Андрижески Дж С

Дверь Кирева

Избранный

Реабилитационный лагерь Муларанг

Юг Као Луанг, Таиланд

Март, 1928 г.

Дети замолчали, наблюдая за охранниками, пока те проходили перед забором с колючей проволокой. Лишь жужжание мух и отдалённое эхо дребезжащего громкоговорителя слышалось поверх приглушенных бесед мужчин, идущих по грязной дороге между обнесёнными заборами загонами.

Их сопровождали два охотника, заметил Кирев.

Обе женского пола, одеты в армейские куртки, камуфляжные штаны и рубашки-хаки, которые выглядели нелепо толстыми и тяжёлыми в удушающей жаре. Они несли ружья, а на поясных ремнях - пистолеты и патронташи с пулями. Даже с патронташами они выглядели как солдаты - значительно отличаясь от охотников в лохмотьях, которые вторглись в его деревню далеко отсюда. Там, откуда Кирев родом, воздух был холодным и сухим, а снег покрывал вершины Азии.

Здесь джунгли со всех сторон окружали грязь лагерей.

Кирев притих вместе с остальными обитателями загона.

Он пристальнее всего наблюдал за женщинами-охотницами.

Они принадлежали к его виду. Он мог понять это с дюжины ярдов просто по тому, как они ходили. Первую наводку ему дал их рост. Он заметил и другие признаки, даже нося тяжёлый, ограничивающий его зрение ошейник, который чесался и обжигал там, где вонзался в плоть и кость его шеи, покрытой коркой грязи и пота.

Когда маленькая группа подошла ближе, Кирев заметил и другие признаки в этих двух женщинах спортивной наружности. Они не разговаривали друг с другом вслух, пока шли по обе стороны от человеческих мужчин. И все же у него сложилось смутное впечатление, что они общались, и не только посредством незнакомого диалекта жестов руками, которые они использовали.

Кирев осознал, что не отрывает взгляда от темно-красных радужек глаз самой высокой из двух женщин. Эти радужки горели в тени её лица как горячие угольки, резко выделяясь на темной коже, ярко сверкая на солнце Юго-Западной Азии и ловя проблески света.

Кирев наблюдал за ней, как зачарованный.

Дома он никогда не видел таких женщин. Даже в зонах мятежников, которые становились все более распространёнными на холмах, возле которых его родители-фермеры построили свой дом.

Он заметил их мускулистые руки и плечи, ювелирное украшение, принадлежащее красноглазой видящей, чернильные татуировки на её пальцах и предплечьях. У неё были шокирующе высокие скулы… тёмные губы с почти идеальным изгибом, ещё одна черта его крови. Кирев почувствовал, как странным образом тянется к ней, просто потому, что она находится в визуальной доступности. Она двигалась грациозно, как охотящееся животное… совсем не похоже на неповоротливые, детские шаги мужчин, которые шли в дюжине шагов перед ней.

Люди ходили так, будто нетерпеливый родитель только что подтолкнул их и сказал разбираться самостоятельно. Если верить тому, что говорил его друг, Корек, с людьми примерно так и случалось. У него была кузина, которая могла переходить, и она рассказывала много историй о том, как люди вели себя со своими детьми и друг с другом.

В некоторые из этих историй Кирев верил с трудом.

И все же они действительно ходили так, будто их никогда не учили тому, как вообще ходить.

Резко контрастируя с ними, движения двух женщин-видящих были даже более отработанными, чем у большинства знакомых Киреву видящих. Зачарованный этим совершенством, он наблюдал, как они совершали каждый шаг и передвигали каждый сегмент ноги и тела. Это напоминало Киреву о камышовом коте, которого человеческие охранники однажды принесли в лагерь - они поймали его в близлежащей реке, пока тот плавал. Животное ревело и рычало на них от злости, пока они пытались заманить, а потом и физически затолкать в металлическую клетку, используя верёвки и острые палки.

Охранники смеялись, как помнилось Киреву. Они смеялись над угнетённым котом, который стал подарком для одного из высших, какой-то шуткой между их боссами.

Нахмурившись, Кирев выбросил из головы образ кричащего кота с черными и оранжевыми полосками.

Люди достигли их части забора.

Кирев задержал дыхание, когда небольшая группа остановилась. Он видел, как двигаются глаза людей, перемещаются, пристально смотрят на них, как на собак в загоне.

Рядом его друг, Корек, стиснул руку Кирева.

Кирев пошевелил пальцами в руке другого видящего, покосившись на него и слегка нахмурившись.

Он не видел, как подошёл Корек, но теперь пожалел, что не уделил больше внимания. Он бы сказал своему другу оставаться внутри, спрятаться в затенённом убежище в дальнем конце загона. Им всем приказывали выходить, конечно… всем без исключения… так что это было бы рискованно, если бы охранники решили пересчитать по головам и отправиться на поиски отбившихся. Однако охранники были ленивыми и обычно не утруждались. Если не искали конкретного видящего.

Корек был маленьким. Он был маленьким, а охранникам нравилось слишком часто его пытать.

По той же причине он научился прятаться. Кирев помогал ему с этим.

Кирев знал, что всегда есть тот, кто - по причинам не всегда очевидным для разумов детей в клетках - привлекает внимание охранника чаще остальных.

Корек был одним из таких.

Кирев не знал, связано ли это с каким-то качеством его света или с привлекательностью деликатных черт и маленького тельца. Скорее всего, дело в сочетании этих вещей.

Корек здесь стал братом Кирева.

Будучи самыми молодыми в данном загоне, они быстро нашли друг друга - ради целей выживания и ради хоть какого-то родства. Они оба потеряли семьи в рейдах, проводимых в маленьких городках в Гималаях, так что они знали примерно одну и ту же версию прекси. У обоих были сестры, которых, наверное, уже продали… матери. У обоих были отцы, которые могли быть уже мертвы, братья в загонах, похожих на этот, отобранные по другому возрасту.

- Чего они хотят? - тихо спросил Корек на прекси.

Кирев покачал головой, не отрывая глаз от смуглой охотницы.

Держа руку пониже, он сделал видящему едва заметный жест, показывая Кореку хранить молчание.

Слегка встав перед своим другом, он расправил своё тело, надеясь, что они заметят его первым. Охранники не слишком беспокоили Кирева, если только не наказывали его за конкретное преступление. Что бы ни привлекало их в свете Корека, их в равной степени отталкивало какое-то другое качество в Киреве, и его это устраивало.

Он наблюдал за человеческими мужчинами, впервые оценивая их количество и построение. Теперь шестеро стояли и смотрели на них по ту сторону забора из цепей. Двоих в военной униформе он узнал: они работали здесь, в загонах.

Остальных четверых он не знал. Они носили штатское. Деловые костюмы с Запада, которые казались дорогими.

Должно быть, они прилетели сюда на самолёте.

Кирев все ещё смотрел на эти лица, как вдруг слегка опешил. В те же несколько мгновений он осознал, что ошибся в расчётах.

Один из этих людей был вовсе не человеком. Среди них стоял ещё один видящий.

Мужчина. Светло-карие глаза.

Взгляд Кирева поначалу скользнул мимо него из-за его человеческой одежды и того, что он говорил на английском, а не на тайском и не на прекси. Кем бы ни был этот мужчина-видящий, он научился также копировать нескладные манеры и походку людей, что скрывало его кровь сильнее, чем странная короткая стрижка и дорогая человеческая одежда.

Цвет его глаз был нераспознаваемым в плане расовых различий. Как и его рост.

Он мог бы быть человеком.

Однако когда он посмотрел через загон на Кирева, Кирев понял. Он не был человеком. Поначалу он даже не мог сказать точно, откуда ему это известно, но чем дольше он на него смотрел, тем больше признаков замечал.

Его рот. У него был рот видящего и чистые контуры угловатых черт видящих, пусть даже эти черты смягчились сильнее, чем в своем типичном проявлении. Он также двигал руками таким образом, который казался Киреву языком. Или, возможно, просто нёс в себе больше смысла, чем он замечал в среднестатистическом человеке.

Он невольно задался вопросом, знают ли сопровождающие его люди.

Как раз когда он об этом подумал, мужчина-видящий показал пальцем прямо на самого Кирева.

- Вот этот, - сказал он уверенным голосом.

Кирев застыл. Страх заполонил его нутро в то же мгновение, как слова отпечатались в сознании. В последнее время многие из них исчезали, и в возрасте слишком раннем для прямых продаж по причинам, относящимся к зрению. При мысли об этом мочевой пузырь Кирева внезапно сжался, как будто он в любую секунду мог обмочиться. Он видел, как пожилой мужчина рядом с видящим напрягся, кладя руки на бедра и с прищуром глядя на Кирева синими глазами.

- Он чертовски молод, - пробормотал человек, отмахивая мух от своего мясистого листа, которое от жары сделалось пятнистым, ярко-красным. - Вы уверены, что нам нужен такой молодой? Мы даже не знаем, годятся ли они на что-то в этом возрасте… вы можете забирать у нас приз, и мы даже не узнаем. Сколько ему? Шесть? Семь?

Видящий рядом с ним закатил глаза.

Он тоже сделал это как человек, заметил Кирев.

- Едва ли, адмирал, - сухо сказал видящий. - Он видящий, помните? Так что лет пятнадцать, я бы сказал. Возможно, шестнадцать. Ему никак не меньше двенадцати, даже если он ненормально крупный для своего возраста.

Человеческий мужчина вздрогнул от этих слов, как будто поразившись… или, скорее, как будто он забыл, что дети людей и видящих взрослеют с разными темпами.

Он снова с прищуром посмотрел на Кирева.

- Что ж, - сказал он затем, пожимая плечами. - Программа имеет здесь юрисдикцию. Если вы думаете, что он тот, кого вы хотите…

- Да.

Кирев подавил желание сглотнуть, ощутив вкус его слов.

Программа.

Человек с пятнистым лицом кивнул в ответ на слова видящего, отгоняя ещё больше мух от шеи и лица. Взглянув на охранников в военной форме, он головой указал на забор.

- Вы его слышали. Упакуйте его… - сказал мужчина.

Кирев издал тихое хныканье, ничего не сумев с собой поделать.

Наблюдая, как охранники начинают отпирать ворота, и один из них выдёргивает из-за пояса дубинку, следуя за парнем с ключом, страх Кирева превратился в полноценную панику. Его дыхание с трудом вырывалось из груди, пока он крепче стискивал Корека, пытаясь решить, стоит ли ему просто бежать.

Он мог бы рвануть, попытаться спрятаться под половицами как Корек.

Подумав об этом, он дёрнулся в сторону, балансируя с одной ноги на другую, этот ужас в его груди похолодел от паники.

- Подождите! - крикнул мужчина-видящий, поднимая руку.

Кирев повернул взгляд и голову к забору.

Он увидел, как светлоглазый видящий снова пристально смотрит, но в этот раз не на него.

- Я передумал, - сказал видящий, и его голос смягчился. В этот раз он указал через проволочную сетку забора прямо на Корека, который, как Кирев только что осознал, лишь сейчас оказался на виду, когда Кирев сдвинулся в сторону.

- Вместо него я хочу вон того, - сказал мужчина-видящий. Его голос звучал безоговорочно, ещё более решительно, чем ранее. - Того, чью руку он держит…

- Маленького?

- Да. Его. С полосатыми волосами, - видящий более категорично указал на Корека и взглянул на охранников в униформе, чтобы убедиться, что они понимают, кого он имеет в виду.

Корек сжал руку Кирева так сильно, что он ахнул, ощущая, как его ужас сам собой возвращается.

Ужас, но также…

Облегчение.

Кирев ощутил такое облегчение.

Чувство вины сопровождало эту мысль, что-то вроде ужаса от того, каким сильным было облегчение, даже когда он осознал, в чем дело… но Кирев не мог стереть это чувство.

Мальчики, которых они забирали, не возвращались.

Они никогда не возвращались.

Внутри загонов дети-видящие шептались между собой о том, что с ними случалось. Они знали, что ничего хорошего. Быть проданным на рынке - тоже нехорошо, но это лучше того, для чего их забирали в детстве.

Это лучше, чем мужчины в костюмах, которые говорили о «программах».

- Кирев, - прошептал Корек, хныча. - Кирев… что мне делать?

Кирев посмотрел на него, и эта боль в его сердце усилилась.

Корек не просто подумал опустошить мочевой пузырь… он действительно это сделал. Его поношенные рабочие штанишки все промокли в паху и с внутренней стороны бёдер. Моча смыла часть пыли с грязных ног. Пахла она плохо, в основном из-за еды, которую они ели, и того, как мало воды им давали. Кирев посмотрел на него сверху вниз, чувствуя, как его нос морщится от отвращения.

- Кирев… помоги мне… - сказал Корек, его тёмные глаза расширились. Он смотрел на него снизу вверх, так крепко стискивая пальчиками, что это причиняло боль. - Помоги мне, брат… пожалуйста…

Слезы текли по его лицу.

Однако у Кирева не было для него слов. Потом он вспомнит, что он не сказал своему другу ни единого слова утешения, когда они пришли и забрали его.

Он не сказал ни единого слова.

Зови меня Дэн

Пентхаус, поместье «Голден Террас»

Сан-Франциско, Калифорния

Март, 1953 г.

Кирев расправил воротник рубашки, взглянув на отражение человека в углу зеркала, где тот от двери наблюдал, как одевается Кирев.

Позволив взгляду вернуться к одежде, Кирев помедлил всего несколько секунд, перед тем как выглянуть из окон пентхауса. Его взгляд скользнул по бухте Сан-Франциско и виду Башни Койт вдали. Он видел чёткие линии моста Золотые Ворота слева от себя через гигантское панорамное окно с видом на деловой район и Ферри Билдинг, не менее ошеломительный вид к северо-западу.

- Ты почти готов? - спросил человек, критически изучая взглядом спину Кирева.

Кирев кивнул, используя человеческие манеры.

- Я готов.

С этими словами он повернулся, одёргивая темно-коричневый пиджак, чтобы расправить его поверх белой рубашки. Одновременно с этим он подошёл к человеку, слегка одёрнув запонки и рукава, чтобы тоже их расправить, и наблюдая, как другой смотрит на него. Он чувствовал мерцание человеческих мыслей - достаточно, чтобы знать, что он думает о сексе, глядя на Кирева в костюме.

Кирев притворился, что не заметил.

Он уже заметил, что его новому хозяину, «зови меня Дэн», не нравилось напоминание, что Кирев мог читать его мысли.

Или, если быть точнее, он предпочитал воспоминать об этом избирательно, учитывая, что за последнее время он несколько раз пользовался этой способностью Кирева, в основном для небольших вещей, связанных с политикой на рабочем месте, а также для нескольких личных вопросов.

Более того, подумав об этом сейчас, Кирев не мог припомнить ни дня, когда бы его новый «работодатель» не использовал его способности для какого-то маленького или крупного задания.

Большинство из этих заданий действительно были маленькими.

Практически мелочными.

Кирев подозревал, что блеск новенькой игрушки померкнет через месяц или около того.

Его купили меньше недели назад - прямая покупка из общей группы загонов корпорации «Черная Стрела». Кирев вышел из трудового лагеря менее пригодным для такой продажи, чем четырьмя месяцами ранее.

Как только Кирев предстал перед ним, Дэн пальцами показал ему повернуться.

- Новые правила, - сказал человек, в его голосе почти слышалось извинение.

Кирев кивнул без комментариев. Он знал, что вышел закон.

Вероятно, он узнал об этом раньше, чем этот пузатый седеющий человек с дурным дыханием.

Однако ему он об этом не сказал.

Повернувшись к человеку спиной, он лишь немного вздрогнул, когда эти липкие пальцы коснулись его шеи. Как только они отодвинули воротник рубашки сзади, открывая заметные дырки, они опустили на его голую кожу тяжёлый металлический ошейник.

Кирев слегка вздрогнул от звука, с которым человек защёлкнул темно-зелёные концы вместе, как частицы паззла у основания его черепа.

Когда Дэн постучал по его плечу указательным пальцем, его свет содержал приказную нотку, и Кирев почти не медлил. Опустившись и сгибая колени, чтобы другой мог дотянуться до его шеи сзади, Кирев удерживал себя неподвижно, пока его хозяин передвинул ногтем большого пальца переключатель, нажимая кнопку с крошечными циферками на кодовом замке.

Слабое гудение раздалось в ушах Кирева, когда ошейник активировался.

Кирев содрогнулся, когда два зубца вонзились в его кожу и плоть. Он ощутил холодное касание металла вокруг кости в верхней части позвоночника, когда металл стиснул его там. Он поборол тошноту, которая свернулась в его животе и груди ещё до того, как эффект сказался на передней части его сознания.

Его живой свет, или aleimi, внезапно погас.

На его разум как будто опустился туман, отчего комнату стало трудно видеть.

Кирев поборол кратковременную панику, нападавшую на него всякий раз, когда он терял доступ к большей части своего сознания, которую люди называли его «экстрасенсорным» зрением.

Свет Дэна, его собственный свет, свет самого Барьера… все это померкло в его сознании за считанные секунды, заставляя эту часть его идти на ощупь во тьме, по крайней мере, метафорически. Отсутствие этой части делало мир плоским, двухмерным.

Он адаптировался, конечно же, за секунды. Он носил ошейники с тех самых пор, как его впервые поймали и превратили в раба ещё ребёнком, так что он научился с этим справляться. Но эта изначальная паника, казалось, никогда не уйдёт полностью… и не ослабит свою интенсивность при первом ударе.

Благодаря кодовому замку, теперь только «Дэн» или тот, с кем он поделится кодом, мог снять с Кирева этот ошейник.

Ну, или хороший комплект болторезов.

Кирев выбросил эту мысль из головы, встречаясь взглядом с человеком, когда он распрямил ноги и грациозно встал в полный рост.

В этот раз он тоже проигнорировал оценивающий взгляд, которым его окинул человек.

- Ты выглядишь… стильно, - Дэн улыбнулся, подмигивая ему. - Прямо-таки роскошно.

Он протянул руку, потянув за пиджак Кирева возле открытой шеи у воротника. Человеческие пальцы потянули и пригладили, чтобы расправить материал и уложить его под ошейник. Даже вслепую Кирев знал, что это лишь оправдание для того, чтобы его коснуться.

Он вежливо улыбнулся человеку в ответ.

- Спасибо, сэр.

- Дэн, - сказал другой, улыбаясь ещё шире. - Зови меня Дэн, Кирев.

- Конечно, - сказал Кирев, слегка кланяясь. - Спасибо, Дэн.

Когда другой повернулся, направляясь к двери, отработанная улыбка соскользнула с лица Кирева.

Они нуждались в своих маленьких шарадах.

Всем существам они нужны, предполагал он… но он особенно замечал эту черту в людях. С другой стороны, один просто обязан сказать что-то другому, когда он порабощает целый вид и пытается притвориться, будто это делается по обоюдному согласию.

- Быстрее, Кирев, - позвал Дэн через плечо. - Из-за твоего прихорашивания мы можем опоздать.

Кирев не ответил.

Напоследок взглянув в зеркало, он накрыл ладонью ключ, который он взял из ящика бюро человека. Ключ было сложно отыскать, вопреки очевидности этого места, когда он все же его нашёл. Кирев думал, что человек хранил бы его в более укромном месте.

Однако он знал, что нашёл правильный ключ; его форма была достаточно уникальной, чтобы он хотя бы это не ставил под сомнение… и как только он его нашёл, несложно было его забрать. Все, что нужно было сделать Киреву - заставить человека вспомнить свой рот на его члене предыдущей ночью, пока он лениво одевался перед зеркалом. В результате человек не следил за его руками. Он действительно вовсе не смотрел на него, когда Кирев наполнил его разум воспоминанием.

По этой и другим причинам Кирев также знал, что человек намерен не просто трахнуть его рот сегодняшней ночью.

Однако если все пройдёт хорошо, Кирева здесь уже не окажется.

Засунув странный цилиндрический ключ в карман брюк, пока другой находился к нему спиной, он сохранял нейтральное выражение лица.

Секунды спустя он следовал за человеческими шагами, эхом отдающимися по увешанному картинами коридору.

- Вы уже знакомы с моим новым сотрудником? - спросил Дэн, подмигивая и улыбаясь женщине в изумрудном платье с низким декольте. - Его зовут Кирев.

Женщина посмотрела на него, беззастенчиво уставившись на его лицо, прежде чем его глаза скользнули по остальному телу.

- Вот это да, - сказала она, слегка шутливо обмахиваясь. - Он определённо вкусненький, Дэниэл, - она поддела пожилого мужчину голой рукой, награждая его понимающей усмешкой. - Ну разве ты не гадкий, гадкий мальчик?

Дэн пожал плечами, взглянув на Кирева прежде, чем улыбнуться женщине.

- Он очень хорош в том, что делает, - сказал он нейтральным тоном.

В этот раз она рассмеялась в голос, выразительно глядя на пах Кирева.

- Готова поспорить, так и есть, - отпив глоток из бокала с мартини, который она держала в руке, она добавила, не отводя взгляда от тела Кирева: - Ты будешь давать его взаймы, Дэниэл?

Рука человеческого мужчины собственнически опустилась на плечо Кирева.

- Что именно у тебя на уме, Натали? - сухо спросил он.

Она с уклончивым видом пожала плечами, продолжая разглядывать тело Кирева в темно-коричневом костюме.

- О, ну знаешь ли. У меня есть несколько вещей, в которые не помешает заглянуть, - она многозначительно посмотрела Дэниэлу в глаза. - В основном вопросы недвижимости.

Слегка расслабившись от её слов, Дэн закатил глаза.

- Только не это снова, - сказал он, и в его голосе звучал более лёгкий, более весёлый стон. - Ты думаешь, что твой зять опять тебя обворовывает?

Она вздохнула, уперев локоть в сложенную руку.

- Скрытность не помешала бы, Дэнни-мальчик, - сказала она шутливо угрожающим голосом, многозначительно окидывая взглядом комнату. Повернувшись спиной к остальным гостям, она пожала плечами, приподнимая нарисованную бровь. - Но да. Были… несоответствия.

- Почему ты просто не уволишь его? - спросил Дэн, качая головой. - Разве не для этого нужны мужья? Он ведь управляет компанией в наши дни, не так ли? Твой последний?

Она деликатно пожала плечами.

- Что тут поделаешь? Он член семьи.

- Он мошенник-виртуоз, - фыркнул Дэн. - Когда Анна уже поумнеет?

- Том будет за ним приглядывать, - сказала она. - Пока у нас не будет доказательств, я бы не стала снова выдёргивать Анну из Европы. Она бывает такой драматичной…

Кирев приглушил их слова, складывая руки на пояснице.

Он осмотрел комнату с высокими потолками, едва слушая, пока они продолжали говорить о предательстве некровных родственников и глупости детей, и конечно же, о бремени иметь безбожные суммы денег.

Его глаза возвращались к окнам чаще, чем следовало, и к виду океана. Он был ошеломительным. Кирев никогда не встречал такого вида; вид такой большой части океана, простирающегося на его глазах от усеянных кипарисами утёсов до отдалённого горизонта, почему-то заставлял эту огромную ширь воды казаться ещё более головокружительно огромной.

Но опять-таки, большую часть своего детства Кирев провёл в грязной тюрьме. Самым большим в его мире было небо между деревьями джунглей, когда он не был заперт в деревянном загоне.

Когда они подъезжали к особняку с башнями, Дэн с гордостью сказал ему, что дом некогда принадлежал какому-то человеку по имени «Сатро», иконе этого города и тому же мужчине, который построил бани ниже дома, которые все ещё носили его имя. Этот Сатро также разработал оригинальную версию Клифф Хауса, который все ещё стоял на прежнем месте, хотя сама постройка была дважды сожжена, и сменила цвет с белого на темно-розовый.

Викторианская постройка, которую местные все называли «пряничным домиком», упрямо заново отстраивалась наследниками Сатро с помощью богатейших семей Сан-Франциско, включая мужчину, который теперь владел недвижимостью в Сатро Хайтс.

Кирев раньше никогда не видел такого огромного дома.

Последний владелец расширил его и щедро потратился на сады и окружающие леса наряду с модернизацией интерьера. Дэн также сообщил, что этот мужчина перестал пускать публику на земли лесов, в основном по причинам безопасности и из-за некоторых особенно грубых актов вандализма.

Оторвав глаза от окон и вида закатного неба над темно-синим океаном, Кирев заставил себя сосредоточиться на том, зачем он здесь находится.

Он заставил себя сохранять нейтральное выражение, сканируя лица и тела других хорошо одетых гостей. Он заметил рояль в углу у окна, наряду с несколькими коктейльными официантами, снующими в толпе с подносами напитков и закусок, но ему сложно было отличить настоящих гостей, опираясь лишь на их возраст, цвет волос и глаз. Без своего света он не имел возможности классифицировать их.

Окна на балконе были открыты, впуская бриз с лёгким запахом моря, и он слышал вдалеке не одну чайку, скорее всего, с утёсов у воды. Он все ещё просматривал лица, замечая, как некоторые мужчины курят на том же балконе, как вдруг его глаза сосредоточились на другой персоне, которую он до сих пор не замечал.

Ещё одна видящая.

Она должна ею быть… он знал бы это даже без взгляда на её одежду.

Она стояла с кучкой людей на другом конце комнаты с высокими потолками, недалеко от второго балкона, которого он тоже не замечал. Ненадолго поймав её взгляд и осознав, что она пристально смотрит на него, Кирев едва заметно кивнул, слабо улыбнувшись.

Её глаза содержали больше смысла, чем улыбка, которой она ему ответила.

Осмотрев одежду, в которую её, несомненно, одел хозяин, Кирев подавил желание нахмуриться. Он знал, что не может продемонстрировать злость на лице, только не здесь, но все же сложно было сохранять нейтральное выражение лица даже с его выдержкой.

Он позволил взгляду ненадолго задержаться на платье, спереди открытом до самого пупка, едва прикрывая соски с обеих сторон. Её длинные волосы свободно свисали с плеч, выкрашенные в тёмный, неестественно-рыжий цвет и выделяющиеся на фоне более консервативных причёсок богатых человеческих женщин. Текстура волос видящей была также менее прямой, чем у большинства видящих, у которых обычно преобладали тёмные оттенки и черные прямые волосы как у людей-азиатов. Конечно же, среди видящих тоже встречалось разнообразие, так что текстура могла быть генетической аномалией, а не делом рук этого человека, который вынуждал её выглядеть как европейка.

Однако Кирев с трудом полностью в это верил.

Позволив нахмуренному выражению проявиться в его губах (в этот раз скорее для неё, чем для него самого), Кирев посмотрел на высокие разрезы по бокам платья, открывавшие её бедра до ступней в туфлях на таком высоком каблуке, что в них наверняка было тяжело ходить.

Когда он встретил её взгляд, её губы поджались.

Она не выглядела смущённой его пристальным взглядом. Напротив, она, похоже, восприняла это именно так, как он имел в виду, и снова кивнула - едва уловимое «спасибо» среди видящих.

Как будто в знак «Спасибо за твоё сочувствие, брат. Да, он засранец».

Кирев позволил слабой улыбке вернуться на свои губы.

Однако как раз в этот момент светловолосый мужчина, нависавший над ней, очень властным движением накрыл её руку. Он повернул голову, глядя поверх её обнажённого плеча, чтобы наградить Кирева открыто предупреждающим взглядом. Когда её шея странно дёрнулась в сторону того же светловолосого мужчины, Кирев содрогнулся, впервые заметив, что вдобавок к ошейнику этот нависающий над ней насильник надел на неё поводок, прицепленный к ошейнику на тонкой цепочке.

Глядя на самодовольную улыбку стоящего там мужчины, Кирев подавил прилив чистой ярости.

Светловолосый мужчина, казалось, не понял, что Кирев - видящий. Он просто подумал о нем как о ревнивом мужчине, восхищающемся его собственностью.

Более того, кем бы он ни был, он явно ожидал, что Кирев его узнает.

Он был хозяином дома? Он не походил на те фотографии, которые показывали Киреву. Более того, он был слишком молод; на самом деле, должно быть, он один из самых молодых людей здесь - максимум без малого тридцать, по Киревскому пониманию человеческого возраста.

Тогда определённо не хозяин дома.

Насколько мог сказать Кирев, хозяина здесь вообще не было.

- … Что ты думаешь, Кирев? - сказал голос рядом с ним.

Слегка подпрыгнув, Кирев повернулся.

Он оказался лицом к Дэну и нескольким другим людям, которые присоединились к нему и женщине в изумрудном платье. По выражениям их лиц он понимал, что они подошли сюда частично потому, что заметили ошейник. Большинство из них буквально зависли, уставившись на лицо Кирева с любопытством в глазах.

Подавляя реакцию, он почувствовал, как его тело застывает.

Поначалу он подумал, что Дэн спрашивает Кирева, что он думает о женщине-видящей.

Посмотрев на слегка бесстрастные лица, он понял, что это маловероятно.

- Я приношу свои извинения, сэр, - сказал он, нарочно глядя на Дэна. - О чем вы спрашивали?

Дэн широко улыбнулся, хлопая его по спине.

- Зови меня Дэн, Кирев… сколько раз мне тебе говорить? Зови меня Дэн…

Кирев вежливо улыбнулся, когда люди вокруг него рассмеялись.

Рекрут

Кирев сбежал в уборную при первой возможности.

Он шёл туда не целеустремлённо ради убежища; они не дали ему конкретного места, но сказали, что свяжутся с ним. И все же он понял, что не один в туалете, как только вошёл в отделанную мрамором уборную размером с целую квартиру.

Слегка напрягшись, Кирев не дал беспокойству проявиться на лице, пока заканчивал свои дела в туалете, затем подошёл к раковине вымыть руки. И все же его глаза уже смотрели на дверь нужной кабинки, когда та открылась. Он не знал, чего именно ожидать; люди и раньше поджидали его в туалетах. Но когда эта дверь открылась, он едва не издал удивлённый смешок.

Она открыла лицо и тело, которое он не просто знал, но и рад был видеть.

Однако он рассмеялся бы не по этой причине.

Веселье пришло в основном из-за того, что данный видящий был настолько заметным, насколько вообще возможно для видящего, особенно в этой части света. В нем было, по меньшей мере, 194 сантиметра роста, широкие плечи, мощная грудь и красивые, но очень выраженные азиатские черты.

Большинство из них не были видны в данный момент, но Кирев знал, что верхнюю часть туловища видящего, включая руки и пальцы, почти полностью покрывают татуировки с изображением пантеонов видящих. Его густые прямые черные волосы достигали середины спины, заплетённые в охотничью косичку, а его радужки, пусть и менее приметного цвета, чем у большинства видящих, все равно отдавали непрозрачным, обсидианово-черным цветом, который шокировал при первом взгляде.

Самой невозможности видеть его здесь оказалось почти достаточно, чтобы заставить Кирева издать нервный и ошеломлённый смешок.

Он не рассмеялся, конечно же.

Даже так, невольная улыбка коснулась его губ.

Как, бл*дь, он сюда попал?

- Не беспокойся об этом, - сказал мускулистый видящий.

Скользнув грациозными кошачьими шагами к двери уборной, он легко открыл её и высунул голову в коридор, предположительно чтобы проверить, что все чисто. Поскольку на нем ошейника не было, он, должно быть, искал видящих. Как только он просканировал все направления, он повернулся обратно к Киреву, говоря тихим голосом и сохраняя абсолютно неподвижное выражение лица.

- Идём со мной, маленький брат, - пробормотал он, бросая на него мрачный взгляд. - У нас мало времени. Мы начинаем действовать сейчас же.

Кирев почувствовал, как напрягается.

- Но его здесь нет. Я проверил каждого гостя, и…

- Он здесь, - перебил мускулистый видящий, награждая его предостерегающим взглядом. - Мы не будем говорить об этом здесь, маленький брат. Следуй за мной. Сейчас же. Пока никто не пришёл.

Закрыв рот, Кирев лишь кивнул.

Он не мог с этим поспорить.

Без единого слова он последовал за широкоплечим видящим, замечая, что в груди и руках он почти вдвое шире его самого, хотя Кирев, возможно, на дюйм выше. Кирев ещё не достиг своего полного взрослого веса или роста, поскольку ему всего сорок один год; видящие обычно не считаются полностью физически зрелыми до отметки первого столетия. После этого они ещё долго не достигают репродуктивной зрелости.

Но даже так, он не мог не смущаться разнице в размерах между ними.

Следуя за огромным видящим, Кирев заметил, что он тоже надел костюм в человеческом стиле, хотя это мало скрывало его размеры или расу, учитывая длинную чёрную косу. Не говоря уж о зловещих черных глазах и татуировках, видневшихся на пальцах, руках и тех частях шеи, что не скрывались над серо-черным галстуком. И все же, опять думая о том, как он сюда попал, Кирев невольно задумался, не заставил ли он людей думать, будто он присутствует по какому-то официальному делу.

Возможно, как частная охрана. Команды частной охраны использовали видящих без ошейников, по крайней мере, в рабочее время… иначе они с таким же успехом могли нанимать людей.

Видящий-азиат привёл его к концу коридора и свернул направо.

Через четыре двери Кирев обнаружил, что следует за новым лидером отряда - и по случайности видящим, который его завербовал - в неосвещённую комнату с длинным эркерным окном на океан. Солнце уже полностью село, оставляя по ту сторону окна лишь ночь. Даже так Кирев невольно засмотрелся на три четверти луны, нависавшие над океаном, и освещённые башни отеля и ресторана Клифф Хауса рядом с Сатро Батс. Он наблюдал, как автомобили-купе подъезжают к самому Клифф Хаусу, а несколько такси высаживают хорошо одетых пассажиров.

В самих банях тоже горел свет, и Кирев видел людей рядом с ярко освещёнными проходами. Он гадал, были ли они тоже гостями отеля, направлявшимися на вечернее купание, или же там проводилось другое мероприятие.

Как только он закрыл за ними дверь, Врег повернулся к нему лицом.

- Ты достал ключ? - спросил он, говоря на прекси.

Отведя взгляд от окна, Кирев один раз кивнул. Он открыл рот, чтобы заговорить, но другой не дал ему шанса.

Щёлкнув пальцами, он жестом приказал поторапливаться.

- Передай его, брат. Пожалуйста.

Выудив ключ из кармана брюк, Кирев сделал, как ему сказано.

Он наблюдал, как Врег берет этот странный цилиндрический ключ и подносит его к свету. Он смотрел на него всего несколько секунд, перед тем как залезть в собственный карман мускулистой рукой. Кирев услышал звон металлических частиц, ударявшихся друг о друга, когда старший видящий вытащил связку из как минимум дюжины ключей, некоторые из них были той же базовой цилиндрической формы, но другой длины, толщины и с другим количеством и расположением этих похожих на иглы шипов. Используя маленький фонарик, Врег поднял каждый из этих цилиндров один за другим, ища совпадение.

Или просто приблизительное сходство.

Наблюдая, как он сравнивает ключи-заготовки с настоящим, Кирев ощутил недоумение.

- Зачем тебе это нужно?- спросил он, хмурясь. - Я думал, мы делаем это сегодня. Он не хватится ключа сегодня… я обещаю тебе, брат.

Врег лишь щёлкнул на него пальцами.

- Ты достал его именной бейдж? - ворчливо спросил он.

Пошарив во внутреннем кармане своего пиджака, Кирев вытащил и его, вкладывая в татуированную руку видящего.

- Нам это может не понадобиться, но я ценю усилия, - тепло сказал Врег.

Кирев пожал плечами.

- У входных дверей стоят видящие, работающие в охране, - напомнил он ему. - По меньшей мере, четверо. Постоянно. Плюс периметр…

- Не беспокойся об этом, маленький брат. Эта часть меня не волнует. Если только нас не будет ждать армия, когда мы прибудем.

Кирев кивнул, видя, что видящий, похоже, решил, какую из заготовок использовать. Он продолжал стоять там, наблюдая, пока Врег секундой спустя снял выбранный ключ с кольца, аккуратно складывая настоящий во внутренний карман пиджака.

Кирев все ещё не знал, что именно они ищут.

Он уже понял, что в этой операции сообщалась лишь необходимая информация. Даже высокопоставленные вроде Врега, казалось, знали лишь свою часть головоломки, которая здесь разгадывалась. Кирев предположил, что в этом есть смысл… по нескольким причинам. Не последней из которых была вероятность поимки Сдерживанием Видящих или СКАРБ, международным подразделением, обладающим полномочиями контроля за видящими и «агитирующими врагами» видящих.

Кирев наблюдал, как Врег пальцами прижимает более тонкую, похожую на пластилин субстанцию к поверхности ключа-заготовки. Чем бы ни была эта субстанция, она бесшовно покрывала металл, так тонко распространяясь по плоским линиям и зазубренным краям ключа, что когда он закончил, Кирев её даже не видел.

Когда Врег протянул ключ обратно ему, Кирев не видел и не чувствовал ни малейшего отличия в ключе, даже по весу. За исключением небольших деталей в тонких металлических шипах сбоку, он выглядел и ощущался практически как тот, который он изначально отдал Врегу.

- Это взрывчатка? - пробормотал Кирев.

Врег широко улыбнулся в темноте, сверкнув белыми зубами.

- Небольшое «спасибо» твоему другу, «Дэну». Ты против?

Кирев почувствовал, как его грудь сдавило.

- Нет, - подумав, он прочистил горло. - Но зачем использовать для этого ключ? Он раньше не держал его при себе.

- Человеческие воспоминания смутны, - напомнил ему Врег с улыбкой. - Это должно быть нечто, что он узнает… нечто, что он не выбросит. Этот ключ ценен для него. Он не поймёт, что не клал его в собственный карман, пока не будет слишком поздно.

Кирев ощутил, что его смятение частично рассеивается. Вновь кивнув, он выдохнул и убрал ключ-заготовку с взрывчаткой в карман.

- Ладно.

Когда он поднял взгляд, Врег, казалось, всматривался в его глаза.

- Что касается главной цели, - добавил видящий после паузы. - … Он в своём кабинете. Верхний этаж, где установлена дополнительная охрана. Нам нужно, чтобы ты установил первый контакт. Справишься с этим?

Кирев почти не сомневался. Затем он жестом показал «да».

- Хорошо, - Врег один раз кивнул. Он вытащил какой-то металлический инструмент. Кирев с неверием наблюдал, как тот своими толстыми пальцами начал раскладывать пару кусачек. - Тебе нужно освободить свой свет… в противном случае мы не сумеем подобраться достаточно близко, чтобы тебя отследить.

- Что с системой безопасности?

Врег качнул головой, все ещё не отрываясь от ножниц.

- Об этом не беспокойся. Мы сможем достаточно долго маскировать твой aleimi… пока ты остаёшься незаметным. Заставь своего друга «Дэна» провести тебя. Это займёт немного времени, я так думаю… подтолкнуть светом, немного лести. Он карьерист, как и большинство этих людей. Как только окажешься внутри, свистни мне… - он закончил раскладывать кусачки, вздрогнув, когда механизм застрял. - Дальше мы справимся.

Он помедлил, изучая лицо Кирева, когда тот уставился на режущий инструмент.

Кирев чувствовал, что видящий за ним наблюдает, но ещё несколько секунд не отрывал взгляда от кусачек, борясь с паникой, нарастающей в груди. Снимать или повреждать ошейник, надетый на него человеком - преступление. Серьёзное преступление.

Это может вернуть его в лагеря. Или хуже.

- Ты не против этого, брат? - спросил Врег.

Кирев нахмурился, глядя на него. Он кивнул, борясь с собственным страхом.

- Не против, - сказал он.

- У них по меньшей мере два видящих в команде охраны наверху. Мы набросим маскировку, чтобы они думали, что ты все ещё в ошейнике… но наша настоящая цель может быть вооружена, бл*дь, так что будь осторожен, ilyo. У этого davos ridvak есть репутация, и вовсе не хорошая. Он может захотеть коснуться тебя, и скорее всего, у него там есть другие видящие… так что сохраняй свой свет спокойным, бл*дь, что бы он ни делал и что бы ты ни увидел… ладно, брат?

Он подождал, пока Кирев кивнёт в знак понимания.

- Хорошо, - сказал Врег, щелкая себе под нос. - Мы разберёмся с охранниками перед тем, как войти, так что они не должны идентифицировать тебя по Барьеру… но было бы лучше, если мы сведём боевые потери к минимуму в том, что касается нашего вида. Время будет иметь критическое значение…

Кирев снова кивнул, чувствуя, как укрепляется его решимость.

- Да.

- Тогда повернись, брат, - сказал Врег уже мягче.

До Кирева дошло, что старший видящий уже несколько секунд ждёт, когда он подчинится.

До него также дошло, что часики тикали, что он отсутствовал уже несколько минут, и Дэн может не заметить его отсутствия, но не остальные. Когда две эти мысли утвердились, он почти не колебался, поворачиваясь спиной к мускулистому видящему. Он ощутил пальцы Врега у основания своей шеи, почти ласкающие, перед тем как он поднял ошейник, скользнув холодным металлом кусачек в кольцо.

- Ты готов, маленький брат?

Кирев один раз кивнул.

Врег сжал кусачки в руке, разрезая мягкий металл как плоть.

Кирев невольно ахнул, ощутив, как организм в ошейнике умер. В считанные секунды убрались нити, которые держались за кости его позвоночника. Что-то в убийстве воротника, пока он носил его вот так, всегда причиняло боль, вопреки тому, чем эта штука являлась.

Он стоял там, стараясь оправиться, когда Врег что-то сделал с двумя концами, скорее всего, чтобы удержать их вместе и заставить ошейник выглядеть целым.

- Более-менее, да, - прокряхтел Врег, соединяя концы вместе. – Мы также наложили на него поле света, чтобы для видящих он казался живым…

Кирев кивнул, тяжело сглатывая. Он не шелохнулся, пока крупный видящий работал.

- Ты в порядке? - спросил Врег, отходя от него.

Кирев кивнул, поворачиваясь к нему лицом. Ему пришлось подавить желание коснуться ошейника или места на шее, где он проникал в его кожу и плоть.

- Да, - только и ответил он.

- Хорошо, - снова сказал Врег. Он ободряюще хлопнул его по плечу. - И да, мы делаем это сегодня, маленький брат. Лаборатории тоже. Мы отправимся прямиком отсюда. Но мы не хотим, чтобы они отстроились заново, когда мы закончим.

Кирев в смятении посмотрел на него.

- Но я думал, целое здание…

- Так и будет, - перебил Врег. - Но мы не станем испытывать удачу с основными игроками, и это включает всех научно-исследовательских засранцев. Ключ - это страховка. Для твоего человека, по меньшей мере. И его проще пронести, чем оружие.

Понимание достигло Кирева, и он тут же кивнул.

- Ясно.

- Ты можешь удостовериться, что ключ будет при нем до того, как он поведёт тебя наверх?

Кирев одной рукой показал решительное «Да».

И все же он ощутил, как напрягается его челюсть.

Врег, должно быть, почувствовал это. Он более пристально посмотрел на лицо Кирева, запихивая во внутренний карман куртки удостоверение личности, которое дал ему Кирев.

- Что? - спросил он. - Что такое?

Кирев поколебался, а потом просто сказал это.

- Там женщина. Одна из нашего вида. Я не знаю, есть ли в списке человек, который с ней, но её ситуация нехорошая. Я подумал…

Взгляд Врега внезапно прояснился.

- Не беспокойся о ней, маленький брат.

Кирев нахмурился.

- В смысле?

- Она одна из наших.

Кирев опешил. Затем он почувствовал, как краснеет, и попытался побороть дискомфорт.

- Кто тот мужчина, который с ней? Ещё один, работающий в лабораториях?

- И об этом тоже не беспокойся, брат, - сказал Врег, его голос звучал слегка предостерегающе.

Кирев нахмурился. Он попытался подавить реакцию в своём свете, но не смог.

- Что? - снова спросил Врег. - Что не так? Она не пострадает…

Но Кирев уже качал головой.

- Я не стану делать это снова, - сказал он. Щёлкнув себе под нос, он наградил другого тяжёлым взглядом. - … Притворяться питомцем. Внедряться в людское общество вот так. Я не хочу воспитываться для такой… специализации, брат. Если именно это ты или Отец приготовили для меня, тогда это будет моей последней работой. Я найду другой способ бороться за свою расу.

Воцарилась тишина.

Они оба просто смотрели друг на друга в темноте, их ночное зрение видящих пронзало полутёмную комнату с помощью наружных огней, сияющих у Клифф Хауса и проникавших через окна, и встающей луны в третьей четверти. И все же, даже без ошейника Кирев был слеп в сравнении с таким тренированным видящим как Врег, по крайней мере, в основном смысле.

Однако он знал, что для Врега он будет открытой книгой.

Как раз когда он подумал об этом, Врег слабо улыбнулся, сжимая его плечо мускулистой рукой.

- Мы отправляемся туда, где нужны больше всего, маленький брат, - сказал он. - Все мы время от времени сталкиваемся с этим. Тебе нужно держать в уме конечную цель…

- Что ж, значит, кто-то другой сможет думать о благе расы с членом какого-то паскудного мудака во рту, - прорычал Кирев. - Говорю тебе… ещё раз назначишь меня на такое, и я кастрирую того, кому ты меня подсунул… даже если это поставит под угрозу миссию, - прикусив губу, он качнул головой. - Я не стану делать это снова, Врег. Я серьёзно.

Темные глаза Врега застыли, излучая холодную пытливость и не отрываясь от лица Кирева. Кирев не сомневался, что в этот раз старший видящий сканировал его по-настоящему. Что бы он там ни увидел, это заставило Врега если не дать задний ход, то хотя бы смягчиться.

Раздражение на лице Врега с высокими скулами погасло.

- Ясно, - уклончиво сказал он. - Мы поговорим об этом, когда вернёмся, маленький брат, - его голос сделался предостерегающим. - А пока делай свою грёбаную работу. И на будущее, не поднимай вопрос о следующей операции, пока не пережил текущую…

Кирев не ответил. И все же он ощутил, как расслабляются мышцы его плеч.

Он слышал сочувствие в голосе другого, даже через ошейник. По правде говоря, этого было достаточно, чтобы успокоить его. По крайней мере, пока.

- Понял, - сказал он. - Мои извинения, брат.

Врег подошёл ближе, ободряюще потирая его плечо мускулистой рукой.

- Расслабься, маленький брат, - сказал он ему, и его голос баюкал так же, как и его рука. - Ты проделал хорошую работу… особенно для нового рекрута… особенно для такого молодого. Босс крайне удовлетворён… твои жертвы не будут забыты, поверь мне, - все ещё массажируя его руку и плечо, используя свой свет достаточно, чтобы Кирев ощутил ответ его тела, Врег склонился ближе, ласково целуя Кирева в щеку. - Ты получишь свою месть, брат… не беспокойся. Я об этом озабочусь. И я удостоверюсь, чтобы у тебя было хорошее место в первом ряду, когда это случится.

Кирев выдавил улыбку.

- Надеюсь, не слишком хорошее, - неловко пошутил он.

Врег фыркнул, его зубы вновь сверкнули белым в приглушенном свете.

- Не слишком хорошее, - согласился он, щелкая языком. - Но достаточно хорошее, чтобы послать этого мудака-насильника на пути к его Предкам, если возникнет такое желание…

Кирев кивнул, ощущая, как расслабляется ещё сильнее.

Он знал, что им до какой-то степени управляют, но это тоже его не беспокоило. Управлять им - работа Врега. Использовать для этого свой свет - всего лишь метод видящих.

По какой-то причине он просто кивал, когда Врег давал ему последние наставления, включая выжидание нескольких минут, прежде чем покидать комнату за ним.

Стоя у окна с видом на освещённые бани и отель, Кирев безмолвно наблюдал, как видящий в костюме последний раз улыбается ему перед тем, как повернуться и со странной грацией выйти из комнаты.

Затем Кирев просто стоял там, отсчитывая время, когда он сможет присоединиться к остальным на вечеринке.

Все, чего ему сейчас хотелось - закончить это.

Хозяин

К тому моменту, когда Кирев нашёл возможность подтолкнуть Дэна, он заметил, что гости то тут, то там уходят. Ужин закончился часом ранее, но Кирев все равно удивился уходам, казавшимся внезапными; он гадал, почему больше людей не задержалось выпить. Однако взглянув в сторону бара, он осознал, что ключевая группа людей осталась. Все они оказались мужчинами примерно одного возраста, одетыми в костюмы похожего пошива.

Лишь один выглядел значительно моложе остальных - тот мужчина, которого Кирев заметил ранее, держащий поводок его сестры.

Наблюдая, как женщина-видящая прислоняется к бару одной рукой, вынужденная прижиматься к телу светловолосого мужчины, крепче дёрнувшего за поводок, Кирев поборол слабый приступ тошноты, видя, как человек небрежно гладит её сзади на виду у всей комнаты. Он вновь осознал, что большинство человеческих женщин к тому времени ушло.

Так значит, это территория человеческих мужчин, подумал он. Иные правила.

Он чертовски надеялся, что этот ублюдок тоже не выживет.

- Ты действительно хочешь встретиться с нашим хозяином, Кирев? - спросил Дэн. - Зачем?

В этот раз, повернувшись, Кирев увидел, что Дэн заметил направление его взгляда. Кирев не мог выпустить свой свет, не рискуя быть увиденным, но он заметил небольшую хмурость и то, как поджались губы человека. Стоя так близко, он также ощутил волну ревнивого раздражения.

Кирев тут же смягчил выражение лица.

- Да, сэр, - сказал он. - Я надеялся, что смогу это сделать.

Глаза Дэна сделались чуть менее жёсткими.

- Вот как? - сказал он, и в его голосе все ещё содержалась лёгкая нотка того раздражения. - Но ты не скажешь мне почему?

- Ну конечно скажу, - удивлённо ответил Кирев. - Я подумал, что причины очевидны. Вы говорили мне, что он могущественный человек, - напомнил ему Кирев. - Разве он не ваш работодатель, сэр? Разве я не должен знать его, раз он играет важную роль в вашей жизни?

В этот раз Дэн не попросил «называть его Дэном».

- Да, - сказал Дэн, все ещё лишь частично смягчившись.

Его глаза проследовали за шагами женщины-видящей на высоких каблуках, когда она проходила со своим самодовольным светловолосым человеком к балкону, где несколько человек собралось покурить.

- Разве тебе не интересен и этот мужчина, Кирев? - сказал Дэн более сухо, указывая своим бокалом в сторону светловолосого мужчины. - Его зовут Маркус. Вопреки его юному возрасту, ты смотришь на первого заместителя директора по экспериментальным технологиям в «Черной Стреле», - сказал он. Его глаза скользнули по открытой одежде женщины-видящей. - И да, я работаю на него. Большинство людей здесь тоже работают на него… лабораторные крысы вроде меня - все без исключения. Он один из немногих, кто прямиком докладывает старику.

Кирев постарался не следить за его взглядом или ходом мысли.

По крайней мере, не своим светом.

Однако он поймал себя на мысли, что заносчивый светловолосый мужчина может быть более важен, чем он осознавал. Он надеялся, что женщина-видящая с ним в безопасности, что бы там ни говорил Врег. Если этот Маркус так высоко стоял в иерархии «Чёрной Стрелы», тогда, скорее всего, у него здесь собственная частная охрана.

Дэн опять повернулся к нему, пока Кирев это обдумывал, и сделал глоток из квадратного стакана, хмурясь.

- Ты должен знать… это Билфорд подарил тебя мне.

Кирев кивнул. Билфорд владел этим домом.

И это его называли «стариком».

- Он сам меня выбрал? - спросил Кирев, добавляя лёгкую нотку благоговения в свой голос.

В этот раз Дэн улыбнулся по-настоящему, почти вопреки собственному желанию.

Подняв руки, он потянул за галстук Кирева, пригладил его пиджак, как только закончил поправлять узел прямо под его горлом. И вновь Кирев понимал, что это лишь повод его коснуться. В этот раз он ощутил желание человека, проблеск его намерения, когда он вернётся в апартаменты пентхауса на Ноб Хилл.

В этот раз Кирев почти пожалел его.

- Нет, - сказал Дэн, насмешливо вскидывая бровь. - Боюсь, это был я. Но он дал мне возможность выбрать… из определённого числа.

Кирев улыбнулся, надеясь, что выглядит более польщённым, чем есть на самом деле.

- Я этого не знал, сэр, - пробормотал он.

- Что ж, теперь ты знаешь, - Дэн снова нахмурился, мельком взглянув на женщину-видящую и вновь потянув за пиджак Кирева. - Будь осторожен со своим любопытством, Кирев, - сказал он потом более мягко. - Его можно понять… но можно истолковать иначе.

Кирев сделал лицо бесстрастным, слегка озадаченным, но лишь кивнул.

- Конечно, сэр.

- Я понимаю, что ты можешь скучать по общению с собственным видом, - чуть резче произнёс Дэн. - Но Маркус собственнически относится к своим видящим. Он также тот, кого я не могу делать своим врагом, - помедлив, Дэн посмотрел ему в глаза, и его выражение было непривычно лишено улыбки. - Я получил тебя за работу, проделанную над любимым проектом старика, - признался Дэн. - Я не имею такого высокого положения, как большинство людей здесь… а положение Маркуса выше всех здесь присутствующих. Ну, за исключением самого Билфорда. Он и Билфорд… они вместе основали «Чёрную Стрелу». Они встретились в Корее.

Кирев кивнул.

- Понятно.

- Он также намеревается стать преемником, когда Билфорд уйдёт на покой, - произнёс Дэн таким же тихим голосом. - Он также может разрушить мою карьеру, если захочет, Кирев. И у него дурной характер длиной в милю.

Кирев кивнул, заставляя своё выражение лица и свет источать покаяние.

- Я понимаю, сэр. Если я сделал что-то, что вызвало оскорбление…

Но Дэн уже отмахнулся от него.

- Нет, нет… с тобой все хорошо, Кирев. Ты безупречен. Я хотел лишь предостеречь. Пока мы все ещё знакомимся друг с другом.

Затем Дэн улыбнулся ему, почти смущённо. Что-то в этом выражении заставило Кирева содрогнуться, по крайней мере, изнутри, даже до того, как человек заговорил.

- С тобой все более чем хорошо, Кирев, - сказал он мягче. - Ты совершенен… абсолютно совершенен.

У Кирева на это не нашлось ответа.

И все же, когда он воспользовался своим светом, чтобы выплеснуть более тёплую волну привязанности к стоящему рядом человеку, он почти имел это в виду.

Ну правда, как он мог всерьёз ощущать что-либо, кроме жалости, к созданию вроде него?

Иногда Кирев даже не знал, как на них вообще злиться.

***

Кирев ощутил на себе несколько пар глаз, когда старший мужчина-видящий распахнул перед ним дверь. Тот же видящий сделал одной рукой вежливый жест на языке жестов видящих, чтобы Кирев вошёл в освещённую огнём комнату.

Кирев невольно уставился в эти полночно-синие глаза или татуировку, покрывавшую половину обезображенного шрамом лица. Он знал этот диагональный шрам.

Большинство старших видящих получали его в лагерях во время войны.

Осознав, что его взгляд уже граничит с неприличным, Кирев отвёл взгляд от лица другого, отмечая неприметный чёрный костюм прежде, чем он заставил себя перевести внимание на комнату, в которую он сейчас входил. Он слышал, как Дэн бросает несколько дружелюбных фраз двум другим видящим, стоявшим снаружи двери, но Кирев не слышал, чтобы эти видящие ему отвечали.

Они не ощущались как обычные принадлежащие видящие… и они не носили ошейников.

Кирев предположил, что наёмники принадлежат самой «Чёрной Стреле». Не инвентарь, а настоящие активы. Это относило их к другой категории, нежели видящих вроде Кирева, которые были слишком молоды или слишком неумелы, чтобы быть использованными таким образом. Или и то, и другое.

Кирев остановился за самой дверью, глядя на кожаное кресло с высокой спинкой перед огнём и ноги, вытянутые с него. Он видел на этих ногах кожаные тапочки с подкладкой из овчины. Он также ощутил и увидел тут ещё одного видящего, даже не протягивая своё сознание.

Он быстро осмотрел комнату.

Ещё два охранника. Люди. Вооружены.

Они открыто носили оружие, сложив руки перед телами и стоя возле завешенного бархатом окна с одной стороны и длинного книжного шкафа с другой. Кирев удивился всей этой охране, даже когда его глаза просканировали корешки сотен книг в кожаном переплёте, приобрётшем красноватый оттенок от огня. На каминной полке, над самим огнём, глаза Кирева задержали на каменном реликте древнего вида, изображавшем меч и солнце.

Религиозный символ видящих, и скорее всего подлинный, судя по его виду. Кирев гадал, не выкрали ли его из самого Памира.

Эта мысль ударила по нему интенсивным приливом злости.

Дэн вошёл за ним, и дверь закрылась.

Хлопнув рукой по плечу Кирева, Дэн заговорил с тем, кто сидел в кожаном кресле.

- Сэр? Надеюсь, вы не возражаете, что мы вас побеспокоили. Кирев хотел встретиться с вами… а я хотел лично поблагодарить за честь, которую вы мне оказали, сэр…

Кирев заметил, что Дэн звучал нервно. Более того, теперь, оказавшись здесь, он выглядел неуверенным, что его визит примут с распростёртыми объятиями.

Последовала небольшая пауза, прежде чем мужчина в кресле ответил. В эту паузу охранник у книжного шкафа жестом показал Дэну и Киреву подойти ближе, чтобы оказаться в поле зрения мужчины в кресле.

Подталкиваемый рукой человека, Кирев двинулся в том направлении, остановившись, как только очутился прямо перед креслом.

Он смотрел на лицо человека, который был старше всех, кого Кирев видел внизу - возможно, шестидесяти пяти или семидесяти лет, опять-таки, при условии, что Кирев точно оценивал человеческие годы по хронологии. То есть примерно вдвое старше самого Кирева, хотя чтобы видящий выглядел вот так, ему нужно быть старше шестисот лет.

Человек поднял на него взгляд, держа в одной руке выпивку, в другой - сигару, слева от него на низком, инкрустированном слоновой костью столике стояла бутылка и пепельница.

Женщина-видящая стояла на коленях у его ног на ковре, полностью голая.

Кирев слегка вздрогнул, увидев её, и сделал шаг назад прежде, чем успел взять под контроль свою реакцию. Сама видящая, однако, не двинулась. Её голова оставалась опущенной, тёмные волосы закрывали лицо там, где она прислонилась к кожаному креслу. Однако он ясно видел, что она обнажена, даже если не считать неприкрытой спины. Её груди прекрасно виднелись в тени кресла, наряду с треугольником там, где смыкались её ноги.

Подняв взгляд к лицу человека, Кирев увидел, что эти молочно-голубые глаза наблюдают за ним, и там скрывалась слабо прикрытая пытливость, а с конца сигары клубился дым.

Он также увидел лёгкую нотку веселья.

Кирев заметил, что человек одет лишь в халат. Он казался голым под ним.

Кирев гадал, не был ли он пьян в хлам, чтобы принимать их вот так… или, возможно, под кайфом от более мощной субстанции.

Затем он осознал, что человеку попросту все равно.

В любом случае, это был тот самый человек, чей образ он отпечатал в собственном свете, кого он искал большую часть вечера в толпе внизу.

Теперь, стоя так близко к нему, Кирев узнал его свет, даже в отрыве от черт лица.

Сделав вдох, Кирев издал тихий сигнал, чертовски надеясь, что Врег почувствует его через всех этих видящих у двери… чертовски надеясь, что те же видящие его не заметят.

В этот самый момент глаза человека оторвались от лица Кирева.

- Рад видеть тебя, Дэниэл, - сказал человек, делая глоток из стакана перед тем, как поставить его на низкий столик. - Так это твой новый приз, да?

Он сложил руки, и его глаза вновь прошлись по Киреву. Он окинул его оценивающим взглядом, скрестив ноги в лодыжках.

- Он выглядит очень… подтянутым, - вскоре сказал он. - Ты знаешь его ранг видящего.

Дэн кивнул, и его голос все ещё звучал нервно.

- Да, сэр. Ну… приблизительный, который они сумели дать, учитывая юный возраст. Они полагают, что его потенциал достаточно высок. По меньшей мере, 7. По факту они присвоили ему ранг 2, но говорят, что его довольно легко можно обучить, как только он достигнет полной зрелости…

- Семь? - спросил мужчина в кресле, выдыхая дым и попыхивая сигарой. - Высоко для загонов. Даже немного слишком высоко, честно говоря… возможно, мне придётся поговорить со своим специалистом по приобретениям, - он наградил Дэна жёсткой улыбкой. - Ты уверен, что выбрал из обычного ассортимента, Дэниэл? Ты не ограбил мои премиум-владения?

- Нет, сэр! - сказал Дэн, и в его голосе звучал шок. - Нет, сэр, конечно же нет! Я тоже был удивлён, но они держали его с остальными. Я подумал, возможно, здесь сказался его возраст…

Мужчина в кресле снова улыбнулся, но это жёсткое выражение не покидало его глаза, когда они вновь скользнули в сторону Кирева.

- Что ж, он хорошенький, Дэниэл. Должен отдать тебе должное, - его губа поджались, а голос сделался резким. - Дай мне знать, как он обучится. Такой высокий ранг может мне пригодиться. Возможно, я захочу время от времени с ним связываться… Я даже докину денег на обучающие сессии, если ты пожелаешь проделать это здесь, в главном корпусе в Пало-Алто.

- Конечно, сэр. Конечно…

В голосе Дэна сквозило неприкрытое облегчение.

Взглянув на него, Кирев поймал себя на мысли, что Дэн боялся, вдруг мужчина в кресле вообще заберёт у него Кирева.

Что касается самого Кирева, то его сердце грохотало в груди, хоть он и старался не ёрзать. Он понятия не имел, услышал ли его Врег… стоит ли ему послать сигнал снова, или сколько ему вообще нужно ждать, прежде чем предпринимать что-то более решительное. Он знал, что не может показать им свою реакцию, особенно не в свете, где это могут ощутить видящие-охранники.

Отбросив эти мысли с переднего плана, он вновь сосредоточился на седом мужчине в кожаном кресле, опять ощутив на себе его взгляд. В этот раз Кирев не сумел избежать проблеска человеческих мыслей. Он подумывал свести Кирева с женщиной-видящей… той, что на полу. Он хотел сделать это и для того, чтобы поиздеваться над Дэном, и для того, чтобы пикантно пощекотать самого себя.

Это была игра за власть. А также способ поставить Дэна на место за то, что взял видящего более высокой ценовой категории.

Старик понятия не имел, что Кирева стратегически поместили в те загоны Врег и его люди. Сам Дэн не имел к этому отношения.

Старик также был садистом, насколько мог чувствовать Кирев

Кирев ощутил отдалённую пульсацию предвкушения и наслаждения, не столько от мысли наблюдать секс, сколько от созерцания лица Дэна, когда это случится. Ему также нравилась идея силой заставить Кирева взять женщину-видящую, которую он уже травмировал эти вечером.

Он уже ощущал брезгливость Кирева из-за её состояния.

Комбинация всего этого разом ударила по Киреву, вызывая в нем тошноту настолько сильную, что её практически невозможно было скрыть на лице. Вспомнив предостережение Врега, он прикусил щеку изнутри, заставив лицо принять нейтральное выражение и посмотрев на горящие поленья в гигантском камине.

Сделав это, он услышал, как человек в кожаном кресле хихикнул.

- Думаю, он может оказаться стеснительным, твой новый друг, - проницательно заметил мужчина в кресле. - Что скажешь, ему мы поможем немного преодолеть эту стеснительность…?

Кирев ощутил, как напрягаются его плечи.

Он решил снова послать сигнал Врегу, и к черту все…

Когда дверь в коридор с грохотом распахнулась.

Громкий шум заставил его подпрыгнуть, и Дэн рядом с ним тоже подпрыгнул.

Их головы резко повернулись к двери.

- Никому бл*дь не двигаться! - проревел знакомый голос.

Кирев мог бы разрыдаться от облегчения.

Вместо этого он снова сильно вздрогнул, когда Дэн мешком повалился на ковёр там же, где стоял. Человек упал безмолвно, его глаза закатились, когда он без лишнего пафоса упал, а его голова слышно хрустнула о каменный очаг. Хоть этот звук заставил его поморщиться, Кирев едва сумел сдержать широкую улыбку, поворачиваясь к двери и видя трёх мужчин-видящих в костюмах вместе с четвертой видящей, женщиной, которая вошла последней.

- Ты в порядке, маленький брат? - спросил у него Врег.

Кирев кивнул, облегчённо выдохнув.

- Ты не представляешь, насколько удачное время ты выбрал, брат, - произнёс он на прекси.

Двух человеческих охранников уже устранили, один рухнул у основания деревянного книжного шкафа, как Дэн, тогда как другой лежал рядом с тяжёлыми бархатными занавесками, закрывавшими огромное окно, и его тело выгнулось под неестественным углом.

Кирев наблюдал, как Врег щелкает пальцами последней видящей подойти к нему и показывает ей обыскать людей и, скорее всего, забрать их оружие.

Из-за всего этого Кирев забыл о старике в кресле.

Ну, пока не услышал выстрел.

Брат

- Gaos! - вскрикнул Кирев, дёргаясь в сторону в тот же момент, когда Врег кинулся к нему.

Большой видящий достиг его в мгновение ока, мощно толкнув его в плечо.

Пуля врезалась в руку Кирева в ту же секунду, когда он произнёс слова, затем, должно быть, прошла сквозь него прежде, чем большая рука Врега встретилась с его плечом. Кирев скорее ощутил, нежели услышал, как пуля покидает его; он ахнул, когда второй выстрел просвистел мимо него и отскочил от чего-то металлического сзади.

Он едва успел осознать что-либо из этого прежде, чем очутился на полу, задыхаясь и лёжа не так далеко от упавшего тела Дэна.

Он издал стон, когда его накрыло первой волной боли, и стиснул собственную руку.

- Бл*дь, - прошипел он. - Бл*дь, бл*дь, бл*дь…

Врег, который к тому времени склонился над человеком, повернулся и широко улыбнулся ему.

Прежде чем Кирев успел перевести себя в сидячее положение, крупный видящий опустился перед ним на колени, и пальцы ощупали рану на его руке.

Поверх широкого плеча Врега Кирев видел, как седого мужчину нейтрализовали светом других видящих, но не вырубили, как Дэна.

- Gaos… - ахнул Кирев. Он пытался выдернуть руку из ладоней другого мужчины, но большой видящий его не отпускал. В конце концов, ему просто пришлось лежать и терпеть.

- С тобой все в порядке, - объявил Врег, когда Кирев снова застонал от его тычков. - Прошла чисто навылет. Дави на рану, и мы забинтуем её, когда выберемся отсюда.

Его голос звучал ворчливо.

Кирев видел, что большой видящий избегает его взгляда, добавив:

- Прости, маленький брат. Это моя вина. Я должен был предупредить тебя… мы не можем вырубить этого мудака. Он нужен нам в сознании… по крайней мере, для этой части.

Все ещё хватая ртом воздух и пытаясь контролировать боль, разливающуюся по всему торсу, как будто его тело горело, Кирев лишь кивнул. Ощущения были такие, будто кто-то ткнул факелом в его руку, но постепенно он осознавал, что не умрёт от этой раны и даже не пострадает всерьёз.

- Я все равно пойду сегодня, - выдавил он, хватая воздух ртом.

Один из мужчин-видящих, стоявших над ним, усмехнулся. Когда Кирев поднял взгляд, видящий широко улыбнулся ему, любящим жестом ероша его волосы.

- Мы возьмём малыша, - сказал этот видящий, его золотистые глаза все ещё улыбались Киреву. - Он это заслужил, не так ли, брат Врег?

Врег лишь уклончиво закряхтел. Он грациозно поднялся на ноги.

Кирев наблюдал, как он и ещё один мужчина-видящий склоняются над седоволосым мужчиной, обмякшим в кожаном кресле. Он опять заметил, что они забрали его свет, что рот человека безвольно открылся, а голубые глаза расфокусировались. Кирев уставился на его повисшие руки и тлеющую сигару, прожигавшую дыру в дорогом ковре, но тут ощутил на себе другой взгляд и посмотрел вверх. Обнажённая женщина-видящая, которая прислонялась к креслу, пристально смотрела на него, её глаза выдавали смятение и физическую боль.

Глядя на её лицо, он также понимал, что её чем-то накачали.

- Все хорошо, сестра, - заверил он её. - Мы вытащим тебя отсюда.

Врег и два других видящих посмотрели на Кирева. Затем губы Врега поджались в мрачную линию, когда он посмотрел на женщину-видящую, а затем кивнул.

Кирев ощутил прилив облегчения, переводя взгляд обратно на женщину.

Она выглядела нехорошо. Вовсе не хорошо.

- С тобой все будет хорошо, сестра, - снова сказал он.

Она ему не ответила.

Он совершенно ничего не чувствовал в её свете. Он сделался инертным, совершенно лишённым эмоций.

Тот факт, что этот кусок дерьма хотел, чтобы Кирев её насиловал, вновь вызвал физическую тошноту.

- Да, он же миленький человеческий мясник, не так ли, кузен? - пробормотал Врег, за халат приподнимая человека выше в кресле, чтобы не дать ему сползти на пол.

Кирев наблюдал, как Врег и двое других видящих, стоявших у кресла, разом замолчали. Он видел, как радужки того, что смотрел в его направлении, расфокусировались, и все трое отошли к Барьеру, чтобы начать работать над человеком.

Пока они работали, Кирев просто лежал там, стараясь контролировать боль в руке.

Он находился достаточно близко, чтобы улавливать проблески вопреки тому, что они использовали в своём свете более высокие уровни, чем тот, к которому мог получить доступ сам Кирев. Он улавливал проблески построек, уровней… математических уравнений. Чем бы это ни было, это вовсе не ощущалось абстрактным. Там присутствовал какой-то физический компонент, помимо простых паролей и протоколов безопасности…

- Чертежи, - пробормотал он.

Кирев ощутил, как в его свете расцветает понимание.

- Gaos… вы получаете полные схемы лаборатории, - сказал он.

Видящая, которая охраняла их, держа стащенный у агентов человеческой безопасности пистолет, издала тихое фырканье, выгибая бровь.

- Конечно, - сказала она, отбрасывая черные волосы через плечо.

Женщина-видящая была одета в синее платье, больше походившее на то, что носили человеческие женщины, как заметил Кирев, а не на то, как у видящей внизу.

- Как, по-твоему, мы должны это найти, брат? - сказала она, и в её голосе звучало пренебрежение. - Или ты думаешь, что они повесят перед зданием карту своих нелегальных экспериментов?

- Найти что? - сказал Кирев, искренне не понимая. - Каких экспериментов?

- Заткнись, Уте, - сказал Врег, награждая её тяжёлым взглядом.

Кирев боролся с вопросами, возникшими в его свете.

Секунды спустя он решил сохранить молчание.

Он хотел пойти с ними.

Если он не разозлит их, не станет задавать глупые вопросы или иным способом не сделает из себя осложнение, они все ещё могут взять его, даже раненого. В конце концов, он был левшой; седоволосый мужчина даже не попал в его рабочую руку.

И все же его разум обдумывал слова женщины-охотницы. Он предполагал, что смысл в том, чтобы избавиться от лаборатории в целом, разрушить все биологические агенты и оружие, которое они там создали, и проводимые ими эксперименты. Он думал, смысл в том, чтобы ударить по больному месту… в финансовом плане, по крайней мере… что это больше связано с тем, что «Черная Стрела» является одним из крупнейших оборонных подрядчиков в Америке, а возможно, и в мире.

Но женщина-видящая говорила так, будто они ищут нечто более конкретное. Прикусив губу, Кирев продолжал молчать, обдумывая, что же это может быть.

Нелегальные эксперименты. Могли ли они экспериментировать на видящих?

От этой мысли подступила тошнота, но в то же время она казалась убедительной.

Трое видящих продолжали сканировать свет голубоглазого мужчины, пока Кирев лежал там.

Он заметил, что они не очень-то осторожничали, вытаскивая информацию из человеческого разума. Кирев даже несколько раз невольно вздрогнул, когда они силой пробились через блоки на его свете - штуки, которые, скорее всего, установили на него команды видящих-охранников в попытке скрыть информацию. Он знал, что некоторые из этих повреждений останутся навсегда.

И все же Кирев чувствовал, что Врег и остальные не смогли пробраться через все блокировки, что бы там они ни ломали.

Должно быть, его команда охраны очень хороша. С другой стороны, ну само собой. Билфорд был одним из самых богатых людей в Соединённых Штатах.

- Вы нашли это? - спросила Уте, видимо, испытывая нетерпение, как показалось Киреву.

- Мы сузили вероятные варианты, - сказал Врег, оборачиваясь к ней через плечо и хмурясь.

- Это то, о чем говорил Отец? - надавила она, перехватывая в руках пистолет и делая шаг к ним. - Они действительно делают это из тел видящих?

Кирев напрягся, глядя на Врега в ожидании его ответа.

Однако Врег ей не ответил.

Кирев вернулся к наблюдению за лицом Уте, все ещё полулёжа на ковре. Впервые за все время он увидел в её свете тревогу, одновременно услышав её в голосе. Что бы это ни было, или чем бы она это не считала, это её беспокоило. Это очень сильно её беспокоило.

Кирев вновь ощутил искушение спросить, но хранил молчание, ощутив жёсткую, предостерегающую пульсацию света Врега.

Повернувшись к Уте, он вытянул руку, показывая просьбу на языке жестов видящих. Он повторил просьбу вслух, когда она не отреагировала.

- Сестра, ты не могла бы мне помочь? - вежливо спросил он.

В этот раз она посмотрела на него, все ещё хмурясь.

Затем, кажется, увидев что-то в его свете или, возможно, в выражении его лица, она выдохнула и подошла к нему. Схватив его за протянутую руку, она бесцеремонно дёрнула его, поднимая на ноги, проигнорировав стон, когда это потревожило раненую руку. Её свет оставался сосредоточенным на том, что делали Врег и остальные, а Кирев посмотрел на неё.

Он ощутил её раздражение, когда она сверлила взглядом широкую спину Врега.

Более того, он чувствовал её страх.

Однако они вдвоём лишь стояли, больше не разговаривая и наблюдая, как работают остальные трое.

***

Они покинули здание примерно через тридцать минут.

Когда они уходили, внизу было темно… даже зловеще.

Кирев ощутил нервозность, пока его разум продумывал возможные последствия.

Когда он достиг низа лестницы, которая вела в главную комнату с видом на океан, гаснувшие огни Клифф Хауса и темнеющую постройку Сатро Батс, Кирев увидел, что большинство гостей, которых он помнил, спали на полу или на балконе. Единственной стоящей здесь была та женщина-видящая в откровенном платье с волосами странного темно-рыжего оттенка.

Она улыбнулась, увидев его.

Затем она нахмурилась, заметив кровь, запятнавшую пиджак там, где он держался за свою руку. К тому времени она достаточно просочилась через коричневую ткань, чтобы видящая ощутила ещё и запах.

- Брат, - сказала она, подходя к ним. - Что произошло, маленький брат?

От теплоты в её голосе и свете по aleimi Кирева пробежалась лёгкая рябь. Он постарался подавить реакцию, и все же один из мужчин-видящих позади него усмехнулся.

- Будь с ним добра, Венай, - сказал видящий дружелюбным голосом. - Думаю, он запал на тебя… хотя полагаю, брат Врег будет раздосадован, если ты его поощришь.

Кирев бросил на мужчину раздражённый взгляд, но когда он снова посмотрел на рыжеволосую видящую, она лишь улыбнулась.

- Брат, - сказала она Киреву, беря его за здоровую руку. - Мы подлатаем тебя в машине.

Кирев видел, как Врег жестом показывает двум другим мужчинам-видящим идти вперёд - вероятно, подогнать машину, чтобы им не пришлось ждать и маячить снаружи. Кирев смотрел, как они бегом припустили к входной двери, и старался не вспоминать то, что он видел наверху.

Обе женщины-видящие тоже были с ними - та, которая была узницей Билфорда, теперь надела халат своего человеческого владельца. Врег оставил тело хозяина у очага рядом с телом Дэна, только с дыркой, проделанной по центру лба - чего он не сделал с Дэном. Врег предложил активизировать взрывчатку в ключе, пока они были там… или даже пристрелить его… или позволить Киреву самому пристрелить его… но к тому времени жажда человеческой крови уже утихла в Киреве.

Он лишь покачал головой, сказав, что ему не нужно это видеть.

Он знал, что его отказ не спасёт жизнь Дэну, конечно же.

Он понимал причины этого, но все же не желал становиться свидетелем.

- Ты установила заряды? – тихо спросил Врег у женщины, Венай.

Она ответила ему кивком видящих, подчёркивая это резким взмахом руки.

- Сделано. Это место будет начисто стёрто, брат. Пища для богов… - закончила она цитатой.

- Ты добралась до всех?

Она нахмурилась, тихонько щёлкнув и сложив руки.

- Нет. Этот davos ridvak Маркус унёс ноги… у него здесь была личная охрана, как ты и подозревал. Я не смогла их остановить. Я думала, они останутся, чтобы сражаться, но вместо этого они бросили остальных червяков умирать и сбежали через балкон… - она указала на тьму лесов бледной рукой, едва слышно щелкая языком. - Я должна была ожидать этого, наверное. Никакой преданности даже собственному виду.

Врег проследил за её взглядом, слегка нахмурившись. Затем он пожал плечами на манер видящих.

- Это не имеет значения, - ворчливо сказал он.

Она наградила его недоверчивым взглядом.

- Легко тебе говорить, брат.

- Это не имеет значения, - повторил он. - Мы его найдём.

Она фыркнула, крепче скрещивая руки.

- Ты хотел сказать, я найду его, - пробурчала она. - Но если тебе так угодно, брат… ты можешь притвориться, будто делаешь это вместе со мной, если это тебе польстит.

Врег улыбнулся, его зубы мелькнули во тьме.

Затем он поразил Кирева, обвив рукой рыжеволосую видящую и грубо дёрнув её к себе. Она опустила руки, но не оттолкнула его, прильнув к нему обмякшим телом, когда он страстно поцеловал её в губы.

Кирев слегка напрягся, затем покраснел, отходя от этих двоих и подавляя дискомфорт от того, что они остановились далеко не сразу. Когда Врег наконец поднял голову, обрывая поцелуй, из его света вылился завиток боли от разделения.

- Я помогу тебе, сестра, - заверил он её, выпуская из рук. - Я клянусь в этом, - затем он взглянул на Кирева, широко улыбаясь и посылая ему насыщенную волну тепла. - Просто не флиртуй с этим молодняком и не заставляй меня ревновать, сестра… и я последую за тобой на край земли.

Она закатила глаза, щелкая на него, и пихнула его обеими руками в огромную грудь.

- Врёшь ты, брат Врег, - проворчала она, улыбаясь. - И к твоему сведению, я буду флиртовать, с кем захочу. Более того, я вместо тебя заштопаю твоего молодого рекрута… раз уж ты проделал такую дерьмовую работу по его защите.

Врег потрепал Кирева по плечу, все ещё улыбаясь Венай.

- Он хорошо справился, - сказал Врег. - Даже почти не хныкал. И сумел двигаться достаточно быстро, чтобы спасти свою жизнь… даже когда в него стреляли в упор, - гордость прозвучала в голосе Врега, когда он стиснул плечо Кирева мускулистой рукой.

- Хотя он матерился непрекращающимся потоком, - пошутил он. - Слышала бы ты его, ilya… может, ты даже покраснела бы.

- Твоё сочувствие переполняет его, брат, я уверена, - сказала она, щелкая на него. - Но почему бы нам не убраться отсюда, пока Маркус и его ручные псы-предатели не решили позвонить властям и не поджарили нас ради собственного развлечения?

- Я защищу тебя от властей, моя королева…

Она снова фыркнула.

- Ага. Конечно, защитишь. Совсем как ты защитил нашего молодого брата.

Даже в резкости их стремительной перепалки Кирев не могу упустить привязанности, которую он слышал, которая скользила между этими двумя. Вопреки лёгкому уколу зависти, который он ощутил, улыбка коснулась его губ просто от того, что он так близко стоял к такому количеству тепла.

Врег усмехнулся, затем кивком головы указал всем им на дверь.

- Мы уходим отсюда, - сказал он, подмигивая Киреву. - Королева сказала своё слово.

Полностью отпустив рыжеволосую женщину, он затем посмотрел на Уте. Его голос сделался ворчливым, вновь звуча как голос военного.

- Иди и скажи Ригору и Тэну принести бензин, - сказал он. - Вы трое разберитесь с зачисткой, пока мы заштопаем малыша и свяжемся с вторичной командой… затем встретимся у наружных ворот, - его слова сделались более предостерегающими. - Не облажайся, сестра. Венай права… мы должны предполагать, что СКАРБ уже в пути. Я буду держать двигатели на холостом ходу. Работайте быстро.

- Конечно, босс, - сказала Уте, почтительно отдавая честь.

Кирев смотрел, как она бежит к входной двери, и её свет был резким, целеустремлённым.

Он осознал, что борется с внезапным всплеском эмоциональной гордости.

Он был частью всего этого.

Он действительно был частью чего-то.

Кровь и кости

С того места на краю длинной подъездной дорожки, где стоял грузовик, похожий на машину службы доставки, Кирев увидел пламя ещё до того, как видящий, которому поручили совершить поджог, вернулся к автомобилю.

Он смотрел на высокие окна, некоторые из них разом взорвались, изрыгая в ночное небо дым, а затем освещая тьму высокими языками пламени.

Дэн к этому времени уже должен был умереть.

Оставалось надеяться, что он умер до того, как пламя добралось до его кожи. Кирев слышал несколько выстрелов и увидел вспышки на верхнем этаже до того, как занялся огонь. Зная Врега, можно предположить, что он приказал пристрелить каждую живую душу до начала поджога, просто как мера предосторожности. Кирев представил, как один из них разбирался с этим, тогда как остальные двое разливали бензин по коврам, полам и мебели, разбрызгивая его из кроваво-красных металлических канистр.

Кирев наблюдал, как они вытащили девять таких канистр из грузовика перед тем, как исчезнуть внутри.

Как выяснилось, им все же не потребовалась взрывчатка в ключе.

Когда Кирев подумал об этом, с верхнего этажа дома-особняка, смотревшего на океан, донеслась ударная волна.

Он услышал, как Врег и женщина Венай бормочут себе поднос.

Ему потребовалось несколько секунд, прежде чем он осознал - они возносят молитвы за тех существ, которых они только что отправили к Предкам. Не только за видящих… за людей тоже.

Слегка покраснев от осознания, что такая мысль даже не приходила ему в голову, даже при том, что со стороны видящих тоже были потери, Кирев попытался припомнить, знает ли он подходящие слова, по крайней мере, в общих чертах. Он копался в бессвязных кусках воспоминаний из детства, пытаясь собрать их воедино, когда Венай похлопала его по ноге.

- Не беспокойся, брат, - сказала она, улыбаясь ему. - В этот раз мы скажем эти слова за тебя… и я научу тебя им, когда вернёмся в лагерь, если захочешь.

Кирев улыбнулся ей.

- Я бы с удовольствием, - признался он. - Спасибо, сестра.

Она уже заштопала его руку.

Она начала работать над ним сразу же, как только они забрались в грузовик сзади, где кто-то уже достал из холщового мешка аптечку. Она работала быстро и почти в темноте, но её руки и глаза явно были опытными.

После этого Кирев надел обратно рубашку и пиджак, пусть даже окровавленные и разорванные. Он сделал это в основном из-за того, что ему было холодно. Солёный воздух даже сейчас пробирался через тонкий материал, врываясь через открытые задние двери грузовика.

Он наблюдал, как пламя карабкается выше, и осознал, что должно быть, люди в Клифф Хаусе уже видят этот огонь, учитывая высоту языков пламени, вырвавшихся на крышу с северной стороны дома. Он все ещё зачарованно смотрел, как искры улетают в ночное небо, когда на извивающейся подъездной дорожке появились три тёмные фигуры, бегущие по гравийной тропинке между нависших деревьев. Они больше не тащили с собой канистры бензина, заметил Кирев, хотя Уте все ещё несла в одной руке пистолет.

Двое мужчин без лишних слов забрались в кузов грузовика, тогда как Уте подбежала к передней части, открыв пассажирскую дверь рядом с Врегом. Не дожидаясь ничего, Тэн хлопнул ладонью по стене, разделявшей кабину и кузов, давая Врегу сигнал трогаться, когда Ригор потянулся к задним дверям, чтобы их закрыть. Он захлопнул двери как раз тогда, когда нижние этажи дома сотряс очередной взрыв.

Врег заставил грузовик взреветь мотором и сорваться с места, и они затряслись по последнему участку подъездной дорожки к автостраде внизу.

Глядя на пылающие окна пятиэтажного дома, Кирев ощутил лёгкий шёпот сожаления, вспомнив красоту этих длинных окон с видом на море.

- Не плачь из-за этих мудаков, - резко произнёс Тэн, оборачиваясь на Кирева через плечо, когда Ригор защёлкнул замок на задних дверях. - Не смей плакать из-за них, маленький брат. Проклятые рабовладельцы, все до последнего. Это место построено на крови и костях, маленький брат… на крови и костях. Сжечь его даже лучше…

- Тебе обязательно быть таким мрачным? - пробормотала Венай, сжимая бедро Кирева.

- Ему нужно научиться, - сказал Тэн, ничуть не сожалея и награждая её тяжёлым взглядом. - Лелеять романтические фантазии о людях и их красивых замках - это заблуждение, которого наши люди не могут себе позволить, сестра. Чем скорее он это выучит, тем лучше…

- Ох, да оставь ты его в покое, - отругала его Венай, втискивая своё тело между Киревом и Тэном и вновь сжимая его бедро в знак защиты. - Он молод, брат. Едва старше ребёнка. Ты не можешь все время изводить его своими догмами и ожидать, что он поймёт… или будет одобрять это, если все всегда делится на чёрное и белое. В конце концов, ты лишь оттолкнёшь его… и других молодых видящих вроде него. В лучшем случае ты убедишь их, что мы лишь злые мстительные убийцы, слишком искажённые ненавистью, чтобы мыслить ясно.

- Он должен понять смысл этого задания, - зло начал Тэн.

- Смысл - спасти больше наших людей, - отрезала она с открытым предостережением в голосе. - Месть сама по себе никогда не благородна, брат. Никогда. Если тобой движет только она, тогда ты сам ничуть не лучше червяка…

Два других видящих умолкли, услышав её слова.

Кирев видел, как Тэн взглянул в сторону Врега, который сидел в кабине и вёл грузовик рядом с Уте на пассажирском сиденье. Окно между кузовом и местом водителя было опущено, но старший видящий никак не прокомментировал слова своей девушки. Он даже не обернулся через плечо, просто продолжил вести грузовик, глядя прямо перед собой.

Что касается самого Кирева, он лишь кивнул, тоже ничего не сказав.

Он знал, что Тэн прав.

И все же странно, что какой-то части его существа ненавистно было смотреть, как разрушается такая красота.

Органика

Кирев шёл по коридору со стенами из цементных блоков, посреди восьми других видящих, включая тех пятерых, с которыми он уже был в особняке Сатро Хайтс. Ещё двое видящих остались перед зданием, чтобы охранять вход и связаться с ними по рации на случай, если кто-то приблизится к зданию.

Само здание снаружи было неприметным.

Неприметным не как бункер… скорее как полуразрушенное здание школы посреди чего-то не запоминающегося, с несколькими высокими окнами, но в остальном безликое и нуждающееся в нескольких слоях краски. Находящийся в нескольких часах езды к востоку от района Бэй с настоящим населением, этот комплекс можно было бы и вовсе не найти, если бы не четырёхметровый электрический забор с колючей проволокой, который окружал его периметр, и более маленькая стена из цементных блоков, окружавшая главные здания.

Большинство построек, которые видел Кирев до прибытия сюда - это сараи наряду с несколькими одноэтажными домами-ранчо, строительными магазинами и заправочными станциями. Даже дороги, отходившие от главного шоссе, чаще были земляными, чем мощёными, и Кирев мельком замечал коров в кузовах грузовиков, пока они ехали в лунном свете.

Венай и остальные сказали, что здесь также находится небольшой аэропорт, используемый в основном для фермерских кукурузников, воздушных шаров и случайных прогулочных полётов. Лаборатории тоже пользовались аэропортом, но в основном они получали необходимое по самому шоссе и другим дорогам.

Попасть внутрь оказалось не сложно по сравнению с тем, чего ожидал Кирев.

Там, конечно, были охранники. Замки. Оружие.

Большинство - бесполезно перед видящими. Они воспользовались своими навыками и украденными бейджами, чтобы миновать охрану на главных воротах, используя скорее средний подход, как выразился Врег, чтобы не поднимать немедленную тревогу. Они знали, что если комплекс долгое время был недостижимым, то учитывая, что они оставили в Сатро Хайтс, существовала высокая вероятность, что сюда пошлют армию, учитывая, что это исследовательское учреждение, финансируемое правительством.

Видящие за приёмным столом прикроют все коммуникации между самим зданием лаборатории и въездными воротами.

Врег провёл их по серии шахт, где они спускались по стенам с помощью крюков и тросов вместо того, чтобы пользоваться лифтом, который требовал ключа - его никто из них не сумел добыть. Эта часть хоть и была в новинку для самого Кирева, тоже прошла достаточно гладко… настолько гладко, что он задался вопросом, зачем они вообще потрудились нападать на людей на той коктейльной вечеринке.

Однако теперь, когда они по-настоящему оказались внизу, на несколько этажей ниже основных лабораторий, которые по большей части располагались в цементном подвале надземной постройки, Кирев начал понимать необходимость предварительного проникновения. Особенно он понимал, почему они так рисковали, вытаскивая чертежи из того старика Билфорда.

Как бы они без них нашли это место, он себе не представлял.

Деревянные двери с закрашенными белой краской окнами выстроились по обе стороны вдоль белого цементного коридора через каждые десять шагов или около того. На большинстве из них Кирев заметил номера, и каждая показалась запертой, когда он сканировал их глазами.

Однако Врег не остановился ни перед одной из них. Он прошёл по длинному проходу, едва взглянув по сторонам и лишь время от времени посылая мысли одному из тех, кто с ним читал Билфорда.

Кирев мог бы и не знать об этом, если бы они время от времени не озвучивали ответы друг другу со сводящей с ума загадочной лаконичностью.

- Да… затем направо, - сказал Тэн, подтверждая что-то, посланное ему Врегом.

- Я так не думаю… - начал Врег. - Ах. Да. Верно. Я понял, о чем ты.

- Ещё одна? - пробормотал Ригор. - Что если мы не сможем?

- Теперь я это чувствую, - ободрительно сказал Врег. - Это не будет проблемой, брат. Доверься мне.

Кирев прикусил губу, желая спросить.

Вместо этого он держал перед собой пистолет, который ему дали, но целился в пол и держал палец на стволе повыше курка. Он стал шагать шире, когда другие видящие вокруг него сделали то же самое, и продолжал держать свой свет укромно свёрнутым вокруг тела, крепко стискивая пальцами оружие.

Его уже предупредили не посылать никаких вспышек здесь, внизу. За нижними уровнями, скорее всего, наблюдали видящие, хотя бы периодически, а Кирев не обладал навыками видящих или военной тренировкой, чтобы действовать незамеченным в таком месте, даже в течение краткого промежутка времени.

- Там, - затем сказал Врег, указывая в коридор, отходящий вбок от основного. Он заворачивал направо, как раз как они говорили. - В конце этого.

Тэн кивнул и побежал вперёд, Ригор держался рядом.

Они достигли ровной поверхности неприметной белой стены.

Затем они просто дружно уставились на неё.

Кирев посмотрел на стену, затем вокруг, на остальных, гадая, что он упускает. Затем Ригор зубами стянул перчатки и принялся ощупывать ровную поверхность стены голыми руками. Кирев видел, как остальные тщательно наблюдали за Ригором, их тела подтянулись, лица выражали напряжение, которое он буквально осязал даже с приглушенным светом.

Проследив за их глазами до стены в этот раз, Кирев ахнул.

Она двигалась.

Грёбаная стена двигалась, как будто была живой.

Он все ещё пристально смотрел, когда опять это увидел… отчётливая рябь движения по этой белой поверхности, как жидкая кожа.

- Gaos…di’lanlente a’ guete! Это что, бл*дь, такое! - закричал он.

- Тихо! - сказала Уте, награждая его тяжёлым взглядом.

Кирев захлопнул рот, делая, как ему сказано.

Для этого ему пришлось стиснуть зубы. Он наблюдал, как Ригор продолжает поглаживать стену, почти так, будто это гигантская кошка. Кирев продолжал неотрывно смотреть, так крепко стискивая челюсти, что становилось больно, и тут посреди этой пустой, странно белоснежной поверхности внезапно появился шов. Этот шов сформировал две раздвижные двери прямо на глазах Кирева.

Он продолжал таращиться широко раскрытыми глазами, чувствуя, как его сердце бьётся о ребра, а этот шов раздвинулся, открывая нечто напоминавшее очередную шахту лифта. Внутри шахты стены походили на грязный цемент - ничего подобного этой странной, похожей на кожу белизны наружной стены.

Кирев кусал губу, чтобы хранить молчание, пока не почувствовал вкус крови.

Видящие вокруг него также не разговаривали.

Вместо этого они стояли и наблюдали, как Врег осторожно просовывает голову в проем. Посмотрев вверх и вниз шахты, он снова щёлкнул пальцами, пропуская вперёд Уте с альпинистским снаряжением. За считанные минуты они снова установили его, и Врег начал спускаться.

Впервые Кирев ощутил нежелание идти дальше.

И все же, когда Уте жестом показала ему идти следующим, после того, как Тэн и Ригор последовали за Врегом, он почти не колебался. Заставив ноги и тело двинуться вперёд, он стоял там, подняв руки с пистолетом, пока она застёгивала страховочные ремни.

Когда она ловко хлопнула его по спине, сообщая, что он готов, Кирев также не сомневался.

Сделав глубокий вздох, он схватился за трос и прыгнул в эту тьму.

***

Внизу оказалась всего одна комната.

Прямоугольная, с низкими потолками, она, казалось, простиралась как футбольное поле, потолочная плитка светилась симметричными рядами; почти ничего из мебели не вставало на пути, не считая нескольких закрытых, стеклянных на вид капсул через каждые шесть футов или около того. Кирев заметил, что каждый из этих контейнеров стоял примерно на уровне груди, и там были круглые прикрытые отверстия, куда учёный мог вставить руки, не нарушив стерильность того, что находилось внутри.

Они напомнили ему картинки, которые он однажды видел в журнале - фото человеческого ребёнка, рождённого с какой-то болезнью, которая не давала ему жить в обычном воздухе с обычными бактериями и микробами.

Кирев не знал, включились ли светильники сами, или один из видящих активировал их рычагом, но когда он пошёл по этому линолеумовому полу, весь потолок как будто светился. Подняв голову, он не увидел никаких трубок или лампочек или чего-то, встроенного в потолок. Вместо этого сами плитки как будто источали свет, ярче любого искусственного света, который когда-либо видел Кирев.

Он видел, как Тэн посмотрел на те же светильники, затем повернулся и наградил Ригора тяжёлым взглядом.

- Ты думаешь, они тоже живые? - прошептал Ригор.

- Живые? - спросил Кирев, тоже шепча. - Что это значит?

Уте же ответила нормальным голосом, проходя дальше в комнату и приближаясь к центральному острову между стеклянными капсулами.

- … Это значит, что теперь они строят из нас машины, маленький брат, - сказала она, и её голос звучал холодно, лишённый всего, кроме ненависти. - Это значит, что люди нашли оправдание убивать ещё больше представителей нашего вида. Мы теперь будем освещать их дома. Скорее всего, снабжать энергией их холодильники…

Кирев ощутил сочащуюся из неё ненависть почти как физическую силу.

И все же он почти не мог уловить смысл её слов. Он перевёл взгляд на Врега, который заглядывал в стеклянную капсулу, расположенную ближе всего к лифту. Когда старший видящий поднял голову и взглянул на Венай, которая побледнела, Кирев понял.

Он решил пока держать рот на замке, хотя бы потому, что сомневался, сумеет ли справиться с собственной эмоциональной реакцией, если он все правильно понял. Сейчас не время, сказал он самому себе. Он сможет задать им все вопросы позднее.

И все же он поймал себя на том, что подходит ближе к одному из этих стеклянных контейнеров. Все ещё стискивая пистолет обеими руками, он двигался, пока не встал рядом с ним, заглядывая внутрь и все ещё целясь в пол. Как только он сосредоточился на стеклянном окне, он тут же остановился, моргая и уставившись на то, что он видел через прозрачное стекло.

Чем бы это ни было, у него был живой свет.

Глаза Кирева проследили за aleimi-полем этой штуки, переливавшимся вокруг маленькой капсулы. Оно выглядело металлическим, но двигалось как какое-то морское создание… или как стена наверху. Перемещаясь вдоль дна своей клетки из стекла и металла, оно источало слабое расстройство, примитивное, но достаточно заметное, чтобы Кирев нутром ощутил его эмоции.

- Gaos, - выдохнул он, уставившись на эту штуку.

Теперь он чувствовал это - какие-то остатки сознания, как будто часть его была выдернута от своего хозяина, оставив лишь базовые моторные функции.

- Gaos… - повторил он, затем взорвался: - Кто такое сотворил? Как какое-то создание может сотворить такую мерзость?

- Грёбаные люди могут, - пробормотал Тэн, награждая его мрачным взглядом.

Киреву было нечего сказать на это. Он даже не был уверен, согласен ли он. Каким-то образом его разум не мог приписать такое и человеческой натуре. Здесь жило нечто более тёмное. Нечто невидимое, сочившееся из самих стен.

Он все ещё смотрел в капсулу, стараясь контролировать своё дыхание, когда Врег схватил его за руку с другого бока. Кирев сильно вздрогнул, когда Врег схватился за правую, которая все ещё чертовски болела от пулевого ранения.

Врег тут же отпустил его, вскидывая руки.

- Прости, брат! - сказал он, и его свет источал сожаление. - Мне очень жаль! Но не смотрит туда больше. Это ничем хорошим не кончится.

Уставившись в его лицо, Кирев попытался осознать его слова, все ещё задыхаясь от шока для света и тела из-за прикосновения Врега к больной руке. Затем, в последний раз заглянув внутрь стеклянной капсулы, он услышал другого видящего. Он кивнул, отрывая взгляд от хнычущего создания внутри этой стеклянной капсулы.

- Да, сэр, - сказал он, переводя взгляд на Врега. - Да. Хорошо.

Выражение Врега оставалось напряжённым, он продолжал оценивать тело Кирева и его свет.

Взглянув на него, Кирев осознал, что видящий беспокоится. Он боялся, что Кирев сломается, что ему пришлось слишком многое пережить за вечер - ранение, теперь это, и вообще первая реальная операция с тех пор, как они его привлекли. Кирев буквально ощущал нервы Врега, когда тот сканировал свет Кирева, его осознание, насколько он молод, насколько он испытывает удачу, заявившись сюда, насколько эти машины подвергли бы риску эмоциональную стабильность любого видящего.

Кирев напряг подбородок, в этот раз прямо встречая его взгляд.

- Я в порядке, сэр, - сказал он решительно. - Серьёзно. Я воспользуюсь вашим советом.

В этот раз после небольшой паузы лицо Врега прояснилось.

- Хорошо, - сказал он. Его тёмные глаза вновь блеснули беспокойством, когда он указал в сторону ящиков. - Это не отразится на тебе, брат… я обещаю.

Кирев покачал головой.

- Я не воспринимал это таким образом, сэр. Это хороший совет. Я приму его.

Врег снова кивнул, в этот раз ничего не сказав.

Осторожно коснувшись здорового плеча Кирева, он прошёл мимо него, жестом показывая следовать за собой. Он обратился ко всем, шагая в центр комнаты, но Кирев ощущал, что основное его внимание все ещё сосредоточено на нем.

- Соберите отпечатки со всего, с чего сможете, - сказал он остальным. - Но мы не можем провести здесь много времени. Нам нужно спешить. Наверху находится более усложнённая версия этого… Человеческая армия и СКАРБ заинтересованы в этом больше всего. И это причина, по которой мы здесь.

- Усложнённая? - настороженно переспросила Уте. - В каком смысле усложнённая?

Врег перевёл взгляд, не замедлив своих грациозных шагов.

- Она используется как мозг, сестра, - прямо ответил он. - Внутри одного из более сложных вычислительных устройств. Они думают, это решит большинство их проблем со скоростью обработки и хранения данных.

Уте нахмурилась.

Однако она не заговорила, продолжая следовать за ним вглубь комнаты.

Теперь все они следовали за Врегом, шагая неровным строем между стеклянными капсулами и направляясь к задней стене комнаты с низкими потолками. Лишь немногие из видящих все ещё заглядывали в стеклянные капсулы по пути, морщась от увиденного или прочувствованного там. Тэн, казалось, заглядывал в каждую капсулу, заметил Кирев. Видящий, который шёл позади, делал так же - высокий синеглазый мужчина по имени Джораг, которого не было с ними в Сатро Хайтс.

Он встретил их у ворот исследовательского комплекса «Черной Стрелы» вместе с женщиной-видящей по имени Ниила, чей свет был таким резким и структурированным, что нервировал Кирева. Ниила сейчас находилась наверху, наблюдая за постом охраны с другим мужчиной-видящим. Третий мужчина со светом, почти таким же резким, как у Ниилы, сейчас шёл по другую сторону Кирева, не глядя никуда, кроме как прямо перед собой, и стискивая руками военную винтовку.

Кирев тоже старался смотреть только перед собой, лишь изредка бросая взгляды на других видящих. Он также держал свой свет поближе к физическому телу - наверное, так близко, как никогда в жизни. Он так крепко обмотал его вокруг себя, что это почти причиняло боль, но он не ослаблял хватки. Он не хотел ощущать ни шёпота сознания тех штук внутри стеклянных капсул.

Они достигли другого конца комнаты через несколько минут, показавшихся ему очень долгими.

Как только они туда добрались, Кирев осознал, что стена выглядит странно - почти как та белая этажом выше. Эта же светилась странным, бледным, металлическим зелёным цветом, почти как нефрит.

В этот раз сам Врег стянул перчатки и коснулся руками стены. Когда он сделал это, Кирев стал наблюдать за его светом.

Тогда до него дошло, что Врег разговаривает с этой штукой - чем бы она ни была.

Он пользовался светом и Барьером, чтобы поговорить с настоящей стеной.

Когда его накрыло эти осознанием, стена пошла рябью, как будто отвечая на что-то, сказанное Врегом. Прежде чем Кирев успел задать вопрос, на стене появилась панель.

Внутри этой панели оказалась замочная скважина.

Скважина была круглой с крошечными, похожими на иголки выемками, из-за чего она напоминала маленькое солнышко.

Кирев изумлённо таращился на форму, саму собой проявившуюся из ничего прямо там, где голые руки Врега прижимались к зеркальному материалу. Он продолжал неподвижно смотреть, как Врег выуживает из внутреннего кармана куртки ключ, который дал ему Кирев. Он пристроил его к замку, и странный цилиндрический ключ, покрытый выступами разного размера, скользнул в соответствующие выемки как нож в подтаявшее масло.

Дверь начала открываться.

Кирев осознал, что задержал дыхание. Он выдохнул только тогда, когда ощутил головокружение, а другие видящие к тому времени уже проходили в тускло освещённую комнату перед ними.

Он видел огни, мелькавшие по ту сторону как далёкие звезды.

В остальном пространство казалось полностью темным, и единственный свет из комнаты за его спиной освещал участок пола, когда двери открылись. Этот свет как будто остановился в нескольких футах после входа, как будто его блокировала более густая тьма, проникнуть в которую он был не в силах.

Кирев не слышал ничего внутри. Пахло лишь пылью и слабым запахом чистящего средства.

Он все ещё стоял возле двери, дыша слишком тяжело, когда его руки нежно коснулась ладонь.

Кирев подпрыгнул.

- Идём, брат, - произнесла Венай, взглянув на него, и её голос прозвучал тихим бормотанием. - Пора встретиться с чудовищностью, сотворённой людьми.

Кирев посмотрел на неё, все ещё держась напряжённо. Он видел, как её красиво очерченные губы поджались, лицо приобрело более воинственное выражение, чем прежде.

Сделав ещё один вдох, Кирев кивнул.

Затем, стиснув её пальцы там, где они продолжали сжимать его руку, он повёл их обоих через двери из зеркальных панелей в эту тьму, наполненную звёздами.

Дверь

Кирев с трудом дышал, пока его спина находилась в считанных дюймах от одной из стен, похожих на ночное небо.

Казалось, прошло очень много времени с тех пор, как открылась эта дверь.

Слишком много времени.

Он посмотрел вокруг на яркие огни, которые перемигивались вокруг него как индивидуальные глаза схемами, которые ни его разум, ни его aleimi не могли уловить. Он потел под коричневым костюмом, чувствуя, как материал льнёт к его коже по мере того, как пот пропитывает майку, рубашку, брюки, а также повязку, которую наложила Венай после обработки раны. Тесное, чрезмерно тёплое пространство начинало вызывать определённо некомфортное чувство.

По обе стороны от него стояли Ригор и Венай, оба держали оружие и наблюдали, как работают Врег, Уте и Тэн. Последние трое видящих пытались связаться со стеной напротив той, через которую они изначально вошли в небольшое пространство.

Кирев мысленно вопрошал, не станут ли они возражать, чтобы он подождал снаружи. Он вовсе не ощущал себя нужным здесь.

- Нет, - ответил Врег, награждая его тяжёлым взглядом. - Оставайся внутри, маленький брат. Если нас заметят, я не хочу, чтобы наша численность была очевидной. Поле здесь должно это замаскировать.

Посмотрев на него, Кирев лишь кивнул.

И все же он поймал себя на том, что с тоской смотрит через проход на относительно прохладную комнату с теми стеклянными капсулами.

Несколько видящих уже стояло возле этих дверей.

Высокий темноволосый видящий, Джораг, оставался непосредственно по ту сторону проёма с двумя другими видящими. Один из них, видящий азиатской наружности, напоминал Киреву менее мускулистую и чуть менее высокую версию Врега вкупе с татуировками на голых руках, шее и груди вокруг темно-зелёного жилета в армейском стиле - Кирев ещё не знал его имени.

Другой имел восточную наружность, проявлявшуюся в цвете кожи и длинных черных волосах, менее прямых, чем у большинства видящих, и убранных традиционной для видящих заколкой, усыпанной темно-синими камнями.

Кирев, кажется, слышал, что Врег называл его Локи.

- Ты почти проник? - спросил тот же видящий через открытый проход. - Мы на восемь минут отстаём от параметров миссии, брат Врег.

- Есть новости сверху? - спросил Врег, не отводя глаз от мерцающих огней стены и все ещё держа руки на одном из темных участков.

- Нет, - ответил предположительный Локи. - Но крайне спорно, работают ли рации здесь, внизу, брат… под всеми этими слоями камня и бетона. Им бы пришлось пользоваться телефонами, а я сомневаюсь, чтобы они пошли на такой риск.

Врег фыркнул как будто в знак согласия.

Выпрямившись, мускулистый видящий упёрся руками в бока, хмуро уставившись на темнеющую стену. Слегка выдохнув, он оглядел остальных собравшихся, прежде чем с раздражением указать на мигающие огоньки стенной панели.

- Эта, кажется, не говорит, братья и сестры, - сказал он на прекси, бросая на Венай выразительный взгляд через плечо. - Идеи, друзья? Локи прав… рискованно оставаться здесь надолго. Мы просто разрушим и потеряем секретную информацию об её создании?

- Ты ничего не можешь от неё получить, брат? - спросила Венай.

Врег прямо посмотрел на неё, все ещё держа руки на бёдрах.

- Достаточно, чтобы понимать, что она живая, как и те штуки там, - сказал он, грациозно указывая одной рукой в сторону открытой двери. - Достаточно, чтобы знать, что сохраняется намного больше исходного существа… она структурирована более сложным образом, чем все, что я когда-либо видел. Даже во время войны.

- Насколько более сложным? - напряжённо спросила она.

В этот раз Врег повернулся к ней лицом.

- Разве ты не чувствуешь поле света, сестра?

- Конечно, - сказала Венай, щелкая на него. - Достаточно, чтобы понимать, что мы должны суметь с ней общаться. Я задаюсь вопросом, почему ты не можешь это сделать. С чего бы ей хранить верность существам, которые такое с ней сотворили? Во времена войны это никогда не было проблемой. Машины всегда готовы были разговаривать с нами… даже когда у них были человеческие хозяева.

Врег пожал плечами.

- Её нельзя уговорить, как других, - сказал он прозаично. - Я не знаю, почему. За исключением того, что машины, с которыми мы сталкивались в ходе войны, говорили, что их изначально сконструировал и построил Сайримн… используя лишь части мёртвых видящих. Неизвестно, как была построена эта, но мы можем предположить, что люди не были столь… деликатны. И что, возможно, сами люди могли использовать другую философию в программирования… и машины в результате имеют иные уровни благодарности ко всем живым существами.

Кирев слегка вздрогнул при небрежном упоминании Сайримна, внезапно весь обратившись в слух.

Осмотрев небольшое пространство, он осознал, что большинство видящих здесь были достаточно взрослыми, чтобы жить во времена Сайримна. Некоторые из них даже могли быть частью того первоначального восстания видящих. Они могли сражаться бок о бок с тем известным телекинетиком, который с тех пор стал народным героем видящих.

То было единственное время, когда большинству видящих казалось, будто они действительно выигрывают войну против людей.

- Что ж, - сказал Врег, делая вежливый жест Венай. - Вы трое, не хотите попробовать перед уходом? Можно и Локи сюда привести…

- Не повредит, - пробормотала Венай рядом с ним.

Осознав, что он не раскрывал свой свет с тех пор, как они прошли через двери, что он держал его за щитом с тех самых пор, как они очутились здесь, Кирев открыл его.

Как только он это сделал, машина издала пронзительный скрипучий звук.

***

Вся комната сделалась совершенно белой.

Кирев упал на корточки… скорее инстинктивно, нежели потому, что что-то увидел или услышал… или коснулся своим светом. Подняв руку с пистолетом, он навёл оружие в сторону этого яркого света, пользуясь своим aleimi, чтобы узнать нахождение других видящих в небольшой комнате и не зацепить никого из них, если придётся стрелять.

Однако он не ощутил никого из них.

Он снова и снова ощупывал своим живым светом окружности, ища Врега… ища Венай, и Тэна, и Уте, и Ригора… понимая, что ничего не сможет сделать, не зная, где они.

Попробовав это, он открыл глаза. До него только тогда дошло, что он вообще их закрывал, защищая радужки от бьющего света.

Подняв веки, он тихо ахнул.

Освещение его не слепило.

Он обнаружил себя в длинной белой комнате с резкими синими линиями сетки на полу, потолке и стенах. Он был один в этой комнате. Других видящих с ним не было.

- Di’lanlente a’ guete… - ахнул он, осматриваясь по сторонам. - Что это?

Он не ожидал ответа. Он сказал это скорее для того, чтобы напомнить самому себе, что он жив.

Это не очень-то сработало.

- Врег! - крикнул он, все ещё припав к странно светящемуся белому полу. Он навёл пистолет позади себя, затем вокруг, на стены. - Врег! Венай! Вы здесь? Я вас не вижу…

Он уставился вверх, на зеркально белый потолок, и увидел лишь своё бледное лицо. Его сердце громче заколотилось в груди.

- Врег! - крикнул он, в этот раз ещё громче. - Я сейчас в другом месте… белая комната. Здесь… - он присмотрелся к этим светящимся линиям. - …Огни. Как сетка из света. Пол пульсирует белым. Вы видите, где я? Вы меня слышите?

В этот раз он тоже не ожидал ответа.

Он никого и нигде не видел вокруг себя.

Он вновь навёл пистолет в каждый из четырёх углов, но стрелять было не во что.

Затем, прямо перед ним, из воздуха начало появляться тело.

Оно воплощалось так, будто молекулы вытягивались из пространства, будто сама материя перестраивалась из газа в нечто твердое. Кирев мог лишь наблюдать, как это происходит, смотреть, как белый свет становится плотью и костями, смотреть, как появляется кожа, затем волосы, затем глаза и зубы и губы. Сформировались руки, затем ноги. Он увидел маленькую грудь, эти глаза сделались жутковато яркими, бриллиантово-жёлтыми, как солнечный свет, только в несколько тысяч раз жёстче и резче.

Когда тело и лицо закончило формироваться, оно даже обрело одежду.

Темно-серую, пыльную, азиатскую по покрою. Человеческую.

Одежду Кирев узнал.

Его глаза поднялись к этому маленькому личику, этим чертам, которые сопутствовали телу ребёнка перед ним, и внезапно грудь Кирева разорвал ужас. Детский ужас, подобный чему-то из самых потайных ночных кошмаров. Таких кошмаров, когда он просыпался в поту, с грохочущим в груди сердцем, будучи уверенным, что он очутился в лагерях, и следующим заберут его самого.

Глаза. Эти пронзительные, бриллиантовые жёлтые глаза. Они были другими.

Все остальное было таким же.

Все остальное было в точности таким же.

- Корек? - прошептал он, глядя на маленького видящего. Перед глазами помутилось. Он подумал, что теряет сознание, но потом осознал, что по лицу катились слезы. Он думал, что его может стошнить. Он действительно думал, что его может стошнить. Его руки тряслись, когда он опустил пистолет, наведённый на эту маленькую грудь - такую худенькую, что смуглая грязная кожа натянулась на косточках.

- Корек… - повторил он, и в этот раз получился почти хрип. - Брат… - он задохнулся этим словом, позволив оружию опуститься к белому плиточному полу и стискивая его обеими руками, как будто пистолет служил ему якорем. Как только оружие коснулось тех белых плиток, они пошли рябью во все стороны, почти как вода.

- Брат… - выдавил он, будучи не в состоянии оторвать глаз от этого лица. - Брат, это ты?

Маленький видящий ему улыбнулся.

- Как ты здесь очутился? - спросил Кирев. Затем до него дошло. - Я мёртв? - ахнул он. - Я мёртв, не так ли? Я мёртв…

Видящий с бриллиантовыми глазами цвета солнца медленно покачал головой.

Кирев недоуменно уставился на него, но ребёнок-видящий не заговорил.

- Где я? - наконец, спросил он.

На самом деле, он не ожидал ответа.

К тому времени он действительно думал, что умер.

Глядя на Корека и осознавая, как много времени прошло с тех пор, как он позволял своему разуму приблизиться к воспоминаниям об его друге, о наблюдении, как его в тот день забрал видящий в человеческом костюме, Кирев подумал, что, наверное, он это заслужил.

Он заслужил смерть. Это должен был быть он.

Его должны были забрать.

Он задохнулся от этой мысли, тщетно пытаясь вдохнуть.

Он все ещё находился на корточках, по лицу его катились слезы, и он хватал ртом воздух, когда ребёнок-видящий заговорил с ним. Голос заставил Кирева вздрогнуть - он звучал точно так, как ему помнилось, настолько похоже, что словно ножом по сердцу, заставляя глаза закрыться, возрождая воспоминания, которые он яростно хотел забыть.

Сами слова гулко отдавались эхом в обширном белом пространстве, отражаясь как сам свет, будто воздух сгустился до консистенции воды.

Странно, но когда Кирев их услышал, они прозвучали как шёпот.

- Я хочу тебе кое-что показать, - сказал Корек.

Он протянул маленькую смуглую ручку.

Кирев видел порезы на его пальцах, укусы жуков от ночёвок в грязи и джунглях, синяки на одной руке, оставленные, когда старшие видящие схватили их, забирая их еду и отталкивая их в грязь.

Животные. Тогда они были животными. Сбившимися в кучу и грызущимися за жизнь.

- Я хочу тебе кое-что показать, - повторил Корек.

Его голос источал терпение. Бесконечное терпение.

В этот раз Кирев вообразил, будто может услышать там любовь. Может, прощение.

Он отпустил пистолет, позволив ему брякнуть о белый кафельный пол, где его тут же поглотили плитки, и оружие пропало из виду. Кирев смотрел, как оно исчезает, и его разум затуманился, пытаясь осознать увиденное, понять, что пистолет больше не здесь… и ещё сильнее уверился, что он мёртв. И он не мог сказать, что сожалеет об этом.

Эта жизнь его вымотала.

Вымотала, украла его сердце… и он практически не жил.

В этот раз посмотрев в лицо Корека, он лишь кивнул.

- Ладно, брат, - сказал он, борясь с той насыщенной болью в груди. Он вытер лицо одной рукой, затем стиснул её в кулак и произнёс: - Ладно.

Как только он коснулся этих маленьких смуглых пальчиков…

Комната вокруг него опять исчезла.

***

Кирев захрипел, хватая ртом воздух.

Он осознал, что смотрит на сине-белое солнце, окружённое высокими горами.

Он узнал это…

Он знал это место.

Его сердце сжалось, когда он понял, что это та самая протяжённая долина у гор, где он вырос. Боль ударила по его свету. Такая сильная, что он поначалу и вовсе не мог дышать. Он уставился на эти качающиеся травы, чувствуя себя так, будто может вот-вот рухнуть.

Эти маленькие смуглые пальчики поддержали его.

- Ты помнишь, - сказал Корек.

Это не было вопросом.

Кирев осмотрелся по сторонам. Он уставился на эти покрытые снегом вершины гор, смотрящие в небо. Он видел сине-зелёные травы, колышущиеся перед ним как океан, усеянный полевыми цветами. Лохматые животные паслись вдали, ближе к горам, где он видел шатёр с затейливыми узорами на тяжёлой хлопающей ткани.

Кочевники. Он знал это. И животных он тоже помнил.

Его разум как будто каким-то образом сменил свой внутренний ритм, возвращая медленное сердцебиение, лёгкость простоты. Он вспомнил свою мать… добрые фиалковые глаза, раскатистый смех отца. Он помнил…

Gaos. Он помнил все.

Он кивнул, глядя на Корека.

- Да, - сказал он. Слезы снова побежали по его лицу. - Они тоже здесь? - спросил он. - Мои родители? Я их увижу?

- Нет, - только и ответил Корек.

И вновь вид вокруг них изменился.

Кирев едва моргнул, и вид гор вокруг него рухнул, утянувшись в какую-то воронку, где он мог видеть лишь звезды, где не существовало ничего, кроме этих отдалённых огней. Он попытался найти опору в этом ничто, но его тело тоже ощущалось иначе, изменяя свою форму в этом свете, разъединяясь и вновь соединяясь, ещё больше света вливалось в него через радужный туннель, наполняя его столькими цветами, столькими…

Он совершенно точно мёртв.

Он должен быть мёртв.

«Не мертв», - снова сказал Корек.

Он прошептал эти слова в разуме Кирева, так близко, что это ощущалось так, будто он проплывал через него и вокруг него как вода.

«Тогда что это? - послал в ответ Кирев. - Где я, брат?»

«Это дверь, брат, - сказал Корек. - Это всего лишь дверь. Не бойся…»

Кирев пытался осознать это, наблюдая, как звезды вокруг него растягиваются в полосы, пока они неслись сквозь ночное небо. Он действительно меньше боялся.

Корек здесь не для того, чтобы его убить. Корек его любил.

«Люблю, - заверил Корек. - Очень, брат».

Кирев ощутил, как его свет переполняют чувства… такие сильные, что он поначалу не мог говорить. Он ощущал облегчение, да, потому что его простили. Он ощущал сожаление. Однако прежде всего он ощущал любовь. Он помнил, как ему было грустно. Как он скучал по своему другу. Так сильно. Ему было так одиноко… так одиноко после того, как они забрали Корека. Он тоже стал животным. Животным, как все остальные, дрался и рычал из-за объедков.

Он так сильно по нему скучал. Так сильно. Его сердце было разбито в тот день.

«Моё тоже, брат, - мягко сказал ему Корек. - Моё тоже».

Кирев кивнул во тьму, будучи не в состоянии думать из-за этого чувства, из-за этой тёплой любви, которую он все ещё чувствовал от Корека в свой адрес. Он чувствовал, как дышит этой любовью, расслабляется так, как ему не удавалось никогда в жизни. С того самого дня это чувство постепенно покидало его, Кирев едва замечал, пока напрочь не забыл, каково это чувствовать.

Ночное небо продолжало шептать вокруг них.

Прекрасное. Безмолвное.

Кирев расслабился в присутствии Корека, просто позволяя этому случиться.

«Ты куда-то забираешь меня?» - робко спросил он потом.

«Да».

«Куда? - послал Кирев. - Куда ты меня забираешь? Туда, где ты сам?»

«Нет, - послал Корек. - Я не могу этого сделать… Прости».

Кирев поборол разочарование. Он попытался отбросить это ощущение, но чувствовал, как это давление в груди вновь хочет сомкнуться, чтобы защититься от того, что Корек может сказать дальше.

«Не беспокойся, брат», - послал Корек, посылая к нему больше тепла.

«Но куда ты меня забираешь?»

«Я забираю тебя туда, где ты действительно можешь изменить положение вещей, брат… - мягко прошептал Корек, вновь окутывая его. - Я забираю тебя в место, где тебя не найдут… долго, долго не найдут, во всяком случае. Здесь ты присоединишься к восстанию. Ты будешь работать на них…»

«На наш вид, ты имеешь в виду? - послал Кирев, и его мысли звучали оборонительно. - Конечно, буду! Это на благо расы, брат… как мы всегда говорили. Это как Сайримн… как все те видящие до нас, которые боролись с рабством, чтобы дать сдачи человеческим животным…»

«Нет, - послал Корек. - Нет, брат».

Кирев ощутил, как его злость усиливается. Его раздражение. Его боль.

Он думал, что его брат так же смотрит на вещи.

Он думал, что они будут одинаковы в этом.

«Наши сердца едины, - заверил его Корек. - Наши сердца чувствуют одно и то же, брат. Вот почему я хочу тебе помочь… вот почему, когда увидев тебя там, я захотел тебе помочь…»

«Помочь мне? Как? - послал Кирев. Его мысли сделались горькими. - Ты считаешь, что мне не стоит помогать моей расе? Что я должен сидеть смирно? Пассивно? Послушно? Как остальные дрессированные псы, живущие на объедках, которые нам оставляют люди?»

Корек покачал головой.

«Это проще будет понять там, куда мы направляемся. Будет проще, когда ты увидишь, что они делают со всеми живыми созданиями, не только с твоей расой. Тогда ты увидишь правду. Тогда ты поймёшь».

«Пойму? Пойму что? - послал Кирев. - Я не понимаю ни слова из того, что ты говоришь, Корек!»

Но друг его детства продолжал, как будто Кирев и вовсе ничего не говорил.

«… Поначалу они не найдут тебя там, - прошептал Корек в его свете. - Они даже не будут знать, как искать тебя в этом месте, брат… поначалу. Ты сможешь увидеть, что они делают… как они это делают. Пока ты осторожен… пока ты не позволишь им узнать, кто ты такой».

Кирев ощутил, как растёт его недоумение.

«Люди? - послал он наконец. - Где люди меня не найдут?»

Последовало молчание.

Затем Корек как будто вздохнул, наполняя голову Кирева ещё большим светом.

«Люди никогда не были врагами, брат», - послал он ещё мягче.

«Серьезно? Не были?» - послал Кирев, снова подавляя злость, вспомнив того человека Билфорда, и что ему хотелось сделать с ним в той комнате наверху. Он вспомнил того человека Маркуса, державшего поводок Венай, бесчисленных других в лагерях, охранников, которые по очереди избивали их и насиловали, когда становилось скучно.

«Тогда, бл*дь, кто, брат? - горько послал Кирев. - Если не люди, то кто?»

В этот раз Корек ему не ответил.

Здесь нет никого из нас

Кирев открыл глаза.

Его поприветствовал солнечный свет… больше света, чем он мог вынести.

Он поднял руку, чтобы защитить лицо от яркого света, и застонал, когда эту руку прострелила боль, едва не ослепив его. Он позволил руке упасть, ахнув и оправившись от болевого шока, которому сопутствовала непрошеная волна тошноты.

Его рука. В него стреляли, ведь так?

Где, черт подери, он находился?

С помощью здоровой руки и ладони он с трудом принял сидячее положение, морщась от боли в пульсирующей руке и приглушенной головной боли где-то в основании черепа. Его глаза смотрели на голубое небо. Над ним ветви деревьев покачивались на ветру, их молодая ярко-зелёная листва переливалась на солнце.

Он осознал, что сидит на траве.

Ну, вероятно, «лежит» - более точное слово.

Он не знал, чего ожидал, но точно не этого.

Он постарался просканировать свои воспоминания, возвращаясь к тому, что он помнил, и вплоть до этого момента. Он помнил вечеринку в Сатро Хайтс. Он помнил Дэна, украденный цилиндрический ключ, горящий дом на фоне ночного неба.

Он помнил лабораторию под землёй. Те стеклянные капсулы с этими… штуками. Металл, который жил, который хныкал и кричал в тишине. Он помнил стену, трансформировавшуюся в замочную скважину… комнату с огнями, похожими на звезды.

Корек.

Он помнил Корека.

Потирая глаза пальцами, Кирев окончательно сел.

Он осознал, что смотрит на знакомую линию горизонта, опускающийся ряд красочных домиков в викторианском стиле и склон крутого, поросшего травой холма, прилегавшего к месту, где он сидел. Он знал это место. Аламо Сквер… парк в городе. Он бывал здесь лишь раз.

Дэн привёл его сюда буквально несколько дней назад, чтобы показать вид на центр Сан-Франциско. Он даже немного гордился, показывая свой родной город новому питомцу.

И все же. Что-то в этой линии горизонта…

Кирев моргнул, уставившись на это. Покачав головой, он решил не обращать внимания.

Он бывал здесь лишь раз. Он не мог быть ни в чем уверен.

Но, конечно же, он мог быть уверен. Как и все видящие, он обладал фотографической памятью. И что-то в этой линии горизонта было не так.

Во второй раз выбросив это из головы, Кирев с трудом поднялся на ноги.

Как он здесь очутился?

Он ожидал очнуться, например, в тюрьме. Или в бронированном автобусе, везущем его в трудовой лагерь на допрос. Или в пустой комнате, полной дознавателей СКАРБа и инструментов, предназначенных причинить ему боль.

Или… напротив… он ожидал, что будет подпрыгивать и трястись по шоссе, направляясь к канадской границей, лёжа в кузове того грузовика с Венай и Уте и Врегом, и тем видящим со Среднего Востока, Локи, и остальными товарищами.

Черт, да он даже ожидал очнуться в квартире Дэна до всего этого - и обнаружить, что все это было лишь сном, что вечеринка в Сатро Хайтс ещё не прошла.

Однако вот это. Это разум Кирева никак не мог объяснить.

Вспомнив, его пальцы импульсивно потянулись к горлу.

Ошейника нет. Он вспомнил, как Врег стянул его там, наверху, в особняке Сатро Хайтс, и похлопал его по спине перед тем, как с гримасой швырнуть ошейник в камин, как будто он держал нечто, покрытое дерьмом.

Кирев посмотрел в небо.

Как он здесь очутился?

- Эй, кровавый нос!

Голос заставил его подпрыгнуть и резко развернуться.

Перед ним стояла небольшая группа молодых людей, может, лет двадцати с небольшим. Ну, или он предположил, что они люди. Они не носили ошейников, а их одежда пусть и была немного странной в сравнении с тем, что он обычно видел в Соединённых Штатах, но все равно напоминала западных людей.

- Ты что здесь делаешь, спишь? - спросил мужчина впереди, приподнимая очки в чёрной оправе. Он нахмурился, глядя на Кирева. - Иди домой. Вечеринка окончена, придурок!

- Оставь его в покое, Рэнди! - сказала стоявшая рядом девушка, хватая его за руку в свитере. - Кто-то не на шутку его отделал. Посмотри на него. У него кровь идёт…

- Так ему хорошенько надрали задницу? - произнёс тот, кого назвали Рэнди, издавая презрительный звук. - Наверное, он это заслужил. Он же явно напился вдрызг и валяется здесь…

Наградив Рэнди неодобрительным взглядом, девушка направилась к Киреву.

- Шэрон… - начал Рэнди более резким голосом. - Держись от него подальше! Ты не знаешь, что это за парень!

Однако она его проигнорировала, скрещивая руки в пудрово-голубом свитере, окутывающем плечи поверх белой блузы, и опустила подбородок, сосредоточившись на Киреве с какой-то решительностью. Она направилась прямиком к нему.

Сам Кирев не шевелился, будучи не в состоянии решить, как реагировать.

Они не поняли, кто он?

Он никогда не принадлежал к числу тех видящих, которые походили на людей.

Приблизившись к нему, она замедлила свои шаги, как будто впервые отчётливо его рассмотрев. Она резко втянула воздух, встретившись с ним взглядом. Кирев застыл, чувствуя, как его тело подбирается в почти боевой стойке, и видя, как расширяются её глаза.

Она знала, кто он. Она должна знать. Теперь они убегут.

Они убегут и вызовут СКАРБ, чтобы его забрали.

Но она не убежала. Она даже не закричала.

Вместо этого она разинула рот, словно его внешность совершенно шокировала её.

- Твои глаза! - произнесла она с изумлением в голосе. - Что не так с твоими глазами?

Кирев не знал, как на это ответить.

Как она могла не знать, что он видящий? Она никогда не видела их? Даже если она не видела ни одного из них лично - что возможно, поскольку она явно недостаточно богатая или взрослая, чтобы иметь такового в своём распоряжении, и не того пола, чтобы сражаться в войнах… то как она не видела ни одного из них по телевизору? Ей не рассказывали об его виде в школе?

Она даже не знала, что они имеют необычный цвет глаз?

- Как твои глаза могут быть такого цвета? - спросила она, все ещё задыхаясь от изумления. - Ты таким родился?

Она покраснела, щеки сделались ярко-розовыми.

До Кирева дошло, что она только что осознала свою грубость.

- Прошу прощения, - сказала она в тот же момент, когда он об этом подумал. Она прикрыла рот ладонью, как будто пытаясь забрать последние слова. - Просто… я никогда ничего подобного не видела… - она уставилась на золотистые радужки Кирева, как будто не могла отвести взгляд, её лицо выражало почти благоговение. Когда она окинула взглядом все его тело, это благоговение вновь сместилось, заставив её покраснеть ещё сильнее.

Волна интереса выплеснулась из её света, любопытство, граничившее со стеснительностью.

- Они прекрасны, - сказала она, и в голосе тоже звучало смущение.

Кирев нахмурился.

И все же его мышцы слегка расслабились.

Другая девушка из группы, стоявшей позади них, рассмеялась.

- Кажется, тебе надо поостеречься, Рэнди. Похоже, Шэрон реально запала на эту пьяную тушку…

Шэрон ещё сильнее покраснела, скрещивая руки на груди.

- Тебе стоит пойти с нами, - сказала она все ещё смущённым, но более торопливым голосом. - Мы можем отвести тебя к доктору. Чтобы твою руку осмотрели.

Кирев пытался придумать ответ на это.

- Да он даун, Шэрон! - крикнула девушка, визгливо рассмеявшись. - Оставь его в покое!

Каким-то образом Кирев вновь обрёл дар речи, посмотрев девушке в глаза.

- Я… со мной все будет в порядке, - пробормотал он, глядя в невинность её голубых глаз.

- Ты уверен? - она выглядела сомневающейся. Смущённо указав на его руку, она слегка нахмурилась, и между бровями образовалась лёгкая складка. - Ты истекаешь кровью.

- Все хорошо, - заверил её Кирев. - Я… - он попытался придумать хорошую историю. - Я иду в дом моего друга, - неуклюже закончил он. - Он может отвезти меня. К доктору, имею в виду.

Она наградила его ещё одним сомневающимся взглядом.

Когда выражение лица Кирева не дрогнуло, она кивнула.

- О, - произнесла она. - Ладно.

Кирев улыбнулся.

- Спасибо за твою заботу, - сказал он, слегка склонив голову. - Ты очень добра.

Она снова поколебалась, как будто желая сказать больше.

Кирев ощутил, что она хочет растянуть разговор, как-нибудь продолжить говорить с ним. До него дошло, что она считает его красивым. Она надеялась, что он спросит номер её телефона.

Он не спросил. Эта идея его огорошила, по правде говоря.

Прошло ещё несколько секунд.

Затем она попятилась, улыбаясь.

- Ладно, - сказала она, растерявшись. - Раз с тобой все хорошо…?

- Со мной все будет в порядке, - заверил он. - Спасибо.

- Ладно.

Она отошла ещё на несколько футов, затем повернулась к нему спиной, также целеустремлённо зашагав по травянистому холму, её свободный свитер слегка колыхался на спине при каждом шаге черных туфель без каблуков.

Кирев просто смотрел, как она уходит.

Когда она присоединилась к своим друзьям, тот, что по имени Рэнди, в сине-белом свитере, властно обнял её рукой за плечи и наградил Кирева тяжёлым взглядом, уводя её по тропинке, которая вела к выходу из парка. Однако это не был взгляд человека на видящего.

Это был взгляд одного соперника, смотрящего на другого.

Равного, в каком-то странном смысле.

Кирев ощутил, как это слово отдалось где-то в центре груди.

Он снова посмотрел на эту странную линию горизонта, на дома, каскадом спускавшиеся по крутому холму, на синее небо над головой.

Даже воздух здесь казался другим. Он не мог облечь это в слова, но так и было.

Все ещё стоя там, глазея на небоскрёбы вдалеке и викторианские домики вдоль дорог, Кирев понял, что он знает.

Он знает, что сделал Корек. Что это за место.

Он нерешительно открыл свой свет… чего никогда не осмелился бы сделать в человеческом городе мира, где он был рождён. Он открыл его так сильно, как только мог.

Он послал высокую, громкую вспышку в пространство Барьера.

Никто не ответил.

Совершенно никто не ответил.

Он вновь закричал всем своим светом, в этот раз полностью отбрасывая осторожность. Он раскрыл свой свет так широко, как только можно было… крича громче, ища кого-то, любого, кто мог его почувствовать. Любого из его вида… вообще любого.

СКАРБ.

Охранника из ближайших домов богатых людей.

Секс-игрушку, привезённую из Азии, чтобы развлекать стареющего отца.

Корпоративного шпиона, работающего в центре.

Ничего. Никто из них ему не ответил.

Тишина ответила ему эхом изнутри волны Барьера.

Здесь никого не было.

Он был совершенно один.

Кирев был единственным живым видящим в этом мире.

Они все умерли?

«Нет. Не умерли».

Они вовсе не изменились.

«Это ты изменился.

Ты в новом месте…»

Неоспоримое понимание этого отдавалось эхом.

Корек назвал это дверью. Он сказал Киреву, что заберёт его туда, где никто его не найдёт. Он сказал, что делает это, чтобы помочь ему.

Он доставил его в это место.

В этот мир, который походил на тот, что он оставил, но только не с его людьми.

Никого из таких, как он.

Кирев почувствовал, что дышит слишком часто, пейзаж перед ним опустился, померк, потемнел. Он осознал, что борется с головокружением, с тугим узлом в груди, как будто каждое щупальце его света съёжилось… впадая в шок, возможно. Когда он вновь сумел видеть, он стоял на траве на коленях, хватая ртом воздух, с трудом дыша, да даже видя с трудом…

Слезы катились по его лицу. Он издал тихий стон.

Корек оставил его здесь.

Он оставил его здесь одного.

Нет. Он не мог. Он не мог этого сделать.

Это невозможно. Этого места не существовало. Оно не могло существовать.

Он мертв. Он должен быть мёртв.

«Ты не мёртв, Кирев…» - повторил голос эхом в его свете.

Кирев уставился на окружавшие его красочные здания, глядя, как чайка летит по небу, крича своим сородичам и разрезая воздух.

Он опустился на колени, его разум практически опустел, борясь с грохотанием пульса в груди, которое могло его убить и действительно полностью остановить его свет.

Он все ещё стоял на коленях, когда тихий голос заговорил с ним.

«Ты не один, брат, - сказал он. - Я люблю тебя. Ты никогда не будешь один…»

Кирев не мог уловить смысл его слов.

Он не мог понять боль, сокрушавшую его свет, нехватку в нем ощущений, панику, которая угрожала подкрасться и завладеть его разумом и сердцем. И все же он кивнул, чувствуя правду в словах другого. Ощутив её, но совершенно ничего в этом не понимая.

Возможно, этого было достаточно.

По меньшей мере, чтобы прожить хотя бы ещё один день… возможно, этого было достаточно.

Он вспомнил доброту в светло-голубых глазах той женщины. Его заботу о нем.

«Люди никогда не были врагами, брат… - прошептал тот мягкий голос, напоминая ему. - Когда ты наконец поймёшь это, ты будешь свободен…»

Кирев мог лишь стоять на коленях, понимая, что это, наверное, тоже правда.

Понимая, но не понимая на самом деле ничего.

«Ты никогда не будешь один, брат, - прошептал Корек. - Ты никогда не будешь один…»

Кирев стоял на коленях, кивая, и слезы катились по его лицу.

- Я не один, - повторил он, стискивая руками молодую зелёную траву, держась за неё, словно не давая себе улететь с поверхности земли. - Я не один…

Это присутствие в нем расширилось, струясь в его голову, и грудь, и горло, и живот как жидкий огонь. Оно пылало там все ярче, снова ослепляя его, пульсируя, наполняя его теплом, наполняя его большим количеством чувств, чем он мог осмыслить, больше, чем он мог вместить.

Все, что Кирев знал в те несколько секунд, все, что он мог осознать - это…

Любовь.

Чем бы ни было это присутствие, оно его любило.

Оно наполняло его любовью.

- Я не один, - повторил он, чувствуя, как его дыхание становится глубже, медленнее. Он сжал разбитые пальцы в кулаки, стискивая траву, делая глубокий вздох и чувствуя, как его разум и свет каким-то образом стабилизируются. - … Я не один, - повторил он уже тише.

В этот раз он почти поверил в это.

Хотите узнать, что случилось дальше с этим героем?

Читайте серию «Тайна Квентина Блэка»!

Content

Андрижески Дж С Дверь Кирева