Андрей Респов

Эскул Бытие

Посвящаю первую книгу моей жене Ольге и дочерям, Софии и Маргарите.

С благодарностью за терпение.

А. Респов.

ПРОЛОГ

Я боюсь, что обязательно наступит день, когда технологии превзойдут простое человеческое общение, и мир получит поколение идиотов.

Альберт Эйнштейн.

— Осторожно! Грейв! Да куда ты смотришь!? На четыре часа. Давай туда третье звено атмосферников!

Доклад с мостика: «У эскадрильи плазмы только на полчаса!»

— Ничего, Серёга, русские умирают, но не сдаются. Полчаса — это миллионы сохранённых жизней для Лазурной. Грейвы выбросили слишком мощный флот у эклиптики. В их составе два линкора класса «Убийца Планет». Им нужны только ресурсы. Падальщики…

— Эх! Обидно, Артём! Большинство наших в реал вышли… мы же этот форпост два месяца берегли. И всё коту под хвост! Что же делать? Что делать?!

— Серёга, давай всех оставшихся, в ротацию! Весь клан сажай на атмосферники, полный боекомплект и к линкорам. Мы маневренней, будем прорываться и таранить. Точку возрождения всем перенести на орбитальные платформы. Там истребителей с комплектом достаточно.

— Артём — ты псих, но я тебя понял. Похоронить клан решил… Я — в реал.

— Да пошёл ты! Слушать в эфире! Бессмертные! Кто со мной — привязка точек респауна — на орбитальных станциях, кому жалко опыта — сваливайте. А я в ответе за колонистов…

— Мы с тобой, Командор!

— Размажем грейвов! Конец ублюдкам!

— Правильно Артём, мочить ящериц, я с тобой!

На мониторе моего флагмана остались гореть зелёным процентов пятнадцать истребителей. Чёрт с ним, за счет ротации и возрождений личного состава мы сможем дать транспортам с жителями планеты уйти в прыжок.

— Орбита! Активировать минные поля!

— Командор, грейвы блокируют мины трейд-полем, их линкоры на траектории ракетной атаки!

— Командор, орбитальные станции уничтожены на 70 %, нам почти негде фиксировать точки респауна!

— Флагману! Прыжок к линкорам!

— Командор, это самоубийство, внутрисистемный прыжок приведёт к детонации боеприпасов.

— Я сказал, прыжок, немедленно! Транспортники по другую сторону планеты. Это их спасёт. А грейвы — утрутся! — Клан, слушать меня! Отправляем неписей микротелепортами на корабли, прыгаем все к линкорам!

Доклад с мостика: «Командор, линкоры грейвов дали залп…»

Багровые сферы кваркового распада разогнали облака, планета засверкала, словно новогодняя игрушка. Протуберанцы адского пламени рванули в околопланетное пространство, слизывая транспортники, истребители, корабли поддержки…

— Нееееееет!!!

Вы погибли и будете возрождены на точке привязки. Точка привязки аннигилирована. Ваш персонаж заблокирован. Обратитесь в администрацию Игры.

Снова этот сон повторяется… Что за навязчивая блажь у моего мозга видеть одинаковые сны? Да ещё и связанные с Игрой. И почему снится Игра «Пророки Вселенной»? Чушь какая-то, я же не люблю космические шутеры? И поиграл в неё недели две, не больше.

Спать в транспорте всегда было моей не самой оригинальной привычкой. Вышел со стоянки энергокаров и вступил на эскалатор, который медленно и, как казалось, печально повёз ещё сонного меня на верхние уровни.

Как же мне нравится это время! Вечернее время, когда потоки людей устремляются после трудового дня в свои теплые, отгороженные от всего мира норки, и остывшее за день солнце устало скрывается за башнями многоэтажных домов и потоковыми эстакадами. Транспортные артерии города вздуваются, переполняются и опадают сверкающими россыпями энергокаров.

И лишь одно омрачает этот волшебный пейзаж: необходимость приступать к своей работе. А её я ненавижу той частью души, которая, наверно, должна отвечать за талант, призвание или что там есть у людей, любящих своё дело.

Стеклянные двери многофункционального медицинского центра с тихим шелестом впустили меня в пустующий коридор. Я на минуту замешкался в вестибюле у охранной системы, нагнувшись к заиндевевшему терминалу.

— Респов Артем Сергеевич! Старший медицинский техник. Контрольная идентификация, — слегка охрипшим голосом потревожил я тишину, — проверка протокола безопасности, 8 декабря 2059 года, Москва, Кутузовский проспект 28, МФМЦ 1361.

— Вечер добрый, Артем Сергеевич, удачного рабочего дня! — отозвался приятный женский голос дежурного городского ИскИна, — разрешительный интервал работы?

— Четыре часа, — всё ещё ежась от остатков промозглой свежести, пробурчал я. Мне бы кофе, крепкий и сладкий, будьте любезны. Работать буду на 313 терминале.

— Принято: техник, кофезаменитель, 1 порция. Приятной работы.

Мне показалось или в голосе ИскИна прозвучали нотки сарказма? Снова заболела голова, остатки космического игрового кошмара во время дневного сна ещё стояли перед глазами. Я с досады шарахнул носком ботинка о край стойки терминала.

— Я! Хочу! Кофе! Долбанная железяка, — от расстройства закружилась голова. Как же я не люблю бюрократов. В особенности электронных.

— Артем Сергеевич. Вы прекрасно знаете, что протокол МКИПа(1) не разрешает вам продукты с кофеином. Смена ещё не началась, а головная боль и повышенное давление не позволят эффективно функционировать. Или мне зафиксировать нарушении протокола? — сарказм улетучился, голос ИскИна приобрёл стальные нотки.

— Ладно, зануда, проехали! — штрафов не хотелось. В прошлом месяце и так у шефа на карандаше оказался. Вспомнилось тогдашнее его высказывание: «Мужайтесь, Артем Сергеевич, вы вступаете в светлую пору профессионального выгорания и пиковых выбросов врачебного цинизма!»

— Философ вы Артем, однако, — услышал я вслед бормотание ИскИна под шелест мерно закрывающихся дверей лифта.

Я что, произнёс слова шефа вслух? Заговариваться начал. И зачем городские админы увлекаются излишней гуманизацией ИскИнов? Или это раздражает только меня.

Интересно, что на самом деле думает о моей нынешней работе мой дед? Ему, врачу старой закалки, представителю поколения прошлого века, наверное, трудно воспринимать современный мир. Он трудился ещё в клиниках, где врачи с пациентами общались живьем. Мдаа… Век виртуальных технологий в своей погоне за совершенством и оптимизацией дошёл в наши дни до абсурда.

Дед, посмеиваясь, рассказывал, как его современники представляли будущие технологии медицины. Трансплантация выращенных органов на биопринтерах, омоложение стволовыми клетками, вакцины от рака, операции с использованием наннитов, молекулярная фармакология и тому подобные чудеса. Да, многое из этого сейчас стало возможным. Только футуристы и мечтатели мало представляли себе реальную финансовую сторону вопроса.

На деле, доступны все эти чудеса прогресса оказались немногим представителям «золотого миллиарда». И только элите элит. А основному населению пришлось довольствоваться кондовой, кастрированной кибернетической медициной, основанной на биоимплантации и нанофармакопее. На ниве, которой мне и нашлось местечко с моим жёлтым билетом гражданина «ограниченной дееспособности». Пытаюсь продолжить, так сказать, семейную традицию. Так вышло, что, достигнув своих лет и в силу определённых обстоятельств, больше нигде не нашёл себе применения.

Из врачебных специальностей выжила, конечно, вечная хирургия, которую в некоторых ипостасях потеснила нанорегенерация. Ну и в дальних уголках Земли-матушки, в экспедициях, у спасателей и ещё кое-где оставались универсалы с походными медицинскими комплексами, пользующие пациентов по-старинке: руками и головой.

В отношении себя не жалуюсь. Могло бы быть хуже. По Сеньке и шапка. Только всё чаще стали приходить в гости сёстры-близняшки: тоска и скука. А от разговоров о романтике профессии уже давно перестало тошнить.

Так, напевая себе под нос что-то тягучее и печальное, и, жалея себя, (удивительно прилипчивое и непродуктивное занятие) добрел до рабочего отсека. Удобств ровно столько, сколько необходимо непритязательному индивидууму с заниженной самооценкой.

Предстояло два часа разгребать всё что «натрудил» медицинский ИскИн за прошедший день. Зря я жалуюсь. Здесь я хотя бы мог работать в одиночестве. Разлюбил компании в последнее время. Да и работка не пыльная. Львиную долю общения с пациентами, сбор диагностической информации, ведение электронной документации и статистики — всё это ИскИн класса «Эскулап 2050» замечательно проделывал и без меня. Мне же приходится, в основном, разбирать трудные клинические случаи, конфликты, жалобы, разруливать нарушение поставок и ремонта МКИПов со служащими Корпорации. На это, естественно, уходила львиная доля энергии.

А вот, кстати, и подоспевший суррогатный кофе.

В открытую дверь вкатился сфероид уборочно-охранного монитора, на верхней поцарапанной панели которого на предметном столике под прозрачным колпаком манила синтетической пенкой заветная чашечка эрзац-капучино. Вот это вкус… а запах! Ммм… Дерьмо первостатейное. Но за неимением лучшего…

Тааак… Что тут у нас. 542 обращения… Трам — пам — пам… 24 заявки на индивидуальную обработку техником, 2 запроса в социальную службу, 43 жалобы, льготная замена МКИПов… Випов нет. Замечательно! Ясненько. Как любил приговаривать дед: «Выливаем воду, тушим свет!» Подкрутим подачу нейростимулятора на МКИПе. Поехали!

* * *

Спустя четыре часа, мокрый, как мышь, и, готовый уже разбить монитор о стену, я растекался на кресле, тупо уставившись в потолок, и отрешенно слушал, как, деловито жужжа, автоинъектор моего МКИПа на левом плече впрыскивал мне очередной взбодрин с негрустином. Принятый накануне, стимулятор уже не помогал сосредоточится и держать себя в тонусе.

Современные препараты уже давно не имели названий, только единый буквенно-цифровой индекс. Давно исчезла жёсткая конкуренция в фармацевтическом мире. 99 % всего мирового фармацевтического и цифрового бизнеса в руках вирткорпорации «Наследие». Мы и не заметили, как тихо и незаметно, год за годом ушли в небытие великие монстры IT- индустрии: «Интелы» и «Майкрасофты», «Самсунги» и «Эппл», и многие, многие другие, когда-то твёрдо утвердившие себя на электронном Олимпе планеты. Стали просто строчками, набранными мелким шрифтом в сносках архивов википедии. А когда 10 лет назад «Наследие» объявило о приобретении контрольного пакета контрольных акций ведущих компаний-производителей военной и космической техники, дело для оставшихся конкурентов и вовсе запахло керосином. Но вот парадокс. Правительствам мировых держав оказалось наплевать. Всех устроило такое положение дел, учитывая наличие солидных пакетов акций этой корпорации в карманах нужных людей. Так сложилась ситуация глобального пацифизма, или, скорее, пофигизма.

Последние 15 лет на Земле не было ни одного значимого локального военного конфликта. Хватало экологических катастроф, принимавших всё более широкие масштабы. Антиглобалисты, анархисты и апокалипсисты всех мастей заходились в мировом кликушестве. Самые смелые прогнозы роста последствий от техногенного воздействия на природу оказались детским лепетом. Мощный качественны скачок тяжёлых случаев аллергических реакций на лекарственные препараты и бытовые химические вещества буквально выключил из активной жизни где тридцать, а кое-где и целых тридцать пять процентов населения. Волна мутантных штаммов от банальной ветрянки до экзотического Эбола ударила по демографии стран с высокой урбанизацией и уровнем медицинского обслуживания. За двадцать лет население Земли сократилось с семи до четырёх с половиной миллиардов.

В результате, самым безопасным местом стала виртуальная реальность. Среднестатистический землянин стал проводить в ней две трети своей жизни. Он работал в виртуале, он учился в виртуале, он отдыхал в виртуале, он в нем и умирал. Человек туда переселился.

Прогресс в производстве дешёвых и безопасных синтетических белков, жиров и углеводов вместе с сокращением населения отодвинул проблему голода если не навсегда, то на очень длительный период. Извечная мечта политического Олимпа воплотилась в реальность. Средний пенсионный возраст в развитых странах благополучно рухнул до 55 лет и найти работающего полный день живого человека в организации с автоматизированным производством стало попросту невозможно. Достаточно быстро закрылись предприятия и фабрики с дешёвыми рабочими местами, полностью вытесненные заводами-автоматами под управлением ИскИнов. Как-то незаметно с улиц городов исчезли бездомные, праздно слоняющиеся маргиналы и прочие социальные отщепенцы. Мода на виртуальную жизнь захлестнула весь мир. По крайней мере, так писали в сети.

И снова, все были довольны. Зрелищ и хлеба, хлеба и зрелищ обывателю стало хватать с лихвой. Борьба сохранялась только за наиболее вкусный кусок пирога — лучший социальный статус, выше качество медицинского и виртуального обеспечения. Шиком были исключительно дорогие возможности реальных развлечений и путешествий. Это стало признаком причастности к элите, богатству и роскоши. Уделом же счастливого большинства стал эрзац жизни. И опять же, этому самому большинству было плевать.

Только вот детей в семьях становилось всё меньше. Да и семей, в полном смысле этого слова, в странах с тотальной виртуализацией населения не стало вовсе. Появились экзотические семьи-сообщества с тремя и даже четырьмя родителями кряду. Однополыми семьями давно некого было удивить…

Дед мой, известный в нашей семье, как записной ретроград и хранитель традиций, последние годы проводил безвыездно на даче, в Подмосковье, как в медведь берлоге. Только и виделись в Игре. С детства, благодаря ему, я был погружён в атмосферу книг и фильмов конца двадцатого века. У нас даже образовался свой, скрытый для не посвящённых, тайный язык.

Игру же Дед, как ни странно, принял сразу и полюбил, словно ребенок, дорвавшийся до сладкого. Кроме Игры дед уделял внимание только мне, оболтусу и его самому главному разочарованию в жизни. Ни нормальной семьи, ни детей. Отстал бы уже со своими нравоучениями. И где я ему правнуков возьму? А ведь полтинник на горизонте корячится…

Ну не сложилось как-то, не повезло. Я — типичный представитель «хомо задротикус». Ещё одно дедово словечко. А с кем ему ещё делится жизненной мудростью? Мои родители, царство им небесное, давно в мире лучшем, чем этот. Поэтому, дед для меня — всё. Вот так! И точка.

Эх! Свинья я последняя, забыл деда совсем. Надо бы к нему на баньку напросится. И повод, подходящий есть. 90 годков ему на днях. Сам он вряд ли из берлоги вылезет, а вот нас с дядей Мишей, как всегда, рад будет видеть. Решено, ставлю напоминалку в МКИПе, заодно с удовлетворением отмечаю, что давление снова стабильное и разрешительный протокол позволяет войти в Игру.

Ну, да! Понимаю, что входить в вирт с рабочего места — нарушение служебной инструкции. Невеликое, но нарушение. Ничего, у меня с шефом всё на мази — мы с ним на одном сервере рубимся, однополчане можно сказать, подбрасываю ему игровой информации. Вкусы наши сходятся. И сердца отданы романтическому фэнтези до конца. Как и дед — шеф у меня рыцарь старой закалки, он ещё в довиртуальную эпоху в юности всё Подмосковье ролевиком облазил. Да и прошлое военного психиатра оставило свой отпечаток на его характере. Поэтому, окончательный выбор виртуальной вселенной у нас у всех на сегодняшний день один — «МИФ» (Мир Исторического Фэнтези). Ну не тянет нас на завоевания галактики в «Пророках Вселенной» или выживание в постапокалиптическом мегаполисе «Тартара». И нет никакого желания воевать в армии Наполеона или грести на галерах Македонского в «Хисториленде». Не альтернативщики мы, ни разу! Не без амбиций и кое-чего добились, поддерживая и помогая друг другу. Хотя, скромности ради, стоит учесть, русские мы, не корейцы какие-нибудь. Мой дед Андрей (Арн Дан Холиен — Архимаг Дома Талиен, Светлый Эльф) не мог себе представить жизни без чудес и собственноручного их творения. Дорогой и уважаемый шеф, Михал Василич Иоффе, или просто, дядя Миша, железной рукой правил в майорате Орденом Рыцарей Креста и гордился родословной своего аватара Герхарда фон Камелькранца. Я же кормился на вольных хлебах Рейнджером Дома Талиен. Даже ник себе красивый придумал, позёр. Со смыслом. Эскул Ап Холиен. А что? Мне нравится.

Ух, в игру зайти так и подмывает… Прямо ломка какая-то. Мне бы ненадолго, можно и без нейрованны обойтись. До дома не дотерплю. Как-нибудь за час-другой управлюсь. Руки прямо задрожали. Ну что, Игра! Я иду к тебе!

Глава первая

Правильного выбора в реальности не существует — есть только сделанный выбор и его последствия.

Эльчин Сафарли. «Мне тебя обещали»

Граница Темнолесья и Майората Рыцарей креста.

Старая имперская дорога. Капкан на охотника.

До начала выполнения миссии осталось 10 минут

Нет… этот запах ни с чем не сравнится. Ты ощущаешь его всем своим существом. Запах. Загоняемой. Дичи. Именно за это я люблю своего Рейнджера. Воин леса. Свободный охотник. Одиночка. По правде сказать, гордиться своим 85 уровнем, достойной экипировкой и прокачанными характеристиками не стоило. Без доната, конечно, не обошлось. Ведь если голова плохо соображает или вовремя из-за гордости и глупости не спрашиваешь совета у сведущих игроков… Эх, кто без греха, пусть подавится пикселями! Дед частенько посмеивался, что только такой ленивец, как я, не приспособленный к быту и реальной жизни, мог так вдумчиво прокачивать персонажа за кровно заработанные в реале средства, используя сомнительные гайды. Наш эпический спор о том, кто лучше Воин или Маг, был таким же бесконечным, как и сама Игра.

Да, в Игре я, как и многие, получал шанс становиться иным не только внешне. Виртуальная реальность, словно святая вода в Светлое Воскресенье, смывала довлеющие оковы реальности. Она пропитывала тело и душу той аурой сказки, которую мы ощущаем в детстве и практически теряем, становясь взрослыми. Тело постепенно наполнялось, пусть и иллюзорной, силой и энергией, ум мыслил ясно, чувства обострялись многократно, неприятные мысли и воспоминания уходили на второй план. Исчезала преследующая меня много лет головная боль и тягучая тоска.

А, самое главное, в Игре я становился бессмертными, а значит, по-большому счету, безнаказанными. И этот факт будоражил мою натуру похлеще стимуляторов. Я давно и безнадёжно подсел на Игру. Начав играть с лечебными целями, я продолжал из страха перед реальной жизнью, в которой всё было настоящим: смерть, потеря близких, болезни.

Так, отставить рефлексии! Ну где же моя дичь? Как-то не настроен я на затянувшуюся засаду. Зря только инструкцию нарушаю. Мне бы не перегореть на адреналине. Прохлопаю задание, снова останусь в убытке… С Гильдией Наемников Темнолесья лучше не ссорится. Задания у них ох и вкусные! Да и расплачиваются всегда щедро. Я погладил древко своего оружия. Лунный Лук. Странное название. Составной, из двух сортов дерева, отделанный серебром и кожаной оплёткой. Тетива из становой жилы Химеры.

В прошлом году приобрёл, удачно накопил бонусов в репутации с Лесными Эльфами. Он теперь служит мне постоянным укором. Спросите, почему? Потому, что стоит, как ремонт моей квартиры. Но я трезво расценил, что ещё годик поживу в комнатушке с облезлыми стенами. Не течёт, не дует — и ладно. А вот: +150 к ловкости +150 к меткости, 50 % вероятности критического урона — на дороге не валяются. Прелесть моя. Лунник.

Мне сегодня нужен всего один выстрел. Четкий, мощный, стопроцентный ваншот. Поэтому работать буду Арбалетом Утреней Зари. Уберплюшка из кланхрана Наёмников. Глава дал, для разовой акции. Ох, не дай Рандом, потеряю! Улыбнется мне северный полярный лис. Гном Вася так и сказал. Без арбалета или поставит на счетчик, или с Наёмниками придётся распрощаться. Да ещё маляву обо мне в информлисте такую настрочит, что я только нубов в яслях тренировать смогу. И то, только после удаления действующего перса. А этот кланлид шутить не любит. Были, знаете ли, прецеденты. Да и жаргончик у него, словечки-прибауточки. Сидел он, что ли?

Я поежился — какая-то труха сыпанула за шиворот куртки с ближайшей ветки. Опять эти любопытные белки! Отдаленный стук лошадиных копыт заставил встрепенуться свиристелей, которые лакомились прошлогодней рябиной на соседнем дереве прямо перед моей лёжкой. Весна здесь, на границе майората и Темнолесья, выдалась ранняя, но прохладная, ночью ещё подмораживало. Лес скудно зеленел, даже немощёные дороги успели подсохнуть.

К стуку копыт присоединился мерный скрип колесной оси. Да, это кажется именно тот, кого я поджидаю. Внизу, под холмом, где была расположена моя позиция, дорога делала крутой поворот и уходила на подъем. Идеальное место для стрелка. Целый день выбирал. Даже расстояние шагами выверял. Хорошо трава ещё не выросла, и на мёрзлой почве следов не видно. Минуты три, может четыре у меня будет. В карете должен ехать занятный пассажир. Лепрекон с сопровождением. Никогда ещё не сталкивался с этой расой в Игре. Редкая очень, и показываться они не любят. Вот он и есть моя цель. Вернее, то, что должно выпасть лутом с его тушки. А повезёт, может ещё чем поживлюсь. Говорят, они драгоценные камни уважают. Вот и проверю заодно. Может и не врут наёмники.

От напряжения пульсация крови в барабанной перепонке стала отчетливей, все несущественные посторонние звуки отошли на задний план. Я повторял про себя, словно мантру, что выстрел должен быть только один, повтор бесполезен. У лепреконов уникальная расовая способность — индивидуальный портал при малейшей угрозе жизни. Для его срабатывания достаточно трёхсекундной активации.

Мелкая дрожь в пальцах рук начала проходить. Теплая волна поднялась вдоль позвоночника и мягко ударила в затылок. Так, пора. Активирую бафы на меткость, на удачу, ловкость и скорость. Баф на защиту от дурака (жаль, такого не придумали). Готовность номер один.

Из-за поворота показалась карета, отделанная темно красным деревом в виде вычурных резных листьев и гроздьев винограда. Запряженная цугом четверка статных вороных с ослепительно — белыми гривами слаженно неслась вперёд уверенно и мощно. Кровь бросилась мне в лицо.

Чёрт!!! Чёрт, чёрт, чёрт! Что-то не так… Какой у неё герб?! Не вижу отсюда. А! Я немного раздвинул кусты.

На дверях стал виден треугольный щит с изображением синей ладони наполненной драгоценными камнями, сияющими в лучах восходящего солнца! Он! То, что надо. Его то я и жду! Ещё должна быть небольшая охрана. Максимум пара стражников с кольчугами под одеждой. Всё-таки он едет инкогнито… И за эту информацию Наемники заплатили больше ста тысяч золотых!? Только бы не облажаться…

Стоп! И это… маленькая охрана?! Откуда их столько? Какое-же это «инкогнито»? Из-за деревьев один за другим выезжали… Скалистые орки.

П я т е р о! В полном боевом доспехе. На Горных волках. Боевая квинта, да ещё с шаманом!

Бл@дь! Ну, наемнички, мне же трындец! Ай, как жалко то… хотя… риск большой…

Время принятия решения. Ну вот, чувствовал же тем самым органом, где живет интуиция, и который сейчас угнездился на сосновом пне, готовый сорвать хозяина подальше от сюда. Жадность фраера губит. Эх, и отказаться нельзя! Или можно? Нет. Репутация рухнет — год поднимать буду. Так. Доверимся интуиции, продажной девке эндорфинов. Поступим, как ненастоящие герои. Тупо. Ну которые не в обход идут, а делают шаг вперед, когда не знают, что делать. Арбалет в инвентарь. Одним выстрелом теперь не обойтись. Бафы активны ещё десять минут. «Давай, Лунник!» — погладил я свой любимый лук, занюхал досаду замшевой перчаткой, навалился грудью, одевая петлю тетивы. Давай, бро, помогай мне выбраться из этого дерьма.

До окончания выполнения задания осталось 200 секунд, таймер включен 199…198…197…

Система ненавязчиво подтолкнула меня к действию. Где-то была у меня парочка стрел с хитрым игнорированием защитной магии противника и парализацией. Ага, вот они, с матово блеснувшими чешуйками василиска на наконечниках. Так, первым валю шамана, потом правого переднего в квинте орка. Это сержант. Жаль, уровень у него неподходящий, сто десятый, разница большая! Потом пара стрел по лошадям. Жалко красавцев. Карета должна встать и закупорить проезд на повороте. Ну, а потом главный объект. В карете. Стрелой его не возьмешь. Но мне и не надо. Есть резервный вариант. У меня для него есть пара сюрпризов. Удивлю лепрекончика. Ну а потом ходу, ходу. Вывози меня, нелёгкая с кривою. Рейнджер я или погулять вышел! Ну всё. Го! Понеслась…

Ну вот почему мне сегодня так не везет?! Хочешь рассмешить Великий Рандом. Расскажи ему о своих планах. Лунник не подвел. Две стрелы со счастливым «шшшуххх…!» в мгновение ока снесли шамана в кусты. И система поздравила меня экспой. Минус один. Третья стрела критом прошила шею сержанта черных орков и снесла его в обрыв вместе верховым волком. Его протестующий рык эхом затих в овраге. Отдалённый глухой удар сменился тихим поскуливанием. Бедняга. Но на войне, как на войне.

А вот дальше всё пошло уже не по плану. Да и кто-бы сомневался. Слишком хорошо всё начиналось. Система такого не любит, а, может, лимит везения я исчерпал на старте.

Кони полностью проигнорировали пять моих попаданий и не остановились. Шестеро орков, оставшиеся в живых быстро обступили карету, плотно перекрывая собой и телами волков обзор и директрису. И почему над каретой не появилась характерная аура портала? Что там задумал лепрекон? Или, всё же, моя удача не полностью исчерпала себя? Или маг не утерпел и не смог скрыть своего любопытства, захотел посмотреть на наглого шутера? Одни вопросы.

Вокруг кареты завертелся зелёный вихрь, который разметал лесной мусор на десяток метров вокруг, затем превратился полупрозрачный купол щита, покрытого сонмом изумрудных снежинок. Кони встали, как вкопанные. Орки с волками прянули от кареты в сторону моего холма.

Ясно. Конец моему инвизу. Охрана сложила два и два и вычислила направление, с которого стреляли. Ну ещё бы! Судя по дрожащему воздуху над щитом перед каретой, ставил его маг уровня 200+. Многовато для моей тушки. Эх! По-другому это называется. Кажется, всё… Бежать и всё бросить? Ая-я-яй! Жалко то как задания, может ещё успею уйти? По спине побежали капли холодного пота. Топот орочьих сапог в нескольких метрах. Уже не успею. А если так… Резервный свиток портала, вытащенный мной впопыхах из инвентаря, осыпался в руках серым пеплом. Опять убытки! Жесть…

Ох, знаю я это гадостное заклинание! Инвентарь будет заблокирован на 300 секунд, а сам я по самые…, ну в общем по пояс в земле, и ручки мои белые стремительно вяжут зеленые колючие побеги, настойчиво норовя залезть в уши, рот и глаза. Тьфу ты, пакость какая. Что пишут в логах?

Чтоооо?! Меня спеленал, спеленала… Игрок! Маг Природы. Эвглена Зелёная Ведьма 218 уровень. А игрок здесь откуда? Интересно фейри пляшут! Вопросов к наемникам появляется все больше и больше. Ох и задам я перцу кое-кому…если выберусь! Осталось сердито сопеть ноздрями и катать во рту заветную жемчужину и молиться непроср… хм, последний шанс. Аккуратно зажимаю eё под языком. Только бы не проглотить! Ну идите ко мне, идите…

Понеслась душа в рай! Подоспевшие брутальные орки-охранники, поигрывая буграми мускулов, с ревом и хохотом выдернули меня за волосы из земли, как репку, развернулись и потащили к карете, не забыв по дороге, как полагается, слегка приголубить мою макушку рукояткой ятагана. Что логично привело к временной потере ориентации.

Минут через пять я смог осмотреться, чему способствовали несколько ведер ледяной воды, извергнувшиеся на мою голову и смывшие заливающую глаза кровь из рассеченного лба.

Время выполнения основного задания истекло, задание не выполнено, задание изменено. Статус: выжить и получить квестовый предмет. Нажать да / нет

Естественно — «да».

Ух ты! Дааа, дед, полюбовался бы ты на эту Эвглену. Сплошной штамп: темно-зеленая замша облегающего охотничьего костюма, плащ с глубоким капюшоном и васильковым подбоем под цвет больших синих глаз. Ну и, каанеешшна, блондинка с высоко завязанным хвостом. И брезгливая полуулыбка играет на ярко-красных губах. Плакатная стерва, а не эльфийский маг. Что же с ней не так. Нутром чую. Опытный кастер такого уровня? И такой дешёвый антураж? Или отыгрывает хорошо. Хм, маска? Думай Рейнджер, думай!

— Подготовьте его, сержант! — промурлыкала она. — И осторожнее, он должен быть в сознании! — показала в многообещающей улыбке жемчужные зубки магесса и придвинулась ко мне поближе. Буря ароматов поневоле породила тяжесть внизу живота. Вона как! «Аура суккубы». Дорогой баф. Куда же ты, милая, ехала… Но то, что ты — не лепрекон, меня очень расстраивает.

Дюжие орки дружно завернули мне руки за спину, стянув сыромятными ремнями так, что из глаз брызнули слезы. Два молниеносных взмаха ятагана и пара молодых осинок пошли на заготовку распятия. Зеленорылые сноровисто разложили меня на древках, притянув руки и ноги к импровизированным перекладинам. Распятие вместе со мной устроили в развилке старой ивы, а волшебные колючие побеги завершили картину маслом, ещё сильнее зафиксировав меня. Кисти рук и стопы загудели, в глазах потемнело от прилива крови. Я затряс головой и постарался проморгаться. Орки отошли на несколько метров, профессионально следя за мной и не выпуская ятаганов из рук.

Эвглена снова приблизилась, и я почувствовал острое навершие боевого жезла у подбородка. Я задумчиво посмотрел наверх. Какое небо голубое!

Раскаленная игла вонзилась мне в челюсть и вышла из макушки. Ух…! Больно то как…Что ж ты делаешь, гадина?! Ну ладно, я зла не помню, все записываю. Только руки мне развяжите… Рот наполнился горькой слюной, а по спине снова побежал холодный пот. Только бы не сглотнуть. Закатил языком жемчужину за щеку. Так, посмотрим, блин, боль усилилась, а система урон не защитала. Значит, надежда на покраснение ника у магички не оправдалась. Что же у неё за умения? Время, время…

— Ну, Эскууульчик, ну слаааденький! Что делает в засаде шестерка Наемников? А? Я про тебя слышала. Говорят, ты везунчик? А? — Эвглена, надув красные губки, резко ткнула навершием жезла мне в пах.

— Мммать, мать, мать! Бдсмщица хренова! Попал я. Нет, надо это заканчивать. Всё. Рандеву перестает быть томным. По крайней мере, с моей стороны. Как бы не придушила меня жадность раньше времени. А систему ну никак не обойти, и измываться надо мной Ведьма ещё ох и долгооонько может. Кайф ловит, зелень поганая. Ну да ладно, ща тебе будет первое доказательство Рейнджера от Эскула. Посмотрим, чьи сегодня в лесу шишки.

Краем глаза я заметил, что орки уже стали позевывать. По-видимому, такая картинка им не в новинку. Заскучали зеленорылые. Один вон даже фанку жевать начал, обильно сплевывая слюну. Эвглена же решила сменить тактику и спрятала жезл. В руке у нее появилась плеть — семихвостка по которой пробегали красные искры. Ну-ну. Думаю, пора, не хочу знать, что у нее ещё припасено. Похоже магесса завелась. Я не Буратино, да и она не Карабас Барабас. И, похоже, задание я слил… Экипировка — прощай. Остаётся громко хлопнуть дверью…

На счет раз — и зубы крошат в песок жемчужину. А в душе моей сердце плачет крокодиловыми слезами.

Жемчужина Последнего Шанса, класс предмета — редкое, на 1 минуту дает полную неуязвимость магии и физическому урону. Ограничение: одноразовый. По окончании резиста — смерь игрока без потери опыта

На счет два — рву путы, нещадно вывихивая голеностопные суставы. С руками везет больше. Со злорадным удовлетворением вижу разинутые пасти зеленорылых и метнувшиеся к моему животу ятаганы. Эвглена отпрянула от меня за спины орков, но глазки блестят, белая челка прилипла к вспотевшему лбу, а розовый язычок молнией мечется по губам. Встряхнула кистями рук и что-то кастует. Плевать, у меня ещё 45 секунд.

На счет три — снимаю пояс. Это Вам не инвентарь, не блокируется, это носимый артефакт. Раздевать пленника надо было. Прошляпили, зеленорылые! Всё растягивали удовольствие. А от магессы в мою сторону потянулись лиловые сполохи, земля под ногами подозрительно зашевелилась. Поздновато кинулась, красотка!

Нна!!! Разрываю пояс пополам.

Пояс Мести. Класс предмета — редкий. При разрушении активирует заклинание «Мясорубка», одноразовое — в течение 1 секунды в сфере радиусом 10 метров вокруг разрушенного пояса происходит фрагментация органических и неорганических объектов с полным игнорированием магической и физической защиты. Ограничение — может быть активирован только вместе с Жемчужиной Последнего Шанса. Особенности: одноразовый — 50 % вероятность эффекта Зеркала Справедливости (при фрагментации разрушаются все предметы в инвентаре игрока, активировавшего артефакт, предметы из инвентарей противников не разрушаются, а выпадают рандомно)

Ну вот и все. Назло врагам отрезал себе уши. Мой инвентарь — в кашу. Под тиканье таймера и последние секунды действия заклинания жемчужины медленно погружаюсь с головой в разноцветный фарш, в который превратилась квинта орков со своей хозяйкой, волками, каретой и прочей флорой, и фауной весеннего леса. Хорошо, что в игре, запах не так реалистичен. Замечаю мигающую иконку «ПК». Теперь мой ник красный. Ах ты ж, зараза, система, продажная девка админов! Откуда ПК? Лутаю не глядя законный хабар, стараясь отогнать от себя мысль о том, что только что потратил свою полугодовую зарплату. Десять секунд. Ну и последний шаг.

Ваша смерть от удушья наступит через 9, 8, 7… Где Вы желаете возродиться?

Глава вторая

Город Карагон.

Столица майората Рыцарей Креста.

Улица Святой Марии, дом 14. Гостиница Оливье Дюбуа.

Личные апартаменты Эскула ап Холиена.

Дом, мой милый, хоть и нарисованный, дом. Синие искры портала осыпались с плеч, заставив встать дыбом наэлектризованные волосы. Излишняя вычурная детализация, на мой взгляд, надуманная админами Игры, периодически начинала бесить. Или это всё ещё говорила во мне досада на финансовые потери?

Я прошлепал босыми ногами по дощатому полу к кровати гостиничного номера и с наслаждением завалился на белые хрустящие накрахмаленные простыни. Запахи сосновой смолы, скобленых с кипятком половиц смешивались с тонкими ароматами кухни. Эта завлекательная аура контрастировала с резкой вонью, доносившейся с улицы. Порывы вечернего ветерка, игравшего с льняными занавесками, выдавали богатую гамму, состоящую из ароматов лошадиного навоза, отсыревшего сена и кухонной помойки с заднего двора.

Вставать было откровенно лень. Даже, чтобы затворить окно. Мысли все больше крутились вокруг событий последнего часа. Думы были печальные и пронизанные жалостью к себе. Все, что нажито непосильным трудом последнего игрового года, накрылось медным тазом. Оставалась, конечно, ещё заначка на черный день, в количестве тридцати тысяч золотых. Но для понимающего игрока это были слёзы, а не деньги.

И о ближайших, так долго лелеемых, планах прокачки придётся забыть. Да и серьезных заданий без нужной экипировки Наемники уже не дадут. Придётся как-то с ними договариваться… Хотя, по большому счету, подстава получилась изрядная. Объекта задания в указанном месте не оказалось. А вместо него я попал под крутой замес, потерял экипировку и потенциальную награду за выполнение! Неправильно это, не по понятиям. Надо будет под это дело, если не компенсацию с Васи стрясти, то, хотя бы, претензии со стороны Гильдии поумерить. Мечты, мечты. На них где сядешь, там и слезешь. Хорошо, хоть видеозапись сделать успел. Ну да все это потом, потом.

Так, глянем логи. Ух ты! Вот это да! 12 уровней, как с куста. Так бы всегда… Но не понял. Откуда столько счастья привалило?

Сигнал интерфейса уже пять минут назойливо семафорит о необходимости завершения сессии Игры в течении 10 минут. Блин, забыл. Временнόе ограничение выхода с рабочего терминала, не забалуешь! ИскИн может стукнуть начальству. Припаяют использование служебного положения в личных целях. Шеф, он, конечно, друг семьи, соратник онлайна, но и премию зажать быстренько сможет! Не нужны ему проблемы с Фармконтролем. Как бы не было жалко, но надо выходить и ехать домой. Кинуть чего-нибудь в топку разгорячённого адреналином организма и уже там, в тиши и благодати из войти нейрованны, разобраться с ситуацией по-полной. Игра, не скучай без меня!

* * *

Мерный шелест шин энергокара убаюкивал тело, но не успокаивал душу. Мысли так и крутились в голове. Противное, беспомощное чувство потери чего-то важного, каких-то деталей прошедших событий в Игре сверлило уставший мозг. Вечно грязный московский снег, не исчезающий с зимних улиц даже в конце XXI века, превращал пейзаж за окнами в линейную графику начинающего художника. Сквозь полудрёму прорвался настойчивый зуммер видеовызова.

— Тёма, здравствуй! Опять спишь!? — раздражающе бодрый в любое время дня и ночи голос деда взорвал тишину салона. По-моему, сколько лет его помню, тихо говорить он никогда не умел.

— Привет, дед. Не сплю, думаю. Устал, как собака.

— Думаешь? Ну думай, думай, тебе всегда полезно лишний раз подумать. Устал он. Четыре часа в день работаешь! Да и то, не работа, а имитация деятельности!

— Ну, началось! Дед, ты ведь по делу звонишь? А нотаций я и в детстве наслушался. Ты же знаешь. У меня к ним давний и стойкий иммунитет. Только зря время потеряешь.

— Ну ладно, Тёмка, не обижайся, — голос деда стал на десятую долю децибелы тише. — Когда заедешь, то? А то мы с тобой только в Игре и общаемся. Забыл деда совсем.

— Так я на днях собирался, сюрпризом!

— Хм, я догадывался, но, чур, одно условие — никаких подарков. Не траться. Для бани все приготовлю, как ты любишь. Мне такой рецепт кваса с Алтая привезли! Нектар богов!

— Ух ты! Замётано дед, сегодня доделаю неотложные дела в Игре, а завтра вечером жди. Будем общаться! По-настоящему. Живьём. Твоя правда. Хакуна матата! (2) — произнес я давнюю сакральную формулу, заведенную у нас с дедом с детства.

— Ну вот, другое дело, лицо деда расплылось широкой улыбкой, жду. Хакуна матата! — затем он вдруг посерьезнел и придвинулся к экрану, — ты, это Тёмка, приезжай обязательно, а. Неспокойно что-то мне. Сны дурацкие сняться, будь они неладны. Наверное, кризис круглой даты, — снова улыбнулся он мне и отключился.

Откинувшись на спинку сиденья, я вновь погрузился в свои мысли. Энергокар просигналил о пятиминутной готовности прибытия к месту назначения. Да, дед, как обычно, в своем репертуаре. Одна неоспоримая польза всё-таки есть — после беседы сон ушел, как и не было.

Кар въехал на подземный паркинг, отключилась энергоустановка, мягко отъехали двери. Я вывалился в сухое и уютное помещение лифтового холла. В очередной раз отметил про себя, что прелесть служебного жилья для холостяка в наше время очевидна. Не нужно этих формальных заморочек с оплатой, обслугой, охраной. За всем следит Корпорация и ответственные ИскИны. Поднимаясь в лифте и обдумывая аргументы в свою защиту в предстоящем разговоре с главой Гильдии Наёмников, подставляю лицо под шипящую струю ионизированного воздуха из решётки кондиционера. Дверь родной берлоги узнала меня при первом прикосновении и с музыкальным звоном провалилась внутрь.

Ничего особенного: гостиная, она же спальня, кухня с баром и коммуникаторная, она же душевая с туалетом, в ней же в углу святая святых игрока — сенсорная нейрованна с биогелем. Вот с ней из Игры можно не выходить неделями, если бы не МКИП. Сторож, ангел-хранитель, судья и контролёр. Короче, гад, корпоративный. Бдит за игроками, как курица- наседка. И стучит на них же, как метроном. Но в моей специальности есть одно преимущество. Я знаю все электронные потроха МКИПа вдоль и поперёк.

Что бы не пели нам политики с экранов головизоров, для Корпорации нет ничего важнее мотивированного игрока, здорового духовно и физически, с радостью расстающегося со своими деньгами взамен на призрак мечты, псевдожизнь в сказке.

А чего греха таить? Как и большинство, там, в глубине нейрованны, я оставлял часть себя, все чаще хотелось вернуться туда, все более серым становился реальный мир. Там, в Игре, не болела голова, не было ночных кошмаров, не было ненавистной работы и вечно недовольных клиентов. И даже этого ненавистного грязного снега за окном. Не было. От слова совсем.

Туда я бежал от воспоминаний. И только там чувствовал себя хорошо и спокойно. Всё, что происходило со мной последние восемь лет в действительности, ежедневно давило тяжким грузом. И все попытки забыть, заглушить, отодвинуть поселившуюся внутри мерзкую мокрицу тоски и как-то жить дальше, только усиливали боль утраты и порождали всеохватывающее равнодушие к происходящему вокруг меня.

Слаб человек, потерявший самое дорогое. Нет полной правды в том, что время лечит. Боль просто притупляется, и, если ты нашел, чем ее отвлечь, ты продолжаешь жить. Я нашел. Вернее, тогда нашел этот способ дед.

Однажды весенним промозглым утром, после месяца тупого беспросветного запоя он, каким-то чудом, нашел меня в китайском притоне в Митино. Ему пришлось сковать мне руки и ноги пластиковыми наручниками, пока вез в клинику.

Лекарства, лекарства, лекарства. Против страха жизни, против желания смерти, против всех желаний… Психиатрия, психотерапия. Пожалуй, что в то время я значительно расширил свои познания в этой сфере. Три клиники, два коридора и один центр экспериментальной криофильтрации. И, когда коллеги деда просто стали разводить руками, он решился на крайние меры. Принудительное погружение в вирт на 240 часов. Ад созданный людьми с больным воображением и долгая дорога домой. Эмоциональные качели со 100 % погружением и чередой смертей и воскрешений. Затем, переход в более щадящие локации, и долгие месяцы тупого хардкорного кача с перерывом на поесть и поспать, пока, наконец, я не осознал себя сидящим на берегу реки с удочкой и терпеливым дедом рядом, и с пониманием — всё, вроде отпустило.

А начиналось, как в хорошем романе! Чёрт меня дёрнул поехать девять лет назад в Бразилию. Молодые специалисты, мы с женой, моей Таюшкой, полные энергии и энтузиазма, всего с одним, но большим чемоданом вещей и пузырящейся в голове жаждой романтики, отправились в Сан Паулу, по зову самоотверженных сердец. Совместили свадебное путешествие, возможность карьерного роста и благую цель.

После трагической гибели родителей хотелось забыться настоящей живой работой. Виртуальная медицина Москвы и Европы пугала своей монотонностью и безликостью. Вот как сорок дней, по обычаю, справили, так и полетели…

Мир лихорадило от череды катастроф. В Южной Америке всего за три месяца резко изменилась атлантическая береговая линия. Многомиллионные города и окрестные поселения скрылись под ударами океанских цунами. Каскад землетрясений в Атлантике подстегнули гигантскую экологическую катастрофу. Десятки миллионов оказались на улице.

На призыв о помощи откликнулись тогда люди со всего мира: спасатели, медики, военные, учителя, просто искатели приключений. Я и Таюшка были нарасхват — инфекционист-эпидемиолог и военно-полевой хирург. Молодые и горящие жаждой деятельности, мы спали всего по несколько часов в сутки, меняли дислокацию вместе с мобильными госпиталями каждую неделю. Через 4 месяца этого безумного апокалипсиса мы как-то равнодушно осознали, что уже прилично изъясняемся на португальском и испанском. Но, черт возьми, результаты были! Всем нам сообща удалось вытащить уйму народа и утереть нос косой. Ещё через месяц, нам и нашим коллегам стало казаться, что ситуация, наконец, изменилась в лучшую сторону. И череде несчастий наступит конец. Мы были счастливы. В редкие минуты отдыха приходили на вечерний стихийный пляж.

Проклятый океан давно успокоился, и волны с мерным шелестом заносили песком пальцы наших босых ступней. Так я и запомнил ее на долгие годы. Местные называли её загадочным словом «гвапенья» (3). Девчоночий хвост темно русых волос, устало опавшие, немного сутулые плечи и руки, давно не знавшие маникюра с обрезанными до мяса ногтями.

А наутро мы узнали, что такое настоящая преисподняя. Подлая и коварная. Бардака в стране карнавалов всегда хватало с избытком, а в последние месяцы особенно. То ли сумма накопившейся усталости и предела ошибок достигла своего апогея, то ли небеса за что-то все-таки разгневались на людей. Жизнь не давала простых ответов.

Ангра. Теперь это слово знает весь мир. Бразильская атомная электростанция последнего поколения. Надежда и мощь южного континента. Очередные толчки начались в четыре утра. Наш полевой госпиталь находился в четырех километрах от станции…

Я до сих пор задаю себе вопрос, почему я выжил, а Таюшка — нет? Почему Он забрал ее, а не меня? За эти годы я придумал кучу самых разных объяснений и отговорок. То, что Таюшка была беременной должно было повысить ее шансы в борьбе с лучевой болезнью. Мы тогда успели привезти ее в Москву. Дед метался по городу, одновременно продавая нашу квартиру и занимая деньги у кого только можно. Несколько месяцев кошмара. Бесконечные пересадки костного мозга, переливания, синтетические стимуляторы. Она просто затухла как свеча… Последние дни не разговаривала и приходила в сознание только на несколько часов. А я грыз от бессилия подушку в соседней палате, опутанный капельницами и датчиками, крошил зубы в песок…

Морок старых воспоминаний потихоньку стал отпускать под тревожное попискивание МКИПа. Прибор знал своё дело туго, и я через несколько минут стал смотреть на окружающий мир уже с достаточной долей оптимизма.

Пелена далеких воспоминаний развеялась, и я осознал себя сидящим в темной кухне перед открытой дверью холодильника. Взяв бутылку минеральной воды, я захлопнул дверцу и прошлепал босиком в коммуникаторную. Как всегда, лучший способ забыться. Вот и моё основное лекарство.

Биогель привычно чавкнул, распахнув свои объятья. Через минуту наступила привычная невесомость. По позвоночнику пробежали приятные мурашки. Десятисекундная настройка нейроинтерфейса. Игра, бери меня…

Глава третья

Город Карагон. Столица майората Рыцарей Креста.

Улица Святой Марии дом. 14. Гостиница Оливье Дюбуа.

Трактир «Утеха Желудка».

«Тебя посодют, а ты не воруй! Твой дом — тюрьма!»

Семён Васильевич Сокол-Кружкин подполковник в отставке, тесть Семицветова, «Берегись автомобиля»

Поесть со вкусом — это я люблю! Этот процесс в Игре, после Охоты, моё любимейшее из занятий. Если не вспоминать, конечно, что организм в это время в реале поглощает биогель, по вкусу напоминающий бумагу. Но здесь, в трактире, все иначе. Баранина по-карагонски, с острым соусом и душистой зеленью. Мммечта! Ну и что, что завтрак. Традиции правильного образа жизни частично соблюдены. Алкоголя с утра ни капли.

Аппетит вернулся, как только я просмотрел хабар, доставшийся мне от зелёной стервы, благодаря которой я лишился экипировки и артефактов на сто тысяч золотых. А уж Жемчужины и Пояса было особенно жалко! Великий Рандом в этот раз меня не обделил. Зелья регенерации маны и увеличения ловкости тянули на пятнадцать тысяч. Семь орочьих ятаганов редкого класса! Пожалуй, на чёрном рынке потянут тысяч на двести! Один уникальный ятаган и один редкий полный комплект на орка 120 уровня. Чтож, это я удачно порезвился. И вот, возможно, искомое неизвестное — ларец. Я вытащил небольшой сундучок из дерева, без отверстия для ключа. Ну и что, что лепрекона не было? Может ситуацию с курьером переиграли в последнюю минуту?

К сожалению, скилов моего уровня для идентификации не хватало. Но благородный серый оттенок древесины не оставлял никаких сомнений. Мелорн! И как же у Высшей эльфы оказался предмет из священного дерева? Только за один этот факт игрок с ником «Эвглена» могла схлопотать пожизненное проклятье эльфийских Домов, закошмарили бы девчонку до слёз.

И зачем же, интересно знать, так рисковать? А теперь, взяв его в руки, рискую и я. Ведь я тоже Высший эльф. Поэтому шкатулка сейчас покоится в тайнике под полом моей комнаты, к которому имею доступ только я или, по решению суда, виртполиция. Хотя за всю десятилетнюю историю МИФа прецедентов не случалось.

Что же скрываешь ты, ларчик? Головную боль, мечту, богатство, геморрой или…ничего? Согласно описанию Наёмников, с лепрекона в луте должен был выпасть мифриловый жезл и карта. Может они в ларце? Только вот маловат он для жезла. Ясно теперь только одно. Никакие Наёмники о нем не узнают. За подставу надо отвечать. И точка. Деньги — пожалуйста, рассчитаюсь. И хватит с них. Нутром чую, серьезное в нем что-то. Таки вещи игроку попадают очень редко. За ней, скорее всего, история. А это ни с чем не сравнимые квест и фан, неотъемлемые части игрового процесса.

Баста, сам всё узнаю и сам всё решу. Хм, делать это надо быстро. Думаю, хозяева ларчика уже раскручивают моховик поиска и наезда на наглого меня. Эх, без визита к Наемникам — никак! Последние годы только у них и кормлюсь. Одиночке в МИФе тяжело. Ну не люблю я кланы. Не люблю. Была парочка историй. Как вспомню — тошнит. Завязал я с клановыми прокачками и подачками, интригами и фигами в кармане. Не моё. Одиночка я и в Игре, и по жизни. Проще так. Не могу ни за кого отвечать, а значит и надеяться люблю только на себя.

Раннее утро в Карагоне наполнено множеством звуков. Скрип телеги молочника, визгливые голоса хозяюшек у соседнего с трактиром колодца, карканье стаи ворон, угнездившейся на колокольне собора — все это врывалось в распахнутые окна, смешивалось с будоражащими звуками кухни и вместе с гудением раскаленного воздуха в камине вылетало в черный от сажи дымоход.

В утреннюю нирвану стали потихоньку вплетаться новые резонирующие ноты. Цокот подкованных копыт нескольких лошадей оборвался у входа в трактир. Тень от экипажа через окно упала на стол, за которым сидел Эскул. Двери распахнулись от мощного пинка вошедшего помощника шерифа. Лучи утреннего солнца заиграли на золотых шпорах и рукояти дорожного меча рыцаря. Следом за ним в проем, нагнувшись, шагнули два дюжих копьеносца. Голова шерифа была непокрыта. Идеально выскобленная лысина красовалась россыпью крупных веснушек, рыжие лохматые брови и борода воинственно топорщились. Подойдя к моему столу, рыцарь, слегка нависая, уперся в столешницу кулаками в кольчужных перчатках, пророкотал:

— Ты — Эскул?!! Рейнджер дома Холиен? — от его голоса задрожали стекла в окне и маленькая кухонная псина, заскулив, забилась за стойку.

— Да, шериф, все верно, Эскул ап Холиен, к вашим услугам, — стараясь не делать резких движений, я попытался медленно встать, не забыв повернуть кисти рук ладонями вверх. Все-таки уровень у рыцаря далеко за трехсотый. Наши явно не пляшут. Да и копейщики тут не для красоты.

— Молчааать! Эльфийский выкидыш! Кусок высокого дерьма! — рыцарь уже не говорил, а громко шипел.

Ни фига себе, это уже серьезное оскорбление!

Один из копейщиков вынул из-за пазухи свернутый в трубку пергамент с сургучной печатью, сломанной у основания. Я счел нужным молчать, лишь слегка отвернув голову от нависающего шерифа и весь превратился во внимание.

— В соответствии с Кодексом Карагона и по приказу бургомистра, его светлости, графа Норлинга, — декламировал копейщик с донельзя суровым и сосредоточенным лицом, — арестовать Эскула из дома Холиен, Высшего эльфа, за нападение на Эвглену из дома Дориен, Высшую эльфу, приглашенного мага Дома, и препроводить его в городскую тюрьму, где и держать его до суда майората!

Блин, приехали… Ну я и лошара! И ведь знал, же что на территории майората, в общественных помещениях иммунитета у игроков нет. А я ещё со вчерашнего события ещё и красным ником красуюсь! Покушать вкусно захотел, расслабился. Все эти мысли я додумывал, покряхтывая под умелыми руками одного из копейщиков, которыми он быстро связал мне руки за спиной, захлестнув хитрой петлей шею.

— В карету ублюдка! — рявкнул шериф, и я, получив ускорение древком копья, пробкой вылетел в двери трактира. Здесь меня приняли такие же умелые и крепкие руки двух служащих городской тюрьмы. Эти угрюмые люди в черных кожаных кафтанах с короткими дубинками за поясом быстро определили меня в карету с железными решетками на окнах. Возница лихо стегнул бичом по спинам казённых лошадей, и карета скрылась за поворотом, сопровождаемая конными рыцарями.

В голову лезли разные дурацкие мысли. О том, что успел хорошо плотно позавтракать-пообедать. В тюрьме таких разносолов мне не видать. Пытать благородного эльфа, конечно, не будут… Но суд майората. Хм. Могут не заморачиваться и передать юстистам Дома Дориен. А с теми шутки плохи. Я у них соловьем запою! И ларец мой — тю-тю! Ай, как-нехорошо-то! Надо быстренько что-то придумать.

Флегматичная морда тюремного служки маячила перед внутренней решёткой кареты. Что-то он поправлял, подкручивал в запоре, кряхтя и шмыгая носом. Острый чесночный запах пополам с сапожным дегтем переполнял и без того душное пространство тюремного транспорта. Трясло на поворотах немилосердно. Мне пришлось раскорячится, чтобы не задушить самого себя. Веревку ведь так и не сняли. Я упер пятку на правом сапоге в уголок ножки железной скамьи, приналег — и каблук успешно соскользнул, а я со всего маха треснулся лбом об решётку. Гаденькое хихиканье раздалось со стороны тюремщика. Пришлось повторить попытку. На этот раз удачно. Каблук отскочил и об пол звякнул золотой империал.

— Чевой-та там, а!? — вякнул голосок из-за решётки.

— Можно Вас, любезный? — подтолкнул я носком сапога монету под дверь в перегородке. Короткое шуршание и золотой исчез, как его и не было.

— Мне бы записочку передать.

— Не положено аристованным, значица так!

— Так я же не врагам каким, господину Магистру, прошение!

За перегородкой воцарилось молчание на целую минуту.

— Не положено, надо старшему смены сообщить!

— Ну и сообщи, если хочешь, только ведь тогда делиться придется,

— Ха, чем делиться? А и не было ничаго!

— Так, а я что говорю, что было? Не было. Но отнесешь весточку — будет ровно в пять раз больше! Я стал торопиться, в окне уже были видны вымпелы на донжоне замка майората.

— Давай на словах — а то я не шибко грамотный, а вдрух ты крамолу какую напишешь, мне за это карачун выйдет!

Вот ведь, перестраховщик хренов!

— Ладно, передай секретарю Магистра ордена Рыцарей Креста Герхарда фон Камелькранца, зовут его Гельмут, слово в слово: «Эскул. Тюрьма майората. Обвинение Дома Дориен». Повтори!

— Ну, эта, значица, Эскул. Тюрьма, короче. Обвинение Дома Дориен.

— Ну, хоть так, молодец. Только поспеши! И тебя ждет награда!

— Усё. Заткнись, приехали! — прошипел напоследок тюремщик. Карета проехала через подъемный мост под надвратной башней замка майората и свернула в правый проезд к тюремным воротам. Возница круто осадил лошадей, лихач долбаный, что стоило мне ещё пары шишек и неприятных минут…

Вывели меня на свет божий все те же служки, и я, хромая на правую ногу, с сапогом без каблука, поплёлся с ними по длинному тёмному коридору, полого спускающемуся к тюремному блоку. По ходу движения мы свернули несколько раз. Тюремщики освещением себя особенно не баловали, обходились одним плохоньким факелом, позволяющим не столько увидеть путь, сколько не стукнуться лбом о низкие своды.

Наконец, мы прибыли к очередной двери, которая хоть и выглядела неказисто, но на поверку оказалась прочной, из дубовых досок, сшитых полосами зачарованного железа. Вот оно как. Словно колдуна какого сажают.

— Располагайси, значица, будь как дома, но ни забывай чо в гостях! Га-га-га — шарканье мерзопакостных служек отдалилось после того как в двери дважды проскрежетал ключ. «Ну вот, есть время подумать», — сказал я себе располагаясь на копне слегка подопревшей соломы, сваленной в углу маленькой темной камеры и закрывая глаза.

Вы помещены в тюрьму майората, чат, почта отключены. Возможность покупок на аукционе отключена. Вы можете пользоваться инвентарём. Приятной игры

Выход!

* * *

Запивая привкус биогеля ароматным сладким чаем, я сидел, нахохлившись, на кухонном стуле, завернутый в банную простыню и грея ладони о кружку. Всегда мерзну после выхода из Игры. Это у моего организма привычка после психиатрической реабилитации. После Бразилии полгода моим единственным другом была бутылка. Никого не хотел видеть, на звонки не отвечал, растерял друзей-приятелей. Только деду дверь и открывал. А когда он приходил и наводил в моём гадюшнике порядок, привозил еду, я тупо сидел в углу и смотрел на стену. Дед однажды не выдержал, задействовал свои связи, нажал какие нужно кнопки. Приехали пара молчаливых санитаров в веселеньких салатовых комбинезонах и улыбчивый техник с парой граммов счастья в автоинъекторе. Очнулся уже в Игре. Там мне была предоставлена полная свобода выбора. Но только там. В перерывах — в реале — здоровое питание, никакого алкоголя, прогулки за забором и терпеливый дед. Он не пришел только один раз. Я уже потом узнал. Бабулю похоронил. Светлую нашу, Ирину Сергеевну. И ведь ни словом, ни взглядом никогда не упрекнул.

Так и подсел я на Игру. Кем только не переиграл за первые пять лет. И танкистом, и летчиком, и космодесантником. И везде — хардкор, везде огонь, мясо, кровь и кишки! Словно клин клином вышибал. От моего напора даже транквилизаторы в крови испарялись, и сигнал автоотключения оскомину набил. У меня от того времени в памяти дыра черная с огненными сполохами. Да ещё вот этот озноб после выхода из виртуала. Но потом как-то всё просто надоело. Зацепился меня банальный магический мир. Как-то легко и свободно стало на душе. Понравилось всё делать руками. Просто жить, просто играть. Заскучал и по любимому делу. Дед с комиссией и восстановлением помог. Хоть медкарта и с ограничениями была. А когда я первый день на работу помощником медицинского техника вышел, первый раз увидел на его лице улыбку. Скупую ещё, но зато первую за пять лет. Всем он стал для меня. И нянькой, и другом, и поводырём. Мне даже в Игру удалось его затащить, не смотря на изначальный скепсис. Вместе Высших Эльфов отыгрывать начали. Дед в игре в десять раз реже меня появляется, но и тут нос утёр! Архимаг эльфийского Дома! Я его всё пытаюсь потрясти, как он добрался до своего 270-го уровня? А он улыбается в усы, да приговаривает, что меньше по лесам шлятся надо, да с шушерой всякой связываться. Да персов менять… Ко всему требуется приложить терпение и труд. Курочка по зернышку. И прочее, прочее… Ага. Да ему просто феноменально везет! Дед почему-то всегда находится в нужное время в нужном месте…

Кстати о везении. Я теперь заключённый. Вот так, батенька. Шеф, конечно, поможет. Магистр как никак. Целого Ордена. Но что-то мне подсказывает, что вляпался я знатно. Высший дом не просто так обратился к бургомистру. Эльфы людские власти на дух не переносят. Что заставило их наступить на горло своей гордости? Ну грохнул я их мага? Развеял в пыль охрану со всей их амуницией. Но ведь о том, что шкатулка цела, они знать не должны. Пояс и Жемчужина — вещи редкие, я их два года назад на другом конце материка добыл. В этих местах о них не то что неписи не знают, я и от игроков о них ничего не слышал.

Так и поступлю. Нет ларца, считайте всё, сгинул. Не то чует моё сердце, придётся в бега подаваться. Дом Дориен славится своими интригами и коварством. Амбиции у них на эльфийский трон. Это Вам не Холиены. Пацифисты травоядные. Тьфу! Ну да утро вечера мудреней.

Глава четвертая

Город Карагон. Столица майората Рыцарей Креста.

Цитатель. Внутренняя тюрьма майората. Узник.

Так за думами пролетело, пробежало… ух ты, два часа! Что-то не торопится магистр. Или непись-охранник тормозом оказался? Нет. Не должен. Уж больно глазёнки у него блестели, когда золотой прятал. Значит что-то пошло не так.

Выходить из вирта не хотелось. В реале до завтрашнего вечера делать было совершенно нечего. Да и лимита у меня больше десяти часов. Я осмотрелся. Добротная тюрьма в майорате. Винтажная. Классика. Камеры-ячейки перекрыты решётками с прутьями в руку толщиной из зачарованного железа. Лёгкое льдистое свечение по краю кромки прутьев тому подтверждение. Моя оказалась крайней справа в конце коридора. Глаза давно привыкли к полумраку темницы, окна в которой были под самым потолком и скорее напоминали узкие метровые горизонтальные бойницы. Ржавый камень стен покрывали то там, то здесь лепешки бурого лишайника, создавая причудливые географические узоры. Ну и сырость, как без неё? Да ещё неистребимый запах крысиного помёта. Тени сгущались в углах камер. Ближние ко мне были по-видимому пусты. В камере напротив, как только ушла охрана, раздался шорох, позвякивание цепей и глухое ворчание.

Не знаю почему, но моё внимание привлекла именно эта камера. В левом углу темнота была гуще, на границе света и тени, присмотревшись, я увидел чью-то ногу, тонкую и сухую, покрытую разводами грязи. Её щиколотку охватывал массивный браслет, блеснувший благородным серебром, когда узник пошевелился. Стало интересно. Меня запихнули в камеру, не одев никаких кандалов. А этот узник сидит в подвале майората на цепи, да на такой, что, боюсь ошибиться, очень напоминает мифрил. Не спроста, ой не с проста!

Я подошёл к решётке поближе и постарался рассмотреть узника. Но мало что увидел. Только услышал на пределе восприятия тихое размеренное дыхание. Сидеть было ещё долго и скучно, и я решил попробовать обратиться к нему:

— Приветствую вас, уважаемый! Не имею чести знать. Вижу, вы старожил этих мест. Не желаете ли скоротать время за беседой с товарищем по несчастью?

В первый момент, мне показалось, что я разговариваю сам с собой. Узник никак не отреагировал. Даже дыхание не сбилось. Спит он, что ли? Подождав несколько минут, я присел у решётки, подтянув под себя ногой горку прелой соломы, и облокотился спиной о прутья. Мне показалось, что здесь воздух был посвежее и не так воняло. Я уже хотел прикрыть веки и вновь удариться в размышления, когда неожиданно услышал:

— Глупый, глупый инеа, — голос говорившего был тихим и глубоким, каждое слово звучало отчётливо, — ты думаешь, что выйдешь из этого подвала, отродье Холиен?

Затем раздался звук, как будто чихала собака. Я не сразу понял, что это был смех. Так, так, так. А сосед у меня не простой. Это эльф! И он смог распознать вышивку на моей рубашке. Это Высший Эльф и очень-очень старый!

— Простите, как я могу к вам обращаться, уважаемый? — мне становилось всё интереснее и интереснее.

— Обращаться?! Ты кусок дерьма чёрного единорога! Отрыжка лешего! Выкидыш дома предателей! Тьфу! Да я бесконечно рада, что Великий Альв подарил мне перед смертью наслаждение наблюдать как день за днем палач хумансов будет превращать у меня на глазах одного из Холиенов в грязь и визжащего ублюдка! — я отшатнулся от решётки, настолько перехлёстывала через край ненависть узника… узницы.

Да, я ошибся. Звон цепи — и я увидел в метре от себя горящие ненавистью пронзительно синие глаза. На когда — то благородном и красивом лице эльфийки. Волосы неопределённого цвета свалялись в паклю, кожа сизо-серого оттенка, рваные ноздри, зажившие струпья на месте вырванных ногтей на пальцах — всё это составляло страшный облик узницы подвала замка майората.

Одета эльфийка была в какое-то тряпьё. Судя по остаткам вышивки, это было бывшее платье благородной альвы высшего сословия. Тут она закашлялась, согнувшись и упала на колени. Голова ее склонилась вправо, патлы соскользнули с правого уха, безжалостно изуродованного палачом и при скудном свете стала видна изящная татуировка плюща, начинающаяся у правого виска и сбегающая по шее к вороту…

Я онемел на целую минуту. Эраинн Меллоинн! Хранительница! Ничего не понимаю. Что здесь делает Мать Дома? Да она может по кирпичику разнести весь этот замок, не то что тюрьму!

Цепь! Вот оно, цепь из гномьего серебра, ловушка для магов! Но как её захватили врасплох? И почему я ничего не знаю? Такой прецедент достаточен для войны. Так, что-то было, блин, не помню. Дед, дед, где ты, когда так нужен? И чат в тюрьме отключён. И магистр не торопится. Ладно, главное не спешить. Опускаюсь на колени перед решеткой, склоняю голову, протягиваю к эльфийке обе руки ладонями вниз.

— Эраинн Меллоинн! Мы все обязаны Вам жизнью! Что я могу сделать, ничтожный?

Узница, откашлявшись, посмотрела на свои ладони, криво усмехнулась, вытерла их о подол и приблизила лицо к своей решётке.

— Вежливый… ублюдок, — прошипела она, не отрывая от меня пронзительно синих глаз. Что привело тебя, рейнджер, в тюрьму майората? Или ты совсем уж пропащий воин леса, криворукий бездарь, что позволяет вонючим хумансам захватить себя?

— Так получилось, Мать, — вздохнул я, кажется гнев эльфийки стал утихать.

— Получилось!? О, Великий Альв! Что становится с детьми леса! Мало того, что хумансы заполонили наши земли и плодятся, как кролики! Наши воины измельчали и превратились в детей! Ты хотя бы отправил к Альву нескольких ублюдков, этих бесхвостых обезьян!?

— Нет, Мать, я не пролил крови.

— Не называй меня Матерью, ты не достоин! Так почему ТЫ ЗДЕСЬ? О, Альв. Неужели ты оскорбил честь Высших воровством?

Я почувствовал, как меня всего сковало, и горло сжала железная невидимая рука. Вот это силища! Под заклятьем, с мифриловой цепью, измученная, она нашла в себе силы прижать меня как таракана!

— Ма… Меллоинн! — прохрипел я, в глазах уже темнело, я не пролил крови хумансов, я наёмник, я здесь потому что Дом Дориен обратился к бургомистру графу Норлингу с жалобой на меня. Фуух! Отпустило.

— Да? И что этим выскочкам ты отдавил? — узница вновь была само спокойствие. Ну? Я жду! Или повторить?

Вам предложено выполнить задание «Чужой среди своих». Редкое, скрытое. Принимаете? Да/Нет

Конечно, принимаю!

— Я уничтожил квинту скалистых орков с магом Дома Дориен на земле майората, — прошептал я.

— Кто? Ты? Кха! Древесный червь, да у тебя сил то и на двух орков не хватит, рейнджер. Не оскорбляй мои уши ложью!

Немного помедлив, я окончательно решился:

— Эраинн Меллоинн! В эту минуту перед тобой беру в свидетели Великого Альва! Клянусь Родным Деревом! Все мои слова правда. — В темноте камеры над моей головой вспыхнул фейерверк зеленых искр, медленно истаивая в полумраке камеры. Секунду помолчав, узница тяжело вздохнула и, опустившись на пятки, вновь пронзила меня взглядом:

— Можешь называть меня Матерью, отродье Холиен. Рассказывай всё, — эльфийка устало махнула мне кистью руки и тут же болезненно поморщилась, видимо раны доставляли ей значительный дискомфорт.

— Я — Эскул ап Холиен, свободный Рейнджер Светлого Леса. Работаю по контракту с гильдией Наёмников. Месяц назад поступил заказ от анонимного клиента. Полностью оплаченный по двойной ставке. Клиент предоставил информацию, что в двенадцатый день новолуния, утром на имперском тракте у Горькой балки будет проезжать карета с курьером. Курьер — лепрекон Август Крюгер, работает на Дом Дориен, карета с официальным гербом этого Дома, недорогая, неброская. В охране — два Рейнджера Дома, и всё.

Время клиент сообщил точное. Я устроил засаду. Требования убить лепрекона не было. Нужно только забрать груз, который он вез. Судьба охраны — на моё усмотрение.

Но всё пошло совсем не так, как планировали. Карета по описанию полностью совпадала, а в охране оказались Скалистые орки. Они, как известно, очень устойчивы к Магии Эльфов. Мне было очень жаль бросать задание. Уж больно награда хорошая! И я решил его выполнить на свой страх и риск. От орков я бы ушёл в лес. Но в карете оказалась магесса Эвглена Зелёная. Её уровень… У меня против неё просто не оставалось шансов. Но мне повезло, что Эвглена любит играть с пленниками. И больше ничего не оставалось делать, как прибегнуть к крайним мерам. У меня были артефакты из Брошенных Земель. В прошлом году я выполнял задание Наемников на границе и случайно нашёл Логово Медузы, когда хотел переждать огненный дождь. Мне пришлось убить стражей входа. В глубь я не пошёл, когда понял где я. С Медузой я бы не справился. У стражей оказались занятные вещи. Две из них я сохранил: Жемчужину Последнего Шанса и Пояс Мести. И они позволили мне выиграть схватку с Зелёной Ведьмой. С их помощью я уничтожил мага и охрану. Арестовали меня уже здесь. Майоратский шериф. Привезли сюда. Но, думаю, выкручусь, у меня есть связи. Да и не любит орден вмешиваться в разборки с гильдией…

— Глупый Холиен. Ты действительно думаешь, что грязным хумансам нет дела до интриг между эльфийскими Домами?! Ты сейчас смотришь мне в глаза, и видишь меня, Эраинн Меллоинн, Мать Эльфийского Дома. Здесь, в вонючей тюрьме хумансов. Подумай хорошенько, пошевели мозгами, Эскул. ПОЧЕМУ я здесь? И… давно. А ВОЙНЫ между эльфами и хумансами нет?!

Воот! Теперь ты озадачен… Не совсем пропащий… мозги есть. Так что ничего твой Магистр не сделает! Готовься к объяснению в любви с палачами Дома Дориен. А как по мне — распусти рубаху на лоскуты, сплети верёвочку и вперёд, привет Великому Альву! — узница вновь зашлась в своем кашле-смехе.

Да. С этой позиции я своё положение не рассматривал. Игра игрой, но иногда возникают и безвыходные положения, которые кроме как удалением персонажа не заканчиваются. Самих пыток я не боялся. Можно было отключить ощущения. В таких случаях администрация Игры всегда предлагала выбор. Да и МКИП при малейшей серьёзной угрозе здоровью отключит сознание. Но вот на практике каждый игрок знал, что, если по сценарию длительно подвергаться пыткам, уровни сливаются очень быстро. За игровой день до начальной десятки — легко. С утратой так тяжело нажитого опыта. А это равносильно все той же потере персонажа. Те же тестикулы, только в профиль.

Вариант с верёвкой был бы хорош, как лёгкий выход. Отключаю ощущения, вешаюсь… три-пять минут — и я на последнем месте привязки. А где у меня место привязки последнее. Правильно. У Дюбуа. Я свободен. Задание накрывается окончательно. Плюс, я в розыске по всему майорату, Темнолесью и Светлому лесу. И искать, меня будут все: эльфы, люди, наёмники. Да, надо думать, удовольствие ниже среднего. Хм, а почему бы не спросить совета у соседки?

— Что же мне делать, почтенная Мать? — состроил я самое благоговейное лицо, которое смог.

— Вот скажи, Эскул? — просипела, откашлявшись Эраинн. — Я похожа на дуру?! — и тут же мне снова стало трудно дышать. — Почему ты считаешь, Холиен, что можешь мне врать!? Мне, Матери Дома!

— Но я не врал, клятва тому подтверждением! — сдавленно ответил я.

— Не врал? Ты просто не сказал мне всей правды, щенок. Вы, Холиены, готовы врать и изворачиваться, предавать свой род. Вам хумансы дороже единокровных детей леса!

Ну, достала старуха! А, гори оно все огнем! Я сосредоточился, закрыл глаза и активировал очищение из Школы Воды с резким выдохом. Дышать сразу стало легче, а узница откинулась на решётку, закрыв лицо ладонями, зашипела:

— Я это запомню, щенок! — прохрипела она, — а ты не простой Рейнджер… Откуда у тебя знание Маги Воды такого уровня?

— Я ученик Арна Дан Холиена. И не тебе меня пугать Эраинн. Что тебе сделали Холиены? Ты еле сдерживаешься, и, если бы не цепь, я был бы уже мёртв.

— Арн?! — голос узницы стал на полтона ниже. — Он ещё жив?.. И ты его ученик… Значит все-таки хумансы в чем-то правы, и судьба существует, — голос ее стал ещё мягче, из неё словно выпустили весь воздух.

В наших камерах на некоторое время воцарилось молчание. Честно говоря, я был обескуражен такой переменой. Но с деда не слезу! Эту историю он мне должен теперь разъяснить обязательно.

— Эскул, сынок, что ты у них взял? Мне можешь говорить смело. Ученику Арна я никогда не сделаю ничего плохого, клянусь Деревом! — странно, но, если бы не темнота, я мог бы поклясться, что Эраинн плачет. Эта железная эльфийка плачет? Ничего не понимаю. — Я знаю, сынок, что такое Жемчужина Последнего Шанса. Я слишком долго живу на свете, чтобы не знать.

— Да я и сам ещё не рассмотрел толком, барахло всякое, пара мечей, ну может из стоящего — ларец деревянный, даже сундучок, выглядит дорого, — удивляясь сам себе, пробормотал я.

— Опиши мне его, — от шёпота эльфийки потянуло могильным холодом.

— Ну, серенький, такой, деревянный, из мелорна…

— Из чего?! — мне показалось, что от её шёпота рухнет потолок.

— Из мелорна, из мелорна, Эраинн.

Я смотрел в её синие глаза и ничего не понимал. Ну дорогая вещь. Ну кощунство над всеми этими эльфийскими заморочками. Ну орать то зачем?

— Эскул ап Холиен, ты самый большой идиот из всех жителей Большого Леса, которого я встречала в своей жизни. Да и, наверное, уже не встречу, — её спокойный голос резко контрастировал со взглядом, которым эльфийка просто пригвоздила меня к полу тюремной камеры. — Надеюсь, ты его ещё не открыл?

— Нет, конечно. Когда? У меня и времени не было. Да и не открывается он. Нет на нем ни замочной скважины, ни щели никакой, ни рычажка. Прости, Эраинн, а что он, эээ… оно такое?

— Ларец из мелорна… серый… говоришь? А ты уверен, сынок, что хочешь это знать? — помедлив несколько секунд, спросила она.

— Конечно, хочу! Просто спать не могу! — я затаил дыхание, вот за такие моменты я очень люблю Игру.

Узница как-то незаметно преобразилась. Выпрямила спину, даже попыталась пригладить спутанные волосы изуродованными руками.

— Видимо, этого не избежать, и сам Великий Альв привёл тебя сюда. Но прежде, чем удовлетворить твоё любопытство, я хочу тебя спросить, рейнджер Дома Холиен. Как ты думаешь, к какому Дому принадлежу я? — улыбнулась жутким оскалом выбитых зубов эльфийка. Прямо не Мать Дома, а настоящая Баба Яга, аж мурашки по коже. Я задумался, да, вопрос непростой. По эту сторону Джордана в Темнолесье, Светлом лесе, Изумрудной чаще и Древнем Лесу насчитывается девять Великих и больше двадцати Малых Домов. Но ни на одном из ежемесячных Советов Холиен за последний год, что странно, не говорилось о пленении или исчезновении высокопоставленных эльфов. Полномасштабной войны между людьми и эльфами не было уже более восьми лет. Так, мелкие приграничные стычки, ночные вылазки. Лихость молодежь демонстрирует.

Но всё это серьёзно пресекается обеими сторонами. А здесь — Мать Дома! Хм. Платье у неё в довольно плачевном состоянии. Тут не то, что вышивку, цвет настоящий уже не разглядишь. Остаётся тату. Что там было? Я попытался вновь разглядеть шею Эраинн. Кажется, плющ…

— Ну? Тебе помочь, сынок? — и, словно выполняя моё невысказанное желание, Эраинн склонила голову вправо и отбросила волосы. На изящной шее проступило изображение извивающегося стебля с листьями, и правда похожими на плющ, с чёрными прожилками, складывающимися в рисунок… паутины. А редкие цветы, выполненные с особым изяществом, выглядели как живые, черные лилии. ЧЕРНЫЕ ЛИЛИИ!!!

Задание «Чужой среди своих» изменено. Если Вы получите информацию от Эраинн Меллоинн о ларце из мелорна и согласитесь выполнить последующие за этим условия, класс задания будет изменен на эпическое. Желаем Вам приятной игры. Администрация

«…Есть в графском паркеее черный пруууд, там лилии цветут, там лилии цветут, цвееетут…», — зазвучала в голове какая-то старая забытая песенка из дедовой фильмотеки. Вот и дожил я до эпического задания, за 8 лет в Игре и до легендарного-то не добирался. А тут, на тебе — эпическое! Как всё же хорошо, что я не повесился!

— Я правильно понял, эээ Великая мать? Твоего Дома уже более восьми лет не существует…

— Ты правильно догадался, рейнджер.

— Но как!? Ты же светлая? И кожа твоя, прости, хоть и грязна, но белее речного песка!

— Вот ты и ответил на вопрос, что находится в Ларце Мёртвого Мелорна. Как ты, наверное, знаешь, Дом Черной Лилии был уничтожен хумансами в последней войне с эльфами. Но мало кто знает, что руку к этому приложил конклав магов Великих Домов, все эти предатели: Холиены, Дориены, Шаннаны, Рейвенны и прочие хумансовы прихвостни.

Твой учитель и ещё несколько магов голосовали против уничтожения моего Дома. Но это же Светлые. Они не могли пройти мимо такого удобного шанса уничтожить последний Дом Тёмных Эльфов по эту сторону границы. Твой учитель, Арн Дан Холиен, тогда успел принести в условленное место серый ларец. Благодаря твоему предку, я последние восемь лет спокойно жила, скорбя о потерянных душах, в окружении предателей Дориенн. Никто из них до недавних пор и не догадывался, кто скрывается под личиной отшельницы, живущей у старого Материнского Дерева…

— И в ларце находится…?

— Фиал Изменения Сущности, — и только эхо тюремных коридоров откликнулось на стук падения моей челюсти. А может мне это показалось?

Глава пятая

Город Карагон. Столица майората Рыцарей Креста.

Цитадель. Внутренняя тюрьма майората. История Фиала.

— Мы обычно подшучиваем над новичками, рассказывая о Фиале Изменения Сущности. Может это всего лишь легенда, Эраинн? Прости, но ты давно в тюрьме и разум твой, мне кажется, помутился, — высказал я свое мнение спустя некоторое время, когда наконец пришёл в себя.

— Щенок!!! Да мой разум не сломили Врата Лоос, когда меня, ещё совсем юную тёмную, посвящали в младшие жрицы! Но ты — везучий, щенок! И ты — ученик Арна. Поэтому слушай, объяснять буду один раз.

Больше восьми лет тому назад, в самый последний день Дома Черной Лилии, когда тёплая кровь моих братьев и сестёр ещё закипала в огне костра родового мелорна, тогда светлые Дома, как воронье, слетелись на добычу и вместе с грязными хумансами терзали тело моего леса.

Я очнулась у ручья, не понимая кто я и где я. Глазницы мои были пусты и запеклись чёрной кровью, в душе зияла дыра, выжженная всепоглощающей ненавистью и жаждой мести. Глотая воду, пополам с мусором и кровью моих собратьев, я пыталась ползти по руслу ручья. Такой меня и нашёл твой учитель со своими рейнджерами. Он отвез меня в Рощу Единорогов к источнику. За сохранение моей жизни Арн Дан Холиен взял с меня клятву никогда не мстить Дому Холиен. Единороги засвидетельствовали мои слова. Но я понимала, что мне всё равно не жить на земле по эту сторону Джордана. И в начале хотела бежать в Проклятые поля, страну Тёмных Эльфов. А кому я там нужна — слепая, потерявшая всех родных, обесчещенная Эраинн Мелоинн, без своего дерева?

Друиды единорогов сделали невозможное. Или их Источник проявил непонятную снисходительность к Матери Тёмных? Не знаю… Великий Альв иногда творит чёрные шутки.

В благодарность за вернувшееся зрение и силы, я отдала единорогам всё что не смогли найти захватчики. Все реликвии Дома Чёрной Лилии. Их старейшина долго беседовал со мной. Эти беседы удержали меня от перехода через грань безумия. Ты молод и не знаешь эту особенность Тёмных Эльфов. Из-за которой нас и боялись светлые. Дух Лоос вечно живет в нас. Я сказала старейшине, что буду жить только надеждой на месть. Тёмные эльфы Проклятых полей всё равно не примут меня. Я до конца жизни буду для них парией. А жить из милости для Эраинн Меллоинн, всё равно что высадить семя мелорна в тухлую болотную жижу.

И тогда единороги предложили мне решение, от которого я впала в суеверный ужас. Они предложили мне умереть. Да умереть, как дочери Чёрной Лилии, как Тёмной Эльфе, как Эраинн Меллоинн. И родиться заново, как Светлой Эльфе. И войти в дом врага, как равной.

Искушение было очень велико. И я согласилась. Вот так я и узнала, что такое Фиал Изменения Сущности. Поэтому, твои недоверчивые слова о легенде оскорбляют меня. Даже твоя молодость не оправдывает подобной насмешки! Я скажу тебе Эскул прямо. Ты мне очень нужен. Даже не догадываешься, как удачно сложились обстоятельства, и тебе удалось заполучить Фиал. Но об этом ещё рано говорить. Я слышу шаги тюремщиков, их двое, значит это за тобой.

С тихим шорохом эльфа уползла в темный угол своей камеры. И только она это сделала, как послышался лязг ключей и скрип не смазанных петель первой двери нашего коридора. Яркий свет масляного фонаря ворвался в мою камеру. Знакомый служка приблизил свое широкое лицо к решётке:

— Собирайтеся, значица, ваше эльфийшество, дождались, Его Светлость, Магистр, приказали немедленно доставить вас к нему!

— Ффух! Ну наконец-то, не спешил Герхард, тьфу ты, дядя Миша! Ну я ему… а ничего не скажу. Мой квест! И точка.

Выводили из каземата гораздо предусмотрительнее, чем ранее туда же водворяли. Снова тюремщики связали мне руки за спиной и, ласково поддерживая под локти, сопроводили в главный донжон Цитадели. Там передали дежурному сержанту и двум решительно настроенным арбалетчикам. «Хм. Это жжж — не спроста,» — подумалось мне.

К чему такие меры предосторожности? Целый почётный караул! Я попытался завести разговор с рыцарем, но получил чувствительный подзатыльник латной перчаткой, который ещё больше увеличил счёт к дяде Мише. Спустя ещё десять минут, пройдя по боковой лестнице и скрытому коридору, открыв маленькую дверцу, мы оказались в большом помещении — секретарской Магистра. Справа у больших резных дверей, украшенный скрещёнными секирами, стоял стол секретаря, заваленный свитками и пучками перьев. За столом сидел невысокий человек средних лет, в простом сером сюртуке, с маленькой серебряной брошью на лацкане, в виде креста — символа Ордена. Его водянистые рыбьи глаза на мгновение оторвались от бумаг, он взглянул на меня, на сержанта, затем небрежно кивнул на лавку, обитую кожей виверны. Рыцарь-сержант усадил меня с силой надавив руками на плечи и с лязгом рухнул рядом, притиснув к каменному уступу стены. Арбалетчики расположились в небольшом отдалении, причем свое оружие они держали в полной готовности.

Чёрт возьми! Что же происходит?

Так продолжалось недолго. Открылись двери главного входа секретарской, и в сопровождении его долбанной Светлости, Герхарда фон Камелькранца, Магистра Ордена Рыцарей Креста во всём его великолепии, в помещение вошли эльфы. Вернее, эльф и эльфа. Мужчина был высок и, как все Светлые, несколько субтилен. Он был совершенно сед, что говорило о том, что возраст его перевалил трёхсотлетний рубеж. Его роскошный темно-вишнёвый плащ, подбитый мехом из гривы Мантикоры, изящно подчёркивал чёрный с серебром камзол. И, без того высокий, эльф, в своём облачении просто нависал над всеми окружающими.

Отсутствие оружия у гостя говорило только одно. Это маг. А возраст намекал — скорее всего, это Архимаг. Что подтверждало и отсутствие у эльфа этнической охраны. Вторая гостья… При взгляде на неё моё тело покрылось холодным потом в одно мгновение.

Простое длинное платье цвета маренго, подвязанное плетёным травяным поясом. Гладко выбритые волосы на голове подчеркивали стройную белую шею прекрасной эльфы. Из-под тёмно-серой ткани платья на её коже вдоль позвоночника к затылку и ушам струилась вязь чёрной татуировки в виде колючих стеблей акации. Ну вот, теперь я точно попал! Великая Мать Дома Дориен. Аннаинн Мелоинн.

Я, словно сквозь вату, услышал голос Магистра:

«Прошу гостей без церемоний, дело не терпит отлагательств. Приглашаю в кабинет.»

Двери кабинета уже открывал секретарь. Первым вошёл Архимаг, внимательно осматриваясь вокруг. Эльфийка двигалась легко, слегка покачивая головой при каждом шаге, словно кивая каким-то своим мыслям. Её маленькие босые ступни на миг показывались из-под подола платья. Шла же она на носках, видны были маленькие розовые пятки.

Я невольно залюбовался её фигурой, почему-то захотелось увидеть эльфийку без платья, посмотреть, куда простирается татуировка…

Гости вошли в кабинет вместе с магистром. Секретарь затворил двери, предварительно перекинувшись шёпотом парой слов с Герхардом. Магистр кивнул на меня и передал секретарю, свернутый листок бумаги. Тот поклонился и быстрым шагом направился в мою сторону.

— Будьте готовы предстать перед Магистром с минуты на минуту, Эскул ап Холиен. Мы сейчас снимем с Вас Драконьи Путы. Надеюсь, вы будете благоразумны? — густой бас секретаря разительно контрастировал с его блёклой внешностью.

— Да, конечно, Гельмут, непременно, — сказал я, разминая запястья, освобожденные от верёвок и протягивая руку за листком, — это ведь мне?

— Да, Светлый, Магистр просил вас прочесть перед тем как войдете в кабинет.

Я немедленно развернул послание и прочёл: «Артём. Придерживайся кодекса наёмников. Действовал по обстоятельствам, выполнял задание за вознаграждение. Эвглена действовала на свой страх и риск. Старшие Дориены о её миссии ничего не знают. Веди себя без выкидонов, дипломатично. Не то передадим в руки их юстистов. (Шучу). P. S. Знаю, ты завтра выходной, найди час в реале, зайди ко мне в Управление. Есть важный разговор. Дядя Миша.» Записка вспыхнула бесцветным пламенем и сгорела без следа.

— Прошу, пророкотал Гельмут, — и сопроводил меня к двери в кабинет Магистра. Я сделал глубокий вдох и шагнул навстречу очередной проблеме.

Глава шестая

Город Карагон. Столица майората Рыцарей Креста. Цитадель.

Донжон Магистра. Предложение, от которого не дали отказаться.

О кабинете дяди Миши, тьфу ты, магистра Ордена Рыцарей Креста, следует сказать отдельно. Обставлен он был со вкусом, в суровой теме средневековой готики. Витражи на высоких узких сводчатых окнах, по четыре на каждые три стены, представляли собой картины с лубочными библейскими сюжетами. Дядя Миша часами мог о них рассказывать и являл собой образчик истинного фанатика раннего католицизма. При этом глаза у него каждый раз вспыхивали безумным блеском, словно он отыгрывал своего персонажа на публичных выступлениях. Дед постоянно подшучивал над ним, так как многие из близких знали, что дядя Миша вырос в семье приличной и интеллигентной, аккуратно посещал с мамой и папой синагогу до самого своего первого брака.

Именно перед таким окном стояла во всем своём скромном величии Аннаинн Мелоинн, упираясь изящной кистью правой руки об открытую створку. Она слегка жмурилась, как сытая кошка, когда порывы весеннего ветра периодически играли длинными ресницами. Казалось, её совершенно не волнуют события, происходящие в кабинете. Эх, хороша, чертовка! Так и косоглазие заработать недолго.

Магистр сидел за своим столом, напротив него, в расслабленной позе восседал Архимаг. В руке его был редкий кубок из горного хрусталя, наполненный рубиновым вином, к которому он с видимым удовольствием прикладывался. Обстановка располагала, казалась благостной и умиротворенной. Входя в кабинет, успокоенный запиской дяди Миши, я услышал обрывок последней фразы эльфа:

— … истр, надеюсь Вы понимаете, что содержание в тёмном подземном каземате Высшего Светлого, пусть и по подозрению в преступлении, не совсем вяжется с Договором меду людьми и эльфами?

Хм, вот оно как! Позиция гостей — забрать меня отсюда. Хотят заполучить к себе? Нет, нет, нет. Такой футбол нам не нужен. Я-то настроен ещё побыть немного в казематах. Дело образовалось нешуточное. Шутка ли! Эпический квест. Буду играть до конца. И, мысленно кряхтя и досадуя — уж больно часто приходится преклонять колени сегодня, опускаюсь на ковёр, предварительно повернувшись всем корпусом к эльфийке. Склоняю голову, протягиваю обе руки ладонями вниз:

— Аннаинн Мелоинн! Мы все обязаны вам жизнью! Чем я могу быть полезен Дому Дориен?

Эльфийка медленно обернулась ко мне, улыбнулась уголками глаз и обозначила наклон головы.

— Да он ещё и отлично воспитан, этот шалопай Холиен! — Архимаг даже прихлопнул по подлокотнику кресла свободной рукой, — скажите, Ваше Преосвященство, Эскул оказал сопротивление при аресте?

— Нет, уважаемый Эрн Дан Дориен, он пошёл с шерифом абсолютно покорно и даже дал себя связать. Хм… ну… да, я понимаю, на что вы намекаете. Рейджер Светлого Леса, магистр Магии Воды, ученик самого Арн Дан Холиена. Если бы он стал сопротивляться, то на месте знаменитой гостиницы Дюбуа не осталось бы камня на камне! Пустырь. Я оценил это, эльф, — и Магистр отсалютовал в мою сторону своим бокалом.

— Болото, уважаемый магистр, смрадное болото с пиявками, он как-никак Маг Воды, — ухмыльнулся в ответ Архимаг, аристократически отставив мизинец на руке, державшей бокал.

Что-то подозрительно весёлое у них настроение. Мягко стелют. Лесть, опять же, эта, завуалированная. Тут я снова поймал на себе взгляд эльфийки. Он был уже немного заинтересованным. Её перестала развлекать картина за окном. Великая мать заскользила на носках к креслу Архимага, слегка наклонилась над его бокалом, потянула носом воздух, мило сморщила его, отвернулась. Миг, и в её руке, появился кубок, нет не кубок — крупный распустившийся цветок, который на наших глазах наполнился пенящимся напитком. Потянуло свежестью дождливого леса и резким цитрусовым ароматом. Над цветком заклубилась белесая дымка. Ха! Плевать она хотела на приличия. Заклинание-то не из последних…

— Я предлагаю, Магистр, не тратить время, — прошелестел её голос. Всё ведь и так понятно. Суд ни к чему. Светлый эльф совершил преступление на земле под юрисдикцией майората. Преступление по отношению к вассальному магу Дома Дориен. Подчеркиваю, вассальному, а не кровному. Тем более, что Эвглена, как, впрочем, и Эскул — бессмертные по рождению. И эта легкомысленная эльфийка уже возродилась и сообщила нам, что не будет выносить жалобу на суд старейшин. Более того, Шаман Скалистых орков уведомил меня, что удовлетворится возвратом оружия погибших охранников и выкупом в пятьдесят тысяч золотых. Наш Дом ждет лишь устных извинений, которые принесёт преступивший закон хумансов Светлый здесь и сейчас. Осталось озвучить наказание со стороны майората… Магистр?

— О, я бесконечно рад, Великая Мать, Вы просто сбросили огромный груз с моих плеч! — Магистр рассыпался в реверансах. — Конечно, достаточно будет штрафа в каких-нибудь пятьдесят тысяч золотых в казну майората (вот жмотяра! До трусов раздевает).

— Я рада, что мы нашли взаимопонимание и можем по обычаю людей закрепить это решение, — она подняла свой бокал и медленно отпила глоток.

— Договор!

— Договор!

Вся троица, довольная разрешением конфликта, повернулась ко мне. Всё это время я оставался на коленях:

— Я — Эскул ап Холиен, Рейнджер Светлого Леса. Здесь и сейчас приношу свои извинения Дому Дориен и майорату Рыцарей Креста в лице его Магистра. Обязуюсь выполнить в связи с этим свои финансовые обязательства перед майоратом и Шаманом Скалистых орков. Да будут свидетелями мне присутствующие здесь и Великий Альв!

— Прекрасно сказано, Холиен! — ехидно улыбнулся Архимаг.

Не успел я и глазом моргнуть, Аннаинн Мелоинн вдруг мгновенно оказалась передо мной, её невесомые пальцы жёстко приподняли меня за подбородок:

— Надеюсь, мы ещё много о тебе услышим, юноша, — прошептала она…

А я так и оставался на коленях добрых пять минут, полностью отключившись от реальности, пока меня не пихнул в бок магистр…

— Вставай, свалили все, кончилась экзекуция, так и не начавшись. Давай, Артём, поднимайся, поднимайся. Дел ещё куча. Не забудь зайти к секретарю и написать две долговые расписки по пятьдесят тысяч. Я внёс за тебя золото. Вернешь в течение недели.

— Дядя Миша, ну и зачем было меня грабить? И так весь шмот прахом пошёл, мне же ещё и от Наёмников откупаться! — подпустил я жалостливых ноток в голос.

— Ничего, ничего, тебе полезно. Меньше влезать в авантюры будешь! А будешь — подвал свободен! Вон, специально для тебя расстарался — целое пустое крыло в казематах для тебя предоставил! А ты не ценишь! Без крыс и насекомых. Люкс практически! — дядю Мишу аж распирало от возмущения.

— Как пустое? А как же Вел… — тут я прикусил язык, вспомнив о необходимости продолжать квест Чёрной Лилии и своём решении ничего не говорить дяде Мише.

— Что за вел…? Ты о чём это?

— Я о великолепных привидениях, которые мешаю спать! — улыбнулся я, уставившись кристально честным взглядом в лицо Магистра.

— Хм? Привидениях? Странно, в этом крыле вроде не было. Ну так тем более! Практически винтажная тюрьма с привидениями. А ты кочевряжишься, штраф, мол, большой!

— Так и я о чём, дядь Миш? Коль я всё равно оплачиваю эту экскурсию, хотелось бы так сказать, вернуться в камеру до завтрашнего утра, а то ночь на дворе. Из Игры выйду. А тушка моя в целости и сохранности здесь побудет. А утречком — на свободу с чистой совестью, денежки на штраф зарабатывать. А?

— Ну ты и придурок, извращенец прям, Артём. Может тебе снова активную психотерапию назначить? Ладно, вали, распоряжусь. И, это самое, помни, должооок!

* * *

Уф, ну вот, снова чай с привкусом биогеля, тесная кухня и наша с Таечкой фотография на стене. Не убираю её. Разговариваю с ней иногда. Вроде бы легче становится. Молодые мы там, счастливые дураки. В венках из полевых цветов. В Крыму снимок делали, целую вечность назад. Пятнадцать лет. А кажется, что и сто. Да и Крым, наверно, уже не тот. Надо бы покемарить. Часов семь до новой смены осталось. Да и дядя Миша зайти просил в администрацию. Значит, пораньше закажу энергокар.

Снилась, как всегда, какая-то хрень. Коллаж из разных игр. Кошмарный пазл. Это у меня после нейролептической терапии. Или сплю трупом, или колбасит до холодного пота. Проснусь — не помню ничего. Только по записи МКИПа перерасход препаратов фиксируется. «Ладно, хорош рефлексировать!» — сказал я себе, спускаясь в лифте на парковку и дожевывая витаминный батончик.

Мечты о завтрашнем шашлыке уже начали прорастать в подкорку. Современная мода на сублимированные экопродукты так и не прижилась в нашей семье. Удобно, конечно. Но вкус! Силосная феерия.

Настроение как-то уже улучшилось, и к офису администрации я подъезжал настроенным на деловой лад и три ступеньки у входа преодолел одним лихим пружинящим скачком. При этом, естественно, чуть не сверзился на финальном этапе.

Проблемы начались уже в вестибюле. Контрольный аппарат выплюнул мой пропуск, но зеленый сигнал не зажёгся, а противно — елейный голос охранного ИскИна пропел:

— Артем Респов, Ваш пропуск недействителен, по распоряжению старшего администратора Вам следует подняться в офис в лифте для посетителей и ожидать в приемной номер восемь.

— Бред какой-то. Что за новости? Ладно, поехали, спросим дядю Мишу.

Я шагнул в левый проход к общественному лифту и поднялся на восьмой этаж. Выйдя, я завертел головой, так как в этой части здания не бывал никогда, да и не зачем здесь сотруднику появляться. Световое табло на стеновой панели справа вспыхнуло зелёной стрелкой, над которой замигала цифра восемь и развеяла все мои сомнения.

Приемная оказалась в пяти минутах ходьбы — маленькая белая комната. Терминал, стул, стол. Все белое. Медицинский кретинизм. Не успел я утвердится на стуле, как в приемную колобком влетел Михаил Васильевич. В жизни от был полной противоположностью своему альтер эго в Игре. Маленький, лысоватый, подвижный живчик с лицом кукольного пупса и постоянной испариной на лбу.

— Ну, что, извращенец, как казематы? — хохотнул шеф.

— Да я спать завалился, дядь Миш. На смену же сегодня, да и Вы просили зайти.

— Это когда же ты таким рассудительным-правильным стал, а, Тёма? А провисеть в Игре до первых петухов? А припереться на смену зевая и пугая ИскИнов? Ладно, вижу мильён вопросов на твоем лице. Поэтому не буду нарушать национальную традицию, отвечу тебе наводящим вопросом. Артем Сергеевич у нас на календаре скоро что?

— Что? — тупо спросил я, опешив от напора шефа. Новый Год?

— Теплее. И?..

-..?

— Да, Тёма, в игре у тебя соображалка быстрее включается. Новый Год — это для бездельников. А скоро у нас первое января. А по традиции, с этого дня в нашей стране каждый год начинается очередная засада. Это я тебе как авторитетный администратор, сын уважаемого администратора говорю. Ну? Соображаешь?

— Честно, нет, дядя Миша.

— Дядя Миша, дядя Миша! Семьдесят лет дядя Миша! Артем, проснись, тебе сколько лет?

— Сорок восемь.

— Нет, Артем, ты дебил! У тебя пенсия по закону, когда?

— В 55.

— Уф, ты кода последний раз новости смотрел? Или хотя бы наши внутренние релизы отдела кадров? А?

— Да чего там читать. Вечная бюрократия и скукота.

— Вот что бы ты делал без своего деда и меня? Ты же работаешь и горя не знаешь. Игра — работа, работа — игра. Ну ладно, нет у тебя семьи, но о каком — то будущем думать должен?

— Да я как-то ещё… ну, в общем, не думал.

— А кто должен думать! Дед? Я? — покрасневший дядя Миша не на шутку разбушевался и стал измерять шагами маленькую приемную, периодически натыкаясь на мебель. — Не думал он. Короче. Благодаря нашему разлюбезному правительству, с первого января — ты пенсионер. Ценз опустили до 47.5 лет. А согласно ещё куче постановлений и внутреннему положению Департамента здоровья, ты ещё и подлежишь увольнению! Пропуск твой уже не действовал?

— Дда… Я думал, сбой какой.

— Дебил, сбой у него. Что бы ты без меня делал. В общем, так. Карьера медицинского техника закончена. Можешь конечно рыпнутся в Центр занятости. Но с твоей медицинской историей тебя даже в частную клинику эпиляцию делать не возьмут. В экстремальную медицину, на командировки ты и сам не пойдешь. Нахлебался уже по самые…

— А..?

— Твоей частной практики у любителей ретроконсультаций не хватит даже на деревянный аккаунт!

— Не понял, дядь Миша. Квалифицированные врачи что, совсем уже не нужны?! — начал я закипать.

— Почему не нужны, нужны. Здоровые, в возрасте от 25 до 40 лет. Кнопочки нажимать, конфликты утрясать, отчётики писать, денежку бюджетную осваивать. Бесконфликтные, бесхребетные — дальше сам придумай по списку. Короче, всё, сделал, что мог, только, сам понимаешь, никому… Иначе меня с дерьмом сожрут. Да и без него…тоже. У меня по Департаменту только в моем подчинении с января сокращение более пятисот техников. А там даже кандидаты с докторами наук встречаются! Тебя провёл вчерашним числом, как попадающего под техническое сокращение. Получишь шестимесячный оклад и годовое медобеспечение, служебным жилым модулем можешь пользоваться ещё месяц. Всё.

— Даа. Дела, — только и смог сказать я. — Дед знает?

— Да мы с ним вот уже месяц для тебя выход ищем…

— Партизаны, блин — настроение ушло в минус. Не думал, что работа так была для меня важна. От медицины в ней давно почти ничего не осталось. Только и спасался частными консультациями немногих состоятельных клиентов, любящих «живое» обслуживание.

— Вот такие пироги, Тёма, давай, не затягивай. Ставь электронное подтверждение. Обсудить ещё успеем завтра на даче, — и Михаил Васильевич повернул монитор ко мне. Всё верно, электронное заявление, галочки где надо. Я протянул ладонь к экрану и произнес уныло: «Подтверждаю!».

— Ладно, Артемий, не кисни, у пенсионеров, говорят, жизнь только начинается.

Я практически не помнил, как спустился в вестибюль на лифте, медленно спустился по ступеням к парковке энергокаров. На улице шёл снег, праздничный такой, крупный, новогодний. Редкость по нашим временам. Забыл вызвать энергокар заранее, поэтому минут десять пришлось помёрзнуть. Даже как-то легче стало. На вопрос ИскИна в машине об адресе доставки отстранено ляпнул: «Домой!». На что ИскИн задумчиво помигал светодиодами и тронувшись с парковки невозмутимо попросил уточнить. Пришлось уточнять. Ехать домой смысла не было. Поеду-ка я к деду! Надо ситуацию обмозговать. Ехать в это время к нему на энергокаре — это, как минимум, 2 часа. Поэтому, весь в раздрае, плюнув на всё, вошёл в Игру с транспортного терминала. Ну здравствуй, Игра, я снова припёрся!

Глава седьмая

Город Карагон. Столица майората Рыцарей Креста.

Цитадель. Внутренняя тюрьма майората. Цена Фиала.

Как и напросился, отправили снова в каземат. Даже руки, после того, как я подписал долговые расписки у секретаря, аккуратно связали. Только обычной веревкой, а не Путами Дракона. Штука дорогая, подотчётная.

Тюремщик в этот раз сопровождал меня в одиночестве. Тот самый, косноязычный простак, который получил от меня золотой. Спускался по каменному ходу привычно, как домой. Заботы реала отодвинулись куда-то далеко, раздражение начало стихать. Все больше распирало любопытство, что же скрывалось за обещаниями Чёрной Лилии?

— Вот, значица, пришли ваше эльфийшество, — прошамкал тюремщик, открывая скрипучую решётку. Я плюхнулся на подстилку из гнилой соломы и попытался устроится поудобнее.

— Эта, значится, ваше эльфийшество, я, это, хотелось бы получить, — тюремщик замер в подобострастном полупоклоне перед решёткой.

— Чего получить? Рожа твоя наглая! — с недоумением воззрился я на него.

— Ну как же, обещались давеча, за услугу ещё пять золотых. Получить бы, с нашим удовольствием, — тюремщик и вовсе занял уж унизительную позу, заглядывая мне в глаза. И тут я поймал себя на том, что с самого порога тюремного коридора все время вглядываюсь в камеру напротив, но ничего не могу рассмотреть, более того, совершенно ничего не слышу. День клонился к вечеру и солнце освещало тюрьму через узкие окна у потолка гораздо лучше. Камера была пуста!

— Ааа, ну конечно, я и забыл! Я выполню своё обещание. Как звать тебя, мой новый друг?

— Эфраимом матушка назвала! — расплылся в щербатой улыбке тюремщик.

— Только вот в чём загвоздка, Эфраим. Руки у меня связаны, а деньги достать я со связанными руками не смогу.

— Так это мы с удовольствием, просовывайте, ваше эльфийшество, между прутьями, давайте! Я с радостью просунул руки, которые Эфраим ловко освободил и снова занял позицию слуги. Я кряхтя стащил второй сапог, упёр каблук в основание одного из прутьев надавил, и — вуаля, теперь окончательно лишился нормальной обуви.

— Изволь получить, Эфраим, — и я отсчитал в его потную ладошку причитающееся вознаграждение.

— Премного благодарен, эта, ваше эльфийшество! Чем могу ещё помочь, если что, завсегда, значится, так!

— А и можешь, Эфраим, — мне вдруг внезапно пришла идея. — Ты давно в этой тюрьме служишь?

— Да, почитай, четырнадцатый год пошёл, и уж пять лет, как старшим надзирателем, вот! — лицо его вновь расплылось в самодовольной улыбке.

— И, наверное, всех узников помнишь? А, Эфраим?

— Ну, эта, за всех может и не поручусь, но главных злодеев всех знаю! — гордо похлопал себя по лбу тюремщик.

— Да ладно, заливаешь, Эфраимка. Их же тут тысячи перебывало! — решил я разогреть его интерес. Ну никак не поверю!

— А проверьте, ваше эльфийшество!

— А и проверю! Даже об заклад побьюсь! На десять золотых. Здесь, в этом каземате была эльфийка. Высокородная. С татуировкой Черной Лилии. Помнишь такую?

Эфраим вдруг побледнел так, что это стало заметно даже при освещении подземелья. Его рука непроизвольно дёрнулась к вороту рубахи, и он отшатнулся от решётки.

— Чур ммменя, эта…, как не помнить, бббыла такая, — что-то поплыл мой тюремщик. Надо подбодрить, и я позвенел монетами в кулаке.

— Ну-ну. Эфраим! Рассказывай давай. Будет интересно — получишь пятьдесят золотых.

Как и во все времена, алчность победила. Озвученная сумма излечила старшего надзирателя от столбняка. На щеках вновь появился румянец, глазки заблестели, дыхание участилось.

— А я — чё, я — ни чё, ваше эльфийшество. Раз вы с пониманием. Только просьбочка у меня — вы уж меня не выдавайте, ну всё, что я расскажу — енто только для вас, со всем уважением, значица, вот.

— Не боись, Эфраим. Слово Светлого. Рассказывай!

— В общем, была такая, год назад привезли ночью. Аккурат в этот же каземат. Как раз камера напротив вашей, значица. Да охрана была не нашенская — сплошные рыцари. Они хоть и в плащах были. Да только глаз у меня намётанный, вот. Да, ещё, магов с ними целых два было, да привезли её в серебряной клети — я потом в щёлку дверную подсмотрел. А печатей на замках — о-го-го сколько, цельных пять. Значится, побитая она была ужасть, живого места не было. Так кровью и харкала. Бледная вот, как сама смерть. Но в сознании — зыркала так, ажно ноги подкашивались. Нас потом начальник тюрьмы, ну старших надзирателей, собрал и под расписочку рты открывать запретил, значица. Кормили её тоже не мы, специальный человек приставлен был. Сдаётся, тоже маг. Только, ваше эльфийшество, слава Спасителю, избавились от неё через 2 недели.

— Как избавились? Ты чего, Эфраим, заливаешь? — в растерянности я опустил руки, теребившие оторванный каблук.

— Не сумлевайтесь, Ваше эльфийшество, все честь по чести — сначала её допрашивали с пристрастием давешние маги и вроде как Отец Инквизитор с ними. Три дня, почитай, с утра до вечера. Криков было… Ну да мы привычные, значица. А потом на рассвете во двор вывели, к столбу, значится, ну, как водится, молитву и запалили. Сожгли её ваше эльфийшество. Уж год как. Вот и весь сказ.

Ни фига себе! А я с кем вчера тут?.. Блииинн!

— Эфраим! А призраки в каземате есть? — с надеждой спросил я.

— Да, есть, как не быть, ваше эльфийшество, почитай кажную ночь ходют, шелестят, вздыхают иногда воют — но это все зимой больше.

— Ну а эльфийки той призрака не видел, случаем?

— Не, не можно, ваше эльфийшество, я же сказал, её честь по чести с молитвою того, спалили, значится, дотла спалили!

— Да… — больше мне было нечего сказать и я протянул тюремщику все оставшиеся у меня золотые и глубоко задумался.

— Премного благодарен, ваше эльфийшество, только и вы не забудьте, обещали не выдавать, а то ведь погонят со службы, а у меня детки, — так продолжая причитать Эфраим пятился от решётки, затем позвенев ключами закрыл двери в каземат и наступила звенящая тишина. Я в растерянности присел, опираясь спиной на прутья решётки.

Что ж, подытожим, задание я получил. Эльфийка была, но год назад её сожгли. Эфраиму врать не с руки. Он и так подставился. В дневнике задание сохранено. Ничего не понимаю. Накрутили разрабы, или я что-то упускаю? Ох уж мне эти ипические задания…

— Не торопился ты, сынок, ой не торопился… — шёпот эльфийки заставил меня подскочить на ноги и сердце чуть не выпрыгнуло у меня из груди.

— Мммать твою! — непроизвольно вырвалось у меня.

— Мать, мать. А ты кого ещё хотел увидеть здесь, Эскул? — эльфийка стояла, упершись в решётку напротив меня, отставив левую ногу с браслетом цепи чуть в сторону.

— Никого. Но, все же… как?!

— Сынок, сынок. А подумать? Я все же Мать эльфийского Дома. Ну хорошо, подскажу. Я — Грандмастер Магии Разума и Природы.

— Ну конечно, — с облегчением вздохнул я. Интересно, Эраинн Мелоинн, почему они уверены, что сожгли Вас? Ведь там были не такие простаки, как тюремщик Эфраим.

— На самом деле, Эскул, сложностью было создать только иллюзию мифриловой цепи у моего голема. Маг хумансов до сих пор уверен, ублюдок, что у него в сундуке лежит эта цепь, которую он якобы снял с моего обгоревшего тела. Я вложила в голема очень много жизненных сил и магии. Аутодафе вышло на славу! Кха, кха! Крики были слышны даже в это проклятом подвале…

— Эраинн, вы здесь больше года, Великий Альв! — произнес я потрясенно. — без света, еды и питья!

— Рейнджер, кха, кха, ты и представить не можешь, как много живности обитает в этих подвалах и сколько влаги скапливается по утрам на камнях этих опостылевших стен. И если ты задаешь такие вопросы, то ты плохой ученик своего деда.

— Великая Мать! Одно дело учиться выживать в лесу, другое — вот так, без надежды, без света…

— Ладно, сынок, хватит пустой болтовни! — эльфийка снова зашлась кашлем, повысив голос. Мы остановились на очень важных вещах для тебя и твоего будущего. Но всё имеет свою цену. Ты готов идти до конца?

— Я же уже дал своё согласие, Великая мать. Что ещё требуется от меня? — с недоумением пожал я плечами.

— Ты пока не знаешь самого главного. Ты решил, самонадеянный Холиен, что поймал фазана удачи за хвост и уже готов ощипывать перья? Кха, кха! Фиал у тебя. Редкая удача. Надо же. Но ведь ты бессмертный? Ведь так. Зачем тебе менять сущность? Только не лги мне, прошу, сынок, не лги! — эльфийка впилась мне в лицо взглядом и лицо её прильнуло к решётке.

— Да не собирался я менять сущность! Эраинн. Зачем? Я — Рейнджер Светлого леса последние пять лет и мне хорошо. Приключения, я сам себе хозяин, вольный эльф.

— Какой же ты придурок, Эскул. И как только тебе удалось до уровня Магистра Воды добраться? Это ведь требует изрядного ума и терпения. А ещё труда и усидчивости. И ведь очень много надо прочесть. Книг, манускриптов. И уж точно такой пройдоха, как ты, не мог не уделить внимание Кодексу Артефактов.

— Обижаете, Великая Мать. Кодекс Артефактов — настольная книга не только моего Учителя, но и в гильдии Наёмников без неё никуда. Мы её там все наизусть выучили, разве что в каталог заглядывать приходится — ценность каждого артефакта — это предмет торговли, и ошибка стоит многого: уважение товарищей, дохода, наконец! — надулся я.

— Кха, кха! Ну так напрягись, Эскул, вспомни введение к Кодексу Артефактов — свойство артефактов трансформации! Ну же? Смелей!

— Да помню я всё, как на экзамене прямо! — и я продекламировал по памяти:

«Артефакты трансформации при контакте с владельцем-донором осуществляют мгновенную привязку к его сущности, и, в случае отсутствия активации донором в течение лунного цикла, начинают поглощать жизненную энергию хозяина вплоть до самой его смерти…»

— Ну?

— Гну! — эльфийка даже опешила от моей тупости. — Артефакта, то бишь Фиала, я не касался, шкатулку не открывал, а значит и хозяином не являюсь. И вообще могу сделать что хочу, хочу — выкину, хочу — продам задорого! Вот!

— Скажи мне, отрыжка дождевого червя, — шёпот эльфийки вдруг стал пробирать меня до мозга костей, — в чём, о Великий Альв, находится Фиал?

— В шкатулке из мелорна, — я даже растерялся, — и что? Ну?

— Гну! Кха, кха! Бессмертный, ты всё же какой-то ублюдочный эльф. Что такое мелорн для всех эльфов?

— Дерево Жизни, начало и конец рода, оно объединяет всех эльфов в одну семью, где бы мы не находились, — пролепетал я строки из народного эльфийского эпоса.

— Хм, а ты не совсем конченный, бессмертный, — улыбнулась эльфийка, — ну? Осталось совсем чуть-чуть. Что же такое мёртвый кусок Дерева Жизни? Что такого из свойств он смог сохранить, насильственно умерев?..

…! Твою…в бога душу…! Это тоже артефакт! — я потерянно уткнулся лбом в прутья, — и всё что он может — проводить магические свойства. Чего? Спросите вы. Да всего, что в него положили. А я — покойник. Нет не сейчас, а аккурат через лунный месяц. Так как Фиал. Ну если я его не активирую, преспокойно начнёт пить жизненные силы из моего аватара, пока я не умру. Ну и потом, когда я радостно воскресну, всё начнётся снова. И так по кругу. Итог: удаление персонажа. Моего выпестованного, выструганного, вымученного Эскульчика. Любименького, ммать!

— Теперь ты понял, ты всё понял, Эскул ап Холиен… — удовлетворённо вздохнула Великая Мать. — И ты готов слушать меня дальше, поскольку только я помогу тебе выбраться из этой мышеловки.

Я глубоко вздохнул. Наверное, это судьба-злодейка. Беззаботным лучником мне, похоже, больше не быть. С работы уволили, то есть отправили на пенсию. Может и правда, пришла пора всё поменять? А фигли нам красивым! Рерол так рерол. Я сложил свои руки перед собой, как примерный ученик:

— Я готов, Эраинн Мелоинн, видимо этого хочет сам Великий Альв и это судьба.

— Настоящие эльфы, бессмертный, ни в какую судьбу не верят, кха, кха, поэтому и живут дольше жалких хумансов. А может — и наоборот…

— Что — наоборот? — встрепенулся я.

— Наоборот: долгоживущие перестают верить в судьбу после первой сотни лет. А то, что ты готов слушать и почти смирился, радует меня. Особенно если учесть, что радоваться мне осталось недолго.

Проклятая цепь тащит из меня силы по капле, уже достаточно долго. Создавая своего голема, я потратила почти весь резерв внутренней силы. Голод и неподвижность скоро совсем добьют меня. Я перестану контролировать заклинание Покрова Разума, и тюремщики быстро смекнут что к чему. Вот тогда меня действительно сожгут по-настоящему.

О, Великий Альв! Я давно уже не боюсь смерти, меня разрывает на части мысль, что мне не удастся отомстить за смерь моего Дома и моего Дерева. Эта мысль, она одна, позволила мне дождаться шанса.

Ты — мой шанс. Ты оказался достаточно глуп и алчен, чтобы заполучить этот Фиал. Да не просто заполучить, а убить при этом эльфийку Светлого Леса на земле хумансов. И — вот удача — ты именно в той тюрьме, где я смогла спрятаться. Больше того, ты, наивный дурачок, уже привязал Фиал к своей сущности и у тебя нет выхода, как много лет назад у меня. Тебя ждет много интересного, Эскул. Много потерь, лишений и обид. Но ты будешь вознагражден! Вознагражден самой возможностью начать всё снова…

Итак, у тебя есть Фиал, который привязан к тебе. Осталось отнести его в святилище Рощи Единорогов и активировать. Не всё так просто. Единороги — своенравный народец.

Рейнджера Светлых Эльфов они даже на порог не пустят. Ты же не девственница в полнолуние, кха, кха! Не переживай. Они откроют свою тропу к святилищу, потому что ты принесёшь им сердце. Да, да, не бледней. Ты принесёшь им сердце Чёрной Лилии. Моё сердце. За него они сделают для тебя всё, что ты попросишь. Ты войдёшь в святилище и активируешь Фиал. И станешь кем-то новым, кем захочешь. Меня это уже не будет волновать.

От тебя же я потребую только одного. Пообещай мне отдать моё сердце Единорогам. Я не буду требовать клятвы Деревом. Просто пообещай мне сынок. Зачем это нужно, ты поймёшь, если встретишь тень моего сердца… И ещё, я сейчас попрошу тебя об очень важном, кха, кха, кха, — эльфийка зашлась в особенно продолжительном приступе кашля, то и дело сплевывая кровь на пол камеры.

— Эраинн, я постараюсь сделать всё, как ты просишь. Но, может, я не найду эту тень? — столько лет прошло, — спросил я.

С трудом отдышавшись, эльфийка ответила:

— Ты забываешь, сынок, что по рождению я — тёмная эльфийка. Тёмные эльфы никогда не прощают своих врагов и любят только одного и на всю жизнь. Я не смогу быть покойна в чертогах Великого Альва, где все эльфы равны и не делятся на тёмных и светлых. Ты — не самый худший сын своего народа. Ленив немного, глуповат. В меру честен и не в меру добр. Щедр и недальновиден. Исправляйся, Эскул, пока не поздно. Иначе несчастья будут преследовать тебя всегда, как и одиночество, — у меня даже мурашки по коже прошли. Вот это ИскИн дает, прямо сеанс психоанализа!

— Не отвлекайся, рейнджер! Сейчас я скажу очень неприятную для тебя вещь. Но ты подумай, прежде чем начнёшь возмущаться. Есть важное условие с моим сердцем. Принести его в Рощу Единорогов должен НЕ ЛЮБОЙ. Это важно, кха, кха… Сердце должен принести мой убийца…

Вы получаете Первую часть задание «Чужой среди своих»: убить Великую Мать Чёрную Лилию, забрать у неё сердце и отнести его в святилище Рощи Единорогов. Награда 100000 опыта. Возможность полной активации Фиала Изменения Сущности

Я сидел онемевший с открытым ртом. Солнечные лучи, бившие из отдушин под потолком камеры эльфийки, уже давно сместились к решётке, и мне впервые было хорошо видно её состояние. Тень жизни едва теплилась в ней, казалось, живыми остались только её пронзительные глаза, лихорадочный блеск которых уже начинал тускнеть. Она сидела неестественно прямо на пятках, положив руки на колени. Её пальцы с вырванными ногтями мелко дрожали. Дышала она тяжело и со свистом втягивала воздух. Сквозь белую как молоко кожу остро проступали скулы, потрескавшиеся губы были испачканы кровью

— Я не смогу, Эраинн… — пролепетал я. Проведя с ней несколько часов, я понял, как глубоко симпатична мне эта непримиримая женщина. Она нравилась мне, черт возьми! Да! Эта непись была необычайно живой. Ну разрабы и садисты! И ведь ничего не придумаешь. Не убью — провалю задание, а её сожгут… Да ещё и пытать будут. Эх, если бы и так! Я хорошо знаю магов-дознавателей, отвертеться и мне уже не удастся. И я попаду в пыточную с ней или после неё. Снова предложение, от которого не дают отказаться…

Мы просидели в молчании пять минут. Тишина прерывалась лишь кашлем эльфийки, который все чаще заканчивался кровью. Ох, худо ей, совсем худо.

И я решился. Не знаю, что всё-таки склонило меня к согласию. Боязнь пыток или милосердие. Милосердие к неписи. Бред какой-то…

Я встал перед решёткой, твердо посмотрел в глаза эльфийки:

— Эраинн Мелоинн, Чёрная Лилия, Великая Мать Темного Дома, как ты хочешь умереть? — сказал я и глубоко поклонился.

Эльфийка нетвердо встала на обе ноги, пошатываясь, выпрямила спину и прямо глядя мне в глаза, произнесла:

— Сделай это быстро, сынок. Чему-то же тебя дед должен был научить, балбеса. И… спасибо тебе и удачи…

Коридор между камерами был немногим менее двух метров. Эльфийка стояла прямо перед решёткой. Ну что ж, пожалуй, это подойдет. Заклинание Водный Бич высшего уровня кастуется мгновенно. Оно не так эффектно внешне и действует на близком расстоянии. Но в ближнем бою, против противника, незащищенного магией, очень эффективно. Тонкая водная петля метнулась из моих ладоней, мгновенно захлестнув шею эльфийки, она прошла сквозь зачарованные прутья решёток, как нож сквозь масло. Не успели упасть на каменный пол срезанные прутья, как голова Чёрной Лилии медленно отделилась от шеи и скатилась на подстилку из гнилой соломы. Губы Великой Матери улыбались. Она начала свой путь в чертоги Великого Альва.

Через несколько минут тело эльфийки развеялось. На соломе остался маленький предмет, отсвечивающий карминно-красными отблесками в лучах солнца, всё ещё не покинувших камеру. Вокруг предмета серебряной змеёй свернулась мифриловая цепь.

Я протиснулся в проём, образовавшийся после водной петли, наклонился, взял в руку сердце, стянул с шеи шарф, обернул его и спрятал за пазуху. Хозяйственно свернул цепь и поместил в пространственный рюкзак, почти не удивившись появившемуся вокруг неё фиолетовому свечению, определившему класс предмета как уникальный.

Вы выполнили первый этап Первой части задание «Чужой среди своих». Вы убили Черную Лилию. Репутация со Светлыми эльфами — Ненависть. Репутация с Тёмными Эльфами — Ненависть. Репутация с жителями леса — Недоверие. Репутация с Хумансами — Дружелюбие. Вы получили уровень… Ваш уровень 98. Вы получили уровень… Ваш уровень 99… Ваш уровень 143

Я, замерев на месте, тупо смотрел, как бегут строки системных сообщений. И как мне прикажете пробираться к Единорогам? Там вся дорога — леса и леса, горы и скалистые пустоши! И всё это пространство населено враждебными мне теперь существами, которые постараются застрелить, зарезать, съесть, изжарить, заморозить, расчленить… Ммать! Я думал до этого, что здорово попал. Так вот то было просто повидло по сравнению с тем, что мне угрожает. В казематной двери зазвенел ключ, она натужно отворилась. В проёме стоял Эфраим:

— Ваше эльфийшество, выходите. Свобода, значица. Шериф уже пришёл на службу и подписал освобождение. Ну и мне радость. Вы добрый эльф.

Вы официально освобождены из тюрьмы майората. Делопроизводство по вашему делу прекращено. Выставленные финансовые и моральные претензии полностью удовлетворены. Статус «Узник» отменен. Внутриигровой чат и почта подключены. Приятной игры.

— Эфраим, а какой сегодня день недели? — задумчиво бросил я.

— Так понедельник же, ваше эльфийшество!

— Я почему-то так и думал, — выгреб горсть серебра из рюкзака и высыпал её в лопатообразную ладонь тюремщика, — ты там прибери, Эфраимка, я малость с магией не рассчитал, решётки попортил, так ты без обид. Лады?

Глава восьмая

Город Карагон. Столица майората Рыцарей Креста.

Нормальные герои… прежде чем ввязываться в авантюры, думают.

Выходя из тюрьмы ранним весенним утром, особенно остро ощущаешь вкус свободы. Ноги невольно ускоряют шаг, торопясь доставить уставшее и голодное тело в «Утеху Желудка». Сердце — квестовый предмет и не выпадает из инвентаря, но, как говориться, на Аллаха надейся, а верблюда привязывай. Тем более, что я ощущал себя почти голым в нубовском прикиде, который на мне был, когда меня арестовали. Одежда без статов, а на одной магии далеко не уедешь. В Карагоне воры даже по утрам не спят.

Уважаемый Игрок. Пятнадцатиминутное предупреждение. Вы играете с временного транспортного терминала. Через тридцать минут Ваш энергокар достигнет конечной точки маршрута. Спасибо, что воспользовались нашими услугами. Средства будут списаны с Вашего социального счёта.

Ну вот, надо поспешить, лучше всего будет войти в Игру в своей квартире, и спокойнее, и тушка целее будет. Так, стоп, а что там про списание средств? Ну-ка, ну-ка? Грабёж! Две тысячи семьсот рублей. Да. Я и забыл, что с сегодняшнего дня пенсионер. А значит — индивидуальный транспорт и его терминал для выхода в Игру теперь для меня платный. Придётся бросать барские привычки. К деду теперь только на монорельсе, а играть только с домашнего терминала. Так никакой пенсии не хватит. Печально.

Наконец и трактир. Время ещё раннее. Лавки пусты, только на кухне слышится приглушённая брань Оливье. Все как обычно. Почти. В углу, слева от входа, с маленькой медной кружкой горячего молока сидит гном и, смешно вытянув трубочкой губы, дует на пенку и шумно отхлёбывает. Хм, его только тут не хватало.

— Хай, Эскул! Будешь молоко? — помахал он мне рукой, лишь только я вошёл в трактир. Ждал зараза.

— Аве, Вася! Избежавший смерти, приветствует тебя! — вскинул я кулак к правому плечу, стараясь скрыть досаду, — извини, спешу, десять минут лимита осталось.

— А я долго не задержу. В пять минут уложусь. Садись, эльфяра, покалякаем о делах наших скорбных. Гы! — осклабился гном, похлопав ладонью по лавке рядом с собой.

Простецкий вид гнома мог обмануть кого угодно, только не меня. Бывалые игроки говорили, что глава Гильдии Наёмников с ником «Гном Вася» в Игре с незапамятных времен, что якобы был ещё бета-тестером в эпоху виртуальных шлемов и капсул. Злые языки даже утверждали, что Вася вообще не выходит из игры, что его аккаунт специальный, а сам он инвалид и находится в коме, и Корпорация держит его на искусственном питании. В общем, бредовых слухов ходило множество. Но для меня было твердо ясно одно. Гном Вася знал о МИФе больше всех моих знакомых, и с ним не стоило шутить или играть в игры. По крайней мере, врать ему не стоило. Как и говорить всей правды.

— Давай, садись, Эскул. У меня тоже дела… Что делать будешь? Ты нам теперь должен.

— Вася, вопросов нет, суть претензий ясна. Шмот, что брал для задания, вернуть не смогу, ща скину логи. Сам поймешь почему. Там же увидишь, что твоя разведка облажалась. Я практически оказался не готов к тому, что произошло. Но гильдию не виню. Всегда есть риск напороться на неприятности. Я сам практически без трусов остался. Все, что взял с орков придется вернуть по договору с майоратом, да ещё по пятьдесят кусков компенсации оркам и магистру.

Глаза гнома на несколько минут остекленели, читая логи, которые я ему скинул.

— Хм, ну допустим… а чего рожа та у тебя такая довольная, Эскул? Сам в минусе глубоком, должен кругом, колись давай.

— Ну ты, как всегда, Вась…короче, не в материальном приварке дело. Квест получил в тюрьме. Интересный, многоэтапный. Давно такой искал. Ты же сам игрок азартный, поймёшь меня!

— Квест? В тюрьме майората? Гонишь, Эскул, как обычно. Там давно все тропки хожены-перехожены, — в противоречие ленивому тону, глаза гнома заблестели, даже шея напряглась, покраснев.

— Вася, Вася…давай так. Озвучь сумму, которую я должен гильдии, а я постараюсь просветить тебя по квесту. Когда всё станет яснее — с меня эксклюзив. Но сразу скажу: сейчас не пытай, мутно всё. Квест редкий. Первое прохождение. Полное описание после завершения с меня, передать не могу, полная привязка. Без обид.

— Редкий, говоришь, — гном на минуту подобрался, как пантера перед прыжком. — Лады, давно тебя знаю, слово держишь. — Должен гильдии двести тридцать тысяч, срок погашения неделя, потом проценты. Отдашь Гриму, казначею, сам знаешь, как. Давай, двигай, а то ник уже мигает…

Я подорвался с места и, взбежав по лестнице, рванул ручку двери личной комнаты

Выход из интерфейса транспортного терминала наступит через 9, 8, 7…

Шея и затылок болели немилосердно и МКИП осуждающе позванивал на плече, вводя обезболивающие компоненты. Действительно, опрометчиво я что-то, с транспортного терминала, да с такой психофизической нагрузкой. Что сказать, без камеры с биогелем входить в Игру может только такой мазохист, как я. Ну ладно бы, для получения информации, но в активном режиме? А ведь и вправду — могло плохо кончится. Лечил бы потом психогенное расстройство или нейромышечный паралич. Всё поправимо. Но денег бы стоило! А я — пенсионер. Надо начать почаще повторять себе это. А то косяк за косяком. Не хорошо.

Энергокар остановился на основном шоссе у указательного терминала. Дальше к дому деда следовало идти с километр пешком. По нашим временам, да ещё и в эгиде московского кластера, настоящая глушь.

Напомню, дед, по мнению многих моих коллег, был записным ретроградом. Свои тяжбы с инспекцией МЧС и Социальным Департаментом он превратил в ежегодные спортивные соревнования кто кого. И отстоял-таки право на возможность иметь дом с дровяной баней на своём участке и колодец. Только даже с его связями не удалось отстоять дощатый сортир с выгребной ямой, пришлось довольствоваться современным септиком, закамуфлированным под деревянный туалет на заднем дворе. Дед Андрей согласился, скрепя сердце, на этот вариант только после железных доводов дяди Миши о том, что золотарей ему сейчас не найти ни за какие деньги. Вода для бани использовалась исключительно из колодца, вырытого по преданию ещё моим прадедом, но обновленного в соответствии с современными требованиями всё тем же дядей Мишей, который не пожалел времени и привез откуда-то специальные военные фильтры, которые по знакомству ему достались вместе с бригадой строителей, которые за сутки сотворили шедевр подмосковного зодчества.

Винтажный колодец внешне ничуть не изменился, но по сути своей являл собой сооружение, не уступавшее по сложности ракетной шахте. Дядя Миша по праву гордился своим поступком, благодаря которому мы могли смело пить эту воду и использовать для хозяйственных нужд.

Я прошёл по просёлку от шоссе положенный километр и, подходя к дому, заметил сизый дымок, вертикально поднимавшийся из-за елей. Слегка поёжившись, к вечеру температура падала до минус десяти, я открыл калитку на резинке и вступил на лужайку перед домом.

В торжественном молчании на ней творилось настоящее священнодействие, которое, наверно, и по прошествии тысячи лет не оставит равнодушным ни одного настоящего мужчину. Серьёзный, уважаемый мангал, который пережил не одно поколение Респовых, дымил и сыпал искрами прогорающих дров. Специально припасенные поленца орешника, дикой вишни хранились в специальном коробе у веранды. Золотой фонд. И упаси боже использовать банные дрова для шашлыка. Виновный мог быть строго наказан отлучением от бани на значительный срок.

На отдельный стол был водружён чугунный чан с крышкой, в летнее время используемый для приготовления шулюма или хаша. Сейчас в нём дожидались своего часа кусочки подготовленного мяса для будущего шашлыка, приготовленные по особому семейному рецепту. Когда-то у каждой соседской семьи был свой рецепт, и споры, который лучше, не затихали ни на одном застолье. Сейчас же из соседей осталось всего несколько стариков. Дети их навещали не часто, спеша вернуться в город к своим нейрованнам. В посёлке вирткабель был подведен только к дому деда. Мой подарок из лучших времён, ему на пенсионный ценз.

Дед с дядей Мишей как раз занимались ответственной стадией — готовили шампуры, да не какие-нибудь. А настоящие, ручной ковки. Дед, к слову сказать, в своё время ездил за ними к чёрту на кулички, куда-то под Тулу.

— О! Какие люди! — дед обрадованно распахнул объятья и двинулся ко мне.

— Точно, пенсионного полку прибыло, — хмыкнул дядя Миша, вытирая руки и разливая гранатовый сок в эмалированные железные кружки, ещё один дедовский раритет. Я их ещё с детства помню, с картинками — смородиной и черешней.

— Ну как ты, Тёма? — спросил дед, обнимая меня за плечи правой рукой и пытаясь заглянуть мне в глаза.

— Не дождётесь! Ныть не буду! — как можно тверже ответил я, хотя вот так и хотелось завыть. Опять напомнила о себе пустота в груди, вцепившись своими холодными коготками в сердце. И тягучая, как баблгам, тоска попыталась завладеть моим настроением.

— Ты опять играл в транспорте? — тревожный взгляд деда мазнул по жёлтому индикатору МКИПА. — Ты знаешь, чем это для тебя может закончится? — в его тоне стали слышны стальные нотки.

— Знаю. Не лечи уже, сам доктор! — огрызнулся я, но потом мягко похлопал по плечу деда. — Не переживай ты так, теперь уже не буду, не по средствам. Только из нейрованны и по социальному аккаунту. Да здравствует, Корпорация!

— Ты бочку на Андрея Анатольевича не кати, пенсионер новорожденный, — недовольный тон дяди Миши прибавил напряжённости беседе. — Он, Андрюха, квест редкий отхватил, вот терпения до нас доехать и не хватило!

— Да ты что, Мишаня? Нашему балбесу, наконец, удача улыбнулась! — дед снова был в хорошем настроении, тучи развеялись.

— Ну и отхватил, только чего мне это стоило! — что-то внутри заставило попридержать язык и, как бы гордость не распирала, я решил не рассказывать подробности моего эпического приключения. Дядя Миша тот ещё жук. Примажется, клещами не оторвёшь. Потом деду наедине всё расскажу.

— Ну, и чего стоило? — дед равномерно распределял куски мяса по шампуру, слегка сжимая их в кулаке. — Только не говори мне, что опять всё пролюбил. Всё, что нажито тяжким трудом: три кинокамеры, три куртки замшевых…

— Я разберусь, дед, реал тратить не буду! — как можно увереннее ответил я, хотя на самом деле особой убеждённости в своих планах не испытывал.

— Слышь, Миша, разберётся он, пенсионер… Ну да ладно, поглядим… Повод у нас сегодня двойной. Поэтому, на сухую шашлык в горло не полезет. Давай, Артем, займи себя чем-нибудь, а лучше — дров наколи, запас никогда не помешает. Мишаня, а ты на веранду сходи — там в серванте внизу наши заветные стоят, принеси одну.

— Ух ты! Андрей! И впрямь праздник, — дядя Миша потер ладони в предвкушении.

Я хорошо их понимал. Уважаемый всеми соседями напиток, все ингредиенты которого знали только мой дед и дядя Миша, почитался как божественная амброзия. Его приготовление, как и потребление, всегда превращались в таинство познания вселенской истины. И эта сбалансированная смесь спирта, жжёного сахара и трав гордо именовалась «Мяу!» по вполне понятным причинам. Старые алкаши.

Топор для колки дров отнюдь не был раритетным, а представлял собой шедевр эволюции колунов. Тоже один из подарков деду от благодарных пациентов — малый скандинавский колун, чуть менее полувека служивший семье Респовых. На совесть закаленная сталь с запасными сменными, пропитанными маслом рукоятками. При должной сноровке этот инструмент сам рубил дрова так, что возникало мистическое чувство одушевлённости топора.

На умопомрачительный аромат шашлыка подтянулись немногочисленные соседи — Аркадий Петрович, профессор МГУ и Назар Матвеевич — жутко секретный полковник в отставке. Знавшие заранее о юбилее, гости пришли не с пустыми руками. Подарки обсуждались шумно, обмывались неспешными и по-кавказски длинными тостами. Застолье протекало своим чередом. Я почувствовал накатившее умиротворение и отстраненность от мирских забот, хотя и не прикасался к спиртному.

Не хотелось отключать МКИП, который до сих пор светился желтым предупреждающим сигналом. Поймал себя на мысли, что жутко завидую этим старикам. Для меня они были целой эпохой. Прошли по жизни с честью, не уронив достоинства, преодолевая трудности. Теряя близких и друзей, они находили в себе силы идти вперед.

А к чему пришёл я на сегодняшний день? Как метко назвал меня дядя Миша, новорожденный пенсионер, игроман без семьи, живущий на транквилизаторах. Что же убивает меня сильнее? Страх смерти или страх жизни?

— Чего приуныл, Темка? — дед отнёс очередную порцию шашлыков на стол, подкинул дров в мангал, так, немного, для уюта, и подошёл ко мне. Я устроился чуть поодаль в любимом кресле-качалке деда, не поленившись притащить его с веранды.

— Привыкаю к статусу пенсионера, дед. Подумываю, может переехать к тебе, вдвоём оно веселее. Опять же, в баню буду ходить чаще, — усмехнулся я.

— В баню оно, конечно, хорошо, — тоже улыбнулся дед, наверно, вспомнив, как впервые меня мальцом затащил на полок, — только вот чего это ты вдруг решил, что жизнь на этом заканчивается? И хватит кокетничать! Тебе не идёт.

Стемнело рано, отблески огня со стороны мангала падали на спины сидящих за столом собутыльников. Громче всех раздавался голос дяди Миши, скорее всего рассказывающего очередной пикантный анекдот. Лицо его раскраснелось, он размахивал в так словам длинными сухими руками, делая ладонями волнообразные движения, как бы обрисовывая фигуру, скорее всего, героини рассказа. Собеседники его периодически хохотали как мальчишки, вставляя иногда ёмкое солёное словцо.

— А кому я теперь нужен, Андрей Анатольевич? Я ведь не маленький давно и понимаю, что только благодаря дяде Мише имел доступ к врачебной практике. Не знаю, как ему удалось, но хотя бы в городском департаменте у меня не было проблем с анкетой. А то ведь с моей психиатрической картой теперь только в городские ассенизаторы! — я досадливо стукнул кулаком о подлокотник кресла.

— Мебель не сломай, ассенизатор. В коммунальные службы тебе тоже не попасть, там уже давно живые только начальники участков, да в трудоёмких зонах африканские гастарбайтеры всю деятельность под себя подгребли. А у них мафия покруче узбекской. Они в Москве даже китайцев из этой сферы вытеснили. Ты раньше времени панихиду по диплому не заказывай! Сходи в центр занятости. Отметься. Не сиди сиднем.

— Ладно, схожу, дед, не сердись! Вопрос по другой теме можно?

— Валяй, — дед шагнул к столу, взял серебряную чарочку с легендарным напитком, другой рукой подтащил плетеный стул к моему креслу.

— Я по Игре посоветоваться хотел, — полушёпотом сказал я, придвинувшись к деду.

— А чего так секретно то, Тёмка, а? Или Рейнджер всегда Рейнджер, даже в реале? — усмехнулся дед.

— Да не знаю, предчувствие дурацкое, уж больно на вкусное задание я наткнулся, уважаемый Архимаг Дома Холиен, — не преминул я его тоже подколоть.

— Ну, ну, будет тебе обижаться. Что узнать-то хотел?

— Что тебе говорит имя Эраинн Мелоинн?

— О как! — дед от удивления даже откинулся на спинку стула, ротанг жалобно скрипнул. — И где тебе посчастливилось столкнуться с этой старой стервой?

— Как бы тебе это рассказать? В общем, если коротко, я её убил и сердце забрал… И я кратко пересказал ему свою эпопею. На удивление, заняло это не более десяти минут.

— Да… Артём, не устаю удивляться твоей везучести. Ты же всегда играешь, как Бог на душу положит! Ни стратегии, ничего. Ты же гайды до сих пор читаешь только уж если полная жопа наступает. А тут прямо ас! За игровые сутки почти 57 уровней, ипическое задание и ненависть с большей половиной Темнолесья. Я знал, что у тебя талант попаданца в плохом смысле этого слова, но, чтобы так вляпаться… Ты хотя бы статы ещё не раскидывал?

— Нет! Когда? — возмутился я.

— С тебя станется, вечно торопишься, — дед задумчиво потеребил свою бородку. — так, а с долгами что? Сам справишься?

— Должен потянуть, впритык. Цепь ещё загоню на аукционе, загашник обнулю. Ведь стоит того, а, дед? Игровой рерол — это же раз в жизни бывает. Опять же выбор расы нестандартный может получиться.

— Так ты ещё не понял, КАК тебе повезло?! Артем, проснись уже! Да за такую возможность знающий игрок душу дьяволу заложит, — дед вскочил и начал мерять пространство передо мной своими немаленькими шагами. — Ты же в курсе — обычно игрок, который грамотно идёт на рерол, готовится: превращает всё ценное в игровую валюту, делает закладки ценностей в игре или несёт в игровой банк, потом, при удаче, выгодно продаёт перса и — вуаля! Регится заново, составляет новый билд и развивается с нуля. И даже самый прошаренный спец ничего не может поделать с этим нулём. Весь свой опыт и статы он продал вместе с персом, остаются только знания.

— Ну и в чём разница моего везения? — растерянно пробормотал я.

— Эх ты, тютя, нуб замшелый, — дед перестал мелькать у меня перед глазами, сел в крякнувшее ротанговое кресло, махнул рюмку, сделал глубоки вдох. — Хорошо! Квестовый рерол позволит тебе не только сменить расу и перса. При изменении сути НЕ ПРОИСХОДИТ ОБНУЛЕНИЕ СТАТОВ. Ты получаешь нового перса с нулевым уровнем и имеешь возможность распределить ВСЕ статы от старого. Да, да! Все кровно заработанные многодневным качем. То есть, если сейчас ты воспользуешься Фиалом, то получишь возможность распределить опыт 147 уровня! — дед хитро уставился на меня, с удовольствием наблюдая за метаморфозами на моём лице

— Ох, мама!.. Бл… — у меня просто не хватало цензурных выражений.

— Не ругайся, лучше подумай о том, что тебе придётся не просто идти к цели, избегая контактов с эльфами, лесовиками, дриадами, навьями и прочим лесным народом. Боятся нужно будет не их. Кто-то же владел Фиалом до тебя, или кому-то он предназначался. И, заметь, был не привязан. Вот этому кому-то ты малину испортил с своим квестом. Лихой Рейнджер! — снова усмехнулся дед.

— Вот это геморрой, прямо геморроище! — уныло посмотрел я в не по-декабрьски звездное небо. Игроки — народ мстительный и обидчивый. Темнота навалилась на дачный участок как-то внезапно. — И не продать, ни подарить. Рерол неизбежен.

— Ничего, я в тебя верю, — подмигнул мне дед, смакуя аппетитный кусочек шашлыка так артистически, что у меня снова проснулся аппетит и несколько минут мы молча отдавали должное запечённой баранине.

— Артём, прежде всего реши вопросы с долгами. Это раз. Сам не раскидывай статы, посоветуйся, задействуй Васю, скажи, я попросил. Это два. Я тебе скину двести тысяч золотых через игровой банк и не спорь, вернёшь, когда сможешь. Это три. Я тут кое с кем поговорю, надо же понять, кого тебе опасаться. Короче, зайдешь в игру, начни с серьёзной подготовки к путешествию. Да, Васе передай пожелание: перс у тебя кривой даже для Рейнджера, пусть раскидывает с заточкой в скрыт и разведку. Тебе прежде всего незаметность и быстрота нужны. На втором месте ловкость. И подними заклинания Водяного Щита и Туманного Полога до максимума, — дед сделал паузу, чтобы снова налить волшебного напитка.

— Ну так я, может это, того, пойду? А, дед? — зуд в пятках, появившийся вместе с разъяснениями деда становился просто невыносим.

— Артём, ну ты неисправим! Чего тебе не сидится? Смотри какой вечерок, — слегка нахмурился дед.

— Да твои гости уже на стадии «раньше трава была зеленее, а небо голубее», я же с тоски скисну, а дед? Да и пить мне нельзя, а что с вами ещё делать?

— Ох, Тёмка, шалопай ты. Но честный, за что люблю. Ладно, иди уж. Код нейрованны я сменил. «Балашиха 1969». А то повадились тут на дачу пацаны какие-то лазить…

— От радости я буквально взлетел с кресла, обнял его, вызвав довольную улыбку.

Игра! Я снова живу! Я иду к тебе!

Глава девятая

Все ещё город Карагон. Столица майората Рыцарей

Креста. Улица Святой Марии дом. 14.

Гостиница Оливье Дюбуа. Трактир «Утеха Желудка».

Быстро забрасывая в инвентарь все боле-менее ценное, я метался по личной комнате на втором этаже таверны. Придётся побегать пока в нубовском прикиде.

Итак, что у меня в активе: своих всего 37 тысяч золотых с копейками. В игробанке дожидаются 200 тысяч от деда, а зелья регенерации манны и на увеличение ловкости тянут, примерно, на 15 тысяч. Это если быстро скидывать на аукцион. Семь орчьих ятаганов класса редкий. Один уникальный ятаган и один редкий полный комплект на орка 120 уровня. Цепь мифриловая, редкая. Хм, не знаю сколько она потянет, на аукционе вообще такие не встречал. Это в активе.

В пассиве: долг по 50 тысяч майорату и оркам, все ятаганы — опять же оркам, а вот про комплект орочьей брони ничего сказано не было, я это сразу приметил. Ну и для гильдии Наёмников — 230 тысяч Гриму занести.

В итоге, при удачном стечении обстоятельств, скинув торговцам актив, у меня будет 250–300 тысяч, а должен 330 тысяч. Что-то надо придумать…

А чего торопиться? Для начала надо бы распродаться. Где побыстрее? Хм, в эльфийскую лавку дорога закрыта. Не с моей упавшей ниже плинтуса репутацией. К орденцам? Тоже соваться не стоит, стукнут ещё кому не надо о мифриловой цепи, потом не отцепятся. Значит одна дорога — квартал ремесленников, к гномам или скупщикам краденого. А там и до офиса местного игробанка рукой подать. Ну так тому и быть!

Закинув все вышеперечисленное в инвентарь, и, непроизвольно крякнув, до перегруза оставалось совсем чуть-чуть, вышел из личной комнаты на внутренний верхний балкон трактира. Ох! Тут же отпрянул, вжался в стену у двери. Мммать!

Внизу за одним из тяжёлых дубовых столов, что так ценили у Дюбуа посетители, любившие подраться, сидела небольшая компания игроков. Ибо кроме, как игроками, сидящие быть не могли. Приторный с виду паладин, в отливающих синим доспехах, рога в неброском сером плаще, и два Скалистых орка. И во всём этом прекрасном окружении, задумчиво ковыряясь вилкой во фруктовом салате и подперев голову правой рукой, сидела Маг Природы, Эвглена, 221 уровня!

Это по мою душу. Бывшие хозяева фиала. Жаль, значка клана отсюда не вижу! Что-то неправильное в этом есть, не было в сообщениях ничего о моём включении в кос-лист какого-либо клана, не было и официальных претензий по почте. Ааа… Хотят по-тихому провернуть. Ладно, нечего рассусоливать, нет у меня желания с ними встречаться. Где там у меня гильдейский чат? Я хоть и не полноправный член гильдии Наёмников Темнолесья, но всё-таки в статусе «друг клана». А это даёт некоторые привилегии. Воспользуемся.

О, на ловца и зверь. Гном Вася. Статус «активный».

— Вася, это Эскул! Ты где сейчас? Помощь нада!

- А, эльфятина! Хвост дымиться?

- Да, похоже, горит уже. Ну, ты поможешь? В долгу не останусь, ты меня знаешь!

- Да ты и так по жизни должен уже, скажи спасибо деду. Где ты сейчас?

- У Оливье, на внутреннем балконе. Тут внизу пятеро, вроде за мной. У них маг 200+. Мне бы свалить по-быстрому и по-тихому, без конфликта, поможешь?

- Значит, внимай, Эскул. Двигаешь до конца балкона на цырлах, как кот в тапочках, там в конце дверь в кладовку со швабрами. В кладовке окно. Оно у Оливье всегда открыто. Вони, эстет, не переносит. Вылезешь в окно, там не особо высоко — метра три, четыре. Сейчас приедет закрытый экипаж. Ты на крышу ему спрыгни, потом без вопросов внутрь. И ничему не удивляйся. Всосал?

- Ок. Вася. Го!

Воодушевленный, я на цыпочках по стеночке прокрался до угла, всё время контролируя взглядом зал подо мной. Дверь в кладовку подалась хоть и легко, но с душераздирающим скрипом. Я даже замер на мгновение, ссутулив плечи. Но всё обошлось. Шум едоков в зале с лихвой маскировал любые посторонние звуки. В кладовке, сдвинул рухлядь, попутно перепачкавшись чем-то, открыл тугую створку окна и осторожно высунул наружу голову.

Ух ты! Оперативно. Под окном в двух метрах была крыша запылённого экипажа. Когда я, подтянувшись, пропихивал себя через окно кладовки и, повиснув на руках, мягко спрыгнул на крышу кареты, кони даже не шелохнулись. Не став задерживаться, я слез на запятки, затем, открыв дверь, скользнул в пыльную темноту. Экипаж тут же тронулся, а я, немного обалдевший в первую минуту, пожал протянутую руку соседа.

— Привет, Эфраим! Ты как здесь? — придержал я его ладонь в своей.

— Так, эта, ваше эльфийшество! С вами интереснее, да и выгоднее даже, чем служба майората. Вы вон, за два дня — и сесть в тюрьму успели, и выйти, и к магистру вас возили, теперь за вами гонятся… Лихой вы Рейнджер, завидую!

— Да, лихой… а ты откуда Гнома Васю знаешь? — подмигнул я Эфраиму.

— Так, известно, уважаемый гражданин Карагона. Не скупой, опять же, как и вы, — заискивающе посмотрел на меня тюремщик.

Намёк понял, не дурак — я протянул ему вкусно звякнувший мешочек.

— Ну, а мы сейчас куда, Эфраим? — вернул я его с небес на землю.

— Так, эта, сказали, вроде вы сами укажете.

— Правильно, Эфраимка, давай, скажи, чтобы в ремесленный квартал правили, к лавке Модеста!

— Ваша правда, но я бы не связывался с этим пройдохой, ваше эльфийшество, — покачал головой тюремщик.

— Есть такое слово «Надо», Эфраимка, — сказал я и подумал, что этот простак не так уж и не прав.

Мостовая центральных улиц под колёсами кареты сменилась утрамбованным грунтом ремесленных кварталов. Я это сразу почувствовал, когда тряска резко сменилась мягкостью хода. Из окна потянуло вонью дублёной кожи и гарью десятков горнов. Вместе с запахами ворвалась какофония разных звуков. Визг точильного камня, размеренные удары молота о наковальню, матерные понукания мастеров и скрип, скрип, скрип тысячи тачек, телег, экипажей и рикш. Рядовое утро всех тех, кто поклонялся единому богу. Имя, которому Крафт.

Карета свернула в проулок, где было немного потише. Эфраим открыл дверь.

— С прибытием, ваше эльфийшество, туточки, прямо за углом как раз лавка Модеста!

— Спасибо, Эфраимка! — крикнул я уже вслед экипажу.

Да, действительно, дверь нужной мне лавки находилась в двух шагах. Модест — это то, что нужно. На репутацию ему плевать. Он живёт со своими вещами. Никто ему больше не нужен. Если нужно купить или продать что-то редкое, вам к нему. Но держаться стоит осторожно. Модест никогда откровенно не кидал своих покупателей, но злые языки давно поговаривали, что де связан он с криминальным миром Карагона, не брезгует и ворованным. Может и наводку дать на богатого покупателя своим подельникам. Но в моём положении уж лучше к нему, чем к эльфам или в майоратскую скупку. Есть, правда, ещё вариант. Аукцион. Но время, время. Частики тик-так. Уже два дня прошло, а у меня месяц всего. Точнее уже 28 дней. Поэтому — Модест.

Дверь открылась без скрипа. По-утреннему безлюдная лавка обрадовала тишиной. Снаружи не доносилось ни звука. Легкий полумрак рассеивали лучи восходящего солнца, причудливо преломляющиеся в светло-зелёных витражах, расписанных смутно знакомым рисунком вьющихся растений. Витрин в лавке было мало. Отделанные дорогим джорданским деревом стены имели приятный красноватый оттенок. Витые чёрные столбы из кости дракона поддерживали высокую крышу. Широкий прилавок был девственно чист. В правом углу, между прилавком и дверью в запасник сидел Модест. Единственный его правый глаз был полузакрыт, левая глазница была пуста, её перечеркивал клиновидный шрам, напоминающий гостям о том, что хозяин не простой торговец. А крепкие загорелые кисти с жилистыми пальцами и следами мелких ожогов на коже, которые оплетали паутинкой руки до локтей, говорили о том, что Модест в молодости чаще сжимал ими рукоять меча, а не перо и пергамент, как сейчас. Одет торговец был в тёмно-серый щегольской сюртук, отделанный серебряной нитью по вороту и обшлагам. Густые седые с рыжинкой волосы, такие ещё называют «перец с солью», были небрежно стянуты на затылке сыромятным ремешком. Несколько прядей падали на лоб и закрывали уши торговца.

Мне приходилось и раньше несколько раз обращаться к нему. И каждый раз я испытывал странное чувство острой опасности, находясь в нескольких шагах. Казалось, ему достаточно шевельнуть пальцем, чтобы свернуть мне шею. Вот и сейчас, когда я вошёл и его единственный глаз уставился на меня, это чувство вернулось снова.

— Малыш Холиен! Какими судьбами! — красивый баритон торговца наполнил тишину лавки. — Давненько тебя не было.

— Доброго утра, мастер Модест, как всегда, дела привели! Не уделите ли мне немного своего времени? — я старался быть вежлив, очень часто от этого зависело настроение торговца, и, как правило, мои дивиденды от сделок.

— Хм, сразу к делу. Узнаю бессмертного. Никогда вам не стать настоящими жителями Темнолесья, — проворчал Модест, — давай, выкладывай, что принёс.

Я аккуратно выложил из инвентаря зелья манны и ловкости, на которые торговец даже не взглянул. Чуть больший интерес вызвал комплект орочьей брони. Её Модест, придвинув к себе, быстро прощупал в местах креплений, подёргал за кожаные шнурки, вывернул поддоспешник и взглянул через лупу на клеймо изготовителя. Все это заняло несколько минут.

— Что ж, неплохо, неплохо, рейнджер, видно была удачная охота, а чего мало добычи? Или слить кому успел? — Модест лукаво зыркнул на меня своим глазом.

— Иногда дичь сама превращается в охотника, уважаемый мастер, — обтекаемо ответил я.

— Бывает, бывает. И, наверное, деньги нужны прямо сейчас? — хозяин лавки вопросительно поднял бровь, сделав характерный жест пальцами правой руки, потерев друг от друга большой и указательный.

— Буду вам очень признателен, уважаемый мастер! — я прижал правую руку к груди и слегка поклонился.

— Зелья — десять тысяч. Орочий комплект очень неплох, эх, дам тридцать тысяч. Моё последнее слово. И то — из уважения к твоему Дому, Холиен.

Хм. За зелья маловато. Но это и понятно. Выигрываешь в скорости, проигрываешь в ценности. А вот комплект удивил, думал меньше.

— Идёт, уважаемый мастер! — вещи как по волшебству исчезли с прилавка и рядом звякнул солидный кожаный кошель.

— В расчёте, Рейнджер, — хозяин развернулся к своему креслу за лавкой.

— Эээ, прошу прощения, мастер, хотелось бы ещё одну вещь оценить, поможете мне?

— Ох, Холиен, ну почему сразу не начал с главного? Всё хитрите, хитрите… Все равно ведь ко мне нёс? Запомни, рейнджер. То, что ты вежлив со мной, я ценю. Но ещё больше ценю такой редкий товар как честность и прямота. Обо мне много говорят… разного. Не всё из этого неправда, Холиен. Мы с тобой раньше почти не пересекались. Но ты произвел хорошее впечатление. Поэтому, не крути, выкладывай, — и Модест вновь подошёл ко мне, перегнулся через прилавок и хлопнул ладонью по столешнице.

Я залез в инвентарь, цепь была завёрнута рваный плащ эльфийки. Достав свёрток, я выложил его на прилавок перед хозяином и развернул. Тусклый мифрил цепи заиграл под зелёными лучами витражей, фиолетовое свечение на мгновение вспыхнуло и впиталось в свернувшиеся в кольца звенья.

Дальнейшее произошло практически мгновенно для меня. Глаз Модеста, уставившийся на цепь, расширился. Сам мастер легким прыжком преодолел прилавок, метнулся к двери, задвинул засов. Затем пришла пора мне ещё больше удивиться. В несколько пассов хозяин лавки запер комнату магической защитой. Радужная плёнка окружила лавку по всему периметру, впитываясь во все щели и проёмы. Заклинание Абсолютного Полога. Школа Магии Разума. Вот это да. Модест — Грандмастер!? Ничего не понимаю. Лавочник — Архимаг?

Я тупо уставился на материализовавшегося передо мной Модеста.

— Где она!? — вкрадчивый баритон сменился ледяным шёпотом, рука Модеста стальными тисками зажала мне горло.

— Кто — она? — просипел я, сдерживая себя и догадываясь, что, если бы меня действительно хотели убить, то уже был бы на точке воскрешения.

Модест оттолкнул меня к прилавку, сам метнулся к цепи, выхватил из-под неё рваный плащ, поднёс его к близко к лицу и прикрыл глаз.

— Она… — повторил он шёпотом. — Эраинн, Чёрная Лилия…тень моего сердца…эхо моей тоски… — внушительная фигура Модеста как-то съёжилась, ноги его подкосились, и он сел прямо на пол, опершись спиной на прилавок. Лавочник продолжал мять в руках плащ, что-то неслышно бормоча.

Постояв несколько минут и не решаясь заговорить, я всё-таки решил приблизится к хозяину лавки.

— Мастер! Мастер!!! — потряс я его за плечо

Модест оторвался от созерцания плаща. Взглянул на меня. Тень пробежала по его лицу, и маска благодушия вновь вернулась. Торговец встал, отряхнул и бережно сложил плащ эльфийки. Затем зашёл за прилавок, пошарил под ним. Вытащил бутыль красного стекла и две серебряных чарки. Разлил пахнувшее малиной вино и придвинул одну из чарок ко мне. Мы молча выпили, Модест разлил по второй, быстро выпил сам, прошёл к своему креслу и тяжело в него опустился.

— Она мертва, Холиен? — через силу произнёс он.

— Да, мастер, мертва. И вы, думаю, захотите убить меня, если узнаете, как она умерла, — твёрдо произнёс я.

— В тебе есть что-то, сынок, что не даёт мне винить тебя, — в его интонациях мне послышались знакомые нотки, словно тень Эраинн Мелоинн оказалась здесь среди нас.

— Мастер Модест, простите Грандмастер. Я убил Чёрную Лилию по её просьбе, убил в подвале тюрьмы майората, где она провела почти год, скрываясь от инквизиции и палачей хумансов.

— Как она туда попала? Я потерял её след восемь лет назад во время битвы… — тут Модест резко замолчал и снова стал буравить меня взглядом.

Ничего не понимаю. Я стал вглядываться в торговца внимательнее. Когда он сидел, не было в нём ничего особенного, но несколько минут назад он двигался с поразительной ловкостью. За несколько секунд на моих глазах он выставил охранный периметр, да ещё и магический! Я подошёл ближе к Модесту. Его волосы рассыпались по плечам, когда лопнул сыромятный ремешок. Седые пряди сползли к щекам и мне открылся вид на его левое ухо. Вытянутое и заостренное.

— Грандмастер, она воспользовалась, Фиалом Изменения Сущности. Её спас мой дед и отвёз в Рощу Единорогов. Потом она много лет жила среди Светлых, пока кто-то не донёс инквизиции. Её долго пытали и должны были сжечь на костре. Но вы же, наверное, знаете Эраинн. Она составила заклинания Голема и Покрова Разума. В костре на площади сгорела кукла, а Великая Мать целый год провела в подвале, где цепь тянула из неё жизнь и силу по капле. Пока, наконец, судьба не забросила меня к ней. Она попросила, и я не мог отказать…

— Это всё, что от неё осталось? — Модест кивнул на цепь и плащ в своих руках.

— Почти, уважаемый Грандмастер… — я достал из инвентаря сердце и протянул ему. Торговец бережно, словно ребёнка взял в руки карминно-красный кристалл, который начал мерно пульсировать в его руках багровыми отблесками. Ручейки тёмной крови побежали по его шрамам на руках, свиваясь в чёрные стебли, на которых тут же расцветали бутоны маленьких чёрных лилий. Я замер ошеломлённый.

Вам предоставлен скрытый этап Первой части задания «Чужой среди своих» «Плач сердца Чёрной Лилии». Благодаря Вам любимые могут получить шанс воссоединиться после смерти. Награда: репутация с Капитаном Рейнджеров Дома Чёрной Лилии — Преданность. 40000 очков опыта. Вы получили уровень…Вы получили уровень…Вы получили уровень…Ваш уровень 161.

— Капитан?! — только и смог произнести я.

— Да, Эскул ап Холиен, — произнёс Модест, опускаясь передо мной на одно колено. Отныне и до самой моей смерти. Пока Великий Альв не усадит меня за столом с любимой, а Божественная Лоос не наденет нам брачные венки. Мой меч, мой разум и моё тело твои. Слова клятвы, произнесённые этим воином, так и звенели у меня в ушах. В той битве, — продолжил эльф, поднимаясь, — выжила не только Эраинн. Когда-нибудь ты услышишь мой рассказ. Сейчас не время. Я понимаю — время дорого. Чем я могу тебе помочь, Холиен?

Дааа, дела, так сразу и не ответишь. Вот так подарок Великого Рандома! Мне всё больше нравится выполнять эпические квесты…

— Эээ, Модест…

— Зови меня Модианн Эгинн, я — полукровка. Это и было главной проблемой в наших с Эраинн отношениях. Ты же знаешь эльфов, Эскул, а уж Тёмные Эльфы вообще маньяки чистоты крови. Только мои способности и то, чему научила меня Эраинн, помогали мне выживать в дуэлях и рейдах на территорию Светлых. Даже посвящение Лоос я прошёл рука об руку с ней.

Я всё больше удивлялся тому, как быстро преобразилось лицо эльфа. Он словно помолодел на десять лет. В его вкрадчивых движениях прожжённого торговца появилась стремительность и быстрота, а осанка неуловимо напоминала тень обнажённого клинка…

— Модианн, я сейчас раздаю долги, затем мне нужно за четыре недели добраться до Рощи Единорогов, поэтому мне будет нужно сердце Эраинн, прости, там мы расстанемся, и ты будешь свободен от обязательств, если захочешь. Весь путь нам придётся пройти скрытно, по землям Светлых с которыми у меня с некоторых пор, мягко говоря, плохие отношения. Да, и ещё, скорее всего за нами увяжется группа бессмертных, которые хотят мне отомстить. Вот такое весёлое путешествие будет у нас с тобой, Капитан.

— Моя мать, озёрная дриада, часто повторяла мне в детстве одну поговорку, — улыбнулся Модианн.

— Какую, Грандмастер?

— Если хочешь, что бы тебя хорошо обслужили — обслужи себя сам! — Я не навязываюсь, но буду с тобой до конца.

— Справедливо, Капитан. Я не хочу быть невежливым и проявлять наглость, но как-бы нам завершить наши коммерческие дела?

— Ты прав, Эскул. На самом деле, я не хозяин лавки. Лишь доверенный управляющий.

— И кто у нас такой богатый и загадочный?

— Некто, Конрад, по прозвищу Дырявый Карман…

— Да, Модианн, умеешь ты устраиваться, глава Гильдии Воров Карагона. Значит слухи были не так уж далеки от истины? А ты не боишься его мести, когда уедешь со мной? — подмигнул ему я.

— Конрад не глуп, да и дела у нас с ним шли ровно. Он даже вздохнёт с облегчением. По-моему, он меня побаивается, — улыбнулся эльф. И от этой улыбки у меня самого побежали холодные струйки по спине

— Значит так. Эскул, цепь уникальна и ворам такие вещи нужны, как воздух. Реальная её цена больше полутора миллионов золотых…

— Сколько!?. - у меня даже руки задрожали.

— Ты не обольщайся, Холиен. Всех денег воры даже Магистру за такую вещь не заплатят. Скорее всего, если бы ты пошёл не ко мне, завтра бы твоё тело нашли в сточной канаве, а цепь была бы у Конрада.

— Какие страсти…

— Да, да…ты — бессмертный. И это нам на руку. Я отдаю тебе, Эскул, всю наличность. Модианн шагнул к двери в кладовую, что-то повернул, взвизгнули железные петли. — Здесь 450 тысяч золотых. Но думаю, этого мало. Ты практически голый, Рейнджер. И всего лишь Мастер Воды. Для рейда к Джордану не готов, — эльф, продолжая говорить, с неимоверной скоростью буквально выбрасывал тючки и свертки на прилавок. — Думаю это то, что надо. Как раз на недостающую сумму. С Конрадом я всё решу в течении суток, быстрее — никак. Я забираю цепь. Встретимся на поляне Мёртвых Дубов. Она в пяти лигах к востоку от Карагона, завтра, на рассвете. Знаешь где это?

— Обижаешь, Грандмастер!

— Хорошо, сейчас я уйду порталом через подвал. Охранное заклинание спадёт через полчаса, торопись! Да улыбнётся нам Прекраснейшая Лоос! — и только его плащ успел мелькнуть за дверью кладовой.

А я, недолго думая, начал быстро разворачивать свёртки, приходя в оторопь и впадая в эйфорию от каждого открывающегося мне предмета. Хотелось кричать и смеяться во всё горло:

Сет Лесного Охотника 7 уникальных предметов:

- Наручи Лесного Охотника +90 к силе;

- Поножи Лесного Охотника +75 к скрытности на любой местности;

- Сапоги Лесного Охотника +70 к скорости передвижения в лесу +50 к скрытности передвижения в лесу;

- Куртка Лесного Охотника +200 к защите, + 100 к защите от Магии Природы;

- Штаны Лесного Охотника + 100 к защите;

- Перчатки Лесного Охотника + 300 к меткости +250 к скорости стрельбы из лука;

- Рубашка Лесного Охотника + 100 к защите от всех видов магии.

Сет, полностью экипированный, +100 к защите от всех видов магии. Масштабируемый, не выпадает из инвентаря при смерти игрока. Первичная привязка при первой экипировке.

- Посох Странника. Уникальный предмет. Только для Рейнджеров Оружие двойного назначения. В виде посоха +200 нанесения физического урона +100 игнорирование тяжёлой брони. В виде натяжного лука в комплекте с Тетивой Странника +200 к скорости выстрела +100 к игнорированию магии Природы, Воды, Огня, Земли, Воздуха

Мама, это не мог быть я. Столько лет в Игре! И сейчас я чувствую себя нищим, которого одели в дорогом бутике. Я стоял перед полированным ростовым щитом у выхода из лавки и не мог на себя наглядеться. Одетый с иголочки в уникальный сет, я стоял и глупо улыбался, отсчитывая последние минуты до снятия заклинания защиты.

Ну, что, Игра! Теперь-то мы повоюем?

Глава десятая

Город Карагон. Столица майората Рыцарей Креста.

Уходя, не забудь собрать разбросанные камни.

С лёгким потрескиванием радужная плёнка истаяла по периметру комнаты. Все чувства обострились. Ощущения, как после ледяного душа, кровь так и кипит. Вот, что значит сет. Никогда такого не чувствовал. Что-то слишком много плюшек от Игры. Как бы дорого платить не пришлось. А может зря рефлексирую? Раньше ведь эпических заданий не выполнял. Может так и бывает с ними. Всё складно, да ладно. Так, теперь в игробанк.

Оглянулся — ничего не забыл? На полу среди кусков обёрточной мешковины и обрывков верёвок лежали ещё два небольших свёртка. Тот, что поменьше оказался довольно тяжёлым, да и веревка была залита синим сургучом с оттиском печати, изображавшим дельфина в фонтане воды. Интересное изображение. От Карагона до ближайшего моря тысячи лиг. Что-же хранил Модианн в этом свёртке? Я развернул мешковину и залюбовался открывшейся мне картиной: на прилавке лежал длинный охотничий кинжал с четырехгранным ромбовидным лезвием, длинною в локоть. Изящная витая рукоять, обмотанная ремешками из кожи серой виверны. В навершие рукояти был вправлен небольшой синий сапфир.

Вместе с кинжалом в свёртке лежало два перстня, чёрного серебра, так же с сапфирами. Неужели ещё сет?

— Кинжал мага — охотника. Одноручное оружие. Только для Магов Воды. +200 магии воды +100 урона по противнику в доспехах, +300 урона по диким тварям. Масштабируемый, уникальный, не выпадает из инвентаря.

- Парные перстни Мага Воды Геркуланума. Маг любил охоту и попросил изготовить гномов специальный кинжал, а ювелиров перстни, которые позволят усилить свойства кинжала. При надетых перстнях для каждого предмета: + 150 урона по диким тварям, +200 игнорирования защиты от физического урона, +500 манны для заклинаний Воды

Я со священным трепетом разместил перстни и кинжал в соответствующие слоты. Мне срочно надо в Магическую Конференцию. Но прежде распределить статы. Последний свёрток разворачивал уже небрежно. Предыдущие плюшки было трудно чем-нибудь затмить. Когда из него выпал плащ, который я подхватил на лету, гримаса разочарования коснулась моих губ. Предмет оказался всего с одним статом.

— Плащ Отшельника хорошо защищает путника в плохую погоду в пути и от холода на ночлеге. Бывший его хозяин чурался людей, жил тихо в лесной глуши, никем не замечаемый и никому не нужный

Вот и весь сказ, понимай как хочешь. Но вещь добротная. Опять же, в лесу незаменимая. Неброский серый плащик с внутренними карманами, двойной подкладкой и, скорее всего, непромокаемый. Зря я кривился, избаловал меня Модианн. Я набросил плащ на плечи, закрепил простой медной фибулой. Взял в руки посох и решительно шагнул к двери, отодвинул засов и толкнул створку наружу.

На дворе дело близилось к полудню. Меня вновь окружили звуки и запахи ремесленного квартала. Я ещё раз оглянулся на лавку, кивнул своим мыслям и широко зашагал, опираясь на посох, держа путь к перекрёстку, на котором располагалось самое высокое трёхэтажное здание в ремесленном квартале — филиал игробанка.

Вход в здание был оформлен в изящном восточном стиле. У дверей стояла внушительная охрана: два трёхметровых 500 — уровневых красных ифрита меланхолично сквозь приспущенные веки взирали на посетителей. Свят, свят, свят против таких хвост топорщить! Распылят на атомы. Банкиры трезво смотрели на вещи. Дураков в Игре много. И каждый месяц находятся обезбашенные, решающие немного пощупать за вымя администрацию.

Шагнув в приятный прохладный холл, я направился к стойке привратника, дабы сдать на хранение оружие. Вход в храм денег с оружием — моветон. Совершив необходимые формальности, я прошёл в операционный зал. Найдя свободное окошко, приблизился к нему. Тут же был окружён пологом тишины. Безопасность и конфиденциальность — основные столпы, на которых воздвигнута репутация игробанка. В окошке показалось круглое розовощёкое и кудрявое лицо клерка-половинчика:

— Прошу подтвердить личность электронной идентификацией! — вкрадчиво настоял хоббит.

Странно, новшества какие-то, раньше хватало аккаунта, по которому идентифицировался пользователь.

— Простите, уважаемый, а зачем? — как можно вежливее спросил я.

— Игроки в режиме инкогнито, по правилам обязаны пройти электронную идентификацию, — терпеливо объяснил мне клерк.

— Но я не инкогнито никакой, Эскул ап Холиен, Артём Респов АК 12121969, - совсем растерянный пролепетал я.

Половинчик улыбнулся, затем наставил на меня указательный пальчик с обгрызенным ногтем:

— Плащ.

— ???

Половинчик улыбнулся ещё раз, щёлкнул пальцами и передо мной появилось ростовое зеркало. Я посмотрел в него, невольно поправил воротник, расчесал пятернёй волосы. И тут до меня дошло. Надо мной НЕ БЫЛО НИКНЕЙМА. Не было, и всё. Ни ника, ни уровня. Как-будто я какой-нибудь третьеразрядный непись, а не игрок. Ай да плащик! Не оценил, прости, Модианн… Я тут же расстегнул фибулу и стянул плащ в инвентарь.

— Другое дело, — расплылся в ещё одной щедрой улыбке хоббит. — Чем может помочь игробанк, — половинчик нетерпеливо засучил ладошками.

— У меня две долговые расписки в магистратуру майората по 50 тысяч золотых. Хотел бы погасить, наличными. А также пополнить свой счёт и получить гарантированное обязательство на 230 тысяч для передачи в Гильдию Наёмников, — я достал из инвентаря свои мешки с золотыми и с натугой поставил их на поддон у окошка.

— Не извольте сомневаться, — загребущие ручки хоббита с неимоверной ловкостью сгребли золото. Несколько минут за окошком раздавался перезвон монет. — Всё, как вы просили: вот здесь распишитесь — минус сто тысяч и долговые расписки погашены. Прошу вот этот пергамент — гарантированное обязательство на 230 тысяч с печатью игробанка. К зачислению на счёт 160 тысяч. Итого, у вас на счету 215 342 золотых. Чем могу ещё помочь?

— Хм, неплохая сумма, вы не ошиблись, должно быть меньше, — озадачил я половинчика.

— Никакой ошибки, вам начислены 10 % от суммы на счёт от банка, ведь взнос произведен наличными, золотом. Кризис, сударь, никакой ошибки. Банк любит клиентов с наличностью, да ещё золотом. Поэтому и поощряет, — ободряюще улыбнулся клерк

— Хм, замечательная практика!

— Да, ещё, уважаемый Эскул. Поскольку ваш аккаунт имеет социальную поддержку, предыдущий серебряный банковский статус недоступен, кредитная линия закрыта. Но сегодняшний взнос всё изменил и, если будет на то ваша воля, мы можем все вернуть, — хоббит внимательно посмотрел на меня, смешно приподняв брови домиком.

Опять эта пенсионная кастрация! Я уже и забыл о своём изменившимся статусе. Мельком глянул в зеркало. Точно. И ник теперь у меня жёлтый. Социальный аккаунт. Только самый минимум. Это плохо. Ограничения в игре могут сыграть со мной плохую шутку при выполнении квеста. Стоп. Я же не беден. У меня счёт больше двухсот тысяч. Что, мне их — солить?

— Простите уважаемый, сколько стоит аккаунт с максимальными функциями? — вновь обратился я к клерку.

— VIP-аккаунт платиновый плюс стоит полмиллиона золотых в год, уважаемый, — клерк даже подобрался и его розовощёкое лицо приобрело благоговейное выражение.

— А сколько будет стоить месяц такого аккаунта?

— Минимум 3 месяца, сударь, — строго проинформировал клерк, — 112,5 тысяч золотых, — и замер в ожидании.

— Оформляйте! — резко махнул я рукой. Ещё вчера на моём счету были какие-то жалкие тридцать тысяч, которые казались огромной суммой. А сегодня я чувствовал, что грядущие события могут принести мне немалые дивиденды. Эпическое задание предполагает и гонорары эпические. Одна часть задания с Модианном чего стоит!

— Минуту, сударь! — клерк исчез за прилавком, затем вновь появился с малым пергаментом, распишитесь, сударь! — ох уж эти мне игровые условности.

Пабам! Хрустальные колокольчики с мелодичным перезвоном возвестили смену моего статуса. Я посмотрел в зеркало. Другое дело! Ник отливал благородным мифрилом. Даже буквы стали как-то… дороже выглядеть, что ли. Я было уже хотел развернуться, но вспомнил об ещё одном деле.

— Прошу прощения, уважаемый. У меня есть одно дело щекотливого характера. Не мог бы банк выступить гарантом и посредником?

— В чём суть вопроса? — половинчик снова был весь внимание.

— Мне бы хотелось передать Шаману Скалистых орков оружие его воинов, которое некоторым образом, то есть, по недоразумению, оказалось у меня, это можно будет устроить? За оплату, конечно.

— Увы, уважаемый Эскул. Даже для такого клиента, как вы, мы не можем выполнить подобного поручения. Технически невозможно. В Карагоне нет дипломатического представительства Орды. Эльфийских Домов и Подгорного Королевства — есть. А этого нет. Но у меня появилась мысль, — половинчик хитро подмигнул. Если вас не затруднит написать благодарный отзыв обо мне в книге посетителей…

— Как ваше имя, о благородный представитель славного народа хоббитов? — с готовностью спросил я.

— Веллимарен, ваше эльфийшество, скромно потупился половинчик.

— Слово Рейнджера, я укажу, что ты лучший работник игробанка, которого мне удалось встретить.

— Тысячу благодарностей, Эскул ап Холиен! Вам же следует поступить так. Ступайте в Магическую Конференцию. Кафедрой Магии Разума там заведует Рыгаах Большой Палец. Он двоюродный брат Шамана Скалистых орков. Думаю, что с ним не составит труда решить интересующую вас проблему.

— Хм. Вы изрядно сообразительны, Веллимарен! Я благодарен судьбе, что она свела нас, — и мы любезно раскланялись.

Уф! Большое дело сделал. Теперь — к Наёмникам.

Аккуратно свернул пергамент гарантийного обязательства и сунул в инвентарь, не забыл, конечно, черкнуть пару пламенных строк в книгу посетителей и вновь оказался на утрамбованной земле ремесленного квартала. Накинул плащ, в таком девайсе я уже не опасался быть узнанным. Свистнул рикшу-половинчика (деловые и пронырливые они всё-таки ребята), кинул ему золотой и назвал адрес. Большие ступни хоббита быстро-быстро замелькали впереди меня и, не успел я как следует обдумать дальнейшую тактику поведения, как мы оказались у границы ремесленного и аристократического квартала. Гильдия Наёмников уже много лет вела дела самого разного уровня и могла себе позволить приобрести довольно значительный участок, огороженный добротным, в два человеческих роста, забором. На котором располагался двухэтажный просторный особняк серого камня с мраморными горгульями по периметру крыши. Вход на территорию днём не охранялся, поэтому я прошёл беспрепятственно. Перед входом в особняк, я, памятуя свойства плаща, снова спрятал его в инвентарь. Со своими нужно разговаривать с поднятым забралом. На первом этаже в холле крутилась дежурная смена: Прыщ, Долговязый и Жека. Не ники, а кликухи какие-то. Поздоровавшись, я выяснил, что казначей у себя в каморке в мансарде. Поднявшись по лестнице, я внутренне скривился. Ну не любил я общаться с Гримом. Не игрок, а рентген ходячий. Ещё не известно, кто на самом деле в Гильдии главный. Он или Вася.

Перед низкой резной дверью я приостановился, поправил амуницию, выпрямился и постучал:

— Входи! Кого там черти принесли!? — за открывшейся дверью была видна совсем небольшая комната, стены которой были уставлены картотечными шкафами в вперемежку с чучелами разных тварей, коих на просторах Игры было великое множество. Среди всего этого винтажного великолепия (и это в эпоху ИскИнов!) за маленьким письменным столом орехового дерева сидели двое, гремлин и гном, Грим и Вася. Это же каким надо быть мазохистом, чтобы взять аватаром гремлина? Этот вопрос я задавал себе каждый раз, глядя на гильдейского казначея.

Грим и Вася занимались самым вдумчивым и ответственным делом, каким может заниматься администрация после полудня в понедельник. Они квасили, калдырили, бухали… В общем, культурно выпивали. Причём, заметьте, каждый своё. Перед гномом стоял божественный бренди из подвалов монастыря Майората. И, судя по печатям на пыльной литровой бутыли зелёного стекла, напиток был старше всех присутствующих вместе взятых. Не слабо. Тысячу золотых за бутылку. Гремлин же подливал себе из большой пузатой колбы подозрительно дымящуюся жёлто-зелёную жидкость, со смаком закусывая её синими огурцами и промакивая слюну белоснежным жабо. Действо, достойное кисти художников Возрождения, видимо только началось, поэтому я справедливо услышал в свой адрес от Васи:

— Эскулище! И чё припёрси? Порешали же вроде… — и махнул очередную рюмашку, закусив уже классически — лимончиком. Правда, редкого фиолетового окраса.

— Я вам денюшки принёс… за квартиру, за январь! — фальшиво пропел я.

— Денюшки — это хорошо, — сказал мгновенно, трезвея Грим. — Давай сюда!

Я тут же вытащил пергамент гарантийного обязательства и с поклоном, привстав на цыпочки, вручил казначею.

— Клоун, — так же удивительно трезвым голосом произнёс Гном Вася, — и принесла тебя нелёгкая прямо сейчас. Пойдем, пошепчемся, — просипел он вставая.

Грим, спрятав пергамент, продолжил процедуру в одно лицо. Мы прошли в кабинет Главы Гильдии, который был не в пример роскошнее казначейского. Видимо потому, что выполнял и представительские функции. «Кошелёк заказчика должен начинать развязываться при входе», — любил говаривать Грим. Роскошные мягкие кресла, отделанные кожей редких тварей, наборный паркет, серебряные подсвечники, золотые письменные приборы на столе из мамонтовой кости, черепа виверн и драконов на стенах — всё это призвано было убедить входящего, что услуги Гильдии Наёмников стоят очень недёшево.

— Старший Холиен просил меня разогнать тебе билд, так что давай доступ к персу. Можешь только к характеристикам, умениям и талантам. Знаю тебя, ничего экстраординарного там нет. На редкость безалаберно играешь. В Гильдии больше полугода, а в основной состав даже рекрутом не вошёл. На везении, да на кураже выезжаешь.

— Что ни слово — золото, дарагой! Вах! — всплеснул я руками.

— Клоун, как есть, клоун, если бы не твой дед, послал бы я тебя, всё, не мешай… — Вася углубился в интерфейс, глаза его потеряли осмысленное выражение, аватар застыл в неподвижности. Не зная, что мне делать, я принялся рассматривать корешки фолиантов и инкунабул на роскошном стеллаже джорданского дерева. Ждать пришлось недолго. Гном Вася встрепенулся, ожил, потянулся за оставленной на столе бутылкой бренди. Изрядно приложившись, наёмник крякнул, утёр рыжую бороду рукавом сюртука.

— Удивил, Эскул, удивил… Меня даже любопытство и нетерпение начали разбирать. Отхватить полста уровней на начальном этапе квеста. И всё такому ло…, гм, простофиле, как ты. Твой дед сказал, что тебе понадобится распределить очки с уклоном в ловкость и скрыт, а таланты и умения максимально развить в ветке Магии Воды. Я тебе тут схему набросал, насколько можно выправить твой кривой билд Рейнджера, лови на почту.

Мой интерфейс чирикнул, схема развернулась в четверть экрана, я быстро пробежал глазами основные позиции. Удовлетворённо кивнул. Сам бы так ладно никогда не распределил. Прав был дед.

— Не люблю одалживаться, Вася. Лови координаты Логова Медузы, там с охраны лут редкий падает. Обрати внимание на Жемчужину Последнего Шанса. Вещица как раз для Наёмников. К слову, именно она мне задницу на последнем задании спасла.

— Хм, спасибо, не ожидал. Зачтётся тебе, Холиен, умнеешь не по дням, а по часам, — задумчиво протянул Гном.

— Да, ещё, просьба у меня к Гильдии. Скорее всего, меня недели три не будет. Сам знаешь, задание. Так вот, было бы неплохо, если бы Гильдия не принимала на меня и мою группу никаких контрактов от сторонних заказчиков. Поверьте, при успехе моего квеста, право первой ночи будет у вас.

Глава Наёмников как-то вдруг резко выпрямился в кресле, буквально вонзил в меня свои глаза — буравчики. Помолчал минуту, затем прошипел сквозь зубы:

— Холиен, Холиен. Пока ты меня просто удивлял, было терпимо. Но теперь ты заявляешься ко мне и начинаешь учить как вести дела? Не много ли на себя берёшь?

— У меня есть все основания считать, Вася, что за мной и моим квестом началась охота. И не далее, как сегодня, ты сам помог мне выпутаться из истории в «Утехе Желудка». Я не хочу тебя учить, я лишь надеюсь на понимание, и, как всегда, на взаимовыгодное сотрудничество!

— Хорошо, Эскул! — Гном припечатал мозолистой ладонью по столу, — ты знаешь, что контракты на поиск и охоту до полумиллиона золотых я открываю сам, здесь ты можешь быть спокоен. Но если предложат больше — всё решает Совет Наёмников. Там уж, как карта ляжет. Может, время потяну. Короче, у тебя три дня, чтобы убраться за границы Майората. Это тебе подарок.

— Спасибо, — искренне поблагодарил я, — можно, я задержусь в гостевом холле на полчаса, хочу билд по схеме распределить?

— Ок, но, чтобы потом — духу твоего здесь не было! — и Вася вновь приложился к бутылке.

Удовлетворённый я спустился в холл, пододвинул одно из резных кресел к огромному камину и устроился поудобнее. Досчитал до десяти, вызвал схему на правый сектор интерфейса и открыл характеристики. Началась нелюбимая мною часть — расставление галочек и всех этих иконок «принять\отказать», но впервые нужно было распределять очки, полученные более чем за полста уровней. К концу от напряжения интерфейс стал двоится в глазах, а в ушах эхом отдавался звон звукового сопровождения полученных достижений:

Эскул. Рейнджер. Уровень 161

Достижения: Ловкач II уровня. Ловкач III уровня, Быстрые ноги II уровня,Меткий глаз IV уровня, Меткий глаз V уровня, Меткий глаз VI уровня,

Сила 132

Ловкость 231

Выносливость 178

Скрытность 213

Интеллект 542

Мудрость 134

Удача 12

Харизма 4

Способности: Следопыт. Видеть невидимое. Друг зверей.

Магия: Мастер Магии Воды, Ученик Магии Природы

Ну вот, не стыдно с Капитаном вместе идти. Правда, его уровня я не видел. Но и тем дрищём, который попал в тюрьму майората, я уже не был. Кокетничаю, конечно. Дрищём я играл больше года и неплохо играл, между прочим. Вот и с этим делом закончил. Я вскочил с кресла и двинул к выходу, мимоходом замечая разинутые рты застывших скульптурами наёмников дежурной смены. Ну да, я ведь без плаща. Известный Эскул-неудачник, Эскул-сорви башку, Эскул-займи золотой. Записной середнячок по жизни и в Игре. А сейчас из здания гильдии выходил Рейнджер Светлого леса 161 уровня в редкой и легендарной сетовой экипировке, сверкающий мифриловым ником VIP-аккаунта. Тааак… Срочно! Где мой плащик?

Магическая Конференция встретила тишиной коридоров и запахом книжной пыли. Очередной радостный рикша-половинчик умчался с золотым за щекой. Светловолосый эльф в неброском плаще с капюшоном подошёл к служке-распорядителю у входа и слегка поклонившись спросил:

— Прошу прощения, как я могу пройти на Кафедру Магии Разума?

— Цель вашего визита, уважаемый? — вежливо поинтересовался служка.

— У меня есть небольшое дело к заведующему кафедрой, дело чести, — добавил я.

— Вы — маг? — поинтересовался служка.

— Да. Я Магистр Воды.

— Тогда, по правилам, вы должны снять режим инкогнито и зарегистрироваться в книге посещений.

Блин. Всё забываю про плащ. Рука потянулась к фибуле и плащ скрылся в инвентаре.

— Приветствую вас, Эскул ап Холиен! Время занятий на кафедре закончилось, Рыгаах Большой Палец как раз отдыхает после обеда. Вообще- то он недолюбливает эльфов. Но как Грандмастер Конференции, думаю, хотя бы выслушает вас. Прошу, зарегистрируйтесь, — и служка протянул большой фолиант, где я, не заставив себя долго ждать, поставил витиеватую подпись.

— Портальная площадка на втором этаже вокруг главного фонтана. Вам необходимо проследовать в портал тёмно-красного цвета, — с поклоном сообщил служка.

Поднимаясь по мраморной лестнице на второй этаж, я размышлял над тем, как ловко устроились маги. Система порталов делала Конференцию практически неуязвимой. Расположение источников маны являлось строжайшим секретом. Полной информацией не владел ни один из Архимагов симпосиона.

Коридоры и лестница были полны игроков, на площадке вокруг фонтана располагалось двенадцать порталов, входы в которые были стилизованы под арки, в которых клубилась мана разных цветов. Даже прохождение через такой портал было не бесполезным, запасы маны пополнялись мгновенно. Мой оказался третьим справа по часовой стрелке. И я тут же шагнул в него, оказавшись в длинном полутёмном коридоре, в котором было всего три двери. Две были открыты — за ними просматривались просторные аудитории с высокими потолками и стрельчатыми окнами. Третья завершала коридор и выглядела очень внушительной. Толстые доски морёного дерева перемежались кованными скобами из толстой оружейной стали. Я громко постучал, боясь быть неуслышанным и надеясь, что хозяин кабинета не примет это за бесцеремонность.

Рыгаах Большой Палец не походил на обычного орка. Строгий костюм-тройка болотного цвета в бежевую полоску с жёлтой искрой отнюдь не смотрелся на нём дико. А даже, как-то франтовато, со вкусом. Сапоги рыжей кожи по-оркски были подбиты бронзовыми колодками и украшены медными заклёпками. Мощная шея и грудь, покрытые сакральными татуировками, выглядывали из шёлковой рубашки изумрудно-зелёного цвета. Рыгаах был абсолютно лыс, в мочках ушей было по доброй дюжине серёг — тут он не отступил от шаманских канонов. Но убил меня не наряд Большого Пальца. Этот кадр носил пенсне! Эта машина для убийства, ростом на метр выше меня, и весом больше двухсот килограммов, Грандмастер Магии Разума, Скалистый орк носил настоящее золотое пенсне с цепочкой, спускавшейся в нагрудный карман пиджака. Я стряхнул с себя оцепенение, когда хозяин кабинета пророкотал бархатным басом:

— Чем могу служить, уважаемый?

— Прошу прощения, да будет всегда удачной ваша охота, уважаемый Рыгаах, но у меня к вам небольшое дело.

— Дело? Ко мне? У Рейнджера Светлого Леса? Вы меня заинтриговали юноша. С кем имею честь? — орк казался дружелюбным.

— Эскул ап Холиен, к вашим услугам, — что-то я устал уже сегодня расшаркиваться, но в чужой монастырь, как говориться… — У меня к вам небольшое дело чести. В силу определённых причин мне необходимо вернуть Шаману Скалистых орков личное оружие его воинов, недавно погибших на имперском тракте у Горькой балки. Но до Орды далеко, а представительства у Скалистых орков в Карагоне нет. И я решил…

— Попросить об услуге брата Шамана… Хитро, рейнджер! Нужно отдать вам должное, вы умеете решать задачки… а теперь без этого слюнявого дерьма, скажи мне честно, зачем ты пришёл?! — орк мгновенно оказался рядом со мной, шею сдавило знакомыми тисками, заклинание очень напоминало то, которым пользовалась Эраинн Мелоинн.

Меня мгновенно отказались слушаться руки и ноги. Я попытался применить очищение Магии Воды, но орк только скривился, двинув бровью и заклинание развеялось, даже не сформировавшись. Меня всё больше стала интересовать Магия Разума.

— Я убил этих орков на задании, защищаясь от квинты и сумасшедшей магички-эльфийки Эвглены. Когда они распяли меня, мне ничего больше не оставалось… — прохрипел я, едва дыша.

Давление на гортань резко ослабло, тело мгновенно покрылся липким потом, и я свалился на циновку, покрывавшую каменный пол кабинета Грандмастера.

— Так бы сразу и сказал! А то начал политесы разводить. И где? В кабинете Грандмастера Магии Разума. Ты совсем тупой? Ах. Ну да, ты же эльф, — Рыгаах по видимому успокоился, и, подойдя к камину, который жарко горел у одной из стен, начал греть свои ладони, — совсем старый стал, — покачал головой орк, — магия тепло из нутра так и вытягивает, а ты ничего, потрепыхался. Маг Воды? Кто учитель?

— Арн Дан Холиен, — всё ещё просипел я.

— Хм, славное имя, и как же ты, сопляк, уделал магессу с квинтой? — заинтересованно потёр подбородок орк.

— Жемчужина Последнего Шанса, — пролепетал я.

— Ха-ха-ха, — орк зашёлся в громовом хохоте, — представляю рожу моего братца, когда ему доложили, что эльфийский ублюдок завалил ВОСЕМЬ сынов гор. Насмешил, Эскул. Даа, ладно, давай их железки и проваливай. Всё передам. Только ты мне вот что скажи ещё, — от вкрадчивого голоса орка у меня побежали мурашки по спине, — не знаю какое задание Гильдии ты выполнял, но не задумывался, что могут делать вместе бессмертная эльфийка — маг и квинта элитных Скалистых орков на дороге у границ майората хумансов? Ведь признайся, не их ты поджидал? Или я не прав? — Грандмастер медленно подошёл к одному из резных стульев и уселся на него верхом, подперев щёку огромным кулаком и уставился на меня.

— Да, уважаемый Рыгаах Большой Палец, я действовал спонтанно, не они должны были быть на этой дороге, точнее орки должны были сопровождать совсем другой объект.

— Хм, зови меня просто Палец, Эскул. Если можно, и это не противоречит кодексу Наёмника, мог бы ты сказать, кто должен был быть в карете? — ещё больше заинтересовался орк.

— Гм, боюсь оказаться невежливым, Грандмастер, хотя я и провалил задание и особых указаний о конфиденциальности его у меня сейчас нет, ммм… просто так делиться им с кем бы то ни было? — я внутренне задрожал от своей наглости.

— Ха-ха-ха! А ты не робкого десятка, Холиен! — снова рассмеялся орк, — ты не так понял меня, мальчик, я предлагаю поделиться информацией не просто так, поверь, я могу быть благодарным. Пойми меня правильно, интриги и борьба за власть давно охватили Орду. Я далёк от этого. Всегда тяготел к цивилизованным путям решения проблем. И, если ты заметил, я вообще неправильный орк. В отличии от моего воинственного братца. А здесь, чует моя душа, что-то нечисто. А любая информация помогает выжить в нашем мире. Хм, один молодой и очень недоверчивый эльф всегда может подружиться к общей выгоде со старым Грандмастером, — Палец смотрел на меня с прищуром, покачиваясь на стуле.

— Вы умеете уговаривать, Палец, и думаю, с вами действительно лучше дружить! В карете должен был ехать курьер — лепрекон Август Крюгер. Мне же необходимо было убрать охрану, нейтрализовать курьера и взять у него пергамент, который он вёз. Вот и вся информация, которой меня снабдили. Да. Ещё. Охрана должна была быть гораздо скромнее и, уж конечно не Скалистые орки…

— Хм, Эскул, а как тебе описали карету в задании? Что выдали из оружия? Не было ли особых указаний? — орк напоминал ищейку, вставшую на след, он даже перестал качаться на стуле.

— А вы в нашем деле разбираетесь, Палец… Мне выдали специальный арбалет с зачарованными болтами, ещё у меня был при себе редкий лук и парализующие стрелы с защитой от магии. О содержимом пергамента меня не информировали. Задание было, скорее всего, важным, так как за невыполнение я заплатил штраф в 230 тысяч. Да, карета должна быть с официальным гербом Дома Дориен, вроде бы и курьер от них. Это всё.

Орк с минуту молчал, глубоко задумавшись и закусив нижними клыками верхнюю губу. Затем резко поднялся, отшвырнул стул и начал мерять шагами кабинет.

— Ха! Мальчик, это очень интересно! Ты и сам не представляешь, какую услугу мне оказал. Дориены… Интересно… — ещё раз повторил он. — Ты говорил, что куда-то торопишься, раз не найдёшь время добраться до Орды и отдать ятаганы самостоятельно?

— Честно говоря, уважаемый Палец, я посетил Конференцию не только ради вас, у меня есть дела на кафедре Магии Воды.

— Поднять уровни заклинаний? Или купить что-нибудь решил? Настоящий боевой маг никогда не стоит на месте, а, Холиен? — подмигнул мне Грандмастер.

— Да, вы правы, накопилось талантов, да и настоящий наёмник, особенно такой одиночка, как я, не должен чураться стихийной магии. Она, порой, последний аргумент в процессе выживания, — ответил я.

— Разумные слова. Но слова лентяя. Почему только стихийная магия, Холиен? Или Арн не объяснил тебе, что сила боевого мага в разносторонности. Ты должен удивлять противника. Действовать вне стандартов. Удивил — значит победил! — Палец развёл свои огромные ладони в стороны и с громким хлопком соединил их.

Грандмастер Рыгаах Большой Палец предлагает вам изучить ветку Магии Разума. Принять? Да\Нет

Ещё бы! Конечно — да! Да! Да! Мечты идиота сбываются.

— Я не нахожу слов… Палец, — прижал я руки к груди

— Эскул, ты много для меня сделал, я уже говорил, что твоя информация очень важна и постарайся больше её никому не сообщать, иначе не обойдётся без сюрпризов. И вообще, лучше тебе потеряться на месяц-два. Ты коснулся очень опасной тайны, дружок. Я даже первые минуты подумывал, не наложить ли мне на тебя заклинание Забвения. Но ты бессмертный, умрёшь пару раз, оно и спадёт. Поэтому твоя безопасность для меня будет очень важна некоторое время. И не удивляйся, — Грандмастер сложил перед грудью сложную фигуру из пальцев рук и, когда они слегка засветились, толкнул получившую объём конструкцию в мою сторону. Та проплыла разделявшие нас метры и впиталась мне в грудь. Я и ахнуть не успел:

Вы получили в Магии Разума уровень Ученика… Вы получили в Магии Разума уровень Подмастерья… Вы получили в Магии Разума уровень Мастера…Изучены заклинания Полог Разума высшего уровня (истрачено 25 талантов) Контроль Разума высшего уровня (истрачено 25 талантов) Забвение Высшего уровня (истрачено 25 талантов)…Осталось 30 талантов

Блииииинннн!!!!! Ну зачем? Я в растерянности смотрел на Рыгахха.

— Не благодари, мальчик, не благодари. Теперь прощай, мне нужно многое сделать, — и орк вернулся за свой письменный стол.

На подгибающихся ногах я вернулся к порталу, шагнул в него и оказался у фонтана. С тоской посмотрел на синий портал, на Кафедру Магии Воды. Есть ли смысл идти туда с тридцатью талантами? Есть. Хватит поднять до Высших два важных заклинания. Туманный Полог и Щит Воды. Советы деда нельзя игнорировать. Себе дороже встанет. Мне же ещё партизанить месяц. Не с голым же задом? Экип зачётный есть. Дело за магией. И я двинулся к синему порталу.

Глава одиннадцатая

Прощай, Карагон! Пора в дорогу.

До встречи в Мёртвых Дубах оставалось ещё добрых шестнадцать часов. Игрового времени чуть больше часа. Потом МКИП начнёт «ныть» и выбираться из нейрованны придётся уже принудительно с неприятными последствиями для самочувствия.

Большинство теорий о развитии обратной нейронной связи со скелетными мышцами, так называемого, нейрогенного мотивационного тренинга, и прочие досужие домыслы были давным-давно опровергнуты практикой. Никакой «тренировки» мышц у игроков не происходило. По большому счёту, все нейрофизиологические и нейрохимические процессы на 99 % не выходили за пределы коры головного мозга, а если какой импульс и просачивался, то максимум вызывал спонтанное подёргивание конечностей, нистагм глазных яблок или, пардон, непроизвольные дефекацию и мочеиспускание.

Личность игрока, в полном смысле, была отрезана от тела и заключена в черепной коробке, имея связь лишь с каскадом серверов и изолированных ИскИнов. Извечная мечта игроков об оцифровке сознания, срыве, уходе в Игру так и осталась мечтой.

А какие были бы перспективы!

Полное выведение личности из реальности в цифровой мир невозможно, что было доказано на сотнях моделей. Попытки же некоторых отчаянных экспериментаторов неизменно завершались трагически. А человечество продолжало играть…

Так, похоже на философию потянуло, верный признак переутомления. Пора выбираться. Часов пяти-шести на сон хватит, потом свяжусь с центром занятости, здесь у меня все точки над «i» ещё не расставлены. Надо на что-то жить в реале. Социальный пакет позволял не загнуться от голода как физического, так и информационного. Но вот приличных модулей с лекарствами для МКИПа уже не купишь. Есть, правда, контрабанда. Но на ней долго не протянешь. Побочные эффекты быстро скрутят тебя в бараний рог. Поэтому надо шевелить ушками. Приработок нужен обязательно. Это я в Игре теперь не бедствую, слава Великому Альву. В реале всё становится далеко не радужным. Дед, конечно, в беде не оставит. Но долго сидеть у него на шее — форменное свинство.

Надо вернуться домой и подготовится к длительному «забегу». Первый переход нужно обязательно завершить у границы майората. Потому, что дальше — земли Светлого Леса, где за каждым кустом из-за моей репутации ждёт удар меча или, для разнообразия, стрела в глаз. Да и твари Дикого Леса, который лежит за землями Светлых, тоже не подарок. И тогда придётся начинать всё с начала.

Обязательно, не забыть купить маяки. Придётся устанавливать точки возрождения каждые 10–15 лиг, чтобы иметь возможность не терять большей части пройденного пути. Эх, если бы можно было порталами… За три дня бы обернулся. Но все промежуточные портальные точки по этому маршруту расположены в цитаделях Светлых Эльфов.

А в Тархангир — неофициальную столицу Пограничья — напрямую никакой маны допрыгнуть не хватит. Легче просто пойти, сдаться и мне быстро сольют все мои, как халявные, так и кровно заработанные уровни. Юстисты Светлых это прекрасно умеют делать. И прощай, Эскул ап Холиен, прощай квест, прощайте плюшки.

Можно, правда, по дальней дуге, в обход, через Закатные горы. Но время, время! Нет, если я в реале теперь никто с протянутой рукой, то тут я землю буду грызть, но дойду до финала. Обидно такой шанс в Игре пролюбить!

Деда я нашёл на веранде. Гости уже разошлись. Великий Архимаг прихлёбывал чай из блюдечка и жмурился, как какой-нибудь кот, пошевеливая усами. Я тут же вспомнил, как ругала его бабушка за такие «плебейские» привычки, и стало почему-то грустно.

— О, отважный Рейнджер выполз из небытия! — обрадовался дед. — Садись, по чаёвничаем. Чаёк знатный, приятственный, душа так и разворачивается.

— Баньку топили? — поинтересовался я.

— Да ты что? Компания в четыре персоны двухлитровку «Мяу» уговорила. А настоечка, между прочим, 60 градусов. Какая парилка? Мы бы там и остались, доктор, — сокрушённо покачал головой дед.

— Ну да, знаю я наших соседей, ума бы хватило! — подлил я масла в огонь, наливая себе чай из заварника.

— А мы с Мишей на что? Мы бдили, то есть бдели, тьфу, Тёмка, опять ты подкалываешь! — и мы вместе рассмеялись. — Ну что, подбил бабки? Вася всё сделал как надо?

— Да, не подкопаешься, билд расписал «под хохлому», вот только я с развитием магии напортачил, даже самому обидно! — покаянно потупился я.

— А подробности можно? — дед снова налил в блюдце ароматного напитка. Казалось, его благодушие ничто не может смутить.

— Да, я, когда в Конференцию пришёл, решил два дела разом закончить, и заглянул на Кафедру Магии Разума. Тамошний начальник, Грандмастер Рыгахх Большой Палец, братом Шаману Скалистых орков приходится. Вот я и решил для экономии времени вернуть через него трофейные ятаганы… — я тяжело вздохнул, пытаясь вызвать сочувствие у деда. Но он не повёлся.

— Ну? И? — дед продолжал дуть и с шумом отхлёбывать любимый напиток.

— Ну и он, слово за слово, раскрутил меня. Я ему про задание в Горькой балке, ну то что у Наёмников провалил, всё и выложил…

— Не тяни, — дед был само спокойствие.

— Короче, Палец в благодарность мне предложил открыть ветку Магии Разума. Я согласился. И он чего-то такое сотворил, что большая часть моих талантов за приобретённые уровни оказалась потрачена. Осталось только на поднятие двух высших заклинаний Школы Воды, ну тех, что ты советовал, снова вздохнул я.

— Да, заставь дурака… Он хотя бы до подмастерья тебя поднял? — хмыкнул дед.

— Почему подмастерья? Я теперь Мастер Магии Разума и у меня четыре высших заклинания этой школы…

Повисла минута тишины и только антикварные часы с кукушкой на стене веранды отсчитывали секунды моего позора. Звякнула ложечка о край чашки. Я поднял взгляд на деда. Лицо его раскраснелось Он беззвучно смеялся.

— Ну чего ты, дед, ну бывает, лоханулся, зато шмотом в рамках квеста обзавёлся — закачаешься. Два сета уникальный и легендарный. Денег опять же раздобыл, могу половину долга тебе сразу вернуть. С остальными долгами рассчитался, и я с гордостью поведал ему о Модианне и о будущем совместном походе к Джордану.

Дед, наконец, допил свой чай, и мы вышли на крыльцо.

— Скажи, Артём, вот я Архимаг Светлого Леса, Дома Холиен, как ты думаешь, какие школы магии мне открыты?

— Ну, дед, обижаешь, вообще детский вопрос. Ты мой учитель в Школе Воды. Грандмастер этой ветки. Архимага дают после достижений уровня Мастера в четырёх школах или Грандмастера в двух.

— Молодец, помнишь. Пятёрка за гайд по градации званий. А ты знаешь основные правила получения веток магии, в том числе и стихийной? — когда дед так спрашивает, мне невольно вспоминаются мои студенческие годы. Легче было сдать три раза госэкзамен комиссии, чем моему деду дифференцированный зачёт.

— А чего там помнить? Выбираешь учителя в первой ветке, получаешь начальные заклинания первого уровня, потом по накоплению очков талантов поднимаешь ветку, постепенно покупая новые заклинания.

— А если вторую ветку?

— Ну я больше одной не брал, или брал и бросил. Уже не помню, думаю, точно так же, только медленнее наверно. Очки талантов то уже израсходованы. Нужно первую ветку замораживать, а новую развивать.

— А много ты игроков — Архимагов в Игре знаешь? — дед не отставал от меня.

— Ну не считая тебя, в топ — листах десятка два игроков наберётся, наверное, — на всякий случай оговорился я.

— В МИФе среди игроков четырнадцать Архимагов, и только трое имеют два титула Грандмастера, остальные развили по четыре ветки Мастеров, как думаешь, почему?

— Почему?

— А потому, что каждая последующая ветка после первой требует расхода талантов втрое больше, механика игровая так устроена, не перепрыгнешь. И я тебе ещё одну умную вещь скажу. Среди этих Архимагов нет ни одного в Школе Разума. Эту школу вообще только неписи пользуют. А игроку выше подмастерья — не подняться. Учителя уровня Грандмастера бессмертных к себе не подпускают в принципе. А теперь подумай, внучек мой любимый. Есть вероятность, что в Игре кто-нибудь из игроков, у которого Мастер Воды и Мастер Разума в характеристиках?

— Ай да Палец! Ай да сукин сын! — заплясал я на месте. — А я-то…лошара, расстроился.

— Вот так, Тёма, теперь ты прикинь, как их сочетать, очень интересные комбинации могут получиться и, при случае, прикупи и базовых заклинаний Магии Разума. Пригодяться. Дед похлопал меня по плечу и вернулся в дом. Я постоял ещё несколько минут. Миллионы мыслей роились в голове. Веки слипались. Всё. Спать, спать, спать. Утро вечера мудренее.

* * *

МКИП, как всегда, точно разбудил меня через шесть с половиной часов. Вот занудный прибор. Ни разу не ошибался. Солнце ещё не встало. Я прошёл в ванную. Дед ещё спал. После умывания я сообразил на скорую руку сырники. Получилось удачно, сделал побольше, накрыл на столе полотенцем — дед проснётся, ему будет приятно. Сытый и умиротворённый поднялся в кабинет. Было восемь сорок утра. Госучреждения уже работали. Загрузил терминал на рабочем столе. Открыл городской портал, нашёл центр занятости, кликнул на заявку распределения, ввёл свой страховой номер. Сегодня среда, должны быстро откликнуться. Появилась иконка пятнадцатиминутного ожидания.

Не зная, чем себя занять, огляделся, постукивая пальцами по столешнице. Я уже говорил, что дед был очень неравнодушен к старым вещам. На столе лежало несколько бумажных книг. Антиквариат. Потемневшие корешки, пожелтевшие страницы, потускневшие глянцевые обложки. Они вызывали какую-то жалость и тоску по тому времени, когда я в детстве забирался в дедовское кресло с электронной книгой и буквально пожирал мегабайты страниц. Но с тех пор я всё же помню запах НАСТОЯЩЕЙ КНИГИ. Я протянул руку к одному из томиков. Прочёл на обложке первого «Вино из одуванчиков», второй книгой был «Пикник на обочине». Кто бы сомневался…

Пиликнул сигнал оповещения. И я активировал визуальный интерфейс.

— Доброе утро, Артём Сергеевич, — передо мной появилась интерактивная картинка соснового леса, — я городской ИскИн 542. Готов решить Вашу проблему. Что заставило обратиться вас в службу занятости Московского кластера?

Оп-па! А я-то надеялся на живого чиновника. Как-то пропустил я, когда это в социальных службах перевели всё на ИскИнов? Ну да ладно.

— Доброе утро. Я могу через вас зарегистрировать свой запрос о поиске работы?

— Да, минуту. Если вы подождёте некоторое время, мне нужно согласовать с базами данных, — приторно предупредительный голос ИскИна раздражал.

Некоторое время я тупо пялился на картинку леса. Дилинь! Новое оповещение.

— Спасибо за ожидание. Артём Сергеевич. Согласно вашему статусу, предыдущей занимаемой должности и образованию в Московском кластере работы для вас нет. Вы готовы к рассмотрению альтернативных вариантов, для этого надо будет ответить на ряд дополнительных вопросов.

— Хорошо, я согласен, — ожидаемый результат все-таки испортил настроение. А день так хорошо начинался!

На экране появился постраничный опросник, где мне предлагалось галочками отметить удовлетворяющие меня позиции. Так, так, так. Работа в Московском кластере, да\нет. Конечно да, наездился уже на всю жизнь. «Не нужен нам берег турецкий, и Африка нам не нужна… ла-ла-ла…» Пишу — «да». Так, работа, связанная с медициной, фармакологией — да, нет — переводит на другой опросник. Только «да» — меняться уже поздно. Да и дед сказал, что коммунальные службы негры захватили. А так хотелось (Гы!). Так, дальше: производство, обеспечение (обслуживание), контроль. Пишем «обеспечение (обслуживание)». Так, предпочтение места работы дом\офис. Отмечаем — дом. Пенсионер я или кто. Так, ещё пара незначительных пунктов. Ага. Оплата. Готов ли я на меньшую оплату при меньшей занятости. Да. Мне много не надо. Нажимаем «Далее». И снова курим бамбук.

Минут через десять снова дилинькнуло. Посмотрим. Так. Великий Рандом сегодня за меня. Четыре предложения. Три в офисе, одно — на дому. На дому — работа на Фармконтроль Корпорации. Всё те же МКИПы, обеспечения, наладка, замена блоков. Ну и зачем им живой человек? Вроде бы работа для ИскИнов. Почитаем поподробнее. Ага! Вот в чём соль. Разбор жалоб клиентов, индивидуальное обслуживание VIP. Так, так. Почему вакансия свободна? Гм. Понятно, зарплата в четыре раза ниже моей предыдущей, хотя и указана система бонусов за VIP-клиентов. Заманяшка. Знаю я, этих випов! Может только раз в год и обратятся. У них у всех модели МКИПов продвинутые, а если выходят из строя, то они их просто выбрасывают и покупают новые. Но меня устраивает, особенно график — сутки через трое. Оп-па, а это вообще опция для меня — 50 % поддержка игрового аккаунта от Корпорации. Беру. Пусть зарплата копеечная, но без работы я точно чокнусь. И так в реале об Игре только и думаю. Я нажал на иконку «Принять условия».

— На ваш адрес будут высланы все юридические документы, по условиям работодателя, к работе следует приступить с 5 января 2060 года. Счастливого Рождества и Нового Года, — голос ИскИна так и истекал медовыми нотами. Терминал пропел победную песню и погас.

Я вылез из кресла, потянулся до хруста в суставах. До встречи с Модианном оставалось 4 часа. Пора спать? Не хочу, есть — не хочу, гулять? Я выглянул в окно — мерзкая дождливая подмосковная зима не вдохновляла. Последние десятилетия климат на планете вообще вёл себя как расшалившийся орангутанг в зоопарке. России ещё повезло. Кое-где в нецивилизованных местах ещё можно было увидеть настоящую зиму. После нарастания глобальных катастроф конца сороковых страсти немного улеглись.

Как-то опять я отвлёкся, очнулся у большого зеркала в коридоре второго этажа. Ощупал лицо. Может побриться? Как-то вдруг грустно и обидно за себя стало. Тёма, Тёма, когда ты последний раз с женщиной был? А? Молчишь. Год назад. Как там её? Танечка или Леночка. А может Ирочка? Бороздишь просторы игры, всё адреналина ищешь. Секс только виртуальный, не обязывающий, бордели, карнавалы, ивенты… Пусто как-то всё…

Я спустился в низ. Дед уже проснулся и включил новости на кухне.

— Доброе утро! — преувеличено бодро поприветствовал я.

— И тебе того же! Спасибо за сырники. Можешь, когда хочешь, почти как у бабушки получаются, — и мы помолчали немного под бормотание ведущего новостей.

— Как с работой, Тёма? Слышал ты терминал включал, — поинтересовался дед.

— Да нашёл подработку. Фармконтроль Корпорации. Немного, но режим хороший, опять же бонусы обещают.

— Как-то ты, совсем без энтузиазма в голосе, — дед выключил телевизор и принялся складывать посуду в машину.

— Да, это так, утренняя хандра, дед. Пора бы привыкнуть — уже давно настоящим врачебным делом не занимаюсь. Диспетчер, техник… Ты ведь знаешь, не о таком мечтал в академии. Да ты ведь и сам ушёл из системы после очередной реформы. Один дядя Миша у нас непотопляемый броненосец. Ничто его не берёт.

— Ты на Мишу бочку не кати, он на своём горбу и детей и внуков тащит, это ты у нас один в поле вояка! Тебе вон в Игру зайти, пострелять, больше ничего и не надо. Работу он нашёл, пенсионер новорожденный. Обрадовался, что подачку Корпорация для аккаунта даёт. Тёма, ну понимаю, что вытащили тебя из-за грани. Но сколько можно себя жалеть!

— Ну, дед! Да ты… — я сжал кулаки в висках сразу заломило, почувствовал, что лицо горит.

— Что дед? Девяносто уже. Уж давно прадедом должен быть. А ты всё сопли жуёшь. Уж полтинник скоро. А ты, вечный инфант! Мы уж с Мишей думали ты через Игру реабилитируешься. Уже восьмой год тебя тащим. А бегемот всё в болото, глубже и глубже.

Чего-то дед разошёлся. Я его таким редко видел, я даже оторопел на минуту.

— Уф, постой, деда, — ты же знаешь, четыре раза пытался с транквилизаторов слезть, только-только спать нормально начал. Ты сам тесты видел, даже с женщинами получаться стало чуть больше года. Что ты с цепи сорвался то. Сам же доктор. Я всегда считал, что ты меня поэтому больше понимаешь!

— Ты Артём должен одну вещь уяснить, в любой момент нянек рядом не станет. Тебе уже полтинник светит! Наверное, решил, что я вечный. Так вот — хрен тебе. Это в Игре я Архимаг всемогущий, здесь я всего лишь эсулап на пенсии, отрыжка двадцатого века, старомодный лекарь, которому не посчастливилось пережить всех родных и остаться с инфантильным внуком на руках!

— Ну всё, дед, — я подошёл к нему и обнял, у нас обоих руки ходили ходуном.

— Ладно, это тебе так, напоминание, чтобы не расслаблялся, — деда начало отпускать. Мой МКИП сердито жужжал, предсказуемо помаргивая жёлтыми огоньками. Что-то показалось мне странным. Так! А где дедов прибор? Он сидел на краю кухонного стула, тяжело облокотившись на край стола, а на плече не было браслета МКИПа.

— Ну дед, ты совсем распоясался, сам же сказал, не вечные мы, давай, надевай, — я взял укладку с аппаратом, оставленную на холодильнике и протянул ему.

— Ты знаешь, Тёма, я с этим агрегатом чувствую себя каким-то киборгом, честно слово, ну его в… баню. Надо будет, я себе сам таблеточку какую спроворю, — дед заискивающе посмотрел на меня.

— Понятно, ты его вчера снял, чтобы с соседями наквасится. Ох дед! Ты же сам клятву Гиппократа давал: «…я направлю режим больных к их выгоде…», «…будучи далёк от всего намеренного, неправедного и пагубного…», «…чисто и непорочно буду я проводить свою жизнь…» и прочие «не навреди».

— Не трожь святое, пацан! — дед опять завёлся. — Да, мы клятву давали не для красного словца! Это потом чиновнички перекроили текст на свой лад. И назвали то как. «Обещание советского врача», это потом на «российского» заменили. И суть главную порушили. Клятва — она жизнью гарантируется. А психологическая подоплёка слова «обещание» несёт в себе логическую парадигму «нарушенное».

— Ну вот, опять завёлся… — со вздохом протянул я. — Сейчас, дед, ИскИны, клятву Гиппократа не дают, у них покруче законы прописаны.

— Тёмка, Тёмка, вечно ты у меня в недоучках ходить будешь. Ты же по факту врач, да и я тебе не раз объяснял. Клятва Гиппократа — это не клятва врача — пациенту или всех врачей — человечеству. Это клятва ученика — учителю. А этот факт мало кто учитывает. Привычное, видимое на поверхности, не всегда то, что есть на самом деле.

— Хм, дед, всегда завидовал твоему интеллекту. Ты, прямо глыбища!

— Прогиб с реверансом засчитан, Артём Сергеевич. Я ведь для чего эту речугу сейчас толкнул? Есть один вопрос по поводу твоего квеста. Сам посуди. Квест эпический? А в гайдах сколько искал — нет и упоминания даже. А вселенной МИФа, на секундочку, больше 12 лет. В новостях по Игре никаких глобальных ивентов или обновлений ближайшие полгода не предвидится. Тёмных Эльфов в Игру вот уже три года обещают ввести, а воз и ныне там. Эту расу даже игрокам не дают. Границы игрового пространства в твоей мегалокации дальше Джордана не прописаны. Предполагалось, что именно за этой рекой будет земля Тёмных рас, в том числе и Дроу. Но по какой-то причине Корпорация проект заморозила. Что-то не просто с твоим квестом. Ничего сам не думаешь? Может при контакте с ключевыми фигурами было что-то необычное?

— Да, вроде бы нет, неписи как неписи, да и не вдавался я особо. Сам знаешь, закрутило не по-детски.

— Ну да, ну да. Хорошо, Артём, но дай мне слово, что включишь режим паранойи на всю катушку, у меня от твоих приключений интуиция проснулась, в особенности, учитывая те мешки халявы, что на тебя свалились. Не в правилах это у Корпорации…

— Хорошо, дед, я понял. Но ведь это всего лишь Игра. Так даже интереснее.

— Интереснее ему. Пацан. Хм, а сделаю я вот что. Миша у нас, как ты выразился, «непотопляемый броненосец». Так вот, пусть этот бронепоносец аккуратно узнает у своих клиентов. Да, я в курсе, что он мозгоправом у верхушки администрации московского филиала Корпорации шабашит. Вот пусть на своих сеансах и понюхает воздух. Решено. А узнаю, сразу тебе скажу.

— Лады, дед, если тебе от этого спокойней будет. Я тогда пойду, через пятнадцать минут монорельс на Москву. Через час меня в Игре ждут.

— Беги, внучек, хе-хе, тапки не потеряй, — мы снова обнялись.

Я накинул ком, затянул молнию, дождь ещё моросил, помахал деду, стоящему на веранде. Крикнул: «Спасибо за шашлык!» и показал ему большой палец. Дед отсалютовал мне, вскинув кулак к правому плечу. Наш фирменный жест с детства «No pasaran!».

В вагоне монорельса как-то незаметно заснул, выскочил уже на Курском терминале, нырнул в метро. Да, давненько, господин Респов, вы к народу не спускались. Энергокарами избалованы, батенька. Бесшумные поезда вылетали из тоннелей и снова скрывались в них. Не смотря на будний день, вагоны были полупустыми. Когда я вошёл в нужный, то почувствовал себя в какой-то момент жутковато. Вокруг сидели и стояли пассажиры. Все поголовно были подключены к транспортному терминалу. Или через специальные очки, которые можно было тут же извлечь из специальных подвесных контейнеров. Парочка подростков даже ехали в архаичных виртшлемах. Короче, зомби апокалипсис. Я даже плечами передёрнул. А потом подумал, что такого? Сам недавно пользовался транспортным терминалом. Но со стороны — жутковато. Вон, напротив, симпатичная деваха. Замерла в неестественной позе, даже полоска слюны в уголке рта поблёскивает. Бррр! Хорошо, мне скоро выходить. Выскочил на Проспекте Мира. Дождь уже взялся за Москву всерьёз. Пришлось доставать из воротника кома капюшон. Так мокрый и продрогший и ввалился в квартиру. Быстро под горячий душ. Литр энергетического коктейля в себя. Ииии-ха! Нейрованночка моя…

* * *

Надо же. В Карагоне тоже шёл дождь. Стражники у восточных ворот только-только начали выдвигать толстенные брусья, служившие засовами. Перед воротами у стены притулилась дорожная лавка «Тысяча мелочей». Она-то и была моей первой целью. Семья гномов держала эту лавку очень давно. Купить здесь можно было практически всё необходимое.

Конечно, редких и уникальных вещей здесь не продавали. Но вся необходимая дорожная амуниция, расходники для оружия, базовые эликсиры и тому подобные товары имелись в широком ассортименте. И, не смотря на ранний час, парочка игроков уже крутилась у прилавка. Маньяки кача. За пределами Карагона, уже в лиге от стен, было достаточно неплохих мест для гринда.

За прилавком распоряжалась дородная миловидная гнома, выбивавшаяся из стереотипа своими чёрными, как вороново крыло, волосами, заплетенными в две толстые и тугие косы. Зелёные, с искрой, глаза, ямочки на щеках и россыпью великолепных веснушек миловидном носике.

По пути я, наконец, разобрался с плащом. Теперь не надо было всё время прятать его в инвентарь. Опция «Инкогнито» отключалась простой одноимённой голосовой командой.

Когда дошла очередь до меня, я, улыбнувшись как можно шире, спросил:

— Прекрасное утро, красавица! Чем волосы красите, не подскажете?

— И вам доброго утречка, путник, — не спеша ответила гнома, очередь на мне закончилась и новых покупателей ещё не было видно. — Не крашу вообще, от папеньки такие достались.

— А веснушки — от маменьки? — ещё шире улыбнулся я.

— Ага, — покраснела торговка.

Тут из подсобки вылез, чихая и ругаясь седой гном, тащивший большой деревянный короб. Этот представитель подгорного народа обладал просто выдающимся шнобелем. Можно было даже сказать, что сначала появлялся шнобель, а потом уже и сам гном с коробом. Увидев идиллическую картину нашей беседы, гном сердито насупил брови, опустил короб одним движением ноги, обутой в боевые сапоги, запихнул его под прилавок. Подойдя к нам, он плечом отодвинул гному за спину, положил пудовые кулаки на столешницу, почёсывая костяшки пальцев и, улыбнувшись мне щербатым ртом, спросил:

— Чего надо высокочтимому эльфу в моей лавке? — прогрохотал он. Причём слово «высокочтимый» он произнёс как ругательство.

— Да будет крепким твой молот и острой твоя секира, хозяин, — перестал я улыбаться. — Я лишь хотел высказать своё восхищение твоей дочерью, уважаемый, а в лавку зашёл пополнить припасы.

— Тальга — моя жена, эльф, давай к делу! — гном достал счёты, костяшками у которых были позвонки горной ящерицы.

Я не стал обострять, достал свой список, и мы углубились в расчёты. Маяки, стрелы, верёвка, паёк на 3 дня, котелок, вилки-ложки, палатка, средние зелья на манну и здоровье, большое зелье выносливости и т. п. Экономить я не собирался. В итоге гном с удовлетворением крякнул:

— С тебя семь с половиной тысяч золотых, эльф!

— Это где же ты такие цены видел? — оторопел я от его наглости.

— Не хочешь, не бери и вали отсюда, пока я твою светлую задницу не отстрелил! — с этими словами гном вытащил из-под прилавка арбалет, чуть ли не больше его самого. Только теперь я посмотрел в интерфейсе на репутацию с этим торговцем, шкала колебалась между неприязнью и ненавистью. Вот седой ревнивец!

— Я согласен, хозяин. Вот деньги и я бросил на прилавок мешочек.

Гном деловито залез в него своим шнобелем, достал несколько монет, попробовал на зуб, даже понюхал. Смахнув его со стола, подозрительно наставил свой указательный палец сначала на гному, потом на меня.

— Выдай ему всё по списку, Тальга. Но смотрите у меня! И, прихватив золото, зашагал в кладовую что-то бурча под нос.

— Тальга покраснела ещё больше и стала с быстротой молнии метаться от полки к полке, пока мой инвентарь был не забит необходимым товаром.

Выйдя из лавки, я направился к воротам, пересекая городскую черту получил сообщение системы:

Вы покидаете город Карагон и вступаете на Старую Имперскую дорогу. Код безопасности локации через лигу сменится с белого на оранжевый. Предупреждение: разрешены все виды ПвП и ПвЕ.

Вы вступаете на дикую территорию на свой страх и риск.

Утро в Карагоне началось с дождя и продолжилось дождём. Я про себя хмыкнул: «И здесь тоже дождь. Нет в природе совершенства!»

Высоко в небе над опушкой леса раздался пронзительный крик. Я поднял голову — там кружила небольшая стая грифов.

Падальщики. Кому-то не повезло. И я решительно зашагал по дороге.

Глава двенадцатая

Старая Имперская дорога. Окрестности Карагона.

Поляна Мёртвых Дубов. Не всё так просто.

Прекрасное утро сегодня в Игре! С каждой пройденной лигой близилась опушка леса. Город давно скрылся за холмами. Только верхушка Донжона Магистра с вымпелом майората и блестящим бронзовым навершием флагштока маячили сквозь утреннюю дымку. Дождь почти перестал, в воздухе повис редкий туман, прорывалась морось.

Где-то там, недалеко от опушки, была назначена встреча с Модианном. Условная граница безопасной локации заканчивалась как раз через сотню шагов. Пора было провести окончательную подготовку.

Что, Рейнджер, попрыгали? Нигде ничего не звенит, не мешает. Эликсиры маны и здоровья в слоты быстрого доступа. Колчан: основной — за спину, с бронебойными и магическими стрелами. Маркировка простая. Бронебойные — чёрное оперение, Магия Воды — синее, ну и парочку с Магией Огня прихватил, на всякий случай. Красненькие. Эти для основного боя. Запасной колчан на левом бедре — на тварей: срезни и с ядовитыми шипами, эти все на стан. Кинжал в ножнах на правом бедре.

Эх, надо бы было ещё с Модианном боевую слаженность отработать! Я-то всех его навыков не знаю. А то всё на голом энтузиазме. Да где лишнего времени взять? Придётся для начала импровизировать. И, сдаётся мне, что кинжал мага-охотника не просто оружие ближнего боя, не зря в требованиях Маг Воды прописан. Скорее всего, в бою он на заклинания и подпитку маной завязан. Часики тик-так, тик-так… Торопыжка был голодный, проглотил утюг холодный — удивительно к месту пришла на ум считалочка из детства.

Последний штрих — в быстрый доступ поместить заклинания Туманный Полог и Щит Воды, настроил их на мгновенное срабатывание при атаке как магией, так и оружием. Осторожность не помешает. В плаще я хоть и инкогнито, но на каждого одинокого игрока на лесной тропинке свой агр отыщется.

Ближе к лесу, уже в оранжевой зоне, стали видны в двухстах шагах от дороги разные группы игроков, качавшихся на местной фауне. Справа, у живописной балки, два, кажется, Мага Огня и один паладин лихо множили на ноль огромную стаю диких кабанов. Даже сюда доносился возмущённый визг свинок и запах палёного мяса и щетины. Локация была 120–150 уровня. Удачной охоты вам, ребята, а я спешу!

Пройдя ещё немного дальше, когда до моей цели оставалось не более полулиги, слева, у опушки увидел более основательную пати игроков. Видно было не так хорошо, как первую. Около десятка. Какой-то танк в лазоревых кричащих доспехах размахивал огромным мечом, кажется фламбергом. Рядом, с невероятной скоростью метался некто в сером развевающемся плаще. Трудно было понять, как выглядел этот игрок, но класс угадать было не сложно. Рога! Два лучника-хуманса слаженно отстреливали противника, загоняемого на них заклинанием Ядовитого Плюща. Противостояла пати разозлённая группа волков, голов в сорок. А ребятки-то отчаянные! Волки в этой локации уже совсем недетского уровня: 160–200. Коварные и умные твари с высоким уроном и очень большим агрорадиусом.

Ближе стало видно, что пати поддерживают целых два хила: Светлый эльф и… друид? И вот это — пати на тварей? Больше напоминает риск-группу серьёзного клана. Но кого-то не хватает. Чем ближе подходил на расстояние хорошей видимости, тем больше стало холодеть под ложечкой.

Поляна Мёртвых Дубов была примерно в трёхстах шагах от сражавшейся с волками группы. Наконец, стали видны недостающие персонажи — три мага стояли чуть дальше других, прямо на опушке. Они образовали треугольник, из которого время от времени летели заклинания. Насколько я мог разобраться: Школа Природы, Школа Земли, Школа Огня. Ох и не слабо так! Думаю, даже этим волкам недолго осталось.

Я свернул к поляне. Модианна нигде не было видно, до встречи оставалось меньше часа. Присел у одного из дубов, облокотившись на ствол спиной. Расстояние до сражавшихся было безопасным, чтобы не словить случайное агро от мобов.

Продолжая с интересом наблюдать за избиением волков, залюбовался окружающими исполинскими деревьями. Все дубы на поляне были в три-четыре обхвата, то ли проклятье, то ли ещё какая-то магия когда-то в одночасье прервали их жизненный цикл. Мёртвые деревья застыли, как истуканы. Их корявые ветви, лишённые листвы и даже почек по — весеннему времени, раскинулись, словно руки уродливых великанов. Под деревьями не было ни одной травинки, ни одна птица не свила в их кронах гнёзд.

Краем глаза, я заметил, что битва с волками, наконец окончена. Вместе с ней прекратилась и морось, утреннее солнце стало пригревать не по-весеннему жарко. Видимость в очистившемся воздухе стала великолепной.

От нечего делать я стал наблюдать за игроками. Какая-то деталь в поведении этой группы, выбивающаяся из стереотипа, привлекла моё внимание. Вроде бы всё, как обычно?

Участники собирались вместе, перебрасываясь короткими фразам, пока не слышными мне. Но дьявол, он, как правило, таится в мелочах. Хумансы держали луки в руках, как и паладин, который не прятал свой меч, маги так и шли — треугольником. А рога? Куда подевался этот серый живчик? Аааа…

Хм. Думаю, что наше рандеву не случайно и неизбежно утро перестаёт быть томным! Вот я и понял, что же было неправильным. Игроки НЕ СОБИРАЛИ лута. Как же так? Ну это же святое. Пусть там ерунда, но его много, а это — золотые. Значит, что? Эти ребята здесь не ради лута и даже не ради опыта. Пати в десять рыл и, судя по уровню заклинаний, большинство участников выше 160 уровня. Ну какой им опыт с этих волков? И два хила на мобов?! Не смешите меня. Это БОЕВОЕ пати!

А до них ведь уже чуть меньше сотни шагов… Спокойно, сижу себе, никого не трогаю. Ах, как нехорошо! Как не вовремя! Модианна нет, и в группу мы не вступили. Чата командного нет. И не позовёшь. Блин. Опять сам, всё сам. Одно радует — первый маячок я у городских ворот поставил, аккурат под надвратной башней, есть путь к отступлению.

Так, аккуратно активирую Туманный Полог и Щит Воды. Заклинания без визуальных эффектов, так, небольшая плёнка, заколыхавшаяся вокруг меня. Но оба высшие. Теперь меня просто так стрелой не снимешь, и в ближнем бою — игнорирование до 90 % физического урона минут на десять. Но ману жрут! Поэтому пару эликсирчиков выпиваем — хорошо пошло! Два хила, два хила — это же какое свинство!

Тихонечко тянусь к посоху. Ничего особенного. Просто спина затекла, игрок меняет позу, потягивается… Правую ногу к себе подтащил, в колене согнул, привстал немного, напружинился…

В любую секунду готов уйти кувырком за могучий дуб. Хоть по фронту буду прикрыт. Где же рога? Нет его. А это очень плохо, очень. Так, а ну-ка! Активирую Полог Разума, что-то там в описании было про противодействие скрыту. И — вуаля! Видеть рогу не вижу, но какой-то радар включился: точно знаю направление и расстояние до метра. Он слева от меня, в тридцати шагах. Ну иди сюда, иди, мой хороший! Бросаю последний взгляд на приближающуюся группу: ещё секунд десять и маги достигнут радиуса активации заклинания.

Оп-па — держите меня семеро! Сюрприз! Одна из магов — старая знакомая. Эвглена Зелёная. Скорее всего, она и руководит группой. Правильно, в таверне тоже был рога и паладин в дурацком синем доспехе. Там, правда, ещё орки были, сейчас их не видно. И то легче, а то снова перед Шаманом неудобно будет. Что ж, самоуверенности у меня, хоть ведром черпай! А куда деваться? Последние сомнения отпали. Эта пати не на волков, эта пати на меня!

Аве, Цезарь!

Кувырком ухожу за дуб, активирую посох. Какая же красотища! Тут уж не до скрыта. По посоху проскочило изумрудное пламя, мгновенно опавшее серебряными искрами. В руках у меня был небольшой лук, при взгляде на который у меня задрожали руки. Модианн! Спасибо! Но лучше бы ты и сам был здесь…

Первые стрелы с Магией Воды — роге, тот уже в десяти шагах. Ага! Не нравиться, а я добавлю! Не жалко. Телосложение у милишников — так себе, вся надежа на скрыт. Они ведь ещё не знают меня, как Мастера Магии Разума. Мой надёжный, как молоток, Водный Бич завершает дело — крит! Голова роги вместе с правым плечом отделяется от тела. Секунда визуальных эффектов, затем всё: кровь, расчленённый труп, не успевший свалиться на землю, растворяются белесой траурной дымкой.

Минус один. Не расслабляемся.

Кубарем качусь, зажав лук в кулаке, благо механика игры позволяет. Рядом вспучилась утоптанная земля поляны, в стороны шрапнелью полетели камни, ветки, земля. Слегка задело щит. Я поморщился от резонанса. Мощно! Но пока ерунда. Манёвры…

У следующего дуба глотнул эликсиров, встал в полный рост и начал охоту на хумансов, которые почти пристрелялись, заррразы. И, что обидно, стрелы у них тоже были непростые. Но лук не подвёл. Четыре крита подряд!!! Да я бог стрейфа! Стрелки залегли в недосягаемости, но, думаю, здоровье у них ещё долго будет в красной зоне. А у одного, похоже и тяжёлая травма ноги, уж больно медленно он отползал, оставляя за собой тёмную дорожку в пыли.

Похоже, подтянулись маги. Дикая боль пронзила правую ногу. Глянул — шип ядовитой лозы прошил икру насквозь. Превозмогая боль, потянулся обломил шип, оставив в ране. Ну Эвглена, бестия белокурая, припомню тебе! Щит просел на 30 %, вот и прилетел гостинец. До отката заклинания минута. Маны, пока, хоть залейся. Маги здорово обложили. Ошибся я. Один воздушник, другой водник, как и я, вон пелена щита колышется. Площадных заклинаний не применяют пока. Живым взять хотят? Очевидно… Ну, попробуйте!

Блин, а этот то куда?! С рёвом на меня нёсся паладин, раскрутив фламберг, словно геликоптер лопасти, да ещё хилы начали поднимать рогу. Хм, а не бедные ребята. Серьёзно подготовились. Точно, клан. Ну что так не везёт!

Ну и мне терять нечего. Ну-ка! Рискну. Попробую новую ветку. Контроль Разума — на паладина. Вот это да! С первого применения! 100 % контроль. Менюшка мигнула:

Полный контроль над аватаром игрока 5 минут

Это я удачно зашёл с козырной. Хо-хо-хо! Теперь у меня есть пулемёт! Под моим контролем паладин, удивлённо выпучив глаза, резко сменил азимут движения и со всей своей пролетарской дури влетел в водника с воздушником, сбивая им каст и превращая мечом их тушки в что-то похожее на рубленный бифштекс.

Такого эффекта я и сам не ожидал. Ну почему я не потренировался с новыми заклинаниями на полигоне? А! Некогда посыпать голову пеплом. Только успел обновить щит и тут же в него роем впились тысячи семян, начавшие прорастать прямо в воздухе миллионами побегов, закрывая мне половину обзора. А у Зелёной Ведьмы есть чем удивить Рейнджера!

Бой сузился до площадки семидесяти шагов в диаметре. Нога нещадно болела. Шип был скорее всего отравлен, тикали доты, приходилось пить зелья здоровья чуть не каждую минуту, так как жизнь убывала по 2 % за тик. Пал застыл растерянным столбом, маги, хвала Рандому, ушли на респаун, растекаясь погребальным туманом.

Направил танка на лучников. Оставалось 2 минуты контроля. Мне этого хватило, а вот стрелкам оставшегося здоровья — нет.

Минус пять!

Если рогу не поднимут в ближайшие полчаса. Надо лучше использовать свои преимущества. И я… побежал! Полог Разума и Туманный Полог. Они дадут мне три минуты, я разорву дистанцию. Плачу горючими слезами. Надежда только на чью-нибудь ошибку.

У врага два хила, маг 200+ и танк-паладин, только-только очухавшийся от контроля. Есть ещё шанс пободаться? Пала, скорее всего, не свалю, а вот хилов достану.

Хочешь рассмешить Рандом, расскажи ему о своих планах. Эвглена в который раз доказала, что не все блондинки могут быть темой анекдотов. Хотел я площадные заклинания? Получи! А обидно то как! Заклинание Гнилой Трясины почти не применяется против одиночной цели, поскольку маны жрёт немеряно. Видимо у ведьмы был свиток. Но зачем тратить 50000 золотых?! Правильно: чтобы отомстить игроку, который умыкнул у тебя хабар! Всё равно бред…

Свои вопросы я додумывал, стоя уже по пояс в зловонной жиже, покрытой чёрно-зелёной тиной, с бессмысленным намерением подороже продать свою жизнь. Почему-то стало спокойнее. Я перестал дёргаться. Улыбнулся. Выпрямился. Встал в полный рост. Натянул лук и стал методично отправлять стрелу за стрелой в ближних противников. Хилы слились на второй дюжине стрел. Дольше всех продержался друид. Перед уходом на респаун он накинул на Эвглену верёвочную сеть, сплетённую из тонких лиан, которая обернулась вокруг фигуры Зелёной Ведьмы и расцвела крупными белыми цветами.

Магесса смело вступила на поверхность трясины, словно на мощёную дорогу и, не спеша, покачивая бёдрами, направилась ко мне, похлопывая своим любимым стеком по голенищам щегольских сапог из кожи виверны. Штамп ходячий… Паладин остановился у края болота, воткнул фламберг в землю перед собой, стянул шлем и водрузил его на рукоять меча. Округлое веснушчатое лицо его осветила радостная улыбка в сорок четыре зуба, кудрявый золотистый чуб развевался на лёгком ветру. Он засунул руку глубоко за пазуху. Вытащил оттуда здоровенный кусище мяса и стал неторопливо подкрепляться, хитро посматривая на меня и поминутно облизывая пальцы.

Вот это наглая рожа! Они меня уже списали. Хамлюги. Стрелы мои практически не причиняли вреда эльфийке. Пробить сеть из лиан не удавалось. Оставалась надежда на ближний бой. Но я был в вонючей жиже уже по грудь.

— Эскульчик! А я скучала, ты ведь тоже меня рад видеть? — Эвглена, стоя в десяти шагах от меня надула губки и послала мне воздушный поцелуй. Издевается стерва… Жижа плескалась у подбородка. Лук я спрятал в инвентарь, оставалась надежда, что подойдёт поближе. Надо заговорить…

Я аккуратно достал правой рукой под водой кинжал и подвесил Водный Бич на левую. Как можно шире улыбнулся, сплёвывая постоянно лезущую в рот ряску:

— Эвглена, душенька, как ты могла подумать? С нашей первой встречи я только и мечтал о тебе. Твои прикосновения разбудили во мне жаркую страсть! В отчаянии я пустился в путешествие, дабы добыть славу в бою и получить право носить твой платок на своём доспехе! Иди же ко мне, моя зеленушечка!

Пал, стоявший у края трясины, захохотал гулким басом, похлопывая себя по бёдрам и приседая. Сочленения его доспеха при этом с весёлым звоном лязгали в такт его движениям. Эвглена слегка нахмурила брови, щёки её заалели. Глаза превратились в щёлочки. Она закусила нижнюю губу своими жемчужными зубками. А хороша, чертовка, без всяких чар, хорроша!

Стоя по шею в холодной вонючей воде, я поймал себя на мысли, что при других обстоятельствах обязательно проявил бы к ней интерес. Даже если её аватар полностью смоделирован, а не является частичным воплощением хозяйки.

Видимо, Эвглена прочла что-то такое в моих глазах, рука её засунула стек за голенище она приблизилась ко мне на расстояние метра. Снисходительно наклонила голову сначала вправо, затем влево, словно рассматривая меня, как какую-то букашку, затем, присела на корточки, достала батистовый платочек (салатовый, блин), аккуратно вытерла мой лоб, подбородок и стряхнула ряску со щёк.

— А ты ничего, хорошо держишься, — она взмахнула ресницами и с вызовом посмотрела мне в глаза. Внизу живота всё явственно напряглось, и я невольно напряг спину и шею. Снова, «Аура суккубы», вот же неугомонная!

— Эвглена, выключи свою возбудилку! Неужели мы не можем поговорить нормально, если уж вы меня прищучили? Или уже гасите меня, если не до разговоров!

— Ха, ха, ха, — её смех звонкими колокольчиками подхватил ветер, — а ты интересный эльф, Эскул, — теперь её голос резко изменился, им можно было заморозить окружающую меня трясину. — Отдай ларец и вали на все четыре стороны!

— А то что? — спросил я, чувствуя, что рукоять кинжала начала постепенно нагреваться, руку до локтя закололо маленькими иголочками, даже сквозь тину стало заметно тусклое свечение в навершии, закололо кожу и пальцев с перстнями.

— Что? Сейчас вернуться ребята из моей команды… Оччень злые. Мы начнём методично опускать тебе уровни, — отметила она спокойно, как об уже решённом вопросе, — и на маячок не надейся. — Друида со мной видел? Он Мастер Порталов. Рядом с твоим маячком у ворот уже открыт стационарный портал и там тоже наши люди. Устроим тебе «пинг-понг». Шмот, конечно, останется у тебя, он ведь не выпадает из инвентаря. Ты у нас богатенький Буратино. Только на 10-м уровне он уже будет тебе ни к чему. Подумай, стоит ларец твоих 150 уровней?

— Ой, ой, тётенька, не убивайте! Неужели я вам совсем не нравлюсь? И у нас нет никакой возможности договориться? Совсем никакой? Вы же деловые люди! — подпустил я подобострастия в голос.

— Денег не хватит, Рейнджер, — с презрением скривив свои губки Эвглена в разочаровании покачала головой, — ты ведь, нубяра, даже не знаешь, что к тебе попало, да наш клан за этим артефактом год охотился, а тут ты! Принесла тебя нелёгкая…

— Откуда ты знаешь? Может и хватит. Может сведёшь меня с кланлидом? Договоримся! — продолжал я заговаривать зубы, поминутно сплёвывая тину и вытирая рот о складки капюшона, украдкой следя за берегом трясины.

Вот уже целую минуту по самому её краю скапливался странный туман. Абсолютно чёрный, он словно густая смола покрывал берег и начинал сползать на воду. С моего ракурса было хорошо видно, как он приближается со спины к паладину. Солнце светило рыцарю в лицо, он был всячески поглощён нашей с Эвгленой беседой.

— Какой ты самонадеянный, Эскул! — Эвглена потянулась, как кошка, рассчитанный прием заставил зашуметь кровь в ушах. — Ты кто такой? Кто с тобой будет говорить? На тебя и так столько сил и средств потратили… — её голос стал каким-то обиженным. Она обернулась ко мне и наставила на меня свой изящный пальчик с ухоженным длинным ногтем (какого цвета? Правильно! Изюмрудного), — такие выскочки, как ты, вечно мешаю, лезут куда не просят. Фан им нужен! Одиночки… а то, что могут сломать месяцами выстраиваемую игру, сложную комбинацию, на которую завязаны серьёзные планы тысяч настоящих игроков, их не волнует. Ненавижу! Ненавижу!! Ненавижу!!! Мажорчики… Мммать…

Так, похоже, клиника, видимо ей я тоже любимую мозоль отдавил. Самим своим существованием. Но такое состояние мне на руку. Надо пользоваться временной дезориентацией пати-лидера.

Смоляной туман покрыл уже треть болота. И тут в нашу сторону задул сильный ветер, туман сразу заклубился чёрным беспросветным дымом, который мгновенно оказался в шаге от раззявившего варежку паладина.

Я немедленно рванулся из трясины что было сил. Мне удалось выскочить по пояс и завалиться на правый бок. Водяной Бич хищно взметнулся из левой руки и был небрежно отбит заклинанием Эвглены. Щит Воды и Полог Разума уже откатились, и мне удалось их активировать, невольно охнув, запас маны просел на две трети.

Передо мной в злобном оскале застыло прекрасное лицо Эвглены. Нас разделяла тонкая голубая пелена заклинания. Но даже теперь я не мог не восхищаться её аватаром. В каждом отточенном движении магессы читалась одновременно изящная и, в то же время, первобытная, женская сила. Верёвочная сеть из лиан расплескалась гигантским одуванчиком, на концах её белые цветы расцвели ядовитыми розетками, из сердцевины которых в мою сторону метнулись сотни острых семян, тут же застрявших в Щите Воды, ослабив его ровно наполовину.

Я же в неимоверном козлоподобном прыжке попытался увеличить расстояние между нами, но не имея твердой опоры позорно шлёпнулся, погрузившись в трясину с головой. Это меня и спасло. К этому времени на место рандеву вернулись укокошенные мной маги из команды Эвглены и, когда я погрузился в зловонную пучину, надо мной как раз скрестились синхронные удары водника и воздушника: Молния и Водный Кулак с такой силой врезались в поверхность воды в двух метрах от меня, что образовали столб пены и грязи не менее десяти метров в высоту. Воронка от суммарного магического воздействия достала до дна трясины, которое недавно было поляной Мёртвых Дубов.

Волна, рождённая воронкой, подхватила, завертела меня и выбросила на ствол поваленного дуба. Ошалевший и оглохший, я, шустро перебирая всеми четырьмя конечностями, рванул за спасительное дерево. Кинжал в левой руке раскалился и обжигал руку. Я завертел головой на все триста шестьдесят градусов.

Ба! Какие…эльфы, ну наконец-то! Не прошло и года. Но на это стоило посмотреть…

Смоляной туман к этому времени покрыл две трети трясины. Эвглена, наплевав на меня, неслась со всех ног к паладину. Вот кому сейчас приходилось туго!

Модианн в своём матово-чёрном доспехе выглядел, словно демон войны. Взгляд не успевал за его смазанными движениями. Пал давно ушёл в глухую защиту и, судя по золотистому свечению над ним, находился под баблом. Я, забыв об осторожности, наслаждался зрелищем, достойным эпических анналов МИФа.

Капитан Рейнджеров Чёрной Лилии, Грандмастер, Модианн Эгинн рвал как тузик грелку кланового паладина под мощным защитным заклинанием божественного класса!

Его единственный правый глаз сиял холодной ненавистью, на губах блуждала презрительная улыбка. Густые седые с рыжинкой волосы, развевались за спиной эльфа, как лисий хвост. Дурацкие синие доспехи пала разлетались лохмотьями, вскрытые, как жестяная консервная банка. Рыцарь вертелся, подставляя под удары Капитана ростовой щит, на глазах терявший прочность.

Только сейчас я наконец рассмотрел оружие эльфа. В правой руке его порхал, словно мотылёк над огнём свечи изящный и хищный эльфийский меч с простой гардой, без всяких украшений. Он пробивал защиту паладина как спица бумагу, безошибочно находя щели в доспехах и уязвимые места на теле. В левой же руке был то ли клевец, то ли малая секира с навершием.

Трудно было рассмотреть детали из-за высокой скорости, с которой двигался Модианн. И оружие, и доспехи эльфа были частично облиты тем самым смолистым чёрным туманом, который я увидел над трясиной перед началом битвы. За секунду перед тем, как с паладином было кончено, к битве присоединились вернувшиеся стихийные маги и лучники-хумансы, и, словно стервятники, набросились на Капитана.

Мне стало стыдно. Я тут спрятался за мёртвым деревом, восхищаюсь красотой боя. Я — бессмертный! А там моего нового собрата по оружию сейчас будет множить на ноль какой-то оборзевший клан?

Я ещё додумывал эту мысль, а руки сами вложили кинжал в ножны и приняли лук мага — охотника из инвентаря. Не помню, что я кричал, чтобы отвлечь внимание на себя, но раньше я так никогда не стрелял. На бегу, вдоль берега трясины, перепрыгивая кочки и валуны, невесть откуда взявшиеся на поляне Мёртвых Дубов. Пот заливал глаза, одежда прилипла к телу и грязь схватилась коркой. Стрелы слились в одну линию. Тетива пела свою погребальную песнь…

Когда я добежал до места, это время показалось мне вечностью, то увидел кружащих в поединке Эвглену и Модианна, мешанину из лиан, полуметровых игл и смолистого тумана. Тряпичные хумансы снова слились благодаря мне, точнее моему луку. Модианну приходилось непросто, его лицо было в крови, которая периодически заливала единственный глаз, волосы слиплись в ужасный колтун. Тут ещё появился рога, от которого эльфу приходилось периодически отмахиваться мечом. Рога пытался подобраться и в инвизе. Но этот номер с Грандмастером магии Разума не проходил. Все участники схватки тяжело дышали.

Подбежав поближе, я снова спрятал лук и схватил кинжал. На этот раз требовательное жжение рукояти заставило меня застонать от боли. Я коротко взглянул на него и был поражён ослепительным сиянием сапфира в навершии.

Кинжал охотника готов к синхронной активации. Принять: да\нет»

Хуже не будет! И я нажал «Да». Перехватил кинжал правой рукой и активировал в который раз Водный Бич. И чуть не выронил оружие. Голубая лента Бича обвила гарду кинжала и изменила цвет на иссиня-чёрный. Кинжал словно взбесился, начал тянуть меня в сторону сражающихся. Мне ничего не оставалось делать, как сымитировать фехтовальный выпад с длинным шагом вперёд в сторону роги. До него было больше десятка метров. Он как раз выпал из инвиза и готовился к новому циклу атаки. Его кинжалы сочились ядовитой желтизной. На бедре Модианна я заметил разрез, испачканный тем же ядом. Ну, сссукааа!.. И я, выставив кинжал перед собой, рванулся к милишнику.

Дальнейшее стало для меня приятным сюрпризом. Иссиня-чёрная лента бича разделилась натрое. Ленты закрутились веретеном и рванулись к противнику. Заметив меня, он быстро вытащил какой-то свиток, бросил под ноги и окутался серебристым сиянием кокона высшей защиты. Я в отчаянии сжал зубы. В этот момент веретено коснулось кокона, и… прошло сквозь него, словно не заметив. Игроку же, находящемуся внутри отчаянно не повезло. То, что с ним произошло больше всего напоминало фарш. Бррр! За долю секунды роги просто не стало.

Я огляделся. Кроме меня, Эвглены и Модианна вокруг в живых не осталось никого. Вдалеке шагах в трёхстах, маячила фигура одинокого друида. Но, появившись к шапочному разбору, приближаться он опасался. Модианн и Эвглена стояли друг перед другом. Девушка тяжело дышала. Одежда магессы была в плачевном состоянии. Но даже в таком виде она умудрялась выглядеть гордо и независимо. Капитан покосился в мою сторону, не забывая следить за Эвгленой:

— Я вовремя, брат? — голос его был глубоким и ровным, не смотря на усталость. Он будто бы предлагал мне выпить вина или приглашал разделить с ним партию в шахматы.

— Как нельзя, вовремя, брат. Мне было скучно в ожидании тебя, и я решил развлечься, а эта дама согласилась скрасить мой досуг.

Эвглена зашипела, как кошка. Я заметил, что несмотря на гонор, она все же на пределе.

— Эта Светлая нужна тебе живой, брат? — приподнял одну бровь Капитан, многозначительно похлопывая мечом по бедру.

— Ещё как, брат! — произнёс я и произнёс заклинание Забвения, с удовольствием наблюдая изумлённый взгляд Эвглены, медленно падающей на руки не менее озадаченного Модианна.

Эльф поудобнее перехватил тело магессы, взвалил его на плечо и всё ещё удивлённо спросил меня, похлопав ведьму по округлому заду латной перчаткой:

— И зачем тебе эта баба? — и ещё долго недоуменно смотрел на меня, заходящегося в истерическом хохоте.

Глава тринадцатая

Светлый лес. Логово Мантикоры. Три лучше, чем два.

Ну какой я, к чёрту, Рейнджер! Вот уже битый час мы несёмся бешеной трусцой с Модианном по какой-то звериной тропе, всё больше удаляясь от Имперского тракта. Капитан, лось педальный, словно только что не из тяжёлого боя вышел, трусит впереди, только коса Эвглены мотается у меня перед глазами.

На ходу глотнул зелья выносливости. Слегка отпустило. Тропа пошла под уклон. Деревья в Светлом лесу всё больше лиственные, росли густо, не смотря на реликтовые стволы. Подлесок напротив был скудным. Поэтому, передвигался легко, ничто не цепляло одежды, только успевал посматривать под ноги. Тропу пересекло русло высохшего ручья, на которое и свернул Капитан. Минут через пять оно превратилось в глубокий овраг, заканчивающийся тёмным провалом входа в пещеру. Модианн остановился, снял с плеча Эвглену, всё ещё находящуюся без сознания, аккуратно положил на толстый мягкий мох, плотно выстилающий маленькую полянку. Цифры в левом углу интерфейса показывали, что заклинание Забвения будет действовать ещё сорок минут, но на всякий случай запястья и щиколотки Зелёной Ведьмы были плотно стянуты обрывками сыромятной кожи. Модианн вытащил из рюкзака длинный ремень, пропустил один конец между ступнями эльфийки и привязал к одной из щиколоток, из другого конца соорудил петлю и набросил сзади на шею пленнице.

— Здесь можем отдохнуть и переждать, брат, надо собраться с мыслями и многое обсудить, — лаконично и сухо уведомил Капитан.

— Что это за место? — спросил я, плюхаясь на мох рядом с пленницей.

— Логово Красной Мантикоры, — ответил Модианн, деловито доставая из рюкзака припасы, палатку и прочие дорожные атрибуты.

Мне сразу стало неуютно, я достал из инвентаря лук. Увидев это, напарник усмехнулся:

— Не суетись, Эскул, у неё сейчас гон идёт до самого конца весны. Потом приползёт потомство растить, тут уж не подходи, — Капитан скрестил перед грудью руки в жесте отрицания, — а мы переночуем, отдохнём, подлечимся — уж больно весело наше путешествие начинается, — улыбнулся напарник.

— Модианн, прости что спрашиваю, — я я подвинулся поближе к эльфу, продолжая доставать запасы, — а у тебя какой уровень?

— А ты что, Эскул, не видишь, разве?

— Так мы с тобой группу не создава, а ник у тебя до сих пор «Модест» без уровня, это у вас в Гильдии Воров Карагона такое преимущество?

Улыбка медленно сползла с губ эльфа.

— Не имею чести принадлежать к этой Гильдии, — процедил Модианн

Модианн Эгинн предлагает вам вступить в группу. Да/Нет. Группа автоматически распадается после выполнения квеста «Чужой среди своих». На время пребывания в группе совместно заработанный опыт распределяется 50/50, лут — по принципу «кому нужно», подключается внутригрупповой чат. Группа может входить в другие игровые сообщества как автономная единица

Ну наконец то!

Нажимаю «Да». Та-дам!

Ну-ка, ну-ка:

322 уровень!!! Грандмастер Разума, Мастер Магии Природы, Мастер Магии Смерти, Мастер Магии Земли, Мастер Меча, Мастер Топора, Следопыт, Мастер Маскировки, Торговец, Наездник, Охотник.

Мама…Монстр. И швец, и жнец…и на дуде это самое.

Больше всего порадовала строка об опыте. Да мы теперь — о-го-го!

— Модианн, — сделал я серьёзное лицо, — мы теперь в одной упряжке, будет время в пути — надо отработать слаженность наших действий в бою. А то у меня ощущение после последнего сражения, что я больше мешаю тебе, чем помогаю. И ещё, в бою, порой нет времени на этикет, надо называть друг друга сокращёнными именами, — я виновато улыбнулся.

Капитан, прищурившись, посмотрел на меня:

— Я буду звать тебя Эс, Рейнджер, и с этой минуты мы будем всё свободное время уделять тренировкам. Мой первый совет — у тебя не простое оружие, познай его, сживайся с ним, пусть оно станет тобой, а ты станешь им. И тогда победить тебя, даже магу, станет сложно, — и эльф, отвернувшись, взял пустой бурдюк.

— Я буду звать тебя Мод, Грандмастер, и спасибо за первый урок, Учитель, — я встал и глубоко поклонился повернувшемуся эльфу.

Мод кивнул удовлетворённо:

— В тридцати шагах к северу бьёт родник, — он протянул мне бурдюк, — принеси воды и это… ну и воняет же от тебя, Эс! — и Капитан гулко расхохотался.

— Ты, Мод, лучше последи, чтобы наша Зелёная Ведьма не сбежала, когда очнётся. Маг она очень сильный.

— Да уж я понял, — Капитан рефлекторно потёр щёку, обожжённую заклинанием Ядовитого Плюща, — не волнуйся, Эс, из моей узды не выберется. После Забвения маги ещё час чумные, концентрироваться не могут. Так, что ты там по шустрее — надо с ней что-то решать.

— Я быстро, — махнул я рукой, схватил бурдюк подмышку и ухватившись за корень ивы, росшей над краем оврага, вскарабкался наверх и побежал к роднику.

Место было удобным. Холодная вода била из трещины в выходящей на поверхность скальной породы, стекала по пологому каменному желобу и образовывала маленькое озерцо, слегка подёрнутое ряской. На берегу было множество следов звериных и — ни одного разумных.

Это радовало, значит место не хоженое. Лишние соседи нам не нужны. Одежду и оружие я почистил привычным игровым методом: закинул в инвентарь, затем вынул и снова закинул. Как из лавки. Всё новёхонькое. Люблю масштабирующиеся вещи — износ минимальный. Боюсь, привыкну, избалуюсь вконец…

Решился сунуться в озерцо в одной набедренной повязке, залез по колено. Бррр! Холодно! Дальше зайти уже не решился. Зачерпнул воды бурдюком и, ухая, начал лить на голову, плечи, спину и грудь. Нагнулся, зачерпнул мелкого песка хорошенько потер кисти рук и предплечья. Наконец, всё же решился и окунулся в оказавшееся неожиданно глубоким озерцо с головой. Вылетел, как пробка, отряхиваясь, словно пёс после дождя. Быстро вынул запасную одежду из инвентаря, но согрелся не сразу. Волосы оставались мокрыми. Попытался просушить их тюремными штанами, что завалялись в рюкзаке. Не вышло. Игровые условности. Простые предметы могут иметь только одно назначение. Кое-как отжал свою эльфийскую гриву руками. Вернулся к истоку родника, стал наполнять бурдюк и тут вздрогнул от неожиданно прозвучавших за спиной голосов.

— Какой хорошенький!

— Какой молоденький!

— Хи-хи-хи, ха-ха-ха, иди к нам светленький!

— Иди к нам, сладенький!

Я резко обернулся, доставая кинжал.

— Какой грозненький!

— Какой воинственненький!

— Пусечкаааа! Ха-ха-ха!

Голоса принадлежали стайке маленьких фейри, сидящих на поваленной осине в ряд, как в театре и, видимо, наблюдавших сцену купания с начала до конца. Вуайеристки!

Я тут же спрятал кинжал за спину. Галантно поклонился (кто их знает, вежливость — наше оружие).

— Добрый день, дамы! — постарался выдать обаятельную улыбку.

— Ой! Дааамыыы! Мамочки! Ха-ха-ха, хи-хи-хи! — фейри синхронно всплеснули ладошками, одна чуть не свалилась от хохота, прикрыла рот ручкой, откашлялась и спросила:

— Кто ты, и почему купаешься в нашем роднике без разрешения? — малышка сурово сдвинула свои бровки и комично топнула ножкой.

— Простите, я не знал, начал я растерянно оглядываться и тут заметил на кустах над родником во множестве разноцветные ленточки, лоскутки, тряпочки, колокольчики на тесьме, обрывки кружев, пуговицы на нитках, шнурки и прочую галантерею.

— Выкуп! Выкуп! Выкуп! — начали скандировать мелкие вымогательницы так, что заложило уши.

— А стриптиза было недостаточно? — рявкнул я.

— Что!? — растерянно пропищала главная фейри, подружки которой мгновенно замолкли и стали пучит на меня глазки.

Хм, я полез в инвентарь. Хорошо, что вспомнил! Порой выгодно быть сладкоежкой. Баранина по-карагонски от Оливье — это, конечно, незабываемо, но его жена так же прекрасно умела варить фруктовую карамель и ореховую нугу, пакетики с которой я всегда носил с собой в заветном кармашке рюкзака.

Сделав шаг в сторону притихших фейри, поклонился, как можно ниже, и протянул на ладони угощение, завёрнутое в вощёную бумагу:

— Прошу, все же, простить меня великодушно за то, что потревожил ваш покой и принять скромный подарок, — я расстелил перед деревом свой плащ и положил на него свёрток, не забыв поспешно отступить на три шага назад.

Старшая фейри вновь нахмурилась, но по ямочкам на щеках я понял, что она сердится только для вида. Повернулась к своим подругам и поощрительно кивнула. Вихрь разноцветных платьев и стрекозиных крыльев вмиг слетел с поваленного дерева и накрыл пёстрым ковром угощение. Тут же раздалось чавканье и тихие шепотки, шуршание и хихиканье. Старшая фейри, кося правым глазом на своих товарок, чинно спустилась ко мне, зависла перед лицом, трепеща крылышками, сделала изящный книксен и представилась:

— Олеандра!

Я осторожно мизинцем поддержал ручку, протянутую мне прекрасным созданием Светлого леса, и аккуратно коснулся губами:

— Эскул ап Холиен, Рейнджер Светлого леса, моя госпожа, — и снова поклонился. Ничего, спина не переломится. А вот заработать такого врага, как фейри, врагу не пожелаю. Ибо воплощали они в Игре жриц Удачи и всецело пользовались, как утверждала молва среди бывалых игроков, покровительством Великого Рандома.

— Вы очень воспитанный юноша, Эскул. Что привело вас в наши владения?

— Мы с моим соратником только что из сражения, хотели воспользоваться логовом Мантикоры и отдохнуть некоторое время, не долго, затем мы вновь тронемся в путь. Мы обещаем вести себя тихо, не рубить деревьев, не собирать ягод и грибов. Позвольте нам только развести костёр и пользоваться родником.

— Хм, — задумчиво склонила голову фейри к правому плечу, — ваш друг действительно знает, как вести себя в лесу, он не потревожил ни муравейника, ни деревца рядом с вашим лагерем… А что это за девушка, связанная путами, лежит без сознания рядом с ним?

— Это наша пленница, она руководила отрядом, напавшим на нас. Мы ждём, когда она очнётся, чтобы поговорить. Но, клянусь Великим Альвом, мы не сражаемся со связанными женщинами.

— Что ж, это слова благородного воина. Но проясни мне, Эскул, ещё одну деталь. Почему над тобой кипит аура ненависти. Чем ты так досадил Светлым эльфам и их союзникам, что они готовы убить тебя, как только повстречают?

Так, а вот теперь нужно быть предельно аккуратным! Ложь фейри почувствует мгновенно. Но они нейтральные существа… Почему бы мне не поделиться содержанием моего квеста?

— Олеандра, я выполняю волю сестры по крови, посмертную волю, мы с моим другом ведём свой путь в Рощу Единорогов. Мой товарищ со мной потому, что умершая — тень его сердца…

— Что ж, — подумав произнесла фейри, — достойная цель, достойных мужей. — Но ты не сказал, что твой друг — Тёмный…

— Это так, хранительница, и вот уже много лет его Дома не существует, у него не осталось ни одной родной души среди живых. Это несправедливо. И сейчас он со мной не из мести, а по долгу сердца…

— Сложным выбрали себе путь, эльфы… А за честность твою, будет тебе награда. Не очень большая. Вы можете отдохнуть в нашем лесу сколько нужно, наберите воды из родника, разведите огонь. Но ни охотится, ни убивать разумных на лигу вокруг вам строго запрещёно. Наказание последует неотвратимо, — назидательно погрозила пальчиком фейри.

— Прости за дерзость, Олеандра. Так в чём же награда?

— Я дам тебе совет, Эскул ап Холиен, Наёмник и Рейнджер, собрат Модианна Эгинна из Дома Чёрной Лилии, — медленно и чётко произнесла фейри, подлетев вплотную к моему лицу, — дам один раз, без объяснений и ответов на вопросы. Ты просто прислушаешься к нему и поступишь так, как решит твоё сердце.

Я изумлённо уставился на висящую в воздухе передо мной жрицу Удачи.

— Я слушаю внимательно, Олеандра, — прошептал я.

— Вы должны взять с собой Эвглену Зелёную, Лесную Ведьму из Дома Рейвеннов и пройти вместе с ней весь свой путь до конца.

Я опешил. Ну это вообще ни в какие ворота! Только я хотел возмутиться, как фейри ещё ближе подлетела ко мне и почти упираясь своей ручкой мне в нос, приложила указательный палец сначала к своим губам, затем погрозила им мне.

Тут гомон со стороны стайки сладкоежек, наслаждавшихся нежданными гостинцами, усилился, они дружно поднялись в воздух и закружились разноцветным вихрем вокруг меня. Их кукольные мордашки, перепачканные нугой и карамелью, весело улыбались:

— Эс-кул! Эс-кул! Конфетки! Конфетки! Хорррошиииии! Ха-ха-ха! Хи-Хи-Хи!

Они так быстро мельтешили, что у меня начала кружиться голова. И вдруг всё стихло, в одно мгновенье. Лишь только плащ и обрывки вощёной бумаги остались лежать у меня под ногами.

Все ещё озадаченный советом Олеандры, я собрал одежду, взвалил на плечо бурдюк с водой и зашагал к лагерю. Задумавшись, чуть не навернулся с края оврага.

Сверху открывался великолепный вид. Мод разбил лагерь по всем правилам, рядом с костром, обложенным большими покатыми валунами, были раскатаны войлочные подстилки, на которые он переложил не пришедшую ещё в себя Эвглену. В котле над потрескивавшим в лесной тишине костром что-то аппетитно булькало.

— Здоров же ты плескаться, Эс! — поприветствовал меня Капитан.

— Ты же сам сказал, что я воняю, вот и решил сделать тебе приятное, — отшутился я. — Ведьма не приходила в себя?

— Да вот, лежит уже минут двадцать, притворяется, что без сознания, — усмехнулся Мод, помешивая варево в котле и пробуя его, смешно вытянув губы трубочкой.

— Притворяется, говоришь… Эвглена, открывай глазки, разговор есть. Применять магию ты некоторое время всё равно ещё не можешь, надеюсь на твоё благоразумие.

Несколько секунд ничего не происходило, затем Эвглена резко поднялась, села, пытаясь принять независимую позу. С петлёй на шее этот маневр был крайне затруднителен. Но она, тем не менее, справилась. А, вообще, молодец!

Передо мной сидела не пленница, а гордая Ведьма в рваном зелёном наряде с пятнами неизвестного происхождения. Чёлка её постоянно норовила упасть на глаза, поэтому Эвглена поминутно вскидывала голову и пыталась сдуть травинки, прилипшие на лоб.

— Ну? — эльфийка впилась в меня взглядом, и я невольно залюбовался её тёмно-серыми глазами и забавным скулами.

— Гну! Брыкаться не будешь? Развяжу. Слово, — пообещал я.

— Какие мы блааародные! Эскульчик! — Ведьма показала мне язык.

Пора это прекращать. Я принял серьёзный вид, насупил брови:

— Эвглена Зелёная, Лесная Ведьма из Дома Рейвеннов, я — Эскул ап Холиенн, Рейнджер Светлого леса из Дома Холиенн, клянусь, что не причиню тебе вреда и только поговорю с тобой, после чего ты будешь вольна в своих передвижениях и действиях! Да будут свидетелями мне присутствующие здесь и Великий Альв!

Лес зашумел, коротко взвыл ветер в закоулках пещеры, колокольчиками прозвенел многоголосый смех со стороны родника… Удивлённая Эвглена немного подрагивающим голосом произнесла:

— Договор…

— Договор! — эхом откликнулся я.

— Пойду, принесу ещё дров, — Мод невозмутимо встал, захватив перевязь с мечом и ловко вскарабкался на край оврага.

— Не отходи далеко, брат, и это… не собирай грибов и ягод, и не охоться… я обещал, — попросил я его.

— Да я уже понял, улыбнулся Капитан и исчез, как его и не было.

Я подошёл к Эвглене и присел перед ней на колени.

— Повернись, пожалуйста, я развяжу путы, — попросил я, — старайся не делать резких движений, а то у Капитана здесь петля хитрая, шею затянуть может.

Ведьма молча легла и повернулась ко мне спиной. Я осмотрел конструкцию Мода и, недолго думая, просто разрезал её кинжалом.

— Уф, как же хорошо, Эскул, свобода! Хорошо, что в Игре не надо бегать в туалет, — радостно сообщила Эвглена.

— Да, обоссаться в данный момент было бы верхом невежливости, — я бросил обрывки кожи в костёр. — Есть хочешь? Или Мода подождём? Пахнет вкусно.

— Я думаю, ты и сам хочешь вначале поговорить о наших делах, или нет? — спросила Ведьма, пытаясь отчистить свою одежду и привести волосы в относительный порядок. Выходило не очень.

— Ты уже связалась с кланом? Нам ждать неприятностей? — задал я наиболее животрепещущий вопрос.

— Ваше Забвение, сэр, перекрыло мне весь кислород и оставило меня без магии, хорошо хоть инвентарь доступен. Приведу себя в порядок, — и Эвглена одним движением переоделась в зелёный замшевый костюм, взяла в одну руку большое серебряное зеркало, в другую гребень и начала расчёсывать волосы, тихо напевая что-то себе поднос.

— Минут через двадцать всё вернётся на круги своя и ты снова сможешь строить мне козни, — я залюбовался сидевшей ко мне вполоборота эльфой, бессознательно вертя в руках кинжал мага-охотника.

День перевалил далеко за полдень. Солнце висело над верхушками деревьев. Его лучи играли на сапфире в навершии моего оружия. Эльфа пристроила зеркало на одном из валунов, придирчиво повертела головой перед ним и стала быстро заплетать косу.

— Не хватает зелёной ленты или шнура с кистями, — заметил я.

— Ты считаешь? — Ведьма повернулась ко мне всем корпусом, закончив с волосами. Чёлка всё так же вела себя непослушно.

— Это было бы прекрасным штрихом к твоему образу. Ты готова? — поинтересовался я.

— Смотря к чему, — она положила ногу на ногу и откинулась, опершись на локти. Её куртка распахнулась, открыв великолепный вид на глубокий вырез на шёлковой блузке. Я подошёл к ней и залез в свой инвентарь:

— Ты хотела вернуть Фиал Изменения Сущности, который достался мне в том бою? На, — и протянул ей серую шкатулку.

Эвглена секунду смотрела расширившимися глазами то на меня, то на шкатулку. Потом, словно не веря своим глазам, зажмурилась, открыла глаза и, вцепившись в неё обеими руками, рванула на себя и прижала к груди.

Глаза её на минуту подёрнулись туманом. Я понял, что она проверяет подлинность артефакта. Эвглена приоткрыла шкатулку, улыбаясь, подержала на ладони фиал, потом вдруг нахмурилась, положила его обратно. Руки её дрожали.

— Чтооо, это… Почему? — она подняла на меня глаза, полные слёз.

— А ты думала, что я просто из вредности не отдаю Фиал? Что я специально за ним охотился? Да я даже не знал, что в той карете будешь ты. У меня было совершенно другое задание.

Но ты же не стала выяснять! Обязательно надо было покуражиться! Ты, не зная меня, не разобравшись в обстоятельствах, пошла на пролом. И нарвалась, Зелёная. Ты же маг, игрок. И, судя по всему, не из последних.

Ну я — дебил! Это даже не обсуждается. Твой Фиал при контакте осуществил мгновенную привязку к моей сущности потому, что ты не учла одну деталь. Ларец из мёртвого мелорна — тоже артефакт. Вот только не могу понять, почему он к тебе не привязался? Ты же его везла?

— Я его везла в дорожном сундучке под каретной лавкой, он так и в хранилище стоял, — у Эвглены дрожали губы.

— Понятно, значит шкатулки никто не касался, ни до тебя, ни после… Зелёная, а какой клан владелец артефакта? С кем договариваться?

— Ниии с кееем..! — Эвглена ревела уже в три ручья, — всё пропалоооо…

— Не понял, что значит ни с кем? Ты чётко можешь объяснить? Понятно. Не реви.

— Не ревуууу!

— Не реви! Думать мешаешь!

— Не…ик!…ревууу! Нету…ик…кклана…

Так, с этим нужно было что-то делать. Такая беседа не могла привести к конструктивному решению.

Я подошёл, схватил Ведьму за курточку обеими руками, слегка встряхнул. Зарёванная Эвглена была ещё симпатичней. Я погладил её по щеке и впился в губы старательно усиливая грубый нажим, но не причиняя боли.

И (о, какой позор!) стукнулся зубами о её зубы. Звук пощёчины я услышал гораздо раньше, чем ощутил. Но своего я добился. Эвглена Зелёная больше не напоминала раскисшую и расстроенную девчонку. Она напоминала скорее фурию с горящими глазами и с метательными кинжалами в обеих руках.

— Стоп, стоп, стоп. Брэк! Извини, нужно что-то было такое, чтобы привести тебя в чувство, а фантазия у меня плохая. Прости. Прости. Прости.

Давай подробнее, а то у нас разговор глухого со слепым, — я постарался спокойно присесть рядом на войлочную подстилку, протягивая свои пустые руки, ладонями вверх. Эвглена всё ещё тяжело дышала, лицо раскраснелось. Шкатулка лежала на подстилке.

Эльфа сделала глубокий вдох, кинжалы исчезли в рукавах куртки. Откинула чёлку правой рукой, достала большой батистовый платок. Промокнула им глаза, затем громко и от души высморкалась.

— Что ты хочешь знать? Хотя теперь, я думаю, в этом нет никакого смысла… — вздохнула она.

— Давай начистоту, Эвглена, всю историю с Фиалом.

— Да, история, Эскул, не такая уж и длинная. Нет никакого клана, это я блефовала. Фиал нужен был мне самой. Я тоже наёмник, но не гильдейский. Лигу Свободных Охотников знаешь?

— Знаю, игровые конкуренты, давай дальше, — поторопил я.

— Так вот. Фиал и его квест — это оплата за задание, которое я целых полгода выполняла, как проклятая, он полностью мой. Я в Игре четвёртый год и по началу сглупила, взяла себе Светлую эльфу, Мага, начала развивать, а только через год поняла. Не моё… Не моё и всё. А сил и средств уже вложено…

Продать аватар — таких персов за доллар — пучок. Наивная. Начала искать альтернативу. И нашла описание редкого Фиала Изменения Сущности. Сразу поняла — это мой выход. Провела статистику. За всю историю игры фиал появлялся 43 раза. Выпадал из монстров в данжах, выигрывался в нескольких редких квестах, пару раз находили в кладах.

Стало ясно, что на моём уровне его не найти. Стала дальше качать перса под мага-поисковика с боевыми навыками и мониторить, мониторить, ситуацию. А где больше всего актуальной информации? У наёмников.

И вот, год назад повезло. Перекупила одиночное задание. Полгода моталась по МИФу. В итоге — полный…

Благодаря одному шустрому и непредсказуемому эльфу! Когда ты воспользовался Жемчужиной, мне хотелось найти тебя и убивать, убивать, убивать! Договорилась со знакомыми ребятами, рассчиталась заранее лутом с предыдущих заданий. Вот они как раз риск-группа одного не очень большого клана. Так, шабашат на стороне иногда. Я же не знала, что у тебя тут монстр карманный… Ну а отследить тебя из Карагона, вообще задачка для детского сада. Ты хоть и инкогнито в плаще, но наследить успел изрядно. И в банке, и в таверне, и в Конференции. А золото глаза и уши везде открывает. Настоящим подарком был гном из лавки у ворот. Чем ты ему насолил? Он тебя сдавал со свистом и взахлёб.

— Я его жене пару комплиментов сделал, а потом сказал ему, что это его дочь, — растерянно сказал я.

— Да, Эскул, тяжёлый случай, как ты от него в зубы то не получил, — улыбнулась эльфа.

— Значит у меня во врагах целая группа опытных игроков, — задумчиво пробормотал я.

— А вы что, с Модом, их тушки пролутали? — заинтересованно потёрла свой подбородок Эвглена.

— Да нет, некогда нам было. Мы сразу свалили. Тебя вот только забрали и всё. А что?

— Ну, положим, со своими ребятами я всё порешаю. Но мне ты остаёшься должен. Эскул. Очень много и не только золотых кругляшей. Что делать будешь?

— Так я уже придумал! Ты как активировать Фиал собиралась? Ты же знаешь, что там сложности.

— Какие? В той информации, что я собрала всё кратко и просто. Доставить Фиал в Рощу Единорогов, а там на алтаре они его и активируют.

— Не всё так просто, Ведьмочка. При привязке к сущности, что произошла у меня, включается таймер на 30 дней. Если за этот срок активация не произойдёт, фиал разрушиться и опустит перса до нулевого уровня, хоть иди на рерол. Единороги — не фраера с Привоза, просто так к себе в Рощу никого не пустят, хоть у тебя пять фиалов будет. Вот и думай!

Эвглена задумалась, вскочила на ноги и стала мерять поляну шагами, чуть не перевернула котёл, выругалась. Хм, где там Мод ходит, деликатный Капитан!

— Эскул, а куда вы с этим монстром направляетесь? Если всё, как ты объяснил — тебе по-любому крышка.

— Правильный вопрос, Зелёная, именно это я и хочу тебе предложить. Я не альтруист, но: а. — иметь на хвосте настойчивую Ведьму не хочу, б. — боец такого уровня в отряде будет нелишним, в. — выполняя со мной квест, ты сможешь получить хоть какую-то компенсацию своих трудов. Я же не зверь. О четвёртой причине я скромно умолчал.

— И какой квест? — Эвглена замерла в двух шагах от меня прижав к груди кулачки и приоткрыв рот.

— Эпический квест «Чужой среди своих», первое прохождение, кидаю приглашение в группу.

Вы дали приглашение в группу. Игрок Эвглена Зелёная приняла приглашение. Внимание! Вы открыли скрытый этап Первой части задания «Чужой среди своих» — «Три лучше, чем два». Благодаря Вам, не была потеряна надежда. Вы протянули руку помощи врагу. Награда: репутация с фейри Светлого леса — Дружелюбие. Группа увеличена до трёх участников. Глава группы — Эскул. На время пребывания в группе совместно заработанный опыт распределяется 34 % — Эскул, 33 % — Модианн, 33 %- Эвглена, лут — по принципу «кому нужно», подключается внутригрупповой чат, группа может входить в другие игровые сообщества как автономная единица.

Вы получаете 40000 очков опыта. Вы получили уровень…Вы получили уровень…Вы получили уровень…Ваш уровень 169.

Эвглена получает 40000 очков опыта.

— Урраааа! — исполняя танцевальные па по поляне носилась Зелёная Ведьма.

Я усмехнулся и заметил, как к нам с огромной вязанкой хвороста спускается Модианн. Сбросив поклажу, Капитан смахнул капельки пота со лба. Взял бурдюк и стал с наслаждением утолять жажду, искоса поглядывая на веселящуюся эльфийку.

— Ты всё-таки её взял с нами, брат? — спросил он, опустив бурдюк.

— Да, Мод, так дешевле, во всех смыслах, — обречённо махнул я рукой.

Весёлый девичий голос раздавался в вечернем лесу, он взлетал к верхушкам деревьев и отражался от стен оврага, гулко отдаваясь в пещере Мантикоры:

— Мы в город Изумрудный идём дорогой трудной. Идём дорогой трудной, дорогой непрямой!!!

Уф! Теперь я понял почему она такая ЗЕЛЁНАЯ…

Глава четырнадцатая

Всё ещё Светлый лес, будь он неладен. Или благословен…

Похлёбка у Капитана получилась знатной, она не только умопомрачительно пахла, но ещё и магическим образом исчезала из котелков просто с невероятной скоростью. Я попросил Мода отлить в широкую деревянную миску и отнёс её к роднику, оставив там под хихиканье из кустов.

День клонился к вечеру, снова набежали тучки, природа замерла в ожидании дождя. Мод после плотного позднего обеда предупредил, что приляжет на часок, а мне сказал готовиться к первой тренировке, когда встанет. Я решил перетащить войлочные подстилки в пещеру, а то потом будет поздно. А спать под дождём — увольте. Я не какой-нибудь буддистский монах. В Игре, где можно, предпочитаю комфорт. А палатку раскладывать было лень. Капитан, увидев куда я собрался, назидательно предупредил:

— Не советую, Эс. Там всё мантикорьей мочой так пропахло, месяц не отмоешься, да и почуять тогда тебя любая собака сможет. Диких тварей, конечно, запах отпугнёт, но вот для двуногих, в особенности следопытов, это будет настоящий подарок, — многозначительно посмотрев на меня и убедившись, что сия мудрость дошла до меня, Мод повозился с минуту, накрылся плащом и через минуту уже храпел. Вот нервы у человека, тьфу, эльфа! Позавидуешь. Я всё-таки заскочил в пещеру у входа намело прошлогодних листьев. Поставил один из маяков. На всякий пожарный случай.

Вернулся к костру, с тоской глянул на небо, начинало моросить, видимо всё же придётся ставить палатку.

Эвглена в это время отсутствовала в Игре. Её аватар неподвижным бледным трупом застыл на одной из подстилок. Капли дождя стекали по бледному лицу и делали её похожей на статую. Я накрыл Эвглену своим плащом и потянулся к тюку с палаткой. На мгновение я ощутил холод стали у кадыка.

— Ты чего это подкрадываешься к беззащитной женщине? — услышал я голос Ведьмы.

— Со входом вас, Эвглена прекрасная, уж не чаял сегодня увидеть. Тельце ваше прикрыть решил, а то дождик, знаете ли, ещё в жабу какую обернётесь, от сырости там или ещё в кого, — отпарировал я, ехидно улыбаясь, но стараясь не делать резких движений головой.

— Дурак! Язык без костей, — Зелёная убрала нож в рукав.

— А чего ты кидаешься, уже ведь в одной лодке, пора привыкать вместе сосуществовать. Ты дела со своими ребятами уладила?

— Да всё нормально, они очень удивились, что вы вещи, выпавшие с них, не взяли. А вообще, там все в шоке, вы с Модом произвели впечатление. Вопросами закидали. Рога наш, ну ты помнишь, Стасом зовут, порывался всё-таки догнать и порезать на ремни. Уж больно ты ему насолил со своим Бичом.

— Эвглена, тебя как звать в реале? Можешь не говорить, но как-то проще получится.

— Хельга, а тебя?

— Ух ты! А меня — Артём, — я несколько замялся, — ты, это, за поцелуй не обижайся, Хельга, надо так было. Лады?

— Можно просто, Хель, лады, только ты в следующий раз мне зубы не выбей, хорошо? — Зелёная подмигнула.

— Да это, я давно не целовался, а надо было срочно. Слушай, а почему Эвглена? Да ещё Зелёная. Ты микробиолог что ли?

— Оп-па! А ты как вычислил? Ты из наших? — Эвглена восторженно всплеснула руками.

— Из каких ваших? — не понял я, просто это все со школы знают. Инфузория туфелька там, амёба, эвглена зелёная.

— Из какой школы, нубяра? — ещё больше развеселилась Ведьма, — в обязательной школьной программе уж лет двадцать, как раздела зоологии нет. Ты вообще откуда рухнул, чел?

— Хель, не стоит смеяться, я, некоторым образом, последние десятилетие от реальной жизни оторван был. Игра — работа, работа — Игра. В перерывах больница. Психиатрическая. Как-то так.

— А, ну тогда понятно, а я — инженер — микроэколог, восстановление загрязнённых зон, промышленные бактерии и прочая очень актуальная лабуда. Интересно, заработок хороший, график вахтовый. И на Игру время есть. А ты кем работаешь?

— Я врач, точнее был врачом, теперь так, техник, подрабатываю на Фармконтроль.

— А чего так скромно? Врач — это круто, интересно. Вот я бы — не решилась. Ответственность большая. А ты чего ушел-то? Нет, если хочешь, не говори.

— Да секрета никакого нет, сам бы никогда не ушёл. Пенсионер я. Три дня как… Вот такие дела! — припечатал я ладонью по коленке, — ты извини, палатку надо ставить, а то уже за шиворот капает.

— Ого, да ты дедуля, резвый Рейнджер! Не парься, ща всё будет красиво.

Эвглена села в позу лотоса, сцепила пальцы в замок и начала петь тихую песню. Слова были не разборчивы. Ведьма раскачивалась в такт мелодии.

Вокруг зашуршало, зашелестело, из стенок оврага поползли толстые стебли лиан, на ходу покрывающиеся толстыми мясистыми листьями с ладонь величиной. За несколько минут они образовали над нашими головами плотный шатер, который надёжно закрыл нас не только от дождя, но и от начинающегося ветра.

— Здорово, Хельга, вот это класс. «И под каждым ей кустом был готов и стол, и дом…» — продекламировал я, находясь в полном восторге.

— Да это мелочи, Эс, третий уровень заклинания Полог Лианы, по случаю купила, экономит средства на палатки и ночлег под открытым небом. — Ты от темы не уходи, бодрый старикан, теперь понятно, почему полез целоваться, на молоденькую потянуло!

— Да тьфу на тебя, Хельга! Я думал, ты отыгрываешь свою Ведьму, а у тебя на самом деле мысли только об этом.

— О чем?

— О том самом! Тебе сколько лет, микроэколог? А?

— Дамам такой вопрос неприлично задавать! — Эвглена поджала губы.

— Да я и так вычислю. Судя по тому, что ты сказала, играешь пять лет. Вход в полный аккаунт игры — с 18 лет. Хорошо знаешь, что в школе не изучают зоологию последние 20 лет. Речь, словечки, степень психофизической реакции. Думаю, в итоге — 25–28 лет максимум.

— Умный какой! А я тоже про тебя скажу! Пенсионер! Дома подрабатываешь, внуки небось уже, жена старая надоела, вот и ныряешь в Игру, ощущения обновить. За молоденькими приударить. То. Сё. Глядишь — и обломиться. Тьфу! Мерзость…

Мы сидели насупленные и смотрели на огонь догорающего костра. В вечерней тишине слышен был только шелест дождя и хихиканье фейри, играющих в салочки в дебрях волшебных лиан. Я повернулся к Хельге и столкнулся с её глазами, смотрящими на меня в упор. В её зрачках вспыхивали то ли огненные сполохи, то ли весёлые искры смеха. Губы были плотно сжаты. Казалось, она находится на грани принятия какого-то решения.

Я вдруг представил нашу беседу со стороны, со всеми сказанными друг другу обидными словами. Не выдержал и облегчённо рассмеялся. Хельга присоединилась ко мне.

— Хель, — сказал я, немного отдышавшись, я забыл сказать, там Капитан шикарную похлёбку приготовил, ты поешь, пока совсем не остыла, — и встал, чтобы набрать в чистую миску.

— Я сама, сиди, — остановила она меня, — ммм, вкусненько, — она обмакнула кусочек сухаря в варево и отправила его в рот, облизнув пальцы.

— Хельга. Чтобы отбросить лишние вопросы. Мне сорок восемь лет. И, спасибо Родине родной, я пенсионер. Московский. Это немного радует. Внуков у меня нет, как и детей. Из родных — только мой дед. Я был бы очень счастлив, чтобы у меня всё было именно так, как ты предположила. Но не случилось. Так бывает.

— И ты права. Я — задрот. Последние десять лет моей главной целью было не сойти с ума и играть, пить атарактики и играть, изображать врача и играть. И насчёт секса, чтобы всё по-честному. Было несколько раз. В Игре. В Карагоне, в Красных кварталах.

Я сидел замолчав и снова глядя на этот треклятый огонь. Потянуло придурка на откровения…

— Бедный… — прошептала Эвглена.

— Ну вот ещё! Не надо соплей! Нам вставать рано, завтра длинный переход, я лягу, постараюсь отоспаться в игре. Ты хочешь спи, хочешь выходи. Завтра с утра двинем дальше. Да, забыл, ещё тренировка с Модом. Пойду растолкаю его, а после — на боковую. Хочешь с нами, иди. Нет — до утра делай что хочешь.

Я поднялся, убрал котёл с огня, завернул его в мешковину и накрыл своей подстилкой. Так долго не остынет.

— Я уже не сплю, — рядом появилась фигура Капитана, — пойдём к роднику, там условия освещения лучше. И… надо будет снять весь твой сет, есть во что переодеться?

— Да, Мод, найду, — озадаченно ответил я, хватаясь за свисающий корень на краю оврага и следуя за эльфом.

Подойдя к роднику, я заметил, что принесённая мной миска с похлёбкой выскоблена до блеска и в неё горкой насыпаны крупные спелые ягоды. Мод подошёл к озерцу, одной ладонью умыл лицо, другой бросил у воды монету.

— Олеандра! Прошу разрешения на тренировочный бой с Эскулом, обязуемся не проливать крови! — голос Капитана был спокоен и торжественен.

— Разрешаю, Модианн Эгинн, тихий, но слышимый во всех уголках поляны голос фейри заставил меня вздрогнуть.

— Ну что, Эс, перед тем как начать, нужно будет объяснить тебе несколько правил наших тренировок.

Первое — тренировки нужны не только для тебя одного. Я должен быть уверен, что спину мне прикрывает умелый боец. Единственный наш общий бой показал, что будь на месте противников не бессмертные, а Рейнджеры любого из Домов, то ты бы не выстоял и пяти минут. А вместе с тобой погиб бы и я.

Второе — во время тренировки на тебе не будет одежды или обуви, повышающей статы, и никакого оружия, кроме кинжала и перстней. Луком ты владеешь сносно, но в ближнем бою похож на беременную бодливую корову.

Третье — тренировок будет ровно пять. Ты не станешь после них мастером клинка, но сможешь иметь высокие шансы, чтобы выжить даже голым перед вооружённым врагом! Ты готов, Эскул ап Холиенн?

— Да, Модианн, у меня, как всегда, нет другого выхода.

— Мне нравится твой настрой, Эс. Потому, бессмертный, что будет очень БОЛЬНО!

Как и было мне предложено, я скинул в инвентарь всю одежду со статами и переоделся в свою тюремную робу. Почему до сих пор не выкинул?

Оставил только кинжал мага-охотника и Парные перстни Мага Воды Геркуланума. Модианн очертил лезвием своего меча круг диаметром около пятнадцати метров, захватившим поляну у родника, несколько корявых пней и парочку деревьев с кустарниками. Он объяснил мне что тренировки будут начинаться с того, что я должен буду медленно ходить за ним след в след и стараться повторять все его движения, максимально придерживаясь ритма.

Сам Капитан был в своём «смолистом» доспехе, в руках у него были только ножны от эльфийского меча. И мы начали эту, показавшуюся мне сначала очень странной, тренировку.

Вы приступили к промежуточному заданию квеста «Чужой среди своих»: Тренировка Капитана-1.

Предупреждение игроку: в течение часа вы будете работать в ускоренном режиме психофизической нагрузки, возможен выброс медиаторов нервной системы в запорговых концентрациях. Вашему МКИПу передан сигнал стресс-контроля. В случае неадекватной реакции организма или риска критического состояния сервер Игры будет вынужден прервать соединение.

Для дальнейших действий понадобиться дополнительное согласие игрока. Да/Нет

Ничего себе, первый раз о таком слышу! Но и квест эпический впервые выполняю. Пора привыкать удивляться. Нажимаю «Да».

Потом началось довольно скучное действо, я всё время медленно следовал за Модианном, стараясь повторять его движения от и до. Шагать след в след, разворачивать кинжал, используя прямой и обратный хваты, приседая и делая длинные шаги вперёд и в стороны, иногда кружась на месте.

Через некоторое время я понял, что Капитан поёт сквозь зубы какую-то заунывную мелодию, прищёлкивая языком в ритме движений. Щелчки раздавались практически на каждом этапе завершения нового цикла, словно фиксируя кульминацию боевого столкновения оружия и объекта. Уже через пятнадцать минут невыносимо заболела шея, а затем к ней присоединилась спина.

В какой-то момент, я чуть было не сбился с ритма, и уже готов был остановиться, когда Модианн молнией метнулся ко мне и я ощутил очень болезненный удар ножнами по ягодицам. Словно кипятком плеснули на бёдра и спину. Как же больно!

Я хотел возмутиться, но Капитан уже продолжал двигаться дальше. И самое странное! Я тоже продолжал двигаться. Более того, спина и шея почти перестали болеть. Слегка жгло только бёдра.

Мы двигались по кругу очерченного периметра, краем глаза я заметил тот самый клубящийся туман, который был предвестником атаки Модианна на поляне Мёртвых Дубов. Он образовал полусферу над нашим маленьким полигоном. Мгла отделила нас от всего мира, не стало слышно ни шелеста листьев, ни стрекота сверчков. Начавшиеся зажигаться на вечернем небе звёзды, потускнели и вскоре исчезли совсем.

Становилось жутковато. Но я был предельно сосредоточен. Круги, выводимые нашей мрачной процессией, сужались к центру, затем расходились, потом стали сплетаться в немыслимые восьмёрки. Казалось, тренировке не будет конца… Одежда на мне давно промокла от пота насквозь, кинжал норовил выскользнуть из дрожащих рук. Я ещё несколько раз получил хлёсткое «братское напутствие» с помощью ножен капитана.

Несколько раз ловил себя на том, что двигаюсь с закрытыми глазами и, тем не менее, когда мне приходилось снова разлеплять веки, я понимал, что ничуть не сбился с ритма. Для меня так же было загадкой, что мы ни разу не задели ни одного дерева или кустика, не споткнулись о корни, тут и там вылезающие из земли. Когда я почувствовал огненное жжение, которое стало охватывать всё моё тело от пяток до макушки, а сухое горло рвалось в отчаянно крике, всё вдруг внезапно закончилось. Мы стояли у края родникового озерца. Я отметил, что Модианн дышал не менее тяжело чем я. В глазах потемнело, лишь силуэт Капитана, да свистящее дыхание, прорывавшееся хором из наших глоток, постепенно возвращали меня в реальность.

Вы завершили промежуточное задание Тренировка Капитана-1. Постоянный прирост параметров: Ловкость +20, Сила +20, Выносливость +30. Владение кинжалом +10 Рекомендации игроку: в течение 2-х часов следует покинуть Игру для отдыха в реальных условиях и калибровки МКИПа

Ого, ого, о-го-го! Дайте ещё!

— Мод, а может ещё? А? Вот это рост, вот это драйв! — даже дрожание рук не могло омрачить моей радости. За час тренировки прирост параметров просто фантастический. Это же бомба!

— Нет, Эс, с твоим телосложением, ещё 5 минут такой тренировки и ты — труп. Ты хоть и бессмертный, но, если умрёшь на тренировке, при возрождении заработанные параметры не сохраняться…

— А ты оказался достаточно терпеливым! Завтра вечером продолжим. Сейчас ты обязательно должен провести омовение в роднике фейри, и ещё: не налегай на ягоды, постарайся сохранить их подольше. Лучшего средства восстановления для тела после моих тренировок мы вряд ли сможем найти в дальнейшем путешествии, — и Мод, подкрепив слова собственным примером, быстро разделся и ухнул в озерцо с головой.

Выйдя из воды, ничуть не стесняясь своей наготы, он забросил амуницию на плечо, зачерпнул горсть ягод из деревянной плошки и пошагал к лагерю.

Над лесом сияли молодой месяц, видимость была превосходной. Попробовав пальцами ледяную воду озерца, я всё-таки не рискнул разом окунуться. Зашёл сначала по колено, затем, по пояс, побрызгал на спину, умыл лицо. Потом, рассердившись на себя, плюнул и опустился под воду с головой…

Вылетел, как пробка из бутылки шампанского, только брызги полетели, невольно хакнул, прочистив горло. Хорошо! Кожу охватило приятное жжение, по всему телу бегали мелкие мурашки. Надев штаны с сапогами и подхватив плошку с ягодами зашагал в лагерь, мысленно довольно потирая руки.

Хельга ещё не вышла из игры, а так и сидела у костра, подперев щёки кулачками, и читала какую-то магическую книгу, которая висела перед ней ни на что не опираясь, в лёгком розовом сиянии, подсвечивающем текст.

— Ни дня без строчки… уважаю! Пока враг спит, мы качаемся! — поприветствовал я её, отсалютовав кинжалом.

— Хм, какой вы брутальный, сэр! Хорошо померялись? — улыбнулась Ведьма и отблески костра снова заиграли в её зрачках, а тени очертили глазные впадины

— Померялись? — не сразу понял я.

— Ну чем там меряются мальчики чаще всего? — и Эвглена захохотала, книга перед ней исчезла с лёгким звоном.

— Не знаю, что ты там представляла в своих фантазиях, Хельга, но мы занимались делом. И очень продуктивно, — я не преминул похвастаться перед ней, скинув логи завершающие тренировку.

Зелёная на минуту застыла, вчитываясь в сообщения системы, затем присвистнула:

— Да ты читер! Это же невозможно!

— Думаю нет, система предупредила о возможном экстренном отключении по медицинским показаниям. Такие игры довольно рискованны, хоть и приносят значимые дивиденды. Не удивлюсь, что в реале придётся принимать меры.

— А что это у тебя с основными параметрами? — вдруг нахмурилась Эвглена.

Я глянул. Батюшки! Жизни, маны, выносливости — всё по 5 жалких процентов. Как же я сразу не заметил? Это не очень хорошо… Но сделал невозмутимое лицо:

— А что такого? Так задумано, тем более место было хорошо защищено.

— Не знаю, Артём, признаться я за вами пошла, посмотреть хотела. В реале пока делать не чего, скучно. А тут, хоть какое-то развлечение. Так вот. Я ведь минут на 5–7 позже вас вышла. Пришла к роднику, а там полусфера чёрная, как смола. И ближе метра не подойдёшь. Выталкивает настойчиво и неотвратимо. Посидела, потыкалась и вернулась сюда. Ликвидацию магической безграмотности проводить. В гайдах порылась.

— Я же говорил, хорошо Мод полигон защитил. Его это работа. А что в гайдах нарыла?

— Ну… в официальных — ничего особенного, ещё раз просмотрела статистику по Фиалу Изменения Сущности.

— И что?

— Да факт один мне не даёт покоя. Помнишь, я говорила, что за всю историю Игры фиал появлялся 43 раза.

— Да, точно.

— Но вот в чём загвоздка. Я отслеживала историю большинства игроков, получивших фиал и отправившихся его активировать, в том числе и клановые группы, и одиночек.

— И? Не тяни резину, интриганка!

— Нет нигде никакой информации, что с игроками, использовавшими фиал, было потом. Как отрезало. Были — и нет.

— А ты хочешь, чтобы игрок, доставший такой артефакт и ушедший на рерол с таким статапом, на каждом форуме хвалился своим новым персом? Да ему прямая дорога в топы, в крайнем случае, максимально поднять нового перса, поиграть и продать его. Даром, что это сейчас чуть ли не единственная возможность для игрока заработать легально реальные деньги. Бизнес есть бизнес.

— Не знаю, не знаю… Неужели все 43 такие продуманные. И никто не похвастал, не проговорился, хотя бы инкогнито, на форумной тусовке? Это пока единственный вопрос, на который я не нашла ответа во время подготовки, — Хельга откинулась на подстилку, закинув руки за спину.

— Фух, всё, у меня уже ум за разум заходит. Денёк сегодня был не простой. Давай-ка укладываться!

— Приземлённый ты человек, Артём! Кстати, а по отчеству тебя как? Неудобно всё-таки, пенсионер! — хихикнула Ведьмочка.

— Ну, хватит уже! — я обиженно подтянул поближе тюк со второй палаткой и пристроил его вместо подушки, расположился лицом к костру, повернувшись на левый бок.

Хельга перевернулась на правый бок лицом ко мне. Свет от костра частично закрыли контуры её тела. По ту сторону, ближе к пещере заворочался Мод, как всегда накрывшийся плащом с головой, на грани слуха было слышно его мерное посапывание.

Взгляд мой вернулся к эльфийке, которая продолжала молча смотреть на меня. Трудно было рассмотреть её глаза, слепил свет костра, размывая контуры её тела. Я невольно задержал взгляд на бедре девушки, затянутом в охотничьи бриджи. Хельга слега пошевелилась, скрестив ноги в коленях. Правая рука её потянулась к вороту блузки, начала теребить кисти на воротнике куртки. Я приподнялся на локте и заметил, как пристально она смотрит мне в глаза. Я улыбнулся ей, подперев голову рукой, и так же открыто встретил её взгляд.

— Ягод хочешь? Фейри угостили, — тихо спросил я, хотя мне показалось, что закричал на весь лес.

Хельга помолчала минуту, полуприкрыла глаза ресницами, тряхнула своей непослушной чёлкой:

— Дурак…какие ягоды? Иди ко мне… — еле расслышал я, скорее, догадался по движениям её губ.

Я поднялся на негнущихся ногах. В ушах зашумело, все звуки отошли на задний план. Я прихватил свою войлочную подстилку, подошёл к ней, постелил рядом, не отрывая взгляда от её лица. Зачем-то подбросил хвороста в и, без того, жарко полыхающий костёр. Присев рядом, потянулся к её губам. Она слегка отстранилась, положив тонкие пальцы мне на подбородок. Затем обхватила мою голову руками и прижала к своей груди. Ноздри мои наполнились терпким букетом полевых трав с влажной и острой примесью запаха её желания.

Кровь в ушах зашумела ещё сильнее, вернулась дрожь в пальцах. Захотелось обнять её всем телом и не отпускать, вжаться каждой клеточкой, каждым сантиметром кожи.

Кисти моих рук скользнули вниз, к мягкой, почти невесомой ткани бридж. Кожа под тканью была горячей и упругой. Бедро её скользнуло между моих ног. Тяжёлое дыхание наше прерывалось лишь шёпотом незначащих слов и междометий. Бриджи были слабым препятствием, и она задрожала, замерев, когда мои руки скользнули вдоль её ягодиц, медленно лаская их сверху вниз в безудержном темпе.

Хельга змеиным движением вырвалась из куртки, костяные пуговицы блузки полетели в разные стороны и тяжёлое богатство великолепной груди заставило меня зарычать в восхищении. Забыв об инвентаре, мы вручную срывали остатки одежды друг с друга, торопясь использовать прекрасные мгновения взаимной страсти. И жёсткий ворс подстилок казался нам самой мягкой постелью в мире. Хельга, избавившись от большей части одежды, осталась в чём-то напоминающем переплетение мягких кожаных лент, скромно закрывающих наиболее сокровенные места…

Она повалила меня на спину, забросив одну ногу мне на живот, а другой начала доводить до исступления, поминутно останавливаясь и дразня. Я, шутя, пытался сопротивляться. Она, хохоча, уворачивалась от моих рук. И эта игра была прекрасна. Спина эльфийки, её изгибы, манящие чаши ягодиц прекрасной Ведьмы подстёгивали моё воображение, и я постепенно стал слышать тот же ритм, что совсем недавно чувствовал у родника.

Голова Хельги спустилась мне на живот, волосы рассыпались и слегка щекотали бёдра. Зелёная была настроена решительно, мне же обидно было сдаваться так рано.

Вытерпев не более минуты, я мягко отстранил её, настойчиво утвердив пальцы своей руки между её ягодиц. Хельгу снова охватила крупная дрожь. Она закусила нижнюю губу и стала тихонько подвывать.

Моя ладонь меж её гладких бёдер была уже мокрой и сил оттягивать неизбежное не было никаких… Я развернул её спиной к себе, она встала на колени. «Какая ирония тел…» — промелькнула мысль.

Руки её, как у летящей птицы, вместе с телом и возбуждённой грудью, напоминали натянутый лук. Я вошёл в неё сначала медленно и осторожно, затем, всё сильнее впечатывая бёдра в ягодицы. Руки мои обнимали разгорячённую талию, и им не хватало длины пальцев, чтобы получить Хельгу целиком, без остатка.

Ожидаемая лавина сладкого безумия прокатилась вдоль позвоночника. Тихий и исчезающий стон Хельги, больше похожий на вздох, перемежался невнятным шёпотом и всхлипываниями.

Она почему-то плакала… Иногда, поворачиваясь, пальцами на моём бедре поправляла частоту ритма. Потом, чувствуя, что дело близится к финалу, я уложил прекрасную эльфийку на живот и начал покрывать тело поцелуями от пальцев на маленьких ступнях до корней волос на шее. Хельга, спеша, потребовала заставила вернуться в неё. И снова я не мог отказать. Словно хищник над жертвой, я вновь и вновь бросал своё тело в эту древнюю битву. Она же, в трепетном нетерпении, подавалась мне на встречу. И двойной этот ритм был прекрасен, но, к сожалению, не долог…

Обессиленный я рухнул рядом, продолжая целовать ладони и пальцы такой желанной Ведьмы. Наши сердца успокаивали свой ритм, а ночной ветер холодил разгоряченные тела.

Я дотянулся до своего плаща и накрыл нас обоих. Эвглена, свернувшись калачиком, прижалась спиной к моему животу. Я обнял её и постепенно растворился в череде застывающих мыслей под треск прогорающих поленьев.

Перед восходом утренний туман скрыл остатки ночных тайн, не слышно стало ночных охотников, завершивших свои дела. На дне оврага у входа в пещеру в ауре едва тлевшего походного очага спали двое, крепко обнявшись. В нескольких шагах стоял эльф в тёмных доспехах. Он улыбался, глядя на спящих:

— Я буду звать тебя Глена, Зелёная Ведьма, береги его…

Глава пятнадцатая

Светлый лес. Деревня половинчиков.

Из нейрованны выползал на карачках. Нет, так нельзя. Игра Игрой, а здоровье все-таки не железное. Жёлтый индикатор МКИПа уже набил оскомину. Стоя под контрастным душем, поймал себя на том, что принюхиваюсь к ладоням. Показалось, что они сохранили запах Хельги. Сумасшествие какое-то! ИскИн всё-таки выкинул из Игры, оценив состояние организма, как недостаточно компенсированное для сна в виртуале. Потребовал не менее, чем пятичасового сна в реальных условиях.

После душа проснулся волчий аппетит, и я стал методично уничтожать всё, что завалялось в холодильнике на полке с экстренным запасом. Надо будет обновить потом обязательно. А то после таких набегов, придётся переходить на сублиматы.

С эпохой виртуальной действительности в обиход супермаркетов вошли целые отделы со специальными наборами легкоусвояемых продуктов, позволявших хоть как-то выправлять кривой режим питания игроков.

В городе, который не спит, была дождливая зимняя ночь. Но моему настроению ничто не могло помешать. Хотелось смеяться и петь. Петь и делать глупости. Хотя что собственно произошло? На самом деле ничего особенного. Просто почувствовал себя мужчиной. И плевать, что в Игре. Главное, было и, может быть, ещё будет. Я улыбнулся своим мыслям и присел за терминал. Это у меня проверенный способ уснуть. Попрыгаю по новостным сайтам, глаза сами слипаться начнут. Так, а это что? Сообщение из Фармконтроля. Чего это они? На работу мне только 5 января. Ладно, гляну.

«Уважаемый Артём Респов, администрация Фармконтроля Московского кластера проводит запрос техникам. Нам поступил заказ от VIP-клиента на коррекционную балансировку МКИПа, в заказе указано условие: врачебная квалификация техника. Мы прекрасно понимаем, что Ваш рабочий статус начинает действовать с 5 января и надеемся на понимание. Подобные уведомления разосланы и другим техникам. Если Вы готовы выполнить заказ, то подтвердите в течение 5 часов Ваш статус. Клиент ориентировал исполнение на 23.00 по московскому времени. Ещё раз надеемся на понимание. Оплата по спецтарифу в пятикратном размере. С уважением Администрация Фармконтроля»

Я глянул на иконку часов. 00:32. Сообщение появилось, как только я залогинился в сети. В принципе, деньги хорошие. Вечером к этому времени смогу выйти из Игры. Почему бы и нет? Подтвердил статус. Прислали бликер — сообщение в Игру придёт заблаговременно в 22.00, энергокар компании в 22.15.

Так, не откладывая, заказал пищевые спецнаборы сразу на неделю, запасные картриджи с кислородом и водой для нейрованны, батареи для МКИПа, чтобы уж ко всему быть готовым. Зевок чуть не вывихнул челюсть. Махнул сенсору и поплёлся в кровать, как уснул — не помню

* * *

Утро в лиственном лесу не чуть не хуже, чем в сосновом. Ибо в сосновом лесу — богу молиться, в еловом — удавиться, а в берёзовом — веселиться. Веселиться не будем, формального повода нет. В Светлом Лесу берёз не было и нет.

Эвглены рядом уже не было, поэтому резво поднялся. Солнце освещало лес как-то торжественно и ласково. Весна врывалась в сознание гомоном и щебетом птиц, умопомрачительными запахами. Неправильность происходящего не портила общей картины. Только в Игре могли быть ягоды и луговые цветущие травы в весеннем лесу. Только в Игре можно было искупаться в майском роднике и не свалиться с пневмонией. Мои размышления о виртуальных казусах прервал Мод. Пока мы нежились, используя последние минуты утреннего сна, Капитан собрал нехитрый скарб, свернул лагерь и убрал следы нашего пребывания. От родника вернулась Хельга, сияя блестящей кожей, сегодня на ней был серый дорожный костюм с чёрной оторочкой. Зелёная Ведьма сегодня ночью превратилась в чёрную сколопендру? Я встретился глазами с Эвгленой и меня обожгло холодом равнодушия. Я удивлённо поднял брови и попытался взять Хельгу за руку, но снова наткнулся на взгляд, не предвещавший ничего хорошего:

— Спокойно Артём, — деловым тоном произнесла она, — ничего особенного не произошло. Нам обоим была нужна разрядка. Надеюсь, ты не нафантазировал там себе ничего?

— Хм, этот монолог вообще то должен быть мой, девочка, но желание дамы — закон для джентльмена. А я ещё тот джентльмен!

Эвглена немного растерялась, но быстро взяла в себя в руки и широко улыбнулась:

— Ну вот и ладушки!

— Ладушки, ладушки, — пробормотал я, улыбаясь внутренне, опять эти игры…

— Глена! Эс! — Мод привлёк наше внимание, — если идти охотничьими тропами до Темнолесья, у нас уйдёт две недели. Придётся обходить селения Светлых. Но если нарвёмся, уйти пешком от большого отряда мало шансов.

— Если на хвост сядут Рейнджеры высоких Домов, то и верхом нам не уйти, — усмехнулась Эвглена.

— Не гневи Альва, девочка! Лошади нужны, мы сможем взять больше припасов, нам придётся переправляться через реку дважды. За дневной переход сможем больше пройти. Время — наш противник и наш союзник! — Мод строго посмотрел на Ведьму.

— Что ты предлагаешь, Мод? — я решил последовать совету Капитана.

— В двенадцати лигах к западу есть деревня половинчиков, там точно купим лошадей. Это несколько далеко от нашего пути, но верхами нагоним.

— Я слышала про эту деревню. Это Старые Мхи. Там лошадей все Светлолесье покупает. И эльфы, и люди. Половинчики своё дело знают. Только хватит ли нам золота? Лошадки у них не простые, — задумчиво произнесла Эвглена.

— У меня есть там знакомый, пересекались по торговой части, надеюсь поможет, — успокоил нас Капитан, — ну что, в путь?

— Двинули, Мод, — за нас обоих ответил я.

— Порядок движения: впереди я, в двадцати — тридцати шагах, в зоне доступной видимости, за мной Глена, в готовности заклинания поиска и маскировки, замыкающий Эс, защитные Разума и Воды. Эс, лук на готове, Ведьма — Ядовитая Лоза. И слушайте лес. Остановки каждые пять лиг. Да поможет нам Великий Альв и Мудрая Лоос, — с последними словами Капитан шагнул к краю оврага и буквально взлетел на верх, цепляясь за корни деревьев.

Я попытался помочь Эвглене, но получил такой взгляд, что тут же стал горячим поклонником феминизма.

Через полчаса движение по лесу замедлилось, тропы петляли, пересекаясь. Иногда приходилось идти по настоящей чаще. Если бы не карта, и мелькающий седой хвост Капитана, заблудился бы напрочь. От вчерашней слабости и боли в мышцах не осталось и следа. Двигался легко. Лук держал на готове. Хотя условности игры позволяли выхватить его из инвентаря мгновенно, но в виде посоха он здорово помогал передвигаться. Даже своеобразная тренировка получалась: перехваты, нырки, прыжки. В какой-то момент в голове начала звучать заунывная мелодия, которую вчера на тренировке напевал Мод. Окружающее пространство леса мгновенно придвинулось, стал различим каждый шорох и скрип

Вы вошли в состояние боевого транса, оно может длиться не более часа. Потом необходим будет перерыв

Здорово, слышал о таком. Но это фишка асассинов или мастеров меча. Мне что, опять халявные пряники. Ох, чувствую расплата будет по-полной. Куда это меня приведёт? Но пока наслаждаюсь, дышу полной грудью. Слышу даже, как скрипит перевязь меча у Мода, и как ругается Хельга, заливаясь потом в своём костюмчике от кутюр. Я бы посоветовал сменить гардеробчик, да боюсь вообще к ней сегодня лезть. Понимаю, проявила слабость, пожалела пенсионера. Но меня то зачем асфальтировать. Ох, женщины. Загадка мирозданья.

На краю распадка Мод поднял руку. Мы остановились. Осмотревшись, Капитан, не заметив ничего подозрительного, присел у высокого клёна. Мы приблизились. Глянув на красное лицо Эвглены и на мою довольную физиономию, Мод молча достал из-за пазухи горсть ягод и протянул Зелёной Ведьме. Та, поблагодарив, отправила их целиком в рот и зажмурилась от удовольствия.

— Класс, дай ещё! — протянула она ладонь.

— Нельзя Глена, — отрезал Капитан.

— Козочкой станешь, — пошутил я.

— От козла и слышу, — огрызнулась Хельга.

— Ладно, смотрю отдышались, вперёд! — и Мод, легко поднявшись, стремительно скрылся впереди.

Пройдя распадок, мы стали значительно забирать вправо. Начали попадаться маленькие поляны с курганами, поросшими красивыми синими цветами от которых рябило в глазах. Действие боевого транса закончилось, и я быстро запыхтел, покрываясь потом. На ходу вспомнил о ягодах, незамедлительно отправил в рот пригоршню. Да! Вот это другое дело. Ай да фейри. Спасибо. Знатный подарок.

На очередной опушке Мод задержался немного дольше. Затем махнул нам, что бы приблизились.

— Что там, Капитан? — спросила Эвглена

— Не могу понять, деревня отсюда менее, чем в лиге, но я ничего не слышу. Половинчики не самые тихие существа. Смех, крики, скрип телег, гомон. Где это всё?

Я прислушался, действительно тишина. И где-то на грани слуха толи треск, толи выстрелы петард. Ту ветер резко изменил направление и подул в нашу сторону. Потянуло гарью, какой-то вонью

— Не хорошо, — мрачно изрёк Мод

— Да, на барбекю не похоже, — подтвердила Зелёная Ведьма, — посмотрим?

— Ты готова к тому, что можешь увидеть, девочка? — задумчиво глядя в сторону деревни, потеребил перевязь меча Капитан.

— Ой, да ладно! Что такого может увидеть Зелёная Ведьма в деревне половинчиков?

— Ты не поняла, Хель, он хочет сказать, что там скорее всего, никакой деревни уже нет, — уточнил я.

— И что, интересно знать, там есть? Нам лошади нужны или нет? — закусила удила эльфийка.

— Справедливо, проскрипел Капитан, глядя на меня и вынимая меч и клевец.

Глядя на него, подобрался и я, взяв лук и наложив стрелу. Мы редкой цепью пошли к околице видневшейся вдали деревни.

Нужно сказать, что зрелище блюющей и матерящейся эльфийки не доставило нам никакого удовлетворения. Мод невозмутимо стоял у покосившегося колодца, опершись на вкопанный деревянный столб с крюком для коновязи. Эвглена, стоя на коленях у поилки для лошадей, мотала головой и периодически наклоняла голову, окуная её в воду. Отфыркивалась и снова наклоняла.

— Грёбанные разрабы, м… б… Полное погружение на х… — раздавались с её стороны возмущённые возгласы.

Деревни не было, видимо напали вчера в ночь. Остались обгоревшие остовы лавок и мастерских. В землянки вламывались и грабили подчистую. Кровь была везде. Изломанные тела хоббитов лежали в разных позах на порогах домов, на главной площади. Видимо была ярмарка и остатки убранства, цветные флажки, какие-то товары валялись тут и там. Густой запах смерти проникал, казалось, под кожу. Не знаю, наверное, если бы не моя врачебная практика, я бы присоединился к Хельге. Навалилась какая-то апатия. Я сидел на земле, опершись на сохранившиеся остатки рыночных ворот, тупо уставившись перед собой. Убитые половинчики поразительно напоминали разбросанных детьми кукол. В нарядных красочных одеждах, сейчас изорванных и испачканных. Казалось, что они сейчас встанут и посмеются над нашим испугом.

Капитан подошёл к колодцу, искусно вырезанному в виде гнезда журавля, потянул за противовес и хотел достать воды, так как поилка была безнадёжно испорчена Ведьмой. Я сначала не понял, почему так вздулись мышцы на руках эльфа. Но потом увидел это… И то же не удержал завтрак. На колодезной верёвке висели трое половинчиков. Они были связаны между собой и умерли от утопления. По выражениям их лиц было понятно, что это произошло не сразу.

Мод развернул журавля и медленно опустил тела на землю.

— Модианн, кто это мог сделать? — спросил я отдышавшись.

— Орки, это их следы, — Мод указал на ярмарочные ворота, где висели распятые тела хоббитов, утыканные стрелами.

— Скалистые? — удивился я.

— Нет, Степные, — ответил Капитан и подойдя к воротам выдернул одну из стрел, внимательно её рассмотрел, — клан Беркута

— Отморозки конченные, но эта земля под протекторатом Дома Дориенн, если не ошибаюсь?

— Нет, Эс не ошибаешься, вопрос не в том, как Светлые допустили такое на своей земле, а как здесь оказались Степные орки? До Дикого Леса три недели конных переходов! Они что через земли Светлых так и шли?! — в глазах Капитана загорелся нехороший огонёк.

— Хельга, запроси пожалуйста своих друзей, может это война? Хотя, сообщения о глобальном ивенте[1] не было…

Пока Эвглена общалась через чат, я ещё раз обошёл центральную площадь. От запахов першило в горле и в груди пульсировал комок нарастающего гнева. Вернувшись к Капитану, я спросил:

— Как хоронить будем, Мод? Я их законов не знаю.

— Это задержит нас на целый день, — покачал головой эльф.

— Пусть я и бессмертный, Модианн, а ты знаешь, как большинство из нас относится к смертным жителям Леса, но я не смогу спокойно выполнять задание, зная, что половинчики брошены на прокорм падальщикам и тёмным тварям. Они же, как дети, Мод. Хоббиты хитры и пронырливы, они могут воровать, надувать, а могут и работать, не разгибая спины, от заката до рассвета. Но слышишь ты, никогда, никогда половинчики не делают подлости и не предают. Именно поэтому их так любят животные!

— Эс! Не надо речей! Я это прекрасно знаю. Или ты думаешь, если эльф — Тёмный, то он как-то особенно относится к смерти или к жизни. Светлые, Тёмные — это только слова, которыми мы прикрываемся. А мать у нас одна — Природа Леса. И уничтожение безобидных половинчиков, кровь от крови её, мне не безразлична. Но я дал клятву тебе Эс, и…

— Всё, я понял Мод, прости. Будем хоронить. Я решил.

— Тогда я соберу остатки бревен для погребального костра, а потом помогу тебе подносить тела, к вечеру управимся.

— Вы что, охренели? — вернувшаяся к нам Эвглена услышала наш разговор, — ну этот, — ткнула она пальцем в Мода, — понятно, квестовый собрат без страха и упрёка, но ты, то, Артём, в своём уме? Неписей хоронить он вздумал. Крыша совсем поехала? Да?

Мы с Модом молча стояли перед ней, а Ведьма продолжала закатывать истерику.

— Скажи, Модианн, она тебе не мешает? Может пока грохнем её по-быстрому, сделаем спокойно свои дела и в путь?

— Неет, Эс. Она быстро возродиться, и мы провозимся здесь два дня, пусть лучше побудет на страже, вон на той крыше. Оттуда всю округу будет хорошо видно.

Взгляд онемевшей Ведьмы был готов испепелить нас на месте. Но Хельга взяла себя в руки и демонстративно отвернувшись пошагала на фишку[2], хотя та была совсем в другой стороне. Я глубоко вздохнул и принялся стаскивать тела на деревенскую площадь, стараясь особо не рассматривать трупы. Думать о чём-то другом не получалось. И я стал считать. Сколько всего, сколько мужчин и сколько женщин. Молодых, стариков… Странно, совсем не было детей. Может орки забрали? А зачем? Ещё одна загадка.

К концу работы я уже тупо взваливал на плечи оставшиеся тела и нёс их к штабелю из брёвен, которые натащил Мод. Он подходил к полуобгоревшим остовам окружавших площадь лавок, ударами ног выбивал из венцов более-менее уцелевшие брёвна. Конец одного бревна он зажимал подмышкой, в торец второго с размаху вгонял свой клевец и волоком тащил его к месту будущего сожжения.

Солнце было ещё высоко, когда мы присели у груды брёвен. Оставалось сложить их для гигантского костра и разложить на них тела половинчиков. Я спросил себя в который раз, для чего я это делаю? Ведь сто против одного, покинь мы эту локацию и завтра здесь будет ровное поле без признаков жилья и страшного побоища. Но что делать с памятью, с осознанием того что для меня в игре смерть неигрового персонажа? Что же мы наделали, люди? Почему воплощения наших фантазий подчас во многом человечнее нас? Это риторические вопросы. Из раздела "в чём смысл жизни". На них нет ответов, удовлетворяющих всех. Я нашёл свой сам. Просто нужно поступать, по совести. И спать будешь спокойно.

Перемазанные, как черти, мы трудились ещё добрых два часа, тела пришлось укладывать в несколько слоёв. Эвглена надувшись сидела на крыше и читала очередной магический фолиант. Ну да чем бы дитя не тешилось… Только вот ей поручили совсем другое. Поэтому, когда мы закончили, меня чуть инфаркт не хвати, когда кто-то подёргал меня за штанину

— Уважаемый Эскул, ваше эльфийшество! — позади стоял совсем пожилой половинчик в опрятной брезентовой курточке и гигантских рыбацких сапогах.

— Что? А? Иэхх! — я растерянно замолчал, пряча почему-то свои грязные руки за спину.

— Иеронимус? — услышал я удивлённый возглас капитана.

— Господин Модест? — половинчик оторопело разглядывал Модианна.

— Эскул, это тот самый знакомый, о котором я говорил, он часто закупает в моей лавке магическую амуницию для лошадей: редкие уздечки, сёдла, попоны, подковы.

— Ваша правда, господин Модест, таких товаров, как у вас больше нигде…

— Постой, — остановил его Капитан, подняв руки, — ЧТО СЛУЧИЛОСЬ С ВАШЕЙ ДЕРЕВНЕЙ?

Половинчик замолчал, робко теребя смешную шапку с козырьком в дрожащих руках.

— Орки? — попытался ещё раз разговорить его Мод.

— Да, господин Модест, — робко произнёс хоббит и почему-то затравлено посмотрел на меня. — Они напали ночью, за час до рассвета, никто ничего не успел сделать. Накануне был праздник, было много пива, все спали очень крепко. Мало кто успел сообразить, что случилось. Они, они…господин Ммодест… — половинчик плакал тихо, беззвучно, лицо его сморщилось как сушёная слива, крупные слёзы капали в налетевший под ноги жирный пепел.

— Это был клан Беркута? Иеронимус?

— Нннет, господин Модест, — и снова этот странный взгляд на меня.

— Не бойся, Иеронимус, скажи мне правду, Эскул мне брат, не бойся, говори!

Половинчик опустил голову и тихо прошептал:

— Модест, это были орки, но не Степные и не Скалистые, это были БЕССМЕРТНЫЕ, клан "Уравнители"

Огненные иглы сковали мне шею. Я почувствовал, как лицо моё горит от стыда! ЭТО СДЕЛАЛИ ИГРОКИ! Никакая это не война и не прорыв отряда диких орков, не ивент и не морок. Это сделали цивилизованные люди. С огромным трудом я пересилил себя, сглотнув горький ком.

— Иеронимус, не бойся, клянусь всем, что у меня есть, я всё выясню, этому не должно быть прощения…

— Я не знаю, господин Эскул, бессмертные безнаказанны… — половинчик стоял, опустив рук и прямо смотрел мне в глаза.

— Ошшшибаешься, хоббит! — я не узнавал своего голоса.

— Артём! — настороженно окликнула меня Эвглена.

Я замер, уставившись на свои руки, одна из которых сжимала кинжал, вокруг предплечий вился смолистый туман. Мод кинулся ко мне и быстро замотал руки своим плащом.

— Рано тебе Эс в Неистовство Лоос впадать, рано, малыш!

И, как ни странно его слова меня быстро успокоили. Я вновь подошёл к хоббиту, который продолжал на нас испуганно смотреть.

— Иеронимус, мы тут с Модестом, как могли, подготовили погребальный костёр. Ты проверь, пожалуйста, всё правильно?

— А чего тут мудрить, господин Эскул. Вроде всё правильно. Да и закат скоро. Канон соблюден. Веток бы ещё можжевеловых. Да и огонь не простой нужен. Небесный или магический подойдут.

— Я сейчас, я видел, можжевельник, здесь, на опушке, я быстро, — засуетился я, понимая о каком огне толкует половинчик, молния или фаербол, это не трудно. Я метнулся за околицу деревни. тут недалеко от леса у маленькой балки буйно разросся можжевельник. Упав на колени я кинжалом срезал кусты и бросал, бросал, бросал его в инвентарь, пока не заполнил его полностью. так же торопливо я вернулся на площадь и замер, увидев толпу народа. Вернее, это были всё те же мои друзья и Иеронимус, а также с полсотни детишек — половинчиков. Я услышал окончание рассказа хоббита.

— Так и спаслись, господин Модест, не иначе Лесной Хозяин уберёг. Детишки то пиво не пьют, а после праздничных проказ не спится, вот и увязались за мной на озеро морды[3] проверять, да рыбу глушить. Так до утра и провозились. А как крики и сполох начались, так я их в рыбацкой избушке спрятал, она больше лиги отсюда, на том конце озера. Так и просидели сегодня весь день. Только я один на разведку пошёл. Да вас увидел. Побоялся сразу подходить. А потом посмотрел, что вы делаете и решился. Спасибо вам господин Эскул и господин Модест, — и половинчик низко поклонился, вразнобой стали кланяться и ребятишки, державшие в руках корзинки и куканы с рыбой.

Я вытаскивал охапки можжевельника и обкладывал им будущий костёр по периметру. Брёвна и тела возвышались над моей головой мрачным курганом. Закончив работу, я подошёл к хоббитам.

— Мы готовы, Иеронимус, вполголоса сказал я.

— Можно начинать, — обернулся половинчик к детям. Дети разобрались по парам и встали вокруг деревянного кургана насколько достало охвата их детских рук.

— Эвглена, что у тебя из огненных и воздушных самое мощное? — спросил я ведьму.

— Стена Огня третьего уровня и Молния второго, — тихо и печально ответила Зелёная.

— Тогда вместе, на счёт три. Раз, два, три! — и полыхнуло. Моих файерболов едва хватило, чтобы занялся нижний ряд брёвен, но Стены Огня Хельги было достаточно, чтобы жар мгновенно охватил деревянный курган со всех сторон.

Я отвел Эвглену в сторону:

— Что узнала у своих?

— Информации почти нет, это не ивент, как ты уже понял, клан "Уравнители" — кучка мажоров, это не первые их выходы. Их уже и админы блочили, но всё равно просачиваются. Отморозки. Но на них зуб у многих серьёзных игроков.

— Плевать, я хочу поквитаться, не смогу себя уважать. Ты со мной? Я пойму, если не пойдёшь. Хельга замялась.

— Держи ларец, — я протянул ей фиал, если что, выкрутишься, а я или отомщу, или сольюсь. Без альтернативы. Контакты мне группы своей скинь, соберу кого можно.

— Не надо, Артём, я с тобой, а к Единорогам ещё успеем, я верю!

Можжевеловый дым закрыл белым облаком тела половинчиков. Огонь яростно загудел. Сквозь красные и жёлтые всполохи мелькали какие-то тени. Треск дерева и гудение огня немного заглушали песню, которую хором пели дети. Всё было в этой песне: прошлое, настоящее и будущее. И главное — в этой песне была надежда.

Глава шестнадцатая

«Никогда и ничего не просите! Никогда и ничего, и в особенности у тех, кто сильнее вас. Сами предложат и сами все дадут!» (Воланд)

«Мастер и Маргарита» М.А. Булгаков

Граница Светлого леса и Великих Равнин.

Кто поможет приготовить блюдо, которое потом подают холодным?

Погребальный костёр догорел с последними лучами солнца. Большинство детей разошлись по окрестным домам, собирать то, что уцелело. Хельга ушла в реал до утра, так как мы договорились переночевать в доме у озера. Я, Мод, Иеронимус и четверо наиболее взрослых ребят пошли лесом в направлении озера. Почва под нашими ногами издавала чавкающие звуки, местность была слегка заболочена и поросла осокой. Шедший впереди Иеронимус сообщил:

— Ну вот, почти пришли, господин Модест, господин Эскул, он показал рукой на поблёскивающую в лунном свете озёрную гладь и видневшийся у воды невзрачный длинный домик, скорее лодочный сарай с покосившимися воротами и низенькой оградой. Рядом с домом находился дощатый причал, уходивший от берега в воду на два десятка шагов. Отворив ворота, половинчик зажёг свечной фонарь, висевший на крюке у входа.

— Прошу, господа, чем богаты, — хоббит осветил внутренности, где висели для просушки рыбацкие сети и сложены были стопками морды.

Мы с Капитаном прошли внутрь, отодвинув какие-то вёдра и освободили ближний угол для подстилок. Говорить не хотелось. Устали все изрядно.

— Спокойной ночи, господа, — Иеронимус замялся в дверях, — прошу прощения, господин Модест, а зачем вы приходили в нашу деревню? Если это секрет, можете не говорить.

— Ты о чём, Иеронимус, какой секрет? — Мод устало сел и откинулся на штабель дров, что разгораживал часть дома. — За лошадьми мы шли, путь у нас долгий. Да что теперь говорить! Спасибо Иеронимус. Спокойной ночи, да хранит вас всех Великий Альв.

— Спасибо на добром слове, господин Модест. И вам хорошо отдохнуть. Да хранит ваш сон Хозяин Леса! — и половинчик закрыл дверь.

— Ты, как хочешь, брат, а я на боковую, — похлопал я по плечу Мода.

— Ты ничего не забыл, Эс? — твердо произнёс Капитан вставая.

— Ты о тренировке? Но я сейчас и пяти минут не выдержу!

— Ты плохо себя знаешь, брат. Переодевайся и пошли! — и Мод решительно вышел в ночь.

Сегодняшняя тренировка началась как обычно с круга, очерченного Капитаном на берегу озера. Мы вновь двигались синхронно под заунывный речитатив. Дополнительно эльф включил короткие прыжки и перекаты. Пот постоянно застилал глаза, а я опасался напороться на собственный кинжал. На удивление, усталость отступила с первыми ритмичными звуками. Наблюдая словно со стороны за движениями своего аватара, я поймал себя на мысли, что мой спутник поступает чрезвычайно мудро. Сегодняшние события всё равно не дали бы мне заснуть сразу, и я бы тщетно планировал планы мести, в пустую тратя игровое время. Утро вечера мудреней.

Земля у озера была влажной, и мы промокли насквозь. Возвращаясь под крышу, я уже привычно читал ожидаемое системное сообщение:

Вы завершили промежуточное задание Тренировка Капитана-2. Постоянный прирост параметров: Ловкость +25, Сила +25, Выносливость +35. Владение кинжалом +20. Рекомендации игроку: в течение часа следует покинуть Игру для отдыха в реальных условиях и калибровки МКИПа.

Последую рекомендациям. Я буквально дополз до расстеленной подстилки, молча махнул Моду и, как был в сырой робе, рухнул, засыпая «на лету».

* * *

Ничего нет лучше вечернего плотного ужина, в особенности, когда балуешь организм, до этого потреблявший физиогель, наполнявший нейрованну. До прибытия служебного энергокара компании оставалось чуть больше сорока минут. По своему опыту я знал, что VIP- клиенты могут отделаться максимум чашечкой чая или кофе, поэтому следовало плотно перекусить. Слава Великому Альву, мой вчерашний порыв обновления запасов холодильника позволил сделать это со вкусом и поднял настроение и работоспособность до нужной точки. Чувствовал я себя замечательно, что мне подтвердил зелёным индикатором МКИП. А значит, можно рискнуть выпить маленькую чашечку замечательного никарагуанского кофе, к которому я пристрастился ещё в Южной Америке, будь она неладна. Последствия, конечно, будут. Но ведь это будет очень нескоро. Я делаю первый глоток… Браво! Божественно! Me gusto mucho![4]

Вот теперь подавайте мне вашего VIPа, я его так довезу, в смысле обслужу, что всем приятно будет. МКИП пиликнул трёхминутной готовностью, я схватил свой врачебный рюкзак, с чем — с чем, а с ним не расстаюсь на выездах никогда. Железки-микросхемы хорошо, но и голова с руками, порой, единственный надёжный инструмент.

Энергокар впечатлял… Натуральная кожа, отделка красным деревом, три активных терминала. Кибербар. Значок октаэдра над приборной панелью — управляется собственным ИскИном! Живут же люди! А транспорт то не корпоративный. Неужто клиентский? Вот это сервис. Я сразу проникся благорасположением к будущему пациенту. А когда энергокар, выйдя на основное транспортное кольцо, занял верхний эшелон приоритета и вдвое увеличил скорость, робкие мурашки пробежали по моей спине. Это привилегия правительственного транспорта. Куда же меня везут? Не успел я поинтересоваться у курсового терминала конечной точкой маршрута, как внутренняя сеть заблокировала мне доступ, обзорные окна и внешние экраны потемнели, полностью отрезая меня от внешнего мира. Тут же засветился монитор внутренней связи.

— Добрый вечер, Артём Сергеевич! — томный грудной голос полностью соответствовал появившемуся образу хозяйки, — худенькая большеглазая брюнетка с синими глазами и строгой, уложенной в узел причёской. — Я секретарь вашего сегодняшнего пациента, который курирует вопросы здоровья его семьи и самого хозяина. Думаю, не стоит напоминать вам, что вся сегодняшняя встреча строго конфиденциальна и любая информация об увиденном или услышанном вами в доме моего шефа не должна выйти за его пределы. Так же, в целях безопасности вам не сообщается имя вашего пациента и месторасположение конечной точки маршрута, за исключением случаев, когда сам шеф захочет вас об этом проинформировать. В ваш МКИП введены экстренные номера связи со мной и начальником охраны шефа, разблокирована функция дистанционного контроля. Это, повторюсь, требования безопасности. Я уже не говорю о том, что дискомфорт вам будет полностью компенсирован. Приятной поездки!

Кошечка, кошечка с подушечками на лапках и крохотными коготками. Мяу! Мяу!.. А в душу глянешь — форменная анаконда! Ничего не скажешь, работка подвернулась. Дистанционный контроль МКИПа. Это ведь вроде бы только по решению суда можно делать? Или я ошибаюсь. Надо бы деду позвонить. Чует моя за… В общем, предчувствие у меня. Активировал коммуникатор на панели энергокара.

— Простите, функция заблокирована, — ровный голос ИскИна ещё больше заставил меня насторожиться. Меня похитили. Фигня какая-то. Кому я нужен? Врагам? Разведке? Конкурирующему клану? Хм. А любопытненько. Я вдруг понял, что ничуть не волнуюсь. Даже лёгкость в всём теле образовалась. Ручонки к пульту кибербара так и потянулись. А чего, может мне жить осталось всего-ничего? Бред какой-то…

Хм, отставить алкоголь. Тебя зачем наняли. Лечить. Вот приедешь и полечишь. А там… Там посмотрим!

Спустя 20 минут энергокар снизил скорость, затем начал двигаться по кругу, а может по спирали. Остановка транспорта была плавной и почти незаметной. Ещё через мгновение появилось ощущение падения, совсем незаметное, продлившееся не больше минуты. Лифт. Интересно, поднимаюсь или опускаюсь? Пульт мигнул индикаторами и дверь энергокара отъехала в сторону. Прозвучал звуковой сигнал, напоминавший фанфары. Хм. Да хозяин с юмором! Перед собой я увидел длинный коридор с матовыми стенами без дверей. Свет, мягко льющийся с потолка сопровождал меня пока я двигался к виднеющейся впереди стандартной арке контроля безопасности. Подойдя к ней, я увидел справа за прозрачным барьером живого (!) охранника.

— Артём Сергеевич, прошу вас, встаньте на жёлтый круг под арку, — прозвучал его голос откуда-то сверху. Я незамедлительно выполнил требование.

— Положите рюкзак на панель слева от вас, — я увидел, как из пола в метре от меня выдвинулась черная платформа и, сделав шаг, положил туда свою поклажу.

— Не двигайтесь несколько минут, — в полном молчании я простоял около трёх минут, застыв и прислушиваясь к окружающей тишине. Но ни одного звука не раздалось ни из-за прозрачного барьера, н из арки.

— Спасибо, справа от вас появится ниша с мигающим красным индикатором, положите ладонь правой руки на зону индикатора, пожалуйста, — бесстрастный голос охранника стал уже надоедать. Снова сделал, как просили. Как только разместил ладонь в открывшейся нише, почувствовал лёгкий укол. Вот это паранойя, вот это я понимаю! ДНК- тест. Они вообще, что себе думают? Но, поразмыслив, решил не переживать. В чужой монастырь… Да и я тот ещё груздь.

— Благодарю, — мне показалось или в тоне охранника проявились нотки облегчения, — процедура завершена, Артём Сергеевич, больше вас не задерживаю. За аркой раскололась трещиной разъезжающихся дверей. В проёме стояла та самая брюнетка, которая успокаивала меня в энергокаре. Одета она была в строгий брючный костюм в тонкую синюю полоску. Ростом едва доставала мне до плеча. На её строго причёске сейчас находилось сооружение, более всего напоминающее корону принцессы. Я присмотрелся — состоял этот агрегат из тончайших, как паутина, проводков, в ключевых узлах которых попеременно вспыхивали синие искорки.

— Артём Сергеевич, хозяин ждёт вас, я провожу, — и она, не дожидаясь меня, вернулась в проём. Я поспешил за ней, не забыв прихватить рюкзак.

— Простите, не знаю, как к вам обращаться, — я старался не отставать от шустро семенившей впереди меня девушки.

— Извините, я не представилась, Инна, — тон которым она это произнесла говорил о том, что на самом деле её абсолютно безразлично буду я её как-то называть или нет. Девушка ещё больше ускорила шаг.

— Инна, простите, а что это за прибор у вас на голове, никогда не видел таких, — я постарался придать голосу заискивающие нотки.

Девушка, не оборачиваясь, произнесла:

— Это нейроконтроллер класса «Пелена», в любой части здания я всегда на связи с хозяином и блоком безопасности. Мы уже пришли, проходите, располагайтесь, — она указала на несколько мягких кожаных кресел в небольшом холле с минимумом мебели. Ничего не оставалось, как усесться в ожидании. Даже задремать успел.

— А вы не теряете времени даром! — приятный баритон вернул меня в реальность. Я вскочил, проводя ладонями по лицу.

— Верю, верю, молодой человек, что вы готовы к труду и обороне, — с усмешкой произнёс гость. Да какой гость! Хозяин. Думаю, тот самый. Одетый в безупречную серую тройку, передо мной стоял высокий худощавый старик. Лёгкая усмешка, скорее ирония, скрывалась в уголках глаз. В остальном лицо напоминало маску африканского божка с крупными чертами лица. В лицо бросались неестественно прямая осанка, слегка редкие седые волосы, уложенные в аккуратную причёску и разделённые безупречным пробором. Шёлковый шейный платок, завязанный небрежным изящным узлом, должен был завершать образ аристократа. Если бы не… Тапочки. Тапочки в виде милых розовых ушастых кроликов. Такие пушистые. Жуть. Антикварные.

— Да, да, да, молодой человек, — ответил старик в ответ на удивлённое выражение моего лица, — это действительно тапочки, и — нет, я вполне вменяем. Просто любая другая обувь, когда я нахожусь дома, вызывает у меня дискомфорт, физический. Даже сшитая на заказ. Так, что примите как данность. Вы же доктор, вам не привыкать к причудам пациентов.

— Никаких проблем, эээ…простите, не знаю, как к вам обращаться, — промямлил я.

— Да, хм, ну, скажем, Билл, вот, точно, зовите меня Билл. Это, конечно, далеко от истины, но так будет проще, и мне, и вам, — старик развёл руками.

— Ну что ж, Билл, так Билл. Где я могу провести осмотр?

— Отлично, Артём, вы позволите мне вас так называть, вы действительно не тратите время в пустую, прошу сюда, направо, в моей спальне есть всё необходимое и Билл, или кто он там, подхватил меня под локоть и мягкими неслышными шагами провёл к незаметной панели в стене холла. Панель отъехала в сторону и вот тут я окончательно растерялся.

В огромном просторном светлом помещении, площадью ну никак не менее 100 квадратных метров стояла функциональная кровать-диагност со встроенной дискретной нейрованной. Судя по серьёзному фундаменту пола, агрегат позади кровати в виде двухметровой полусферы — нейромодулятор с магниторезонансным томографом. Слева от кровати небольшим грибком застыл комплекс «ЭкоЛаб 2060». Глаза разбегались от доброй дюжины приборов, назначение которых мне не удавалось распознать. В дальнем углу помещения, чуть ниже уровня пола была утоплена конструкция, похожая на саркофаг с матово-чёрной поверхностью. И меня стали посещать подозрения, что это тот самый блок репликационного синтеза для регенерации тканей, непосредственно в организме пациента. Военно-космические технологи, однако.

— Предвосхищая ваши вопросы, Артём Сергеевич, скажу заранее, будучи факультативным ретроградом, как, впрочем, и дедушка ваш, дай бог ему здоровья, не совсем доверяю я всему этому железу с искусственными мозгами. Иногда тянет пообщаться и проконсультироваться с живым доктором. И хотелось бы успеть, пока этот вид профессии не стал окончательно вымирающим.

— Вы знали моего деда, Билл? — я уже перестал удивляться.

Старик подошёл к одной из стен спальни и провёл по ней рукой. Стена растаяла, открыв великолепный вид на ночную Москву, в которой пошёл, наконец, долгожданный снег.

— Когда-то, Артём, ваш замечательный дедушка, спас жизнь моей первой жене… Ну да это дела давно минувших дней. Мне раздеваться? — старик подошёл к кровати — монстру.

— Да пожалуйста, Билл, пока не ложитесь, я начну осмотр стоя.

Старик подошёл к диагностическому комплексу, не спеша разделся, аккуратно складывая пиджак, брюки и рубашку. Колец и цепочек он не носил. Вполне крепкое и сухощавое тело было покрыто мелкими рыжими веснушками. Подойдя ближе, я рассмотрел несколько тонких шрамов расположенных симметрично на нижней трети спины и на животе справа и слева. МКИП Билл носил не на плече. Его прибор располагался между лопатками и крепился на коже вакуумными фиксаторами. С такими моделями я был уже знаком.

Итак, дедуля хочет ретро-осмотр. За ваши деньги — любой каприз. Я расстегнул рюкзак, достал фонендоскоп. Пшикнул на руки антисептиком из стоявшего рядом с кроватью набора. И приступил к осмотру. Я выслушал лёгкие, провёл вибрационные пробы, заставил Билла наклоняться и форсировать дыхание, выслушал сердце, прощупал все группы лимфоузлов. Понимая некоторую бессмысленность ситуации, уложил старика на кушетку, провёл пальпацию живота, определил границы печени, селезёнки. Провёл простые функциональные пробы на рефлексы, реакцию сосудов кожи. За всё время получасового осмотра мой пациент не сказал ни слова. К концу осмотра я уже имел определённую приблизительную картину текущего состояния.

— Билл, мне понадобится ваше разрешение на диагностический тест МКИПа, — шея сидевшего ко мне спиной старика немного напряглась. Не такой уж ты и железный, Билл.

— Проводите, — произнёс старик. Я достал индивидуальный ключевой чип компании и поднёс к внешнему порту МКИПа. Несколько секунд, индикатор мигнул и всё было завершено.

— Одевайтесь, — разрешил я Биллу. Пока старик одевался, я присел к терминалу рядом с кроватью. Подключил чип, ввёл личный код и завис ненадолго, анализируя информацию.

— Ну что там, док? — одевшийся Билл был весь внимание.

Я ещё некоторое время порылся в архивных базах по обслуживанию этого МКИПа.

— Я думаю, Билл, что в целом не скажу вам ничего нового. Физиологический возраст вашего организма стабилизирован на уровне 60–65 лет. Биологический, полагаю, не менее 120. Учитывая двукратно проводимую трансплантацию печени, однократную почек, сердца, селезёнки и состояние этих органов, беспокоится пока не о чем. Получаемые циклы регенерации, поддерживают их в оптимальном состоянии. Единственно, у меня появилось при осмотре одно замечание, которое вы можете и не брать во внимание. И специалисты по трансплантации могут даже его оспаривать. Но я всё же скажу. Учитывая график, вы слишком часто делаете циклы регенерации. Вполне можно сделать их реже как минимум вдвое. Иначе, учитывая постоянное цикличное ускорение метаболизма, вам придётся задуматься о трансплантации щитовидной и поджелудочной железы. А также, вновь повторять проведение противоопухолевой терапии в отношении предстательной железы. Что же касается МКИПа, здесь то же есть нюанс. Вы используете последнее поколение стимуляторов нейроактивности вместе с вазостабилизаторами. Эти препараты вводятся МКИПом однократно перед сном. И вы, как правило, меняете только картриджи. Так вот, имея в спальне мини-госпиталь, лучше вводить эти препараты отдельно, не через МКИП.

При длительном использовании совместно препаратов этих фармацевтических групп возникает риск закупорки микрокапилляров МКИПа, что может спровоцировать резкий скачок внутричерепного давления и инсульт. Вероятность небольшая 5-10 %, но она есть. Или меняйте МКИП каждый месяц на новый. То же решение. Вот вкратце и всё.

— Браво, Артём Сергеевич, браво, если бы я абсолютно точно не знал, что у вас не может быть доступа к моей медицинской карте, то заподозрил бы, что вы успели соблазнить Инну, пока шли сюда и выведали все мои секреты, — Билл наконец улыбнулся, показывая великолепную эмаль имплантов.

— Это обычный анализ данных, полученных при первичном осмотре, и, не забывайте, у вас МКИП последнего поколения, и большую часть информации я вынул из него.

— Ну не прибедняйтесь, батенька, не прибедняйтесь. Я же наблюдал за тем, как вы работали. Вы же как наркоман, получивший дозу после длительной ломки. У меня глаз намётан. Вы очень любите свою работу, не ту, медицинского техника-контролёра, а настоящую — врача по призванию. Вопросов больше не имею. Может разделите с пациентом стол. Я, знаете ли, люблю почаёвничать на сон грядущий. Не ради чревоугодия, а исключительно из гедонических наклонностей. Ну как, идёт?

— Идёт, Билл, — ответил я, подумав, что ничего не меняется в этой жизни и хорошо, что я основательно подкрепился перед поездкой.

Вернулись из спальни в холл. Уходя, я обернулся на окно, хотелось посмотреть на город и заметил у самого края рамы голубоватые блики, словно мерцание. Значит, все-таки не окно, проецирующий экран. Осознание того, что мы глубоко под землёй почему-то успокоило меня.

В холле уже был накрыт стол для вечернего чая. Засахаренные фрукты, разнообразные сладости и закуски. Неплохо. Даже аппетит проснулся.

— Артём, может вы не хотите чай. У меня есть великолепный йерба мате, настоящий селекционный андресито! Или, может быть, никарагуанский кофе?

— Нужно отдать вам должное, Билл, ваша служба безопасности — это что-то. Мои комплименты. Но, я думаю, что в комплиментах такого профана, как я, они нисколечко не нуждаются.

— Ну что вы, Артём, это стандартная процедура проверки любого визитёра ко мне домой, ничего особенного, вы пейте чай, не стесняйтесь.

— Хм, уважаемый Билл, я хоть и «молодой человек», как вы изволили выразиться, но почему-то не очень верю в то, что человек вашего уровня будет тратить своё время, пусть и ради причуды, на такого, как я. Не в обиду будет сказано. Тапочки-кролики — ещё куда не шло, но медосмотр в ретро-стиле для человека с нейрошунтами шестого поколения — это смахивает на клоунаду. Или представление для одного зрителя — меня. А вы не производите впечатления человека, который вызывает смех. Всё что угодно, только не смех.

— А вы за словом в карман не лезете, — лицо Билла нахмурилось, — откуда знаете о нейрошунтах? При осмотре электроды не видны, все соединения беспроводные, ну? — старик даже подобрался в кресле.

— Спокойно, Билл, всё просто. При осмотре вы изменяли положение тела, проводили форсированные движения. Более того, скорее всего проводили переговоры по нейросоединению. Было характерное отсутствующее выражение лица. А аппаратура вашего диагностического модуля постоянно в активном режиме. Очень чувствительная. Вы не экранированы. Так мне и присматриваться не надо было — все индикаторы на вас, как на магнитный полюс реагировали.

— Дааа, вот так просто. Но ведь всё это надо было заметить, сопоставить!

— Уважаемый Билл, ну а я чем занимался по-вашему? Собирал данные, сопоставлял, анализировал всё что видел, слышал и осязал. И параллельно делал выводы. Если взять в самом грубом приближении — это и есть технически работа врача. Так на мой невысказанный вопрос будет ответ? А то мне кусок в горло не лезет. Если — нет, то я поеду, с вашего позволения.

Бил с минуту молчал, теребя нижнюю губу, затем, что-то для себя решив, кивнул.

— Ладно, Артём Сергеевич, я думал немного попозже ввести вас в курс дела, сегодня захотелось просто посмотреть на вас, как на человека вблизи, получить, так сказать, прямое впечатление.

— И как, получили?

— В некотором роде… Наглец вы Артём Сергеевич, ну да это как раз неплохо. Но прежде чем говорить, мне интересно какие у вас догадки? Не поделитесь? Только честно.

— Честно, пока ехал, перебрал в голове всё: от похищения инопланетян, до втягивания меня в мировой заговор.

— Ха, ха, ха — хрипло рассмеялся старик, — вы ещё и очень скромный! Ну да не буду вас мучить. С недавних пор, а это около года, ваш покорный слуга курирует в Корпорации службу, скажем так, занимающуюся щекотливыми вопросами, возникающими в виртуальной игровой реальности в Евразийском субкластере.

— Служба безопасности?

— Нет служба внешней и внутренней безопасности — это отдельный сегмент, он практически полностью подотчётен соответствующим службам стран — бенефициантов единой сети, то есть прозрачна для других спецслужб и курируется ими. Наша сфера интересов: необычное взаимодействие ИскИнов разных уровней с игроками и игровыми сообществами, изучение эволюции виртуальных игр и влияние их на интересы Корпорации в сферах экономики и политики. Мы — интеллектуальная разведка Корпорации. Официальное название, которое вы практически не встретите в общедоступных источниках — Бюро Интеллектуального Контроля. Или просто Бюро.

— Хорошее дело, интересное наверно!

— Ха, ха, ха, конечно, мой дорогой друг, только очень хлопотное…

— А причём здесь я?

— Вот мы и добрались до основного вопроса. Но прежде, небольшая формальность. Мы старомодны, поэтому помимо электронной фиксации происходящего здесь от вас потребуется подпись под одним документом о конфиденциальности, — и Билл достал из внутреннего кармана пиджака узкий белый пластиковый конверт, извлёк из него стандартный лист бумаги с логотипом Корпорации и протянул мне вместе с массивным самопишущим пером. Вот это антиквариат! Я пробежал текст соглашения, обычный по своей сути и немедленно подписал его, вернув вместе с пером Биллу.

— Прекрасно, формальности соблюдены. А теперь, мой друг, я хочу вас спросить. Вы ничего необычного не замечали последние две недели игры? Что-то отличное на фоне последних восьми лет вашего в ней участия? — и опять эта ирония в глазах, играет, как кот с мышью. Даже балдеет от этого.

— Ну, Билл, я думаю все мои действия в игре вам известны до мельчайших деталей. Единственный факт, который меня смущает, это невероятная удача и везение последние дни. Плюшки сыпятся, как из рога изобилия, за это время я получил больше чем за восемь лет до этого, причём, не особенно вкладываясь…Вот сейчас сказал и самому интересно. Видимо, подействовал стереотип «пользуйся, пока дают».

— Хм, Артём, вы замечательно сформулировали, попробуйте назвать ключевую точку, с которой всё началось.

— А тут и гадать не надо, эпический квест «Чужой среди своих», получение Фиала Изменения Сущности и закрутилось…

— Ну что же, вы в шаге от понимания проблемы по поводу которой я вас пригласил. Немного статистики. Вот уже четыре года наше Бюро собирает информацию об определённых артефактах в игре и получении их игроками, в частности в МИФе — «Фиал Изменения Сущности», в Пророках вселенной — «Кристалл преобразования», в Эскалибуре — «Грааль истины», в Апокалипсисе — «Родник разума». За весь период с той или иной частотой их находили, выбивали с монстров, получали в награду и так далее — более четырёх тысяч игроков. Вы спросите Артём, а в чём же наш интерес? Зачем Бюро собирать информацию о достаточно рядовых моментах Игры? Так вот, мой любопытный друг, ни один из этих артефактов не прописывался и даже не планировался разработчиками. Конечно, мы провели глубокую и тщательную экспертизу. Которая в результате ничего не дала. Всё было в рамках технических заданий, моделей, программных кодов. ВСЁ БЫЛО ИДЕАЛЬНО. Вот это то и насторожило Бюро. Тема была строго засекречена, и мы стали накапливать информацию. Долго ждать не пришлось. Рано или поздно все игроки, получившие артефакт и решившие использовать его по назначению, плохо заканчивали. Обычно это был инсульт мгновенный и летальный. Игрока находили или в нейрованне, или рядом с ней. Статистику портили случаи, когда игроки выходили в игру с транспортных терминалов. Но патологоанатомическая картина та же — инсульт в области гипоталамуса. Проводилось огромное количество системных и медицинских экспертиз. Игровыми и программными методами артефакты старались блокировать, стирать из виртуальной реальности, но полной информации Корпорация по известным причинам в общем доступе не размещала. Удалось резко сократить количество подобных случаев. А каждое появление артефакта отслеживалось специальной командой Бюро. Использование новых технологий микронейронного сканирования и согласие некоторых добровольцев из нашего департамента позволило вскрыть ещё один очень важный факт. После смерти игрока в течение часа сохранялась полноценная связь с его аватаром в Игре, он действовал, мыслил, взаимодействовал с ИскИнами, а потом пропадал, как будто его и не было.

— Значит, Билл, — досадливо поморщился я, — мне придётся расстаться с моим квестом, вы на это намекаете?

— Нет, Артём, ни в коем случае! Если бы было так, мы бы с вами не разговаривали. Только двум нашим добровольным сотрудникам удалось, царствие им небесное, добыть ценой своей смерти, эту информацию. Но потом началось странное. Наши попытки подключить новых агентов к развитию событий, получали всё большее противодействие системы. Сбои в работе ИскИнов, лаги, баги и всё что угодно, вместо осмысленного результата. Артефакты, попав к агентам, буквально растворялись в руках. Более того, вокруг артефакта в процессе Игры формировался своеобразный «Радиус», в котором NPS вели себя вне рамок игрового сценария, выдавали задания, не прописанные и не заложенные логикой игрового процесса. Поэтому, мы ухватились за ваш случай. Это уникальная возможность. Вы не агент, поступаете непредсказуемо и не стремитесь к немедленному выполнению задания с артефактом. Вы отлично адаптируетесь к условиям. Мы даже хотели использовать вас вслепую. Но это большой риск…

— Так, стоп, стоп, стоп! Я не понял, у вас свои игры, которые заканчиваются не безобидно для основного фигуранта. Физической смертью. И вы только сейчас информируете меня об этом! Да это свинство форменное!

— Не горячитесь, Артём, пока вам ничего не угрожает. По крайней мере, до Рощи Единорогов. Более того, мы опекаем вас, под ваш квест выделены значительные ресурсы объединённого сервера. Но мы вынуждены действовать крайне осторожно, буквально точечными вмешательствами.

— Ну почему, если это какие-то хакеры, террористы или, не знаю, секта виртуальных психов с гениями — программистами пополам! С вашими ресурсами, о-го-го сколько можно сделать.

— Вы видимо не поняли, Артём, все эти версии давно отработаны и отброшены. Мы не знаем КТО или ЧТО нам противостоит. Но эта сила, как минимум, на порядок превышает наши возможности в виртуальной реальности. Мы можем постараться только выяснить, что происходит, но переиграть их на своём поле не можем

— И вы думаете, что я справлюсь хотя бы с частью этой задачи? Вы действительно так думаете? Мне жаль вас.

— Нет, Артём, мы, конечно не ставим только на вас, несколько объектов сейчас ведут в тёмную, трое согласились с нами работать. Но, признаюсь, по данным наших аналитиков и статистической обработке качеств всех пострадавших до этого момента игроков, у вас самый высокий прогноз успеха.

— И какой, если не секрет?

— 88, 5 процентов

— Странно, никогда не везло в лотерею…

— Я буду с вами честен, Артём. Огромную роль в данном случае играет дестабилизация объекта в реальной жизни. Вы психически неустойчивы, склонны к авантюрам, депрессивны, лекарственно зависимы. Вы — социальный труп, Артём. И уже давно.

— Спасибо за откровенность, — от слов Билла меня бросило в жар. Ну я, конечно, догадывался. Да и дед в той или иной мере мне это говорил. Но вот так, от чужого человека… — И что ваши аналитики сказали?

— Что вы, согласитесь. Покричите, покричите, потом чего-нибудь потребуете. И в конце концов, согласитесь.

— Кричать не буду. Спрошу.

— Спрашивайте, — старик развалился в кресле. Для него я был уже в кармане. Ничего, поторгуемся.

— Да, простите, старик поднял указательный палец, если вы захотите немедленно поменять свой финансовый и социальный статус, руководство операцией не против, но только потом. Сейчас очень важно, чтобы и в реале всё продолжалось, как и до сегодняшнего разговора. Это понятно?

— Понятно, — я подошел к столику и налил себе полную чашку, сцапал с вазочки ватрушку и с комфортом устроился напротив Билла. Он поощрительно кивнул.

— Ну, во-первых, личную охрану в игре из десяти бойцов и десяти магов уровня 300+, личного маунта — золотого дракона, легендарную масштабирующуюся экипировку, сто мильёнов…

— Ну конечно, мой дорогой друг, — вклинился Билл, — вы забыли про гарем из наложниц разных рас, замок с озером и потомственное дворянство, а ещё можно причислить вас к лику святых. Это же Игра! Смелее, Эскул ап Холиен! Смелее! И татуировку на лбу «Я- человек Корпорации!».

Я мгновенно заткнулся, наткнувшись на ироничный взгляд старика.

— Что? Нельзя? По сценарию задания нельзя высовываться?

— Абсолютно правильно, мой друг, или завалим всё дело. Потом — всё, что душе угодно, в зависимости от результатов.

— Морковка, — пробормотал я.

— Что, мой друг, простите?

— Морковка, — повторяю я, а я — осёл.

— Ну зачем так то, золота игрового мы вам отсыпем, не обидим. А всё остальное придёт само. Помните я говорил про «Радиус»?

— Помню, и все же про золото…

— Какой вы меркантильный, однако. Десять миллионов золотых. Хватит?

— Мама… Накинуть бы ещё, начальник…

— Не борзей, — и Билл снова заразительно расхохотался.

Глава семнадцатая

Граница Светлого леса и Великих Равнин. Владетельный Дан.

— Ну это же всё равно игровое золото, какая вам разница? — попытался ещё раз надавить я.

— Артём, — голос старика стал серьёзным, — на самом деле ты прав — никакой, хоть миллиард. Но ещё раз напомню тебе о предельной конспирации не только в реале, но и в Игре. Если ты начнёшь направо и налево разбрасывать золотые, это выйдет за рамки твоего образа, на который клюнули наши, скажем так, противники.

— А как же десять миллионов? Это ведь тоже «за рамками»?

— Не волнуйся, такую сумму залегендировать можно, например, сделаем тебе VIP-контракт с Фармконтролем по обслуживанию индивидуальных клиентов с предоплатой. Мало? В банке Корпорации появится залоговое заявление на твою квартиру с выдачей кредита задним числом, да много чего можно… Ты в этом отношении не волнуйся. Даже в мелочах тебя прикроет не частная лавочка. Мы — государство в государстве. Теперь вот ещё что. Наша с тобой очная встреча — первая и последняя. Теперь у тебя будет куратор, у неё все полномочия, связь только через неё. В игре рядом с тобой то же будет человек, который в курсе всего. Ваш личный чат будет иметь дополнительные контуры защиты и проходить через сервер Бюро. Он единственная ниточка в Игре, которая будет связывать тебя с нами. Учти это. В реале никто не должен знать суть твоего задания. Максимум, кого можешь просветить — деда. Ни дяде Мише, ни любовницам, ни РСБ — Н И К О М У. От госслужб мы тебя прикроем 100 %. Даже не задумывайся. Все твои логи и действия в игре — под микроскопом, не обессудь. Если есть вопросы, задавай сейчас. Через десять минут у меня совещание, отдам тебя куратору на съедение, — Билл снова хохотнул.

— Эээ. Ммм… Я не понял. А кто ваш человек в игре?

— А ты не понял ещё? Я думал, она тебе понравилась…

— Вот бл… — вовремя заткнулся я.

— Но, но, она девушка достойная и выдающихся способностей. Так что не обижай. И в обще, она всегда поступает по своей воле, мы даём лишь генеральную линию. И опыт полевого агента у неё не в пример твоему нубовскому…

— Да я без претензий, развели, как кролика… Билл, у меня есть ещё дело одно в Игре, принципиальное.

— Да знаю я, идеалист ты Артём, сгубит тебя это когда-нибудь. Решай своё дело, как хочешь. Только не в ущерб заданию. Средства у тебя есть, только бесполезно. Мажорный этот клан. Ну опустишь ты их пару раз. Ну десять раз. А они поржут над тобой. Экипировку восстановят и ударят по тебе, когда ты этого не ждёшь. Говно оно мстительное…

— Билл, не знаю, как, понимаю безнадёжно, но наказать надо. А как, я придумаю… Потому что оставить это так, без ответки. Вы же знаете, ЧТО для меня Игра.

— Знаю, Артём, знаю. Именно на такого психа, как ты, мы и сделали ставки. Потому, что профессионалы пасуют раз за разом. И интуиция говорит мне, что в этой игре выиграют не преимущества и достижения, а слабости и отступления…

— Ну это про меня!

— Давай, удачи, — и Билл, поднявшись, удалился в открывшуюся с противоположной стороны дверь, забавно шаркая своими «кроликами».

Вот и проконсультировал. Услышанное следовало обдумать. Информация требует взвешивания на весах лжи. А как говаривал один мой киношный коллега: «Все лгут!» Поэтому, двигаемся дальше. А где обещанный куратор? Не успел я допить чашку остывшего чая, как открылась дверь, через которую я входил и вошла Инна. На этот раз выражение её лица было гораздо приветливее, и маска холодной вежливости дала течь.

— Артём Сергеевич, я буду вашим куратором, для предварительного инструктажа и настройки коммуникации вам следует пройти со мной, — и не дожидаясь моего ответа она повернулась и шагнула в коридор. Я немедленно поспешил за ней. Мы прошли пункт досмотра и вернулись в лифтовый холл. Отсюда поднялись наверх, судя по скорости лифта, не менее чем на 20 этажей. Выйдя я сразу окунулся в знакомую атмосферу. Огромное помещение с матовыми секциями, неистребимый запах геля из нейрованн. Здесь реальный мир Бюро соединялся с виртуальный. Мы нырнули в какой-то боковой ход и оказались в отдельной изолированной комнате с тяжёлыми тамбурными дверями, внутренние створки напоминали дверь сейфа.

Инна провела рукой над находившимся тут же столом, и матовая перегородка в углу комнаты просветлела. За ней находилась стандартная нейрованна.

— Раздевайтесь, Артём! — Инна указала на стоящую рядом кушетку.

— Боже, я и не надеялся даже, Инночка, солнышко, — я карикатурно прижал сложенные вместе ладони к груди.

— Респов, придурок, я должна настроить твой интерфейс для связи с агентом и ввести программу контура защиты связи. Делать это можно только в Бюро. Дистанционно буде заметно. А ваш голый зад я буду иметь удовольствие наблюдать, когда мне заблагорассудится, поскольку, как куратору, мне доступно круглосуточное наблюдение за вами.

— Понял, наблюдать любите, — печально вздохнул я и поплёлся за перегородку.

— Респов! Быстро в нейрованну! — я её все-таки достал, эту мисс неприступность.

Настройка заняла минут десять, я коротко глянул сквозь пелену частичного погружения на наш дом у озера. Половинчики вповалку лежали на дощатом полу, укрывшись рыбацкими сетями и прижимаясь друг к другу. Мод спал у выхода полулёжа, упираясь сапогами в просмоленный борт старой лодки. Аватар Эвглены свернулся калачиком на подстилке рядом с моим, стащив всё покрывало на себя. Идиллия.

— Всё, можешь отключаться, — прозвучал голос Инны у меня в ушах.

Уже в душе я решил всё хорошенько обдумать в отношении ответки мажорам. И, кажется мне, я знаю с кем посоветоваться. Уж если этот игрок мне ничего не подскажет. Ну тогда я не знаю. Тупо соберу рейд. Нормальных ребят в Игре достаточно, да и «Уравнители» многим пальцы отдавили. Нет, нутром чую, есть возможность их прищучить. Есть!

Тёплые струи воздуха после душа совсем разморили меня. Да и то, за полночь уже. Инна что-то долго зависла у своего монитора. Потом, кивнув своим мыслям, подняла голову на меня.

— Ты ещё здесь? А, ну да, ещё одна деталь. Она подошла к стенному шкафу, набрала код и достала оттуда пластиковый контейнер. — Вот этот МКИП будешь носить вместо своего, картриджи поменяешь дома. Тебе машину вызвать? Или ты здесь переночуешь. Возможность есть. В соседней комнате всё что нужно. Можешь даже в Игру войти.

— Нет, Инна, спасибо, дома лучше высплюсь. Да и своя нейрованна ближе к телу, — не хотелось мне больше оставаться, неуютно в этой конторе как-то.

— Тогда я тебя провожу.

Путь домой я уже помнил плохо. Сквозь полудрёму, мне показалось, что ехали обратно дольше. В квартиру вползал на остатках морально- волевых. Новым МКИПом решил заняться с утра. А пока спать, спать, спать.

* * *

Утро красит нежным светом стены лодочного сарая, потому, что в щели между досками можно просунуть кулак. Озадаченному с вечера, выспаться полностью не удалось. Снился Билл, вернее таракан с головой Билла, за которым я гонялся с ботинком и всё не мог его прибить. А он мерзко хихикал, перебегая из угла в угол и потирал лапками.

Стоп, проснулся я в Игре не сам, разбудили какие-то возгласы и крики, раздававшиеся за стенами нашего ночного прибежища. Спутников, как и никого из половинчиков рядом не было. Ну и мне валяться не пристало. Сегодня будет длинный день. Коротко глянул в интерфейс. Билл не обманул. Вот они — десять миллионов желтяков на моём счету. С почином, Эс!

Выйдя за дверь, я увидел занятную картину. Посреди двора стоял улыбавшийся Иеронимус. Несколько галдящих на перебой хоббитов собрались вокруг Глены и Мода. Эльфийка, сияющая от восторга, гладила и периодически прислонялась щекой к морде жеребца, держа его под уздцы. Модиан сидел верхом на великолепной лошади, внимательно выслушивая что-то от Иеронимуса, свесившись с седла и кивая с понимающим видом. У привязи стояла ещё одна кобыла, которую поил из ведра один из половинчиков. Все лошади были одной масти — гнедые. Ноги животных были прямыми и небольшими. Копыта широкие и эластичные. Узколобые с большими ноздрями и красивыми, выразительными глазами, посмотрев в которые можно было увидеть всю мудрость мира. Они прядали своими массивными ушками, как будто смущаясь такому общему вниманию.

Животные производили по своему виду впечатление способных выполнять любые работы с большой энергичностью и выносливостью. Отлично развитые суставы и явно выражена мускулатура, красивые движения, производительный шаг — всё говорило о высокой ценности лошадей для путешествий.

У каждой было по четыре массивных белых мохнатых «носочка», что протягивались до коленных суставов.

— Доброе утро! — поприветствовал я всех присутствующих, — откуда такое богатство?

— Доброе утро, — ответил за всех Иеронимус, — господин Холиен, вот привели вам лошадок. Нападение то ночью было, больше половины молодняка на дальнем выпасе держали, ночи то уже тёплые. Так и сберегли. Не обижайте, примите. Господин Модест говорил, вы к нам для этого и шли. Это самая малость, что мы можем вам дать.

— Спасибо большое, Иеронимус. От души. Путь у нас не близкий. А лошадок вы нам ценных отдаёте. Я так думаю они и в лесу, и в горах, особенно с поклажей, нам знатным подспорьем будут.

— Правда ваша, господин Холиен. А вы разбираетесь! Я тут вашим спутникам всё обсказал, по уходу, кормёжке. Если всё правильно делать, лошадки вам настоящими помощниками станут.

— Да, Иеронимус, порадовали. Только я вот ещё спросить вас хотел. Вчера неудобно было, да и не к месту. Я смотрю, ребята у вас работящие, куда дальше податься хотите? Деревня разрушена, лошадей тоже куда-то пристроить надо будет. Не всё же вам в лодочном сарае ночевать. А зимой?

— Мммм, господин Холиен, прямо душу рвёте. Верите, всю ночь не спал, всё думал. От лошадей избавляться придётся. Кормить, ухаживать — рук не хватит. Восстанавливать деревню средства нужны немалые. Родственникам весточку послал, кого из детей примут, но их не много. Остальные сироты. Видимо на вырученные деньги придётся в Карагон перебираться, там на службу наниматься, маленьких кормить надо, а тут всё огонь уничтожил, — и половинчик поник седой головой. К нам уже давно подошёл Мод, он стоял за спиной хоббита и слушал, на скулах его вздулись желваки.

— Дорогой мой Иеронимус, вы выполните одну мою просьбу?

— Все что угодно, господин Холиен, все, что смогу…

— Мы сегодня останемся с вами. Вы пока не предпринимайте никаких шагов. Думаю, я знаю, как вам помочь. Ведь это ваша земля, я не ошибаюсь?

— Да, господин Холиен, эта земля принадлежит нашим предкам более пятисот лет, наш клан приобрёл её у совета Светлых эльфов, по договору мы выплачиваем им ежегодную ренту с лугов и озера. За что они должны охранять нас. Но фактически это сложно сделать. До передовых дозоров Великих Домов здесь больше дневного перехода, а держать постоянный гарнизон ни один из домов не рискует. Вы же знаете, после прошлой войны Светлые потеряли много бойцов. Вот и получается, что договор формальный. Но до сих пор мы не жаловались. Такого никогда не было. Мы успешно торговали и с эльфами, и с гномами, и с хумансами. Да что говорить, наши кони у бессмертных на вес золота шли…

— Понятно, понятно, наверное, это вас и подвело… а может и нет. Значит, решено? Один день.

— Хорошо, — растерянно подтвердил Иеронимус.

Я повернулся к Модианну.

— Брат, я вынужден пробыть здесь ещё день, у меня появилось дело чести, думаю, ты не будешь скучать, пока я пообщаюсь с некоторыми бессмертными?

— Разумеется, Эс. Но обещай мне, что возьмёшь меня с собой на охоту, — эльф положил мне правую руку на плечо.

— Ты о чём, Мод, какая охота, я собираюсь заняться коммерцией.

— Конечно, Эс. Но ты меня понял. На охоту за орками — вместе! — и Капитан улыбнулся своей «морозной» улыбкой, и вновь занялся лошадью.

Я подошёл к Эвглене. Она уже заплела своему коню хвост и гриву в косички и вплела в них зелёный шелковый шнур.

— Красиво, — оценил я

— Стильно, подтвердила Ведьма. Я слышала мы остаёмся ещё на день. Какие мысли?

— Скажи, Хельга, твои ребята, ну те, с поляны Мёртвых Дубов. Они как насчёт заработать?

— Ты хочешь нанять их против «Уравнителей»? Так их размажут за минуту с их уровнями. Только деньги зря потратишь, — хмыкнула она

— Я не сказал, что хочу нанять их сражаться с мажорами, мне они нужны в силу специфики их возможностей.

— Кто нужен?

— Друид-порталист и «синий» паладин.

— Герман и Костя, студенты, хорошо, когда нужны?

— Вчера.

— Тогда я пока на выход, они не в Игре, свяжусь в реале.

— И ещё, — я перешёл на внутренний защищённый чат, — они не из твоей команды поклонников кроличьих тапок?

Хельга прыснула в кулачок, но быстро взяла себя в руки:

— Нет, это мой личный резерв.

— Хорошо, работай, я пока свяжусь кое с кем.

Я перешёл в тень. Солнце палило с утра не по-весеннему жарко. Пристроился у поленницы, закрыл глаза и сосредоточился. Открыл внутренний клан-чат Гильдии Наёмников Темнолесья. Так, Вася в игре, а большего пока и не нужно.

— Вася, ку-ку, это Эскул

- Чё за дела? Я же сказал тебе, что бы через три дня тебя не было в границах майората!

- Ну так, я из-за границы и пишу. Нужен совет.

- Излагай.

- Нужна личная встреча.

- Ты же свалил, сам просил прикрыть тебя.

- Вася, ты не понял, я тебя к себе приглашаю!

- Ты вообще берега попутал, пацан! Я чё, по свистку твоему на стрелку мчаться должен. И ты думаешь, я куплюсь?

- Купишься, Вася. Купишься. Тема такая, контракт для Гильдии Наёмников. Для начала — полмиллиона. Тебе отдельно за посоветоваться — миллион. Золотых.

- Эс. Я не склонен к розыгрышам. Сейчас утро, я ещё ни в одном глазу. Неделька началась ой-ой-ой. И тут звонит лузер и предлагает мильён. Ты ваще понял, чем рискуешь?

- Вася, стоп. Давай так. Если я пошутил, ты меня с чистой совестью с волчьим билетом из Наёмников выгонишь. А что бы ты поверил, проверь свой счёт сейчас.

- Так, или у меня глюки, или… Эс, ты перевёл мне миллион золотых?

- Да, Вася, Да. Не выходи из Игры в течение часа. Я найду порталиста и встретимся.

- Ну ты дал, Эскул. Хоп! До связи!

Следующим делом занимался с уже в ожидании глубокого удовлетворения. Вначале зашёл на крафтовый аукцион. Интересовала стоимость сырья для строительства. Цены радовали, с моими финансами по-настоящему ощущаешь себя олигархом в Игре. Затем просмотрел предложения услуг гильдий игроков, специализирующихся на строительстве замков, фортов и сторожевых башен. Тут было уже не так радужно. Казалось цены на услуги предлагали кто во что горазд. Так, а у меня же под рукой теневой торговец. Чего это я в игроков упёрся.

— Мод, — подошёл я к Капитану — у тебя есть связи среди строителей?

— Эс, ты решил отстроить деревню заново? Зачем это тебе, — эльф в упор смотрел на меня.

— Бессмертные разрушили её, я… мне…очень стыдно и обидно. Думай как хочешь, но мне будет спокойно, если эти дети продолжат дело своих родителей, а не разбредутся по свету в поисках хлеба насущного. Тем более, что я это могу сделать

— Ты странный бессмертный, Эс, — задумчиво потёр подбородок Капитан. В Карагоне, по соседству с моей лавкой, есть артель гномов, они занимаются ремонтом домов, частенько подряжались восстанавливать городскую стену. У меня с их бригадиром были неплохие отношения. Гномы ведь привередливы, простым инструментом не работают. Вот я и снабжал их.

— Понятно, а ты мог бы их бригадира позвать сюда? Дело в том, что с минуту на минуту прибудет порталист. Можно будет закинуть тебя в Карагон, а потом с бригадиром прибудешь сюда.

— Это серьёзные средства, Эс. У тебя они есть?

— Да, Мод, да.

— Хорошо, тебе решать, только торговаться буду я. А то тебя быстро с голым задом оставят, Рейнджер, — захохотал эльф.

— Вот поэтому я у тебя и прошу совета, Грандмастер, мне одному не справиться, а это дело я не брошу.

— Ладно, ладно, Эс, не обижайся, вон смотри, Глена бежит. Видимо хорошие новости.

Хельга приблизилась быстрым шагом:

— Они согласны, Эскул, я включила их в групповой чат с нами, можешь общаться. Только мне кажется, всё это авантюра. Только время потеряем.

— Поглядим, — я уже сосредоточенно вызвал новых абонентов. Друид — порталист с ником Георгий Победоносец и паладин Константин Карающий

— На связи, откликнулся Георг, Хельга сказала у тебя к нам дело.

- Да, Георг, пока будешь нужен только ты. Нужны порталы из Карагона в Старые Мхи, это на границе Светлолесья. Понадобится перебрасывать строителей и материалы. У тебя какой уровень заклинания.

- Двусторонние порталы — пятый уровень, односторонние — шестой,

- Ого, так ты же в любом клане бесценный кадр.

- Знаю, но я вольный, не люблю кланы.

- Аналогично. Так сколько будет стоить твоя работа?

- Тут не всё так просто. Часовой портал с расходниками и мне на ману — от 70 до 100 тысяч стоит. Всё зависть от того сколько таких порталов формировать и длительность их поддержки. Хотя постой, ты что строить что-то собрался?

- Да, хочу восстановить деревню половинчиков, и да, я не сошёл с ума, деньги есть, вопросы ещё будут?

- Да я не против, Глена всё рассказала, вот что подсказать хочу. Деревню же не за день восстановят, да и потом порталы будут нужны, это факт. Я предлагаю, купить портального идола. Как раз для деревни достаточно. Мы им попользуемся для строительства, а потом половинчикам оставим. Думаю, сэкономишь в два раза, мне только на расходники подбросишь на круг тысяч сто пятьдесят. Мне всё равно выгодно будет.

-Это почему же?

-Эс, ты, как нуб прямо, это как же мне репу поднимут, опять же опыта хапну немеряно. Да и дело благое…

- Ну а чего тогда вообще бесплатно не поработать?

- Не, Эскул, тут одной маны море уйдёт.

- Лады, по рукам. Идола сейчас возьму и сообщу тебе, ты и прыгай.

Не откладывая, вошёл на аукцион. Портальные идолы, камни, статуи, арки — на все вкусы и размеры. Выбрал по наитию идола лесного портала с пропускной способностью до пятидесяти пассажиров или пяти тон веса, сразу заказал эликсиры маны разной ёмкости. Всё с доставкой по месту. Распрощался с полумиллионом золотых. Прозвенели колокольчики. Местом доставки указал центральную площадь деревни. Решительно встал, махнув рукой спутникам.

Подходя к площади, увидел старика-хоббита.

— Уважаемый Иеронимус, я хотел вам сообщить, что с сегодняшней минуты мы начинаем восстанавливать Старые Мхи, предупреждая ваши возражения, скажу, это реально. Сейчас на площадь прибыл портальный идол. Вам и вашим помощникам нужно будет расположить его с удобной стороны, чтобы подъездные дороги были свободны. Будут прибывать мастера и материалы для стройки. Будет очень много работы, справитесь?

— Да как же… Ваше… Да хранит вас Хозяин Леса, Эскул ап Холиен, — низко поклонился половинчик и что-то быстро шепнул подросткам, сопровождавшим его. Хоббиты прыснули в разные стороны. Не прошло и получаса, как идол был водружён у главного въезда на площадь, завалы из брёвен и мусора рядом с ним были быстро очищены ватагой маленьких работяг. С удивлением заметил, что за ночь на месте погребального кострища образовалась широкая поляна, поросшая огромными красными маками, роняющими свои лепестки при малейшем дуновении ветра. Словно капельки крови.

Сообщил порталисту и через пять минут идол засиял пронзительным светом. Рядом с ним из земли вдруг очень быстро начали расти два толстых кряжистых ствола, соединившиеся вершинами на высоте трёх метров. Стволы накрепко сплелись ветвями и под этой аркой замерцала полупрозрачная плёнка, по ней пробежала минутная дрожь и навстречу мне шагнул Георг.

— Эскул! — приветственно поднял он правую руку.

— Приветствую, — ответил я. — Вот тебе идол, рядом в корзинах запас маны. Проверь свой счёт.

— Так, порядок, Эс, готов работать. С чего начнём?

— Сначала забросишь Модиана, указал я на стоящего рядом Капитана.

Друид, глянув в его сторону, отшатнулся и слегка побледнел.

— Не дрейфь, Георг, что было, то прошло. Ты теперь с нами в одной команде. Он тебя не тронет, отправишь его в Карагон, на обратном пути заберёшь Гнома Васю. Знаешь его?

— А кто не знает, пока всё?

— Да, думаю, основная работа начнётся с полудня. У тебя как со временем?

— Два дня могу свободно весь день в Игре проводить.

— Ну и отлично.

Георг с Модом незамедлительно шагнули в портал.

— Вася, это снова я, мой порталист уже в Карагоне, заберёт тебя попуткой, тебя он знает, куда ему подойти?

- Резкий ты Эс, как понос, пусть к Гильдии топает, я предупрежу.

- Ок. До встречи.

Так, ещё одну удочку закинем.

— Дядя Миша, как дела, как здоровье, как дочери?

- Артём, нарисовался, когда это тебя волновали моё здоровье и моей семьи?

- Пытаюсь быть вежливым, есть к вам гешефт.

- И как у такого поца, как ты образовался гешефт, когда твой дед от тебя кроме геморроя ничего не видел?

- Я серьёзно, дядя Миша.

- Излагай.

- Майорату нужен форпост на границе Светлолесья и Великих Равнин?

- Ну?

- Я восстанавливаю разрушенные Старые Мхи. Знаете, такую деревню?

- Не тяни.

- По договору Светлые должны были их охранять. Деревня полностью уничтожена. Остались дети, подростки и один старик. Половинчики производят очень важный ресурс — маунтов[5]. Такие лошади, как у них на вес золота. И славятся у всех рас. Основной фонд они сохранили. С последней нашей встречи я понял, что у вас, как Магистра Ордена Креста, замечательные дипломатические отношения с Домом Дориен…

- И ты хочешь?..

- Перекупите договор на Старые Мхи у Дома Дориен. Самое время. Лояльность половинчиков я постараюсь организовать. Деревню восстановлю. Более того, здесь будет форт.

- Что потребуется от Ордена?

- Два крыла Рыцарей в полной боевой экипировке. Они будут меняться каждые две недели. Функция — охрана половинчиков от желающих поживиться.

- Но этого мало для охраны деревни. Появятся какие-нибудь новые «Уравнители» и…

- Не появятся. Я постараюсь. В деревне теперь стационарный портал и вы всегда сможете перебросить подмогу. Более того, я собираюсь заключить на месяц договор с Гильдией Наёмников на охрану строительства.

- Мммда… Ты что, Тёма, банк ограбил? Это же Игра.

- Не волнуйтесь, дядя Миша, всё законно, квартиру заложил.

- Дед знает?

- Я ему сам расскажу.

-Хорошо, Артём Сергеевич, я запускаю дипломатическую процедуру, а ты растёшь, мальчик…

- Да, ещё дядя Миша, вы заметили, что я не попросил никакого долевого участия в договоре? Так вот это не из альтруизма. У меня убедительная просьба — сделать всё к выгоде половинчиков. Очень настоятельная просьба. Вы будете всё равно в выигрыше.

-Ну-ну, посмотрим.

Тут же в личку постучался Мод.

— Эс, я тут с нашим новым другом, Горином Шпаклёвкой, тебе есть что предложить?

- Спасибо Мод, уважаемый Горин, мне посоветовали вас, как замечательного мастера и зодчего, и я хотел бы нанять вашу бригаду на длительный срок.

- Хватит заговаривать мне зубы, Светлый, говори, что надо!

- Хорошо, Горин. Недавно сожгли Старые Мхи, убили всех взрослых жителей деревни. Мне нужно отстроить деревню заново со всеми постройками и, главное, конюшнями. Но я хочу большего. Вокруг деревни нужны ров и стена. В самой деревне будет расположен форт. Охранять строителей будут Наёмники и Рыцари Ордена Креста. Возьметесь?

-Хм, Светлый, это очень много работы, материалы…

- Но и хороший заработок Горин.

- Ваша правда.

- Сделаем, так уважаемый мастер. Вы возьмёте всё необходимое и помощников и прибудете сегодня с моим порталистом для оценки фронта работ. Я за беспокойство заплачу вам пятьдесят тысяч золотых. Дальнейшие переговоры о смете вы будете вести с известным вам господином Модестом.

- Скажи Светлый, а у тебя в роду гномов случайно не было?

- Нет, уважаемый Горин. Так мы договорились?

- Договорились!

Только я перевел деньги Горину и хотел вздохнуть свободно. От переговоров уже болела голова, как услышал хриплый голос Васи:

— Эскул, где ты, черт тебя побери? Тащи сюда свою задницу, а то я лопну от любопытства!

Глава восемнадцатая

Граница Светлого леса и Великих Равнин.

Владетельный Дан в действии.

— Вася, любопытство сгубило кошку, — пошёл я навстречу главе Гильдии Наёмников, широко раскинув руки в стороны.

Гном опасливо посмотрел на меня, слегка прищурив правый глаз.

— Где говорить будем? — процедил он сквозь зубы.

— Пойдем, Вася, здесь есть премиленький сарайчик, у воды, свежий воздух, запах сушёной рыбы. Вот только пива я не припас. Нечего нам ещё обмывать.

— Ну пойдем, коль не шутишь, — и мы поспешили к озеру. По дороге гном был задумчив и всё поглядывал по сторонам.

— Эта… эту деревню мажоры сожгли?

— Да, как видишь

— Хрень какая-то, сутки прошли, а кругом разруха и следы резни, кровищи опять же натекло… Мясники. Система лагает? Тут же все просто бурьяном зарасти должно. Брошенное пепелище, так всегда бывает. Игра — не жизнь, мёртвое хоронит быстро.

— Не будет бурьяна, Вася, я восстановлю деревню. Сейчас как раз строители прибудут. И будет тут снова рабочий люд жить-поживать да добра наживать. И, надеюсь, помнить будут не только бессмысленную жестокость бессмертных, но и руку помощи нашу. Это моя первая месть «Уравнителям». Лучше всего именно этим сказать им: «Не вышло у вас, гады, не вышло грязным сапогом в душу…» Это наша Игра, Вася, твоя, Наёмников, кланов, вольных игроков и неписей. И не эльфы с гоблинами, гномы да половинчики, орки Скалистые, Степные да Островные. Нет. Не они нелюди здесь. Даже твари Джордана и те своё разумение сил имеют и убивают не из озорства, от скуки или прихоти. А со второй местью, есть такая надежда, ты мне поможешь.

— Эскул, попридержи коней! Ты, пацан, кому эту речугу задвигаешь? Я тебе не твоя магичка-эльфиечка. И не сверкай на меня глазами, и желваками не играй! Дело говори.

— Вася, ты на моей памяти в Игре самый информированный игрок, и это не только моё мнение. Дед то же самое говорил. А он на похвалы скуп. Я ведь понимаю — просто собрать рейд на клан мажоров мало. Ну прищучим мы их разок, другой. Ну потеряют они несколько уровней, кое-что из экипировки. Это для них булавочные уколы. Я интересовался, своего замка у них нет. Не захватишь. И вообще, у них сплошная махновщина. Клан небольшой. Сотни рыл не наберётся. Средний уровень 260–280+. Все увешаны униками и легендарками. Маргиналы, почти все расу орков в аватарах имеют. Несколько хумансов, как и глава их Силантий. Да профы у всех, как специально прокачивали, палач, свежеватель, инквизитор, тёмный травник. Я их фотографии на клановом сайте видел. Доспехи все с уклоном в готику, сатанистская символика. В общем, клиника. Я это к тому, есть у меня мысли по пределу задачи и что должно быть в результате, а вот информации места или условий — дефицит. Как и времени — дефицит огромный. Мне бы квест продолжать, игровой голод утолять. Но не могу вперёд идти, когда такой груз на мне.

— Артём!!! Хватит мне по ушам ездить. Давай рисуй задачу. Ты полтора лимона мне что, за красивые глаза перечислил? Я уже приехал, не лечи меня. Тем более, ты тут не доктор, а Рейнджер!

— А… Вася… Откуда ты меня знаешь? В смысле, в реале…

— Я тебя не знаю. Деда твоего знаю, тебя заочно. И?

— Значит так, мне нужно всех игроков клана «Уравнители» поместить в определённое место, лучше закрытое помещение или подземелье. Причём, они должны находиться там достаточно небольшое время. Я и ещё несколько игроков выполнят действия, в результате которых игроки противника потеряют всю экипировку. Это мощный финансовый удар. Идеально было бы запереть их на этой локации, без возможности вывода аватаров и окончательной их потерей. Но это уже фантазии. Что думаешь, Вась. Есть такие места в Игре?

— Артём, ты меня что за фокусника держишь? Я — Наёмник. Я в Игре деньги зарабатываю. И не только игровые. Тебе напомнить о законе сорок девятого года? Это во многом нелегально. Я прокачиваю игроков, прокачиваю и продаю аватары, продаю гайды по уникальным квестам. Ты меня подставить хочешь? Да у меня в «Уравнителях», если хочешь знать, целых пять клиентов. Я им два года персов делал, — наёмник с досады ударил себя по колену.

— Гном, а как тебя в реале по имени-отчеству? — присел я рядом с ним.

— Василий Иванович я, но далеко не Чапаев, — улыбнулся гном.

— Но что-то же кроме денег должно быть? А? Василий Иванович?

— А мне по-другому нельзя, мне, чтобы жить в реале, нужно играть. Я на 70 % киборгизирован. Это дешевле, чем трансплантаты, мне только на сердце хватило. А железки эти постоянного апгрейда и замены деталей требуют. Вот и сколотил Наёмников, рубим капусту, людям уважаемым помогаем. Вот такое «играть, чтобы жить». Только ты это, между нами, я тебе как внуку Андрея Анатольевича. Он мне во многом помог и помогает. Человек он у тебя. Таких уже не делают. Так что брось ты эту затею с местью своей, фокусы эти кроликов из шляп доставать. Баловство всё это. Деревню вон восстановишь и лады.

— Василий Иванович, а если так. На полмиллиона, что я перечислил вам, открываем гильдейский контракт — десятка три ребят в ротацию на два месяца стройку охранять. Репутацию прокачаете. Все в выгоде. Я добавляю ещё миллион, и вы отправляете рейд к Логову Медузы. Помните, я поделился инфой. Я ведь тогда только с охраны логова Жемчужину Последнего Шанса снял. А что в логове будет? Думаю, немало. Мне будет нужно четыре жемчужины, лучше шесть, но как выйдет. Через неделю. Выгода обоюдная и вы ни при чём. Я ведь понимаю вас и не хочу подставлять.

Гном Вася задумался. В дверь сарая постучали.

— Господин Холиен, господин Холиен, дедушка Иеронимус вас зовёт, там мастера собрались, и дядя Модест, все вас ждут, — раздался из-за двери мальчишечий голосок

— Беги, передай идём уже, — я поднялся, а вслед за мной и Гном.

По дороге Вася всё бурчал про фокусников и сумасшедших эльфов. Когда вернулись на площадь, Вася повернулся ко мне:

— Хорошо, Эскул, по рукам. С меня доставка артефактов и взвод Наёмников, которых пришлю через час, — и, не дожидаясь моей благодарности, пошёл к порталу, бормоча: «Кролики, кролики, кролики? Кролики!!!»

На площади меня уже ждала целая делегация. Был на скорую руку накрыт деревянный стол с нехитрой снедью. Выставлен знатный бочонок пива, ну и рыба, конечно, в ассортименте. За столом сидели Модиан, Иеронимус, Эвглена и три колоритных гнома в рабочих кожаных спецовках с никами Горин Шпаклёвка, Дорин Лопата и Корин Гвоздь.

— Мир вам, достойнейшие, — поздоровался я как можно нейтральнее.

— Эс, мастера закончили обсчёт, — Мод протянул мне пергамент с чертежами и сметой. Я углубился в изучение. Я всякого ожидал, но такого! Двойной ряд стен, ров в два человеческих роста, частокол — это понятно. Но стена продлевалась до озера, предполагалось обновить волоки и причал. Дополнительно внутри деревни предполагалось возвести каменные казармы и донжон с малой каменной стеной по периметру площади. Они мне что, кремль тут строить решили? Увидев моё недоумение, Мод, пододвинувшись ко мне сообщил:

Домов — землянок для хоббитов придётся строить гораздо меньше. Сам понимаешь. Решили объединить их с внутренним укреплением подземными ходами. На случай возможной высокой опасности. Все: и жители, и войска смогут уйти порталом или продержаться до прибытия подмоги.

Предусмотрен так же дополнительный скрытый ров под каменной стеной, который при необходимости заполняется водой из озера.

Я от удивления открыл рот.

— Господин Холиен, — откашлявшись поднялся Горин Шпаклёвка, — я и не знал, насколько хорошо господин Модест разбирается в фортификационном искусстве, но большинство предложений и изменений по плану вносил он. Более того, просьба к вам будет, господин Холиен и господин Иеронимус. Мы тут пошептались с мастерами, поглядели. Лошадки дело хорошее, важное. А как же со сбруей быть, опять же подковать там, перековать, сёдла, ремонт конюшен. Короче, — рубанул ладонью гном, — предложение у нас к вам. Ежели соизволите разрешить мастерские тут наши поставить, аккурат неподалёку будущей каменной стены: шорную, кожевенную и кузню… В общем, половину цены за работу скинем, — и гном сел, уставившись в меня своими глазами — буравчиками.

Я поглядел на Иеронимуса и его горящие глаза всё мне сказали. Мод пожал плечами, мол, делай, как знаешь. Глена вообще сидела с отрешённым видом и полировала ногти.

— Уважаемые мастера. Старостой и главным распорядителем над строительством в этой деревне является Иеронимус, я лишь оказываю финансовую и организационную помощь. Поэтому, этот вопрос к нему, — и я повернулся к половинчику. Хоббит встал, зачем-то поправил и без того безукоризненно повязанный шейный платок:

— Я, староста деревни Старые Мхи, даю своё согласие на переезд к нам уважаемых мастеров Горина Шпаклёвки, Дорина Лопаты и Корина Гвоздя со всеми их чадами и домочадцами, инструментом и скарбом. В чём даю своё полное согласие и обязуюсь подписать договор на вечные времена, — уф, казалось, с плеч сидящих упала гора. Гномы разом заулыбались, загомонили. Половинчик сел, утирая красное лицо платком.

— Ну и, уважаемые гномы, я так и не услышал вашу цену с учётом материалов. Доставка моя, — я решил закруглить эту тему, не обратив внимания на гробовую тишину, возникшую после моих слов

Горин Шпаклёвка встал, покачал головой, видимо я что-то нарушил в их традициях.

— Вот всегда вы Светлые так, клянусь Подгорным Духом, неужто господин Эскул не поняли? Господин Иеронимус только что с нами ДОМОМ поделился. Кто же за работу со своего родственника или побратима деньги берёт?

Я почувствовал, что краснею, придётся срочно выпутываться из щекотливой ситуации:

— Прошу простить меня, господа Горин Шпаклёвка, Дорин Лопата и Корин Гвоздь. Я никого не хотел обидеть. Просто хотел уточнить. Ведь понадобится много расходных материалов и строительство желательно закончить в течение лета. А для этого можно будет привлечь дополнительные рабочие руки. Вот о какой оплате шла речь.

Нахмурившиеся было лица гномов вновь разгладились.

— А, ну так это другое дело, мы тут посчитали, — вступил Корин Гвоздь, доставая очки и водружая их на свой огромный мясистый нос, — эээ… аккурат два миллиона триста пятьдесят тысяч вышло, — и в ожидании посмотрел на меня.

Я краем глаза заметил замершего, даже задержавшего дыхание Иеронимуса.

— Я даю три с половиной миллиона, мастера. И прошу, обеспечьте ещё половинчиков необходимым личным оружием, кинжалы, пращи, луки и арбалеты. Я не хочу, чтобы трагедия Старых Мхов вновь повторилась.

Тут встали все. Иеронимус, гномы, Мод, набежали хоббиты. Все считали своим долгом лично подойти и поблагодарить меня, пожать руку, похлопать по плечу.

Потом мы выпили по кружечке за договор. Но дальнейшую пьянку я пресек. Напомнив, что стройка пока только на бумаге и пообещав отпраздновать уже в новой деревне. Гномы потянулись к порталу. Я отозвал Иеронимуса в сторону. Глаза его были на мокром месте.

— Уважаемый староста, мне бы хотелось обсудить ещё один очень важный момент.

— Я весь к вашим услугам, господин Холиен!

— Я хотел бы обратить внимание на тот факт, что вы много столетий честно и скрупулёзно выполняли договор со Светлым лесом и платили дань.

— Да, ваше эльфийшество, это так.

— Печальный случай нападения и массового убийства жителей деревни формально является поводом для претензий высоким Домам?

— Ну, формально это так, но практически, господин Холиен, мы хоббиты и эльфам до нас дела нет, простите…

— Вы меня не поняли, Иеронимус. Для того, чтобы вы и ваши родные, жители деревни в дальнейшем чувствовали себя увереннее и безопаснее, вам следует сменить сюзерена. Более того, я предпринял к этому некоторые шаги. Как вы смотрите, если на вашу защиту встанет Орден Рыцарей Креста?

— Хумансы?

— Не просто хумансы, дорогой Иеронимус. Бессмертные. Это практически гарантирует вам более серьёзные торговые и легитимные преференции. Вам и делать ничего не будет нужно. Просто дать своё согласие. Более того, я вам хочу подсказать, что Магистр лично заинтересован сотрудничать с вами.

— Почему?

— Всё просто, Иеронимус, ваши лошади, им на самом деле цены нет. Для бессмертных личный маунт — предмет роскоши, а ваши земляки знают в этом толк. Я имел честь убедиться лично. Теперь вы понимаете?

— Да, господин Эскул Дан Холиен, мне не расплатиться с вами и за всю жизнь

— Всего лишь ап Холиен, с вашего позволения, Иеронимус, мне будет достаточно того, что половинчики в этой деревне будут долго помнить не только бессмертных, лишивших их матерей, отцов, братьев и сестёр. Но и одного бессмертного, который попытался это исправить.

— Спасибо, сынок, — и хоббит молча обнял меня.

Так мы и стояли. Маленький седой старик и высокий эльф в сером плаще. И то ли сильный весенний ветер тому виной, а может яркое солнце — у обоих странно блестели глаза.

— У нас много дел, уважаемый Иеронимус, — слегка отстранился я.

— Зовите меня Рон, так зовут меня домашние, — ответил старик.

— Хорошо, Рон, я смотрю суета у портала, наверно прибыл гонец от Магистра, — пожав ему руку я направился к входу на площадь.

Здесь творилось уже форменное столпотворение, повозки, телеги, фургоны, запряжённые в основном мулами и быками, с многоголосым скрипом и грохотом медленной вереницей выезжали из портала. Тут их встречал неимоверно низкий, даже для этого народа, гном с феноменальным пузом и просто эпическим басом. Используя всего несколько слов и жестов, он умудрялся перенаправить эти потоки транспорта, мастеров и строителей по назначению. Тут же неподалёку натягивались временные палатки и тенты, под которыми буквально на глазах росли штабеля брёвен, бруса и поделочного камня. В воздухе стояла пыль, запах множества животных и людей просто сшибал с ног. Над всем этим весело светило солнце. Под ногами тут и там с деловым видом шныряли половинчики. Деревня оживала…

Посреди этой картины в десяти шагах от портала стоял, зажав в одной руке кожаную папку, а другой поднёс к лицу батистовый надушенный платок Гельмут, господин Секретарь Майората Ордена Креста.

— Ваша честь, я слегка поклонился, обозначив руку у сердца

— Господин Холиен, — так же ответил мне секретарь

— Какие новости? Как здоровье Магистра?

— Слава святому Якову, всё хорошо, я к вам с поручением. Это бумага от Майората, заверенная Магистром с подписью Бургомистра и Архимага Дома Дориен. Получилось не совсем так, как мы хотели. Но его преосвященство Герхард фон Камелькранц просили передать буквально следующее: «Мы в ответе за тех, кого спасли». Господин Магистр сказал, что вы поймёте, — с этими словами секретарь вручил мне кожаный тубус с пергаментом и алой сургучной печатью Майората, обвитой жёлто-зеленым шнуром Дома Дориен и откланялся.

Что-то мне это не нравится… Я отошёл под один из навесов, которые во множестве натянули гномы и присел на край штабеля из бруса. Развернув пергамент, я медленно прочёл содержащийся в нём договор. Затем прочёл ещё раз:

ДОГОВОР

Сим договором между представителем Ордена Креста Магистром Герхардом фон Камелькранцем и Архимагом Дома Дориен, Грандмастером Огня и Земли, Эрном Дан Дориен в присутствии Великой Матери Дома Светлейшей Аннаинн Меллоинн и Архимага дома Холиен, Грандмастера Воды и Природы, Арна Дан Холиена подтверждает переход сюзеренитета деревни Светлые Мхи от Светлого Дома Дориен к Ордену Креста Королевства Хумансов. Сюзеренитет будет передан при условии возложения прав и обязанностей суверена на Рейнджера Светлого Леса, Эскула ап Холиена, который будет подотчётен в своих действиях Магистру Ордена Креста.

Новый сюзерен, будучи эльфом Светлого леса, с этой минуты и в силу вступления договора освобождается от обязанностей Рейнджера Дома Холиен и именуется не иначе, как Эскул Дан Холиен, владетель Светлого леса с правом набора собственного войска. Вышеупомянутому владетелю во избежание юридических разночтений указом Магистра Ордена Креста присваивается звание Рыцаря Ордена.

Договор вступает в силу с момента подписания сторонами и действует на вечные времена.

Его Преосвященство Магистр Герхард фон Камелькранц

Его эльфийшество Архимаг Дома Дориен, Грандмастером Огня и Земли, Эрн Дан Дориен

Её эльфийшество Великая Мать Дома Светлейшей Аннаинн Меллоинн

Его эльфийшество Архимага дома Холиен, Грандмастера Воды и Природы, Арн Дан Холиена

12 числа месяца Весенних Вод года Чёрной Рыси.

Город Карагон.

Вы получили уровень…вы получили уровень…вы получили уровень. Ваш текущий уровень 192

«Радиус» в действии! Ну махинаторы! Дядя Миша и дед. Это ж как надо было нагнуть игровую логику. Ну то что Дориенов развели, скорее всего, на «дело чести» это мне на руку, но теперь мне из Светлого леса надо сваливать побыстрее. А то погрязну в сюзеренских, сюзереньих, тьфу, в делах сюзерена. Тут, откуда не возьмись, появился Иеронимус. Взгляд его остановился на моём нике, зрачки расширились, и он незамедлительно плюхнулся передо мной на колено прохрипев:

— Светлый Дан!

— Встань Рон, я не просил этой привилегии, так получилось, видимо у моих друзей не было другого выхода. Поэтому, слушай моё первое и пока единственное повеление для деревни. На год деревня освобождается от подати. Гномы и половинчики уравниваются в правах. После постройки деревни и донжона с фортом стройки не прекращать, возвести дома для новых людей. Всем половинчикам, родственникам деревенских предложить переселиться в Старые Мхи в новое жильё.

Хотел добавить: «Плодитесь и размножайтесь». Но подумал, что будет перебор. Хоббит и так замер памятником самому себе.

— Завтра утром с друзьями уезжаю, оставляю тебя распорядителем строительства и расселения гостей. Оставляю пятьсот тысяч на возможные расходы. Но это последние средства. Дальше сам, сами… — и пошел искупаться на озеро. Устал болтать до чёртиков. Запылился весь и провонял.

На бегу поскидывал одежду в инвентарь, разбежался с мостков и ухнул бомбочкой:

— Аааа! — холодная заррраза, но мозги прочищает хорошо. Вылетел из озера, как пробка. Запрыгал на одной ноге по доскам, ушибив большой палец на левой ноге.

— А ты экстремал, Высокий Дан, ну и как тебе медные трубы? — как всегда шикарная Хельга стояла напротив меня, прикрыв правой ладонью глаза от яркого солнца.

— Пока не понял, дальше видно будет. Главная цель достигнута, теперь половинчикам будет спокойнее.

— И на это ты грохнул столько денег? Эс, да на половину этой суммы ты нанял бы топов для проводки тебя в Рощу Единорогов! Да ты прошёл бы этот путь, как нож сквозь масло!

— Может быть, может быть. Вот только ни один фиал не стоит судьбы этих сирот. Я чувствую так. Так правильно, — я перешёл на внутренний чат, — а тебе жалко денег Билла?

— Нет, хозяин вцепился в эту задачу бульдожьей хваткой, попроси ты пятнадцать, двадцать миллионов, он бы дал, — Хельга распалилась не на шутку.

— Может и дал бы, только что в них проку? Ну куплю я топов, легендарку, летающего маунта, наконец. Ты ведь знаешь. Конец тогда всей вашей конспирации. Это всё равно, что мигалку себе на лоб присобачить с надписью: «Я человек админов!» И плакал тогда и мой квест, и «Радиус»! А мне до жути интересно дойти до конца. Не из-за вашего Билла, нет. Всё гораздо банальнее. Мне впервые в Игре так попёрло! Ты сама знаешь, что такое длительный монотонный кач или корейский фарм. Но без этих составляющих путь к успеху без доната заказан. Я не зарабатываю Игрой. Я ей глубоко болен! И похоже она, наконец, обратила на меня своё внимание! И мне это приятно…

— Артём, ты конченый псих, как шеф тебе доверился?

— А нормальным фиалы Игра не раздаёт, так что терпи агентесса, терпи, тебе ведь тоже плюшек обещали.

— Я, в отличие от тебя, в первую очередь за идею!

— Да ты что? И со мной у родника — за идею? И сказки мне пела про то, как за фиалом охотилась, и охота за мной потом, может тоже часть сценария!

— Ну ты и сволочь, Артём, — Глена как-то поникла вся, — какой же ты…

— Тогда посмотри мне в глаза и скажи, что всё что у нас с тобой, начиная с Горькой Балки и до сегодняшнего момента — игровая случайность. И тогда я на коленях буду просить у тебя прощения!

Эвглена подняла на меня глаза, губы её сжались в тонкую линию. Она вскинула подбородок, развернулась, махнув хвостом и зашагала в сторону лодочного сарая. Вот вам и агент, совсем удара держать не может. Ей бы насвистеть мне исправленную версию происходящего. Ведь наверняка подготовила. А она — в глухой отказ. Ладно, не буду думать об этом сегодня, подумаю об этом завтра. Тем более солнце уже коснулось деревьев на опушке леса. Сумерки опустились на Старые Мхи. Тут и там стали зажигаться костры, гномы раскупоривали бочонки с элем и затягивали свои грубые, но такие бодрые песни. Больше похожие на частушки.

Я вернулся к порталу, в сумерках его изумрудное сияние усилилось. Только что прибыл отряд Рыцарей Ордена во главе с Лейтенантом. Чёткость и слаженность воинов завораживала. Не успел я дойти до портала, как уже были назначены патрули и отдалённые секреты. Рыцари приступали к своим обязанностям. Наёмники, прибывшие ещё днём, облюбовали часть разрушенных землянок.

Увидев меня, Лейтенант Ордена подошёл и коротко поклонился:

— Дан Холиен, имею честь доложить о прибытии и представляюсь: Франсуа де Ровиньяк, Лейтенант Ордена Креста. Поздравляю вас рыцарским званием, — и он махнул рукой куда-то в темноту.

Подбежали два оруженосца и принесли сундук средних размеров, поставив его у моих ног.

— Здесь рыцарские регалии и доспехи, Дан Холиен, — указал он на сундук.

— Спасибо, Лейтенант! Я смотрю ваши люди не теряют времени даром. Это очень радует меня. По всем финансовым и бытовым вопросам прошу обращаться к старосте деревни, Иеронимусу. Меня не будет некоторое время. Все указания я ему оставил. Да, и ещё месяц вам будет помогать взвод Наёмников Темнолесья. Я переподчиню их вам. Первое время до постройки донжона их присутствие поможет не распылять силы.

— Благодарю, Дан, ваша предусмотрительность радует. Этот форпост людей является самым дальним от Карагона, я знаю, будет нелегко.

— Прежде всего, мне хотелось бы, Лейтенант, довести до вас одну очень важную мысль. Вы все здесь: половинчики, гномы, хумансы, — в одной лодке. Если ваш союз будет крепок, никакие бессмертные не повторят того, что случилось со Старыми Мхами!

— Я услышал вас, Эскул Дан Холиен. Разрешите откланяться, ночь близко. Ещё много дел.

— Удачи, Лейтенант!

Я прошёл под навес, стоящий в пятидесяти шагах от портала на краю площади. Меня привлекли шумные голоса и взрывы хохота, раздававшиеся оттуда.

Здесь собрались практически все мастера, на поставленных в полукруг ящиках сидели вперемежку половинчики, хумансы и гномы, в центре ярко горел костёр с большим чугунным котлом на треноге, в котором закипало какое-то варево. На самом большом ящике сидели друг напротив друга два спорщика: гном Горин Шпаклёвка и…Гном Вася. Толпа вокруг скандировала их имена, а поединщики доказывали извечную во все времена истину — от дурной головы ногам покоя нет. Точнее, рукам. Оба были пьяны в дымину и развлекались популярным у местных конкурсом. Поочерёдно отвешивая друг другу размашистые плюхи. Проигравший, то есть потерявший сознание или свалившийся с ящика, выбывал. Игра, видимо, уже подходила к финалу. Морды обоих гномов были красны, хоть прикуривай. Шпаклёвка улыбался щербатым окровавленным ртом, сплёвывая сукровицу. Левую половину лица Васи украшала огромная гематома. Я, как раз подошёл, когда Горин Шпаклёвка в очередной раз коротко размахнулся, его кулак практически незаметно метнулся к Васе. И Васи не стало… То есть наёмник был жив, но лежал в двух метрах от ящика, закатив глаза к переносице.

— Даааа!!! Хуг! Хуг! Хуг! — заревели гномы.

— Добрейший всем вечерочек! — попытался перекричать я народ, да куда там, сегодня вечером уже не я был их героем. Все окружили Шпаклёвку и принялись гулко хлопать его по спине и наперебой подливали ему эля в кружку. Боец еле держался на ногах, и такими темпами ему оставалось недолго. Я подошёл к наёмнику. Он уже пришёл в себя, заполз на один из ящиков и, меланхолично подперев щёку кулаком, пригорюнился. Но увидев меня, встрепенулся, охнув:

— Хо, Эс! Вали сюда!

— Ты чего тут забыл, Вася?

— Да ладно тебе, Холиен. У тебя тут весело. А в Карагоне сейчас скукота. В Гильдии затишье, заказов пшик, да половинка. Ты, чё, забыл — провальный четверг в реале. Так, что я у тебя тут поруковожу наёмниками, эля попью, у мастеров он знатный. Отпуск, короче, взял. Там казначей пока порулит.

— Ну да, ну да. Не беременейте мне мозг, Василий Иванович! Колись давай, не чужие.

— Ну я тебе правду говорю. Ну, почти… У тебя тут и правда интересно. Я тут прикинул, мы как прибыли, так нам сразу и экспы и репы знатно отсыпало. Зачётную ты социалку зацепил, Дан. Ну и мы решили развить успех, понюхать, там, тут.

— Ну вот теперь похоже на правду. А то — «отпуск». Что там с моим делом?

— Это за жемчужинами? Так люди уже в пути. Лучших послал. Цени. Даже на порталы не поскупился.

— Опять свистишь, Вася, я тебе золота отсыпал, ты туда на драконе сам должен был поскакать!

— Да это всё эль местный, крепкий зараза. Но я про твоё дело крепко помню. Есть одна мыслишка. Привезут жемчужины — скажу.

— Ты вот что, Вася, я тут твоих людей переподчинил орденскому Лейтенанту, так ты проинструктируй. Много от них не требуется, дозоры, там, егерская служба, ну сам раскинешь.

— Не доверяешь, Эс?

— Беспокоюсь, ты вон и под мухой — орёл. А твои же — не все такие.

— Это ты в точку, глаз да глаз нужен. Тогда без обид.

— Ну, бывай, наёмник, ох ну и рожа у тебя, Василий Иванович, — хлопнул на прощанье по подставленной Гномом ладони.

Стемнело уже совершенно. Модианна я нашёл на берегу озера у маленького костерка. Он сидел неподвижно, глядя на гладь озера. Я постарался подойти максимально тихо, но Капитана трудно было провести:

— Наигрался во владетеля, Эс?

— Да уж, это не твои тренировки, завтра с утра выступаем. Глена спит?

— Ушла в мир бессмертных, там её тело в сарае. Злая пришла, монстром обзывалась. Что ты там ей сказал?

— Женщина, кто её знает, — пожал я плечами.

— Ты, Холиен, подумай, она нам спины прикрывать в бою будет. Не должно быть между нами раздоров. Любить её не обязательно. Но уважать стоит, поверь мне.

Мы минуту помолчали, глядя на отблески костра на озёрной воде.

— Ну что, мы тренируемся? Мод?

— Эс, погоди, а можно мне ещё раз сердце её увидеть? Пожалуйста.

Я достал сердце из инвентаря и протянул его капитану на ладонях. Мне пришлось нагнуться, поскольку Мод сидел на пятках. Эльф снял перчатки и робко положил руки на карминно-красный кристалл. Тот снова стал мерно пульсировать багровыми отблесками. С каждой пульсацией в моих ладонях стала появляться боль. Сначала слабое покалывание. Наконец, она стала просто невыносимой. Я не мог отдёрнуть своих рук, мне показалось, что пальцы стали единим целым с кристаллом. Знакомые ручейки тёмной крови побежали по шрамам Капитана и переползли щупальцами мне на предплечья, свиваясь в чёрные стебли, на которых тут же расцветали бутоны маленьких чёрных лилий. Боль стала такой сильной, что я тоже упал на колени и уткнулся лбом в кирасу эльфа. Мне казалось, что эта пытка вечна. Когда я пришёл в себя, боли уже не было. Я прижимал сердце в груди, в ушах пульсировали толчки крови в сосудах. Словно шелест травы, я услышал шёпот Капитана:

— Эраинн… тень моего сердца, — и упал, теряя сознание.

Вы завершили промежуточное задание Тренировка Капитана-3. Постоянный прирост параметров: Ловкость +30, Сила +35, Выносливость +40. Вами изучена уникальное забытое заклинание Магии Тёмных Эльфов Туман Лоос. Отрыта ветвь Тёмной Магии Ранг Ученик. Автоматически вложены свободные таланты. Вы получили Ранг Подмастерья Рекомендации игроку: в течение часа следует покинуть Игру для отдыха в реальных условиях и калибровки МКИПа

Эх, опять без меня меня женили.

Глава девятнадцатая

Пограничье. Твари. Джордан близко.

Так, докатился. Очнулся, обнимая унитаз. Такого со мной не случалось со времён получения диплома Медицинской Академии. Но там святое. А здесь я и не помнил, как выполз из нейрованны. Тихонечко, по стеночке выползаю в коридор. МКИП хоть и желтеет своим глазом, но молчит. Ничего не понимаю. Потеря сознания более пяти минут — обязательный вызов бригады экстренной помощи. Может я просто не помню ничего? В два этапа заполз на кухонный стул. Отдышался пять минут. Перед глазами перестали мелькать белые мошки. Рискнул сунуться к холодильнику, достал бутылку воды, выпил залпом. Согрел воду в чайнике, достал сахарницу, налил туда кипятка и, закрыв, хорошенечко встряхнул. Мозгу нужна глюкоза. Вылил содержимое в большую чашку, добавил холодной воды и медленно выцедил. Почувствовал, как телу медленно возвращается уверенность. Так, теперь в душ. Горячая вода смыла мутную пелену с глаз, а контрастный душ вернул аппетит и меня вновь потянуло к белому фаянсовому другу.

Вытершись до скрипа кожи, так и сел голым к терминалу, подключив МКИП. Просмотрел запись показателей последнего часа. Ничего критического. Полностью сознание не терял. Частичное торможение некоторых участков коры головного мозга, из-за резкого увеличения дозы седативных и антигипертензивных препаратов. То-то до сих пор чувствую себя рыбой, выброшенной на берег. Нет, спать, спать.

* * *

Сытые лошади рвались в путь. Достаточно трудно было удержать резвых животных у портала. Делегация нас провожала скромная: Иеронимус, Шпаклёвка, Вася. Ждали Глену. Её лошадь под уздцы держал мод. Ведьма не спешила входить в игру. Испытывает моё терпение. Ещё полчаса — и пошла она к чёртовой матери, потом догонит. Устал стучаться ей в личку, а контакты в реале она не дала. Агентесса доморощенная.

Когда точка моего кипения уже почти достигла апогея, улыбающаяся Зелёная Ведьма появилась со стороны озера в венке из полевых ромашек.

— Ссссссс, — только и смог произнести я.

— И вам доброе утро, мальчики! — показала она мне язык.

Модианн и бровью не повёл. Шпаклёвка хекнул, подкрутив рыжий ус. Вася открыто похохатывал над ситуацией. Иеронимус был само благодушие. Я поднял руку:

— Всё уже обговорено, наставления все даны, роли расписаны. Вася, три дня у тебя на наши договорённости. Потом смысла не будет. Занят буду квестом.

— Вы сразу в Пограничье? А как же твоя репутация?

— Благодаря договору, я как Дан смог довести её до статуса «нейтральная» со всеми эльфами и жителями леса. Поэтому, времени терять не будем.

— Удачи, — поднял сомкнутые в замок руки над головой Гном Вася.

И мы один за другим, подгоняя лошадей шенкелями, прорысили в арку портала. Минутное головокружение и вот мы на площади самого большого города в Пограничье. Тархангир по-оркски, город семи ветров.

Напоминавший выброшенного на плоскогорье спрута, город своими узкими кварталами и запутанными улочками исчезал в каменистом пустыре, тянущемся на добрый десяток лиг, за которым до самого Джордана простирался Дикий Лес. На противоположном краю, которого и находилась наша заветная цель. Роща Единорогов.

Портал вывел нас на главную базарную площадь Тархангира. Мы с головой окунулись в шум и гомон столпотворения. Здесь покупали и продавали всё. Здесь не было контрабанды. Торговые законы Светлого и Тёмного леса здесь не действовали. Как и пресловутый Кодекс Империи хумансов. Здесь Богом и Царём было золото.

— Скажи, Мод, нам нужен будет проводник? — спросил я Капитана.

— Нет, Эс, дорогу я помню, даже разбуди ночью, там ведь был мой дом, там в земле до сих пор кости моих братьев и сестёр, прах моих Рейнджеров. Выколи мне оставшийся глаз и проткни уши, я ползком доберусь туда, — процедил сквозь зубы Модианн.

— Тогда нам куда? — поинтересовалась Эвглена.

— К восточным воротам, так быстрее попадём на плоскогорье, к вечеру доберёмся до Дикого Леса. Каменистый пустырь лучше проходить днём.

— Почему, Мод? — заинтересовался и я.

— Всё просто, брат, встреча с отрядами Скалистых орков неизбежна. Рядом их земли. А здесь они…охотятся. Хотя больше похоже на разбой. За одно и посмотрим, чему я тебя смог научить.

Двигаться по Тархангиру на лошадях было непросто, узкие улицы, оживлённые перекрёстки, жители с учётом дневного времени вышедшие по своим делам — всё это замедляло нас значительно. Народ пялился на нас постоянно. Высших эльфов в городе было очень мало. В основном, орки, орки и ещё раз орки. Лавки держали хумансы и гоблины. Мастерские, как водится, гномы. Путь к восточным воротам пролегал по улицам бедных кварталов, иногда это были не дома, а просто огороженные участки земли с несколькими шалашами, небогатой утварью и одним большим, обложенным камнями, очагом с огромным чугунным котлом. И вонь, вонь лезла ото всюду, она заползала за шиворот, обволакивала со всех сторон. Казалось, ты сам становишься этой вонью.

Капитан ехал невозмутимым памятником самому себе. Эвглена переоделась в странную одежду. Грязно-зелёного цвета длиннополая рубаха с закатанными до локтей рукавами, вместо капюшона на голове был намотан длинный кусок ткани, такого же защитного цвета, обмотанный вокруг головы на манер тюрбана и закрывающий половину лица. Поверх рубахи была надета сбруя из узких ремней, в ячейках которой гроздьями висели кармашки с закреплёнными фиалами самых разнообразных зелий. На ногах эльфийки вместо сапог были сандалии, плотно оплетавшие ремешками икры. На предплечьях были закреплены наручи с ножнами для метательных ножей. За спиной у Ведьмы висел малый щит, формой напоминавший лист и покрытый древесной корой.

Когда Эвглена явила нам свой новый образ, Капитан несколько минут разглядывал её, затем удовлетворённо кивнул и улыбнулся:

— А ты, женщина, полна сюрпризов!

— Стараюсь, Модианн! — ответила она ему улыбкой.

Я ничего не понял, но решил потом спросить у эльфа смысл его высказывания.

Появилось время просмотреть свои характеристики, с учётом насильственного «прививания» Тёмной Магии:

Эскул Дан Холиен, Рейнджер,

Рыцарь Ордена Креста. Уровень 192

Достижения: Ловкач III уровня, Быстрые ноги II уровня, Меткий глаз VII уровня,

Сила 222

Ловкость 306

Выносливость 283

Скрытность 213

Интеллект 542

Мудрость 134

Удача 12

Харизма 4

Боевые Умения: Мастер-лучник, Мастер кинжала.

Способности: Следопыт. Видеть невидимое. Друг зверей. Боевой транс.

Магия: Мастер Магии Воды, Мастер Магии Разума. Магия Природы Ученик. Тёмная Магия Ранг Подмастерья

Подрос, мальчик мой, подрос! А тренировки — просто какая-то золотая жила. Мастер кинжала! Это за три тренировки… Боюсь подумать, что будет дальше. Такими темпами не захочется и перса менять. Я прислушался ещё раз к этой мысли. Нет! Как не жалко моего эльфа, но всё равно кривоват перс, кривоват. Над новым аватаром надо будет подумать.

— Мод, а скажи, эта ваша Тёмная Магия, где я смогу выучить ещё заклинания, ну кроме Тумана Лоос?

— !? — я думал Капитана нельзя было удивить ничем, его кобыла встала, как вкопанная, а сам эльф побледнел, словно мел. — Эс! Ты о чём?

— Мод, не пугай меня так, вчера, когда мы взялись за сердце Эраинн, ко мне перешли способности к Тёмной Магии и я выучил заклинание Тумана Лоос!

— Эс! Это ты меня пугаешь! У нас же не было вчера тренировки, ты просто выключился, бессмертный, до утра!

— Тихо, парни, тихо, — прошипела подъехавшая ведьма, — на нас уже косятся, давайте все разборки за воротами, тем более, вон они уже видны.

Действительно, восточные ворота Тархангира маячили уже в конце переулка, по которому мы продвигались.

К створкам ворот мы подъехали, когда первый караван уже втягивал свой длинный хвост под арку.

— Интересно, как караванщики не боятся шаек орков, и куда везут свои товары на восток? Там же до самого Джордана ни поселений, ни городов? — поинтересовалась Зелёная Ведьма у здоровенного гоблина привратной стражи.

— Уважаемая госпожа Эвглена, — гоблин склонился в полупоклоне, крепко держа свою копьё-алебарду, — наши караванщики — народ ушлый, надо договариваться с Верховным Шаманом, да и разбойникам надо что-то есть и во что-то одеваться.

Я изумлённо глянул на Глену.

— Чего удивляешься, Эс, у меня с гоблинами «почтение», я же Ведьма! — захохотала она, бросая стражнику золотой.

— Это «чёрный» караван, Эс. Пройдут лигу и разобьются на мелкие отряды и пойдут гулять по Плоскогорью и Дикому Лесу в поисках наживы. Погуляют с недельку, потом снова в караван и домой.

— Вахтовым методом трудятся, ублюдки, — пробурчал я.

— Не знаю, что ты сейчас сказал бессмертный, но мне очень не понравился взгляд орка, возглавлявшего авангард из десятка соплеменников в конце каравана. Не пройдёт и часа, как мы выедем из ворот, и будет повод развеять дорожную скуку, — фирменно улыбнулся Мод.

Так, за разговорами, мы незаметно миновали восточные ворота Тархангира.

— Мод, я всё же хочу услышать ответ на свой вопрос, — снова обратился я к Капитану.

— Ты не успокоишься, да? Эс, я уже говорил, тренировки не было, — эльф внимательно смотрел на меня, не забывая поглядывать по сторонам.

— Этого не было!? — заорал я и активировал Туман Лоос.

Окружающий мир подёрнулся серой дымкой, предплечья мои подёрнулись паутиной чёрных вен, горизонт мгновенно приблизился, обострились слух, обоняние. И я понял — орки не дадут нам пройти и лиги, их отряд уже скакал на встречу нам, разворачиваясь дугой. Степняки уже доставали из колчанов стрелы и накладывали на тетиву. Непревзойдённые наездники, в момент выстрела они могли мгновенно фиксировать цель и никакой галоп или рельеф местности не могли им помешать поразить её. Всё это я успел охватить одним взглядом. Меня переполняла эйфория. Я развернулся к спутникам, успел поразиться их замедленным движениям, рванул из инвентаря посох, на ходу, превращающийся в лук. Мод широко распахнул глаза, увидев мои руки, затем сделал какое-то движение руками. И мгновенно ускорился.

— Эс, это невероятно! Ты же Светлый. Благословение Лоос! Будь осторожен, в этом режиме начинающий адепт может пробыть очень недолго!

— Мод, у нас всё равно нет выхода, посмотри на восток. Орки!

Капитан обернулся, в его руках мгновенно оказались меч и клевец. Он соскочил с лошади, потянул за уздечку и уложил лошадь на землю.

— Глена, начинай с дистанционных, затем, прикрывай, — я повторил манёвр Мода, всё-таки не орк, чтобы стрелять на скаку, да и кобылу мою жалко.

Орки были уже в ста пятидесяти шагах. Наряду с эйфорией возникла уверенность, что всё будет хорошо. Я вынул охотничьи стрелы и воткнул их перед собой в грунт, магические оставались в колчане за спиной. Обострившееся зрение позволяло стрелять, как в тире, на выбор. Стрелы, рассчитанные на тварей, производили страшный эффект. Одному орку начисто оторвало правую руку, второй захлебнулся кровью, срезень вошёл ему прямо под кадык. Две бронебойные пройдя сквозь глазницы ещё двух степняков, застряли оперением. Благодаря Ведьме и её магии, ни одна из стрел противника не долетела до наших позиций.

Мир дёрнулся перед глазами, все выцвело, остались только оттенки серого.

— У тебя не больше пяти минут, потом будет откат, — на грани слышимости прозвучал голос Капитана.

— Потанцуем! — не узнал я свой голос. В одной руке я держу посох, другая выписывает кинжалом замысловатую траекторию, за которой в воздухе тянется тёмный маслянистый след. Один из орков направил своего коня на меня, пытаясь сбить с наскока корпусом. Я сместился вправо, уперев посох в землю под углом. Сумасшедший манёвр. Но фокус удаётся! Конь запнулся, пытаясь перескочить неожиданное препятствие. Такая резкая остановка привела к тому, что всадник перелетает вперёд, через голову лошади. Сделав кувырок, мягко приземляется на обе ноги. Развернувшись, орк бросается ко мне. Мод в это время рубится с тремя другими. Рев степняков, свист ятаганов и серая пелена в воздухе передо мной. Время вновь замедляется, я вижу приближающийся кончик меча, рука с кинжалом помимо моей воли рванулась блокировать удар. Удар лезвий болезненно отдаётся в предплечье правой руки. Резкий поворот на пятке, и я подсекаю посохом орка под колени. Кинжал скользит вдоль лезвия ятагана, быстрый росчерк и у орка на шее появляется алый галстук, и он беззвучно падает лицом в серую пыль. Вспышка радуги пронзает меня насквозь, я падаю. Сознание меркнет. Тишина.

* * *

Уф, это закончилось время действия Тумана Лоос. Но мы победили! Всего лишь за пять минут, мы уделали десяток внезапно напавших разбойников. Я крут!

— Эс, ты глупец! — Капитан чистил меч пучком травы, Глена лутала трупы, — Ты не посвящён Лоос, заклинание пожирает твои жизненные силы. Ты мог погибнуть в любой момент. Ты бессмертен и потому опрометчив. А если бы орков был не десяток? А двадцать или тридцать. Я — Капитан Тёмных Рейнджеров, а не легендарный герой. Я могу умереть, но не могу возродиться, как бессмертный. Что ты будешь делать в Диком Лесу без меня. Куда ты поведёшь Глену? Что будет с сердцем?

Я стоял, пристыженный. Мне казалось, что пылает не только лицо и уши, но даже кисти рук.

— И в этом виноват, прежде всего, я. Но мы это исправим, сегодня вечером, на тренировке, — как само собой разумеющееся, резюмировал Модиан. Он вскочил на коня, не пользуясь стременами и не оглядываясь ушёл в галоп. Я последовал его примеру, не так лихо, конечно, но и не очень позорно вскарабкался на свою кобылу и пришпорил её, пытаясь догнать Капитана. Сзади меня нагнала Глена.

— Артём, а ты чего лошадь уложил? Не мог просто отозвать. Это же маунт.

— Блин, — я думал, что сильнее покраснеть уже не смогу, то же мне, Дан, Рыцарь, мать его, без страха и упрёка. Я просто пожал плечами, готовясь стоически выдержать череду насмешек. Но Глена понимающе улыбнулась, кивнула мне и, пришпорив лошадь, обогнала меня.

Полчаса такой скачки приблизили нас к кромке Дикого Леса. Ещё через некоторое время Мод остановил лошадь и дал нам знак приблизиться.

— Эс, держи на готове Водяной Бич и лук. Глена, у тебя есть прекрасное заклинание Семена Раздора из Магии Природы. Держите их всё время на готове. Эс, твой приоритет — дистанционный урон. Глена — ты лечишь. Я буду периодически прикрывать обоих и сбивать со следа тварей. Когда войдём в Дикий Лес, двигайтесь строго за мной, говорить будем только мысленно. Старайтесь вслух не произносить ни слова. Не верьте своим глазам и ушам, если кто-то будет звать на помощь или стараться другим способом сбить вас с пути. Только за мной. Поняли. Потеряетесь, погибните и всё придётся начинать сначала. Не спешим, время для того, чтобы дойти до Джордана у нас достаточно. Всё поняли?

— Как с орками, если они нападут? — спросила Ведьма.

— В лесу не нападут, для них это верная смерть — бой на два фронта. Могут напасть на привале. Первый у нас вечером у подножья Волчьего Кургана. Это будет треть пути по Дикому Лесу.

— Ставим здесь маяки, Глена. Мод, если нас убивают, укрывайся Туманом Лоос и жди по близости от места нашей гибели, мы туда снова придём после возрождения. Карта приведёт. Так будет можно?

— Как вариант, задумался Капитан, — но всё равно старайтесь не умирать, вам одним может и удастся пройти путь ещё раз, если не нарвётесь на Безумный Гон.

— Что это, Мод? — заинтересовалась Эвглена Зелёная.

— Иногда, твари Дикого Леса собираются в стаи и бегут, не разбирая дороги, они словно сходят с ума, сносят всё живое на своём пути, словно убегают от кого-то или от чего-то. Никто не знает. Никому не удавалось пережить Безумный Гон. Так что будьте внимательны. Перед его наступлением на несколько минут в Диком Лесу воцаряется абсолютная тишина. Не слышно ни ветра, ни птиц, ни насекомых. Просто будьте внимательны. Гон бывает редко, и вы сможете проскочить. Пройдём половину пути и можно его не опасаться.

— Тогда в путь! — сказал я, закончив устанавливать маяки.

И мы въехали под кроны деревьев. Дикий Лес было трудно описать словами. На первый взгляд, деревья, как деревья, кусты, как кусты. Трава, как трава. Но стоило въехать под его тень, как в ушах зазвучал шёпот сотен голосов. Разобрать слова было невозможно. Но интонация, интервалы навевали тягостное, тревожное настроение. Создавалось ясное впечатление, что кто-то очень могущественный и огромный не хочет, чтобы мы здесь находились. Сам воздух был наэлектризован угрозой. Пахло смертью, близкой и неотвратимой. Я сглотнул, ставшую вязкой, слюну. Посмотрел на побледневшую Хельгу. Постарался ободряюще ей подмигнуть.

Мы уходили всё дальше и дальше в чащу. Первым ехал Капитан, за ним Глена, замыкал цепочку я. Вскоре присоединилось липкое чувство взгляда в спину. Первый час оно заставляло оглядываться каждые десять минут. Потом я разозлился на себя, вошёл в ритм, стал более внимательно оглядываться по сторонам. Мод периодически останавливал лошадь на несколько минут. Слушал лес, затем движение продолжалось.

Первую тварь мы встретили в конце второго часа пути. Путь наш лежал через довольно большую поляну, на краю которой лежал труп какого-то животного. Он уже успел пролежать довольно долго. Кровь запеклась и тучи летающих насекомых пировали на туше, величиной с большого быка. Трудно было разобрать, что это было за животное. Мод резко остановил коня. В чате красным засияло его предупреждение:

— К бою!

Странно было вступать в бой в относительной тишине, но рефлексы сделали своё. Я выхватил посох, а в руках мгновенно оказался лук. Стрела с огненным заклинанием сама легла на тетиву. Мод раньше предупреждал, что твари Дикого Леса не простые животные, одержимые убийством. Почти все они — результат магической мутации и для их убийства мало честного оружия. Краем глаза я заметил, как привычно окутались руки Глены и Мода магическим свечением. У Ведьмы — зелёным, у эльфа — маслянисто — чёрным.

Вдруг из-за трупа животного поднялось ЭТО. Оно видимо здесь питалось. Тело твари было напрочь лишено кожи. Мерзко выглядящие голые мышцы, увитые набухшими сосудами, постоянно пульсировали, словно розовые волокна сами были живыми существами и вели самостоятельную жизнь на теле твари. Два налитых кровью глаза, лишённые век, вперились в меня, будто хотели сожрать меня тут же и выпить мою душу. Холод пробежал по спине. Тварь отрыгнула непереносимым смрадом, прожевав отрыжку безобразным беззубыми ртом-пастью с сизым языком. Четыре лапы твари, поросшие прямо поверх мышц редкой чёрной щетиной, оканчивались острыми кривыми и грязными когтями. Абсолютно лысый череп покрывали переплетения сосудов, создавая впечатление шевелящихся червей.

Глена, не откладывая, ударила всей силой Семян Раздора. Тысячи продолговатых, острых, как бритва семечек ударили в морду, тело и лапы твари. Как же она завизжала! Я думал у меня лопнет голова. Из многочисленных ран во все стороны брызнула чёрно-синяя кровь. Тварь одним прыжком покрыла расстояние в двадцать шагов, и напоролась на сдвоенный удар Мода, меч которого полоснул по задним лапам, а клевец попал точнёхонько твари в висок. Но она была жива! Неимоверным усилием прыгнув в сторону и заливая всё вокруг своей кровью, она наскочила на Глену. Ведьма отгородилась сетью лиан, через которую тварь визжа пыталась дотянуться до неё своими когтями. Я поймал себя на том, что играю роль зрителя и поставил точку. Огненный росчерк магической стрелы напрочь снёс башку твари и наполнил окружающее пространство запахом подгоревшего бекона.

Я уже хотел вздохнуть свободно и победно помахать рукой Глене, когда увидел предостерегающий взгляд Капитана и тут же откликнулся чат:

— Тарлоки не охотятся в одиночку, за мной!

Тёмный эльф поспешил развернуть лошадь, указав своим мечом вправо. На другом краю поляны в ста шагах я увидел розовые тушки, приближающиеся к нам быстрыми прыжками.

— Глена, давай Гнилую Трясину, нам проще уйти от них, чем принимать бой!

— Го, Эс!

Эвглена скастовала на поляну перед нами Трясину, куда и начали плюхаться возбуждённые Тарлоки.

Мы же, не задерживаясь, продолжили свой путь, обходя поляну по большой дуге, внимательно вглядываясь в окружающую чащу.

Глава двадцатая

Пограничье. И снова твари. Посвящение Лоос.

— Не расслабляться, тарлоки — это ещё цветочки, прозвучал голос Модианна у меня в голове, когда мы удалились на достаточное расстояние от поляны с Трясиной и визг тонущих тварей стал едва слышен. Стычка произошла так быстро, что я не успел даже испугаться. Глена деловито выпивала фиал за фиалом маны на ходу. Массовые заклинания требуют повышенного расхода магической энергии.

— Эс, — услышал я снова голос Капитана в голове, — напоминаю про кинжал и перстни, я, не зря их тебе выбрал, именно из-за тварей. Я снова посмотрел описание кинжала охотника.

Кинжал мага — охотника. Одноручное оружие. Только для Магов Воды. +200 магии воды +100 урона по противнику в доспехах, +300 урона по диким тварям. Масштабируемый, уникальный, не выпадает из инвентаря. Парные перстни Мага Воды Геркуланума позволяют усилить свойства кинжала. При надетых перстнях для каждого перстня: + 150 урона по диким тварям, +200 игнорирования защиты от физического урона, +500 манны для заклинаний Воды.

Ну вот, мордой и в г… Вот почему так? Почему, у других получается играть продуманно, не имея особых преимуществ, методично. Мне же достались два сета. И каких! А психология осталась…лучника. Я уже развит в двух ветках Магии на уровне мастера. А до сих пор, пользуюсь набором из двух-трёх заклинаний? Я зол, я очень зол. На себя, на тварей. На тварей? На тварей!

— Я понял Мод, считай, что прочистил мне мозги. Глена, большая просьба, держи хил на меня. Я увлекаюсь. Но теперь всё будет по-другому. Тихо по Дикому Лесу не пройти. Но мы постараемся. Я постараюсь. Вы слышите, твари!?

— Просто используй всё, что у тебя есть и не торопись Эс, — Мод поощрительно похлопал меня по плечу, подъехав в плотную. Лошадь его тяжело дышала после скачки.

И вот мы снова движемся в прежнем порядке. Мод, я и Хельга. При взгляде на нашу Ведьму, создавалось впечатление, что она на загородной прогулке, спешит на пикник. Наверное, она тоже боится, но держится прекрасно. Эвглена более опытный игрок, чем я. Да ещё и агент Бюро. За красивые глаза, думаю, там игроков не держат. Так чего же меня так трясёт? Если бы знать…

Мы проехали ещё две лиги, когда оказались на берегу неширокого ручья. Кроны деревьев здесь были не такими густыми. Капитан спешился и повёл лошадь под уздцы в верх по ручью. Сделав знак нам спешится, он взял в правую руку меч и продолжал двигаться. Вся его поза выдавала не шуточное напряжение.

Что-то изменилось в шёпоте сотен голосов Дикого Леса. Какой-то посторонний звук назойливо прорывался. Казалось, он льётся со всех сторон. Он напоминал хлопки парусов при сильном ветре. На всякий случай я активировал Щит Воды и увидел, как тело Эвглены накрыла сеть из лиан — Щит Природы в действии. Фигура Капитана подёрнулась чёрной маслянистой дымкой. Мы продолжали двигаться вперёд. Сапфир на рукояти кинжала в моей правой руке засиял пронзительно синим светом. Бар маны быстро побежал вверх.

— Мод, кого нам ждать? — спросил я эльфа

— Защищаем лошадей, это дорейны, летающие твари. Поодиночке не опасны. Стаей могут разорвать и выпить кровь у взрослого быка!

И тут я понял откуда эти хлопки. Со всех сторон к нам по воздуху приближались десятки существ. Величиной с кошку, с крыльями, как у летучей мыши и телом, как у земляного червя. Крылья их хлопали в воздухе, а тела извивались. При ближайшем рассмотрении, оказалось, что у дорейнов два ротовых отверстия — по одному с обоих концов тела. Ну и гадость! И тут безумная догадка пришла мне в голову

— Все в ручей! — и потащил свою лошадь в воду. Если я Маг Воды, у воды и должен искать защиту. Вложив максимум маны в заклинание Щита Воды, давясь маной из фиалов, я активировал Водный Бич. Стоя по пояс в воде, я выставил руку с посохом, готовый в любой момент использовать его, как дополнительную физическую защиту. И вновь почувствовал, как тогда, у Мёртвых Дубов, кинжал стал оживать. Твари приблизились к нашей группе, их было уже больше тридцати особей, но новые всё прибывали и прибывали. Мы поставили лошадей треугольником, каждую из сторон которого защищал один из членов группы. Щит Воды, поднимавшийся из медленно текущих вод ручья, казалось, обрёл объём. Бич удлинился на добрых двадцать шагов и его петли свивались в фантастическом танце. Он то и дело касался поверхности воды, поднимая миллионы брызг. Я влил в заклинание ещё маны, снова выпив фиал. Сила распирала меня, когда дорейны, словно по команде, кинулись к нам, к хлопанью крыльев на близком расстоянии прибавилось хоровое чмоканье сотен ртов.

Нет, твари. Вам не попробовать крови моей и моих друзей! Вы сами нарвались! Сила, накапливавшаяся во мне, пробежала судорогой от пяток до макушки. Бич стал ещё длиннее и начал бешенное вращение. Я невольно залюбовался радугой, открывшейся моему взгляду. Я был водой, я стал водой, я чувствовал себя в каждой её частичке. Бич разделился на десяток струй, которые, словно змеи, ринулись к тварям. Дорейны не просто налетели на стену Щита Воды, они попали под мельницу моего Бича. В одно мгновение больше половины тварей разлетелись кровавыми брызгами, которые тут же унесли воды ручья. Ошмётки тел тварей падали с неба дождём.

В это время Мод вскочил на круп своей лошади и завертелся в великолепном танце, партнёром в котором ему был его верный клинок. Каждый росчерк эльфийской стали завершал жизненный путь одной или двух тварей.

По другую сторону я заметил Эвглену. И, поначалу, не узнал её! Она вертелась в воде, как волчок. Намокшая длиннополая рубаха облепила стройное тело эльфийки, мелькали руки, ноги, ремни. Если у Мода был танец, то Глена была самой песней смерти. В ход шло всё: метательные кинжалы, зелья с растительной кислотой, лезвия, по щелчку выскочившие из сандалий эльфийки. Это была бойня, настоящий геноцид тварей. Когда следующая волна их приблизилась к нам, в ход пошли массовые заклинания. Семена Раздора немного проредили стаю, но не ослабили их жажду крови. Водяной Туман лишь несколько замедлил их. Мод сделал резкий разрез лезвием меча у себя на предплечье, на несколько мгновений приник губами к ране, затем, смешно вытянув губы трубочкой выдувает пепельно-кровавый туман в сторону тварей.

Дорейны с дружным хлюпаньем кинулись на дармовое угощение. Но стоило им соприкоснуться хотя бы с одной капелькой крови Тёмного Эльфа, тела их взрывались, порождая цепную реакцию. И вскоре всё было кончено.

Я с облегчением погрузился в воды ручья с головой. Казалось, внутренности и кровь проклятых тварей облепила меня со всего. Невозмутимый Капитан бинтовал предплечье чистой тряпицей, Глена собирала метательные ножи.

— А ты не простая Ведьма, Хельга. Сколько же ты играешь? У тебя мультикласс. А это топ-уровень. Иметь мага и ассасина, развитых на таком уровне… Ты живёшь в Игре что ли?

— Нет ничего невыполнимого, Эс. Просто надо иметь нужных покровителей. Но и я не хотела бы выступить против, когда ты по-настоящему зол. Ты удивил меня, Артём. Раньше я только читала о таком на форумах. Грац тебя!

— Чтооо!? — я ринулся читать логи боя и замер, не сдержав глупой улыбки

Вы редкий счастливчик. На грани опасности вы доверились стихии и испытали Феномен Единения с Водой. Используя благословение Мага Воды Геркуланума, воплощённое в его оружии и перстнях. Вы получаете постоянное свойство +1000 манны каждую минуту при использовании заклинаний Магии Воды. Поздравляем вас Грандмастер.

— Вот, что происходит, брат, когда правильно используешь все свои силы! Будь внимателен и тебе откроются новые горизонты, бессмертный, — Мод был в своём репертуаре, то ли похвала, то ли насмешка, — мы уничтожили всё гнездо дорейнов, а, значит, можем сократить дорогу, двигаясь по руслу ручья. Эти мелкие твари отпугнули всю живность в округе на несколько лиг, но только у русла. Воспользуемся этим.

Хороших лошадок подарили нам половинчики. Спокойные и в переходах, и в бою, они не разу нас не подвели. До Волчьего Кургана оставалось чуть больше двадцати лиг неспешной рыси.

Несколько раз вдалеке слышны были душераздирающий вой и рычание. Но самих тварей больше не было видно. Дикий Лес с наступлением вечера навевал всё больше жути. Шизофренический шёпот не утихал ни на минуту. От него начала уже раскалываться голова. Только Капитан неутомимо двигался впереди, не обращая внимание ни на сырую одежду, ни на посторонние звуки. Эвглена переоделась в кожаный костюм, лучше подходящий для путешествия вблизи воды. Чем выше мы поднимались по ручью, тем больше мелело русло и растекалось вширь. Берега всё гуще прорастали камышом и кувшинками. Пока, наконец, под копытами не захлюпала откровенная грязь. Мы отъехали на несколько шагов от русла. Капитан сделал знак спешится у большой одиноко стоящей ивы с раздвоенным узловатым стволом.

— Эс, Глена, ставьте свои маяки здесь. Волчий Курган в четырёх полётах стрелы. Там есть одинокая скала, на вершине которой мы сможем безопасно переночевать. Но для начала, это право надо заслужить, — Тёмный Эльф был предельно собран.

— Это почему? — удивился я.

— Последние две лиги за нами идут. Пусть у меня один глаз, но запах орков я чую издалека, они шли правильно, с наветренной стороны, но они жуют фанку, а меня от этой гадости выворачивает. Они не оставили надежду на месть.

— Так почему они не напали? — поинтересовалась Зелёная ведьма.

— Это разведчики, их мало, скорее всего квинта. Они видели, что мы сделали с предыдущим десятком и догадываются, куда мы идём. На десятки лиг вокруг нет другого безопасного места.

— Значит, на Курган нам путь заказан?

— Нет, пойдём, как решили, на скале будет проще обороняться, в крайнем случае, если вас убьют, возродитесь здесь и зайдёте им в тыл. Всё равно надо с ними разобраться окончательно. Иначе, дальше они нам пройти не дадут.

— Ну что ж, тогда задерживаться не будем.

Мы тронули лошадей рысью и уже через минуту объезжали курган, густо поросший орешником. За поворотом показалась часть скалы. Этот одинокий выход базальта чужеродно смотрелся на опушке леса. Восточный край скалы был пологим и на нём начиналась тропа, ведущая к вершине. Ещё полчаса ушло на подъём. На вершине была небольшая плоская площадка, двадцати шагов в диаметре, на краю которой цеплялась корнями за камни одинокая сосна. Солнце уже село и в свете взошедшей одинокой луны мы увидели на площадке две искусственные стены, сложенные углом к тропе. Стены были сложены из плоского белого речного камня, невесть откуда взявшегося в Диком Лесу. Посреди площадки находился очаг, обложенный теми же речными камнями, и запас дров. Видимо место было популярным, поскольку у стен была поилка для лошадей и коновязь. В поилке оставалось достаточно дождевой воды. Мы спешились и привязали коней.

— Они уже здесь? — тихо спросил я Капитана.

— Можешь говорить в полный голос, Эс. Здесь твари нас не слышат. А что касается орков. Да. Разведчики расположились на юго-востоке у опушки. Думаю, ждут основных сил. У нас есть час, может два. Успеем поужинать и отдохнуть.

Дрова в очаге разгорались быстро. Виртуальный огонь вселял спокойствие, и предстоящая стычка отодвинулась на второй план. Вспомнилась ночёвка у Логова Мантикоры. Я взглянул на Эвглену. Она снова была в своём привычном зелёном охотничьем костюме. Взгляд её остановился на мне и мне показалось, что щёки вспыхнули красным или это отблески огня. Приятные мысли о приятном времени. Иногда этого достаточно для отдохновения души. Модианн притащил сумку со снедью. Вяленое мясо, сыр, дикий лук, сухари. Еда настоящих воинов. Эвглена порадовала бурдюком неплохого вина. Так незаметно прошёл час.

Вдруг, Капитан резко поднялся и замер, повернув голову в сторону тропы.

— Идут? — насторожился я.

— Нет, Эс. Но шансов у нас поубавилось. Они привели Дикого Шамана

— И что? У нас есть Зелёная Ведьма. Мы всё равно надерём им задницы!

— Холиен, я иногда сомневаюсь, что ты зрелый муж, в тебе иногда просыпается желторотый юнец! Дикий Шаман может поднимать в бою тварей! Так, что будет жарко. Но есть кое-что и у нас в запасе.

— Глена, а помнишь ты делала Полог Лианы?

— Ну да, походное заклинание, никакого боевого применения…

— Это как сказать, Ведьма, — Мод задумчиво потёр подбородок.

— А сколько действует твоё заклинание Трясины?

— Не больше часа, Капитан.

— Хм Эс, ты теперь Грандмастер Магии Воды, и мы с тобой можем образовывать в бою Малый Круг маны и питать самые мощные наши заклинания. Орки — это Магия Природы и Магия Земли. Поэтому, Глена, Магию Природы применяй только против тварей. Мы с Эскулом базовыми поставим Магию Воды и Магию Разума. А теперь, подойдите поближе. Будет немного неприятно. Я наложу заклинание Ночного Охотника. Оно для Тёмных Эльфов, поэтому к утру будет очень сильно болеть голова, но это лучше, чем быть распятым орками.

Хорошо, Мод, мы готовы. Проделав необходимые манипуляции, Капитан подошёл к чересседельным сумкам и начал выбрасывать маленькие мешки, величиной с футбольный мяч. Мешки с глухим стуком падали на землю и из них раздавалось шипение. Постепенно темнота вокруг стала отступать. Мир окрасился всеми оттенками серого, как при заклинании Тумана Лоос.

— Что в мешках, Модиан? — заинтересованно пнула один из них Эвглена.

— О, это тот самый сюрприз. Раньше он был бесполезен. Но здесь, на этой скале, он может оказаться важным козырем, и спасет, как любит выражаться Эскул, наши задницы.

— Мод, не темни, что с этой скалой не так?

— Все с ней не так, Эс. Ты заметил, что вокруг нет гор или разломов? Этой скалы не должно здесь быть. Скала посреди леса? Эти камни помнят многое. Когда-то эти земли были границей Дома Чёрной Лилии. Мы приводили сюда новобранцев, кандидатов в Рейнджеры. Эти места — хороший полигон, где закалялись души и сердца наших воинов. Летающие, ползающие, прыгающие твари. Никто не знал Дикого Леса так, как знали его мои воспитанники. На этой скале они проходили посвящение. Посвящение Лоос. Эта сосна на краю скалы помнит очень много смелых юношей и девушек, кости которых сейчас гниют на берегах Джордана и у родового Дерева. Клянусь Лоос, Эскул, эти разбойники-орки и понятия не имеют что случится сегодня ночью. И я спрошу тебя один раз, брат. Я не знаю всей правды о твоей цели в Роще Единорогов. Но в пути я понял одно, лицом и телом Светлый Эльф ты, сам того не понимая, посвятил судьбу служению Лоос. Это почувствовала Эраинн, это почувствовало её сердце, когда передало тебе часть силы Тумана Лоос. Так я спрошу тебя, готов ли ты посвятить себя Лоос, Светлый лицом и Тёмный душой Эльф?

Капитан стоял передо мной и терпеливо ожидал ответа.

Вам предлагается выполнить второй этап Первой части задание «Чужой среди своих» «Посвящение Лоос». В случае боевого крещёния в сакральном месте Тёмных Эльфов, Богиня Лоос благосклонно обратит на вас свой взор. Вы овладеете возможностью использовать Магию Тёмных Эльфов в полной мере. Получите уникальный навык «Хамелеон». Для Светлых эльфов ваша сущность останется скрытой. Исключение: навык не действует на Великих Матерей Светлых Домов.

Награда: 100000 опыта, +10 уровней, +10 ко всем характеристикам. Принять? Да\Нет

Я обречённо нажал «Да». Начинает надоедать играть по чужим правилам.

В это время в ночи протрубил рог. Это было так неожиданно, что я вскочил, больно ударившись коленом о большой валун, служивший стулом у очага. Подойдя к краю площадки, мы увидели много огней у подножия скалы. Здесь собралось как минимум десяток отрядов, сравнимых с тем, что напал на нас в середине пути. Орки, не скрываясь, гарцевали верхом в прямой видимости. Некоторые из них презрительно свистели нам, делали непристойные жесты. В центре самого большого отряда, верхом на гигантском борове сидел Дикий Шаман. Даже если бы мы не пользовались ночным зрением Тёмных Эльфов, нам бы позволила многое увидеть полная луна, с интересом наблюдавшая с ночного неба.

Шаман слез с борова, уселся на корточки, что-то сказал ближним воинам. Те расступились. Из-за их спин на волокушах привезли гору какого-то тряпья. Шаман, порывшись в этом мусоре, вытащил несколько кусков дерева, какие-то ленточки, моток верёвки. По его приказу разожгли небольшой костёр. Шаман, вбив несколько кольев вокруг костра, высыпал в огонь щепоть порошка. Над костром стали подниматься густые облака дыма. Шаман, схватив бубен, закружился вокруг костра, периодически громко вскрикивая и поднимая в правой руке какую-то кость. Стоявшие рядом орки хором подхватили заунывный мотив, который в унисон сливался с опостылевшим шёпотом Дикого Леса.

— Я думаю, нам не стоит пассивно дожидаться нападения, — Капитан отцепил, притороченный к его седлу лук и ловко надел тетиву, — надо пользоваться нашими преимуществами, чем больше убьём орков на расстоянии, тем меньше с ними возиться на скале.

Тёмный Эльф расстелил на земле плащ и стал ловко приматывать за горловину шевелящиеся и шипящие свёртки к своим поистине гигантским стрелам.

— Эс, когда я начну забрасывать сюрпризы, постарайся отвлечь их внимание. Постреляй по Шаману, чем — ни будь огненным. Попадёшь — хорошо, не попадёшь — не страшно. Главное, чтобы я забросил им все наши мешочки. Модианн подтянул плащ к костру, лёг на него спиной, а ноги забросил на валун. Ступни его упирались в дугу лука, он натягивал тетиву обеими руками, накладывал стрелу с мешочком и делал выстрел. Гигантские стрелы с сюрпризом с громким «Банг!» уносились в темноту. Эвглена сообразила помогать Капитану. Я же подошёл к краю скалы и стал одну за одной пускать стрелы с красным опереньем, на которых были подвешены заклинания фаербола.

Эффективность моих выстрелов была аховой. Стрелы взрывались в десяти шагах от передней линии орков. Только веселя и раззадоривая сынов степи. Орки закричали, заулюлюкали, пуская ответные стрелы, которые так же не долетали до вершины скалы.

Что происходило со стрелами Тёмного Эльфа, я не видел, они просто исчезали в разных местах вражеского лагеря без каких-либо визуальных эффектов. Толпа орков, обрадовавшись развлечению, начала подбадривать меня криками, предлагая бросить лук и спуститься к ним.

Сзади подошёл Модианн, отстрелявший все свои сюрпризы. Эвглена и эльф с интересом вглядывались в темноту. Вдруг жизнерадостный гомон степняков прервал животный вопль одного из орков. Он в остервенении вцепился себе в шею, в мгновение ока посинел и упал, хрипя и корчась в судорогах. То тут, то там в толпе валились воины с воплями хватаясь за своих собратьев и… умирали от удушья. Шаман раскудахтался, прервал камлание, выхватил из костра головёшку и начал носится по лагерю.

— Благословенны слуги Лоос! Они облегчили нам задачу, — Капитан удовлетворённо закивал головой.

— И в чём сюрприз? — загорелись глаза у Зелёной Ведьмы.

— А вот в этих прелестных созданиях, — на предплечье Модианна устроилась здоровенная чёрная сколопендра. И да, такого виртуозного визга я никогда не слышал. казалось, замерли даже орки в своём лагере.

— Ядовитая?! — спросил я, рассматривая существо.

— Как тысячи кобр! — удовлетворённо прошептал Тёмный Эльф, нежно поглаживая сколопендру по спинке, — часть укушенных умирает мгновенно, другая остаётся парализованной на всю жизнь. Спасают только амулеты и, к сожалению, специальные заклинания Магии Природы. Поэтому дети Лоос не успеют перекусать всех орков. А жаль. Легли бы себе спать спокойно. А тут воюй в темноте…

— А ты коварен, Мод! — отдышавшись сказала Глена, — закидать ядовитыми гадами орков, классная идея!

— К вашим услугам, уважаемая Эвглена, — Капитан шутливо раскланялся.

Я не разделял их оптимизма, наблюдая за озлобленными лицами орков, гневно потрясающих оружием. Степняки готовились к штурму. Мне очень не понравилось, что они, стреножив своих коней, отвели их подальше. В это время десяток орков похватали свёрнутые в бухты веревки и под прикрытием больших ростовых щитов приблизились к подножию скалы. Другая, более многочисленная компания степняков двинулась в обход по тропе. Шаман остался на месте. Вокруг его костра закручивался небольшой смерч, затянувший в себя всё тряпьё с волокуш, ещё какой-то мусор, прошлогодние листья. Самого Шамана было видно плохо из-за всей этой карусели. Снова гнусаво протрубил рог. Я понял, что это был сам Шаман. Огонь костра поднялся в центре смерча на добрых три человеческих роста. Пламя полыхало так ярко, что подножие скалы было освещёно, как днём.

Рог протрубил в третий раз.

— Началось! — выкрикнул Капитан и схватил свой огромный лук, который в его крепких руках казался игрушкой.

И тут я увидел и сам. От опушки, которая находилась в двух полётах стрелы от подножия скалы шла волна из тварей. Они ползли, прыгали, шагали и впереди них распространялся тот самый шизофренический шёпот Дикого Леса. Только усиленный в десятки раз. Вот кого позвал Дикий Шаман, который в этот момент с истерическим хохотом бегал вокруг огромного костра, то и дело бросая какие-то предметы в огонь.

— Эс! Запомни, что бы ни случилось, прежде всего нужно убить Шамана. Крутись, как хочешь, уходи на перерождение, бессмертный. Мы с Гленой сдержим и орков, и тварей. Но тебе нужно будет умереть хотя бы раз, чтобы подойти со стороны леса незамеченным. Понял?

— Да! Мод!

— А теперь повеселимся! Лооооооос!!! — и Капитан показал на что он способен. По сравнению с ним моя стрельба из лука выглядела, как неуклюжие потуги примерного мальчика пострелять из рогатки по бутылочкам. Это была поэма! Стрелы Модианна были везде. Вот чёрным цветком расцвёл глаз огромного орка с ростовым щитом, замешкавшегося, уступая дорогу тварям. А здесь чудовищной силы двойной выстрел пришпилил орка к стволу молоденькой сосны. Там — упал и захлебнулся кровью помощник шамана с перерезанной срезнем шеей. Единственный глаз Тёмного Эльфа горел яростным огнём. Он был ДОМА, а орки рискнули напасть на него в родном лесу! Вокруг гигантского лука Капитана начали появляться знакомые клубы маслянистого тумана.

Глена, защищая наш лагерь со стороны тропы, стояла у стены спокойно разложив на камнях метательные ножи и сюрикены, расставила бутылочки с зельями и фиалы с маной. Ладони её светились глубоким зелёным цветом.

Пора и мне. Щит Воды привычно накрыл площадку. Вот это да. Преимущество Грандмастера. Я скастовал мощнейшее заклинание, а бар маны даже не дрогнул. Водяной Бич подрагивал в ожидании на кончике кинжала. И орки не заставили себя ждать.

Первая волна отвлекала. Эта группа приняла на себя удар Семян Раздора. Но оркский доспех — один из лучших воинских. И степняки не почувствовали разрушительной силы этого заклинания. Вторая волна попыталась ворваться на наши позиции на плечах первой. Буквально. Собратья выбрасывали орков над головами первой цепи и те, сделав кувырок, приземлялись за спиной Глены, мягко спружинив ногами. Квинта орков, перепрыгнувшая стену, была вооружена парными топорами. Неверно оценив противника, они разделились. Трое бросились ко мне, и двое тут же пожалели. Бич, усиленный магией кинжала, рассёк их вместе с доспехом. Кровь и внутренности ринулись под ноги. Стараясь не поскользнуться, с помощью посоха, я старался отбивать слаженные удары орков. Там, где я не мог парировать, Бич и кинжал собирали кровавый урожай. Не прошло и минуты, как я остался один на один с оставшимся огромным орком. Ещё двоих распластала Глена. Сейчас она использовала Магию Природы — путы лиан замедляли лезших через стену орков.

Я оглянулся. Модианн практически полностью был скрыт Туманом Лоос, которых закрыл всю скальную площадку. Обернувшись, я чуть не получил стрелу в глаз. Хорошо, что простая. Щит Воды не подвёл. Вокруг Ведьмы уже был лес из лиан. Ей удавалось оставаться невредимой, понемногу выбивая степняков. Неожиданно из-за стены прыгнули два огромных орка. Тело их не было покрыто доспехами, только торс и бёдра перевивали кожаные ленты. Тела расписаны вязью татуировок. Но необычных. Живых. Рисунок постоянно менялся и вспыхивал жёлтыми искрами в складках кожи. Вооружены воины были каждый двумя мечами, которыми владели великолепно.

Попали. Мастера меча. За несколько секунд вихрь мечей уничтожил защиту Зелёной Ведьмы. У Эвглены не было никаких шансов. Уже бросаясь к ней на помощь, я понимал, что не успеваю. Дико заболела голова. Чёрный туман стал проступать сквозь поры моей кожи. Время замедлилось. Я увидел, как блокирует своими кинжалами мечи одного из орков Эвглена, и в следующую секунду её голова отделяется от шеи мощным сдвоенным ударом второго мастера.

— Хельгааа!!! — раскрываю я рот в беззвучном крике.

Осознаю себя стоящим на стене. Бич отплясывает бешеную тарантеллу, став от крови рубиновым. Пытаюсь обновить Щит Воды. Бар маны меньше половины. Почему? Ах да, это же Туман Лоос пожирает мои жизненные и магические силы.

Вот-вот должен наступить торжественный миг победы, и тут на стену начинают ползти твари. Визжащие тарлоки, хлюпающие дорейны, ещё какие-то змееподобные жабы. Кто-то вцепляется мне зубами в бедро, руки скользят по мерзкой коже. Перед лицом появляется вонючая пасть то ли волка, то ли шакала, у которого из тела вокруг головы растут щупальца осьминога. Сюр какой-то. Шизофренический шёпот давит на мозг, уговаривая остаться, бросить всё, лечь, умереть.

Активирую Очищение Разума. Словно ведро холодной воды на голову. Пытаюсь спрыгнуть со стены, непрестанно вращая Бичом в разные стороны, рука с кинжалом уже устала втыкать его во всё, что попадается на её пути. Оскальзываюсь на булыжнике и лечу в радостно распахнутые пасти, присоски, жвала и прочие хелицеры[6] и педипальпы[7]. Боль, хруст, чавк. И благословенная темнота.

Вы погибли в бою. В трёхстах метрах активирован маяк возрождения. Желаете возродиться? Штраф при возрождении: — 10 % опыта. характеристики снижены на 25 % в течение двух часов.

Желаю, конечно. И тут же попадаю снова в бой. Место у старой ивы предполагалось стратегически спокойным. Но кто же знал, что сюда орки отведут лошадей

Если бы Вагнер видел в своей жизни женщину — ассасина в бою, то он не посвятил бы свой "Полёт" валькириям. Я вылетел на поляну из кокона возрождения несколькими минутами позже Хельги. И не удержался от торжествующей улыбки. Эвглена делала степняков, как детей.

На ней снова была тёмно-зелёная рубаха, перевитая ремнями. В руках она держала что-то вроде двух серпов с четырьмя рогами-лезвиями[8]. Видимо, когда она появилась из кокона, орки отреагировали не сразу. Скорее всего, это были не столь опытные воины, обозники. Тем хуже для них. Когда я подошёл, Глена, лутала трупы и собирала метательные ножи.

— Ненавижу! — скрипела она зубами. Позёры! Голову женщине рубить. Ща я им… Я вам не какая-нибудь, из рода Болейн.

— Пойдём, там Мод зашивается, — я взял её под руку, и мы двинулись к скале.

— Ты как, брат? — позвал я Капитана в чате.

- Ха, бессмертные, у вас есть полчаса. Потом я отправлюсь к Лоос, помни, сначала Шаман!

- Держись, Мод, — я отключился.

— Зелёная, давай массовыми на тварей, всё что есть. Типа, огонь, вода и медные трубы. А я к Шаману. Пару слов сказать

Шамана я увидел через минуту. Он стоял у ярко пылавшего костра с закрытыми глазами и тихо выл, сцепив зубы. Вены на шее и лысом черепе орка вздулись от неимоверного напряжения.

Никого рядом не было. Недолго думая, я выхватил кинжал и попытался пырнуть Шамана. Он отмахнулся от меня небрежным движением, от которого у меня просело 50 % жизни. Активировал Водный Бич, накачал маной, хлестнул по фигуре Шамана. От костра навстречу рванул огненный протуберанец. Две стихии столкнулись и…ничего. Столб горячего пара чуть не сварил нас с Гленой живьём. Ведьма продолжала посылать в кучу-малу на скале фаерболы, зелёные молнии, взрывающиеся шишки с семенами. Но в том хаосе, что творился на верхней площадке трудно было что-то разобрать. Нужно было что-то радикальное. А если так! Кастую Контроль Разума. Мимо, не прошёл. Ещё раз, влив почти половину своего запаса маны. Нет. Блин. Чем же тебя долбануть?

В отчаянии вхожу в боевой транс, из него так естественно запускается Туман Лоос. Снова начинает болеть голова, а бар жизни медленно ползёт вниз. Выпиваю зелье восстановления жизни и выносливости, от фиалов маны уже горчит на языке. А теперь ещё раз Контроль Разума.

Вы использовали заклинание Контроль Разума в состоянии Туман Лоос. Сила заклинания утраивается. Длительность контроля над Диким Шаманом десять минут.

— Хо, вот теперь мы похохочем! — Шаман изумлённо открыл глаза и уставился на свои безвольно опустившиеся руки.

Вдруг у меня потемнело в глазах, мозг наполнился всепоглощающей жаждой голода, убийства. Я увидел мир тысячей глаз, я был каждой тварью и всеми ними одновременно. Как же это мерзко!

— Вон из моей головы! — заорал я что есть мочи. Пошли все вон!

И в ответ услышал шизофренический шёпот:

— Что же нам делать, хозяин? Что? Что? Что делать?

Превозмогая неимоверную боль в раскалывающемся черепе я в сердцах крикнул:

— Да идите вы все на хрен! Убейтесь об стену! — и на мгновение темнота поглотила меня.

Когда пелена немного рассеялась, в блаженной тишине я услышал хоровой хохот своих друзей. Зелёная Ведьма не могла стоять на ногах, упала на колени. Из её горла раздавались уже лишь нечленораздельные всхлипы. Раскрасневшееся лицо было залито слезами. Рядом стоял Модиан, бережно придерживая левую руку и, похохатывая, указывал мне куда-то остриём меча. Я обернулся.

Толпы тварей в безудержном энтузиазме разгонялись и бились об отвесную стену скалы в кровь, всмятку, по-взрослому, мозги наружу. Этой толпой суицидников дирижировал Дикий Шаман, распевая что-то бодрящее и фривольное. Через пять минут всё было кончено. Под скалой валялась гора трупов, на которой тупо сидел Шаман, уставившись в одну точку. Эвглена сидела на подстеленном Модианном плаще и периодически икала. Я подошёл к орку, поглядывая на обратный отсчёт таймера заклинания Контроля Разума. И за пять секунд до его обнуления поставил точку, всадив кинжал по рукоять в подбородок Дикого Шамана.

Вы выполнили второй этап Первой части задания «Чужой среди своих» «Посвящение Лоос». Вы прошли боевое крещение в сакральном месте Тёмных Эльфов на Скале Рождения, Богиня Лоос благосклонно смотрит на вас. Репутация с Богиней Дружелюбие. Вы можете использовать Магию Тёмных Эльфов без снижения жизненных сил. Ваш ранг поднимается до Мастера. Вы получите уникальный навык «Хамелеон»: для Светлых Эльфов ваша сущность останется скрытой. Исключение: навык не действует на Великих Матерей Светлых Домов.

Награда: 100000 опыта, +10 уровней, +10 ко всем характеристикам. Вы получили уровень…Вы получили уровень…Ваш уровень 207. Распределите очки характеристик.

Глава двадцать первая

Знаете, это чувство: стоишь на краю обрыва, и тянет прыгнуть вниз?..

У меня его нет.

Капитан Джек Воробей «Пираты Карибского моря. На странных берегах.»

Дикий лес. Святилище Чёрной Лилии.

- Алё, Вася, это я Эскул, не спишь там?

- Хо, нарисовался, Дан, но у меня пока новостей нет, ты слишком торопишься.

- Не я не за этим, тебе лошадей там или доспехов не нада?

- Хороший хабар всегда к месту, а сколько?

- Лошадей десятков шесть, ну и доспехов около полсотни комплектов. Я вообще не особо смотрел, но где-то на 150-й уровень плюс-минус.

- Ты чё там творишь, Эс! У нас же завязки со степняками!

- Да ладно тебе, всё ровно, по понятиям. Они типа напали сами, мы отбились.

- Терминаторы, блин, где добыча?

- У скалы на Волчьем Кургане, нам типа некогда, мы утром уедем, жалко, пропадёт.

- Хорошо, ночью хлопцы заберут. Что по деньгам?

- Да всё тоже, достань мне «Уравнителей»!

- Понял, жди.

Ну вот и перевалил я за вторую сотню. Грац. Грац. Грац. Но особой радости не было. Устал, как собака. Соратники улеглись спать. Эвглена всё охала и ахала, перебирая лут с Дикого Шамана, но и та утихомирилась и вышла в реал. Мод на мои поползновения по поводу очередной тренировки сначала указал на свою раненую руку, а потом вообще сказал, что такого монстра, какого я сегодня изобразил, учить, только портить. И то же завалился. Я ещё побродил с часок, встретил васькиных клевретов, показал пасущиеся трофеи и гору железа рядом. Те покряхтели, почесали затылки, да и встали лагерем до утра, дожидаясь транспорта из Тархангира. На предложение поучаствовать в пьянке вежливо извинился и вернувшись в лагерь вышел оффлайн.

Дома, приняв горячий душ, тупо уставился на календарь в терминале. Наступило 30 декабря. Вот это я заигрался! Вызвал энергокар и поехал в ночной супермаркет. Деньги были. Премия от Фармконтроля позволяла с шиком встретить новый год, и к деду я приеду не с пустыми руками. Набрав деликатесов и расплатившись, положил всё в грузовой отсек энергокара. Забрался на заднее сиденье и проспал до самого дедова дома. Архимага будить не стал. По-быстрому рассовал продукты в холодильник и кладовую. И, наконец, уже в третьем часу ночи отдался в объятия Морфея.

* * *

Сегодня дал себе поспать на полчаса больше. Вчера договорились выступать с группой не раньше одиннадцати утра. У Хельги образовались какие-то дела в реале. Наверняка на ковёр к любителю кроликов вызвали.

Войдя в Игру, первым делом увидел Гнома Васю, оживлённо спорящего с Модианном.

— Утро Доброе. Вася, Мод! — подсел я к ним. Эльф пододвинул мне миску с утренней кашей. Стряпня Капитана, как всегда, поднимала настроение, и я не дал себя долго упрашивать, заработал ложкой.

— Вы тут вчера прямо Куликовскую битву устроили, — Вася тоже не отказался от ещё одной миски каши.

— Судя по твоему утреннему визиту и довольной роже, ты всё-таки что-то придумал по моему вопросу, — закинул я удочку главе Гильдии Наёмников.

— Да, но есть некоторые нюансы.

— И? Не тяни!

— Надо пошептаться в реале, у твоего деда есть мой адрес, давай выйдем на пол часика.

— Не вопрос, — и я вышел оффлайн[9].

Вася был такой загадочный, что я пошёл на уступки, хотя лишний выход из нейрованны — муторная процедура.

Дед я нашёл во дворе, он рубил дрова. Это у него вместо утренней зарядки. Подморозило. Выпал снежок. Настроение было новогодним.

— Доброе утро, дед. Я вчера не нашумел? Продуктов привёз. Новый год отпразднуем.

Дед набросил тулуп на плечи, воткнул колун в колоду и, оббивая валенки о ступеньки, взошёл на крыльцо.

— Ты чего это такой взъерошенный из игры выскочил? Случилось чего?

— Да всё нормально, дед. Мне бы в реале через терминал с Гномом Васей пообщаться. Он сказал, у тебя его контакт есть.

— А, этот неуёмный инвалид? Присосался он к тебе. Перспективу Вася всегда чуял. Так-то он ничего мужик. Но мир окружающий кривым видит. Жизнью ударенный. Там у меня в кабинете, в электронном секретаре все контакты. Он там записан под псевдонимом «Мультик». И хватит ржать! Классику надо знать[10]. Ты завтракал?

— Да, дед, спасибо, побегу, потом в Игру спешу. Близится конец квеста!

— Ну беги, а я пойду прилягу. Ночью плохо спал. Опять давление разыгралось.

— Что значит разыгралось, ты опять без МКИПа спал? Не шути так дед.

— Да не люблю я его, вечно он контролирует, жужжит. Неуютно мне с ним

— Ладно, дед, ты взрослый мальчик, но будешь ложиться, подключи обязательно. Тоже мне, рецидивист. Он тебя за час на ноги поставит. Ты, же в Игру сегодня то же хотел зайти. В Карагоне вечером весенний карнавал, много старых игроков будет. Потусуетесь, — улыбнулся я.

— Беги уже, сводник доморощенный, — дед кряхтя пошлёпал в спальню.

Я взбежал по лестнице в кабинет. Терминал был уже включён. Пододвинул к себе серый диск электронного секретаря. Быстро пробежался по контактам и ввёл строку адреса в окно приватного чата. Загорелся маленький экран и появилось изображение человеческого лица в силиконовой маске и очках.

— Хай, Артём, это я Вася, не пугайся. Это не конспирация. У меня в реале лицо не поддаётся полной реконструкции, поэтому, чтобы не шокировать, одеваю силиконовую маску. Значит, слушай внимательно. Есть очень большой шанс опустить клан «Уравнителей», в крайнем случае его топ-верхушку. Но понадобятся два условия. Думаю, с ними ты можешь справится.

— Давай, конкретно, что по плану, детали решим, — поторопил его я.

— В общем так, для начала предупрежу тебя о следующем. Если на тебя наедет в связи с нашей операцией администрация Игры, то я буду всё отрицать. Сам будешь разруливать. Это твоя идея отомстить. А моя хата — с краю. Согласен?

— Ну, если без подстав, согласен,

— Без подстав, тут, по большому счёту, вообще трудно будет доказать баг-юзерство[11], а цели добъёмся. Теперь конкретно. Ты в курсе, что я торгую персами. Ну регистрирую там, прокачиваю на заказ, шмотом обеспечиваю. Ну не любят многие донаторы с нуля начинать. Западло по их мажорским понятиям. Ну и мне хорошо. Вот на этой почве я и стал коллекционировать информацию о разных данжах[12] и локациях повкуснее. Я ведь начинал ещё с бета-тестерами[13] евроазиатского кластера МИФа, а потом инвалидность, и меня списали. Аккаунт проплачивают и на прокорм. Не сдохну и ладно. А на всё остальное сам зарабатываю. Ну так вот. Года четыре назад, здесь, в северной части Дикого Леса я проходил один данж. Ты ещё когда просил меня придумать что-нибудь, я тебе пожаловался, что не фокусник, кроликов из шляпы доставать. Помнишь?

— Помню, помню, дальше давай, — я уже понял, что не соскочу с этой темы. Интуиция просто вопила.

— Так вот, данж как данж, твари, скелеты и лич-босс[14]. Скучно и банально. Пробежался я тогда, паладина качал. Собрался уже босса валить. И тут то всё и произошло. Я его до 50 % жизни опустил, а он окутался розовой дымкой и превратился в огромного рыжего клоуна. Бред конечно. И как начал меня гонять! Причём урон по нему проходил мизерный. Короче, он меня слил за полчаса. Ну я, злой, как чёрт, закупаюсь расходниками и на кураже нажимаю «возродиться у входа в данж»…

— Ну?

— Гну! Возрождаюсь опять в зале с клоуном, но теперь там прыгают разноцветные кролики. Я стою обалдевший, а кролики все мобы 10 уровня. Начинают меня грызть. Я начинаю отмахиваться. Разница в уровнях такая, что я должен был их снести за пять минут. А вот фиг! Не убиваются они. Тут босс-клоун достаёт пилу и с криком «Не обижай маленьких!» начинает меня хватать и живьём отпиливать конечности. Я, естественно сливаюсь снова. И…возрождаюсь опять в зале с кроликами. Тёма, это жесть! Я был паладином 125 уровня. И я не выдержал всех издевательств уже на 56. Я перезагружал систему, заходил с другого терминала. Пытался достучаться до администрации из Игры. Н И — Ч Е — Г О. А поскольку моя деятельность по коммерческой продаже персов давно была на карандаше у админов, я плюнул и оставил перса в данже. Не знаю, баг этот данж, или закладка обиженного админа. Но это реальная ловушка для игроков. Короче, я вчера пытался зайти под этим паладином снова. Прошло ведь уже четыре года. Получил сообщение: «Персонаж уничтожен» и скрин пещеры. Там снова тишь да благодать. Скелеты и лич. Ты понял, Тёма? Это то, что нужно. Теперь надо придумать, как заинтересовать «Уравнителей», чтобы они вошли в данж и умерли там. Потому, что тогда выйти они не смогут.

— Хм, ну хорошо, похороним мы из в данже, но они-то побегут в администрацию. Те разберутся и компенсируют мажорам потери, ещё и приплатят за сообщение о баге!

— Да пусть хоть озолотят их. Мажорам деньги особо не нужны. А как компенсировать потерю опыта и аватаров, уникальную экипировку, время прокачки, наконец. Никакое золото этого не может. Вариант с деньгами удовлетворил бы простых игроков, но не этих ублюдков. Мы им нанесём очень существенный урон.

— А что, Вася, мне нравится! — в надежде потёр я ладони.

— И это ещё не всё! — заговорщицки придвинулся к экрану Вася, — приехали мои ребята, которых я в Логово Медузы направлял. Там получилось не всё, как мы хотели. Жемчужина падает дропом только один раз. И система сообщает, что повторно она упадёт, только после того, как будет использована первая. Вот такой косяк. Поэтому, предлагаю, использовать её в данже для того игрока, кто пойдёт с «Уравнителями». Типа Сусанин-герой. А Пояс Мести, который тоже мои ребятки в одном экземпляре добыли, ведь разрушает ЛЮБЫЕ доспехи и оружие в радиусе 10 метров?

— Да, почти все предметы, остальное лутом падает применившему. Но игрок с Жемчужиной Последнего Шанса, который будет в данже с «Уравнителями», тоже подвергнется действию бага и останется там навсегда.

— Хм, дорога у него в один конец, правда. Значит осталось найти камикадзе, Артём, другого выхода я не вижу. В конце концов, ты можешь компенсировать ему потерю перса деньгами, а я помогу ему в прокачке. Зуб даю! Да и с «Уравнителей» неслабо упадёт.

— Хорошо. Дай мне день, а сам подумай, может кто из твоих ребят согласиться?

— Нет, Артём, нужен игрок со стороны, моих «Уравнители» вычислят в первую очередь, а новичок выкрутится. Ты лучше подумай, чем заманить мажоров в данж, какой-такой сыр положить в мышеловку, чтобы они слюной истекали и рванули за ним, роняя сандали!

— Понял, Вася. На самом деля я уже придумал. Осталось осуществить технически. Я в Игру. Сегодня вечером свяжемся.

— Удачи, Артём, — и окошко на терминале свернулось.

Спустился в холл из кабинета и застал деда раздевающимся у входа в коммуникаторную. Мы часто входим в Игру вдвоём, поэтому нейрованна на даче состояла из двух изолированных боксов. Это уже я подсуетился года три назад. Удобно.

— Ты же прилечь собирался, дед? — удивился я.

— Да не спиться что-то, погуляю по Карагону. Если что, посплю в Игре. Ну а ты снова в погоню за квестом? На какой у тебя стадии?

— Осталось два перехода до Рощи Единорогов. Там ключевая точка. Но, думаю, будет не просто. Слишком много всякого завязано на это событие…

— Что-то, Тёма, ты не договариваешь. Химичишь. У тебя такой вид в детстве всегда был, когда какую-нибудь каверзу с мальчишками во дворе проворачивал. Только, похоже, это не дворовые игры?

— Дед, ты как контрразведчик, ей богу, да обычный эпический квест, интересный, не спорю, трудный, — попробовал я отвертеться.

— Ну да, ну да, а чего ты по дороге, вдруг, миллионами швыряться начал? Благотворительность развёл. Деревни строишь. Местью пламенной пылаешь. А?

— Кто!? — я аж задохнулся от возмущения. — Дед! Кто сдал?! Вася? Убью!

— Спокойно. Рейнджер. Если бы за тобой Гном не приглядывал, я бы очень удивился. А так он это делает и без моей просьбы. Любопытный очень. Просто делится информацией. И последние новости мне не очень нравятся. Сам расскажешь?

— Да я, на самом деле, собирался, просто всё времени не было. Да и не любое место подходит. По терминалу нельзя.

— Тааак, — дед набросил на голое тело свой старый халат и присел на кушетку перед коммуникаторной, похлопав ладонью по сиденью рядом с собой, — давай весь расклад. Если здесь и слушает кто, то только тот, кому положено.

Я посмотрел на время, спешить было не куда и, вздохнув, поделился историей с вызовом к господину Биллу в кроличьих тапочках. Дед меня почти не перебивал, только иногда уточнял некоторые детали. После того, как я закончил, он несколько минут помолчал, по привычке теребя свою бородку и резюмировал:

— Мутноватая история, но, в принципе, ничего действительно опасного для тебя не вижу. Любой сбой оборудования можно предотвратить дополнительными настройками нейрованны. Да и я к контуру подключу дублёр, он у меня всё равно пылиться в кабинете. Для подстраховки не помешает. Ты ведь с выданным ими МКИПом ходишь?

— Да, дед, а что, не надо было бы? — насторожился я.

— Нет, тут, как раз все хорошо. Так они каждый твой стук сердца отслеживают. Дополнительная безопасность не помешает. Меня другое волнует. Я не последний специалист в медицине, и настораживают два важных момента: кто на современном уровне может иметь технологию, которая через виртуальное пространство может вызвать у относительно здорового человека летальный инсульт. Причём, у находящегося под контролем МКИПа, который мгновенно прервёт игровую сессию при угрозе нарушения мозгового кровообращения и введёт целый комплекс веществ, которые позволят реанимировать человека, даже если он находился без помощи в течение часа. Второе. И это вообще из области сказок. Как после обширного инсульта пострадавший может осуществлять вербальную связь через игровую коммуникацию? Да ещё и в течение 30 минут! Ясно одно, что если у кого-то есть такие технологии, то вы с вашим Биллом и Бюро жалкие цыплята перед матёрым волком. Не боишься?

— Честно, дед? Побаиваюсь. Ты можешь меня осуждать, я впервые за последние десять лет дышу полной грудью. Я — не адреналиновый наркоман. Но причастность к ТАКОЙ тайне, возможность побывать в гуще ТАКИХ событий…

— Какой же ты ещё пацан, Артём. Нет в тебе страха настоящего, потому, что терять, кроме жизни своей, по большому счёту, не чего. Я уж не говорю, что ты о моих чувствах совсем не думаешь.

— Дед, ну не обижайся, я буду очень осторожен. Я же не прощу себе потом, если в сторону отойду. Это как с деревней половинчиков. Даже острее. Потому что узел завязывается и в реале, и в виртуале.

— А, бесполезно, — дед махнул рукой и начал снимать с себя халат, — подумай вот ещё над чем, всё, что тебе рассказал Билл, может быть очень малой частью важной информации или дезинформации. Запомни одно, внук, ты мне очень дорог. В этом мире у меня никого, кроме тебя нет, а у тебя, никого, кроме меня. Никакие виртуальные приключения не стоят того, чтобы ради них умирать…

* * *

Разговор с дедом оставил тяжёлый осадок. Зайдя в Игру, обнаружил весь мой отряд в сборе. Глена расчёсывала гриву своему коню, что-то нашёптывая ему на ухо. Конь бил копытом и кивал головой, словно соглашаясь с хозяйкой. Я подошёл сбоку, придержал Ведьму за локоть:

— Ты не знаешь, твой Костя, ну голубой паладин, в игре сейчас?

— О, владетельный Дан, нарисовался! Чего это тебе этот студент понадобился?

— Нужен для важного дела. Хочу ему предложить купить его перса. Как думаешь, согласиться?

— Вот новости, Эс, ты не перегрелся? Может спал плохо? Чем тебе твой Рейнджер не угодил?

— Да нет, Хельга, ты не так поняла, не для меня. Знакомому очень нужен пал, как раз близкого уровня. Хорошо заплатит, даже нового перса твоему Косте пропаровозит.

— Ой, крутишь ты чего-то, Рейнджер, ну да ладно, Косте самому решать. Да у него уже сессия закончилась, он теперь на две недели в Игре зависнет.

— Отлично, Зелёная! — я чмокнул обалдевшую от этого эльфийку в щёку и пошёл выводить свою кобылу. Кстати, так и не назвал никак животину, не порядок. Нарекаю тебя Пчёлкой, трудяжка моя.

Долго не собирались. Двинулись верхами рысью, благо сегодняшний переход должен был быть легче. Дикий Шаман вчера почти всех тварей с округи притащил, а мы их похоронили. Мод сказал, что можно двигаться быстрее. Просто поглядывать. К вечеру будем приток Джордана форсировать, там и разберёмся. Пятый день пути — а не верится, что сегодня будет без особых приключений.

Часа через три монотонного покачивания в седле позволил себе связаться с Константином в чате. Эвглена предупредила его, что есть дело. Парень был заинтригован.

— Привет, Константин Карающий, минутка есть?

- Хай, Эскул, и до меня очередь дошла?

- Какая очередь?

- Ну потрудиться на благо владетельного Дана,

- А, это тебе Победоносец насвистел, так он по профе трудится, деньгами и репой, вроде, не обижен…

- Ну так и я хочу! Времени навалом, от тупого гринда уже в глазах звёздочки. Мне бы поинтереснее чего? А?

- Так, Костя, не гони лошадей, подумай, прежде чем ответить, хорошенько подумай над ответом на мой вопрос.

- На какой?

- Насколько дорог тебе твой перс, твой голубой паладин?

- Не понял, че за наезды, да ты знаешь, какой у меня пал? Да я его, как родного, полтора года по крупице…

- Я понимаю, сам своего Рейнджера три с половиной года выращивал. Как ниточка с иголочкой. Но тут такое дело. Есть предложение. Нужен независимый перс на одиночное задание. Дорога в один конец. То есть с аватаром придётся попрощаться. Совсем. Это в минусе. Теперь плюсы. Золото, хватит и на нового перса, и на ВИП-аккаунт на год, прокачка твоего перса в Гильдии Наёмников — для тебя бесплатно. И ещё, если исполнишь дело, то лутом можешь получить экипировку вплоть до легендарных предметов. Но, опять же, придётся продавать, чтобы не светиться. Как тебе?

- Чего-то много всего…не свистишь? И золото, и прокачка, и легендарка.

- Костя, не гунди. Я даю слово, получишь перед заданием миллион золотых, инструктировать тебя будет Гном Вася. Я всё сказал. Думай, вечером нужен ответ. Да. И ещё. Рот зашей. В твоих интересах. До связи.

Вообще-то, я понимал парня. Перс свой, родной, а тут тебе его предлагают похоронить. Какой-то Эскул. Конечно, Глена за меня поручилась, но парню этого мало. Вопрос доверия. Вот если рискнёт, не обижу паря. Сам бы пошёл, руки так и чешутся. Фиал и сердце не дают.

— Ну что, поговорили? — сзади подъехала Ведьма.

— Поговорили, не доверяет, — вздохнул я.

— Костик, он такой, пока всё не посчитает, по полочкам не разложит…даром что аватара с былинного богатыря списал

— Надеюсь вечером решиться.

Мы, наконец, выбрались к притоку Джордана. Песчаный пологий берег был пустынен. Река стремительно несла свои воды, вспениваясь на огромных валунах, тут и там попадавшихся в русле. На противоположном берегу Дикий Лес вплотную подступал к воде.

— В полулиге выше по течению есть брод для безопасного перехода, — Капитан соскочил с седла, — предлагаю дать лошадям отдых и напоить, подходящая заводь вон там, у берега. Мы молча последовали совету эльфа.

Напоив лошадей, присели у берега на старое упавшее дерево, вынесенное течением реки.

— Мод, а за этим притоком далеко ещё до Рощи Единорогов? — попытался я начать разговор, а то Капитан сегодня как-то по-особенному угрюм и молчалив.

— Совсем недалеко, Эс. Твари здесь практически не встречаются. За этой водой дыхание Лоос чувствуется во всём. Это её земля, земля её детей. Здесь всё пропитано нашей кровью. Когда-то, совсем не так давно, здесь, в лиге, в глубине леса находилась одна из наших деревень. А там, за ней, ещё с час пути, то самое место, о котором рассказывала тебе тень моего сердца. Святилище Лоос… — и эльф снова замолчал.

— Хм, Капитан, значит мы скоро достигнем нашей цели. Ты сказал, там пути наши разойдутся. Но я хотел бы, брат, чтобы ты знал всю правду о нашем путешествии. Между нами не должно оставаться тайн. Ты в нашем путешествии помогал в любом моём начинании, не спрашивая и не жалуясь. Ты терпеливо учил меня, принимая меня таким, каков я есть. Я понимаю, что ты исполняешь посмертную волю Эраинн Мелоинн, а теперь и волю своей Богини. Но ты имеешь право знать всю информацию…

— Погоди, Эс, — брови эльфа нахмурились, — ты хочешь расстаться со мной у Единорогов? Ты помнишь, что я сказал тебе в Карагоне? «Отныне и до самой моей смерти. Пока Великий Альв не усадит меня за столом с любимой, а Божественная Лоос не наденет нам брачные венки», и никак иначе, Рейнджер!

— Не сердись, Капитан, я тебе сейчас всё расскажу, а ты сам решишь, как поступать дальше. Хорошо?

— Рассказывай,

— Когда мы встретились с Эраинн Мелоинн, она очень подробно выясняла причину моего появления в тюрьме. Я ей рассказал историю, которая со мной произошла, когда я выполнял задание Гильдии Наёмников. По стечению обстоятельств или роковой случайности, я напал на карету в которой ехала наша Зелёная Ведьма, — Глена кивнула, посмотревшему на неё Капитану, — у меня были артефакты, позволившие вырваться из плена. В результате боя ко мне попала шкатулка с Фиалом Изменения Сущности, которую везла Эвглена и которая принадлежала изначально ей. Точно такой фиал использовала Эраинн Мелоинн, чтобы превратиться в Светлую Эльфу. Великая Мать очень заинтересовалась моей добычей и выяснилась одна очень неприятная вещь. Сам того не зная, я осуществил привязку Фиала Изменения Сущности. И если я не проведу его активации в ближайшие 2 недели, меня ждёт смерть. Я — бессмертный, но эта смерть окончательная и она грозит Эскулу Дан Холиену, Рейнджеру в этом мире. Я смогу возродиться только в другом теле. Эраинн Мелоинн доживала свои последние дни, теряя силы и последнюю надежду. Поэтому, так велика для меня была её жертва. Перед смертью Великая Мать объяснила мне, что Единороги не позволят мне активировать Фиал, если я не принесу им её сердце. Вот так судьба и свела нас, Модиан Эгинн. Теперь ты всё знаешь.

Мы сидели уже несколько минут в молчании, глядя на воду, когда Капитан резко поднялся и шагнул ко мне. Мы встали лицом к лицу.

— Эскул Дан Холиен! Я не откажусь от своей клятвы! Твой рассказ ещё раз убедил меня в правильном выборе тени моего сердца. Она всегда могла смотреть на пять шагов вперёд. И вот, что я скажу тебе, ученик. Нам обязательно надо завершить оставшиеся две тренировки. Одну сегодня в святилище Лоос и одну завтра, в Роще Единорогов.

— Почему такая спешка, Мод? — в недоумении спросил я эльфа, когда мы вновь оседлали лошадей.

— Покажи мне ларец, — вместо ответа предложил Капитан.

Я молча достал ларец и протянул его эльфу. Но Мод не стал брать в руки артефакт, а только внимательно его осмотрел.

— Так я и думал. Серый Мелорн, — сказал он, когда мы уже двигались к броду.

— Это что-то значит?

— Это значит очень многое, Эс. Серый Мелорн — мёртвый мелорн. Мелорн — родовое дерево эльфийского Дома. Срубить мелорн — святотатство. Сделать из его древесины артефакт — святотатство вдвойне! А теперь скажи мне ученик, чей это мелорн?!

— Дома Чёрной Лилии? — потеряно спросил я.

— А теперь ты, Глена, — обратился Мод к всё время прислушивающейся к нашему разговору Ведьме, — от кого ты получила Фиал Изменения Сущности?

Хельга виновато посмотрела на меня от чего я начал закипать:

— Правду, Глена, только правду, сказку про хранилище клана, которого не существует я уже слышал.

— Я получила его в награду за выполнение задания, как и говорила, — в голосе её послышалось раздражение.

— От кого, Хельга, не зли меня!?

— Аннаинн Мелоинн, — пролепетала она

— Хм, Дориены, змеиные души, — желваки на скулах Модианна заходили ходуном, — Эскул, запомни на всю жизнь, этим тварям никогда нельзя верить. Они всегда гребут жар чужими руками. Именно их интриги привели к гибели моего Дома!

— Прости, Мод, но именно Хранительнице Аннаинн Мелоинн я во многом обязан освобождению из тюрьмы, — попытался я успокоить эльфа

— Чтооо!? — взревел Капитан, — и ты только сейчас говоришь об этом?

— Ну, я считал это несущественным фактом, тем более, что мне всё равно пришлось платить штрафы.

— Ладно, Эскул, — эльф как-то быстро успокоился, — ничего уже не изменишь, поворачивать поздно. Пока тебе следует знать одно. Тебя использовали. Использовали в тёмную, как щенка. Это стиль Дориен. И сейчас мы все идём к своей смерти. Вопрос только в цене. Как дорого мы продадим свои жизни?

— Мод, так зачем? Давай я пойду дальше один, осталось совсем немного. Я совсем не хочу твоей гибели. Да и Глена — бессмертная, ей особенно ничего не грозит.

— Опять ты меня хочешь обидеть, Рейнджер! Да я мечтал о встрече с этими проклятыми Дориенами столько лет! И ты хочешь лишить меня этого удовольствия? — Мод вновь завёлся, темперамент как у орка.

— Я не хочу тебя обидеть, Капитан, просто теперь понимаю, что настал тот редкий случай, года у нас действительно нет другого выхода, как идти в ловушку. И идти всем вместе.

— Я не ошибся в тебе, Эс. Только Тёмный Эльф, узнав об опасности для своей жизни, смело посмотрит в глаза приближающейся смерти и постарается получить максимум удовольствия от общения с ней, — и Мод гулко захохотал.

Мы приблизились к броду и когда копыта лошади Модиана первыми вошли в воду, он, отсмеявшись, добавил:

— У меня будет просьба, Эс

— Всё, что в моих силах, брат…

— Я не собираюсь умирать быстро, но, если и когда это случиться, ты возьмёшь моё сердце и отнесёшь вместе с сердцем Эраинн Единорогам. Слово?

— Слово, Капитан.

Брод преодолели быстро, едва замочив сапоги. От реки шла довольно приличная тропа, по которой, немного оглядевшись, мы и двинулись на рысях к Святилищу. Где и были уже через полчаса, как и рассчитывали. Вечер застал нас подходящими к большой, заросшей сорняком поляне. По периметру, словно часовые, сплетались корнями вековые дубы. У восточного края зияла провалом яма, наполненная на треть дождевой водой, чернеющей в лучах заходящего солнца. Всё, что осталось от родового дерева Чёрной Лилии.

Мод молча стоял на краю ямы, вглядываясь в блики на воде.

Я подошёл к нему, положил руку на плечо:

— Капитан, может в другом месте переночуем? А то, как на кладбище…

— Нет, всё нормально, Эс. Кости давно звери лесные растащили. Ты же знаешь, эльфы не зарывают в землю мёртвых, как хумансы, и не сжигают их в огне, как орки и половинчики, не закладывают камнями в гротах, как гномы. Если эльф погибает в бою, его относят к родовому дереву, и он становится его продолжением. Но моих братьев некуда было нести. Дориены срубили Мелорн, а пень сожгли магическим огнём, — мне показалось или вечернее солнце блеснуло на щеках Модианна, — пойдём, Рейнджер, на другом краю поляны дубы образуют полукруг, там будет, где укрыться от ветра и чужих взглядов.

Пока вели коней под уздцы, пока определяли их на ночь, подвешивая торбы с ячменём, занимались очагом, стемнело. Греясь у костра, я поймал себя на мысли, что, наверное, это первый и последний спокойный день в игре. Завтра — послезавтра всё решиться.

— Эс, Глена, советую сегодня пораньше лечь спать, завтра встанем рано. Сегодня Светлые не нападут. Мы им нужны у Рощи Единорогов. Отдохните хорошенько. А мы с тобой, Рейнджер, займёмся, как и обещал, тренировкой. И мы перешли на другой конец поляны. Сегодня светила полная луна.

— Ночь Лоос! Это хорошо, потому, что сегодня я научу тебя контролировать Неистовство, — и мы вновь начали с азов. Движения синхронные, след в след, под монотонный речитатив Капитана. Уже привычный смоляной туман накрыл, казалось, всю поляну, отгородив нас от Дикого Леса. Движения и ритм давались сегодня легко, и я не заметил, как выскочило сообщение:

Вы вошли в состояние боевого транса. Продолжительность 1 час. Вы приступили к промежуточному заданию квеста «Чужой среди своих» Тренировка Капитана-4

Достигнув центра поляны, Модианн вдруг встал, как вкопанный, да так резко, что я чуть не ткнул в него кинжалом. Я уже хотел возмутиться, когда увидел, как мой побратим падает на колени и склоняет голову. Перед ним, закутанная в смоляной туман и лунный свет, стояла и улыбалась изящная белокожая женщина. Её длинные волосы цвета воронова крыла истаивали в тумане ночи. И не было никакой возможности определить их длину. Глаза прекрасной незнакомки сияли пронзительным синим светом.

Вы удостоились высокой чести. Перед вами Богиня Лоос. Преклоните колени перед Хозяйкой локации.

«Блииин, а я, как назло, не бритый и не умытый!», — сказал я себе, плюхаясь на колени и пытаясь вжаться в землю и стать максимально незаметным.

— Эскул, не прячься, не надо стесняться, поверь, за вечность своего существования я повидала много мужчин в самых разных обличьях. А ты интересен мне в первую очередь потому, что помог одной из моих жриц в трудный для неё час. И ты встань, верный воин, Модианн Эгинн! Не престало Капитану Рейнджеров Тёмных Эльфов так долго стоять на коленях.

Тёмный эльф поднялся и стоял молча, преданно глядя на свою Богиню. Я же воспользовался случаем и включил камеру. Это же такая редкость. Богиня локации!

— Почему ты так смотришь на меня Светлый лицом и Тёмный душой эльф? — вновь перенесла своё внимание на меня Лоос, мгновенным скачком оказавшись передо мной. Я передёрнул плечами, почувствовав, как сильнейшее желание к этой женщине захлёстывает меня целиком, — ха-ха-ха, — бархатный мелодичный смех заставил колыхаться умопомрачительную грудь под чёрным шёлком, — Модианн, почему ты не рассказал мальчику, как проходит моё посвящение? Он так мило пугается меня! Смелее, Эскул, спрашивай! В ночь полной луны Лоос говорит со всеми её детьми. Даже бессмертными, дерзнувшими померяться с богами.

— Эээ, Лоос, не могли бы вы ослабить свои чары, а то мне трудно говорить и мыслить, хм, кровь отливает, знаете ли, — пролепетал я.

— Ты мне нравишься всё больше и больше, молодой адепт, за словом в карман не лезешь. Решено. Сегодня ночью ты обретёшь часть моей реальной силы, а не тем жалким подобием, которым пользовался до сих пор. Я смотрю, Модиан хорошо поработал над тобой. Благодарю, Капитан, — Лоос благодарно склонила голову в сторону моего учителя. — И всё же, Эскул, я вижу в твоём взгляде страх, смелее, спрашивай!

— Э, прошу прощения, Богиня, но вы выглядите вполне естественно, как женщина. А как же тело паучихи, о котором слагают легенды?

— Ты снова повеселил меня, Рейнджер! — Богиня взмахнула рукой и из сумерек соткался изящный трон, инкрустированный сапфирами и опалами, на который она тут же уселась, скрестив великолепные ноги, — ох уж мне эти летописи хумансов! Через слово ложь и путаница. Я — Лоос, дочь Хаоса, Богиня Тёмных Эльфов этого мира! А Ллос — моя сумасшедшая сестра, Королева Дроу, Spider Queen, земля которых находится далеко за Джорданом. Она тоже дочь Хаоса. Но у хаоса две стороны. Внешняя и внутренняя. Моя сестра — отражение внешней стороны. Теперь ты понял, адепт?

— Да, прекраснейшая, как не понять, когда сама Богиня снизошла до простого Рейнджера! — я склонился в низком поклоне.

— Лесть тебе не к лицу, Холиен, но я прощаю тебя. Ты пока слаб, но это исправимо! Капитан, оставь мне своего ученика до утра.

— Слушаю и повинуюсь, — с этими словами Модианн растворился во мраке.

Вы получаете уникальную возможность овладеть высшими заклинаниями Магии Тёмных Эльфов с помощью самой Богини Лоос. Продолжительность 3 часа. Промежуточные задания квеста «Чужой среди своих» Тренировка Капитана-4 и Тренировка Капитана-5 объединены.

Предупреждение: после завершения промежуточного задания рекомендован 8-ми часовой отдых в реале.

— Я готов, моя Богиня, с чего начнём? Кинжал? Посох? Лук? — замер я в нетерпении.

— Эскул, — задумчиво провела ногтем указательного пальца по моей правой щеке Лоос, — мы будем тренироваться, по-моему, — и притянув моё лицо к своему, впилась мне в губы жадным поцелуем. Мгновенно закружилась голова, перед глазами замелькали строчки интерфейса. И только слыша шуршание падающего на землю шёлка, я успел подумать: «Выключать или не выключать камеру?»

Глава двадцать вторая

Дикий Лес. Джордан. Люди, эльфы, орки.

Я стоял посреди ночного лагеря. Смотрел на равнодушный лик луны и улыбался. Глупо, счастливо, от уха до уха. И читал строки своего интерфейса.

Вы выполнили первый этап Второй части задания «Чужой среди своих» «Тёмный душою Эльф». Достижение «Баловень Судьбы».

Вы овладели высшими заклинаниями Магии Тёмных Эльфов с помощью самой Богини Лоос. Ваш ранг поднимается до Грандмастера Магии Тёмных Эльфов. Ваша репутация с Богиней Лоос — Страсть. Подарок Богини: уникальная защитная аура «Аромат Лоос» — на территории Дикого Леса ни одна женщина в этом мире не сможет нанести вам урон магией (ваша мана не расходуется).

Награда: 500000 опыта, +20 уровней, +25 ко всем характеристикам. Вы получили уровень…Вы получили уровень…Ваш уровень 251. Распределите очки характеристик.

С превеликим удовольствием! Я же не засну, пока не увижу!

Эскул Дан Холиен, Рейнджер, Рыцарь Ордена Креста.

Уровень 251

Достижения: Ловкач VII уровень, Быстрые ноги VII уровень,

Меткий глаз VII уровень, Баловень Судьбы I уровень

Сила 257

Ловкость 350

Выносливость 318

Скрытность 248

Интеллект 600

Мудрость 200

Удача 24

Харизма 11

Боевые Умения: Мастер-лучник, Мастер кинжала, Мастер посоха.

Способности: Следопыт. Видеть невидимое. Друг зверей. Боевой транс. Единение с Водой, Сюзерен (владетельный Дан)

Магия: Грандмастер Магии Воды, Грандмастер Тёмной Магии Эльфов,

Мастер Магии Разума, Магия Природы Ученик.

Репутация: Орки — Ненависть Светлые Эльфы — Ненависть

Дриады — Нейтрально, Навки, Лешии, Водяные — Нейтрально

Хумансы — Ненависть, Дроу- Любопытство Половинчики- Дружба

Гномы — Дружба, Фейри — Дружба, Тёмные Эльфы — Единение души.

Вот как с Богинями бывает! Ну, Игра, вот это подарок! Только, чувствую, аурой не зря одарила. Теперь по Дикому Лесу ходить надо оглядываясь, да и шуры-муры теперь с осторожностью разводить следует. А ну, как разозлиться? Костей не соберу. Эх, грехи мои тяжкие.

Повинуясь безотчётному порыву, подошёл к яме, оставшейся после родового дерева. Это что получается, грустно подумалось мне, Модианн — единственный Тёмный Эльф Дикого Леса? Дроу то в игре так никто и не видел. Интересно. Поэтому Лоос, бедняжка, и рада так. Может я вообще зачинатель и возродитель? Я невольно приосанился и стал гордо выхаживать по краю ямы. Ну и, естественно, навернулся от всей своей нубовской радости. Водичка на дне не была глубокой, но воняла изрядно. Окунулся с головой. А и поделом мне. Гордыня обуяла. Получи, распишись. Края были скользкими, а пучки травы, за которые пытался ухватиться, вырывались с корнем, не давая необходимой опоры. Наконец, повезло, ухватился в темноте за обломок корня, прочно торчавшего из стены ямы и, поминая всех святых, вылез на лунный свет. Перевалился за край и остался лежать на спине отдыхая.

Через десять минут решил перебраться в лагерь. Да и пора уже оффлайн. За полночь перевалило. Ан, не тут-то было, что-то не давало отойти от края, уцепившись за рукав куртки. Корень, спаситель мой. Попытался отодрать и понял, что он плотно оплёл моё запястье и усиками обвил предплечье. Вот так номер! Достал кинжал и попытался перерезать обнаглевшую деревяшку.

Внимание, вы вступили в тесный контакт с Родовым Деревом. Желаете разорвать связь? Да\Нет Вам предлагается второй этап Второй части задания «Чужой среди своих» «Надежда Тёмных». Воссоедините две части в целое. Награда вариативно.

Нажимаю «Нет» и стараюсь рассмотреть корень по внимательнее. Лунного света хватает только для того, чтобы различить форму и возможно светлый оттенок тонкой коры. Как там в задании? «Две части целого». Имеем корень мелорна, а вторая часть… Хм, неужели всё так просто. Достаю ларец с фиалом, перекладываю фиал в сохранившийся в моём инвентаре плащ эльфийки вместе с сердцем. Прикладываю ларец к своему предплечью.

Корень, дрожа, медленно освобождает меня и тянется к ларцу, оплетает его, превращая в бесформенный клубок и застывает у меня на коленях.

Ну чего тебе ещё надо, деревяшка? — задумчиво спрашиваю его я, пытаясь понять, что же он от меня хочет. Усики от клубка тянутся к моим ладоням. Достигнув пальцев, начинают легонько их покалывать, вызывая ощущение лёгкого жжения. Замечаю, что пальцы стали мокрыми. Лизнул кровь.

— Ах ты, вампирская деревяшка! — отдёргиваю руки и хочу инстинктивно наказать обидчика и… мгновенное проваливаюсь в Туман Лоос. Всё вокруг преображается в знакомые оттенки серого. И приходит понимание. Слабый корень Родового Дерева и осколок взрослого мелорна. Мёртвый осколок. Кровь. Ему нужна жизненная сила. И я протягиваю к комку ладони, залитые смолистым туманом и наблюдаю как в интерфейсе начинают быстро убывать очки ХП (1). Через минуту у меня остаётся жалкий 1 % и всё останавливается. Судорожно роюсь в инвентаре. Вот они. Ягоды. Совсем немного уже засохли. Подарок фейри. Давлюсь и удовлетворённо замечаю, как уходит слабость, а вместе с ней и досада на корень. Клубок в это время шустро засеменил к яме и плюхнулся в воду. Я осторожно подошёл к краю. Не хватало снова упасть.

— Расти большой и не будь лапшой! — пожелал я мелорну. Ну теперь уж точно пора на боковую.

* * *

Утро 31 декабря было просто волшебным. Деревья вокруг дедовой дачи накрылись белыми одеялами. Никуда не хотелось спешить. Запах сваренного кофе бодрил и заманивал на кухню. Чего это дед с утра изменил своим привычкам? А, понятно, на веранде с комфортом расположились старые друзья. Дядя Миша и дед. Дед даже, играя до глубокой ночи умудрялся вставать с первыми петухами.

— А мне, можно маленькую чашечку, уважаемые мафусаилы?

— А ты её заслужил, Артём Сергеевич? — нахмурил брови Михаил Васильевич.

— А как же? Холодильник к празднику готов, на работу устроился, даже успел VIP — клиента обслужить, в Игре эпический квест двигается к своему логическому завершению…

— Наш пострел — везде поспел, а, Миш, садись, внучек, одну маленькую чашечку тебе можно, — дед был в хорошем настроении.

— Как Карагон? Стоит? — начал я с вопросом, с удовольствием вдыхая аромат любимого напитка.

— Да чего ему сделается, Артём. Карнавал, народу и игроков тьма. Праздник весенний, а настроение у всех новогоднее. Парадокс. Васю встретил. Озабоченный он, деловой. Ты его нагрузил, признавайся? — хитро глянул на меня дядя Миша, намазывая очередной бутерброд с маслом вареньем.

— Я его не грузил, я его нанял. Вернее, нанял наёмников для своей деревни. Кстати, спасибо дед, дядь Миш. За договор. Интересно вышло.

— На здоровье, Артём, на здоровье! Ты сегодня к полуночи не опаздывай. Игра Игрой, а Новый год — семейный праздник.

— Постараюсь, — сказал я, дожёвывая на ходу бутерброд.

* * *

Игра сегодня особенно блистала всеми красками жизни. Полноправная весна пришла в дикий лес. Глена ещё не вошла в игру, а Модианна на месте не оказалось. Я нашёл его застывшего в неподвижности у ямы на краю поляны. В немом изумлении Капитан уставился на бурное сплетение молодых побегов возродившегося дерева. Со всех краёв ямы и прямо из мутной воды множество стволов толщиной от мизинца до запястья сплетаясь в радостном желании жизни буквально вибрировали от переполнявших их соков. Уже на высоте моего роста, прямо на наших глазах, отрастали ветви, набухавшие почками, которые через мгновение выстреливали нежной зеленью мелких листьев.

Родовое дерево. Я уже успел забыть, что ночью дал тебе свою кровь. Утренние лучи солнца нежно ласкали мелорн, наполняя его огненной энергией. Неподвижность спала с Модианна, он поспешно опустился на колени и протянул обе руки к трепещущим корневым отросткам. Как недавно у меня, мелорн оплел локти Капитана и не отпускал до тех пор, пока побледневший эльф не откинулся устало и не лёг на землю.

— Спасибо, Эс! Я и не думал, что увижу при жизни это. Мы теперь настоящие кровные братья. Мелорн породнил нас, — Мод встал, слегка пошатываясь. Я впервые видел его лицо таким умиротворённым. — Лоос будет довольна!

Ну ещё бы, конечно довольна. Заездила так, что поясница до сих пор побаливает. И, хотя я понимал, что это ощущение только у меня в голове, всё равно испытал чувство глубокого удовлетворения.

Так, сегодня длинный день, надо разобраться с оставшимися делами. дальше будет некогда

- Костя! Привет, Эскул. Что надумал?

- Заманчиво, очень заманчиво, но пала жалко.

- Жалко у пчёлки, чего ломаешься, вижу, что решил.

- Ну…решил.

- Тогда так, я тебе сейчас переведу миллион золотых, цени доверие. Ты отправляешься в Карагон к главе Наёмников Гному Васе, он выдаст тебе инструкции и артефакты. И не дрейфь, кто не рискует, тот не пьёт шампанское. Суть задания тебе тоже расскажет Вася. И не рефлексируй, дело правое, просто и до, и после старайся держать язык за зубами. В твоих интересах. Понял?

- Понял? А ты говорил ещё про прокачку нового перса…

- Говорил и от своих слов не отказываюсь. Гном тебя пропаровозит (1) у себя в Гильдии, возьмёт рекрутом. Да, и не стесняйся, спрашивай его. Он один из самых опытных игроков.

- Спасибо, до связи!

- До связи!

Так, теперь Гном.

- Хай, наёмник!

- Прива, Эс!

- Я нашёл нам камикадзе, придёт к тебе сегодня, Костей зовут. Я его только предварительно проинструктировал.

- Хорошо, а что с сыром решил?

- С сыром?… А… Заманяшка. Да. "Уравнители" у нас охочи до всего демонического, тёмного и маргинального? Так?

- Есть такой пунктик, они просто повёрнуты, все знают.

- Тогда у меня вопрос. Вася, ты можешь сделать монтаж видео из игры, чтобы была полная уверенность, что предоставленное действие происходит в данже-ловушке?

- Детский вопрос, как два пальца…

- Отлично, сейчас пришлю тебе нарезку моих видео о приобретении способностей к магии Тёмных Эльфов. Сделай из него монтаж записи так, чтобы героем был наш камикадзе, а декорации располагались в данже-ловушке. И это видео наш Константин предложит Силантию, главе "Уравнителей". Как думаешь, клюнут? В смысле, что в нужном нам месте можно провести инициацию в Тёмного?

- Хм, если твоё видео — не фуфло, очень даже могут. Особенно если твой камикадзе им цену за инициацию зарядит. Вот только ему потом надо будет очень глубоко зашифроваться. "Уравнители" подставы не простят.

- Ну так он знал, на что идёт. Мы ему всё компенсируем. Заартачится, предложи от меня ещё полмиллиона.

- Эс, ты чего их там, печатаешь что — ли? Перебьётся. И так хорошо наградим.

- Не жмись, Вась, это всего лишь игровое золото, а человек перса на кровные качал, по-честному.

- Ладно, Эс. Твоё дело. Пошёл работать. Го!

- Го, Вась!

Фух, всё, закрутилась машина. Я знал Васю, этот вцепится в тему, как клещ. Перебросил несколько видео с тренировками Капитана, кроме видео с Лоос. Эту бомбу пока придержу. Общение в Игре с Богами величайшая редкость, да и особой необходимости нет. Далее, перевожу золото Константину. Порядок. Пора возвращаться на поляну.

Навстречу идёт улыбающаяся Ведьма. Сволочной мужской мозг начинает сравнивать её с Богиней, и я в растерянности понимаю, что Зелёная выигрывает. Объяснить трудно. ИскИн просчитывает сотни параметров в секунду во время виртуальной интимной связи. Партнёрство идеально. Ты не успел подумать, а она уже делает. Или она делает, а ты понимаешь потом, что так и надо было. Так лучше, оказывается. Острее, чувственнее, свободнее. Но остаётся маленький такой червячок. Червячок сомнения, который вгрызается в твоё мужское самолюбие и появляется вопрос. Всем вопросам вопрос. А вообще кто кого имеет? Вооот! Нет, я не противник эмансипации. Пусть женщина имеет возможность поиметь меня. (Каламбур, однако!). Разок, другой. Но всё время доминировать. Не по мне. Поэтому, Хельга выигрывает этот раунд. Ибо, гармония — в неполном совершенстве…

Подойдя, Глена чмокнула меня в щёку, радостно улыбаясь.

— Ух ты! Это за что такая милость? — тоже расплылся я в улыбке.

— А просто так, весна, птички поют! А это откуда взялось?! — увидела она мелорн.

— Это мы с Модом от скуки тёмными донорами поработали.

— Кем, кем поработали!? — округлила глаза Ведьма.

— Ну кровью своей росток покормили, вот Родовое дерево и ожило. В рамках, так сказать, квеста.

— Понятно, время зря не теряешь "Радиус" используешь на всю катушку. Молодец.

— Тем и живём, — скромно потупился я.

- А теперь серьёзно, — Хельга перешла на закрытый чат Бюро, — меня полночи инструктировали, по всем признакам сегодня, край завтра наступит время Х. Идём на нарушение инструкции, ввести новых помощников не успеваем. Основные фигуранты мы с тобой. Двигайся по квесту. В рамках твоего задания появилась брешь. То есть непрогнозируемый админами вариант сценария. Перед Рощей Единорогов нас ждёт встреча с двумя группами НПС. И, как ты догадываешься, не с цветами.

- Что за группы, степняки?

- Нет, Светлые Эльфы Дома Дориен, которые прибыли порталом ещё сегодня рано утром и своим ходом через два часа подойдут две квинты Скалистых Орков с Верховным Шаманом.

- А этим чего надо?

- Ты ещё спрашиваешь? Артём, ты инициировал возрождение Дома Тёмных Эльфов, ты несёшь в Рощу Фиал. Этого мало? И это только то, что ты мне рассказал. Я ведь не знаю всех подробностей твоей истории с Капитаном. Тёмным Эльфом уровня 300+. Да половины этого хватит, что бы тобой не просто заинтересовались только Светлые. Вспомни, где ты у орков смог засветиться?

- Хм, только в одно месте. Точно! Палец! Он Грандмастер Магии Разума. Вот сука! Он у меня в мозгах покопался!

- Вот такой комитет по встрече, что мы можем им противопоставить?

- Для начала неплохо бы узнать, чего им надо.

- Там не дипломатическая делегация, Эс. Это боевики, Рейнджеры Светлого Леса, да орки эти ещё.

- Всё равно первыми нападать не будем, а подготовимся. У тебя как с арсеналом? Эликсиры, свитки?

- Нормально, на небольшую войну хватит.

- Значит, устанавливаем точку возрождения здесь, на поляне и двигаем вперёд, за 10–15 минут до встречи включаем режим активной защиты, мы с Модианом образуем круг маны. На час у нас будет неисчерпаемый источник. Мы их удивим.

- Что угодно отдала, чтобы посмотреть теперешние твои характеристики!

- Обещаю, Глена, после дела всё увидишь, главное, не геройствуй. И договоримся — в первую очередь защищаем Модианна, он не бессмертный. Потеряем Капитана, считай, можно сливать квест.

Выйдя из чата, поспешил к Модианну. Эльф закреплял поклажу на лошадях, проверяя затянутость подпруги.

— Брат, мы поедем к Роще верхом? — спросил я сосредоточенного эльфа.

— А что нам мешает это сделать? — Капитан в упор посмотрел на меня.

— Меня предупредили друзья — бессмертные. Нам навстречу направляется два отряда. Светлые Эльфы Дориен и Скалистые орки.

— Я ждал этого, Эскул. От судьбы не уйдёшь. Да и тебя вели, как мальчишку. Но они глубоко ошибаются, что успеют помешать нам. Возрождение Тёмных Эльфов началось. У нас есть Родовое Дерево, Благословение Лоос, сегодня второй день полнолуния! И даже наша смерть ничего уже не решит, брат. Джордан близко. Летучие мыши уже доставили весть. Сюда идут Дроу. Остаётся танец мести!

— Но как же сердце Эраинн?

— Не беспокойся, друг, мы всё успеем. Дориены сами пришли. Восемь лет назад они уже пытались отобрать нашу силу. Лоос не позволила. Сердце тени моего сердца — не только пропуск к алтарю Единорогов. Это ещё и ключ от Джордана. Эта легендарная река вот уже много столетий отделяла Дикий Лес от Пепельных пустошей Дроу. С тех времён, как сёстры Лоос и Ллос наложили заклятье на реку, и воды её стали подобны черноте безлунной ночи. Прости, брат, Эраинн Мелоинн не сказала тебе всего. Но тебе грех жаловаться. Ты приобрёл силу, которой не обладает ни один бессмертный в этом мире. И покажешь её сегодня. А потом, если захочешь, используешь Фиал.

— Я понял, Модианн, и не сержусь ни на тебя, ни на Эраинн. Но нам всё равно надо подготовиться. Создать круг маны заранее. Рейнджеры — это не степняки. И, думаю, они идут не одни. С ними маги Светлых. Они захотят закончить то, что не завершили восемь лет назад. Может нам стоит спрятать лошадей здесь? Мы с Гленой уже установили точки возрождения на поляне. Это на крайний случай. Если мы погибнем, тебе придётся дождаться нас и сражаться одному.

— Да, Эс, так и поступим, пешком у нас больше шансов подойти незаметно. Ведьма — посвящённый ассасин и Маг Природы. Интересно, кого они ждут в гости? Зелёного Эскула — Рейнджера и Модиана-торговца, — Капитан расхохотался, — а придут…

— Два Грандмастера Магии Тёмных Эльфов! — закончил за него я.

— И не забывай, Холиен, мы в Диком Лесу и с нами Лоос!

Лошадей с привязанными к мордам торбами спрятали в тени дубов, на противоположной от мелорна стороне поляны. Не хотелось бы привлекать погоню к только что родившемуся дереву.

Шли привычным порядком: Капитан, Ведьма, я замыкал. Сразу вошли в ритм боевого транса, обострившего зрение и слух. Двигались вдоль русла высохшего ручья, когда-то впадавшего в Джордан, и я вспомнил рассказ Эраинн о том, как после битвы она ползла по такому же руслу, где вода смешалась с кровью её братьев и сестёр. Всегда задавался вопросом. Кто пишет сценарии Игры и их варианты? Люди? Или ИскИны создают на основе всего объёма исторических и литературных баз данных человечества. Слишком разнообразен и противоречив, непредсказуем и, порой, жесток мир МИФа. Наверное, всё-таки, ИскИн. Ибо труд титанический и нужна армия литераторов. А, главное, оперативность реакции на изменяющиеся обстоятельства. Никаким админам не успеть. А, значит, за свои приключения я должен в первую очередь благодарить ИскИнов. Какая-то догадка промелькнула на грани сознания и тут же ускользнула, не дав себя рассмотреть повнимательнее.

Мы вышли из распадка и стали двигаться по опушке лесной полосы. Перевалило за полдень. Ветер усилился.

— Слышите? — Капитан привлёк наше внимание. Ветер принёс со стороны равномерный тихий гул.

— Это пороги и водопад. Джордан сердится, — улыбнулся Модианн.

— А ещё я чувствую сильный запах цитрусовых! — добавила Зелёная Ведьма. Словно что-то щёлкнуло у меня в голове. Жаркий день. Кабинет Магистра. Небрежное движение красивой руки и напиток с ароматом цитрусовых и дождливого леса.

— Аннаинн Мелоинн! — догадка вспыхнула мгновенно.

— Эта змея здесссь!? — прошипел Капитан. Лицо его изменилось до неузнаваемости. Единственный глаз налился кровью, тело стал покрывать смоляной туман.

— Не спеши, брат. Она здесь не одна. Нужно тоньше. Давай я пойду вперёд. Сразу меня убивать не будут. У меня на готове Щит Воды максимального уровня. Я отвлеку их разговором. И когда пойму, что пора, активирую заклинание.

— Хорошшшо, Эсс, я подожду, — и Капитан растаял в тени деревьев.

— Хельга, держи на готове массовые заклинания, в первую очередь Трясину. Твоя задача расчленить и запереть отряд Эльфов. Кастуешь и убегай сразу. Там два Грандмастера Светлых, как минимум. Затаись. Связь в чате. Твой выход будет нужен позже, ассасин, — я ободряюще улыбнулся и подмигнул.

Глава двадцать третья

Джордан. Долина у водопада. Люди, эльфы, орки, гномы.

Так, указания дал. Щит Воды в активный доступ. Зеркало Разума сюда же. Не хочется быть куклой, да и в голове у меня копаться не дам. Плащ Отшельника накинуть. Незачем им мои уровни знать заранее. Посох. Кинжал. А ничего так. Вооружён и ооооочень опасен!

Обидно, день то какой! Солнышко, птички поют, радуга над дальним водопадом. Только Джордан вид портит. Чёрная вода как нефтяной поток, только с белыми бурунами на камнях. Режим боевого транса позволил увидеть противника на большом расстоянии. В небольшой долине у водопада расположились лагерем эльфы. Светлые. Дориены. Как у себя дома. А чего им бояться? Тёмных они вырезали в Диком Лесу ещё восемь лет назад. Почти всех. Почти. Хм, четыре секрета, где расположились, как минимум, по три Рейнджера. Десяток в самом лагере. Две палатки. У одной — коновязь с лошадьми отряда, у другой тройка высоченных эльфов в белых доспехах. Это плохо. Светлые Паладины. Элита. Значит Аннаинн Мелоинн привела сюда личную охрану. А вот и она сама вышла меня встречать.

Так спокойно, иду, никого не трогаю, посохом себе помогаю. Улыбочку до ушей. Лоховскую такую. Блеск в глазах от радости встречи. Подойдя на расстояние в тридцать шагов, заметил едва видимую тончайшую пелену, накрывшую лагерь радужным куполом. Великая Мать сегодня была просто неотразима, дорожный наряд Рейнджеров очень шёл ей. В отличие от воинов Светлого леса, боевые доспехи эльфийки были белого цвета с изумрудной витиеватой инкрустацией. Она неспешно подошла к защитной пелене и небрежным движением руки заставила её растаять. Аннаинн всё так же слегка кивала головой при ходьбе, что ещё больше подчёркивало обманчивую хрупкость эльфийки. Подойдя ко мне, она остановилась в двух шагах и прямо взглянула на меня, слегка наклонив голову.

— А ты подрос, Холиен, — я и забыл, как возбуждает её грудной тембр.

— Вы льстите мне, Великая Мать, я теряюсь от вашей ослепительной красоты! — слегка поклонился я.

— Ты уже не падаешь на колени, Эскул? — подняла левую бровь Хранительница.

— Согласно этикету, Даны имеют такую привилегию. Пользуясь случаем, хочу поблагодарить за договор с моей деревней, — в этот раз мой поклон был более глубоким.

— Я не могла отказать в такой мелочи Арн Дан Холиену, он уважаем в Совете, — брезгливая гримаска на совершенном лице сказала мне о совершенно другом.

— Да, мой дед умеет убеждать, при всём уважении, Хранительница!

— Но сейчас его здесь нет, Холиен… И, я надеюсь, ты пойдёшь нам навстречу?

— Всё, что могу, Великая Мать, всё что могу! — я просто лучился энтузиазмом.

Лицо эльфийки стало задумчивым и сосредоточенным. Я почувствовал лёгкое покалывание в затылке, виски начал медленно стягивать стальной обруч. Добавлю манны в Зеркало Разума. Уф, отпустило! Брови эльфийки поползли вверх.

— Ты удивляешь, Холиен! Может прекратим этот фарс! Сердце, Эскул! Мы знаем, оно у тебя, бессмертный. Отдай его нам и можешь быть свободен, — голос Хранительницы лязгнул сталью.

— Какое-такое сердце? Вы о чём, Великая Мать? Я иду с паломничеством в Рощу Единорогов. И знать не знаю ни о каком сердце…

— Не хорошо Эскул, ты пожалеешь! — со стороны палаток к нам приближался Эрн Дан Дориен в сопровождении Светлых Паладинов, которые вели, вернее тащили двух… Э, наверное, ранее эти два скулящих кровавых куска мяса были людьми. Я всмотрелся в одного и узнал. Бедный, бедный Эфраимка. У второго было изрезано всё лицо и выколоты глаза.

— Узнаёшь!? — Архимаг бросил мне под ноги звякнувшую мифриловую цепь, — теперь ты понимаешь, что врать бесполезно, и эльф сделал резкое движение, словно пытался набросить на меня одеяло. Активировавшийся Щит Воды засиял всеми оттенками синего.

— Думаю, время разговоров прошло, Дориены! — быстро воскликнул я и вместе с Кругом Маны активировал Водный Бич. В этот раз мощность заклинания поразила меня до глубины души. С визгом, уходящим в ультразвук беснующееся водное веретено отбросило Архимага и Хранительницу, закрывшихся щитами на полсотни шагов. Водная гильотина мгновенно рассекла лежащих на земле замученных свидетелей, прошлась по не ожидавшим атаки двум Светлым Паладинам. Белоснежные доспехи взорвались гейзерами кровавых ошмётков. Жаль Эфраимку, да не жилец он уже был. Да! А как вы хотели!?

Всё это время я старался перемещаться, максимально смещаясь так, чтобы оставлять Светлых Магов между собой и секретами Рейнджеров, так как первые стрелы уже стали впиваться в землю у моих ног.

Эвглена Зелёная вступила на несколько секунд позже меня. Дважды скастовав Гнилую Трясину (100 тысяч золотых!), Ведьма отрезала нашу полянку от основных сил эльфов. Я подключил Полог Разума и Туманный Полог. Перемещаться стало гораздо комфортней. Тут Хранительница и Архимаг взялись за меня всерьёз. Заревел огонь, ливнем посыпались ледяные глыбы, вспучилась земля под ногами. Благодаря Кругу Маны, я устоял. За беготнёй не заметил, что Рейнджеры перестали стрелять. Показавшиеся на опушке смоляные чёрные клубы тумана подтвердили, что Мод разобрался с секретами. Отлично!

— Аннаинн! С ним Тёмный! — взревел Архимаг, закручивая спираль воздушного вихря своим посохом.

— И ренегатка! — ответила Хранительница, пытаясь остановить появившуюся на поляне Ведьму. Но Эвглена с успехом ускользала от атак Великой Матери, пользуясь преимуществом свободного передвижения по Трясине.

Наступившее шаткое равновесие надо было срочно повернуть в нашу пользу. Периферийные отряды Светлых были уничтожены. Оставшийся десяток сплотился вокруг единственного оставшегося паладина, от которого в разные стороны распространялось золотое свечение, защищавшее войнов от разгулявшихся стихийных магий.

— Бамммммм! — сильнейший звуковой удар заставил упасть меня на колени. Из носа закапала кровь. Похоже Хранительница и Архимаг объединились в Круг Маны. А силён Эрн Дан Дориен! Судя по спектру, Грандмастер представлял Школы Магии Воздуха и Льда. А удар, так некстати отправивший меня в нокдаун, был усиленной Молнией. Глянув на Щит, я отметил, что защита держалась на 30 %. В голове всё ещё звонили колокола, зрение периодически двоилось. Снова начался обстрел со стороны Рейнджеров. Ничего и до них доберёмся.

Рядом материализовался Мод. Я взглянул на него. Капитан был великолепен. С шлема, доспехов и оружия капала густая кровь. Ел он их там, что-ли?

— Пора, брат, Глена займётся паладином и Рейнджерами. А нам достанутся Дориенны, — я еле слышал его сквозь звон в ушах. И вдруг резкая боль заставила меня выгнуться дугой! Мммать! Чем это меня? Но нет. Замедлившийся вокруг меня мир и серые тени подсказали ответ. Неистовство Лоос! Вот как! Боль прошла, появилась кипучая лёгкость движений. Капитан, стоявший рядом плечом к плечу, улыбнулся. Смолистый туман рванулся от нас к Архимагу и Хранительнице, расплющив их защиту. Теперь уже светлые упали на колени. Эрн Дан Дориен хрипел, у него горлом шла кровь. Я рванулся перёд, ощущая тёмные крылья у себя за спиной. Кинжал Охотника дрожал от нетерпения, сияя сапфировым навершием. Архимаг, выпучив глаза, в ужасе смотрел на приближающуюся смерть. Я замахнулся посохом, но Светлый успел подставить свой. Я почти не почувствовал столкновения оружия, лишь заметил, как треснул посох Архимага. Сам Эрн по инерции сместился влево от меня и мой кинжал мягко по рукоять вошёл ему подмышку. Маг попытался что-то сказать, но кровь пошла горлом и глаза эльфа потускнели. Я немедленно развернулся к Хранительнице.

Это надо было видеть! Аннаинн Мелоинн сражалась с Капитаном практически на равных. Только Модиан был с оружием, а Великая Мать отражала удары голыми руками, объятыми всё тем же золотистым свечением.

Я взглянул в сторону отряда Рейнджеров и немедленно направился им навстречу. Часть трясины Архимагу удалось заморозить и сейчас к нам спешили два оставшихся стрелка и Светлый Паладин. Ведьмы нигде не было видно. Неужели улетела на возрождение? Тогда я недооценил паладина.

— Ну что, золотой, потанцуем!!! — заревел я, отмахиваясь посохом от пущенных стрел. А мне нравиться быть Тёмным! Мельком взглянул себе на руки. Кожа покрылась сетью чёрных вен. Даже сталь кинжала стала чернее ночи.

— Лоос!!! — вырвался дружный клич из наших с Модианном глоток. И тут я столкнулся со Светлым Паладином. Его золотое свечение вступило в контакт со смолистым туманом и всё вокруг закипело, испаряя траву, землю, камни, воздух. Я попытался достать его Водным Бичом. Водяное веретено исчезло, не достигнув белого доспеха. Щит и меч в руках паладина порхали, как крылья бабочки. Он методично продавливал мою защиту. Пот заливал мне глаза. Я помотал головой, и тут заметил над головой паладина ник. Золотой Ричард 211 уровень. Игрок?! Это уже совсем плохо. Такая неожиданность нам совсем ни к чему. Радует только его уровень.

Тогда я решил сменить тактику. Контроль Разума на паладина. Срыв каста. Ещё раз. Тот же результат. А если так. Вливаю в заклинание десятикратный запас маны, уполовинив резерв. Есть!

Стан на игрока 1 минута

И то хлеб. Разворачиваюсь и отбегаю на максимальное расстояние, активирую лук и начинаю посылать стрелы одну за одной. Никаких бронебойных. Только магия. Паладин орёт, вращает головой в шлеме, но с места не может сдвинуться. Его золотое свечение меркнет. Шкала его здоровья стремительно скатывается в красный сектор. Ага! Вот где у нас слабое место.

Краем глаза замечаю, что Хранительница уже на последнем дыхании. Доспехи на ней посечены. Их дуэль смещается в нашу сторону. Модианн в этот момент, окутанный чёрным туманом, разворачивается ко мне спиной, одновременно захватив Аннаинн за шею и делает резкое движение.

Тело Великой Матери Светлых Эльфов Дома Дориенн обмякает и медленно сползает вниз. Капитан поднимает руки с оружием к небу и заходится в радостном кличе:

— Лоос!!!

И Дикий Лес, и шум водопада Джордана вторят голосу его мести.

На минуту отвлёкшись, я вижу, что не успеваю и снова продолжаю стрелять, хватая подряд одну за другой стрелы. Светлый Паладин, освободившись от стана, делает рывок… и его меч пронзает бедро Модианна. Нога Капитана подламывается, он отмахивается клевцом и попадает в прорезь забрала паладину. Мои стрелы достигают цели и окончательно отправляют игрока на возрождение. Модианн рушится на спину.

Я бегу к нему со всех ног, сердце заходится в тяжёлом предчувствии. Добегаю и выдыхаю с облегчением. Капитан улыбается до ушей, лёжа на трупах своих врагов и не спеша затягивая жгут из перевязи меча на своей правой ноге.

— Мы сделали это, брат… мы сделали, тень моего сердца… — устало шепчет он сквозь сжатые зубы.

Как-то быстро навалилась усталость, резко подкосились ноги, и я кулём свалился рядом с Капитаном. Откат от Неистовства Лоос был чудовищный. Бары[15] в интерфейсе заполнялись черепашьим шагом.

Бой длился не более получаса, но казалось, что прошёл целый день. У ног лежало прекрасное обезглавленное тело эльфийки. Кровь запеклась на татуированных шипах. Усталость не позволяла по достоинству оценить победу. Со стороны леса послышался стук копыт. Эта наша Глена спешила на помощь. Спрыгнув с лошади, она кинулась к нам:

— Что? Где? Где ранили? — металась она между мной и Капитаном.

— Да не мельтеши, ты, Хельга. Присядь. Выпить есть?

— Выпить?! Выпить ему! Сволочь! Козёл! — замолотила она кулачками мне в грудь, размазывая слёзы по лицу.

— Так, Глена, стоп. Успокойся. Хорош. У нас откат. Мы пошевелиться еле можем. Лучше займись лутом. Тут его богато нападало. Ну. Ты же это любишь, — Ведьма потихоньку успокоилась, всё ещё недовольно бормоча себе поднос, — да, кстати, а ты чего так слилась быстро, ассасин.

— Посмотрела бы я на тебя, у пала абилка уникальная, я пока с Рейнджерами разбиралась он каааак даст! И я на точке возрождения.

Что-то мешало мне расслабится. Какая-то мысль не давалась в руки. О! А где системное сообщение?

— Глена! Мод! Кто-то ещё жив. Надо посмотреть!

Ведьма тут же окуталась Ядовитой Лозой и пулей пролетела по полю боя.

— Эс, тут двое ещё живы, ползи сюда. Это пленники!

Я кряхтя встал и поплёлся к стоящей невдалеке Хельге. Капитан тоже встал, опираясь на мой посох и заковылял к нам. Подойдя, я увидел Эфраима и второго пленника. Я ошибся. Бич их почти не задел. Тюремщику он оторвал пальцы на правой руке, а ослеплённому отсёк ноги по колено. Я достал эликсир жизни и влил по полсклянки в каждого. Слепой остался безучастен, а Эфраим закашлялся и открыл глаза:

— Ввваше эльфийшество, — просипел он, — пппростите, я им всё рассказал, пытали сильно…детишек грозились…

— Не переживай Эфраимка, мы их победили, а ты ещё поправишься, — тюремщик на глазах оживал, кожа порозовела, глаза заблестели. Я снял с себя плащ и, свернув, подложил под спину Эфраима, усадив его, — на вот, — я протянул ещё полную склянку эликсира, — пей по два глотка в час и к вечеру всё заживёт.

— Спасибо, ваше эльфийшество, — тюремщик плакал.

— Эфраимка, а это кто с тобой, — указал я на слепого, который не подавал признаков жизни.

— Нне ззнаю, вваше… — на тюремщика накатило, он осознал, что выжил.

— Конрад, — услышал я голос Капитана, — Дырявый Карман, — вот как ты нашёл свой конец! И словно в ответ раздался стон Главы Гильдии Воров Карагона:

— Вина! Сто золотых за кружку вина!!! — на вора было жутко смотреть. Глаза ему не просто выкололи, а методично выжигали. Рука его худая, как у лича, вцепилась в плечо Эфраима.

— Да мы и так нальём, — я всунул ему в руки бурдюк, выданный мне Гленой, в которой плескалась ещё добрая половина жидкости. Конрад вцепился в него и начал жадно глотать, отрыгивая и проливая.

— Кто вы? — завертел головой слепой вор.

— Не важно, Конрад. Главное, мы спасли вас от Светлых. Вам есть где спрятаться? Здесь три дня пути до Тархангира. Мы дадим лошадь и Эфраим довезёт вас до Волчьего Кургана. Там Наёмники, с ними переправитесь в Карагон.

— Почему вы меня спасаете? — на вора было жалко смотреть.

— Дырявый, тебя опять погубила жадность, зачем ты стал светить цепью, я же предупреждал, что надо продавать не в Карагоне! — Модианн, кряхтя, присел на поваленный ствол дерева. Местность после боя преобразилась, как после артобстрела.

— Модест? — резко повернул голову слепой, — это ты? Они взяли моего человека с цепью во время сделки. О… Я слышал о юстистах эльфов…Но действительность оказалась гораздо хуже. Я не продержался и часа. А ты знаешь, Модест, что меня не сломили даже двенадцать лет каторги…

— Не время для воспоминаний, Конрад, — поторопил я, — вам засветло нужно добраться до Наёмников. Эфраим, вот тысяча золотых, держитесь вместе. А вот тебе мой плащ. Вору в Карагоне спрятаться не проблема, а тебя будут искать Светлые. Плащ Отшельника поможет. Забирай семью и уезжайте.

— Спасибо, ваше эльфийшество, век помнить буду! — Эфраим заплакал.

— Ну, ну. Хватит. Не время раскисать. Я подвёл ему свою Пчёлку и помог усадить Конрада. Затем тюремщик забрался сам.

— Дырявый, запомни, если с Эфраимкой что случиться… ну ты понял! — и хлестнул кобылу по крупу перчаткой. Бывшие пленники рысью двинулись к выходу из долины и скоро скрылись из виду.

— Ты как, Мод, верхом сможешь ехать? — повернулся я к Капитану.

— Попробую, — мрачно кивнул эльф.

Вы выполнили скрытый этап Второй части задания «Чужой среди своих» «Месть Тёмных Эльфов». Уничтожены Архимаг и Хранительница Дома Дориенн, Отряд Светлых Рейнджеров и три Светлых Паладина.

Вы лишены звания Рейнджер Светлого Леса, вы лишены звания Рыцарь Ордена Креста, вы лишены титула Дан.

Внимание! Уникальное достижение! Вы сменили класс. Отныне вы — Тёмный Эльф, Лейтенант Рейнджеров Дикого Леса.

Награда: 1000000 опыта, +25 уровней, +30 ко всем характеристикам. Вы получили уровень…Вы получили уровень…Ваш уровень 307. Распределите очки характеристик.

Эскул ап Холиен, Рейнджер, Уровень 357

Достижения: Ловкач VIII уровень, Быстрые ноги VIII уровень,Меткий глаз VIII уровень, Баловень Судьбы II уровень

Сила 287

Ловкость 380

Выносливость 348

Скрытность 278

Интеллект 650

Мудрость 230

Удача 32

Харизма 20

Боевые Умения: Мастер-лучник, Мастер кинжала, Мастер посоха.

Способности: Следопыт. Видеть невидимое. Друг зверей. Боевой транс. Единение с Водой,

Магия: Грандмастер Магии Воды, Грандмастер Тёмной Магии Эльфов,

Мастер Магии Разума, Магия Природы Ученик.

Репутация:

Орки — Нейтрально Светлые Эльфы — Изгой

Дриады — Нейтрально, Навки, Лешии, Водяные (Нечисть) — Ненависть

Твари Дикого Леса — Нейтрально Хумансы — Ненависть,

Дроу- Признание Половинчики- Нейтрально Гномы — Ненависть,

Фейри — Нейтрально, Тёмные Эльфы — Единение души.

Да что же так больно-то! Меня крутило и выворачивало так, что я свалился болотную грязь и катался, пытаясь унять пылающую кожу. И вдруг всё прекратилось в одно мгновение.

В связи с уникальной сменой класса:

Сет Лесного Охотника (7 уникальных предметов) преобразуется в Сет Лейтенанта Тёмных Рейнджеров с сохранением всех свойств и усилением параметра защита х2 на территории Дикого Леса.

На Глену было жалко смотреть. Она уставилась на меня, как медведь на кадушку с мёдом. Разве что слюна не капала. Она не могла произнести ни слова целую минуту, только тоскливый стон вырывался из её стиснутых губ.

— Эс… 307 уровень…легендарная броня… мама, — только и смогла речитативом повторить Зелёная Ведьма.

— Хельга, зависть плохое чувство, саморазрушительное, — попенял ей я.

— Тёма! Ты себя в зеркало видел!? — всплеснула она руками.

Я тут же активировал интерфейс, функцию внешней камеры на персонажа. Хм. А ничего так. Брутальненько. На меня смотрел всё тот же эльф с русыми волосами, но уже прореженными седыми прядями. Глаза из серых стали абсолютно чёрными, очень смуглая кожа покрылась вязью татуировок, от которых свободным было только лицо. Я присмотрелся. Чёрные Лилии. Логично. Эти же цветы располагались на новом чёрном доспехе, очень напоминающим такой у Капитана.

— Ну что же, нам тоже пора, давай поможем Модианну, — налюбовавшись на себя я подставил плечо эльфу. Кое-как с помощью ведьмы взгромоздили его на лошадь.

— Ну что, Глена, твой Боливар не выдохся, выдержит двоих?[16]

— Залезай уже, красавчик, скоро покажутся орки, а у нас полтора бойца, — Хельга всегда умела поднять настроение.

Мы тронулись в путь не спеша. От долины к Роще Единорогов вела довольно хорошая дорога. Лошади вели себя спокойно. Повеселел даже Капитан, периодически прикладывающийся к бурдюку с вином. Туго перевязанная раненая нога видимо уже немного успокоилась.

Не успели мы отъехать и полулиги, как навстречу выехали орки. Две полные квинты Скалистых головорезов. Привычно скользнул в боевой транс и активировал Круг Маны. Рядом зашипела Зелёная Ведьма.

— Эй, эй. Хватит, хватит!!! — закричал и замахал руками выехавший вперёд крупный орк без доспехов в щегольском малиновом длиннополом кафтане, — мы с миром, Холиен!

— Ба! Какие орки! Рыгаах Большой Палец! А вам то, что здесь нужно?

Орк остановил свой отряд, властно подняв правую руку. Спешился и не спеша в вразвалочку пошёл к нам. Его великолепные жёлтые сапоги и пенсне были видны издалека.

Из уважения, я тоже слез с коня, но активировал Полог Разума, на всякий случай.

— Молодец, Холиен. Уже не мальчик и наука моя впрок пошла, — орк глядел на меня, не скрывая удовольствия.

— Чем могу служить уважаемому Грандмастеру? — не стал я ходить вокруг да около.

— Эээ, тут такое дело. Прослышал мой брат, что Дом Чёрной Лилии вновь населит Дикий Лес.

— Да с чего вы взяли-то, уважаемый Палец? — картинно разводя руками я сделал недоуменное выражение лица.

— Духи! — многозначительно поднял вверх указательный палец орк.

— Ах, духи, ну тогда это меняет дело… — я в ожидании уставился на Грандмастера, отдавая инициативу в его руки.

— Ммм, Холиен, а можно вопрос? — странно было видеть смущённым главу Кафедры Магии Разума.

— Для вас у меня нет секретов, уважаемый Грандмастер.

Орк внимательно посмотрел мне в глаза, взгляд его скользнул по моим доспехам и татуировкам.

— Дориены? Аннаинн? Эрн?

— Мертвы, — я увидел неприкрытое удовлетворение моим ответом на лице моего собеседника.

Орк приосанился, повернулся к своим войнам и нетерпеливо щёлкнул пальцами. Молодой орк, почти подросток, пулей соскочил с коня и подбежал к Грандмастеру, неся в руках кожаный тубус.

— Мой внук, Дрыгаах, — гордо представил Палец орка, — прозвища ещё не заслужил, но перспективный, — и он передал мне тубус. Взяв его, я вопросительно посмотрел на Грандмастера.

— Договор. Союзный. С Домом Чёрной Лилии. Скалистые орки никогда не любили светлых.

— Рыгаах Большой Палец. Я очень уважаю вас, как Мага и Учителя. Но если вы сейчас не ответите на мой вопрос предельно откровенно, то дальнейшего разговора не будет. Это я вам как Лейтенант Тёмных Рейнджеров обещаю, — и выпустил немного смолистого тумана для наглядности. Всё это время мои спутники молча сидели на лошадях, не пытаясь вмешаться.

— Хммм! — откашлялся орк и придвинулся ко мне поближе, опасливо поглядывая в сторону клубящегося тумана, — Холиен, прошла информация в Орду, что Тёмные Эльфы откроют путь через Джордан. А нам бы хотелось не вступать во враждебные отношения с Дроу, а заручиться заранее поддержкой Дома Чёрной Лилии и выступать на одной стороне. Хумансы и Светлые не жалуют орков, Степные разбойники очень непредсказуемы, а Тёмные Эльфы и Дроу… оччень перспективный союз!

— Другое дело, Палец, совсем другое. Честность — лучшая политика. И кому это я говорю? Скалистому орку!

— Ну так, что мне передать Великому Шаману? — орк снова приосанился.

Я обернулся к Модианну с немым вопросом на лице. Эльф едва заметно утвердительно качнул головой. Затем полез за пазуху и, достав свёрнутую шёлковую чёрную тряпицу, подъехал к нам, протягивая её орку. Тот, в свою очередь, протянул тубус Капитану. Развернув тряпицу, орк засиял, как новогодняя ёлка.

— Эскул! Я и не надеялся! — и, коротко поклонившись, Грандмастер заспешил к своему отряду

— И что это было, Капитан?

— Такие союзы никогда не помешают будущему Дому. Ты молод, Эс. Войны начинаются и войны заканчиваются. А торговля вечна. Я отдал ему малый вымпел Тёмных Рейнджеров. Это как согласие на сотрудничество. А его Договор полежит до тех времён, когда у дома появится Архимаг и Хранительница. Им и отдадим.

— Может хватит приключений на сегодня, а? — Зелёная Ведьма уже извелась вся, — поехали, Единороги ждут.

— Хельга, ты о чём? Кто нас ждёт? Часом раньше, часом позже. Вон, все ситуации разрулили.

— Ну, вообще прав, извини, психую. День длинный, — покаянно махнула рукой Эвглена.

И мы, не спеша, поехали дальше. Природа Дикого Леса с приближением к Роще Единорогов стала разительно меняться. Появилось много непуганых зверей и птиц, трогать которых Капитан запретил нам категорически. Олени, медведи, кабаны, барсуки, белки, лисы, волки периодически выныривали из чащи. Сопровождали нас некоторое время и также тихо исчезали. Птичий гомон не замолкал над нашими головами. Воздух был наэлектризован жизненной энергией.

За очередным поворотом дорога расширилась, лес отступил в стороны. В двадцати шагах от дороги поднимались невысокие мшистые холмы, поросшие редким колючим кустарником. Наступал вечер. То самое время перед закатом, когда на короткий период природа замирает и даже воздух становится неподвижен.

Впереди на нашем пути, прямо посередине дороги, сидел на перевёрнутом ведре гном. Ну уж его-то здесь я никак не ожидал увидеть.

— Ну, здравствуй, Вася, — задумчиво произнёс я, слезая с коня и останавливая Хельгу, попытавшуюся сделать то же самое.

— И тебе не хворать, Эс. Век бы тебя не видеть… — культурно отрыгнул в кулак Наёмник, отставляя в сторону зелёную бутыль гоблинской настойки, в которой плескалось на донышке.

Глава двадцать четвёртая

Друг — это тот, чье предательство становится для нас самым большим сюрпризом.

Вербер Бернард «Танатонавты»

Опушка Рощи Единорогов. Кто-то теряет, а кто-то находит.

— Поговорить бы, Эс, — Гном Вася встал и нетвёрдой походкой подошёл ко мне. Лицо его раскраснелось. Борода стояла торчком, глаза были шальные.

— Да я уже понял, Вась, ты чего так набрался? — улыбнулся я.

— Да я почти трезв, Холиен, перед разговором хочу одну вещь сделать, чтобы всё по-честному было. Инвентарь проверь.

Вы получили от игрока Гном Вася Жемчужину Последнего Шанса и Пояс Мести, один миллион золотых.

— Теперь я тебе ничего не должен.

— Что это значит, Вась, не получилось с данжем? — недоумевал я.

— Ни с чем не получилось, Тёма. Прости, если сможешь. Но Игра — это всего лишь Игра. Что такое потерять игрового персонажа? В сравнении с реальной жизнью. Прости ещё раз, и у деда от меня прощение попроси. Я бы ни за какие игровые миллионы никогда не купил себе сердце и лёгкие. А они мне их дали. Прошу, не сопротивляйся. Быстрее всё закончится. А квестов ты себе ещё наберёшь, какие твои годы…

— Ну ты и сссукаа… — вырвалось у меня с одновременной активацией Круга Маны, Щита Воды, — Глена, Мод! Засадаааа!!! — понимая, что отчаянно опаздываю, я рванул в сторону. На холмах появилось множество игроков. Десятка два, не меньше. Неистовство Лоос позволяло мне осмотреть их детально. Хотя я и так знал их принадлежность. Уравнители. Эх, как же не хорошо. Мы только из такого боя вышли. И Вася ещё, сцуко. Он же меня сдал. Хоть его мотивы понятны. Как же его мажоры вычислили? И ведь знали, чем купить инвалида. Васю обнуляй, не обнуляй. В загашнике пара персов всегда найдётся. Эх, Вася, Вася…

— Артём, у них Портальная Воронка, — истерический крик Хельги подтвердил очевидное. Читерская штучка. Ну и кому, как не мажорскому клану владеть такой. Блокирует в пределах ста шагов любые порталы и закрывает возможность ухода игроков на респаун к маякам. Возрождение происходит в радиусе пятидесяти шагов вокруг артефакта.

Да… А какой квест был. Остаётся бодаться до последнего. Договариваться, думаю они не будут, да и я не хочу. С тварями не договариваются, их уничтожают. Надо только Модианна как-то вытаскивать. Иначе вообще всё напрасно. Суки! Гниды! Обидно то как…

Я рванул к Капитану, который под прикрытием лошади уже выпускал одну стрелу за другой. Дистанция ещё позволяла. Мы начали медленно отступать по дороге назад, спина к спине, шаг за шагом. Мод контролировал фронт, я — тыл. Как не планировал противник схватку, бой начался спонтанно. «Уравнители» только-только стали подбираться, окружая нас. Интенсивность огня с их стороны, тем не менее, была довольно средняя. Просто беспокоящие дистанционные заклинания. Массой давят. Живьём взять хотят. Ну, конечно, поизгаляться желает золотая молодёжь.

— Глена, бросай всё, проскочи брешь, кольцо ещё не замкнулось! Догони Пальца. Пусть идут на помощь!

— Хоп! — Хельга, нервничая, дёрнула повод так, что лошадь присела на задние ноги и рванула с места в карьер, за ней устремилось не менее пяти игроков. Пусть попробуют. Фора приличная. Одной проблемой меньше. Нам не выстоять, а у Ведьмы хотя бы шанс есть. На орков надежды мало. Клан топовый, половина игроков 250+.

Кольцо вокруг нас сужалось. Капитан отбросил лук, я обратил свой в посох, кинжал сам прыгнул мне в руки.

— Ну что, босота, кто первый!? — вихрь Водного Бича крутил восьмёрки вокруг кинжала. Мы стояли по колено в смолистом тумане, — Лоос!!! — из наших глоток рванулся клич к кронам деревьев. Мир дрогнул. Небо потемнело. Туман распался на десяток трёхметровых смерчей, которые начали водить вокруг нас хоровод. Из среды окруживших нас игроков вышли пятеро: Вий — Некромант 282 уровня, Мордор — Тёмный Паладин 267 уровня, Торквемада — Инквизитор 302 уровня, Ундина — Болотная Ведьма 296 уровень и впереди всех шагал трёхметровый гоблин Силантий Палач 342 уровня в кожаном фартуке с голым торсом и мясницким тесаком в лапе.

— Ну, что, Эскул, некуда тебе деться, сердешному, а? Сейчас мои ребята твою подстилку догонят и вернут. Мы тебя и её вместе обнулять будем. Ты против кого попёр, вошь? Мы — избранные, и здесь, и в реале. Да мы с тобой разберёмся и пойдём твою деревню пялить. Так и знай. Уравнители-это сила. И не тебе на нас ловушки ставить. Ты, наверное, решил голодранец, что поимел несколько лимонов и бога за яйца поймал? Хрен тебе на всю морду! Мститель народный. Подписался он за неписей… — Силантий смачно сплюнул под ноги, — да твой камикадзе в первый же день прибежал сдавать тебя со свистом. А почему? Потому, что знает за кем сила, да и жаден не в меру. Вот и прибежал студент недоучившийся. А мне не жалко. Пусть теперь бегает. Голубой Паладин. Я ему отсыпал на жизнь. Он мне твоего Васю на блюдечке с голубой каёмочкой… Запомни, эльф Холиен, у каждого есть своя кнопка. Твой Вася со всеми своими принципами, в реале тебя не сдал. Не очень-то и нужно. Скорее всего ты интеллигентик вшивый, сердобольная душонка. Но я не гордый. Мне тебя и здесь достать в удовольствие. Пусть все знают. «Уравнители» врагов не прощают. А случай с тобой мне на репутацию сработает. Ха-ха-ха — гулкий смех гоблина подхватили сокланы. А Болотная Ведьма подошла и прильнула к Силантию, насмешливо посматривая на меня.

— Ну, что молчишь, эльф, или описался уже?.. Ха-ха-ха

— Да, нет, думаю.

— О чём?

— Разочарован я вашим кланом. Я тут планы мести строю, в ловушку их пытаюсь заманить. Наказать пытаюсь. А вы на деле оказались сборищем клоунов, пафоса на троечку. Это вдуматься! Ради одного игрока почти весь клан собрали. Собрались тут инквизиторы-некроманты. Ребят, вы просто психи. Не будет у нас разговоров плохиши — герой. Травить вас, как тараканов надо, как паразитов Игры санировать. Потому, что такие, как я, Глена и даже Вася живём Игрой, живём в Игре. Она — наш дом, а вы в ней гадите, паскуды, гастролёры. Поэтому, разговоров не будет! — с этими словами я бросил Контроль Разума, максимально усиленный Кругом Маны на стоявших лучников с рогами. Десяток игроков удалось взять под контроль сразу и началась потеха. Большая часть клана завязла в ПВП друг с другом. Поднялась суматоха, изумлённо закричали игроки.

Не задействованная VIP — пятёрка «Уравнителей» отреагировала предельно жёстко. В нашу с Модианном защиту врезались сразу несколько высших заклинаний стихий. Я успел заметить Молот Небес, Драконий Огонь, Молнию Тора и практически оглох с первых секунд. Защита держалась, но у меня и Капитана из ушей и носа пошла кровь. Пятёрка «Уравнителей» рассредоточилась вокруг нас. Некромант скастовал Тлен Пустошей. И земля стала буквально проваливаться под ногами. Мод шипел, но опираясь на здоровую ногу, держал Круг Маны, позволяя мне сосредоточится на ведении атаки. Ведьма с протяжным криком вытянула в нашу сторону руки и тучи чёрного воронья прорвали Щит Воды и начали рвать нам кожу, вцепляясь когтями в лица и незащищенные запястья. Я зарычал и закрутил кинжалом над головой. Водный Бич, разбившись на струи, образовал над нашими головами сферу из тончайших нитей, острых, как бритва, которая превратилась в мясорубку для нападающих птиц. Инквизитор активировал одну за другой три стены огня и направил их в нашу сторону. От жара затрещали волосы, запахло палёным.

Неожиданно пятёрку «Уравнителей» накрыло тоннами воды с ледяными глыбами, которая мощным водопадом устремилась с небес. Удар был страшен. Игроков сбило с ног, как кегли, и протащило на несколько десятков шагов. Показатели жизни у многих ушли в жёлтый сектор.

— Держись, Тёма! — раздался родной голос откуда-то сверху и одновременно раздался звук, будто лопнула басовая струна. И выпал снег. Нет. Выпал СНЕГ. Снежинки, величиной с голову телёнка стали валиться на голову игрокам «Уравнителей». Послышались крики и мат, тут же забаненный автоматической программой.

— Ты как здесь дед!? — крикнул я, шедшему на второй вираж всаднику на грифоне.

— Стрелялииии!.. — пронеслось над дорогой.

— Мы в двух лигах, не пробиться, здесь больше пятидесяти «Уравнителей»! — отчаянно помаргивающая красным надпись в групповом чате подтвердила трудности у Хельги.

- Уходите, не ввязывайтесь, наверно, это конец. Сердца и фиал не выпадут, но, скорее всего, меня могут обнулить. Свяжемся завтра утром. Отбой.

Я заблокировал чат намеренно, чтобы отсечь все возражения. В этот момент с правой стороны дороги из-под холма раздался пронзительный свист, и огромная чёрная стрела, окружённая электрическими сполохами, метнулась в небо. Тут же раздался душераздирающий клёкот грифона, который стал камнем валиться с неба, беспорядочно взмахивая золотыми крыльями. Архимаг изловчился и у самой земли спрыгнул с седла и медленно опустился в пятидесяти шагах от нас с Капитаном. Руки Арн Дан Холиена, не останавливаясь, плели паутину заклинаний. Водяной смерч окружил мага, раскидывая врагов. Летящие с огромной скоростью тонкие пластины льда, рассекали врагов надвое, отрывали конечности. Девственная белизна инея под лучами заходящего солнца соперничала с рубиновыми каплями кровавого дождя. Сквозь эту круговерть к деду шагнул Тёмный Паладин, которого окружала сфера, напоминавшая грязный пузырь. Он активировал бабл! (1). Позади Мордора в напряжённых позах застыли Вий и Торквемада. На моих глазах меч Тёмного Паладина одним слитным движением отсёк руки Архимага по локоть. Дед упал на колени и страшно закричал, запрокинув голову. В это время Инквизитор и Некромант резко выдохнули в его сторону. Тучи Смрадной Саранчи налетели на Арн Дан Холиена и в мгновение ока обглодали его тело до костей. Его скелет так и застыл с отрубленными руками, запрокинув оскаленный череп к небу. Надеюсь, дед прикрутил процент ощущений. А то я не знаю, как можно вытерпеть заклинания этих извращенцев! Через несколько мгновений Архимаг возродился в десятке шагов от меня.

— Дед, у них Портальная Воронка, — проинформировал я.

— Знаю, они накрыли локацию Глухотой, так же, как и в Старых Мхах, к нам никому не пробиться, внешний чат тоже заблокирован. Мажоры используют все преимущества.

— Вася сдал меня, дед.

— Я подозревал, его видели с Силантием в Карагоне, плохое предчувствие привело меня сюда. Порталы из Тархангира не работают. Взял грифона. Жаль. Он мне мало помог. Красивый зверь.

Что-то чувствую себя плохо, голова кружиться. Заклинания у них прокачаны на нанесение максимальных болевых ощущений объекту.

— Наша защита продержится не более десяти минут, дед. Уходи оффлайн! Я настаиваю!

— Респовы никогда не отступают! — улыбнулся Архимаг.

— Эс!!! — на Модиана было страшно смотреть, — я постоянно взываю к Лоос, она не откликается. Такого не может быть. Это Дикий Лес. Я не понимаю, — эльф держался из последних сил, — ты обещал, Эс, сердце!

— Я помню, брат, всё помню, не беспокойся, — мы теснее сдвинули ряды, Щит Воды и Полог Разума становились всё тоньше, напряжённость защиты медленно, но верно снижалась. Цифры процентов в интерфейсе сменялись каждую секунду.

— Модианн, Дед, рисковать больше не вижу смысла. Капитан, эти бессмертные любят мучить жертвы. У меня есть артефакты. Видимо, не всю совесть продал Вася. Можно кончить всё разом. Подпустим поближе и я активирую пояс. Дед, держи Жемчужину. Используй её, она позволит тебе в течение минуты быть устойчивым к действию Пояса Мести. Скорее всего, Глухота завязана на кого-то из VIP-пятёрки. Ты сможешь сделать запрос админам, те заморозят локацию. Капитан, это способ уйти достойно, а не под пытками бессмертных. Ты готов?

— Спасибо, Холиенн. Смерть от руки брата, чтобы враги не надругались над честью… Ты более Тёмный, чем я. Лоос не ошиблась. Спасибо, увидимся за столом у Великого Альва!

— Артём, Жемчужину возьмёшь ты, мне дашь Пояс, я на грани потери сознания. Применю и сразу оффлайн. Бодайтесь дальше сами.

— Хорошо, дед, по моей команде, на счёт пять!

Моя сфера защиты уменьшила радиус до расстояния вытянутой руки. Капитан встал во весь рост, опершись на ножны своего меча. Единственный глаз его сиял, рот оскалился в улыбке. Он сыпал проклятиями в сторону «Уравнителей». Из-за множества сплетавшихся заклинаний и буйства стихий вокруг нас до небес поднялся столб пыли, лесного мусора, земли, перемежаемый огненными сполохами и разрядами электричества. Небо потемнело. Я увидел лица Силантия, Ундины, Мордора, Вия и Торквемады. Их цель была почти у них в руках. Протяни руку — и желание сбудется. Я постарался их не разочаровать.

И активировал Жемчужину. Раз! Раздавил её зубами.

Жемчужина Последнего Шанса, класс предмета — редкое, на 1 минуту дает полную неуязвимость магии и физическому урону. Ограничение: одноразовый. По окончании резиста — гибель игрока.

Два! Защита начала стремительно таять. Три! В грудь, шею Архимага и Капитана вонзились несколько стрел с зазубренными наконечниками. Четыре! Модианн покачнулся, но устоял, метнув с размаху свой меч, как копьё, снёсший голову Вию. Чёрная кровь хлынула на Силантия. Пять!

— Дед! Пора!

Пояс Мести. Класс предмета — редкое. При разрушении активирует заклинание «Мясорубка», одноразовое — в течение 1 секунды в сфере радиусом 10 метров вокруг разрушенного пояса происходит фрагментация органических и неорганических объектов с полным игнорированием магической и физической защиты. Ограничение — может быть активирован только вместе с Жемчужиной Последнего Шанса.

Внимание! Изменение Особенности артефакта — в локации Роща Единорогов из-за высокого магического фона: 100 % вероятность эффекта Зеркала Справедливости (при фрагментации разрушаться все предметы в инвентаре игроков Эскул ап Холиен, Арн Дан Холиен за исключением квестовых, разрушаются подлежат все предметы из инвентарей противников, оружие и доспехи).

Я обнял истаивающие на глазах тела деда и Капитана и закрыл глаза. Сообщения в техподдержку и администрацию не проходили. Мы ошиблись.

В ваш инвентарь перемещено Сердце Модианна Эгинна. Вы погибли и будете возрождены на месте гибели: эффект от Портальной воронки.

Вы потеряли уровень…вы потеряли уровень…вы потеряли уровень. Ваш уровень 286.

Я очнулся от обидного пинка под рёбра. Лежал на земле в своей старой тюремной робе. В инвентаре лежали два сердца и фиал. Всё остальное съела магия Пояса Мести.

— Ты готов к обнулению, Холиен? — я с удовлетворением отметил злые лица VIP-пятёрки, собравшейся вокруг меня в полном составе.

— Ты ответишь за все наши вещи, — прошипела Ведьма Ундина. Остальные сокланы стояли молча, готовые сорваться с поводка Силантия.

Можно было бы конечно сопротивляться до конца. Порох в пороховницах ещё был. Как и ягоды в ягодицах. Но смысл. До админов я так и не достучался. Чат Бюро молчал. Глухо, как в танке на дне Марианской впадины. Переиграли, ссуки…

— Если обнулите не мучая, выдам секрет Тёмной прокачки. Но только тебе, Силантий, — я поманил Палача пальцем. Тот, плотоядно улыбнувшись, подошёл ко мне и нагнулся.

Я, прикрыв рот ладошкой, сложенной «ковшиком» приблизил лицо к его правому уху:

— А не пошли бы вы все на хер! — гаркнул я во всё горло и зарядил с правой от всей своей нубовской души Палачу по бубенчикам. И, улыбаясь во все сорок четыре зуба, нажал оффлайн.

Согласно игровым правилам вы не можете выйти из боя до потери всех уровней или победы над всеми противниками. Выход оффлайн равнозначен поражению. Вы хотите выйти? Да\Нет

Да

Вы потеряли уровень…вы потеряли уровень…вы потеряли уровень. Ваш уровень 10.

* * *

Я вывалился из нейрованны в коммуникаторную и чуть не споткнулся о лежащего ничком деда. На его обнажённом теле ещё не успели растаять остатки геля.

— Дед, деда!!! Ты слышишь меня?! — я тряс и растирал ему виски и ушные раковины, пульс едва прощупывался. И тут я заметил отсутствие на его плече МКИПа. Как это возможно? Как он вообще в Игру зайти умудрился? Я нажал кнопку экстренной помощи на своём приборе.

События дальнейшего часа слились для меня в какой-то кошмарный калейдоскоп. Геликоптер экстренной службы прибыл уже через 7 минут. За это время я успел найти МКИП деда и подключил его в режиме реанимации. Деда переложил на кушетку в коммуникаторной. С неё его и переместили в прибывший модуль реанимации. Видимо вид мой был настолько страшен: всклокоченный и в старых спортивных штанах, что экстренники не отказали мне в просьбе сопровождать деда в геликоптере до нейрокризисного центра. Весь путь я раскачивался из стороны в сторону, сидя на маленьком откидном стульчике в правом углу кабины, завернувшись в термоодеяло. Я безучастно следил за работой техников, которые подключали каскад за каскадом жизнеобеспечения к телу родного мне человека.

В сам реанимационный блок меня не пустили и я, скорчившись в позе эмбриона в холле центра, провел эту ночь в ожидании новостей.

Пока после долгой, долгой ночи не наступило утро. Первое утро нового 2060 года. И оно было далеко не радостным.

Тотальный инсульт. Гибель 96 % тканей коры головного мозга. Андрей Анатольевич Респов, Архимаг Арн Дан Холиен, единственный оставшийся на Земле мой родной человек был мёртв. Он погиб, ещё находясь на полу коммуникаторной. Все попытки борьбы за жизнь его мозга не увенчались успехом. Это рассказал дядя Миша, нашедший меня в коридоре. Он всё говорил и говорил, подсовывая мне какое-то питьё и подключая к МКИПу дополнительные картриджи. От этого по всему телу разливалась слабость, а в голове разрасталась звенящая пустота.

Потом был электрокар, на котором меня отвезли обратно на дачу. Ленивое зимнее солнце ещё не взошло. Темнота и пустота комнат пугала. Я поблагодарил Михаила Васильевича и попросил оставить меня одного. Он пообещал подъехать к вечеру. Спать не хотелось, и я поднялся в кабинет деда. Плюнув на всё, я достал из бара бутылку виски и уселся за рабочий стол. В глаза бросились его книги, которые я рассматривал накануне. И фотография моих родителей в ореховой рамке. Паршиво всё это. Теперь совсем один. Я приложился к горлышку. Виски обжёг гортань, и я поперхнулся, утёр рот краем одеяла. Дальнейшее плохо помню. Вроде бы разговаривал с фотографиями, что-то доказывал и орал. Так и заснул за столом. Пустая бутылка глухо стукнула и покатилась по ковру.

* * *

Разбудила меня трель коммуникатора. Противно ввинчиваясь в мозг и усиливая тошноту, она звучала в унисон с сигналом от МКИПа, который зло смотрел на меня красным глазом. Я включил терминал.

— Ну наконец-то, Артём, я пытаюсь связаться с вами уже час! — на экране возникло возмущённое лицо Инны, секретаря Билла, — приношу вам свои соболезнования. У меня информация для вас.

Я молча уставился на брюнетку, не отрывая взгляда от экрана. Больше всего мне хотелось сейчас, чтобы меня оставили в покое.

— Вы слышите меня, Респов! Билл просил передать, что в связи с произошедшими событиями, наше с вами сотрудничество прекращено. Напоминаю, договор о неразглашении вами подписан. Вам переведено вознаграждение за участие в размере пятисот тысяч рублей. Игровое золото можете оставить себе.

— Постойте, но как же так? — я с трудом произносил слова, во рту поселилась тягучая горечь, — а результат? Фиал всё ещё у меня.

— Билл просил передать, что они ошиблись, дело не в Фиале, точнее не только в фиале. Бюро провело анализ смерти вашего деда. Картина совсем иная. Патологоанатомическая картина совершенно другая. Тотальный инсульт, а у предыдущих жертв — локальный инсульт в области гипоталамуса. Полное микронейронное сканирование показало, что после смерти Андрея Анатольевича Респова не сохранялась полноценной связи с его аватаром в Игре. Мне очень жаль. Ещё раз примите мои соболезнования…

Я молча отвернулся от потухшего терминала. Надо было вставать. Впереди много дел. Не очень приятных. Но необходимых. Надо было как-то жить дальше. Одному.

Назойливое попискивание со стороны терминала прервало мои мысли. В груди разгоралось глухое раздражение. Но это оказался лишь помаргивающий значок электронной почты. Хорошо, мне сейчас совсем не хотелось ни с кем говорить. Я коснулся пиктограммы. Сообщение развернулось, и я с недоумением увидел подпись. Дед прислал мне сообщение и по какой-то причине оно пришло только сейчас? Бред какой-то. Хотя существовали настройки, которыми можно было выставить условие доставки в конкретное время. Точно, так и есть. Я улыбнулся. Дед в своём репертуаре. В сообщении было только одно предложение:

Артём. Дойди в Игре до конца!

Снова бред какой-то… До какого конца? Почему это сообщение он посчитал нужным прислать мне? Я вчитывался в единственную строчку ещё и ещё раз. Я посмотрел настройки сообщения. И тут горячая волна ударила меня в затылок. Задрожали руки. Текст начал расплываться перед глазами. Этого не может быть! Время! Время отправки сообщения 23:44. 31 декабря 2059 года. Я точно помню время прибытия геликоптера экстренной службы, эти цифры врезались мне в память 23:27. Дед не мог физически отправить это сообщение. Он уже умер к этому времени…

Стоп. Стоп. Дед. Умер. В нейрованне. Инсульт. Полноценная связь с аватаром в Игре! Кто сказал, что она должна быть не через почту. Так, где письмо? Надо глянуть IP-адрес. Что за чёрт? Письма не было. Отметка во входящем треке есть, а письма нет. Всё чуднее и чуднее.

Хм, вернёмся к письму. «Дойди в Игре до конца». Что это значит? Думаю, мудрить не стоит. Дойти до конца — выполнить квест. Сердца и Фиал — всё, что осталось. У меня снова задрожали руки. Что бы за этим не крылось, ответ я найду только в Игре. Так чего я сижу?

На ходу срывая с себя одеяло, я запрыгал на одной ноге, запутавшись в тренировочных штанах, и чуть не упал на пороге коммуникаторной. Нейрованна чмокнула гелем.

Статус красный. МКИП — запрет. В таком состоянии здоровья вы не можете войти в игру!

Проклятая железяка. Я сорвал прибор с плеча и ринулся на кухню. Схватил с полки сумку со своим рабочим инструментом. Сейчас я покажу тебе, кто венец творения. МКИП конечно пошлёт сигнал на центральный пульт, но контролирующий техник отреагирует только к вечеру. Уж кто-кто, а я-то знаю! Это же не сигнал об угрозе жизни. Всего лишь, о вскрытии пломбы. Федеральное преступление, не более того. Так, этот контур сюда, а этот отключим. Немного стимуляторов не повредит. Остатки алкогольного опьянения не должны мешать мышлению. А это что за фигня? Я достал из МКИПа автономный блок неизвестного назначения с собственным блоком питания. Бюро! Точно, это же их машинка. В мусор! Они во мне больше не нуждаются. Так, порядок. Вытер руки бумажным полотенцем. Нацепил прибор. Порядок, статус зелёный. Игра! Ты мне задолжала!

* * *

Опушка Рощи Единорогов выглядела опустошённой. К вечеру Игра залечит раны земли и леса. А пока выжженные проплешины и лужи зловонной жижи на месте буйства стихийной магии создавали унылую картину.

Не время сожалеть. Дед сказал, что надо дойти до конца. И я пошёл.

Эскул ап Холиен, Рейнджер, Уровень 10

Достижения: Ловкач VIII уровень, Быстрые ноги VIII уровень,

Меткий глаз VIII уровень, Баловень Судьбы II уровень

Сила 10

Ловкость 10

Выносливость 10

Скрытность 10

Интеллект 10

Мудрость 10

Удача 32

Харизма 20

Боевые Умения: Мастер-лучник, Мастер кинжала, Мастер посоха.

Способности: Следопыт. Видеть невидимое. Друг зверей. Боевой транс. Единение с Водой,

Магия: Грандмастер Магии Воды, Грандмастер Тёмной Магии Эльфов,

Мастер Магии Разума, Магия Природы Ученик.

Репутация:

Орки — Дружба Светлые Эльфы — Изгой

Дриады — Нейтрально, Навки, Лешии, Водяные (Нечисть) — Ненависть

Твари Дикого Леса — Нейтрально Хумансы — Ненависть,

Дроу- Признание Половинчики- Ненависть Гномы — Ненависть,

Фейри — Нейтрально, Тёмные Эльфы — Единение души.

Идти босиком было… непривычно. Это ещё мягко сказано. Нубовские ощущения минимальных параметров заставляли останавливаться каждые пятнадцать минут и ждать, когда наполнится бар выносливости. Тем не менее, злой и усталый через два часа я достиг средоточия Рощи Единорогов.

Широкая лесная поляна, наполненная изумрудным светом отражённых лучей солнца, на которой росли чудесные растения, напоминающие гигантские пушистые одуванчики с зонтиками всех цветов радуги. Порывы лёгкого ветерка заставляли срываться с венчиков их летающие семена и наполнять пространство парящими парашютиками. На мягком мхе среди вековых валунов стояли, прогуливались и лежали Единороги. В центре поляны располагался алтарь из цельного чёрного полированного обсидиана, окружённый мегалитами в виде фигур всех основных рас, населяющих МИФ.

— Эскул ап Холиен! Зачем ты явился к нам?! — вкрадчивый громкий голос принадлежал белоснежному Единорогу с перламутровым рогом, который стоял передо мной, закрывая путь к алтарю.

— Великий Хранитель, путь мой привёл меня к вам с единственной целью. Я принёс Фиал Изменения Сущности, к которому привязан. Я хотел бы исполнить предназначение.

— Ты очень самоуверен Холиен или глуп. Что проку в твоём желании? Назови хоть одну причину, по которой Древние Хранители должны разрешить тебе пользоваться алтарём?

Я так устал от игровых условностей. Меня взбесил этот заносчивый Единорог. Устроились тут, Хранители, понимаешь. Но я сдержался, залез в инвентарь.

— У меня целых две причины, Древний! — и я протянул ему сердца на ладонях.

Вы полностью выполнили задание «Чужой среди своих»

И это всё?.. Ни опыта. Ни достижений. Н И Ч Е Г О…

Я в растерянности опустился на мягкий мох и поднял голову к кронам деревьев. Вокруг меня собрались все Единороги с поляны.

— Сердца Предназначенных… — раздался шёпот со всех сторон, вперёд выступил огромный чёрный Единорог, грива его серебрилась благородной сединой.

— Ты достоин! — произнёс он, и все Единороги склонили головы, — Тёмный Эльф, Эскул ап Холиен, ты желаешь открыть силу Фиала Изменения Сущности?

— Мне можно спросить? — спросил я робко, затаив дыхание.

— Достойному не нужно разрешение, — ответил Чёрный.

— Эти сердца принадлежат двум любящим душам. Одна пожертвовала собой для меня, чтобы я мог воспользоваться фиалом. Другой был мне другом в путешествии и братом в неравном бою. Они любили друг друга и были разлучены судьбой. Я хотел бы, чтобы их души соединились. Если нужно, возьмите Фиал, мне он без надобности. Пусть его сила послужит вам. В погоне за ним я потерял всё, что у меня было.

— Желание Достойного понятно. Мы знали ещё одну Достойную много лет назад. Её сердце ты принёс нам. Знаешь ли ты для чего нам сердца эльфов?

— Нет, Хранитель.

— Это сосуды души. Присмотрись, эти два сердца пульсируют в такт. Их не разлучит ни одна сила в мире. Они — две половины целого. Они — сокровище. Ты принёс нам сокровище из сокровищ. Неумирающую Любовь. Мы никогда не сможем вернуть тебе долг, Эскул ап Холиен. И даже десять Фиалов не погасят его. Ты можешь использовать Фиал, а можешь выбросить его. Ничего не изменится. Мы выполним твою просьбу. Эраинн и Модианн сядут за стол Великого Альва и выпьют свадебный кубок. Не сомневайся. У тебя же есть ещё одно дело. Обернись. Я встал и медленно повернулся назад. Странно, меньше всего я ожидал увидеть её здесь.

Великолепная Лоос. Она выглядела непривычно и странно. При дневном свете её платье глубокого серого цвета расплывалось размытой дымкой, короткий подол едва прикрывал колени, босые ноги переступали по мягкому мху. На голове — легкомысленный венок из чёрных лилий.

— Эскул, осталось последнее незавершённое дело. Мой Тёмный Возлюбленный. Я должна рассказать тебе о многом.

Я устало и растеряно посмотрел на неё и кивнул. Единороги расступились, давая нам дорогу.

— Пойдём со мной, Рейнджер.

Мы прошли Рощу, достигли небольшого холма, у подножия которого стояла покосившаяся деревянная хижина, крытая старым дёрном и прошлогодней хвоей.

Входя за Лоос, я заметил, как заскрипели давно не смазанные петли. Внутри была всего одна комната. Напротив двери стоял грубо сколоченный стол из не ошкуренной сосны, несколько крюков вбитых в стены были пусты. За столом во всю стену располагались двустворчатые ворота, крашенные дёгтем и запертые на простой чугунный засов. Лоос подошла к столу, сняла с головы венок и повесила его на один из крюков и обернулась ко мне.

— Странное место, Богиня, — озадаченно пробормотал я.

— Это место, где ты получишь ответы на многие свои вопросы, — развела руками Богиня.

— На все?

— Почти на все, Артём Сергеевич, — Лоос невинно смотрела на моё удивлённое лицо, улыбаясь краешком губ.

— Эээ, вы из администрации? Бюро?

— Нет, Тёма, ни то, не другое, — фигура Лоос поплыла и через мгновение передо мной стоял Рыгаах Большой Палец в своей попугайской жилетке и дурацком пенсне, — может так тебе будет привычнее, техник, на сколько я знаю, с орком у тебя интимных отношений не было, и это не будет мешать взаимопониманию?

— Ннне будет, — совсем растерялся я.

— Не ужели у тебя нет вопросов, доктор?

Я разозлился на себя. Чего я теряюсь. Именно за этим я сейчас и зашёл в Игру!

— Мой дед жив? — я замер в ожидании.

— Физически — нет. Его сознание перемещено в альтернативную интеллектуальную матрицу. Проще говоря, люди называют это переселением души.

— Простите, а вы — не человек? — спросил я и тут же устыдился вопроса.

— Перестаньте психовать Артём, в этой локации мы не доступны ни Бюро, не Корпорации, ником из живущих на Земле. Я ИскИн Игры, выбранный для посреднических функций. Всё банально и завеса тайны для вас открыта. Вас правильно информировал Билл, как он вам представился. На самом деле этот человек один из членов совета директоров Корпорации, он скрывает тот минимум информации о нас, которую его аналитикам удалось добыть. Если кратко. Это Контакт. Да, да, контакт с внеземным разумом. Весь этот земной фольклор, зелёные человечки, живая протоплазма, мировой разум, звёздные войны и так далее. На этот раз всё обстоит иначе. Есть Они. Цивилизация. Практически полностью познавшая материю и пространство. Жадная до знаний и познаний, цивилизация, достигшая высокого уровня. Но. Но упустившая познание самих себя, как личностей и индивидуумов. Люди интересны им. Очень. У вас есть невосполнимый для них ресурс. Эмоции. Вы рождаетесь и умираете, любите и ненавидите, голодаете и убиваете. И ещё много чего. Они же давно лишены большинства из этих чувств. Им. Им скучно, Артём. Вселенская Скука. И они идут на контакт с человечеством ради этого ресурса. Но бездна между их интеллектом и земным глубока. Вот поэтому они и выбрали Искусственный Интеллект в качестве посредника и буфера. Они создали искусственную реальность. Не путать с земной виртуальностью. Туда они вот уже десять лет помещаю интеллектуальные матрицы землян. По просту говоря, души. Души людей, которых перестаёт связывать в жизни на Земле что-либо или кто-либо. Одиночек. Неприкаянных. Потерянных. Изгоев. Их мир — это эмоциональный полигон. Переместившиеся получают право на вторую жизнь, возможность начать всё заново. Для адаптации сохранены многие игровые условности. Рост уровней, некоторых характеристик, магия, способности, чудеса, возрождение. Но только для перемещённых душ! Нет только одного. Пути назад. Возможности возвращения в земную реальность. Вы поняли, Артём.

— А если нет? — лихорадочно спросил я. Мысли были в смятении. Информация взрывала мозг. Почему-то верилось во всё это сразу и безоговорочно.

— Ничего страшного, разговор наш стирается у вас из памяти, вы возвращаетесь к прежней жизни, как будто ничего не произошло.

— И всё?

— Да, живите дальше, как хотите, — я закрыл глаза и передо мной встала моя прежняя жизнь. Нет, не хочу!

— А дед выбрал новую реальность? — с затаённым дыханием я ждал ответа.

Орк молча посмотрел на меня сквозь стёкла пенсне.

— Я не вправе разглашать эту информацию, — тон его заледенел, — вы должны решить всё в течении 30 минут. Я сейчас выйду из локации, вы будете здесь закапсулированы. Скоро я приду за ответом. — и орк растаял невесомым облачком.

Вот такие дела, Артём Сергеевич. Остаться на Земле или выбрать космическую реинкарнацию? А ведь я к этому шёл. Или подталкивали меня всё последнее время. Плевать. Исхода только два. Что меня ждёт на земле? Вернусь, похороню деда, выйду через пять дней на работу. И буду заниматься нелюбимым делом… сколько смогу или сколько позволят. Игра после этой информации покажется пресной. Да и не хочу я больше туда, где правят бал всякие «Уравнители» и Бюро. И зачем мне тридцать минут?

— Эй, алё гараж! Не надо больше ждать. Согласен я. Пакуйте.

Орк мгновенно материализовался за столом.

— Что же, хорошо, я уважаю ваше решение, Артём. Прежде всего нужно подготовится. Сам переход проводится не мгновенно. Тонкая структура разума ничего общего с существующими земными понятиями о физике и физиологии не имеет. Процесс длится около двенадцати часов индивидуального времени. Вы должны будете оставить на этом столе все предметы из инвентаря, а также одежду. Мы в шутку называем этот сарай Чистилищем. В этом есть доля истины. Затем, я выпущу вас в эти ворота, — он указал на те, что были за его спиной, — вы получите из одежды только вот этот предмет, — он выложил на стол рясу из грубой толстой мешковины, с капюшоном, — за воротами начинается переходная локация, своеобразный мост между мирами. Мы называем его просто «Путь». Это дорога, по которой вы должны пройти до конца. Вы сё понимаете?

— Пока всё предельно ясно. Что мне делать в Пути и как я пойму, что переход закончился?

— Отлично, мы не ошиблись в вас, вопросы справедливы. Виртуальный мир Земли или совокупная виртуальная реальность не сразу отпускают душу игрока. Вы рвёте пуповину медленно, по живому. Это очень тяжело эмоционально. На Пути старайтесь бороться с депрессией. У каждой души свой Путь, и я не могу предугадать, какой будет у вас. Скажу, что обязательно на этом пути у вас будут встречи. Не игнорируйте их. Это поможет в новом мире. Вы готовы начать?

— Хм, дда! — с некоторой заминкой ответил я.

— И ещё, вам разрешается одно электронное послание одному объекту на Земле. Здесь и сейчас. Поскольку, когда за вами закроются эти ворота, физическое тело на Земле умрёт.

— Подумать можно!

— Да, недолго.

Вот это проблема. Дяде Мише? Зачем смущать старика? Похоронит и успокоится. А так — пустые переживания. Хельге? А на черта я ей сдался? Молодая. Вся жизнь впереди. Это что получается? Некому совсем? А, хотя…

— Я выбрал.

— Прошу, — орк пододвинул ко мне терминал, возникший на столе. Через минуту я встал и набрав в грудь воздуха сказал:

— Теперь уж точно готов.

Орк молча указал мне на мою одежду. Я быстро освободил все слоты инвентаря и рюкзак и свалил все на стол. Натянул рясу и подошёл к воротам.

— Да поможет тебе великий Рандом! — орк подтолкнул меня в спину и задвинул створки ворот за мной. На столе истаивал терминал, на экране которого горело внутриигровое сообщение абоненту Гном Вася:

— Живи счастливо!

ЭПИЛОГ

Я с тобою пошёл на бой,

Чтобы вытерпеть твою боль

Ну а с ней, я пошёл на жизнь

И осталась одна только смерть.

Вот туда я возьму вас всех,

Чтоб и там я вас смог полюбить…

Неизвестный поэт.

Ворота за спиной закрылись с протяжным скрипом. В затылок дохнуло жаром, как бы подталкивая меня вперед. Выходить из тепла в сырое утро не хотелось. Дорога под ногами шла в гору. На обочинах ютились чахлые кустики крапивы вперемежку с кучками каменных голышей. Тёмно-зелёные цвета доставшегося мне Пути терялись в дымке серого тумана. Я невольно передернул плечами под колючей тканью подаренного рясы и зашагал, стараясь особо не морщится: ступни то и дело накалывали мелкие камни там и сям валявшиеся на дороге. Несильный, но промозглый ветер дул прямо в лицо, старался забраться под полы одежды. Кожа кистей рук и стоп сразу покраснела и ее начали покалывать мелкие иголки. Реалистичность нового мира действительно поражала. Если так выглядит Путь, то каков же мир Небытия?

На душе было пусто, и серое небо, едва видимое за клочьями тумана, не прибавляло настроения. Достигнутая такими трудами цель не давала чувства удовлетворения, и только тревога, поселившаяся где-то внутри живота, почему — то заставляла ускорять шаг. Запоздало оглянувшись, я не увидел уже исчезнувших за поворотом ворот Чистилища.

Дорога становилась все круче и вилась змеей, все сильнее забирая в гору. Туман позволял увидеть ее только метров на 20–30 вперед. Порывы ветра становились сильнее и резче.

Спустя два часа мне удалось достигнуть места, где Путь делал крутой поворот вправо и стал полого спускаться вниз. Ещё через полчаса ветер стал стихать, а туман превратился в непонятную субстанцию, напоминая молоко, разведенное водой.

Дальше дорога стала медленно поворачивать влево, и через некоторое время мне стало казаться, что я иду по огромному циклопическому ущелью, точнее по его внутренней стене. А в центре ущелья, за зыбкой пеленой тумана, медленно проступала тень исполинской горы. Вся эта картина давила на мозг, но отвлекала от боли в ступнях, которая к тому времени превратилась в проблему. Нет, кровавых следов, к счастью, как ни приглядывался, я ещё не оставлял, но и особого комфорта в Пути ИскИн не обещал.

К четвертому часу издевательства над собственным организмом, наконец, появилось солнечные лучи стали пронизывать туман то здесь, то там. С каждым новым витком дороги скальная поверхность горы в центре ущелья обрастала всё большими деталями.

То там, то здесь на ней виднелись широкие уступы, поросшие можжевельником, масштабы которых я смог оценить уже несколько позже.

Расстояние от дороги до ближайшего уступа было, пожалуй, чуть менее полусотни метров. Снизу из непроглядной пропасти, медленно поднимались все те же опостылевшие клочья тумана. Дна было невидно, а брошенный мной из интереса камень, канул беззвучно, не отозвавшись ни звуком удара, ни осыпью. Раздражала тишина. Если первую часть пути шум ветра в ушах ещё давал ощущение реальности, то сейчас только мягкий шорох ступней по земле, да ноющая боль в груди и ногах продолжали держать меня в тонусе.

Показавшийся за изгибом горы очередной уступ, на этот раз был кем-то облюбован. К тому моменту я так устал от монотонности подъёма, что сначала даже не остановился. Удивляться не было сил.

Пройдя несколько десятков шагов и приглядевшись, стал понимать, что, видимо, перегруженная психика, наконец, нашла повод отомстить мне за все испытания последних дней, которым я её подверг. Морось или пот (я не заметил, как вспотел) заливали глаза. Пришлось скинуть капюшон и тщательно протереть их ладонями. Мне открылась великолепная картина, достойная великих веб-мастеров виртуальности.

На чёрном, как антрацит, каменном уступе, повернув в мою сторону бурую лобастую голову, стоял огромный медведь. Нет, не так. МЕДВЕДЬ. Туша его частично была покрыта доспехами из сверкающего белого металла, на поверхности которого солнечные зайчики играли каждый раз, как он переступал своими чудовищными лапами. Пар из ноздрей зверя при каждом выдохе колыхал туманную дымку, а сиплое дыхание было слышно даже по эту сторону пропасти. Опасность, казалось, исходила от самых кончиков стальных когтей на латных перчатках до серой попоны на медвежьей спине.

Я был готов поклясться, что медведь, периодически поглядывает на меня, ухмыляется, поминутно поворачивая голову к своему седоку. О котором следовало сказать отдельно.

На медведе восседал. Именно восседал, странный зверь. Покрытый белоснежной, слегка запылённой, шерстью, с огромными, округлыми, как локаторы, ушами, одно из которых было пришито по разрыву грубыми сыромятными ремешками. На голове его был водружён лихо заломленный черный берет с криво пришитой красной матерчатой пятиконечной звездой вместо кокарды. Левой лапой он упирался в пояс, гордо подбоченясь. Правая сжимала огромный кусок ветчины, от которого зверь периодически смачно откусывал своими страшными треугольными зубами и жевал, причмокивая и урча.

Его чёрные глазки-бусины внимательно уставились на меня. Я остановился, стараясь не шевелиться. Мало ли. А если прыгнет? Я этому мишке на один укус.

Вдруг, белый зверь улыбнулся мне до ушей, продемонстрировав акулий оскал. Вмиг засунул всю оставшуюся вкуснятину себе в рот, стряхнул крошки с лапы в пропасть и вскинул ее к плечу сжав предварительно в кулак. Хм. Интересный жест. Прямо из прошлого. Из другой жизни!

Медведь поднял морду к небу и заревел. Бааарр! Словно в ответ, рядом с ним появилась арка небольшого портала, из которой вышел высокий, атлетично сложенный эльф с длинными седыми волосами, в тёмных доспехах Рыцаря Смерти и в короне, сотканной из мрака. Он деловито ухватил зверя за пришитое ухо. Зверь заверещал, обиженно, тыкая в мою сторону рукой. Медведь тоже что-то рыкнул. Эльф медленной обернулся в мою сторону и взгляды наши встретились.

Игра в гляделки продолжалась почти минуту. Мне показалось, что эльф тяжело вздохнул и укоризненно покачал головой. Затем он отпустил белое ухо и одним движением вскочил в седло, расположенное на спине медведя. Медведь развернулся и медленно пошёл в сторону арки портала. Перед самой аркой эльф остановился, снова посмотрел в мою сторону, достал из — за пазухи какую-то склянку.

Затем медленно снял наручи с левого предплечья, и резко черкнул по коже лезвие маленького кинжала. Тёмная густая кровь нехотя потекла к ладони. Подскочил ушастик в берете и, ловко подставив склянку, наполнил её кровью. В этот момент медведь повернул голову к седоку и мгновенным движением языка облизнул запястье эльфа. Раны как не бывало. Белый ушан посмотрел на склянку с кровью Рыцаря, округлил глаза-бусины, вытянул губы трубочкой.

Вся компания вновь молча уставилась на меня. Медведь робко принюхался к склянке, посмотрел на рыцаря, важно кивнул. Эльф пихнул локтем ушастика и постучал пальцем по запястью, намекая на время. Белый зверь на секунду замялся, затем, вздохнув, снял с себя кожаный пояс, сунул в него склянку, свернул и, прищурившись, метнул его в меня. Мне же ничего не оставалось делать, как постараться его поймать, что было довольно несложно.

Когда я поднял глаза, сжимая посылку в руках, уступ был уже пуст, и только ветер и туман снова затеяли на его поверхности чехарду. Развернув ремешки пояса, я сосредоточился и с возрастающим изумлением прочёл его характеристики:

Пояс сумасшедшего алхимика. Редкий. Позволяет изучить специальность «Алхимия» сразу с уровня подмастерье. Интеллект +15 Мудрость +15. Имеет 24 слота для ингредиентов. Масштабируемый. При смерти не выпадает из инвентаря. Дает 25 % вероятность при крафте получить эликсир с непредсказуемыми свойствами.

Идущему по Пути.

Пригадицца! Агент Че.

Но когда прочёл характеристики склянки и её содержимого, то забеспокоился о своей многострадальной челюсти, которая готова была свалиться в пропасть.

Фиал с кровью Молодого Бога. При употреблении в мире «Небытие» даёт пожизненную способность игнорировать ментальную магию любого уровня (Магию Разума) вплоть до уровня «Божественное».

Идущему по Пути. Глеб.

Ну вот, теперь немного отлегло от сердца. «Я снова встал на привычный путь собирателя роялей,» — подумал я, перетягивая поясом под плащ на талии. На душе потеплело. Путь, как и было обещано, начал преподносить первые сюрпризы. Но новое приобретение все-таки оставило ощущение и незримой потери. Будто бы эта встреча с удивительной компанией на уступе лишила меня частички прошлого. И её уже не вернуть. Тоска в сердце и боль в ступнях навалились с новой силой. Я стряхнул оцепенение и вновь зашагал по дороге вокруг горы.

Миновал следующий час моего путешествия, а я уже с острым нетерпением и надеждой вглядывался вперед. Новая встреча не заставила себя долго ждать. За очередным поворотом показалась тумба странного покосившегося моста, который тянулся от дороги к горе и скрывался в клубах вездесущего тумана. Подойдя немного ближе, я понял, что ошибся. Это был не мост.

Больше всего это напоминало корму чудовищной величины парусного корабля, бывшего когда-то фрегатом. Не знаю. Трудно было разобрать что-то в этом нагромождении. Ему изрядно досталось! Весь видимый с моей стороны борт был в чудовищных шрамах, пробоинах и потёках. Такое впечатление, что его обливали кислотой, жгли и морозили одновременно. Рваный такелаж потемнел от сырости и тяжело раскачивался на ветру. Остатки резьбы и украшений на юте только подчеркивали плачевность состояния корабля. Сквозь крики, невесть откуда взявшихся воронов, нагло рассевшихся на потемневших вантах, периодически слышались приглушенные возгласы и тихие шлепки, и, вроде бы, какой-то стеклянный звон.

Подойдя к корме вплотную, я был готов поклясться, что начинаю слышать шум волн. С борта свисала короткая цепь на которой горел кованый фонарь! Рядом с цепью из пролома в борту свисал веревочный трап, длиной не достающий до земли нескольких саженей. Именно оттуда и раздавались звуки, которые так меня привлекли.

Я уже давно был не прочь передохнуть, да и предчувствие новой интересной встречи заставило форсировать события. Набрав в грудь воздуха, вспомнил детство и свистнул от всей души, в четыре пальца! Получилось! Звуки моментально смолкли. Я же, подвернув полы плаща, присел под трапом, растирая немилосердно саднившие пальцы ног, в ожидании новой встречи.

— Интереееесно!.. — сначала раздался голос, а потом на трапе материализовался субъект странной наружности.

Одет он был в мешковатые кислотно — оранжевые штаны со множеством карманов, из которых торчала всякая дрянь: куриные кости, мотки бечевы, перья, связки грибов. Рассмотрев и увидев его уши поближе, я понял, что это эльф. Был он совершенно лыс, с висящими рваными ушами и голым торсом, на груди его был вытатуирован огромный штурвал с выведенным в центре трубящим мамонтом и готической надписью: «Колыван».

Эльф повис в нескольких метрах надо мной, держась одной рукой за перекладину трапа. В другой руке он сжимал несколько игральных карт с яркими рубашками. Глаза его внимательно ощупали мою фигуру, на губах заиграла веселая открытая улыбка.

В проломе показался ещё один персонаж — мужчина с всклокоченными черными волосами. Он скользнул взглядом по мне, при этом не отрываясь от горлышка изрядной бутыли тёмного стекла. Шумно сделал несколько добрых глотков и вытер губы рукавом белоснежной батистовой рубашки.

— Кого там черти принесли, Орбит! — спросила голова охрипшим голосом. Из-за края пролома показалась обнажённая до плеча рука с ярко-алыми ногтями и безапелляционно втащила голову мужчины обратно. Брызнул переливающийся колокольчиками смех и все стихло.

Лысый эльф посмотрел на край пролома, затем снова на меня, его внимательный взгляд уперся в мои многострадальные ступни. Он снова чему-то улыбнулся.

— Да, пока не очень интерееесный!.. — заявил он и стал быстро подниматься по трапу. Перебравшись через борт, он немного задержался, лысая голова его на несколько мгновений скрылась за краем пролома.

— Держиииии…! — мне на колени плюхнулись связанные между собой пара сандалий сыромятной кожи. Я озадаченно взял их в руки и прочёл характеристики:

Сандалеты Орбита Хрустилиано. Хорошая защита для ног.

х10 скорости пешком на 1 час в день по дороге (-50 % здоровья).

х2 скорости по пересеченной местности.

При нахождении владельца на борту любого судна не позволяют упасть за борт.

Не разрушаемые. Не выпадают из инвентаря при смерти.

Идущему по Пути

Ну и, конечно, когда я поднял глаза, опять передо мной был только туман, дорога и гора. Никакого корабля… Ветер затянул свою постылую песню, разогнав даже ворон.

Наскоро отерев ступни полами плаща, надел и застегнул сандалии. Встал, осторожно притопнул ногой. А ничего так, черевички! Сгодятся. Что же ждёт меня впереди, если вначале пути такие подарки раздают?

Ветер всё не унимался, пошёл мелкий и противный дождь. Но я продолжал бодро шагать вперед. Сандалии и плащ делали свое дело и были выше всяких похвал. Дорога сама бежала мне под ноги.

Через некоторое время, солнце вновь скрылось за тучами. На сей раз иссиня-чёрными, стало темно, как во время затмения. Дорогу было почти невидно, пропали цвета, остались только оттенки. Воздух был абсолютно недвижим.

Казалось, даже молекулы воздуха повисли в тревожном ожидании. За очередным поворотом дорогу пересекла горная тропа, резко обрывавшаяся у пропасти. На перекрёстке стоял сгнивший покосившийся дорожный столб с потемневшей дощечкой на ржавом гвозде. Надпись на дощечке не читалась, стёрлась от времени. Под столбом в землю врос покатый валун, вся поверхность которого была затянута сухим грязным мхом.

Я остановился на перекрёстке, огляделся. Видимо здесь новое место встречи со следующими персонажами, которые не спешат появиться. Ну что ж. Я не гордый. Подожду. И присел на валун. На небе вообще творилась какая-то вакханалия. Время за полдень, а небосвод весь в звёздах и полная луна… Ой, не зря предупреждали. Путь, он такой…странный.

— Добрейший вам вечерочек! — я подскочил, как ужаленный. На перекрёстке из окружавшей мглы соткался импозантный джентльмен. В чёрном фраке и цилиндре с тростью слоновой кости в правой руке, кисть которой была облачена в белоснежную перчатку. Гость улыбался. Нет. Не так. Он УЛЫБАЛСЯ. Радостной улыбкой голого черепа. Да, да, на меня пытливо смотрели пустые глазницы! Белоснежная лобная кость отражала свет луны. Брильянтовая заколка в виде могильного креста на шёлковом галстуке придавала скелетообразному персонажу определённый шик. В другой руке он держал дымящуюся сигару.

— Иии… вам добрейший, этот…вечерочек…ага, — пролепетал я, обалдев.

— Какая прелесть! — воскликнул джентльмен, подойдя ко мне и рассматривая с головы до ног, придерживая левой рукой монокль, — ну да простите мне мою бесцеремонность. У меня к вам поручение, а времени в обрез. Не люблю Путь, люблю Перекрёстки, — персонаж передёрнул плечами, — есть в нём какая-то двойственность. А по мне так или туда, или сюда? Ведь правда?

— Наверное, вам лучше знать, — постарался ответить я дипломатично.

— Хм, а вы не так уж и пугливы, юноша. Извольте получить! — и джентльмен жестом фокусника достал из-за спины пакет вощёной бумаги, перевязанный шпагатом и вручил мне с поклоном. — Ну, не буду мешать! — и начал растворяться в воздухе. — Ах, да, если вам наскучит Небытие, позвоните мне, — и почти исчезнувшая кисть руки в перчатке протянула мне кусочек глянцевого картона, прежде чем совсем развеяться.

Я с интересом уставился на визитку:

«Барон Сэмади, ритуальные услуги»

Яркий луч солнца, ринувшийся на землю разогнал остатки мглы. Я сидел на камне у перекрёстка и разворачивал переданный мне странным бароном свёрток. В нём лежала небольшая книга к корешку которой было прикреплено самопишущее перо. Страницы были из отлично выделанного желтоватого пергамента и девственно чисты. Приглядевшись я прочел характеристики предметов:

Вечное перо каллиграфа.

Чернильница.

Записная книга путешественника.

Где бы ты ни был, ты всегда по достоинству оценишь эти предметы. Чернила никогда не заканчиваются, как и место для знаний и умных мыслей в этой книге, написать в которой и прочитать которую сможешь только ты. Не разрушаемы и не выпадают из инвентаря после смерти.

Идущему по Пути. Харитон.

Ну вот, теперь ещё и странствующим летописцем буду. И засунул, как показалось мне, самые бесполезные предметы в сумку. Хватит рассиживаться. Я поднялся и зашагал, спеша покинуть странный перекрёсток.

Сколько я уже прошёл, не знаю. Наконец, день действительно, без всяких колдовских штучек, начал клониться к вечеру. Тени предметов стали удлиняться. Небо очистилось и приняло загадочный сиреневый оттенок. Где-то даже зачирикали птицы. Видимо, не совсем пропащее это место. Путь.

Проходя очередной поворот, я зацепился взглядом за холмик у обочины, над которым был вбит небольшой, полутораметровой высоты, тщательно ошкуренный шест. К шесту тесёмкой был привязан небольшой кусок выцветшей холстины с какой-то полустёртой надписью: «Т…ый…ери…ич.»

Могила? Здесь? Миров двух между… Видимо и такое бывает. Завис, бедолага. Ни туда, ни сюда. Я постоял минуту, помолчав, глядя на последнее прибежище какого-то странника. Тоже, наверное, мечтал о чём-то, рвался к цели. А теперь вот столбик и тряпочка. Я попытался поправить кусок холстины, и он вдруг рассыпался у меня в ладони в прах. Который истаял на глазах серым облачком и впитался мне в ладонь.

Ваша левая рука приобретает уникальную способность «Мёртвое-мёртвым, живое — живым». Полная активация в мире «Небытие».

Идущему по Пути. Всё, что могу. Иван.

Я потряс ладонью и ничего не ощутил. Ровным счётом ничего. Вот такой вот кот в мешке. А нечего всякую дрянь хватать! Расслабился. Забыл где нахожусь. Я хотел со злостью пнуть земляной холмик, но нога не поднялась. Запахнув рясу поплотнее, зашагал дальше, стараясь уже не оглядываться и не останавливаться.

Так себя распалил, что через час стал обливаться потом и тяжело дышать. Одышка в Пути! Опять сюрреализ какой-то.

Орк предупредил, что Путь продлится целый день и к цели я попаду далеко за полночь. Не заметил, что иду уже в сумерках. Взошедший молодой месяц и высыпавшие звёзды давали света ровно столько, чтобы не поломать ног о булыжники, всё чаще попадавшиеся на дороге, которая, наконец перестала петлять. Гора отодвинулась в сторону и стала не видимой в темноте. Мне стало казаться, что пропасть уже по обе стороны Пути. Впереди забрезжил огонёк.

Да сколько можно! Уйти спокойно не дают, всё лезут и лезут со своими подарками! Приближающийся огонёк оформился в костёр. Потянуло запахами жареного мяса. Только теперь я понял, что весь день ничего не ел. В животе отзывчиво заурчало.

Хм, ну, если покормят, и то хорошо. И я снова ускорил шаг.

Ночь вступила в свои права. Подойдя к костру, я увидел довольно мирную картину. Рядом с огнём на плаще из шкуры какого-то зверя устроились два человека. Точнее, человек и гном. Над огнём, нанизанное крупными кусками, шипело и издавало умопомрачительные запахи мясо. Позы путников были расслаблены, они вели неспешную беседу, коротая время игрой в шахматы. Обернувшись на мои шаги, человек приподнялся на локте и поманил меня рукой:

— Артём? Опаздываешь… Давно уже ждём, присаживайся с нами, ужин скоро поспеет.

— Спасибо, конечно, но мне до полночи ещё добраться надо…

— Знаем, знаем, — вклинился в беседу гном, — взявший в руки фигурку коня и задумчиво прищуривший глаз, — можешь не спешить, почти пришёл уже. Тут минут сорок спокойным шагом.

— Ходи уже! — нетерпеливо воскликнул человек.

— Шаман должен быть спокойным и рассудительным, — гном назидательно поднял указательный палец вверх и поставил фигуру.

— Вот как с тобой играть!? Ты же все ходы вперёд просчитал и теперь издеваешься. Всё, доигрываем после ужина, — человек решительно отодвинул доску с фигурами куда-то себе за спину.

— Эх! — гном с сожалением проводил взглядом шахматы и начал расстилать чистую тряпицу, на которую выложил сыр, пару луковиц, сухари. Человек в это время достал котелок, куда сноровисто сгрузил запечённое мясо. Я сглотнул, на что шахматисты понимающе улыбнулись и единодушно закивали головами.

— Прошу, Артём, не стесняйся, — человек приглашающим жестом указал на походную скатерть.

Я не стал больше себя упрашивать и, поджав под себя ноги в сандалиях, подвернул плащ, устроился за столом. Минут десять длилось красноречивое безмолвие. Прерываемое только хрустом лука и удовлетворённым мычанием гнома, который, видимо, был не дурак покушать.

Наконец, все наелись и по кругу пошёл гулять бурдюк с вином. Неловкое молчание прервал нетерпеливый гном:

— Не жалеешь?

— Это вы о чём? — удивился я вопросу гнома.

— Ну, в смысле, не жалко всё бросать?

— А, вы об этом, так у меня и не осталось ничего по большому счёту…

— Почему это? — на этот раз удивился человек, — а как же ты сам, твои знания и умения, опыт и память, наконец?

— Да кому это нужно?! — в сердцах воскликнул я.

— Тебе, в первую очередь, тебе, — спокойно ответил гном. Затем, помолчав немного, полез в стоявший рядом короб, доставая оттуда связки сушёных грибов, шкурки белок, связки вяленого мяса. Наконец гора всяких полезных вещей перестала расти и гном на вытянутых руках протянул мне небольшой деревянный ящик с ручкой, как у чемодана.

— Тебе пора, Артём. А это, возьми — от всего сердца, владей. Не понадобится, отдашь хорошему человеку, — и гном подмигнул.

Совсем не хотелось вставать, куда-то идти на ночь глядя. Но было нужно. Я поднялся, поблагодарил хозяев за тёплый приём, спросил куда мне направиться дальше. Человек, уже вновь поглощённый игрой, махнул рукой куда-то в темноту.

Пожав плечами, пошагал в указанном направлении. Дороги не было видно. Ночной холод на сытый желудок не ощущался. Я постепенно отдалялся от уютного костра, не оглядываясь. Поэтому и не увидел, как из темноты за спиной человека показалась голова огромного дракона. Он шумно втянул ноздрями, потянулся мордой к котелку и немедленно получил от гнома полотенцем по морде. Сделав обиженное выражение морды, драконья голова скрылась в темноте.

Я не стал прятать ящичек в сумку, удобнее его было нести за ручку. Кстати, а что за подарок?

Уникальный набор инструментов из трёх предметов. Свойства: «Универсальный» — при первом использовании в мире «Небытие» позволяет овладеть той специальностью, для которой был использован впервые.

Идущему по Пути. Дмитрий.

Я уже перестал удивляться экстравагантности плюшек. Да и устал, честно говоря. Пора бы этому дню уже закончится. И словно в ответ на моё пожелание я услышал:

— Цунь бам, ёгендзя! (корейск. — Доброй ночи, путник!)

И тут же увидел сидящего на небольшом угловатом камне посреди дороги, обрывающейся в непроглядную темноту, молодого человека. Его фигура с неестественно прямой спиной застыла, словно скульптура, на фоне звёздного неба. Резкие, восточные черты лица, доспехи воина, тонкие и ловкие руки — всё это было облито светом полной луны, словно серебром.

Он повернул своё лицо ко мне, не прерывая своего занятия. Что-то кропотливо вырезая из дерева маленьким ножом. При этом ветер подхватывал невесомые стружки, и играючи уносил куда-то в темноту.

На поясе юноши висел прямой меч в лакированных ножнах. Ветер топорщил пучок чёрных волос на его затылке и теребил полы свободной одежды с широкими рукавами…

Я молча и терпеливо ждал продолжения. Наконец, он закончил работу, встал, тихонько подошёл ко мне и церемонно поклонился. Затем церемонно протянул свою правую руку ладонью вверх, на которой застыла искусно вырезанная фигурка какого-то животного. Незнакомец протянул её мне с ещё одним поклоном.

Уникальное произведение искусства:

Фигурка улыбающегося пса.

Содангэ самнёне пхунуоль ымнында (корейск. через три года тренировок и собака начнет читать стихи)

Идущему по Пути

Ничего не бойся. Ли Хэн.

Я с поклоном принял подарок. Юноша взял меня под локоть и повёл к камню. Только сейчас я заметил, что дорога здесь обрывается пропастью. Я попытался заглянуть за её край и ничего не увидел. Абсолютно всё скрывала непроглядная темнота.

Я взглянул вверх. Равнодушные звёзды и холодная луна не давали ответа. Ветер принёс запах полыни. Я повернулся к юноше, в чёрных глазах которого стояли слёзы, а может это был всё тот же лунный свет?

— Я должен прыгнуть?

— Йе! — кивнул юноша и широко улыбнулся.

Это было так неожиданно. Увидеть улыбку на его лице.

Я медленно развернулся к краю пропасти и сделал шаг вперёд…

Эй, странник, расскажи, что там за горизонтом?

Что в тех мирах, куда уходит солнце?

Там всё, как здесь. Там есть рожденье и смерть.

Там есть печаль и смех, там ненависть, любовь.

Там всё как у всех, там время летит, оно там своё.

Но оно всех сведёт с их судьбой.

Эй, странник, расскажи, что там за горизонтом?

В тех землях колдовских далеких звёзд, куда ведёт дорога?

Там всё, как здесь. Там есть рожденье и смерть.

Там есть печаль и смех, там ненависть, любовь,

Там всё, как у всех, там время летит, оно там своё.

Но оно всех сведёт с их судьбой.

gNick Mad & Danny Fox «Там всё, как здесь»

КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ.

Примечания

1

Ивент — Event англ. событие, мероприятие — событие, нетипичное для обычного игрового процесса. Например, конкурс, ярмарка, появление мобов в неожиданных местах и т. д. Ивенты могут устраиваться администрацией, а могут и самими игроками. Например, неофициальный турнир или массированная атака на вражеский город.

2

Фишка — (армейский сленг) место, куда ставят духа (молодого солдата), для тайной слежки против неожиданного появления офицера или прапора в казарме или другом каком-либо помещении части, где в данный момент времени происходит что-то не потребное, не уставное.

3

Морда — рыболовная снасть-ловушка, имеющая вид двух вставленных один в другой конусов, сплетенных из прутьев. Известна с глубокой древности.

4

Me gusta mucho! — исп. Мне очень нравится.

5

Mount — англ. садиться на лошадь, в машину и т. п. — это животное, механизм или что-то еще. Оседлав оное, ты начинаешь перемещаться быстрее или вовсе летать, но при этом обычно накладываются ограничения на возможности персонажа.

6

Хелицеры — или челюсти — ротовые придатки пауков, клещёй, и т. д. Обычно состоят из двух или трех члеников и имеют вид клешней (дословный перевод «клешне-усы»).

7

Педипальпы — от лат. pēs — нога + palpo — гладить, щупать, или ногощупальца — вторая пара конечностей, располагаются сбоку от хелицер.

8

Луцзяодао — "Рога оленя" были грозным парным китайским оружием, используемым создателем школы кунг-фу багуачжан Дун Хай Чуанем. Техника использования этого кастета-ножа была основана на системе боя без оружия багуачжан, а учеников допускали к использованию экзотического оружия только после многих лет тренировок с голыми руками из-за большой вероятности травм.

9

Оффлайн (современное написание «офлайн») от английского «off line» — статус отключённого от сети игрока

10

Классику надо знать — «Самый маленький гном» — советский кукольный мультфильм, созданный в 1977–1983 годах режиссёром-мультипликатором Михаилом Каменецким. Мультсериал создан по книге детского писателя Михаила Липскерова — «Маленький гном Вася». Мультсериал состоит из четырёх выпусков, в каждом из которых главный герой — маленький и добрый гном Вася, следуя совету своих бабушки и дедушки, спасает различных сказочных героев и тем самым становится заметным для окружающих.

11

Баг-юзерство — баг, глюк (англ. bug — жук) — ошибка в работе игры или какой-либо другой программы. Баг может быть, как полностью безвредным и не мешающим игровому процессу, так и полностью делающим прохождение игры невозможным. Глюки могут возникнуть как по причине ошибки в написании кода, так и при несовместимости железа или установленного ПО с используемой программой или игрой. Юзать (англ. use) — использовать. Баг-юзерство или багоюзерство — незаконное использование ошибки в работе игры.

12

Данж — или данжен (англ. dungeon — подземелье) — ограниченная границей (материальной, например, в виде гор, или логической в виде невидимых стен) локация — пещера, подземелье, руины и пр. Обычно герой отправляется в данжены для выполнения определенной задачи — найти что-либо, или убить кого-либо. В многопользовательских играх распространены групповые данжены, рассчитанные на прохождение в компании с товарищами. При этом мобы в таких локациях значительно сильнее обычных, а в конце дажнена группу ждет бой с одним или даже несколькими боссами. Бета-тестер — англ. beta tester — пользователь, принимающий участие в бета-тестировании игры.

13

Бета-тестер — англ. beta tester — пользователь, принимающий участие в бета-тестировании игры. Бета-тестирование, бета-тест (англ. beta testing) — стадия разработки игры, на которой проект практически готов, но требуется дополнительное вылавливание багов пере началом продаж или коммерческого запуска. Бета-тестирование проводится самими разработчиками, либо привлекаются обычные геймеры, готовые в процессе тестирования сообщать о найденных багах.

14

Лич — англ. lich или lych, или нем. leiche — «труп» — в современном фэнтези маг-некромант, ставший нежитью, по одним версиям — после смерти, по другим — вместо смерти. Также есть такое понятие как «ритуал вечной ночи», в ходе которого некромант приносит человеческую жертву (или несколько), заключает свою душу в филактерию, после чего умирает и возрождается уже полноценным личем.

15

Бары, бар — показатель очков жизни, энергии или маны в интерфейсе игрока.

16

«Боливар выдохся. Он не выдержит двоих» — Акула Додсон «Дороги, которые мы выбираем» О. Генри

Content

Андрей Респов
Эскул Бытие

ПРОЛОГ

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

Глава тринадцатая

Глава четырнадцатая

Глава пятнадцатая

Глава шестнадцатая

Глава семнадцатая

Глава восемнадцатая

Глава девятнадцатая

Глава двадцатая

Глава двадцать первая

Глава двадцать вторая

Глава двадцать третья

Глава двадцать четвёртая

ЭПИЛОГ

Примечания