Александр Прищепенко

Авианосцы Второй мировой: дуэль титанов. Коралловое море и атолл Мидуэй

Весне 1942 г., казалось, было суждено стать свидетельницей такого роста владений Империи Восходящего Солнца, какое можно сравнить разве что с Конкистой. Под аккомпанемент криков «Азия — для азиатов» доминирование европейских держав было подрублено сталью самурайского меча. Но в пышно названной «Великой восточно-азиатской сфере совместного процветания», простершейся на тысячи миль от островной Империи, процветанием и не пахло: для японцев благоденствие (конечно же!) откладывалось до завершения войны, а для «освобожденных от ига белых» представителей других национальностей оно хотя и провозглашалось, но отнюдь не планировалось.

1. Японские торпедоносцы В5М «Кейт» атакуют авианосец «Лексингтон» в Коралловом море С картины Р. Г. Смита

Ударное авианосное соединение — «Кидо Бутай» — являлось клинком имперского меча, а острым этот клинок был благодаря нескольким сотням отлично подготовленных пилотов (некоторые из них бравировали тем, что могли поймать за крыло летящую муху). Велеречивые «властители дум» прославляли «непоколебимую в веках Империю, в которой только и может быть покойно духу народа Ямато» и издевались над «не способной противостоять традициям, освященным кодексом Бусидо, жалкой и чуждой азиатам демократией». По-видимому, облеченные властью патриоты были уверены, что пилоты усилием самурайской воли смогут отразить направленные в них пулеметно-пушечные очереди, а потому подготовка молодого летного состава проводилась весьма поверхностно, а основной палубный истребитель А6М «Зеро» хотя и был скоростным и маневренным, но не имел проектированных топливных баков.

2. Командир авианосца «Хорнет» Парк Митшер (слева) и полковник Джип Дулитл на полетном палубе во время рейда на Токио С картины Джона Д. Шоу

3. Джим Дулитл, в 1942 году — полковник, позднее — генерал лейтенант

В начале 1942 г. военная ситуация складывалась для Японии в высшей степени благоприятно. Череда побед и территориальных аннексий обеспечила страну практически всеми необходимыми ресурсами, а главное, нефтью — «кровью войны». Однако нефтяные поля Борнео находились от Японии гораздо дальше, чем от Австралии, присутствие вооруженных сил союзников в которой постепенно возрастало. Более того, противник провел несколько набеговых операций авианосцев на островные владения Империи (на Рабаул, острова Гилберта и Уэйк в феврале и на острова Маркус, Лейте и Самар — в марте). Такие действия диктовались логикой войны. Потеряв в Пирл-Харборе большинство линкоров, американцы активно использовали авианосные силы, пока еще весьма немногочисленные. Японцам необходимо было создать форпосты для охраны своих завоеваний, и в районе Южных морей едва ли не лучшим образом для этого подходил Порт Морсби в юго-восточной части Новой Гвинеи. С его аэродромов японская авиация могла контролировать Северную Австралию. Для обеспечения этой операции из состава «Кидо Бутай» была выделена 5-я дивизия авианосцев («Секаку» и «Дзуйкаку», по 32105 т полного водоизмещения, авиагруппы — по 63 самолета). 30 апреля 1942 г. десантные силы, сопровождаемые мощным эскортом боевых кораблей, вышли из лагуны атолла Трук, а 3 мая ими была с ходу захвачена еще одна передовая база — о. Тулаги, после чего соединение Соломоновым морем направилось к Порту Морсби. Разведка союзников зафиксировала первые смутные признаки готовящейся противником операции 17 апреля.

4. Атолл Мидуэй

В Коралловое море были направлены авианосцы «Лексингтон» (полное водоизмещение 42000 т, 90 самолетов) и «Йорктаун» (25500 т, авиагруппа — 84 самолета) с кораблями охранения с задачей сорвать операцию японцев. Обилие неясностей в боевом приказе породило череду курьезов, что и не удивительно: это был первый в истории бой авианосных сил, в котором надводные корабли противников не видели друг друга. Боевые действия начались 4 мая ударом самолетов «Йорктауна» по захваченному о. Тулагм. Удар был нанесен 8 пустоту, результатом 103-х самолетовылетов стало потопление четырех пустых десантных барж (основные японские силы уже покинули остров). Теперь японцы знали: авианосцы противника близко. Послевоенное сравнение курсовых прокладок показало, что в ходе взаимного поиска ударные соединения в ночь на 6 мая сближались до 70 миль. На рассвете 7 мая японские корабли на севере Кораллового моря были обнаружены. Везение опять оказалось на стороне японцев, потому что обнаружено было десантное соединение, а шедшей в 150 милях от него 5-й дивизии удалось остаться незамеченной за дождевым шквалом. В составе десантных сил для обеспечения ПВО и ведения разведки находился легкий авианосец «Сехо» (14200 т, 21 самолет), и именно он принял на себя всю силу удара 90 палубных самолетов, затонув в течении 15 минут от попаданий 13 бомб и 7 торпед. Для удара по десанту были высланы и крейсерские силы, однако после нескольких, хотя и безрезультатных, атак японских самолетов крейсера под командованием английского адмирала настоятельно запросили прикрытие с воздуха. Отвлекать на это драгоценную авиацию было, конечно же, неразумно, и крейсера отвернули, так и не увидев противника в своих дальномерах.

5. Бомбардировщик В-26 «Мэродер» ВВС США. В битве у атолла Мидуэй такие самолеты были вооружены торпедами

Тем временем, слушая в эфире отчаянные радиограммы несчастного «Сехо», раздираемого американскими бомбами и торпедами, японские самолеты 5-й дивизии нанесли страшный удар по двум кораблям, принятым за «авианосец и крейсер», но в действительности являвшимися танкером «Неошо» и хминцем «Симс».

6. Стратегический бомбардировщик В-17. Авиабаза ВВС США Эглин, 2000 г. Фото автора

Спорадические бои в воздухе продолжались до вечера. Когда на американские авианосцы стали садиться последние самолеты, оказалось, что среди них есть и случайные японские гости из 5-й дивизии. Их спугнули беспорядочным огнем, но слежение по радару показало, что они сели на свои палубы, пролетев около 30 миль. Это было опасно: в охранении японских авианосцев наверняка было много эсминцев, и их экипажи хорошо знали, как использовать свои мощные 609-мм торпеды в ночных атаках. Противники разошлись на полных ходах.

Но первое, что они сделали утром — подняли самолеты для разведки. Донесения об обнаружении противников разделили лишь две минуты. С палуб лихорадочно взлетели ударные группы. Опыта дуэлей авианосцев не было ни у одной из сторон, и сражение приняло вид последовательности практически не скоординированных между собой ударов. Поредевшие группы самолетов садились, заправлялись, подвешивали бомбы и торпеды и снова взлетали. К исходу дня выяснилось, что в результате этой свалки японский авианосец «Секаку» получил три попадания полутонных бомб и потерял боеспособность. «Дзуйкаку» избежал существенных повреждений, потому что большую часть времени ему удавалось скрываться за дождевым шквалом. 5-я дивизия потеряла 77 самолетов и большинство их хорошо подготовленных экипажей. Над американским соединением в этот день видимость была отличной. Было потеряно 66 самолетов. «Йорктаун» получил одно бомбовое попадание, в основном сохранив боеспособность. Повреждения «Лексингтона» были куда как тяжелее: в него попали пять бомб и две торпеды, но переоборудованный из линейного крейсерa огромный корабль также был на ходу и до полудня принимал и отправлял самолеты. После полудня, когда японские атаки уже выдыхались, «Лексингтон» потряс объемный взрыв паров бензина, скопившихся во внутренних помещениях. Борьба за живучесть корабля не имела успеха, и его пришлось потопить торпедами своего же эсминца.

7. Истребитель F4F «Уайлдют» ВИС ОНА

Японский командующий был явно потрясен результатом сражения. Опасность характерной для всех тоталитарных государств лживой пропаганды в том и заключается, что в нее начинают верить и вполне разумные люди. Осознание того, что самурайский дух не испепелил даже не превосходящего, а равного по силам противника, стало столь сильным потрясением, что адмирал Иноуэ Сигееси отдал приказ о сворачивании операции. Но, когда соединения вернулись в базы, государственная машина заработала в привычном режиме. Как и во всех других случаях, когда логика приносится в жертву «высшим интересам», результаты такой работы были противоречивы. Адмирал Иноуэ был отстранен от должности, но сражение в Коралловом море было объявлено «неслыханной победой». Говорилось о том, что противник «понес огромные потери и отступил». Потери американцев, как всегда, преувеличивались в несколько раз, но они и на самом деле превосходили японские: огромный «Лексингтон» был более ценен, чем легкий «Сехо». О чем не полагалось спрашивать патриотам, так это зачем японские корабли шли в Коралловое море. Больше в ходе войны японские соединения в этих водах не появлялись.

8. Летающая лодка ВМС США PBY «Каталина» в разведывательном полете. С картины Крэйга Котеры.

В то же самое время, когда разгоралась битва в Коралловом море, происходили и другие, не менее важные события. Президент США Ф. Д. Рузвельт санкционировал подготовку удара по японской метрополии самолетами армейской авиации. Доставить их предполагалось на палубе авианосца «Хорнет». Нашлось немало скептиков, которые вполне обоснованно указывали на риск потерять ценнейший корабль, (а может, и несколько) ради ничтожного, с военной точки зрения, эффекта, который могли обеспечить всего несколько тонн разорвавшихся на территории противника бомб. То, что эта операция все же была проведена, доказывает хорошее понимание президентом природы тоталитаризма. Тоталитарное государство подавляет любую оппозицию на том основании, что она только мешает осуществлению «единственно верного» курса, но оно же весьма чувствительно к непредвиденным «потерям лица»: с каждым разом все труднее становится внушать своим гражданам, что так и было задумано знающим все и вся руководством.

9. Истребители А6М «Зеро» из охранения «Кидо Бутай» атакуют торпедоносцы TBF «Эвенджери» ВИС США, взлетевшие с Мидуэя для удара по японским авианосцам. С картины Крига Котеры.

Удар должны были нанести 15 двухмоторных бомбардировщиков В-25 «Митчелл». Размеры самолетов не позволяли ни опустить их в корабельный ангар, ни совершить им посадку на авианосец, поэтому до вылета все они находились на палубе, а посадка планировалась в Китае, на площадки, подготовленные войсками Гоминьдана. С палубой, забитой бомбардировщиками, «Хорнет» не мог поднять в воздух свои истребители, поэтому ПВО соединения обеспечивал другой авианосец — «Энтерпрайз».

В войне на море события часто разворачиваются не по плану, и 18 апреля соединение натолкнулось на японские траулеры. Они было разбиты в щепки снарядами кораблей охранения, но посты радиоперехвата зафиксировали предсмертный писк морзянки. Внезапность была утрачена, и адмирал Уильям Хэлси принял трудное решение — переложить многократно возросший риск с драгоценных авианосцев на бомбардировщики, выпустив их с дистанции 650 миль от цели, что было на 250 миль больше, чем планировалось, и сводило к минимуму шансы дотянуть до Китая. В-25, ведомые полковником Джеймсом Дулитлом, взлетели. Японская ПВО оказалась не готова к столь рискованным действиям противника: по ее расчетам, прибытие «гостей» ожидалось несколькими часами позже, чем это случилось. Позор и шок от грохота бомб усугубились еще и тем, что летящие на Токио В-25 изволил наблюдать лично премьер Тодзио Хидеки, совершавший в это время инспекционный полет.

10. Палубный торпедоносец TBD-1 «Дивестейтор» выпускает торпеду по японскому авианосцу. С картины Уильяма Филлипса

Как бы ни был высок накал истерии в японском руководстве, ошибиться в выработке контрмер было трудно — необходимость расширения внешнего периметра обороны стала очевидной всем. Только теперь приоритет был отдан не южному, а центральному направлению Тихоокеанского театра как наиболее опасному для столицы. Атолл Мидуэй являлся бесспорным лидером в списке перспективных передовых баз. «Убедить» противника отдать его должно было прославленное «Кидо Бутай». В вооруженных силах всех стран всегда в цене оптимисты, и их 8 то время было полно в Императорском флоте. Так, предполагалось, что ВМС США будут всеми силами отстаивать Мидуэй, но «Кидо Бутай» решили послать в бой без 5-й дивизии, хотя возможность включить, по крайней мере, «Дзуйкаку» со «сборной» авиагруппой на борту имелась. Более того, два легких авианосца — «Дзуйхо» (однотипный с «Сехо») и «Рюдзе» (14290 т, 36 самолетов), — три тяжелых и три легких крейсера, а также 13 эсминцев были выделены для операции по захвату баз на Алеутских островах. Угроза с Севера считалась минимальной и операцию вполне можно было отложить, но такой удар должен был отвлечь противника — вполне разумно при условии, что противник будет действовать именно так, как от него ждут. Атмосферу радостного предвкушения победы передает фраза, многократно повторявшаяся в кают-компаниях «Кидо Бутай»: «Победили сыновья наложниц а сыновья законных жен победят и подавно». Смысл ее состоял в том, что если уж 5-я дивизия, не считавшаяся в «Кидо Бугай» образцовой, все же победила, то более искусные бойцы и подавно возобладают. Вот только была ли одержана победа в Коралловом море — об этом задумывались немногие.

Госпожа удача начинала благотворить другим фаворитам. Шифровки императорского флота стали поддаваться криптоаналитикам из разведки Тихоокеанского флота США. Каждый, кому когда-либо доводилось читать сообщения разведки, знает, сколько нестыковок, а то и прямых противоречий законам природы они зачастую содержат. Счастливое совпадение состояло в том, что начальник подразделения разведки Джозеф Рочфорт «отделил зерна от плевел», а адмирал Честер Нимиц проявил немалое мужество, приняв на основании его разведданных решение защищать Мидуэй всеми своими боеспособными на тот момент авианосцами — «Энтерпрайзом», «Хорнетом» и даже поврежденным «Йорктауном». В охранение эти трех однотипных кораблей были выделены семь тяжелых крейсеров и один легкий, а также 15 эсминцев.

Позаботились американцы и о самообороне Мидуэя, но атолл был невелик, поэтому на его аэродроме разместилось чуть более сотни боевых самолетов. Таких, чьи характеристики позволяли соперничать с грозным противником, было еще меньше: 17 четырехмоторных В-17, четыре двухмоторных В-26 и шесть новейших торпедоносцев «Эвенджер». Патрульная авиация была представлена двухмоторными «Каталинами» (30 машин).

Этими силами американцы планировали отразить от Мидуэя не только «Кидо Бутай» под командованием вице-адмирала Нагумо Тьюити (авианосцы «Акаги», «Кага», «Сорю» и «Хирю» с 260 самолетами, два линкора, два тяжелых и один легкий крейсера, 12 эсминцев), но и ведомые главкомом адмиралом Ямамото Исуроку главные силы в составе легкого авианосца «Хосе» (9494 т, 26 самолетов), семи линкоров, трех легких крейсеров, 22 эсминцев и двух гидроавианосцев. Для проведения десантной операции предназначалось соединение вице-адмирала Кондо Нобутаке (два линкора, восемь тяжелых и два легких крейсера, 21 эсминец 35 транспортов и вспомогательных судов).

11. Палубные пикирующие бомбардировщики SBD «Донтлесс» атакуют авианосцы Нагумо. С картины Р. Г. Смита

Доверие адмирала Нимица разведчики оправдали еще до того, как разорвались первые бомбы. Так, японцы планировали расположить засады подводных лодок на вероятных маршрутах американских сил: Пирл-Харбор — Мидуэй и Пирл-Харбор — Алеутские острова. Нимиц заранее вывел свои корабли в операционные районы, не понеся потерь. Задумано японцами было и проведение разведки Пирл-Харбора гидросамолетами с дозаправкой их с подводной лодки. Как бы случайно в точке рандеву (у рифов Френч-Фригейт) встала на якорь американская плавбаза гидроавиации, и дозаправка не состоялась. Японцы так и не узнали о том, что все авианосцы противника покинули главную базу.

30 мая разведка американцев на дальность 700 миль вокруг Мидуэя базирующимися там «Каталинами» активизировалась. Были подключены и В-17 с бомбами на борту. На рассвете 3 июня одна из «каталин», находившаяся на предельной дальности, радировала об обнаружении «главных сил». На самом деле, это было соединение Кондо — верные своей тактике, японцы разделились, и включавшее много транспортов, а потому менее быстроходное соединение шло впереди ударных сил, чтобы подойти к цели вместе с ними. Уверенный в своих разведчиках, Нимиц сразу предупредил: «Это — не ударные силы…». Но внимание им все же было уделено. Экипажи В-17 доложили о двух попаданиях в линкоры. На самом деле, попаданий не было. В ходе всего сражения за Мидуэй В-17 добивались точно таких же результатов — в донесениях менялись классы кораблей и число попаданий, но эффект от них был только психологический. Ночью к транспортам подобрались три «каталины» и повредили один торпедой. В предрассветных сумерках 4 июня «Кидо Бутай» отправило 108 самолетов для удара по Мидуэю. Столько же оставалось в готовности для удара по кораблям противника, для обнаружения которых вылетели гидросамолеты с линкоров и крейсеров.

Разведывательные «каталины» вначале обнаружили «дьявольски много самолетов, идущих на Мидуэй», а через десять минут — и японские авианосцы. Всем самолетам на Мидуэе был отдан приказ на боевой вылет. Первыми противника встретили истребители F2A «Баффало» и F4F «Уайлдкэт». Уступавшие японцам в боевой выучке летчики на устаревших машинах не смогли сорвать бомбардировку и были в большинстве своем уничтожены. Бомбоштурмовой удар японцев нанес ущерб, но атакующие поняли, что их ждали: аэродром противника был пуст. Ведущий первой волны радировал: «Нужна повторная атака». Тем временем нападению подверглось и само «Кидо Бутай»: начиная с 7.10 на него непрерывно заходили самолеты с Мидуэя. Неся огромные потери, они не добились ни одного попадания в корабли. Чтобы задействовать в ударе по острову самолеты второй волны, Нагумо необходимо было удостовериться в отсутствии угрозы его соединению от американских кораблей. От гидросамолетов донесений о противнике не поступало до 7.28, когда один из них радировал о «пяти крейсерах и пяти эсминцах» на северо-востоке. Такие силы не представляли опасности: днем у них не было шансов подойти к «Кидо Бутай» на дистанцию артиллерийского выстрела, и Нагумо приказал перевооружить самолеты второй волны для удара по наземным целям. Однако через час, когда эта работа завершалась, тот же пилот сообщил об обнаружении авианосца и еще двух крейсеров.

Авианосец представлял серьезную угрозу, и Нагумо приказал вновь перевооружить самолеты для удара по кораблям. Но тут начали возвращаться самолеты первой волны. Горючего у них оставалось мало, и, чтобы не потерять половину ударной авиации, их следовало немедленно посадить. В 9.18 все они сели. На палубы стали поднимать самолеты второй волны. К этому времени атаки базовой авиации с Мидуэя выдохлись, и в сражение вступили самолеты с американских авианосцев. Череда навигационных ошибок привела к тому, что эскадрильи шли порознь, и первыми вступили в бой торпедоносцы. Они также не добились ни единого попадания, а потери их были ужасны. Но, поскольку торпедоносцы шли на малых высотах, вниз устремились и истребители прикрытия «Кидо Бутай». Пикирующие же бомбардировщики американцев действовали без помех. В результате по 2–4 бомбы попали в забитые вооруженными самолетами палубы трех японских авианосцев. Это был страшный удар, но еще не конец боя. Самолеты неповрежденного «Хирю» попали тремя бомбами в «Йорктаун». Экипаж оставил корабль. Вскоре выяснилось, что торопиться с этим не следовало: пожары поутихли, крен выровнялся, а вернувшимся аварийным партиям удалось дать кораблю ход в 15 узлов. Тем временем на «Хирю» сел самолет, чей экипаж, наконец, сообщил командованию: «Кидо Бутай» противостоят не один, а три авианосца. Уже немногочисленные самолеты с предельно измотанными экипажами поднялись вновь и добились попаданий двух торпед — опять же в «Йорктаун». На «Хирю» стали готовить последние восемь самолетов к удару по «Энтерпрайзу», но две эскадрильи американских пикирующих бомбардировщиков положили конец этой лихорадочной деятельности. Не спасся и «Йорктаун»: окончательно потерявший ход корабль добила сутками позже японская подводная лодка 1-168.

Собственно, после гибели последнего авианосца «Кидо Бутай» — «Хирю» — все было уже ясно, но самурайская ментальность не позволяла смириться с очевидным. На мостиках японских флагманов началось обсуждение прожектов: пользуясь подавляющим превосходством в артиллерии, ночью прочесать воды у Мидуэя и расстрелять авианосцы противника; обстрелять Мидуэй ночью и захватить наутро следующих суток; отозвать два легких авианосца из Северного соединения и продолжить сражение в воздухе. Артиллерииские корабли уже шли к острову, когда адмиралу Ямомото доложили: авианосцы противника отходят на восток, чтобы переждать ночь в безопасности. Здравый смысл вернулся к японскому главкому, он представил себе участь кораблей, которые утром следующих суток не смогут рассчитывать ни на какую другую защиту от воздушных ударов, кроме своей зенитной артиллерии, и дал приказ на отход. Не обошлось без эксцессов: заметив перископ, тяжелые крейсера «Микума» и «Мотами», маневрируя, столкнулись. На отставшие корабли весь следующий день охотилась американская авиация, добившая «Микуму».

9 июня 1942 г. палубные самолеты Северного соединения вице-адмирала Хосогая Мосиро нанесли удар по американской базе Датч-Харбор на Алеутских островах. В последующие несколько дней были высажены десанты на территорию США — острова Кыска и Атту. 10 июня служба пропаганды императорского флота обнародовала весьма убедительное коммюнике о том, как «в ходе десантной операции была захвачена территория противника, чему способствовали отвлекающие действия, предпринятые у атолла Мидуэй». Дальнейшие события на Алеутах свелись к стычкам малых кораблей и действиям авиации, малорезультативным ввиду плохой погоды. Прошло около года — и японцы были выбиты с о. Атту, а с о. Кыска они ушли сами.

Content

Александр Прищепенко
Авианосцы Второй мировой: дуэль титанов. Коралловое море и атолл Мидуэй