Волгина Надежда Юрьевна

В плену демона

Глава 1

– Что с тобой, Ро? Чем заслужил этот несчастный вечные муки, на которые ты его сегодня обрек?

Арн – первый помощник верховного судьи и его самый близкий друг опустился в соседнее кресло и тоже посмотрел на пляшущие языки пламени.

– Не знаю, Арн, – устало потер глаза демон. – Каждый раз, когда вижу это ничтожество, злость захлестывает неконтролируемая. Считаю, что получил он по заслугам. Да и сколько можно судить его? – тряхнул он головой, и черные волосы блеснули красным в отражении пламени.

– Горн настоящий подонок, тут я с тобой согласен, но вечные муки… Даже для него это слишком.

– Я так решил! – посмотрел на Арна Роан, и глаза его зловеще блеснули. – И даже на правах друга ты не должен делать мне замечания, – вновь отвернулся к огню.

– А советы от друга ты принимаешь? – вкрадчиво спросил Арн.

Он знал Роана хорошо, и умел найти подход к этому демону в любое время и при любом раскладе. Когда тот особенно свирепствовал, то только Арн и мог его успокоить, тогда как все остальные демоны и служащие царства боялись переступать даже порог его покоев.

– Говори, раз уж начал, – вздохнул Роан и устало прикрыл глаза.

– От излишней свирепости нужно избавляться, находить для нее выход. Ты это не хуже меня знаешь. И не можешь не замечать, что демоническая сущность подавляет тебя постепенно, заставляя отступать от правосудия. Сходи к Аиде. Пусть она посмотрит на тебя и даст совет. А иначе через какое-то время ты ничем не будешь отличаться от того же Горна.

Аида – демоница, дарующая избавление от проблем. Давненько Роан у нее не был. А до этого часто забредал. Ему нравились ее рассудительность, проницательность, красота. Ее хотели все, но никто не мог заполучить. Ходили слухи, что Аида отказалась от всего плотского, чтобы копить в себе силу пророчества. И Роан склонен был верить этим слухам. Несмотря на явные дружелюбие и расположенность ко всем демонам царства, она никого не подпускала к себе близко. И жила Аида на отшибе, довольно далеко от дворца. Чтобы добраться до ее дома, нужно было преодолеть ни одну огненную реку. Но разве ж это проблема для того, кто получил крылья вечности?

– Хорошо, я навещу пророчицу. Но только ради тебя, – взглянул Роан на Арна, чувствуя, как улучшается его настроение. – А сейчас может расслабимся? Как насчет обнаженных танцев?

– На твоих красоток я готов любоваться вечность, – довольно потер руки Арн.

– И не только любоваться, дружище. Ночка сегодня будет жаркой, как полагаю, – понимающе усмехнулся Роан.

Он и сам давно не придавался оргиям. В последнее время заседания суда проводились чуть ли не каждый день, и многие выдавались нервные, как вот сегодняшнее. Да, ему нужно расслабиться! И ничего кроме секса не помогает в этом деле лучше всего. Безудержный, развратный, со вседозволенностью и толикой жестокости. Такой, как он любит.

Роан хлопнул в ладоши, и тут же дверь в гостиную распахнулась, впуская черта.

– Приведи… шестерых нам хватит? – посмотрел на Арна.

– Вполне, – довольно кивнул тот.

– Шестерых танцовщиц, – вновь повернулся к черту. – Выбери тех, что я еще не видел. И пусть наряды на них будут самые откровенные.

Черт кивнул и так же тихо испарился. А Роан повернулся к Арну.

– По кубку дракона для настроения?

– Я не против добавить огня в кровь, – тут же согласился друг. – И не забудь свое фирменное заклинание для крепости.

***

Лана зашла в тепло кафе и поискала глазами Галю. Подружка изучала меню с видом профессора и ее не замечала. Чувствуя, как постепенно оттаивает, Лана медленно приблизилась к столику.

– О, привет! – вскинула на нее глаза Галя. – Замерзла? Закажем глинтвейн?

– Да можно, – пожала плечами Лана и опустилась на стул.

На самом деле, в тепле она быстро согрелась и в полушубке стало даже жарко, Сняв его, она повесила тот на спинку стула.

– Как там? – в глазах Гали засветилось сочувствие.

– Все так же, – ровно проговорила Лана.

Говорят, что время лечит. Она теперь точно знала, что не лечит, ну или не так быстро. Однако, даже к открытой ране привыкаешь, как и к боли. Вот и она за два месяца привыкла, что родители разбились, что маму похоронили через три дня после аварии. А папа до сих пор лежит в коме. И врачи перестали делать какие-то прогнозы. А по их лицам Лана читала, что если бы те и были, то точно неблагоприятные.

– Лан, может переедешь все-таки ко мне? А квартиру сдашь, – в который раз предложила подруга.

– Нет, Галь, не буду я ее сдавать, – в очередной раз отказалась Лана. – И переезжать к тебе не буду, извини. Я написала сегодня заявление на академ. Пойду работать.

Кое-какие сбережения у нее были, благо, не все родители положили в банк под проценты. Но эти крохи таяли стремительно, и нужно было что-то решать. И сиротой она себя не считала, разве что на половину. Папа жив! И когда он поправится, должен вернуться к себе домой, а ни куда-нибудь еще. Завтра она начнет поиски работы. Уж официанткой куда-нибудь устроится точно.

– И ничего не сказала, тихушница, – обиделась Галя.

– Прости. Не хотела, чтоб ты начала отговаривать.

– Да ладно, проехали, – подруга замолчала ненадолго, бросая на Лану загадочные взгляды поверх кружки с глинтвейном.

– Галь, говори уже, – невольно улыбнулась.

– Слушай, я тут узнала про одну гадалку. Или даже не гадалку, а предсказательницу. Может, сходишь к ней?

– И отдам той последние деньги? Зачем мне это? Не больно-то хочется знать, что ждет меня в будущем.

Если отец не поправится, то скорее всего, в ближайшем будущем ее ждет черная тоска. И ее Лана боялась больше всего. Только мысль, что он жив, позволяла ей не сойти с ума.

– Не отказывайся раньше, чем выслушаешь, – зыркнула на нее Галя. – Говорят, она умеет исполнять желания, а не только предсказывать.

– Кто говорит?

– Это неважно, – отмахнулась Галя. – И тебя она примет бесплатно.

– С чего бы это?

– А с того, что с тех, кто приходит за исполнением желания, она деньги не берет, во-первых, а во-вторых, ты пойдешь к ней по протекции подруги моей мамы.

– Галь, ну ты сама-то в это веришь? – скривилась Лана.

– Знаешь, когда нет выбора, начинаешь верить во все. А у тебя его сейчас нет, – жестко произнесла подруга. – Держи, – протянула ей кусочек черного пластика, на котором золотыми буквами было выведено имя Лейла и внизу, совсем мелко значился адрес и телефон гадалки. – Позвони ей и запишись на сеанс. Скажи, что ты от Лидии Савельевой – это мамина подруга.

***

Роан снова облетел небольшой дом пророчицы и только потом плавно спланировал на резное крыльцо. Странное жилище для демоницы. Деревянный терем. И это в царстве огня и мрака! Но еще более странным было то, что ни единой огненной реки не протекало вблизи, все они находились на приличном расстоянии от дома. А земля вокруг него была усыпана пеплом. Кто или что и когда тут горело в таком количестве? Но эти вопросы быстро покидали голову демона, хоть и возникали каждый раз, как оказывался тут. За те полвека, что он не приближался к жилищу пророчицы, ничего не изменилось.

Дверь в терем вела без замков и запоров. Открыть ее тоже было невозможно, пока этого не захочет сделать хозяйка. И постучать не получится, потому как только рука коснется с виду деревянной поверхности, так сразу же провалится во что-то вязкое, липкое и холодное, как внутренности мертвеца.

Но Роана ждать не заставили – едва обратил он свой горящий взор на дверь, как та распахнулась, впуская его в полумрак прихожей. А тут и сама хозяйка терема вышла ему навстречу.

– Неужто ко мне пожаловал самый злобный демон царства! – раздался мелодичный голос, и Аида выступила из темноты. Тут же повсюду вспыхнул яркий теплый свет, прогоняя мрак. – Какими судьбами, Роан? И я рада тебя видеть!

Она пригласила гостя в большую комнату, обставленную со вкусом и без всяких там штучек, что водятся в домах колдуний. Аида отличалась от них всех. Да и Роан не считал ее колдуньей. Она была демоницей до мозга костей, чистокровной, рожденной от верховного демона. А дар пророчицы получила, говорят, на невольничьем рынке, где случайно оказалась и заглянула в глаза умирающей пророчицы. С тех пор всю себя Аида посвятила магии, что просыпалась в ней постепенно. А когда стала самостоятельной, то ушла от остальных демонов и поселилась на пепелище.

– Я и сам не знаю, Аида. Надеюсь, ты мне это скажешь, – отозвался демон.

– Ну проходи, раз уж решился прилететь, – улыбнулась пророчица, и Роан в который раз подивился, что такая красавица отказывается от всего, дарящего физическое наслаждение. Уж он бы с ней порезвился… – Осторожнее с мыслями, верховный демон, – тут же предупредила Аида. – Я ведь могу не посмотреть на твое величие. И твоя демоническая мощь не устоит перед моей.

Ну если Роан и устыдился собственных мыслей, то разве что ненадолго. В отличие от пророчицы он в монахи не записывался.

Аида усадила его на мягкий диван, а сама опустилась перед ним на колени. И снова Роану пришлось спрятать мысли о том, как эффектно смотрелись бы эти полные чувственные губы на его члене. А уж что он при этом бы испытывал!..

– Какие же вы, демоны, ненасытные! – рассмеялась пророчица, и Роан с удивлением осознал, что его защиту та сломала с легкостью. – К вашим услугам все самки царства, а вы мечтаете о несбыточном. Расслабься, Роан, меня ты точно не получишь. Да и никто. Откинься на спинку и закрой глаза. Отпусти мысли, чтобы я все их прочитала. Ни о чем тайном я знать не хочу, оставь это себе. Мне же дай то, что тебя беспокоит.

В комнате повисла тишина, лишь шепот Аиды нарушал ее. Да и тот был больше похож на шелест сухих листьев.

Роан прислушивался к себе, но никаких изменений не подмечал. Все тот же мрак царил в душе – вечный его спутник. Не только Арну казалось, что Роан переступил дозволенный порог жестокости. Он и сам за собой подмечал неконтролируемую злость. И вспыхивала та внезапно, когда он не ждал ее. Вот и на суде вместо преступившего законы подземного царства Горна он вдруг увидел отъявленного злодея, которого захотелось покарать самым страшным образом. Что он и сделал, собственно. О чем и сейчас не жалел.

Вскоре Аида разрешила ему открыть глаза, и Роан встретился взглядом с ее внимательным и отливающим янтарем. Даже глаза у этой демоницы были не такие как у всех остальных. Не черные, карие или зеленые, а янтарно-желтые. И в них читалось спокойствие, на грани равнодушия ко всему.

– Я знаю, что с тобой происходит, демон, – встала пророчица и отошла к окну.

– И ты мне, конечно же, поведаешь об этом? – насмешливо уточнил Роан. Серьезные игры ему наскучили. Захотелось вернуться в минувшую ночь, когда они с Арном развлеклись по полной. Так развлеклись, что член до сих пор побаливал. Перетрудился накануне, бедняга.

– Мрак в тебе слишком густой, плотный. Пора разбавить его светом, пока ты не превратился в чудовище, – не поворачиваясь, ответила Аида. Голос ее звучал серьезно, даже скорбно. Веселия Роана демоница явно не разделяла.

– Где же я возьму свет в царстве?

– Здесь нигде. Тебе нужна человеческая девушка. Связь с ней даст тебе этот свет.

– Ты хочешь сказать, что мне нужен живой человек?! – вскочил демон.

– Именно, Роан, – повернулась к нему пророчица лицом. – Тебе нужна живая девушка.

– Зачем она мне тут? Что я с ней буду делать?

– Все, что захочешь, на что хватит твоей фантазии. Иди сюда, – поманила она его пальцем.

Подобного жеста демон не потерпел бы не от кого, спалил бы на месте. Но от Аиды его он даже не заметил.

– Смотри, – провела пророчица ладонью вдоль стекла в окне.

Сначала появилась рябь, но очень быстро та исчезла, и взгляду Роана предстала девушка, что сидела за обшарпанным столом в довольно современной комнате. Перед ней сидела старуха и что-то говорила. Слов Роан не слышал, а лицо старухи показалось ему противнее физиономий тех ведьм, коими кишел его мир. А вот девушка была красива, только унылая какая-то, потерянная. И сидела она сгорбившись и облокачиваясь на стол.

– Она тебе нужна. Но поторопись отправить за ней проводника. Иначе ошибка, которую она совершает, может стоить ей жизни. Счет пошел на часы!

***

Глядя в лицо настолько отвратительной старухи, что даже в страшных снах ей не являлась, Лана недоумевала, что она вообще тут делает. И кто бы мог подумать, что живет и принимает та в элитной многоэтажке, на тринадцатом этаже. И визитка, что крутила Лана в руке, вон тисненая золотом. А сама хозяйка квартиры похожа на самую настоящую ведьму, и говорит будто каркает.

– Поди сюда, чего топчесся у порога, – поманила Лану старуха и указала на стул возле стола. – Вижу, зачем пожаловала. Грех на душу хочешь взять?

– В каком смысле? – не поняла Лана.

– А в таком, что жизни просишь для того, кто обречен на смерть. А знаешь ли ты, что ради такого нужно чем-то жертвовать?

– Я вас не понимаю.

– Да чего ж тут непонятного, дурища. Получишь ты второй шанс для своего папашки. Чего сама готова лишиться ради этого? – воззрилась старуха на нее глазами, наполовину закрытыми бельмами.

– Мне все равно, лишь бы он поправился, – пожала плечами Лана, все еще не веря в реальность происходящего.

Да и старухе этой она не верила. Скорее всего, напускает на себя оккультной важности, а сама о ее проблеме узнала от той же Лидии Савельевой, от которой Лана сюда и пришла.

– Тогда сама решу, что взять с тебя, – противно захихикала старуха и вдруг схватила Лану за руку, потянула на себя через стол. – Все равно ей… И жизнь отдашь? И молодость? Ох и глупые же среди вас попадаются!

– Что вы?.. – закончить Лана не успела. В руке колдуньи вдруг блеснул сталью нож, и в следующую секунду ладонь прорезала острая боль. А на столешницу закапала густая темная кровь.

Голова закружилась что есть силы, и сколько-то секунд у Ланы ушло на то, чтобы побороть дурноту. А старуха уже вовсю бормотала, и Лана с ужасом наблюдала, как кровь ее сворачивается в шарики, и шарики эти скатываются по столешнице прямиком в морщинистую ладонь. А потом исчезают в той без следа, словно мгновенно впитываются в кожу.

Руку уже ломило и от крепкой хватки старухи, и от потери крови, по всей видимости, когда колдунья склонилась низко над ладонью и принялась заговаривать порез. Тут же кровь перестала течь, а порез затягивался и исчезал на глазах. И вот тут Лане стало страшно, только вот сделанного не воротишь. Во что же она влипла? И чем ей это теперь грозит?

Как и предсказывала Галя, денег с нее колдунья не взяла. Еще и напоила чем-то для придания сил, как сама выразилась. А на дорогу напутствовала:

– Ты сделала то, что велело тебе сердце. Я же поступила согласно велению своего. Мы квиты, красавица, – и захлопнула за ней тяжеленую стальную дверь.

Несмотря на бодрящий напиток, Лана испытывала настолько сильную усталость, что на обратном пути даже в магазин заходить не стала, сразу отправилась домой. И дома сил хватило только на то, чтоб умыться и переодеться ко сну. И хоть время еще было детское, Лана с таким удовольствием завалилась в постель, мечтая, чтобы поскорее ее накрыл сон, а воспоминания о страшной старухе стерлись напрочь.

Снилась ей мама, и во сне она о чем-то ее предупреждала. Только вот родного голоса Лана так и не услышала, как и сама ничего не могла сказать. А проснулась она от легкого толчка, и в первый момент не осознала, что действительность вокруг нее поменялась.

Глава 2

Темно и жарко – первое, что определила, когда вдруг проснулась. Причем, что на дворе ночь, даже не сомневалась. Только вот куда подевались все фонари во дворе, что щедро бросали в окна свет, и с чего это вдруг батареи раскочегарили так, что в комнате дышать нечем. И это в ее торцевой комнате, где зимой всегда холодно, так что приходится включать обогреватель.

Лана пошарила по стене в попытке нащупать веревочку бра и очень озадачилась, когда таковой не обнаружила. Да и стена на ощупь показалась ей другой, какой-то шершавой, а не покрытой обоями с шелковым тиснением.

Она пока еще не боялась, но уже совершенно не понимала, что происходит. Ну и где-то в глубине души теплилась надежда, что ей снится очень реалистичный сон. А когда вдали загорелась крохотная точка и принялась стремительно увеличиваться, то Лана даже засмеялась, окончательно уверившись, что все это ей только снится.

– Странная реакция человечка на демонический огонь, – раздался низкий голос.

Его обладателя у Ланы никак не получалось рассмотреть – того полностью скрывало пламя, в котором он и жарился. Или не жарился, иначе как он может говорить так спокойно. Это ведь реалистичный сон, а значит, ему должно быть очень больно. Хотя, чего только во снах не случается.

– Должна сказать, полыхаете вы эффектно, – усмехнулась Лана и подвинулась назад, чтобы опереться на торец шифоньера, к которому и примыкала ее тахта. Каково же было ее удивление, когда она не нащупав опоры повалилась на все то же ложе. – Черт! – пробормотала, вновь садясь. В пижаме было нестерпимо жарко, по спине уже струился пот. И сон этот нравился Лане все меньше.

– Верховный демон, не черт, – вышел, наконец, обладатель завораживающего голоса из пламени.

Лана, конечно, по достоинству оценила мощную фигуру и не лишенное привлекательности лицо, но больше всего ей сейчас хотелось стянуть эту дурацкую пижаму. И она уже хотела проснуться, подозревая, что в квартире у нее пожар, который разгорается не хуже того пламени, которое, кстати, затухало у нее на глазах. Если она сейчас не проснется, то точно сгорит.

– Все, сгинь! – взмахнула она рукой и посильнее зажмурилась. – Просыпайся! Просыпайся!..

– Это не сон, красавица, и ты в подземном царстве, – голос демона раздался совсем рядом, и Лана почувствовала, как под ним прогнулась кровать. – И кажется, тебе тут жарко.

– Это не может быть не сном, и никакого подземного царства не существует, – посмотрела она на мужчину, что сидел совсем рядом. И с такого расстояния он казался слишком мощным и опасным. А в глазах его плясало пламя, но не обычное, а почему-то красное.

Мужчина протянул руку, и Лана невольно дернулась. Но ладонь его все равно прижалась к ее щеке.

– Ты вся горишь, – без тени улыбки сообщил прописную истину. Да он просто мистер очевидность!

– Ну еще бы! Тут жарко как в аду!

– Совершенно верно. Добро пожаловать в ад! Но для тебя я создам спец условия, уговорила.

Стоило ему только произнести заветную фразу, как сразу же стало гораздо прохладнее. Аж задышалось легче, и Лана перевела дух.

– Спасибо! – пробормотала она, пытаясь прогнать нехорошие предчувствия.

– Не стоит здесь упоминать его имя, – посмотрел гигант куда-то вверх.

Только сейчас Лана сообразила, что комнату освещает остатки того пламени, из которого появился этот… демон?

– Ты же мне снишься? – дрогнувшим голосом произнесла она.

– Нет. Я же сказал уже.

– Но это невозможно!

– Как видишь, возможно все, – усмехнулся демон.

– А что я тут делаю?

– Ты у меня в плену.

– А в честь чего?

– Потому что так нужно мне. Да и для тебя это лучше, чем явиться сюда в образе духа.

Лана потрясла головой. Постепенно до нее начинало доходить, что никакой это не сон. А мужчина, что сидит рядом и с ленивым любопытством разглядывает ее, демон подземного царства. Но разве может она поверить в такое?! Она до такой степени растерялась, что не смогла найти слов. Только и смотрела во все глаза на своего пленителя, если верить ему же.

– Ладно, спи. Это обитатели моего мира ночью не спят, а тебе еще только предстоит привыкнуть к новой жизни. Поговорим завтра…

Он провел рукой у нее перед глазами, и сразу же реальность потеряла четкие очертания. Образ демона расплывался перед глазами, а сама Лана плавно опускалась на ложе, чтобы в следующий момент провалиться в спасительный сон.

***

Роан смотрел на спящую девушку в какой-то нелепой робе и понимал, что несмотря на ее внешнюю привлекательность, она совершенно не в его вкусе. Волосы блеклые хоть и длинные. Черты лица вроде и нормальные, даже приближенные к идеальным, но не блещут той яркостью, которой он привык себя окружать. И худая она больно. Грудь-то у нее хоть есть?

Недолго думая, он провел пальцем в том месте пижамы, где были пуговицы, и сразу же те выскочили из петель, а пижама распахнулась на груди девушки.

Не густо, конечно, но форма груди ему понравилась. Дерзкая такая, и соски розовые, как те бутоны, что растут в его саду. Пожалуй, их цвет пришелся ему по вкусу.

Роан накрыл грудь пленницы рукой, и почувствовал, как дернулся его член одновременно с тем, как затвердел ее сосок. Тогда и вторая рука опустилась на вторую грудь, а пальцы несильно сжали розовеющие вершины. Пламя, что тлело рядом, разгорелось чуть сильнее, заливая девушку ярким светом. И Роан с удивлением понял, что ему недостаточно видеть ее по пояс. Он хочет знать, что скрывают эти мешковатые штаны. Все так же не прикасаясь к ним, справился с тесемками. А вот стянут их ему захотелось не при помощи магии, а касаясь пальцами ее кожи. Запустив те под мягкую резинку, он потянул штаны вниз, открывая постепенно взору плоский, даже немного впалый, живот и треугольник между ног с узким ежиком волос.

Пленница пошевелилась и что-то пробормотала во сне, но разбудить ее Роан не боялся, ведь он же до этого и усыпил ее.

Когда девушка осталась перед ним практически нагая, не считая верха пижамы, что прикрывала руки, Роан какое-то время скользил по ее телу взглядом, подмечая все. Стройность, которую он посчитал за худобу. Но нет, ни единой торчащей косточки он не заметил, хоть и все они были узенькими и хрупкими. При желании он может переломить их пальцами. Симпатичная впадинка в районе пупка. Н-да… даже не у всех демониц, что побывали в его постели пупки настолько идеальными. Ей бы пошел пирсинг. Капля бриллианта отлично смотрелась бы в этой ложбинке. Ноги длинные, рельефные, и ступни аккуратные, с розовыми пальчиками. Роан обхватил одну ступню, и та поместилась в его ладони. Какой же у нее размер ноги? Детский что ли?

Он согнул ногу в колени и чуть отвел в сторону. Пора было заглянуть в заветную щель, чтобы посмотреть товар изнутри, так сказать. За первой ногой последовала вторая, а потом он и вовсе широко развел их, открывая пленницу взору. С удивлением отметил, что рассматривает ее с жадностью, что члену становится все теснее в обтягивающей нижнюю половину тела коже. Да она его возбуждает! Вот же!.. А как с такой крохой трахаться-то? Он же порвет ее. И не жалко, да вот незадача – придется искать новую, раз уж Аида поведала, что только от человека он может напитаться светом. Даже пальцу его в ней тесно, в чем сразу же убедился, запустив тот в нее. Тесно и жарко. А еще влажно и приятно. И кажется, пора заканчивать исследования, пока член не взбунтовался окончательно.

Роан достал палец и накрыл девушку одеялом. Он все равно не понимал, на что она ему сдалась, и в качестве кого собирается ее использовать. Но эстетическое удовольствие от созерцания ее наготы уже получил. Наверное, это уже плюс.

Арн дожидался его в каминном зале, куда Роан переместился прямо из спальни невольницы. Камины ярко полыхали, и пламя их лизало каменный пол, пробиваясь сквозь толстые прутья решеток.

– Ну и как она? – такими словами встретил его друг.

– Как все люди, Арн. Слабая, эмоциональная и глупая, – дернул плечами Роан.

Его все еще раздражало, что пророчица навязала ему столь специфический трофей. Люди в царстве являлись большой редкостью. По крайней мере, живые. Попадали сюда только по желанию демонов. И желание это должно было быть очень сильным, вызванным вескими причинами. Да и век человеческий был очень коротким, а в царстве так и вовсе пролетал незаметно. Все они слишком быстро умирали.

– Красивая?

– Не настолько, чтобы хотеть ее как женщину, – немного слукавил Роан. Почему-то признаваться, что пленница его возбудила, не хотелось. – Не пойму, что с ней делать.

– Просто держи рядом с собой, Ро. А занятие ей найдешь. Ведь ты пока даже примерно не знаешь, на что она сгодится лучше всего, – мудро заключил Арн. – Покажешь ее?

– Обязательно. Если на утро ее не убьет истерика. Пока она еще мало чего поняла, – рассмеялся демон, и смех его прокатился зловещим рокотом по залу.

***

Лана еще не открыла глаза, но уже привычно размышляла, что, пожалуй, сначала она зайдет к отцу, а уже потом засядет за поиски работы. Газет вчера принесла целую стопку, только вот рассматривать на ночь глядя мелкий типографский шрифт не хотелось. Да и после похода к предсказательнице еле до дома доплелась. Ну Галька! Она еще выскажет ей все, что думает о знакомых ее мамы!

А еще ей снился странный сон. Всю ночь она скакала на коне, стремясь попасть в какое-то определенное место. Причем, о месте этом знал именно конь, не она. Но вот беда, куда бы они не направлялись, повсюду подстерегали опасности. То бурная река вырастала на пути, то конь тормозил на краю обрыва. И так до бесконечности. Лана чувствовала, как устает под ней это сильное и теплое животное. И в какой-то момент конь решился – прыгнул с обрыва вниз, прямо в бушующую у подножья реку. И как-то так получилось, что сделал он это без наездницы, она осталась наверху. Наверное, потому еще распахнула глаза, испытывая легкую неудовлетворенность, словно упустила что-то важное.

И вот тут ее поджидал сюрприз, который быстро перерос в легкий шок. Пока еще легкий. Проснулась она не дома, а потом и вспомнила то, что посчитала сном. Мужчину, что явился к ней в ночи и назвался демоном. Сильного, красивого и очень опасного. Только вот во сне она его не боялась, а сейчас, рассматривая серые стены и потолок, боясь даже дышать громко, Лана чувствовала, как страх подкрадывается к ней со всех сторон, принимая в свои объятья, сжимая их и делая удушливыми.

Так это не было сном? И она действительно каким-то образом оказалась… где, кстати? Кажется, тот, что назвался демоном, говорил что-то про подземное царство. Оно ли это?

Паниковать себе Лана запретила строго настрого, потому как от паники станет только хуже и до помешательства останется один лишь шаг. Пока она способна думать, есть шанс все вернуть на круги своя. Осталось понять, что же именно ей предстоит вернуть.

Следующим неприятным сюрпризом оказалось то, что она практически голая. Пижамных штанов на ней не было вовсе, а кофта болталась на одной руке. А раздеться-то каким образом она умудрилась? Или это сделал кто-то за нее? Развивать и дальше эту мысль не стала по той же причине, что и паниковать. Если начнет думать, кто ее раздел, родится закономерный вопрос «Зачем?», а финал все тот же – паника.

Быстро натянув пижаму, Лана вскочила с кровати и осмотрелась. Впрочем, осмотр комнаты не дал результатов. Была та совсем крохотная, без окон. Помещалась в ней разве что кровать. Сразу же начинался темный коридор, что заменял одну из стен, которой не было. Куда вел этот коридор, Лана понятия не имела. Но именно в него и шагнула, трезво рассудив, что куда-то да тот ее выведет, а если ровно сидеть на попе, то вернуться домой не получится.

Еще две вещи казались ей очень странными, хоть она и старалась об этом не думать. С чего она взяла, что наступило утро? И почему даже в коридоре не царит непроглядная тьма. Ну и ответ на первый вопрос рождался автоматически. Ночью, когда к ней приходил демон, именно тьма и царила. А сейчас откуда-то пробивается свет, а значит наступило утро.

Лана шла долго, только коридор не хотел заканчиваться. А вот силы постепенно подходили к концу. И повернуть назад не могла – шутка ли, столько уже протопала. Когда она уже хотела опуститься прямо на каменный пол, чтобы передохнуть, за спиной раздался насмешливый женский голос:

– Далеко собралась, глупышка?

Лана медленно повернулась, чувствуя как мелко подрагивают ноги. Голос не был злым, но она отчего-то испугалась. Сработал фактор неожиданности что ли?

Виляя бедрами к ней приближалось нечто странное. Но явно женского пола, судя по обхвату тех же бедер, осиной талии, перетянутой золотым пояском, и внушительных размеров груди. Одета она была в широкие шаровары ярко-розового цвета и слишком откровенный топ, больше открывающий грудь, чем скрывающий. Уши у нее были слишком большие и шевелились при ходьбе, а на голове красовались симпатичные изогнутые рожки, в лучших традициях карнавального головного убора. Но оторвать взгляда Лана не могла от длинного хвоста что держала эта… самка? в руке и поглаживала рыжую кисточку на конце. А по каменному полу она цокала настоящими копытами. Мама дорогая, кто же это ей явился?!

– Ты немая или как? – остановилась перед ней ОНА и с любопытством оглядела с головы до ног ярко-зелеными глазищами. С рыжими волосами, что волнами спускались на плечи, те смотрелись очень гармонично.

– Я?.. – Лана снова вернулась к разглядыванию блестящих копыт, будь они не ладны.

– Ну вот и голосок прорезался, – хихикнула ОНА. – А имя у тебя есть?

– Светлана. Можно просто Лана, – машинально ответила.

– Лана… – попробовала та имя на вкус. – А что, мне нравится. Лана из клана.

– Какого клана?

– Ну в данном случае, из человеческого. Ты же человечка. А я чертиха Майя, приятно познакомиться, – протянула она руку с длинными ногтями, выкрашенными в зеленый перламутровый цвет. – Роан велел мне помогать тебе во всем. Уверена, мы подружимся.

– Да?

– Ну, Лан, отомри уже, – шлепнула ее Майя по плечу. – Ты же живая, а это тут редкость. Вот и веди себя как живая. И пошли уже, нужно торопиться.

– Куда? – решилась уточнить Лана, в то время как новая знакомая уже вела ее обратно по коридору.

– Отмываться, одеваться, краситься, причесываться, чтобы предстала ты пред хозяином во всей красе. Сейчас ты похожа на невольницу с рынка, которая не видела воды месяц, а то и больше.

– Он мне не хозяин! – буркнула Лана, поняв о ком идет речь.

– Ну это вы с ним сами разберетесь, – хихикнула чертиха. – Мое дело маленькое.

***

Роан сидел в кабинете, за огромным дубовым столом и просматривал дело очередной жертвы безумия, когда в дверь тихонько поскреблись.

– Ну кто еще там? – недовольно отозвался демон, раздражаясь, что мысль ускользнула, едва он уцепил ту за хвост.

– Роан, можно? – заглянула Майя – главная распрядительница среди его личных служанок.

– Что тебе?

– Она отказывается одеваться в тунику, как и положено невольницам ее уровня, – вошла чертиха и смело приблизилась к столу. А потом и вовсе обогнула тот и потерлась бедром о плечо демона.

– Вот как? – мгновенно отреагировал он на ее вольность, проскользив руками по тонкой талии, забираясь под маечку и накрывая пышную грудь. – М-м-м, – простонал, играя с сосками. Как же он любил женскую грудь! Полную, горячую, чувствительную… А у Майи она была что надо, и откликалась девчонка так, что заводила его с пол оборота. – Чего же она хочет? – задрал он маечку и принялся играть с темно-коричневыми сосками губами, наблюдая как те съеживаются, реагируя на ласку. А самому уже хотелось большего, гораздо большего.

– Говорит, что не наденет на себя прозрачную тряпку. Что мне с ней делать, чтобы избежать твоего гнева? – проворковала Майя, беря руку демона и запуская в свои шаровары.

Там она уже была тоже горячая и соблазнительно влажная. Только вот поддаться вспыхнувшему возбуждению Роан сейчас и не мог. Дела прежде всего, а уж потом удовольствие. Да и на это отведены ночи. Так и пришлось с сожалением вновь спрятать грудь под маечку, а пальцы убрать от манящей расщелины. Чертиха разочарованно вздохнула, но поняла его правильно и даже отстранилась. Умница-девочка!

– Прозрачную тряпку, значит, не хочет? – задумчиво протянул демон, вспоминая ночное общение с невольницей. – Ну тогда позволь ей самой выбрать наряд, – усмехнулся одними губами. Глаза оставались холодными и задумчивыми.

– Как скажешь, конечно. Но ты вправе заставить ее подчиниться, мой господин.

– Знаю, милая. И обязательно заставлю. Но не сейчас. Сейчас мне хочется узнать, как далеко она готова зайти в неповиновении мне.

– Какой же ты мудрый, мой господин! – проворковала Майя.

– Милая, я немного занят, – выпрямился Роан в кресле и не мигая посмотрел на соблазнительницу. – И лесть меня мало трогает, ты знаешь. Устроила ли ты нашу живую гостью, как того требует ее статус?

– И каков ее статус, господин, кроме невольничьего? – бесстрастно поинтересовалась чертиха. Но он то понял, что она злится за его отповедь.

– Этого я пока еще не решил. Выдели ей комнату с выходом в сад. Люди – они очень сентиментальны и любят природу. Боюсь, если за окном ее комнаты будут протекать наши огненные реки, то она быстро зачахнет. И вечером сопроводи ее в столовую. Хочу пообщаться с ней в неформальной обстановке, за ужином. И да… не убирай с ее лобка волосы.

Последнюю фразу Майя никак не откомментировала, но не удержалась и удивленно изогнула брови. А Роан вдруг вспомнил, как ласкал ночью человеческую девушку, как проникал в ее плоть. И возбуждение еще большей силы не заставило себя ждать.

– Все! Иди! – разозлился он не известно почему. – Передай всем, чтоб до вечера меня не беспокоили.

Дверь за ней закрылась, время шло, а демон не двигался, глядя в окно. Аида права, и выходить из себя он стал очень быстро. Вот даже сейчас едва не набросился на главную служанку только за то, что та позволила себе удивиться его распоряжению. Да он и сам удивился, если уж на то пошло. На женском теле волос быть не должно, так сдалась ему эта узенькая дорожка, что пересекает лобок девчонки! Но именно такой и хочет ее видеть, когда та в следующий раз раздвинет для него ноги. А в том, что это случится, он не сомневается, хоть и не особо желает ее. Но женщины только для этого и нужны. Большинство из них глупы, как пробки. Другие сварливы и истеричны. И все они похотливые самки, что готовы устраивать бои каждую ночь за право оказаться в его постели. И эта окажется, если, конечно, он сам этого захочет.

Глава 3

– Иди за мной! – скомандовала Майя, как только появилась на пороге бани.

Лана сидела на лавке, распаренная уже до невозможности, но надевать прозрачную тунику, что лежала рядом, категорически отказывалась. Она еще пока в своем уме, чтобы выставлять свое тело напоказ. Нате, любуйтесь все кому не лень! Да она даже при подругах стеснялась переодеваться. А тут разгуливать голой… И когда ее со всех сторон обступили рогатые крылатые хвостатые банщицы, чуть богу душу не отдала от стеснения и страха. И морды у всех одна страшнее другой: лупоглазые и клыкастые. И главное, все молча, ни о чем не спрашивая, просто сорвали с нее пижаму и опустили в лохань. Мыли, терли с таким остервенением, что белье в стиральной машине, наверное, чувствует себя комфортнее. А потом еще хотели и лобок ей побрить вместе с ногами, которые она, кстати, вчера только проэпилировала. Но тут уж Лана стояла насмерть – пиналась, брыкалась, но к лобку прикоснуться не позволила. Так и пришлось банщицам уйти не солоно хлебавши.

И сейчас вот она закуталась в полотенце, понятия не имея, что предпринять дальше. Хорошо, за ней пришла Майя. К ее виду Лана хоть привыкла. Да и эта представительница чертей (страшно подумать, что все это с ней происходит на самом деле!) была хоть симпатичная. Не то что коренастые, клыкастые банщицы, с руками каждая с кувалду. Таких страшил ей еще видеть не доводилось, даже на картинках. А еще они не говорили, а рычали, разбирать слова получалось с трудом. Как вообще не утопили ее в лохани.

– Стой! – сдернула Майя без предупреждения с нее полотенце и уставилась на лобок.

– Только не говори, что и тебе мешают мои волосы, – обреченно вздохнула Лана. Кажется, обнажаться она уже начинает привыкать. По крайней мере, трепета не вызвал даже насмешливый взгляд, каким скользила по ее фигуре Майя.

– Мне плевать на твои волосы, но рада, что ни уцелели, – рассмеялась чертиха. – А вот подкормить тебя не мешает. Господин не любит тощих.

– А мне плевать, каких там женщин любит ваш господин! – тут же взбеленилась Лана. – И он не мой господин, понятно?

– Чего же тут непонятного, – усмехнулась Майя. – Ладно, топай уже. Не в полотенце же тебе являться на ужин.

– А в таком виде куда-то топать, значит, можно, – проворчала Лана.

– Слушай, да ты капризная как тепличная орхидея! – всплеснула руками Майя. – То тебе не так, это не эдак!.. Не хочешь идти так, облачайся в тунику. Нет у меня времени возиться с тобой. На мне вся прислуга… – развернулась и завиляла будрами.

Лане ничего не оставалось, как идти следом. Да и дышать жаркой влагой уже становилось невтерпеж.

Благо, долго идти не пришлось. Миновав пару пустующих комнат, они поднялись по лестнице и оказались в царстве одежды. Кроме одежды в комнате не было больше ничего. И висела она так плотно, что удавалось рассмотреть только яркие ткани самых разных расцветок.

– Хозяин был благосклонен к тебе и разрешил выбрать платье на свой вкус. Но не обольщайся, одетых женщин он не любит, – тут же рассмеялась Майя. – Сдается мне, поблажка эта останется единственной.

– Какое благородство! – пробормотала Лана, но чертиха ее уже не слушала.

С деловым видом она отбирала из общей массы платья и бросала те прямо на пол. Почти все они казались Лане не менее откровенными, чем та же туника, разве что не прозрачные. А еще все они были пышными, старомодными, словно сохранились с прошлых веков. Казалось, тряхни их, и взметнется облако пыли, а из складок выпорхнет моль, и платье на глазах превратится в труху.

– Ну и?.. Сколько ты еще собираешься на них пялиться? – уперла руки в бока Майя и смотрела на Лану уже с явным раздражением.

– А что я должна сделать?

– Выбрать себе платье!

– Вот из этого? – кивнула Лана на кучу «старья».

– Так, еще слово, и я позову Сону. Она сделает так, что ты не только тунику наденешь, но и во всем остальном станешь покладистее вон той вешалки, – кивнула она на почему-то пустую железяку с крючками.

На этот раз Майя показалась Лане очень убедительной. Настолько, что страшно стало даже уточнять, кто такая Сона, и как она выполнит угрозу. Не сдержав тяжкого вздоха, Лана принялась перебирать платья. Уже через минуту убедилась, что те вовсе не старые и не пыльные. Но фасоны!.. Они все оставляли желать лучшего. И тем не менее, она остановила свой выбор на голубом платье с более-менее закрытым верхом, собранном под грудью и свободно спадающей, должно быть, до пола юбкой.

– Пресно, – скривилась Майя, когда Лана надела платье. – Но что еще от тебя ожидать.

Тут Лана не могла с ней согласиться, потому что собственное отражение в зеркальной стене ей нравилось. Цвет шел к ее глазам, которые сейчас не казались просто серыми, а стали словно ярче и отливали синевой. И волосы платье тоже оттеняло, правда не сильно. Еще вчера она хотела вымыть голову оттеночным шампунем, да сил не было. А сегодня вот попала в неволю, из которой ей как-то предстоит вырваться, чтобы вернуться домой.

– Пойдем, покажу тебе твою комнату. Вечером приду за тобой и сопровожу на ужин с господином. И постарайся не злить его, человечка. Верховный демон в злости страшен.

Господи! Да не собирается она никого злить, и уж тем более, демона! Она просто хочет вернуться домой, и все!

– Располагайся. До вечера есть время передохнуть. Перекуси, – указала Майя на столик со всякими яствами, когда привела Лану в небольшую, но довольно уютную комнатку. – Но не объедайся! – тут же предупредила. – Будешь сидеть за ужином с кислой миной – разбудишь демона.

Когда за Майей закрылась дверь, Лана позволила себе оглядеться повнимательнее. В комнате имелось все необходимое из мебели и в то же время ничего лишнего. Шкаф, комод, кровать с тумбочкой и туалетный столик тоже были выполнены под старину, но лишь имитировали ту формой и отделкой. На самом деле, все выглядело добротным и новым. А кровать поражала размерами – при желании на ней могли разместиться четверо и за всю ночь ни разу не соприкоснуться.

Есть ей совершенно не хотелось, разве что фрукты привлекли внимание. Манго, киви, клубника, малина, виноград… Неужто все это тут растет, причем, круглый год? Кстати, о птичках! А какое тут время года сейчас? Озадаченная этим вопросом Лана и приблизилась к окну, отдергивая тяжелые портьеры. В следующий момент она едва не выронила блюдо с фруктами, которое по инерции прихватила с собой.

Прямо за окном-дверью начинался сад, где царило настоящее буйство красок. Деревья, кустарники, клумбы – все было усыпано цветами. Огромными и совсем крохотными, естественных оттенков и совершенно невообразимых – все они сочетались между собой и не раздражали глаз. Хотелось смотреть на это невообразимое буйство вечно, словно ничего красивее в своей жизни и не видела.

Поставив блюдо с фруктами прямо на пол, Лана приоткрыла дверь и ступила в сад. Первым делом что есть силы втянула носом воздух и сразу же разочарованно выдохнула. Несмотря на внешнее великолепие, здесь ничем не пахло. Совершенно! Ни единого запаха, кроме аромата костра она не уловила. Как такое возможно? Лана приблизила нос к большому бордовому цветку на кустарнике рядом, но лишь для того, чтобы лишний раз убедиться – цветок не пах ничем. И это открытие заставило прослезиться. Мертвая природа, великолепная в своей смерти. Вот, значит, каково подземное царство? Но в само существование последнего все еще верилось с трудом.

По узенькой тропинке, петляющей между деревьями и клумбами, Лана направилась вглубь сада. Еще раньше чем достигла невысокой ограды, она разглядела, что же находится за ней. А за ней начинался обрыв, и на дне этого обрыва бурлили огненные реки. Берега этих рек были покрыты серым пеплом вместо песка или камней. И теперь она поняла, откуда исходит запах гари.

– Бог ты мой! Куда я попала? – потрясенно пробормотала Лана, не в силах оторвать взгляд от языков пламени, срывающихся с поверхности рек. – Неужто мне предстоит гореть в аду, если не смогу отсюда выбраться?

***

Роан завис в воздухе на подлетах к замку. Огромные крылья рассекали пространство, но с места он не двигался.

– Ты чего, дружище? – нагнал его Арн. – Любуешься своим великолепным замком? Давно не видел? – коротко хохотнул демон.

Полюбоваться было чем, конечно. Остроконечные башни врезались в серое небо и терялись в нем. Замок Роана был огромен и окружен огнем со всех сторон. Подобраться к нему незаметно было практически невозможно. Огонь Роан заговаривал лично, и случайные странники не могли приблизиться к замку. Но сейчас он всего этого не замечал, ибо настроение его приближалось к отметке «отвратительно».

– Я все размышляю, на кой мне сдалась живая человеческая девушка, – медленно произнес демон.

– Так для света же, – пожал плечами Арн.

– Да это понятно, но что мне с ней делать?

– Ну а что ты обычно делаешь с девушками? – пошло осклабился демон. – Или с ней ты решил деликатничать?

– Да чтоб я знал еще! Она мне вообще не нужна. Внешне не интересна, характер скверный… Чувствую, проблем с ней не оберешься.

– А что сказала Аида? Какие дала наставления?

– Сказала проводить с ней как можно больше времени. Как надобность в подпитке отпадет, избавиться от нее.

– Ну вот и следуй ее советам. Полетели уже! Хочу есть и трахаться, – сгруппировался и рванул Арн к замку. Роану ничего не оставалось, как последовать за другом.

В замке демоны разошлись. Сегодня Арну придется развлекаться без него, – с сожалением смотрел Роан другу вслед. Когда тот гостил у него, ночи не бывали скучными. В развлечениях Арн был настоящим мастером и все время придумывал что-то новенькое и с перчинкой. В этом Роан полагался всецело на него. А еще друг очень любил секс во всех его проявлениях. Иногда даже казался Роану помешанным на этой стороне демонического существования. Ну а поскольку на потенцию он тоже не жаловался, то частенько делил оргии с другом.

Первым делом Роан отправился в баню. От услуг горгулий на этот раз решил отказаться, хоть те и славились своим искусством банщиц и массажисток. Ему хотелось окружить себя красотой, раз уж предстоял скучный ужин, да наверное, и вечер в компании человечки.

Из бани выходил распаренным и удовлетворенным по-всякому. Все же, его наложницы самые искушенные в любви демоницы. Не зря отбор он ведет сам и попасть в его гарем стремятся многие, а везет единицам. Удовлетворить демона не так-то просто, особенно потушить огонь внутри, когда тот разгорается в порыве страсти. А страшнее неудовлетворенного демона нет в царстве существа – это Роан знал не понаслышке.

Стол к ужину он велел накрыть в малом зале и без излишеств. Не велика особа эта худышка, чтобы ради нее разводить церемонии. Он и так вынужден был поселить ее отдельно от всех по нескольким причинам. Во-первых, этой нервной особе нужно время, чтобы обвыкнуться в его замке. Во-вторых, неизвестно, как отреагируют на человеческую девушку демоницы гарема. И в-третьих, она нужна ему постоянно, а значит, должна быть под рукой. Так считала Аида, не он, но пророчице Роан склонен был верить.

Девушка уже сидела за столом, когда он вошел в зал. Спина ее была неестественно прямой, и в воздухе ощутимо повисло напряжение.

– Расслабься, пытать тебя не буду, – усмехнулся демон и занял место напротив. Сколько-то времени его взгляд лениво скользил по ее фигуре, отмечая все: как идет ей небесный цвет платья, как скрадывает фасон излишнюю худобу, гладкость волос, чистоту и бархатистость кожи… Горгульи постарались на славу. Да и Майе нужно высказать благодарность. Бедняжка, ей приходится больше всего общаться с этим унылым созданием. Но ничего, приказы его не обсуждаются, и она потерпит. А он придумает, как отблагодарить эту смуглянку. – Посмотри на меня, – велел излишне строго и невольно поморщился.

Когда взгляд этих серых глаз остановился на нем, то грусть, что сквозила в нем, неприятно кольнула душу.

– Тебя кто-то обидел?

– Ты, – ответила она, и Роан понял, что за грусть принял что-то иное.

– Уверена? – насмешливо прищурился. – Не желаю тебе на самом деле испытать это. Как тебя зовут? – сменил тему.

– Лана, – тихо ответила и отвела взгляд в сторону.

– Это уменьшительное от какого имени?

– Светлана, – повела она плечом, и жест этот, пожалуй, пришелся демону по вкусу. Было в нем что-то женственное и кокетливое, хоть сама она, похоже, и не догадывается об этом.

– Свет, – задумчиво повторил. – Как это символично.

– Что именно? – вновь посмотрела на него девушка.

– Ничего. Забудь. И давай уже приступим к ужину.

Несмотря на отсутствие изысков, стол был накрыт так как он любит. Много мяса, приготовленного несколькими способами, на выбор. Тушеные овощи на гарнир. Хлеб с золотистой корочкой. И несколько видов десерта. Тут уж ничего не попишешь – все демоны ужасные чревоугодники. Для поддержания формы им необходимо хорошо питаться. И не только.

– Когда ты отпустишь меня? – задала она вопрос, которого Роан не ждал. Видно, в прошлый раз он ей недоходчиво объяснил. Придется сделать это снова.

– Знаешь, что ждет тебя на земле, если я отпущу тебя? – вздохнул он и отложил на время вилку, на которую уже наколол кусок сочного мяса.

– Вернусь домой, что же еще. Стану жить как раньше.

– Вскоре ты умрешь, – пропустил он ее слова мимо ушей.

– Умру? – вздрогнула Лана.

– Именно! Такова цена, которой ты спасла своего отца. Он, кстати, пришел в себя и быстро идет на поправку. И на твое счастье, память его пострадала настолько, что забыл он и твою покойную мать, и тебя.

Роан понимал, как жестоко сейчас звучат его слова, какую рану он наносит девушке. Но ее душевное состояние его волновало мало, да и жесткая правда лучше мягкой лжи. Он видел, как глаза ее наполняются слезами, но и это его не трогало, а лишь раздражало. Терпеть не мог женских слез!

– Можешь рыдать сутками, но ничего не изменится. А можешь постараться привыкнуть к новой жизни наименее безболезненно. Второй вариант для тебя лучше, – и уделил внимание мясу, запах которого будоражил обоняние.

Роан ел и наблюдал, как нехотя ковыряет вилкой в тарелке его пленница. Кислое выражение на лице, напряженная поза, отсутствие аппетита – все в ней его сейчас раздражало. И больше всего он жалел об испорченном вечере. На фоне всех этих чувств раздражение демона росло, и даже аппетит был не таким как обычно.

– Под тобой неудобный стул? – с шумом отложил он вилку. Резкий звук заставил вздрогнуть девушку и посмотреть на него.

– Нормальный стул, – вяло отозвалась та.

– Тогда почему ты сидишь на нем, словно в одном месте у тебя торчит кол?

– Нормально сижу! – зло буркнула она, и даже такое проявление эмоций понравилось Роану больше ее безразличной вялости.

Он хмыкнул и задал следующий вопрос:

– Мясо не кажется тебе вкусным?

– Не знаю, – вновь этот жест плечами, который определенно ему нравится. Надо заставлять ее почаще так делать. – Мясо как мясо.

– Тогда съешь весь кусок, что сейчас у тебя на тарелке. И это не просьба, – с нажимом добавил.

– А если не съем, силой заставишь сделать это? Затолкаешь в глотку? – зло посмотрела она не него. А глаза ее становятся темнее, когда злится, и кажутся больше, глубже. Это надо тоже запомнить.

– Заставлю, не сомневайся, – губы тронула усмешка. Кажется, эта игра ему начинала нравиться. – Так лучше? – активировал он силой мысли музыкальную панель, и из нее полилась медленная чарующая музыка. А свет в зале из яркого сделался приглушенным, интимным.

– Зря стараешься. Мне все равно…

Этого уже демон стерпеть не смог. Еще раньше, чем она договорила, он оказался возле нее, сдергивая ее со стула.

– Я не стараюсь, детка, – схватил он ее за подбородок и заставил посмотреть на себя. – Только не ради тебя. И меньше всего мне хочется сейчас находиться здесь, в твоем обществе.

– Если я тебе настолько неприятна, отпусти меня домой, – смело вернула она ему взгляд, и эта смелость, как ни странно, пришлась ему по душе. Куда как лучше былой вялости! – Умру я или нет, тебя тоже не должно заботить. И со своей жизнью я разберусь как-нибудь сама.

– Нет у тебя больше своей жизни. Отныне она всецело принадлежит мне. Ты будешь делать то, что я велю, подчиняться мне полностью. Иначе в моих силах превратить твое существование здесь в невыносимое, – старался он говорить медленно и доходчиво. А еще всеми силами сдерживал злость, что уже копилась в нем на эту человечку и стремилась вылиться наружу. Роан чувствовал, как просыпается в нем демон, как огонь опаляет внутренности. По ее глазам он видел, что и она это заметила. – Так уж получилось, что ты нужна мне. И на твоем месте я бы молился, чтобы такое положение вещей продлилось как можно дольше. Потому что, как только ты мне станешь без надобности…

Он не договорил. Взгляд его упал на ее дрожащие губы и захотелось попробовать, какие те на вкус. Он слегка надавил на ее скулы, заставляя рот приоткрыться. И злость в ее глазах только усугубляла желание поцеловать.

Медленно Роан склонился к ее губам, не спеша накрыл те своими, крепко удерживая ее лицо, не позволяя увернуться. Язык его проник в ее рот, из которого вырвался приглушенный всхлип. Он коснулся ее языка, ощущая какой тот прохладный, мягкий. Губы ее тоже оказались неожиданно мягкими и податливыми, и Роану это понравилось. Она предприняла новую попытку к сопротивлению – уперлась руками в его грудь и попыталась оттолкнуть. Но свободной рукой Роан прижал девушку к себе и углубил поцелуй, беззастенчиво исследуя уже весь ее рот.

Процесс этот нравился Роану все больше. А когда язык ее шевельнулся в попытке ответить на поцелуй, меньше всего хотелось прерываться. Но именно это демон и сделал – отстранился от девушки, заглядывая в серые глаза, подернутые легкой дымкой страсти.

– Тебе понравилось? – спросил он.

– Ни капельки! – тряхнула она головой и сделала очередную попытку трепыхнуться в его руках.

– Врешь, детка, – усмехнулся он. – И я сейчас докажу тебе, – с этими словами он задрал подол ее платья и прижал ладонь к ее лобку.

В его гареме женщины не носили белья – этого неудобного атрибута, что являлся только помехой. И на этой человеческой самке его не было.

Палец демона безошибочно нашел вход в ее влагалище и проник туда на всю длину, заставляя ее зрачки резко расшириться.

– Ты уже сочишься влагой, – потер он ее клитор, чувствуя как задрожала она всем телом. – И знаешь, я могу тебе доставить ни с чем несравнимое удовольствие, если попросишь меня об этом как следует, – вновь потеребил он ее чувствительный бугорок.

Девушка слегка обмякла в его руках, и он прижал ее к себе крепче. Жаркая и влажная. Это ему тоже понравилось. Прикосновения к ней возбуждали, и это явилось приятным сюрпризом. Может быть, общение с ней и не станет таким уж неприятным для него. Захотелось, чтобы она извивалась под ним, моля о продолжении. И запах ее страсти пришелся ему по вкусу.

Палец Роана не останавливался, и вскоре присоединился еще один. Он теребил ее клитор, чувствуя как все больше она слабеет в его руках, с каким трудом удерживается на ногах, насколько судорожно срывается дыхание с ее приоткрытых губ.

– Нравится? – вновь спросил, пытаясь побороть собственное возбуждение, что разрасталось не на шутку и нимало удивляло. Неужто эта худышка так на него действует? Да быть такого не может! Скорее, он сам себе внушил, ну или запах ее так раздразнил.

– Нет, – тряхнула она головой. – Пусти! – выдохнула ему в лицо, оказавшись на очередном пике возбуждения.

– Как скажешь, детка, – убрал он руку и позволил подолу платья плавно опуститься. Мимолетное разочарование прочитал в ее глазах и усмехнулся. – Продолжим ужин тогда. Может сейчас твой аппетит улучшился.

Глава 4

Первая ночь в этом странном месте показалась Лане бесконечной. Сначала она не могла дождаться окончания ужина с демоном, пытаясь делать вид, что ест, под его пристальным взглядом. Возбуждение вкупе с возмущением еще долго клокотали в ней, но всеми силами Лана старалась не подавать виду. Догадывалась, что проявление первого заставит демона злорадствовать, ну а второе только разозлит. Она даже примерно не знала, каков он в злости, но и проверять этого не хотела точно. И еще Лана запрещала себе думать о том, что сказал ей демон про отца. Только не при нем! Вот останется наедине, тогда и отпустит чувства на волю.

Лана не хотела смотреть на демона, что маячил перед ней весь ужин, но взгляд притягивало к нему словно магнитом. Сейчас он казался ей очень красивым и жутко опасным хищником. По сравнению с ней он выглядел вдвое больше. В приглушенном свете кожа демона отливала бронзой. А его глаза… Она продолжала видеть красное пламя, что совсем недавно в них разгоралось. Избавиться от этой пугающей картинки не получалось весь вечер. И почему-то казалось, что не потуши он пламя тогда, то спалило бы ее дотла.

Ее раздражала музыка, что лилась неизвестно откуда. Но постепенно эти же звуки начали рождать в душе что-то непонятное, изматывающее. Из нее словно вытягивали душу по тонким ниточкам. А на их месте оставалась зиять пустота. Кажется, играли на флейте, но мелодия эта не казалась ей красивой или правильной. Обладая абсолютным слухом, Лана улавливала в ней фальшь.

Наконец-то ужин подошел к концу. Демон ее больше ни о чем не спрашивал. Он вообще молчал весь вечер, изредка бросая на нее колючие взгляды. Откуда ни возьмись появилась Майя. Она кокетливо улыбнулась демону, а на Лану посмотрела презрительно-снисходительно.

– Можешь быть свободной на сегодня, – кивнул демон на дверь и, кажется, сразу же забыл о ее существовании.

Что ж, Лану бы устроило, если он забыл о ней навсегда, а не только на вечер. Но почему-то надежды на это таяли с каждым шагом, что приближал ее к комнате, за окнами которой обитала мрачная красота.

– Хозяину ты явно не понравилась, – решила поделиться с ней Майя своими наблюдениями, когда лабиринтами замка вывела Лану к ее комнате.

– По-твоему, мне есть до этого дело? – не осталась в долгу Лана. Бесцеремонность этой рогатой уже изрядно действовала на нервы, которые и без того были ни к черту.

– Послушай, – приблизилась к ней Майя вплотную. Оказывается, они примерно одного роста. Но почему-то эта рыжеволосая казалась Лане выше. Может, из-за копыт? – Все обитатели замка, а ты даже представить себе не можешь, как нас тут много, находятся в полной власти хозяина. Мы его собственность. Ты тоже, как бы тебе не хотелось думать иначе, – говорила она вкрадчиво, даже мягко, но смотрела на Лану с явной угрозой. – Если кому-то из нас станет хуже по твоей вине, то расплата не заставит ждать себя. Если кто-то пострадает из-за тебя, то будет мстить. Если ты будешь злить демона, и это будет отражаться на всех нас, то придется научить тебя правильному поведению. Ну и не будь дурой, подумай на досуге, как облегчить здесь жизнь себе-любимой.

Майя уже давно ушла, виляя бедрами, а Лана все продолжала смотреть на ту часть темноты в коридоре, в которой скрылась чертиха. Она точно не хотела, чтобы пострадал кто-то еще, и в словах Майи, как ни странно, сначала разглядела рациональное зерно, а уже потом угрозу. Но что ей делать с собой, когда жизнь ее превратилась во что-то невообразимое? Как вырваться отсюда? И главное, если не получится этого сделать, как жить дальше?

В темноте комнаты она позволила себе разрыдаться. При демоне этого делать нельзя по словам Майи. Да и гордость не позволяла ей лить при нем слезы. Но уж наедине с собой она имеет полное право на все!

Если в комнате царила темнота, которую Лана понятия не имела как развеять, то сад призрачно подсвечивался, и источник света найти не получилось, как она не осматривала все его закоулки. И луны на небе не было. Да и само небо низко чернело над головой, прорезаемое редкими сполохами пламени, что странным образом отражались в нем.

Ни солнца, ни луны. Ни единого природного запаха, не считая гари. Не слышно пения птиц и журчания воды. Шелест листьев, ветер в кронах… Ни единого фактора, присущего жизни. Неужели этот мир совершенно мертвый?!

Лана стояла на краю обрыва, перегибаясь через низкие каменные перила, и размышляла, а не кинуться ли ей вниз головой, прямо в бурлящий у подножья замка огонь? Отстраненно так размышляла, словно речь шла и не о ней вовсе. Можно ведь одним махом, волевым решением покончить сразу со всем. И не останется в ее жизни этого царства, со всеми населяющими его существами. Но в том-то и беда, что воли ее не хватало на такое решение, а страх все возрастал, пока не превратился в панику. Тогда она даже не отошла, а отбежала от пропасти, чтоб не видеть этого марева. А потом и скрылась в комнате, чтоб не слышать зловещего потрескивания. И все это буйство огня наталкивало на мысли о погребальном костре.

В саду было жарко, но в комнате царила приятная прохлада. И чистая постель на огромном ложе манила. В сон клонило со страшной силой, да и день сегодня выдался насыщенным.

Пижама ее осталась в бане, а новую никто не потрудился принести. Так и пришлось скинуть старомодное платье и забраться в постель голышом. Впрочем, под невесомым одеялом Лана очень быстро согрелась. И почти сразу же она провалилась в беспокойный сон.

Снилась ей какая-то нелепица, от которой она постоянно просыпалась то в поту, то наоборот ежась от холода. Ближе к рассвету, пробудившись в очередной раз, Лана уже решила, что эта ночь не закончится никогда. Тело ломило, хоть и кровать была очень мягкой. И позу удобную нашла с трудом. Но к ее облегчению, когда проснулась в следующий раз, из окна уже пробивался дневной свет. Унылый, мрачный, но все же свет.

Ванной в ее апартаментах не было. Но возле кровати Лана обнаружила кувшин с теплой водой и таз. Хоть так. Еще бы зубную щетку с пастой раздобыть. А пока пришлось воспользоваться полотенцем и куском яблока. Ну и платье она вынуждена была натянуть на себя вчерашнее, очень некстати вспомнив, как в потаенном месте ее ласкали пальцы демона. Какая же дикость ходить без белья! Но стоило ей заикнуться об этом, как Майя сразу же дала понять, что о белье нужно забыть.

Кто-то явно похозяйничал в комнате, пока она спала. На столе было все свежее: булочки, джем, фрукты… Только вот аппетита по-прежнему не было. И телом овладела слабость, как после тяжелой и продолжительной болезни. И все же стакан апельсинового сока Лана заставила себя выпить.

Через час безделья и слоняния по комнате и саду она поняла, что про нее забыли. Сидеть в комнате уже было невозможно, и тогда она решилась побродить по замку, а заодно и произвести разведку. Не боем, конечно, но хоть немного узнать расположение комнат, этажей, что еще тут есть в этой неприступной крепости.

А еще через час Лана поняла, что широкий коридор, по которому она идет, не заканчивается и никуда ее не выводит. Ни единой комнаты, ни одного существа она на своем пути не встретила. Здесь не было дверей, поворотов… Ничего! Лишь путь, ведущий в никуда. Осознав все это, она повернула назад. Каково же было ее удивление, когда буквально через минуту оказалась у двери в свою комнату.

***

– Что ему грозит, судья? – защитник встал с кресла и застыл перед столом, за которым сидел Роан.

– Нулевой уровень и цепи вечности, – отозвался демон, захлопывая папку с делом последнего подсудимого, по которому только что закончилось предварительное слушанье.

– И никаких смягчающих обстоятельств?..

– Кор! – перебил защитника Роан. – Ты знаешь не хуже меня, что нужно, чтобы эти обстоятельства появились. Предоставь доказательства, что в мире людей обвиняемый оказался случайно, тогда только я смогу смягчить приговор. Иначе… – развел он руками и характерно посмотрел на дверь.

Что-то притомился он сегодня на предварительных слушаньях. Пять дел в один день – это уже слишком. Народ царства отбился от рук что ли? Нарушителей устава в последнее время слишком много. И чего их только всех тянет на землю? Да еще и незаконные вылазки участились. Это уже никуда не годится! Надо бы выйти с этим вопросом на властелина, собрать верховный совет и пересмотреть некоторые пункты устава.

Предварительные заседания Роан проводил обычно дома. И успокаивал тот факт, что в суд ему сегодня не нужно, очередной состоится завтра. Можно отдохнуть, а еще выспаться. Арн снова запланировал что-то грандиозное на ночь. Вот же неугомонный! Хотя, чем еще заниматься в отпуске? Он же об отпуске пока может только мечтать, пока такой наплыв дел.

Из кабинета Роан отправился в комнату релакса. Нужно было снять напряжение, расслабиться. Пожалуй, сегодня он позволит своему организму сделать это в произвольной форме, не прибегая к внешней помощи. Конечно, куда как приятнее и быстрее, когда рядом наложницы, что своими ласками способны прогнать любую усталость. Но именно ласк сейчас Роану и не хотелось. А демон рвался наружу.

Едва переступил порог заветной комнаты, как за спиной распахнулись крылья, и тело принялось меняться. Получай свободу, вечный друг, и не обижайся, что частенько приходится сдерживать тебя.

Менялся не только Роан, но и обстановка вокруг него. В комнате не было ничего из предметов мебели, лишь крашеные в белое стены с четырех сторон. И в то время, как демон выходил наружу; как похрустывали и становились шире кости Роана, как увеличивались и затвердевали мышцы; как пробивались наружу рога, причиняя приятную и знакомую боль; как ноги превращались в конечности демона, заканчивающиеся огромными копытами; а кожа приобретала красноватый оттенок, менялась и комната. Стены приобретали размытые очертания, стремительно серея, а потолок растворялся на глазах, открывая над головой демона безвременное и безразмерное пространство, называемое вечностью подземного царства или нулевым уровнем. Только здесь Роан мог быть самим собой, в месте где днем обитали такие же как он, но те, кто предпочитал уединение вечности подобию мирской жизни.

Роан взмахнул крыльями и резко взмыл ввысь. Плотный, даже вязкий воздух вечности наполнил легкие, выталкивая оттуда кислород. Демону он был без надобности, как и бьющееся в нормальном ритме в груди сердце. Сердцу демона достаточно было делать несколько ударов в минуту для поддержания в теле жизни, вечной жизни.

Он бы мог остаться жить тут, но не позволит повелитель, что наделил его такой высокой властью. Он приблизил Роана к себе, позволил все привилегии царства, что дарует только избранным. А взамен попросил о небольшой услуге: ночью принимать человеческий облик, окружить себя человеческой роскошью. Ну и, конечно, под просьбой маскировался приказ, ослушаться которого нельзя. Уже то успокаивало, что с самим властелином Роан виделся не слишком часто, разве что когда тот давал балы, на которых верховные демоны обязаны были присутствовать все. Падшего ангела в большом количестве мало кто выдерживал. В царстве существовал даже особый вид наказания, когда осужденного подвергали необходимости жить рядом с властелином, в его дворце. И тогда бедняга медленно но уверенно сходил с ума, не выдерживал ауры, что воздействовала на мозг и тело.

На нулевом уровне Роан пробыл так долго, как только смог себе позволить. А поскольку там не существовало понятия времени, в отличие от самого царства, то из комнаты релакса он выходил через минуту после того как вошел в нее.

С делами на сегодня было покончено, и можно плотно пообедать в компании Арна. Друг, поди, истомился в одиночестве.

Арн его уже дожидался в каминном зале за богато сервированным столом. Этот демон знал толк в красоте и вкусной еде. Роану было частенько все равно где и что есть, лишь бы было сытно. Но пока Арн гостил у него, каждый прием пищи напоминал праздник.

– Запахло вечностью, – расплылся в улыбке демон, явно обрадовавшись его приходу. – Побывал на нулевом уровне? И как там?

В отличие от Роана, Арн не любил вечность. Ей он предпочитал комфорт. А еще ему нравились демоницы в человеческом облике, тогда как Роану было удобнее с теми натуральными.

– Все так же, дружище. Вечность не меняется, – вернул улыбку другу Роан. – Ты чем занимался, пока я работал?

– Организовывал твой ночной досуг, – посмотрел тот на него с хитрецов. – Как насчет эротических танцев в приватной обстановке, исполняемых твоей человеческой наложницей?

– Ты хотел сказать, пленницей? – поправил друга Роан. – И я пока не готов ею делится даже с тобой, Арн, уж прости. Я вообще пока не решил, где найти ей применение. Так что, я не против ночи танцев, но она их исполнять не будет. Не для тебя точно, – совсем тихо добавил, но Арн расслышал и беззлобно рассмеялся.

– Ты хоть покажи мне ее. Долго собираешься прятать? – положил он себе на тарелку запеченную и румяную свиную рульку и принялся отрезать от той добрый шмат мяса.

Ну это Роан мог сделать хоть сейчас, тем более что и сам собирался проверить, чем она занята. Выбрав зрительно точку пространства, демон силой взгляда заставил воздух вокруг нее уплотниться, открывая портал в параллельное измерение. Зазияла черная дыра, в которой вскоре они разглядели невольницу. Девушка блуждала в мороке и выглядела явно растерянной.

– Ты не объяснил ей что ли, как нужно передвигаться по замку? – хохотнул Арн, наблюдая за ее попытками выйти хоть куда-то. Бедняга, она даже не догадывалась, что так ей этого не сделать никогда.

– Не успел еще, – отмахнулся Роан. А вернее, об этом он даже не подумал. – Объясню.

– А что на ней за тряпки? – всмотрелся в дыру Арн.

– Платье как платье, – пожал плечами Роан. – Мне вообще фасоны прошлого нравятся больше, чем эта современная мода.

– Оно и видно, – протянул Арн. – Да в этом балахоне не удивительно, что ты не находишь ее привлекательной как женщину. А ведь в малышке определенно что-то есть. Если позволишь, то я бы хотел заняться ее имиджем.

– Займись, если хочешь. Только вряд ли эта щепка понравится мне сильнее.

– Не скажи… В худеньких женщинах есть определенное очарование. Ты чувствуешь, насколько она нежная и хрупкая. Стараешься дотрагиваться до нее, не причиняя боли. Сдерживаешь себя, отчего только сильнее возбуждаешься… – Арн аж глаза прикрыл, до такой степени проникся своими же фантазиями.

Роана те только насмешили, правда смеяться почему-то не хотелось.

– Ладно, посмотрели и будет, – одним движением руки свернул он портал. – Завтра познакомлю вас официально, и можешь заняться ее преображением, если уж так хочешь.

***

Обедала Лана все в той же комнате, которую уже тихо начинала ненавидеть. После первой вылазки она предприняла еще парочку, но все они закончились так же. Блуждая по коридору, она возвращалась в свою комнату, как только поворачивала назад. К тому моменту сил продолжать идти вперед не оставалось. И она в изнеможении падала на кровать и даже забывалась коротким сном.

Несколько раз ей слышался чей-то смех. Женский. Возможно, все это было лишь галлюцинацией, но в глубине сознания ей чудилось, что кто-то наблюдает за ее мучениями и тихо потешается.

Что это за мир такой, в котором нет ничего? Даже окон и дверей. Нет стен, направления. Одно есть – вперед, которое никуда не приводит. Страшный, заколдованный мир, где обитают чудовища.

После очередного короткого сна на столике она обнаружила свежую сервировку к обеду. В тарелке дымился суп, и так одуряюще пахло мясом, что Лана и сама не заметила, как съела эту аппетитную похлебку. А потом еще отведала запеченных овощей. И десерту в виде пирожного со взбитыми сливками и каким-то очень вкусным и кисловатым повидлом уделила внимание. Наелась в общем от пуза и вышла в сад. Если тут больше нечем заняться, кроме как любованием этой величественной но мертвой природой, то выбора у нее нет – придется делать именно это. А еще думать. Обо всем. Так усиленно, как она еще никогда не думала.

Сумерки в этом мире наступали интересно. Сначала темнело небо, словно сгущались грозовые тучи. Только все это происходило в абсолютном безветрии. Воздух тут тоже замер, как и все остальное. Когда небо становилось совершенно черным, на… (точно не землю, тогда что?) опускалась темнота. И казалась она такой плотной, как самая непроницаемая ткань. И на всем этом фоне начинал ярче полыхать огонь в реках, далеко внизу. Но жар от него валил такой силы, что даже на веранде, где расположилась Лана, наблюдая наступление ночи, постепенно становилось нечем дышать.

Она уже собиралась отправиться в комнату, где чьими-то заботами, и как она догадывалась, специально для нее, был создан микроклимат, приближенный к натуральному лету, как услышала за спиной знакомый голос:

– Как тебе демонический огонь?

Лана резко обернулась и уткнулась взглядом в демона, что появился слишком бесшумно, как и приблизился к ней.

– Какой еще огонь? – переспросила, чувствуя себя глупее некуда. Но она действительно не могла вникнуть в смысл вопроса.

– У тебя плохо со слухом? – усмехнулся он и сделал еще шаг ей навстречу. – Демонический.

Лана отступила ровно на столько же, молясь про себя, чтобы он больше не двигался. Оставался там, где стоит. Тогда и она не рискует ненароком перемахнуть через низкое ограждение.

– Ты про тот, что внизу? – кивнула она себе за спину.

– Сообразила-таки? – растянул он губы в подобие улыбки. – Неправда ли он завораживает? Заставляет смотреть на него, не отрываясь. Манит, притягивает, что хочется броситься вниз головой, чтобы сгореть в нем дотла.

Откуда он узнал об этом? Или назначение огня в этом и состоит?

– Пожалуйста, не приближайся! – выставила Лана вперед руку.

– Почему же? – изогнул демон бровь, но послушался.

– Мне так спокойнее.

На это он уже не отреагировал никак. Зато зачем-то принялся рассматривать ее с головы до ног, делая это придирчиво, размышляя о чем-то.

– Повернись, – коротко велел.

– Зачем?

– Без вопросов повернись, – в голосе демона прозвучала явная угроза.

Лане ничего не оставалось, как подчиниться. Вспомнились угрозы чертихи, к тому же. А еще стало вдруг так жарко, что она размечталась о ледяном душе или хотя бы о слуге с огромным опахалом.

– Спиной…

И этот приказ, отданный с ленцой, Лана выполнила.

– Другим боком… Лицом…

Чувствовала себя все более по-дурацки, не понимая причин такого странного поведения демона. На ней надето все то же платье, в котором он ее уже видел. Так чего же он так внимательно рассматривает.

– И правда, тряпка, – пробормотал явно не ей. – Разденься!

– Чего?! – пот выступил на спине и подмышками.

– Опять проблемы со слухом? – презрительно изогнул губы. – Скинь с себя эту тряпку.

– С какого это перепугу? – попятилась все же она и вскоре уперлась спиной в бортик.

– Как скажешь, крошка, – показал он свои острые белые зубы в хищном оскале.

Лана задрожала от страха, когда в глазах демона принялось разгораться красное пламя, а сам он вдруг словно вырос и стал вдвое шире. Одежда на нем угрожающе затрещала и одновременно с этим заголосила она сама:

– Не надо! Прошу тебя, только не это! Я все сделаю!

Что, только не это, она и сама не понимала, но догадывалась, что если бы не остановила демона, то увидела бы что-то по-настоящему страшное.

– Только костюм зря испортил, – осмотрел он то, что еще раньше было богатым одеянием, отделанным золотистым шитьем, а теперь превратилось в какие-то лохмотья. – Я жду! – грозно уставился на Лану, но уже то успокаивало, что глазам его вернулся нормальный серый оттенок. Разве что, слишком презрительный и холодный.

Лана вздохнула, выпуская воздух через рот и под напором. Аж грудь заболела от судорожного спазма, что сжал ту. Раздеться перед ним? Подчиниться? Но разве есть у нее выбор? Ведь, захоти он, возьмет ее силой, и ничто не сможет остановить его. С этими мыслями она развязала поясок под грудью и потянулась к молнии на спине.

– Я помогу, – тут же нашелся демон и сократил между ними расстояние. – Да ты вся горишь, – коснулся ее обнаженной спины, справившись с молнией. – Продолжим в комнате. Ночью для тебя на улице слишком жарко.

В комнате было настолько комфортно, что даже чересчур. После жаркой улицы по телу Ланы побежали мурашки, и это не укрылось от внимания демона.

– А так даже интереснее, – приспустил он сам платье с ее плеч и дал тому возможность упасть на пол.

И осталась она перед ним в чем мать родила, да еще и с призывно торчащими сосками. Почему Лана решила, что торчат те призывно, и сама не понимала. Но смотреть на свою собственную грудь сверху было настолько противно, словно та предала ее лучшие ожидания.

– Выйди на середину комнаты.

Извращенец, дебил, чертов придурок, вуайерист… Какими эпитетами Лана только не крыла демона, когда подчинялась, чувствуя, как дрожат ее ноги, и против воли увлажняется промежность, подчиняясь той непонятной тяжести что скапливалась внизу живота под взглядом демона.

Демон тем временем, когда она замерла по стойке смирно посреди комнаты, приблизился к ней и принялся обходить по кругу, скользя по ней взглядом. Мерзко, тошнотворно, но и это унижение она должна снести достойно. Не стоит показывать страха, как и намекать на то, что даже примерно не догадывается, чего от него ждать.

– Живот плоский, – легла горячая ладонь демона на соответствующую часть ее тела и скользнула на бедро. – А бедра узковаты.

Лана дернулась, когда ладонь демона переместилась на ее ягодицы. Их он долго охаживал, не пропустив ни сантиметра, пока задумчиво не изрек:

– Тут норма, – похоже, даже удивился. Плевать она хотела на его мнение. Даже глаза закрыла, чтобы только не видеть его похотливой морды. Но сразу же распахнула их, когда руки демона сжали ее грудь, а сам он прижался к ней спиной. – Тут совсем мало, – помял он полушария и принялся сжимать и оттягивать пальцами соски.

– Нормально! Полный первый, – пробормотала Лана, пытаясь избавить свое тело от той реакции, что вызывали в нем прикосновения демона.

– Женская грудь должна помещаться в ладонях мужчины. Твоя же в моих теряется.

– Так не лапай меня! – разозлилась Лана и скинула с себя его руки.

Так ее еще никто не унижал, называя плоской. Да, она не Памела Андерсон, у которой какой там размер груди! Но и у нее с этим делом порядок! Никто еще не жаловался. Впрочем, этих кто-то был один Дима, с которым она не так давно рассталась, незадолго до аварии.

– Я не лапаю, а изучаю, – изрек демон и вдруг подхватил ее на руки со словами: – Хочу, чтобы ты кончила для меня.

– Что? – задергалась в его руках Лана. Но куда там – он только прижал ее к себе еще крепче, так что нечем стало дышать.

А еще через секунду опустил ее на прохладное покрывало кровати, поперек той. Только Лана хотела отползти от него, как демон схватил ее за ноги, подтянул к краю, сгибая те в коленях и широко распахивая.

– Не дергайся и не сопротивляйся, если не хочешь, чтобы я переломал тебе кости. Не специально, а случайно, не рассчитав силу, – склонился он над ней. – Я всего лишь хочу, чтобы ты кончила.

Демон принялся раздеваться, а Лана даже перестала дышать, наблюдая за ним. Уж не собирается ли он?.. Додумать мысль не успела. Оставшись совершенно голым, он снова заговорил.

– Хочу сохранить остатки одежды, чтобы не разгуливать по замку голым. А ласкать тебя буду языком, уж прости. Мне так удобнее. Кроме того, запах твоей страсти мне пришелся по вкусу, как и вкус твоей плоти.

– Ты соображаешь, что говоришь?! – во все глаза смотрела на него Лана.

– Всегда соображаю, будь уверена.

– Ты собираешься заняться со мной оральным сексом, а рассуждаешь об этом, как будто планируешь съесть бутерброд с маслом, – она сжала колени и прикрыла грудь руками, для себя решив, что лучше пусть ломает кости, но дотрагиваться до себя не даст.

– Тогда уже с икрой, дорогуша, с осетровой. Ее я люблю больше масла, – растянул он губы в улыбке и велел: – Раскинь ноги.

Лана потрясла головой и сделала новую попытку отползти от него. И тут она совершила непростительную ошибку, встав на корточки и повернувшись к нему попой. Демон тут же воспользовался ситуацией, схватил ее за ноги и вновь притянул к краю.

– А так даже удобнее, знаешь, – прижал он ладонь к ее талии, заставляя прогнуться в этом месте, отчего зад ее неприлично отклячился.

– Оставь меня в покое! – слезно попросила Лана, забыв, что дала себе слово не плакать перед ним. Но слезы сами просились на глаза, стоило только подумать, как унизительно сейчас выглядит с разведенными ногами и торчащим задом.

– Оставлю. Но не раньше чем ты кончишь. А в благодарность я научу тебя перемещаться по замку, не блуждать в мороке. Посмотри на меня, – тут же велел и сам повернул ее голову, взяв за подбородок.

Остатки самообладания чудом не покинули Лану, когда увидела перед собой чудовище с красноватой кожей, под которой плескались языки пламени, что в тех реках внизу. Крылья, рога, хвост – все это вообще ушло за грань ее понимания. И он был невероятно большим, хоть и в другом обличье не выглядел маленьким. На демонический член она даже посмотреть боялась, невольно благодаря в душе, что делать ее это и не заставляли. И тут изо рта демона показался язык. Сначала он ничем не отличался от всех остальных, пока не пополз вниз как длинная плоская змея, и в нем Лана тоже не разглядела пламя.

– Именно им я буду ласкать тебя, – пророкотал низким грудным голосом демон. – Наслаждайся, детка, – и вернул ее голову на место.

Лана зажмурилась, стремясь унять дрожь и поток слез, что уже безостановочно капали на покрывало. Надавив на спину, демон заставил ее опуститься на локти, на что она уже практически не обратила внимание. А потом ее промежность обожгло. Сначала было больно, но очень скоро она привыкла к тому горячему, что проникло в нее до основания. Демон имитировал языком половой акт, пока Лана не увлажнилась еще сильнее, и лишь потом принялся терзать ее клитор. Ощущения были адскими из-за высокой температуры того, что касалось ее. Но в то же время, она еще никогда так стремительно не возбуждалась. Демон чередовал движения языка: то лизал, то надавливал на клитор, то нырял глубоко во влагалище. Когда язык его проходился по промежности, Лана замирала изнутри, не понимая, что при этом испытывает. А пальцы демона крутили ее соски, не касаясь груди. И это было дополнительной пыткой, которую Лана уже была не в силах сдержать. Да и вообще она не могла больше сдерживаться и стонала во весь голос.

Очень скоро Лана забилась в оргазме, и язык демона, наконец-то, оставил ее в покое. Его место занял палец, на котором и сокращались стенки влагалища. Но все это Лана уже соображала машинально. Ноги уже не держали ее, и она повалилась на кровать, машинально подтягивая к груди коленки. Как демон вернул себе человеческое обличье и оделся, она тоже не видела. Комната тонула в тумане, или глаза ее заволокло пеленой, которая рассеивалась очень медленно. И ненавистный голос проникал в сознание как сквозь слой ваты. А потом она и вовсе уснула, так и не придя в себя окончательно.

Глава 5

– Вставай, Лана из клана! Чем ты лучше всех остальных?

Такие слова ворвались в сонное сознание и какое-то время вяло барахтались в нем, пока не наступило просветление.

Лана распахнула глаза и разглядела сердитое лицо Майи, что стояла возле окна, на котором только что распахнула тяжелые шторы, впуская в комнату подобие дневного света.

– Должно быть, знатно тебя вчера удовлетворил господин, раз ты даже сил накрыться не нашла, – презрительно скривила яркие губы чертиха.

Только тут Лана поняла, что лежит поверх покрывала голая. И сразу же ворвались воспоминания о том, как закончился вчерашний день. Лицо от стыда запылало, и она быстро закуталась в покрывало.

– Меня твои прелести не волнуют, да и их с натяжкой можно так назвать, – Майя отвернулась, чтобы распахнуть дверь в сад.

Зачем она это сделала, не понятно – из проема не повеяло ровным счетом ничем. И вообще, кто дал ей право вот так вот врываться и будить ее?! Злость закипела в Лане нешуточная, и она сказала первое, что пришло в голову:

– Что я тебе сделала, чтобы ты так ко мне относилась?

– Как так? Я вообще никак к тебе не отношусь, а лишь выполняю приказы господина. Ты меня интересуешь меньше того вон пепла, – кивнула чертиха на окно.

– Ну так и оставь меня в покое!

– Не могу, радость моя, – притворно ласково пропела рыжуха. – Мне велено тебя отмыть и сопроводить в каминный зал, где господин представит тебя своему другу. Так что, давай, поднимай свою ленивую задницу и топай за мной!

– Иди к черту! – гаркнула Лана, находясь на пределе злости. Это чертиха ее взбесила окончательно, или нервы расшалились не на шутку.

Она даже видеть ее отказывалась, потому и отползла вглубь кровати, скрываясь за балдахином.

– Глупо, – пробормотала Майя, и Лана услышала как процокали копыта той к двери.

Обрадоваться не успела. Никто уходить не собирался, а лишь отправился за подмогой. Уже через минуту ее стаскивали с кровати две огромные уродины, как близнецы похожие на недавних банщиц. И то что она визжала и отпинывалась, никого не заботило. Разве что Майя тихонько посмеивалась в сторонке.

– Следуйте за мной, – велела рыжуха.

Тогда одна из уродин зажала Лану подмышкой, а вторая посмотрела на нее так своими пучеглазыми зенками, что захотелось умереть на месте.

Та что держала ее, неожиданно пробасила на ухо:

– Не дергайся, стерлядка. А то ненароком придавлю, – и перехватила ее поудобнее.

Всю дорогу до бани, обмякнув в руках гигантши, Лана размышляла на тему, хорошо или плохо, что уродины эти говорящие. Но самой себе она казалась совсем неадекватной. А когда поняла, что тихонько хихикает, то и вовсе решила, что сошла с ума.

В лохани с горячей и ароматной водой она сразу же ушла на дно и решила, что лучше утонет, чем подчинится. Но разве же могли ей позволить такую роскошь? Несколько пар лапищ выловили ее и буквально распяли за руки и ноги.

– Послушай меня, девушка, – зарокотала одна из гигантш, что была тут по всей видимости главная. Это Лана определила по тому, как почтительно притихли другие три, взирая на первую и самую большую со священным трепетом. – Мы ведь тебе не враги, и можем доставить много удовольствия. Но ты не позволяешь нам этого, все время брыкаешься. Посмотри на это, – выставила она перед глазами Ланы кулак, что показался ей сейчас даже больше кувалды. – Как думаешь, сколько в нем силы? Правильно, одним ударом могу сломать каменную стену. А тебя даже бить не придется, в пальцах растереть могу. Но мы, горгульи, миротворцы по натуре, не любим причинять боль. Подчинись и ты. Не нам, а господину. И тогда, возможно, ты сможешь жить здесь как можно дольше.

– А если я не хочу, – жалобно всхлипнула Лана, разглядывая мускулистое тело горгульи, прикрытое халатиком с прорезями на спине для крыльев.

Только сейчас она заметила перепонки между пальцами. Ноги этих существ и хвост, копия как у небольших динозавров, рассмотрела еще раньше, как и перепончатые крылья. А вот на лицо раньше боялась смотреть, зато сейчас уделила этому внимание. И подействовала на нее вполне грамотная и содержательная речь. Страшные морды у них, жуть! Но глаза, которые сначала показались ей самыми жуткими, сейчас отчего-то не пугали. Возможно, такими их сделало сочувствие, что светилось в глубине и шло, казалось, из самой души. Но Лана как вдруг поняла, что горгульи ей не враги.

– Не хочешь жить? – взметнулись надбровные дуги главной. Бровей у них не было, как и волос на голове. Определить, что это женщины, можно было разве что по солидным грудям, свисающим до пояса. – Или не хочешь мучительно умирать?

– Я не знаю, – расплакалась Лана. Перед этими чудовищами с добрыми душами она могла себе это позволить.

А когда на голову ее опустилась чья-то рука и ласково погладила по волосам, то слезы едва не переросли в истерику.

– Хватит разводить сырость, – добродушно пробасила главная горгулья. – Вода выйдет из берегов. Давай лучше знакомиться, Лана из клана. Меня зовут Магда, и если нужен будет совет, всегда сможешь найти меня в нашей части замка. Это Этери, Сильвия и Клара, – представила она остальных банщиц, и те по очереди поклонились, чем невольно вызвали улыбку у Ланы. И в душе вдруг потеплело, словно она обрела друзей. А может, сейчас именно это и произошло.

Как бы там ни было, но больше Лана не боялась этих существ и не сопротивлялась их умелым рукам. Они даже умудрились поболтать, пока процедура омовения не подошла к концу.

А вот в душном предбаннике ее опять ждала чертиха, которую видеть совсем не хотелось.

– Не надевай это платье. Господин не любит однообразия, – велела эта командирша, и Лане вновь пришлось следовать за ней в полотенце.

На этот раз Майя не повела ее в тесную и завешанную вещами гардеробную. Они пришли в ее комнату, где на кровати были разложены три платья. Видно, те чертиха отобрала на свой вкус, в чем Лана сразу же убедилась, стоило приглядеться к платьям внимательнее. Во-первых, все три были аляписто-яркими. А во-вторых, у всех них вырез был разве что не до пупа, слишком откровенный. Но тут и понятно – у самой Майи грудь была едва прикрыта топиком, что болтался на тонюсеньких бретельках, да еще и распахивался спереди. И держался он на одних завязочках. А уж ткань была настолько тонкой, что не скрывала очертания груди, как и торчащих сосков. Однако снизу на ней были традиционные шаровары, на этот раз из золотистой парчи. Может, Лана тоже не отказалась бы от брюк!

– Выбирай, – велела рыжая, – да поторапливайся. Не заставляй ждать себя верховных демонов.

Хотела бы Лана поспорить, что выбирать тут не из чего, что платья одно страшнее другого, но вдруг такая апатия завладела ею, что она молча взяла первое попавшееся и принялась в него облачаться под удивленным взглядом Майи. А какая разница, если демон может запросто заставить ее раздеться или испепелить взглядом платье, а вместе с тем и ее под ним. Нет разницы, в чем представать пред его очи, если за жизнь ее тут и разменной монеты не дадут.

– Даже не посмотришь на себя в зеркало? – скептически поинтересовалась Майя.

– Не хочу, – тряхнула распущенными волосами Лана и отвернулась к двери.

Что нужно было она и так видела, а именно, треугольный вырез, открывающий ложбинку между грудей и плечи, отчего платье норовило соскочить и вовсе оголить верх. Плевать! Не перед кем тут стесняться или красоваться.

– Мы идем? – посмотрела она на чертиху.

Воспоминания всплыли незаметно, стоило им только приблизиться к двери. Вчера вечером демон выполнил обещание и рассказал ей, что нужно сделать, чтобы свободно передвигаться по замку, а не блуждать в каком-то мороке, по его же словам. Лана даже остановилась, восстанавливая в памяти слова демона, что слышала вчера сквозь призму сна и крайнего унижения.

«Морок отступает, детка, когда его прогоняешь силой духа. Представь, что тебя окружает густой туман, а ты – частица солнца, что способна развеять его. Ведь вы, люди, хорошо знаете, что такое солнце, и любите его. Так вот возомни себя им, разгорись что есть силы. Не зацикливайся на том, что видишь, а позволь себе увидеть гораздо больше. Человеческое зрение – обман, ошибка природы. Как и ваше убогое мышление. Мир не трехмерен, как вы думаете, а имеет гораздо больше измерений. Нужно только научиться их все видеть».

– Он издевается?! – Лана так и не дошла до двери, резко замерла.

Майя впечаталась в ее спину и возмущенно фыркнула:

– Кто? Мы здесь не одни?

– Слушай! Не могла бы ты остаться тут на пару минут? – обратилась к ней Лана. Она обязана была проверить, сможет ли разогнать морок. Вчера слова демона ей были непонятны, но сегодня она вдруг почувствовала в себе силы сделать то, что он говорил.

– В честь чего? – подбоченилась чертиха.

– Мне очень надо! Прошу…

Если она не проверит этого сейчас же, то больше ни о чем не сможет думать. Себя Лана знала отлично, как и собственное нетерпение.

– Ладно. Пара минут! – уступила Майя, видно, прочитав что-то такое на лице Ланы. – Но имей в виду, сбежать от меня у тебя не получится.

– Да не собираюсь я!.. – махнула рукой Лана и проворно выскочила за дверь.

Вот он, морок. Невидим, неосязаем, но скрывающий в себе все. Снова перед ней путь, ведущий в никуда, а точнее, отсутствие пути. А она… солнце. Жаркое, слепящее, дарующее не только витамин Д, но и радость, желание жить и радоваться жизни…

Лана не заметила, как глаза ее закрылись. Внутренним зрением они продолжала видеть этот широкий коридор, убегающий в безразмерное пространство. Но в центре него уже разгоралось светлое пятно. Свет его словно проступал сквозь туман, как и говорил демон. Это не было похоже на огонь, но слепило в разы сильнее. Это был именно кусочек солнца, чем сейчас Лана и являлась. И постепенно туман отступал, а свет рассеивался по всему пространству, в котором отчетливо проступали очертания предметов. Их Лана уже видела раньше, когда следовала за Майей. Вот резные бра на стенах, плиточная мозаика пола, цветные витражи на окнах и витые решетки за ними… Но теперь она могла все это видеть сама, и ликование разрасталось в душе, что дух ее, простой человеческой девушки, оказался сильнее демонического морока, что царил в замке.

Лана распахнула глаза, и реальность никуда не делась. Она позвала Майю, и та сразу же выскочила из комнаты с перепуганным видом.

– Ты чего кричишь, как будто тебя черти на вертеле поджаривают?

– Майя, у меня получилось! – кинулась ей Лана на шею.

Она и сама не понимала, чему так сильно радуется. Возможно, тому, что удалось одержать первую личную победу в этом мрачном месте. И ужасно хотелось хоть с кем-нибудь поделиться этой радостью. Пусть даже этот кто-то рыжая, смазливая и рогато-копытная. Ведь именно ее Лана и продолжала тискать, пока та не отвела ее руки и не воззрилась на нее в легком раздражении.

– Что именно у тебя получилось, из-за чего ты превратилась в совершенно невменяемую? – скептически поинтересовалась Майя.

– Разогнать морок, – широко улыбнулась Лана, понимая, что даже недовольное лицо чертихи не портит радость.

– Подумаешь, делов-то! – фыркнула та. – Даже чертята, что на копытах стоят нетвердо, справляются с этим в два счета.

– Но я же человек!

– Ты – человечка. И пошли уже, победительница морока, – рассмеялась она. – И зачем тебя только хозяин научил этому? Забавно было наблюдать за тобой, как ты блуждала словно слепой котенок.

Ах вот как? Значит ей не показалось, и в те несколько вылазок, что она предприняла, черти над ней, действительно, потешались. Ну-ну! Только и она не собирается останавливаться на достигнутом!

Очень скоро они вышли в небольшую залу, и которой вели огромные двери. Лана видела, как напряглись мышцы на руках Майи, когда та распахивала двери. И каминный зал, в котором ее дожидались демоны, поразил своими размерами, сама себе в нем она показалась песчинкой. И демонов разглядела не сразу. Но стоило только это сделать, как Лана тут же пожалела, что вообще родилась на свет.

Она бы вообще их не увидела, если бы не восторженный выдох чертихи рядом и не ее трепетная речь:

– Дьявол, как же они красивы!

Лана проследила за ее взглядом, что терялся у настолько высокого потолка, что летающих монстров даже она заметила не сразу. И те двигались бесшумно, лишь легкое шипение от столкновения огненных шаров, которыми они и перебрасывались, едва нарушало тишину.

– Не правда ли, они великолепны? – посмотрела на нее Майя, и ее зеленые глаза сейчас прям светились изнутри.

Великолепны?! Да ничего страшнее этих полу-ящеров полулюдей Лана в жизни своей не видела! Их мускулистые тела блестели, словно те натерли чем-то. А крылья казались такими огромными, что перекрывали собой большую часть пространства. И этот огонь – он был повсюду! И что за дикая игра, пуляться друг в друга огромными огненными шарами и избегать столкновения с ними. Наблюдая это дикое представление Лана уже дрожала всем телом и зуб на зуб не попадал.

– Ур-р-родцы! – выдохнула она. – Что же это за существа?

– Ну не скажи, они красавчики, – с улыбкой снисхождения, как на умалишенную посмотрела на нее чертиха. – Мальчики резвятся, расслабляются после бурной ночи. Ой, только не говори им, что я их так назвала, – притворно ужаснулась. – А то еще накажут в особо извращенной манере, – плотоядно облизнула она губы и снова вперилась взглядом в потолок.

У Ланы же уже шея затекла так стоять, да и хотелось чтобы побыстрее все закончилось.

Кажется, мольбы ее были услышаны, и вскоре демоны спланировали вниз. Но лучше бы они продолжали и дальше летать, а Лана убралась бы восвояси. Стоило ей увидеть их скульптурные и голые тела, как поплохело окончательно. Особенно сразил размер их детородного органа, который даже в расслабленном состоянии выглядел огромным.

Тот демон, что назвался ей Роаном, выглядел даже крупнее второго, которого Лана видела впервые. И оба они казались ей страшными в демоническом обличье. Особенно пугал огонь, что струился у них под кожей. Вместо крови он у них что ли?

Благо, почти сразу же эти двое вернули себе человеческий облик, а вот облачаться в одежды не спешили, дав возможность девушкам налюбоваться своей наготой. Ну, любовалась, предположим, только Майя, буквально пожирая голых демонов взглядом. Лана же все больше смотрела на второго, и чем дальше, тем симпатичнее он ей казался. В его лице не было той суровости, что в лице ее пленителя. И черты выглядели мягче, утонченнее, словно вылепленные руками искусного скульптора. И глаза не мерцали черным, а обволакивали сочной зеленью, чем-то напоминая цвет глаз Майи, разве что чуть светлее. И улыбался демон вполне миролюбиво, даже ласково. Еще бы оделся поскорее, а то взгляд Ланы так и притягивали чертовы гениталии. Вечно хочется смотреть туда, куда не следует.

Но и тут ей повезло – Роан облачился сам и бросил одежду второму демону со словами:

– Прикройся уже, извращенец. Твои прелести ее явно не прельщают. Майя, можешь быть свободна, – одарил тяжелым взглядом чертиху.

Та едва слышно вздохнула рядом с Ланой и молча удалилась. И только тут Лана поняла, что осталась с этими двумя демонами одна.

– Арн, – приблизился к ней зеленоглазый демон и протянул руку.

Роан предпочел сделать вид, что забыл про них. Как только облачился в черные одежды, сразу же уселся в кресло и уставился на огонь в камине.

– Светлана, – представилась Лана и с некоторым трепетом вложила в его ладонь свою руку.

Каково же было удивление, когда демон не просто пожал ту, а припечатался к ней губами. Да он галантен до безобразия!

– Разрешишь называть себя Ланой? – поинтересовался он, не выпуская ее руки. – Очень надеюсь, что мы с тобой подружимся. Кроме того, в этом замке я гость и пробуду тут еще какое-то время. Кто знает, возможно, смогу скрасить тут и твой досуг, – при этих словах демона Роан хмыкнул, но больше никакой реакции с его стороны не последовало.

А Лана уже была рада, что тот не говорит с ней и главное, не прикасается своими лапищами.

– Лана, я большой ценитель женской красоты, – вновь заговорил демон, и что-то в его тоне и виде намекало, что начал он издалека. На всякий случай Лана напряглась и бросила настороженный взгляд в затылок Роана, который все так же пялился на огонь. – Ты очень красива, но только не в этом платье, – окинул он ее чересчур откровенным взглядом с головы до пят.

Под его взглядом она моментально вспомнила, насколько откровенным выглядит верх этого платья, и невольно залилась краской, на что еще сильнее разозлилась на себя саму. Нашла перед кем краснеть! Не плевать ей на мнение этого демона?

– Мне все равно, нравится вам это платье или нет!

– Не злись, красавица, я ведь к тебе с миром, – ни капельки не оскорбился демон и улыбнулся ей еще ласковее, даже как-то приторно. От этой приторности захотелось промочить горло и прополоскать рот. Какие же они скользкие типки, эти демоны! Вот и этому не понятно что от нее нужно. И тот молчит, как сыч! – Хочу, чтобы и ты осознала свою красоту.

– А кто сказал, что я ее не осознаю, – пожала Лана плечами, стараясь выглядеть равнодушной. – Но в этом… месте красоте точно не место, извините за тавтологию.

– Зови меня Арном и на ты, – приблизился к ней демон, нависая над ней всем телом и зачем-то втягивая носом воздух. – Как насчет небольшой прогулки в моей компании?

– Какой еще прогулки?

– Приглашаю тебя в свой замок, где познакомлю с ведущим стилистом царства. Он лучше меня объяснит смысл женской красоты.

О чудо! Демон-пленитель при этих словах Арна сразу же оживился и даже покинул свое кресло.

– Арн, так мы не договаривались, – нахмурился он и медленно направился к ним.

– Роан, обещаю, к вечеру верну тебе твою Светлану в новом ослепительном облике, – пошел к нему навстречу Арн, а Лана почувствовала себя оплеванной. Сейчас эти двое говорили о ней так, словно ее тут и не было. Да еще и перешли на шепот, паразиты!

Еще через несколько минут к ней подошел Роан и коротко бросил:

– Пойдешь с ним, это приказ.

– Есть сэр! – не выдержала и отсалютовала Лана. А Арн раскатисто рассмеялся.

– Остришь, детка? – прищурился демон. – Посмотрим, как ты заговоришь ночью, – и душа ее ушла в пятки.

Только не это! Только не ночью! Воспоминания о последней ночи отравляли ее существование все последние часы. И кто только дергал ее за язык. Молчала бы, сошла бы за умную и послушную амебу.

– Прошу! – подставил ей Арн локоть, за который она вынуждена была уцепиться, чтобы не шататься под тяжелым, даже свинцовым взглядом Роана.

И под ручку с зеленоглазым демоном они покинули необъятный каминный зал.

***

Как только дверь за этими двумя закрылась, и Роан остался один, он понял, что в нем закипает злость. Да нешуточная злость. Хотелось крушить все вокруг, и от пары огненных шаров он все-таки не удержался – запустил те в стену, оставляя на той существенные прорехи. Когда понял, что легче не стало, пулей вылетел из зала. Только нулевой уровень мог сейчас поглотить его ярость. Там она хоть никому не опасна. В замке же оставаться рискованно, ненароком может кто-нибудь попасться под горячую руку.

Ему нужна была Сона, срочно! К ней Роан и направился, сметая на своем пути все сущности, обитающие на нулевом уровне.

Сона – самая кровожадная гарпия царства практически не покидала нулевой уровень. Лишь на балах, которые властелин устраивал каждый месяц, она позволяла себе «выходить в люди», как сама выражалась. Ну и еще ее призывали, чтобы разрешить конфликтные ситуации, потому как никто больше не обладал таким умением убеждать, как она.

Обитала гарпия в суровых условиях. Обычно ее соплеменницы любили окружать себя роскошью. Гарпии царства славились своей красотой и любвеобильностью. Властелин питал к ним слабость и всячески баловал их, разрешал селиться возле себя. Условие выдвигал одно – чтобы те как можно реже принимали свое натуральное обличье. Но гарпии и сами к этому не стремились, ибо стеснялись себя натуральных. Но только не Сона. Она единственная гордилась своим происхождением.

Пещера Соны находилась на самом верху. Даже выносливость Роана была на пределе, когда долетел до той. И сразу же в нос ударила страшная вонь.

– Сона, убери это, – зажал он нос рукой, ослепнув от зловонного тумана. – Как ты можешь находиться в этой дряни?

– Эта дрянь, как ты выразился, дорогой Ро, моя неотъемлемая часть, – раздался откуда-то сверху мелодичный голос, и сразу же туман развеялся, унося с собой и запах гнили. – Ты на моей территории, и лишь моя любовь к тебе на позволяет мне порвать тебя на куски за столь дерзкие слова.

Смех прокатился по пещере, и гарпия плавно опустилась на каменный пол перед Роаном. Давненько он ее не видел, и уже успел позабыть, насколько красивая у Соны грудь. Круглая, упругая, свисающая ровно настолько, насколько положено, с темными вершинами, которые так и манят, чтобы заключить их в рот и сосать, постанывая от удовольствия…

– Ро? – со смехом заставила Сона отвлечься от разглядывания ее груди. – Я не везде такая, – коснулась она своих сосков длинными пальцами, увенчанными загибающимися когтями, и принялась их крутить, выставляя вперед бритый лобок. – Хочешь меня такой? – расставила пошире она коренастые птичьи ноги и расправила за спиной перистые крылья.

Тут и Роан пришел в себя. Нет, в этом он был похож на властелина, и в женщинах ценил прежде всего телесную красоту. Сону же красивой можно было назвать разве что с натяжкой и местами. Ну не в таком виде точно!

– Что привело одного из самых красивых и злых демонов царства в вонючую пещеру гарпии? – спросила Сона и указала Роану на кресло, что появилось из пустоты.

До этого в пещере кроме бугристых каменных стен больше ничего не было. Ах, да, были еще огромные крючки на потолке, за которые гарпия цеплялась когтями на ногах и спала вниз головой, укутавшись в крылья. Летучая мышь, ни дать ни взять. Этого Роан тоже не понимал, куда как удобнее спать в мягкой постели с теплым податливым телом рядом. И тут он понял, что на месте этого самого тела представил вдруг пленницу – человечку. От неожиданности внутренности скрутило болью, и он поморщился. Не с ней же он хочет спать! Тогда, почему так бесится, стоит подумать, что она сейчас наедине с Арном?

– Человек, – коротко ответил. – Женщина.

– Человеческая женщина? – живо заинтересовалась Сона и опустилась на пол у него в ногах, прикрывая крыльями наготу. Нет, она не стеснялась, но и чтобы ее прелести отвлекали демона, не желала. Видела же, что явился тот по делу. – Очень интересно!

К людям гарпии, пожалуй, питали самую большую слабость. Вернее, к их душам, хоть и свежей кровью полакомиться были не прочь. Но души, в особенности скупцов, они любили высасывать медленно и мучительно, не оставляя от тех ни крупицы. И тогда сами они становились гораздо сильнее. А на том месте, где раньше была человеческая душа, поселялся ужас, который постепенно и убивал человека, либо сводил с ума. И тут главное было не дать ему умереть раньше, чем выпьешь теплую кровь.

Очень редко, за особые заслуги, повелитель отпускал особо приближенных гарпий на землю. И вот они появлялись среди людей в сильнейшую грозу или ураган, высматривали жертву и нападали на нее. Одна ненастная ночь была в их распоряжении, и жертв должно было быть не больше трех. За неповиновение повелитель жестоко наказывал – ссылал на нулевой уровень навечно.

Сона облизнулась, вспоминая свою последнюю жертву. Даже сейчас она ощутила во рту вкус его крови. Но случилось это уже давно, ибо она сама отказалась от милостей повелителя.

Роан кратко поведал Соне историю появления пленницы. Она слушала не перебивая, лишь изредка к чему-то принюхивалась, словно даже тут могло пахнуть человеческой девушкой. А когда Роан закончил, поинтересовалась:

– Что же ты чувствуешь рядом с ней?

– Да практически ничего, кроме раздражения, – пожал плечами Роан, а про себя подумал, что про возбуждение, что испытывает рядом с пленницей, гарпии лучше не знать.

Но на то она и самая проницательная гарпия царства, чтобы раскусить его на раз два.

– Эта девушка волнует тебя, демон, – кивнула Сона. – Только вот она же рушит твои представления о женской красоте, так?

– Говорю же, не знаю, – упрямо буркнул Роан.

– Ну хорошо, не настаиваю, – усмехнулась Сона. – От меня-то ты чего хочешь?

– Хочу, чтобы ты познакомилась с ней и рассказала мне, что она за человек. Ведь лучше тебя никто не разбирается в человеческих душах.

– В их пороках, хотел ты сказать, – уточнила Сона. – Хорошо. Я сделаю это, но в обмен на услугу.

– Проси, что хочешь, – отмахнулся демон.

– Ты выторгуешь у властелина для меня ночь на земле. Уж очень я соскучилась по человеческим душам. Кроме того, вскоре собираюсь подвергнуть себя серьезному испытанию, общаясь с одной такой. Так что, по рукам?

– По рукам! – отозвался Роан. С повелителем он переговорит на эту тему, не проблема.

– Тогда жди меня ночью, дорогой, – плотоядно улыбнулась Сона, а Роан подумал, что если Лана увидит гарпию такой, то ему потом придется не только ее душу спасать, но еще и разум собирать по крупицам. Но диктовать что-то Соне благоразумно не стал, ни к чему злить гарпию.

Глава 6

Как только они покинули каминный зал и скрылись с глаз Роана, так сразу же Лана убрала руку с локтя демона. На что тот отреагировал предсказуемо и обхватил ее за талию.

– Ро не любит строптивиц, девушка, – доверительно произнес, заглядывая в глаза своей сочной зеленью.

– А мне плевать на это, – сделала она попытку высвободиться, но только еще крепче была прижата к демоническому телу.

– Он будет стараться подчинить тебя, сломить, – склонился демон к ее лицу, словно в попытке поцеловать.

И этот туда же! Озабоченные они тут все, что ли? Дел других нет?

– Но ты-то хоть убери свои руки! – процедила сквозь зубы Лана, едва сдерживая себя, чтобы не вцепиться этому красавчику в лицо ногтями. – Он хоть считает, что имеет на меня право. А ты какого черта лезешь?!

И тут Арн рассмеялся, выпуская ее. Подобная реакция озадачила, но все же понравилась Лане больше, чем демонический гнев. У этого зеленоглазого, похоже, все в порядке было и с восприятием, и с чувством юмора, хоть Лана и не пыталась шутить. Этот хоть не лезет под юбку и не лапает с целью наказать или что-то доказать. Тот же… Нет, она сейчас не будет думать о нем. Слишком много чести отводить уроду столько места в своих мыслях!

– А ты забавная, – проговорил Арн. – Интересно будет наблюдать за вами с Ро. И все же, будь осторожнее, – вмиг посерьезнел. – Ради собственного же блага не зли в нем демона, ибо страшнее его в царстве нет. И это я говорю без прикрас.

– Учту, – буркнула Лана. Поблагодарить за заботу уже не смогла, уж извините. Да и чем этот демон отличается от того? Ровным счетом ничем! Ее аж передернуло, стоило вспомнить, как летали они оба огромными ящерами под потолком еще недавно.

– Я не приглашаю тебя прогуляться по нашей пустоши или пролететь над ней. Боюсь, кожа твоя слишком нежная и не выдержит жара, – провел он пальцем по ее руке вверх до плеча. Лана дернулась, но демон сразу же убрал руку. – Единственный способ быстро переместиться в мой замок – демонический огонь. Он тебя не успеет спалить, да и ты будешь под надежной защитой, – с этими словами демон распахнул полы плаща, под которым не считая кожаных штанов был обнаженным, и застыл в ожидании.

– Что? – посмотрела на него Лана, не понимая, чего он от нее хочет.

– Иди ко мне, девушка, – обнажил демон в улыбке белые зубы. – Обнимемся.

– Еще чего!

И снова он рассмеялся над ней беззлобно.

– Мера вынужденная, красавица. Мой плащ защитит тебя от моего же огня.

Лана смотрела на этого красивого демона и размышляла на тему, почему каждый тут вынуждает ее подчиняться? Даже та же чертиха Майя командует ею направо и налево. С каких это пор она перестала быть хозяйкой собственной жизни?

– А если я не хочу? – прищурилась она.

Немного радовало уже то, что этот демон адекватен и идет на контакт. Говорить же с тем, вторым, было невозможно в принципе. Для того существовало только его мнение и желания. И это бесило Лану сильнее всего.

– Чего именно ты не хочешь, красавица? Впрочем, нет, не так, – тут же поправился Арн. – Ты хочешь и дальше разгуливать по замку в этом тряпье? – защипнул он пальцами ткань ее платья и брезгливо скривился.

– Я хочу домой, – тихо отозвалась Лана.

И такая тоска навалилась на нее в этот момент, что на глаза невольно навернулись слезы. Она не желала такой жизни, не просила. Где-то там, даже не понятно где, у нее есть отец – теперь уже активно выздоравливающий. И неважно, что у него амнезия. Он ее отец! Родной, любимый человек! Единственный, кто у нее остался из самых близких, кого она очень сильно любит.

– Лана, – рука демона опустилась на ее плечо. – Хоть я и демон, но у меня тоже есть сердце. Не думай, что не понимаю тебя. Но ничего исправить мы не в силах. Случилось то, что должно было случиться, так сошлись звезды, как говорите вы, люди. Но в моих силах хоть немного, но скрасить твое пребывание здесь. И для начала я хочу сделать тебя красивой.

– Зачем? – пара слезинок все же скатились из ее глаз.

– Для тебя же самой. Красивая женщина – сильная женщина. А Ро хоть и демон, но мужчина, – туманно пояснил Арн.

Да плевать она хотела на всех демонов и остальных монстров, что населяют это гиблое место! И она обязательно найдет возможность выбраться отсюда. А если для этого ей нужно быть ослепительно красивой, то что ж, и на это готова подписаться. Не унывать! Главное не унывать в месте, где словно специально все создано для уныния!

Решительно смахнув слезы, Лана сделала шаг вперед. Демон молча заключил ее в свои объятья, накрывая с головой плащом. В какой-то момент стало так жарко, прямо нестерпимо. Ощущения она могла сравнить разве что с сухой парилкой, растопленной до предела, когда жар моментально проникает в легкие, обжигает их и кажется, что начинаешь задыхаться. Но очень быстро все закончилось, и она услышала голос Арна.

– Вот мы и на месте. Добро пожаловать в мой замок, красавица!

Почувствовав, что жар спал, а вместе с ним и полы плаща, Лана очень медленно открыла глаза. И была приятно удивлена сразу же. Это замок?! Они стояли посреди просторного холла, отделанного в лучших современных традициях какого-нибудь коттеджа, хозяин которого очень богат. На полу ламинат, стены выкрашены в пастельные тона, новомодные неправильной геометрической формы о очень яркие светильники повсюду, кожаная мебель и столы со стеклянными поверхностями. А над головой огромный прозрачный купол. И лишь этот купол намекал на необычность места, потому как сквозь него просматривалось все то же низкое серое небо. Но однозначно Лана была впечатлена увиденным и даже приятно поражена.

– Нравится? – поинтересовался Арн. Он стоял рядом и изучал ее реакцию.

– Пожалуй, да, – не стала лукавить или грубить Лана. – Здесь… очень красиво и современно.

– Не все демоны страдают отсутствием вкуса, – усмехнулся Арн и хлопнул в ладоши.

В следующий момент одна из дверей в холл распахнулась и глазам Ланы предстало совершенно невероятное в своей гротескности существо. Она сразу поняла, что перед ней горгулья по всей той внешней зверовости, что была свойственна этим существам. Очень он походил на ее банщиц. Только в отличие от тех, это был явно мужчина, судя по огромному половому органу, свисающему чуть ли не до самого пола. А еще этот горгулья был совершенно голым. Банщицы хоть халатиками прикрывали свои телеса. Тут же она видела все, начиная от неровностей черепа и заканчивая неестественным членом.

– Это Тимофей – мой самый верный помощник, – представил ей Арн страшилу, что замер в дверях с невозмутимым выражением на уродливом лице. – А это Светлана. На сегодня она наша почетная гостья. Тим, для начала я хочу пообедать в компании этой красавицы. А потом предупреди Влада, что нам нужны будут его время и услуги.

Горгулья молча поклонился и скрылся за дверью.

Почти сразу же Арн предложил Лане пройти в столовую. По пути она рассматривала его замок и убедилась, что стиль и красота царят в нем повсюду. Да, этот демон мог с уверенностью назвать себя ультрасовременным, если вообще такое понятие применимо к демонам.

Во время изысканного завтрака за огромным столом им прислуживали горгульи-мужчины. Меняли блюда, наполняли бокалы… Все это проделывали быстро и молча. Да они тут отлично вышколены! В то время как в замке Роана за столом не прислуживал никто. Интересно, почему? Арн словно прочитал ее мысли и ответил на невысказанный вопрос:

– Люблю окружать себя комфортом, – сыто откинулся он на спинку стула, больше похожего на трон. – Обожаю вкусно поесть. Красота, опять же, ласкает глаз, – окинул он зачем-то ее взором. Ну и смотрел бы вон хоть на те же напольные вазы с экзотическим, но, как не сомневалась Лана, мертвыми цветами. Красиво же! А насчет ее внешнего вида демон уже высказался однозначно и понятно. – В замке Ро ничего такого нет, к сожалению. Ему и есть-то все равно что. И уединение он предпочитает веселью. Хорошо хоть я сейчас гощу у него, а то бы совсем погряз в собственном унынии, – расплылся в довольной улыбке демон, а Лана подумала, что от излишней скромности Арн точно не страдает.

Но и себе она должна была признаться, что если бы предложили, выбор ее пал бы на жилище Арна, а от Роана она постаралась бы держаться подальше, вместе с его мрачным замком. Только вот выбора ей не предоставили, да и не такой уж тот и великий. Пословица «Из двух зол выбирают меньшее» тут не то что действовала, а процветала, причем в самом наихудшем проявлении. Ну и самое главное, что она-то никого и ничего из этого не хотела. Все это ей навязывала чья-то злая воля.

Завтрак подошел к концу, и Арн предложил ей проследовать в салон красоты. По его словам, ведущий стилист подземного царства уже должен был находиться там. Лану так и вовсе начало клонить в сон, и снова ею завладело пагубное равнодушие.

Однако, от равнодушия не осталось и следа, как и от сонливости, стоило Арну только распахнуть стеклянную и непрозрачную дверь салона. Лана готовила себя к чему угодно, но ее фантазии точно не хватало на такое.

– Ну наконец-то! Для демона понятие вечности – не абстрактно. Но у меня, к вашему сведению, каждая секунда на счету!

Это был черт. Принадлежность Лана определила по хвосту, копытам, рогам и большим подвижным ушам. А еще по мохнатой груди и покрытым шерстью рукам, что не скрывала свободная рубаха. Но на этом сходство с рогато-копытными и заканчивалось. Этот черт был не просто стильным, а дико стильным, начиная от яркой рубахи, заправленной в облегающие джинсы, и заканчивая острой ухоженной бородкой, что делала его и без того красивое смуглое лицо каким-то утонченным. И черные глаза и волосы черта одинаково влажно блестели в ярком свете салона. Пожалуй, это был самый красивый черт, хоть до него Лана и видела только Майю. Но почему-то она не сомневалась, что красивее этого стилиста черта в царстве нет. Да ей и самой странным образом хотелось любоваться им до бесконечности. Даже все остальные мысли затмило это желание.

– Влад, мы спешили как могли, – оправдывался Арн. – Но ты же понимаешь, размеры замка…

– Ну конечно, я понимаю, – отозвался Влад, но на Арна черт уже не смотрел. Взгляд его был прикован к Лане. И с каждой секундой под этим пристальным разглядыванием ей становилось все неуютнее.

Вот же странность. Ее совершенно не интересовало мнение Роана, Майи, Арна, что застыл рядом. А вердикт этого Влада услышать боялась. И отчего-то лицо уже нешуточно пылало.

– Это что? – приблизился к ней Влад, и до Ланы донесся едва уловимый аромат мужского парфюма. – Демонстрация отсутствия вкуса? – с самым серьезным видом профессионала принялся черт рассматривать ее платье в деталях, отчего Лане стало совсем плохо и захотелось снять с себя эту тряпку. – Намеренное уродование природного дарования? – пропустил Влад прядь ее волос сквозь пальцы, и она вдруг поняла, что даже не расчесывалась сегодня. Да и как бы она это сделала, если у нее даже однорядной расчески нет. – Или ты, красавица, от кого-то прячешься под этим бесформенным балахоном? – заглянул ей черт в глаза, а показалось, что проник он в самую душу.

– Влад! Девушка тут не причем. Она принадлежит Роану, – при этих словах Арна Лану невольно передернуло, и по телу пробежала дрожь. – А ты же знаешь, какой он. Потому мы и пригласили тебя.

И еще одну странность подметила Лана. Насколько она могла судить, черти в этом мире стояли намного ниже демонов на социальной лестнице, но с Владом Арн общался на равных, и даже от смешливости его не осталось и следа. Сейчас эти двое очень серьезно рассуждали на тему, как же она уродлива и не ухожена. И впервые Лане было настолько стыдно за свой внешний вид. От этого дурацкого, даже нелепого стыда, она не знала куда деться. Только и могла, что мысленно молиться, чтобы побыстрее все закончилось.

– Роан… – задумчиво протянул Влад, не переставая рассматривать Лану. – Почему имя этого демона всегда связано с чем-то отвратительным, уродливым?..

– Влад, – перебил черта Ран. – Не стоит обсуждать верховного демона, тем более такого как Роан, – усмехнулся он. – Лучше скажи, ты поможешь нам? Сделаешь из Светланы конфетку?

Фу! Это прозвучало уже откровенно пошло. Лана невольно представила себя конфеткой, леденцом, который почему-то облизывает Роан. Иногда она жалела о своем слишком развитом воображении, облекающим слова в картинки. И ей уже невмоготу было оставаться центром внимания. Хотелось, чтобы прямо сейчас все и закончилось.

– Конфетка, дорогой Арн, это лакомство, которое съешь и может быть захочешь еще, а возможно насытишься и на сладкое какое-то время не захочешь смотреть, – посмотрел на демона черт, а Лана невольно приоткрыла рот, слушая его. Она поймала себя на том, что и голос черта, низкий с легкой вибрацией, ей нравится, что звучит тот словно музыка. – А человеческое дитя, что так редко забредает в царство, нуждается в преображении, в облагораживании. Эта девушка, – снова посмотрел он на Лану, – должна быть окружена роскошью и красотой. Так и передай Роану. Редкому и прекрасному цветку нет места в общей оранжерее, – он вдруг обхватил ее за плечи и зарылся носом в ее волосы. Шумно втянул воздух и даже застонал как от удовольствия. – Как же от тебя пахнет жизнью, милая! – обратился напрямую к ней, и Лане вдруг снова захотелось заплакать. Возможно, от той ласки, что плескалась сейчас в угольных глазах черта. – Дай мне время, Арн, оставь нас со Светланой одних. И я тебе обещаю – ты ее не узнаешь!

Арн ушел, но Влад не торопился приступать к делу. Он все продолжал рассматривать ее, и Лана не выдержала.

– Что еще ты хочешь разглядеть на мне, чего не увидел и не обхаял до этого? – спросила она и подумала, что ведет себя и разговаривает с этим чертом так, словно знакомы они уже очень давно. Ей не хотелось грубить ему или делать что-то назло, как это происходило каждый раз при встрече с Роаном. Она не испытывала к Владу недоверия и настороженности, как в общении с Арном. С ним она оставалась самой собой, ничего для этого не предпринимая.

На ее реплику Влад отреагировал неожиданно весело, и улыбка сделала лицо этого черта не просто красивым, а прям манящим. Должно быть, за ним бегает полцарства, – мелькнула в голове Ланы шальная мысль.

– Это взгляд профессионала, милая, – погладил он ее по волосам. – Тебе нужна моя помощь. Я же буду получать удовольствие от общения с тобой, потому что ты живая. А нет ничего прекраснее проявления жизни!

– Мне не нужна твоя помощь, – грустно отозвалась Лана. – Она нужна демонам.

– Плевать я хотел на всех демонов этого царства, разве что кроме повелителя. А красивой ты должна стать прежде всего для себя. Сразу же появится желание жить и уверенность в себе. И пожалуй, начнем мы с твоих волос, – снова пропустил он прядь меж пальцев. – От природы они у тебя тонкие шелковистые. Но натуральный цвет никуда не годится. Ему нужно добавить немного шоколада, заправить сливками, капельку персикового оттенка, – размышлял черт. – И тогда волосы твои засияют красотой. Да! Идем!

И Лана позволила себе расслабиться в умелых руках стилиста. Влад не просто вымыл ей голову, а еще и провел искусный массаж, во время которого она чуть не уснула. А потом он принялся колдовать над ее волосами, в то время как Лана утопала в удобном кресле, рассматривая себя в огромном зеркале и любуясь умелыми движениями пальцев стилиста.

Она нередко посещала салоны парикмахерской, но у Влада была какая-то своя индивидуальная методика окрашивания волос. Он словно рисовал в ее волосах, добавляя разных оттенков то тут, то там. Не пользовался фольгой, как это делают обычно стилисты при колорировании волос. Орудуя большой кистью так проворно, что руки его мелькали сразу везде, он именно раскрашивал волосы Ланы какими-то составами без того специфического запаха краски, что обычно тоже присутствует. Здесь творилось скорее волшебство, нежели простое преображение. А когда в воздухе вспыхивали яркие искры, Лана и вовсе замирала от восторга. Определенно, ей нравилось то, что происходит сейчас.

Когда Влад смыл с волос Ланы краску, снова одарив массажем, она уже себя не узнала. Казалось, что волосы ее переливаются сразу всеми цветами, а между ними плещется щемящая сердце нежность. У цвета этого не было названия, и охарактеризовать его Лана могла бы двумя словами: мягкость и приглушенность. И в ореоле новых волос собственное лицо ей казалось другим – более нежным и утонченным.

– Влад, ты волшебник? – только и смогла вымолвить, когда восхищение немного схлынуло и позволило заговорить.

– Это ты называешь волшебством? Мы только вначале пути, милая Лана, – усмехнулся черт и вновь принялся за работу.

Теперь уже блестящие ножницы в его умелых руках мелькали над ее волосами. А еще через полчаса Лана рассматривала идеально ровные, фигурно оформленные пряди, понимая, что сейчас ей бы позавидовала любая самая прожженная модница.

– Твое лицо так натурально и красиво, что не требует макияжа, – склонился стилист над ней, внимательно рассматривая лицо и поглаживая кожу на щеках теплыми пальцами. – Но все же, я дам тебе крем собственного производства. Наноси его на лицо утром и вечером по капельке, чтобы краски жизни не прятались глубоко под кожей. Этот крем я создал из запаха и пыльцы цветов, дуновения ветра и солнечного цвета. Жителям царства он ни к чему, а тебе просто необходим.

– Но где ты взял все это, здесь? – обвела взглядом Лана стены салона, имея в виду, конечно же, царство в целом.

– Надо знать места, – хитро улыбнулся черт. – И если будешь хорошо вести себя, поделюсь с тобой этим секретом.

Хорошо вести себя? Значит ли это, что отныне она должна во всем подчиняться проклятому демону, что сидит сейчас в своем огромном темном склепе и ждет возвращения ее обновленной? И сразу так тоскливо стало на душе, что это не укрылось и от Влада.

– А вот грустить не нужно, милая, – потрепал ее черт по щеке. – Ты жива и здорова – это самое главное. А судьба – очень странная и сложная штука. Порой она преподносит нам сюрпризы, которых от нее совершенно не ожидаешь, – подмигнул он ей. – Ну пойдем что ли, переоденем тебя? Не могу больше смотреть на это уродство, – бросил он взгляд на ее платье и скривился. – Только Роан может так испортить красоту. Обещаю, что у тебя скоро будет самый изысканный гардероб в царстве! – торжественно произнес.

– Ага. К нему бы еще бельишка хоть какого-то, – уныло отозвалась Лана. Что-то воспоминания о Роане стерли даже те крохи радости, что зародились от созерцания собственного нового образа.

– Увы. В этом я тебе не помощник. Демоны – существа нетерпеливые, как и нетерпимые. На их пути не должно быть лишних преград.

Не надо быть семи пядей во любу, чтобы догадаться, о каких преградах идет речь. Лана и так с легким ужасом ждала встречи с собственным пленителем, а тут и вовсе душа на миг зашлась в паническом страхе. Какая будет у демона реакция на нее?

Время, проведенное в обществе Влада, в замке Арна, было настолько приятным и необычным, что пролетело очень быстро, как все приятное в нашей жизни. И вот они уже с Арном возвращались в мрачный замок, где ждал Лану не менее мрачный хозяин. А может и не ждал, но ведь увидит же? И этого момента она боялась больше всего!

***

Но насчет Роана Лана ошибалась. Он ждал их с Арном возвращения. И чем больше проходило времени, тем сильнее он злился. На что, и сам не понимал. Но не покидала мысль, что часть его жизни ускользает из-под его контроля. А контролировать он привык все и всегда.

Еще и в суде освободился как назло рано. А когда вернулся в замок и не обнаружил ни друга, ни пленницы, то и вовсе рассвирепел.

– Где она?! – гаркнул так, что стены задрожали, когда на его громкий и нетерпеливый призыв явилась Майя.

– Кто, мой господин? – кокетливо переспросила чертиха и это стало последней каплей.

Роан медленно приблизился к уже осознавшей собственную глупость девушке и схватил ее за шею, сжимая пальцы ровно настолько, чтобы воздух крохотными порциями поступал той в легкие.

– Скажи мне, Майя, сегодня вечер глупых вопросов? – прошипел ей демон в лицо. – Или ты забыла, как не терплю я неподчинение?

На глазах чертихи выступили слезы, а сама она невольно вцепилась в руку демона. В попытке заговорить лишь захрипела, и тогда Роан чуть ослабил хватку. Он прекрасно понимал, что срывает сейчас собственную злость на бедняжке, но и контролировать ту не мог. Языки демонического пламени уже вовсю лизали его изнутри. А это значило лишь то, что демон готовится разбушеваться. И это же он видел в отражении зеленых глаз, что взирали на него сейчас с ужасом.

– Где она? – медленно повторил он вопрос.

– Еще не вернулась, – с трудом ответила Майя, глазами моля о пощаде.

Рука Роана сжалась сильнее на хрупкой шее. И он бы рад был отпустить жертву, но этого не позволял демон. Чудовище требовало довести начатое до конца.

Сумела бы спастись Майя или нет, история умалчивает, но в тот момент, когда мышцы Роана напряглись для последнего рывка, дверь в зал распахнулась, и появился довольный Арн. Впрочем, довольство сразу слетело с лица демона, стоило только увидеть происходящее. Он силой оттащил Роана от Майи и сделал той знак убираться как можно быстрее. Ноги не слушались бедняжку, и пару раз она едва не растянулась на каменном полу. Но все же, достигнуть дверей успела раньше, чем Роан освободился от захвата.

– Решил устроить расправу в собственном замке? – прорычал Арн. Его демон уже тоже рвался наружу, видя как преображается на глазах противник. – Роан, опомнись! Здесь нет твоих врагов!

Роан же своего демона уже не мог сдержать. И вскоре два противника сцепились. Они перемещались по залу с такой скоростью, что казались одним огненным целым. И не известно, чем бы закончилась схватка, если бы на помощь не подоспели низшие демоны – служащие замка. Они растащили противников, но даже по двое с каждой стороны с трудом сдерживали их какое-то время, пока перестал бурлить демонический огонь, и человеческая сущность не спрятала монстров.

– Ну ты и придурок, Ро! – тяжело дышал Арн и с неудовольствием разглядывал то, что осталось от стильного костюма. – Что на тебя нашло вообще?

– Где она?! – прорычал Роан. В отличие от друга, он свою сущность все еще сдерживал с трудом.

– Так ты из-за этого что ли? – в изумлении посмотрел на него Арн. – Да тут она. У себя. А я зашел подготовить тебя.

– Подготовить к чему?

Тут Арн замялся ненадолго.

– Арн, в чем дело? – Роан уже заметно успокоился, но раздражение не заставило себя ждать, когда оглядел себя. Н-да, так ему скоро самому понадобятся услуги стилиста. Вот уже который костюм приходит в негодность из-за этой малявки. А в том, что виновата его пленница, он даже не сомневался. И желание наказать ее только усилилось.

– Да, понимаешь, тут такое дело… Я и сам не ожидал, что все будет именно так…

– Арн! – повысил голос Роан. – Чего ты там мямлишь?! Говори уже, что произошло!

– Она неотразима! – сделал друг глаза поистине огромными.

– В каком смысле? – усмехнулся Роан. Уж не тронулся ли умом этот демон? Называть неотразимой эту мелкую замухрышку…

– В самом прямом. Я и сам не ожидал, но Влад превзошел себя. Ты ее не узнаешь.

– Ну это твое мнение, дружище. Никакая обертка не превратит сухарь в мягкую булочку, – фыркнул Роан.

– Предлагаю пари и рассчитываю на твою честность, – расплылся в улыбке Арн.

– Что еще за пари? – нахмурился Роан.

– Если увиденное поразит тебя так же, как недавно меня, то ты отпустишь Лану в мой замок на сутки.

– Еще чего! – зло отозвался Роан. Кем себя возомнил этот Арн? Равным ему? Да и как бы там ни было, а пока он еще не готов делиться малявкой. Разве что, когда она ему наскучит. – Перебьешься.

– Боишься, что она клюнет на меня? – подначивал друга Арн.

– Боюсь порвать тебя на куски.

– Ро, сутки в моем замке. Обещаю, что не трону ее и пальцем. Но на пари я настаиваю, как и на твоей честности, – приблизился к нему Арн и положил руку на плечо.

– Черт с тобой! – сбросил Роан руку друга с плеча. – Пошли уже.

– В таком виде? – рассмеялся Арн. – На ее фоне мы будем выглядеть оборванцами в прямом смысле слова. Давай сначала приведем себя в порядок.

Через полчаса, одетые во все свежее, Роан с Арном направлялись в покои человечки. Роан при этом испытывал что-то странное, и если бы не был уверен, что такое невозможно, то принял бы это чувство за волнение. Но он не может волноваться, да и не из-за чего. Разволновать демона в состоянии что-то очень сильное и страшное. А ничего такого даже близко нет в ничтожной малявке, что вынужденно поселилась под его кровом.

– Сегодня ночью меня обещала навестить Сона.

Не успел произнести эту фразу, как вынужден был остановиться. А все потому что Арн замер на месте.

– Сона? Что эта гарпия забыла здесь? – Арн аж побледнел. А Роан запоздало вспомнил, что между другом и гарпией пробежал взбесившийся цербер, и с тех пор эти двое терпеть друг друга не могут.

– Я навестил ее и пригласил в гости, – нехотя отозвался, ругая себя за несообразительность. Визит гарпии можно было скрыть от друга. В конце концов, его дело малое – проводит Сону к пленнице. – Мне нужно, чтобы она посмотрела на… пленницу, – после паузы добавил. Про себя он как только не называл человечку, но Арну этого знать не обязательно.

– Ну-ну, смотри чтобы эта… не навредила твоей малышке, – только и сказал Арн, но весь оставшийся путь пребывал в молчаливой задумчивости. А возле двери в комнату малявки остановился и неожиданно заявил: – Если не возражаешь, пойду к себе. И очень рассчитываю на твою честность, – добавил, уже уходя.

Вот что она сейчас делает? Роан уже взялся за ручку двери, но продолжал медлить, не отворял ту. Вместо этого представил пленницу, лежащей на кровати с задумчивым выражением на лице. И тут же в душе поднялось возмущение. Почему даже мысли о ней злят его? С таким настроением и распахнул дверь.

Она стояла возле окна и не слышала звука отворяемой двери. Роан же сначала не осознал, кого именно видит. Стройный силуэт в облегающем и струящемся до пола черном платье выгодно выделялся на фоне окна. Плечи девушки были открыты, и показались Роану острыми и хрупкими до невозможности. Волосы единой волной спадали на спину и закрывали собой ту. Первым порывом стал подойти и убрать их, чтоб полюбоваться бархатистой кожей, не скрытой глубоким вырезом. Босые ступни белели из-под платья, и снова Роану они показались неестественно маленькими, игрушечными. Ладони обнаженных рук она прижала к стеклу и смотрела на сад, не отрываясь. Что она пытается разглядеть там?

– Этот сад особенно красив, когда уже не день, но еще и не вечер, на границе этих двух состояний, – произнес Роан и физически ощутил, как напряглась она, как борется с собой, чтобы не обернуться в страхе.

– Он красив всегда, – тихо отозвалась, и голос ее дрогнул, словно собиралась сейчас заплакать. Только не это! – Но он мертвый.

Она так и продолжала стоять к нему спиной, и тогда Роан сам приблизился к ней. Встал практически вплотную, чтобы обнаженной грудью почувствовать шелковистость ее волос, рассмотреть поближе их цвет и вдохнуть ее запах. Стоило только оказаться в ее поле, как демон сразу успокоился, и от ярости его не осталось и следа. Роан почувствовал, как чужая несвойственная ему энергия наполняет тело, расслабляет мышцы, делает мысли плавными неспешными. И как же ему хотелось рассмотреть эту девушку внимательнее, чтобы убедиться, что проиграл другу. Ведь даже то, что он видел и чувствовал сейчас намекало на это. И еще одна мысли засела в мозгу Роана: это ли тот свет, про который говорила пророчица?

Но в то время как демон пребывал во власти новых и чуждых ему эмоций, пленница оставалась напряженной до предела. И это нервировало Роана. Он взял ее за плечи и резче чем хотелось бы развернул к себе лицом. Ее лицо! Его он тоже с трудом узнал в новом образе. Разве что огромные серые глаза смотрели на него привычно – с затаенным в глуби них испугом и желанием, чтобы оказался он как можно дальше. Ему же гораздо больше нравилось, когда в этих глазах вспыхивало желание, страсть. Однажды он уже видел их такими.

Он коснулся ее обнаженных плеч и несильно сжал их в своих ладонях, лишний раз убеждаясь, насколько эта живая девушка хрупкая и ранимая. Даже собственную силу рядом с ней ему приходилось сдерживать, чтобы ненароком не сделать ей больно. Подобные ощущения для Роана тоже были в новинку, потому как раньше ни с кем сдерживаться ему не приходилось. Но с ней так точно нельзя, иначе он разрушит ее, сломает. И если в моральном плане его это устроило бы, то физически пока она должна быть целой. И как же не сочетался строптивый дух с хрупкостью тела. Наверное, такое свойственно только людям, жаль, что природа их незнакома ему так хорошо, как хотелось бы. С людьми Роан дел почти не имел, в отличие от тех демонов, что выполняли поручения повелителя на земле.

– Пожалуйста! – с мольбой посмотрела она на него, когда руки Роана скользнули по шее, плечам и обхватили ее грудь, спрятанную под тонкой тканью платья. Сразу же большими пальцами он нашел соски и почувствовал, как те отреагировали на его прикосновения.

– О чем ты меня просишь? – погладил он стремительно твердеющие бугорки, чувствуя как начинает возбуждаться.

– Не трогай меня! – глаза ее наполнились слезами, и злость не заставила себя ждать.

– Хочешь сказать, что прикосновения мои тебе неприятны? – надавил он на ее соски чуть сильнее. – А может и я тебе противен? – склонился к ее лицу очень близко, чувствуя ее сбивчивое дыхание. – Не так красив, как Арн? Не так обходителен? Не ублажаю тебя новыми шмотками и вежливыми беседами?..

– Причем тут это?! – мгновенно вспыхнула она, и румянец гнева опалил нежные щеки. – Я просто прошу меня не трогать, потому что мне этого не хочется! – попыталась она убрать его руки и зря. Роан разве что разозлился еще сильнее и забыл о деликатности напрочь.

– Не хочется? – с этими словами он стянул эластичную ткань с ее груди, обнажая ту, чувствуя как задрожала эта человечка в его руках. – Посмотри на себя, – обхватил он ее соски пальцами и принялся несильно теребить. – Твое тело думает иначе, детка, – он развернул ее спиной и прижал к себе. Одной рукой продолжал ласкать грудь, а второй скользнул по горячему животу, проникая под платье.

Лана громко всхлипнула, когда палец его проник в уже вовсю сочившееся влагой возбуждения влагалище. Не хочет она его! Роан принялся теребить ее клитор, поддерживая ее второй рукой. Она уже еле стояла на ногах, и с губ ее срывались судорожные вздохи, смешанные со всхлипами. Да не держи он ее так крепко, уже распласталась бы у его ног.

– Ты возбуждена, детка, и мечтаешь об удовлетворении, – горячо прошептал ей на ухо, понимая, что и сам находится примерно в таком же состоянии. Член уже вовсю пульсировал и рвался на свободу. Как же он мечтал оказаться внутри этой влажной и жаркой пещерки! – Сегодня ночью я приду к тебе, но сначала ты кое с кем познакомишься. И подумай, чего ты сама хочешь в данный момент. Хорошенько подумай, мой тебе совет.

Уходил он от пленницы с мыслью, что Арн обязательно вернется к спору, и ему придется отпустить человечку на сутки в замок друга. Пока еще Роан и сам не понимал, как относится к этому. Одно он знал точно, что этой крошке удалось поразить его сегодня. Вот уж не ожидал, что новая прическа и одежда могут настолько изменить ее и, кажется, его отношение к ней.

Глава 7

Этого проклятого демона она ненавидит всей душой! Вот стоит подумать о нем, как сразу же вспыхивает жгучая ненависть. Но вместе с ней разгорается и пожар, настолько жаркий, что временами становится невтерпеж. Это как называется? Ведь не может же она на самом деле желать этого урода!

Но желание тела вряд ли можно с чем-то перепутать. И Лане было знакомо состояние, когда низ живота становится вдруг тяжелым, тянущим, а по телу разливается томительная слабость. Голова кружится самую малость, и взгляд увлажняется, теряет ясность. Такую реакцию вызывала тяга к мужчине. Но не к демону же! Его и мужчиной разве что с натяжкой можно назвать – он самый настоящий самец. А уж в демоническом обличье так и вовсе монстр!

После ухода Роана она еще долго не могла потушить бушующий внутри пожар. Он уже давно не прикасался, но она чувствовала на себе его горячие руки и губы. Даже казалось, что часть дыхания демона задержалось в комнате и продолжает опалять кожу. Это ли не сумасшествие!

В замке Роана она провела довольно много времени, и вернулась в собственную темницу, когда над огненными реками принялись сгущаться сумерки. В это время и навестил ее демон, да еще и пытался внушить мысль, что оно, время, необычайно красиво. Возможно, но только внешне, когда мир этот раскрашивается палитрой мрачных, но величественных оттенков. Но ни единый не содержит в себе жизни. И за пару дней, что провела тут, больше всего Лана соскучилась именно про проявлению жизни. Любому, будь то запахи или звуки… И как можно жить без солнечного света, его ласкового тепла?! Но ведь и обитатели тут не совсем живые, хоть и двигаются, разговаривают, дышат. Вон даже сердце у них бьется, совсем как у людей. И даже ускоряет темп в минуты возбуждения. Тьфу ты! Снова она подумала об этом! Вспомнила, как ощущала ускоряющейся ритм сердца демона, когда тот прижимал ее к своей груди.

За сумерками опустился вечер, который почти сразу же сменился ночью. И вот странность, сегодня Лане не принесли в комнату ужин. И на это она бы не обратила внимания, если бы вдруг не ощутила голод. Куда, интересно, запропастилась эта чертиха, которая является вечно, когда ее не ждут? Сейчас Лане казалось, что про нее все забыли. И как к этому относилась, она пока еще не поняла.

Однако, есть хотелось все сильнее, и она решилась на вылазку в мрачный замок, чтобы найти кухню или еще что, где готовится еда.

«Представь, что ты солнце…», – всплыли в памяти слова демона, стоило только очутиться в мрачном коридоре и ощутить на себе холод морока. Сделать это оказалось на удивление просто, и какое-то время Лана нежилась в собственных лучах, словно и вправду стала частичкой солнца. А потом она пустилась в путешествие по замку, понимая, что рискует нарваться на неприятности. Ведь это замок демона, где ночью жизнь оживает. На это непрозрачно намекнул сам хозяин. Но что делать ей, когда нужно удовлетворять естественные потребности организма?

Двигаясь по коридорам замка, Лана невольно сравнила его и современное жилище Арна, которое и замком-то можно было назвать с натяжкой. Разве что внешне тот выглядел именно так, но тут судить не бралась, потому как не видела. Тут же мрачность давила на голову и плечи, стены пугали серостью, хоть и не выглядели грязными. Повсюду царил камень: холодный и неприступный, как и хозяин замка. И каждый раз, приближаясь к повороту, Лана замирала от страха, что она там увидит?

Но поворот следовал за поворотом, она уже миновала несколько пустынных залов, но так никого и не встретила. Каких же размеров этот замок? И куда в нем все подевались? А еще Лана активно втягивала воздух носом, но запаха пищи тоже не улавливала.

Очередной зал, в который ступила Лана, оказался совершенно пустым. Если во всех других была мебель, светильники и местами камины, то тут светились только ниши, что имелись в стенах по всему периметру и располагались очень часто, друг рядом с другом. И потолки показались Лане неестественно низкими, особенно после тех высот, под которыми бились тогда демоны. Тут же она могла прикоснуться к ним рукой, если бы встала на мыски. А пол выглядел неровным. Будто основание пещеры. Странное место, не известно для чего предназначенное. Очень мрачное и тихое. Хотя, нет! Какие-то звуки долетали до слуха – то ли шорохи, то ли вздохи. И от них по телу пробегала дрожь.

Лана уже собралась покинуть этот зал, когда услышала странную, даже пугающую фразу:

– Почему я прихожу с работы, а посуда не мыта?! Ленка! Ну до каких пор ты будешь прохлаждаться, кобыла здоровая?!

Тут уже одной дрожью дело не ограничилось, и Лана мелко затряслась от ужаса. Работа, посуда?.. Это что еще за чертовщина. И ей бы бежать подальше, хоть и ноги тряслись не переставая, так нет же, она пошла на звуки голосов, что доносились из одной из арок. А там уже вовсю шла перебранка предположительно между дочерью и матерью.

Когда приблизилась к арке, глазам своим не поверила. Место светящейся пустоты заняла вполне обычная кухня, какие есть в тысячах квартир в ее городе. На столе рассыпана мука, в раковине гора грязной посуды. Высокая рыжеволосая девушка стоит перед, наверное, матерью, что выглядит очень недовольной. А на лице девушки блуждает ласковая улыбка, как улыбаемся мы обычно родителям, которых любим, но которые нас за что-то ругают. Сердце Ланы затрепетало в радостном предчувствии. Ведь это же были люди! И ее совершенно не волновало сейчас, как те тут очутились. Она хотела к себе подобным!

Девушка увидела Лану первая и приветливо махнула ей рукой.

– Ты новенькая? А чего такая потерянная? Иди к нам, не стесняйся, – приветливо улыбнулась она.

Тут и мать обернулась и тоже подарила Лане скупую улыбку. Видно было, что она все еще сердится на нерадивую дочь.

– Проходи, дорогая! Мы уже почти перестали ссориться, – грозно закончила, вновь вперив взгляд в девушку.

Уговаривать себя Лана не заставила, но стоило ей только занести ногу, чтобы перешагнуть порог ниши, как какая-то сила отбросила ее на приличное расстояние под недоуменными взглядами двух женщин. Лана больно шмякнулась на пол, но тут же ее схватили за руку и потащили из зала прочь со словами:

– Идиотка! Вот же идиотка! Нашла куда сунуть свой любопытный нос!..

Это была Майя и выглядела она мягко говоря злой.

Они уже даже не шли, а бежали к выходу, и Лана до поры до времени решила отложить разборки с нахалкой. Но как только за спинами их дверь в зал с нишами захлопнулась, а чертиха шумно перевела дыхание, привалившись к стене, Лана набросилась на ту с упреками:

– Зачем ты меня увела оттуда? Почему не дала пообщаться с людьми?

– С людьми? – хохотнула Майя и вдруг замолчала, прислушиваясь к чему-то. За заветной дверью нарастал какой-то гул, и волосы на голове Ланы снова зашевелились от ужаса. – Пошли скорее отсюда в более безопасное место, – опять схватила Майя ее за руку и потащила за собой.

Вскоре они оказались в небольшой комнатке, довольно симпатично обставленной. Только тут преобладал розовый цвет, что немного раздражало зрение.

– Садись, дурочка! – толкнула ее Майя на розовый диван. – Какого черта выперлась из комнаты на ночь глядя?! – воззрилась на нее с раздражением. – Приключений на одно место захотелось?

– Не угадала, – вздохнула Лана. – Есть хочется, вот и пошла искать кухню, – от этой мысли есть захотелось еще сильнее.

– Есть она захотела! А ты это заслужила?

– В каком смысле?

– Ладно, об этом потом… Ты хоть знаешь, чему сейчас подвергалась?!

Лане почему-то казалось, что Майя сильно напугана. Но чем? – это пока оставалось для нее загадкой.

– И чему же? – настороженно спросила.

– Если бы я не успела вовремя, то ты сгинула бы в безвременном пространстве, переступив порог логова духов. И я сомневаюсь, что даже господин смог бы тебя оттуда вытащить, – она упала в такое же розовое кресло и принялась обмахиваться небольшим пестрым веером.

– Духов? – выцепила Лана главное. Остального она словно и не расслышала. – Это… там разве не люди?

– Мертвые люди, – подалась чертиха вперед. – Духи. Тебя занесло в зал духов не понятно зачем.

– Откуда же я знала! – чуть не плача проговорила Лана. – Но они такие… похожие…

– На живых? Конечно! Ведь ты стала свидетелей иллюзии морока, что царит в том зале. Ночью все эти духи оживают, и создается иллюзия, что они продолжают жить каждый в том времени, из какого ушел когда-то. Но для по-настоящему живых людей иллюзия эта губительна! Эх, надо было оставить тебя там, и пусть бы туман забвения проник в твой мозг! – сплюнула чертиха. – Да самой пока жить хочется, – прижала она ладонь к горлу, что было обмотано пестрым платком.

Что у нее с горлом? – мелькнула мысль, но пока Лана отмела ее. Уж больно ей хотелось поговорить о людях, пусть и ненастоящих.

– А днем? Духи тоже опасны?

– Днем нет, – махнула рукой Майя. – Днем это просто духи – бестелесные и безголосые существа. Скукотища!

– А почему все эти люди попали сюда после?.. – договорить не решилась – по сердцу резанула мысль, что если она увидит тут маму.

– Грешники, ясно же. Иные сюда не попадают, для них припасено местечко почище, – возвела чертиха глаза к потолку. – Эти же несчастные сосланы на вечные муки.

– В замок демона?

Майя рассмеялась.

– Наивная же ты, а еще глупая. Ты хоть примерно представляешь, сколько грешников живет и умирает на земле? Всех нужно пристроить, за каждым следить. Вот повелитель и распорядился, чтобы в жилище каждого демона был зал духов. Но повелитель наш – справедлив и квоту не превышает, а иначе тут повсюду бы разгуливали эти прозрачные пиявки!

Духи, квота, повелитель… Голова идет кругом от всей этой нереальной информации. И есть хочется уже нестерпимо.

– Кто такой этот ваш повелитель?

– Астрий-то? Он красавчик! – закатила от восторга глаза Майя. – Может тебе и посчастливится увидеть его, если не будешь злить демона, – снова прикоснулась она к горлу и скривилась.

Не больно-то и хотелось узнавать еще одного урода!

– Что у тебя там? – сменила тему Лана.

– Следы его демонического гнева, – усмехнулась чертиха. – Из-за тебя между прочим. От мести моей ушла, только потому что сама не ведаешь, что творишь?

– Покажи! – напряглась Лана.

– Да смотри, жалко что ли, – размотала платок Майя, и взгляду Ланы предстали черно-бордовые пятна на ее шее, очень напоминающие отпечатки пальцев. – Фух, как же в нем жарко! – отбросила рыжая платок в сторону.

– Это он сделал?

– Едва уцелела, не успей вовремя Арн-милаха. Иначе, не сидела бы я тут с тобой, а барахталась бы на нулевом уровне в точности такая же, бестелесная, – кивнула она на дверь.

– Он зверь, – пробормотала Лана, борясь с дурнотой.

– Не он, а его демон. Потому и предупреждаю в который раз, чтобы не злила его. Сдержать демона иногда невозможно, – серьезно проговорила Майя.

– Ты его еще и оправдываешь?

– Я понимаю его, дурочка. Мы из одного теста – нечисть, как вы нас называете. А тебе еще многому предстоит тут научиться. Ладно! – встала она. – Пойдем накормлю тебя, что ли. А то слухи ходят по замку, что сегодня к нам в гости наведается Сона. Кто знает, не по твою ли душу.

– Сона? – уже второй раз при ней упоминали это имя. – Кто она, и почему все так ее боятся?

– Узнаешь, – бросила на нее Майя быстрый взгляд и поспешила к двери.

Выходя, Лана размышляла, что должно быть сейчас побывала в гостях у этой рыжей.

Оказывается, кухня в замке имелась, и находилась совсем недалеко от комнаты Ланы. Нужно было только спуститься по небольшой лесенке. Но именно эту лесенку-то она и не заметила, потому как пряталась та за еще более неприметной дверью, сливающейся со стеной.

– Тсс! – прижала Майя палец к губам и сделала страшные глаза, когда остановились они возле еще более неприметной двери, которой заканчивалась лесенка. – Ксандра спит после трудового дня. Если мы ее разбудим, то мало не покажется. Она днем-то не позволяет вторгаться на свою территорию, только к окошку и подпускает, – тут Лана и раздаточное окошко заметила возле двери (какое же тут все одинаково серое!), – а уж ночью и подавно!

На отповедь шепотом Лана предпочла отреагировать молча. А Ксандрой оказалась рослая, даже крупнее Магды-банщицы, горгулья, что громко храпела прямо посреди просторной кухни, лежа на широком разделочном столе. Ничего себе нравы! Где работаю, там и живу? Лана едва сдерживала смех – да такую из пушки не поднимешь, к чему все эти предосторожности. Но стоило ей только так подумать, как горгулья вздрогнула всем огромным телом и резко села на столе. Глаза ее вращались и ни на чем не останавливались. Лана с Майей замерли по стойке смирно. Причем, последняя вцепилась в руку Ланы, царапая ту острыми ногтями. И отпустила, лишь когда Ксандра вновь улеглась и захрапела еще громче.

«Я же говорила!» – прочитала Лана во взгляде чертихи.

О чем? О том, что повариха-горгулья склонна к лунатизму? Об этом точно не говорила. Ну и не суть. Все внимание Ланы уже было приковано к холодильнику. Но тут же Майя все так же взглядом велела ей оставаться на месте. Сама она проворно и бесшумно распахнула холодильник, быстро оттуда что-то похватала и сложила в небольшую корзинку, и уже через минуту они снова оказались за дверью. Сразу становилось понятно, что ночные вылазки на кухню тут не редкость.

– На, ешь и из комнаты больше ни ногой! – вручила ей рыжая корзинку. – На сегодня с тебя приключений достаточно. И что-то мне подсказывает, что самое интересное тебя ждет впереди.

Эти намеки на что-то непонятное уже порядком раздражали, да и сама чертиха, с ее загадочностью и недосказанностью надоела уже. Майя относилась к разряду тех, чье присутствие в большом количестве становилось в тягость. Потому Лана с толикой радости приняла у нее корзину и скрылась в своей комнате. Тут хоть было тихо, спокойно. Можно было поесть и обдумать дальнейшие ходы.

Жуя холодное мясо с ломтиками огурца и помидора, Лана размышляла на тему, что в этом замке нет никого, кому она могла бы доверять, кто мог бы дать дельный совет. Искать доверенное лицо среди монстров себе опаснее, хоть некоторые и отнеслись к ней если не с пониманием, то с добротой. Есть ли здесь люди, кроме нее? – вот главный вопрос на повестке следующего дня. Или только человеческие души разгуливают по замку, пугая его обитателей?

От воспоминаний об иллюзии нормальной жизни, свидетельницей кусочка которой недавно стала, на глаза набежали слезы. Неужто эти бедные души обречены вечность повторять один и тот же последний прожитый день? Что такого могли совершить при жизни мать с дочерью, что их так жестоко наказали посмертно?

После ужина начало клонить в сон, но отчего-то засыпать было страшно. Ведь она даже примерно не знала, чего ожидать от предстоящей ночи. А учитывая намеки, что самого Роана, что вот Майи недавно, ждала только плохого. И предчувствия не оставляли, от которых внутренности словно скручивало в тугой узел. Даже лежа на кровати не получалось расслабиться. Сейчас бы сходить в горячий душ, так тут и такого не имелось. Не в баню же переться на ночь глядя. И в тазу получилось ополоснуться разве что местами, благо вода была теплая. И Лана с благодарностью вспоминала Влада. Черт-стилист не только обещал ей позаботиться о пополнении гардероба, но и снабдил кружевной сорочкой до пят и пеньюаром в тон. Все ж лучше, чем сутками не снимать платья, даже если оно настолько стильно и красиво.

Усталость взяла свое, и Лана не заметила, как уснула. А пробудилась от ощущения, что в комнате не одна. И тут же наткнулась на горящие глаза Роана. Он сидел на кровати и самым бесстыдным образом разглядывал ее спящую. И в глазах его плескался красный огонь – демон тоже был рядом. Спасибо, что хоть руками не трогает.

Но стоило только Лане так подумать, как Роан протянул руку и потянул за тесемку пеньюара, распуская узел.

– Что ты делаешь? – вцепилась Лана в руку демона, в попытке убрать ту от себя. Но добилась только того, что обе ее руки оказались в прочном захвате над головой.

– Смотрю, изучаю, – голос его прозвучал пугающе низко в ночной тиши. – Сейчас ты снова другая, и я должен это видеть. С принадлежащим мне привык знакомиться близко.

– Я не принадлежу тебе! – прошипела Лана и снова дернулась в попытке высвободиться из захвата.

– Ошибаешься, человечка, – склонился демон над ней очень низко. Пламя его глаз опалило лицо. – Именно мне ты и принадлежишь. Вся. Твоя душа, мысли в голове, тело… – с этими словами рука его и взгляд принялись путешествовать по ее распластанному телу.

Ладонь обжигала кожу через тонкое кружево, и вновь Лана ощутила это все нарастающее возбуждение, которого не желала, но оно же сводило с ума. Кожа и ткань сорочки словно плавились под его рукой. А в голове билась единственная мысль: «Нельзя злить демона». Не то чтобы она боялась его сейчас. Иногда ей казалось, что в том, что происходит сейчас в ее жизни, не осталось места страху, что он превратился во что-то рудиментарное, изжившее себя. Ведь нет разницы, боится она этого демона или места или не боится, результат будет один – с ней поступят так, как сочтут нужным и вопреки ее желаниям. Но она не хотела видеть вторую оболочку этого существа – свирепую и страшную. В присутствии внутреннего демона Роана Лане становилось даже не страшно, а жутко, словно через минуту ее казнят – мучительно и долго.

– Отпусти руки, пожалуйста! – лежать в таком положении, испытывая его ласки, становилось невыносимо. Она уже сгорала от страсти и ничего не могла с этим поделать. – Обещаю не сопротивляться, – переступила Лана даже через собственную гордость, заталкивая подальше слезы, что уже стояли слишком близко.

– Как скажешь, детка, – ухмыльнулся демон и выпустил ее руки. – Но помни об обещании, – тут же предупредил, склоняясь над ее грудью.

Лана тихо застонала, когда сосок ее попал в горячий и влажный плен, а язык Роана принялся лизать тот прямо через ткань сорочки. Это становилось нестерпимо изматывающим! Она уже не могла лежать спокойно. А когда подол сорочки пополз вверх, и ладонь демона легла огнем на внутреннюю поверхность бедра, Лана с ужасом осознала, что от одного этого едва не кончила. Живот скрутило с такой силой, что она и не заметила, как распахнула ноги, предлагая не останавливаться, бесстыдно отдавая себя.

– А ты умница! – довольно проговорил демон, прижимая ладонь к треугольнику между ног, прикасаясь к тому, что уже изматывающе пульсировало и требовало более откровенных касаний. – Готова и хочешь, – палец его проник во влажные складочки и коснулся клитора, но сразу же замер, ввергая в разочарование. – Посмотри на меня!

Лана перевела на него затуманенный страстью взор. Сейчас она ненавидела демона больше чем когда-либо, за то что заставляет испытывать ее то, чего она не только не хочет, а отвергает всей душой. И она видела, что он возбужден тоже – пламя плескалось уже не только в глазах демона, но и бурлило под кожей, просвечивая через ту огненными реками. Но это не радовало, не удовлетворяло. Она хотела того, кого ненавидела, и мысль эта сводила с ума.

– Ты хочешь меня, как никого еще не хотела в этой жизни.

Палец демона скользнул во влагалище, одарив долгожданным трением клитор, заставив Лану застонать и прогнуться в спине, податься ему навстречу, насадиться на его чертов палец! Большим пальцем Роан нащупал анус, погладил, смазывая, и легонько надавил, отчего Лана задрожала всем телом. И снова она едва не кончила, понимая, что близка к помешательству как никогда.

– И самое странное, что я тоже хочу тебя.

Роан взял ее руку и прижал к своему паху. Выпуклость показалась ей очень даже внушительной. Но как же она захотела в этот момент ощутить ту внутри себя! От ненависти на этот раз к себе, Лана прикусила губу до крови, и демон это почувствовал.

– Что же ты делаешь, глупая? – нахмурился он и заставил Лану открыть рот. – Если гарпия почувствует твою кровь, то даже я ее остановить не смогу, – пробормотал и прижался к ее губам своими.

Теперь он зализывал ее губу, и Лана уже совершенно не понимала, что с ней происходит. Ее язык сначала робко будто ненароком прикоснулся к его, а потом уже смелее заставил его переплестись со своим, вступить с ним в эротический танец. Поцелуй перерос из лечебного в полноценный и глубокий, а демоническое пламя заструилось ей в глаза и дальше, в душу, наполняя ту собой.

– Нам пора, – оторвался Роан от ее губ, и только тут Лана до конца осознала, с кем целовалась с таким упоением.

– Куда? – моргнула она и резко одернула руки. Господи! Да она только что обнимала демона!

– У нас гости. Собирайся! – коротко распорядился он и встал с кровати, отошел к окну.

Лане ничего не осталось, как заставить себя встать тоже, преодолевая слабость во всем теле, и облачиться все в то же платье. Другого пока у нее ничего не было. В пеньюаре разгуливать по замку ночью как-то не хотелось. И почему-то ее совершенно сейчас не волновала проблема, что одеваться приходится при демоне. Впрочем, он на нее не смотрел, продолжая стоять спиной.

– Я готова, – тихо произнесла Лана, чувствуя какие-то странные перемены внутри себя. Об этом она обязательно подумает на досуге, но сейчас волновало другое. – Сона – это гарпия?

– Да, – приблизился к ней Роан и смотрел на нее сверху-вниз. Просто смотрел, не трогал. Так почему же ее снова бросило в жар?

И господи! Что еще за гарпия?! Как та выглядит? Очередной монстр подземного царства.

– Она страшная? – подняла Лана глаза на демона, с ужасом слыша в собственном голосе плаксивые нотки.

– Временами, – уклончиво ответил он и положил ей руки на плечи, несильно те сжимая. – Я буду рядом. Ничего плохого она тебе не сделает, обещаю.

– Но и ничего хорошего, – пробормотала Лана больше себе.

– Это уже будет зависеть от тебя.

Он ничего больше не сказал, а она не нашлась, что можно спросить еще, чтобы оттянуть наступление неизбежного.

Роан вышел за дверь, и Лане ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Овца на закланье – ни дать, ни взять. И ведь идет же, покорно и даже не на привязи. А разве может она не идти? Все равно заставит!

В каминном зале она уже была, но снова поразилась его размерами, как и вспомнила сражение демонов под его сводами. Но ночью это место выглядело несколько иначе, вернее, ощущалось. Здесь будто поселилась вся возможная мистика, начиная от таинственного пламени в каминах и заканчивая притаившимися в углах и за колоннами зала тенями неизвестно кого или чего.

– Присаживайся, – указал Роан на кресло. – Сона уже в пути, я чувствую приближение ее энергии.

Лана опустилась в кресло, стараясь подавить внутреннюю дрожь. Роан занял соседнее кресло и принялся молча разглядывать ее. От этого взгляда Лана не знала куда деть себя, в особенности руки. Он знал, как она выглядит без этого платья, сейчас, под его ленивым и скользящим по ней взглядом думалось почему-то только об этом.

Но время шло, а демон продолжал хранить молчания, не отрывая от нее взгляда. В глазах его Лана читала усмешку, когда рисковала смотреть в них. Постепенно ситуация начала рождать раздражение. И тогда она тоже позволила себе разглядывание, а потом этот процесс даже захватил ее.

На оголенной груди, скрытой лишь частично черной балахонистой накидкой, бугрились мышцы. Руки с сильными крупными кистями расслабленно покоились на подлокотниках. Демон выглядел спокойным и невозмутимым. Он откинулся на спинку кресла и закинул ногу на ногу. Даже не верилось, что именно он порой выходит из себя и превращается в чудовище!

Поймав себя на мысли, что ей нравится разглядывать его, как и нравится сама картинка, Лана резко отвела глаза в сторону. Усмешка не заставила себя ждать – демон прочитал ее настроение. Но вскоре внимание обоих привлек туман, что принялся скапливаться посреди зала, словно просачиваясь сквозь пол.

Роан встал и направился к этому туману, что стремительно разрастался. Лана же осталась сидеть, испытывая непреодолимое желание слиться с креслом.

Сначала туман уплотнялся, приобретая очертания человеческой фигуры, а потом стремительно рассеялся без следа. На его месте Лана разглядела не просто красавицу, а ослепительно-красивую женщину. Ее гладкие волосы состояли из серебристых и смолянисто-черных прядей, что чередовали друг друга и спадали на плечи и спину. Высокая и очень стройная, несмотря на пышные формы и рельефные мышцы, она была одета в облегающее стального цвета платье в пол. Но больше всего поражали глаза на безупречном лице, вернее, их цвет. Ярко-синие со стальным блеском, словно именно платье отражалось в них, как в гладкой поверхности озера. И смотрела женщина очень пронзительно с легкой улыбкой на полных ярко-очерченных кроваво-красной помадой губах. Благо, не на Лану, а на Роана.

– Сона! – развел демон руки в стороны, принимая гостью в объятья. – Рад тебе у себя!

– Роан, я и сама не верю, что выбралась из своего логова, – звонко рассмеялась гарпия.

А Лана подумала, что в этих созданиях нет ничего страшного, оказывается. Ну правда, скорее всего, это лишь внешняя оболочка существа подземного мира.

А потом губы этих двоих слились в жарком поцелуе, и снова Лана вынуждена была поспешно отвернуться, почувствовав, как запылали ее щеки и ощутив в груди укол чего-то очень неприятного. Да что это с ней! Пусть лижется с кем и когда хочет, хоть со всем замком, ну его обитателями, одновременно!

– Ну? Где твоя мышка? – донесся до нее мелодичный голос гарпии, сопровождаемый ее переливчатым смехом.

Тут же к смеху гарпии присоединился мужской. Да ладно! Этот демон умеет смеяться? Лана даже не выдержала и выглянула из-за спинки кресла, поняв, что спряталась в нем целиком.

– А вот и она! – блеснули на нее два синих азера с плавающими на поверхности айсбергами, и гарпия плавной крадущейся поступью направилась к ней. – Ах, как же ты пахнешь! – втянула она воздух, еще находясь на приличном расстоянии от кресла.

Лана вдруг подумала, что тут собрались одни нюхачи, и едва нервно не расхохоталась. Чертово место с чертовыми нюхачами, одна из которых сейчас от нее чего-то хочет. Или этого хочет проклятый демон и заставляет хотеть ее…

Какая-то сила плавно подхватила Лану и нежно поставила на ноги, когда между ней и гарпией оставалась пара шагов.

– Извини, дорогая! Но так хочется рассмотреть тебя повнимательнее и во всей красе, так сказать, – приблизилась к ней Сона и принялась ее обнюхивать в буквальном смысле слова. – Вкусная, но не моя, – вынесла вердикт гарпия и посмотрела на Роана, выпрямляясь.

Тот лишь хмыкнул и скрестил руки на груди, не переставая наблюдать за девушками.

– И кто же ты у нас? – палец гарпии коснулся обнаженного плеча Ланы.

Она откинула прядь волос ей за спину, а когда вернула палец, то на нем Лана заметила острый длинный коготь вместо аккуратного кораллового ноготка до этого. Коготь скользнул вниз по ее руке, оставляя довольно внушительную вмятину на коже и делая немного больно, но не травмируя ту. А вот чуть пониже локтя Сона вдруг вонзила коготь под кожу, и появилась ровно одна но крупная капля крови. Гарпия подцепила ту ногтем и быстро слизала. Довольно причмокнула и пояснила, глядя Лане в глаза:

– Это чтобы лучше понять тебя, дорогая. Не бойся, есть не стану. Такими как ты, я не питаюсь, – она улыбнулась, обнажая в улыбке ровные белые зубы.

Голливуд отдыхает! Сона казалась Лане настолько неестественно красивой, что перестала восприниматься как реальная женщина или кто она там была.

– Какими, такими? – набралась смелости и спросила Лана.

Впрочем, эту красотку она больше не боялась. И немаловажную роль в ее настроении играли слова демона, сказанные не так давно. Он стоял рядом, и она понимала, что в обиду ее демон не даст. Почему? А потому что обещал, и она неожиданно ему поверила.

– Какая же ты у нас, девушка по имени Свет? – задумчиво проговорила Сона.

– Самая обычная, – пожала плечами Лана.

Странно, но эта гарпия ей нравилась. То, как она говорила, как вела себя, даже как смотрела на нее, хоть взгляд ее и казалось проникал в самую душу. Но все это не раздражало, а наоборот, притягивало к ней что ли.

– Ну какая же ты обычная! Обычные не попадают сюда живыми, – рассмеялась Сона, и в очередной раз Лана залюбовалась ее лицом. – Но и необычность, она ведь разная. А бывает так и вовсе уникальной. И что-то мне подсказывает, что ты именно такая. А тут у нас что?

С этими словами гарпия сдернула верх ее платья, обнажая грудь. От неожиданности Лана до такой степени растерялась, что даже не сразу сообразила прикрыться хотя бы руками. Сначала она заметила, как загорелся взгляд демона, прикованный к ее груди, и уж потом кое как вернула платье на место, готовая испепелить взглядом нахалку.

А гарпия уже покатывалась со смеху, глядя то на демона, то на нее. Но очень быстро она вернула себе серьезный вид.

– В этом месте нужно уметь защищаться, дорогая. И с этим у тебя явные проблемы. Не всегда рядом может оказаться тот, кто сможет сделать это за тебя. Но ничего, это я беру на себя, покажу тебе парочку приемчиков, идет? – подмигнула ей гарпия.

И как это называется? Почему даже злость на эту странную женщину быстро испарилась? Откуда такое доверие к той, кто совсем его не заслуживает?

А Сона словно прислушивалась к чему-то и смотрела так, будто говорила: «Совсем скоро я буду знать о тебе все!»

Странное у них получалось общение. Лана по большей части молчала, да и гарпия не отличалась многословностью, но почему-то казалось, что сейчас она рассказывает той всю свою жизнь, причем в мельчайших подробностях. И время то ли текло, то ли стояло на месте. Даже примерно Лана не бралась судить, сколько длился этот молчаливый диалог. И в какой-то момент она совершенно забыла о демоне, словно это не он продолжал находиться в одной с ними комнате, совсем рядом с ними.

– Кажется, твоя малышка засыпает стоя, – задорный голос гарпии вырвал Лану из дремы, в которую незаметно стала проваливаться. – Иди, дорогая. Вы, люди, такие слабые, спите ночью и не понимаете, сколько прелести та в себе таит. Найдешь обратную дорогу?

– Найду, – послушно кивнула Лана.

– Завтра ночью я снова приду. Приступим к обучению, если, конечно, Роан разрешит, – посмотрела она на демона. Но Лана не сомневалась, что разрешение того гарпии не требуется. Она так решила! Сила этого существа сквозила буквально во всем, что она делала.

Бросив последний взгляд на демона и поймав его ответный, Лана развернулась и быстро покинула зал. Попрощаться с гостьей забыла, да и ладно. Очень хотелось оказаться в стенах своей комнаты, забраться под одеяло с головой и скрыться хоть на время от этого мира.

Глава 8

Роан смотрел, как нетвердой поступью бредет человечка к двери, и не понимал, что испытывает в данный момент. Хотелось остановить ее, не отпускать. Но для чего? Ничего говорить ей или делать с ней сейчас желания не было. Но и отпускать ее не хотелось.

Сона долго «читала» ее. Он же в какой-то момент поймал себя на мысли, что любуется девушкой. Ее расслабленной позой с безвольно опущенными руками. Чуть склоненной на грудь головой и глазами, полуприкрытыми веками. Легкой улыбкой, что блуждала на губах…

А когда Сона «разбудила» ее, то первым, на кого упал ее взгляд, стал он. Именно на него она посмотрела, и в глазах ее он прочитал доверие. Дьявол! В тот момент он испытал ликование. Неужто именно ее доверие и пытался заслужить?!

– Кажется, кому-то нужно расслабиться, – голос Соны вырвал Роана из задумчивости, а гибкая рука гарпии обвила его талию. Она положила голову ему на плечо и заглянула в глаза. – Запала в душу грозному демону человеческая девушка? – серьезно спросила.

– Не говори глупостей, Сона, – тряхнул он головой. – Просто она для меня загадка. Потому и позвал тебя, чтобы рассказала…

– Расскажу, дорогой, обязательно, – кивнула Гарпия, – но сначала помогу тебе расслабиться. А лучше совмещу два в одном, – взяла она его за руку и потянула к креслу, в котором до этого пряталась человечка.

Роан не поверил своим сенсорам, когда опустился в кресло и впитал в себя то тепло, что еще сохранялось после Ланы. Быть такого не может! И дело не в обостренном восприятии демона, а в том, что на эту девушку он реагировал слишком остро, даже непозволительно. И запах ее тоже витал в воздухе. А больше всего ему хотелось догнать ее и… Он и сам не понимал себя сейчас. Только вдруг почувствовал пустоту в душе, что заполнить могла только она.

– Она очень светлая, как ее имя, – положила Сона руки ему на голову, и Роан почувствовал, как из тех заструилось тепло, постепенно обволакивая все тело, расслабляя мышцы. – Этого света в ней слишком много. Настолько, что он вредит ей.

– Что ты хочешь сказать? – напрягся Роан.

– Она не думает о себе. Прежде всего ее волнуют окружающие, а уж потом она сама. Она беззащитна перед собственным светом, слишком доверчива, а потому безрассудна.

К теплу присоединилась вибрация, на которые сразу же отреагировали сенсоры – ощетинились.

– Потерпи, дорогой, долго мучить не стану, – спустила Сона руки к плечам демона, а потом прошлась ими по спине и животу. – Следи за ней, Роан, ибо место это меньше всего подходит таким, как она. Гарпии ее не тронут, сам понимаешь почему. Но если каким-то образом ее занесет на нулевой уровень, то там желающих полакомиться ее светом будет хоть отбавляй. Особенно ей стоит опасаться Бледной ночи – твоя Лана для нее находка, источник настолько мощной энергии, что может сделать эту стерву всесильной, даже сильнее повелителя.

– Что ей делать на нулевом уровне? – дернулся Роан и сбросил с себя руки гарпии. Вибрация уже проникла не только под кожу, но и взбудоражила внутренности, разбудив дремлющий огонь. А выпускать тот он сейчас не собирался.

– Ты невнимательно меня слушаешь, – усмехнулась Сона. – Свет делает ее безрассудно смелой. И не далее как сегодня она уже едва не лишилась жизни.

– Как это? – посмотрел на гарпию демон. Он чего-то не знает в собственном замке?

– Это ты выясни сам, дорогой. Я лишь уловила налет губительной вечности на ее ауре. Что именно случилось, не могу тебе сказать. И еще, хочу дать тебе совет.

Гарпия замолчала, и Роан нетерпеливо уточнил:

– Какой совет, Сона? Что ты темнишь?

– Я размышляю, дорогой, – улыбнулась она. – Как бы поделикатнее тебе объяснить.

– Да говори как есть уже!

– В общем, не показывай, что так сильно хочешь ее, иначе в твоем замке могут появиться завистники.

– С чего ты взяла вообще, что я ее хочу? – Роан встал с кресла, и из глаз его огонь полился в камин, отчего догорающие дрова вспыхнули с новой силой.

– Вижу и чувствую. Ты снова забыл, кто я, – рассмеялась Сона, но тут же смех ее перешел в приглушенное шипение. – У тебя в гостях Арн? – посмотрела она на него глазами, на поверхности которых застыл лед.

– Да, забыл предупредить, прости, – с досадой отозвался Роан.

Он действительно забыл, как эти двое друг к другу относятся, словно между ними пролегла тень Бледной ночи. Когда это началось, он уже и не помнил, но эти двое люто ненавидели друг друга.

– Он уже рядом, – пробормотала Сона, и лицо ее принялось меняться. Скулы заострились, глаза стремительно разгорались синим, а из носа и рта просачивался голубоватый туман.

– Сона, не дури, – взял ее за плечи Роан. – Это же Арн, вы с ним знакомы вечность.

– И чуть меньше я не выношу его, – проговорила гарпия низким хриплым голосом.

Туман уже стелился по полу, испуская зловоние и направляясь к двери. Роан догадывался, что за этим последует. Он тряхнул гарпию что есть силы и тоном не терпящим возражений произнес:

– Сона, в моем замке вы сражаться не будете. В любом другом месте делайте, что хотите. Но сейчас вы оба у меня в гостях. Оба вы мои друзья. Прошу тебя, сдержи гнев и убери из моего зала эту гадость, – брезгливо втянул он носом воздух.

Вкруг демона разгорелся огонь, отрезая туман, заключая в кольцо пламени их с Соной. Туман за пределами кольца очень быстро рассеялся, а вот внутри пока еще шла борьба двух сущностей, и у ступала гарпия нехотя, с трудом. Огонь искрил, а туман шипел как клубок змей. И если бы гарпия не взяла себя в руки, то сражение развязалось бы уже между ними двумя.

– Только ради тебя, – проговорила Сона, и грудь ее тяжело вздымалась. Но туман исчез, и демонический огонь тоже очень быстро затух, оставляя в воздухе едва уловимый запах гари.

Гарпия резко развернулась и направилась к креслу, тому что стояло спиной ко входу. Стоило ей только опуститься в него, как дверь в зал распахнулась, и появился улыбающийся Арн. В руках он держал увесистую бутыль из темного непрозрачного стекла и явно находился навеселе.

– Ро, не одолжишь мне пару своих наложниц на какое-то время, чтоб научили моих, как нужно ублажать хозяина? – сделал он пару шагов и остановился, припал к горлышку бутылки. – А еще я бы пополнил собственные запасы твоим драконом. У тебя в замке он слаще и крепче.

– Арн, у нас гости, – кивнул Роан на кресло, за которым не видно было гарпию.

Сона выглядела расслабленной, и лишь взгляд ее, устремленный в камин, выдавал напряжение.

– Уж не свою ли крошку пленницу ты там прячешь? – расплылся в улыбке Арн и вразвалочку направился к демону. – И что скажешь насчет пари? Я выиграл?

– Эта крошка не по зубам глупым демонам, чьими поступками управляет то, что у них в штанах.

Презрительная реплика Соны заставила Арна замереть на месте и стерла улыбку с его лица. Роану даже показалось, что хмель моментально выветрился из головы друга. А Сона уже выглядывала из-за спинки кресла, и в глазах ее теперь читалось насмешливое презрение.

– И это говорит мне та, что десятилетиями не вылезает из своего пыльного склепа! – быстро вернул себе самообладание Арн, и в голосе его прозвучала насмешка. – У самой-то еще ничего не заросло от болтания под потолком и мыслей о вечном?

На эту реплику демона Сона отреагировала молчаливым игнором и вновь отвернулась к камину.

– Я и забыл, какие занимательные беседы вы ведете при встрече, – натужно рассмеялся Роан. Он уже был рад тому, что эти двое не набросились друг на друга сразу же. Злость гарпии ему удалось остудить, ну а с Арном справился дракон, за что Роан был благодарен этому огненному напитку. – Помнится, ты обещал жаркую программу на сегодняшнюю ночь, – подмигнул он другу.

– А старушка-затворница к нам тоже присоединится? – оперся Арн на спинку кресла, перегнулся через ту и заглянул в лицо Соны.

– Если обещаешь не приближаться больше чем на десять шагов, – не осталась та в долгу.

– Ближе к тебе и невозможно находиться. Плесенью несет за версту, – скривил демон губы в усмешке.

– Запах плесени похож на запах спермы, не так ли, что не высыхает у тебя в одном месте? – не осталась в долгу гарпия.

Арн уже собирался ответить гарпии очередной ехидной репликой, как Роан понял, что пикировка этих двоих ему порядком надоела.

– Так что у нас на сегодняшнюю ночь? – обратился он к другу.

– Твои красотули согласились устроить нам феерическое шоу с раздеванием. Ну а завершить предлагаю традиционно…

– Оргиями и тройничками? – рассмеялась Сона, и Роан выдохнул с облегчением – сделала это гарпия беззлобно. – Пожалуй, мальчики, от участия в ваших забавах я откажусь. Не хочу затмевать собой твоих наложниц, дорогой.

Гарпия встала с кресла, потянулась что та пантера и плавно приблизилась к Роану.

– Поцелуй меня, как только ты умеешь, – приблизила она свои губы к его.

За долю секунды перед тем как накрыл ее губы своими, Роан заметил, как хищно блеснули в свете каминов глаза Арна, как сжал тот зубы, что желваки заиграли. Но на реакцию друга ему было плевать. Уже давно у них с Соной сложились именно такие отношения, что позволяли им обоим чуть больше положенного, но ни один из них не переходил черту, после которой возникает близость. И если Арну это не нравится, то посоветовать можно только не смотреть на это.

– Что сказала она про твою пленницу? – поинтересовался Арн, когда Сона исчезла в облаке тумана.

И тут Роан понял, что рассказывать всей правды другу не хочет. Его разговор с Соной касался только его. Да и выводов он пока не сделал никаких, как и не обдумал все хорошенько. А вот тем, что с пленницей едва что-то не произошло, решил поделиться.

– Можешь узнать, что или кто именно ей угрожали? – попросил Арна.

– А сам не можешь? – не слишком по-доброму усмехнулся друг.

Сам мог, но опасался повести себя пристрастно. Очень не хотелось, чтобы кто-то пострадал незаслуженно, особенно из-за человечки. И выдержке своей не доверял уже давно. О чем честно и поведал Арну.

– Узнаю, но не ради тебя, а ради нее. И ты проиграл мне пари, – напомнил Арн. – А теперь пошли развлекаться. Девочки уже заждались.

Уже под утро Роан осознал, что больше не в состоянии находиться среди распаренных сексом обнаженных демониц и удушливого запаха возбужденной плоти.

– Арн, я ухожу, – оттащил он за волосы голову демоницы от собственного паха и застегнул ширинку.

– М-м-м? – промычал демон, что возлегал на соседнем диванчике в обнимку с двумя развратницами и расплылся в довольной улыбке, когда его член одна глубоко и резко заглотила.

Понятно. Арн сейчас не в состоянии мыслить разумно. Мозг демона затуманен страстью, а тело парит на пике возбуждения. Тем более, можно уйти по-тихому, незаметно. Скорее всего, очнется друг только когда проголодается, и заявится уже к завтраку. Роану же нужно привести себя в порядок. Сегодня в суде слушаются два дела. И как бы ни хотелось остаться дома, но работа есть работа. Неплохо бы успеть попариться, да чтоб Магда похлестала веничком.

Однако к себе сразу Роан не пошел. Какая-то сила манила его заглянуть к пленнице, посмотреть на ту спящую хоть одним глазком.

Опять в ее комнате было нестерпимо жарко даже для него. Девушка разметалась на кровати и дышала тяжело, со свистом.

Да что же это такое! Как еще объяснять этой тупоголовой Майе, что здесь должен царить особый микроклимат, что живые люди не переносят адской жары!

Первым делом Роан снизил температуру в комнате и уж потом бесшумно приблизился к кровати.

Мокрая сорочка облепила тело девушки, прорисовывая все рельефы и выпуклости. И даже несмотря на бурную ночь и несколько оргазмов, Роан почувствовал, как возбуждается. Нелепость какая-то! Но эта худышка его волновала даже сильнее, чем самая красивая демоница гарема.

Когда по коже Ланы разбежались мурашки, Роан захотел ощутить это собственным телом. Раздеваясь и ложась с ней рядом, уговаривал себя, что действует в ее же интересах, что эту крошку нужно согреть, чтоб не простыла.

Лана что-то сонно пробормотала и прижалась своим прохладным и влажным телом к нему, как к печке. Понятно, что действовала она сквозь сон, не отдавая себе отчета. Но отчего-то Роану стало приятно даже такое доверие. Тогда и он обнял ее и прижал к себе еще теснее, положив руку на грудь, чувствуя, как тело ее реагирует на его близость, даже когда хозяйка спит, как напрягся сосок.

Усилием воли он сдержал себя, чтобы не пойти дальше. А так хотелось! Но еще больше ему захотелось сейчас, чтобы и бодрствуя эта малышка желала его и доверяла тоже.

***

Первым делом после пробуждения Лана испытала непреодолимое желание окунуться в ванну с головой. Собственное тело казалось ей липким, а сорочка несвежей. Она вспомнила, что полночи промаялась от жуткой жары, кое как уснув в итоге. И снилось ей тоже что-то жаркое и липкое.

Правда под утро стало намного легче, словно с улицы в комнату проникла прохлада. Она даже слегка подмерзла. И сон увидела щемящий душу, будто поехала она в гости к бабушке, в деревню, в разгар снежной зимы. А там печка, на которой в детстве Лана так любила спать. Вот на этой печи она и досыпала ночь, пусть хоть и в фантазиях.

Сидя в кровати и с тоской глядя на бессменные таз с кувшином, Лана размышляла, а не наведаться ли ей с утра пораньше в баню? Может встретит там Магду, поболтает с той. Да отмоется до хруста, напарится. Ведь никто не запрещал ей это, и инструкций особых на этот счет не было. На том и порешила, тем более что путь в баню запомнила хорошо.

Банщицы были все в сборе. Сидели в кружке, потягивали что-то из огромных кружек и приглушенно разговаривали между собой. Совсем как люди, разве что внешне отличные. Но теперь уже Лана и на эту оболочку отреагировала иначе, даже обрадовалась им. А уж как они обрадовались и разулыбались, что она едва не грохнулась в обморок. Улыбки лица этих гротескных созданий делали еще ужаснее, но не заметить доброту в выпученных глазах Лана не смогла.

– Иди к нам пить болтушку, – помахала ей рукой с перепончатыми пальцами Магда. – Вкусная, сладкая… – блаженно закатила горгулья глаза так, что Лана испугалась, как бы те не выскочили из глазниц.

– Да мне бы… помыться, – смутилась она. – Обещаю не мешать.

– А кому это ты тут мешаешь, – проворно встала Магда с чего-то больше напоминающего пенек и направилась к ней на своих драконьих ногах, с шумом подметая пол хвостом того же происхождения. – Ну-ка, пойдем. Сейчас все устроим, – взяла ее Магда за руку так бережно, словно выполнена та была из тонкого фарфора и повела в небольшую кабинку.

В подобной Лана уже была, хоть и не в этой. Места в кабинке хватало только для объемной лохани и самих банщиц, когда обступали те лохань по кругу. Сейчас кабинка показалась Лане очень даже просторной.

Магда поколдовала над лоханью, и откуда ни возьмись в ту стала прибывать вода. Ни отверстий, ни крана Лана не разглядела. Причем вода уже была горячей и издавала ароматы трав и полевых цветов. Ну точно! Намедни она пыталась вспомнить, что же имеет запахи в этом богом забытом мире. Баня! Тут пахло жизнью. Наверное, потому Лану сюда и тянуло постоянно.

– Магда, а можно я буду приходить сюда каждый день? – прижала Лана руки к груди и со слезами на глазах воззрилась на горгулью.

– Да хоть десять раз в день, глупышка, – потрепала та ее по голове так ощутимо, что Лана пошатнулась и едва не упала. – Ты вот что, давай-ка раздевайся и забирайся в воду, а я слетаю к Ксандре, попрошу для тебя чего-нибудь вкусненького.

Не успела гигантша шагнуть за дверь, как за спиной ее распахнулись крылья, и сама она со скоростью пули прорезала пространства банного зала.

Лана вздохнула, в который раз подумала, насколько обманчивой бывает внешность и принялась скидывать с себя пеньюар.

Вода приняла ее как родную и была ровно настолько горячей, чтобы не обжигать кожу. Ароматные пары проникали в легкие и немного дурманили голову. И все это вместе было настолько приятно, что Лана испытала ни с чем несравнимое блаженство. Она даже не заметила, как вернулась Магда и поставила рядом с лоханью объемный поднос с самыми разными фруктами.

– Ты ведь и не завтракала, поди? – подозрительно зыркнула на нее горгулья, протягивая гроздь темного винограда.

– Да я и не успела, сразу пошла сюда.

– А кто тебе прислуживает? – судя по лицу, горгулья явно пыталась вспомнить это самостоятельно.

– Прислуживает? – не поняла Лана.

Зачем ей прислуживать? Особенно учитывая, что находится она тут на самом низшем положении, даже ниже наложниц гарема этого чертова демона. Невольница, пленница – вот она кто! От этих мыслей вновь родилась к себе жалость и, как следствие, на глаза навернулись слезы. Но пролиться им Лана не дала. Нельзя жалеть себя, это влечет за собой слабость души. А такой роскоши она не может себе позволить. Только не в этом месте.

– Именно, прислуживает. Кого господин назначил следить за твоим комфортом? – взяла Магда огромную мочалку и принялась намыливать ту ароматным мылом.

– Ты так говоришь, словно я королева какая, – горько рассмеялась Лана. – А я тут нет никто.

– Ошибаешься, девочка, – взяла Магда ее руку и принялась аккуратно тереть. – Может ты и не королева, потому как повелитель у нас один и очень могущественный. Но находишься ты тут на особом положении. Выделили тебе отдельные покои, а не поселили вместе со всеми наложницами. Хозяин пристально за тобой наблюдает и знает о каждом твоем шаге. И приставил он к тебе… Майку! – вскричала она, и Лана чуть не ушла под воду с головой от неожиданности. – Вспомнила! Так значит эта чертовка тебе устраивает мелкие пакости?

– Что ты имеешь в виду?

– Известно что. Ужином она тебя вчера не накормила? И думаю сделала это не случайно.

– Должно быть, просто забыла. А откуда ты знаешь? – спохватилась тут же.

– Да Ксандра сказала, что была ты на кухне ночью. Человечиной, мол, пахло с утра. А два плюс два я знаю сколько. Кроме тебя, в замке живых людей больше нет, – хмыкнула Магда. – Ночную жару опять же не прогнала, тогда как губительна та для тебя.

– Жару? – ну да, ей было очень жарко, но неужто и в этом вина Майи? Верилось с трудом. Да и зачем это чертихе.

– Именно! Жару… За этим она тоже приставлена к тебе следить. Ну и завтрака тебе сегодня подавать не собиралась, мерзавка! – грозно закончила горгулья и даже потрясла в воздухе кулаком. – Надо бы доложить обо всем хозяину, чтоб наказал эту рогатую…

– Не надо! – перебила ту Лана и схватила за мыльную руку. – Магда, очень прошу, ничего не говори демону. А с Майей я сама побеседую. Не понятно только, что плохого я ей сделала, – вполголоса проговорила уже себе.

– Ой и наивная ты душа! – всплеснула руками горгулья. – Да что ж тут непонятного! Любит она господина и мечтает быть главной в его постели. А тут появилась ты – нежная, хрупкая и такая живая. Ревнует она, вот что!

– Глупость какая то, ей богу! – пробормотала Лана и не сразу заметила, как застыла и напряглась Магда. – Ты чего?

– Не упоминай его здесь, не место, – глухо отозвалась горгулья и принялась уже намыливать всю Лану.

Пришлось временно прерваться с поглощением фруктов. И Магда оказалась права – это очень приятно, когда лежишь в горячей ванне и ешь прохладные нектары. Надо взять на вооружение.

Еще одна тема волновала Лану с момента попадания сюда. И поговорить, а вернее, просить совета, она решилась тоже у горгульи.

– Магда, я слышала, что тут есть невольничьи рынки, где… – какое-то время пыталась подобрать подходящее слово, – продают людей. Это правда?

– Ну есть такие, а что?

– Да я… – замялась Лана.

Ну как можно сказать вслух, что она хочет попросить демона КУПИТЬ ей подружку? Как?! О таком стыдно и больно даже думать, не то что говорить.

– Да поняла я тебя, – улыбнулась Магда. – Не позднее чем этой ночью заходил у нас с господином разговор об этом. Мне и самой эта мысль не дает покоя. Негоже человеку общаться с одними лишь монстрами, – грустно закончила.

– Ты не монстр, – с улыбкой погладила ее Лана по руке. – Ты очень добрая.

– И все же, я монстр, – упрямо кивнула горгулья. – И вот что! Будет лучше, если ты сама поговоришь об этом с господином. Тебе он не откажет.

В свою комнату Лана возвращалась распаренная и сытая. А там ее уже дожидался сюрприз в лице Влада. Ну не совсем там, а в саду, куда она попала через распахнутую настежь дверь.

Черт стоял у ограждения, глядя на пылающие реки. Но стоило только Лане появиться, как сразу же повернулся к ней с улыбкой, словно точно знал, что именно сейчас она и придет.

– Привет, красавица! Извини, что без предупреждения, – расплылся он в довольной улыбке, и сразу становилось понятно, что именно на эффект неожиданности этот хитрый черт и рассчитывал.

Впрочем, Лана была бы ему рада в любом случае. Видеть его было приятно. Влад был настолько экзотически красив, что доставлял эстетическое удовольствие.

– Бедняжка, совсем поизносилась, – рассмеялся черт, окидывая взглядом обмотанную в полотенце Лану.

Ну да, несвежую после жаркой ночи сорочку надевать не хотелось, и она решилась добежать до комнаты в таком виде. Благо, в этой части замка днем было пустынно.

– Ну, у меня есть супер платье, – тоже отчего-то развеселилась Лана, хоть и поводов для веселья особо не было.

– У тебя теперь есть не только платье, а целый гардероб, красавица! – гордо выпрямил спину черт, подтянут драные джинсы-дудки, одернул футболку с ярким принтом и направился вглубь комнаты.

Лане ничего не оставалось, как последовать за ним, теряясь в догадках.

– А чего ты так удивляешься?! – неподдельно возмутился Влад. – Я же обещал одеть тебя в рекордно короткие сроки. А черти обещания держат.

Должно быть, не все, – подумалось Лане, в то время как она и правда глаз не могла отвести от всего того великолепия, что висело на плечиках в шкафу и было сложено аккуратными стопочками на полках.

Чего тут только не было. И блузки разных фасонов и цветов, в комплекте с юбками и брюками, и без. Платья повседневные и вечерние. Яркие шарфики, несколько видов поясков. Парочка домашних брючных костюмов, которые Влад продемонстрировал с гордостью, и которые показались Лане верхом дизайнерского искусства. Такие дома и носить-то жалко. Впрочем, она не дома, – тут же мелькнула грустная мысль.

И конечно же, среди всего этого многообразия стилей и оттенков не было одной вещи – нижнего белья. Но про него Лана уже и не спрашивала, заранее зная ответ.

– У меня еще для тебя сюрприз, – проговорил Влад за спиной Ланы. – Идем-ка к окну, там света больше, – взял он ее за руку.

Возле окна зачем-то принялся вертеть ее руку перед глазами, внимательно рассматривая, что-то прикидывая и даже бормоча что-то нечленораздельное себе под нос.

– Что ты ищешь? – рассмеялась Лана.

– Место.

– Для чего?

– Для моего тебе подарка.

– Это браслет?

– Не совсем, – уклончиво ответил и обхватил пальцами ее руку повыше локтя. – Пожалуй, тут будет смотреться лучше всего! – удовлетворенно произнес Влад.

Лана же уже была по-настоящему заинтригована.

– Это не браслет и не татушка, – объяснил Влад, решив запутать Лану окончательно. – Это лента памяти с меняющимся узором. В зависимости от твоего настроения, цвет и форма узоров будет всегда разная. Так ты научишься контролировать собственные эмоции в этом мире. Ну и я буду знать, когда тебе будет нужна моя помощь.

С этими словами Влад принялся водить вдруг выросшим и заострившимся ногтем по ее коже. Сначала ничего не происходило, разве что Лана чувствовала прикосновение его ногтя. Но постепенно на коже стали проступать золотые линии, которые сплетались в причудливый узор, пока не опоясали руку несколько раз.

Резко вспыхнув золотом, узор словно погас, стал серым и невзрачным.

– Сегодня лента будет привыкать к тебе, изучать. А завтра она уже начнет работать, – выпустил Влад ее руку и полюбовался издалека плодами своего творчества. – Ну а тебе придется распознавать ее сигналы. А это целая наука, должен сказать тебе.

Потом под контролем Влада Лана надела легкое цветастое платье, с V– образным вырезом на спине. С виду платье смотрелось обычным, но стоило только Лане взглянуть на себя в нем в зеркало, как она утвердилась, что из-под рук этого стилиста не выходит ничего обычного. И даже цветастый лоскут ткани смотрится, как настоящее произведение искусства.

– Ты волшебник, Влад! – произнесла Лана, любуясь собой, что вообще-то редко случалось.

– А ты почему-то грустная сегодня, – приобнял он ее за талию, и теперь они оба отражались в большом настенном зеркале. И смотрели при этом отлично! – Что-то случилось?

– Случилось, – усмехнулась Лана. – Я попала… в безвыходную ситуацию. Вернее, в безвыходное место. Разве может быть тут другое настроение?

– Может, дорогая, еще как может. Нужно только этого захотеть, – заглянул ей в глаза черт. – От уныния мало толку, оно только разрушает жизнь, что дана тебе, и которую ты сохранила именно благодаря попаданию сюда.

– Наверно, ты прав.

– Не наверное, а точно! Я всегда прав, чтоб ты знала, – щелкнул он ее вдруг по носу. – Ну-ка, не унывай. Ну хочешь, я велю, и нам сюда доставят восточные сладости. Ты наешься ими от пуза и будешь ходить довольная, как сытый цербер.

– Нет, не хочу, – улыбнулась Лана. – Меня Магда и так накормила от пуза только что. Я другого хочу, – загадочно произнесла.

– И чего же? Я могу тебе это дать? – заинтересовался Влад.

– Можешь, если захочешь.

– Лана, не томи! Черти – создания нетерпеливые. Не расколешься сама, начну щекотать тебя. И под пытками ты выдашь мне все тайны.

– Только не это! – в непритворном ужасе воскликнула Лана. – Щекотки боюсь как огня! И могу покалечить не специально. Ладно, уговорил. Помнишь, ты обещал показать мне место, где есть запахи, дуновение жизни? Не мог бы ты сделать это сейчас?

Влад задумался. Да так крепко, что принялся мерить шагами комнату. Мерил долго, бродя из угла в угол. Лана ему не мешала, тихо сидела на кровати и ждала.

– Ну ты же понимаешь, что места этого не существует, – наконец, остановился черт напротив нее и выглядел при этом очень решительным.

– Как это, не существует? Ты же говорил…

– Да я помню, что говорил! – отмахнулся Влад. – И посыл мой не относился к нашей реальности.

– Влад, я тебя не понимаю, – совсем приуныла Лана.

– Тут! – опустился он рядом с ней на кровать и прикоснулся пальцем к лбу Ланы. – Только тут есть такое место. Одно единственное, непохожее на любое другое. Уверен, что там щебечут птицы, шумит водопад, светит солнце и… что там у вас, людей, еще есть на земле. Извини, не знаю. Сам я никогда этого не видел и не чувствовал. Чертям путь на землю заказан, – грустно вздохнул.

И так Лане стало жалко его в этот момент! Захотелось поделиться с ним хотя бы воспоминаниями. Может, из них он поймет, как прекрасно то, что живое. Но сделать это она вряд ли сможет.

– Так вот, я не могу проводить тебя в это место. Путешествовать туда ты можешь только сама.

– Но как?!

Как добраться до места, что существует только в твоем воображении?

– Представить, сильно захотеть и пересечь безвременное пространство, – серьезно отозвался Влад, и только тут Лана поняла, что черт не шутит, не издевается над ней.

– Я могу представить и захотеть, но пересечь…

– Тоже можешь! Это как раз самое простое при наличии всего остального, – усмехнулся черт. – Но! – поднял он указательный палец. – Прежде запомни в мельчайших подробностях место, куда потом вернешься. Не запомнишь хоть одну деталь – зависнешь в безвременье, и гибельный туман поглотит твой разум.

Час от часу не легче! Что-то после слов Влада Лане стало страшновато предпринимать такое путешествие. Но еще сильнее был азарт, а сможет ли она. И дух непокорности с каждой секундой креп в ней. Она должна попробовать. Если не сделает это сейчас, то потом еще труднее будет решиться.

– Я готова! Учи! – сказала она черту, на что тот кивнул и велел:

– Осмотрись, запомни все!..

Об одном не подумала Лана, а возможно и Влад – чем может закончиться подобное путешествие. В тот момент ими обоими владел азарт, и о демоне они напрочь забыли.

Глава 9

Из суда Роан возвращался в крайней задумчивости. А все дело в том, что заседание сегодня длилось очень долго и было оно не совсем обычным.

Судили высшего демона, что само по себе редкость. Но даже не это казалось странным, такое случалось на практике верховного судьи и не раз. А вот за убийство человека он впервые судил себе подобного.

И даже не само убийство ввергало в задумчивость, а то как оно произошло.

Если коротко, то демон выкрал земную девушку. Держал ее в своем замке, в неволе. Окружил ее заботой и роскошью. И каждую ночь приходил к ней… пока она не сошла с ума. Вот тогда он убил ее, а не отвел на невольничий рынок, как того требуют правила царства. Высший демон повел себя как дикое существо, не покидающее пределов нулевого уровня, живущее инстинктами.

Демона осудили на цепи безвременья – страшная кара для обитателей царства, вечная жизнь в цепях и неволе.

Больше всего поразила Роана реакция подсудимого, когда вынесли приговор. Он рассмеялся и показался Роану тогда таким же сумасшедшим, как та девушка, что он убил. Значило ли это, что кару свою демон считает заслуженной? Или он тогда находился не в своем уме и гораздо позже осознает, что же с ним произошло? А быть может, он любил эту девушку? Но демоны не умеют любить!

Вот такие мысли не давали Роану покоя на обратном пути к замку. И еще, чем ближе он подлетал, тем сильнее ему хотелось увидеть невольницу.

Не заходя к себе и даже не разыскав Арна, первым делом демон отправился в покои невольницы. Он не знал, что скажет ей или сделает, но желание увидеть ее превратилось в навязчивое, нестерпимое. Просто хотелось оказаться рядом, почувствовать как успокаивается внутри демон. А бушевал тот нешуточно, и на этот раз его демон был не согласен с решением, что вынес Роан в суде.

Каково же было удивление, когда в небольшом саду Роан обнаружил не человечку, а стилиста, сидящего на веранде, потягивающего дракона и любующегося огненной панорамой.

– Ты что здесь делаешь? – нахмурился Роан.

– И я тебя приветствую, самый любезный демон царства! – расплылся Влад в ехидной усмешке.

Этого популярного в царстве выскочку Роан, мягко говоря, недолюбливал. И меньше всего ожидал увидеть того в своем замке.

– Делаю то, на что твоего ума не хватило, – отвернулся Влад от хозяина замка и спокойно продолжил начатое.

Демон взбунтовался подобной наглости черта, но пока еще его получалось сдерживать.

– Ты не ответил на мой вопрос, – прорычал Роан и приблизился к черту со спины.

Как же ему хотелось сейчас свернуть шею наглецу одним движением!

– В отличие от тебя, я понимаю, что красота нуждается в уходе, что в отсутствии внимания она приходит в упадок, становится запущенной и дикой, – с ленцой в голосе отозвался черт.

– А проще ты не пробовал выражаться? К чему вся эта высокопарность?

И где девушка? Почему он ее не нашел ни в комнате, ни в саду рядом с этим придурком?

– Если проще, то я привез гардероб твоей куколке, чтобы она не облачалась в те бесформенные и безвкусные тряпки, что ты ей тут предлагаешь. Самая удачная вещь в твоем замке – это дракон. Крепкий, смачный, обжигающий! – довольно причмокнул Влад, осушив кубок до дна.

– Где Лана? – проигнорировал Роан его похвалу.

– Гуляет, – пожал плечами черт.

– И где же? – вновь осмотрелся Роан, но присутствия девушки не обнаружил.

– Не здесь же! – презрительно фыркнул Влад. – У тебя здесь не разгуляешься. Мрачность на мрачности мрачностью погоняет. Даже в безвременье менее мрачно.

– Так вали отсюда, чего расселся?! – вышел все-таки из себя Роан. Еле сдержался, чтобы не скинуть черта со скалы прямо в огненную реку. – Если не скажешь, где она, сверну тебе шею!

– Девушка отправилась туда, где есть жизнь, – философски изрек черт, довольно прикрыв глаза и откидываясь на спинку дивана.

Догадка закралась в голову, но озвучивать ту Роан не торопился. Да и сама по себе она казалась дикой.

– Ты или напился, или резко поглупел, черт. В последний раз спрашиваю, где девушка?

– В стране фантазий, райском уголке, мире мечты… Называй как хочешь, – отмахнулся тот.

– Ты отправил ее в пространство разума?! – взревел демон, и наконец-то черт испугался.

Он проворно вскочил с дивана и отошел от Роана на безопасное расстояние. Даже хмель выветрился из его взгляда.

– Отправил, и что! Она же тут у тебя потухнет, как крохотное пламя, которому даже не дали шанса разгореться! И не жалко тебе губить такую красоту?!

Роан смотрел на перепуганного черта, понимая, что больше не в силах сдерживать рвущегося изнутри демона. Если он сейчас не уберется отсюда, то от любимого стилиста повелителя останется мокрое место. И тогда даже муки вечности покажутся для него слишком мягким наказанием.

Не говоря больше ни слова, он покинул сад и комнату девушки. В комнате релакса выпустил демона, и тот сразу же принялся настраивать сенсоры на человечку. Сейчас важно почувствовать ее, где бы она ни находилась. Что делать с ней дальше, он решит потом. Найти и не убить сразу же, не уподобиться тому подсудимому – вот его основная задача!

***

Сначала Лана не чувствовала ровным счетом ничего, как и не видела. Повсюду царил белый плотный туман, который она тоже только видела, но не ощущала на коже. Однако, стояла она на чем-то твердом, только вот и себя в этом тумане не видела.

Медленно но уверенно в голову закрадывалась мысль, что она что-то сделала неправильно. И по мере того как текло время, страх все разрастался. Неужели она все-таки оказалась в этом безвременье, про которое так серьезно рассуждал Влад? И теперь ей грозит вечно блуждать в этом тумане?

Отчаяние породило слабость, и Лана опустилась прямо на то, на чем стояла. А потом и вовсе прилегла, по-прежнему не ощущая ни тепла ни холода. Если ей суждено сгинуть тут, то пусть это случиться во сне.

Какой знакомый запах! Он проникает в легкие, будоража душу. И это шуршание – что-то оно напоминает очень сильно, она уже его слышала когда-то очень давно.

Лана распахнула глаза, и взгляд уткнулся в лазурное небо, с зависшими на нем кое-где небольшими белоснежными облачками. Ярко светило солнце, но то еще показало только половину слепящего диска из-за горизонта. А под руками Лана ощутила что-то теплое и рассыпчатое, приятное и очень знакомое.

И снова это шуршание, совсем рядом!

Сознание просыпалась медленно, но она уже восстановила в памяти цепь последних событий. А когда рядом раздался пронзительный крик, то улыбка счастья не заставила себя ждать. Только увидев бело-серую птицу, чайку, что беззастенчиво ковыряла клювом золотистый песок прямо рядом с головой Ланы, она поняла, где оказалась.

В далеком детстве, когда ей было шесть лет, они с родителями ездили на море. Двадцать четыре дня она тогда провела в самом настоящем солнечном раю и запомнила это на всю жизнь. Больше они так и не выбрались на морской отдых, хоть и заговаривали об этом каждый год. Но все время что-то мешало воплотить мечту в жизнь.

Лана твердо верила, что когда станет взрослой и самостоятельной, будет отправляться к морю каждый год. Но теперь и этому не суждено осуществиться. Разве что в таких вот реалистичных мечтах. Но даже это – сказка, подаренная самой судьбой. Ведь все тут кажется таким реальным!

Но какое же тут все настоящее, живое! Лана села и захватила горсть песка. Медленно высыпала его обратно, наблюдая как образуется небольшая горка. И рядом уютно шуршало море, наползая на берег мелкой рябью, увлажняя и делая блестящим под солнцем песок, раскинувшись огромной слегка волнующейся бесконечной гладью.

Еще одна одинокая чайка залетела к ней в гости, и вместе с ней зародилась мысль, что если не возвращаться, остаться тут навсегда. Ведь если выбирать между неволей в мрачном замке демона и одиночеством в кусочке собственного рая, то последнее выглядело привлекательнее для нее. Только вот, с Владом этот вопрос они не обсудили, и что-то Лане подсказывало, что иллюзия не будет длиться вечно. А что потом? Все то же гибельное безвременье? Так может и оно для нее лучше?

Солнце светило ярко и становилось все жарче. Захотелось искупаться, и Лана не стала сдерживать этот порыв. Тем более что море манило веявшей с него прохлады, доносимой легким ласковым ветерком.

Лана скинула с себя платье, и то упало к ее ногам островком усыпанного мелкими цветами луга. Перешагнув через него, она погрузила ноги в воду, чувствуя какая та прохладная, но не обжигающая.

Не было страха, что там под водой может таиться что-то опасное, хищное. Откуда тут это возьмется, если место это придумано ею? Она «построила» его совершенно безопасным, идеальным во всех отношениях.

Лана плавала до ломоты в мышцах, не думая ни о чем, всю себя отдавая воде, качаясь на ней, когда уставала. Но даже то, что безумно приятно, рано или поздно приедается. Да и разве можно наплаваться так, чтобы потом еще долго этого не хотеть?

К тому времени, когда выбралась на берег, песок уже нешуточно раскалился, и сначала, в его обжигающих объятьях, Лана испытывала даже слабую боль, пока покалывание не переросло в приятное. И под солнечным покрывалом она задремала. А очнулась, когда на небо набежала большая туча и запахло дождем. Но тут не может всего этого быть!

Лана резко выпрямилась. Отчего-то смотреть на серую огромную тучу было страшно. А когда раздался первый раскат грома после ослепительной молнии, она невольно вздрогнула и оглянулась.

Спрятаться было некуда. Ни навеса, ни скального утеса в обозримом пространстве не наблюдалось. А на песок уже принялись падать первые крупные и редкие капли.

Лана даже не удивилась, когда из тучи вынырнула большая крылатая тень и принялась быстро снижаться.

Демон опустился перед сидящей на песке Ланой и сложил за спиной крылья. Невольно залюбовалась языками пламени, лижущими его под кожей, заставляя призрачно светиться и переливаться. И только потом сообразила, что сидит перед ним обнаженная, да к тому же вывалянная в песке.

Схватив платье, Лана как могла прикрыла им наготу.

Демон не спешил заговаривать с ней, разглядывая с высоты своего роста. Сейчас он выглядел весьма свирепым, но Лана почему-то не боялась его. Быть может, потому что он явно пытался побороть свою злость раньше, чем что-то предпринять дальше.

– Как ты нашел меня?

Действительно, как? Если верить Владу, то место это существует исключительно в ее воображении. Не может же демон быть там же.

– А ты сомневалась, что я найду тебя? Хотела спрятаться от меня? – прорычал он, и глаза его полыхнули пламенем.

– Нет, не хотела. Ты тут вообще не при чем, – пожала плечами Лана и отвернулась.

Зрелище морской глади успокаивало, странное равнодушие спустилось на душу. Сейчас Лана не боялась ничего: ни грозы, что возможно разыграется вот-вот; ни демонической ярости, которая стихала, но медленно и с неохотой; ничего. Ей было все равно, что сделает с ней ее пленитель. Даже если растерзает прямо сейчас, то так тому и быть.

– Запомни, нет такого места, где я бы тебя не нашел, – опустился он рядом с ней на песок. – Я чувствую тебя на любом расстоянии, даже если ты находишься в другом пространстве, как это.

Он был обнажен и не прятал свое демоническое обличье. Лану это не смущало, как и то, что видела его половой орган.

– Хорошо, я запомню, – отозвалась она. – Но и ты запомни, что не сможешь запретить мне бывать здесь.

– Ты угрожаешь? – тихо и низко рассмеялся демон. – Маленькая глупая человечка. Неужели ты веришь в то, что говоришь?

– Просто, я хочу верить, – посмотрела она ему в глаза, чувствуя как ее наполняются слезами.

Грусть породила слезы, и бороться с ними она была не в силах.

– Отчего ты плачешь, девушка? – прикоснулся он обжигающе-горячим пальцем к ее влажной щеке.

– Наверное, потому что не могу не плакать.

– Ты вся в песке, – коснулся он ее спины, и она почувствовала, как осыпался с той песок, щекоча кожу. А может, щекотали его прикосновения.

Демон разжал пальцы ее рук, что сжимали платье, прятали под ним наготу. То соскользнуло с нее, открывая его взору грудь и то, что находилось ниже.

Какое-то время он скользил по ней взглядом. А потом встал и легко подхватил ее на руки.

– Тебя нужно отмыть, грязнуля, – склонился он к ее лицу, и изо рта его показался змеиный раздвоенный язык.

Мягко коснулся им губ Ланы, проникая между ними самую малость. Это даже нельзя было назвать поцелуем – он лизнул ее словно мороженное. А потом понес в море.

***

Пробиться сквозь безвременье даже высшему демону непросто. Роана болтало нещадно, несколько раз отбрасывало обратно на нулевой уровень, но связь с человечкой он не терял, установил ее на пределе прочности.

Наконец, он увидел просвет. Это дурацкое, так любимое людьми солнце ослепило, и Роан быстренько нагнал туч, чтобы скрыть от глаз противное светило.

Девушку разглядел свысока – та свернулась калачиком и мирно спала на морском берегу. Вот, значит, о чем она мечтает. Море, солнце, пряные (до противного) запахи… Как же это примитивно с точки зрения демонов. Но и осуждать человечку Роан не мог. Такова человеческая природа – обращать внимание на всякие глупости, когда вокруг столько интересного и загадочного. Да даже та же девушка – для демона она сейчас представляла главный интерес. Но еще большей загадкой являлась собственная реакция на нее.

Она тоже заметила его, и в глазах ее Роан прочитал испуг. А ведь правильно делает, что боится. Злость все еще не утихла, хоть и вызвана была сейчас не исчезновением человечки, а теми трудностями, с которыми пришлось бороться на пути сюда. Демон внутри бушевал и требовал успокоения. И только ее близость могла удовлетворить быстро, что, собственно, и происходило.

Ровная гладкая спина была присыпана золотистым песком, и Роан не выдержал прикоснулся к ней, ощущая под пальцами нежность и мягкость кожи, стряхивая песчинки.

– Тебя нужно отмыть, грязнуля…

В голосе появилась несвойственная ему игривость. Она удивляла и выводила из себя одновременно.

Прижимая к себе ее обнаженное и хрупкое тело, окунаясь в мягкую серость ее расширенных глаз, захотелось прикоснуться к ее губам, что находились так близко, и с которых срывалось судорожное дыхание.

И под рукой, что беззастенчиво взяла в плен ее маленькую грудь, демон чувствовал, как лихорадочно колотится человеческое сердце, вернее, девичье сердечко – оно билось в унисон с дыханием.

Море забурлило вокруг них, стоило только погрузиться в него, а демон внутри зашипел.

– Что это? – испуганно распахнула глаза девушка и обхватила его за шею, прижимаясь к нему всем телом.

Она сделала это невольно, но отчего-то было приятно. Неужто он настолько сильно хочет добиться ее доверия?

– Не бойся. Просто конфликт двух сущностей: естественной и демонической, – отозвался он, втягивая ее запах.

Сейчас она пахла жизнью, но даже это не отталкивало, а напротив, привлекало.

– У тебя все просто, да? – заглянула она ему в глаза.

А они ведь у нее не просто серые, а удивительно-серые. Глубокие, с затаенной грустью и очень красивые. Даже захотелось выпустить на волю солнце, чтобы подсветило их изнутри. Но этого демон не позволил – светило он разве что не больше всего не переносил.

– А зачем усложнять? – пожал плечами Роан, занося девушку на глубину. Теперь, если выпустит ее, она уйдет под воду с головой, потому как совсем крошечная. Но выпускать ее он не желал категорически. – Вам, людям, это свойственно. Нам нет.

– Зачем я тебе? – задала она очередной вопрос, а Роан обратил внимание, что она не перестает его обнимать за шею.

Он чувствовал прикосновение ее груди, ощущал упругость девичьих сосков и возбуждался все сильнее. Он хотел ее здесь и сейчас, но не понимал, должен ли это делать. Она была доступна и тоже возбуждена – Роан ощутил это, когда перехватил ее поперек талии, вытягивая вдоль своего тела и проникая пальцем во влажное и податливое влагалище. Это была совсем не та влага, что окружала их со всех сторон. Это был эликсир желания, что выделялся ею против воли. Ведь спроси он ее сейчас об ответном желании, точно станет отрицать очевидное. Люди!..

– Затем, что ты делаешь меня добрее, а еще слабее, – тихо добавил и приблизил свои губы к ее губам. – Боишься ли ты меня таким?

– Не знаю… – выдохнула она ему в губы. – Наверное, нет…

– Это хорошо, – удовлетворенно кивнул и прикоснулся к ее губам в едва уловимом поцелуе, не успев даже прочувствовать, насколько те мягкие и нежные. – Тогда я могу поцеловать тебя.

Не дожидаясь реакции, он накрыл ее губы своими, и тут же язык ворвался в такую манящую и влажную пещерку, где все было для него новое, но в то же время казалось привычным, словно делал он это уже тысячу раз.

Она ответила на поцелуй, и Роан почувствовал, как демон расслабляется внутри него, как позволяет тот вернуть себе человеческое обличье.

– Ты изменился, – осмотрела его девушка слегка затуманенными страстью глазами.

– В том твоя заслуга, – прижался он губами к ее шее, в том месте, где трепетала маленькая жилка.

– Я ничего не сделала, – откинула она голову назад, и жест этот был скорее невольный, но от того не менее приятный, еще более возбуждающий.

– Ты рядом, и этого достаточно.

Роан закинул ноги девушки себе на бедра и вплотную приблизил восставший и готовый ринуться в бой член к ее лону. Она напряглась в его руках, но не оттолкнула. Лишь зрачки ее расширились до предела, делая глаза практически черными.

Не хотелось ничего говорить, да и не мог он этого сейчас. До боли в чреслах мечтал оказаться внутри нее, он уже давно к этому стремился.

Головка погрузилась во влажную щель, и с губ девушки сорвался то ли стон, то ли вздох. Он насадил ее сильнее, проникая глубже, практически на всю длину. Она продолжала хранить молчание, лишь вцепилась ему в плечи с такой силой, что он испытал легкую боль от ее коготков.

Боится.

Но это и понятно.

Человечка должна опасаться демона.

Но как же хотелось ее ответного желания, что отражалось сейчас только в ее глазах, но не в сердце – Роан это чувствовал.

Неужели ему нужно ее сердце? И так ли важно, что испытывает сейчас она?

Важно! – и член его проник в нее на всю длину, а ритм вскоре установили они совместно.

Она стонала и извивалась в его руках, пока он двигался внутри нее, с ума сходя от того, что испытывал сам в настоящий момент.

Тугая – именно такая, какой он и представлял себе ее.

Страстная – и в этом он не ошибся, имея возможность уже в этом убедиться.

И еще более желанная, хоть в глубине демонической души Роан и надеялся на обратный результат. Кто знает, может после близости ему больше не захочется ее. Но нет, кажется, он приобрел в лице девушки новую зависимость.

Она вскрикнула и ощутимо обмякла в его руках. Она кончила первая, и вскоре он присоединился к ней, изливаясь в нее спермой.

Оргазм был такой силы, что в первый момент демон не смог контролировать себя. Объятья превратились в слишком крепкие, и девушка забилась внутри них.

Невольно он сделал ей больно и всхлип заглушил глубоким поцелуем, чувствуя как постепенно она расслабляется под натиском его губ.

– Пора домой, – оторвался он от губ девушки и заглянул в эти невероятные глаза.

– Ты же не запретишь мне бывать здесь?

– Не запрещу, – ответил Роан после непродолжительного раздумья. – Но прежде чем отправиться сюда, ты должна сообщить об этом мне. Обещаешь?

– Да, – тихо молвила и позволила вынести себя на сушу.

Глава 10

– Обними меня и прижмись как можно теснее, – велел демон, глядя на нее сверху-вниз.

Вынеся Лану на берег, он сам подхватил с песка ее платье, отряхнул и не вернул ей. Да и какая разница, что сейчас он видит ее обнаженной, ведь еще несколько минут они занимались любовью. Она отдалась демону по доброй воле, испытывая настолько сильное желание, с которым не в силах была бороться.

– Зачем? – заглянула Лана ему в глаза, пламя в которых сейчас не бушевало, а призрачно мерцало. И смотрел на нее демон ласково, если это вообще свойственно его натуре.

– Чтобы ветер безвременья не лишил тебя зрения. Для человека переход в другое состояние более опасен, чем для демона, – прикоснулся он к ее шее, а потом и вовсе прижал к ней горячие ладони. – Не упрямься, обещаю не кусать тебя, – приблизил он свои губы к ее губам и накрыл те поцелуем.

И снова Лана испытала нечто необычное и захватывающее, как там, в море. Дыхание демона проникло в душу, согревая ту, наполняя энергией. Руки сами обхватили его за талию, и Лана прижалась всем телом к тому, кто не переставал целовать ее, ласкать губами и языком. Это было что-то совсем новое, неизведанное доселе. Но ей это безумно нравилось, и хотелось чтобы не заканчивалось никогда.

– Закрой глаза и ничего не бойся, – поступил новый приказ, отданный прямо в губы и с такой нежностью, что веки Ланы сами опустились на глаза, а голова закружилась.

Она не знала, что именно так на нее действует: объятья и близость демона или то, что они явно начали перемещаться в каком-то пространстве. Лана не чувствовала движения как такового, но все же они двигались. Скорее это происходило внутри нее, а снаружи бушевал демонический пожар, который сейчас (она знала это точно) защищал их от любых возможных опасностей.

– Все закончилось, – словно издалека услышала она голос Роана.

Открыв глаза, поняла, что он держит ее на руках. Но почему?

– Ты потеряла сознание. Слишком слаба, не смогла побороть морок, – вынес он ее из какой-то комнаты, которую даже рассмотреть Лана толком не успела.

Да и все еще трудно было сосредоточиться на чем-то – голова продолжала кружиться, а вместе с ней и стены коридора, по которому они шли.

Устав бороться с дурнотой, Лана снова закрыла глаза и прижалась к демонической груди. Вскоре услышала знакомый голос:

– Что с ней?

– Последствия воздействия морока. Вели приготовить восстанавливающий эликсир и проследи, чтобы пару часов она не покидала постели.

– Ты предпринял с ней совместное путешествие вне времени? – обиженно уточнила Майя.

– А я должен был сначала спросить у тебя разрешения? – в голосе Роана появилась хорошо знакомая сталь, и Лана отчетливо представила, как сжалась чертиха под тяжелым взглядом демона. Ну должна была сжаться, во всяком случае, если хоть чего-то боится. Проверять, права или нет, сил не осталось. Отчего-то клонило в сон, и веки были такими тяжелыми, что открыть глаза не получалось.

Она почувствовала, как демон опустил ее на что-то мягкое, должно быть, на ее кровать. Сам присел рядом, но ничего не говорил и не делал какое-то время.

Лана все слышала и чувствовала, но отчего-то не могла пошевелиться. Ей хотелось ощутить его прикосновения, и желание это было так сильно, что даже пугало.

– Скоро силы восстановятся, отдыхай, – только и сказал демон, а потом до слуха Ланы донеслись его неторопливые шаги и звук закрываемой двери.

Ушел и даже не поцеловал. Но неужто именно этого она и хотела?

Вскоре дверь снова скрипнула и раздался легкий цокот. Майя! От ее появления почему-то Лана не ждала ничего хорошего. В последнее время чертиха ее настораживала. А сейчас она и вовсе отчего-то чувствовала себя виноватой.

– Хватит прикидываться спящей красавицей, – раздался звонкий голос, а потом сильная рука подхватила ее голову, оторвала от подушки, и к губам прикоснулось что-то холодное и твердое. – Пей, кому говорят! И глотай, иначе захлебнешься…

В рот полился сладковатый напиток. Лана напрягла все силы, чтобы сглатывать, потому как напор был нешуточный. И пытку эту ей пришлось терпеть, пока сосуд не опустел, по всей видимости. Но с каждым глотком сил прибавлялось чудесным образом. И вскоре у нее получилось открыть глаза.

– Наконец-то! – рассмеялась Майя. – До чего же ты слабая! И куда только лезешь?

– Никуда я не лезу, – ни с того ни с сего обиделась Лана и отстранилась от чертихи, оперлась о подушку.

– Ну откуда-то же тебя вытащил недавно хозяин? – вопросительно смотрела та на нее.

Рассказывать что-то рыжухе не было желания, и Лана молча отвернулась к окну, сполохи за которым сгущались, становились насыщеннее и темнее. Должно быть, вечереет. Оказываться на своем воображаемом морском берегу она провела гораздо больше времени, чем показалось.

Стоило только вспомнить море, как в памяти всплыло и то, что произошло там между ней и демоном. Лицо сразу же затопил жар, и это не укрылось от глаз Майи.

– Жаркий был денек, да? – подозрительно прищурилась она, внимательно разглядывая лицо Ланы. – Вкусила страсти демона. Ну и как тебе?

– Никак, – вынуждена была отозваться, потому как молчать и дальше не осталось сил. – И тебя это не касается.

– Да не больно-то и хотелось, – неожиданно легко согласилась чертиха. – Тебе скучно, а не мне. Ты тут сидишь сиднем в четырех стенах. У меня же развлечений хватает. Как и общения… Кстати, как насчет того, чтобы познакомиться с обитателями замка? Хочешь? Могу стать твоим гидом.

– А можно? – заинтересовалась Лана.

Она действительно истомилась одна. Никогда раньше столько времени не оставалась наедине с самой собой и своими безрадостными мыслями. И предложение чертихи было очень кстати.

– Нужно, я бы сказала. Демоницы гарема мечтают с тобой познакомиться.

Демоницы? Как-то от этого слова стало страшновато. Демониц в замке она еще не встречала, да и вообще мало кого видела, тут Майя была права. Но не съедят же они ее.

– Хорошо, я согласна.

– Вот и чудно! Тогда вздремни пару часиков, а потом я приду за тобой. Нужно управиться до ночи, ведь у хозяина на тебя явно есть планы на эту ночь, – пошловато закончила, подмигнула и скрылась за дверью.

Разбудил Лану все тот же звонкий голос, что бесцеремонно ворвался в какой-то сон, запомнить который не получилось. В памяти отложилось только приятное послевкусие, знать снилось ей тоже что-то приятное.

– Пора, красавица, – застыла чертиха возле ее кровати, и в полумраке комнаты Лана не рассмотрела выражения ее лица. – Ополоснись по-быстрому и пошли. О наряде не сильно беспокойся, все будет по-простому, без изысков.

Лана сделала как велели: умылась в тазу ледяной водой, стирая с лица и прогоняя из души остатки дремы. Вновь с благодарностью вспомнила Влада, облачаясь в один из симпатичных домашних брючных костюмчиков, что был выполнен из какой-то очень мягкой ткани. Та струилась по коже, приятно лаская и согревая. Со сна ее немного еще морозило, да и в комнате на этот раз было совсем не жарко, даже чересчур. Какие-то сплошные контрасты в замке демона, постоянства нет ни в чем. Интересно, в нем самом-то оно есть, это постоянство?

Майя ждала ее за дверью и нетерпеливо переступала своими блестящими копытцами, теребя кисточку на хвосте, как в тот первый раз, когда Лана только увидела ее.

– Чего так долго возишься? – недовольно уточнила и быстро посеменила по коридору.

– А мы куда-то спешим? – удивилась Лана, едва поспевая за рыжухой.

– Еще как спешим, если хотим успеть до ночи, пока тебя не хватился хозяин, – бросила Майя через плечо.

Подобная спешка тоже показалась Лане странной. Демон, кажется, не запрещал ей передвигаться по замку, разве что не велел этого делать ночью. Ну так еще и не ночь, а она в компании его главной чертихи.

Они спускались по каким-то лестницам все ниже и ниже. Лане уже начало казаться, что находятся они в подземной части замка, когда очередная лестница вывела их в галерею с ленточным остеклением по бокам, которое вовсю лизали языки пламени огненных рек, что протекали совсем близко.

И с каждой новой лестницей становилось все жарче. Пот уже струился по спине Ланы, и она сто раз пожалела, что облачилась в домашний костюм. Нужно было выбрать из гардероба что-нибудь полегче. Но кажется, даже голая она бы изнывала от жары.

– Да ты вся красная, бедняжка! – спохватилась Майя, соизволив чуть сбавить темп и посмотреть на Лану. – А чего молчишь-то, что тебе жарко? С этим же мигом можно справиться.

Сама она и выглядела, и чувствовала себя великолепно в этом адском котле. От нее даже веяло приятной свежестью, когда обходила Лану по кругу, водя вдоль тела своими белыми ладошками, контрастирующими с очень смуглой кожей.

Вскоре тело Ланы окутала приятная прохлада, и она аж зажмурилась от удовольствия. И правда, все оказалось довольно просто и быстро. Как жаль, что сама она не умеет управлять температурой в этом дурацком замке.

Галерея вскоре закончилась, и Лане показалось, что попали они куда-то на восток, со всей вытекающей из этого определения роскошью. От серости замка демона тут не осталось и намека. Просторные залы были ярко расписаны причудливыми узорами. Повсюду царили хрусталь и золото. Никаких газовых рожков на стенах даже примерно не было, вместо них красовались золотые канделябры со множеством зажженных свечей. От такого количества света в этом крыле замка было светло как днем. И приятно пахло пряностями. Мебель, колонны, даже камины были инкрустированы золотом. На всем лежал отпечаток богатства.

Первый раз Лана задумалась, что даже одета неподобающе этому месту, что чуть ли не оскверняет его своим простецким домашним видом. А уж когда они вошли в огромный зал, и она увидела просто дико красивых демониц повсюду, то захотелось растерзать Майю за то что так унизила ее. Специально ли это сделала чертиха или ненароком – вопрос второстепенный. Куда как важнее было то, как чувствовала себя Лана под множеством пар насмешливых взглядов.

– Ну наконец-то, человек снизошел до недостойных демониц гарема, – раздалось откуда-то справа, но Лана так и не поняла, которая из разодетых ярко и более чем откровенно демониц это произнесла.

Тут же ее обступили со всех сторон и принялись не только рассматривать, но и трогать руками, и даже нюхать.

Сразу же закружилась голова от многообразия парфюмерных ароматов, исходящих от демониц. Перед глазами мелькали их смуглые красивые лица, на большинстве которых горели синевой глаза. Реже встречались оттенки зелени, но и они казались Лане слишком сочными, словно у всех демониц были надеты линзы.

– Какая она живая, аж смешно…

– И пахнет так чудесно, что хочется попробовать на вкус…

– А волосы такие мягкие, как пух…

– Ох, и тощая же!..

– Чем только взяла господина?..

– Майя, ты случайно не подсыпала ему зелья желания, чтобы захотел эту худышку?..

В чьем-то голосе слышался смех, в ином – откровенное издевательство. Кто-то смотрел с любопытством, но в большинстве глаз сквозила злоба.

Лане уже стало по-настоящему страшно в круговерти демониц и их недоброжелательности, когда раздался голос Майи:

– Ну хватит! Что вы как сороки, честное слово! Никогда не видели человеческую девушку что ли?! – прикрикнула на них чертиха, и тут же Лану перестали хотя бы трогать. И на том спасибо!

– Видели, но уже давно, – выступила вперед демоница с волосами под цвет глаз – такими же синими, разве что на пару тонов темнее. – И помнится, ту отдали на съедение гарпиям, – рассмеялась она грудным смехом.

– Хватит пугать ее почем зря, Дона! – прикрикнула на ту чертиха, и демоница завидно присмирела.

Лане сразу стало понятно, кто тут главный, и кого принято слушаться. Майя в гареме однозначно имела вес. Ну и она смогла воспользоваться минуткой тишины, чтобы хоть немного рассмотреть обитательниц этого кусочка востока.

Только сейчас Лана заметила, что не все демоницы в человеческом обличье. Половина из них красовались рожками, хвостами и копытами. Только в отличие от Майи, у всех них еще и трепетали крылья за спиной – одинаково черные, смоляные и блестящие в ярком свете.

– Предлагаю познакомиться поближе и угостить нашу гостью сладостями. А еще нашим фирменным вином, – вновь заговорила чертиха, стирая печать строгости с лица.

Тут же Лану подхватили под локоточки две демоницы и усадили на пушистую подушку. Таких подушек тут было великое множество, а в центре всего этого пуха располагался небольшой столик, уставленный всякой всячиной. Халва, щербет, нуга, пахлава… Ну точно, царство востока, даже сладости подобные.

Кто-то вручил Лане небольшой кубок, и Майя произнесла тост за знакомство. Перед этим она представила каждую девушку. Кого как зовут Лана конечно же не запомнила. Но даже имена встречались восточные. Лейла, Марета, Айша, Додо…

Вино подействовало на Лану странным образом. Снова закружилась голова, но на этот раз приятно, ненавязчиво. От сладостей так и вовсе она не могла оторваться, попробовав их все, да не по разу. В любое другое время она бы уже с трудом дышала, а тут чувствовала, что смогла бы съесть еще, да останавливала природная скромность.

И демоницы уже не казались враждебно настроенными, а их улыбки даже ласкали, придавали смелости. Лана и сама не заметила, как вступила в непринужденную беседу, охотно рассказывая о своей жизни на земле, той жизни, которую считала еще счастливой.

Сколько прошло времени в застолье, она не бралась судить, но вскоре Майя предложила:

– А давайте прогуляемся до логова ведьм. Покажем его нашей гостье.

– Сейчас? – удивилась одна из демониц, которую кажется звали Мирой, а может Гульнарой. – Не самое подходящее время, они же готовятся к шабашу.

– Вот и посмотрим одним глазком на их приготовления, – лучезарно улыбнулась всем Майя.

– Ведьмы? Как интересно! – с несвойственным ей энтузиазмом подхватила Лана. – Очень хочется на них посмотреть!

Действительно ли ей этого хотелось? На этот вопрос ответа не было. Но в тот момент она и правда испытала непреодолимое желание новых впечатлений.

Еще через несколько минут дружной и шумной толпой демоницы покинули зал. И среди них затерялись Лана и Майя. Последняя крепко держала ее за руку. Должно быть, чтобы не сбежала, – мелькнула шальная и веселая мысль, над которой Лана громко посмеялась.

Она себя не узнавала. Откуда взялась эта бесшабашная смелость вкупе с веселостью? Отчего душа требует подвигов, да побольше. Казалось, что впервые она вырвалась на свободу, когда возможно все – удовлетворить любое желание.

Краем сознания Лана улавливала мысль, что все это неестественно и результат действия на нее, возможно, того вина, которым потчевали ее демоницы. Но разве ж эти опасения могли сейчас остановить ее? Да она вышагивала чуть ли не в первых рядах, подбадриваемая со всех сторон. Даже жара, в который снова окунулось ее тело, она толком не чувствовала.

Раз лишь испугалась, когда приблизились они к огромной и раскаленной до красна металлической двери.

– Что за ней? – отступила на шаг Лана, но снова ей не дала сбежать Майя, хоть такая мысль и мелькнула в голове.

– Свобода! – восторженно прошептала ей чертиха на ухо. И от ее шепота голова закружилась чуть сильнее.

Одна из демониц уже распахивала дверь. Причем делала это голыми руками, без всякого держась за раскаленную ручку.

Как только проем оказался свободным, так сразу же повеяло таким жаром, словно приблизилась она к огромному костру, причем вплотную.

– Я там сгорю, – помотала Лана головой и отступила еще на шаг.

– Не сгоришь, дорогуша, – промурлыкала опять же на ухо Майя. – Я сотку тебе твой собственный ледяной кокон. Внутри него ты будешь в безопасности.

И она принялась колдовать вокруг Ланы, что-то приговаривая себе под нос.

Очень быстро Лана стала покрываться тонкой ледяной коркой, которая не морозила, а дарила лишь приятную прохладу.

– Что ты делаешь? – словно издалека донесся до нее чей-то голос. – Ты расходуешь ее внутренние резервы. Как она их будет потом восстанавливать?

– Не нужны они ей больше, – отрывисто отозвалась чертиха, и в голосе ее впервые за вечер прозвучала неприкрытая злоба.

Лана бы и хотела отреагировать хоть как-то, то все сильнее погружалась в какой-то транс, когда все видишь и слышишь, а сделать или сказать ничего не можешь.

– Майка, ты что задумала?!

– Отдать ее ведьмам. На съедение! – расхохоталась рыжая, и Лана похолодела изнутри. – Кокона как раз хватит, чтобы пройти огненную пустошь.

– Ты рехнулась? Хозяин тебя за это по головке не погладит!..

– Не волнуйся, я все продумала. Спишем это на несчастный случай. Скажем, что одна из ведьм прихватила ее с собой, увидев случайно в замке. Эта дура любит повсюду совать свой нос.

– Ты ненормальная! Я в этом не участвую!..

– И я…

– Я тоже удаляюсь…

Лана отчетливо понимала, что с ней хотят расправиться, причем самым жестоким и коварным образом. Видела, как редеет вокруг толпа демониц. Силилась хоть что-то сделать, но оставалась совершенно беспомощной. И перед собой она видела злые зеленые глаза на красивом лице рыжеволосой чертихи. Сильнее всего было желание спросить, за что та так сильно ее ненавидит.

– Иди, гадина! – толкнула Майя ее в спину, и Лана буквально вывалилась за дверь под дикий хохот тех демониц, что остались, решив насладиться зрелищем расправы над невольницей до конца. – Ты у меня как кость в горле. Ненавижу!.. – и новый еще более ощутимый тычок в спину последовал за этими словами.

Лана шла, но ног своих не чувствовала. Вокруг бушевал настоящий пожар, и ледяной кокон постепенно истончался, сочась влагой от лижущих его языков пламени. Остальных ее спутниц пламя лизало прямо по открытой коже, но те, казалось, не замечали его вовсе.

К тому моменту, когда Лана поняла, что пора прощаться с жизнью, пока та еще в ней теплится, картинка вокруг них резко сменилась. Огненная пустошь с бурлящими и шипящими реками осталась позади, а впереди раскинулась холмистая местность, заросшая бурьяном и карликовыми колючими кустарниками.

– Ненавижу это место, – пробормотала одна из демониц.

К тому времени кокон на Лане истаял весь, оставляя ее в мокрой насквозь одежде. Как ни странно, здесь дул сильный ветер, и она моментально продрогла до костей.

– Здесь все провоняло ведьмами и их черной магией, – скривила нос другая демоница.

– Потерпите, красавицы, мы уже почти на месте, – пропела Майя.

Вот уж кто выглядел сверх довольной. Лана же даже заплакать не могла от жалости к себе. Ее словно выключили, оставив возможность «насладиться» мучениями до конца.

Они поднялись на небольшой пригорок, с которого открывался вид на поляну, заросшую по кругу все теми же кустарниками. Только тут те росли гораздо гуще.

– Оставайтесь тут, девушки. Нечего нам всем портить наряды этими противными колючками, – велела демоницам чертиха и больно ухватила Лану за руку.

Больше она с ней не церемонилась. Разве что не била во время пути, но спина уже болела от ее тычков.

Спустившись с пригорка, Майя принялась продираться сквозь кустарник, ругаясь хуже портового грузчика, наверное. Лана отродясь столько и такого отборного мата не слышала. Наконец-то, она стала свидетельницей истинного лица этой рыжей красавицы. И красота внешняя стремительно блекла от внутренней вульгарности, грубости, злости и еще целого букета всего того, чем была наполнена душа Майи.

Ведьмы расположились вокруг небольшого костра. Все они показались Лане настолько страшными и оборванными, что захотелось зажмуриться, чтобы этого не видеть.

Их приближение заметили, но не одна из ведьм не повернулась в их сторону, все так же продолжая подбрасывать в костер мелкие ветки и переговариваться между собой в полголоса.

– Старушки-веселушки, никак не рады гостям? – заголосила Майя первая и хлопнула одну из ведьм по плечу, отчего та громко зашипела. – Не дергайся, Мокша. Сегодня у меня для вас ооочень ценный подарочек!

– Человечиной несет за версту, – прокаркала одна из ведьм. – Где взяла эту молодку? И для чего сюда притащила? – воззрилась старуха на Майю глазами сплошь закрытыми бельмами.

– Да, – махнула чертиха рукой. – Дурным ветром ее к нам занесло. Все равно сгинет, а вам хоть пользу принесет – жертвой всемогущему послужит.

– Дурным, говоришь? – раздался за спиной Ланы смутно знакомый голос. Где-то она уже его слышала, и тогда он тоже показался ей противным сверх всякой меры. – Может и не попутным, чертовка, но точно не дурным.

Лана силилась повернуться, чтобы посмотреть, кто же к ним приближается, но не давал проклятый паралич. Однако любопытство ее вскоре все же удовлетворили – ведьма появилась перед ней сама, такая, какой она ту и запомнила.

– Дура-девка! – сплюнула та в костер, отчего тот ярко вспыхнул едва ли не до самого неба. – Тебе был даден единственный шанс, которым ты, видно, так и не воспользовалась, – приблизила Лейла (а это была именно она – та бородавчатая и горбатая колдунья, к которой когда-то по глупости обратилась за помощью Лана). – Лучше бы ты сгинула тогда на земле, – мелко затряслась она вся, и Лана поняла, что ведьма над ней смеется.

– Ладно, красотули, некогда мне тут с вами, – вновь толкнула Лану чертиха, и она упала, споткнувшись о чью-то ногу. – Благодарность мне ваша не нужна, а вот перед хозяином меня не выдавайте. Должок теперь у вас, сами понимаете, – и поспешила прочь от костра и скопища ведьм вокруг того.

Глава 11

– Арн, должен тебя предупредить, что скоро появится Сона, – растягивая слова, проговорил Роан.

Заранее предвидел реакцию друга, и это немало раздражало.

– Опять?! – взвился тот в кресле. – Что-то эта гарпия зачастила в твой замок!

– Она придет не ко мне, а к человечке, – пренебрежительно отозвался демон и ощутил внутренний трепет от воспоминаний о девушке, о ее нежности и доверчивости.

На губы просила улыбка, но появиться он ей не позволил. Ни к чему Арну становиться свидетелем его слабости.

– Так и пусть топает сразу к ней, – огрызнулся Арн.

– Долг вежливости не позволяет так поступить с Соной. Ты же знаешь, как я к ней отношусь, в отличие от тебя.

– Как ты вообще можешь с ней общаться?

– По-видимому, точно так же, как ты не можешь, – рассмеялся Роан. – Ладно, дружище, я для того тебя и предупредил, чтобы успел смыться ненадолго. А потом я весь в твоем распоряжении.

Сона появилась как и обещала, ровно в полночь. После короткого приветствия Роан сразу повел гарпию к невольнице. Сам он уже сгорал от нетерпения увидеть ту, но даже себе в этом не признавался.

Как она там? Чем занята? Хочет ли видеть его так же сильно, как он ее? Мечтает ли повторить все то, что произошло в море? Или, быть может, ненавидит его всей душой после случившегося?..

В голове крутился вихрь вопросов, и ни на минуту после расставания Роан не переставал думать о невольнице, чем бы ни занимался. Несвойственная ему теплота зарождалась в душе, стоило только вспомнить ее глаза, с каким выражением те смотрели на него в момент близости.

Все эти чувства были для него в новинку. Никогда еще и ни к кому он подобного не испытывал. И даже злясь на себя, Роан понимал, что они ему приятны, что менять он ничего не хочет.

Комната девушки пустовала, несмотря на поздний час. И в первый момент Роан разозлился, ведь велел ей не высовывать носа ночью. Арн пока так и не выяснил, что за опасность грозила ей недавно. Но таких в его замке было немало.

– Успокойся, дорогой, – обратила внимание Сона, как изменилось лицо демона. – Она же человек, а людям свойственно проявлять порой даже глупое любопытство, – рассмеялась гарпия. – Давай лучше поищем глупышку.

Сона уже собиралась покинуть комнату невольницы, как Роан ее остановил жестом. Он моментально настроился на девушку и почти сразу же понял, что находится та очень далеко.

– Ее нет в замке, – с угрозой в голосе проговорил.

Злость вспыхнула мгновенная, и демон поменял обличье. Пока еще это злость не была направлена ни на кого, но Роан не сомневался, что выльется она во что-то страшное. А чутье уже вовсю подсказывало, что невольница попала в беду.

– Она не может находиться за пределами замка, – задумчиво проговорила гарпия и растрепала и без того слишком пышные волосы.

– Конечно, не может! – зарычал на нее демон. – Значит, кто-то ей помог!

– Тише-тише, дорогой! – посмотрела на него Сона, и в глазах ее вспыхнула ядовитая зелень. – Я тут не при чем. И даже не думай срываться на мне, – угрожающе зашипела и выпустила крылья с когтями.

Ситуацию спасли громкий хлопок и облако серого тумана, из которого сразу же появился Влад.

– А ты что тут делаешь, черт голубых кровей! – переключился на того демон, и если бы Сона не удержала его, то Владу точно не поздоровилось.

– Точно не по твою душу, бешеный демон! – в испуге отскочил черт к окну, не переставая стряхивать с себя невидимую грязь и озираться. – Невольница твоя в беде! – выпалил, характерно вращая глазами, словно пытался напугать разъяренного демона.

– В беде?! – взревел тот еще громче, и Сона уже с трудом удерживала его. Она шипела безостановочно, раздирая кожу демона когтями. Вокруг гарпии загустевало зловонное облако. Влад побледнел и пошатнулся от этой вони, но все так же смело продолжал таращиться на Роана.

– Да что тут?!. – в комнату ворвался Арн и мгновенно оценил ситуацию.

Он подскочил к борющимся гарпии и демону и тоже вступил в молчаливую и ожесточенную схватку.

– Что случилось? – мимоходом, отражая атаки разъяренного друга, спросил у уже едва держащегося на ногах Влада.

– Светик-семицветик пропала, – прохныкал черт и буквально слился со стеной. Дальше отступать было некуда, а борющиеся стремительно приближались. – Лента памяти мне сообщила…

– Какая еще лента памяти?!

– Которую я смастерил специально для нее и подарил недавно.

– И что она тебе сообщила?

– Что девушка в беде, что же еще! – на миг Влад вернул себе нормальный образ – титулованного и высокомерного стилиста, но сразу же сдулся, когда демонический огонь лизнул край его кожаной и блестящей куртки.

Арн напряг все силы и скрутил Роана так, что тот мог лишь дергаться и изрыгать пламя. Но руки его находились в надежном и крепком захвате. А потом и гарпия опутала все тело демона туманом, и он как подкошенный повалился на пол.

– Здоров придурок! – отдувался Арн, оглядывая свою окончательно испорченную одежду. – В кои-то веке твоя смердятина оказалась полезной, – взглянул он на Сону.

– Благодарность принимается, – моментально преобразилась гарпия, становясь не менее великолепной, чем до ожесточенной схватки. – Влад, объясни все толком, – обратилась она к черту, которому тоже вернулся естественный цвет лица.

– Да что объяснять-то?! – взвился тот. – Я подарил Светику ленту памяти, и та посылает сигнал тревоги. У меня уже голова от него пухнет, – прижал он пальцы к вискам с мученической гримасой. – Но по-видимому, грозит ей что-то серьезное.

– И ты не знаешь, где она?

– Понятия не имею.

– Далеко она! – раздался голос поверженного демона. Рычание в нем уже если и угадывалось, то как остаточное явление. – Я это чувствую… Сона, отпусти…

– Не раньше, чем ты окончательно успокоишься, дорогой, – ласково улыбнулась ему гарпия, а Арн умудрился дать пинка. – Надо спросить у демониц, не видели ли они, куда она пошла, – характерно взглянула гарпия на Арна.

– И то верно, – довольно спокойно отреагировал демон на ее посыл и скрылся за дверью.

– Успокоился? Могу я тебя освободить? – посмотрела Сона сверху на Роана.

– Убери уже эту вонь, пока не сдох, – выплюнул он зло, но совсем не так, как до этого.

– Как скажешь, дорогой, – лучезарно улыбнулась Сона, и тут же туман рассеялся, а Роан смог подняться на ноги.

Арн вернулся через несколько минут и застал в комнате Ланы мирно беседующую троицу, как будто и не происходило тут ничего. Разве что напряжение висело в воздухе ощутимое, и чувство тревоги все нарастало.

– Никто ее не видел. Твоя главная чертиха тоже, – сообщил Арн. – Все как одна твердят, что человеческая девушка сегодня не покидала покоев.

– Считаешь, врут? – уточнил Роан.

– Уверен, – кивнул Арн.

– Ладно, с ними я потом разберусь. А сейчас нам нужна Аида. Кроме нее никто не поможет отыскать беглянку.

***

Лана не видела, как исчезла Майя, но поняла, что это случилось по тому как оживились ведьмы. Сама она по-прежнему не могла пошевелиться. А предплечье, в том месте, где находился подарок Влада, жгло нещадно. Хотелось почесать, а еще лучше отодрать эту ленту памяти, пока та не прожгла на ней дыру. Зато, благодаря этим ощущениям страх отступил.

Да сделайте же уже хоть что-то, хоть кто-то! Дайте ей возможность пошевелиться!

Провидение словно услышало ее мольбы, потому что сразу же раздался хриплый старческий голос:

– Лейла, ты знаешь эту девчонку? И давайте уже распутаем ее. Стоит тут как мумия глазастая!

Тут же плечо прострелила боль, как будто ее кто-то сильно ущипнул. А когда обернулась, то поняла, что именно это и сделали. Ведьма с рябым лицом и белым пухом вместо волос на голове стояла и тихонько посмеивалась, разглядывая вмиг задрожавшую Лану. Вместе со способностью двигаться вернулся дикий холод, потому как одежда на ней все еще была мокрая насквозь.

– Иди к огню, – пихнула ее в плечо все та же рябая. – Только не поджарься на нем раньше времени, – хихикнула она.

Уговаривать себя Лана не заставила, возле костра было ощутимо теплее, даже жарко, и одежда принялась дымиться на ней.

– Это я ускоренную сушку включила, не удивляйся, – оповестила все та же ведьма, что на фоне всех остальных казалась очень молодой. Правда совершенно несимпатичной.

Остальные все были и вовсе страшными старушенциями. Даже Лейла, на которую в упор смотрела Лана, не казалась тут самой уродливой.

– Эта дуреха принесла мне свою жизнь на блюдечке, – затряслась всем телом Лейла.

– Что, добровольно? – ахнула рябая. – А разве так бывает? Мне такие не попадались еще.

– И ей не попадались, – презрительно отозвалась Лана, внезапно осмелев. – Обманщица она!

Возможно, смелости придала обреченность, что крепла в ней с каждой секундой. От ведьм ничего хорошего не ждала. И когда Майя привела ее сюда, то точно знала, что обратно она уже не вернется.

Только про демона Лана старалась не думать. Мысли о нем рождали щемящую тоску. Он ее не спасет, и она не сможет взглянуть на него в последний раз.

– Сама ты обманщица, – обиделась Лейла. – Сказала: бери, что хочешь. Я и взяла – твою жизнь!

– К ней я пришла за помощью, – даже внимания не обратила на ведьму Лана. – Мой отец умирал, – горло внезапно сжал спазм, как всегда случалось, когда вспоминала об отце. Как он там, один? Его она тоже больше не увидит. – Она же воспользовалась ситуацией.

– Лейла, мерзавка, ты опять ничего не объяснила клиенту?! – неожиданно набросилась на ведьму та старуха, что заговорила первая, когда чертиха привела ее сюда. – Опять нарушаешь кодекс ведьм?! Я ведь могу и совет собрать, чтоб наказать тебя как следует.

– А я не справочное бюро! – подбоченилась Лейла, отчего дырявая и грязная юбка на ней задралась спереди, открывая взору не менее грязные и в каких-то язвах ноги. – Идешь к ведьме, знай, чем рискуешь!

– Ладно, с тобой мы потом разберемся, – махнула рукой, по всей видимости, главная из ведьм. – Давайте решим, как поступим с этой дурехой.

– А давайте съедим ее, – окончательно развеселилась рябая и даже заплясала вокруг Ланы. – Посадим на вертел, поджарим до румяной корочки и обсосем потом каждую ее косточку.

От подобной перспективы Лане стало совсем дурно, и она сама не заметила как осела прямо в пожухлую траву.

Хохот стал наградой за трусость. Смеялась все та же самая молодая. Остальные, впрочем, тоже потихоньку каркали и тряслись своими дряхлыми телесами.

– Пошутила я, дурочка, человечиной не питаемся, – замахала на нее руками молодая и, схватившись за живот, закатилась в новом приступе хохота.

Одна Лана ничего смешного в ее словах не слышала. Что-то ей уже хотелось поскорее отмучиться, раз уж по-другому никак.

– А ты кому принадлежишь? – спросила у нее главная, когда веселье резко оборвалось по ее же жесту. – Демону поди? – прищурилась.

– Роану, – кивнула Лана.

– Это уж не верховному ли судье? Других я с таким именем не знаю вроде…

– Да, кажется, он, – равнодушно отозвалась, хоть душа и затрепетала.

– И чем же ты ему не угодила?

– А причем тут он? – скривилась Лана, вновь ощутив жжение в руке.

Лента притихла, стоило ей только почувствовать себя свободной. А сейчас вот снова начала печь. Лана принялась расчесывать то место.

– А кто причем? Рыжая что ли эта? Да где ж это видано, чтобы черти людей у демонов воровали. Она не иначе как рехнулась.

– Наверное, – пробормотала Лана, полностью сосредоточившись на руке.

Чесать ту было приятно, но нужно было делать это безостановочно, иначе жжение возобновлялась.

– Чего ты чешешься, как плешивая? – приблизилась к ней рябая ведьма. – Что это у тебя?

– Лента памяти.

– А где ты ее взяла?

– Влад подарил.

– Что за Влад? А и без разницы!.. Ты лучше скажи, она всегда такая красная? – ткнула ведьма пальцем в ленту и тут же его одернула, словно обожглась.

– Нет, до этого была серая.

– Бабы! – после секундной паузы заголосила рябая.

– Степанида! Ты чего горланишь, как на костре?! – зашикали на нее со всех сторон.

– А того, что сигнал она подает, – снова указала та на руку Ланы. – Ждите толпы демонов и беды!

– Надо было убить мерзавку на месте, – различила в общем гомоне Лана реплику Лейлы, но даже внимания на нее не обратила, поскольку страшно становилось уже от того, как все больше бесновались ведьмы, разве что волосы на себе не рвали.

Одна белобрысая продолжала нервно посмеиваться. Должно быть, именно так проявлялся ее страх.

– Тихо, ведьмы! – прорезал поляну крик, и все сразу же смолкли.

Только в ушах Ланы продолжало гудеть.

– Забыли, что демоны нам не указ? – выступила вперед главная, тогда как все остальные ведьмы сбились в кучу. – Ничего они нам не сделают. И законы свои к нам не пришьют. Ведьмы – отдельно, демоны – отдельно!

– Ага! А если собственность ему дорога? – спросил кто-то.

– Так а мы ей еще ничего и не сделали, – кивнула ведьма. – Но! Обязательно сделаем, – с кривой усмешкой добавила. – А пока наложим на нее заклятье и спрячем понадежнее. Никто не узнает, что она у нас, если кто-то из вас не проболтается…

– Не успели, – нараспев проговорила рябая, глядя на небо, где стремительно сгущались тучи.

Тут же раздался оглушительный раскат грома, за которым последовал еще один. Через минуту громыхало безостановочно, а из-за тучи появились огромные черные птицы.

Первой на высушенную ветрами землю спустилась гарпия. И сразу же Лана задрожала всем телом от ужаса. Все остальные мысли мигом улетучились, стоило ей увидеть клыкастое чудовище, Сону в котором она ни за что не узнала, если бы не глаза – все такие же яркие и пронзительные.

Гарпия шипела и щерилась. Вокруг ее птичьих и мощных лап клубился густой белый туман, издавая такую вонь, что у Ланы мгновенно заслезились глаза. И туман этот полз к ведьмам, что сбились в испуганную кучку, обходя Лану стороной.

За спиной гарпии выросли три огромные фигуры. Все одинаково черные, они сложили крылья и приблизились к Соне.

С Арном и Роаном была еще демоница, которую раньше Лана не видела. Точно не видела – хоть знакомство в гареме и походило больше на фарс, но настолько красивое и властное лицо она бы запомнила. Красота этой демоницы была сравнима разве что с буйством природы – величественным и неотъемлемым.

Как только демоны опустились на землю, так сразу же Лана утонула в жидком льде, горящем в жарком пламени. Взгляд Роана был прикован к ней. Она не понимала, что он выражает сейчас, но не могла побороть первую реакцию – броситься к нему, оказаться под его защитой, что бы не грозило ей в дальнейшем от него же. Но туман гарпии мешал это сделать, Лана подозревала, что коснись она его зловония, и случится что-то непоправимое.

– Убери от нас эту дрянь, пожирательница душ! – выкрикнула одна из ведьм, и туман лизнул ее пятки. Пронзительный крик прорезал поляну, а на пятках ведьмы появились мокрые язвы, что стремительно увеличивались.

– Еще одно слово, – раздался мелодичный голос Соны, – и ты покроешься струпьями, старая карга! Иди сюда, детка, – поманила она пальцем Лану и освободила в тумане дорожку.

Уговаривать ее не пришлось – тут же метнулась к демону. И даже выдохнула с облегчением, когда тот раскрыл для нее обжигающие объятья.

Прижатая к горячему телу Роана, в кольце его рук Лана моментально согрелась и почувствовала, как платье сразу же стало сухим. Да это лучше любой печки или костра! Ну и стало вдруг так спокойно, словно и не было вокруг поляны, заросшей колючими кустарниками, озлобленных и изрыгающих проклятья ведьм, гарпии, дирижирующей своим отравленным туманом и остальных демонов.

– Сона, голубушка, перестань пугать этих милашек, – заговорила демоница, которую Лана раньше не видела. Голос ее прозвучал пугающе низко, хоть угрозы в нем и не слышалось. – Нужно же разобраться, что тут происходит, и почему они решили посягнуть на собственность демона.

Гарпия нехотя отступила в один ряд с демонами, забрав с собой туман. Лана почти услышала, с каким облегчением выдохнули ведьмы. Но все они как одна смотрели на них испуганными, даже затравленными, взглядами.

– Ты в порядке? – обожгло ей кожу в районе уха дыхание демона, а руки его сжались чуть крепче, отчего сердце Ланы неожиданно зашлось в бешенном ритме.

– Уже да, – подняла она к нему глаза и тут же в них проникло пламя его глаз, согревая на этот раз изнутри. – Ты не злишься? – шепотом спросила.

– Еще как злюсь, – губы его тронула едва заметная улыбка, – но не на тебя.

– Предлагаю оставить воркование до возвращения в замок, – вновь раздался голос демоницы, и Лана не сразу сообразила, что обращается та к ним с Роаном. – Кто главный? – более властно спросила, вновь переключая внимание на ведьм.

А лицо Ланы продолжало пылать, словно застали их с Роаном за чем-то постыдным. А потом и губы демона прижались к ее шее, вовсе стало нечем дышать. Благо, в этот момент остальным уже было не до них, потому что на поляне развернулись настоящие словесные баталии.

– Ну я главная, и что?! – выступила вперед та самая ведьма, что заговорила с Ланой первой.

Аккомпанементом ей послужило хихиканье рябой. В который раз Лана подивилась, что этой молоденькой и смешливой ведьме все нипочем. Ведь если демоны захотят, то даже пепла от этой горстки оборванок не останется. Понятия не имела, что там запрещает или позволяет их кодекс или закон, но не сомневалась, что демонам ничего не стоит нарушить правила. Особенно, если не оставлять после себя свидетелей. Тем более удивляло беспечное поведение молодой ведьмы. А еще отчего-то становилось ее жалко. Почему, Лана и сама не могла себе объяснить.

– Эта человеческая девушка принадлежит верховному демону. Как вы посмели посягнуть на его собственность?! – голос демоницы звенел в воздухе, обличая ведьм во всех смертных грехах.

– А она нам сама на голову свалилась! Больно нужно похищать ее! – выплюнула старуха и сразу же попятилась под взглядом белокурой красавицы с яркими янтарными глазами.

– Не стоит говорить со мной загадками, – усмехнулась демоница. – Я ведь тоже ведьма, и тебе ли не знать, какую силу имеет демонический морок. Как вы проникли в замок демона?! – выкрикнула она, и Лана дернулась от испуга.

Но тут же рука демона легла ей на живот, внушая спокойствие и защищенность.

– Предательниц полон его замок! – рассмеялась ведьма. – Они и привели сюда эту дуреху. Видать, избавиться уж больно сильно от нее хотели.

– Что и не удивительно, – вновь хихикнула рябая. – Такая сладкая и наивная – она поди у многих костью в горле застряла.

– Кто привел?

– Сами разбирайтесь в своем гадюшнике. Отчет перед вами держать не намерена, – демонстративно отвернулась ведьма.

– И кары не боишься? – хищно прищурилась демоница, а у ног ее начал разгораться красный огонь.

Да что же это за существа такие, что не могут договориться полюбовно! Почему ведьмы покрывают чертиху? Или это проявление нечестивой гордости и солидарности?

А она сама почему не выдает Майю? Не потому ли, что знает, как сильно той не поздоровится после содеянного?

– Аида! – обратился к демонице Арн. – Думаю, не стоит тратить время на выяснение обстоятельств. Я и сам это быстро узнаю, поверь мне. Лучше скажи, как нам наказать этих мерзавок, за то что не брезгуют ничем?

– Голова за голову, – с улыбкой отозвалась та, но от улыбки ее веяло могильным холодом. – Не успей мы вовремя, ведьмы принесли бы в жертву человеческую девушку. Значит, их должно стать на одну меньше!

– Не имеете права, проклятые демоны, вершить тут свое правосудие!

– Еще как имеем, – почти ласково улыбнулась ведьме Аида, но та отчего-то стала белее мела. – Такой устав демонов – жизнь за жизнь!

– Но мы никого не трогали!

– А вот это уже несущественные нюансы, на которые можно закрыть глаза, ведь так, дорогой Роан?

– Да я бы их всех истребил! – процедил тот сквозь зубы, и теперь уже Лане стало жалко этих уродливых созданий. – Слишком слабая кара…

– Для первого раза и это послужит им предупреждением. Но если они снова рискнут на подобное… – Аида не договорила, но и так становилось понятно, что она имеет в виду.

Лане же уже поскорее хотелось убраться отсюда и забыть про все, как про страшный сон. Правда, и в замке демона ее не ждало ничего хорошего – зависть, злоба и вечная тоска.

– Пусть малышка выберет сама, кто ответит за вероломство, – предложила Сона, приблизившись к ним и заглядывая Лане в глаза.

Если не смотреть на страшное мускулистое тело гарпии, то и страх отступал. Но вряд ли к такому она когда-нибудь привыкнет.

– Так нужно, детка, – прошептала ей Сона на ухо. – Правосудие должно свершиться. Выбери одну из них.

Взгляд Ланы и без того был почти все время прикован к рябой ведьме. Она и сама не поняла, как сказала:

– Вот эта! – указав на самую молодую.

– Да будет так! – проговорила Аида и пустила огненную дорожку в сторону растерявшейся ведьмы.

– Стойте! – крикнула Лана, и все посмотрели на нее, а огонь замер, не доходя до перепуганной ведьмы нескольких сантиметров. – Отдай ее мне, пожалуйста, – перевела она взгляд на Роана. – Пожалуйста! – повторила.

– Ты хочешь сохранить ей жизнь? – изумился Роан. – Но зачем? И ведьме не место в замке демона.

Еще бы у Ланы были ответы на эти вопросы, но и от своего отступать не собиралась.

– Она мне нужна, – просто ответила. – Я буду следить за ней, – зачем-то добавила.

– Ублажи прихоть своей милашки, – рассмеялась рядом Сона. – От одной ведьмы беды не будет, дорогой. С ней ты справишься очень быстро, если посмеет проштрафиться.

– Хорошо, – медленно кивнул демон, не переставая смотреть на Лану.

В этот момент ей захотелось отблагодарить его поцелуем, но сделать этого она, конечно же, не посмела.

Глава 12

– Ну а теперь, когда все так благополучно закончилось, могу я ненадолго похитить твою… девушку? – улыбнулась своей самой очаровательной улыбкой Сона, когда все они вернулись в замок.

Точнее, не сразу, как вернулись. Первым делом Роан распорядился поместить ведьму в изолятор до тех пор, пока не примет решение, каким образом та будет находиться в его замке. Кроме того, на это требовалось разрешение демонического совета, потому как ведьмам не положено было обитать на территории демонов.

Арн, сославшись на дела, быстро удалился. Роан понимал, что друг и так слишком долго пробыл в компании гарпии, и не осуждал того. Оставалось надеяться, что Арн займется расследованием по горячим следам. Если у друга не получится все выяснить, что за крысы завелись в замке, то завтра Роан это узнает сам, не стараясь делать деликатно. Сегодня же у него были дела поважнее.

– Сона, как насчет того, чтобы вашу встречу перенести на завтрашнюю ночь? – поинтересовался демон.

Все то время, что находились они в каминном зале, он не выпускал из виду человечку. Та грелась у огня и на них не смотрела. Но Роан физически чувствовал, что творится у нее в душе. Полное смятение, неуверенность ни в чем. То, что она пережила сегодня, могло окончательно подорвать ее веру в возможность дальнейшей жизни. Ни именно в его замке, а вообще.

– А в чем дело, дорогой? – лукаво поинтересовалась гарпия.

Она уже вернула себе нормальное обличье, и теперь Роан получал эстетическое удовольствие, созерцая гибкое тело этой красотки, что по какой-то нелепой собственной прихоти прятала себя в безвременье. Как можно добровольно жить в одиночестве вечной жизни, к которому он приговаривал самых отъявленных преступников царства, Роан не понимал. Ну разве что в цепи гарпия себя не заковывала добровольно.

– Так надо, – с нажимом произнес демон и снова бросил быстрый взгляд на девушку, которая, казалось, никого не замечала, ничего не слышала и вообще забыла о том, где находится.

– Не терпится приласкать малышку? – поступил новый вопрос, который уже немало разозлил демона.

Но это же Сона – о ее настырности и бесцеремонности раньше слагали легенды, когда она еще вела довольно светский образ жизни.

– Это не обсуждается, – буркнул Роан.

Сейчас он больше всего хотел, чтобы Сона убралась на нулевой уровень и зависла в своей пещере. Самого его так и тянуло к пленнице. Хотелось приласкать ее, успокоить. Эти же чувства и немало пугали, потому как никогда раньше ничего подобного он ни к кому не испытывал. Особенно к человеческому существу! Но также он чувствовал, насколько сейчас нужен ей.

– Ладно, уговорил, – улыбнулась гарпия уже без издевки, а по-простому. – Только хочу напомнить о твоем обещании. Ночь в человеческом мире, не забыл?

– Помню. Завтра у меня назначена аудиенция с повелителем. Поговорю с ним о тебе. Странно, что ты сама не желаешь попросить его об этом.

– Ну, с недавних, а вернее, с очень давних пор, я его ни о чем не прошу, – непривычно серьезно отозвалась Сона.

И снова Роан подумал, что случилось такого в жизни этой гарпии, что привело к добровольному заточению. Не будучи любопытным от природы, ее историю он почему-то хотел узнать. Но вот уже почти столетие, сколько они дружили и общались, Сона держала ее в тайне.

Как только гарпия исчезла из каминного зала, Роан поспешил к девушке. Поспешил в душе, на деле же приблизился медленно и замер у той за спиной.

Не прикасаясь к ней, он чувствовал ее всем телом. Ее грусть передавалась ему и хотелось развеять ту. Он не знал, о чем она думает, но желал, чтобы думала только о нем.

Роан поднял руки и опустил ей на плечи, а потом развернул к себе лицом, стараясь действовать нежно.

Она вскинула на него глаза, и тоска затопила душу демона. Перетекла из ее глаз в его, растревожила душу. Стало так неуютно, что хоть вой. И нестерпимо захотелось, чтобы эти губы, что так и манили прижаться к ним, улыбнулись, подарили душевное тепло, которое получал он только от нее.

Роан почувствовал как возбуждается – стремительно и мучительно. Хватило лишь прикосновения к ней и ее взгляда. Даже на демониц гарема, что считались самыми искушенными и умелыми любовницами, он никогда так не реагировал. А сейчас сама мысль, что может обладать кем-то еще, не ей, внушала отвращение. Что же она с ним делает?

Руки невольно проскользили по ее тонкой хрупкой шее, зарылись в волосы, легли на затылок.

– Пойдешь со мной? – только и спросил он.

Важно было, чтобы согласилась она по собственной воле, испытала не менее сильное желание. И Роан поцеловал ее. Сделал это, потому что не мог больше сдерживаться. Вкус ее губ заставлял забывать обо всем остальном. Податливость девичьего тела рождала эротические фантазии, что делали возбуждение нестерпимым. Хотелось уложить ее прямо здесь и сразу же взять, чтобы член возликовал, очутившись в жарком тесном лоне. Но не на плиточном же полу и не в зале, куда в любой момент может кто-то войти. Роану на это было плевать, но он знал, насколько стеснительна и робка эта девушка.

Она ответила на поцелуй и приникла к нему всем телом, позволяя ласкать спину и спускаться ниже, к маленьким но очень аппетитным ягодицам.

– Пойдем, – взял Лану демон за руку и повел из зала.

Ее согласие больше было не нужно. Все сказали ее губы и руки.

Он привел ее в свои покои. Сделал это впервые, но получилось как-то очень естественно, словно только тут, на своей кровати, он и мог обладать ею.

– Скажи что-нибудь, – попросил, останавливаясь возле огромной кровати, завешенной синим балдахином.

– Я не знаю, что сказать, – беспомощно посмотрела она на него, и сердце демона сжалось, захотелось разорвать на части ее обидчиков, покарать их чем-то очень страшным – мучительной смертью, как вариант.

– Скажи, что хочешь меня так же, как я тебя, – прижал он ее к себе сильнее, чем следовало, в невольном порыве.

– Наверное, хочу, – отозвалась она после недолгой паузы. Голос прозвучал глухо, а теплое дыхание проникло под одежду, где спрятала она свое лицо. – Я правда не знаю…

– Тогда, нам стоит это проверить, – коварно улыбнулся Роан, а фантазия уже разыгралась не на шутку, подсказывая, как именно он будет проверять.

Что за нелепый костюм на ней? От горе-стилиста что ли, который испарился, как только они собрались отправиться к Аиде. Впрочем, Владу Роан был даже благодарен, за ленту памяти. Ведь если бы не она… о таком он даже думать не хотел. А вот с лентой этой нужно познакомиться поближе.

– Давай, я сама, – с улыбкой предложила Лана, когда Роан исчертыхался и окончательно запутался во всех этих ленточках, тесемочках, замочках, украшающих одеяние на ней.

Называется, пытался вести себя сдержанно, в итоге едва не вышел из себя, оставив от ее костюма лохмотья, как напоминание. Наверное, она опасалась того же, потому что очень быстро разделась. И все же, он успел насладиться этим зрелищем – постепенно обнажающимся девичьем телом, часть за частью, пока не осталась перед ним без ничего, потупив взор. Но именно глаза-то он и хотел сейчас видеть больше всего, чтобы читать в них возбуждение, от которого сам уже сходил с ума.

Рука демона проскользила по ее спине, опускаясь к ягодицам и ниже – к заветным складочкам, что уже сочились влагой, но той еще было недостаточно. Другой рукой Роан поднял за подбородок ее голову, заглянул в невероятные темно-серые глаза, а потом снова приник к губам, не забывая ласкать ее чувствительный бугорок, чувствуя, как начинает она дрожать в его руках.

Он первый упал на кровать и повлек ее за собой, не прерывая поцелуя.

– Сядь мне на лицо, – пробормотал, показывая ей раздвоенный язык, намекая на то, что собирается делать дальше.

– Я не могу, – затрясла она головой, но с него не слезла. Ее ладошки продолжали упираться в его плечи.

– Можешь, – плотоядно улыбнулся демон. В комнате уже витал запах ее страсти, а сейчас ему хотелось ощутить ту на вкус.

Не став и дальше упрашивать стеснительную упрямицу, он легко подхватил ее под ягодицы и разместил так, что она уперлась коленями по обе стороны от его головы, а ему открылся ни с чем несравнимый вид. Язык демона тут же оказался внутри нее, и Роан даже застонал от удовольствия.

Она вторила ему легким вздохом, прогибаясь в спине, интуитивно принимая более удобную позу.

А потом уже стоны принялись срываться с ее губ по мере того, как он вылизывал ее, терзал языком, губами и зубами ее нежную плоть. Она стонала все громче, пока не настал момент остановиться ненадолго.

– Помоги мне раздеться, – посадил он ее себе на грудь.

Плащ он снял сразу же. Ей оставалось стянуть с него только штаны. И очень интересно было понаблюдать, как она это сделает, справится ли. Ну и Роан ждал возражений, а когда тех не последовало, понял, что безумно рад. Еще одна преграда между ними, кажется, пала – девушка не боялась увидеть его обнаженным полностью.

Тонкие пальчики проникли под пояс брюк, и Роан затаил дыхание. Она потянула их вниз и делала это мучительно медленно. С одной стороны хотелось сбросить досадную помеху самому, чтобы насадить малышку на себя до основания. С другой – мука была настолько сладостной, что он готов был терпеть ее вечно.

Когда и ниже пояса он остался лежать перед ней голый, точно зная, что член его уже находится в полной боевой готовности, а под ее взглядом и вовсе готов взорваться, Роан попросил:

– Коснись его. Сожми в руке.

Говорить получалось с трудом. Возбуждение уже пульсировало не только во всем теле, но и в голове. И держать и дальше демона не получалось. Оставалось надеяться, что преображение не произойдет мгновенное. Не хотелось пугать пленницу.

И все же он не сдюжил с демонической силой. Когда пальцы девушки сомкнулись на горячем члене, демон вырвался на свободу, и с губ Роана сорвалось рычание, слабо сравнимое с человеческим голосом:

– Не бойся. Я не причиню тебе боли.

– А я и не боюсь, – робко улыбнулась она и сделала неуверенное движение рукой вверх-вниз. – Больше не боюсь…

Ну а Роан больше не мог терпеть, если не хотел излиться раньше, чем почувствует ее на себе.

Как и раньше он подхватил девушку под ягодицы и принялся медленно насаживать на себя. Ладошка ее не оставляла его стержень, пока тот не вошел в тугое влагалище целиком. Эластичные ткани туго сжали его со всех сторон, передавая ей пульсацию, заставляя начать двигаться. Сначала медленно, а потом все ускоряясь.

Стоны любовников смешались в один. Роан так и не понял, кто из них кончил раньше. А возможно, они сделали это одновременно. И какое-то время, согревая малышку в своих объятьях, он осушал ее залитые слезами щеки. Очень хотелось верить, что то были слезы удовольствия, но спросить не рискнул.

– Ты будешь жить со мной, – проговорил он, когда она успокоилась, но не покинула его рук, продолжая прижиматься к его телу.

– Я и так живу с тобой, – грустно откликнулась она.

– Ты не поняла. Будешь жить в моих покоях, чтобы больше никто не посмел тебе строить козни. А теперь спи, маленькая, – поцеловал ее демон в губы и удобно устроил на подушке, накрывая одеялом. – Мне же надо еще много чего сделать. Время демона – ночь, – улыбнулся и покинул комнату.

***

Арна Роан встретил по пути в гаремную часть замка.

– Все в сборе? – поинтересовался на ходу.

Он пытался сохранять спокойствие, но демон требовал возмездия и немедленного.

– Ждут тебя в страхе, – невесело усмехнулся Арн. – Если хочешь знать мое мнение, то к похищению пленницы причастны все!

– Вот и разберемся сейчас, – прорычал демон.

– А потом навестим ведьму, – кивнул Арн. – Она там такое устроила, в изоляторе. Плюется ядом и обещает наслать на всех смертную кару, кто только посмеет приблизиться к ней. Твои демоны скользят по стеночке, боятся касаться ее. Первый раз вижу такую дикарку! – рассмеялся Арн.

На это демон не ответил ничего – меньше всего сейчас мысли его занимала какая-то ведьма. Да и вообще, он не понимал прихоти человечки. Ей-то зачем сдалась эта оборванка?

Демоницы гарема собрались в банкетном зале, где проводили большую часть времени. Неожиданно для себя Роан обратил внимание на то, как сильно крыло гарема отличается от его собственного. В памяти всплыли слова Ланы о серости и убогости.

– Нужно отремонтировать замок, – пробормотал он самому себе, но Арн услышал.

– Ты хочешь поговорить об этом сейчас? – округлил друг глаза.

– Я вообще не хочу об этом говорить с тобой! – обозлился Роан.

Порой Арн ведет себя слишком по-хамски, забывается. Вот и нарывается на ответную грубость.

– Кто расскажет, что тут произошло, избежит общей участи, – с порога произнес Роан. Церемонии разводить не хотелось, злость никак не хотела утихать. Единственный способ успокоиться – наказать всех виновных, что он собирался сделать немедленно.

Вдоль одной из стен зала выстроились низшие демоны. Они молча ждали дальнейших распоряжений. Именно им предстояло стать исполнителями правосудия или самосуда, не суть. Это его личный гарем, с которым он вправе делать что угодно. Так и в уставе записано. И эти мерзавки знали, на что шли!

– Где Майя? – оглянулся Роан, когда понял, что молчание затянулось.

Демоницы не спешили заговаривать.

Арн дал распоряжение одному из служащих привести чертиху. Демон бесшумно скрылся за дверью.

– Я жду, – снова обратился Роан к притихшим демоницам.

– А что ты хочешь услышать, хозяин? – проговорила Малика – его самая страстная и ненасытная наложница. – Мы смиренно ждем твоего ночного визита. Готовились вот к нему, – провела она руками по своему гибкому телу, обтянутому блестящей тканью, как змеиной кожей. – Все мы истосковались по тебе за долгий день…

– Хватит, Малика! – повысил голос Роан. В словах демоницы, в ее сладких речах он читал ложь. А ему нужна была правда. – Не говорите потом, что я не предупреждал вас.

От демона принялись расползаться огненные змеи. Было тех великое множество – ровно столько, сколько демониц находились в зале. Даже Арн попятился в страхе, а наложницы так и вовсе завыли и заметались в попытке спрятаться от предстоящей пытки.

Змеи моментально достигли цели, и демоницы все разом вспыхнули красным пламенем. Вой превратился в оглушающий и наполненный мукой. Роан равнодушно смотрел, как внутри его пыточного огня корчатся те, что раньше дарили ему наслаждение, а сегодня оказались предательницами все как одна. Он ждал отдачи, и вскоре та последовала.

Голубоватый дымок едва различимыми струйками, больше похожими на нити паутины, потянулся к нему от продолжающих полыхать и завывать демониц. Роан распахнул плащ и позволил нитям проникнуть под кожу на обнаженной груди. А потом прикрыл глаза и прислушался к тому, что принес ему дым памяти.

Арн молча застыл рядом. Он прекрасно понимал, какую боль сейчас испытывают демоницы. Пыточный огонь был подвластен только представителям правосудия, и применяли те его очень редко, в исключительных целях. Не думал Арн, что Роан сегодня прибегнет к оному, а потому был слегка обескуражен и даже шокирован. Но и это был самый верный способ узнать любую тайну.

Одновременно с тем, как Роан открыл глаза, а пламя схлынуло с демониц, заставив тех упасть на пол и оставаться неподвижными, в зал вернулся низший демон. Он доложил, что Майи нигде не обнаружил, что в замке той нет.

– Это она, – только и сказал Роан, мазнув по Арну свирепым взглядом. – Она похитила пленницу и решила расправиться с ней. А эти… – обвел он презрительным взглядом неподвижных и кажущихся мертвыми демониц, – ей помогали.

– И что ты собираешься теперь делать?

– Избавлюсь от них, что же еще! Всех на невольничий рынок и как можно быстрее сбыть с рук! – громко распорядился он и демоны принялись поднимать с пола и выносить из зала демониц.

– Крут ты, дружище, – в невольном восхищении хохотнул Арн. – Разреши хоть себе отобрать самых горячих.

– Бери хоть всех, – тряхнул головой Роан.

– А Майя?..

– Сейчас и ее найдем. Мой морок уже отправился на поиски, и я чувствую, что он близок к цели.

– С ней ты что собрался делать?

– Для начала брошу ее в темницу, а там подумаю. Ее ты тоже хочешь забрать?

– Нет уж, увольте, – замахал Арн руками. – Эта чертовка сошла с ума от ревности. Она в тебе души не чает, потому и повела себя как змея. Мне такая точно не нужна.

– Как скажешь, – пожал плечами Роан, и в этот момент дверь в зал распахнулась и появилась упирающаяся Майя в объятьях демонического морока.

– Неужели ты думала, что я ничего не узнаю и не найду тебя? – приблизился к чертихе демон и крепко ухватил ту за подбородок, заставляя смотреть себе в глаза, испепеляя ее пламенем.

– Ты бы и не узнал, если бы…

– Молчи, несчастная! – свистящим шепотом перебил ее демон. – Не делай себе еще хуже.

Рука его скользнула на влажную от слез смуглую щеку и слегка погладила ту. Взгляд демона затуманился воспоминаниями.

– Неужто тебе было мало той власти, которой наделил я тебя в своем замке? А страсть? Ты помнишь, как я ласкал тебя? – вторая рука накрыла грудь чертихи и больно сжала ту. – Почему?

– Потому что ты перестал замечать всех нас! Осталась только она – эта вобла! Дрянь! Ненавижу!.. – голос Май сорвался на визг, и Роан отошел от нее, бросив на ходу: – В темницу ее, в цепи. Сутки без пищи и воды.

Бывшая начальница словно обезумела. Она брыкалась и сыпала проклятьями, пыталась искусать или покалечить копытами демонов, что вчетвером с трудом тащили ее к двери. Но Роан уже ничего этого не видел и не хотел. Он наполнил кубок драконом и осушил тот до дна. А потом повернулся к Арну.

– Я так сильно изменился? – спросил.

– Не ты, а твое отношение к плотским утехам, – уклончиво ответил друг.

– Забирай ее завтра в свой замок, – буркнул Роан. – В конце концов, я проиграл тебе.

Глава 13

Лана рада была снова оказаться в Замке Арна. Во-первых, с самим демоном ей было легко общаться. Особенно если на время забыть, кто он такой по своей природе. Ненадолго представить, что Арн – обычный мужчина. К тому же, довольно симпатичный. Очень обходительный, даже галантный. Ни грамма не грубый и интересный рассказчик.

После плотного и вкусного завтрака, Арн предложил Лане прогуляться по его саду. В отличии от того небольшого и мрачного хоть и красивого оазиса в замке Роана, сад Арна показался Лане поистине великолепным. Там тоже не было запахов, ветерка или солнца. Но этот сад играл красками, и те были почти такие же, как в жизни.

Она слушала рассказы демона про цветы, которые произрастали только тут – в подземном царстве (страшно подумать, что тут все мертвое, даже земля, которая дает мертвую жизнь!) и тихонько грустила. Эта грусть рождалась независимо от Ланы, побороть ее не получалось, как ни пыталась отвлечься.

Думала Лана о том, что после близости Роан так и не появился. Ночь она провела в его покоях, на его огромной кровати, но в одиночестве. Почему он не пришел? Только ли потому, что ночь – его время и он почти никогда не спит?

Интуиция подсказывала Лане, что дело тут совсем в другом, и в этом как-то замешана она. То, что не нравится ему внешне, что считает ее излишне худой (да она и сама видела, насколько проигрывает его наложницам), не сомневалась. Но он возбуждался! Этого нельзя отрицать. Даже при ее небольшом опыте, она видела, как сильно он ее хотел.

Так в чем же дело?

Утром она проснулась, какое-то время подождала демона, а потом наведалась к Магде – отдалась в умелые руки банщицы, чтобы стряхнуть весь негатив ночных мыслей.

За завтраком компанию ей тоже составил только Арн и предложил немедленно переместиться в его замок и позавтракать там. Про Роана разве что упомянул, что тот очень занят сегодня, что много дел в суде.

Лана поинтересовалась, где сейчас та ведьма, что вчера они прихватили с собой с пустоши. Кажется, демон сказал, что теперь она может считать ту своей. А может ей так только показалось, ведь мозг был затуманен совсем другими чувствами. Страстью – всепоглощающей, кипучей. Желанием принадлежать демону, какого она еще ни разу до этого не испытывала.

Арн лишь отмахнулся и коротко поведал, что ведьму приводят в порядок и делают возможным существование той в демоническом замке.

Что это значило, Лана понятия не имела, а объяснить никто не потрудился. Оставалось надеяться, что с рябой нахалкой ничего плохого не сделают, как и не причинят боли. Отчего-то Лану тянуло к той, и природу этой тяги она тоже не понимала, как и многого здесь.

Конечно же, она не могла не спросить про Майю. Чертиха была ей противна, и обида в душе за столь явное вероломство и несправедливость не утихала. Но все же, зла ей Лана не желала, лишь бы та впредь держалась от нее подальше.

Про Майю Арн соизволил ответить более подробно, что находится та в одном очень далеком месте и ждет, когда решится ее участь. На вопрос, что ей может грозить, лишь равнодушно пожал плечами и ответил, что все будет зависеть от настроения Роана, которое и без того понятно какое – злое и лишенное сострадания. В общем, и этот вопрос Лана решила выяснить позже и не у Арна.

– Кстати. Демониц можешь больше не бояться, – доверительно сообщил ей за завтраком Арн.

– А почему?

– Потому что гарема у Ро больше нет, – коротко рассмеялся. – Придется тебе взять на себя все его функции, – довольно пошло намекнул, что Лане совершенно не понравилось.

– И где же он?

– Пока в отстойнике-накопителе, а завтра всех их отправят на невольничий рынок. Ну кроме тех, кого Ро решит раздарить.

Эта новость тоже совершенно не обрадовала. Никому она не желала зла и подобной участи. А получилось, что именно она виновата в дальнейших заключениях демониц и чертихи, хоть и не первая начала эту войну.

Как бы там ни было, несмотря на видимое спокойствие и умиротворение, события утра не добавляли Лане хорошего настроения. Она грустила, но старалась не подавать виду, отвлекаться, любуясь красотами сада Арна.

Время близилось к обеду, и продолжительная пешая прогулка по бесконечному саду с множеством фонтанов и клумб Лану немного утомила. Арн словно почувствовал ее состояние и предложил:

– Присядем в тени этого тубурина, – указал он на необъятное дерево с раскидистой кроной, под которым находилась резная лавка, что сама по себе показалась Лане произведением искусства. – Тебе нужно передохнуть немного, перед обедом, – подмигнул ей демон.

Лана опустилась на лавку, а демон встал за ее спиной. Неожиданно горячие ладони легли ей на плечи и принялись несильно массировать те.

– Ты очень напряжена. Мышцы тверды как камень. Расслабься, красавица, и разреши доставить тебе удовольствие.

Уговаривать Лану не пришлось. От умелого массажа Арна по телу побежали мурашки. Она откинулась на спинку и блаженно прикрыла глаза, позволяя мышцам расслабиться, а искусному демону немного промять те, самую малость.

И все бы ничего, если бы и дальше массаж оставался настолько же невинным.

На Лане сегодня был тот самый сарафан в цветочек, из коллекции подаренной Владом, что нравился ей больше всего, в котором ей практически не было жарко нигде, даже в демоническом саду. Разве что кожа самой ей казалась горячее обычного, но кажется и к этому она начинала привыкать.

В первый момент, когда руки демона скользнули в вырез сарафана и накрыли грудь Ланы, сразу же завладевая сосками, она и сообразить ничего не смогла. Но уже в следующую секунду взвилась как пружина и отскочила от Арна на безопасное расстояние.

– Ты что?.. Зачем?.. – потрясенно бормотала, не в силах справиться с омерзением и подобрать нужные слова.

С этим у нее и раньше были проблемы – в минуты растерянности или злости совершенно терялась и не знала, что сказать.

– Не дичись, красавица, я лишь хочу тебя немного приласкать, – пошел на нее демон, а Лана попятилась от него, пока не уперлась спиной в ствол дерева, а демон не прижал к тому ее своим телом. – Ты чудесно пахнешь, как цветы на земле. Так забыто и волнующе… – прижался он губами к ее шее и принялся покрывать ту поцелуями, невзирая на сопротивление Ланы, которое все нарастало.

Она извивалась всем телом, но никак не получалось избежать прикосновения его настырных губ и наглых рук, что уже пробрались под подол сарафана и приближались к самому заветному – туда, куда нельзя было пускать его низа что!

– Черт! Что это?! – внезапно отскочил от нее Арн, потирая предплечье. На глазах там расползалось багровое пятно. – Ты меня укусила, маленькая сучка! – сузились его глаза и он вновь пошел на Лану, на этот раз явно с иными намерениями.

– Тебя наказала не она, а лента памяти, – донесся до Ланы голос Влада, и она аж выдохнула с облегчением. Если бы не этот черт, то быть ей сегодня изнасилованной. – Руки меньше распускай, блудливый демон. Особенно на тех, кто тебе не принадлежит, и явно этого не хочет, – усмехнулся Влад, приблизившись к ним и в упор глядя на плечо Ланы.

Она же все продолжала бороться с омерзением, приводя в порядок платье, и с благодарностью посматривала то на Влада, то на плечо, где лента сейчас светилась оранжевым. Да так ярко, что аж слепила. На Арна Лана смотреть отказывалась, уже жалея, что так рвалась в его замок. Уж лучше темница Роана, тот хоть сразу и честно обозначил свои намерения…

– Интересненько, – вплотную приблизился к ней Влад и осторожно коснулся пальцем ленты. А потом и вовсе прижал тот к ней, а на лице его отпечаталась задумчивость. – Мне она ничего не делает.

– Ты можешь убрать с нее эту дрянь? – поинтересовался Арн и выглядел он уже как раньше, как отметила Лана, словно ничего и не произошло.

– И не подумаю.

– На кой она ей сдалась?! – чуть повысил демон голос.

– А на той, чтоб защищать от таких как ты, хотя бы, – усмехнулся Влад.

– И тебя она не кусает? – подозрительно прищурился Арн.

– Как видишь, нет. И даже ласкает, – расплылся в довольной улыбке черт и прижал к ленте всю ладонь.

Та радостно вспыхнула и объяла оранжевым огоньком руку черта.

– Умная девочка, знает, кого можно обижать, а кого нет.

– Проводи меня, пожалуйста, домой, – устало попросила Лана.

Тут ей вдруг резко осточертело все! И Арн, и его сад, и его сладкие речи… И даже Влад с его ухмылочками и недомолвками. Она хотела к Роану и честно себе в этом признавалась сейчас. И добираться туда, как до этого сюда, при помощи Арна, отказывалась. Больше она вообще не позволит тому приблизиться к себе ближе чем на расстояние вытянутой руки.

– Да, дорогая, обопрись на меня, – подставил ей Влад локоть. – Папочка Владик отправит тебя домой. Закрой свои очаровательные глазки.

Черт распрощался с ней сразу же, как только они оказались в ее комнате. Сослался на неотложные дела, но что-то Лане подсказывало, что побоялся стилист гнева демона. Хотя, ему-то точно опасаться нечего, а вот Арну… Впрочем, не собирается она ничего рассказывать Роану. Сами пусть разбираются в своем гадюшнике и гласных и негласных, но одинаково гнилых законах.

Лана стояла посреди комнаты и бесцельно озиралась, пока не поняла, что комната эта больше не ее, что демон ясно дал понять, где отныне она должна обитать.

Ужасно хотелось есть – гуляя по саду Арна она успела здорово проголодаться, учитывая что за завтраком съела совсем ничего, несмотря на изобилие.

Майи поблизости не было, и у кого просить совета Лана не знала. Рискуя нарваться на гнев грозной Ксандры, она все-таки отправилась на кухню.

В послеобеденное время замок был погружен в тишину. По пути на кухню Лана разве что встретила парочку демонов, что находились в услужении Роана. Те скользили по коридорам замка мрачными тенями и неизменно вызывали приступ дрожи. Эти безмолвные и серые создания с черными крыльями, сложенными за спинами, казались Лане даже страшнее Роана. Возможно, потому что они всегда и во всем быстро подчинялись, исполняли малейший приказ хозяина, даже тот, что он не произносил вслух. Демоны умели как-то общаться без слов, на невербальном уровне.

А еще Лане казалось, что демоны эти ничего не испытывают. Впрочем, кроме злости. На себе она все же ловила их злобные горящие взгляды. И это ее тоже пугало, хоть она и не сомневалась, что демоны ей ничего не сделают. Пока. До тех пор, пока главный демон замка этого не захочет и не прикажет им.

Еще на подходах к кухне Лана различила крики. Женский голос громыхал, распекая кого-то. И кажется, принадлежал этот голос грозной Ксандре.

Она остановилась возле двери, жалея, что раздаточное окошко закрыто, и нельзя подсмотреть хоть одним глазком, что же там происходит.

– Тупое демоническое отродье! Чем теперь прикажешь кормить вашу прожорливую ораву?!.

И все в таком духе, с самыми разнообразными эпитетами. Ксандра крыла демонов по-всякому, и Лана даже испытала восхищение. Эта горгулья их совершенно не боялась, судя по всему. А еще в глубине души Лана с ней соглашалась.

И все же она не рисковала соваться на поле брани. И только решила отправиться восвояси не солоно хлебавши, как дверь в кухню распахнулась, едва не прибив ее, и оттуда буквально вылетел демон. Первый раз видела это создание настолько бледным.

Спрятаться Лана не успела, и Ксандра ее увидела.

– Человечка! – прогромыхала горгулья уже в ее адрес. – А ну, иди сюда!

Пришлось идти, хоть и не без душевного трепета. Ксандра выглядела более чем угрожающе – огромная как гора, бесформенная и со всем тем зверским, присущим горгульям. А потому смотреть Лана старалась на кокетливый фартучек, с оборочками и в разноцветный горошек, в комплекте с пухлым колпаком.

– Хоть посмотрю на тебя, – уже более миролюбиво произнесла горгулья, когда Лана остановилась, не доходя до нее пары шагов. – Лазутчица.

Наверное, взгляд Ланы выдал удивление, потому что Ксандра сразу же пояснила.

– А разве не ты с Майкой шлялась тут ночью?

И снова ответить ей не дали.

– Ладно, ты тут не причем. Это все Майка – чертовка. Доигралась девка, – в голосе горгульи прозвучало сочувствие.

– Что с ней? – не удержалась и поинтересовалась Лана.

– Томится в темнице покамест. А потом… сошлют, наверное, куда подальше на веки вечные, – пожала плечами Ксандра.

– На веки? – испугалась Лана. – А куда?

– Мне почем знать! – нахмурилась горгулья. – Ты сюда за этим что ли притащилась? Или все же жрать хочешь? Ты вообще чем питаешься, что такая худосочная? – окинула она ее презрительным взглядом.

– Нормально я питаюсь, – буркнула Лана. – И да, я голодная.

Почему тут каждый считает вправе поучать ее, читать нотации или вовсе грубить? Надоело!

– Вот это другой разговор! – расплылась в довольной улыбке горгулья, сразу же из злобной горы превращаясь в добрую великаншу. – Садись, деточка. Кормить тебя буду…

Покидала кухню Лана через полчаса, едва передвигая ноги от обжорства. Овощной суп, перловка с мясом, пончики и ягодный морс – все это Ксандра заставила ее съесть и выпить до крошечки-капельки, не желая слушать отговорки. В какой-то момент горгулья просто-напросто заявила, что не выпустит Лану из кухни, пока не опустеют ее тарелки. Пришлось подчиняться.

До покоев демона еле добрела, даже мрачные тени уже не страшили. Спать хотелось дико, и Лана, не раздеваясь улеглась на кровать и сразу же уснула.

***

– Где Арн? – поинтересовался Роан у низшего демона, когда вышел из бани расслабленный и умиротворенный.

Магда, как всегда, сотворило чудо – сделала ему массаж, который напрочь прогнал усталость.

– Велел передать, что сегодня ночь проведет у себя, – доложил демон.

– А пленница?..

Не собирается же он и ее оставить у себя на ночь? За это другу точно не поздоровится, и так они не договаривались.

Роан испытывал уже привычную тягу увидеть человечку. Еще в суде он начал думать о ней и захотелось домой, чего раньше с ним вообще не случалось. Замок всегда служил местом ночных оргий, не более. Большую часть времени Роан проводил на службе или во дворце повелителя. А сейчас он осознал, что у него есть дом.

И все это благодаря той, к которой его тянуло неимоверно.

– Спит, хозяин. Вернулась не так давно, – доложил демон, и Роан поспешил в свои покои.

Он не сомневался, что она именно там. Не рискнет ослушаться приказа. И не ошибся.

Человечка разметалась на его кровати, прямо поверх покрывала, и мирно посапывала. Личико ее раскраснелось, видимо, от жары, и Роан отрегулировал температуру воздуха в комнате.

Подол легкого платья в мелкий цветочек задрался во сне, открывая взору стройные ножки. Еще чуть-чуть и покажется заветный треугольник, скрывающий вход в жаркое лоно, в которое так хочется проникнуть!

От одной такой мысли Роан испытал эрекцию и едва слышно заскрежетал зубами. Эта девушка действовала на него слишком сильно. А после близости с ней зависимость эта только крепла. И бороться с ней не получалось.

Весь его гарем сегодня отправили на невольничий рынок, и не об одной из наложниц Роан не пожалел. Мало того, повелитель предложил ему выбрать демониц из своего гарема, но он отказался, даже не задумавшись. Вот как это называется? И что с этим делать?

Знала ли Аида, когда предлагала ему эту девушку, что сердце демона размякнет и превратится в воск, податливый в руках человечки? Вряд ли… Не пошла бы пророчица на такое сознательно. Нельзя демону настолько сильно попадать под чью-то власть. И он не должен. С этим нужно бороться.

Постояв еще немного возле кровати со спящей девушкой, Роан отправился в изолятор, где держали дикую ведьму. Он по-прежнему не понимал, на кой та сдалась человечке. Склонялся к мысли, что она и сама не знает ответа на этот вопрос. И всему виной пресловутая жалость, которой люди так часто поддаются, порой даже во вред себе. И его забота сейчас – не допустить этого вреда.

Над входом в изолятор завис низший демон. Он висел под потолком и не двигался, а взгляд его горящих глаз был прикован к двери.

– В чем дело? – поинтересовался Роан. Такое поведение служащего показалось ему загадочным.

– Ведьма использует магию на поражение, – глухим голосом проговорил тот. – Лучше отойди от двери, хозяин, как бы и тебя не задело.

Вот же дикая тварь! – выругался про себя Роан. Никакие запреты для нее не существуют. Законы ведьмам не писаны, в отличие от них – демонов.

Роан не последовал совету служащего, а выставил защиту из морока. И тут же почувствовал ударную волну, от которой пошатнулся невольно.

Вспыхнул демонический огонь и тут же испепелил дверь в изолятор, оставив от той горстку пепла.

Роан шагнул внутрь, наблюдая как шипит и пятится к стене лохматая ведьма. Его огонь медленно полз в ее сторону. Если Роан позволит тому коснуться ведьмы, то чего-нибудь она точно лишится, если не сдохнет прямо сейчас, корчась от боли. Но зачем человечке ведьма-калека? Пришлось сдерживать бушующую внутри ярость и заставить огонь замереть в паре сантиметров от плюющейся ведьмы.

– Угомонись, дура, иначе очень пожалеешь, – прорычал Роан, невольно выпуская демона. – Тебе дарована жизнь, и так ты это ценишь?

– Разве это жизнь?! – взвилась ведьма и даже волосы ее кажется встали дыбом.

– А ты хочешь сдохнуть? Так я тебе сейчас это быстро устрою!

Демонический огонь вновь зашипел и пополз вперед. Как только пламя коснулось края ботинок ведьмы, так сразу же раздался ее душераздирающий визг.

– Убери эту дрянь, пока она меня не поджарила!

– Ты уже определись: жить хочешь или умереть, – спокойно проговорил демон, но огонь приструнил. Он привалился к стене и дальше молча наблюдал, как постепенно успокаивается ведьма, как слетает с той налет дикости. Правда, приличнее выглядеть она не стала.

– Что ты предлагаешь? – хитро прищурилась.

– Прежде всего, заблокируй магию, чтоб не пугать моих демонов, – усмехнулся Роан.

Служащий все еще оставался под потолком, явно опасаясь спускаться даже в присутствии хозяина.

– Вот еще! Как я буду без магии-то? Я же ведьма! – гордо выпятила грудь эта лохматая.

– Да какая ты ведьма! Оборванка! – скривился Роан и демонстративно зажал нос. От ведьмы и вправду несло помоями. Когда она мылась-то в последний раз?

– Уж какая есть! – подбоченилась девчонка, кем по сути и была ведьма. – Между прочим, единственная такая молодая. А такое еще заслужить нужно.

– Ну конечно, грешить с пеленок, – усмехнулся Роан. – Ладно, слушай меня внимательно. В твоих же интересах не пропустить ни слова, – сделал паузу, убедился, что ведьма настроила свои локаторы в его сторону. – Ты живешь только благодаря человечке, и отныне целиком и полностью находишься в ее власти, – тут ведьма презрительно фыркнула, но тут же в глазах ее промелькнул страх от эмоций, что отразились на лице демона. – Не от меня, повторяю, а от нее. Будешь жить рядом с ней, раз она так этого хочет, и во всем ей подчиняться. Во всем! Используешь хоть раз свою грязную магию ей во вред, будешь иметь дело со мной. Впрочем, в этом случае жизни твоей наступит конец. Но не думай, что я дам тебе умереть быстро. Все поняла?

– Да поняла, поняла, – вдруг горестно вздохнула ведьма. – Не стану я трогать эту горемычную, которую и так всяк норовит обидеть.

– Что ты хочешь сказать? – напрягся Роан, едва поборов дурные предчувствия и желание броситься к себе в покои.

– Только то, что сказала, дурень! Следи за своей зазнобой получше, чтоб всякие там руки зря не распускали. А то неровен час, завянет твой цветочек.

Роан пошел на ведьму, слабо отдавая в том себе отчет. Злость вспыхнула неконтролируемая.

– Говори! – схватил он ее за горло и прижал к стене. – Что ты видела?

– Все-о-о… – прохрипела ведьма, стремительно бледнея. Роан опомнился и чуть ослабил хватку. Не хватало еще, чтобы он придушил ее прямо тут. – Как дружок твой закадычный под юбку ей лез… Отпусти-ы-ы-ы!.. – взвыла она и начала закатывать глаза.

Роан разжал пальцы, и ведьма сползла по стеночке на пол. Но даже слабость не помещала ей осыпать демона проклятьями. Впрочем, на это он уже не обратил внимания.

– Арн? – посмотрел на нее сверху-вниз.

– Я почем знаю! – огрызнулась и плюнула ему под ноги. – Тот красавчик, что был с тобой на пустоши.

– Арн, – медленно кивнул демон.

Вот, значит, почему тот решил заночевать сегодня в своем замке? И что же произошло между ним и Ланой?

Ревность вспыхнула такой силы, что аж в глазах помутнело. Едва получилось сдержаться, чтобы не сорваться на ведьме.

– Демонов моих не тронь! – только и смог проговорить, вылетая из изолятора.

На ходу бросил демону: «В баню ее!» И помчался в свои покои.

***

Что она тут делает?

Лана стояла посреди зала духов и озиралась по сторонам. Мимо нее бесшумно скользили прозрачные тени, задевая ее или огибая. Но она ничего не слышала, как и не испытывала.

Точно знала, что это не может происходить на самом деле, потому что даже примерно не помнила, как пришла сюда. Да и воспоминания о ночном визите в это страшное место были еще слишком свежи, чтобы отважиться на подобное снова, хоть и днем.

Значит, ей снится сон? Пугающе реалистичный, но все же сон. Настолько реалистичный, что ущипнув себя, Лана испытала боль.

А это, значит, и есть те тени, что ночью прячутся в своих нишах, переживая день сурка, а днем «гуляют», если существование в замкнутом пространстве можно так назвать.

Отчего-то стало грустно наблюдать за всеми этими неясными сгустками. И в который раз Лана подумала, она-то что тут делает? И надо бы уже убираться отсюда, пусть и во сне, пока тоска не завладела душой.

Постепенно глаза ее принялись останавливаться на одном и том же духе, что не первый раз проплывал перед ней туда и обратно. Почему Лана выделила именно его? Да потому что траектория движения духа была очень короткой, и он все время оставался в поле ее зрения, пока и вовсе не замер перед ней.

Каково же было удивление, когда неясные сначала очертания стали обретать форму, постепенно прорисовывая человеческую фигуру. И что-то до боли знакомое в ней было, только вот что? Лица Лана не видела, его попросту не было, но то, как призрак «стоял», кого-то ей напоминало.

– Доченька… – прошелестел в тишине зала едва уловимый шепот, а тело Ланы мгновенно покрылось мурашками и даже волосы на голове, кажется, зашевелились от ужаса. – Не бойся…

– Мама? – губы дрогнули, но голоса своего Лана не расслышала. Тот словно пропал.

Кто еще мог назвать ее доченькой? Только мама! И теперь она поняла, кого именно напоминают ей очертания и поза призрака. Так любила стоять мама – скрестив ноги и чуть наклонив голову. Но, боже! Как же страшно! Ведь мама умерла. Неужели?..

Страшное предположение прострелило мозг, и Лана даже попятилась, повторяя как заведенная:

– Нет-нет-нет…

Она отказывалась в это верить. Мама была одним из самых порядочных людей, которых Лана знала в своей жизни. И жить старалась по совести. Так за что же ее так жестоко наказали?

– Доча… постой… у меня мало времени… я должна сказать тебе что-то важное… – шелестел голос призрака, и Лане приходилось напрягать слух, чтобы уловить смысл слов.

Она заставила себя остановиться, напоминая, что это всего лишь сон, и мамы тут нет и быть не может. А потом все же спросила:

– Почему ты здесь?

– Искала тебя…

– Так ты не обитаешь здесь, среди?.. – обвела она взглядом огромный зал, наполненный призраками.

– Нет. Я свободна…

Словно камень с души свалился и даже дышать стало легче. От испытанного облегчения тело покрылось испариной.

– Дай отцу начать новую жизнь. Тебя он не вспомнит… И не суди его… Не приходи к нему! – вдруг громче произнес призрак матери.

– Да я и не смогу, – пробормотала Лана.

– Сможешь и очень скоро. Не приходи…

Только и смогла, что кивнуть, голос снова резко пропал. На этот раз от мысли, что демон может отпустить ее. Сама не поняла, что испытала при этом. Разве что неверие.

– Будь осторожна на земле. Тебе грозит опасность…

Неожиданно поднялся сильный ветер. Откуда он только тут взялся. И тут же Лана закричала, преодолевая сопротивление, как это обычно случается во сне:

– Мама! Вернись!..

А ту уже закручивало в огромную воронку, что образовалась прямо в полу.

– Демон… Он поможет… Верь ему…

– Причем тут демон?! Мама! Мама!..

И слезы полились градом, ведь в тот момент Лана отчетливо поняла, что пусть и в таком виде, но общалась с мамой в последний раз.

У нее начиналась истерика и не известно, чем бы она закончилась, если бы крепкие руки демона не вырвали ее из сна и не прижали к своей горячей груди.

– Тихо. Все прошло, – положил он ей руку на затылок и погладил, пробуждая окончательно. – Зал духов не место для такой как ты.

– Знаю, – проговорила Лана и поглубже зарылась лицом в полы его черного плаща, пока не докопалась до горячей обнаженной кожи груди под ним.

– Откуда? – глухо прозвучал его голос.

– Я уже была там однажды, ночью.

– И скрыла от меня, – усмехнулся он. – Кто же открыл тебе туда дверь?

– Она не была заперта, – шелохнулась Лана в его объятьях.

– Майя… – задумчиво отозвался демон.

Неужели? Так и ее ночную встречу с духами тоже подстроила чертиха? Но зачем тогда она же спасла ее? Лана понимала все меньше.

– Давай договоримся, – оторвал ее Роан от себя и обхватил лицо руками, заглядывая в глаза. – Отныне ты мне будешь рассказывать все, о каждом своем шаге.

– Докладывать?

– Рассказывать, малыш, делиться. Чувствуешь разницу? – вдруг улыбнулся он и поцеловал ее в кончик носа. – И начнем мы прямо сейчас. Ты расскажешь мне об Арне, – снова стал серьезным демон.

Собственно, ничего скрывать на этот раз Лана и не планировала, как и выгораживать друга демона. Ее до сих пор потряхивало, стоило вспомнить, как вел себя Арн. Только мотивов его она не понимала. Зачем ему портить отношения с другом? А в том, что это неизбежно, узнай Роан обо всем, она не сомневалась.

Как бы там ни было, Лана все выложила демону как на духу. Кратко, торопясь, но ничего не пропуская.

Слушал ее Роан молча, только желваки периодически ходили, да кадык дергался. А в глазах разгоралось пламя. И смотрел он почему-то на ленту памяти, что сейчас приглушенно мерцала розоватым светом. Смотрелось красиво в сгущающихся сумерках.

– Она его укусила? – первое, что спросил демон, прикоснувшись к тому месту на руке, где была набита лента.

– Он так сказал, – пожала плечами Лана, радуясь, что демон внешне остается спокоен, что не рвет и мечет прямо здесь. Очень не хотелось вновь становиться свидетельницей его ярости. – А Влада не тронула.

На это он вообще предпочел не обратить внимания, впадая в задумчивость.

Все время, пока думал, демон не переставал ласкать ее спину, затылок, зарываясь рукой в волосы, пропуская те сквозь пальцы.

– А сейчас она что говорит? – вновь прикоснулся к ленте, но больше для того, чтобы погладить руку Ланы, как она догадалась.

И выражение глаз демона изменилось. Теперь в них бушевало пламя не ярости, а страсти. И Лана чувствовала, как в ней мгновенно разгорается ответное желание.

Рука демона прикоснулась к босым ступням Ланы, и он принялся перебирать пальцы. Испытав легкую щекотку, Лана поняла, что возбуждается от его такого простого но очень ласкового прикосновения. Но еще сильнее ее возбуждал его прожигающий взгляд.

– Все твои обидчики будут наказаны, обещаю, – тихо проговорил он и склонился над ее ногами.

Когда губы демона обожгли пальцы ног и принялись покрывать ступни поцелуями, Лана задрожала всем телом, отказываясь верить в происходящее. Демон лобзает ей ноги?! Да быть такого не может!

– Ради тебя я распустил свой гарем, – пробормотал он, плавно смещаясь верх, следуя за ладонями, что скользили по ногам, обжигая кожу и лишая воли.

– Я не просила тебя об этом, – хрипло проговорила Лана, плавясь под его губами и руками, чувствуя, как все сложнее получается сохранять ясность мыслей.

– Не просила, – оторвался он от нее и посмотрел в глаза, – я сам так захотел. Кроме того, они посмели идти против меня, – вновь склонился над ее ногами, перебираясь уже за коленки, руками проникая под подол сарафана.

Голова Ланы шла кругом, и сопротивляться демону, его страсти и настойчивости, не было ни сил, ни желания.

Он сегодня казался Лане каким-то странным. С ним вообще в последнее время произошли перемены, и она перестала его узнавать. Иногда ей даже казалось, что боится его больше чем раньше. Страшило именно то непонятное, что поселилось в нем в отношении ее. Но когда он прикасался к ней, она забывала обо всем на свете.

Вот и сейчас Лана сразу же забыла, что о многом хотела поговорить с Роаном. О ведьме, чертихе… даже о его гареме. Все разговоры подождут! Ведь ей так хочется вновь ощутить мгновения близости с ним, полного слияния, когда они словно на время становятся чем-то единым и неделимым.

Руки Ланы взметнулись вверх, и она погрузила пальцы в немного жестковатые, но удивительно шелковистые волосы демона. И тут же он подхватил ее на руки и переместил на край кровати. Сердце зашлось от волнения – Лана уже знала, что за этим последует.

Роан только и успел раздеться, когда тело его начало меняться. Сначала багроветь, а потом стремительно темнеть. Увеличиваться в размерах и приобретать все те признаки, что не свойственны людям. И Лана уже не боялась видеть демона с рогами и раздвоенным языком, с огненными сполохами под кожей и бугрящимися мышцами. А когда на миг за его спиной распахнулись крылья, она поймала себя на том, что любуется ими – как же ей нравились его крылья, которые дарили столько свободы!

– Я хочу тебя так, что едва сдерживаюсь, – пророкотал он низким голосом, задирая сарафан и сгибая ноги Ланы в коленях. – Но сначала хочу уровнять нашу страсть, – развел он широко ее ноги.

Лана бы могла ему ответить, что уже и сама сгорает от этой самой страсти, но не успела – язык демона проник в ее лоно, и то отозвалось настолько бурно, что остатки разумных мыслей вылетели из головы.

Как оказалась полностью обнаженной и накрытой горячим телом демона, Лана толком и не сообразила. Все ее желания были сосредоточены сейчас том месте, куда медленно проникал Роан, пока не заполнил ее собой полностью. А еще через несколько секунд Лана испытала оргазм такой силы, что невольно слезы брызнули из глаз. Пришлось демону прервать танец страсти и успокаивать ее, высушивать поцелуями глаза и щеки. И лишь потом он достиг долгожданного пика.

Никогда раньше плотские отношения не дарили Лане столь полного удовлетворения. Демон точно знал, как и что нужно делать, чтобы довести ее до точки кипения, а потом подарить мучительно-сладкую разрядку.

В тот момент, когда Роан шумно кончил и упал на нее в попытке справиться с судорожным дыханием, Лана поняла, что ни с кем больше у не будет такого великолепного секса. Никто кроме него больше просто не сможет так чувствовать ее. И это открытие показалось ей скорее печальным, нежели радостным.

Вопреки ожиданиям, Роан не покинул ее сразу же после близости. Лишь перекатился на спину и прижал Лану к себе, заключив в кольцо рук.

– Никогда бы не подумал, что смогу так желать человечку, – задумчиво проговорил.

– Неужели на фоне демониц я выгляжу такой страшной? – невольно оскорбилась Лана.

Она отлично помнила, какое впечатление произвела на него с первого взгляда. И до сих пор удивлялась, что вскоре он стал находить ее привлекательной и желанной. Но и сама она не могла сравнить себя с фигуристыми демоницами, где каждая часть тела смотрелась как работа искусного скульптора. Так в чем же секрет?

– Ты не страшная, – пошевелился демон и навис над ней, вглядываясь в глаза. – Ты необычная, не похожая на всех. Аида сказала, что в тебе я буду черпать свет. Так ли это на самом деле, не знаю. Но я чувствую, как все сильнее привязываюсь к тебе…

Губы демона накрыли ее губы, и теперь уже Лана отдалась во власть жгучего поцелуя. Ей нравилась обжигающая энергия демона, которая словно перетекала в нее с каждым глотком воздуха, наполняла ее и начинала бурлить внутри. Он целовал совсем не нежно, а где-то даже требовательно. Но подчинялась в этом процессе Лана с удовольствием, разрешала Роану устанавливать свои правила.

– И ты никогда меня не отпустишь? – прошептала она ему в губы, когда поцелуй прервался.

– А ты так этого хочешь?

На этот вопрос у нее не было ответа. Еще совсем недавно она не раздумывая бы ответила положительно. Но с каждым разом, с каждой новой близостью с демоном, Лана все отчетливее понимала, что в будущем ей этого будет сильно не хватать. Она не надеялась обрести свободу и даже старалась думать об этом поменьше. Но вспоминались слова матери из сна. О чем тогда она говорила?

Последний вопрос демона Лана оставила без ответа. Но ведь и он не счел нужным отвечать. Когда-нибудь она снова спросит его об этом, но не сегодня.

– Что будет с Майей?

Она уже интересовалась этим, но Роан не удовлетворил ее любопытство в первый раз. Он словно не хотел понимать, насколько это для нее важно.

– Завтра ее отправят в безвременье и придадут забвению. Ей светит вечная жизнь в полной изоляции и одиночестве. Лишь злобные церберы, что будут приставлены охранять ее, составят ей компанию.

Голос демона звучал равнодушно, словно он и думать забыл о чертихе, что служила ему правдой и верой. А еще любила его.

– Это слишком жестоко, – прошептала Лана. – Нельзя ли смягчить наказание?

– Когда ты уже поймешь, что каждый должен получать по заслугам? – усмехнулся демон. – Майя заслужила смерть, а я ей дарую вечную жизнь. В тебе слишком много сострадания, которое частенько причиняет вред. Избавляйся от этого, если хочешь выжить тут. Ведь не всегда я буду рядом, чтобы защитить тебя. И больше не спрашивай про Майю. Я принял решение, от которого не собираюсь отступать.

Не спрашивай об этом, не делай того… Да, положение Ланы в замке демона изменилось до неузнаваемости. Но она продолжала оставаться бесправной. И каково станет это положение, когда демон охладеет к ней?

Глава 14

Могла ли Лана раньше предполагать, что за короткий промежуток времени ее жизнь изменится несколько раз, да еще и самым коренным образом? Нет, конечно! Да она просто не думала об этом в пору своей беспечности.

Когда с родителями случилось несчастье, и мамы не стало в ее жизни, Лана решила, что это конец всему, что на нее свалилось непомерное горе, вынести которое сил не хватит. Но постепенно, незаметно ей становилось легче, да и заботы об отце отвлекали от собственного горя.

Потом она допустила ошибку, ставшую роковой. Отправилась к гадалке и разменяла собственную жизнь, став жертвой чужого коварства. Зато, отец ее смог жить дальше. И наверное, это можно было бы считать плюсом. Если бы Лану не убивала медленно мысль, что ее в жизни отца больше не существует, что у самого него начинается новая жизнь. Кроме того, избавлением от верной гибели стала невольничья личина. Она стала пленницей страшного демона.

Отношение к ней самого демона менялось хоть и быстро, но поступательно. И результаты превзошли ожидания Ланы. Демон, конечно, не стал есть из ее рук (да она и не стремилась к такому), но терпимость его порой поражала. А еще Лана с удивлением поняла, что сама испытывает к нему теплоту, что ей приятно находиться в его обществе, и что им есть о чем поговорить, когда не занимаются сексом.

Сексуальная сторона жизни стала для нее тем, от чего замирает сердце, стоит только подумать или вспомнить подробности последней близости. Каждой совместной ночи Лана ждала с трепетом и нетерпением. Вновь и вновь она желала взбираться на вершину страсти, ласкаемая Роаном, чтобы потом кидаться с головой в пропасть наслаждения.

Но демон продолжал оставаться для нее загадкой. Кроме того, с тех пор как Лана переместилась в его покои, он все чаще не ночевал дома, а порой и на несколько дней пропадал без объяснения причин. Духовной близости между ними не было, несмотря на все крепнущую половую привязанность.

Положение Ланы в замке демона тоже резко изменилось. Из невольницы она превратилась в госпожу, по крайней мере, именно так она себя ощущала. Исчез страх перед низшими демонами. Теперь уже эти молчаливые и угрюмые создания не казались ей опасными. Возможно, так происходило потому, что они старались предугадывать малейшее ее желание. Порой даже становились навязчивыми, когда дело касалось ее комфорта в замке.

Вокруг демона, с которым она практически каждую ночь делила ложе, но не жизнь, не осталось ни единой демоницы. Его влечение замкнулось на ней, и Лана могла не бояться, что Роан посмотрит еще на кого-то. Ну не в замке точно.

С каждым днем она все лучше узнавала тех, кто служил демону. А таких в замке насчитывалось немало. С некоторыми так и вовсе сдружилась. Как с Магдой, например, или даже с грозной Ксандрой, которая на деле оказалась не такой уж и грозной. Единственная вещь, что могла вывести повариху-горгулью из себя, был плохой аппетит Ланы, но и то всеобщая гроза усиленно себя сдерживала в такие моменты.

После того, как Лана рассказала Роану о поведении его друга, сама она постаралась выкинуть из головы произошедшее в замке Арна, но случилось кое-что серьезное, что едва не закончилось настоящей трагедией. На этом моменте следует остановиться чуть подробнее.

На утро следующего дня Роан повел Лану знакомиться с той рябой ведьмой, которую она невольно спасла от смерти, подчиняясь неясному и сиюминутному порыву. По словам демона та находилась в изоляторе, где ее должны были привести в порядок, облагородить, если такое возможно.

– Не понимаю, зачем она тебе. Дикая, необъезженная кобыла, которая проклятьями сыплет направо и налево, – высказал свое мнение Роан, но все же, продолжил путь по замку.

Лана и сама не знала, что будет делать с ведьмой, но предпочла не отвечать на вопрос, а молча следовать за демоном.

Вот уж не ожидала, что лазарет в этом мрачном месте окажется белым до стерильности и с характерным для такого места запахом медикаментов. Правда, никаких шкафчиков с лекарствами и кушеток со столиками в небольшой комнате не было. Посередине стоял высокий крутящийся табурет, на котором восседала какая-то девушка. Каково же было удивление Ланы, когда в чистенькой, с гладко-зачесанными соломенными волосами и ясными голубыми глазами головке девушки она узнала ту самую ведьму. Да и то, только веснушки на это и намекали. В остальном рябая преобразилась кардинально.

– Магда настоящая кудесница, – проговорил демон, тоже разглядывая ведьму. – Кто бы мог подумать, что эту замухрышку можно так отскоблить.

– Сам козел, проклятый демон! – сплюнула в их сторону ведьма, и вот тут Лана убедилась, что это точно она.

Ни наглаженный синенький халатик, что сидел на ней довольно неплохо и подчеркивал пикантность фигурки, ни прическа не в состоянии были скрыть вульгарность, что сквозила в каждом взгляде и слове ведьмы.

– Напомнить наш последний разговор? – прищурился демон.

Сразу же ведьма заметно сникла и перестала крутиться на стуле.

– Да иди ты!.. – буркнула и замолчала.

– Оставляю вас одних, – повернулся Роан к Лане. – Не волнуйся, ничего она тебе не сделает. Ну и ты сама этого хотела.

А Лана почему-то и не сомневалась, что ведьма не причинит ей вреда. Только вот о чем с той говорить, не знала. А потому как только демон скрылся за дверью лазарета, спросила:

– Как тебя зовут?

– Ведьмы Стешкой кличут, а что?!

– Стеша… – повторила Лана. – Ласковое имя.

Совершенно не подходит этой ершистой особе. И сколько же ей лет? На вид не больше восемнадцати.

– Вообще-то, двадцать пять недавно стукнуло, – подбоченилась ведьма. – Постарше тебя буду!

– Совсем чуть-чуть, – рассмеялась Лана. – На два года.

– И сотню лет опыта, – кивнула Стеша.

– Пойдем отсюда, а то лекарствами так воняет, – скривилась Лана.

– И куда же? Где ты меня поселишь? В сарае со свиньями? Это в такой-то красивой одежде! – любовно оглядела она свой халатик.

– С какими еще свиньями? – звонко рассмеялась Лана. – Тут не держат свиней. А жить ты будешь в хоть и маленькой, но очень симпатичной комнатке, неподалеку от меня.

Перед тем как вести ее к ведьме, Роан показал ей комнату, что примыкала к его покоям, и разрешил поселить там дикарку.

– Надо больно! – фыркнула ведьма, но видно было, что сразу успокоилась. А до этого, значит, волновалась за собственное будущее.

В общем, разместила Лана Стешу с комфортом, обласкала всячески, пока словами и решила не надоедать ей в первый же день знакомства. Только вот вечером им снова пришлось встретиться. И если бы не Стеша, не известно еще, увидела бы она Роана еще когда-нибудь живым.

Вторая половина дня прошла в томном безделье и обжорстве. Ксандра приготовила специально для «человеческой худышки», как выражалась сама горгулья, столько всяческих деликатесов, что у Ланы уже не в первый раз мелькнула мысль, что скоро из худышки она превратиться в толстушку.

Потом она лежала в комнате, гуляла по замку, снова лежала в комнате… Периодически подходила к двери Стеши и прислушивалась, но внутрь не заходила. Пусть ведьма побудет одна, подумает о своей жизни, ну и о поведении заодно. Пообщаться они еще успеют.

На самом деле Лана скучала и с нетерпением ожидала вечера. Пусть и медленно, но тот наступил. Только вот Роан все не возвращался.

По мере сгущения сумерек и наступления ночи Лана поняла, что демон и сегодня проведет ночь вне замка. Правда еще обещалась нанести визит Сона, но когда среди ночи ждать гарпию Лана понятия не имела. А потому и решила укладываться спать, чтоб не томиться и дальше, не думать о том, что не доставляло удовольствия, а лишь вносило сумбур в душу и мысли.

Не успела она смежить веки, как раздался какой-то шум, словно что-то упало в соседней со спальней комнате.

Лана встала, накинула пеньюар и прокралась к двери. Прислушалась и разобрала звуки возни. Роан? Но почему не входит? Да и обычно демон появляется бесшумно.

Робея, хоть и знала точно, что в этом замке ей нечего опасаться, Лана приоткрыла дверь, но тут же распахнула ту и бросилась вперед. Ноги сами несли ее на середину комнаты, где столпились низшие демоны, что-то или кого-то разглядывая, находящееся на полу.

Стоило только Лане приблизиться, как демоны расступились, и страшная картина явилась глазам. Никогда еще она не видела своего демона таким бледным, и на теле его не осталось живого места. Из всех рваных ран сочилась огненная кровь. А сердце Ланы уже билось где-то в районе горла, перекрывая дыхание, застилая глаза влажной поволокой.

– Прости, девушка, но он уже не жилец, – раздался голос одного из демонов, но Лана даже не заметила какого. Ее взгляд был прикован к Роану, а в голове билось единственное слово: «Нет!» Нет! Он не может умереть! Только не сейчас, когда так нужен ей, когда она настолько привязалась к нему!

Ноги стали вдруг ватными и подкосились, Лана упала на колени, но не могла заставить себя коснуться тела демона. А его глаза оставались закрытыми, лишь грудь тяжело и часто вздымалась, да периодически из нее вырывались страшные хрипы.

– Что с ним? – дрожащим голосом спросила Лана. Она все еще не могла заставить руки подняться. Те словно налились свинцом или вдруг стали не ее. – Почему он такой?

– Битва была не на жизнь, а на смерть. Противник хозяина, скорее всего, уже мертв, – ответил ей один из демонов, на которого она вновь не смогла заставить себя посмотреть.

Лане казалось, что очень важно вглядываться в смертельно бледное лицо демона. Что стоит ей только отвести взгляд, как дыхание перестанет срываться с его губ. И как же ей хотелось поделиться с ним жизнью! Но разве она может? И как жить ей, если его не станет?

Слезы переполнили глаза и принялись скатываться по щекам. Лана их не замечала, как и того, что круг из демонов стал шире, а внутри него появилась еще одна фигура. Звуки перестали существовать для нее. Их место заняли хрипы, что становились все чаще и тише.

– А демон-то сейчас сдохнет, – проник в замутненное стрессом сознание насмешливый голос.

Очень медленно Лана повернула голову и не сразу сообразила, кто же стоит рядом. Стеша взирала на них сверху вниз и открыто ликовала.

– И по делам ему! Будет знать, как мнить себя выше и сильнее всех. Не такой уж он и всемогущий, как выяснилось…

– Заткнись! – перебила нахалку Лана, чувствуя как душу переполняет злоба. – Он спас тебя от верной смерти, а ты плюешься ядом у его смертного одра. Убирайся отсюда, дура неблагодарная!

Она отвернулась. Не было сил больше смотреть на эту наглую рябую рожу.

– Не он меня спас, а ты. И сама дура, – обиженно протянула ведьма, но даже не шелохнулась. – И если уж кому я и должна, то только тебе.

– Мне ничего от тебя не нужно!

– И даже он тебе не нужен? – вкрадчиво поинтересовалась ведьма.

Снова Лана посмотрела на нее. Стеша сбросила личину презрительности и сейчас выглядела не по возрасту серьезной и сосредоточенной.

– Что ты хочешь сказать?

– Что готова вернуть тебе должок – спасти эту подлюгу от смерти.

Ответить Лана не успела – тело демона конвульсивно дернулось, и от него во все стороны все сильнее принялось разгораться пламя.

– Начинается агония.

Эти слова одного из низших демонов заставили подскочить Лану и схватить ведьму за грудки. Сейчас она и сама плохо понимала, что говорит и делает.

– Спаси его, иначе я прикажу убить тебя! – прорычала она в лицо ведьмы, что та аж отшатнулась.

– Ладно-ладно, ненормальная, – оттолкнула ее Стеша и гаркнула на демонов. – Вон все отсюда.

Лана окинула их взглядом, мысленно моля подчиниться сразу же. Ведь каждая секунда сейчас была на счету.

Демоны подчинились и покинули комнату. Ведьма же приблизилась к Роану и простерла над ним руки.

В тишине огромной комнаты зазвучал голос ведьмы, в котором Лана никак не могла уловить знакомые нотки. Устами Стеши словно говорил кто-то другой, и голос шел откуда-то изнутри, как из могилы – почему-то именно такие ассоциации возникли в голове Ланы. И несмотря на то, что не понимала ни слова, она старалась все их слушать и впитывать в себя.

Утробный голос звучал все громче, пока не принялся вибрировать где-то под потолком, резонирую прямо в уши, рождая в голове звон. Но и об этом Лана вскоре позабыла, когда заметила, как демонический огонь поменял направление и принялся стекаться обратно в Роана. Жуткие раны на его теле затягивались на глазах. Только вот лицо продолжало оставаться все таким же бледным и без признаков жизни.

Когда на теле демона не осталось ни единой раны, а из груди его перестали вырываться хрипы, ведьма замолчала, с видимыми усилиями доплелась до дивана и буквально рухнула на него.

– Сильна старуха была, еле вырвала этого… из ее когтистых лап, – откинулась она на спинку дивана и в изнеможении закрыла глаза. – Будет жить твой демон.

– Спасибо тебе! – горячо прошептала Лана, хоть пока еще и не могла поверить в происходящее.

– Спасибо? – насмешливо отозвалась Стеша, не открывая глаз. – Вот тебе бог, а вот порог… Нет тут бога, поняла? – зло зыркнула на Лану и добавила: – И я не божья тварь, как и этот недоумок, что только и может что плеваться огнем и размахивать кулаками. Но благодарность твоя принимается, – усмехнулась.

– Почему он не приходит в себя?

– Ну ты даешь! – возмутилась ведьма и даже перестала выглядеть изможденной. Вот уж правда, что злость придает нам сил. – В таком состоянии он пробудет не меньше недели, пока уровень демонической энергии не достигнет нужной отметки. Так что, привыкай пока видеть эту тряпку.

Лана распорядилась перенести Роана в спальню и сама устроила его на кровати. Служащий предложил ей поместить его в изолятор до полного восстановления, но она отказалась. Почему-то ей было важно именно видеть демона рядом с собой, прислушиваться к его дыханию и наблюдать, как жизнь медленно и с неохотой возвращается к нему.

Той же ночью от Соны Лана узнала, что бился Роан с Арном. Не трудно было догадаться, что послужило причиной смертельного поединка. И как Лана ни сопротивлялась самой себе, о судьбе противника Роана не могла не поинтересоваться. На что Сона ответила, что если не сдохнет, то жить будет. Но развивать эту тему по обоюдному молчаливому согласию не захотела ни одна из них. Лана так и вовсе не могла избавиться от мысли, что пострадал Арн заслуженно. Но смерти ему она, конечно же, не желала.

***

Жизнь в замке текла спокойно и размеренно. Ничего не менялось, за исключением того, что сам хозяин вроде как и присутствовал в жизни остальных обитателей замка, но при этом его словно и не было.

Постепенно Лана привыкла засыпать рядом с неподвижным телом демона. Она ложилась в постель, прижималась к его боку, обхватывала рукой и засыпала.

Сона объяснила, что процесс накапливания демонической энергии, которую Роан всю израсходовал во время битвы, длительный и мучительный для демона. Что морок его собирает эту энергию по крупицам и возвращает в беспомощное тело. При этом демон испытывает жуткую боль, хоть и все его жизненные функции отключены.

– Следи за температурой его тела, – напутствовала гарпия. – Как только поймешь, что она почти в норме, значит, жди своего демона обратно. И не волнуйся ты так – эти твари очень живучи.

Про Арна разговоров больше не заходило. Пару раз Лана порывалась спросить, выжил ли демон, но каждый раз обрывала себя мысленно. Не стоит он того, чтобы им интересоваться. И как бы жестоко это ни звучала, но в глубине ее сознания даже порой мелькала мысль, что, возможно, для нее лучше, если его больше нет. Сама Сона и не вспоминала об Арне.

Каждую ночь гарпия приходила к Лане, чтобы давать ей уроки самообороны. В первую же ночь, ту самую, когда принесли умирающего Роана, Сона проявила себя во всей красе.

– Или ты такая бестолковая, или из меня учитель никудышный! – разозлилась гарпия и выпустила зловонное облако.

Она пыталась научить Лану ставить мысленный блок от приближающейся опасности, когда источник этой опасности находится рядом.

– Не получается у меня, – совсем сникла Лана. – Вижу эту стену, но возвести не могу.

– Да что тут сложного?! Вот же она – растет как на дрожжах, – показала Сона свою стену, что возвела мгновенно. – Пробуй! – гаркнула так, что в ушах зазвенело.

Лана сосредоточилась, наверное, в сотый раз. Представила себе несокрушимую стену, почему-то из красного кирпича, покрытую демоническим пламенем. Пламя, наверное, придумала для пущей надежности.

Представить представила, но возвести не получилось, хоть она аж взмокла вся от напряжения.

– Ты совсем тупая, что ли! – взревела гарпия и моментально превратилась в зверя. Во все стороны от нее принялся расползаться вонючий туман. – Представила – возвела!.. – громыхала Сона, возводя стену раз за разом. – Делай, пока не получится, иначе я тебя растерзаю!

– Э-э… притормози-ка на оборотах, страхолюдина! – появилось в зале состязаний третье лицо. До этого они с Соной в нем находились одни. – Не слишком ли много ты хочешь от человека?

Стеша приблизилась к ним плавной походкой. Ведьма переоделась и в шортиках с топиком выглядела даже очаровательно и соблазнительно. Было в ней что-то неуловимо притягательное, при том что внешность ее нельзя было назвать красивой. Но ясные голубые глаза сейчас таинственно мерцали, а кудрявые волосы, рассыпанные по спине и плечам, отливали золотом. И веснушки не так бросались в глаза, как днем.

– Это же простейшее задание! Даже тупой ежик с ним справился бы в два счета, а она!.. – махнула рукой гарпия, впрочем, облик нормальный вернула себе сразу же.

– У ежика, как ты говоришь, сильно развиты инстинкты, потому что он хоть и маленький, но тоже зверь. А она человек. Ею владеет разум. Для начала ты должна научить ее отключать разум на время, отдаваться во власть инстинктам. Вся ваша магия построена на инстинктах! – презрительно закончила ведьма.

– А ваша? На высоких материях, можно подумать! – хохотнула Сона.

– Наша магия соткана из тьмы властелина. Именно из нее мы черпаем силы колдовать. Не сравнивай нас никогда!

– Не больно-то и хотелось! – фыркнула гарпия.

Лана же с интересом наблюдала за этими двумя, такими разными, но удивительно сильными. Их сила ощущалась даже на расстоянии.

– И ты знаешь, как научить ее? – ехидно поинтересовалась Сона.

– Не знаю, но предполагаю, – уверенно отозвалась Стеша. – Закрой глаза, – повернулась к Лане.

Подчинилась сразу же. Спать хотелось невыносимо. Первая тренировка с гарпией оказалась выматывающей. Еще бы разрешили присесть, и можно с чистой совестью уснуть, сделав вид, что учишься магии.

– Представь себя птицей, – поступила новая команда. – Позволь сознанию взмыть ввысь, унестись как можно дальше от тела.

Лана честно пыталась следовать наставлениям ведьмы. А в том состоянии, в каком она сейчас находилась, сделать это оказалось достаточно просто. Голова моментально закружилась, а сама она словно взлетела.

– Умница! – похвалила Стеша. Откуда только поняла, что получилось? – А теперь ищи в небе птицу и разреши сознанию зайти в тело этой пернатой.

И это оказалось просто. Откуда-то сразу появилась даже не одна, а косяк птиц, среди которых она выбрала самую упитанную.

– Вот видишь, как все просто! Ну а теперь строй свою стену.

– Прямо в воздухе? – изумилась Лана.

– Ну а где же еще? Там и строй. Ты же птица.

Ну представлять себе стену Лана научилась мастерски, и уже через секунду та выросла прямо перед косяком. Надо же!

– А теперь лети быстрее, пока не достигнешь цели! – прокричала Стеша, и косяк рванул прямо на стену, объятую огнем.

Дальше началось светопреставление. Птицы бились о стену и падали камнем вниз. У многих при этом загорались крылья. Лана старалась притормозить, но ничего не получалось. Очень скоро и она шарахнулась о свою же стену и… открыла глаза.

Лоб болел просто чертовски. Прикоснувшись к нему, Лана обнаружила стремительно увеличивающуюся шишку.

– Ну вот. Я же говорила, что главное отбросить мысли и подчиниться инстинктам, – довольно потирала руки Стеша.

– Если она каждый раз будет биться о собственную стену, то очень скоро лишится разума и без защиты, – протянула Сона. – Но цель достигнута, и ты молодец! – похвалила гарпия вмиг зардевшуюся ведьму.

– А я каждый раз так буду биться? – все еще прижимала Лана руку к горящему лбу.

– А тут все зависит от тебя, дурочка, – снисходительно отозвалась Стеша. – Зачем представила косяк птиц? Одной мало что ли было? А потом уже сработал стадный инстинкт.

Вот так прошел ее первый урок по практической магии. Как ни странно, но дальше все пошло гораздо легче. В последующие ночи Сона научила ее скрывать свои мысли; понижать температуру тела, чтобы проходить спокойно через демонический огонь; различать морок, который раньше для нее оставался невидимым, а сейчас представлялся в виде полупрозрачного сгустка.

Сона много рассказывала о демонической природе, и постепенно Лана стала лучше понимать Роана. Так она узнала, что ничто светлое и доброе демонам не свойственно от природы. Они не умеют любить или привязываться к кому-либо. Им не свойственна жалось и сострадание. Демона очень легко вывести из себя, а еще возбудить. Более похотливых существ не сыскать во всем подземном царстве. И на первом месте у них стоит секс.

Лана не могла сказать, что все эти открытия доставляли ей радость. Но теперь она понимала, что ничего человеческого не стоит ждать от демона. И пусть от подобных мыслей становилось грустно, но она была честна с самой собой.

Почти на всех ее занятиях присутствовала Стеша. Они с Соной, кстати, почти сдружились. И вдвоем у них лучше получалось обучать ее магии. Только вот гадать ей Стеша почему-то отказывалась. И причин при этом не объясняла.

В эту ночь она вымоталась сильнее обычного. Гарпия с ведьмой помимо укрепления магического духа в ней занялись еще и физической подготовкой. И два часа она потела в тренажерном зале. До бани уже еле доплелась, а после умелых рук Магды и вовсе добиралась до спальни едва ли не по-пластунски.

Укладываясь рядом с Роаном, машинально провела ладонями по его груди, проверяя температуру. И едва не лишилась сознания, когда ее рука попала в плен большой горячей демонической.

– Аккуратнее, девочка, – раздался голос Роана, такой, каким Лана его хорошо помнила, – низкий и с хрипотцой. – Каждое твое прикосновение заставляет бурлить мою вновь обретенную энергию.

– Роан! – выдохнула она, не веря, что слышит его, что это он навис над ней и склонился так низко.

На глаза сразу же запросились слезы радости. Да она и сама не ожидала, что так будет рада вновь видеть его живым и невредимым.

– Ты первый раз назвала меня по имени, – задумчиво произнес демон и провел пальцем по ее щеке, краешку губ и шее.

Палец Роана остановился, не доходя до выреза на ночной сорочке, и принялся выводить какие-то узоры на ключице.

Лана почувствовала, как нагрелась лента памяти, и приятное тепло от нее заструилось по всему телу. Скосив глаза, заметила, что лента снова светится розоватым. Так было всегда, когда между ней и демоном случалась близость. И как же она уже отвыкла от этого приятного свечения.

И живот ее стремительно наливался тяжестью. А между ног все увлажнялось и набухало.

Не в силах больше сдерживаться, испытывая жгучее желание прикоснуться к коже демона, а потом и прижаться к его губам, Лана вскинула руки и обняла его за шею.

– Мне нравится, как мое имя звучит в твоих устах, – склонился он еще ниже над ее лицом, щекоча отросшими волосами, касаясь ее губ своими.

Но в губы так и не поцеловал, а принялся покрывать поцелуями все же увлажнившиеся глаза, щеки, лоб, подбородок… старательно обходя губы.

В какой-то момент Лана не выдержала и поймала его губы своими. Язык ее первый ворвался в рот демона, и настолько полное блаженство затопило душу! Как же ей не хватало его поцелуев! Долгую неделю, одинокими ночами, лежа рядом с ним и касаясь его груди, обнимая его, она мечтала, что вот сейчас он склонится над ней и поцелует. Сделает это так, как только он умеет. Станет сладко жалить своим горячим языком, ласкать, подчиняя ее язык… И вот сейчас она это получила, а ладонь Роана проскользила по ее груди, животу, прожигая тонкую ткань сорочки, а потом пробралась под нее, касаясь заветного треугольника.

Мощный разряд мучительного наслаждения пронзил тело Ланы, когда палец демона, пройдясь по скользящей по клитору, проник во влагалище. Она выгнулась навстречу ему, насаживаясь до основания. А губы все никак не могли насытиться его губами, как и напиться его дыханием она никак не могла. Вот оно – реальное, прерывистое, страстное, разгоряченное, а не едва уловимое, к которому нужно прислушиваться каждый раз, стоит проснуться ночью.

Роан перекатился на спину и уложил Лану поверх себя, не переставая целовать. Он с легкостью разорвал сорочку у нее на спине и откинул мешающий клочок ткани. И теперь Лана своим обнаженным телом прижималась к его такому же и очень горячему, плавилась каждой клеточкой.

Руки его ласкали ягодицы, не забывая о заветной щели и самой чувствительной точке. Он поглаживал пальцами анус, смачивая тот соками из влагалища. А потом медленно проник и туда, даря Лане двойную ласку, разжигая в ней и без того сильное, на грани терпения, желание.

– Я скучал по тебе все время, что был рядом и не мог прикоснуться, – оторвался Роан от ее губ, не переставая при этом ласкать руками. – Ты отличная сиделка, – губы его улыбнулись, в то время как глаза оставались огненно-серьезными. – И твой свет помог мне выжить. Именно на него слеталась моя энергия, гонимая мороком.

Лана слушала его очень внимательно, и ей нравилось то, что говорит демон, но гораздо сильнее сейчас ее занимали мысли, что она уже едва сдерживает себя, что чувствовать всю степень его возбуждения, прижиматься к нему бедрами и не ощущать в себе, не осталось больше сил.

От губ Роана Лана переместилась на грудь и одарила ту поцелуями. Руки ее тоже не бездействовали – гладили тело демона, наслаждаясь обжигающей гладкостью его кожи. Губы спустились ниже, и теперь уже подтянутый и твердый живот демона оказался в их власти, получая свою порцию поцелуев.

Восставший член демона попал в поле зрения Ланы и на какое-то время она зависла, разглядывая тот, понимая, что он совершенен. Возможно, чуть крупноват, но как же он неотразим. Силен и ненасытен. Рука сама потянулась и обхватила упругий ствол. Роан шевельнулась, и ладонь его скользнула в волосы Ланы, не надавливая, не принуждая. Она сама этого захотела и погрузила головку в рот. Приостановилась, привыкая к едва солоноватому вкусу и неповторимому запаху демонической страсти. А потом принялась ласкать член Роана губами, то погружая тот в рот чуть ли не целиком, то снова выпуская на волю, активно помогая себе руками.

Оральные ласки, теперь уже даримые ею Роану, нравились Лане. Было в них что-то запретное и развратное. Но демона она уже не стеснялась, позволяя ему все, а теперь вот и себе тоже.

– Остановись, малышка. Хочу достигнуть этого одновременно с тобой, – приподнял ее Роан и помог устроиться сверху.

Горячий член уперся во вход влагалища, и Лана принялась медленно впускать его в себя, чувствуя взаимную пульсацию и контраст температур. Впервые они делали это так – когда она сверху, когда руки демона гладят ее тело, ласкают грудь, терзают соски. А взгляд его с жадностью рассматривает ее, изучает реакцию на близость, впитывает ту в себя.

Лана уже не стеснялась своей худобы и более чем скромных форм. Она видела по глазам демона, что нравится ему. И чувствовала, насколько полное удовлетворение дарит ему своими порой не самыми умелыми и искушенными ласками.

Все получилось именно так, как он желал – вершины наслаждения они достигли вместе. Оргазм получился бурным и шумным. Лана упала на грудь демона и какое-то время пыталась справиться с собственным дыханием.

– Ты сегодня опять уйдешь? – спросила Лана, когда дыхание выровнялось, а сердце перестало выписывать пируэты.

Лана имела в виду ночь, эту ночь. Ведь раньше Роан практически всегда оставлял ее одну после близости. Засыпала она в одиночестве и просыпалась тоже. Порой даже казалось, что ничего между ними и не было, потому что днем, когда они встречались, Роан всегда вел себя очень ровно с ней, даже равнодушно.

– А как ты хочешь? – проговорил Роан ей в макушку, прижимая ладони к спине.

– Хочу, чтобы остался, – чуть слышно отозвалась Лана и припала губами к шее, в том месте, где трепетала жилка.

– Значит, останусь, – после непродолжительного раздумья отозвался демон.

Лана подумала, что, должно быть, такое решение далось ему не просто. Наверняка, после недельной спячки у него накопилось много дел. А он готов в угоду ей отложить эти дела на потом. И такая радость поднялась в душе от осознания, что вылилась та в горячем поцелуе. Слов не было – эмоции ее в тот момент были сильнее слов. А вот поцелуй очень скоро перерос в более откровенные ласки. И второй раз за одну ночь (впервые за ее пребывание в замке демона) они были близки. А потом уснули тоже вместе.

Засыпая, Лана подумала, что впервые в этом месте чувствует себя почти что счастливой.

Глава 15

– Рада видеть тебя в добром здравии, Ро! – Сона прижалась к демону, не скрывая радости. – Без тебя в этом замке пусто. Разве что малышка твоя нас развлекает.

– Нас? – изогнул Роан бровь.

Он тоже соскучился по гарпии и ее неугомонной энергии, которую та почему-то прятала в безвременьи. И у него был для нее сюрприз, которого, как догадывался, она очень ждала.

– Меня и Стешку – ведьму твоей Светланы, – улыбнулась гарпия. – Вот же неугомонная она!.. Даже не знаю, чем тебе грозит ее появление в замке. Но пока именно благодаря ей скучать не приходится.

Это известие пришлось Роану по душе. Все же, он до последнего сомневался, стоит ли сохранять ведьме жизнь. Но судя по всему, та нашла свое место в замке. Нужно еще будет расспросить Лану поподробнее.

– Знаешь, а твоя малышка уже далеко не так беспомощна как раньше. Мы ее здорово понатаскали в магии.

Время близилось к рассвету. Лана уже крепко спала, а демон с гарпией вели неспешную беседу в каминном зале.

Роан знал, что Сона каждую ночь появляется в его замке, да и Лана рассказывала ему все новости, пока он копил энергию до полного восстановления. Это было тяжелое время, и не только свет человеческой девушки помог ему не свихнуться, но и ее голос, который отвлекал от вечной боли, помогал с ней справиться.

– Завтра ты можешь отправиться на землю. Повелитель даровал тебе ночь.

Роан с интересом наблюдал за реакцией гарпии. Глаза Соны загорелись радостью от известия, но губы она напротив крепко сжала.

– Как щедро с его стороны, – ворчливо проговорила. – Но тебе, дорогой, я благодарна за хлопоты. Ночь на земле – это великолепно. Надеюсь использовать ее по полной.

– Сона, ты же понимаешь, что сама выбрала свою жизнь, – вздохнул Роан.

– Нет свободы в царстве, дорогой, – отозвалась гарпия. – И повелитель слишком тоталитарен. Нельзя запрещать быть самой собой, только потому что ему это не нравится.

– Таковы правила, – пожал плечами Роан. – А он тут повелевает над всеми.

Роан и сам бы не отказался так часто не скидывать личину демона, но если повелитель решил окружать себя исключительно красотой, то так тому и быть. В конце концов, главный падший ангел прекрасно понимает, что наступает момент, когда естество выходит наружу, как бы ты его не сдерживал. Порой над демонической энергией сами демоны не властны.

– Послушай, дорогой, – подалась Сона вперед, доверительно заглядывая своими удивительными глазами в глаза демона. – Отпусти свою малышку со мной. Пусть немного подышит знакомым воздухом, напитается силами. Она, конечно, сейчас заметно повеселела, по сравнению с той тенью, что бродила по замку раньше. И заслуга в том твоя, – лукаво добавила гарпия. – Но все же… ей нужно развеяться и хоть одну ночь провести вдали от тебя и твоих ненасытных ласк.

Первой реакцией Роана была отказать. Нечего делать Лане на земле, где ее не ждет никто. Но потом он задумался. Если позволит девушке отправиться с Соной, то заслужит еще большую ее симпатию. Он чувствовал, как сильно она переменилась в своем отношении к нему. Ей нравились их совместные ночи, она получала не меньшее удовольствие, нежели он. Она сгорала в ответной страсти и тянулась к нему. Но так же, Роан чувствовал ее недоверие. Как и он, она боялась впустить его в свое сердце, держала на расстоянии от своей души. Если отпустит, то сможет заслужить ее доверие.

– Хорошо, – кивнул Роан. – Но я сам сообщу ей об этом.

Они еще немного посидели и поговорили с гарпией, а потом она отправилась к себе, пообещав прийти завтра за Ланой перед полуночью.

Роан же направился туда, где сладко спала его пленница, которую сам он уже таковой не считал. Эта девушка незаметно вползла в его душу и занимала практически все его мысли. Даже в суде ему порой приходилось заставлять себя отвлекаться от мыслей о ней. И он не понимал пока, как ко всему этому относится. Порой злился на себя за излишнюю мягкосердечность, но даже тогда продолжал хотеть доставить ей как можно больше удовольствия.

Люди – они такие слабые и уязвимые. В самые коварные часы суток они крепко спят, не ведая, что рядом может находиться опасность, угрожающая жизни. Предрассветные часы тем и коварны, что не знаешь, что и с какой стороны может напасть на тебя. Но только не в замке, который по периметру защищает демонический морок. Даже муха, если бы она могла обитать в царстве, не пролетела бы сквозь эту надежную преграду.

Роан смотрел на спящую девушку и размышлял о том, что только тут она находится в полной безопасности. Что за пределами замка ей не выжить. И вряд ли она мечтала о такой жизни.

Что-то очень сильное вдруг словно сжало душу. На мгновение стало нечем дышать. Неконтролируемый порыв заставил демона склониться над лицом девушки и припасть к ее губам. Не остановило его даже то, что Лана крепко спала.

Она заворочалась во сне, отвечая на поцелуй и не отдавая в том себе отчета. Девичьи руки вспорхнули в воздух и обхватили шею Роана, притягивая к себе.

– Я люблю тебя, – пробормотала она, и Роан это отчетливо расслышал.

Он замер, не в силах шелохнуться, всматриваясь в ее лицо, в по-прежнему закрытые глаза.

Она произнесла это во сне. Кому адресовались ее слова? Вряд ли ему. И так тоскливо стало Роану в момент осознания простой истины. Она никогда не сможет полюбить его, потому что и он не способен на любовь. А такое сильное и чисто человеческое чувство может быть только взаимным. Любовь, у которой нет взаимности, превращается в муку и уже не может называться таковой.

Роан аккуратно снял с себя руки Ланы и укрыл ее одеялом. Он очень хотел остаться тут и встретить рассвет рядом с ней. Но какая-то непреодолимая сила вновь погнала его из спальни, в релаксационную комнату. Ему нужно было на нулевой уровень, чтобы прийти в себя и изгнать слабость. Слабостью он называл то, что испытывал к Лане. Названия этому чувству не было. Но оно не позволило бы ему обидеть ее. И любого другого обидчика он готов был покарать смертью без суда и следствия.

Уже находясь на нулевом уровне, Роан пришел к выводу, что в последнее время слишком много непонятного и запретного появилось в его жизни, такого, в чем он не может никому признаться. Никому, кроме Аиды. Завтра ночью, пока Лана будет с Соной на земле, он нанесет визит пророчице. Она втравила его во все это, ей и держать перед ним ответ!

***

– Вот что! Знаю я этих гарпий-авантюристок. Пустится сейчас во все тяжкие. Ты, Ланка, не поддавайся на ее уговоры и во всяких авантюрах не участвуй, – напутствовала Лану Стеша, пока собирала в путешествие на землю.

Когда утром пришел Роан и сообщил ей эту новость, Лана в первый момент настолько растерялась, что и поверить не смогла. А потом вспомнились слова духа матери. Не это ли та имела в виду?

Благодарность ее смешалась с волнением. С одной стороны ей хотелось задушить Роана в объятьях. С другой – она ни на чем не могла сосредоточиться, все мысли разлетались, а из рук все валилось. Роан правильно понял ее состояние и, сославшись на работу, покинул замок. К вечеру обещал вернуться и проводить ее. И вот уже близилась ночь, Стеша собирала ее в дальний путь, а сама Лана волновалась все сильнее.

Роан дожидался их в каминном зале, да и гарпия должна была появиться с минуты на минуту.

– Лишь бы ураган не нагнала. Говорят, так как Сона больше никто не свирепствует на земле. Другие гарпии подзарядятся как следует и дуют обратно в царство. Эта же любит масштабы…

– Ох, что-то мне уже страшно, – опустилась Лана на пуфик, страдальчески глядя на Стешу.

– Не боись! Где наша не пропадала. На вот, – протянула ей какой-то черный шарик. – Положи в карман.

– Что это? – повертела Лана в руках шарик и даже понюхала тот. Впрочем, запаха не уловила никакого.

– Сгусток призывающей магии ведьм. Если вдруг почувствуешь, что находишься в опасности, разотри его между пальцами – я приду за тобой, – отозвалась ведьма. – Но будем надеяться, что этого не случится. Не хотелось бы мне в эту ночь соваться на землю.

Лана молча кивнула и спрятала шарик в нагрудном кармане черного блестящего комбинезона, который велела ей надеть Сона. Гарпия сказала, что сегодня она должна выглядеть нарядно и броско. По такому случаю Лана даже макияж навела поярче. А Стеша ей гладко зачесала и собрала на затылке волосы. Еще и чем-то смазала те, что они теперь блестели и переливались.

Когда они со Стешей появились в каминном зале, Сона уже находилась там. По всей видимости, они о чем-то оживленно беседовали с Роаном, но сразу же смолкли, как только увидели их. И смотрели гарпия с демоном на Лану, только по-разному. Роан хмурился, а Сона улыбалась все шире, пока радость ее не вылилась в слова:

– Ты неотразима, дитя! Все мужики сегодня будут твоими. Боюсь, что даже меня ты затмишь.

Роан встал и по-кошачьи крадучись приблизился к ним с ведьмой. Впрочем, ведьма тут же направилась к Соне и о чем-то заговорила с той в полголоса.

– Что за вид? – поинтересовался Роан, внимательно окидывая Лану взглядом.

– Не нравится? – совсем расстроилась она.

Мало того, что сама чувствовала себя неуютно в подобном наряде, так еще и на критику демона нарвалась.

– Дело не в этом, – посмотрел он ей в глаза, и Лана заметила как в его разгорается потихоньку пламя. Пока то еще еле тлело, но этот взгляд был хорошо знаком Лане. Демон возбуждался, но пока еще контролировал себя. – В этом наряде ты слишком заметна.

Сона вовремя пришла на помощь, избавив Лану от необходимости отвечать. Да и она понятия не имела, что может сказать Роану в собственное оправдание, тем более что и виноватой себя не считала.

– Ну а ты, дорогой, хотел бы видеть ее серой мышкой? – приблизилась к ним гарпия. – Сдается мне, что нет. Так почему ты другим запрещаешь любоваться своей женщиной? Насчет всего остального можешь быть спокойным. Она же будет со мной.

– Выйдем, – полностью проигнорировал демон слова гарпии и вместо ответа взял Лану за руку и вывел из зала.

Как только за ними закрылась дверь, так сразу же губы демона обрушились на ее губы, а ладони он прижал к груди Ланы, моментально заставляя затвердеть соски, откликнуться на столько желанную ласку.

– Впервые в жизни я боюсь за кого-то, – пробормотал он ей в губы. – Обещай, что будешь беречь себя там…

Он так пытливо смотрел на нее и ожидал ответа, что Лана расчувствовалась. Она обняла его за шею и крепко поцеловала в губы. А потом пообещала:

– Буду, – после секундной заминки добавила: – И я вернусь к тебе.

Почему-то Лане казалось, что больше всего сейчас Роан боялся именно того, что она захочет сбежать.

– Я буду ждать тебя, – и подарил еще один обжигающий поцелуй.

Перемещаться решили при помощи проводника, которого Сона призвала в нужный момент. Роан объяснил, что так для Ланы будет лучше всего, что проводники – это специально обученные демоны, что доставляют с земли в царство людей, не используя морок. Она уже знала, что демонический морок гибелен для человека.

Черный демон застыл неподалеку и пугал Лану одним своим видом. Он был настолько огромен, что она никак не могла заставить себя приблизиться к нему. А когда демон распахнул полы плаща и пригласил Лану удобно устроиться у него на груди, и вовсе стало плохо. Успокаивал только вид Роана – он точно знал, что делает, взглядом внушая ей спокойствие тоже.

Перемещение прошло на удивление легко. Не считая легкого головокружения, когда оказалась на залитой неоном небольшой площадке перед входом в какой-то бар, ничего больше Лана не испытала.

Демон сразу же исчез, а Сона оказалась там еще раньше и уже нетерпеливо переступала на одном месте.

Выглядела гарпия даже не броско одетой, а вызывающе. Короткий красный и блестящий топ едва прикрывал грудь. При всей его миниатюрности, из неприлично-огромного выреза пышная грудь гарпии чуть ли не вываливалась. Довершали картину супермини кожаная юбка и красные босоножки на высоченном каблуке. Ну и раскраска на лице была такая же боевая, под стать всему внешнему облику. По сравнению с Соной Лана выглядела, наверное, именно серой мышкой. Но ее это и устраивало.

– Пошли скорее внутрь, – потянула ее гарпия в здание, что оказалось каким-то модным ночным клубом. – Мои ноги сейчас сами пустятся в пляс. Да и горло промочить не мешало бы.

– А зачем нам туда? – уточнила Лана, но сопротивляться не стала, хоть ей и совершенно не хотелось проводить ночь именно так.

Честно говоря, она понятия не имела, что будет делать. Конечно, смотреть на все те зверства (а она почему-то не сомневалась, что это будет проходить именно так), что собирается учинить гарпия, Лана не собиралась. Но и составить план не успела.

Можно, конечно, позвонить Гале, но о чем они станут разговаривать, если ни на один вопрос подруги Лана не сможет честно ответить. А если и ответит, то та сочтет ее за сумасшедшую.

К отцу она идти боялась. Да и помнила предупреждение матери. Приди она к нему, он точно не узнает в ней собственную дочь. Сталкиваться с отчуждением родного и любимого человека Лана не хотела. Это будет дополнительный удар по ее психике.

В общем, раз ей все равно нечем заняться, так почему бы не оторваться в клубе?

– Выпить, потанцевать, пофлиртовать… расслабиться в общем, – лаконично и деловито объяснила ей Сона. – А еще мне нужно заняться погодой, которая будет портиться стремительно, – хищно улыбнулась она. – И последнее – приглядеть себе первую жертву. А может и сразу парочку жертв. Чую, место это злачное, – шумно втянула она носом воздух.

– Постой! – резко замерла Лана, не успела Сона коснуться ручки двери.

– В чем дело? – сердито посмотрела на нее гарпия. Ее нетерпение зашкаливало, и скрыть этого она уже была не в состоянии.

– Пару минут, пожалуйста, – с мольбой посмотрела на нее Лана. – Я только посмотрю на все это…

Лана закрыла глаза и прислушалась к звукам жизни. Легкий ветерок, пение редких ночных птиц, шелест в листьях, многообразие запахов, сплетающихся в неповторимый букет… Вокруг царила жизнь, которой она была лишена в царстве. И без порции этой жизни она просто не смогла бы находиться в клубе.

Сона словно поняла ее состояние. Нетерпение гарпии никуда не делось, но она не торопила Лану, а ждала, пока та не надышится.

Клуб встретил оглушающей музыкой, бликами дискотечных ламп, запахами еды и разгоряченных тел, двигающихся в такт музыки на танцполе.

Сона уверенно направилась к свободному столику и первым же делам заказала им по какому-то коктейлю.

– Если не хочешь, можешь не пить, – кивнула она на ядовито зеленый напиток в высоком бокале. – Пусть будет для видимости.

Свой коктейль она сразу же осушила и попросила повторить. После второго коктейля принялась внимательно ощупывать взглядом посетителей клуба. Поля ей не мешала, а просто наслаждалась музыкой. И хоть она никогда особенно клубную музыку не любила, но сейчас и ей была рада. А еще с удовольствием наблюдала за танцующими. У некоторых это так здорово получалось, прямо загляденье!

После третьего коктейля Сона отправилась на танцпол. Гибкое тело гарпии сразу же привлекло к себе внимание. Некоторые представители сильной половины человечества на нее только поглядывали пока, а самые смелые уже присоединились к гарпии в экзотическом и не похожем на другие танце.

Увлеченная зрелищем, Лана не заметила, как к их столику кто-то приблизился, а потом и занял место Соны.

– Скучаем, красавица? – раздался мужской голос и только тут Лана увидела татуированного чуть ли не с ног до головы парня, находящегося в изрядном подпитии.

– Спасибо, мне не скучно, – отозвалась она.

– Да ладно тебе. Я же вижу, что ты тут одна… Пошли к нам, – кивнул он на соседний столик, где заседала компания еще из четверых парней.

– Я тут не одна, – и отдернула руку, за которую тот планировал зацепиться.

– А с кем? – сделал вид парень, что ищет кого-то в толпе танцующих. При этом он не забывал похабно улыбаться и облизывать губы. Смотреть на это было неприятно. – Твой милый танцует с другой телочкой? – и заржал, видимо, посчитав, что сказал что-то смешное.

Лане надоело с ним пререкаться, и она действительно принялась выискивать в толпе Сону. Но на танцполе той не оказалось. Тогда Лана встала и поспешила на воздух. Наверное, гарпия на улице, либо в туалете… Отчего-то Лана испугалась, что находится в зале клуба одна.

Слава богу, дотошный парень вроде не последовал за ней, как увидела Лана краем глаза, а вернулся за свой столик.

– Офиге-э-эть чё творится! – встретились ей по пути две девушки, что возвращались, по всей видимости, с перекура. От них несло алкоголем вперемешку с табаком. – Полчаса назад же еще было тихо. А сейчас ветрище, льет как из ведра… Надо Темика вызывать…

Дальше Лана уже не расслышала и еще быстрее поспешила на выход. Сона сдержала слово, и погода резко испортилась. Лишь бы не сбылось пророчество Стешы, и не накрыл их что-то типа торнадо.

На улице дул шквальный ветер, что едва не сорвал тяжелую дверь с петель, когда Лана ту распахнула. И хлестал дождь такой силы, что под довольно большим козырьком практически не осталось сухого места. Небо то и дело раскалывалось на части яркими ломаными, и практически без остановки слышались раскаты близкого грома.

Не торнадо и пока еще не ураган, но стихия разыгралась не на шутку. А точнее, разыгралась гарпия, в чем Лана не сомневалась.

Но где Сона? Лана не видела, как та покидала клуб, не встретила ее по пути на улицу. И на улице гарпии тоже не было, насколько могла судить Лана в условиях плохой видимости.

Резко распахнулась дверь за спиной, и выбежал какой-то парень. Из-за этого Лана вынужденно оказалась под дождем и моментально промокла.

За парнем выбежал второй со словами:

– Стой урод!

Не прошло и пары минут, в течении которых Лана продолжала высматривать Сону, как послышалась полицейская сирена и тут же появилось три машины с мигалками.

И началось!

Лану сразу же загнали обратно в клуб. Музыку хоть и выключили, но шум стоял ужасный – кричали, кажется, все кроме нее. Всех принялись обыскивать, а какой-то парень ткнул в нее пальцем и провозгласил:

– Я видел, как они трепались. Она с ним…

С кем, с ним, Лана так и не поняла, но очень скоро оказалась в полицейской машине, где ей задали сразу столько вопросов, на половину из которых она и ответить-то не смогла. Ее спрашивали про какие-то наркотики и кому она их передала. Голова шла кругом и понимала Лана все меньше.

Сона! Где же ты?! – призывала Лана. Но в обозримом пространстве гарпии не было.

Вместе с ней в полицейском уазике поместились еще десять девушек и парней, как насчитала Лана, пока их куда-то везли. А потом она и еще четыре девушки оказались за решеткой, по всей видимости, в полицейском участке. Парней же поместили в соседней камере, через стенку от девушек.

– Козлы, уроды, такой кайф обломали!..

– Я и ширнуться не успела…

– Плакали теперь мои бабки, все там осталось…

В таком роде вертелись разговоры вокруг Ланы, пока она в совершенно отупевшем виде сидела на лавке, обхватив себя руками.

За всю пусть и недолгую жизнь на земле у нее не было проблем с законом никаких! А тут одна ночь – и она в тюрьме, да еще и по подозрению в распространении наркотиков. Уму непостижимо!

Чем дольше думала, тем смешнее становилось. В конце концов, Лана начала хихикать, пока не рассмеялась в голос.

– Двинулась бедолага, – расслышала рядом сочувственное и засмеялась пуще прежнего.

Лана и не заметила, как все вокруг изменилось. Повисла могильная тишина, не нарушаемая ничем. Она понимала, что смех рискует перерасти в истерику, но и остановиться не могла. Из глаз катились слезы, из-за которых она практически ослепла.

– Что смешного ты тут нашла? – раздался знакомый голос.

Сона стояла за решеткой и скептически разглядывала ее. Вид у гарпии был даже не недовольный, а злой. Должно быть, арест Ланы испортил ей все веселье.

Кое-как Лана справилась со слезами, как до этого со смехом. И только потом обратила внимание, что все люди вокруг нее застыли в неестественных позах, в каких застали появление гарпии. Сона же была занята тем, что выпускала из пальцев туман, а тот, в свою очередь, переплетался вокруг замка на решетке. Стальные прутья гнулись и пузырились, но больше ничего не происходило.

– Чертовщина какая-то! – разъярилась гарпия и убрала туман. – Из чего сделана эта решетка, что никак не получается взломать ее?!

Она пыталась сломать замок руками, даже зубами пробовала, но все оказалось тщетно.

Гарпия грязно выругалась и принялась что-то произносить на непонятном Лане языке. Из длинной и монотонной речи она только и разобрала имя Роана.

И лишь тогда до Ланы дошло, что же происходит, когда рядом с гарпией вспыхнул огонь, в центре которого вскоре появился демон.

– Это так у тебя все под контролем?! – прорычал демон, зло глядя на гарпию.

Лана же почему-то только и могла думать, что как это огонь так быстро впитался в пол и даже следов не оставил. Отупение вновь навалилось на нее, делая реакции приторможенными. Вот даже и на появление Роана она почти никак не отреагировала, как и практически не замечала того, как ведет себя лента памяти. А та сжимала и отпускала предплечье поочередно, отчего пульсация чувствовалась во всей руке. И снова лента пылала красным, предупреждая об опасности.

– Успокойся, дорогой, – проворковала Сона, но в глазах ее плескалось чувство вины. Правда, не только оно, а еще и досада. Видно, ночь гарпии на земле была окончательно испорчена. – Я и сама плохо понимаю, что происходит. Но похоже, тут не обошлось без колдовства.

– Какого еще колдовства! – взревел демон, и Лана на всякий случай отошла от решетки.

Если эти двое надумают здесь драться, то не поздоровится всем.

– А ты сам посмотри, – указала гарпия на замок. – С виду обычный. Я такие пачками вскрываю. А этот не поддается.

Теперь уже демонический морок принялся за дело. Но и тому оказалось не под силу сломать замок на решетке.

А люди вокруг Ланы продолжали находиться в неестественных позах. Так и хотелось подойти вон к той девушке с сиреневыми волосами и боевой раскраской на лице, поднять ее руку и посмотреть, что будет дальше…

Поняв, что ведет себя как невменяемая и думает о всякой ерунде, тогда как жизни ее возможно угрожает опасность, Лана одернула себя и заставила сосредоточиться на демоне и гарпии, что продолжали ожесточенно о чем-то спорить.

– Это ты виновата!

– Да перестань! Я ей велела не двигаться с места!..

Правда, велела? Этого Лана не помнила.

– Не надо было отпускать ее с тобой…

И все в подобном духе.

Лана потерла лицо, чтобы стряхнуть с себя заторможенность и случайно зацепила нагрудный карман. Шарик ведьмы! Ну точно же! Как она могла про него забыть?

Достав серый шарик и не тратя время на размышления, Лана растерла тот между пальцами в облачко пыли, которое тут же развеялось, не оставив после себя следа. И вот рядом с Ланой из воздуха материализовалась Стеша – сонная и очень недовольная.

– Так и знала, что ты вляпаешься в неприятности, – констатировала ведьма.

Да теперь уже и Лане казалось, что она об этом знала. Все все знали, и никто ничего не предпринял. Нонсенс!

– Ты откуда тут взялась? – изумилась Сона, а Роан нахмурился, что не укрылось от внимания Ланы.

Сама же она, как ни странно, была рада видеть тут всех. С недавних пор эти существа стали ей близки. Каждый по-своему, конечно, но завладели ее душой.

Нереальность происходящего не покидала ее. И снова она мысленно унеслась в какие-то дали и пропустила ответ ведьмы гарпии. А вот подозрительная реплика Роана не прошла мимо ее слуха.

– Слушай ты, ведьма! Тут попахивает вашей магией. Уж не приложила ли ты к этому руку? – кивнул он на замок, и глаза его полыхнули огнем.

Но напугать Стешу было не так-то просто, особенно когда они с Роаном научились худо-бедно существовать вместе. И все же, ведьма призадумалась, а потом нехотя выдала:

– Вина моя есть, хоть и ненамеренная.

– А с этого момента поподробнее, – приблизилась гарпия к решетке, и вид ее тоже не казался Лане добродушным.

Оставалось только порадоваться, что Стеша появилась с ее стороны, и разделяла их сейчас решетка.

– С подругами виделась я, ну и сболтнула… А что?! – тут же встала в позу Стеша. – Никто не делал из вашего похода тайны!

– Но и трепаться тебя не просили! – парировала Сона. – Давай теперь, вскрывай этот чертов замок!

Лана же не могла понять, кому понадобилось подстраивать ее арест и накладывать чары на замок. В том, что дело обстоит именно так, она теперь не сомневалась.

Стеша принялась колдовать над замком, но не успела произнести и первого заклинания, как раздался громкий хлопок и появилось еще одно действующее лицо.

– Отойди от решетки! – сначала услышала Лана властный возглас, и только потом из плотного облака выступила ведьма.

– Лейла! – воскликнула Стеша. – Ты вообще в своем уме?!

– Должок за ней, – ткнула старая ведьма пальцем в Лану. – За ним и пришла.

– Какой еще должок?! Не кажется ли тебе, что это уже слишком? – вновь подала голос Стеша.

Молодая ведьма заметно нервничала, и Лана не могла понять почему. Краем глаза она заметила, что Роан с Соной приблизились к решетке, в любой момент готовые загородить их со Стешей собой. И они тоже отчего-то волновались.

– Уйдите все, и тогда я вас не трону! – прогремел голос Лейлы.

Лана не узнавала сейчас ты ведьму, к которой когда-то пришла по глупости. Тогда она ей показалась просто жутко непривлекательной, карикатурной. А сейчас Лейла словно стала выше и шире. Чувствовалось, что в ней копится энергия, которую та пока сдерживала. И Лана не сомневалась, что энергия эта даже не разрушительная, а губительная.

Ей стало так страшно, особенно после слов Соны, сказанных шепотом Роану: «На счет «три» выпускай морок. Действуем на поражение».

А Стеша все пыталась вразумить старую ведьму и заодно оттеснить Лану от решетки. Сама же Лана чувствовала себя сейчас марионеткой в чьих-то руках. А еще она боялась за всех тех, что застыли вокруг них. Ведь если начнется сражение, то пострадают все. И как избежать кровопролития, она понятия не имела.

– Лейла, убирайся отсюда. Нас больше…

– Заткнись, Стешка и не мешай мне! – прорычала ведьма и на шаг приблизилась к решетке. – Послушаешь, сохраню тебе жизнь. Нет – уничтожу!

– Последнее предупреждение, ведьма, – нарочито лениво протянула гарпия. – Кары тебе теперь по любому не избежать, но ты можешь облегчить собственную участь. Куда тебе тягаться с гнилостным дыханием гарпии и гибельным мороком демона?..

Лейла рассмеялась, и смех ее ужасом прокатился по стенам темницы и окутал Лану холодом. С ведьмой творилось что-то нереальное. Она казалась Лане всесильной и очень опасной сейчас.

Ведьма подняла руки, и крик Стеши потонул в скрипе и скрежете. Молодая ведьма только и успела оттащить Лану от решетки и накрыть собой, когда началось светопреставление.

Стены принялись пузыриться и стекать вниз, словно плавились на глазах. Потолок превратился во что-то жидкое и хлюпающее и тоже медленно пополз на них. Лана с ужасом смотрела на все это, понимая, что еще чуть-чуть, и всех их тут просто расплющит.

Голос старой ведьмы ревел во всеобщем шуме. Заклинания сыпались безостановочно, и пару раз Лана различила свое имя и слово «жизнь».

Сона с Роаном, тем временем, не бездействовали. Зловонный туман и демонический морок объяли ведьму, но казалось, та не обращает на них внимания.

Стеша тоже колдовала, стараясь перекричать старую ведьму и не забывая прикрывать Лану.

И ничего не менялось. Потолок уже практически касался головы демона, что был тут самым высоким. А бурлящие стены почти вплотную подступили к решетке.

Лана уже готовилась к смерти, когда голос Роана произнес одно единственное слово, смысл которого она не поняла. Ведьма вспыхнула и завизжала так, что сразу же заложило уши. А в следующий момент от нее осталась горстка серого пепла, и колдовство исчезло. Разве что запах гари еще сохранялся и неприятно будоражил обоняние.

Что произошло, Лана поняла, только когда раздался скорбный голос гарпии.

– Что ты наделал, Ро!– первый раз Лана видела, что Сона едва ли не плачет. – Прогулялась, называется.

– Что он сделал? – шепотом спросила Лана у Стеши, которая тоже выглядела испуганной.

– Нарушил сразу два закона, – так же шепотом отозвалась та. – Убил ведьму и применил запретную магию морока.

– И что теперь?..

Договорить Лана не успела. Роан двумя пальцами сломал замок, словно тот был сделан из папье маше. Схватил Лану за руку и потащил на выход.

– Призови проводника, – бросил он на ходу то ли гарпии, то ли ведьме.

– А как же они? – оглянулась Лана на все еще застывших людей.

– С ними будет все в порядке, не волнуйся.

– В отличие от тебя, – поддакнула Сона и горестно вздохнула.

– Да расскажите же мне все! – неожиданно разозлилась Лана.

Тогда Роан остановился и повернулся к ней лицом, но руку ее так и не выпустил. И выглядел он каким-то странным: грустным, что ли.

– Все объясню в замке, – пообещал он и быстро прижал Лану к себе, будто не смог сдержать порыва. – Нужно торопиться.

Проводник уже ждал их за воротами полицейского участка. Все такой же огромный и молчаливый.

Перемещение прошло привычно быстро. Все остальные оказались в замке еще раньше Ланы и дожидались ее в каминном зале.

Глава 16

Ту ночь Лана запомнила на всю жизнь. По возвращении в замок Роан не дал ей даже словом обмолвиться ни с кем – сгреб в охапку и потащил в спальню. Сперва Лана решила, что демон хочет наказать ее, но уже через несколько минут плавилась от страсти в его жарких объятьях.

Никогда еще до этого он так ее не ласкал. На теле не осталось ни единого сантиметра, где бы не побывали его руки и губы. Сгорая от страсти, Лана не могла избавиться от мысли, что делает это с демоном в последний раз, и что он пытается быть с ней так, чтобы впечатления намертво врезались в память.

Роан не покинул ее сразу после близости. И первый раз Лана лежала рядом со спящим и обнимающим ее демоном, во власти нерадостных мыслей и совершенно без сна. Что-то будет дальше, в этом она не сомневалась, но вот что?

Не в силах больше пытаться прогнать мысли и уснуть, Лана аккуратно сняла с себя руку демона и выскользнула сначала из кровати, а потом и из спальни. Лучше бродить по мрачному замку, который в последнее время не пугал ее и стал привычным, чем находиться во власти непонятной тревоги.

Ноги сами принесли ее в каминный зал, и каково же было удивление, когда навстречу ей из кресла встал встревоженный Влад.

– Ну наконец-то! Я уже хотел ломиться на личную территорию демона, да побоялся за свою жизнь.

– Ты меня ждешь? – удивилась Лана и поплотнее закуталась в пеньюар. Не ожидала кого-то встретить тут, честно говоря. Планировала посидеть у камина в одиночестве и подумать.

– Ну а кого же еще! – всплеснул руками черт. – Извелся весь от непрерывных сигналов тревоги, подаваемых твоей лентой. Но ты же была на земле, а чертям туда можно только в ночь всех святых проникать. Еще и гарпия эта ненормальная чуть не удушила меня в своей злобе! – скривился он. – И ведьма эта страшненькая исплевалась, завидев меня, да смылась поскорее. Подумаешь, чертей она не любит, так и я ведьм терпеть не могу, но веду же себя прилично, – приосанился Влад и снова опустился в кресло, приглашая Лану жестом занять соседнее. – Ты хоть расскажи, что произошло, – чуть ли не слезно попросил.

Пришлось ей снова восстанавливать страшные события и рассказывать в подробностях стилисту. Влад слушал, не перебивая, лишь временами откровенно ужасался или просто цокал языком.

– Да уж… прогулялись вы знатно, – озадаченно заключил Влад, когда рассказ Ланы подошел к концу. – Зачем гарпия вообще тебя с собой потащила?!

– Знаешь, – протянула Лана, – я все равно ей благодарна. Нет ничего приятнее воздуха свободы, хоть для меня он таковым и не являлся. Но это было… чудесно, – закрыла глаза Лана, вспоминая, что чувствовала там, на крыльце злополучного клуба.

И если бы не Лейла, которая сама же пострадала больше всех от собственной злости, возможно, прогулка удалась бы на славу. О загубленных гарпией душах Лана старалась в тот момент не думать.

– Влад, послушай… – для себя Лана так и не выяснила один очень главный вопрос, по той простой причине, что задать ему было некому. И меньше всего сегодня на разговоры был настроен демон. – Стеша сказала, что Роан нарушил сразу два правила: убил ведьму и воспользовался запрещенной магией морока. Может ли ему за это теперь грозить что-то серьезное?

Черт задумался и с ответом не торопился. Но взгляды, которые при этом он бросал на Лану, ей совсем не нравились.

– Все зависит от милости повелителя, – наконец, уклончиво проговорил Влад. – К Роану твоему тот благоволит. Возможно и помилует. Нет же – грозят твоему демону вечные муки.

От последней фразы Лане стало так тошно, что не хотелось больше ни говорить о чем-либо, ни выспрашивать подробности. Как-то вдруг она поняла, что сидящего напротив Влада совершенно не заботит дальнейшая судьба Роана. Стеша, наверное, тоже палец о палец не шевельнет, чтобы посочувствовать, не говоря уже о помощи. Сона, возможно, расстроится, но вряд ли будет горевать долго… Что же за равнодушие к ближнему царит в этом так называемом царстве.

– Влад, что-то я устала, – пробормотала она. – Не обижайся, но я пойду к себе.

– Иди, конечно, – нахмурился черт. – Что-то ты бледненькая. Надо тебе завтра витаминчиков принести.

Лана еле добежала до бани, где ее мучительно вырвало. Тело покрылось холодным потом, и голова кружилась так, что все вертелось перед глазами. Испугавшись, что может потерять сознание, Лана опустилась на лавку, откинулась на холодную каменную стену и закрыла глаза, призывая облегчение.

– Ты что тут делаешь, дитя? – раздался вскоре голос Магды, и Лана кое-как разлепила глаза.

– Да что-то поплохело резко, – слабо улыбнулась, но и это далось с трудом. По телу все еще была разлита слабость.

– Поплохело, говоришь? – приблизилась к ней горгулья и прижала перепончатую лапу ко лбу. – Да ты ледяная вся! – ужаснулась она. – И трясешься вон как… – озадаченно пробормотала. – Давно это у тебя?

– Да первый раз. Наверное, перенервничала сегодня…

– Ну о похождениях ваших с Сонкой наслышаны уже все в замке. Но от нервов не тошнит и пот не прошибает. Регулы когда в последний раз были?

– Что? – не поняла Лана.

– Месячные, что же еще!

Лана аж встрепенулась. А ведь и правда! Тут в царстве эти надоедливые гости ее не посещали еще ни разу. А уже давно пора… Не может быть!

– Этого не может быть! – потрясенно смотрела она на Магду.

– Чего не может быть, глупышка? Что от любви мужчины и женщины родятся дети? – добродушно рассмеялась горгулья.

– Он же демон.

– Прежде всего, он мужчина, а уж потом демон, – наставительно произнесла Магда. – Такие дети большая редкость, но все же, ты не первая, кто понесла от демона.

– И он не любит меня, – прошептала Лана, чувствуя как на глаза просятся слезы.

– А вот это спорный вопрос, – опустилась Магда рядом с ней на лавку, отчего та жалобно заскрипела. – На моей практике еще ни один демон так не относился к наложнице. Любовь это или нет – то нам пока неведомо. Но стоит об этом задуматься, дорогая моя, – обхватила она Лану за плечи и притянула к себе, слегка укачивая. – Пойдем-ка на кухню, дитя. Приготовлю тебя успокаивающий отварчик, а потом баиньки. И ведьме своей завтра покажись, пусть почитает тебя. Она развеет твои последние сомнения.

После разговора с Магдой, возвращалась к себе Лана как пришибленная. Да именно это с ней и произошло. Новость о возможной беременности от демона ее слегка пришибла.

Сама она, чем больше думала обо всем, тем сильнее уверялась в мысли, что да, все это похоже на правду. О возможном появлении детей она вообще как-то раньше не задумывалась, как и не мечтала о них. А теперь даже не понимала, что чувствует от осознания, что возможно в ней зреет маленький демоненок. Нет! Так она точно думать не хотела. Ее малыш, ребенок, крохотная наивная жизнь. Только так!

Вернулась Лана в постель к продолжающему спать демону, а на утро проснулась одна. Но так было даже лучше. Мысли сразу приняли определенное направление, и получилось бы у нее скрыть озабоченность от демона или нет, не известно. Теперь же, в привычном одиночестве можно было не притворяться. Что Лана и сделала с радостью – наплакалась, пока занималась утренними процедурами и одевалась, вволю. А потом еще долго устраняла следы слез с лица, чтобы Ксандра ничего не заподозрила. Но кухарка встретила ее словами:

– Теперь ты у меня будешь усиленно питаться. В твоем положении нужно делать это четыре раза в день, с полным набором витаминов и всего остального.

Вот же Магда, разнесла весть по замку. Оставалось надеяться, что до Роана та еще не дошла. Ну или действовать по ситуации.

После плотного завтрака (как обычно, Ксандра ее не отпустила, пока не попробовала все ее изыски) Лана отправилась в комнату Стешы. Та занималась утренним релаксом, как сама это называла, а по сути, просто валялась в постели. Релаксировать ведьма любила до обеда, а то и дольше. Но что возьмешь с ночных существ. И обычно Лана ей в этом не мешала, но сегодня ей срочно нужна была помощь ведьмы.

– Стешка, я кажется беременная! – выпалила Лана с порога и лишь потом, спохватившись, догадалась закрыть дверь.

– Повитуха из меня никудышная, сразу предупреждаю, – лениво отозвалась Стеша, отворачиваясь к стенке. – Но могу пошукать в ведьмовских кругах… – широко зевнула.

– И ты даже не удивилась этой новости? – опустилась Лана на краешек кровати и погладила ведьму по плечу.

Как же ей сейчас нужна была хоть чья-то поддержка. Ведь сама она продолжала пребывать в растерянности.

– А чего удивляться, если я и так знаю, – еще шире зевнула ведьма.

– Откуда?

– Ланка, ну ты чего? – повернулась к ней Стеша лицом и возмущенно засопела. – Я же ведьма! Такое секу сразу.

– А Магда сказала, что ты должна погадать мне.

– Много понимает эта горгулья в колбасных обрезках! – фыркнула Стеша. – Зачем гадать на очевидное? Ты беременна от своего демона. Срок две недели. С эмбрионом все в порядке, разве что расти он в тебе будет быстрее, чем человеческий. Вся беременность не займет больше четырех месяцев.

– Как, четыре месяца?! Так скоро?..

Хотя, о чем она говорит? Здесь что четыре месяца, что четыре дня – все одно. Время здесь словно остановилось и не двигалось. Разве что колебалось временами, когда происходило что-то новое.

Роана Лада ждала с нетерпением и замиранием сердца. Стеша убедила ее, что нельзя скрывать эту новость от демона. Сама обещалась ничего тому не говорить. «Молчала же я до этого! – возмутилась ведьма на такую просьбу. – С чего сейчас-то трепаться стану!» А вот с нее взяла слово, что поведает новость сегодня же. Но как он отреагирует?

Демон вошел в спальню, когда Лана уже собиралась ложиться в постель. Метания дня настолько утомили, что сил уже ждать не осталось, а в сон клонило по страшному.

Выглядел Роан суровым и озабоченным какими-то своими мыслями. Лана и не заметила, как принялась кусать губы от волнения и трусости, зато это не укрылось от демона.

– Что с тобой? – приблизился он к ней, сидящей на кровати, и прикоснулся пальцем к губе.

На пальце остался след крови, но Лана разве что мельком на тот посмотрела. Взгляд ее был прикован к глазам демона, а сердце колотилось в груди как ненормальное.

– Мне нужно тебе кое-что сказать, – проговорила она. И добавила громче: – Очень важное.

– По глазам вижу, что важное, – опустился он рядом и как-то весь сутулился. Мелькнула мысль, что день у него сегодня выдался тяжелый. Да и у Ланы, собственно, тоже. – Слушаю тебя…

Язык не поворачивался и все тут! «У нас скоро будет ребенок… У меня от тебя будет ребенок… Я рожу маленького демона…» Фразы крутились в голове, но не одна не казалась Лане нормальной. Все отдавали пафосом.

– Что же ты молчишь? – обхватил он ее лицо ладонями и заставил посмотреть на себя. – Не поняла еще, что мне ты можешь говорить все? – приблизил он свои губы к ее губам и тихо проговорил. – Нет того, что тебе нельзя… – и накрыл ее губы горячим поцелуем.

Как всегда, Лана задохнулась от всепоглощающей страсти, забывая обо всем, пока длился поцелуй. Но он прервался, а Роан напомнил:

– Так что же ты хотела сказать?

Лана уже видела огонь страсти в его глазах и боялась, что та разгорится раньше, чем он узнает новость.

– Я беременна! – выпалила она, как с утра ведьме.

Взгляд демона застыл, и даже огонь в его глазах словно перестал мерцать, а превратился в неподвижное изображение.

– Ты уверена? – только и спросил он.

– Уверена, – тихо и даже как-то скорбно проговорила Лана.

Она не заметила в нем радости, и это ее медленно начинало убивать.

– Не думал, что такое случится.

– Магда сказала, что это не первый случай в царстве.

– Знаю. Но такое все равно редкость. Кровь демона и человеческая несовместимы, и твой организм должен был отторгнуть плод.

– Но он не отторгнул! – чуть не заплакала Лана.

Как он может так говорить, когда речь идет о его будущем ребенке?! Сама она за целый день настолько свыклась с этой мыслью, что уже и не помнила, как жила до беременности.

– Тише, маленькая, тише, – обнял ее демон. – Поверь мне, я очень рад, но…

– Что, но? – всмотрелась она в его лицо.

Демон помолчал, а потом уверенно произнес:

– Ничего! Я сделаю все, чтобы беременность прошла хорошо, а с тобой и с ребенком все было в порядке! Дай мне немного времени.

– На что, Роан?

– Скоро узнаешь, – грустно улыбнулся он. – А сейчас я должен тебя покинуть. Новость изменила планы, – быстро поцеловал он ее и встал с кровати.

Ну что ж, по крайней мере он не сожалел о содеянном. А если и сожалел, то не подал виду. На этой философской мысли Лана и уснула, когда осталась в комнате одна.

В последующие дни Роан все чаще отсутствовал в замке. Приходил разве что уже ночью, когда Лана спала. Почти всегда просто ложился рядом и прижимал ее к себе. Но иногда у них случалась близость, когда демон будил ее своими ласками.

Он изменился и в этом отношении. Если раньше в нем полыхала безудержная страсть, то сейчас он словно сдерживал себя, опасался причинить боль ей или вред малышу. Лане даже немного не хватало того демона, к которому успела привыкнуть. Но с другой стороны, сейчас его ласки были наполнены нежностью. Он старался доставить ей наслаждение, забывая порой про себя. А еще Лана не могла избавиться от мысли, что лаская ее языком, Роан пытается впитать в себя ее запах, словно чтобы запомнить его надолго.

Дни Лана коротала в общениях со Стешей или Магдой. Частенько засиживалась на кухне с Ксандрой, пользуясь расположением этой грозной с виду горгульи к себе.

Ближе к ночи появлялась Сона. Они со Стешей по-прежнему обучали ее бытовой магии, а потом просто располагались у камина и разговаривали.

Так от Соны Лана узнала, что Роана отстранили от должности верховного судьи. Что по самому ему назначено разбирательство и обвиняют его в незаконном использовании запретной магии против ведьмы. Сколько будет длиться разбирательство, и чем это грозит демону, никто не мог предугадать. И даже гарпия не знала, где Роан пропадает целыми днями.

Как-то они вот так же сидели с Соной в каминном зале. Стеша на этот раз отсутствовала, отпросившись к подружкам-ведьмам на всю ночь. Какой-то у них там «небольшой шабаш с непотребствами», как выразилась сама ведьма, намечался.

– Мне нужно с тобой поговорить, – произнесла Сона.

Гарпия заметно нервничала, и причины Лана не понимала. Да и вообще, весь сегодняшний вечер Сона была какая-то задумчивая, иногда даже отстраненная.

– Но мы ведь и так разговариваем, – подбодрила ее Лана улыбкой.

Она и сама грустила, находясь во власти дурных предчувствий. Как ни гнала те от себя, избавиться совсем не получалось. Магда компетентно заявила, что это гормоны с ней играют злую шутку. Лана же думала, что дело тут в чем-то другом.

– Сначала послушай меня, – просительно посмотрела на нее Сона.

На что Лана лишь кивнула, заражаясь серьезностью подруги.

– Много лет назад я была совершенно другой. Если бы ты увидела меня тогда, не узнала бы точно, – невесело усмехнулась Сона. – Я была самой блистательной и развратной гарпией царства, – без тени смущения признавалась она. – Не пропускали ни один бал. Всегда находилась в окружении демонов.

Блистательной Сону у Ланы без труда получилось себе представить. Гарпия была, пожалуй, самой красивой женщиной из всех, что она встречала. Ну когда та находилась в человеческом обличье, естественно. Оболочки гарпии Лана даже побаивалась. В карикатурном и гротескном сочетании уродства и красоты было что-то неправильное, страшное.

А вот центральной фигурой каждого бала она Сону не видела, зная, насколько та любит одиночество и уединение сейчас.

– Я не знала, что такое любовь, – продолжала меж тем Сона. – Даже не догадывалась, что все то время она находилась рядом со мной, пока не окунулась в нее с головой. Вот тогда все остальные демоны перестали существовать для меня, остался только он – самый красивый, самый страстный и самый развратный. Тогда же я познакомилась с ревностью – жгучей, всепоглощающей, рождающей неконтролируемую злость и желание истребить всех соперниц на своем пути.

– А… кто он, тот демон? – не удержалась Лана от вопроса. Рассказ Соны очень заинтересовал. Вот уж не думала, что гарпии умеют так любить.

– Скоро узнаешь, – кивнула гарпия и перевела взгляд на огонь в камине. – Эта ревность изменила все, в какой-то момент я не смогла с ней справиться.

– И что ты сделала? – срывающимся голосом спросила Лана, чувствуя как от ужаса шевелятся волосы на голове. Она уже догадывалась, что Сона скажет дальше.

– Я начала истреблять всех соперниц. Вернее, истребила я их очень быстро, – невесело усмехнулась Сона. – Устроила кровавую бойню длинной в одну ночь, не оставив в гареме демона ни единой живой наложницы.

Какой кошмар! От ужаса горло Ланы сжал сильный спазм. И потребовалось время, чтобы она снова смогла нормально дышать.

– Повелитель готов был простить меня тогда, но сама я не смогла себя простить. Да и любимый превратился в злейшего врага, что ненавидел меня разве что не сильнее, чем любил когда-то.

Она замолчала, явно собираясь с мыслями.

– Все это я тебе рассказала, чтобы ты кое-что поняла, – вновь посмотрела она на Лану, и сейчас в ярко-зеленых глазах гарпии застыли слезы. – Арн ненавидел меня настолько сильно, что под действием его ненависти моя любовь тоже превратилась в такое же ответное чувство.

– Это был он?! – воскликнула Лана.

Так вот чей гарем истребила гарпия много лет назад? Значит, их ненависть родилась из любви? Оказывается, и так бывает в жизни! И права пословица, что от любви до ненависти один шаг.

– Он, – кивнула гарпия.

Лану захлестнула новая волна ужаса. Получается, что не так давно Сона пережила еще одну личную трагедию? Ведь ненависть – чувство не менее сильное, чем любовь. И наверное, Сона сильно переживала, когда Арна не стало. А может, она и не переставала любить этого демона, кто знает.

– Сочувствую, – пробормотала Лана.

– Чему ты сочувствуешь?

– Ну как чему?.. Тому, что демон мертв.

– Арн жив, – ошарашила ее Сона. – Он у меня дома, в безвременье. Так получилось, что именно туда его отправили умирать. Ну а я его выходила, – как-то очень просто пояснила гарпия, словно речь шла о ничего не значащем факте. – Пришлось побороться за его жизнь, но сейчас он полностью оправился от ран.

– И вы?..

– Хочешь знать, помирились ли мы? – усмехнулась Сона. – До этого еще далеко. Но я поняла, что любовь к нему не окончательно умерла во мне.

Как и его, надо думать, – решила про себя Лана. А любовь Соны она читала в глазах той, так что, о степени ее Сона явно лукавила.

– Все это я тебе рассказала не для того, чтобы вымолить жалость к себе. Поверь, меньше всего нужна мне она. Я рассказала, чтобы ты сравнила то, что произошло между мной и Арном когда-то и между тобой и ним не так давно.

Сравнивать было нечего по мнению Ланы, но вслух она ничего не сказала, терпеливо ждала продолжения. Да и за всеми событиями последних дней она и думать забыла о демоне, как и простила его уже давно.

– Пойми, он демон, разврат у которого в крови. Арн настолько развратен, что приставая к тебе даже мысли не допускал, что нарвется на такую реакцию друга. Ведь раньше они делились всем.

– Зачем ты все это мне говоришь? – подозрительно прищурилась Лана.

– Затем, что Арн хочет помириться с тобой и извиниться, – улыбнулась гарпия. – Поверь мне, он все осознал, едва ли не ценою собственной жизни. И больше никогда себе такого не позволит, хотя бы из страха перед Роаном. Ну и иметь такого друга, как Арн, – не самое плохое, – подмигнула ей Сона.

В ту ночь Лана с Арном помирились. Надо сказать, что демон умел просить прощение, а Лана – забывать обиды. Арн больше не позволял себе никаких намеков и тоже скрашивал часы досуга Ланы без Роана. С последним Арн тоже вернулся почти к прежнему общению. И поспособствовала тому Лана, помня как близки были эти два демона до ссоры.

А дальнейшие события закрутились вдруг с невероятной скоростью. Повлиять на них Лана никак не могла, и жизнь ее в очередной раз сделала крутой вираж.

Как-то Роан разбудил ее среди ночи и выглядел при этом очень сосредоточенным.

– Завтра ты покидаешь царство, – без предисловий заявил демон.

– В каком смысле? – не поняла ровным счетом ничего спросонья Лана.

– Ты возвращаешься на землю.

– Ты прогоняешь меня? – эта мысль почему-то зародилась в голове первой.

– Я отпускаю тебя, глупышка, – печально улыбнулся демон. – Здесь тебе не место, особенно когда все стало так не просто, – погладил он ее по животу.

– А как же ты?

Совсем не это Лана хотела спросить, вернее, не так. Ее интересовало, как может он отпустить ее сейчас, когда она носит под сердцем его ребенка. Но получилось, как получилось, а ответ демона заставил ее замолчать и не задавать больше вопросов.

– Ну жил же я как-то без тебя… Попроси ведьму отправиться с тобой. Магда тоже вызвалась оберегать тебя на земле, – усмехнулся Роан.

– Мне некуда идти, – после секундной заминки, ожесточенно борясь со слезами, проговорила Лана. – И горгулье не место на земле.

– О жилье для тебя я побеспокоился. Теперь у тебя есть собственная квартира в центре города. Все документы оформлены на твое имя. А Магда для остальных людей будет выглядеть привычно, разве что дома иногда станет позволять себе скидывать человеческое обличье, когда никто кроме тебя ее не будет видеть.

Роан сообщил Лане, что на рассвете явится проводник и отведет ее на землю. Просил заботиться о малыше. Сказал, что придет проводить и ушел.

Остаток ночи Лана провела в слезах. Забылась под утро больным сном, и вскоре ее разбудила Магда.

Вдвоем они растолкали сонную и злую Стешу, а еще через пару минут оказались во дворе элитной девятиэтажки. Город еще крепко спал, а для Ланы уже началась новая жизнь. Роан нарушил обещание и не пришел проводить ее.

Глава 17

Демон прорезал ночь огромными крыльями и плавно опустился на крышу дома. Постоял немного не шевелясь, прислушиваясь к тишине.

Даже здесь он отчетливо улавливал ее запах. Среди многообразия других запахов ее был самым сильным, самым сладким и манящим до головокружения.

Он вспоминал слова девушки, что только на земле пахнет жизнью, и постепенно до него начинал доходить их смысл. Раньше, когда она жила в царстве, он этого не понимал. Все запахи тут были живыми, источали их те, кто дышал или позволял это делать другим. И Лана – крохотная ранимая частичка этого мира, имела полное право на существование в нем, а он ее насильно вырвал из естественной среды.

Но теперь все было правильно, так как и должно быть. Прошло уже два месяца по земным меркам, как она вернулась на землю. Почти каждую ночь Роан навещал ее, но она об этом не знала. Он проводил ночь рядом с ней, не прикасаясь, а лишь любуясь ее нежным личиком и округлившейся фигуркой.

С младенцем все было отлично, как почти ежедневно докладывала ему Магда по телепатическому каналу связи, что установили они в тайне от Ланы. Молодая ведьма очень хорошо следила за состоянием хозяйки и будущего малыша. В который раз Роан понял, какую дальновидность проявила его человечка, когда захотела спасти ведьму от верной смерти.

Роан знал о каждом шаге Ланы, словно сам все время находился рядом. С отцом она видеться не пыталась и вообще вела уединенный образ жизни, из дома выходила редко, да и то, когда на улицу уже спускались сумерки. Это было связано с ее положением, понятно, живот ведь рос довольно быстро по человеческим меркам. Еще каких-то пару месяцев, и на свет появится маленький демоненок.

Роан улыбнулся: каким он будет – его ребенок? Ведьма сказала, что это будет мальчик, значит, должен вырасти сильным демоном. Только вот жить ему не в царстве, а на земле, в смертной оболочке – такую участь даровал его будущему сыну повелитель, и Роан этому мог только тихо радоваться. Не место демону, рожденному от человеческой женщины, в царстве. Да Лана туда уже больше никогда не вернется, прежде всего, потому что этого не захочет Роан.

Роана повелитель миловал и не отправил в вечное изгнание. Поспособствовало тому петиция от ведьмовского сообщества, которую организовала деятельная Стешка. Из петиции следовало, что защищал он дорогую ему жизнь, когда при помощи запрещенной магии убивал злобную ведьму, что ведьма сама нарушила устав ведьм, когда решила напасть на девушку в человеческом мире.

От должности верховного судьи Роана отстранили навсегда, но он как-то слабо сокрушался по этому поводу. Наверное, пришло время отправиться на покой. Да и устал он судить других за то, что сам частично оправдывал.

Сейчас Роан как никогда понимал Аиду, что добровольно лишила себя света, полностью отдавшись магии предсказаний. Наедине с собой лучше понимаешь, что же происходит в твоей жизни. Да и Аида при последней их встрече сказала интересную вещь: «Ваша встреча с человеческой девушкой была предрешена. Она изменила вас обоих до неузнаваемости. Ты уже никогда не станешь прежним демоном. А ей новые знания помогут обрести уверенность в жизни».

Не далее как вчера у него состоялся разговор с Арном. Друг интересовался, как там поживает Лана, все ли с ней в порядке. Испрашивал позволения навестить ее на земле. Но Роан запретил. Чем меньше они будут мелькать у нее перед глазами, тем быстрее она забудет весь тот ад, через который вынуждена была пройти.

– Тебе ведь тяжело без нее? – ступил Арн на опасную тропу, заговорив на эту тему. Роан не готов был пока делиться ни с кем сокровенным. – Ты сильно изменился, превращаешься в затворника, как когда-то Аида из блистательной демоницы стала тенью самой себя, покинула свет.

– Это касается только меня, – отозвался Роан.

– Я твой друг и хочу помочь.

– Вряд ли мне кто-то поможет, – усмехнулся демон.

Он добровольно пошел на эти жертвы, во имя любви, о которой раньше даже не догадывался. Она заставила его отказаться от любимой, чтобы подарить ей счастье и безопасность. На земле ее никто не позволит себе обидеть, по той простой причине, что этого не допустит Роан. Всю жизнь он будет следить за ней, быть рядом невидимой тенью. И если она когда-нибудь полюбит кого-то, то и тогда сможет сдержать демона и не навредить ей.

Роан стряхнул с себя задумчивость вместе с обличьем демона. Не стоит шататься по подъезду жилого дома в таком виде, пусть и стоит глухая ночь.

Привычно проникнув в квартиру к крепко спящей девушке, Роан безошибочно нашел дорогу в ее спальню. Где-то рядом сопели Магда и ведьма, но те ему не мешали, морок еще раньше сделал их сон беспробудным, пока демон не покинет квартиру.

А вот напускать морок на Лану Роан не спешил. Она спала очень чутко и в любой момент могла проснуться. Но как же ему хотелось заглянуть в ее глаза, разглядеть в них страсть. И может быть прочесть в них… Да о чем он только мечтает! Ведь ее любовь только осложнит все! Как можно быстрее она должна забыть о нем, а он мечтает о ее любви.

Лана разметалась во сне, одеяло сползло с нее, открывая взору заметно округлившийся животик. Как же Роану хотелось прикоснуться к нему, почувствовать шевеление малыша. И он не выдержал – опустился на край кровати и прижал ладонь к животу Ланы.

Она шевельнулась и приоткрыла глаза. И сейчас бы пустить морок, чтобы заставил ее и дальше спать, но демон этого не стал делать.

– Роан… – пробормотала Лана и улыбнулась. Она считала его продолжением сна, но длилось это недолго. – Роан! – распахнула шире она глаза. – Это правда ты?

– Правда, – ответил он и тоже не сдержал улыбки.

И Лана отпустила свои эмоции. Она бросилась ему на шею и принялась покрывать поцелуями, смешанными со слезами.

– Как же я соскучилась! Как я хотела увидеть тебя!.. – бормотала она, не переставая целовать его лицо, шею. – Я умоляла Магду вызвать проводника… Но они ни в какую!.. И ты не приходил, не давал о себе знать…

Роан наслаждался ее близостью, объятьями, голосом, запахом… Он ничего не мог ответить, разве что тоже целовал ее как сумасшедший. Горло сдавливал спазм, мешал нормально дышать. И сейчас он не мог понять, как мог так долго сдерживаться!

Она немного поправилась. Роан чувствовал ее налившуюся грудь и мечтал сорвать с нее эту дурацкую сорочку, что являлась преградой к ее бархатистой коже. Он хотел ее до боли в чреслах и ничего не мог с собой поделать. Демонический огонь уже рвался изнутри, но пока еще у Роана получалось его сдерживать.

– Почему ты не приходил? – заглянула она в его глаза своими, затуманенными слезами.

Прежде чем ответить, он приник к ее припухшим губам в глубоком поцелуе. И только потом проговорил:

– Я приходил.

– Если бы ты приходил, я бы знала, – всхлипнула она. – Каждый день я жду тебя…

– Мое время – ночь, забыла? – улыбнулся демон и погладил ее по щеке, стирая слезы. – Вот и сейчас ночь…

Он потянул вверх ее сорочку и наконец-то освободил ее от досадной помехи. Какое-то время впитывал в себя ее изменившийся облик, не в силах оторвать взгляда.

– Ты похорошела!

– За это нужно сказать спасибо малышу и Магде, – погладила себя Лана по животу, не сдержав счастливой улыбки. – Один все время просит есть, а вторая – пичкает меня вкуснятинами целыми днями. Роан… – робко позвала она и неуверенно замолчала.

– Что? Что ты хотела сказать? – накрыл он ее грудь руками, почувствовав как вмиг затвердели ставшие особенно чувствительными соски.

– Не уходи больше. Останься с нами… Я люблю тебя! – решительно закончила и первая впилась в его губы поцелуем, словно заявляя на него свои права, оставляя клеймо собственности.

Как же ему стало плохо сразу от всего. От ее доверчивости и страсти, от поцелуев и признания в любви, от близости и необходимости скорого расставания.

– Я не могу остаться, – простонал демон, опрокидывая Лану на спину и раздвигая ее ноги. – Так я только все испорчу, – принялся покрывать он поцелуями ноги Ланы с внутренней стороны, постепенно подбираясь к самому заветному – ее нектару страсти, что уже вовсю сочился.

– Как ты можешь все испортить? – запустила Лана пальцы в его волосы в слабой попытке остановить.

Но тело ей уже не подчинялось, отзываясь на каждое прикосновение языка, что терзал чувствительный клитор.

– Ты нужен мне и нашему ребенку. Я не хочу быть тут без тебя! – выкрикнула Лана, и волна оргазма прокатилась по ее телу. – Забери нас тогда отсюда!

– Человеку не место в царстве, а демону – на земле, любимая, – пробормотал Роан ей в губы чуть раньше, чем накрыл те горячим поцелуем.

Она плакала, и это разрывало ему сердце. А еще он больше не мог сдерживать рвущуюся изнутри страсть. Он хотел оказаться внутри нее, хоть и боялся навредить плоду. Но что-то подсказывало ему, что если происходит это по взаимному желанию и любви, то вреда не будет. У них сейчас было именно так.

Лана правильно поняла его и перевернулась на живот. А потом встала на колени, чуть раздвинув ноги. Роан потерся головкой члена о влажную щель и принялся проникать в нее сантиметр за сантиметром. Нежная и существенно округлившаяся грудь Ланы все равно помещалась в его ладонях. Он гладил и несильно сжимал ее соски, и на каждое прикосновение она отзывалась полу стоном полу вздохом.

До самой разрядки он сдерживал себя, чтобы не навредить ей ненароком. И лишь когда излился в нее понял, что впервые демон тоже повел себя скромно и не вырвался наружу. Что это значило, Роан не знал, но открытие слегка ошеломило.

Засыпала Лана в его объятьях, как когда-то в царстве. А покидал ее Роан с тяжелым сердцем, понимая, что теперь ему еще сложнее будет отказаться от этой девушки.

Он не отправился сразу же в замок, а решил навестить Аиду. И пусть время было не самое подходящее для визита, но зато предрассветные часы дарили откровение, которое ему сейчас и было нужно.

Аида будто дожидалась его у двери. Не успел Роан опуститься перед ее домом, как дверь сразу же распахнулась, приглашая его проследовать внутрь. Сама пророчица возлегала на тахте в ярком шелковом халате и приветливо улыбалась демону.

И вдруг демоница запела, и голос ее зазвенел под высокими сводами дома.

Ах, любовь! Ты всюду зовешь меня…

Ко всем на свете я тебя ревную.

Как мотылек беспечный вновь и вновь

На свет твоего огня

Сквозь дождь и ветер

Я куда-то лечу!..

Роан не понимал ровным счетом ничего, но как пела Аида ему понравилось. Оказывается, у нее красивый грудной голос, к тому же очень сильный.

– Это фрагмент песни из человеческого мира, в которой поется о человеческой любви и ревности, – легко встала Аида с тахты и приблизилась к Роану. – Кто бы мог подумать, что и демон может испытывать подобное!

– Тебя послушать, так я первый демон, что влюбился в человеческую девушку, – с досадой произнес Роан.

– Не первый, конечно, дорогой мой Ро, и точно не последний, – взяла его Аида за руку и повела к магическому углу. Там она свершала только самые тайные обряды, и ни разу Роан еще не переступал его границы. – Но совсем не многие могут похвастаться тем, что их личный демон разделяет их чувства.

Аида подвела Роана к призрачно светящейся панели на стене.

– Если в моих словах есть правда, то ничего не произойдет, коснись ты этого поля. В противном случае ты превратишься в демона. Давай, коснись! – задорно и как-то очень несерьезно велела она.

Роан послушно прижал ладони к теплой поверхности, недоумевая, что вообще происходит. Ничего не случилось – демон продолжал дремать в нем, не проявляя недовольства или какой другой реакции.

– Вот видишь, твой демон тоже полюбил свет.

– Аида, объясни! Что вообще происходит? – повернулся к ней Роан.

– А ты сам не понял? – хитро прищурилась она.

– Абсолютно ничего, – тряхнул головой демон. – Что мне делать, если я не могу жить без нее?

– Твой демон капитулировал перед силой любви и света, дорогой мой, – снисходительно пояснила Аида. – Это не значит, что он стал слабее, а лишь готов и дальше безоговорочно слушаться тебя.

– Так а что мне это дает? Не так уж сильно он напрягал меня, когда вырывался из-под контроля, – пожал плечами Роан.

– Здесь да, но не на земле, – с улыбкой посмотрела на него Аида.

– Под покровом ночи даже там его можно спрятать, – задумчиво произнес Роан.

Он снова вспомнил недавнюю страсть с Ланой. Запах ее все еще витал где-то рядом, правда только мысленно Роан мог уловить его. И грусть переполняла его такой силы, словно простился с девушкой сегодня ночью навечно.

– Но не днем. Что если он днем проявит себя?

– О чем ты говоришь, пророчица? Я понимаю тебя все меньше.

Роан растерялся. Аида явно пыталась внушить ему какую-том мысль, но дойти до нее Роан должен был сам. И все эти подсказки… Про его демона ночью и днем…

– Ты хочешь сказать, что я могу поселиться на земле? Рядом?..

– С любимой! Да! Наконец-то ты понял! – рассмеялась пророчица. – Однако ты тугодум, дорогой.

– Но как? Я бессмертен, а ее век по демоническим меркам очень короток. Не сделаю ли я ей только хуже? Кроме того, повелитель…

– Забудь про повелителя! Его ты больше не интересуешь! – резко оборвала его Аида.

Роан, конечно, знал, что пророчица недолюбливает падшего ангела, но чтобы до такой степени.

– Как насчет бессмертия? – пристально разглядывала его пророчица.

– Что ты имеешь в виду?

– Готов ли ты расстаться с ним, чтобы прожить длинную человеческую жизнь рядом с любимой, которая по демоническим меркам пролетит как один миг?

– Если бы я мог!..

Лишиться вечной жизни для демона – все равно что умереть. Но смерть никогда не страшила Роана. Да и миг, наполненный любовью и жизнью ради любимой, сейчас казался ему гораздо желанней вечной жизни в одиночестве и тоске.

– Тогда, лети в свой замок, демон, и готовься к самому главному ритуалу в своей жизни, – торжественно произнесла пророчица и глаза ее блеснули янтарной зеленью. – Через одиннадцать дней и ночей я приду к тебе, чтобы забрать у тебя вечную жизнь. Уж извини, но именно она станет платой за эту мою услугу. Да и тебе она все равно ни к чему уже.

Эпилог

Жизнь Ланы протекала не хорошо и не плохо. Как-то никак. Дни проходили в безделье, ну не считая того, что она помогала Магде по дому и на кухне, общалась со Стешей, когда та была, конечно, дома Ведьма вечно куда-то исчезала и частенько возвращалась ночью или под утро.

Малыш внутри нее развивался хорошо и очень быстро. Порой становился слишком активным, и живот Ланы шел волнами. Тогда она просто лежала с книжкой или сидела на балконе.

Соседи ее не беспокоили. В первые же дни Стеша позаботилась, чтобы ближайшие соседи узнали про новую жилицу. Всем рассказала, что Лана беременная и ей скоро рожать, что беременность проходит не легко и потому она почти все время проводит дома, в тишине и покое.

Магда постепенно тоже научилась общаться с жильцами дома, с теми с кем познакомилась по пути на базар или в магазин. А еще со временем ей так понравился этот процесс, что она начала спускаться к подъезду и общаться на лавочке. Ни дать ни взять, настоящая сплетница. Но Лана даже рада была этому – не хватало еще, чтобы эта добродушная горгулья, что в человеческом облике походила на сельскую матрону, скучала по ее вине.

Роан позаботился о том, чтобы она ни в чем не нуждалась. Каждый месяц ей на карточку капали приличные проценты от очень солидной суммы, что положил демон на ее имя в банке. На них могли прожить не только три человека, а и небольшой отряд.

Но и материальная сторона жизни интересовала Лану мало. Бюджетом занимались Стеша с Магдой и даже умудрялись ссориться по этому поводу. Магда призывала к экономии, а Стеша уверяла, что с такими деньжищами можно жить на широкую ногу.

Сама же Лана полностью погрузилась в собственные мысли, вызванные тоской по демону. Она старалась не поддаваться грусти, чтобы не навредить малышу, но та временами прорывалась наружу, и тогда засыпала Лана в слезах.

Один раз за все время и конечно же ночью ее навестила Сона. Пробыла в гостях у Ланы гарпия недолго, потому что на этот раз отлучилась из царства без позволения. Зато она передала ей привет от Влада с уверениями, что черт-стилист по ней очень скучает. Так скучает, что решил полностью обновить ее гардероб к летнему сезону на земле, над чем сейчас плотно и работает. В скорости Сона обещала заявиться с подарками, «как только снова получится удрать из царства» по ее же словам. Влад же торжественно поклялся, что заявится к Лане в ночь всех святых, когда чертям разрешено выходить на землю, и задушит Лану в объятьях. И не только ее, но и маленького демоненка.

После той ночи, когда ее навестил демон, когда она поняла, что он тоже любит ее, и именно его любовь заставила его отказаться от нее, Лане стало совсем плохо. Такая тоска навалилась, с которой без помощи Стеши она бы не смогла справиться.

Каждый день ведьма проводила специальный ритуал по очищению кармы Ланы, которая уже на следующий день снова засорялась тоской. Если бы не эти ритуалы, то даже мысли о растущей в ней жизни не помогли бы, и Лана медленно угасла.

Однажды Стеша даже предложила навестить ее отца, от чего Лана отказалась наотрез. Во-первых, она помнила предупреждение духа матери, а во-вторых, пока ей не хотелось видеть даже его. Как-нибудь позже, возможно, она и попытается наладить с ним отношения, но точно не сейчас, когда ее собственная жизнь висит на волоске.

А сильнее всего ей отравляла существование мысль, что она больше никогда не увидит демона. В тот раз, уходя от нее, он по традиции не простился, на этот раз чтобы не вернуться сюда больше никогда.

Близилось время родов. Несмотря на уверения Стеши, что акушерка из нее никакая, было принято решение, что рожать Лана будет дома. Никто из них даже примерно не мог предположить, родиться ли ребенок обычным или с демоническими признаками. В любом случае, рисковать не стоило.

Схватки начались неожиданно, и сразу же отошли воды. Вот тогда наступил личный ад для Ланы. Схватки следовали одна за другой и такой сокрушающей силы, что между ними она впадала в беспамятство, а с каждой новой схваткой готовилась к смерти.

– А ну-ка соберись! – прикрикнула на нее Магда, которая как и Стеша не отходила от ее кровати. – От этого еще никто не умирал. Все бабы рожают, и ты родишь, никуда не денешься!

– Все бабы рожают демонов что ли? – заскулила Лана. У нее не осталось сил даже на достоинство.

Боль изматывала, лишала гордости.

Вновь накатила схватка, и как сквозь вату Лана услышала беспокойный голос Стеши:

– Малец идет слишком быстро. Боюсь, он порвет ее, и начнется кровотечение.

– Так сделай что-то! – прикрикнула на нее Магда.

– Я тебе не врач! – огрызнулась Стеша. – Дитя приму, а что дальше делать, не знаю. Разве что заговорить могу и…

– Отойдите! – донесся до Ланы знакомый властный голос. Ну вот и галлюцинации решили злостно подшутить над сознанием и явить ей Роана. – Она рожает демона, и только демон может уговорить его не торопиться.

Нет! Это не галлюцинации! Лана даже про боль забыла, когда Роан выпустил демона и приблизился к кровати.

– Потерпи, любимая, уже скоро, – ласково улыбнулся он ей и коснулся ее губ своими.

А потом Роан прижал ладони к ее животу и принялся произносить заклинания на непонятном языке.

Через час Лана родила мальчика. С виду совершенно обычного, разве что крупненького, весом четыре девятьсот. Демонических признаков ни Магда, ни Стеша на младенце не нашли.

– Ух, какой мамонтенок! – приговаривала Магда, обмывая малыша, и тайком вытирала набегающие слезы.

Стеша так и вовсе рыдала рядом, приговаривая, что совсем слабая стала и нервная.

Лана покоилась на груди Роана и к собственному стыду, не знала, чему рада больше: его близости или рождению малыша. Наверное, и тому, и другому, потому и переполняло ее слишком большое счастье.

– Ты побудешь еще хоть сколько-то? – подняла она глаза на Роана и встретилась с его сейчас черными о любящими.

– Я больше не уйду. Мое место рядом с вами, – просто сказал он, и в этот момент счастье достигло таких размеров, что Лана едва не задохнулась от него.

Позже Роан ей расскажет все, и Лана, наконец-то, поймет, что ничего в нашей жизни не случается просто так, что все испытания нам даются для чего-то, и если ты справишься с ними, то получишь заслуженную награду.

Лана справилась и в награду получила Роана. Отныне у них был собственный маленький мир на троих.

Сына назвали Андреем в честь Арна, который частенько навещал их (теперь ему не нужно было для этого позволение Роана).

Сона продолжала сбегать из царства по ночам, рискуя превратиться в настоящую преступницу. Иногда они являлись вдвоем с Арном, и Лана видела, что отношения у них налаживаются, а былая любовь возрождается, чтобы крепнуть.

Вот и подошла к концу история про демона и человеческую девушку, что повстречались случайно и прошли путь от ненависти до любви.

Как сложится их дальнейшая судьба, мы не знаем, но любовь поможет им преодолеть все, на то она и любовь. Они с нами прощаются и желают всем нам счастья. А еще любви, страсти и секса. Особенно последнего, ведь они его так любят сами!

Content

Волгина Надежда Юрьевна В плену демона

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Эпилог