунула язык мизучи.

— И что это было? — спросил я.

— Из сериала, что мы вчера глядели. Про аякаси лошадиных, — ответила Химари.

— Что?…Э-э, ладно, сдаюсь. Как называется, хоть?

— Дружба — это чудо, милорд!

— А-а-а, — дошло до меня. — Я не смотрел. И как, понравилось?

— Очень! Не думала я, что люди про аякаси кино делают. Здорово сие, когда живешь среди своего народа.

— Ты бы хотела жить с другими бакэнэко?

— Так их в мире не осталось почти, милорд. Да и безумные поголовно. Коль кицунэ убивает силы ради, тануки выгоды ради, то бакэнэко — ради развлечений токмо… только. Коты дворовые — плохие собеседники. Только мышей и рыбку обсуждать умеют. Но пока вы рядом милорд, никто другой не нужен мне…

За завтраком еще прибавилось извращенцев, как заявила Кайя. Шидо выглядел задумчивым и случайно пролил кофе на свое гостевое кимоно. Но хоть дзасики-вараси и бурчала, но недовольной не выглядела. Носилась вся в хлопотах, оповещая обитателей особняка, подготавливая столы и стулья, помогая Лизлет с готовкой. Даже гоняла Акиру, обучая премудростям начинающего духа места и готовя служить Амакава. Мальчик прибежал мне жаловаться на злобную хранительницу особняка, умело используя свою миловидную внешность. Но мне не нужен был испорченный ребенок, поэтому я посоветовал Кайе как следует тренировать новичка, на что дзасики-вараси кровожадно улыбнулась.

Маки опросила оставшихся моих вассалов: Кагецуки, Сидзуку и Мурабито. Дух журавля на удивление достойно сопротивлялся провокационным вопросам. Мурабито травил малопонятные хайку, отчего экзорцистка морщилась. Мизучи же вовсю потешалась над главой клана, рассказав все нелицеприятные истории со мной в главной роли. Упомянула и случай, когда я якобы стащил у нее трусики. Сделала жалостливые глаза и пожаловалась, что у нее снова пропало белье вчера. «Братик Юто, не надо красть вещи, это нехорошо, нано. Просто попроси в следующий раз». Маки-сан потребовала разрешения осмотреть мою комнату, после чего направилась на поиски пропавшей одежды. Вернулась с целой кипой детских трусиков, школьного купальника и платьев, которые обнаружила в моем шкафу. Остаток завтрака экзорцистка напропалую троллила меня. Маки ведь далеко не глупая, и поняла, что кража белья была сфабрикована. Химари же чуть глаза мне не выцарапала, еле удалось отбрехаться. Но потом я попросил Сидзуку повторить свой утренний номер, пообещав наградить. Мизучи с радостью спела строки из мультика про пони, а взгляд Маки не обещал мне ничего хорошего. Не знаю, что она так стесняется своего увлечения? Мне вот всегда нравились киношные адаптации комиксов, даже бумажные оригиналы иногда покупал или просто читал в интернете. В награду я чмокнул клановую лоли в щечку.

С утра заявился Кабураги Хьего-сан, привез мне в виде гостинцев четырех злобных призраков, запертых в печатях. Слухи об увеличении квот на аякаси дошли до него, но пока официального разрешения не последовало. Поведал, что ему удалось откопать сверхсекретные архивные данные об обучении моих предков. Малоприятные истории. Магия света действовала на разум крайне негативно без должной подготовки. И никаким образом, кроме как практическим опытом, эту самую подготовку не получить. Прадед обучился артефакторике во время первой мировой войны, дед — в конце второй, когда ему было совсем немного лет. Пропажу военнопленных можно было списать на всякое. Сейчас найти подопытных для магических экспериментов непросто. В Японской империи разрешена смертная казнь, но Шидо пожаловался, что никого из приговоренных не дают так просто забрать. Ага, всего лишь подойти и попросить парочку заключенных на опыты. Что такого, все равно ведь помирать? Кабураги обещал в скором времени решить данный вопрос. Если честно, совсем не хотелось становиться хладнокровным убийцей, но думаю, смогу засунуть свою совесть подальше. Или нет. Не знаю.

Также Кабураги любезно вручил мне экземпляр пособия о ПДД Японии, посмеялся над моей кислой рожей и заявил, что без сдачи теоретического экзамена прав мне не видать. Экзорцистам в особых случаях действительно разрешалось иметь права с 14. Сдавать я буду приглашенным из Токио сотрудникам четвертого отдела, но как уверил Хьего-сан, официальный экзамен намного строже.

Сидзука, поглядев на притащенных подопытных, не стала протестовать, что меня немного удивило. Думал, что раз мизучи защищает духов, то даже злобные в ее понимании не заслуживают такой участи. Но нет, она даже вызвалась помогать удерживать призраков. Подвал у Амакава был достаточно просторный, с несколькими пустующими клетками для пленных аякаси. Под присмотром Химари, Кайи и Сидзуки у буйных ю-лэй не было ни единого шанса. Первого призрачного е-кай распяли передо мной, и я стал ставить опыты. Методом проб и ошибок, конечно, поскольку ни в клановой библиотеке, ни в интернете не нашлось мануала по управлению светом. Своим потомкам подобной участи я не желал, поэтому все старательно записывал в дневник. После прибытия наблюдателей мой личный сборник про особенности аякаси, некоторые фамильные мемуары и разные финансовые отчеты я доверил самому надежному месту — желудку Айи, духу конверта. Самих Маки и Шидо смотреть на клановые секреты не пустили, разумеется.

Мастерил артефакты Генноске в специальной комнате наверху, но мне пока придется тренироваться в подвале. Химари принесла мне кипу разнообразного материала, которым по-видимому пользовался мой дед. Видавший виды толстый журнал по учету производства амулетов, запасы зеленой бамбуковой бумаги для итоговых артефактов и белой рисовой для проб. Циновку для письма и металлический брусок для прижатия бумаги, суми — твердую тушь, которую необходимо размачивать в воде, сосуд для чернил и несколько кисточек разных размеров. Я не особо хорошо знаком с печатями других кланов, только на тсучимикадовские успел вблизи посмотреть. Но главное различие заметно почти сразу. Амулеты света содержат заклинание внутри себя, в структуре материала, тогда как другие печати несут магию в основном именно в нанесенной туши. По сути, на артефактах Амакава можно и не рисовать ничего — только чтобы другие люди ориентировались в типе амулета, да еще похвастаться своими успехами на ниве каллиграфии.

Начал с амулетов от Кабураги. Главное для них — «ошеломление». Еще «ложная цель» и «ослепление». Минут десять я вглядывался в структуру печати с размашистым иероглифом Амакава внизу. Узкий луч света словно бур вонзается в разум в определенную область и делает свое грязное дело. После плюнул и попытался перенести действие амулета на подопытного. Призрак испустил истошный вопль и распался бесформенными сгустками энергии. Блин, немного переборщил с силой. После второго уничтоженного аякаси я понял одну важную вещь — чем сложнее манипуляция с разумом, тем ближе необходимо применять магию. Даже у слабого е-кай было нечто вроде защитной ауры, охраняющего его разум. Она неплохо держала удар. Только на близком расстоянии удавалось сфокусировать тонкий луч, словно иглой пробивающий защиту. Ошеломление действовало на некую область… отвечающую за чувства, наверное: зрение, обоняние, осязание и так далее. Но блин, описать на бумаге, где она находится, как правильно дозировать силу, какой формы заклинание лучше использовать, было нереальным заданием. Как тяжко приходилось первооткрывателям. Это сейчас в шаговой доступности есть амперметры и прочие измерительные приборы. Как раньше измеряли силу тока? По тому, как больно он бьет? Где бы достать «светометр», или самому попробовать сделать? Прям генератор неопознанного излучения ходячий. Да еще я заметил, что свет бывает немного разный, словно бы зависит от моего настроения или физических кондиций. Можно ли представить себе усталый ток? А вот резкий или, например, пугливый свет я уже немного умел различать. Иногда приходилось прикладывать больше усилий, иногда магия давалась легче. Короче, я понял, почему не осталось никаких учебников — ни один человек в здравом уме не сможет описать работу света. Даже если и сможет, другой носитель магии не поймет ни черта. Что не посчитал совсем полным бредом, я записал в дневнике.

В перерывах между призраками я портил рисовую бумагу, пытаясь перенести заклинание. Где-то к пятидесятому клочку истлевшей заготовки, чудом уцелел целый амулет. Правда, мое «ошеломление» сильно отличалось от дедушкиного варианта. Нет, точную копию создать невозможно, это будет сложнее, чем отпечаток пальца подделать. Но мой амулет словно был неполноценным, и я предположил, что он больше действует на призраков, поскольку только на них я пока тренировался. Необходимо покопаться в разумах других аякаси. Добив последнего четвертого беднягу, который перед смертью обещал на том свете совершить половой акт со всеми моими предками до пятого колена, я засел за чистовые версии. Вроде бы «ошеломление» получилось неплохо. Больше всего обрадовал тот факт, что для повторных амулетов не надо было так напрягаться. Имея на руках свой собственный вариант заклинания, копии создавались достаточно легко. Каллиграфическим талантом меня в обеих жизнях природа обделила, поэтому я скромно подписал название артефакта по центру и свою фамилию снизу.

— Как ты себя чувствуешь, Юто? — спросила Сидзука, когда я закончил.

— Нормально, почти никаких угрызений, если ты про это спрашиваешь. Думаешь, плохо, что я ничего не чувствую, убивая духов?

— Ты не духов убил, а убрал негодный мусор, — фыркнула мизучи. — не волнуйся, я сообщу тебе, если ты вдруг перейдешь грань. Еще бы другие экзорцисты, что пользуются светлыми амулетами, не трогали мирных духов…

— Постараюсь исправить ситуацию, моя лоли. Рад, что я еще не совсем чудовище. Не хочу становится как отец. Хотя и заманчиво. По идее, даже этих призраков можно было сделать полностью преданными вассалами Амакава.

— Этот путь не приведет ни к чему хорошему, нано.

— Удивительно, но согласна с мизучи я, — произнесла Химари. — Генноске-доно никого не принуждал магией… почти.

— На темную сторону путь ведет, — усмехнулся я.

— Истинно так, милорд.

Я написал письмо Кабураги и передал десяток «ошеломлений» для тестирования, не забыв упомянуть об их возможной ущербности. Имея на руках отчеты о поставках родовых артефактов, продешевить было сложно, но сейчас я не стал жадничать. Четвертый отдел, несмотря ни на что, слишком ценный союзник. Так увлекся, что не заметил, как подошло время обеда.

Глава 11

Кайя сообщила о нежданных гостях: женщине и сотруднике полиции. В голову лезли разные мысли о том, что могли натворить мои не совсем адекватные вассалы, но с этой стороны никаких проблем не возникло. Женщина оказалась жительницей Ноихары, у которой пропала дочка прошлым днем.

— Собак пробовали пускать? — спросил я первое, что пришло на ум.

— Кинологи из Такамии сегодня прочесывали лес, но собаки не смогли взять след, — сообщил полицейский, отчего слезы брызнули из глаз тревожащейся мамы. Но в общем держалась она достойно, не вопила и не докучала требованиями немедленно отправиться спасать ее ребенка. Вдруг сотрудник полиции наклонился ближе ко мне и тихо прошептал, так чтобы женщина не услышала. — Они сказали, что животные чего-то боятся, понимаете? Поэтому мы подумали, что вы можете помочь, Амакава-сан.

В приемной собралась внушительная толпа из вассалов и Маки-сан.

— Гинко! — крикнул я.

Вскоре прибежала оками и вполне прилично поклонилась гостям. За ней пришел любопытный Шидо-сан.

— Гинко, прошу тебя помочь этим людям найти пропавшего ребенка в лесу. Справишься?

— Конечно, Юто-сама! Не извольте беспокоиться!

Все-таки сомнения одолевали меня, когда я глядел в пречестные глаза оками.

— Шидо-сан, не хотите прогуляться? А то что все в доме сидеть?

— Хм-м…

— Присмотрите за Гинко-сан, чтобы она не потерялась в лесу. Кайя найдет вам вещи для лесной прогулки и соберет корзинку для пикника. Можете взять мою машину, заедете в магазин, если надо.

— Хорошо, Юто-сан, — сдался под моим напором экзорцист. — Помогу вашему клану.

— Ур-ра! Хозяин-сама! Как в старые времена! Только мы вдвоем!

— Гинко, отстань!

— Да, простите… — на удивление волчица сразу послушалась, и отступилась от объекта обожания. Похоже, что наконец взялась за ум.

Где-то через полчаса после ухода оками с охотником позвонил Конугахато-сан из игровой компании Тибы. Руководство дало зеленый свет. Еще бы не дало, с такими деньжищами. Проклятый комп будет у меня пахать 48 часов в сутки, отрабатывая потраченное. Мы обговорили некоторые нюансы. Мужчина обещал, что в ближайшие дни экспонат привезут в Такамию, там же в банке пройдет перевод средств. Я сразу ознакомил Айю с данным делом. Не пристало главе клана мотаться по пустякам.

Оками Гинко изо всех сил старалась вести себя прилично, не прыгать от радости и не докучать хозяину, но получалось плохо. За годы запах Шидо изменился, но волчица уже успела привыкнуть, только от табака нос чесался. Изменился и характер охотника: заматерел, огрубел, но не растерял азарт охоты. Теперь хозяин-сама не выглядел глупым щенком, а уже походил на вожака стаи. Вот и сейчас он сразу взял командование в свои руки. Довез на машине до мест пропажи ребенка, добыл образцы одежды, которые Гинко сразу изучила. И они вдвоем углубились в лес на востоке от особняка Амакавы. Если бы не мерзкий запах, пропитавший все вокруг, можно было бы расслабиться и получать удовольствие. Понятно, почему домашние собачонки тряслись от страха: в лесу поселились сильные инугами, собачьи аякаси. На этот раз Гинко попросила хозяина не смотреть, и трансформировалась за деревом, предварительно раздевшись. Все-таки, в истинной волчьей форме чувства более обострены, и запах взять намного легче.

Азуми сильно устала и только к полудню достаточно согрелась после ночевки под открытым небом. Хотелось есть, пить и домой. В последние несколько минут девочка со страхом оглядывалась по сторонам, в каждом кусте ей чудились наблюдающие за ней глаза.

И это было отчасти правда. Из зарослей за человеческим детенышем следила шайка из пяти звериных инугами, не имевших человеческого облика. Они походили на крупных диких собак, а две особи напоминали полуволков. В отличие от исконных лесных жителей, ину предпочитали держаться человеческих селений, промышляли на помойках и редко собирались в крупные стаи. Несмотря на крошечный разум, аякаси могли общаться между собой на простые темы. И сейчас между ними в который раз происходил разговор примерно такого плана:

— Сожр-рем детеныша!

— Но охотник света живет р-рядом…

— Плевать! Мясо!

— Бакэнэко нас найдет.

— Мы успеем уйти! Охотник света и его р-ручная кошка не найдут нас!

Через некоторое время желающим полакомиться удалось уговорить остальных, и шайка стала осторожно приближаться к жертве. Азуми неким шестым чувством ощутила опасность, еще не видя ину, и бросилась бежать сломя голову. Догнать для собачьих аякаси бегущего по лесу ребенка не составляло никаких проблем, но они решили поиграть с добычей. Они окружали девочку, рычали и лаяли, вынуждая ту бежать в другую сторону. Азуми, сама того не понимая, успела нарезать несколько кругов по лесу. Вот, одна вырвавшаяся вперед псина ударила девочку лапами по спине, прочертив кровавые борозды и изодрав кофту. Азуми громко закричала и упала на землю. Сил у бедной девочки никаких не осталось, и она сжалась в комочек, стараясь стать как можно меньше. Пасти тварей кусали Азуми за руки и ноги, играя с беззащитной жертвой.

Неожиданно звери прекратили нападать и затихли. А откуда-то со стороны раздался низкий звериный рык. Сделав усилие, девочка разлепила глаза и сквозь застилавшие слезы увидела неподалеку большого серого волка. Последняя надежда покинула Азуми. Теперь ей точно конец.

— Вы что, твар-ри безмозглые, совсем стр-рах потер-ряли?! Нападать на людей на землях Юто-сама!! — рыкнула Гинко на своем языке.

— Отвали, падаль. Это наша добыча.

Ину были слишком разгорячены погоней, и не могли мыслить адекватно. Впрочем, их обычное состояние трудно было назвать адекватным.

— Нас больше! Покажем суке, кто здесь хозяин!

Вокруг Азуми разверзлась настоящая звериная битва. Клочками летела шерсть, раздавался злобный рык и жалостливый визг раненых. Девочка из последних сил забралась на невысокую ветвь дерева и стала со страхом наблюдать за схваткой. Почему-то она принялась всей душой болеть за волка, хотя он был также страшный. Наверное, ей стало жалко его, потому что серый был один против пятерых. Сражался он как настоящий лев! Трое противников еле шевелясь лежали на земле, но и сам волк покрылся многочисленными ранами, шкура вся окрасилась красным, а переднюю лапу он подволакивал. Оставшаяся двойка подбиралась с разных сторон, намереваясь добить серого хищника, но вдруг из кустов раздался странный звук, что-то быстро промелькнуло, а один из зверей окутался ярким пламенем. Противный запах паленой шерсти заполонил нос. Последний зверь бросился наутек.

Из зарослей вышел высокий мужчина, и громко обратился к волку:

— Гинко, ты как?!

Девочке показалось, что ему кто-то ответил, но говорившего было не видно. Вскоре волк привел мужчину к убежищу Азуми, девочка спрыгнула в протянутые руки, крепко обхватила спасителя и громко разревелась.

Пока ее несли по лесу, Азуми успела задремать, так что стиснувшая ее в объятиях родная мать вызвала толику раздражения. Вокруг носились незнакомые люди, полицейские с собаками, медики сразу взялись обрабатывать многочисленные раны и царапины. Хотели уже уложить на носилки, как Азуми резко оттолкнула врачей и завопила:

— Дяденька! Дяденька с волком!

— Я здесь, что такое? — подошел спаситель с хромающим напарником.

— С ним все будет в порядке?

— Думаю, да. Это она, а не он.

Азуми решительно отстранилась от липнущей матери с отцом, подошла к серому зверю и обняла за шею. Тот негромко зарычал.

— Ой, прости, ты ведь ранена. Спасибо тебе большое! Ты… ты самая крутая оками, что я видела!

На миг девочке показалась, что волчица ей что-то ответила, а потом шершавый язык лизнул ее в нос. Медики уложили девочку на носилки, и у той уже не осталось никаких сил сопротивляться.

Именно в этот момент Тсучимикадо Шидо понял, что даже если ему сам глава клана прикажет напасть на оками, он просто не сможет этого сделать. Аура волчьей аякаси уже совсем не пугала, а стала словно родной. Да, рядом с ним стояла Гинко, его любимый питомец.

Узнав подробности произошедшего, мне оставалось только досадовать на собственную самоуверенность и забывчивость. Меня ведь предупреждали про инугами и цутигумо, собачьих и паучьих аякаси, шляющихся по округе. Поэтому на следующий день рано с утра я запланировал рейд по окрестностям Ноихары, послал Химари за Тосигами. Дух урожая может помочь с поисками неугодных аякаси. Сидзука занялась раненой Гинко, и к вечеру немного осунувшаяся оками уже выбралась из комнаты и засела на кухне. Я пил чай и расспрашивал волчицу о напавших е-кай. Это были ину примерно второго-третьего ранга. Если сопоставить общепринятую классификацию духов по силе с десятибальной системой, то выходило следующее: до 1 ранга слабые, 1–2 низшие, 3–5 средние, 6–9 высшие, и 10 — великие. Волчица не утерпела и утащила недожаренный кусок мяса со сковороды, на что Лизлет немного поругала Гинко, но смирилась. Непостижимым образом сероволосая девушка смогла умять несколько килограмм отборной вырезки. Наверное, ее желудок работает по принципу сжимающего пространства, как у Айи или Саки.

Шидо сгонял в магазин и закупил разнообразного сакэ: пива для меня, сливового вина для Маки-сан и виски для себя. Сказал, что надо отпраздновать второе обретение своей четвероногой подруги детства. Вещи для экзорцистов привезли, но в особняке те продолжали расхаживать в более удобных и практичных кимоно, что есть халат по сути. Химари, увидев меня с выпивкой сделала страшные глаза, долго упрашивала бросить, а потом слиняла куда-то. Похоже, дед тренировками вбил в ее голову психологическую травму перед спиртным. Охотник с оками вспоминали свои давние проказы, дух императорской чашки рассказывал истории из жизни влиятельных исторических личностей, которые когда-то пили из него. Веселье набирало обороты, и аякаси плеера повышал градус проигрываемой музыки:

— «…Vodka! You're feeling stronger

Vodka! No more feeling bad

Vodka! Your eyes are shining

Vodka! You are the real MAN…»

Через некоторое время Шидо с Гинко, Нобу, Акира, Мурабито и Лизлет отправились на вечернюю прогулку к озеру. Как-то так получилось, что в комнате остались только мы с Маки-сан. До этого разговор у нас с ней не клеился, но поскольку других собеседников не наблюдалось, мы принялись болтать о всякой ерунде. Много времени уделили музыке: обменивались своими любимыми песнями, а Ди-ниджу их нам проигрывал. Вкусы у нас во многом совпадали. Еще охотница, уже приняв на грудь, призналась, что ей нравится читать седзе-мангу. Это вроде как комиксы с уклоном в романтику. Я тоже ей поведал про бэтмена и спайдермена, пожаловался, что фильмы плохо отражают атмосферу бумажных комиксов. Потом еще выпили, Маки добыла закусок из холодильника.

— Вот скажи, Юто, мужчинам правда не нравятся умные девушки?

— Не всем, но большей части, мне так кажется.

— Но почему?

— Ну-у, черт его знает. Не нравится нам чувствовать себя в чем-то вторыми. Мы должны быть сильнее, умнее, зарабатывать больше денег и так далее. Наверное, это сродни инстинктам. А разве у такой привлекательной девушки могут быть проблемы с парнями?

— Еще как могут… — мрачно пробурчала экзорцистка. — Последний сбежал, знаешь из-за чего?

— М?

— Мы возвращались с отдыха, и я отгадала оставшиеся после него слова в кроссворде. Понимаешь? Из-за дурацкого кроссворда! Мне что и впрямь надо изображать тупую куклу?

— Ну, некоторым парням нравятся неглупые девушки. Я вот немного устал от Химари. Я не требую от нее мгновенных перемен, но милорд то, милорд се. Взбесилась сегодня из-за этих подброшенных трусов. Вот вечно с ней не все ладно. Было бы здорово, если бы она переняла часть твоего характера, Маки.

— Значит, я тебе нравлюсь, Юто? — кокетливо спросила девушка.

— Конечно! — я поднялся, изображая радушного хозяина. — Тебе подлить вина?

— Давай я сама! — запротестовала Маки и тоже встала с дивана.

Но тут девушка неожиданно обо что-то запнулась и полетела мимо меня. На полном автомате я схватил ее за юкату, но не справился с управлением захмелевшим телом, и рухнул вслед за экзорцисткой. Маки лежала на полу, я же нависал сверху над ней. Женское кимоно разошлось, открывая взгляду красивое дамское белье белого цвета и приятную на ощупь округлую грудь. Я поспешил убрать ладонь, но что-то толкнуло меня, и я плюхнулся вперед прямо лицом меж мягких полушарий. Затуманенный разум выдал очень необходимую информацию о том, что это именно и есть каноничный эпизод из этти манги. Не сказать, что неприятный, но я чувствовал себя неудобно перед гостьей. И тут женские руки сомкнулись в замок над моей шеей, не давая подняться.

— Раз я тебе нравлюсь, то может быть ты воспользуешься ситуацией, а Юто?

Дух плеера как-то странно прочитал ситуацию и исполнил веселую песню, получившую вторую популярность благодаря одному комикс-фильму:

— «…When we're all alone (Ooga-Chaka Ooga-Ooga)

Keep it up girl (Ooga-Chaka Ooga-Ooga)

Yeah, you turn me on (Ooga-Chaka Ooga-Ooga)

A-ah ah-a, I'm hooked on a feeling!..»

— Э-э, сейчас кто-нибудь обязательно зайдет, — покосился я по сторонам. — Я уже знаю эту фишку.

— Я заперла дверь, — обрадовала охотница. — Так что? — приподнялась к моему лицу Маки, приоткрыв губы.

— Моя девушка меня прибьет.

— Девушка?! Кто?

— Химари!

— А, аякаси. Это всего лишь развлечение. Е-кай не может сравниться с настоящим женским теплом.

— Маки-сан, вы пьяны. Мы с вами знакомы второй день. Я люблю Химари.

Замок разжался, я поднялся и помог встать экзорцистке.

— Ты прав, Юто, вино в голову ударило, — поведала смущенная Маки. — Пожалуй, я пойду спать.

— Спокойной ночи.

— Тебе тоже, приятных снов.

Я с удивлением осмотрел помещение, в котором мы предавались возлиянию. Никто не стал нам мешать, не ворвался, когда мы лежали в такой пикантной позе. Неужели проклятье перестало действовать? Надо обязательно проверить на кошке. Вот уж действительно, спиртное развязывает языки. Я ведь не был уверен в своих чувствах, а перед малознакомой охотницей так легко проговорился. Ладно, утро вечера мудренее.

За завтраком собрались помятые личности, обсуждая свои вчерашние приключения. Шидо был плох, ему кусок в горло не лез. Гинко вчера вытянула чуть не утонувшего охотника из озера, который внезапно решил освежиться, и дотащила до комнаты. Маки вела себя как ни в чем не бывало, никоим образом не упоминая случившееся. Я ни капли не раскаивался: девушка она видная, найдет себе пару в два счета. Ей бы немного менее настойчивой быть.

Как поведала мне оками ранее и просветили вассалы за столом, Ноихара сама по себе являлась лакомым местом для аякаси. Во-первых, местность имеет высокий магический фон. Для е-кай, это все равно, что попасть на свежий воздух после душного помещения. Плюс новые духи рождаются немногим чаще, чем в других частях Японии. Во-вторых, четвертый отдел здесь появлялся редко. За многие годы выработалась простая система: если духи людей не трогают и не вторгаются в их жизнь, то Амакава позволяют им жить рядом. Но как только появляются нарушители, охотники моментально проводят очистительный поход, не особо разбирая, кто прав, а кто виноват. Это привело к тому, что духи в большинстве случаев сами предупреждают о ренегатах, опасаясь, как бы им не попасть под раздачу. Так что мое первое решение было исторически правильным.

Гинко с Кагецуки я отправил отдельной командой разбираться с оставшимися ину, передав духу журавля пачку «ошеломлений» на всякий случай. Шидо, скрипя зубами, все-таки решил присоединиться. Им я заказал такси с личным водителем, услугами которого раньше пользовался сам Генноске. Надо подумать и о расширении автопарка. Вторую команду составило наше сработанное трио из меня, бакэнэко и мизучи, плюс Маки также выразила желание написать отчет о нашей полевой операции. Ну и проводник в виде Тосигами отправился с нами на машине. В картах и дорогах дух урожая ориентировался скверно, поэтому нам пришлось ехать по его указаниям. Несколько раз заехали в тупик.

Первой целью стала заброшенная ферма на окраине Ноихары. Сначала там поселился призрак погибшей старухи, которая вела одинокий образ жизни. Потом подтянулись привидения и другие слабосильные е-кай. Некоторое время они сидели тихо, но вскоре соседи стали жаловаться на странные завывания и мелькающие меж деревьев пугающие силуэты. Домашние животные скулили от страха и сбегали подальше.

Маки любезно накрыла область вокруг домика барьером, не пропускающим слабых и низших аякаси. А потом мы пошли разбираться. Призраки разбежались в стороны пугаными сгустками псевдо-материи, а бабка совсем ополоумела и напала на нас. Не успел я погеройствовать, как фиолетовая демоническая волна развоплотила призрака, и бакэнэко невозмутимо задвинула Ясуцуну обратно в ножны. Дальше мы проверили остальных сущностей и отправили в небытье двоих привидений из негативных чувств и одного призрака-утопленника. Судьей выбрали Сидзуку, чему та была не особо рада. Но раз уж она у нас была главной радетельницей за спасение мирных е-кай, то и флаг ей в руки. Маки-сан само собой очень удивила наша избирательность. Тсучимикадо упокаивали всех встреченных ю-лэй и обакэ, если уж брались за дело. Даже кодама, безобидные лесные духи, в чем-то полезные, выжигались каленым железом и фирменными печатями.

Среди аякаси достаточно часто едят себе подобных, только разных видов. В основном, животного происхождения, как это происходит у их обычных природных аналогов. Каннибалами же называют тех, кто ест представителей своего вида или больше, чем ему необходимо для поддержания жизни. Подобная диета делает аякаси немного сильнее, а некоторые типы духов так буквально эволюционируют. В Японии главные здесь, конечно, кицунэ, потом следуют они, демоны, и гаки, вечноголодные демоны. Последние имеют свой собственный мир, вполне реальный, как я узнал с удивлением от Маки. Называется Гакидо и по описаниям напоминает слегка облагороженный ад. Вообще даже оками и бакэнэко могут становиться чуть сильнее, пожирая сущности других аякаси. Но у Амакава подобное не практиковалось из эстетических соображений, и я не стал нарушать традицию.

Дальнейшее представление я, да и Маки наверняка, не забудем никогда в жизни. В общем, состоялся суд над коробокуру, который сожрал своего соседа. Схваченный гном сначала отпирался как мог, но останки собрата возле его собственного жилища, кости в котелке, роль которого исполняла консервная банка, все это оставляло немного шансов для доказательств своей невиновности. Мелкий оборванец крыл всех нецензурными словами, поминал погибшего коробокуру недобрым словом, заявил, что тот украл все его запасы на зиму. Коллегия гномов сочла эту причину недостаточной для такой кровожадной мести. Потом начал кричать, что он увел у него какую-то гномиху, которую быстро отыскали и представили пред судейские очи. Та заикаясь, подтвердила, что сначала сожительствовала с одним гномом, потом с другим, потом с третьим… и так далее. Коробокуру сочувственно покивали на слова изливающего душу гурмана и постановили оправдать преступника, а вместо него казнить гномиху как главную виновницу. Но тут вмешалась Сидзука, сходу пойдя против решения общественного суда, и пришпилила гнома-убийцу сосулькой к земле. Какой ор подняли коробокуру-старейшины, страшно представить. Они требовали от меня, как главы Амакава, наказать мизучи за убийство их дорогого сородича. У меня аж голова разболелась.

— Казнить мизучи! Казнить! — кричала взбесившаяся толпа недоросликов.

— Хорошо, я понял! На неделю Сидзука отстранена от мороженого.

— Ты не посмеешь, нано!

— У-у-у, — взвыли недовольные моим решением коробокуру.

— А ну заткнулись, уродцы мелкие! — схватилась за рукоять катаны Химари и выпустила порцию кошачьей ауры. Гномий народ разом притих, впечатленный мощью бакэнэко.

Вопиющий случай аякасского самосуда сподвиг меня на одну очень занятную идею-мысль, которую я отложил в дальний ящик. Она была весьма интересная, но… вряд ли ее тепло примут как охотники, так и аякаси.

— Пожалуй, этого мне хватит для написания диссертации в Оммедзи Гакуэн, — произнесла Маки, до этого не знакомая так близко с жизнью малогабаритных аякаси и никогда не общавшаяся с призраками.

Следующих мы посетили разветвленную семью нэкомата, которые напоминали большого манула или рысь с раздвоенным хвостом. За них отчитывалась сама Химари. У бакэнэко не было последователей, как у Сидзуки, но за дальними родственниками она приглядывала. Жители Ноихары жаловались, что какой-то большой котяра повадился лазить в продуктовый магазин. Химари моментом выявила виновника и буквально надрала тому задницу. Еще совсем котенок по меркам некомата, который и говорить по-человечески не умел. Только истерично мяукал, пока бакэнэко ножнами отхаживала того по мягкому месту. Е-кай оставили у меня впечатление, как о тех, кто недалеко ушел от диких зверей. Маки подтвердила, что неагрессивных нэкомата первый клан тоже не трогает. Но в некоторых местах эти твари весьма злобные и больше размером, утаскивают скот и людей.

Даже в Ноихаре, милом и уютном японском городке, водились беспризорники, дети из неблагополучных семей, ворье, наркоманы и прочие порицаемые обществом индивидуумы. Тосигами направил нас в одно заброшенное здание, которое можно охарактеризовать одним словом — притон. Ничего не объяснил толком, сказал, что долгое время какой-то аякаси шлет сигналы о помощи оттуда. Просканировав здание снаружи, ничего подозрительного мы не обнаружили, поэтому пришлось переться внутрь. Переступая горы пивных банок, оберток от еды и пластиковых шприцов, мы прошли через несколько комнат. На нас вроде бы кто-то пытался наехать, но Химари быстро вырубила самих ретивых, не вынимая Ясуцуну из ножен. Один смельчак потянулся за чем-то сзади — то ли пистолетом, то ли ножом, и я обрадовался возможности испытать родовые печати. Ошеломление сработало словно светошумовая граната на парнишу, судя по его крепко зажмуренным глазам и рукам, зажимающим уши. Химари для профилактики впечатала его в стену. На втором этаже я почувствовал очень слабое присутствие аякаси, и по ауре мы нашли комнату, где его содержали. В помещении находились в край обдолбанные уроды, пускающие по кругу странный мешок, от которого немного тянуло барьерной магией. Внутри с помощью синтоисткого каната оказалось запечатано ослабленное привидение, отвечающее за наслаждение, скорее всего. Нарколыги почти полностью скурили бедного аякаси. Без значимого сопротивления мы выпустили обаке, и тот быстро улетел через стену. Больше нас слава всем ками ничего здесь не держало, и мы поспешили покинуть притон. Только Сидзука сказала, что задержится. Уже из машины я наблюдал, как из всех окон и щелей заброшенного здания хлынул поток воды, вымывая мусор, включая людской. Сомневаюсь, что душ им поможет надолго, ну да и ктулху с ними.

После увиденных картин обедать не особо хотелось, и мы пропустили по кофе в закусочной. Вернее, мы с Маки по кофе, а Химари и Сидзука по молочному коктейлю. Молочный коктейль — ведь не мороженое? Мизучи согласилась на такую замену своему наказанию. Предстоял последний из запланированных на сегодня визитов. Цутигумо, паучьи аякаси. Не люблю пауков, да и кто их любит, скажите на милость? Наверное, те же люди, что пьют кофе или чай без сахара. Аналогичная репутация у цутигумо и среди аякаси. Паучьи духи мало с кем контактируют, разве что с теми, кого употребляют в пищу. Но как новому главе клана Амакава мне нельзя рубить с плеча. Пускай и выглядят мерзко, однако о пропажах жителей в этом районе не сообщалось.

Глава 12

С самого утра периодически моросил мелкий незаметный дождик. На земле успели скопиться лужи, и тойота застревала на лесных дорогах. Спасительные пинки Сидзуки легко выталкивали машину, нам даже выходить не пришлось. Следуя указаниям Тосигами, вскоре достигли места, где хоть какая-то дорога заканчивалась. Прогноз погоды, не будь дураками, мы посмотрели с утра, а потому облачились в непромокаемые накидки, которые взяли с собой. Кроме мизучи — она наоборот почти полностью разделась. До потенциального гнездовья предстояло пройти около трех километров по непролазной лесной чаще. Из положительных сторон мокрой прогулки можно было отметить разве что большое жирное ничего. Маки с упорством бульдозера перла вперед, и мне даже немного стыдно стало за собственную изнеженность. Ведь бегал марш-броски с полной выкладкой, когда высшему офицерью возжа под хвост попадала или приезжало еще более высокое начальство с проверками. Спишем на более тщедушное новое тело.

Ауру цутигумо почуяли сразу, стало попадаться больше паутины. Некоторые силки совершенно невообразимых размеров — на оленя, наверное. Не знаю, сможет ли человек выбраться из такой ловушки. Им бы паучий шелк прясть, или чем там членистоногие знамениты… Может, Альберт нашел бы им применение… Решено! Будут адекватные, наладим бизнес. Они мне сверхпрочный материал, я им провизию. Мы старательно скрывали свои ауры, и вскоре меж камней стали попадаться представители паучьего племени, разбегающиеся при нашем появлении. Были совсем крохотные, попадались и с ладонь. А один раз, клянусь, кракеном, я увидел мохноногую тварь размером с кошку. Это тебе не коробокуру, безобидно выглядящие гномы, и не нэкоматы, весьма няшные котищи, эта хрень реально заставляет поежиться. Не зря ведь в фильмах ужасов образ огромных пауков так часто используется, а арахнофобия является одной из наиболее распространенных фобий. Реально, не представляю, чтобы Амакава завел у себя в вассалах подобное создание. Я и змей не особо перевариваю, поэтому хорошо, что Сидзука потеряла свой животный лик. А тут… куча мерзких мохнатых лапок, фасетчатые зыркалы и шевелящиеся жвала. Бр-р. Нет, нужно быть более толерантным. Я представляю молодое, не замшелое поколение, и не могу судить по внешности.

Вскоре мы набрели на изрытый пещерами холм. Причем диаметра отверстий было достаточно, чтобы прополз взрослый человек. То есть кошка — не самый большой экземпляр здесь. Стремно как-то. Цутигумо оказалось больше, чем предполагал Тосигами. Радовала только дождливая погода — Сидзука становилась поистине смертоносной в такие моменты. Пауки попрятались по норам, а мы принялись ждать, пока к нам кто-то выйдет.

— И как их выкуривают оттуда?

— С трудом, — ответила Маки-сан. — Огненные печати не достанут до самого низа. Чаще ставят мощный барьер и запирают пауков в одном месте. Они постепенно вымирают от голода, пожирают друг друга. У Шикимомуро есть магия, что вызывает ужас даже у цутигумо, выманивая их наружу.

— Запереть бы экзорцистов в одном доме. Посмотрим, как вы запоете, — смерила взглядом охотницу Сидзука.

— Это наш мир, и е-кай в нем не место!

— Нашли время для ругани. Где ваш профессионализм?

— Прости, Юто-сан, — остыла Маки. Сидзука фыркнула. — Мы действительно будем вести переговоры с ними?

— Попробуем.

Через несколько минут из отверстия, которое нам не был видно, выполз гигантский цутигумо с буйвола размером. На самом деле туча длинных многосуставчатых лап создавала ложное впечатление огромности е-кая. Весил паук около центнера по виду. Шерсть его была седой, а на морде имелось что-то вроде бородки. М-да уж, если такая дура укусит тебя, то ты не в человека-паука превратишься, а в калеку или сразу в труп.

— Амакава, — проскрипел арахнид. — Что привело вас сюда? Мы не трогаем людей.

Жвалы чудовища постоянно находились в движении, капала слюна. Мохнатые лапы не переставая переминались и подергивались. Неужели мы ему кажемся настолько же отвратительными, как и он нам?

— Рад слышать. Считайте это дружеским визитом. Я — Амакава Юто, глава шестого великого клана экзорцистов.

— Шаш-шах, повелитель цутигумо. Мне известны некоторые человеческие традиции, но чая с закусками вам предложить не могу. Наши закуски вы вряд ли захотите пробовать. Кшах-кша-кшах! — предположительно, засмеялся паукан.

— Благодарю за предложение, Шаш-шах-сан. Я бы хотел обсудить с вами возможность взаимовыгодного сотрудничества. Видел вашу паутину, весьма прочная и эластичная.

— Кхаш! Наша паутина — самая лучшая на свете! Идите за мной.

С опаской мы последовали за предводителем цутигумо и быстро вышли к кучке засохших деревьев, между ветвей которых были натянуты белые переливающиеся на солнце нити с разнообразными узорами. Красиво. У пауков настоящий ткацкий станок внутри.

— Это… наше искусство, да. Посмотрите поближе на вот это полотно, Амакава-сан.

Я внимательно прислушивался к свету, отслеживая ауры аякаси поблизости, и совершенно не ожидал, что земля уйдет у меня из-под ног. Я рухнул в глубокую хорошо замаскированную яму. И хоть мое тело сразу напитала магия, приложился неслабо. Млять, я еще и на паука рухнул, разбил его в лепешку. Внизу было хоть глаз выколи. И сразу на меня полезли цутигумо, размером со взрослую собаку, наверное. Однако в тесной сети туннелей отступить было некуда. Я пустил несколько волн света и разделал часть напавших, но тут на меня прыгнули сверху, и в плечо вонзились чьи-то клыки или жвала.

— Ксо!!!

Каким-то чудом тварь смогла пробить мой покров света. Я усилил ауру, и паучьи зубы испарились под напором магии. Самого паука тоже разворотило, обдав меня слизью, кровью и внутренностями. Наверху, откуда я упал, уже копошилась паучья масса, выбегая из боковых проходов. Я махал Хаганэ во все стороны, но меня буквально завалило телами. Плюс ранивший меня цутигумо ввел какой-то яд, с которым свет не мог так просто справиться. Голова потяжелела. Сверху я почувствовал знакомую водную магию Сидзуки, однако сознание покинуло меня.

Сначала я подумал, что умер. Допрыгался, экзорцист недоделанный. Мысли текли вяло, словно загустевший сироп. Может мне дадут второй шанс? Запихнут в менее агрессивный мир. Я ведь толком ничего сделать не успел. Однако постепенно чувства возвращались вместе с болью. В уши будто ваты забили, в глазах темно, не пошевелить даже пальцем. И тут до меня дошло. Я в паучьем коконе из паутины, чтоб этим членистоногим все лапы поотрывали! На меня резко накатил приступ арахнофобии совместно с клаустрофобией, я стал задыхаться и задергался в тщетных попытках выбраться. Магия ни хрена не работала, словно ее всю высосали.

Вжить! Острые коготки прочертили борозды на подбородке и лбу, и кусок паутины отошел в стороны. Я находился в почти неосвещаемой пещере, только грибы по углам давали толику бледно-зеленого света. Передо мной стояла обворожительная красотка со светло-фиолетовой кожей и большой обнаженной грудью. Но как только я рассмотрел низ, энтузиазм бесследно пропал. Нижняя половина тела незнакомки состояла из громадного паучьего туловища с несколькими парами лап. Паукоматка, итить меня в дышло! Память Юто подсказала, что подобные монстры называются йорогумо, кровожадные существа, что питаются также и людьми. Но ведь цутигумо и йорогумо относятся к разным видам, они не должны жить вместе. Это как стая волков и собак. Тварь глядела на меня с очевидно гастрономическим интересом. В другой части пещеры я рассмотрел еще висящие коконы из паутины, в некоторых виднелись высохшие человеческие лица с застывшими гримасами ужаса. Ксо! Не было ведь сообщений о пропаже людей в Ноихаре.

— Ах-х, сегодня у меня поистине великолепная трапеза! — произнес сексуальный голос людоедки. — Сам охотник света!

— Даже если ты меня убьешь, мои вассалы отомстят! Отпусти, и я не трону тебя! — прохрипел я.

— Они не найдут эту пещеру. Единственный тоннель, связывающий ее жилищем цутигумо, уже завалили. А твоя сияющая аура сейчас скрыта с помощью яда и моей волшебной паутины.

— Ты ведь вполне разумная. Мы сможем договориться!

— Конечно, разумная. Если я поглощу твою ауру, то стану сильнее раза в два. Плевать на цутигумо, они выполнили свою миссию. Пусть Багровый клинок вымещает на них свою злость. Когда я доем тебя, то легко ускользну. М-м, какой же ты вкусный! Все, не могу больше терпеть!

Йорогумо обхватила меня лапами, и я почувствовал, словно в сердце вонзили огромную иглу. Жизненные силы стали утекать. И это было чертовски больно! Ксо! Света на донышке, не пошевелиться даже! Меня сейчас выпьют как бокал с вином! Какого хрена, я же главный герой! Я не могу так тупо умереть. Я еще не выполнил свое предназначение. Создатель, боги и прочие высшие силы, что забросили меня сюда… Вам лучше помочь мне, иначе я точно коньки отброшу![2]

Я сидел в своей комнате в позе лотоса и громко дышал, отсчитывая про себя секунды. В голове не было не единой мысли. Я чувствовал, что это тот самый момент, я почти достиг просветления. Теперь необходимо собрать всю внутреннюю энергию и выпустить наружу. Я сосредоточился и постарался ухватить что-то внутри себя. Сердце забилось как бешеное. Вот оно! У меня получается! Я открыл глаза, и на доли секунды мне показалось, будто вокруг тела разлилось золотистое сияние.

Да! У меня точно есть мистические силы! Ха-ха-ха! Теперь настанет мое время! Я стану миллиардером и императором, заведу себе кучу грудастых красоток. Мы с ними будем делать и то, и это, и даже в такой позе… Хе-хе. Надо наведаться в Ноихару, одолжить у Юто пару приспешниц. Ему все равно ни к чему. Горничную обязательно, а еще девушку с голубыми волосами. Ух-х, ее безжизненный взгляд буквально распаляет вулкан страсти во мне!

Неожиданно я услышал звук отворяемой двери. На пороге комнаты показалась девочка средних классов со светло-красными короткими волосами.

— Дура-Хару, сколько раз я просил тебя стучаться! — крикнул я.

— Ты что, тут эт-этим занимался опять?! — слегка смущаясь протянула гостья.

— Если бы я занимался этим, то запер бы дверь!

— Брат-придурок, как ты можешь говорить такую пошлятину своей милой младшей сестренке?!

— Отвали! Я занят!

— Чем это ты занят? Йогой что ли?

— Не твое дело, Хару! Я постигаю свои скрытые способности!

Сестра посмотрела на меня как на сумасшедшего:

— Ты уже слишком взрослый, чтобы всерьез верить во всю эту ерунду!

— Отвянь, неверная! Ты еще будешь ползать у моих ног!

— Только в твоих мечтах, извращенец!

Я задумался:

— Хару, ты конечно плоская как доска и всего лишь банальная цундере, но тебя я тоже возьму в свой гарем!

— Фу-у, у тебя совсем крыша поехала?! Я маме расскажу!

— И мама там будет! Все женщины планеты будут моими, муа-ха-ха!

— А-а, опять в эроге переиграл, — сестра бросила взгляд на валяющиеся коробки от игр жанра 18+.

— Дура! Тайзо Масаки почти подчинил себе магию!

— Нет, я знаю, кому лучше рассказать. Твоей однокласснице, как там ее? Кузаки Ринко, да?

Меня прошиб холодный пот:

— Да что мне эта Ринко сделает, будущему повелителю тьмы, ха-ха?

— Твой нервный смех говорит мне, что я на верном пути. Надо раздобыть ее телефончик.

— Нет, стой! Ладно, так уж и быть. Когда я стану королем мира, я не буду брать тебя в свой гарем!

— Я беспокоюсь, за твое душевное состояние, бесполезный-братик, — покачала головой Хару. — Надо обязательно сообщить Ринко, что ты планировал сделать со своей родной сестренкой и матерью.

— А ну стой! — я бросился за мелкой ябедой.

— Кья-я-я! Мама, брат совсем с катушек съехал!

— Тайзо, а ну прекрати приставать к сестре! — крикнула снизу мать семейства. — Не то оставлю без карманных денег!

— Не может быть, — я рухнул на пол и со злостью взглянул на ехидную улыбку Хару. — Ты дьявол. Дьявол, которого послали испытать мою силу воли! Ты не сможешь отвлечь меня от постижения магии! Я все равно стану темным лордом и соберу себе гарем красоток![3]

Жизненные силы покидали меня с катастрофической скоростью. Единственную забрезжившую идею я без раздумий претворил в жизнь. Собрал остатки света и выпустил тонкий луч в сторону. Йорогумо прекратила высасывать энергию и с усмешкой взглянула мне в глаза:

— Бесполезно. Эта пещера опутана моей паутиной. Выброс энергии даже в десять размеров больше никто бы не смог засечь с поверхности.

— Ты так уверена? — прошептал я.

— Тянешь время? Я слежу за ситуацией с цутигумо. Ох, бедняжкам приходится несладко! Безумная кошка крушит все на своем пути, а экзорцистка накрыла барьером, не давая убежать ни одному духу. М-м-м, ими я бы тоже с удовольствие полакомилась, но я не совсем дура. Надо и меру знать.

— Откуда другие люди?

— О, из разных мест. Из Такамии и других городов. Непросто их было притащить сюда. После тебя придется мне сменить логово. Жаль, хорошее было место.

Йорогумо прислушалась к чему-то далекому:

— Ах-шс, как мизучи зверствует, залила почти все проходы водой. Жалкие цутигумо просто захлебываются… — тут паучья аякаси замерла и резко развернулась в ту сторону, куда я пустил луч света. Именно там протекал маленький ручеек, уходящий куда-то вглубь пещеры. — С-сученыш-ш!

В этот момент камень над головой содрогнулся. Посыпалась пыль и куски горной породы. Я занимал намного меньше пространства, и по мне ничего не пролетело, а вот йорогумо пришлось тратить свою чернильную энергию, чтобы защититься от падающих сверху обломков. Через несколько секунд в одном месте свод обрушился, пропуская каменные осколки, бьющую под давлением струю воды и фиолетовую ауру. На меня таки начал падать валун, но в последний момент я успел напитать голову остатками жизненных сил и светом, и понадеялся, что паутина смягчит удар. А в следующее мгновение я снова потерял сознание — то ли от сотрясения, то ли от магического истощения, а может и все вместе…

Йорогумо яростно заревела, раскидывая камни в стороны. Две лапы ей не удалось уберечь, их расплющило. Однако благодаря подпитке аурой охотника энергия буквально била ключом. Если бы ей дали время переварить духовную пищу, то она стала бы вровень с бакэнэко. Но сейчас, пускай и сильно ослабленный, Багровый клинок Ноихары сражался с ней на равных. Паутинные сети плавились под действием демонической энергии, разрезались Ясуцуной. Когти йорогумо столкнулись с темной катаной и высекли искры. Водные щупальца аккуратно выволокли кокон с еще живым человеком в безопасное место, и Сидзука сразу подоспела на помощь бакэнэко. Из пролома ударил водопад воды, формируя вихри. Из ручья мизучи клепала сосульки и сходу отправляла в противницу. Когда силы стали покидать паучьего духа, она бросила отвлекающий сгусток чернильной энергии и побежала к выходу, который был заполнен множеством ловушек из паутины. Однако путь ей преградила здоровая фигура предводителя цутигумо Шаш-шаха. Старый паук лишился нескольких конечностей, на его теле имелось множество ран:

— Ты клялась, что поможешь с охотниками! — заклекотал цутигумо на своем паучьем языке.

— Отвали, старый хрыч!

Паучьи аякаси сцепились в скоротечной схватке. Шаш-шах плюнул ядовитым сгустком, но йорогумо легко защитилась барьером, после чего располовинила цутигумо мощной чернильной волной. Одновременно с этим фиолетовый выброс энергии бакэнэко прошелся по телу йорогумо и лишил ее нескольких ног. Острый клинок вонзился в верхнюю часть красивой девушки один раз, второй… После двадцатого, когда от йорогумо остались лишь мелкие ошметки, подошла Сидзука:

— Кошка, уймись!

— Ны-ягх!! (уничтожу!)

Ясуцуна продолжала носиться вверх-вниз, выбивая каменную кошку и давя остатки паучьей аякаси в однообразное месиво.

— Остынь, дура!

Холодный душ отрезвил впавшую в ярость бакэнэко.

— Мне еще на лечение Юто много сил придется тратить. Прикрой нас.

— Милорд… поняла.

Пришел я в себя в гораздо лучшем самочувствии, чем до этого в паучьем коконе. Да еще я был у себя дома, под одеялом на футоне. С одного бока меня грела Химари, где-то в ногах ощущалась Сидзука.

— Как вы, милорд?

— Отлично! Что может быть лучше, чем проснуться рядом с прекрасной девушкой? Верхняя половина йорогумо тоже была по-своему красива, но мне не особо нравятся личности, которые видят во мне исключительно обед.

— Я бы тоже не прочь попробовать вас на вкус, милорд, — мурлыкнула кошка и начала вылизывать меня. Периодически наши губы встречались, и данный факт не могла оставить без внимания другая гостья.

— Я тут лечу его в поте лица, а все достается только кошке, нано.

— Сидзука!

Я крепко сжал лоли в объятиях и смачно расцеловал, без всякого романтического подтекста. Мизучи аж растерялась от такого напора:

— Нано…

— Что с пауками?

— Большую часть цутигумо передавили, милорд. Но вельми живучие они. Проверять надобно изредка. Йорогумо… от нее почти ничего не осталось…

— Спасибо, что спасли! Ты уж извини, Сидзука, но в следующий раз при встрече я вряд ли буду вести переговоры с пауками. Нахрен эту толерастию. Посмотрел на высокое паучье искусство, называется.

— Понимаю, нано, — вздохнула мизучи. — Цутигумо я тоже на дух не переношу. Они разоряли наши гнезда рядом с озером.

За несколько часов, что я был в отключке, восстановилась часть магии и сил. Даже чувствовал себя отчасти выспавшимся. Мы тут же собрались в обеденном зале и принялись делиться впечатлениями. Шидо с Гинко смогли отыскать оставшегося инугами. Еще Кагецуки набрел на небольшую стаю диких собак, но по решению оками их не стали истреблять. Маки вызвала сотрудников четвертого отдела, чтобы разобраться с логовом цутигумо. В пещере обнаружили одиннадцать тел людей разного пола и возраста, давно пропавших без вести. Цели йорогумо выбирала аккуратно, так что никто не связал исчезновения с Ноихарой.

Я немного переел, но твердо был намерен проверить на Химари, продолжает ли проклятье работать или нет. Однако кошка куда-то испарилась, я и не заметил даже. Некоторое время я отвечал на сообщения через ноутбук у себя в комнате. Тайзо уверял, что почти нащупал свою внутреннюю силу, и просил оставить ему нескольких красоток. Хитсуги спрашивала, не сильно ли меня потрепали паучьи духи. Снова к четвертому отделу влезла. Хотя почему влезла? У нее же полный доступ администратора есть.

Так засиделся, что не заметил, как в мою комнату вошел посетитель. Щелкнул замок, как бы говоря, что все по-серьезному. Я поднял глаза и уронил челюсть вниз. Химари надела короткий розовый костюм медсестры, который ей был маловат в районе груди. Выглядело сногсшибательно, о чем я тут же поспешил поведать.

— Пациент, тихо! Вам не рекомендуется разговаривать! — серьезным тоном произнесла кошка. — Ложитесь в постель. Вот так. Теперь померяем температуру. В пределах нормы. Покажите язык.

— А-а-а.

— Вы неизлечимо больны.

— Не может быть…

— Вам понадобится помощь опытной медсестры. М-м-м…

Химари остановилась, задумавшись. Я с интересом ждал продолжения спектакля. Похоже, на этом ее знания о медицинских работниках заканчивались, а переводить все в горизонтальное положение Химари не додумалась. Неужто до сих пор верит, что эти костюмы надевают из-за любви к театру?

— Ня-я! А-а-а! Ня, ня-я! Ня-яргх! — вдруг громко закричала бакэнэко.

Я аж подпрыгнул от неожиданности:

— Ты че орешь?! Какой-то кошачий ритуал?

— Тсч. Так и знала, что ерунду посоветовал интернет-мудрец, — разочарованно протянула Химари.

Мое же терпение подошло к концу, и я резко притянул девушку к себе и зарылся лицом в мягкие подушечки.

— Милорд, нья-я…

Я снял розовую кофточку, расстегнул лифчик и принялся изучать пышную грудь языком. Химари постанывала и ерошила мои волосы. Тут в дверь постучали:

— Амакава-сама, чем вы заняты?!

Блин, все-таки, не сработало?

— Кайя, не твое дело! — грубо ответил я.

— Химари ведь у вас?! Я не могу найти ее нигде.

— Кайя, не мешай нам, — произнесла Химари, выдав свое местоположение.

— Но…

— Я сказала, не мешай!

— Как знаешь! Только потом не приходи мне плакаться! — зло проговорила дзасики-вараси из-за двери и удалилась.

Не может быть! Неужели, нас оставили в покое? Заслуженная награда ждет главного героя.

— Пациент, продолжайте процедуры! — томным голосом проговорила девушка.

Я задрал юбку и проник рукой в трусики. Химари выгнулась и подалась вперед. Я принялся ласкать киску киске, в каждый момент ожидая, что произойдет какая-то неестественная ерунда, которая сорвет весь процесс. Рука моя намокла, а Химари вдруг выпустила ушки и хвостик, не справляясь с собственными чувствами. Я сразу ощутил наступление аллергической заразы, но работать рукой не прекратил. Девушка крепко прижалась ко мне и присосалась к шее, причмокивая и постанывая. Героическим усилием я довел Химари до пика наслаждения. Кошка откинулась на футон и глухо закричала. Однако продолжать весьма увлекательный процесс мне не позволила аллергия.

Звучит невинно, но на самом деле это был настоящий ад. Глаза слезились и распухли, так что я перестал видеть совсем, руки покрылись красными пятнами и нестерпимо зудели. Из носа непрерывным потоком шли сопли. Под конец я начал реально задыхаться и всерьез обеспокоился собственной жизнью. Умереть во время секса хоть и нелепо, но умереть из-за прикосновений к девушке еще нелепей. Химари, увидев в каком я положении, позвала мизучи, и водная аякаси сразу промыла мне глаза и горло.

— Судя по количеству жидкости на твоем футоне и трусах кошки, вы тут явно не книжки читали, — буркнула Сидзука.

— Я тоже рад тебя видеть, моя лоли, — разлепил я опухшие глаза. — А теперь, выйдите, пожалуйста, мне предстоит неприятный разговор.

— Хорошо, нано. А я пока надеру уши одной наглой кошке.

— Ня-я… (не может быть…) — виновато пискнула Химари, выходя из помещения.

Если раньше я выглядел как азиат с примесью европейской крови, то теперь в зеркало на меня смотрел настоящий узкоглазый, которому еще и лицо набили до кучи. Я решительно поднял телефон и вызвал один из контактов.

— Джингуджи слушает.

— Привет, Куэс.

— А, Юто. Рада тебя слышать.

— Что-то не слышу в твоем голосе радости. Сразу к делу. Я хочу, чтобы ты позаботилась о снятии проклятья в скором времени.

— Я же тебе говорила, не все так просто.

— Меня не интересуют сложности. Ты меня прокляла, изволь снять.

— Все-таки полез к кошке? Может быть, выберешь другую? Там у тебя много грудастых девок было, как я помню.

— Кого выбирать, решать мне!

Куэс вздохнула.

— Если честно, то я спрашивала в Токио о специалистах по проклятиям. И мне указали на одного моего знакомого.

— Отлично! Тогда завтра едем в Токио.

— Боюсь, я тебя не обрадую. Ведьма не из в Токио.

— Киото? Хоккайдо?…В Японии, хотя бы?

— Нет, Юто. Намного дальше.

— Не важно! Вылетаем завтра же!

САМБА-4. Кицунэ и я. Часть 2

Глава 1

После разговора с Куэс, не откладывая дело в дальний ящик, я засел за бронирование мест на самолет. И сразу столкнулся с трудностями. Каким образом мне заказать билеты для аякаси, которые не имели никаких документов? Химари, которую я спросил, неуверенно ответила, что дед Генноске связывался с кем-то из общественной безопасности. Хотя часы показывали почти одиннадцать вечера, я решил набрать номер Кабураги, наивно полагая, что вопрос разрешится быстро:

— Юто-сан?

— Добрый вечер, Хьего-сан. Извините, что так поздно.

— Ничего страшного. Вы нам всем задали сегодня работки. Вы насчет цутигумо?

— Вообще-то нет. А что удалось обнаружить?

— Про тела вам уже сообщили. Могу прислать краткие биографии погибших. У них были семьи, дети, жены, мужья. Может, это сподвигнет шестой клан более тщательно проверять… своих соседей.

— Мне жаль, что так получилось. В следующий раз клан Амакава будет начеку.

— Будем надеяться. Нам удалось захватить с десяток живых особей. Ваше «ошеломление» действует на них хуже ожидаемого.

— Оставьте для меня нескольких, тогда я смогу улучшить амулеты.

— Принято. Что-то еще?

— Да, мне нужно заказать билеты в другую страну для аякаси.

— Вы обратились по адресу. Я с вашим дедом не работал, но остались старые инструкции… Придется их обновлять. За несколько лет порядки изменились. У нас заключены договоренности с Китаем, Российской Империей, Индией, почти со всеми южно-азиатскими странами, Австралией, США. Куда вы собрались и на какой срок, Юто-сан?

— Э-э, в Великобританию, Лондон.

— Что?! Вы в своем уме?!

Я промолчал.

— Ладно, я несколько эмоционально выразился. Понимаете, Юто-сан, ваши предки никогда не брали вассалов в европейские страны. Уровень слежки за магическими тварями там весьма высокий, экзорцисты не будут смотреть спустя рукава на ваших аякаси. В Англии по закону запрещено владеть аякаси высшего ранга, за исключением контролируемых Министерством Магии заповедников. Даже на среднего необходимо куча разрешений. Ко всему прочему на официальном уровне между странами никогда не закреплялась возможность провоза сверхъестественных существ выше среднего ранга. Я могу предложить вам альтернативный вариант. Четверо лучших моих сотрудников будут сопровождать вас в поездке. Один из них как раз выпускник LAMA, остальные из Оммедзи Гакуэн.

— Боюсь, меня такой вариант не устраивает.

— Юто-сан, вы не понимаете. Аякаси могу спровоцировать международный скандал. Вы, как глава одного из великих кланов, представляете лицо Японии и… Ладно, что уж тут скрывать. Клан Амакава всегда доставлял множество проблем, только ради вас принято куча законов, поправок и исключений. Некоторые страны лояльно относятся к вашим методикам, но Европа, а особенно Англия — не то место, куда следует брать с собой аякаси. Одна эта поездка серьезно уронит престиж нашей страны в магическом сообществе. Представьте, что вы просите разрешение на въезд неуравновешенного человека, обвешенного взрывчаткой.

— Мой дед вполне себе активно разъезжал. Так что о нашем клане должно быть известно. Мои аякаси не доставят проблем.

— Юто-сан, это невозможно.

— Жаль. Тогда придется везти с собой домашнюю кошку и бутыль воды. Я подумывал о таком варианте, но решил, что это будет уроном достоинству моих вассалов.

— Контроль в аэропорте вас не пропустит… — вздохнут Кабураги. — Хорошо. Я передам ваш вопрос руководителям в Токио, это не в моей компетенции. Мы начнем переговоры с британской стороной.

— Я планировал вылететь завтра…

Трубка несколько секунд молчала, после чего Хьего-сан произнес обреченно:

— Юто-сан, завтра я привезу вам цутигумо. А послезавтра, возможно, вам дадут разрешение на перелет. Разница во времени, тут быстрее никак.

— Ясно, не подумал об этом. Тогда мы подождем еще один день. До завтра, Хьего-сан.

Утром за завтраком я сообщил о возникшей заминке и поинтересовался, не желает ли еще кто-то лететь с нами. Лизлет задумалась на некоторое время, но потом все же отказалась. Шидо тоже решил остаться. Охотник съязвил на тему засоса на моей шее, который оставила Химари. Акира рвался со мной, но по мне так юный дзасики-вараси только мешать будет.

— Я никогда не была в Лондоне. К тому же наше задание наблюдать за тобой, Юто, — решительно заявила Маки.

— Вообще-то, за аякаси, а не мной, — ответил я с подозрением.

— Не важно! Ты ведь берешь с собой нескольких аякаси, я буду присматривать за ними от лица первого клана. В Британии суровые законы по отношению к магическим существам, насколько я помню. Пожалуй, мне надо обговорить ситуацию с Тсучимикадо-доно.

Мда. Может, действительно не стоит их брать с собой? Там будет Куэс, да и я натренировался в магии света. С другой стороны, я ощущал себя в безопасности рядом с бакэнэко и мизучи. Передряги, в которые мы попадали не раз, здорово сплотили нашу команду. Да и Сидзука восприняла грядущую поездку с большим энтузиазмом: тараторила без умолку про то, как ей не терпится познакомиться с британскими духами и духами, про одежду и шляпки, которые она возьмет с собой, про обязательный поход по лондонским бутикам. А вот Химари приуныла.

— Моя лоли, ты знаешь английский?

— Немного, нано.

— А ты, Химари?

— Нет, милорд.

— Так я и думал. Лиз-тян, будь добра, составь для Химари краткую шпаргалку, чтобы она могла объясниться и спросить дорогу. Ну и словам обучи, каким сможешь.

— Будет исполнено, господин, — поклонилась горничная. — Господин, разрешите нам с Химари-сан сходить к портному в город перед отъездом.

— Конечно, — кивнул я. — Химари, кстати, верни костюм Шино-сану.

— Милорд, не по нраву вам пришлось?

— Это личные вещи. Если тебе понравилось, потом закажем.

— Амакава-сама, помните, вы говорили про подарок? — задумчиво обратилась ко мне дзасики-вараси. — Можно мне тоже сходить к портному?

— Да. И Акиру с собой возьмите. Пусть что-то приличное себе найдет вместо больничного халата.

Подъехал Ротшильд, мы обговорили с ним различные финансовые детали. Посещать со мной Лондон англичанин отказался, сказав, что один из наших проектов переходит в активную фазу, и ему надо все лично контролировать. Далее мы с ним и Сидзукой проинспектировали наше маленькое воинство. Мизучи сочла готовыми ко взрослой жизни восьмерых змей и дюжину водных духов-шариков. Последние кстати, начали менять очертания. Кое-кто обзавелся подобием человеческого лица, парочка — щупальцами-отростками. Самый сильный из миньонов научился худо-бедно говорить по-японски, большая часть остальных немного понимали человеческую речь, но сами говорить не могли. Сидзука сказала, что дальше их нет смысла питать моей аурой — прогресс будет мизерным. Альберт выглядел поистине воодушевленным. Даже успел снять небольшой офис в Такамии и нашел где-то работника, знакомого с миром магии. Зарегистрировал частную фирму «Amakawa-Mizu». Строил далеко идущие планы, говорил о закупке водонепроницаемых маячков, возможном найме аквалангистов и специальных судов, размышлял о сотрудничестве с военными и полицией, дискутировал с единственным говорящим духом на тему того, как объяснить остальным ценность драгоценных металлов. Чтобы всякий мусор не таскали. Водные духи плохо чувствовали через слой земли или ил, поэтому могли обнаружить только недавние пропажи. Плюс их можно отправить исследовать затонувшие корабли, хотя в океане полно хищников-аякаси, и водная лоли запретила им плавать далеко от побережья.

Дальше у них с Сидзукой разгорелся спор, которому я не мешал, хотя в целом был на стороне мужчины. Ротшильд не собирался всерьез нарушать японское законодательство, но «что найдем в воде, то наше, а уж покупатель сыщется». Однако Сидзука настояла на своем варианте. В результате вышло, что Amakawa-Mizu будет также и бюро находок Такамии. Я вставил свои пять йен, предложив публиковать информацию в интернете. Если законный владелец не находится в течение полугода, то мы можем продавать вещь. Ну и вознаграждение за возвращение предусмотреть не помешает. Сидзука согласилась и сразу отправилась вместе с миньонами на инспекцию реки и океанского побережья Такамии на тему хищных водных духов.

Я неожиданно огорошил Альберта тем, что хочу написать завещание. Пребывание в паучьем коконе не прошло для моей психики даром, и я озаботился тем фактом, что в случае моей смерти клановое имущество могут пустить с молотка. Я планировал сделать наследницей Кайю, поскольку она самый старый и сильный вассал клана. Закон разумеется не предусматривал аякаси подобной роли, но Ротшильд обещал что-нибудь придумать.

Позже подъехал явно не выспавшийся Кабураги, притащив в клетках шестерых цутигумо разных размеров. Еще раз попытался отговорить меня и намеревался все равно пропихнуть в сопровождение своих сотрудников, но я ответил, что со мной будут экзорцисты первого клана, так что не стоит ему волноваться. Шидо помог мне, окончательно убедив Хьего-сан.

До обеда и после я тренировался на пауках, стараясь экономить предоставленные экземпляры. Сумел доработать ошеломление и даже не убил никого с первой попытки. Новая версия амулета все также оставалась лишь частично похожей на вариант деда, но, мне кажется, вышло неплохо. Цутигумо относятся к звериным аякаси, а значит ошеломление будет хорошо работать на любых представителях вида. Кроме него в моем распоряжении были образцы амулетов: «подчинение», «множественное подчинение», «забытье», «связной» — из наших клановых запасов, «ложная цель» и «ослепление» от Кабураги, «чистый разум» от Якоин, «вечный ужас» от Шикимомуро. Связь у нас и так неплохо налажена благодаря Элис. Амулеты для четвертого отдела оставим на потом, перебьются «ошеломлениями» пока. Шикимомуро я ничего не должен. «Множественное подчинение» и «забытье» выглядят весьма сложными. Остается выбрать из двух: индивидуальное «подчинение», которых осталась всего пара штук, или «чистый разум» для союзного клана. С одной стороны, «подчинение» наверняка ведет к освоению умения по контролю разума аякаси. А значит я смогу не убивать злых духов, а привлечь на пользу клану.

Плюс помочь Химари с ее проблемой. Я усиленно размышлял, можно ли сделать что-то для бакэнэко после того, как Сидзука описала ее приступ в паучьей пещере. Во-первых, стоило бы ее оградить от сражений, каждое из которых приближает кошачье безумие. Айя сообщила, что ее мать Сэмари, предыдущий Багровый клинок Ноихары, стала полностью неуправляемой примерно к двадцати пяти годам, когда Химари было два года. Кайя, дзасики-вараси Амакава, вспомнила, что при первых признаках безумия бакэнэко отправляют на поиски супруга для продолжения рода. Рождаются только девочки по какой-то причине, вроде бы это связано со светом. На срок беременности и некоторое время после разум возвращается к кошачьей аякаси, но это лишь небольшая отсрочка. Хм-м, теоретически, если раз в пару лет Химари будет рожать, то может и сохранить адекватность. Нет, слишком все это притянуто за уши, да и возможно об этом позаботились предки, что ставили нашу родовую печать на бакэнэко. Как бы то ни было, как минимум пять лет еще Багровый клинок Ноихары должен исправно нести службу и мое вмешательство не понадобится.

Поколебавшись, я решил начать с задания от Хитсуги. Я ее не так хорошо успел узнать, да и можно вспомнить ее умение идеально контролировать себя, но по виду юной главе девятого клана было очень важно, чтобы я изучил именно этот артефакт. Амулет «чистого разума» был даже сложнее «множественного подчинения». Целый час я потратил только на изучение. По моим предположениям артефакт должен блокировать определенные участки мозга и даже выжигать, что не совсем вяжется с его названием. Я попытался воспроизвести заклинание на пауке, но тот быстро скопытился. Имеет ли вообще смысл тренировать его на аякаси? Я написал Хитсуги сообщение и попросил помочь Кабураги с поиском подопытных. Якоин сходу пообещала найти мне сотню-другую жертвенных душ, но я ее веселый настрой не разделял. Имею ли я право лишить жизни живого человека, али тварь дрожащая? Хотя палачи были во все времена. Кто-то ведь должен заниматься грязной работой.

Оставшихся пятерых я бил «подчинением». После четырех трупиков тщательно проанализировал заклинание и постарался действовать более аккуратно и быстро. Со светом в случае разума нельзя было медлить. Пан или пропал. То есть сама подготовка заклинания занимает какое-то время, после чего резко внедряется в аякаси. Цутигумо выжил, но его шатало и лапы не держали. Однако кровожадный настрой и страх по отношению ко мне из его ауры пропал, минут на десять примерно. Я сделал несколько десятков бумажных «подчинений», пока не выдохся. На каждом написал крупно название, фамилию клана и «Не применять на людях!». Дальше решил попробовать «ослепление», но первая попытка вышла неудачной, и подопытные закончились.

Выйдя из подвала, я сразу направился в ванную, загодя набранную Кайей. Бросив одежду в Саки, я прошел в банное помещение и внимательно осмотрелся. Это уже стало традицией. Плотно закрыть форточку и краны, щель под дверью заложить полотенцем. Сочтя приготовления законченными, я погрузился в приятную теплую воду. Ди-ниджу, оставленный в углу, включил медленную расслабляющую музыку. Где-то минут через двадцать я почувствовал знакомую ауру. Из небольшой вентиляционной решетки сначала мелко закапало, потом полился настоящий поток, собравшийся в маленькую девочку в синем купальнике.

— Можно к тебе присоединиться?

— Тебе действительно надо мыться?

— Нет, нано. Но когда еще тебе доведется шанс пощупать свою лоли в интимной обстановке?

— Залезай. Только ко мне не приставай. Помнишь, ты обещала слушаться?

Сидзука с разбегу плюхнулась в бассейн, подняв кучу брызг.

— О-о, ты плавки надел? Ждал меня в гости, нано?

— Я же тебя знаю. Как проверка?

— Пока мои духи будут исследовать реку Такамии, там не на одну неделю работы.

— Ясно.

— Что-то ты неважно выглядишь. Переживаешь из-за цутигумо?

— Наверное. Столько всего еще надо сделать. Вдруг я не справлюсь? Может я слишком много на себя беру?

— Ложись на спину на воду, я тебе специальный водный массаж сделаю, нано.

— Спасибо.

Мизучи устроила мне настоящее джакузи вперемешку с аква-массажем.

— Вот уж не думала, что буду утешать экзорциста после убийства аякаси, — пробурчала Сидзука. — Ты сделал правильно, Юто. Все духи бывают разные, и порой сложно различить, в ком таится зло. Но йорогумо и цутигумо не все столь кровожадные, иначе я бы не позволила тебе приблизиться к ним. Люди за века придумали множество законов. Еще в начале двадцатого века можно было легко набрести на разбойников, бандитов. Сейчас это сделать сложнее. Нано. А в прежние времена, как мне говорили, люди постоянно воевали: кланами, семьями, городами, народами. Напоминали диких зверей. Но вы смогли двинуться дальше, и за это я вас уважаю. А аякаси так навсегда и остались в средних веках. Многие от природы мирные, и есть такие как я, что всегда тянулись к человеческому обществу. Но большинство не верит никому, кроме сородичей, живут в глуши. Знаешь, мне кажется, только Амакава могут изменить положение вещей. Вы словно посредники между людьми и аякаси.

— Думаешь? — переспросил я, нежась в пузырьках воды.

— Уверена, нано.

— Спасибо. Все эти разговоры об избранности навевают сон. Надеюсь, там про меня не сочинено каких-нибудь пророчеств?

— Много чести, — фыркнула мизучи и выстрелила струей воды мне по заднице.

— Ай! Ослабь напор, посейдона ради… Есть у меня одна идея. Только ведь многие аякаси неразумные. Сложно до всех достучаться. Да и экзорцисты очень упрямый народ. Вон с каким трудом договорился о поездке.

— Задача сложная и может казаться невыполнимой. Главное начать.

— Пожалуй, ты права…

— Юто, можно мне тебя поцеловать, нано?

Я открыл глаза и увидел склонившуюся надо мной мизучи.

— Прости, я…

— Тс-с, не извиняйся. Я умею ждать. Думаешь, я настолько глупа, чтобы отказаться от места, которое могу назвать домом?

— Ты мне очень нравишься, Сидзука. Как сестра. Ты словно моя мудрая старшая сестра!

— Нано!

— Бу-ульк! — меня утянуло на дно бассейна, и я забарахтался. — Кха-кха, за что?!

Мизучи выпрыгнула из водоема:

— Еще раз посмеешь назвать меня по имени или тем более старшая сестра, пойдешь на корм рыбам, Юто.

— Все понял, больше не повторится.

Вода в бассейне стала градусов на десять меньше, поэтому я тоже поспешно закончил с купанием. Вечером позвонила какая-то важная персона из главного подразделения четвертого отдела. Пытался убедить меня надеть на провозимых аякаси какой-то «пречистый ошейник». Якобы английская сторона согласна только на такие правила. Пришлось мне строить из себя надменного главу великого клана, посмеяться над неспособностью японских оммедзи отстоять свою позицию на международной арене. Тот явно остался недоволен, но обещал что-то придумать. Посмотрев телек и немного пообщавшись с вассалами и охотниками, отправился спать.

— РОТА ПОДЪЕМ!!! — прогремело у меня над ухом.

Я подпрыгнул и на автомате выставил покров света. Несмотря на то, что фраза была произнесена на японском, интонации легко угадывались по прошлой жизни. В моей комнате стоял незнакомый мужик-азиат в светло-зеленой военной униформе старого японского образца. Лет тридцать на вид, со зверской рожей, присущей некоторым командирам. Сбоку висел меч син-гунто, известный мне по историческим хроникам. Я узнал каску на голове незнакомца, которую выкопал на пляже Тсучидзима, и немного расслабился.

— Че орешь с утра пораньше?!

— Сопляк! Ты как разговариваешь со старшим по званию! Ну ничего, я из тебя сделаю образцового солдата! Или захо…

Я выпустил немного ауры в сторону цукумогами, и тот притих.

— Слушай сюда, касочник. Старший по званию у нас в клане — это глава, то есть я. Амакава Юто. Какое у тебя было звание? — спросил я, не умея различать погоны японской императорской армии.

— Гунсо, сержант!

— Считай меня тайсе, генералом. Генералом Амакава. Как тебя зовут?

— Гунсо, сержант!

— Э-э, ладно, Гунсо. Короче, тревожить сон генерала по пустякам запрещено. Я буду досыпать, а ты иди прошвырнись по поместью, познакомься со всеми. Советую тебе не трогать Химари, бакэнэко, Сидзуку, мизучи, и Кайю, дзасики-вараси, а то они от тебя мокрого места не оставят. Выполняй!

— Есть, тайсе! — мужчина развернулся и строевым шагом покинул мою комнату.

Да, боец из новообразованного цукумогами не ахти, аура слабая, но может пригодится его сержантский настрой. Я уж и забыл про каску, сваленную в углу комнаты, но видимо, ночного излучения моей ауры ему хватило для эволюции.

К завтраку меня вежливо разбудила Лизлет. Я с удовольствием уплетал вкусности, познакомил всех с новым вассалом Амакава.

— Раз наш клан расширяется, надо постепенно менять некоторые порядки, — проговорил я. Маки тут же потянулась за записной книжкой. Да и пусть строчит. — Наш новый товарищ Гунсо-сан подал мне замечательную идею. В любой военной организации должна быть строгая иерархия и подчинение. Засим объявляю себя генералом клана Амакава.

— Генерал извращенцев, — тихо буркнула Кайя.

— Капитанами Амакава я назначаю Си… мою лоли, Химари и Айю. Лейтенантами назначаю Кайю, Кагецуки и Гунсо. Элис — младший лейтенант. Сержантами назначаю Гинко и Акиру… также Тосигами. Нобу, Лизлет и Мурабито, вы можете остаться гражданскими, либо получить сержанта. Саки и Ди-ниджу тоже гражданские. Со званием вы получаете не только привилегии, но и обязанности. Правила просты: подчиняться старшему по званию, если того требует безопасность клана, и соответственно отдавать указания младшим по званию. Идиотским приказам следовать необязательно, своя голова на плечах должна быть. Водные духи будут рядовыми. Если у вас есть вопросы по званиям, вы можете их задать лейтенанту Гунсо…

Шидо усмехнулся. Ну да, лейтенант Сержант звучит забавно.

— «…Uncle Sam does the best he can

You're in the army now

Oh, oh, you're in the army now…»

— исполнил аякаси плеера.

— Потом придумаем какие-нибудь отличительные знаки.

— Милорд, почему это у меня со змеюкой одинаковое звание? — возмутилась кошка.

— Ты права. Сначала я хотел дать тебе на звание меньше…

— Ня-и?! (че?!) Сильнее я!

— Дело не в силе, а в разумности и… том, насколько я вам доверяю. Айя ведь тоже не может похвастать большим боевым потенциалом.

— Поняла, милорд.

— Багровый клинок, Морской кнут… Как-то это глупо звучит. Будем перенимать практики, которые работают по всему миру. Тсучимикадо-сан, у вас есть, что посоветовать?

Шидо с Маки отрицательно покачали головами.

После завтрака я участвовал в специфичной процедуре обретения одежды для дзасики-вараси. Они могли носить обычную одежду, но, чтобы наряд стал их частью, они должны в нем умереть, либо провести особый ритуал. Требовалось вливание магии другого человека, к чьей ауре аякаси привычны. Акира в последнее время питался только моим светом, ну а Кайя была изначально заточена под служение Амакава. Для Акиры я осветил выбранное им самим серое кимоно с темной окантовкой, напоминающее по цветам его предыдущую больничную пижаму. Кайя получила инвертированную черную юкату с красным воротом (раньше была красная с черным) и фиолетовый широкий пояс.

Подъехал Кабураги со специальными временными документами для аякаси. Сказал, что у британцев будет ответная просьба к нашему клану. Выполнять ее якобы необязательно, но в следующий раз могут и не пустить вместе с аякаси в страну. Я передал ему стопку доработанных ошеломлений, что мужчину явно обрадовало.

Сразу забронировал билеты и отдал приказания на время нашего отсутствия. Наказал Гинко сопровождать других, более слабых вассалов. По возможности не покидать особняк. Хотя в префектуре кицунэ с они не появлялись, но все-таки их видели на севере острова, не так далеко от Такамии. Айя обещала сразу позвонить мне, если появится новая информация. Я дал ей контакт Хитсуги, чтобы держали связь. Элис я попросил выведать всю доступную информацию про клан Ходжо и совместно с конвертом выбрать то, что может быть важным для нас.

Перед отправкой ко мне заскочил Альберт, ознакомил меня с некоторыми бумагами. Я внимательно прочитал прошение к императору Рюноске, составленное британцем, и остался доволен. Также Ротшильд уверил, что старая ноихарская школа будет у нас в кармане. Ему уже даже ключи выдали, чтобы мы могли ознакомиться с будущими арендуемыми помещениями. Осталось договориться о цене. По такому случаю, я озадачил Кайю, Тосигами и Акиру серьезной работой. Необходимо переселить нового дзасики-вараси в школу и помочь с энергией и обустройством на первое время. Как дзасики-вараси и дух урожая провернут данный фокус меня мало интересовало, но я хотел, чтобы школа стала защищенным местом как можно скорее, и Акира проживал там в безопасности. Мальчик, само собой, расстроился, и мне пришлось пообещать проводить в его новом доме больше времени.

Заехали в «Сумчатый рай», обзавелись большим прочным рюкзаком для вещей. После обеда стали собираться и прощаться.

— Ладно. Айя, Шидо, следите за порядком. Постараемся вернуться к четвертому числу, празднику нэбута. Если хотите, сделайте повозку, или что там мастерят… Лизлет, хватит слезы лить, я ненадолго.

— Да, господин, хны-хнык…

В аэропорту Такамии нас сопровождали несколько человек из службы безопасности, в двоих из которых я почувствовал ауру, хоть и слабее чем у Маки. Как выросшему в обычном мире, не знакомом с магией, самолет — первое, что пришло мне в голову в качестве средства передвижения. Лишь позже я еще раз связался с Джингуджи и расспросил насчет магических перемещений. В Японии с этим все очень непросто — так сложилось исторически. В давние времена случались войны с использованием средств мгновенного перемещения, и большинство стран закрыло границы для международных перелетов. В отличие от Европы, Японская империя полностью отгородилась от других государств, и только частные артефакты работали. В остальном охотники путешествовали обычным человеческими способами. Когда-то использовались специальные летающие аякаси для перевозки, но с изобретением пассажирской авиации от них полностью отказались. Куэс рассказывала про шотландских грифонов, которые находились на грани вымирания. Сама же наследница двенадцатого клана использует свой фамильный артефакт, который, к сожалению, рассчитан на одну персону и перезаряжается долгое время.

Свободный час до вылета мы провели в зоне дьюти-фри. Я нашел там ювелирный магазинчик и порадовал Химари небольшим презентом: позолоченным кулоном на цепочке в виде рыбы. Выбирала, само собой хвостатая. Я сначала предложил ей дельфинчика или маленькую кошку, однако бакэнэко сразу нацелилась на чешуйчатое украшение. Ну ладно Химари, ее специфичные вкусы я успел изучить, но что ювелирные компании? Неужели подобная продукция пользуется спросом? Рыбина выполнена была весьма условно, поэтому определенную особь в ней было не узнать. Первые ассоциации были с плотвой. Сидзука отказалась от драгоценностей поначалу, списав на то, что в свое время столько их натаскала со дна водоемов, что уже тошнит. Но искренняя радость Химари была столь заразительной, что через несколько минут мизучи сдалась и выбрала себе колечко в виде свернувшейся змейки. Перед Маки, которая бродила вместе с нами, мне стало несколько неловко, так что я купил ей недорогой брелок на телефон в виде какой-то розовой поняшки. Охотница сначала решила, что я издеваюсь над ней, но все же поблагодарила и взяла подарок.

За одиннадцать часов полета я успел поспать, поболтать с Химари, Сидзукой и Маки на разные темы, послушать Ди-ниджу и проштудировать буклет про достопримечательности Лондона, который выдавали всем пассажирам. В Англии, да и в Европе мне побывать ни разу не довелось, так что я планировал устроить себе небольшую экскурсию. Раз уж такой случай подвернулся. Хотелось посмотреть и Букингемский дворец, Трафальгарскую площадь, Вестминстерское аббатство, Биг Бен, Тауэрский мост, прокатиться на большом колесе Лондонский Глаз, сходить в настоящий английский паб. Но сначала дело, потом уже культурно-развлекательная программа. Сидзука, ни разу до этого не путешествующая самолетом, осталась под впечатлением. В меню присутствовала рыба, так что и Химари была довольна. Как мало некоторым надо для счастья.

Глава 2

Хитроу встретил нас суетой и толпами народа. Еще бы. Один из самых загруженных аэропортов мира. Аякаси плеера беспрестанно крутил биттлов по такому случаю. В терминале нас уже ожидала скучающая Куэс и несколько магов в коротких темных мантиях. Одна женщина держала в руках два белых ремешка-артефакта, от которых несло магией. На компанию никто не обращал внимания. То ли привыкли к странной униформе, то ли какой-то отвод глаз.

— Амакава-сан, добро пожаловать в Соединенное королевство. Не возражаете, если мои коллеги перейдут на английский? — с сильным акцентом спросил один из встречающих.

— Да, конечно, — перешел я на родной для британцев язык. — Ди-ниджу, выключи музыку, — попросил я. Заводной трек God save the Queen от рок-группы Sex Pistols плавно сошел на нет. Кстати, аналогично назывался государственный гимн туманного альбиона.

— Мистер Амакава, от лица агентства MI0 рады приветствовать вас в Великобритании, — протянул мне руку мужчина средних лет. Говор у англичан весьма специфический, но специально для меня собеседники старались четко проговаривать слова.

— Благодарю, — пожал я руку. — Хорошо, что наши службы безопасности смогли договориться. Я так понимаю, это те самые «чистые ошейники»?

— «Пречистые», — поправила женщина и протянула ремешки. — Нам сообщили о вашем нежелании надевать ошейники на «созданий», что, учитывая их класс опасности, является нарушением магического законодательства Британии.

Я выставил перед собой Сидзуку:

— Господа, разве можно надевать ошейник на такую милую девочку?

— Нано… Пожалуйста, не делайте мне больно, — выдала мизучи жалобным тоном, сделав круглые глаза и сложив руки в молитвенном жесте.

Однако опытных магов ее слова почти не смутили.

— Гхем, — кашлянула женщина, отведя взгляд. — Мы решили пойти на уступки ради вас, мистер Амакава. Но на время пребывания в Англии вы обязаны иметь ошейники при себе. Если же вы вдруг решите посетить Шотландию, то… В общем, шотландское подразделение было категорически против вашего прилета.

— Я учту, спасибо, — я принял белые ремешки из рук сотрудницы безопасности.

— Мистер Амакава, — взял слово мужчина, который выглядел старше остальных. — Мы надеемся, вы понимаете, что с нашей стороны уместно рассчитывать на ответную любезность. Мы наслышаны о ваших способностях по приручению созданий высокого класса опасности, поэтому наша просьба будет связана с магическими тварями. В этом кейсе документы и карты, все тщательно расписано. Также инструкция по пользованию «пречистым ошейником». Если вкратце, то мы бы хотели, чтобы вы посетили Шервудский скрытый заповедник и задали несколько вопросов местным обитателям. С нашей стороны мы предоставим транспорт, все необходимые пропуска и обмундирование.

— Хм-м, хорошо, я подумаю над вашей просьбой. Если у нас будет время, возможно мы посетим этот заповедник, — улыбнулся я криво и взял небольшой кейс.

— Вы закончили? — поинтересовалась Куэс нетерпеливо.

— Да, мисс Джингуджи.

— Отлично. Идем, Юто.

Мы неспешно направились по терминалу, минуя толпы людей. Мне показалось, что за нами кто-то следует, но никого сходу обнаружить не удалось.

— Не слишком-то дружелюбная встреча, — высказал я на более родном японском.

— А что ты хотел? Притащил сюда высших аякаси без всякой охраны и защиты, создал международный прецедент. Завтра все заводчики магических тварей будут писать, чтобы и им тоже разрешили провоз без всех этих бюрократических проволочек.

— А что это за Шервудский заповедник? Это не тот ли, где промышлял Робин Гуд?

— А-а, сказки для обывателей. Шервудский лес испокон веков был обителью для аякаси. Там даже разбойников никогда не было. Чтобы обыватели туда не совались и придумали историю про благородных бандитов.

— Ясно. Так что с проклятьем? Где живет та ведьма, о которой ты говорила?

— Недалеко от LAMA, в преподавательском городке. Она обучала проклятьям в академии, но несколько лет назад ушла на пенсию. Я бы не сказала, что миссис Флетчер и я стали подругами, но отношения у нас были хорошие. Проще всего нам до LAMA будет добраться через вуднет, деревянную сеть. Помнишь, я рассказывала тебе про метлы?

— Ага. Но у тебя вроде бы нет ее?

— Нет, но между двумя волшебными деревьями можно путешествовать и без специальных артефактов. В Хитроу и LAMA есть точки вуднета.

Мы перешли в другой терминал, где прямо по центру зала росло высокое дерево, напоминающее дуб. Я не специалист во флоре, может это и не дуб вовсе, а какой-то похожий гибрид. Выпустив свет, я почувствовал исходящую от него могущественную силу, немного напоминающую магию дзасики-вараси. Волшебное дерево отделялось от остальной части аэропорта магическим барьером. Скорее всего, для отвода глаз. Рядом дежурила двойка магов в мантиях и пара сотрудников терминала. При нашем приближении служаки подняли тревогу, вызвали охрану и выставили какой-то мощный барьер. Пришлось показывать им ошейники, а также пропуска. Минут пятнадцать мы ждали, пока отменят тревогу и уточнят насчет разрешения для переноса магических созданий с высоким классом опасности. Могли их хотя бы предупредить. Потом сотрудник вуднета очень тщательно проверял наши ауры на совместимость с сетью. Мне и Куэс разрешил сразу, Сидзуке, поколебавшись, также дали зеленый свет. А вот аура Химари оказалась слишком «темной», чтобы путешествовать по деревянной сети. Пришлось использовать внутреннюю силу волшебного дуба, чтобы перенести бакэнэко, что стоило на порядок дороже. Однако расстояние, как и цена, были не такими большими, так что я без вопросов выложил кровные. Сам перенос не запомнился ничем особенным, никаких неприятных ощущений. Вот ты здесь, а вот уже в другом месте, и специальный работник отгоняет тебя в сторону, чтобы не мешать другим прибывающим. Химари выглядела бледной после переноса, но крепилась. Сидзука радостно носилась, изображая любопытного ребенка.

Видел в буклете фотографии Оксфордского университета. Архитектура Лондонской Академии Магических Искусств была очень похожей. Готичные шпили, высокие арки окон. Как поведала Куэс, ЛАМИ построена на шесть лет раньше Оксфорда. То есть, над зданиями работали одни и те же строители и проектировщики. До этого обучение колдунов и ведьм, как их официально именовали в Англии, проводилось на дому в частном порядке. Поэтому раньше различные Дома имели большое влияние. Сейчас же и выходец из обычной семьи может занять весьма высокий пост в магическом сообществе. Хотя Куэс сказала, что в этом плане маги немного отстают от обывателей. Например, притеснение чернокожих сошло на нет только через десяток лет после того, как это случилось среди обычного народа. Сейчас сообщество магов, как с неудовольствие выдала Куэс, переживало сексуальную революцию. Некоторые колдуны и ведьмы в открытую заявляли о своей нетрадиционной сексуальной ориентации, и им было сложно отказать в приеме на работу. В Daily Magic писали о законопроекте по разрешению сочетаться браком среди однополых пар-одаренных и отмене принудительной психокоррекции. Но тут были свои тонкости: однополые пары могли усыновить кого-то, однако магическое наследство пропадало втуне. Радетели за развитие колдовского потенциала Британии были категорически против. Также проходили дебаты по разрешению свободной продажи зелья по смене пола, которое считалось запретным уже два века из-за некоторых составляющих.

— Воу, ничего себе. В Англии развито зельеварение?

— Сейчас лишь тень былого величия. Многие ингредиенты банально не достать. Поэтому остались только простые и слабые рецепты, зельеварение даже думали сделать факультативом вместо основного предмета.

Куэс провела нам небольшую экскурсию по ЛАМИ, хотя внутрь зданий нас не пустили. Народ в основном был на каникулах, но некоторых студентов я видел. Ничего так, обычные подростки, некоторые со смартфонами или в наушниках. Форма похожа на мою школьную, для мантий слишком жарко. Погода выдалась на удивление солнечной и теплой, ведь я слышал, что туманный альбион славится непрекращающимися дождями. Из-за разницы во времени, мы прибыли лишь на пару часов позже вылета, так что в Англии стояло семь вечера того же дня. На стадионе увидели небольшую группу студентов, гоняющих мяч.

— А как же квиддич?

— Юто, хочешь, чтобы я тебя стукнула? — едко спросила Джингуджи.

— Ладно-ладно. Англия ведь родоначальник футбола, не мудрено, что и волшебники тоже этим увлекаются. Даже слова soccer и sorcerer похожи. Только почему они с палочками?

— Я не особо знакома с правилами, — призналась Куэс. — Вроде бы в футболе им можно использовать чары временной парализации и нарушения координации, а также защитные. Палочка нужна, чтобы никто не мухлевал, и не бросал заклинания чаще установленного времени.

— Ясно, ничего необычного. Кстати, я бы хотел с тобой потренироваться, испытать свои силы, так сказать. Не сейчас, конечно.

— Я не возражаю, — слабо улыбнулась сумеречная луна. По-моему, она первый раз мне улыбнулась с того момента, как узнала про закладки.

— Я бы тоже могла показать несколько приемов с печатями, — предложила Маки. — Хотя печати Амакава отличаются от обычных. Но больно уж легко тебя пленили цутигумо.

— Э-э, с удовольствие поучусь у Маки-сенсея, — отвесил я поклон.

Насколько мне известно, родовые умения Амакава не особо афишировались. Вернее, большую известность получили наши печати, которыми вовсю торговали, чем другие грани светлой магии. Охотница из Тсучимикадо, видимо, считала, что именно печати составляют основную часть моего боевого арсенала, поскольку еще не видела меня в бою. Кстати, с собой я взял пачку бумажных личнозачарованных амулетов: ошеломление, подчинение. И пара оставшихся барьерных. Пока что я их распихал по карманам, но у Тсучимикадо имелись специальные пеналы по типу кобуры подмышкой. Они так и назывались — печатницы. Шидо обещал достать одну для меня по приезду.

Академия располагалась в западном районе Лондона, не густонаселенном. В основном частные дома и участки. Куэс сказала, что раньше это место считалось отдельным поселком, который в одно время стали относить к столичной территории. Над входом крупными буквами значилось название академии. Когда я на них смотрел, взгляд словно соскальзывал из-за какой-то магии, поэтому вопрос про обывателей отпал сам собой. Наверное, неодаренные не видят этой надписи, или видят что-то обычное. Ниже значился девиз «Magicis illuminatio mea», что означало «Магия — просвещение мое» или «Магия — мой свет», как пояснила Куэс. Занятно, что девиз Оксфорда был «Dominus illuminatio mea» или «Господь — просвещение мое». Колдуны в целом не были никогда религиозным народом, отчего в средние века часто возникали конфликты. Инквизиция, очистительные походы и прочая ересь.

Минут двадцать мы шли по этаким классическим английским провинциальным улочкам, залитым лучами заходящего солнца и утопающим в зелени. Изысканные особняки с лужайками и небольшими садами.

— Тетя Маргарет живет дальше по Тисовой улице.

— Приятное местечко.

— Стоп! — остановил нас мужчина с планшетом для бумаг в руках. — Дальше идут съемки, прохожим появляться нельзя. До девяти часов.

— Ох, я и забыла, — изобразила фейспалм Куэс. — Там же этих книг тьма тьмущая. Про Гарри Поттера, — пояснила мне колдунья.

Я шикнул на Ди-ниджу, который заиграл заглавную тему из озвученной киноэпопеи.

— Супер! А какая часть серии?

— Дары смерти, первая часть, — ответил сотрудник.

— God damn, вы что, еще больше этот дурацкий сериал решили растянуть? — вспылила Куэс.

— Мисс, нам очень важно ваше мнение, — фальшиво улыбнулся рабочий.

— Юто, пойдем в обход, дворами.

— Хм-м, не хотелось бы мешать съемочному процессу, — засомневался я.

— Мисс, у нас есть разрешение на съемки, — возмутился мужчина. — Час обходится в не один десяток тысяч фунтов, так что вам могут выписать серьезный штраф.

— Юто, — прошептала мне Куэс. — Есть чем приложить его?

Свое экспериментально-паучье подчинение использовать не стал, боясь за здоровье человека. Сделал знак Химари, и кошка без лишних рассусоливаний активировала дедовскую печать.

— Вы нас не видели, — бросила осоловевшему мужику Куэс, и направилась вперед, пройдя под специальной натянутой лентой.

Мы с любопытством последовали за проводницей. Колдунья осторожно выглянула из-за угла улицы, скомандовав нам соблюдать тишину. После чего вернулась и принялась раздавать указания:

— Лезем через ограду, дома обходим сзади. Старайтесь соблюдать тишину. Нам нужен четвертый дом с этой стороны улицы.

— Ты уверена, что колдунья дома?

— Да, я ей звонила, она обещала быть вечером дома.

— А ты сама не можешь сделать что-нибудь вроде отвода глаз?

— Я могу поджарить все вокруг в радиусе километра. А если попытаюсь наколдовать заклинание незаметности, попавшие обыватели оставшуюся жизнь проведут в состоянии овоща. Знаю-знаю. Меня саму ужасно бесят эти телевизионщики. Могли бы найти другое место для съемок.

— У меня есть с собой несколько печатей для стирания памяти, если что, — добавила Маки.

— Идем! — скомандовала Куэс.

Колдунья что-то тихо прошептала, подул сильный ветер, подхватил девушку и перенес ее через высокую ограду. Маки немного помедитировала, сложила руки в странный жест, после чего выпустила порцию барьерной магии. Дальше, словно по лестнице, охотница перебралась через высокий забор. Мне захотелось покрасоваться, и я не стал использовать подготовленную стремянку. Напитав тело светом, я высоко подпрыгнул и перелетел через преграду. К сожалению, приземление вышло не очень удачным, и я перекатился по газону один раз. Спутницы комментировать не стали. Химари перепрыгнула сходу, Сидзука просочилась сквозь прутья забора. Ах ты моя терминаторша жидкая.

Первый дом был пуст и обычен, а вот следующий окружили слабым отталкивающим барьером. Куэс даже бровью не повела, выбросом огненной магии проделала внушительную дыру. Чувствовал себя каким-то вором-домушником. Мы бежали по заднему двору дома, как возле окна второго этажа здания почувствовалась сильная аура:

— Что вы здесь делаете? Темные твари?! Получайте!

Светловолосый мужчина взмахнул рукой и в нас полетело какое-то заклинание на основе воды, скорее всего. Неуловимым жестом Маки выбросила печать, и между нами и домом возник знакомый тсучимикадовский барьер, который и принял на себя весь урон. Мы продолжили бег и сходу перемахнули через живую изгородь, разделяющую территории между особняками. Преследовать нас не стали. Следующий дом был безлюден, и защитной магии в нем не наблюдалось. Мы добрались до четвертого дома, и Куэс громко постучалась в заднюю дверь здания. Нам открыла пожилая женщина в очках, вполне обычная на вид, хотя аура говорила о том, что она колдунья, хоть и слабая.

— Мисс Джингуджи! Кто это с вами? Почему темные твари без ошейников? — пронзительно взглянула на Химари старушка, отчего бакэнэко занервничала.

— Все в порядке, миссис Флетчер. Мой друг Амакава Юто из шестого великого клана экзорцистов. В своей работе он использует прирученных магических созданий. Я могу ручаться за их мирный характер, — бросила предупреждающий взгляд на Химари колдунья.

Я по-японски тихо предупредил вассалов, чтобы вели себя тихо.

— Совсем в Японии маги распоясались. Своих сил не хватает, к темным шастают. Не к добру это, мистер Амакава.

— Э-э, возможно…

— Ладно, раз моя бывшая ученица за вас поручилась, проходите в дом. Только вы двое — ничего не трогать, — строго обратилась к Химари с Сидзукой миссис Флетчер. — Держите свою магию в узде, не то я могу вас прибить случайно. В молодости много тварей перебила, так что не смотрите на мой возраст.

— Ма-а, старуха, конечно, поехавшая, но вы постарайтесь не провоцировать, — обратился я к вассалам на японском. Куэс открыла рот в возмущении, но промолчала, а старая колдунья бросила на меня подозрительный взгляд.

— Да, милорд.

— Конечно, братик Юто. Но мне она не нравится, нано.

Мы прошли в дом, обставленный весьма недурно. Куэс принялась объяснять, что из-за чертовых съемок нам пришлось пробираться дворами, и у нас возник небольшой конфликт с соседями.

— А-а, наверное, Малфой, я позвоню ему, успокою. Устраивайтесь в гостиной, — произнесла старушка и отошла к телефону. — Только твари пусть не садятся на мой любимый диван!

— Да, мэм, — смиренно ответила Джингуджи.

Я напряг память, вспоминая кинофраншизу про британских волшебников. Фамилия очень знакомая. Вроде там был мелкий парень с дурацким именем, а его отца звали…

— Неужто Люциус? — шепнул я Куэс.

— Нет, его зовут Френк. Он преподает в ЛАМИ прикладные чары. В Академии много преподавателей, около полусотни, плюс обслуживающий персонал. Писательница брала некоторые образы и фамилии оттуда. А Малфои — единственные, с кем она судилась по поводу использования персональных данных. Но имя персонажа так и не сменили.

— Все верно, — вернулась Флетчер. — Джоан всегда была такой выдумщицей, вместо моих занятий фантазировала о своих историях. Я ей постоянно делала замечания, что с таким настроем она никогда не станет искусной колдуньей. Так и вышло. Средний балл в дипломе у нее был ужасный, насколько я помню. Мою фамилию она тоже использовала, хотя она отнюдь не редкая в Британии. Такой неприятный персонаж получился, но не важно. Сейчас я принесу чай и закуски. Куэс, душечка, помоги мне на кухне.

— Конечно, миссис Флетчер.

— Можно просто Маргарет.

Пока дамы отсутствовали, Маки с большим любопытством обследовала помещения, останавливаясь возле фонящих магией артефактов. Химари напряженно стояла рядом, крепко сжимая рукоять Ясуцуны. Я дотронулся до ее руки, и бакэнэко слегка улыбнулась мне и расслабилась. Сидзука ходила хвостиком за Маки, но трогать что-либо опасалась. Довольно быстро вернулись Маргарет и Куэс с подносом чая и горой сэндвичей.

— Вы успели все это приготовить? — удивился я.

— Я ждала гостей сегодня вечером, а когда позвонила Куэс, решила сготовить побольше. Угощайтесь, мистер Амакава, здесь на всех хватит. Людям, — уточнила пожилая женщина.

— Зовите меня по имени. Извините, если мы отвлекаем вас.

— О, нет. Я всегда рада своим бывшим ученикам. Мои дети и внуки редко приезжают. Кушайте, вот эти с тунцом — мои фирменные.

— Очень вкусно, — похвалил я, работая челюстями.

— Так на чем я остановилась? Мисс Роулинг, то есть, конечно, миссис Роулинг была посредственной колдуньей, но это не отменяет того факта, что она смогла добиться успеха большего, чем многие выпускники Академии. Среди волшебников ее истории не получили особой популярности. Более двадцати лет назад решался вопрос, давать ли разрешение на выпуск книг среди обывателей. Велись жаркие споры. Я тогда входила в совет ЛАМИ, так что немного поучаствовала. Думаю, никто из нас не ожидал, что история про волшебника, ученика вымышленной магической Академии, вызовет такой ажиотаж в мире. И вот уже заканчиваются съемки седьмого, предпоследнего кинофильма о Мальчике-который-выжил. Пойдемте, покажу вам.

Миссис Флетчер резво подорвалась с кресла и потянула меня на второй этаж особняка. Мы прошли в одну из спален и прильнули к окну.

— Смотрите, Юто, вон там.

Я глянул дальше по улице. Там стояла серия более типовых домов попроще, не сравнимых с особняком Флетчер. Вся улица была битком забита народом, техникой, осветительными приборами и прочим съемочным оборудованием.

— Не беспокойтесь, по плану мою сторону улицы снимать не будут, так что ваше любопытное лицо не будет мелькать на кинопленке.

— Вот как, — хмыкнул я.

— Представляете, когда-то они планировали воссоздать Тисовую улицу в павильоне, с нуля выстроить. Вот глупость. Зачем, если есть оригинал? Фильмы снимались в сотрудничестве с Министерством Магии, так что мы настояли, чтобы использовали именно настоящий дом. Там жил племянник Джоан, который послужил прообразом для главного героя. Неодаренный, или как их называет миссис Роулинг, маггл. У него тоже шрам был, только на коленке, и скорее в форме волны, чем молнии.

— Очень познавательно. А что волшебники, не были против съемок?

— Большая часть съемок проходит в других местах. Так что почти все жители согласились. Кроме Малфоя, конечно же. Весьма вредный преподаватель.

Мы спустились обратно в гостиную и принялись дальше чаевничать. Маргарет с удовольствием рассказывала о съемках и различных особенностях киносаги и настоящего быта колдунов в Англии. Я даже на время забыл о том, зачем собственно приехал.

— У Джоан одним из любимых предметов было зельеварение, хотя я подозреваю, из-за того, что там был весьма привлекательный преподаватель. Молодость, — Флетчер хихикнула. — Еще она очень любила животных и магических созданий. Поэтому в истории этим двум отраслям уделено намного больше времени, чем есть на самом деле. Кстати, где вы остановились?

— Мы планировали заселиться в отель, — ответила Куэс.

— Ой, бросьте. У меня много свободных комнат.

— Благодарю. С вашего позволения, мы останемся на ночь. Мне очень интересно послушать про художественные произведения, но может вы посмотрите Юто?

— Хорошо-хорошо, и незачем так торопиться, душечка. Проклятия спешки не любят, особенно когда их надо снять, а не наложить.

— Да, — смиренно произнесла Джингуджи.

— Юто, ложись на диван, я произведу первичную диагностику. Возможно, Куэс излишне сгущает краски, и японские специалисты сами могли снять проклятие. Подобная услуга в Англии стоит около двадцати тысяч фунтов, но вам по-дружески сделаю диагностику за десять.

— Я заплачу, — высказала Куэс.

— Превосходно. Тогда…

Тихая трель звонка прервала фразу миссис Флетчер:

— Ой, наверное, это ребята пришли, — всплеснула руками старушка и направилась открывать дверь.

В прихожей послышались голоса гостей и хозяйки:

— Проходите-проходите, у меня сейчас посетители, но вы примерно одного возраста, должны подружиться.

— Мы бы не хотели вам мешать… — произнес женский голос.

— Ничего страшного! Проходите. Вы уже закончили на сегодня?

— Да. Там еще будет несколько дублей, но с другими персонажами.

В гостиную прошло трое молодых людей, не узнать которые было невозможно. Я аж с дивана подпрыгнул:

— Вау, мистер По… то есть, мистер Рэдклифф. Извините за наглость, можно у вас автограф взять? И у вас, мисс Уотсон, и у… э-э…

— Руперт Гринт, — буркнул рыжеволосый актер, который играл Рона… Фамилию персонажа я запамятовал. Какая-то скользкая фамилия, вроде. — Вечно мое имя никто не помнит.

— Извините, мистер Гринт.

— Ничего, я уже привык. И можно по имени.

— Присаживайтесь, угощайтесь. Это моя бывшая ученица Куэс Джингуджи и Юто Амакава из Японии, — представила нас хозяйка, оставив за скобками Маки-сан и аякаси.

— Ох, ваши сэндвичи божественны, — рыжий мгновенно переместился за столик и схватил угощение. — Вот эти с тунцом бесподобны. С курицей тоже вкусные. Приятно познакомится, кстати.

— Руп, ты все не выходишь из роли? — произнес Дэниел и протянул мне руку. — Рад познакомиться с друзьями миссис Флетчер.

Я пожал руку актеру. На вид Рэдклиффу было около двадцати. Я не смог разглядеть знаменитый шрам — видимо грим уже смыли.

— Это очень удобный образ, — буркнул Рон, то бишь Руперт, давясь сэндвичами.

— Вы познакомились на съемках? — поинтересовался я, ища в своих вещах чистую бумагу. Наткнулся на заготовки для амулетов из зеленой бумаги. Сойдет.

— Когда я вышла на пенсию, появилось много свободного времени, — поведала Маргарет. — Я стала консультировать съемочную группу по некоторым вопросам, связанных с магией. Так и познакомилась с ребятами. Иногда я готовлю для них перекус, когда съемки проходят на Тисовой улице.

— Миссис Флетчер рассказала нам много интересного про колдовство и магическое сообщество, — сказала Эмма Уотсон. — Конечно, ее истории не так пропитаны духом приключений, как книги Роулинг, но знание о том, что все это не выдумка, придает им больше значимости.

— И сэндвифи фкусные, — добавил Рон, то есть… Пожалуй, проще называть его именем персонажа.

— Какая интересная бумага, — заметил Дэниел, подписывая мне автограф.

— Бамбуковая. В нашем клане ее используют для магических печатей.

— Вау. Можно мне тоже от вас получить автограф в виде печати? — оживилась Уотсон. — То есть, необязательно настоящую…

— Хм-м, к сожалению, я не захватил с собой тушь, поэтому придется довольствоваться ручкой.

Я быстро начертил ручкой иероглифы на бумажной заготовке:

— Этот знак означает «ошеломление», мисс Уотсон, а это моя фамилия — Амакава.

— Просто Эмма.

Рон и Дэниэл также попросили себе по экземпляру, и я сделал еще пару. Исполнительница роли Гермионы подсела ко мне на диван и с неподдельным любопытством и большой осторожностью разглядывала настоящие магические печати, которые я дал ей посмотреть. Когда я описал работу «подчинения», она сказала, что это похоже на вымышленное заклинание «империус».

— Смотрю, ты еще девушку решил привести в свой гарем, Юто, — едко подметила Куэс. — Ну она хотя бы человеческого происхождения.

Уотсон немного смутилась и поинтересовалась:

— Это вы про девушку с белыми волосами и девочку с красными глазами? — указала рукой Уотсон. — Я сразу поняла, что они какие-то не такие. От них словно веет опасностью.

— Юто — мой старший братик, нано, — пропищала Сидзука по-английски и бросилась меня обнимать, на что миссис Флетчер и Куэс смотрели крайне неодобрительно.

— Mister Amakawa is my husband and my lord, — с невозмутимым лицом продекламировала Химари, после чего на ней скрестились несколько пар любопытных глаз. Ну Лизлет, зараза, чему ты ее научила?!

— Химари, не вводи народ в заблуждение. Про гарем — это все выдумки, — сказал я раздраженно и отстранил мизучи, после чего перешел на японский. — Куэс, ты офигела? Если у тебя с личной жизнью не сложилось, не надо меня приплетать. Между прочим, Лизлет и Гинко уже нашли себе пары, да и Кайя часто с Акирой стала общаться.

— Вот как, — удивилась колдунья и перешла на английский, чтобы остальным было понятно. — Извините, я немного неправильно истолковала ситуацию.

— Мистер Рэдклифф, скажите, а что за сцену вы здесь снимали? — нарушила наступившую тишину Маки на ломаном английском.

— О, съемки по графику уже должны были закончиться, — оторвался от чая исполнитель главной роли, — Но мистер Йейтс, наш режиссер, решил переснять начальную сцену. По сюжету за главным героем охотятся пожиратели смерти, и его необходимо вывезти из дома в безопасное место. Тогда друзья героя принимают оборотное зелье, чтобы нельзя было отличить от оригинала, и разными путями покидают Тисовую улицу.

— Да, Джоан та еще придумщица, — улыбнулась миссис Флетчер. — Если бы такое зелье существовало, воцарился настоящий хаос.

— Мисс Джингуджи, вы очень красивая и с отличной фигурой, — произнесла Уотсон. — Скажите, вы используете какие-то волшебные средства?

— Кто о чем, а девчонки о шмотках и косметике, — фыркнул Рон.

В дверь позвонили, и Дэниел поднялся:

— Это, наверное, наш водитель, мы пойдем.

— Мальчики, идите, я потом своим ходом до отеля доберусь, — сказала актриса.

— Эмма, ты же знаешь, что по контракту нам потом сотрут память обо всем магическом, — заявил Рон.

— Не переживай. Идите уже.

— Хм, тогда может и мы задержимся, Руп?

— Я не против, — пожал плечами рыжий, беря новый бутерброд.

Глава 3

Джингуджи по виду не особо то хотелось общаться с обывательницей, пускай она и была весьма известной, но все же дала несколько пояснений. Сумеречная луна в основном пользовалась обычной косметикой, только накладывала заклинание против загара. Уотсон возмутилась, сказав, что сама бы хотела загореть, но по контракту ей не разрешается долго находиться на солнце. Естественность лучше грима. Некоторое время девушки беседовали на тему различий в понятиях о красоте в западной и восточной культурах.

— Юто, продолжим? — спросила старая колдунья. — Если ты не возражаешь против присутствия ребят.

— Хм-м.

— Вы будете заниматься магией? Можно нам тоже посмотреть? — загорелась молодая киноактриса.

— Ладно. Раздеваться не надо хотя бы?

— Пока нет.

Я лег на диван на спину, Маргарет присела и положила руки мне на виски.

— Закрой глаза и расслабься.

Я повиновался и почувствовал, как мягкая волна быстро пробилась в мой разум и сразу отступила. Резкий звук, прорезавший комнату, я узнал сразу, и прикрикнул на японском, не открывая глаз:

— Капитан Химари, успокойтесь.

— Милорд, магия — коварная штука. Мало ли что эта англичанка удумала, — задвинула катану обратно в ножны бакэнэко.

— Кому-то доверять надо, иначе проще в монастырь уйти. Ты не забыла, что она может снять с меня аллергию?

— Поняла, милорд. Я буду следить за ней.

Миссис Флетчер убрала руки и сказала:

— Уже все. Удивительно. Не думала, что в Японии практикуют «поцелуй черной вдовы». Кто это вас так невзлюбил?

— Ваша ученица, — буркнул я.

— Куэс, негодница! — всплеснула руками старушка. Я подумал, что сейчас Джингуджи будут ругать, и не ошибся. Только вот направленность претензий была несколько неожиданной. — Неужели ты смогла осилить такое сложное проклятье на втором курсе?

— Это было на летних каникулах между первым и вторым курсом.

— А я ведь говорила, что у тебя был потенциал! В таком малом возрасте и настолько сложные заклинания! И что потом? Ваша семья решила поэкспериментировать с запретными ритуалами. Получила силу, душечка? Теперь, наверное, даже нормальную незаметность наколдовать не можешь, да? Я ведь всегда говорила, что искусность превалирует над личной мощью. Как тебе мозгов хватило дать свое согласие?

— Это на благо клана, — стушевалась наследница Джингуджи.

— Ладно, не буду лезть в ваши личные дела. Надеюсь, тебе, Юто, не придет в голову следовать по ее пути. Хотя у тебя странная аура, впервые вижу такую. Словно светится вся.

— Так что со мной, сенсей? — я принял сидячее положение.

Трое актеров сидели неподалеку, с любопытством следя за работой настоящей колдуньи.

— Поцелуй черной вдовы — сложное заклятье. Становится особенно сильным в случае личной привязанности между колдуном и проклинаемым. Без специального зелья попытка избавиться от проклятья может привести к различным негативным последствиям: частичная или полная амнезия, утрата эмоциональных и физиологических привязанностей. Есть еще специальный ритуал с принесением в жертву самого проклинателя, но, полагаю, данный вариант нам не подойдет…

— Нет уж, — поспешно вставила Куэс.

— Последний способ также отпадает — отменить проклятье у Куэс не хватит способностей, раз она привела тебя ко мне.

— Значит, необходимо достать зелье? — спросил я.

— Да. Зелье отторжения. Куэс, душечка, помнишь такое?

— Да, мэм. Рецепт средней сложности. Из труднодобываемых ингредиентов — лепестки цветка Devil's eye, чертоглаза.

— Верно, без учета чертоглаза стоимость зелья не превышает ста тысяч фунтов, но главный ингредиент в последнее время трудно достать на рынке, так что цена может достигать нескольких миллионов.

— Ясно, — поморщилась Куэс. — Клан Джингуджи поможет в оплате зелья.

— Хорошо. Я позвоню своим знакомым, поспрашиваю, если Юто согласен. Это может занять какое-то время.

— Буду благодарен вам, Маргарет.

— Не думайте, будто моя помощь бесплатна. Профессиональный труд квалифицированной колдуньи должен сполна оплачиваться, — хитро улыбнулась старая ведьма и покинула гостиную.

— Мисс Джингуджи, а зачем вы прокляли своего друга? — поинтересовалась Уотсон.

— Это долгая история.

— Расскажите, пожалуйста, — вежливо попросил Рон. — Героя Дэниела тоже прокляли после рождения.

Куэс неохотно согласилась, и поведала немного облагороженную версию взаимоотношений между кланами Джингуджи и Амакава. Британцам история понравилась, хотя они и отзывались нехорошо о матери Куэс и моем деде. Уотсон спросила, есть ли шанс, что наши кланы все-таки породнятся. Джингуджи фыркнула и заявила, что ее не интересуют коротышки и слабаки, которые прячутся за спинами своих монстров. На что девушка заметила, что раз мой дед считался одним из лучших магов Японии, то и внук вряд ли слабый. К тому же мне стерли память и толком никто не обучал. А насчет роста — все еще может быть впереди, некоторые парни вытягиваются с задержкой.

— Да, Генноске-доно был достаточно высоким, хотя может это просто я была маленькой, — с интересом посмотрела в мою сторону Джингуджи. — Нет. Клан Джингуджи не будет породняться с Амакава. Да и сам глава против брака. Лучше давайте сменим тему. Вам наверняка о многом хочется спросить чистокровную колдунью.

— Крутяк! У тебя тоже есть какое-то прозвище? Вроде «темная леди» или девочка-которая-выжила? — с непосредственностью спросил Рон.

— Сумеречная луна. Но такое сравнение мне не нравится, — нахмурилась Джингуджи.

— О, какое романтичное прозвище, — улыбнулась Эмма. — А у вас, Юто?

— У меня нет. Зато Химари — Багровый клинок Ноихары. Ноихара — это город, откуда я родом.

Бакэнэко выпятила свою внушительную грудь вперед, поняв, что я говорю о ней.

— Я еще хотела спросить, — продолжила Уотсон. — В этой части возрождается главный злодей. И он начинает проводить жесткую политику по отношению к грязнокровкам и магглорожденным. Скажите, в магическом сообществе существуют подобные тенденции?

— Пф-ф, — фыркнула Куэс и собиралась ответить, но в гостиную вернулась хозяйка дома и огласила неутешительные новости. Чертоглаз раскупили подчистую, цветок применяется во многих рецептах зелий. Последняя сделка достигла трех миллионов фунтов за один жалкий цветок. Запаса зелья отторжения не существует, поскольку у него короткий срок хранения.

— И что же вы мне посоветуете? — спросил я кисло.

— Куэс, напомни, где произрастает чертоглаз?

Молодая колдунья нахмурилась и неуверенно произнесла:

— Шервуд?

— Правильно, но судя по твоему тону, ты ткнула почти наугад. Шервудский лес действительно кладезь для многих магических ингредиентов. Чертоглаз не растет в искусственных условиях. Но также Шервуд таит в себе множество опасностей даже для опытного колдуна.

Я покосился на кейс, который мне передали британцы, и который я открывал всего лишь раз, чтобы осмотреть на счет жучков. MI0 также просили меня посетить заповедник. Совпадение? Не думаю. Я уточнил у колдуний еще раз, но выходило так, что главный ингредиент произрастает только в Шервуде, одной китайской провинции и на юге Российской Империи. Все три заповедника тщательно охраняются, и добыть туда пропуск очень сложно.

— Ладно, спасибо за разъяснения. Уже поздно, пора расходиться. Завтра с утра подумаю над проблемой, — решил я.

— Кстати, завтра будет вечеринка у всей съемочной группы и руководства, — поведал Дэниел. — Мы традиционно празднуем тридцать первого июля, сами знаете почему. Миссис Флетчер, Юто, Куэс, можете тоже приходить.

— Спасибо, я посмотрю на свое самочувствие, — по-доброму улыбнулась старушка Маргарет.

— Почему тридцать первого июля? — спросил я.

— Потому что это день рождения главного героя.

— Ясно.

— Извините, мне бы очень хотелось услышать ответ Куэс по поводу чистоты крови, — смущенно улыбнулась Эмма.

— Когда я училась, никаких притеснений не было. Если ты слаб, то могли насмехаться, но маги ли твои родители или нет, никто не спрашивал, — сказала Джингуджи.

— Верно, милочка. Когда я училась, а закончила я ЛАМИ в 1940 году, также никаких предрассудков не водилось, — подтвердила Флетчер. — Тяжелое время потом наступило, брат отправился воевать… Но не о том речь сейчас. Притеснения по чистоте крови были в позднем средневековье, но сейчас за подобные оскорбления можно и наказание или штраф получить. Согласитесь, это весьма глупо, лишать возможности нечистокровных колдунов учиться или работать. Все равно, что самолично уничтожить половину магических сил родной страны.

— И правда. Моя героиня магглорожденная, поэтому я рада, что таких как она не притесняют в магическом сообществе. Кстати, я очень удивилась, когда узнала, что в домах магах нет эльфов.

— Эльфы? — заинтересовался я, подумав, что речь идет о ком-то вроде Леголаса.

— Домовой, полтергейст. Чем-то похожи на наших дзасики-вараси, только меньше привязаны к местности. Владеют пространственной магией, небольшого роста, внешность… не слишком приятная, — пояснила Куэс.

А-а, по типу Добби. Этакая помесь Горлума с Чебурашкой.

— В давние времена эльфов водилось множество, — предалась воспоминаниями Маргарет. — Но ужесточение мер от Министерства Магии по отношению к магическим созданиям практически полностью выселило их из жилых домов Великобритании.

— Да, но в старинных замках и манорах все еще остаются, — возразила Куэс. — В Японии практически всех полтергейстов удалось изгнать. Амакава — одни из последних, кто используют их в своей работе.

— Но… я думала, что маги ладят с другими расами, вот как Юто с Химари, — удивилась Уотсон.

— Амакава — исключение, — покровительственно поведала Куэс. — Больше никто из великих кланов не использует е-кай, то бишь магических тварей. Просто Юто владеет особой родовой магией, которая делает монстров послушными.

— Но как же так? Эльфы ведь такие безобидные…

— Мисс Уотсон, прошу вас не путать вымысел и реальность, — резко сказала Флетчер. — Полтергейсты — жестокие и кровожадные существа. Известно множество случаев, когда с гостями в отсутствии хозяев случались несчастные случаи на подконтрольной эльфам территории. Сами хозяева нередко теряли власть над ними. Полтергейсты уважают силу. Болезнь, ранение, или банально маленький возраст — все это может стать причиной нападения магической твари. Если хозяин не мог вразумить домового, детей приходилось растить вне манора, а потом полтергейст проводил своеобразное и очень травмоопасное испытание наследника.

Да-а, чем-то напомнило Кайю при нашей первой встрече. В последующем дзасики-вараси тоже постоянно создавала проблемы на ровном месте.

— Ты еще вспомни свое Г.А.В.Н.Э., - усмехнулся Рон и пояснил. — Это расшифровывается как Гражданская Ассоциация Восстановления Независимости Эльфов. В четвертой книге Гермиона всех этим задолбала.

— Но ты подумай, что если с магическими созданиями действительно плохо обращаются? Разве тебе их не жалко?

— Похоже, Эмма тоже слишком вошла в свой кино-образ, — поддел Дэниел. — Это не наше дело. Все равно нам потом память сотрут.

Девушка надулась и явно обиделась.

— Эмма, я потихоньку работаю в этом направлении, правда пока только в Японии. Но может потом и до Великобритании доберусь, — улыбнулся я. — Мне даже Сидзука про избранность однажды намекала.

— Юто — особенный, у него получится помирить людей и аякаси, нано.

Мы еще немного пообщались, а потом молодые актеры стали прощаться. Дэниел попросил мой номер телефона, пошутив, что «избранным» надо держаться вместе. С Роном и Эммой также обменялись номерами телефонов. Нормальные парни и девчонка. Чувствуются намеки на звездную болезнь, но ничего катастрофичного. Я вон тоже иногда ловлю себя на том, что в мыслях причисляю неодаренных к другой, более низшей касте.

Колдунья-пенсионерка расселила нас по комнатам, коих было немало в большом особняке. Всех в разные, строго запретив вытворять ночью что-либо неприличное. Я ей честно признался, что проклятье Куэс работает как аллергия на кошек, а мне собственно нравится только Химари, кошачья аякаси. Старушка вволю посмеялась над моим незадачливым положением, и посоветовала обратить внимание на человеческих девушек. Рассказала пару историй об отношениях людей и магических созданий, которые закончились плачевно. Тем более что одна сильная и молодая колдунья была как раз рядом. На мои вялые протесты на тему нашей несовместимости с Куэс и внушений от ее матери, миссис Флетчер произнесла фразу, примерный перевод которой: «Стерпится, слюбится».

— РОТА ПОДЪЕМ! — раздался почти звериный крик в особняке Амакава. — Семь утра, салаги! Строиться во дворе, живо!

Заспанные морды аякаси начали появляться на улице. Некоторые удивленно спрашивали, что такое стряслось и откуда ждать нападения. Даже Айя, которая была по званию выше Гунсо, безропотно выстроилась вместе со всеми.

— Значит так! — гаркнул Сержант, поправляя свою каску. — Я — лейтенант Гунсо, и генерал Амакава поручил мне присматривать за вами. Сделать из протухшего мяса, гнилых овощей и картофельных очисток первоклассное рагу, достойное лучшего токийского ресторана! И я это сделаю, не будь я лейтенант Гунсо!

— Э-э, я вообще-то не работаю на Амакава, — заметил Шидо Тсучимикадо, позевывая.

— МОЛЧАТЬ! Отвечать будете только когда я что-то у вас спрошу! Тебе ясно, салага?

— Да…

— Я не понял?! Как полагается отвечать старшему по званию?!

— Да, сэр, — выдал охотник, понимая, что цукумогами может и не заткнуться.

— Ленивая дверная ручка! Безрукая посуда! Зверье безмозглое! Боящиеся воды бумажка и микросхема с сиськами! А эта парочка вообще бесполезна вне дома! Забились в свой родной панцирь, как трусливые слизни!

Аякаси возмущенно загомонили.

— ЗАТКНУЛИСЬ!

В воцарившейся тишине громовым колоколом раздался немного безумный смех Шидо.

— Ты что, думаешь я забыл про тебя, вялый кусок мяса?! Пыхтишь папиросами по тридцать раз в день! Да паровоз на угле и то меньше дыма дает! Да половая тряпка в котельной выглядит здоровее твоих легких! Каждый день за воротник заливаешь, а потом в озеро топиться лезешь! Твоя печень давно просится выйти на следующей остановке, покинуть пропитый организм! Эта щетина позорит славный образ японской императорской армии. Сколько тебе? Сорок? Сорок пять?

— Тридцать два.

— Сколько?! А выглядишь на полтинник, не будь я лейтенантом Гунсо! Да в тридцать два я мог подтянуться сороковник и отжаться за сотню! — слукавил аякаси каски. Все-таки у цукумогами имелось лишь общее представление о жизни человека, который носил его. — А ты что? На первом десятке сдохнешь? Как бабу удовлетворять собрался? Может поэтому и нет жены у тебя, а?

Охотник упрямо сцепил зубы.

— И ты называешь себя экзорцистом? Тебе место полы драить на палубе! Но не тушуйся. Я из любого сброда сделаю настоящих солдат, не будь я лейтенантом Гунсо! А теперь вокруг особняка тридцать кругов, бего-ом МАРШ!

Утром никакого озарения не произошло. Рисковать своим рассудком совсем не хотелось, поэтому оставалось только переться в этот Шервудский заповедник за чертовым чертоглазом. Ладно, слишком уж много я возомнил о способностях британцев. Может Куэс была с ними в сговоре, и они просчитали ситуацию, но пока буду считать совпадением. Каковы тогда их истинные мотивы? Чтобы я сгинул в лесу, полном опасных чудищ? Вроде бы у нашего клана нет в островном королевстве ни друзей, ни врагов. Да и между странами отношения ровные. А, ну разве что герцог… как его там? Герцог Честер, который хотел заполучить Лизлет в свою коллекцию.

Из-за разницы во времени легко удалось выловить Хитсуги по телефону — в Японии уже царил вечер тридцать первого. Наследница шестого клана внимательно меня выслушала, задала несколько уточняющих вопросов и вынесла вердикт: сговор Куэс с британцами маловероятен. Для Джингуджи важнее Амакава в качестве союзников, нежели англичане. Рядовым сотрудникам двенадцатого клана очень не хватает дешевых амулетов-печатей.

До обеда мы изучали информацию про Шервуд, выданную британскими службами, найденную в общем доступе, из книг личной библиотеки миссис Флетчер или просто с ее слов. Задание было относительно простое: выяснить местоположение нескольких колдунов, которые бесследно исчезли за последнее время в районе Шервуда. Прилагались их фото и краткая биография с описанием последних дел, над которыми работали пропавшие. Обитатели заповедника категорически не идут на контакт, да и допуск на территорию разрешен очень немногим из-за опасности. Придется искать собственные подходы к магическим созданиям.

Звонила мисс Уотсон, мы немного поговорили об отношениях к е-кай в разных странах. Похоже, эта тема ее и впрямь заинтересовала. Спрашивала, приедем ли мы на вечеринку. Химари и Сидзука могли стать представителями от магических существ на большой тусовке, посвященной знаковому фильму, где нелюдям уделено много внимания. Но я отказался, сославшись на занятость.

Посовещавшись с аякаси, мы решили все же посетить Шервуд. Возможно нам удастся найти новых вассалов в заповеднике. Я связался с английской MI0 (что расшифровывалось как Military Intelligence, нулевой отдел), и достаточно оперативно нам пригнали вертолет. До деревни Эдвинстоу в графстве Ноттингемшир нас доставили менее чем за полтора часа. Незабываемые ощущения. Сидзуке и Химари также очень понравился полет на вертолете. Более опытные Маки с Куэс снисходительно наблюдали за нами. Наладим бизнес, обязательно заимею себе винтокрылую машину.

Эдвинстоу — небольшое поселение, около пяти тысяч жителей. Имеется музей Шервудского леса, поле для крикета, церковь Святой Марии. Нас встретили из службы безопасности, заселили в отдельный коттедж и предоставили кучу различного походного оборудования. Предлагали снабдить нас оружием, но Куэс не стала брать. Сказала, что любое взрывоопасное вещество опытный колдун и некоторые типы е-кай могут подорвать на расстоянии. Показала свой личный ствол — АПС Стечкина, специально зачарованный против дистанционного подрыва. Плюс еще и пули с магической начинкой, а сам артефакт подзаряжается из ауры мага. Моему восхищению не было предела. Это тебе не ножиком махать, или бумажками кидаться. Чувствовалась мощь в вороненом металле, приятно оттягивающем руку. Куэс аккуратно разобрала пистолет и во время чистки поведала мне, что в основном использует его на мелких множественных целях, либо как последний шанс, когда все резервы на исходе. Сильным аякаси зачарованные пули не помеха.

Я с интересом расспросил про артефакторику и способы зачарования оружия и с сожалением вынужден был констатировать, что некоторые особенности магической науки были мне совершенно непонятны. Сказывается отсутствие систематического обучения. Было бы здорово тоже поучиться в ЛАМИ, пройти какие-нибудь курсы повышения квалификации. Однако оставлять клан надолго, как это сделала наследница двенадцатых, будет слишком опрометчиво. За моей спиной нет родителей, которые разберутся со всеми проблемами в мое отсутствие. А вот насчет Оммедзи Гакуэн можно подумать.

— Твой клинок тоже очень интересный, — сказала Куэс. — Можно взглянуть?

— Хаганэ? Пожалуйста, — вытащил я длинный обугленный нож непрезентабельного вида.

— В нем чувствуется слабый зарождающийся е-кай. Из таких выходят хорошие артефакты. Сначала изгоняют аякаси, потом уже накладывают свои чары. Существуют мастера, которые намеренно создают аякаси, дают им настояться в предмете, а потом изгоняют и зачаровывают по-своему. Схожим образом был создан мой перемещающий артефакт, — колдунья прямо из воздуха достала талмуд, перевитый цепями.

— О, так вот где ты пистолет хранишь? Какой-то пространственный карман?

— Да.

— А консервы туда влезут? Неохота тащить все это с собой в поход.

Вот где бы Айя пригодилась.

— Юто! Истинный джентльмен сам бы предложил нести тяжести, а ты даму нагружаешь! Весь вес в кармане переходит на меня, и в случае сражения лишние вещи будут мне сильно мешать.

— Понял. А что у тебя там еще есть кроме Стечкина?

— Ну-у, пара обойм для пистолета, косметичка и так, по мелочи.

Под моим красноречивым взглядом Куэс принялась оправдываться. Мол, не пристало благородной наследнице двенадцатого клана таскать всякие сумочки. Блин, я тоже хочу себе пространственный карман. Буду туда найденные плюшки складывать.

— Значит твою книгу изготовили также из аякаси?

— Такой вариант наиболее вероятен.

— Но ты помнишь, что обещала проверить его?

— Разумеется, за кого ты меня принимаешь? Джингуджи Куэс от своих слов не отказывается. Если книга окажется грязным е-кай, я передам его шестому клану, но если нет… Что ты можешь дать моему клану?

— Десяток ошеломлений пойдет?

— Эта твоя цена за могущественный артефакт? Пятьсот, — сходу выставила свое количество Куэс.

— Э-э, двадцать? — принялся я торговаться.

— …

— Ладно. Две сотни тебя устроит?

— По рукам, Юто.

Мы пожали друг другу руки, скрепляя условия спора. Мда, это мне неделю придется горбатиться. Надеюсь, моя чуйка меня не обманула. С другой стороны, тренировка в амулетах тоже не помешает.

— Да и с чего ты взял, что я пойду с тобой в заповедник, Юто? Думаю, ты и сам справишься с поиском чертоглаза. Изображение цветка мы тебе показывали.

Вот черт, я уже настроился, что Куэс пойдет с нами. Все-таки, она училась в Англии, и знает о местных аякаси намного больше. Да и сильная колдунья нам в пати точно не помешает.

— М-м, пятьдесят ошеломлений?

— Сто.

— По рукам, Куэс, — вздохнул я. — Маки-сан, а вы остаетесь?

— Раз Джингуджи-сан идет, то я тоже прогуляюсь.

— Отлично! Мили дамагер, светлый паладин, аое кастер, хилер и… барьерный дебафер. Фул пати практически.

— Юто, ты на каком языке сейчас говорил?

— Геймерском, — усмехнулся я.

Глава 4

— «…По сообщениям службы эпидемиологического контроля, редкие водяные змеи, которые на днях наблюдали в реке Хиросэ, являются неядовитыми и нападают на людей исключительно в целях самозащиты. Так что жители Такамии могут спокойно посещать близлежащие водоемы в местах, где разрешено купание…»

— «…По информации из проверенных источников в последние дни сразу несколько дел опасных преступников получили второе дыхание. Появились данные, что Масахиро Канагава, устроивший поножовщину 23 марта 2008 года со смертельным исходом, также причастен к убийству еще двух человек. Если данные подтвердятся, то Масахиро грозит смертная казнь вместо пожизненного тюремного заключения. Кобаяси Каору, ранее судимый за сексуальные домогательства к несовершеннолетним, подозревался в похищении и убийстве одиннадцатилетней Арияму Каэдэ. Главный свидетель по делу, имя которого не разглашается, отказался от дачи показаний, и буквально вчера поступила информация из органов, что слушания будут возобновлены. Свидетель будет участвовать в программе по защите, о которой нам расскажет специальный гость из известного детективного агентства Якоин…»

Айя внимательно смотрела утреннюю новостную программу, записывая важные по ее мнению моменты. Ну а любое событие, где фигурировал кто-то из кланов экзорцистов, априори являлось важным. На зазвонившем телефоне высветилось «Амакава-сама», и фугурумо немедленно подняла трубку:

— Айя слушает.

— Привет, это я. Как у вас дела?

— Все в порядке, Амакава-сама. Конфликтов с е-кай или другими кланами не было.

— Отлично. Мы завтра утром… или по-вашему будет вечер, собираемся в заповедник за ингредиентом для зелья. Так что мой телефон может быть недоступен.

— Принято. Разрешите вопрос, Амакава-сама.

— Да?

— Я выражаю сомнения в необходимости физической подготовки для цукумогами моего типа на тренировках, которые проводит лейтенант Гунсо.

— Вот как? Шустро он. Присмотри за новичком, чтобы палку не перегибал. А что, каска бегать вас заставляет?

— Да, Амакава-сама. Я использую короткие пространственные прыжки при передвижении на дальние дистанции.

— Так разве в этих самых прыжках ты не улучшаешь свои навыки?

— Если так поставить вопрос, то да, я стала немного дальше прыгать. Поняла, Амакава-сама. Я не подведу вас.

— Хорошо. Попроси Шидо, вежливо только, поучить Кагецуки, Нобу, Гунсо и Мурабито основам вождения автомобилем. Лизлет, Гинко и остальных — по желанию. Случаи бывают разные. И сама тоже, если хочешь.

— Раз таково ваше желание, Амакава-сама.

— Все, отбой.

Цукумогами завершила разговор, и буквально через пару минут раздался крик-побудка от бравого лейтенанта: «Рота подъем!». Айя поспешила к Гунсо и передала слова главы клана. Это было очень странно, но остальные обитатели особняка и даже Шидо-сан слушались аякаси каски. Обычно среди е-кай прослеживается четкое разделение: кто сильнее, тот и главный. Гунсо же являлся самым слабым аякаси клана. Даже ручные змеи мизучи могли справится с ним при желании.

— Уметь пользоваться современным оружием и техникой — это правильно, — выдал цукумогами в военной форме. — Я составлю график тренировок. Приказ генерала будет выполнен в точности.

Полусонные аякаси снова собрались во дворе. Даже охотник из Тсучимикадо, морщась от болей в мышцах, выполз со всеми. Пинок по самолюбию мужчины был весьма существенным, так что он решил немного восстановить форму. А к боли и физическим нагрузкам потомственному экзорцисту было не привыкать с детства.

— Явился, салага! — ехидно заметил Гунсо. — Тебя даже горничная обогнала вчера!

— Она неживая… — выдал Шидо.

— Живая-неживая. Важен результат! Сегодняшняя разминка будет короткой, как бы мне не хотелось погонять ваши вялые тушки по полигону. У нас запланировано много дел. До возвращения генерала Амакава каждый, кто имеет хотя бы каплю мозгов, должен научиться управлять автомобильной техникой. Инструктором назначается рядовой Шидо. Я сам буду первым учеником, с графиком тренировок ознакомлю в ближайшем времени. Всем ясно?!

— Да…

— Не понял?!

— Да, сэр!

— Четвертого числа сего месяца, то есть уже через три дня, в Ноихаре состоится праздник нэбута. Амакава-тайсе поручил нам принять участие. Поэтому нам предстоит построить повозку для фонарного шествия. И я не буду лейтенантом Гунсо, если мы не построим самую лучшую, самую мощную и самую разрушительную повозку в истории! Всем ясно?!

— Да, сэр!

— Отличный настрой, селедки! Капитан Айя назначается ответственной за чертежи и проектировку аппарата, лейтенант Кайя — главный конструктор. Где опять Тосигами шляется? Сержант Тосигами назначается главным по поиску бесхозных частей обшивки и комплектующих. Сержант Гинко — за переговоры с Ноихарой, нужна основа в виде двигательной техники.

— Поняла! Я знаю, у кого можно одолжить трактор, — обрадованно произнесла оками. — Трактор подойдет, лейтенант-сан?

— Подойдет, сержант. Остальные будут осваивать ручной инструмент и помогать в строительстве. А пока пятнадцать кругов вокруг дома, бего-ом МАРШ!

Утро в Эдвинстоу встретило нас по-настоящему английской погодой: сырой и пасмурной. Планировали уложиться за сутки, но провизии набрали на три дня на всякий случай. Воды совсем немного — Сидзука обещала взять этот вопрос на себя и пополнять фляги. Мы с Маки и Химари переоделись в военную камуфляжную форму и удобные ботинки. Куэс повздыхала, но последовала нашему примеру — в ее платье тащиться по густому лесу несколько неудобно. В нашем распоряжении также были и непромокаемые плащи — бесценное имущество при местном климате. Поклажу в рюкзаках распределили между мной и Маки. Я пока не считал себя сильнее Сидзуки, поэтому лучше, чтобы главные бойцы не были ничем ограничены. Короче, экипировались по полной.

Сотрудник MI0 любезно повез нас к блокпосту при входе в заповедник. Когда подъехали, мы с Маки не смогли сдержать уважительного восклицания. Вокруг леса в обе стороны расстилался высокий магический барьер, в котором чувствовалась сложносоставная магия. Теперь понятно, почему заповедник называли скрытым: при взгляде на барьер наступало непонятное беспокойство и хотелось убраться подальше отсюда. Охотнице из Тсучимикадо не терпелось рассмотреть его вблизи. На пропускном пункте мы заметили военных, которые о чем-то беседовали с женщиной с рюкзаком. Один молодой колдун в мантии и с сияющей улыбкой подошел к ней, и та расписалась на какой-то бумажке. Когда же туристка обернулась в нашу сторону, я чуть не выругался вслух. Какого рожна, спрашивается?!

— Юто, Куэс! Привет! Извините, что не предупредила. Я боялась, что вы не возьмете меня с собой, — энергично произнесла Эмма Уотсон, одетая по-походному.

— Я конечно уважаю твои актерские таланты, но нам не нужен неодаренный балласт в операции. К тому же белоручка, — припечатала сходу Джингуджи.

— Я не белоручка! Чтобы вы знали, съемки часто проходили на природе в весьма тяжелых условиях. Я немного научилась походной кухне, даже жила в палатке! Пожалуйста, возьмите меня с собой. Я не буду обузой! Мне кое-что известно о троллях и гоблинах.

— Не знаю, что там выдумали в книжках, наверняка ерунду какую-то, — фыркнула Куэс.

— Чего ты хочешь добиться, Эмма? — спросил я.

— Я должна посмотреть на жизнь и быт магических созданий и представителей иных рас. Волшебники живут скрытно, у них свои правила. Здесь нужен независимый взгляд со стороны! Юто, ты ведь тоже ратуешь за хорошие отношения между людьми и ая… ая-ка-си, — по слогам проговорила японское слова девушка. — Ты будешь представлять магическое сообщество, я — мир магглов. Вместе мы сможем добиться справедливости!

— А что съемки?

— Для меня уже окончены.

— М-м, это опасное мероприятие. Тебе не кажется, что это чересчур для обывателя, лезть в обитель смертоносных монстров?

— Нет! Я справлюсь и не буду помехой! Пойми, Юто, я добилась кое-чего, как актриса и как модель. Я богата и знаменита, меня узнают на улицах, но это все не то. Моя героиня, Гермиона Грейнджер… Я всегда восхищалась ее гениальностью, жаждой знаний, упорством и целеустремленностью. Для нее деньги и слава ничего не значили. У меня почти не было времени на школу из-за съемок. Я хочу добиться чего-то, чем могла бы гордиться. Я занимаюсь благотворительностью, но… Сделать что-то большое, чего раньше никто не делал, стать первой. Разве это не здорово? Если кроме тебя никто не хочет помогать магическим созданиям, я буду твоим союзником!

— Звучит воодушевляюще. Хм-м, Куэс, а в магическом мире нет организаций по типу ГринПис?

— Не думаю, — задумалась колдунья. — Хотя слышала про каких-то активистов, но надо наводить справки. Еще есть сообщество «Common Men Right to Remember», которое протестует против слишком частого стирания памяти у обывателей.

— Так что, берем мисс Уотсон с собой? — спросил я.

— Ты главный, решай сам. Если хочешь увеличить время вылазки вдвое, твое право, — отгородилась Куэс.

— Ладно, идем с нами, — махнул я рукой. — Но в походе слушаешься каждого из нас. Скажем падать, значит падай, а не выбирай место почище, — Уотсон активно закивала. — Мне очень не хочется становиться тем, из-за кого миллионы мальчишек лишатся своего кумира.

— Согласно опросам среди моих поклонников примерно поровну женской и мужской аудитории.

— По барабану. Пойдем, и так столько времени потеряли.

Шервуд оказался совершенно непролазным лесом протяженностью около шестидесяти километров. Видел в фильмах, как герои прорубаются сквозь густые джунгли. Ситуация была похожая, только тропиками не пахло — обычная для местных широт растительность, отличающаяся аномальной густотой. Деревья тянули корявые ветки во все стороны, корни переплетались бывало в метре от земли, кусты стояли стеной. Вперед пустили Химари, умело орудующую Ясуцуной. Иногда выбирались на свободные полянки, где устраивали привал — чаще планируемого из-за Эммы. Я, чтобы не отставать, использовал свет в некоторых случаях. Были и сопки, крутые овраги. В Шервудском лесу фонило магией — даже больше, чем в Ноихаре. Местное зверье в основном разбегалось при нашем появлении, хотя мы все старательно скрывали свои ауры. Полагаю, за многие десятилетия, что здесь охотятся колдуны ради ценных ингредиентов, живность сильно развила свои сенсорные и маскировочные способности. Чертоглаз мог встретиться по всему Шервуду, но при цветении он привлекал эманациями магии зверей-аякаси, поэтому отыскать несъеденный росток было сложно. В справочнике упоминался какой-то особенный симбиоз чертоглаза и магических созданий. В желудке аякаси семена не перевариваются, а пропитываются магией, после чего естественным путем выходят наружу.

Издалека видели хвосты удирающих от нас здоровых кошачьих аякаси. Почему-то родственная аура Химари их не успокоила. Джингуджи сказала, что их называют книзлами. Некоторые колдуны держат их как домашних питомцев: для слабых аякаси не требуется особых разрешений.

— Стойте, — неожиданно произнесла Сидзука на четвертом часу пути. — Подождите меня.

Мизучи проскользнула через переплетения растений к какому-то слабо-ощущаемому е-кай. Минут через пять вернулась довольная:

— Мне удалось поговорить с хэби, змеиным аякаси. У них здесь есть большая колония. Он согласился отвезти нас к старшим.

— Змея? Как выглядела? — спросила Куэс.

— В длину метра три, похожа на питона, черно-серый пятнистый окрас. Мне показалась слабая ментальная магия от нее. У наземных змей часто встречаются такие способности.

— Василиск. В длину достигают двадцати метров, — поведала колдунья. — Обладают сильнейшим ядом, которым взрослые особи могут плевать на расстоянии. Некоторые василиски умеют гипнотизировать свои жертвы, нельзя смотреть им в глаза. Надолго на одном месте не задерживаются, поэтому об их гнездовьях в Шервуде нет достоверных данных.

— Василиски? Те самые? — распахнула глаза Эмма. — Миссис Флетчер говорила, что они существуют. Мы правда с ними встретимся? Они не агрессивные?

Сидзука сказала, что сначала разведает обстановку, а потом уже нас позовет. Уотсон засомневалась, стоит ли отправлять хрупкую девочку на такое опасное задание. На что мизучи высунула свой длинный язык и прошлась им по лицу актрисы. Больше вопросов не возникло.

Через некоторое время мизучи повела нас сквозь заросли в западном направлении. Мы вышли на открытое пространство, где среди нагромождений камней грелись на солнце множество представителей змеиного племени разных размеров и цветов.

— Будьте осторожны, нано. Среди хэби есть очень старые особи, старше двух веков. Никто из них не имеет человеческого облика, а значит они ближе к зверям, чем к людям. Если попытаются загипнотизировать, нужно сбить чары выбросом магии.

— Я возьму на себя Эмму, если потребуется убегать. Куэс, прикроешь, — распределил роли я.

— Хорошо, Юто.

К нам выполз огромный василиск, имевший несколько шрамов на морде. Неприятное существо гигантских противоестественных размеров. Эмма тихо ахнула. Василиск с Сидзукой о чем-то пошипели на своем языке, после чего змей перешел на корявый английский:

— Что-с вам с-дес-сь надо-с?

— Уважаемый василиск, скажите, не произрастает ли рядом вот такой цветок? — показал я фото.

— Глупый человек-с, я не вижу ваши картинки-с.

— Э-э-э, также мы расследуем пропажу некоторых колдунов… Вы что-нибудь знаете об этом?

— Рас-сумеетс-ся. Глупые людишки вечно лес-сут к нам. Ес-сли бы не наша дальняя с-сестра — водяной накер, мы бы и вас-с с-сожрали, — прошипел змей.

— Вы пытались договориться с людьми? — влезла Уотсон. — Настроить мирный диалог?

— Какая вкус-сная человечка… Она вам нужна-с? У меня дети голодные.

Эмма побледнела и попятилась.

— Гхем, попрошу вас не запугивать народ. Мы тоже можем дать сдачи. Так значит, ничего от людей, которых вы встречали, не осталось?

— С-следуйте за мной, — уполз василиск.

Мы осторожно запрыгали по камням и вскоре вышли к утоптанной лежке, заполненной костями, пустой змеиной чешуей или выползками.

— Там, ос-статки-с.

По моему кивку Химари проверила угол и обнаружила несколько предметов, принадлежащих ранее людям. По-видимому, то, что не переварилось.

— Мы заберем вещи с собой?

— Нам ни к чему. Берите-с и уходите!

Химари быстро собрала в мешок немногочисленные пожитки, в основном металлические побрякушки.

— А шкура василиска используется в зельеварении? — тихо спросила Эмма.

— Да. Около пятнадцати тысяч фунтов за метр, — без всяких эмоций поведала Куэс.

Да это ж настоящее богатство!

— Мистер василиск, можно мы заберем эти старые шкуры? Вам ведь все равно ни к чему?

— Не ис-спытывайте мое терпение-с! Берите живо и проваливайте-с!

— Нагружаемся! — скомандовал я.

Куэс указала нам на свежие экземпляры, которые мы с Маки быстро схватили в охапку, после чего спешно попрощались с василисками и стали отступать. Через пару сотен метров на Химари напала большая змея, которую бакэнэко мгновенно обезглавила катаной. Мы ускорились, ожидая нападения основной стаи, но василиски так и не показались больше. Эмма совсем выбилась из сил. Мы устроились на обед, как только достаточно удалились от змей.

Грубый подсчет показал, что нам удалось захватить около пятнадцати метров змеиной чешуи, что тянуло на более чем двести тысяч фунтов. Я радостно упаковал добычу в захваченный мешок. Много места шкуры не занимали, а весили всего ничего.

У Уотсон случился приступ неженки. Актриса жаловалась на кровососущих насекомых, на натертые ноги, она хотела помыться, отдохнуть в мягкой постели, нормально поесть и выпить чаю. Ди-ниджу поставил композицию, в которой часто повторялись фразы «primadonna girl» и «primadonna life», так что Эмма поутихла. Мы не особо напрягались ради нее, но быстро смогли решить все перечисленные проблемы. Сидзука окатила девушку водой, после чего, не дав ей возмутиться, быстро высушила. Вроде как помывка, не вылезая из одежды. Также мизучи залечила ей ступни. Маки споро сготовила лапшу с мясом из консервов, а Химари заварила зеленый чай. Плюс бакэнэко раскрыла свою ауру, которая отпугнула мелкую живность, включая насекомых. Я вытащил несколько тонких спальников, и устроил туристку с комфортом. Это я решил ее брать с собой, мне и расхлебывать.

Радетельница за права аякаси немного расстроилась после первого неудачного контакта, но от своих убеждений отказываться не собиралась. Она верила, что даже василискам можно привить нормы цивилизованного общества.

— Куэс, а раньше не пытались наладить диалог? — спросил я.

— Не припомню ничего такого в истории магии. Василисков давно истребили и согнали в заповедники. Это было много веков назад.

— Тогда и ведьм на кострах жгли. Может сейчас ситуация будет лучше? — предположил я.

— Вряд ли. Натуру е-кай изменить невозможно.

— Это неправильно! — решительно заявила Эмма. — Они ведь разумный вид, имеют своя язык, и даже по-английски умеют говорить. Я придумала! Мы создадим организацию В.З.Д.О.Р. — Василиски За Демократическую Освободительную Революцию!

— Гм, занятное название. Но я думал, твоя деятельность не будет ограничиваться только змеями?

— Ты прав, Юто. Тогда… м-м-м, — принялась размышлять девушка.

— Я вот подумывал создать организацию по захвату мирового господства, — выдал я, уплетая обед. — Даже название придумал: С.А.М.Б.А. — Современная Армия Мобильных Боевых Аякаси. Круто звучит, правда? Как черная мамба, это ядовитая змея такая в Африке.

На английском аббревиатура M.A.M.B.A. - Modern Army of Mobile Battle Ayakashi.

— Юто! Название мне нравится, но вот предназначение… — протянула Сидзука нехорошим тоном.

— Хороший вариант! — похвалила Эмма. — САМБА — звучит достойно. Будет… Современное Агентство Магических Бестий и Аякаси. Как вам?

По-английски MAMBA — Modern Agency of Magical Beasts and Ayakashi.

— Хм-м, достаточно нейтральное название, — выдала Куэс. — Мне нравится, что в конце стоит японское слово.

Пока мы болтали о столь важных вещах, Маки проверила вещи погибших в животах василисков людей. Из важного — обручальное кольцо, которое наверняка смогут опознать родственники. Комок пластика, бывший когда-то телефоном, наверное. Пряжку от ремня, походный складной нож. Пусть MI0 сами дальше выясняют.

— Ладно. Сидзука, сполосни посуду, и продолжим путь, — скомандовал я. — Сегодня надо успеть дойти до троллей и гоблинов.

Чертоглаз попадаться нам на глаза не спешил, но по слухам его можно выменять у гоблинов на еду и побрякушки. Для начала мы направились к поселению троллей, до которого было примерно десяток километров. Ориентировались по компасу, поскольку спутниковая навигация в Шервуде сбоила, да и вышки сотовой связи отсутствовали. Иногда кто-то из нас забирался на высокое дерево, чтобы осмотреть окрестности. Тролли, как следовало из британского справочника магических существ, утвержденного Министерством Магии, являются весьма злобными и кровожадными создания. Взрослые особи ростом от трех до четырех метров. Покрыты густым жестким шерстяным покровом, что делает их больше похожими на йети, снежного человека. Имеют большую сопротивляемость стихийной и ментальной магии. Их шкура — сложный защитный механизм, которым они могут управлять при помощи магической стихии камня. Уплотнять шерсть до состояния крепкой брони в нужных местах. Имеют два сердца и дублированную систему циркуляцию крови. Близнецы-тролли всегда срастаются в один организм, так что изредка бывают двух и трехголовые е-кай. Имеют только один гуманоидноподобный облик и неспособны к мимикрии. Одни из наиболее живучих аякаси в мире. Есть и слабые стороны: уязвимы в движении, поскольку для этого необходимо оставлять много мест в шкуре без защиты; невысокая мобильность; не имеют атакующей магии.

Я немного опасался, что мы можем разминуться с поселением, но тревоги были напрасны. Гроверук протянулся на километры вдоль мелкой речки меж деревьев и скал. Грубые деревянные хижины разбросаны тут и там, виднелись входы в пещеры.

— Посмотрите! Там в загоне свиньи, вроде бы. Значит у троллей развито животноводство, — рассматривая в бинокль, произнесла Уотсон. — Вижу огороды, земледелие тоже есть.

— Куэс, там в справочнике было написано, сколько в Гроверуке троллей живет? — спросил я.

— Больше двадцати тысяч по грубым прикидкам. Но неизвестно, сколько их живет в пещерах.

Вот так новость! Я представлял более скромные цифры. Значит, ни о каком длительном сражении не может быть и речи. Сразу делать ноги в случае чего.

Посовещавшись, мы решили отправить для установления дипломатических контактов Химари. Она аякаси, во-первых. Во-вторых, Сидзука относится к змеиному роду, а у троллей и василисков извечная вражда.

Бакэнэко чуть приоткрыла свою ауру и направилась прямиком к выставленным дозорным, которые сразу напряглись при ее появлении. Тролли были одеты в набедренные повязки из звериных шкур и вооружены чем-то вроде копий и дубин.

— We came with peace! — четко проговорила заученные слова кошачья аякаси.

Тролли немного расслабились и переговорили между собой. Вскоре подошел еще один йети с коричневой шерстью. Походил на Чубаку из Звездных войн, питавшегося на протяжении десятка лет исключительно в макдональдсе.

— Что тебе надо? — спросил он по-английски.

— Информация. Торговля. Обмен, — высказала Химари.

— Я чую человеков, — повел ноздрями волосатый великан.

— Информация. Торговля. Обмен, — повторила Химари.

— Ты пахнешь кошкой. И странной магией. Плохая магия.

— Информация. Торговля. Обмен.

— Тупая кошка-оборотень. Зачем человеком вырядилась?

— Сам ты тупой! — зацепилась за знакомое слово бакэнэко, проигнорировав тот факт, что с японского бакэнэко как раз и переводится «дурная кошка». — Я есть великая кошка. Я есть самая сильная!

Аура Химари развернулась на полную мощность, и я уже было подумал, что переговоры сорваны, но главный тролль издал какой-то булькающий звук:

— Гхул-гхул-гхул. Ты сильна. Старейшина Боген уважает силу. Мы будем делать обмен! Идите за мной!

Мы направились в сторону города, настороженно зыркая по сторонам.

— Что кумара делает так далеко от моря? — спросил тролль, обращаясь к Сидзуке.

— Я не накер и не кумара. Я — мизучи! Высший аякаси из Японии! — важно ответила зеленовласая девочка.

— Гхул-гхул, далеко вы забрались. Зачем вы с собой еду на ножках таскаете?

Пока Сидзука что-то втирала гиганту про союз людей и аякаси, Куэс коротко пояснила:

— Накерами зовут водяных змеиных аякаси, что обитают в старых колодцах или озерах. А кумара — очень редкий морской дух, который изображают с зелеными волосами. По народным преданиям собирает души утонувших моряков и закрывает их в ракушках. Наверное, его можно считать британским аналогом умибозу.

При более пристальном рассмотрении город производил неизгладимое впечатление. Действительно город, а не деревня. Много фигур мелькали в проходах разветвленной сети пещер. Сколько их еще там, под землей живет? Повсюду виднелись загоны для скотины, пестрели грядки. В темных арках заметили низкорослых уродливых существ. Куэс сказала, что это орки — аякаси, которые боятся солнечного света и живут в подземельях. До доблестных воинов Сарумана им далеко. Прошли мимо настоящей кузницы и каких-то мастерских непонятного назначения. Мелкие голые троллята примерно моего роста активно бегали, но к нам не приближались. Гроверук кипел жизнью и удивлял своим средневековым укладом.

Глава 5

Коричневый тролль привел нас в большую деревянную хижину с потолком примерно в пяти метрах над головой, где о чем-то громко спорили несколько великанов. Пахло потом и тухлятиной. В стороне стоял огромный стол со стульями, обитыми чешуйчатой кожей. Вероятно, шкурами василисков. Главным был высокий старый тролль с серой шерстью и двумя головами, одна из которых спала, откинувшись назад. Либо сдохла — сложно понять. Что я тут вообще делаю? Потащился за каким-то цветиком-семицветиком к черту на кулички. Нет бы прогуляться по центру Лондона вместе с Химари… Ладно. Все-таки я глава клана экзорцистов. Мне надо уметь вести диалог с аякаси. Особенно если я хочу что-то изменить в нынешнем миропорядке.

— Бурлы хогло? — спросил двухголовый.

— Бурлы-бурлы. Тодо хо.

— Вашши!

Коричневый тролль ударил себя в грудь и вышел из хижины. Нас рассматривали несколько великанов, словно энтомологи пришпиленных жучков.

— Кто у вас старейшина? — спросила правая бодрствующая голова серого гиганта на сложноразборчивом английском.

— Я. Амакава Юто из шестого великого клана экзорцистов Японии.

— Бхы, старейшина Боген. У тебя на службе духи, человек Амакава?

— Истинно так, мистер Боген.

— Давненько к нам люди не хаживали. Последнего в прошлом году съели. Бхы-хы-хы-хы! — раздался раскатистый хохот, который поддержали другие тролли. — Эй, сопля! Чаю человекам! Крови духам!

Неожиданно перед великаном материализовалось маленькое ушастое существо в обносках:

— Сию секунду, повелитель! — произнес слуга и исчез.

— Это же эльф! — прошептала мне Эмма.

— Похоже на то, — озвучил я.

— Интересно, — сказала Куэс. — Нам в академии не говорили про симбиоз троллей и эльфов. Надо передать информацию в министерство, пусть обновят учебники.

Появился эльф с двумя большими кувшинами и множеством глиняных чашек. Силы у него еле хватало, чтобы держать свою ношу. Он осторожно поставил деревянный поднос на топчан и повернулся к Богену:

— Ваш приказ выполнен, повелитель!

— Вашши!

Старейшина пнул мелкого эльфа, который доставал ему только до колена, и тот улетел в противоположный конец хижины. Тролли заржали.

— Вы! Как вам не стыдно! — взорвалась Уотсон. — Мы представляем организацию САМБА — Современное Агентство Магических Бестий и Аякаси и боремся за права каждого разумного вида!

— Бхы-ы, о чем толкует этот человечек? — не понял Боген.

— Эмма, успокойся. Сначала надо наладить диалог. Что-то требовать рановато. Уважаемый Боген, простите, великодушно. Нам несколько непривычны местные порядки. Возможно, если мы поговорим подольше, то сможем лучше понять друг друга.

— А-э?

— Обмен, — сказал я обреченным тоном.

— Обмен — это хорошо. Что у вас есть? — хлопнул своими лапами старейшина.

— Э-э-м…

И правда, что мы можем предложить троллям? Шкуру василиска? Вроде где-то пара шоколадок завалялось.

— У меня есть! — торжествующе заявила Уотсон. — Смотрите!

Девушка принялась распаковывать свой рюкзак, и достала коробку, полную разноцветных блестящих шариков.

— Вот здесь продевается нить, и можно себе браслет сделать или ожерелье. Тогда вы будете самым красивым в Гроверуке.

— Богену нравится, — расплылся в жуткой улыбке тролль и забрал коробку.

— Я же сказала, я знаю кое-что про троллей, — шепнула мне Эмма.

— Спасибо, — тихо ответил я. — Мистер Боген, скажите, можете ли вы поставить нам вот такой цветок?

Тролль осторожно принял фотографию у меня из рук:

— Око Дьявола. Боген знает, что людям он нужен. Но чертоглаз прячется от взгляда троллей. Мы не можем его найти.

— А кто может?

— Гоблины. Идите к гоблинам, — выдал старейшина.

— Эй, верните коробку, мистер Боген. Раз вы ничего не даете взамен, — потребовала Эмма.

Но тролль так взглянул на девушку, что я поспешил успокоить:

— Оставьте себе. Тогда, может, ваши тролли смогут опознать фотографии колдунов, что пропали в Шервуде за последнее время? Возможно, какие-то вещи остались?

— Вещи человечков меняем гоблинам. Бхы… Кагалык бурлы? — обратился старейшина к своему сородичу.

— Бурлы? Ихто нок сыч-ча хы.

— У нас есть один человечек, вроде живой пока. Интересует?

— Да. Освободите пленника, — ответил я.

— Обмен?

— Какой еще обмен, навозная рожа? — лопнуло терпение колдуньи. — Я — Джингуджи Куэс из великого двенадцатого клана. Если не хотите, чтобы ваши задницы поджарились до хрустящей корочки, немедленно освободите людей!

К нашему удивлению резко проснулась вторая, левая голова старейшины и сходу влезла в разговор, брызгая слюнями во все стороны:

— Бо-хы-ы! Белый человечек хочет помериться силой? Борену нравится белый человечек! Идем! Ты сразишься с чемпионом вождя. Победишь — человечек ваш. Проиграешь, мы вас съедим.

— Джингуджи Куэс не проигрывает, — взметнула свои длинные белоснежные волосы колдунья.

— Сопля. Оповести старейшин. Будет большой бой! Бой Шузына Кровавого и Белого человечка!

— Да, мой повелитель, — пискнул появившийся эльф и сразу испарился.

— Чаю? Крови?

Борен самолично щедро плеснул мутноватой жидкости из кувшина по чашкам, пролив около половины мимо. Мы осторожно взяли глиняные емкости. От чая тянуло тиной. Наверное, также себя чувствовали исследователи, попавшие в шатер к вождю какого-то дикого племени. Вроде бы и отказывать хозяевам нежелательно, но в то же время брезгливость перевешивает.

Сидзука быстро коснулась языком напитка и сделала знак, что все чисто.

— Моя лоли, надеюсь, ты промоешь мне желудок, если что, — пробормотал я, делая глоток.

— Ну как? — спросила Маки, что-то чиркая в блокноте.

— М-м, отдает какой-то травой, но вроде бы пить можно.

Тролли о чем-то побеседовали, пригубили несколько бокалов крови. Вряд ли человеческой — слишком мало здесь народу ходит, чтобы напоить целый город. Свиная или баранья. А может и гоблинская какая-нибудь. Через некоторое время вернулся эльф Сопля, отчитался о том, что старейшины оповещены и получил еще один пинок. Я придержал дернувшуюся Эмму:

— Не торопись, а то все испортишь. Подумай. Принесешь потом им красивых стекляшек, всех эльфов легко выкупишь. Он ведь наверняка не один тут. К тому же ты у самого аякаси места спросила? Может, ему нравится свое положение?

Девушка тихо позвала домового по имени, и тот быстро появился в хижине. Из разговора мы вынесли, что Сопля действительно доволен своим хозяином. Он сильный и грозный, такому служить незазорно. Дальнейшую беседу с эльфом прервала левая голова Борен, скомандовав выходить. Правая голова, Боген, болтала на тролльем не переставая.

Снаружи царило оживление — множество троллей тянулось вместе с нами вверх по реке. Некоторые расспрашивали Борен-Богена о намечающемся бое, как можно было догадаться. Особенно боевитые лезли к нам, но старейшина сотоварищами охаживали их дубинами сходу. Как я понял, старейшина троллей чувствовал себя прямо героем дня. Устроил такое редкое развлечение: бой человека с троллем.

— Ты уверена в своих силах? — спросил я Куэс.

— Пф-ф. Постановка вопроса оскорбительна для меня.

— А как ты заклинания колдуешь? Проговариваешь слова?

— Слова нужны для лучшего контроля, — объяснила колдунья. — Вроде якоря в сознании. Некоторые используют латынь или неродной язык. Я вот предпочитаю английский.

— У тебя плохой контроль?

— …Ниже среднего, — нехотя выдала Джингуджи.

— Мы будем болеть за тебя, Куэс, — проговорила Эмма. — Надери невеже задницу!

Бойцовая арена представляла собой огромную пещеру, куда пробивался свет из широкого входа и от зажженных факелов. По центру утоптанная земля и несколько валунов, по краям — выдолбленные прямо в камне поднимающиеся трибуны. Нас, как гостей, расположили в ложе старейшины Борен-Богена. Всего старейшин было двенадцать, что напомнило мне о дюжине кланов экзорцистов. Везде это число любят. Из них, как я понял, каким-то странным образом выбирался главный, то есть вождь. То ли они устраивали бои между собой по типу турнира, то ли проводили выборы среди троллей-избирателей, мы так и не разобрались. Вождь с черной шкурой и одной головой произнес короткую речь, в которой я разобрал только «бурлы», что означало «человек», по-видимому, и имя гладиатора — Шузын.

На арену тяжело ступая вышел мощный тролль с необычной шерстью темно-бордового оттенка. В каждой руке он сжимал по шипастой деревянной дубине. Обоерукий боец! Уважаю. Немного покричав и покривлявшись, тролль затих. Вождь еще раз упомянул бурлы и указал в нашу сторону:

— Белый человечек!

Куэс с достоинством вышла на арену и оглядела собравшихся надменным взглядом. Правда я уверен, что тролли не разбирают пол человека и выражения лиц. Они и отличают нас в основном по цвету волос. Химари и Куэс в одинаковой одежде были очень похожи. Только несколько оставшихся черных прядей выделяли бакэнэко.

Ди-ниджу просто не мог не отметиться в таком зрелищном соревновании. Под сводами пещеры раздалась громкая музыка, отлично известная по фильмам Mortal Kombat. Маки незаметно достала свой телефон и принялась снимать происходящее на камеру. Ранее охотница из Тсучимикадо умудрилась осторожно сфоткать нас с главарем василисков.

— Мерзкие создания. Я покажу вам силу чистокровной колдуньи Джингуджи Куэс, наследницы великого клана экзорцистов!

— Накашши! — громко скомандовал вождь.

— «…Fight!..» — прозвучали слова в песне.

Смертельный бой начался.

Шузын Кровавый издал боевой клич, ударил дубинами о землю и понесся на противницу. Куэс изящно вытянула руку, что-то тихо пробормотала, и пещеру осветила мощная огненная струя. Шузын немного замедлился, а его шкура превратилась в чешуйчатую броню. Дубины вспыхнули. Джингуджи продолжала поливать тролля огнем. Шузын взревел и ему тут же опалило глотку, тролль поперхнулся. Словно пылающий берсеркер, гладиатор ринулся вперед. Куэс что-то быстро прошептала, и воздушный вихрь отнес Джингуджи в сторону. Толпа разочарованно ахнула, когда боец пробежал мимо цели и воткнулся в валун. Куэс принялась сосредоточенно проговаривать про себя слова, а все еще коптящий Шузын пошел на следующий заход.

— «…Finish him!..», — исполнил дух плеера.

В последний момент колдунья успела завершить заклинание. Узкий нестерпимо яркий огненный луч вылетел из рук волшебницы и пробил насквозь грудину тролля вместе с его сверхпрочной шкурой. Свод пещеры остановил продвижение заклинания, на зрителей полетела каменная крошка. Шузын Кровавый медленно упал на колени и с грохотом завалился на землю прямо под ноги колдунье.

— «…Flawless victory!» — закончилась эпичная схватка словами из все того же саундтрека.

Тишина пещеры разорвалась восторженными или возмущенными криками и улюлюканием. Я напрягся и приготовился брать Эмму в охапку, если ситуация накалится.

— Она что, убила его? — с ужасом произнесла актриса, с трудом перебивая троллий ор.

— Не переживай. Помнишь, у них два сердца? Выживет. Наверное, — утешил я как мог, внимательно наблюдая за окружением.

Вождь троллей принялся грозно кричать и активно размахивать руками, его прихлебатели повскакивали со своих мест. Насколько я мог судить по интонациям, у главы каменнокожих какие-то претензии к Куэс. Рядом с нами громоподобно заревел Борен-Боген, все внимание обратилось на нашего старейшину. Двухголовый тролль бросил несколько рубленых фраз, после чего схватил большой каменный топор у сородича и кинул в сторону вождя. На некоторое время в пещере воцарилась тишина. Повелитель троллей медленно поднял над головой свое копье и что-то ответил. Толпа загомонила с новой силой. Шузына оттащили в сторону, и на арену вышли новые сражающиеся. Один из старейшин против вождя. Схватка троллей походила на странный танец слонопотамов. Тем не менее их удары несли разрушение всему, что попадалось на пути. Тупой конец копья задел правую голову, и она безвольно обвисла. Однако Борен не сплоховал в отсутствии своей братской головушки. Громадная дубина опустилась вождю на голову и отправила его в нокаут. Старейшина поднял лапищи в победном жесте и торжествующе заревел. Не все тролли ликовали. Часть бурно выражала свое возмущение. То тут, то там начались стычки. Желающие помериться силой спускались на арену и месились друг с другом. По-моему, большинству было плевать на политические расклады в Гроверуке, они просто выпускали пар.

— Уходим, — скомандовал я.

Мы пробрались по трибунам ближе к новому вождю. Я потребовал от него исполнения уговора, и Борен тут же приказал попавшемуся под руку троллю освободить пленника. Через несколько минут из глубин подземелий притащили изможденного бородатого мужчину. Он с трудом стоял на ногах, глаза слезились от долгого отсутствия света. Химари подхватила мужчину, и мы быстро двинулись прочь из города. Что-то не возникло у меня желания искать в Гроверуке вассалов. Эльфы еще могут быть полезными, но точно не тупоголовые тролли. При отступлении к нам со всех сторон с непонятными целями лезли великаны. Я щедро раскидывал печати с ошеломлением, которые действовали на троллей всего секунд пять.

Из города мы практически бежали, так что Эмма и освобожденный узник выдохлись быстро, хоть мы их и поддерживали. Удалившись в лес на приличное расстояние, мы разбили лагерь. Бородатый мужчина в лохмотьях оказался молодым девятнадцатилетним парнем по имени Джонатан Ритчер, который промышлял в Шервуде ловлей редких аякаси. Но поймали, как видно, его самого. Так долго выжить в заточении Ритчеру помог эльф Головастик, который учуял в нем родную кровь своих бывших хозяев. Спасенный проникновенно благодарил нас, в особенности Куэс, которая сражалась с чемпионом троллей за его жизнь. Лишней одежды у нас не водилось, я отдал ему запасные носки и свой непромокаемый плащ. Мизучи споро подлечила Джонатана. Быстро посовещавшись, решили разделиться. Примерно в двенадцати километрах располагался еще один пропускной пункт скрытого заповедника. Джингуджи сама вызвалась отвести освобожденного, я отправил с ней Сидзуку для подстраховки. Ритчеру требовалась квалифицированная помощь медиков, а лучшим врачом из нас являлся нечеловек.

Мы разбили палатку. Уотсон сразу залезла внутрь, после чего разочарованно выспрашивала, почему нет чар расширения. Я занялся ужином, а Маки расставила печати вокруг и активировала защитный купол. Поэтому об охране периметра можно было не волноваться.

Маки-сенсей показала мне несколько хитростей с печатями. Концептуально амулеты Амакава и Тсучимикадо сильно отличались. Если точнее, то наши амулеты практически не имели аналогов в мире. Ими мог пользоваться любой одаренный, запас магии находился внутри бумаги. Необходимо только активировать. Печати Маки были сделаны ей самой и носили отпечаток ее ауры. Если бы их использовал другой человек с низкой совместимостью, то мог бы выйти большой бада-бум. При активации охотница обеспечивала печать зарядом энергии из своей ауры. То есть, обычные печати — всего лишь направление, структуризация для магического выброса от человека. Амулеты Амакава — самостоятельные артефакты. Выгода от наших печатей очевидна. Я могу наклепать хоть тысячу заранее, применить их в бою и почти не потратить собственный резерв. Но в минусах — очень ограниченный арсенал из ментальных заклинаний. Надо бы на досуге поэкспериментировать с материалом.

Печатница — крутая штука. Все удобно, компактно и эффективно. У Маки были не только одиночные, но и специальные комбо-наборы печатей из двух-трех штук. Метала она их так метко, что я чуть челюсть не уронил, однако вовремя заметил, что направление поправляется магией. Я же свои амулеты бросал тупо рукой. Бамбуковая бумага плотная, так что печати получаются примерно по форме с игральную карту. Походу, я разгадал секрет одного из непонятных ранее блоков в дедовских боевых амулетах. Надо будет переделать свои поделки. Век живи, век учись.

Куэс с Сидзукой вернулись через пару часов, сказав, что удачно набрели на патруль колдунов и передали им Джонатана. Поздним вечером мы сидели возле костра, неспешно пили чай, обсуждали прошедший день и строили планы на следующий. Иногда до нас доносилось совиное уханье, клекот неизвестных птиц и звериная возня. Но преодолеть тсучимикадовский барьер им было не под силу. В Шервудском заповеднике расположено три крупных поселения аякаси: троллей, гоблинов и фэйри. Первые, как мы могли убедиться, непостижимым образом уживались с подземными орками и эльфами-домовыми.

Куэс провела нам большую лекцию про магических обитателей Британии, которую я старательно законспектировал в блокнот, одолженный у Маки. По принятой в ЛАМИ классификации семейство гоблинов подразделялось на множество подвидов. Из которых самыми известными были хобгоблины или королевские гоблины (владеющие слабой магией пространства), гоблины обыкновенные, немецкие кобольды, хоббиты (которых ряд ученых относил к семейству гномов), гремлины, баргесты, боглы (относительно добрые), боуги (гоблины-оборотни), хобии. К семейству гномов кроме самих гномов относили коричневокожих брауни, эльфов-полтергейстов, килмуллисов, коблинаи, лепреконов. Фэйри в Великобритании ошибочно называли всех магических созданий. На самом деле к семейству фэйри относились: водяные асраи и мерроу, безвредные багабу, злобные кровососы бааван-ши, козлиные броллаханы, боггарты-домовые, драки, жуткие одноногие фак-каны, глашаны (владеющие слабым магнетизмом), козлиные глейстиги, древесные зеленые дамы, холмовики, корабельные клабаутермани, спригганы, земляные ярткины (вроде нашего Тосигами), прыгуны лламхигин-и-дур, золотоволосые тилви-тег. Отличает фэйри то, что они зарождаются самопроизвольно, без участия родителей, некоторые эволюционируют из животных.

Троллей, оборотней, болотных гриндилоу, драконозмеев (накеры, линдвормы, василиски) и орков исторически относят к отдельным семействам. Из ю-лей, призраков, большую известность получили баньши, духи-крикуны, и безобидные пикси. Дини-ши — призраки погибших воинов, дубовики — аякаси стихии дерева, кэйлик бхир — ледяные мизучи. Лохнесское чудовище изничтожили очень давно, однако это не помешало цвести туристическому бизнесу. Гигантов, как и драконов, также в живых на островах не осталось.

Я узнал столько новых названий — как бы не больше, чем отечественных японских успел изучить. В русских народных сказках я был не силен, да и неизвестно, где там правда, а где вымысел. Магическая фауна Великобритании и Ирландии поражала своим разнообразием. Куэс рассказала нам только о наиболее распространенных аякаси. Как нам честно призналась наследница двенадцатого клана, «магические твари» не был ее любимым предметом, хоть и считался одним из основных в академии. Причина проста: на магтварях речь в основном шла о британских аякаси. А поскольку Джингуджи планировала вернуться в Японию и работать экзорцисткой именно в стране восходящего солнца, ей эти знания не были особенно необходимы. Как я понял, в ЛАМИ не давали каких-то общих классификаций. Больше сосредоточились на частных видах и семействах. Считалось, что знание отдельных особей, их особенностей, слабых и сильных сторон, стратегии борьбы — лучше помогало колдунам-охотникам. Вот будет, например, по классификации аякаси земли. Ты уже все приготовил против него, а е-кай возьми, да и пройди через все ловушки словно бесплотный призрак. Ну а если встретил незнакомого аякаси, то лучше якобы перебдеть и не смотреть, что он похож на классифицируемое существо.

В общем, я преисполнился уважением к потомственной колдунье. Видно, что они в академии не только в крикет гоняли. Причем учебу магии совмещали с обычными предметами вроде физики и математики. А я, глава шестого великого клана, как последний неуч лез к опасным аякаси, не особо разбираясь. Репетитора нанять что ли.

С собой мы взяли компактную палатку, рассчитанную на пару взрослых. Джингуджи объяснила, что артефакты с расширением пространства очень редки и стоят как маленький дворец. Рассуждали как? Нас трое худеньких и невысоких, плюс миниатюрная Сидзука, Химари может и в облике кошки поспать. Места должно было хватить с лихвой. Однако мы не ожидали прибавлений в виде молодой кинозвезды. Да и бакэнэко наотрез отказалась перевоплощаться в кошку. Так что мы скученно лежали впятером в палатке, и Сидзука где-то в ногах. Химари чуть ли не полностью залезла на меня. Было тепло, но неудобно.

— Хех, Тайзо меня прибьет, если узнает, что я спал в палатке вместе с Гермионой.

— Юто, я не очень люблю, когда ко мне обращаются по имени персонажа.

— Извини, Эмма.

— Как думаешь, мы сможем еще раз устроить обмен в Гроверуке? Необходимо освободить эльфов.

— Наверное. Если сами эльфы захотят, — ответил я с сомнением.

— Я не хочу, чтобы мне корректировали память. Столько удивительных вещей узнала. А ведь остался последний фильм…

Хм-м, вроде бы собирались в моем далеком прошло-будущем снимать еще одну картину про фантастических тварей из вселенной Гарри Поттера. Жаль, не успел посмотреть.

— Я думаю, тебе сделают исключение, если продолжишь заниматься своим агентством САМБА, — успокоила Джингуджи. — Если что, обратись к «Common Men Right to Remember».

— Спасибо! Так и поступлю. Зачем людям стирают память о сверхъестественном? Для чего все эти тайны?

— Мне тоже интересно, — вставил я.

— Магия может быть очень доступной для обывателей, если бы они знали о ее существовании. Так нам объясняли в академии, — поведала Куэс. — Это все равно что выдать каждому человеку огнестрельное оружие.

— Ну не будем же мы стрелять друг в друга сразу? — возразила Уотсон.

— Это просто для сравнения. Необязательно тяжкие преступления. Промышленный шпионаж, магический допинг в спорте, мелкие проклятья из зависти, вызов пакостных призраков, грабежи с использованием артефактов, банальное нарушение техники безопасности при работе с магией. Много чего можно придумать. Из позитивного разве что открытое целительство. Но подобных одаренных мало. Лекари в основном и так занимаются частной практикой или работают в религиозных общинах.

Под тяжелые думы о статусе Тайны, о магах, артефактах, аякаси и обывателях мной овладел крепкий сон.

Наскоро позавтракав, мы свернули лагерь и двинулись в путь. Гоблевилль, судя по нашим картам, располагался всего в пяти километрах от Гроверука, что было немного странно по моему мнению. Гоблины и тролли не слишком ладили между собой. Всего через пару километров набрели на лежку цутигумо, паучьих аякаси. Помахать Хаганэ мне не дали, мгновенно всех покрошили. Эмма расстроилась. Я не чувствовал особых угрызений совести, отлично помня недавнее происшествие в Ноихаре. Местных цутигумо кличут акромантулами, оказывается. Видя состояние Уотсон, я не стал заикаться о том, чтобы отловить парочку особей на опыты.

Вскоре нам стали попадаться первые жилища хорошо известных британских аякаси: землянки хоббитов. Человекоподобные существа чуть выше метра ростом не слишком опрятного вида. Вообще, любое сильное отклонение от стандартов красоты вызывает в человеке отторжение. Недаром цирки уродов снискали особую популярность. Хоббиты не были прям так отвратительны. Немного иначе посаженные глаза, крупный нос, маленький клыкастый рот, широкое лицо лопатой. Не привычен я к их необычному виду. Все-таки во Властелине колец снимались человеческие актеры. Некоторые не боялись нас, и мы спрашивали про чертоглаз. Однако везде следовал отрицательный ответ. Преодолев своеобразный «Шир», мы не сразу поняли, что попали в Гоблевилль. Город раскинулся на втором ярусе, меж широких ветвей деревьев. Теперь понятно, почему гоблины чувствовали себя так вольготно вблизи поселения троллей. Великаны попросту не смогут забраться наверх, деревья не выдержат их вес. Среди нас пышнотелых не наблюдалось, и мы легко вскарабкались на верхние пути.

Приходилось немного пригибать голову, но в целом достаточно комфортно. Широкие ветви образовывали удобную тропу, по бокам росли более тонкие ветки-перила. Все утопало в яркой листве, создавая ощущение волшебства и нереальности происходящего. Некоторые гоблины глазели на нас, другим было совершенно по барабану. Как-то безалаберно они относятся к приезжим в отличие от троллей. Главное — никто не лез. Может, тут помогли Химари с Сидзукой, фонящие сильной аурой аякаси. Куэс нас предупредила заранее, что все блестящее лучше спрятать подальше, поэтому я сложил отцовские часы в карман штанов. Гоблины как сороки — тащат все, что не приколочено. Несколько слов на английском знали не все, но многие. Мы периодически останавливались на оживленных перекрестках, интересовались чертоглазом или пропавшими людьми. В большинстве своем ни один гоблин не отказывался обменяться, вот только предлагали всякий хлам. Имелись и торговые лавки и даже рынки. Продавали овощи, корешки, грибы, шишки и ягоды, шкуры и мясо, разную утварь, включая стеклянную и пластиковую тару из-под газировки, а также ношеную детскую одежду фабричного человеческого производства. Сами гоблины имели длинные уши, крючковатый нос, широкий рот и землистую или зеленую кожу. Кроме хоббитов и обычных гоблинов нам встретились относительно рослые кобольды, примерно по плечо мне, и забавные боглы, постоянно кривляющие рожи. Ловкие и юркие твари, с длинными пальцами. Сильных аякаси среди них не было, да и проку от таких неграмотных вассалов мало. Своих коробокуру хватает. Кстати, надо бы и нашим японским гномам тоже дело придумать, а то совсем от скуки дуреют и сородичей жрут.

— Мда. Я слышала, что гоблины еще контактируют с людьми, но такой открытости не ожидала, — удивилась Куэс. — Наверное, из-за твоих аякаси. Только откуда у них столько людского товара? Словно постоянные поставки наладили. Не могут же они лазить через барьер?

Дикие аякаси оказались на поверку не такими уж дикими. С удовольствием использовали блага и отходы цивилизации, которые каким-то образом проникали в Шервуд.

Маки делала пометки в блокноте и безостановочно фоткала на телефон. Довольно быстро ее мобильник сел, и я одолжил свой аппарат новоявленной папарацци. Как известно, электронная техника конфликтует с сильной магией, поэтому мы старались держать гаджеты выключенными. По совету гоблинши с рынка мы посетили великий дуб, в котором Джингуджи опознала дикое волшебное древо, применяемое в сети вуднет. Также сходили на мост влюбленных. Да-да, у гоблинов было такое понятие, как любовь. Довольно своеобразное, но было. Самое длинное деревянное сооружение протянулось между двумя исполинскими деревьями. Без магии такое чудо точно не построить. Тут на перилах висели короткие послания из бересты или коры, где были выцарапаны имена гоблинских парочек, вестимо. Я выторговал у ушлого лавочника поблизости заготовку в обмен на запасной компас. Потом мы с Химари написали свои имена и повязали на мосту. Тсучимикадо запечатлела нас в обнимку на камеру смартфона. Конечно, не лондонский Гайд-парк, но с другой стороны: кому еще из людей выпадала такая экзотическая возможность? Может, мы с Химари вообще первые в своем роде. Бакэнэко была безумно довольна и даже перестала подозрительно зыркать по сторонам и шугать аурой каждого встречного.

Само собой, не все так радужно было в поселении гоблинов. Очень низкий уровень жизни, отсутствие законов и полиции, нечеловеческая мораль и этика, средневековые традиции. В клетках висели аякаси-заключенные. Мы так и не поняли — то ли рабы, то ли преступники. В английском языке не было слова, которое бы описывало их статус. Короче, бедняг арестовали за то, что они были зелеными в пятницу вечером.

Глава 6

Судя по рассказам местных жителей, Гоблевилль имел несколько районов. Нам повезло попасть в относительно дружелюбный к чужакам. В районы гремлинов и хобгоблинов лучше не соваться, если мы не хотим нажить неприятностей. Как такового, правителя в городке не водилось, но самыми сильными называли королевских гоблинов. Ориентироваться в древесном городе было архисложно — далеко просматриваемых мест не существовало в принципе. Этакий запутанный цветущий лабиринт. Возможно, мы навернули пару лишних кругов. В итоге хобгоблины о нас пронюхали, и несколько их представителей нашли нас, чтобы разобраться, кто это к ним пожаловал. Самые высокие из них были с меня ростом, немного мощнее по комплекции. Плюс у королевских гоблинов была аура, хоть и слабая. Нас сопроводили к одной площадке, если это можно так назвать, где ожидали трое важных хобгоблинов. Один был очень старым, полностью седым, с белыми кустистыми бровями, за которыми глаз не разглядеть.

— Люди, вы нарушаете уговор. Вам нельзя ходить дальше внешнего торгового поста, — произнес молодой хобгоблин в толстовке адидас.

— Извините, мы про него не слышали, — ответил я. — Меня зовут Амакава Юто, я представляю шестой великий клан экзорцистов Японии.

— Экзорцистов? Истребителей магических существ? — напрягся королевский гоблин. — И вы вот так просто признаетесь в этом? Вы сильны, спору нет. Но нас больше.

— Мы не воюем с мирными «аякаси», то есть магическими существами. Сюда нас пригнало несколько важных дел.

— Плевали мы на ваши дела! Вы выведали все наши оборонительные контуры! Численность защитников, подступы для нападения! Думаете, мы так просто отпустим вас?!

Сказал бы я что думаю про их оборонительные контуры, да обижать неохота.

— Мы пришли наладить дипломатические отношения от лица Современного Агентства Магических Бестий и Аякаси, — произнес я. — Разве вам не завидно оттого, что люди живут в десятки раз лучше вас? Мы могли бы помочь друг другу.

— Хватит заговаривать нам клыки, человечишка! Да…

— Тихо, — прошептал старый гоблин, и говоривший сразу затих. — Подойди ко мне…

Я осторожно последовал вперед. Химари учла прошлый опыт с цутигумо, и шла рядом со мной, буквально в полуметре.

Густые седые брови хобгоблина затрепетали:

— Поднимите…

О пресвятой Фома, он хочет, чтобы ему подняли веки?! Что-то мне стало не по себе. Как назло, с собой нет мела, чтобы очертить священный круг.

— Поднимите меня, — произнес старец.

Ему тут же помогли, и пожилой хобгоблин кряхтя подошел ко мне. Несколько секунд он внимательно разглядывал меня и обнюхивал.

— Лорд Света…

— Что? — удивился я. — Вы меня знаете?

— Человек, что сияет подобно яркому факелу. Горячо, но не обжигает. Мой дед рассказывал о тебе, а ему рассказывал его дед.

— Ну-ну-ну, — склонился я ближе. — И что говорили про Лорда Света?

— Пленяет гоблинов, заставляет служить себе. Изгнать Лорда Света! — постановил гобле-Вий, и на нас скрестились несколько копий и коротких мечей.

— Это какая-то ошибка. Я никого не заставляю служить себе. Вот смотрите, мизучи тоже так сначала подумала. Но сейчас она следует за мной совершенно добровольно.

— Не-ет, братик Юто снимал меня голой. Он сказал, что если я не буду делать что он говорит, то распространит видео в интернете.

— Моя лоли, сейчас не время для шуток.

— Экзорцист, ты слышал, что сказал мудрец? Проваливай!

— Постойте. Мы хотели бы обсудить с вами условия сотрудничества, — влезла Уотсон. — Я возмущена тем, как разумные существа проживают в центре Англии! Варварские условия! Мы могли бы договориться о поставках благотворительной помощи. Современное Агентство Магических Бестий и Аякаси не даст вас в обиду!

— Значит, у нас не остается выбора… — молодой хобгоблин вытащил клинок из ножен.

Обстановка накалилась до предела.

— Это случайно не Гермиона Грейнджер? — неожиданно поинтересовался один из охранников.

— Это Она! Гермиона! Защитница эльфов! — раздались шепотки со всех сторон.

Слух распространился мгновенно, и уже несколько минут на площадке было не протолкнуться от гоблинов разных мастей, которые хотели дотронуться или просто поглазеть на молодую актрису. Эмма на секунду растерялась, но быстро сориентировалась. К вниманию публики ей было не привыкать. Седой хобгоблин что-то пытался громко сказать, но толпа готова была носить на руках своего кумира и не обращала внимание на слова мудреца.

Вдруг нас повели по древесным улицам города куда-то в сторону, тараторя про защитницу-Гермиону. Через некоторое время мы вышли в просторный зал с множеством деревянных скамеек. Здесь было много пространства и заметно, что растущие веточки и листья вовремя состригают. В дальнем конце висели несколько белых простыней. Чтоб меня некрономиконом по голове жахнули! Да это же кинотеатр. На специальном помосте стоял проектор, а чуть в стороне виднелся компактный электрогенератор.

— Что вы приперлись?! Сегодня сеанса не будет! Топлива совсем не осталось! — вышел к нам гобл… или не гоблин?

Из-за маленького роста, почти карликового, и специфических черт лица человека можно было принять за местного аякаси. Так-так, кого-то он мне напоминает…

— Мистер Грэхем Таннистер? — спросил я.

— Да. Кто вы такие? Вы что за мной пришли? Я не уйду отсюда никуда!

— Эй, не волнуйтесь вы так. Мы просто хотели выяснить, куда вы исчезли. Ваши слова обязательно передадим в MI0.

— Уф. Хорошо… Мне нравится Гоблевилль. И жители меня уважают.

— Грэхем, смотри! К нам пришла сама Гермиона.

Коротышка внимательно взглянул на девушку и подтвердил:

— Да, действительно она. Гоблинам понравились фильмы про Гарри Поттера. Иногда я и книги им читал. Тут с развлечениями туго, — рассказал Таннистер.

— Гер-ми-она! Гер-ми-она! Гер-ми-она! ГАВНЭ! ГАВНЭ! — начали скандировать гоблины.

Кинотеатр заполнился зрителями, а актрису вытолкнули на сцену:

— Гхм. Мы представляем Современное Агентство Магических Бестий и Аякаси, — начала речь Эмма. — Мы поверхностно ознакомились с бытом и жизнью жителей Гоблевилля, и были шокированы антисанитарией, варварскими условиями проживания, отсутствию банальной медицинской помощи. Агентство САМБА считает, что любой разумный вид заслуживает достойной жизни. Пускай не сегодня и не через неделю, но мы постараемся наладить добрососедские отношения с обитателями Шервудского леса и других заповедников Британии!

— Ур-ра! Гер-ми-она! Ура-а-а! — закричали гоблины.

— Я не Гермиона!!! — громко крикнула девушка, после чего зал потерянно затих. — Меня зовут Эмма Уотсон, не зовите меня Гермионой!

— Не Гермиона? Обманка! Оборотень! Подставная Гермиона! Фальшивка! — загомонили аякаси. — Убить лживую Гермиону! Изгнать!

— Нет! Замолчите! Я играла Гермиону в фильмах. Изображала персонажа. Это особенное, очень популярное искусство у людей. Мне очень импонировали ее убеждения. И я, как и Гермиона Грейнджер, буду бороться за права магических созданий. Для этого мы и сформировали САМБА вместе с Юто Амакава и Куэс Джингуджи из Японии…

— Меня-то не надо приплетать… — недовольно пробормотала колдунья.

— Ну что вы расшумелись, — заворчал Грэхем. — Разве не видели, как гоблинов в фильме показали? Да если вам доверить управление банком, то точно всех вкладчиков по миру пустите. Все это фикция, вымысел.

— Пока что мы ничего особенного не подготовили, — призналась Эмма. — Но в следующий раз обязательно привезем подарки. А сейчас, каждый желающий может озвучить свои просьбы и пожелания к агентству или людям в целом. Мы постараемся учесть все мнения.

— Больше двигающихся картинок про Гермиону! — послышался писклявый крик из толпы.

— Ясно. Я обязательно пришлю вам седьмой фильм, как только закончат монтаж. Что-нибудь еще привезти? Может быть, книги? Классическую литературу?

— Скукотища!

— Долой книги!

— У нас только Грэхем читать умеет, да еще умник один.

— Привезите нам твикс! — крикнул кто-то.

— К троллям твикс! Лучше привезите сникерс! — сказал другой.

— Ты просто ни разу не пробовал твикс! А я пробовал один кусочек аж с палец толщиной!

— Да ты сам никогда не ел сникерс! Это лакомство только для избранных. Одну упаковку меняют на пинту желчи акромантула.

— Герми… то есть Эмма не слушайте этого дуралея. Везите твикс!

— М-м, может вас интересует что-то кроме шоколадных батончиков? — спросила Уотсон обреченно.

— Пиво! Везите пиво хмельное!

— Он несет чушь! Нет ничего лучше эля!

— Какой эль, придурок, какой сникерс?! Только твикс и пиво!

— Эль и сникерс!

— Пиво и твикс!

Находящиеся в кинотеатре гоблины разделились на два лагеря. Сложно сказать, кто первый начал, но буквально за десяток секунд воцарился настоящий хаос: аякаси лупили друг друга, ожесточенно отстаивая свою точку зрения. В ход пошли скамейки, разлетаясь в щепки о гоблинские головы. Хобгоблины умело уворачивались, перемещаясь на короткие расстояния. Коротышка Таннистер пытался успокоить, но тщетно. Грэхем схватил хрупкий проектор и убежал прятать от греха подальше.

— А, что… — буркнула рядом Химари, хлопая себя по карманам.

— Что случилось? — спросил я по-японски.

— Милорд! Рыбка пропала! Ваш подарок… Это он! Стоять, гаденыш!

Бакэнэко бросилась за мелким ушастым гремлином, который со всех ног улепетывал прочь. Как назло, Химари постоянно кто-то попадался на пути. Гоблины разлетались от разъяренной кошки словно кегли.

— I am great cat! Nya-gh… I kill you! FISH!!! — выказала свои познания в английском Багровый клинок Ноихары.

— Ксо. Я за Химари. Куэс, пригляди за Эммой, — сказал я и припустил за аякаси.

Даже со светом бежать быстро было неимоверно трудно. Постоянно цеплял выступающие ветки или оступался о неровности. Гремлин умудрялся пролезать в узкие щели, в последний момент ускользая из наших лап. Химари приходилось расширять лаз Ясуцуной и протискиваться следом. В этот момент девушка напоминала настоящую дикую кошку. С помощью когтей легко цеплялась за деревья, помогала себе хвостом держать равновесие. Вскоре я немного узнал место, куда мы двигались — великое древо, одна из достопримечательностей Гоблевилля.

— Стой! Не уйдешь! — не сбавляя хода, Химари влетела в широкую щель в коре волшебного исполина.

Я же остановился, с недоумением осматривая серо-голубую дымку впереди. От прохода сильно фонило неизвестной мне пространственной магией.

— Это портал, — подоспела Сидзука.

— Куда он ведет?

— Куда угодно, — пожала плечами мизучи.

Вскоре прибежали остальные: Куэс, Маки и Эмма.

— И что нам делать? — растерялся я.

— Подождем. Никуда бакэнэко не денется, — уверенно заявила сумеречная луна, осматривая расщелину в великом древе.

— Но вдруг портал закроется?

Джингуджи резко дернулась и схватила за шкирку пробегающего гоблина:

— Эй, ты. Куда ведет портал? Как долго он будет открытым?

— Ух ты, проход в «Underworld» открылся! Последний раз это было лет пять назад, — пропищал пойманный. — Отпустите!

— Куэс, отпусти его, — попросила Уотсон, и колдунья повиновалась.

— Что за Underworld? Подмирье? Подземелье? — спросил я.

— Первый раз слышу, — призналась Джингуджи.

— Может Ад?

— Вряд ли. В ЛАМИ нам показывали, как запечатывать типовую пентаграмму-переход в Ад. От портала несло серой и жаром. Этот переход более спокойного плана, — буднично поведала колдунья.

— Похоже, что это пространственная складка по типу нашего Гакидо, — высказалась Маки. — Подобных миров-сателлитов существует множество. Некоторые огромные, размером с континент, другие — не крупнее небольшого острова.

— Я была в Гакидо однажды, — сказала мизучи.

— Если что, сможешь нас вытащить оттуда? — уточнил я. — Неохота на несколько лет застрять не пойми где.

— Если там будет источник чистой воды.

— Хорошо, — решил я и сбросил свой рюкзак. Переложил в карманы компас и зажигалку, остальное будет лишним. — Мы с Сидзукой отправляемся в портал. Маки, присмотри за Ди-ниджу. Ждите тут. Если нас долго не будет, возвращайтесь к месту ночевки, там встретимся. Моя лоли, что мне надо делать?

— Влюбиться в меня. Нано.

— …

— Держи меня за руку. Прыгаем!

Я непроизвольно зажмурился. На секунду меня всего скрутило, словно наизнанку вывернуло. Потом я рискнул открыть глаза. Ух, черевички мне на ноги! Мы летели вверх в серо-голубом бесконечном вихре. Где-то далеко впереди ярко сиял белый круг, словно свет в конце туннеля. Ха-ха-ха! Спокойно, Вито, все в порядке. Ладно, текущую ситуацию точно нельзя назвать порядком, скорее хаосом. Так что, все в хаосе. Как-то даже спокойнее на душе стало после того, как разобрался с текущим положением. Во всем надо видеть позитив. Мне как главе великого клана будет очень полезно посетить одну из пространственных складок. В будущем буду ходить в Гакидо как к себе домой. Бесценный опыт, можно сказать. Возможно, когда-нибудь смогу отыскать проход в свой изначальный мир, увидеться с родными. Хотя тут намного веселее, спору нет. Да, вассалы! Еще есть дюжина мест для клановых аякаси. Нужно подходить с умом к их выбору. Неизвестно, когда удастся раскрутить императора Рюноске на новое послабление. Ладно старое поколение, но даже Куэс и Айджи относятся отрицательно к е-кай. Как бы их переубедить? Скорее всего, придется планомерно выторговывать преференции, а там уже и до работающей системы недалеко. Может, Гарри Поттера почитать? Узнать, чем там Гермиона в своем ГАВНЭ занималась. Авось какие-то полезные идеи почерпну. Не-е, лучше Элис дам задание, пусть поищет упоминания в книгах и составит мне полный отчет, да и с Эммой надо стратегию развития САМБА проработать. Я покосился на парящую рядом со мной невозмутимую Сидзуку, обхватившую мою руку. Видимо, все в порядке вещей, раз она не переживает. Я ожидал более скоротечного перехода.

— Моя лоли, долго нам еще лететь? — вкрадчиво поинтересовался я по прошествии десяти минут. На японском, поскольку на нем мне было привычнее.

— Не знаю, нано.

— А что с нами будет, если портал схлопнется?

— Ничего. Нас выкинет с одной из сторон. Представь, что мы — две пущенные из пистолета пули, которые летят через дверной проем. Если дверь будет закрываться, мы просто пробьем ее насквозь. Наши ауры слишком сильны. И зачем мы поперлись за кошатиной? Пусть бы осталась в Подмирье. Ты бы немного погоревал. С недельку. А потом я бы тебя «утешила».

— Меня немного пугает твоя практичность. Я бы хотел, чтобы самые близкие мне аякаси наладили отношения.

— Не переживай. Я же не ребенок, в отличие от кошки.

— Рад слышать.

— Я хочу мороженного, — заявила не ребенок.

— Ты еще наказана, не забыла?

— Конечно, Юто, — печально вздохнула мизучи.

Пейзаж вокруг не был однородным. За мутной пленкой виднелись очертания каких-то предметов. То становилось светлее, то темнее. Минут пять нас били слабые электрические разряды, а один раз даже снег пошел, либо что-то его напоминающее. Самое страшное случилось в самом конце: ничего из окружения не поменялось, вот только наше движение полностью прекратилось. Даже Сидзука немного занервничала. Но потом переход поднатужился и протолкнул нас дальше по кишке. Напомнило аквапарк: когда кто-то застревает в трубе, и пускают высокий напор воды, чтобы смыть тело.

Почувствовав знакомое давление, я напитал защитный покров. Однако на выходе нас никто враждебный не встречал. Ни одной сильной ауры вокруг не наблюдалось. Мы с Сидзукой очутились в лесу с просто эпических размеров деревьями. Почти ни одного лучика солнца не пробивалось сквозь густую крону, расположенную где-то в полусотне метров над головой. Внизу же росли чахлые кусты с длинными защитными шипами, странные папоротники синеватого и темно-красного оттенка, кое-где встречались цветы. Положим, в растениях я не силен. Но вот гигантские грибы мне по пояс — такие монстры явно не могут произрастать на Земле. Поправлюсь: кроме магических мест вроде Шервуда. В целом, Подмирье выглядело впечатляюще. Не хуже Пандоры из кино-вселенной хвостатых синекожих гуманоидов.

— Красиво, — высказал я, окинув взором окрестности.

Взгляд мой зацепился за какое-то несоответствие, и я отшатнулся от Сидзуки.

— Что случилось, Юто? — принялась обеспокоенно осматриваться существо.

— Ты Сидзука?

— Конечно нет. Я твоя лоли, нано.

— Где я тебе подарил кольцо со змеей?

— В аэропорту Такамии. Почему ты спросил?

— Э-э, глянь на свои ноги.

— Нано…

Мизучи удивленно изучала свою нижнюю конечность. Две маленькие ножки превратились в широкий змеиный чешуйчатый хвост. Выглядело очень непривычно.

— Это твой истинный лик?

— Нет. Я была змеей полностью. Тебе… противно?

— Немного, — честно ответил я. — Не люблю пауков и змей. Не переживай, дело привычки.

— Юто… — пристально взглянула на меня Сидзука.

— Что?

— У тебя пар из ушей идет. Нано.

— Че?!

Я обхватил уши руками, но ничего не почувствовал.

— И из носа тоже.

Я глубоко вдохнул и выпустил воздух. Из носа заструилась малозаметная желтоватая дымка.

— Похоже, это моя магия света, — заключил я. — Интересно, у меня нимба над головой не появилось?

Сидзука внимательно исследовала полянку, пробуя воздух змеиным языком:

— Это место… подходит для аякаси. В этом причина.

— Что ты имеешь ввиду? Нашла след Химари?

— Пусто. Нас выкинуло в другом месте, либо кто-то тщательно подчистил следы. Я говорю о том, что здесь разлито море магии. Некоторым типам аякаси, например, большинству цукумогами, необходима подпитка от человеческой ауры. Совсем немного. Здесь же аякаси могут жить свободно. Чувствуешь?

— Да. Словно прилив сил. Но что тебя беспокоит? В смысле, кроме того, что у тебя появился хвост, от меня валит пар, и мы не можем найти Химари?

— Трудно сказать. Это место другое. Оно давит, пытается подчинить. Я даже свой облик изменить не могу. В пространственных складках свои законы и правила. Нам надо быть осторожнее.

— Осторожность — мое второе имя, — пробормотал я и достал компас. Стрелка дергалась словно в эпилептическом припадке. Все с тобой ясно, демоново Подмирье.

— А первое? — полюбопытствовала мизучи.

— Неотразимость.

Я нацепил свои часы обратно на руку. Посмотрел на циферблат, постучал ногтем. Секундная стрелка не двигалась. Походу, сломались при переходе.

— Шмяк! — в мою голову прилетела здоровая шишка.

— Ай! Ты что творишь?! — завопил я.

— Проверяю твою неотразимость, нано. Как показал результат, простейшую атаку ты отразить не смог. И правда, неотразимость-кун.

— Кончай дурачиться, хвостатая.

— Не нас-сывай меня так-с, чайник кипящий.

— План такой: сначала изучаем окрестности. Если следов Химари не находим, двигаем… куда-нибудь, ищем местных аборигенов.

— Гениально, нано.

Мы навернули несколько широких кругов вокруг нашего места приземления, но никаких следов, как магических, так и обычных не отыскали. В лесу водилось много жуков, гусениц, сколопендр с локоть длиной, разнообразных улиток и слизней — они питались грибами. Причем по ауре аякаси недалеко ушли от последователей Сидзуки, которых я прикормил. На гусениц и улиток охотились жабы примерно с бульдога размером. Мы старались обходить их стороной, хотя мизучи и посматривала на лягушек-переростков с гастрономическим интересом.

На втором кругу я осознал себя пристально наблюдающим за каким-то хищным растением по типу мухоловки. Вот только размеров местный аналог был на порядок больше и мог охотиться на мелких зверьков. Экосистема волшебного леса вызывала неподдельное любопытство, как и чудеса Шервудского скрытого заповедника. Поразительно, даже Куэс ничего не слышала о Подмирье. Возможно, я — первый человек, что попал в данный мир, и мое имя попадет в учебники истории всех магических школ. Это один маленький портальный переход для человека, но гигантский скачок для всего человечества. Аж мурашки по коже. Если бы можно было отправиться сюда с нормальной экспедицией, а не бросаясь на поиски пропавшей соратницы, то я с удовольствием принял участие. Пускай я учился на экономическом и совсем не блистал оценками, природная любознательность всегда была присуща моему естеству. В детстве даже мечтал стать археологом, как Индиана Джонс. Можно сказать, мечта осуществилась с лихвой. Эх, похоже не успеваю я вернуться к ноихарскому фонарному шествию. Ладно, вассалы и без меня справятся. Шесть лет ведь как-то продержались без экзорциста во главе клана.

Глава 7

На третьем кругу мы вышли к водоему. Вода мутная и грязная словно в заросшем пруду. До противоположного берега около двухсот метров, что больше подходит озеру. Ну и вдобавок по воде ходили полуметровые волны, словно на море. Вот только волны шли от берегов и сходились в центре водоема, вздымаясь брызгами пены и высоким фонтаном.

— Хм, теперь я понял, что ты имела ввиду, говоря о своих законах в пространственных складках, — сказал я, осматривая природное нарушение всех мыслимых физических постулатов. — Тьфу! Вода кислая как лимон, — принялся отплевываться я после пробы.

— Не нравиться мне это озеро, — пробормотала Сидзука. — Назад!

Мы быстро отпрыгнули за гигантские деревья и принялись осторожно наблюдать. А посмотреть было на что. Могу только предположить, что вода скрывала ауру прятавшегося существа, либо он обладал какой-то феноменальной маскировкой. Сначала из озера появился спинной гребень, после — сам аякаси зеленого цвета с короткими передними лапами. Похоже, он встал на дно, но при этом возвышался над поверхностью водоема метров на десять. Чудище больше походило на Годзиллу, нежели Ринко во сне, но скорее я бы назвал его просто ящерицей-переростком. Никакого ужаса монстр не навевал. Лицо твари наоборот выглядело глуповато. Тем не менее расслабляться никто из нас не планировал. Я напитал покров света и приготовился в любой момент отпрыгнуть в сторону.

— Привет, меня зовут Билль. А вы кто такие? — добродушно спросил гигантский аякаси на английском с акцентом. — Вы непохожи на лягушек. Какие-то вы… не такие.

Мы с Сидзукой переглянулись.

— Я Амакава Юто, а это Сидзука, моя лоли.

— Лоли? Кто это?

— Гхм, нечто среднее между вассалом и младшей сестренкой, — выдал я.

— Не очень понял тебя, Амакава, но рад приветствовать вас. Не бойтесь, я вас не съем.

— Благодарю, мистер Билль. Всегда приятно поболтать с умным и неагрессивным собеседником.

— Это правда. Я очень мирный… когда сытый, — добавил аякаси ящерицы. — Зачем вы пришли ко мне?

— Так получилось, что наша подруга пропала. Нас выкинуло в разных местах. Вы случайно не видели ее? Молодая девушка примерно моего роста, фиолетовые глаза, белые волосы с черными прядями… Хм, — я посмотрел в большие ленивые глаза Билля и решил как-то упростить описание. К тому же, неизвестно, как изменилась Химари после попадания. — В общем, мы ищем большую белую кошку.

— Белую кошку? Знавал я одного кота, но он не был белого цвета. Простите, что не смог помочь.

— Ничего, как-нибудь отыщем. Мистер Билль, а вы живете в этом озере? — полюбопытствовал я.

Жаль блокнот с собой не захватил — потом придется по памяти восстанавливать. Даже мелкие детали для настоящих ученых, изучающих магических зверей и аякаси, могут представлять большую ценность. Как возможному первооткрывателю данной пространственной складки грешно упускать шанс узнать больше об обитателях. Если я действительно первый, было бы круто дать собственное название. Подмирье — некруто. Амакавия или Амакава-лэнд. А Билль будет Тритониусом Гигантиусом.

— Ох это было давно, — произнес ящер и плюхнулся в воду, став чуть ниже. Похоже, сел на дно. — Я был разнорабочим, помогал строить дома и загоны, чистить печные дымоходы. Но я не очень умный. Надо мной постоянно смеялись. Однажды мне все так надоело, что я ушел в море на маленьком плоту и оказался здесь. Я нашел большую лужу, и она мне понравилась. Сначала я питался гусеницами и жуками, но потом стал быстро расти. Также росла и лужа вокруг меня…

— Кхе-кхе, — принялся я отплевываться, потирая язык.

— … Я начал охотиться на лягушек. Придумал гениальный способ. Я сильно кручу хвостом, и в озере создаются большие волны. Тех, кто попал в воду, течением сносит к центру, а там уже я — а-ам, и нет лягушки. Правда Билль умный?

— Не каждому дано додуматься до такого, — похвалила Сидзука нейтральным тоном.

— Вы хорошие, — расплылся в двухметровой улыбке ящер. — Но у меня что-то просыпается аппетит…

— Постойте, мистер Билль, держите себя в руках, — обратился я. — Мы ведь с вами цивилизованные особи.

— Это так! Я самая цивилизованная особь в округе.

— Тогда подскажите, где может находиться наша подруга? Мы только попали в этот мир и практически ничего не знаем.

— Ваша подруга? Вряд ли она на острове, я бы знал, — заявил аякаси.

— Остров?

— Да. Мое озеро в центре острова. Вам нужно на большую землю, но путь туда полон опасностей. В море живет злобный Жаброхват. Проглотит вас и не подавится. Я слышал, что с острова ведет подземный тоннель, может вы разыщете его.

— Спасибо! А в какой стороне большая земля?

— Вон, видите те камни. Это я себе стрелку сделал, чтобы не забыть откуда пришел.

— Благодарю покорнейше, мистер Билль.

— Подождите. А может мы перестанем быть цивилизованными особями? Разрешите я вас это… того самого… немножко съем?

Ящер опасно подался в нашу сторону. Второго намека нам не понадобилось, и мы с Сидзукой быстро отступили вглубь леса. Билль преследовать нас не стал. Не то чтобы он был настолько сильным аякаси, но как говаривал один известный азиат: «Лучший бой это тот, который не состоялся».

Коротко обсудив ситуацию, мы двинулись в обход озера, примерно придерживаясь указанного аякаси направления. И правда, через какие-то два часа мы вышли на живописное песчаное побережье, усыпанное ракушками и панцирными крабами. Море было странного розоватого оттенка, но нас это уже мало удивило. А противоположный берег был виден, километрах в пяти где-то. Я снял походные ботинки, закатал штаны и зашел в теплую воду. Солнце по-прежнему висело в зените и мягко припекало кожу. Я уже и обгорать начал — второй день мотаюсь по лесам, как-никак. Большая земля была близко.

— Моя лоли, смо…

— И не мечтай. Сама я смогу переправиться без проблем, но другого тащить несколько километров во враждебных водах — совсем иной расклад.

— Ясно. Теоретически, при своем макисмальном разгоне, я должен уметь бежать по воде. Интересно, какова моя скорость под светом? Пятьдесят километров в час, сто? — принялся рассуждать я. — И надолго ли хватит моего резерва? Как-то раньше не приходило в голову измерить данный показатель. Наверняка буду быстрее, чем Усейн Болт, хех. Жаль, что магам не разрешают участвовать в спортивных состязаниях. Так о чем это я?

— О гайках и болтах.

— Гм-м, ладно. Надо перебраться на другой берег. Моя лоли, выясни насчет обитателей пролива, может там и нет никаких Жаброхватов. Я попробую измерить собственный потенциал. В крайнем случае сделаем плот.

Сидзука со скепсисом взглянула на гигантское дерево неподалеку. Мда, бедному Робинзону потребовалось бы десяток Пятниц, чтобы перепилить подобного деревянного мастодонта. Но и мы с мизучи не лыком шиты.

— Будь осторожен, нано, — бросила Сидзука и уползла в розовый прибой, оставляя змеиные следы на песке.

Я сделал две отметки на пляже длиной приблизительно в двести метров. Напитал тело светом, что уже получалось намного быстрее, и пробежал пять раз по двести метров. После чего отпустил свет и устало повалился на песок. Все еще корежит, но не так сильно, как после битвы с самураем-катаной. Свой магический резерв я так и не научился отмерять. Тут подходят аналогии с физическими упражнениями. Допустим, ты впервые в жизни подтягиваешься. Сделал пятерку, и только примерно знаешь, сколько еще раз сможешь. После километра скоростного бега я был вымотан где-то на треть, что не обнадеживало. Хотя в экстренной ситуации наверняка можно побить собственный рекорд. Возможно, что и бежать так быстро не потребуется.

Я подошел к воде для натурного эксперимента, и мне пришла в голову одна идея. Я сформировал на ноги два щита света по типу снегоступов. По моей логике, должна увеличиться площадь соприкосновения с водной поверхностью. Тонуть действительно стало труднее, вода булькала и пенилась, вот только магии уходило слишком много. Необходимо уменьшить размер. С такими подпорками бежать быстро не понадобится… Хотя… Что быстрее израсходует резерв — если я буду выкладываться по полной и справлюсь быстро, или буду экономить, но плестись медленнее? Твою мать, мне что тут еще интегральные уравнения на песке просчитывать? Да, Виталя, зря ты не любил математику.

Неожиданно далеко в море почувствовалось несколько мощных магических всплесков, имеющих оттенок стихии воды. Сидзука. Она сильная, должна справиться. Не отвлекаться. Окей, попробуем пробежаться. Я разделся до трусов и принялся тренироваться. Накупался в соленой воде вдоволь, отбил живот из-за неудачных приводнений на скорости, почти полностью истратил резерв. В общем, с маленькими тарелками света под ступнями и средней скоростью бега должен уложиться. При ускорении появлялось ощущение, что бежишь по вязкому сиропу. Похоже на неньютоновскую жидкость, о которой много роликов в интернете. На максимальной скорости даже получалось выбираться из глубины на поверхность, если дополнительно ставить покров света. Похоже на то, что твой торс и ноги зацементировали, и ты пытаешься выкарабкаться, хватаясь за кисельную пленку.

Я сел на песок, подставив ноги под накатывающие волны. Не так уж и плохо: чистый пляж, розовое море, мягкое солнце, повышенный магический фон, способствующий быстрому восстановлению ауры. Жаль Химари нет рядом, да и есть уже охота. Если бы Подмирье было более доступно, можно подумать об открытии гостиничного комплекса на красочном побережье. По-моему, светило ни на йоту не сдвинулось со своей привычной позиции с того момента, как мы очутились на острове. Неужели, в подмирье отсутствует ночь? Шарик в небе довольно похож на привычную желтую звезду солнечной системы. Может, я на одном из спутников Юпитера? Или это вроде как параллельная реальность? Лучше не думать о сложных вещах на пустой желудок.

Сидзука вернулась минут через двадцать — потрепанная и недовольная:

— Жаброхват действительно существует, если, конечно, ящер-кун говорил о крылатке размером с грузовой танкер.

— Крылатка?

— Pterois — крылатка или рыба-зебра из семейства скорпеновых. Что? Я позаимствовала в людской библиотеке несколько справочников о водном мире когда-то. Жаброхват очень силен, не уступает тому умибозу, с которым мы столкнулись, когда направлялись на совет экзорцистов. Боюсь, что плот — не самая удачная идея. Также, как и бег — аякаси перемещается очень быстро и владеет стихией воды.

— Скверно. Ладно, подумаем об этом, когда я восстановлю резерв. Надо подземный туннель поискать. Кстати, а твой вид как называется?

— Думаешь, об аякаси много информации в обычных справочниках? — фыркнула Сидзука. — Ближайшими нашими родственниками можно считать Erpeton tentaculatum — щупальценосная змея или герпетон. Не надо рассматривать мой нос, никаких щупалец на нем нет.

— Я назову твой вид мизухэби, водяная змея, — решил я изобразить первооткрывателя, выбрав название по аналогии с бакэнэко.

— Мизухэби… Банально, но мне нравится, — приподняла уголки губ Сидзука.

Нарубив кустарник с помощью Хаганэ, я развел костер. Быстро набрел в лесу на лягушку-переростка, предварительно поинтересовался разумностью аякаси, после чего прибил волной света. Немного неуютно — вдруг местные звери все же могут эволюционировать в разумный вид. Но голод быстро взял верх над совестью. На вкус и впрям напоминало курицу. Также я поймал парочку крабов. При потрошении чуть нож не сломал о толстый панцирь, который был, наверное, прочнее стали. Пообедали или уже поужинали славно. Жаль про соль не подумал. Кто ж знал, что мы надолго застрянем в Подмирье?

Стараясь экономить энергию, я вполне успешно потренировал «ошеломление», «ослепление» и «подчинение» на крабах, к которым было несложно подобраться вплотную. Последнее заклинание работало довольно забавно — вроде привязки фамильяра. Жаль только никакой мысленной связи магия не предусматривала — видимо, планировалось использовать подчинение только на разумных говорящих аякаси. Хм, а что если соединить подчинение и амулет связи? Должно получиться что-то дельное и для бессловесных тварей. Вот только примера связного артефакта при мне не было, а по памяти я воспроизвести не мог. Было сложно отследить, когда кончается действие света. В среднем минуты две. Вот краб ластится к тебе словно преданный пес, а в следующее мгновение как цапнет клешней за ногу.

На ауры мелких аякаси порой просто не обращаешь внимание, поэтому мы не заметили, как к нам приблизилась целая делегация:

— Чужаки! — кто-то тоненько пискнул.

Я поковырялся в ухе и покрутил головой.

— Мы тут! Не смейте нас игнорировать!

Мы с Сидзукой повернулись в сторону и увидели нескольких пушистых грызунов размером меньше кошки. Причем, они разгуливали на задних лапах, в одежде, напоминающей человеческую, и даже имели какое-то примитивное оружие. Я могу отличить между собой мышь, хомяка и крысу. Антропоморфные аякаси больше походили на откормленных мышей. Вообще, если оглядеться, то это скорее мы маленькие, а не окружение.

— Маусу, что вам от нас надо? — спросила девочка со змеиным хвостом.

— Вы убили разорителей наших нор! Хоть вы чужаки и тянете наше время, мы выражаем вам благодарность! — важно заявил грызун. — Победите Великого Клешнерога, и тогда мы будем чествовать вас как настоящих героев!

— Юто, если это аякаси-каннибал, то мы должны помочь, — тихо высказалась мизухэби.

— А что вы можете нам дать взамен? — спросил я. — Вы случаем не видели тут большую белую кошку?

— К-кошку?! — испугались зверьки. — Н-не видели.

— Вы знаете где вход в подземный тоннель на другой берег?

— Да-да! Знаем! — обрадовались маусу. — Победите Великого Клешнерога, крабьего повелителя, и мы покажем вход!

— Отлично! — вскочил я. — Моя лоли, идем охотиться на крабов!

Резерв мой восстановился более чем наполовину, так что я был полон оптимизма. Мы прошли километра три по берегу в указанном направлении. За россыпью камней на мелководье расположилась наша цель, неторопливо лакомясь какой-то рыбиной.

— Да что ж вы все такие огромные, — пробормотал я.

Клешнерог в высоту достигал семи-восьми метров, а в ширину и все пятнадцать. Четыре пары нижних конечностей и темно-фиолетовый окрас придавали ему сходство с цутигумо, паучьими аякаси. Дополняли картину две мощные передние клешни, прочный панцирь и длинный костяной рог в районе лба. Рядом болтались более мелкие крабы, питаясь остатками от трапезы вожака.

— Я переговорю с ним, — вызвалась Сидзука.

Я кивнул и покрепче сжал Стального.

— На вас поступила жалоба от мышиных аякаси, — громко произнесла мизухэби, подойдя ближе к крабу. — Можете сказать что-нибудь в свое оправдание?

— Айя-кла-кла-ку-ул-ла! — издал непонятный возглас Клешнерог, который сразу подхватили его сородичи.

Зеленовласая девочка повернулась ко мне:

— Юто, он полностью дикий…

— Без тебя вижу. Осторожнее!

Огромная клешня сомкнулась на теле мизухэби, но Сидзука мгновенно распалась водопадом, уйдя от атаки. Напитав тело и клинок светом, я бросился вперед, легко пробежался по панцирям крабов, взвился в воздух и запрыгнул на спину Клешнерогу. Пока тварь не очухалась, я вонзил Хаганэ в панцирь, вложив в удар половину имеющейся магии. В воздух поднялся фонтан света, полетела какая-то крошка. Проморгавшись, лицезрел неутешительный результат: в панцире виднелся кратер примерно десяти сантиметров глубиной, однако до мяса мой удар не добрался. В следующую секунду меня смыло волной, которую пустил Клешнерог вдоль своей спины. Меня немного протащило по мелководью, но я быстро встал на ноги и успешно увернулся от надвигающейся клешни. Мелкие крабы были еще более неповоротливы, поэтому не представляли особой опасности. Главное, чтобы сзади не подкрались.

Я отступил, а Сидзука стала пробовать Клешнерога на прочность, метая мощные сосульки и формируя разрушительные вихри. Водная стихия сшибалась с широченными клешнями или высокими волнами, которые создавал крабий босс. Свои уязвимые места — переднюю часть и глаза аякаси защищал клешнями или водной магией. Через пять минут мы с мизухэби стояли на берегу поодаль, с недовольстом наблюдая, как Клешнерог преспокойно вернулся к своей трапезе.

— Крепкий орешек, нано.

— Хм-м, помнишь «Звездный десант»? — спросил я.

— Что ты имеешь в виду?

— Там была сцена, где герой пробил панцирь большого жука и бросил туда гранату. Думаю, еще за пару ударов я смогу расширить отверстие. А там уже дело техники. Только вот резерв придется копить.

— У меня есть другая идея…

Около часа мы отдыхали, набираясь сил. Далее Сидзука отправилась в пролив, я же выступил в одиночку против Клешнерога. Завидев меня, краб громко заревел, и бросился в мою сторону. Выйдя на свою максимальную скорость, я смог оттолкнуться от клешни, пробить слабую водную защиту и полоснуть тварь по глазу. Клешнерог издал нечленораздельный рык, и поднял настоящее цунами, которое меня чуть не расплющило. Нет, второй раз мне этот фокус точно не удастся. Я побежал прямо по воде прочь с мелководья на глубину. Разъяренный Клешнерог следовал за мной. Приходилось притормаживать, чтобы он не отстал. Когдя я уже начал беспокоиться насчет своего резерва, с облегчением почуял приближающуюся Сидзуку и следующую за ней по пятам жуткую ауру. Жаброхват внушал трепет намного больший, чем озерный Билль или Клешнерог.

Мизухэби свернула в сторону, я последовал за ней. Не сбавляя хода, мы вырвались на мелководье и, не сговариваясь, остановились, чтобы понаблюдать за эпической битвой встретившихся титанов-кайдзю. Ихтиандра мне в глотку! Крылатка действительно оказалась размером с танкер! Ее пасть была настолько огромна, что способна была легко обхватить многометрового крабьего босса. Твари верещали и ворочались, создавая гигантские волны и магические возмущения. Пришлось создавать щит света. Клешнерог очень удачно левой клешней срезал Жаброхвату несколько плавников с правой стороны, но у крылатки их еще оставалась тьма тьмущая. Рыбина поднатужилась, и послышался громкий треск ломающегося панциря. Правая клешня вонзилась в левый угол пасти Жаброхвата и отхватила солидный кусок. «Хочешь знать, откуда эти шрамы?», да? Я с интересом следил, оставит ли Клешнерог симметричную рану на правой стороне, чтобы больше походило на образ Джокера, но крылатка испустила сильную водную магию, смяла краба будто консервную банку и проглотила целиком. Израненный, но вполне боеспособный, Жаброхват исчез в морских пучинах. Чтоб у тебя несварение было из-за краба!

Мы быстро отыскали маусу, которые также наблюдали за сражением аякаси:

— Ур-ра! Герои! Чужаки-герои! Клешнерог мертв! — закричали мыши.

— Да-да. Показывайте тоннель уже.

— Идите за мной! — высказал один пожилой маусу с клюкой.

Мы последовали за мышью и примерно через полчаса добрались до неприметной полянки с большим валуном по центру.

— Это здесь! — пискнул маусу.

— Где? Валун надо отодвинуть? — начал я искать.

— Нет! Ничего двигать не надо! Вход спрятан в траве.

— Юто, похоже, что он говорит об этом, — заявила мизухэби, раздвигая голубой папоротник.

— Это шутка?! — вопросил я.

Вход в тоннель был максимум полметра в диаметре, куда человек мог пролезть с большим трудом. Пять километров косплеить «Побег из Шоушенка» — это выше моих физических и психологических сил.

— Перед вами великий подземный проход Ла-Маус! — с пафосом воскликнул старик-мышь. — Поколения наших предков работали над ним, не покладая лап. Вы — первые чужаки, которые удостоились чести лицезреть Ла-Маус!

— Вы издеваетесь?! — закричал я. — Нам надо перебраться на другой берег!

— Уговор был на то, чтобы показать вам тоннель. Мы выполнили свою часть.

— Слушай, моя лоли, ты сильно обидишься, если я поиграю в футбол шерстяным мячом? — спросил я кровожадно.

— Только без летального исхода, — зевнула мизухэби.

— С-стойте! — попятился маусу. — Мы-мы не нарушали уговор!

— Староста Плевун, может сварим зелье для чужаков? — спросил подошедший маусу.

— Это исключено! Мы не можем жертвовать своими ради чужаков!

— Но они ведь победили Клешнерога.

— Да, победили, — жестко сказал я. — Так что варите зелье побыстрее.

Староста как-то потух:

— Хорошо. Мы сделаем вам зелье, но больше вы не будете нашими гостями!

— Идет. Что за зелье, кстати?

Маусу проводили нас к окраине своего поселения. Мы с Сидзукой скептически отнеслись к информации о зелье от Плевуна, но любопытство победило. В Подмирье случаются разные чудеса, так что не стоит сходу отвергать предложения. Деревня маусу выглядела очень живописно: разбросанные норы и гнезда, целые многоквартирные жилища в старых дуплах или корнях деревьев. Название поселения звучало как Холлоу-таун или Дупло-город. Внутрь нас не пустили, опасаясь погрома от неуклюжих великанов. Через некоторое время нам вынесли по ведру каши. В наших руках емкости больше походили на маленькие кружки. Весьма недурно — специи создавали своеобразный вкус. Лучше пресного мяса по крайней мере.

Вдруг на окраину вышла большая мышиная процессия из аякаси разного пола и возраста. Маусу плакали и причитали. Впереди шел староста Плевун с молодой мышкой женского пола. Вот они остановились:

— Я боялся, что этот день наступит. Прости меня, Минни.

— Ничего, дедушка. Я выполню свой долг. На благо деревни и нашего народа.

— Что у вас происходит? — спросила Сидзука.

— Согласно традициям, чтобы зелье получилось, мы должны принести жертву озерному богу Зеленоглоту. Моя внучка Минни еще не успела создать семью, поэтому выбрали ее, — убитым голосом проговорил староста.

— Озерный бог? Билль что ли? — подал я голос. — Каким это образом качество зелья зависит от жертвоприношения?

— Так поступали еще наши далекие предки…

— Обойдемся без жертв, нано. Просто сварите нам зелье.

— Вы… Спасибо вам, чужаки! Нет, теперь вы не чужаки, а почетные жители Дупло-тауна! Слава великанам!

— Великанам слава! Пусть клешни крабов клацают мимо вас! Ур-ра! — обрадовалась мышиная толпа и принялась обниматься друг с другом.

Тут один из молодых мышей признался Минни в любви и заявил, что готов был похитить ее по пути к озеру и сбежать вместе с ней из деревни. Свадьбу решили играть через неделю.

Я поспал пару часов, пока меня не разбудила Сидзука. С неподвижным солнцем не понять, какое время суток стоит. Нам притащили две наполненные бадьи, для нас по размеру чуть больше стопок. Когда я спросил, из чего варилось зелье, то сразу пожалел. Выжимка червячной поганки и лягушачья икра — были самыми безобидными ингредиентами.

— Я попробую, нано. Яды на меня почти не действуют.

Мизухэби была настроена скептически, но отказываться не собиралась, раз уж мы так далеко зашли. Это действительно странно, что мышиным туземцам известен рецепт такого сложного зелья. Девочка опрокинула стопку зелья. Секунд пять ничего не происходило, а после мизухэби и правда начала уменьшаться. Поразительно! Зелье уменьшения работает. Одежда на Сидзуке была из магии, но вот кольцо не изменилось в размерах. Миниатюрная мизухэби закинула золотой браслет в виде свившейся змейки себе на руку.

— Тащить его еще с собой, — буркнула дюймовочка с зелеными волосами. — Похоже, часть моих магических сил заблокирована.

— Ка… какая милота! — воскликнул я. — Моя лоли, можно я тебя потрогаю? Можно ведь?

Не дожидаясь ответа, я аккуратно подхватил маленькую Сидзуку на руки. Даже змеиный хвост такого крошечного размера не внушал никакого отвращения. Я соторожно потрепал девочку пальцем. Как фигурка, только живая и мягкая. Теперь Сидзука стала лоли в квадрате, нано-лоли. Отпад.

— Ути-пути, — пощекотал я.

— Юто! Прекрати! Не то я прибью тебя!

— Утю-тю, ты такая милая, когда злишься.

— Юто! Нано! — мне в лицо брызнули струйки воды будто из душа.

С сожалением я прекратил издевательства и поставил мизухэби на землю. А то мне точно не поздоровится в будущем. Я с опаской взял стопку с зельем уменьшения. Ну, не чокаясь! Тьфу, что за гадость! Хоть я и ожидал изменений, однако, когда окружающие предметы стали резко увеличиваться в размерах, это все равно оказалось для меня сюрпризом. Кое-как, я выбрался из завалов своей камуфляжной одежды, прикрывая интимное место.

— Юто! Ты такой милашка! — бросилась ко мне Сидзука и стиснула в объятиях.

По непонятной причине мизухэби оказалась выше меня на голову. Может, на нее зелье действовало хуже, а может мне досталась доза меньше. Сидзука теребила меня в отместку, а я пытался отбиваться, что одной рукой сделать непросто.

— Да блин, лолище-переросток! — бросил я в сердцах.

— Нано!

Сидзука бросилась к бадьям из-под зелья и долизала змеиным языком оставшиеся капли, после чего уменьшилась мне по плечо.

— Теперь порядок, — удовлетворенно заметила мизухэби.

Мыши принесли мне грубые негнущиеся штаны, куртку и сандалии, в которые я сразу облачился, кое-как закрепив на теле. Мелкие, вернее уже вполне себе большие, аякаси развили бурную деятельнось. Староста отрядил нам в помощники своего сына Топтуна и внука Лентяя. Маусу принесли по большой котомке и быстро упаковали в них мою старую одежду. Ботинки пришлось оставить. Сидзука перекинула через плечо мои часы и закрепила зажигалку за спиной. Компас, как и несколько оставшихся печатей ошеломления выкинул — все равно пользы никакой. Я же с помощью специальных ремешков пристроил сзади Хаганэ, который теперь был почти с меня ростом. Рукоятка ножа стала неудобной, но кое-как я мог им махать. Со стороны я выглядел этаким Конаном-варваром: в обносках и со здоровенным мечом за спиной.

С силой творилось нечто странное. К нашему огорчению, мы не получили способностей, как в фильме Человек-муравей, но пропорционального уменьшения умений также не случилось. Я достаточно высоко прыгал для своего роста и таскал внушительные тяжести. Магия частично оказалась заблокирована, но некоторая часть сил осталась. Вообще, в новом размере находиться было очень непривычно. Зажигалка размером с кирпич. Деревья так вообще выше всяких небоскребов тянулись ввысь. Трава стала непроходимыми зарослям, наполненными разнообразными жучками и насекомыми. Напоследок староста Плевун дал напутствие своим сородичам и обратился к нам:

— Если встретите деда Лежебоку, передавайте от меня привет.

Я оглядел старого мыша, который уже буквально дышал на ладан.

— Мистер Плевун, вы уверены, что ваш дедушка еще жив?

— Конечно жив, он ведь мышиный император!

Странное имя для императора, ну да и демон с ним. Когда все собрались, маусу повели нас настоящими мышиными тропками. Топтун уверенно топал вперед, ловко перебираясь через овраги по упавшим веткам. Лентяй стонал на тему своей доли и совсем не желал идти в страшный тоннель Ла-Маус, вполне оправдывая собственное имя. Сидзука быстро проехалась по нему едкими фразами, и аякаси обиженно замолк. Если ранее мы шли от валуна до Дупло-тауна около пяти минут, теперь путешествие растянулось на полчаса.

— А сколько мы будем идти через Ла-Маус? — спросил я Топтуна.

— Обычно два дня уходит, но, коль вы торопитесь, то и за день управимся.

Мне лишь оставалось вздохнуть и смириться. Поздно давать задний ход. Темный зев тоннеля походил на челюсти голодного зверя. Мы с Сидзукой и сопровождающими решительно спустились вниз, в мрачную темноту. Неприятно засосало под ложечкой. Наверное, так себя чувствовал Фродо Беггинс сотоварищами, спускаясь в подземелья Мории.

Глава 8

Поначалу темнота казалось непроницаемой, но вскоре глаза привыкли. Иронично, что магия света плохо подходила для освещения — на постоянное поддержание заклинания уходило слишком много энергии. Сам тоннель был примерно полметра в диаметре. Если вытянуть руки вверх и встать на цыпочки, то можно достать до свода. В основном спрессованная земля и глина, но кое-где попадалась цельная каменная плита. Каким образом мышиные аякаси пробили данный тоннель, оставалось загадкой. Периодически встречались отворотки, назначение которых для нас оставалось еще большей загадкой. Постепенно мы спускались все глубже и глубже. Стало холоднее. Я пожертвовал куском рукава от большеразмерной куртки и соорудил с помощью Хаганэ пончо а-ля Джон Рэмбо. Иногда из боковых проходов слышался зловещий шум и копошение. Сверху капала вода, под ногами журчал ручей. Я совсем не геолог, и в шахте ни разу не был, но сдается мне, что без современных технологий или магии прокопать тоннель под морским проливом невозможно.

Провел короткий опрос Топтуна. Мышу всего лишь восемь лет, что по их меркам уже вполне зрелый возраст. Трижды женат, обе супруги погибли от клешней крабов. Любимое блюдо — тушеные корешки растений и жареные грибы. Сидзука дала ему уровень 0,5 по 10-бальной шкале. В Ла-Маус ходит третий раз: однажды бывал с отцом Плевуном, второй — самостоятельно. Теперь вот натаскивает отпрыска, не слишком подающего надежды. Ради любопытства я поинтересовался, пошел бы кто-то из его сородичей ко мне в клан, но он уверенно ответил, что к чужакам мышам путь закрыт.

Примерно через три часа почти непрерывного спуска мы устроили короткий привал на удобной площадке с освещением из множества камней. В основном из-за уставшего Лентяя. Я периодически слегка подпитывал себя светом, так что оставался относительно бодрым. Можно даже считать это своеобразной тренировкой. Я старался тратить света меньше, чем вырабатывалось моим организмом. Очень тонкие манипуляции — почти как при свертывании ауры в кольца. Уже через пару часов усталость отошла на задний план, и одновременно мой резерв держался приблизительно на одном уровне. Вот еще вопрос — не будет ли каких-либо негативных последствий при слишком долгом использовании магии на себе? А то еще мутантом каким стану. Или совсем одрябну — как космонавты в невесомости без постоянных физических нагрузок.

— Дальше идет дорога без уклона. Будьте начеку, — предупредил Топтун. — В глубинных проходах обитает множество кровожадных зверей. Еще ходят слухи о Безымянном Ужасе. От него нет спасенья.

— Раз от него нет спасенья, то откуда слухи? — фыркнула Сидзука.

Маусу пошевелил усами в ответ, ничего не сказав.

Мы продолжили путь, напряженно всматриваясь в пещерную тьму. Иногда до нас доносился трудно идентифицируемый утробный звук. Топтун тогда командовал остановку и внимательно вслушивался. Один раз мы набрели на прореху в своде тоннеля, откуда лился водопад морской воды и исчезал в бездонной расщелине. Наш проводник вздохнул и сказал, что придется искать обходной путь, но вперед вышла Сидзука, легко сделав широкий проход в водопаде. Мы поочередно перепрыгнули через расщелину и пошли дальше. Я уже потерял всякий счет времени. Часов шесть шагали где-то.

Неожиданно раздался громкий утробный звук, который мы слышали ранее. Топтун завис на несколько секунд, после чего скомандовал:

— Бежим!!!

И мы понеслись вперед сломя голову. Хаганэ неприятно бил по спине и ногам. Как назло, на данном участке не имелось ни одной отворотки. Я уличил пару мгновений, чтобы взглянуть назад. Святой Грааль мне за пазуху! За нами по тоннелю катился огромный шар. Зря я вспоминал Индиану Джонса ранее. В фильме-то все весело и радужно, играет захватывающая музыка. А здесь, в мрачном темном тоннеле, где вместо заводного ритма журчание воды, наш слитный топот и звуки тяжелого дыхания, на кону твоя собственная жизнь, и шутить совсем не тянет. Напитав тело светом, я почти нес на себе еле перебирающего лапами Лентяя.

— Я могу остановить эту штуку! — вставила Сидзука, не снижая темпа.

— Нет! Сильная магия может обрушить своды, и все здесь затопит, — заявил Топтун.

Буквально в последнюю секунду мы завалились в боковой проход на первом перекрестке, снаряд просвистел мимо нас дальше по тоннелю. Может мне показалось, но я почуял слабую ауру от существа, да еще заметил здоровую зубастую пасть. И в целом образ нашего преследователя походил на зубастика из одноименного старого ужастика.

— И что это было? — спросил я, утирая пот.

— Кротовый Шарокат. Страшный зверь Ла-Мауса, что не ведает пощады, — отдуваясь, прохрипел наш проводник. Мы с Сидзукой молча встретились взглядами и не стали комментировать.

Передохнув и перекусив из запасов, мы продолжили наш путь по подземелью или, если быть более точным, подморью. Лентяй поначалу отказывался куда-либо идти, но мы пообещали бросить его тут одного, так что мышиный аякаси сразу выразил готовность отправляться. Еще три часа пролетели в монотонной ходьбе, лишь однажды разбавленной очередным побегом от нового Шароката. Наконец начался подъем, говоря нам о том, что мы добрались до подземелий противоположного берега. Явно не так я себе представлял поиски Химари. Младший маусу совсем сдал, с трудом передвигая лапами. Поклажу Лентяя и Хаганэ передали Сидзуке, а самого хомяка-переростка я загрузил себе на закорки. Вообще, меня грызли сильные сомнения в необходимости дальнейшего сопровождения, но Топтун убедил, что они обязаны довести меня до поверхности. Так им завещал староста Плевун.

Таща мохнатую тушу, я потел и крепился. Сразу вспомнились слова Химари о том, как тренировался дед Генноске — набирал рюкзак камней и уходил в горы. Продолжаю семейные традиции, может свою выносливость немного прокачаю. Жаль, статов как в рпгешке нигде не значилось, поэтому прогресс в магии был незаметен. После снятия амулета света я продвигался буквально семимильными шагами, сейчас же рост замедлился. Магия помогала с выносливостью, но вот сон заменить не могла. Через три часа восхождения я начал клевать носом. А ведь за то же время мы успели спуститься, но в гору путь сложнее. Топтун прогнозировал еще два часа как минимум. Ладно, лучше отоспаться снаружи, неохота очутиться в желудке Кротового Шаристика… или Зубоката. Уже совсем мысли путаются.

Какое-то неприятное чувство вторглось в мое сознание. И постепенно усиливалось. До тех пор, пока я четко не ощутил накатывающий страх.

— О нет! Мы погибли, — упал на колени Топтун. — Это Безымянный Ужас Ла-Мауса. Мне рассказывал отец, как страх медленно поглощает тебя, пока ты окончательно не теряешь остатки разума.

— Трусливые маусу. Чтобы это ни бы за Ужас, мы с Юто с ним справимся, — заявила Сидзука уверенно.

Я окружил голову покровом света, и давление извне значительно снизилось. Мизухэби не выказывала и тени беспокойства. А вот нашим сопровождающим не так повезло. Лентяй упал на пол и тихо попискивал от страха. Топтун же преклонил колени и сложил лапки вместе:

— О великий Зеленоглот, озерный правитель, даруй мне смелость и защити дланью своей от ужаса и безумия.

— Смотрится весьма нелепо, — хмыкнула девочка. — Когда ты знаешь, что Зеленоглот никакой не бог, а посредственный дух ящерицы.

— Ну, им ведь это неизвестно.

— Люди любят придумывать себе богов и кумиров, но и аякаси не исключение…

Вскоре и Топтун повалился на пол пещеры, не в силах сопротивляться накатывающему страху. Мизухэби поставила водный барьер, отгородив мышей от влияния Безымянного Ужаса, и те медленно стали приходить в себя. Спустя некоторое время я заметил позади нас неясный голубой свет. Объект быстро приближался, и мы уже могли рассмотреть красивую и большую полупрозрачную бабочку сине-черной расцветки.

— Обакэ, — заметила Сидзука. — Это всего лишь обакэ.

— Ура! — очнулся Топтун. — Безымянный Ужас получил имя и теперь он не властен над нами! Оу-ба-ке! Великий Зеленоглот, спасибо тебе!

— Так меня еще не обзывали, — усмехнулась мизухэби, удерживая защитный барьер над маусу.

Привидение подлетело ко мне и присело на вытянутую руку, которую я поднял, повинуясь неясному импульсу. Обакэ пытался пробиться через нашу защиту, но тщетно — слишком слабый. Я чувствовал, что он пытается поглотить испытываемые нами эмоции страха, но их было мало. Аякаси просто хочет кушать, да и вряд ли после встречи с ним кто-либо погибает. Скорее всего теряют сознание. Неприятно, но не смертельно. Заслуживает ли этот подземный обакэ ужаса упокоения за то, что его таким создала природа? Я успел повидать нескольких злобных привидений, и данный экземпляр на них не походил. Ладно, к черту философские измышления. Будь на его месте гусеница или жук, я бы не колебался. Но бабочка была реально красивой, испускала приятный свет, голубые крылья изукрасил сложный темный узор. Пусть живет, Безымянный Ужас прохода Ла-Маус. Я толкнул аякаси рукой, подав немного света. Обакэ намек понял и быстро удалился обратно по тоннелю.

Когда мы выбрались на поверхность из мглистой норы, наши глаза ослепило сверкающее солнце. Ура! Свобода! Вздохнув свежий лесной воздух, я почувствовал себя по-настоящему счастливым. Надо искать место для ночлега, а то скоро на ходу засну. Маусу шустро распаковали мою одежду, и сразу принялись собираться обратно. Я поглядел на гигантские стебли растений и стволы деревьев и спросил безрадостно:

— Долго еще зелье будет действовать?

Мышиные аякаси переглянулись:

— Так это… навсегда.

— Че?! — воскликнули мы слитно с Сидзукой.

— Мы думали, староста объяснил вам. Да это и так все знают. Если вы уменьшаетесь, то раз и навсегда, — огорошил нас Топтун.

— Так, стоп. Как нам вернуть свои прежние размеры? — спросил я.

— С помощью зелья увеличения, конечно же. Ступайте в город Иту в той стороне, там вам помогут.

— Вы подлые грыз-суны, почему не с-сварили нам зелья з-саранее? — прошипела Сидзука.

— У нас на острове нет нужных составляющих. Лентяй, потопали обратно. Раз мы теперь знаем имя Оубаке, Безымянный Ужас нам не страшен.

Я придержал шипевшую проклятья мизухэби, которая хотела в грубой форме объяснить нашим проводникам их неправоту, хотя и у самого кулаки чесались. Топтун с сыном скрылись в темном зеве тоннеля. Я осмотрелся вокруг. В моем нынешнем размере было сложно судить, но лес и прочие растения больше походили на привычные нам. Будто вьючные мулы, мы кое-как расположили поклажу за спинами, и направились в указанную сторону. Сидзука тихо грозилась разобрать город Иту по камешку, если нам не вернут прежний вид. Встреченные аякаси опасались к нам приближаться, чуя сильную ауру и жажду разрушений мизухэби. Найдя неплохое углубление под большой корягой, мы расстелили мою одежду и устроились на сон с комфортом. Сколько я проспал, определить было решительно невозможно.

Поразительно, я впервые встретился с разумными аякаси стихии дерева. На одной из полян мы обнаружили россыпь говорящих цветов разных видов: начиная с ромашек и колокольчиков и заканчивая лилиями и хризантемами. Е-кай безостановочно трындели о разной ерунде, пропесочили нас на тему чужачества и того, что мы тянем их время. Я спросил их про чертоглаз, но обитатели полянки не знали, где произрастает сей цветок. Белую кошку тоже не видели. Зато смогли сориентировать нас насчет города, который оказался достаточно близко.

Примерно через четыре часа нам стали попадаться первые дома — нормального, а не нашего размера. Населяли их в основном аякаси звериного типа и неизвестные нам разновидности семейства гоблинов. Вывеска перед въездом в город гласила «E2». Выходит, что правильное название не Иту, а Едва. Уровень местной цивилизации приятно удивил. Тут даже имелась железная дорога с коптящим паровозом. Сидзука тоже заинтересовалась. Но на исследования чудес Подмирья можно было потратить всю жизнь. И так уже задержались намного дольше, чем планировали.

Так что мы переключились на практическую сторону вопроса, и почти сразу набрели на бесценный кладезь нужной нам информации. Им оказался чопорный киригирису, аякаси кузнечика, с табачной трубкой и в шляпе-котелке. С другими аякаси у нас беседа не сложилась из-за… физических различий. Вот уж не думал, что у малорослых существ имеется столько проблем с привлечением внимания к собственной персоне. Кузнечик назвался Эдвардом и сразу ответил, что знает, где можно достать зелье увеличения. За особую плату, разумеется. Плюс он провел нам короткую бесплатную лекцию насчет специфики подобных зелий. В теории уменьшаться можно до бесконечно малой величины. А вот с увеличением есть ограничения, завязанные на ауру. То есть, если аякаси слаб, то лучше ему сидеть тихо и не помышлять о зелье, иначе получится нечто вроде раздутого воздушного шарика. Мы подтвердили, что ознакомились с правилами безопасности и готовы рискнуть. Эдвард пообещал свести нас с дилером, как только мы раздобудем денежных средств. По привычке я поинтересовался чертоглазом и белой кошкой и неожиданно получил отклик. Киригурису слышал о «багровом мече» с белой шерстью, что не могло быть простым совпадением. Противоречивые слухи о Химари разошлись по Подмирью.

Согласно непроверенным данным от Эдварда обитаемыми землями пространственной складки правили шесть монарших особ — очень сильных аякаси. Местность, в которой мы очутились, принадлежала Черной Королеве. Все районы и центральные города назывались очень просто: одна буква и число. Например, A6 или E2. Не знаю насчет удобства, но задумка оригинальная. Как клетки в морском бою или шахматах. Чтобы раздобыть денег, кузнечик направил нас в бойцовский клуб, существовавший в городе. Якобы там можно делать ставки на исход поединка между вечными соперниками — аякаси льва и единорога. Но у нас, в общем-то, и ставить было нечего. Разве что зажигалку или часы заложить.

Пока мы болтали с пыхтящим Эдвардом, на улицах Едва началось оживление: аякаси разных мастей спешили к центру города.

— Похоже, сама Черная Королева нагрянула с визитом, — благоговейно прошептал Эдвард. — Быстрее на центральную площадь! Упустите свой шанс!

Мы последовали за киригирису и вскоре вышли к большому скоплению разнообразных аякаси, от которых рябило в глазах. Чтобы хоть что-то видеть за спинами великанов, мы поднялись на нагромождение ящиков. Впереди на специальном помосте заканчивали конструирование боксерского ринга. Ну да, гладиаторские поединки издревле подходили для развлечения монарших особ и простого люда. На высоком троне восседала хрупкая чернокожая женщина в темном пышном платье. По бокам ее стояли стремные антропоморфные черные аякаси с лошадиными головами. Через толпу аурному чутью сложно было пробиться, но мне показалось, что они пахнут как цукумогами. Неожиданно взор Королевы обратился в нашу сторону и раздался громкий возглас:

— Чужаки!

Толпа расступилась, открывая более полный обзор на наши маленькие персоны.

— Приведите их! — скомандовала женщина на троне.

Не успели мы возмутиться, как нас вместе со всей поклажей подхватили какие-то черные духи предметов и быстро доставили повелительнице, предварительно сгрудив нас на посудный поднос.

— Какие маленькие, — хмыкнула Королева, разглядывая нас.

— Вам хватит, — ответил я дерзко, недовольный грубым обращением. — Ваше величество.

— Вы не только тянете наше время, но еще и хамите. Уровень благовоспитанности равняется вашему росту. Другими словами, он крайне низок.

— Прошу прощения, это всего лишь ответ на грубость ваших подчиненных. Меня зовут Амакава Юто, глава шестого великого клана экзорцистов Японии, это капитан Сидзука, мизухэби и моя лоли. Мы здесь оказались случайно и ищем нашу пропавшую подругу, белую кошку.

— Странно, что вы очутились на моей земле. Обычно все чужаки попадают в Башню тринадцати дверей. Вы путешествовали вместе?

— Да, ваше величество.

— Тогда все ясно. А что не ясно, то пасмурно. Переход не рассчитан на две персоны, вот вас выкинуло в неположенном месте. Вы что, правила пользования не читали? Белая кошка поступила на службу моей сопернице, Кровавой Королеве. Если вы заберете ее обратно в свою помойку, я буду вам признательна.

— Мы так и собираемся сделать! — воодушевился я. — А вы случайно не можете из своих королевских запасов сготовить нам зелье увеличения? Мы очутились в довольно щекотливой ситуации — без средств к существованию и в несколько меньших размерах, чем мы привыкли.

Чернокожая дама издала вежливый смешок и приказала городскому зельевару выполнить наше требование. Тут возникло небольшое недопонимание. Аякаси не знали метрической системы и требовали точное значение нашего прошлого роста в футах и дюймах. Мы же с Сидзукой также к стыду своему не могли вспомнить коэффициент пересчета. Однако тут мне пришла в голову идея, и я попросил алхимика наварить с некоторым запасом.

Пока снадобье готовилось, нас усадили на широкий стул подле Королевы. Мы смогли понаблюдать за боксерским поединком по каким-то старинным особым правилам между львиным аякаси и единорогом. Оба соперника имели прямоходящий облик, и боксировали в специальных перчатках. Льву закрывало когти, а единорогу смягчало удар копытом. Весело, ничего не скажешь. Телевизоров здесь нет, так что Черная Королева и толпа аякаси принимала развлечения на ура.

Когда принесли зелье, я успел заскучать. Сидзука быстро проверила на яды, немного увеличившись, после чего я присосался к посудине. Заранее распаковал свою одежду, чтобы не очутиться голым на публике. Действовал аккуратно, поправляя камуфляжную форму по мере подрастания. Наконец, я ощутил, что старая одежда сидит, как и раньше. После чего помедлил и лизнул еще пару капель зелья. Форма стала чуть короче, а я соответственно выше ростом. Не знаю, что будет со мной при переходе обратно в нормальный мир, но почему бы не схитрить немного, раз такой шанс выдался. Вот насчет самого зелья я почти уверен, что оно не будет работать в нашем мире — в нем чувствовалась слабая магия, что роднила его с окружением. А так было бы круто, особенно если с помощью зелья можно увеличивать отдельные органы. Сразу бы озолотился, куда там всяким Mitsubishi. Сидзука, ориентируясь по мне, восстановила свой прежний рост, а потом тоже решилась, и разом вымахала мне по плечо, хотя ранее не доставала. По обоюдному молчаливому согласию темы роста мы больше касаться не стали. Ладно я еще помнил свои прежние габариты из прошлой жизни, а вот нашей клановой лоли некоторые комплексы мог привить только я, постоянно называя мелюзгой. Даже стыдно немного стало.

После боксерского матча, в котором победила дружба (либо я чего-то недопонял), я осторожно попросил немного денежных средств у Королевы. Добрая женщина расщедрилась и отсыпала нам серебряных монет в виде покрашенных серебристой краской маленьких ракушек, от которых слегка фонило особенной магией. Наверное, защита от фальшиворакушечников. Насколько я понял, правительница желала избавится как от нас, так и от Химари. Не слишком тепло привечают иномирян в Подмирье.

Черная Королева ощущалась сильной аякаси, но, как и большинство магов и духов (включая нас с Сидзукой), предпочитала скрывать свою ауру. Что затрудняло точное определение. По логике вещей она должна быть примерно одного уровня с Химари, чтобы держать под контролем такие обширные владения разнокалиберных аякаси. Либо иметь сильную и преданную армию. Честно говоря, видя перед собой пример Лизлет и Нобу, я не представлял себе, что духи предмета могут эволюционировать в настолько могущественных е-кай.

Оставаться на дальнейшие празднования мы не стали, по-быстрому слиняв с площади. Только закинули пару ракушек Эдварду в благодарность за полезную информацию. До железнодорожного вокзала дошли за пять минут — хорошо быть большим.

— Юто, заметил? Королева — дух предмета, — сказала Сидзука, когда мы шли по городу.

— Да, от нее явно пахнет цукумогами. Причем сильной.

— Также, как и от ее приспешников. Они — фигуры шахмат, нано.

— Да ладно?! Всего лишь маленькие фигурки… Хотя чайная чашка тоже не такая уж и большая. Теперь становится понятно название областей — как сектора на шахматной доске.

— У меня есть одно предположение… Я думаю, что Королева увеличила силу за счет своих пешек.

— Вот оно что. Любопытная теория. Проверять мы ее конечно не будем… Пойдем глянем расписание.

Табло представляло собой большую доску, на которой мелом были написаны направления и периодичность. Государство, в котором мы сейчас находились, называлось БлэкЧесс или Черно-Шах. Соседней страной Бело-Шахом правила Белая Королева. Железнодорожное сообщение по данному маршруту было прервано указом Черной Королевы. Нам же надо было попасть в Хартлэнд к Кровавой Королеве… Странно, неужели здесь нет сильных аякаси мужского пола? Сплошной матриархат. Где же нужная строка? Сидзука начала смеяться, так что я повернулся к ней:

— Что?

— Посмотри, — мизухэби указала пальцем на расписание.

А вот и искомый Хартлэнд, только почему-то перечеркнутый. А под ним… Я гнусно захихикал против своей воли. Покрутив головой, я обратился к птичьему аякаси средних размеров:

— Простите, мисс или мистер. Мы с сестренкой едем в Хартлэнд. Не подскажете, почему название зачеркнуто, а вместо него написано Хогвартс?

Сидзука снова то ли фыркнула, то ли хихикнула.

— Ох, это все проклятая Кровавая Королева. Одним из указов переименовала целую страну. А ведь такое красивое название было.

— То есть это случилось не так давно?

— Да уж с месяц как.

— Ясно. Благодарю.

Я повернулся к Сидзуке:

— Как ни крути, а это всего лишь совпадение. Или может к Королеве попали книги Роулинг каким-то образом…

Жаль. Я бы не отказался пройти экскурсию по каноничной школе для волшебников. Мы взяли два билета до Хогвартса и стали ждать поезда. Заодно купили по паре пирожков. Главное, не интересоваться составом начинки — тогда есть можно. Без ботинок поначалу было непривычно, но я быстро научился держать частичный покров света на подошве ног. Еще одно упражнение на контроль магии, которое мне точно не повредит. А что насчет внешнего вида, то некоторые е-кай разгуливали голышом, так что я не выделялся. Изредка встречались и аякаси, имевшие человеческий лик, как и сама Черная Королева, которая, кстати, немного напоминала внешне актрису Холли Берри. Но тут стоит признать, что других чернокожих женщин-знаменитостей по именам я и не знал.

Хогвартс-экспресс оказался допотопным паровозом, развивавшем от силы полсотни километров в час. Однако жители Едва не показались мне знатными металлургами или научными изыскателями. Пускай я и не бывал в других частях Черно-Шаха, сильно сомневаюсь, что местные аякаси могут построить подобное чудо инженерной мысли. Может, угнали из нашего мира, а может это все один большой цукумогами поезда. Я прилег на скамью и задремал, попросив Сидзуку разбудить по приезду.

— Юто, смотри!

— А, что? — принялся озираться спросоня.

— Гляди в окно! Представляешь, кроме стены и одного-единственного аякаси на этой станции ничего больше нет.

— И ради этого ты меня разбудила?

Я всмотрелся в окно, сразу увидев стену из каменной кладки и сидящего белокожего аякаси яйцевидной формы.

— Дух яйца. Впервые вижу, нано! — восхитилась мизухэби.

— Страусиное, наверное. Короче, я спать.

Только я прикорнул, как меня снова затрясли за плечо:

— Юто! Юто, смотри какой земляной аякаси!

Я протер глаза и прильнул к окну. Паровоз снова стоял на пустой станции, но на этот раз я никого не видел вокруг. Неожиданно я почувствовал, как состав поднимается вверх, после чего раздался далекий протяжный звук, и мы опустились обратно.

— Я и не подозревала, что такие большие аякаси еще существуют, — восторженно пропела мизухэби. — Все, что ты видишь в окно — это один аякаси стихии земли. На нем растут деревья, поверх проложены рельсы. А сейчас нас подняло вверх — это аякаси вздохнул.

— Нехило…

— Да! Станция называется Уилмингтон. Ни о чем не говорит? Ладно, не буду томить. Когда Джингуджи рассказывала про аякаси, то упоминала гиганта из Уилмингтона.

— Но ведь, по ее словам, всех гигантов уничтожили…

— Как видишь, некоторые нашли себе убежище.

— М-да. Заповедник в заповеднике. Знаешь, думаю, не стоит нам в MI0 распространяться об увиденном.

— Поверь, Юто, если людишки и смогут проникнуть в данную складку, то огребут по полной. Здесь законы действуют на руку аякаси.

— Ты недооцениваешь человека. Если в Подмирье обнаружится нефть или иные ценные природные ресурсы, боюсь, местные страны ожидает всплеск демократических революций. Кстати, Куэс еще говорила про то, что драконов тоже истребили…

Я завязал диалог с одним из пассажиров, непонятного вида существа в закрытом плаще. О драконах попутчик не слыхивал, и я постарался описать внешность мифических зверей. Когда же до него дошло, то аякаси сильно испугался, и начал непрерывно повторять слово джаббервоки. Я попытался выяснить подробности, но пассажир впал в транс и только бубнил про себя страшное название. На местных драконов также было бы любопытно посмотреть. Конечно, с должной подготовкой и опытным проводником.

Глава 9

В один момент на улице собрались тучи, и полил дождь. Мы приближались к Хогвартсу. Расстояния между странами оказались небольшими по меркам нашего родного мира. До конечной поезд не шел, поэтому нам предстояло прошагать еще примерно сорок миль до замка Кровавой Королевы. Другого транспорта, даже гужевого, попросту не существовало. Как только я купил плащ в одежной лавке, ливень мгновенно прекратился.

В небольшом городке на границе между Хогвартсом и Черно-Шахом мы встретили первого настоящего человека. Выглядел старик непрезентабельно: с неряшливой бородой, торчащими лохмами и в пропыленной одежде. Мне стало интересно, и мы недолго пообщались с представителем моей расы. Поначалу старик вел себя достаточно адекватно. Представился как Чарльз Лютвидж Доджсон, бывший преподаватель математики в ЛАМИ. Однажды попал в Подмирье, да так и остался здесь исследовать аякаси. Колдун из него был никудышный, но кое-что еще мог. Все путешествие в боковом кармане моих штанов провалялись два небольших белых ошейника. Согласно правилам Британии я ведь обязан таскать их с собой. Как в Эдвинстоу засунул, так почти и не вспоминал. Пречистые ошейники слегка светились в магическом плане, и Чарльз смог заметить их. Реакция старого колдуна была очень бурной. Он требовал вернуть его ошейник, который мы якобы украли. Артефакт был ему нужен для каких-то экспериментов. Мы не стали испытывать терпение мистера Доджсона и оставили беднягу наедине с собственными тараканами.

Последние ракушки потратили на грубые сандалии для меня и провиант, после чего двинулись в путь. Когда мы спрашивали о Химари, аякасский народ чуть ли не крестился. Ругался и плевался нам вслед. Всего за пару дней, что мы в Подмирье, бакэнэко успела стать синонимом кровожадности и безумия. Я опасался, как бы магия света не дала сбой при переходе. Вдруг Химари действительно слетела с катушек и вернулась к своим звериным инстинктам? Очень сомневаюсь, что смогу сейчас повторить сложное заклинание своих предков. Еще подчинение не до конца отточил. Не меньшей славой у местных пользовался некто Джаббервоки, который вроде как служил Королеве. Мы с Сидзукой так и не поняли, имя это или название вида аякаси.

Дороги в бывшем Хартлэнде очень запутанные. Иногда мы забредали в тупик, хоть и следовали по указателям. Однажды нам попалась очень колоритная парочка из толстых близнецов-аякаси по имени Твидлдам и Твидлди. Когда мы спросили путь, те не раздумывая показали в совершенно разные стороны, а потом еще и начали спорить друг с другом. Мы выбрали свое направление, однако е-кай увязались за нами. Пока Сидзука не прогнала их водной магией.

Немного поплутав по лесу, мы вышли на пепелище, оставшееся от небольшой деревеньки. Гнетущее зрелище. На деревьях висели повешенные аякаси. Встреченный погорелец с горечью сообщил, что Кровавая Королева наказала их поселок за то, что они просрочили уплату налогов на несколько дней. Наслала Джаббервоки, который за несколько минут залил все дома адским пламенем. Похоже, и впрямь огнедышащий дракон. От Сидзуки стала исходить хорошо ощутимая жажда крови. Мне ситуация в стране тоже не нравилась, но стоит ли нам вмешиваться? Химари бы найти и домой вернуться.

Мы уточнили направление, и двинулись к замку Королевы, который, казалось, только отдалялся от нас. Ни GPS, ни бумажных карт — только неточные разъяснения прохожих, да наша удача.

— Дремучий лес, — прочитал я на старом деревянном знаке. — Вроде бы где-то в этом районе расположена Башня тринадцати дверей.

Лес действительно дремучий, хотя по сравнению с Шервудом не более чем ухоженный парк. Петляющая тропинка, по которой мы шли, как-то резко оборвалась, что не могло положительно сказаться на нашем настроении. Такое ощущение, что некие высшие силы или сама судьба не дает нам нормально добраться до замка.

— Юто, там кусты!

— И что? Здесь везде кусты и деревья! — высказал я, отбиваясь светом от летающей мошкары, по форме напоминающей миниатюрных бегемотиков.

— Они ровной формы. Подстриженные, — объяснила спутница.

Мы обрадовались возможности узнать дорогу и направились через сад. Под ногами что-то загремело. Я опустился на корточки и поднял осколок:

— Похоже на куски битой посуды. Не нравится мне это.

Я осторожно ступал по земле, полностью заваленной осколками и черепками. Раздавался жуткий хруст, словно под нашим весом крошились фарфоровые кости мифических животных. Наконец мы преодолели заросли кустов и вышли на просторную, и самое главное, обитаемую поляну. Я пару раз моргнул, потер переносицу, но наваждение уходить не собиралось. Я перевел взгляд на Сидзуку, она взирала вперед настороженно, но без удивления. Мизухэби повернулась ко мне и молча спросила: «Что?». Я еще раз осмотрел поляну. Вдали находился одноэтажный кособокий домик, видавший лучшие времена. Перед нами стоял длинный стол, накрытый мятой белой скатертью и уставленный различными яствами, чашками, блюдцами и чайниками. Вокруг все также было усыпано битой посудой.

— Цукумогами шляпы и усаги, аякаси зайца, — назвала участников чаепития Сидзука.

Мозги буксовали и отказывались признавать очевидное. Подмирье — суть мир Алисы в стране чудес. Какого лешего я не догадался раньше?! Но разве была в книге шахматная Черная Королева? Билль и Жаброхват? Я даже не помню, читал ли я саму историю, либо только по фильму Тима Бертона сужу. Льюис Кэрролл — его ведь не проходят в школе… или проходят? По-моему, это детское произведение. Еще мультипликационная адаптация была, но о ней у меня также мало воспоминаний осталось. В свое оправдание еще можно сказать, что я не знаком с английским оригиналом, и местные словечки ничего мне не говорили.

С другой стороны, изменилось бы что-либо, знай я исходник? Вряд ли. Да и стопроцентного совпадения здесь точно нет. Чего только стоят висельники и разоренные деревни. Джаббервоки… в ленте Бертона был какой-то дракон, которому Алиса отрубила голову в конце. Бармаглот? Нет, ну это надо быть большим знатоком английского или творчества Кэрролла, чтобы сходу выведать правильный перевод. Насколько я помню, у писателя имелось и второе произведение, но я даже название его запамятовал, что уж говорить о содержании.

— Чужаки! Чужаки пришли! — заорал Мартовский Заяц, наконец обратив на нас внимание.

— О нет, прячь посуду! — поддержал соседа Безумный Шляпник. — Они снова украдут мой сервиз!

Аякаси засуетились, бестолково собирая чашки со стола, часть роняя и разбивая на мелкие кусочки. Дух усаги был высотой с Сидзуку, прямоходящий, с длинными серыми ушами, в зеленом твидовом пиджачке и полосатых штанах. Имел выдающиеся вперед резцы и косоглазие, что придавало Мартовскому Зайцу сумасшедший и неумный вид. Безумный Шляпник не походил на Джонни Деппа, выглядел эксцентричным седым стариком в темном костюме с жилеткой и в шляпе-цилиндре на голове. Человеческий лик в случае цукумогами вполне может значить немаленькие способности и относительно высокий интеллект.

— Нет-нет, мы не собираемся ничего красть, сэры. Нам бы узнать дорогу ко дворцу Королевы, — произнес я.

— Вы тоже хотите поступить к ней на службу?! — взвизгнул усаги. — Проклятые чужаки! Чтоб вас всех Бармаглот схарчил!

— Что значит тоже? Вы про Химари? Белую кошку?

— Вы ничего от нас не узнаете! Кровожадные монстры! — высказал Шляпник.

— Мы не собираемся поступать на службу к Королеве, а хотим просто забрать нашу подругу и вернуться в свой мир. Я — Амакава Юто из шестого великого клана экзорцистов Японии, также представляю Современное Агентство Магических Бестий и Аякаси. Это Сидзука, моя лоли. Мы не согласны с политикой, которую проводит ваша Королева, но вмешиваться не собираемся. Вы подскажете нам дорогу до замка?

— Вы точно не воры? — спросил седой дух предмета.

— Как они могут быть ворами? Воры воруют, а не болтают! Болтают болты! — заявил Заяц.

— Ты что уже забыл того чужака, которого мы со всем гостеприимством напоили чаем? Видимо, в марте все мозги отшибло.

— Но-но. Может в марте я и частично безумен, но ты безумен постоянно.

— Как можно быть безумным частично? Тут либо все, либо ничего.

— Я выбираю ничего! Налейте мне в чашку побольше ничего, сэр Шляпник!

— Мой друг, твоя чашка уже до краев наполнена ничем.

— И правда!

Заяц поднес чашку к губам, причмокнул и издал довольный возглас:

— Такого ничего вы больше нигде не попробуете! Желаете отведать?

— Нет! Они снова нас обкрадут! — отверг цукумогами.

— Тебе что, жалко?

— Ничего мне не жалко!

— Отлично! Тогда налей нашим гостям по чашке ароматного ничего!

Мы осторожно прошли к столу и присели на скрипящие стулья, которые того и гляди развалятся. Мартовский Заяц засуетился и разлил нам по большей порции воздуха, я полагаю. Сидзука подозрительно попробовала языком свою чашку.

— Нет, надо спрятать мой любимый сервиз! — с беспокойством высказал Шляпник и принялся сгребать в мешок чашки и чайнички. От некоторых даже немного пахло цукумогами. — Вот и вы, Джордж и Фред, — любовно погладил старик две старинные чашки. — А вот и ваша мама, миссис Челси. Что-то вы немного располнели, — бережно опустил в мешок пузатый расписной чайник. — Где же сейчас ваша бедная сестричка, которую выкрал наглый вор?! Моя любимая Элизабет! Ты была такой красивой и невинной чашечкой. Самое то для послеполуденного чаепития.

Я чуть фантомным чаем не поперхнулся:

— А-а, простите, ваша чашка, она…

— Да?! Вы что-то знаете об Элизабет?!

— Нет-нет. Просто имя красивое.

— Не нравятся мне ваши глаза. Зачем вы смотрите вниз? Значит, нацелились на мою скатерть, да? Не видать вам ее, как своей совести!

Цукумогами вытащил из-под стола молоток с гвоздями и принялся приколачивать белое полотно. Через пару минут успокоился, прибив скатерть со всех сторон. Кому теперь нужна эта дырявая тряпка, для меня большая загадка.

— Итак, — серьезно проговорил Заяц, сделав лапки домиком. — Значит, вы охотники на скатерти?

— Юто — охотник на аякаси, тупой усаги, — бросила Сидзука. — Охотник на таких как вы.

— Мистер Заяц, положите вилку на место, моя лоли немного преувеличила. Я охочусь только на злобных аякаси.

— А на безумных? — спросил Шляпник.

— Безумных не трогаю.

— А частично безумных? — уточнил Мартовский Заяц.

— Тоже. Главное, чтобы ваше безумие не перешло в агрессию…

— Вот вы знаете, чужаки, что общего между сорокой и вилкой? — спросил Шляпник, намазывая масло на хлеб.

— Э-э, ничего? — сказал я с сомнением. На английском сорока — magpie, вилка — fork, так что даже общих букв не было.

— Неправильно! Обе не могут держать язык за зубами!

Безумный аякаси наколол свой бутерброд на зубья длинной вилки и стал отщипывать по кусочку.

— Сколько же вы тут чай хлебаете, что столько посуды побили? — поинтересовалась мизухэби.

— Это все Старик Время. Лучше над ним не шутить, дам вам совет. Взяли?

— Что взяли?

— Мой совет, — с легким удивлением уточнил цукумогами шляпы.

— Взяли. Тяжелый, — заверил я.

— Чужаков Старик Время тоже очень не любит. Нельзя тянуть старца за бороду. Я однажды дернул, так теперь у нас всегда пять часов, время чая.

Что-то я такое припоминаю. Неужели аякаси времени и правда существует? Сложно мне его себе вообразить. А так мог бы получиться отличным союзником.

— Время чая? — раздался тоненький голосок.

Взгляды присутствующих скрестились на белом заварном чайнике. Крышка приподнялась, и из посудины показалась заспанная мышиная морда.

— Мы разбудили Лежебоку! — заволновался Шляпник.

— Этот маусу силен, — хмыкнула Сидзука, рассматривая аякаси. — Да и чайник тоже непрост — полностью экранирует его ауру.

— Еще бы. Это ведь сам Мышиный Император, — шепнул я.

Хм-м, в фильме был похожий персонаж, только его звали по-другому. Как же еще можно перевести «dormouse»? Точно! Соня.

— Мистер Соня, ваш внук Плевун просил передать вам привет, — сказал я вежливо.

— Плевун? Как он поживает? Мне кто-нибудь нальет чая?

— Конечно-конечно, — зачастил Мартовский Заяц и залил кипящую жидкость прямо в чайник, где спал маусу. Соня блаженно крякнул и прикрыл глаза, плавая в своей экзотической чайной ванне.

— Неплохо живет. Мы помогли ему избавиться от Клешнерога, сильного крабьего духа. У него есть сын Топтун и внук Лентяй.

— Лентяй? — слегка оживился Соня. — Чувствуется моя кровь. Как вас…

— Амакава Юто и Си… моя лоли.

— Мистер Амакавюто и мисс Моялоли, вы хотите присоединиться к нашему Сопротивлению Чаепития? — неразборчиво спросил аякаси.

— Грыз-сун, ты нарываешьс-ся?! Только Юто может так меня звать!

— Но они ведь чужаки! Что, если они пришли шпионить за Сопротивлением? — возмутился Шляпник.

— Сколько раз повторять! — наставительно произнес усаги. — Воруют воры, шпионят шпионы, а они болты, поскольку постоянно болтают!

— Тогда ты несун, потому что без остановки несешь чушь! — ответил цукумогами.

— И какова же политическая программа вашего Сопротивления Чаепития? Кто лидер? — поинтересовался я.

— Нашего бесстрашного лидера пленила на днях новая приспешница Кровавой Королевы, — поведал Шляпник.

— Чего еще можно было ожидать от кошки, — выплюнул маусу.

— Верно, — закивал Заяц.

— Извините моего вассала. Наверное, это недоразумение, — покаялся я.

— Мы хотим свергнуть Кровавую Королеву. После прихода к власти она ввела множество жестоких и глупых законов. Например, запрет петь в душе или повышение налоговой ставки за квадратный метр участка земли. И это я молчу про переименование нашего родного Хартлэнда! — выдал небольшую речь Соня.

— Ты не молчишь, — высказал очевидное Шляпник.

— И я о том же. Нельзя молчать, когда в мире происходит несправедливость. Чужаки, поможете ли вы нам вызволить главу Сопротивления из заточения?

— Ну-у, хорошо бы для начала разведать местность. Мы притворимся вольными наемниками, друзьями белой кошки. А потом посмотрим по ходу дела. Нам все интересно — почему Хогвартс?

— Потому что Королева — свинья!

— Это мы уже поняли. Но при чем здесь такое название?

— Нет, она взаправду свинья, с кучей бородавок.

— Оу, — протянул я.

Поросячья аякаси, значит. Hogwarts дословно переводится как свиные бородавки.

— М-м, если мне не изменяет память… — задумался я.

— Гони изменщицу поганой метлой, — вставил усаги.

— Тихо, не перебивай, ушастый. Так вот. Разве у вас не правила карточная королева, Червонная Дама, которая постоянно рубила головы?

— И здесь цукумогами, — буркнула Сидзука.

— Так и есть! Прошлая Королева только грозилась, но по-настоящему никого не казнила. Второй после Червонной Королевы в нашем королевстве была Герцогиня, — взялся вести рассказ Шляпник. — Они постоянно ругались и ссорились. То из-за клюшки для крикета, то из-за королевского гимна. Герцогиня утверждала, что в ансамбле не хватает скрипки, Королева желала слышать только барабаны. И два или двадцать три года назад, точно не помню, дошло до открытой войны. У Герцогини была большая семья, да еще она заручилась поддержкой Бармаглота. Они смогли задавить войско Червонной Дамы числом. Многие пали… Свиные ребрышки… Гм, с тех пор Хартлэндом правит Герцогиня, которую народ окрестил Кровавой Королевой.

— Мы поняли вашу ситуацию, — оглядел я застолье. — Вмешиваться или нет — разберемся по ходу дела. Если она действительно настолько злобная, как вы говорите, и запрещает петь в душе, то мы постараемся помочь. Подскажите, в какой стороне королевский дворец?

— Следуйте по той тропке, не промахнетесь! — пропищал Соня. — Подлейте мне горяченького!

Шляпник быстро плеснул кипятка, и мышиный император блаженно растянулся. Мы раскланялись, и покинули бесконечное колесо повторяющегося чаепития.

— Юто, мне показалось, что ты их знаешь? И про Червонную Королеву откуда-то слышал…

— А ты их не узнала? Это ведь «Алиса в стране чудес»! Не смотрела фильм Тима Бертона? По книге Льюиса Кэрролла.

— Мне нравится режиссер Бертон, но такой ленты в его послужном списке не припомню, нано. И Кэрролла я не знаю.

— Еще был мультик диснеевский, но старый… Да брось, про «Алису» все знают!

Мизухэби отрицательно покачала головой. Хм-м, ну допустим, экранизация Бертона относительно новая, не помню точно какого года. Могла выйти и после 2010. Другими словами, фильм еще не сняли. Все равно странно. Сидзука достаточно хорошо ориентировалась в популярных художественных произведениях. Прошерстив память Юто, я не нашел никаких упоминаний. Может, конечно, что в Японии истории Кэрролла не пользуются популярностью, но скорее всего в данной вселенной они не вышли в свет. Весьма занимательный факт. Если что-то не сняли, то выходит оно существует на самом деле? Вот про людей икс нет ни одного фильма или комикса, значит мутанты среди нас? Если так подумать, то многие мутанты напоминают магов или аякаси. С другой же стороны, произведения Роулинг выпустили, однако волшебники в Британии определенно существуют, пусть и с отличиями от книжного канона. Мистика.

Минут десять мы шли по виляющей тропинке и приблизились к лесной опушке. Перед нами раскинулось огромное открытое пространство и на горизонте показался большой величественный дворец с высокими шпилями и башенками. Вот тебе и Сопротивление. Заседают в паре километров от своего главного врага. Не успели мы выйти из леса, как в стороне над нашими головами почувствовался легкий всплеск пространственной магии.

— Куда спешите, гости дорогие, мр-р?

На широкой ветке дерева возлежал хорошо известный персонаж: полосатый черно-фиолетовый большой котяра с яркими зелеными глазами.

— Нэко, хшс-с, — прошипела моя спутница.

Я ощутил, что Сидзука сильно напряглась, и мне было не очень понятно ее беспокойство. Я более внимательно вгляделся в ауру аякаси, и обнаружил что-то непонятное, с чем раньше никогда не сталкивался. Кот был словно частью окружающего мира, да еще и владел пространственной магией на очень высоком уровне. Пожалуй, он мог заткнуть за пояс даже Кайю в своей вотчине, что говорило о многом. Волнение Сидзуки передалось и мне, поэтому я выставил покров света на всякий случай.

— Хорошо, что ко мне не приходят дешевые гости. Дорогих обычно удается хорошо продать, — задумчиво сказал полосатый, точа когти о дерево.

— Юто, он очень силен… — Сидзука вышла вперед, прикрывая меня собой.

— Я вижу.

— Нет, ты не видел подобных существ, — заявила мизухэби. — Это великий аякаси, я встречала похожего очень давно.

— Даже так? Поведай же мне, о маленькая змейка, на кого я похож? — спросил кот, умильно улыбаясь. — Ах да, как невежливо с моей стороны. Чеширский кот. Для грубых омаров и переселенцев с юго-севера просто Чешир.

— Приятно познакомиться, мистер Чешир. Амакава Юто и Сидзука, моя лоли, — представился я. — Так кого он тебе напоминает?

— Одного из трех великих аякаси Японии, нано. Нурарихена.

— Погоди, этот смешной старичок из сказок?

— Именно. Я знаю, что он специально создавал образ безобидного аякаси, чтобы кланы к нему не лезли. И живет он не первый век. Я разговаривала с ним однажды. Ходят слухи, что Нурарихен — высшая форма развития дзасики-вараси. Сложно объяснить тому, кто не встречался с ним. Ты ведь заметил, что магический фон Англии отличается от Японии?

— Есть немного, а что?

— Ты помнишь силу Кайи в особняке Ноихары?

— Да. К чему ты клонишь?

— Для Нурарихена, великого духа места, вся Япония является родной землей.

Я с трудом переваривал полученную информацию.

— Он может войти в любой дом и мгновенно сделать его своей территорией, — продолжила Сидзука. — Кайя против него выстоит от силы несколько секунд. Чешир имеет похожие силы… Не точно такие же, но аура роднит его с миром вокруг. Он словно продолжение пространственной складки, ее неотъемлемая часть. Если упростить, то он местный ками.

— О-о…

— Ками всегда себе на уме. Трудно предугадать, что взбредет ему в голову…

— И тем не менее… — произнес Чешир. — Тем — не менее. Это должно быть очевидно каждому здравомыслящему существу. Тем — это тем, а менее — это менее. Так что тем никак не может быть менее. Также верно и то, что не менее равнозначно более…

— Мне кажется, он психически неуравновешен, — тихо сказал Сидзука.

— Тем более… Да, так правильнее. Тем более, вы пришли за орехами? — спросил кот.

— Какими орехами? — подал я голос.

— Обычными. Которые белки грызут. А может и наоборот. Орехи грызут белок.

— Нет. Это грызли белкуют орехи, — высказал я.

— Сэр Солнышко, вы понимаете меня! Как грустно быть единственным нормальным на целом Свете! И как приятно встретить родственную Светлую душу.

Сидзука взглянула на меня округлившимися глазами:

— Юто, не подчиняйся этому миру! Не смотри нэко в глаза!

— Да я просто беседу решил поддержать, — отшутился я, но на всякий случай усилил покров света вокруг своей головы. — Мы ищем Химари, белую кошку. Вы ее случайно не видели?

— Нет. Только специально.

— Так я и думал. Где?

— Сегодня.

— Гм. Когда?

— Потому что мои глаза были открыты.

— Э-э-э, — напряг я извилины. — Зачем?

— Во дворце.

— Отлично! Значит, мы на правильном пути. Мистер Чешир, а что вы думаете насчет ситуации с противостоянием сторон в Хартлэнде?

Котяра широко зевнул, показав ровный ряд острых клыков:

— Я не вмешиваюсь в политику. Скучнейшее и преглупейшее занятие. Когда-то очень давно, возможно позавчера, пытался, но окончилось плачевно… Никто не исполнял мой главный закон.

— И какой же, нано?

— Все жители обязаны пыряться по наве как мюмзики в мове!

— И что, совсем никто не исполнял? — спросил я без особого интереса.

— Совсем никто!

— Сочувствую вам, ками-сама. Наверное, это был тяжелый удар по вашему самолюбию. Кстати, почему в вашем мире солнце не меняет своего положения?

— Вы тянете наше время!

— Э-э, мы пойдем, пожалуй. Приятно было пообщаться.

— Не спешите, не то пропустите свадьбу.

— Чью свадьбу?

— Той, кого вы не можете догнать… — Чешир изобразил жуткую улыбку и истаял в воздухе.

Некоторое время я простоял в ступоре, пытаясь переосмыслить разговор. Молчание нарушила Сидзука:

— Первый раз вижу нэко наркомана.

— Не наркоман, а альтернативно-мыслящий, — улыбнулся я.

Тяжелые думы немного отпустили. Алиса не Алиса, Чешир не Чешир, если меня здесь по голове приложат, то я не в своей постели проснусь, а на небесах. Вроде бы за свою жизнь не грешил, не привлекался. Так что надеюсь на небесах, а не в чистилище.

Дворец выглядел несколько несуразно. Большая часть выкрашена в красные или розовые цвета с белыми вставками, но некоторые участки носили на себе следы неумелой перекраски в коричневый. По архитектурному стилю напоминает нечто арабское: с множеством круглых башенок и минаретов. У парадного входа дежурило несколько картонных цукумогами средней силы, которых за что-то распекал важный бута, прямоходящий свиной е-кай. По-видимому, из родни Герцогини. Однако на данную картину мы почти не обратили внимания, уставившись на крышу: прямо над входными воротами изволил почивать натуральный дракон. Фильм припоминается мне смутно, но вроде бы вполне похож. Темно-зеленая чешуя, грозные золотистые глаза, в длину от головы до кончика хвоста около двадцати метров. Рептилия уступала в размерах озерному Биллю ака Зеленоглоту, но выглядела намного более внушительно. Грациозный изгиб шеи, длинные клыки и когти. Да и аура, с сильным огненным составляющим, подавляла. Навскидку, седмой-восьмой уровень. Я нагло совру, если скажу, что мне не захотелось сразу заиметь его себе в клан. Это ж дракон, Смауга мне в зятья! В нем чувствовалась первозданная звериная ярость и злоба. Эх, знать бы, как Королева его к себе привязала. Бакэнэко ведь тоже по своей природе кровожадные монстры… Там, глядишь, чуть подчинение доработать, усмирить его злобу немного, и будет в нашем клане новый крутой вассал. «Рассекающий небеса Ноихары».

Бармаглот лениво приподнял голову и окинул нас равнодушным взглядом.

— Мистер Бармаглот, я полагаю. Меня зовут Амакава Юто, а это моя лоли, Сидзука.

Дракон покрутил башкой, словно пес, отряхивающийся от воды, и выдал из пасти короткую струю пламени в нашу сторону. Данный жест было сложно расценить, как дружелюбное продвижение диалога, но я не унывал:

— Мистер Бармаглот, мы еще не так близко знакомы, но я восхищен вашей силой и… эффектной внешностью. Как глава шестого великого клана предлагаю вам присоединиться к Амакава. У нас есть змеиные лоли, — приобнял я Сидзуку за плечо.

Рептилия пыхнула черным дымом.

— Понимаю, такие вопросы сходу не решаются. Подумайте.

— Человечишка! Наглости тебе не занимать, — прорычал гигантский е-кай. — Если поступит приказ, я с радостью поджарю твою тушку до черной хрустящей корочки.

— Очень жаль, что конструктивного разговора не вышло…

— Вы кто такие, хрю?! Что вам надо у замка ее величества?! — взвизгнул бута.

— Сколько же из этой туши можно блюд приготовить… — с интересом взглянула мизухэби.

— Что вы себе позволяете?! Стража!

Карточные аякаси с пиками напряглись.

— Тихо! Моя лоли, извинись перед разумным е-кай.

— Ладно, раз Юто просит. Простите меня, бута-сан! — пропела девочка (кстати, изрядно подросшая после зелья увеличения).

— Так уж и быть, — немного подобрела свинья. — Что значит «бута-сан»?

— С японского «благородный боров, рожденный под сенью сакуры в год кабана», — сходу выдала Сидзука.

Аякаси немного приосанился, его пятачок задрался вверх, а четверной подбородок заколыхался:

— Какое у вас дело к Королеве?

— Мы ищем свою подругу, белую кошку, — произнес я.

— Эту безумную кошку?! — выпучил глаза бута и сразу решил. — Хорошо, я проведу вас к ее величеству.

Глава 10

Ворота распахнулись, и мы проследовали вперед. Довольно уютно внутри было когда-то. Также, как и внешняя отделка дворца, внутреннее убранство носило следы многочисленных ремонтных косметических изменений. Половую плитку с красными сердечками в паре залов успели заменить на коричневые землистые квадратики с рисунком, напоминающим розетку или свиной пятак. На стенах выделялись места, где ранее продолжительное время висели картины. Кровавая Королева еще не успела переделать под себя новое место обитания.

В большом зале проходило шумное пиршество. Присутствующие ели как свиньи, что и не удивительно, ведь они ими и являлись. Во главе стола восседала массивная женщина с полуседыми волосами, в пышном темном платье и накидке, с множеством бородавок на лице и острым подбородком. Довольно сильная, хотя в ее ауре были какие-то непонятки. Кроме нее еще трое имели полностью человеческий лик, но догадаться о их происхождении мог бы и обыватель. Всего же в помещении находилось десятка четыре бута. Карточные стражи исполняли роль слуг: подносили новые блюда, убирали пролитое или упавшее на пол. Свиньи вволю потешались над цукумогами.

— Амакава Юто и Сидзука из шестого великого клана Японии! — громко представил нас карточный церемониймейстер.

— Тетя! Ваше величество! К вам пришли чужаки! Говорят, пришли забрать кошку…

— Как это забрать?! — вскрикнула бывшая Герцогиня. Тьфу, что у этого вида аякаси такой визгливый и противный голос? — У нашего Багрового клинка сегодня свадьба! С моим замечательным сыном Пигсоном!

— Верно, маменька, — проговорил боров рядом с широкой рожей, где-то под два центнера весом.

— Что значит вашего клинка?! Какая еще к демонам свадьба?! — взбесился я. Кулаки так и зачесались начистить свиные рыла.

— Повесить его! — заорала правительница.

— Чужестранец! Невежа! Казнить!

Набежала карточная стража, свиньи, какие-то незнакомые звериные аякаси. Дело запахло жареным. Но вилять хвостиком и унижаться перед этой толпой что-то совсем не было желания. Я быстро прикинул возможности для побега. Окна близко, сумеем выбраться. Вот только с Бармаглотом могут возникнуть трудности.

— Багровый клинок Хогвартса! — громко огласил церемониймейстер новое действующее лицо.

— Цукумогами, я же просила не обзывать меня так! — по-японски высказала вошедшая Химари. Сердце радостно екнуло, когда я услышал ее голос. — Ноихара, понимаешь? Не Хогвартс, Но-и-ха-ра!

Судя по всему, карточный глашатай совершенно не въезжал в суть претензий, высказанных на незнакомом языке. Бакэнэко поверх камуфляжной одежды напялила какие-то нелепые доспехи, но на ней даже железная пластина смотрелась великолепно. По сравнению с нами кошка изменилась не так сильно — всего лишь расхаживала в своем промежуточном облике с хвостом и ушками. Химари поводила носом из стороны в сторону, после чего обвела зал взглядом и прикипела ко мне:

— Милорд!

Разделявшее нас расстояние, метров тридцать, бакэнэко проделала за единое мгновение. Попавшиеся ей на пути бута отскочили словно резиновые мячики. Инстинкты заставили напитать собственное тело светом. И не зря. Химари сбила меня и впечатала в колонну, так что по ней поползли трещины.

— Ты меня приду-фишь, — прохрипел я.

— Ни-уе. (простите) Вельми простите милорд. Так обрадовалась, что позабыла о правилах приличия.

Я в свою очередь крепко обнял Химари и погладил по пушистым совершенно белым волосам. Как шерсть у кошки — мягкая и приятная на ощупь. Аллергия и в Подмирье меня достала.

— Нья…

Аякаси вокруг нас замерли, будто не зная как реагировать. Карты глядели на свиней, свиньи смотрели на Королеву, Королева пялилась на нас.

— Химари, подскажи-ка мне, когда это ты успела обручиться с Пигсоном? Меня на свадьбу собиралась звать?

— Нуя-я-я-я?! (что-о-о?!) Какая свадьба, милорд?! Мне сказали, будут сегодня посвящать в рыцари королевства, но я плохо англицкий понимаю, вы же знаете. Бута-матка обещала помочь мне вернуться в наш мир. Я ведь боялась, что не смогу попасть назад и больше не увижу вас…

— Мистер Амакава, да? — подала голос Кровавая Королева. — Приглашаю вас к столу.

Мы с Сидзукой переглянулись:

— Что ж, присоединимся.

Не успели мы сделать и пару шагов, как все места за столом оказались заняты. Свиные аякаси не теряли времени даром — в большой семье, как говорится, особо не похрюкаешь. Пигсон разорался на сородичей, скинул какого-то неудачника со стула и галантно предложил место Химари.

— Так и для милорда со змеюкой надобно…

Бакэнэко вытащила Ясуцуну и положила перед соседним бута, как бы намекая, что тому лучше свалить. На третьего она просто взглянула, приоткрыв ауру. Похоже, Химари уже совсем освоилась у Королевы во дворце. Мы умостили свои тела на широкие мягкие стулья и принялись с большим тщанием инспектировать блюда на столе.

— Попробуйте апельсины, мистер Амакава. Только с грядки, — любезно порекомендовала лакомство хозяйка замка.

Я взял фрукт… или овощ. Синеватого оттенка, продолговатой формы. Сначала Сидзука проверила на яды, потом уже куснул я. Напоминало смесь моркови и яблока. Другие блюда не внушали нам оптимизма — в основном надкусанные или же из совершенно неопределимых компонентов.

— Не зря, значит, решила остаться здесь я. Королева смогла отыскать вас, как и обещала, — сказала Химари.

— Я сильно сомневаюсь, что Королева как-то причастна к тому, что мы нашли тебя. Лучше расскажи мне, чем это ты здесь занималась? О тебе даже до Черно-Шаха кровавые слухи докатились.

Беловолосая девушка уже открыла рот, чтобы ответить, но правительница Хогвартса перебила:

— Мистер Амакава, разговаривать на чужом языке очень невежливо в гостях.

— Простите, ваше величество…

Наступила короткая пауза, которую прервала смачная отрыжка одного из е-кай за столом. Королева продолжила как ни в чем не бывало:

— Но я рада, что вы пришли. Сегодня мой любимый Пигсон вступает во взрослую жизнь. Конечно, на торжествах будет присутствовать вся наша родня. Я печалилась из-за того, что наш замечательный Багровый клинок останется без поддержки знакомых. Как она вас называет? «Вакадоно»?

— Стоп-стоп. Давайте проясним раз и навсегда. Ни о какой свадьбе не может быть и речи. Возникло недопонимание из-за незнания Химари английского.

— Мистер Амакава…

— Химари — моя девушка, — произнес я скупо.

— Нья-я, — прижалась бакэнэко, у которой хватило знаний перевести мои слова.

— Хорошо. Признаю, у нас случались различные… казусы из-за языкового барьера. Я могла неправильно истолковать ее слова, — пошла на попятную аякаси.

— Но мама! — воскликнул Пигсон. — Ты же обещала!

— Заткнись, балда! Так о чем это мы? Мистер Амакава, как вы смотрите на то, чтобы поступить ко мне на службу? Ни Пиковая или Бубновая Дамы, ни тем более Шахматные Королевы не смогут обеспечить вам достойные условия проживания.

Первую мысль сразу отклонить предложение я отбросил, решив немного потянуть время:

— Спасибо, это честь для нас. Мы обсудим данный вопрос и сразу уведомим вас.

— Не стоит долго тянуть время, — поджала губы экс-Герцогиня. — Обязательно испробуйте трюфели в пчелином соусе!

Бута громко чавкали, отплевывались, иногда дрались из-за куска на тарелке. Королева развлекала нас разговорами про быт во дворце, рассказала про своих многочисленных детей и родственников. От нечего делать, я стал сканировать светом сидящих за столом. Если рядовые стражники тянут максимум на второй уровень и опасности не представляют, то некоторым бута и даже нескольким цукумогами карт можно было дать не ниже четвертого. Пигсон и еще парочка е-кай поднялись примерно до 5 баллов из 10. Сама Королева тянула на 7, если бы не странное образование сзади… Похоже, что это источает надетая на ней накидка, которая пахнет как стражники-цукумогами. Ба! Да ее накидка цветом, как и остальные «рубашки» карточных е-кай. Червонная Дама! Эта свинья носит на себе предыдущую Королеву!

Через некоторое время в щебетании хозяйки замка проскользнуло предложение прогуляться по окрестностям, которое я с радостью принял. Кровавая Королева водила нас по старинными коридорам и залам, рассказывая различные истории. Сходили на пасеку, где жили медовые аякаси, чем-то напоминающие привидений. Они строили соты, в которых со временем образовывались пчелы. И потом уже самих насекомых собирали и готовили из них множество блюд. Среди бута настоящий деликатес. После Королева показала поле для крикета и пруд. Сидзука опробовала содержимое водоема на язык:

— Чистая вода, не так загрязнена местным ками. Должно подойти для открытия портала.

— Что это вы снова на своем диком языке горланите? — возмутилась аякаси-узурпатор. — Пойдемте, я покажу вам свой сад.

Пропуская большую часть слов мимо ушей, мы прослушали лекцию о различный цветах и травах, часть из которых были полезны для пищеварения.

— А почему у вас оранжерея заколочена? — спросил я, чтобы хоть что-то сказать.

— Там растут красные розы предыдущей Королевы и прочие мерзкие растения. Мы решили избавиться от всех разом!

Погуляв по округе, мы вернулись в замок, и главная бута повела нас селить в гостевые покои. Напоследок Королева попросила нас не тянуть с ответом и оставила одних. Мы собрались в одной из комнат, чтобы обсудить ситуацию.

— Багровый клинок Хогвартса, как ты докатилась до жизни такой?

— Простите, милорд… Когда я попала сюда, то оказалась в башне с кучей дверей. Только перекинувшись в кошачий облик, смогла выйти из маленькой дверцы. Гремлина, за которым гналась я, сожрал какой-то огромный ину, но моя Ясуцуна быстро его распотрошила. Так что рыбку свою вернула я, — похвасталась бакэнэко, показывая мне кулон. Токмо как назад вернуться, не смогла придумать. Я чутка вас подождала, оставила послание рядом с башней. И пошла искать местных экзорцистов. Но набрела только на аякаси разных мастей. Сначала два пухляка, из речи которых мне было ничего не понятно. Потом, не поверите, милорд, встретила усаги, маусу, бута и цукумогами шляпы, которые пили чай на свежем воздухе.

— Мы тоже с ними виделись.

— Вельми ненормальные аякаси, с такими рис не сваришь. Пошла я дальше, и попала во дворец бута. Мы с Королевой плохо друг друга понимали, но вроде бы она обещала отправить меня обратно. Я стала выполнять разные поручения на пару с огромной огнедышащей рептилией… Джаббервоки зовут его. Но ваш указ о том, что мирных аякаси нельзя трогать, не нарушала. Токмо вязала всех е-кай, что противились власти королевской. Вчера вот одного повязала, вроде как босс партизанов. Его в темницу бросили.

— Кошка! Ты подчинилась Подмирью? — подозрительно осмотрела бакэнэко Сидзука.

— О чем ты? Этот мир мне нравится. Здесь легко дышится. Милорд, нам обязательно возвращаться? Может, погостим подольше?

— Так и знала. Ты прогнулась под ками.

— Отставить ссоры. Гостить мы здесь не будем. Надо придумать план, как незаметно открыть портал в пруду.

— Юто, мы разве не будем вызволять лидера Сопротивления Чаепития? — спросила Сидзука. — Да и Королева мне не понравилась.

— Да… За пару дней успела много мерзости повидать. Рептилия не щадит никого, цукумогами и бута вешают всех, на кого укажет Королева, — мрачно поведала Химари.

— Видишь, Юто? Разве может потомственный экзорцист остаться в стороне? Или, возможно, ты защищаешь только людей, которых терроризируют аякаси? — сузила красные глазки мизухэби.

— Ты права, моя лоли, — вздохнул я. — А я только обрадовался, что эпопея в Подмирье закончилась.

— Милорд, вы тоже в Башне очутились после перехода?

— Нет, мы прыгнули сразу за тобой, но нас выкинуло на далекий остров… — я кратко пересказал наши похождения. Бакэнэко удивилась, как легко мы меняли свои размеры с помощью зелья. — Итак, каков наш план? Химари, есть способ вызволить лидера из тюрьмы? Как его зовут хоть?

— Рональдсон. Казематы строго охраняются. Они готовы к тому, что его попытаются освободить. Чуть что, сразу Бармаглота зовут.

— А дракон пролезет в подвал?

— Нет, но все выходы ведут в большой зал, где он будет ждать нас.

— Ладно. Сначала обсудим все с Сопротивлением Чаепития. Химари, сможешь вывести нас незаметно из замка?

— Сию минуту, милорд.

Слезть из окна по вьющемуся плющу и немного попрыгать не составило для нас труда. Один цукумогами нас заметил, но Химари быстро применила на нем подчинение и приказала забыть нас. Последняя печать из нашего арсенала. Найти Шляпника с Зайцем также оказалось несложно. Они все гоняли чаи, горюя о потере Рональдсона. Минут десять мне пришлось убеждать, что страшная кошка на нашей стороне. С горем пополам мы утрясли все разногласия.

— Как будем спасать лидера? — спросил я. — У меня есть один план, но для этого мне надо наклепать кучу печатей.

— Такие важные вопросы следует обсуждать в кругу сопротивленцев! Идем! — высказал Мартовский Заяц и повел нас по дремучему лесу.

Где-то через полчаса мы вышли к небольшому поселению, заполненному разнообразными экзотическими строениями. Кто-то устроили себе берлогу на дереве, кто-то под землей, были и вполне приличные кирпично-черепичные домики. Мы же подошли к жилищу хоббитов: упитанная землянка с необычной круглой дверью.

— Добро пожаловать в «нору»! — заявил усаги, распахивая дверь. — Чувствуйте себя как дома!

Внутри окзалось на диво уютно и «нормально», с поправкой на уровень технического прогресса в пространственной складке. Я даже обрадовался, увидев типичные предметы обихода. Из глубины дома вышел аякаси-хозяин — кролик белого цвета.

— Дорогая, я привел гостей.

— Марти, ты снова пил?! — с порога накинулась… крольчиха.

— Всего по чашечке… — сконфуженно произнес Заяц.

Помнится, в Алисе был похожий персонаж, правда мужского пола. Хотя тут этих усаги тьма тьмущая. Стоит отметить, что на японском усаги звали как зайцев, так и кроликов.

— И Шляпу с собой опять привел! Нужно действовать, а не чай расписать! Королевство в опасности, Рональдсона схватили, а ты со своими дружками прохлаждаешься. Только мы с детьми и занимаеся агитацией среди жителей! Ой, с вами кошка… — попятилась крольчиха, почуяв ауру Химари.

— Она с Сопротивлением, не беспокойтесь.

— Это отличные вести! Муж, в кои то веки у вас получилось что-то дельное. Проходите на кухню.

Крольчиха, которую звали Бекка, повела нас в соседнюю комнату, где прямо на столе был разложен ворох бумаг — чертежи дворца, списки Сопротивления. КГБ на них нет. Жена-усаги раньше работала у Червонной Дамы, но после смены власти отошла от дел. Как видно, в Сопротивлении Чаепития мозги имели лишь Бекка, да Соня иногда подавал дельные идеи. Подошли еще трое больших усаги, дети Бекки и Марти, отчитались о своей антиправительственной деятельности.

— Итак, мы с сыновьями разработали план проникновения, — перешла к главному крольчиха. — У нас наготовлены три порции зелья уменьшения и увеличения. Итак, двое проникают в подвал через канализационную трубу. Вот здесь на чертеже она идет из подвального помещения, проходит под полем для крикета и выходит в сточную канаву. Рональдсона охраняет стража, придется как-то проскользнуть мимо них в камеру. Третью порцию дают лидеру, после чего все проделывают обратный путь по трубе. Есть замечания?

— Бекка, ты чудо! — просиял Заяц.

— Нет замечаний? Отлично. Главный вопрос — кто пойдет со мной?

— Миссис Бекка, думаю, что лучше отправиться мне с моей лоли, — сказал я без особого энтузиазма. — У нас уже есть опыт путешествия по тоннелям. К тому же вина в пленении Рональдсана лежит на моем вассале.

Некоторое время воинственная крольчиха не желала уступать свое место, но под уговорами усаги Марти сдалась. Я отправил Химари обратно во дворец, чтобы подозрение сходу не пало на нас. Около часа потратил на то, чтобы создать десяток подчинений, в коих я поднаторел в последнее время на крабах. Еще добавил блок для дистанционного точного наведения на цель. Больше печатей было бы неудобно таскать с собой при собственных небольших габаритах. После испития зелья Бекка быстро подогнала мне простой зеленый костюмчик, взятый у одной из кукол ее дочери. Старший усаги-сын распихал нас с Сидзукой по карманам, и попрыгал в сторону замка. Не особо приятное путешествие окончилось в отдалении от необходимой нам канавы. Дальше заяц опасался, что его заметят.

Мы начали свой путь среди гигантских зарослей травы и цветов, размышляя, как мы умудрились вляпать во все это. Взваливать на себя бремя народного освободителя Подмирья не хотелось. Ладно, раз уж Химари вмешалась, следует помочь хотя бы Хартлэнду. А потом по-быстрому валить, пока снова не припахали. Мы наткнулись на выводок каких-то агрессивных аякаси-ежиков, от которых пришлось спешно улепетывать. Не то чтобы мы не могли их покромсать, просто опасались, что магию заметят стражи. Искомую канаву и сточную трубу обнаружили быстро.

Все-таки не удалось мне отвертеться от косплея «Побега из Шоушенка». Сидзука окуталась водным щитом, я же наложил на лицо мощный покров света, который неплохо глушил миазмы канализации. Строго по плану мы добрались до массивной решетки и с трудом протиснулись сквозь прутья. В дальнейшем нам встретилось трое патрульных карт и один свин-дежурный, из-за чего мы лишились пятерых подчинений. Бута оказался слабо восприимчивым к ментальной магии, на него ушло две печати. Аякаси в подвале находилось намного больше, но мы успешно ускользали от их взглядов. Маленький размер не только делает нас визуально менее заметными, но и лучше скрывает магическую ауру. Хорошая штукенция, надо бы домой зелья захватить.

Точное расположение камеры нам подсказала Химари, так что плутать по казематам не пришлось. Используя непривычно огромный Хаганэ, я проделал отверстие снизу двери. Внутри содержался единственный аякаси, с массивной гирей, прикованной к ноге, и в большой клепаной железной маске с единственной щелью у рта. Причем, аура пленника недвусмысленно намекала о принадлежности к свиному племени. Неужто камеру попутали?

— Кто там? — услышал он нашу возню.

— Скажи свое имя, тогда мы ответим.

— Мое имя Рональдсон! Избранный лидер Сопротивления! — важно, несмотря на свое положение, проговорил е-кай.

— Кем вы приходитесь свиной семье?

— Я старший сын Герцогини. Именно я должен остановить кровавые безумства своей матери!

— Мы поняли. Нас прислала Бекка и остальная кроличья братия. Мистер Рональдсон, выпейте зелье, мы вызволим вас.

— Наконец-то!

Бута влил содержимое бутылька себе в прорезь маски, и стал быстро уменьшаться. Резать оковы не понадобилось — он сам легко выбрался. В несколько взмахов двуручным ножом, я смастерил ему подобие тоги, после чего мы направились на выход. Рональдсон беспрекословно следовал нашим указаниям, так что посты охраны мы преодолели без проблем. На удивление. Возле решетки возникла заминка — наш лидер не пролазил, пришлось отпилить один прут с помощью света. К счастью, в это время патрулей рядом не было. Обратный путь по трубе также не составил сложностей. И только мы вдохнули свежий воздух, шагая меж зарослей, как на нас набросилась стая хищных ежей, самый маленький из которых был раз в пять крупнее меня. Бута рассвирипел, применил особенную магию и увеличился в несколько раз. Бедные ежи получали в лоб свиными копытами, мы с Сидзукой также помогали. Вот только наша ожесточенная схватка не осталась незамеченной. Мы припустили по полю, и на одном из пригорков я заметил, как по нашему следу пустили больших собак. В один из моментов позади почувствовался сильный выброс кошачьей ауры, и гончие поотстали. Я бы под усилением еще мог убежать, но Сидзука и Рональдсон не были столь быстры в нынешних условиях. Преследователи догоняли. Возле леса нас ожидал нетерпеливый кролик. Он запихал нас всех троих в сумку и запрыгнул на настоящего гиппогрифа или грифона (не разбираюсь в данных видах магических существ). Резкий рывок, и мы уже в небесах. Офигеть! Это тебе не в удобном кресле самолета сидеть. Ветер трепетал волосы, приходилось крепко держаться, чтобы не вывалиться из сумки.

Наземные силы нас потеряли сразу, однако Королева успела пустить за нами Бармаглота. Дракон быстро сокращал расстояние, увеличиваясь на горизонте. Усаги не нервничал, словно все было спланировано заранее. Кролик достал складную подзорную трубу и принялся бормотать про себя:

— Так, скоро прыгаем… Поправка на ветер… Минус двести двадцать… Косинус сорока пяти… Малыш, благодарю за службу, — похлопал грифона кроль. — Ю-ху-у!

С таким возгласом усаги соскользнул с летающей химеры и сиганул вниз. Ух, полжизни перед глазами пронеслось. Я прижал Сидзуку к себе и окутал светом, поверх которого мизухэби еще и водный барьер выставила. На кролика и свинью мне плевать, но вот свою лоли подставлять под удар не собираюсь. Мы приземлились точнехонько в натянутый меж деревьев тент. Кролик быстро соскочил и запрыгал по лесу в стороны Норы. Вскоре над головами мелькнула тень Бармаглота — дракон упорно преследовал улетающего грифона.

— Этот аякаси орла и льва сможет улететь? — спросила Сидзука.

— Нет, — ответил Рональдсон. — Бармаглот быстрее. Но племя грифонов и весь Хартлэнд будет гордится им! Имена павших членов Сопротивления будут высечены на стелле памяти! Вечный почет и слава!

Через некоторое время мы добрались до штаба, где нас сразу напоили прогорклым зельем увеличения. Рональдсон сходу развил бурную деятельность, созвал множество сопротивленцев. Бута и правда оказался очень харизматичным лидером, за которым народ тянулся. Не шибко умным, но на сто процентов уверенным в правоте дела, за которое борется. И этого для лидера было достаточно. Крольчиха Бекка являлась мозговым центром общества, а дети усаги — связными с другими группами аякаси. Посовещавшись, мы с Сидзукой решили не возвращаться во дворец — слишком уж подозрительно будет выглядеть наша отлучка.

Для следующего этапа плана было все подготовлено — в одном из селений устроят ловушку на охраняющую замок рептилию. Всех детей и женщин выведут из деревни, а оставшиеся добровольцы устроят забастовку против Королевы. Правительница, как это было несколько раз до этого, пошлет разобраться стражников и своего огнедышащего любимца. Осталось согласовать, каким образом одолеть огромного летающего ящера. Сидзука предложила перенести сражение к реке. Тут-то и поджидал меня сюрприз. Аякаси прочили персонально мне роль избавителя от злобного Бармаглота.

— Давным-давно, — начал вещать Шляпник. — Может, в прошлом месяце, а возможно, тысячелетия назад, предсказали появление спасителя, что очистит Хартлэнд от летающей скверны. В пророчестве четко говорилось про храброго человека и большой меч, которым он срубит голову чудищу.

— Что, других людей в Сопротивлении нет? — спросил я.

— Люди — очень редкий вид в Подмирье. На грани вымирания, — пояснил Мартовский Заяц за чашкой чая.

— Мы должны работать вместе, не надейтесь на спасителя, — фыркнул я и спросил в предвкушении артефакта эпического ранга. — Где меч?

— Сейчас принесу из чулана! — спохватился Марти.

Из соседнего помещения что-то забренчало и загрохотало, после появился усаги с длинным серебристым клинком с широкой гардой. Я взял меч в руки. Тяжелый и неудобный, лезвие около метра. Мда, обычная немагическая сталь или даже железо. Насчет баланса вообще без понятия, никогда не фехтовал. Химари собиралась начать меня учить, но все времени не находилось. Такое оружие — не лучший вариант для магии света по сравнению с Хаганэ. Будут потери, да и точность атак снизится. Значит, все-таки придется рубить ему голову, как было в фильме у Бертона? Жаль. Может, это последний представитель своего вида, и мы вот так просто приговорили его к смерти. С другой стороны, Бармаглот отнял жизни множества аякаси, взять к примеру грифонов. Придется мне поработать по своему родовому профилю. На крайний случай Химари поможет — бакэнэко в последние дни отправляли разбираться сообща с драконом.

— Что же, как экзорцист из клана Амакава, я принимаю вызов. Только лучше своим оружием обойдусь. А эту железяку возьму в качестве трофея. Также подготовьте мне побольше зелья уменьшения и увеличения, испробую потом в своем мире.

Больше ничего значимого просить за свои труды в голову не приходило. Рональдсон с остальными принялись убеждать меня, что таким ножиком я ему даже царапину не сделаю. Я предложил им самим разбираться с Бармаглотом, и обсуждение стихло.

Глава 11

Приблизительно через четыре часа мы находились в одной из деревень Хартлэнда и наблюдали за демонстрацией. Сначала аякаси закидали камнями единственного стражника, следящего за порядком, отчего тот смылся. Потом намалевали транспаранты с плакатами и принялись ходить по кругу, скандируя кто во что горазд: начиная от банального «Долой Королеву!» и кончая «Свободу попугаям!» от какого-то птичьего аякаси. Вскоре на горизонте показалась увеличивающаяся точка. По понятным причинам Бармаглот добирался до цели раньше остальных, и обычно не особо вникал в ситуацию. Потом уже подтягивалась стража, собирала останки, вешала выживших. Поэтому необходимо успеть до подхода наземных сил. Химари должна тоже скоро появиться.

Члены Сопротивления подготовили сложную механическую ловушку. Выстрелили из пушки прочной сеткой, когда Бармаглот подлетел ближе. Однако дракон на ходу сжег сетку струей пламени. Мы с Сидзукой устроились на берегу реки возле высокого уступа. Вскоре противник заметил наши раскрытые ауры, и радостно полетел навстречу.

— Значит, это ты виноват, подлый человечишка! — пророкотал дракон. — Готовься к очистительному пламени!

Помня, как мизухэби расправилась с кирином, огненным единорогом, мы рассчитывали, что и дракона она сможет измотать. Вот только вышло не совсем так, как мы ожидали. Сидзука закрутила высокие водные смерчи, отчего иногда просматривалось дно реки и на берег выкидывало косяки рыб. Но Бармаглот на ходу пролетал их, почти не замедляясь. Водный щит еле справился с несущимся на нас сгустком огня. Мизухэби изворачивалась как могла, пытаясь сбить летающую тварь на землю, бросала сосульки, пыталась схватить дракона водными хлыстами, ставила барьер у него на пути. Но ящер просто разбивал их на скорости, особо не теряя силы. Я послал несколько волн света, но из-за расстояния только немного поцарапал. Шкура змея отлично сопротивлялась магии.

Похоже, придется рисковать. И самое паршивое, что второго шанса может и не быть. Мы-то с Сидзукой сможем уйти, но вот простые аякаси не успеют далеко убежать. Когда дракон пошел на очередной заход, я увеличил скорость до максимума и бросился на верхушку выступа, крепко сжимая Хаганэ. Изменить траекторию Бармаглот уже не успевал. Забежав наверх, я высоко подпрыгнул. Край струи опалил мой покров света, резко стало жарко, как в бане. Вот он, момент истины. Шея Бармаглота лежит прямо передо мной. Я замахнулся Хаганэ, намереваясь вложить как можно больше магии в удар… В последнее мгновение мелькнуло нечто белое. Анализировать ситуацию времени не было, но какое-то внутреннее чутье, или, быть может, никуда не пропавшее желание заполучить нового вассала, заставило меня снизить поток магии. Удар Хаганэ пришелся в шею и оставил глубокую царапину, перерезав белый ремешок. Внизу меня мягко подхватила Сидзука, а рядом упал резко уменьшившийся в размерах белый «пречистый ошейник». Почти такой же, как и у меня в кармане. После того, как я его срезал, артефакт стал испускать все меньше магии.

Бармаглот же, сделав крутой вираж, приземлился на сопке, хлопая гигантскими кожистыми крыльями. Злоба ящера немного утихла.

— Человечишка! Я благодарен тебе за то, что смог обрести свободу! Больше никто не смеет отдавать мне приказы!

— М-м-м, мое предложение все еще в силе. Не хочешь ко мне в клан? Я являюсь главой шестого великого клана Японии!

— Кха-кха-кха! Забавный человечек. Я не собираюсь служить кому бы то ни было!

— Это не служба, а… честный контракт, который мы заключим на бумаге. Со справедливой оплатой.

— Пфу-оф, бумага слишком легко горит, нет ей доверия! Бывайте, людишки и хартлендцы.

Бармаглот замахал крыльями, взлетая.

— Ты вернешься к другим драконам? — спросил я. — Может там есть кто согласится пойти в мой клан?

Огромный ящер передумал подниматься и грузно плюхнулся обратно на землю. Голова с широким рядом острых клыков опасно приблизилась к нам, отчего мы с Сидзукой синхронно выставили защиту:

— Как ты меня назвал, человечишка?!

— Э-эм, дракон… Я не очень сведущ в британских аякаси, мог и ошибиться с видом.

— Я… дракон? — полувопросительно произнес Бармаглот.

— Вы сами не в курсе?

— Ошейник на меня надел человек, как только я вылупился из яйца!

— Видимо, тот безумный старик из ЛАМИ, у которого якобы украли ошейник, — заметила мизухэби.

— Никогда не видел в Подмирье кого-либо, похожего на меня. Значит, вам известно, где могут быть другие драконы? — рыкнул ящер.

— Мы давно не контактируем с вашим видом. Возможно, они ушли в другие пространственные складки или как-то научились жить скрытно, — выдвинул я пару теорий.

— Прощайте.

Аякаси в несколько мощных взмахов поднялся в воздух и направился прочь от деревни, в противоположную сторону от дворца. Вот и освобождай драконов после этого. Ни гор сокровищ, которые ящер копил сотни лет, ни прекрасной принцессы, которую он охранял. Натуральная свинья, даром что дракон.

— Стража идет! Валите их! — тем временем послышались громкие крики из другой части села.

С нашей помощью и печатями подчинения удалось избежать погибших со стороны Сопротивления. Из стражи же на мелкие клочки изорвали две карты, и одну свинью заколол Соня каким-то образом.

— Этот день войдет в историю нашего родного Хартлэнда! — поднялся на телегу Рональдсон. — Сегодня мы одержали большую победу! Следует закрепить успех, пока Кровавая Королева не прознала о предательстве своего главного козыря. Бармаглот больше не служит деспоту! Слава сэру Амакава и змее Сидзуке! — довольно четко выговорил непривычное японское имя лидер.

— Ур-ра!!! — раздались восторженные крики.

Я прям почувствовал гордость от сделанного.

— Сейчас — наиболее благоприятный момент для решающей битвы! Королева не знает, что часть ее войск разбита. Мы сможем застать их врасплох!

— Да-а-а!!! Покажем им!!!

— Дамы и господа, я знаю, ваша ненависть не знает границ, но прошу вас по возможности пощадить мою семью. Они всего лишь повинуются приказам моей матери.

— Да-а, не дело это, обычная стража ни в чем не виновата… — раздались разговоры.

Удивительно, как умело бута управлял настроением толпы.

— И кто же будет следующим правителем? — с ехидцей поинтересовалась Сидзука.

— Напрасно вы зубоскалите, госпожа змея. Я не гонюсь за властью, только о простых жителях радею. Я хочу вернуть доброе имя всем свинам Хартлэнда! Придется потратить много усилий, чтобы повернуть моих сородичей на путь истинный. Отправьте гонцов в штаб и в ближайшие города! Сопротивление объявляет большой сбор в Дремучем лесу!

Сидзука принялась за лечение раненых с обеих сторон. На карточных цукумогами живительные способности мизухэби действовали хуже, но все же работали. В дальнейшем я поучаствовал в допросе схваченных стражников, с помощью подчинения быстро вызнавая особенности обороны и маршруты патрулей. Все-таки не зря ментальную магию предки применяли с помощью печатей. Вживую требовалась большая концентрация, по неясной причине возрастал расход энергии, да и находиться долгое время вблизи жертвы можно только, когда она надежно обездвижена. В штабной Норе вместе с Беккой и Соней продумали стратегию грядущего штурма. Даже без Бармаглота Королева с окружением представляла грозную силу. Предложение о тихом налете отклонили — наше войско слишком медленное и неорганизованное. Плюс в бой рвались все семь оставшихся в королевстве грифонов, которых в схватке с Бармаглотом не применяли из-за неэффективности. Оставшееся время я без устали клепал амулеты света.

Операция пошла вкривь и вкось с самого начала. Долго ждали подкрепления из одного из городов, так что ополчение успело проголодаться. О снабжении командование не позаботилось. Продвижение к замку из Дремучего леса мог не заметить только слепой. Грифоны рванули первыми, пикируя на стражников в отрыве от основной группы, так что троих из них сходу вывели из строя. Далее уже мы налетели. Одной из частей армии Королевы являлись злобные вымуштрованные и неразумные собачьи ину, похожие на бульдога, только размером с теленка. Не слабее четвертого уровня. А учитывая, что большинство в нашем отряде составляли аякаси примерно второго уровня, справиться с противником сопротивленцы могли только командной работой. Чего, к сожалению, не наблюдалось. Без нас с Сидзукой наступление наверняка провалилось, несмотря на то, что кроличья семейка давала жару, вкупе с Шляпником и Рональдсоном. Безумный цукумогами орудовал гигантскими ножницами, особо эффективными против карт и бросал иглы. Свин же словно увеличился в размерах, своими копытами пробивая головы или применяя несильную земляную магию. Соню было не видно в пылу сражения, но вроде бы он где-то бегал. Особо неприятными противниками оказались медовые сгустки, которые выращивали пчел. Необычные аякаси охватывали голову и перекрывали доступ воздуха. Мизухэби устроила несколько водных торнадо, сметая набегающих бульдогов и медовиков. Наконец один не шибко умный или слишком отважный (что в большинстве случаев можно считать синонимом) грифон на полной скорости втаранился в центральные ворота замка, пробив солидную брешь.

— Сопротивление! К тронному залу! Все вместе! — раздался кабаний рык Рональдсона.

Я же пачками бросал печати в разные стороны. Сильно пожалел, что не успел опробовать «множественное подчинение». Ментальные амулеты в хаосе магии работали из рук вон плохо, да и на аякаси уже среднего ранга почти не действовали. Лишь немного дезориентировали. А вот ошеломление пошло на ура, только с разгаром сражения я его не использовал, поскольку мог легко задеть бойцов Сопротивления. Которые, кстати говоря, сразу разбрелись в боковые проходы, не услышав в пылу схватки или проигнорировав приказ лидера.

Через некоторое время мы пробились сквозь все выставленные заслоны и попадающиеся ловушки, коих в древнем замке водилось немало. Хорошо, что с нами было несколько е-кай, знакомых с планировкой дворца. Рональдсон первый распахнул двери в тронный зал и героически ворвался внутрь. Потом уже и мы забежали немаленькой группой. В большом помещении, как и предполагалось, нас ожидала Кровавая Королева вместе с ближайшими приспешниками.

— Пора покончить с этим, мама! — твердо произнес наш предводитель.

— Дернетесь, и она труп, — гадко усмехнулась правительница.

— Химари! — пораженно воскликнул я.

Бакэнэко безвольно сидела привязанной к стулу, опустив голову. Проклятье, неужели кто-то успел доложить о нас? Но как она умудрилась застать врасплох Багрового клинка Ноихары?

— Отпусти ее! — крикнул я, и сам почувствовал, как банально звучат мои слова, слышанные в сотнях фильмов.

— Что такое, мистер Амакава? Переживаешь за жизнь своей подруги? Полагал, я не догадаюсь, кто стоит за исчезновением Бармаглота? Надо было раньше думать, прежде чем помогать сборищу никчемных идиотов. Кроме моего Рональдсона, — обратила взор на своего отпрыска женщина. — Знаешь, я даже горжусь тобой, сын, что ты смог так далеко зайти.

Королева встала с трона, подошла к связанной пленнице и театральным жестом приставила кинжал к шее:

— Как удачно, что в нашей сокровищнице хранился особый кошачий газ. Правда, он предназначался для другого наглого кота, который любил совать нос в королевские дела. Наконец появился шанс применить его с пользой. Чертова кошка даже мяукнуть не успела!

— Чего ты хочешь?! — спросил я зло.

— Мой сын отзывает войска, чужаки с кошкой возвращаются в свой мир.

Рональдсон обернулся ко мне:

— Простите, сэр Амакава, но мы не можем отступить. Не сейчас, когда мы понесли столько потерь. Вперед! Во славу Хартлэнда!

Толпа аякаси двинулась на противника.

— Стойте! — крикнул я.

— Глупцы! — бросила правительница. — Убить их!

Кровавая Королева стала заносить кинжал, чтобы нанести решающий удар по беззащитной Химари. Время замедлилось. Это я вбухал в тело прорву света. Однако преодолеть разделяющее нас расстояние не успевал. Остается лишь бросить Хаганэ вперед в надежде, что это отвлечет Королеву. Мой нож засветился нестерпимо ярким светом от вложенной энергии. Простой клинок бы уже расплавился, но мой верный Хаганэ держал магию. Одновременно с этим я увидел Соню, который смог незаметно подобраться близко к бута. Высокий прыжок мышиного императора, взмах маленькой шпаги, и руку Королевы озарила алая кровь. Небольшой заминки хватило с лихвой, чтобы я размахнулся и метнул Хаганэ вперед. Нож моментом преодолел весь тронный зал. Но еще быстрее была накидка Герцогини, которая встала щитом на пути оружия и приняла на себя весь удар. Королева отшвырнула Соню магической волной и скинула ставшую бесполезной накидку, которая перекинулась в истекающую кровью Червонную Даму.

Противоборствующие стороны схлестнулись. Свиная Королева раздулась в размерах вдвое, практически утратив человеческие черты. Не теряя времени, я на остатках резерва рванул вперед и выкрал Химари вместе со стулом. После чего вернулся к Сидзуке, которая прикрыла нас водным щитом. Ох, откат после насилования тела светом был весьма болезненным, особенно в правой руке, которой я метал Хаганэ. Огромная бута топнула ногой. По полу покатились высокие волны, которые смели зазевавшихся. Замок вздрогнул, с потолка что-то посыпалось.

Рональдсон напирал на мать. Хоть младший бута и был слабее, численное преимущество оставалось на нашей стороне. К нему на помощь подоспели Шляпник и Соня. Сидзука через несколько минут смогла привести Химари в чувство. Бакэнэко находилась в ярости и, несмотря на некоторую слабость, полезла вперед, что решило исход схватки. Фиолетовые сгустки летали во все стороны, ломая колонны и окна, отправляя обороняющихся в долгий полет. Вскоре Королева выдохлась и обессиленно опустилась на пол тронного зала:

— Добей меня, предатель!

— Что бы ты не натворила, ты все еще моя мать, — проговорил бута.

— Мы не сможем вечно следить за ней, — яростно выкрикнул подошедший Мартовский Заяц. — Кровавая Королева должна заплатить за свои злодеяния!

— Постойте.

Я подошел, достал из кармана белый пречистый ошейник и пристроил на шее поверженной Герцогини. Артефакт немного изменил размеры, подстроился под ауру и захлопнулся.

— Подай свою магию, Рональдсон.

Бута повиновался, и от него направился небольшой энергетический посыл, содержащий стихию земли и плоти.

— Теперь она в твоей власти.

— Благодарю, сэр Амакава. Моя мать больше не доставит проблем, я прослежу за этим.

Я направился за своим Хаганэ и заметил, что Червонная Дама подает признаки жизни. Сразу позвал Сидзуку, которая взялась за лечение карточной цукумогами. Да уж, даже весь мой свет не смог свалить ее. Но Хаганэ все равно хорош. По-моему, после моей выходки стал немного сильнее как аякаси, да и выглядел не таким потрепанным. Я ведь испытывал отнюдь не слабые эмоции, когда Химари находилась в опасности. Поначалу удивился тому, что смог так точно метнуть нож, однако осмотр оружия показал, что я умудрился инстинктивно внедрить свет для управления полетом. Такие же блоки только недавно делал в бумажных печатях. Оглядевшись, заметил, что тронный зал больше напоминал место боевых действий — повсюду валялся мусор, тела, виднелись следы крови, несколько колонн развалили, в полу образовались рытвины. По-моему, мы смогли перещеголять Бертона по части жестокости.

Червонная Дама очухалась быстро, и сразу начала выдавать приказания. По просьбе Рональдсона всех свинов помиловала, но повелела отослать их в дальнюю часть Хартлэнда, а его назначила ответственным. Крольчиха Бекка радостная носилась, выполняя приказы своей любимой Королевы. Сидзука выкладывалась на полную, помогая раненым, чем я планировал беззастенчиво воспользоваться и обобрать Хартлэнд до нитки. Интересно, какие еще вещички скрывает местная сокровищница?

После того, как мы отдохнули и восстановили силы, нас позвали на прием к Червонной Даме. В одном из уцелевших залов дворца проходило награждение отличившихся. Сама карточная цукумогами сменила гардероб на пышное белое платье в красное сердечко. Аякаси имела человеческий лик с красной кожей и широким лицом, по форме напоминающим сердце, а также бело-синие волосы в цветовой гамме рубашек карт. Нас троих вызвали первыми:

— Чужаки! Вы смогли втереться в доверие к кровавой узурпаторше, добыть ценные сведения, освободить народ от гнета Бармаглота и помогли свергнуть Герцогиню. Поэтому, ГОЛОВУ С ПЛЕЧ! — прокричала Королева.

Мы недоуменно переглянулись. Крольчиха рванула куда-то в соседнее помещение, после чего принесла нам три больших, с ладонь, красных ордена Головусплеч I степени (в форме сердечка, естественно).

— «BadCat» Химари, также известная как Багровый Клинок. Тебя мы награждаем набором платьев из моей личной коллекции. Не должно прятать красоту под мешковатой зеленой одеждой. А также, прими амулет для определения ядов в воздухе или пище.

— Спасибо, — поблагодарила бакэнэко на английском.

— Сидзука из змеиного племени, которую мои люди успели прозвать Водяной Лекарь. За спасение жителей Хартлэнда и их Королевы дарую тебе великий артефакт Подмирья — амулет для поиска воды в засушливых землях!

— Благодарю, ваше величество, — произнесла мизухэби.

Пожалуй, только мы с Химари знали ее достаточно хорошо, чтобы понять, что она не слишком довольна подарком. Вроде бы Сидзука и так может легко находить воду.

— Наконец, сэр Юто Амакава из шестого великого клана Японии, принадлежащий к роду экзорцистов, что охотятся на злобных магических существ. Хартлэнд в неоплатном долгу перед тобой. Прими же скромные подарки от нашего народа и меня лично.

Несколько аякаси стали выносить презенты, а я уже мысленно потирал руки. Но по мере осмотра, энтузиазм мой уменьшался. Список наград был следующий:

— длинный меч, который мне дал Марти ранее,

— роскошные украшенные позолотой и серебром ножны под мой Хаганэ,

— сумка с десятком склянок зелий увеличения и уменьшения,

— несколько вычурных нелепых костюмов на придворную тематику вместе с белыми париками,

— золотой слиток примерно на 5 кг,

И самое вкусное:

— массивные рыцарские латы, которые весили в совокупности кило двадцать.

Разумеется, последнее никак не сочетается с моей скоростной манерой ведения боя. Вот от мифриловой кольчужки я бы не отказался. Но чего нет, того нет. Сначала хотел доспехи оставить, но внутренний хомяк победил. Повешу в прихожей дома. Выглядят латы настоящим произведением искусства, да и будет что рассказать гостям и детям. Пораскинув мозгами, вынужден был признать, что местные магические существа не применяли каких-либо мощных артефактов, да и в техническом плане Подмирье не могло ничем похвастать. Брать с Хартлэнда по сути нечего. А золото… Я вежливо попросил еще один слиток, красочно описав наш вклад в победу. Принесли еще пять килограмм. По виду Королевы можно было сказать, что если я заикнусь о еще хотя бы куске хлеба, то название наших орденов приведут в незамедлительное исполнение.

По окончании церемонии, я обратился с короткой речью к собравшимся, в которой живописал шикарные условия в нашем клане и предложил вступить. Безумный Шляпник отказался, ссылаясь на то, что в его ателье по пошиву одежды и шляп работы на полгода вперед расписано. Остальные аякаси также решили отклонить мое приглашение. Как я понял, они считали данную складку своей настоящей родиной, и не желали уходить отсюда. Похоже, об этом и говорила Сидзука. Подмирье подчиняет себе аякаси и людей.

Перекусив, мы стали собираться. Латы вызвалась тащить Химари, я же взял остальной скарб. Пускай вассалов заполучить не удалось, уходили мы не с пустыми руками. Из-за занятости провожать нас никто не вышел, кроме нескольких стражников. До королевского пруда было рукой подать. Сидзука вошла в воду, и я полюбопытствовал:

— Что ты собираешься делать? Можешь меня научить?

— Я сомневаюсь, что свет можно использовать для прокола пространства. Лучшие стихии для порталов — пространственная магия, воздух и вода, нано. Я собираюсь прорвать ткань складки и найти ближайший доступный путь. Скорее всего, это будет то же самое дерево, потому что его мы использовали недавно, и проложить дорогу будет легче.

— Ясно. Не буду отвлекать.

Мизухэби словно аккумулировала водную энергию в одном месте, и спустя несколько минут над прудом рядом с берегом нарисовался сине-голубой круг перехода.

— Химари, ты первая, — мотнул я головой, однако бакэнэко не пошевелилась. — Химари?

— Милорд, неохота мне уходить.

— Так и знала! Ты подпала под влияние ками! — едко подметила Сидзука.

— Уже покидаете нас? — поинтересовался возникший из ниоткуда полосатый котяра, о котором как раз и шла речь.

— Да. Навоевались, мистер Чешир. Только Химари упрямится.

— Так может ей лучше здесь остаться?

Я начал раздражаться:

— Это все магия Подмирья. Без нее она бы не раздумывала.

— Если бы не магия света, что сидит глубоко внутри нее, то ответ был бы очевиден.

— Это разные вещи!

— Так ли? — ухмыльнулся безумной улыбкой чеширский кот.

Аякаси переместился на плечо Химари, обернув свой хвост вокруг ее шеи.

— Так! Мне стоит расценивать ваши действия как враждебные? — напрягся я.

— Исключительно миролюбивые, — мурлыкнул Чешир и принялся наговаривать на японском(и когда успел изучить?) прямо на ухо бакэнэко. — Останься в Подмирье. Здесь все свои, твои друзья. Магия внутри тебя со временем сойдет на нет, испарится. Ты станешь по-настоящему свободной только в Подмирье. Свободной и счастливой.

— Но тогда меня настигнет кошачье кровавое безумие, — возразила Химари.

— И что в этом плохого? Именно такой тебя сотворила природа, — улыбнулся кошак. — Не стоит себя калечить ради непонятных целей. Останься с нами. Червонная Королева с радостью возьмет тебя на службу. Прими свою истинную суть, кошка, которая забирает жизни.

Химари застыла. Ни я, ни бакэнэко совершенно не обратили внимание на тускло мерцающий амулет, недавно подаренный Королевой.

— Долго вы еще болтать будете? — возмутилась Сидзука, удерживающая открытый переход.

— Химари, прыгай в портал. Это приказ главы клана, — сказал я твердо.

— Да, милорд.

Длинный прыжок, и силуэт бакэнэко исчез в белой вспышке.

— Чего ты добивался, Чешир?

— Иногда мне становится скучно. Но ты хотя бы освободил Бармаглота, мистер Солнышко. Может, из него получится что-нибудь интересное.

— Каким образом мы можем снова попасть в Подмирье? — спросила Сидзука.

— Никак. То, что вы здесь очутились — всего лишь случайность, статистическая закономерность. Я откликнулся на мольбы бедного малыша, который убегал от охотников, и дал ему шанс скрыться в моем мире. Кто ж знал, что у вас хватит отваги последовать за ним.

— Это ты про гремлина что ли? Он помер в зубах какой-то псины, как только выбрался из Башни, — сказал я.

— Несущественные мелочи. Шанс-то я ему дал.

— Ладно, пора и нам честь знать.

— Ей лучше будет в Подмирье, мистер Солнышко. Обязательно не думай об этом, — после сказанного Чешир бесследно пропал. Вот заладил свое «mister Sunny», так и хочется уши ему накрутить.

Я вдохнул теплый прогретый воздух, напоенный ароматами трав, и в последний раз огляделся вокруг. Хорошее место в целом, если исключить слишком назойливого ками.

— Юто, долго еще? — недовольно буркнула мизухэби.

— Иду-иду…

Тут мой взгляд ухватил какое-то странное красное мерцающее сияние невдалеке. Предыдущая Королева водила нас по этим местам, но никакого мистического мерцания мы не видели.

— Юто?

— Сейчас, я одним глазком гляну.

— Да ты издеваешься, нано!

Я сбросил поклажу на землю и побежал к красному свету, а в голове уже сложилось безумное предположение, которое было слишком хорошим, чтобы быть правдой. Преодолев королевский огород и медовую пасеку, я добрался до заколоченной оранжереи. Волной света на ходу разбил стекло, сделав большой проход. Внутри виднелись засохшие кусты роз, увядший мак и другие неизвестные мне виды красных цветов.

— Юто, если мы сейчас не пройдем портал, придется искать новый подходящий водоем! — донесся до меня крик Сидзуки.

— Потерпи, моя лоли!

Оранжерея озарялась красивым багровым светом, который исходил от необычных цветов, росших в большой клумбе. Devil's Eye или чертоглаз. По форме напоминало простую ромашку, лепестки оранжевого цвета, а сердцевина алого. Как следовало из справочника «Самые-самые редкие ингредиенты для зелий», просмотренного у миссис Флетчер, чертоглаз издает яркое багровое свечение. Происходит это при условии, если рядом пролилась чья-то кровь. Учитывая недавнюю бойню, не удивительно, что весь чертоглаз зацвел.

Вот он, мой большой куш! Думаю, Королева не сильно обидится, если я соберу урожай. А обидится, то и черт с ней. За мешком бежать нет времени. Я сбросил куртку, оставшись в простой майке, и принялся быстро вырывать растения и складировать в одежду.

— Юто! Я больше не удержу!

На секунду я застопорился, оглядев фронт работ. Несколько цветков успел собрать, чего для зелья хватит с лихвой. Что за подстава? Неужели придется бросить такое сокровище? Ведь за один цветок дают по миллиону фунтов. Ну уж нет! Пусть нам еще неделю придется плутать, чтобы найти необходимый пруд, но чертоглаз я бросить не могу! Использовав ускорение света по максимуму, я достаточно быстро расчистил клумбу, завязал куртку узлом и бросился к порталу. Провожающие нас стражи чуть ли не в носу ковырялись и не обратили внимания на мою отлучку. Сидзука же готова была разорвать меня на части. На противоположном берегу пруда я заметил старика в вычурных белых одеяниях, который внимательно следил за нами. Времени расспрашивать незнакомца не было, но я успел разглядеть его длинную бороду, почти до земли, увитую золотистыми колокольчиками, похожими на карманные часы. Подхватив вещи, я нырнул в портал.

Глава 12

Змеюка подлая, предупредить ведь можно было?! Переход оказался заполнен водой, дышать под которой я пока не научился. Когда уже кислород начал заканчиваться, и я мысленно прощался со своими близкими, меня выбросило на открытый воздух. Я закашлялся, а подоспевшая Химари помогла мне встать.

— Спасибо.

Я кое-как отряхнулся от потоков воды и проверил, не пострадал ли мой мерцающий букет. Только потом уже осмотрелся. Мы находились на все той же площадке возле Великого древа Гоблевилля, вокруг которой был размещен знакомый тсучимикадовский барьер. Один из подходов был обвален, в стороне валялись бессознательные тела гоблинов, что-то горело и дымило. Рядом же стояли Куэс, Эмма и Маки, глядевшие на нас круглыми глазами.

— Вы что, все это время тут оборону держали? — удивился я.

— Что значит все время? — первой пришла в себя Куэс. — Вас не было минут сорок. Где вы успели добыть… все это барахло? Что у тебя в тюке светится? Неужели чертоглаз?

— Он самый, — я выпрямился, обдумывая новую информацию.

По грубым прикидкам мы провели в Подмирье три дня. Если в нашем мире прошло всего сорок минут, это… круто. Аякаси времени впечатляет. Так вот что они все твердили, что мы тянем их время! И часы вместе с солнцем на месте стояли! Ладно, подумаю об этом завтра.

— Юто, когда ты успел загореть? — продолжила расспрашивать колдунья. — И… ты что, стал выше ростом?

Из портала выпрыгнула Сидзука, после чего переход схлопнулся. Мизухэби пошатнулась, и я подхватил ее на руки.

— Будешь нести меня всю обратную дорогу, нано, — слабо проговорила подросшая лоли.

— Она и правда полузмея… — пробормотала Уотсон, глядя на хвост Сидзуки.

Девочка с зеленым волосами только сейчас обратила внимание на свою нижнюю конечность. Через секунду по чешуе пошла рябь, хвост разделился на две части и преобразовался в две милые тонкие человеческие ножки.

— Так-то лучше, — с удовлетворением отметила Сидзука.

— Со всеми вопросами потом. Сейчас главное — убраться в безопасное место. Похоже, что вы тут успели подраться с гоблинами.

— Эмма просила никого не убивать, так что с ними все будет в порядке, — недовольно поведала Джингуджи.

— Я понесу мою лоли. Дамы, распределите вещи между собой, пожалуйста.

Эмма радостно вытащила из кучи длинный клинок, спросив не меч ли это Годрика Гриффиндора. Я ответил, что все возможно. Все-таки мы нашли его в Хогвартсе (об этом я умолчал, дабы не возникло кучи ненужных вопросов). Кое-как распределив поклажу, мы спустились на нижние пути и принялись отходить в сторону своей прошлой стоянки. Случилась короткая стычка с хобгоблинами, в ходе которой Куэс сожгла пару деревьев, а Маки установила разделяющий барьер. Видя, что мы уходим, аякаси не стали нас преследовать.

Мы добрались до места и разбили лагерь. Когда все более-менее устаканилось, мне остро захотелось принять нормальный душ, поесть домашней стряпни и банально выспаться в мягкой постели. Поговорив с Сидзукой и Химари, мы решили не рассказывать о чудесах Подмирья, несмотря на то, что проникнуть туда крайне сложно. Лучше уж перестраховаться, а то еще направят туда армию экзорцистов, и косвенная вина за гибель аякаси будет лежать на нас. Хотя сомнительно, чтобы высшие чины в британском министерстве магии не знали о данном феномене. Мы ограничились лишь общим рассказом, что смогли помочь аякаси Подмирья и получили за это награду. Я действительно вытянулся, став выше Химари где-то на семь сантиметров, и даже Куэс мне теперь проигрывала по данному показателю.

Оставаться еще на одну ночь никто не пожелал, плюс съестные припасы подошли к концу, так что мы направились к ближайшему, западному пункту пропуска, куда отводили ранее спасенного Джонатана Ритчера. Уотсон немного расстроилась оттого, что мы не смогли посетить третье поселение Шервуда, в котором обосновались фэйри. В отличие от гоблинов, гномов, троллей или василисков, фэйри представляли собой более разношерстную группу видов аякаси. Но мои моральные силы уже подошли к концу, да и главная цель похода выполнена — чертоглаз аккуратно расфасован в специальные мешочки. Всего около тринадцати десятков цветов. Нет, приключения — это конечно здорово и увлекательно, но и меру надо знать.

Вечером второго августа мы добрались до блок-поста, где сразу же нагло потребовали себе вертолет. Пока машина добиралась до нас, я пытался связаться с Айей и миссис Флетчер. Непростое задание оказалось. Моя мобила села, разумеется, а у местных подходящей зарядки не было. Яблокофилы заполонили эту планету. Номер я наизусть не помнил, конечно же. Кое-как, через Хитсуги раздобыли контакты, несмотря на раннее утро в Японии (она вообще спит?). Пришлось пообещать ей поделиться видео сражения Куэс с чемпионом троллей. К этому времени уже подоспело транспортное средство, так что я отложил сеанс связи. Мы быстро забрали из коттеджа в Эдвинстоу свои вещи, среди которых была и моя зарядка, и полетели в Лондон.

В особняке Маргарет я наконец смыл трудовой пот и переоделся в домашнее. Миссис Флетчер поохала над нашими трофеями из Шервуда и споро наложила особые заклинания на цветы чертоглаза для дольшей сохранности. Химари наконец сбросила тяжелые латы, подаренные мне Королевой. Думается, что она таскала их в качестве искупления. Хоть бакэнэко и извинилась перед нами за свой импульсивный прыжок в неизвестный портал, она все еще чувствовала себя не в своей тарелке.

Связался с Айей и Ротшильдом, попросив британца сразу же вылететь в Лондон для проведения многомиллионных сделок по продаже четоглаза. Все, как он любит.

— Как у вас дела? — поинтересовался я у Айи по телефону.

— В целом все в порядке, Амакава-сама. Покупка системного блока прошла успешно. Устройство опечатано и находится под присмотром Кайи. Мелкие вопросы подождут вашего возвращения. Вы успеете на праздник нэбута?

— Сомневаюсь. Времени впритык. Еще ведь зелье варить надо.

— Принято, Амакава-сама. Клановые аякаси, а также Тсучимикадо-сан, приложили много усилий, чтобы создать фонарную повозку, достойную Амакава.

В обычно безэмоциональном голосе цукумогами конверта мне впервые послышалось сожаление. Не то, чтобы я прям горел желанием посетить фонарное шествие Ноихары, но и расстраивать вассалов также не хотелось. Эх, придется отложить прогулку по Лондону до следующего случая.

— Я постараюсь успеть, но ничего не обещаю.

— Благодарю, Амакава-сама, — послышался вежливый ответ.

Налопавшись супа и чая с сэндвичами, я сразу размяк и заснул в выделенной мне спальне мертвым сном. Утром же специальной курьерской службой пришли недостающие ингредиенты для зелья отторжения, и я смог понаблюдать за процессом варки. В маленькой турке прямо на кухонной плите миссис Флетчер умело смешивала разные составляющие, сверяясь с рецептом и периодически делая непонятные мне пассы магией. Для верности положила два чертоглаза, раз уж у нас был солидный запас. Через час в прозрачном наполовину заполненном стакане покоилась жидкость неприятного зеленого оттенка.

— Давай, Юто. Не бойся, я добавила сахара, — подбодрила Маргарет.

Зелье отторжения и впрям оказалось приторно сладким. Я поспешил прилечь на кушетку и почти сразу почувствовал его действие. Мысли потекли вяло, настроение стало апатичным. Мне даже казалось, будто я гляжу на себя со стороны. Далее колдунья Флетчер приблизилась к моей голове и принялась поглаживать виски, применяя магию. Я отстраненно отметил, как из меня постепенно вылетала туманная черная дымка. Где-то через полчаса процедура завершилась, и мне дали универсальное противоядие.

— Я смогла убрать корень проклятия «поцелуй черной вдовы» и вычистила большинство ростков, — сказал Маргарет. — Мелкая поросль осталась, но думаю, с твоей аурой, самостоятельное восстановление не займет больше месяца.

— Большое спасибо! Вы настоящий мастер! — похвалил я.

— Спасибо, что разрешили мне посмотреть, — искренне поблагодарила Уотсон, оставшаяся в особняке на ночь. — Вы словно профессор Макгонагалл и Снейп в одном флаконе!

— Что вы, дорогуша, мне до уровня сэра Снейпа еще расти и расти. Мисс Джингуджи, мистер Амакава, со скидкой на наше близкое знакомство я возьму за свои услуги всего сто семьдесят тысяч фунтов. Сюда входит также стоимость купленных ингредиентов, варка одной порции зелья средней сложности и наложение антипорчи на магически-активные компоненты.

— Благодарю за помощь. Клан Джингуджи возьмет расходы на себя. Хотя теперь клан Амакава не такой уж и бедный, — бросила на меня взгляд наследница двенадцатых.

— Куэс, не стоит считать деньги в чужом кармане, — ответил я, но губы мои сами сложились в довольной ухмылке.

Мысли о мешочках с чертоглазом приятно грели душу. Да еще немного змеиной шкуры и золота смогли набрать. По предварительным и очень грубым оценкам возможный заработок от продажи составит более ста пятидесяти миллионов долларов. Да уж, цены в магическом сообществе — это вам не хухры-мухры. Этакий клуб миллионеров. Кое-что в экономике я все-таки смыслил, не зря просиживал штаны в универе. Резкое повышение предложения может уронить цену на дно. Тут надо выходить на мировые рынки, а не только британский. Но думаю, мои наивные подсказки только оскорбят такого мэтра, как Альберт Ротшильд.

— Пф-ф, — фыркнула колдунья. — Не забудь про обещанную сотню амулетов.

— Конечно, обязательно сообщу тебе, как только закончу.

В общем, все важные дела в Англии были завершены. Осталось успешно вернуться к себе на родину. Что оказалось очень непростой задачей. Для вывоза холодного оружия и лат требовалась куча разрешений и справок. А ну как мы какой-нибудь музей обчистили. К тому же железки слабо пахли магией Подмирья, и на них еще требовалась грамота от министерства магии. Бог бы с ними, оставили на хранение, Альберт потом забрал. Но вот склянки с магическим зельем мне никто не разрешит провозить без тщательной экспертизы. А я даже Маки с Куэс не сказал для чего оно, хотя им было о-очень любопытно. Вот амулеты обнаружения воды и ядов у нас бы просто проверили в аэропорту и составили описание. Светить перед MI0 полученным зельем крайне не хотелось. Я связался с британскими службами, которые сами жаждали повидаться с нами и получить подробный отчет о наших похождениях в Шервудском скрытом заповеднике. Видимо, успели наслушаться всяких рассказов от Джонатана.

Около одиннадцати нас посетила делегация, которая ранее встречала в Хитроу, в прежнем составе. Маргарет с пришедшей служанкой расстарались, и вынесли гостям множество угощений и фирменный английский чай, куда ж без него. Хитрая пенсионерка, заработавшая за день больше квартальной выручки клана Амакава, наверняка хотела послушать историю про Шервуд, ведь мы сами особо не распространялись, однако же трофеи притащили весьма любопытные и недешевые.

Рассказ получился не таким и долгим, поскольку про Подмирье мы не сказали и слова. MI0 больше всего впечатлились найденными вещами из змеиных желудков и тому, что мы смогли мирно поговорить с самими василисками. Гоблины и тролли считались немногим более адекватными аякаси, но на такой успех британцы явно не рассчитывали. Они смогли идентифицировать пятерых пропавших колдунов, не считая спасенного нами Джонатана Ритчера и вполне комфортно устроившегося в Гоблевилле Грэхема Таннистера. Черт меня за язык дернул упомянуть Чарльза Доджсона, с которым мы пересеклись в Подмирье. Безумный старик оказался 1832 года рождения. Эликсира бессмертия маги пока не придумали (либо не делятся секретом с миром), так что данный факт очень заинтересовал MI0, и наше нежелание сообщать местонахождение бывшего преподавателя математики ЛАМИ их не обрадовало. Я напирал на то, что мы подданные Японской Империи, и допрашивать нас они не имеют права.

В общем, разговор кое-как удалось свернуть, и я сообщил о нашем с Химари и Сидзукой скором отбытии обратно, на что у обычно сдержанных и вежливых британцев в буквальном смысле округлились глаза. Женщина очень экспрессивно выразилась, что мы выяснили только общую информацию. Все мельчайшие детали о жизни аякаси в Шервуде должны быть тщательно законспектированы, и к нам уже выстроилась очередь из британских ученых и некоторых преподавателей ЛАМИ. Я даже растерялся. Не думал, что контактирование и изучение аякаси в Англии — настолько большая проблема. То ли это многовековые стереотипы, то ли мой уникальный иммунитет против истинных аур е-кай, не знаю. Я вежливо перевел стрелки на Куэс, которая была вместе с нами. Но оказалось, это только начало. Другой сотрудник сообщил, что меня желают видеть в министерстве магии для вручения официальной награды за проделанную работу. И задать несколько дополнительных приватных вопросов, касающихся кроме всего прочего намечающегося расследования на тему контрабанды людских товаров гоблинам. А главный из группы огорошил известием, что Елизавета II, королева Великобритании и Северной Ирландии, желает лично со мной встретиться. Род Ритчеров хоть и не особо влиятельный, но достаточно древний и с богатой историей. Королева знакома с дедом Джонатана, который также не прочь отблагодарить нас за спасение своего непутевого внука. Тут я также рекомендовал Джингуджи, поскольку именно она сражалась с троллем и освободила пленника, за что заслужил не особо лестный взгляд от сумеречной луны. Странно, думал, она обрадуется вниманию монаршей особы.

Короче, около часа дня мне все это надоело. Я пообещал составить со своими вассалами более полный отчет о Шервуде и прислать MI0. По возможности посетить Британию при другом удобном случае. Наплел с три короба про то, что праздник нэбута является визитной карточкой клана Амакава и я просто обязан присутствовать. А иначе пригрозил международным скандалом. В полвторого MI0 наконец выдохлись и согласились с моими условиями. Я поинтересовался ускоренной процедурой оформления своего необычного багажа. Около трех, после криков и споров (и даже матов от меня), в знак заслуги перед короной, мне разрешили провезти неучтенные артефакты и зелья непонятного содержания. Для этого MI0 обещали выделить специальный рейс.

Напоследок, я плодотворно пообщался с Эммой Уотсон наедине. Девушка всерьез загорелась идеей создания настоящего агентства по изучению и защите магических созданий, в чем я ее более чем поддерживал. Пусть она не владела магией, но была очень известна, имела кое-какие финансы и связи, и самое главное, неподдельный энтузиазм. Высказал пару мыслей с чего ей начать и в каком направлении двигаться и кратко поделился своими большими планами, которые были пока весьма смутные, но были. Мы тепло распрощались и обещали держать постоянную связь. Современное Агентство Магический Бестий и Аякаси начинало свою деятельность, правда у меня в голове до сих пор САМБА ассоциировалось с армией мобильных боевых аякаси.

Собрав вещи, мы дружной толпой направились в ЛАМИ, откуда с помощью вуднета переместились в Хитроу. В аэропорту я встретился с недавно прилетевшим Ротшильдом, который уже успел где-то откопать себе пару помощников и нескольких телохранителей, и передал ему сумки с чертоглазом, золотыми слитками и шкурой василисков. Сердечко на секунду тревожно затрепетало, когда я отдавал свои сокровища, но все же никому более доверить это дело нельзя. Химари заметила мои сомнения и шарахнула по британцу аурой, заявив, что отыщет хоть с того света, коль обдурить милорда вздумает. Я же решил задобрить и немного повысить мотивацию, обещав один процент со всех продаж. И кнут, и пряник, как говорится. Альберт был доволен, но заявил, что и без дополнительных условий выполняет работу безукоризненно. MI0 немного повозмущались поведением моего вассала, который в людном месте применяет опасную магию. Наконец нас провели через отдельный терминал, и мы стали прощаться с сотрудниками нулевого отдела военной разведки. Тут меня попросили вернуть пречистые ошейники, которые были переданы во временное владение. Ух, как главный разорялся, когда я сказал, что потерял один в Шервуде. Бесценный артефакт англиканской церкви, бла-бла-бла. Заставив выслушать получасовую лекцию, нас отпустили на самолет. Куэс все-таки уговорили остаться еще на день, хоть она и собиралась телепортироваться прямиком в Японию.

Небольшой самолет гражданского типа не имел мест бизнес-класса. Все просто, дешево и практично. Зато кроме нас и какой-то журналистки больше пассажиров не было. После взлета я немного пообщался со стюардессой и нам разрешили посмотреть кабину пилота. Офигеть. Целая туча переключателей, тумблеров, дисплеев и прочей сложной электронно-механической аппаратуры. Сидзуке даже позволили немного посидеть в кресле второго пилота.

Я успел исписать целую тетрадь, подробно конспектируя особенности встреченных аякаси, зелий, артефактов и всего прочего. Переписывать в свой дневник я это конечно не буду… Надо, наверное, Элис и Айю попросить оцифровать мои записи и создать какую-нибудь защищенную картотеку, заодно и отчет для британцев состряпать. Вот и комп как раз привезли, пускай он и цукумогами. Сделал для себя определенный вывод, практически впервые самостоятельно проанализировал информацию. А ведь раньше мне все только разъясняли, да советовали. Когда-то мне поведали про семь основных стихий: огонь, вода, воздух, земля, молния, дерево и плоть. На самом деле разновидностей тьма, просто эти больше всего распространены. Но об одном типе магии, который в Японии не особо часто встречается, умолчали. Это стихия пространства, которой известны целые виды в Англии: эльфы, хобгоблины и некоторые фэйри. Так что я решил внести восьмую стихию в общий список.

В принципе, можно подвести некоторые итоги нашего крестового похода по землям Туманного Альбиона. Несмотря на то, что мы повстречали намного больше аякаси, чем в Кагосаки, ни одного вассала не удалось заполучить в клан. Слишком оптимистично настроен был ранее. Выходит, одна Сидзука из высших аякаси за это время присоединилась, остальные — наследие Амакава. Теоретически еще Акира может быстро развиться. Зато во время путешествия мы смогли заметно обогатиться и обзавелись первым партнером для САМБА. Подмирье — вещь крайне любопытная, вот если бы туда еще постоянный проход наладить… Уже одно то, что там выращивают редкие ингредиенты для зелий, может вызвать интерес крупных игроков. Я прошерстил интернет, однако писателя Льюиса Кэрролла, как и произведений про Алису, не существовало в этом мире. Может, мне самому написать о наших похождениях? Правда для детской книги слишком много жестоких сцен придется вырезать, а взрослым сюжет может показаться простоватым. Мальчик по имени Юто, что попадает в чудесную страну, следуя за белой кошкой. Ладно, писательским талантом меня природа не наградила, так что отложим эту идею в очень дальний ящик.

Химари после Подмирья ходила как в воду опущенная. Сидзука ее осмотрела и сказала, что магия еще не выветрилась из организма, но со временем все придет в норму. Я старался приободрить ее и не касался темы, которую поднял Чешир перед нашим уходом из пространственной складки.

Наш транспорт вылетел в начале шестого вечера и приземлился в Такамии практически в то же время, только уже четвертого августа. Из-за разницы в часовых поясах и двух дозаправках по пути. Встретили нас Шидо с четвертым отделом в лице Кабураги с несколькими сотрудниками. Охотник из Тсучимикадо выглядел несколько помятым и уже одетым в национальное кимоно. А вот правительственные работники набросились на нас прямо в аэропорту, требуя осмотра багажа, а также проверки ввозимого зелья. Ну уж дудки. Это в чужой Британии мне приходилось виться ужом. Здесь же я, если опустить вежливые формулировки, послал их куда подальше. Будут они еще выведывать секреты великого клана. Видя удрученное лицо Кабураги, я обрадовал его переданной пачкой родовых печатей ошеломления и ослепления, которые также успел наклепать в полете. Подчинением, как я понял, Амакава никогда не торговали, и эту традицию нарушать не собирался. Все-таки, несмотря на наши разногласия в прошлом, четвертый отдел делает важное дело и не помочь им будет равносильно тому, что я сам себе создаю проблемы. Клан Амакава слишком малочислен, чтобы мотаться по Такамии и истреблять мелких е-кай. Еще бы они разбирались только со злобными экземплярами, цены бы им не было. Кабураги также сообщил, что поправки к императорскому указу утверждены официально, поэтому я попросил его прислать к нам людей для регистрации оставшихся клановых аякаси.

Дом, милый дом. Успел соскучиться по родному особняку и привязаться. Может, это какая-то местная магия? В доме остались только Кайя, Айя и Элис, ну и Саки еще. Остальные уже были на празднике, главное событие которого начнется всего через полчаса. Мы быстро сгрудили латы, меч и гору подаренных тряпок, зелье же я запихнул в отдел хранения холодильника. Хаганэ я все же стал носить в вычурных ножнах от Червонной Королевы. Пускай подчеркивает мой статус.

— Айя, скажи, почему во дворе такой бардак?

— Это излишки после строительства, Амакава-сама.

— Допустим, с деревянными брусками я еще согласен, но что там делает бандура, похожая на корабельное орудие?!

— Лейтенант Гунсо хотел построить самую мощную боевую повозку, но я смогла отговорить его от этой затеи. Боеприпасы я спрятала подальше от дома.

— Час от часу не легче, — вздохнул я.

— Да уж, твой аякаси совсем загонял нас, — пожаловался Шидо.

Вышла Химари в обалденной бежевой юкате с синими цветами, которую я еще не видел. Похоже, успела обновить гардероб до поездки вместе с Лизлет, Кайей и Акирой.

— Потрясающе выглядишь! — похвалил я.

— Благодарю, милорд.

— Кстати, Кайя, а для меня найдется что-нибудь? На такой праздник лучше идти в национальном костюме.

Дзасики-вараси быстро отыскала одно из кимоно деда зеленого цвета и кое-как привела в порядок. Немного длиннее чем следует, но для данного типа одежды не критично. Из бонусов — удобные внутренние кармашки для печатей и артефактов. Сидзука быстро сообразила себе красивый наряд в тему, и также не осталась без комплиментов.

Конечно мы опоздали, однако шествие длится полтора часа — пока повозки с черепашьей скоростью преодолеют протянувшуюся на несколько километров Ноихару. Центром празднества было подножие холма, на котором разместился единственный синтоисткий храм города. Путь наверх усыпали классические палатки и шатры с закусками: лапша, такояки, жареный осьминог. Был даже тир с призами и соревнование по ловле рыбок. На последний у Химари глаза поблескивали, но бакэнэко старалась вести себя сдержанно из-за постоянного внимания простого люда. Местные жители все как один уважительно приветствовали меня, даже если я с ними не был знаком. Быстро слухи по деревням расползаются.

Мы встретили всех наших: Гинко, Лизлет, Мурабито, Нобу, Акиру, Гунсо, Кагецуки. Некоторые разгуливали в гостевых юкатах, не успев приобрести себе что-нибудь стоящее. Аякаси чашки и раньше не страдала от недостатка внимания с мужской стороны, но сейчас, с элегантной прической и в красивой юкате, можно сказать, разила окружающих наповал. Хотя стоит признать, что некоторые девушки провожали нашего Мурабито в его необычном наряде весьма заинтересованными взглядами. И пара из двух цукумогами выходила на загляденье. Аякаси действительно наслаждались праздником. Возможно, впервые они имели возможность выйти на люди, не скрывая свою ауру и не отводя магией взоры прохожих. Дед Генноске подобного не жаловал, запрещая своим вассалам появляться на массовых мероприятиях.

Больше всего я удивился пришедшим Масаки с Кузаки и смутно знакомой мне девочкой помладше, которых позвала Айя, как оказалось. Подруга детства мигом заметила изменения:

— Юто! Ты загорел! И… какие-то высокие сандалии… Нет… Неужто успел так вытянуться за то время, что мы не виделись?!

— Привет, Ринко, рад тебя видеть. Юката тебе очень идет. А это… Хару, кажется?

— Да! Рада познакомится с тобой, братик Юто. Мой бесполезный брат много о тебе рассказывал. Он все грозится пробудить свою темную магию, превзойти тебя и отобрать гарем! Хорошо, что сестренка Ринко смогла немного выбить с него дурь.

— Сдался вам этот гарем. А мы были в Англии по делам, — похвастался я. — Но успели немного позагорать на море.

Правда, море то было розового цвета и находилось в пространственной складке, но такие подробности оглашать ни к чему.

— Круто! — вставила жизнерадостная Хару Масаки. — А фотки есть?

— М-м-м, да, кое-что снимали, правда не на море.

— Покажи, братик Юто! Ты был в Лондоне?

— Скажи еще с королевой встречался, — фыркнул Тайзо, до сих пор уязвленный тем фактом, что я лично знаком с императором Японии.

— Да, Елизавета II хотела с нами встретиться, но мы уже опаздывали на фестиваль. По Лондону погулять не удалось… — я полистал фотки на своем смартфоне и наткнулся на картинку, которую мне скинула Маки. — Вот, смотрите.

— Э-это что за чудище?! — воскликнула Ринко, пораженная видом патриарха василисков, нависающего над нами. Тайзо также проникся, зная о существовании сверхъестественных зверей.

— Вау! Немного похож на василиска из Гарри Поттера, — быстро догадалась Хару. — Только ведь в фильмах применяли компьютерную графику, а здесь будто живая кукла. Неужели и такую изготовили для фильмов? Вы были в съемочном павильоне? В этом году ведь Дары смерти должны выйти, если я не ошибаюсь.

— Хару, а ты любишь истории про волшебников, — улыбнулась Ринко, отчего младшая Масаки смутилась:

— И ничего такого… До Тайзо с его одержимостью мне далеко.

— Мы действительно побывали на съемках фильма, видели мельком, — высказала Маки.

— Ага, на Тисовой улице у нас были кое-какие дела, — выдал я. — Потом еще с актерами пообщались: Эммой Уотсон, Дениэлом Рэдклиффом и… Рупертом Гринтом. Обменялись автографами.

— Что?! Ты разговаривал с МОЕЙ Гермионой?! — почти прорычал Масаки.

Ринко отвесила другу смачную затрещину:

— Балда! Гермиона — не твоя. Она — общемировое достояние.

— Эмма не любит, когда к ней обращаются по имени персонажа.

— Уже «Эмма»?! Юто, ты, конечно, мой друг, но иногда мне очень хочется тебя придушить.

— Хах, держи себя в руках. Рядом с тобой две очаровательные девушки, обратил бы на них свое внимание.

Забавно. Мне подумалось, что мы не так уж отличаемся от трио из Хогвартса: «правильная» отличница, раздолбай и избранный. Наверное, это универсальный набор, который присутствует в большинстве таких историй. Однако мои бывшие одноклассники не владели магией, поэтому втягивать их в колдовской мир я не имею права. Да и, если честно, они мне мало чем могут быть полезны. Ха! Если мне не изменяет память, Гермиона замутила с неудачником Роном в конце. Неужто и у пары Ринко/Тайзо есть будущее? Неисповедимы пути любовные.

— Ринко, Хару, мы идем тратить деньги! — решительно потащил парень сестру и одноклассницу по палаткам.

— Минут через пятнадцать будет проезжать колонна, не пропустите, — заметил Шидо им вдогонку.

Я хотел было отцепиться от толпы и пройтись вдвоем с Химари в романтической обстановке, но мои планы нарушило появление большой процессии официальных лиц Ноихары в сопровождении местной прессы и небольшой журналисткой группы из Такамии. Мэра города звали Кайоши Сидзуки — сухонький улыбчивый старичок, который хорошо знал моего деда. Единственный мэр Ноихары со времени ее основания, переизбиравшийся уже на третий четырехлетний срок. Меня он тепло приветствовал и произнес небольшую речь перед журналистами. Про то, что праздник нэбута выступает в качестве дани памяти несравненному Генноске Амакава. Про вклад моего деда в развитие и становление города, помощь социальным проектам, особо подчеркнув ноихарскую школу. Рассказал, что внук также продолжает дело предков в плане благотворительности и подумывает об открытии и спонсировании сиротского приюта на базе старой школы. Хоть такое внимание мне не особо нравилось, я понимал, что рано или поздно необходимо привыкать к прицелам телекамер. Со своей стороны, я коротко поблагодарил мэра и пообещал помогать процветанию города по мере сил и возможностей.

Далее, уже в более неформальной обстановке, Кайоши познакомил меня с несколькими людьми из администрации города и пришедшими на праздник влиятельными фермерами и бизнесменами. А потом уже на улице рядом показались первые повозки. Солнце давно успело скрыться за горизонтом, а уличное освещение центральной улицы выключили до конца праздника. Так что горящие огни передвижных конструкций выглядели впечатляюще. Конечно, не Син-Аомори, где нэбута праздновали с огромным размахом, но и так вполне зрелищно. Разноцветные картины демонов и древних воинов освещались изнутри яркими лампами — прошло то время, когда использовались свечи или факелы.

Глава 13

Гинко оками с довольным лицом стояла подле своего Хозяина в толпе из жителей Ноихары, скопившихся по краям дороги, и наблюдала за шествием. Все прошло более чем успешно, и советы подруг сильно помогли сблизиться с обожаемым Хозяином. Вот только оками немного беспокоило тщательно скрываемое расстройство на лице Шидо-сама. Но что с этим делать, волчица не имела ни малейшего представления. У людей ведь все так сложно. К тому же Хозяин из чужой стаи, он Тсучимикадо, а не Амакава.

Оками удивленно распахнула глаза, разглядев третью повозку. На постаменте восседал огромный волк с серым окрасом. Причем он выглядел не устрашающе, как это принято, а наоборот добродушно улыбался. Да еще сбоку значилась большая надпись «Гинко». Гинко переглянулась с таким же озадаченным Шидо.

— Дядя Шидо! — раздался девчоночий окрик. — Наконец я вас нашла!

Через толпу к парочке настырно пробивалась маленькая девочка.

— Азуми, да? — Шидо узнал спасенную в лесу. — Как твое здоровье?

— Все хорошо, дядя Шидо! Смотрите, правда классная повозка получилась? Это моя старшая сестра постаралась, она президент театрального кружка в школе. Я попросила ее сделать большую Гинко к празднику, и они согласились! А она не с вами?

Хозяин-сама бросил быстрый взгляд на свою спутницу.

— Ой, ваша жена такая красивая… — уставилась на среброволосую девушку Азуми.

— Гинко не моя жена, просто… знакомая, — сдержанно произнес охотник.

— Ее зовут также, как и вашу волчицу? — удивилась девочка.

— Ах, какой миленький детеныш, — с этими словами Гинко бросилась к Азуми и принялась беззастенчиво тискать, обрадованная комплиментом. Чего девочка долго не смогла выдерживать и сбежала к родителям.

Кайоши-сан объяснил мне, что большая волчица сделана от школы в знак благодарности за спасение заблудившейся девочки. А я-то уж столько всего передумал. Начиная с того, что Гинко, как самая сильная из оставшихся аякаси смогла заставить остальных лепить фигуру себя любимой. И заканчивая тем, что в Ноихаре появился новый культ имени оками. Вскоре выплыло творение моих вассалов. Что тут сказать? Повозка на фоне других поделок смотрелась настоящим мастодонтом. В ширину с три полосы для движения. Думаю, что и высота была бы метров десять, если бы не ограничение из-за висящих проводов. На повозке были нарисованы все наши аякаси в устрашающей, но одновременно и забавной стилистике. Большая белая кошка, серый волк, змея голубого цвета, печальный журавль, озаренный желтым светом самурай в японских доспехах, по-видимому, символизирующий экзорциста Амакава, веселые призраки — дзасики вараси, более мелкие предметы с большими ртами и смешными глазами: конверт, роутер, каска, две чашки, дверная ручка. Похоже, что мои вассалы вволю повеселились, работая над повозкой. Каска была изображена с открытым в гневном крике ртом и брызжущей слюной. Над ручкой вились буковки «Z», что обозначало сон. Кошка выгнула спину, потягиваясь. Чашки имели озабоченное выражение лиц, поскольку из них выплескивался чай. Волк несся с торчащим из пасти языком набок. Единственным серьезным изображением был самурай. В целом фестиваль мне понравился. Напоминало урезанную версию карнавала. Кстати, ведь самба — это танец, как раз связанный с пестрыми бразильскими шествиями. Правда, оценить иронию мог лишь я один, поскольку никто из вассалов не владел русским.

— Амакава-сан, прокомментируете как-то вашу повозку? — совершенно неожиданно журналистка из Такамии обратилась ко мне, и оператор также развернул телекамеру.

— Э-э-э, мои сотрудники хорошо постарались. Я надеюсь, что праздник нэбута также успешно пройдет и в следующем году. Думаю, что подобные мероприятия отлично сближают между собой всех жителей Ноихары…

— Безусловно! Мы уже начали планировать бюджет на следующий год, — пришел мне на помощь Кайоши-сан. — И уверяю, никто из зрителей не будет разочарован…

Мэр разливался соловьем на камеру, рассказывая про город, словно про всемирно известный туристический и агропромышленный центр. Я же отправился на поиски Химари, которая не решилась составить мне компанию наряду с высокими чинами Ноихары. Случайно в толпе заметил девочку-блондинку в милом кимоно, от которой слабо пахло е-кай. Спустя секунду незнакомка исчезла из поля зрения. Мне это почему-то очень не понравилось. Чуть подумав, я набрал номер Хитсуги:

— Юто, развлекаешься, ку-хи-хи?

— Есть такое, извини, что не пригласил.

— Не переживай. Я все видела в прямом эфире, ку-хи. Значит, ты уже успел столько вассалов набрать, судя по изображениям на твоей колеснице?

— Ничего от тебя не скроешь. Слушай, ты случайно не знаешь такого аякаси — девочка с золотистыми волосами и…

— И золотыми глазами? — закончила за меня глава девятого клана, став сразу серьезно. — С вероятностью в 90 % это Тамамо но Маэ, девятихвостая кицунэ.

— Вот ксо!

— Прости, Юто. Мы с Кагамимори смогли частично оценить ее путь и подозревали, что она направится в префектуру Мияги.

— Почему же кланы бездействовали?!

— Тсучимикадо вынудили остальных подождать.

— Чего, пока она дойдет до нас? Первый клан так хочет, чтобы бакэнэко и кицуне сцепились друг с другом?

Разговаривая по телефону, я направлялся на поиски своих вассалов, Химари в том числе. Если Тамамо набросится в таком людном месте, то может быть много пострадавших. Хорошо, что защитные артефакты Тсучимикадо при мне, да и Шидо с Маки наверняка помогут.

— Если бы ты интересовался историей своего клана, то понял бы, откуда холодное отношение. Амакава-доно, как глава девятого клана я предлагаю свои услуги в организации поимки и устранения высокоранговых е-кай, находящихся на вашей территории. У нас есть некоторое влияние на великие кланы, за исключением Тсучимикадо.

— Думаешь, мы сами не справимся?

— По моим прогнозам вы сможете одержать верх в прямом столкновении, однако имеется высокая вероятность гибели от одного до трех вассалов. Плюс аурные особенности Тамамо но Маэ могут повлиять на безумие Багрового клинка.

— Что ты хочешь?

— Это… ничего сверхъестественного. Больше личная просьба. Помочь двум близким мне людям. Ку-хи-хи… — послышался грустный смешок от Якоин.

— Хорошо, я согласен. Не медли, Хитсуги.

Наконец, я разыскал аякаси и Шидо с Маки и предупредил о возможной опасности. Гинко сразу же направилась вынюхивать в толпе, пытаясь разыскать кицунэ. Мы следовали за ней, опасаясь разделяться. Все-таки, Тамамо — аякаси-каннибал, который набирает силу, поглощая других е-кай. А значит, мои вассалы даже в большей опасности, чем люди вокруг. Оками нашла остатки лисьей ауры, но сама кицунэ уже покинула место празднества. Я быстро попрощался с мэром и прочими лицами, и мы дружной толпой направились обратно в особняк. Было не слишком приятно шагать, каждую секунду ожидая нападения, однако Тамамо но Маэ или Шутен Доджи так и не показались. Дома же, под неусыпной защитой Кайи мы почувствовали себя более защищенными. Аякаси воспрянули духом и даже немного обсудили фонарное шествие. Кабураги принял к сведению информацию о кицунэ с они, но честно признался мне по телефону, что тут четвертый отдел нам только мешать будет. Да еще Сидзука обмолвилась, что у нее есть знакомые духи неподалеку, которые могут стать пищей для Тамамо. Плюс лесной совет аякаси близ Такамии из низкоранговых е-кай.

— Почему ты раньше молчала?

— Я же знаю тебя. Обязательно в клан потащишь, нано. А им и так неплохо живется.

— Пф-ф, то, что я иногда упоминаю про захват мира не значит, что я какой-то темный злодей. Захватывать мир можно и мирными, плавными и вежливыми способами. И что же ты от меня хочешь? Мы не можем отправить кого-то на их защиту. Ты можешь связаться с аякаси?

— С Зенджу-сама могу по телефону, если Элис найдет мне контакты Ямагато Зао онсэн. Чтобы добраться до совета духов, понадобится время.

— А я была в Ямагато онсэне однажды, — вставила Лизлет. — Познакомилась там с сестренкой Кофую.

— Ты знаешь юки-онну? — удивилась мизухэби.

— Немного.

— Хорошо, нано. Тогда свяжись с ними, я быстро оповещу Такамию. Никуда не выходите, пока я не вернусь, — принялась распоряжаться Сидзука.

— Конечно, куда мы без тебя.

Водная аякаси хмыкнула на мои слова и распалась водопадом прямо в гостиной.

— Юки-онна, ледяная аякаси, как я понимаю?

— Совершенно верно. Особенно сильны в зимний период. Могут от скуки заморозить случайного путника насмерть, — пояснила мне Маки.

— Сестренка Кофую не такая! — вскинулась аякаси чашки, на что охотница пожала плечами, что-то записывая в свой блокнот.

— Что за Ямагато онсэн? — спросил я Лизлет.

— Горнолыжный курорт в горах Оу, господин. Сейчас не сезон, но уже с октября благодаря Кофую там можно кататься на лыжах. Также есть горячие источники.

— Надо бы съездить отдохнуть как-нибудь, — задумчиво произнес я. — Лиз-тян, возьмешь переговоры на себя, раз уж знакома с тамошними аякаси. Меня могут не послушать.

— Слушаюсь, господин!

— И что, аякаси спокойно живут на курорте рядом с людьми? Не боишься, что Маки и Шидо доложат куда следует?

— Ой, — пискнула блондинка.

— Можете не переживать, Челси-сан, — сказал Тсучимикадо. — Ямагато онсэном владеет охотник из нашего клана, который сейчас на пенсии. Правда, я думал, что он сотрудничает только с юки-онной для поддержания бизнеса. Про других аякаси не слышал.

— Так разве кто-то упоминал других аякаси? — спросил я.

Шидо усмехнулся.

— Маки-сан?

— Мы обязаны сообщить… — неуверенно произнесла охотница.

— Я думаю, можно опустить некоторые детали в отчете, — сказал Шидо своей напарнице.

— Хорошо. Раз уж выходец из нашего клана присматривает там за порядком, — вздохнула девушка.

— Хозяин-сама! — благодарно прижалась оками к охотнику.

— Айя, Кагецуки, мы с вами займемся одной вещью, которую я долго откладывал. Маки, если будет желание, твоя помощь тоже не помешает. Остальные — бдите! Если ни у кого больше нет дельных идей?

Неожиданно Кайя исчезла, но вернулась буквально секунд через десять, сразу отчитываясь:

— Амакава-сама, воздушный дух Тако, что рыскал по округе, решился влететь на мою территорию. Он был чем-то напуган. Пропустить?

— Конечно! Следи в оба, кицунэ может находиться поблизости.

— Пусть только сунется, все хвосты ей повыкручиваю, — расхрабрилась дзасики-вараси.

До поздней ночи мы не смыкали глаз, ожидая нападения демонов. Но оно так и не последовало. Все-таки даже у почти великой е-кай будет мало шансов в противостоянии с Химари и Кайей на родной территории. Ну и про себя любимого забывать не стоит. Я бы себе уже дал шестой уровень, но на короткое время могу сравниться даже с Химари. Выносливости и резерва только не хватает. Про Шидо с Маки у меня не было точной информации, примерно пятый уровень. Конечно, нельзя забывать, что уровни — чисто условная величина, и при должной подготовке и везении, либо особых умениях, даже слабый ранг может упокоить высшего духа или сильного экзорциста.

Проснулся я вполне невредимым и не из-за чьего-то вмешательства, а просто потому, что выспался. Прошлым днем Лизлет связалась с онсэном, предупредив об опасности, но Кофую с Зенджу решили держать оборону у себя. К тому же лисица крутилась именно в Ноихаре, и пока нападений на е-кай в других районах не осуществляла. Еще до выхода из комнаты я заметил какое-то оживление в коридоре в плане аур. И действительно, снаружи развалилось несколько здоровых кошаков с двумя хвостами. Сразу почувствовал активизацию аллергии, но намного слабее, чем было раньше. Подошедшая Химари покаялась, что от моего лица разрешила пришедшим знакомым духам немного переждать в нашем особняке. Ну, нэкомата не цутигумо, так что я особых проблем не видел. Только попросил выделить им отдельные помещения, да разъяснить правила поведения, что Химари обещала взять на себя. Другие вассалы приняли новых постояльцев вполне нормально. Это к бакэнэко было скверное отношение из-за их черной ауры, но двухвостые кошки Ноихары обладали вполне себе обычной аурой, похожей на Гинко или Кагецуки. Большинство взрослых особей были первого уровня, примерно пятая часть второго, ну и вожак — матерый нэкомата навскидку четвертого уровня. Куклачев бы удавился от зависти.

Кошки были только первыми ласточками из-за своей хорошей способности чувствовать кицунэ, своих главных природных врагов, издалека. На территории особняка обосновался Тосигами с несколькими знакомыми призраками и привидениями. Вскоре и коробокуру прознали о надвигающейся опасности. Хоть Кайя и утверждала, что мелкий народец девятихвостой все равно, что муравьи, беженцы непрестанно прибывали. Пришлось разрешить им поселиться рядом с особняком в зоне дзасики-вараси, чтобы мы успели прийти на помощь в случае чего. Аякаси валили толпами, и я почувствовал себя смотрителем зоопарка или мифическим Ноем. За тем исключением, что не собирал каждой твари по паре, а давал приют всем тварям. Я испытывал гордость, ведь именно мое хорошее отношение и мои постоянные обещания взять в клан способных особей породили ответную положительную реакцию. Химари сказала, что, если бы кицунэ начала резать всех вокруг при деде Гене, к нему бы никто в здравом уме не побежал прятаться.

Удивительно, но кицунэ к нам пожаловала, правда совсем не та, кого мы ждали. Это был маленький лисенок с едва развитой аурой, в котором Химари узнала одного из помета виденных нами семейства обычных лис. Ноихара действительно особенное место, где возможно появление многих видов аякаси. Остальные лисы были простым зверьем, и не чуяли угрозы от бегающей по округе Тамамо. Еще больше удивилась Гинко, когда на окраину территории Кайи пришла маленькая стая из шести волков. Оказалось, они мигрировали в наши места недавно — после того, как избавились от инугами и цутигумо. Более-менее разумным был только их вожак, но подпустил он к себе одну Гинко. Что меня огорчило — собаки и волки мне всегда нравились. Оками жались к пространственному барьеру дзасики-вараси, но внутрь соваться не стали. Разумность звериных аякаси была относительной: они понимали человеческую речь, некоторые даже могли говорить, однако по большей части напоминали диких туземцев. Гинко на фоне них смотрелась прямо-таки Эйнштейном, могла и чай заварить, и мобильником пользоваться, и телевизор включить, и даже мясо пожарить (не все современные люди столько умеют).

Не прошло и часа, как коробокуру пришли к нам, а Кайя уже начала жаловаться, что они мусорят, ломают и жгут деревья. Однако Химари достаточно быстро уладила разногласия, мне даже вмешиваться не пришлось. Поглядел я на быт отечественных гномов. Что тут скажешь? Не так давно я подумывал найти им дело. Надеялся, что они дойдут до уровня развития Гоблевилля или хотя бы Дупло-тауна, но нет. Жестокие, безответственные, ленивые, гадкие. Коробокуру не умели работать в команде, они вообще работать не умели. Поэтому мне решительно не приходило в голову, как их можно использовать хотя бы с минимальной пользой. Разве что выставить вокруг заслоном, чтобы знать о нападении заранее.

К обеду привезли заказанный мной цветной принтер с картриджами. Элис мгновенно подключила его к общей сети. Чуть позже я распечатал два десятка экземпляров отредактированного документа, который мы кропотливо составили сообща с конвертом и журавлем. Пригодилось-таки образование! В первую очередь я торопился из-за новых возможных вассалов, которых, похоже, снова не предвидится. Сидзука сообщила духам Такамии нерадостную весть о кицунэ, однако никто пока не желал идти к Амакава. Ну да ладно. Испытаем черновой вариант на своих для начала.

— Что это, Юто-сама? — понюхала свежеотпечатанный текст Гинко.

— Ты читать не умеешь?

— Умею, но тут столько слов мудреных…

— Кому еще непонятен смысл написанного?

— Мне! — сказал Акира.

Мурабито хмыкнул, держа листок в вытянутое руке.

Химари виновато подняла руку, и я ей ободряюще улыбнулся:

— Ничего страшного. Как говорится, плох не сам факт незнания, а нежелание познавать новое. Мы составили документ на основе стандартного трудового договора в Японии. С некоторыми изменениями. Вначале расписаны общие положения, права и обязанности работника и работодателя, далее идет пункт оплата труда работника. Кланом или организацией вам будет выплачиваться ежемесячная зарплата, в соответствии с выслугой лет и личными умениями. Тут, пожалуй, Кайя вне конкуренции с ее стажем работы. Однако мы предусмотрели понижающий коэффициент для условно бессмертных аякаси. Так что у Химари будет лишь немногим меньше. Всем, кроме дзасики-вараси полагается месяц отпуска в год, а также один выходной в неделю, за исключением особых случаев. Как сейчас, например. С охраной труда… возникли некоторые сложности, поэтому данный пункт мы опустили. Страхование… Бесплатное лечение у работников клана, то есть Сидзуки. Если вы заведете, хм, семью или наследников, в случае вашей смерти при исполнении указанным лицам будет выплачиваться пенсия. За разглашение клановых секретов, раскрытие Тайны, нападение без веского повода на людей или аякаси полагаются штрафные санкции вплоть до исключения из клана. Взамен же сотрудникам Амакава разрешается жить в людском обществе и пользоваться всеми благами, используя особые метки от четвертого отдела общественной безопасности. Хм, если вкратце, то все, — я еще раз пробежался по пунктам. — Вам надо расписаться в трех экземплярах. Оклад будет обсуждаться индивидуально с каждым работником, — припомнил я правила больших компаний. — Еще надо будет зарплатные карты вам заказать. Обратите внимание на пункт, гласящий, что работодатель имеет право задерживать заработную плату в случае экстренного расхода средств.

Я оглядел собравшихся. В помещении стояла гробовая тишина. Маки хмурилась и что-то чиркала на бумаге, а Шидо нервно посмеивался. Элис первой принесла подписанные экземпляры:

— Один остается у тебя.

— Да, администратор.

— Ну и напридумывали вы тут, — подошла Сидзука. — Я ведь имею право уволиться в любое время?

— Если подыщешь кандидатуру себе на замену и всему обучишь. То есть квалифицированного лекаря не ниже пятого уровня.

Мизухэби скептически выгнула бровь.

— Конечно можешь, моя лоли, — сдался я.

— Мороженое за счет фирмы.

— Конечно, моя лоли, — покорно повторил я.

— Хорошо, где подписать?

— Здесь… и здесь…

— Учитесь и запоминайте, — с превосходством бросила Сидзука остальным.

Свою подпись поставили все вассалы клана, вернее, теперь наемные работники. За исключением Саки. Даже Ди-ниджу подтвердил музыкой свое согласие. Отлично. Первый шаг по планам САМБА выполнен.

Мы напряглись, почувствовав магические отголоски близкого сражения. Вскоре Кайя рапортовала, что трое е-кай вторглись на ее территорию. Мы подозревали, кто это может быть. Ранее Нобу каким-то образом опросил своего знакомого из Кагосаки. Воздушный змей Тако сообщил, что в последние дни рядом с особняком ошивалась компания из сильного воздушного, земляного и еще одного среднего духа, в коих мы без труда распознали хиноэнму Агеху, земляного Дайда-как-то-там и Саса, одноногого кузнеца. Лично мне был больше всего интересен последний в плане возможной прибыли и обеспечения артефактами. Также Тако сообщил, что его чуть не выловил воздушный демон они.

Я, Химари, Сидзука, Гинко, Кайя и Маки с Шидо выбежали наружу по направлению к вторженцам. Довольно быстро мы с ними встретились. Непрошенные гости нервничали и оборачивались назад, где смутно чувствовалась грозная аура. Однако кицунэ с они благоразумно не стали заходить на территорию дзасики-вараси. Агеха выглядела помятой, ее одежда была разорвана в нескольких местах.

— Кровососка поганая! — плюнула Химари.

— Да пошла ты! — выругалась хиноэнма.

— Я тебе все клыки обломаю!

— Коготки не попорти!

— Тише-тише. Мы с вами взрослые люди и аякаси. Сейчас на нас охотится сильный враг, так что разумнее объединиться на время, как считаете?

— Держишь нас за доверчивых идиотов? — буркнула Агеха.

— При пожаре или другом катаклизме хищные звери могут спасаться сообща с травоядными. Нам тоже не с руки сражаться с вами. Возможно, кицунэ только и ждет этого.

— Допустим… — хмуро сказала нарушительница.

Сама Агеха в моем видении не была ангелочком. Хоть ее аура и не выказывала 100 % злобы или безумия, я почти уверен, что при встрече с охотником, пощады тому не будет. Даже Сидзука при нашем знакомстве была более лояльна к экзорцистам и людям. И при другой ситуации скорее всего сражения бы не удалось избежать.

— Заключим временное перемирие, хиноэнма Агеха?

Воздушная е-кай еще раз оглянулась назад, после чего скупо кивнула.

— Я не слышу?

— Да! Да, чертов охотник!

— Пока вы в гостях, извольте следовать правилам. На других аякаси или людей не нападать ни при каких условиях, даже если они начнут первые. Вы согласны с этим?

— Да!

— Остальные?

— Да, — пророкотал земляной гигант.

— Да, — пискнула девочка в белом кимоно с челкой, закрывающей правую сторону лица.

— Отлично. Эй, Тамамо! — крикнул я в заросли. — Выходи, поговорим, как цивилизованные существа. У меня есть, что тебе предложить! — немного подождал для приличия. — Ну как хочешь. Идем в дом, нечего девятихвостой тут уши греть.

Сказать по правде, если бы не предупреждение Якоин, то я бы попробовал вступить в открытый бой с Тамамо. Однако терять вассалов или подставлять Химари я совсем не жаждал. Только в самом крайнем случае. До этого все встретившиеся мне аякаси по сути не были сильнее бакэнэко, с которой я провел множество тренировочных спаррингов. Поэтому в сражениях с ними не испытывал того давления, которое сейчас опустилось тяжелым грузом на плечи. Кицунэ сильнее Химари, и мне было немного страшно. Тут ведь количеством не всегда задавишь. К примеру, бакэнэко всего одна, но у целой стаи нэкомата против нее нет ни единого шанса.

— Они ушли, — произнес высокий мужчина в костюме.

— Я знаю, — отстраненно заметила девочка с золотыми волосами.

— Что дальше, Тама-сан? Стравить их с хиноэнмой не удалось.

— Тсч. Я недооценила этого молокососа. Мы слишком слабы. Надо ждать, пока они разделятся.

— И что же ты зациклилась на охотнике Амакава? Да, не зыркай на меня так. Я знаю, что, поглотив его ауру, ты восстановишь свои прежние силы, но есть ведь и более надежные способы.

— Какие? Носиться по лесам за всякой мелюзгой? Не смеши меня. Я хочу стать сильной! Прямо сейчас. Проклятые людишки поплатятся!

— Нам надо набрать хотя бы нескольких последователей, тебе не стоит есть всех подряд.

— Я приму твои слова к сведению, Шутен.

— Что будем делать? Помнишь последнего каппу, которого я допросил?

— Да. На вкус ужасен.

— Он упоминал, что на одном курорте неподалеку могут прятаться несколько сильных е-кай.

— Нет. Эту глушь мы можем посетить в любое время. Пока охотник закрылся в своей норе, мы должны нанести удар туда, куда он не ждет.

— М?

— В Такамии ведь кроме жалкого четвертого отдела сейчас нет экзорцистов, — хищно усмехнулась кицунэ.

Напряжение, витавшее в воздухе, можно было потрогать руками и даже использовать в качестве кресла. Серьезно. Воздушные и фиолетовые завихрения, которые вроде бы нечаянно запускали Химари с Агехой друг в друга, сталкивались в помещении. Кайя же или Сидзука ограничивали сгустки барьером, который можно было потрогать на ощупь. Как дети малые, ей ками. Когда же я с хиноэнмой встречался взглядом, та непроизвольно облизывалась и громко сглатывала, как бы напоминая мне о прошлой нашей не особо приятной встрече. Лиз с Мурабито наготовили чаю, Кайя телепортировала закуски гостям. Я же распечатал еще три экземпляра трудового договора с небольшим дополнением, которое также успел подготовить в честь возможного прихода новых вассалов. Вот и пригодилось!

— Гости дорогие, как вам чай?

— Спасибо, братик Амакава, очень вкусно, — похвалила Саса. Или похвалил… короче, похвалило Саса.

— Я рад. Итак, прошу ознакомиться с рабочим договором в нашем клане. Вы ведь ни на кого не работаете?

Аякаси переглянулись.

— Ты что, думаешь, мы будем служить поганому экзорцисту?! — проговорила Агеха.

— Хм-м. Как насчет 200 миллилитров моей крови в месяц?

Некоторое время спустя хиноэнма сказала:

— Я согласна.

— Сестренка Агеха! — возмутился Саса. — Мы о таком не договаривались!

— Отвянь! Я вас с собой не тащу.

— Сестренка! Мы найдем тебе другого донора! Подумай.

— Саса-кун, позволь даме самой решать, что делать. Вашим талантам в клане мы также найдем применение. Однако, прежде чем считаться полноправными членами организации, вы должны пройти испытательный месячный срок. К кузнецу и земляному е-кай особых претензий нет, но вот хиноэнма должна умерить свою злобу и исключить любые, я подчеркиваю, любые нападения на людей, экзорцистов или мирных аякаси. Агеха-сан, вы справитесь?

— Я… сначала кровь!

— Юто, ты уверен? — спросила осторожничающая Сидзука.

— Да. Если хиноэнму не удастся склонить к светлой стороне — эта также будет очень показательный результат. Значит, в следующий раз подобных кандидатов мы рассматривать не будем.

— Ваши эксперименты становятся все опаснее, Амакава-доно, — заметила Маки. — Не будет ли вас мучить совесть, если из-за нее погибнет невинный?

Я так понял, что данный вопрос интересует ее, как официального посланника Тсучимикадо, так что надо и ответ дать серьезный.

— Конечно, будет, Маки-сан. Я прекрасно помню старушку, которая скончалась из-за нашей битвы в парке с молниевым аякаси, я помню и одиннадцать тел в пещерах йорогумо. Часть умерло до того, как я принял бразды правления, но часть я мог бы успеть спасти, если бы был расторопней. Я даже помню Азуми, которую чуть не загрызли ину, о которых мне сообщали ранее.

— Благодарю, Амакава-доно.

Пока мы болтали с Маки, Агеха переместилась на пол рядом с моим креслом, преданно глядя в район моей шеи. Мда, никакого специального медицинского оборудования у нас в доме нет. Что-то не хочется себя резать. Больно все-таки.

— Я слышал, что у вампиров есть способность анестезии при укусе.

— Да! Ты ничего не почувствуешь! — обрадовалась хиноэнма.

— Тогда кусай, — оголил я правую руку.

Агеха соврала. Боль я почувствовал, но на краткий миг. А вот чего я не учел, так это того, что отмерить, сколько крови забрала кровососка весьма проблематично. Я действительно ничего не чувствовал.

— Хватит!

Я попытался отклонить голову хиноэнмы, но так вцепилась в руку мертвой хваткой, да еще и недовольно порыкивала. Тут уж я разозлился и шибанул мощной волной света ей по лицу. Агеху откинуло на пол. Химари мгновенно оказалась рядом, приставив Ясуцуну к ее шее. Что хиноэнму, в общем-то не особо смущало. Глаза воздушного духа затуманились, по лицу бродила блаженная улыбка. В ауре же, несмотря на заметный прилив сил, словно воцарился покой. Наркоманка чертова.

— Будем считать это авансом на два месяца вперед, — строго сказал я.

Сидзука за минуту залечила две аккуратные ранки на руке, успев молча укоризненным взглядом пропесочить меня на тему необдуманных поступков.

Пока Агеха ловила приход, я опросил двух других аякаси и тщательно записал все особенности в дневник. Саса и Дайдаработтчи решили последовать за своей предводительницей, несмотря на ее неадекватность к моей персоне. Я был настроен позитивно. Впервые со времен Сидзуки в клане появился высший аякаси с неплохими боевыми способностями. Это я про земляного Дая, которого все называли по сокращенному имени. Агеха тянула аж на восьмерку после кормления, но через некоторое время должна вернуться обратно к седьмому или даже шестому. Для эволюции хиноэнме требовалась более внушительная трапеза. Но на воздушного духа я пока решил не полагаться ввиду ее помешанности и злобности. Будет жаль, если Дая и Сасу придется выгонять вслед за кровопийцей. Дайдаработтчи выглядел как антропоморфное существо минимально около двух метров ростом. Максимально же мог увеличиваться в размерах до сотни метров. И в отличие от зелий увеличения земляная аура при такой трансформации умело подстраивалась. Плюс он мог скрываться под землей и нападать скрытно. Саса же в боевом плане всего лишь второго уровня и то с натяжкой. Мизухэби в бою с ним переоценила силы кузнеца. Оказывается, те огромные каменные столбы метал Дай, а Саса лишь координировал и направлял атаки своей магией, поэтому Сидзука и подумала на него. Так что земляной аякаси тянул почти на шестой уровень, а иппон-датара понизили.

Дай был молчалив и неприхотлив, мог неподвижно стоять часами. В то время как Саса болтал без умолку, как языком, так и своими конечностями. Смирившись с ситуацией, он рассказал нам несколько занятных историй. Дайдаработтчи — очень старый аякаси, которому не одна сотня лет. Он даже фигурирует в одном известном японском аниме «Принцесса мононокэ», как поведала нам Сидзука. Надо бы глянуть на досуге для расширения кругозора. Хоть е-кай и не настолько огромен, силен и могущественен, как его представляют в легендах. Иппон-датара или одноногий кузнец также оказался полон сюрпризов. Подобные существа образуются на основе призраков погибших кузнецов-людей, которые долгое время работали с зачарованным оружием или просто были фанатично преданы своему делу. Способность Сасы — преобразование материала. Ну с обычным мечом ничего сверх того, что может современная кузнечно-металлургическая промышленность, не сделает. Главная фишка — магическое оружие и магический материал. К примеру, мой Хаганэ. Клинок невозможно перековать, не покалечив формирующуюся ауру цукумогами. А Саса может! Магически активные материалы редко встречаются в природе. Еще реже находятся мастера, что умеют с ними взаимодействовать и создавать работающие артефакты. Так что я, не будь дураком, сразу понял, кто может принести немалую прибыль или усилить рядовых бойцов клана. Если, конечно, каким-то образом сможем отыскать или купить необходимый тип материала.

Так до самого вечера я и пробегал от одной группы аякаси, поселившейся временно у нас, до другой. У самки нэкомата имелось трое маленьких котят, которые безбоязненно играли со всеми желающими. Даже холодно относящаяся к кошкам Сидзука оттаяла. Особняк напоминал растревоженный улей, Кайя с Акирой с ног сбились. Если так пойдет и дальше, и подмога вскоре не подойдет, то придется совершать оптовые закупки вискаса с чаппи, чтобы прокормить голодающих зверей. Да и коробокуру перебьются кошачьим кормом.

Так забегался со всеми последними треволнениями, что совершенно позабыл о дожидающемся меня потенциальном новом вассале, надежно упакованном. По Мурабито знаю, что чем раньше снять печати, тем быстрее е-кай придет в себя. Однако же заняться распаковкой я не успел. Кайя сообщила о машине с посетителями. Это был усталый Хьего-сан вместе с безумно ухмыляющейся Хитсуги.

— Вы вот так просто вдвоем сюда приехали? Здесь же кицунэ бродит? — удивился я сразу. Ни Кабураги, ни Якоин не могли составить хоть какую-то конкуренцию великому е-кай.

— КУ-ХИ-ХИ. Мы позаботились о девятихвостой!

— Серьезно?!

— Я бы могла сказать, что все было аккуратно просчитано и тщательно спланировано, но на самом деле мы натолкнулись на них случайно в Такамии, почти сразу после прибытия Кагамимори.

— Так что с Тамамо?

— Касури-доно смогла запечатать часть ее сил в зеркале, после чего уже охотники из второго клана вместе с самой Райто-доно поставили барьерные печати. Тамамо но Маэ полностью изолирована.

— А они?

— Шутен Доджи удалось упокоить сообща кланом Нобуна и Кагамимори, а также моими сотрудниками, — поведал Кабураги. — Твои печати ему на один чих, но немного смогли отвлечь. Вот только осколок его души снова сбежал от нас.

— Вот и славно! — улыбнулся я. — У нас тут небольшой беспорядок, но вы проходите, Лиз сделает вам чаю. Осторожно, на котов не наступите!

САМБА-5. Гакуэн и я

Глава 1

Хьего-сан предпочел отказаться, сказав, что у него много дел по устранению последствий сражения в Такамии, и уехал из особняка. Хитсуги же с большим любопытством лазила вокруг, заглядывая чуть ли не в каждую комнату. Смысла скрываться я не видел — Маки с Шидо и так все известно. Кайя, Гинко и Химари начали постепенно избавляться от гостей, чему сами аякаси были не всегда рады. Еще бы — тепло и безопасно, молочком поят, подкармливают понемногу. Больше всего главу девятых заинтересовала подсобка с оборудованием и сама Элис, но я вежливо увел девушку в гостиную.

— Итак, перейдем к главному. Что вы хотите от нашего клана за свою помощь?

— Ку-хи-хи, даже не знаю… Касури с Хисузу было неимоверно сложно уговорить съездить в Такамию, пришлось расчехлять набор их детских фотографий. Да и Нобуна долго упрямились. Одна бабушка Акено согласилась помочь по доброте душевной. Ты ведь понимаешь, что, по сути, мы действовали против воли Тсучимикадо, а это может быть расценено как не слишком дружественный жест.

— Я понял. Кто-нибудь пострадал?

— Один из Райто подставился, Хисузу-тян и Ога-кун получили ранения, но не смертельные. Разрушено порядка пяти десятков коттеджных владений в частном секторе. По приблизительным данным восемь погибших среди гражданских.

— Вот как…

— Не печалься. Жертвы неизбежны. Это ведь аякаси. Не входящие в клан Амакава, — поправилась Хитсуги. — Формально кланы поехали сюда добровольно помогать с истреблением кицунэ, но я все равно должна возместить им потерю охотника и вообще само участие. Это будет непросто даже для меня. Ку-хи-хи.

— Ты права. Что я могу сделать для тебя?

— Жди завтра мои подарки. Разберись с амулетом света, что я тебе дала. Потом получишь дальнейшие инструкции.

— Это твои родители?

— Неплохо, Юто-тян, — с улыбкой взглянула на меня Хитсуги, оценив мои скромные дедуктивные способности. В принципе все стало понятно, когда она упомянула помощь близким. Якоин печально известны своими ранними смертями. Ну и так стараться и идти на конфронтацию с первым кланом ради дальних родственников не слишком разумно.

— Что с ними?

— Мать в коме, отцу недолго осталось.

— Думаешь, я смогу помочь?

— Если не ты, то никто больше.

— Ты обещала мне рассказать про Амакава.

— Конечно, но я сегодня зверски устала, — зевнула Якоин. — Мозгу надо давать отдыхать. Да и во сне лучше всего думается.

— Э-э, я попрошу Кайю найти тебе комнату, — сказал я, размышляя о словах Хитсуги. — Получается, что Тамамо все еще жива?

— Да. Имеешь на нее планы? Ку-хи-хи.

— А что? Пришла же кому-то из моих предков идея приручить злобную бакэнэко. Может, теперь моя очередь продолжать семейные традиции.

— Пройдет не одно десятилетие, прежде чем она ослабнет. А до упокоения ждать не меньше трех сотен лет.

— Не могли более эффективный способ придумать?

— Тактика, проверенная временем. Е-кай вроде кицунэ или бакэнэко очень мобильны. Мы бы могли вымотать ее, но в последний момент девятихвостая бы просто сбежала. И начинай все заново. Так что опечатывание — оптимальный выход. Касури потом проинструктирует тебя, как обращаться с барьером. Квартал, где мы поймали Тамамо, снесут и выстроят на том месте храм. Все хлопоты на себя возьмет четвертый отдел и клан Кагамимори…

— Якоин-доно, — коротко поклонилась Кайя. — Ваша комната готова.

— Ку-хи-хи! Никогда не спала в одном доме с кучей е-кай!

— Если желаете, у нас гостит знакомый Тосигами-сан — баки, аякаси снов. Он может послать вам приятное сновидение.

— Ку-хи! Как интересно… С удовольствием попробую. Тематику сна выбирать можно?

Кайя с Хитсуги удалились по коридору, обсуждая нюансы.

Утром я проснулся от громкого стука:

— Юто! Продай мне этого баки!

— Что? — открыл я.

— У меня после вчерашней перегрузки не то, что мигрени нет, даже голова не болит. А подобное было последний раз лишь в июне. Подозреваю, что схожее действие выдают амулеты, которые вы нам поставляли.

— Я не торгую аякаси, Хитсуги. Сон, значит? Любопытная информация.

— Ну что тебе стоит? Одним е-кай меньше, одним больше.

— Якоин-доно, вы переходите границы! Я вам признателен за помощь, но ни о какой торговле не может быть и речи! Это противоречит доктрине САМБА.

— САМБА?

— Скоро узнаешь. Ты можешь поговорить с Тосигами насчет баки. Аякаси сна не является сотрудником Амакава.

— Но у меня нет твоей подчиняющей магии, — нахмурилась Хитсуги.

— С чего ты взяла, что я ее использую на своих вассалах? — поднял я брови.

— Ку-хи-хи! Как интересно. Тогда как ты ими управляешь?

— Мне действительно надо объяснять это главе девятого клана?

— Ты просто с ними договариваешься и даешь что-то взамен?

— Вчера мы оформили трудовой договор с вассалами. Буду платить йенами. А даю… наверное, возможность пожить, как люди.

— КУ-ХИ-И! — выдохнула подросток, улыбаясь от уха до уха. — А я посчитала, что в отчетах, подсмотренных у Айджи, идет преувеличение. Пойду договариваться!

За завтраком я коротко поведал о наших приключениях в Британии. Скинув фото и видео материалы на ноутбук, я показывал вассалам чудеса далеких земель. Хитсуги очень позабавила битва Куэс с троллем. Лизлет сказала, что плохо помнит о своей жизни в роли неразумной чашки, но ее хозяином действительно когда-то был цукумогами. Так что, очевидно, наша непревзойденная горничная именно из коллекции Безумного Шляпника. Кайе с Элис я передал свои записи из самолета и свой дневник «Аякаси и я», попросив перенести все это на компьютер и создать базу данных вассалов клана и всех встреченных мной духов. Главное, чтобы Якоин туда свой нос не сунула. Кагецуки с Нобу же я попросил помочь им и составить подробный отчет для MI0. Дух журавля неплохо разбирался в составлении человеческих документов.

Агеха чувствовала себя неуютно у нас, в отличие от Сасы, уплетающего угощения за обе щеки. Дай же молча сидел в уголке. Мне даже показалось, что у него нечто вроде лица оформилось. Сам каменный аякаси напоминал персонажа фантастической четверки — Существо, только темнее цветом и более… монолитного, что ли. Очеловечивание аякаси — весьма занятная наука. У всех проходит по-разному. Лисенка я назвал Фоксом, особо не раздумывая. Мелкому зверьку понравилось у нас, и возвращаться в дикий лес он не пожелал. Вероятность того, что Фокс превратится в новую Тамамо существовала, но при грамотном контроле ее можно снизить к минимуму. То есть следить за тем, чтобы кицунэ не поглощал других духов. От такой диеты он не сможет стать великим аякаси, но хотя бы адекватность сохранит. Пока же Фокс просто бегал по особняку в качестве домашнего питомца, да гонялся за коробокуру по округе.

Как-то про сувениры я не подумал — слишком уж поспешный выдался отлет из Лондона. А вот Шидо, наоборот, не забыл про мою просьбу. Так что мне в подарок досталась печатница из черной выделанной кожи тибетского трехрогого яка. Очешуительно крутая вещица! Во-первых, со временем привязывается к ауре владельце, и ты начинаещь чувствовать ее на расстоянии. Так что ни украсть, ни потерять. Во-вторых, печатница специально зачарована на прочность, и в бою так просто не порвется. Ну и в-третьих, она удивительно удобна при скрытом ношении печатей практически с любой одеждой. Да и вытаскивать и сортировать сами бумажные амулеты намного проще. Шидо заявил, что это мне подарок в честь воссоединения со своим верным товарищем. Гинко, то бишь.

Хитсуги немного расстроилась из-за неудачи с баки, аякаси снов. Глава девятого клана так и не смогла договориться с духом. Но мне все-таки удалось раскрутить девушку на короткий экскурс в историю Амакава. В помещении для переговоров я оставил только близких: Кайю, Химари и Сидзуку.

— Приблизительно в начале 19 века некто Чжен Юймин эмигрировала из Китая в Японию, — начала свой рассказ Якоин с чашкой фирменного чая Лизлет в руках. — В 1803 году вышла замуж за Фудо Амакава, средней руки предпринимателя, владевшего несколькими закусочными в Сендае, нынешней Такамии. Как показала дальнейшая история, Чжен Юймин — вымышленное имя. Наиболее вероятно, что женщина была выходцом или внебрачной дочерью из одного из китайских кланов. Однако информации о ней почти не сохранилось, так что родословную проследить не удалось.

— Так мои предки из Китая? — спросил я, делая пометки себе в блокноте.

— Ты удивительно догадлив, Юто-тян, — стрельнула глазами Хитсуги. — Через несколько лет после рождения сына Фудо и Юймин Амакава перебрались в глухую деревню, ныне именуемую Ноихарой. Примерно в 1810 году. На деньги, вырученные с продажи городской недвижимости смогли неплохо устроиться — поставили дом, приобрели земельный надел, набрали крестьян и рабочих.

— Мой особняк?

— Нет, Амакава-сама. Особняк построили позднее, — добавила Кайя вежливо.

— Полагаю, Фудо и Юймин хотели спрятать сына от внимания кланов экзорцистов. В те времена могли легко убрать родителей, если в семье родился одаренный. Или похитить.

— Я читал, что наш клан основан в 1830 году, — вставил я, выказывая осведомленность.

— Верно. Джомей Амакава заявил о себе только в возрасте двадцати лет. А в двадцать пять официальная власть признала Амакава кланом, впечатленная его уникальными способностями. В те времена столь малочисленные кланы обычно не представляли особой силы, однако ради Джомея сделали исключение. Забавное имя, не находишь, ку-хи-хи?

— Джомей? Несущий свет?

— Наверняка мать выбирала. И она знала, что ее сын может унаследовать особую магию света.

— А что китайских кланов с похожими силами не было?

— Юто, это сейчас любое малейшее событие конспектируется с особым тщанием и его описание можно разыскать, как на видео, фото, в статьях или государственном архиве. Про магию в свободном доступе достоверной информации не найдешь. Все сведения об Амакава мы выведали из источников других великих кланов Японии. Якоин все-таки самые молодые, и не застали лично становление шестого клана.

— Я понял. Других детей у Юймин не было?

— По неподтвержденным слухам она умерла во время второй беременности. И с тех пор в вашей семье рождается только один наследник. К сожалению, живете вы очень скрытно, но я предполагаю, что всему виной магические особенности плода. Женщина не способна выносить второго ребенка. Также известно, что женщины Амакава умирали относительно рано. Как твоя бабушка Сава.

— Мда уж… Хотя ситуация не столь плачевна, как в твоем клане.

— Это точно, — на секунду Хитсуги задумалась о чем-то своем.

— Ну допустим с одной женщиной понятно. Но что мешало моим предкам завести, хм, несколько наложниц?

— Ку-хи-и! Зависть и страх!

— ? — вопросительно взглянул я.

— Сам подумай, это не так уж и сложно. Ты ведь знаешь, какова примерная численность великих кланов?

— Много.

— По сравнению с Амакава — просто тьма. Однако твой клан признали по силе шестым, несмотря на то, что на протяжении больше части своей истории Амакава имел лишь одного боеспособного экзорциста. Что было бы, стань их десять?

— Мы были бы первыми?

— Бинго! Ты же не думаешь, Юто-тян, что кланы — это невинные овечки, только и занимающиеся облагодетельствованием мира и защитой от темных сил? Взять хотя бы дурно попахивающую историю с исчезнувшим великим кланом Джибашири в двадцатых годах прошлого века. Весьма вероятно, что когда-то давно вам намекнули не расширяться сильно, дабы не было проблем.

— Хм, это как-то странно. У других кланов тоже есть особые способности. Почему им не запрещают?

— Тут мы и подходим к составлению императорского указа 1875 года, который ты, Юто-тян, так ловко обошел. Теряюсь в догадках, чем же ты смог подкупить Рюноске-сама?

— Гм, дал ему потрогать Химари с моей лоли… — ответил я под скептическим взглядом худой девушки. — Секрет клана, короче.

— Ты действительно хочешь услышать продолжение?

— Да ничем я его не подкупал, честное амакавское!

— Хм, весьма любопытно, ку-хи-хи, — протянула Хитсуги, улыбнувшись. — В 1831 году у Джомея родился сын, которого назвали Акихиро. Именно он и послужил причиной разлада между великими кланами.

— Я видел упоминания о нем в хрониках. Что он преступил запрет или что-то в этом роде.

— Согласно сохранившимся описаниям Акихиро рос в благополучной семье, являясь единственным и главным наследником великого клана экзорцистов. Что повлияло на появление высокомерия и властолюбия. В 1856 году в тяжелой битве против аякаси скончался Джомей, и Акихиро принял бразды правления в свои руки. Если Джомей только начал постигать особенности вашей родовой магии, сформировал суть амулетов света и подчиняющей силы, то его сын пошел намного дальше. Известно, что Акихиро много экспериментировал на аякаси и людях, чтобы отточить ментальную привязку. У него получилось. Всех своих ближайших соратников, включая свою жену и любовниц он озарил светом. Единственным исключением стал сын Дайсуке.

— Акихиро… Это он… — пробормотала Кайя еле слышно.

— Что?

— Акихиро сделал меня дзасики-вараси поместья Амакава, — объяснила девочка в черном кимоно, пытаясь вспомнить что-то далекое.

— Ку-хи-и! Как интересно! Твой вассал может рассказать тебе больше, чем я.

— Простите, Якоин-доно, из-за света у меня проблемы с памятью. Я практически ничего не помню об Акихиро кроме его имени.

— Очень жаль…

— Я знаю это имя, — произнесла Химари, до этого в основном помалкивающая. — Он — тот, кто заключил договор с бакэнэко.

— Верно! Багровый клинок Ноихары, Морской кнут Ноихары, Голубая сеть Ноихары, Стальной червь Ноихары — всех этих е-кай приручил Акихиро Амакава, — поведала Хитсуги.

— Что за Стальной червь?

— Высший земляной е-кай, мог передвигаться под землей и нападать неожиданно. Амакава стремительно набирали силу. Почти каждый встреченный аякаси переходил под контроль Акихиро, делая клан еще могущественнее. Он начал использовать своих вассалов, чтобы захватывать власть в регионе. Поставил своего человека в Сендае и других городах. Совет экзорцистов неоднократно выдвигал претензии его политике и способам использования е-кай, однако шестой клан набрал достаточно влияния, чтобы не считаться даже с советом. Тогда же случилась стычка между Стальным червем и группой охотников из великого клана. Аякаси удалось уничтожить, экзорцисты же понесли большие потери. Это стало последней каплей. Совет объявил войну Амакава, но только большая тройка поддержала решение: Тсучимикадо, Кагамимори и Джибашири. Совместными усилиями и ценой многих жизней Акихиро Амакава и его вассалов удалось повергнуть. По разным данным от четырех до семи бастардов Амакава вырезали вместе с их матерьми.

— Ни фига себе! Дайсуке оставили в живых?

— Да. Вмешался император Шимомино. Издал известный тебе указ с ограничением в семь вассалов. У Дайсуке не оставалось другого выбора, и он принял все условия кланов и императора. Морской кнут в сражении не участвовал, поэтому выжил. Наследница Багрового Клинка была слишком мала, и ее смогли уберечь. Новую Голубую сеть позже приручил сын Дайсуке — Генджи Амакава, когда давление кланов уменьшилось.

— Черт, почему про это не упоминалось даже в клановых записях?

— Всю информацию почистили. Теперь ты понимаешь, отчего другие кланы, особенно Тсучимикадо, испытывают неприязнь к Амакава? Бесконтрольное расширение шестого клана в последнее время и принятие новых вассалов очень напоминает политику Акихиро.

Невеселые думы перескакивали с одного на другое. Я так понимаю, что к смерти отца также причастны кланы. Дед же строго соблюдал правила, поэтому против него никто не выступал.

— Ясно. То есть мне тоже не дадут завести большую семью из пяти детишек и десятка внуков?

Хитсуги криво ухмыльнулась.

— Но я ведь не пользуюсь светом, чтобы подчинять людей или духов? — продолжил я.

— Кто знает, Юто, — покала головой девушка. — Может, в тебе открылись новые грани, и ты способен накладывать полное подчинение так, что магия света остается незаметной. Ку-хи-хи!

— Ну ладно, — вздохнул я. — С наследниками я не тороплюсь. А вассалов в последнее время особо и не прибавляется. Надо подождать, пока кланы привыкнут к новому лимиту.

— Мудрое решение, Амакава-доно.

— Амакава-сама, если желаете, мы можем посетить семейный склеп, — предложила Кайя.

— Да. Пожалуй, стоит проветриться.

Вести минивэн вызвалась Гинко, видимо, желая заслужить еще больше очков перед своим хозяином, да и передо мной похвастаться тоже. За дни нашего отсутствия Гунсо с Шидо успели привить некоторым членам клана базовые навыки управления автомобилем, отчего бедная тойота обзавелась дополнительными потертостями и сколами. Не то, чтобы идея со званиями и четким армейским подчинением прижилась среди вассалов, однако Гунсо успел вбить в их головы дисциплину и чуточку благоразумия. В Ноихаре стражей дорожной полиции было немного, да и нас никто и не думал останавливать. Но на всякий случай в печатнице покоилось десяток доработанных подчинений, которые, я надеюсь, не вызовут много побочных эффектов на обывателях.

Склеп Амакава находился в самой старой части ноихарского кладбища — большинство окружающих могил поросло мхом или разрушилось. А вот за склепом ухаживали. Вообще, в Японии принято кремировать усопших, а урны с прахом хранить в специальных алтарях или погребениях. Обычное захоронение представляло собой вытянутую плиту с квадратным сечением и выгравированными именами. Наш же родовой склеп резко выделялся. Химари сообщила, что видела нечто похожее при посещении Китая с дедом, поэтому вполне вероятно, что Фудо выстроил данный момумент в качестве дани уважения своей погибшей супруги, корни которой уходили в поднебесную. Гробницу несколько раз переделывали, добавляя новые постаменты и имена, а в последнее время ухаживали за ним два раза в год — Кайя и Химари. Останки не всех моих предков покоились здесь, к тому же многих дат высечено не было, однако на основании собственных читанных источников, слов Кайи, Химари и Хитсуги, удалось частично восстановить мое генеалогическое древо и краткую биографию.

Юймин Амакава (Чжен) 1783–1812 (прибл.).

1803 — перезд в Японию, 1805 — рождение Джомея, 1812 — повторная беременность.

Фудо Амакава 1778–1844.

1810 — переезд в Ноихару из Сендая.

Юрико Амакава (Йосида) 1807–1831.

1831 — умерла при родах.

Джомей Амакава 1805–1854.

Первый глава клана, основоположник экзорцизма на основе магии света в Японии, создатель первых амулетов света. 1830 — признание клана Амакава великим, десятое место в рейтинге.

Бритта Амакава (Хофер) 1834–1862.

Акихиро познакомился с ней в Германии, когда совершал поездку по Европе в поисках сильных вассалов. Погибла в результате несчастного случая, обстоятельства смерти не выяснены.

Акихиро Амакава 1831–1875.

Большие успехи в направлении подчиняющей магии и амулетов. Приобретение сильных вассалов, расширение влияния, четвертое место в рейтинге великих кланов Японии. 1875 — война большой тройки с Амакава, указ императора Шимомино.

1876 — после слухов о предсмертном проклятии города Сендай Акихиро Амакава (землетрясение 1875, наводнение 1876) переименование императором в Такамию.

Дайсуке Амакава 1851–1912.

После войны положения клана пошатнулось. Следовал ограничениям, значительно уменьшил количество вассалов. Рейтинг клана сместился на шестое место. Две жены умерли, не дав наследника. Только третья смогла разродится, но также долго не прожила. Рядом с его урной была непонятная подпись «Сачико», о которой у нас догадок почти не было. Возможно, одна из так и не родившихся дочерей.

Тсую Амакава (Шикимомуро) 1898–1976.

Договорной брак между великими кланами. Смогла выносить одного ребенка и прожила достаточно долгую жизнь.

Генджи Амакава 1895–1945.

Проводил исследования аякаси, издал множество научных трудов. Принял в клан нового высшего воздушного духа — Голубую плеть. Наладил торговлю родовыми амулетами с другими кланами. Известен лозунгом — «Аякаси для работы и не более».

Сава Амакава (Ли-Юн) 1944–2000.

В 1956 эмигрировала из Китая не без помощи Генноске.

Генноске Амакава 1935–2004.

Принял в клан высшего духа оками, также аякаси конверта, фугурумо йоби. Участвовал в различных международных конференциях, помог становлению города Ноихара. Проводил инициацию и обучение трех поколений Багровых клинков Ноихары.

Акэми Амакава (Канда) 1974–2003.

Бывшая поп-идол.

Синити Амакава 1968–2003.

Основоположник банды Гуан-миня в поднебесной. Отказался следовать пути экзорциста.

Юто Амакава 1994–2010.

Хороший был парень, однако амулет света сильно подточил его дух, что послужило причиной вселения иной сущности (предположительно).

Вито Амакава — 2010 — по наши дни (и, я надеюсь, еще долго).

Приобретение высшей мизухэби, хиноэнмы, земляного духа, нескольких полезных цукумогами, расширение бизнеса. 2010 — увеличение квот до 25 аякаси среднего ранга и выше.

Значит, в моих предках не только японцы и китайцы, а если точнее, китаянки отметились, но еще и немки. Неплохой коктейль. Также любопытно, что из наследников выживали только мальчики, хотя основоположником клана стала женщина. Когда Химари поведала, что дед обучал и ее мать, и даже бабушку, то я понял, как мне кажется, мотивы Генноске. Он не хотел, чтобы я привязывался к бакэнэко по простой причине — они не живут долго. Думаю, что деду и прадеду было не под силу преодолеть данный недостаток заклинания света. На воле ведь высшие кицунэ, бакэнэко или оками живут до ста лет, если не погибают раньше насильственной смертью. А некоторые сильные особи вроде Тамамо могут еще и возродиться.

Глава 2

К обеду мы вернулись обратно в особняк, и почти сразу Кайя насторожилась:

— Амакава-сама, к нам движется несколько автомобилей. Чувствую ауры охотников.

— Наверное, мои подарочки прибыли! Ку-хи-хи! — совершенно безумно хихикнула Хитсуги. — Тебе понравится, я уверена.

Делегация приехала внушительная. В основном четвертый отдел, но также представители суда и тюремные конвоиры. Под мою ответственность на неделю передали троих мужчин средних лет, немного растерянных происходящим. А уж когда один из начальников из общественной безопасности попросил их вернуть живыми, то те стали заметно нервничать.

— И чего переживать? В любом случае вам смертная казнь грозит, — произнесла Хитсуги веселым тоном. — А так хотя бы на благо науки послужите.

— Вы не имеете права! Я на вас в суд подам! — крикнул один из смертников.

Я почувствовал укол пространственной магии Кайи, после чего говорун потерял сознание.

— Амакава-сама, разрешите, я заберу их в подвал?

— Да, конечно.

Делегация ничего не сказала, но мгновенное перемещение трех человек произвело на них некоторое впечатление. Возникла заминка — подобного прецедента в современной истории японской империи не существовало. Гуманизм, и все в таком духе. Якоин разобралась с формальностями, написав какую-то расписку.

Далее четвертый отдел произвел регистрацию духов и выдал им особые пластинки. Итого к Химари, Сидзуке, Гинко, Айе, Кагецуки, Лизлет, и Нобу присоединились Кайя, Тосигами, Элис, Акира, Агеха, Дай и Саса. Удалось подтвердить низший ранг для практически новорожденных Гунсо и Мурабито, аякаси каски и чашки. Также обошли стороной Саки, Ди-ниджу, Фокса и Тако, который после ухода Тамамо усвистел в неизвестном направлении. Выходит, из двадцати пяти мест свободных осталось аж одинадцать, так что есть к чему стремиться.

Во время обеда Хитсуги заметила мою задумчивость и интерпретировала правильно: проводить эксперименты на живых людях совсем не то же самое, что на неразумных аякаси. С мерзким смехом глава девятых потребовала доступ к принтеру, после чего напечатала мне досье на троих личностей, которые томились в подвале.

— Рада бы погостить подольше, Юто-тян, но дела не терпят. Касури-доно сегодня покидает Такамию, так что, если ты хочешь лично обсудить с ней детали обустройства храмовой территории, стоит поспешить.

Я согласился, и мы вместе с устоявшейся компанией из Маки, Сидзуки и Химари покатили в город. Последствия схватки великих кланов с великой аякаси впечатляли. Повсюду разрушенные куски сооружений, следы пожаров, воронки в асфальте. Пострадавшую зону окружил знакомый тсучимикадовский барьер, так что обыватели не могли пройти внутрь. Главный же защитный барьер по иронии судьбы занял детскую площадку. Аура кицунэ ощущалась через него смутно. Обычным зрением через серое марево мало что можно было разглядеть. Печати охраняли несколько храмовых служителей и мико, а также вездесущий четвертый отдел. Вскоре подошла и Касури Кагамимори в не особо хорошем расположении духа.

— Кагамимори-доно, благодарю ваш клан за помощь, — поклонился я. — Если желаете, у нас есть специалисты, которые могут поспособствовать скорейшему выздоровлению вашей сестры.

Девушка бросила хмурый взгляд на скалящуюся Сидзуку:

— Благодарю, мы еще не настолько низко пали, чтобы принимать помощь е-кай. Вот, Амакава-доно, здесь стандартные инструкции по обращению с великим барьером. Думаю, вы разберетесь самостоятельно.

— Хорошо. У меня есть пара вопросов. Я могу встретиться с Тамамо?

— Хотите подчинить кицунэ своей магией? — хмыкнула девушка с глазом зверя. — Это великий барьер, его можно снять только полностью. Е-кай достаточно пары мгновений, чтобы сбежать.

— Допустим. А что если заранее накрыть еще одним внешним слоем великого барьера?

— Даже если шестой клан может себе позволить покупку дорогостоящих артефактов Тсучимикадо, не факт, что у вас что-то получится. Как тогда будете выбираться из ловушки, в которую загнали себя?

— Хм-м, захвачу еще один великий барьер, чтобы запечатать Тамамо в случае неудачи.

— Авантюра, — резюмировала Касури.

— Согласна, — кивнула Маки.

— Возможно. Что ж, спасибо за разъяснения, — дипломатично ответил я и поклонился. — Якоин-доно, Кагамимори-доно.

— И тебе не хворать, Юто-тян! Ку-хии!

— Всего хорошего, Амакава-доно. Не советую вам слепо полагаться на е-кай, иначе судьбы предка не избежать.

Я криво улыбнулся словам мико и покинул компанию глав великих кланов экзорцистов. Мда, теперь становится понятна настороженность по отношению к Амакава. Акихиро значительно и надолго подорвал кредит доверия других кланов. Может, он и был прав в своем роде, но мне от этого не легче.

В Ноихаре я заехал к нашему фамильному портному, который был очень рад нашей встрече. Думаю, что Амакава — одни из главных клиентов специалиста по классической одежде. Я заказал себе пошив нескольких мужских юкат и парочку парадных кимоно на всякий случай.

Дома я заметил, что мой рабочий ноутбук уже изрядно затаскан, так что я заказал еще три экземпляра предтоповой комплектации. Айя так и не сподобилась купить себе отдельный для игр, хотя я не раз напоминал. Еще немного подумав, я дал задание Кагецуки приобрести пару вместительных бюджетных авто. Айе с Кайей же поручил нанять рабочих для строительства гаража для техники, которого в ноихарском особняке предусмотрено не было. Дзасики-вараси некоторое время спорила со мной, предлагала переделать имеющиеся помещения. В общем, искала малейший повод, чтобы вносить как можно меньше изменений в фамильное имение. Но на этот раз сдалась достаточно быстро — похоже, что я успел заработать некоторый авторитет у строгой хранительницы домашнего очага.

Приступать к копошению в человеческом разуме не хотелось, поэтому, как это обычно бывает у людей, я быстро нашел себе иное занятие. Агеха уже отошла от кормления кровью, и зыркала на всех жителей особняка исподлобья, испуская заметную темную ауру. Хитсуги над ней немного поиздевалась, прекрасно понимая, что хиноэнма ничего ей не сделает. А вот пришедшие на регистрацию сотрудники четвертого отдела пугались. Воздушного духа я сам успел узнать немного, но, по-моему, она сама боялась, и таким образом преобразовывала свое волнение в агрессию к пришедших экзорцистам. Во второй половине дня я позвал Агеху и Сасу с Даем на задний двор:

— Ну как вам? Не жалеете, что вступили? — поинтересовался я.

— Отвратительно! — фыркнула хиноэнма.

— Братик Юто, у вас очень вкусно кормят! — произнес одноногий кузнец, поглаживая свой живот.

— Саса, заткнись!

— Сестренка, ты ведь и сама вчера отлично «покушала».

— Это совершенно другое!

— Братик Юто, а что мы будем делать в клане? Охотиться на других духов?

— Если данное занятие вам самим не противно. Мирных духов мы не трогаем. Саса-кун, ты можешь починить мой Хаганэ? А то он до сих пор выглядит… непрезентабельно.

Я передал иппон-датаре обгоревший нож, и тот внимательно осмотрел артефакт со всех сторон:

— Да! За день Саса сможет привести его в порядок!

— Отлично. После тренировки займешься. А пока… Агеха-сан, не желаете размяться?

— С удовольствием! — хищно облизнулась хиноэнма, обозначив длинные клыки.

— Только попробуй что-то сделать милорду, мигом без головы останешься, — Химари припугнула оппонентку своей аурой.

— Ребята, давайте жить дружно, — поднял я руки в примиряющем жесте, однако обе стороны почти не обратили на меня внимания, продолжая сверлить друг друга грозными взглядами. — Ладно, — я приготовился, напитав тело светом. — Начали!

Агеха не стала поддаваться, сходу взвинтив темп схватки. Двигалась шатенка очень быстро, почти как я на максимальном ускорении. Хиноэнма умела перемещаться по воздуху на незначительные расстояния. Не как Айя, использующая пространственную магию, а словно перетекала по воздуху в новое место. Больше походило на водную магию Сидзуки. Плюс аякаси могла растягивать свои конечности до невообразимых пределов, легко уклоняться от атак. Ее короткий меч напоминал Хаганэ, однако не был артефактом. Во время того, как наши клинки скрещивались, она создавала защитную пленку из воздуха, иначе я бы легко перерубил ее оружие. Несмотря на подъем сил, вызванный выпитой кровью, я сражался с Агехой на равных за счет своей скорости. До тех пор, пока мой резерв не подошел к концу, а случилось это довольно быстро.

— Достаточно! — крикнул я, разрывая дистанцию.

Хиноэнма сверкнула глазами, разгоряченная схваткой, но смогла внять голосу разума и остановилась. Не настолько пропащая, как мне казалось ранее.

— Очень хорошо, — вынес я вердикт, отдышавшись. — Мне бы не хотелось потерять такого бойца, поэтому… Девушки, не проведете ей экскурсию по Ноихаре? Познакомитесь с местными.

— Хорошо, Юто, — подала голос Сидзука, мигом понявшая подоплеку. — Я присмотрю, чтобы она ничего не учудила.

— Спасибо, моя лоли! Сходите на батут, там весело, — усмехнулся я. — Дайдароботтчи, с тобой разомнемся в следующий раз. Саса, держи Хаганэ.

Мы прошли обратно в дом, где ко мне обратилась Кайя:

— Амакава-сама, подопытные готовы.

— Да, э-э, я сначала займусь компьютером, — снова увильнул я. — Завтра начну, как резерв восстановится.

Итак. Настал момент истины — получу ли я что-то стоящее за потраченную сотню тысяч долларов или останусь с носом? Для начала я перенес системник из обители Элис в пустую комнату, чтобы не пострадало оборудование. Потом изучил сковывающие ленточки, от которых пахло разновидностью барьерной магии. Воспроизвести заклинание с помощью света вряд ли возможно. В помещение полезли любопытствующие аякаси и люди, но я выгнал большую часть, оставив Химари и Шидо для подстраховки. По моей команде бакэнэко перерезала ленты катаной и высвободила системник. Е-кай ощущался слабо, поэтому я подошел и окружил компьютер магией света. Хех, тут еще флопик есть для дискет — старая модель, все-таки. Вскоре я почувствовал изменения в ауре цукумогами и отодвинулся.

Рядом сгустился плотный туман, постепенно принявший очертания существа, рядом с которым Франкенштейн показался бы милым парнем. Чуть ниже меня ростом, однако намного шире в плечах, толстый, с большим выпирающим животом и очень мощными длинными руками, редкими зелеными волосами на макушке, белесыми глазами и жуткой ухмылкой. В открытых местах на коже виднелись рубцы со скрепляющими нитями, словно мужика собрали из отдельных частей тела. Одет он был в грубые штаны и заляпанный кровью фартук. В каждой руке по оружию: здоровый мясницкий тесак и загнутый крюк на металлической цепи.

— Зачем вы разбудили меня?! — пробасило чудище.

— Кхм. Меня зовут Амакава Юто. Я приобрел вас с целью предложить службу шестому великому клану.

— Бха! Пудж никому не будет служить! Тем более поганому экзорцисту! Да, я знаю, кто ты такой. Один из тех, кто охотится на духов!

— Ты же понимаешь, что у тебя нет особого выбора?

— Тебе не напугать меня, мальчишка! Я таких как ты пачками ганкал!

— Попридержи язык, цукумогами, — надавила своей аурой Химари, отчего слабый дух отшатнулся.

— Лэйт гейм пройден. Убейте меня, — рыкнул мясник.

— Может, у нас получиться тебя чем-то заинтересовать? — спросил я и крикнул в сторону. — Элис, подойди, пожалуйста.

Аякаси роутера быстро прошла в помещение и застыла в ожидании указаний. Я наблюдал за лицом Пуджа, на котором сразу отражались все эмоции, которые испытывал цукумогами. При виде Элис тот распахнул глаза и тихо пробормотал:

— Ты служишь этому охотнику?

— Подтверждаю.

— У нас уже довольно много сотрудников, — добавил я.

— Похоже, я проспал слишком долго. С каких это пор духи работают на экзорцистов? — произнес толстяк.

— В клане Амакава давно. У нас вполне неплохие условия, соглашайся.

— Чтобы я стал служить какому-то нубасу?! Хрен на рыло! Сначала победи меня в честной схватке, только тогда я подумаю!

— Ну хорошо, — хмыкнул я, уверенный в своих силах. — Тебе надо время, чтобы восстановиться?

— Нет! На тебя моих сил хватит с лихвой! — ухмыльнулся Пудж. — Я чую компьютер рядом. Тащи его сюда!

— Зачем? — удивился я.

— Как зачем? Мы будем сражаться! Один на один, по честным правилам!

Я выполнил требование и принес ноутбук. Кажется, до меня начало доходить:

— Ты предлагаешь сразиться в Доту?

— Да! Битва ума, смекалки и сноровки! Только так можно определить сильнейшего! Что, уже струсил, охотник? Поджилки трясутся? — принялся подтрунивать Пудж.

— Ха! Да я в таких переделках бывал, что жалкая компьютерная игрушка вызывает только смех.

— Как ты ее назвал?! Жалкая?! Теперь ты точно меня разозлил, охотник. Не думай, что я буду поддаваться!

— Как пожелаешь. Тогда я поставлю Dota 2 на закачку.

— Два? Вторая часть вышла? — опешил Пудж.

— Что, струсил?

— Бху-у! Я ничего не боюсь, экзорцист. Как ни меняй оболочку, суть останется прежней!

— Посмотрим.

Пока игра скачивалась, я быстро ознакомился с доступными гайдами по второй части, коих было не так много. Неожиданный поворот с наймом вассала. Сам я в доту играл лишь один раз, но мне не понравилось. Мой сосед же по общаге одно время серьезно подсел на игру, и мне приходилось часами выслушивать его стенания по поводу нубов-сокомандников, дисбаланс по героям и прочие нелестные вещи. Свои шансы я оцениваю здраво — их практически нет. Мой противник настоящий знаток жанра и, можно сказать, чемпион многих турниров мирового уровня. Остается надежда, что после дуэли можно будет уговорить его иными способами. Элис, например, повлиять может, судя по его реакции на дух роутера.

— Скачалось. Мне регистрироваться? — спросил я.

— Нет! Мне хватит клиента! Подвинься!

Пудж грубо отпихнул меня в сторону и буквально всосался в ноутбук, словно древний джинн, вернувшийся в свою лампу. Как-то не особо приятно, что недружественный аякаси ломится к твоим личным данным. К Айе с Элис я уже привык, да и не вызывали они никогда опасений. На экране ноута возникла ухмыляющая рожа Пуджа:

— Давай сюда, охотник. Мы будем биться!

Я постарался устроиться поудобней, пододвинув столик и подложив коврик под мышку. Конечно, Пудж имеет прямую связь с игрой, но мое ускоренное под светом восприятие может также обеспечить немаленькую скорость реакции. Посмотрим кто кого. Неожиданно от ноутбука потянуло странной магией, которая попыталась залезть ко мне в голову. Я сразу отпрянул и воздвиг простой щит света:

— Ты что творишь?

— Мне надо подстроить клиент под твои параметры. Не бойся, это будет не очень больно, — усмехнулся мясник.

— Милорд, дозвольте, я сражусь с ним, — предложила Химари.

— Нет, ты правил не знаешь. Не думаю, что он может что-то мне сделать в ментальном плане — все-таки это компьютерный цукумогами.

Я убрал щит и попытался расслабиться, когда мглистая хмарь вломилась в меня. Будто кувалдой по лбу шлемнули. На секунду мир перед глазами померк, а в следующий миг взорвался чередой буйных красок.

— Нужно построить зиккурат, — пробормотал я, осматривая окресности.

Вокруг расстилался пестрый пейзаж, напоминавший компьютерные текстуры, только более реалистичные. Трава и листва деревьев колыхалась под порывами ветра, откуда-то доносились ритмичные удары. Я же остался самим собой, в повседневной одежде, вот только мои руки и другие части тела стали какими-то пиксельными. Что странно, воспринималось окружение словно само собой разумеющееся. Настоящая VR без всяких посредников в виде очков и прочего. Хотя в Подмирье со всеми его выкрутасами я и чувствовал себя более комфортно, чем здесь.

— До начала раунда две минуты, — прошелестел в голове приятный женский голос.

— Твою же ж! — подскочил я, ужаленный простой мыслью. Помирать здесь мне не хотелось, особенно учитывая, что Пудж упоминал болевые ощущения. Необходимо быть осторожным и как следует подготовиться.

Не помню, как расшифровывается DOTA, но суть игры такова: вы выбираете одного из множества героев с уникальными способностями и примыкаете к силам света или тьмы. Цель — уничтожить вражеский трон. Стороны расположены в противоположных углах карты. Имеется три главных дороги: топ, мид и бот. Героям помогают мобы или крипы — управляемые компьютером слабые фигуры, которыми не жалко пожертвовать.

Судя по тому, что я оказался в красивой местности, утопающей в зелени, мне придется сражаться за свет. Логично. А вон и наше ключевое строение: странный алтарь из нагромождений камней и деревьев с розовыми лепестками, похожими на сакуру, откуда исходило голубое сияние. Вокруг располагалось несколько построек непонятного назначения, но в первую очередь я обратил свое внимание на дымящее здание, откуда и разносились разудалые постукивания. Поспешив к кузнице, сразу обратился к бородатому мужчине в фартуке:

— Уважаемый, мне какое-нибудь оружие или броня положено?

— Новичок? Да, где-то у меня завалялся ножичек…

Я принял из рук кузнеца потрепанный короткий клинок, который назывался «Ржавый нож». Точно! Надо посмотреть свои способности и инвентарь. На мысленные команды никакой реакции не последовало. А вот на произнесенные слова перед глазами высветился классический дотовский интерфейс с характеристиками героя и слотами снаряжения. Моего персонажа звали «Exorcist»: 1 уровень, 590 здоровья, 210 маны, атака 64, броня 3, скорость передвижения 300, 23 силы, 23 ловкость, 15 интеллекта. Похоже, моим главным атрибутом будет ловкость, хоть я полагал, что в большей степени маг, а значит интеллект должен превалировать. Не судьба. Ржавый нож добавлял +5 к атаке и занимал целый слот в инвентаре. Всего их шесть, поэтому надо подходить с умом к подбору экипировки. Вот в этом я полный профан — буду брать артефакты на ловкость, да зелья лечения.

Итак, на выбор четыре способности, которые можно изучать только с определенного уровня:

— Щит света, активный. Делает цель невосприимчивой к физическому урону на короткий промежуток времени. Потребляет маны: 100/120/140, в зависимости от уровня способности. Время действия: 5/7/9 секунд. КД 50 секунд.

— Покров света, пассивный. Дает постоянную прибавку к броне 3/6/9/12 и регенерацию здоровья 3/6/9/12.

— Волна света, активный. Наносит дополнительный магический урон в области перед героем: 120/200/270/350. Маны 120/130/140/150. КД 14 секунд.

— Ускорение, активный. Увеличивает скорость атаки и передвижения на: 50/75/100/150 % на 10 секунд. Мана: 125/175/200/250. КД 150 секунд.

Вот наглец. Как он так точно подобрал мне игровые умения? Недооценил я ментальные способности Пуджа. Хотя, мне кажется, что здесь все проще. Пускай он и компьютерный цукумогами, но считать мою память и составить план развития героя за такой короткий промежуток времени нереально.

— «Битва за трон началась!» — гаркнул из ниоткуда суровый голос, застав меня врасплох.

Только в умения и успел вникнуть. Казармы мечников исторгли первых юнитов, которые, особо не раздумывая, бодрой походкой двинулись на противника.

— Стойте! — обратился я без особой надежды к крипам.

— Нельзя медлить! Враг на подходе, — ответили мне на бегу.

Мне ничего не оставалось, как последовать за ними. Протуплю хоть пару минут — уже потеряю в прокачке.

Агеха, Дай, Саса и Сидзука прогуливались по Ноихаре. Необычная кампания вызывала любопытство окружающих, но не по причине их необычности, а, скорее, из-за чуждости. В небольшом городе местные хорошо знали друг друга. Дай создал себе плащ с широкополой шляпой и постарался придать себе как можно более обычный для человека вид, вот только двухметровый верзила в Японии в любом случае привлечет внимание. Однако древний дух камня часто бывал в людских поселениях, поэтому отвод глаз легко справлялся с зеваками. Мизухэби показывала местные достопримечательности и магазины, кои уже успела неплохо изучить. Саса поддерживал разговор, Дай как всегда отмалчивался, Агеха же только хмыкала и глядела кругом с подозрением.

Сидзука так увлеклась, как не заметила, что самый опасный из спутников неожиданно остановился. Мизухэби мгновенно напряглась, однако Агеха всего лишь недоуменно глазела на пятнистого кота, что сидел на заборе. Хиноэнма поковырялась в ухе, после чего осмотрелась по сторонам и принялась дальше глазеть на кота. От животного не пахло аякаси, поэтому Сидзуке была непонятна причина такого пристального внимания.

— Сестренка Агеха, идем! — позвал одноногих кузнец. — Мне еще надо успеть нож починить!

— А, да.

— Что ты в том коте углядела? — спросила девочка с зелеными волосами.

— Ничего, просто мне показалось… Не важно. Лучше скажи мне, мизучи. Ты действительно… дружишь с людьми? После всего, что они с нами сделали?

— Мы также немало зла причинили людям.

— Не мы начали войну, — нахмурилась Агеха.

— Я бы не говорила с такой уверенностью. Это было слишком давно. Да и не важно сейчас, кто начал. Важнее заключить мир.

— Мир? Ты в своем уме? Даже у животных и то прав больше, чем у нас. Эти ничтожные куски мяса… Их много. Если бы мы смогли объединиться…

— То нас бы смяли, как и много раз до этого.

— Тамамо бы смогла собрать духов.

— Если бы захотела и насытилась наконец.

— Возможно, что теперь, когда она попалась, идея собрать армию покажется ей более разумной…

— Уж не хочешь ли ты… — сузила глаза Сидзука. — Уже забыла, как драпала от кицунэ? Не побоялась даже к экзорцисту залезть.

Агеха недовольно хмыкнула.

— Запомни, хиноэнма. Если ты еще хоть раз что-то такое вякнешь, или хотя бы подумаешь, я заморожу тебя, разрежу на маленькие кубики и буду использовать вместо льда в коктейлях.

— И это еще меня зовут кровожадной, — усмехнулась Агеха.

Между двумя высшими духами повисло почти осязаемое напряжение, и начали проскакивать воздушно-водные росчерки энергий.

— Э-э, сестренки, не ссорьтесь, — пролепетал Саса.

Дай молча встал между девушками и развел их в стороны своими ручищами, что немного разрядило обстановку.

Сидзука повела нововступивших в парк, где немного попрыгала на батуте. Один Саса составил водному духу компанию, с удовольствие порезвившись на аттракционах. И только настроение мизухэби вернулось к приемлемой отметке, как снова все испортила Агеха, глядящая на Сидзуку с надменной улыбкой. Ладно, ради Юто можно немного и потерпеть.

Две линии уже прорваны. Мобы врага вплотную подобрались к трону света. Что тут сказать? Пудж лучше меня успел прокачаться и нафармить золота, да и соотношение побед в наших дуэлях явно не в мою пользу. Благодаря скорости я заранее отходил от героя-противника и уворачивался от крюка, избегая схваток и боли. Мясник недовольно ревел, но догнать меня не мог, оттого переключился на здания. От победы тьму отделяли считанные минуты.

— Сдаюсь! — произнес я, не желая оттягивать неизбежное.

Система еще раз выказала свою разумность, объявив о завершении раунда и оповестила о победителях.

— Желаете провести следующий раунд?

— Отказываюсь.

— Следующий раунд начнется через пять минут. Приготовьтесь к сбросу параметров.

Че? Не офигел ли Пудж часом? Накатившая злость помогла обратиться к запертому где-то далеко свету и высвободить магию на свободу. Компьютерное пространство вокруг подернулось рябью. Я усилил напор света и окружение рассыпалось на тысячи багнутых осколков. Магия с радостью крушила столь тщательно созданную арену для сражений. Добавив толику света внутрь себя, я сбросил наваждение и очнулся в комнате в реальном мире.

— Милорд, как вы? — спросила Химари с беспокойством.

— Сколько меня не было?

— Двадцать пять минут, — сообщила Кайя.

— Простите, милорд, я побоялась вмешиваться, — покаялась бакэнэко.

— Правильно. Еще не хватало застрять навсегда в том мирке, — поморщился я, разминая мышцы.

Материализовался Пудж в весьма потрепанном виде: с рваными дырами в фартуке и глубокими ранами на теле, которые совсем не кровоточили. Видимо, потому что Пудж — нежить.

— Зачем же так бить? — прокряхтел мясник.

— Какого хрена ты тут устроил? Ладно сама игра, хотя за настройки болевых ощущений тебя бы вообще прибить стоило… Я ведь четко отказался от второго раунда!

— Давно не играл. Увлекся, — беспечно ответил Пудж.

— Химари, пакуй системник обратно, — скомандовал я.

— Что? Не надо меня паковать!

— Так ты будешь работать на Амакава?

— Никогда!

— Что же мне тогда с тобой делать?

— Амакава-сама, я бы конечно посоветовала вам упокоить эту бесполезную железяку, — обратилась дзасики-вараси. — Но, если бы здесь была Сидзука, думаю, ее бы возмутило жестокое обращение с духом.

— Да-а. Сидзука права. Пускай, ее и нет рядом, — вздохнул я. — Хорошо. Побудешь пока на свободе. Посмотрим на твое поведение, Пудж. Только дай мне повод, мигом на запчасти разберу.

— Не угрожай мне, сопляк! Да я бы даже двоих как ты один сделал! Весь мид просрал!

— Иди нахрен, жирдяй!

— Ламер! Нубяра!

Не удержавшись, я бросил слабую волну света, которая откинула Пуджа к стене, где он и затих. От системного блока повалил небольшой дымок. Химари взглянула на меня одобрительно.

Ужин прошел в скверном настроении. Я был огорчен неудачей с упертым цукумогами. Сидзука что-то не поделила с Агехой на прогулке. Плюс мизухэби сообщила о крамольных мыслях хиноэнмы об освобождении Тамамо. Подобного допускать было нельзя, так что после трапезы я как следует пропесочил Агеху. Напоследок заявив, что если она так хочет быть сожранной кицунэ, то мы можем скормить ее Фоксу. Вроде бы поумерила пыл.

Глава 3

Разбудил меня протяжный крик Гунсо, объявившего подъем. Я с интересом потянулся на улицу, где постепенно собирались духи поместья, и даже Маки с Шидо в легких спортивных костюмах.

— Генерал Амакава! — гаркнул цукумогами каски. — Бойцы построены. Отсутствует капитан Химари, капитан Сидзука и младший лейтенант Элис. Разрешите начинать?

— Разрешаю, — махнул я и, сделав нечеловеческое волевое усилие, добавил, поежившись от утренней прохлады. — С вами можно?

— Разумеется, генерал! В здоровом теле здоровый дух! Заодно покажите пример нерадивым офицерам, что брезгуют спортивными упражнениями!

Зарядка вышла короткой. С непривычки выдохся очень быстро. Оказывается, без поддержки света я тот еще хиляк. После тренировки я ополоснулся и спустился в подвал, где меня дожидались трое преступников. Кайя подготовила все идеально — чувствовалось, что у нее в этом немалый опыт. Вполне возможно, что и при Генноске с Генджи, а может и даже при Дайсуке и Акихиро, дзасики-вараси занималась размещением и содержанием пленных. Один из подопытных был умело зафиксирован широкими ремнями на специальном постаменте. Со стороны головы стоял удобный высокий стул и столик рядом. Я разложил образцы артефактов, свой дневник, дела приговоренных, и приступил к неприятным процедурам.

Прошло лучше, чем я предполагал. Глаза боятся, руки делают. Для самомотивации повесил на стену фотографии жертв. «Чистый разум» удался со второй попытки. Первый испытуемый даже остался в живых, только вот умом несколько повредился. Переборщил со стиранием. В общем и целом, артефакт, который мы поставляли Якоин, напоминал погружение в глубокий сон и чистку захламленных участков мозга. Причем, от каких участков избавиться, выбирает сам разум. Также я наконец протестировал на человеке одиночное подчинение и разобрался с более специфичным, зато простым амулетом — «забытье». Далее я колебался между «множественным подчинением» и «вечным ужасом», однако время уже перевалило за полдень, а у меня имелись планы на вторую половину дня. К тому же мои подопечные достигли предела, и я опасался их трогать.

С 5 по 8 августа в Такамии проходит шумный и красочный фестиваль Танабата, на месяц позднее, чем в большей части Японской империи (по лунному календарю). На 7 число приходился пик торжеств. Именно в этот день мы с Ринко Кузаки ежегодно посещали мацури, фестиваль. Это стало нашей своеобразной традицией. Я созвонился с одноклассниками и договорился о встрече возле храма. Даже Тайзо обещал прийти, хотя ранее он не особо привечал подобные праздненства. Я посетил одежную лавку и облачился в простое темно-синее кимоно с рисунком из белых вееров, которое заказал ранее. Юто обычно ходил на Танабату в повседневной одежде, но мне как-то неловко. Ринко постоянно надевает красивые наряды, тратит кучу времени. Плюс я все еще чувствовал себя словно туристом, попавшим в заморскую страну с интересной историей и культурой, поэтому старался следовать всем местным условностям.

День всех влюбленных по-японски. День, когда Альтаир и Вега, олицетворяющие разлученных возлюбленных, находятся максимально близко друг к другу. Я смотрел на свою неизменную спутницу с фиолетовыми глазами и белоснежными волосами и не мог понять, что же у нас за отношения. Химари после Подмирья держалась очень отстраненно, мне тоже как-то не до того было. Любовь — странная штука. Вроде бы я любил и раньше, но те чувства, что я испытываю к Химари… чем-то отличаются. Впрочем, вряд ли я смогу разобраться в том, в чем все человечество до сих пор разобраться не может.

«Звездный фестиваль» мне понравился. Очень красочно, ярко. Мы посмотрели необычные традиционные танцы, развесили на бамбуке свои бумажные пожелания «танзаки», поглядели на вечерний салют. В общем, прошли культурную программу по полной. Хару-тян приобрела красные ленточки для Ринко. Я было предложил, но подруга отказалась. Тайзо как обычно валял дурака, оказывая внимание всем девушкам в нашей компании, коих было немало. За что был луплен как Ринко, так и старостой Ю.

Меня привычно сопровождали Сидзука, Химари и Маки. Но также я вытащил Агеху и Сасу, Дая брать не стали — слишком уж он выделяется. Хиноэнму оставлять надолго одну было опасно. Также праздник возжелал посмотреть Акира, и Нобу решил составить ему компанию. На мацури мы встретили множество сотрудников четвертого отдела, а также нескольких из второго и третьего великих кланов — тех, что занимались поимкой Тамамо ранее, а сейчас обустройством храмовой территории. Агеха заметно нервничала, когда мы пересекались с другими экзорцистами, но все-таки обошлось без эксцессов. Хиноэнма на людей не бросалась, охотники сразу понимали, что перед ними вассалы Амакава. Под конец Агеха даже немного приспособилась и поучаствовала в одном привычном развлечении, выиграв мягкую игрушку в тире. Конечно, аякаси использовала стихию воздуха себе в помощь, чтобы получить приз, но лавочника совсем не жалко. У меня сложилось впечатление, что некоторые вещи были приклеены к полкам, и сбить их из игрушечного ружья без хитрости нереально.

Следующим днем я занимался согласованием различных нюансов с представителем строительной фирмы. Гараж решил делать с размахом. На шесть машин. Может, учитывая нашу ораву, еще автобус приобрести. Обсудил варианты с Кагецуки. Остановились на еще одном минивэне и микроавтобусе. Обойдусь без лимузинов пока. Сам дух журавля хоть и без энтузиазма занимался закупками, но делал это весьма споро, так что я решил дальше действовать через него. Ведь опытный руководитель не должен сам заниматься каждой мелочью. А с крупными вложениями будут управляться совместно с Айей и Ротшильдом. По моему субъективному мнению, Кагецуки — наиболее адекватный и приспособленный к человеческому обществу аякаси из всех, кого я встречал. Остальные имеют несколько однобокое развитие. Даже опытная Сидзука. Тут конечно сыграло свою роль то, что они — представители иного вида со своим мышлением. Но, я думаю, основная проблема в воспитании. Детский сад, школа, ВУЗ, общение со сверстниками, преподавателями, опека родителей — всего этого аякаси были лишены. На ум приходит Маугли, который рос среди диких зверей. Наверняка у него тоже была куча проблем при адаптации к цивилизованному обществу. И хотя в первую очередь школу-приют я задумывал как способ легализации духов, но также она может помочь в воспитании этих своенравных магорожденных созданий.

Через того же представителя заказал доставку и установку большого комплекта уличных силовых тренажеров на радость Гунсо: брусья, турник и еще некоторые специфичные. Получил ноутбуки, презентовал один духу журавля для работы, еще один оставил в общее пользование. А вот Айя не захотела менять мой, то есть наш с ней совместный, компьютер на новый. Мне пришлось минут двадцать с ней беседовать, чтобы докопаться до истины. От фугурумо фиг добьешься высказывания собственных желаний. «Как пожелаете, Амакава-сама» и все в подобном ключе. Как я понял, на том ноутбуке у нее уже все было настроено для игры, и менять технику ей не особо хотелось.

Мне тоже сделали подарок. Саса к обеду закончил работать с Хаганэ. Мой верный стальной нож стал выглядеть как новенький! Я немного потренировался, правда разницы в характеристиках оружия не заметил. Зато теперь он довольно гармонично смотрелся в моих вычурных ножнах, отделанных серебром. Иппон-датара был рад, что его старания оценили, и никакой особой платы не потребовал.

Довольно просто и буднично за заключенными приехали конвоиры и забрали не совсем вменяемых после моих экспериментов людей. Надеюсь, что мне больше не понадобятся подобные тренировки. Вроде бы, если хорошенько подумать, то все мои действия идут во благо, но все равно на душе мерзко. Хрен с ним, лучше не забивать себе голову. Думаю, что множественное подчинение и вечный ужас обойдутся без испытаний на живых разумных.

Ближе к вечеру Саса еще раз со мной пересекся:

— Братик Юто, тут такое дело…

— Да?

— Ваша служанка, Лизлет-сан, обратилась ко мне с просьбой. Она попросила сделать ее истинное тело немного тоньше.

— Чашку?

— Да.

— А ты можешь?

— Думаю, справлюсь. Но тогда ее истинное тело станет хрупким.

— Такого нам не надо, — покачал я головой. — Зачем ей это вообще?

— Ну, сестренка Лизлет ничего особенного не говорила. Но я слышал, как некоторые ее называют коровой… Может, она считает себя толстой?

Я фыркнул:

— Поговори с Мурабито, пусть побеседует с ней. Остальным я сам мозги вправлю. А что ты еще можешь сделать с цукумогами?

— Не знаю. Я с такими вещами почти не работал. Немного изменить размер, покрасить, сделать рельеф… еще должно получиться увеличить прочность… В принципе истинные тела цукумогами не так сильно отличаются от магических артефактов. Да и если что-то пойдет не так, они сами могут сказать.

— Интересно. Тогда позанимайся с ними. Уменьшать размеры не стоит, но вот сделать истинное тело более прочным… Над Ди-ниджу тоже поработай.

— Сделаю, братик.

— Я смотрю, тебе нравится это занятие?

— Это мое предназначение.

— А как там Агеха?

— Сестренку надо бы чем-то занять…

— И правда.

Мы с одноногим кузнецом обсудили хиноэнму, но так и не пришли к однозначному решению. Каких-то талантов или увлечений, кроме охоты на магов и экзорцистов, воздушный дух никогда не имела. Из пристрастий — любовь к модной одежде, что можно поощрить выдачей зарплаты. Мне же пришла в голову одна идея, которой я сразу поделился с Сасой:

— Как ты смотришь на то, чтобы назначить Агеху ответственной по связям с другими аякаси? — Саса недоуменно распахнул глаза. — Смотри, она ведь лидер в вашей троице? Смогла чем-то расположить вас к себе?

— Сестренка Агеха защитила нас от экзорцистов, — с сомнением протянул дух кузнеца.

— А по-моему, хорошая идея. Пусть начнет с коробокуру, нэкомата и оками, что поселились рядом. Донесет до них наши общие правила. А дальше посмотрим.

Хиноэнма от моей просьбы в восторг не пришла, о чем я догадывался, в общем-то. Однако обещала заняться, когда совсем, ну прямо совсем, нечего делать будет. С чем у большинства вассалов Амакава вообще-то все в порядке. Аякаси не надо постоянно скрываться от охотников на духов, работать по много часов в день, некоторым не требуется еда, гигиенические процедуры и сон. Вот и выходит, что они тупо ничем не заняты.

Дай с некоторой помощью Тосигами и Кайи успешно настроился на земляной источник магии поместья, тем самым неплохо усилив защиту особняка. Дзасики-вараси и дух камня плохо ладили, но Гунсо обещал научить их командному взаимодействию.

С зарплатными картами возникли проблемы. Их выдавали только при наличии удостоверения личности. Я решил подождать Ротшильда, и озадачить его данным вопросом, пока же попытался самостоятельно просчитать базовую ставку для каждого члена и выдал немного наличности. Некоторым — например, Агехе авансом. Пусть лучше платья меряет, чем к Тамамо лезет. Сколько платить аякаси — та еще задачка. Чтобы и для казны не критично, и им самим не обидно. В среднем я остановился на эквиваленте 300 долларах в месяц, учитывая их бесплатное проживание, кормежку, да и само легальное существование среди людей. Кайе, Химари и Агехе (вот кровопийца!) выделил по 700.

Немного позанимался по учебнику правил дорожного движения, одолженному Кабураги. Узнал массу полезных нюансов. Вечером засел за создание печатей для Куэс. Не сказать, что процесс переноса заклинания в бумажную заготовку похож на конвейер и очень быстрый. Каждый амулет получается уникальным, со своей слегка отличной структурой. Как картины у не слишком умелого художника. Думаю, что через пару дней смогу отдать свой долг Джингуджи. Разобрался с трофеями из Подмирья. Артефакт обнаружения воды, который Сидзука скинула мне, решено было продать. По словам Кагецуки много за него не выручить. Амулет определения ядов же Химари оставила себе и активно использовала, проверяя мою пищу. Массивный тяжелый доспех я поставил при входе — смотрится круто, но несколько чужеродно для образчика классического японского поместья, ну да и черт с ним. Дальше я полез в холодильник к зельям изменения размеров, чтобы протеститровать их работоспособность. Однако за несколько дней в нашем мире чудодейственная жидкость приобрела насыщенный темный цвет с некими плесневелыми разводами вкупе с отвратительными, ни с чем не передаваемыми запахами. Помня, что на Сидзуку яды практически не действуют, я предложил испробовать зелье мизухэби, однако лоли благоразумно отказалась. Только что пальцем у виска не покрутила. Пришлось, поздыхав, слить испорченную жидкость в унитаз. А ведь какие денежные перспективы могли открыться. Думаю, что в мире, по крайней мере, в развитых странах, полно людей, не слишком довольных размерами своего тела, либо его частями, и готовых выложить немало денег. Однако с данной идеей пришлось распрощаться.

Девятое августа прошло почти также, как и предыдущий день. Тренировка, чтение ПДД, штампование печатей для Куэс. Потом еще раз покопался в клановых хрониках, которые больше напоминали разрозненные записи из дневников. В основном от деда Генноске и Генджи Амакава. Только на этот раз я искал конкретную информацию. Оба предка активно использовали магию света для усиления собственного тела, однако никаких побочных эффектов так и не выявили. Идеальный допинг, без всяких мутаций или последствий для организма. Мой прадед, в отличие от деда был по натуре больше исследователем, так что именно в его записях удалось найти ценные сведения по артефакторике. Тут меня ждал облом. Ментальная магия — максимум, что может выдержать обычный материал. Теоретически, если взять золото, то в небольшую заготовку можно запихнуть слабую волну света. Но все равно артефакты выходят ужасно непрактичные. Для света подходят все те же материалы, что и для других типов магии, однако качество зачарования ниже. Генджи на страницах сокрушался, что какой-то огневик-артефактор среднего уровня («криворукий выскочка») более эффективно использует потенциал заготовки. Поэтому боевую артефакторику я мысленно отложил в очень дальний ящик. А вот над ментальными амулетами стоит поработать, когда освою имеющиеся.

Среди ночи меня разбудило противное пиликанье мобильного телефона. Долго не мог понять, что происходит. Знакомый рингтон звонка не играл, будильник тоже давно не ставил. Потом я наконец добрался до трубки и вчитался в мигающее сообщение: «Уведомление администратору. Обнаружена попытка вторжения в частную сеть Amakawa-net.»

С нехорошими предчувствиями я потопал в подсобку, где на полу в луже собственной крови обнаружилась цукумогами роутера.

— Элис! — спохватился я. — Я же просил тебя отключаться от сети!

— Устро… наблюда… скорость атаки… превысила ожидания… невозможно отключиться…

— Черт! Мне перезагрузить тебя?!

— Ответ отрицательный! Вредонос… скрипт может… бы… встроен в уст… Эли…

— Ты справишься?

— Вероятность 67 %, - спокойно выдала дух.

— Что будет, если этот скрипт до тебя доберется? — спросил я и сам же ответил. — Понятно, что ничего хорошего.

Я сидел рядом со своим вассалом, бережно сжимая руку и окутывая ее мягким светом. Вероятно, из-за отголосков магии, поскольку мы не особо шумели, комната стала заполняться другими духами. Но никто из них не мог помочь Элис в ее незримом сражении.

— Что здесь происходит?! — ворвался в подсобку Пудж. Большой и шумный, он сразу будто бы занял все помещение. Горящие глаза скрестились на цукумогами роутера. — Они посмели напасть на саппорта?! Не позволю! Дай мне доступ, я покажу этим нубам где инвокеры зимуют!

— В досту… отказано. Требуется подтве… администрато… — металлическим голосом произнесла Элис.

Я нахмурился и покосился на компьютерного цукумогами, который пылал праведным гневом и нетерпеливо размахивал своими железками. Если Айе и Элис я доверял почти с самого начала и не опасался за сохранность информации, то Пудж — совсем другое дело. Однако иных вариантов в голову не приходило:

— Подтверждаю. Дай ему доступ в сеть.

— Выполняю…

— Бху! По всем линиям прорыв! Но я и не такие катки вытаскивал! — прорычал мясник.

Пудж ушел в себя, периодически издавая громкие ругательства на своем геймерском сленге, но уже через десяток минут удовлетворенно выдал:

— Кха! Слилось рачье! 8к MMR это вам не игрушки!

Элис постепенно приходила в себя и смогла подняться с пола с моей помощью:

— Администратор, закрыть доступ устройству Пудж в сеть Amakawa-net?

— Э-э, что сразу закрывать? А если снова полезут? Ты ведь соло не вывезешь!

Роутер сверкнула своими зелеными глазищами, но промолчала, оставляя решение вопроса на меня.

— Хорошо. Доступ останется, но взамен ты должен будешь защищать нас от кибератак. Справишься?

— Да раз плюнуть! Тьфу.

— Не плюйся в доме, — поморщился я. — Веди себя культурнее.

— Да-да, — поковырялся в носу толстяк. — А это… можно мне сюда перебраться?

— В доступе отказано, — моментально отозвалась Элис.

— С чего это?! Ну может твой админ разрешит?

— Данный вопрос решает сама Элис, — сразу сказал я.

— Детка, соглашайся. Я покажу тебе свой «мясной крюк»! — ухмыльнулся мясник.

— Устройство Элис сожалеет о необходимости подключения устройства Пудж к общей сети, — проговорила дух роутера, и в ее словах мне впервые четко послышались эмоции. Негативного плана, разумеется.

— Постарайтесь сработаться, — вздохнул я. — Пудж, сделаешь что-то Элис, и я тебя развею в мелкую пыль.

— Да что я-то сразу?! Верно говорят — все зло от женских персов!

— А кто грозил показать свою «крюк»?

— И чего тут плохого? Смотрите!

Пудж замахнулся своим необычным оружием — длинной цепью с крюком на конце, и выстрелил в коробку в дальнем углу комнаты. Железо прошило мягкий картон навылет, после чего аякаси притянул коробку к себе резким рывком, отчего из нее начали вываливаться разные хозяйственные приспособления.

— Круто, правда?!

— Ты что творишь, обезьяна ходячая?! — взвилась Кайя и ударила Пуджа слабым пространственным выбросом. После чего принялась собирать разбросанные инструменты.

— Ты сломал наш секатор, — возмутилась дзасики-вараси и пробурчала. — А я ведь еще и защищала это недоразумение.

Пудж почесал свою макушку с редкими зелеными волосами:

— Я не специально.

— Что-нибудь узнали про нападавших? — спросил я.

— Нубы полнейшие! Никакой реакции. А, еще я адресок пробил.

— Так что ты сразу не сказал?

— Он может быть фейковым. Читеры любят прятаться за фальшивыми айпишниками.

Я быстро связался с Хитсуги (похоже и впрямь не спит никогда) и передал ей адрес в одном из пригородов Токио. Якоин обещала послать своих людей на разведку бесплатно, но, если понадобится силовая поддержка — тут одним спасибо не отделаешься. Заодно я отчитался о завершении работ с «чистым разумом». На что глава девятого клана обещала вскоре пригласить меня на знакомство с ее родителями. Причем таким тоном, словно я иду просить у них благословление на брак.

Ранним утром вернулся Ротшильд, который успел кроме Лондона побывать в Париже и Нью-Йорке. Немолодой мужчина выглядел усталым, хотя в остальном внешний вид оставался все таким же безупречным. Альберт отчитался о ходе торгов. Золото и шкуру василиска продали почти сразу, а вот с чертоглазом возникли сложности. Дефицит на английском рынке возник из-за проходящих дебатов по разрешению использования зелья по смене пола, одним из главных ингредиентов которого и был заветный цветок. Зельевары страны заранее выкупили все запасы, уверенные в успешности дебатов, однако законопроект так и не приняли. Отчего на английском рынке образовались излишки, и чертоглаз сильно упал в цене. Во Франции и США Альберту удалось заключить несколько достаточно выгодных сделок. Тем не менее предварительные прогнозы оказались излишне оптимистичными. Итоговый профит с продаж может составить 25–30 миллионов долларов вместо изначальных 150. Около девяти миллионов уже в скором времени осядет на моих счетах, остальной же товар будет законсервирован особыми чарами и дожидаться часа, пока цены не поднимутся на приемлемый уровень.

Подумать только, как быстро я привык к подобным суммам. Я даже не особо представляю, на что их можно потратить. Тачку статусную приобрести? Хотя, вспоминая прибытие представителей великих кланов на Тсучидзиму, более разумным выглядит покупка вертолета. На бюджетный вариант по словам Альберта хватит миллиона, но тогда надо еще и пилота нанимать. Взвесив все за и против, я решил брать и озадачил Ротшильда и Кагецуки данным вопросом. Со школой также решил не мелочиться и выкупить здание полностью. Если с приютом не выгорит, сделаю общежитие для духов. Акира уже освоился в заброшенном здании, хотя большую часть времени все равно проводил в особняке. Ну ничего. Кайя сказала, что это только вопрос времени, и из новичка еще выйдет достойный дзасики-вараси. Ответ от императора Рюноске на мое письмо пришел ранее, но в нем ничего конкретного правитель не написал. Мол, сначала вопрос создания приюта для духов должен быть согласован с советом экзорцистов. Что будет явно непросто сделать. Еще некоторую сумму, как и ранее, планировал вложить в наиболее доходные отрасли. Потенциал Ноихары был ограничен, поэтому решили обратить свой взор на Такамию. Альберт обещал подобрать варианты.

Хитсуги огорчила отсутствием новостей о неизвестных, вломившихся ночью в наше кибер пространство. Хакеры, по-видимому, поняли, что их обнаружили, поэтому быстро покинули временное убежище. Судя по следам и организованности нападения Якоин предположила, что это кто-то из кланов. Не великих. На ум приходят только Ходжо, но улик никаких нет. Пользуясь случаем, я более подробно ознакомился с наработками Айи и Элис, которые они накопали о данной компании во всемирной паутине. Информация, если сравнивать с отчетом Девятого клана, отличалась неструктурированностью и отсутствием каких-либо выводов. Список активов, компаний, весьма приблизительное количество магически одаренных членов — три десятка. Не слишком высокого уровня. В сети курсировали некие смутные слухи насчет запугивания более мелких кланов и принудительного поглощения оных. Это можно будет использовать.

К полудню мы большой компанией прибыли в порт Такамии с инспекцией новообразованного предприятия. Amakawa-mizu обреталась в небольшом складе с мини-краном и прямым доступом к морю. Насчитывалось пять человек персонала: менеджер, бухгалтер, грузчик, техник и водитель катера. Обычные люди, с которыми заключили особый контракт с последующим стиранием памяти после увольнения. Они явно были не в своей тарелке из-за деятельности, которой занимались, однако платили хорошо, так что никто не возникал. Сидзука пообщалась с духами-последователями и сильно расстроилась, узнав, что один из них пропал без вести. Океан — неспокойное место. Мне показали гору отсортированного… мусора. Пивные банки, бутылки и прочие отходы человеческой деятельности. В отличие от разумной Сидзуки, низшие духи пока очень слабо понимали ценность предметов, которые они находили на морском дне. Да и сотрудники ввиду новизны самой профессии были не слишком опытны. Однако мало-помалу обучение поисковых аякаси продвигалось. Первоначально мизучи вообще притаскивали красивые камешки и ракушки, так что прогресс налицо. Большинство магических работников уже понимало человеческую речь, несколько даже умели сносно изъясняться на японском.

Сейчас сотрудники тестировали подводные видеокамеры, которые крепились к самим аякаси. Ввиду небольших размеров или частичной нематериальности оных, задачка нетривиальная. Нашли несколько ранее неизвестных затонувших судов в бухте Такамии, о чем сообщили в соответствующую городскую службу. Показали мне сайт, где выкладывалось описание находок, могущих представлять хоть какую-то ценность. Логотипом стала симпатичная голубая змейка. Официально мы использовали обученных дельфинов и специальную аппаратуру для подводного поиска. Пока страничка нашей фирмы популярностью не пользовалась, что, впрочем, было нам на руку. Если никто не предъявляет свои права, то мы просто забираем находку себе. Сидзука была довольна, только попросила дать рекламу сайту. Береговая охрана и полиция уже заинтересовались Amakawa-mizu. В хорошем смысле. Поступали предложения о сотрудничестве, однако Альберту претило помогать на безвозмездной основе. В дальнейшем он планировал заключить гос контракт и как следует облегчить местный бюджет.

Вечером я отложил все дела и провел время за просмотром фильма, который назывался «Принцесса мононокэ». Интересный взгляд на духов. Хотя в большей степени это напоминало борьбу человека против природы. Тогда как на самом деле большинство аякаси совсем не чураются благ цивилизации и блюстителей чистоты природы среди них столько же, сколько и среди людей. Если не меньше. Жаль, что духов так мало, они разобщены, да еще страдают от гонений экзорцистов. Может, они бы смогли построить уникальное государство, основанное на магии. Или сочетании технологии с магией. Дайдароботтчи в фильме был показан пускай не совсем точно, но некоторые его особенности вроде увеличения в размере переданы верно. Мы распросили нашего молчаливого гиганта, в ходе чего многие с удивлением узнали о наличие у него последователей. Все-таки Дай был самым старым существом в клане, весьма знаменитым и сильным. Одна Кайя не удивилась. Она еще предыдущим днем приметила семью кротов, которые поселились недалеко от особняка. Последователей у Дая было намного больше, однако их мобильность ввиду принадлежности к стихии земли оставляла желать лучшего. Но если каменный дух останется в Ноихаре надолго, то большая часть со временем переберется к нам. Так что саду камней быть!

— Агеха, а у тебя есть последователи? Ты ведь вроде как к воздушной стихии относишься?

— Не твоего ума дело, — неожиданно зло огрызнулась хиноэнма. — Вон парочка привязалась на мою голову, — кивнула девушка на Сасу с Даем.

— Добрее надо быть. И народ потянется к тебе, — зевнул я.

— Больно надо. За мелюзгой присматривать сплошная морока.

— Цундере, — хмыкнул я, вставая с дивана.

Агеха опасно сузила глаза и прошипела:

— Без «дере», охотник!

— Ладно-ладно. Как скажешь. Кстати, красивое платье. Надеюсь, ты не всю зарплату на него потратила? Спокойной ночи, Цун-тян.

- %N#&!!!

Глава 4

11 августа я пригласил к себе наследницу клана Джингуджи, чтобы вручить обещанные амулеты за ее помощь, заодно напомнил о наших договоренностях. Прибыла Куэс буквально спустя час на машине четвертого отдела. Скорее всего, использовала свой телепортационный артефакт, чтобы переместиться в Такамию. Молодая колдунья выглядела как всегда великолепно: в изысканном платье, с идеальной прической и скромном, но выгодно подчеркивающем белую кожу и выразительные глаза, макияже. На лице привычная маска небольшой надменности и высокомерия, что, как ни странно, весьма шло Куэс. Особенно учитывая, что я знал ее как доброго и отзывчивого человека, несмотря на внешнюю грубость.

— Ваши «ошеломления», Джингуджи-доно, — протянул я красиво упакованный Кайей сверток.

— Юто, брось этот официоз. Он у меня уже в печенках сидит. Мама в последние дни заставила меня посетить с десяток разных приемов, да еще MI0 все мозги прополоскали. Кстати, вот держи.

Куэс передала мне небольшой конверт, в котором находилось приглашение на званый вечер от клана Джингуджи на 17 число.

— Я приду. Любопытно наконец увидеться со своей опекуншей. Надеюсь, у нее нет предубеждений против духов?

— Мерухи не против. Я ей сразу сказала, что ты притащишь с собой парочку этих… созданий.

— Отлично. Так что, перейдем к запланированной проверке?

Куэс вздохнула и передала мне свой гримуар:

— Он твой. Я недавно проверила его у мастера. Он подтвердил наличие духа. Но я бы хотела своими глазами убедиться в этом. Подумать только. Джингуджи не одно десятилетие пользовались грязным артефактом, который следовало давно уничтожить! Я надеюсь, что данный факт останется между нами.

— Конечно, о чем речь! — воскликнул я. — Кайя, позови Сасу, пожалуйста.

— Да, Амакава-сама.

Через пару минут нервничающий иппон-датара предстал пред нашими очами. Его сопровождали Дай и Агеха зачем-то.

— А вы что, за компанию пришли? — спросил я недоуменно.

Хиноэнма молча перевела недобрый взгляд на Куэс.

— Ах да, Сумереная луна, — произнес я. — Не беспокойтесь, она не причинит вреда аякаси Амакава. Можете постоять рядом, раз так упорствуете. Саса, что ты можешь сказать про гримуар?

Одноногий кузнец бережно принял книгу и принялся внимательно осматривать, совершая иногда быстрые пассы руками.

— Внутри заключен дух, — резюмировал Саса. — Это цукумогами. Цепи сдерживают его, угнетают. Оставлена лазейка для одной способности. Скорее всего связана с перемещением. Хмм, она не принудительная, насколько я понял.

— Что это значит? — спросила Куэс.

— Если бы дух захотел, мог бы отправить владельца в жерло вулкана или на дно океана, например.

— Что?! — ошарашено выдавила колдунья. — То есть, если бы он пожелал, то я… Постой, он ведь может переносить только в то место, где оставлены вырванные страницы из книги. Их осталось всего шесть.

— Детали переноса я определить не могу… Да и цепи мешают. Но думаю столь сильному цукумогами хватит возможностей переместить владельца на небольшое расстояние в произвольную сторону. Под колеса грузовика, или просто на большую высоту.

— God damn! Это ужасно. Моя жизнь каждый раз висела на волоске и практически зависела от желания аякаси. Юто, если ты не будешь использовать его, позволь мне уничтожить артефакт.

— Вот еще. Куэс, запиши, пожалуйста, местонахождение всех страниц артефакта. Саса, как нам освободить его?

— Думаю, достаточно перерезать цепи, дух сам придет в норму. Их нельзя снять на время, только уничтожить.

— Хорошо. Кайя будь наготове.

— Да, Амакава-сама.

Постепенно напитывая Хаганэ светом, я добился нужной концентрации магии и аккуратно перерезал цепи. От книги сразу же прокатилась волна магии, словно тихий вздох. После чего одномоментно гримуар превратился в невысокого юношу с неряшливой соломенной шевелюрой, брюках, рубашке, свитере и больших старомодных очках. Парень сонно зевнул и вяло пробормотал:

— Зачем вы меня разбудили?

— Э-эм, ты бы предпочел и дальше спать?

Аякаси потянулся и потер лицо, словно человек, пытающийся отойти ото сна.

— Нет. Нет, я больше не хочу постоянно спать. Просто я так давно не бодрствовал, что уже забыл, как это делать, — тут взгляд парня сфокусировался на Джингуджи. — Хозяйка, это вы?

— Да, я владела тобой несколько лет, — скупо обронила колдунья.

— Точно. Я вас узнал. Вы такая тяжелая! Очень сложно вас перемещать.

— ЧТО?! Где это я тяжелая, тупой е-кай?!

— Куэс, остынь. Я думаю, что он имел в виду не твой вес.

— Вес… Да… э-э-э… Я плохо переношу огонь. А в вас много огня, хозяйка.

— Не называй меня так. Твой хозяин теперь Юто, — кивнула головой в мою сторону Джингуджи.

— Хозя-и-ин, — со смачным зевком проговорил аякаси. — Можно мне поспать?

Парень принялся укладываться прямо на полу, поэтому я зачастил:

— Постой, у тебя будет своя комната с кроватью. Кайя проводит потом. Я Амакава Юто, глава шестого великого клана экзорцистов. А сейчас ответь, согласен ли ты вступить в клан Амакава?

— Наверное…

— Как тебя зовут?

— Генри.

— Ладно, Генри, иди спать. Но нам с тобой еще много надо обсудить и сделать.

— Да, хозяин… у-а-а.

— Пойдем, соня, — дзасики-вараси взяла духа под руку и увела из комнаты.

— Удивительно. К тебе прямо потоком стекается разная нечисть. Насчет хиноэнмы уверен? Они никогда не отличались добрым нравом.

— Не уверен, — честно ответил я. — Но время покажет. Насчет нечисти — зря ты так. Среди духов встречаются весьма ценные кадры.

— Амакава, что тут скажешь.

— Как насчет спарринга?

Куэс приподняла одну бровь:

— Думаешь, уже созрел, чтобы бросить мне вызов?

— Боишься продуть новичку?

Куэс хмыкнула, даже не удостоив ответом. Мы направились на задний двор, который благодаря Кайе не носил и следа от былых сражений и случайного выброса огненной магии ранее.

— И не думай сдерживаться только потому, что я девушка. Этим ты сильно меня оскорбишь, — произнесла Джингуджи, встав напротив меня.

— Сдерживаться я буду в первую очередь потому, что это просто тренировка.

— Несерьезные тренировки мало помогут тебе в бою с бывалым противников. Такие не будут чураться грязных приемов.

— Ты права, но может тогда…

Я начал говорить предложение, делая вид, что все еще идет подготовка к бою, а сам в это время спешно напитывал тело светом. Раз она так хочет грязных приемов, пусть потом не жалуется. Взвинтив скорость почти до предела, я выхватил Хаганэ и рывком бросился на оппонентку. Лезвие слабо засветилось желтым, сигнализируя о вложенной магии. Куэс хоть и растерялась, но лишь на пару мгновений. Колдунья моментально сформировала полупрозрачную желтую сферу вокруг себя, на которую я и наткнулся. После удара моим Хаганэ вспыхнул мириад маленьких искорок, однако защита выдержала. Из моих скудных знаний о возможностях потомственной ведьмы я выудил крупицы полезной информации. Колдунье требовалось некоторое время на формирование заклинания. Поэтому мне необходимо пробить барьер и нарушить ее концентрацию. В любом случае затяжного боя мне не выиграть. Я напитал клинок светом под завязку и рубанул прямо по сфере, отчего та подернулась рябью и распалась. Однако те несколько секунд дали Куэс возможность произнести заклинание и воздвигнуть вокруг себя новую сферу оранжевого цвета. Как на мой дилетантский взгляд, более мощного плана и лучше структурированную, что ли. Если первый барьер был грубой поделкой, слепленной наспех, то вторая — на порядок сложнее. Судя по небольшому притоку магической энергии, она даже подпитывалась напрямую и могла восстановиться после пробоины. Хотя мой покров все равно удобнее — он позволяет быстро смещать акценты, уплотняясь в месте удара. Я думал, что у меня будет больше времени, чтобы поковыряться в ее новой защите, но Куэс не оправдала мои ожидания, метнув яркий огненный шар прямо мне в лицо. Я не рискнул принимать на покров, успев сформировать небольшой щит света вблизи. Огонь пожрал защиту, словно и не заметил! Хотя бы целостность потерял, распавшись на мелкие составные огоньки и пролившись на землю горящим напалмом.

Тем временем колдунья что-то быстро прошептала, и по ее телу прокатилась волна магии. После чего двигаться Куэс стала намного быстрее. Пускай до моего уровня не дотягивала, но с такой защитой это не критично. Да и от ее атак увернуться неимоверно сложно. Я чувствовал каким-то своим внутренним радаром, что формируется опасная магия, и даже иногда предугадывал направление, но вот уклониться не всегда получалось. Света на защиту уходило непозволительно много. Стало жарковато от пролетающих метеоров.

Не успел я порадоваться своему успеху — эффектному перекату в сторону от гудящего огненного шара с какой-то чернотой внутри, как осознал, что заклинание летит прямиком в особняк.

— Кайя меня прибьет, — пролетело у меня в голове.

Неожиданно на пути шара выросла земляная стена — очевидно, работа Дая. Однако прежде чем столкнуться с преградой в виде усиленной тверди, заклинание наткнулось на пространственный щит. Кайя, наблюдающая за схваткой, также вмешалась.

— Не расслабляйся! — крикнула соперница, используя мое замешательство для новой атаки. Фактически отплатила мне той же монетой, что и я в начале поединка.

Я не успел сконцентрировать покров, отчего получил нехилый ожог груди, футболка вспыхнула в момент. В дальнейшем Джингуджи показала, что ее уровень выше. Мои атаки создавали бреши в защите, однако ведьма успевала отходить и восстанавливать барьер. Я тоже достаточно легко принимал магические удары, либо уворачивался. Тем не менее итог закономерен — на фоне чудовищного резерва сумеречной луны мой смотрелся весьма жалко. Даже Агеха, коей я сильно уступал по данному показателю, выглядела лишь бледной тенью.

— Сдаюсь! — произнес я и коротко поклонился. — Благодарю за поединок.

— Всегда пожалуйста. Заставил ты меня выложиться. Я слышала о скорости Амакава, но столкнуться с этим вживую — совсем другое дело.

— Спасибо. Только вот до твоего резерва мне еще расти и расти.

— Какие твои годы, — усмехнулась колдунья. — Некоторые экзорцисты совершенствуются и развиваются до очень преклонного возраста. А учитывая, что ты начал активно тренироваться меньше двух месяцев назад, сравнивать нас некорректно.

— Может, мне тоже попробовать ритуал усиления, вроде того, что ты прошла?

— Он тебе не подойдет. Вернее, подойдет, но про тонкие артефакты можешь забыть.

— Все так плохо?

— Не жалуюсь, — немного обиделась Джингуджи. — К тому же он ужасно болезненный. А как известно, женщины умеют терпеть боль намного лучше мужчин.

— Ладно. Пойдем, перекусим. Кайя, устроишь?

— Сей момент, Амакава-сама, — раздался голос дзасики-вараси.

— Еду, которую готовил дух? — скептически вопросила ведьма.

— Ты оскорбляешь мой клан своими сомнениями. У меня есть амулет определения ядов, если что.

— Можешь продать нам партию? — оживилась наследница двенадцатых.

— Не моего производства. Из Подмирья вынесли.

— Жаль.

Во второй половине дня я разбудил новоприобретенного аякаси и немного расспросил. Генри мало что помнил о своей прошлой жизни — сказалась долгая спячка. Сколько ему лет также не удалось определить. Хотя по очкам и одежде можно дать конец восемнадцатого, начало девятнадцатого века. Истинное тело — пухлая книга с пустыми страницами, скромным переплетом и неказистой обложкой. Человеческий вид цукумогами также был довольно заурядным для европейца, скорее всего, англичанина. Все-таки Джингуджи имеют множество связей в туманном альбионе, так что, вероятно, именно там клан обзавелся артефактом. Настрой духа был пассивным, он исполнял указания по мере сил без всякого сопротивления. Я было хотел приказать ему упасть-отжаться, но передумал издеваться. Слишком уж Генри выглядел беззащитным и доверчивым. Если это маска, то сразу виден талант. Сидзука при старании выглядела еще более невинной, однако долго не могла сдерживаться, и истинная натура отнюдь не безобидной аякаси прорывалась наружу.

Опрос Генри о его способностях выявил потрясающие подробности, о которых Куэс могла догадываться, но использовать — вряд ли. Дух сообщил, что при его запечатывании из книги, то есть, из него, вырвали ровно сто страниц, но за десятилетия большая часть была уничтожена и банально канула в лету. Однако ничто не мешает пополнить запас, ведь теперь его не сковывают магические цепи (ну, разве что, опасность полного облысения, ведь в человеческой проекции страницы представляли волосы). Другими словами, наделать маяков для телепортации можно огромное количество! Поразмышляв на эту тему, я решил запрячь своих вассалов по максимуму. Особенно Сидзуку, Кагецуки и Агеху, как способных перемещаться относительно быстро. Журавля послал полетать по префектуре и оставить метки в наиболее важных местах, также посетить Токио. Сидзука должна сплавать к другим крупным городам Японии. Агеха — смотаться в близлежащие азиатские страны. Успел связаться с Ротшильдом до того, как он снова покинул острова, и попросил его также оставить страницы из гримуара в тех частях света, где ему предстоит побывать из-за торговых дел.

Когда Генри немного набрал форму, я протестировал его телепортацию на небольшом расстоянии. По ощущениям мало чем отличается от английской сети вуднет. Со стороны, правда, смотрелось забавно — мне приходилось брать Генри за руку перед перемещением. Жаль, что длина прыжка почти не влияет на усталость аякаси, и восстанавливаться для повторного использования ему приходится пару дней. Мой «вес», по его словам, меньше, чем у Джингуджи, но двоих одаренных за раз он вряд ли перенесет. Айя очень пристально наблюдала за магией книжного цукумогами, и было отчего. Пространственные способности аякаси были очень похожи. Только если фугурумо имела огромный пространственный карман и могла перемещаться лишь на короткие расстояния, то гримуар мог поместить в складку очень ограниченный объем, зато прыгал хоть на другой конец земного шара. Даже поведение духов: отстраненность и пофигистичность делали их похожими друг на друга. Возможно, сказывается родство их истинных тел, основой которых является бумага.

— Слушай, а на Луну ты можешь телепортироваться? — поинтересовался я. — Если бы туда можно было доставить маяк?

— Не знаю, — полусонно ответил паренек и поправил сползшие очки. — Насколько она далеко?

— Четыреста тысяч километров.

— М-м-м, а сколько до другой точки планеты, самой дальней от нас?

— Больше двенадцати тысяч, если мне не изменяет память. Это если по прямой.

— Может получиться, — с сомнением протянул дух. — Но я не уверен, что смогу существовать там и вернуться обратно.

— Да-а, это всего лишь размышления, не стоит особо заморачиваться. Итак, всем ясны их задачи? Страницу защитить от промокания и повреждений, закопать в малолюдном месте в парке на небольшой глубине. Если возникнут идеи получше, можете сами выбрать место.

— Да, Амакава-сама, — тихо заметила Айя.

— Сделаю, — протянул Кагецуки.

— Хм-м, — задумчиво пялилась на бумажки в своих руках хиноэнма. Поняв, что мы ожидаем от нее ответа, Агеха выдала нейтральным тоном. — Посмотрю, что можно сделать.

Что ж, вряд ли от нее можно добиться большего. По крайней мере, она будет занята, и не останется времени на всякую ерунду.

— Сестренка, ты уходишь? — с удивлением спросил Саса, глядя на собирающуюся хиноэнму.

— Да, охотник решил выгнать меня, — несколько исказила правду Агеха.

— Что?! Ты что-то сделала? Подожди, я поговорю с ним, все разрешится!

— Ладно, он дал мне задание кое-куда слетать.

— Ясно… ты ведь вернешься, сестренка? — проницательно спросил иппон-датара. — Дай тоже будет скучать, верно большой братик?

Земляной гигант молчаливо кивнул.

— Что, у вас даже мыслей не мелькнуло последовать за мной? — едко проговорил воздушный дух. — Ну и отлично, наконец я от вас отвязалась… Охотник тебя побери, ты же сам не горел желанием примыкать к экзорцистам!

— Братик Юто не плохой человек. Он, конечно, будет нас использовать в меру наших способностей. Но он не принуждает магией и не заставляет нас делать то, что нам самим неприятно. Зато тут вкусно кормят, и можно без всякой опаски ходить на фестивали.

— Мне неприятно находиться рядом с экзорцистами, а он заставляет меня терпеть этих тсучимикадовских выкормышей! Помыкает мной своей… кровью!

— Ну что ты как маленькая?

— От тебя это звучит как оскорбление, малявка. Раз вам так здесь понравилось, то не буду мешать, — шатенка решительно направилась на выход их комнаты.

— Постой, сестренка, — обратился кузнец к хиноэнме, отчего та застыла на пороге. — Ты хочешь и дальше вечно бегать и скрываться? Знаю, твою природу переделать сложно, но ты могла бы найти себе занятие здесь. Агеха, вернись, пожалуйста. Не ради нас, ради себя.

— Пф-ф, — неопределенно выразилась аякаси и поспешно покинула помещение.

Саса вздохнул и обернулся к своему товарищу:

— Как с ней сложно, да?

— Бр-ж-ж, — неразборчиво промычал дух камня.

— Ты прав. Безответственная и самоуверенная.

— Жбр-р-р-рж…

— Ну не знаю…

— Кнж-брн.

— Да, я тоже верю, что она вернется! — обрадованно произнес дух кузнеца.

Двенадцатого числа последнего месяца лета я засел за оставшиеся амулеты, до которых ранее не доходили руки. «Ослепление» получалось уже неплохо. Амулет «ложная цель» заставлял разум объекта видеть несколько твоих копий. Весьма удобная вещь, хотя, как и большинство моих ментальных поделок, на высших е-кай практически не действует. Но для рядовых экзорцистов других кланов или четвертого отдела, которые сражаются в основном с низкоуровневыми духами, это серьезная поддержка. Наконец занялся связным амулетом, который многократно усиливал телепатические способности разумного. Оказывается, почти любой дух или человек, даже обыватель, обладает зачатками экстрасенсорики. Только очень малыми и трудноразвиваемыми. С помощью амулета отправитель создавал ментальный посыл адресату, тот также активировал свой разговорник, после чего около пяти минут можно было общаться телепатически. Из плюсов перед обычной связью — сложность заглушки, возможность передавать образы, картинки и нечто вроде мысленного видеоряда. Я с Химари провел несколько тренировочных сеансов связи, через которые бакэнэко передавала мне свои воспоминания. О бабушке с дедушкой, об отце, обо мне самом в детстве. Правда, все это было не слишком достоверным. Я представлялся кошке рыцарем без страха и упрека, отец — подлым мерзавцем, дед — строгим и брутальным, маленькая Куэс — злой чертовкой, что отражалось на передаваемых образах. Помня о ненадежности мобильной связи, я решил наделать некоторый запас связных амулетов — на всякий случай.

Следующим утром Пудж, помогающий Элис, нашел на одном закрытом форуме грозную перепалку между двумя юными представителями кланов Ходжо и Масутани. Последние — совсем небольшой клан, скорее семья, пытающаяся стать независимой. Родители — опытные экзорцисты, дочь — выпускница Оммедзи Гакуэн, сын — учится там же. Владеют небольшим бизнесом. Ходжо интересны отнюдь не финансовые активы семьи, а одаренные — не менее ценные ресурсы. Вот младшего и начали травить в школе. Судя по сообщениям, отцу с матерью также приходится несладко. Я обдумывал разные способы отомстить Ходжо, но все они были трудновыполнимыми, либо включали в себя прямое столкновение и убийство людей. В случае самообороны — это одно, но вот нападать именно с целью оборвать чью-то жизнь, а потом пытаться скрыть улики и постоянно мучиться совестью — совсем другое. Нет, такую грань я переступить не могу. Поэтому остается вариант найти доказательства их причасности к нападению. В связи с тем, что аналоги сыворотки правды давно существуют в разных кланах, также имеется множество способов сокрытия памяти от допроса. Как временного, так и постоянного. Уж эти способы с лихвой отработаны на обывателях.

В мою голову пришел пока еще очень смутный, неоформленный план. Впрочем, первый пункт был понятен — наладить диалог с Масутани. Как говорится, враг моего врага — мой друг. Связаться с экзорцистами попросил Элис анонимно. Пудж рвался помочь, и я не стал ему отказывать.

Вечером я напросился на урок фехтования от Химари-сенсея. Бакэнэко показала мне несколько простых стоек и приемов и наказала отрабатывать по тысяче раз каждый. Чтобы в бою мне помогали рефлексы, а не только удача и магия. С боевыми искусствами я знаком исключительно по фильмам, однако закралось у меня смутное подозрение, когда Химари отрабатывала удары. Стиль аякаси не рассчитан на человека ввиду наличия сверхспособностей. Мне она прививала похожий, разве что с учетом короткой длины моего основного оружия.

После изнурительной тренировки и посещения ванной я копался с «вечным ужасом», когда неожиданно в моем кабинете появилась обеспокоенная Кайя. Помимо спальни я обжил лишь одно помещение, в котором работал и с бумагами, за компом или с артефактами. Из-за чего здесь царил некоторый творческий беспорядок, очень нелюбимый дзасики-вараси и иногда навещающей кабинет чистюле Лизлет. Пофиг на бардак — главное, что мне удобно.

— Амакава-сама, у нас гость!

— Кто еще без приглашения?

— Дух. Сильный. Он не приближался к моей территории, но и не скрывался. От него веет огнем.

— Сильнее Тамамо?

— Не могу сказать точно.

— Это может быть и ловушкой. Ладно, собери всех во дворе.

Через некоторое время воинство было построено перед особняком. Что примечательно, собрались все на том же месте и в том же порядке, что и на утренней зарядке.

— Гунсо, Мурабито, Акира, Лиз, Элис, Пудж — возвращайтесь внутрь, но будьте настороже. Акира, прихвати Фокса, чтобы под ногами не путался.

— Да, братик Юто, — отозвался дзасики-вараси.

— Генерал, я могу сражаться! — вспыхнул дух каски.

— Я верю, но разве приказы командования обсуждаются?

— Никак нет, товарищ генерал!

Я осмотрел оставшихся духов и людей. Гинко рядом с Шидо, Маки, Саса, Дайдароботтчи, Кайя и Айя. Мда уж. Встречать сильного потенциально недружелюбного огненного духа таким составом — не слишком хорошая затея.

— Где Химари носит?

Я сосредоточился, и уже через несколько секунд почувствовал знакомую ауру. Бакэнэко быстро проскользнула ко мне и шепнула:

— Милорд, то пришла ящерица из Подмирья. Джа… Джа-бе-воки.

— Бармаглот?! — натурально удивился я. — Какого демона он здесь делает? И почему мы говорим шепотом?

— Милорд, ураз… поняла я, что вы желаете скрыть наши похождения в ином мире от других кланов.

Вот оно что. Я бросил короткий взгляд на Шидо с Маки, пытающихся принять безучастный вид. Несмотря на наши хорошие отношения, они все также остаются шпионами Тсучимикадо. Жаль, конечно, что нам не удалось утаить клановые секреты от экзорцистов, но и сами соглядатаи принесли немало пользы. Думаю, пока их не стоит посвящать в некоторые детали. Сначала лучше самому пообщаться с пришельцем.

— Мы с Химари пойдем на разведку. Ждите нас тут.

Глава 5

Ради интереса я сосредоточился и постарался отыскать аякаси самостоятельно. Расстояние было велико, но и дракон светился в магическом плане как рождественская елка или, если точнее, то как большая горячая печка. Бармаглот находился в стороне озера. Мы с телохранительницей осторожно приблизились к месту обитания гостя, постоянно ожидая подвоха. Однако следов пребывания иных сущностей или ловушек на нашем пути не оказалось. Когда мы с бакэнэко вышли на берег водоема, я невольно перешел на возмущенный английский:

— Какого хрена ты купаешься в моем озере?!

Здоровенная рептилия перестала барахтаться и приподняла свою массивную голову над водой:

— О, привет. Оно твое? Не знал. Ты отсюда берешь воду? Не переживай, я достаточно чистоплотный. Особенно по сравнению с людишками.

— Как ты здесь оказался?

— Прилетел. Ты ведь звал в гости, вот я и решил проветриться, — пророкотал Бармаглот.

Я потер лоб:

— Ладно. Как ты выбрался из Подмирья?

— Чешир помог. Научил еще отводить взор людишкам. Сказал, что здесь много охотников на духов. А сам я — существо миролюбивое, первым в конфликт не вступаю. Если сильно не злить.

Картина плещущегося в озере дракона, освещенного живописным закатным солнцем, выходила немного сюрреалистической. Это в иномирье я перестал обращать внимание на странности, но появление Бармаглота на пороге моего дома рушило привычные устои.

— И что ты от меня хочешь?

— Разве так встречают гостей?! Где кушанье, пышный бал, ковровая дорожка? Так у Королевы было. Ладно. Я благодарен тебе за спасенье из плена, так что многого не требую. Пару молодых сочных барашков или топторыгов. Да вина бочонок. Только не слишком молодого.

— Будет тебе вино… — поморщился я. Еще один проглот. — Может ты уже перекинешься в человеческую форму?

— На кой ляд?

— Она удобнее.

— Что? Ваша жалкая, слабая, вонючая, бледная плоть? Она не может быть удобнее!

— Ты что, не умеешь? Ты ведь высший аякаси, они все умеют. Правда, Химари?

Бакэнэко с большим трудом следила за ходом нашего разговора на иностранном языке, но тут смысл уловила и кивнула с улыбкой.

— Незачем мне это умение! Только слабаки будут маскироваться под людишек!

— Слушай, чудище лохнесское, ты на чужой земле, поэтому изволь вести себя по нашим правилам… Серьезно не умеешь?

— Да что ты пристал?! Не собираюсь я превращаться в мелкую дичь! И я тебе не Лох-Несс! Как можно меня с этой мутной рыбехой спутать?!

Я снова потер лоб, поморщившись от громкого драконьего рыка:

— У нас запрещено показывать истинный лик духов на публике. Охотники с тобой церемонится не будут.

— Пусть попробуют, — оскалился аякаси.

— Идиот.

— Да пошел ты!

— Ящерица драная! Ты не у себя в Подмирье! Здесь другие правила! Если тебя кто-то увидит, тут же придут охотники. У тебя против них ни единого шанса. Даже Тамамо но Маэ — кицунэ, намного сильнее тебя, не смогла им ничего противопоставить.

— Мне п…

— Ты уже забыл нашу прошлую стычку? Если бы не мое милосердие, твои останки гнили бы где-то в канаве. А я ведь далеко не самый сильный экзорцист.

— Где хочу, там и живу! Мне никто не указ! — из клыкастой пасти вырвалась струя пламени. — Ты смог подловить меня в первый раз, но больше я не поведусь на твои фокусы!

— Да что ты знаешь про мои фокусы? Я владею магией, которая может сделать тебя моим рабом без всякого ошейника.

— Брешешь!

— Вот те крест!

— Что? Какой еще крест?

— Выражение такое. Не важно. Короче, либо ты принимаешь наши условия, либо валишь из Японии.

— Не-е. Мне здесь понравилось. Легко дышится. Почти как дома.

Ясно. Похоже, его привлекла ноихарская магическая аномалия, центром которой является особняк.

— Как ты нашел меня?

— Чешир мне карту дал, научил пользоваться. Задолбался я уже летать. Думаешь, это легко? Хрена лысого! В постоянном напряжении, быстро выматывает. Да еще этот чертов отвод глаз надо поддерживать. Я пролетел всю Европу, Азию, пока не добрался до этого острова. И… я нашел драконов.

— Серьезно? Поздравляю. Почему тогда у них не остался?

— Первых я встретил в Альпах, — мрачно выдал аякаси. — Они были похожи на меня, правда очень мелкие. Но вот разума в их головах не наблюдалось. Словно дикие животные. Потом еще в Китае я встретил драконов, мне Чешир сказал, где их можно найти. Вот только ни фига это не драконы! Тонкие, длинные… Как змеи! Или как угорь! В жопу таких сородичей! Но я подумал, что в мире еще могут быть драконы. Может, ты знаешь где?

— Лично я — нет. Но могу поискать информацию.

— Ага, поищи. Я подожду. Только барашка принеси. Я три дня ничего не ел.

— Ты просишь меня об одолжении, но я не слышу уважения в твоем голосе, — произнес я степенным тоном, подражая известному киногерою. Ди-ниджу моментально дополнил картину саундреком из фильма. — Короче, я звоню Первому клану. Думаю, они будут не прочь украсить свой дом чучелом настоящего дракона.

— Стой! Не надо никаких чучел. Мы договоримся. У тебя же есть недруги? Давай, я немного поджарю их, а ты мне найдешь драконов?

На секунду мелькнула мысля навести рептилию на Ходжо, но я быстро отверг идею. Якоин не составит труда выяснить всю подноготную. Особенно с таким неуклюжим и заметным исполнителем.

— Не пойдет. Или соблюдаешь правила, или можешь лететь на все четыре стороны.

— Бву-ухух, — выдохнул дымное кольцо дракон. — Ладно. Маскируйте меня под человека, я потерплю.

— Э-эм, — я оглядел здоровенную тушу. — Боюсь, что это физически невозможно. Магических трюков таких я тоже не знаю. Подожди. — Я повернулся к Химари и перешел на родной японский. — Ты можешь обучить Бармаглота перекидываться в человеческую форму?

— Милорд? — немного растерялась бакэнэко. — Здесь нечему учиться. Любой достаточно сильный аякаси может менять свой лик. Необходимо лишь желание и время.

Я перевел слова Химари Бармаглоту, на что тот взъелся:

— Нет у меня никакого желания превращаться в букашку! И не будет!

— Тогда прошу покинуть мои земли.

Дракон плюхнулся в воду, подняв тучу брызг и немаленькие волны. Некоторое время аякаси просидел под водой, после чего с шумом вынырнул:

— Я согласен, проклятая малявка! Научиться обращаться в человека будет полезно.

— Не малявка, а Амакава Юто. Можно просто Юто.

— Тогда зови меня Джеб.

— Как у тебя с японским языком?

— Никак.

— Выучишь.

— Нафига?!

— Потому что я так сказал.

— Ладно, выучу. Делов то, — самоуверенно произнес дракон.

Мда уж. Первоначальный пиетет перед легендарным монстром прошел, и сейчас весь его брутальный вид, эпичный рык, агрессивно мечущийся из стороны в сторону хвост, не внушали особого страха. Теперь он мне больше напоминал недалекого наглого деревенщину.

— Правила следующие: в таком виде людям на глаза не показываться, на духов или людей не нападать. В случае конфликта — отступить. Ясно?

— Че-е?! Так же со скуки помереть можно!

— Вот! Говорю я тебе — обращайся в человеческий лик. Какой там досуг у драконов? Поохотиться, пожрать, да поспать? А у людей, без ложной скромности скажу, сфера развлечений развита очень высоко. Это естественный порядок вещей в случае перехода от существа пещерного уровня до современного.

— Намекаешь, что я пещерного уровня? — негодующе рыкнул дракон и добавил, сбавив обороты. — И что в пещере плохого? Я жил в такой. Тепло, сухо, места вдоволь. Ничего вы, люди, не понимаете. Понастроят крошечных коробок, которые от одного чиха рассыпаются.

— Я еще не услышал твоего ответа.

— Так уж и быть. Посижу тихо. Но тогда с тебя три топторыга в неделю.

— Посмотрим… То, что ты из Шервуда, мы не утаим, — вспомнил я разговор с MI0, которые не поверили в существование древней рептилии в заповеднике. — Дважды два сумеют сложить. Но об остальном — молчок. Ты — мой гость из Подмирья. Прилетел для… для поиска своих сородичей, почему бы и нет? У меня в особняке сейчас обитают два охотника из Тсучимикадо — не болтай лишнего перед ними.

— Понял.

— Хм, прокатишь?

— Я?! Я поклялся больше никогда никого не возить на себе!

— Ладно. Пойдем знакомиться.

Джеб ковылял пешком, выглядя при этом презабавно. Такой большой слон, неуклюже переставляющий лапы. Тропинка до озера вмиг расширилась раза в два благодаря дракону, приминающему кусты и деревца. По пути я обратил внимание на один незначительный факт:

— Почему ты постоянно упоминаешь людей? За все время в Подмирье я встретил лишь одного человека.

— А, это… у нас все так говорят. Что люди хуже свиней: где едят, там и гадят, где гадят, там и спят.

— Ясно… среди людей про демонов и драконов тоже поговорки ходят…

— Знакомьтесь, это Джеб, — быстро представил я чешуйчатого исполина на английском. — Мы познакомились в Подмирье.

— Пресвятая печать шести триграмм! — округлил глаза Шидо. Маки вторила своему напарнику, глазея на визитера с отвисшей челюстью. — Это ведь классический дракон из сказок! Он владеет огнем?

— А то, — дракон продемонстрировал свои способности, выдохнув вверх узкую струю пламени.

— Если взять виверну, увеличить раза в три и добавить огня, то выйдет нечто похожее. Нам на курсах говорили, что драконов никогда не существовало, что это просто писательский вымысел, — с толикой обиды добавила Маки.

— Амакава-сама, вы ведь понимаете, что нам негде его селить при текущих габаритах? — высказала Кайя.

— Понимаю. Пусть пока на заднем дворе обустроится.

— Кха! Это и есть твой дворец? — окинул взром особняк огнедышащий. — Да я его за один заход спалить могу!

— Смелое утверждение, — заявила Кайя, выпустив наружу мощный импульс пространственной магии.

— Ого. Сильный дух места. Уважаю.

— Благодарю. Будешь хулиганить на моей территории — хвост откручу, — пообещала дзасики-вараси.

— Напугала дракона голой жо…

— Кайя, я и не знал, что ты так хорошо английским владеешь, — перебил я.

— Я тоже, Амакава-сама. Само всплывает из памяти. Давно не пользовалась.

— Отлично. Тогда, поможешь Джебу с изучением японского?

— Постараюсь, — без энтузиазма откликнулась дзасики-вараси.

— Химари, ты тоже с Лизлет позанимайся как следует. Языковой барьер очень мешает.

— Да, милорд.

— Мистер Джеб, могу я задать вам несколько вопросов? — спросила Маки, быстро доставая небольшой блокнот и ручку.

— Рискни, человечишка.

Охотница интересовалась биографией дракона, обстоятельствами нашего знакомства и целями его визита в страну восходящего солнца. Джеб отделался скупыми ответами, заявив под конец, что ему надоел этот допрос. И вообще он не прочь перекусить. Я вспомнил о полезных способностях Айи, и отправил фугурумо в супермаркет. Так и представляются офигевшие лица продавцов, когда у них за раз скупят половину мясного отдела. С горем пополам мы сопроводили дракона на тренировочный полигон. Взлетать ему Кайя строго настрого запретила, опасаясь сильных воздушных потоков, однако по пути многотонная махина все равно умудрилась хвостом сломать декоративный заборчик. Я уже предвкушал редкое зрелище — сражение двух высших аякаси с участием Кайи на ее территории, но дзасики-вараси взяла себя в руки и отделалась устным замечанием. Что удивительно, обойдясь без нецензурных выражений.

Весь остаток вечера пришлось присматривать за своенравным гостем. После обильного перекуса и пары десятков литров саке дракон стал менее активным и просто отлеживался на площадке, утомленный изнурительным перелетом. Разговорился, даже мясо за отсутствие костей и выпивку за крепость похвалил. Я по привычке занес все данные, которые смог выяснить, в свой защищенный ноутбук в папку «Аякаси и я», куда благодаря Элис и Айе перекочевала информация из дневника. Вес 6–8 тонн, высота 14 метров, длина 19 метров, возраст около 60 лет (с учетом временных парадоксов Подмирья значение может существенно отличаться). Питаться ему надо всего два раза в неделю. Почему-то мне пришло в голову, что драконы — это потомки динозавров. Джеб походил на тираннозавра, каким я их представлял по фильмам и википедии, разве что не такого массивного телосложения, худой (если к такому гиганту это слово применимо), с более длинными передними конечностями, да еще костяные наросты на голове и шипастые пластины на спине выбиваются из образа. Красавчик, что тут скажешь. Правда, из пасти воняет. Туго у огнедышащих с гигиеной. Я не удержался и сделал несколько фоток рядом с лежащим драконом. Потом еще полчаса объяснял, что за фиговина у меня в руках и коротко описал возможности человеческой техники. Джеб был не особо впечатлен современными гаджетами. Зато поделился восторгами о гигантских летающих железных птицах — самолетах, на которые он успел насмотреться в небе. Также обмолвился о виденных издали небоскребах — огромных железных коробках. Сказал, что выглядят они уродливо, но размах впечатляет. И как только слабые и крошечные существа смогли построить столь циклопические сооружения? Впрочем, муравьи тоже мелкие (подмирские образцы примерно с коготь Джеба длиной — около 30 сантиметров), однако сообща умудряются сооружать огромные по своим меркам муравейники — до пяти метров в высоту.

Подмирцы имели смутное представление о нашем мире — только те новости, что приносили новые жители, попавшие в портал. В основном знакомы с нравами Великобритании и Шервуда в частности. Лох-Несс, по словам Джеба, действительно существовал когда-то, пока не вымер от переизбытка боевых заклинаний в организме. Этакий пресноводный британский аналог кайдзю.

Постепенно подходили знакомиться другие члены клана. Саса воодушевленно выспрашивал максимальную температуру драконьего пламени, намереваясь использовать Джеба в ковке. Вот только ковать было не из чего.

— Какой гений додумался притащить «Рошана» на базу?! — заревел Пудж, только завидев рептилию.

— Хе-хе, — усмехнулся я и перешел на английский, чтобы нашему гостю было понятнее. — Правда круто, что «Рошан» играет за нас?

— Да это ж читерство! Дисбаланс! Рошан должен быть сам по себе! — на чистом «ынглише» заявил цукумогами.

— А я сам по себе и есть, — рыкнул дракон. — Просто временное партнерство. Кто такой этот ваш Рошан?

— Я бы показал, но тут проектор нужен. Слишком уж ты здоровый, — почесал зеленую макушку Пудж.

— Скажи этому упертому индивиду, что в человеческом виде удобнее! — решил я воспользоваться шансом.

— Я не человек! Я нежить! — возмутился дух системника.

— Да хоть инфузория туфелька. Ты можешь ему объяснить, что при его размерах он в полной мере не сможет насладиться плодами человеческого гения в сфере досуга?

— Это точно! Ты с такими когтищами ни геймпад, ни мышку с клавой удержать не сможешь!

— Чего это не смогу?! Я даже верткую сколопендру удержал однажды. Пришлось только когтями ее проткнуть насквозь.

— Нубас! Полный нуб! Нет, ты намного хуже нуба! Ты даже не знаешь, что такое компьютерная игра!

— И что же?

— Это высшая форма искусства! Венец технического прогресса! Все научные достижения, вся эволюция, все человечество в целом. Вся события Вселенной служили лишь одной цели. Дать жизнь непревзойденному шедевру на все времена. И имя этому шедевру — Дота! — вдохновенно вещал толстяк.

— Ты меня заинтриговал, — вертикальный зрачок с интересом разглядывал мясника.

— Я мог бы затянуть тебя в иллюзорную игру, но это будет не то. Жалкая имитация. Чтобы по-настоящему окунуться в гущу сражений между миллионами игроков со всего земного шара, тебе надо иметь нормальные человеческие конечности. Сечешь, Рош?

— Не очень, но мне уже хочется опробовать эту твою Доту. И меня зовут не Рош, а Джеб.

— Отлично! — резюмировал я, хлопнув компьютерного аякаси по плечу (честно говоря, прикасаться к слепленому из кусков франкенштейну эстетически неприятно). — Вот мы и нашли учителя для Джеба по трансформации в человека!

Пудж задумчиво почесал своим крюком под лопаткой:

— А чего? И не таких раков в топы выводил!

Около полуночи позвонила Хитсуги. Разговор получился коротким. Глава Девятого клана напомнила о данных мной обязательствах и сообщила адрес клиники, где меня уже ожидают.

Следующим утром вернулся Кагецуки и чуть позже Сидзука. Мизухэби, завидев меня, хотела уже было привычно прыгнуть навстречу и повиснуть на шее, но неожиданно принюхалась к воздуху. Высунула свой длинный раздвоенный язык и тщательно продегустировала азотно-кислородный состав.

— Ты кого-то еще сюда притащил?!

— Ты удивительно догадлива, моя лоли.

— Наверняка это очередная смазливая девица с несуразно большими вторичными половыми признаками! Нано!

— Мимо! Это он. Я надеюсь, вы с Джебом поладите. Все-таки, оба… хм-м пресмыкающиеся… наверное, — произнес я неуверенно. Опрометчиво полагаться на традиционную биологию в вопросах аякаси. — А может и не поладите. Огонь и вода — противоположные стихии. С другой стороны, говорят ведь, что противоположности притягиваются… — рассуждал я, идя по коридору особняка.

— Пф-ф, — фыркнула Сидзука на мои умозаключения.

Я раздвинул наружние двери на задний двор, явив взору мизухеби совсем не тихо посапывающего дракона. Из ноздрей в такт дыханию выбивался дымок, иногда вперемешку с искрами.

— Нужно совсем из ума выжить, чтобы решить, что я могу «притянуться» к… этому.

— Вы подружитесь. Джеб, подъем! Сколько можно дрыхнуть?! Ты кстати в спячку не собираешься впадать?

Дракон неспешно поднялся, широко зевнул, показав кинжальные клыки, и эффектно потянулся всеми конечностями:

— Если только очень холодно станет. Раньше на мне был ошейник, так что не уверен.

— Это Сидзука, моя лоли и помощница. Джеба ты должна помнить, — представил я аякаси друг дружке.

— А-а, водяная пигалица, — протянул ящер. — Хорошо в прошлый раз помылся.

— Помылся?! Много о себе возомнил, хвостатый! Юто, что он здесь делает? Хотя можешь не отвечать. Ты же еще в Подмирье хотел его к себе заманить, — вздохнула зеленовласая девочка. — Чтобы ты знал, я не одобряю твой выбор. Лучше бы очередную бабу привел.

— Баб мне пока хватает, — брякнул я, не подумав.

Холодный утренний душ стал мне напоминанием, что следует более тщательно выбирать выражения. Хорошо хоть в костюм переодеться не успел.

Журавль и змея бодро отрапортовали о выполненном задании и передали координаты схронов с маяками для телепортации. Теперь вся Япония под моим колпаком, муаха-ха-ха! Ладно, мечтать не вредно. И если быть откровенным с самим собой, то не так уж я и стремился к мифическому мировому господству. Слишком уж геморройна подобная должность, слишком я ленив для этого. Но это не значит конечно, что во мне отсутствует стремление к обогащению и наращиванию влияния. Просто, добившись успеха, я бы предпочел переложить заботы о его поддержании на плечи толкового управляющего. А самому идти дальше, либо же наслаждаться плодами где-нибудь на тропическом острове. Кстати, надо бы съездить на море — отметить удачную с точки зрения финансов ходку в Шервуд.

Я и Маки в строгих деловых костюмах, Химари — коротких бриджах и кофте, Сидзука в своем излюбленном голубом платьице, Ди-ниджу в пуленепробиваемом кейсе и Генри в старомодных брюках и рубашке — таким составом мы отправились в Токио. Использовать перемещающий гримуар я решил на обратном пути. Так будет более удобно и безопасно. До Такамии нас подбросил Нобу. Дух дверной ручки выказал немалые способности к обучению вождению на автомобиле, плюс он очень аутентично смотрелся в своих классических брюках и жилетке. Галантные манеры — настоящий элитный водитель. Без прав, правда, но этот недостаток я решил, обучив его использованию простых печатей «забытья». Может, он и с вертолетом справится, чем е-кай не шутит?

— Химари, — улучил я момент, когда рядом не оказалось лишних ушей. — Если все пройдет гладко, прогуляемся вдвоем по Токио?

— Не знаю. Не думаю, что это хорошая идея, милорд, — отстраненно произнесла бакэнэко.

— Что случилось? После возвращения из Англии ты прям на себя не похожа!

— Вам просто кажется, милорд.

Я продолжал подозрительно всматриваться в лицо девушки.

— Не извольте волноваться. Со мной все в порядке, — слабо улыбнулась Химари.

— Ладно. Если тебя что-то беспокоит, не держи в себе. Вместе обсудим, решим любую проблему.

— Спасибо, милорд!

Кажется, мой позитивный настрой, наконец прогнал сгустившиеся над беловласой головой тучи. Но что же тяготит Химари? Как же сложно понять женщину, а уж если она не человек, то дело совсем гиблое. Может, с Кайей посоветоваться? Все-таки они подруги.

Глава 6

Благодаря духу плеера поездка в электропоезде, а после — на такси пролетела быстро. Ди-ниджу на этот раз ставил иностранные композиции, в основном азиатские: корейщину и китайщину, но пару раз включил и незнакомые мне песни на русском. Частная клиника-пансионат, в которой содержались родители Хитсуги, находилась на побережье токийской бухты. Огромная территория с парком, пляжем и даже полем для гольфа. Короче, заведение не для бедных. Охрана, среди которой я почуял одного одаренного (который немного сбледнул, увидав нашу компанию, и сразу принялся что-то передавать по рации), тщательно нас проверила и огласила краткий свод правил поведения. Фото и видеосъемка запрещена, к пациентам не приставать и все в таком духе. Маки и Генри повосхищались ухоженным садом, я также не остался безучастным.

На входе в гостевое крыло нам навстречу выпрыгнула худощавая медсестра с фанатичной улыбкой и в неприлично коротком белом халате, белых чулках и чепчике с белым крестом на красном фоне.

— Хитсуги, привет. Тебе… идет, — выдал я.

— Спасибо, Юто, — проворковала глава Девятого клана.

— Косплеерша, — фыркнула Сидзука. — Только зря стараешься. Кошку тебе не переплюнуть с ее розовым недоразумением.

— Поняла я! — молвила Химари. — Дело не в театре, а в том, что знакомый человек видится по-иному. Верно, милорд?

— Что-то вроде того, — сумбурно ответил я.

Якоин прищурилась и быстро вникла в ситуацию:

— Ай-яй-яй, Юто, негодник. Во что ты заставляешь наряжаться своих «сотрудников», как ты их называешь? Пускай моя форма не нова для тебя, но место более подходящее, как ты считаешь? Юто, представь нас двоих в операционной. Ты — опытный врач, я — всего лишь неумелая медсестра. Которая так желает помочь тебе снять стресс после сложной операции… Ку-хи-хи!

— Гм… давай ближе к делу, — я постарался выбросить из головы неуместные мысли.

— Идите за мной.

Мы вышли с другой стороны гостевого крыла и снова пошли через парк. То тут то там попадались скамейки и беседки — иногда с отдыхающими в них людьми.

— Что за милый молодой человек с вами? На камерах он засветился только сегодня.

— Мое имя Генри, мэм, — скромно поправил свои очки книжный дух.

— Юто, у тебя что ни день, то новые аякаси.

— Видели бы вы, кого он вчера привел, Якоин-доно, — сдержанно произнесла Маки.

— Даже так? — секунда понадобилась Хитсуги на анализ ситуации. — Наши китайские коллеги зафиксировали полеты неопознанного е-кай над своей территорией. Последний раз аякаси двигался по направлению к Японии. Однако наши экзорцисты не смогли отследить нарушителя границ. Это очень неприятно. Судя по сообщениям из поднебесной, е-кай большого размера. И то, что мы, в отличие от китайцев, прошляпили такого гостя — большой удар по Великим кланам. Тсучимикадо в том числе.

— Джеб сказал, что встречался с китайскими драконами. Возможно, тогда его и заметили. В Китае наверняка налажена хорошая система по контролю летающих рептилий, в отличие от нас.

— Ты смог наладить диалог с драконом? Впечатляет, ку-хи-хи. Впрочем, что еще ожидать от Амакава?

— Смотри, какой красавец, — достал я телефон, чтобы похвастаться.

— Это же… не дракон! Ку-хи-хи! — на мгновение опешила Якоин. — То есть дракон, но нестандартный…

— По-моему, вполне себе классический дракон. Огнем плюется.

— У тебя нет магического образования, иначе бы ситуация не была столь однозначной. Магический мир постановил, что драконов данного вида никогда не существовало, хотя и имелись некоторые вещественные доказательства… Все ясно. Забвение. Драконов стерли из истории. Либо они сами себя стерли…

— Уоу, звучит опасно, — вставила Маки.

— Ты понимаешь, Юто, что это открытие мирового масштаба? — со скрытым намеком спросила Якоин.

— Теперь понимаю, но Джеба не дам растащить на опыты.

— Забвение можно обнаружить, если известно, что искать. Но необходимо найти поколение, которое напрямую подверглось магии. Это событие могло произойти сотни лет назад, и никого уже не осталось в живых.

— Аякаси живут дольше людей, — напомнила нам Химари.

— Определять по аякаси? Амакава во всей красе. Мы почти пришли. Э-эм, Юто-кун. Мой отец довольно строг, но я надеюсь вы с ним поладите.

Хитсуги изобразила из себя стеснительную девушку, которая переживает из-за первой встречи своего парня с ее родителями. Все мои чувства твердили, что это правда, однако опыт и знание ее истинной натуры портили впечатление.

— Детективша! Прекращай свои экзорцисткие штучки! — возмутилась Сидзука, на что Якоин усмехнулась, полностью разрушив образ невинной овечки.

По пути Хитсуги кратко и очень понятно поведала мне анамнез и результаты различных медицинских обследований. Обещала предоставить мне любую литературу, оборудование или специалистов, если потребуется. Даже я, совсем не специалист по мозговой деятельности, уловил суть. Разгон сознания заставляет мозг работать с бешеной скоростью. Идеальная память, феноменальные способности к анализу, обучению, умение держать в уме большой объем данных. Во всей красе Девятый клан раскрылся с распространением информационных технологий. За все хорошее в данном случае неизменно приходит расплата — мозг не выдерживает такого надругательства над природой и начинает отказывать. Существует некая черта, индивидуальная для каждого члена клана, за которой негативные изменения уже не остановить. Мне лично кажется, что нет в природе таких вещей, за которые следует отдавать как минимум половину своей жизни. Однако Якоин думают иначе, и вряд ли я смогу как-то покачнуть их веру в свой путь. Остается лишь попытаться облегчить их страдания.

Аккуратный двухэтажный особняк утопал в зелени. Гесуко, мать Хитсуги, очень любила природу, по словам шедшей рядом «медсестры». Медикаментозное лечение полностью прекращено несколько дней назад, и сейчас организм пациентов чист настолько, насколько это возможно. Внизу находилась кухня, ванная комната и дежурная сиделка. Второй этаж забит разным техническим и медицинским оборудованием. Сами Гесуко и Масао Якоин располагались в просторном помещении на первом этаже — на случай внезапного ухудшения ситуации и срочной перевозки в главное здание клиники.

— Хотя смысла в этом немного. В случае дальнейшей деградации ни одно современное средство не сможет ничем помочь, — с печальной улыбкой поведала Хитсуги и направилась к двери. — Секунду, я предупрежу папу.

Спустя короткий промежуток времени Хитсуги разрешила нам пройти внутрь. На каталке слева неподвижно лежала осунувшаяся женщина, утыканная датчиками и трубками. Возле правой же стоял, опираясь на трость, мужчина нездорового вида с короткими бледными волосами. Несмотря на болезнь, в его глазах горела несокрушимая воля и уверенность. Нечто подобное я почувствовал в Шигеру Тсучимикадо, несмотря на его шутовскую маску на собрании великих кланов. Крутой мужик.

— Амакава-доно, хоть Хитсуги и предупреждала меня, однако наличие подле вас такого количества е-кай может быть опасно для окружающих. Генноске-сан не позволял себе подобного, считал невежливым. На встречах его сопровождал только Багровый клинок.

— Отец! — одернула Хитсуги. — Прекрати. И зачем ты поднялся? Ложись обратно в постель!

— Рано меня еще списывать в утиль, дочь, — хмыкнул мужчина.

— Якоин-доно, — подошел я ближе и протянул руку для рукопожатия. — Рад познакомится со столь легендарной личностью. И простите за аякаси. Я к ним привык и все время забываю об отношении других кланов. Если вас это беспокоит, они подождут снаружи.

После долгой паузы Масао-сан все-таки пожал мне руку и устало присел в кресло:

— Не стоит. Я не сомневаюсь в ваших способностях контролировать е-кай. Обращайтесь ко мне Масао-сан. Я больше не «Якоин-доно»…

Умница Маки утянула на кухню Сидзуку и Генри, уменьшив скопление людей и аякаси в помещении. Только Химари осталась молчаливо соблюдать свою роль верного телохранителя. Некоторое время мы общались на неформальные темы, в основном о моем деде, перекусили и обсудили артефакты света. Масао-сан, что и немудрено, оказался высококлассным специалистом в области нейрологии и всему, что связано с мозговой деятельностью. Обычная медицина неспособна помочь Якоин. В магической же существует множество целительских техник, однако, как и наш «чистый разум», они дают лишь временный эффект. И при повторении процедур действие лечения слабеет.

— Чтобы вы знали, Амакава-доно, я не одобряю решения Хитсуги привлечь вас к лечению. Цена за такую услугу может оказаться непомерно высокой для нашего клана. В таком случае мы с Гесуко отказываемся от вашей помощи.

Я несколько опешил:

— Я уже вроде как согласился помочь, и никакой платы не требую. Хитсуги не раз выручала нас. Но и никакой гарантии успеха дать не могу.

Масао-сан приподнял бровь:

— Не боитесь продешевить?

— Хм-м. Насчет денежного вознаграждения я не откажусь. Скажем, миллиард йен? (~ 10 млн. $).

— Мы согласны, — немедленно откликнулся мужчина.

Похоже, я все равно сильно продешевил. Ну да ладно. Рано делить шкуру неубитого дракона. Я думал над тем, с какой стороны подойти к вопросу излечения. Или хотя бы продлению срока жизни. Тут ведь не просто воспроизвести заклинание по готовым лекалам, а изобрести нечто новое. Сначала я хотел взять за основу чистый разум и модифицировать его. Но после я осознал, что без предварительной опробации заклинания мне не создать готовый артефакт. Ну а чтобы правильно подобрать заклинание, необходимо провести полную магическую диагностику. С помощью света я могу улавливать излучения других существ или чистых стихий. Чем сильнее аура, тем проще обнаружить. Однако для детального рассматривания такой метод мало подходит. Если говорить более понятными мне словами, не хватает разрешения.

— Мне нужно продиагностировать кого-то из вас, — произнес я. — Для этого мне придется напитать вашу голову мизерным количеством света. Признаюсь, я использовал подобное всего пару раз на подопытных-заключенных. И первый раз прошел не совсем гладко. Так что риск ошибки достаточно велик.

— Можешь начинать с меня. Завещание я давно составил, — позволил себе немного черного юмора Масао-сан.

— Исключено, — отчеканила Хитсуги не терпящим возражений тоном. — Как глава клана я запрещаю тебе испытывать непроверенный метод.

— Ты хочешь подвергнуть Гесуко опасности? — вперил в девушку упрямый взгляд Масао.

— Юто, оставь нас ненадолго.

Мы с Химари послушно вышли и почти сразу натолкнулись на Сидзуку, которая с помощью сиделки раздобыла где-то настоящий наряд медсестры и здоровенный шприц, виденные мной только в комедийных фильмах. В общем, мизухэби вовсю развлекалась, используя бедного Генри в роли больного, а сиделка безрезультативно пыталась ее угомонить.

Вскоре Хитсуги позвала нас обратно. Масао полулежал в своей постели. Лицо его было недовольным, но похоже, отец главы клана смирился с ее решением. Хоть никто так ничего и не озвучил, причина была ясна. Без настоящего чуда Гесуко уже не выйдет из комы, тогда как Масао еще отмерено несколько месяцев относительно нормальной, пускай и болезненной, жизни. Особо не мудрствуя, я сел на стул рядом с Гесуко и немного переложил ее голову поближе к себе. Несколько минут я собирался с силами, пытаясь побороть вполне закономерно возникший мандраж. Это тебе не на маньяках-убийцах тренироваться. Одно неверное движение, и я лишу жизни близкого родственника моего друга. Пожалуй, Хитсуги, несмотря на клановые предубеждения, можно так называть.

Вспомнился корпускулярно-волновой дуализм света из школьного курса физики. Моя магия практически не имела ничего общего с обычным светом. Свет — это просто дополнительный эффект. Существовало одно важное свойство: магический «свет» при определенной концентрации мог становится как материальным объектом, так и нематериальным. Собственно, ментальные амулеты действовали на разум, поскольку концентрация магии была невелика. Иначе голова цели просто вскипела бы. Тем не менее область воздействия ограничена и в большинстве случаев временна (за исключением Химари и Кайи), так что большого урона не наносят. С Гесуко же придется быть максимально осторожным из-за того, что ее мозг уже серьезно поврежден.

Я начал с самой минимальной порции света и осторожно повышал концентрацию до тех пор, пока картина не начала проясняться. Разум человека при использовании света представлялся мне очень странным образом, который сложно описать словами. Нечто вроде переплетенных секторов, отвечающих за эмоции, ощущения, память, привязанности, меж которых монолитными глыбами стояли убеждения и ценности. Я не могу читать мысли или проникать в память, однако способен менять убеждения (как в случае с подчинением и забытьем), влиять на ощущения, создавая иллюзии (как с ложной целью, ослеплением и вечным ужасом). Свет Кайи и Химари больше связан с привязанностью. Чистый разум же немного отличается. Грубо говоря, он убеждает цель, что мозгу нужна хорошая чистка.

Я прекратил вливание света и постарался очистить организм Гесуко от моего вмешательства. Не знаю сколько времени я занимался осмотром, однако руки затекли из-за неудобной позы. Мои размышления нетерпеливо прервала Хитсуги:

— Что скажешь?

— Я почувствовал магию, которую вы называете разгоном сознания. Она курсирует… везде. Вряд ли ее можно локализовать. Управлять ей я тоже не могу.

— Что-то ведь можно сделать? — спокойным тоном, под которым наверняка скрывалась буря эмоций (девушка слишком хорошо владела собой, чтобы я заметил), произнесла Хитсуги.

— Есть идея, но она может вам не понравится.

— Излагай, — подал голос Масао-сан.

— Я не могу управлять вашей магией, но можете управлять вы. Единственный способ блокировать распространение — внедрить блок света на постоянной основе и заставить мозг самому отказаться от разгона.

Некоторое время Масао и Хитсуги обдумывали информацию.

— Другими словами, от нас будет фонить светом также, как от Багрового клинка? — спросил мужчина.

— Верно. До конца жизни.

— Я конечно не надеялся всерьез вернуться к клановым делам после излечения, но это… практически полная изоляция.

— Понимаю. Вы опасаетесь, что я смогу влиять на вас через встроенный блок света… — я задумался на несколько секунд. — Пожалуй, это так и есть, скрывать не буду. Хоть для меня это и впервые. Но другого выхода я не вижу.

Масао ушел в себя, прикрыв глаза, о чем-то размышляя. Тишину нарушила Хитсуги:

— Мы согласны.

— Хи!

— Я глава клана, отец. И подобные решения в моей компетенции! Или ты решил бесцельно умереть?

— Ты хоть понимаешь, сколько нам известно? Если эта информация попадет в руки Шестых… Я действую исходя из блага клана!

— Благо клана! — зло повторила Хитсуги. — Всю жизнь вы твердили мне одно и то же! А каково нынешней главе ты подумал? Разве ее психическое состояние неважно для клана?

— Ты справишься. Как справился я в свое время, — твердо произнес Масао.

— Что за упрямый старик! Мое решение окончательное. Юто, приступай к процедурам, когда сочтешь нужным.

— Да, Якоин-доно, — ответил я официально. — Большое количество света за раз может быть вредно для организма. Так что я приеду завтра.

— Хорошо. Я провожу тебя к выходу. Подожди четыре секунды.

— Э-э? — обернулся я, удивленный такой точной формулировкой.

Хитсуги быстро пересекла помещение, подойдя ко мне вплотную, приподнялась на цыпочках и аккуратно чмокнула меня в щеку:

— Спасибо, Юто.

— Гхм, пока рано благодарить, — невольно поднес я руку к щеке. После чего повернулся к Химари, ожидая услышать какую-нибудь гневную тираду в адрес наглой экзорцистки. Однако бакэнэко молчала, ее лицо не выражало возмущения. Странно. Может, она наконец начала вникать в тонкости человеческих взаимоотношений?

Перед уходом мы оставили бутылку специальной воды от нашего кланового хиллера с наказом поить ей Гесуко. Объяснять происхождение воды я попросту не стал, дабы не вступать потом в долгие дискуссии на тему вредного влияния аякаси на человека.

Раз уж мы приехали в Токио, то я решил провести небольшую экскурсию по столице. В музеи или национальные театры меня не тянуло. Посетили храм Сэнсо-дзи и смогли удачно попасть в императорский дворец (посещение его туристами было ограничено двумя днями в неделю). После мы бесцельно прогулялись по району Синдзюку, где невольно спасли парочку мелких призраков. Охотники из первого клана, которые гонялись за ними, мгновенно переключились на более значимые цели, увидев нашу компанию. Маки успешно погасила не успевший начаться конфликт. Нам даже извинения принесли.

Ближе к вечеру мы посетили Акихабару, наполненную множеством фан-сервиса анимешной и не очень направленности. В мэйд-кафе мы уже были, поэтому я потянул группу в другое место проведения досуга. Караоке в Японии пользовалось большой популярностью. Нас любезно проводили в отдельную комнату с мягкими диванчиками и большим столом по центру. Быстро принесли заказанные напитки и закуску. В углу стоял большой телевизор с подключенным звуковым оборудованием и аж тремя микрофонами, в чем Юто, а значит и я, разбирался плохо. Я попросил Маки показать нам, как управляться с сим чудо-агрегатом. На что охотница поначалу отнекивалась, однако долго сопротивляться напору Сидзуки в режиме пай-девочки не смогла. Маки спела слышанную мной один раз от Ди-ниджу популярную песенку. После чего с облегчением забралась в дальний угол и присосалась к заказанному безалкогольному коктейлю. Генри не знал никаких песен, что и не мудрено. Однако тут имелась возможность подготовиться к номеру с помощью отдельных наушников, да и английские субтитры присутстсовали почти во всех композициях. Я выбрал книжному духу «Yellow submarine» известной британской группы. Сцену же оккупировала Сидзука, с большим воодушевлением исполняя самые разнообразные номера, начиная с детских считалок и кончая короткими рекламными саундтреками. Когда к микрофону подошла Химари, из-за волнения выпустившая свои кошачьи уши и хвост, я ничего особенного не ожидал. Когда на экране появилось имя исполнителя и название песни — Хироми Сато Funi Funi, мое отношение не изменилось, посколько трек был мне неизвестен. Когда же Химари начала петь — не слишком умело, зато с энтузиазмом и уникальным… кошачьим звучанием, моя челюсть грозила пробить пол, а мозги чуть не вскипели из-за переизбытка кавая в организме. И где только она услышала эту песню? Далее Генри исполнил свою «желтую субмарину» — немного коряво, но зато без японского акцента. После чего Сидзука выгнала меня на подиум. Я заранее полистал список доступных композиций и остановил свой выбор на песенке из мультфильма в английском оригинале, текст которой походу немного изменил:

Cat: Gee, what are we gonna do tonight, Snake?

Snake: The same thing we do every night, Cat. TRY TO TAKE OVER THE WORLD!

They're Cat and The Snake

Yes, Cat and The Snake

One is a genius

The other's insane.

They're frightful ayakashi

Their magic have been spliced

They're mad

They're Cat and The Snake, Snake, Snake, Snake

Before each night is done

Their plan will be unfurled

By the dawning of the sun

They'll take over the world.

They're Cat and The Snake

Yes, Cat and The Snake

Their twilight campaign

Is easy to explain.

To prove their ghosty worth

They'll overthrow the Earth

They're mad

They're Cat and The Snake, Snake, Snake, Snake…

(Вот Кошка, вот Змея,

Вот Кошка, вот Змея,

И если Змея гениальна,

То Кошка просто безумна.

Хоть смейся ты, хоть плачь,

В мозги залез им врач,

И аякаси обозлились на людей-ей-ей-ей

Коварный злобный план

Замыслили они,

Чтобы Землю захватить

И всех поработить.

Вот Кошка, вот Змея,

Вот Кошка, вот Змея,

Их бойкую прыть

Несложно объяснить:

Чья жизнь не удалась,

Но жаждут править всласть.

Вот Кошка, вот Кошка,

Вот Змея-Змея-Змея-Змея…)

Хоть я и старался, но вышло в итоге еще более коряво, чем у Генри. Сидзука осталась в восторге. Химари смогла с помощью субтиров-перевода следить за смыслом песни, ну а слова вроде Cat и Snake ей уже давно были известны.

— Так вот, милорд, о чем вы тогда говорили в парке при первой встрече со змеей… — пробормотала Химари, задумавшись.

Я кивнул. Бакэнэко натурально чем-то загрузилась, уставившись в одну точку. После чего мотнула головой, словно отгоняя наваждение, и снова включилась в обсуждение выступлений. Я сообщил Маки, что в базе имеется и музыка из мультика про пони, за что охотница меня чуть не поколотила. Под конец в ходе голосования Химари признали лучшим исполнителем, несмотря на то, что она спела лишь одну короткую песенку.

Мы еще собирались прогуляться по вечерней Акибе, весьма оживленной и красочной, однако нас потревожил телефонный звонок от Кагецуки:

— Амакава-сан? — услышал я встревоженный голос духа журавля.

— Да? Что-то случилось?

— На очистную станцию Ноихары напали. Точных данных пока нет. Тосигами почуял множество аякаси внутри.

Прозвучала короткая трель и на экране моего телефона высветился новый звонок.

— Кагецуки, подожди, мне звонят по второй линии… Хьего-сан, слушаю вас.

— Юто-сан, вам нужна помощь в Ноихаре? Обон. У нас самих сейчас дел по горло.

— Вам что-нибудь известно?

— Почти ничего. Дежурный техник сообщил о поломке фильтра грубой очистки и большой тени, которую он успел заметить с помощью видеонаблюдения. Судя по поведению техника, он попал под негативное воздействие ауры е-кай. Очистная станция в Ноихаре практически полностью автоматизирована, на постоянной основе там дежурит всего один человек персонала.

— Да, я в курсе. Дед принимал участие в финансировании строительства.

— Мне прислать людей?

— Мы сами справимся. В крайнем случае, я свяжусь с вами, Хьего-сан.

— Тогда до связи. И потрудитесь потом составить отчет. Генноске-сан очень не любил оформлять бумаги, так что правительственным служащим приходилось нелегко — по косвенным следам восстанавливать картину происшествия.

— Конечно. До связи.

— Удачи, Юто-сан, — Кабураги отключился.

— Кагецуки… — вернулся я к разговору с журавлем.

— Какие будут указания, Амакава-сан? — невозмутимо спросил аякаси по телефону.

— Агеха вернулась?

— Нет.

— Пошли Дая и Гинко к станции, пусть контролируют периметр. Хотя нет. Ждите, я сейчас перемещусь.

— Да, Амакава-сан.

Я прервал разговор и убрал телефон в карман брюк.

— Милорд! Неразумно это, идти на неизвестного противника без вашего Багрового клинка! Дозвольте мне переместиться в Ноихару.

— Очистная станция, значит там будет много воды. Я — лучший выбор, это очевидно, нано, — высказалась Сидзука.

— Ваши доводы мне понятны, но я сам хочу принять участие. Не волнуйтесь, на рожон лезть не буду. Если противник силен, сразу отступлю. Вы же знаете, я быстро бегаю, — пока не последовали новые возражения, я схватил Генри за руку и скомандовал. — В Ноихару!

Нас с аякаси окутал бумажный вихрь шелестящих страниц прямо посреди оживленной улицы, впрочем, никто из прохожих не обратил ни малейшего внимания на творимые чудеса благодаря отвлекающей магии цукумогами.

— Полагаю, нам следует идти на железнодорожную станцию? — произнесла Тсучимикадо Маки, неожиданно ставшая ответственной за двух прирученных высших е-кай.

— Самоуверенный охотник! Нано! — недовольно топнула ножкой Сидзука.

— Милорд справится. Но и нам поспешить следует, — добавила бакэнэко.

— По воде я доберусь быстрей, — поизнесла водный дух, после чего распалась мелкими водяными каплями.

— Хм, Химари-сан, а ты собираешься…

— Нет, на электропоезде будет быстрее. Милорд обучил меня, как такси вызывать… Сейчас, у меня записано, — принялась неумело копаться в смартфоне аякаси.

— Думаю, в этом нет необходимости, — Маки подошла к обочине, подняв руку. Буквально через десяток секунд из потока вынырнул автомобиль со служебной окраской. — Это же Акиба.

Глава 7

Свет ненадолго померк, и в следующее мгновение мои глаза различили знакомое помещение особняка, где была оставлена одна из меток. Я быстро переоделся в обычные штаны и футболку, подумав, что надо бы иметь нечто более удобное на случай активных действий. Военную форму хотя бы — она прочнее гражданской одежды. Подошедшему Кагецуки я сразу взвалил на плечи решение данного вопроса. Заполненная печатница на месте, Хаганэ безмолвно ожидает в ножнах сбоку. Гинко с Шидо также готовы к выходу. Саса не пожелал отпускать Дайдаработтчи, потому пришлось кузнеца брать с собой. В принципе, они неплохая сработанная команда, так что лишним иппон-датара не будет. Пудж о чем-то общался с Джебом, но слишком заметного дракона я в любом случае брать не собирался.

Нобу довез нас до места происшествия. На въезде дежурил наряд полиции.

— Амакава-сан? — обратился один из стражей закона. — Нас предупредили из четвертого отдела, что делом займутся местные специалисты…

— Удивлены? Впрочем, неважно. Какие-нибудь изменения?

— Мой напарник слышал странный звук… или вой.

— Да, как будто там большое животное. И, знаете, от этого воя не по себе становится.

— Понял, разберемся.

Нам дали ключ-карту, после чего мы беспрепятственно проникли внутрь. Шидо врубил защитный барьер, чтобы обычным людям поблизости не досталось. По моим дилетанским меркам оборудование очистной станции было новым и достаточно современным. Мы заглянули в пустующую операторскую, где не обнаружили ничего интересного, за исключением выведенной из строя видеокамеры в зале N2. В тот же момент до нас докатился громкий звук, похожий на взрыв. Преодолев технический коридор и помещение с несколькими огромными закрытыми резервуарами, мы подошли к искомому залу.

Друг друга мы почувствовали одновременно. Привлеченные то ли человеческим запахом, то ли сиянием аур, из проема повалили… существа. Одним словом сложно их описать. Мутанты, разве что. Какие-то метровой высоты зубастые рыбины с тремя парами лап, прыткие паукообразные под полметра высотой, громадные тараканы, пикирующие с потолка и стен, здоровенные крысоподобные твари, достигающие двух метров. В финале на нас напал длиннющий монстр, похожий на сколопендру. Несмотря на более чем грозный вид, мы достаточно легко справились. Гинко рвала слишком близко подошедших монстров на части в волчьей форме, Шидо раскидывал печати, распухший в размерах Дай нападал на крупные и медлительные экземпляры, банально мозжа головы кулаком, Саса направлял его удары. Я испытал свои силы на рыбе и парочке тараканов, однако последние от удара светом взорвались склизкими и едкими ошметками, полностью заляпав мою одежду. После этого я передумал лезть вперед, оставив вассалов разбираться с монстрами, сам изредка посылал волны света издали и бросал вполне действенные печати ошеломления.

Оборудование во втором зале оказалось выворочено или погрызено. Из нескольких лопнувших труб хлестала вода. Шидо отыскал огромную дыру, ведущую в общий канализационный коллектор, откуда и появились твари, очевидно. Дай и Гинко сами вызвались проверить, и мы с Шидо протестовать не стали, напомнив им об осторожности. Дай вернулся относительно быстро, сказав, что дальше по трубам ему уже не пролезть. А вот оками мы ждали долго — она погналась за крысюками, которые от страха выползли на поверхность, сумев сдвинуть канализационный люк. Жаль, что черепашек здесь не оказалось… Внезапно пазл сложился благодаря мультику про любителей пиццы, и мне стало немного стыдно. Совсем чуть-чуть. Надо включать мозги, когда в следующий раз возникнет необходимость утилизировать перебродившие магические зелья. Повинуясь интуиции, я позвонил Айе и попросил фугурумо отыскать оками и проследить с помощью амулетов забытья, чтобы не осталось свидетелей погони волка за гигантскими крысами. Потом оглядел учиненный нами разгром. Большинство мертвых тел, презревая законы мироздания, разлагалось с невероятной скоростью, оставляя после себя мутные разводы и дурнопахнущие лужи. Помятые и выломанные трубы, погнутые решетки и перила. Я растерялся, честно говоря. Свалить все остальное на четвертый отдел — самый простой выход. Но я хотел в полной мере вникнуть в работу экзорциста. А устранять последствия ведь тоже кому-то надо. Тут на помощь пришел Шидо, попыхивая сигаретой:

— От такого малочисленного клана ничего особого не ждут. Даже мы, Тсучимикадо, иногда прибегаем к услугам Якоин и четвертого отдела по зачистке. В крупных городах есть специальные платные службы, которые занимаются устранением последствий. В Такамии точно есть. Ты можешь нанять их, если деньги некуда больше тратить. Советую отдать остальное на откуп сотрудникам общественной безопасности.

Я напряг свою память, припомнив один малозначительный на первый взгляд момент. От деда мне осталась старая потрепанная записная книжка, в которой значилась информация о некоторых кланах и государственных ведомствах. Я удивился, что в том списке делают контакты какого-то клинингового агентства. Получается, это и есть служба зачистки, и Генноске неоднократно пользовался их услугами.

— А как же тот техник и полицейские? Или другие свидетели?

— Если сотрешь им память об этом эпизоде, то претензий не будет. Либо можешь подождать Якоин — обычно они проводят расследования подобных случаев. Источник появления этих тварей мы ведь не нашли. Так что расследование обязательно будет. Хотя полицейским можешь и не стирать. Я сообщу им, что дело передали нам, и писать подробный рапорт нет нужды.

— У кланов есть официальные полномочия?

— Да, — Шидо похлопал по карманам и выудил небольшое удостоверение. «Частная военная компания Тсучимикадо». — Наши полномочия сходны с четвертым отделом. Обычные полицейские и силы самообороны нам подчиняются, но только в случае чрезвычайной ситуации, вроде этой. В теории. На практике приходится частенько применять ментальную магию. Ну, этот раздел всегда был моей слабой стороной — обычно Маки сглаживает острые углы. Либо специальные команды из нашего клана. Откуда же взялись эти твари?

— Гхм…

— Похоже, будто в канализации издох какой-то сильный е-кай стихии плоти. И те, кто успел полакомиться его останками, мутировали. С другой стороны, кто-то мог баловаться запретными ритуалами. Заметил, что все монстры могли изначально обитать где-то в канализации? Ни тебе призванных сущностей, ни стихийных элементалей.

— Почему у нашего клана нет таких удостоверений? — сменил я тему.

— Не знаю, — пожал плечами Шидо, выкидывая бычок на изрядно заляпанный пол. — Не думаю, что твой дед особо парился насчет секретности.

— Да, Хьего-сан сказал, что дед Ген не любил формальности.

Позвонила Айя, сообщив, что нашла Гинко. Скорректировала троим очевидцам память с помощью амулетов. Что ни говори, а амулеты Амакава офигительны. Любой, кто владеет толикой магии, способен их активировать. Любой с достаточно сильной аурой способен подавить чужую волю и внушить приказ или стереть память. Впрочем, сходными умениями владеют все Великие кланы. Наверное, отсюда и проистекает пренебрежительное отношение к обывателям.

Я почуял знакомую ауру и повернулся в сторону бассейна-отстойника. Из воды показались зеленые волосы, после чего Сидзука плавно перетекла на поверхность.

— Похоже, вы и без меня справились, — резюмировала мизухэби.

— Моя лоли! Ты очень вовремя. Не помоешь меня? А то потроха этих тварей очень токсичные. Всю футболку разъели!

Высший водных дух церемониться не стала, окатив меня плотными струями воды со всех сторон. Едва успел дыхание задержать. После чего неспешно высушила. Снова приходится щеголять голым торсом — ну хотя бы на этот раз в машине есть запасной комплект одежды. Пришли Айя с Гинко в образе волчицы. Сидзука повторила водные процедуры с оками. Я еще раз оглядел последствия сражения и решил отложить самостоятельность до иных времен. Звякну Кабураги, телефона компании по очистке нет под рукой…

— Постойте. Айя, у тебя нет контактов организации, которая занимается уборкой в… таких случаях?

— Конечно, Амакава-сама. Раньше я связывалась с ними только по стационарному телефону из особняка — после того, как Генноске-сама передавал мне адрес по амулету света. Сейчас же я могу позвонить им по мобильному телефону. Если таков будет ваш приказ.

— Да! Займись, будь добра.

— Как пожелаете, Амакава-сама.

— Тогда возвращаемся домой.

В особняке я привел себя в порядок. Обсудив ситуацию с вассалами и Шидо, решили отправить Гинко, Дая и Тосигами на прочесывание города. Часть тварей могла улизнуть. Аякаси камня и урожая отлично справлялись с подземным поиском.

Утром четырнадцатого числа с помощью бывалых охотников Тсучимикадо я набросал сносный отчет о происшествии на очистной станции. Объяснение активизации потусторонних существ именно в это время — простое. С 13 по 15 августа в Японии празднуется Обон — поминовение усопших. Примерно в эти дни повсеместно случаются магические встряски, заставляющие духов выходить на охоту. Нечто вроде полнолуния для оборотней, только влияющее почти на всех аякаси. Называется Хякки яко или «ночной парад ста духов». Четвертый отдел в это время только и успевает ликвидировать наиболее зарвавшихся. Хотел было отправить отчет бумажной почтой, но Айя так на меня посмотрела в этот момент… Словно потеряла весь смысл своего существования. Что мне пришлось напрячь фугурумо в передаче бумаг четвертому отделу.

Чуть позже приехали невыразительные сотрудники из Девятого клана, обстоятельно допросили нас. Мучимый совестью, я все-таки позвонил Хитсуги и сознался в моей вероятной причастности к вчерашнему инциденту. Ответом мне послужило гнусное «Ку-хи-хи!» и обещание прислать методичку по правилам безопасности при обращении с магическими зельями. Но вроде девушка намекнула, что раз никто не пострадал, то она замнет дело в честь дружественных отношений между нашими кланами.

Ближе к обеду мы снова двинули в столицу, на этот раз оставив Генри дома. Книжный дух был измотан двумя перемещениями за столь короткий промежуток времени. Посещение клиники и обследование прошло без эксцессов. Кроме Гесуко я также осматривал и Химари. Обычные ментальные заклинания на основе света, которые я ранее использовал, достаточно просто вымывались из организма даже у неодаренных. Внедрение постоянного магического блока для меня внове, поэтому с заклинанием не спешил. Как бы не напортачить. Я не мог понять, как работает магия света внутри бакэнэко, и это раздражало. Возможно, мешало мое обывательское образование. Я подходил к магии, как к некоей энергии. То есть, я выделяю часть своей генерируемой энергии на заклинание, внедряю в цель, после чего оно начинает работать — до тех пор, пока не иссякнет запас маны. И с обычными амулетами света такой подход полностью себя оправдывал. Однако постоянные блоки нарушали данный закон. Они не брали энергию носителя, не получали подпитку извне, не имели какого-то встроенного генератора. Они просто работали, и я не мог предсказать, когда закончится их заряд. И закончится ли вообще. Заклинание в Химари спокойно проработало семь лет без какого бы то ни было ТО. В Кайю вообще никто не влезал на протяжении десятилетий наверняка. Незнание бесило. И даже Масао-сан не смог мне ничего путного посоветовать. Сказал, что магия многогранна, в ней множество неизведанных областей. Я выделил пару особенностей постоянного блока: он работает только в среде с повышенной магией, чем является любой живой организм, плюс ограничение размера. Если пытаться делать постоянный блок более мощным, например, для каста волны света, то он станет материальным, а значит внутрь тела его не поместишь, а без этого восстановление энергии не происходит. Все-таки, каким-то образом он конвертирует внутреннюю энергию человека в свет. Хотя никакого оттока не заметно совершенно. Может, я просто этого не вижу из-за малых величин? А может в любом человеке есть небольшая, незаметная толика света? Что есть магия Амакава вообще? Вопросы без ответов.

Разные мысли бродили у меня в голове после повторной диагностики бывшей главы клана. Пока решил отложить внедрение до следующего дня. Дать лишней магии выветриться.

— Масао-сан, а вы можете посоветовать мне учителя магии? — спросил я мужчину.

— Похвальное стремление. В вашем образовании большие пробелы, Амакава-доно. Что касается преподавания, то один человек сможет дать лишь однобокое развитие. Подумайте об Оммедзи Гакуэн. В кланах тоже имеются отличные специалисты, однако они в основном заточены под родовые умения. Тогда как в школе магии уделяется внимание всем направлениям.

— Да, я думал об этом. Только не поздновато ли мне идти в школу? Да и мне не на кого оставить клан.

Масао-сан дернул уголками губ, но сохранил серьезное выражение лица, Хитсуги же, забравшаяся в кресло с ногами, тихонько посмеивалась.

— Не стоит подходить с обывательскими мерками к оценке магических заведений. В школу принимают в любом возрасте. Также я уверен, что вам, как главе клана, подберут наиболее удобную программу, — пояснил мне мужчина вежливо.

— Заманчиво. Думаете, там найдется учитель по магии света? — спросил я, не надеясь на положительный ответ.

— А с чего вы взяли, что иные магические дисциплины вам недоступны, Амакава-доно? — огорошил меня Масао.

— Юто! Ты обязательно должен поступить в Оммедзи Гакуэн!

Воодушевление Хитсуги можно было черпать ложками. И зная ее, выглядело это подозрительно.

— Почему это?

— Как почему? Это будет просто сногсшибательно! Ку-хи-хи!

— Мы с директором хорошие знакомые. Я напишу рекомендательное письмо. Оно может пригодится вам.

— Благодарю, Масао-сан, — я еще раз с недоумением покосился на девушку, которую просто распирало веселье. — Хитсуги, ты там училась?

— Один семестр. В основном я занималась по клановым методикам.

— И чего стоит ожидать от Оммедзи Гакуэн?

— Скучно тебе точно не будет! Ку-хи-хи!

Следующий день провел в особняке, почитывая обучающую литературу, восполняя запасы печатей и бездельничая. Снова посетили семейный склеп, почтили память предков в честь Обона. Сходили на озеро искупались с Джебом. Успехи дракона на пути освоения человекоподобной формы пока были незаметны. Я тоже не мог похвастать результатами на ниве поиска драконов. В открытом доступе никакой более-менее достоверной информации не существовало. Хотя была у меня идея, в ком можно поискать следы применения магии забвения, если таковая действительно имела место быть.

Утром шестнадцатого числа я наконец перестал оттягивать неизбежное и внедрил в Гесуко свою конструкцию из магии света. Это было на грани. Я чувствовал, что мозг на пределе. Магия Якоин еще оказывала серьезное сопротивление — и это в бессознательном состоянии. Из чего я сделал вывод, что ментальная магия на них практически не действует. Гесуко пришлось срочно перевозить в интенсивную терапию — кровотечение из носа и зашкаливающие показатели приборов заставили нас всерьез опасаться за ее жизнь. Вечером мне разрешили провести краткое обследование, и я заметил прогресс. Магия разгона начала замедляться. Далее от меня уже мало что зависит. Я передал Масао и Хитсуги десяток чистых разумов и наказал через неделю приступать к лечению амулетами. Гесуко все еще находилась в коме, и даже если я все сделал правильно, далеко не факт, что она сможет когда-либо очнуться. Светом от нее фонило и впрямь на километр.

Нервов на прошедшей операции я потратил изрядно. Мы переночевали в одной токийской гостинице, которую нам рекомендовала Хитсуги. Двенадцатые присматривали за префектурами Нара и Вакаяма, однако, как и любой уважаемый клан (за исключением Шестого, как это не печально), имели недвижимость в Токио. Всего час езды, и мы оказались в малонаселенном районе с богатыми частными владениями. Вилла Джингуджи смотрелась весьма недурственно и современно, особенно по сравнению с моим ноихарским имением. Гости прибывали сплошным потоком, и нам даже пришлось постоять в пробке из машин при подъезде. Встретили нашу разношерстную компанию настоящие дворецкие и служанки в форме. Я предпочел не снимать пиджак, дабы не светить особо печатями в кобуре. Маки не была приглашена и не особо рвалась идти с нами на прием, организованный Двенадцатым кланом, однако я смог ее уговорить. Сидзука с Химари выглядели вполне соответствующе случаю — в красивых вечерних платьях. Бакэнэко только жаловалась на то, что одежда стесняет ее движения, и в критической ситуации может помешать.

— Юто! — услышал я голос подошедшей Куэс. — Пойдем, я покажу вам дом, пока старичье не взяло в оборот.

Мы прошлись по владениям, осматривая местные красоты. Наружу не выходили — разыгравшийся дождь отгонял любое желание прогуляться. Куэс призналась, что она сама тут бывала редко до недавнего времени. Но после окончании учебы в Англии теперь переехала в Токио. Я поведал о произошедшем на очистной станции. В общем, вполне мило побеседовали. Сумеречная луна уже свыклась с наличием подле меня нелюбимых ею е-кай и старалась их просто не замечать. Да и непростую историю наших личных взаимоотношений не ворошила. Сейчас она занималась поиском высших аякаси и заработком репутации, чтобы их клан немного поднялся в рейтинге. Я в свою очередь рекомендовал давать аякаси шанс, если за ними тяжких преступлений не замечено, на что Куэс неопределенно фыркнула.

Потом познакомила меня с матерью, Мерухи Джингуджи. Красивая и немного чопорная женщина, однако также весьма нетерпимая к е-кай и свято верующая в исключительность мано-юзеров. Яблоко от яблони, как говорится. Мы плодотворно обговорили нюансы моего так называемого опекунства. Мерухи еще раз поинтересовалась у нас, не осталось ли какого-либо шанса на соединение наших кланов. Мы с Куэс бросили взгляд друг на друга и ответили решительным отказом, на что глава Двенадцатых покачала головой.

Утомился немного, но в целом интересно провел время. В основном приглашенными были совладельцы, управляющие высшего звена, около десятка рядовых охотников из Джингуджи, а также гостящие экзорцисты из других великих кланов. Сложно вот так сходу сравнивать магическую силу одаренных, но Мерухи и Куэс были наиболее сильными колдуньями на этом празднике жизни. Я стал звездой дня — фактически это был мой первый выход в свет, если исключить совет Великих кланов. Акулы бизнеса атаковали меня, интересуясь сферой интересов Шестых и предлагая сотрудничество. Я нагло совру, если скажу, что запомнил хотя бы половину из них. Альберт бы меня за такое точно не похвалил, но ничего с собой поделать не могу. Охотники Джингуджи холодно меня приняли. Я предположил, что великолепная Сумеречная луна, как и Мерухи, для относительно слабых экзорцистов являются образцами для подражания. И к нашей связи с клановыми идолами отнеслись негативно. С охотниками из Киюн и Таннадзаки я обсудил обмен артефактами. Ничего особенного они мне предложить не могли, денег же за стандартные амулеты много не срубишь. Отношения к моим спутницам аякаси было забавным. Неодаренные пускали слюни на сексуальную Химари и умилялись кавайной Сидзуке. Экзорцисты же сторонились их и даже бросали неприязненные взгляды.

Хозяйка мероприятия и другие важные лица периодически произносили небольшие спичи и тосты, нахваливая Двенадцатый клан и желая ему процветания. Если отсечь все лишнее, то останется официальное сообщение Мерухи о расторжении помолвки. Однако, по ее словам, это не означает прекращение сотрудничества между кланами. Экзорцисты Джингуджи уже успели испытать полученные амулеты света и остались удовлетворены.

Загрузив Элис и Пуджа, я довольно быстро получил телефон секретаря директора Токио Оммедзи Гакуэн, которого звали Саватаро Сурегу. В начале дня, перед новым осмотром Гесуко Якоин, я решил позвонить.

— Приемная директора. Чем могу вам помочь? — прошелестел в трубку приятный женский голос.

— Доброе утро. Меня интересует обучение в вашей школе.

— Вы в курсе, что мы предоставляем специализированное обучение?

— Э, да. У меня есть способности в магии, если вы об этом.

— Ясно. В таком случае я перенаправлю вас приемной комиссии. Они будут работать до середины сентября.

— Спасибо…

Какая-то назойливая мысль не давала мне покоя. Больно все просто оказалось.

— Подождите… Могут ли возникнуть какие-либо сложности с комиссией? Могу ли я прийти в сопровождении аякаси?

— Что? — голос секретарши был подозрительно спокоен. — Учтите, за розыгрыш работников школы могут быть неприятные последствия.

— Я никого не разыгрываю. Аякаси всегда меня сопровождают.

— Назовите свое имя, — потребовала секретарша строгим тоном.

— Амакава Юто.

— А-Амакава?! Шестой великий клан экзорцистов?!

— Да, — почему-то в этот момент мне вспомнился веселый настрой Хитсуги.

— Мне… мне надо доложить директору. Подождите минуту…

Странно, неужто в Оммедзи Гакуэн нет каникул? Или это директор такой трудоголик?

Массивные двери в кабинет главы ТОГ распахнулись с такой скоростью, словно были сделаны из картона. Секретарша, миловидная девушка со слишком слабой аурой для оперативной работы, словно смутилась от собственного поведения, поправила невидимую складку на юбке и подошла к столу директора уже более уверенным шагом. Который слишком внимательно вчитывался в отчет, чтобы обратить внимание на необычное появление своей помощницы.

— Директор-сама, претенденту на обучение нужны консультации по необычному вопросу. Я решила сначала получить инструкции от вас.

За монструозным резным столом с ножками, стилизованными под птичьи лапы, восседал Сурегу Саватаро, хмурый мужчина сорока пяти лет с густыми усами. Внушительные залысины и стоящие дыбом черные волосы с боков придавали ему одновременно немного забавный и грозный вид.

— Кто там еще?

— Амакава Юто-сан.

— Соедини нас, — спустя пару секунд откликнулся мужчина.

— Да, директор-сама.

— Саватаро у аппарата. Амакава-сан?

— Да! Не думал, что смогу застать вас на рабочем месте на каникулах, господин директор.

— Некоторую работу не поручишь заместителю. Правильно ли я понимаю, что вы изъявили желание получить образование в моем заведении?

— Да.

— Приезжайте, Амакава-сан, поговорим с глазу на глаз. Когда вам будет удобно?

— Сегодня после одиннадцати я свободен.

— Отлично. Тогда договоримся на час дня. Если у вас будут вопросы по маршруту до школы, обращайтесь к секретарю.

— Благодарю.

Осмотр Гесуко показал положительные тенденции. Если такой темп сохранится, то можно будет говорить о грандиозном успехе в деле лечения последствий магии Якоин. Масао выглядел неважно — видимо, изнервничался из-за супруги. Я настоятельно рекомендовал ему использовать на себе хотя бы один чистый разум. Сам мужчина экономил амулеты света, оставляя их для Гесуко.

Токийская магическая школа располагалась в достаточно населенном районе, среди многоэтажек и торговых центров. Если так можно сказать. Ведь территория школы была огромна, и сама походила на отдельный район. Оммедзи Гакуэн оккупировала весьма примечательное место. Здоровое достаточно ровное плато, возвышающееся метров на сто над остальной столичной поверхностью. Выглядело странновато — словно искусственное образование. Впрочем, на вопрос, почему никто этого не замечает, ответ очень прост. Магия, итить ее за ногу. Оммедзи Гакуэн изобиловала различными охранными и скрывающими заклинаниями.

На вершине холма стоял пропускной пункт, за который въезд на машине воспрещен. И это учитывая, что до ближайшего здания с километр топать. Слава Ками, охранники на этот раз нам попались достаточно информированные. Записали в журнал наши данные, включая регистрационные метки карт для аякаси из четвертого отдела. Хорошо, что Маки отправилась с нами — ее помощь в навигации на территории школы была поистине бесценна. Что касается окружающего пейзажа, то я уже начал привыкать к аккуратным дорожкам, ровному газону, ухоженным кустам, идеальной чистоте без единого клочка мусора. Архитектура зданий Оммедзи Гакуэн не походила на старинные сооружения. Не было того пиетета, как перед лондонской академией. Думаю, что токийской школе около полувека, постройка послевоенного периода.

— Пройдемся по парку? — полуутвердительно спросил я и свернул в сторону. Маки, Сидзука и Химари молча последовали за мной. Генри в образе гримуара удобно устроился в пространственном кармане и привязался ко мне. Я смутно чувствовал духа книги рядом, словно в тумане.

Я присел на первую попавшуюся скамейку и огляделся. Территория школы пустовала, что вполне логично, учитывая каникулы. До назначенного времени еще оставалось сорок минут, так что можно не торопиться. Прикопать что ли метку Генри где-нибудь в парке? Я всмотрелся в далекий барьер, окружающий весь холм по периметру. Меры безопасности здесь принимают нехилые. Будет ли разумно оставлять в парке часть перемещающего артефакта-аякаси? Найдут, проблем не оберешься. Я вдохнул полной грудью свежий вкусный воздух. Похоже, что в школе применяется очищающая магия. Контраст по сравнению со столичным спертым воздухом разителен. Повышенный магический фон наполняет тело энергией. Хорошее место, чтобы подумать над своей дальнейшей судьбой. Да и погода располагает.

— Моя лоли, может ты все-таки слезешь с моих колен?

— Тсч. Жадина, нано, — Сидзука нехотя пересела рядом на скамейку.

Как завещал дедушка мирового пролетариата: учиться, учиться и еще раз учиться. Стоит ли тратить свое время на школу, ведь магии света меня здесь точно не научат? С другой стороны, отсутствие теоретических знаний уже не раз подводило меня. Да и кого я обманываю? Раз я сижу здесь, то для себя все давно решил. Совмещать учебу и обязанности главы клана будет непросто, впрочем, опыт прошлой жизни мне поможет. Да-а, наверное, это мое подспудное желание довершить хоть какое-то обучение. Универ не успел закончить, школу бросил, так хотя бы получу диплом экзорцисткой академии. Интересно, высоко он котируется при приеме на обычную работу?

— Моя лоли, а ты хочешь поучиться?

— Ты правда думаешь, что мне разрешат? — скептически спросила Сидзука.

— В крайнем случае, сможешь посещать те же курсы, что и я, как моя помощница или телохранительницы. Как у тебя с обычными предметами?

— Средне, нано. Иногда на меня находил азарт исследователя. И я пыталась понять, каким образом люди сделали то или иное изобретение. Нахваталась немного отовсюду.

— Химари, а ты?

— Ня-и? (что?) Милорд, разве ж должно Багровому клинку тратить время на бесполезную учебу?

— Образованные девушки больше ценятся в обществе, да и среди мужчин, — парировал я. На что Маки показательно фыркнула.

— Коли вы так желаете, не смею отказаться я.

Упрямая кошка. Ее отношение к жизни иногда раздражает. Непринятие новых технологий и знаний. Я сам не большой любитель грызть гранит науки, но в нашей ситуации надо использовать любые средства, чтобы стать сильнее.

— Ты только и умеешь, что мечом махать. Не думала, что надо двигаться дальше?

— Какой смысл, милорд? Недалек тот день, когда вам придется убить меня.

— Не говори…

— Молчание ничего не изменит, — перебила меня Химари. — Я Багровый клинок Ноихары. Я рождена для сражений. Пускай жизни мне отмерено не так много, я сделаю все, чтобы защитить вас, милорд, и честь клана Амакава.

Я скривился, словно съел кислый лимон. Да, хоть сколь-нибудь дельных идей, как приструнить безумие бакэнэко, у меня так и не появилось. Блок света не позволял ее истинной натуре взять верх. Она словно постоянно боролась сама с собой, оттого и жила сегодняшним днем.

— Думаю, нам пора на встречу, — прервала повисшее молчание Маки.

— Да, — я решительно поднялся, избегая продолжения неприятного разговора.

Глава 8

Мы двинулись к основному зданию, которое насчитывало всего четыре этажа, за исключением центральной башни, возвышающейся еще на три. Плюс высокий шпиль, словно пронзающий небеса. Белые стены, серо-голубая крыша, высокие колонны, красивые барельефы, фонтан и несколько статуй незнакомых мне личностей. Поодаль виднелись трехэтажные дома более простой архитектуры. Также я насчитал аж три стадиона: один большой закрытый и два открытых поменьше размером. Может, они там в японский квиддич гоняют? О, вот и ученик школы, судя по всему. Вернее, ученица. Спешит куда-то. Элегантный черный пиджак с белыми полосами, темно-красная короткая клетчатая юбка, красный мини-галстук, высокие черные гольфы, яркая красная шевелюра. Красивая форма, уж получше, чем в такамийской школе.

Внезапно девушка остановилась, словно налетела на невидимую стену, обернулась на нас и раскрыла рот:

— Печать огненных лепестков!

Перед ученицей в воздухе возникла сложная диаграмма с какими-то руническими вставками. Сформированное заклинание исторгло рой мелких осколков оранжевого цвета. Кусочки пламени полетели в нашу сторону с неотвратимостью гоночных болидов и схожим звучанием. Я напитал покров света — это у меня уже получается за доли секунд. Химари обнажила Ясуцуну. А вот Маки среагировать не успела. Хорошо, что Сидзука не растерялась. Водный щит принял на себя удар огненной стихии.

— Почему ты напала на нас?! — спросил я, когда образовалась передышка.

— Быстро отойдите от них! Это е-кай в человеческом облике!

— Мы знаем! Они работают на меня!

— Но… но как? — растерялась юная девушка.

— Вот так! Мисс, вы напали на меня и на членов моего клана. Потрудитесь извиниться!

— Это… простите меня. Я поспешила. Меня зовут Мэйка Леджинс. Но мои извинения относятся только к людям. Перед е-кай извиняться я не намерена!

— Амакава Юто, и я не принимаю ваши извинения. Извинитесь перед всеми.

— Я не буду извиняться перед нелюдями! — рассердилась девушка.

— Что за наглая девица, — буркнула мизухэби. — Мягкие места твоего тела требуют проведения воспитательных мероприятий.

— Заткнись, монстр!

— Может я и не человек, нано, зато я не нападаю на первых встречных. Да и вообще имею привычку думать, что явно не является твоей сильной стороной, Мэйка-тян.

— Что?! Что еще за «Мэйка-тян»? — взъярилась огненноволосая. Я уже хотел сказать что-нибудь примиряющее, но девушка сама успокоилась. — Злобный дух, тебе не удастся вывести меня из себя. Нас учили контролировать свои эмоции.

— Видимо, ты спала на этих занятиях, нано.

— Хватит. Леджинс-сан, значит извинений мы так и не услышим?

— Я уже извинилась перед людьми! Хмпф, — девушка резко развернулась, отчего ее красные волосы и юбка взметнулись. — Мне надо идти на тренировку.

Неподалеку показалась небольшая разношерстная группа из трех учеников школы. Темноволосая девушка среднего роста и два парня: один шатен, мелкий и худой, второй брюнет полный и высокий.

— Мэйка, ты идешь? — лениво зевнул высокий парень.

— Эй, от них несет аякаси! — выкрикнул мелкий и тут же вытащил из кармана(!) короткий слегка светящийся клинок. — Отойдите от Мэйки! Джуно, кастуй барьер!

— Уверен?

— Конечно! Аякаси на территории школы! Мы должны изгнать их!

— Но может это очередные учебные пособия, на которых мы будем тренироваться? — предположил ученик.

— Дурак! Их перевозят в специальных камерах, а эти разгуливают свободно! Шпионы, пришли вынюхивать об экзорцистах?! — распалялся недорослик.

— А то, что аякаси вместе с людьми, тебя не смущает? — спросил я.

— Вы тоже можете быть замаскированными е-кай. Нам говорили, что некоторых особей практически невозможно обнаружить!

— Или вы попали под их влияние, — предположил высокий. — Похоже, эти аякаси достаточно сильны.

— Чую еще одного, — произнесла немногословная брюнетка, после чего резко послала печать прямо в меня. Я закономерно использовал покров света, уже начиная раздражаться, однако полоска бумаги не долетела, а активировалась на небольшом расстоянии. После чего из пространственного кармана вывалился растерянный Генри и растянулся на дорожке в нелепой позе.

— Это шпионы-диверсанты! Мэйка, на тебе водный дух. Я займусь этим звериным е-кай с катаной. Джуно, обезвредь очкастого. Аяко, следи за людьми, чтобы не выкинули какой фокус.

— Эй-эй, стойте, куда это вы разогнались? — вставил я несколько слов.

— Не переживайте! Мы порубим е-кай на куски и спасем вас из-под их влияния! Вперед!

— Ларен, по-моему, тут все немного… — начала говорить Лэджинс-сан, но ее прервала моя спутница.

Химари выпустила наружу свою темную ауру. На секунду мне показалось, что свет померк. Я-то давно привык к эманациям бакэнэко, а вот незнакомые с ними учащиеся школы побледнели и попятились.

— Попробуйте, ня! — мурлыкнула Багровый клинок.

— Ксо! Она как минимум S ранга!

— Ларен, мы можем не справиться, — тихо произнесла брюнетка.

— Отходим к клубу. Надо позвать подмогу. Живее. Мэйка!

— Да, иду!

— Но может мы зря на них бочку катим… — послышалось от быстро удаляющихся начинающих экзорцистов.

— Сколько энергии. Молодость, — произнесла Сидзука умильным тоном, когда молодые охотники скрылись за деревьями. Из уст маленькой девочки звучало странновато.

Мда уж. Похоже, Кабураги не удосужился донести сведения о пропусках четвертого отдела до оплота магнауки империи.

— Тоже мне, старушка нашлась. Ладно, пойдем к директору, не то опоздаем.

Вау, внутри главного здания все выглядит довольно круто. Словно во дворце. Колонны, лепнина, статуи, балюстрада, даже расписной потолок. Пока я рассматривал центральный холл с раскрытым ртом, к нам обратились… две статуи львов:

— Кто вы такие?

— У вас нет разрешения на провоз духов!

— У нас назначена встреча с директором, — сообщила Маки.

— Мы не можем допустить… — начал левый лев.

— …появления аякаси в школе! — закончил правый.

— А вы тогда кто? Люди, которых злая колдунья превратила в статуи? — съязвил я.

— Мы есть управляемая стихия, заключенная в камень!

— Другими словами, вы аякаси?

— Мы созданы людьми!

— Юто, не все магические создания являются аякаси, — поведала охотница Тсучимикадо.

— Вот как? Думал, это тождественные понятия. Есть определение аякаси?

— Аякаси — полуразумная или неразумная условно живая сущность, которая создана с использованием магического ритуала, в результате магического действия или антидействия или производные от уже созданных аякаси, и не может существовать длительное время в безмагическом пространстве.

— Что значит полуразумная-с? — прошипела Сидзука.

— Так написано в учебниках, — ответила Маки невозмутимо.

— Со всеми вопросами к директору. Нас уже ждут, — резюмировал я, и потянул Химари с Сидзукой дальше. Львы молча проводили нас своими пустыми глазами.

— Их зовут Хидари и Миги, они обычно следят за дисциплиной, — пояснила Маки.

— Левый и правый? Оригинально.

Прискакала охрана, привлеченная раскрывшейся аурой бакэнэко, пожурила нас за неподобающее поведение и сообщила, что доложит обо всем директору.

Я посмотрел по сторонам, разглядев несколько уходящих в сторону коридоров и широкую лестницу, ведущую на верхние этажи, а также в подвал. Ради интереса я забрался на нижние ступеньки и немного постоял, однако лестница так и не была уличена ни в каких самовольных перемещениях или трансформациях. Обычная лестница. Остальное убранство школы было менее вычурным, чем в холле, но все равно роскошным. В коридоре нас заметил незнакомый ученик, остановился секунд на пять, после чего развернулся и бросился наутек. Я пожал плечами. Маки привела нас к лифту, который быстро и бесшумно поднял нашу компанию на шестой этаж.

— Амакава-сан? — шустро подошла красивая женщина к нам. — Прошу, директор-сама ожидает вас.

— Спасибо.

Кабинет директора впечатлял. Все такое большое, экзотическое. Портреты с золочеными рамами, какие-то непонятные штуковины на стеллажах, старинные книги, даже палантир имелся на комоде (интересно, рабочий ли?). Примерно так я себе и представлял место обитания умудренного годами мага. Хотя Саватаро-сан был вполне бодр, а остатки волос не носили следа седины. Когда он осмотрел нас, лицо его на секунду приняло удивленное выражение. А может мне и показалось.

— Амакава-сан, рад приветствовать вас в Токио Оммедзи Гакуэн, — поднялся мне навстречу мужчина. Мы пожали руки. — Тсучимикадо Маки-кун, я помню хорошие отзывы преподавателей о вашей выпускной работе.

— Благодарю, директор-сама, — коротко склонила голову охотница.

— Наша школа не имеет давней истории, и была построена в 1954 году. Однако это не отменяет того факта, что именно здесь собраны лучшие наставники и специалисты не только в Японии, но и во всем мире.

— А до 54 года где люди обучались? — позволил я себе вопрос.

— Более половины обучались в кланах, еще часть в мелких частных школах, также принадлежащих кланам. Уже после государство и Император взяли на себя данную функцию и сформировали главное учреждение по обучению оммедзи. Также некоторый процент, несмотря на все усилия группы поиска одаренных, пытаются освоить магическую науку самостоятельно. Что в большинстве случаев приводит к трагическим последствиям. Несоблюдение…

С первого слова стало ясно, что Сурегу мог долго вещать на тему родной школы и правил. Я кивал с умным лицом и вставлял свои замечания в нужные моменты. В среднем Оммедзи Гакуэн выпускает ежегодно около 200 специалистов по оперированию магической энергией, всего же обучается в пределах двух тысяч. Не слишком то внушительные цифры по сравнению с многомиллионным населением Японии, даже учитывая наличие кланов со своими собственными обучающими комплексами.

— Можно один необычный вопрос, директор-сан?

— Спрашивайте.

— С чем связано оживление при моем появлении? Не знаю, как точно выразить. Понимаю, аякаси здесь редкие гости, но все же.

— Вы первый Амакава, который ступил на территорию школы. За всю историю не припомню случая, когда члены вашего клана обучались где-либо на стороне. В стенах Оммедзи Гакуэн действуют строгие правила по нахождению е-кай. Разрешено иметь в роли домашних питомцев неразумных аякаси не выше E ранга, фамильяров не выше B ранга. Приношу свои извинения за то, что не предупредил сотрудников школы о ваших сопровождающих. Надеюсь, проблем не возникло?

— Хм-м, думаю, что нет. Но вам стоит сделать объявление среди учащихся, если я поступлю сюда. Очень уж ваши ученики агрессивно настроены.

— Такой подход оправдан и спас не одну жизнь, Амакава-сан. Правильно ли я понимаю, что вы намерены приходить на занятия с вашими аякаси?

— Даже больше скажу, я бы хотел обсудить вопрос их официального поступления в ТОГ.

— Этого я и опасался. Наша школа не занимается обучением условно-разумных, несмотря на мировые практики. Вы же просите за полуразумных, это неслыханно! — не сдержался мужчина.

— А в чем разница?

— Условно-разумными называют хорошо социализированных человекоподобных аякаси. Утверждено мировым магическим сообществом в 2003 году. На нынешний день к условно-разумным относят оборотней обыкновенных, вампиров и некоторых полукровок. В Европе и Северной Америке имеются несколько школ, официально разрешивших им обучаться в своих стенах.

— Добились своего, кровососы, — буркнула Сидзука.

Я выставил девочку перед собой:

— То есть, вот это милейшее создание, которое неплохо разбирается в человеческой науке, называют полуразумной и не хотят обучать в школе?

— Нано… — девочка с зелеными волосами состроила кавайные глазки.

Директор выудил из ящика стола и надел очки-монокль красного цвета, некоторое время разглядывал мизухэби, после чего вынес вердикт:

— Это темный дух, на нем лежат следы убийств.

— И что с того? Полицейские тоже убивают людей.

— Мы с вами здесь не философские беседы ведем, Амакава-сан.

— Хорошо. Это поможет?

Я передал Сурегу письмо от Масао Якоин. Мужчина вежливо извинился и погрузился в чтение, нахмурившись. Вскоре он поднял голову на меня, однако довольным не выглядел:

— Только из уважения к моему старому другу и заслугам Шестого клана, я разрешаю присутствовать вашим аякаси на занятиях рядом с вами. Об официальном обучении и речи идти не может. Однако я не запрещаю вам, Амакава-сан, договариваться с преподавателями об индивидуальной проверке знаний.

— И на том спасибо. Что от меня требуется?

— Я напишу вам список. Стандартная процедура. Проверка магической силы, физических кондиций, умственных способностей и знаний. Далее обсудите с членами приемной комиссии ваши предпочтения насчет расписания и предметов. У нас обучаются люди из разных слоев, поэтому школьный график очень гибкий. Полагаю, что оплата будет производиться деньгами, и заключения контракта на отработку не понадобится. Далее посетите ателье и хозяйственную часть. Ознакомьтесь с уставом школы. Аякаси не должны скрывать свою ауру, это вызовет ненужные проблемы. На этом все. Если остались вопросы, спрашивайте. Думаю, сегодня вы еще успеете пройти часть проверок.

— Благодарю, что приняли нас, — откланялся я, принимая тонкую книжку из крепких рук директора.

Как только дверь за посетителями закрылась, директор вернулся за стол и взял трубку телефона, стилизованного под старину:

— Будь любезна, поставь защищенный канал.

— Да, директор-сама… готово.

Сурегу откинулся в кресле, ожидая, когда высокопоставленный абонент ответит на вызов.

— Да, Саватаро-сан? — послышался спокойный мужской голос.

— Рюноске-сан, ни за что не догадаетесь, кто сейчас был у меня в кабинете!

Эх, сразу на ум пришел император с его отношением к бюрократии. Если уж первому лицу государства приходилось тяжко, что говорить о пусть и не совсем простых, но все-таки смертных. Оформление бумаг заняло около двух часов. Вопрос с моей прежней школой обещали решить, так что я стал отчасти переведенным учеником. Небольшая очередь из поступающих разных возрастов встретила нас: заинтересованными взглядами, короткой истерикой, моментальным побегом и абсолютным пофигизмом. Я произнес короткую речь, чем успокоил будущих охотников и их родителей, правда, сбежавший так и не появился. Что поделать, основная часть юных магов была слабее даже Сидзуки, и внезапная встреча со своими кровными врагами прямо в центре школы выбивала одаренных из колеи. Еще одна девочка некоторое время переводила взгляд с Сидзуки на Химари и Генри, пристально всматриваясь. Как неожиданно у нее из носа пошла кровь, и она вырубилась. Пришлось тащить ее в больничное крыло. По пути немного познакомился с планом школы благодаря Маки. Мысли сделать все без аякаси я отогнал прочь. Раз уж я поставил перед собой задачу успешно внедрить их в человеческое общество, нельзя пасовать перед такой мелочью.

В очереди я почитал устав школы оммедзи. Меж стандартных правил поведения встречались и такие, как: пресловутый запрет на аякаси выше D ранга, запрет на самостоятельное колдовство без присмотра преподавателей выше C ранга, запрет на колдовство вне специально оборудованных помещений выше B ранга, полный запрет на колдовство SS ранга (что за хрень с этими рангами вообще?). Вкупе к недопустимости вражды на межнациональной или межрасовой почве добавили также межклановую и межмагическую. Типа мой «свет» круче твоей «тьмы», что ли? Солидную часть устава составлял дуэльный кодекс с кучей правил и нюансов. Разрешение на дуэли стало для меня новостью. Маки пояснила, что так закаляется дух соперничества и обеспечивается практика. Вдобавок, каждый семестр еще и турниры специальные проводят. Сама охотница в свое время до финала ни разу не добралась, а вот Шидо когда-то входил в двадцатку лучших.

Пришлось подписать несколько стандартных бланков на посещение школьной территории аякаси и принятие мной ответственности за их действия. Наконец мне выдали кучу бумаг и направили на «процедуру определения магического потенциала». Полупустое темное помещение с высокими потолками выглядело мрачновато. Особенно этому способствовала огромная пентаграмма на полу, испещренная множеством символом и иероглифов.

— Подойдите ко мне, — произнесла немолодая женщина в очках, принимая бумагу у меня. — Амакава-сан… однофамилец? Ладно, давайте руку.

Я выполнил требование. Женщина приложила к среднему пальцу бумажку, от которой слабо тянуло магией.

— Ай! — палец неожиданно кольнуло.

— Терпи. Не то в охотники не возьмут.

Бумажка быстро напитывалась кровью.

— А что, могут не взять? — уточнил я.

— Если ты нигде ранее не обучался — вполне. Возраст уже не тот. Настоящего экзорциста воспитывают с детства.

— Из меня и впрям плохой экзорцист. Я слишком симпатизирую аякаси.

— А вот эту дурость ты брось! — строго сказала сотрудница. — С такими принципами о Великих кланах или императорской гвардии можешь забыть!

— Забыл бы с радостью, вот только про меня никто не забудет, — пробормотал я еле слышно.

— Одну каплю в центр рунического круга. Постарайся успокоиться и не сопротивляйся. Иначе показания круга будут недостоверными. Ясно?

— Да.

Я быстро выжал красную каплю и окропил пол моей родной кровушкой. Какие-то темные ритуалы прям. Хорошо хоть в договоре на обучение не заставляли расписываться кровью. Однако двести восемьдесят тысяч франклинов в год — это весьма существенно. А ведь мы даже еще программу обучения не составили. Может, я вообще буду заочно учиться?

Пентаграмма, или рунный круг, как его обозвала женщина, засветилась нежным фиолетово-розовым цветом и потянулась ко мне. Я подавил инстинкты, заставляющие меня выставить покров света, и смирился с обследующим заклятьем. Непередаваемые ощущения, напоминающие периодами то щекотку, то осязание камешка, застрявшего в ботинке, то пробегающий холодок.

— Хорошо, можешь сойти с круга.

Я с интересом следил за движениями работницы школы, краем сознания отслеживая перемещение знакомой ауры. Вот холодные пальчики обвили мою руку, приподняли ее и поднесли ко рту.

— Ум-м-м-ф, — с удовольствием обсасывала мой раненый пальчик Сидзука.

Хорошо, что женщина слишком увлечена работой, иначе от нравоучений не отвертеться. По периметру рунного круга вспыхнули мутные иероглифы, после чего на ее графическом планшете появились какие-то цветные изображения и столбики цифры.

— Готово, — произнесла Сидзука, переходя к следующему, совершенно здоровому, пальцу. Я мягко отстранил аякаси, положив руку ей на голову. Похоже, данный жест также пришелся ей по нраву.

— Потенциал как минимум S ранга! — с пугающим фанатизмом произнесла магработница. — Неизвестный вид магии! Составляет до 99 %! Поразительно! Необходимо немедленно добавить образец… Что вы тут… это же… — повернулась к нам женщина, завидев любопытствующую мизухэби рядом со мной.

— Не беспокойтесь, это член моего клана.

— Вот оно что. Теперь все встало на свои места. Амакава-сан из Шестого великого клана? Укротители е-кай?

Я кивнул.

— Жаль, я думала, что открыт новый тип магии. Седзо-сан была бы очень рада — в последнее время у нее почти нет материала для исследований. Хотя магия света Амакава мало изучена. Думаю, вы ей придетесь по душе. Спрошу для проформы. Обычно первый носитель, который обследуется у нас, может выбрать название для своей магии. Это просто внутреннее название для школьной базы данных. Официально ваша магия зовется «свет Амакава», относится к редкому типу гелиомантии.

— Пусть так и остается.

— Хорошо. Что ж, подождите минуту, я внесу результаты данных.

Я поинтересовался у копающейся в планшете женщины:

— Значит, мой уровень высок?

— Безусловно. Однако вам предстоит еще долго идти к своему потенциалу.

— А аякаси вы можете обследовать?

— Нет, рунный круг не рассчитан на нелюдей…

— А что у вас за планшет? Вроде магического компьютера?

— Можно и так сказать. К сожалению обычная техника выходит из строя при длительном контакте с повышенным магическим фоном. Вы ведь пользуетесь мобильным телефоном? Если не хотите менять его каждый месяц, сходите в лавку Лоу в восточной части школы, там есть защитные чехлы на любой вкус. Что касается моего визуализатора, то этот прибор намного менее функционален, чем обычный компьютер. Его еще и обучать приходится достаточно долго.

Вскоре я получил заполненную анкету, поблагодарил проверяющую. Краем глаза пробежался по документу, и взгляд мой зацепился за одно слово:

— Простите, тут сказано, что я «универсал». Тут нет ошибки?

— Нет, вы вольны развивать большинство традиционных типов магии. Конечно, индивидуальные отличия имеются, но все укладывается в статистические рамки.

— А как же мой свет?

— Имеет редкий врожденный тип магии. Видите, галочка стоит.

— То есть, я могу развивать огонь, например? — спросил я неуверенно.

— Конечно! Дайте я вам кратко поясню. Универсалами являются примерно треть всех одаренных. Это значит, что они могут сами выбирать направление для развития. Ваш свет уже на неплохом уровне и составляет более 99 % ваших магических сил. Если вы переключитесь на огонь, то процент света упадет, однако на общем количестве магических сил это не скажется, либо скажется незначительно. То есть, вы станете слабее в плане света, но получите малые огненные способности. В природе существуют и «полные универсалы», которые имеют легко адаптируемую внутреннюю энергию. Они могут преобразовать ее в разные стихии. Вам же подобное не дано.

— Я понял. И что лучше? Развивать одну стихию или несколько, но понемногу?

— О, извечный вопрос, в спорах о котором много копий сломано. Думаю, вам лучше посоветоваться с опытными преподавателями.

— Спасибо за информацию!

Следующим пунктом стал крытый спортзал вполне обычного школьного вида. Мне быстро подобрали спортивную форму по размеру и проверили мои невеликие физкультурные таланты без использования какой-либо магии. Бег на короткие дистанции, подтягивание, пресс, прыжок с места. В основном поступающими были маленькие дети от пяти до десяти лет, так что я чувствовал себя немного не на своем месте. Подготовка сержанта Гунсо дала свои плоды: мои школьные показатели слегка улучшились.

Напоследок я вместе с парочкой молодых абитуриентов попал на проверку теоретических знаний. Опросник был огромным и судя по всему почти универсальным. Некоторая часть отводилась на задания, напоминающие тест на коэффициент интеллекта. По обычным предметам встречались вопросы от таблицы умножения до интегральных уравнений и теории относительности. Тут я ответил примерно соответственно своему возрасту, как мне кажется. А вот тест по магической части мироустройства завалил с треском. Я не только не знал два главных отличия обыкновенного сагари от окинавского, я даже не представлял себе, что это за существо в принципе. Были тут и психологические вопросы в стиле, верю ли я в существование НЛО, инопланетной формы жизни и перерождение после смерти. Учитывая все происходящее, я бы ничуть не удивился. Могу ли я вступить в связь с аякаси, который полностью копирует любимого мной человека? Я представил, что существует другой аякаси, который идеально повторяет Химари. Зачем вступать в связь, если сама Химари рядом? Нет, не могу. По-видимому, составители опросника не допускали мысли, что кто-то может захотеть вступить в связь с аякаси, ни на кого не похожего.

— Ну как вам? — поинтересовался я у сопровождения, неспешно ступая по дороге к выходу со школьной территории. На этот раз мы решили прогуляться до северных ворот.

— Вельми достойно, — прокомментировала Химари. — Самое то для милорда, чтобы отточить навыки экзорцисткие.

— Охотники проблемные, — высказал Генри, поправляя очки.

— Думаю, что со временем ученики привыкнут к новому порядку, — заметила Тсучимикадо Маки. — Просто вы первые аякаси, которых сюда допустили.

— Было интересно посмотреть на место, где выращивают убийц. Нано, — с улыбкой произнесла Сидзука. — А уж посещать курсы, на которых учат убивать мне подобных, вдвойне веселей!

— Ларен, мы с Джуно идем домой, — произнесла красноволосая девушка в школьной форме.

— Мы еще не поймали е-кай! — откликнулся низкорослый юноша.

— Я уточнила у охраны — у них были специальные пропуска, — невозмутимо добавила Аяко.

— И что с того? В охрану набирают сплошных ротозеев! Думаете, они смогли бы справиться с S рангом? Их хватает только на отлов мелочи!

— Хнм, — снова зевнул полный парень, Джуно, направляясь прочь из парка.

— Весь день коту под хвост, — буркнула Мэйка.

— Ксо! — в сердцах воскликнул недовольный шатен и в очередной раз бросился обходить территорию.

Глава 9

Утром девятнадцатого числа я снова стоял возле фигурных ворот. Рядом висело большое объявление, гласящее, что на территории школы могут находиться аякаси со специальными картами от четвертого отдела общественной безопасности. Настоятельно рекомендуется избегать конфликтных ситуаций с ними.

— Вот я вас и нашел! — раздался звонкий голос.

Я быстро оглянулся. На центральной дорожке из мелкой красной плитки находились лишь мы, да вчерашний паренек, который докопался до нас.

— Ну допустим. Что дальше?

— Я сам изгоню вас из школы! — школьник встал в какую-то эффектную боевую позу.

— Ты что, объявление не читал?

— Какое объявление? — задумался парень. — Мозги запудрить решили?!

— От директора. Ученикам рекомендуется избегать конфликтных ситуаций с допущенными аякаси.

— Дядя Саватаро-сан? — засомневался парень.

— Эй, Ларен, ты все-таки отыскал Амакава? — подоспела к нам давешняя несдержанная девица с неприлично красной шевелюрой. По данному показателю даже Тайзо ей проигрывал.

— Амакава?

— Амакава Юто, глава Шестого великого клана, к вашим услугам. Фигурально выражаясь. Оказывать услуги столь невоспитанным личностям меня совсем не тянет.

— ЧЕГО?! — вылупилась на меня эта парочка.

— Слушайте, мне надо идти. Найдите себе другую цель для приставаний.

— Подождите, Амакава-сан! — окликнула меня огненноволосая. — Вы правда глава Великого клана?!

— Дура! Конечно он глава Амакава. А эта мечница не кто иная, как знаменитый Багровый клинок! — выказал неожиданную осведомленность парень. Прежде чем я успел среагировать, школьник оказался прямо передо мной, схватил за руку и затряс, грозя вырвать с корнем. — Я большой поклонник Генноске Амакава-доно. Читал все его работы и летописи сражений с е-кай! — мне наконец удалось вырвать свою руку из цепких лап. — Простите, Амакава-сама, что не признал вас. Ваш клан всегда вел затворнический образ жизни, вот я и не думал…

— Бывает. Хорошо, что разобрались. А теперь давай до свидания.

— Постойте! Меня зовут Ларен Саватаро. Позвольте мне стать вашим учеником!

— Саватаро? Так директор правда твой дядя? — спросила Маки.

— Да!

— Ларен-кун, мне самому еще надо многому научиться.

— Ничего страшного. Я буду вашим накама, соратником. Вместе мы станем сильнее и сокрушим любого врага!

— Ладно, — сдался я. — Сейчас мой главный враг — бюрократическая машина. Поможешь?

— Машина? Вы нацелились на техно-е-кай? Не сомневайтесь, Саватаро Ларен справится с любой нечистью!

— Окей, тогда помоги мне найти, где заседает преподавательская комиссия.

Обсуждение вопроса моей учебной программы проводилось в большом пустом лекционном зале.

— Меня зовут Хизаки Кандо, я заведую целительской кафедрой, а также больничным крылом, — представился седовласый улыбчивый старичок. — В этом году я назначен председателем преподавательской комиссии. Мои коллеги: Куан Ши Хоанг, учитель физики, и Кумиеси Нанаэ-сан, которая ведет практические занятия по водным дисциплинам.

Брюнет средних лет в очках, напоминающий выходца из юго-восточной Азии, и молодая японка с родинкой возле губы сдержано поприветствовали меня.

— Мы рассмотрели твои результаты и пришли к выводу, что наилучшим вариантом станет класс 2A старшей школы, — сразу начал Ши Хоанг с едва заметным акцентом.

— Не спешите, Куан-сан, — сказала Кумиеси. — Давай, для начала я объясню тебе принципы распределения, Амакава-кун. В обычной ситуации, когда к нам поступают в детском возрасте, ребенок определяется в один из стандартных классов. Также существуют курсы переподготовки и повышения квалификации для кланов и иностранных студентов. Однако боюсь, что в твоем случае, посещение курсов мало чем поможет. Судя по информации о забвении, в котором ты пребывал до недавнего времени и результатам тестирования, теоретическая и практическая магическая подготовка у тебя отсутствует.

— Эм-м…

— Знаю, магия света Амакава очень сильна и… не требует специального обучения, но это не меняет картины в целом, — добавила Нанаэ-сан.

— Возможно тебе неизвестно, но мы рассматриваем возрастных абитуриентом по трем показателям: магическая теория, магическая практика и обычные школьные предметы, которые ты изучал в предыдущей школе, — пояснил Кандо-сан. — Применительно к последним двум, то тебе вполне подойдет второй класс старшей школы. Наша программа немного смещена, так что учиться ты будешь со студентами в среднем на год младше. Что касается теории, то здесь тебе придется начинать с основ. Класс 3A младшей школы.

Ха! Что-то не представляется мне, как я буду заниматься вместе с третьеклассниками.

— Сдавать экзамены будешь по готовности, после чего переходить в класс годом старше. Учеба с младшеклассниками — отличная мотивация. Вполне возможно, что за год ты сможешь нагнать сверстников, — улыбнулась мне Кумиеси, ответив на незаданный вопрос.

— Есть такой немаловажный фактор, как обязанности главы клана. Я не могу уделять много времени школе, — выдвинул я свое главное требование.

Споры длились еще минут двадцать. Школьная учебная неделя состояла из шести дней и одного выходного. Последние два дня специально отводились под второстепенные предметы, чтобы занятые личности могли их пропускать. Итого четыре загруженных дня с перемежающимися занятиями в двух разных классах: младшем и старшем. Хотя сами классы здесь достаточно условны. Некоторые учебные часы отводятся под шлифование профильной магии или стихии, и тогда ученики сбиваются в кружки по интересам из разных потоков. Я настаивал на трех днях, однако комиссия была неумолима. Четыре дня в неделю и точка.

На выходе из лекционной меня ждали скучающие Ларен и Мэйка. Похоже, племянник директора на меня обиделся из-за недопонимания с техно-е-кай, но меня это волновало ничтожно мало.

— Следующим пунктом значится лавка Лоу и ателье. Покажете?

— Да, Амакава-сан! — с воодушевлением произнесла Мэйка. Отношение девушки кардинально изменилось, как только она узнала про мой пост в великом клане. Вот что титул животворящий делает.

Снаружи мы встретили их товарищей, которых нам быстро представили. Все четверо бесклановые, всем по пятнадцать (хотя мелкому я бы дал тринадцать). Ларен Саватаро, шебутной племянник директора. Мэйка Леджинс — иностранка, чьи неодаренные родители переехали из Европы около пяти лет назад. Джуно Кобаяши — сын двух местных бесклановых оммедзи. Аяко Такахаси — сирота, чьи родители погибли от рук аякаси. Девушка почти не выказывала эмоций, но я заметил, что Аяко предпочитает держаться от Химари с Сидзукой подальше. Впрочем, остальные не спешили проникаться симпатией к нелюдям. Объединяло товарищей участие в дуэльном клубе. Достаточно популярное место, которое регулярно посещают до пятой части всех учеников школы. Даже на каникулах они не забросили тренировки. Цель клуба — подготовка к ежесеместровому школьному турниру, который, оказывается, имеет большое значение для многих учеников. Ларен так прям светился весь, когда рассказывал о нем и о своем обязательном вхождении на пьедестал в этом году.

— Кстати, вы в каком классе? — спросил я между делом.

— Второй A. Лучший класс во всей школе! — с улыбкой заявила Леджинс-кун.

Почему-то я почти не удивился. Судьба, вестимо.

Лавка Лоу напоминала настоящий магический магазинчик, чем она по сути и являлась. При входе нас коснулось какое-то трудноуловимое сканирующее заклинание. Полки и стеллажи были заставлены разными привычными и малопонятными приборами и диковинками, от большинства из которых слегка шибало магией.

— Вон! Пошли вон! — заорал низенький человечек, когда мы вошли внутрь. — Е-кай здесь не место! Слишком хрупкие вещи, слишком деликатные!

— Пфы-ф, — фыркнула Сидзука и вышла наружу, Генри последовал за ней. Химари оглядела помещение и, сочтя его достаточно безопасным для моей королевской персоны, также удалилась.

— Я мистер Лоу. Зачем пожаловали? — не слишком приветливо произнес владелец лавки.

Было в малорослом Лоу нечто трудноуловимое, чуждое. Черты лица заостренные, вытянутые уши. Может, полукровка в энном поколении?

— Нам три чехла на телефоны, — своим спутницам я также решил прикупить.

— Стенд у стены, выбирайте. Учтите, партию чехлов с девочкой-волшебницей Пуэккой-тян уже всю раскупили.

— Спасибо, предпочту что-нибудь однотонное…

В представленных защитных корпусах мне почуялся слабый отклик магии, отдающей стихией земли. Не уверен, необходима ли нашим телефонам такая защита, ведь Элис как следует их обработала. Если присмотреться, то в мобильниках угадывалась магия цукумогами.

— А как их изготавливают? Из какого-то особенного материала?

— Может, вам сразу весь техномагический процесс расписать, молодой человек?

— Понял. Тогда, вот эти… Сколько? Пятьдесят пять тысяч йен (550$)? Да мой смартфон дешевле стоит!

— А вы думали магические артефакты отдают за копейки? Если нет денег, катитесь отсюда! Брысь-брысь, — помахал мне рукой неприятный продавец.

— Хм-м, что значат на ценниках баллы?

— Амакава-сан, вы можете приобрести товар, если на вашем ученическом счете достаточно баллов, — сообщила мне Мэйка. — Баллы выдаются за разные школьные активности.

— Типа как в Гарри Поттере? — вспомнилось мне.

— Извините, я не читала данные книги.

— Не совсем, — вмешался в беседу Джуно. — Просто так, за правильный ответ на уроке, ничего не получишь. Баллы начисляют за хорошие результаты по итоговым контрольным, тестам, за работу в школьном совете или дисциплинарном комитете, помощь преподавателям и организацию праздников и фестивалей. Самый большой приз — 2000 баллов, ты можешь получить за победу на турнире.

— И из вас, дармоедов, только у одного есть восемьдесят баллов на счету! — заявил мистер Лоу.

Воу, похоже, то сканирующее заклинание при входе считывало информацию с ученических билетов.

— Аяко, когда ты успела?! — повернулся Ларен к однокласснице, сходу вычислив богачку.

— Помогала подготавливать классы к началу занятий, — пожала плечами девушка.

Ателье располагалось неподалеку, в одном из домов комплекса мастерских и лавок разного назначения. Заметил только пару вывесок: «Статичные чары» и «Прыткое перо». Магазин пошива школьной одежды был загружен работой. И это учитывая, что сейчас середина года, а значит заказов должно быть меньше. Я лишь мельком успел увидеть процесс, когда мужчина средних лет выходил из внутренних дверей за широким мотком ткани на полке. В ателье процветал семейный бизнес из слабоодаренных: деда, отца и девочки лет двенадцати, которая пока только общалась с клиентами и снимала мерки в силу неопытности.

— Какой вариант формы вы желаете получить?

— Какие есть?

— Простая, со средними защитными чарами, с максимальными защитными чарами. Вот прейскурант.

Несмотря на то, что я чего-то подобного ожидал, брови мои все равно поползли вверх. Комплект самой дешевой мужской школьной формы стоил около 50 тысяч йен, средней — 600, максимальной — два с половиной миллиона или 25 тысяч долларов. Также имелась и возможность использовать школьные баллы. Женские костюмы стоили дороже примерно на треть. Решив, что на безопасности не экономят, я заказал по лучшему комплекту нам с Химари, а также простому про запас. Сидзука заупрямилась, заявив, что тоже хочет походить в настоящей школьной форме, потому с мизухэби также сняли мерки. Девочка объяснила текущую загруженность ателье, сказав лишь одно слово:

— Казума.

— Казума? — переспросил я.

— Казума Рэн, ученик из класса 2B. Его имя уже стало нарицательным в школе. Если где-то неприятности, значит там Казума, — пояснила мне Мэйка.

— И как он виноват в этом аврале?

— Он призвал большого слизня, который… — девочка опустила взгляд и поежилась, обхватив себя руками. — Который питается одеждой. Причем только женской формы — мы используем более тонкую и мягкую ткань для нее. Этим летом нам пришлось изготавливать 360 дополнительных комплектов.

— Хотела бы я взглянуть на этого Казуму, нано, — улыбнулась Сидзука.

— Взяли бы себе помощников из учеников для простой работы. Я так понимаю, что баллы все хотят получить, — предложил я.

— Хорошая идея. Я спрошу деда!

— Я когда-то увлекалась шитьем. Меня зовут Такахаси Аяко, — скромно добавила девушка.

— О, идемте со мной, Такахаси-сан!

Девочка потянула одну из четверки в служебное помещение. Вслед им полетел комментарий Джуно:

— Я всегда говорил, что Такахаси первой из нас заработает миллион.

— Да ну ее! Деньги и баллы не главное. Почет и слава — вот что важно. Остальное придет следом, — изрек Ларен глубокомысленно. — Амакава-сама, идемте, я вам наш клуб покажу!

— С этим еще успеется, — высказал я, выйдя наружу. — Чем в «Прытком пере» торгуют?

— Тетради, ручки и прочее для учебы.

— Зайдем!

Среди нагромождений разнообразной немагической и магической канцелярии встречалось множество полезных вещей. Простенькие диктофоны, мобильники, компьютерные планшеты, ноутбуки и фотоаппараты с защитой от магического излучения. Модели были отнюдь не новыми, однако по цене они далеко превосходили любую топовую линейку. На мой интерес продавщица поведала, что с развитием техники многие магические изобретения канули в лету. Вроде того же самопишущего пера. Также она рассказала мне про визуализатор — магический артефакт, похожий на папку-планшет с мизинец толщиной. Он собирает входящие магические потоки и представляет в удобоваримом виде. Изначально он практически бесполезен, и требуется немало времени для мага, чтобы обучить псевдо-разумный артефакт каким-то манипуляциям и адекватному выводу информации. Однако данные недостатки с лихвой компенсируются почти полным игнорированием повышенного магического излучения.

— Вау! — не удержался я от восклицания, завидев отдельную секцию с товаром. На полках были аккуратно разложены стопки заготовок под магические печати. Некоторые в виде отрывных блокнотов. Самого разнообразного цвета, формы и фактуры. — Они ведь для разных типов магии подходят?

— Совершенно верно.

Я вытащил из своей печатницы один из амулетов света и показал его продавщице:

— Можете посоветовать какой-нибудь аналог. Или есть что получше?

— Хм, бамбук? Внутри содержится солидный запас магии. Не могу сходу определить тип. Полагаю, вам подойдет бумага, которая хорошо держит нагрузки. Бамбук действительно лучший выбор. К сожалению, у меня в продаже есть лишь классическая ватоси, — женщина протянула мне стопку печатей коричневатого цвета. — Большой популярностью такие печати не пользуются. Также я могу заказать на пробу ватоси-гоку и желтую ватоси, если вы оставите залог.

— Будьте добры. А эту ватоси я тоже попробую.

Забрав покупку и расплатившись карточкой, я покинул «Прыткое перо». В визуализаторе было интересно покопаться, но я решил отложить знакомство с магическими компьютерами на будущее.

Я спросил народ, где еще в Японии торгуют артефактами, и Маки провела небольшую лекцию. В токийском торговом районе Гиндза имеется небольшой квартал магов, где можно найти или заказать почти все, что душе угодно, если это не нарушает магических законов. Идеалистка она. Думаю, что при наличии денег или связей можно найти любую запретную вещь.

— Почти каждый клан занимается изготовлением и продажей артефактов или предоставляет разные услуги. Сейчас все имеют свой защищенный от обывателей сайт в интернете.

— Хитсуги говорила, что у них есть свой сайт.

— Якоин — отдельный разговор. Не так давно они создали единый портал, где агрегируются большинство продуктов, которые предоставляют кланы или даже одиночки. Я слышала, что это инициатива нынешней главы Девятых.

— Надо тоже туда объявление дать, — задумался я. Не все же бартером заниматься.

Живот Джуно громко заурчал, напомнив и мне о том, что пора пообедать. Поэтому мы всем скопом двинулись в место поглощения пищи. Никогда не думал, что словосочетание «школьная столовая» может скрывать за собой роскошную обстановку, как в фешенебельном ресторане. Сам обед был вполне разнообразным и питательным. У меня были временные документы поступающего, а вот для Химари, Сидзуки и Генри пришлось блюда оплачивать. Я ранее не видел, как Генри ест, поэтому мне было чуточку любопытно. Ученики 2A класса скорее всего впервые видели цивилизованно трапезничающих аякаси, поэтому наблюдали с интересом. Ничего экстраординарного не случилось. По крайней мере на обычный взгляд. Что там происходило с материальной пищей, когда она попадала внутрь потусторонних существ — загадка природы. Генри ел очень культурно, умело орудуя ножом и вилкой. И не скажешь, что спал хрен знает сколько времени. К большому огорчению для моего банковского счета, в меню столовой значилось мороженное, чем не преминула воспользоваться прожорливая Сидзука.

Мои новоявленные одноклассники живо интересовались жизнью в Шестом клане и много спрашивали про наших аякаси. Очень удивились, узнав, что я единственный экзорцист великого клана. Моих спутниц они стали воспринимать, как прирученных зверушек, насколько я понял. По крайней мере, агрессия и ненависть отошла на задний план. Даже Аяко, присоединившаяся к нам после визита в ателье, скупо улыбнулась, когда Химари продемонстрировала свои кошачьи ушки. Про бакэнэко им было известно многое. Духи эти не только могут размножаться привычным способом, но также и при определенных обстоятельствах самозарождаются из обычных кошачьих. Конкретно про Багровый клинок пару историй-слухов поведал Ларен, повернутый на моем клане. Про Амакава Юто среди охотников также ходит несколько неприятных сплетен. Мол, я нарушаю императорский приказ и собираю армию е-кай, собираясь превзойти Акихиро по данному показателю и захватить власть в стране. То, что в указ уже внесены поправки, им известно не было. Плюс, поговаривают, что я скармливаю неугодных людей своим е-кай, и свои сексуальные аппетиты утоляю с ними же. Последнее заявил Джуно, оценивающе посматривая на Химари. За что получил подзатыльник от Мэйки. Догадливый парниша.

После обеда мы распрощались с четверкой друзей. Ларен настойчиво потащил их на тренировки, повышать свой уровень, дабы стать достойными главы Шестого клана. Я же снова посетил административное крыло, где был готов мой ученический билет. С Химари, Сидзукой и Генри долго не могли решить, но в конце концов сделали отдельные бирки, положенные фамильярам. Подобное сравнение с неразумными зверьми привело нашего водного духа в скверное расположение духа.

Остался последний бастион. Общежитием Оммедзи Гакуэн служило два продолговатых трехэтажных здания. Мы проделали свой путь до второго корпуса и удачно застали управительницу на месте. Асами-сан, женщину неопределенного возраста, заведующую обителями учащихся, можно было назвать красивой, если бы не темные круги под глазами и абсолютно наплевательское выражение лица. Казалось, если кто-то придушит котенка у нее на глазах, ни один мускул на лице не дрогнет.

— Вы доставите проблем… — так встретила нас комендант, глянув на аякаси.

— О нет, что вы… — начал я, но меня перебили.

— Это был не вопрос, а констатация факта.

— Гхм.

Асами-сан прочитала нудную лекцию по правилам поведения и, немного поколебавшись, выдала ключ. Обычный старинный ключ без следов магии. Изначально общежитие строилось с расчетом на двоих человек, однако учеников оказалось меньше. Так что многих селят поодиночке. Я было тоже заикнулся об отдельном помещении, но Асами-сан дала от ворот поворот. Одноместный номер — привилегия, доступная только за баллы.

Много времени на то, чтобы найти свою комнату на втором этаже и сложить некоторые вещи и документы, не ушло. Комната просторная и явно жилая, однако мой сосед отсутствовал. Развлекается на каникулах наверняка. Снимать хату не то, чтобы сильно дорого для моего бюджета, общага банально ближе, что сэкономит время. Генри я решил приберечь для крайнего случая. Если постоянно перемещаться с его помощью, в критический момент неспособность послать подмогу может привести к беде.

— Милорд, мы будем с вами спать?

— Ксо! — хлопнул я себя по лбу. — Идем к коменданту!

— Асами-сан!

— Снова вы? Не нашли комнату?

— Нашли, спасибо. Нам нужна еще одна комната для них двоих, — указал я на Химари с Сидзукой.

— Исключено. Комнаты предоставляются только ученикам школы. Фамильярам отдельная жилплощадь не положена.

— Как же нам тогда быть? Кроватей ведь всего две.

Комендант общежития поднялась и целенаправленно проследовала ко встроенному шкафу. Отодвинув дверь, Асами-сан явила свету свернутые рулеты футонов:

— Разбирайте.

Очень ярко представляется лицо моего соседа, когда он узнает о новых сожителях. Ладно, потом разберемся. Надо заканчивать с заселением и возвращаться в Ноихару.

Глава 10

Ватанабе Акира осторожно крался по коридору особняка, иногда замирая и прислушиваясь к пространственным флуктуациям вокруг. Такого словосочетания аякаси не знал, однако это не мешало ему кое-как отслеживать местоположение хранительницы Кайи. Не то, чтобы Акира так ее ненавидел — за время пребывания в Ноихаре юно выглядящий дух успел привыкнуть к своей роли, но и попадаться на глаза строгой дзасики-вараси не особо хотелось. Опять загрузит какой-нибудь рутинной и нудной работой. Надраить полы или прополоть клумбы на заднем дворе. Кому, спрашивается, нужны клумбы, если их никто не видит? Мальчик было обрадовался, когда дракон случайно растоптал одну из них, пока Кайя не заставила ее восстанавливать, пересаживая цветы и занимаясь озеленением. Хорошо хоть братик Дай помог. Все чаще и чаще посещают мысли перебраться в школу насовсем. Акира уже позабыл это давнее чувство постепенной привязки к одному месту. Школа начинала тянуть его к себе. И чем крепче связь, тем сильнее дзасики-вараси, но тем сложнее будет покинуть родное пространство.

— Странно, — произнес дух в никуда.

Что-то неуловимо изменилось в особняке. Так происходит, когда кто-то меняет духи, которыми пользовался всю жизнь. Вроде бы человек тот же, а пахнет иначе. По ощущениям Акиры дом стал пахнуть иначе. Мысли проникнуть к холодильнику и утащить что-нибудь вкусненькое отошли на задний план. Дзасики-вараси решил незаметно прокрасться и посмотреть, что происходит в гостиной. Аякаси конечно мог обходиться без еды очень долгое время, но человекоподобная форма имела много схожих черт с реальным человеком. Одна из них — пристрастие к вкусной пище.

Акира осторожно прополз по коридору и выглянул из-за угла. За столиком на подушках сидели Айя с Кагецуки, Кайя истуканом стояла рядышком. На противоположной стороне примостился тщедушный старик в поношенном кимоно серо-коричневого цвета. Незнакомый пожилой дух лучился весельем и оптимизмом, ехидно улыбался, отчего глубокие морщинки расходились от глаз, попивал черный чай, принесенный Лизлет. Акира уже хотел было подойти в открытую — Кайя с Кагецуки его наверняка приметили, и раз не прогоняют, значит можно послушать. Однако внешний вид наставницы заставил духа повременить. Дзасики-вараси особняка выглядела крайне напряженной. Бледная, губы сурово поджаты, глаза метают молнии в сторону гостя. Старик ненавязчиво расспрашивал Айю с Кагецуки об их жизни, о планах главы клана на будущее. Дух письма отвечала туманно. Хорошо знающий ее человек или аякаси мог бы заметить толику неприязни на обычно бесстрастном лице, однако Акира подобные нюансы не различал.

Разговор все длился и длился, казалось, целую вечность. Акира начал уставать от однотипных вопросов и расплывчатых ответов. Ох уж эти культурные беседы. Наверняка то, зачем этот старик пришел к нам, можно уложить в одно предложение. Дзасики-вараси уже думал потихоньку удалиться, как Кайя и незнакомый дух синхронно повернули свои головы в сторону стены, выходившей к фасаду. Ватанабе очень плохо ориентировался в чужом пространстве, поэтому вполне мог пропустить какое-то магическое происшествие или появление нового гостя. Однако как этот старик заметил что-то на территории Кайи? Акиру посетило нехорошее предчувствие.

Спустя короткий промежуток времени в гостиной показалась Гинко, следующая по пятам за новым незнакомым духом. Личные силы Акиры после потери больницы находились на низком уровне, но гость внушал уважение. Силен. Выглядел аякаси достаточно молодо и привлекательно: темно-фиолетовые немного растрепанные волосы длиной до середины шеи, худощавое телосложение, яркие зеленые глаза, легкая полуулыбка. Одет в наше гостевое кимоно. Он что, сюда голым заявился? Вот наглец! Акира сосредоточился, пытаясь разобраться в незнакомце, но так и не смог толком ничего выяснить. Вроде бы к звериному типу принадлежит. Вероятно, ему привычнее находиться в животном лике, раз он разгуливает без одежды.

— Что ты тут забыл, старый пердун? — вопросил зеленоглазый парень, даже не представившись.

— Хо-хо, кто из нас старше, еще большой вопрос, — ответил лысый старикашка, прищурившись. — Какими судьбами в Японии?

— Раз ты предпочитаешь расхаживать в образе старца, ответ на вопрос о старшинстве очевиден. Я пришел проведать старого знакомого. Развлечься делами.

— Я тоже у Амакава по делам, — добродушно улыбнулся старик.

— Тогда зачем ты связал местного духа места?

— Для профилактики.

— Это невежливо.

— Иногда слова стоит подкреплять демонстрацией возможностей, — расплывчато ответил старикан. — Из твоих уст упоминание невежливости отдает фарсом, полосатый.

Он что, заблокировал способности Кайи?! Акира впился глазами в свою наставницу и быстро отыскал следы чужой магии. Юный дзасики-вараси потянулся своими невеликими способностями, пытаясь порвать сковавшие путы, однако все было тщетно. Кайя слабо улыбнулась несостоявшемуся герою-спасителю и отрицательно покачала головой. Акира бросил бесплодные попытки помочь и со злостью уставился на мерзкого старикашку. Тут, наконец, шестеренки в голове завертелись, и до духа дошло, кто посетил особняк Амакава.

— Нурарихен-сама, гость-сама, я прошу вас вести себя более сдержанно в стенах дома Амакава, — произнесла Айя тоном, способным заморозить извергающийся вулкан.

— Я всегда веду себя максимально сдержанно, о прекрасный бумажный дух. Так сдержанно, что сдерживать меня дальше нет никакого смысла. О, этот аромат. Уж не настоящий английский чай чую я? — поинтересовался дух с фиолетовыми волосами.

— Да! Это дарджилинг, господин! — произнесла Лизлет, сжимая поднос в руках. — Подождите одну минуту, — поклонилась служанка и убежала на кухню.

— Амакава-сама прибудет приблизительно через час, Нурарихен-сама, — уведомила фугурумо после короткого телефонного разговора.

— Благодарю. Я уже со всем закончил. Уверен, Амакава-сан — занятой человек. Не стоит тратить его время на мою скромную персону, — сморщенный старик вежливо поклонился присутствующим, на секунду задержав взгляд на безмятежно улыбающемся зеленоглазом госте.

После этого Нурарихен, покряхтывая как столетний дед, вышел за угол, скрывшись с наших глаз, и буквально испарился в магическом восприятии. Градус напряженности в доме ощутимо спал. Второй гость попивал черный чай, громко причмокивая, дуя на воду и блаженно щурясь. Акире он понравился намного больше гадкого старикашки. Тоже мне, великий аякаси. Пришел, начал устанавливать свои порядки. Чтоб ему пусто было!

— Чешир-сан, я полагаю? — спросила Айя.

— Ох, я думал меня так быстро не раскусят. Хотел сюрприз устроить. Обожаю сюрпризы!

— Я читала описание Амакава-сама, которое он вам дал. Некоторые внешние приметы и особенности ауры вполне соответствуют. Какова цель вашего визита в Японию и Ноихару в частности?

— Как я упоминал, развлечься делами. Или же заняться развлечения. Няу. Восхитительный чай.

— Благодарю, господин, — улыбнулась блондинка.

— Прошу прощения, Чешир-сан, мне непонятны ваши иносказания.

— Все просто. Нет ничего сложного в том, что просто, правда же? Если бы это было сложно, то была бы нужда раздумывать об этом. А так — просто отбросьте в сторону предрассудки и иные сложности. Я — наивный простак на сложной дороге приключений. Все просто и однозначно.

— Айя, он просто дурачится. Не принимай его слова всерьез, — заявил Кагецуки.

Напряженное лицо духа письма смягчилось:

— Это упущение с моей стороны. В докладе Амакава-сама было много упоминаний об экстравагантности данного кошачьего духа. Желаете повидать Джеба?

— Вне всяких сомнений!

Акира без особых препон проследовал за всеми на задний двор, где расположились дракон и дух компьютера. Пудж зависал в ноутбуке, рядом склонилась громадная голова Джеба, с интересом следившая за действиями на маленьком экране.

— Да отодвинь ты свою бошку! Или дыши меньше! Ноут перегревается!

— Пфууу, не видно же ничего…

Духи говорили на английском языке, с которым у Акиры были напряженные отношения.

— Мой дорогой друг, как поживаешь? — произнес Чеширский кот.

— А, котяра, это ты? Здарова! — сразу оживился дракон. — Ты тоже умеешь в человечка превращаться? Хотя ты и раньше был мелким.

— Размер не имеет значения, мон шер.

— Как это не имеет? Чем больше, тем лучше и круче!

— Какой же ты еще несмышленыш. Главное — умение пользоваться, а не размер.

— Чем пользоваться? — недопонял дракон. — А, своей магией! Думаешь, если я уменьшусь до букашки, то сохраню свой огонь?

— Пылающий огонь юности навсегда останется в твоем сердце! — пафосно ответил фиолетоволосый.

Акира силился понять, о чем разговаривают приятели на слабо знакомом языке. Ему было невдомек, что даже идеальное знание английского не добавило бы ему понимания этого странного разговора.

Аякаси журавля же подошел к Пуджу, поглядел немного в монитор и спросил:

— Зачем ты используешь посредника для игры? Ты ведь сам компьютер.

— Кха! Чтобы создать равные условия. Так намного интереснее! Иначе у обычных игроков не будет и шанса. Моментальная реакция, полный контроль над полем боя, низкий пинг.

Новый гость Чешир-сан не вызывал опасений, поэтому дзасики-вараси счел более интересным занятием проинспектировать холодильник, чем притворятся понимающей беседу ветошью.

Звонок о незваном госте застал нас в поезде. Посоветовавшись с соратниками, Генри использовать не стал. Самому перемещаться опасно. Вдруг Нурарихен заготовил ловушку конкретно на меня? К тому же агрессивных действий он пока не предпринимает, ограничившись захватом пространства дзасики-вараси. О подобной возможности меня предупреждала Сидзука, однако способ противостоять этой силе нам неизвестен. Айя держала нас в курсе ситуации, так что, когда Нобу вез нас в Ноихару, я знал про нового непрошеного гостя. И что им всем сегодня вздумалось переться в такую даль?

— А, Хикари-сан! — радостно обратился ко мне молодой парень с фиолетовыми волосами, как только мы разулись. Одет он был в нашу гостевую юкату. Такое ощущение, что явился он не пару часов назад, а как минимум месяц уже проживает в Ноихаре. Эта его привычка обращаться ко мне как к «его светлости», раздражает. К тому же Хикари, как и Света — женское имя.

— Эмм, Чешир-сан, обращайтесь по фамилии, пожалуйста. Можно по имени.

— Как пожелаете, Юто-хикари-сан, — с легкой улыбкой ответил кот.

Надо признать, выглядел аякаси этаким жеманным красавчиком. Аристократичные тонкие пальцы, пушистые ресницы, длинная шея. Подобный типаж пользуется спросом в Японии. Хозяин Подмирья и раньше не вызывал у меня симпатий, сейчас же, когда он обернулся человеком, неприязнь только усилилась.

— Господин-сама, прошу, ужин дожидается вас, — вышла Лизлет Эл Челси, улыбчивая и открытая, чем тут же немного подняла планку моего настроения.

— Спасибо, Лиз. Поужинаете с нами? — пригласил я.

— С премалым неудовольствием.

За трапезой е-кай весело подшучивал над обитателями поместья, вел полуфилосовские-полубредовые беседы иногда сам с собой, иногда с окружающими. Маки безуспешно пыталась выудить какие-то ценные сведения о его родине. Проще у каменной стены спрашивать. На удивление, смог поладить с Мурабито и выказал большой энтузиазм в деле обучения сочинительству хайку.

— Мы все лишь

Винтики безумного механизма,

Который давно сломался.

— Неплохо, — резюмировал дух чашки из акай-раку:

— Сильные духом

Плачут громче всех,

Напуганные грозой.

— В запятую! — улыбнулся Чеширский кот:

— Коль гладишь

Кота против шерсти,

Возмездие неминуемо!

Химари изобразила интерес к беседе двух начинающих поэтов.

— Пухлый кошелек

Лежит бесхозный на мостовой.

Жизнь прекрасна!

— Воистину, — откликнулся Чешир:

— Летний звездопад

Озарял небосвод мириадами светлячков.

Ракетная бомбардировка.

— Кхем, может, отвлечетесь на минутку, расскажете нам о цели вашего визита? — вставил я слово.

— Мой визит не имеет цели. Он бьет бездумно и без разбора.

— Надолго вы к нам?

— Покуда гостеприимство не оставит вас.

— Оно начинает оставлять меня прямо сейчас.

— Я могу обучить духа места некоторым хитростям.

— Она сможет противостоять Нурарихену? — навострил я уши.

— Ничего нельзя сказать с уверенностью. Возможно и солнышко завтра взойдет на севере.

— Хорошо, мистер Чешир, пока оставайтесь. Кайя, если поймешь, что он просто тянет время, гони взашей.

— Да, Амакава-сама.

— Если бы ваши цели были более понятны, можно было поговорить и о долгосрочном сотрудничестве. Подмирье — очень ценный источник… э-э, новых технологий и знаний.

— Я не задержусь надолго, Юто-sun.

Я с подозрением взглянул в честные зеленые глаза. Как-то именной суффикс он произнес иначе. Снова издевается?

— Вам не надо присматривать за Подмирьем?

— Подмирье в надежных руках. К слову, здесь неподалеку ошивается дух воздуха.

— Сестренка! — пискнул Саса. — Мы приведем ее!

— Подожди. Кагецуки, слетай разведай, Химари, присмотри за ними.

— Да, милорд.

Хиноэнма Агеха вернулась в предместья особняка, выполнив задание несносного охотника. Что-то неумолимо тянуло ее назад… Почему что-то? Разумеется, это кровь экзорциста, которой он ее шантажирует! Ничем иным это быть не может! Вкусная, горячая, сладкая, тягучая… Воздушная аякаси непроизвольно облизнулась. Именно поэтому ей нельзя возвращаться, в это подобие рабства. Она докажет им, что способна противостоять зову крови, покажет свою выдающуюся силу воли! Агехе надо уйти подальше от Ноихары, дабы не вводить себя в искушение. Да, завтра она так и сделает.

— Сестренка Агеха! — послышался оклик Сасы.

Хиноэнма тихо ругнулась — подлетевшего журавля она и не приметила из-за слабой ауры. Видимо, он и указал кузнецу место. Совсем расслабилась.

— Вот ты где! Идем домой! — раздался радостный голос иппон-датара.

Спустя всего десяток минут хмурая хиноэнма сидела в общей гостиной, обозревая новых обитателей поместья и отчитываясь об оставленных метках. Сеул, Пекин, Гуанчжоу, Ханой и Бангкок:

— Я потратила много сил. Мне необходима компенсация.

— Кому ты рамен на уши вздумала вешать? — возмутилась Сидзука.

— Согласно условия договора следующая порция через две недели, — напомнила Айя.

— Моя лоли, а ты можешь помочь как-то с потерей крови? — спросил я.

— Думаю, да, нано, — ответила мизухэби. — Юто, нечего вестись на ее лживые речи!

Кагецуки ранее позаботился о заказе медицинского оборудования. Журавль споро взял у меня кровь, словно всю жизнь только этим и занимался, большую часть поместил в специальный холодильник для долговременного хранения, а сотню миллилитров отдал Агехе, исходящей слюнями. Далее я выдул несколько чашек чая, настоенного на воде от нашей клановой лоли. Посмотрим, какой будет эффект. По крайней мере, слабость почти сразу ушла. Может, у нас получится усилить хиноэнму до уровня Химари, хотя спешить явно не стоит.

Уже ближе к ночи мы оккупировали задний двор и веранду рядом с Джебом. Народу в поместье прибавилось, образовались небольшие переговаривающиеся группки, в основном из сходных типов аякаси: я с Сидзукой и Маки; Нобу с Акирой и Кайей; Лизлет с Мурабито и Гунсо; Пудж, который смог вытащить Элис на свежий воздух, сидел с ноутом подле Джеба; Гинко обреталась в компании Шидо, Химари и Чешира; Кагецуки с Агехой, Сасой и Даем; Генри с Айей; чуть поодаль копошились кроты, на которых пытался охотиться Фокс; под верандой, как обычно, свился клубок змей; над головой изредка мелькал разноцветный воздушный змей Тако; Ди-ниджу исправно ставил популярные музыкальные композиции. В основном употребляли чай и молоко, только Шидо потягивал где-то найденное саке из традиционной плошки. Я с толикой ревности глянул на Химари и Чеширского кота. Владыка Подмирья развлекал бакэнэко рассказами, та слушала заинтересованно. Неужто его целью является Багровый клинок? Он ведь говорил ранее, что против принуждений светом, что ей надо принять свою истинную природу.

— Народ, раз уж все собрались, сделаю небольшое объявление. Как вы знаете, скоро начинается учеба в школе оммедзи, и я буду достаточно загружен. Так что за оставшиеся дни нам надо прошерстить территорию, за которую ответственнен Шестой клан, и навести идеальный порядок. Извести всех злобных аякаси под корень.

— Давно пора! — предвкушающе улыбнулась Химари.

Кабураги Хьего со спутницей прибыли к нам в Ноихару в восемь утра, стоило только мне заикнуться о желании помочь четвертому отделу с проблемами в округе.

— Это Даитиро Сина-сан, наш главный аналитик, — представили мне полноватую немолодую японку. Судя по ауре, неодаренную. — Как ты знаешь, на мне больше оперативная часть и контактирование с кланами. После гибели Генноске наша структура столкнулась с трудностями. Помощь из других кланов прибывала порой несвоевременно, что влекло за собой гибель рядовых сотрудников и мирных жителей.

— Ня-у! — возмущенно мяукнула Химари рядом. — Я помогала четвертому отделу с е-кай!

— Уважаемый Багровый клинок оказывала нам ранее услуги по упокоению сильных аякаси, однако мы по понятным причинам опасались посылать ее в людные места, — отчиталась Даитиро-сан. — Теперь, когда появился экзорцист света, мы более уверены в том, что ситуация с прирученными аякаси будет под контролем.

— С вашего позволения, я оставлю вас, — кивнул нам Хьего-сан и быстро покинул особняк.

— Рада встретиться с вами лично, Амакава-сан, — я вежливо пожал узкую женскую ладошку. — Похоже, что западные традиции вам не чужды, в отличие от деда.

— Взаимно. Да, я воспитывался в ином ключе. Лиз, сделай нам чаю, пожалуйста.

— Конечно, господин!

Мы расположились в той же гостиной, и Даитиро-сана начала неспешно извлекать из портфеля документы:

— Я привезла вам копии отчетов SN дел, которые так и не были раскрыты, либо отложены по разным причинам. Предупреждая ваш возможный вопрос, сокращение SN пошло от supernatural. Некоторые из них пылятся годами со времен не только вашего деда, но и его предшественника на этом посту. Понятно, что столь давние дела могут и подождать. Я подберу вам актуальные на сегодняшний день запросы.

— Простите, Даитиро-сан, вы так говорите, словно в Мияги на каждом углу бродят аякаси и творится всякая чертовщина.

— Так и есть, — приподняла уголки губ женщина. — Однако в большинстве своем данные дела касаются е-кай, которые избегают контакта с людьми, либо случаев, когда необходимо проводить расследование нетрадиционными методами. Даже Якоин не всесильны. На любую активную угрозу четвертый отдел и кланы реагируют незамедлительно. Но если непосредственной опасности нет, то такие дела откладываются в дальний ящик. У нас просто нет достаточных ресурсов. Также к нам поступали запросы на помощь клана Амакава из других префектур, ваши способности уникальны в своем роде. Однако я, как сотрудник четвертого отдела префектуры Мияги, предпочла сначала решить наиболее наболевшие проблемы именно здесь.

— Меня вполне устраивает такой подход. Прежде чем мы приступим, возможно, стоит выслать разведку в определенные места? Как вы знаете, за достаточно короткий срок, мы смогли обнаружить множество аякаси в Такамии.

— Принято. Вашим аякаси необходимо в первую очередь исследовать северные районы Хигасимацусимы и целиком Исиномаки. Вот документы.

Получив указания от Даитиро, я отправил на разведку Гинко с Нобу в роли водителя. На вторую цель, немного поломавшись для вида, полетела Агеха. Разумеется, в бой им вступать не требуется, только разнюхать немного. Сина-сан рассказала кое-что о себе. Она родилась в семье, посвященной в Тайну, поэтому свой путь выбрала почти сразу. Даитиро-сан закончила факультет оккультных наук Токийского Университета. Общественная безопасность, а также силы самообороны остро нуждаются в одаренных кадрах. Однако существует множество отраслей, где с работой справится и обычный человек. Четвертый отдел, где может, также использует неодаренных. В основном это бумажная работа. Женщина, правда, упомянула, что выше по иерархии ей не подняться — там в обязательном порядке принимают только одаренных с ментальной сопротивляемостью. Это связано не только с безопасностью против аякаси, но и противостоянием международному шпионажу в магических ведомствах.

Главный аналитик поведала мне массу любопытных историй. И про тысячелетних запечатанных духов, и про поиски кладов с артефактами S-ранга, про периодическое шевеление кайдзю в такамийской бухте. Я поинтересовался про ранжирование, на что получил достаточно подробный ответ. Обычный человек считается F рангом. Чем выше магические способности, тем выше ранг. После «A» идет «S» и «SS» — так сложилось исторически. В основном оценивается боевая составляющая, однако и некоторые целители, специалисты по работе с информацией (вроде Якоин), артефакторы и прочие могут получить высокий ранг, несмотря на низкую эффективность в случае прямого столкновения. Существуют и более подробные классификации, но общепринят упрощенный вариант. На ранги делят почти все: экзорцистов, аякаси, артефакты. Мой дед считался SS рангом, Химари — S, я же только A по школьным показаниям оценочного круга (успели уже донести до четвертого отдела, шустро). Оперативные сотрудники общественной безопасности в основном соответствовали уровню B-С, в крупных городах встречались и A ранги. Также существует понятие SN угроза. Она делится на локальную, региональную, национальную и мировую. Ранг угроз высчитывается по множеству критериев. Подумав, я решил, что проще переделать свои записи из десятибалльной системы и системы низший-высший в более распространенную буквенную, чтобы не запутаться.

— Сегодня я бы хотел посетить Ямагато Зао онсэн. Он ведь находится в юрисдикции Амакава?

— Все верно. Несмотря на то, что в префектуре Ямагато заправляет клан Шикимомуро, за Ямагато Зао онсэн присматривали Амакава. Насколько мне известно, ваш дед был дружен с владельцем онсэна.

Я чуть было не проговорился о том, что хочу навестить общину тамошних духов. Общественной безопасности же было известно только о юки-онна, с которой сотрудничает пенсионер из первого клана. Тсучимикадо Хироно-сан по прозвищу «гончая». Старик давал жару аякаси в свое время, за что заполучил множество врагов. Поскольку жил он на отшибе, прийти к Хироно на помощь, случись чего, никто не успеет. С прирученной юки-онной четвертый отдел смирился, только запретил ей показываться в других людских поселениях. Я не стал им открывать знания о иных е-кай.

— После этого попробую встретиться с такамийским лесным советом духов.

— Так-так, а с этого места поподробнее. Любые формы организации потусторонних существ очень опасны, и мы должны знать о них как можно больше.

— Пока я сам про них ничего не знаю, — мысленно прикусил я себе язык. — Но обязательно буду держать вас в курсе.

— Будем надеяться, — проницательно взглянула на меня аналитик. — Это моя визитная карточка. Звоните мне в любое время, Амакава-сан.

Я взял тонкий кусочек пластика и вежливо распрощался с Даитиро-сан. Хватка у этой женщины была серьезная. Совсем не скажешь, что только бумажки перекладывает в своем ведомстве.

Само собой, при посещении курорта я решил совместить полезное с приятным. Жаль, что сейчас не сезон. На лыжах я вполне сносно держался в прошлой жизни. Кроме привычной компании, с нами поехали Лизлет с Мурабито и Саса. Других аякаси я приглашал, но они отказались. Пудж, Элис и Айя воду не жаловали, у Кагецуки еще куча дел накопилось, Акира остался также брать уроки у Чешира, чтобы помочь Кайе с защитой особняка.

Глава 11

На путь ушло около полутора часов. Дорога в горах Оу опасно петляла, поэтому приходилось сбрасывать скорость. Территория Ямагато Зао онсэн впечатляла. Множество горнолыжных склонов, подъемников, точек проката и, в качестве вишенки на торте, пансионат с горячими источниками. Встретили нас сам владелец Хироно-сан и юки-онна. Кофую-сан, ледяная аякаси, оказалась весьма симпатичной шатенкой, добродушной и очень энергичной особой, не лезущей за словом в карман. Она мгновенно взяла в оборот своих знакомых Лизлет и Сидзуку и утащила их куда-то делиться сплетнями. Или чем там девушки занимаются наедине. Бывший охотник из первого клана, убеленный сединой, помог нам с расселение по комнатам и курортной фирменной одеждой, после чего в приватном разговоре поинтересовался моими планами, а также немного поведал про деда Генноске. Относился он ко мне настороженно. Предположительно, опасался за своего ледяного партнера по бизнесу. Я заверил, что никаких планов насчет нее не строю. Но если вдруг захочет, то приму в клан с радостью.

Зенджу-сан, аякаси стихии дерева, считался главой небольшой общины духов близ курорта Ямагато. Веселая деревяшка, совершенно не имеющая человеческого облика. Буратино и то больше на человека похож. В общем и целом, он готов сотрудничать с Шестым кланом и соблюдать базовые правила: не нападать первыми на людей или е-кай. Что Кофую, что Зенджу не горели желанием вступать в наш клан, в остальном же община не имела сколь-нибудь сильных духов. Некоторые проблемы у сообщества имелись, но Зенджу заверил, что они и сами справятся. Главная угроза — Тамамо, нейтрализована, так что аякаси будут спать спокойно.

На удивление нашлось несколько претендентов на смену места обитания. Первыми изъявили желание присоединиться к Амакава семья из каракаса-обакэ, или цукумогами зонтиков. Они не имели человеческого лика и представляли собой прыгающие на ножке старомодные зонты с единственным глазом. Главное — они по силе не дотягивали до среднего уровня, а значит их клановый лимит на е-кай не коснется. В Японии распространена практика гостевых зонтов — их часто дарят или забывают у друзей. Из таких со временем относительно часто появляются практически безвредные цукумогами. Самым занятным было то, что они отыгрывали роли, как в человеческой семье: отец, мать и зонтик-сын. Наверное, это бесценный кладезь для специалиста по психологии аякаси. Жаль, что подобная профессия не была востребована в мире.

Следующими переселенцами стали гэта, или деревянные сандалии старого образца, возможно еще позапрошлого века. Они не имели практически никаких человеческих атрибутов, только при разговоре раскрывалась щель в дереве в виде рта. Гэта тосковали по людям — как и многие цукумогами после обретения сознания они хотели продолжать служить человеку. Сандалии очень активно просили надеть их, так что я после некоторого сопротивления подчинился, будучи уверенным, что не справлюсь с монструозной конструкцией. Гэта в высоту достигали восьми сантиметров: продолговатая основа под ступню и две поперечины. Ходить на таких — сплошной гемор. Так я думал, пока не всунул ноги в петли. Вернее, гэта сами прыгнули мне навстречу.

— Непривычно. Сразу стал выше, — высказал я.

— Пройдитесь, хозяин!

— Да, сделайте шаг! — затараторили пары.

— Мы поможем!

Я почувствовал нетерпение гэта, и отдался во власть «тапочек». Проблем при ходьбе никаких не возникло. Разве что приходилось немного стопорить вошедших в кураж цукумогами. Надо будет еще проверить их при ускорении светом. Новая игрушка захватила меня с головой.

— Стоп! — резко приказал я, в последний момент успев затормозить перед табличкой «Горячий источник. Женская половина.» — Смерти моей хотите?

— Ни в коем разе!

— Разве ж можно, хозяин?

— Нас так давно не носил человек!

— Это здорово! — перебивая друг друга загомонила пара. — Вам понравилось?

— Ну, довольно удобно. Легко ходится.

— Да! Идем пешком до Киото!

— Или сразу в Кагосима[4]!

— Умерьте пыл, — вставил я. — На дальние расстояния мы передвигаемся транспортом.

— У-у-у! Поганый транспорт!

— Измельчал человек нынче!

— Нет чтобы на своих двоих!

— Ленивые слабаки!

— Вы можете оставаться здесь, я никого к себе не тяну.

— Нет!

— Мы все поняли, хозяин!

— Отлично. Жаль, что у вас такой дизайн старомодный. Не люблю в кимоно ходить.

Гэта принялись убеждать меня в том, что их внешний вид самый красивый и представительный, для истинного самурая по духу. Я попросил их научиться менять свой облик на классические черные ботинки, что сандалии восприняли без особой радости.

— Амакава-сама, у нас есть один дух, за которым нужен присмотр, — обратился ко мне Зенджу, — Боюсь, он может навредить кому-то. Сам по себе не злой, но периодически впадает в состояние всепоглощающего горя и отчаяния.

— И вы хотите спихнуть этого духа на меня?

— Я надеюсь, вы присмотрите за ним, как и за нашей озорной парочкой гэта, — завуалированно произнес Зенджу. Типа, или забирай проблемного духа, или не видать тебе тапочек, как своих ушей. Заметил, зараза, что мне приглянулись деревянные сандалии-аякаси.

— Хорошо, ведите. Посмотрим на вашего нарушителя.

Зенджу повел нас на служебный выход. После ровной плиточной дорожки мы углубились в лес, пробираясь по петляющей тропинке. Химари настороженно косилась по сторонам, готовая выхватить Ясуцуну в любой момент. Маки что-то чиркала в своем блокноте. Остальные остались в гостинице. Гэта показали себя восхитительно в условиях пересеченной местности. Они даже как-то защищали оголенные ступни от хлестающих травинок и веток.

— А это кто такие? — остановился я перед деревом, на ветвях которого покачивались странные существа — помесь змеи с лошадиной головой и крупными зубами мутного синюшного оттенка.

— Сагари, милорд.

— Так вот ты какой, конь тамбовский… — вспомнился мне вопрос в школьном опроснике.

— Что означает «тамбоу-ски»? — спросила кошка.

— Страшный, — отмахнулся я.

В опрятном лесу курортной зоны водилось множество потусторонних существ. Привычные безобидные кодама, кукольные миловидные кидзимуна — маленькие духи деревьев. Блин, и почему в Ноихаре поселились эти мерзкие гномы коробокуру? Я бы даже заплатил денег, чтобы обменять их на кидзимуна. Видели грустного каппу — зеленое человекоподобное существо с клювом и черепаховым панцирем. Были тут звериные е-кай, а также аякаси, не имеющие какого-то исторического названия. Оборотни, гротескные карикатуры на человека. Жабий рот, рога, чешуя, крысиные хвосты, лишние или наоборот отсутствующие конечности и прочие милые вещи. Вскоре мы вошли в словно зону отчуждения. Даже кодама и кидзимуна пропали.

— Прокляну! — услышали мы завывание. В следующую секунду по ушам ударил мощный женский визг. Нехило так ударил, пришлось прикрываться светом.

— Прокляналка не выросла еще! — буркнул я.

На достаточно большом пустующем участке леса обосновался призрак давно погибшей женщины. За измену муж вспорол ей брюхо, как поведал Зенджу. Однако на тот свет она отправляться не захотела. Принялась являться убийце ночью и вскоре довела до гроба. В Европе подобных призраков кличут банши. Считается, что они плакальщицы, предвестницы смерти. По мне так, если обычный человек услышит их крик, то и впрям окочурится, но никаким предвестием тут и не пахнет. Ю-лей была несколько неадекватна, бормотала что-то про смерть и проклятия.

— Тяжелый пациент, но мы о ней позаботимся.

— Я верю в вас, Амакава-сама, — изобразил поклон деревянный чурбан.

На обратном пути я пораскинул мозгами, придя к выводу, что это своего рода проверка. Какой-то явной злобы в банши я не заметил. Выходит, что это вроде буйного сумасшедшего у людей. Их ведь не приговаривают к смерти, а держат в спец лечебницах. Ладно, будем работать на репутацию хорошего парня. В долгосрочной перспективе это может принести определенные дивиденды.

— Уф-ф! — фыркнул я, забираясь в бассейн с горячей водой, окутанный паром. — Лепота!

— Забрался в онсэн

С бутылочкой чая.

Отдохновение…

— протянул Мурабито рядом. Было непривычно и любопытно видеть его без одежды. Вполне обычное телосложение со всеми полагающимися мужскими органами. Ну нахрен эту анатомию аякаси. Вот учился бы я на медицинском, всякие подобные мысли по-любому не вызывали во мне никаких чувств, кроме исследовательского азарта.

Сасу после долгого совместного обсуждения о его половой принадлежности отправили вместе с нами в мужской бассейн. Сейчас дух кузнеца весело барахтался, плавая из стороны в сторону.

— Генри, залезай!

Книжный дух осторожно потрогал воду носком, после чего зажмурился и погрузился в источник. Ну он ведь далеко не низший, обычная вода не должна доставлять ему неудобств. Кстати говоря о воде…

— Сидзука, ты тут шастаешь? — обратился я в никуда.

— Ничего от тебя не скроешь, нано, — материализовалась девочка рядом со мной и добавила, надувшись. — Почему ты меня так хорошо чувствуешь?

Я пожал плечами:

— Не знаю. Ничего, что ты в мужской зоне вообще-то?

— Тут все свои, нано.

— Как знаешь.

— Потереть спинку? Или что-то другое?

— Нет, спасибо.

— Му-кун, а кто это там у вас? — послышались вкрадчивые слова Лизлет с другой половины источника.

— А-а, э-эм, никого.

— Но я же чувствую…

Неожиданно над высоким забором показалась белокурая головка и оголенные плечи Эл Челси, замотанной в полотенце:

— Му-кун!!! Немедленно закрой глаза! Сидзука-сан! Выйдите с мужской половины!

— Ты ведь сама сейчас пялишься, — не остался в долгу дух чайной чашки.

— Ты еще спорить вздумал?! — над обычно беззаботной Лизлет сгустилась какая-то жуткая аура убийства, так что Мурабито пришлось подчиниться и отвернуться от мизухэби.

— Что за назойливая чашка, нано, — бросила Сидзука и распалась каплями воды.

Лизлет некоторое время грозно всматривалась в бассейн, вводя Генри в смущение.

— Как ты туда забралась? — поинтересовался я.

— Сестренка Кофую сделала лестницу изо льда. Похоже, ушла… Ой, простите, господин, — Лизлет стремительно приобрела цвет спелого помидора и быстро скрылась за перегородкой. Я задумчиво почесал голову, мысленно плюнул и отдался во власть расслабляющих вод горячего источника.

Кофую была поистине гиперактивной. После традиционной бутылочки молока она потащила нас на не менее традиционный настольный теннис, устроив турнир на раздевание. Генри и Саса остались в одних трусах. Мурабито, Маки и Лизлет сохранили юкаты. Сидзука милостиво сдалась, когда настал черед нашей пары в полуфинале. Химари разделала Кофую под орех. В финале мы с бакэнэко сошлись в ожесточенной схватке. Разумеется, я не чурался пользоваться ускорением. С десяток мячиков поломали, прежде чем судящая поединок Кофую не ввела правило: испортивший мяч теряет очки. Вымотался я полностью, но таки смог одержать победу. Опыта пинг-понга у меня было немного, но Химари вообще первый раз играла. Только кошачья ловкость и реакция выручали ее. Стоит отметить, что и мне пришлось несладко — постоянно отвлекался на оппонентку, чья юката то и дело опасно распахивалась. Один раз получил мячом по лбу.

После сытного обеда большинство разбрелось по помещениям, Кофую пригласила Сидзуку куда-то, я же наконец смог выцепить Химари. Мы вдвоем прогуливались по ухоженной парковой зоне, плавно сменяющейся подъемником к горной вершине.

— Химари, все в порядке?

— Да, милорд, — немного удивилась бакэнэко.

— Ты ведешь себя странно.

— Мы ведь уже говорили об этом.

— И так ничего не прояснили. Мы отдалились, словно чужие друг другу стали.

— Это не так, милорд.

— Все равно. Раньше ты вела себя иначе. Мы теперь даже на парочку не похожи!

— Я ваш верный охранитель, милорд.

— То есть?! — опешил я. — А как же твое желание стать моей женой и все прочее?

Химари нахмурилась и выдала после паузы:

— Я буду щитом вашим и мечом вашим при любых обстоятельствах.

— Это не те слова, которые я хотел бы услышать, — помрачнел я в свою очередь. — Кстати, где тот кулон, что я тебе подарил?

Девушка рассеяно пошарила рукой в районе шеи:

— Нья-няэ… (не знаю…) В Ноихаре оставила.

Может, мне надо самому проявить больше инициативы? Хотя я приглашал Химари на свидание, она просто отказалась. Как-то сложно это все. Неужто нашим отношениям конец? О, точно!

— Химари, подожди меня в гостинице, я отлучусь ненадолго.

— Будьте осторожны, милорд.

Я прогулялся до лесополосы, найдя живописную поляну, усыпанную луговыми цветами. Жара стояла страшная, влажно и ветрено. Пускай покупные цветы эстетичнее, собранные своими руками, как по мне, имеют большее значения. Химари удивилась подаренному букету, приняла безрадостно, не зная куда его девать. Пришлось привлечь Кофую, которая споро отыскала вазочку. Похоже, бакэнэко бы больше обрадовал букет из рыбопродуктов. Короче, я решил оставить бесплодные попытки и подождать, пока она сама сделает хотя бы малюсенький шажок навстречу.

Вечер прошел вполне мирно и весело, почти под копирку первая половина дня. Источники, молоко, настольный теннис, ужин. Несмотря на невеселые думы о собственной личной жизни чувствовал я себя вполне отдохнувшим и удовлетворенным. Утром мы провернули непростую операцию по перемещению сопротивляющегося призрака и привязку его к автомобилю. Очень пригодились водные щиты Сидзуки, спеленавшие банши, аки младенца. Народу же пришлось потесниться — Мурабито с Лизлет вернулись в свои истинные тела.

По приезду домой банши переместили в специальное помещение, где Амакава держали опасных е-кай. Кайя обещала позаботиться о ней. Зонтики каракаса сразу заняли нишу в прихожей. Однако ж, в особняке уже становилось тесновато, поэтому я решил, что настала пора некоторым членам перебираться в новое место. Здание старой школы по заверениям Альберта было уже наше, остались лишь некоторые формальности, да косметический ремонт. Последнее мог бы сделать и Акира, если бы он сильнее привязался к своему новому жилищу. Дальнее крыло школы на верхнем третьем этаже я решил оборудовать как раз под не совсем нормальных обитателей, вроде банши. Кто его знает, может со временем мы найдем способ вернуть ей ясность мышления. Тут на помощь пришел Шидо с предложением установить специальный сдерживающий барьер. Квалификации охотника Тсучимикадо хватит на то, чтобы оградить духов среднего уровня. Не бесплатно, однако цена не кусалась. Новому дзасики-вараси школы пока не хватало силенок удерживать призрака самостоятельно. Оставлять же банши в нашем особняке мне категорически не хотелось, поэтому я дал Шидо согласие и сразу перевел аванс для закупки некоторых артефактных ингредиентов. Ответственным назначил Кагецуки, который освободился от командования строительством гаража. Внушительное строение получилось. Правда, работягам пришлось корректировать память — слишком много необычного на их глазах случалось.

Кайя сообщила, что Чешир рассказывает интересные вещи. Если перевести на обычный язык, то это нечто вроде шифрования собственного пространства. Хотя кошак иногда пытается запутать и говорит загадками, что нашу дзасики-вараси выводит из себя. Гинко с Нобу до сих пор не вернулись. Я связался с ними, уточнив, все ли в порядке. Оками продолжала вынюхивать в окрестностях трудно выговариваемого городка Хигасимацусима. Агеха лениво валялась на диване перед телевизором, хрустела печеньем:

— В Исиномаки я ничего не нашла. Местных прижала — они сами не в курсе. В городе одно время разгуливал заезжий гастролер, потом пропал. Устраивал бойни, что среди людей, что среди духов. Вот дурак, даже следы заметать не думал.

— Скорее всего, про него в отчетах и упоминалось. Куда он делся неизвестно?

— Неа, — помотала головой хиноэнма. — Хочу добавки. Я хорошо поработала.

— Обойдешься, — отказал я.

— Твоя жадность тебя погубит, — запричитала кровососка.

— Тебя же погубит ненасытность, хиноэнма, — парировала Химари.

— А тебя блохи.

— Ня-и?! (че?!)

Я остановил намечающуюся драку, напомнив о делах, которые не имеют привычки ждать. Хотя сам же принялся перебирать свой гардероб, остановившись на неброском темно-сером коротком кимоно с простым черным поясом и штанах, что походило на форму дзюдоистов «кэйкоги». Кимоно вообще-то не имеет штанов, но я привык их так называть — сказывалось мое происхождение. Была еще и свободная накидка, но теплая погода не располагала к ее ношению. Блин, стремновато как-то, однако военные одежды или джинсы явно не подойдут под гэта. Выходить в таком наряде, все равно что в лаптях на моей прошлой родине. Пофиг, главное удобство. Я успел немного попрыгать в деревянных сандалиях с ускорением — свою задачу они исполняли на пять с плюсом. Они словно чувствовали куда ставить ногу для лучшей опоры и мягко подправляли движение. Усталость от долгой ходьбы словно вытягивалась ими. Оглядев свое отражение в зеркале, я вынужден был признать, что недалеко ушел от привычного старомодного образа экзорциста Амакава.

Лесной совет духов Такамии назначил нам встречу на западе города. Мое желание взять Агеху в качестве поддержки забраковала Сидзука — у хиноэнмы была не слишком хорошая репутация среди аякаси. Зато Дай и Саса были не против прогуляться. Разумеется, место встречи определили в глухом лесу, на то он и лесной совет. Сидзука уверенно вела нас по иногда исчезающей тропке. Я с ухмылкой поглядывал на Маки, что пыталась отбиться от орд штурмующих комаров — мой слабый покров же не подпускал насекомых. По пути на нас напали несколько духов среднего уровня. Я даже поучаствовать не успел — Химари всех порубила с особой жестокостью, чего я раньше за ней не замечал. Бакэнэко словно упивалась страданиями, выпуская наружу свою темную ауру. Последним напавшим стало огромное ракообразное существо с аж пятью парами рук, оканчивающимися мощными клешнями. Ясуцуна легко проходила через плоть, за один заход лишая половины конечностей. Сидзука пыталась ее остановить, но тщетно. Что в дальнейшем переросло в сильную ссору. Водный дух уверяла, что рака достаточно было немного прижать и припугнуть — не настолько уж он и злобный был. Да, не блистал интеллектом, но чуть что сразу бросался на защиту более слабых особей. Я также отругал Химари, поскольку данный эпизод вполне может сорвать встречу. Бакэнэко была недовольна и словно не понимала, что же она сделала неправильно. Впервые я задумался, что возможно не стоит брать с собой импульсивную аякаси, которая так легко выходит из себя.

Каменный утес, у подножия которого нам назначили встречу, был довольно живописным местом. И пустынным. Мы простояли около получаса, прежде чем наверху началось шевеление. На самой верхушке крутого холма показались несколько колоритных аякаси в своих звериных ипостасях. Четырехметровый ярко-зеленый богомол, скромная на его фоне двухметровая японская макака и полупрозрачный призрак волка. Вот уж не ожидал, что звери тоже могут превращаться в ю-лей. Хотя в данном случае все может быть иначе.

— Стойте, где стоите, охотник света и его подручные, — звонким голосом приказала обезьяна.

— Гхм, категорически приветствую лесной совет духов Такамии. Я — Амакава Юто, глава Шестого великого клана, как вам наверняка известно.

— Мизучи, ты так и не выполнила свою миссию, — проскрипел богомол, игнорируя правила вежливого тона, которые предполагали взаимное представление друг другу.

— Я еще не совсем с катушек съехала, нападать на одного из немногих союзников аякаси среди людей, нано.

— Хорош же союзничек, режет первых встречных, — едко заметила макака.

— Они на нас сами напали, — нахмурилась мизухэби.

— Допустим. Что же сделал охотник, чтобы мы могли считать его нашим союзником?

— Я работаю в этом направлении. Нельзя получить все и сразу.

— В Ноихаре нашли пристанище множество духов. Если бы на месте Юто был его дед, половина из них были бы мертвы. В случае отца, та же половина была порабощена светом, — пришла мне на помощь мизухэби.

— Другими словами, мы должны ему верить только потому, что он не убивал аякаси, когда у него была такая возможность? — вопросила обезьяна.

— Я и помогал им. Когда, например, Тамамо но Маэ бушевала.

— Она приходила за тобой, охотник света, — безжизненным голосом произнес богомол.

— Юто дает нам возможность жить среди людей, — добавила лоли.

— Мы прекрасно обойдемся без этого.

— Как будто я не знаю вас, нано. Или вы уже забыли, что я помогала совету?

Аякаси на некоторое время замолчали, по-видимому, не зная, что на это ответить.

— Где гарантии, что на вас не лежит скрытая магия света? Ходили слухи, что молодой охотник, Амакава Синити, нашел способ прятать свою магию.

— Серьезно? Хотелось бы осмотреть подобные экземпляры. Я так не умею.

— Милорд, зачем все эти речи? Порубим наглецов, раз они в одном месте собрались, — нарушила относительно мирное течение беседы Химари, хватаясь за свою катану.

— Ты что несешь-с-с? — зашипела Сидзука.

— Химари, успокойся и не вмешивайся в переговоры, — сказал я зло. — Не надо было тебя брать с собой.

— Вы слабы, милорд, коль ведетесь на поводу у этих слабаков!

— Химари, ты офигела?! Я тебе что сказал?!

— Я не ваша ручная зверушка. У меня есть собственное мнение!

Я быстро подошел и схватил бакэнэко за руку, которая крепко сжимала рукоять Ясуцуны. Темная аура начала распространяться во все стороны. Я взглянул в фиолетовые глаза и увидел в них зарождающееся безумие.

— Химари, вернись к машине. Это приказ.

Бакэнэко помедлила несколько секунд, после чего выдавила:

— Да, милорд.

Багровый клинок удалилась, фоня на всю округу неприятными темными эманациями. Бесит! Как бесит, когда ситуация выходит из-под контроля. Я был морально готов, что нас здесь ждет ловушка, или что совет не явится на встречу. Да много чего еще. Но когда близкий друг, которому доверяешь, вдруг поступает наперекор тебе, это реально выводит из себя. Ладно, возможно у нее обострение кошачьего сумасшествия, потом разберемся. Теперь становятся понятны все те перемены, что происходили с кошкой в последнее время, включая охладевание наших отношений.

Дальнейшая беседа не принесла никакого положительного эффекта. Члены совета духов сыпали обвинениями в нашу сторону, припоминая все прегрешения Багрового клинка, от которого они вынуждены были скрываться долгие годы. Решение притащить сюда Химари было явно ошибочным. Однако я слишком свыкся с присутствием верного телохранителя подле меня. Неожиданно, сзади на нашем пути почувствовались сильные магические всплески, напоминающие сражение. Одна из аур была нам хорошо знакома. Аякаси также прислушались к происходящему в лесу, после чего впервые подал голос призрачный волк:

— Амакава, мы не будем вести с вами никаких дел. Прощайте.

Три фигуры советников пропали с утеса. Я пнул ни в чем не повинный камешек и буркнул остальным:

— Возвращаемся.

Сражение происходило чуть в стороне от той тропинки, которой мы пришли. Сомневаюсь, что бакэнэко заблудилась, а значит инициатором стала именно Химари. При нашем появлении она взяла себя в руки, быстро очистила лезвие Ясуцуны и спрятала клинок в ножнах.

— Ты меня разочаровала, — вздохнул я.

Химари неожиданно качнуло в сторону, и она схватилась за голову.

— Что с тобой? Тебе плохо?

— Все в порядке, милорд, — выпрямилась девушка с белыми волосами.

— Придется оградить тебя от сражений, раз ты себя не контролируешь. Хотя у нас должно было быть намного больше времени. Необходимо провести подробное обследование блока света.

— Я себя контролирую! — возмутилась Химари. — Ничего обследовать не надо.

— Ты бы видела себя со стороны!

— Видел бы ты себя со стороны! — парировала кошка. — Вьешься ужом перед низшими! Дед Генноске бы от стыда сгорел, знай он, кем стал его внук!

— А… — открыл я рот. Впервые на моей памяти бакэнэко обращалась ко мне неуважительно. — Дед не трогал безобидных духов!

— Ты ничего не знаешь! Нам приходилось зачищать целые районы, если личность нападавшего духа неизвестна. Или выполняли частные заказы, не считаясь ни с кем. С аякаси он разговаривал с позиции силы. Генноске-доно не договаривался, он требовал.

— Ты забываешься. Я глава клана, и я определяю его политику. Но с тобой в нынешнем состоянии разговаривать бесполезно. Маки, отвези ее обратно в Ноихару.

— Хорошо, — скупо ответила охотница, следившая за нашей перепалкой.

Глава 12

Вот еще, не было проблем. Вызванное такси подобрало нас у обочины трассы и повезло к городу. Сидзука едко комментировала поведение несносной кошки, Дай и Саса помалкивали, Генри продолжал тихо сидеть в своем пространственном кармане. Я звякнул Сине-сан и договорился о встрече. Надеюсь, с людьми будет проще.

Главное здание четвертого отдела общественной безопасности префектуры Мияги находилось в центре Такамии. С виду обычное офисное здание, и только магическое зрение позволяет ощутить окутывающие строение толстые силовые линии, носящие на себе следы тсучимикадовской барьерной магии. Первый клан хорошо устроился — ни одно ведомство или клан не обходится без их артефактов. Даитиро-сан встретила нас и любезно провела экскурсию по комплексу, на поверку состоящему из нескольких зданий. В главном заседал административный персонал, аналитики и диспетчеры. Сама диспетчерская с огромными картами Японии и Мияги внушала уважение своим размахом. Также здесь располагались кабинеты и раздевалки оперативных сотрудников, большая часть которых отсутствовала на выездах или патрулировании. Я подметил, что одаренных людей было очень немного по сравнению с общим количеством сотрудников. Исследовательский корпус и лаборатория расположились в отдельном здании. Небольшая комиссия из степенных дам и мужей приветствовала нас, ненавязчиво интересуясь, можно ли ненадолго одолжить моих подопечных. Я вежливо послал их лесом. Неожиданно к нам буквально скатился вниз по лестнице взъерошенный мужчина средних лет с собранными в хвост волосами и бегающим взглядом за стеклами толстых очков:

— Ох, они пришли, а у меня ничего не готово! Уже пришли… Уау, вживую все совсем иначе! — мужчина подошел ближе к мизухэби и энергично произнес. — Потрясающе! Урожденный аякаси-аквамант, мимикрирующий под человека! Объект «Сидзука»! Могу я взять пару образцов?

— Только дотронься, извращуга, и тебя упекут в тюрьму за домогательства к несовершеннолетним!

Мужчина недоуменно похлопал глазками и поправил съехавшие очки:

— Но ведь данный закон распространяется только на людей. Или его уже изменили? Я мог что-то пропустить в лаборатории.

— Ничего не поменялось, — заверила женщина в халате.

— Коллеги, давайте не будем докучать Амакава-сан, — влезла провожатая. — Лучше покажите наш изолятор.

— Конечно. Только в прошлом году закончили реконструкцию и обновили защитные артефакты, — повели нас по широким коридорам к противоположной стороне здания.

Вскоре перед нами предстали две довольно неординарные камеры для заключения. В настоящий момент пустующие. Гладкие стены без единой щели. Фасадная стена представляла собой три перегородки. Первая — прозрачное толстое стекло и дверь из аналогичного материала с уплотнителем, следующая — классические толстые металлические решетки, как в обычных тюрьмах, и последняя — мелкоячеистая сетка. Под напряжением, как поведали сопровождающие. По углам стояли готовые к развертыванию барьерные артефакты. Санузел какой-то хитрой конструкции.

— Это изолятор временного содержания. Задержанные проводят здесь свое время, пока идут предварительные слушания по делу. Сантехника имеет автономные емкости, которые пополняются и очищаются периодически. Это связано с известным случаем, когда задержанный аквамант смог сбежать из камеры по канализационным трубам.

— Задержанные? Аякаси? — вопросил я.

— Конечно, нет, Амакава-сан! Четвертый отдел занимается любыми SN делами, в числе которых не только борьба с е-кай, но и ловля опасных магпреступников. Для суда и дальнейшего постоянного содержания их переправляют в токийское отделение.

— Есть и тюрьмы для одаренных? Этот, как его там? Алькатрас… нет… Автобан? А! Азкабан!

— Тюрьма для магпреступников Азкабан находится в ведомстве Министерства магии Великобритании. У нас аналогичное учреждение расположено на острове Тосима, чуть южнее Токио. Последний случай побега зарегистрирован более пятнадцати лет назад.

— Занятно.

— Прошу, пройдемте дальше, — повела нас Даитиро-сан, распрощавшись с прилипчивыми фанатиками от науки.

Кайя сразу почувствовало паскудное настроение своей лучшей подруги. Уж кого, а Багрового клинка Ноихары дзасики-вараси знала лучше всех. Иногда бакэнэко возвращалась домой в схожем состоянии. Расстройство, злость, горячка боя — все могло послужить катализатором к приступу кошачьего безумия. Бывало, особняку и самой Кайе доставалось, но серьезно подруга никогда не била, так что такие удары не могли повредить могущественному духу места на своей территории. Утешить, выслушать, успокоить, подать теплого молока и свежеприготовленной рыбки, и половина дела сделано. Далее Кайя выгоняла бакэнэко на свежий воздух, который неизменно выправлял настроение кошачьей аякаси. Последний похожий случай произошел около трех месяцев назад, а с возвращением наследника Амакава они и вовсе сошли на нет. Дзасики-вараси признала, что и от извращенного охотника бывает польза. Иногда.

— Химари! Что случилось? — бросилась Кайя навстречу подруге.

— Ничего. Все в порядке!

Бакэнэко махнула рукой, словно отрицая свое состояние, и непроизвольно выпустила сгусток фиолетовой энергии, который смял растущие вдоль дороги деревца и заставил охотницу Тсучимикадо отшатнуться.

— Это он тебя довел, да?

— Да… нет! Не важно!

Багровый клинок решительно отстранила Кайю и прошла в особняк:

— Не ходи за мной!

Такой реакции дзасики-вараси не ожидала, отчего потерянно остановилась. Химари же, на секунду задумавшись, целенаправленно проследовала в комнату гостя. Ох, как же Кайя бесилась, когда Чешир-сан закрыл от нее пространство в своей комнате. И вот теперь она не могла даже подслушать, о чем они говорят! Происходящее с подругой каждый раз пугало Кайю, она не могла не переживать за Химари. Однако способа, как подступиться к разгневанной кошке, так и не придумалось. Вместо этого дух места решила приготовить все самые любимые рыбные блюда подруги.

Последнее здание совмещало в себе склад, арсенал, а также тренировочный полигон для одаренных и обычных людей. Одно время практиковалось расширение оперативных сотрудников с помощью привлечения обывателей. Их экипировали по полной артефактами массового производства и тщательно обучали. Однако от данной затеи пришлось отказаться ввиду больших потерь среди сотрудников. Хотя некоторые упрямые неодаренные все равно подписывают добровольный контракт и идут в оперативники. Как объяснила Даитиро на мой профанский вопрос, массовость в артефакторике синоним плохого качества. Чтобы создать действительно достойную вещь, требуется очень много времени и куча редких ресурсов, да еще и в большинстве случаев индивидуальная подстройка под ауру владельца. Как говорят, мастер должен вложить душу в свое творение.

— Среди охотников подобных вещей не так уж и мало. У кого-то фамильный меч, у других — защитный амулет и прочее. В большинстве случаев после смерти владельца истинный магический артефакт не утрачивает своих свойств и ценности.

Тренировочные залы пустовали, на что Сина-сан оправдывалась:

— Мы стараемся следить за квалификацией наших сотрудников, но на все времени не хватает.

Только в одном из помещений мы обнаружили примечательную группу охотников: седой ветеран без правой руки и с тростью… приглядевшись, я понял, что вместо левой ноги у него протез. И двое молодых или даже юных разнополых экзорцистов примерно моего возраста. Те устало валялись на полу, отдыхая от тренировки.

— Этим летом прислали пополнение, — пояснила Сина-сан. — Выпускники Оммедзи Гакуэн, Накамуши-кун и Шибуро-кун, B и C ранга. Весьма перспективные, только опыта маловато. Наши двойки достаточно сработанные и укомплектованные. Их же отправлять в свободное патрулирование вдвоем пока рано. Думаем, как временное решение сделать две тройки или одну четверку.

Означенные персоны завидели нашу процессию и подошли знакомиться. Молодежь была польщена вниманием моей известной личности. Ветеран-инструктор же смотрел недобро. Старая песня. Наверняка сделали калекой его именно аякаси, да и близких товарищей мог потерять в ходе сражений с ними же.

— Я тут как раз думал попроситься посмотреть на практическую работу экзорцистов четвертого отдела, — протянул я.

Даитиро-сан что-то прокрутила у себя в уме и кивнула с улыбкой:

— Хорошая идея. Вы присмотрите за новичками, они — покажут вам наши методы работы.

— М-м, мы еще не совсем… — начал было парень, B-ранг, по фамилии Накамуши, но его ткнула в бок локтем напарница, C-ранг, которую представили как Шибуро. — Да, мы постараемся, Амакава-сама!

— Хорошо, дуйте на обязательный медосмотр, потом в диспетчерскую — получите свой район.

— Да, Даитиро-сан! — слитно рявкнула парочка, не скрывая своей радости. Бывалый инструктор недовольно покачал головой, но промолчал.

Скукота. Мы ходили по северному припортовому району города, где по случайности располагалось здание Амакава-мизу. Хотя у меня тут по всему городу разбросаны разные заведения. На десяток минут зашли на склад, я показал охотникам водных духов, которых учили работать с камерой и слушаться команд по подводной связи. Молодые сотрудники первое время нервничали, бросая печати на безобидных аякаси, вроде мелких нематериальных клякс, которые были повсюду. Но потом остепенились, перестав высматривать мелочь. Мне то что? Нехай гэта топают, можно и поразмышлять о бренном. После обеда еще с час я шастал с ними по городу, пока это занятие мне окончательно не наскучило. Ясно ведь, что диспетчеры дали новичкам самый спокойный район. Я связался с Синой-сан и слезно выпросил какой-нибудь простой, самый завалявшийся вызов. Вскоре диспетчер по служебной рации направила нас в парк в соседнем районе. Громко сказано, парк. Небольшая рощица с протоптанными дорожками и разросшимися кустами.

— По донесениям жителей, в данной зоне орудует псимант ориентировочно С ранга. Смертельных случаев нет. Двое в больнице в шоковом состоянии, — отчитался Накамуши, получив информацию.

— Что за псимант? — озвучила мой вопрос Сидзука.

— Эм-м, — почесал голову парень.

— Не обязательно определение из учебника, — пришел я на помощь.

— Ну, в общем, псиманты умеют влиять на разум жертвы. Внушить ужас, заставить подчиниться и тому подобное.

— О, выходит, я — псимант?

— Наверное, — неуверенно заметил Накамуши. — Хотя я слышал, что вашу магию причисляют к гелиомантии.

— А тсучимикадовцев к кому относят?

— Спатиомантия — это магия пространства, — ответила Шибуро. — Первый клан искусен в одном из ее разделов, двумерной спатиомантии.

— Познавательно…

— Хватит языком трепать, трепломанты. Мы охотимся на аякаси, нано! — с безосновательным воодушевлением произнесла главная защитница аякаси в округе.

— Окей. Разделимся на две группы. Дай и Саса — вы с Накамуши и Шибуро. Если наткнетесь на е-кай, защищаете охотников, ждете пока мы подойдем. Ясно?

— Да, братик Юто! — молвило одноглазое создание.

Накамуши поставил в центре ограждающий артефакт, защищающий обывателей и не позволяющий им зайти внутрь. Мы отправились в противоположные стороны парка и принялись прочесывать территорию. Сидзука больше развлекалась, чем помогала. Поддерживать одновременно скрытие собственной закольцованной ауры и искать чужие — занятие не из простых.

— Вон там в норе кто-то сидит, — показала пальчиком мизухэби.

Обратив свой магический взор на указанное место, я ощутил что-то скользкое и противное. Е-кай, поняв, что обнаружен, шустро выполз наружу, явив нам свой премерзкий облик. Голое гуманоидное безволосое и бесполое существо, на лице которого присутствовало только рваное ротовое отверстие. Я был готов ко многому, но точно не к тому, что аякаси повернется к нам задом, раздвинет булки, и оттуда на нас уставится налитый кровью огромный глаз. Одновременно с этим от монстра распространилась волна поганых эманаций, долженствующих вызвать ужас и аналогичные неприятные чувства. Поскольку к подобному развитию событий я был готов, заранее установив покров света, на меня атака не оказала практически никакого влияния.

— Юто, мне страшно! Нано! — неожиданно ко мне бросилась Сидзука, вжалась сбоку, крепко обняв за талию.

— Моя лоли, ты мешаешь, блин! — ни за что в жизни не поверю, что на опытного водного духа повлияла столь посредственная магия.

Пока змеиная аякаси держала меня мертвой хваткой, противник попытался свинтить, но наткнулся на вторую группу охотников.

— Призрачная тюрьма! — услышали мы громкий выкрик Шибуро-кун.

Какая-то пространственная магия сработала, однако из-за густых кустов картина происходящего терялась.

— Да что за напасть! — произнес я, поддал света и подхватил Сидзуку. Девочка, отнюдь не пушинка, с удобством устроилась на сгибе моей правой руки, обхватив за шею. Без магии подобный трюк я бы точно не потянул.

Быстро прорвавшись через заросли, я увидел светящуюся бледно-зеленым небольшую клетку, в которую заключили нарушителя. Е-кай кидался на стенки, иногда продавливая призрачные прутья.

— Меч бога грома. Активация! — с прямо-таки сочившимся изо всех щелей пафосом крикнул Накамуши-кун. Сначала руки парня окутались голубыми искрами разрядов, после чего собрались в неровное подобие молниевого клинка метровой длины.

— Погодите! Мне надо задать ему пару вопросов.

— Я долго не удержу барьер, — прикусила губу охотница.

— Юто, сиримэ полностью неразумны, нано. За всю свою жизнь я ни разу не слышала об адекватных сиримэ, — произнесла Сидзука, прижимаясь к моей шее. Я взглянул на е-кай, не оставляющего безуспешные попытки вырваться из плена, припомнил о людях, что оказались из-за него в больнице, и махнул свободной рукой:

— Ладно, заканчивайте с жопоглазом.

Серьезный настрой парня дал сбой, когда он услышал мое определение аякаси, но все же B-ранг смог собраться. Пара охотников показала себя сработанной командой: Шибуро убрала призрачную тюрьму, и в то же мгновение Накамуши пронзил тварь своим молниевым сэйбером. Сиримэ издал протяжный вой и истаял темной дымкой, оставив не земле слизистые ошметки.

— Мы сделали это, Амакава-сама! — обрадовался парень, заземляя свои руки о почву под ногами. — Наше первое задание! Спасибо, что оставили е-кай нам!

— Не стоит благодарности.

Молодые сотрудники четвертого отдела вызвали дежурную команду по зачистке, хотя работы для них в парке не наблюдалось. Но так положено по инструкции. Пока ждали, обсудили магические артефакты. Семьи Накамуши и Шибуро не могли похвастать своей длинной историей или финансовым положением, поэтому личных артефактов охотники не имели. Оба экзорциста носили с собой стандартные дубинки с молниевым зарядом — не особо полезные, однако их ношение обязательно. Пистолет же был только у Шибуро. Во-первых, девушка показывала лучшие результаты в стрельбе, во-вторых ее роль на поле боя подразумевала вторую линию, в-третьих, зачарованные огненные пули стоили баснословные деньги даже по меркам столь влиятельной государственной организации, и всем подряд пистолеты не раздавали. Данные артефакты были скорее последним шансом, когда все внутренние магические резервы уже израсходованы. Я же похвастался своим Хаганэ, имевшим идеальную совместимость с магией света, дал им поносить гэта, которые сами были только за, показал личную печатницу. Присланная спец команда четвертого отдела вызывала завистливые чувства своими возможностями и профессионализмом. Они с помощью печатей создали призрак-голограмму недавно убиенного духа и принялись искать по карте, видел ли его еще кто-то из обывателей. Не обязательно, что каждый после встречи с сиримэ обращался за помощью. Таким людям корректировали воспоминания. Посмотрев на работу команды зачистки и закончив с формальностями, я распрощался с экзорцистами, дав в качестве напутствия совет не расслабляться. Сегодня заднепроходный циклоп, а завтра высший молниевый райдзю или чумной нуэ. Охотники заверили, что согласно инструкциям при встрече с высшим им предписано отступать. А дальше уже руководство решает — собирать большой отряд, или же звать на помощь Великие кланы. Все зависит от типа монстра.

В целом я остался доволен проведенным временем. Налажены связи с четвертым отделом, моими коллегами по ремеслу, выяснены основные моменты их методов работы и приблизительный уровень рядовых бойцов. Пожалуй, на сегодня можно закругляться.

Разговор по душам с Химари снова не принес ничего хорошего. Багровый клинок более-менее успокоилась, однако извиняться за свое поведение и не подумала.

Вечером со мной связалась Эмма. Периодически мы проводили сеансы видеосвязи, обсуждая планы на будущее. Мисс Уотсон всерьез подошла к делу, взявшись за изучение биографий борцов за права меньшинств. Мартин Лютер Кинг, Элеонора Рузвельт, Ширин Эбади, Клара Цеткин, даже Махатма Ганди. Первым нашим шагом станет издание и распространение «Манифеста САМБА», в котором очень доступно и просто будут разъяснены правила, права и обязанности не только людей, но и всех магических созданий. Долго спорили над терминологией, которая бы объединяла обе конфликтующие стороны. Предлагались «хукаси» или «магхуман», сочетающие в себе слова из разных языков. Но в итоге остановились на нейтральном «разумный». Главная сложность была в отделении аякаси, ведь в отличие от людей существует множество видов е-кай, которые просто не могут жить в обществе, либо их интеллект ниже, чем у животных (впрочем, к некоторым людям это также применимо).

Разумным считается мыслящее существо, которое не покушается на жизнь, свободу и права других разумных, и которое способно осознать смысл данного манифеста.

Далее в тексте следовал краткий перечень прав и обязанностей разумных. Конечно, все не так просто. Разные виды е-кай становятся разумными только с возрастом, некоторые разумные не владеют человеческой речью. Но наш манифест всего лишь начало, мы не планировали с нуля писать конституцию. Сложно практически вдвоем работать над столь глобальной задачей. Мы с Эммой надеялись, что сможем привлечь новых членов. Для этого актриса под моим руководством работала над несколькими статьями, показывающими угнетенных аякаси в качестве жертв. Одной из героинь стала Сидзука, неохотно давшая свое согласие на публикацию истории ее семьи. Я же передал Альберту и Кагецуки задание поработать над сайтом нашего движения САМБА, скрытым от глаз обывателей.

Акира таки проникся нашей новой головной болью. Дело в том, что пространственная магия Кайи не до конца ослабляла плач банши, из-за чего я, например, выспался плохо. Поэтому он решил окончательно перебраться в школу, возвращаясь только ради обучения у Чешира. Шидо обещал закончить с с камерой для содержания визгливого духа в течение пары дней.

Гинко с Нобу вернулись еще вечером, но я так заработался, что побеседовал с ними только утром следующего дня. Хигасимацусима не представлял собой ничего особенного по словам оками. Такамия и Ноихара по числу потусторонних обитателей лидировали в префектуре. Согласно отчету на кладбище к северу от города обнаружили тела трех молодых девушек, принесенных в жертву. На земле кровью была нарисована пентаграмма с непонятными символами, место преступления носило неясные следы магии. Ранее еще одну похожую конструкцию нашли в старом сквере, по счастью без человеческих жертв. Старая печать была нанесена с помощью коровьей крови. Четвертый отдел склоняется к мысли, что это дело рук секты, что, в принципе, достаточно очевидно. Собственное расследование ничего не дало. Сейчас привлеченный специалист из Якоин занимался поисками, но пока безрезультатно. В инфо-сфере следов секты отыскать не удалось, погибшие никаких контактов со странными личностями не водили. Выдернуть душу одной из девушек для опроса, как обычно поступали в таких случаях, не представляется возможным. Что-то в ходе ритуала начисто отрезало связь тела с душой.

Как ни удивительно, небольшую зацепку удалось отыскать Нобу. Пока Гинко рыскала по округе, дух дверной ручки побеседовал с парочкой мирных аякаси. Один из них поведал, как кто-то кому-то по секрету передал, что слышал о духе, который знал кого-то, кто видел проходящий кровавый ритуал.

— Хорошая новость! Раз ты начал, тебе и карты в руки. Распутай этот клубок и найди свидетеля. Хм-м, будет ли достаточно словесного портрета? О, идея! Ты же умеешь пользоваться связными амулетами?

— Да, Амакава-сан, — кивнул шатен.

— Вызнай с помощью них все, что наблюдал очевидец… А потом покажи это дознавателям из четвертого отдела. Пусть дальше сами рыщут.

— Мне вот так просто дадут пройти к экзорцистам?

— Я договорюсь. В качестве подстраховки возьми с собой… Эх, как мало боевых специалистов у нас.

— Думаю, я и один справлюсь.

— Нет, пусть Генри идет с тобой. В случае чего сразу перемещаетесь в Ноихару. Если сведениями делиться не захотят, припугни их инспекцией Багровым клинком.

— Да, Амакава-сан.

Глава 13

В прибрежный Исиномаки я отправился двадцать второго числа вместе с Гинко, Агехой, Сидзукой и Маки. Впервые сознательно оставив дома своего верного телохранителя, которому явно требовалась передышка. Кайя посоветовала оставить ее в покое на какое-то время — ранее подобный подход всегда помогал при приступах безумия. Согласно полученной от Даитиро информации, восемь месяцев назад в городе произошла серия жестоких убийств. Применить посмертное дознание и здесь не удалось, поскольку тела были сильно изуродованы и частично съедены, что снимало возможность призвать на время их душу. По почерку убийств, а также остаточным слабым следам темной энергетики делу присвоили метку SN. Но как только взялись всерьез, собрав представителей разных Великих кланов, нападения полностью прекратились. Буквально три месяца назад схожая картина повторилась в одном городке соседней префектуры Ямагато. И снова маньяк залег на дно. Признаюсь, фотографии с мест преступления произвели на меня впечатление. Я видел окоченевшие тела в коконах йорогумо, но в остальном сталкивался лишь с трупами аякаси. Тоже неприятное зрелище, однако воспринимать их на одной планке с людьми я в душе так и не научился. И тут такая бойня, к которой, можно сказать, лично я причастен, как блюститель местного магического правопорядка.

Примерно полдня мы катались по точкам города, опрашивая местных духов. Что, вообще-то, непростое занятие. Хоть мы и старались скрывать ауры, разные призраки, привидения и духи места интуитивно чувствовали нашу силу или предпочитали попросту ни с кем не связываться. Агеху с Маки, как главных раздражителей, стали оставлять в машине. Не все из е-кай вели оседлый образ жизни, некоторые не понимали человеческую речь. Однако удача улыбнулась нам в виде отчаянно ругающегося призрака пожилой женщины. Она кляла все и всех подряд на чем свет стоит, однако мы смогли выудить из ее эмоциональной речи ценную информацию. Приблизительно в то же время (призрак путался в месяцах) в заброшенном здании на окраине Исиномаки поселился темный. Сильный дух ни на кого не нападал, однако дал остальным понять, что лучше его не трогать. Сколько времени он провел на отшибе, нам не пояснили. Хотя бы адрес выяснили. Ну как адрес? «Ступайте через мост на северо-западе, итить вас в дышло, съезжайте на узкую дорогу на втором повороте налево, чтоб им всем икалось в стране мертвых, идите полчаса вдоль излучины реки, где и утопиться бы вам не мешало, там вдали увидите дом двухэтажный, проклятый самой черной магией!».

Пришлось немного поплутать на авто, но искомое место мы нашли. Заброшенный разваливающийся особняк с заколоченными окнами и дверьми. Сидзука быстро проделала проход, и мы ввалились внутрь.

— Есть стар-рый запах, Юто-сама, — принюхалась серая волчица. — Знакомый…

Оками бродила по первому этажу, взметая хвостом слой пыли.

— Гули! — рыкнула оками. — Вспомнила!

— Все совпадает. Гулям после трапезы нужно время, чтобы переварить пищу, — поведала Сидзука.

— Я кое-что слышал про них. Что умеют?

— Может лучше родственничка спросить? — посмотрела в сторону воздушной аякаси девочка.

— Они нам не родственники, языкастая! — возмутилась Агеха. — Хиноэнмы не питаются плотью! Да и трупов мы не оставляем, если на нас самих не нападают.

Из объяснений моих сопартийцев выходило, что гуль — это вроде как нечто среднее между одержимым, зомби и вампиром. От человека, которым это существо когда-то было, остается часть знаний и умений. Гули бывают разными, но в данном случае очевидно, что сотворивший подобную бойню, чистое зло. Хоть стопроцентных доказательств его причастности нет. Из отличительных признаков — черные белки глаз с красным зрачком, особо опытные могут и это скрывать. В остальном внешний вид не отличается от человека. Очень сильны, быстры и живучи, из природного оружия — острые удлиняющиеся когти, плюс высший гуль способен манипулировать собственной кровью.

— Итак, первое нападение случилось восемь с половиной месяцев назад, далее он… переваривает пять месяцев, потом снова нападает в Ямагато… Нет, пускай на дорогу у него ушло пару недель. Если он не изменил свою тактику, то существует шанс найти его лежку в новом городе. Маки, есть что добавить?

— Я согласна с твоими умозаключениями.

— Как-то все просто, — обвел я рукой кругом.

— Ты забываешь, что остальные кланы не имеют… таких осведомителей.

— Нет способа допросить призрака?

— Они очень редко сотрудничают с живыми, также не чувствуют боли и не боятся окончательного развоплощения.

— Хорошо, двигаем прямиком в Ямагато, если нет возражений. Я свяжусь с главой клана Шикимомуро.

Сам Шикимомуро Нэо вместе с парой соклановцев встретили нас в столице префектуры Ямагато с одноименным названием. Восьмые носили свои бесформенные темные хламиды, но хотя бы на этот раз лица оставили открытыми. Я переговорил с главой, и тот заверил меня в своей полной поддержке. Оплатил и проводил в одну из лучших гостиниц города. Гинко была бодрячком, да и ночное время суток не доставляло ей неудобств, так что я отпустил оками в свободный поиск.

Я позволили себе немного расслабиться и поваляться перед телевизором в компании слабоалкогольного. Наутро же набегавшаяся волчица не принесла нам радостных известий. Аякаси в Ямагато было мало, по сравнению с Такамией, а территория намного больше, чем в Исиномаки. Гинко просто не успела все обежать. К тому же встреченные духи пугались от малейшего намека на ауру охотника или незнакомого аякаси. Мы с Нэо обговорили различные нюансы и разделились. Я со своими разъезжал по городу, Восьмые же использовали магию поиска. Зная тип е-кай, приблизительный район и имея слабые отпечатки его ауры, шанс найти аякаси значительно повышался. Жаль, что в арсенале Амакава аналогичные способности отсутствуют.

На этот раз нам удача не спешила улыбаться, Гинко так и не смогла взять след. Во второй половине дня мне позвонил глава Шикимомуро и сообщил об успехе. Поскольку первое нападение произошло в Мияги, я посчитал правильным помочь с нейтрализацией монстра. Да и опыт необходимо нарабатывать. Маки, добровольно принявшая на себя бремя управления автомобилем, любезно доставила нас в отдаленную часть города, напоминающую промзону. Здесь нас встретили местные сотрудники четвертого отдела, с пяток дементоров и еще несколько человек в хламидах, косивших под них. Видимо, еще не обучены клановой магии.

— Амакава-доно, мы не будем рисковать, применяя рядом с вами заклятья ужаса, — могильный холод разлился по членам, а мурашки заползали целыми табунами. — Для этого нам необходимы длительные совместные тренировки. Когда эвакуация персонала завершится, мы поставим стену страха, чтобы гуль не сбежал.

— Нэо-сан?

— Да, простите, — безликий дементор схватился за капюшон, быстро послал точечное заклинание, и вскоре тьма развеялась, явив на свет круглое лицо главы великого клана. — Вы можете узнать меня по этой нашивке на плече.

— Буду знать. Я бы хотел посмотреть, на что способен гуль. Вы подстрахуете нас.

— Как пожелаете, Амакава-доно. Без вас мы бы его не смогли отыскать.

Мы подождали, пока завершится вывод сотрудников предприятия, где обнаружился след е-кай. Руководство пыталось ругаться, давя многомиллионными убытками из-за остановки производства, однако назгулам достаточно было пары слов, чтобы обычные люди со всем согласились и поспешили убраться подальше. Далее члены Восьмого клана оцепили территорию жидкой цепочкой и применили свою родовую магию. Завод окружила высокая серая пелена, словно сотканная из пепла. Ради интереса я попытался приблизиться к ней. Животный первобытный ужас поселился внутри, отгоняя от преграды подальше. Любопытный эффект. Вероятно, с помощью подпитки света я бы мог противостоять влиянию стены страха, но в преддверии сражения расходовать резерв было неразумно.

— Гинко с Маки, стерегите главный вход. В случае чего, я вызову вас по связному амулету.

— Да, Юто-сама! — произнесла оками, без всякого стеснения стаскивая с себя одежду для перевоплощения.

Мы вместе с тремя дементорами осторожно прошли внутрь цеха. Вывеска предприятия мне ничего не говорила. На сборочной линии теснились рядами округлые бутылочки без этикеток. То ли пищевая, то ли химическая промышленность, что во многих случаях можно считать синонимами. Как бы то ни было надо бить аккуратно и не повредить разбросанные по цеху резервуары.

— Минуту, Амакава-доно.

Тройка дементоров встала в круг. Нэо бросил на пол какую-то красную тряпку, после чего экзорцисты застыли на десяток секунд. Выброс магии, и еле заметный дымок исторгся из брошенного куска ткани. Указатель полетел влево и немного вниз.

— Он там.

Мы спустились на подвальный этаж. Здесь могло бы быть достаточно светло и уютно, если бы не мигающее, как в фильмах ужасов, освещение. Электрика давала сбои из-за установленного вокруг барьера, либо из-за местного потустороннего обитателя. Какие-то провода, трубы, трансформаторы, оборудование неясного мне назначения. В правой руке я держал наготове Хаганэ, в левой — несколько печатей ошеломления. Немного не по себе стало. Ощущение, словно входишь в логово злобного монстра. Похоже, влияние темной ауры. Странно, как обслуживающий персонал ничего необычного не приметил. А гуль не дурак, не стал нападать в своем новом убежище.

— Кап, — послышался тихий звук справа.

Я успел повернуться и заметить смазанную тень, пикирующую откуда-то из проема с потолка. Крак! Мой нож столкнулся с черными когтями, отчего во все стороны разлетелись яркие искры, осветив бледное лицо с темными провалами глаз и рваными остатками одежды. Кжух! Второй рукой тварь полоснула мне по левому плечу, я быстро отпрыгнул назад. В бой вступили Агеха и Сидзука. Водный дух быстро формировала сосульки, обстреливая гуля со средней дистанции. Агеха сходилась с е-кай в ближнем бою, пытаясь достать его своим клинком или воздушными заклинаниями. Быстрый гад! Гуль извернулся, отскочив от Агехи и ринулся на мизухэби. Выставленный водный барьер е-кай пробил, почти не снижая скорости и сразу вонзил когти в медлительную на его фоне Сидзуку. Раздалось змеиное шипение, я ринулся на помощь. Брошенные скопом печати ошеломления заставили монстра на секунду остановиться, чем я и воспользовался, щедро влив энергии в волну света.

— Граа-а-а! — бессвязно рыкнула тварь. В месте попадания моей магии от тела шел дым.

— Ты как?

— Жить буду, нано.

Шикимомуро забросали отступившего гуля серыми заклинаниями, отчего тот снова ненадолго замедлился и пришел в еще большую ярость. Е-кай провел когтем себе по руке, оставляя глубокий кровавый след черного гнилостного оттенка. После чего запустил с десяток острых копий, сформированных из собственной крови, как я понял. Перед Нэо-сан соткалась пепельная стена, остановив атаку. А вот его соклановец не был столь расторопен в магии и предпочел увернуться. Пара черных копий задела экзорциста. Мы с Агехой двинулись в ближний бой, пытаясь достать тварь с разных сторон. Согласованности действий нам с хиноэнмой не хватало, но энтузиазма было не занимать. Вот я смог полоснуть по руке, лишив тварь нескольких пальцев. Гуль снова заревел и отпрыгнул. Спустя всего пару секунд пальцы твари регенерировали, только были покрыты черными прожилками. Зато когти не восстановились. Отлично! Держи еще пачку ошеломлений и ослеплений заодно! С удвоенной энергией мы с Агехой ввязались в схватку, уже более умело поддерживая друг друга и поочередно отвлекая гуля на себя. Этот нехороший аякаси начал обстреливать нас черными кровавыми пулями со скоростью минигана. Агеха часть отводила воздухом, но некоторые пропускала. Мой покров света также оказался не всесилен, особенно когда несколько снарядов попадали в одно место. Резервуар рядом со мной пробило в нескольких местах, и из отверстий шибанула какая-то жидкость под давлением. Я не стал проверять тоскичность фонтанчиков и закрылся щитом света, отбегая в сторону.

Вскоре гуль остался без когтей, и вместо оружия создал кровавый отросток, который то становился твердым, как сталь, то хлестким, как плеть. Шикимомуро и Сидзука, улучив момент, обрушили на тварь град разнокалиберных заклинаний. Монстр получил знатную трепку. Улучив момент, Агеха удлинила свою руку и снесла гулю голову. Брызг крови не было. Чернильная, похожая на вязкий клей субстанция не желала покидать труп. В месте среза шеи протянулись черные ниточки, словно живые червяки, которые грозили собрать е-кай воедино.

Я немного перевел дух, уменьшая подачу света в тело. Ух, болеть будет знатно, но надо довершить дело. Хиноэнма подошла к обезглавленному телу, ожидая в любую секунду подвоха. Ладно, пусть сама заканчивает. Вместо этого Агеха застыла, завороженно наблюдая за восстанавливающимся духом. К ней переместилась Сидзука и схватила за край потрепанной одежды:

— Не делай этого.

— Что? Да… Я что дура, по-твоему, пить эту отвратную кровь? — показушно фыркнула воздушный дух.

Сидзука быстро оглядела находящихся в подвале и, не услышав никаких пожеланий, ударом водной магии расплющила голову гуля, вторым смяла грудную клетку. Плоть е-кай разлагалась медленно, распространяя неприятный удушливый запах. Я отошел подальше и устало присел на какой-то ящик. Снял верх кимоно, оставшись в уцелевших штанах, сандалиях гэта и серых таби, особых носках с раздельным большим пальцем. Подошла Сидзука, занявшись моими ранениями и царапинами. Неслабо так нас гуль потрепал.

— Нэо-сан, какой ранг вы бы ему дали?

— Пожалуй, между A и S. Вам нужна помощь, Амакава-доно?

— Нет. Может ваших кого подлечить?

— Благодарю, мы справимся.

Оставшееся мы скинули на местных. Даже если у гуля были сообщники, с главной проблемой разобрались. Сам я вернулся к машине и переоделся в запасную одежду.

— Спасибо за помощь с этим делом, Амакава-доно. Считайте, за нами ответная услуга, — подошел глава Восьмых со снятым капюшоном. — К слову, амулеты вечного ужаса все еще в разработке?

— Возможно, в следующем месяце я найду время, чтобы заняться ими.

— Рад слышать. Надеюсь и на дальнейшее плодотворное сотрудничество наших кланов. Я слышал о разрыве помолвки с Джингуджи, — осторожно подбирая слова, начал Нэо.

— Если вы намекаете на договорной брак, то я предпочту отказаться. Сам справлюсь. Кстати, мы не родственники, случаем? — вспомнил я о супруге Генджи Амакава.

— Тсую-сан двоюродная сестра моей бабушки, так что дальние.

— Ясно.

Мы вежливо распрощались с главой Восьмых и загрузились в машину. Сидзуке тоже досталось. Несмотря на то, что ее тело создано из воды, атаки гуля несли в себе темные эманации, которые влияют даже на элементальных аякаси. По пути мне позвонили сначала Кабураги, потом Даитиро, попросив предоставить полный отчет. Все же, разгулявшийся е-кай стал причиной смерти в совокупности двадцати четырех человек. И это только подтвержденные случаи. Я-то в курсе, что дед ни перед кем не отчитывался, кроме совета кланов и императора. Ну да ладно, попрошу Маки что-нибудь сообразить. Все равно она будет сливать информацию кланам. Уже недалеко от Ноихары я спохватился и поговорил со своими гэта. Кстати, в бою на свою обувь я не обращал внимания совершенно, что говорит в их пользу. Цукумогами заявили, что им было немного страшно, и разлитая вокруг сила частично ими усвоилась. То есть, в сражении они стали чуточку сильнее, да и выделение моих светлых эманаций при постоянном ношении сказалось положительно, но принимать на них удар пока все же не стоит. Рангом не вышли.

Следующий день я просидел безвылазно в особняке, обсуждая с вернувшимся из торгового турне Альбертом финансовые вопросы. Отправил Агеху, Дая, Сасу и Гинко на юг префектуры — тамошние лесные е-кай совсем оборзели. Джеб с Чеширом вели себя мирно. Один все продолжал свою нечаянно-деструктивную деятельность во дворе дома, получая закономерный нагоняй от Кайи. Второй так и травил свои неясные шутки и упражнялся с Мурабито в словесности и остроумии.

Покупка здания старой школы серьезно уменьшила сумму на моем счете. Усатый британец не стал все сбывать сразу, заключив двухмесячные договора на поставку. Мировое потребление чертоглаза не настолько значительно, чтобы переварить вброс крупной партии. Тем не менее, переводы неустанно поступали, увеличивая мое состояние. Появились первые отчеты от сельхоз предприятий, в которые мы вложили часть средств. Результаты работы Тосигами по подпитке урожая магической силой были превосходные. Это навело Альберта на одну мысль. Настолько простую, что мне оставалось лишь корить себя за то, что сам додумался. Ротшильд предложил выращивать чертоглаз самостоятельно.

— Конечно, не все образцы приживутся — корневая система почти у всех растений отсутствует.

— Ну извини, мне тогда было не до аккуратности.

Альберт пообщался с несколькими специалистами, да и покупатели были весьма информированными личностями, так что британец имел полное представление о циклах роста привередливого магического растения. Семена должны были пройти через магико-пищеварительный тракт е-кай, выйти естественным путем, саженцы же росли только в местности с высоким природным магическим фоном. Для цветения не обязательно проливать кровь разумных. Достаточно забить несколько голов скота.

— Выходит, у нас в Ноихаре есть все условия для чертоглаза, — задумался я. — А семена мы дадим… коробокуру! Ха! — я представил себе маленьких человечков, испражняющихся на грядках, и не смог сдержать улыбку. — Похоже, это единственная польза, которую способны принести гномы. Дайдаработтчи и Тосигами проследят за созреванием и нужными условиями роста. Должно сработать!

— Не стоит ожидать, что все получится сразу. По моим данным, такие растения очень чувствительны к местному магическому климату. То, что растет в Англии, совсем не обязательно вырастет в Японии.

— Тогда закупим семена местных видов. В Японии ведь есть организации, которые занимаются выращиванием ингредиентов на продажу?

— Зельеварение в империи плохо развито. Согласно моей информации, клан Кагамимори занимает около половины рынка.

Вот тебе и церковники! Хитсуги когда-то коротко поведала мне о внушительной экономической базе Первого и Второго кланов. Теперь понятно, как Кагамимори смогли подобраться к ним. Растят себе потихоньку невзрачную на вид травку, а потом навариваются не по-божески.

— У нас ведь уже есть учебные теплицы и участки в школе, осталось их только подновить.

— Я не очень хорошо разбираюсь, но не лучше ли разбить плантацию ближе к источнику магии?

— Думаю, Тосигами справится с перенаправлением потоков. Альберт, отбери наиболее непострадавшие экземпляры чертоглаза для пересадки. И семена. Начнем в сентябре.

После обеда мне начал названивать четвертый отдел, жалуясь на действия моих подчиненных. Я сразу связался с Гинко, которую назначил ответственной за отряд. За собой волчица умело заметала следы, но вот стометрового земляного гиганта было сложно спрятать. Дайдаработтчи разозлился из-за компании агрессивных демонов тэнгу, которые набросились на Агеху с Сасой. Очевидцев было несколько десятков, тут же принявшихся записывать происходящее на телефоны. Я смиренно попросил Кабураги выслать несколько команд по зачистке и проследить за размещением компрометирующей информации в соцсетях и видеохостингах. Хьего-сан обещал заняться.

Двадцать пятого числа мы помогали выкуривать дзасики-вараси, засевшего в старой заброшенной школе Такамии. Один из тех, кого обнаружила Гинко более полутора месяцев назад. Четвертый отдел только сейчас сподобился послать отряд, в который включили Накамуши и Шибуро, кстати. Дух места был ворчливым старикашкой, сильным и неприятным противником. Здание заброшенной средней школы имело дурную славу, и согласно информации четвертого отдела аякаси успел покалечить восьмерых людей, еще один пропал без вести приблизительно в этом районе. Так что особо рассусоливать мы не стали. Пока я с Агехой отвлекал дзасики-вараси, Дай с Сидзукой разгромили само здание, значительно ослабив духа. Точку в противостоянии поставила Маки, развоплотив е-кай сложной огненной печатью. Одного охотника серьезно приложило, чуть не разрезав пространственной волной напополам. Если бы не помощь Сидзуки, точно бы ласты склеил. В спасенном я смутно узнал крашенного блондина, который доставил нам раненую Гинко. Накамуши с Шибуро же ни царапины не получили, везунчики.

На следующий день мы отправились на морскую прогулку. Жаль, что отдыхом и не пахло. Икучи являлся, возможно, не самым большим, но определенно самым длинным е-кай на планете. Сидзука сказала, что его можно было бы считать великим кайдзю, если бы он имел хотя бы крупицу разума. Выглядел он как помесь угря и осминожьего щупальца диаметром около метра и длиной по разным прикидкам от двухсот до шестисот километров. Выделял пахучее масло. Используя умения водной лоли, мы в компании четвертого отдела проводили профилактическую очистку такамийского залива и других прибрежных городов. Разросшийся Икучи препятствовал нормальному судоходству кораблей малого тоннажа.

В Ноихару вернулись под вечер усталые, но в целом довольные. Приняв душ и переодевшись, я направился в комнату Химари, посмотреть на ее нынешнее состояние и пригласить на общий ужин. Все-таки Багрового клинка нам не хватало. Через щель незакрытой двери мне открылся силуэт находящихся в помещении. Я резко отодвинул жалобно скрипнувшую створку в сторону. Запахло жженым деревом из-за света, который я на эмоциях подал в руку. Бакэнэко растерянно разорвала контакт со своим зеленоглазым визави и отвела взгляд в сторону. На губах Чешира играла его обычная ироничная улыбка, которую мне очень захотелось вбить ему в глотку вместе с зубами.

— Химари, что это значит? — повис в воздухе неловкий вопрос.

САМБА-6. Нэко и я

Глава 1

Я с силой захлопнул дверь и тихо ругнулся. Перед глазами все еще стояла сцена целующейся парочки, а в ушах равнодушно звенели слова Химари. «Простите, милорд».

— И это все? Какого хрена, спрашивается? Пи****! — не сдержался я.

Мысли метались из стороны в сторону разъяренными стервятниками, эмоции хлестали через край. Раздражение выплеснулось в виде смачного удара усиленной светом ноги в стену, отчего образовалась широкая трещина, и повалил дым.

— Амакава-сама! — моментально появилась Кайя. — Что вы… — хотела было возмутиться дзасики-вараси, но потом прочитала что-то на моей злобной физиономии. — Что происходит?

— Ха! Мне тут вспомнилось, как ты защищала Химари от меня. Оказалось, что как раз я — наиболее разборчивый в связях, тогда как эта… Какого демона ты не следила за Чеширом?! Меня ведь раньше караулила постоянно!

Кайя растерялась от такого напора:

— Чешир?

— Чешир и Химари… Ай, ладно. Мне надо развеяться.

Я вышел на задний двор, где сейчас находился единственный многотонный обитатель. Подспудное желание кому-нибудь навалять сразу нашло себе цель.

— Джеб!

— Че? — лениво выдохнул дракон.

— Пойдем смахнемся!

— В себя поверил, букашка?

— Поднимай свою ленивую толстую задницу. Устроим спарринг!

— У меня стройная задница. Ты еще пожалеешь о своих словах.

Дракон вразвалочку обошел вокруг дома, снова что-то задев по дороге. Но меня такие мелочи не интересовали. Мы отошли недалеко, облюбовав относительно открытый участок леса. Расправив крылья, Джеб высвободил толику магии и практически с места сорвался в полет.

— Кайя, если ты сейчас же не оставишь нас в покое, мы больше не подруги!

— Делайте, что хотите! — с громким щелчком переместилась рассерженная дзасики-вараси, оставив аякаси вдвоем в помещении.

— Как-то все неправильно…

— Что же здесь неправильного, мон ами?

— Ю… Амакава-сама мой милорд. Я должна быть с ним.

— Ты ничего ему не должна, ма шатэ. Твои предки выплатили свой долг сполна.

Химари неуверенно оглядела свою комнату, словно желая найти ответы на свои вопросы.

— Почему… почему мы с тобой?

Зеленоглазый е-кай успокаивающе улыбнулся, радуясь, что не все окончено. Он еще покажет великолепное представление. И сюрприз в одном флаконе. Да. Представление-сюрприз. Тонкие бледные пальцы аккуратно сжали руку Химари, но та осталась безучастно смотреть в пустоту.

— Тихо, все в порядке. Так надо. Ты обязательно станешь свободной. Еще лишь немного времени. Ты должна принять себя. Себя новую, понимаешь? И дать возможность помочь тому, кому доверяешь. Ты станешь свободной, кошка, которая дарит жизнь.

Бакэнэко по виду плохо сознавала, что говорит ее собеседник, однако поспешила кивнуть на слова Чешира.

— Тебе придется постараться. Да… ради столь умопомрачительного представления необходимо приложить усилия.

Молодой человек с красивыми фиолетовыми волосами облизнулся, думая о чем-то грандиозном и далеком по человеческим меркам. Ведь для аякаси его уровня разница между годом и столетием не столь принципиальна. Коты умеют ждать своего часа.

Примерно через полчаса я устало лежал на траве, раскинув руки в стороны, и глядел в темнеющее вечернее небо. Резерв пуст полностью, из одежды остались обгорелые остатки штанов, трусы и сандалии. Печатницу оставил в кабинете. В таком состоянии меня даже Саса одолеет. Джеб отправился немного полетать по округе и помыться в озере. Что тут скажешь? Я пытался использовать деревья в качестве точки для прыжка, однако дракон, умудренный нашей первой схваткой, лихо уворачивался и вовремя набирал высоту. Не забывая поливать меня огнем сверху. Иногда я прятался за деревьями, иногда принимал на свой покров. Мои волны света мало что могли сделать каменной шкуре мифического зверя. В итоге победителем вышел именно Джеб. Умение летать — слишком читерская способность. Рядом бродила хмурая Сидзука, туша пожары, оставшиеся после нашей потасовки. Дай крайне негативно отнесся к порче лесного массива, даром что сам дух относится к стихии земли. Еще и Тосигами прилетел на шум откуда-то, нотации мне начал читать. Кодама и коробокуру мы распугали на многие километры вокруг. Пофиг на них всех. Мне стало легче, так что несколько испорченных деревьев приемлемая плата.

По возвращении в особняк я увидел подъезжающую машину с Шидо за рулем.

— Что случилось? — поинтересовался охотник, принюхиваясь к витающей в воздухе копоти.

— А-а, с Джебом тренировался, — махнул я рукой. — Шидо, давай гульнем сегодня?

— Так само собой, — ухмыльнулся мужчина и вытащил из машины два больших позвякивающих пакета.

— Есть повод?

— Ты что забыл? Сегодня ведь двадцать шестое, — натурально удивился Тсучимикадо.

— Точно. Уже месяц, как вы у меня гостите.

— Ага.

Я думал навестить какой-нибудь элитный бар в Такамии. Если припомнить, то я никогда и не бывал в подобных заведениях. Но раз Шидо нацелился провести вечер в Ноихаре, можно и уступить.

— Будут вас дальше оставлять?

— Не знаю. Я от приятеля слышал, что скоро будет новое собрание кланов. В сентябре. Там и поднимут вопрос, скорее всего.

— Ясно. Ну давай посмотрим, что ты там накупил.

— Вот вы где. У-ф-ф, наконец-то я закончила с итоговым отчетом, — потягиваясь, девушка вошла в комнату, в которой мы самозабвенно предавались распитию алкоголя.

— Э, женщина, оставь нас. Тут мужской разговор намечается, — проговорил я слегка захмелевшим голосом.

— Тьфу, только попроси меня потом дать почитать его, — возмущенно произнесла Маки и вышла из комнаты.

Помещение, на которое я как-то набрел случайно, выглядело весьма колоритно. Картины с классической японской живописью на стенах, каллиграфические полотна, плакаты с хайку, длинный низкий столик и подушки, на которых мы и устроились. В углу кадка с декоративным деревцем, в другом шкаф с посудой. Ди-ниджу ставил нам на заказ любимые песни. Шидо как-то обмолвился, что не прочь расстаться с парой тысяч долларов за аналогичный артефакт.

Негодованию Тсучимикадо Маки не было предела. Эти проклятые шовинисты набрались наглости выгнать ее с прощальной вечеринки. За этот месяц охотница подружилась со многими обитателями поместья, и с самим главой в частности. Но что важнее, она собрала поистине огромное количество информации о самых разных видах аякаси. Для Юто подобное в порядке вещей, однако для любого учившегося в Оммедзи Гакуэн данные о е-кай в естественной среде, в особенности высших, на вес золота. Уже прямо руки чесались засесть за небольшой сборник, или, чем черт не шутит, за целую собственную книгу. Разумеется, ей хотелось отметить данное событие. Да, Маки видела, что Амакава чем-то расстроен, но вот так выгонять ее? Нет, это никуда не годится. И все равно я отмечу, назло невоспитанным мужланам! Надо только компанию найти.

Именно в этот момент Маки заметила хиноэнму, неспешно выходящую из комнаты. Почему бы и нет?

— Агеха-сан, не желаете выпить?

— Твоей крови? — удивилась аякаси.

— Нет, конечно! — синхронно удивилась охотница. — Саке.

Воздушный дух некоторое время раздумывала, но желание пропустить стаканчик-другой победило глубоко въевшуюся неприязнь перед Тсучимикадо. Да и в целом именно эта охотница оказалась не настолько раздражающей. Не выпячивала свое человеческое происхождение, ни разу словом или делом не оскорбляла кого-то из троицы духов.

— Тоже неплохо. Но если что, от крови я не откажусь.

— Это и так всем известно. Сидзуку-сан не видели?

— На улице ходит, — пожала плечами хиноэнма. — А что ты не со своим напарником? Вроде они в дальнюю комнату потащились.

— Мужики, что с них взять. Заперлись там. Надо нам, девочкам, тоже отметить.

— Я не девочка, между прочим. И даже не человек.

— Но ведь ты не будешь отрицать, что относишься к женскому полу?

— Думаю, только слепой не заметит, — выпятила свою немаленькую грудь Агеха в открытой обтягивающей маечке.

— Значит, ты тоже приглашена. Идем прямо в обеденный зал. А Гинко-сан где?

— На луну небось выть всю ночь будет от тоски.

— А-а, Шидо, — понимающе усмехнулась Маки. — Я схожу за Химари-сан.

— Постой, не надо ее звать.

— Вы снова поссорились?

— Мы и не мирились, не в этом дело. Ты что не в курсе, что блохастая сегодня отчудила?

— Нет, — заинтересовалась охотница.

— Гулящей кошкой она оказалась, вот что!

— Да ладно, Химари с Чеширом? Серьезно? — переспросил меня Шидо.

— Серьезнее некуда. Мурабито, разливай, что застыл.

— Что есть любовь?

Лишь призрачное чувство,

Длящееся миг,

— продекларировал цукумогами чашки, споро наполняя пиалы.

— Сочувствую. Мне казалось, что у вас все в порядке, — заметил охотник.

Я опрокинул емкость, залив внутрь что-то высокоградусное. Даже и не интересовался у Шидо, что он притащил.

— Ха! Мне тоже так казалось. А теперь — хоп: простите, милорд, здравствуйте, Чешир. Ну что за подлость такая? Я думал, что аякаси — они почти как люди. Испытывают чувства: радость, горе, ненавидят, любят. А они всего лишь бездушные создания. И на людей им плевать. Им лишь себе подобных подавай!

— Ну не знаю. Мне кажется, Гинко не такая.

— Ты ее пока мало знаешь. Вот появится на горизонте какой-нибудь волчара с… с гладкой шерстью, так она тебе даже хвостиком на прощанье не махнет! И как на меня сначала Лизлет с Гинко бросались. Всего лишь хотели подзарядиться от моей ауры, нахлебницы! Да и Сидзука, наверняка, только завидит чешуйчатый хвост, сразу к новому кавалеру прилипнет. Все, хватит с меня аякаси! Как там Генджи говорил? Аякаси для работы и не более! Надо искать нормаль-нормальную, ик, бабу, без тараканов в голове.

— Эк тебя припечатало.

— Шидо, дай закурить.

— Эй, не надо тебе этого, парень. Послушай совет опытного травильщика собственных легких. Сам вот бросать надумал.

Я равнодушно махнул рукой.

— А я говорил, все зло от женских персов, — качнулся в сторону поднабравшийся компьютерный цукумогами. — Вот Элис все никак не хочет обменяться кодами доступа! Чем я плох-то? Сильный, смелый, 8к MMR, мясной крюк есть. Эй, администратор, разреши ей обменяться со мной кодами!

— Отвали, пусть Элис сама решает… Не знаю, что у вас там за обмен, но наверняка что-нибудь пошлое.

— Это у вас, людишек, одни пошлости на уме! У Доты вообще возрастной рейтинг 6+! А значит и я тоже 6+!

— То есть, твое развитие на уровне шестилетнего? Тогда понятно, почему Элис тебя морозит.

— Это не так! Ну админ, что тебе жалко? А-а-адм-м-ми-и-ин!!!

— Так, Пуджу больше не наливать!

— И что, ты убивала людей, когда пила их кровь?

— Я дура, по-твоему?! Зачем мне погоня из экзорцистов? Спокойно пьешь кровушку у спящего, он даже и не заметит ничего. И поела, и охотников никто высылать не будет. Не наелась, так в дом соседей заглянуть можно. Хотя у обычных людей кровь пресная. То ли дело охотники. А-а-х. А уж у Юто какая кровь… Башню сносит!

— Доводилось убивать экзорциста?

— Конечно. Но первая я не нападаю обычно. Это про Амакава такие зверские слухи ходили, что я решила испробовать его кровушки. И за духов убиенных отомстить, пока охотник света не вошел в силу.

— А ты, Сидзука-сан?

— Когда-то давно я сама охотилась на Джибашири, — нехотя призналась мизухэби. — Но мою историю в целом ты знаешь.

— Не из-за тебя ли они исчезли?

— Нет, — помотала головой девочка. — Даже сейчас я вряд ли бы справилась с их старейшинами, а уж тогда и подавно.

— Странно все это. Вот мы сейчас с вами сидим, мирно отдыхаем. А если бы не Юто, могли бы встретиться как враги на поле боя…

Возникла небольшая пауза, которую прервало появление Гинко в совсем уж неряшливом виде: объемная сползшая футболка и грязные босые ноги.

— Ох, Гинко, у тебя такая жалостливая мордочка, что так и хочется потискать! — произнесла Маки, успевшая уже выпить порядочно сливового вина, и поднялась ей навстречу.

— Хозяин-сама завтра уезжает! А-у-у-у-у!

— Лизлет, срочно ей чего-нибудь покрепче!

— Да, госпожа! — бросилась горничная выполнять указание.

— Ну все, не плачь и не вой. Шидо — порядочный мужчина, он не бросит бедную Гинко.

— А-у-у-у-у!

Акира, Саса и Дай потягивали остывший чай на веранде, глядя как Кайя в очередной раз отчитывает Джеба, вернувшегося с прогулки. Их на «взрослые» посиделки не взяли.

— Кстати, там вроде Джеб прилетел. Надо бы ему тоже бочонок выкатить. Заслужил, — произнес я и попытался подняться. Чертовы подушки, чертовы скрещенные ноги затекли, так что я чуть не свалился на стол, заставленный бутылками и закуской. Кагецуки вовремя мягко подхватил меня, используя слабую воздушную магию.

— А, спасибо. Да что там за вой такой заунывный, на весь особняк блин!

Покачиваясь, я доплел до погреба, где мы хранили съестные и спиртные припасы для Джеба. Одного маловато будет на такую махину. Возьму парочку. Ох-ох, тяжелые заразы. Хорошо хоть свет успел частично восстановиться. Отмахнувшись от что-то недовольно бурчащей дзасики-вараси, я оставил бочонки Джебу и вернулся к своим.

— Шидо, там Гинко не из-за тебя ли надрывается, случаем?

— Возможно, — помрачнел охотник. — Я думал поговорить с тобой, но теперь… когда ты порвал с Химари. Не знаю.

— Спрашивай, тут все свои.

— Что как сопля время тянешь? — буркнул Гунсо.

— Юто, можно личный вопрос?

— Валяй.

— Ты спал с Химари?

— Нет, проклятье одно мешало. Хотя вполне могло дойти до этого.

— Жаль, я думал вы с ней уже… Хотел даже совета спросить. В общем, вчера было полнолуние, ко мне вечером пришла Гинко…. В таком деловом костюме… Слово за слово…

— Вы переспали, — сказал я, на что Шидо просто кивнул.

— И как оно?

— Божественно. Я ненормальный?

— Почему же? Гинко очень привлекательная по человеческим меркам.

— У нее еще потом были уши и хвост… — неуверенно почесал нос охотник.

— Так ты что с ней, в волчьем облике?!

— Да нет! То есть, у нее только уши и хвост были от волка. И все!

— Уф, ну ты меня напугал.

— Думаешь, я извращенец?

— Тогда и я извращенец?! Я ведь запал на Химари. Не-е, в других странах может не очень, а здесь в Японии это нормальное явление. Не видел что ли в интернете продаются аксессуары разные? Ну а звериные ушки вообще носят все от мала до велика.

— И что мне теперь делать?

— Это ты у меня, шестнадцатилетного, спрашиваешь?

— Не зубоскаль. У меня нет никакого опыта с аякаси. Как с ними обращаться? Слышал что-то в старых легендах…

— Вот и сделаешь сам легенду. «Сказание о бравом охотнике и его верной волчице».

— Да иди ты! Я серьезно спрашиваю. Гинко мне нравится.

— Что тут рассусоливать? Нравится дивчина, ты ей нравишься, бери ее в охапку и делай детишек, — крякнул Гунсо.

— Мда, твои знакомые и начальство явно не оценят такую связь, — пришла мне мысль в голову.

— А я о чем. Есть ли у нас вообще будущее? Стоит ли грезить о несбыточном? Меня смущает, что Гинко не имеет ни воспитания, ни образования. Полудикая волчица.

— Ну, какие ее годы. Можно и репетитора нанять. У меня тоже похожие мысли возникали о Химари, но там бы с безумием баканэко для начала справиться.

— Непростая задача, — выдал Шидо, опрокидывая стопку.

— Я как считаю, кланы не кланы, а личное счастье человека важнее. Если твои отношения не нарушают законодательство, посылай всех лесом.

— Законодательством не разрешены связи с аякаси.

— Оу, да, проблема. Извини, я только вникаю в законы и клановые традиции. Кое-что САМБА со временем может попытаться изменить, но когда это еще будет? Может, ты сам сможешь что-то придумать. Не в обиду Маки, но вы с Гинко идеальная команда и отличная пара.

— Ты сам-то отпустишь ее?

— Хм-м, сложный вопрос. Как что-то надумаешь, так и обмозгуем вместе.

— Посмотри, этот жалкий топик я на последние деньги купила, — пожаловалась хиноэнма.

— Тебе только недавно ведь Юто приличную сумму выдал, — удивилась Маки.

— Скажешь тоже, приличную. На один нормальный поход в бутик. Ну вот что за охотник такой, а? Воровать запрещает, на людей нападать запрещает, денег дает сущие крохи, крови своей жалко! Кто он после этого? Жмот натуральный!

— Юто? Что так поздно звонишь?

— Ринко, подруга! Помнишь, ты про рис с котлетами говорила? Так это все правда оказалась! Нельзя рис с котлетами есть, только раздельно! Иначе… нес-несварение будет.

— Юто, ты что, пьяный?!

— Совсем немного.

— Тебя даже на пару недель оставить нельзя! Уже алкоголь начал употреблять! Может, ты еще и куришь, а?

— Нет, что ты. Ладно, меня тут зовут…

— Не смей вешать трубку! Иначе я приеду в Ноихару прямо сейчас, среди ночи. На попутке. И меня по твоей вине какой-нибудь маньяк похитит!

— Я понял, — даже немного протрезвел я от перспектив. — Внимательно тебя слушаю, Ринко-сама.

— Значит так. Никакого спиртного до совершеннолетия. И уж точно никаких сигарет!

— Но я взрослый по клановым меркам…

— Да мне плевать на ваши кланы! Твои родители просили позаботиться о тебе. И уж будь уверен, я найду тебя хоть в Ноихаре, хоть в Уганде, пропишу свой исцеляющий хук с правой и быстро отучу от вредных привычек! Не будь я Кузаки Ринко!

— Все-все, понял, проникся, принял к исполнению. Но пиво к алкоголю конечно никак не относится, там всего-то пару градусов…

— Ю-ю-т-о-о!

— Я серьезно! Совсем непьющие в моем возрасте — это только язвенники и трезвенники. Или герои манги.

— Ну ладно, от одной бутылки пива в месяц ты не умрешь. Но не больше!

— Ты издеваешься?! Хотя бы парочку в неделю.

— Одну в месяц! Обещай мне сейчас же, Амакава Юто!

— Тц. Ладно. Одна бутылка пива в месяц.

— Так стой, что ты там про еду говорил вначале?

— А, не важно. Спокойной ночи, Ринко.

— Спокойно ночи. Смотри, приеду, проверю.

Я нажал на телефон и подавленно вздохнул.

— Я же говорил, что это не слишком хорошая идея, звонить Кузаки-сан, — ухмыльнулся Шидо рядом.

— Она слишком правильная и ответственная. Ладно, мужики. Тащите мне бутылку пива. Всю месячную норму! Гулять так гулять!

— Ты что, правда, будешь соблюдать уговор?

— А то. Пацан сказал, пацан сделал.

Хитсуги Якоин мирно дремала в любимом кресле, периодически просыпаясь, чтобы отдать какие-то указания по телефону, обновить информацию в сети, либо почитать оперативную сводку. Контроль над собственным разумом вполне позволял заменить полноценный сон. На этот раз из полусонного состояния девушку вывело короткое пиликанье сообщения, посланного одним из дежурных клана.

— Что там у нас? Такамия? Интересно, ку-хи-хи!

«Такамия, Шестой клан, нарушение Тайны, высшая категория. Усиленная команда стирания выслана в помощь четвертому отделу.» Во вложении находился видеофайл, озаглавленный «Мессия верхом на драконе!!!». Хитсуги облизнулась и позволила себе несколько секунд помедитировать, представляя себе содержимое данного видео и безумно хихикая.

— За вертикальную съемку прибить мало, — скривилась девушка, запустив файл.

Хотя в целом качество видео было сносным: неплохое разрешение, да и руки у оператора почти не тряслись. Сначала ничего особенного не происходило. Показывалось ночное небо и крыши зданий. Один раз оператор повернулся к своим друзьям, стоящим рядом и уточнил, точно ли они что-то видели. Те заверили, что углядели наверху настоящую ракету на огненной тяге. Кто-то предположил, что это пришельцы. Другой ответил, что столь примитивный реактивный двигатель космические путешественники использовать не будут.

— Смотрите! Вон там!

Камера дернулась и выхватила на небосводе небольшую летящую точку. Сделав круг над крышами, она постепенно увеличивалась в размерах.

— Ого, огромная! — сказал кто-то из зевак.

Через некоторое время НЛО пошло на снижение, не особо удачно приземлившись на крышу двухэтажного здания. Судя по всему, строение было отлично укреплено против землетрясений, довольно частых в Японии. Ничем другим не объяснить тот факт, что оно устояло после того, как на дом сверху спикировала гигантская рептилия. Или из-за особой магии, быть может. Дракон неуклюже приземлился, раздолбав парапет на крыше и чуть не свалившись вниз. На тротуар посыпались куски бетона и кровли, послышались крики очевидцев, быстро пытающихся убраться в сторону.

— Ни х*** себе… — пробурчал оператор, которого было слышно лучше остальных.

— Ептыть! Дракон!

— Мамочки!

— Да не парьтесь. Наверняка постановка.

— Может фильм снимают?

— Ксо! Ты же говорил, что от этих таблеток никаких побочных эффектов?!

— Успокойся, дружбан, я тоже вижу эту хрень.

— Если это голограмма, то очень реалистичная.

— Так если существуют драконы, значит и эльфы с гномами!

— Вау, хотела бы я познакомиться с эльфом, — послышался женский голос в стороне.

— А я бы лям дал за то, чтобы полетать на этой штуке.

— Да что вы ведетесь на всякие небылицы? Вы может еще верите всему, что по телевизору показывают?

Со спины дракона соскользнула фигура в синей юкате со знакомыми коричневыми волосами. Некоторое время они что-то обсуждали с рептилией, но на записи слышно не было. Далее наездник запрыгнул на парапет, помахал руками, обретая равновесие.

— Людишки! — крикнул глава Шестых. Теперь сомнений в этом не оставалось. — Радуйтесь! К вам снизошел великий мессия света!

Толпа увлеченно загомонила.

— Цыц! Я не закончил, ик. Вы живете своей обычной жизнью и даже не подозреваете, что вас защищают от разной нечисти. И при этом практически бесплатно. Не совестно вам?! Вы должны платить за свою защиту! Джеб, верно я говорю?

В подтверждение слов говорившего дракон выдохнул весьма зрелищную огненную струю, но в конце закашлялся, выдавая неровные клубы дыма и плюясь языками пламени.

— Поэтому собирайте денежки и отправляйте мессии света. Мне, то есть. Я тут главный в округе, поэтому и остальным передайте, чтобы платили. Мой дед погиб, защищая вас. Великий человек, а вы даже не знаете его имени! Генноске Амакава!

— Я слышал про него! — выкрикнул человек из толпы.

— Вы что себе позволяете, Амакава-сан! — послышался грозный голос. Оператор повернул камеру, выхватив пробирающийся отряд в форме четвертого отдела. Хитсуги уловила на фоне звук работающих винтов приближающегося вертолета. — Немедленно покиньте населенные кварталы!

— Я тут главный, ик, — сказал парень неуверенно, после чего согнулся пополам и исчез с поля зрения. Но несмотря на приличное расстояние от оператора до главного лица действа Хитсуги удалось расслышать звук. — Буэ-э-э!

Вскоре Юто поднялся, отирая рот, и тихо произнес несколько фраз своему компаньону. Слов было не разобрать, но Хитсуги примерно представляла себе суть. «Что-то мне хреново. Полетели домой, Джеб». Дальше экзорцист света со второй попытки забрался дракону на спину, устроившись между двух спинных пластин. Рептилия несколько раз взмахнула кожистыми крыльями, после чего резко взвилась в воздух.

— КУ-ХИ-ХИ! — глава Девятого клана просто неприлично заржала, беспорядочно болтая ногами в кресле. — Данный шедевр станет венцом моей коллекции! Ку-хииии! Мессия света, ой, не могу.

Хитсуги еще раз пересмотрела видео, уже тихонько посмеиваясь. Учитывая огромное количество свидетелей, придется стирать само явление, а это отнюдь не дешевая услуга согласно прайс-листу клана Якоин.

— Я с тебя по повышенному тарифу сдеру, Юто. В следующий раз дважды подумаешь, прежде чем надираться до зеленых обакэ. Ку-хи-хи!

Глава 2

Мля-я, бутылка пива была явно лишней, не стоило мне смешивать. Да и Джеб после двух бочонков тоже хорош. Я валялся на футоне и пытался абстрагироваться от пульсирующей головной боли, усиливающейся вместе с новым витком ругательств и обвинений от Кабураги по телефону. К счастью, начальник из четвертого отдела вскоре выдохся и отключился, попросив напоследок больше не устраивать подобных сцен.

— Моя лоли, ну хватит дуться. Дай своей целебной водицы, пожа-алуйста. Хочешь, я тебя даже поцелую. Я ведь теперь свободен, аки птица.

— Фу, от тебя перегаром несет, — наморщила носик Сидзука. — Но, если обещаешь, что мы сходим на настоящее свидание, могу и передумать.

— Не-е, я дал себе зарок! Больше никаких аякаси! Нет вам веры. Ох, голова.

— Даже мне не доверяешь-с-с?! — прошипела мизухэби.

— Найдешь какого-нибудь лоли, только мальчиковую версию, и поминай, как звали. Хм, а есть название для мальчика-лоли? Нет, не хочу знать.

— Пф, сам справишься! — буркнула Сидзука и покинула комнату.

— Ха-ха, ну ты даешь, охотник, — со своей клыкастой улыбкой заглянула ко мне Агеха. — Я тебя даже зауважала немного.

— Амакава-сама, — вплыла мимо хиноэнмы в мою комнату невозмутимая Айя. — Нам пришел счет от клана Якоин.

Я принял листки, не особо желая вникать в бухгалтерию. Пролистал в конец и глянул итоговую сумму:

— Мда, это самая дорогая вечеринка в моей жизни.

На бумаге значилась цифра в сто шестьдесят миллионов йен, если округлить.

— С такими расходами, Амакава-сама, нам лучше отложить покупку техники.

— Нет, хочу вертолет, — заявил я капризно. — У всех кланов есть, а мы чем хуже? По префектуре будет удобно добираться, да и до школы всего час лететь. Еще постараюсь Девятых поторопить с оплатой за лечение. Свое дело я сделал, а уж из комы выводить — это не ко мне.

— Как пожелаете, Амакава-сама.

— Юто-сама… — в комнату заглянула волчица с видом побитой собаки. Почему-то в образе оками.

— Что, Шидо с Маки уже уехали?

— Да…

— Иди сюда, я тебя приласкаю, — сжалился я над Гинко.

Оками радостно вильнула хвостом и подобралась к футону, положив голову мне на колени. Я зарылся рукой в мягкую гладкую шерсть, нежно поглаживая. Гинко зажмурила глаза от удовольствия.

— Шидо тоже не хотел с тобой расставаться.

— Как же быть? Он ведь из др-ругой стаи, Юто-сама.

— Мы что-нибудь придумаем, не грусти. Он еще должен будет закончить установку артефакта в школе. Ты ведь ждала хозяина много лет, неужели немного не потерпишь?

— Потер-рплю, — вдохнула волчица. — А насчет Химар-ри я вас пр-редупр-реждала, Юто-сама. Кошки — ненадежные существа. То ли дело волки. Мы будем вер-рны до самой смер-рти.

— Да, повезло ему с тобой, — рассеянно отозвался я, разбирая воспоминания прошедшей ночи.

После выпитого Джеб напрочь позабыл о своем железном обещании и сам вызвался прокатить желающих. Маки благоразумно не стала рисковать, а вот Шидо, чей инстинкт самосохранения был притуплен алкогольным дурманом, сразу согласился. Далее я полез кататься на драконе. Немного увлеклись, решили слетать до Такамии. Ну а дальше обида из-за постоянной необходимости скрываться от обывателей и, разумеется, повышенное содержание спирта в организме толкнули меня на весьма глупый поступок. Хотя будет, что в старости вспомнить, хехе. Уже когда мы с Джебом летели обратно, я почувствовал прикосновение сильной магии. Вероятно, это и было то самое забвение, которое стирало все сведения о событии из реальности. Однако с помощью некоторого усилия и выпущенной магии света я смог сохранить свои воспоминания о произошедшем. Возможно, именно благодаря этому, полет в Такамию отпечатался в памяти достаточно четко. Большая часть вечера же канула в туман из-за выпитого.

Химари так и не показывалась на глаза. Когда я подумал о бакэнэко, вспыхнувшее чувство заставило скрипнуть зубами. Я все еще любил ее той странной любовью. Меня продолжало тянуть к бакэнэко. Ладно, время все лечит, как известно. Надо заняться делами и учебой.

— Амакава-сама, к нам приближается Кузаки Ринко на такси, — уведомила Кайя.

— Только этого не хватало. Как приедут, заплати водителю и задержи ее немного. Моя лоли! — крикнул я, вставая с футона. — Дай своей водицы, это вопрос жизни и смерти!

Утолив жажду из рук Сидзуки и слегка приободрившись, я быстро почистил зубы и более-менее привел себя в порядок. Подруга попивала чай в гостиной, дожидаясь меня. Слава ками, Кайе и Лизлет хватило ума не распространяться о вчерашнем. Ринко о-о-очень внимательно меня осмотрела и даже обнюхала, но в целом осталась удовлетворена. Странно это, конечно, но мнение Ринко было мне очень важно, поскольку она немало значила для Юто, а значит и для меня нынешнего. Я познакомил ее с новыми вассалами, включая Джеба, мучающегося похмельным синдромом. Дракон привел девушку в восторг, но она пожурила нас за то, что катались на нем без страховки. Вдруг выпадем? Хотя глазки-то у самой горели. Наверняка не прочь взметнуться ввысь на спине огнедышащей рептилии и ощутить ни с чем не передаваемые ощущения полета и бьющие в лицо струи воздуха. Подруга пригласила меня тридцатого числа снова на море вместе с бывшими одноклассниками. Будем поминать прошедшие каникулы. Спросила про возвращение в школу. Но я «обрадовал» ее известием, что буду продолжать учебу в токийском специализированном заведении для экзорцистов.

Позже подъехал Альберт. Мы обсудили с ними различные насущные вопросы. Ввиду непредвиденных расходов расширение бизнеса решили отложить. Однако британец подготовил весьма любопытный проект. В основном поднимать со дна корабли было нерентабельно, но в некоторых случаях получить прибыль вполне возможно. В целом Ротшильд был позитивно настроен в сторону портовой жизни. Как оказалось, водные духи, которых мы обучали, имели разнообразные таланты. Некоторые показывали успехи в поисках подводных сокровищ, другие больше специализировались на обнаружении жизни. Они могли легко отследить мигрирующие косяки рыб лучше любого современного сонара. Поэтому покупка собственных рыболовецких судов показалась весьма заманчивой идеей. К тому же рыболовам доставляли некоторые проблемы морские е-кай вроде Икучи, но эту напасть легко способна проредить Сидзука. Также мы еще раз обговорили затею с выращиванием специфических растений. Альберт обещал нанять специалиста, который бы осмотрел Ноихару и составил примерный план развития. Британец намекнул, что бизнес ширится, и пора бы мне обзаводится собственным отделом, а то ему уже становится неприличным пользоваться услугами наемных специалистов. Снять офисное здание в Такамии, нанять экономистов, менеджеров и прочий офисный планктон, вроде рекламщиков, пиарщиков и так далее. Я согласился с его доводами, но пока попросил имеющиеся средства направить на покупку вертолета и найм сертифицированного пилота. Ротшильд показал мне парочку заранее подобранных вариантов. Остановились на гражданском пятиместном Robinson R55, бывшем всего год в эксплуатации, за семьсот тысяч американских. Да уж, дракон и то имеет большую грузоподъемность и дальность хода. Джеб, кстати, с утра заявил, что никого больше возить не намерен. Свежо предание, а верится с трудом. Припахал заодно и Кайю с Кагецуки, приказав готовить вертолетную площадку рядом с особняком.

Ввиду прибыльности духов Сидзуки, я намекнул Агехе, что ей надо бы поумерить свою злобность и делиться силой со слабыми воздушными аякаси, набирая таким образом последователей. Обговорил также и с Даем перспективы. Он в целом не был против усиления собственных последователей. Сидзука периодически направляла в мою комнату различных пресмыкающихся или светящихся водных духов. Теперь же к ним и изредка спящему в ногах Фоксу добавятся кроты. Дайдаработтчи обещал поговорить с ними. Посмотрим потом, возможно их получиться использовать в геологической разведке.

В свободный часик я сыграл пару партий в Доту, с Пуджом в одной команде. Он таки смог меня уговорить, нежить языкастая. Следующие полдня провел за повторением японских ПДД. Этот вопрос я уточнял у приемной комиссии. Школа имела право аттестовать своих учащихся. Причем, практически без ограничений по возрасту. Дело в том, что существовала особая группа магов с повышенной скоростью реакции и врожденной интуицией. Такие уже лет в десять после определенной практики могли уделать самого Шумахера на его поприще.

С Нобу тут поделились сведениями насчет дела, в котором он принимал самое деятельное участие. Дух дверной ручки успешно получил образы внешности сатанистов-ритуалистов и передал их четвертому отделу. Те достаточно быстро отыскали преступников и заключили под стражу. Поклонялись они некоему высшему демону Вельзевулу и пытались открыть проход в иной мир. В деле был замешан темномагический кинжал, который отчасти подчинил себе разум бедолаг. Так что после тщательного расследования и проверки их психологического состояния все обвинения могут быть сняты, память подчищена, и самих их вернут к мирной жизни. О судьбе артефакта Нобу не сообщили. Было бы любопытно взглянуть. Может, Саса смог убрать негативный эффект, и мы бы получили вполне качественное оружие. К Хаганэ у меня нареканий нет, но возможность выбора всегда лучше отсутствия оной.

Во второй половине дня двадцать восьмого августа меня вызвал Альберт сообща с Кагецуки и Айей, устроив собеседование с соискателями. Процедура, отработанная еще на Амакава-мизу. Рассказ о существовании магии, приведение практических доказательств, отсев отказавшихся и чистка им памяти. Далее собеседование и отбор среди оставшихся кандидатов, заключение контракта с пунктом о стирании памяти при выходе из магического мира. Была парочка приглашенных неодаренных из Тсучимикадо, уже давно работавших на великие кланы. Одного из них мы поставили директором новообразованной организации. Нишиминэ Горо представлял собой вежливого мужчину сорока трех лет от роду. У Тсучимикадо он возглавлял отделение крупной фирмы, использующей некоторые магические наработки. Нишиминэ-сан прошел через уже ставшую стандартной проверку, которую разработал и первым испытал сам Альберт. Полностью предупрежденный и подписавший документ о добровольном участии претендент в присутствии сторонних свидетелей проходил краткий допрос с использованием моего подчиняющего амулета света. Во многих кланах практиковалось нечто подобное. Поиск шпионов, доносчиков и просто неблагонадежных личностей. Вероятность предательства моего клана Горо-сан оценил в пять процентов, тогда как сам Альберт в свое время назвал все десять. Так что приняли мужчину почти без колебаний. Сам директор также выглядел воодушевленным. У Амакава имелись различные автономные владения и фирмочки со своим персоналом, но, как такового, центрального пункта управления не существовало. Горо-сан сказал, что мы великий клан Японской империи, и уже один этот факт способствует сотрудничеству практически любой компании мира. В ходе моих вопросов я узнал о существовании нелегальных схем. Некоторые компании заключают фиктивное соглашение о продаже, как бы официально становясь под крыло великого клана. Экономия из-за налоговых льгот баснословная. Хотя обманывать Якоин ой как не просто. За подобные провинности штрафы исчисляются триллионами. И Тсучимикадо подобным грешили, хоть и редко попадались на горячем. После новых сведений, лиц и фамилий, подписанных контрактов, моя голова казалась распухшей, словно губка, впитавшая воду. Альберт выглядел довольным, по крайней мере. Теперь ему не придется заниматься всеми мелочами от и до. Выбор офиса целиком оставил на своих подчиненных.

Следующим утром в Ноихару заявилась Хитсуги, без какого-либо предупреждения. Я немного поворчал для профилактики, но девушка только кивала, да улыбалась. А потом уже настала моя очередь краснеть. Издевалась надо мной глава Якоин очень изощренно, припомнив каждый эпизод моей речи и поведения при недавнем посещении Такамии на драконе. Поначалу мне показалось, что и пришла только затем, чтобы поиграть язвительную симфонию на моих нервах, но ближе к обеду Хитсуги поделилась новостями. Конечно, большинство великих кланов уже знало о Джебе, однако наше совместное выступление изрядно повысило известность «несуществующего» аякаси. Если простым языком, то Хитсуги представляла собой исследователя от кланов, который должен пролить свет мировой магической общественности на истории исчезновения драконов классических (так их стали обзывать, поскольку «дракон обыкновенный» был занят одним из самых распространенных китайских видов). Бармаглот в целом обрадовался и охотно поделился теми сведениями, что он успел раздобыть в путешествии. Хитсуги показала нам материалы о немногочисленных свидетельствах существования драконов в давние времена. Предположительная дата исчезновения относится к периоду Адзути-Момояма или концу XVI века. Тут-то я и предложил свою идею, которая заключалась в поиске магии забвения в памяти аякаси. Конкретно — Дайдаработтчи, поскольку остальные были намного младше того периода. Глава Якоин достаточно оперативно собрала персонал со всем необходимым для ритуала.

Вечером того же дня мы с интересом наблюдали за стоящей пятеркой одаренных вокруг молчаливого каменного гиганта, добровольно согласившегося на эксперимент. Все же подобные ритуалы не испытывались на нелюдях. Три мужчины и две женщины разных лет. Члены клана Якоин, в отличие от Хитсуги, оказались малоразговорчивыми. Разве что одна из девушек несколько раз повторила свои инструкции аякаси земли. Сначала каким-то порошком они нарисовали на земле рунный круг, потом подожгли его. Вспыхнуло зеленое пламя, от Якоин потянуло специфичной трудноопределимой магией. Потом Дайдаработтчи прошел в центр круга, экзорцисты обступили его со всех сторон, прикрыв глаза. Далее некоторое время ничего не происходило, проводящие ритуал не издавали ни звука. Только слабые потоки магии колыхались между ними, почти не покидая область рунного круга.

Результат был плачевен. Им действительно удалось найти старые следы магии забвения. Очень сильной, раз она подействовала на аякаси ранга Дайдаработтчи. Смогли подтвердить по некоторым историческим вехам приблизительную дату — тысяча пятьсот девяностые года (Дай вообще не особо следил за летоисчислением). До скрытых воспоминаний не достучались — то ли из-за давности, то ли из-за того, что подопытный не был человеком. В общем, наше расследование зашло в тупик. Однако Хитсуги удовлетворилась данной информацией. Теперь мировая общественность получит подтверждение существования драконов и примерную дату их ухода в подполье. Мне же подумалось, что быть почти бессмертным аякаси не так уж и плохо. Маги тоже живут немало по сравнению с обычными людьми, однако двухсотлетний рубеж официально так никто не пересек.

Узнав, что я собираюсь на море большой компанией, глава Якоин напросилась с нами. Не то, чтобы меня сильно испугал ее шантаж передать кланам запись «Мессии верхом на драконе», просто я и сам не был против компании девушки. Сидзуку пережил, уж с безобидной Хитсуги точно справлюсь.

— Действительно не против? — коварно улыбнулась лохматая девушка.

— Тебе бы загореть не помешало. Сидишь, небось, обложившись серверами и мониторами, — забрюзжал я.

— Но у меня же с собой и купальника нет, ку-хи-хи. Поможешь выбрать?

— Без проблем. У меня уже богатый опыт в этом, — усмехнулся я в ответ. — Можешь у Айи спросить, у вас вроде бы фигуры похожи.

Хорошо, что Кагецуки успел приобрести микроавтобус. Народу много с нами набралось. Агеха намеревалась продемонстрировать свой новый купальник из последней коллекции, Саса с ней увязался, я, Химари, согласившаяся без особой радости, Чешир, которого никто и не звал вообще-то, Сидзука, Хитсуги, Айя, Гинко (также не рвавшаяся на пляж, но мы решили хоть немного отвлечь ее от невеселых мыслей), Акира, Нобу в качестве водителя, Ринко, Тайзо и Лизлет с Мурабито. Школьный приятель воодушевился при виде новенькой Агехи и полез знакомиться. И даже показательно выдвинутые клыки не остановили парня. Он сразу отодвинул футболку, заявив, что для такой милашки ему крови не жалко. Ринко быстро научила одноклассника соблюдать правила приличия несколько насильственным путем. Уж не знаю, когда они успели разминуться в автобусе, но к приезду на пляж Масаки выходил квелый, Агеха же плевалась, поминая невкусную кровь. Видимо, это случилось, когда Кузаки задремала на сидении. А мне что? Если нет мозгов, пусть сам расплачивается. Хиноэнма ведь даже не напрашивалась, он сам предложил. Стоит признать, что Агеха сделала всем нам царский подарок, поскольку Тайзо больше не лез к девчонкам с непристойными предложениями. Он вообще вел себя тише воды, ниже травы.

Староста сразу отозвала Сидзуку в сторону и о чем-то долго шепталась, поглядывая на меня. Одноклассники встретили в целом тепло, Хитсуги также моментально влилась в коллектив, несмотря на некоторую эксцентричность. Расхаживал я при полной экипировке: гэта, кимоно со штанами, нож на поясе, печатница с заготовленными амулетами. Что, конечно, школьные друзья обойти вниманием не смогли. Подколки были незлобные, я сам шутил в ответ. Акира, Нобу, Мурабито и Чешир привлекли внимание женской части.

Через некоторое время мы нашли свободный пятачок и расположились на пляже. Я с опаской ждал появления девушек в купальниках. Агеха принарядилась в тонкие бикини, сразу вызвав ажиотаж на пляже. Вмешиваться на защиту чести хиноэнмы я не собирался, сама пусть расхлебывает. Сидзука к моему удивлению подобрала приличный миленький купальник, за что я ее похвалил и получил быстрый чмок в щечку.

— Сидзука-тян, ты уже забыла свое обещание? — появилась на горизонте Шимомуро Ю.

— Конечно, нет, сестренка. Видишь ли, я просто хорошо сохранилась. На самом деле я давно совершеннолетняя. Нано.

— Тогда я могу подать на тебя в суд за то, что ты постоянно пытаешься меня совратить? — ввернул я.

— Ты правда рассчитываешь, что суд тебе поверит? Ах, что же ты вытворял в душе тогда…

— Ю-т-оо?!

— Это ты проникла в ванную моего дома, как… домушница-извращенка.

— Нано… Братик сердится на Сидзуку… нано… — в красных глазах показались капельки слез.

— Ну все, Сидзука-тян. Он больше тебе ничего не сделает. Ведь так, Амакава-кун? — резко обернулась ко мне Шимомуро.

— Да ни в жизнь, — с ноткой пофигизма произнес я.

— У тебя очень миленький купальник. Новый? — попытались отвлечь Сидзуку.

— Конечно, нано. Разве может уважающая себя леди приходить дважды в одном и том же?

— Чего?!

— Что это значит?! — воскликнула оскорбленная в лучших чувствах Кузаки. На ней был все тот же полосатый купальник. — Новая одежда — это хорошо, зато к старой ты уже привыкла. Намного практичнее…

— Ю-ю-т-о-о-тя-я-ян! — услышал я знакомый голос.

На этот раз удар пришел, откуда не ждали. Хитсуги переоделась в школьный купальник и сейчас неслась ко мне, провожаемая удивленными взглядами.

— Ты где его достала?

— Ку-хи-хи! Обратилась к Айе-тян, которая направила меня к Сидзуке-тян, она и предоставила этот замечательный купальник. Правда мне идет?

— Да. Сногсшибательно выглядишь. Моя лоли, откуда он у тебя?

— Это мне на вырост, нано.

— Теперь ты и меня можешь называть «моя лоли», Юто-тя-ян!

— Обойдешься.

— Злюка! Ку-хи-хи! Друзья, а хотите я покажу вам одно видео, где Юто в весьма пикантной ситуации?

— Конечно! — ответил кто-то из парней.

— Моя лоли, о чем ты говоришь? — произнес я с приклеенной к лицу улыбкой. — Там ведь сразу виден грубый монтаж!

— То то же, — ухмыльнулась Хитсуги, добившаяся своего.

— Я уже ничего не понимаю, — поправила очки староста Ю. — Но похоже, это какие-то ваши клановые причуды. Короче, разбирайтесь сами. От себя рекомендую вам всем обратиться к психотерапевту.

— Ку-хи-хи! У меня имеется диплом профессионального психоаналитика. Юто-тян, не желаете сеанс терапии?

— Благодарю покорнейше. После тебя, Хитсуги, боюсь, меня точно упекут в психушку, — произнес я, устраиваясь на лежаке. Народ постепенно разбрелся по разным уголкам, не получив зрелищ. Гинко плескалась на мелководье с чужими детишками. Улыбающегося Чешира окружила небольшая стайка одноклассниц и девушек с пляжа. По-моему, он даже начал раздавать автографы. Похоже, прошедшая встряска хорошенько прочистила мне мозги. Чешир мне и сейчас не особо приятен, однако прогонять его будет верхом эгоизма по отношению к Химари, да и Айя признала его преподавательские навыки в магии пространства. Совет да любовь, кошачья парочка. Эх, если так дело и дальше пойдет, придется мне искать замену для Багрового клинка. А почему мне, собственно? Пусть сами и ищут!

Парни сгрудились возле аякаси чашек. Одни флиртовали со смущающейся Лиз, другие подшучивали над старомодным закрытым купальником Мурабито, который уже начал раздражаться. Сидзука руководила Акирой и Сасой в постройке цитадели из песка.

— Тц-тц-тц, — покачала пальчиком девушка в школьном купальнике. — Пристрастие к незрелому женскому телу может иметь серьезные последствия при формировании твоей личности.

— Постоянные издевательства над окружающими могут привести к потере всех друзей, — парировал я.

Спустя несколько секунд тишины я приоткрыл глаза и приподнялся на локте:

— Что, серьезно?

— А чему ты удивляешься? Якоин по натуре своей одиночки. А уж те, кто прошел полный курс разгона настоящие изгои. Почему? Потому что никто не может распознать нашу игру.

— А со мной ты настоящая… моя лоли номер два?

— Стараюсь, но это уже в привычку вошло. В любом случае ты не сможешь отличить, притворяюсь я или нет. Ку-хи.

— Можешь считать меня своим другом. Насколько это возможно между главами кланов охотников.

— Спасибо.

Мы помолчали, наслаждаясь теплыми лучами летнего солнца.

— Юто, ты не боишься, что я могу использовать тебя?

— Хм-м. Опасаюсь. Не знаю, я как-то проще ко всему подхожу. Наверное, я не слишком умный человек.

— От многой мудрости много скорби, и умножающий знание умножает печаль. Изречение колдуна Соломона.

— Грамотный мужик.

— Юто-о-тян, не раскроешь один секретик?

— После прихода наблюдателей у меня их и не осталось почти.

— Каким образом после посещения британских островов твой рост увеличился на шесть с половиной сантиметров, а вес на пять килограмм?

— Ха, один секретик еще остался, наблюдательная ты наша.

Хитсуги состроила обиженное выражение лица, так и захотелось потрепать ее по щечке.

— Это ты сейчас притворяешься или действительно обижена?

— А ты как думаешь? Ку-хи!

— К сожалению, данная… э-э, технология недоступна. Иначе я бы уже вовсю торговал ей. Эй, народ, идем купаться? — повысил я голос и сам первый полез в воду. Большая часть никак не прореагировала, оставшись сидеть под зонтами. Дураки-люди и дураки-аякаси. Ведь на небе только и разговоров, что о море и о закате.

Отлично отдохнули и повеселились. Пескостроительная команда Сидзуки произвела настоящий фурор. Их темная цитадель обсуждали и фоткали на телефоны. Водный дух любезно проводила экскурсии. Там была даже конюшня, пыточная комната, плаха и высокая башня, где жил гарем темного властелина.

Я попытался не без помощи Сасы, Акиры и Сидзуки затащить дух конверта в воду. Выглядело это забавно. Айя в своем белом купальнике стояла как вкопанная и безо всяких эмоций на лице терпела, пока мы сообща толкали ее к воде. В песке после нее оставался глубокий ров. Когда уже ноги аякаси почти касались прибоя, Айя неизменно телепортировалась подальше от берега, и нам приходилось все начинать сначала. Под конец я пошел на небольшую хитрость. Заявил, что Генри спокойно окунулся в горячие источники, неужели наша уважаемая фугурумо так боится воды? «Раз вы так желаете…» — с такими словами Айя деревянной походкой самостоятельно вошла в море по пояс, вытянув руки вертикально вверх. Окунулась с головой и исчезла, переместившись к лежакам. Фугурумо сочла миссию выполненной, и мы настаивать на продолжении не стали. Начало положено, мы еще поборемся с ее фобией. Химари уладила возникший конфликт между Мурабито и незнакомыми парнями с пляжа, используя спрятанную в ножнах Ясуцуну и свою демоническую ауру. Дух чашки из акай-раку после этого урока уяснил, что иногда необходимо одеваться по-современному, иначе будешь осмеян.

Глава 3

Вечером мы с Кагецуки проводили собеседование на место пилота. Мужчина средних лет по фамилии Кента, которого нам посоветовал Горо-сан, был вполне неплохим специалистом и умел поддерживать непринужденную беседу. Скрасить время в пути, как говорится. Зарплата пилота была не столь высокой, как я предполагал.

В последний день лета приехал Шидо с недостающими ингредиентами для сдерживающего артефакта. Кристаллы-накопители зеленоватого цвета. Охотник с помощью своего приятеля, настоящего спеца по стационарным барьерам, еще раз проверил схему и закончил установку артефакта. Теперь мы имели три изолированных помещения для удержания буйных духов. Банши переместили в этот же день, оставив под присмотром Акиры. Ремонтом школы уже потихоньку занимался предыдущий немолодой завхоз, которого отыскал Альберт и нанял в прежней должности.

Насчет Гинко охотник выразился неопределенно. Мол, он пока ищет варианты. Этим же днем сначала в Такамию, а потом и к нам в Ноихару переправили мой Robinson. Быстро Альберт все оформил. Выглядела машина впечатляюще, намного больше, чем на фотографии! Своей инфраструктуры для обслуживания и заправки вертолета у нас нет, так что данную функцию на себя любезно согласился взять четвертый отдел. У них самих имелось в распоряжении несколько вертолетов. Кагецуки и Кента обещали за неделю-другую решить вопрос с постоянным базированием техники.

День выдался суматошным, Альберт и Горо-сан требовали согласования множества нюансов, подписания кипы документов. Фирму назвали просто: Amakawa co. Кагецуки изъявил желание войти в ее состав, Айя же не соглашалась оставлять место моего личного секретаря. Да и я сам бы ее ни за что не отдал. Короче, как обычно. О важных вещах вспомнили в последний момент. Поспал часа четыре всего.

Утром первого сентября собирались в спешке. Что с собой брать не особо представлял. Ручку, карандаш, да пару тетрадей, сменной одежды и банные принадлежности. Сидзука все равно умудрилась собрать чемодан больше моего — весь забитый тряпками. На сей раз брать с собой Химари никакого желания не возникло. Айю я оставил за главную, попросив следить за Джебом с Чеширом и периодически созваниваться с Даитиро Сина-сан. В случае чего посылать Гинко с Агехой на дело.

Это был мой первый в жизни полет на вертолете, и само собой я получил массу положительных впечатлений. Шум винтов благодаря свету не вызывал дискомфорта. Кента обещал дать мне пару уроков пилотирования. Упарываться в лицензию желания у меня нет, но научиться управлять надо. Вдруг пилота ранят, к примеру?

Оммедзи Гакуэн имела внушительную парковку перед входом на огороженную территорию школы. Кроме нашего вертолета на площадке рядом стояла более дорогая модель американской фирмы Bell. Иной винтокрылой техники не наблюдалось. Кента-сан обещал позаботиться о машине. Сам же он направится в гостиницу неподалеку. Хотя у меня самого времени уже было в обрез. До начала первого занятия оставался час, а нам надо еще форму забрать. Увидев нескольких спешащих ребят в повседневной одежде я подуспокоился. Первый день в школе, мне простительно. Народу в Оммедзи Гакуэн словно прибавилось на порядок. Все куда-то спешили, слышались разговоры и шуточки. Правда, при приближении меня, Сидзуки и Генри становилось тихо, как на кладбище безлунной ночью. Один маленький мальчик при виде нас попытался отойти в сторону, но споткнулся о поребрик и растянулся на газоне. Школьники боязливо расступались и шептались между собой, глядя нам вслед. Радует, что не нападают. Похоже, слухи о моих аякаси успели распространиться по школе.

— Убирайтесь, твари!

Я резко обернулся:

— Кто это сказал?

— Ну я, — признался парень мощной комплекции, презрительно кривя губы. Ничем особенным не выделялся, кроме массивной серьги в правом ухе.

— У тебя какие-то претензии ко мне или моим вассалам?

— Е-кай не место в школе!

— Ваше мнение нам очень важно. Спасибо, что высказались, — буркнул я.

— Что за невоспитанный молодой человек, нано. В это школе обучают одних грубиянов.

— Я вас предупредил. Убирайтесь, пока вас самих не прибили.

С этими словами парень развернулся и быстро зашагал прочь. Вот ублюдок, угрожать вздумал. Дал бы мне пару минут, уж я бы высказал все, что о нем думаю.

— Юто, все в порядке. Мы были готовы к такому приему, нано.

— Да, сэр Амакава, не обращайте внимания, — добавил Генри.

— Вам нежелательно применять силу, но уж я сдерживаться не намерен.

Мы двинулись к кварталу магических магазинчиков, и нам навстречу неуверенно выступила троица девочек года на четыре младше меня.

— Ама-амакава-сама…

— Да? — остановился я, недоуменно оглядывая волнующуюся ученицу.

— Оставьте нам свой автограф, пожалуйста! — протянула она в мою сторону несколько бумажек. Скорее всего заготовки для печатей.

— Без проблем.

Я быстро расписался на пяти экземплярах и хотел уже продолжить путь, как сзади нас снова окликнули. И где только прятались? Пока мы стояли на месте, проходящий народ быстро узнавал знаменитость в моем лице, и тотчас бросался с просьбой дать автограф. Парочка рисковых школьников даже подошла с аналогичной просьбой к Сидзуке и Генри. Через несколько минут я вырвался из окружившей нас толпы, оправдавшись занятостью. Быстро тут информация распространяется, учитывая, что не так давно Ларен с Мэйкой не узнали меня, пока я не представился. Хотя есть здесь и положительная сторона — многие из подошедших девчонок были довольно симпатичными. Есть где разгуляться, хех.

Ателье было загружено, но нам повезло. Несмотря на то, что оставалось минут сорок до первого урока, Такахаси Аяко помогала магазину с выдачей заказов. Знакомая, которой мы и помогли устроиться на подработку, подозвала нас и быстро вынесла свертки с формой. Заскочили в общежитие, оставили чемоданы с сумками и переоделись в школьную форму, которая оказалась точно по размеру. Удобная, не стесняющая движений, и печатница не мешала. Немного поколебавшись, я плюнул на дресс-код и оставил на ногах гэта вместо приличествующих темных ботинок. Я успел подметить, что некоторые ученики немного отходили от школьных правил в одежде. Сидзука действительно подросла — ее уже можно было принять за учащуюся первых классов средней школы. Разумеется, водная квази-лоли не отстала, пока не услышала изысканный, по ее мнению, комплимент своему новому школьному наряду. И зачем, спрашивается, целый чемодан тряпок с собой притащила?

Как нам еще Джуно с Лареном объяснили, что в школе, что в общежитии по традиции идет распределение помещений по сроку обучения. На последнем этаже размещаются старшеклассники (в случае школы это четвертый, общежития — третий), на среднем — ученики средних классов, как не сложно догадаться. Первый этаж общаги и два нижних этажа школы оккупировали младшеклассники.

Зайдя в холл, я поздоровался со статуями Хидари и Миги, и был буквально сметен мощной звуковой атакой, представлявшейся в виде миловидной настойчивой брюнетки с сияющими глазами.

Минами Райхо, из класса 2С старшей школы, уже давно поджидала свою жертву при входе в центральный корпус. Даже будь она тяжело больна, ответственная за школьную газету не имела права пропустить столь эпохальное событие, как первый учебный день первого Амакава в Оммедзи Гакуэн. Ох-ох, в голове проносились варианты для названия статьи, а также крутились целые абзацы текста. Девушка так замечталась, что чуть не пропустила появление своей цели. С мыслей на секунду сбила сильная аура шедшего рядом с ним существа в виде маленькой девочки в школьной форме. Все-таки, годы обучения противостоянию е-кай давали о себе знать. Зеленоволосая девочка воспринималась как враг.

— Амакава-сан! — быстро приблизилась ученица, отрешаясь от его сопровождающих и перекрывая пути отхода. — Меня зовут Райхо Минами, я возглавляю клуб журналистики. Позвольте поздравить вас с поступлением в лучшую магическую школу в мире!

— А, да, спасибо.

Хм, довольно симпатичный и высокий шатен с карими глазами, на фотографии он выглядел моложе. Правда истинный рост скрадывают старые деревянные сандалии на ногах. Ох, еще один вопрос в общую копилку. Так, объект уже начал оглядываться, ища способ избежать ее внимания. Подобные мелочи начинающий журналист умела подмечать сразу.

— Разумеется, всем ученикам без исключения очень хочется ознакомиться с вашей неординарной биографией. Услышать причины вашего появления в школе, узнать подробности о столь тесном общении с е-кай. Мы просто не имеем права не утолить любопытство окружающих! Вы не против ответить на несколько вопросов в любое удобное для вас время?

— Не против… А, знаете, Райхо-сан…

— Можно менее официально!

— Райхо-кун. В скором времени агентство САМБА, которое я представляю, намерено выпустить манифест. Я буду благодарен, если его напечатают в школьной газете.

— Да, Амакава-сан! Для вас — все, что угодно! Возьмите мой номер телефона и адрес электронной почты! — протянула она визитку. — Также вы всегда сможете найти меня в классе 2C или комнате клуба журналистики!

— Понял. Уже урок скоро начнется, — взглянул шатен на наручные часы.

— Конечно-конечно! Не смею вас более отвлекать! Спасибо, что уделили мне время!

Отлично! Минами Райхо бежала в класс в весьма приподнятом настроении, перепрыгивая через несколько ступенек. В середине года, и такая сенсация, столько материала для работы. Ручные аякаси, манифест, агентство, скорая конференция от клана Якоин по вопросу драконов классических, одна из особей которых обнаружилась у Амакава. И самое главное, сам холостой глава великого клана, недавно разорвавший помолвку с наследницей Джингуджи! Прямо настоящий принц, рыцарь в сверкающих доспехах. Пускай в окружении монстров, но ведь принц же? Какой простор для воображения, дайте только добраться до клавиатуры!

По пути наверх я встретился со своим классным руководителем, который сразу захотел пообщаться и выяснить некоторые нюансы. Первое впечатление от Шитачи Макото было никакое. Ни строгий, ни раздолбай, ни злой, ни хороший, ни обычный, ни выдающийся. Средних лет, гладко выбрит, невыразительное лицо. Возможно, в этом и была его особенность. За разговором мы поднялись на четвертый этаж и ровно ко звонку подошли к кабинету 3-2A.

— Встать! Поклон!

О! Все, как в типичной японской школе.

— Садитесь. Спешу поздравить вас с началом второго триместра. И не надо так горестно вздыхать. Даже если сам процесс зубрежки вас раздражает, учитесь радоваться мелочам и никогда не унывайте. Соберитесь, впереди вас ждет множество экзаменов и возможностей опуститься на ступень ниже в классной иерархии. Начинать браться за ум надо уже сегодня. А сейчас позвольте представить вам вашего нового одноклассника, о котором вы наверняка наслышаны. Амакава-кун, прошу, входи.

— Да.

Я спокойно зашел в класс, коротко поклонился, как того требует этикет, и представился:

— Меня зовут Амакава Юто, шестнадцать лет. До этого я обучался в старшей школе Такамии без уклона в магические науки. Надеюсь, мы с вами поладим.

С задней парты подорвался энергичный Ларен:

— Амакава-сама, я знал, что вы к нам попадете!

— Саватаро-кун, поменьше с официозом. В стенах школы все равны, в том числе и представители кланов, — заметил учитель.

— Также позвольте пре… — начал я, но вовремя в голову прилетело воспоминание о нашей первой поездке на пляж и представлении Сидзуки окружающим. Как-то нет желания с первого дня учебы заполучить славу лоликонщика. — Мои сопровождающие сами представятся.

— Сидзука — имя мое. Телом и сердцем принадлежу братику Юто, — у меня слегка дернулся глаз. — Я очень слабая и безобидная водная аякаси, прошу, не обижайте меня, нано-нано.

— Какая милашка, — шепнула кто-то из девушек, но на нее шикнули.

— Гхм, я Генри… И я люблю книги.

Аякаси обернулся ко мне, словно прося о помощи, но был проигнорирован.

Сами ученики представляли собой разношерстную группу. Парочке я бы дал лет десять, тогда как один молодой мужчина выглядел на двадцать пять. Но в основном школьники примерно соответствовали моему возрасту. Шитачи-сенсей попросил каждого быстро представиться, что растянулось минут на пятнадцать. Всего двадцать три учащихся вместе со мной. Большинство бесклановые, за исключением одного Таннадзаки и двух Каннаги. Были и еще члены кланов, о которых я не слышал. То есть, к великим не относились. Не все были довольны моим появлением, некоторые бросали откровенно неприязненные взгляды. Аяко и Мэйка сидели близ друг друга во втором ряду.

Далее меня усадили за одиночную парту посредине на галерке справа от Ларена и Джуно. Места у окна были заняты, к сожалению. Еще правее меня устроилась Сидзука. Генри вежливо испросил разрешения и забрался в пространственный карман, не желая отнимать место. Не успел я усесться, как в класс решительно ввалилась дама средних лет с сигаретой в зубах и белом халате, похожем на медицинский. Блеклые слегка вьющиеся голубые волосы были растрепаны. Она обвела помещение индифферентным взглядом, рявкнула «Амакава, за мной» и вышла в коридор.

— Это кто? — поинтересовался я, поднимаясь.

— Седзо-сан, твой куратор, — поморщившись, Макото разогнал табачный дым какой-то воздушной техникой. — Догоняй. Седзо-сан лучше не заставлять ждать.

— Да!

Настиг женщину я только на лестничном пролете. Мы молча спустились на третий этаж и прошли через длинный надземный переход в соседнее здание. Здесь обстановка была менее вычурная: простая плитка на полу, крашеные стены и потолок. Исследовательский корпус, вспомнилось мне из лекции по школьному городку от Маки. Женщина, ни разу не обернувшись, целенаправленно спустилась на первый этаж, дымя как паровоз. И куда только родительский комитет смотрит? Далее мы прошли в просторное высокое помещение, уставленное различным техническим и магическим оборудованием. В центре виднелся круглый пьедестал метра три диаметром с выбитым рунным рисунком. Седзо-сан постояла несколько секунд на месте, развернулась. Моргнула пару раз, словно не ожидая увидеть нас. Чем-то внешностью и поведением походила на коменданта общежития. Может родственница?

— Амакава. Пришел. А это кто с тобой?

— Мои вассалы. Сидзука, моя лоли, и Генри.

— Ясно.

Женщина подошла к столу и затушила сигарету о пепельницу, в которой из-за обилия окурков не было свободного места.

— Что знаешь?

И какого ответа она ждет?

— Почти ничего.

Седзо-сан кивнула, потянулась за новой сигаретой, но потом передумала.

— Куратор есть у каждого ученика Оммедзи Гакуэн. Можешь обращаться ко мне Седзо-сан или профессор. Кроме прочего я занимаюсь исследованием нестандартных или новых типов магии, прорабатываю методику развития личной силы, экспериментирую с совмещением. Весной от меня отказался последний подопечный, так что я смогу уделить тебе больше времени.

— А почему отказался?

— Слабак.

— Надеюсь, мы сработаемся, профессор, — осторожно заметил я.

— Взаимно, — Седзо-сан взяла со стола планшет, который служил подставкой для пустой банки из-под кофе, и принялась водить пальцем. — Для начала попробуем стандартные предметы и практики. Будем смотреть, дадут ли они результат. Скорее всего, медитативные техники не подойдут, поскольку ты из той категории, что оперируют энергией напрямую. Но все равно сходи пару раз на «медитации».

— Хорошо.

— «Искусство печатей» у тебя есть. Посмотри, принесет ли пользу обучение классическим методам работы. Сразу можно сказать, что амулеты Амакава ближе к артефактам, чем к печатям. Ментальную артефакторику тебе рано. Сначала послушаешь общий курс. Ясно?

— Да!

— Есть предпочтения в пути физического развития?

— М-м, нет.

— Как к переломам костей относишься?

— Отрицательно.

— Тогда возьмем «небесный лотос». Порванные связки лечатся быстро. Всего четыре учебных дня… Возможно, придется добавлять факультативы… Сколько у вас в классе человек всего?

— Двадцать три.

— Хм, я подберу кого-нибудь для «парной практики».

— Может быть, я подойду, нано?

Седзо-сан замерла, уставившись куда-то в точку поверх головки с зелеными волосами.

— На первых порах сойдет. Какой у нее ранг?

— A, полагаю.

Женщина кивнула, продолжая вводить данные в планшет. Через пару минут она отложила артефакт в сторону и придвинулась к магическому устройству непонятного назначения:

— Пока осваивайся, привыкай к школе. Когда придет время, я займусь тобой всерьез.

— Понял, — поежился я от тона, которым это было сказано. Словно она готовилась препарировать лягушку, а не обучать неопытного ученика школы.

Прибором оказался настоящий магический принтер. Интересно, сколько такой стоит?

— Ступай, мне надо подготовиться.

Я коротко поклонился холодной приме и покинул лабораторию Седзо-сан. Кстати, от моего куратора и впрям тянуло чем-то холодным, похожим на магию юки-онны. Возможно, она практикует магию льда.

По пути в класс я ознакомился со своим расписанием, напечатанным с помощью хитрого артефакта. Бумага была необычная, словно ламинированная. На пятницу и субботу отводились необязательные к посещению предметы, вроде политологии, истории Японии, иностранного языка, зельеварения, кланового этикета и магического права (вот это мне не помешало бы), истории великих кланов, дипломатии, экономики, физики и математики. В качестве факультативов шло растениеводство, разведение монстров, бытовая и косметическая магия.

Понедельник

Монстрология. Общий курс. (1-3С)

Теория магии (1-3С)

Скрытничество (3-2A)

Защита сознания (3-2A)

Практика магии (полигон 2–6)

Физическое развитие (зал IV)

Вторник

Искусство печатей (3-2A)

Искусство печатей (3-2A)

Ментальная магия (3-2A)

Медитации (зал II)

Стихийная магия (полигон 3–2)

Парная практика (полигон 2–6)

Среда

Монстрология (3-2A)

История магии (1-3С)

Защита сознания (3-2A)

Магия поддержки (3-2A)

Практика магии (полигон 2–6)

Физическое развитие (зал IV)

Четверг

Теория магии (1-3С)

Общая артефакторика (1-3С)

Монстрология. Общий курс (1-3С)

Тактика сражений (3-2A)

Прикладная артефакторика (3-2A)

Практика магии (полигон 2–6)

Не успел я подойти к классной комнате, как прозвенел звонок на перемену. Занятие длится пятьдесят пять минут, перемена всего пять, с часу до двух обед, после обычно шли практические занятия, а время урока увеличивалось до часа и двадцати минут. Итого: с девяти утра до пяти вечера я буду занят в школе. Сегодня среда, и первый урок, монстрология, у нас прошел в свободном ключе. Значит сейчас мне на историю магии в кабинет 1-3С, третий год обучения младшей школы. Обидно слегка и неловко. Пока спустился на первый этаж и нашел нужный кабинет, снова прозвенел звонок.

— Здравствуйте, Амакава Юто, — представился я, разглядывая класс. В основном детишки девяти-десяти лет. Учительница же выглядела лишь немногим старше меня самого.

— Ю… То есть, Амакава-сан, — неуверенно начала девушка. — Берите подушку, присаживайтесь в свободном уголке.

— Можно Юто, если вам так привычнее.

— Хорошо. Мы с ребятами стараемся поддерживать дружеские отношения, — улыбнулась мне девушка. Однако улыбка ее тут же увяла, как только за мной в класс зашли Сидзука и Генри.

— Эм-м, ваши… е-кай не могут подождать снаружи?

— О, они не причинят вреда. И послушать историю магии им будет полезно. К тому же директор разрешил им присутствовать на занятиях, — добавил я, поскольку учительница все еще сомневалась.

— Пожалуйста, нано! — атаковала Сидзука своей кавайностью.

— Хорошо, только держите свои инстинкты под контролем.

Урок проходил в достаточно неформальной обстановке: парты сдвинуты вглубь класса, ученики расселись кружком на подушках. Учительница по фамилии Айкава рассказывала различные истории и легенды, иногда в игровой манере, не чураясь обращаться к современным культурным аналогиям. Я ничего особенного не ожидал от данных занятий. Так, следил краем уха. И периодически задавал вопросы. Молодой педагог иногда терялась, но старалась разъяснить все нюансы. В ходе дискуссии мы дошли до самых основ и… меня ждало потрясение. Можно даже сказать, шок. Я офигел настолько, что молчал до самого конца занятия, переваривая и добавляя новые кусочки пазла в свою картину магического мира. Началось все с моего простого вопроса: из-за чего, собственно, у нас непрекращающаяся вражда с аякаси?

— Дети, мы с вами уже не раз говорили на эту тему. Аякаси и люди несовместимы, они не могут жить вместе. Курода-кун, помнишь, ты как-то посоветовал мне посмотреть крутой боевик режиссеров Вачовски, чтобы «быть в теме»? Так вот, недавно я ознакомилась с данной картиной.

Дети одобрительно зашумели.

— Да-да, мне понравились трюки, хотя наши мастера боевых искусств дали бы солидную фору зарубежным актерам. Но больше меня заинтересовала концепция фильма. Если кто не смотрел, объясню вкратце. В «Матрице» миром правят разумные машины. Они содержат людей в особых контейнерах, в которых благодаря теплу человеческого тела вырабатывается энергия, так необходимая машинам. Так вот, ситуация в чем-то напоминает наш магический мир. Люди — это производители магической энергии, аякаси — потребители. Как вы знаете, существует природная энергия, разлитая повсеместно. Однако она разрежена и трудноусваиваема. Тогда как человек для аякаси — это ходячий аккумулятор, способ восстановить свою силу и даже эволюционировать в более грозного монстра. Наша внутренняя энергия колоссальна. В былые времена целые города и народы исчезали с лица земли из-за нашествий голодных е-кай.

— Разве нельзя приучить аякаси питаться только природной энергией?

— Юто-кун, некоторые виды не приспособлены к этому. Было бы интересно посмотреть, как ты заставишь зомби питаться листиками.

Дети похихикали.

— Окей. Но ведь не обязательно нападать на всех подряд? Есть злобные е-кай, но есть и вполне миролюбивые и добродушные. Они помогают людям или спокойно живут в глуши.

— Признаю, такие е-кай существуют. Однако достоверно определить настрой аякаси, в особенности высоких рангов, могут считанные единицы из числа экзорцистов. Поэтому данный путь невозможен. Среднестатистический охотник может быть легко обманут е-кай, которые любят принимать неопасные с виду обличья. Например, маленьких девочек.

Дети синхронно глянули на Сидзуку, ближайшие поспешили отодвинуться подальше. Я же застыл в ступоре, переваривая услышанное. Что за хрень, я вас спрашиваю?! Ведь мне с самого начала не составляло никаких проблем определить злобность аякаси. С Сидзукой и Агехой я вел себя осторожно, присматривался, Лизлет и Гинко я доверял безоговорочно, напавшего лэй-гуна, кирина, нуэ и прочих я даже не рассматривал, как потенциальных союзников. Иногда я даже чувствовал, врет ли аякаси, его примерный эмоциональный настрой. Впрочем, они меня тоже неплохо читают. Получается, что охотники лишены данной особенности? Для них все аякаси на одно лицо? Злобные твари, которых надо уничтожить? Вот так нежданно-негаданно и узнаешь о еще одном родовом умении Амакава, на которое ранее не обращал внимание. И по важности далеко не последнее. Надо как следует поразмышлять над этим на досуге. Одна из главных причин вражды была на первый взгляд достаточно банальна, но так сходу способа разрешить конфликт мне не придумывалось. Но все-таки, как здесь молодежь грамотно и мягко подготавливают к истреблению целого вида, пропагандируют нетерпимость. Дедушка Геббельс был бы доволен.

Защита сознания проходила в классе 2A. Вел ее сухонький занудный старичок. Он заставлял нас воздвигать стены в своем разуме и противиться иллюзиям и ментальному контролю. Мы также сдвинули парты в конец класса и достали пухлые подушки из шкафа для сидения на полу. Периодически старичок насылал на нас иллюзии, иногда вызывал учеников поодиночке. В принципе мой свет сам по себе был мощной защитой, хотя в неактивном состоянии я был уязвим. Так что упорно пытался воздвигнуть прочный барьер из своей воли, защищающий от проникновения в разум. Вроде бы немного помогало, хотя по одному занятию прогресс заметить сложно. Мешало еще и то, что учитель почему-то невзлюбил меня. Может у него внука сожрали аякаси, я-то причем? Старик с особой изощренностью и периодичностью пробовал мою защиту на зуб, непременно ругая впоследствии.

На короткой перемене выдалась первая возможность пообщаться с одноклассниками. Те завалили меня вопросами, Ларен с Мэйко не отставали. Спрашивали, в какой клуб я пойду, какой у меня ранг, любимые блюда, интересовались моими аякаси, спрашивали про дракона. Оказалось, история с Джебом стала очень известной, и Девятый клан вскоре собирает международную конференцию в Киото. Авторство открытия вида приписывают мне и главе Якоин. К счастью, все видеозаписи и иные свидетельства нашего полета в Такамию, оказались стерты. Школьники ни о чем таком не упоминали. Я конечно не ками весть какой эмпат или наблюдатель, но легко заметил группу недоброжелателей, переговаривающуюся в противоположном конце класса. Что ж, никто и не говорил, что будет легко.

Магия поддержки представляла собой набор умений, способных помогать союзникам в бою. Если использовать игровой сленг, то это хил, баф и дебаф противника, также обеспечение связи, быстрая транспортировка раненых и тому подобное. Учитель попался интересный, рассказывал увлекательно. В основном занятие было посвящено мне родимому и моей магии, поскольку все остальные ученики давно определились со своими ролями и путем развития. После короткого рассказа о моих возможностях, учитель предложил мне попробовать применить магию света на других людей. Случаи ведь разные бывает. Покров, щит, усиление, разовое оружие-артефакт с заключенной внутри магией света. Я действительно раньше ни разу не пробовал подобное. Мужчина обещал скооперироваться с моим куратором и что-нибудь придумать, ведь необдуманные эксперименты на живых очень опасны.

Мои дебафающие амулеты уже достаточно совершенны, но стоит задуматься и о иных вариантах. Многие аякаси также применяют ментальную магию страха, и если я с помощью моих амулетов смогу нивелировать данное влияние, то это может оказать серьезную поддержку в бою. Связные артефакты света признаны достойными внимания, их мы будет тренировать на практике. Также к концу года я должен буду пройти и сдать расширенный курс оказания первой медицинской помощи. Как обычной, так и с использованием магических средств. Одноклассники все уже давно прошли полную программу. Учеба обещает быть весьма насыщенной. Я даже проникся уважением к рядовым экзорцистам. Берут не силой, так старанием. Почувствовал себя неучем с имбовой магией, которой толком и пользоваться не научился.

Глава 4

Неразлучная четверка из дуэльного клуба сходу навязала свою компанию и потащила меня в столовку, когда пришло время обеденного перерыва. По сравнению с прошлым посещением в зале приема пищи была куча народу. Неподалеку я заметил стайку вяло переругивающихся между собой девушек. По-моему, они не могли решить, кому садиться за стол. Блеснули стекла знакомых очков. Вау! Молодой экзорцист умудрялся что-то отвечать по беспроводной гарнитуре, периодически писать в стоящем рядом ноутбуке и с достоинством принимать пищу. Я без всяких расшаркиваний направился к обедающему парню, спасая от нависшей угрозы в виде активных девиц:

— Йо, Айджи-сэмпай!

— Юто-кун, давно не виделись, — без удивления ответил наследник первого клана.

— Это же Амакава… — зашептались школьницы.

— Можно мы с одноклассниками к тебе присоединимся? — спросил я, игнорируя девичий гомон.

— О, ками. Амакава и Тсучимикадо вместе, какая идея для додзинси…

Я хмуро посмотрел на говорившую, отчего она смущенно извинилась и убежала вместе с остальными девушками.

— Без проблем, только я скоро улетаю.

— Ничего… — значит, это его вертолет на стоянке.

Я быстро представил своих одноклассников, польщенных личным знакомством со столь влиятельной личностью. Особенно Ларен, который также сходу попытался записаться в соратники к Айджи, но был вежливо отшит. Аяко с Джуно имели при себе бенто, остальные же быстро набрали яств у раздатчика. Стол был рассчитан на восьмерых, так что мы легко поместились. На нас косились, но я уже начал привыкать к такому вниманию.

— Я слышал, ты неплохо полетал на драконе недавно, — усмехнулся Айджи-сэмпай. — Жаль Хитсуги все записи потерла. Но себе уж точно не забыла оставить копию.

Я заметил краем глаза, как Леджинс-кун не донесла палочки с рисом до рта, расширив удивленно глаза. То ли от того факта, что я летал на драконе, то ли от того, что вот так слышит фамильярное обращение к главе великого клана.

— Пускай, мне не жалко, — махнул я рукой. — У каждого свой фетиш. Кстати, я смотрю, ты все продолжаешь носить эти очки, способные видеть сквозь одежду?

Такахаси закашлялась.

— Касури-доно любезно убрала эту функцию после твоей выходки на совете кланов, — и не подумал обижаться наследник.

— Кагамимори Касури-сама, глава Третьего великого клана? — переспросил Джуно, и сам себе тихо ответил. — Конечно, кто же еще.

— Извини за мое чрезмерное любопытство, ты все еще учишься в старшей школе? — спросил я.

— Кхем. Нет, я аспирант в области спатиомантии, четвертый курс, помогаю в некоторых исследованиях.

— Значит здесь и высшее образование преподают?

— Только в магических дисциплинах, — покачал головой брюнет. — Чтобы тебя приняли, необходимо показывать действительно выдающиеся результаты в учебе и магии. Можно сказать, ты сам становишься частью персонала школы. Раз в месяц я преподаю практику по стихийной магии. С теорией ты можешь ознакомиться по пособиям за моим авторством.

— Впечатляет! Прям натуральный ботаник, — произнес я уважительно. — Теперь понятно, зачем тебе очки.

У входа в столовую возникло некое оживление, так что мы синхронно повернули головы в сторону. Да сегодня прямо день встречи старых знакомых! Меж столов с обалдевшими учениками по-королевски дефилировала молодая красивая девушка с выдающимися формами и в вычурном темном платье, без единого намека на школьную форму. Оказывается, даже Сумеречная луна изволит вкушать пищу рядом с обычными смертными. Куэс быстро заполнила поднос и развернулась, оглядывая зал. Народ притих. Свободных мест было не так уж и много. Вдруг наследница великого клана присядет именно к тебе? Хотя с нее станется пройти в огороженный участок, где обедали исключительно преподаватели.

— Юто? Ты что здесь делаешь? — подошла к нашему столику Джингуджи Куэс.

— Ем… учусь. А ты какими судьбами?

Колдунья решительно присела на последнее свободное место, опустив поднос. Столовая снова наполнилась перешептываниями и разговорами.

— Айджи-кун, приветствую.

— Взаимно, Куэс-кун.

— Насчет твоего вопроса, это все мама, — скривилась девушка. — Она сочла мою подготовку недостаточной. Полагаю, это очевидно, что в лондонской академии изучают в основном британских аякаси. Я прохожу курсы повышения квалификации, рассчитанные до конца учебного года. Упор будет идти на монстрологию и магическое право. Ненавижу это крючкотворство!

Я сочувственно покивал и быстро представил присутствующих друг другу.

— Джингуджи-сама, а вы будете принимать участие в турнире? — спросила Мэйка.

— Пф, вряд ли. Не думаю, что в школе мне найдутся соперники.

— Думаю, вы еще не встречались с нашей «царицей воздуха», Умикучи Маной, «стальным тараном», Джубисимо Акки и «манипулятором» Канахошитоки Джексом, — осторожно заметила Такахаси.

— Я бы выделил еще «Романову Марину», она учится по обмену с Российской империей. Кин Ло Цзянь из Китая тоже неплох, — дополнил Джуно.

— Хэй! А как же Амакава-сама?! — воскликнул Ларен.

— Не знаю, я пока еще про турнир не думал. К тому же на прошлом спарринге я продул Куэс подчистую, — признался я.

— Ну и конечно нельзя забывать про главного претендента на победу! — заявил шатен.

— Это кого же? — поинтересовался Джуно. Остальные также задумались, вспоминая сильнейших экзорцистов школы.

— Великий и непревзойденный Саватаро Ларен собственной персоной, — пафосно продекларировал парень. — В этом году я возьму кубок школы, вот увидите!

Мы посмеялись над такой непосредственностью парня. Джуно напомнил, что тот даже в десятку не вошел в первом триместре. Я спросил про слышанную недавно фамилию Умикичи. Оказалось, что это наша одноклассница, и ей всего двенадцать лет. После выпуска она может даже получить S ранг. И наверняка ее возьмут в один из великих кланов. Айджи закончил обедать и удалился, попрощавшись со всеми. Мы же просидели до конца большой перемены, обсуждая сильнейших бойцов Оммедзи Гакуэн. Как мне пояснили, литеры классов означают личную силу учеников. То есть, A классы — лучшие на потоке. Само собой, никто не переведет пятилетнего в старшую школу — остальные знания должны соответствовать уровню, но вундеркинды вроде Умикичи встречаются. В самом турнире участвуют только старшеклассники и отдельно аттестованные «гении» младших курсов. Параллельно проводятся турниры младшей и средней школы, но интереса у общественности они не вызывают. Главный кубок школы один, и выиграть его очень почетно.

Практические занятия по магии проходили на втором стадионе или полигоне, разбитом на семь секций. Шестая секция была закреплена за нашим классом. Остальная часть полигона не пустовала. Где-то занимались младшие курсы, где-то наши одногодки. За классом 2A следило двое: воздушник-иностранец и целительница-азиатка. Мы переоделись в обтягивающую форму из бридж и водолазки, после чего вышли на тренировочную арену. Большинство сразу принялось за отработку заклинаний на мишенях или просто отошли в сторонку. Гвалт и грохот стоял страшный — словно в зоне боевых действий. Я даже немного света направил в уши, чтобы защитить барабанные перепонки. Меня самого вызвал воздушник Зак (он просил, чтобы к нему обращались по имени) — мускулистый громогласный мужик с короткой бородкой. Минут пятнадцать он втирал мне про правила безопасности, упомянув, что нечто похожее распространяется и на турнир. Запрещается метить в лицо или шею оппоненту. О начале спарринга партнер и учитель-наблюдающий должны быть предупреждены. Также мы обязаны принимать во внимание опознавательные повязки четырех цветов: красного, оранжевого, желтого и зеленого. Ношение красной повязки означает, что ученик не способен на качественную магическую защиту, либо ему необходимо много времени на ее подготовку. Если ты достоин зеленой, значит тебя можно лупить со всей силы, не экономя время на подготовку атаки. Некоторые носители зеленой повязки не имеют сильной защиты, взамен могу похвастать феноменальной подвижностью и развитой боевой интуицией, то есть — легко уворачиваться от атак. Он посоветовал мне понаблюдать за одноклассниками и самому выбрать себе повязку. Я не стал торопиться, а Сидзука сразу попросила себе зеленую. Учитель, похоже, не думал, что аякаси захочет участвовать в тренировке.

— Уверена? Щадить тебя никто не будет, — переспросил Зак.

— Зеленый цвет подойдет к моим волосам, нано.

Ларен с Джуно отрабатывали разнообразные приемы. Выглядело, будто они знают друг друга, как облупленных. Племянник директора полагался на свой артефактный клинок, приличную скорость, дымовые печати и средненькую водную магию. Джуно же действовал в оборонительном стиле: применял барьерные печати, похожие на тсучимикадовские, и пытался загнать Ларена в пространственную ловушку. Оба парня имели желтые повязки. Я присмотрелся к носителям зеленых, коих было четверо, после чего взял у сенсея себе такую же. Вязать на лоб не стал, как некоторые, а повязал на плечо. Сегодня у нас было вводное разогревочное занятие, на котором мы могли тренировать все, что нашей душе угодно. В дальнейшем уже будем отрабатывать командное взаимодействие и разные тактические приемы, либо указанное куратором направление. Я решил повременить с активными действиями и засел в уголке, сосредоточившись на обнаружении аур. Мне хотелось привыкнуть к своим одноклассникам. К тому же многие из них ощущались очень необычно — с такими сочетаниями магии я еще не встречался. Сразу выделялась Умикичи Мана — она имела самую заметную и сильную ауру, но не чистой стихии воздуха, а с примесью. Уоу, именно к ней первым дело подошла Сидзука. Сейчас они мерялись голой силой, насколько я понял. Вода против воздуха.

— Бжах-х-х! — среди тренировочного хаоса какой-то резкий резонирующий магический звук выдернул меня из созерцательного состояния. Череп ощущался колоколом, в который ударили кувалдой. За полупрозрачным разделительным барьером в соседней секции виднелся взвившийся столб пыли почему-то зеленого цвета.

— Стоп тренировка! — раздался усиленный голос Зака. — Нана-тян, сходи к соседям, узнай, не нужна ли им помощь.

— Да, Зак-сенсей! — целительница покинула нашу секцию.

Я подошел к Ларену с Джуно:

— Что там случилась?

Саватаро пожал плечами.

— А-а, там ведь 2B занимается, — припомнил Джуно.

— Точно! Это Казама Рэн, больше некому! — усмехнулся Ларен.

Мне даже стало немного любопытно поглядеть на парня, который доставляет столько неприятностей в школе.

Целительница Нана вернулась злая и… зеленая с ног до головы. Непонятное покрытие не желало отмываться, пока к делу не подключилась Сидзука. Экзорцистка поначалу отказывалась от помощи е-кай, но я продавил ее авторитетом главы великого клана. Мизухэби справилась отлично, вот только на одежде остались зеленые разводы. По крайней мере, целительница не напоминала больше магистра Йоду.

Последнее на сегодня занятие, физическое развитие, проходило в дальнем крыле школы, где располагались спортивные секции и додзе. Наш класс разделился: часть отправилась на «железный кулак», часть со мной на «небесный лотос» в IV зал, некоторые имели освобождение или просто прогуливали, я не вникал. Из знакомых только Аяко ходила на «лотос». Плюс нас объединили с 3E классом. На сей раз мы переоделись в классические белые кимоно. Кроме меня было двое новичков: одна женщина, в которой только недавно обнаружили склонность к магии, и ученик, родом из Малайзии. Нами тремя занялись отдельно: провели инструктаж по правилам безопасности и поведали про путь физического развития. Магическое вмешательство в тела начнется, когда сенсей с помощниками сочтут нас готовыми, что может и не наступить вовсе. Обучением «небесному лотосу» занимался небольшой клан Тсучияма, полностью работающий на Оммедзи Гакуэн. Пока же — классические физические упражнения на выносливость и силу, плюс обучение акробатическим трюкам. После всеобщей разминки, на которой я успел прилично запыхаться, мы перешли на школьные тренажеры. К слову, здесь не требовали единого строя, поскольку уровни физической подготовки слишком различались у учеников на потоке. Я лазил по канату, прыгал через козла, далее мастер повел новичков на отработку сальто мортале. Я с восхищением наблюдал за продвинутыми учениками, которые делали с места тройной переворот в воздухе. Сам я под светом ни разу не пытался, боясь ошибиться. Так что упражнение определенно полезное. Сначала перекаты, отработка умения падать, как со светом, так и без. Потом я перешел на гимнастический мостик для прыжков. Страховала меня Сидзука, доказавшая сенсею, что ей это по силам. Первый блин вышел комом: я немного переборщил и сделал полтора оборота. Конечно, с покровом шею я бы себе о мат не сломал, но все равно приятного мало. Сидзука обеспечила мягкую посадку, подхватив водными щупальцами. К концу занятия у меня уже сносно получалось. Достижение, можно сказать. Видел, как некоторые оболтусы надо мной посмеивались. Мол, и это великий клан. Но я не обращал внимания. Посмотрим, кто будет смеяться последним.

К пяти часам я был полностью измотан, как морально, физически, так и магически. А этим монстрам хоть бы хны — еще и по клубам разбрелись. Джуно, вернувшийся с «железного кулака», поуговаривал меня присоединиться к дуэльному клубу, я обещал подумать. Дел еще куча.

«Прыткое перо» было переполнено, что и немудрено, если принять во внимание начавшийся второй триместр. Я отстоял очередь, следя за Сидзукой, будто за непослушным ребенком, приобрел кое-какие канцелярские принадлежности и забрал заказанные ранее нестандартные печати. Далее я быстро посетил школьную библиотеку, работающую круглосуточно кстати, и взял литературу, рекомендованную Айкава-сенсей. Задерживаться в младших классах надолго я не горел желанием. Напоследок вспомнил об одной немаловажной вещи. Похавать нам теперь никто не сделает. Не знаю уж с чем это связано, но трехразовое питание здесь не было распространено, несмотря на то, что Оммедзи Гакуэн больше напоминала школу-интернат. Типа сами учитесь готовить, салаги. На территории имелся единственный продуктовый магазин с немаленькими ценами, но зато экологически чистыми продуктами. Сигарет или выпивки не было. Без супермаркета бедным ученикам пришлось бы тратить лишний час на поход до жилых районов, переть пакеты в гору.

Нагрузившись вещами и продуктами, мы с Сидзукой прошли к своей комнате в общежитии, поприветствовав грустную Асами-сан, что зорко сторожила у входа. Номер оказался не заперт. Я ни о чем особом подумать не успел, просто отворил дверь и застыл.

— Э-э…

Передо мной предстала юная девушка со стальной копной волос и белым нижнем бельем, прижимающая к груди снятую блузку. Глаза незнакомки готовы были метать молнии.

— Юто, отвернись-с, нано!!

— Изви…

Чтоб меня! Про глаза — это я правильно подумал. Вырвавшийся на свободу сгусток шаровой молнии задел краем мой покров света и отрикошетил в сторону. Что моя форма, что стены общежития с честью прошли проверку на прочность.

— Эй, угомонитесь!

Я осторожно прикрыл дверь и еще раз посмотрел на цифры в номере комнаты. Триста шестьдесят три, совпадает с числом на бирке от ключа. Это точно наш номер!

— Стучаться не учили? — вышла хмурая девушка, успевшая переодеться в домашнее.

— Кто ж знал? — пожал я плечами, внимательно следя за магическим фоном хулиганки.

— Заходи. Будем решать проблему.

Мы прошли внутрь, я быстро покидал вещи на кровать. Наш двухместный номер был довольно просторным. Отдельная ванная комната, небольшая кухня.

— Ну-с, какое наказание мы назначим любителю подглядывать за переодевающимися девочками? Ты ведь мой новый сосед, насколько я понимаю?

— Давай я ужин приготовлю?

— Слабовато. Месяц ужина.

— Неделя.

— Ладно, я сегодня добрая. Кавахару Миина, класс 3A. Ты новенький? Я тебя раньше не видела. Твоя сестренка долго будет ходить за тобой хвостиком?

— Я буду спать с братиком Юто. Нано!

— Не слишком ли ты взрослая для этого? Или… Не может быть! Я пожалуюсь Асами-сама! Она вам пропишет люлей! Извращенцы!

— Давай успокоимся для начала. У нас с моей лоли чисто деловые отношения… Да блин, «моя лоли» — это ее позывной в клане, не подумай лишнего! И хватит магичить свою молнию!

— Да кто вас знает…

— Может объяснишь, почему Асами-сан поселила парня и девушку в одной комнате? Я конечно видел, что общежития совместные, но один номер — это чересчур.

— Политика школы. Пары экзорцистов чаще всего разнополые, поэтому таким образом нас учат притираться друг к другу со старшей школы.

— А, кхм, если вдруг возникнут отношения между парой, и все в таком духе?

— Государству только в плюс. У магов с большей вероятностью рождаются дети-одаренные.

— Понятно… Кстати, я Амакава Юто, а это Сидзука, мизучи. Еще со мной Генри в пространственном кармане.

— Аякаси?! — от девушки полыхнуло магией.

— Не заметила?

— У меня сейчас не очень с обнаружением. Так что они делают в комнате? Пусть на улице ночуют. Можете конуру себе сделать, или что-нибудь в таком духе. А-а, так ты тот самый Амакава. Теперь понятно.

— Что понятно?

— Если вы этим самым будете здесь заниматься, я пожалуюсь коменданту, и тебя выгонят из общежития.

— Ничем таким мы заниматься не будем. Я пришел сюда учиться. Короче, моя лоли, пообщайся с ней, а я пошел ужином займусь, уже восьмой час.

— Конечно, братик!

— Только не надо вводить Кавахару-сан в заблуждение насчет наших отношений. Я глава клана, ты — моя подчиненная. Ни больше, ни меньше.

— Тсч, такую схему испортил, — буркнула водный дух.

— Ты собираешься ночевать здесь, монстр? — нагло спросила Миина. — Я не желаю спать рядом с е-кай!

— Отлично, нано! Тогда я с удовольствием займу твою кровать!

— Только попробуй! Я тебя на котлеты покромсаю!

— Ты? Тебе еще лет двадцать расти, прежде чем ты сможешь справиться хотя бы с низшим духом!

— Чего?! Да будет известно, в прошлом году я взяла кубок школы!

— Честным путем? Не верю.

— Я докажу! У меня остались грамоты и медали…

— Наверняка через постель.

— Ты! Не. Смей. Так. Никогда. Говорить!

Услышав рык соседки по комнате, я отвлекся и вышел с кухни:

— Никаких ссор и драк. Обе ремня получите.

— Много чести, — фыркнула девушка и присела в уголок с учебником, зыркая исподлобья.

— Юто, нано. Хочу ремня!

Я горестно вздохнул и вернулся к готовке. Запороть процесс варки лапши и жарки сосисок нереально даже такому профану, как я.

— И что это? — спросила Кавахару, вяло ковыряясь в тарелке.

— Ужин.

— Ты планируешь всю неделю готовить подобное?

— Ага. В нашем соглашении не было конкретных условий. Можно сыра потереть. Еще есть соевый и томатный соус на выбор. Или майонез.

Соседка промолчала.

— Ну ладно. Наше знакомство вышло не очень удачным, но нам все же еще долго делить один номер на двоих. Давай что ли обговорим правила проживания?

Договорились мы о многом. В частности, обращаться друг к другу по имени, уступать ванную комнату дамам, не шуметь после одиннадцати вечера, не подглядывать и не совершать извращенные или аморальные поступки.

Я почитал учебник по истории магии для младшеклассников. Там были классные иллюстрации. Сидзука язвительно комментировала некоторые исторические события, выдавая иногда противоположную точку зрения. Видно было, что и Миина прислушивается к ее словам. Я старался действительно запоминать важные даты, вроде войн святой инквизиции, великого монгольского нашествия аякаси, смутные времена оммедзи в Японии и сроки принятия мирового закона о Тайне. Не особо мне охота торчать с малышней на занятиях.

Существовал в этой вселенной и свой монгольский завоеватель, только звавшийся Хенгенханом. Ушлый был дядька — не только объединил разрозненные татаро-монгольские племена, но и заключил союз с аякаси. После чего вместе с ними покорил и обложил данью полмира. Куролесил в пятнадцатом веке. Если мне не изменяет память, Чингизхан в моем мире жил раньше. Я даже не удивился, узнав, что Гитлер являлся колдуном средней силы, специализирующимся на ментале. Благодаря своим способностям фюрер мастерски манипулировал настроением собеседника и умело заводил толпу.

Перед отходом ко сну, Миина еще раз напомнила, что со мной будет, если я полезу приставать к ней.

— Уау, — зевнул я. — Слишком много о себе мнишь, соседка.

Генри остался привычно почивать в своем кармане. Сидзуке я постелил один из захваченных футонов на полу. Во-первых, у нее нет человеческого тела, подверженного простуде, во-вторых, все равно ко мне на кровать заберется.

— Ну и как это понимать? — строго спросил мужчина средних лет, сцепив руки за спиной.

— Прости, отец. Раньше… никак было.

— Хочешь сказать, что он за день оформился в Оммедзи Гакуэн?

Молодой парень в школьной форме побледнел:

— Не-ет. Но ты ведь знаешь, мои информаторы не отслеживали Амакава в школе. Никто и подумать не мог, что он поступит сюда.

— Он наводил о нас справки?

— Пока… нет. В его классе у меня нет знакомых…

— Ты меня разочаровываешь, сын. Сначала Кавахару, теперь еще один промах. С Масутани-младшим долго ты еще возиться будешь?

— Он непробиваем. Слишком упрям.

— У всех есть свои слабости. Мне показать на примере?

— Не-ет. Я понял, отец. Что с Амакава?

— Следи за ним, узнай о чем он думает, чем дышит, что ест на завтрак! Мы должны знать все!

— Яишенка! Румяная яишенка, — напевал я тихо, возясь на кухне. Кайя с Лизлет готовили бесподобно, однако по такому простому блюду я успел немного соскучиться.

— С добрым утром, Миина-сан! А ты та еще соня, я погляжу.

— Уснешь тут с таким соседством, — буркнула девушка, направляясь в ванную комнату в своей клетчатой пижаме.

— Мы с Юто разве шумели ночью, нано? Вроде бы все сделали тихо.

Соседка сбилась с шага на секунду, после чего громко затворила дверь в ванную. Мой укоризненный взгляд мизухэби проигнорировала. Вместо этого Сидзука встала на цыпочки и прошептала мне на ушко:

— Знаешь ли, у нее были проблемы с предыдущим соседом, кажется мне.

— Спасибо, учту. Но и ты постарайся не доводить Миину-тян.

— Асами-сама! — ворвалась девушка в комнату коменданта общежития.

— Кавахару-кун. Доброе утро, — вяло ответила женщина с отсутствующим выражением на лице.

— Зачем вы подселили ко мне именно этого извращенца?! Вы же знаете мою историю!

— Амакава-кун показался мне неплохим парнем.

— Ходжо тоже мне показался хорошим вначале, а потом…

— Не стоит зацикливаться на неприятном. Вы подружитесь.

— Но его е-кай…

— Они доставляют проблемы?

— Нет, но ведь это е-кай!

— Я думаю, глава великого клана сможет за ними присмотреть. Если у тебя нет реальных претензий, можешь быть свободна, Кавахару-кун.

Злая на себя, на коменданта, на директора, на весь белый свет, старшеклассница решительно выбежала на улицу, спеша на первый урок. Внимание девушки привлекло покалывание в пальцах и искрящиеся разряды. Миина обомлела и растерянно остановилась.

— Не может быть… Я нашла катализатор… Все будет также, как и в прошлый раз? Но как Асами-сама узнала?!

Глава 5

Три первых занятия мне пришлось высидеть с третьеклассниками. Теория магии, общая артефакторика и монстрология. Впрочем, я совру, если скажу, что это было бесполезное времяпрепровождение.

Использование магии подразделяют на несколько фундаментальных типов:

— Внешние источники. Обыватель с эпическим артефактом, которым он владеет на законных основаниях, может считаться экзорцистом. Видеть и сражаться с аякаси можешь? Значит экзорцист. Сюда же относятся особые печати, временные усиления. Всем этим разрешается пользоваться на школьных соревнованиях.

— Стихийная магия. Если говорить простым языком, то это управление энергией напрямую. Когда маг лепит из маны заклинание нужной формы.

— Инженерная магия. Перед созданием заклинания маг формирует четкую схему или пентаграмму, затем наполняет ее энергией. Сюда же относят классические печати.

— Магия призыва и фамильяры. Существует множество миров, пространственных складок и иных планов, населенных разнообразными сверхъестественными существами. В обмен на помощь в бою маг обязуется неделю или месяц передавать свой магический резерв призванной сущности. В Японии не особо распространено. Считается крайне опасной магией.

Я, к примеру, проповедую стихийную магию. И лишь в случае ментальных амулетов переключаюсь немного на инженерную, поскольку внедрение необходимо производить одномоментно. Классическая японская инженерная магия подразумевает визуализацию заклинания в виде рунной пентаграммы. Это позволяет упростить тренировку, но в то же время дает знающему противнику информацию о типе заклинания. По сравнению со стихийной магией контроль намного выше, ты фактически заранее знаешь точный результат. В то же время скорость каста оставляет желать лучшего. Европейская школа известна своим собственным подходом к инженерной магии. Маги используют ограниченное число заклинательных схем, которые буквально вдалбливают в подкорку мозга. С помощью вербальной фразы или особых жестов они активируют определенную схему и запускают заклинание. Из плюсов — чуть большая скорость, все равно не дотягивающая до стихийников, правда. Невысокое разнообразие заклинаний, зато контроль на высоком уровне.

Типов магии вагон и маленькая тележка. Наиболее изученные и распространенные: гео-, пиро-, крио-, аква-, аэро-, корус- (молния), натура- (природа или дерево), карно- (плоть), некро-, пси-, спатио-, гелио- мантия, а также телекинетика, призыв, целительство и артефакторика. На мой вопрос о некромантии Айкава-сенсей сказала немного. В частности, некроэнергия используется для призыва душ умерших, что сильно помогает в расследовании убийств. Однако многократное применение некромантии влияет на психическую стабильность экзорциста, поэтому ее относят к темной магии. Подробнее я буду изучать типы магии в средних и старших классах.

На артефакторике мы проходили компоновку магических конструкций, а также универсальные азиатские руны. В мире существует несколько рунных школ со своим алфавитом, отличающимся некоторыми деталями. Можно провести аналогию с диодами, конденсаторами и прочими элементами электронной схемы. Кое-что я смутно узнавал по своим амулетам света. В общем, думаю, будет полезно освоить руны, несмотря на мою стихийную направленность.

Монстрология прошла без кардинальных потрясений. Мы изучали способы борьбы с разными типами е-кай, их слабые и сильные стороны. Места обитания, способы зарождения и распространения, особенности магии. Кто-то боялся соли, кто-то воды, третьи насылали грамотные иллюзии.

К четвертому занятию я вернулся в свой класс 2A. На моей парте было нацарапано «любитель е-кай». У Сидзуки — «грязная тварь» и «убийца». Свою я стирать не стал, а вот на соседней парте надписи выжег с помощью света и Хаганэ. Школа! Я «скучал» по тебе.

Тактику сражений у нас вел тот же учитель, что и магию поддержки. В чем-то предметы были схожи. Мы обсуждали действия отдельных членов соединенного отряда. Кто-то принимал на себя роль танка, кто-то бил издали, другие лечили и отвлекали. Обсуждали, каких е-кай лучше всего загонять на открытую местность, кого лучше принимать в закрытых помещениях, а когда стоит отступить. Во второй половине урока мы рассматривали недавнюю операцию в Такамии по поимке Тамамо но Маэ и Шутена Доджи великими кланами. Мда, некоторые бросали на меня презрительные взгляды. Учитель не был в курсе всех подробностей, однако ему было известно, что Шестой клан не принимал участия в сражении. А учитывая, что за данную территорию несли ответственность именно мы, выходила не слишком приглядная картинка. Ларен встал на мою защиту, сказав, что Амакава-сама наверняка был ранен или занят разборками с другими е-кай.

В обед мы снова сели за один столик с Куэс. С нами еще увязался одноклассник по имени Йошида. Болтал без умолку. Судя по хмурым взглядам, Ларену и остальным он не особо нравился. Наследнице двенадцатых необходимо было посещать школу всего два дня в неделю. Колдунья кое-что рассказала мне про европейскую школу магии, благо я теперь немного разбирался в теории. Потом разговор перескочил на призыв и фамильяров. О первом народ отзывался в отрицательном ключе. Чтобы доверять призванной сущности, да еще и кучу энергии ей потом сливать, нужно быть отмороженным на голову. А вот фамильяры — не редкость среди экзорцистов. Правда по-настоящему боевых среди них мало. Обычно фамильяров используют в качестве разведчиков или поисковиков. У Джуно имелся свой магический питомец, идеально подходящий под натуру парня — хомяк. Кобаяши заявил, что его фамильяр ленивое и бесполезное создание. Аяко же держала у себя в общежитии таракана. Считался вполне неплохим вариантом для шпионажа. Только девушка призналась, что ментальная связь с ним пока плохо налажена, да и умом фамильяр не блещет.

На прикладной артефакторике нас учили пользоваться магическими конструкциями. Современные и не очень жезлы и посохи, арбалеты и мечи, огнестрел, амулеты, щиты и прочее. Нам показывали особенности артефактов, которые требовали привязки к ауре разнообразными способами: с помощью сброса настройки и подачи своей энергии, ментального посыла, либо передачей телесной жидкости — крови или слюны. Учили активации и правильному использованию. Приводили примеры магических вещей с дефектами, проклятые артефакты, имеющие собственное подобие сознания. Несколько одноклассников дали мне попрактиковаться со своими родовыми артефактами, что были без строгой привязки. Я тоже показал Хаганэ и печатницу. Хотя далеко не во всех семьях и кланах принято раскрывать свои секреты, ученики Оммедзи Гакуэн в большинстве своем ранее сходились в тренировочных сражениях, потому их артефакты давно были засвечены и изучены конкурентами.

На практике магии в нашу секцию подошли старшеклассники.

— Зак-сенсей! Разрешите нам тренировочную дуэль!

— Выбирайте оппонента, договаривайтесь, — махнул рукой учитель.

— Я хочу сразиться с тобой, — указал прямо на меня пальцем блондин с кривой усмешкой на лице.

— Амакава-сама, это «пробиватель» из 3A, он в первом триместре попал в десятку лучших, — подсказал мне Йошида заговорщицким тоном.

— Окей. Давай сразимся! — ответил я.

— Заключим пари? Просто так не интересно.

— Какие условия?

— Если ты проиграешь, то отправляешь своих шавок прочь из школы.

— Не пойдет, — отрицательно покачал я головой.

— Струсил? Уже? Боишься ходить в одиночку?

— Что за детские подначки? Давай ограничимся сроком на неделю. Если я выиграю, ты публично извинишься перед Сидзукой за то, что обозвал ее шавкой. Идет?

— Меня устраивают твои условия.

Мы отошли в один из многочисленных огороженных участков тренировочного полигона с разбросанными укрытиями. Сверху включили защитное поле голубоватого цвета. Блондин носил зеленую повязку, значит мне можно не сдерживаться. Вокруг скопилась жидкая стайка зрителей.

— Задай белобрысому, нано!

— Заткнись, тварь. Пока тебе язык не вырвали.

— Полегче с выражениями, парень, — грозно сказал учитель Зак. — По моей команде. Три, два, один, начали!

Я отпрыгнул в сторону, и вовремя. Мимо меня с безумной скоростью просвистел булыжник, разлетевшись осколками после встречи с бетонной плитой. Как тебе мои печати? Я бросил веером кучу ошеломлений и ослеплений, однако противник словно только и ждал этого. Волна искаженного воздуха понеслась от блондина, и мои печати активировались, не долетев до цели. Я переждал кучу взрывов и вспышек за укрытием. И где он там? Я осторожно выглянул из-за плиты. Вжуух! Рядом со мной пронеслась новая каменюка. Рожает он их, что ли? Судя по всему, «пробиватель» обладает землей и воздухом. Слишком высокая скорость для простого геоманта. «Стрелок» он или нет, у меня все равно нет ничего, чем ему ответить на дальней дистанции. Покров, усиление, Хаганэ. Вперед! Я выскочил из-за укрытия и побежал зигзагами навстречу противнику. Блондин успел послать еще два снаряда, один из которых задел меня в бок. Синяк будет, вероятно. Без покрова так вообще дыру бы пробил. Пробиватель сам вышел из-за плиты, фоня сильной магией. Воздух вокруг его тела дрожал, уплотнившись, на руках расположились каменные перчатки с шипами. Мы столкнулись на довольно высокой скорости. Мой клинок, выбивая солнечные искры, разнес правую перчатку. От левой мне пришлось уходить в сторону. Я немного подождал, пока противник восстановит свое элементальное оружие. После чего созрел простой план, который я сразу претворил в реальность. Повторная сшибка, минус одна перчатка, затем сразу еще одна атака, минус вторая перчатка. Бжа-ах! Мощный воздушный выброс откинул меня метров на десять, приплющив к плите. Снизу с утоптанной площадки я почувствовал шевеление магии. В сторону! Каменные шипы вспороли пространство, где меня уже не было. Попробуем еще разок… ближний бой, минус перчатки, воздушный удар я нейтрализую мощной волной света. Блондин не успел среагировать. Я прорезал светом его воздушный покров и резанул плечо.

— Стоп! Победитель — Амакава, — закончил поединок Зак-сенсей.

— Спасибо за опыт, — коротко поклонился я, как того требовали дуэльные правила. Блондин ничего на это не ответил и сразу обратился к Сидзуке:

— Приношу извинения, что обозвал вас шавкой.

Я думал о более публичных извинениях, но и так сойдет. Раздраженный «пробиватель» решительно покинул тренировочный полигон, зажимая рану рукой.

— Амакава-сама, это было круто! — подоспел Ларен. — Получается, вы в десятке лучших!

— Ха! Я глава великого клана или погулять вышел? Но это было непросто, — поморщился я, трогая бок. Резерв также опустел наполовину. — Моя лоли, поможешь?

— А я для чего здесь, по-твоему? — обиделась целительница Нана. — Сядь сюда и не дергайся.

— Да!

Сидзука посмотрела на Нана-сан, как на кровного врага.

Зак-сенсей похвалил меня, дав несколько дельных рекомендаций. Посоветовал мне найти более длинное оружие, придумать какие-нибудь усиленные печати или найти средство для дистанционной атаки, подыскать себе защиту, не стесняющую движений.

На сей раз я постучался в свой номер и подождал разрешения зайти. Миина уже была дома и встретила меня несколько странно.

— Рада тебя видеть! — девушка быстро подошла и обняла меня.

— Э-э…

Спустя несколько секунд Миина разжала руки и отпустила меня.

— И что это было?

— Это? Просто в моей семье такая традиция, — неуверенно произнесла соседка.

Мда. То ли это перепады настроения, как у любой современной девушки, то ли за обжиманиями что-то стоит. Сидзука, не простившая мне Нану, еще больше обиделась.

Вечером Кавахару прониклась моим Ди-ниджу и сама периодически заказывала музыку. Хоть у соседки имелся свой плеер, с цукумогами обращаться проще — заказал исполнителя или жанр, и Ди-ниджу сам подберет лучшие треки. Я повторял правила дорожного движения, готовясь к завтрашнему дню.

Утром, перед выходом из общежития, Миина поправила галстук моей школьной формы, при этом так ненавязчиво касаясь руками.

— Хватит клеиться к Юто, экзорцистка-с-с, — зашипела Сидзука.

— И правда. Что все это значит?

— Не выдумывайте, — засмущалась девушка. — Просто помощь соседки по комнате. Мне пора на занятия.

Поскольку идти на учебу в пятницу и субботу я не собирался, то и торопиться смысла не видел. Я забежал к Асами-сан и поинтересовался странным поведением своей соседки.

— Вот как. У Кавахару-кун возникли разногласия со своим предыдущим соседом. Что касается ее поступков, поинтересуйся магией Кавахару-кун.

— Магией?

— Она сама тебе скажет, если захочет.

— Ясно. Спасибо, Асами-сан.

Транспортная кафедра Оммедзи Гакуэн занималась обучением высококлассных пилотов и водителей. Особенно одаренные были актуальны для сил самообороны в роли пилотов истребителей и прочей техники, требующей высокой скорости реакции. Я напомнил о своем заявлении на сдачу экзамена, и к следующему уроку мне выделили свободного преподавателя. Его мне характеризовали как человека, который умеет водить все: от гироскутера и дельтаплана до специализированной строительной и военной техники. Спрашивал он меня долго, чуть ли не по всем дорожным знакам прошелся. Но в итоге остался удовлетворен моими знаниями, сказав, что я лучше примерно 80 % сдававших ему студентов, да и мне не десять лет, как некоторым экзаменуемым. Я думал, будет практический экзамен далее, но учитель меня удивил. Он сказал, что чует на мне благотворные эманации «духа машины», а значит с вождением автомобиля у меня все в порядке. На мой вопрос он отмахнулся, сказав, что это его особенности родства с техникой, а поскольку у меня данного таланта не наблюдается, то и вникать нет смысла. Права мне выдадут на следующей неделе. Уходил я более чем довольный. Может быть, водительские права мне и не понадобятся вовсе, но то, что я их наконец получу, грело душу.

Закончив с делами, я вызвонил Кента-сан, и примерно к обеду мы уже были в Ноихаре. В Багдаде все спокойно. Духов мы хорошенько припугнули, так что они особо не буянили. Айя сообщила, что со мной желает встретиться не кто иной, как местный глава Идзунати-гуми в Такамии. Что от меня понадобилось якудза, я мог только гадать. Я попросил фугурумо назначить встречу на завтра. Недолго побеседовал с Химари. Заметных улучшений в состоянии бакэнэко видно не было, однако я пригласил ее с собой. Все-таки Багровый клинок — нечто вроде визитной карточки Амакава, а к боссу японской мафии лучше идти во всеоружии. Остаток вечера провел за школьными учебниками по истории, теории магии, рунам и монстрологии за младшие курсы. Хм, может сделать себе амулет, стимулирующий мозговую активность?

Верховный босс местного отделения весьма разветвленной группировки Идзунати-гуми представлял собой лысого представительного мужчину среднего роста по фамилии Рюгато. Разумеется, расписанного цветными татуировками, что виднелись на руках и шее. Принял он нас в классическом японском особняке, напоминающим ноихарский, облачившись в дорогое традиционное кимоно-комон. Хм, не думаю, что якудза такие уж приверженцы старого стиля. Скорее всего, он придерживался данной формы при встречах с дедом, поэтому сейчас просто продолжает традицию. Кстати, я в своих кимоно и гэта, плюс Химари в юкате и с Ясуцуной вполне соответствовали древнеяпонскому антуражу. Какой-то ретивый мафиози хотел было забрать оружие у Химари, но та выпустила порцию своей темной ауры, отбив все желание. Якудза чуть не потерял сознание, его быстро оттащили соратники.

Мы с боссом распили по чарке саке (думаю, Ринко простила меня, если бы узнала подробности), которое предварительно проверила бакэнэко своим амулетом, определяющим наличие ядов. Немного поговорили с боссом о различных артефактах. В целом он не относился ко мне как к сопливому мальчишке, разговаривал вполне уважительно.

— Слышал, вы решили развивать бизнес, Амакава-доно.

— Денег и влияния много не бывает.

— Но всегда найдутся те, кто не прочь поживиться на чужих богатствах, не так ли?

— На что вы намекаете, Рюгато-сан?

— О, мы уже не одно десятилетие сотрудничаем с Амакава, нас вам опасаться не стоит. Идзунати-гуми хоть и крупное объединение, далеко не единственное. Наша «семья» прикрывала начинания твоего деда. Это было не так сложно — размах не столь огромен, чтобы потребовать от нас больших ресурсов. Мы взяли под крыло предприятия Амакава и следили, чтобы недоброжелатели не лезли к вам. Если текущая тенденция сохранится, то за пять-десять лет вы можете подняться в верхушку богатейших людей империи.

— Мне лестно слышать вашу похвалу, но не переоцениваете ли вы меня?

— Нам известно о низкой налоговой ставке. Только полный неуч не сможет подняться с такими условиями. Да-да, — усмехнулся якудза, — кое-что мы смыслим в рыночной экономике. Генноске-доно предпочел ограничить развитие бизнеса, но, судя по вашим шагам, останавливаться на достигнутом вы не намерены. В таком случае нам надо обсудить наше дальнейшее сотрудничество. Желаете ли вы, чтобы мы и дальше заботились о ваших предприятиях?

— Да, — сказал я после короткого раздумья. — Что вы хотите взамен?

— Есть два варианта, Амакава-доно. Деньги или услуги.

— Какого рода услуги?

— Артефакты. Ошеломление и забытье.

— У вас имеются одаренные?

Лысый мужчина скупо кивнул.

— Два дня назад на нашем складе в порту произошел неприятный инцидент. Мы бы хотели, чтобы вы разобрались с проблемой.

— Вы предлагаете мне работать на мафию? — удивился я.

— Молодой человек, воздержитесь от слов «мафия», «якудза» и прочее. Мы — семья или клан на худой конец.

— Понял.

— Работа будет по вашему основному профилю — борьба с е-кай.

— У вас есть мое предварительное согласие. Однако если в ходе работ вскроется нечто криминальное, укрывать я вас не намерен.

— Вам просто не следует копать слишком глубоко, Амакава-доно. Иначе вы рискуете выкопать себе могилу, — постращал меня татуированный напоследок.

После обсуждения поставок амулетов, мы разошлись. Я на всякий случай вызвал подмогу из особняка: Агеху, Сидзуку и Гинко в роли водителя. Решил не откладывать операцию, лучше отдохну в воскресенье. Пока аякаси добирались, мы переждали в одной кафешке. И что мне делать, интересно, если я обнаружу на складе партию кокаина, к примеру? Дилемма. Ну, наверное, остаться идеально чистеньким, владея немаленьким состоянием, невозможно. Надо смириться с теневой стороной мира, все равно мафия бессмертна, как гласит народная мудрость. Химари не была расположена к разговорам. А вот Нобу дал совет:

— Надо поступать, как вам велит сердце.

И это говорит дух дверной ручки, у которого данный орган отсутствует — подумалось мне.

Возле порта меня поджидало несколько членов «семьи». Якудза быстро ввели меня в курс дела. На портовом складе Идзунати-гуми обосновался сильный е-кай приблизительно A ранга. Погибло несколько работников склада и один одаренный. Спасшиеся видели длинные извивающиеся щупальца. Только тентаклиевых монстров нам тут не хватало.

Мы осторожно вошли внутрь обширного неосвещенного складского комплекса, озаряемого слабыми лучами солнца, которые пробивались через редкие оконца. Вверх уходили стойки с упакованными ящиками и контейнерами. По словам уцелевшего охранника, инцидент случился в зоне погрузки в противоположной от нас стороне. Впереди шли Химари с Агехой, Гинко внимательно обнюхивала все подозрительное, замыкали процессию мы с Сидзукой.

Я успел краем глаза заметить впереди раскуроченный контейнер, как нелюдь атаковала. Два стремительных щупальца взметнулись в сторону Агехи и Химари, которые шли первыми. Тут у е-кай шансов было мало — обе девушки не сплоховали, укоротив лезущие щупальца. Некоторое время враг пытался достать Багрового клинка с разных сторон, но безуспешно. Ясуцуна порхала, отражая атаки, в разные стороны летели фиолетовые сгустки. Хиноэнма не уступала тентаклям, далеко растягивая свои конечности.

— Стойте, — выждал я момент, когда противник сделал передышку. Особой злобы я не чувствовал. Почему бы и не поговорить, если есть возможность?

Агеха отступила, Химари же полезла вперед, не слушая моего приказа.

— Химари! Твою мать! Стой, я сказал.

— Уничтожу! — рыкнула бакэнэко и прыгнула к ящикам, откуда и нападали щупальца. Росчерк фиолетовой энергии, и контейнеры разлетаются в клочья, открывая вид на прячущуюся человекоподобную фигуру коричневого цвета. Тянуло от него стихиями плоти и дерева.

Кзыыть! В последний момент я подставил Хаганэ под летящую Ясуцуну. Ух, словно наковальней приложила. Опыт сражений с бакэнэко у меня имелся, но сейчас она и не думала сдерживаться.

— Ксо! Очнись!

Бамс! Новый удар катаной заставил меня немного отступить.

— Это я — Юто! Твой милорд!

— Милорд? — неуверенно остановилась Багровый клинок.

— Не поддавайся безумию, Химари! Соберись. Возвращайся к машине. Это приказ главы.

— Слушаюсь, — выдавила бакэнэко и направилась на выход.

Мы обошли стеллаж, заваленный ошметками деревянного ящика, пластика и наполнителя и увидели аякаси, который особо и не скрывался. Ноги е-кай были практически отрублены под корень. Сочилась полупрозрачная серая жидкость. По-видимому, именно ими он и орудовал, как щупальцами. Гротескное лицо, руки и верхняя часть туловища представляли собой пародию на человека, где вместо кожи наблюдался материал, напоминающий дерево.

— Это давалпа, — узнала Агеха. — Я пролетала мимо их гнездовья где-то в районе Бангкока. Слышала, что у них развиты родственные связи.

— Хамэн джане дийя, — проговорило существо.

— Похоже на хинди, — проявила эрудицию Сидзука.

— Умеешь на нем говорить?

— Нет. Пару фраз знаю, нано.

— Эй, ты понимаешь нас? Do you speak English?

— Понимаю вас, — ответил давалпа на корявом английском.

— Зачем на склад напал?

— Не нападал. Выбрался из клетки. Надо помочь сородичам. Не смог освободить.

— Похоже, мы наткнулись на подпольную торговлю аякаси. Вряд ли легальную, иначе бы Рюгато обратился к четвертому отделу, — высказал я.

— Что будешь делать, Юто?

— Глянем на пленников. Гинко, выйди к бравым молодцам, скажи, чтобы подождали немного. Лучше в твоем волчьем облике. Думаю, это произведет на них впечатление.

— Да, Юто-сама.

Давалпа повел нас ко второму контейнеру, в котором он успел проделать проход. Однако дальше дело застопорилось. Внутри работал качественный барьер, не выпускающий пленных аякаси наружу. Я немного уже разбирался в подобных вещах — от Шидо, который инструктировал меня по работе со школьным артефактом, плюс в школе кое-что показывали. Ключ-амулет давалпа нашел у одного из охранников, однако требовался именно человек-одаренный. Аякаси защита игнорировала. На склад зашел Нобу, полюбопытствовав, не нужна ли нам какая помощь. Я в этот момент ломал голову, как бы открыть другие запертые контейнеры — там имелся собственный механизм со своими обычными немагическими ключами, которых поблизости не оказалось. Очень не хотелось бы оставлять о себе негативное впечатление у главы якудза. Но посмотреть, кто скрывается внутри было очень интересно. Тут-то на сцену и вышел Нобу. Оказалось, что дух дверной ручки может поладить с любым механическим замком. Так что вскоре контейнеры были вскрыты, я же любовался на пленников через зеленоватое марево защитной пленки. Пространственный барьер скрывал некоторые детали в магическом плане, но в общем и целом мы смогли составить картину с помощью моих вассалов и щупальценогого.

В самом первом, раскуроченном, обретались двое апсар, духов облаков. Если упростить, то это было нечто вроде индусских суккубов. Выглядели они вполне по-человечески: красивые девушки-индуски в традиционных нарядах и с кучей украшений. Одна из них сносно разговаривала по-английски:

— Господину угодно развлечься?

— Не сейчас. Вы пойдете со мной? Я постараюсь вас защитить.

— Как пожелаете, господин, — поклонилась апсара.

Когда Нобу открыл второй контейнер, какая-то огромная туша бросилась вперед, прогнув стенки защиты. Послышался низкий рев.

— Мантикора, нано, — заглянула Сидзука.

Индийский аякаси впечатлял. Даже через барьер я чувствовал его мощь. Здоровое львиное тело с человеческим лицом, шкурой красного цвета и скорпионьим хвостом. Однако по сравнению с ним Джеб казался настоящим пай-мальчиком и невиданным гением. Нобу закрыл контейнер обратно.

В следующем было несколько неразумных сурабхи — слабых аякаси белой коровы. В Индии данное животное священно, поэтому за их кражу по головке не погладят. Давалпа пояснил, что люди едят их мясо, чтобы молодо выглядеть. Последующие контейнеры содержали в себе исключительно злобных тварей, питающихся человечиной: индийские демоны пишачи, филиппинские лошадиноголовый тикбаланг, козлиные сигбины и вампироподобные асванги. Последние выглядели довольно привлекательно — надеялись спрятать свою мерзкую натуру под красивой маской. Хех, Амакава таким простым трюком не проведешь. Будь они посильнее — возможно.

В одном мы обнаружили трех наг — аякаси с нижней змеиной половиной, верхней — человеческой. В моем магическом восприятии они были нейтральными, спокойными и сдержанными. Плюс все трое вполне разумные, знающие кроме родного филиппинского кучу иностранных языков. Полиглоты практически.

Пару минут я размышлял, что мне делать дальше. Будут ли выгоды или только убытки и снижение репутации с якудзой? Но потом плюнул и решил следовать совету Нобу:

— Наги, апсары и давалпа, идете с нами. Не забудьте замаскироваться под людей. Я приючу вас на некоторое время, — начал я по-английски, потом перешел на более родной японский. — Гинко, Сидзука, найдите другой выход со склада. Используйте амулеты забытья, я вам свой запас печатей дам на всякий случай. Следуйте к выходу с порта. Повезло, что склад находится на открытой территории. Как дойдете, отзвонитесь. Скрываться особого смысла нет, но старайтесь не ввязываться в конфликт с якудзой. Справитесь?

— Да, Юто!

Операция прошла вполне успешно. Мы скопом покинули склады, а члены клана не стали нас надолго останавливать. Я лишь отчитался о выполнении работ. После чего мы с Нобу на машинах подобрали вторую группу. Давалпа попросился наружу сразу после того, как мы доехали до черты с лесом. Что ж, понимаю его выбор, наполовину е-кай стихии дерева, как-никак. Странно, что он оставил апсар так просто — я думал, он вызвался защищать суккуб. Причудлива и непостоянна аякасская логика. Быть может, он посчитал меня достаточным защитником для них. Сидзука, подлечившая его ноги, посоветовала ему наладить контакт с лесным советом духов Такамии.

По приезду в Ноихару меня ждал не особо приятный разговор с Рюгато-сан. Мы договорились о личной встрече на нейтральной территории — в ноихарской гостинице. Правда, десять процентов этого заведения принадлежало Амакава, но глава не был в курсе, либо проигнорировал сей факт.

В ресторане гостиницы нам прислуживали метрдотель с парой официантов, поскольку мы зарезервировали помещение целиком. Не особо роскошное — отель не мог похвастать размерами или количеством звезд. Вместе с главой прибыло несколько людей, в числе которых были одаренные не выше B ранга, по-моему. Это для меня B ранг уже не особо котируется, но обыватели им не соперники.

— Это не по понятиям, Амакава-доно, — перешел к делу Рюгато, когда мы разобрались с формальностями. — Я доверил вам имущество семьи, и чем же вы отплатили нам?

— И как вы узнали? Просто любопытно, — ответа я не дождался. Видимо, кто-то ушлый заметил странно одетых индусок или наг, с трудом переставляющих трансформированные из хвоста ноги. — Ладно. Клан Амакава против торговли разумными, — выделил я слово особой интонацией. — Рюгато-доно, я распечатал вам черновой вариант манифеста агентства САМБА. Исключений в данном правиле быть не может, даже несмотря на наши добрососедские отношения. Однако я не против компенсировать неудобства амулетами света, например.

Пока босс знакомился с документом, я продегустировал местный стейк с овощами и ягодный сок. Недурно. Далее начался торг. За каждого нага Рюгато требовал по сотне амулетов, что в принципе приемлемо. А вот апсар он хотел вернуть назад. По словам босса, данные аякаси работали добровольно, просто при транспортировке из Индии ко всем были применены одинаковые меры безопасности.

— Может, их самих спросим? — предложила Сидзука, отставив пустую чашку из-под мороженного в сторону. Уже наученный официант быстро подошел и забрал тару, чтобы вскоре принести новую порцию.

Минут через пятнадцать индуски прибыли в гостиницу. Я успел выяснить от лысого босса, что работали аякаси в борделе.

— Вы хотите и дальше продолжать работать по специальности?

— Такого наше предназначение, господин. У вас вкусный запах… Не желаете отдохнуть с нами?

Ага, еще подхвачу какое-нибудь потустороннее венерическое заболевание.

— Раз вы согласны, следуйте за людьми Рюгато-сан. А наги вам зачем нужны были? — обратился я к региональному главе Идзунати-гуми.

— Переводчики. Иностранцев из ближних стран у нас хватает. Известно, что наги могут в короткие сроки обучить человека другому языку.

— И много у вас аякаси работает?

— А у вас, Амакава-доно?

Я хмыкнул:

— Достаточно. Я понял вас, Рюгато-доно. Если больше вопросов нет, предлагаю закончить на этом.

— Надеюсь, что впредь вы будете проявлять благоразумие, и не лезть в наши дела.

— Кое на что я могу закрыть глаза, но всему есть предел.

— Мне ясна ваша позиция, — напоследок кивнул мне мафиози.

Глава 6

Какой-то искорки между нагами и мизухэби не возникло, хотя оба вида относились к водным змеиным аякаси и могли общаться на своем шипящем наречии. Правда члены уничтоженной семьи Сидзуки в своем истинном лике имели полностью змеиное тело. Слишком уж наги мутные, скучные и безынициативные. Водной лоли даже поиздеваться не над кем. Кайя выделила им одну комнату в особняке, плюс они облюбовали наше озеро. Честно говоря, троих переводчиков мне не требовалось, но не разлучать же их? Кстати, одна из наг была самкой, так что восстановление популяции вполне возможно. Аякаси не обращали внимание на близкородственные связи.

Змееликие поведали нам одну занятную историю. Когда-то в реках Индии водилось два племени наг. Одни пошли по пути развития личной силы. Со временем они были истреблены индийскими экзорцистами. Другие решили изучить людей, стать им полезными. Их тоже, правда, знатно покрошили, но часть уцелела, когда о их талантах прознали. Остатки племени наг разделили, и с тех пор они уже приличное количество времени занимались обучением людей языкам, перебираясь с места на место. По крайней мере, они выжили, пусть и остались в положении рабов фактически.

Эта троица владела всеми основными языками азиатского и европейского региона. Каждый специализировался на своей группе. Было туго с арабским и русским, как ни удивительно, ведь языки достаточно популярные. Я обещал научить их русскому, как появится свободное время. Одного я сразу пристроил к Джебу для обучения японскому, остальным наказал подтягивать уровень английского языка, особенно выделив Агеху и Гинко. Хиноэнма отнекивалась, но мне удалось убедить ее довольно быстро, выдав порцию своей крови из холодильника. Почувствуй себя наркодилером, называется. Хорошо хоть апсар сплавил, избежав участи сутенера. Перед отходом ко сну я загрузил Сасу работой, решив последовать совету Зака-сенсея. Требовалось увеличить длину клинка без значительной потери в прочности. Одноногий кузнец обещал все сделать.

Мои планы по ничегонеделанию в последний день недели накрылись адамантьевым тазом. С утра я поэкспериментировал с новой бумагой для печатей. Лучше всего показывала себя обычная коричневатая ватоси, так что я решил перейти на нее. Потом пару часиков клепал печати для якудзы. К обеду приперлись Горо-сан, Кагецуки и Альберт для утверждения проектов и программы развития. Они тут же взяли в оборот одного из наг, который специализировался на азиатских языках. Приехали рабочие с бетонными плитами для строительства нормальной вертолетной площадки. Цистерну еще подогнали для заправки машины. Теперь наш Robinson надо только на плановое ТО возить в Такамию. Лишь вечером я посмотрел фильмец, да сгонял одну партию в доту с Пуджем. Довольный Саса презентовал мне новый Хаганэ, напоминающий теперь вакидзаси по форме лезвия. Рукоять только осталась прежней. До двух сяку (~60 см) кузнец догонять не стал, иначе бы клинок стал слишком непрочным. Однако почти полметра — это уже внушает уважение. Ножны иппон-датара также подправил для измененного вакидзаси. В целом я остался доволен, правда, теперь мой образ еще больше напоминал японского самурая. Ну, как говорится, с азиатами жить, по-азиатски выть.

— Здравствуйте, вы позвонили в пивоваренную компанию «Тосоку и сыновья». Чем могу вам помочь?

— Здравствуйте, скажите, какая максимальная по объему выпускаемая пивная тара на вашем заводе?

— Литровая бутыль.

— А больше сделать можете?

— Придется специально заказывать на стекольном заводе. Это существенно увеличит цену.

— Цена меня не волнует. Я продиктую вам номер моего помощника, обговорите с ним детали оплаты. Пока я хотел бы заказать три пяти… нет, семилитровых бутыли с пивом.

Закончив разговор, я довольно потер руки:

— Пацан сказал, пацан сделал.

Понедельник — день тяжелый. Один Кента-сан был бодрячком. Весело шутил, пока мы летели до школы. Хорошо пилоту. Пару раз в неделю отвезти босса на место, да машину потом заправить. И можешь развлекаться, сколько угодно.

На первых двух занятиях Айкава-сенсей поспрашивала меня немного. По теории магии похвалила, а вот монстрологией посоветовала заняться вплотную. Тогда через пару-тройку недель учительница будет ходатайствовать о моем дальнейшем продвижении в классах. Видно, что молодого педагога немного тяготит мое нахождение в ее классе. На этот раз речь зашла о высших сущностях. Считается, что в Японской империи всего трое великих аякаси: старик Нурарихен, великан Лидара-локти и кицунэ Кудзуноха.

Тут уж мы Сидзукой стали центром внимания. Притихшим детишкам я поведал про моего гостя Нурарихена, который наведывался не так давно в Ноихару. Сидзука сказала пару слов про Лидара-локти. Огромный великан уже много десятилетий скрывается где-то в Японии, хоть само по себе звучит это несколько несуразно.

— Один раз я встречалась с рыжей Кудзуноха но кицунэ, нано. От нее сакэ за милю несло. Страшная пьяница, затискала меня чуть ли не до смерти. Пришлось убегать через ближайший водоем, — поежилась от воспоминаний мизухэби. — Ходя слухи среди аякаси, что она мать Абе но Сэймэя.

Дети и учительница зашумели негодующе. Считалось, что Абе но Сэймэй является прародителем клана Тсучимикадо. Происхождение легендарного оммедзи от аякаси — практически оскорбление Первого клана целиком. Сидзука лишь плечами пожала.

Скрытничество — это умение остаться незамеченным для противника. Достигалось двумя основными способами. Ментальный скрыт, которым славились шиноби и клан Нобуна в частности. Нечто вроде постоянного влияния на разум оппонента с целью заставить его поверить, что перед ним никого нет. Я бы мог, наверное, сделать печати со сходным действием, только зачем? Проще кинуть подчинение или забытье. Второй способ — иллюзии, которыми славилась школа воды и воздуха. Мне показали несколько способов для отдельного сокрытия ауры, которые со светом не работали. Посовещавшись с учителем, мы пришли к выводу, что мое собственное «закольцевание» наиболее эффективно.

Также нас учили обнаруживать скрытников. В случае ментального внушения требовалось разогнать магию внутри себя и резко развеять наружу. Идеальной внешней иллюзии же не существовало. Нас учили различать малейшие неточности в магическом фоне вокруг. Так мы и тренировались — часть пыталась спрятаться, другая — обнаружить их или самого учителя в скрыте. Думаю, что месяц или два походить стоит, но чего-то значительного занятия по скрытничеству мне не принесут.

Защита сознания прошла в прежнем ритме. На обед мы снова заняли весь стол: я с Сидзукой, Куэс, Ларен, Джуно, Аяко, Мэйка и настырный Йошида. Словно и не замечает, что ему тут не особо рады.

— А-а, вот вы где, — услышал я смутно знакомый голос.

К нам направлялся короткостриженый юноша с недовольным выражением лица:

— Джингуджи-сан, Амакава-сан… Сидзука-тян, — кивнул нам ученик.

— Ога-кун, что забыл в Оммедзи Гакуэн? Ты ведь должен обучаться в клане, — сказала Куэс.

Точно. Младший наследник Четвертого клана, который представлял их на совете экзорцистов. Несмотря на то, что мест не было, юный Нобуна забрал свободный стул из-за соседнего стола и втиснулся между мной и Лареном.

— Ха! Папаня удружил. Сказал, что неспроста Двенадцатые и Шестые отправились сюда. Иди-ка и ты, оболтус Ога, постигать знания вместе с бесклановыми. Авось поумнеешь и серьезности наберешься.

— В каком вы классе, Нобуна-сан? — вежливо поинтересовалась Такахаси.

— Третий A.

— Надо же. А я вот еще по совместительству с третьеклассниками занимаюсь, — вздохнул я.

— Ха-ха, они тебя дедом не обзывают?

— Не-е, наверное опасаются моих сопровождающих. Как у тебя дела с Кумико-тян? — припомнил я девочку с медвежьими ушками.

— Э-э, при чем здесь Кумико? Мы и встречались-то последний раз на совете. Да и вообще она еще совсем мелкая, — несмотря на бравый тон Ога немного покраснел.

— Кибаджуба Кумико? — переспросил Йошида. — У нашего соседа есть плакат во всю стену с ней. Еще, кстати, фотки развешены главы Кагамимори в форме мико.

— Подобная низость недостойна экзорциста, — хмыкнула Сумеречная луна. — Юто, а где твоя кошка? Ты ведь раньше с ней постоянно таскался.

— Она нашла себе нового кавалера… Не спрашивай. Зато тут много красивых девчонок. Хм, а вы ничего не слышали про Кавахару Миину из 3A?

— Кавахару-сама? — переспросила Мэйка с интересом. — Она в прошлом году два триместра удерживала титул чемпиона! Но в этом году почему-то не участвовала в турнире. Говорят, что Кавахару-сама перегорела, потеряла свою силу.

— Одобряю твой выбор, — кивнула Куэс. — Впрочем, любой человек будет много лучше аякаси.

— Не смешно. И никого я не выбирал. Просто Миина-сан — моя соседка по комнате.

— Амакава-сан, познакомьте нас! Пожалуйста! — оживилась огненноволосая Лэджинс. — Сегодня можно и с клубом повременить ради такого.

На практических занятиях по магии мы отрабатывали синхронное выполнение команд: в укрытие, атака с дальней дистанции, ближний бой, защита, вынос раненого и прочее. Происходящее мне больше напоминало хаос — каждый что-то делал своей подчас уникальной магией. Хотя на самом деле одноклассники уже имели приличный опыт совместных тренировок. Мы с Сидзукой старались не отставать.

Последний урок физического развития прошел без изменений в сравнении с прошлым разом. Я научился делать переворот и сальто без всяких подпорок. Пока только со светом.

Часам к шести мы собрались в моем номере общежития. Даже Йошида притащился. Миина была немного раздражена, но в целом ничего против одноклассников не имела. С ноткой ностальгии рассказывала о временах, когда она была номером один в школе. Сейчас же девушка худшая в классе и первая на вылет в 3B, только прежние заслуги и спасают. Показала магическую гифку — анимированную фотографию, где она с довольной улыбкой стояла на пьедестале и поднимала вверх кубок школы. Ларен в своей манере предложил им стать соратниками. Когда ее спросили, почему она больше не выступает, Кавахару поведала о своей проблеме. Для пробуждения родовой магии требуются особые условия. Но она добавила также, что в последнее время силы к ней начинают возвращаться. Меня, честно говоря, больше интересовали способы производства анимированных картинок, но перебивать эмоциональный рассказ соседки я не стал. Одноклассники немного поиграли с Ди-ниджу, после мы поиграли в карты.

Ранним утром в нашу дверь заколошматили со страшной силой. Я кое-как отпихнул Сидзуку и еще полусонный прошел в крохотную прихожую.

— Кого там принесла нелегкая… — отпер я дверь.

Створка распахнулась от резкого рывка, а меня схватили за пижаму и притянули с нечеловеческим усилием:

— Ты! Что ты сделал с моей сестрой?! Отвечай, насекомое! — разорялась девочка с густой копной длинных серых волос в школьной форме.

— Ничего.

— Да кому нужна эта старуха, — поднялась с моей постели взъерошенная мизухэби.

— Что-о-о?! Это еще что… Ты позволяешь аякаси ночевать с тобой в одной комнате, да еще и спишь с ними?! Чем вы занимаетесь рядом с моей сестренкой?! Миина — хрупкий цветок, она…

— Хватит, Минако.

— Но сестра…

— Юто пока не давал повода отчитывать его… Ну кроме того, что в первый день он видел меня раздетой… Плюс он спит со своей аякаси, выглядящей как несовершеннолетняя девочка.

— Ты зовешь его по имени?! Раздетой?! Сестрица, можно я выколю ему глаза?

— Нет, прекращай уже.

— Миина! Ответь мне честно, он использует свое положение, да?

— Нет!

— Ну хорошо. Живи, раз старшая сестра тебя пощадила. О чем ты задумался, извращенец? — подозрительно спросила девочка.

— Точно! — хлопнул я рукой, вспомнив подходящий термин. — Яндере!

Экзорцистка (а с такой силищей иначе и быть не могло) снова притянула меня за пижаму. В ее глазах читался приговор мне, как мыслящему разумному:

— Крайне опрометчиво навешивать ярлыки на незнакомых людей, не так ли, соседушка? Может, ты и сестрице типаж присвоил, а?!

— Хм-м, моэ? — неуверенно протянул я.

Пара пуговиц отлетела от рубашки, не выдержав напора. От девочки потянуло нездоровой магией. Мои волосы встали дыбом из-за разрядов электричества.

— Юто, ну хватит. И ты, Минако, прекращай немедленно.

— Смотри у меня. Одно неверное движение, и я заставлю тебя съесть своего дружка, — холодным тоном произнесла ученица.

— Оу, какие нынче школьницы пошли агрессивные.

Вообще девочка выглядела этаким детсадовским ветераном. На руке я заметил мозоли от тренировок и ссадины, на лице несколько царапин, одна из которых заклеена пластырем. Боевая лоли. Да и Миину я бы не назвал хрупким цветком. Хотя обе весьма недурны собой, с развитыми для их возраста фигурами и симпатичными личиками, этого не отнять.

— Сестра, он меня бесит! Можно я ему врежу разок? Я вызываю тебя на дуэль, водомерка!

— Минако, ты пока слабый B ранг. Хватит цепляться ко всем сильным экзорцистам школы, — устало проговорила сестра, расчесывая волосы.

— Ты меня раздражаешь, малявка. Ты — неправильная лоли, знаешь ли.

— Е-кай спросить забыли!

— Я вызываю тебя на дуэль, фальшивая яндере! — уверенно указала пальцем водный дух на Минако-тян.

— Э-э, а разве аякаси могут вызывать на поединок?

— Ну, официально, она мой фамильяр, так что ты вроде как будешь сражаться с частью меня, — высказал я.

— Хорошо! Сначала я раскатаю в тонкую лепешку эту наглую мизучи, а потом займусь тобой! Сегодня на шестом уроке на третьем полигоне! Сестра, если он хотя бы не так на тебя посмотрит, сразу говори мне. Вместе мы точно собьем с него спесь!

— Обязательно.

Минако выскочила из номера, громко хлопнув дверью.

— А почему она фальшивая?

— Ты настоящую яндере не видел, нано, — фыркнула Сидзука. — Это в манге все выглядит мило и невинно. На самом деле от таких маньячек надо держаться подальше.

— А что насчет лоли?

— Холить и лелеять, нано!

— Поня-ятно, — протянул я. — Все будут тосты? Тогда пойду займусь завтраком.

Первые два занятия вторника отведено под искусство печатей. Как ни трудно догадаться, мы занимались печатями. Подавляющая часть использовала инженерный подход. Составляли сначала схему на бумаге, особо продвинутые сходу внедряли каркас заклинания в заготовку. В отличие от амулетов света запаса энергии в классических печатях не предусмотрено. Я под надзором старенькой учительницы промучился около часа, пытаясь создать из света базовые руны, круги и пентаграммы. Фиг там. Сенсей сказала, что мне придется менять тип мышления и переходить полностью на инженерную магию, иначе прогресса не будет. Да и смена парадигмы тоже не гарантирует успеха. Так что пришлось мне клепать печати по старинке. Опираясь на чувства и магическое чутье. На втором занятии начал работать над множественным подчинением, сделав под конец несколько рабочих экземпляров. Уходило на них времени раза в три больше, чем на одиночные печати. Учительница забрала у меня парочку, пообещав предоставить полный отчет о их работе на подопытных.

Урок ментальной магии не принес мне какого-либо ценного практического опыта. Как всегда, моя магия света являлась уникальной, и общепринятых приемов для нее не существовало. Я пытался объяснить свои ощущения при работе с чужим разумом, но опытный учитель не нашел четких аналогий с имеющимися школами ментальной магии. Мне надо создавать свою методику, подходящую исключительно для носителей света Амакава. Думаю, что от данного предмета можно смело отказываться. А вот на защиту сознания еще походить стоит. Медитации мы провели на подушках на полу в позе лотоса. Учитель вещал своим гипнотическим голосом, что мы должны очистить сознание, расширить астральные каналы и собрать небесную чакру, не забывая обволакивать нас мягкой магией. Стихийникам — контроль эмоций. Инженерам — управление разумом и сортировка воспоминаний, избавление от лишнего мусора. По-видимому, кому-то данные уроки помогали, но для себя никакой пользы в медитациях я не увидел. Схожу еще разок, а потом ну их нафиг. Кстати, на ментальной магии и медитациях присутствовали не все одноклассники — некоторые имели освобождение от занятий. Слишком уж специфичные предметы.

На обеденном перерыве Ога-кун развлекал нас, рассказывая подробности своих первых двух дней учебы. Об одноклассниках отзывался в стиле «ну они и тупые!». Девчонки достают, предлагая то свое бенто, то оставляя письма с любовными признаниями. Парни постоянно задирают, пытаясь проверить свои силы на экзорцисте из Четвертого клана.

— Как я тебя понимаю, друг, — смахнул я невидимую скупую мужскую слезу. — Признаний мне пока не присылали, но вот дуэли одна за другой сыплются. Сегодня, если свободны на шестом уроке, можете прийти посмотреть на третий полигон, где Сидзука будет сражаться за мою честь. Ты настоящий рыцарь, моя лоли! Лоли-рыцарь!

— Клоун! — фыркнула аякаси.

— Амакава! Я вызываю тебя на дуэль! — прервал нашу веселую беседу подошедший парень. А, это тот, что наехал на нас в первый учебный день. Я вспомнил его по серьге в правом ухе.

— Условия?

— Стандартные. До признания поражения или потери сознания. В случае моей победы ты выдворяешь е-кай из школы на месяц!

— На неделю, — уточнил я. — Если я выиграю?

— Один «осколок».

Так называли в народе обработанный кусок магического накопителя. Три штуки для школьного артефакта мне обошлись по двести тысяч долларов каждый. Для меня подобные суммы уже не столь внушительны, но бесклановый парень вряд ли являлся миллионером.

— Идет.

Противник развернулся и направился прочь из столовой, как бы намекая следовать за ним. Куэс заявила флегматично, что у нее есть более важные дела, чем смотреть за мерянием… магией между школьниками. Остальные, включая Нобуна Ога, направились с нами.

— «Непобедимый» Нагато Юджихиро, — шепнул мне всезнающий Йошида. — Входит в топ двадцать школы. Однако несмотря на невысокий рейтинг он ни разу не проигрывал в дуэлях.

Сейчас я имел больше времени и возможностей осмотреть парня. Вихрастые волосы на кончиках осветлены, но что больше меня удивило, так это форма бровей. Они были изогнуты зигзагом… или знаком молнии. Мы пришли в безлюдное место на краю рощи. До школьных строений было достаточно далеко. Здесь нас поджидали несколько старшеклассников — дружков Нагато.

— Мы будем сражаться без учителя? Это противоречит уставу школы, — заметил я.

— Я поставлю скрывающий барьер, Амакава-сан! — заявил Йошида. — Учителя не заметят магию!

Парень выбросил четыре печати, накрыв приличную область. Вскоре я почувствовал отголоски спатио-энергии, и нас окутал прозрачный барьер с зеленоватыми всполохами…

…Осознал я себя летящим в воздухе. Удар о землю выбил дух на секунду. Я выпустил свет, приводя себя в боеспособное состояние. Ага, судя по головной боли, псимант. И неслабый, раз смог пробиться через мою обычную защиту разума, покрова света и стереть часть воспоминаний о бое. Правая рука висела плетью, левое колено неприятно постреливало. Я выбросил вперед несколько разнообразных печатей, которые отвлекли Юджихиро, и перехватил Хаганэ левой рукой. Резерв еще не пуст, так что сражаться я могу. Главное — обеспечить защиту от ментальных атак. В покров вокруг головы я угрохал немало маны. Усиление. Вперед!

Грубая сила схватила меня на полпути и скрутила. Я выпустил света, ослабив давление. Напоследок Нагато отправил меня снова в продолжительный полет. Телекинез. Вот же гадство. Почти мгновенная активация и невидимость атак, сложность блокировки. Следом в меня прилетело насколько камней и бревен. Похоже, чтобы пробиться к нему вплотную, мне придется использовать все остатки резерва, который таял на глазах. Телекинез — вещь хорошая, но вот максимальная мощность по сравнению с иными типами магии подкачала. Один мощный рывок, и противник не справится с нагрузкой…

…Над головой серело пасмурное небо, готовое пролиться осенним дождем. Сидзука сидела рядом, водя прохладными пальчиками над сломанной рукой и поврежденными ребрами. В конце Юджихиро снова приложил меня ментальной магией, когда я ослабил защиту. Но на этот раз я сохранил обрывочные воспоминания. Через некоторое время я осторожно поднялся не без помощи мизухэби и Ларена. Нагато с дружками стояли неподалеку, смотрели настороженно, плюясь унизительными шуточками. Мои одноклассники также были напряжены, готовые в любой момент пустить в дело магию и кулаки.

— Благодарю за опыт, — коротко склонил я голову. Обстановка несколько разрядилась.

«Непобедимый» ничего не ответил, махнул своим рукой, и группа учеников покинула место дуэли. Они думают, я буду на него злиться? Ну, обидно, конечно. Проигрывать всегда неприятно. Но именно ради этого я и пришел в Оммедзи Гакуэн. Получить опыт сражений с разными противниками, научиться пользоваться своей магией в самых разнообразных ситуациях.

— Вы идите на стихийную магию, уже урок начался, — сказал я. — А мы дойдем до медпункта. Нет, моя лоли, я верю в твою целительную магию, но ведь два лекаря лучше, чем один?

— Хорошо, — кивнула Аяко. — Мы скажем учителю, что вы плохо себя чувствуете.

— Амакава-сама, в следующий раз вы надерете ему задницу! — подбодрил меня Саватаро.

— Само собой, — хмыкнул я.

Почувствовался слабенький отток магии. Сначала я подумал, что ко мне какой-то паразит прицепился, как нам рассказывали на уроках монстрологии. Однако это оказалась моя потрепанная школьная форма. Медленно, но верно повреждения в тканях затягивались. Не соврали мастера в ателье. Усиленный комплект одежды — весьма полезное приобретение. Надо бы и для повседневного ношения заказать.

Дежурная школьная медсестра оказалась на поверку сексапильной женщиной неопределенного возраста в мини-юбке, коротком халате и с чарующим голоском. Тайзо бы на моем месте точно писался кипятком от радости, хотя и я не остался безучастным к женским чарам. Она заставила меня выпить общеукрепляющую микстуру и полечила повреждения целительской магией. Во время обследования она так ненавязчиво двигалась, то демонстрируя свое декольте, то стройные ножки. Может, подобные женские хитрости у нее уже на уровне рефлексов, а может она и не прочь породниться с кем-то из великих кланов. Демон ее знает. Шипение Сидзуки держало медсестру в рамках приличия, а под конец водный дух буквально вырвала меня из цепких лап и уволокла прочь, пообещав самой закончить с ранами. И вовремя. Я уже начал думать — почему бы и нет? Девушки у меня давно не было.

— Слюни вытри, нано.

— Что бы я без тебя делал, мой лоли-рыцарь!

— Если тебе надо сбросить пар, я всегда могу подсобить, знаешь ли.

— Не-не. Как говорил мой отец, мужчина должен думать головой, а не… тем что пониже, — зацензурил я истинное изречение.

— Синити-то?

— А… да, вроде того, — признаваться в том, что это был мой отец из прошлой жизни, я не стал. — И вообще, чем тебе наги не угодили? Вполне интеллигентные, цивилизованные змеечеловеки.

— Пф-ф, — не удостоила меня нормальным ответом Сидзука.

Глава 7

Мы поучаствовали в занятиях по стихийной магии. У учителя-иностранца, немца, если точнее, был занятный подход. Если европейские инженеры завязывали свои магосхемы на произнесение слов или жестов, то стихийники концентрировались на эмоциях. Если привязать нужное настроение под магию, то и колдовать станет легче. Боевики выбирали ярость, злость, азарт, некоторые — страх, гражданские маги — спокойствие, иногда скуку. Я изобретать ничего не стал — сделал, как рекомендовал герр Шмайзер: припомнил собирательный образ своих эмоций во время боя. Немного страха и азарта, раздражение, и слегка зависть к способностям противника. Поработал с обнаружением аур, пытаясь призвать свое боевое состояние, среди стихийников именуемое трансом. На большее при магическом истощении и общей усталости меня не хватило. Одноклассники были уже в курсе моего проигрыша Нагато. Кто-то бросал сочувственные взгляды, кто-то злорадные.

С шестого урока, парной практики по магии, отпросились на полчаса. Урок вел все тот же Зак-сенсей с помощницей. Дуэли — это святое, как заявил нам преподаватель, щурясь и поглаживая бородку.

Спустя десяток минут блужданий по огромным запутанным секциям стадионов, мы отыскали нетерпеливую Минако на третьем полигоне, где занимались ученики средних классов. Бой корусманта и акваманта вышел довольно показательным. Сидзука была в целом сильнее, но нелюбимый ею элемент молнии немного уравновешивал шансы. Сказалось также и то, что аякаси потратила часть сил на мое лечение. Однако столетний опыт не пропьешь. Сидзука подловила младшую сестру Кавахару и знатно потрепала. Промокшая до нитки девочка приняла поражение стойко:

— В следующий раз я тебя одолею, мизучи!

— Тебе не стать настоящей лоли! Слишком поздно! Нано! — пафосно ответила водных дух. — И Юто тебе не достанется.

Одноклассники Минако зашептались, а сама девочка покраснела:

— Не мели чушь! Никто в здравом уме не захочет связываться с этим насекомым-извращенцем-дохляком.

— Мне же лучше, знаешь ли. Спасибо за опыт.

Мы уже собирались покинуть третий полигон, как к нам подошла местная учительница практических занятий:

— Амакава-доно, можно к вам обратиться?

— Да?

— Дайренджи Такано. Это пока моя личная инициатива, не согласованная с директором и PTA (родительским комитетом). У нас не так много материала для тренировок экзорцистов с аякаси, притом все они крайне травмоопасные. Дикие е-кай сражаются насмерть. Если вы согласитесь предоставить нам своих бойцов в качестве спарринг-партнеров, уверена, школа будет вам благодарна.

— Интересное предложение, Дайренджи-сан. Узнайте у руководства их мнение. Потом уже обсудим, сколько это будет стоить. Кроме денег, можно поговорить и о некоторых школьных привилегиях. Тех, что за баллы.

— Благодарю, Амакава-доно.

Небольшая занятная японская особенность. Ранее Дайренджи обращалась ко мне с суффиксом — кун, как к одному из учеников школы. Когда речь зашла о клановых делах, перешла на уважительное — доно. По обычным вопросам я снова стану «куном» наверняка. Из грязи в князи и обратно.

Поучаствовав лично в схватках и с людьми, и с аякаси, а также понаблюдав со стороны, заметил главное отличие. Люди не давили на противника своей аурой. Это особое чувство, к которому я успел привыкнуть в сражениях со злобными е-кай. Даже Сидзука, относительно мирная и милая особа, владела этим приемом фактически в автоматическом режиме. Следившие за спаррингом с высокоранговой е-кай дети чувствовали себя неуютно, а ведь мизухэби не билась всерьез. Думаю, именно поэтому тренировочные бои с настоящими е-кай очень важны для начинающих охотников.

Вернувшись на парную практику, мы застали активно тренирующихся одноклассников. Я, по понятным причинам, не присоединялся, только наблюдал. С Сидзукой у нас было двадцать четыре ученика, двенадцать команд. Иногда в тренировочном соревновании сходились пара на пару, иногда четверки, а один раз учитель поделил класс на две части. Били не в полную силу, просто обозначали удары. Мало кто мог себе позволить тратить ежедневно море энергии.

После окончания основных занятий я направил свои стопы в исследовательский корпус, как мы и договаривались с личным куратором. Профессор назначила встречу, когда я проучусь полные четыре дня.

— Кхем, — кашлянул я.

Седзо-сан подняла взгляд на нас, отложила в сторону женский журнал и банку с пивом. Я слышал, конечно, что маги — существа экстравагантные, но у меня уже начинают закрадываться сомнения в профессионализме некоторых отдельных личностей.

— Амакава. Пришел. Как в школе дела?

— От «медитаций» и «ментальной магии» толку мало. Как и от «искусства печатей». Но на печати я еще похожу — там удобно заниматься зачарованием для личных нужд, — я коротко обрисовал ситуацию и по остальным предметам.

— Ясно. Становись в круг.

Я с опаской взошел на пьедестал. Дохнуло холодом, после чего рунный круг слабо засветился. Профессор что-то быстро переключала в визуализаторе:

— Выдай одну сотую своей силы.

Я постарался выплеснуть света, ориентируясь на свой максимальный резерв.

— Не многовато ли? У тебя скрытые резервы?

— Нет, просто сейчас мана почти на нуле, профессор. Я после дуэли с Нагато Юджихиро.

— Телекинетик и псимант. С ним нельзя затягивать бой, вырубать единой резкой атакой.

— Ваши бы подсказки, да перед боем.

— Запиши мой номер телефона, звони в любое время. Сейчас стой и не пытайся защищаться магией. Проверю твою устойчивость.

От Седзо-сан дохнуло арктическим холодом, пробирающим до костей. Я застучал зубами, стараясь держать свои защитные инстинкты под контролем.

— Понятно. Теперь создай наиболее тонкий и плотный луч магии. Направь в руну «свобода». Поиграйся с длиной луча. Нужно, чтобы получилось нечто вроде иглы.

Я выполнял требования, как мог, с учетом небольшого количества света в резерве.

— Сейчас я буду посылать в тебя небольшие потоки магии случайного типа, называя числа. Тебе надо запомнить два номера из тех, что тебе неприятны, и наоборот. Которые наиболее близки тебе по духу. Ясно? Начали! — не дожидаясь моего ответа, скомандовала профессор.

Меня обдавало энергиями разных стихий, большую часть из которых я смог узнать. Далее я назвал Седзо-сан номера.

— Итак, наиболее плохая совместимость у тебя со льдом и водой…

— Чего?! Что ты несешь, карга старая?! — нахохлилась Сидзука.

— К-хо, — удивилась профессор. — Всего лишь констатирую факт. Предрасположенность к огню и воздуху. Если ты планируешь развивать другие стихии, то это оптимальные варианты. На сегодня достаточно, мне надо обработать полученную информацию. Завтра мы займемся индивидуальными тренировками, постарайся экономить энергию, — при упоминании тренировок губы сенсея расползлись в предвкущающей улыбке.

— Спасибо, профессор, — только и мог выдавить я.

Было в этой дамочке нечто, пугающее похлеще самого злобного е-кай.

При входе в общежитие меня выловила Асами-сан, вручила письмо, а также напомнила о том, чтобы я вел себя прилично по отношению к соседям. Внутри конверта лежала карточка-приглашение на очередное заседание совета экзорцистов восемнадцатого сентября от Кагамимори. Как я понял, настала очередь Третьих принимать у себя глав великих кланов. Место проведения — Киото, Киемидзудэра или храм Чистой Воды.

Вечером я сосредоточился на монстрологии, пытаясь запомнить все эти подчас почти не отличающиеся друг от друга типы низших е-кай. Даже у гномов кидзимунэ и коробокуру имелось с десяток региональных подвидов. Высших буду изучать завтра на той же монстрологии, только уже в классе 2A.

Что же, с четверга на неделю я буду предоставлен самому себе. Условия проигравшего поединок необходимо выполнять. Генри отправился к Кента-сан в гостиницу неподалеку. Сидзуку я также попросил схорониться где-нибудь. Мизухэби довольной не выглядела, но заверила, что ее никто не увидит.

В главном холле меня поджидала целая толпа. Нагато с дружками внимательно проследил, что я соблюдаю уговор. Также подвалили ругающиеся между собой незнакомые парень и девушка, которые не могли поделить меня. Если точнее — с кем первым я буду участвовать в дуэли. С затаенной радостью я обломал обоих, заявив, что мой куратор запретила мне расходовать силы по всяким пустякам.

— Кто твой куратор?

— Мы договоримся с ним!

Какие настойчивые. Медом я намазан, что ли?

— Профессор Седзо-сан.

— Седзо-сама?! Ледяная королева?! — воскликнула девушка.

— Хорошо, — поджал губы парень. — Мы подождем.

Уф, отстали… Спасибо вам за вашу репутацию, профессор!

— Амакава-сан! — показалась на горизонте Райхо Минами. — Сколько вы еще будете заставлять девушку ждать? Это не по-джентльменски. Сегодня вечером уделите мне время?

— У меня тренировки.

— Тогда на обеденном перерыве?

Юная журналистка смотрела уверенно, словно у нее было заготовлено еще несколько вариантов на случай моего отказа. Глаза ее возбужденно блестели, а руки постоянно находились в движении.

— Я могу подойти к вам в общежитие? Мы разговаривали с Кавахару-кун, она не против.

Уже и номер разузнала, и соседку успела уболтать.

— Это правда, что вы проиграли в подпольной дуэли «непобедимому» Нагато? Нет! Слишком мало времени, чтобы задать все интересные вопросы! Мне нужно полноценное интервью! Школа жаждет знать о вас любые подробности, Амакава-сан!

— Хорошо, давайте во время обеда… — сдался я.

— Отличненько! Тогда с меня бенто в качестве компенсации! До скорого!

Еще кто-то из учеников хотел подойти, но меня спас звонок на урок. Я поспешил на четвертый этаж к кабинету своего класса. И застал одноклассников выходящими из комнаты вместе с пока незнакомой мне учительницей средних лет.

— Амакава-кун? Опаздываете.

— Простите, сенсей.

— Сегодня мы прослушаем лекцию от специалиста из великого клана, который недавно прибыл в школу. Большая удача получить информацию о е-кай, можно сказать, из первых рук. Ох, мне дали почитать записи и посмотреть отснятый материал, там столько интересного! Как минимум на магистерскую степень.

Мы прошли в огромный лекционный зал, где собрался весь наш поток. Классы от A до E, человек сто двадцать или около того. Я заметил знакомую персону, которая беседовала с учениками на первых рядах. Учителя за кафедрой видно не было, поэтому я подошел поздороваться:

— Маки, привет. Тоже пришла послушать лекцию?

— Юто! То есть, Амакава-кун. Значит, ты на втором году обучения? — приветливо улыбнулась мне девушка.

— Да.

— Ваш класс последний. Присаживайся и начнем занятие, — охотница задорно подмигнула мне и направилась к кафедре.

Сложив дважды два, я ухмыльнулся и проследовал на дальние ряды, где еще оставались свободные места. Тсучимикадо Маки немного не хватало преподавательского опыта, но все равно рассказывала она захватывающе, с воодушевлением и интересными подробностями. Сопровождая слова фотографиями и видеозаписями на проекторе. Немало времени уделили британским сверхъестественным существам. Жаль, что конкретно данные особенности аякаси я знал, как бы не лучше ее самой. Хотя сама научная интерпретация и классификация е-кай и их способностей вышли познавательными.

После лекции Маки закидали дополнительными вопросами. Как минимум половина потока осталась.

— Амакава-кун! — услышал я, уже собираясь уходить. — Я собираюсь издать небольшое пособие, и включу тебя в соавторы. Ты не против?

— Без проблем. Только пришли мне копию.

Покидая лекционный зал, слышались каверзные вопросы на тему, что связывает охотницу и главу Шестого клана. Чуть на месте не споткнулся, когда до меня донесся ее озорной ответ:

— Сек-рет!

На истории магии в классе 3С я в основном скучал, поскольку уже успел как следует проштудировать учебник по заданным темам.

Далее у нас стояла защита сознания вместе с 2A. Перед началом урока ко мне подошла Умикичи Мана, являющаяся не только сильнейшей экзорцисткой класса, но и по совместительству старостой. И это в двенадцать лет! Вероятно, сказывался склад характера. Сидзука назвала ее как-то кудере. Малоэмоциональная, спокойная, тихая и рассудительная. Учителя ее любили, Мана никогда не отказывалась помочь, ни на кого не жаловалась. Вот только и к обязанностям старосты она подходила крайне ответственно:

— Амакава-кун, ты все еще не определился с клубом?

— Нет. У меня нет времени на клубы, — во второй раз повторялся похожий разговор.

— Если до конца месяца не определишься, я вынуждена буду сообщить заведующей по воспитательной работе и твоим родителям… У тебя их нет, — с неменяющимся лицом добавила Умикичи. — Тогда опекунам.

— Сколько угодно, Умикичи-кун. Хоть самому императору.

— Сарказм, который слышится в твоем голосе, неуместен. Обязательное участие в школьных клубах и иные активности позволяют значительно снизить хулиганские девиации студентов. Неокрепшие умы экзорцистов часто подвергаются стрессу, поэтому каждый обязан иметь отдушину.

— Тогда подыщи мне какой-нибудь ненапряжный клуб, формальности ради.

— Я не могу этого сделать, Амакава-кун. Согласно рекомендациям заведующей по воспитательной работе ученики должны сами выбрать себе кружок. Раз в три месяца дозволяется менять клуб, так что ты можешь попробовать себя в разных направлениях. От себя рекомендую клуб кройки и шитья. Прекрасно подходит для нивелирования твоей деструктивной натуры, Амакава-кун.

— И ничего я не…

— Так-так, Староста-сан, Амакава-кун, займите свои места, — хлопнул в ладоши учитель.

— Извините, сенсей. Встать! Поклон! — опомнилась Мана.

На магии поддержки я продолжал повторять методичку по оказанию первой помощи. Учитель обещал устроить мне практику на следующем уроке.

— Амакава Юто-кун, просим подойти в кабинет директора. Повторяю… — прошелестел мягкий голос по общешкольной связи.

Под заинтересованными взглядами одноклассников я покинул класс. Интересно, ругать будут или хвалить?

В кабинете директора находилось несколько колоритных личностей, которых я мельком видел на полигонах или где-то на территории. Знаком был только с одной — Дайренджи Такано, ведущей практику у средних классов.

— До нас дошла одна интересная инициатива, Амакава-сан. По предоставлению вами е-кай для тренировок. Было бы неплохо обсудить детали, если вы все еще заинтересованы в участии.

— Конечно, Саватаро-сан! В первую очередь хотелось бы пропустить момент с обязательным выбором школьного клуба.

— Простите, но вы обязаны состоять в кружке, пускай и лишь номинально. Таковы фундаментальные правила школы.

— Хорошо. Я вступлю в дуэльный клуб. В любом случае мне каждый день обеспечивают практику. Но вы поговорите с ответственным за клуб, что я появляться у них буду редко.

— Это возможно.

— Во-вторых, я хочу отдельную комнату в общежитии, без всех этих баллов.

— Гм, с этим сложнее…

Мои брови поползли вверх. Директор разве не имеет власти над школьным общежитием? Саватаро переглянулся с мужчиной в кабинете, и тот нехотя дополнил:

— Я попробую поговорить с Асами-сан, господин директор, но мне кажется, будет проще зачислить Амакава-кун требуемое количество баллов за помощь с тренировками.

— Пожалуй, так и поступим. Не будем отвлекать Асами-сан по мелочам.

Это еще что за дела? Школьный серый кардинал? Даже глава Оммедзи Гакуэн ее опасается.

— Также вы обязуетесь предоставить помещение для моих сотрудников, которые приедут… обмениваться опытом.

— Да, мы освободим и подготовим один из дальних складов.

— Хорошо. Я дам вам контакты моих помощников — Кагецуки и Ротшильд-сан. Составьте с ними договор с оплатой. Каждому сотруднику плата индивидуальная.

Мы с преподавателями обсудили разные мелочи и вскоре пришли к согласию. Им еще осталось убедить родительский комитет при первом собрании. Тут коротко выступила Дайренджи, видевшая противостояние Сидзуки и Минако, а также приглашенный специалист по контролю за тренировочными е-кай. Достигалось послушание посредством ментального контроля. Однако, стопроцентно надежного средства, как у Амакава, не существовало. В пылу боя с учеником-экзорцистом аякаси может слететь с катушек и сломать привязку, что зачастую приводило к тяжелым травмам и даже гибели подростков. Дайренджи-сан с иронией упомянула, что тот же Кагосаки, свалка цукумогами, на порядок безопаснее. Я заинтересовался процедурой поимки, доставки и содержания тренировочных е-кай в Оммедзи Гакуэн и попросил подробно меня ознакомить со всеми нюансами на практике. Договорились на вечер четверга.

Вроде как кланы блюдут секретность, не раскрывают техники своих членов. Но я лично не собираюсь вести закрытую политику. Да и тренировочные поединки должны немного поднять репутацию аякаси в магической части Японии.

Разговор натолкнул меня на одну идейку, которую я не стал откладывать, достав телефон:

— Кагецуки, привет. Скооперируйся с Альбертом или сам займись, мне все равно. Необходимо к школьному спортзалу пристроить ворота под размеры дракона. Чтобы у Джеба было место, где перезимовать.

— Понял вас, Амакава-сан. Я займусь этим вопросом.

Далее я ввел журавля в курс дела по обмену опытом и перечислил, кого из аякаси можно привлекать.

В обед меня выловила Минами Райхо и потащила в парк. Там мы как цивильная парочка устроились на покрывале на траве, Райхо-кун разложила коробочки с бенто и разлила чай из термоса. Пока я жевал весьма недурственную пищу, глава клуба журналистики спрашивала меня и записывала ответы на диктофон. Про все подряд. Я еле успевал челюстями работать. Один раз кусок не в то горло попал, когда Райхо поинтересовалась, какой тип девушек мне нравится. Что бесило больше всего, так это сразу всплывший образ Химари. Злясь больше на самого себя, я ответил, что мне по душе стройные девушки с темными волосами, спокойные, умные и эрудированные, знающие себе цену и не прилипчивые. Короче, полная противоположность Химари. Напоследок я передал девушке наш доработанный с Эммой последний вариант манифеста.

На практике магии я особо не выделялся, отрабатывая вместе со всеми стандартные упражнения. А вот на физическом развитии мастер «небесного лотоса» счел меня готовым к начальным преобразованиям. Никогда не имел счастья быть распятым на дыбе, но уверен процентов на девяносто, что ощущения схожие. Единственное — экзекуции обработке подверглись только мои руки. Во время сеанса издевательств несколько учеников лотоса вливали в онемевшие конечности свою уникальную целебную магию. Со временем это должно сделать мое тело более крепким и выносливым. Программа называлась «путь в тысячу ли». К моему сожалению, сегодняшнее занятие было лишь первым шагом. Большинство студентов к концу обучения не успевало пройти весь путь, ограничившись сотней-другой этапов. Остро пожалел, что Сидзуки с ее лечебной магией нет рядом.

Привычно дойдя до аудитории исследовательского корпуса, меня насторожил странный звук. Я вошел внутрь и застыл соляным столбом. Сбоку в помещение стояла новоустановленная конструкция, явственно напоминающая душевую кабинку. Которая в данный момент была занята профессором. Пускай девушка обычно не особо походила на эталон женственности, Седзо-сан выглядела молодой и красивой. Полупрозрачное стекло скрывало ее фигуру, омываемую струями воды. Голубые волосы, обычно лежащие в беспорядке, аккуратно собрались в мокрые пряди.

— Амакав. Пришел, — пофигистично заметила девушка. — Подожди минуту.

Я тактично отвернулся, про себя поминая распущенность местных людей от науки.

— Не желаешь протестировать новую версию артефактной душевой?

Я повернулся, увидев Седзо-сан, одетую в длинный банный халат голубого цвета.

— Вода генерируется магией?

— Да, энергией, запасенной пятью осколками.

— Это ж миллион долларов минимум! Уж не знаю, кто из богачей захочет пустить свои деньги на ветер.

— Предполагалось, что данный артефакт будет использоваться государственным экзорцистами в дальних походах в условиях отсутствия цивилизованной инфраструктуры. Да, я не подумала о проблеме себестоимости. Оставлю себе, наверное, — задумчиво протянула женщина и захрустела вытащенным яблоком. — Я внимательно изучила результаты тестов и пришла к выводу, что ты сможешь осилить одну полезную технику. Для этого тебе понадобится ровная стена. Сдвигай оборудование в тот угол. Будь осторожен, от близкого использования магии некоторые реагенты могут пострадать.

Глава 8

Я оглядел фронт работ, и мне поплохело. Некоторые шкафы весили кило двести на вид. Еще и без света? Да она издевается!

Спустя минут сорок я устало сидел прямо на полу, утирая катившийся пот.

— Можешь воспользоваться душевой после тренировки. Яблоко?

— Нет, спасибо.

— Яблоки полезны.

— Благодарю, я не голоден.

Седзо-сан невыразительно посмотрела на очередной плод у себя в руке, после чего снова захрустела.

— Так что там за техника?

— Ты должен использовать третий вариант «иглы» со вчерашнего тестирования. По моим подсчетам при твоем весе тебе должно хватить одиннадцать тысяч семьсот тридцать шесть игл.

— Сколько?!

— Одиннадцать тысяч семьсот тридцать шесть, — повторила женщина в халате и, немного подумав, добавила. — Плюс-минус сто игл.

— И с чего мне начинать?

— С малого.

Я вздохнул и вырастил на руке тоненькую сосульку из света. Скорее даже волосок света.

— Ты должен использовать ступни для создания игл. Разве я не сказала? Согласно твоему профилю, ты можешь использовать любую часть тела в качестве проводника магии, за исключением ногтевого и волосяного покрова.

Я разулся и почувствовал себя неуютно на холодном полу. Седзо-сан после моего замечания достала из-под шкафа диэлектрический коврик и бросила мне.

— Сообщи, когда дойдешь до нужного количества, — с такими словами женщина отошла к уголку химика с разнообразными колбами и ретортами, включила конфорку и стала быстро нарезать какие-то стручки и коренья.

Я же остался постигать азы магического искусства, используя ноги в качестве проводника света. Это было не то, чтобы сложно, просто непривычно. К моему удивлению после десятка одновременно удерживаемых игл дело пошло легче. В котле у Седзо-сан что-то кипело и булькало, профессор толкла в ступке маслянистые грибы и сушеных жуков. Ура! Сотня есть! Две! Тысяча! Я почувствовал себя великим магом. Под ногой формировался солнечный светящийся ежик из идентичных лучиков энергии. Профессор закончила варить зелье и начала фильтровать получившуюся светлую жидкость. Две тысячи игл… Тяжеловато. Походило на мое аурное сокрытие, когда надо следить за множеством завихрений света. Три тысячи… Хоп! Иглы слились в единую поверхность, напоминающую мой щит света. И как мне одиннадцать тысяч сделать, когда на одной стопе только три размещаются?

— Профессор, а как… э-э, что вы делаете?

Седзо-сан аккуратно втирала в щеки и лоб белый крем. Который, судя по всему, только что и сварила.

— Правильный уход за кожей лица очень важен.

— Гм, да. Конечно, как же может быть иначе? Профессор, у меня получается только три тысячи игл, больше — не хватает площади ступней. Они схлопываются в нечто, похожее на усиленный щит света.

— Его можно использовать в бою?

— Сомневаюсь. Слишком долго создается, да и энергии жрет море.

— Ты должен формировать все иглы за пятнадцать миллисекунд. Плюс минус две миллисекунды.

— Издеваетесь?!

— Амакава, я не умею издеваться. Это лишь твои домыслы, — серьезно ответила женщина. — Я закурю, ты не против? — не дожидаясь ответа, колдунья запалила сигарету появившимся огоньком.

— Вы не только льдом владеете, но еще и огнем?

— Тренировалась четыре года. Зажигалки всегда теряются.

— Так что мне делать?

— Уменьшить диаметр игл можешь?

— Тогда они становятся непрочными.

— Хорошо, приступай к второму этапу.

С белой маской на лице, дымящей сигаретой в зубах и в голубом халате профессор выглядела по-домашнему. Не удивлюсь, если она и ночует в лаборатории. Седзо-сан достала из ящика стола небольшую книжку в темной обложке и начала командовать:

— Ложись на пол к стене ногами. Той, что мы освободили от оборудования.

Ага, «мы» освободили.

— Ступни к стене впритык. Начинай формировать иглы. Пробивной способности должно хватить согласно моим расчетам.

Спустя пятнадцать минут я обратился к наставнице:

— Профессор, иглы не проходят через стену! Даже если я формирую их одиночными партиями.

— Оу, так не должно быть, — женщина отложила процесс укладки своих волос и задумалась. — Кажется, в позапрошлом году эту часть стены укрепляли после взрыва. Нанесли особый состав. Освобождай другую сторону.

— Мерлинова кочерыжка! — невольно вырвалось у меня.

— Или можешь заниматься в коридоре.

— Да, так и сделаю!

Я вышел из лаборатории и пристроился на полу рядом со входом. На этот раз мои светлые иглы исправно входили в поверхность стены. Несмотря на позднее время, народу мимо меня проходило немало, и каждый считал своим долгом проверить мое состояние или отпустить ненужный комментарий:

— Молодой человек, у вас все в порядке?

— Вам плохо? Позвать целителя?

— Смотрите. Похоже, это новый подопечный Седзо-сама.

— За что же она его наказала?

— Гы-гы, зацените, чувак нажрался и ботинки свои потерял.

— А по-моему, он таким образом пытается подглядывать девочкам под юбки. Извращенец.

Я молча поднялся, вернулся в лабораторию и принялся перетаскивать приборы и мебель, открывая проход к другой стене. Профессор командовала мной аки древний полководец, расставляющая свои войска на поле будущей битвы. Очнулся я, таща небольшой холодильник вообще из другой части лаборатории.

— Тьфу! Припахали несовершеннолетнего, как не стыдно?

— Согласно магическому праву ты уже совершеннолетний, Амакава-кун. Яблоко?

— Давайте…

Седзо-сан любезно постелила мне чистое полотенце на полу, чтобы я не простудился, сама же направилась смывать маску с лица. Часам к девяти я полностью выдохся в магическом плане, о чем и поспешил сообщить ледяной колдунье.

— Профессор, что мне делать с вызовами на дуэли?

— Пусть идут ко мне. Как твой личный куратор я имею право запрещать тебе участвовать в дуэлях.

— Когда следующее занятие?

— Завтра в то же время, — невозмутимо ответила женщина.

— У меня назначена экскурсия у монстрологов.

— Не задерживайся, Амакава-кун, — помахала мне рукой Седзо-сан, пропустившая мои последние слова мимо ушей.

— Почему так поздно? — с порога набросилась на меня Кавахару-старшая.

— Э-э, я тоже рад тебя видеть. Что на тебя нашло?

— Просто ты ведь вчера сцепился с Нагато. Я подумала, вдруг ты и сегодня во что-то ввязался, — неловко сказала Миина.

— Занимался с куратором. Странная она.

— Кто у тебя?

— Профессор Седзо-сан.

— Ледяная королева? Сочувствую.

— Кстати, а это имя или фамилия? Мне так никто не назвал ее полное имя.

— Не знаю, — пожала плечами соседка. — Голоден?

— Ужасно, — признался я.

— Ужин в холодильнике, разогревай.

— И сколько мне это будет стоить?

— Бесплатно. Всего лишь пару объятий.

— …

— И не подумай о какой-нибудь пошлости. Это мне надо. Просто надо.

— Ладно-ладно, — отступил я. — Но все тайное когда-нибудь становится явным.

Ужин был довольно простым и не слишком умело сготовленным. Но я, разумеется, поспешил отметить старания соседки и горячо поблагодарил.

Четверг, последний день моей учебной недели, выдался воистину дождливым. Ученики передвигались от здания к зданию короткими перебежками. Многие невозмутимо поддерживали над головой стихийный щит. Такое чувство, что зонтом пользоваться в Оммедзи Гакуэн не комильфо. Я бы тоже мог прикрыться светом, но по привычке захватил зонтик. Почувствуй себя белой вороной.

Количество желающих бросить мне вызов увеличилось ровно вдвое. Если тенденция сохранится, то через… девять дней число претендентов превысит количество учащихся. Как мы и договорились, я посылал всех к Седзо-сан. На школьников действовало отрезвляюще. Первые два урока не принесли ничего особенного. Зато на монстрологии у Айкава-сан мы затронули интересную тему небожителей. Как сказала учительница, понятие бог многогранно. Исторически магический мир олицетворяет Бога с некоей общей абстрактной могущественной сущностью, создателем. В то время как региональные божества представляют собой иногда просто сильных аякаси, иногда уникальных созданий, не подходящих под привычные определения. В большинстве случаев божества пассивны, не интересуются ни миром людей, ни миром духов. Их можно сравнить со стихией: гуляющий ветер в поле, волнующиеся волны перед штормом. Их мотивы непонятны, их мышление чуждо человеку. Прародителями многих японских божеств считаются Идзанаги и Идзанами, которые по преданиям давным-давно сгинули в Йоми, стране мертвых. Трое самых известных их творений, или детей в разных интерпретациях: Аматэрасу — богиня солнца, Сусаноо — бог моря и бури и Цукиеми — бог луны. Отдельно стоит сущность Шинигами — бога смерти. Имеются теории, разные косвенные и даже прямые доказательства существования данных божеств, но официальные власти позиционируют божеств как один из законов природы, а не разумных личностей. Я никогда не был религиозным человеком, но тут мне подумалось, что надо бы поставить свечку Аматэрасу. Как никак, богиня солнца в Японии, хех.

Тактика сражений и практические занятия пролетели быстро. Далее я отправился в условленное место в западной части школы. Здесь находился закрытый полигон для спаррингов с аякаси и зверинец. Сам директор решил присоединиться к экскурсии, которую вел бывалый мужчина по фамилии Мацурито. Выглядел он этаким японским вариантом крокодила данди. Спокойный и уверенный, легко управляющийся со смертоносными тварями. Обычные аякаси содержались в клетках, опасные — в специальных контейнерах с дополнительной защитой в виде барьеров. Похожих на те, в которых якудза перевозили е-кай. Сейчас зверинец стоял полупустой.

— А кидзимуна-то вам зачем?! — воскликнул я, увидав мелкий народец, жалостливо посматривающий через прутья.

Директор начал что-то вещать на тему того, что младшим и средним классам нельзя давать сложных противников, и аякаси гномьего типа подходят как нельзя лучше.

— Значит, так. С сего момента вы больше не трогаете кидзимуна. Этих особей отправьте в Ноихару. Туда же вы направите вон тех двух обакэ в углу барьера, призрака деда и утопленницу.

Директор с Мацурито озадаченно переглянулись. Саватаро уже хотел возмутиться, но я перебил:

— Я подыщу им замену. К тому же, что-то я не наблюдаю в вашем питомнике высших е-кай, тогда как у меня их в достатке. Думается, что обмен опытом будет более чем выгоден вам. Саватаро-сан, Мацурито-сан, я пришлю вам манифест САМБА, в работе над которым я принимал участие. Прошу ознакомиться и принять во внимание.

— Райхо-кун уже подходила ко мне с данным вопросом. Весьма спорная инициатива. Многим она придется не по нраву, — задумчиво погладил свои усы директор.

— Вы разрешите напечатать манифест в газете?

— Это одно из ваших требований?

— Нет, господин директор. Просто просьба.

— Что ж, лично я не против. Но Оммедзи Гакуэн славится своими традициями, и выпуск манифеста от лица школы может повлиять на нашу репутацию.

— Нет-нет. Это будет отдельная брошюра от лица агентства САМБА и Шестого клана. Никакой связи со школой.

— В таком случае, не вижу препятствий. Клуб журналистики имеет право печатать любые незапрещенные материалы. Позвольте уточнить, Амакава-сан, вы считаете данных е-кай разумными и ставите на одну планку с людьми? — директор обвел клетки рукой. Кидзимуна от его жеста пугливо забились в дальний угол.

— Да.

— Ясно. Чем обусловлен выбор именно этих особей?

Хм, и что мне ответить? Что они кажутся мне незлобными.

— Секрет клана.

На этот раз я застал Седзо-сан с чашкой заварной лапши. Женщина с шумом втягивала макароны быстрого приготовления, не особо заботясь о чистоте.

— Амакава…

— Пришел, — не удержался я от колкости.

— …Пришел, — не обратила внимания на мои слова профессор. — Не желаешь… «супер острой лапши со вкусом кальмара»? — прочитала дама с упаковки.

— Нет, спасибо.

— Тогда иди в свой угол.

Сегодня процесс выращивания волосков из игл света шел намного легче. Вчерашние мытарства явно пошли мне на пользу. Я около часа тренировался, формируя и развеивая заклинание. В результате пришел ко времени в две секунды.

— Хорошо. На начальном этапе достаточно. Впоследствии тебе следует уменьшить время до пятнадцати миллисекунд.

Седзо-сан достала вчерашнюю книжицу и принялась внимательно всматриваться:

— Иди по стене.

— Что?!

— Иди по стене.

— Я и с первого раза услышал.

— Тогда зачем переспрашивать? Дойди до потолка, — без тени иронии проговорила профессор.

Похоже, она просто не знает такое слово, как невозможно. Я честно пытался. Пыхтел, напрягался. Однако удерживать свое положение в горизонтальном состоянии было архисложно. Окей, я переставлял одну ногу вперед, потом переставлял вторую и: либо находился в дурацком искривленном положении, когда моя спина оставались лежать на полу, а ноги прилипали к стене, либо отвлекался на усиление светом (а иначе стоять на стене ровно не получалось) и отпускал зацепы. Ну ладно, рано или поздно я научусь поддерживать два умения одновременно. Главная проблема — площади соприкосновения не хватало. Иглы выходили полуматериальными, и тупо соскальзывали, когда я опирался всем весом.

— Сенсей, не получается! Не хватает игл!

— Хм, — женщина полистала свою брошюру. — Попробуй с разбега.

— Что?!

— Попробуй с разбега.

— Смерти моей хотите?

Профессор удивленно глянула на меня:

— Конечно нет, Амакава-кун. Задача куратора — сделать тебя сильнее, помочь овладеть новыми приемами и техниками.

— Хорошо. Покажите, что в вашей методичке написано?

— Не стоит. Некоторые знания могут навредить тренировке, — от женщины повеяло холодом.

Но я так просто не отступал:

— Вы же видите, наши занятия зашли в тупик. Либо вы мне показываете все полностью, либо… — я попытался придумать, чем можно припугнуть женщину, но на ум ничего не приходило. — Либо я наделаю ваших фотографий после душа, а потом распространю в школе.

Седзо-сан посмотрела на меня как-то жалостливо:

— Такой юный, и уже имеет суицидальные наклонности…

Пока я ей зубы заговаривал, то медленно, шаг за шагом, приближался к цели. Словно гепард перед броском. Усиление света, рывок… Да! Профессор не ожидала такой прыти и не успела среагировать. Я настороженно следил за Седзо-сан, но женщина не стала предпринимать ответных мер. Только еле слышно вздохнула. Я же раскрыл тонкую книжицу в глухой обложке и натурально офигел:

— Что… что это за ерунда?! Профессор!!!

— Продукт японского смешанного изобразительного и литературного искусства, Амакава-кун. Именуемый также мангой. Так и знала, что не следует тебе раскрывать источник.

— Тогда какого… Ладно…

Все мое возмущение как-то разом сдулось, когда я посмотрел на немного скучающее спокойное лицо женщины. Я полистал черно-белые картинки с вкраплениями диалогов. История шла о наставнике-ниндзя, который учил своих учеников ходить по вертикальным поверхностям.

— Профессор, но у меня ведь нет этой… чакры…

— Расчеты показали, что твоя магия подходит.

— Может, все дело в том, что они тренируются на деревьях? Древесина мягче бетона.

— Нет, третий вариант игл проникает почти сквозь любой материал.

Я более внимательно прочитал выпуск манги, и меня буквально осенило:

— Я знаю!!! Профессор, вы не те комиксы читаете, ха-ха!

— Что ты имеешь в виду?

— Смотрите как надо!

Я встал напротив стены и вырастил на руке покров из игл. Теперь схватиться за стену повыше. Отлично. Далее ногу… Приподнять и закрепить. Держится! Главное — мне не надо отвлекаться на магическое усиление, обычных физических умений хватает. Разогнанная внутренняя циркуляция света мешает формированию зацепов. Осторожно опираясь на две точки опоры, я подтянулся и застыл в полуметре над полом. Теперь черед левой руки. Со скоростью ленивца я переставлял свои конечности, медленно поднимаясь вверх по стене. А в уме у меня играла воодушевляющая старая тема из самого первого человека-паука. Я уж и не помню, когда последний раз его пересматривал, а вот поди ж ты. Уже под потолком моя концентрация сбилась, и я соскользнул вниз, грохнувшись о пол.

— Профессор, вы офигительны! — подскочил я к невозмутимой кураторше.

— Ты сомневался?

Хотелось сделать что-нибудь безумное и грандиозное, куда-то карабкаться, прыгать с крыши на крышу.

— Седзо-сан, мне нужна техника, которая бы делала нечто вроде длинных выстреливающих зацепляющихся тросов, чтобы взбираться на здания.

Женщина на пару минут задумалась, на автомате закурив новую сигарету:

— Нет, твоя магия не подходит. Контроль слабеет с расстоянием в кубической зависимости. Чтобы луч света выдержал твой вес, его необходимо значительно усилить. Гибкость будет потеряна. Данная техника абсолютно неприменима.

— Ясно, — немного огорчился я. — Может артефакт где раздобуду.

— В твоем случае необходимо стремиться к контролируемому полету. Летающий противник будет наиболее неудобен для тебя.

— У вас есть идеи?

Седзо-сан отрицательно покачала головой.

— Ладно. Буду дальше тренироваться. Со стеной вроде понятно. А как с отвесной поверхностью?

— После проникновения заклинания необходимо сделать утолщения на концах игл. Незначительные.

Я кивнул и снова полез на стену. С каждым разом получалось все лучше и лучше. Скорость формирования игл возросла до секунды примерно. Начинать я с потолка остерегся, тут метров пять падать. Профессор одолжила свой стол, под который я залез и попытался закрепить свое тело на отвесной поверхности. Нагрузка повысилась. Это было намного сложнее, но возможно.

— Есть куда стремиться. Жду тебя завтра, Амакава-кун.

— Завтра у меня нет занятий. Я вернусь в Ноихару.

— Нам надо провести дополнительные тесты игл. Мне кажется, техника несовершенна. Раз у тебя нет уроков, приходи в девять утра.

— Но… хорошо. Час-другой смогу выделить. А вы умеете уговаривать, профессор.

Вечером я спешил к общаге, обходя лужи, когда на относительно безлюдном участке из кустов повылазили люди в черных одеждах и белых масках. Я мгновенно бросился вперед и на ходу пробил выставленный пространственный барьер. Не знаю, что за тип защиты они применили, но свет резал ее, как бумагу. Нападавшие сами себе и создали трудности, им пришлось потратить несколько секунд на преодоление своего же барьера. Краем сознания, отметил хорошо знакомую водную ауру. По-видимому, Сидзука приглядывала за мной и готова была вмешаться в крайнем случае. Я уже подбегал к общежитию, кривясь от магического истощения. Слишком много израсходовал, занимаясь косплеем спайдермэна. Даже испугаться толком не успел. Встретила меня Асами-сан, словно уже знавшая о произошедшем. Мы связались с охраной и дежурными учителями, однако обнаружили лишь слабые следы магии в зоне нападения. Воды было разлито кругом больше обычного — похоже, Сидзука немного их погоняла. С одной стороны, можно подозревать в содеянном Нагато, с другой — почти вся школа знала о нашей дуэли и об отсутствии моих телохранителей. А недоброжелателей в Оммедзи Гакуэн у меня хватает. В моем классе по крайней мере у половины учеников от рук е-кай пострадали или погибли близкие родственники. Да и в целом пропаганда заставляла народ видеть в е-кай исключительно врагов. Ну а я, как их предводитель, автоматически подходил под роль темного властелина.

Миина, как узнала, сильно разозлилась. Ладно еще назначить дуэль или хотя бы напасть, когда я буду в форме. Но специально поджидать меня, когда я практически без света — верх мудачества. В ультимативной форме девушка заявила, что будет сопровождать меня по территории школы. Да я только за. В последние дни от Кавахару стала исходить настоящая аура силы, тогда как при первой нашей встрече я бы ей и С ранг с трудом дал.

С утра мы вместе с Мииной направились в школу. И почти сразу напоролись на очень наглого и вредного противника с длинными развевающимися серыми волосами, который врезал мне сзади по пояснице с разбегу. Благо я успел поставить покров света:

— Ауч!

— Ты! Что ты делаешь рядом с моей сестрой, насекомое?! Отвечай немедленно, иначе почувствуешь на своей шкуре три тысяч вольт!

— Я забочусь о безопасности Юто. Пока к нему не вернутся аякаси, — объяснила соседка.

— Сестра! Ты что не видишь, что все повторяется?! С каждым днем он будет требовать все больше и больше, пока…

— Минако! — перебила старшая. — Я сама разберусь!

— Хорошо. Я пойду рядом с тобой, а ты, недомерок, иди в пятидесяти метрах впереди. Усек?

— Да, Минако-сама! — улыбнулся я. Воспринимать ее оскорбления и пинки всерьез у меня не получалось.

Пока мы шли до главного корпуса, до меня доносились обрывки разговоров. Младшая предлагала временно переехать к нам в комнату, чтобы следить за моими поползновениями, но Миина отказалась.

Постучав в двери лаборатории и не дождавшись ответа, я решительно зашел внутрь. Один из закрытых шкафов на поверку оказался широкой раскладывающейся кроватью. Седзо-сан сейчас дрыхла, разметав голубые волосы по простыне. Пижама со снежинками ей определенно шла. Хм, я почувствовал себя, словно подглядываю за кем-то. Все же в Японии было четкое разграничение на личное пространство, и местные жители очень редко допускали туда других. Профессор была полной противоположностью.

— Гхум, Седзо-сан? Уже почти девять…

— Агу-хм-пфы-ыр…

— Профессор, лаборатория горит!

— А, что? Амакава… Пришел… Где пожар?

— Я пошутил.

— У меня не очень с чувством юмора. Так говорят. Сама же я считаю, что мои шутки всегда удаются.

— Мне попозже зайти?

— Нет необходимости.

Женщина полусонно нашарила ногами пушистые тапочки в виде зайчиков, поднялась с постели и одним нажатием задвинула кровать обратно в шкаф. После чего задумчиво застыла посреди помещения в своей снежной пижаме.

— Может, вам кофе принести?

— Хорошая идея, Амакава-кун. Со сливками и сахаром.

По моему возвращению от торгового автомата Седзо-сан уже стояла возле рунного круга, по-прежнему в пижаме, одной рукой копаясь в визуализаторе, другой — неспешно водя зубной щеткой во рту. Исследования заняли менее часа, хоть задолбался я прилично. Профессор просила меня менять диаметр, длину, плотность, толщину оболочки и форму игл. В конце концов мы подобрали идеальный, по ее мнению, вариант для изменившегося способа хождения по стенам. Далее она исследовала мои гэта, и в целом осталась удовлетворена магической проводимостью цукумогами (которые издавали дробный перестук, когда к ним подходила ледяная экзорцистка, что со стороны напоминало стук зубов от холода). То есть, мне не обязательно будет разуваться, чтобы лазать по стенам, хотя тренировки необходимы. Площадь соприкосновений деревянных сандалий с поверхностью невысока, поэтому основная нагрузка придется на руки. Профессор распечатала мне найденную где-то гимнастику для кистей рук и плечевого пояса, сказав, что поговорит с моими наставниками по физическому развитию.

— Седзо-сан, вы не подскажите мне, учится ли в школе кто-то с фамилией Масутани?

— Масутани Такаги, класс 1B старшей школы. Несколько лет назад Оммедзи Гакуэн закончила Масутани Юкина, выпускной ранг A.

Я немного подождал обязательных расспросов, которые должны были последовать, однако профессор не стала любопытствовать. Да уж, думаю ради A ранга стоит постараться. Может и родители их достаточно сильные.

— Вы что-нибудь знаете про клан Ходжо?

— Глава — Ходжо Кеске. Связаны с холдингом Shenketsu Industry Group. Привлекают к работе наемников со стороны. Ходжо Гарудо, учится в классе 3B старшей школы. Мандаринку?

— Спасибо, — я принял угощение, которое Седзо-сан достала из холодильника.

Я был готов частично ответить на вопросы профессора, но она долгое время молчала, отрешившись от мира. Я закончил с последней сочной долькой и уже собирался уходить, как Седзо-сан подала голос:

— У меня остались старые наработки по прибору, стирающему любые следы крови. Интересует?

— Думаю… мне это не понадобится.

— Хорошо. До завтра, Амакава-кун.

— Меня завтра не будет в школе.

— О-у, как жаль.

Глава 9

Посетив транспортную кафедру, я получил свои новенькие водительские права, не забыв поблагодарить наставника. Далее вызвал Кента-сан с Генри, позвонил Сидзуке, и мы вместе полетели в Ноихару. Из огня, да в полымя. На этой неделе в мое отсутствие случилось несколько важных событий. Клан Якоин в полном объеме оплатил мою работу по лечению, несмотря на то, что Масао пока не изъявлял желания отправляться ко мне на процедуры, а Гесуко все еще находилась в коме. Для Шестого клана десять миллионов долларов пока еще вполне солидная сумма, чтобы обсудить подробно. Часть планировали потратить на покупку нескольких рыболовецких судов, еще часть инвестировать в свой растениеводческий бизнес. В понедельник к нам пожаловала пара специалистов из Российской империи: консультант по магическим растениям из особого Кавказского заповедника, а также доктор наук из уральского института горной промышленности. Зазвать первого было большой проблемой — никто не желал плодить конкурентов в бизнесе магико-активных растений. Пришлось пообещать заповеднику десяток штук чертоглаза с сохранившейся корневой системой, если мастер в полной мере сделает свою работу. Британская разновидность чертоглаза ценилась выше российского или китайского.

Александр Макаров, интеллигентного вида мужчина, поведал нам с Альбертом, Кагецуки и Горо-сан итоги своей четырехдневной работы. Общались мы через приставленного переводчика. Свое знание русского я не светил. Во-первых — нафига мне самому париться, если есть переводчик? Во-вторых, я могу услышать какую-нибудь важную информацию, если он будет уверен, что никто из нас не владеет русским. Кстати, говор у моих соотечественников немного отличался от привычного, но в целом все было понятно.

— Давать конечную оценку рано. Я отправил образцы почв и флоры на исследования в Россию. Пока же можно сказать, что, судя по обнаруженным лафелии желтоцветной, лунному кварусу и оредраконису, данная местность имеет потенциал для развития. Наибольшие очаги с повышенным магическим фоном наблюдаются в районе имения месье Амакава. Но думаю, это вам и так известно. Ориентировочно через неделю придут результаты анализов, и я смогу приступить к составлению рекомендаций и списка наиболее подходящих видов для культивирования.

Вторым гостем была Татьяна Тушенина, ухоженная дама лет сорока с вечной смешинкой. Чем-то напоминала мою прошлую маму.

— Ваш запрос сразу вызвал мой интерес, господин Амакава… Ой, правильно говорить Амакава-сан?

— Можете обращаться как вам привычнее, Татьяна Лаврентьевна, — ответил ей переводчик на родном языке.

Тушенина смущенно хихикнула, извинилась, и продолжила рассказ:

— С помощью мистера Ротшильда я связалась с местной геологической службой и в рекордно короткие сроки получила заключения экспертной комиссии. Также при содействии милого молодого человека Нобу-сан я смогла посетить многие уголки префектуры Мияги. Данная зона очень бедна на богатые ископаемые. В Мияги разрабатывают два карьера для добычи угля открытым способом, также существуют предприятия по добыче полиметаллических руд, серы и известняка. Все природные запасы разведаны с высокой точностью, поэтому с прискорбием вынуждена сообщить, что налаживание горнодобывающих комбинатов в Мияги невыгодно.

Теперь перейдем к ареалам распространения магико-активных веществ. Мне удалось узнать, что в данном регионе издавна заправляет община Тсучимикадо. Будет сложно составить им конкуренцию, если вы не примените революционные способы разведки. О которых мне так любезно намекали, хах, — улыбнулась женщина. — Единственное исключение — Ноихара и ее окрестности. Какая-либо геологическая разведка магико-активных материалов здесь никогда не проводилась. Причины мне неизвестны. Но уже можно сказать, что местность может быть богата на земляные и древесные ресурсы. Магико-активная земля используется для выращивания специфических растений, дерево и бамбук — в Японии для производства ваших магических печатей, у нас на родине — для создания оберегов. Я нашла рядом с поместьем Амакава-сан несколько мест, где можно начинать разработку. Возможно, вы будете использовать землю для собственных нужд.

Также область Ноихары может обладать значительными запасами лунного железа, меди и магических накопителей. Для информации: накопители формируются на стыке сырых разноплановых стихий: между землей и огнем, землей и воздухом, водой и огнем и так далее. Я бы хотела поучаствовать в разведывательных операциях. Как я успела убедиться, община Амакава содержит множество разнообразных духов. Над низшими земляными главенствует некто Дайда… Дайдаробо… Извините, все никак не могу выговорить… У нас в России очень сложно договориться с нечистью. Вдобавок можно заполучить кучу проблем от церкви и властей. Поэтому для меня возможность получить опыт совместной работы очень важна. Я надеюсь, что по возвращении на родину смогу внедрить лучшие практики, которые используются у вас в Японии.

— Мы рады слышать. Тогда не будем терять время. Вы можете приступать к обучению аякаси. Что вам для этого требуется? — спросил я через переводчика.

— Как вы знаете, обнаружить магико-активные руды и накопители невероятно сложно даже с самым современным оборудованием. Я не уверена, получится ли у нас. В первую очередь нам необходимо купить или арендовать как можно больше образцов для обучения нечисти. Причем, осколки не подойдут, нам нужны цельные накопители до обработки. Желательно разных двустихий.

Мы со своими коротко обсудили наши финансовые перспективы. Альберт заверил, что с обычными рудами получить образцы будет непросто и недешево, но возможно. А вот с накопителями — проблемно. Они сами по себе стоят от трех до двухсот миллионов долларов в зависимости от размера и типа двустихий, очень редкие и почти не хранятся в исходном виде. Сразу разбиваются на осколки разных размеров. Альберт и Горо-сан обещали поискать варианты по своим каналам, я же связался с Хитсуги и Куэс. Глава Девятого и наследница Двенадцатого клана заверили, что как только появится вариант, они сразу же сообщат.

Кагецуки и Горо-сан продолжили расспрашивать Макарова, Альберт же принялся ухаживать за Тушениной. Некоторые вещи были интернациональными, впрочем, Татьяна сносно владела английским. Усатый британец по-видимому рассказывал нечто веселое, поскольку звонкий смех Татьяны Лаврентьевны то и дело раздавался в особняке.

Оставшиеся дни я продолжил тренировки своей новой техники, излазив все стены и деревья в округе. Кучу времени потратил на рутинное создание печатей для якудзы. С новым учителем Джеб продвигался в обучении японскому семимильными шагами. Я также попросил Тушенину в свободное время позаниматься с нагами, чтобы они занялись великим и могучим. Понаблюдал за Кайей с Чеширом. Не фига не понял, но дзасики-вараси уверила, что данные занятия важны. И вполне вероятно скоро уже помощь гостя не понадобится. Видно было, что девочка в черном кимоно совсем не в восторге от Чешира, да и из-за отдалившейся Химари переживает.

В понедельник я стал официальным членом дуэльного клуба Оммедзи Гакуэн. Курировал его Зак-сенсей, как ни удивительно. И насчитывалось в нем около двухсот участников разных возрастов. Учитель был в курсе моего загруженного расписания, да и с самими дуэлями у меня не было отбоя от желающих. На практике магии я назначил одному настырному парню поединок. На этот раз мне попался боец ближнего боя из школы «железного кулака», использующий непонятную серую пыльную хмарь в атаке и защите, вроде бы относящуюся к стихии земли. Вот только в скорости он мне проигрывал, так что исход был предрешен. По вопросу клуба наша пугающая староста Умикичи Мана отстала, однако к двадцать третьему сентября планируется осенний фестиваль. И от меня снова требовали непосредственное участие.

После учебного дня Асами-сан любезно предоставила мне на выбор одну из одиночных комнат, благо на моем ученическом счете имелось достаточно баллов. Вещей у меня было всего ничего, так что я успел все перетащить до того, как из клуба икебаны вернулась Миина. Да, даже такой кружок есть в школе. Сами по себе сестры Кавахару, да и слухи о них не производят впечатления пай-девочек. Вероятно, ей навязали данный клуб, как и мне предлагали «кройку и шитье». Уже вечером бывшая соседка разыскала меня с помощью коменданта и устроила небольшой разнос. Пришлось платить объятиями — уж в этом красивой девушке я отказать не мог. Пускай меня и используют в роли батарейки. Со слов Миины ей требуется чужая магия в роли катализатора, только после этого она может производить достаточно силы. В вечер понедельника у нас состоялся серьезный разговор.

— Ты, наверное, слышал, что с моим прошлым соседом у нас не сложились отношения, — отрешенно уставилась в одну точку Кавахару. — Он стал первым в школе, чья магия помогла мне стать сильнее. Я буквально взлетела на вершину, выиграла кубок школы два триместра подряд. Я купалась в лучах славы и не могла остановиться. В то время, как он позволял себе с каждым днем все больше и больше. Баллы от побед он забирал себе, заставлял добывать информацию и… вызывать на дуэли неугодных. Распускал руки… — сдавленно добавила девушка. — В итоге я поняла, что мне не нужна сила такой ценой, и пожаловалась коменданту. Асами-сан расселила нас, я потеряла силу. Вот в общем и все.

— Ясно… Значит моя магия тебе тоже подходит?

— Да.

Миина, по-видимому, ожидала от меня выставления каких-то условий и требований. Но я ее разочаровал. Не потому, что я такой альтруист, а потому, что я планировал со временем заполучить ее в свой клан, муа-ха-ха! Очевидно, что прошлый донор-катализатор действовал слишком напористо. Мне же потенциальный S класс в клане очень пригодится.

К учебе я уже немного привык, и даже постоянные дуэльные нападки почти не раздражали.

Дни потянулись в размеренном ритме. Айкава-сенсей проверила изученный мною школьный материал и рекомендовала меня в продвижении в классах. Ха! Наконец я оставлю малышню позади. Но чтобы догнать сверстников придется еще много зубрить. В начале недели Кавахару по возможности сопровождала меня, к среде закончился срок нашего пари с Нагато, и Сидзука с Генри вернулись в школу. Моя лоли сказала, что все это время пряталась в школьном пруде, в котором, как оказалось, проживает очень скрытный водный дух. Она и сама никогда не заметила, если бы не решила там спрятаться. Предвещая мой вопрос, Сидзука поведала, что переезжать куда-либо и вообще показываться людям он не намерен.

Печати множественного подчинения и множественного забытья получились с небольшими не критичными побочными эффектами. Вроде короткой головной боли. На искусстве печатей я сделал себе небольшой запас и приступил к разработке вечного ужаса, обещанного клану Шикимомуро.

У Седзо-сан нас преследовали сплошные неудачи. Сначала профессор загорелась идеей создания клонов. Для классических доппелей мой свет не подходил, но мы намеревались разработать свою технику. Я научился создавать магический фантом из света, напоминающий меня самого в аурном плане. Вот только псевдо-клон не имел и намека на разум. Для его управления нужно целый ИИ разрабатывать. Короче, техника себя не оправдала. Разве что для отвлечения противника, который не пользуется обычным зрением. Далее профессор исследовала поведение магии света совместно с другими стихиями. Бесполезно. Лишь один огонь реагировал достаточно сдержанно и не взрывался при первом контакте. Стоило смешать свет с водой, как стены лаборатории обзавелись очередным черным пятном. Седзо-сан завесила его грамотой за научные изыскания в области косметической магии.

Пожалуй, именно во вторник произошло событие, существенно повлиявшее на мою учебную жизнь. А именно — выход в свет нового номера школьной газеты. И треснул мир напополам. Если ранее отношение ко мне было в основном негативное и нейтральное, с редкой примесью интереса, то теперь… я стал центром внимания определенной категории девушек. Реакция на манифест САМБА в целом была сдержанной, мои одноклассники разве что прониклись классно расписанной историей Сидзуки и стали относиться к ней чуточку лучше.

В среду на перемене я ворвался в класс 3C неподалеку от нашего 2A:

— Райхо-кун, можно тебя на минутку?

— Да-да! Я всегда свободна для тебя, Амакава-кун! — бодро отозвалась девушка.

Мы с главой клуба журналистики вышли в коридор, где я, не особо заботясь о приватности, набросился с обвинениями:

— Что за чушь ты понаписала в газете?

— Это все голословные обвинения. Я горжусь своей статьей! Тираж выпуска даже пришлось увеличить вдвое.

— Почему в черновике, который ты мне присылала, не было трех абзацев, а? Что еще за «светлый принц»? На кой черт надо было добавлять, что я «перспективный жених»?

— Ну Амакава-кун, неужели ты не доволен повышенным вниманием?

Признаться, подброшенные любовные записочки и флиртующие ученицы грели мою одинокую душу, но говорить об этом прожорливой акуле пера я бы ни за что не стал.

— Мне нет нужды в толпе безумных девиц, у которых одни деньги на уме. Ты мне должна, понимаешь?

— Все, что в моих силах, Амакава-кун! Когда меня просит сам Принц, разве могу я отказать? — театрально произнесла девушка.

— Мне нужна от тебя кое-какая информация. Собери мне досье на Масутани Такаги и Масутани Юкину.

— Будет сделано, шеф! — шутливо сложила руку козырьком Минами Райхо. — А уж если я получу от тебя пару комментариев после грядущего собрания великих кланов, можешь требовать от меня все, что угодно!

— Откуда узнала?

— Профессиональный сек-рет!

— Посмотрим, — ответил я неопределенно.

Кайя сосредоточенно стояла в нежилой комнате поместья. Иногда воздух вокруг духа колебался, иногда искажался, словно в кривом зеркале. Для обывателя помещение было пустым, но не для одаренных. Четко выверенный кубометр пространства резко выделялся в магическом плане. Конечно, весь дом был пропитано магией дзасики-вараси, но этот участок отличался. Почти неделю Кайя работала над кубометром под присмотром полосатого учителя.

— Пречустно. Просто пречустно, — произнес Чешир, глядя в никуда.

— Что скажете, сенсей? — поинтересовалась Кайя. Лучше уточнить, что имеет в виду кошачья морда.

— Мон шэр элев, превосходная работа. Движение вперед — это залог процесса перемещения. Совершенство — суть величина недостижимая, так что нет смысла стремиться к большему. Но ведь скука… — девочка тихо вздохнула, давно привыкшая к размышлениям гостя, зачастую малополезных. — …Скоро ты сможешь бороздить просторы вселенной, как и люди, впервые высадившиеся на Марсе…

— Сенсей, людей на Марсе пока не было.

— Прискорбно. Уверен, там можно вырастить потрясающую космическую мяту. А в кратерах марсианских озер водятся упитанные журглики. М-м-м, объедение!

— Сенсей, дальше я сама разберусь, вам так не кажется? — решила напирать Кайя.

— Превсенепременнейше. Моя помощь больше не требуется. Я бы мог сказать, что ученица превзошла учителя, но… я только что это сказал. Все в твоих руках, прислуживающая. Устрой сюрприз вредному старикашке. Обожаю сюрпризы, я не говорил?

— Говорили, сенсей. Спасибо за знание, — дзасики-вараси церемонно поклонилась, в душе ликуя. Наконец-то противный фиолетовый кошак свалит отсюда! — У меня еще куча дел на сегодня запланировано.

— Что есть куча? Всего лишь большая дурно пахнущая…

Однако хранительница поместья не стала слушать продолжение речи, грубо переместившись в главный коридор. И сразу набрала номер главы по стационарному телефону.

— Да?

— Говорит Кайя, Амакава-сама.

— Что-то срочное? У меня сейчас урок.

— Простите. Чешир-сан сказал, что закончил с моим обучением.

— Интересно… Сегодня вечером я снова занят у профессора, завтра постараюсь приехать пораньше… Побеседую с ним. Молодец, Кайя!

— Благодарю, Амакава-сама.

Она буквально пробежала через охрану, удосужившись лишь на короткое время вытащить на свет свое удостоверение. Один из дежурных пытался остановить девушку, но та ловко проскользнула мимо. Он уже собирался поднять тревогу и объявить о нарушителе, как более знающий товарищ успокаювающе положил руку ему на плечо:

— Не стоит. Она достаточно известна здесь в клинике, так что обойдемся без скандала.

— Но по правилам…

— Правила, — подключился третий охранник. Единственный из всех имеющий магический дар. — Я слышал, что в четырнадцатый дом вызвали врачей. Вероятно, с ее родными что-то случилось. Сделаем послабление девушке.

— Она ведь… не обычная, правильно я понимаю? Ради простого человека вряд ли бы стали забивать на протокол.

— Ха! Это еще мягко сказано. Скажем так, выше только император.

— Ох уж ваши мистические… закидоны. А я ведь думал, что в частной клинике работа будет простая… — вздохнул охранник-обыватель, возвращаясь к мониторингу камер наблюдения.

Хитсуги ворвалась в комнату, словно вихрь, и замерла, как вкопанная. Гесуко лежала в кровати, по-прежнему окутанная трубками и датчиками, однако на этот раз глаза были раскрыты. Взор женщины затуманен и ей будто сложно сфокусироваться. Врачи что-то спрашивали у нее, Гесуко моргала один раз в случае положительного ответа.

Сзади подошел отец, шаркая тростью и крепко сжал ее плечо. Хитсуги физически стало немного больно, но она ничего не сказала. Все это показалось таким несущественным молодой главе.

Последние три года ее готовили к уходу родителей. Постепенно нарастающие ругань, ссоры, даже драки, угрозы оставить без наследства, обвинения в некомпетентности, мягкотелости и прочем. Масао и Гесуко прикладывали немало сил к тому, чтобы испортить отношения с дочерью, отсылали на учебу в разные заведения, включая Оммедзи Гакуэн и другие великие кланы. Девятые были идеальными актерами, и раскусить их было под силу считанным единицам. Однако уже тогда двенадцатилетняя Хитсуги, давно прошедшая через разгон сознания, умела смотреть в будущее. Она не могла понять, притворяются родители или нет, поэтому решила притворятся в ответ. Огрызалась, демонстративно хлопала дверьми, убегала из дома. Постепенно наследница обрастала влиянием и преданными лично ей людьми, которые также были отнюдь не дураками и умели наблюдать. Это были странные отношения. Она знала, что родители отдаляются, не желая травмировать ее своей смертью. Они знали, что она знает, но продолжали поддерживать видимость. Примерно за полгода Гесуко перестала прикидываться распоследней стервой. А затем и проникновенный разговор с Масао уже в качестве новоиспеченной главы расставил точки над i.

Хитсуги их не винила. Она сама не знала, как бы она поступила со своими детьми в подобной ситуации.

— Госпожа Якоин, — обратился к ней пожилой врач с аккуратно уложенными седыми волосами. — Знаете, я не так давно занимаюсь делами вашего клана, но этот случай первый на моей практике. Реагирование на раздражители в пределах нормы. Но все же я не советую вам надеяться на ясность разума. Состояние комы крайне негативно влияет… Впрочем, вы не хуже меня осведомлены. Позвольте уточнить, связаны ли улучшения с недавними посещениями специалиста по… нетрадиционной медицине?

— Это не ваше дело, Мисидзоно-сан, — несколько грубо ответила девушка с растрепанными неровными волосами. — Мы можем подойти?

— Кхм. Только никакого стресса, ясно? И не более десяти минут.

— Конечно, — улыбнулась милая девочка, напомнившая врачу свою дочку в подростковом возрасте. Так что готовая сорваться с его губ неодобрительная речь застряла в горле.

Отец так и не отпустил ее плеча. То ли он сам держался за нее, то ли поддерживал, а может и все вместе. Хитсуги прошла к изголовью и присела на неудобный табурет для посетителей. Масао встал рядом, вглядываясь в родные черты.

— Кха-кха, отец? — еле слышно прохрипела женщина.

— Нет, дорогая.

Гесуко сконцентрировалась, пытаясь распознать лицо склонившегося мужчины.

— Масао? Ты постарел. Пу-фу.

— Сама не лучше выглядишь, — пробурчал супруг.

— Кха-кха, внутри ничуть не изменился. Узнаю хоть об одной юбке, сломаю левую руку.

— Сначала встать попробуй.

— Уж попробую, не сомне… кха-кха.

— Выпей, — Хитсуги поднесла стакан с водой и осторожно напоила больную.

— Хватит. Ох, как же хреново. Тело не слушается, голова раскалывается. Ничего не помню из последнего. Сколько я тут валяюсь, пу-фу?

— Десять месяцев, — ответила девушка.

— Хи-тян, это ты? Плохо вижу.

— Я, мам. Я… я очень рада…

Глава клана Якоин умела управлять своими эмоциям. Она бы легко могла сдержаться, только ради чего? Девушка привалилась головой к руке матери, слезы густым потоком хлынули из глаз.

— Хи, ну ты и плакса. И это глава великого клана, — с еле заметной улыбкой проговорила женщина, прикрывая глаза. — Все как в тумане. Что с кланом? В порядке? Нужна помощь?

— Нет, — отодвинулась Хитсуги. — У меня все под контролем. Твоя основная задача сейчас — выздоравливать и набираться сил. Считай это приказом.

— Как скажете, глава. Пу-фу-у. Мое улучшение — оно временное или…

— Мы надеемся на «или».

— Посетители, вам пора, — зашла в палату строгая медсестра. — Больной нужен покой.

— Каким образом… — начала говорить Гесуко.

— Это не должно тебя волновать. Отдыхай, мама.

Масао напоследок прикоснулся губами к щеке женщины, после чего отец с дочерью покинули помещение. Пара отошла в укромную комнату для гостей, убедившись в отсутствии посторонних и на автомате проверив стены магией на предмет прослушки. Уже сейчас Хитсуги выглядела предельно собранной, без единого следа минувшего всплеска чувств.

— Похоже, нам надо серьезно поговорить.

— Решение я уже приняла, ку-хи, — скупо кивнула Хитсуги.

— Ох, ну куда ты несешься сломя голову? Может, послушаешь совета от брюзжащего старика?

— Послушаю. Но от союза с Амакава тебе меня не отговорить.

— Не принимай поспешных решений! Я понимаю, ты переживаешь за Гесуко…

— Мама здесь не причем. Я люблю вас обоих, но я все еще глава клана. Я обязана позаботится о каждом члене клана и о его благополучии в целом. Ты что, действительно не понимаешь?

Масао нахмурился и развел руками:

— Ну прости, у меня и так в последнее время туго с соображалкой, а тут еще и Гесуко. Объясни уж старику.

— Какой старик? После лечения на тебе еще пахать и пахать.

— С блоком света? Ладно, оставим меня в покое.

— Как скажешь. Ты считаешь, что помощь прошедшим полный курс разгона сознания ничего не даст Якоин?

— Учитывая, что нас всего трое? Я понимаю, ты привязалась, но…

— Аргх, что с тобой стало? И это тебе я проигрывала девять партий из десяти? Я не буду тебе ничего говорить, пока ты сам не додумаешься. У тебя две минуты, отец.

— Ох-ох, зачем же так строго? — улыбнулся мужчина, вспомнив, что примерно в такой же манере он учил свою дочь сопоставлять факты. — Хорошо, возьмем к примеру, тех, кто проходит неполный курс — им лечение фактически не требуется. Да, они не дотягивают до нашего уровня и через десяток лет магия отторгается организмом, бывают неприятные последствия. Но в целом они очень ценные сотрудники… Постой, ты что задумала провести полный курс младшему составу?

— Ку-хи-хи! Наконец-то! Они не выдержат разгон дольше десяти лет, но если мы сможем предоставить лечение, когда они дойдут до предела… Как думаешь, многие согласятся?

— Многие, — подтвердил отец.

— А теперь представь несколько десятков людей под полным разгоном в своем подчинении.

Несколько секунд Масао раздумывал:

— Хорошо, согласен, что это очень лакомый кусок. Но ты забываешь, что есть несколько путей, которые могут привести к одинаковому результату. Допустим, я не против союза, но важно, как он будет подан.

— Полное объединение. Мы станем младшей ветвью Амакава, — скучающе сообщила Хитсуги, рассматривая собственные ногти.

— Ты в своем уме?! Ты хочешь похоронить все, что мы с твоей матерью создавали?!

— Это неизбежно, отец. Всего лишь вопрос времени.

— Есть иной путь, который даже тебе по зубам.

— Нет!

— Ради благой цели иногда приходится совершать неприятные поступки.

— Фи, как банально. Нет. Вам с мамой раньше надо было думать.

— Поясни.

— Пятнадцать лет назад вам надо было думать о моем воспитании, а не сейчас. Я не готова использовать наши способности на Юто, или принуждать его какой-либо иной магией. Я бы сочла себя последней сволочью, отец. Ты понимаешь? К тому же результат далеко не гарантирован. Амакава сами неплохо разбираются в псимантии.

— Понимаю, но клан Якоин…

— Клан Якоин благодаря союзу станет только сильнее, пусть и немного в ином формате. Больше никто не будет уходить в мир иной в расцвете сил.

— Мне это не нравится, и Гесуко тоже не понравится.

— Я смогу уговорить ее.

— Она будет кричать.

— Мне не привыкать, ку-хи-хи, — усмехнулась девушка. — Да и вообще, те, в кого внедрен свет, влиять на решения главы клана не имеют права.

— Не находишь это противоречивым? Она будет тебя отговаривать от союза с Амакава, но ты ее слушать не будешь, поскольку ее разум может быть подчинен Амакава?

— Мир противоречив. Иногда перемены необходимы.

Масао задумался:

— Положение Шестых слишком ненадежно. Мы должны быть уверены, что в нужный момент будет хотя бы один обученный экзорцист света. Иначе те, кто согласился на полный разгон, не получат помощь вовремя.

— Спешить не стоит, ты прав. Нужны наследники. КУ-ХИ-ХИ!

Глава 10

Четверг выдался богатым на события. Седзо-сан вывела меня на полигон исследовательского корпуса, где мы с Сидзукой устроили тренировочный спарринг на потеху профессору. Таким образом она хотела посмотреть на мои слабые и сильные стороны, подумать о новых способах усиления и разработке стратегии под разных соперников. Когда я подустал, ледяная королева сама меня погоняла. Я бы ей дал слабый A ранг — весьма недурственное достижение. Подобную охотницу с руками оторвут любые организации. Потом меня снова пытались подловить люди в масках, на этот раз подготовившиеся чуть лучше. По крайней мере на вид барьер выглядел прочнее. Я тупо использовал Генри, чтобы переместиться в свою комнату, а Сидзука осталась преподать им урок. Когда мы с охраной подоспели, наглецы снова успели слинять. Водный дух хоть и отступила перед превосходящими силами экзорцистов, но смогла сбить маску с одного и запомнила лицо. Мы тут же потребовали базу учеников, чтобы опознать нападавшего, но охрана школы засомневалась. Мол, как можно доверять словам высшей аякаси? Можно было конечно пойти по инстанциям или упирать на то, что официально Сидзука мой фамильяр, коих в Оммедзи Гакуэн хватало. Но я разозлился и вежливо послал всех подальше. Вместо этого попросил Минами Райхо подготовить мне файл-картотеку школьников старших классов с фотографиями.

Сразу по приезду в Ноихару в пятницу утром я отыскал Чешира в гостиной, попивающего черный чай и безмятежно смотрящего передачу по телевизору.

— Чешир-сан, насколько я понял, обучение завершено?

— Мудрец подобен глубокому колодцу — всегда готов дать утолить жажду страждущему.

— Отлично. Думаю, вас уже заждались в Подмирье. Мы были рады видеть вас в Ноихаре… но на самом деле нет.

— О, мне это часто говорят. Мисс Лизлет, это был замечательный чай. Только ради него стоило сюда приезжать.

Блондинка-цукумогами коротко поклонилась.

Провожать Чешира вызвалось немало народу. Большинство радовалось, как мне показалось, но возможно это я проецировал свои чувства на остальных. Котяра так и расхаживал в нашей гостевой юкате. Ну да пусть забирает на память.

— Ну что, идем?

Вперед выступила Химари со странным выражением лица.

— Стоп! Мы о таком не договаривались.

— Договариваться? Зачем, если все очевидно.

— Химари, не делай глупостей. В Подмирье тебя не ждет ничего хорошего, — высказал я, закипая.

Бакэнэко взглянула на меня потерянно.

— Кошка, что стоит на распутье. Ты примешь правильное решение, — с широкой улыбкой заметил Чешир. Багровый клинок повернулась к зеленоглазому парню.

— Я не позволю тебе забрать Химари! — не выдержала Кайя. — Убирайся!

— Няу, вы можете связать ее.

— Химари, ты правда этого хочешь?

— Амакава-сама! — воскликнула дзасики-вараси.

— Что? Я не собираюсь неволить ее, Кайя. Химари, надеюсь ты найдешь то, что ищешь. Прости, что мы не смогли тебе этого дать.

— Я не… — бакэнэко выпустила кошачьи уши и помотала головой.

— Мы ценим нашу подругу, однако нельзя забывать, что Химари — Багровый клинок, один из сильнейших вассалов в клане. Получим ли мы достойную замену?

— Уже, — лаконично ответил Чешир.

— Если ты про Джеба, то он не твой подчиненный.

— Я словно лист на ветру, и не имею власти над кем-либо. Но без моей помощи Бармаглот не смог бы покинуть родное пространство.

— Я не позволю! Тебе! Забрать! Химари! — в руках дзасики-вараси появилось несколько длинных кухонных ножей.

От громкого крика бакэнэко опустилась на колени и прижала кошачьи уши к голове.

— Не нам выбирать, — покачал головой аякаси со слащавой улыбкой.

— Химари, ты останешься? — спросил я.

— Ня-а. (да-а).

— Ты идешь со мной, ма шатэ?

— Ня-а… (да-а).

Я озадаченно посмотрел на девушку с белыми волосами. Так она хочет остаться или уйти? Чешир же так и продолжал смотреть с улыбкой, словно он наслаждался искусной театральной постановкой.

— Я хочу… хочу… Я не знаю… Я… Милорд…

От бакэнэко стала расходится волна темной энергии. Подобного развития мало кто ожидал, и я в том числе. Химари буквально взорвалась демонической силой, раскидывая во все стороны фиолетовые сгустки. Слабосильных провожавших как ветром сдуло.

— НЯ-Я-Я-Я! (А-А-А-А!) — громкий крик врезался в уши.

Первую атаку я успешно принял на щит света, а спустя мгновение подключились Кайя и Сидзука. Дзасики-вараси сформировала подобие цилиндра, по которому отводила излишки фиолетовой энергии прямо вверх. В небо бил мощный столп демонических эманаций. Я совершенно растерялся. В моем послужном списке не было операций по усмирению безумия аякаси. Черт, неужели настал тот крайний случай, о котором упоминала Химари? Ну уж нет! Отпинаем до бессознательности, а дальше уже решим, что делать.

— Чего же ты ждешь, охотник? — донесся до меня сквозь рокот голос Чешира.

— О чем ты?

— Не оставляй ее в потемках.

Ублюдок! Высокомерный ублюдок! Чего он добивается, падла?

— Кайя, открой мне проход.

— Но…

— Я знаю.

— Хорошо, Амакава-сама.

Часть пространственного щита распалась, и меня обдало злобной энергией, рожденной с единственной целью — уничтожать все на своем пути. Фиолетовые сгустки разъедали выставленный мной щит света, но я упрямо приближался. Твою мать! Резкий выброс пробил брешь и лизнул мою руку, окутанную дополнительно покровом света. Плоть задымилась. Я стиснул зубы. Спустя вечность я достиг эпицентра. Напор демонической энергии постепенно стихал. Мне не было известно, как помочь Химари, поэтому оставалось лишь довериться интуиции. Я направил свой свет на замершую в немом крике хрупкую фигуру и окутал, словно коконом. Напор кошачьей силы пошел на убыль. Однако мне пришлось ослабить контроль над щитом, и один из последних выбросов коснулся моей шеи. Больно, мля!

Ручеек демонической энергии иссяк, и я вяло плюхнулся на обожженную землю рядом с девушкой. Через секунду ко мне подоспела Сидзука, без лишних слов принявшаяся за лечение.

— Восхитительно! — облизнулся Чешир, глядя на полулежащую у меня на руках Химари с широкой зубастой ухмылкой.

— Что ты с ней сделал, урод?! — крикнула Кайя.

Синяя юката опала на землю, а от самого аякаси в воздухе осталась лишь голова — на этот раз в своем кошачьем облике. Последним исчезнувшим элементом была садистская белозубая улыбка и сверкающие зеленые глаза с вертикальным зрачком. Слиняла, подстилка меховая. Вернется, на коврик пущу, а предварительно выбью из него ответы на вопросы.

Сознание с трудом выплывало из-за мутной завесы, преодолевая истощение и усталость организма аякаси. Последние дни словно плавали в тумане. Одно Химари знала точно — она подвела. Подвела милорда, Кайю, деда Генноске, подвела всех Багровых клинков. В чем точно она не помнила, но была уверена полностью — она опорочила великий клан Амакава. Лишь надеялась, что ее простят и примут. Особенно милорд. При мыслях о главе клана всплыло воспоминание, которое заставило аякаси застонать и попытаться подняться. Так плохо она чувствовала себя в тот день, когда погиб дед Ген… Не может же быть?! Преодолевая чудовищную слабость, Химари откинула одеяло и сползла с футона. Встать не получилось. Ей было настолько плохо, что она даже не заметила прибытие подруги:

— Химари! Что ты делаешь? Тебе надо отдыхать!

— Кайя, — слабо просипела бакэнэко. — Что с милордом?

— Отделался парой шрамов, Сидзука-сан уберет со временем.

— Я должна извиниться.

— Лежи, болезная. Извиняться потом будешь.

Судя по хмурой физиономии лучшей подруги, просить прощения придется долго. Однако Химари верила, что милорд поймет. Ведь этот гад Чешир сделал что-то странное с ней. Околдовал. По своей воле она бы никогда и ни за что! Только милорд имеет право касаться ее губ!

Спустя короткий промежуток времени в комнате показался самый дорогой человек, а сердце боязливо затрепетало:

— Милорд, я…

— Мне надо осмотреть тебя, не вставай.

Глава присел на пол рядом с футоном, и Химари подвинулась поближе, чтобы ему было удобнее. Милорд возложил руки ей на голову и стал потихоньку передавать свою магию. Девушка отлично знала, как свет может калечить, но в такой небольшой концентрации он согревал и дарил успокоение. Она чувствовала родные теплые руки, и готова была замурлыкать от удовольствия. Если бы не осознание их холодных отношений в клане.

— Хмм…

— Что вы увидели, милорд?

— Нечто странное… Блок света словно пустил корни в ауру, сроднился с тобой.

— Это хорошо? — спросила больная осторожно.

— Если б я знал. Как ты себя чувствуешь? Не тянет пустить кишки кому-то? Духов покромсать?

— М-м, нет, милорд.

— Тогда можно считать это положительным результатом.

— Нижайше прошу простить вашу дурну кошечку. Я вела себя недостойно, находясь под контролем Чешира.

— Что значит под контролем?

— Не знаю точно как, но уверена я, что сей наглый дух приворожил меня.

— Я склоняюсь к мысли, что ты на него просто запала. Такое бывает. Животные инстинкты, все дела.

— Нет! — воскликнула Химари. — Я бы ни за что по своей воле не опорочила милорда!

— Ты преувеличиваешь. Чешир, конечно, мастер пространственной магии и имеет некоторое влияние в своем мире, но псимантией он не владеет.

— Пси…мантия?

— Магия разума. Про его способности нам еще Червонная Королева подробно рассказала.

Химари помотала головой и сразу поморщилась: подобных резких движений лучше еще какое-то время не делать.

— Меня околдовали, милорд. Посему, прошу извинить мое недостойное поведение.

— Ладно уж. Я уже простил тебя. Главное, чтобы твое безумие не прогрессировало.

Настроение кошачьей аякаси резко скакнуло вверх. Не думала она, что все будет так просто:

— Значит, я все еще ваша личну кошечка? — произнесла бакэнэко игривым тоном.

Шатен как-то странно на нее посмотрел:

— Уж не знаю, что у тебя на уме, но я решил больше не иметь никаких дел с аякаси.

ЧЕГО?!

— Ну-я?! (что?!) Почему?!

— А ты что думала, я сразу упаду в твои объятия? Как это удобно. Бросил новый кавалер, теперь можно и к бывшему вернуться, — язвительно проговорил глава клана.

Химари от возмущения даже не заметила, как приподнялась на подушке, невзирая на слабость, и воинственно положила руку себе на грудь:

— Милорд! Я есть ваш верный меч, я есть ваш щит. Ни на кого другого не имею права смотреть!

— Какая-то извращенная интерпретация. Ладно, в любом случае, ты очень важный и дорогой нам всем товарищ. Набирайся сил и постепенно возвращайся к своим обязанностям. Я сам большую часть времени провожу в школе, а за Агехой с Джебом нужен присмотр.

— Милорд, постойте! Я…

— Отдыхай.

С такими словами молодой глава покинул комнату Химари. Щелчок задвигаемой двери показался ей самым ужасным звуком на всем белом свете.

От присутствия милорда сразу стало лучше, усталость ушла. Забраться бы к нему на ночь в футон, так ведь не пустит теперь. Химари вздохнула. Нет, она не намерена сдаваться! Кошка точно решила, что будет бороться за свое счастье. Да, она аякаси и неподходящая пара милорду. Да, дед Ген велел ей соблюдать дистанцию и не сближаться. Но она привыкла поступать так, как ей велит сердце, и она чувствовала, что поступает правильно. Теперь осталось только вернуть расположение милорда, и все будет замечательно.

С посетившей Химари близкой подругой удалось обстоятельно поговорить. У Кайи еще оставались сомнения, но она простила Багрового клинка. Все же ей было не привыкать следить за ней во время приступов безумия, а после выслушивать извинения.

Следующей же в комнату ворвалась Сидзука. Гадкая мизучи потребовала от Химари более не докучать милорду и вообще держаться от него подальше. Слово за слово, аякаси поругались. И если бы не тяжелое состояние бакэнэко, она бы точно скрутила змеюку в узел.

— Охотник! Когда ты мне выдашь деньги?!

— Ты уже все спустила?! Я конечно знал, что ты кровопийца, но чтобы настолько…

— Мне надо купить вещи из осенней коллекции! И хватит строить из себя нищего, миллиардами ворочаешь.

— Ну насчет миллиардов это ты загнула, Агеха. У меня есть для тебя одно задание. Если хорошо покажешь себя, получишь премию. Может даже кровяную.

— Я все сделаю!

— Завтра будет совет кланов. Я хочу, чтобы ты сопровождала меня.

— Эм, уверен? Все-таки я хиноэнма, много крови экзорцистам попортила. Да и не обучена я этикету.

— Я тоже не обучен. Ну а Сидзука, к примеру, плюет на него с высокой колокольни. Ты уж точно не хуже будешь. Всего то и надо, что состроить серьезное выражение лица и помолчать.

— Это я могу… Но совет кланов… Не по себе мне.

— Скажу по секрету, мне тоже.

Агеха оскалилась и сразу повеселела, начав подтрунивать надо мной. Одна из главных целей, почему я беру хиноэнму — это показать ее кланам. Как доказательство, что Шестой клан даже с темными аякаси может управляться.

Прибыл грузовик с кидзимуна и другими школьными аякаси на борту. Гномов я разместил в пределах зоны дзасики-вараси, наказав приглядывать за ними. К сожалению, относительно безобидные кидзимуна, которые являлись вегетарианцами, не выдерживали конкуренции с более агрессивными коробокуру. Остальных оставил на попечение Тосигами.

Мое уже ставшее привычным облачение: гэта, дорогое кимоно-кэйкоги от нашего кланового портного, из-за прохладной погоды дополнительно накидка хаори, печатница, Ди-ниджу и Хаганэ. Киото находился от Ноихары на предельной дальности перелета Robinson'а. Чуть менее трех часов Кента-сан развлекал нас, травя байки и рассказывая последние новости. Удобно, кстати. На телевизор времени у меня не всегда хватало, а так хотя бы в курсе событий был. В храме Чистой Воды площадок под технику не было предусмотрено, но нас любезно приняла киотская база четвертого отдела. И даже выделила автомобиль с водителем.

Киемидзудэра — это большой храмовый комплекс, одна из основных достопримечательностей не только Киото, но и Японской империи в целом. Нас с Агехой встретила Хисузу, младшая сестра главы клана Кагамимори. От компании хиноэнмы она кривилась, но старалась держать себя в рамках приличия. Видимо, Касури-доно смогла вбить ей в голову толику вежливости и терпимости. Девушка в наряде мико спросила нас, не желаем ли мы осмотреть храм. Таким надменным тоном, словно была уверена в том, что мы откажемся. До собрания оставалось еще больше часа, так что я разочаровал ее:

— С удовольствием поглядим на местные красоты, Кагамимори-сан.

— Не была в храмах ни разу, — добавила Агеха.

Девушка вздохнула, но все-таки повела нас на экскурсию.

— В больших кланах не принято обращаться по фамилии, Амакава-кун.

— Хорошо, Хисузу-сан. Тогда и ты зови меня Юто.

Ворота Нио, водопад Отова, камень Будды, пагоды, колокольни. Мы даже посетили отдельное святилище Инари, божества риса и кицунэ, а также святилище Аматэрасу Оомиками. Свечки ставить тут было не принято. Я зажег несколько дымящих благовоний в честь японской богини солнца. Раз уж тут потусторонщина всякая существует, не лишним будет заручиться поддержкой божеств. Также я прошел меж двух «камней любви» с закрытыми глазами. Согласно легенде, это дарует тебе любовь суженого. Агеха сначала предлагала пройтись вместе, потом еще долго надо мной подшучивала, стараясь соблюдать рамки перед лицом представительницы великого клана. Перед выходом я ей напомнил, что размер гонорара будет зависть от впечатления, которое она произведет на экзорцистов, так что хиноэнма старалась. Потом мы посмотрели на синтоистскую кумирню Дзисю-дзиндзя, в которой содержалось несколько духов земли, включая знаменитого среди обывателей «бога любви» Оконинуси но Микото. Обитали е-кай за практически непроницаемым барьером, схожим с тем, в котором запечатали Тамамо но Маэ. «Бог любви» по заверениям Хисузу на самом деле являлся злым демоном, который заставлял своих жертв испытывать сильное влечение к нему, после чего поедал. С помощью своей силы он смог даже подобраться к императору и ловко вертел им, пока не был изгнан оммедзи. В дальнейшем божественные бразды правления Японией заочно приняла великая Аматэрасу, владетельница небесных полей Такамагахара.

Я заинтересовался лавкой с талисманами и амулетами для обывателей. Для поддержания беременности, обереги для водителей и тому подобное. Некоторые были похожи на печати, и от них слабо тянуло магией, другие — пустышки, третьи — небольшие завязанные мешочки с неясным шуршащим содержимым. Хисузу сказала, что внутри специальный набор сушеных трав.

— А я думал, все эти талисманы — просто шарлатанство.

— За кого ты нас принимаешь? Конечно, эффект от таких амулетов слабый, но он есть.

— О, кстати. У вас тут случаем травку да ингредиенты для зелий не выращивают?

— Случайно выращивают. Но данная зона закрыта для посещения, — с подозрением во взгляде ответила девушка-мико.

Жаль. Было бы полезно ознакомиться с профессионалами в деле магического растениеводства.

К назначенному времени Хисузу привела нас к внутреннему павильону храмового комплекса. Я ожидал чего-то традиционного, однако в небольшом уютном помещении располагался длинный прямоугольный стол с современными креслами. Несколько девочек мико прислуживали гостям, подавая воду и закуски.

— Коллеги, приветствую вас. Моя сопровождающая, Агеха-сан.

Хиноэнма скромно поклонилась. Для такого случая она подобрала юкату нейтрального светлого оттенка. Изначально хотела надеть костюм или платье на западный манер, однако в итоге нарядилась в стиле, соответствующем моему кимоно.

— Добрый день, Юто-кун, — поздоровался Тсучимикадо Айджи. — Решил сменить имидж?

— Тапочки приглянулись. Правда, неплохие? — выставил я в сторону ногу в деревянных сандалиях.

— Лучше нас…

— …не найти! — почти скороговоркой произнесли гэта.

— Какие милые сандалии, — с улыбкой добавила бабушка Райто Акенокоджи в монашеско-буддийском одеянии. — Моему Барате бы понравились.

— Привет, Юто, — спокойно обратился Нобуна Ога в форме шиноби, с которым мы еще в школе перешли на дружеский уровень общения.

— Пф, очередные е-кай, — фыркнула Джингуджи Куэс, с достоинством демонстрирующая красоты своего тела, обтянутые пышным платьем. — Еще и хиноэнму с собой приволок.

— Ку-хи-хи! Что это у тебя на шее, Ю-тян? Никак с подружкой поссорился? — усмехнулась Якоин Хитсуги.

Я на автомате коснулся еще не до конца зажившего шрама на шее, оставшегося после столкновения с кошачьей энергией:

— Боевая отметина.

Кроме них за столом расселись: во главе Кагамимори Касури, по краям Шикимомуро Нэо в своей хламиде, Киюн Такехиро в робе священника. Отдельно представили мне Каннаги Юдзуху — молодую брюнетку не старше тридцати (хотя фиг их поймешь с современными косметическими средствами, в особенности магическими), в безразмерном церемонном одеянии, напоминающем одежды мико, только с хакама серого цвета. Также я познакомился с Таннадзаки Чжань-хе, седеющим мужчиной лет сорока в строгом китайском костюме. Следом за мной в зал совета ворвался огромный Кибаджуба Кумаро. Папа-медведь, сразу подумалось мне, глядя на его мохнатые медвежьи уши и габариты. Под два метра ростом, с мощными ручищами, он превосходил всех нас на голову, а некоторых и на две. Его наряд напоминал звериные шкуры. Я на этом безумном маскараде вписался как родной. Только Айджи с Хитсуги облачились в относительно цивилизованные одежды. Кумаро-сан несколько напрягся при виде хиноэнмы, но потом заметил меня и, хмыкнув, уселся на последнее свободное место.

— Итак, объявляю четвертое в этом году заседание совета великих кланов экзорцистов открытым. Вопросы обсудим в рабочем порядке. Куэс-доно, Айджи-доно, прошу.

Поправив очки Тсучимикадо зачитал статистику по уничтоженным духам за прошлый месяц Двенадцатым кланом, передал нам распечатки. Выходило, что с прибытием Сумеречной луны количество упокоенных аякаси увеличилось незначительно.

— Подозреваю, что Мерухи-доно стала… подходить спустя рукава к своим обязанностям экзорциста, перекладывая ответственность на других.

— Я поняла, Айджи-кун, — поджала губы Куэс.

— Голосуем. Кто за то, чтобы начать процедуру пересмотра места в рейтинге Двенадцатого клана?

Большинством проект отклонили. Я воздержался.

— Тогда вернемся к данному вопросу через пару месяцев. Передаю слово Каннаги.

Юдзуха-сан вежливо кивнула и принялась рассказывать о тяготах создания сети магических датчиков. Я следил краем уха. Если упростить витиеватые формулировки, то Пятый клан согласен на поддержание системы быстрого реагирования, но только в том случае, если она будет полностью оплачена советом. Дебаты растянулись минут на сорок. Разумеется, остальным кланам не особо выгодно усиление контроля за е-кай на чужой территории. Речь шла о поистине внушительных суммах с одиннадцатью нулями в местной валюте. Часть оборудования придется закупать из других стран. Касури-доно под конец закончила спор. В качестве компромисса решили направить письмо императору с целью получения государственной помощи.

— Перейдем к фактически безвозмездной поддержке Амакава кланом Тсучимикадо, — взял слово Айджи. — Как вы знаете согласно полученным отчетам, два высококлассных экзорциста на протяжении месяца оказывали Шестым существенную помощь в обучении и противостоянии е-кай. Данная практика была сочтена полезной, и в дальнейшем от Тсучимикадо будет направлен один наблюдатель пока на бессрочной основе. Особенно в свете последних известных событий с драконоподобным е-кай в Такамии.

— А нас спросить забыли? — заметил я хмуро.

— Хм, мне казалось, что с самим наблюдателем у вас все согласовано. Охотник тот же, Тсучимикадо Шидо-сан.

— Да, извини, Айджи-семпай. Насчет Шидо я согласен.

— Отлично. Представители каждого из великих кланов, насколько мне известно, проходят обучение в Оммедзи Гакуэн, многие члены состоят в родительском комитете. К PTA обратился директор Саватаро-сан с разрешением о предоставлении клану Амакава права проводить тренировочные поединки между учениками и прирученными е-кай. В плюсах — повышение боеспособности экзорцистов, получение практического опыта. Однако некоторые родители опасаются, что е-кай Амакава не умеют сдерживаться и покалечат детей. У кого какие соображения?

— Ха! Щенков надо сразу натаскивать на реального противника, а не использовать безвольных кукол! — громко произнес глава Кибаджуба.

— Ваша позиция нам ясна, Кумаро-доно. Еще мнения?

— Если риски уменьшатся, то я считаю данное сотрудничество полезным, — добавила Юдзуха-сан.

— Хорошее предложение. В школе слишком мало сильных соперников-е-кай, — проговорила бабушка Акенокоджи. — Мы можем проверить прямо сейчас, насколько аякаси Амакава умеют сдерживаться.

Взоры обратились на хиноэнму.

— Я могу выступить судьей, если Амакава-доно не против, — спокойно предложила хозяйка собрания.

— Хорошо. Только не покалечьте моего вассала, — выдал я.

Сзади послышались сдавленные ругательства от Агехи.

Касури-доно повела нас вглубь храмового комплекса, приведя к большому помещению в виде арены неясного назначения. Как-то не представляю себе, чтобы монахи тут устраивали гладиаторские поединки.

— Минимальной оплатой ты не отделаешься, охотник, — прошипела мне хиноэнма перед боем.

— Нечестивое создание. Ты насмешка над самой природой, всего лишь жалкий паразит, — буквально выплюнула глава Кагамимори, доставая зеркало.

Агеха попыталась увернуться от атаки, однако знаменитый артефакт Третьего клана сковал ее на некоторое время, лишив части сил. Хиноэнма растянула далеко вперед руку с клинком, но была отбита засветившимися оранжевым светом ладонями. Глаз зверя видел любое обманное движение. Агеха безуспешно пыталась подкрасться по воздуху.

— Темное отродье. Твое жалкое подобие жизни окончится здесь.

— Заткнись!

Касури-доно мастерски выводила хиноэнму из равновесия. Со вспыльчивой Агехой прокатывали и примитивные приемы. Я не вмешивался. Конечно, немного переживал за своего бойца, однако мне надо было также знать, насколько она управляема.

Клинок хиноэнмы выбивал оранжевые искры, сталкиваясь с жрицей. Воздушные волны смогли попортить наряд мико, юката Агехи также не осталась неповрежденной.

— Зачем, думаешь, Юто взял тебя сюда? Ты стала бесполезной. Для тебя уготована одна дорога — вечное забвение!

Агеха затравленно оглянулась по сторонам. Окружали ее лишь влиятельные и в большинстве своем недружелюбно настроенные экзорцисты.

— Достаточно, — вмешался я. — Это уже перебор. Агеха, спрячь оружие.

Несколько секунд дух яростно глядела на меня, после чего неохотно вложила клинок за пояс, внимательно следя за Касури. Словно только этого и дожидаясь, последние кусочки ткани, кое-как удерживающие одежду соперниц от распада, прекратили сопротивление. И если Агеха быстро сформировала себе новую призрачную юкату из воздуха, то вот глава Кагамимори осталась без верхней одежды. Девушка прикрыла руками свой внушительный бюст, туго стянутый бинтами. Сразу послышался щелчок фотокамеры.

— Ку-хи-хи! Ты очень хорошо подготовил хиноэнму, — Якоин с безумной улыбкой фотографировала жрицу со всех ракурсов.

Кагамимори-сан метнула в мою сторону раздраженный взгляд. Но я не обратил на него внимания, подошел к мико и протянул ей свое хаори. Чуть помедлив, глава Третьего клана кивнула и приняла одежду.

— Ю-тян! Весьма коварный план по соблазнению нашей непорочной Касури-тян. Выполнил на A с плюсом!

— Амакава! Как ты смеешь?! — возмутилась Хисузу.

— Отвяжитесь. Ничего я не планировал.

После перерыва глава собрания вернулась, переодевшись в новый наряд. Касательно моего хаори Касури заверила, что постирает и вернет. Разрешение на работу в Оммедзи Гакуэн нам дали большинством голосов.

Последовало обсуждение различных незначительных межклановых вопросов. Порадовал Шикимомуро Нэо, официально поблагодаривший за помощь с гулем. Я в свою очередь сообщил о скорых поставках амулетов вечного ужаса. Взамен Восьмые передавали Амакава свои фирменные охранительные обереги — об этом мне было известно по нашим клановым записям. Амулеты Шикимомуро действовали примерно полгода — отваживали слабых и низших духов от места установки. Обычно их расставляли в социально значимых и просто людных местах: детских садах, школах, торговых центрах и прочем. В дальнейшем я немного заскучал: обсуждение статистики по аякаси и возможных причин уменьшения количества обакэ в северных префектурах, происшествия во время Обона — поминовения усопших, сводка о редких организованных сообществах аякаси, финансовые нюансы, торговля артефактами, обмен опытом между членами кланов, обновление устаревших законов японского магического права согласно мировым практикам.

— Итак, — Касури-доно обвела взглядом уставшие и скучающие лица за столом. — На этом предлагаю считать заседание закрытым. Всем спасибо за участие. В следующий раз встретимся на Хоккайдо в гостях у Райто-доно.

— Да-да! — подняла руку верх Хитсуги.

— У вас что-то еще, Якоин-доно?

— Совсем забыла сказать. Клан Якоин объявляет о создании ограниченного союза с кланом Амакава.

— Че?! — воскликнули мы синхронно с Куэс.

— Для полного союза Амакава должны выполнить ряд условий, но это уже внутренние дела наших кланов.

— Эм, можно меня предупреждать о подобном заранее?

— Прости, Ю-тян, — ничуть не раскаиваясь ответила Хитсуги. — Мне захотелось устроить сюрприз!

Айджи поправил очки, пустив опасные блики. И как ему это удается? В зале собрания ведь несколько источников света. Неужели артефактная фича?

— По моим данным, твоя мать вышла из комы? Поздравляю, Хитсуги-кун.

— Спасибо! Ку-хи-хи.

— Серьезно? Поздравляю, — добавил я.

— Ха-ха-ха! — гулко засмеялся медведеподобный Кибаджуба Кумаро-сан. — Не Двенадцатые, так Девятые захапают молодого Амакава. Не избежать тебе судьбы быть съеденным, охотник света! Может, мне тоже стоило познакомить с тобой мою старшенькую?

— Мы уже на той стадии отношений, когда он называет меня «моя лоли».

— Сказывается школа Сидзука-сан, — ехидно добавил паршивец Ога.

— Надеюсь, от данного союза будет польза, — с доброй улыбкой произнесла Райто-доно.

— Не знала, что у тебя… столь странный вкус, Юто, — недовольно произнесла Куэс, разглядывая безумно улыбающуюся Хитсуги.

— Не стоит выдумывать всякие небылицы, — вставил я свои пять йен.

— Хорошо. Думаю, флиртовать вы можете и без меня, — заметил Айджи, поднимаясь из-за стола.

— Ога, отойдем на пару слов. Есть серьезный разговор, — сурово заявил суровый глава Одиннадцатого клана.

— Э-м, хорошо, Кумаро-сан, — улыбка завяла на лице наследника Нобуна.

Глава 11

— Ну и что все это значит? — поинтересовался я, когда мы с Хитсуги остались наедине, скрывшись в малолюдном храмовом парке. — Я не собираюсь идти в услужение к другому клану.

— Все с точностью наоборот, Юто-кун! Я считаю, что магия света поможет клану Якоин стать сильнее, поэтому мы готовы пойти на некоторые уступки.

— Что же за условия?

— У тебя должны быть наследники. Как минимум двое. Ку-хи-и.

— С тобой?! — расширил я глаза.

— Не обязательно. Но я рассмотрю твое щедрое предложение на досуге.

— Гм, при всем уважении, я бы предпочел остаться друзьями…

— Ах, мне отказали. Мое сердце разбито.

Хитсуги грамотно изобразила трагичную героиню, так что мне ее даже жалко стало.

— Мне кажется, твое выступление наделало шуму. Союз кланов — ведь не рядовое событие?

— Последний раз нечто похожее случилось незадолго до моего рождения — Нобуна объединились с кланом Нотидодзю. Это позволило шиноби прыгнуть сразу на четвертую ступень в рейтинге.

— Хорошо. Я подумаю над… выполнением ваших условий, Якоин-доно. Хоть это будет непросто — в нашем клане туго с рождаемостью.

— Ю-тян, тебе еще нужны необработанные накопители? Я знаю, где достать один на пару недель.

— Конечно! Ты меня очень выручишь. А как насчет небольшого денежного кредита своему небогатому союзничку? Ну и слегка подсобить информацией по клану Ходжо?

— Ку-хи-хи! Быстро ты освоился, партнер!

— Это скверная новость, — произнес небритый мужчина в простом однотонном кимоно, раскуривающий толстую кубинскую сигару. На самом деле Шигеру больше по вкусу сигареты, вот только он считал, что с сигарой смотрится солиднее. У каждого имеются свои небольшие слабости, и глава клана Тсучимикадо не был исключением.

— Не понимаю твоего скептицизма, отец, — поморщился от дыма молодой человек в очках. — Девятые всегда считались наиболее разумными… несмотря на внешние причуды. Они смогут благотворно повлиять на Амакава.

— Ты не заметил в Хитсуги следов света?

— Нет, — покачал головой наследник Тсучимикадо.

— Амакава вел себя адекватно по отношению к Якоин?

— Я понял, о чем ты. Никаких следов магии я в них не заметил. Разве что Юто фонил темной энергией — с кем-то дрался недавно.

— Значит, дело в выздоровлении Гесуко. Амакава ведь наведывался в клинику несколько раз, — продолжил размышлять Шигеру-доно.

— Якоин — хорошие специалисты, вот только в боевом экзорцизме не сильны. Не думаю, что их союз способен пробраться в тройку сильнейших. Даже Нобуна им не обойти.

— Якоин владеют почти третью рынка информационных технологий в Японии, — возразил старший. — Интернет, мобильная связь. Не могу не признать, что данная отрасль развивается стремительно. Амакава же надо держать на короткой цепи. Кланы и император стали забывать прописные истины.

— Опять ты за свое, отец.

— Кто-то из нас ведь должен задумываться о последствиях? — хмыкнул глава Первого клана. — Вчера китайские информаторы раздобыли любопытные сведения. Некто восстанавливает наследство Гуан-миня.

— Синити Амакава?

— Нет, в его смерти у меня нет сомнений. А вот новый игрок может нам пригодиться.

— А что с Шидо-сан? Юто как-то легко согласился.

— Ха, он думает, я не в курсе его подработок. Шидо помогал Шестым с установкой наших артефактов. Ладно, пускай сотрудничают, — Шигеру выпустил густую струю дыма. — Главное, что у нас будут свои уши внутри Амакава.

Мягкая гладкая шерсть волнами прокатывалась под руками. Почесать за ушком, шею, погладить спинку. Белая кошка всеми силами ластилась ко мне, и я просто не мог отказать себе в удовольствии. Аллергии не чувствовалось совершенно, а усатых я любил еще с прошлой жизни. Химари ранее очень редко расхаживала в своем полностью животном облике, словно стесняясь его. Теперь же каким-то звериным чувством нащупала мою слабость, и при первой подходящей возможности пыталась забраться на колени. Расхаживала бакэнэко в легко снимаемой юкате, чтобы быстро перевоплотиться при необходимости. Стоит отметить, что отыгрывала она обычную кошку очень умело, а может в нормальном виде она просто сдерживала свои настоящие инстинкты. Я был рад, что вернулась прежняя Химари, но мои принципы не поколебались. Встречаться я намерен исключительно с человеческими девушками. Миину на свидание пригласить, что ли? Хотя она может истолковать, будто я пользуюсь своим положением донора магии.

Воскресенье прошло вполне мирно. Только с печатями я запарился. Для Шикимомуро, для Идзунати-гуми, себе обновить на новой бумаге, распространить и обучить множественному забытью вассалов. Чтобы сами могли разобраться с лишними свидетелями-обывателями. Немного потренировал стойки и удары с Багровым клинком, которая вызвалась продолжить мое обучение. Надо быстрее налаживать личную жизнь… Это ведь Химари, все та же сексуальная плутовка. Стоит ей чуток распахнуть кимоно, как мои мысли улетают далеко от тренировочного процесса.

Химари активно просилась поехать со мной в школу, тем более что и пропуск личного фамильяра был на нее уже оформлен. Я даже немного поколебался, глядя на поникшие кошачьи ушки и грустные фиолетовые глаза.

— Для начала скажи, зачем тебе нужна школа. И если ответ мне понравится, то я соглашусь взять тебя с собой.

— Конечно, чтобы быть подле вас, милорд! Оберегать и помогать.

— Неправильно. Думай дальше.

На ночь я с трудом выгнал из комнаты одну хвостатую особу. Хорошо Сидзука подсобила. Еще долго за дверью слышалась сдавленная ругань.

Учеба продолжилась в новом режиме. По общим дисциплинам меня перевели в класс 1D средней школы. Здесь уже более подробно изучали средних и высших аякаси, продвинутую теорию магии и современную историю с примесью магического права. Обилие необходимых знаний для дальнейшего продвижения грозило задержать меня в средних классах на несколько месяцев минимум.

В обед я снова отделился от привычной компании, отправившись на пикник вместе с Райхо Минами. Ну и Сидзукой с Генри, конечно. Я намекнул журналистке о намечающейся сети датчиков от клана Каннаги, о тесном сотрудничестве Амакава и Якоин, о возможной помолвке между Нобуна и Кибаджуба (догадки, конечно, но немного подгадить Оге — это святое), а также о скором нововведении в тренировках учеников ТОГ с реальными аякаси. О последнем главе школьного клуба было ничего не известно на удивление, я же отмалчивался и делал загадочное лицо на все ее расспросы. В ответ Райхо-сан предоставила мне добытую информацию: папку со списком всех учеников средних и старших классов, а также короткое досье на младших Масутани. Еще Минами «обрадовала» известием о создании фан-клуба моего имени под названием «Светоч Амакава». На данный момент там числилось четверо студенток, в основном средних классов. То-то я подмечал иногда, что за мной наблюдают. Но сей славный клуб затмила информация о еще одном нелегальном сообществе учеников, называющееся «Чистота Оммедзи». По слухам, они принимали всех, кто ненавидит аякаси, и хочет стереть их полностью с лица земли. Начали свою деятельность всего три недели назад, но уже смогли привлечь около десятка студентов. Лидером считался хорошо известный мне «непобедимый» Нагато Юджихиро. Идеи нашли благодатную почву, и даже клановые с удовольствием принимали на себя знамя борцов за чистоту в рядах оммедзи.

На практике магии у меня не особо клеилось. Мейка с Аяко легко блокировали мои атаки, а Джуно умело завел меня в барьерную ловушку. Свет словно противился моим желаниям, но я счел это временным бзиком.

Седзо-сан снова зарылась в очередной выпуск книжки с картинками от того же автора, так что незатушенная сигарета чуть не начала пожар на столе. Вовремя я подоспел. Куратор проверила мои успехи в ползании по стенам, и мы перешли к следующему шагу. Хождение по воде. В принципе я мог бегать по водной глади при полном разгоне светом, но это отнимало слишком много сил. Для тренировки профессор даже установила надувной бассейн прямо в лаборатории и подготовила плавательный костюм ярко-желтого цвета в красную полоску. От которого я поспешил отказаться. Воды заполнили по колено, так что я просто подвернул штаны своей школьной формы и снял гэта. Сандалии, оставшись без хозяина, наворачивали круги вокруг бассейна, зудя, что без них у меня ничего не выйдет. Профессор посматривала на деревянные цукумогами с холодным интересом — словно уже наевшаяся кошка на сметану. От меня же требовалось всего ничего — постоять на поверхности воды, повторив подвиг одного древнего мастера, умевшего до кучи превращать воду в слабоалкогольный виноградный напиток. Прогресс был околонулевой к сожалению. Я пытался раскинуть свет в радиусе полуметра от стопы, однако этого было недостаточно. Разве что тонул я чуточку медленнее, но и резерв таял со страшной скоростью. Иглы, с помощью которых я лазил по стенам, не помогали. Мы с Седзо-сан экспериментировали с формой и материальностью света, пока без особого результата.

Вечером Сидзука несколько раз пролистала папки учеников, но так и не смогла отыскать человека, что прятался под белой маской. После короткого совещания, я позвонил Райхо и попросил еще раздобыть список персонала школы. Мало ли. Миина приходила ко мне готовить ужин. Видимо, чувствовала себя неловко от того, что я ничего не прошу взамен подпитки своей магией. Получалось у нее не ахти. Сама по себе пища достаточно съедобная, вот только в процессе приготовления кухня, пол и даже стены вокруг оказывались заляпанными то в муке, то в масле, то в рисе. Плюс сама мастерица постоянно ругалась, роняла что-то, поскальзывалась, неоднократно резалась кухонным ножом, получала ожоги. Один раз умудрилась слегка опалить свои серые брови и пораниться вилкой. Я даже не поверил вначале, но четыре точки-отметины на тыльной стороне ладони говорили сами за себя. Кухни общежития были укомплектованы полным набором посуды, чтобы и иностранцам было комфортно. С палочками же у Миины дружбы не сложилось. Сидзука не особо рвалась помогать ей или залечивать «боевые» шрамы, да и Кавахару ни разу не пожаловалась. На этой неделе на ужине к нам еще присоединилась и Минако, неусыпно следящая за старшей сестрой.

— Ну как Юто, вкусно? — спросила меня мизухэби.

— Неплохо, — сдержанно прокомментировал я старания бывшей соседки, с трудом проглатывая слегка обгорелый кусочек рыбы.

— Лучше, чем я готовлю?

— До тебя ей далеко, моя лоли. Было бы неплохо дать Миине пару уроков.

— Мне не нужна помощь аякаси!

— А зря. Из всех, кого я знаю, только Кайя может поспорить с ней на кухне.

Спустя минут пять мне удалось убедить девушку поучиться у Сидзуки. Минако наотрез отказалась оставлять сестру одну. Так что вечера проходили вполне оживленно.

В среду после занятий я обнаружил профессора уснувшей на узком лабораторном диванчике. Лицо было скрыто под очередным томиком манги, на этот раз за новым автором.

— Седзо-сан, из ящика с ингредиентами валит дым.

— … Амакава. Пришел. Где дым? — женщина сонно покрутила головой, осматривая лабораторию.

— Я пошутил.

— У меня не очень с чувством юмора. Так говорят. Последний, кто попытался надо мной подшутить, лежит по частям в морозильнике.

— Э-э, не говорите это с таким серьезным лицом, а то и поверить можно.

— С чего ты решил, что это неправда?

Помолчав с минуту, я осторожно подошел к большому холодильному ящику и приоткрыл крышку. Внутри помимо виденных ранее пакетиков и колбочек находился здоровый черный непрозрачный пакет, в котором… вполне можно уместить человеческое тело. Если разрезать. Я перевел взгляд на невозмутимую Седзо-сан, методично очищающую мандаринку от кожуры. С таким же покерфейсом палач будет сдирать кожу с человека.

— Там действительно мясо, — профессор сделала длинную паузу. — Для завтрашнего фестиваля. Меня попросили подержать пока у себя.

Уф-ф, я немного расслабился.

— Хм, сенсей, вы ведь разбираетесь в зельеварении?

— По нашим меркам — неплохо, по мировым — посредственно.

— У меня дома скопилось много разного мусора: драконья чешуя и слюна, пара клыков, обломок когтя, крови тоже можно набрать, куча змеиной чешуи от слабых водяных е-кай, несколько кротовых резцов, охапка оредракониса и лафелии.

— Мусор… мне пригодится. Я скажу тебе, можно ли его применить с пользой. Сейчас вернемся к твоему продвижению. Смотри.

Седзо-сан бросила мне книжку, которую я споро поймал.

— Третий фрейм. Что скажешь?

На бумаге был изображен молодой парень в темном кимоно, выпускающий из своего огромного меча волну энергии. Было непросто ориентироваться в черно-белых тонах комикса.

— Хм, чем-то похоже на мою волну света. Если я использую Хаганэ, то пучок выходит узконаправленный и более разрушительный.

— Мое мнение созвучно с твоим.

Профессор задумалась, и я спросил первым:

— В манге есть что-то полезное для меня?

— В следующих выпусках сказано, что для лучшего освоения техники необходимо знать ее имя.

— Э-эм, у техники обязательно должно быть имя?

— Как тебе «Гетсуга Теншоу», Клык Луны, пронзающий небеса?

— Хмм, что-нибудь менее пафосное есть?

— Ты должен сам дать название технике. Узнать у нее самой.

— Техника разве может быть разумной? Как мне с ней общаться?

— Это ты должен выяснить самостоятельно.

Да она издевается! Делает многомудрое лицо, нагоняет туману, а сама пытается приспособить какой-то приемчик из выдуманной книжки!

— Седзо-сан, а нельзя ли, — я помахал мангой в воздухе, — использовать более научный метод для развития моих сил?

— Свет Амакава имеет уникальные характеристики. Я просчитала его параметры и пришла к выводу, что ни одна имеющаяся методология не подходит. Раз готового рецепта нет, приходится импровизировать. Даже эмоциональная зависимость носителя и магии света не имеет четких аналогов. Но раз она имеется, то необходимо работать в данном направлении. Психологическая уловка, заставляющая себя самого сконцентрироваться на конкретном действии. Озвучивание названия своей способности широко используют некоторые кланы и западные маги. Не считаешь ли ты их идиотами, которые просто информируют противника о своих намерениях?

— Нет. На каком языке должно быть название?

— Любом.

«Волна света» как-то блекло звучит. «Сияющий свет, рассекающий сущее», «богоподобная волна смерти»… Точно! Буду называть на русском. Язык в Японии не особо распространен.

— Амакава. На полигон, — развернулась Седзо-сан и направилась на выход из лаборатории.

Я со вздохом отнес скопившуюся после цитрусовых кожуру до мусорки и пошел догонять учителя. Сидзука, плескающаяся в неубранном бассейне, неохотно последовала за нами. В тренировочном ангаре я остановился перед мишенью и решительно произнес:

— Епический свет, дай мне силу! Крышесносящая-волна!

Из моего вакидзаси вылетел яркий серп света, вгрызся в мишень и оставил существенную выбоину в плите. Не, знаю, может мне показалось, а может эффект плацебо и впрямь действует, но заклинание выходило значительно легче и чуточку мощнее.

— Это ведь русский? Интересный выбор, — заметила Седзо-сан.

— Юто, почему ты не сказал мне, что знаешь русский? — насупилась Сидзука.

— Прости, моя лоли. Как-то повода не находилось.

— Что же еще ты скрываешь?

— Ха! На самом деле я пришелец из иного мира, который вселился в тело Юто!

— Пф, выдумщик, нано, — ну да, Сидзука ведь не была знакома с прежним Юто.

— Амакава. Продолжай.

— Епический свет, дай мне силу! Максимум-скорости! Максимум-брони!

Усиление и покров света откликнулись на мой зов, как в одной небезызвестной компьютерной игре.

— Хорошо, — кивнула женщина. — Тренируйся. Через неделю протестируем, возросла ли эффективность заклятий.

Лишь один ученик находился в пустом классе после окончания занятий. Юноша с темно-синими волосами задумчиво смотрел в окно на клонящееся к закату солнце, когда подошел назначивший встречу:

— Такаги-кун, твоя просьба встретиться весьма неожиданна, — приветиливо обратился Ходжо Гарудо.

Собеседник решительно вошел в класс и задвинул дверь. Выглядел Масутани Такаги чуть старше своих четырнадцати лет, а растрепанные темно-русые волосы и закатанные рукава школьной формы создавали ему немного хулиганский образ.

— Мне надоело бегать.

— Говорят, ты недавно встречался с Амакава, — усмехнулся синеволосый. Ходжо же внешне был полной противоположностью: идеально сидящая форма без единой мятой складки или пятнышка, аккуратно зачесанная назад прическа. Слегка надменное выражение лица знающего себе цену человека.

— Да-а, — протянул член небольшого клана Масутани. — Зазывал меня к себе. Но эти его е-кай. Бр-р-р.

— Так ненавидишь е-кай? Почему бы тебе тогда не вступить в «Чистоту»?

— Эй, я похож на богатенького мажора? Если им некуда девать свое время и деньги, пусть развлекаются. Я предпочитаю думать о более насущных вещах. Клан Ходжо довольно обеспеченный. Если мы договоримся, то я готов по окончании учебы войти в состав клана.

— О-о, какая приятная новость. А что твои родственники?

— На родителей я не смогу повлиять, но сестру попробую уговорить.

— Такаги-кун, уверяю, в нашем клане ты получишь достойную поддержку. И однажды, не без твоей помощи, Ходжо станут называть великими. Как ты понимаешь, должно пройти время, прежде чем мы сможем доверять друг другу, — улыбнулся юноша довольно. — Раз уж так получилось, продолжай поддерживать дружеские отношения с Амакава.

— Да, Гарудо-семпай.

Четверг выдался суматошным деньком для многих учеников, но не для меня. Поскольку я нагло сачковал осенний фестиваль. Кто-то занимался палатками с едой, кто-то показывал магические представления и тому подобное. Класс на меня немного дулся, так что я старался не отсвечивать. Видел отдельные группы учеников-гостей из Китая и Индии. Традиционно они приезжали к нам на день осеннего равноденствия. Мы тоже к ним отправляли лучших учеников на их праздничные мероприятия.

Проходя мимо стендов, я остановился возле платки школьного клуба манги. Наверное, меня Седзо-сан уже приучила обращать внимание на данные образчики японского искусства. Помимо стандартного выпуска про японского экзорциста-школьника, отражающего нашествие пришельцев, на прилавке находился тонкий пятистраничный комикс. Где-то виденная мной девочка из клуба густо покраснела, когда я потянулся за экземпляром манги. Мда, одна обложка уже изгоняла любое желания знакомиться дальше. Но я пересилил себя и полистал содержимое. Узнать героев, срисованных с нас с Айджи не составляло проблем. Радует, что по крайней мере сцен 18+ в додзинси не было. Я был изображен нежным и ранимым парнем с тонкой душевной организацией, тогда как Айджи — агрессивным и напористым. А до меня их ведь взяли несколько девочек. Тьфу ты!

— Щелк! — на долю секунды палатку клуба манги осветила яркая вспышка.

Я увидел Райхо Минами, с маниакальным упорством фотографирующую происходящий фестиваль.

— Йо, Принц-кун.

— Я бы попросил…

Щелк! Новая фотовспышка озарила окрестности.

— Эй, разве я давал разрешение на съемку?

— Прости, Амакава-кун, — пропела репортерша и сразу отвлеклась на проходящих мимо жриц-косплейщиц… а может это их рабочая форма. Минами хоть натура увлекающаяся, но вполне ухоженная и симпатичная. Темные волосы до плеч, заколка-бабочка с правой стороны, светло-карие глаза, обычно горящие восторгом или лучащиеся ехидством.

— Райхо-кун, ты занята в воскресенье?

— Не особо. Так, по мелочи.

Глава клуба журналистики продолжала фоткать окружающих, один раз даже выбрала весьма спорный ракурс с уровня земли. Девочки в юбках мгновенно завизжали и отпрянули. Тут Минами застыла и повернулась ко мне с удивленным лицом:

— Амакава-кун, неужели… ты приглашаешь меня на свидание?

— Ага, — задумчиво протянул я.

— Всерьез?

— Серьезнее некуда.

— Не для обмена информацией, а на свидание? Настоящее? Поцелуйчики, обжимания и все прочее?

— Вроде того.

— А как же Кавахару?

— Она просто моя соседка. Бывшая.

— Я свободна в воскресенье. Куда пойдем? — несмотря на бодрый тон, Минами смутилась, если мне не показалось.

— Я в Токио мало мест знаю. Куда бы ты хотела?

— На свидания обычно ходят в парки развлечений. И обычно кавалер должен сам составить план мероприятия. Но так уж и быть, помогу жителю из далекой глубинки. Я напишу тебе по почте. А сейчас — мне надо найти китайскую делегацию. Может в этом году они снова подерутся с нашими. Хе-хе.

В принципе с профессором мы разработали план на ближайшие дни, так что освободился я быстро. Этим же вечером вернулся в Ноихару. Хитсуги порадовала меня объемным файлом, в котором была собрана информация по клану Ходжо. Альберт же сиял, как начищенный пятак. Якоин предоставили нам беспроцентный и практически бессрочный кредит на сумму в двести миллионов американских. Это примерно в три раза больше, чем текущая совокупная стоимость всех наших предприятий и владений. Я только и успевал подписывать сметы и планы развития. Мои финансовые специалисты намеревались выкупить часть порта: склады, краны, рыболовецкие суда, а также один рыбоперерабатывающий завод на севере префектуры. В приказном порядке подложили ко мне в кровать еще порцию слабых водных духов, сказав готовить их для работы. Как сказал Альберт, вряд ли нам удастся сэкономить на покупке, но в любом случае прибыль увеличится за счет налоговых льгот великому клану.

На выходных вернулся Шидо к вящей радости Гинко. Так что теперь не только за мной ходила хвостиком аякаси женского пола. Привезли и накопитель с солидной охраной, в числе которых была пара одаренных. Уж не знаю, как Хитсуги добилась подобной услуги. Накопитель представлял собой грязный оранжеватый минерал с зелеными прожилками размером с кулак. Редкой двустихии — огня и дерева. Как я уже знал согласно урокам артефакторики, накопитель — это палка о двух концах. С одной стороны, они могут хранить запас энергии и помочь в критической ситуации, с другой — это все равно, что колба с нитроглицерином. Может жахнуть от малейшей магической эманации. Так что в магии используется в основном для ритуалов, спатиомантии и стационарной защиты. Классические артефакты в большинстве своем являются проводниками энергии, либо представляют из себя подобие многоразовой печати с какими-то полезными заклинаниями внутри.

Накопитель этот мы показали почти всем аякаси в Ноихаре: призракам и привидениям, кротам, змеям и гномам, даже нэкомата с оками приглашали. Провели натурные испытания. Лучше всех справились кроты — за час отыскали помещенный Даем под землю накопитель. После этого драгоценный камень вернули. Тушенина с большим энтузиазмом занималась обучением земляных е-кай, показывала им кусочки магико-активных руд.

— Милорд! В школу мне надобно, чтобы защищать честь великого рода Амакава!

— Неправильно. Думай дальше.

— Ня-уе! (черт!)

Дел невпроворот. А ведь еще надо школьную программу догонять. В субботу я посетил старую школу, где уже практически закончили ремонт. Стены перекрасили в небесно-голубой (по настоянию Сидзуки), проредили зеленые насаждения, обновили тротуарную плитку и окна, подлатали теплицы. Акира уверенно показывал мне очищенные дворы и внутренние помещения. Не Хогвартс, конечно, и не особняк Ксавьер, но вполне мило.

Осмотрев школу, я отправился в небольшое двухэтажное здание рядом. Не знаю, что там ранее обреталось, но теперь первый этаж занимало кафе «East-West», где заправляли Лизлет и Мурабито. С просьбой о своем кафе горничная подходила еще в начале сентября, но я не стал вникать, переложил заботу на плечи Кагецуки. Журавль с остальными постарались на славу. Интерьер представлял собой дикую, но приятную глазу смесь западной и восточной культуры. Японию представлял Мурабито в своем наряде, Британию — Лизлет в форме горничной. Внутри носились рабочие и цукумогами — скоро у них открытие. Место было достаточно людное — почти центр города. Только с противоположной стороны школы находился небольшой участок леса (который мы выкупили вместе со зданиями). Но все равно я сомневался, что чайное кафе будет пользоваться популярностью в Ноихаре.

В воскресенье для начала я наведался в Токио в клинику к Масао-сан, где провел аналогичное внедрение блока света. Немного пообщался с Гесуко. Несмотря на слабость, эта язва могла дать фору что своей дочери, что Сидзуке. Называла меня «поработителем» из-за заклинания света в ее голове. Беззлобно подшучивала и над своим супругом, тот в долгу не оставался. Короче, веселая у Хитсуги семейка. Похоже, они были не совсем согласны с решением дочери заключить союз, но нынешнюю главу Якоин переубедить не смогли.

— Щелк!

Я часто заморгал, не готовый к яркой вспышке.

— Что витаешь в облаках, Амакава-кун? — улыбнулась Минами.

Мда, Райхо и на свидание потащила свой навороченный фотоаппарат.

— У тебя мороженное тает.

— О, блин.

Я спохватился, и принялся быстро доедать остатки сладкого рожка. Как оказалось, пригласить девушку на свидание — это даже не половина дела. Сложнее всего пришлось с Сидзукой, так что я просто сбежал от нее из Ноихары.

— Сдается мне, твои мысли где-то далеко.

— Извини.

— Я и не думаю, что из нас выйдет хорошая пара, — махнула рукой девушка. Минами сложила руки домиком за столиком кафе и опустила на них подбородок. — Так о ком же ты грезишь, Амакава-кун?

— Это ты как журналист спрашиваешь?

— Нет-нет. Обещаю, я и словом никому не обмолвлюсь.

— И в газете не напишешь.

— И в газете не напишу.

— Я встречался с одной девушкой… но она нехорошо поступила, мы расстались.

— Ты все еще тоскуешь по ней?

— Ну, тут все сложно. Странные у нас отношения. Это была словно не любовь, а некая одержимость. Почти с первого дня я понял: хочу видеть ее рядом с собой.

— Как романтично. Похоже на «выбор магии».

— Выбор магии? — переспросил я.

— Да. Это очень редкое явление. Я мало о нем знаю, лучше тебе спросить у кого-то более осведомленного.

— Ясно. Сходим еще раз на горки?

— Ты же снова будешь визжать! — самоуверенно заявила Минами, при этом побледнев. Ну да, ну да. Учитывая, что в прошлый раз визжала как раз она, отчего у меня аж уши заложило.

— Ладно, найдем менее рисковый аттракцион.

Глава 12

Сидзука серьезно на меня обиделась. В понедельник она прибыла в школу, однако засела в пруду, сказав, что не разговаривает со мной. В принципе, с Генри я чувствовал себя в относительной безопасности, но все равно на обеде отнес большой пакет с мороженным к берегу школьного водоема. Тогда-то я и заметил красивую деревянную беседку с тонкой резьбой. Подойдя и заглянув внутрь, я увидел на скамейке девочку-подростка с длинными волосами цвета карамели и небольшим томиком японской литературы в руках.

— Что уставился?

— Э-эм, — немного растерялся я от несоответствия слов и внешнего милого облика.

— Иди отсюда, кыш-кыш, — махнула девочка рукой.

— А что, это твоя личная беседка?

Девочка молча указала рукой и, повернувшись, я увидел табличку с надписью: «Собственность Исекура Груп».

— Это отец для меня построил. А теперь проваливай, не мешай мне читать.

— Вот сучка малолетняя, — произнес я в искреннем восхищении… на русском.

— Что ты сейчас сказал? — сузила глаза наследница корпорации.

— Я восхитился вашей красотой на русском языке. Это место как нельзя лучше подчеркивает изысканность ваших черт, — ответил я, стараясь, чтобы голос мой звучал правдиво.

— Хм, ну ладно. Вижу, еще не все потеряно в твоем случае. Я разрешаю тебе посещать мою беседку.

— Спасибо. Жаль мне уже пора на следующее занятие. До скорого.

Я беззаботно помахал рукой, но дождался лишь презрительного фырканья: «Невоспитанный!».

На физическом развитии мне растягивали пальцы. Изверги! Болела каждая фаланга, и на ногах тоже. После занятий я как обычно направился в исследовательский корпус.

— Максимум-брони! Максимум-скорости! Крышесносящая-волна!

Профессор флегматично наблюдала за моими потугами на полигоне, листая женский журнал.

— Что-то ты не в форме, Амакава-кун.

— Наверное, мне нужен отпуск.

В последнее время свет как-то с трудом поддавался. Я решил передохнуть.

— Седзо-сан, а вы знаете, что такое «выбор магии»?

— Очень редкий и малоизученный феномен. Многие страны и школы магии не признают существование «выбора», — отвлеклась женщина.

— И как же он действует?

— Партнера выбирает магия.

— Магия что, разумная?

— Расскажу тебе об одной теории. Магия разумна, потому что разумен ее носитель. Твое подсознание, твои неосознанные желания и инстинкты контактируют с магией, управляют и помогают ей. В результате наделяя ее подобием разума. Как ты знаешь, количество одаренных среди общего населения невелико. Магия внутри тебя стремится к продолжению рода. Ведь не всегда даже у двух магов рождается одаренный. Выбор магии означает, что твой избранник имеет идеальную магическую совместимость. И ваши дети почти со стопроцентной вероятностью унаследуют дар.

— Получается, магия управляет моими чувствами?

— Не слишком верное определение, но можно и так сказать.

— И как мне избавиться от «выбора»?

— Не совсем поняла тебя, — внимательно посмотрела Седзо-сан.

— Что тут непонятного? Я не хочу, чтобы магия навязывала мне свои желания.

— Хм, боюсь, я не знаю такого способа. Возможно, потребуется глубокая корректировка сознания, что я делать крайне не рекомендую.

— Мне до конца жизни придется мучиться? — спросил я хмуро. — Что если мой избранник уйдет или погибнет?

— Насколько мне известно, выбор магии становится неактивен, если нет возможности быть вместе с избранником.

— Ксо! Еще одна головная боль.

Исекура Кана очень не любила собрания простолюдинов, чем определенно являлась школьная столовая во время обеда. Но отец сказал, что ей необходимо проводить больше времени со сверстниками, заводить друзей и налаживать связи. С кем тут водить дружбу, спрашивается?! Неотесанные грубияны. Еще немного, и они начнут кидаться едой друг в друга, словно обезьяны. И этот шум, от которого голова раскалывается. Периодически девочке приходилось отшивать назойливых прилипал, которые не могли найти свободный столик и имели наглость присесть именно к ней.

— Привет, Кана-тян, — раздался знакомый голос.

Наследница Исекура улыбнулась своей единственной подруге:

— Мари-тян, добрый день.

Высокая девушка-старшеклассница присела за стол, аккуратно составив тарелки с подноса. Вот, сразу видны манеры! Пускай Марина воспитывалась в другой стране, высокое происхождение и аристократизм заметен с первого жеста.

— Ты как всегда обедаешь в одиночестве.

— Ты видишь здесь достойного собеседника, кроме нас? — подняла бровку Исекура.

— Возможно, стоит чуть смягчить критерии отбора.

— Ни за что! Наследница Исекура Груп не имеет права общаться с простолюдинами!

— Посмотри, сегодня в школе Айджи-сан.

Девочка поискала глазами, и вскоре увидела неспешно трапезничающего наследника великого клана. Тсучимикадо младший — один из немногих, в ком она видела равного.

— Да, вот только он уже занят, — резюмировала Кана, глядя на заполненные места за его столом. — Хм-м, — взгляд выхватил знакомый профиль с короткими коричневыми волосами. Тот парень, которого она видела в беседке. Раз сам Айджи-сан позволяет ему находиться рядом, значит он тоже не безродный.

— Мари-тян, ты вот сучка малолетняя! — «похвасталась» девочка своим знанием русского.

Глаза подруги расширились, а ложка (палочки она не любила) так и осталась на середине пути от тарелки. Исекура заволновалась: вдруг она сказала что-то не так?

— Извини, я неправильно произнесла?

Громкий смех раздался за столом. Смеялась Марина долго, с чувством, не обращая внимания на краснеющую подругу. Да, непочтительно, но ничего с собой поделать она не могла.

— Ну, таких «комплиментов» я давно не получала. Ха-ха!

— Я прибью этого мерзавца! Он поставил меня в унизительное положение!

— И кто же этот шутник?

— Шатен рядом с Айджи-сан.

Марина внимательно вгляделась за столик с Тсучимикадо.

— Ну все, я вызову его на дуэль!

— Кана, постой. Он ведь из клана Амакава, не узнала?

— Тот самый?! Но ведь у меня против него нет шансов…

— Тогда я сама покажу ему, где раки зимуют, — усмехнулась ученица, решившая постоять за честь подруги.

— Юто, ты чего это наговорил газетчикам, а? — наехал на меня Нобуна.

— Так это неправда?

— Ну, Кумаро-сан действительно говорил о помолвке. Но Кумико ведь еще маленькая. Она на три года меня младше! Почти на четыре!

— Лет через пять разница будет незаметна, — пожал я плечами.

— Привет, Амакава, — услышал я сзади и удивился, поскольку слова были произнесены на русском языке.

— Хм, привет, — ответил я, помедлив.

— Ты оскорбил мою подругу. Я вызываю тебя на дуэль!

Говорившая была высокой блондинкой с темно-серыми глазами, что не очень-то вязалось с классическим образом русской красавицы. Разве что ростом и фигурой.

— Марина Романова?

Девушка кивнула.

— Окей. Какие условия?

— Ты извинишься при всех, с поклоном.

— Тогда в случае проигрыша, пусть она уберет табличку с беседки и разрешит любому там находится.

— Подожди, я согласую с Каной.

От одноклассников, Оги и Айджи посыпались вопросы и комментарии. Кто-то удивлялся моему знанию иностранного языка, другие обсуждали грядущую дуэль.

— Кха! — грохнулся я на землю полигона, подняв небольшое облачко пыли. Романова отделала меня как какой-то дрянной C-ранг.

— Стоп! Победитель — Романова-кун! — заявил Зак-сенсей.

— Мне казалось, ты сильнее, — с толикой разочарования произнесла блондинка, владеющая стихией воды и дерева. Молодые побеги, которые она вызвала во время схватки, постепенно уходили под землю.

— Мари-тян, классно ты его! — подбежала девочка, из-за которой и разгорелся спор.

Я отплевал попавший в рот песок, кое-как поднялся и поклонился:

— Приношу извинения, Исекура-сан, за мои слова.

— Извинения приняты. Идем.

Парочка школьниц царской походкой удалилась с нашего классного полигона.

— Амакава-сама, вы еще ей покажете! — подбодрил меня Ларен.

Я криво улыбнулся. Настроение было препаршивым. Долбаная магия!

Вечером вторника Сидзука таки покинула пруд, когда я попросил ее просмотреть список, присланный Минами.

— Это он, — уверенно указала на экран ноутбука мизухэби.

— Котетсу Аоки, ранг D, преподаватель истории магии средних классов, — прочитал я. С фотографии на нас смотрел молодой, ничем не примечательный японец с короткой стрижкой. — Место рождения: Фукусима. Родители и две младшие сестры погибли во время инцидента… Хм. — дальнейший текст изобиловал белыми пятнами. Информацию умело подчистили. Похожий эффект дает магия забвения. Единственный известный мне инцидент в Фукусиме — нападение кайдзю. Видимо, жертвы среди мирного населения были внушительные.

С утра в среду я выяснил расписание Котетсу и подкараулил учителя в коридоре. Увидев Аоки, я резко выбросил пару печатей подчинения. D ранг долго не смог противостоять влиянию амулетов света. Он не был псимантом или мастером по защите сознания, иначе даже с такими слабыми силами мог бы оказать сопротивление. Молодой мужчина застыл со стеклянными глазами, приоткрыв рот. Очевидцы выглядывали из ближайших классов. Кто-то побежал за учителем.

— Назови свое имя.

— Котетсу Аоки.

— Участвовал ли ты в нападении на меня?

— Да.

— Почему вы напали?

— Прогнать из школы.

— Зачем?

— Аякаси не должно быть в школе.

— Имеешь ли ты отношение к «Чистоте Оммедзи»?

— Да.

— Амакава-кун, что здесь происходит?! Немедленно отойдите от Котетсу-сенсей! — появилась на горизонте женщина средних лет.

— Сейчас, только спрошу имена сообщников.

— Прекратите! К директору, сейчас же!

Директор Саватаро-сан, как и я, впрочем, находился в изрядном раздражении:

— Ты понимаешь, что я могу исключить тебя из школы за твой проступок?

— То есть, на меня напали, а я еще и виноват?

— Расследование по твоему делу еще ведется. В данном же случае именно ты напал на преподавателя школы на глазах у десятка свидетелей. Если у тебя имелись улики против Котетсу-сенсей, ты должен был сообщить руководству! А не применять магию в стенах школы! Допрос должен проводиться сертифицированными специалистами с помощью разрешенных способов и средств.

— Пока вы все организуете, он просто сотрет тот эпизод из памяти.

— Ваши печати не сертифицированы, поэтому мы не можем принимать во внимание сказанные Котетсу-сенсей слова.

— Тсч, ясно.

— Это первое и последнее предупреждение, Амакава-кун. В Оммедзи Гакуэн запрещено вершить самосуд.

— Я понял, господин директор.

После выговора от главы школы настроение упало еще ниже. Я тупо забил на занятия и свалил в Ноихару. Химари радовалась моему неожиданному приезду, до тех пор, пока я не вытащил из погреба огромную бутыль с пивом. Воспоминания о деде Гене под саке заставили ее быстро куда-то исчезнуть. Чему я немного обрадовался. Видеть перед собой так называемую избранницу от «выбора магии» раздражало. Неплохо посидели с мужиками, на этот раз без перегибов и несанкционированных полетов на драконе. Шидо не был спецом в ментальной магии, поэтому мне помочь не мог.

В четверг я проснулся, страдая от умеренного похмелья. И такая злость на самого себя поднялась. Ну да, в последнее время навалилось куча всего. Проблемы с магией, на личном фронте, с дуэлями, с нападениями, учеба еще. И какого хрена я делаю? Сложил лапки, спрятался в своем поместье от проблем. Взялся за гуж, не говори, что не дюж. Что такое гуж, я имел смутное представление, однако общий смысл был понятен. Раз я подписался на всю эту катавасию, надо самому выпутываться. К тому же, человек со временем ко всему привыкает.

Успел прилететь лишь ко второму занятию. Четверка друзей беспокоилась из-за моего отсутствия. Приятно, что ни говори.

Общение одноклассников на перемене перед тактикой сражения было прервано мощным толчком, от которого задрожали стекла, и резким противным звуком. Ученики зажали уши, спасаясь от визга, либо выставили магическую защиту. Отголоски магии были чем-то знакомы. Меня посетило нехорошее предчувствие:

— Генри, в общежитие.

Сидящая рядом Сидзука не успела возмутиться, как меня окружил хоровод бумажных страниц, а в следующий миг я уже стоял в своей комнате. В которой царил натуральный погром. Перевернутая мебель, осколки стекла и посуды. Дверь снесена с петель. Краем сознания я заметил размытое движение и ринулся наружу из номера. Снова лишь смазанная тень промелькнула в коридоре. Скрытник! Я окружил голову светом, противясь воздействию псимантии. Вот только родная магия снова отзывалась со скрипом, оставляя дыры в защите. Погоня привела меня к открытому окну со второго этажа. Спрыгнув вниз, я уловил движение:

— Крышесносящая-волна!

Слабый серп света улетел по направлению к прячущемуся противнику. Раздался глухой стон, брызнуло несколько капель крови. Какое-то время я исследовал округу, но вскоре вынужден был признать, что поганец улизнул. Однако я завернул в платок несколько комочков земли со следами крови. Перед входом в общежитие собралось немало народу, включая Асами-сан. Бегали охранники. Рядом с моим номером во всех окнах повыбивало стекла. Внезапная догадка поразила меня, и я кинулся обратно в комнату, невзирая на возражения коменданта. Нет! Его украли! Ди-ниджу пропал. Теперь становится понятно, откуда тот звук и разрушения. Цукумогами защищался как мог.

Кое-как я успокоился. Нет, с моими методами работы я обязательно дров наломаю. А вот кто точно должен справиться, так это распиаренные магические детективы. Я достал телефон и вызвал контакт:

— Хитсуги, я хочу нанять твоих людей.

— Ку-хи! Всегда пожалуйста, Ю-тян!

В школе училось несколько экзорцистов из клана Якоин — их и привлекли к участию, как ближайших к месту события. Мда, распутали клубок за пару дней — уже в субботу я знал имена исполнителей. Если бы и я был расторопнее и пошевелил извилинами, то сам догадался. Поскольку Ди-ниджу я оставлял в общежитии, всего несколько человек знало о нем: сестры Кавахару, Аяко, Джуно, Ларен, Мейка и Йошида. Именно последний и попытался выкрасть артефакт. Якоин подтвердили личность с помощью магического ритуала, взяв у него образец крови (каким образом, меня не посвятили). По слухам, его частенько видели рядом с Ходжо Гарудо. Вроде как одноклассник должен был получить солидное вознаграждение за доставку музыкального артефакта. Данный инцидент детективы донесли до директора, доказав причастность Йошиды. Исключения однокласснику удалось избежать, однако ему назначили год исправительных работ в качестве наказания, нехилый штраф за порчу имущества и перевели в 2B. Вернувшийся Ди-ниджу был безумно рад, и ставил позитивные песни круглые сутки (из-за чего его пришлось оставлять на ночь в пустой комнате в поместье).

Химари уже испросила совета у всех обитателей Ноихары, но ни один из них не помог. Как оказалось, она неправильно спрашивала. Вместо «Как мне доказать милорду, что я должна быть подле него?» надо было просто спросить «Для чего мне нужно в школу?». В последний раз она поинтересовалась у Агехи, больше от отчаяния, чем реально надеясь получить ответ. Вариант удивленной хиноэнмы был настолько простой, что Химари ощутила себя глупым котенком.

— Милорд, мне нужно в школу, чтобы учиться!

Молодой глава проморгался, после чего усмехнулся:

— Тогда ты должна доказать свои слова делом. Я договорюсь с учителями о проверке знаний. Думаю, Айкава-сенсей не откажет в обучении азам. У меня ушел почти месяц на освоение нужных знаний из младшей школы. Надеюсь, что ты справишься за тот же срок или быстрее. Ах да, в пятницу и субботу будешь ходить на обычные предметы, вроде математики и физики. Постараюсь договориться. Ты ведь хотела посмотреть, как обучаются в школе? Вот и посмотришь, заодно знания подтянешь. Хм, учитывая скорость обучения у наших наг, через месяц ты должна понимать по-английски, через два — разговаривать. Потом подумаем насчет других языков. Вроде ты немного китайский знаешь? Возможно, из тебя даже выйдет достойный член общества и сносный экзорцист.

С каждым словом милорд распалялся все больше и больше, чему-то улыбаясь, в то время как Химари становилась все мрачнее и мрачнее. Она хотела быть рядом со своим главой, но уж точно не ожидала, что цена, которую придется заплатить, будет столь высокой.

— Или ты не согласна?

— Согласна, милорд! — поспешила высказаться бакэнэко. — Ученье человеческое изучу в один миг, вот увидите!

— Посмотрим-посмотрим, — от широкой ухмылки молодого человека кошке сделалось нехорошо.

Ха! Отличную мотивацию я нашел, о чем поспешил поделиться с Шидо. Гинко та еще лодырница. Репетитор, которого нанял охотник, отказался вести занятия после нескольких прогулов оками. За все время моего общения с аякаси у меня сложилось определенное представление о процессе обучения существ магического плана. Оно отличается от человеческого и зависит от двух факторов: магии и, что важнее, желания. Например, только зарождающийся е-кай может в рекордные сроки перенять у ближайшего разумного внешний облик, знания языка и местной картины миры. Иначе он тупо не выживет. В большинстве случаев аякаси никем не воспитываются. Все равно, что бросить в лесу новорожденного. В развитии ими движет самое сильное желание, объединяющее всех разумных — желание жить. Они впитывают информации достаточно для того, чтобы не погибнуть, находят безопасный для себя уголок и всю оставшуюся жизнь практически стагнируют. Поэтому так тяжело заниматься мелкими водными и земляными духами. Исключение составляют высшие е-кай. Они настолько подробно копируют человеческую сущность, что перенимают чисто людские черты характера, а также обретают некоторую способность к обучению. Однако если аякаси не имеет желания учиться, ничего не выйдет. И это не как у людей: е-кай фактически ничего не запоминают из пройденного. Даже у распоследнего двоечника что-то да откладывается в голове. Именно поэтому мотивация так важна. Например, Гинко обрела человеческий облик за одну ночь. Джеб же не первую неделю «пытается», хоть силушкой дракона природа не обделила.

В последний день недели меня посетило несколько старых знакомых, о которых уведомила Кайя. Аякаси благоразумно держались на границе зоны дзасики-вараси, да и мы с Химари не стали особо приближаться.

О! Я фактически узнал всех по изображениям из книг, а не просто вспомнил. Конечно, находись они в полностью человеческом облике, было бы сложнее. В школе в дополнение к внешнему виду давались лишь скупые словесные описания аур, на практике же вычислить аякаси по магическим эманациям было нереально. Клювастый кама-кири, двуротая футакуччи-онна, змеиная нуре-онна и крюковолосая хари-онна. Еще с этой компанией была незнакомый мне е-кай женского пола — кутисакэ-онна. Этакий японский вариант Джокера. Рот аякаси значительно расширен, вот только улыбкой и не пахнет. В руках у нее были огромные ножницы. Было заметно, что гости немного побаиваются нас с бакэнэко.

— Амамия-сан? — обратился я к красивой девушке в голубом кимоно с фиолетовыми волосами.

— Амакава-сан, вы не забыли меня, — улыбнулась нуре-онна.

Химари рядом пробурчала что-то неодобрительное.

— С чем пожаловали в Ноихару?

— Ну… — похоже, без алкоголя они стали на порядок робее. Аякаси неуверенно переглянулась с кутисакэ-онна, после чего быстро выпалила. — Мы хотим открыть свой салон красоты! Вы ведь помогли чайному духу с кафе, вот мы и подумали…

— Салон красоты? — переспросил я со скепсисом. — У вас хотя бы человеческий облик имеется?

— Конечно!

Спустя несколько секунд компания преобразилась, став походить на немного экстравагантную группу любителей старины. За исключением кама-кири.

— Он просто помогает, людям на глаза не покажется.

— Хорошо. Вы считаете, что сможете отвечать современным требованиям в работе?

— Да! Мы ведь много лет живем бок-о-бок с одним из лучших салонов красоты в Такамии. Изучили все нюансы. А уж по работе с волосами нам нет равных.

— Это сразу заметно, — фыркнула Химари.

— Госпожа Багровый клинок умеет делать только эту прическу с хвостом?

— И что с того?

— О, современная женщина должна уметь удивлять своего мужчину. Каждый день придумывать новый образ. Мы бы могли помочь в этом вам.

— Решать будет милорд, — уже с толикой заинтересованности произнесла бакэнэко.

— Хм, это непростой вопрос. Допустим, я помогу вам с бизнесом. Если вы не в курсе, существует лимит на количество е-кай в клане. Пока что есть вакантные места, и я могу поручиться за вас. Но если я найду достойных вассалов, придется вам самим выкручиваться.

Аякаси некоторое время шептались между собой:

— Мы согласны. Пускай недолго, но мы бы хотели заняться делом.

— Тогда заходите в дом. Агеха и Кайя вам помогут устроиться. С вопросами по пропускам четвертого отдела и салоном обращайтесь к Кагецуки, у меня нет времени самому всем заниматься.

— Конечно, Амакава-сан, — вежливо кивнула Амамия.

К слову о кафе. «Запад-восток» получил бешеную популярность после открытия. Немалой заслугой в этом стали образы обслуживающего персонала. Парни таяли от ослепительной улыбки Эл Челси, девушки находили таинственного и немного чопорного Мурабито притягательным. Я все же полагаю, что ажиотаж вскоре спадет, и останутся только редкие посетители. Пока же цукумогами чашек почти не появлялись в особняке, загруженные с утра до ночи.

— П-прошу, госпожа, — заикаясь, протянула цукумогами короткое меню.

Клиентка некоторое время хмуро всматривалась в прайс-лист кафе, после чего поинтересовалась:

— Что это за «чезеный» чай?

— Э-это наша фирменная смесь черного и зеленого чаев, го-госпожа.

— Тогда неси его.

— Да! Сию минуту!

Блондинка в форме горничной быстро и низко поклонилась и унеслась к прилавку. Джингуджи Куэс вздохнула: до чего только докатилась знаменитая Сумеречная луна? Попивает чай в кафе с е-кай. Это все Юто виноват. Сколько раз рядом с ним находились аякаси, что Куэс уже свыклась с ними. Нет, ну надо было именно здесь назначить встречу?! Кабураги с любопытством осмотрел заведение, после чего вернулся к машине, оставив колдунью в одиночестве. Однако ж, довольно много народу в кафе. Для них выделили отдельный столик в уголке.

— Куэс, привет! — услышала девушка знакомый голос.

— Опаздываешь!

— Извини! Принимал в клан новых вассалов.

Амакава проследовал к столику, скинул хаори на спинку и опустился на стул.

— Не много ли у тебя уже е-кай, а? — приподняла бровь наследница Двенадцатого клана.

— Да-а, до лимита недалеко. А потом снова к императору. Да и не факт, что разрешит. Возможно придется выносить вопрос на совет кланов. К слову, что скажут на это Джингуджи, если чисто гипотетически подобное случится?

— В данном вопросе мы солидарны с Тсучимикадо. Но, если мы договоримся о поставках печатей, то все может измениться.

— Так вот зачем ты хотела встретиться? — произнес Юто. — Считай, что мы договорились. Эх, снова за печатями корпеть. Они мне скоро снится будут. Вот бы можно пустить их производство на конвейерный поток.

— Если бы создание артефактов можно было поставить на поток, уже бы все обыватели ими владели.

— Господа, ваш чай, — подошла дух предмета.

— О спасибо, Лиз, — горничная скромно улыбнулась и покинула экзорцистов. — Куэс, как у вас в клане дела?

— Хм. Мерухи совсем забросила полевую работу, — вздохнула колдунья. — Мне одной приходится за нее отдуваться.

— Понимаю твои чувства. Хотел бы и я иметь напарника-человека.

— Юто, ты помнишь Джонатана Ритчера?

— Тот, которого ты спасла из плена у троллей?

— Верно. Он неделю назад прилетел в Японию в гости к нашему клану. Думаю, это нечто вроде синдрома спасенного. Он заявил, что должен отплатить нам, соразмерно долгу жизни.

— Оу, ну он вроде бы из знатной семьи… — начал вспоминать Юто.

— Да, Ритчер называли королевскими артефакторами. Их род издавна занимался заказами британских монархов. Джонатан заверил, что больше его не тянет на приключения, и он обязательно доучится родовому ремеслу.

— Похоже, вашему клану повезло.

— Да. Мама уже планирует помолвку, — поморщилась Куэс.

— Быстро! А сам он как тебе?

— Ну, он высокий, приятен внешне, и с ним всегда есть, о чем поговорить.

— Но?

— Но это меня должны были спасти из лап троллей, а не наоборот! Понимаешь?

— Вроде как. Но учитывая твой S ранг, свою пару таким образом ты будешь ждать до второго пришествия, — на лице Юто застыло выражение скепсиса пополам с ехидством. Куэс не удержалась и пнула парня по ноге под столом.

— Ай!

— Хмпф! — фыркнула колдунья на укоризненный взгляд охотника света.

Немного пообщавшись, Амакава предложил подруге детства съездить до поместья, чтобы передать уже имеющийся небольшой запас печатей. На что Куэс согласилась.

Даже в водители Юто взял одного из своих е-кай, внешне немного похожего на своего главу. Джингуджи язвительно заметила в машине, что таким образом вскоре его будут окружать одни аякаси, и он совсем останется без человеческого общества.

Вскоре перед колдуньей предстали знакомые стены фамильного особняка Амакава. Вокруг виднелись следы изменений: массивный гараж, вертолетная площадка с оборудованием, в стороне стояло что-то вроде спортивных снарядов. Куэс вышла из машины, чтобы немного прогуляться вокруг, пока Юто ходит за печатями.

Однако в этот момент случилось непредвиденное. Земля задрожала, словно при землетрясении, послышался треск и глухие удары. Из-за особняка приближался кто-то огромный с сильной развитой аурой. Когда чудище выскочило из-за поворота, Куэс на секунду испугалась. Не каждый день на тебя несется гигантская древняя рептилия, которая считалась вымышленной. Однако наследница великого клана растерялась ненадолго. Быстрый речитатив заклинания наделил тело энергией, а в неприятеля полетел огромный огненный шар. К неудовольствию колдуньи е-кай почти не получил никакого урона. Оно и не мудрено — рептилия сама излучала сильную огненную ауру. Тем не менее дракон остановился и попятился, замотав оглушенной головой.

Из дома выбежал встревоженный Юто и сразу крикнул:

— Немедленно остановитесь! Джеб, что на тебя нашло?

САМБА-7. Хикари и я

Глава 1

— Я просто почуял родную силу, вот и решил поприветствовать, — недоуменно произнес дракон на английском.

— О! — я новыми глазами посмотрел на Куэс, которая постепенно успокаивалась. — Так значит твоя аура похожа на драконью?

— Что?! Род Джингуджи… не связан с е-кай… — уже менее уверенно проговорила Сумеречная луна. — Стой на месте, монстр!

Джеб перестал продвигаться к колдунье и аккуратно прилег на землю. Так его голова стала почти вровень с нами.

— Что случилось, нано? — вышла Сидзука из дома.

— Да вот, Джеб наконец-то родственника нашел.

— Юто, замолчи! — рявкнула Куэс. — Ты принес печати?

— Да-да. Но вы и впрямь чем-то похожи в магическом плане.

Наследница Джингуджи погрустнела и резко выдохнула:

— Ритуал пробуждения крови.

— А-а, ты упоминала, — вспомнил я.

— Ритуал пробуждает силу предков. Моя тетя, старшая сестра Мерухи, сошла с ума, не выдержала давления. Мама после этого так и не решилась пройти ритуал.

Куэс спокойно говорила о давних событиях, так что я не стал утешать колдунью.

— Ну, круто. Ты настоящая героиня манги, наследница драконов, — пришел я к выводу. — Не ожидал, что в предках у знаменитого клана были аякаси.

— А что тут неожиданного? Свои силы экзорцисты получили от нас, — хмыкнула водный дух.

— Неправда! — воскликнула колдунья.

— Конечно, сами вы в этом никогда не признаетесь. Может и не все, нано. Но насчет Тсучимикадо, Кагамимори, Амакава, Шикимомуро и Кибаджуба я почти уверена. Теперь вот и в Джингуджи сомнения отпали.

Глаза Куэс готовы были метать молнии. Девушка сжала в руке стопку переданных печатей и отрывисто бросила:

— Благодарю. Мне надо ехать.

С такими словами колдунья села в машину, которая через несколько секунд скрылась за поворотом.

— А я от кого произошел? От Аматэрасу? — спросил я мизухэби и сам же себе ответил. — Хотя мои предки из Китая, значит от кого-то другого. Интересно. Надо ознакомится с пантеоном божеств поднебесной. Ты правда считаешь, что наши силы от е-кай?

— Я не всезнающий ками, — вздохнула Сидзука. — Это все на уровне слухов в среде аякаси, знаешь ли. Не стоит им до конца верить. Люди могли и сами развить похожие способности. Кстати, Юто, я хочу создать клуб защиты аякаси в школе. Поможешь мне?

— Эм, допустим я вступлю, но еще надо четверых добровольцев найти минимум.

— Я сама займусь, нано.

Утром воскресного дня Агеха, позевывая, вышла во двор. Ночевать в помещении было намного комфортнее, но вот подышать свежим воздухом духу аналогичной стихии в начале дня было приятно. Пройдя на веранду, Агеха заметила Айю, нерешительно мнущуюся с гостевым кимоно в руках. Цукумогами конверта ее немного раздражала своим холодным поведением, поэтому сразу подходить не стала. С удовольствием вдохнула уже по-осеннему прохладный утренний воздух, лениво оглядела местный пейзаж. Что-то было не так. Какая-то деталь цепляла глаз. Джеба не было на месте, но к этому хиноэнма привыкла. Вместо него на земле неподалеку нагло дрых голый мужик. Агеха выпучила глаза, но потом прислушалась к ауре гостя.

— Это Джеб, что ли?

Айя спокойно кивнула.

— Кимоно для него?

Еще один кивок.

— Почему не отдашь? Или ждешь, когда он проснется?

— Слишком непристойно.

— Уау, целомудренная ты наша. Давай сюда, пойду будить нашего голоногого дракошу.

Агеха взяла одежду и направилась к спящему в позе эмбриона аякаси. Похоже, за ночь тот успел прилично замерзнуть. Ну да, человеческая шкура не особо приспособлена к ночевкам на открытом воздухе. Джеб представлял собой рослого крепко сложенного молодого мужчину с виднеющимися кубиками пресса, бронзовой загорелой кожей и короткими темно-зелеными болотистыми волосами.

— Вставай, соня! Нечего тут эксгибиционизмом заниматься.

Джеб раскрыл свои глаза яркого золотистого оттенка, смачно потянулся и только потом спохватился: начал ощупывать себя, рассматривать руки и ноги.

— Тьфу! Свою штуку будешь наедине трогать! — буркнула хиноэнма и бросила кимоно. — Оденься!

— Я теперь такой… навсегда? — спросил Джеб на ломаном японском. Занятия с множеством учителей давали о себе знать.

— Да кто тебя знает? Можешь попрактиковаться в метаморфозах, только халат не порви. Хах! Неужели тебе приглянулась вчерашняя человеческая самка, а огнедышащий?

— Она не человек! Наполовину.

Дракон неумело одел кимоно и поковылял к дому, спотыкаясь. Агеха закатила глаза и вяло пробурчала:

— Еще один сосунок на мою голову.

Альберт еще до того, как ремонт школы закончили, начал подыскивать учителей. На данный момент отыскали единственного кандидата — бывшего преподавателя Оммедзи Гакуэн, уволенного за какую-то провинность. Я особо в подробности не вдавался, оставив выбор на подчиненных. Главное, что пожилой Митсудама Таро не имел предубеждений против е-кай. После фееричного появления Джеба в человеческом облике я осознал, что надо начинать работать с аякаси. Примерно к обеду Митсудама-сенсей прибыл в Ноихару, явно заинтересованный предложением. В целом старик мне понравился, да и предстоящая задача его не пугала. Адаптировать е-кай к человеческому обществу. Комплексная работа: создание приличного образа (одежда, произношение, мимика), наделение базовыми знаниями о человеческом и магическом мире. Я вкратце пояснил ему свое видение процесса и посоветовал мотивировать учеников-аякаси исключением из клана. Конечно, подход должен быть индивидуальным: с благоразумными вроде Амамии вряд ли возникнут сложности, а вот с Джебом или Пуджем придется повозиться.

Митсудама-сенсей на первых порах поселился в многоквартирном доме за нас счет. К слову, Шидо снял небольшой коттедж в Ноихаре, а также пригнал свой автомобиль. Зарплата экзорциста A ранга в Первом клане позволяла жить на широкую ногу. Хотя днем они с Гинко чаще находились в нашем поместье или сопровождали других на выездах.

Горо-сан и Кагецуки провели тщательную проверку благотворительного фонда Амакава, который давно учредил дед Генноске, и выявили множество нарушений. Так что управляющего назначили нового, да и место работы теперь в главном здании Amakawa Co в Такамии. Ранее Генноске переводил в среднем до трехсот тысяч долларов в год. Несмотря на то, что прибыль увеличилась значительно, фонду я поставил планку в полмиллиона за год. Жаба — она такая. До смерти задушит.

Разбираясь с благотворительностью, мне пришла в голову одна мысль. Через Ринко я раздобыл телефон нашей классной руководительницы:

— Добрый день, это Амакава Юто.

— А, Амакава-кун. Как твои дела в новой школе?

— Потихоньку… Кисараги-сенсей, я бы хотел проспонсировать школьную поездку для нашего класса… скажем, на Гавайи?

— Интересно. Не имею ничего против. Сейчас, я уточню… Да, в октябре есть трехдневные выходные: вторая неучебная суббота и день рождения императора. С двадцать третьего по двадцать пятое.

— Отлично. Тогда от вас список желающих. Я скину вам контакты моего помощника, Кагецуки, обговорите с ним нюансы.

Появление Химари в школе не прошло бесследно. Некоторые фанатики по типу Ларена Саватаро были в восторге. Багровый клинок — визитная карточка Амакава, самый сильный е-кай S ранга. Нельзя не отметить, что школьная форма чертовски шла бакэнэко. А невозмутимый вид и вездесущий клинок под рукой придавали образу пикантности. Думаю, будь это обычная школа, то мужским вниманием Химари бы не обделили. Здесь же, если кто и заинтересовался, то подойти не решался.

Айкаву-сенсей пришлось слезно умолять допустить Химари к занятиям, но в итоге учительница сдалась. Сама означенная персона в большом восторге не пребывала:

— Ну вот. Чем быстрее пройдешь программу, тем быстрее присоединишься к моему классу средней школы.

— Да, милорд.

— Будешь отлынивать или детей напугаешь, отправлю назад в Ноихару.

— Да, милорд.

— Не вешай ушки. Ученье — свет, а неученье — тьма!

На практике желающих поспарринговать с Багровым клинком было хоть отбавляй. По факту единственным достойным соперником в нашей группе являлась староста Умикичи Мана. За поединком наблюдало немало народу из других классов. Наша «царица воздуха» свободно летала по полигону, забрасывая бакэнэко заклинаниями или кидаясь огромными плитами. Но в итоге Химари в высоком прыжке подловила экзорцистку и серьезно потрепала фиолетовой волной энергии. Жаль моего усиления не хватает на подобные акробатические трюки. Свет все еще с трудом подчинялся мне, да и резерв будто бы просел. Сейчас я находился примерно на планке B ранга, отчего многие старшеклассники легко выносили меня в дуэлях. Мне оставалось лишь уповать, что это временное явление. Нана-тян на всякий случай провела быструю диагностику моего организма, но никаких серьезных магических вмешательств не выявила.

На физическом развитии над моей тушкой снова издевались, выворачивая суставы и растягивая связки. Химари же сразу показала мастер-класс, сделав с места шесть переворотов в воздухе и идеально приземлившись на пол. Учить ее «небесному лотосу» нет смысла. Бакэнэко подошла к моим мучителям, попросившись в помощники. При этом в глазах у нее не было ни капли сострадания к моему бренному телу.

У Седзо-сан мы начали работать с дополнительной стихией. Первым я выбрал воздух. Считается, что, понемногу развивая вторичные стихии, общий магический прогресс ускоряется. В дальнейшем, если бросить занятия воздухом, то постепенно его доля в моей ауре сойдет на нет и будет занята светом. Однако пока я старался вовсю, нацеливаясь на полноценный полет с помощью новой стихии. Выходило так себе. На данный момент я мог сдвинуть с места бумажную полоску. Тренировочный процесс сильно отличался от работы со светом. В первом случае я опустошал свой запас полностью и дожидался следующего дня, когда он восстановится. Воздуха же в моей ауре было такое мизерное количество, что восполнялось оно относительно быстро, за несколько минут (если сравнивать с моим светом в количественном отношении, то ужасно медленно). Так что периодическим необходимо было концентрироваться на неродной мне стихии. Весь день.

Сейчас профессор с большим рвением взялась за изучение способностей бакэнэко — редко ученым попадаются добровольцы из темного кошачьего племени. Ранее Седзо-сан подробно изучила Сидзуку. Все-таки они обе являются аквамантами и криомантами. В разных пропорциях, правда. Умение перемещаться сквозь родную стихию — наивысший и самый сложный навык среди экзорцистов. Тогда как водный дух умела это почти с рождения. Седзо-сан так и не смогла разгадать секрет полного сродства со стихией, поэтому ей придется самой совершенствоваться. Я поинтересовался у Химари, не было ли у деда схожих способностей:

— Не уверена я, милорд. Иногда дед Ген мог быстро перемещаться вслед за пущенным лучом.

В этом направлении дела у меня обстояли плачевно. Плюс, если я собираюсь тренировать иные стихии, шансы на сродство уменьшатся. Правильно ли я поступаю, что не иду по стопам предков? Будет ли польза от аэромантии или лучше сосредоточиться на свете? Демон его знает, но пока я решил потренировать воздух.

Из опрошенных знакомых поехать на тропические острова изъявили желание только сестры Кавахару, Джуно, Мейка и Аяко, а также, к моему удивлению, мой куратор, Седзо-сан. Остальные одноклассники либо посчитали Гавайи слишком низкосортным курортом, либо не желали ехать именно со мной, либо в случае Ларена уже имели планы.

Ужины стали на порядок вкуснее, когда к Кавахару-старшей подключилась Сидзука. При знакомстве с Химари Минако пробурчала, что иметь такую фигуру противозаконно. Не сказал бы, что сестры обрадовались прибытию моей телохранительницы, но вели себя мирно. У Миины все равно не было выбора — каждый день я несколько минут держал ее за руку, ну а Минако зорко следила за своей сестрой. Мы с Кавахару экспериментировали с наполнением нескольких амулетов светом и последующим использованием их в качестве катализатора. Выходило не очень. Личное присутствие помогало намного больше. Возможно, что дело и не в свете, а в какой-то иной составляющей ауры. Но мы с Мииной слишком слабо разбирались в вопросе, чтобы выявить закономерность.

Вечером понедельника я достал свои старые учебники по младшим классам и с удовольствием презентовал их Химари. Ее лицо в этот момент надо было видеть. Или сфоткать. Мол, милорд, вы совсем с ума сошли? Мне что, все это прочитать надо?

— Не только прочитать, но еще и запомнить. Надеюсь, что ты не опозоришь славное имя клана Амакава.

— Да, милорд…

По-видимому, у бакэнэко имелись иные планы на вечер, я же засел за свои выданные учебные материалы. Ох, в средней школе количество теории увеличилось в несколько раз. Так что Химари ничего не оставалось, кроме как усесться рядышком с книжкой в руках. Где-то через час кошка неожиданно подорвалась, растопырила руки в стороны и грозно замяукала-зарычала. Я немного испугался — походило на тот недавний приступ. Но все оказалось несколько иначе.

— Ня-уе! (черт!) Не могу… Не могу больше, милорд. Ни-уе. (простите).

После этих слов Химари распахнула окно и сиганула вниз с третьего этажа. Вернулась бакэнэко минут через двадцать вспотевшей и тяжело дышавшей, будто пробежав многокилометровый марафон. После того, как она приняла душ, я заметил:

— Недолго ты продержалась.

— Ксо! Ня-уе! (черт!) Ксо!

Химари с ненавистью взглянула на учебник, вздохнула и обреченно вернулась к чтению. Сидзука и Генри вместе со мной более-менее овладели знаниями на уровне младших классов Оммедзи Гакуэн. Теперь же, глядя на взявшуюся за ум бакэнэко, девочка с зелеными волосами прильнула ко мне сбоку, чтобы читать тот же текст, что и я.

— Змеюка, а ну отползи от милорда!

— Юто, она запрещает мне учится, нано.

— Химари, не отвлекайся. Сдашь экзамены Айкава-сенсей, тогда и будем заниматься вместе.

— Бе-е.

— Моя лоли, хватит ей свой длинный язык показывать.

— Ксо! Ня-уе… (блин…) — девушка пронзила учебник в своих руках пылающим взглядом. — Если бы тебя можно было победить в честной схватке!

По правде говоря, я был солидарен с Багровым клинком, но показывать ей дурной пример никак нельзя. Никогда не был ботаником, но сейчас от этих знаний может зависеть не просто мое благосостояние, а моя жизнь или жизнь моих близких. Так что надо пересилить себя. О, блин, про воздух не стоит забывать. Я сосредоточился и попытался перевернуть страницу, используя весь свой немудреный запас магических сил аэро-стихии. Страница неожиданно надорвалась сверху.

— А, ня-уе! (блин!) — высказал я. Химари была слишком увлечена учебником, поэтому не заметила моей попытки скопировать одно из ее любимых выражений. — Генри!

— Да, сэр? — появился из воздуха книжный дух.

— Сможешь срастить страницу?

— Да, это займет не более минуты.

Постепенно и к Химари все привыкли. Вела себя Багровый клинок на людях сдержанно, изображая преданного вассала. За исключением некоторых случаев моего общения… с противоположным полом. Девушки пугались неожиданно появившейся темной кошачьей ауры рядом и спешили покинуть меня. Только Мейко и Аяко нэко хоть как-то терпела. За Минами и сестрами Кавахару следила, будто они мои самые страшные враги. Самое удивительное, что и к Седзо-сан бакэнэко относилась более чем прохладно. Неужто и в «ледяной королеве» усмотрела конкурентку?

Я же хоть и пытался оказывать знаки внимания разным девушкам, но мысли мои постоянно возвращались к Химари. Это словно наваждение какое-то. Ну ладно, если не принимать во внимание ее выходку с Чеширом, я был бы не прочь начать отношения. По правде говоря, я давно уже склонялся к мысли, что хозяин Подмирья что-то сделал с бакэнэко — слишком сильно ее поведение изменилось. Нет, не так. Я хотел бы поступать сам, без влияния извне. То есть, если бы «выбора» не было, но я бы все равно влюбился в нее — что ж, так тому и быть. Сейчас же я хотел освободиться от магических псевдо-чувств. После Седзо-сан я подошел к пожилому сенсею, который вел у нас защиту сознания. Вредный старикашка, который не особо ко мне благосклонен, однако в псимантии весьма искусен. Учитель удивился моей просьбе и задумался:

— Думаю, это возможно, Амакава-кун. То, что ты сам желаешь избавиться от «выбора» очень поможет при лечении.

— Вот как.

— Я вижу, ты еще сомневаешься. Приходи ко мне, когда определишься.

— Да, спасибо, сенсей.

Молодой парень в невзрачной осенней куртке решительно толкнул калитку, ведущую во двор частного дома в пригороде Токио. Лужайка заросла высоким бурьяном, забор покосился, а в одном месте так и вовсе зияла дыра. Юноша поправил кепку и прошествовал по единственной тропинке. Заколоченные окна, грязь, запустение — жилище Вакамацу знавало не лучшие времена. Гость хотел было постучать во входную дверь, но она оказалась не заперта.

— Эй, я вхожу.

Парень толкнул дверь и прошел внутрь.

— Тьфу, что за вонь?! — воскликнул вошедший, достал из кармана платок и прижал ко рту. — Вакамацу, ты тут?

— Да-да! Дорогие клиенты, сейчас я поднимусь! — послышалось откуда-то со стороны и снизу.

Вскоре из-за двери, ведущей в подвал, показалась неряшливая физиономия с припухшими и покрасневшими бешено вращающимися глазами и сальными темными волосами. Одет человек был в поношенный свитер и медицинский халат с грязными разводами и пятнами засохшей крови.

— О-я, кто ко мне пожаловал? Ходжо-кохай? — молодой человек вытянул свой длинный язык и провел по руке от начала ладони до кончиков пальцев, после чего пригладил слюной назад свои волосы и расплылся в мерзкой улыбке. — Для меня честь принимать в своем доме представителя великого клана.

— Мы пока не являемся великими, — поиграл желвакам Гарудо. — И я тебе больше не кохай. Тебя исключили из школы, ты не более чем мусор.

— Ху-ху, но тебе ведь что-то надо от такого мусора?

— Ты прав. Прошел слух, что ты можешь незаметно провести людей на территорию школы. Это правда?

— Да-да! Я сделал себе запасной ход на всякий случай.

— Тогда у тебя есть возможность подзаработать.

— Что есть деньги? Всего лишь бумажки, ху-ху. Я хочу участвовать в той операции, что вы задумали.

Гарудо удивленно приподнял бровь, не забывая прикрывать нос и рот платком. Вакамацу совсем не походил на адекватного помощника.

— Зачем тебе это?

— Скажем так, у меня остались кое-какие счеты к Оммедзи Гакуэн.

— В первую очередь задание, уже потом личные дела.

— Конечно-конечно. Не извольте беспокоиться, Ходжо-сама.

От елейной улыбки бывшего ученика Оммедзи Гакуэн тянуло блевать. Ужасная вонь не добавляла ему привлекательности. Но Гарудо вынужден был признать, что охранные барьеры школы им не по зубам. Да и в любом случае за Вакамацу присмотрят его люди.

— Хорошо. Надеюсь, ты понимаешь, что о моем визите ты должен будешь забыть?

— Разумеется, ху-ху. Стирайте память, раз так хотите. Меры предосторожности никогда не бывают излишними.

— Откуда эта чертова вонь?!

— О, не обращайте внимания. В холодильнике кое-что испортилось. Ху-ху-ху!

Обговорив детали, Ходжо Гарудо поспешил покинуть жилище исключенного ученика, не в силах более находиться здесь. Уж лучше дальнейшую притирку с командой проводить на своей территории. Вакамацу же подождал немного, думая о предстоящем с кривой ухмылкой. Далее молодой человек прошел на кухню и открыл дверцу холодильника. С верхней полки он вытащил отрубленную по локоть человеческую руку в черных гниющих разводах. Тщательно обнюхал:

— Восхитительно! Что бы вы понимали в запахах.

Раскрыв челюсть, Вакамацу обнажил мощные заостренные желтые зубы и разом отхватил солидный кусок мяса. Во все стороны брызнула отвратительная темная субстанция. Прожевав кусок, парень в халате положил закуску обратно в холодильник и утер рот рукавом.

— Амакава, значит. Это должно быть интересно.

На выходных подвели первые итоги поисковых мероприятий в Ноихаре. Кротами было найдено около полукилограмма лунного железа и сто пятьдесят грамм меди. Обнаружено два накопителя в начальной стадии развития. То есть, смысла изымать их сейчас рано, вот через несколько лет можно попробовать. Саса споро обработал руду и сразу принялся за доработку Хаганэ. Одноногий кузнец планировал сделать каноничный вакидзаси длиной в два сяку или около шестидесяти сантиметров. Длинную катану мне лично не хотелось — привык к относительно компактному клинку.

В воскресенье вернулась недовольная Химари. Еще бы. Я все-таки смог договориться о посещении занятий по обычным предметам, который сам не посещал. Бакэнэко чувствовала себя обманутой: если ранее мы проводили вместе три дня в неделю, то теперь всего на два больше.

— Линейные уравнения… — грустно буркнула Химари. — Зачем мне изучать сие, милорд?

— О, может быть и незачем, — улыбнулся я.

— Тогда…

— Многое из школьных занятий тебе никогда не пригодится. Но, как говорят, сам процесс учебы очень полезен. Он учит тебя правильно думать, решать разные задачи, дает общение с другими людьми. Так что, сдаешься? Можешь остаться в Ноихаре, тебя никто силком не тянет.

— Нет! Я не могу посрамить великий род Амакава. Я выстояла в одиночку против своры тануки, что мне эти уравнения…

— Если хочешь, объясню, что непонятно.

— Правда?! Вельми рада я буду вашей помощи, милорд! — сразу оживилась бакэнэко. Пришлось подрабатывать репетитором. Если не принимать во внимание явные заигрывания ученицы, Химари усердно старалась вникнуть в ненавистную математику.

С четвертого по десятое октября, как мы и договаривались с директором, настало время тренировок с е-кай. Я вывез почти всю свою личную армию. Генри и Химари с Сидзукой, Дайдароботтчи с Агехой и Саса, Лизлет с Мурабито, Айю, Гинко, Нобу и даже Джеба прихватил. Думаю, им самим полезно будет получить опыт личных схваток с разноплановыми экзорцистами. Минами постоянно обреталась или рядом со мной, или возле склада, где временно поселили аякаси. Снимала на камеру или фотографировала. Почти все практические занятия проходили в спаррингах с е-кай. Было шумно и людно, ко мне часто обращались за разрешением схлестнуться с Багровым клинком или «драконом классическим». Легендарный земляной е-кай и хиноэнма также пользовались завидной популярностью. Остальные больше развлекали младшеклассников. Химари так и осталась непобежденной. На противостояние Джеба и Сумеречной луны пришло посмотреть полшколы. Весьма эффектное зрелище. Защитный купол дрожал от пролетающих огненных сгустков. Поражение признал дракон. Нет, продолжать сражение могли оба участника, вот только платье Куэс не выдержало нагрузок, и Джебу пришлось тактично сдаться. Честно говоря, я удивился, но Агеха, периодически обучающаяся в ноихарском «приюте», разъяснила ситуацию. Да, воспитание Джеба оставляло желать лучшего, однако Митсудама-сенсей успел вдолбить в рептилию базовые правила приличия. Не оголяться на людях в человеческом обличье, а также, что для девушки предстать неодетой на публике сродни потери чести. Райхо-кун и кто-то из клана Якоин, помогавшая мне ранее в деле с Ди-ниджу, успели сделать несколько фотографий Сумеречной луны в порванной одежде.

Пятница была последним днем нашего совместного выезда в Оммедзи Гакуэн. В дальнейшем мы с Саватаро-сан договорились устраивать подобные тренировки раз в месяц-полтора. Я сидел на уроке экономики за компанию с Химари, когда по общешкольной связи раздался взволнованный голос персонала:

— Вниманию учащихся! В префектуре Токио объявлена региональная угроза A ранга! Повторяю. В префектуре Токио объявлена региональная угроза A ранга. Представителям кланов необходимо собраться в актовом зале. Принимается добровольная помощь учащихся A ранга и выше. Всем остальным оставаться на территории Оммедзи Гакуэн. Повторяю…

Глава 2

Спустя всего сорок минут мы приземлились к развернутому полевому лагерю неподалеку от научно-исследовательского комплекса «Новые технологии» на западе Токио. Экзорцисты прибывали группами, проверяли оборудование, печати и артефакты. Повсюду сновала военная техника, силы самообороны и четвертый отдел. Танки, артиллерийские установки, системы залпового огня, вертолеты. Наша компания аякаси привлекала внимание, но особо не приставали. У пробегавшего военнослужащего я поинтересовался расположением штаба, после чего мы направились в указанную сторону. Сидзука и Джеб с интересом поглядывали по сторонам, Химари невозмутимо следовала рядом, Агеха нервозно крутила головой и хмурилась.

— Юто, ты вовремя, ку-хи! — приветствовала меня глава Девятого клана.

В просторном шатре находилось несколько военных в высоких званиях, одно лицо было мне смутно знакомо по телевизору. Из всей толпы экзорцистов кроме Хитсуги я узнал только Куэс, Айджи и Юдзуху Каннаги.

— Один час и пятьдесят четыре минуты назад датчики магической активности зафиксировали резкий всплеск в вычислительной лаборатории научно-исследовательского центра «Новые технологии», — принялась быстро вводить в курс дела Якоин. — Для справки, именно здесь располагается «Кэй компьютер» мощностью в девять целых шесть десятых петафлопс, второй по производительности суперкомпьютер в мире. За безопасность объекта отвечали Тсучимикадо, поэтому передаю им слово.

Айджи кивнул:

— Первый клан прилагает огромные усилия по контролю за быстроформирующимися техномагическими организмами. «Кэй компьютер» не был исключением. Однако совершенной защиты не существует. Поспособствовать рождению е-кай мог как директор института, так и простой техник. Одно можно сказать точно: техно-е-кай взрастили негативные человеческие чувства. Как вы знаете, чем сложнее электронная система, тем быстрее дух предмета обретает разум. Мы смогли вовремя изолировать тварь в пределах научного центра. Не без помощи Девятого клана, за что им благодарны.

— Всегда пожалуйста, Ай-ку-ун! — пропела подросток. — Итак, по предварительным данным в здании института осталось около ста двадцати человек. Существует вероятность, что часть еще жива. Спасти их можно только силами экзорцистов. Если же мы откажемся, то военные просто сотрут с лица земли «Новые технологии». Ваше слово?

— О чем тут думать? — Куэс эффектно взметнула свои белоснежные волосы. — Наш долг как экзорцистов помочь как можно большему числу людей.

— Согласна с Джингуджи-доно, — добавила Юдзуха.

— Откуда нам начинать? — спросил я.

— Ку-хи-хи! Я приготовила план комплекса и отметила наиболее вероятные места, где еще могут остаться люди. Разделяться или идти вместе — решайте сами.

— Пф-ф, нас слишком много, чтобы нормально развернуться в закрытом помещении. Джингуджи зайдут с восточного направления.

— Тсучимикадо займутся центральным входом.

— Каннаги высадятся на крышу.

— Тогда Амакава возьмут на себя западный вход, — решил я, глядя на выданную карту, после чего вытащил несколько печатей. — Прошу, возьмите парочку наших связных амулетов на всякий случай. Все умеют ими пользоваться?

— Благодарю, у нас и свои средства имеются, — кивнула Юдзуха, беря амулеты.

— Ладно. Если что, зови на помощь, Юто, — приподняла уголки губ Куэс.

Тем временем прибыла небольшая группа из высокоранговых учеников школы, среди которых я заметил Кавахару Миину, Умикичи Ману и Марину Романову. Хм, значит молниевая экзорцистка уже восстановила свои силы с моей помощью, раз ее ставят на один уровень с сильнейшими оммедзи школы. Хитсуги приказала им сторожить снаружи комплекса в качестве резерва.

Химари ввалилась в окно с разбегу и сразу принялась хлестать во все стороны фиолетовой энергией. Я вошел следом, увидев разрубленные на множество частей компьютеры, офисную технику и оборудование непонятного назначения. Немного поругавшись, вперед пустили Джеба. Дракон соскучился по реальным сражениям, он пылал желанием показать свою силушку. И обширный злобный дух-цукумогами дал ему такую возможность. Из всех щелей вылезали оживленные приборы с одной единственной целью — прибить вторгшихся наглецов. Я совру, если скажу, что с ними проблем не возникло. Особенно надолго мы застряли возле подстанции. Четыре генератора резервного питания превратились в грозных соперников, палящих сильной молниевой магией. После пары попаданий я отошел в тыл, предоставив вассалам право самим разобраться. Даже с покровом света меня неслабо потрепало, некоторые мышцы продолжали еще непроизвольно сокращаться пару минут. Впрочем, испробовать свой новый вакидзаси-Хаганэ мне довелось еще не раз. Нападало буквально все: из-под пола выпрыгивали провода, лампы над головами так и норовили рухнуть на нас, даже одержимые трупы погибших сотрудников бросались нам наперерез. Мы осмотрели почти все западное крыло комплекса, обыскали отмеченные места, но смогли найти лишь троих выживших.

Гарнитура, которой снабдили всех участников похода, не работала в здании, так что не зря я раздал всем свои амулеты. Почувствовав вызов, я быстро активировал печать света.

— Юто… нужна… помощь… — словно через толщу воды донеслось до меня.

— Где вы?!

— Быстрее… — ментальный контакт оборвался, будто его перерубили с концами.

— Ксо! Е-кай глушит связь.

— Что случилось? — спросила Сидзука, обволакивая лечебной водной магией раненого мужчину.

— Куэс в беде. Они пошли с восточного направления. Единственный способ быстрой встретиться с ними — это пойти через центр, наиболее опасное место. А у меня уже свет на исходе. Да и людей надо вывести…

— Рисковать ради ведьмы? Не смеши меня, — фыркнула Агеха.

— Я пойду. Не скучайте! — твердым голосом поведал дракон, после чего в момент сбросил кимоно, оставшись совершенно голым.

— Ты! — рявкнула хиноэнма, готовясь снова отчитать любителя раздеваться.

— Одежда стесняет движения. Увидимся!

Размытая фигура исчезла за поворотом, я же помог подняться спасенной нами пожилой женщине в толстых очках:

— Отходим. Сидзука, помогай гражданским. Химари расчищаешь путь впереди, Агеха — следи за тылом.

Наследница двенадцатого клана сдавленно выругалась. Их загнали в ловушку. Слишком далеко они зашли вглубь комплекса. Судя по схемам, недалеко находился сам «Кэй компьютер». Электронные блоки буквально заваливали экзорцистов грудой металла и полимеров. Прежде чем Куэс осознала опасность, е-кай умело окружил их со всех направлений. Надо же им было напороться по пути на военную лабораторию. Пришлось заливать все огнем, даже не проверяя, были ли выжившие.

— Госпожа, если вы бросите нас, то сможете прорваться, кхах, — закашлялся раненый экзорцист, прислонившийся к колонне.

— Джингуджи Куэс не из тех, кто оставляет товарищей на поле боя, — буквально прорычала наследница. — Самехадо, помоги Нешью, у нас не больше пары минут.

— Да!

Куэс устало прикрыла глаза, надеясь хоть немного восстановить силы. Казалось, прошло лишь мгновение, как в коридоре послышались ритмичные лязгающие звуки. Новые техно-е-кай на подходе.

— Человек? — спросила Котоко неуверенно.

— Нет, это уже не люди, — сплюнул кровавую слюну Нешью.

Одержимые представляли собой кошмарное зрелище. Человеческая плоть переплеталась с вставками от технических приборов, некоторые конечности заменены механическими приспособлениями. Передние тянули перед собой вырванные двери или металлические пластины на манер щитов. Следующие вооружились холодным оружием. Последний ряд же раздобыл образцы огнестрельного оружия. По-видимому, не все им удалось уничтожить в военной лаборатории. Котоко бросила несколько печатей, сформировав прочный барьер, в который спустя несколько секунд забарабанили пули. «Кэй компьютер» имел доступ к военным наработкам, поэтому и управляемые им одержимые проявляли зачатки стратегии.

С боковых проходов потянулись шкафоподобные конструкции, зазмеились толстые кабели. Один из таких как раз и успел утащить Заммацу-сенсея, Куэс даже пикнуть не успела. Настало время финальной битвы. Девушка невесело улыбнулась. Если ее путь закончится здесь, никто не скажет, что Джингуджи Куэс отсиживалась дома, как последняя трусиха.

Зеленый луч прочертил полутьму коридора и разбил барьер. Котоко вскрикнула и упала на пол. Похоже, одержимым попалось что-то из экспериментального вооружения. Самехадо послал точечное водное заклинание, которое разрезало опасного противника на части.

— Идите сюда, твари!

Куэс четко, как на тренировке, проговорила слова заклинания, и направленный поток огня вырвался на свободу, кося наступающих пачками. Но бесконечно так продолжаться не могло, и вскоре силы колдуньи иссякли. Джингуджи взяла передышку, затуманенным взором следя за тем, как шестеро экзорцистов Двенадцатого великого клана, еще способные сражаться, встали полукругом вокруг нее и раненых. Вот Самехадо отключился, потратив слишком много сил на заклинание. Вот Айка закачалась, получив осколками разбитого своего же ледяного барьера.

Неожиданно из глубины комплекса ей почудилось нечто родное и теплое. Глаза упорно закрывались, но Куэс прекрасно знала, что сделай она это, и больше уже никогда не откроет их. В следующую секунду что-то огромное пролетело из коридора, перегревая остатки защиты. Среди дыма и летящих осколков блеснула чешуя и мелькнул огромный золотой глаз.

— За мной! Живее!

— Берите раненых! — сразу поднялась Куэс. Еще на одно заклинание ее хватит.

Дракон пер вперед по широкому коридору. Относительно его туши, впрочем, он казался достаточно узким. Нахальная ящерица, посмевшая спалить одно из ее любимых платьев. Сейчас Джеб больше полагался на свою физическую силу, чем магию. По-видимому, дракон также изрядно потратился, пока добирался до них. Вот из соседних кабинетов на рептилию со всех сторон навалились разнообразные механизмы, сковав по всем конечностям. Куэс вложила в последний свой удар все остатки сил. Расчет оказался верным. Дракону лишь слегка опалило шкуру, тогда как путы расплавились.

Солнце… Только вздохнув свежий уличный воздух, Куэс поняла, какой же гадостью дышала до этого. В последние минуты даже на воздушный фильтр маны не хватало.

— Раненых в лагерь, живее! — прикрикнула наследница Двенадцатых.

— Я прикрою вас! — подбежала девушка с короткой серой прической, в которой явственно чувствовался сильный молниевый элемент.

— Я перенесу тяжелораненых, — приблизилась по воздуху девочка. Кажется, из небольшого клана Умикичи.

— Госпожа… — обратился Самехадо.

— Идите, я скоро подойду.

Проводив взглядом удаляющихся охотников, Джингуджи решительно подошла к дракону и склонила голову:

— Благодарю Шестой клан и вас лично за помощь.

— Ха! Я спас тебя, а значит теперь ты принадлежишь мне!

— Что?! — Куэс пораженно уставилась в огромные желтые глаза с вертикальным зрачком.

— Я видел такое по телевизору!

Неожиданно дракон превратился в молодого атлетически сложенного мужчину. Причем, совершенно голого! Который мгновенно приблизился к девушке и обхватил ее за талию:

— Теперь ты моя самка!

Стремительно покраснев, Джингуджи проявила недюжинную силу и резко вырвалась из объятий, врезав наглецу смачную пощечину. Джеб отступил назад, удивленно глядя на Куэс и потирая дымящийся отпечаток ладони на своей щеке.

— Не смей меня лапать, похотливая скотина! Недоразвитый е-кай! Тебе еще сотню лет расти, чтобы быть достойным Сумеречной луны из клана Джингуджи!

— Э-э?!

— Чертовы Шестые. Только одно у них на уме… — бурчала колдунья, быстро удаляясь к основному лагерю.

— Что я не так сделал-то?! — воскликнул Джеб.

— Э-э-м, может, это не мое дело, но вам еще многому надо научиться, как правильно вести себя с девушкой, — осторожно обратилась Кавахару-старшая.

— Точно! Попрошу сенсея научить меня! И потом эта самка станет моей! Да!

— Во-первых, никогда не зовите девушку самкой, — посоветовала Миина, не забывая поглядывать на вход в здание института.

— М-м, телка?

Кавахару печально вздохнула и покачала головой.

Совместными усилиями удалось вызволить всего восьмерых людей. После этого приняли решение на бомбардировку. Грохот стоял страшный. Потом еще какой-то прототип истребителя нового поколения вырвался из ангара, я послал Агеху в подмогу. Через некоторое время военные и экзорцисты-воздушники справились с ним. На этом наша миссия у центра «Новые технологии» окончилась. Напряжно все это. Якоин будут проводить расследование инцидента — существует вероятность, что развитию е-кай кто-то помог. Быстрое обретение разума для суперкомпьютера не особо удивительно, но вот количество магической энергии, учитывая число поглощенных людей и прочие факторы, не совпадает с реальным положением дел. Кто-то подкормил его.

Теплицы приюта Амакава начали заполняться первыми саженцами. Землю перетаскали из магико-активных залежей, плюс установили навороченную систему климат-контроля. Волшебные растения — вещь прихотливая, но при правильном подходе некоторые сорта можно культивировать круглогодично.

Одиннадцатого октября, в понедельник, состоялся спортивный фестиваль. Это было самое странное состязание, которое я видел за обе свои жизни. Учеников кое-как разделяли на группы по своим физическим возможностям (я попал к самым слабакам, а Химари возглавляла сильнейшую часть класса). Активную магию использовать запрещалось. Тем не менее, фавориты в каждой группе были очевидны. Я так ничего и не выиграл, хоть благодаря занятиям с Гунсо немного повысил свои физические статы.

Во вторник без спроса прилетел Джеб. Выслушал от меня кучу упреков и нотаций и тупо забил. Пришлось договариваться, чтобы ученики продолжили тренировки с ним. Все-таки, такое количество аякаси подле меня в качестве телохранителей становилось подозрительным. Причина прилета дракона стала очевидна практически сразу — он постоянно крутился возле Джингуджи. Они частенько громко ругались или влипали в разные двусмысленные ситуации. Куэс жаловалась мне, но как-то… без огонька, что ли. Так что я решил дать Джебу шанс. Во вторник же наследница Джингуджи закончила свои занятия и вернулась домой. Как и «рептилоид».

В среду случилось неприятное происшествие. Химари серьезно покалечила ученика средних классов Оммедзи Гакуэн во время несанкционированной дуэли. Бакэнэко раскаивалась в своем поступке, но оставить ее без наказания я не мог.

— Ну и из-за чего ты так разошлась?

— Он говорил гадости про милорда и великий род Амакава…

— Понятно. У тебя будет достаточно времени подумать в Ноихаре, как лучше было поступить в такой ситуации, не доводя до конфликта. Директор мне выговор устроил. Что если бы ты убила его?

— Простите, милорд.

— Ладно, не забудь взять с собой учебники. Я проверю.

— Да…

В четверг зарядил холодный осенний дождь с ветром, на территорию школы опустился легкий туман. Короче, погода стояла мерзопакостная. Да и настроение после выходки Химари было под стать. Хотя бы к обеду тучи немного рассеялись. Вот нет бы столовую сделать рядом с главным корпусом. Приходится пилить метров триста под зонтиками, продуваемые всеми ветрами.

— Юто, можно тебя на минутку, — подошла ко мне Миина. Нечасто она афиширует наши близкие отношения в школе.

— Ребята, идите. Я потом догоню, — сообщил я одноклассникам.

— Можете не торопиться, — бросил Джуно, махнув рукой.

— Не мог бы ты мне помочь в одном деле? На складе инвентаря завелся дух, но мне не удается обнаружить его.

— А охрана с преподавателями куда смотрит?

— Очистка территории от мелких е-кай лежит на старшеклассниках-добровольцах. Нам зачисляют баллы за помощь. Это не займет много времени. Тебе надо всего лишь проверить склад, я сама изгоню духа.

— Хорошо, веди.

Миина двинулась вперед по дорожке, мы с Сидзукой последовали сзади. Неожиданно водная лоли проскользнула ко мне за спину, обхватив шею руками, и зашептала на ухо:

— Она врет, нано.

— Хм-м.

Я глянул вперед на выпрямленную спину Кавахару и на сжатый кулаки.

— Ты слишком напряжена. Расслабься. Дух там или еще кто, мы со всем справимся.

— А, да…

Спустя пять минут мы подошли к одноэтажному вытянутому зданию.

— Действительно, чувствую какую-то темную магию, — сосредоточился я на обнаружении.

Миина решительно проскочила в открытую дверцу возле ангарных ворот, мы прошли следом. И почти сразу одновременно шибануло разностихийной магией и, как ни странно, ужасной вонью. Я непроизвольно зажал нос.

— Уходите, — тихо произнесла Миина.

— Что?

— Уходите! Сейчас же!

— Ху-хух, уже поздно, — послышался каркающий голос из глубины полутемного склада. — Амакава-сама, добро пожаловать на незабываемое представление, созданное с посильной помощью вашего покорного слуги.

Зажегся свет, и перед нами предстал склонившийся в низком поклоне неизвестный мужчина в плаще и маске демона.

— Я ваш большой поклонник, Амакава-сама. Каково это, иметь силу, способную править миром, и не использовать ее?

— Отпусти мою сестру! — выкрикнула Миина.

— Ху-у, не так быстро.

Говоривший нажал кнопку на пульте, и прожектор высветил стену склада, к которой оказались привязаны два хорошо знакомых мне человека: Кавахару Минако и Масутани Такаги. Причем, эта гнида не поленилась раздеть девочку до нижнего белья. Оба находились без сознания.

— Даю слово, я верну тебе сестру в целости и сохранности, но для этого тебе придется дать нам полчасика, чтобы поболтать с Амакава-сама. Разумеется, если ты приведешь кого-то из учителей, твоя драгоценная сестричка распрощается с головой.

Я еще раз покосился на пленников и с ужасом разглядел сложное приспособление в районе шеи у Минако. Походило на тесак с приводом.

— Все верно, ху-ху, — неизвестный выхватил из-под плаща небольшой пульт с парой больших кнопок. — Одно лишнее движение, и я приведу механизм в действие. Если через пять секунд ты не покинешь здание, я нажму кнопку. Пять четыре, три, два…

— Хорошо! — Миину буквально трясло от бессилия. Кавахару-старшая развернулась и побежала к выходу, бросив мне напоследок. — Прости.

Как только экзорцистка покинула склад, расползлась пленка барьера, перекрывающего пути к отступлению. Генри подал сигнал, означающий, что его способности к перемещению заблокированы. Хорошо подготовились, гады.

— Ну вот мы и остались наедине, Амакава-сама. Светлый принц, ху-ух! Против темного властелина! Не думай проскользнуть мимо меня, мизучи! Связать ее!

Из глубины помещения вылетел ворох печатей, окруживший Сидзуку. Я успел сбить несколько штук в полете волной света, мизухэби также избавилась от части амулетов, но не всех. Вокруг девочки в школьной форме возник ярко-алый решетчатый барьер на манер тюрьмы. Выходит, теперь я остался один на один с похитителями. Генри за боевую единицу можно не считать. На свет вышли семеро людей в черном с разнообразным оружием. Или, если быть более точным, семеро доппелей. Здесь находилась та же четверка, что напала на нас на складе в Токио, когда мы ехали со встречи с императором.

Хреново. Мы с Такаги не думали, что они начнут действовать так быстро и будут использовать заложников. Внедрение Масутани-младшего прошло успешно на первый взгляд. Он действительно оказался упертым малым, и настырный клан Ходжо бесил его до зубовного скрежета. Поэтому заключить с ним временный союз не составило труда. Такаги успел разузнать и доложить мне об оружии, которое применят против Сидзуки. А Седзо-сан приготовила специальное антибарьерное зелье. Пусть пока думает, что он хозяин положения. Единственное — точная дата и подробности нападения были нам неизвестны, так что я плохо подготовился. Но как же Такаги прокололся?

— Подстава Химари — твоих рук дело?

— Ху-ху, в яблочко! Нэко-сан слишком проблемная, — главарь сделал несколько шагов в сторону пленников. — Ты думал, я не замечу, как бегают глазки Масутани-кун? А-а?! Совсем за идиота меня принимаешь?! — вспышка ярости прошла моментально, сменившись умилением. — О-у, какой замечательный вид, не находишь? — мужчина подошел вплотную к висящей Минако, после чего немного приподнял маску, лизнул свою руку и провел девочке по щеке, оставляя влажный след.

— Что вам надо?!

— О, сущий пустяк, Амакава-сама, — расплылся в улыбке похититель и отбросил маску в сторону. Совсем молодой еще, вот только совершенно ненормальный.

— Моя лоли, пора!

Сидзука моментально выбросила бутылек с зельем, разбив о стену барьера. Алые решетки зашипели и… вскоре поменяли свой цвет на темно-зеленый.

— Ху-ху, думаешь, мы не приняли мер предосторожности? Разумеется, я поменял ловушку, сплавив тебе ложную информацию.

— Хорош трепаться, Вакамацу, — произнес кто-то из доппелей.

— Ах, простите меня великодушно. Но ведь так поступают все злодеи. Рассказывают герою свой план, после чего обязательно проигрывают. Ху-ух! — хихикнул Вакамацу и вдруг закричал. — АК ТОРАЗО ШИ МИДОГОШЕН!

От мужчины во все стороны полилась темная магия. Пол склада засветился в виде огромной пентаграммы. Твою налево! Я еще слишком плохо знал руны, чтобы точно понять ее назначение. Одно ясно — ничего хорошего от пентаграммы ждать не стоит.

— Отродье, ты что задумал?! — подал голос доппель.

— Это же… Ты собираешься открыть проход в Гакидо?! Совсем с катушек слетел?! Посреди школы! — добавил другой клон.

— Ху-ху. Энергии «света» как раз должно хватить для полноценного прохода.

— Вакамацу, не дури. Наше задание — Амакава, — один из доппелей положил руку ему на плечо.

А в следующий миг клон распался лоскутками энергии. Из-за спины психа выдвинулась огромная костяная коса.

— Вы мешаетесь мне.

Несколько взмахов, и от доппелей и следа не осталось.

— Теперь займемся тобой, Амакава-сама.

Темная тяжелая аура опустилась мне на плечи. Да даже от самых злобных е-кай не чувствовалось подобного. Больше я не стал мешкать, и бросился к Сидзуке. На всякий случай о подобном мы также договаривались. Мы с водным духом ударили по барьеру с двух сторон своей магией. Преграда не выдержала натиска и с громкий хлопком лопнула. Мизухэби моментально вылезла наружу. Однако Вакамацу не дал нам времени на раздумья, набросившись мощным вихрем. Из-за спины у него торчали две костяные косы, крепившиеся на длинной змеевидной цепочке из человеческих позвонков. Крак! Косы пробили пол ангара, оставив солидную дыру. Я в последний момент успел отпрыгнуть в сторону.

Атаки Сидзуки Вакамацу практически игнорировал, мои старался блокировать косами. Ксо! Если бы я только находился в форме! Луч темной энергии пробил мой покров, пройдясь по корпусу. Грудь отозвалась жгучей болью. Косы ловко отбили несколько сосулек, пущенных Сидзукой. Ускорившись до максимума, я приблизился и полоснул вакидзаси по туловищу противника. Мутная черная пленка некроэнергии окутала тело, защитив от концентрированного удара света. Плащ Вакамацу распался на кусочки, явив нам мерзкий вид. Ребра торчали наружу, брюшная полость была пуста, если не считать сочащейся черной слизи. Мля, он из титана сделан, что ли?!

Мы с Сидзукой отошли в дальнюю часть склада, чтобы немного передохнуть.

— Амакава-сама, выхо-оди. Или чья-то милая шейка будет перерублена. Ху! Считаю до одного…

— Мы идем, — бросил я мрачно и пошел навстречу.

— Юто, мы не справимся с ним, — грустно произнесла Сидзука.

— Что ты предлагаешь? Бросить Минако?

— Ой, я почти нажал на кнопку. Это было опасно, уфф, — донеслось от Вакамацу.

Мы вернулись к месту, где хранили пленников, к верхней части пентаграммы. Мда, если не произойдет чудо, то…

Мощный взрыв разметал внешний барьер, вместе со входной дверью. На пороге показались одноклассники: Ларен, Джуно, Аяко и Мейка. За ними прошла Миина:

— Я не буду выбирать между сестрой и другом!

— Ты не послушалась меня. А непослушных девочек следует наказывать.

— Нет! — крикнула Кавахару.

Но было поздно. Вакамацу нажал на кнопку, приводя смертоносный механизм в действие. Помешать ему никто из нас не успевал. Словно в замедленной съемке мы следили за приближающейся полосой металла. Внезапно Минако выгнулась дугой, отклонив голову как можно дальше от тесака. Похоже, притворялась, что находится в отключке. Однако до конца избежать удара ей не удалось. Тесак вошел в плоть на несколько сантиметров. Ударила густая струя крови.

— Вот незадача… — расстроенно произнес Вакамацу.

Черт, с такой раной ей осталось жить несколько секунд. Я было хотел крикнуть Сидзуку, но водный дух без слов поняла, что надо делать.

— Отвлеките его!

— Печать огненных лепестков!

Пламенные сгустки окутали некроманта, но особого вреда не причинили.

— ДЕЗАМО ЦУО ТАГГЕРУ!

Пентаграмма налилась светом, и в воздухе вспыхнул портал.

— Крови этой малявки хватит на некоторое время. Ох ну почему все всегда идет не по плану. Ты ведь просто должен был умереть, Амакава-сама. Ну почему?! — всплакнул Вакамацу. — Старперы из комитета еще пожалеют, что выгнали меня! Оммедзи Гакуэн запомнить этот день надолго!

Словно только и ожидая, когда портал распахнется, с другой стороны полезли отвратительные они, будто сошедшие с экрана фильма ужаса. Джуно принялся кастовать барьер, намереваясь ограничить портал. Ларен прыгал с клинком и крошил монстров на части, Аяко раскидывала печати, Мейко бросалась огненными заклинаниями.

— Мразь. Тобой займусь я, Кавахару Миина!

Густая молниевая сеть окутала некроманта, но также не принесла особого вреда. Улучив момент, я проскользнул вперед и отвлек противника на себя, пока Миина готовила новую атаку.

— Высшее высвобождение. Шаровая молния!

Яркий белый шар ворвался прямо в центр фигуры. Вакамацу закричал и завалился на пол. В центре тела зияла огромная дыра. Будь он обычным человеком, давно бы откинул копыта.

— Высшее высвобождение. Шаровая молния! — повторила Миина.

— Высшее высвобождение. Шаровая молния!

— Высшее высвобождение. Шаровая молния!

— Высшее высвобождение. Шаровая молния!

Я подошел к девушке:

— Он мертв.

Кавахару остановилась, внимательно осмотрела гниющие останки Вакамацу, после чего резко повернулась и бросилась к сестре, возле которой хлопотала Сидзука. Ларен с Джуно уверенно сдерживали демонов гаки. Портал без подпитки уже значительно уменьшился, не пропуская сильных особей. Я устало присел на коробку. Похоже, все закончилось. А сколько пафоса нагнал Вакамацу, я даже переживать начал.

Глава 3

Поднялась неслабая шумиха, сама Хитсуги прибыла в школу, чтобы вести расследование. Еще бы. Открытие портала в Гакидо посреди защищенной Оммедзи Гакуэн. Ходжо и Shenketsu Industry Group знатно пропесочили. Приговорили к смертной казни троих исполнителей, еще двоих отправили в тюрьму Тосимо на немаленький срок. Однако главные действующие лица избежали наказания, откупились, представив все как самодеятельность подчиненных. Себе они память успели почистить перед допросом. Самое главное — совет экзорцистов подписал петицию, которая исключала возможность становления клана Ходжо великим. А значит, с меня и других малочисленных кланов снималась метка лакомой мишени.

Перед Химари я извинился, как и перед сестрами Кавахару. Впрочем, никто из них не был на меня в обиде. Не я ведь приказывал Ходжо похищать девочку.

Когда-то Вакамацу был примерным учеником и подавал большие надежды. Вот только увлечение некромантией сгубило парня. Не зря ведь данную магию запрещают — некроэнергия слишком сильно влияет на рассудок. Как и многие до него, Вакамацу считал, что справится и не потеряет контроль, вот только его действия говорят об обратном. Да и дома у него обнаружили достаточно доказательств для вынесения смертного приговора.

На следующей неделе мне на парту легли два исписанных листка.

— Что это?

— Твое заявление об уходе из дуэльного клуба и заявление об основании клуба защиты аякаси, — объяснила Сидзука.

— Нашла людей, моя лоли?

Я вчитался в список обязательной пятерки первых членов кружка. Кроме моего имени там значились: Кавахару Миина и Минако, Масутани Такаги и Кусидзима Саяко.

— А это кто такая?

— Твоя фанатка из «Светоч Амакава», нано, — язвительно ответила водный дух. — Когда я намекнула, что ты будешь президентом клуба, они чуть из юбок не повыпрыгивали от радости.

— Гхм, ясно.

Куратором назначили профессора Седзо-сан, но она практически не появлялась в клубной комнате. Да, даже такому задрипанному клубу было положено отдельное небольшое помещение, где мы могли спокойно собираться после уроков. Я побывал на нескольких заседаниях клуба защиты аякаси. Одна Сидзука пылала энтузиазмом, да еще Минако, может быть. Все-таки она была обязана жизнью нашей водной целительнице. Тем не менее, подтвердилась мудрость, что в споре рождается истина. Если одна из главных причин вражды людей и аякаси — это невозможность определить их разумность, то мы решили работать в данном направлении.

— Поэтому, Юто, с тебя печати!

— И как мне их… хотя, если модифицировать подчинение, а потом добавить индикатор… Может, что и получится.

— Нано!

Не откладывая дело в долгий ящик, я сразу приступил к созданию печатей. И вроде как у меня получилось, если исключить тот факт, что результаты действия амулета мог распознать только носитель света. Другими словами, они были бесполезны для всех, кроме меня. А поскольку я и так неплохо определял злобность аякаси, то и мне нет нужды в таких печатях. Посовещавшись с Седзо-сан, я решил развивать огненную стихию — именно она считалась наиболее простой в освоении для создания артефактов с индикацией.

Поисковые кротовые команды обнаружили огромный накопитель двустихии земли и воды. И не где-нибудь, а прямо под поместьем! На глубине около сотни метров. Дайдароботтчи и Татьяна Тушенина, курирующие низших аякаси, просто не представляли, что так близко может располагаться искомое. Накопитель был размером с арбуз и являлся центром пересечения природных магических линий. Собственно, он и вырос из Ноихарской аномалии. Изымать его целиком мы побоялись. Тосигами опасался, что потеряется контроль над земляной магией. Дайдароботтчи аккуратно проник под землю и располовинил находку, оставив часть на прежнем месте. По самым скромным подсчетам такая махина тянула на сотню лямов. Накопитель снова разделили на две половины: одну я отдал Хитсуги в счет погашения части долга, вторую передал Шидо. Меня несколько напрягала текущая слабость Акиры в сравнении с Кайей. Дзасики-вараси пока не мог защищать приют на должном уровне. Поэтому я решил с помощью четвертинки от найденного накопителя поставить надежную стационарную защиту. Ну а охотник из Тсучимикадо привычно взял установку артефакта под свой надзор, обещав, что привлечет лучших клановых спецов. Сасу также загрузили работой — формировать чистое лунное железо без примесей и лепить заготовки по чертежу.

Набегался я знатно. Вечером воскресенья меня выловила Химари, настоятельно рекомендовавшая передохнуть. Намекнув, что покажет кое-что интересное. Заинтригованный, я отложил все остальные дела. Бакэнэко не оставляла попыток соблазнить меня, и каждая подобная выходка изрядно поднимала мне настроение. Да и полюбоваться полуголой прелестницей — тоже неплохо, если она намерена так далеко зайти сегодня.

Химари усадила меня в дальней пустующей комнате — той самой, где мы однажды знатно напились, сама же куда-то вышла. Не было ее минут тридцать, я чуть не заснул на подушках.

— Простите за ожидание, милорд.

Сначала отодвинулась дверца, потом Химари в кристально белой юкате с лепестками сакуры аккуратно переместила большой поднос внутрь и задвинула дверь. Я во все глаза уставился на девушку, а она в свою очередь словно специально застыла, давая мне время осмотреть ее. Юката была бесподобна, как всегда. Но на этот раз были и другие изменения в облике Химари. Снежные волосы умело уложены в сложную гармоничную прическу с несколькими маленькими косичками. И с лицом что-то. Ба! Так это же она воспользовалась косметикой… Совсем чуть-чуть. Аккуратно подведенные глаза и брови, небольшой слой помады, подчеркивающий чувственные губы. Возможно, гостившая Амамия-сан ей помогла. Как бы то ни было…

— Ты неотразима! Просто потрясающе выглядишь!

— Благодарю, Милорд, — скупо улыбнулась довольная девушка и снова взяла поднос в руки. — Хочу показать вам старое умение, которое передалось мне от бабушки Савы. Помещение для проведения чайной церемонии подходит как нельзя лучше для принятия благородного напитка.

Оу, так это чайная комната. А мы тут бухали как последние неандертальцы. Даже совестно немного стало. Только сейчас я перевел свой взор с красивой девушки на поднос, заставленный чайничками, венчиками, чашками, подставками и прочими малознакомыми мне приспособлениями.

Химари подошла к церемонии со всей серьезностью. Причем она не просто заваривала чай, но еще и попутно комментировала свои действия, просвещая неуча в моем лице. Или просто развлекала ничего не значащим разговором. Выглядело все по-настоящему внушительно. Таинственный ритуал с множеством традиционных элементов, которые не менялись веками, полностью захватил меня.

— Что это вы тут делаете, нано? — просочилась Сидзука в комнату.

— Змеюка! — сразу сбилась с серьезного настроя Химари. — Не мешай нам!

— Подозрительно. Я никуда не уйду.

— На драку нарываешься?!

— Ладно, не ругайтесь. Чая на всех хватит, — произнес я примирительно.

Химари пришлось смириться с присутствием водного духа. Церемония плавно дошла до дегустации напитка. Сидзука мазнула языком по поверхности:

— Неплохо. Но есть к чему стремиться, нано.

— Очень вкусно, — выдал я. Благодаря Лизлет с Мурабито я неплохо разбирался в сортах чая, так что моя оценка была более чем взвешенной.

— Благодарю, милорд.

— По-моему, ты излишне передержала, нано. Да и температура была чуть выше, чем следует…

Однако Химари игнорировала слова мизухэби, с легкой улыбкой смакуя чай и бросая на меня задумчивые взгляды. Судя по виду, настроение у кошки было умиротворенным и довольным, и ничьи упреки не могли его испортить. Надо признать, ей удалось произвести на меня впечатление. Про Чешира я уже подзабыл. К тому же я все же склоняюсь к мысли, что властитель Подмирья действительно использовал какую-то магию. Так что, если бы не навязывание «выбора», я бы сейчас схватил ее в охапку и… Да, обещал когда-то не путаться больше с аякаси, а только с людьми. Но это ведь Химари! Разве можно устоять, видя такое искреннее отношение к собственной персоне? Наверное, стоит все-таки избавиться от «выбора».

— Миа нья-хо нян няоня мряо ня-я-о. (словно терпкий закат озаряет волны десен) — задумчиво произнесла Химари, с удовольствием глотнув чая.

Я чуть чашку не выронил, с нешуточным удивлением глядя на мастерицу чайной церемонии. Бакэнэко заметила мое состояние:

— Вельми простите, милорд. Увлеклась.

— Что… что еще за закат? — опешил я.

Тут настал черед удивляться Химари, высоко приподнимая брови:

— Простите, милорд?

— Ну, терпкий закат, который озаряет волны десен… — стушевался я. Еще за психа примут. — Ничего, мне послышалось, наверное…

Я припал губами к чашке. Сидзука переводила взгляд с меня на кошку и обратно. Химари сидела с глазами-блюдцами.

— Милорд!

Я не успел толком заметить, что произошло дальше. По-моему, Химари махом перепрыгнула через столик и повалила меня на пол, усевшись сверху и крепко обхватив руками. Глиняная чашка, которую я держал в руках укатилась куда-то в сторону, обдав меня горячим чаем.

— Простите!

Химари принялась активно лизать мне лицо и шею, убирая остатки чая.

— Милорд! Нэколорд!

— Что…

— А ну отцепись от Юто, блохастая! — влезла в общую кучу Сидзука.

— Нэко оу, кошачий король! — воодушевленная Химари уже просто терлась о меня щекой. — Нет, нэко-ками! Верховное божество! Великий нэко ками-сама!

— Живо слезай! Не то хвост откручу! Нано-нано!

— Ня-я-я! (не-е-ет!) Ня-нюэ мя-а ня-мууня! (не отпущу, мой кошачий бог!)

— Последний раз предупреждаю! — и без ледяных слов Сидзуки в комнате ощутимо похолодало, стены покрылись инеем.

Химари нехотя покинула свое место сидения, вернувшись на прежнее место. Пожирая меня влюбленными фанатичными глазами. Не успел я встать, как сверху на меня буквально упала другая участница чаепития, выбив дух на несколько секунд. Сидзука приблизила ко мне свое лицо и высунула раздвоенный язык.

— Хсши-хс-шасс-с-сс-шах-х, — прошипела девочка, сверкая красными глазами с вертикальным зрачком. — Ты у меня быстро выучишь серпентарго, Юто!

— Оставь ня-мууня (кошачий бог) в покое! — сразу подорвалась Химари.

Теперь дамы поменялись ролями. Сидзука что-то шипела мне на ухо, а бакэнэко пыталась оторвать ее от меня. Бедная футболка трещала по швам. Но как лоли ни старалась, смысла в змеином шипении для меня не угадывалось.

— Кому нужен твой паскудный язык? Незачем милорду с гадами ползучими общаться!

— Будто от блохастых комков шерсти есть польза!

Меня мотали из стороны в сторону словно тряпичную куклу. Елозили, прижимались мягкими местами. Неожиданно Сидзука ослабила схватку и грустно вздохнула:

— Серпентарго — магический змеиный язык, и раз у тебя нет к нему дара, то и учить бессмысленно.

Девочка наконец слезла, и мне дали сесть. Химари вручила мне новую чашку чая. Попивая напиток, я пытался собраться с мыслями:

— Вы хотите сказать, что у меня есть дар понимания кошачьего языка?

— Истинно так, ня-мууня (кошачий бог)!

— Не называй меня так. Какой из меня бог? Так, про серпентарго я кое-что слышал…

— Владеющих серпентарго зовут змееустами, нано.

— А тех, кто разумеет нэкотарго, нэкоустами кличут, — добавила донельзя радостная Химари. — Почему вы раньше не признавались, милорд?

— Э-эм… я думал, мне мерещится. Да и каких-то связных предложений на кошачьем от тебя не слышал раньше.

— Я знала! Знала, что вы — моя судьба, нялорд!

— Давай успокоимся для начала, и разберемся во всем.

— А скажите что-нибудь на нэкотарго. Пожа-алуйста, ня (пожалуйста)!

— (У тебя получился вкусный чай), — на удивление легко произнес я на кошачьем наречии.

— Хсши-кс-с-с-сх! — судя по интонациям, Сидзука грязно выругалась.

Химари же пребывала в эйфории, ее кошачьи ушки возбужденно подергивались.

— А почему нэкотарго? «Серпен» — это ведь с латинского, да?

— Измельчало кошачье племя, милорд. Только у нас в Японии остались самые сильные нэко!

Сдается мне, это местное название, ну да ладно.

— И кто разговаривает на данном языке? Тигры, львы?

— Нет, милорд. Крупные на львином языке лопочут. Гордые, считают ниже своего достоинства говорить на нэкотарго. Большие размером, но слабые. Тягаться силой с бакэнэко не могут, — фыркнула Химари, показывая свое отношения к собратьям.

— Домашние кошки тоже разговаривают на нэкотарго?

— Верно. Только неразумные нэко знают с десяток общих слов от силы.

Подумав, я позвал в комнату Кайю с Айей, которым задал вопрос:

— Скажите, мои предки были нэкоустами?

Фугурумо йоби и бровью не повела, отрицательно помотав головой, а вот физиономия дзасики-вараси была более чем красноречива:

— Амакава-сама, чай на особых травках завариваете?

— Значит, это я такой особенный? — задумчиво почесал я подбородок, не обращая внимания на подколки. Видимо, способность мне дарована за то, что в прошлой жизни нравились усатые прохвосты, и всегда был добр с кошками, пару раз даже защитил от хулиганов. Я перевел свой взгляд на Химари, которая сразу оживилась от моего внимания. Теперь становится немного понятен мой «выбор». Знал ли дед об этом? Вряд ли. Скорее всего, прежний Юто не был нэкоустом, иначе я бы что-то помнил из его воспоминаний.

Слухи быстро облетели поместье. Агеха прокомментировала новость:

— Так вот почему после приема твоей крови мне чудилось, будто кошаки дворовые что-то говорят. Эй, не смотри на меня так. Это такая особенность хиноэнм. Мы можем частично перенимать силы у доноров на короткий срок. Не знаю, что ты задумал, но я в твоих экспериментах участвовать не намерена, — черт, мой исследовательский азарт спугнул жертву.

На неделе состоялась очередная потоковая лекция от Маки-сенсея. Все бы ничего, если не шокирующее появление самого императора в стенах Оммедзи Гакуэн. Рюноске-сан появился в аудитории с внушительной свитой из четверых экзорцистов в бело-зеленых робах.

— Приветствую учеников Оммедзи Гакуэн. Буду рад постигать магическую науку вместе с вами, — произнес короткий спич император перед мгновенно притихшими учениками. Осмотрев ряды парт, Рюноске углядел мою персону наверху. — Юто-сан, могу я составить тебе компанию?

— Э-э, да, конечно.

Ларен, сидевший рядом, поспешно соскочил, уступая место влиятельной персоне.

— Прошу меня извинить.

— Ничего страшного, ваше величество, — бешено замотал головой юный Саватаро.

Постепенно аудитория наполнялась пока еще несмелыми перешептываниями, плавно переходящими в разговоры. Телохранители императора устроились впереди и сбоку. Двое внимательно наблюдали за Химари с Сидзукой, удобно усевшихся неподалеку.

— Рюноске-сан, у вас ко мне какое-то дело?

— О, нет. Я действительно пришел послушать лекцию от Тсучимикадо-сенсея, — улыбнулся молодой мужчина. — Я знакомился с отчетами, которые составляли наблюдатели Амакава от Первого клана. После же до меня дошла информация, что один из таких наблюдателей занялся преподаванием науки о магических созданиях. Уже многие десятилетия в мире сохраняется тенденция на сближение людей и аякаси. Я не могу допустить, чтобы наша империя оказалась в числе отстающих. Поэтому решил ближе ознакомиться с жизнью е-кай. По отзывам директора Саватаро-сан она прекрасный специалист и владеет уникальной информацией, собранной не без участия Юто-сан.

— Это правильно! Агентство САМБА и клуб защиты аякаси работают над средством, которое поможет охотникам определять степень разумности магических существ.

— Похвальная инициатива. Держите меня в курсе. Слышал, вы хорошо показали себя недавно — предотвратили прорыв демонов в школу?

— Да, неприятная история. Главное, никто не пострадал, кроме зачинщика.

— Юто-сан, не утолите мое любопытство, если это не секрет, конечно. До меня дошли сведения, что вы уже вовсю используете духов для повседневной работы и они даже приносят прибыль?

— Да! Результаты за столь небольшой срок впечатляют…

Продолжить беседу нам помешала вошедшая в аудиторию преподавательница:

— Тишина! Начнем занятие…

Маки вела урок уже более уверенно, умело контролируя внимание слушателей и сыпля остротами. По-моему, императора она и не заметила — сидели мы на последних партах, да и народу со всего потока собралось прилично.

— Потрясающе! — выдал Рюноске-сан, как только лекция завершилась. — Я и не подозревал о таких нюансах обращения с аякаси. Верно говорят: учиться никогда не поздно.

— Это точно.

— Жаль только у меня редко выдается свободное время, чтобы позаниматься, — грустно выдал Токунагато. — Юто-сан, вы не знаете, Тсучимикадо-сенсей дает частные уроки?

— Эм, не в курсе, но могу уточнить.

— Буду премного благодарен. Засим, позвольте покинуть вас.

Мы вежливо распрощались и разошлись. Я нашел Маки на кафедре монстрологии, она переговаривалась с другими преподавателями.

— Юто! — заметила меня девушка и быстро подошла. — Как тебе сегодняшнее занятие?

— Ты была на высоте, — поднял я большой палец вверх. — Даже император восхитился.

— Что? Какой император? — округлила глаза Маки. — Ты меня разыгрываешь?

— Обычный. Рюноске Токунагато VI. Пришел специально послушать твою лекцию.

— Им-император?! Я-я ведь ничего дурного не наговорила?! — спохватилась девушка.

— Да не переживай. Рюноске-сан — воспитанный, здравомыслящий человек. Он попросил разузнать, не даешь ли ты частные уроки. Он ведь не экзорцист, поэтому знает очень мало о жизни аякаси. Вот, запиши телефон его секретаря.

— Да, сейчас…

Передав данные, я добавил:

— И, если ты возьмешься, надеюсь, представишь аякаси в выгодном свете. Конечно, среди них есть много нехороших личностей, но и мирные е-кай встречаются. К слову, Рюноске-сан не женат, к тому же ему нравятся умные девушки.

— Ты на что намекаешь?!

— Ни на что! Пока!

Я увернулся от занесенной над головой папки и поспешил на следующий урок.

Гавайские острова прекрасны. Лазурное море, белый песок, пальмы, пляж и девочки в купальниках. Что еще надо для счастья? Жаль только, что всего на три дня. Мои старые друзья и новые быстро нашли общий язык и постоянно таскали меня на разные местные мероприятия. Вроде танцевального вечера вокруг костров или знакомство с «туристическими» аборигенами. Будь моя воля, я бы из моря не вылезал, но и народу отказывать не хотелось.

— Отличное место для тренировок, де гозару, — первое, что сказала Седзо-сан, когда мы выбрались к океанскому побережью.

— Де гозару? — переспросил я.

— Сегодня будем отрабатывать шестнадцатый вариант водоступов, де гозару.

— Эм, может просто искупаемся?

— Ты собираешься оспаривать решение твоего куратора, де гозару?

— Да что за «де гозару»? Снова манги перечитали, профессор?

Почему-то спорить не хотелось. Пришлось, конечно, искать безлюдное место. Искупался я вдосталь и во время тренировки, вот только падать на воду при почти полном ускорении — занятие не из приятных. Будто врезаешься в стену с полного разбега.

На следующий день я лазил за кокосами по пальмам, тренируя иглы света. После освоения умения данный трюк мне давался легко, сейчас же контроль ухудшился, и я периодически падал сверху под неодобрительные «де гозару» профессора. Сама Седзо-сан в летней одежде и купальнике выглядела бесподобно. Не знаю, как у нее получалась, но каждому при взгляде на голубовласую девушку становилось ясно: перед тобой королева. Тайзо, как и многие парни пускали на нее слюни, и, что показательно, не решались приблизиться. Даже любвеобильный Масаки вел себя прилично. Хотя может Ринко смогла ему мозги немного вправить. С Кисараги-сенсей мой куратор при любом удобном случае устраивала пикировку. Не представляю, что они не поделили между собой. Не меня ведь, право слово. Химари само собой также злилась, что я постоянно пропадаю на тренировках, но относилась с пониманием. Понимание бакэнэко обеспечивалось почти круглосуточным личным надзором за моим бренным телом.

Глава 4

Оммедзи Гакуэн встретила радостным оживлением перед грядущим культурным фестивалем. Умикичи капала мне на мозги до тех самых пор, пока мне не пришло приглашение на очередной совет великих кланов, который выпал на третье ноября — в один день с «бункасай». Но и после этого Мана не перестала давить, мотивируя тем, что раз я не приду на фестиваль, то хотя бы помогу с оформлением стенда. Какая-то концентрированная староста попалась нашему классу. С другой стороны, никто не отлынивал от школьных обязанностей. Да, многие из учеников были достаточно обеспеченными, да и школа не бедствовала, однако использовать наемный труд считалось крайне дурным тоном. Разве что материалы и инструменты были намного лучше и дороже.

Любопытную информацию выудил у учителя по теории магии. Оказывается, экзорцисты постепенно мельчают, становятся слабее с каждым поколением. Не все ведут специальную политику, вроде тех же Джингуджи, которые подыскивают подходящего партнера для усиления потомства. Исключения составляют немногочисленные охотничьи рода, среди которых Амакава и Кагамимори. Наш дар остается практически неизменным, даже если один из родителей обыватель.

Хитсуги откопала сведения, что был когда-то в Китае клан Чай Лу, истребленный в ходе межклановых разборок примерно в конце семнадцатого века. Насчет приручения аякаси ничего известно не было, но описание их способностей в чем-то напоминало наш стиль сражения. Покровителем Чай Лу считался солнечный дракон. Мне, в общем-то, от данной информации ни жарко, ни холодно. Мало ли откуда мои предки родом? Хоть из Зимбабве.

Так я думал, пока в пятницу в Ноихару не заявилась престраннейшая компания из мужчин средних лет в изысканных одеяниях, походивших на платья. На голове — платки с обручем. Встретить в Японии традиционно одетых арабов можно нечасто, а тут такие гости. Один из мужчин сносно говорил на японском. Как он сам заявил, выучил он данный язык специально ради Амакава. Они приходили к моему прадеду, деду и даже к отцу в свое время. Теперь настал мой черед. Называли себя орден «Нового рассвета», и дом их находился в далекой пойме великой реки Нил. Мне они сходу не понравились своими сладкими и пафосными речами. Якобы я должен возглавить орден, восстановить былое величие, вести за собой к процветанию и все в таком духе. Величали меня старшим наместником бога Ра. Мда, если это действительно так, помотало моих предков по миру. В принципе, учитывая полную передачу дара в нашей семье, не важно с какой расой породняться. За тысячелетия мои прародители вполне могли пройти путь от Египта до Китая, а потом и японских островов, так что теория достаточно жизнеспособная. Я так и не вкурил, что от меня хотят. Одно понял точно — они зазывают к себе в Египет. Даже приманку придумали. Якобы пирамиды были созданы моим предком с целью получения полной силы бога солнца. Вот только для того, чтобы древний артефакт заработал, мне надо найти ни много ни мало сорок восемь тонн магически активного золота, которое пойдет на верхнюю фокусирующую часть пирамиды. Короче, попахивает сюжетом дешевенького приключенческого фильма. Там, про мумий и фараонов.

— Значит так, господа. Как только наберете нужное количества золота, с радостью слетаю в Египет. До тех пор, позвольте мне следить за порядком дома.

Орденцы явно были недовольны моим решением, долго уговаривали, но я был неумолим. Обещал им подумать над возможностью послать в Египет одного из своих детей, если таковые когда-либо будут.

За два дня до собрания глав кланов в салоне красоты, что располагался на втором этаже над кафе «Восток-запад», произошло двойное убийство. И не кем-нибудь, а принятым мной вассалом, кутисакэ-онной. Аякаси неприятно меня удивила, умело маскируясь под безобидного мирного духа. По-видимому, некоторые типы е-кай могут игнорировать мою родовую способность по определению злобности. То, что это спланированная акция, было понятно почти сразу. Во-первых, остальные работницы салона красоты, сразу побежали ко мне с повинной, жутко извиняясь за то, что не разглядели истинную натуру своей подруги. Идея с самим салоном изначально принадлежала кутисакэ-онне, по словам Амамии. Во-вторых, нападение произошло как раз, когда рядом прогуливался случайно забредший в Ноихару сотрудник четвертого отдела. Они периодически проверяли кафе Лизлет, но все равно настораживает. Ну и в-третьих, на грядущем совете я заранее договорился поднять тему об увеличении клановых квот на аякаси.

Разумеется, мне отказали. Совет экзорцистов постановил, что мне еще рано управляться с таким числом потусторонних существ. Куэс, несмотря на наши договоренности, не смогла пойти мне навстречу, поддержав подавляющее большинство. Айджи, предатель, вообще заговорил об уменьшении квоты «во благо мирных жителей». К моей радости данную инициативу не поддержали. Ранее мне звонил Рюноске-сан, весьма прохладно отнесшийся к истории с кутисакэ-онной. Пусть меня и подставили, в любом случае это тень на весь клан. Благодаря инциденту, еще не скоро можно будет обсуждать вопрос о повышении лимита.

Вернулся я в Ноихару в скверном расположении духа и еще раз устроил разговор с крюковолосой хари-онной. Чутье мне подсказывало, что Амамия скрывает от меня нечто важное. Я уже почти угрожал духу, а она чуть ли не плакала, наотрез отказываясь открываться, как на помощь пришла Сидзука:

— Юто, я поняла, о чем молчит Амамия-сан. Она просто не может тебе сказать, нано.

— Что?! Говори!

— Не могу, — покачала головой мизухэби.

— Вы сговорились?! Ты тоже причастна к убийствам?!

— Нет! Видишь ли, нам мешает магия. Могущественная магия, схожая по природе с Забвением. Если я тебе откроюсь, то мы оба с тобой сразу забудем…

Я принялся размышлять вслух:

— Магия защищает определенное место? Стирает память всем недругам. Судя по тому, что именно вы о нем знаете, место дружелюбно к аякаси? Это большая община аякаси, верно?

Сидзука молчала, даже жестом не давая понять, прав ли я.

— Если я стану другом общине, смогу сохранить память?

— Возможно, — неуверенно заметила девочка.

— То есть забвение удаляет память у всех экзорцистов? Не слишком ли круто?

— Поначалу было тяжело, но с каждым поколением экзорцистов память терялась. Сейчас единицы знают об этом месте: умельцы, что специализируются на защите разума, а также те, кто имеет личный интерес. Чем больше воспоминаний, тем сложнее стереть их.

— В общих чертах понятно… В принципе, я догадывался, что в Японии должно быть нечто подобное британскому шервудскому заповеднику. Свалка Кагосаки, Ямагато Зао онсэн или такамийский совет духов на эту роль не тянули. Окей. Клянусь, я не буду использовать полученную информацию во вред общине духов! — твердо произнес я. — Заставлять духов работать на себя также не стану!

— Думаете, этого будет достаточно, Амакава-сан? — несмело спросила Амамия.

— Давай проверим. Моя лоли.

— Место зовется Гакурэ но Сато или Скрытая деревня. Там живут много сильных духов, в том числе Лидара-локти, а заправляет всем Нурарихен.

Мы немного помолчали, прислушиваясь к себе:

— Вроде я помню. Гакурэ но Сато, да? Обещаю, если они не выступят против Амакава, то и я буду вести мирную политику. Как только разберусь с огнем, мои определительные печати могут улучшить положение всех аякаси, и жителей Скрытой деревни в том числе. Получается, вы подозреваете, что кутисакэ-онну подослал кто-то из тамошних боссов?

— Вероятно, сам старик. Это в его стиле.

Предпринимать ответные действия сочли преждевременным. Доказательств на руках не было, всего лишь предположения. Не стал я лишать работниц расчески и ножниц своей новой отдушины. Разве что проверил их с помощью печатей подчинения. На средних духах работали они не ахти, но хоть какая-то подстраховка. Выяснил пару незначительных секретов. Например, змеиная нуре-онна — достаточно стеснительная, и перед работой с клиентом принимает для храбрости по чарке саке. Я провел профилактическую беседу и отпустил ее. Родственникам погибших пришлось выплатить солидную компенсацию из кланового бюджета. Официальная версия все та же — автокатастрофа.

Учеба шла своим чередом, и вскоре настало время уже ставшего привычным занятия по защите сознания. Я и так тянул долго, но теперь пришел черед принимать непростое решение. Избавиться от выбора магии и жить свободно, или же и дальше подчиняться слепой стихии? По-моему, ответ очевиден.

— Амакава-кун, добрый день, — услышал я вежливое приветствие по пути в классный кабинет. Знакомый голос.

Перед нами во всей красе знаменитый «непобедимый» Нагато Юджихиро собственной персоной. Человек, который не проиграл ни одной дуэли. Его окружали несколько прихлебателей. Из «Чистоты Оммедзи» вестимо.

— Нагато-кун, и тебе не кашлять, — холодно отозвался я.

— Прошло уже достаточно времени с нашей последней разминки. Мне бы очень хотелось посмотреть, чему ты научился за эти недели.

Я молчал, обдумывая издевательский тон Нагато. С помощью Седзо-сан я досконально изучил тактику телекинетика, вот только уверенности в победе не было.

— Условия?

— Ты распускаешь свой дрянной клуб, — будто выплюнул Юджихиро.

— Не пойдет. За других решать я не могу.

— Струсил? Глава великого клана, называется.

— Дешевые подначки. Давай так. Если я выиграю, ты оставляешь свою «чистоту», если ты — я ухожу из клуба защиты аякаси.

— Похоже, на большее у тебя кишка тонка.

— Мне никогда не везло в азартные игры, поэтому предпочитаю не рисковать.

— Я согласен с условиями. Идем к парку.

— Сейчас? Прогуливаешь занятия?

— Боишься, что отчислят? — снова подначил Нагато.

— Раз уж тебе не терпится, то идем.

Мы прошли следом за Юджихиро в нелюдимое место. За тыл я был относительно спокоен: Химари с Сидзукой и Генри представляли грозную силу как против аякаси, так и сильнейших учеников Оммедзи Гакуэн. Никаких неожиданностей не случилось. Мы пришли на памятную поляну, на которой устроили дуэль в прошлый раз, несколько учеников раскинули печати, вызывая слабый скрывающий барьер.

— Начали! — скомандовал подручный Нагато.

— Епический свет, дай мне силу! Максимум скорости! Максимум брони! Защита сознания!

Либо я решу все одной атакой, либо он снова размажет меня, третьего не дано. Почувствовав мягкое касание телекинетической силы, заорал:

— Крышесносящая волна!

Нагато отвлекся, позволив мне сократить дистанцию.

— Слабо! — крикнул противник, пуская новую порцию магии.

Я высвободил свет вокруг себя, разрывая телекинетический удар.

— Укол света!

Вакидзаси засветился яркий желтым цветом, концентрируя на кончике основные силы. Поток дрожал, я с трудом контролировал магию. Ксо! Соберись!

Нагато отклонил удар телекинезом, и большая часть света ушла мимо.

Осознал я себя лежащим на куче веток с почти просаженным в ноль резервом. Мда, моя защита разума сияла огромными проплешинами. Вот поэтому не люблю псимантов — фиг поймешь, что случилось ранее в бою. Может, ты на самом деле близок к победе, а может твой противник просто играется. Еще один рывок!

Мощная телекинетическая атака разбила остатки покрова и отправила меня в продолжительный полет. Чувствуя, что моя жизнь висит на волоске, я собрал остатки света и укрепил тело. В следующий миг страшный удар выбил из меня дух, а левое плечо пронзило адской болью. На короткий миг я потерял сознание, вынырнув из беспамятства в отвратительном состоянии. Скосив глаза, я увидел торчащий из верхней части торса деревянный сук, на который меня насадила эта сука. Кровавая пелена застилала мой взор, в ушах стучала кровь, дыхание вырывалось с хрипом. Мне не хватало сил даже пошевелиться, не говоря уже о том, чтобы слезть с крюка.

Тем временем, неподалеку набирала обороты громкая перебранка, грозившая перерасти в потасовку. Сфокусировавшись, я разглядел Нагато с дружками. Стояли борцы за чистоту спокойно, с этаким вызовом. Чувствовали себя хозяевами положения. Сидзука крыла их нелицеприятными словами, поминая их родичей до пятого колена. Юджихиро отвечал ей, распаляя еще большую ненависть.

— Не… — я харкнул кровью. На большее меня не хватило. Как же больно.

— Не ведись на его гнусные речи, змея! — послышался твердый голос Химари. — Не видишь, он только и ждет, когда ты нападешь на него. Знаешь, сколько неприятностей это доставит милорду?

— Ты права, хс-шс-с, — нехотя признала водный дух.

— Сначала поможем милорду. Он ранен.

— Юто!

Наконец на меня обратили внимание, аккуратно сняли и принялись спешно латать раны. Юджихиро похоже был разочарован, но мешать нам не стал. С помощью Генри меня достаточно быстро перенесли в палату школьной медчасти, где погрузили в целительский сон.

— Очнулся, боец? — услышал я бодрый голос медсестры.

— Юто, как ты? — склонилось надо мной беспокойное лицо Сидзуки.

— Жив. Где Химари?

— Я оставила ее снаружи. Темная аура бакэнэко может негативно влиять на ослабленный организм. Давай осмотрим тебя еще раз, — произнесла хозяйка медпункта.

Ко мне приложили странный артефакт, похожий на стетоскоп, от которого веяло магией плоти.

— Магическое истощение. Физическая и психическое переутомление. Через несколько дней будешь, как новенький, — улыбнулась мне женщина в халате. — Если останешься на продвинутый курс лечения, уже завтра будешь прыгать, как заведенный.

— Я сама позабочусь о Юто, — резко ответила Сидзука.

— Очень жаль, — разочарованно произнесла красотка. — Кто же тебя так разукрасил, Амакава-кун?

— Да вот, выпал из окна случайно.

— С верхнего этажа небоскреба? — покачала головой собеседница.

— Сенсей, может меня прокляли? Магия совсем не слушается.

— Я уже провела диагностику, с помощью которой можно обнаружить как обычное отравление, так и магическое. Также я не нашла в тебе следов темной магии или проклятий. Знаешь, я могла бы помочь. Иногда небольшое развлечение способно сделать больше, чем долгий курс зелий.

— Убери свои похотливые грабли, извращенка, нано!

— Тс-ч.

— Где же ваш профессионализм, сенсей?

— Это все ваши домыслы, — фыркнула медсестра. — Скажи, испытывал ли ты недавно сильный стресс, Амакава-кун? Неразрешимые проблемы?

— Проблем выше крыши, а стресс постоянно, — буркнул я.

— Нет, я говорю о чем-то особенном. Магия сильно завязана на психологию. Переживания, душевная боль — все может стать причиной магической немощи. А как у тебя дела на любовном фронте, герой? К слову, именно отношения с противоположным полом в большинстве случаев являются основой проблем.

— Не особо… Я пытаюсь избавиться от выбора магии, но получается плохо.

— Ты что?! — резко выдохнула медсестра.

— Выбор магии. Я не хочу подчиняться решению стихии. Я сам выбираю, кого мне любить, а кого ненавидеть.

— Ха-ха-ха-ха! — заливисто рассмеялась шатенка. — И ты еще удивляешься, откуда твои проблемы с магией?!

— О чем вы, сенсей?!

— Пытаясь избавиться или игнорировать выбор магии, ты отказываешься от своей собственной магии. Ты признаешь свой собственный выбор неверным, идешь против самого себя. Не мудрено, что у тебя возникли сложности. Конечно, все может быть намного запутаннее, ведь всей картины я не знаю.

— Но как? Как мне довериться какой-то неведомой силе, что решает за меня?!

— Э-э-х, — вздохнула девушка, прижав руки к щекам. — Хотела бы я тоже когда-нибудь почувствовать на себе выбор магии! Не так уж я и требовательна. Пускай он будет не из главной ветви, хотя бы не ниже A ранга. Не обязательно арабский шейх, просто умеренный миллионер с собственным бизнесом. Ах, где же ты мой, принц?!

Томный взор размечтавшейся девушки остановился на мне, отчего Сидзука злобно зашипела:

— Юто тебе не достанется!

Медсестра снова рассмеялась:

— Глупенькая. Даже такая писаная красавица, как я, не может тягаться с тем, что решила магия. Согласно легендам, на тех, кто «выбрал» не действует и приворот. Так что у нас с тобой нет ни единого шанса.

— Хшас-с-схш.

— Я могу идти?

— Что? А, да, ступай. Воздержись от активного применения магии на сутки… Эх-х…

Я оделся и оставил замечтавшуюся девушку в кабинете. Сразу справа от дверей в позе на коленях восседала Химари с выпрямленной спиной. Ясуцуна стояла рядом, прислоненная к стене.

— Милорд, вы в порядке? — обеспокоенно спросила Багровый клинок, поднимаясь.

Я промолчал, пройдя вперед по коридору. В окне виднелся уже осенний холодный пейзаж. Некоторые деревья начали сбрасывать листья, повинуясь неумолимому ходу времени. Тоже своего рода магия. Кажется, я понял. Моя главная ошибка была в том, что я неосознанно отделял себя от магии. В отличие от потомственных экзорцистов, что росли вместе со своими способностями, с детства считавшими себя неотделимыми от магии. Я же жил среди обывателей, далеких от мистики. На самом деле, что свет, что выбор — все это часть меня. Говорят, что некоторые люди выбирают сердцем, другие — разумом. Я выбрал магией. Думаю, что тут и без остального не обошлось, просто так мне сразу намекнули, что далеко искать свою половинку ходить не надо.

Химари стояла рядом с милордом, не смея повторить свой вопрос, который был показательно проигнорирован. Неужели она снова заслужила немилость самого дорогого человека? Того, кто был рядом почти с самого ее рождения. Того, кто смотрел на нее с нежной теплотой когда-то, не обращая внимание на ее нечеловеческую сущность. Того, кто пробуждал самые потаенные желания, понимал ее язык и саму ее суть. Что она сделала не так? Глава встал возле окна, глубоко задумавшись. Химари казалось, будто в этот момент решается ее судьба. Сердце бешено застучало. Милорд, не прогоняйте меня! Пожалуйста, высшие сущности, боги и стихии, дайте мне еще один шанс! Я сделаю все! Прошу вас, донесите мои чувства до него… Химари так и не осмелилась нарушить тишину, даже задержала дыхание, не двигаясь с места.

Как вдруг милорд резко развернулся и сдавил ее в крепких объятьях. Это было настолько неожиданно, что Химари не знала, как реагировать, только растерянно переводила взгляд с вида за окном на близкую каштановую шевелюру. Ее подбородок покоился на плече милорда, и она хорошо чувствовала его запах. Конечно, немного мешались медицинские мази и грязь после сражения, но среди них чуткий кошачий нюх всегда безошибочно распознавал знакомый родной запах, напоминавший аромат цветущего орехового дерева.

— Ми-милорд?

— Прости. Я не могу без тебя.

Огромный многотонный камень свалился с плеч. Химари счастливо вздохнула:

— Я тоже. Не смыслю жизни без вас, милорд.

— Отныне никаких «милордов», слышишь?! — резко произнес глава, разорвав объятья и пристально смотря ей в глаза.

— Но как же тогда мне обращаться к милорду?

— У меня имя есть.

— Амакава-сама?

— Не так!

— Юто-сама?

— Проще!

— Ю-юто?

— И года не прошло.

— Милорд Юто!

На лице главы появилось какое-то зверское выражение, так что я поспешила исправиться:

— Простите… прости, Юто.

— Да-да, теперь жених может поцеловать невесту, — едко произнесла Сидзука рядом.

Оглядевшись, Химари заметила, что их компания привлекла внимание небольшой толпы учеников. Что же это? В какое неудобное положение она поставила ми… Юто. На людях надо держать дистанцию, иначе будет нанесен урон чести Амакава. Связь человека и такой, как она — табу среди экзорцистов.

Лучики солнца проникли через щели в занавеске, мягко касаясь моего лица. Я сладко потянулся. Где-то в ногах, как обычно, обреталась Сидзука, сбоку же меня грела Химари, счастливо посапывая. Я резко поднялся с кровати и, сделав переворот в воздухе, идеально приземлился на пол. Свет бурлил во мне, требуя куда-либо направить распиравшую энергию, а от вчерашнего ранения почти и следов не осталось:

— Народ, подъем! Нас ждут великие свершения! Му-ха-ха-ха!

— Ня-я-яу, — широко зевнула бакэнэко.

— Что ты такая сонная, Химари?

— Не могла заснуть полночи, — чуть смутившись, призналась девушка.

— А-а, тогда можете еще поваляться. Я займусь завтраком.

— Нет! Я буду помогать милор… Юто!

— (Не понимаю!) — воскликнула Химари на перемене после закончившегося урока артефакторики.

— (И что же тебе не понятно?)

— (Почему руна Вперед работает по-другому, если комбинировать ее с руной Помощь?)

— (Почти все руны действуют иначе в связке. Если добавить еще и третью, то итог снова изменится.)

— (Ясно! Это как приемы в боевых искусствах. Один и тот же удар в разных связках может привести к иному результату.)

— (Примерно.)

— (Ты так просто объясняешь!) — обрадовалась девушка.

— Вы чего тут устроили, нано?! — услышали мы недовольный голос Сидзуки.

Обернувшись, мы заметили, что ближайшие ученики смотрят на нас во все глаза.

— Амакава-сама, а это… что сейчас было? Вы… някали? — спросил Саватаро Ларен.

Упс. Действительно не заметил, как мы с Химари перешли на нэкотарго.

— Особый магический язык, — ответил я с каменным лицом.

— Звучит весьма мило, — заметила Мейко. — Ему можно научиться?

— Нет! Надо иметь особый дар, чтобы стать нэкоустом! — пояснила мечница. — Юто владеет им в совершенстве!

— «Юто»? В ваших отношениях что-то изменилось? — поинтересовалась проницательная Аяко.

— Мы встречаемся, — просто ответил я, прежде чем Химари ляпнет какую-нибудь глупость.

— Но Юто! Ведь нельзя так открыто заявлять! Будут недовольные среди экзорцистов.

— Плевать. Пусть подходят по одному со своими претензиями.

На это у Химари не нашлось, что ответить. Класс же начал перешептываться. Думаю, уже к следующему уроку вся школа будет в курсе наших отношений.

— Идиоты, маскировка сползает! Вы хотите, чтобы гоугуожэнь (жители собачьего государства) устроили нам горячий прием?! — кричал мальчик-азиат примерно двенадцатилетнего возраста на китайском наречии.

— Простите, босс. Щас я пну Ткача, — ответил аякаси, выглядевший как перекаченный высокий брюнет с квадратной челюстью.

— Себя пнуть не забудь, тупоголовый!

— Да, босс, — покорно ответил бугай и сразу рванул в кубрик.

Средних размеров катер грязно-серой расцветки был оплетен тускло поблескивающей белой паутиной. Именно она скрывала судно от взора как береговой охраны, так и одаренных, которые нередко патрулировали прибрежные зоны.

С верхней палубы спустился молодой хлыщ со светлыми волосами в красивом европейском костюме:

— Босс Лианг, наш временный гость снова проявляет беспокойство.

Мальчик устало вздохнул:

— Как же он меня достал! Почему у меня не получается его подчинить?!

Собеседник задумчиво пожал плечами:

— Не знаю, босс. С нами ведь было проще — старая магия еще не исчезла.

— Ладно! Пустим его первым, сдохнет — только рад буду.

— Как скажете, босс.

— Где Стерва?

— Загорает.

Лианг хмыкнул. В это время паутина вокруг корабля засветилась чуть ярче, на что мальчик заметил:

— И от Скалы тоже бывает польза.

— Если так и дальше пойдет, то Ткач может не дожить до берега, — подметил блондин в костюме.

— Плевать! Выжмите из него все соки, а дальше он будет не нужен.

К компании приблизилась еще одна колоритная личность — пожилой седой китаец в просторном длинном одеянии, напоминающий классического мудрого учителя из фильмов про восточные единоборства.

— Лианг, не дело так разбрасываться подчиненными, — высказал тот, оглаживая бороду.

— Только твоих советов мне не хватало, Дракон, — фыркнул парень, раздражаясь. — Вы, монстры, постоянно защищаете друг друга. Я прошел через многое, прежде чем получил власть. Я здесь решаю, кого наградить, а кого казнить, — истерично брызжа слюной, заявил мальчик. — Тебе ясно?!

— Как вам будет угодно, — склонился старец.

— Стиляга, метнулся за соком! — приказал Лианг.

— Да!

— Ты уже распланировал грядущее сражение? — поинтересовался Дракон.

— Что там планировать? Пускаем вперед эту тупую зверюгу, потом добиваем тех, что выжили, — самоуверенно заявил одаренный, на что его более опытный подчиненный просто покачал головой.

— Молодой господин, вы уверены, что мы поступаем правильно? — спросил мужчина средних лет в камуфляжной одежде.

— Это единственный способ обелить наше имя, Франц! — скрипнул зубами главный наследник клана Ходжо.

— Даже если нам все удастся, клану уже не стать великим.

— Я помню о этой чертовой петиции. Половина членов сразу разбежались, как трусливые курицы!

— Их можно понять.

— Предатели! Но я тоже хорош. Подвел отца, подставил весь клан. Чертов Вакамацу! Если бы все пошло по плану, то его с доппелями должно было хватить на молокососа из Шестых! Нет, мы просто обязаны отомстить, понимаешь?! А после Амакава мы сотрем с лица земли Масутани, всех до единого! Тогда они будут знать, что с нами шутки плохи!

— Идти самим, без доппелей — слишком рискованно.

— И что, помогли нам доппели в прошлые разы? — с издевкой спросил юноша, тряхнув копной слегка вьющихся синих волос.

К компании, спрятавшейся в небольшом овраге, спустился еще один мужчина в камуфляже:

— Ходжо-доно, фугасы установлены.

— Я все же думаю, что взрывчатка не возьмет охотника света, — покачал головой бывалый. — Жаль, мы так и не смогли достать разовый артефакт, с помощью которого нам удалось ослабить Генноске.

— Ты просто не в курсе последних сплетен. Амакава совсем сдал. Его Нагато разделал, как новорожденного котенка. Да даже я при определенных условиях смогу победить Юджихиро! Фортуна отвернулась от Амакава, сегодня он умрет!

К месту базирования отряда скатилась еще пара человек со скрывающими ауру артефактами:

— Молодой господин, вы не поверите, что мы обнаружили! — сходу высказали посланные в обход разведчики.

— Вас самих не засекли?

— Нет! Мы близко не подходили.

— Рассказывайте!

— Как вы и приказали, мы обследовали окрестности, не приближаясь к зоне ответственности духа места. Мы даже лесных кодама обходили стороной, опасаясь, что они могут доложить о нас. С северо-восточной стороны мой напарник чудом заметил тонкую паутину, которая опутывала небольшой участок леса. Мы нашли небольшую лазейку, и проникли внутрь. И сразу почуяли множество сильных аур е-кай, паутина хорошо их скрывала. Если не знать, где искать, ни за что не отыщешь. В засаде сейчас находятся пять или шесть е-кай. Наверняка высших, уж больно уверенно они себя вели, мы их просканировать не смогли. А руководит ими мелкий шкет, от которого несет светом. Нет, это не гелиомантия, как у вас, молодой господин, а точь-в-точь свет Амакава. Мы ведь с ним сражались однажды.

— Интересно. Неужели пришли по душу Шестых? Но откуда еще один охотник света?

Никто из присутствующих не знал ответа на этот вопрос.

— Ясно. Взрывчатка не дает гарантии победы. Посмотрим за развитием событий. Если шкет захочет занять место главы Амакава, мы ему в этом поможем. А если же вдруг окажется так, что они оба будут измотаны сражением, то мы им обоим «поможем». Подготовьте припасы, палатки, и скрывающий барьер — наше ожидание может затянуться.

— Охотники решили поубивать-с-с друг друга? — прошипел неподалеку висящий на ветке питон.

— Нурарихен-сама будет в восторге от таких известий, — ответил ему аякаси обезьяны. — Я пошлю сообщение в Гакуре но Сато. Как думаешь, стоит нам вмешиваться?

— Будем осторожны-с-с. Ждем ответа и действуем, как скажет Нурарихен-сама-с-с.

Глава 5

Одним ноябрьским днем в субботу я совершал обход своих владений в Ноихаре. Посмотрел, как идут раскопки — мы готовили место под пруд, чтобы водные духи могли оказаться в родной стихии. Попробовал на прочность пространственно-земляную защиту приюта. Внушительно получилось, емкость накопителя была солидной, а Акира достаточно умело управлялся с артефактом. Выпил чаю в кафе Лизлет, где на удивление было до сих пор многолюдно. Потом поднялся на второй этаж заведения. Амамия очень быстро и профессионально подстригла меня. Хари-онна добилась потрясающего эффекта — с новой прической я стал выглядеть на пару лет старше и чуточку более презентабельный.

Через некоторое время я с упоением наворачивал эби тяхан, походивший на плов с креветками. Приготовленный не кем-нибудь, а Гинко! Оками специально брала уроки готовки у Кайи, дабы порадовать Шидо и больше соответствовать человеческой невесте. Охотник пригласил меня к себе домой на ужин. Двухэтажный коттедж прошел через косметический ремонт, плюс перевезли некоторую мебель, так что выглядел вполне обжитым.

— Вкусно!

— Спасибо, Юто-сама! Я старалась.

Похвалив плов, мы с Шидо переключились на обсуждение рабочих вопросов, касающихся установки артефакта в приюте. Вчерне магическая конструкция уже работала, вот только управлять ей мог пока только один Акира благодаря своим пространственным способностям. Саса сейчас работал над контуром управления — наиболее сложной частью артефакта.

Также обсудили найм охотников из Оммедзи Гакуэн. Миина ведь выпускается всего через несколько месяцев. Если я не хочу упустить такой бриллиант, мне стоит поторопиться.

— В конечном итоге все решает сам охотник, если не было заключено предварительных контрактов. Обычно обучение оплачивает школа, а после кланы и компании разных мастей начинают торговаться за специалиста. Кто предложил лучшие условия, тот и получает экзорциста. Конечно, существует еще и такой фактор, как престиж. Великие кланы или император не так уж и много платят, но работа у них считается наиболее достойным вариантом. Полный школьный контракт на обучение в Оммедзи Гакуэн с первого класса младшей школы стоит около ста пятидесяти миллионов йен.

Я присвистнул.

— Да, тебе придется выкупать его полностью. Отрабатывать данную сумму будет нанятый экзорцист. Тут уж как договоритесь. Обычная практика — четыре пятых зарплаты идет в счет отработки, остальное выдается на руки. Этого более чего достаточно для безбедной жизни. Насчет зарплат на рынке тебе лучше самому уточнять. A ранг может отработать контракт примерно за пару лет, B ранг лет за пять, С — десять, D — двадцать, E ранг может до конца жизни расплачиваться за обучение в Оммедзи Гакуэн.

Я глянул на часы, показывавшие половину восьмого:

— Я, наверное, пойду. Химари уже должна была вернуться. Спасибо за гостеприимство. Гинко, надеюсь, ты и дальше будешь нас радовать кулинарными шедеврами.

— Конечно, Юто-сама!

— Хорошо, что вы с Химари поладили, — усмехнулся Шидо.

— Не хочешь оставаться единственным, кто завел роман с аякаси?

— И это тоже, — не стал отрицать охотник.

Мы еще перекинулись парой вежливых фраз, прежде чем я покинул дом Шидо, прикрыв входную дверь. Коттедж был построен не по японским канонам, поэтому и дверь была обычной, на петлях. Дверь здорового человека.

— Нобу, погнали.

Дух, вселившийся в дверную ручку, материализовался рядом, потягиваясь со сна:

— Да, Амакава-сан.

Можно было и пешком пройтись, здесь недалеко. Но хотелось побыстрее проверить, приехала ли Химари с учебы. Времени на то, чтобы побыть вдвоем нам категорически недоставало. Было заманчиво отменить дополнительные школьные дни в пятницу и субботу, где Багровый клинок изучала обывательские дисциплины, но я решил, что нагуляться мы еще успеем. Вечером в общежитии каждый корпел над своими учебниками, так что оставалось лишь воскресенье. Ударными темпами за пару дней я разобрался с текучкой. Меня познакомили с директором рыбоперерабатывающего завода, высокопоставленными менеджерами купленных морских судов, нанятым начальником-агрономом, который следил за теплицами и посадками волшебных растений. Наметили с Кагецуки, Горо-сан и Альбертом планы на следующую неделю. Так что завтрашний выходной можно с чистой совестью потратить на развлечения.

Спокойно проехав лес, мы прибыли к поместью. По пути разминулись с другой машиной, в которой находились Альберт с Тушениной. Похоже, британец всерьез прикипел к нашему спецу по магическим минералам из России. Только я вышел из автомобиля, как со стороны поместья поднялась в воздух знакомая аура.

— Да отцепись от меня! — бросила в сердцах Агеха.

Следом за хиноэнмой вылетел Кагецуки. Черный журавль держал в клюве букетик цветов.

— Love is in the air

Everywhere I look around,

— пропел Ди-ниджу на поясе.

— Это точно, — усмехнулся я. Холодный осенний воздух нагло проник под одежду, заставив меня поежиться. — Только вот до весеннего обострения еще далековато.

— Я дома! — произнес я, зайдя в прихожую.

— С возвращением, Амакава-сама! — радостно выпрыгнули мне на встречу три зонтика, каракаса-обаке. — Как погода? Не было ли дождя?

— Вы что творите? А если бы я с обывателем сюда зашел? Мне что ему память стирать из-за такого пустяка? Вы сами ведь не в состоянии скрыться от взора обычного человека.

Зонтики перестали весело прыгать, боязливо попятившись.

— А ну марш на место!

Каракаса-обаке мгновенно переместились в подставку для зонтов, сходу изобразив привычные предметы обихода без всяких глаз и ножек. Выскочив из-за поворота, ко мне бросился рыжий комок шерсти и принялся крутиться вокруг ног.

— Только ты один меня встречаешь, да, Фокс?

Я опустился на корточки и погладил мягкую шерстку кицуне. Получив порцию ласки, лис снова усвистел по своим безумно важным лисьим делам.

В прихожую выплыл незнакомый призрак старика в однотонном кимоно:

— Невоспитанная молодежь! Только и знает, что поучать других! Совсем обнаглели!

— А ты еще что за перец? — опешил я. — Кайя!

— Да, Амакава-сама, — появилась передо мной девочка с двумя хвостиками.

— Почему у нас в доме всякие проходимцы шастают? — указал я рукой на призрака, который уже удалялся по коридору, что-то ворчливо бурча себе под нос.

— Так это дед Муноти, вы же сами его из школы привезли.

— А-а, — протянул я, вспоминая. — Но за ним же должен был Тосигами присмотреть?

— Дед Муноти поругался с Тосигами, — пожала плечами Кайя.

— Ну ладно. Ты его хоть каким-нибудь делом займи.

— Постараюсь, Амакава-сама, — с сомнением протянула дзасики-вараси.

Проходя мимо спальни Эл Челси, я услышал приглушенный разговор. Вежливо постучав, отодвинул створку. За низким столиком сидела неразлучная парочка, уже вернувшаяся с работы. Мурабито что-то выводил кистью на широком свитке, Лизлет сидела напротив с чашкой чая из красноватой керамики.

— Ой, господин, и-ик, а мы тут обсуждаем новый рецепт чая. И-ик! — запинаясь, проговорила смутившаяся Лизлет.

— Ничего, я просто заглянул проверить, все ли у вас в порядке.

Уж не из истинного тела Мурабито она чай лакает?

— Всего хорошего, — я задвинул дверь и направился дальше по коридору.

Заскочил на секунду к Джебу. Дракон дрых, развалившись на диване, на голову его были накинуты наушники, неспешно наговаривающие правила современного японского языка. Пахло саке. Я не стал его будить и двинулся к следующей комнате, где проживала Элис. Постучав, я отодвинул створку и застыл истуканом. Мой разум отказывался верить в то, что я увидел. Дух роутера предстала передо мной в донельзя непристойных одеждах из какого-то латекса. Похоже на раздельный черный купальный костюм, на руках черные длинные перчатки. Такого же цвета высокие сапожки на каблуках и маска, скрывающая половину лица. Довершал картину черный кожаный хлыст в руках. Второй обитатель комнаты был еще более экстравагантен. Пудж полулежал на четвереньках со связанными руками и ногами в одних трусах и с шариком во рту, привязанным ремешком.

— Мэ-э-э, — промычал компьютерный аякаси, не в состоянии нормально говорить с кляпом.

— Произвожу выход из режима госпожи, прошу подождите, — беспристрастным голосом поведала Элис.

— Все-все! Извините, что помешал, — поспешно произнес я. — Уже ухожу!

Я быстро закрыл дверь и смахнул со лба невидимую каплю пота. Такого я точно не ожидал.

— Администратор, у вас имеются указания к устройству Элис? — показалась дух роутера из своей комнаты.

— Нет-нет, — замахал я руками. — Отдыхайте, не обращайте на меня внимание. Просто… дверь запирайте в следующий раз.

— Будет исполнено, администратор.

Элис задвинула дверь, после чего послышался щелчок замка. Мда, и что это было вообще? Хотя, если вспомнить, где раньше располагался роутер, становится понятно, откуда столь специфичные знания. Я помотал головой, пытаясь прогнать навязчивые образы. Как бы теперь кошмары не замучили.

С опаской я приблизился к комнате Айи. Раньше это была библиотека, а дух конверта просто находилась в одном из шкафов. Сейчас же комнату дооборудовали под жилое помещение — переезжать Айя наотрез отказалась. Воображение рисовало различные похабные картины, одна похлеще другой. Если уж и скромница Айя вытворяет нечто подобное, я точно потеряю веру в е-кай. После моего осторожного стука послышалось:

— Войдите!

Осмотрев помещение, я выдохнул. Генри и Айя расположились за высоким столом на стульях. Книжный дух читал что-то, фугурумо йоби же активно резалась в свою любимую игру на ноутбуке. Все чинно и мирно.

— Амакава-сама, я вам нужна? — с еле заметным сожалением отвлеклась Айя от компьютера.

— Нет, просто решил проведать, все ли у вас хорошо.

— Все хорошо, Амакава-сама. Недавно меня назначили заместителем главы гильдии «Солнечные котики». Это очень хорошее и сильное сообщество, входит в топ десять по серверу.

— Молодец, продолжай в том же духе.

Я прикрыл дверь. Удобно качаться, когда нет нужды во сне.

В обеденном зале праздновали водно-волосатые аякаси: троица наг, Гунсо, хари-онна, футакуччи-онна, кама-кири и нуре-онна. Отмечали окончание рабочей недели. Учитывая, что они зарабатывают вполне прилично, могут себе позволить погулять раз в неделю. Дух каски пришелся кстати пестрой компании. У вояки имелось тысяча историй и баек на любой случай из жизни.

На заднем дворе собралась большая тусовка из кротов, змей и прочих мелких духов, а также Сидзука, Дай и Саса. Они активно обсуждали какую-то важную тему, я не стал вмешиваться.

На кухне правила Кайя: что-то помешивала, разогревала, резала, подметала, вытирала, взбивала, иногда напевая про себя. У меня сложилось впечатление, что дзасики-вараси способна находиться в нескольких местах одновременно. Перехватив готовящееся лакомство и без всякого пиетета к главе клана получив половником по рукам, я отправился дальше по особняку.

Сердце наполнилось томительным предвкушением, когда я остановился перед комнатой Химари.

— (Можно?)

— (ДА!!!)

Только я отворил дверь, как меня чуть не опрокинул белый вихрь.

— (Юто, ты вернулся!)

— (Ну-ну, давай хотя бы из коридора выйдем.)

Я впихнул девушку внутрь и оглядел помещение. На татами и на столике были разбросаны учебники и тетради. Судя по всклокоченным волосам, Химари действительно занималась. Такая у нее привычка имеется. Когда Химари не понимает материал или задачу, то в раздражении лохматит собственные (иногда мои) волосы. Сейчас на голове бакэнэко находился колтун из волос. Видимо, непростая тема попалась. Выглядело это забавно, но я постарался не смеяться.

— (Мне столько домашки задали, это настоящий ужас! Когда я приехала и узнала, что ты гостишь у Шидо, то решила все сделать сразу, не оставлять на завтра. Но…)

— (Возникли сложности?)

— (Да), — поникла Химари. — (Извини, я буду стараться!)

— (Верю.)

Наверное, я не слишком хорошо поступаю с девушкой, шантажируя ее нашими отношениями. Вроде как, если она будет плохо учиться, то сразу расходимся. Но подобная мотивация дала ошеломительные результаты. Химари за неделю доучила программу для младшеклассников, а ведь ей еще приходится зубрить обычные предметы. Так что побуду пока «козлом», потом мне благодарна будет. Надеюсь.

— (Садись на место. Помогу тебе, так уж и быть.) И давай на японский перейдем, а то в нэкотарго нет специфических терминов.

— Да, спасибо!

Химари с готовностью плюхнулась на подушку и уткнулась в учебник. Несмотря на отнюдь не теплую погоду и отсутствие централизованного отопления в доме, надеты на ней были короткие шортики и майка.

— Тригонометрия? — заглянул я через плечо.

— Да! Совсем не разумею я синусов и косинусов…

— Подожди.

Я схватил щетку с комода и сел позади Химари.

— Надо привести твои волосы в порядок. Совсем растрепались.

Я принялся аккуратно распутывать и расчесывать длинные белоснежные пряди. Волосы мягкие и шелковистые, пахнущие мятой, так и тянет их погладить. Некоторое время Химари молчала, наслаждаясь необычными ощущениями, но потом спохватилась:

— Решать задачи по формулам я научилась, но сенсей сказал, что спросит на следующем уроке теорию. А я не понимаю, почему их то в виде окружности, то в виде волны изображают…

— Хм-м…

Я закончил с расчесыванием и перебросил белую копну на бок, оголяя шею и часть спины, не скрытые майкой. Озорное настроение так и подмывало выкинуть что-нибудь эдакое. Я нежно провел пальце по бархатистой молочной коже, изображая длинную волну из учебника. Химари застыла.

— Периодическое колебание, функции синуса и косинуса схожи. Синус разве что отстоит дальше на девяносто градусов по оси абсциссы, — я обозначил пальцем один период волны. — Если посмотреть, то часть графика повторяется, видишь? Поэтому можно упростить запись функции, взяв один период. Получится окружность… Хм-м, или наоборот из окружности проистекает волна? — задумался я. Давно ведь проходил данный раздел. — Ладно. — Я провел на шее окружность и оси координат. — Это упрощенный график функции. По ней можно легко запомнить основные значения косинуса и синуса. Косинус нуля равен единице, тогда как синус девяносто градусов равен тому же. Поэтому волновой график синуса отстоит дальше на девяносто градусов. Смотри, — Я прочертил пальцем полный круг. — После оборота в триста шестьдесят градусов значения повторяются, как и в волновом случае. Так что окружность — наиболее удобный вариант, отражающий суть функции.

Не удержавшись, я быстро коснулся губами шеи в центре воображаемого круга, после чего спросил:

— Понятно?

— Нет… Повторить надобно…

Я с подозрением придвинулся ближе и заглянул в лицо девушки. Химари раскраснелась, а в глазах не было и намека на желание постигать математику. А-а, к черту! Я быстро метнулся до двери, закрыв ее на замок, после чего вернулся к столику.

— Повторить, говоришь?

— Пожалуйста! Если Юто еще раз мне все объяснит, то я точно пойму!

На этот раз я использовал язык, проводя фигуры на шее и спине, периодически разбавляя «тригонометрию» поцелуями. Мягкими касаниями мне удалось распалить Химари настолько, что она выпустила уши, перестав контролировать свой внешний облик.

— Ня-яу! (съем!) — рыкнула девушка и набросилась на меня.

Я и не сопротивлялся, поэтому Химари легко опрокинула меня и уселась сверху. Сразу последовали жаркие неумелые поцелуи и попытки облизать меня с ног до головы. Похоже, она не собиралась строить из себя кроткую барышню, как того требуют гендерные роли. Ощущения необычные, мягко говоря, но в целом приятные. Ведь в интимной сфере нет никаких правил — главное, чтобы обоим было хорошо. Через некоторое время я перешел в наступление, подав немного света и легко поменявшись местами с Химари. Выглядела девушка донельзя эротично: тяжелое дыхание и горящие в возбуждении глаза, задравшийся топик больше показывал, чем скрывал, сползшие в ходе наших игр шортики с трусиками показали тонкую полоску белых волос.

— Это я тебя съем!

Процесс вошел в необратимую фазу. Я рывком стянул с Химари шорты и… в дверь заколошматили:

— Эй, охотник, ты тут?! Кошка, давай вылезай, там какие-то типы мутные трутся, — громко поведала Агеха.

— Отпинай их как следует и не мешай! — рявкнул я.

— А, так и знала, что ты у кошки. Не, они выглядят очень сильными, сама я не справлюсь.

От бессилия и разочарования я устало повалился сверху на Химари, придавив своим весом и уткнувшись в район груди. Хотя не думаю, что аякаси ее уровня вообще почувствовала мой вес. Лежать было не слишком удобно, поскольку мешались стоящие колом штаны. Девушка ласково зарылась пальцами в мои волосы:

— Юто, пойдем по-быстрому разберемся, а потом продолжим наше занятие? Мне даже начинает нравится математика.

— Мне тоже…

Агеха поведала, что с высоты обнаружила в окрестностях странный участок леса, покрытый какой-то слизью или паутиной. Внутри находились человекоподобные аякаси, которые ее также заметили и сразу начали шевелиться. Я воспринял добытые сведения со всей серьезностью — переоделся в свое рабочее кимоно с сандалиями, повесил печатницу и вакидзаси. Химари также облачилась в юкату и захватила Ясуцуну.

Чудовищный удар сотряс дом, разные мелкие вещи, посуда и даже мебель повалилась на пол. Перед нами появилась Кайя с сурово поджатыми губами:

— Амакава-сама, я не смогла отразить удар. Они разрушили гараж.

— Ксо! Поднимай всех, способных сражаться, пусть выходят с нами, остальные — в подвал. Химари, Агеха, за мной!

Мы быстро выбежали во двор, где нас уже ждала пестрая компания. Суровый дед-китаец в традиционных одеждах поднебесной. От него еле уловимо тянуло водой. Именно он мне показался главным и самым сильным. Мускулистый здоровяк без особых признаков интеллекта и звериной аурой. Высокая эффектная красотка в темных очках и брючном костюме. Дерево и земля. Гламурный блондин с мягкой улыбкой. Огонь. Долговязый ухмыляющийся азиат средних лет с глазами-щелочками. Плоть. Большой паучий цутигумо неизвестного мне вида, сильно ослабленный по виду. Позади них находилась какая-то туша, перевязанная цепями. Тип используемой им магии мне определить не удалось. Что-то похожее на пространство и землю. Последний гость выглядел как невысокий мальчик-азиат в шапке с таким лицом, будто я его любимого щенка утопил.

Что самое поразительное, от всех немного тянуло магией света, а от мальца сильнее всех. Связанная туша раскрыла зубастую пасть и исторгла мощную порцию магии куда-то вверх. Млять. Удар непонятной природы по крутой дуге перелетел нас и упал на крышу особняка. Ему навстречу выдвинулся пространственный щит Кайи, пару мгновений она сдерживал удар, но быстро прогнулась и пропустила чужеродную магию. Послышался грохот, треск ломаемого дерева и черепицы.

— (Я же сказал этому уроду, что надо целить по духам, а не по зданию!)

Малец что-то раздосадованно проговорил на китайском, как я понял, и пнул лежащего рядом монстра. К нам присоединились остальные: Джеб, Дай и Саса, Сидзука и Амамия. Похвально. Не думал, что хари-онна станет вмешиваться в наши разборки.

— Почему вы напали? Что вам от нас надо? — выкрикнул я.

Связанный йети выпустил еще один поток разрушительной магии, похожей по действию на гравитационную пушку. На этот раз Кайя сдержала атаку.

— Мы подчиняемся Лиангу. Господин возжелал, чтобы ты закончил свой жизненный путь. Мы исполнил волю его. (В атаку!)

Ситуация резко перешла от фазы агрессивные переговоры в открытое противостояние, больше напоминающее свалку. Старик трансформировался в здорового усатого китайского дракона.

— Этот мой! — с хищной ухмылкой бросил Джеб, перевоплощаясь в свой истинный лик. Пожалуй, китайский собрат уступал нашему размерами, вот только аура у обоих была более чем внушительная.

— Я займусь дылдой, — бросила Агеха, сближаясь с узкоглазым врагом.

— Эй, блондинчик, я твой противник, нано! — произнесла Сидзука, бросаясь на парня с огненной аурой.

— Мы с Даем займемся сестренкой в солнечных очках!

Химари со здоровяков синхронно оголили клинки, встав друг напротив друга.

Отлично! Значит, мне остается обезвредить парня и помешать туше обстреливать поместье. Только я рванул вперед, у меня на пути выросла непролазная растительная стена со множеством шипов. Красотка постаралась. Пролетающий над головой дракон плюнул в меня струей льда. Я окутался светом, но оказался замурованным в холодных объятьях застывшей стихии. Некоторое время пришлось потратить, чтобы выковырять себя. Мда, противника мы явно недооценили. Китайская рептилия уверенно сдерживала огненные атаки Джеба, да еще периодически успевала бросаться льдом по другим аякаси или по особняку. Еще один гравитационный удар вонзился прямо в центр дома, разметав стены словно картон. Да что там за монстр такой, раз Кайя не справляется?! Агехе попался непростой противник. Пускай он и владел только стихией плоти, но умел ей пользоваться мастерски. Высокорослый е-кай не только растягивал свои конечности, но и выращивал новые, становясь похожим на многорукого спрута. Агеха могла только уворачиваться, взмывая в воздух. Кагецуки и Амамия помогали ей по мере сил, сдерживая и срезая часть щупалец. Увеличившегося в размерах Дая оплели мощные корни, вызванные женщиной в очках. Саса пытался помочь ему выбраться. Сидзука же перестреливалась с парнем в костюме огненно-водными сгустками весьма активно. Химари сразу сцепилась со здоровяком, который махал двумя изогнутыми клинками. Их удары высекали искры. Если звериный е-кай и уступал бакэнэко, то ненамного.

Я бросился вперед, кромсая переплетения лиан клинком и магией. Достаточно быстро прорубив проход, я еле успел выставить щит. Огромный желто-оранжевый шар врезался в меня и снес в сторону. Ксо! Еще один владеющий светом! Откуда этот тип взялся?! И как он научился кидаться шарами? Я, как ни тренировался, так и не смог придать своему свету какую-то устойчивую форму. Его магия слегка отличалась от моей, как по цвету, так и по ощущениям, но это был тот же свет, вне всяких сомнений. Пока я приходил в себя, просека заросла, так что придется начинать все заново, если хочу пробиться к отрезанным членам банды. Я предпринял еще одну попытку с аналогичным результатом. Волан-де-морта мне в печень! Та тварь так весь особняк порушит. Ладно. Сначала поможем остальным, потом займемся мальчишкой с йети. Вряд ли печати хоть как-то помогут против высших, поэтому их я не использовал.

Сначала я хотел помочь Химари, но громкий крик заставил меня передумать. Противник схватил хари-онну своими щупальцами. Я метнулся вперед, но было поздно. С десяток щупалец вошли в тело Амамии, после чего разорвали ее на куски.

— Нет!

Словно впав в режим берсерка, я мигом приблизился к аякаси плоти и принялся кромсать отростки со скоростью миксера. Вскоре он уже не успевал отращивать новые, лишаясь старых. Не поворачивая головы, волной света отбиваю атаку сбоку и слитным движением перерезаю шею, Агеха довершает дело, атакуя воздухом. Громовой рык сотряс почву, заставив нас обернутся в сторону Дайдаработтчи. Огромный земляной аякаси ревел в попытках порвать путы. И у него это получилось. Женщина стала отступать под напором Дая. Но вскоре собралась, вновь опутав аякаси побегами и лианами.

— Саса! — хиноэнма заметила на земле обрывок белого кимоно.

Агеха ринулась на помощь, я поспешил за ней. Втроем мы быстро прорвались через растительную защиту. Хиноэнма приложила мощным воздушным ударом, оглушив противницу. Видно было, что наша кровопийца изрядно вымоталась. Она собиралась добить врага, но я не позволил.

Химари уверенно теснила амбала с двумя клинками, но с нашей помощью закончила с ним достаточно быстро. Дракон пролетел широкий круг, превращая часть особняка в ледяную скульптуру и орошая нас холодной стихией. Израненный и обессиленный Джеб с шумом приземлился где-то в лесу.

— Агеха, Химари, помогите с драконом. Остальные — за мной.

К хлыщу, пускающему огненные струи добавился скрывавшийся ранее парень. Похоже, он понял, что дела у его аякаси идут не важно. Дай какое-то время продержится против шаров света. После того, как Сидзука выдала когорту мощный ледяных конусов, я сблизился с блондином, прикрываясь от огня клинком. Ускорившись и напитав Хаганэ светом, я пронзил плоть противника несколькими мощными ударами. За время противостояния с магом света Дай успел уменьшиться до размеров обычного человека, что говорило о его почти полном истощении.

Не тратя время на пустые разговоры, я сблизился с мальчишкой. Вместо материального оружия он формировал из света щит и оранжевый клинок. Не забывая посылать в меня разрушительные шары. Интересные приемы, впрочем сила их была невелика. Пробив фантомы, я отправил парня в нокаут напитанным светом кулаком. Он еще ответит на мои вопросы.

— Моя лоли, закончи с типом, связанным цепями, Дай — займись цутигумо.

Агеха и Джеб выбыли на время из боя. Одна Химари пыталась достать дракона.

— Химари, брось меня на него.

— Юто?!

— Делай, что говорю!

— Да!

Дождавшись, пока дракон приблизится, бакэнэко стремительным рывком оттолкнулась со мной от земли, после чего снова резко дернула меня вперед, сама отлетая в противоположную сторону. Использовав иглы света, я прицепился за середину туловища. Извивающееся тело, похожее на змеиное, пыталось меня сбросить, но не тут то было. Бить Хаганэ и другой рукой держаться за чешуйчатого дракона, было неудобно, но я извернулся. Усатая рептилия испускала протяжный вой, а я продолжал наносить удар за ударом. Почти удалось перерезать туловище на две половины, как дракон пошел на снижение. Перед самой землей я отпрыгнул в сторону и ловко перекатился, слегка отбив плечо. Не пропали даром уроки небесного лотоса. Дракон пропахал борозду, пробил стену особняка и остановился внутри. Когда пыль осела, я увидел старика в человеческом облике. На его животе проступала чудовищная рана:

— Вижу, ты сильнее Лианга. Жаль, что не к тебе мы попали в услужение…

Ответить на незаданные мной вопросы старец не успел. Свечение жизни покинуло его тело.

Сидзуку задело гравитационным ударом от йети, но прежде чем тот снова смог атаковать, она изрешетила тело противника сосульками. Дай вырубил цутигумо одним ударом — настолько тот был слаб.

Сражение завершилось, и я осознал, насколько же я устал. На секунду присел на землю и осмотрел место бойни помутневшим взглядом. Ни одного уцелевшего места не наблюдалось. Особняка Амакава больше не существовало.

Глава 6

— Кайя! — вскрикнула Химари, разгребая завалы.

Черт! Я быстро поднялся и направился к девушке. Вдвоем мы споро расчистили участок, убрав балки и хлам. Девочка с двумя хвостиками, покрытая многочисленными кровавыми ранами, еле дышала. Я прижал хрупкое тельце к себе, усиливая излучение света. Так же как и в тот раз, когда вытаскивал Акиру из больницы.

— Юто! — из глаз Химари катились слезы.

— Она будет жить! Я обещаю!

Надеюсь, остальные успели спрятаться в подвале…

На дороге показался неспешно хромающий Джеб в человеческом обличье. Голый, разумеется — одежду он не умел создавать. Со множеством ран и синяков. Левую руку он бережно баюкал. Сидзука привела в чувство Агеху. Несмотря на то, что она израсходовала почти все силы, мизухэби занялась ранеными. Кроме нее и некому было. Решение, что делась с оглушенными противниками, я принял еще тогда, когда погибла Амамия. И никаких угрызений совести от своих мыслей не испытываю.

— Что вы тут за погром устроили, молодежь?! — услышал я ворчливый голос деда Муноти. Похоже, призрак вовремя успел спрятаться. — И чего расселись?! Вражина на подходе!

Уверенность в словах старика насторожила меня. Я аккуратно опустил тело Кайи на относительно ровный участок развалин, взял Хаганэ и направился осматривать окрестности.

— У кого еще есть силы — за мной!

Химари и Джеб пошли следом. Оба уставшие, но полные мрачной решимости. Засевшие в засаде противники не спешили нападать сами, но как только мы к ним приблизились, выскочили из кустов. При себе они имели какие-то скрывающие ауру амулеты, одеты в камуфляж, с масками на лицах, всего пятеро. Я узнал ауру одного из них. Ходжо. Решили поставить точку в нашем противостоянии? В нас полетело несколько гранат, но Химари споро отбила их в сторону фиолетовой волной. Дракон быстро перевоплотился в громадную рептилию, бакэнэко обнажила Ясуцуну. Застрекотала пара автоматов, явно с магическими снарядами. Как будто этого было мало, с другой стороны на нас бросилось еще пара умело скрывавшихся врагов, только на этот раз аякаси. Здоровая пятиметровая змея, плюющаяся кислотой и шустрая обезьяна, насылающая черные зловонные облака.

— (Ты! Убью!) — рыкнула Химари, узнав кого-то их нападавших, после чего резко бросилась вперед. Я не стал ее останавливать, присоединившись к резне.

Только один из Ходжо выходил на A ранг, остальные максимум B с плюсом. Но и мы также были почти без сил. Охотники теснили нас, забрасывая печатями, давя грубой силой, вынуждая защищаться от летящих пуль. Один из нападающих владел гелиомантией, посылал в нас узкий пучки концентрированного света на манер лазеров. Дракон перемолол змею и безуспешно гонялся за вертлявой обезьяной. Химари получила еще одну серьезную рану. Как любимая до сих вообще сражается — для меня загадка.

— Отходим, — скомандовал я, с трудом концентрируя свет.

Пускай наших потрепало, но количество может решить исход схватки. Перед отступлением я успел наподдать обезьяне, ускорившись до предела. Заскулив, аякаси исчезла в зарослях.

Вскоре, уже не скрываясь, пятеро охотников в камуфляже выступили вперед. Все наши, кто мог стоять, собрались возле развалин особняка.

— Закономерный итог, Амакава-кун. Ты не должен был появляться на свет.

— Гарудо-семпай? — узнал я голос. — Сам решил почтить меня своим присутствием, без доппеля? Какая честь.

— Добейте их! — бросил наследник Ходжо.

В этот момент появились новые действующие лица. Я бы совсем не удивился, окажись это новые враги, желающие стереть Амакава с лица земли. Но на этот раз ради разнообразия прибыли союзники. Выскочившие из автомобиля Шидо и Гинко сходу оценили диспозицию и атаковали. Зажатые с двух сторон члены клана Ходжо сопротивлялись еще долго. Химари пробила защиту одного, самого опытного, экзорциста с полуседыми волосами и разрезала тело на две равные половины. После этого я быстро уложил двоих, а Джеб тупо схватил пастью еще одного, когда его защитный барьер перегрузили. Не обращая внимания на громкий крик перемалываемого мощными челюстями, я двинулся на последнего противника.

— Я… я сдаюсь. Пощадите, — срывающимся голосом произнес Ходжо Гарудо.

Очень хотелось закончить начатое, избавиться от досадной помехи. Я глянул на Шидо. Охотник отрицательно покачал головой, и мне пришлось смириться:

— Шидо, займись им. У тебя телефон есть при себе?

— Да.

— Позвони Хитсуги и Кабураги, наши аппараты вышли из строя из-за магии. Гинко, ищи следы выживших. Остальные — помогайте расчищать обломки.

Я устало привалился рядом с Кайей, взяв девочку за руку.

Минут через двадцать, частично восстановив свет, я занялся пленниками. Высокая девушка-брюнетка в когда-то элегантном, теперь порванном, костюме, здоровый паучий цутигумо, не имевший, по-видимому, человеческого облика. И, конечно, пацан со способностями к свету. Бывшая банда Гуан-миня из Китая, как несложно было догадаться. Вступаться за них никто не станет, поэтому я в своем праве. Женщина-аякаси уже имела блок света, мне почти не стоило никаких усилий перенастроить ее на себя. Паук не фонил следами внушений, да и злобой от него не пахло. Но я решил подстраховаться, и внедрил новый блок, по аналогии с теми, что стояли на Химари и Кайе. А вот с мальчиком Лиангом пришлось повозиться. Его аура отторгала мой свет, угрохал прорву маны, прежде чем новое образование прижилось. Осознав, что он сам может снять с себя печать света, я внедрил дополнительное условие, запрещающее ему работать с магическими блоками.

Когда прибыли сотрудники четвертого отдела, я успел привести Лианга в чувство и частично допросить. Собрат по магии владел исключительно китайским. Если быть более точнее, то китайским матерным. Химари переводила с большим трудом. Когда подключились найденные в подвале наги, дело пошло быстрее. Лианг Ванхэй, тринадцать полных лет, сын проститутки, умершей при родах. Парень рано познакомился с оборотной стороной жизни. Со временем вышел на след Гуан-миня, чья штаб-квартира располагалась в том же городе, где работала его мать. С годами его способности росли и стали походить на силы Гуан-миня, как того описывали очевидцы. Выходить в люди охотник света не торопился, дожидаясь, пока его аура окрепнет. После гибели босса группировка триады продолжала действовать самостоятельно, и в один прекрасный день — примерно за месяц до моего шестнадцатилетия Лианг начал собирать членов банды. Сначала завербовал самого слабого, настроив блок света на себя. Постепенно подмял под себя всех е-кай триады и набрал новых. Скала, Стиляга, Стерва, Резиновый, Дракон. Вот только с ментальной магией у него были проблемы — аякаси, не имевшие ранее закладок, привязывались криво. Также вышла осечка с Шокером, лэй-гуном, духом молнии — он сумел сбежать, решив отомстить отпрыску поработителя. Несколько недель назад Ванхею пришло письмо от неизвестного адресата, где говорилось о том, что сын Гуан-миня заинтересовался его деятельностью, и предупреждалось о возможном нападении. Лианг решил нанести превентивный удар, переправившись в Японию.

Младший братик, значит. Мда уж. В другой ситуации мы бы могли стать друзьями, а наш свет, слегка отличный, идеально бы дополнял друг друга. Ванхея забрал четвертый отдел — я не препятствовал. Дал напоследок приказ вести себя прилично, но в случае агрессии со стороны не сидеть сложа руки. Цутигумо и Стерва — так звали брюнетку, остались с нами. Правовой статус аякаси в Японии на уровне животных, так что я их быстро отжал у Кабураги. Прибыл человек из Девятого клана. Якоин я доверял больше, чем правительственным работникам, поэтому потребовал проведения полноценного расследования под патронажем Девятых, надавив своим высоким клановым статусом.

Гарудо, полностью сломленный, ничего нового не поведал нам. Химари рассказала, что один из охотников принимал активное участие в убийстве моего деда, истощенного схваткой с сильным е-кай. Его же ауру бакэнэко почуяла на складе, когда мы сражались с четверкой экзорцистов. Похоже, Ходжо решили провернуть тот же прием, да несколько переоценили собственные силы.

Вскоре к особняку стали стягиваться разные союзные духи, вроде Тосигами с призраками, несколько особей нэкомата выразили свои соболезнования. Концентрация аякаси стала велика, и нам удалось обнаружить и захватить обезьяну, которая после сражения не убежала далеко.

— Что-нибудь скажешь? — спросил я у пленника.

— Ты ничего от меня не узнаешь, охотник!

— Нурарихен, нано. Больше некому, — вынесла вердикт Сидзука.

— Так я и думал. Можно было тебя допросить, но не вижу в этом необходимости. Передай своим покровителям, если ко мне еще раз кто-либо полезет, результат будет аналогичный. Отпустите его.

Ближе к ночи Дайдаработтчи похоронил погибших на небольшом кладбище рядом с поместьем. Здесь, например, находилась могила Семари и прочих членов клана. Амамия, Саса, Гунсо, Фокс и девять слабых земляных и водных духов. От хари-онна и иппон-датара не осталось тел. Как и многие магические создания после смерти они распадались без остатка. Каску сержанта нашли с огромной пробоиной, почти развалившей железку на две половинки. Присутствия духа больше не ощущалось. Кицунэ оставил после себя хвост и часть шкуры. Низших духов удалось определить только по эманациям, которые остаются после смерти е-кай.

Впервые я увидел, как Агеха, сильная и невозмутимая особа, дала волю чувствам. Хиноэнма тихо оплакивала своего друга, орошая землю слезами е-кай. Дай — не из тех, кому можно поручить деликатное дело. Поэтому я пихнул Кагецуки в сторону девушки. Журавль понял намек правильно, и стал утешать Агеху по мере своих способностей. Подруги из салона горевали по Амамии, поддерживая друг друга. Гнетущая атмосфера повлияла и на меня, заставив глаза обильно выделять влагу. Они были моими близкими друзьями и наставниками, вассалами Амакава. Я обязан был защитить их, но не смог. Хреновый из меня глава клана. Мне надо стать сильнее, найти больше могущественных бойцов. Благо один вариант давно есть на примете.

Перебираться в гостиницу не стали. Под временное пристанище как нельзя лучше подойдет неплохо защищенный приют. Полностью вымотавшись, я постелил футон в одном из кабинетов школы, забывшись беспокойным сном. Помещение не отапливалось, но чуть позже под бочок прилегла теплая Химари, стало вполне комфортно.

Следующую неделю мы не ходили в школу, посвятив время решению возникших проблем, а также наращивая боеспособность клана. В развалинах Шидо отыскал заготовки, над которыми работал Саса. Охотник обещал через некоторое время закончить с приютским артефактом. Оборудовали один из корпусов школы под жилые помещения, установили обогреватели. Хитсуги любезно предложила свою помощь в восстановлении жилища. Не то, чтобы для кланового бюджета это были большие траты, но я решил принять предложение Девятых. Есть у нас аякаси-умельцы, способные находить жучки даже сквозь сплошной бетон или металл. Так что по этому поводу не переживал. Хочется союзникам помочь нам — пускай. Уверен, что новый дом будет не хуже прежнего. Кайя приходила в себя и медленно набиралась сил под присмотром Акиры.

К середине недели привезли заказанный тсучимикадовский артефакт. Великий барьер — совсем недешевая штука. На дело пошли вшестером: я, Химари, Сидзука, Агеха, Джеб и Дайдаработтчи. Шидо с Гинко и несколькими монахами-добровольцами (не обошлось и без некоторого принуждения) следили за установкой барьера.

— Пей, — кивнул я хиноэнме, когда мы оказались заперты меж двух великих барьеров.

Агеха распечатала пакетик с кровью и неспешно насытилась, засверкав усилившейся аурой.

— Снимаем.

Строго следуя инструкции от Кагамимори, мы встали возле печатей-якорей по сторонам света, синхронно произнесли зубодробительное заклинание и разорвали внутренний великий барьер. Тут же на плечи надавила тяжесть сильной темной ауры пленницы.

— Глупцы! Вы поплатитесь за свою наглость!!! — прогремел усиленный голос.

Бой с Тамамо но Маэ вышел непростым. Вертлявая кицунэ не давала нам нападать сообща, наносила резкие точечные удары и отступала. А в один из моментов каким-то образом подловила Химари, вцепившись клыками ей в плечо. Аякаси-каннибал смогла восстановить часть потраченных сил, забрав их у Багрового клинка. Наверное, с час мы мотались по территории внутри барьера, сосредоточившись на недопущении повторении трюка с высасыванием сил. И нам это удалось. Тамамо постепенно сдавала позиции, перейдя к глухой обороне. Кончилось все тем, что оклемавшаяся Химари в отместку вцепилась клыками лисице в шею, будто настоящий вампир. Я уж и подзабыл, что бакэнэко, как и кицунэ, славятся умением поглощать своих врагов. После этого Тамамо уже не сопротивлялась — ее лицо вообще лишилось какого-либо осмысленного выражения. Воспользовавшись паузой, я быстро внедрил блок света. И сразу проверил состояние Химари. Бакэнэко было хреново — она получила магическое отравление. Аура кицунэ слишком темная и чуждая, Химари приходилось прикладывать чудовищные усилия, чтобы сдерживаться. По наитию, я помог ей своим светом, как и в тот раз, когда она сорвалась. Блок света, казалось еще больше сросся с кошачьей аурой. Вскоре кошке стало немного лучше, и мы поспешили покинуть территорию третьего клана, у которого «выкрали» аякаси.

Гинко сумела завербовать в клан двух молодых оками. В бою от них пользы было немного, но главное — из них вышли отличные следопыты и разведчики. Шаку и Гокито разговаривали на человеческом языке, но своего облика пока не имели. Думаю, что это только вопрос времени. Если аякаси прошел определенный порог силы и плотно работает с людьми, то рано или поздно принимает подходящий внешний вид.

Стерва пришлась как нельзя кстати, ее запрягли работать на посадках. Далеко не все магические растения принимали допинг в виде натурамантии, но все равно с ее помощью дело ускорилось. Цутигумо обработал некоторые помещения, изолировав лишние магические эманации. Банши так вообще стало не слышно, даже вплотную.

Лианг Ванхей, мой родной брат по отцовской линии, получил пожизненное, и его перевели в островную тюрьму Тосимо для магпреступников. Оперативно великие кланы согласовали и одобрили претензии Амакава. Думаю, они бы с радостью прибили под шумок нового носителя света, но пока решили поиграть по правилам.

Суд над Ходжо Гарудо должен идти еще некоторое время — его, в отличие от Лианга, нашлось, кому защищать.

Мое разочарование не знало границ. Тамамо но Маэ впала в детство, потеряв часть своих сил и став почти бесполезной. А ведь сколько средств вложено — тот же великий барьер стоит баснословных денег. Вот так хочешь получить великую кицунэ в клан, а выходит пшик.

В выходные Ноихару посетили мои друзья из Оммедзи Гакуэн, а также Хитсуги и Куэс. История получилась весьма известной. Битва с китайским аналогом клана Амакава, последующее противостояние с Ходжо, которые практически перестали существовать. Гости немного скрасили потускневшую атмосферу в клане. Непоседливый Ларен так искренне восхищался прирученными аякаси, что не развеселиться было невозможно. Хитсуги, как всегда, собирала информацию, бродя по приюту. Нехай расхаживает, союзник, как-никак. Куэс выразила мне слова сочувствия, но большую часть времени провела с Джебом.

В понедельник, в последних числах ноября, вернулись в школу. Жизнь идет своим чередом, несмотря на ее печальные страницы. И так уже отстали по программе. Тут еще и Седзо-сан «обрадовала». Куратору необходимо демонстрировать успехи своих подопечных, а лучшим способом для этого являлся школьный турнир, который стартует в начале декабря. Отказывать куратору я не стал. В любом случае тренировочные поединки с сильнейшими учениками Оммедзи Гакуэн будут мне полезны.

Маленькая девочка в традиционном кимоно с яркими золотистыми глазами и такого же цвета волосами болтала ногами, покачиваясь на высоком стуле.

— Простите за ожидание, вот твое мороженое! — с добродушной улыбкой подоспела Лизлет к своей постоянной клиентке.

— Ура-а-а! — искренне обрадовалась кицунэ, сразу принимаясь за лакомство.

Изначально в меню чайного кафе мороженое не значилось, но со временем, из-за визитов одного водного духа, пришлось расширить ассортимент. Лисьей аякаси, присоединившейся к Амакава недавно, очень нравилось холодное угощение. А Лизлет просто была рада, когда ее клиенты довольны. Пускай раньше Тамамо совершала ужасные поступки, сейчас накопленная за столетия злоба ушла, оставив после себя наивную маленькую девочку.

— Добро пожа… — звякнул колокольчик на входной двери. Дух чайной чашки осеклась, разглядев вошедшую. Даже в свернутом состоянии аура женщины подавляла. Лизлет страшно было представить, насколько же сильна на самом деле незнакомка. Блондинка бросила взгляд за прилавок. Судя по всему, Мурабито уже успел подать сигнал в приют. Пока что стоит проявить радушие:

— Прошу усаживайтесь, высокочтимая госпожа.

Роскошная рыжеволосая женщина в красивом лиловом кимоно обвела кафе безразличным взглядом, остановив его на поглощающей мороженое девочке.

— О! Ик. Я здесь присяду.

Резко по помещению распространился запах алкоголя, словно вошедшая была облита им с головы до ног. Проигнорировав указанный Лизлет столик, клиентка уселась напротив Тамамо, с увлечением поглощающей лакомство из вазочки.

— Добавки! — громко прокричала златовласка.

— Сию минуту. Что вам принести, госпожа? — нервно теребя подол, обратилась Эл Челси к духу.

— Приличного саке.

— Прошу прощения, госпожа, в нашем кафе не подают алкогольные напитки.

— Э-э? — удивленно посмотрела женщина. — Тогда мне того же, что и ей.

— Будет исполнено.

Дух чайной чашки быстро оформила заказ и принесла за столик. Рыжеволосая женщина откуда-то умудрилась достать здоровую бутылку саке и с удовольствием дегустировала напиток. Попутно выспрашивая что-то у мелкорослой соседки. Тамамо отвечала неохотно, словно ей не очень нравилась такая компания.

— Вот ваш заказ, госпожа.

Наконец показались знакомые лица — в кафе вошли Агеха, Дай и Айя. Пока глава клана вместе с Багровым клинком отсутствовал в школе, именно они разбирались с неожиданными посетителями.

— Кудзуноха, ты что здесь забыла?! — резко набросилась хиноэнма. Обстановка в кафе накалилась, повисло четко ощущаемое напряжение. Гостья уступать не собиралась, с насмешкой глядя на кровожадного духа воздуха. — Это ваши прихвостни на нас напали недавно?

— Ошибаешься, хиноэнма. Я не принадлежу старикашке. Мы просто… сотрудничаем.

— Что вам понадобилось от Тамамо, кицунэ-сан? — тихо поинтересовалась Айя.

— Простой дружеский визит. Когда-то мы были знакомы с крошкой Тама-тян. Удивительно, ее и не узнать теперь. Слышала, у Амакава в последнее время весело, вот и решила проветриться, и-ик, — легкомысленно заявила Кудзуноха, допивая очередную порцию саке.

— Пьяница, — бросила Агеха.

— Саке — всего лишь способ раскрыть сердца людские и духов. Познакомите меня с вашими друзьями, ик?

— Черта с два мы пустим тебя вынюхивать ради Нурарихена! — бросила Агеха запальчиво.

— Клянусь честью девятихвостой кицунэ, и-ик, все что я увижу у вас, не буду обращать вам во вред.

— Спрашивай разрешения у Амакава-сама, — дух конверта протянула телефон, который гостья чуть не выронила из рук, пьяно извинившись после.

Спустя примерно сутки, в простом деревянном домике в небольшом поселке на западном побережье Японии с донельзя странными жителями два не обделенных магической силой существа неспешно проводили время, обсуждая новости и смакуя лучшее саке.

— Значит, охотник посадил Тамамо на цепь, — проскрежетал старческий голос невзрачного дедка в потрепанном кимоно.

— Я думаю, что это пойдет ей на пользу, — высказала свое мнение красивая женщина с густой копной ярко-рыжих волос.

— Не мели чепухи. Не важно, что пойдет ей на пользу. Главное, что Амакава переступил через еще одну черту. Знаешь ли ты, что он не только привязал к себе аякаси, которые выжили в битве, но и человека, его родного брата, постигла та же участь?

— У них там довольно мило. Жаль только саке не подают.

— Мы должны остановить Амакава.

— О чем ты говоришь, старик? — нахмурилась кицунэ.

— Пока не стало слишком поздно.

— Эй, даже не думай ничего предпринимать.

— Недалекая! Ты безвылазно находилась в Японии и не видела, что творилось на материке, а я своими глазами наблюдал. Это была бойня. Мирно сосуществовавшие виды сходились в кровопролитных войнах. Отец шел на сына, друг против друга. И после Смуты разве мало наших выкосили экзорцисты?

— Он тут не причем.

— Он стал неуправляем. Не подчиняется правилам. Амакава должны исчезнуть окончательно.

— Ты не станешь этого делать, дед! — сузила глаза лисица.

Нурарихен покачал головой:

— Раз не хочешь помочь, так хотя бы не мешайся.

— Тупица! Ты возомнил, будто можешь решать за всех?

— Я забочусь об общем благе, Кудзуноха. Если бы ты не бегала от ответственности, то поняла бы меня.

— Упрямый баран! — возмущенная женщина покинула жилище, не забыв захватить с собой пару бутылок саке из личной коллекции главы Скрытой деревни.

Глава 7

Визит Кудзунохи в Ноихару ничего особенного с собой не привнес. По крайней мере, кицунэ по словам моих аякаси выглядела достаточно адекватной. Если, конечно, исключить крайнюю степень алкогольного опьянения. Скорее всего, она нам не враг, и, если развить дальнейшие отношения, то есть шанс перетянуть ее на свою сторону. Раз с одной великой кицунэ не вышло, так хоть с другой попробовать. Единственная сложность — Кудзуноха не любила сидеть на месте, кочуя по городам и селам в поисках приключений и достойной выпивки.

С Химари у нас все было глухо. Бакэнэко частично приняла мои слова о проклятье. Даже если шанс мизерный, подвергать близких опасности никто из нас не желал. А раз так, я решил форсировать наши отношения.

В пятницу мы с Химари ввалились в здание четвертого отдела Такамии. Нас встретили как Кабураги с Даитиро-сан, так и прочие высокопоставленные начальники. Я требовал дать Химари японское гражданство со всеми полагающимися правами. Напирал на то, что Багровый клинок много сделала для Японской империи. Навстречу мне никто идти не спешил. Мы долго спорили и даже немного поругались. Я решительно намеревался устроить бойкот четвертым, если не добьюсь желаемого. Позвонил самому Рюноске Токунагато VI, но император отверг мое прошение. Якобы это создаст опасный исторический прецедент.

Когда я сверлил недовольным взглядом подуставшего от словесных баталий Кабураги, Ди-ниджу выдал отрывок из песни:

— «Why you gotta be so rude

I'm gonna marry her anyway

Marry that girl

Marry her anyway»

— Так тебе нужно гражданство для бакэнэко для регистрации брака?! — обескураженно заметил Хьего-сан.

— Эм, да, я разве не упоминал?

— Вы уверены в своем выборе, Амакава-сан? — спросила Даитиро-сан.

— Разумеется.

Сотрудники четвертого отдела перевели взор на Химари. Тут меня будто молнией ударило. Я подпрыгнул на стуле и быстро метнулся к сидящей рядом девушке:

— Химари, сейчас, конечно, очень неподходящий момент, поэтому заранее прошу прощения. Ноихара Химари, согласна ли ты стать моей женой?

— Да! Конечно, Юто! — пискнула кошка, прыгая мне на шею.

— Гхем, весьма занимательно, но решения комиссии данный факт не изменит.

— Учитывая темпы компьютеризации страны, через десяток лет и чиха нельзя будет сделать без удостоверения личности. Как тогда прикажете работать лучшему охотнику клана? Да вы совсем совесть потеряли! Я — законопослушный гражданин, плачу налоги! Что мне, из страны выезжать, чтобы сочетаться браком?!

— Юто-кун, нам не понятно, почему ты так зациклен на церемонии бракосочетания. В конце концов многие пары живут и без этого, — заметил Кабураги.

Да уж, объясняй им теперь всю подноготную.

— Юто! Они не имеют права препятствовать выбору магии! — твердо заявила Химари, привлекая всеобщее внимание. Девушка достала захваченную с собой школьную тетрадь и принялась листать. — Сейчас… я записывала пояснения учительницы по истории магии. Вот! Указ императора Сетогава от тысяча шестьсот тридцать четвертого года «О благословленных парах». В нем довольно сложный старый слог. Если коротко, то указ обязует империю, кланы и любые иные структуры всячески содействовать тем, на кого пал «выбор магии». Указ действует по сей день, как мне сказала Айкава-сенсей.

— Что-то такое я слышала, — задумалась Сина-сан.

— Вау, Химари, ты — молодец! — похвалил я.

Жаль, конечно, что голову она включает только из-за еды или меня. Причем, кто на первом месте я не всегда уверен.

— Выбор магии, да? — произнес Кабураги. — Я помню со школы рассказ о причинах, заставивших страны мира принять аналогичные указы.

— И какие же?

— Одна известная пьеса. «Ромео и Джульетта». Она стала очень популярна среди обывателей. Хотя за основу взято вполне реальное противостояние сильных итальянских кланов.

Начался второй этап переговоров. Снова дошли до императора. На этот раз Рюноске согласился, что в качестве исключения аякаси может получить гражданство, но факт выбора магии должен пройти полноценную проверку. Подходящий артефакт имеется у клана Кагамимори, так что к обсуждению подключили Касури-доно по видеосвязи. Ух, как только я озвучил свою просьбу, показалось, что она на меня через монитор прыгнет. Как если бы кто-нибудь привел в церковь настоящего демона и попросил благословить. В ходе тяжелых обсуждений (я пригрозил привлечь к делу Хитсуги с ее накопленными материалами) мне разрешили приехать в Киемидзудера. Именно в храме Чистой воды находился нужный нам артефакт. Пока Касури не передумала, я назначил встречу на следующий день.

Утром субботы мы скромной компанией из Химари, Сидзуки, Айи, Генри и Кента-сан в роли водителя прибыли в Киото. Нас встретила настоящая делегация от третьего клана: Касури со своей младшей сестрой Хисузу и целая россыпь юных жриц мико. Артефакт на поверку оказался пресловутыми «камнями любви», меж которых я проходил в прошлое посещение храма. Теперь же, когда мы двинулись по проходу вместе с Химари, взявшись за руки, стоящие по бокам валуны засветились приглушенным белым светом. Судя по бурному обсуждению жриц, это являлось положительным знаком, и проверку мы прошли.

— Ты все еще не отказался от идеи сочетаться браком с е-кай? — вопросила Касури-доно.

— Нет.

— В таком случае у нас есть два варианта. Либо проводим церемонию в ближайшие дни, либо могут возникнуть проблемы с церковными сановниками. Я хоть и являюсь официальной главой клана, но проведение обрядов немного не в моей компетенции. Сейчас я могу использовать свою власть, чтобы помочь вам, но впоследствии это будет сделать сложнее.

— Сестра! — воскликнула Хисузу.

— Не хотелось бы доставлять проблем, — дипломатично заметил я.

— Скорее всего, меня лишат поста главы клана после такой выходки, — на губах девушки появилась грустная улыбка.

— Сестра!!! — как заведенная повторила Хисузу.

— Оу, тогда зачем тебе помогать нам?

— Я устала, — заявила Касури. — Я желаю снять с себя ответственность и… можно тебя на приватный разговор, Юто?

Мы отошли в укромный уголок подальше от других жриц.

— Не хотелось мне этого говорить при сестрах, поскольку мои слова могут посеять сомнения в правильности их выбора. Знаешь, когда я увидела вас, крепко сжимающих руки друг друга, то поняла, что больше не хочу блюсти чистоту. Ведь даже подержаться за руки для меня сейчас табу. Я хочу познать простые человеческие радости, почувствовать себя женщиной…

— Вот как, — протянул я. — В таком случае делай, как сочтешь нужным. Не думал я, что события так быстро будут развиваться.

— Хорошо, спасибо тебе, Юто. Я отправлюсь раздавать указания.

— Что от нас требуется?

— Ни о чем не переживай. Вечером к вам подойдут с примеркой свадебных кимоно. Не забудь пригласить гостей. Все-таки, это важное событие в твоей жизни.

— Ты права! Благодарю за помощь, — не преминул я согнуться в низком поклоне.

Тем временем молодой обаятельный парень, известный в этот период времени под именем Роберт, упрямо отбивался от фанаток, прикрываясь местными секьюрити. Мда, современные сферы досуга и скорость подачи информации могут вмиг вознести на Олимп славы. Всего какие-то пару сотен лет назад его бы даже в соседнем городе не узнали, а сейчас половина мира легко опознает на улицах. Смена имиджа и корректировка внешности помогает, но отдельные группы упертых почитателей узнают его сквозь любую личину. Пожалуй, стоит еще несколько лет поиграть роль человеческого актера, а потом уходить со сцены. Полностью сменить внешность, имя, место жительства.

Улучив момент, когда никто не смотрит, Роберт скрылся через окно в подсобке, буквально взлетев на крышу многоэтажного здания. Фанатки внизу некоторое время ожесточенно искали кумира, после чего стали расходиться. Стоит признать, что Александр Цепеш, как звали его на самом деле, отлично повеселился. Истинному вампиру играть вампира в человеческой кинокартине для обывателей было сверхзанимательно. Фильм Александру не особо нравился, но мысли о самом факте его участия всегда вызывали улыбку на бледном моложавом лице. Здесь, в США, в последние десятилетия политика по отношению к человекоподобным магическим созданиями вроде вампиров и оборотней существенно смягчилась. Служба по контролю за паранормальными явлениями ему даже сниматься официально разрешила, с некоторыми ограничениями, но все равно. На вампиров уже не идет открытая охота, что не может не радовать. Более не надо скрываться, опасаясь получить осиновый кол в сердце. Впрочем, современные методы войны с ценителями крови давно отошли от данного архаизма. Нет, кол в сердце — достаточно действенный метод. Но вообще мало кто может пережить подобное. Даже самый сильный и старый вампир современности, кем себя небезосновательно считал Роберт-Александр.

Может на восточное побережье податься или в Европу? Давненько Цепеш не навещал родную Румынию. Зазвонил мобильный телефон. Александр долго не брал трубку, полагая, что это опять звонит его агент. Однако высветившийся номер не был ему известен и принадлежал иностранному региону.

— Слушаю.

— Мистер Цепеш, полагаю? — прозвучало на английском.

— Кто это?

— Мое имя Нурарихен. Боюсь, у меня скверные новости. В Японии обнаружился потомок солнцеликого. И он уже начал действовать. Мистер Цепеш, могу ли я рассчитывать на вашу помощь?

От нахлынувших старых воспоминаний Александр чуть не смял трубку в руке, чудом удержавшись:

— Да, вы можете рассчитывать на меня, — с нескрываемой ненавистью в голосе ответил вампир.

Российская империя — не самое гостеприимное место для японского е-кай, даже уровня Нурарихена. Русский дух и земля слишком отличны от привычной ему тверди. Поэтому перемещения и «кража» пространства отнимают у великого аякаси немало сил. Да и расстояния для прыжков на порядок более значительные, нежели на родине. Но старый прохвост не унывал, надеясь, что его давний приятель не изменил своим привычкам. И точно. Во втором же посещенном подземном схроне почувствовался ни с чем не сравнимый привкус смерти. Умело скрываясь, аякаси сумел преодолеть внушительный барьер из нежити разных мастей и проник в центр подземной цитадели. В отличие от остальных частей катакомб, в помещении пахло цивилизацией. Об этом явственно напоминал большой телевизор с периодически мелькающими помехами. Единственный обитатель зала противно скрежетал зубами, следя за передачей по ящику. Именно так смеялся старый знакомый Нурарихена.

— (Кто здесь?) — спросил скелетон на русском языке, обернувшись.

Пустые глазницы, горящие зеленым огнем, настороженно обшаривали каждый уголок пещеры.

— (Это ты, старый маразматик?)

— К тебе не подобраться, — вздохнул Нурарихен, выходя на открытое пространство и переключаясь на японский.

— И это ты говоришь после того, как прошел сквозь всех моих миньонов? — архилич снова закаркал, изображая веселье.

— Все равно, обнаружение Косчей-сан как всегда на высоте.

— Тьфу, ты ведь неплохо говоришь (по-нашински). Сколько еще намереваешься коверкать мое имя? Дряхлый пень.

— Как твои дела, Косчей-сан? Не достают ли местные экзорцисты?

— По-разному бывает. Работал намедни с одним клиентом, перед которым надо было изобразить нашествие зомби. Так эта неблагодарная скотина пожаловалась Церкви, представляешь?! Мол, слишком реалистично получилось.

— Люди, что с них взять? — философски изрек аякаси страны восходящего солнца.

— Так зачем (пришкандыбал), кочерга ржавая? — спросил архилич, используя ядреную смесь двух языков.

— Выполз наследник солнцеликого.

— Разве не всех (желтомордых) додавили?

— В Японии живет одна семья экзорцистов, за которой я приглядывал. Урок, который преподали Акихико, они не усвоили. У людей короткая память.

— Так что, тебе тело некуда девать? — лязгнул стальными зубами скелет.

— Он слишком хорошо окопался, — недовольно признал Нурарихен. — Мы не должны допустить даже ничтожной вероятности провала. Я уже договорился с Цепеш-сан.

— О, серьезно. Смотрел недавно новый фильм с зубастиком в главной роли.

— И как?

— Уродец тот еще. Разве не ясно, что кожа, мышцы, волосы — все это только скрывает истинную красоту, — собеседник показательно провел рукой по гладкому черепу, на котором покоилась скромная золотая корона. — Кость — вот самая прекрасная вещь на свете! (Лады). Покажи, куда вести моих слуг? И чтобы были точные координаты, а не («две дюжины верст к северу, за высокой горой, у раздвоенного дуба»).

— И как ты будешь ориентироваться, Косчей-сан?

— А GPS на что? Двадцать первый век на дворе, а ты все в прошлом тысячелетии живешь. Кха-кха!

Айю отправили с важной миссией — раздачей приглашений на грядущее мероприятие. Остаток дня мы провели вдвоем с Химари, расхаживая по храмовому комплексу, рассматривая местные достопримечательности, дурачась и развлекаясь. Реакция встреченных монахов и жриц при визите бакэнэко была забавной. Хорошо хоть с нами послали сопровождающего, который улаживал мелкие недоразумения.

Вечером нас с невестой разлучили. Пошли достаточно скучные процедуры примерки кимоно и заучивание правил проведения свадебного ритуала. В общем, ничего сложного. Здесь, в Храме чистой воды располагались специальные комплексы для проведения свадебных церемоний для обычных людей. Нас же по не до конца ясной мне причине решили принимать во внутреннем павильоне, куда даже посетителей не допускают. Как сказал приставленный ко мне монах, здесь сочетались браком многие пары из императорских семей.

В Киото прибыли почти все вассалы клана — аякаси, главные управляющие Amakawa Co, друзья из прошлой школы, включая Ринко, которую я ранее обещал пригласить, одноклассники из Оммедзи Гакуэн, куратор Седзо-сан, мой официальный опекун Джингуджи Мерухи с дочерью, Гесуко, Масао и Хитсуги Якоин, а также глава клуба журналистики Минами Райхо. Последняя занялась документированием церемонии, запечатлевая свадьбу аж на две камеры и три навороченных фотоаппарата.

Только в полдень воскресенья, с началом церемонии, мне наконец показали невесту. В белом кимоно с ослепительно яркими волосами, уложенными в замысловатую прическу, и аметистовыми глазами, сияющими волшебным светом, Химари походила на ангела, спустившегося с небес. Подумаешь, ее аура заставляла чувствующих людей брезгливо морщиться и держаться подальше от аякаси. Для меня она являлась самым прекрасным, самым дорогим и близким существом на всем белом свете. Пышная церемония сочетала в себе синтоистские, буддийские и даже христианские элементы. Мы пили специально приготовленное саке, слушали помпезные речи служителей, проходили смену нарядов, давали клятвы верности друг другу. В дальнейшем Химари красовалась в кимоно цветочной раскраски, а под конец облачилась в белое свадебное платье европейского стиля.

Тайзо лил завистливые слезы. Ринко также плакала, причитая по-матерински, «как же вырос мой Юто». Для меня суматошный день пролетел за одно мгновение. Вот только брачную ночь устраивать не спешили. Сначала решили дождаться окончания всех бюрократических процедур, в результате которых Амакава Химари должна стать полноправной гражданкой Японии.

Школьный турнир второго триместра разделял старшеклассников на две группы. В первой находились ученики лучших классов: 3A, 3B, а также наш 2A, в другой — все остальные. Сильнейшим претендентам не было нужды участвовать в отборочных соревнованиях, что экономило немало времени.

Вышедшая из-под пера Минами газета на некоторое время снова сделала меня знаменитостью номер один. Не думаю, что теперь в школе остался хоть один ученик, не слышавший про экстравагантного главу Шестого великого клана, первым в современной истории Японии женившимся на аякаси.

Джингуджи Куэс не была из тех, кто меняет парней, как перчатки. Поэтому, оказавшись перед выбором, она растерялась. Попробовать сначала построить отношения с одним, а потом, если не получится, с другим? Нет, на подобное Сумеречная луна, воспитанная по строгим канонам, пойти не могла. По мнению Куэс мужчина должен быть один и на всю жизнь. И если ранее вбитые в голову догмы мешали представить одно наглое создание в роли своей пары, то после посещения красочной свадебной церемонии своего друга Юто с аякаси уверенность в своих убеждениях поколебалась.

— Мама, Джонатан мне… неинтересен.

— Я заметила, — снисходительно улыбнулась глава Двенадцатого клана. — Тогда, если не возражаешь, я сама займусь им.

Куэс шокировано уставилась на родительницу:

— Но Ритчер ведь младше тебя… на четырнадцать лет!

У Мерухи в раздражении задергался глаз:

— Дорогая, ты разве не знаешь, что упоминать о возрасте дамы — некрасиво?

— П-прости, мама. Но так нельзя. Он еще слишком молод… Это нечестно использовать благодарность Джонатана, если ты к нему ничего не испытываешь.

— С чего ты так решила, доченька? Во-первых, Ритчер-кун уже совершеннолетний как по клановым, так и по обычным законам. Во-вторых, мне всегда нравились парни моложе меня.

— Но он ведь ради меня сюда приехал…

— Ты считаешь меня недостаточно привлекательной? — выгнула бровь Мерухи. — Не стоит переживать, я быстро выбью из него эту навязчивую влюбленность. Или даже перекину на себя. Не думаю, что это будет сложно. Как бы то ни было, когда ты уже познакомишь меня со своим избранником?

— Ну-у…

— Вы встретились в Оммедзи Гакуэн? Он клановый?

— Можно и так сказать…

— Зная тебя, он должен быть весьма силен и обаятелен.

— Верно…

— Ну?

— У нас пока ничего не было… Мы даже на свидание не ходили…

— Не томи. Имя!

— Джеб, — тихо произнесла Куэс.

— Иностранец? — для проформы спросила Мерухи, хотя до нее уже дошла истина. Конечно, глава клана интересовалась успехами Шестых и не могла не слышать про историю с драконом классическим.

— М-м, из Великобритании… — обреченно ответила девушка.

— Ками, за что мне это наказание?! Ладно, пусть бы он был не из благородного рода, но ты могла хотя бы выбрать человека?!

— Прости… — покаялась Куэс, но тут же резко набросилась на мать. — Но почему ты мне не сказала, что в нас течет драконья кровь?! Он так похож на нас по духу. Разве могла я остаться равнодушной?!

Женщина удивленно распахнула глаза:

— Дочь, я бы не стала скрывать от тебя такие подробности. Учитывая, что драконов в мире ни одного не осталось, откуда мне было знать правду?

Наш первый раз прошел в достаточно экзотическом месте — беседке возле школьного пруда. Демон его знает, как так получилось. Это было действительно божественно, как и говорил Шидо. К моему неудовольствию моих человеческих сил не хватило, чтобы утолить аппетиты Химари. Пришлось применять магию. Будь она обычной девушкой, то я бы немного расстроился, а так использование света мной не считалось за нечестный прием.

Чтоб мне на месте провалиться! Нас никто не потревожил, даже Сидзука! Учитывая, что мы находились рядом с водой, вполне возможно, что она могла нас видеть. Я благодарен, что водный дух дала нам побыть вдвоем. И с этого дня Сидзука прекратила ночевать в моей постели. Похоже, я сумел выполнить один из главных Квестов в новом мире. Удивительно, как далеко мне пришлось зайти и сколько преград преодолеть, только чтобы добиться любимой девушки.

Школьный турнир начался для меня с этапа в одну тридцать вторую, то есть всего предстоит шесть поединков при наиболее благоприятном раскладе. Допустили шестьдесят четыре участника, две трети которых представлялось нашими старшими классами, остальные — прошли строгий отсев, сражаясь между собой. Первый мой противник попался слабенький. По-моему, он учился еще в средней школе, но ранг дал ему право подать заявку на турнир старшеклассников. От его водных шаров и печатей я легко уворачивался, используя ускорение света. Вообще, большинству экзорцистов школы было достаточно данного моего умения.

Со следующим противником фортуна улыбнулась мне, дав право прилюдно поквитаться с «непобедимым» Нагато Юджихиро. Непобедимым он значился только по школьным дуэлям, умело или вовремя подбирая себе соперников по своему уровню. В финалы турниров попадал редко. Похоже, он считал, что легко справится со мной, ожидая низкий уровень сил. С удовольствием преподнес ему сюрприз, выбив дух при первой же атаке. Вернувшийся после застоя свет радовал меня повысившимся контролем и увеличившимся резервом.

Схватки проходили раз в два дня, чтобы участники успевали восстановиться. Тринадцатого декабря я столкнулся в полуфинале с Мариной Романовой. Трибуны были полны зрителей. До футбольных стадионов далеко — магический мир не мог похвастаться многочисленностью, но некоторые кланы почтили турнир своим присутствием. Все-таки мне хватило резерва, чтобы пробиться через растительную защиту Марины. Ранее я провел несколько тренировочных поединков со Стервой, имевшей схожие силы, так что к бою неплохо подготовился.

В промежутках я смог освоить на примитивном уровне огонь. С помощью новой стихии определяющие печати были доработаны и протестированы на соклановцах. Худший показатель был у Стервы, далее шли Пудж и Химари. Венчали же своеобразный рейтинг Тамамо, как ни странно, и Лизлет — прямо образцы добродетелей среди аякаси. Данные печати мы стали распространять на бесплатной основе всем желающим. Расходились неплохо, я не успевал восполнять запасы. Конечно, не все смирились с нашим клубом, та же Чистота, к примеру, но нашлись среди учеников адекватные личности, которые не делили мир на добро и зло, не оставляя ничего между.

Финал состоялся шестнадцатого числа. Нам дали немного отдохнуть перед решающей битвой. И вот я снова стою на утоптанной земле полигона, глядя в лицо оппоненту. Этого следовало ожидать. Как говорится, что посеешь, то и пожнешь. Из-под серого каре волос на меня упрямо смотрели хорошо знакомые серьезные глаза, говорившие, что никакого спуска мне не будет. На сей раз полигон был забит почти до отказа, в ложе для важных гостей присутствовал сам император. Я выложился полностью в поединке, выжал себя досуха. За небольшой промежуток времени успел возненавидеть электричество и все его проявления, что естественные, что искусственные, так и магические. Долбанные шаровые молнии даже проносясь мимо сковывали члены гадкими разрядами. В конце концов мне пришлось признать поражение, а Кавахару Миина принимала заслуженные поздравления и возвращала себе кубок школы до следующего триместра.

После того, как завершилось закрытие турнира, Миина сама подошла ко мне с разговором:

— Юто, скажи, ты принимаешь в клан только аякаси?

— Нет! Просто желающих работать с ними бок-о-бок не слишком много.

— Ну, я уже достаточно привыкла к ним по клубу, да и готовим вместе с Сидзукой-сан. Тебе ведь нужны сильные экзорцисты?

— Разумеется!

— Только не подумай, что я делаю это из-за особенностей магии, или каких-то личных чувств.

— И в мыслях не было. Могу я рассчитывать на то, что из предложений кланов после выпуска ты предпочтешь Амакава?

— Да, — скромно ответила Кавахару.

Отлично! Жизнь-то налаживается. Жаль, что ей еще несколько месяцев предстоит учиться. S-ранг, который ей наверняка присвоят по окончании школы, нам в клане очень пригодится уже сейчас. По традиции, финальный ранг присваивался по результатам турнира. Победитель получал высший титул, иногда также присуждали S ранг и занявшему второе место. Прошедших в четверть- и полуфинал ассоциировали с A рангом. И так далее. Существовали и исключения, конечно. Сильный претендент вполне мог выбыть на начальном этапе, встретившись со мной или Кавахару. Так что уровень оценивали по множеству критериев.

Глава 8

На этих же выходных меня ждало феноменальное известие, затмившее по своей значимости все прочие новости.

— (Юто, я беременна), — задумчиво заявила мне Химари.

До меня не сразу дошел смысл сказанного:

— (Ты не шутишь?! Откуда тебе это известно?)

— (Мы, аякаси, лучше понимаем собственное тело. Ты не рад?)

— (Конечно я безумно рад, любимая!) — поспешил я ответить. Что-что, а некоторые вещи не меняются, будь Она человеческой девушкой или сверхъестественным аякаси.

Я обнял Химари, нежно приложив руку к еще идеально плоскому животику.

— (Кто будет, ты знаешь? Мальчик или девочка?)

— (Мальчик и девочка), — уверенно высказала бакэнэко.

— (Двойня! Здорово!)

— (Нет, не двойня), — покачала головой девушка.

— (М-м, тройня?) — осторожно предположил я.

Химари снова отрицательно покачала головой, ответив с мягкой улыбкой:

— (Я чувствую шестерых).

— (СКОЛЬКО?!)

Жена задумалась, поглаживая свой живот:

— (Нет, на семерых не похоже. Но точно больше пяти.)

— (Но как?!)

— (Ты уже забыл, кто я?)

— (Я помню… Но все равно в голове не укладывается…)

— (Ты не рад?)

— (Конечно рад! Только немного боюсь, справимся ли мы?)

— (Юто, ты со всем справишься. Я верю в тебя!)

— (Спасибо. Думаю, из тебя выйдет замечательная мама.)

Две тысячи десятый год подходил к своему завершению. Клан вовсю готовился к рождеству. Несмотря на отличия во взглядах, праздновать любили все — что люди, так и аякаси. Приют украсили гирлянды и бумажные фонарики. Местные ноихарцы безвозмездно помогали — у нас ведь ничего не осталось после уничтожения особняка. Стерва вырастила во дворе здоровую ель, которую наряжали совместными усилиями. Наконец-то каникулы, можно хоть три-четыре денька выкроить на ничегонеделанье, сбежав от клановых забот. Сходить куда-нибудь с женой. А то медового месяца у нас так и не было. Триместр закончили неплохо. Возможно, до осени сможем нагнать школьную программу, и уже с сентября посещать положенные по году обучения занятия.

Утро двадцать пятого декабря вышло прохладным и пасмурным. За окном Агеха носилась по воздуху вокруг елки с Тамамо в руках. На удивление хиноэнма довольно быстро сблизилась с кицунэ. Возможно, в ней она нашла замену Саса. Хотя психолог из меня так себе. За время нашего пребывания в приюте, помещения школы обзавелись многочисленными удобствами. Поцеловав не желающую покидать нагретую постель Химари, я направился в душ, насвистывая простенький мотивчик. Все еще до конца не могу поверить, что скоро стану отцом. Да еще и отцом шестерняшек. Но определенно я ни о чем не жалею.

Сначала из воды, в нескольких десятках метров от светлой песчаной полоски побережья, появилась лысая головешка передового дозорного. Не увидев ничего подозрительного, боец передал остальным разрешение выдвигаться. И вскоре из пучины морской начали показываться мерзкие твари, грубо нарушающие сам естественный порядок вещей. Умертвия, скелеты, личи, зомби и костяные гончие. Только затем вынесли предводителя. Как и положено важной персоне, архилич передвигался в палантине из костей, который несли с десяток низших скелетов.

Кощей посмотрел в сторону пляжа: поодаль рядом с берегом на волнах покачивался старинный парусный корабль с продырявленной обшивкой и рваными черными парусами.

— Похоже, мы — последние, — пробормотала нежить на русском.

Архилич достал из непромокаемого мешочка навигатор, и принялся сверяться со следующей точкой маршрута.

— Двигаемся в ту сторону! — властно махнул монстр костлявой рукой.

Подданные радостно закричали и двинулись в путь.

— Людишек не трогать, не затем пришли. Ясно вам?

Послышалось роптание воинства.

— В порошок сотру! — рявкнул король. Больше недовольство никто не выказывал.

— Эй, Зарядка, подь сюды. Займись навигатором.

К предводителю приблизился лич, владеющий молниевой стихией на слабом уровне. Фактически в бою тот был бесполезен, однако главная особенность нежити была в умении подзаряжать почти любую технику. Что делало его крайне ценным слугой в дальнем походе.

Легкое праздничное настроение оказалось безнадежно испорчено моими волчьими разведчиками. В лесу неподалеку Ноихары стали собираться аякаси. Близко оками не приближались, поэтому не смогли оценить степень угрозы. Только я собирался связаться с союзниками, как мой телефон зазвонил, высветив имя Хитсуги:

— Юто! На тюрьму Тосимо напали е-кай. Несколько умибозу и Ящер.

— Вот дерьмо! У нас тут тоже намечается заварушка. Не отказался бы от помощи.

— Юто, это кайдзю! Совсем недалеко от Токио. Если он нападет, жертвы будут исчисляться сотнями тысяч. Ку-хи-и… Подожди секунду…

Якоин отвлеклась на некоторое время, после чего заявилась с совсем недобрыми новостями:

— В такамийской бухте замечен кайдзю. По всей вероятности, Кракен.

— (Срань господня!) — выругался я на великом и могучем.

— Четвертый отдел будут перебрасывать к портовой зоне…

По второй линии последовал входящий звонок от Кабураги.

— Я понял.

— Мне надо идти собирать народ. Прости.

— Удачи, — скупо высказал я.

— Тебе тоже. Постарайся не умереть, Юто.

— Постараюсь.

Я переключился:

— Хьего-сан, я уже в курсе Кракена.

— Хорошо. Когда сможешь прибыть в Такамию? Ситуация очень серьезная, — напряженным тоном сказал начальник из четвертого отдела.

Внезапно пазл сложился. Настолько легко и просто, что я не удержался от немного безумного хихиканья:

— А мы никуда не пойдем. И Кракен нападать не будет.

— Откуда такая уверенность?!

— У Ноихары собираются аякаси. Скорее всего, по мою душу. Кайдзю — всего лишь отвлекающий маневр.

Некоторое время Кабураги переваривал информацию.

— Я могу послать пару команд, — неуверенно начал мужчина.

— Не стоит. От ваших B и C рангов толку будет мало. Давай так. У тебя ведь есть амулеты света? На случай, если телефонная связь пропадет?

— Да.

— В приюте я могу обороняться достаточно долго. Сначала посмотрим, кто к нам пожаловал. Если что, я вызову подмогу.

— Понял тебя. Будь осторожен, Юто-кун.

— Обязательно.

Печально, что школа, в отличие от особняка, стоит в достаточно населенном районе. Так что возможны случайные жертвы среди мирного населения. Бежать? Некуда уже бежать. Вернее, с помощью Генри я мог бы оказаться хоть на другой точке планеты, но так я никогда не поступлю. Просто не могу бросить доверившихся мне аякаси. Может Химари отослать подальше? Нет, тогда супруга меня и из-под земли достанет.

Некоторое время я дежурил на крыше приюта, с беспокойством осматривая окрестности.

— Братик Юто, к нам пожаловали гости, — возник рядом Акира. — Возле центрального входа.

— Иду.

Химари присоединилась ко мне, пока я спускался на первый этаж. Неподалеку от главных ворот нашего магического барьера скромно ждали две фигуры. В одной я узнал по описанию Кудзуноху. С такой прической и бутылкой саке мало кто будет расхаживать по улицам. Второй…

— (Ты! Прибью!) — взревела Химари, доставая катану.

— Тихо. Я буду говорить.

— Хорошо… дорогой. Но как порядочный муж, ты должен начистить ему морду.

— Да-да. Я с ним разберусь, но не сейчас. Сама должна понимать.

— Пф-ф.

Я подошел к границе барьера:

— Что вас сюда привело, уважаемые?

— Я против того, что задумал старикашка, — произнесла Кудзуноха.

— Что же он задумал?

— Сам можешь догадаться.

— И чего же ты хочешь, кицунэ?

— Помочь.

— Хорошо, — быстро согласился я. — Но внутрь тебя не пущу.

— Пусть так. Просто знай, что я на вашей стороне.

— Ну а ты зачем приперся? — уже менее дружелюбно спросил я.

— Таков мой долг, как верного подданного Химари-сама, — спокойно и уверенно произнес Чешир со своей извечной легкой полуулыбкой.

— Что ты несешь?! — взбрыкнула бакэнэко.

— Тише, милая. Тебе вредно волноваться. Гхем, так вот. Что ты несешь?!

— Вы могли расценить мое прошлое поведение превратно, но я действовал исключительно во благо великой и несравненной Химари-сама. Не прийти в трудный час я не мог. Иначе она мне не простит.

— Кто?

— Химари-ками-сама.

— На солнце перегрелся?

— Моя прабабушка в детстве рассказывала восхитительные истории, — принялся вещать гость вдохновенным тоном. — Она была из почитаемой королевской породы сфинксов и прожила долгую и насыщенную жизнь. Пра влюбилась в египетского фараона, и их чувства были взаимны. Фараоны Нила издавна питали слабость к кошкам. Однако человеческий век короток. После смерти фараона прабабушка не выдержала горя и развоплотилась. Из того, что осталось от нее, родилась новая богиня. Ее звали Баст.

— Занятная история, — произнес я, оставшись под некоторым впечатлением от рассказа. Чешир на удивление говорил вполне внятно, без всяких иносказаний, что еще больше подогревало любопытство. — Причем здесь Химари? Уж не думаешь ли ты, что она тоже…

— Я не ведаю всех истин в мире. Но знаю, что это вполне возможно. Именно поэтому я приложил все свои силы, чтобы направить Химари-сама на светлую сторону. Совсем не горю желанием получить в покровителях темное божество. Сейчас я обязан быть рядом с Химари-сама, иначе в следующей жизни она мне точно не простит, — поежился Чешир.

— Что ты со мной сделал, полосатый? — спросила Химари.

— А, это? После моего правления многие властители Подмирья обиделись на меня по непонятной причине. Начали искать способы борьбы. Червонная Дама придумала усыпляющий кошачий газ. Черная Королева изобрела зелье кошачьего приворота.

— Ты напоил меня зельем, чертов прохвост!

— Все ради вашего блага, Химари-сама.

— Еще подобные фокусы будут?

— Моя роль в спектакле окончена. Думается, что лишь ты сможешь помочь ей, охотник света.

— Что ты имеешь в виду?

— Кто знает.

— Извинись перед Химари, — потребовал я.

— Нижайше прошу прощения, Химари-сама, — склонился Чешир.

— Хорошо. Твоя помощь нам пригодится. Но не приближайся ко мне или Химари ближе, чем на пять метров. Понял?

— Да. Пять метров, так пять метров, — улыбнулся котяра.

Не нравится он мне, но выбора особого нет. Количество аякаси в Скрытой деревне мне известно приблизительно. Наиболее серьезные противники — это сам Нурарихен и великан Лидара-локти. Радует, что хотя бы Кудзуноха решила остаться в стороне.

Потянулись томительные минуты ожидания. Разведчиков-оками заметили несколько бакэнэко, что находились в составе воинства. Еле смогли унести лапы. Скверно. Если дедок смог заручиться поддержкой злобных кошачьих аякаси, дела наши не ахти.

Вскоре я увидел великана. Огромная ста пятидесятиметровая туша аморфного вида уверенно шагала по направлению к приюту. Какого-то человеческого обличка тварь не имела. Больше походила на гигантскую фиолетовую амебу. Мда, стирателям работки прибавится — не заметить Лидара-локти невозможно. Кажется, что даже из Такамии будет его видно. Надеюсь, что хотя бы дома и сами жители не пострадают.

Между относительно небольшим лесистым участком и приютом располагались теплицы, а также просторное поле. Все-таки школа была с уклоном в агрономию. Именно у поля начало собираться потустороннее воинство. Заметил несколько темных аур бакэнэко, а также с десяток тануки. Е-кай все прибывали и прибывали. Десятками и даже сотнями. Казалось, им конца и края не видно. Я не поверил своим глазам. Нурарихен притащил откуда-то целую прорву нежити разнообразного калибра. Впрочем, нет, у них имелся свой предводитель с золотой короной на черепушке. Запросил помощь со стороны? Через некоторое время из леса выскочил с десяток людей со светлой кожей, за ними по пятам следовали заросшие шерстью оборотни. Я примерно узнал ауру первых. Какого лешего тут вампиры забыли?!

Расстояние и защитный барьер искажали взор, но высших здесь было немало. Я четко осознал, что нам придется худо. Некоторое время мы продержимся под защитой приюта, но рано или поздно они проломят оборону. Нас спасет только чудо. Какого хера?! Почему они все ко мне приперлись?! Я ведь стараюсь именно ради них! Изо всех сил! И что получаю взамен? Армию защищаемых мной аякаси на пороге своего дома! Ксо!

Через несколько минут от сборной армии отделилось трое: Нурарихен, бледнокожий молодой мужчина и скелет с короной. Я поднапряг свою память и вспомнил — Кощей Бессмертный, великий архилич. Иностранные аякаси на монстрологии мы проходили мельком, но уж такие значимые фигуры упоминались достаточно подробно. По-видимому, решили устроить переговоры. Что ж, поговорим.

Я вышел навстречу парламентерам, за мной по пятам следовали Химари, Сидзука и Айя. Остановившись недалеко от сверкающей пленки защитного барьера, принялся разглядывать визитеров. Сморщенный старичок противно ухмылялся, строя из себя безобидного духа. Лощеный вампир смутно напоминал мне какого-то актера, хотя сомневаюсь, что древнему существу было бы интересно сниматься в кинофильмах. Скелетон выглядел веселым и воодушевленным, несмотря на отсутствие всякой мимики на лице. Только металлическими зубами клацал, да бренчал трущимися костями.

— Наследник Солнцеликого, мы пришли, чтобы остановить тебя, — степенно произнес Нурарихен на английском. По-видимому, чтобы его союзникам был понятен разговор. — Позволь представить моих коллег: мистер Александр Цепеш и мистер Бессмертный Косчей.

— Я с вами не ссорился, — буркнул я.

— Ты порабощаешь духов, как и твой ублюдочный предок! — со злобой плюнул вампир.

— Я не Синити и не Акихико! Не собираюсь идти по их стопам!

— Это еще кто такие? — вопросил скелетон. — Мы говорил о Солнцеликом, Великом хане степей, Хенген-хане, Подчинителе тысячи духов, Правителе половины мира, Величайшем убийце всех времен, Зачинателе Смуты, Наместнике бога Ра на Земле, Властителе срединных земель от Желтого моря до Альпийский гор и еще сотне подобных прозвищ. Вы, людишки, с вашей короткой жизнью уже забыли, мы же все отлично помним. Полвека раздора и Смуты, непрекращающиеся войны и набеги орд. Особенно Хенген-хан любил подчинить себе часть духов и стравить со своими сородичами.

— Мразь, — прошипел Цепеш. — Из-за такого как ты, та, кого я любил больше всего на свете, пошла против нас. Стала нападать на наших детей. Именно мне, своими собственными руками, пришлось оборвать жизнь Софии. Думаешь, я забыл, Солнцеликий?! Я прекрасно помню ее кровь на своих руках. Даже при смерти она не оставляла попыток дотянуться до моего горла. Я пытался вырвать твое светлое клеймо, но это привело лишь к ее смерти. Ты лишаешь воли людей и духов. И должен заплатить за свои прегрешения.

— Кого я поработил?! Тамамо но Маэ? Так она до этого была злобной тварью!

— Ты должен был ее убить, Наместник, а не превращать в раба. Участь для долгоживущего духа стократ хуже смерти, — покачал головой Нурарихен. — У тебя есть выбор, охотник света. Выходи один, и мы не тронем твой клан. Не выйдешь, и мы уничтожим всех до единого.

— Вы не получите милорда! — отрывисто бросила Химари. — Мы будем сражаться до последнего, как того требует честь великого рода Амакава!

— Юто, идем. Не слушай их, — Сидзука взяла меня под руку и настойчиво потянула обратно к приюту. Я был слишком загружен свалившейся информацией, поэтому беспрекословно подчинился и пошел следом. Выходит, из-за мага света, моего далекого предка, и началась война людей против аякаси?

По территории приюта разнесся утробный звук, словно ударили в многотонный колокол. Выглянув в окно, я увидел, что фиолетовый великан с упоением лупит по нашему защитному барьеру. На меня накатила странная апатия. Приемлемого выхода из сложившейся ситуации не находилось. Тут бы пригодилась большая тройка великих кланов экзорцистов, но чего нет, того нет. Да и сомневаюсь, что Тсучимикадо отправят мне на помощь хоть одного охотника. Я с холодным любопытством отслеживал уменьшающийся уровень энергии в накопителе под раздающиеся монотонные глухие удары. Подчиненные спорили, предлагая свои идеи, одна безумнее другой. Забраться на плечи Даю и сбежать. Земляной дух слишком медленный. Заманить в здание и подорвать накопитель. Вряд ли они полезут внутрь. С их силой им проще разнести приют по камешку.

Накопитель продержался достаточно долго. Но в итоге заряд подошел к концу, а значит пора принимать решение. Хм, ведь я успел оставить частичку после себя в этом мире. Так что и Амакава с моей смертью не исчезнут. Наверное, судьба такая у Шестых. Страшно. Ну да ладно. Лишние полгода жизни мне очень понравились. Конечно, не все дела успел закончить, но и так неплохо.

— Айя, назначаю тебя главной, пока меня не будет.

— Да, Амакава-сама, — отозвалась дух конверта.

— Ты и так в курсе всех дел, так что не буду загружать лишними требованиями. Следи за процветанием клана и приумножай богатства, не давай е-кай разгуляться на наших землях.

— Будет исполнено, Амакава-сама.

— Юто, что ты… — начала Сидзука, но я перебил.

— Химари, — я подошел и крепко поцеловал немного растерянную девушку. — Позаботься о детях.

— Народ! — обвел я собравшихся твердым взглядом. — Слушайте мой последний приказ. Я выйду наружу, а вы будете продолжать обороняться. Заполучив меня, они должны оставить клан в покое.

Послышался многоголосый гомон. Аякаси перебивали друг друга, намекая, что моя идея — не самая лучшая, мягко говоря.

— Цыц! Пока я глава клана — вы обязаны меня слушаться. Не разочаруйте меня!

Пока аякаси примолкли, я решительно направился к выходу. Великан все также продолжал колотить о купол барьера, который уже начал периодически мерцать из-за недостатка питания.

— Похоже, ты решил внять гласу рассудка, охотник, — заметил Нурарихен.

Может попытаться напоследок хотя бы его забрать с собой? По-видимому, дед что-то увидел в моих глазах и предпочел немного отступить к союзникам. Тем временем я почувствовал приближающиеся сзади ауры. Мда. Мои слова как об стену горох. Рядом со мной встали все аякаси клана. Акира и все еще слабая Кайя, Чешир, Тамамо, наги с работницами салона красоты, даже Пудж с Элис и Лизлет с Мурабито подошли. Разве что Саки, духа стиральной машинки, и Ди-ниджу, аякаси плеера, по понятным причинам видно не было.

— Шидо, а ты что ту делаешь? — увидел я курящего охотника.

Тот пожал плечами и ответил просто:

— Гинко здесь, поэтому и я здесь.

— Юто-сама, мы пор-рвем их на клочки! — прорычала серая волчица.

Агеха хлебнула моей крови из неприкосновенных запасов, придавая себе дополнительных сил. Дайдаработтчи начал увеличиваться в размерах, принимая свою боевую форму.

— Мы с тобой, Юто, и это не обсуждается, — встала рядом со мной собранная Химари.

— Нано, — подтверждающе добавила Сидзука.

Вот тебе и глава клана, чьи решения собственные подчиненные ни во что не ставят. Хотя я был безумно рад, что они пошли со мной. Снова обведя взглядом воинство напротив, пришел к тем же неутешительным выводам. По высшим мы проигрываем раза в три. По великим… если Кудзаноха вступится за нас, то шанс есть. Сейчас кицунэ находилась в стороне от обеих групп, внимательно наблюдая за происходящим. Возможно, каким-то чудом, нам удастся одержать верх, вот только очень многие из наших погибнут. Чего я допустить никак не могу.

Увидев движение, я взглянул наверх. Хмурые тучи исторгли первый в этом году снег. Настоящее белое Рождество. Маленькие крупинки снега неспешно планировали вниз, оседая на одежде и коже, превращаясь в крошечные капельки влаги. Как же так все повернулось?

— Я ведь не злодей… I am not a bad guy. Похоже, что магия света проклята, — произнес я громко. — Какая ирония, один из самых темных властителей был носителем магии света. Жаль, я не могу отказаться от той ее части, которая отвечает за подчинение. В этом ведь проблема, да?

Предводители аякаси мне не ответили. Великан жахнул по барьеру в последний раз, и, дважды мигнув напоследок, защита отключилась.

— Что ж, в таком случае подавитесь чертовой магией!!! — крикнул я.

Сложно описать то, что я попытался сделать. Совсем не был уверен в том, возможно ли это в принципе. Свет был разлит по всему телу, в каждой его клеточке. Но как только я потянулся к нему, нечто невидимое мягко вторглось в мой разум. Это было не похоже на действия врага, поэтому препятствовать не стал.

Когда я открыл глаза, яркий солнечный свет бил мне в лицо. На мне была простая футболка и штаны, но холода не ощущалось. Также, как и тепла. Я легко поднялся. Вокруг, сколько видели глаза, простирался бесконечный желтый ковер. Я схватил один из колосьев. Рожь. Целое море ржи. Я неспешно побрел вперед, касаясь ладонями мягких стебельков. Тот, кто призвал меня сюда, не заставил долго ждать. Почуяв чужое присутствие, я обернулся.

Передо мной стояла высокая женщина в просторных ритуальных одеяниях. Черные волосы убраны в идеально ровную прическу и частично скрыты под громоздким украшением. Белое лицо словно маска: неживые глаза без всякого выражения взирали мимо меня. Веяло от нее чем-то чуждым, но в то же время родным. Странное ощущение. Наверное, это и есть знаменитая хозяйка небесных полей Такамагахара.

— Я умер?

— Я позвала тебя, чтобы поговорить, сын Ра.

Губы женщины даже не двигались при разговоре. Звуки словно доносились отовсюду.

— Тогда, вы поможете мне?

— Я не вмешиваюсь в дела людей. Ты желаешь избавиться от дара, — утвердительно произнесла богиня.

— Правильно ли я поступаю?

— Мне неведом ответ на твой вопрос. Я лишь могу направлять, чтобы задуманное тобой удалось.

— Почему вы помогаете?

— Разве так важна причина? Ты не мой сын, но в тебе сияет огонь Полуденного Солнца.

Признаюсь честно, до меня не дошел смысл иносказания. Божественные причуды, наверное.

— Что мне надо делать?

— Доверься длани моей…

Слова женщины затихли, эхом отражаясь в сознании, и мир резко потускнел. Я ощутил холод, падающие на лицо снежинки и множество сильных аур поблизости. Очевидно, вернулся в реальный мир. Можно начинать. Так и не открыв глаза, я потянулся к своей силе. Почувствовав теплую направляющую руку, невольно улыбнулся. Словно мама, которая в детстве учила меня ездить на велосипеде. Потянув свет наружу, даже сквозь прикрытые глаза проступило яркое свечение, а боль резанула по нервам. Адская пытка длилась бесконечно долго, но я вынужден был вытерпеть ее до конца. Через некоторое время свечение потухло, и я провалился в блаженную темноту.

Когда глава клана направился наружу в одиночку, Сидзуке не потребовалось особых усилий, чтобы уговорить остальных. Аякаси для себя уже все решили. Во время короткого разговора водный дух внимательно следила за Юто, опасаясь, как бы он не выкинул очередной глупый фокус. Тем не менее, предотвратить случившее она не смогла. Неожиданно для всех присутствующих глава Амакава вспыхнул, как маленькое солнце, разбрызгивая вокруг обжигающие эманации. Противники заметно напряглись, думая, что это какая-то атакующая техника. Но Сидзука сразу поняла, что они ошибаются, да и последние слова экзорциста недвусмысленно намекали. Как только режущее глаз свечение опало, Юто обессиленно повалился на землю. Водный дух мгновенно бросилась на помощь. Глава был плох — каждый миллиметр его тела покрыли маленькие кровоточащие ранки. Внутренне давление упало до смертельно низкого уровня. Кровь — не вода, но частично Сидзука могла ей управлять. Ранее подобное было невозможно — природная сопротивляемость не позволила бы управлять кровью одаренного. Но сейчас магия полностью покинула организм, поэтому девочка с усердием принялась за работу, пытаясь загнать сочащуюся красную жидкость обратно в кровеносную систему и закрыть раны.

— Порвем тварей! — прозвучал одинокий призыв, и двое аякаси бросились на членов клана Амакава.

Предводители до сих пор оставались в ступоре, так и не дав приказа к атаке, однако поведение подчиненных вполне могло привести к всеобщей свалке.

— Куда это вы собрались? — мелькнула смазанная тень. — Коготки-то уберите.

— Отпусти, старуха!

— Старуха? Это вы мне?

Кудзуноха держала двух юных бакэнэко за шкирку словно нашкодивших котят. Раскрытая аура великой кицунэ смогла немного усмирить даже таких непокорных магических созданий.

Главный вампир за секунду оказался возле тела Амакава, которого со всех сторон обступили союзные духи, что не помешало ему разглядеть картину.

— Пожалуй, это достойно уважения, — протянул Александр. — Отказаться от Силы, чтобы спасти своих слуг. И часть из них сами, без принуждения, готовы отдать за него свою жизнь.

— Это ничего не меняет, — послышалось от Нурарихена. — Охотник света должен быть уничтожен.

— Охотник света? Кахка! — каркнул архилич. — Я здесь не вижу охотника света, только оборванца без единой крохи магии.

— Вы удовлетворены, господа? Полагаю, на этом нам следует оставить Амакава в покое, — с угрожающими нотками произнесла Кудзуноха.

Александр хмыкнул:

— Не пугай нас, лисица. Нас и так осталось слишком мало, чтобы сражаться по пустякам. Что насчет наследника Солнцеликого. Мы не можем знать наверняка, вернется к нему Сила или нет. Поэтому Амакава запрещено пользоваться магией света. Любое поставленное клеймо света, и мы придем за ним, вам ясно?

— Мы поняли ваши условия, мистер Цепеш, — склонила голову Айя.

— Вы не можете сейчас отказаться, — начал раздражаться Нурарихен.

— Мы уходим, — вампир скомандовал своим, и аякаси быстро и дисциплинированно покинули окрестности школы.

— (Ках! Я порыскаю по ближайшим погостам. Авось чего интересного накопаю. Старый мухомор, заглядывай, если что.) — произнес Кощей на русском, разворачивая свою армию.

Вскоре на поле остались лишь члены Амакава и жители Скрытой деревни духов. Расклад стал примерно равным.

— Что собираешься делать, старик? — поинтересовалась кицунэ.

— Не думайте, что ваша взяла. Я буду внимательно приглядывать за ним, — отрывисто произнес Нурарихен и скомандовал своим. — Возвращаемся.

Эпилог

С того памятного события прошло около полугода. Меня поставили на ноги достаточно быстро — за неделю. Физически я был здоров, если не считать кровопотери, но магия света действительно ушла. В школе пришлось туго первое время. Я сосредоточился на развитии иных стихий — огня и воздуха, однако прогресс давался с большим трудом. За шесть месяцев я продвинулся примерно до уровня среднего C ранга — неплохой результат для такого срока. Это ведь не читерский «свет». В виде исключения меня оставили в A классе, хотя магические способности явно не вытягивали. Химари закончила последний триместр, однако с апреля ей уже не позволяла ходить на занятия физическая форма. Нет, бакэнэко могла легко даже сражаться с животом, вот только школьные правила запрещали появление учениц в таком виде. К слову, развитие плода опережало человеческие нормативы, но, поскольку в стране было туго с докторами по аякаси, нам оставалось лишь уповать на лучшее.

Знай я, что с монгольского Хенген переводится как светлый, возможно, смог бы лучше подготовиться к случившемуся. Впрочем, прошлое не изменишь, бессмысленно размышлять о несбывшихся вероятностях. С Нурарихеном отношения вышли натянутые. Этакая холодная война. Якоин, проводившие расследование по делу Гуан-миня, обнаружили доказательства причастности Первого клана. Оказывается, Шигеру отправил письмо, спровоцировавшее нападение Лианга со своей командой. Конечно, с такой посредственной претензией особых санкций к первому клану не применишь на совете. Однако Шигеру согласился сложить полномочия, официально передав бразды правления сыну. Может, и пустая формальность — Шигеру и раньше особо не появлялся на собраниях, спихивая свои обязанности на Айджи. Тем не менее, молодой Тсучимикадо мне показался лучшей кандидатурой — с незашоренным разумом и готовый к изменениям.

Касури сняли с поста главы Кагамимори после нашей свадьбы с Химари, и она сама выскочила замуж всего через несколько недель. Оказалось, у нее давно имелся воздыхатель. По слухам, он семь лет ждал, когда закончится ее целибат. Если это так, то ками явно отсыпал парню терпения с запасом. Если уж им даже за руки нельзя было держаться. Бр-р-р.

Изменения все-таки грянули. Не думаю, что в этом была большая заслуга Амакава или распространившего свое влияние агентства САМБА. Может, еще Маки в роли репетитора постаралась. Скажем так, если бы нас не было, перемены пришли бы немногим позже, только и всего. Просто Япония следовала за мировыми стандартами, которые год от года заставляли все толерантнее относиться к представителям иных видов. Тем не менее, пускай мы и заставили прийти изменения раньше всего на десяток лет, за этот период могли бы погибнуть тысячи невинных духов и охотников. Так что наши старания не напрасны. Император принял закон, разрешающий разумным аякаси обучаться в Оммедзи Гакуэн. Вообще, поступить иначе он просто не мог после нашумевшей истории с наследницей Двенадцатого великого клана, оказавшейся не совсем человеком. А также Рюноске-сан составил обращение к кланам и отдельным экзорцистам, порицающее убийство разумных аякаси. Я больше не мог делать определяющие печати, но нашлись специалисты иных направлений, которые сумели смастерить аналоги. Процесс в целом шел медленно, многие консервативные кланы и организации были недовольны. Но главное, что он был. Пророк из меня никудышный, но при текущей тенденции через двадцать или пятьдесят лет Тайна станет ненужной, и сверхъестественное явит миру свое истинное лицо.

При нападении на тюрьму Тосимо в тот день был убит мой брат, Лианг, так что я снова остался последним наследником света. Наследник света без света, хех. В заварушке досталось многим заключенным в том же крыле, включая Ходжо Гарудо. Не думаю, что буду скорбеть о нашем «хорошем» знакомом.

Якоин отгрохали настоящего четырехэтажного монстра на месте бывшего особняка Амакава. С усиленным каркасом, способным выдерживать многобалльные землетрясения и мощным бункером. Причем, оформлено все было в традиционной японской стилистике. Свои пожелания на этот счет я озвучить не подумал.

Приют Ноихара получил официальный статус. Не сказать, что аякаси повалили валом, но штат учителей пришлось расширять. Кстати, повлиять на императора мне помогла не только Маки, но и мой куратор Седзо-сан и комендант общежития Асами-сан. Настоящая фамилия сестер, а они оказались сестрами, звучало как Токунагато. Они приходились погибшему императору родными сестрами, а текущему — тетями. Традиционно главой Японской империи может стать исключительно мужчина, так что девушки поспешили скрыться с глаз общественности. Отчасти потому обе не были замужем — мало ли какую хитрую комбинацию захотят провести с их помощью. Обе нашли себе занятие по душе в Оммедзи Гакуэн, которую теперь курировал их племянник. Так что стало понятно отношение директора и руководства к их персонам.

На самом деле свет не ушел с концами. Словно маленький уголек он тлел где-то в глубине, ожидая, когда я подброшу дровишек. Но я честно выполнял уговор, ни разу не использовав родовую магию.

Одним жарким воскресным летним днем, третьего июля после посещения Химари мы с Шидо, Генри и Кагецуки выбрались в такамийский бар ради разнообразия. Напиваться ни у кого желания не было — просто вяло потягивали слабоалкогольные напитки, краем глаза следя за бейсбольным матчем по телевизору и обсуждая последние новости. Я жаловался на тяжелые тесты. Первый триместр последнего года обучения вышел сложным для меня, как в плане магии, так и теоретических знаний. Охотник посмеивался над моими школьными проблемами. Далее перешли к обсуждению ситуации с самим Шидо.

— Значит, будешь основателем младшей ветви? — сказал я.

— Скорее, автономной ветвью.

— То есть, отдельным кланом?

— Можно и так сказать.

— Как тебя отпустили-то?

— Ну, ты же знаешь, клановые старейшины — сплошь старичье. Когда узнали про мою связь с Гинко, то готовы были сразу выпнуть. А так сохранили лицо. Вроде как и они не имеют ничего общего с «осквернителями», но в то же время я буду им обязан. Вот над названием клана думаю.

— Оками? — предложил Кагецуки.

— Банально как-то, — поморщился охотник.

— Ину? — вставил я.

— Ща врежу ведь.

— Ладно. Как насчет Окамикадо?

— Хм, неплохо звучит. Кстати, вы имена уже придумали? — полюбопытствовал Шидо.

— Да, девочек решили назвать по аналогии с материнской линией. Темари и Нумари. А парней — Генноске, Георг и Хон. Последнему пока не придумали.

— Георг? Что за имя такое? — спросил Шидо.

То есть остальные для него нормальные? Ну, говорить о том, что моего отца в прошлой жизни звали Георгий, я посчитал излишним.

— Who you gonna call? Ghostbusters! — зазвонил мой телефон.

— Да?

— Амакава-сама, начались схватки, — послышался спокойный голос Айи.

— Уже бегу! — ответил я. — Генри, в госпиталь!

Не тратя лишних слов, аякаси закрутил вокруг меня бумажных вихрь, а в следующее мгновение мы стояли в больничном коридоре. Именно здесь спрятали страницу-маячок под потолочной плиткой. Хм. Я покосился на недопитый бокал пива в своей руке. Прошел к закутку дежурной медсестры и поставил на стойку.

— Это что, алкоголь?! — взвилась девушка.

— Извините, я тороплюсь.

В главном госпитале Такамии меня прекрасно знали. Не только из-за необычной роженицы, но и из-за благотворительного фонда Амакава. Признаться, после посещения больных детей, которым помогли пожертвования из нашего клана, я значительно увеличил планку отчислений. Доход от продажи магических растений сейчас перекрывал всю остальную прибыль, так что можно было не мелочиться.

Из палаты, в которой лежала Химари, вылетел мужчина в белом халате, неслабо приложившись головой о стену. Вот черт! Я быстро прошел внутрь. Вокруг бакэнэко во все стороны бросались темные сгустки демонической энергии. Бедные врачи, заранее подобранные нами для такого неординарного случая, не решались приблизиться. Сидзука кое-как сдерживала разрушительные волны водными барьерами.

— Юто! — хрипло произнесла жена.

— Я здесь! Все будет хорошо. Сидзука, придется тебе принимать роды. Сестры, прошу, подсказывайте, что нам делать.

Я присел на кровать сбоку, взяв Химари за руку. Внутри ауры аякаси почувствовалось шевеление. О-у, так это дети передают ей свой свет! Я также подключился, переправляя имеющиеся крохи светлой энергии. Постепенно приступ прошел, и темная магия перестала хлестать во все стороны. Вдруг я спохватился. Сейчас мое обнаружение было на невысоком уровне, но блока света видно не было. Он испарился! Впадать в безумие Химари не спешила, наоборот, успокоилась, поэтому я решил, что изменение к лучшему. Впоследствии надо будет обязательно осмотреть Багрового клинка.

Смотреть на муки любимой было неприятно. Какого демона, спрашивается? Не могла магическая природа придумать механизм, облегчающий роды аякаси? Нет, раз копируем человека, то даже в мелочах.

— Это последний, Юто! — оповестила Сидзука.

Я наклонился и поцеловал тяжело дышащую супругу:

— Ты молодец!

Сидзука полностью умыла и подлечила каждого крохотного человечка, после чего сестры быстро спеленали младенцев и разложили на приготовленную кроватку. Дети выглядели абсолютно здоровыми, поэтому реанимационные кувезы не понадобились. Видел я однажды новорожденного. Душераздирающее зрелище. Сморщенный, красный, пищащий комочек. Здесь же — шесть здоровых малышей, в меру упитанных, идеально чистеньких после Сидзуки. И как они все помещались в животе супруги? Наверное, пространственная магия по типу Саки или Айи. Блин, даже подойти боязно, волнительно все-таки.

— Можете взять их на руки, — правильно истолковала мои треволнения опытная медсестра.

— Будь они обычными детьми, такой сюжет бы прекрасный вышел. Шестерняшки не каждый день рождаются, — добавила другая.

— Можно?

— Конечно! Не бойтесь, они не развалятся. Вот так.

Я принял на руки маленького мальчика, судя по голубой простынке. Вау, какой он крохотный и постоянно дрыгает ручонками. Других вон уже в сон клонит. Вылитый Георг! Отец тоже не любил сидеть на месте. Волосы чуть темнее, чем у меня, глаза карие. Хотя с возрастом могут и поменяться. Большинство детей оказались фиолетовоглазые, тут Химари победила. Зато лишь двое могли похвастать жиденькими белыми волосиками. И как нам, интересно, за всеми ними ухаживать? Вот зачем мифическому Шиве надо было шесть рук! Для такой орды носителей света обычные няньки не покатят. Оставить их на воспитание клановым аякаси? Нет уж, я бы хотел, чтобы мои дети выросли психически здоровыми.

У окна показалась знакомая аура. С подоконника спрыгнула Гинко, чей живот пока был еле заметен. Волчица не мешкая ринулась к младенцам, с большим любопытством осматривая и обнюхивая.

— Какие славненькие и вкусненькие…

— Ты что, по стене залезла в палату? Здесь же четвертый этаж!

— Простите, Юто-сама.

— В твоем положении надо беречь себя.

— Все нормально…

— Придется Шидо сообщить, — покачал я головой.

— Шидо?! Не надо никакого Шидо, — боязливо попятилась оками.

— Сейчас позвоню ему, скажу, что его супруга по зданиям прыгает…

Вжу-ух! Гинко испарилась, только занавеска заколыхалась. Я снова покачал головой.

— Дорогая, тебе принести кого-нибудь?

— Да, девочек!

С помощью медсестры мы перетащили сопящих малюток маме. Тем временем Сидзука подошла к кроватке с хищным выражением лица. Взгляд ее прикипел к малышу с белыми волосиками и темно-карими глазами. Вот только по сравнению с остальными детьми мальчик выделялся, словно лодка в чистом озере. На макушке младенца обнаружились маленькие пушистые ушки. Хорошо хоть хвоста не наблюдалось. Пока сложно сказать, к чему подобные кошачьи атрибуты. На духа ведь он не тянул. Впрочем, Кибаджуба и не с такими ушами расхаживают. Сидзука осторожно взяла малыша на руки и прошептала умилительным тоном:

— Ка-какой милашка… Нано! Я решила! Я назову тебя Коюто!

— Эй! — дернулся я.

— Ничего, пусть, — мягко произнесла Химари. Похоже, беременность и рождение детей сделали ее немного спокойнее. А ведь раньше им со змеей только дай повод сцепится. Может, и с кошачьим безумием наметился прогресс?

— Да! Я воспитаю тебя! Сделаю из тебя парня, который мне понравится! Сначала ты будешь считать меня тетей, потом старшей сестренкой и, наконец, любимой младшей сестренкой. Нано-нано! — воодушевленно проговорила водных дух.

— Си-тян, ты меня пугаешь, — пробормотал я.

— Тебе жалко что ли? У тебя их целых шесть!

— Это ведь мой ребенок!

— Жадина! — Сидзука показала мне язык, крепче прижав к себе Коюто. — Никому не отдам! Нано.

Время летело незаметно. Наступил вечер, посетители из клана шли нескончаемым потоком. Заходила и Кавахару с еще двумя охотниками рангом поменьше, которые присоединились к Амакава после апрельского выпуска. В комнату ворвалась взъерошенная девушка, с ходу принявшаяся щелкать все подряд на фотокамеру.

— Собираю компромат на будущее. Ку-хи-хи! — объяснила нам свое поведение Хитсуги. — Действительно, Юто ты всерьез взялся за восстановление клана!

— Допустим, моя роль была небольшой. К слову, когда сама-то займешься? По клановым мерка уже совершеннолетняя.

— Ку-хи-хи! У меня, знаешь ли, имеются другие варианты.

— Какие же? Суррогатное материнство? Клонирование?

— Пф-ф. Родители. Гесуко мне тоже все мозги проездила на тему наследников. Я в твоем возрасте уже была в положении… бла-бла-бла.

— И что?

— Что и что? Кто они, а кто я? Глава клана и отошедшие от дел экзорцисты. Я просто им приказала восстанавливать клан, они не посмели отказать. Скажу по секрету, в следующем году у меня будет братик или сестричка. Ку-хи-хи!

— Удобно устроилась. Поздравляю.

— Спасибо. Ладно, я побежала! Поцелуй маленьких Ю-тян за меня.

Примерно полчаса спустя в палату заявилась очередная посетительница, невзирая на то, что приемные часы уже окончились. Но когда подобное останавливало Джингуджи Куэс? Девушка царственно проследовала в помещение, вежливо поприветствовала нас. Однако холодная маска мгновенно слетела, стоило ей только увидать малышей:

— Какие миленькие! Можно мне их подержать?

— Да, только постарайся не разбудить остальных.

Тут я обратил взор на внешний вид Сумеречной луны:

— Куэс, ты что кофту задом наперед надела?!

— Э-эм…

— Ты снова летала в драконьем обличье?!

— Ну, просто хотела побыстрее увидеть твоих деток.

— И кто будет стирать память обывателям, а?

— Я потом сама займусь. К тому же, я почти научилась управлять скрытом.

— Твое «почти» завтра снова по всем каналам крутить будут!

— Да это всего пару раз было. Ай, что ты нудишь беспрестанно, как моя мама! Я — Сумеречная луна, Джингуджи Куэс. Это естественно, что меня показывают по телевидению.

— Но не в виде здоровенной рептилии!

— Пфеф!

Задремавшая Химари проснулась, и также захотела еще раз понянчиться с детьми. Я отошел к окну, оставив девушек наедине. Краем уха слышал, как Куэс подробно выспрашивала о здоровье младенцев. Она хотела знать, нет ли каких-либо отклонений в магическом плане из-за того, что один из родителей е-кай. Хех, по-видимому, на будущее интересуется.

В окне госпиталя мне виделась вечерняя Такамия, подмигивающая десятками огоньков. В отличие от Ноихары, здесь ночная жизнь не замирала. Хороший мне подарок Химари сделала, почти аккурат к моему дню рождения. Пока дети не представляют интереса большим игроками, но в будущем все может измениться. Целых шесть наследников света. Еще многое предстоит сделать, чтобы с нами считались и, самое главное, чтобы нас не боялись. Подчинение Амакава — неприятная вещь. Если бы мог, с радостью избавился от данной способности. Однако придется работать с тем, что есть. Не знаю почему, но во мне крепла уверенность, что мы со всем справимся. Будут проблемы, само собой. Но Амакава были, есть и будут! И пусть только кто-то попробует отнять у нас будущее!

Примечания

1

О, не стоит благодарить. Мне самому интересно следить за твоими приключениями. Павел А.

2

Да, конечно. Уже бегут. Ты что думал, все тебе на блюдечке принесут? Попал в гарем, и ноет еще. За все платить приходится. Нет, главный персонаж мне разонравился, теперь будет другой! Уж он точно с гаремом справится. Павел А.

3

Гхм, ну ладно. Этот персонаж мне нравится еще меньше. Павел А.

4

Префектура и одноименный город на юге Японии.

Content

Павел Абсолют
САМБА

САМБА-1. Аякаси и я

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

САМБА-2. Цукумогами и я

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

САМБА-3. Кицунэ и я. Часть 1

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

САМБА-4. Кицунэ и я. Часть 2

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

САМБА-5. Гакуэн и я

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

САМБА-6. Нэко и я

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

САМБА-7. Хикари и я

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Эпилог

Примечания