Джосс Вуд

Ожившее желание

The CEO'S Nanny Affair

©2017 by Joss Wood

Эта книга является художественным произведением. Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

© «Центрполиграф», 2018

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2018

Глава 1

Тейт Харпер ела сильно зажаренных сверчков в Таиланде и морских свинок в Перу. Она терялась в джунглях Коста-Рики и танцевала всю ночь напролет в Рио. Ей делали предложение руки и сердца как богатые, так и бедные мужчины со всего мира. Как ведущая программы путешествий, изучающей кулинарные пристрастия народов мира, она часто оказывалась в необычных ситуациях.

Но ничто не тревожило ее так, как встреча с Кари.

Тейт прижала кулак к груди и схватилась за ручку двери, ведущей в закусочную. Был зимний вечер, среда, начало января, и она прибыла в международный аэропорт имени Джона Кеннеди в седьмом часу утра. Поработав с утра с исполнительными продюсерами телеканала, обсуждая варианты показа новой серии программ о путешествиях, она была морально и физически истощена. У нее просто не было сил, чтобы разбираться со своей великовозрастной двоюродной сестрой Кари, которая вела себя как ребенок.

Не в первый раз Тейт пожелала, чтобы она и Кари были ближе и стали лучшими друзьями. Но, несмотря на то что она и Кари жили в одном доме с тех пор, как ей исполнилось восемь лет, отношения между девушками были напряженными.

Тейт рассердилась, посмотрела на заснеженную дорогу и подумала о том, чтобы уйти. Ее жизнь будет намного легче без Кари. Она покачала головой. Она и так не сразу ответила на просьбу Кари о встрече. И хотя Тейт знала: на этот раз она рискует разочароваться, она все равно надеялась, что они смогут подружиться и стать семьей. Смирившись, она открыла дверь в закусочную и вошла в теплое помещение. Сняв пальто и бордовую шляпу, она оглядела закусочную в поисках Кари. Поскольку матери Тейт и Кари были однояйцевыми близнецами, девушки были похожи друг на друга сильнее, чем большинство родных сестер. У обеих были волнистые волосы; у Тейт они были светло-каштанового оттенка, а у Кари – русого. Но в последний раз, когда Тейт видела Кари, та красила волосы в платиновый цвет и гордилась огромными силиконовыми грудями, за которые заплатил ее бойфренд. У девушек также были полные губы и высокие скулы, но Кари обладала ярко-голубыми глазами, а Тейт унаследовала коньячный оттенок глаз от своего деда и его прямой нос.

Не увидев Кари, Тейт привлекла внимание официантки, мчащейся мимо.

– Извините, я ищу девушку, очень похожую на меня, – сказала она. – Она прислала мне сообщение о том, что ждет меня здесь, но я не вижу ее.

Официантка кивнула:

– Да, она сидит в этой пустой кабинке. Думаю, она пошла в туалет. Присаживайтесь, она скоро придет.

Тейт поблагодарила официантку и направилась к пустой кабинке. Ее внимание привлек красивый ребенок, крепко спавший в коляске, которая стояла между кабинкой и столиком, где сидела какая-то парочка. Ребенок, как решила Тейт, унаследовал лучшие гены от отца-афроамериканца и матери-европейки.

Она заказала кофе. Ей хотелось обхватить теплую кружку замерзшими пальцами и смотреть в окно, находясь вдали от сильного ветра и дождя со снегом. Прошло много лет с тех пор, как она была в городе в середине зимы, и уже забыла, как это ужасно.

Рядом с ней кто-то отодвинул стулья. Повернувшись, Тейт увидела, как красивый мужчина и его подруга-блондинка встают, берут пальто и сумочку. Судя по их интимным улыбкам и теплым взглядам, они были влюблены друг в друга. Тейт наморщила нос, немного позавидовав блондинке.

Ни один мужчина не смотрел на нее так, словно она была причиной существования мира.

«Ты сама виновата, Харпер», – быстро напомнила себе Тейт. – «Ты выбрала независимость, свободу и жизнь в изоляции. И все ради эмоциональной безопасности».

И, к сожалению, она предпочла отказаться от сексуальной жизни.

Но это не означало, что она не могла любоваться мужской задницей в облегающих джинсах. Заглядевшись на нее, она не сразу поняла, что парочка уходит. Она посмотрела на ребенка, спавшего в коляске, и поднялась на ноги.

– Эй, подождите!

Мужчина и женщина обернулись, подняв брови.

Тейт указала на коляску:

– Ваш ребенок. Вы оставляете его?

Они хмуро на нее посмотрели:

– Это не наш ребенок. Это ребенок той леди, которая сидела в этой кабинке.

Что?

Тейт поймала взгляд официантки.

– Кто пришел сюда с этим ребенком? – спросила она.

Официантка ответила:

– Женщина, о которой вы спрашивали, пришла с этой милашкой.

Тейт с трудом переводила дыхание. Она поглядывала то на спящего ребенка, то на маленький коридор, ведущий в туалет. Когда официантка снова появилась, кусая губу и качая головой, Тейт начала дрожать.

Она испытала дежавю. Она не сомневалась, что Кари сбежала.

«Боже, Кари, только не это… Пожалуйста, не бросай еще одного своего ребенка. Войди в эту дверь, объяснись, и мы притворимся, что ничего не произошло. Только не уходи. Пожалуйста, не подтверждай мои худшие убеждения о тебе».

Тейт обернулась, чтобы взглянуть на дверь в закусочную, и подождала, когда та откроется. Прошла пара минут. Она вздохнула и снова обернулась. Вытерев слезы, она злобно моргнула. Она не будет плакать. Она не станет раскисать. Глубоко вдохнув, чтобы успокоиться, Тейт бросила еще один тревожный взгляд на дверь, надеясь на чудо.

Прошло десять минут, но чуда не случилось. Тейт немного успокоилась и стала соображать, что делать дальше. Юридически эта малышка ее племянница, и она отвечает за нее. Как бы Тейт ни желала избежать ответственности, мать ребенка уже сбежала из закусочной и не оставила ей выбора.

Посмотрев вниз, она увидела сумку с подгузниками в отделении под коляской. Тейт положила тяжелую сумку себе на колени. Стараясь не паниковать, Тейт уставилась на спящего ребенка.

«Ангелочек», – подумала она, потому что это было единственное слово, имеющее смысл. У девочки была светло-коричневая кожа, черные кудряшки и пухлые щеки. От Харперов она унаследовала большой рот и заостренный подбородок.

Тейт расстегнула сумку для подгузников и заглянула внутрь. Она вытащила оттуда коричневый конверт, и ее сердце забилось чаще. Открыв его дрожащими пальцами, Тейт увидела свидетельство о рождении и медицинские карточки. Ребенка звали Элли Харпер; ее мать – Кари Харпер, а отец неизвестен.

Неужели Кари не знает, от кого родила? Или она просто решила об этом умолчать? Кари оставила Тейт развернула письмо.

«Тейт!

Я знаю, о чем ты думаешь, и я не виню тебя. Я поступила ужасно. Мне надо, чтобы ты взяла Элли. У меня проблемы, я не смогу оставить ее у себя. Ты поймешь, что с ней делать.

Если ты волнуешься, позвони Линцу Баллантайну – отцу своего племянника. Его номер указан ниже. Элли – сводная сестра Шоу, и он поможет тебе.

Я знаю, ты не поверишь, но я люблю ее.

К.»

Пялясь на письмо, Тейт вытащила из сумки смартфон. Чувствуя себя так, будто ей на грудь уселся борец сумо, она набрала телефонный номер и уставилась на маленький экран.

Что она делает? Линца Баллантайна и Элли ничего не связывает. Он был женихом Кари, а теперь воспитывает их четырехлетнего сына, которого она бросила. Возможно, он повлияет на Кари. Тейт так отчаялась, что не знала, у кого просить помощи.

Тейт поднесла трубку к уху и стала слушать гудки. Ее переключали с одного служащего на другого, пока в трубке не послышался глубокий мужской голос Линца Баллантайна. В этот момент Элли проснулась, и Тейт увидела, что у нее ярко-голубые глаза.

Глаза Кари.

– Это Тейт Харпер, сестра Кари, и у меня огромная проблема. Мы можем встретиться?

Иногда, управляя многомиллиардной компанией, Линц Баллантайн страдал от головной боли. Черт побери, в последнее время у него частенько раскалывается голова! Взяв аспирин, Линц отправился в комнату, отделяющую его офис от офиса брата, Бека, и, не обращая внимания на выражение лица Эми, вынул пузырек с аспирином из верхнего ящика стола. Он взял две таблетки в рот и проглотил их, уже привыкнув к их горькому вкусу.

Эми, работающая секретаршей у него и Бека, опустила телефонную гарнитуру на шею и потянулась к столу, чтобы бросить Линцу бутылку с водой. Он поймал бутылку, откупорил ее и стал наблюдать через стеклянные стены, как его по-прежнему стройная и красивая мать идет по коридору. Он в который раз молчаливо поблагодарил судьбу, которая свела ее с Коннором Баллантайном. Хотя, насколько он знал, Коннор и его мать никогда не были влюбленными романтиками. Однако он радовался тому, что Джо живет в фамильном доме, который он называл «Берлогой».

Линц поспешно открыл дверь и наклонился, чтобы поцеловать Джо.

– Привет!

– Привет, дорогой, – ответила Джо. У нее и у Линца были одинаковые глаза, но у Джо они имели светло-серый оттенок, а у Линца – оттенок темно-серого гранита. – Прости, что пришла к тебе без предупреждения.

– Никаких проблем, – заверил ее Линц.

Джо приветствовала Эми поцелуем и объятием, а потом кивнула на кабинет:

– У тебя найдется для меня минутка, Линц?

– Всегда.

Джо села на стул, а Линц присел на край стола и сложил руки на груди, чувствуя боль в бицепсах. Вчера вечером он тренировался дольше обычного, надеясь, что физическая нагрузка обеспечит ему хороший ночной сон. Отчасти это помогло – он спал четыре часа, но потом его разбудил Шоу, которому приснился кошмар. Потребовался целый час, чтобы успокоить своего сына, но когда Шоу уснул, Линцу уже не хотелось спать.

– Гари попросил меня переехать к нему, – сказала она.

Линц удивился:

– Ты хочешь покинуть «Берлогу»? Но почему так скоро?

Джо закатила глаза.

– Мы с ним вместе более шести месяцев, Линц, поэтому перестань вести себя так, будто мы познакомились две недели назад! Он тебе нравится, ты мне так сказал.

«Это было до того, как он заставил тебя уйти из семьи», – подумал Линц. Всякий раз, когда Джо упоминала Гари, ее глаза светились, а щеки краснели. Если бы Линц верил в любовь и подобную чепуху, то сказал бы, что его мать влюблена в экс-банкира. Но в любовь он не верил, поэтому видел перед собой двух интеллектуально и социально совместимых людей, которые просто наслаждались друг другом. По правде говоря, ему до сих пор не нравилось, что Джо предпочла быть с Гари, а не с Шоу – своим внуком, с которым она помогала Линцу с тех пор, как мальчику исполнилось шесть недель.

– Я думаю, мы в конце концов поженимся, но я… – Джо потерла лоб кончиками пальцев. – Я прожила в «Берлоге» двадцать пять лет, и мне она нравится, но теперь я хочу иметь свой дом, Линц. И мы хотим путешествовать. – Она подняла на него встревоженные глаза. – Ты знаешь, я люблю Шоу, и я с радостью тебе помогала. И я по-прежнему хочу тебе помогать, но…

– Ты не желаешь делать это каждый день, – сказал Линц, и Джо кивнула.

Линц выругался. Его мать выбрала неподходящее время, чтобы уйти. Ему следовало управлять огромной компанией. Он занимался ребрендингом бизнеса, думал об инвестировании в алмазную шахту в Ботсване, хотел приобрести шахту в Колумбии, собирался открывать новые магазины в Абу-Даби и Барселоне, обновлять ассортимент магазинов в Гонконге, Лос-Анджелесе и Токио.

Его деловая жизнь была крайне напряженной постоянно. И он занимался делами потому, что ему не приходилось беспокоиться о Шоу. Его домашняя жизнь шла по расписанию: он отвозил Шоу в детский сад, Джо забирала его оттуда и проводила с ним день и ранний вечер, кормила и купала его, если Линц опаздывал. Короче говоря, его мать была незаменимой помощницей.

– Я так долго забочусь о детях. – Джо пожала хрупкими плечами. – Мне почти шестьдесят, Линц. Я хочу повеселиться, отдохнуть, попутешествовать. Выпить вина за обедом. Я устала, Линц. Ты это понимаешь?

Линц встал и подошел к окну. У него учащенно колотилось сердце, сдавило горло. Он ненавидел перемены, особенно в личной жизни. Теперь ему придется одному воспитывать озорного четырехлетнего мальчика и управлять огромной компанией.

Когда ему исполнилось одиннадцать лет, Джо стала работать экономкой в доме Коннора Баллантайна и помогала ему ухаживать за его осиротевшими племянниками и племянницей. Мать сказала Линцу держаться подальше от Баллантайнов, но Коннор с его добрым сердцем и отсутствием снобизма настаивал на том, что они все должны жить в «Берлоге». Они все вместе садились за стол и играли, а Линц ходил в такую же дорогую школу, что Джегер и Бек. Он пользовался библиотекой Баллантайнов, катался по перилам и плевался шариками в великолепную люстру в фойе.

К его полному удивлению и восторгу, Коннор сделал все, чтобы Линц никогда не чувствовал себя ненужным в «Берлоге». Возможно, так было потому, что Джегер, Бек и Сейдж привязались к Линцу, и хотя он сам был ребенком – на год старше Джегера, он стал их героем. Уже больше четверти века Баллантайны держались вместе, благодаря Линцу. И хотя Бек помогал ему управлять компанией Баллантайн, а все четверо владели равными долями компании, Линц оставался лидером.

Когда Линцу исполнилось шестнадцать лет и Коннор официально усыновил всех четырех детей, он ясно дал понять, что Линц должен позаботиться о своих братьях, сестре и компании.

Линц не собирался разочаровывать единственного отца, которого он когда-либо знал. Но благополучие Шоу всегда было для него важнее всего. Разве он может поручить заботу о своем сыне незнакомцу? Разве он сможет управлять компанией, если будет постоянно волноваться о том, как относятся к его сыну?

Линц открыл рот, но потом сразу же сомкнул губы. Хотя он ненавидел перемены, он не мог поставить свои потребности выше желаний Джо. Тем более, она посвятила столько лет детям.

Он повернулся к ней лицом и заставил себя улыбнуться.

– Итак, что ты предлагаешь мне сделать?

Линц увидел в ее глазах удивление и облегчение.

– Тебе надо нанять няню, – сказала она.

Ага. Незнакомка в доме. Как бы не так!

– Я свяжусь с самыми авторитетными агентствами и попрошу назначить собеседование, – произнесла Джо и подняла брови. – Или ты хочешь сделать это сам?

Линц вздрогнул.

– Нет, спасибо. Я лучше искупаюсь в кислоте.

Его мать подняла голову.

– Ты знаешь, что тебе нужно, не так ли? Тебе нужна жена, – сочувственно произнесла Джо.

Линц сверкнул на мать глазами. Прошедшие четыре года он отлично жил без жены. Но ему помогала Джо…

– Я слышала все причины, почему ты не хочешь жениться, Линц. Женщины непостоянны, ненадежны, им просто нужны твои деньги или фамилия Баллантайн. И так далее…

– Мама… – Линц закрыл глаза, потом открыл их и уставился на Эми через стеклянную стену. У него впереди трудный рабочий день, и он не желает говорить о своей личной жизни. Эми вдруг подняла голову и встретилась с ним взглядом.

– Помоги мне, – пробормотал он.

– Эми не будет тебя выручать, – сказала Джо, не потрудившись обернуться, чтобы посмотреть на секретаршу. – Кроме того, мы с ней убеждены, что тебе нужна жена.

– Она нужна мне так же, как игла в моем глазу, – пробормотал Линц и произнес губами: «Ты уволена, Эми». Секретарша только усмехнулась в ответ.

– Тебе необходима женщина, которая будет тебе противостоять. Которая заставит тебя смеяться. Она должна быть интересной, независимой и умной, – настаивала его мать.

Почему они это обсуждают? Благодаря своей бывшей невесте, Кари, он решил не рисковать своим сердцем и особенно своим сыном. Они справятся. Они должны справиться, потому что еще не родилась женщина, ради которой стоит рисковать своим душевным спокойствием. Он хорошо усвоил этот урок.

– Мама, у меня дела. У меня нет времени обсуждать мою любовную жизнь или мои отношения с бывшей полоумной невестой.

Джо встала и ткнула пальцем ему в грудь.

– Тебе надо снова встречаться с женщинами.

Линц вздрогнул. Черт побери, нет.

– Кстати, Кади сейчас в офисе Бека, – произнес он.

Глаза Джо сразу просияли от любопытства.

– Кади? Она вернулась?

Линц положил руку на плечо Джо и осторожно направил ее к двери.

– Эми все тебе объяснит. Я должен работать.

Джо посмотрела на него, когда он собирался открыть дверь.

– Ты просто не хочешь обсуждать свою любовную жизнь.

– У меня нет любовной жизни, – уточнил Линц, наклонился и поцеловал мать в щеку. – И мне это нравится.

Джо бросила на сына еще один сердитый взгляд, а потом обратилась к Эми:

– Ему нужна подруга.

– Я знаю, – ответила Эми, печатая на клавиатуре. – Я работаю над этим.

– Ты ни над чем не работаешь, – возразил Линц, – потому что я уволил тебя!

Эми закатила глаза, и Джо улыбнулась.

– Не глупи, Линц. Мы все знаем, что Коннор оставил меня за старшую. Подумай об этом, – сказала ему Эми, прежде чем ответить на телефонный звонок. Через минуту она серьезно посмотрела на Линца. – Это Тейт Харпер, ей надо поговорить с тобой по личному вопросу. И очень срочно.

Линц посмотрел на наручные часы и впился взглядом во внушительную входную дверь «Берлоги» – коричневого каменного дома недалеко от Парк-авеню, который принадлежал семье Баллантайн более века. Четыре года с тех пор, как Кари стащила две его кредитные карты и роскошное бриллиантовое обручальное кольцо, он не общался с семьей Харпер. Он знал, что Кари удочерила ее тетка и у нее есть кузина, с которой она выросла. Но Кари почти не рассказывала о ней.

И конечно же тетку и кузину не пригласили на свадьбу. Теперь он знал, что Кари было наплевать на свадебные приглашения, потому что она вообще не собиралась за него замуж. Он сэкономил бы себе кучу времени и денег, если бы заранее обо всем узнал.

Он когда-то думал, что хочет, чтобы у него был дом и традиционная семейная жизнь, но Кари сбежала от него. Самым шокирующим было то, что она отказалась от родительских прав на Шоу. Когда она это сделала, Линц предположил, что все связи Кари с ее семьей окончательно разорваны, поэтому он не понимал, зачем Тейт назначила ему встречу.

Услышав легкий стук в дверь, Линц втянул носом воздух.

Открыв входную дверь и увидев Тейт Харпер, он сразу понял, что хочет ее. Кари была потрясающей женщиной, но ее красота была искусственной. Женщина, стоящая перед ним с коляской, была просто великолепна. Волнистые светло-каштановые волосы, глаза цвета его любимого виски под арочными бровями, безупречная кожа. Она была без макияжа. Красота Тейт Харпер была естественной и, черт побери, более привлекательной. Линц, положив руку на дверную ручку, немного помедлил, стараясь успокоиться.

Он снова посмотрел на нее, не в силах противостоять ее ослепительной красоте. Разум приказывал ему сказать Тейт Харпер, что он не сможет ей помочь. Но эмоции взяли верх.

– Тейт? Входи.

Она толкнула коляску в дом. Линц вздрогнул от осознания того, что секунду назад впустил в свой дом кучу неприятностей. Потом он сделал ошибку – посмотрел ей в глаза и увидел в них ужас и замешательство.

Линц взглянул на ребенка в коляске. Девочка десяти или одиннадцати месяцев. Ухоженная, сытая и милая. Он любил детей, а эта восхитительная малышка с ярко-голубыми глазами была просто очаровательна. Он понял по глазам, что перед ним ребенок Кари.

Но если это ребенок Кари, то почему с ним пришла Тейт?

Крепче сжав ручку коляски, она побледнела. Увидев вопрос в его глазах, она медленно кивнула, подтверждая его худшие подозрения.

– Девочка была в том месте, где мы договорились встретиться с Кари. Должно быть, она видела, как я пришла, и сбежала.

Линц уперся руками в бедра, запрокинул голову и посмотрел на потолок. Он тихо выругался, потом взглянул на Тейт, которая покачивалась на каблуках.

– А чего ты хочешь от меня? – спросил он.

«Например, я хочу расстегнуть твою блузку, спустить ее с твоих чувственных плеч и прикоснуться руками к твоей шелковистой коже. Я хочу знать форму твоей груди и задницы…»

Он резко одернул себя и потер рукой затылок.

– Мне надо выпить кофе. Ты будешь кофе?

– Только если ты его не отравишь. Или не плюнешь в него.

Линц усмехнулся. Ему нравились дерзкие женщины. Но Тейт ему нравиться не должна. Они просто выпьют кофе, поговорят и разойдутся.

Он снова посмотрел в коляску.

– Как ее зовут?

– В своем письме Кари называет ее Элли.

– Хорошее имя, – сказал Линц, расстегивая ремни безопасности, которые держали Элли в коляске. Он поднял девочку и усадил ее себе на бедро.

– Иди за мной. – Линц провел Тейт по второму этажу к лестнице, ведущей в сады. Войдя в просторный холл, он прошагал в гостиную, в которой нравилось бывать ему и Шоу. Там были длинные удобные диваны, телевизор с большим экраном, книги и игрушки Шоу. Массивные балконные двери вели в ухоженный сад. Остальная часть «Берлоги» была заполнена бесценными предметами искусства и редким антиквариатом, но эта комната была функциональной, жилой и уютной.

Линц, все еще держа ребенка, включил кофемашину. Приготовив кофе, он вернулся в гостиную и поставил кружки на журнальный столик.

Тейт паниковала и была очень бледной.

– Сними пальто, сядь и отдохни, – произнес Линц и облегченно вздохнул, когда Тейт кивнула в знак согласия. Линц подумал, что при других обстоятельствах она вряд ли так скоро согласилась бы с ним.

Он наблюдал, как она снимает пальто, открывая взору почти идеальное тело и красивые волосы.

– Я потеряла шляпу.

– По-моему, у тебя есть проблемы поважнее потерянной шляпы. – Линц наклонился и взял кружку с кофе.

Вопросы, не имеющие никакого отношения к его бывшей невесте и ее ребенку, наводнили его сознание. Интересно, глаза Тейт светлеют или темнеют от страсти? Стонет ли она или кричит во время близости?

Линц закрыл глаза и энергично тряхнул головой, приказывая себе образумиться.

Ему следует выслушать ее, а потом вытолкать за дверь и вернуться в свой предсказуемый, безопасный и разумный мир. Тейт настоящее искушение.

– Итак, начни с самого начала и скажи мне, как Кари удалось подсунуть тебе ребенка.

Глава 2

Тейт опустилась на подушки очень удобного дивана и пожелала просто закрыть глаза. Ей хотелось, чтобы происходящее оказалось дурным сном.

Чтобы у нее не было ребенка, о котором надо заботиться. Чтобы она не находилась в сказочном особняке Баллантайнов, глядя на самого страстного и неуловимого холостяка Манхэттена.

Фотографии в Интернете и печатных изданиях умаляли его привлекательность. Он был не просто красивым, но и чертовски соблазнительным.

Под рубашкой Линца и галстуком скрывалась широкая грудь и, Тейт была уверена, плоский, натренированный живот. Широкие плечи, длинные и мускулистые ноги, короткие и густые темные волосы. И глаза… Темно-серые, магические, обрамленные густыми черными ресницами. Нос с горбинкой и темные брови вразлет прибавляли волевой характер его слишком сексуальному лицу.

Она посмотрела на ребенка, которого он держал на руках, и с трудом сглотнула. Она вспомнила его предыдущий вопрос о том, чего она от него хочет. Не в первый раз, войдя в его дом, она задалась вопросом, что она здесь делает. Она не привыкла пасовать перед трудностями и очень рано узнала, что должна полагаться только на себя. Люди, которых она встречала, и особенно те, которых она любила, были ненадежными.

За Элли отвечает она, а не Линц. Поэтому ее визит к нему не имеет смысла. Тейт поднялась на ноги, подошла к Линцу и взяла Элли на руки.

– Прости, Линц, нам не следовало сюда приезжать, – затараторила она. – Мы сейчас уйдем.

Линц наклонился вперед и оперся сильными руками о бедра. Он пронзил Тейт взглядом.

– Успокойся, Тейт. Сядь, выпей кофе. И давай договорим до конца.

– Я не должна отвлекать тебя от работы.

– Мой рабочий день уже закончился, – признался он. – Скажи мне, что произошло.

Тейт кратко пересказала ему события своего дня, и Линц спросил, где записка, оставленная ей Кари.

Прочтя записку, он произнес:

– В ней мало деталей. Судя по всему, она уверена, что ты позаботишься об Элли.

– А что мне с ней делать? Оставить у себя? Отдать в приемную семью?

– Я не думаю, что у тебя есть законное право отдать девочку приемным родителям, – сказал Линц, и она увидела гнев в его глазах. – Почему она бросила ее?

– Я не знаю. Я не подозревала о существовании Элли до тех пор, пока не пришла в закусочную. Я не виделась с Кари уже два года. – Тейт осторожно потерла пальцем тыльную сторону ладошки Элли. – И наша последняя встреча была напряженной.

– Почему?

Она начала говорить ему, как они поссорились из-за того, что Кари отказалась от своего сына. Тейт так рассердилась на Кари, что перестала общаться со своей кузиной. Тейт заметила жесткий взгляд Линца и поняла, что он не желает, чтобы кто-то защищал его сына. Линц Баллантайн мог сам о нем позаботиться.

Линц сцепил руки в замок, откинулся на спинку кресла и положил ногу на ногу. Оставленные Кари документы лежали на его бедре.

– И что ты будешь делать? – спросил он.

Тейт заставила себя думать.

– Прямо сейчас мне надо найти жилье.

– Ух ты! Ты тоже бездомная?

Тейт одарила Линца свирепым взглядом и негодующе подняла руку:

– Придержи язык, парнишка. Не спеши с выводами. Я почти постоянно путешествую по миру и живу в гостиничных номерах. Раз в год я получаю длительный отпуск и возвращаюсь в Нью-Йорк, чтобы встретиться с моими продюсерами. Я планировала подыскать отель на одну или две ночи, пока не решу, где провести отпуск. Но теперь, когда Элли со мной, мне, вероятно, придется задержаться в Нью-Йорке.

– У тебя достаточно денег? Ей нужны подгузники, одежда, еда…

Тейт наморщила нос.

У нее достаточно денег. Ее расходы на жилье и транспортные расходы оплачивают продюсеры, поэтому ее здоровенная зарплата идет прямо на ее банковский счет.

– Да.

– У тебя большой опыт работы с детьми?

– Никакого опыта, – без смущения ответила Тейт. – Я куплю учебник.

Линц покачал головой:

– Ты хотя бы умеешь менять подгузник?

– Я уверена, что смогу его поменять, – разбушевалась Тейт.

Линц потер затылок. Увидев его смуглую кожу, она задалась вопросом, когда он успел загореть.

– Ты обратишься в службу опеки и отдашь Элли в приемную семью?

Тейт увидела настороженность в его глазах и поняла, что он ее испытывает, чтобы сформировать о ней мнение. Его настороженность и недоверие могли легко смениться презрением.

Как ни странно, она чувствовала необходимость не разочаровать его. У нее сложилось ощущение, что женщины Харпер уже достаточно разочаровали Линца.

Она покачала головой:

– Нет, я не могу этого сделать. – Она заметила, как Линц облегченно вздохнул. – Я в отпуске и могу ухаживать за Элли. Я думаю, мне надо проконсультироваться с юристом и выяснить, смогу ли я на время оставить ее у себя.

Он кивнул, но промолчал.

– Потом я разыщу Кари, и я заставлю ее ответить за свои действия. Я хочу, чтобы решение о будущем Элли приняла она, а не я.

– Это можно устроить. – Линц посмотрел на нее как расчетливый бизнесмен.

– Что ты имеешь в виду?

– Мой лучший друг, Рэйми, владеет детективным агентством и сам работает частным детективом. Он разыскал Кари в прошлый раз, когда она сбежала из города. Я уверен, он может сделать это снова. – Слова Линца были решительными и холодными.

– Прямо сейчас мне надо найти где ночевать, а потом встретиться с адвокатом.

– Я попрошу свою секретаршу, Эми, найти специалиста в области семейного права, – сказал Линц и вынул ультратонкий телефон из кармана брюк.

Тейт начала протестовать, но закрыла рот, когда Линц принялся отдавать приказы в телефон. Да, он не тратит время зря и явно привык контролировать ситуацию. Интересно, какой он в постели?

– Нет, я не скажу тебе, зачем мне этот специалист, – раздраженно произнес Линц в телефон. – Почему тебе обязательно надо знать все и про всех? Сосредоточься на подготовке к своей свадьбе, а еще лучше – сделай какую-нибудь работу.

Линц резко закрыл телефон и постучал им по бедру.

– У меня и моего брата, Бека, одна секретарша на двоих. К сожалению, она слишком активная и часто сует нос в нашу жизнь.

Тейт кивнула, думая, что его кривая улыбка очаровательная, а сдержанная любовь в голосе – покоряющая. Ей пора уходить. Но ей так приятно в этом теплом доме. И ей так нравится смотреть на Линца. Тейт зевнула, борясь с желанием закрыть глаза. Она еще не отошла от смены часовых поясов.

Тейт боролась со своей усталостью, когда услышала шаги на деревянной лестнице, а потом голоса маленького мальчика и пожилой женщины. Шоу вернулся домой. Волнуясь от встречи с племянником, Тейт бросила на Линца тревожный взгляд.

– Он знает, кто такая Кари, – сказал он, встал и потянулся. – Я объясню ему про Элли, когда придет время.

Послышался громкий, возбужденный крик ребенка:

– Папа!

Обернувшись, она увидела, как маленький мальчик кинулся к ногам Линца. Тейт не могла не заметить сильные руки Линца, которыми он легко поднял своего сына.

– Папа! Ты дома! Что ты здесь делаешь? Мы делали в саду глиняных динозавров. Билли обидел Джейми. Я упал и оцарапал колено. Но я не плакал.

– Я дома, приятель. Мне надо было кое с кем встретиться. Я хотел бы посмотреть на динозавра, которого ты сделал. А зачем Билли обидел Джейми? Я рад, что твое колено в порядке, – спокойно отвечал Линц. Он быстро улыбнулся темноволосой пожилой женщине: – Привет, мам.

Тейт рассматривала Шоу. У мальчика были светлые волосы Кари и ее веснушки. Почувствовав на себе ее взгляд, Шоу резко обернулся и удивленно открыл рот. Он потребовал, чтобы отец поставил его на пол, и подошел к Тейт.

– Я Шоу. А ты кто?

– Меня зовут Тейт. А это… – Она подняла кулачок маленькой девочки. – Это Элли.

Шоу положил руки на бедра и наклонил голову набок.

– Ладно. Вы пришли поиграть с папой?

Тейт едва сдержала смех.

– Я пришла поговорить с твоим папой. – Она встала и протянула свободную руку матери Линца. – Здравствуйте! Я Тейт Харпер, сестра Кари.

Линц нахмурился.

– Я думал, она твоя кузина.

– С юридической точки зрения мы сестры. Моя мама удочерила ее, когда мы были детьми, – объяснила Тейт.

Она ожидала от Джо очень холодного приема, поэтому удивилась, когда пожилая женщина быстро ее обняла.

– Вы ведущая программы о путешествиях. Я люблю вашу программу! А кто это? – Джо посмотрела на Элли, бросила на Тейт сочувственный взгляд и поджала губы. – Не надо отвечать. Я вижу ее сходство с Шоу. Она снова это сделала?

Тейт заставила себя встретить взгляд Джо и увидела в ее глазах сочувствие и гнев.

К ужасу Тейт, ее глаза защипало от слез.

– Я прилетела из Южной Америки сегодня утром. У меня была встреча с начальством. Через несколько часов я вдруг стала ответственной за этого ребенка! – Она махнула свободной рукой у себя перед лицом, пытаясь вернуть самообладание. – Извините. Я не плакса, но я сбита с толку.

– Тебе нужно печенье, – сказал Шоу, взволнованно глядя на нее.

Тейт хихикнула:

– Наверное.

– Я принесу его тебе, – уверенно произнес маленький мальчик. – И тебе будет в два раза лучше.

Линц покачал головой. При виде озорных искорок в его серых глазах у Тейт екнуло сердце.

– Хорошая попытка, мистер. Возьми себе яблоко, а печенье получишь после ужина. Это правило. – Линц положил обе руки на плечи Шоу. – Возьми свой ранец и иди наверх поздороваться со Спайком.

Шоу кивнул и ушел.

Тейт подняла брови.

– Кто такой Спайк?

– Его бородатый дракон. – Джо содрогнулась. – Гадкая вещица.

Джо взяла Элли из рук Тейт. Элли коснулась щеки Джо маленькой ручкой, и Джо притворилась, что хочет ее укусить. Пожилая женщина лучезарно улыбнулась Тейт:

– Чем мы можем вам обеим помочь?

Тейт быстро взглянула на Линца и покачала головой.

– Нет, на самом деле это не ваша проблема. Я что-нибудь придумаю. Я куплю книгу о воспитании детей. У нас все будет в порядке.

– Я думаю, сегодня вы должны остаться здесь, – категорично заявила Джо. – Судя по вашей карьере, у вас вряд ли есть опыт воспитания детей.

– Никакого опыта, – подтвердила Тейт.

– Я могу помочь вам с ней хотя бы в первую ночь.

Ох, Тейт очень хотела, чтобы ей помогли. Но, увидев устрашающее выражение лица Линца, она приуныла. Он не желал видеть ее в своем доме или своей жизни, и она не могла его винить. В последний раз, когда рядом с ним была женщина Харпер, его жизнь превратилась в хаос.

– Это очень мило с вашей стороны, но…

– Где ваши вещи? – спросила Джо.

– Хм, в офисе моей компании, – ответила Тейт, вдруг понимая, что если она захочет переодеться или почистить зубы, то не сможет этого сделать. Она расправила плечи. Она решала более сложные проблемы в городах, менее приспособленных к жизни, чем Нью-Йорк.

– Спасибо, но я справлюсь сама. – Тейт посмотрела в темно-серые глаза Линца. – Я зря тебе позвонила. Наверное, я просто запаниковала.

Когда Тейт подошла, чтобы взять Элли, Джо шагнула в сторону и покачала головой.

– Вы никуда не пойдете, юная леди. Вы тетя моего внука, и я настаиваю, чтобы вы ночевали в этом доме. Здесь много свободных комнат.

– Мама…

Тейт услышала предупреждение в голосе Линца, и Джо прищурилась, глядя на сына.

– Линц, прикажи водителю Баллантайнов привезти багаж Тейт сюда. Один из твоих многочисленных стажеров, зря торчащих на работе, купит ребенку необходимые вещи. Я составлю список.

Линц вынул руки из карманов и поднял их, пасуя. Он посмотрел на Тейт и пожал плечами.

– Моя мать уже все решила, – сказал он.

«Но ты этому не рад», – подумала Тейт. Она посмотрела на Джо, решив снова с ней поспорить, но выражение лица Джо было непримиримым.

– Только на сегодня. – Тейт капитулировала. – Спасибо за гостеприимство.

Джо вместе с Элли отправилась на кухню. Когда она оказалась вне пределов слышимости, Тейт набралась смелости, чтобы посмотреть на Линца.

– Я обещаю не злоупотреблять твоим гостеприимством.

Линц сдержанно кивнул:

– А я и не позволю им злоупотреблять. Поверь, у меня нет желания видеть в доме еще один источник проблем. Всего одна ночь, Тейт. Завтра ты уедешь.

Тейт хотела объяснить, что она не похожа на свою сестру, но быстро поняла, что Линцу не нужны объяснения.

– Завтра я уеду, – согласилась Тейт.

– Не сомневаюсь. На этот раз моей матери удалось настоять на своем. Но этого больше не произойдет. – Линц посмотрел на дорогие наручные часы. – Я должен вернуться в офис. Я позабочусь, чтобы сюда привезли твой багаж. Для ребенка купят все необходимое.

– Спасибо за помощь, – сказала Тейт, держа спину прямой и смело глядя ему в глаза.

Линц подошел к ней и обхватил ее подбородок большой рукой. Она чувствовала тепло его мускулистого тела и ощущала его неповторимый запах. Она увидела тонкий шрам у его губ и разглядела щетинки на его подбородке. Ее сердце забилось чаще. Ей захотелось обнять его руками за шею и прижаться напряженной грудью к его широкой груди…

Она хотела узнать вкус его губ.

– Однажды я позволил красотке Харпер меня одурачить. Я не сделаю этого снова. – Линц посмотрел на ее губы, а потом в глаза. Она увидела желание, скрытое в его взгляде за пеленой гнева и разочарования. – Запомни, Тейт.

– Всего одна ночь, Линц. Я обещаю.

Он усмехнулся, опустил руку и шагнул назад.

– К сожалению, я не верю обещаниям Харпер.

«Справедливо», – подумала Тейт, когда он зашагал прочь. Если бы жених Тейт бросил ее и ребенка за две недели до долгожданной свадьбы, она тоже держала бы с его родственниками ухо востро.

Итак, у нее есть время, чтобы научиться у Джо основам ухода за детьми. Завтра она уедет из этого дома.

А пока ей надо перестать фантазировать о Линце Баллантайне. Да, он безумно привлекательный, но он ей не пара. Кроме того, он ценит традиции и любит своего сына, семью и стабильную жизнь.

Глава 3

Всего за один день Тейт влюбилась.

Она просто обожала свою племянницу. Ей очень понравилась Джо, а Шоу ее просто очаровал. И еще ей очень понравился дом Линца. Было за полночь, когда Тейт босиком, в тренировочных штанах и футболке, спускалась по внушительной деревянной лестнице, держась за перила.

Держа в руке монитор радионяни, Тейт прошла в огромную комнату на первом этаже. Накануне Джо показала ей пятиэтажный дом, каждая комната в котором привела ее в восторг. На втором этаже жил Линц, на третьем расположилась Тейт, Джо занимала верхний этаж.

Дом был по-настоящему красивым, но Тейт чувствовала себя в нем чужой. И дело не в роскоши, а в стабильности, которая ощущалась в каждом уголке этого дома. Тейт уже отвыкла от размеренного и спокойного существования.

Ее жизнь была беззаботной, пока Кари и ее мать, Лорен, – близнец матери Тейт, не стали жить вместе с ними. Спустя шесть месяцев Лорен так и не нашла работу, и отец Тейт уехал из дома, пригрозив своей жене разводом.

Мать Тейт, Лейн, предпочла остаться со своей сестрой-близнецом. Вот так Тейт потеряла отца, дом и мать, которая стала предпочитать ей Кари. У них начались финансовые проблемы. Потом, когда Тейт было восемь, а Кари одиннадцать лет, у Лорен диагностировали рак молочной железы, и вскоре она умерла. Лейн удалось наскрести достаточно денег, чтобы покрыть судебные издержки и официально удочерить Кари без возражений со стороны ее отца.

Всю свою жизнь Тейт чувствовала себя лишней в собственном доме. Ее юношеские годы с Кари были сущим адом. Кари была неуправляемой, всегда считала себя правой и умело манипулировала людьми.

Тейт терпела, мечтая сбежать в Патагонию, на Санторини, в Стамбул и Эфиопию. Куда угодно, лишь бы не жить в небольшом доме с эгоистичной и безответственной притворщицей Кари. Уйдя из дома, чтобы путешествовать по миру, Тейт поняла, что подростковые инстинкты ее не подвели, и она стала гораздо счастливее, бороздя океан и живя за несколько континентов от своей матери и Кари. Ей нравилось одиночество и свобода. Она не любила людей вроде своей матери и Кари, которых считала эмоциональными пиявками.

Когда Кари и Линц сыграли помолвку, Тейт решила побольше разузнать о семье человека, за которого ее сестра собралась замуж.

История семьи Баллантайн походила на современную сказку. Джегер, Бек и Сейдж Баллантайн рано осиротели и остались на попечении своего дяди, Коннора Баллантайна. Линц был сыном экономки, но Коннор принял всех четверых детей, как родных, и теперь они формировали одну из самых мощных и влиятельных семей в Манхэттене. Они очень любили друг друга и были верны своей семье.

Если Баллантайны олицетворяли единство, то семья Тейт походила на несущийся в пропасть поезд. Именно поэтому она не позволяла себе «пустить корни». Без корней и связей она не могла разочаровать людей и разочароваться сама.

При свете из коридора, Тейт подошла к холодильнику из нержавеющей стали и вытащила оттуда бутылку молока. Взяв стакан, она присела за стол. Ей хотелось поесть печенья, но она решила не шарить в шкафах Баллантайнов и не злоупотреблять их гостеприимством.

– Не спится?

Тейт взвизгнула и вскочила со стула, опрокинув стакан молока. Она попыталась схватить стакан, но он откатился от нее, упал со стола на кафельный пол и разбился. Выругавшись, Тейт опустила ногу вниз и почувствовала, как осколок стекла прокалывает ей пятку. Простонав, она села на стул и подняла ногу, чтобы осмотреть рану.

Тейт моргнула, когда на кухне зажегся свет. Повернув голову, она увидела, что Линц идет к ней. Она начала извиняться за разбитый стакан, но у нее пересохло в горле, когда она увидела, что Линц одет только в спортивные шорты и кроссовки. Ранее, в деловом костюме, он выглядел стильно и солидно, а сейчас был воплощением мужественности.

– Извини, я не хотел тебя напугать. – Линц подошел к ней и наклонил голову, чтобы осмотреть ее ногу. Увидев осколок стекла в ее пятке, Линц поморщился. – Ты можешь его вытащить?

Тейт быстро удалила осколок.

– Осторожно, – предупредил Линц. – Здесь повсюду битое стекло.

– Извини, – сказала Тейт. – Я оплачу разбитый стакан.

Линц нахмурился:

– Это всего лишь стакан, Тейт, а не картина Пикассо. Успокойся. И сядь. Я все уберу.

– Но…

– Я обут, а ты босая. – Линц повернулся и прошел в большую подсобку за кухней, откуда принес веник и совок. Через несколько минут он убрал осколки, вытер разлитое молоко и достал бутылку воды из холодильника.

– Ты всегда тренируешься в полночь? – Тейт пыталась нарушить тягостное молчание.

Линц повел широким плечом, и Тейт задалась вопросом, что почувствует, если прикоснется к волоскам на его груди.

– Я тренируюсь ежедневно. Иногда у меня выдаются сумасшедшие рабочие дни, поэтому я тренируюсь по ночам. – Линц поставил бутылку воды и кивнул на радионяню. – Она быстро уснула?

Тейт покачала головой:

– Нет. Мне пришлось ее укачивать. – Она заставила себя встретить жесткий взгляд Линца. – Вероятно, она скучает по Кари.

Линц наклонился и оперся локтями о гранитную столешницу, его взгляд стал задумчивым.

– Ты решила, что будешь делать? – спросил он.

– Ты по поводу Элли? – Дождавшись его кивка, Тейт прибавила: – Я еще не решила. Сначала мне нужна консультация юриста.

– Ты поговоришь с моим частным детективом? – Линц присел на кухонный стол и скрестил ноги в лодыжках. Его руки вцепились в гранитную столешницу у него за спиной, и его мышцы напряглись.

Тейт приказала себе не отвлекаться.

Она извивалась под его жестким, пронизывающим взглядом, чувствуя, что он разочарован ее нерешительностью. Он хотел получить ответы сейчас же и узнать немедленный план действий. Он вел себя как генеральный директор компании.

Но сейчас решается судьба не его компании, а будущее Элли. Тейт не будет торопиться с решением. Кроме того, утром они уедут из его дома, поэтому ему незачем о них беспокоиться.

Но он был достаточно любезен, чтобы позволить им остаться здесь на ночь, поэтому она должна быть с ним вежливой и хотя бы коротко с ним объясниться.

– Я сбита с толку, Линц. Мне нужно время, чтобы осознать то, что произошло, – призналась Тейт, вскочила со своего места и подошла к нему.

Она продолжала говорить:

– Знаю, я не умею ухаживать за ребенком, и я не хочу в одиночку принимать решение о судьбе Элли. У меня есть два месяца, прежде чем я вернусь к работе и уже не смогу брать ребенка с собой. Элли ее дочь, а не моя. Она милая и хорошая, но я не гожусь ей в матери!

Разве могло быть иначе? Лейн, Кари и даже ее тетя, Лорен, – все они были отвратительными матерями. У Тейт нет оснований считать, что она будет другой.

Она меньше всего думала о рождении ребенка, поэтому ей нельзя оставлять у себя Элли. Кроме того, считается, что ребенку в любом случае будет лучше со своей матерью.

– Ты похожа на свою сестру не только шикарным телом и великолепными волосами, – спокойно сказал Линц.

Его язвительные слова попали ей прямо в сердце. Она хотела возразить и сказать, что она совсем не похожа на Кари и никогда не была такой безответственной и эгоистичной. Но, судя по подозрению в его глазах, он вряд ли поверит ей.

Но она должна попробовать. По какой-то сумасшедшей причине ей хотелось доказать Линцу свою невиновность. Она лучше, чем он думает.

– Я не такая, как моя сестра, Линц.

Линц молчаливо выдержал ее возмущенный взгляд, и его глаза потемнели. Она сразу поняла, что его влечет к ней так же сильно, как ее к нему. И что ей теперь делать?

Умная женщина на ее месте помчалась бы со всех ног из кухни и вверх по лестнице. Тейт хотела быть умной. Очень. Но сильнее всего она хотела прикоснуться к его обнаженной груди и ощутить его кожу с испариной у себя под пальцами. Она желала вдохнуть запах его тела.

С языка Линца слетела неразборчивая ругань. Он схватил Тейт за запястье, резко притянул ее к себе, и она уперлась бедром в его возбужденный член. Наклонив голову, он поцеловал ее в губы.

Он не стал нежничать с ней, а просто скользнул языком ей в рот, требуя от нее сдаться ему. Тейт смело ответила на его поцелуй. По ее телу пробежал жаркий трепет, когда большая рука Линца скользнула под ее рубашку и коснулась ее маленькой груди. Большим пальцем он стал потирать ее сосок, и она, издав гортанный звук, поднялась на цыпочки и сильнее прижалась к нему.

Ее руки, словно живя собственной жизнью, ласкали его грудь и живот. Линц приподнял ее, и она обхватила его торс ногами. Она изнемогала от желания. Она уже собиралась выяснить, есть ли у него презерватив, когда засунула руки в его шорты и коснулась пальцами его твердых ягодиц. Ее охватило нетерпение. Они должны избавиться от одежды, которая мешает им сполна ощутить близость.

Целуя его, она не сразу заметила, что он ей не отвечает. Тейт нахмурилась. Она поняла, что он перестал ее ласкать, а ее ноги стоят на холодном полу. Качая головой, она пыталась понять, почему он остановился.

Вероятно, он считает ее безумной. Или обычной шлюхой. А возможно, он думал, что целует Кари, а потом опомнился.

Тейт запустила пальцы в свои волосы и посмотрела на Линца, страшась холодного презрения в его глазах.

Однако Линц выглядел спокойным и сдержанным. Казалось, что это не он всего несколько минут назад изнемогал от горячего и необузданного желания.

Тейт открыла рот, чтобы сделать очень язвительное замечание. Но он заговорил первым:

– Элли плачет.

Тейт моргнула, пытаясь понять смысл его слов.

– Ребенок плачет, Тейт. Ты должна идти к ней.

Через монитор радионяни на обеденном столе Тейт услышала тихий плач Элли. Как долго она плачет? Несколько минут? Час?

Тейт не могла знать, потому что потеряла чувство времени и реальности.

О боже, она лишилась рассудка.

Не желая, чтобы малышка ждала еще минуту, Тейт бросилась к лестнице.

Да, она жаждала поскорее добраться до Элли, но, честно говоря, ей так же сильно хотелось поскорее уйти от Линца. Рядом с ним она не контролировала себя. И какое счастье, что Элли вовремя их прервала.

Взбежав по лестнице, Тейт подумала о том, как хорошо, что завтра она уезжает из дома Линца.

Глава 4

Линц не спал почти всю ночь. Утром он поторапливал Шоу, стараясь не думать о том, что едва не переспал с сестрой своей бывшей невесты на кухне ночью. Он был в отчаянии: она оказалась страстной и сладкой женщиной, как он и предполагал. Если бы не плач Элли, он ни за что не остановился бы.

Выругавшись себе под нос, Линц надел ботинки. Что, черт побери, случилось прошлой ночью? Да, он был возбужден. Но даже будучи подростком он никогда так сильно не хотел женщину.

Его бесило, что он почти потерял голову из-за сестры своей бывшей. Чертовы бабенки Харпер! Они умеют переворачивать его жизнь с ног на голову. Но следовало признать, что он ни разу не подумал о Кари, пока целовал Тейт. Странная ситуация.

Как хорошо, что сегодня Тейт уезжает, потому что он не знает, что с ним будет, если она останется. Он либо станет ворочаться ночью с боку на бок, либо войдет в ее комнату и закончит то, что они начали.

Чем раньше Тейт уедет, тем лучше.

Она – полная противоположность женщины, которая подошла бы ему в качестве жены, а Шоу в качестве матери. В те времена, когда Линц хотел, чтобы его жизнь сложилась иначе, он фантазировал о сексуальной и забавной любовнице, которая обожает Шоу. О женщине, для которой его сын станет дороже всех на свете. Ему нужна женщина, напоминающая спокойное озеро, а не бушующее море.

Такая, как Тейт, ему не пара. Она провоцирует в его личной жизни волны и водовороты, которых он пытается избежать любой ценой. Тейт – современный кочевник, свободный дух, презирающий традиции.

Но как она целуется!..

Линц вошел в гардеробную, взял галстук и накинул его на шею. Он злился, потому что не мог думать о губах Тейт и одновременно завязывать виндзорский узел галстука.

– Папа, быстрее! Бабушка Джо печет блины! – крикнул Шоу с порога своей комнаты.

Линц нахмурился:

– Она уже встала?

Шоу кивнул:

– И накрасила губы. Быстрее!

Линц последовал за Шоу вниз, интересуясь, что происходит. Джо не была жаворонком по натуре, поэтому Линц и Шоу редко видели ее перед завтраком. Джо проводила с мальчиком вторую половину дня. Внезапно Линц вспомнил, что ему необходимо нанять няню.

Ему стало не по себе. Как он решит эту проблему? Он понимал ее желание проводить больше времени с Гари. Мать тоже имеет право на личную жизнь.

Но сможет ли он доверять незнакомке? Если что-то случится с Шоу, он сойдет с ума. Он доверял только своей матери, братьям и сестре. Ну, к счастью, ему не надо решать вопрос с няней немедленно.

Линц заметил вещи Тейт в коридоре, готовые к погрузке в такси, и его сердце екнуло. Запаниковав, он подумал, что сходит с ума. Он определенно хотел, чтобы она уехала; она не могла остаться. Ему не нужна еще одна женщина Харпер.

Он остановился в дверях кухни. Тейт сидела за обеденным столом, покачивая Элли на колене и слушая, как Шоу рассказывает ей о своей любимой воспитательнице в детском саду.

– Кажется, она очень хорошая. – Тейт погладила Шоу по голове, полностью поглощенная его рассказом. Тейт наклонилась к мальчику, ее красивые глаза искрились радостью. – А у тебя есть подружка?

– Ой. – Шоу ужаснулся.

Тейт рассмеялась, и у Линца сдавило горло. Ее смех напоминал смех Кари, но был более насыщенным и непринужденным. Элли, услышав ее смех, замахала руками и тоже рассмеялась.

Перед глазами Линца было все, о чем он мечтал. Смеющиеся дети, великолепная женщина и дом, полный радости.

Однако Тейт Харпер не из его мира.

– Линц, ты здесь. Отлично, – сказала Джо, заметив, что он завис в дверях.

Он не сводил глаз с лица Тейт. Покраснев, девушка смущенно посмотрела на него.

Он по-прежнему хотел целовать ее губы и ласкать ее грудь.

Резко одернув себя, Линц направился к кофе-машине, включил ее и взял кружку. Запустив пальцы в волосы, он поморщился, глядя на мать.

– Зачем ты печешь блины? – спросил он, не замечая, что мать прищурилась, увидев его угрюмость.

– Просто так. – Джо указала лопаткой на стол. – Сядь. И вспомни о манерах. Ты должен поздороваться с нашей гостьей.

Мать разговаривала с ним, как с десятилетним мальчишкой. Резко взглянув на Тейт, он увидел, как она улыбнулась.

– Доброе утро, Тейт. – Он пригладил рукой мягкие кудрявые волосы Элли. – Доброе утро, дорогая.

Элли улыбнулась ему, обнажив два маленьких зуба, потом подняла пухлые ручки. Как только он усадил ее себе на колено, она схватилась руками за его галстук.

– Ты не должен держать ее. – Тейт казалась подавленной.

– Я люблю детей, – сказал Линц. Это было правдой. Дети его не пугали. Он растил Шоу с самого его рождения и ни разу не пожалел об этом. Сын был лучшим, что случалось в жизни Линца.

Повернувшись, Линц увидел, что Джо, держа тарелку блинов, не сводит с них глаз. Улыбнувшись, она кивнула и подошла к столу.

– Ты будешь ее искать? – спросила Джо.

Не потрудившись ответить матери, Линц сел на свое место за столом и устроил Элли на сгибе руки.

– Я думаю, ее надо разыскать, – сказала Джо, ставя тарелку на стол между ними. Линц положил на тарелку Шоу пару блинов, а потом пододвинул тарелку с блинами к Тейт.

– Ты собираешься искать Кари? – спросила Тейт, беспокойно сверкая глазами.

– Я не позволю ей снова уйти от ответственности. – Линц посмотрел на Шоу. – Это неприемлемо, Тейт.

– Я не говорила, что это приемлемо, – возразила она. – Но это моя проблема. – Она в ярости посмотрела на него. – Я сама ее решу.

– Мой детектив однажды уже разыскал ее. Он найдет ее снова, – произнес Линц тоном, не терпящим возражений.

– Я обращусь к твоему детективу, но я сама оплачу его услуги, – упрямо настаивала Тейт.

– Он дорого берет.

– Моя проблема, мои деньги. – Тейт наклонилась вперед, и через открытый ворот ее блузки он увидел кружевной розовый лифчик. Ему захотелось лизнуть ложбинку между ее грудей.

– Линц оплатит услуги детектива Рэйми. А вы отплатите Линцу, оставшись здесь как няня Шоу на следующие два месяца.

Что? Он не ослышался?

– Мама! Какого черта? – Линц опустил вилку и с трудом отвел глаза от сказочно привлекательной груди Тейт.

Элли взвизгнула, когда он повысил голос, и Линц нежно погладил ее по ноге, чтобы успокоить.

– Я сегодня уезжаю, миссис Тейлор, – паникуя, сказала Тейт.

– Зовите меня по имени, дорогая. – Усевшись рядом с Линцем, Джо одарила Тейт безмятежной улыбкой, хотя в ее глазах читалась решимость. – Нет, вы не уедете. Вам необходимо жилье. Вы побудете с Шоу. А мне надо побыть с моим мужчиной. Мы с ним собираемся на Багамы. Линцу нужен помощник, чтобы присматривать за Шоу. – Джо взяла блинчик и стала его есть. Она подмигнула Шоу, который попытался подмигнуть ей в ответ. – Это идеальное решение для всех нас.

– Нет, это не так. Я не согласен, – холодно произнес Линц.

– И я не согласна, – дрожащим голосом ответила Тейт.

– Ну а я согласна, – сказала Джо, сияя как солнечный луч. Она категорично посмотрела на Линца. – Ты будешь несколько месяцев решаться нанять няню. Потом еще полгода ты будешь выбирать подходящую. Я выбираю Тейт. Она родственница Шоу, и она милая.

Линц отлично знал, до чего мила Тейт, но это не имело отношения к их разговору.

– Она ничего не знает о детях! Она не придерживается традиций, она постоянно в разъездах!

Тейт смотрела на него так, словно хотела возразить, но в последний момент кивнула:

– Все верно.

Джо посмотрела на Тейт, а затем на Линца.

– Какая ерунда! Вчера после обеда я позвонила ее боссу – исполнительному продюсеру по имени Кайт – и попросила его дать отзыв о Тейт.

Тейт была ошеломлена.

– Вы это сделали? – спросила она.

Линц простонал:

– Боже, мама…

– Босс сказал, что Тейт пунктуальна, трудолюбива и очень умна. Она пишет сценарии для шоу и помогает с логистикой. Но самое главное, что она абсолютно надежный человек.

Линц мрачно подумал, что его мать умеет быть ужасно надоедливой.

– О боже, – пробормотала Тейт, закрыв голову руками. Через мгновение она опустила руки и прищурилась, глядя на Линца. – Она твоя мать. Поговори с ней.

Линц решил попробовать:

– Мама, ты не можешь устраивать нам засаду.

– Что сделано, то сделано, – ответила Джо, и Линц услышал знакомый сигнал о приходе текстового сообщения на ее телефон.

Джо вытащила телефон из заднего кармана своих дизайнерских джинсов. Когда она прочла сообщение, ее глаза заблестели от удовольствия.

– Гари купил билеты. Мы вылетаем в полдень. Ура! – Джо встала и убрала телефон в карман. Она улыбнулась Линцу. – Если ты не найдешь няню к полудню, то Тейт будет ухаживать за Шоу. И, Тейт, перестаньте упрямиться. Вам необходимо жилье. Оставайтесь здесь, побудьте с Шоу, насладитесь домом.

Джо поцеловала в голову Шоу, потом Линца, затем Элли и крепко обняла Тейт на прощание.

Линцу пришлось напрячь слух, чтобы услышать тихие слова матери:

– Это хороший дом, Тейт. Он исцелит вас, если вы этого захотите.

Тейт посмотрела вслед Джо и потерла пульсирующий висок. Она не понимала, что произошло.

Опустив руку, она взглянула на Линца, который почти кипел от ярости.

– Чертова женщина, – пробормотал он едва слышно.

Внезапно в дверях послышался гул голосов. Тейт обернулась и моргнула, когда в комнату вошла миниатюрная, потрясающая женщина с длинными черными волосами, а за ней двое рослых, хорошо сложенных, с иголочки одетых мужчин. Черт побери, члены семьи Баллантайн поразительно сексуальны.

Комната наполнилась шумом, когда Шоу вскочил на ноги, чтобы поздороваться с тетей и дядями. Когда Шоу снова уселся за стол, Линц сердито уставился на своих братьев и сестру.

– Только вас троих мне сейчас не хватало, – язвительно произнес Линц.

Тейт разволновалась и прикусила нижнюю губу.

– Блины! Как мило. – Самый рослый из трех братьев Баллантайн уселся за стол напротив Тейт и взял тарелку. Он сверкнул улыбкой, кладя кучу блинов себе на тарелку. – Ты Тейт, да? – спросил он. – Сестра Сатанинской невесты?

Говорил он весело, но его взгляд оставался настороженным.

– Я Тейт. А ты… Бек?

– Ага. – Бек махнул вилкой на старшего брата, который уселся в конце стола:

– А это Джегер и наша сестра, Сейдж.

Джегер приветственно кивнул и упрекнул брата:

– Ты грубишь, чувак.

– Тейт? – Сейдж протянула руку Тейт. – Привет! Как мы поняли, Кари снова сбежала?

– Да. – Тейт неуверенно взглянула на Линца, который наливал сок Шоу. – Я так понимаю, ваш брат обо всем вам рассказал?

– В нашей семье нет секретов, – проворчал Джегер. Тейт посмотрела на него и увидела предупреждение в его глазах. – Итак. Каков план действий? Бек, оставь мне блинов!

– Тейт собиралась уехать отсюда сегодня утром и встретиться с адвокатом. Я намерен попросить детектива Рэйми найти Кари.

– Рэйми будет рвать и метать, – заметила Сейдж и попросила у Тейт разрешения взять у нее девочку. Как только Элли оказалась на руках Сейдж, то сразу схватилась руками за ее длинные черные волосы.

Линц тихо сказал Шоу пойти наверх и почистить зубы. Когда его сын вышел из комнаты, он сердито посмотрел на своих братьев и сестру.

– Джо расстроила мои планы, – сказал он.

Тейт посмотрела на стол и увидела, что большая куча блинов уже исчезла. Очевидно, Джо заранее знала о приезде братьев и сестры Линца или сама пригласила их приехать.

– Что она сделала на этот раз? – спросила Сейдж, раскачиваясь из стороны в сторону и прижимаясь щекой к головке Элли.

– Бросила меня на произвол судьбы. – Линц положил локти на стол и закрыл глаза. – В полдень она улетает на Багамы с Гари. За Шоу присматривать некому. У меня сегодня сумасшедший день.

– Она не предложила альтернативу? – спросил Бек, допив апельсиновый сок из стакана Шоу, и незаметно улыбнулся. Похоже, братья и сестра Линца знали о планах Джо.

Тейт откинулась на спинку стула и сложила руки на груди, пытаясь понять смысл махинаций Джо. Но сильнее всего ее удивила реакция членов семьи Баллантайн. Она думала, что они ненавидят ее и их враждебность к Кари перейдет и на нее. Но казалось, они хотят, чтобы она жила в этом доме и стала няней Шоу.

Зачем? Что они затеяли?

Джо могла предложить Тейт достать луну с неба, чтобы она осталась. Но Тейт знала, что решение должно исходить от Линца.

В принципе, она была готова остаться в «Берлоге». Дом был полностью оборудован для детских нужд, и Тейт могла бы сэкономить на покупке вещей для Элли. Кроме того, она хотела побыть с Шоу. Она хотела компенсировать ему все пропущенные дни рождения и Рождество.

Но если она останется в этом доме, ей придется постоянно встречаться с Линцем, и шансы сблизиться с ним будут очень высокими. Этому парню достаточно войти в ее комнату, и Тейт бросится ему на шею. Она закрыла глаза, вспоминая прикосновение его губ и больших рук. Ей достаточно просто посмотреть на него, чтобы снова испытать желание. Но почему именно Линц? Почему именно сейчас? Ведь ей никогда не нравились парни, которые ждали, что их женщины будут вести домашнее хозяйство и нянчиться с детьми, а вечерами готовить изысканный ужин. Она не из таких женщин.

– Линц, сосредоточиться! – огрызнулся Бек.

Тейт очнулась от размышлений и увидела, что Линц смотрит на ее губы, сжимая и разжимая пальцы рук.

– Большой брат отвлекся, – весело сказал Бек.

– Что предложила Джо? – спросила Сейдж, поглядывая то на Линца, то на Тейт.

Линц устало ответил:

– Ну, она предложила Тейт поработать няней Шоу, пока я не найду подходящую кандидатуру.

Сейдж наклонила голову набок.

– Разве Тейт не подходит? – спросила она.

Линц сердито уставился на свою сестру:

– Я плохо ее знаю.

– Из агентства тебе тоже пришлют незнакомку, – заметил Бек и направился к кофемашине. Он взял кружки из шкафа и молоко из холодильника.

– Да, но в агентстве проверяют анкетные данные и знают отзывы других родителей, – сказал Линц, свирепо смотря на Тейт. – Она объявилась на пороге моего дома только вчера!

– Наверное, это судьба, – предположила Сейдж.

– Это мое проклятие, – прорычал Линц.

– Ничего, что я сижу здесь и слушаю, как вы говорите обо мне? – Тейт начинала сердиться.

– Тебе нужна няня, Линц, – сказал Бек, игнорируя протест Тейт.

– Я не оставлю своего сына с незнакомкой. – Линц стиснул зубы.

– На самом деле ты хочешь сказать, что не оставишь Шоу с женщиной Харпер. – Тейт встала из-за стола.

Их взгляды встретились, и Линц кивнул:

– Да, я не оставлю его с сестрой Кари. Так же, как я не оставил бы его с самой Кари и матерью Кари. Хотя она никогда не стремилась встретиться с ним, – печально прибавил он. Для Линца, который так высоко ценил семью, равнодушие Кари к своему ребенку было ударом ножа в сердце. Тейт хотела сказать ему, что ее мать умерла, но вместо этого решила поставить Линца на место:

– Перестань сравнивать меня с Кари. – Тейт очень старалась говорить спокойно. – Я – не моя сестра.

– Свежо предание, да верится с трудом, – небрежно произнес Линц.

Джегер простонал:

– Черт побери, Линц, ты невыносим!

Линц всплеснул руками, его красивое смуглое лицо помрачнело от гнева.

– Я не строю о тебе никаких предположений, Тейт. Кари рассказывала мне о тебе. Ты не училась в университете, предпочитая путешествовать. Ты пропускала бесчисленное количество семейных событий. Ты предпочитала свободу и одиночество. Ты не любишь долго оставаться на одном месте. Ты часто меняешь работу. И ты неразборчива в связях с мужчинами. Как я могу доверить своего ребенка такой, как ты? – Линц сцепил руки за головой, его грудь взволнованно поднималась и опускалась. – Он моя жизнь. Я никогда не прощу себе, если с ним что-то случится!

Именно поэтому Тейт держала дистанцию со своей семьей. Ей надоело, что ее постоянно сравнивали с Кари. Линц был еще одним человеком в длинной-длинной веренице людей, которые считали, будто она точно такая же, как Кари.

Тейт вздохнула. Теперь, когда прошло много лет и она чувствовала себя свободной, она могла не скрывать, какая она на самом деле. Люди либо любили ее, либо ненавидели. Она научилась не беспокоиться о мнении людей и жила своей жизнью на собственных условиях.

Но, к сожалению, мнение Линца обидело ее.

Тейт взяла Элли у Сейдж и поцеловала шелковистые волосы малышки. Решив не показывать Баллантайнам свое расстройство, она подняла голову и стиснула зубы.

– Ты получил всю информацию обо мне от Кари, которая бросила ребенка, что сидит сейчас у меня на руках. По-моему, здесь что-то не так. – Тейт подошла к лестнице, еле сдерживая слезы. Она заставила себя повернуться, чтобы посмотреть на Линца еще раз. – Я вызову такси, через час я уеду. Желаю тебе найти идеальную няню!

Глава 5

Элли играла на полу с пластиковыми игрушками, когда Тейт выглянула в окно своей спальни на обсаженную деревьями улицу. Тейт увидела, как Бек усаживает Шоу себе на плечи и маленький мальчик радостно смеется. Сейдж шла рядом с Беком, а Джегер остановился, чтобы закрыть ворота из кованого железа. Они решили отвезти Шоу в детский сад. Родные братья и сестра Баллантайн были очень дружными, чего никогда нельзя было сказать о Тейт и Кари.

Посмотрев на темноволосую головку Элли, Тейт улыбнулась. Следующие несколько недель она проведет с драгоценной маленькой девочкой. Тейт прикусила губу, задаваясь вопросом, когда в следующий раз увидится с Шоу. Она хотела бы стать частью его жизни, но Линц вряд ли ей это позволит. В одном она не сомневалась. Когда Элли и Кари воссоединятся, Тейт будет постоянно навещать малышку, хочет этого Кари или нет.

– Я был груб.

Услышав голос Линца, она вздрогнула. Не в силах встретиться с ним взглядом, Тейт присела на скамейку у окна и посмотрела на дорогу.

– Прости. Я был груб и субъективен, – сказал Линц.

Тейт потерла затылок и закрыла глаза, желая просто уйти. Было бы намного проще, если бы она могла выскользнуть из двери и избежать этого разговора. Ей надоело, что Линц смотрит на нее и видит перед собой Кари.

Краем глаза Тейт наблюдала, как он прошел мимо Элли и присел на скамейку рядом, положив лодыжку на колено.

– О, как я устал, – произнес он.

Тейт почувствовала его большую, теплую руку на своем затылке и повернула голову, чтобы посмотреть на Линца. Она хотела отстраниться от его прикосновения, но оно было удивительно приятным.

– Должно быть, ты тоже устала. – Линц стал массировать ей шею, и Тейт приложила все силы, чтобы не застонать от истинного удовольствия. – Ты спала прошлой ночью?

– Мало.

– Я тоже, – признался Линц. – Давай поговорим, Тейт. И на этот раз давай попробуем не целоваться и не кричать друг на друга.

Попробовать они могут, но добьются ли успеха? Потому что она по-прежнему хотела с ним целоваться. Если он попытается ее поцеловать, она не будет ему сопротивляться.

– Хорошо.

Линц опустил руку и развернул Тейт лицом к себе.

– Прости меня. Как сказал Джегер после того, как ты ушла, я вел себя как осел, потому что я не люблю перемен.

– И ты плохо знаешь меня, поэтому тебе некомфортно оставлять Шоу со мной. Это нормально, я понимаю. Мы живем в большом, плохом мире, и я рада, что ты так оберегаешь мальчика.

– Спасибо. После того, как ушла Кари, мы с Шоу жили только вдвоем.

– Ты жил с Шоу и Джо, – уточнила Тейт.

Линц закатил глаза.

– Вчера она сказала, что я должен начать искать новую няню, а она хочет быть бабушкой, а не нянькой Шоу. Шантажистка.

Тейт услышала в его голосе любовь. Не зная, что сказать, она посмотрела на Элли, которая болтала с куклой, найденной в коробке с игрушками.

– Я вызвала такси. Машина скоро приедет. И мы избавим тебя от своего присутствия.

– Я думаю, вы должны остаться.

Тейт вздрогнула.

– Ты хочешь, чтобы я осталась? – Она нахмурилась. – Для того, чтобы присматривать за Шоу?

Линц пожал плечами:

– Может быть. – Он поднял руку, когда она открыла рот, чтобы возразить. – Просто послушай меня, хорошо? Мне нужна няня, а тебе необходимо жилье. Да, я плохо тебя знаю. Твоя сестра…

– …доконала тебя, – подытожила Тейт и пожала плечами. – Я понимаю тебя, потому что она изводила меня всю мою жизнь. Что еще она говорила обо мне?

Тейт видела его нерешительность.

– Она говорила о тебе не слишком много, но заявляла, что ты ей завидуешь.

Тейт округлила глаза.

– Если бы. – Она посмотрела ему в глаза, отчаянно пытаясь доказать свою точку зрения. – Я – не моя сестра. Я не училась в университете, но я все равно училась и получила диплом специалиста в мировой истории. Я не участвовала в семейных событиях, потому меня на них не приглашали. Мне нравится быть свободной и действовать по-своему. Кари лгала, что я постоянно меняю работу. Я работаю на одной и той же должности уже шесть лет. И на самом деле я разборчива в отношениях с мужчинами. Да, и моя мать не выходила с тобой на связь потому, что Кари сказала ей, будто ты угрожаешь ее арестовать, если кто-то из членов ее семьи попытается с тобой связаться. Она убедила мою мать, что ты можешь это сделать, благодаря своей власти и деньгам.

Линц сжал пальцами переносицу и покачал головой.

– Оказывается, она та еще штучка. Я разрешил Кари видеться с Шоу, но выяснилось, что ей это не нужно. Но если твоя мать хочет встретиться с Шоу, я не буду возражать.

От его великодушия сердце Тейт едва не выскочило из груди.

– Спасибо, но она умерла несколько лет назад.

Линц сжал ее колено.

– Мне очень жаль, Тейт. Я не знал. – Пауза. – Во всяком случае, я был не прав, сравнивая тебя с сестрой. – Он потер рукой затылок, выглядя смущенным. – Но она выбила почву у меня из-под ног.

– Ты действительно любил ее, – сказала она, чувствуя сожаление, вину и печаль.

– Я любил то, во что верил, – угрюмо признался Линц.

– Что это значит?

– Я думал, у нас будет полная семья. Она сказала мне, что хочет стать матерью и моей женой. Я считал, она будет тем человеком, ради которого я буду возвращаться домой после сумасшедшего дня.

Тейт подняла брови.

– Ты ассоциировал Кари со стабильностью?

Линц поморщился.

– Очень недолго. – Он глубоко вдохнул и сменил тему: – Я буду работать из дома всю неделю. Я помогу тебе с Элли, а ты проведешь время с Шоу. Если в конце недели я решу, что могу оставить с тобой Шоу, я вернусь на работу, и мы заключим договор. Я оплачу твое проживание в доме, заботу о Шоу и услуги детектива, а потом я найду няню на полный рабочий день.

Тейт быстро обдумывала его предложение.

– Я хочу видеться с Шоу в будущем, – сказала она.

Выражение лица Линца смягчилось.

– Я могу это организовать.

Тейт кивнула в знак благодарности.

– За услуги частного детектива я заплачу сама.

– Это дорого, Тейт, – запротестовал Линц.

– У меня есть деньги, Линц. Сейчас для меня важнее всего, чтобы Кари и Элли были вместе.

– А если Кари откажется брать Элли?

У нее душа ушла в пятки.

– Она заберет девочку. Я ее заставлю.

– Я надеюсь, ты права, – сказал Линц. – Но, поскольку речь идет о Кари, я предлагаю разработать еще один план.

Тейт услышала настойчивый гудок такси и выглянула в окно. Глубоко вздохнув, она кивнула:

– Ладно, договорились. Мы после все обсудим.

Линц положил руку ей на плечо и осторожно сжал его, вставая.

– Спасибо, Тейт. Я пойду вниз и отпущу такси, а потом принесу твои вещи.

Она подтянула колени к груди, думая, что не должна задавать вопрос, буравящий ее мозг. Но она не сдержалась.

– Линц?

Он положил руку на дверной проем и обернулся.

– Да?

– Когда ты поцеловал меня прошлой ночью, ты думал о Кари?

Линц фыркнул:

– Нет, я думал только о тебе, Тейт Харпер. – Он посмотрел на ее грудь, а потом опять ей в лицо. Затем его взгляд задержался на ее губах. Он сжал кулаки, и Тейт решила, что он сопротивляется желанию прикоснуться к ней.

Или она выдает желаемое за действительное?

– Я думал только о тебе, – резко повторил он.

Линц ушел, и Тейт услышала, как он спускается по лестнице.

– Элли?

Услышав свое имя, девочка посмотрела на Тейт и улыбнулась ей.

– Как, черт побери, я буду ему сопротивляться?

Элли, не понимая вопроса, бросила куклу к ногам Тейт.

Итак, он живет с женщиной Харпер. Пару дней спустя Линц ворчал себе под нос, сбегая по лестнице из своего домашнего офиса, чтобы открыть входную дверь.

Если Кари доводила его до белого каления, то Тейт просто сводила его с ума. Потому что он, как бы ни старался, не мог о ней не думать.

Линц посмотрел на часы и подумал, что, зная Тейт менее трех дней, он постоянно подавляет желание затащить ее в постель. Он все время ощущал аромат ее духов, помнил гладкость ее кожи, представляя себе ее добрые глаза оттенка коньяка, затуманенные страстью. Он был ею опьянен.

«Перестань мечтать о том, чтобы переспать с ней, Баллантайн. Подумай о бизнесе и о том, что бесполезно работать из дома, потому что ты легко отвлекаешься и пялишься на ее длинные, сексуальные ноги и взъерошенные волнистые волосы».

Он сдержал ругательство. Работа накапливалась, и он не мог перекладывать ее на Бека. Джо была с Гари, и Линц знал, что она ему больше не помощница.

Тейт вроде бы справлялась с обязанностями няни. После обеда Тейт часами строила с Шоу крепости и играла в гоночные автомобили. Элли была рядом с ними. Попробовав яичницу, приготовленную Линцем, Тейт выгнала его из кухни, весело заявив о том, что будет готовить сама. Линц уже попробовал блюда тайской и южноамериканской кухни. Если бы Тейт не была Харпер и он не хотел бы с ней переспать, то он, вероятно, нанял бы ее в качестве экономки.

Линц открыл деревянную дверь и уставился на Рэйми Джепсена – своего старинного и самого близкого друга и владельца лучшего детективного агентства в городе. Зеленые глаза Рэйми искрились весельем, он поднял бровь и одарил Линца понимающим взглядом.

– Как дела, приятель? Ты какой-то злой, – растягивая слова, сказал Рэйми, вошел в дом и огляделся. – Как мне нравится твой дом!

Рэйми и Линц подружились еще в детстве, когда оба жили в одном ветхом доме в Квинсе. Однако их дружба пережила переезд Линца в Манхэттен, когда Джо стала работать экономкой у Коннора. Линц восхищался Рэйми, который вырос в бедности, но стал военным, отличился на службе в спецназе и создал одно из самых уважаемых детективных агентств.

Рэйми говорил, что не добился бы успеха без помощи Коннора и Линца. Но Линц с ним не соглашался. Просто его приятель никогда не пасовал перед трудностями и умел добиваться своего.

– Ты выглядишь так, словно злишься на женщину, – заметил Рэйми, когда они обнялись. – И кто эта женщина?

Линц разочарованно пригладил волосы.

– Сестра Кари.

Рэйми с подозрением прищурился.

– Сестра Сатанинской невесты здесь? Почему?

– Это длинная история, не будем вдаваться в подробности. – Линц потер затылок. – Она будет твоим клиентом. Я вас просто познакомлю.

Рэйми покачал головой:

– Не-а. Я не хочу с ней связываться.

– Выслушай ее, Рэйми. Она не такая, как Кари. – Линц колебался. – По крайней мере, я думаю, что она не такая.

Рэйми в ужасе простонал и врезал по плечу Линца кулаком.

– Ты сбрендил? Почему тебя тянет к этим Харпер?

– Откуда я знаю? – ответил Линц, потирая плечо. – Просто выслушай ее, пожалуйста.

– Ладно. – Рэйми сложил руки на груди. – Но если мне не понравится то, что она скажет, или я пойму, что она хочет тебя надуть, я не возьмусь за ее дело.

– Справедливо.

Они спустились по лестнице, ведущей на кухню, и прошли в большую комнату. Тейт стояла у балконных дверей и смотрела на облетевший зимний сад. Она прижималась головой к головке Элли и ритмично поглаживала маленькую девочку по спине. Хотя Тейт продолжала говорить, что из нее получится никудышная мать, она справлялась с ребенком очень умело.

И выглядела она сногсшибательно. В отличие от привычных Линцу женщин – шикарных и гламурных, Тейт казалась естественной и непринужденной. На ней были высокие ботинки, серые гольфы выше колен и легкая струящаяся юбка. Свитер цвета ржавчины спускался с одного плеча, а длинные волнистые волосы ниспадали ей на спину.

Линц посмотрел на Рэйми, увидел его заинтересованный взгляд и ткнул локтем ему в бок. Его приятель медленно кивнул и бросил на Линца удивленный взгляд.

– Ого, – произнес он вполголоса.

– А то я не знаю, – пробормотал Линц. Он позвал Тейт.

Она повернулась и нерешительно улыбнулась. Потом она посмотрела на Рэйми и округлила глаза. Рэйми, рожденный матерью-турчанкой от датчанина-отца, обладал оливковой кожей, светло-зелеными глазами и большим, мускулистым телом, в результате чего часто удостаивался заинтересованных взглядов и кокетливых улыбок от женщин. До настоящего времени привлекательность Рэйми не беспокоила Линца, но сейчас, увидев реакцию Тейт, он рассердился.

– Тейт, это Рэйми Джепсен, детектив, о котором я говорил. Рэйми, это Тейт Харпер, твой потенциальный клиент.

Он акцентировал слово «клиент». У Рэйми было жесткое правило – никакой дружбы и флирта со своими клиентами.

Похоже, Линц Баллантайн начинает ревновать.

Тейт подошла и протянула руку Рэйми. Линц увидел слезы в голубых глазах малышки. Элли, заметив его, молчаливо протянула к нему ручки. Линц взял девочку на руки и прижал ее головку к своей груди.

– В чем дело, дорогая? – спросил он нараспев.

Линц поднял бровь, глядя на Тейт, и та пожала плечами.

– Я не знаю, – разочарованно ответила она. – Подгузник сухой, она недавно покушала.

– Она в новом доме с незнакомыми людьми. Наверное, ей страшно, – сказал Линц.

К его удивлению, глаза Тейт наполнились слезами.

– Я тоже так думаю. – Она глубоко вдохнула. – Поэтому я ее укачивала.

– Это все, что можно сделать. – Линц кивнул.

Тейт вздохнула и посмотрела на него с благодарностью. Линц подумал, что Тейт хорошо держится. Большинство женщин, которых он знал, за исключением Джо, Сейдж и невесты Джегера, Пайпер, ныли бы по поводу того, что им приходится ухаживать за ребенком в перерывах между йогой, пилатесом или педикюром.

Но Тейт просто делала то, что от нее требовалось, и он восхищался ею за это.

– Давайте выпьем кофе, – внезапно смутившись, предложил Линц. Одно дело – хотеть Тейт, и совсем другое дело – любить ее.

– Я приготовлю кофе, – сказала Тейт.

– А тем временем мы поговорим, – предложил Рэйми, подходя к кухонному столу и отодвигая стул. – У меня не так много времени, а у вас, судя по всему, длинная история.

Тейт кивнула:

– Вы разыскали Кари четыре года назад после того, как она исчезла?

– Да.

– Я хочу, чтобы вы снова ее нашли, – с горечью произнесла Тейт и решительно посмотрела на Рэйми. – Найдите ее, чтобы я могла вправить ей мозги и заставить взять Элли. Она не имеет права бросать своих детей!

Тейт закрыла глаза, внезапно осознав, что кричит. Она резко вдохнула. Когда она снова открыла глаза, в них читались гнев, разочарование, смущение и мольба.

– Пожалуйста, найдите ее. Ради Элли. Девочке нужна мать.

Рэйми посмотрел на Линца, а затем опять на Тейт. Кивнув, он пожал руку Тейт.

– Я найду ее, Тейт, – серьезно сказал он. – Обещаю.

Линц почувствовал облегчение. Его друг никогда не давал пустых обещаний. Он посмотрел в глаза Рэйми, и тот резко кивнул, словно подтверждая свои слова. Потом выражение лица Рэйми изменилось, в его зеленых глазах появились веселые искорки, а уголки рта приподнялись в улыбке.

Тейт повернулась к ним спиной, и Линц поднял брови, глядя на Рэйми.

– Что? – губами спросил он.

Рэйми показал ему большой палец, а потом провел указательным пальцем по горлу. Линц быстро интерпретировал его жесты: Тейт замечательная, и Линц в опасности.

Линц проводил Рэйми и вернулся на кухню. Тейт устало ему улыбнулась. Она вымоталась после разговора о Кари. Кроме того, всю прошедшую ночь она мечтала о страстных поцелуях с Линцем.

– Скоро мне надо забирать Шоу из детского сада, – сообщил Линц. – Это недалеко отсюда. Ты хочешь пойти со мной? Вот-вот пойдет снег, поэтому нам нужно поторопиться.

Тейт посмотрела в окно.

– Почему бы не вызвать такси? – спросила она.

Линц улыбнулся.

– Мне надо подышать свежим воздухом. Я надену на Элли старый зимний комбинезон Шоу и понесу ее на руках.

Тейт кивнула и встала, чувствуя, как Линц пялится на ее ноги. Она подняла глаза, увидела его улыбку и желание во взгляде.

– Хотя мне нравится твоя одежда, – сухо заметил он, – я советую тебе одеться потеплее. Иначе ты замерзнешь.

На щеках Тейт выступил румянец.

– У меня мало теплой одежды, – сказала она.

– Ты хорошо выглядишь, – хрипло пробормотал Линц.

Тейт взволнованно запустила пальцы в свои волосы, желая, чтобы Линц перестал таращиться на ее губы. Но больше всего она хотела, чтобы он ее поцеловал. Их взгляды встретились, и Тейт сглотнула, сожалея, что Линц не обнимает ее сильными руками, а она не чувствует его дыхание. Она желала, чтобы он сорвал с нее одежду и разделся сам и она могла бы прикоснуться к его груди и плоскому животу.

– Когда ты так смотришь на меня, я прилагаю все силы, чтобы не сделать того, о чем ты меня просишь, – произнес он.

Тейт коснулась верхней губы кончиком языка.

– А о чем я прошу? Я молчу.

– Тебе не надо говорить. У тебя очень красноречивый взгляд. Ты хочешь увидеть меня голым. И не только это.

Встретив его прямой взгляд, Тейт кивнула:

– Ты тоже хочешь видеть меня голой.

– И не только это, – прохрипел Линц. – Я хочу гораздо большего.

Тейт простонала и запретила себе бросаться ему на грудь.

– Это безумие! – пробормотала она. – Нас не должно тянуть друг к другу!

– Но нас тянет.

Тейт кивнула:

– Но мы не должны поддаваться.

– Однажды мы поддались, – заметил Линц.

– Только потому, что мы оба думали, будто утром я уеду! Я ни за что не позволила бы этому случиться, если бы знала, что я останусь.

– Дорогая, ты даже не услышала, как плачет Элли. А я услышал.

Тейт сердито посмотрела на него.

– Я бы услышала. – Сделав вдох, она отвела волосы от лица. – Линц, это было кратковременное безумие. Оно не повторится.

Линц одарил ее страстным, разочарованным взглядом.

– Ты хочешь проверить это? Я думаю, как только мы начнем, мы уже не остановимся.

Проклятье! Как она будет противостоять ему? Тейт нутром чуяла, что обязана сопротивляться влечению к Линцу, чтобы избежать тяжелых последствий.

Меньше всего ей надо связываться с красавчиком вроде Линца. Она должна заботиться о маленькой девочке, которая тоскует по своей матери. Она должна найти свою сестру и заставить ее забрать Элли.

Она должна думать о своей карьере.

Отношения с Линцем сильно усложнят ей жизнь. Он похож на свой дом: стабильный, прочный и традиционный. Он блестящий бизнесмен и отличный отец-одиночка. А она бежит от отношений с обязательствами.

Влечение к Линцу напугало ее. Ей следует держаться от него подальше.

Тейт наклонилась и взяла Элли на руки.

– Пошли, Линц. Вероятно, если мы лучше узнаем друг друга, это сумасшедшее влечение между нами пропадет.

– Будем надеяться, – сказал Линц. – Но, по-моему, думая о том, что оно пропадет, мы обманываем себя.

Глава 6

Одевшись теплее, Тейт закрыла парадную дверь и вышла на улицу. Она поморщилась, когда резкий холодный ветер коснулся ее затылка, и поборола желание убежать обратно в теплый дом.

Линц взял Тейт за предплечье и потянул влево. Она покосилась на него.

– Лужа, – объяснил он, и Тейт благодарно ему улыбнулась. Потом Линц стянул с себя вязаную шапку и надел ее на голову Тейт. – У тебя посинели губы. Может, вернемся?

Тейт передумала возвращаться. Хотя она не помнила, когда в последний раз гуляла по такому холоду, ей хотелось идти рядом с Линцем, дышать морозным воздухом и чувствовать себя беззаботно.

– Все в порядке, спасибо. – Тейт вынула руки из карманов и пошевелила пальцами. – Но мне надо купить перчатки.

Линц взял Тейт за руку, переплел пальцы с ее пальцами и засунул ее руку в карман своего кожаного пальто с мехом. Согреваясь, она вздохнула. Они шли плечом к плечу по тротуару.

– Лучше?

– Лучше, – ответила Тейт. – Как Элли?

– Крепко спит.

Тейт подумала, что Элли похожа на куколку. Она осторожно провела тыльной стороной ладони по щечке девочки.

– Она такая красивая, Линц.

Он кивнул и взглянул на Элли.

– Очень красивая, – произнес он. В его голосе было столько нежности, что Линц совсем не походил на сильного и властного директора международной компании.

Согревшись и успокоившись, Тейт положила голову на плечо Линца и поймала ртом снежинку.

Что подумала бы Кари, зная, что Тейт идет рука об руку с ее бывшим любовником и отцом ее сына? Будет ли ей это безразлично? Или она станет ревновать Линца? Тейт напомнила себе, что Кари никогда и ничем не любила ни с кем делиться. Когда Кари переехала к ним жить после смерти своей матери, она отобрала у Тейт комнату, ее одежду и игрушки.

Нет, Кари, безусловно, не была бы в восторге от близости Линца и Тейт.

– Эй, ты сейчас раздавишь мне пальцы, – сказал Линц.

Тейт поморщилась и виновато на него посмотрела.

– Извини. Когда я думаю о своей сестре, я быстро прихожу в ярость.

– Я тебя понимаю, – с горечью ответил Линц.

Она нежно сжала его пальцы.

– Я очень сожалею о том, как она поступила с тобой и Шоу, Линц. Я пыталась ее образумить.

Линц кивнул:

– Я ценю это. Я могу простить ее за то, что она бросила меня. Но я не прощу ей, что она бросила Шоу. Я терпеть не могу людей, которые увиливают от своих обязанностей.

По его тону Тейт поняла, что Кари не была первым человеком, который разочаровал Линца.

– Кто еще тебя предал? – спросила она. На красивом лице Линца промелькнуло удивление и раздражение. – Ты не обязан мне отвечать. Мне просто любопытно.

– Это было очень давно, Тейт. До моего знакомства с Коннором. Мой отец бросил меня и маму, когда мне было пять лет. – Линц смотрел прямо перед собой. Его голос стал суровее. – Мы с мамой пошли за рождественскими покупками. Мы купили ему перчатки для гольфа. Когда мы вернулись домой, его уже не было. Он снял все деньги с совместного банковского счета, взял одежду и исчез.

Тейт поморщилась.

– Твоя мать не пыталась его разыскать?

– На его поиски требовались деньги, а у нас их тогда не было.

– Наши истории в чем-то похожи. Мои родители развелись, и мой отец исчез из моей жизни. Он забыл обо мне, когда забеременела его новая жена. После рождения моего единокровного брата, я вообще перестала для него существовать.

Линц пригладил рукой волосы.

– По сути, из нас не должны были получиться хорошие родители.

– Ты отлично ладишь с Шоу, – тихо сказала Тейт и подышала на свои руки. Заметив это, Линц опять засунул ее руку себе в карман.

– Это благодаря Коннору и Джо.

Она решила сменить тему:

– Кстати, Кари всегда была…

– …самовлюбленной эгоисткой?

– Еще хуже, – призналась Тейт. – Мне было восемь лет, когда она стала жить с нами.

– Потому что ее мать умерла? – Линц пожал плечами. – Кари не говорила о своем прошлом и никогда не обсуждала свое будущее. Это была одна из ее привычек, которая сводила меня с ума.

В этом плане Тейт и Кари были похожи. Тейт редко откровенничала о своем детстве и мучительных подростковых годах. Она не загадывала более чем на год-два вперед. Это была общая черта Харпер.

Но Линц заслуживал объяснения. Он должен знать, какой была Кари на самом деле.

– Моя мать и ее сестра-близнец были очень близки, – сказала Тейт. – Когда мать Кари умерла, моя мать занималась только Кари.

– А чем занималась ты? – хрипло спросил Линц.

– Я пыталась выжить, – тихо призналась Тейт. – Кари потеряла свою мать, но и я фактически осталась без матери.

Линц сжал ее руку, сочувствуя Тейт. Это дало ей сил и смелости продолжать.

– Моя мать воспитала в Кари настоящего монстра, но не хотела этого признавать. Я должна была ходить по струнке, а Кари вытворяла все, что хотела. В одиннадцать она была невыносимой, в тринадцать стала неуправляемой, а в шестнадцать лет она бросила школу и переехала к своему двадцатичетырехлетнему бойфренду.

– Я этого не знал. Я думал, она училась в университете, где изучала искусство. – Он пожал плечами и помрачнел. – Я познакомился с ней в художественной галерее.

Тейт остановилась и посмотрела на хмурого Линца.

– Сделай мне одолжение. Не относись ко всему, что сказала тебе Кари, как к истине в последней инстанции.

– Она была в Европе? Она работала моделью в Париже? Она работала в Гонконге в отделе маркетинга престижной компании по пошиву одежды?

Тейт не ответила, а только пожала плечами и засунула руки в карманы своей куртки.

– Наверное, она верила всему, что тебе говорила. И знай, ты не виноват в том, что она ушла от тебя. Она не любит постоянство.

Пристальный взгляд серо-стальных глаз Линца пригвоздил Тейт к месту.

– А ты его любишь? – спросил он.

Тейт прикусила губу и посмотрела на мокрую дорогу. Благодаря невеселому прошлому, она стала скрытным человеком и жила в собственном мире. Она старательно избегала обязательств и влюбленности.

– Я не стремлюсь к постоянству. – Тейт вздернула подбородок и посмотрела Линцу в глаза. – Вот почему я не могу воспитывать Элли. Я не могу взять на себя полную ответственность за нее. Мне необходима свобода.

Печальная улыбка тронула уголки рта Линца. После минуты напряженного молчания он поднял руку и провел пальцем по нижней губе Тейт.

– По крайней мере, ты откровенна, Тейт. – Линц посмотрел на яркоокрашенную фиолетовую дверь, и Тейт проследила за его взглядом. Они были у здания детского сада.

Тейт одной рукой держала ручку коляски Элли, а другой – руку Шоу. В ее кармане звонил телефон.

Это был Линц.

Он звонил ей уже четвертый раз за последние полтора часа, и Тейт раздумывала, стоит ли ему отвечать. Вздохнув, она вынула телефон из кармана. Вне сомнения, Линц хочет знать, как дела у Шоу.

– Я думал, ты не ответишь, – произнес Линц глубоким, сексуальным голосом.

Тейт закатила глаза.

– Привет, Линц!

– Я просто хочу убедиться, что Шоу без проблем отпустили с тобой из детского сада.

Тейт решила над ним поиздеваться:

– О боже. Его уже пора забирать? Разве уже половина четвертого?

Линц не ответил, и Тейт протянула телефон Шоу:

– Поздоровайся с папой.

– Привет, папа!

Глаза Тейт едва не вылезли из орбит, когда она услышала дальнейшие слова Шоу.

– Да, Тейт ждала меня, когда я вышел. Нет, я ее не ждал. Пап, мне завтра надо много кексов. Ну, очень-очень много.

Тейт услышала громкий стон Линца и жестом попросила Шоу отдать ей телефон.

– Баллантайн, не доводи себя до сердечного приступа. – Она направилась с детьми к дому. – Я забрала твоего ребенка, мы идем домой.

– Ты слышала про кексы? – спросил Линц, и Тейт представила себе, как он теребит руками волосы.

– В Манхэттене куча пекарен. Прикажи своим служащим купить все, что нужно. Это проще простого.

– Черта с два, – прорычал Линц. – Подожди. Мне должны были прислать уведомление об этом на электронную почту.

Тейт толкала перед собой коляску и лениво слушала, как Шоу оживленно болтает с Элли. Когда Линц заговорил снова, его голос был напряженным.

– Я нашел письмо. Я полагал, что этим займется Джо, поэтому проигнорировал его. Требуется двадцать четыре домашних кекса. И желательно, чтобы ребенок помогал их выпекать.

– Значит, покупка кексов отменяется.

– Да, в детском саду настаивают, чтобы члены семьи как можно чаще бывали вместе. Черт, у меня сегодня проклятая фотосессия, на ужин придут родственники. И теперь я должен печь кексы! Пристрели меня!

– Двадцать четыре? – спросила Тейт. – Скольких детей они собираются кормить?

– Они просят сделать побольше кексов, чтобы передать их в приюты для пострадавших женщин и детей.

Тейт смягчилась.

– Что за фотосессия?

– Наш эксперт по связям с общественностью настаивает на том, чтобы мы вчетвером снимались в рекламе. Мы должны быть одинаково одеты и рекламировать ювелирные изделия или драгоценные камни, которые нам нравятся, – объяснил Линц. – Идея в том, чтобы заставить людей читать об этих изделиях и покупать их.

– Это прекрасная идея. И она работает?

– Да, после рекламной кампании Джегера и Бека уровни продаж выросли.

Шоу дернул Тейт за рукав. Она посмотрела вниз и увидела озабоченное лицо мальчика. Тейт ободряюще ему улыбнулась.

– Погоди, Линц, я переговорю с Шоу. – Она повернулась к Шоу и спросила: – Если я испеку кексы, ты украсишь их с папой?

Шоу энергично кивнул:

– Можно сделать кексы как животных? Или как космических монстров?

Тейт наконец поняла, во что ввязалась. Животные? Космические монстры? Ну, с помощью Интернета, она что-нибудь придумает.

– Ты согласен, Линц? – спросила его Тейт.

– Я знаю, что ты умеешь готовить, но выпечка…

– А ты умеешь делать выпечку? И главное – ты хочешь попытаться испечь двадцать с лишним кексов после тяжелого трудового дня? – дерзко ответила Тейт.

Линц тяжело вздохнул.

– Нет, я не умею.

Тейт улыбнулась.

– Тогда кексами займусь я. А ты подумай о том, как со мной расплатиться. – Ее голос стал соблазнительным. Услышав резкий вздох Линца, она поняла, что играет с огнем.

– Что именно ты имеешь в виду? – спросил Линц низким и хриплым голосом.

Тейт закрыла глаза:

– Забудь о том, что я сказала.

– Почему у тебя красное лицо? – спросил Шоу. – Ты заболела?

Тейт услышала злобный смех Линца.

– Ты покраснела, Тейт? О чем ты думаешь?

– Не скажу. – Она подняла руку к горячим щекам.

– Все нормально, потому что мое воображение достаточно яркое для нас обоих. Я просто рад, что я не одинок в моих желаниях.

Тейт снова покраснела, представляя, как проводит рукой по рельефным мышцам живота Линца, его спине и ягодицам.

– Мы не можем этого сделать, Линц. Не надо усложнять нашу жизнь.

– Я знаю. Я пытался образумиться, но я хочу тебя, Тейт. Мы не пара, но я ничего не могу с собой поделать. Я продолжаю думать о твоем теле и о том, как я буду заниматься с тобой любовью, пока ты не забудешь свое имя.

Тейт почувствовала пульсацию желания.

– Ты дьявол, – прошептала она. – Это не очень хорошая идея, Линц. Ты знаешь об этом.

– К черту хорошие идеи, – пробормотал он.

Боясь, что наедет коляской на фонарный столб, если они продолжат этот разговор, Тейт включила телефонную гарнитуру и стиснула зубы. Она взялась за ручку коляски одной рукой и крепче сжала другой рукой руку Шоу.

– У тебя есть ингредиенты для кексов? – спросила она Линца.

– Ты решила сменить тему?

– Ты угадал. – Она услышала его разочарованный вздох. – Итак, об ингредиентах.

– Я не знаю, что находится в кладовой, – наконец ответил Линц. – Я попрошу Эми отправить стажеров в магазин.

– Мука, яйца, сахарная пудра, пищевой краситель, – перечисляла Тейт. – Не надо лишнего. Кстати, твои стажеры делают реальную работу или только облегчают тебе жизнь?

– И то, и другое, – сказал Линц. – Я приеду домой, как только смогу. Если я не приеду к пяти, впусти в дом Кади и фотографа, когда они придут.

– Ага. И еще я отправлю тебе текстовое сообщение о том, что в доме безопасно, – произнесла Тейт.

– Спасибо. Я знаю, ты считаешь меня параноиком, но Шоу…

– Это тот человек, ради которого ты живешь, – мягко сказала она.

– Тейт?

– Что?

– О нас с тобой. Мы можем и дальше сопротивляться друг другу, но я подозреваю, что когда это произойдет, а это произойдет, с нашего дома слетит крыша.

Глава 7

Примерно в пять часов вечера того же дня Тейт чувствовала себя так, словно пробежала Нью-Йоркский марафон, отразила инопланетное вторжение и провела десять раундов с боксером-тяжеловесом. Двадцать четыре кекса остывали на столе, Шоу объелся сладкого, вылизывая смесительную чашу миксера, а Элли требовалось сменить подгузник. После сегодняшнего трудового подвига Тейт прониклась уважением к женщинам, сидящим дома с детьми. Это было занятие не для слабонервных.

Усадив Шоу перед телевизором, по которому показывали его любимые шоу, она взяла Элли из манежа. Девочка протянула ей ручки, и Тейт поцеловала ее пальчики. Услышав смех Элли – глубокий и хрипловатый, как у Кари, Тейт прижала к себе малышку и уткнулась носом в ее шелковистые локоны. Девочка была сказочно мила.

Глядя на кухню, Тейт вздрогнула. Шоу настоял на том, что он будет помогать ей с выпечкой, поэтому кухня выглядела как эпицентр мучных войн. Ей надо было поставить посуду в посудомоечную машину, подмести пол, а потом предстояло украсить кексы.

Тейт мрачно посмотрела на три массивные сумки на обеденном столе. Несмотря на просьбу Тейт, стажер фирмы Баллантайн купил много лишнего, а именно формочки, трафареты, съедобные цветы и глазированные фигурки животных. Украшать кексы будет непросто.

Элли поерзала и пискнула, напоминая Тейт, что она мокрая и голодная. Тейт поцеловала ее надутые губы и прошла на первый этаж.

Повернув за угол, она услышала, как открывается входная дверь. В коридоре были люди во главе с Джегером Баллантайном, который нес на руках маленького мальчика не намного старше Элли.

– Привет, Тейт, – сказал Джегер, придерживая спиной входную дверь. – Тяжелый день? – весело спросил он.

Прежде чем она успела ответить, к ней подошла стройная женщина. Наклонившись, она быстро поцеловала Тейт в щеку.

– Я Пайпер. Я очень хотела с тобой познакомиться. – Пайпер коснулась плеча маленького мальчика. – Это Ти, наш сын.

– Привет, – по-доброму сказала Тейт, наблюдая за входящими в дом людьми.

Она поздоровалась с братьями и сестрой Линца и увидела, как Бек схватил брюнетку за руку.

– Кади, познакомься с Тейт. Она… – Бек бросил на Тейт озадаченный взгляд. – А кто ты?

– Друг семьи, и временная няня Шоу, – ответила Тейт и пожала руку Кади. Не желая вдаваться в подробности своих отношений с Линцем, она кивнула холеному мужчине в черном. У него за спиной стояли две женщины. Это был фотограф и его ассистентки.

– Похоже, у тебя куча дел, – сказала Тейт, обращаясь к Кади.

Стоя спиной к фотографу, Кади закатила глаза.

– Ты не представляешь. – Она посмотрела на часы и нахмурилась. – У Хосе мало времени. Линц наверху? Он одевается?

Тейт поморщилась:

– Увы. Он еще не приехал домой.

Заявление Тейт было встречено серией стонов, громче всех стонала Кади.

– Серьезно? – спросил Бек, положив руки на талию.

– Серьезно, – ответила Тейт.

Кади сдавленно простонала и хмуро посмотрела на Бека, который всплеснул руками.

– Что? Я не сторож своему брату.

Кади ткнула пальцем в его плоский живот.

– Найди его. У Хосе только два часа.

Пайпер, неся два продуктовых пакета, подняла их.

– Мы с Джегером приготовим ужин.

Тейт поморщилась:

– Э-э-э… Я сожалею, но на кухне беспорядок. Я пекла кексы для Шоу, он понесет их в детский сад завтра. Я поменяю подгузник Элли и все уберу. Мне необходимо пять минут.

Сейдж взяла Элли.

– Я поменяю подгузник мисс Великолепие, если ты не возражаешь.

– Она привередливая, – предупредила Тейт.

– Я годами жила с Линцем, Шоу и Джо. Я сменила много подгузников. Все будет хорошо. – Сейдж понесла Элли вверх по лестнице, напевая.

Как только Тейт собралась с Пайпер и Джегером на кухню, входная дверь распахнулась и появился Линц. Он сразу уставился на Тейт в упор, и у нее стало покалывать кожу.

– Привет.

– И тебе привет, – выдавила Тейт и захотела коснуться ладонями его лица и поцеловать в губы.

– Ты выглядишь…

«Потрясающе. Безумно привлекательно. Сексуально».

– …так, будто тебя уронили в чан с мукой.

Тейт посмотрела на свою рубашку и увидела на ней муку и тесто.

– Кексы, – напомнила она.

Линц на секунду закрыл глаза.

– Проклятье! Я забыл. Сколько там еще делать?

– Много.

Кади, выглядя нетерпеливой, встала между ними и взглянула на часы.

– Линц, у нас мало времени, а ты опоздал на пятнадцать минут. Переоденься и будь готов к съемке через пять минут.

Линц поставил сумку с ноутбуком на стол в гостиной.

– Джинсы и белая рубашка?

– Да. Ты должен выглядеть небрежным. И никакой обуви. – Услышав, что фотограф зовет ее, Кади бросилась по коридору. Тейт собиралась пойти на кухню, чтобы там прибраться, но Линц схватил ее за запястье и потянул к лестнице.

– Линц, Пайпер готовит ужин, а на кухне беспорядок, – запротестовала Тейт, хотя ноги несли ее следом за Линцем.

– Они справятся сами, – ответил Линц. – Где Шоу?

– На первом этаже, смотрит телевизор.

– Элли?

– Сейдж меняет ей подгузник.

– Значит, ты уделишь мне десять минут? – спросил он, когда они поднялись на второй этаж.

– Ну, да.

Линц провел ее в спальню, оформленную в коричнево-кремовых тонах. Обняв Тейт, он жадно и страстно припал к ее губам. Ах, как замечательно он целовался! Его губы были такими умелыми, язык шелковистым, а дыхание сладким. Сильными, мускулистыми руками он прижимал Тейт к своему телу, и она радовалась его поддержке, потому что могла в любой момент рухнуть на пол. Линц обхватил одной рукой ее ягодицы, а пальцы другой руки запустил ей в волосы, удерживая ее голову на месте, и углубил поцелуй.

Она могла целовать Линца целую вечность. Когда его большая рука коснулась ее груди, а пальцы сжали ее напряженный сосок, Тейт всхлипнула, простонала, а потом снова всхлипнула. Ее руки ласкали его спину, грудь и бедра. Она хотела расстегнуть его ремень и запустить руки под его трусы.

Линц отстранился от нее и прижался лбом к ее лбу.

– Я фантазировал о тебе весь день. Я почти не работал.

– Я сожгла первую партию кексов, потому что фантазировала о тебе, – хрипло призналась Тейт.

Глаза Линца заблестели от удовольствия.

– Что я делал в твоих фантазиях?

– То, что ты делаешь сейчас, – прошептала Тейт.

– Ну, это довольно скромно по сравнению с тем, о чем фантазировал я. – Большая рука Линца коснулась ее щеки, он дотронулся пальцем до середины ее нижней губы. – Я хочу тебя, Тейт.

– Я знаю. Я тоже тебя хочу, – призналась Тейт. – Но есть тысяча причин, почему мы не должны этого делать.

– Но ты позволишь мне затащить тебя в мою постель?

У нее не было ни сил, ни воли ему сопротивляться.

– Мы два обычных взрослых человека, которых сильно влечет друг к другу, Линц. Наши отношения временны, и мы не должны привязываться друг к другу. Поэтому никаких эмоций, ладно?

– Успокойся, Тейт, я не прошу ничего больше. Я просто хочу переспать с тобой. Не обижайся, но ты не та женщина, на которой я хотел бы жениться.

Тейт показалось, что в ее сердце попал ледяной осколок. Глупая девчонка!

– Потому что я не стремлюсь к постоянству и не придерживаюсь традиций, – сказала она.

Линц пожал плечами.

– Но ты, безусловно, самая сексуальная женщина, которую я когда-либо встречал. И я хочу тебя так сильно, что мне трудно дышать.

Тейт нерешительно улыбнулась. Она сумеет отделить секс от эмоций, и тогда все будет в порядке.

– И последнее условие: за пределами спальни мы будем вести себя как обычно, – настаивала Тейт.

Линц игриво улыбнулся.

– Это как?

Она пыталась быть серьезной, но не сдержала улыбку.

– Я смотрю за детьми, а ты… Ты занимаешься тем, чем занимался.

– Договорились.

– Надо ли подтвердить сделку поцелуем? – нахально спросила Тейт, удивляясь самой себе.

Линц сначала выглядел искушенным, а потом погрустнел. Простонав, он шагнул назад и убрал руки с ее талии.

– Тейт, если мы снова это начнем, то будем раздевать друг друга. – Он посмотрел на часы и вздохнул. – Я должен переодеться. Какие джинсы? Какая белая рубашка?

Тейт вошла в его просторную гардеробную, заполненную кучей одежды.

– У тебя больше одежды, чем у меня, – сказала она, глядя на стопку джинсов.

– Ты же постоянно в разъездах, – произнес Линц, проходя мимо нее, чтобы выбрать белую рубашку. Их плечи соприкоснулись, и он, вдохнув, закрыл глаза. – Ты пахнешь божественно. Шоколадом и духами. И ванилью.

– Шоколадно-ванильными кексами, – ответила Тейт, выбрав ему дизайнерские джинсы.

Линц посмотрел на них с сомнением.

– Они очень старые.

– Они прекрасны, – успокоила его Тейт. – Нет ничего сексуальнее парня в рваных облегающих джинсах и хорошей рубашке.

– Как скажешь. – Он принялся раздеваться. Тейт стояла, открыв рот, и пялилась на его широкую грудь, покрытую волосками, и мускулистые руки.

Она прижала руку к животу и простонала.

– Что с тобой? – спросил Линц.

– Ты такой красивый, что я готова прямо сейчас прыгнуть на тебя.

– Я едва сдерживаюсь. Не провоцируй меня, Харпер!

– Но обнажен ты, а не я! – рассердилась Тейт.

Линц жадно припал к ее губам.

– Ох, как ты сексуальна! Как мне нравится, что ты так смотришь на меня.

Кокетливо улыбаясь, она провела указательным пальцем по центру его груди и животу.

– Ты такой хорошенький, Баллантайн. Я бы с удовольствием приласкала тебя.

– Заткнись, Харпер! Ты играешь с огнем, – сказал Линц, расстегивая брюки и спуская их вниз. Ее сердце колотилось как сумасшедшее. – Сегодня ночью ты будешь кричать от удовольствия. А пока уходи. – Он указал на свой возбужденный член. – Мне надо успокоиться.

Тейт кивнула. Да, разумнее всего сейчас уйти.

Но прежде она потянулась к белой рубашке, которую видела раньше. Это была простая белая рубашка с черными пуговицами. Сняв с вешалки, она вручила рубашку Линцу.

– Засучи рукава. И надень другие часы.

– Те, что с черным кожаным браслетом? – спросил Линц. – Они старые.

– Но они очень сексуальные. Как и ты. – Она чмокнула его бицепсы. – Линц, не забывай улыбаться. Это так соблазнительно.

В серых глазах Линца вспыхнул огонек.

– Я скоро спущусь.

Линц приложил все силы, чтобы выдержать бесконечную фотосессию Хосе. В конце концов Линц, с массивным кольцом Коннора на среднем пальце, был отпущен восвояси. Он ушел к себе, прошагал в ванную комнату и прислонился спиной к двери.

Он повертел кольцо с александритом на пальце, восхищаясь цветом камня. Коннор был еще жив, когда Линц попросил Кари выйти за него замуж. И слава богу, что Коннор был тогда жив. Иначе Линц подарил бы это кольцо Кари на их помолвку. Потеряв старинное кольцо Коннора, он никогда бы себя не простил.

Линц мечтал отдать кольцо с александритом той женщине, которую однажды назовет своей женой. Сняв кольцо с пальца, Линц уставился на него, представляя, как надевает его на палец женщине своей мечты и смотрит ей в глаза. Но вместо голубых или зеленых глаз, которые у него обычно ассоциировалась с его невестой, перед его глазами возник образ светло-карих глаз Тейт.

Линц надел кольцо на палец и ухватился за край раковины. Он сердито посмотрел на свое отражение в зеркале и приказал себе образумиться.

Тейт никогда не будет носить это кольцо, потому что Тейт ему не пара. Тейт олицетворяет собой свободный дух, брак станет для нее тюрьмой.

Да, их страстно влечет друг к другу, и как только дети уснут, они станут близки. Он насладится ее телом, но не станет ею увлекаться.

Женщины Харпер не любят ограничения и обязательства. Он хорошо усвоил этот урок с Кари. На этот раз он будет лучше подготовлен. Между ним и Тейт возможен только секс. Они плохо знают друг друга, являются полными противоположностями и проживают совершенно не похожие жизни.

Только секс, напомнил себе Линц, чувствуя очередную волну желания. Тейт – смелая, болтливая, интересная и непокорная. Она никогда не будет тихой, покладистой и спокойной женщиной, которая необходима Линцу.

Линц закрыл глаза, удивляясь тому, что еще одна женщина Харпер перевернула его жизнь с ног на голову.

Открыв глаза, он стиснул зубы. Он не позволит Тейт разрушить его спокойный, контролируемый, упорядоченный мир. Они насладятся друг другом, и их отношения закончатся.

А пока надо украсить кексы, искупать детей и прочитать Шоу сказку перед сном. Хотя сегодня Шоу может обойтись без сказки.

Сегодня Линц хочет поставить свои потребности и желания на первое место.

Глава 8

Линц сбежал вниз по ступенькам и остановился в дверях кухни, соединенной с гостиной. Повсюду царил хаос. В духовке запекалась лазанья. Кади и Пайпер сидели на большом кожаном диване ближе к кухне. Сейдж была в кресле напротив них и кормила Элли из бутылочки. Ти сидел на высоком стуле у стола с гранитной столешницей, а Шоу восседал на столе. Сжимая в руке пакет с ярко-зеленой глазурью, Шоу, прикусив губу, пытался выдавить глазурь на кекс.

Здоровенные братья Линца стояли по обе стороны от Тейт. Бек раскатывал ярко-желтое тесто, а Джегер нарезал фиолетовую глазурь специальной формочкой.

Тейт первой заметила появление Линца. Их взгляды встретились. Судя по ее затуманенным глазам и приоткрытому рту, она вспоминала их страстный поцелуй в гардеробной. Чтобы не выставить себя дураком, Линц отвел взгляд и поздоровался с Кади и Пайпер. Потом он наклонился и поцеловал в голову Сейдж и Элли. Пройдя на кухню, он погладил по голове Шоу.

Сияя, Шоу посмотрел на него:

– Мы так интересно играем, папа. Мы делаем кексы-космонавты.

Бек поднял голову и притворно нахмурился, глядя на Шоу.

– Космонавты? Я думал, мы делали динозавров!

– А я думал, мы делали монстров, – вмешался Джегер.

– Космонавты, – произнес Шоу таким тоном, словно его дядюшки были неотесанными идиотами. Он горделиво показал на плохо украшенные готовые кексы. Линц никогда не видел ничего такого, что выглядело бы минимально похожим на космонавтов.

– Красивые космонавты, – солгал Линц. – Сколько еще надо сделать?

Шоу поднял наполовину украшенный кекс и посмотрел на него с отвращением.

– Только этот. Тейт говорит, что надо сделать кексы для девочек. – Шоу одарил Тейт суровым взглядом. – Никакого розового. Никаких фей.

– Но я могу украсить кексы цветами? – Губы Тейт подрагивали в улыбке.

– Чуть-чуть, – неохотно согласился Шоу.

Линц подошел к огромному холодильнику и вынул из него три бутылки пива. Откупорив две бутылки, он поставил их перед своими братьями. Не сдержавшись, Линц провел пальцами вверх и вниз по рубашке Тейт и почувствовал ее мягкую кожу чуть выше пояса легинсов.

– Выпьешь вина, Тейт?

Линц заметил, что Тейт глотнула воздуха, когда его пальцы коснулись ее кожи. Ожидание убивало их обоих.

– Нет, спасибо, – выдавила она.

Откупорив бутылку пива, Линц сделал большой глоток. Он был голоден и хотел пить, но сильнее всего он хотел овладеть Тейт.

– Ты выяснил, кто скупает акции компании Баллантайн? – спросил Джегер, прислонившись к столу.

Линц покачал головой:

– Нет. Но я выясню.

– Как семья, мы владеем контрольным пакетом акций. Пока мы держимся вместе, мы защищены от враждебного поглощения компании. В совокупности у нас шестьдесят процентов акций компании, но компания «Лач-Ти» уже владеет пятью процентами. Я волнуюсь. – Бек поднял бутылку пива.

Беспокойство о компании Баллантайн и защита семьи – забота Линца. Но пока он знает только название фирмы, скупающей акции. Он решил обратиться к Рэйми, чтобы тот помог ему разобраться в ситуации.

Линц положил руку на плечо брата.

– Все будет хорошо, я обещаю.

– До тех пор, пока мы вместе, – озабоченно ответил Бек.

– Мы всегда будем вместе, – сказал Джегер, и Линц одарил его благодарной улыбкой.

Джегер отрывисто кивнул, посмотрел на духовку и заорал:

– Кто голоден?

– Я! – крикнул Шоу, размахивая пакетом с сахарной пудрой. Линц увидел потеки ярко-зеленой глазури на подбородке и груди Тейт. Быстро отреагировав, он перегнулся через стол и выхватил у Шоу пакет с пудрой.

– Осторожно, Шоу. – Линц улыбнулся, глядя на испачканные волосы Тейт. – Тейт выглядит как космонавт.

Вместо того чтобы помчаться в ванную комнату и умыться, Тейт стерла глазурь с подбородка пальцем и облизнула его.

– По крайней мере, я вкусная, – пробормотала она.

– Ну, – произнес Джегер, растягивая слова и поглядывая на Линца и Тейт. – У меня ощущение, что ужин будет коротким, и большой брат пинками выгонит нас отсюда, как только мы поедим.

Линц не сводил глаз с Тейт.

– Ты прав, – пробормотал он, и Тейт покраснела. – Можете уходить прямо сейчас. И заберите с собой лазанью.

Когда все ушли, Тейт принялась украшать кексы. Линц подошел к ней сзади и положил подбородок ей на плечо.

– Сколько еще осталось?

Тейт запрокинула голову и вдохнула аромат его одеколона и запах его тела.

– Три кекса. Если меня не будут отвлекать.

Линц коснулся носом ее виска, потом выпрямился. Он встал рядом с ней, опираясь бедром о стол.

– Как мне ускорить процесс? Чем тебе помочь?

Тейт подняла брови, стараясь не рассмеяться.

– Ты сумеешь украсить кексы лучше своих братьев и сына?

Линц улыбнулся:

– Вряд ли. – Он указал на ее симпатичные кексы. – Ты будешь переделывать их космонавтов?

Тейт покачала головой:

– Нет. Их украшал Шоу, и ему нравится то, что он сделал.

Линц запустил пальцы в свои короткие волосы.

– Ты права. – Он подошел к шкафу, вынул два бокала и бутылку очень дорогого виски.

– Как прошла фотосессия? – Тейт пыталась придумать повод отвлечься.

– Она была слишком долгой. – Он присел на стол.

Тейт заметила необычное кольцо на его среднем пальце.

– Джегер рекламировал сапфиры, Бек – красный берилл, а Сейдж – красные алмазы. Но я не узнаю твой камень.

– Александрит. – Линц снял кольцо и зажал его между большим и указательным пальцами. – Он выглядит как изумруд днем и как рубин ночью. Он меняет цвет в зависимости от источника света.

– Я не видела его раньше. – Тейт продолжала украшать кексы.

– Это кольцо Коннора. Это произошло примерно через шесть месяцев после того, как мы переехали сюда, и я выздоравливал после ветрянки. Мне было лучше, но врач настоял, чтобы я оставался дома, и я ужасно скучал. Я не поверил, когда Коннор пригласил меня поучаствовать в распродаже недвижимости где-то на севере штата. Он делал ставки и выиграл коробку, где была в основном бижутерия. Но среди хлама оказался потрясающий рубиновый кулон и это кольцо. Коннор был вне себя от радости, александрит был его любимым камнем. Кольцо пришлось ему впору. Он никогда не снимал его.

– И ты унаследовал это кольцо.

Линц повел широкими плечами.

– Он был моим единственным отцом. Он не был женат, но с помощью моей мамы он вырастил четверых детей и заставил нас чувствовать себя любимыми.

– А он и твоя мама?

Линц улыбнулся.

– Они были лучшими друзьями. Она очень горевала, когда он умер. Но, насколько я знаю, между ними ничего не было.

– И она не была против того, чтобы он тебя усыновил?

Линц пожал плечами:

– Я думаю, она возражала в самом начале. Но потом они договорились. Он хотел, чтобы я был его сыном. Коннор убедил ее, что он станет моим отцом, но она по-прежнему будет моей матерью.

Тейт положила руку на его колено.

– Ты скучаешь по нему.

– Очень. Он был моей путеводной звездой. Веселый, умный, жизнерадостный. Он удерживал нас всех вместе. Он был нашим харизматичным и бесстрашным лидером.

– А потом ты взял на себя эту роль, – заметила Тейт, думая, какая ответственность легла на широкие плечи Линца.

– Да, наверное. – Голос Линца стал хриплым от волнения.

– И ты не против этого?

– Коннор ждал, что так произойдет, и это достаточная причина. Хотя, честно говоря, бывают дни, когда я хочу сбежать. – Линц поднял бокал к губам, и Тейт заметила небольшую дрожь в его пальцах. – Семья живет дружно, но иногда кому-то надо прерывать споры. И это делаю я.

– По-моему, твои братья и сестры не согласны с этим. И, честно говоря, они вроде бы способны жить самостоятельно.

– Да, – признался Линц. – Но они всегда знают, что я стою у них за спиной и поддержу их в трудную минуту. Что касается компании, я буду защищать богатство и активы Баллантайнов, пока я жив.

В этом Тейт не сомневалась. Сын, семья и близкие всегда будут для Линца важнее всего. Он живет, чтобы защищать свою семью и компанию, которую его отец любил и создал. Но что делать с его личными желаниями? Линц настолько занят, что не позволяет себе расслабляться.

«Я могла бы любить его, будь я смелее. Будь я менее самостоятельной. Если бы я не боялась оставаться на одном месте. Я могла бы дать Линцу все, что ему требуется».

Но в реальности все, что она могла ему дать, – это секс. Страстный, бурный, умопомрачительный секс, который он никогда не забудет.

Тейт украсила розой кекс, положила кондитерский мешок на стол и отвела волосы ото лба тыльной стороной запястья.

Она устала. Ей хотелось принять душ и побыть с Линцем.

Тейт посмотрела на него.

– Шоу спит? – спросила она. Он кивнул. Тейт указала на монитор радионяни. – Элли тоже спит.

Линц не двигался и только смотрел на нее сверкающими глазами. Тейт затаила дыхание, когда Линц встал, и ее грудь коснулась его груди.

Он взял пальцами прядь ее волос. Она вздохнула, увидев, что ее волосы испачканы зеленой глазурью.

– Ты растрепанная, Харпер.

Она согласилась:

– Я знаю. Мне надо в душ…

– Ты растрепанная, но такая желанная и сексуальная, – тихо произнес Линц, игнорируя ее слова. – Ты пахнешь сахаром и шоколадом и духами, которые сводят меня с ума. Ты без макияжа, но твое лицо должно быть на обложке модного журнала. – Линц прижал руку к ее щеке, его большой палец коснулся ее скулы. Тейт схватила его за запястье, в ее жилах забурлила кровь, у нее пересохло во рту.

Линц запустил большой палец ей в рот.

– Я не могу дождаться, когда увижу тебя голой. Я знаю, что мои фантазии не соответствуют действительности.

Тейт положила руки ему на грудь и сделала глубокий вдох.

– Мне надо быстро принять душ, – сказала она умоляющим тоном.

Линц согнул колени и легко поднял ее на руки. Тейт обхватила его шею руками и прижалась к его сильному телу.

– Ты примешь душ позже, дорогуша, желательно со мной. Я так долго тебя ждал. Я больше не могу ждать.

– Но…

Линц проигнорировал ее протест и подошел к дивану, а потом поставил Тейт на ноги.

– Я хочу тебя, Тейт. Сейчас же.

Поднявшись на цыпочки, она поцеловала его в губы. Она не может дать ему то, что он желает и заслуживает на долгосрочной основе, но она даст ему то, о чем он просит ее сегодня.

– Возьми меня, Линц. Я твоя.

Линц быстро стянул с нее рубашку и бросил липкую одежду на пол. Тейт наблюдала за его реакцией, пока он смотрел на ее грудь и ласкал руками.

– Ты такая красавица, Тейт.

К ее удивлению, Линц убрал руки с ее груди и запустил пальцы в ее густые волосы, а потом стал жадно целовать в губы. От желания у нее закружилась голова. Тихо простонав, она расстегнула пуговицы его рубашки и стянула ее вниз, чтобы прикоснуться к горячей коже его широкой груди. Она провела пальцами по его животу, бедрам и возбужденной плоти.

Линц был изумительным. Судя по внезапным вздохам, ему нравилось то, что она делает. Он бормотал ее имя, и она слышала желание и вожделение в его голосе. Расстегнув бюстгальтер, он снял его с Тейт, обнажая ее грудь и напряженные, розовые соски.

– Красавица, – выдохнул Линц, и его руки скользнули под пояс ее легинсов, которые он потянул вниз. Он страстно уставился на ее тонкие трусики. Он обхватил руками ее бедра, разглядывая ее плоский живот и полоску волос, видимую через тонкую ткань, и длинные ноги.

– Ты само совершенство.

Она не считала себя таковой, но обрадовалась его словам.

– Ты тоже неплох, Баллантайн, – прошептала Тейт и смачно поцеловала его грудь, пытаясь расстегнуть ремень на его джинсах.

Линц запустил руку у нее между ног и большим пальцем коснулся самой чувствительной точки. Простонав, Тейт прижалась к его груди.

– Помоги мне, Линц. Я хочу чувствовать тебя, – сказала она, желая, чтобы его одежда испарилась.

– Не надо торопиться. Если мы не сдержимся, то я возьму тебя прямо на этом диване.

– Я хочу именно этого. Чего ты ждешь?

Линц вытащил презервативы из заднего кармана джинсов. Расстегнув джинсы, он стянул их с себя вместе с трусами, сел на диван и усадил Тейт на себя верхом.

Она довольно улыбнулась. Она больше не хотела ждать. Она желала почувствовать Линца внутри себя. И наконец он вошел в нее, быстро и уверенно. Она расслабилась и отдалась ощущениям, из ее головы вылетели все мысли.

Линц ласкал ее грудь и дразнил пальцами сверхчувствительные соски, ритмично входя в Тейт. Он шептал ей нежные слова, но она не могла говорить, а только целовала его в ответ.

Он повернул голову так, чтобы говорить ей на ухо:

– Ты такая сладкая, Тейт. Ты так мне нравишься.

Она закричала, ощущая взрывное наслаждение и свободу, и подумала, что ее тело разлетается на миллионы осколков. Она смутно слышала, как стонет Линц, а потом почувствовала, как он крепче прижал ее к себе.

Ей казалось, что прошло столетие, прежде чем она вернулась в реальность и поняла, что прижимается щекой к груди Линца.

– Мы сделали это, – пробормотал он, отводя волосы от ее лица.

– Безусловно. – Тейт довольно улыбнулась.

– Секс был фантастическим. Но я имел в виду, что нам удалось не разбудить детей.

О верно. Она забыла о детях.

– Ура!

– Ты хочешь повторить, но уже медленно? – спросил он и почувствовал, как она улыбается.

Посмотрев на него, Тейт кивнула.

Глава 9

Тейт медленно проснулась, вытащила прядь волос изо рта и простонала в подушку. Борясь с желанием снова уснуть, она зевнула и нахмурилась, когда поняла, что постельное белье темно-коричневого цвета, а не белого, как в ее кровати.

Линц. Секс. Всю ночь напролет. Они начали на диване и закончили в спальне Линца. Они были ненасытны, тянулись друг к другу снова и снова, желая получать удовольствие.

Он был ее лучшим любовником. Хотя в ее постели побывало мало мужчин, она все равно была уверена, что Линц лучший из них. Нежный, требовательный, уверенный и раскованный.

Тейт не могла жаловаться. Хотя нет, у нее есть одна претензия: сейчас она лежит в постели Линца, а он к ней не прикасается. Но это можно исправить. Тейт перевернулась, и вместо того, чтобы притронуться к разгоряченному, сильному и обнаженному телу Линца, она прикоснулась к маленькому телу во фланелевой пижаме с вертолетами. Тейт сразу взглянула на свою грудь и облегченно вздохнула: она была в футболке Линца.

Она в замешательстве подняла голову и увидела Шоу и Элли, лежащих на груди Линца, закрытой футболкой. Девочка уткнулась лицом ему в шею, и он обнимал ее рукой за спину. Ресницы касались его щек, его подбородок покрывала густая щетина.

Тейт заметила радионяню на ночном столике рядом с Линцем и попыталась понять, сколько она проспала. Она подумала, что они выглядят как настоящая семья, и запаниковала.

– Добро пожаловать в жизнь с детьми, – растягивая слова, проворчал Линц.

Тейт уперлась локтем в кровать и положила голову на руку. Она посмотрела на Линца, который лежал с закрытыми глазами.

– Когда они проснулись?

Линц открыл глаз и поднял руку, чтобы взглянуть на свои наручные часы.

– Шоу пришел сюда в пять часов, мисс Элли заревела в шесть.

Тейт поморщилась.

– Я ничего не слышала. Ты должен был меня разбудить.

Линц повернул голову и посмотрел на нее серыми глазами. От его взгляда по ее телу пробежал жаркий трепет.

– Я пытался. Ты даже не шелохнулась, когда я надевал на тебя свою футболку.

– Вероятно, потому, что мы уснули всего несколько часов назад. – Она указала на Элли. – Спасибо. Я у тебя в долгу.

– Да. – Линц лениво улыбнулся. – Если бы мы были одни, я сказал бы тебе, чем ты можешь мне отплатить.

Тейт покраснела, потом открыла рот, чтобы сделать остроумное замечание, но ничто не пришло ей на ум. Не потому, что Линц олицетворял собой первобытного самца, а потому, что она вернулась назад во времени. Она вспомнила себя маленькой девочкой, которая забиралась в постель родителей на рассвете, просыпалась в объятиях отца и слышала, как он низким голосом предлагает ей снова уснуть.

У нее было несколько лет счастья и благополучия, которые закончились, как только в их дом переехали Кари и Лорен. Ничто не длится вечно, и ей остается только вспоминать этот милый и приятный сценарий из своего прошлого. Одно дело – заниматься сексом с Линцем, и совсем другое дело – играть с ним в счастливую семью с детьми. Она может привыкнуть к нему, а потом начнет тосковать. Однажды Тейт потеряла благополучную семью и не желает страдать снова.

Тейт собиралась сесть, когда Элли медленно открыла глаза и внимательно на нее посмотрела. Она зевнула и протянула Тейт маленькую ручку, глаза девочки были полны любви. Улыбаясь, она сползла с груди Линца через спящего Шоу, и Тейт взяла ее на руки. Элли обняла ее за шею пухлыми ручками и уткнулась носом в ее подбородок. Тейт затаила дыхание.

Удивляясь доверчивости Элли, Тейт крепко обняла ее, чувствуя, как ее переполняет любовь к малышке. Если она оставит Элли у себя, ей придется пожертвовать своей работой, которая ей нравится и приносит много денег. Держа Элли на руках, Тейт встала и подошла к окну спальни Линца, раздвигая тяжелые портьеры, чтобы посмотреть на обледенелую дорогу. Она тяжело вздохнула. Даже если она откажется от свободы и независимости и начнет воспитывать Элли, хватит ли у нее средств? У нее есть солидный банковский счет, и она может купить квартиру. Но все равно, для того, чтобы покупать еду и одежду и оплачивать коммунальные услуги, ей придется работать. То есть оставаться на одном месте. При мысли об этом Тейт вздрогнула. У нее годами не было постоянного места жительства.

Ее сильнее беспокоило то, что Элли начнет привыкать к ней. Возможно, ее племянница получит психологическую травму, когда ей придется вернуться к своей матери. Почувствовав, как Линц обнимает ее за талию, Тейт вздохнула. Она прижалась спиной к его груди, он прижался подбородком в ее макушке.

– Все кажется таким реальным, да? – нежно спросил он.

Тейт кивнула, к ее горлу подступил ком.

– По-моему, я не смогу этого сделать, Линц.

Она должна была отступить и вернуться к своему одиночеству, в котором ей было так хорошо.

– О чем ты, Тейт? О нас?

– Между нами был только секс, – сказала она и не поняла, почему Линц внезапно напрягся. – Я не уверена, что дам Элли то, что ей нужно. – Голос Тейт дрогнул. – Она начинает доверять мне, начинает полагаться на меня, но через несколько дней или недель я отдам ее Кари.

– Если ты ее найдешь.

– Рэйми найдет ее, – ответила Тейт. Он должен был ее найти. Именно Кари обязана принять окончательное и важное решение о будущем Элли. – Я боюсь, что в конечном счете наврежу ей своей любовью.

Линц потерся подбородком о ее волосы, и Тейт почувствовала, как он ободряюще сжал ее бедра руками.

– Тейт, доверию можно научиться. Когда мы учим детей любить и доверять, будучи сами любящими и надежными, они узнают, чего можно ждать от взрослых.

Тейт недоверчиво фыркнула.

– Не представляю, чтобы Кари обучала Элли этим правилам жизни.

– Я тоже. – Линц отпустил Тейт и встал рядом с ней, упершись плечом в стену, его лицо посерьезнело. – Я понимаю, что ты беспокоишься о благополучии Элли, но я подозреваю, что ты также волнуешься о своих эмоциях и спокойствии.

Тейт потерла спину Элли, понимая, что маленькая девочка уснула. Тейт наклонила голову набок, сомневаясь в том, что хочет слушать Линца.

– Тебе не нравятся эмоции, и ты волнуешься за себя. Ты боишься слишком привязаться к ней. Ты беспокоишься, что будешь тосковать, когда ее заберут у тебя.

О, Линц абсолютно прав. Она не хотела скучать по Элли или Шоу. И по Линцу. Но скучать она будет. Она провела так мало времени с Линцем в этом доме, который полюбила.

– Дело в том, что Элли необходима твоя любовь, даже если однажды твое сердце пострадает. Потому что демонстрация любви и привязанности – именно то, что надо делать. Элли невинная сторона в этом деле, Тейт. Ее нельзя наказывать. – Линц обнял шею Тейт ладонью и прижался лбом к ее лбу. – Единственное, что ты можешь сделать, – это облегчить ей жизнь. Даже если после этого твоя жизнь усложнится.

– Нет, Линц! – воскликнула Тейт. – Я не хочу нести такую ответственность. Я хочу быть свободной и независимой и отвечать только за себя.

– Так проще всего, дорогая, – тихо и резко произнес Линц. – Никаких связей, никаких обязательств, никакой ответственности. Тебе приходится думать только о себе, постоянно. Это способ защититься от жизни и того дерьма, которое она бросает тебе. И это действительно хороший способ избежать страданий.

Он был прав. Его слова были обидными, зато правдивыми.

– Почему путешествия, Тейт? Почему ты продолжаешь ездить с места на место? – Линц жестом предложил ей сесть в большое кресло у кровати. Тейт села, держа Элли на руках. Она посмотрела в окно на холодные капли дождя.

Линц сел на краю кровати, его колени касались ног Тейт. Он оперся локтями о бедра и внимательно посмотрел на нее.

– Поговори со мной, Тейт. Тебе надо выговориться.

Элли, разбуженная движениями своей тетки, села, потерла глаза и выплюнула соску. Она оттолкнула руки Тейт, сползла с ее коленей и опустила ноги на пол, держась одной рукой за стул, а другой – за ногу Линца. Покачавшись на ногах, она шлепнулась на попу, улыбнулась и поползла в сторону. Тейт протянула к ней руки, но Линц остановил ее.

– Оставь ее, Тейт, пусть ползает. Поговори со мной.

Тейт знала, что, если она откажется говорить о своем прошлом, он не будет настаивать. Но она хотела, чтобы он знал, что именно сформировало ее характер. Держась свободно и непринужденно, она рассказала ему о своем детстве, разводе родителей, предпочтении матери своей племянницы и причине, почему она и ее сестра годами не общались.

– Спасибо, что защищала меня. Вернее, нас, – сказал Линц.

– Моя ссора с Кари из-за того, что она бросила тебя и Шоу, создала дополнительное напряжение между моей матерью и мной. После этого мы с ней мало общались. Потом она умерла, и теперь наши отношения уже не исправишь.

– Мне очень жаль, дорогая.

Тейт скрестила ноги, повернулась и положила голову на спинку кресла.

– Мне очень жаль, что две женщины Харпер превратили твою жизнь в хаос.

Глаза Линца весело сверкнули.

– Все в порядке. Ради прошлой ночи можно вытерпеть любой хаос.

Ей надо было извиниться.

– Я особенно сожалею, что поведение Кари заставило тебя избегать любви и отношений, Линц. Ты отдал ей слишком много энергии. Но не все женщины одинаковы. Ты должен попробовать еще раз. Ты хороший парень, и ты заслуживаешь счастья.

Она увидела гнев в глубине его глаз.

– Кто бы говорил, Тейт. Она сломала тебе жизнь. Ты бежишь от обязательств, людей и стабильности, потому что твоя семья отвергла тебя. У тебя хватит смелости, чтобы измениться?

– Нет, я так не думаю.

Линц протяжно выдохнул и встал.

– Да. Я согласен. – Он провел руками по голове, его рубашка приподнялась, обнажая полоску темных волос на животе. – Я иду вниз, чтобы приготовить кофе. Я могу забрать Элли, чтобы ты приняла душ.

Обсуждение закончилось – Тейт облегченно вздохнула. Она кивнула в знак благодарности и посмотрела, как Линц взял Элли на руки, словно футбольный мяч. Девочка восторженно рассмеялась.

Он посмотрел на нее сверху вниз, а потом на Тейт и вдруг посерьезнел.

– Хитрость в том, чтобы радоваться, пока есть такая возможность, Тейт.

Он говорил об Элли. А также о ночи, которую они провели вместе. Он был прав. Тейт должна наслаждаться каждым моментом.

Прошла неделя, и наступила еще одна холодная суббота. Была вторая половина дня, Тейт осталась в «Берлоге» одна. Линц повез Шоу на день рождения, они должны были вернуться только вечером. Элли уснула в кровати Тейт после обеда. Тейт спустилась вниз, недоумевая. Прошедшие три недели она почти никогда не бывала одна. Чем ей заняться в ближайшие пару часов?

Она может потренироваться. Линц предложил ей пользоваться спортзалом в подвале, но тренироваться ей не хотелось. Можно посмотреть телевизор. Подумав о просмотре фильма, Тейт наморщила нос.

Больше всего она хотела подняться наверх, улечься в постель с Линцем и провести вечер, наслаждаясь его объятиями. Тейт остановилась на нижней площадке лестницы. Ей стало не по себе. Она постоянно думает о Линце. Неужели она все-таки им увлеклась?

Тейт села на нижнюю ступеньку, положила подбородок на руки и уперлась локтями в колени. Она ведет себя не как няня.

Ну, она забирает Шоу из детского сада, играет с ним после обеда, давая Линцу возможность работать. Когда он приходит домой, она не ведет себя как хорошая нянька, которой следует уходить в свою комнату. Нет, она бросается ему в объятия. Иногда, в зависимости от того, чем заняты дети, они занимаются любовью по-быстрому, а потом наслаждаются друг другом всю ночь.

Тейт скучала по своей работе, но не так сильно, как она ожидала. Для того, кто любил одиночество и не мог сидеть на одном месте, она была удивительно довольна собой. И это жутко ее напугало. Когда она представила, что возвращается на работу и опять мотается по аэропортам, безликим отелям и туристическим районам, ей стало не по себе. Она не могла отказаться от своей работы, независимости и свободы, которую любила. Но мысль об отказе от Линца и детей ставила ее в тупик. Она не хотела жить без него и детей. И в глубине души она знала почему.

Она полюбила жить в «Берлоге», быть мамочкой Элли и няней Шоу.

И еще она влюбилась в бывшего жениха своей сестры.

Тейт опустила голову и прерывисто вдохнула.

«Нет! Ты не должна его любить, Тейт. Да ты идиотка!»

Тейт проклинала себя, думая, что определенно свихнулась.

Она не может его любить. Ее просто временно соблазнил этот прекрасный дом, двое милых детей и мужчина, при виде которого она теряет голову. Она вообразила себя частью семьи, к которой она никогда не будет принадлежать.

«Очнись, Харпер!»

Скоро позвонит Рэйми и скажет, что он нашел Кари. И Тейт вернет ей Элли. Да, Тейт будет переживать. Но она уедет из «Берлоги» и вернется к работе. Она не станет рисковать и пытаться создать семью с Линцем. Она не переживет потери еще одной семьи.

Так должно быть. Но почему же при мысли об этом к ее горлу подступает горечь? Почему, думая о расставании с Линцем и детьми, она чувствует себя так, словно ее ведут на казнь?

«Вернись в реальность! Прекрати мечтать о том, чего у тебя не может быть. И забудь о любви к Линцу. Позвони Рэйми и выясни, как идут поиски Кари. А потом свяжись со своим продюсером и узнай место своей очередной командировки. Ты должна жить дальше».

Тейт ущипнула себя пальцами за переносицу и вздохнула. Возможно, ей все-таки надо потренироваться, чтобы избавиться от глупых мыслей.

Глава 10

Линц стоял перед стеклянной витриной, в которой было выставлено кольцо Коннора с александритом, держа в руке бокал виски. Вокруг него были богачи и элита из Манхэттена и нескольких десятков других городов, которые пили французское шампанское и лакомились канапе, сверкая белозубыми улыбками.

Современная и интересная коллекция Сейдж имела оглушительный успех, а коллекция редких драгоценных камней Баллантайн произвела фурор. Эми вызвалась понянчиться с Шоу и Элли; десять минут назад Линц узнал, что дети спят.

Впервые за долгое время он наслаждался вечеринкой только потому, что Тейт была рядом с ним и делала содержательные замечания о его гостях. Она выглядела восхитительно в темно-красном кружевном платье. Лиф с завышенной линией талии был украшен розовым кружевом, бархатными полосками и стразами. Она купила это платье в винтажном магазине в Сохо, как она сообщила ему, но Линца больше интересовала ее грудь, плечи сливочного оттенка и длинные ноги, видимые в высокий разрез на платье.

«Красавица», – подумал Линц, глядя через комнату на Тейт, которая разговаривала с высоким брюнетом, стоящим к нему спиной. Мужчина обернулся, и Линц узнал в нем Тиса Латимора – бывшего парня Сейдж. Линц огляделся и заметил свою сестру в баре, где она разговаривала с Рэйми. Линц надеялся, что между Рэйми и Сейдж пробежит искра, но этого не происходило. Рэйми относился к Сейдж, как к сестре.

Линц обратил внимание на Тейт и прищурился, когда Латимор коснулся рукой ее спины и повел Тейт в бар. Сейдж, увидев Латимора, плавно встала со своего места и побрела прочь. Латимор проводил ее долгим взглядом, его глаза сверкали. Пройдя в бар, Линц притянул к себе Тейт и одарил Латимора свирепым взглядом.

Латимор поднял темную бровь и саркастически улыбнулся, а потом протянул руку Линцу. Линц пожал ему руку, продолжая хмуриться.

– Ты опять заигрываешь с моей сестрой, Латимор?

– Так как она не разговаривает со мной уже несколько месяцев, то это не представляется возможным, – ответил Тис глубоким и низким голосом. Линцу показалось, что он увидел печаль в его глазах, но потом отмахнулся от этой мысли.

– Мое предупреждение по-прежнему в силе. Если ты опять обидишь Сейдж, мы с братьями порвем тебя на части, – процедил Линц сквозь стиснутые зубы.

Линц игнорировал удивленный возглас Тейт. Тис выдержал его взгляд, со стуком поставил бокал виски на стойку бара и заговорил с печалью в голосе:

– Да, вы, Баллантайны, одержимы опекой. Вам когда-нибудь приходило в голову, что именно она меня обидела? Или один из вас меня обидел. У тебя нет монополии на семью и преданность ей, Баллантайн.

Латимор тихо выругался и поднял руку.

– Забудь о том, что я сказал. – Он улыбнулся, но улыбка не коснулась его почти черных глаз. – Мне было приятно с тобой познакомиться, Тейт. Я надеюсь, мы увидимся снова.

– Мечтать не вредно, – пробормотал Линц.

Латимор одарил его пренебрежительной улыбкой. И тут внимание Тиса привлек кто-то у двери. Линц проследил за его взглядом и увидел свою сестру. Она была в темно-синем платье и брала бокал шампанского с подноса проходящего мимо нее официанта. Словно зная, что Тис смотрит на нее, она подняла голову и уставилась на него в упор. Линц посмотрел на свою сестру, потом на Латимора, затем опять на сестру. Ему стало не по себе, когда он увидел нескрываемое желание в глазах Сейдж.

Сейдж смотрела на Латимора так же, как Линц смотрел на Тейт.

– Ого… – Тейт вздохнула и подняла руку, чтобы помахать себе на лицо. – Да они сейчас воспламенятся от страсти.

Линц подал знак бармену, который налил ему виски, а потом хмуро взглянул на Тейт.

– Пожалуйста, не говори так о моей сестре, – проворчал он.

– Она взрослый человек, – заметила Тейт и нахмурилась.

– Мне все равно, дорогая. – Линц благодарно кивнул бармену и отпил виски. Уставившись на напиток, у которого был такой же цвет, как цвет глаз Тейт, он покачал головой. – Это плохо кончится.

– Ты о Тисе и Сейдж? – уточнила Тейт.

– Да. Я надеялся, между ними все кончено, но любой дурак поймет, что они без ума друг от друга.

– Он из богатой семьи?

– Нет. Всего, чем Латимор обладает, он добился своим тяжелым трудом.

– И ты им восхищаешься.

– Да, – неохотно признался Линц. – И меня беспокоит то, что Сейдж намного богаче его.

Тейт наклонила голову набок.

– А тебя беспокоит то, что ты намного богаче меня? – спросила она.

– Нет, мне это не важно, – отрывисто сказал Линц, задаваясь вопросом, должен ли обижаться.

– Тогда почему, по-твоему, это станет проблемой для него? – спросила Тейт. – Реальность такова, что большинство мужчин будут менее богатыми, чем твоя сестра. Вероятно, она может купить маленькую страну третьего мира.

Линц улыбнулся, подтверждая ее точку зрения.

– Если только маленькую, – полушутя ответил он.

– Ну а мне он понравился, – сказала Тейт и скрестила ноги, обнажая гладкие бедра. Линцу потребовалось тридцать секунд, чтобы перестать думать о спальне и обдумать слова Тейт.

Его охватила жгучая ревность.

– Он нравится не только тебе, но и остальной части женского населения города, – проворчал он. – Говорят, он один из самых красивых и талантливых холостяков Манхэттена.

– Он отличный скульптор, – согласилась Тейт. – Его скульптуры поражают.

– Я имел в виду не его талант, – сухо произнес Линц.

Вместо того чтобы покраснеть, Тейт расхохоталась. Когда она смогла говорить, она посмотрела на Линца с озорством.

– О, Сейдж повезло!

– Проклятье, Тейт! – пробормотал Линц, хмурясь в свой бокал.

Видя свирепое выражение его лица, она весело улыбнулась и подняла руку в умиротворяющем жесте.

– Забудь его таланты. Тис очень симпатичный. У него ослепительная улыбка и очень-очень чувственное лицо. Да и фигура у него неплохая.

Линц простонал:

– Пристрелите меня кто-нибудь.

– Но у него грустные глаза, а за его обаянием и харизмой я чувствую человека, которому сейчас приходится нелегко, – серьезно произнесла Тейт.

Линцу хотелось считать Латимора посредственностью, поэтому он не был в восторге от определений Тейт.

– И откуда ты все это знаешь? – спросил он.

Тейт потягивала шампанское.

– Женская интуиция.

Ох, как Линц ненавидел эти пустословные объяснения непонятных женских чувств и предположений, основанных на минимальной информации. Но, черт побери, он не мог отмахнуться от ее слов. Там, где Тейт видела печаль, Линц видел опасность, и его беспокоило, что Тис может снова начать игру с Сейдж.

Внезапно Рэйми сжал плечо Линца, вырывая его из задумчивости. Он одарил друга усталой улыбкой, а когда Рэйми остался серьезным, Линц нахмурился. Что-то произошло.

– Ты можешь выйти? – спросил Рэйми Линца. Он указал на Бека и Кади, которые танцевали, соприкасаясь щеками. – Я знаю, мы празднуем помолвку Бека, но нам надо поговорить.

Линц со стуком поставил бокал на стойку и кивнул. Тейт положила руку на плечо Линца, удерживая его на месте.

– Это связано с Кари? – спросила она. – Если это так, то я имею право знать.

Линц заметил, как Рэйми слегка скривился. Линц знал, что он хочет сообщить ему новость в частном порядке, чтобы они могли решить, какую информацию выдавать Тейт.

– Иди к Джегеру и Пайпер, Тейт. Я вернусь через минуту, – очень спокойно произнес Линц.

Ее ноготки впились в его руки, как острые маленькие кинжалы.

– Это связано с Кари? – спросила она.

Рэйми кивнул.

– Тогда я иду с вами. – Тейт решительно посмотрела на Линца, когда он начал протестовать. – Она моя сестра, Линц, и моя проблема. Услуги Рэйми оплачиваю я, помнишь?

Ну, нет. Линц не позволит ей оплачивать услуги частного детектива. Но об этом они поговорят в другой раз. Линц потер рукой подбородок и, видя пламенную решимость в глазах Тейт, понял, что сегодня должен ей уступить.

– Я уже вызвал вам автомобиль, – ответил Рэйми. – Он ждет снаружи. Мы поговорим по пути в аэропорт.

– Мы улетаем? – спросил Линц, положив руку на поясницу Тейт и идя к выходу.

– Да, я предупредил твоего пилота, – объяснил Рэйми, шагая впереди.

– Куда мы направляемся, Рэйми? – спросила Тейт, пытаясь сдержать панику в голосе. – В тюрьму? – Ее голос надломился. – Реабилитационный центр? Коммуна хиппи?

Линц помог Тейт надеть длинное шерстяное черное пальто. Рэйми мрачно покачал головой. Он посмотрел на Линца, который кивнул, молчаливо говоря ему, что пора покончить со всем этим.

Рэйми положил руки на плечи Тейт и тяжело вздохнул.

– Нет, Тейт. Вы летите в Техас, в хоспис к северу от Остина. Ваша сестра там.

– В хосписе? Она там работает? – Тейт была озадачена. – Но это неправильно. Кари не умеет ухаживать за больными.

Линц закрыл глаза, потом переплел пальцы с пальцами Тейт и дождался, когда она посмотрит на него.

– Дорогая, Рэйми пытается сказать тебе, что она лежит в хосписе как пациент.

Они летели над Пенсильванией, когда Тейт сняла вечернее платье и надела мягкие джинсы и длинный свитер из джерси цвета зеленого мха. Она умылась, вытащила шпильки из волос, причесалась и заплела волосы в тугую косу.

Переполняясь страхом и шоком, Тейт вернулась в главный салон и села напротив Линца, который переоделся в бежевые хлопчатобумажные брюки, черный свитер и черно-белую рубашку. Джо вернулась в «Берлогу» и присматривала за детьми; Тейт доверяла ей безоговорочно. Теперь она сосредоточится на Кари и ее проблемах.

Как только Тейт устроилась в мягком кожаном кресле напротив него, Линц пододвинул ей бокал. Тейт взяла его, сделала глоток и почувствовала, как дорогой коньяк обжигает ей горло.

– Скажи мне все, что ты знаешь, – произнесла она.

Линц посмотрел на папку на сиденье рядом с ним, но не стал ее открывать. Он уже знал ее содержимое.

– Человек Рэйми в Остине разыскал подругу Кари. Они были соседями по комнате после того, как Кари рассталась с отцом Элли.

– Она общалась с Кари в последнее время?

Линц покачал головой:

– Нет. Кари никому не позволяла ее навещать. Она не хотела, чтобы кто-нибудь видел, как она умирает.

– Мы наблюдали за тем, как умирала ее мать. Это было ужасно, – выдавила Тейт и скрестила ноги. – У нее рак?

Линц выглядел изможденным.

– Да. Четвертая стадия рака мозга. Она приехала в хоспис, как только вернулась из Нью-Йорка после встречи с тобой.

Тейт вздрогнула.

– Боже мой, это было всего месяц назад. Как ей удалось вылететь с Элли в Нью-Йорк и вернуться обратно?

– По-видимому, ей помогала подруга. Ей стало намного хуже месяц назад. Очевидно, у нее один из самых быстрых и агрессивных видов рака.

Тейт обхватила себя руками и стала раскачиваться в кресле. Подняв руку, она жестом попросила Линца сообщить ей всю информацию, которой он владел. Линц заговорил через секунду:

– Рэйми удалось узнать от подруги Кари, что она обнаружила шишку за ухом во время беременности, но проигнорировала ее. Когда Элли было шесть месяцев, эту шишку ей удалили и сделали биопсию. Было установлено, что новообразование злокачественное. После серии анализов у нее обнаружили опухоль головного мозга.

– Неоперабельная опухоль?

– Да. Ей сказали, что у нее в запасе четыре – шесть месяцев.

По лицу Тейт катились слезы.

– Должно быть, она была в ужасе.

Линц наклонился вперед, оперся локтями о бедра, и Тейт заметила морщинки вокруг его рта. Он прищурился и напряг плечи. Да, Кари ее сестра, но она также мама Шоу. Линц когда-то любил ее, и теперь он тоже переживает.

Она сжала его руку и вздохнула.

– Больше всего она, по-видимому, беспокоилась об Элли, поэтому она решила оставить девочку с тобой, – сказал он.

– Почему она просто не попросила меня заботиться о ней, как нормальный человек? Зачем она скрытничала? Я не понимаю ее! – воскликнула Тейт.

– Кари никогда ничего не делала напрямик. Она всегда делала пару обходных путей. Ты же знаешь, что она любила все усложнять.

Линц говорил сердито, но не осуждающе. Он потер руками лицо, потом выругался.

– Я проклинал ее, Тейт, но поверь мне, я не хотел, чтобы с ней это произошло. – Линц опустил голову на сиденье и закрыл глаза, на его лице читалось страдание.

– Болезни наплевать на то, кто ты и чем занимаешься, – сказала Тейт, встала и подошла к Линцу. Обняв его руками за шею, она уселась ему на колени и прижалась к его груди. Он крепко обнял ее. Она чувствовала себя в тепле и безопасности. Но она не должна была привыкать к этому блаженному состоянию.

Несколько месяцев назад она и представить себе не могла, что ее будет утешать бывший жених Кари. А теперь, сидя у него на коленях, она считала их своим любимым местом в мире. Она хотела, чтобы этот замечательный, удивительный человек и его любовь были в ее жизни, но она не могла просить его об этом. Кроме того, она не заслуживает его любви. Конечно, Линц наслаждается ею. Возможно, она даже нравится ему. Но она никогда не станет домохозяйкой, которая ему нужна.

Она никогда и никому не могла полностью угодить. Но прямо сейчас ей необходим комфорт и немного любви. Она хотела чувствовать себя живой и благодарить судьбу за то, что живет. Но имеет ли она право просить Линца о любви? Он был женихом Кари, и Тейт подозревала, что в глубине души он все еще любит ее. Она мать его ребенка – между ними связь, какой никогда не будет между ним и Тейт. К ее горлу подступил ком, а глаза покалывало от слез.

Все-таки жизнь несправедлива. Кто бы мог подумать, что однажды Тейт влюбится в бывшего парня своей сестры. Она вдруг задалась вопросом, действительно ли она хочет вернуться к своему прежнему, одинокому, кочевому существованию? Неужели она в самом деле хочет жизнь без Линца, Элли и Шоу? Согласна ли она жить как перекати-поле?

Думая о том, какие сложные задачи перед ней стоят, Тейт отстранилась от груди Линца. Она должна решать, как ей жить дальше. Для этого ей следует смотреть на ситуацию с ясными глазами и холодной головой. Прямо сейчас она должна думать о Кари и ее ужасных проблемах. Разум приказывал Тейт отойти от Линца, сосредоточиться на Кари и Элли и на том, что она будет делать в ближайшие недели.

Тейт попыталась встать с коленей Линца, но он удержал ее рукой на месте. Тейт подняла голову, посмотрела ему в лицо и увидела желание в его взгляде.

– Ты нужна мне, Тейт. Я не хочу видеть, как мой мир выходит из-под контроля. Мне спокойно, когда я занимаюсь с тобой любовью.

Она услышала мольбу в его голосе и почувствовала напряжение в его руках. Он поджал губы в тонкую линию, запустил пальцы в ее волосы и припал к ее губам в горячем, требовательном и немного отчаянном поцелуе. Его язык скользнул между ее губами, и ее тело покрылось мурашками, Ох, как она хотела его. Она нуждалась в его тепле и мужественности, она хотела ощутить игру его мускулов под своими руками.

Она всегда будет хотеть Линца. Она с легкостью уступит ему и позволит принимать за нее решения, откажется от контроля. И вскоре она растворится в нем. Но она не может так поступить. Она слишком долго искала себя. Независимость позволяла ей держать людей на расстоянии вытянутой руки. Если она разрешит себе стать уязвимой, то рискует обречь себя на страдания. Она любит Линца, но она не позволит ему властвовать над ней, потому что так он ее уничтожит.

Она будет наслаждаться несколькими часами, которые у них остались до того, как они встретят безнадежно больную Кари. Тейт придется принимать жесткие решения, одно из которых – расставание с Линцем и Шоу. Но сейчас она будет любить его. Сейчас он принадлежит только ей.

– Не уходи от меня, Тейт. Не сейчас, – хрипло сказал Линц.

Она подняла голову, их взгляды встретились, в его глазах читалось нескрываемое желание.

– Я в самолете на высоте тридцать тысяч футов, – пошутила Тейт. – Я никуда не уйду.

– Ты знаешь, что я имею в виду, – проворчал Линц. – Ты нужна мне. Мне нужны все твои надежды и страхи. Подари мне себя на следующие несколько часов.

Тейт не была настолько сильна, чтобы противостоять его молчаливой мольбе. Она принялась покрывать легкими поцелуями его подбородок, скулу и висок. Прижавшись лбом к его лбу, она посмотрела в его серые глаза.

– Неправильно хотеть тебя, зная, что она…

Линц заправил прядь волос ей за ухо.

– Наше удовольствие друг от друга не изменит того, что она переживает. Ты хочешь меня, дорогая?

Тейт вздохнула, ее сладкое дыхание коснулось его губ.

– Я хочу тебя. Очень.

Линц передвинулся и закрыл глаза, словно с трудом сохранял самообладание.

– Тогда отдайся мне. Это нужно нам обоим.

– А пилоты? – спросила Тейт и встревожено посмотрела на закрытую дверь.

– Они нас не побеспокоят. – Линц потянул вверх ее футболку и погладил ее бока и талию. – Ты удивительная.

Тейт жадно поцеловала его в губы, а потом начала стаскивать с него свитер и рубашку, отчаянно желая прикоснуться к его обнаженной груди. Линц помог ей снять с себя свитер, а потом расстегнул ее лифчик.

Раздев друг друга, они устроились на диване. Тейт раздвинула ноги, и Линц опустился на нее. Отдаваясь ему, она думала о том, что только рядом с ним чувствует себя полноценным человеком. Линц стал почвой по ее ногами и олицетворением дома и семьи, о которой она никогда не смела мечтать. Он стал смыслом ее жизни.

Глава 11

Тейт сидела в кабинете администратора хосписа, расположенного к северу от Остина, и наблюдала, как лечащий врач Кари располагается за большим, заваленным документами столом.

Линц присел на стул рядом с Тейт и посмотрел на ее озабоченное лицо. Ее губы, удивительные губы, которые он страстно целовал накануне, были поджаты, а тело напряжено.

Линц лениво слушал, как доктор Митчелл разговаривает с Тейт, расспрашивая ее о детстве Кари и интересуясь Элли.

Кари всегда умела создавать драмы. И в этом сестры Харпер отличались друг от друга. Тейт была прямолинейной и сразу заявляла, чего хочет от жизни. Совершенна ли Тейт? Нет, но он не ожидал, что она будет совершенством. Она была независимой и свободной, зато не была ветреной, эгоистичной или капризной, а он…

Он влюбился в нее.

Линц сжал руками подлокотники кресла и уставился на ковер под ногами. Он не предполагал, что увлечется Тейт. Он считал, что если когда-нибудь снова влюбится, то будет изнемогать от сильных эмоций и переживаний. Но с Тейт он не испытывал ничего подобного. С ней ему просто было хорошо.

Рядом с ней ему казалось, будто его душа нашла теплый приют и безопасное укрытие от невзгод. Он чувствовал себя так, словно обрел еще один источник силы и мудрости.

Это была глубокая и реальная любовь, ничего подобного он не испытывал прежде. Он наслаждался телефонными звонками, которыми они обменивались в течение дня, глупыми текстовыми сообщениями, которые он получал от нее во время бесконечно длинных и утомительных совещаний. Он с радостью возвращался домой и видел там Тейт, слушал ее смех и вдыхал аромат ее духов. Он наслаждался фантастическим, умопомрачительным сексом, который всегда оставлял у него желание получить больше. Сначала он не доверял Тейт, потому что она была Харпер, но теперь он доверял ей полностью.

Линц глубоко вдохнул, понимая, что Тейт может не ответить ему взаимностью. У нее определенные цели в жизни и собственное видение любви и партнерства. Ее многие разочаровывали. Ее предавали те, кто должен был ее любить, поэтому она никому не хочет доверять. Тейт вряд ли поверит, что он готов быть с ней и Элли всю оставшуюся жизнь.

Он знал, что она неравнодушна к нему. Но он не должен ее торопить. Пусть она привыкнет к мысли о том, что ее место рядом с ним.

И они должны найти способ как-то разобраться с ее стремлением быть независимой и делать карьеру. Он хотел, чтобы у нее было все; он не желал, чтобы она чем-то жертвовала ради него. Сейчас двадцать первый век; если он может быть отцом и бизнесменом, то и Тейт может делать карьеру и быть матерью и женой.

Линц повертел головой, пытаясь избавиться от напряжения в шее. Доктор Митчелл посмотрела на каждого из них, а затем откинулась на спинку стула, выражение ее лица стало нежным и грустным.

– Мисс Харпер, с прискорбием сообщаю вам, что ваша сестра умерла сегодня рано утром. Мне очень жаль.

Линц закрыл глаза, его окутала печаль. Да, Кари сводила его с ума, но она подарила ему удивительного сына. Покойся с миром, Кари.

Линц сжал руками подлокотники кресла, а потом обнял напряженные плечи Тейт. Он смотрел на нее и пытался оценить ее реакцию. Ему показалось, что она уменьшилась в росте и стала уязвимой. Его испугало, что на ее лице не отразилось никаких эмоций.

Взгляд Тейт был пустым. В нем не было ни печали, ни гнева, ни сожаления. Линц повернулся в кресле и переплел пальцы в ее пальцами. Он сильнее разволновался, когда Тейт никак ему не ответила. Он вдруг понял, что она отгородилась от него невидимой стеной и он не может к ней пробиться. Она повела себя как в детстве, когда уже не могла выносить давление и обиду от своей матери и сестры.

– Я пыталась связаться с вами, но ваш телефон переключался на голосовую почту последние шесть часов.

– Я была на вечеринке и забыла его включить, – невыразительно произнесла Тейт.

Доктор Митчелл откашлялась, и Линц посмотрел на нее, подняв брови.

– После того как Кари поступила сюда, ее состояние быстро ухудшалось. Казалось, она перестала сопротивляться.

– Я должна организовать ее похороны, – сказала Тейт, глядя прямо перед собой.

– Кари оставила четкие указания. Она не хотела похорон и просила, чтобы ее кремировали.

Она распорядилась насчет своих похорон, но не подумала о своих детях. Линц покачал головой.

– Ее прах? – монотонно спросила Тейт.

– Она приказала работникам крематория развеять его, – ответила доктор Митчелл, глядя в папку на столе. – Однако она оставила завещание.

– Завещание? Кари? – Линц не мог скрыть недоверчивости в голосе.

Доктор Митчелл кивнула:

– Мы всегда настаиваем, чтобы наши пациенты позаботились о своем наследстве.

Линц нахмурился, внезапная мысль пришла ему в голову.

– Как она расплачивалась с вами? Кари, которую мы знали, была бедна.

– Иногда мы принимаем пациентов бесплатно.

Услышав об этом, Линц сразу решил, что выпишет чек, чтобы покрыть расходы Кари. В конце концов, она мать его ребенка.

Доктор Митчелл посмотрела на Тейт.

– Кари просила меня озвучить ее пожелания, но если вы хотите, мы будем общаться через адвоката.

Тейт отвела взгляд от лица врача.

– Вы можете обо всем мне сказать, – равнодушно произнесла она.

– Перед смертью Кари приняла меры по поводу удочерения Элли. Она связалась с агентством по усыновлению и предварительно одобрила семейную пару, которой могут отдать Элли.

Тейт решила, что никому не отдаст свою племянницу.

– Кари хотела и вам дать возможность удочерить Элли. По сути, документы в агентстве по усыновлению уже готовы. Под ними необходимо поставить подпись либо вам, либо Голдбергам, и у Элли будет новая семья.

Тейт откашлялась.

– А Кари указала, кому предпочитает передать Элли?

Доктор Митчелл покачала головой:

– Она сказала, что подойдет любой из вариантов. Но, по существу, она оставила выбор за вами.

– Понятно, – тихо ответила Тейт, и Линц резко выдохнул, желая знать, что сейчас творится в голове у Тейт.

«О, Тейт, пожалуйста, не закрывайся от меня! Злись, грусти, только не молчи».

– Все, что вам потребуется, находится в этой папке, Тейт. – Доктор Митчелл закрыла папку и протянула ее Тейт, которая взяла ее недрогнувшей рукой. – Я очень сожалею о вашей утрате.

Линц коснулся рукой локтя Тейт и почувствовал, как она уклонилась от его прикосновения. Он нахмурился, глядя на ее каменный профиль, и понял, что теряет ее.

Он молчаливо выругался, но грубые слова не принесли ему облегчения. Он будет бороться за Тейт, за них двоих, за семью, которую они могут создать. Но, если она решила бежать от него, он ничего не сможет поделать. В конце концов, Тейт привыкла убегать от проблем.

Будет интересно узнать, как она справится с цунами боли, которая настигнет ее во время отъезда из «Берлоги».

«Привет, Тейт!

Сообщаем, что мы хотим, чтобы вы стали ведущей нашего нового американского шоу путешествий. Это шоу разработано под ваш уникальный стиль и личность, и мы рады работать с вами в тесном контакте над этим проектом. Детали и контракт обсудим при личной встрече. Дайте знать, когда вы сможете с нами встретиться».

Тейт прочла электронное письмо еще раз, бросила телефон на кровать и запустила пальцы обеих рук в грязные волосы. Два дня назад она вернулась в «Берлогу» и чувствовала, что ее нервы на пределе. Ее сестра, которую она так любила и ненавидела, мертва.

Теперь Тейт отвечает за ее дочь.

Она влюблена в бывшего жениха Кари.

Кари мертва.

И Тейт поступило предложение о новой работе.

Тейт прижалась лбом к прохладной стене своей спальни. Она была слишком ошеломлена, чтобы плакать. Отчасти ей хотелось кричать и проклинать судьбу, но в основном она просто хотела свернуться калачиком и уснуть.

Думая, что переживает обычную эмоциональную встряску, она чувствовала, как от паники у нее сдавливает горло. Впервые в жизни она не знала, что ей делать. Должна ли она работать? Должна ли она остаться? Должна ли она поговорить с Линцем? Или ей следует просто забрать племянницу и ее вещи и уйти?

Ее нерешительность пугала ее.

– Привет, дорогая.

Тейт обернулась и посмотрела на Линца, который опирался широким плечом о дверной проем. Он был олицетворением надежности и защиты. Как же ей хотелось броситься на его широкую грудь, ощутить его крепкие объятия и понять его молчаливые уверения о том, что она в безопасности и он защитит ее. Потому что Линц занимался именно этим, будучи ядром своей семьи. В одиннадцать лет он объединил братьев и сестру Баллантайн и поместил их под свое крыло, укрывая от горя. Он был наследником Коннора, и он чувствовал себя ответственным за процветание компании Баллантайнов. Он рьяно опекал Шоу и по-прежнему беспокоился за своих взрослых братьев и сестру.

Линц считал себя рыцарем, а Тейт и Элли пробуждали в нем инстинкт защитника. То, что она увидела в глазах Линца, было не любовью или привязанностью. Он просто хотел заботиться о ней и всячески оберегать.

Тейт уперлась ладонью в стену. Как бы она ни хотела Линца физически, она не могла позволить себе опереться на него. Ей надо крепко стоять на собственных ногах.

Это позволит ей принимать правильные решения, которые выдержат испытание временем. Кари и мать Тейт были королевами поспешных и неверных решений. Тейт не повторит их ошибок. Элли слишком важна для нее, чтобы относиться к ней легкомысленно.

Тейт почувствовала, как Линц кладет руку ей на затылок и целует в висок. Она закрыла глаза.

– Как дела, дорогая? – спросил он, и сердце Тейт дрогнуло. Она боролась с желанием уткнуться лицом ему в шею, обнять руками за талию и немного расслабиться. Она была истощена, эмоционально и физически.

Тейт заставила себя шагнуть назад, и Линц опустил руку.

– Я в порядке.

Линц нахмурился:

– В самом деле? А у меня такое ощущение, что меня использовали как половую тряпку.

Он провел большим пальцем под ее глазами и по скуле. Ох, ей казалось, что она живет ради таких прикосновений. При мысли об этом Тейт резко повернула голову и отступила назад, качая головой. «Ты не пойдешь по этому пути, Тейт. Соблюдай дистанцию».

– Мне предложили новую работу, – выпалила она.

Линц поднял брови.

– Да? Где?

– Я не знаю деталей, но это американская программа о путешествиях.

– А что будет с Элли? Как ты собираешься работать и заниматься девочкой?

Линц в отчаянии развел руки в стороны, когда она не ответила. Он правильно интерпретировал ее молчание.

– О, Тейт! Неужели ты хочешь ее отдать? Она должна остаться с тобой.

– Как я могу ее оставить? На что я буду ее содержать, Линц? Ее надо одевать, кормить и воспитывать! Как мне это сделать? Если я откажусь ради нее от карьеры, где я найду другую работу с таким большим доходом? Где я буду жить с ней?

– Здесь, в «Берлоге», – сказал Линц.

Ей потребовалась секунда, чтобы понять смысл его слов.

Тейт нахмурилась, думая, что ослышалась.

– Ты предлагаешь мне работать няней? – спросила она.

– Я доверил тебе Шоу. Мне нравится, что ты живешь в моем доме. Я буду хорошо тебе платить.

Она любила Шоу и Элли, но было так много мест, которые она хотела посетить и показать их миру. Она обожала свою работу, а он просит ее отказаться от нее.

– Ты свихнулся?

– Вероятно. Но я люблю тебя, и я пытаюсь найти способ заставить тебя остаться, – сказал Линц раздражающе спокойным тоном. – Я думал, что смогу облегчить тебе жизнь.

Тейт прижала кулак к своей груди, совершенно опешив от его прозаического заявления. Линц просто смотрел на нее, держа руки в карманах.

Тейт подняла кулак ко рту, в ее глазах стояли слезы. Она слышала его признание, но не верила ему. Она не могла позволить себе рисковать и верить ему.

Он не должен любить ее. Она ему не пара. Ему необходима женщина, которая целиком и полностью сосредоточится на нем и жизни в «Берлоге». Тейт будет постоянно мечтать о путешествиях. Линц заслуживает женщину, которая даст ему именно то, что ему нужно. Любя его, Тейт боялась, что однажды он поймет, как перепутал свое желание защитить ее и Элли с любовью.

Кроме того, она должна уйти, чтобы проверить свою теорию о том, что она забудет Линца, расставшись с ним.

– Мы договорились не усложнять наши отношения, Линц. Никаких эмоций! Ты говорил, что я не та женщина, которая тебе нужна. Ты хочешь видеть рядом с собой богиню стабильности, мать твоих детей и послушную жену.

– Я уверен, что никогда не говорил о послушной жене, – пробормотал Линц. Он потер затылок, будучи явно разочарованным. – Ты сказала, что я заслуживаю счастья. Но именно ты делаешь меня счастливым.

Линц вынул руки из карманов и потянулся к ней, но Тейт уклонилась от него, зная, что, если он прикоснется к ней, она не устоит.

Она обязана держать с ним дистанцию.

– Немного изменись, Тейт. Ради меня. Ради нас. Перестань убегать от жизни и любви, – сказал Линц, его взгляд был печальным и решительным. – Смелее, Тейт. Люби меня и прими ту жизнь, которую я тебе предлагаю.

Тейт медленно покачала головой. Она не могла рисковать и снова страдать. Будет лучше, если сейчас она уйдет.

Вдали от Линца и эмоций, которые их одолевают, она почувствует себя по-другому. Она знает, что должна делать.

Она соберет вещи и переедет в отель. Именно так она должна была поступить несколько недель назад, когда ей подбросили Элли. Она отправится в агентство по усыновлению, познакомится с Голдбергами и выяснит, была ли Кари права по поводу своего выбора родителей для девочки. Если они обеспечат ей хорошую жизнь – нет, замечательную жизнь, Тейт отдаст им Элли, надеясь, что Голдберги позволят ей видеться с девочкой.

Она согласится на новую работу, и ее жизнь вернется в нормальное русло.

Тейт закрыла глаза, чувствуя боль при мысли о том, что Элли, Шоу и Линц уйдут из ее жизни. Но она знала, что так будет лучше для всех. Она снова останется одна.

Она должна во всем признаться Линцу.

Он не дал ей возможности высказаться. Он поднял руку, его глаза потемнели.

– Ничего не говори. Я вижу ответ в твоих глазах. Ты будешь работать и жить так, как привыкли жить женщины Харпер.

– Так лучше, Линц.

– Черта с два! Вместо того, чтобы остаться и обо всем договориться, ты сбегаешь. – Линц сцепил руки за головой, жилы на его шее напряглись. – Ты твердила мне, что ты не похожа на Кари, Тейт.

– Я на нее не похожа.

Линц покачал головой и сверкнул холодной улыбкой.

– Разве нет? Ты взяла то, что я тебе предлагал, а потом, когда тебе стало немного неудобно за свою поспешность, ты решила бежать.

«Он пытается обидеть тебя», – сказала себе Тейт, но его слова все равно обрушились на нее со свирепостью арктического шторма.

– Это не так, Линц. – Она молчаливо умоляла его поверить ей.

– Забавно, но я чувствую себя как прежде. – Линц подошел к двери и крепко сжал рукой дверной проем. – Ты можешь уехать к тому времени, когда Шоу придет из детского сада? Ему не нужен дополнительный стресс.

Она не хотела, чтобы все закончилось именно так.

– Линц…

Он обернулся и взглядом пригвоздил ее к месту.

– Я просто хотел, чтобы рядом со мной была женщина, Тейт. И я оказался дураком, думая, что такой женщиной будешь ты.

Сердце Тейт разрывалось на части, пока она наблюдала, как он выходит за дверь и спускается по лестнице. Через минуту громко захлопнулась входная дверь.

Тейт разрыдалась, глядя на ссутулившегося Линца, который шел по тротуару. Он уходил из ее жизни.

Он сделал так, как она его просила.

Глава 12

Через две недели Элли сидела на ковре в уютной гостиной Голдбергов и размахивала небольшой метелкой из перьев перед носом рыжей кошки. Кошка ловила метелку белой лапой, и Элли смеялась.

«Это то, что нужно Элли», – подумала Тейт. Оба родителя, комфортный дом, кошка. Два человека, которые обожают ее и сделают все возможное, чтобы она была счастлива. Отдать им Элли – самое разумное решение.

Элли снова хихикнула и подняла глаза, чтобы встретиться взглядом с Тейт. Она просила тетку разделить ее радость. Тейт почувствовала, как ее душа уходит в пятки. Она поборола искушение взять Элли на руки и твердить девочке, что та принадлежит только ей.

У Сандры и Джорджа было высшее образование и хорошая работа, большая семья и много племянников и племянниц. Поэтому у Элли будет много друзей, с которыми она станет играть. У Голдбергов имелась солидная группа поддержки, и, более того, они с радостью разрешили Тейт навещать Элли в будущем.

Они станут отличными родителями Элли. Тейт понимала, почему Кари выбрала их. Услышав смех Элли, Тейт закрыла глаза. Ей надо просто отдать Элли Голдбергам и вернуться к привычной для нее жизни. Она возьмется за работу, которую ей предложили, будет получать здоровенную зарплату и займется творчеством. Она создаст собственное телевизионное шоу.

Шоу должно быть потрясающе успешным, потому что Тейт жертвует ради него всем, что она любит.

Тейт скрестила руки на животе и уставилась на Элли. Всего через две недели Тейт вылетит в Аспен, чтобы снимать первый эпизод для шоу, а после этого она передаст опеку над Элли Голдбергам. Она просто должна попросить их подписать документы на удочерение и организовать для них временную опеку до вынесения судебного решения.

Она делает то, что лучше для Элли. Но как она выживет, зная, что Элли не будет в ее повседневной жизни? Она не увидит, как девочка самостоятельно пойдет, не услышит ее первое слово, не станет свидетельницей ее капризов и не проводит ее в первый раз в школу. Она хотела бы утешать Элли, когда ее будут обижать сверстники, помочь ей выбрать платье для выпускного вечера, ходить с ней по магазинам, выдавать ее замуж и нянчиться с ее детьми.

Она хотела всего этого. Она хотела быть с Элли. И она хотела быть с Шоу. И Линцем. Ей необходима дружная семья. Она должна быть мамой, женой и любовницей. Она даже согласна работать няней в доме Линца.

Она просто желала быть рядом с ними. И если она больше не интересует Линца – он ни разу не звонил ей после того, как она уехала, – она может быть матерью Элли. Да, ей придется пожертвовать карьерой ведущей шоу о путешествиях, но, безусловно, она найдет достойную работу. Возможно, ей удастся организовать кулинарные туры для туристических агентств, или стать туристическим агентом, или писать статьи для кулинарных журналов. Она может работать ночью, когда Элли спит. У нее все получится, если она попытается.

Но если она позволит этой маленькой девочке ускользнуть, потому что слишком боится стать ей матерью, то будет сожалеть об этом всю оставшуюся жизнь. Если она уйдет от Линца и Шоу, потому что страшится бросить свою карьеру и отказаться от независимости ради любимых людей, то никогда себе этого не простит. Она любит Линца и семью, которой они уже начали становиться.

Она так верила, что ей будет лучше одной и она не нуждается в любви. Но потом она быстро поняла, что неправильно расставила приоритеты. Оказалось, она нуждается в любви и близости, и только рядом с Линцем она станет по-настоящему счастливой. Он делал ее сильнее, умнее и лучше.

Она все испортила и обидела Линца, уйдя от него. Она подтвердила его худшие опасения о ней, и поэтому ей стыдно. Она твердила ему, что она нисколько не похожа на свою сестру, но, по сути, она повторяла ошибки Кари. По крайней мере, она должна перед ним извиниться. В лучшем случае, если судьба будет к ней благосклонна, они поговорят, и возможно, Линц примет ее обратно. Она забудет о гордости и попросит у него все, что ей необходимо.

Элли помахала метелкой из перьев и улыбнулась, обнажая нижние зубы.

– Ма… ма.

Тейт прижала руку к груди в области сердца и кивнула. Да, она ее мама.

Прикусив губу, Тейт повернулась и посмотрела на Сандру и Джорджа, которые выглядели грустными, но не удивленными.

– Простите, я не могу ее отдать. Она моя.

Сандра наклонилась вперед и погладила Тейт по колену.

– Мы знаем. Мы поняли это, как только вы вошли в дверь.

Тейт то ли всхлипнула, то ли хохотнула.

– Тогда, почему вы позволили мне вернуться?

Джордж пожал плечами:

– Мы надеялись, что мы ошибаемся.

– Я так сожалею, – сказала Тейт, вставая. – Я не хотела приходить сюда и играть вашими чувствами. Я приняла решение минуту назад.

Джордж кивнул и встал. Сандра нагнулась, взяла Элли на руки и быстро ее обняла. Ее глаза затуманились слезами, когда Элли наклонилась к Тейт, молчаливо говоря, с кем хочет остаться. Тейт усадила ее себе на бедро и взяла сумку с дивана.

– Я надеюсь, вы скоро найдете ребенка, – произнесла Тейт, смущаясь и чувствуя себя виноватой.

Сандра кивнула:

– До свидания, Тейт. До свидания, Элли.

У двери Джордж пожал ей руку, но не стал провожать Тейт. Вдохнув холодный воздух, Тейт подняла капюшон зимнего комбинезона Элли и поцеловала ее в щеку.

– Я люблю тебя, моя милая.

Элли погладила Тейт ладошкой по щеке и уткнулась лицом ей в шею.

– Итак, что нам теперь делать, Элли? Я слушаю твои предложения. – Тейт подняла голову, делая вид, что Элли ей ответила. – По-твоему, мы должны найти Линца и пойти к нему? Я скажу ему, что я была не права. Что мы скучаем по нему и любим его.

Элли рассмеялась и поцеловала Тейт в щеку, словно одобряя ее идею.

– И как мы это сделаем?

Линц сбежал по лестнице на кухню, в третий раз за вечер, и устало взял бокал виски, который протягивал ему Рэйми. Шоу сегодня капризничал, как и в прошлые вечера с тех пор, как Тейт уехала из дома две недели назад. Линцу казалось, что с момента ее отъезда прошло сорок лет.

Линц был в ярости, что она оставила его. Теперь ему приходится иметь дело с озадаченным маленьким мальчиком, который думает, будто он сделал что-то неправильное, поэтому Тейт его бросила. Линц сердился, что Тейт подтвердила его худшие опасения о ней.

Он искренне верил, что она лучше Кари. С другой стороны, ему не удалось доказать ей свою точку зрения. Он не успел объяснить Тейт, что готов принимать ее любую и не ждет, чтобы она отказалась от карьеры ради него. Он не желал, чтобы она менялась.

Но она сбежала, и он обнаружил, что не в состоянии ее забыть. Или простить. Она задела его за живое.

– Если ты сильнее сдавишь бокал, то он треснет, – тихо сказал Рэйми.

Линц оглядел гостиную и понял, что пока он бегал наверх, чтобы успокоить расстроенного Шоу, приехали его братья и сестра. Только визитеров ему сейчас не хватало.

Тейт ушла из его дома и его жизни, но, несмотря на гнев и разочарование, Линц по-прежнему скучал по ней. Он хотел обнимать ее, видеть, как она целует его сына и Элли перед сном. Он желал заниматься с Тейт любовью, пока дети спят. Он скучал по Элли – по этой счастливой малышке, потому что уже считал ее своей дочерью.

Он не испытывал такой постоянной душевной боли, когда от него ушла Кари. Он злился на нее и грустил о том, что она бросила Шоу, но у него не разрывалась душа. Линц уставился на свой напиток, потом поднес его ко рту и поморщился. Вкус его любимого выдержанного виски показался ему отвратительным.

Рэйми положил сильную руку ему на спину и повел Линца к диванам. Линц уселся рядом с Сейдж.

Рэйми присел на подлокотник кресла, в котором расположился Бек.

– И что ты будешь с ней делать? – спросил Рэйми.

Линц посмотрел в окна и увидел, что идет снег.

– Ничего, – невыразительно ответил Линц.

– Да ну? – с издевкой сказал Бек.

Линц свирепо посмотрел на него, но Бек просто весело улыбнулся. Он больше не боялся устрашающих взглядов Линца.

– Так много вопросов остается без ответа, – размышляла Сейдж. Она поджала под себя ноги и уперлась плечом в плечо Линца.

– Она ушла. Нечего обсуждать. Не нужны ни дополнительные вопросы, ни объяснения, – отрезал Линц.

– Ты можешь рычать и говорить все, что угодно, но все мы знаем, что ты отчаянно желаешь знать, отдала ли она Элли и подписала ли новый контракт на работу.

– Она оставила Элли у себя.

Линц выпрямился и, прищурившись, посмотрел на Рэйми.

– Она не может оставить у себя Элли и делать шоу. Это означает, что она пожертвует своей работой. Она любит свою работу, – заявил Линц. «Проклятье, Тейт! Если бы ты осталась, все было бы иначе».

– Я только знаю, что Элли осталась с ней, – повторил Рэйми.

– А откуда тебе это известно? – спросил Линц.

Рэйми бросил на него сердитый взгляд.

– Почему ты хочешь знать? Ты же ее отпустил.

– Она ушла. – Линц заскрежетал зубами. – Я сказал ей, что люблю ее, но она все равно ушла. Ответь мне, Рэйми.

Рэйми самодовольно усмехнулся:

– Я позвонил ей сегодня утром и спросил ее.

Джегер рассмеялся, и Рэйми пожал плечами.

– Ну что, братец? – спросил Бек. – Ты поедешь и помиришься с ней?

Линц пялился на Рэйми. Рэйми смотрел на своего друга так, словно хотел ему сказать: «Пора оторвать задницу от дивана и действовать».

– Она не Кари, Линц, – произнес Рэйми.

Линц кивнул:

– Я знаю.

У Линца закружилась голова. Остатки его обиды на Кари испарились, перед его глазами стоял образ Тейт. Он вспомнил, как она пекла кексы с Шоу, обнимала Элли, радостно улыбалась, встречая его после работы.

Он посмотрел вниз, когда почувствовал, что Сейдж вытирает его кухонным полотенцем. Бек стоял рядом ним и снимает осколки бокала с его груди. Рэйми держал Линца за руку. Линц вдруг понял, что из его ладони капает кровь ему на джинсы и несколько капель крови упали на деревянный паркетный пол под его ногами. Линц снова посмотрел на свою руку и заметил, что у него из руки торчит двухдюймовый осколок стекла. Однако он не чувствовал боли.

– Я вытащу его, а потом мы отвезем тебя в травмпункт, – заявил Рэйми.

– Больно, Линц? Ты в порядке?

Линц посмотрел на Сейдж и заставил себя улыбнуться.

– Сердце болит сильнее.

– Ты можешь это исправить? – спросила его Сейдж, поднимая разбитое стекло с пола у его ног.

– Ты имеешь в виду мое сердце или мою руку? – Линц решительно кивнул. – Черт побери, я все улажу.

– Отличная новость, – отозвался Рэйми, рассматривая его руку. – Но рана глубокая, и тебе придется наложить швы.

– Черт. – Линц посмотрел на кухонное полотенце, которое Бек прижимал к его руке. – Я хотел попросить вас понянчиться с Шоу, а сам собирался разыскать Тейт.

– Не сегодня, – сказал ему Рэйми. Он взял Линца за неповрежденную руку и помог ему подняться на ноги. – Ты примешь обезболивающее, а потом тебе наложат, как минимум, шесть швов.

Линц посмотрел на окровавленную руку, а потом на своего друга.

– Отвези меня к ней, Рэйми. Я знаю, ты в курсе, где она.

Рэйми посмотрел на его братьев и сестру, подняв брови.

– Нам нужен переводчик. Вы понимаете, о чем просит этот идиот?

– Очень смешно, – ответил Линц. Увидев непримиримый взгляд Рэйми, он поморщился. – По-моему, спорить бессмысленно.

– Ты можешь спорить, но результат не изменится, – бодро сказал ему Рэйми. – Один из твоих родственников останется здесь, чтобы присмотреть за Шоу.

Линц наблюдал за капающей на пол кровью.

– Черт побери, теперь рука болит.

– Кто бы сомневался! – ответил Джегер. – Ты раздавил рукой хрустальный бокал.

Его рука ужасно болела, у него ныло сердце, и ему приходилось выслушивать нотации от братьев и сестры. Разве это справедливо? Линц сурово посмотрел на Джегера и произнес:

– Напомни мне, чтобы я после надрал тебе задницу.

– Я сейчас умру от страха.

Линц взял телефон и направился к лестнице.

– Идиоты, – пробормотал он, беря чистое кухонное полотенце и заматывая свою руку. – Кругом одни идиоты.

– А ты их король! – хохотнул Джегер.

Отрепетировав разговор с Линцем, Тейт почти весь вечер набиралась смелости, чтобы поехать в «Берлогу». Наконец, в двенадцатом часу вечера, Тейт, используя ключ, который она не удосужилась отдать Линцу, вошла в его дом. Идя по дому на ощупь, она отнесла спящую Элли на третий этаж и положила ее в кроватку.

Сняв пальто, Тейт взяла монитор радионяни с прикроватного столика и тихо пошла вниз по лестнице на второй этаж. Она открыла дверь в комнату Шоу и подошла к его кровати. Наклонившись, она поцеловала его в щеку. Сделав глубокий вдох и в который раз задаваясь вопросом, не опоздала ли она с разговорами к Линцу, Тейт открыла дверь в его спальню и нахмурилась, увидев его пустую кровать. Угу. Просто залезть к нему в постель, избегая объяснений, не получится.

Поднявшись на третий этаж, Тейт обнаружила, что Сейдж крепко спит в своей спальне.

Если Сейдж присматривает за Шоу, значит, Линца дома нет.

Он на работе? В баре? В клубе? На свидании с женщиной?

Тейт прошла вниз по лестнице и села на диванчик рядом с входной дверью. Что делать, если Линц придет домой с женщиной? Выдержит ли Тейт? А вдруг он передумал насчет ее проживания в его доме? Что делать, если он не захочет с ней разговаривать?

Душа Тейт ушла в пятки. Она собиралась рвануть вверх по лестнице и взять Элли, когда услышала приглушенные мужские голоса и звук открываемой ключом входной двери. В дом вошли Рэйми и Линц и сняли пальто.

Линц округлил глаза, увидев Тейт. В его взгляде промелькнули эмоции, которые она не сразу поняла. Облегчение? Удивление? Или и то, и другое?

Тейт сразу заметила перевязанную руку и окровавленную рубашку Линца и подскочила к нему. Она коснулась рукой его груди и посмотрела в его измученные глаза.

– Ох, ты в порядке? – спросила она.

Линц просто пялился на нее, словно не веря, что Тейт стоит напротив него.

– Ты здесь. Привет.

Тейт прикоснулась пальцами к его щеке и улыбнулась.

– И тебе привет. – Она взволнованно посмотрела на Рэйми. – Что с ним?

Рэйми произнес:

– Он раздавил рукой бокал, ему наложили кучу швов. – Рэйми протянул Тейт пузырек с таблетками. – Рана глубокая, поэтому ему надо принять две таблетки утром. Проследите, чтобы он их принял. Если только вы будете здесь утром.

Тейт поднял глаза и прикоснулась к неповрежденной руке Линца.

– Я планирую остаться, – сказала она.

Рэйми наклонил голову и испытующе посмотрел на Тейт.

– На этот раз вы останетесь, Тейт?

Она кивнула:

– Если этого захочет Линц.

Линц не ответил. Он просто открыл входную дверь и кивнул Рэйми, приглашая его уходить. Рэйми торопливо взял пальто и заметно повеселел.

– Выпить бы кофейку. На улице холодно, – поддразнил Рэйми, и Тейт нахмурилась. Рэйми ей нравился, но она хотела остаться с Линцем наедине.

Линц хмуро махнул Рэйми рукой:

– Уходи!

– Какая благодарность, – добродушно проворчал Рэйми и ушел в ночь. Тейт тихо попрощалась с ним, но он вряд ли ее услышал, потому что Линц шумно захлопнул за ним дверь.

Линц повернулся к Тейт и положил руки на ее предплечья. Она вдохнула аромат его одеколона и посмотрела в его сияющие глаза. Она чувствовала, что вернулась домой.

– Ты говорила серьезно? – спросил он. – Ты остаешься?

Тейт подняла руки и коснулась ими его груди.

– Да, я останусь. – Тейт прикусила нижнюю губу. – Если ты этого хочешь.

– Я всегда буду хотеть тебя, Тейт.

Она перестала кусать губу, и Линц провел по ней большим пальцем. Он притянул Тейт к себе и обхватил рукой ее затылок.

– Нам надо поговорить, – сказал он. – Но сначала сделаем это.

Он поцеловал ее, и Тейт почувствовала его холодные губы на своих губах. Он вздохнул, и она инстинктивно открыла рот, и его язык скользнул внутрь. Ах, как она соскучилась по его поцелуям!

За прошедшую пару недель она чувствовала себя такой одинокой, какой не чувствовала никогда. Ее мир померк и стал серым. Жизнь с Линцем и детьми была радужной. Тейт чувствовала себя живой, просто сидя рядом с Линцем.

Она любила его. Она была готова стоять здесь, на цыпочках, и целовать его всю оставшуюся жизнь. Если это все, что он может ей дать, она согласна это принять.

Линц отстранился от нее и прижался лбом к ее лбу, а рукой коснулся ее щеки.

– Прошло пятнадцать дней, восемь часов и десять минут с тех пор, как мы не виделись, – сказал он.

– Я понятия не имею, что сейчас здесь происходит, но пока ты целуешь меня, я не буду возражать.

Линц улыбнулся, и у нее екнуло сердце.

– Я планирую целовать тебя очень-очень долго. На самом деле наш разговор придется отложить, потому что я планирую целовать тебя всю ночь.

Тейт позволила Линцу подвести ее к лестнице.

– Только поцелуи? – Она надула губы. – И ничего больше?

Линц остановился, обернулся и посмотрел на нее сверху вниз, а сердце Тейт сжалось от искренних эмоций, которые она прочла на его лице.

– Тейт, если бы я мог, я подарил бы тебе весь мир. Прямо сейчас. Придя сюда, ты сделала мне неоценимый подарок. Я чувствовал себя таким же счастливым только однажды, когда Коннор показал мне документы на мое усыновление и сказал, что теперь я ношу фамилию Баллантайн. Ради тебя я сделаю все, что угодно. – Линц сжал ее руку. – Поднимайся со мной наверх.

Тейт медленно кивнула и побежала вверх по лестнице вместе с Линцем.

Глава 13

Аромат хорошего кофе вытащил Тейт из тяжелого сна. Медленно проснувшись, она сразу же стала искать источник запаха. Линц сидел на краю кровати, Элли была у него на коленях и улыбалась. Проведя в центре внимания Линца всю ночь, Тейт тоже улыбнулась от счастья.

Тейт приподнялась, наклонилась и поцеловала Элли в щеку.

– Доброе утро, малышка.

Линц удивленно поднял бровь, когда Тейт отстранилась.

– А почему меня не называют малышом и не здороваются со мной?

Тейт театрально вздохнула, обняла его рукой за шею и смачно чмокнула в губы.

– Малыш, доброе утро, – сказала она и хрипло рассмеялась.

Линц усмехнулся:

– Намного лучше.

– Где Шоу? – спросила Тейт и, зевая, закрыла рукой рот.

– Все еще спит. – Линц протянул ей чашку кофе. – Выпей кофе, прими душ, а я разбужу Сейдж и скажу ей, чтобы она еще немного приглядела за детьми. Прошлая ночь была удивительной, но нам действительно надо поговорить.

О, Линц выглядел и говорил так торжественно. Неужели он передумал? Тейт не переживет, если счастье и надежда, которые она испытывает, выскользнут из ее рук. От страха и неуверенности у нее сдавило горло.

– Да, хорошо.

Тейт отвела волосы ото лба, когда Линц встал. У Тейт была еще одна минута, чтобы полюбоваться своим сексуальным мужчиной в бордовом свитере и темных брюках. Она боялась предстоящего разговора. Не в силах выдержать напряжения, она нервно пригладила волосы и с тревогой посмотрела на Линца.

Тейт заговорила, и от волнения у нее засосало под ложечкой.

– Ты не шутил, когда признавался мне на лестнице? – спросила она.

– Ты во мне сомневаешься?

Тейт отрывисто кивнула и посмотрела на дверь, борясь с желанием сбежать.

– Немного, – сказала она. – Я чувствую надежду, и я счастлива, но я боюсь, что все это испарится. – Тейт смотрела в кофейную чашку и говорила себе, что побег уже не вариант. Да, она рискует своим сердцем и будущим, но Линц того стоит. Она должна доверять ему. – Я боюсь, что ты не до конца понимаешь, чего ты хочешь. И я боюсь, что ты передумаешь по поводу меня. – Тейт указала на Элли. – По поводу нас.

В жизнь Линца входила не только Тейт, но и ее дочка.

Линц снова сел, коснулся подбородком головки Элли и внимательно посмотрел на Тейт.

– Я проснулся несколько часов назад, Тейт. Я связался с моим адвокатом и попросил его подготовить документы для усыновления. Мы станем настоящей семьей. Элли станет моей и твоей дочкой, и ты усыновишь Шоу. Я связался с агентством, чтобы найти опытную няню. Я также переговорил с Джо и сказал ей, что ты вернулась, и попросил ее время от времени присматривать за детьми, чтобы мы с тобой могли оставаться одни. Я думаю, мы заслужили это. Я должен был сходить в свой офис, чтобы кое-что взять из сейфа. Итак, тебя не смущают мои желания?

Тейт, не в силах произнести ни слова, просто смотрела на него. Линц наклонился, держа Элли на руках, и коснулся губами рта Тейт.

– Чего хочешь ты, Тейт?

Она сглотнула.

– Я хочу всего того, о чем ты сказал, Линц.

– А как же твои мечты, дорогая?

Тейт постучала пальцем по кофейной чашке и заставила себя говорить откровенно.

– Я хочу работать. Я люблю то, что я делаю, но если мне придется выбирать между тобой и детьми и моей карьерой, то я выберу вас. Без карьеры я проживу. Но я не выживу без тебя и детей. – Она наморщила нос. – Но отчасти я хочу воспользоваться предоставляемой мне возможностью и работать, хотя я понимаю, что это невозможно. – Она прикусила нижнюю губу. – Да и ты этого не захочешь.

– Ты думаешь, я хочу, чтобы ты сидела дома как покорная жена?

Тейт, не зная, как ответить, только пожала плечами и уставилась в чашку с быстро остывающим кофе. Линц поддел пальцем ее подбородок, и она затаила дыхание от эмоций, пылающих в его глазах.

– Я думал, это то, что я хочу, Тейт, но я ошибался. Мне необходимо, чтобы ты была счастливой. Если работа приносит тебе радость, значит, работай. На самом деле я настаиваю, чтобы ты работала.

Если бы все было так просто, как он говорит!

– Линц, если я продолжу работать, я буду вдали от дома по нескольку дней каждую неделю в течение шести месяцев. Мы будем редко видеться.

Линц выглядел упрямым.

– Наши отношения не должны основываться на жертвах. Мы должны искать компромисс. И у меня достаточно денег, чтобы решить любую проблему.

– Скажи мне, что ты задумал, – умоляла Тейт, совершенно не понимая, как будет совмещать любовные отношения с мужчиной с заботой о детях и карьерой.

– Я вообще не собирался просить тебя отказаться от своей карьеры. Если я работаю, то и ты можешь работать. Вот почему я связался с агентством по подбору нянь. Мы найдем подходящую няню, и время от времени она и дети будут путешествовать вместе с тобой. Иногда я буду ездить с тобой. Может быть, с няней, в зависимости от моей рабочей нагрузки, может быть, без нее. Это все можно устроить.

Сердце Тейт запело от волнения и восторга. Если они будут действовать сообща, у них все получится. Тейт обняла руками затылок Линца, притянула его голову к себе и поцеловала в губы.

Но сначала она должна перед ним извиниться и попросить у него прощения за колоссальную ошибку.

– Линц, прости меня за то, что я ушла от тебя. Мне так жаль.

Он наклонил голову.

– Ты планируешь сделать это снова? – спросил он очень серьезным тоном.

– Нет. – Тейт прижала руку к груди в области сердца и покачала головой. Он должен ей верить. – Я обещаю.

Линц посмотрел на нее с облегчением, и уголки его рта изогнулись в улыбке.

– Значит, все в порядке.

– Спасибо, – выдохнула она у его губ, страстно желая поблагодарить его за то, что из-за него все ее мечты сбываются. – Спасибо за то, что ты понял мои желания. Спасибо за то, что согласился, чтобы я делала карьеру. Спасибо, что простил меня за побег. – Глаза Тейт наполнились слезами. – Спасибо за любовь к Элли. И за то, что ты любишь меня. – Она задохнулась от волнения.

Линц вытер ее слезу большим пальцем и коснулся лбом лба Тейт.

– Я буду любить тебя, пока я живу, Тейт. Потому что ты, больше остальных, достойна быть любимой.

Линц отстранился и похлопал пальцем по ее носу.

– Прими душ и спускайся вниз. Мы договорим за завтраком.

– Ладно, – пробормотала Тейт. – Похоже, все мои мечты сбываются.

Она еще не сказала, что любит Линца.

Эта мысль пришла в голову Тейт, когда она спускалась по лестнице через двадцать минут. Как она могла пренебречь такой важной деталью? Она любила Линца всей душой. Она надеялась, что он знает об этом.

Он дал ей так много, а она до сих пор не сделала ему важного признания.

Разволновавшись, Тейт села на нижнюю ступеньку лестницы и оглядела коридор. Она любила этот дом. И не потому, что он находился на одной из лучших улиц Манхэттена, или потому, что он стоил целое состояние. Она любила его потому, что все люди, которых она любила, жили в нем. Тейт посмотрела на портрет Коннора на стене напротив, обращая внимание на веселые голубые глаза Баллантайна. Она жалела о том, что не была знакома с отцом Линца, но была уверена, что полюбила бы его. Многие поколения Баллантайнов выросли в этом доме, и теперь здесь будут жить Шоу и Элли.

Любовь, которую она чувствовала, пропитывала основание и стены этого дома. Иногда ей казалось, что она слышит тихий смех и чувствует теплые сгустки энергии. Она сомневалась, что в доме живут привидения, но действительно ощущала незримое присутствие бывших жильцов «Берлоги».

Джо была права, говоря, что этот дом умеет исцелять. В этом доме, среди Баллантайнов, Тейт чувствовала себя счастливее. Она ощущала себя по-настоящему дома.

Услышав шаги за спиной, она повернулась и увидела Линца, который стоял на верхней ступеньке лестницы, как-то странно глядя на нее сверху вниз.

– Я думала, ты уже внизу.

– Я оставил Элли с Сейдж и кое-что взял из своей комнаты.

Он продолжал смотреть на нее с непонятным выражением лица.

– Что случилось? – спросила Тейт. – Дети в порядке?

Линц кивнул:

– Шоу еще спит, а Элли обнимается с Сейдж.

Тейт начала вставать, но Линц положил руку ей на плечо, заставляя остаться на ступеньке.

– Нет, не двигайся, – сказал он. – Это самое подходящее место.

– Для чего? – спросила она.

– Вот для чего. – Линц сел рядом с ней и тут же притянул ее к себе и начал целовать. Его рука потянулась к ее груди. Тейт рассмеялась и отпрянула от него.

– Я, конечно, авантюристка, Баллантайн, но твоя сестра наверху и может спуститься в любой момент, – сухо сказала Тейт. – А у твоих братьев и сестры есть ключ от дома, и они часто заглядывают сюда без приглашения.

Линц усмехнулся, а потом посерьезнел.

– Это беспокоит тебя?

– О чем ты?

– Тебя беспокоит, что «Берлога» похожа на проходной двор? Я люблю этот дом, но если он тебе не подходит, мы можем переехать отсюда.

– Я люблю этот дом, Линц. Я не хочу жить в другом месте.

Линц улыбнулся:

– Я хочу, чтобы этот дом был нашим, Тейт. У нас будут дети, мы будем жить как равные партнеры. Нам будет нелегко совмещать две карьеры и заботу о детях, но я убежден, что мы соединим все это вместе и у нас получится замечательный переполох.

Тейт в который раз удивилась его великодушию. Она положила руку на его сильное бедро и прижалась лбом к его плечу.

– Да, я думаю, у нас все получится. Но жить я хочу только в «Берлоге».

Она услышала, как он с облегчением вздохнул, а потом почувствовала, как он целует ее волосы. Тейт не желала двигаться; она просто хотела сидеть на лестнице, слушать звуки дома и вдыхать чувственный, цитрусовый аромат одеколона Линца.

– Я люблю тебя, Линц, – прошептала она, разрушая последний барьер между ними. – Тебя, Шоу и Элли. Вы все будете для меня центром моего мира и смыслом моей жизни, – прибавила она хриплым голосом. Ее одолевали эмоции. – Я редко кого любила, Линц. Но если я кого-то люблю, то делаю это со всей душой. Я всегда буду любить тебя.

– Я тоже люблю тебя, дорогая, – хрипло ответил Линц. – Иди сюда.

Тейт быстренько уселась к нему на колени, обняла руками его лицо и вгляделась в его завораживающие глаза, в которых читались радость и удовольствие.

– Я люблю тебя, – прошептала она снова.

Линц прижал ее к себе и жадно поцеловал в губы, словно требуя от нее подтвердить свои слова. Тейт была более чем счастлива ответить ему, и следующие несколько минут они целовали и ласкали друг друга.

Внезапно у нее за спиной открылась дверь, и Тейт услышал взрыв смеха. Братья Линца с женами и его друг Рэйми стояли в коридоре. Тейт подняла брови и уставилась на Линца.

Линц одарил ее довольно кислой улыбкой.

– Они думали, что мне, возможно, потребуется моральная поддержка, – сказал он.

– По-моему, мы здесь все-таки лишние, – произнес Джегер, когда Тейт посмотрела на него через плечо. Почти весь клан Баллантайнов и Рэйми стояли в коридоре и пялились на них с явным удовольствием.

– Ребята, а вы не слышали о новой разработке ученых? – спросил Бек, снимая пальто и бросая его в кучу одежды на диване. – Она называется спальней. У вас в доме живут довольно впечатлительные дети.

– И Сейдж здесь, – прибавил Джегер.

Тейт смотрела на братьев Линца, их жен и Рэйми и видела, что они рады за Линца. Теперь она стала членом этой сумасшедшей большой семьи Баллантайнов. Они любили и одобряли Тейт.

Тейт повернулась к Линцу лицом и, оставаясь у него на коленях, решила подразнить его дерзких братьев.

– Линц, то есть теперь я де-факто стала хозяйкой «Берлоги»? – спросила она.

Линц сразу решил ей подыграть. Он притворился серьезным.

– Ага. Ты настоящая хозяйка. – Он запустил руку в карман и вытащил оттуда кольцо Коннора с александритом. – Если ты согласна носить это кольцо и мы все сделаем по закону.

Тейт игнорировала визг Кади и Пайпер, не сводя глаз с любимого Линца.

– Ты делаешь мне предложение? – радостно сказала она.

– Конечно. – Он улыбнулся. – Если ты согласна выйти за меня замуж и прожить со мной следующие шестьдесят лет или около того, а также стать хозяйкой «Берлоги» и руководить всеми вокруг.

Тейт никогда не думала, что будет такой счастливой.

– Только шестьдесят лет? Я думаю, мы проживем дольше, – ответила она с сияющей улыбкой.

– Ты согласна? – хитро спросил Линц.

– Да! Я люблю тебя, и я очень хочу провести остаток своей жизни с тобой. – Тейт мягко поцеловала его в губы. Она подняла голову и улыбнулась. – Но больше всего мне нравится командовать твоими братьями и сестрой. Уходите, – сказала она Баллантайнам, улыбнулась и посмотрела на них через плечо. – У меня есть планы насчет вашего брата.

Баллантайны безропотно взяли свои пальто. Рэйми открыл входную дверь, и все вышли из «Берлоги».

Тейт сразу стало не по себе. Она же просто пошутила! Как только она решила позвать их обратно, Линц закрыл ладонью ее рот. Он смеялся.

– Отличная работа! – заметил он. – Ты избавилась от них.

– Я пошутила! – завопила Тейт. – Пусть они вернутся!

– Не надо, – пробормотал Линц, встал и обнял Тейт. – Потому что у меня есть определенные планы насчет тебя.

Тейт посмотрела на входную дверь и прикусила губу.

– Но они…

Линц закатил глаза и побежал к входной двери. Рывком открыв дверь, он крикнул:

– Приходите ужинать! И принесите еду!

Линц захлопнул дверь и ударил руками по бедрам, глядя на Тейт, чувственно выгнув бровь.

– Теперь ты довольна?

Тейт провела кончиком пальца по его брюкам спереди.

– Я буду довольна.

– Да, черт побери, я не сомневаюсь в этом, – прорычал Линц. – Сейчас же идем в спальню.

Тейт побежала вверх по лестнице, и ей навстречу выскочил Шоу. Он обхватил ее ногу руками.

– Тейт! Ты вернулась! Я скучал по тебе! Спайк скучал по тебе! Поздоровайся со Спайком! Я играл на барабанах в саду.

Линц разочарованно вздохнул и пригладил рукой волосы.

Тейт, обняв Шоу рукой за плечи, громко рассмеялась, когда увидела, что Сейдж спускается по лестнице с третьего этажа, неся на руках Элли. Сейдж сразу заметила кольцо Линца на ее пальце.

– О, это кольцо Коннора? – спросила Сейдж. – Ты выйдешь за Линца?

Тейт усмехнулась, глядя на Линца, стоящего в нижней части лестницы. Шоу потянул ее за рукав, а Элли решила переселиться к ней на руки.

– Да, я выйду за него, – ответила Тейт и рассмеялась. – Все проснулись. Линц, по-моему, надо позвать оставшихся членов клана Баллантайн.

– Угу, – проворчал он, упершись руками в бока и выглядя разочарованным. – Это сумасшедший дом! Я думаю, нам надо переехать отсюда.

Тейт снова рассмеялась и покачала головой:

– Ни в коем случае. Я люблю этот дом, наших детей и тебя.

Взгляд Линца смягчился. Тейт заметила, как у него дернулся кадык.

– Я люблю тебя сильнее, Тейт.

Взяв телефон из кармана, он отправил сообщения своим братьям и Рэйми, а потом посмотрел на Тейт, детей и свою сестру.

Он улыбнулся, выглядя расслабленным и счастливым.

– Ты довольна тем, что сбыла с рук еще одного брата, Сейдж? Между прочим, тебе даже не пришлось платить Тейт, чтобы избавиться от меня.

Сейдж кивнула, и Тейт заметила умиление в ее глазах.

– Я могу отплатить ей, переделав кольцо Коннора. Оно немного старомодное. Что касается того, что я сбыла тебя с рук, я должна признаться, что ты раздражал меня меньше, чем другие мои братья.

Линц подмигнул Тейт и задумчиво посмотрел на Сейдж.

– А когда мы от тебя избавимся? – спросил он.

Тейт положила руку на плечо Сейдж.

– Он надеется, что ты тоже встретишь любовь всей своей жизни.

Сейдж простонала и закрыла лицо руками.

Линц наклонил голову набок.

– Что происходит между тобой и Латимором, Сейдж? – спросил он, в его серых глазах плясали озорные искорки.

Сейдж всплеснула руками и нахмурилась.

– Я клянусь, мой ангел-хранитель был пьян, когда разрешил мне встретиться с этим мужчиной.

Тейт поцеловала головку Элли и сжала плечо Шоу. Глядя на своего любимого мужчину, она улыбнулась. Откровенно говоря, если ее ангел-хранитель постарался сделать так, чтобы Тейт была счастливой, то он определенно заслуживает повышения по службе.

Content

Джосс Вуд
Ожившее желание

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13