Алисия Эванс

Шпионка его Светлости или Рабыня с короной

Пролог

Немолодая женщина бежала по лесу, прижимая к груди маленький сопящий сверток. В нескольких метрах от неё раздалось угрожающее рычание. Женщина открыла портал, местность переменилась, но псы не отстали. Она шагала в порталы снова и снова, стараясь оторваться, но все тщетно. В голове билась только одна мысль: «Спасти. Убежать. Выполнить долг».

Пришлось идти на хитрость. Открыв один портал, женщина шагнула в него, создав позади себя ещё один. Это задержит погоню, но ненадолго. Она и ребенок оказались на берегу реки, рядом были заросли камыша. Женщина потянулась к ним своей магией, и вскоре на воде появился небольшой плот. Положив на него ребенка, она вздохнула и приказала воде вынести его к людям. Дитя крепко спало, его носик смешно подергивался. Женщина бросила на него последний взгляд и вновь шагнула в портал.

Она оказалась в лесу, псы приближались. Вскоре рычание раздавалось уже совсем близко, но женщина не пыталась бежать, принимая свою судьбу. Её окружило около десятка больших черных псов, но они лишь скалились, ожидая команды от хозяина. Вскоре появился и он сам, лениво вышагивая вперед.

— Где Всадница? — прогрохотал он.

— Там, где ты её не найдешь, — уверенно ответила женщина.

— Лучше расскажи все сама, в противном случае я не могу гарантировать, что ты останешься жива.

— Иди в бездну! — выплюнула она.

— Ты сама сделала выбор, — пожал плечами он. Мужчина хотел сделать знак псам, но женщина неожиданно резво выхватила из кармана какой-то бутылек и почти мгновенно осушила его. — Сучка! — разозлился он и дал команду псам не приближаться к ней ближе, чем на десять шагов.

Над лесом разнесся страшный крик боли — яд разъедал женщину изнутри. После нескольких минут мучений она упала на землю, и её тело рассыпалось в прах. Хозяин псов не испытал никакого удовольствия от вида смерти, что случалось нечасто. Эта сучка нужна была ему живой. Выругавшись, он приказал отследить её путь и найти Всадницу, надеясь, что хоть за что-то удастся зацепиться.

Глава 1

— Крошка, ты чудо, — произнес Алан, целуя меня. Мы лежали в его личных покоях на смятых простынях, пытаясь отдышаться после произошедшего. Я легла ему на грудь, а он приобнял меня за плечи.

— Почему ты такой задумчивый в последнее время? — ласково спросила я.

— У меня проблемы, дорогая. Думаю, Повелитель скоро казнит меня.

— Что? — встрепенулась я и приподнялась, чтобы посмотреть ему в глаза. — И ты так спокойно об этом говоришь? Почему? Ты же не сделал ничего плохого?

— Я ему мешаю, Виталина, — прошептал он, гладя меня по голове. В его устах мое имя становилось особенно нежным. — Он видит угрозу своей власти.

— В ком? В тебе?

— Да. На Советах я часто возражаю ему, указываю на явные ошибки в законах, критикую указы, и его это бесит.

— Ну, не критикуй его, молчи.

— Не могу, дорогая. Это же моя страна, а он её погубит своими решениями.

— Что же делать? — мой голос задрожал. — Я не хочу, чтобы ты умер, Алан! Я не смогу без тебя жить!

— Ш-ш-ш, — он прижал меня к себе и принялся успокаивать. — Ты можешь мне помочь, Виталина.

— Чем? Я все сделаю!

— Ты можешь отправиться к нему во дворец, пожить там какое-то время и рассказывать мне о том, что ты там видишь.

— Что? Ты предлагаешь мне шпионить за Повелителем? — ужаснулась я. — Алан!

— Не хочешь — не нужно, радость моя, — пожал плечами он. — Я не буду тебя принуждать. Просто это очень помогло бы мне, — мужчина заметно погрустнел. Некоторое время мы лежали в тишине. — Уже поздно. Тебе пора, — он поцеловал меня в висок и выпустил из объятий. Взгляд стал отстраненным, Алан вновь погрузился в свои мысли.

— Дорогой… — я попыталась обнять его, но он встал и отошел к гардеробной.

— Одевайся. Завтра увидимся.

Я не посмела возражать своему лорду и послушно натянула платье. Поцеловав его на прощание, покинула его покои и направилась в свои, более скромные.

Я — фаворитка лорда Алана Гредворда, Виталина. Мне семнадцать лет. Когда я была младенцем, меня нашли на берегу реки недалеко от этого замка и продали отцу Алана в качестве рабыни. Я выросла в его замке, меня обучили грамоте, дали образование, пусть и не такое глубокое, какое получают благородные дамы. В основном моя работа с детства заключалась в уборке помещений, уходом за замком и прилегающим садом в целом, а когда я престала быть ребенком, то и в развлечении лорда. Отец Алана умер, и мой лорд стал его наследником и моим хозяином.

Год назад он обратил на меня свое внимание, и я стала самой счастливой девушкой на свете. Как можно было не влюбиться в его кудрявую шевелюру, золотисто-карие глаза и сильные руки? Мы много гуляли, общались, он рассказывал мне о себе, а я внимательно слушала. Вскоре он пригласил меня остаться на ночь, и я не могла отказать. С тех пор я стала его фавориткой, мне выделили отдельную комнату, переселив из общей, где спали все остальные девушки гарема. Они бросали на меня завистливые взгляды и часто пытались сделать подлянку, но я выросла среди них и всегда готова отразить атаку.

Я вошла к себе в комнату и растянулась на постели. Если Алана казнят, я не смогу без него жить. Я так привязалась к его голосу, прикосновениям, ласкам… Но в то же время прекрасно понимаю, что нам никогда не быть вместе. Кто я и кто он? Рабыня и лорд. Нет, он женится на какой-нибудь благородной даме, сделает ей ребенка и снова вернется к гарему. Нам, фавориткам, давали специальные настойки, чтобы мы не понесли, и возможности подарить Алану ребенка, пусть и незаконнорожденного, у меня не было.

Разве я смогла бы следить за самим Повелителем? Ведь, если все раскроется, меня тут же казнят, а следом и Алана, как допустившего все это. Меня терзали сомнения. Размышления прервал приход Златы — моей единственной подруги здесь. Она младше меня, ей двенадцать, но умна она не по годам.

— Привет, — произнесла она, садясь рядом. — Ну как все прошло?

— Ох, я даже не знаю, как тебе сказать. Алан попросил меня уехать ненадолго из замка по важному поручению, — кратко описала ситуацию я. Ну а что, ведь не соврала же. — Я не знаю, как мне поступить.

— А что будет, если ты откажешься?

— Алан говорит, что тогда все изменится… Мне страшно, Злата, это очень опасно, — тихо добавила я.

— Если откажешь лорду, то попадешь в немилость.

Я это понимала. Уже сегодня Алан сник и выглядел очень озабоченным. Если так пойдет и дальше, то он может отвергнуть меня, а я боюсь этого больше всего.

— Значит, мне придется согласиться, — тихо ответила я. — Ты тут справишься сама?

— Конечно, — уверенно ответила Злата. — Буду следить, чтобы к лорду никто не подбивал клинья, — подмигнула девушка.

Злата как будто светилась изнутри, заставляя улыбаться всех окружающих. Она ещё не расцвела, но уже сейчас в ней угадывалась будущая красавица. В её присутствии, с шутками мне стало намного легче принять верное решение. Мы смеялись весь вечер, пока не наступило время отбоя. Распрощавшись с подругой, я легла спать. Завтра утром обо всем поговорю с Аланом и скажу, что я согласна.

Утром я сама пришла к покоям лорда, но его не оказалось на месте. Не солоно хлебавши я ушла в гарем. Девушки сидели, болтали, кто-то вышивал, а кто-то упражнялся в игре на музыкальных инструментах.

— Что, прогнал тебя наш хозяин? — раздался издевательский голос. Повернув голову, я увидела Киру — главную сплетницу гарема. — Я слышала, что он приказал позвать другую девушку в свои покои.

— Да, чтобы она там прибралась, — холодно ответила я, стараясь не показывать, как я меня задели её слова. Алан приказал позвать другую?! Неужели хочет предложить ей тоже, что и мне? Нет, нельзя этого допускать! Я не могу его потерять! Кира замолчала и состроила обиженную рожицу.

— Виталина! — позвал меня лакей. — Тебя зовет лорд!

Я встала и с гордой осанкой отправилась к нему. Алан выглядел немного раздраженным.

— Ты что-то хотела, Виталина? Мне сказали, что ты заходила ко мне.

— Да. Я все обдумала и решила, что ты прав. Я должна сделать все, чтобы помочь тебе.

Когда до него дошло, о чем я говорю, он просиял и бросился ко мне. Подхватив меня на руки, Алан закружился по комнате.

— Ты чудо! Я все устрою, тебе ничего не будет угрожать, — тараторил он. — Посиди здесь, я все подготовлю.

Он куда-то ушел, оставив меня одну. Я не сомневалась в правильности принятого решения, но что-то внутри меня настораживало. Алан вернулся, держа в руках два небольших одинаковых предмета. Это оказались зеркала, которые помещались на ладони.

— Смотри, — он присел рядом, вручив мне одно из них, и отошел к противоположной стене. — Это особые артефакты, они служат для связи. Виталина, — произнес он, глядя в свое зеркало. На том, что держала я, появилось его лицо. Он подмигнул мне. — По ним мы будем связываться. Для всех это будет простое зеркало, а для тебя — особое. Я настроил его на тебя.

— Хорошо, — натянуто улыбнулась я.

— Тебя доставят во дворец Повелителя как мой подарок, с этим проблем не будет, ты войдешь в его гарем. Тебе будут поручать мелкие работы, а ты наблюдай, смотри, слушай, кто что говорит и сообщай мне. На месте сориентируемся, что делать дальше.

— А когда и, главное, как, я вернусь обратно? — решилась спросить я.

— Там ты будешь примерно полгода, я так думаю. А как вернешься… Просто переместим тебя незаметно при удобном случае. Не думаю, что простую рабыню будут искать.

— А когда я туда отправлюсь?

— Завтра утром, — огорошил он меня. Заметив, как я удивилась, он продолжил. — Нельзя медлить. Я бы прямо сейчас тебя отправил, но тебе нужно собрать вещи, попрощаться, да и обсудить мелочи некоторые. Иди, возьми только самое необходимое.

На негнущихся ногах я ушла к себе. В голове роились тревожные мысли. Мне хотелось верить, что план Алана сработает, но что-то внутри подсказывало, что этого не случится. Я сумею оставаться незаметной в гареме, но как мне быть, если меня каким-то образом раскроют? Но с другой стороны, я ведь не буду делать ничего незаконного — просто сообщать о том, что услышала!

— Ну что? — пришла Злата.

— Я согласилась, — взволнованно ответила я. — Завтра уезжаю. Не спрашивай, куда.

— Ты такая нервная, Виталина, — забеспокоилась Злата. — Не переживай, Алан тебя не подставит. Наверное.

— Я просто не ожидала такого резкого поворота в жизни. Все так поменялось…

— Все будет хорошо, — девушка обняла меня, и по телу будто разлилось тепло. Какой же она все-таки солнечный человечек!

— Спасибо тебе за все, — прошептала я.

Весь день прошел как в тумане. Я собрала вещи, положив в сумку лишь несколько платьев и предметы первой необходимости. Алан заходил несколько раз и говорил, что я не должна волноваться, что все в порядке, объяснял, как вести себя в гареме. Все сводилось к тому, что я должна быть тихоней.

— Ты красивая, — в который раз произнес он, проведя рукой по моим огненно-рыжим волосам. — Боюсь, вдруг другие начнут на тебя засматриваться. Будь тихой, ни с кем не ссорься, а вообще, лучше старайся испачкаться чем-нибудь.

— Зачем?

— Чтобы тебя обходили стороной и не спешили заводить дружбу.

Его просьба мне показалась странной, но я взяла его слова на заметку. В конце концов, ему виднее.

Ночью мне снились тревожные сны, в которых я от кого-то убегала, но меня постоянно ловили. Утром чувствовала себя так, будто не спала всю ночь.

Глава 2

Рано утром меня уже ждала маленькая карета у выезда из дворца. Алан поцеловал меня и сказал, что все будет хорошо. В сопровождении стражника мы отправились во дворец Повелителя. Ехали мы долго и в столицу въехали лишь к вечеру. Я с любопытством выглядывала из окна: повсюду стояли богатые высокие дома, дамы были одеты в дорогие платья, в которых у нас ходили только фаворитки или жены лордов. Сопровождающий раздраженно закрыл окошко занавеской и бросил на меня злой взгляд. Поняв, что лучше не высовываться, я откинулась на спинку сидения.

Карета остановилась, и мы вышли к воротам дворца. Нас без проблем пропустили внутрь, а у меня отвисла челюсть. Внутренний двор, замок, прилегающие территории были такими огромными, что дом Алана казался сараем по сравнению с этим великолепием.

— Нравится? — надменно спросил мужчина, встречающий нас. Он был одет в коричневые штаны и брюки.

— Очень, — ответила я. — Меня зовут Виталина.

— А меня Шон. Очень приятно. Я управляющий дворцом. Тебя прислали в качестве подарка нашему Повелителю. Будешь жить в гареме. Правила знаешь?

— Конечно, — с гордостью ответила я.

— Тогда идем.

Мы прошли в один из корпусов дворца. Я не могла перестать изумленно озираться по сторонам. Все было таким красивым, величественным и богатым, что просто дух захватывало. Меня провели в гарем и поселили в комнату, где жили ещё пять девушек. Сейчас здесь было пусто, так как все девушки заняты.

— Для тебя тоже есть работа, — строго сказал Шон. — Переодевайся, я жду тебя, — он покинул комнату. Я спрятала свое зеркало под матрас, надеясь, что там его точно не найдут. Я быстро надела свое самое обычное бело-синее платье и вышла к нему. Шон отвел меня в какую-то комнату на несколько этажей выше моей. Здесь была односпальная богатая кровать, да и вся комната была обставлена очень красиво. Видно, что здесь живет женщина. — Уберись здесь: везде вытри пыль, помой полы, разложи вещи.

Шон вышел, а я так и осталась одна в этой комнате. Мне не привыкать, ведь большую часть жизни я только тем и занималась, что убирала замок Алана. Правда, я и представить себе не могу, сколько нужно слуг, чтобы содержать в чистоте дворец Повелителя. Мой лорд на десять лет старше меня, поэтому, когда я прибирала его покои, то была ещё ребенком, и он меня не замечал. Я с завистью наблюдала за теми девушками, которые ходили к нему. Правда, потом они все куда-то исчезали. Поговаривали, что их ссылают в другие дворцы и замки, дарят, но я старалась о них не задумываться. Какое мне дело до их судьбы?

Я тщательно стерла пыль с мебели, разложила немногочисленные вещи, которые здесь валялись, и принялась за полы. Набрав ведро воды, я с тряпкой в руках и на коленях занималась уборкой. Именно в тот момент, когда моя пятая точка была обращена к двери, раздался громкий женский смех и в комнату вошли три девушки.

— Кто это здесь у нас? — произнес надменный голос. Я обернулась и обомлела. Передо мной стояла красивая высокая девушка с золотистыми волосами. Одета она была как настоящая королева. Две девушки по бокам от неё с интересом рассматривали меня. Про себя отметила, что подруги у неё не обладают даже частью той красоты, которой могла похвастаться блондинка. — Я спрашиваю, как твое имя? — раздраженно спросила красотка. — У тебя что, ушей нет или ты немая?

— Меня зовут Виталина, — спокойно ответила я, стараясь не обращать внимания на её выпады.

— Виталина, — передразнила она, очень внимательно рассматривая меня. — Ты новенькая?

— Да.

— Да, госпожа, — выделили она последнее слово. Я подняла на неё непонимающий взгляд.

— Простите, госпожа, я здесь новенькая, только сегодня прибыла и ещё не знаю никого в лицо, — все также невозмутимо отвечала я.

— Ясно. Откуда ты?

— Меня прислал Лорд Алан Гредворт в качестве подарка Повелителю.

Девушка ничего не ответила, а лишь обошла меня, внимательно изучая взглядом. Про себя я отметила, что она на полголовы выше меня. Она взяла прядь моих волос и пропустила через пальцы, странно хмыкнув.

— Меня зовут Нейра, я фаворитка нашего Повелителя. Я здесь главная. Так что советую не перечить мне и во всем слушаться.

— Простите, может быть, я чего-то не понимаю, но главный здесь Повелитель, а наложница уж никак не может управлять чем-то.

За эти слова я тут же получила сильную пощечину.

— Ты очень глупая, Виталина, — зло прошипела Нейра. — Не смей говорить мне таких вещей, если ты даже не знаешь правил дворца! Я его любовь, я — его сердце! Ещё раз ты посмеешь возразить мне, то больше никто тебя не увидит, никогда! Ясно?!

— Да, — выдавила я, опустив вниз голову и глотая слезы.

— Заканчивай свою работу и вон с глаз моих!

Я домыла полы, схватила ведро и с прямой спиной покинула покои.

Едва за девчонкой захлопнулась дверь, Нейра сказала подругам:

— Она мне не нравится. Слишком красивая и наглая. Давайте ей самую грязную и тяжелую работу, а к Повелителю и близко не подпускайте.

Я вернулась в свою комнату. Там уже были мои соседки.

— Как твое имя? — спросила девушка с длинными черными волосами.

— Виталина. Я тут новенькая.

— Мы это заметили, — рассмеялись девушки.

Я рассказала девочкам, что меня прислали в качестве подарка.

— Так ты выросла в замке лорда? — изумленным голосом спросила одна из девушек.

— Да, а что?

— Просто многие из нас выросли в семьях крестьян. Мы дочери бедняков, — грустно вздохнула она. — Всех нас продали сюда собственные родители, чтобы прокормить младших детей. А ты вон, росла здесь, как настоящая леди, — захихикала она.

— Зато вы знаете о ваших семьях. А я подкидыш. Думаю, мои родители надеялись, что я утону, но я выжила…

— Не грусти, — ободряюще отозвалась другая. — Вот понравишься ты нашему Повелителю, станешь его фавориткой и будешь ходить вся в шелках.

— Нет, не станет, — уверенно заявила милая девушка, которая до этого молчала. Она повернула голову, и я увидела, что на её лице огромный ожог, который ужасно уродовал бедняжку. — Нейра и близко не подпустит её. Она вообще выживает отсюда всех красавиц, которые могут его привлечь. Уже два года она его фаворитка, и других у него не было. Упаси Творец тебя с ней встретиться.

— Уже встретилась, — призналась я им. Все тут же повернули головы в мою сторону и дружно потребовали рассказать, при каких обстоятельствах это произошло.

— Шон приказал мне убраться в её покоях. Я уже заканчивала, когда она пришла со своей свитой. Начала расспрашивать обо мне, сказала, что она тут главная. Я ей ответила, что наложница не может чем-либо управлять, а она меня ударила.

Кто-то из девчонок присвистнул.

— Попала ты. Этот Шон водит к ней всех новеньких, кто может понравиться Повелителю. Посмотри, что она сделала с Шаей, — длинноволосая брюнетка кивнула в сторону девушки с ожогом. — Не вставай на пути этой мегеры, Виталина, если хочешь жить.

— Да не нужен мне Повелитель! — воскликнула я. — Я просто хочу спокойно жить.

— Повелитель красив, — мечтательно прошептала Шая. — Он такой… Наверное, я бы на месте Нейры тоже так поступала.

Брюнетка закатила глаза.

— Представляешь, бедняжка просто бросала на Повелителя томные взгляды из-под ресниц, когда накрывала ему на стол. Следующей ночью кто-то прижег её лицо. И так со всеми.

— А что же он сам? — не могла понять я. — Разве Повелитель не видит, что именно происходит в его гареме? Как он допускает, чтобы его девушек так обижали? Лорд Алан никогда не допускал подобного. Если одна получала травму — разбирались со всеми!

— Ему не до нас. Он же правитель Империи, какое ему дело до рабынь, — грустно вздохнула одна из девушек.

Остаток вечера мы провели за шутками, стараясь не думать о грустном. Когда все легли спать, я вытащила свое зеркальце и пошла в уборную. Там было пусто, и я тихо прошептала:

— Алан.

На зеркале пошла рябь, и вскоре появилось лицо лорда.

— Ну что? — напряженно спросил он. — Все получилось?

— Да, я на месте. Пока ничего интересного.

— Это только первый день. Завтра в это же время свяжись со мной. Помни: никаких ссор, веди себя очень тихо, — строго сказал он и отключился.

Я грустно вздохнула и поплелась спать.

Следующим утром нас с соседками снова загрузили работой. Меня отправили на кухню помогать поварам. Серьезных вещей мне никто не доверил, поэтому я лишь выносила мусор и мыла посуду. К полудню мои руки воспалились от постоянного пребывания в горячей воде и мыле. А Алан говорил, что я буду выполнять только мелкую работу…

— Деточка, отдохни, — разрешил мне повар. Толстый добряк с веселыми глазами. — Люблю трудолюбивых. Что-то раньше я тебя здесь не замечал. Откуда ты, цветочек?

— Из провинции, — слабо улыбнулась я, присаживаясь на табурет. Устала рассказывать всем, при каких обстоятельствах я здесь оказалась.

— Как твое имя?

— Виталина.

— Дар жизни, — перевел он, внимательно рассматривая меня. — Красивая ты, Виталина. Волосы как огонь! Будь осторожней. Я много чего повидал в этом гареме. Не хочу, чтобы ты жизнь свою загубила.

— Так куда мне деваться-то, дядя?

— Всегда есть выход, — он весело подмигнул мне и вернулся к работе.

С кухни меня отпустили и отправили помочь Шае с уборкой комнаты. Каково же было мое удивление, когда я обнаружила её в коридоре со знакомой девушкой. Я не могла вспомнить, где я её видела. Точно! Это одна из спутниц Нейры. Девушка кричала на весь коридор и за что-то отчитывала Шаю. Та молчала, склонив голову. Как я поняла из её криков, Шая задела девушку половой тряпкой, и теперь получала нагоняй. Все было как обычно, пока мерзавка не начала выходить из себя и не вцепилась бедняжке в волосы. Я выросла в гареме, я многое повидала, но чтобы бить кого-то?! Да у нас за это Алан лично бы высек виновного и с позором вышвырнул на улицу! А тут бедная обезображенная девушка, которой и так в жизни досталось. Я не могла пройти мимо. Не помня себя от ярости, я подбежала к девчонкам, схватила змею за волосы и оттащила от Шаи. Драчунья явно не ожидала такого порота событий, выражение лица стало растерянным, она открывала и закрывала рот как рыба, выброшенная на берег. Я краем глаза заметила у Шаи кровоподтек, и у меня снесло крышу. Я от души ударила гадину головой о стену. У неё тоже пошла кровь, и с визгами она убежала.

— Зря ты так, — тихо сказала Шая. — Теперь у тебя будут проблемы.

— Она же била тебя! Почему ты не защищалась?!

— Мне нравится выводить её из себя, — пожала она плечами. — Они уже отняли у меня мое лицо, больше терять мне нечего.

Я ничего ей не ответила. Пусть так, но я не могу просто стоять и смотреть, когда обижают других людей. Эта черта у меня с детства, сколько себя помню. Сразу хочется бросаться в бой и защищать.

Мы с Шаей действительно закончили уборку в большой просторной комнате. Девушка бросала на меня обеспокоенные взгляды, как будто боялась за меня, но я абсолютно не переживала, уверенная, что поступила правильно. Уставшие, мы побрели к себе. Как меня и предупреждала Шая, вскоре пришла девушка и сказала, что Нейра хочет меня видеть. Мы шли по коридорам гарема, а я все-таки начала волноваться. Нейра стояла в комнате, задумчиво глядя в окно. Обидевшая Шаю девушка стояла в стороне с таким видом, будто хотела моей смерти, на лбу у ней вскочила большая шишка.

— Как ты посмела поднять руку на Оливию? — не оборачиваясь, холодно спросила Нейра. — Что ты о себе возомнила?

— Она била Шаю. Я не могла пройти мимо, — также холодно ответила я.

— Если она её била, значит, девчонка это заслужила! — повысила голос Нейра.

— У бедняжки ожог на пол-лица! А эта зараза над ней измывалась из-за пустяка! Можете наказать меня, но если она ещё хоть раз посмеет поднять руку на кого-то, я её волосами помою пол! — гордо выпалила я, забыв об инстинкте самосохранения.

— Дрянь! — Нейра оказалась рядом со мной и вновь зарядила мне пощечину. — Ты ничтожество! — снова удар. — Я не позволю тебе устанавливать здесь свои порядки! — она занесла руку, чтобы снова ударить меня, но я её перехватила и выгнула её запястье назад. Девушка почувствовала боль и вскрикнула, пытаясь высвободить руку, но у меня откуда-то взялась сила, и я её удержала.

— Мне плевать на твои порядки, — холодно сказала я. Нейра и Оливия смотрели на меня с нескрываемым ужасом. — Я хочу лишь одного: чтобы здесь не было насилия.

Я отпустила её руку, и она отпрыгнула от меня как от чумной. Не став дожидаться разрешения, я развернулась и вышла из её комнаты, гордо подняв голову и держа спину прямо.

— Оливия, — дрожащим голосом прошептала Нейра. — С ней пора кончать.

— Будет сделано, госпожа, — склонила голову девушка.

Я возвращалась обратно и сама не могла понять, что на меня нашло. Зачем я так нагрубила ей? Что теперь будет? Она же явно не оставит меня в покое после такого. Что я натворила?! Алан ведь ясно дал понять, чтобы я не вмешивалась ни во что, а я почти сразу поссорилась с любовницей Повелителя! Глупая!

Мысленно посыпая голову пеплом, я вошла в нашу с девочками комнату. Шая тут же вперилась в меня взглядом. Все потребовали рассказать, что произошло. Я и рассказала…

— Она не жилец, — покачала головой одна из девушек.

— Да-а, Виталина, натворила ты делов. Они тебя теперь будут выживать всеми доступными способами.

Я понуро опустила голову и улеглась в постель. Что мне теперь сказать Алану? Перед сном я вновь связалась с ним все тем же способом.

— Я подвела тебе, прости, — прошептала я. — Я поссорилась с одной важной шишкой.

Алан цветисто выругался.

— Виталина, ты…! Завтра же с ней помирись! Мне не нужны проблемы!

В дурном настроении я отправилась спать. Мириться с этой мегерой я не буду не при каких обстоятельствах. Ну, разве что, она чудесным образом исправиться и перестанет запугивать девушек.

Утром меня вновь отправили на кухню мыть посуду. На руках появилась красная сыпь.

— Ох, деточка, здорово ты насолила кому-то, раз тебе такую работу поручают, — покачал головой повар. — С кем не сладила-то?

— С Нейрой.

Повар ничего не ответил, лишь присвистнул и покачал головой, смотря на меня с какой-то странной грустью.

После обеда меня позвали мыть окна в какой-то башне. В этом дворце их было так много, что я даже не пыталась запомнить дорогу до той, куда меня вели. Я оказалась одна в длинном коридоре, в котором было всего три окошка. Вид такой, будто сюда не заходили несколько лет. Делать нечего, я намочила тряпку в воде с мелом и принялась за дело. Присев на подоконник, оценила высоту. Тут метров пятьдесят, если не больше! В тишине мыть окна скучно, и я начала петь.

— Столько дней у окна сидела,

Столько лет мучилась, ждала.

Я жила и не замечала,

Как была слепа.

Рядом с ним звезды так сияют,

Рядом с ним спала пелена.

Как во сне открылось мне,

Что здесь моя судьба.

Лишь сейчас я вижу свет,

Словно ночь вдруг отступила.

Лишь сейчас я вижу свет,

Купол неба голубой.

Он подскажет мне ответ,

Сердце вдруг стрела пронзила.

Все вокруг вмиг переменилось,

Я теперь с тобой.

Я остановилась, потому что нужно было дотянуться тряпкой до самой дальней рамы. Я держалась одной рукой за стену и потянула вторую руку к стеклу. Дальше все происходило как во сне. Я почувствовала, что меня толкают в бок, да с такой силой, что я вывалилась из окна и полетела вниз, успев лишь испуганно вскрикнуть.

В полете я перевернулась и летела спиной вниз. Краем глаза заметила удаляющийся от окна человеческий силуэт. Странно, но страха не было, только странные мысли крутились в голове. Что будет с Аланом? И с поваром? Как же все глупо получилось…

Я уже приготовилась умереть, как вдруг мое падение замедлилось. Я уже не летела, а лишь медленно приближалась к земле. Я ожидала почувствовать спиной сырую землю и траву, но упала кому-то на руки. Мужчина держал меня и с беспокойством заглядывал в лицо. Я подняла на него безумный взгляд и…пропала. Он что-то говорил, о чем-то спрашивал, подбежали ещё какие-то люди, но я видела лишь его глаза. Яблочно-зеленые, прекрасные, сияющие глаза. Как может человек иметь такие волшебные очи? Я смотрела на него с самым глупым выражением лица, которое только можно изобразить, а в груди у меня как будто разгоралось пламя, распространяясь по всему телу, заставляя гореть каждую клеточку тела, каждый уголок моей души.

— Красавица, что с тобой? — донесся до меня его голос прежде, чем я уплыла во тьму.

* * *

Ромул Даррский прогуливался в саду вместе со своей свитой и управляющим дворца. Шон докладывал ему о делах гарема, о том, что все в порядке, все течет мирно и тихо. Сквозь шелест листьев и стрекот насекомых до Ромула донесся ещё один звук. Кто-то пел. Девушка. Повелитель пошел на звук, оставив своих людей позади. Он вышел к заброшенной башне. Здесь на нижних этажах хранились старые статуи, сундуки со всяким хламом и просто ненужные вещи. Он давно собирается разобраться со всем этим, да руки никак не доходят. Подняв голову, он сразу увидел силуэт девушки. Она…мыла окна? Зачем это делать в этом хламильнике? Ромул заслушался её голосом. Нежный, мягкий, красивый. Она идеально попадала в ноты. Кажется, песня была о свете и любви. Он внимательно её рассматривал, а она даже не замечала его. Огненно-рыжие волосы, тонкая талия, лебединая шея. Красавица. Только зачем она занимается всей этой ерундой на такой высоте?

Повелитель не успел закончить мысль, так как рядом с девушкой мелькнула тень, и красотка полетела вниз, издав сдавленный вскрик. Ромул не сразу осознал происходящее — настолько это было неожиданно и немыслимо. Спохватившись, он замедлил её падение, а когда она приблизилась к нему, подхватил на руки. Про себя отметил, что она легкая.

— Как ты? — спросил он. Девушка выглядела перепуганной и растерянной, но, заглянув ему в глаза, изумленно вытянула лицо. — Ты меня слышишь? Как тебя зовут? — Ромул пытался поговорить с ней, но она не отводила от него странного взгляда и молчала. Подбежали его сопровождающие. Девушка побледнела.

— Красавица, что с тобой?

Неожиданно она начала ронять голову, глаза закатились, и бедняжка откинулась назад, свесив вниз одну руку.

— К целителю! — властно скомандовал Повелитель, все четверо сопровождающих его мужчин поспешили за ним. — Нет! Вы трое обыщите башню, я видел, что кто-то её столкнул! — Отрезал Ромул. Шон побледнел и выглядел очень растерянным. — Почему мои девушки выпадают из окон? — зло спросил Повелитель у него. — Ты хоть представляешь, что было бы, не подоспей я вовремя?!

Управляющие пролепетал что-то невнятное и странно задрожал.

Ромул со всех ног мчался в основной корпус своего дворца. На первый взгляд девушка была цела, при падении ничем не ударилась, но её бледность и странный цвет ауры его напрягали. Шон едва поспевал за ним.

В лечебном крыле Повелитель сгрузил свою ношу на кушетку и отошел, освобождая пространство для целителей. Сейчас он смог в подробностях рассмотреть её: пухлые красные губы, длинные ресницы, тень от которых падала на круглые щеки. Она была стройная, но не худощавая. Раньше он не видел её во дворце, нужно расспросить у Шона все, что о ней известно.

Два целителя отошли от неё и повернулись к Повелителю.

— Физически она в порядке, но на глубинном уровне происходят непонятные изменения. Аура меняется, магический фон рябит. Никогда такого прежде не видел.

— И что делать? — напряженно спросил Ромул.

— Ждать. Она в глубоком сне, Повелитель. Не могу сказать, когда очнется, но нам лучше её не тревожить.

— Ясно. Возле неё оставить двух стражников, чтобы никого кроме вас и меня не подпускали, — отдав распоряжения, Ромул отправился к себе дожидаться результатов обыска башни.

Результат не заставил себя ждать. Вскоре под руки притащили молодого стражника. Выглядел он перепуганным до смерти и дрожал.

— Нашли его, пытался сбежать, — доложил его приближенный, указывая на бледного парнишку.

— Что ты делал в башне? — Повелитель направил на него свою силу, овладевая сознанием допрашиваемого.

— Выполнял приказ, — как под гипнозом ответил он.

— Приказ о чем?

— Вытолкнуть из окна рыжеволосую девушку, которая придет туда днем помыть окна.

— Кто тебе это приказал?

— Оливия, служанка.

— Зачем ей это?

— Я не знаю.

— Почему ты согласился?

— Она хорошо заплатила, — голос парнишки дрогнул.

— Ясно, — Ромул прекратил воздействие, и допрашиваемый облегченно вздохнул, встряхивая головой. — Казнить, — безразлично бросил Повелитель, и его увели, не обращая внимания на вопли.

Шон, который все это время стоял позади всех, слишком громко сглотнул, и Ромул обратил внимание и на него.

— Теперь приведи эту Оливию, — холодно приказал он. — Кто она, кстати?

— Это служанка вашей фаворитки Нейры, Повелитель, — пролепетал Шон.

— Нейры?! — изумился Ромул. — Веди!

Когда в кабинет завели испуганную и озирающуюся девушку, Повелитель почувствовал себя непривычно глупо. Он никогда не допрашивал женщин, тем более из своего гарема. Но, с другой стороны, раньше никто не совершал покушений на жизни его рабынь. Он завладел сознанием девушки и начал допрос.

— Ты приказала стражнику вытолкнуть девушку из окна? — спросил Ромул. Про себя отметил, что все ещё не знает имени девчонки, которую он спас.

— Да, — тихо ответила Оливия, глядя в одну точку.

— Зачем? Что она тебе сделала?

— Осмелилась заступиться за Шаю и ударила меня. Госпожа испугалась, что она может занять её место и приказала избавиться от девчонки. Я и сама была рада наказать её.

Ромул хмурым взглядом смотрел на Оливию.

— Ты впервые отдаешь приказ о смерти человека? — сглотнув, спросил он.

— Нет, — просто ответила девушка. Все присутствующие слушали, затаив дыхание.

— И сколько ещё таких смертей было?

— Много. Я не знаю сколько именно.

— Почему я не знал?

— Шон помогал прятать тела или обставлял все как несчастные случаи. Нейра хорошо платила ему за это.

Ромул устало потер переносицу и перестал воздействовать на Оливию. Он приказал увести её в темницу и держать пока там, затем перевел тяжелый взгляд на Шона. Тот выглядел так, будто его сейчас хватит удар.

— Как ты мог? — хрипло спросил Ромул, сверля несчастного взглядом.

— Повелитель, меня заставили! — визгливо произнес он. — Она угрожала мне! Она сказала, что убьет меня!

— Уведите его! — раздраженно воскликнул Ромул, махнув на Шона рукой. Даже если он не лжет, бояться женщину может только последний трус.

— Привести Нейру? — осторожно поинтересовался Морт, его главный соратник во всех начинаниях и лучший друг.

— Нет, — уверенно ответил Ромул. — Подождет до вечера. Не сообщайте ей о том, что здесь произошло. Как зовут ту рыжую девушку?

— Виталина, — ответили ему.

— Дар жизни, — задумчиво прошептал он. Красивое имя для наложницы. Через полчаса он уже знал о ней все, начиная с приезда в его дворец. — Почему ей давали такую тяжелую работу несколько дней подряд?

— Распоряжение Шона, — пожал плечами Морт. — Повелитель, почему она вас так заинтересовала?

— Сам не знаю, — запустил он руку себе в волосы. — Просто интересно узнать о ней побольше. Как я мог не замечать, что творится в моем собственном гареме?

— Вы заняты проблемами Империи, вам не до рабынь.

— Да-а… Если я ещё в бабских склоках буду разбираться, то точно с ума сойду, — он издал нервный смешок. — Как Виталина? Есть изменения?

Морт лишь покачал головой, с усилием сдерживая улыбку. Ромул никогда не удостаивал такой заботой своих наложниц. Да даже со своей матушкой он был более сдержан и холоден, чем с этой Виталиной!

Вечером Ромул позвал к себе Нейру. Она явилась, одетая в воздушное полупрозрачное платье, ничуть не скрывающее её прелестей, а скорее демонстрирующее их. На губах расплылась улыбка, которая теперь казалась Повелителю хищным оскалом.

Было проведено расследование и вскрылось много интересных секретов. Пока Ромул был в походах и укреплял Империю, его собственный дворец оккупировала шайка одержимых властью людишек во главе с его фавориткой. Как он мог этого не замечать? Он знал, что с некоторыми служанками бывают несчастные случаи, но когда оказалось, что большинство из них погибли или были покалечены специально, он просто схватился за голову. Помимо Нейры он проводил ночи с другими женщинами, но они редко могли зацепить его чем-то так, чтобы он позвал их вновь. Как оказалось, все они теперь мертвы…

«Позор на мою голову!» — сокрушался он.

Позволить женщине создать свою группировку у него под носом и не замечать творящегося вокруг кошмара — как это?! Это достойно Повелителя одного из самых крупных и сильных государств мира?! Нужно было срочно все исправлять, пока не поползли ненужные слухи, и над ним не начали смеяться его же собственные генералы. И начать нужно с главаря.

— Здравствуй, Нейра, — невозмутимо произнес Ромул.

— Дорогой, я так скучала по тебе, — кошачьей походкой она приблизилась к мужчине и подалась вперед, чтобы поцеловать его, но не успела. Одной рукой он обхватил её хрупкую шею и сжал, глядя прямо в глаза. Нейра захрипела, на лице отразилась растерянность и страх, она вцепилась в его руку, пытаясь оторвать её, но Повелитель этого даже не заметил.

— На что ты рассчитывала, убивая всех неугодных? — прошипел он, с ненавистью глядя на неё. — Ты правда думала, что я ничего не узнаю?! Ты думала, что все сойдет тебе с рук?! Здесь я — хозяин! — крикнул он, ещё больше усиливая хватку. Нейра, должно быть, поняла о чем Ромул говорит, но ничего не могла ответить. В её глазах отражался лишь ужас и осознание неизбежного наказания. — Никогда женщина не будет запугивать моих людей! Никогда женщина не осмелится создавать за моей спиной свои банды! Никогда!!! — Ромул вышел из себя, приподнимая и без того синюю Нейру над полом, держа одной рукой за горло. Она захрипела и задергалась. Когда девушка затихла, а взгляд её остекленел, Повелитель отшвырнул её, брезгливо отряхивая руку. Он отдал приказ слугам вынести тело.

Сегодня он впервые убил женщину.

Глава 3

Все окутала тьма, и я какое-то время я просто плыла по ней. Внезапно все озарило ярко-фиолетовая вспышка. Я оглянулась на неё. На уровне моего лица крутился и переливался бело-фиолетовым светом шарик размером с мою голову. Я приближалась к нему, и в моей душе рождались странные ощущения силы, могущества, бесстрашия. Здесь не было моего тела, а одно лишь сознание. Шарик крутился все сильнее, а его сияние стало заметно меньше.

«Что это?» — подумала я.

— Я — часть тебя, — был мне ответ. Голос раздавался прямо у меня в голове, но я не сомневалась, что его источник — этот шар. — Я — твоя сила, твоя защита, твое орудие.

— Как тебя зовут? — я послала ему мысленный вопрос, но он прозвучал так, будто я его произнесла.

— Так, как ты меня назовешь.

— Я бы назвала тебя Чароит, — подумала я. У одной из девушек много лет назад я видела на шее красивый фиолетовый камень. Этот шар очень напоминал его. Не знаю, что здесь происходит, но сердце мне подсказывало, что поступить нужно именно так, а не иначе. В голове у меня раздался тихий смех.

— Я девочка, — сказал голос.

— Девочка? — удивилась я. — Тогда Чароита. Пусть тебя зовут Чароита.

Как только я успела об этом подумать, шар вспыхнул белым светом, увеличился в несколько раз, и все оказалось залито сиянием, вновь возвращая меня в небытие.

Когда я очнулась, из окна на меня смотрела полная луна. Неужели на улице уже ночь?! Это сколько же я здесь лежу?! Я резко села на постели, и перед глазами тут же все поплыло. Откуда-то со стороны раздался шорох и звук шагов.

— Вы очнулись! — радостно всплеснул руками мужчина средних лет, как из ниоткуда возникший рядом со мной. — Доложите Повелителю! — крикнул он кому-то. Целитель (а по его одежде я догадалась, что это именно он) присел рядом со мной, посветил чем-то в оба глаза, попросил дотронуться до кончика носа одной рукой, постучал по коленкам, в общем, заставил выполнить множество непонятных и странных действий, после чего довольный удалился. Я облегченно вздохнула, развернулась, чтобы направиться к выходу, и вновь попала в плен зеленых глаз. Он стоял в нескольких шагах от моей кушетки, пристально рассматривая мое лицо. Как давно он здесь стоит?

— Я рад, что вы пришли в себя, — тихо произнес он. О, Творец, какой у него голос! Низкий, но мягкий и бархатистый, он как будто обволакивал меня наподобие одеяла. Я с трудом отвела взгляд от его лица и мельком пробежалась по фигуре. Красив, ничего не скажешь. Темные волосы, мужественные черты лица, волевой подбородок. — Что же вы молчите? — мужчина сделал шаг вперед, оказавшись ещё ближе. Я почувствовала тепло, исходящее от его тела и запах… Не знаю, чем именно он пах, но мне безумно захотелось прижаться к его широкой груди и вдыхать, вдыхать, вдыхать. — Виталина?

Он позвал меня по имени! Он знает, как меня зовут. Откуда? Только сейчас я поняла, что должна что-то сказать.

— Спасибо, — только и смогла произнести я. Мужчина кашлянул в кулак. Кажется, его забавляло мое смущение. То, что он надо мной смеется, отрезвило меня и позволило представить, как комично я смотрюсь со стороны. — Вы, кажется, спасли мне жизнь, — уже более уверенно сказала я. — Я не знаю, как мне благодарить вас. И я все ещё не знаю вашего имени.

Мужчина посерьезнел и внимательно смотрел на меня своими яблочно-зелеными глазами.

— Все здесь называют меня Повелителем, — ответил он, следя за моей реакцией. Я, не раздумывая, присела в реверансе. — Встань, — мягко приказал он. Я послушалась. Да и как не выполнить то, что он требует? Подумать только, меня спас сам Повелитель! Мне стало ужасно неловко.

— Спасибо вам ещё раз за то, что…спасли меня, — я запнулась. Хотела сказать «поймали меня», но такая формулировка была бы слишком вульгарной.

— Пожалуйста. Как я могу пройти мимо, когда из окон выпадают такие красавицы, — улыбнулся он. Неожиданно от него повеяло воздушной волной. Она прошла сквозь пространство, но, достигнув меня, будто натолкнулась на невидимую стену. Повелитель нахмурился. — Ты ощущаешь в себе какие-нибудь изменения, Лина? — я не сразу поняла смысл вопроса, услышав, как он сократил мое имя.

— Есть хочется, — отшутилась я. Повелитель хмыкнул, не сводя с меня напряженного взгляда.

— Хорошо. Тебе принесут поесть сюда.

— Но разве я не должна идти к себе? — растерялась я.

— Нет, — Повелитель выглядел слегка дивленным моим вопросом. — До утра ты останешься здесь. Скажи, чем ты насолила Нейре?

Его вопрос заставил меня виновато опустить голову. Значит, он понял, что это не случайность. Что мне ему ответить? Признаться, что я выкручивала руки его фаворитке? Да он мне голову оторвет. Но врать ему я тоже не посмею.

— Ну…? — Повелитель испытывающе смотрел на меня, наблюдая за реакцией.

— Мы поссорились, — пролепетала я.

— Вот как. Из-за чего?

— Служанка Нейры била мою подругу. Я заступилась за неё, а та в ответ нажаловалась госпоже. Она вызвала меня, пыталась объяснить, что я не права. Но я настаивала на своем. И тогда она начала бить и меня. А я…

— Что? — приподнял бровь Повелитель.

— Защищалась, — скромно ответила я.

— Поясни.

Я сделала глубокий вдох и выпалила:

— Ваша фаворитка била меня по щекам, а я вывернула ей запястье.

Я зажмурилась в ожидании его гнева. Прошло несколько долгих секунд, но Повелитель молчал, а я не решалась посмотреть на него. Вот он сделал несколько шагов и оказался в нескольких миллиметрах от меня. Мое сердце бешено стучало в груди, страшась того, что меня ждет. Как оказалось, зря. Неожиданно Повелитель взял мою руку и поднес к губам, запечатлев на ней свой поцелуй. От изумления я подняла голову, чтобы убедиться, что мне не кажется. Наши взгляды встретились. Он смотрел на меня с теплотой и…восхищением.

— Ты большая молодец, Виталина, — тихо произнес он, так и не отпустив моей руки. — Если бы все были такими же храбрыми, как ты, то в этом дворце не прижилось бы столько мелочных и глупых людей.

Он хвалит меня?! Я даже не знаю, что надо отвечать на такое! Его зеленые глаза будто смотрели мне прямо в душу.

Неожиданно он отпустил мою руку и, пожелав скорейшего выздоровления, покинул комнату. Я так и осталась стоять, глупо хлопая ресницами. Что это сейчас было? Почему он не наказал меня за неуважение к его фаворитке, а похвалил? Может, у него не все дома? Я тут же устыдилась своим мыслям. Кто я для него? Очередная игрушка, с которой ему интересно позабавиться. Вон как сдерживался, чтобы откровенно не рассмеяться над моим поведением. К тому же, я не должна забывать, зачем я здесь. У меня есть Алан! Я вернусь к нему, рано или поздно. А Повелитель вернется к своей пассии и забудет обо мне. На щеках вспыхнул румянец, когда я вспомнила его поцелуй на моей руке. Обычно этот жест применяют к благородным дамам, но никак не к рабыням. Что он хотел этим сказать? Остается только догадываться.

Может, раз он так отнесся к моему поступку, то накажет Нейру? Это возможно, конечно. Я очень сомневаюсь, что он столько лет был с ней и не видел её гнилостной натуры. Он не похож на доверчивого юнца, ему можно было бы дать около двадцати семи лет. Интересно, почему он не женат в свои-то годы?

Меня и вправду накормили мясным супом, но после приема пищи накатила резкая слабость, и я заснула, откинувшись на подушку.

Утром меня все же отпустили из палаты, взяв обещание, что я вернусь для осмотра после обеда. Когда я вошла в свою комнату, на меня уставились пять пар изумленных глаз.

— Виталина! Мы думали, ты уже на том свете! Расскажи, что произошло! — девчонки обступили меня, наперебой задавая вопросы, обнимая меня и радуясь, что я вернулась. Когда они услышали о том, что я выпала из окна прямо в руки Повелителя, по комнате прошелся изумленный вздох.

— Виталина, ты ничего не знаешь, — заговорщиски сказала мне Гретта — брюнетка с длинной косой. — По дворцу ходят слухи, что Повелитель вчера на руках сам отнес какую-то служанку в лечебное крыло. Говорят, что она умерла, но ты живая! Тут такое вчера началось! Повелитель приказал казнить нескольких стражников, Шон умер в темнице от сердечного приступа, вместо него ещё никого не назначили. Многие его помощники отосланы. Поговаривают, что Оливия и Марта воют на всю темницу. Но самое главное… Ты не поверишь! Повелитель вчера своими руками убил…ой, то есть казнил Нейру!

— Что? — изумленно прошептала я. — Не может быть такого!

— Мы тоже сначала не поверили, но на рассвете вынесли её тело! Говорят, что он избил её, мучал несколько часов и только потом убил. Слуги говорят, что слышали, как она умоляла его лишить её жизни! Виталина, ты можешь что-то объяснить? — все девчонки выжидающе уставились на меня, будто я владею всей информацией о происходящем здесь.

— Я не… Нет, Повелитель не мог так поступить… Он бы не стал так обращаться с женщиной, которая была с ним так долго, — испуганно произнесла я. Тот красивый уверенный в себе мужчина, который хвалил меня, спас жизнь, навестил, как только я очнулась, никак не вязался с хладнокровным убийцей и мучителем. Такого просто не может быть! Я испуганно сглотнула, вспомнив, как вчера он целовал мне руку. Он что, решил заменить её мною?! Нет, я должна обо всем сообщить Алану, он придумает, как меня вытащить!

Я ничего не ответила девушкам, сославшись на естественные надобности, и сбежала в уборную. Вынув зеркало, прошептала:

— Алан!

Через минуту в зеркале появилось его недовольное лицо.

— Почему ты не вышла на связь вчера?!

— Я была в лечебном крыле, — виновато ответила я.

— Почему?

Я вкратце пересказала ему вчерашние события.

— Ты хочешь сказать, что на тебя обратил внимание сам Повелитель? — с недоверием спросил он.

— Да, но я не хочу его внимания, тут все говорят, что он страшный человек. Алан, защити меня от него!

— Успокойся! — раздраженно воскликнул он. — Ничего он тебе не сделает, если будешь вести себя естественно. Ты должна сделать все, чтобы заинтересовать его и подобраться как можно ближе. Понимаешь?

— Но я его боюсь, — пролепетала я.

— Прекрати! С тобой он общался нормально, как я понял. Есть какие-то новости? Ты что-нибудь слышала?

— О да! Прошлой ночью он тут казнил кучу народа, включая главного по дворцу и некоторых стражников.

Алан заинтересованно прищурил глаза, как будто что-то обдумывал.

— Молодец, — протянул он, потирая подбородок. — Вечером свяжемся. Не смей его отталкивать! Тебе же потом хуже будет, и я не смогу вмешаться, — на этих словах он отключился, оставив меня с открытым от удивления ртом.

Я вышла из уборной. Соседки бросали на меня любопытные взгляды, но вопросов больше не задавали. Целители подтвердили, что я полностью восстановилась, но они сами не понимают, что именно со мной произошло. Я часто вспоминала свой сон, но списывала все на стресс от пережитого покушения.

Днем мне не давали никакой работы, но вечером позвали для ответственного задания: накрыть на стол Повелителю и обслужить его ужин. Для этого действа совершенно не годилось мое платье служанки, которое уже стало довольно затасканным. Мне выдали новый наряд нежно-желтого цвета, распустили волосы и надушили. Все эти манипуляции заставили меня напридумывать себе множество неприятных развязок всей этой затеи, но когда я увидела, что таких красоток отобрали целых десять, то заметно успокоилась. Повелитель — здоровый мужчина, ему хочется, чтобы его окружали только красивые женщины. Наверняка Нейра подсовывала ему рабынь с самой заурядной внешностью, и ему захотелось чего-то новенького. При мысли об этой несчастной все внутри сжалось. Она, конечно, была гадиной, но разве это повод для столь мучительной смерти?

С такими невеселыми мыслями мы с девушками и вошли в столовую. Здесь располагался длинный стол на несколько персон, зажглись магические кристаллы. Нам было приказано накрыть стол на одиннадцать человек, чему я безумно обрадовалась! Значит, Повелитель будет не один, и одно это позволяло свободней дышать. Мы с девочками принялись за работу. Все были немногословны, и общались только по делу. Когда мы почти закончили, двери столовой распахнулись, и вошел Повелитель в сопровождении десятерых мужчин. Судя по их одежде, они — военные, а выражения лиц такие, будто они долго о чем-то спорили, но все же пришли к решению. Все девушки, и я в том числе, присели в почтительном реверансе и отошли к дальней стене. Когда все расселись, мы начали подносить мужчинам блюда. Все девчонки одаривали гостей и Повелителя томными взглядами, иногда излишне сильно наклонялись, демонстрируя зону декольте. Мне такое поведение показалось неприличным. Все мы принадлежим гарему Повелителя, зачем показывать себя другим мужчинам? Странно, но его самого поведение рабынь совершенно не смущало.

В какой-то момент для меня не нашлось работы, и я встала у стены, стараясь не привлекать внимания и не смотреть в сторону стола. Вставшая рядом со мной девушка шепотом сказала мне:

— А ты молодец, новенькая. Повелитель весь вечер с тебя глаз не сводит, — в её голосе слышалась зависть, я же похолодела от ужаса. Чуть скосив глаза, действительно заметила, что он очень часто бросает на меня короткие взгляды или же задумчиво рассматривает. Сразу вспомнились слова Алана о том, чтобы я его не отталкивала. Я украдкой посмотрела на Повелителя, и в этот момент наши взгляды встретились. Даже с такого расстояния я увидела сияющую зелень его глаз и вновь оказалась будто загипнотизирована им. Он не отвел взгляд, а лишь приподнял уголки губ. Ну как такой очаровательный мужчина может быть таким жестоким?

Я живо представила, что он сделает со мной, если узнает, зачем я здесь. Все внутри сжалось от ужаса. Наверное, что-то отразилось на моем лице, потому что взгляд Повелителя, устремленный на меня, стал напряженным, и весь вечер он в задумчивости наблюдал за мной.

Я слышала обрывки фраз, которые бросали мужчины. Что-то про Дурмофский мост, про переброс войск, про атаку с юга. Я не понимала смысла, стараясь запомнить лишь названия.

Когда ужин закончился, мужчины встали и покинули столовую. Мы все это время стояли, склонив головы. Убрав со стола, мы оправились спать. Девочки всю дорогу наперебой рассказывали друг другу, кто из мужчин заинтересовался ими, кто норовил потрогать, а кто бросал откровенные взгляды на женскую грудь. Все заметили, что Повелитель интересовался только мной, и лишь завистливо сверкали глазами.

Я связалась с Аланом и обо всем ему рассказала. Он похвалил меня, но сказал, чтобы впредь я была порасторопнее. На миг мне показалось, что я слышала женский голос из-за зеркала, но я отогнала эти мысли.

К моему удивлению, утром меня пригласили в сад, приказав одеться как вчера. Я все выполнила, и просто застыла, когда у входа обнаружила Повелителя. Он стоил ко мне спиной, сложив за ней руки. У него была идеальная осанка. Выглядел он так, будто напряженно что-то обдумывал. Я замялась, не зная, как привлечь его внимание, показывая, что я здесь. К счастью, он сам почувствовал спиной мой взгляд и обернулся. Я присела в реверансе, стараясь не смотреть ему в глаза.

— Доброе утро, Лина, — будничным тоном поздоровался он. — Давай пройдемся, — я поднялась и застыла. Повелитель предлагал мне прогулку таким тоном, будто мы занимаемся этим каждый день. Я послушно пошла за ним. Заметив, что я отстаю, он предложил свой локоть. Я залилась краской от смущения. — Знаешь, — начал он, — раньше я видел в твоих глазах лишь смущение, что вполне объяснимо. Многие люди теряются в моем присутствии, я уже привык. Но вчера вечером ты испугалась. Скажи, чем я напугал тебя? — проникновенно спросил он.

Я молчала, обдумывая его слова. Значит, он думает обо мне, отмечает, как я на него реагирую. А сегодня даже прогуляться решил. Повелитель. Со мной. Но что мне ему ответить? Что я боюсь повторить судьбу его фаворитки?

— Вот, снова ты чего-то боишься, — произнес он, заглядывая мне в лицо. От него вновь пошла воздушная волна, но, подойдя ко мне, обогнула мое тело по дуге и растворилась. — Ты маг?

— Нет, что вы, — поспешила заверить его я.

— На тебя не действует моя сила, — задумчиво протянул он, глядя на меня. — Как ты это делаешь?

— Я не знаю, Повелитель. Просто чувствую исходящую от вас силу, но она как будто проходит мимо, — пожала плечами я.

Он остановился, осторожно взял меня за подбородок и приподнял голову вверх. Наши глаза встретились. Так странно было стоять, почти прижимаясь к нему. Я не касалась ни одного мужчины, кроме Алана. Повелитель был выше него, а плечи были раза в два шире, чем у моего лорда. Сразу видно, что он физически развит. Я слышала, что он сам участвовал в сражениях и сражался наравне с остальными солдатами.

— Ты особенная, Лина, — прошептал он, поглаживая мое лицо большим пальцем. — Что-то в тебе…будто горит. Ничего не хочешь мне рассказать?

Его последние слова отрезвили, напомнив, что я шпионю за ним. Что такой закаленный воин сделает со мной, если узнает?

— Я правда не знаю, как это объяснить, Повелитель. Но вы правы. Когда я увидела вас, то будто что-то зажглось во мне, — я не лгала, вспомнив ощущения в груди, когда он поймал меня.

Неожиданно повелитель отпустил меня и продолжил путь, удерживая мою руку на своем локте.

— Расскажи мне о себе, — попросил он.

— Я? — меня охватила растерянность. Алан никогда не просил меня рассказать что-то о себе, в основном он говорил, а я слушала. — А что рассказывать? Я выросла в замке лорда Гредворда.

— А кто твои родители?

— Я не знаю. Меня нашли в возрасте трех месяцев на берегу реки и продали в качестве рабыни. Наверное, моя семья надеялась, что я утону, но не сложилось.

— Почему ты думаешь, что они хотели твоей смерти?

— Они бросили меня в реку, — немного несдержанно заявила я. — Не хотели же они научить меня плавать.

Повелитель неожиданно улыбнулся.

— А ты умеешь плавать? — поинтересовался он. Зачем ему эта информация.

— Нет, — смущенно ответила я. — Как-то не доводилось.

— А хочешь?

— Я не знаю, — растерялась я. — Но, если вы настаиваете, как я смею отказываться.

— Нет, — покачал головой Повелитель. — Я хочу знать, хочешь ли этого ты, — выделил он последнее слово.

Я задумалась. Хочу ли? К физическим нагрузкам я не привыкла, но будет интересно получить навыки, не связанные с уборкой помещений и развлечением лордов.

— Да, я с радостью, — искренне улыбнулась ему я.

— Значит, говоришь, выросла в замке лорда Гредворда? — переменил тему Повелитель, удовлетворившись моим согласием.

— Да.

— Как он обращался с тобой? Не обижал?

— Нет, что вы. Он был очень любезен и всегда заботился о нас. Все девушки его гарема получили начальное образование, никогда не было склок или драк, все разногласия пресекались на корню.

Эта информация очень заинтересовала Повелителя, и он попросил подробнее рассказать об этом.

— А что делали с теми, кто затевал ссоры или драки? — серьезно спросил он.

— Секли.

— Как? Женщин?

— Ну, да, — я не могла понять, что его так удивляет, раз он своими руками убил фаворитку. — После нескольких показательных порок редко кто осмеливался нарушать правила.

— А тебя секли?

— Нет, — мне даже предположение такое показалось смешным. — Я никогда не ищу себе врагов, Повелитель.

— Но Оливию ты хорошо приложила, — поддел меня он.

— Она била Шаю! — возмущенно воскликнула я, и тут же осеклась. — Простите.

— Ничего, — его глаза довольно блеснули. Он выглядел как кот, которому удалось поймать мышь. — Ты храбрая, Виталина. Мне это нравится.

— Спасибо, — на моих щеках вспыхнул румянец.

Повелитель повернул голову вправо, как будто прислушивался к чему-то.

— Мне пора. Спасибо за прекрасное начало дня, Лина, — он вновь взял мою руку и поцеловал, пристально смотря в глаза. Он развернулся и, сделав несколько шагов, буквально растворился в воздухе. Мне пришлось возвращаться из сада во дворец в одиночестве. По пути я все никак не могла стереть с лица глупую улыбку.

Я вернулась в нашу комнату, но там никого не оказалось. Девчонки заняты работой. Я почувствовала себя неуютно, ведь все заняты, а я бездельничаю. Переодевшись в свое обычное платье, я отправилась на кухню. Там меня с лучезарной улыбкой встретил добродушный повар.

— Здравствуй, цветочек! — всплеснул руками он.

— Вы так тепло ко мне относитесь, а я даже имени вашего не знаю, — напомнила я.

— Да, извини. Я Том,

— Приятно познакомиться, дядя Том. Для меня есть работа?

— Ну, вообще-то… — замялся он. — Не велено тебе задания давать.

— Как? Почему?

— Говорят, приказ Повелителя, — прищурил он глаза. — Я так и знал, что ты ему понравишься.

Я ничего не ответила, лишь залилась краской и смущенно улыбнулась, и дядя Том понял все без слов.

— Давайте я помогу вам резать овощи, — предложила я. Дядя Том согласился и доверил мне лук. Я мелко нашинковала его, и мне дали уже капусту, а потом и мясо. Мы весело болтали с ним, шутили, смеялись. Он не спрашивал меня о Нейре, да и вообще не задавал неудобных вопросов, за что я была ему очень благодарна. Когда мы с ним уже почти закончили суп, на кухню вбежали три стражника. Мы с дядей Томом замерли.

— Вот она! Хватайте её! — воскликнул один из них, тыча в меня пальцем. Я растерялась, тут же пытаясь вспомнить, что такого я могла натворить. Неужели Повелитель остался чем-то недоволен? Особо не церемонясь, они схватили меня под руки и потащили по коридорам дворца. Я не пыталась вырваться, так как убежать от троих вооруженных мужчин у меня не было ни единого шанса, но, несмотря на это, один из них очень сильно вцепился мне руку, сжимая её чуть ли не до посинения. Мы шли по длинным коридорам, и многие встречные слуги бросали на нас любопытные взгляды. Стражники подвели меня к большой дубовой двери и постучали. Не знаю, чем это было вызвано, но тот, что стоял справа сжал мне руку настолько сильно, что я не выдержала и закричала:

— Хватит! Мне больно!

— Заткнись! — прошипел он мне и ещё больше усилил хватку, заставив меня поморщиться от боли. Казалось, что мне сейчас руку оторвут. В таком положении меня и ввели в просторную светлую комнату, по виду напоминающую гостиную. Повелитель стоял у окна, а при нашем появлении повернулся и буквально вперился в нас взглядом. Вид у него был обеспокоенный.

— Вот, Повелитель, на кухне была! — доложил тот, что шел все это время впереди. Тон у него был такой, будто я совершила преступление, а на кухне укрывалась и отбивалась от них.

— На кухне? — растеряно переспросил Повелитель. — А почему вы с ней так грубо обращаетесь? — прорычал он, глядя на стражу. Под его злым взглядом они все стушевались.

— Так ведь…, - пролепетал главный. — Сказали найти, пропала…

— И что?! Сейчас же пусти её! — крикнул он на того, который все ещё держал меня, пусть и не так сильно. Он тут же отпрыгнул от меня. — Пошли вон! С вами я потом разберусь!

Ему не нужно было повторять дважды — все трое вылетели из покоев со скоростью ветра. Я осталась стоять, потирая больное место.

— Тебе больно? — обеспокоенно спросил Повелитель, подойдя ко мне. Он убрал мою руку и осмотрел плечо. — Ничего страшного, но будет синяк. Зачем ты пыталась от них вырваться?

— Что? Я не пыталась!

— Тогда почему они с тобой так? — спросил он таким тоном, будто я их спровоцировала.

Да что это такое?! Я просто помогала повару, ничего плохого не сделала, в меня схватили как беглую преступницу и чуть конечности не лишили! От всей этой несправедливости на глаза навернулись слезы.

— Я не знаю! — уже ничего не видя за пеленой, произнесла я. — Я пошла на кухню, помогала дяде Тому, а тут появились они и потащили меня сюда! Чуть руку не оторвали! Что я сделала?! — слезы уже катились по щекам вовсю, а Повелитель стоял с таким растерянным видом, что даже я смешалась.

— Тихо, — он неуверенно притянул меня к себе и начал гладить по голове. Наверное, в его присутствии женщины никогда не плакали. — Я выделили тебе отдельные покои, — начал объяснять он, когда я перестала мочить его рубашку, — но пришла служанка и сказала, что в своей комнате тебя нет, никто не знает где ты, никто тебя не видел. Я думал, что с тобой опять что-то случилось, приказал все обыскать и найти тебя. Наверное, стража меня не так поняла. Я с ними разберусь, — он отпустил меня, и я отошла от него, рукавом вытирая лицо. — Я отдал приказ больше не давать тебе никакой работы. Кто его нарушил?

— Я, — виновато ответила я. Его лицо удивленно вытянулось. — Все работали, а я в комнате одна сидела, мне стало скучно и я пошла к дяде Тому. Он разрешил мне порезать овощи и мясо. Не надо его наказывать! — тут же спохватилась я, испугавшись, что повар может пострадать из-за моей глупости. — Он не виноват, это я его попросила! Я! Он вообще не хотел мне ничего поручать! Не надо его наказывать!

— Хорошо! — Повелитель явно не ожидал такого напора и примирительно вскинул ладони вверх. — Я понял. Просто больше не убегай так, ладно?

— А то вы сделаете со мной то же, что и с Нейрой? — вырвалось у меня. Творец, и откуда только смелость взялась? Повелитель тут же потемнел лицом.

— А ты считаешь, она не заслужила такой судьбы? По её приказу тебя должны были убить, и если бы я случайно не оказался в нужное время в нужном месте, ты бы погибла, Виталина.

— Я не оправдываю её. Но никто не заслуживает такой ужасной смерти, — опустила голову я.

— Ты о чем? — нахмурился Повелитель.

Я замялась, не зная, что ответить. Сейчас договорюсь до того, что повторю её судьбу.

— О чем ты говоришь? — уже более требовательно повторил он.

— Весь дворец гудит о том, как вы её мучили несколько часов. Слуги рассказывают, что слышали её крики.

Я замерла, ожидая бури. В комнате повисла звенящая тишина. Повелитель пристально смотрел на меня, а потом вдруг рассмеялся искренним громким смехом.

— Виталина, — отсмеявшись, произнес он, стирая с глаз слезы, — ну ты-то — человек, выросший в этом обществе, разве можешь так слепо доверять слухам?

Я почувствовала себя ужасно глупо и неловко. Я ожидала какой угодно реакции, но только не смеха.

— Вы хотите сказать, что это не правда? — осторожно спросила я.

— Лина, если тебе это так интересно, то отвечаю: Нейра погибла очень быстро, никто её не мучал. И я буду тебе очень благодарен, если ты перестанешь верить слухам и подозревать меня непонятно в чем. Я понимаю, пока ты плохо знаешь меня, но, надеюсь, скоро мы это исправим, и ты поймешь, что я совсем не страшный, — загадочно закончил он. Я почувствовала себя такой…дурой. Сколько раз и обо мне Кира распускала сплетни, но я-то знала, что это полный бред. А тут поверила на слово… И ещё хватило ума в лицо озвучить ему эти мысли. Глупая! Совсем от страха голову потеряла.

— Простите меня, — я вновь покраснела.

— Вот, узнаю прежнюю Виталину, — мягко улыбнулся Повелитель. Похоже, он совсем не злился. — Иди, осмотри свои покои. Вечером тебя ждет сюрприз, — подмигнул он.

Глава 4

Я покинула его покои в задумчивости. Странный разговор получился.

Служанка проводила меня в мою новую комнату. По площади она была такой же, как и прежняя, только там жили шесть человек, а здесь я буду одна. Возле окна стояла двуспальная кровать. Странно, зачем она здесь, если я буду жить одна? Все так стремительно изменилось…

Я думала, что привыкла к суровости наших мужчин, но Повелитель меня удивил. Так просто рассуждать о том, как он убил женщину, которая была рядом с ним столько лет! Мне было страшно прихлопнуть муху, а Алан мог убить лошадь, не моргнув и глазом. Для них убийство — это естественная вещь. Почему? Я не могла этого понять, как ни пыталась. Как можно так запросто отнять у кого-то жизнь? Нет, я не хочу этого знать.

Повелитель напоминал мне льва. Сейчас он хочет мне понравиться и кажется очень милым, ласковым и безобидным. Но стоит его разозлить, как он тут же разорвет меня. Я в страхе зажмурилась. Надо же, мои вещи уже принесли сюда. Зеркальце для связи с Аланом лежало на прикроватной тумбочке.

Неожиданно в голову пришла мысль, от которой я окаменела. Мне нужно было срочно обсудить это с Аланом. Он вышел на связь.

— Что-то случилось? — нахмурился он. — Почему в такое время?

— Алан, помнишь, ты говорил, что заберешь меня отсюда, и никто не заметит пропажи обычной служанки? — затараторила я.

— Ну?

— Но сейчас мной заинтересовался сам Повелитель! Сегодня я без разрешения отлучилась на кухню, так он всю стражу на уши поднял. Как ты вернешь меня, если он сделает меня своей? Меня же хватятся!

Алан задумался.

— Виталина, ты веришь мне? — неожиданно спросил он.

— Д-да, — напряглась я.

— Если ты будешь делать все так, как я говорю, то тебя не придется оттуда вызволять, — на его губах расплылась нехорошая улыбка. — Верь мне и ни о чем не беспокойся. Настанет день, когда я сам явлюсь за тобой в этот дворец.

— Алан, что ты говоришь? О чем ты? Что ты задумал? Я не стану вредить Повелителю!

— Он тебе нравится? — рыкнул лорд. Я испугалась.

— Нет, у меня же есть ты, — тихо ответила я.

— Вот и отлично. Следуй моим инструкциям и все будет хорошо, — после этих слов он отключился.

Я так и осталась сидеть в ступоре. Вообще после общения с ним я потом ещё несколько часов прихожу в себя. Раньше было не так.

Я порылась в своем шкафу и с удивлением обнаружила новые платья. Они были не дешевые, это видно сразу. Я, конечно, рада таким переменам и что мне больше не придется мыть дворец и выносить помои, но складывается ощущение, что за все эти подарки придется платить. Я закрыла глаза. Смогу ли я переспать с Повелителем, если он того потребует? Я не знаю. Не хочется предавать Алана, но мне почему-то кажется, что он со мной не согласится. А что будет, если я ему мягко откажу? Наверняка найдет себе другую игрушку… Эх, когда я собиралась сюда, то даже не думала, что у меня будут такие проблемы.

Днем я поспала, а к вечеру пришли служанки и сказали, что Повелитель приказал подготовить меня к вечеру. У меня кровь отлила от лица. Вот так сразу? Поселил в отдельные покои и все, отрабатывай их теперь? Алан гулял со мной, общался, старался произвести впечатление, а этот… Сделал пару комплиментов и в постель тащит. Стиснув зубы, я дала добро девушкам на выполнение приказа.

«Ради Алана, только ради Алана…» — твердила я себе, когда мне сделали объемный пучок почти на макушке и нарядили в легкое бежевое платье. Девушки сказали, что Повелитель приказал не наносить макияж. Он что же, любитель естественной красоты?

Когда служанки закончили, меня проводили в его покои. Я старалась не показывать, как мне страшно. Мужчина вновь стоял у окна, находясь в ожидании. Когда я вошла, он резко развернулся и тепло улыбнулся мне. От этого стало легче, но все равно внутри было странное чувство, будто меня куда-то заманивают.

— Ты прекрасно выглядишь, — сказал он, подходя ко мне.

— Спасибо.

Повелитель взял с кровати какую-то сумку.

— Идем? — спросил он.

— Куда? — удивилась я.

— Смотреть сюрприз, — подмигнул он мне. Пока я пыталась сообразить, что именно он от меня хочет, мужчина обхватил мою талию своей крепкой рукой, и нас затянуло в портал.

Мы вышли на каменистый берег реки. Противоположного берега не было как такового — там был обрыв. Наверное, с него удобно прыгать в эту самую речку. Солнце уже клонилось к закату, а на небе плыли редкие облака.

— Здесь красиво, — искренне сказала я. Повелитель дал мне время осмотреться и терпеливо ждал.

— Я рад, что тебе нравится. Я прихожу сюда, чтобы отдохнуть или побыть одному. Здесь ровное и безопасное дно, будет удобно учиться плавать, — подмигнул он мне. Я сложила в голове два плюс два. Стало так стыдно за свои мысли о нем. Вообще ловлю себя на мысли, что мне уже второй раз за день стыдно, что я о нем плохо думала. Может, не такой он и монстр, каким я постоянно пытаюсь его представить?

Повелитель подошел ближе к реке и достал из сумки мягкое покрывало. Вместе мы расстелили его по камням. Сам он просто снял рубашку, оставшись в одних штанах, а мне предложил купальный костюм. Странно, почему нельзя было отдать его служанкам, чтобы я одела его во дворце? Повелитель протянул мне его, а я засмущалась, не зная, как мне переодеваться в его присутствии. Поняв мою заминку, он ухмыльнулся и без слов повернулся ко мне спиной. Я тоже отвернулась от него и начала стягивать платье. Оставшись совсем без ничего, начала натягивать купальник. Он состоял из хлопковой ткани и полностью закрывал грудь, живот и талию, по длине доходя до середины бедра. Когда я поворачивалась, то на миг мне показалось, что Повелитель стоит ко мне лицом, сложив руки на груди, но я моргнула, и вот снова передо мной его широкая спина. Странно.

— Я готова, — сказала я, и он обернулся, скользнув по мне оценивающим взглядом.

— Прекрасно. В воду!

Он уверенно вошел в реку, корпусом рассекая крошечные волны и поплыл. Я в нерешительности остановилась у воды. Повелитель махнул мне рукой, призывая войти.

Я сделала глубокий вдох и шагнула в реку. К моему удивлению, вода оказалась довольно прохладной, и я поежилась.

— Не бойся! — крикнул Повелитель. — Когда будешь двигаться, станет теплее!

Я шагала вперед, все больше погружаясь в реку, а мужчина терпеливо меня ждал, с интересом наблюдая. Я опустила глаза вниз и поняла, что его так привлекает: от холода мои соски затвердели, а он любовался. Я обхватила себя руками, будто пыталась согреться, на деле же просто хотела прикрыть грудь.

Когда вода доставала мне до ключиц, я остановилась. Повелитель подошел ко мне.

— Оттолкнись от дна и попробуй удержаться на воде, — попросил он.

Я сделала, как он говорит, но как только тело потеряло опору, я тут же пошла ко дну. Забарахтавшись, я вновь встала на ноги.

— Это с непривычки, — успокоил меня он. — Пробуй ещё.

После пятой или шестой попытки у меня, наконец, получилось удержаться над водой и не тонуть.

— Умница, — искренне похвалил меня Повелитель, которому вода едва доставала до груди. — А теперь…

Пока я пыталась не утонуть, он взял меня подмышки и отбуксировал на три метра вглубь! Когда он отпустил меня, я попыталась встать на ноги, но, не почувствовав дна, начала тонуть. В панике подняла брызги, но Повелитель обхватил меня за талию и прижал к себе.

— Не паникуй, — произнес он, заводя прядь волос мне за ухо. Его лицо было так близко. — Я здесь и тебе ничего не грозит. Ещё раз, — он отпустил меня, и я вновь пошла ко дну, как ни пыталась удержаться. Он выдергивал меня снова и снова, пока я не сдалась.

— Хватит! Я больше не могу, пойдемте обратно, — взмолилась я.

— Хорошо, — пожал плечами Повелитель и отпустил меня (!), а сам поплыл в сторону берега. Потеряв опору, я камнем пошла на дно, безуспешно размахивая руками. Он решил меня утопить?! За этим привел сюда?! Когда я поняла, что уже с головой погрузилась под воду, а на моей макушке сомкнулась вода, я сделала пружинистой движение ногами и всплыла над водой. Я жадно глотнула воздух и вновь начала тонуть, но на этот раз Повелитель резко подхватил меня на руки и зашагал по дну, неся меня на берег.

— Как вы могли?! — откашлявшись, закричала я. — Я чуть не утонула!

— Я же сказал, что пока я рядом, тебе ничего не грозит, Лина, — спокойно ответил он. — Я бы не позволил тебе утонуть.

Меня так сильно разозлил его самоуверенный спокойный тон! Я ему что, зверек какой-то?! Забыв себя от злости, я вывернулась из его рук и гордо зашагала к берегу на своих двоих.

— Лина! — окликнул меня он, но я даже не обернулась. — Не обижайся!

Я подошла к покрывалу и присела на него. Прохладный ветер обдувал влажное тело, и я почти сразу покрылась гусиной кожей. Лезть в сумку Повелителя без разрешения я не рискнула, но и разговаривать с ним тоже не спешила. Он вышел из воды, не сводя с меня взгляда, подошел, достал махровое полотенце и накинул мне на плечи. Я закуталась в него, внимательно рассматривая камни под собой.

— Лина, — мягко произнес Повелитель. Он так ничем не укрылся, да и не похоже было, что он замерз. — Так было нужно. Это самый верный способ научить человека плавать.

Верный способ?! Бросить меня в воду?!

— Если бы я захлебнулась, то стала бы русалкой, — под нос себе пробурчала я, но он услышал.

— Что? Не говори ерунды!

— Какая же это ерунда, Повелитель? Молодые утонувшие девушки становятся русалками.

— Не перевирай, — ухмыльнулся он. — Ими становятся только те, кто утопился от несчастной любви.

— Это достоверно неизвестно, — возразила я. — Известны случаи, когда русалками становились девушки, принявшие насильственную смерть.

— Ха! Таких девушек единицы. Морской бог сделал их русалками только из-за их магической одаренности.

— А я слышала, что они просто были очень красивыми и понравились ему.

Повелитель хотел что-то возразить мне, но осекся.

— Я впервые спорю с женщиной, — неожиданно признался он. — Откуда у тебя такие познания?

— Я люблю читать, — призналась я.

— Вот как? Обычно гаремные девушки любят перебирать подарки и драгоценности, наряжаться и сплетничать, — сказал он. Я обиженно опустила голову. — Но ты не такая, — тише произнес он, не сводя с меня нежного взгляда. — Что в тебе меня манит, Лина. С того самого момента, как я услышал твою песню. Признаюсь, я никогда такого не испытывал. Обычно я провожу с девушкой ночь или две и теряю интерес. А тебя хочется узнать снова и снова, удивлять, радовать…

— Топить, — поддела его я. Повелитель глубоко вдохнул.

— Ладно, я перегнул, извини, — заметно, что извиняться он не привык. — Знаешь, давай договоримся, что когда мы наедине ты обращаешься ко мне на «ты» и зовешь по имени.

Я изумленно распахнула на него глаза.

— По имени? — глупо переспросила я. — То есть?

— Ну, ты же не думаешь, что меня зовут Повелитель, — расхохотался он.

Я как-то не задумывалась раньше об этом. А ведь правда, у него же должно быть имя, как и у всех людей. Мужчину явно позабавило недоумение, а потом изумление, проступившие на моем лице.

— Ромул. Зови меня Ромул, Лина, — с теплой улыбкой попросил он.

— Ромул, — прошептала я, и теплая волна распространилась из груди по всему телу. Что это такое?

— Солнце садится. После заката здесь небезопасно, давай собираться, — он стал и начал забрасывать в сумку вещи. Он притянул меня к себе, и я застыла в ожидании перемещения, но его все не было. Подняв голову, я поняла, то Ромул смотрит на меня немигающим взглядом. Я посмотрела в его зеленые глаза и растворилась в них. Его лицо становилось все ближе, и вот я ощутила на губах его поцелуй. Нежный, мягкий, чувственный. Позабыв обо всем, я ответила ему.

Когда меня целовал Алан, то все было совсем не так. Огонь не бежал по венам, в теле не просыпалось желание, а мысли не путались. Ромул издал тихий стон, уронил на землю сумку и приподнял меня над землей, прижимая к своему обнаженному торсу обеими руками. Несколько минут сумасшедших поцелуев, и он куда-то понес меня. Когда Ромул усадил меня на большой круглый камень и развел ноги, вклиниваясь между ними, я как будто очнулась.

— Не надо! — воскликнула я, упираясь ладонями ему в грудь. Но Ромул меня как будто не слышал, продолжая страстно целовать в шею и прижиматься каменной эрекцией к моему лону. Вот теперь я по-настоящему испугалась, а его руки продолжали изучать мое тело. Купальник мешал ему, и когда он попытался разорвать его спереди, я со всей силы залепила ему хлесткую пощечину.

Тут же меня накрыл ужас. Я ударила Повелителя! Он смотрел в сторону и тяжело дышал, а щека стала красной. Творец, что теперь будет?! Даже если меня не казнят, то фавориткой мне точно не быть. Ромул перестал меня зажимать и отошел, давая свободу. Я тут же свела ноги вместе. Ничего не говоря, он направился в сторону реки и окунулся в воду.

Пока он нырял, я металась между безрассудным желанием скрыться в лесу, который начинался в пяти метрах от меня и необходимостью извиниться. Вот Ромул вернулся, поднял с земли сумку и направился ко мне. Я так и сидела на камне, втянув голову в плечи.

— Лина, я говорил, что ты сводишь меня с ума? — низким голосом произнес он. Я ничего не ответила, а лишь зажмурилась от стыда и страха. Он истолковал это по-своему. — Я напугал тебя? Лина, я не хотел, просто… Не знаю, что на меня нашло. Как будто с цепи сорвался.

— Простите меня, — сдавленно прошептала я. — Я не хотела вас бить, но я так испугалась…

— А у тебя неплохой удар, — потер он щеку. — Не ожидал, что ты такая боевая.

— Если вы хотите, то я… Я… — не уверена, что он мог разобрать мое бурчание. Творец, и как выразить, что именно я хочу донести до него?! — Я не буду сопротивляться, — заливаясь от смущения и стыда, я немного развела колени.

— О, Творец! Виталина, прекрати! — прикрикнул Ромул и дернул меня так, что я соскочила с камня.

— Я ваша наложница, это моя обязанность, — возразила я. Ромул сделал глубокий вдох.

— Во-первых, когда мы одни, мы с тобой на «ты», — сдержанно сказал он. — А во-вторых… Лина… Обещаю, такого больше не повторится. Пока ты сама не захочешь, я не трону тебя.

— Я не понимаю. Я ударила вас…то есть тебя. Вы разве не должны меня наказать? — недоумевала я.

— И как же ты предлагаешь тебя наказать? — вскинул бровь Ромул.

— За такое вообще положена смертная казнь, — выдавила я. Неожиданно он расхохотался.

— Давай рассуждать здраво. Сейчас мы находимся вне стен дворца. Наложницам запрещено покидать его. А я привел тебя сюда, таким образом, конкретно здесь и сейчас ты не рабыня.

Я хотела возразить, но он приложил палец к моим губам.

— Я целовал тебя и попытался обесчестить, а ты как честная женщина сопротивлялась и отбивалась. Таким образом, наказывать нужно меня.

— Но вы являетесь Императором даже вне стен дворца, — с улыбкой сказала я.

— Эх, такую мысль обломала, — притворно вздохнул он. — Лина, — Ромул подошел и приобнял меня за талию, — все нормально. Давай забудем о том, что здесь произошло, — на этих словах он активировал портал, и мы вновь оказались во дворце.

* * *

Ромул отпустил Лину из своих покоев. Девушка выглядела задумчивой и немного пришибленной. Все же сегодня он потерял контроль. Её поцелуи будили в нем невероятное желание обладать ею, сделать лишь своей, ворваться в податливое тело и двигаться, двигаться, двигаться… Он прикрыл глаза, стараясь взять себя в руки. Даже мысли об этом невероятно возбуждали.

Ромул даже не заметил, что она сопротивляется, пока не ощутил хороший удар по лицу. Только усилием воли он смог оторваться от неё и пошел охлаждаться. Наверное, своей страстью он напугал девчонку.

Повелитель нахмурился. Первый раз в жизни девушка отказала ему в близости. Почему? Он ей не нравится? Нет, её взгляд, поведение, эмоции говорят об обратном. Тогда почему она не захотела? Вывод напрашивался только один: она невинна и боится близости. Первый раз должен быть особенным, к нему нужно быть готовым морально, особенно совсем юной девушке. Он будет постепенно приручать её, чтобы однажды сделать своей.

Кровь все ещё бурлила в нем, возбуждение мешало думать. С этим нужно что-то делать. Повелитель приказал привести ему наложницу. Через час в покои вошла красивая блондинка в светлом открытом платье.

— Заставь меня забыть обо всем, — попросил Ромул, когда она подошла к ему.

Через полчаса Повелитель с хмурым видом смотрел на свой сад с балкона. Близость с наложницей не принесла ему никакой радости. Все с ней не так! И ноги кривые, и руки волосатые, и глаза глупые. Бесит. Он выжал из неё все соки, девушку пришлось уносить из покоев. Он чувствовал себя погано, как будто совершил что-то предосудительное, плохое. Хотел позвать Лину для прогулки в сад, но сейчас лучше не общаться с ней в таком настроении. Девочка и так думает о нем невесть что. Он тихо рассмеялся. Скоро по дворцу поползут слухи, что он изверг, и малышка снова начнет его бояться. А может, путь так и будет? В бою ему не было равных, он рвал врагов на части, вступить в схватку с Ромулом Даррским означало подписать себе смертный приговор. С женщинами он никогда не был как-то особенно нежен. Нейра готова была удовлетворять его потребности, поэтому стала фавориткой. Что до Лины… Нет, меньше всего он хочет видеть страх в её глазах, как сегодня.

* * *

Весь вечер я просидела в своих покоях и лишь перед сном связалась с Аланом.

— Есть новости?

Вдруг я почувствовала себя ужасно неуютно. Сейчас мне придется рассказать ему о нашей вылазке на речку, о поцелуях… Наверняка Алану будет неприятно это слушать.

— Сегодня Повелитель учил меня плавать. Мы отправились к какой-то речке, он сказал, что часто отдыхает там.

— Вот как? Можешь описать это место?

Я рассказывала Алану все подробности той местности, какие только могла вспомнить.

— Как он относится к тебе? — нахмурился Алан.

— Мы поцеловались, — смущенно ответила я. Думаю, лучше опустить то, что было после поцелуев. К моему удивлению, Алан даже обрадовался этому.

— И все? — недоверчиво спросил он. — Он не требует продолжения? Ты же его наложница.

— Ну… Как сказать…

— Виталина, прекрати мямлить! Говори как есть! — почему-то он начал раздражаться.

— Он требует, но я не готова. Не хочу тебя предавать…

— Ты не предаешь меня, — вздохнул Алан. — Я понимаю, что ты делаешь это ради меня, поэтому не переживай. Проблема в другом: ты не невинна, понимаешь? Он начнет задавать вопросы, кто это сделал, как… Начнет спрашивать меня, почему я прислал ему испорченный подарок. Я скажу, что не знал. А ты скажешь, что тебя изнасиловал стражник незадолго до отправки во дворец. Поняла? Скажешь, что он запугал тебя и ты молчала.

— Алан, я не хочу ему лгать!

— Он тебе понравился? — угрожающе прорычал лорд. — Имей в виду, что если вздумаешь сказать ему правду, то тебя тут же казнят. Я слышал, что Повелитель очень жесток. А что описала то место — молодец. Я, кажется, понял, где это… До завтра, Виталина.

— Да завтра, — прошептала я своему отражению и перевернулась на бок. Ничего не смогла с собой поделать и горько заплакала. Только через полчаса мне удалось успокоиться и заснуть.

Утром Повелитель пригласил меня на завтрак. К моему удивлению, служанка провела меня не в столовую, а в сад. Там на небольшом покрывале меня ждал Ромул. Перед ним стояли разнообразные блюда. Я поздоровалась с ним и присела в реверансе.

— Как тебе спалось? — вежливо спросил он.

— Спасибо, хорошо, — соврала я. Рассмотрев вблизи еду, я замерла на некоторое время: здесь не было ни одного знакомого мне блюда! Все было очень необычным и незнакомым. — Повелитель…

— Ромул, — в который раз поправил меня он. Я огляделась и поняла, что он отослал всю прислугу.

— Ромул, я никогда не ела ничего подобного, — робко призналась я. Он улыбнулся.

— Все однажды бывает в первый раз, — многозначительно произнес он. Я невольно вспомнила наш последний разговор с Аланом. Почему-то сейчас я не боялась за себя. Меня волновало, что он может навредить Ромулу. Я запуталась! Алан оберегал меня, я знаю его всю жизнь, он никогда не делал мне ничего плохого, даже слова резкого ни разу не сказал. Что происходит? Почему он так грубо стал со мной обращаться? Разве я его чем-то обидела? — Ты опять задумалась, — голос Ромула вырвал меня из раздумий. — Скажи, ты занималась музыкой? Ты очень хорошо поешь.

— Ну, если только немного.

— На чем-то играешь?

— Нет, играть я так и не научилась. Мне преподавали лишь основы. А играть учат лишь благородных женщин, — грустно закончила я, невольно напомнив о том, что я всего лишь рабыня. — А вы…то есть ты? — решила я перевести тему. — Играешь? — ужас, как непривычно обращаться к нему на «ты». Такое чувство, что он сейчас вскочит и раскричится, что я его не уважаю.

— Да… — протянул он, странно блеснув глазами. — В совершенстве владею одним инструментом.

— Каким?

— Угадай, — подмигнул он. Когда мы закончили завтракать, он провел меня в музыкальную комнату. Это было просторное помещение, уставленное множеством музыкальных инструментов. И из всего этого многообразия я должна угадать?! — Итак, твои предположения?

— Ну, может быть, это гитара? — неуверенно спросила я. Мужчины часто играют на ней.

Ромул взял её в руки и попытался «играть». Звуки получились ужасные.

— Нет, это точно не гитара, — рассмеялась я. — Может, труба? — во мне загорелся азарт.

Повелитель послушно отложил гитару и взял в руки трубу. Он дунул в неё, и комнату прорезал громкий противный звук, от которого захотелось заткнуть уши.

— Хватит! — взмолилась я. — Барабаны?

Ромул играл на них как пятилетний ребенок. Мы перепробовали много инструментов, но ни одним Повелитель не владел. Мне показалось таким милым, что по одному моему требованию он бросал одну вещь и хватался за другую. Вот уж точно, ручной лев.

Мой взгляд упал на пианино, которое стояло в дальнем углу.

— Если не оно, то я просто сдаюсь, — вздохнула я.

Ромул послушно сел за него. Даже не знаю… Он играл, и даже порой получалась складная мелодия, но что-то все равно не так. Это совсем не похоже на «владею в совершенстве».

— Нет, это не пианино, — грустно вздохнула я. Повелитель тихо рассмеялся.

— Лина, ты очаровательна, — произнес он, подходя ближе. Сегодня я решила сама сделать шаг ему на встречу. Встав на носочки, я положила руки ему на плечи и осторожно коснулась губ. На этот раз не было той сумасшедшей страсти, как вчера. Он отвечал мне, переместив свои руки мне на талию. Неожиданно Ромул отстранился.

— Мне пора, — он чмокнул меня в нос и вновь растворился в воздухе.

Остаток дня я провела в библиотеке. Мне удалось подержать в руках редкие экземпляры книг и почитать немного о династии Ромула. Как оказалось, он — третий сын прежнего Императора. Двое его братьев погибли на полях сражений.

«Императорская семья славится сильными магическими способностями и возможностью подчинять силы природы. Благодаря талантливым правителям за тысячу лет наше государство расширилось до берегов Восточного моря и Западного леса, но, увы, южные регионы были потеряны в результате войны с троллями».

Мне пришлось захлопнуть книгу, так как меня позвала служанка. Надо же, уже почти вечер. Повелитель вновь потребовал провести те же процедуры, что и вчера. Я вошла к нему в покои, и мы вновь переместились к реке.

— Ромул, сегодня ты не будешь меня топить? — робко спросила я.

— Обещаю, — чмокнул он меня в нос.

В воду мы вошли, держась за руки. Дно были мягким, без камней. Затащив меня на глубину, Ромул терпеливо ждал, когда у меня получится проплыть хоть немного. Когда, наконец, я смогла это сделать, то бросилась ему на шею с радостными криками. Меня переполняла радость от того, что все получилось, и неожиданно для себя я поцеловала его в щеку. Мужчина тут же расплылся в блаженной улыбке. Он притянул меня к себе и поцеловал в губы. Это был собственнический, сильный поцелуй. Он терзал мои губы, сминал, а когда он проник внутрь языком, я не выдержала и издала стон. Ромул отстранился, проведя рукой по моей щеке.

— Что ты со мной делаешь, Лина? — в который раз спросил он. — Кто ты?

— То есть? — не поняла я.

— Ты не обычная. В тебе что-то есть. Что-то магическое, сильное, но я не могу понять его природу. Как будто оно заперто в твоей груди, но когда ты прикасаешься ко мне или смотришь в глаза, оно пытается вырваться. Что ты такое?

Последний вопрос прозвучал так, что я почувствовала себя говорящей зверюшкой.

— Я не знаю… — грустно ответила я.

Ромул отпустил меня, и мы начали плавать. Чем больше я этим занималась, тем больше мне это нравилось. Как же приятно держаться на воде, рассекать воду и плыть, чувствуя себя невесомой.

— Догоняй, — бросила я Ромулу через плечо и поплыла вперед. Через время я оглянулась, но поняла, что его нет. Вообще! Его не было на воде! — Ромул! — в страхе закричала я. Куда он пропал?! — Ромул!!!

Неожиданно я почувствовала, что под водой кто-то обхватил меня за бедра. Я очень испугалась, что здесь водится какое-нибудь чудовище и сейчас оно утащит меня на дно, но когда из воды вынырнул Повелитель, крепко прижав меня к себе, то ужасно разозлилась.

— Ты напугал меня! — крикнула (!) на него я. — Я думала, ты утонул! Не делай так больше! — мой голос задрожал.

— Ты испугалась за меня? — тихо спросил он.

— Конечно, — шепнула я. — Не пугай меня так, пожалуйста, — я обняла его и спрятала лицо, придавшись носом к его шее.

— Лина, — нежно произнес он, сжимая меня в объятиях. — Мое чудо…

Мы просто стояли в воде, обнявшись. Точнее, он стоял, а я до дна не доставала. Мне было так приятно просто прижиматься в его мерно вздымающейся груди. Это дарило волшебное чувство защищенности, тепла, покоя… Наверное, он использовал магию, потому что от него исходило настоящее тепло, не давая нам замерзнуть. Не знаю, сколько мы так простояли, но когда солнце начало прятаться за деревьями, Ромул разжал руки.

— Пора возвращаться, — он ещё раз поцеловал меня в губы и пошел на берег. Я шла за ним. — Знаешь, я даже не знаю, как выразить, что чувствую к тебе. Это неверо…

Я не услышала, что именно он хотел сказать, так как провалилась в какую-то подводную яму. Откуда на дне реки яма?! Я с головой ушла под воду, но когда попыталась выплыть, поняла, что меня затягивает внутрь. Паника захлестнула меня, я начала хаотично двигать руками и ногами, цепляться за дно, но все бесполезно. Какая-то сила тащила меня вниз. Через минуту возникла острая необходимость сделать вдох. Где же Ромул? Неужели он не заметил, что я провалилась? Откуда-то взялись силы, я начала отчаянно карабкаться вверх. Но это бесполезно. Все кончено. Перед глазами начало темнеть, тело отказывалось слушаться. Где-то на грани сознания я почувствовала, что что-то резко потащило меня вверх. Мелькнула мысль, что это, наверное, и есть смерть. Меня куда-то несут, потом сильные давящие удары по груди.

— Дыши! — донесся чей-то злой рык. — Давай!

Изо рта и носа хлынула вода, и я начала сильно кашлять.

— Хвала Творцу, — простонал Ромул, прижимая меня к груди. — Лина, малышка, я чуть тебя потерял.

Я полулежала на берегу, а он стоял на коленях, обнимая меня. Каждый вдох отдавался болью в груди, и болели ребра. Ромул подхватил меня на руки и перенесся во дворец. Мы оказались в его гостиной. Он толкнул ногой дверь и внес меня в спальню. Уложив на кровать, вышел из комнаты.

— Не вздумай вставать! — бросил он из-за двери.

Я бы и не смогла. Меня как будто табун лошадей потоптал. Через несколько минут Ромул вернулся с несколькими целителями, за дверью маячили люди в военной форме.

— Треснуто ребро и нанесен сильный ущерб, — вынес вердикт седовласый мужчина в бело-голубой мантии.

— Что это значит? — прохрипела я и тут же пожалела об этом. Грудь будто обожгло огнем, и я снова закашлялась, да так сильно, что, казалось, сейчас выплюю свои легкие.

— Сделайте что-нибудь! — услышала я крик Ромула прежде, чем потерять сознание.

Когда я очнулась, уже стояла глубокая ночь. Я все также лежала на постели Повелителя, а сам он лежал рядом, заведя руки за голову. Он о чем-то задумался, взгляд стал жестким и даже страшным. Со мной он никогда не был таким.

— Что произошло? — шепотом спросила я. Мужчина резко повернул голову в мою сторону.

— Как ты? — обеспокоенно спросил он. — Ничего не болит?

— Нет, — странно, я чувствовала себя как обычно. — Все хорошо.

— Прости, я чуть повредил тебе ребро, когда делал массаж сердца, — он поцеловал меня в грудь.

— Ты спас меня, — почему-то мне хотелось говорить именно шепотом.

— Это ты спасла меня, — он повернулся на бок и теперь наши лица были на одном уровне. — Мы не знаем кто, но на реке устроили ловушку. Яма с затягивающим проклятьем. Рассчитывали, что я в неё провалюсь, но туда попала ты, — он прервался и глубоко вдохнул. — Я шел к берегу, оборачиваюсь — тебя нет! Даже не понял, как ты пропала. Стал искать, бросился к тому месту, где ты стояла, но снова ничего. Смотрю, а в воде какая-то рыжая трава. Оказалось, это твои волосы. У меня чуть сердце не остановилось, Лина. Я попытался тебя вытащить, но там оказался защитный купол. Эти гады хотели, чтобы жертва точно не выбралась. Пришлось пробивать его, на это ушло время. Я так боялся опоздать… Когда понял, что ты уже без сознания, вообще голову потерял.

— Ты спас меня, — повторила я. — Спасибо, — я подвинулась ближе и прижалась к его горячему телу.

— Лина, ты не понимаешь. Если бы туда попал я, то шанса выжить не было бы. Ты бы не смогла меня вытащить, и я бы утонул. Я найду всех, кто к этому причастен и лично казню, — жестко заявил он.

Теперь пришла моя очередь испугаться. Несложно сопоставить наш вчерашний разговор с Аланом и сегодняшнее покушение. Он выяснил, что это за место, и подстроил там смертельную ловушку. Как только я представила, что на моем месте мог оказаться Ромул, что это он бы задыхался там, пытался выбраться, но никто бы его не спас, сердце наполнила страшная боль. Какая же я идиотка! Не в силах сдержаться, я просто разрыдалась.

— Лина, — Ромул погладил меня по голове, — не переживай, все в прошлом. Все будет хорошо.

А я все плакала. Я не хочу вредить Повелителю, не хочу причинять ему боль. Не хочу! Пусть Алан катится к черту со своими планами! Я не смогу заставить пережить его все то же, что и я там, в яме. Как можно так жестоко расправиться с человеком? Как можно так просто отнять жизнь? Если эти яблочно-зеленые глаза однажды закроются, да ещё и по моей вине, я не переживу этого. Я лучше убью себя, чем Ромула.

Я ещё крепче прижалась к нему. Такой сильный, умный, светлый. Из-за моей глупости он чуть было не погиб. Больше я не допущу такого. Я не буду сообщать Алану абсолютно ничего.

Мы некоторое время так и лежали, просто наслаждаясь друг другом.

— Мне, наверное, нужно уйти? — робко спросила я.

— Почему?

— В покоях Императора ночует только его Императрица, — напомнила я. Я прочитала об этом несколько лет назад в одной книге.

— А ты начитанная, — усмехнулся он, перебирая мои волосы.

— Можно вопрос?

— Да.

— Почему вы не женаты?

Над моей головой раздался тихий смешок.

— Не хочу, — просто ответил Ромул.

— Я ещё не встретил такую женщину, с которой захотелось бы провести остаток дней и делить с ней свою постель.

— А как же политические браки? — осторожно спросила я. Чувства — это, конечно, важно, но причем здесь они, если речь идет о политике?

— Я предпочитаю женить своих герцогов и генералов, — рассмеялся он. — Короли охотно отдают за них своих дочерей.

— А как же наследники? — совсем тихо просипела я. Ромула мои вопросы лишь умиляли.

— Наследников может родить не только жена. Моя власть в Империи абсолютна, я имею полное право изменить порядок престолонаследования и оставить трон тому, кто будет этого достоин. Не хочу вручать свою страну, которую я строил столько лет, воевал, подавлял мятежи, недостойному человеку.

— Ромул, мне, наверное, лучше все же уйти, — я приподнялась на локтях. Я не то чтобы стремилась покинуть его спальню, просто было ещё одно дело.

— Хорошо, — не стал настаивать он, на прощание поцеловав меня в губы.

В сопровождении стражника я вернулась в свою комнату. Даже не знаю, что делать и как объяснить Алану, что я хочу выйти из игры. Я лежала на кровати, закрыв глаза и думала о нем. В его замке я выросла, он дал мне образование, заботился, наверное, даже любил… Не знаю. Но он не делал мне зла. Мне так захотелось увидеть его, сесть, все объяснить, поговорить, высказать все в лицо. Неожиданно я почувствовала, что отделяюсь от своего тела, но страха не было. Сосредоточившись на Алане, я от души пожелала оказаться рядом с ним. Пространство вокруг меня начало сгущаться, формируя очертания спальни лорда, в которой мы провели так много прекрасных часов. Когда перемещение завершилось, и я увидела, ЧТО происходит в этой спальне, то мне захотелось закричать, что-нибудь разбить, кого-нибудь ударить… МАМОЧКИ!!!

На постели Алана лежала длинноволосая шатенка, при свете кристаллов я узнала в ней Киру! Она лежала, широко разведя ноги, а мужчина любил её, весь потный, из его груди вырывались хрипы, а сам он приобрел сходство с кроликом. Мое сердце наполнила боль, и сознание буквально вырвалось из спальни лорда.

Я открыла глаза и вновь оказалась на своей постели в замке Повелителя. Мыслей и слез не было, я просто лежала, уставившись в потолок. Я понимала, что пока меня не будет рядом, он найдет другую, но старалась гнать эти мысли. Как же так… Одно дело догадываться, и совсем другое — увидеть своими глазами. Про себя горько усмехнулась: раньше я не замечала, какие у Алана худые плечи, тощее тело, да и сам какой-то…слабый. Хотя, может, это после сравнения с Ромулом мне так кажется. Я некоторое время так и лежала, пытаясь прийти в себя, и вскоре приняла решение. Единственно верное решение.

Я искупалась и переоделась в легкое фиолетовое платье, распустила волосы и нанесла легкий макияж. Сама, без сопровождения я подошла к дверям Ромула и попросила стражу позвать его. Они пытались возражать, что Повелитель спит, но, вспомнив, как он кричал на них за грубость в отношении меня, все же решили потревожить его и впустили меня. Ромул выглядел сонным и тер глаза.

— Лина, что случилось? — забеспокоился он, выходя из спальни. — Ты же только что ушла. Что-то болит? Тебе плохо?

Не говоря ни слова, я подошла к нему и поцеловала. Он замер, но вскоре обнял меня и прижал, страстно отвечая. Я сняла его рубашку и прикоснулась к обнаженному торсу.

— Ты уверена? — оторвавшись, спросил он.

— Как никогда, — ответила я спустила бретельки платья, которое тут же упало к моим ногам. Ромул громко сглотнул, пропутешествовав взглядом по моей фигуре, подхватил на руки и унес в спальню.

Глава 5

Я проснулась от утренних лучей солнца, ударивших в глаза. Поерзав, поняла, что так и заснула в объятиях Ромула. Открыла глаза. Он ещё спит. Сейчас он расслабился, ушло напряжение и жесткость, обычно читавшиеся на его лице. Повелитель выглядел таким…домашним, родным.

Прошедшая ночь была лучшей в моей жизни. Ромул был совсем не таким, как Алан. Я даже не знала, что мужчина может быть таким выносливым. Он брал меня с нежностью, с ласками, но в тоже время демонстрировал, что он здесь главный. Я залилась краской, поняв, что стража у дверей наверняка слышала мои стоны.

Решив больше не тянуть, я разбудила Ромула поцелуем. Он сжал меня, ещё не проснувшись до конца.

— Лина, — нежно прошептал он, потершись о мой нос своим, — как спалось?

— Плохо, — нахмурилась я. — Один настойчивый мужчина несколько раз будил меня и требовал ещё и ещё.

— Думаю, это потому, что ты лучшее, что было в его жизни, — снова поцелуй.

— Ромул?

— М-м-м?

— А сколько тебе лет?

— Девяносто три.

— Что?! — подскочила я. — Как?!

— Я маг, — усмехнулся он. — Мы живем около пятисот лет.

— Ничего себе… Получается, я для тебя ещё ребенок…

— Кстати, а тебе сколько? — поинтересовался он.

— Семнадцать, — пожала плечами я.

— Вот как? Лина… Ты ведь не была девственницей, верно? — задал он вопрос, которого я так боялась, поэтому промолчала, опустив голову. — Кто тебя тронул?

Что ответить? Сказать правду или солгать? Если скажу про связь с Аланом, то Повелитель начнет требовать с него ответ, почему он подарил ему бывшую любовницу. Это же оскорбление Императору!

— Скажи, что будет, если я скажу, что не хочу об этом вспоминать? — прошептала я.

— Почему? Это было против твоего желания?

— Да…то есть нет. Ромул, я понимаю, что ты оскорбился, когда это понял, что наложницы должны быть невинны, но…

— Скажи мне правду, — попросил он. — Я могу заставлять людей говорить только её, но на тебя моя способность не действует.

— А если бы действовала?

— Я бы выяснил о тебе все, до мельчайших подробностей, — признался он. — Скажи мне правду.

— В моей жизни был мужчина.

— Ты любишь его? — жестко произнес он.

— Нет! Все в прошлом! Я надеялась, что мы будем вместе, но он предал меня. Прости. Если бы я знала, что в моей жизни будешь ты, я бы даже смотреть ни на кого не смогла бы, — это было чистой правдой.

— Лина, — протянул он так, будто ему нравилось само звучание. — Даже если бы у тебя была сотня мужчин, я бы все равно потерял голову. Ты волшебница. Но если я выясню, кто он, то убью, — серьезно предупредил он и встал с постели.

Я осталась лежать, а Ромул пошел отдавать приказы. Вскоре он вернулся.

— Есть хочешь? — хитро спросил он.

— Да, но придется ждать, пока приготовят.

— Нет. Смотри, — как фокусник он достал из-за спины странную шуршащую коробку. — Такого ты точно не пробовала.

Он разорвал её в верхней части. Вообще она очень сильно шумела, когда её касались. Он поднес её ко мне. Внутри оказались странные желтые ломтики. Пахло сие чудо жаренной колбасой.

— Что это? — шокировано спросила я.

— Местные называют это «чипсы». Жаренная картошка, нарезанная тонкими ломтиками и специально обработанная.

Я достала один и понюхала. Картошкой не пахло вообще. Положила в рот. Они ужасно хрустят! Ну, необычно, конечно, но очень даже вкусно.

— А почему такой странный вкус?

— Это их фишка. Эти со вкусом бекона, есть ещё лук со сметаной, соль, сыр, множество вариантов.

— Где такое делают?

— Очень далеко отсюда, — нахмурился он. — Но, думаю, я как-нибудь свожу тебя туда.

Я сидела обнаженная на постели Повелителя в позе лотоса и громко хрустела чипсами. Ромул не сводил с меня нежного взгляда.

— Ты прекрасна, — произнес он. — Ни одна женщина не цепляла меня так, как ты.

— Неужели за девяносто три года не нашлось никого, кто мог бы сравниться со мной? — засомневалась я. Звучит приятно, конечно, но вряд ли он это всерьез.

— Я не о внешности, — покачал головой Ромул. — Ты как будто сияешь изнутри. Не знаю, как это объяснить. Никогда не видел такого прежде.

Он неожиданно поцеловал меня, отбросив шуршащую коробочку в сторону. Снова страсть начала распаляться между нами. Ромул подхватил меня, усадил на подоконник и снова овладел мной.

— Ты бесподобна, — шептал он, пока я стонала и царапала его плечи.

Потянулись спокойные дни. С Аланом я больше не связывалась, ничего ему не объясняла и вообще старалась не думать. Злилась ли я на него? Уже нет. Я прекрасно осознавала, что для него я лишь наложница. И если я уехала, то он с радостью найдет другую. Ну а что? Я тоже нашла другого. С Ромулом мы виделись каждый день, иногда даже по несколько раз. Иногда он разрешал ночевать в его покоях, и это были просто волшебные ночи. Я влюбилась в него по уши, хотя фразу «Я люблю» никто из нас так и не произнес. Я видела, как загораются его глаза, когда появляюсь я, с какой страстью он целует меня, так искренне говорит комплименты… Это просто непередаваемое чувство. Я думала о нем каждую минуту и часто улыбалась как дурочка. Весь мир заполнился им одним.

Однажды утром мы с ним снова гуляли по саду. Я смеялась над его шутками, а он улыбался, видя, что ему удалось меня порадовать.

— Ромул, ты самый лучший мужчина в мире, — сказала я, останавливаясь и обнимая его за торс. — Как я жила без тебя?

— А как я жил без тебя, мой ангел? — вздохнул он. — Ты наполнила мою жизнь красками. Хочешь есть? — неожиданно спросил он.

— Мы вроде бы уже завтракали, — напомнила я.

Ромул протянул руку куда-то над моей головой и сорвал с дерева красное яблоко.

— Знаешь, я думал, что здесь растут только зеленые и желтые, — заметил он. — Но это налилось краской только для тебя, — поцеловал он меня и поднес к губам фрукт. Как я могла отказать? Не сводя с него веселого взгляда, я откусила кусочек.

— Доволен? — поинтересовалась я, пережевывая кусочек.

— Нет. Ещё, — он заставил меня съесть ещё один. Неожиданно я закашлялась. — Осторожней, Лина. Не подавись.

— Это потому что ты слишком усердно пытаешься меня накормить, — сквозь кашель ответила я. Странно, он не прекращался, а наоборот усилился.

— Лина? — забеспокоился Ромул и постучал мне по спине. Честно говоря, от этого стало только хуже. Вскоре я поняла, что не могу нормально дышать, перед глазами потемнело. — Лина!

Я кашляла без остановки, из носа потекло что-то теплое. Ромул подхватил меня, куда-то переместился, бежал. Я слышала какие-то крики, брань, но вскоре кашель прекратился, и я провалилась во тьму.

Когда очнулась, то сразу осознала весь ужас произошедшего. Горло болело и в теле ощущалась слабость.

— Ты как? — ниоткуда взявшийся Ромул заботливо провел рукой по моим волосам.

— Нашли виновного? — прохрипела я.

— Нашли мага, который зачаровал яблоко. Я своими руками накормил тебя ядом, — нервно рассмеялся он, садясь рядом.

— Перестань, ты ведь не знал. Это как-то связано с той ямой у реки?

— Мы предполагаем, что это одни и те же люди. Морт говорит, что чтобы такое провернуть, у них должен быть свой шпион во дворце, — на этих словах я побледнела. — Есть какие-то новости, я пойду, — он сжал мою руку на прощание и вышел.

Сейчас примерно полдень, значит, я здесь несколько часов. Целителей вокруг не было, все люди куда-то ушли. Наверняка сейчас переполох во дворце, ведь это яблоко мог съесть и Ромул. Я встала и на дрожащих ногах направилась в свои покои. Надо же, меня никто не остановил. Я вошла к себе, присела на кровать и достала зеркальце.

— Алан, — зло прошипела я. В стекле появилось его самодовольное лицо.

— Виталина, любовь моя! — театрально воскликнул он. — Наконец-то ты снизошла до того, чтобы поговорить со мной! Как же так, прошло всего два месяца, рано ещё! А чего такая бледная? Съела что-то не то? Привести! — крикнул он кому-то.

— Это все ты! — обвиняюще воскликнула я. — Ты покушался на Ромула!

— И оба раза ты принимала на себя ловушки, расставленные для него. Как благородно, — насмешливо ухмыльнулся он.

— Я расскажу ему о тебе! — пригрозила я.

— Расскажешь? Не смеши меня. Он тут же казнит тебя, как только поймет, что ты причастна к образованию ямки на дне речки.

— Чего ты добиваешься, Алан?

— Неужели не понятно? Его смерти, конечно!

— Зачем? Он хороший правитель, он не собирается тебя казнить!

— Не всех устраивает его политика, скажем так, — обтекаемо ответил он. — Что ты о себе возомнила, Виталина? Ты думаешь, раз он с тобой спит, то ты стала Императрицей? Да он насытится тобой и вышвырнет как надоевшую игрушку. И что ты будешь делать?

— Пока что вышвырнул меня только ты. Как там Кира? Она также хороша как я?

— Как ты узнала? — напрягся он. — Впрочем, не важно.

— Что тебе нужно? — прямо спросила я.

— Какой хороший вопрос! — хлопнул в ладоши Алан. — Итак, дорогая, у тебя всего два варианта: либо ты берешь вот это, — над зеркалом материализовался пузырек, по размеру не больше мизинца, — выливаешь его в бокал Повелителя, когда вы в очередной раз обедаете вместе и вот с этим, — на этот раз над стеклом появился кристалл, — перемещаешься ко мне, где я тебя и укрою.

— Бред, — раздраженно ответила я. — Ты меня совсем за дуру держишь? Ты же убьешь меня как опасного свидетеля!

— Виталина, разве я могу тебя убить? — серьезно спросил он.

— Можешь, — почему-то именно сейчас я была в этом абсолютно уверена.

— Ладно, — тяжко вздохнул Алан. — Либо я беру вот эту красавицу, — к моему ужасу, в зеркале появилось заплаканное лицо Златы, — и вешаю.

Бедная девочка не могла ничего сказать из-за кляпа во рту. Было видно, что она долго плакала — лицо опухло и покраснело. Моя малышка… Как он мог причинить вред этой маленькой светлой девочке?

— Ты монстр! — крикнула я, когда передо мной возникло некогда любимое лицо Алана. — Она ребенок! Не тронь её!

— Не истери. Я ничего ей не сделаю ей ровным счетом ничего, если ты выполнишь все, что я сказал.

— Я не смогу убить его! — обессилено прошептала я. — Не смогу, понимаешь? Я люблю его, — впервые сказала об этом вслух.

— Мне плевать. Выбирай: либо он, либо она, — на этих словах он отключился, а у меня началась настоящая истерика.

Я металась по комнате, не зная, чгто сделать. Если расскажу вгсе Ромулу, то нет никакой гарантии, чщто ему будет дело до жизни Зчлаты. Он может просто отмахнуться от неё, направив весь свой гнев на Алана. Я не сомневалась, что он убьет его далеко не самым гуманным способом. А я? Что он сделает со мной, когда поймет, зачем я здесь? Но я не смогу дать ему яд… Пузырек и кристалл все также лежали на кровати. Я боялась к ним даже прикасаться. Перед глазами встало лицо заплаканной подруги. Может, выпить яд самой? Но тогда Алан найдет другой способ добраться до моего мужчины, а от Златы избавится. Как мне поступить?! Я села на пол, обхватив голову руками. Неожиданно из зеркала раздался голос:

— Виталина!

— Что тебе нужно?! — прокричала я Алану.

— Сожми в руке кристалл, — холодным тоном приказал он.

— Зачем?

— Делай, как я сказал! Иначе твоя подружка лишится конечности.

Эти условия лучше, чем то, что было раньше. Не имея другого выбора, я послушно обхватила пальцами маленький кристалл. Он начал светиться, и моя комната растворилась. Я оказалась в спальне Алана. Сам он стоял возле кровати, сложив руки на груди. Я осмотрелась. К моему удивлению, в трех шагах от меня стоял высокий мужчина лет тридцати пяти и рассматривал меня. Выглядел он угрожающе.

— Что происходит? Как ты похитил меня из дворца Повелителя? — спросила я у Алана.

— Этот кристалл завязан на твою ауру. С ним я могу вытащить тебя откуда угодно, — просветил меня лорд.

— Она не сможет, — подал голос незнакомец. — Сдаст нас всех, но его не убьет.

Алан презрительно прыснул.

— Когда ты успела так прикипеть к нему? — издевательски произнес он. — Помнится, ты и мне в любви клялась.

— Нет, — твердо ответила я. — Мы с тобой никогда не говорили о любви.

— У кого-то храбрость прорезалась, я смотрю, — Алан начал угрожающе надвигаться на меня. Я не отступила и гордо вскинула подбородок. Не знаю, что он задумал, но я больше не буду плясать под его дудку. — Начинай!

Алан грубо схватил меня за руку и потащил к незнакомцу. Я пыталась сопротивляться и упиралась пятками, но он, несмотря на свою худощавость, был сильнее. Когда он подвел меня к мужчине, то встал сзади и прижал руки к туловищу так, что я с трудом могла шевелиться. Этот незнакомый человек внушал только страх. Он обхватил мое лицо руками и я оказалась в плену его карих глаз. Он что-то говорил, шептал, делал пассы руками, а я будто впала в транс. На краю сознания почувствовала порез на руке. Даже не знаю, сколько все это длилось, но вот Алан отпустил меня и отошел.

— Получилось? — спросил он, не сводя с меня взгляда.

— Да, — уверенно ответил мужчина. — Она вся ваша.

Что?! Эта фраза мне совсем не понравилась. Чувствовала я себя очень странно, как будто во сне.

— Виталина, подними одну руку вверх, — раздался властный приказ Алана. К моему ужасу, я подчинилась. Мое тело меня не слушалось! — Отлично, спасибо, — бросил он незнакомцу и тот скрылся за дверью.

— Что ты со мной сделал? — прошептала я. Хотя бы говорить я могу, пусть и с трудом.

— Подчинил, — плотоядно облизнулся Алан, смотря на меня странным взглядом. — Знаешь, крошка моя, я скучал, — он приблизился и впился мне в губы поцелуем. Я не испытала ничего, кроме отвращения.

— Алан, не надо, — взмолилась я. — Прошу тебя.

— Замолчи и не говори ни слова, — жестко ответил он, и я подчинилась.

Алан подвел меня к кровати и поставил на колени, потом толкнул так, чтобы туловищем я лежала на постели. Я беззвучно плакала, когда он задирал мне юбку и снимал белье. Когда он грубо ворвался в меня, хотелось закричать. Пусть мы и делали с ним это много раз, но сейчас я не хотела, я принадлежала другому мужчине. Неужели я предаю Ромула?

Когда Алан закончил, то приказал мне встать и поправить одежду.

— Вытри слезы, — холодно сказал он. Всем его приказам мое тело подчинялось беспрекословно. — Ты выльешь яд, который я тебе дал, в бокал Повелителя, а потом и сама выпьешь немного из него. Ты ничего никому не скажешь и не подашь вида о том, что собираешься сделать. А теперь возвращайся, — он всучил мне кристалл, и я вновь оказалась в своей спальне.

Я покачнулась и осела на пол. После произошедшего чувствовала себя вывалянной в грязи. Как теперь смотреть в глаза Ромулу? Я не смогу ему навредить. Я взяла в руки флакон с ядом и попыталась открыть, но крышка не поддавалась. По иронии судьбы, именно в этот момент вошел Повелитель.

— Лина, почему ты сбежала? — быстрым шагом он подошел ко мне и обнял. — Ты должна была быть в палате, ты ещё не оправилась.

— Ромул… — я хотела сказать ему обо всем, что произошло, но слова застряли в горле.

— Тебе нужно поесть, — решил он. — Я прикажу накрыть здесь.

Я обреченно закрыла глаза и села на кровать. Только не это!

— Тебе стало хуже, — Ромул сел рядом и прижал меня к себе. Если бы он только знал, что только что меня брал другой мужчина…

Слуги принесли небольшой стол и подушки на пол. Ромул усадил меня на одну из них и сел напротив. Я даже думать не могла о еде, страшась того, что сейчас сотворю.

— Представляешь, когда я начал воздействовать на мага, чтобы выяснить, кто его нанял, он умер. Заказчики явно не хотят, чтобы их обнаружили. Лина, скажи что-нибудь, — попросил он, видя, как я притихла. Но я не смогла ничего сказать. Очень хотела, но язык будто прирос к нёбу.

— Я прикажу принести тебе лекарство, — заявил Ромул и встал из-за стола. Когда он отвернулся к двери, мои руки сами по себе без труда открыли флакон и вылили содержимое в бокал Ромула. Мне захотелось закричать от ужаса, руки затрясись. Мужчина вернулся за стол.

— Сейчас все будет, не переживай. Тебе станет легче, — он окинул меня обеспокоенным взглядом и отрезал себе кусочек от стейка. Решив его запить, он взял бокал и начал подносить его к губам.

Все происходило как в замедленной съемке. Вот он обхватил сосуд посередине и его рука медленно приближается ко рту. Внутри меня все вскипело, в груди растекалось сильное тепло и будто давило на что-то. В последний момент меня как будто освободили от цепей, даже дышать стало легче. Не помня себя, я подскочила и выбила бокал из рук Ромула. Он с грохотом полетел в сторону, расплескав отравленное вино по полу.

Глава 6

Ромул переводил непонимающий взгляд с меня на бокал. Через несколько секунд на его лице проступило понимание, он встал и коснулся двумя пальцами пятна на полу. Когда он обнюхал их, то весь подобрался и сделался очень жестким.

— Я все объясню, Ромул! — тут же вскричала я.

— Стой где стоишь! — неожиданно властно крикнул он, выставив вперед руку. Я замерла на месте. — Ты отравила вино?

— Да. Но не по своей воле!

— Вот как? — издевательски произнес он и вплотную приблизился ко мне. Отчего-то стало очень страшно, будто я нахожусь в клетке с опасным зверем. — Ты причастна к покушению на реке?

— Да, — сдавленно ответила я. На его лице отразилось что-то…я не поняла, что это было. Наверное, мой смертный приговор. — Но я не знала, что они затевают! Клянусь! Я должна была просто сообщать все, что слышу, я не хотела ничьей смерти!

— Замолчи! — крикнул Ромул и отошел к стене. Он уперся в неё рукой и устало потер переносицу. — Почему сейчас ты не дала мне выпить яд?

— Я не смогу осознанно причинить тебе вред! — сквозь слезы ответила я.

— Тогда зачем ты вообще подсыпала мне его?!

— Меня зачаровали! Я не знаю как, но надо мной провели ритуал!

Он сверлил меня тяжелым взглядом. Выйдя в коридор, Ромул крикнул:

— Морта ко мне! Быстро!

— Ты с самого начала шпионила за мной? — хрипло спросил он.

— Не за тобой, — я покрутила головой. — Просто сообщала, кто что говорит, что делает… Я не думала, что все так закрутится, Ромул!

Вошел один из друзей Повелителя — высокий крепкий мужчина с каштановыми волосами до плеч.

— Что-то случилось?

— Она подлила мне яд и сама же не дала его выпить, — сухо сказал ему Ромул. Морт тут же прищурил глаза и бросил на меня полный ненависти взгляд.

Потом произошло что-то странное: Морт подошел ко мне и начал…обнюхивать.

— Что вы делаете? — отступила я на шаг назад.

— Не дергайся, — раздраженно бросил Ромул. — Он наполовину оборотень.

Мужчина нюхал меня с ног до головы, особенно задержавшись внизу живота. Когда он закончил, то смотрел на меня с нескрываемым презрением.

— Повелитель, она совсем недавно была с мужчиной. Не с вами, — жестко сказал Морт.

— Что? — прошептал Ромул, а его лицо исказилось болью.

— Он изнасиловал меня! — вскричала я. Обстановка начала как будто давить на меня.

— Следов насилия нет, — припечатал меня Морт.

— Говорю же, это заклятье подчине… — я не договорила. Ромул приблизился ко мне и левую сторону головы обжег сильный удар. Я упала на пол, все помутилось, комната начала кружится.

— Увести, — донеслось до меня. Какие-то люди схватили меня под руки и выволокли из комнаты.

Ромул с дикой болью в сердце наблюдал, как женщину, которой он был готов вручить свое сердце, утаскивают как преступницу. А она и была преступницей! Она затем сюда и явилась, чтобы следить за ним. Подумать только…Лина! Его малышка, его ангел, его девочка оказалась предательницей, которая пыталась отравить его. Как же так? Странно только, что она сама попадала во все расставленные ловушки.

— Повелитель, прикажете казнить её? — холодно спросил Морт. Ромул бросил на него злой взгляд.

— Нет! Через неё мы можем выйти на заказчиков.

— Я могу добыть через неё информацию.

— Не смей к ней подходить, — прорычал Ромул. Он знал, что Морт может из кого угодно выбить правду, но…не мог сейчас принимать таких решений.

Быстрым шагом он направился в сад, стремясь скрыться ото всех. Как?! Как он мог не замечать, кто она такая?! И ведь подобрали девчонку, которую он не может прочитать. Но главное не это. Она изменила ему… ИЗМЕНИЛА! Он бы мог поверить в то, что она не понимала, кому и зачем передает сведения, что не понимала, во что ввязалась… Да черт возьми, он был готов простить все покушения! Тем более, что пострадала только она сама. Но простить то, что она была с другим… Как?

Заклятье подчинения снять невозможно, это знает каждый. Сильные маги, такие как сам Ромул, просто не позволят на себя его наложить, да и маги попроще выкрутятся. Но чтобы неопытная девочка, обладающая непонятными зачатками магии, смогла такое провернуть? Бред! Она все сделала осознанно… И была с другим мужчиной, и подсыпала яд, и сдавала его… Ромул с силой ударил по стволу дерева так, что оно покачнулось.

За что ему все это? Почему все женщины, которые оказываются рядом с ним, предают его? Виталина… Он даже не знает, сможет ли когда-нибудь забыть её. При мысли о том, что другой мужчина прикасался к ней, начала дрожать земля. Стоп. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Нельзя терять контроль над силой.

Повелитель приказал принести бочонок вина и закрылся в своих покоях.

* * *

Меня притащили в темную сырую камеру. Под потолком было окно с решетками. Здесь не было даже кровати, просто холодный каменный пол и все. Площадь очень маленькая, не больше трех квадратных метров, на которых была и дыра в полу, из которой ужасно воняло испражнениями. Мне было очень плохо, и я даже не знаю, что болело больше: душа или голова? Я потеряла Ромула. Не думаю, что он сможет простить меня после такого. Вопрос лишь в том, когда за мной придут, чтобы казнить. А может, он сделает это сам? Говорил ведь, что лично казнит всех причастных. Принять смерть из его рук, в общем-то, не самая плохая штука, которую можно себе представить.

Я свернулась калачиком на грязном полу. Левая часть головы пульсировала болью, но я не обращала внимания. Какой смысл, если я и так практически труп? Без Ромула я не хочу жить. И ведь сама во всем виновата! Не знаю, изменилось ли что-то бы, расскажи я всю правду тогда, после купания на реке… Теперь уж ничего не попишешь. Его удар разрушил все, что мы построили за этот короткий срок. Короткий, но самый счастливый период в моей жизни. Я благодарна Ромулу за то, что с ним я узнала, что такое любовь. Он наверняка думает, что я ему изменила. В каком-то смысле… Если бы я могла сопротивляться, то не позволила бы Алану прикоснуться ко мне.

Наверное, даже если я ему все расскажу, он мне не поверит. Даже плакать сил не было, и я так и уснула.

Проснулась уже ночью, когда из окошка потянул холодный сквозняк. Голова болела меньше, но начало тошнить. Опустив взгляд, увидела на полу перед дверью поднос с похлебкой и хлебом. Я даже не буду пытаться встать, чтобы это съесть. Нет ни сил, ни желания.

Что сейчас делает Ромул? Представить страшно, как ему плохо. Как же мне хочется все исправить… Но, боюсь, при попытке что-то объяснить, он огреет меня снова.

Раздались шаги, в двери щелкнул замок. В мою тюрьму вошел Морт. Он рывком посадил меня и прислонил к стене. Выражение лица у него было мрачным, но решительным.

— Кто тебя подослал? — спросил он. Я даже не думала врать или отпираться.

— Алан Гредворд.

— Зачем?

— Я уже говорила.

Пощечина, от которой голова снова начала болеть.

— Зачем? — тем же тоном спросил Морт.

— Я должна была сообщать то, что вижу и слышу.

Я рассказала Морту все как на духу, ничего не утаивая и не скрывая: и про реку, и про мое решение выйти из игры, и про сегодняшние события. Не утаила даже эпизод с изнасилованием.

— Красиво врешь, — вздохнул он. — Твои хозяева тебе не сказали, что заклятье подчинения снять невозможно? Можно помешать его наложению, но не снять.

— Я не лгу. Делайте что хотите, но я сказала вам всю правду, — я отвернулась от него, вновь свернувшись калачиком. Голова снова разболелась.

Морт несколько секунд сверлил меня странным взглядом и, наконец, вышел.

Он громко хлопнул дверью, и я вздрогнула от волны боли, пронесшейся в голове. Скажет ли он Ромулу то, что узнал от меня? Наверняка, а иначе, зачем вообще приходил?

Надо же, никогда мужчины не поднимали на меня руку, а сегодня сразу двое… Воспоминание о том, как Ромул ударил меня отозвалось острой болью в сердце, и я снова не сдержала слез. Понимаю, что заслужила, но как же больно… Плач ещё сильнее начал раскалывать и без того больную голову. Я сама не заметила, как провалилась во тьму.

* * *

Ромул пил уже два дня, но это почти не помогало. На душе скребли кошки, он все время думал о Виталине. Как она там? Понимал, что она предательница и он должен отдать приказ о её казни, но не сможет. Просто не сможет. Он вызвал к себе Морта. Все же, с его обязанностям опасно вот так выпадать из жизни на два дня.

— Что с Виталиной? — спросил он друга, выходя из спальни и застегивая рубашку.

— Ну и видок у тебя, — пробурчал Морт, оглядывая Ромула. — Плохо. Стража говорит, ни разу ничего не съела, почти не встает.

Повелителя очень встревожила эта новость.

— Почему мне не доложили? — резко спросил он.

— Ты сказал не беспокоить тебя. И потом, разве ты не собираешься казнить эту тварь? Какая разница, в каком она состоянии?

— А ты не думал, что она может нам пригодиться?

— Я её допросил. Эта сучка начала врать и… — он не договорил. Ромул от души врезал ему.

— Ещё раз её оскорбишь, и я казню тебя, — жестко сказал Повелитель, отряхивая руку.

Морт поднялся с пола, держась за скулу.

— Почему ты так ведешь себя? — изумленно спросил он.

— Почему ты ослушался прямого приказа?! Я ясно сказал, что её трогать не нужно!

— Ты был не в себе, а нам нужна была информация! Она назвала имя.

— А о чем врала? — нахмурился Ромул.

— Сказала, что разбила заклятье, когда ты хотел выпить яд. Но все знают, что это невозможно.

— Если она хотела меня отравить, зачем помешала и подставила себя и всех остальных? Что за глупость? К тому же, она сама попадала во все их ловушки. Мы чего-то не понимаем.

— Ромул, — вздохнул Морт, — ты её оправдываешь.

— Я лишь хочу разобраться, — Повелитель вышел из покоев и направился в темницу.

Он спускался по лестницам, и обстановка становилась все более давящей и мрачной. Стража склоняла головы при его появлении, но Ромул не обращал внимания. Вот нужная дверь. Он сделал знак, и ему открыли. Собрав все силы в кулак, Повелитель сделал шаг вперед. Когда он увидел открывшуюся ему картину, то на несколько секунд забыл, что нужно дышать. В этой маленькой вонючей комнате на полу лежала Лина. Её платье из бежевого превратилось в черное. Надо же, она его даже не сменила. Казалось, что и его появление прошло без внимания с её стороны. Спит, наверное.

— Виталина! — позвал Ромул как можно более бесстрастным тоном. Никакой реакции.

Он присел на корточки рядом с ней и потрепал за плечо.

— Лина!

Только вблизи он заметил восковую бледность и заострившиеся черты лица. Он коснулся её лба и громко выругался: девушка горела. Неизвестно, как давно она здесь в таком состоянии. Ромул поднял её и хотел побежать, но осекся. Она предательница. А в тюрьме такие условия как раз для того, чтобы заключенный помучался. Сделав вдох, Повелитель обычным шагом понес её во дворец. Сейчас, когда при дневном свете он мог видеть её лицо полностью, Ромул заметил синяк на скуле, переходящий на висок. Откуда это? Он же говорил Морту, чтобы он её не трогал!

Он вошел в комнату, в которой Виталина жила ещё несколько дней назад и сгрузил её на постель. Выйдя, он приказал выставить стражу перед покоями и позвать целителя.

«Ничего страшного не происходит. Она просто простудилась» — твердил он себе.

Он вернулся в свои комнаты, где его все ещё ждал Морт.

— Зачем ты её бил? — стараясь скрыть свое негодование, спросил он друга.

— Бил? Легкая пощечина — это называется бил?

— От твоей легкой пощечины у неё обширный синяк.

— Ромул, — усмехнулся Морт, — это твоих рук дело, а не моих.

— Что?

— Ты её приложил, а не я.

— Когда?

— Ты не помнишь?! Перед тем, как приказал её бросить в темницу! Что с тобой?

Ромул потер виски. Наверное, несколько дней пьянства подкорректировали его память. Он смутно припоминал, что вышел из себя, что очень разозлился…

— Я её ударил? — нахмурившись, под нос пробормотал он.

— Да, и правильно сделал. Я бы на твоем месте ещё и ногами бы попинал, — Морт замолчал, наткнувшись на злой взгляд Ромула. — Разобрался? — перевел он тему.

— Нет. У неё жар, и вообще она не в том состоянии, чтобы разговаривать.

Морт лишь презрительно хмыкнул.

Ромул занимался делами и старался отвлечься, но мысли упорно возвращались к Виталине. Когда пришел целитель с докладом, он весь напрягся.

— Истощение, Повелитель, на его фоне развилась простуда. Ещё есть признаки небольшого сотрясения. Думаю, дня через два мы поставим её на ноги.

— Хорошо, — Ромул отпустил его и задумался. Неужели он её так сильно ударил? Никогда не бил женщин. В душе зашевелился червячок, но он отогнал эти мысли, напомнив себе, кто она такая. — Морт, у меня есть идея. Я знаю, как мы поступим, — сказал он вошедшему другу.

Ему успели доложить, что Виталину подослал Алан Гредфорд, но его собственные шпионы выяснили, что за ним стоит кто-то покрупнее. Да и вообще, есть все признаки того, что это масштабный заговор между местечковыми лордами. Интересно, как давно существует это общество? Судя по всему, они хорошо конспирируются и следят за своими членами. Чтобы подобраться как можно ближе, нужен кто-то, кто вхож туда. И этим человеком и была Виталина.

— Сообщи всем, что я при смерти. Я два дня не выходил из покоев, так что прокатит.

— Но ты спускался в подземелья! — возразил Морт.

— Сотри память всей охране, а придворные меня не видели. Виталина тоже пусть нос не высовывает из комнаты.

— Ты разве не казнишь её? — недоумевал друг.

— Нет. Пока что она нам нужна, — Ромул не мог вслух признаться, что не сможет этого сделать. — Когда она выздоровеет, — на этих словах у Морта вытянулось лицо, — мы зашлем её к Алану. Сочиним легенду, что я выпил яд, а ей удалось свалить вину на повара, допустим.

— Через три дня у них намечается какой-то сбор как раз у Алана, — припомнил Морт.

— Отлично! Вот туда она и попадет. Как раз повяжем всех присутствующих, а уж они сдадут тех, кого упустили.

— Не могу понять, почему нельзя сделать этого без неё?

— Без неё они могут что-то заподозрить и затаиться. Она же внушит им, что у них все получилось, и они расслабятся, не ожидая подвоха. Все понял? Начинай готовиться!

— Будет сделано! — Морт вышел, а Ромул так и остался один. Идея неплохая, но что-то его тревожило. Он даже не подозревал, что, сам того не желая, только что вынес Виталине смертный приговор.

* * *

Когда я почувствовала, что лежу в мягкой постели, то сначала подумала, что это наваждение, сон. Открыв глаза, поняла, что мне не кажется, и я вновь у себя в покоях. На мне была свободная ночная сорочка, а грязное платье исчезло. Я приподнялась на локтях и осмотрелась. Что я здесь делаю? Последнее воспоминание — это как я метаюсь по полу в каком-то приступе, болит все тело и ломит, голова раскалывается. Сейчас я чувствовала себя намного лучше. Подойдя к зеркалу, удивилась, насколько помятой я выгляжу, и от меня все ещё воняет темницей. Не знаю, надолго ли мне разрешили вернуться, но нужно воспользоваться случаем и помыться.

Я набрала ванну и блаженно погрузилась в мыльную воду с воздушной пеной. Как же приятно! Я тщательно отмывала себя мочалкой, усиленно натирая каждый участок кожи. Вылезла я только тогда, когда вода окончательно остыла. Пришлось накинуть платье и выглянуть в коридор. Вполне ожидаемо, что меня сторожили. Два стражника не позволили мне выйти из комнаты и грубо толкнули внутрь. Ну, что ж, если эта комната стала моей тюрьмой, то здесь очень неплохие условия.

Я прилегла на кровать, так как почувствовала слабость. Неожиданно дверь распахнулась, и в комнату вошел Ромул. Я посмотрела на него, а он на меня. Его лицо было бесстрастным, но в глазах отразилось беспокойство и боль.

— Мне сказали, что ты пришла в себя, — холодно произнес он. — Это хорошо.

— Почему меня все ещё не казнили? — осмелилась спросить я.

— Потому что ты ещё можешь быть полезной, — равнодушно ответил Ромул. — Хочешь жить?

— То есть? — странный какой-то разговор получился.

— Мы можем заключить сделку, и у тебя будет шанс выйти живой из этой ситуации.

— И что же за сделка? — осторожно спросила я. Даже представить не могу, что такого ему от меня нужно, что он готов спустить мне с рук то, что я натворила.

— Послезавтра утром ты отправишься в замок к Алану Гредфорду, — начал Ромул.

— Нет! — тут же перебила его я.

— Нет? — прошипел он. — Что так? Не хочешь предавать любовника?

— Он мне не любовник! — воскликнула я.

— Ноги раздвигала ты перед ним? — издевательски спросил он.

Я ничего не ответила, а лишь опустила глаза. Какой смысл доказывать, что я этого не хотела, и все произошло насильно? Это его не убедит.

— Итак, слушай и не перебивай меня, — властно сказал он. — Ты отправишься в его замок, там пройдет встреча заговорщиков. На тебя навесят специальное заклятье. Мы будем видеть все то же, что и ты. Ты войдешь к ним и объявишь, что я скончался несколько часов назад, а тебе удалось бежать. Нам нужно увидеть всех, кто будет там присутствовать. Всех взять не удастся, многие могут сбежать, а так мы будем знать их имена, и никуда они не денутся.

— А что потом?

— Если ты все сделаешь правильно, я сошлю тебя в самый дальний угол Империи, там найдем тебе мужа и будешь жить, будто ничего не произошло.

Слова о том, что он сам найдет мне нового мужчину, неприятно резанули меня. Но если он так не хочет видеть меня, что готов сослать…

— Я согласна, — кивнула я. — Только можно просьбу?

— Просьбу? — издевательски переспросил Ромул. — Ну, попробуй.

— Не надо искать мне мужа. Я хочу жить самостоятельно.

— На что жить? Работать ты не можешь. А хотя… Развлекать мужчин ты привыкла, в постели работаешь хорошо, думаю, из тебя получится отличная шлюха.

Это стало последней каплей. Моя нижняя губа задрожала, я вскочила с постели и бросилась в ванную. Закрыв за собой дверь, я сползла по ней, содрогаясь в рыданиях.

Звук хлопнувшей двери известил меня, что Ромул ушел. Какая же я идиотка… Потерять такого мужчину… Что бы он не делал, я все равно люблю его. Что он сейчас чувствует? Ведь и он любил меня, я в этом не сомневаюсь. А если бы я узнала, что Ромул позвал к себе другую наложницу? Что бы я испытала тогда? Было бы очень больно, да и он бы потерял мое доверие. Через время мне удалось успокоиться, и я вернулась в пустую комнату.

Как и обещал Ромул, в назначенный день к вечеру меня позвали в его покои. Помимо Повелителя, там находились Морт и ещё несколько мужчин, которые смотрели на меня с нескрываемым презрением. На грудь мне навесили зачарованную брошь. Через неё они могли видеть и слышать все, что происходит вокруг меня. Меня проинструктировали что, как и зачем делать, что говорить, а о чем молчать.

— Когда мы войдем, ты должна будешь быстро подойти к нам и встать за моей спиной. Поняла? — Ромул вел себя так, будто ничего не произошло там, в моих покоях. Если раньше он был открытым, добрым и часто улыбался мне, то сейчас между нами будто выросла стена. Он стал холодным, хмурым и отстраненным. Наверное, он никогда не сможет простить меня.

Когда инструктаж был окончен, я спохватилась и вытащила из волос гребень. Его мне подарила Злата, когда мне исполнилось шестнадцать. Он был очень красивым и инкрустирован какими-то камнями. Как она там, моя девочка? Остается лишь надеяться, что Алан забыл о ней.

— Я могу оставить это здесь? — робко спросила я.

— Хорошо, — Ромул без возражений забрал его из моих рук и положил на свой стол.

Комната закружилась, и я переместилась прямо к воротам замка Алана. Я очень боялась встречи с ним, буквально до дрожи в коленках. Я думала только о том, что помогаю поймать людей, которые охотятся на Ромула.

Я постучала в ворота. Знакомые стражники с изумлением воззрились на меня. Я не знала их имен, но много лет видела их во дворце. Не думала, что однажды придется вернуться сюда.

— Проводите меня к Алану, — попросила я. Парни не стали грубо хватать меня, а лишь шли по бокам, охраняя. Все встречные слуги смотрели на меня, как на привидение. Неужели Алан объявил о моей смерти? Когда мы вошли к нему в кабинет, он подскочил и отпрыгнул от нас.

— Ты?! — воскликнул он. — Как ты выжила?!

— Будем обсуждать это при них? — я кивнула на стражу. Алан бросил на них страшный взгляд, и они испарились из кабинета.

— Как ты выжила?! И зачем пришла?! — он держался поодаль. Наверняка не мог понять, живая я или привидение. Только сейчас я вспомнила, что Ромул видит, что происходит сейчас.

— Выжила, потому что мне не дали выпить яд. Помешали.

— А Император?

— Умер. Об этом пока не сообщают. Мне удалось скрыться, так как меня не обвинили в этом. Его телохранители видели, что и я хотела выпить из бокала, поэтому виновным признали повара. А мне больше некуда податься, — я развела руками.

Алан несколько минут сверлил меня странным взглядом.

— Повернись! — приказал он. Я подчинилась. — Ты все ещё подчиняешься мне.

Как я ни убеждала Ромула и Морта в том, что на меня наложили заклятье, они мне не верили. Что ж, сейчас у них будет возможность убедиться, что я не лгала. Я молилась, чтобы Алан не начал требовать того же, что и в первый раз. Такого позора я просто не переживу.

— Ты очень вовремя пришла, — протянул он и вплотную приблизился ко мне. — Сейчас у меня состоится одно заседание, и ты идешь со мной. Расскажешь обо всем, что ты сделала. Ну а потом… — он опустил одну руку мне на лоно и впился в губы поцелуем. Меня передернуло от отвращения. Он отстранился, а мне очень захотелось умыться.

Он взял меня за руку и повел по коридорам моего родного замка. Мы вошли в большой зал, в котором стояло множество столов. За ними сидели мужчины разных возрастов. При нашем появлении они повернули головы в наше сторону.

— Как это понимать? — холодно спросил один из них.

— Знакомьтесь, друзья! — торжественно объявил Алан. — Виталина! Наша героиня, которая сделала то, что мы не смогли за многие годы. Ромул Даррский мертв!

— Это она сказала? — с сомнением спросил все тот же мужчина.

— Да. Она сейчас сама нам все расскажет, — уверенно заявил Алан.

В меня вперились не меньше двух десятков пар глаз. Я стояла в центре этого большого зала и вдруг растерялась. Сделав глубокий вдох я, запинаясь, выдала им ту версию, которую меня заставили выучить Ромул с Мортом. Все внимательно слушали: кто-то с недоверием, кто-то с интересом, а кто-то и с радостью. Я старалась поворачиваться, чтобы те, кто сейчас наблюдают за всем этим, могли рассмотреть присутствующих.

Не успела я окончить свой рассказ, как раздался страшный грохот, и комната покачнулась. Казалось, что по замку нанесли удар. Все происходило очень стремительно: в зал начали перемещаться солдаты Ромула, набрасывая на присутствующих заклятье стазиса. Я даже опомниться не успела, когда поняла, что Алан прижал меня к себе и приставил к горлу кинжал.

— Не приближайся! — крикнул он кому-то. Краем глаза я заметила Ромула, стоящего в стороне. Я не могла увидеть его полностью, так как он стоял почти вне поля моего зрения.

— Будешь прятаться за женщину? — холодно спросил он. Вокруг люди вовсю сражались, но преимущество явно было у людей Повелителя, так как заговорщики либо были ранены, либо лежали под действием стазиса.

— Её ты не тронешь, — уверенно заявил Алан и сильнее прижал лезвие к моей коже. Почему он так считает?

— Ненавижу трусов, — сквозь зубы процедил Ромул. — Вместо того, чтобы открыто бросить вызов, ты подослал ко мне девушку! И ты после этого считаешь себя мужчиной?

Алан начал отступать назад. Неожиданно он странно дернулся, и его хватка ослабла. Кто-то оттащил его обмякшее тело от меня. Обернувшись, я увидела Морта. Он, судя по всему, вырубил Алана. Я даже не успела сообразить, что происходит, как Ромул дернул меня к себе и крепко прижал к груди одной рукой. Я с огромным удовольствием вдохнула его запах.

— Виталина, — прошептал он мне в волосы, прикрыв глаза. Что это с ним?

Вокруг нас уже почти никто не сражался, заговорщики были схвачены. Солдаты потихоньку стаскивали их в один ряд. Ромул отдавал приказы, кричал, все также не отпуская меня. Подошел Морт, и они о чем-то заспорили. Вдруг я заметила странную тень за большой зеленой шторой. Присмотревшись, с ужасом увидела выглядывающий из-за неё арбалет. Я читала о таких: они стреляют короткими металлическими стрелами, которые прошивают тело как иглы, от них не спасают даже доспехи. Но самое ужасное то, что нацелен он был прямо в Ромула!

Все произошло очень быстро. Я подвинулась ближе к своему мужчине, закрывая собой его грудь. Стрела вошла в мое тело как нож в масло. Я ахнула и начала оседать. Почти сразу вторая стрела вонзилась в сердце. Боль была резкой и сильной, но все что я видела перед собой — это испуганное лицо Ромула. Я стояла на ногах только потому, что он меня держал. Солдаты бросились к окну, я же слышала оттуда лишь какой-то шум.

Ромул опустил меня на пол, он что-то говорил, но я не могла разобрать слов. Я буквально чувствовала, как из меня уходит жизнь.

— Держись, сейчас подоспеет помощь, — смогла разобрать я. Впервые я видела его таким растерянным и бледным.

— Ромул, — прошептала я помертвевшими губами, — я люблю тебя.

Это были мои последние слова.

Его лицо изумленно вытянулось, а глаза, казалось, сейчас вырвутся из орбит.

— Нет! Не смей умирать! Лина, не уходи! — кричал Ромул не своим голосом, но было поздно.

Я как будто отделилась от тела и видела все со стороны. Вот лежу я с остекленевшими глазами, а Повелитель…закричал. В этом крике было столько боли, что все окружающие замерли. Он прижал меня к своей груди, и именно в этот момент мое тело охватило фиолетовое пламя и исчезло вместе со мной. По залу пронесся изумленный вздох. Ромул замер, не веря своим глазам.

Мое сознание тоже начало исчезать. Все вокруг охватил фиолетовый свет, который будто нес меня куда-то. Не было ни боли, ни страха. Ничего.

В какой-то момент белая вспышка будто встряхнула меня, и я куда-то приземлилась.

Глава 7

Я медленно приходила в себя. Первое, о чем подумала — я дышу. Как странно, я думала, что после смерти эта потребность исчезнет. Вскоре поняла, что лежу на чем-то твердом. Пошевелила пальцами. Под ними оказалась трава. Похоже, что я лежу прямо на земле. Медленно приоткрыла глаза, но яркий дневной свет больно резанул, и пришлось ещё немного полежать.

Через минуту я начала слышать звуки. Шумел ветер, насекомые, но все четче становились перешептывания.

— Она…девушка…невозможно…

— Не трогай…

— Помочь…

— Не может быть…

Я слышала лишь какие-то обрывки и не могла сложить из них нормальные фразы. Вскоре я смогла открыть глаза и осмотреться.

Я и вправду лежала на земле. Кое-как удалось сесть, но голова сильно кружилась. Когда я сфокусировала взгляд перед собой, то как-то само получилось, что я встала на ноги и сделала два шага назад. Передо мной полукругом стояли четверо незнакомых мужчин и рассматривали. Радовало, что я так и осталась в одежде. Какая-то странная загробная жизнь.

Они смотрели на меня с неверием, восхищением и радостью, но помочь не пытались.

— Я умерла? — слабо спросила я.

— И да, и нет, — загадочно ответили самый старший из них. На вид ему было около пятидесяти лет, но старым он не выглядел. Все мужчины были одеты в рубашки и кожаные брюки, за поясом у каждого были ножны с кинжалом. Все они имели развитую мускулатуру, да и вообще производили впечатление воинов.

Позади стоял небольшой двухэтажный дом. Они что, здесь живут?

— Кто вы? — снова задала вопрос я.

— Лучше скажи, кто ты, — восхищенно произнес тот, что помоложе. У него были пепельные волосы и теплая улыбка. Парень явно был немного младше остальных, и мне почему-то захотелось ему поверить.

— Виталина.

— Дар жизни, — прошептал третий. Он был высоким и более худой, чем его товарищи, но под рубашкой все равно проступали крепкие мускулы.

— Кто вы? — я устала чувствовать себя так, будто я для них представление разыгрываю. — Куда я попала? Я мертва?

Мой требовательный тон заставил их переглянуться. Тот, что постарше, вышел вперед.

— Я — Минах, глава клана Всадников Заката, дитя. Ты — одна из нас. Давай пройдем в дом и все обсудим, — он указал рукой в сторону домика, который находился метров в десяти от нас.

— Нет! — я отступила ещё дальше. — Я не пойду с вами туда!

Может я ещё до конца не пришла в себя, но оставаться одной в доме с четырьмя незнакомыми мужчинами?! Ни за что! Тут хотя бы лес за спиной и есть, пусть и призрачная, но возможность убежать.

— Тебе не нужно нас бояться, — спокойно произнес Минах, — мы не причиним тебе вреда. Даю тебе клятву.

Я испуганно сглотнула и замерла, не зная, как поступить. От этих мужчин не веяло угрозой, но и доверять им я не спешила.

— Объясни ей все, — подал голос парень, который внушал доверие. — Кстати, я Максим, — улыбнулся он мне, — можно просто Макс.

— Егор, — представился худощавый парень. Какие-то странные у них имена.

— Я Лорган, — подал голос последний мужчина, который до этого молчал. — Знаете, по-моему, она поступает разумно. Она нас не знает, не понимает, что происходит, а вы её в дом зовете.

— Я точно знаю, что умерла, — перебила его я. — Куда я попала?!

— Это дом клана, — ответил Макс. — Ты — Всадница дракона. Мы тут все Всадники. Ты не умерла, Виталина, ты переродилась. Не пугайся, это нормально. Главное — не паникуй.

От его слов мне стало плохо. Всадница дракона? Что за ерунда? Все знают, что драконы вымерли несколько тысячелетий назад. Почему я не могу просто спокойно умереть?! Обязательно нужно во что-то вляпаться! Сердце бешено забилось в груди, участилось дыхание, окружающий мир окрасился в яркие цвета.

— Эй! — крикнул кто-то, кажется, Егор. Я снова упала на землю. Ко мне подбежали.

— Нельзя вмешиваться! — услышала я голос Минаха.

— Это другое, — ответил ему Егор. Меня подняли на руках и куда-то понесли. Я слышала звук распахиваемой двери, потом меня куда-то положили. Во всем теле была дикая слабость. Мне в нос ударил ужасный резкий запах, обжигая дыхательные пути. От этого я резко распахнула глаза.

— Ты полна неожиданностей, красотка, — усмехнулся Макс, убирая от моего носа вату. — Здесь много людей побывало, но в обморок грохнулась ты первая.

Остальные мужчины тоже вошли в комнату и с беспокойством смотрели на меня.

— Я хочу обратно, — простонала я.

— Куда? На улицу?

— Нет, во дворец!

— Дворец? — встрепенулся Егор. — Так ты принцесса?

— Нет. Я наложница Повелителя.

Я села на диванчике, на который меня положили, и осмотрелась. Комната была очень необычная, на мой взгляд. Вроде бы ничего особенного, но в глаза бросались странные ткани, необычный интерьер и странные предметы мебели. Но больше всего бросался в глаза беспорядок.

— Была ею, — Минах присел рядом. — Ты переродилась. Забудь, кем ты была. Теперь ты Всадница, и все будет иначе.

— Я не хочу быть никой Всадницей! — воскликнула я. — Я хочу обратно.

— Ты не сможешь покинуть эту территорию, пока не примешь свою сущность, — спокойно объяснял Минах.

— А если не приму?

— Умрешь окончательно. Наверное.

— Почему «наверное»? — этот разговор нравился мне все меньше.

— Видишь ли, Виталина… — почесал голову Егор. — Как бы тебе сказать…

— Дело в том, что женщин — Всадников не бывает, — осторожно произнес Минах, глядя на меня. — Только мужчины. Ты первая девушка, после смерти переродившаяся здесь.

Я резко встала с дивана и начала ходить из одного конца комнаты в другой. На мне было все тоже платье, которое я одела перед отправкой к Алану. Головокружение прошло.

— Да ладно тебе, красавица, не паникуй, — Макс выглядел очень веселым. — Лучше расскажи, кто он, — подмигнул он мне.

— Кто? — я даже остановилась.

— Тот, кто зажег твоё сердце, — воскликнул он и всплеснул руками.

— То есть? Вы можете по-человечески все объяснить?! — я сорвалась на крик.

— Тише, спокойно, — произнес Лорган, успокаивая меня. — Слушай. Когда-то давно во многих мирах обитали драконы — сильные и разумные магические существа. Но все сложилось так, что они вымерли и не могли самостоятельно возродиться. Тогда сущность одного дракона прикрепилась к человеку, новорожденному мальчику, которого назвали Халар. Мальчик рос как обычный ребенок, но когда ему исполнилось девятнадцать лет, он встретил девушку, и она зажгла его сердце. Они любили друг друга больше жизни и собирались пожениться, но как-то вечером он и она возвращались в свою деревню, и на них напала компания пьяных мужчин. Халар защитил любимую ценой своей жизни, но после смерти оказался в незнакомом месте. Он призвал дракона и слился с ним. Так появился первый Всадник. Дракон дал ему большую силу и ловкость, а человек взамен подарил свою жизнь. Всадник вернулся в свой мир и там начал совершать подвиги: помогал выигрывать войны той стороне, которую считал правой, заступался за слабых, вытаскивал из передряг заблудших. С тех пор драконы присоединяются к душам новорожденных мальчиков и после их смерти помогают им стать Всадниками. Как я уже говорил, ты — первая девушка — Всадница, и у тебя есть особенности, которых мы можем не знать.

— Например, какие? — спросила я.

— Ну, вот парни, к примеру, до того, как встретят ту самую, имеют склонность к тому, чтобы защищать тех, кто в этом нуждается, у нас обостренное чувство справедливости, мы постоянно деремся и во что-то влипаем. А как было у тебя?

— Я тоже стремилась защищать слабых. Но это ничего не значит! Все так делают. А что потом, после перерождения? Вы забываете тех, кого любили?

— Как же их можно забыть? — вздохнул Минах. — Мы возвращаемся и берем их в жены, если они, конечно, согласны. Просто определенный период времени мы не можем выйти отсюда. Для слияния с драконом нужно время.

— А драконы они что, настоящие? — прошептала я. — Я не видела здесь никого.

— Они на охоте, — шокировал меня Лорган. — Скоро вернутся. Но ты их не бойся, — он заметил, как я испугалась, — они безобидны. Дракон никогда не обидит никого, кто этого не заслуживает.

— Вы зоветесь Всадниками потому, что летаете на них? — догадалась я.

— Да, — произнесли все четверо в унисон.

— И мне придется?!

— Да, — кивнул Макс. — Интересно будет посмотреть на твоего дракона, — казалось, что его не может расстроить ровным счетом ничего. Это даже немного раздражает.

— Виталина, не переживай, — вот Егор был его полной противоположностью — холодный, спокойный и обходительный.

— А если тот, кто зажег сердце, не захочет быть с Всадником? — решилась спросить я.

— Таких случаев ещё не было, — припечатал меня Макс.

— Но ты женщина, у тебя все может быть иначе, — бросил на него острый взгляд Егор.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Лорган.

— Плохо, — призналась я.

— Пойдем на кухню, — предложил Макс. — Я после перерождения только и делал, что ел.

Не похоже, что эти парни собираются на меня нападать или как-то вредить. Мой живот издал жалобный стон, вызвав у всех присутствующих улыбку.

Меня проводили…на первый этаж. Я даже не поняла, что меня несли по лестнице, пока я была в обмороке. Интересно, кто это был? Кухня представляла из себя нечто странное. Посередине стоял большой прямоугольный стол. Он был придвинут прямо к двум большим диванам, которые заменяли стулья. У стены стояли тумбы, на которых были непонятные мне предметы, назначения которых я не понимала. Макс поставил передо мной тарелку и выложил на неё несколько теплых кусков жаренного мяса.

— Шашлык, — сказал он. — Не знаю, едят ли его в твоем мире, но у нас его просто обожают.

— Спасибо, — искренне поблагодарила я и набросилась на еду. Просто объедение! Я так увлеклась, что даже не заметила, что меня внимательно рассматривают все мужчины.

— Ты красивая, — сказал Егор. Я аж поперхнулась от такой фразы.

— Спасибо, — выдавила я.

— Расскажи, что произошло. Почему ты умерла? — подал голос Минах.

Я и рассказала. Про то, что я была шпионкой, что влюбилась в Ромула, но он узнал о моем предательстве и сделал наживкой для поимки заговорщиков. И что я умерла, закрыв его собой…

— Ромул… — задумчиво протянул Минах, потирая подбородок. — Ромул Даррский?

— Откуда вы его знаете? — удивилась я.

— Да кто ж его не знает-то? Такой воин, что даже я стараюсь лишний раз с ним в схватку не вступать.

— Вы с ним сражались?!

— Да, было пару раз. Он ведет войны, и не всегда честно. Вот и приходится вмешиваться, — как ни в чем не бывало сказал он. Это мне совсем не понравилось.

— Вы хотите сказать, что можете причинить ему вред? — в этот момент захотелось придушить Минаха.

— Только если потребуется, — усмехнулся он, наблюдая за моей реакцией. — Но он очень силен, подобраться к нему не просто, так что успокойся.

Легко сказать — успкойся! Пусть только попробует к нему приблизиться — отравлю.

После еды меня начало клонить в сон, но я старалась этого не показывать. Да и как-то странно и непривычно засыпать в доме с четырьмя мужчинами. Неприлично, в конце концов.

— Я выделю тебе комнату на втором этаже, — сказал Минах. — Ты будешь жить здесь какое-то время, пока не сольешься с драконом. Нас можешь не опасаться. У нас в крови потребность защищать слабых и не вредить. Если мы совершаем зло, то слабеем.

Я слушала в пол уха, подперев голову рукой. Макс что-то возразил ему, потом подключился Лорган. Резко разговоры стихли. Кто-то что-то зашептал, опять спор и звуки, будто кто-то дерется.

— А ну угомонились! — прикрикнул Минах. — Егор.

Я почувствовала, как меня кто-то поднимает. Я попыталась открыть глаза, но веки будто стали свинцовыми. Мы поднялись на второй этаж, меня занесли в какую-то комнату и положили на постель. Я тут же легла на бок и заснула.

Мне снился Ромул. Он лежал в темноте на своей постели, закрыв глаза, и прижимал к груди мой гребень. Подойдя ближе, я поняла, что по его вискам стекают слезы. Я никогда даже представить не могла, что такой мужественный и сильный человек может плакать.

— Лина, — прошептал он, — вернись…

Сон закончился, и я села на постели. Уже утро.

Все в том же платье я спустилась вниз. На кухне сидели Минах с Максом.

— Доброе утро, — поздоровалась я. — А где остальные?

— Улетели, — ответил Макс, дожевывая завтрак. — Мы постоянно отлучаемся, привыкай.

— А нежданный гостей мне ждать не стоит? — осторожно спросила я.

— Нет, — твердо ответил Минах. — Мы храним в тайне твое появление.

— Почему? — напряглась я.

— Ты женщина. Это может вызвать ненужные слухи и разговоры.

— Мы опасаемся, что тебя могут похитить, — пояснил Макс.

— Что? — испугалась я. — Зачем?!

— Для опытов. Или просто кто-то решит сделать своей женой. Жена — Всадница! Это же круто!

Я присела на диван, чтобы все обдумать. Ещё не хватало, чтобы на меня объявили охоту. Теперь этот дом казался мне не тюрьмой, а крепостью.

— Не бойся оставаться одна, — сказал Минах. — Здесь ты в полной безопасности.

Макс показал мне, как пользоваться кухней. Как оказалось, готовить нужно на необычной печке, которую он называл «плитой». На ней было четыре круглых участка, которые испускали синий огонь, если их включить. Интересно. Продукты лежали в другом ящике, который магией хранил холод. Доев свой завтрак, мужчины удалились, оставив меня абсолютно одну в этом доме. Я решила осмотреться.

На первом этаже располагались прихожая, кухня и ванна с туалетом. М-да, неудобно пользоваться одной ванной с мужчинами, но другой здесь не было.

На втором этаже были спальни. Около семи комнат, в том числе и моя. Я прошлась по дому и поняла, что здесь точно живут мужчины, потому что женщина такой срач терпеть не сможет. На кухне горы немытой посуды, грязные стол, плита, раковина, на ванну даже смотреть страшно! В общих коридорах немыты полы, окна не мылись, наверное, не один год. В таком доме мне было просто неприятно находиться. Да даже в той комнате, где меня поселили, были разбросаны вещи.

Собравшись с духом, я принялась за работу и первым делом пошла мыть посуду. С трудом, но мне удалось отмыть тарелки и кружки и расставить их на сушилке. Я оттерла все поверхности так, что плита и раковина заблестели. В течение четырех часов я вымыла полы во всем доме, отмыла окна водой с мелом на обоих этажах. Примечательно, что здесь даже не было нормального уборочного инвентаря, и мне пришлось выкручиваться. Отмыв ванну и унитаз, я обессиленно упала на диван в кухне.

Захотелось есть. М-да, продуктов было много, но ничего нормального не было. Делать нечего, пришлось готовить. Я взяла самую большую кастрюлю и поставила на огонь. В замке Алана и во дворце Ромула я проводила много времени на кухне и знала, как готовить некоторые блюда. Вот и сейчас я сварила бульон и принялась резать овощи. Сварив кирт, я с удивлением обнаружила, что солнце скоро сядет, значит, я уже ужинаю, а не обедаю.

Я очень устала, все мышцы болели, и, не став дожидаться мужчин, я отправилась отдыхать.

Мне снова приснился Ромул. Он сидел в своем кабинете, пустым взглядом вперившись в пространство перед собой.

— Перестань убиваться, — подал голос Морт, который сидел напротив. — Алан заговорил.

— Я знаю, — хрипло сказал Ромул. — Он сознался, что наложил на неё заклятье подчинения и изнасиловал. Лина просто не могла сопротивляться, поэтому и следов нет.

— Ты не мог знать, — вздохнул Морт.

— Я должен был ей поверить.

— Она шпионка! Пусть она отказалась от этого впоследствии, но изначально она была шпионкой.

— Она сняла проклятье, — прошептал он.

— Что?!

— Она сказала, что любит меня, — тихо рассмеялся Ромул. — И умерла. Насмешка судьбы. Обрести её и тут же потерять.

— Маги не могут понять, что произошло. Никто не может сказать, жива ли она.

— Я видел, как она умерла! — крикнул Ромул. — Из-за меня! На её месте должен был быть я!

— Ты Император, — возразил Морт, — а она лишь рабыня.

— Она моя суженая, — прорычал Ромул, сверля друга ненавидящим взглядом.

— Мы пытаемся хоть что-то выяснить, — опустил голову Морт.

* * *

Всадники вернулись в штаб-квартиру, а их драконы вновь отправились на охоту. Весело переговариваясь между собой, они подошли к дому. Макс толкнул дверь, включил свет и замер на пороге.

— Ты чего застыл? — недовольно спросил Лорган. — Тебе ускорение придать?

Макс сделал шаг назад и закрыл дверь. Товарищи с недоумением уставились на него. Парень снова открыл дверь и вошел внутрь.

— Походу, мы домом ошиблись, — прошептал он.

Остальные ввалились внутрь. Все четверо застыли, изумленно озираясь по сторонам.

— Похоже, у нас завелась Белоснежка, — произнес Егор.

— Белоснежка жила с гномами, — хохотнул Макс, проведя рукой по перилам и отмечая, что пыли на них нет ни грамма. — А с богатырями жила царевна.

— Мужики, тут еда! — крикнул из кухни Лорган. Все бросились туда. И вправду, на плите стоял суп из моркови, орехов и картошки.

— Все, я женюсь на ней, — сказал Егор, наливая себе в тарелку стряпню Виталины.

— Не шути так, — серьезно сказал Минах. — Не ты зажег её сердце.

— Ага, — насмешливо кивнул он. Все съели по две порции и расслабленно откинулись на диванах.

— А почему так тихо? — встрепенулся Макс. — Наша царевна от нас не сбежала?

Егор поднялся на второй этаж и все проверил.

— Спит она, как младенец, — сказал он, вернувшись обратно. — Мужики, надо её отблагодарить. Она нам весь дом вылизала.

— И у меня есть идея, — расплылся в улыбке Макс, заводя руки за голову

* * *

Утром я не сразу встала с постели, а лежала, обдумывая свой сон. Если первый случай ещё можно списать на игры подсознания, то сейчас все было очень по-настоящему. Смущало то, что прошло всего два дня, а Ромул выглядел таким заросшим и помятым, будто прошло не меньше недели. Неужели я могу перемещаться к нему во сне? Ничего удивительного, смогла же я увидеть Алекса с Кирой. Но как? Ромул говорил, что я обладаю зачатками магии. Надо расспросить об этом Минаха.

Я встала с постели и замерла. Посреди комнаты в ведре стоял огромный букет красных роз. Это ещё что такое?! Я обошла его, рассматривая со всех сторон. И как это понимать? Я уже хотела спуститься на первый этаж, но заметила, что мое платье, в котором я прибыла, сейчас больше смахивает на половую тряпку, а женской одежды здесь нет.

Я встала у начала лестницы и крикнула вниз:

— Макс!

Сразу стало как-то тихо.

— Что, моя царевна? — послышался осторожный ответ.

— Не называй меня так, — попросила я, перегнувшись через перила. — Ты можешь подняться, пожалуйста?

— Конечно!

Послышался звук торопливых шагов, и вот, он стоит передо мной, растянувшись в белозубой улыбке. Я провела его к себе в комнату.

— Мне нечего надеть, — заявила я. — И что это за монстр? — я указала на букет, который мешал ходить по комнате.

— Женщины! — воскликнул он. Я даже опешила. — Это розы. Тебе не нравится?

— Просто он очень большой, — засмущалась я. — И я не смогу его даже передвинуть. Не поможешь?

— Помогу. Почему ты обратилась именно ко мне?

— Ну, просто… — замялась я, — ты такой… С тобой легко общаться, понимаешь? А остальным я не могу в этом признаться.

Макс вздохнул, но вид у него был такой, будто он сейчас рассмеется.

— Ясно. Будь здесь, а я принесу тебе одежду из своего мира. И начнем тренироваться.

— Что? Тренироваться? Зачем? — да я в жизни ничего опаснее кухонного ножа в руках не держала.

— Затем, что ты должна уметь защищать себя, — серьезно ответил Макс. — А то слабая как цыпленок, вот ей-богу!

— Я девочка! — выпалила я, сверля его яростным взглядом. — Я и должна быть такой!

— Ты Всадница, — сказал он и вышел из комнаты.

Минут через сорок Макс вернулся с большой сумкой.

— Выбирай и спускайся! Мы все тебя ждем, — бросил он, оставляя меня одну. Интересно, зачем я им?

Я открыла сумку и начала перебирать те вещи, которые он мне принес. Увидев нижнее белье, я покраснела. Больше всего здесь было штанов и странных рубашек без пуговиц. Делать нечего, пришлось одеть их. Я осторожно спустилась на первый этаж. Там, посреди кухни стояли Всадники, образуя небольшой круг, и о чем-то спорили. Когда я вошла, они резко замолчали и повернулись ко мне.

— Виталина, — торжественно произнес Минах, — все мы выражаем тебе свою благодарность за то, что ты привела в порядок наш дом. Честно говоря, мы такого не ожидали. Как я уже говорил, ты первая женщина — Всадница, и это может вызвать нездоровый интерес к твоей персоне, поэтому я предлагаю тебе защиту клана.

— Что это значит? Вы и так сказали, что я принадлежу к вашему клану.

— Принадлежишь, — подтвердил он. — Но если тебя похитят, обидят, мы не имеем права вступаться. Пойми, Всадниками всегда были только мужчины, а мы из переделок стараемся выбраться сами. Если ты примешь нашу защиту, то будешь под нашим покровительством. Каждый, кто посмеет украсть тебя или же как-то навредить, будет иметь дело с нами, а это отрезвит многих. Понимаешь?

— Да, — погрустнела я. — Так, вы считаете, что меня захотят украсть? Но я надеялась, что смогу вернуться к Ромулу.

— Когда пройдешь ритуал слияния, ты сможешь покидать это место. Просто имей в виду, что Ромул не всегда сможет тебя защитить. О тебе узнают, и тогда ему придется приложить много усилий, чтобы защитить тебя.

— Другое дело, если бы ты вышла замуж за Всадника, — вставил Егор, но Минах ткнул его локтем в бок.

— Ты вольна сама выбирать себе спутника, — успокоил он меня. — И вряд ли ты сможешь полюбить кого-то, кроме своего Императора. Так, что ты решила?

— Есть какие-то подводные камни, о которых я не знаю?

— Я, как глава клана, имею право не давать своего согласия на твой союз с кем-либо. Надеюсь, этого не потребуется.

— Тогда, хорошо, — осторожно кивнула я.

Минах подошел ко мне и одел на руку тонкий золотистый браслет с заходящим солнцем в центре.

— Поздравляю! — сказал он и обнял меня. После него подошел Макс и сграбастал меня в медвежьи объятия, от которых у меня захрустели ребра.

— Ты теперь мне как сестра, — подмигнул он, пока я пыталась прийти в себя.

Лорган был более сдержан и ограничился рукопожатием. Больше всего удивил Егор, который поцеловал мне тыльную сторону ладони, пристально глядя в глаза. Это напомнило мне наши прогулки с Ромулом и поход в музыкальную комнату. Он часто так делал, и мне это было безумно приятно. Жест Егора же лишь вызывал недоумение. Я вежливо улыбнулась, но промолчала.

— Пошли, сестренка, — махнул рукой Макс, зовя меня на улицу. Я вышла, и тут же пожалела об этом. На том самом месте, где лежала я, когда попала сюда, стоял большой черный дракон. В длину около двадцати метров, с крыльями и огромной зубастой пастью. Действуя на инстинктах, я спряталась за спину Макса. — Не бойся, Вита. Ты не против, если я буду так тебя называть? Это Горон — мой дракон, — гордо сказал он.

Я со страхом взирала на это чудовище, по другому сказать нельзя. Он же такой большой и страшный! Проглотит и не заметит.

— Ты должна призвать своего дракона, — спокойно сказал подходящий к нам Егор. — Это не сложно. Закрой глаза, — я послушалась. — Ощути его внутренне. Он — часть тебя. В этом месте это особенно просто.

Макс посмотрел в глаза своему дракону, и он улетел. Мне даже дышать стало легче.

Я стояла и пыталась хоть что-то почувствовать. Парни оставили меня и стояли у крыльца, о чем-то переговариваясь. Минут через десять перед моим внутренним взором предстал знакомый фиолетовый шар. Он стал больше и переливался ярким фиолетовым светом. Я потянулась к нему, а он начал расти. Мы становились все ближе, пока все не заполнило фиолетовое сияние. Я чувствовала, как меня наполняет сила, храбрость, решительность. Я и свет слились воедино. Очнулась я на той же полянке, только за моей спиной стояли все Всадники и с напряжением смотрели вперед. Я посмотрела туда же и обомлела. Передо мной стоял прекрасный фиолетовый дракон! Она (я была уверенна, что это она) была раза в два меньше Горона. Если дракон Макса был весь покрыт острыми штырями, то моя девочка имела лишь гладкие чешуйки. Перед ней я не испытывала ничего, даже отдаленно похожего на страх. Без сомнений я подошла к ней.

— Здравствуй, Виталина, — прозвучал у меня в голове её голос.

— Как тебя зовут? — подумала я, глядя в её глаза, которые лучились разумом.

— Ты уже дала мне имя, глупышка, — хихикнула она.

— Чароита, — её имя я произнесла вслух, чтобы мужчины услышали.

— Вита, не подходи близко, ваша связь ещё не окрепла, — серьезно сказал Минах, но я лишь отмахнулась.

— Можно потрогать тебя? — мысленно попросила я.

— Конечно, — Чароита тоже с интересом рассматривала меня. Она наклонила ко мне свою мордочку.

— Вита! — зло крикнул Егор.

Я прикоснулась в ней рукой и погладила. Чешуя была гладкой и блестящей. Превосходная!

— Ты прекрасна, — восхищенно подумала я.

— И ты, — она мне…подмигнула! — Хочешь прокатиться?

— Сейчас?! На тебе?! Да!!! — я запрыгала и захлопала в ладоши, и уже собиралась залезть на неё, как вдруг кто-то сильно сжал мне руку выше локтя. Я оглянулась. Это был Макс. Сейчас на его лице не было того беззаботного и веселого выражения, он смотрел на меня холодно и даже…яростно. Рядом приземлился Горон.

— Отойди от дракона, Вита, — тихо прошипел Макс.

— Но, почему?! — не могла понять я. — Я хочу к ней!

— Рано! Ты не готова.

Чароита оскалилась и угрожающе зарычала на Макса, но он даже не думал пугаться.

— Отпусти меня! — я начала злиться. — Она ничего мне не сделает!

Максим потянул меня в сторону остальных мужчин, но я начала сопротивляться, Чароита приняла угрожающий вид и хотела броситься ко мне, но Горон встал между нами, отрезая меня от моего дракона. Макс обхватил меня и поднял над землей. Я забилась в его руках, но он был намного сильнее. Парень отнес меня в сторону деревьев и начал углубляться в лес. Мне стало страшно, я испытывала жуткий дискомфорт от того, что меня разлучают с моим драконом.

Макс принес меня на какую-то поляну, окруженную лесом, и заставил сесть, прижимая к себе. Я пыталась вырваться, но вскоре накатила такая страшная слабость, что сложно было даже пошевелиться. Макс поглаживал меня по плечу, не говоря ни слова.

— Что это было? — тихо спросила я примерно через полчаса, когда силы начали восстанавливаться.

— Ты перенапряглась. Общение с драконом отнимает много энергии, к этому нужно готовиться, а ты призвала её, да ещё и полетать хотела. Если бы я тебя не остановил, ты бы потеряла сознание прямо в полете и разбилась.

Я молча обдумывала его слова.

— Почему же вы меня не предупредили сразу?

— Да мы вообще не рассчитывали, что ты с первого раза призовешь дракона. Она, кстати, у тебя очень необычная. Такая…девчачья, — хохотнул он.

— Она красавица! — возмутилась я и хотела его стукнуть, но сил не было.

— Вот именно! Дракон должен внушать страх и желание убежать подальше, а твоего хочется потрогать! Сложно будет скрыть твое появление…

— Почему?

— Каждый Всадник захочет посмотреть на того, кому достался такой экземпляр. Почему ты так странно назвала её?

— Она похожа на чароит — камень такой. Когда я впервые увидела её, я сразу подумала о нем.

— Постой, — нахмурился Макс, — а когда это ты её видела?

— Когда я встретила Ромула, то потеряла сознание на несколько часов. Теперь я понимаю, что мне снилась она. Такая теплая, меня тянуло к ней. Она и попросила дать ей имя. А что?

— Да так, — пробурчал Макс, что-то напряженно обдумывая. — Обычно Всадники видят драконов только здесь, в доме клана.

— А магические способности у вас есть?

— Они есть, если родители были магами. У меня и Егора нет, так как в нашем мире в принципе магии не существует. Минах может видеть будущее, но дар слабый, Лорган рожден в семье простых крестьян, так что нет, у него нет дара. А у тебя?

— Возможно. Мне однажды удалось увидеть то, что происходило очень далеко от меня, но мое тело осталось на своем месте. И мне каждую ночь снится Ромул, я вижу его, он переживает и думает, что я умерла. Может, можно ему как-то сообщить обо мне?

— Нет, — покачал головой Макс. — Не имеем права, таковы правила.

— Макс, я вот думаю, твое сердце тоже кто-то зажег? Ты женат?

Максим тут же помрачнел, и на его лице отразилось такая боль, что мне стало жутко.

— Когда-нибудь я расскажу тебе свою историю, Вита, — сказал он.

— Прости, я не хотела, — попыталась извиниться я.

— Ничего. Все нормально. Возвращаемся? — уже веселее спросил он.

— Нет, Макс, мне стыдно.

— Почему? — нахмурился он.

— Я вела себя как истеричка. Ты меня тащил, а я вырывалась… Как мне остальным мужчинам в глаза смотреть?

— Вита, все в порядке, — заверил меня Макс. — Поверь. Вот когда я призвал Горона, то в обморок упал, представляешь? А Егор вообще чуть не обделался, — сказал он шепотом.

— Что? — я округлила глаза.

— Только не говори, что это я тебе рассказал, а то он меня убьет, — смеялся он. — Пойдем обратно. С драконом ты сегодня не увидишься. Вместо этого буду учить тебя драться.

— Зачем? — застонала я, поднимаясь. — Мне все равно не справиться с мужчиной.

— Ну, не скажи. С Всадником — нет, но обычный человек тебе вполне по зубам.

Глава 8

Остальные мужчины были навеселе и похвалили меня за то, что призвала дракона с первого раза. Они сказали, что это редкость. Макс отвел меня на задний двор и начал показывать приемы. Первым делом научил меня освобождаться из захвата. Честно говоря, получалось у меня не очень. Оно и понятно, ведь Макс сильнее меня, и когда он показывал, то у него все получалось легко, а я не могла даже руку ему нормально сжать, чтобы вывернуть.

Через час я устала и обессиленно упала на землю.

— Девчонка — она и в Африке девчонка, — вздохнул Макс, ложась рядом и закидывая руки за голову.

— Что такое Африка? — спросила я.

— Континент такой. В моем мире.

— А ты можешь путешествовать между мирами? — я прикрыла глаза.

— Да, но это требует много сил и порой слишком опасно. Никогда не знаешь, что ждет тебя там.

— Ты знаком с Ромулом? — неожиданно для самой себя спросила я.

— Лично нет, но я о нем слышал и видел пару раз издалека. Неудивительно, что ты в него влюбилась.

Я хотела сказать, что он тоже любит меня, но не смогла. В памяти всплыли его слова о том, что я стала бы отличной шлюхой. Наверное, если он узнает где я и с кем живу, решит, что я с ними… Фу! А если я не смогу ему все объяснить? Он снова ударит меня?! Тут же отчетливо вспомнила, как он размахнулся на меня, и голову обожгла боль, которая не проходила несколько дней.

— Эй, ты чего? — Макс привстал на локтях, заметив, что я плачу.

— Извини, — я поспешно вытерла слезы и убежала в дом.

Я пробежала мимо мужчин, которые сидели на кухне. Не знаю, видели ли они меня, но я старательно прятала лицо. Зря. На лестнице я нос к носу столкнулась с Егором. Он заметил мое состояние и хотел что-то спросить, но я обогнула его и убежала в свою комнату. Я легла на постель и уткнулась в подушку. Как же больно осознавать, что Ромул так со мной обращался. Я понимаю, что он думал обо мне невесть что, и не виню его за это, но сам факт того, что он поднял на меня руку… Хотя, чего ещё ожидать? Я его рабыня, он и убить меня мог, и ничего бы ему за это не было. Да он даже должен был меня убить! Просто помедлил с этим, решив использовать в своих целях. Тогда почему так переменил свое отношение в наши последние минуты? Только сейчас я догадалась, что он, наверное, слышал через брошь, как Алан говорил о заклятье подчинения и решил, что я не лгу. Наверное, раньше эта мысль успокоила бы меня, но почему сейчас я чувствую себя такой оскорбленной?

Из мыслей меня вырвал шум, доносившийся с улицы. Из своего окна я увидела Егора, который толкнул Макса.

— Что ты ей сказал?! — грубо спросил он. Я отошла вглубь, чтобы меня нельзя было увидеть.

— Ничего. Она заговорила о Ромуле и расстроилась, — ответил Макс. Егора эта информация охладила, и он принял задумчивый вид. Почему он заступается за меня? Внимание Егора вызывало напряжение и чувство дискомфорта.

Мне снова стало стыдно, что я расклеилась, да ещё парни из-за меня чуть не поругались. Мне хотелось выйти из своей комнаты, но я не могла. Через час ко мне зашел Макс.

— Ты как? — обеспокоенно спросил он.

— Все в порядке, — улыбнулась я.

— Не переживай ты так из-за него, — парень сел рядом со мной и приобнял за плечи. — Скоро сольешься с драконом и полетишь к нему. Правда, я не знаю, как он отреагирует, но это другой вопрос.

— Макс, а я все так же останусь рабыней в моем мире?

— Что-о-о?! — возмутился он. — Виталина, запомни: рабыней ты умерла, а переродилась Всадницей. Никто не смеет тебе приказывать или проявлять неуважение! Ты больше, чем свободная женщина. Даже более того, ты находишься под защитой клана, поэтому любой, кто обидит тебя, будет иметь дело с нами.

От его слов я невольно заулыбалась. Я никогда даже не надеялась получить свободу, а теперь у меня за спиной стоят могущественные покровители. Расчувствовавшись, я от души обняла Макса. Он похлопал меня по спине и отстранился.

— Минах хочет с тобой пообщаться. Ты не против?

— Нет, конечно.

Интересно, что ему могло от меня понадобиться?

Макс вышел, а вошел Минах.

— Виталина, я хочу расспросить тебя о твоем прошлом, — он присел рядом со мной на кровать. — Расскажи, из какой ты семьи, где выросла, как стала рабыней.

— Когда я была младенцем, меня нашли на берегу реки. Кто родители — неизвестно, но я думаю, что меня хотели утопить, а я выжила. Нашедшие меня люди продали ребенка в замок лорда Гредфорда, где я и выросла. А дальше ты знаешь.

— Интересно, — протянул Минах, задумчиво потирая переносицу. Он смотрел на меня странным взглядом, будто пытался что-то сообразить. — Макс сказал, что ты обладаешь магией.

— Да, Ромул тоже так говорил. Но это начало проявляться только после встречи с ним, до этого я была совершенно обычной.

— Виталина, — пробурчал мужчина. — Я уже слышал где-то об этом имени. Что же ты за фрукт такой, дитя?

Я засмущалась от такого вопроса.

— Я попытаюсь что-либо выяснить о тебе. Магия просто так не проявляется, по ней можно отследить родственные связи, — о чем-то напряженно размышляя, Минах вышел из моей комнаты. Перед тем, как закрыть дверь, я заметила хмурый взгляд в мою сторону. Ну, и как это понимать?

В эту ночь мне снова приснился Ромул. Он стоял посреди какой-то площади и сжимал в руках длинный острый меч. Перед ним на плахе лежал Алан. Я сразу поняла, что его долго пытали и мучали. Повелитель без всяких колебаний замахнулся и лишил лорда Гредфорда головы. Меня откровенно замутило. Потом сон переменился, и вот Ромул уже сидит у себя в кабинете. К моей беззаветной радости, рядом с ним стояла Злата! Живая и здоровая! Только очень грустная. Почему-то в этот раз я не слышала слов, и пришлось читать по губам. Ромул был очень поникшим и каким-то потухшим. Я видела, что они произносят мое имя и что-то обсуждают. В конце Злата забрала поднос с его стола и вышла. Она что, теперь служит во дворце?! Ничего себе!

Парни каждый день учили меня драться в рукопашную, на кинжалах и даже показали, как стрелять из арбалета. У меня получалось все лучше, но я даже не представляю, как смола бы справиться с мужчиной в настоящей схватке.

Минах часто отлучался, но когда приходил, я ловила на себе его задумчивые взгляды.

Своего дракона я сокращенно называла Чара. В моем сердце она прочно обосновалась, и даже не представляю, как я смогу без неё.

— Чара, а почему ты выбрала именно меня? — спросила я однажды. Макс пристально следил, чтобы от общения с ней я не перенапрягалась.

— Рисунок твоей души привлек меня, — прозвучало у меня в голове. — Ты удивительная, таких раньше не было.

— Что это значит?

— Скоро ты все поймешь. Ты особенная, Виталина. Ты дар жизни.

— Я очень часто это слышу. Что это значит? — допытывалась я.

— Хватит! — вмешался Макс и забрал меня. Я бросила тоскливый взгляд на своего сверкающего фиолетового дракона. Она была настоящей красавицей по сравнению с остальными! Гибкая, гладкая и просто потрясающая!

Минах подозвал меня к себе я сказал, что пришло время учиться основам магии. Как классно! Это не требовало изнурительных физических упражнений и не оставляло синяков.

Как оказалось, магическим зрением очень легко видеть, как будто внутри меня был переключатель.

— Смотри, — шепнул он и я увидела красную нить, тянущуюся от него и заплетающуюся в незатейливый узор. — Сможешь повторить?

К моему удивлению, да! Я смогла создать такой же рисунок.

— Что это? — завороженно спросила я.

— Основа плетения. Одно из самых простых. Сила у тебя немаленькая, раз так легко все дается. А так сможешь? — Минах создал нечто, напоминающее пентаграмму, но с существенными отличиями. Я без труда повторила. — Пойдем, применишь это к парням.

Он повел меня в сторону дома. Первым нам попался Егор.

— Направь это на него, — попросил Минах.

— Это безопасно? — забеспокоилась я.

— Да, — кивнул он.

— Что вы задумали? — напрягся Егор. Я повторила плетение и направила на парня. Когда оно достигло его, то будто впиталось в тело и растворилось. Егор тут же начал оседать и лег на пол.

— Что с ним? — бросилась я к нему.

— Спит. Очень полезное заклинание, запомни его. Помогает от навязчивых ухажеров, — подмигнул он мне и перетащил Егора на диван. — Скоро проснется, не переживай.

Прошло около трех недель. Я хорошо задружилась с Всадниками, особенно с Максом. Он много общался со мной, шутил и рассказывал об особенностях нашей сущности. Минах стал мне как отец: учил, оберегал и давал дельные советы. Лорган был холоден. Как оказалось, у него есть семья, и здесь, в доме клана, он проводил мало времени. Егор пытался со мной общаться, но у него не получалось так, как с Максом — весело, легко и позитивно. С ним всегда чувствовалось напряжение, будто он давит на меня.

С Чарой мы становились ближе каждый день. Сесть на неё мне ещё не разрешали, но общение с ней доставляло массу удовольствия. Как оказалось, другие драконы относятся к ней как к младшей сестре и учат охотиться и летать.

В одну из ночей мне приснился очень тревожный сон. Я видела Ромула. Он сражался с небольшим отрядом против нескольких сотен человек! У всех них лица были закрыты масками. Впервые я видела Повелителя в бою. Он дрался как лев, применял непонятные мне заклинания, но кольцо врагов сжималось все плотнее. Он проигрывал! Неужели Ромул позволил заманить себя в ловушку?! Он же погибнет!

Я села на постели, все тело покрылось холодным потом. Я знала, что это был не сон. Нужно действовать! Я одевалась и молилась, чтобы не опоздать. Сбежав по лестнице и выскочив из дома, я призвала Чару. Тут же из леса поднялся фиолетовый силуэт моей красавицы. В доме зажегся свет — кажется, я кого-то разбудила. Когда я уже сидела на спине Чароиты, из дома выскочили Макс с Минахом.

— Виталина, ты что творишь?! — взревел Минах.

— Ромул в беде, я должна ему помочь! — уверенно ответила я.

— Ты не готова! — крикнул Макс. — Не глупи, слезай!

Но мне было все равно, что они скажут. Я же Всадница? Значит, должна защищать тех, кто в этом нуждается.

— Вперед! — мысленно сказала я Чароите. Она тут же расправила крылья и взлетела. Я ухватилась за её чешую и крепко держалась. Меня наполнило невероятное чувство легкости и свободы, казалось, что сейчас я могу горы свернуть! Драконица взлетела высоко, и я изумлением поняла, что все это время мы находились на горе! На высокой горе, просто у неё была широкая плоская вершина, на которой и размещался наш дом, лес и прочее.

Теперь вопрос: куда лететь? Я подумала о том, что Ромул в опасности, что каждая минута на счету, и ощутила, где он. Сейчас я и мой дракон слились: я видела на километры вперед все в мельчайших подробностях, ощущала потоки силы, растянутые в пространстве, я видела мир иначе. Мне не пришлось даже ничего говорить ей — моя красавица и так знала, куда лететь. Творец, как же это восхитительно — лететь на драконе! Я ощутила себя птицей.

Через минуту мы пересекли границу миров и переместились в мой родной мир. Даже не могу сказать, откуда я это узнала. Просто пришло понимание этого.

Мы летели над лесами и реками, полями и долинами. С высоты я увидела битву и почувстовала, что мы близко. Ромул все ещё сражался, но держался за окровавленный бок. Его ранили! Численное превосходство явно было у тех, кто хотел убить Императора.

— Чара, мы должны спасти их! Только не убивай никого.

Даже сейчас я не смогу отнять жизнь.

Моя драконица спикировала вниз и приземлилась, издав громкий рык. Все замерли и изумленно уставились на неё. Наверное, меня было плохо видно в темноте, так как все смотрели именно на мою девочку.

Чара начала испускать странные волны силы, которые заставляли отступать всех остальных. Неожиданно в её крыло выстрелила стрела, но отскочила от чешуи. Она яростно посмотрела на обидчика, и его отшвырнуло к ближайшему дереву. Нас разозлили!

Чароита начала отгонять людей в масках, которые все ещё боялись подойти к ней. Оружие отлетало от нее, но не от меня. Стрела пролетела совсем рядом со мной, краем чуть задев плечо. Не смертельно, но больно, и кровь пошла. Сделав глубокий вдох, Чара так полыхнула силой, что тридцать человек упали без сознания. Это впечатлило остальных, и, побросав оружие, они начали отступать. Отряд Ромула отмер и начал гнать их, подрезая тех, кто плелся сзади.

Я спрыгнула с Чароиты на землю. Только сейчас заметила, что я одета в странную одежду фиолетового цвета: обтягивающие лосины по щиколотку и юбка выше колена, а сверху была легкая куртка. В моем гардеробе этого точно нет, но чувствовала я себя очень комфортно.

Ромул лежал на земле, тяжело дыша и держался за бок. Он потерял много крови, но был в сознании. Все расступились передо мной, и я подошла к нему.

— Лина, — с нежностью прошептал он, увидев меня, — забери меня к себе.

— Ты что, специально подставился?! — изумилась я. — Совсем спятил?!

— Я не могу жить без тебя, — через силу сказал он.

Только сейчас я поняла, что он считает меня мертвой и думает, что я пришла забрать его. Ну не дурак ли?!

— Не можешь жить без шлюхи? — вырвалось у меня. Черт, ему и так плохо, а ещё я.

Мои слова странно подействовали на него и он застонал.

— У тебя кровь, — заметил он. — Разве после смерти бывает кровь?

— Я жива, — прошептала я и вдруг почувстовала накатившую слабость, как в тот раз, когда я впервые увидела Чару.

Пора. На шатающихся ногах я встала и пошла к дракону. Ей тоже было плохо. Никто не пытался нас остановить, к Ромулу подоспел целитель. Не знаю, как, но я залезла на неё и мы взлетели. Выбиваясь из сил, но мы добрались до границы миров. Я чувствовала, как плохо Чароите, но она держалась. Когда мы уже были над домом клана, все померкло, и я отключилась.

Сознание возвращалось вырванными из реальности клочками. Вот я лечу, и мое падение ничто не прерывает, потом оказываюсь свешенной вниз головой у кого-то на плече, и все, пустота.

Я видела Ромула. У него был перевязан бок, но он как помешанный метался по комнате, что-то бормоча под нос. Вошли слуги и принесли ему какие-то книги. Он распахнул первую и стал что-то вдумчиво читать. Я заглянула ему через плечо и с удивлением увидела рисунок Всадника, летящего на драконе. Языка я не понимала, поэтому прочитать не смогла, что написано, а вот Ромул радостно улыбнулся и откинулся в кресле, рассмеявшись.

— Я найду тебя, — уверенно сказал он в пространство.

Я ощутила, что лежу на чем-то мягком, наверное, это перина. Шевелиться абсолютно не хотелось, как и открывать глаза. Возле меня говорили Минах, Макс и Егор.

— Да ремня ей всыпать надо! — раздраженно сказал глава клана.

— В её состоянии только этого не хватает, — пробурчал Егор.

— А она сильная, — уважительно сказал Макс. — Вон, сама вернуться смогла.

— Она чуть не разбилась! — воскликнул Минах. — Если бы ты не успел, ни её бы не было, ни драконицы!

— Но я же успел, — примирительно ответил Макс.

— Её беречь нужно, — снова холодный тон Егора, — мозгов нет, молодая ещё. А потенциал хороший.

— Будь она парнем, цены бы не было, а так… Ни в драку вступить, ни в морду дать.

— Я узнал кое-что о ней, — сказал Минах, а я непроизвольно застонала от приступа головной боли, которая как обруч сдавила меня.

Неожиданно для самой себя я почувствовала приступ сильной злости, которая требовала выхода.

— Как же вы меня бесите… — простонала я.

— Вита, ты чего? — склонился ко мне Макс.

— Ненавижу! — выкрикнула я, завидев его лицо. Я понимала, что это неестественно, но ничего не могла поделать с собой и от души ударила парня по лицу. Внутри все просто вскипело.

— Успокойся! — властно сказал Егор. Его тон меня распалил ещё больше. Он стоял у изножья кровати. Не знаю, откуда взялись силы, но я от души ударила его ногой в живот, отчего он отступил назад.

Я как будто сошла с ума. Вскочив с постели, бросилась на Макса с кулаками, нанося удары по корпусу, ногам, лицу. Когда до него дошло, что что-то не так, он схватил меня за руки и завел их назад. Я не растерялась и стала бить его ногами, яростно пытаясь вырваться. Вдвоем с Егором они повалили меня на пол и крепко держали: Макс сел свержу и завел руки над головой, коленями сдавливая туловище, а его друг удерживал ноги. Мне было плохо, я что-то кричала, сопротивлялась, пыталась вырваться, и внутри меня будто что-то сжигало, стремясь оставить лишь пепел.

— Минах, давай! — крикнул Макс.

В этот момент я готова была умолять о смерти, лишь бы все это закончилось. Неожиданно надо мной склонился глава клана и взял в руки мое лицо, пристально глядя в глаза и что-то шепча. Он шептал, а мне становилось все легче, дикая злость и напряжение уходили, постепенно тело расслабилось, и ребята меня отпустили. Сами собой из глаз полились слезы. Кто-то рывком поставил меня на ноги и посадил на кровать. Это явно была не моя комната.

— Все закончилось, — судя по голосу, это Макс прижал меня к груди и успокаивал. Странно, я его тут избить хотела, а он меня жалеет.

— Что это было? — сквозь слезы спросила я.

— Яд корранда, — мрачно ответил Минах. — Мы потому и говорили тебе остаться, что ты даже от банальных ядов не защищена, не то, что от магического, как этот!

— Не кричи, — одернул его Макс. — Потом воспитывать будешь.

Судя по звуку захлопнувшейся двери, мы остались вдвоем. Я подняла голову и увидела, что у Макса исцарапано все лицо.

— Прости, — простонала я, — я не хотела, я не знаю, как так вышло.

— Все нормально, ты не виновата, — спокойно ответил он.

Мы некоторое время сидели, обнявшись.

— Почему я у тебя в комнате? — слабо спросила я. Как-то сразу догадалась по неряшливой обстановке, что это именно его «нора».

— Потому что мы не знали, когда ты очнешься после такого, вот я и принял решение держать тебя поближе.

Близость Макса не смущала и не нервировала, а наоборот давала спокойствие. За все время нашего общения он ни разу не сделал мне ни одного намека на нечто большее и даже не шутил на эту тему. Мне было хорошо с ним.

Я рассказала ему о том, что произошло. Он слушал то хмурясь, то откровенно злясь, но молчал.

— Ты даже не представляешь, какой опасности себя подвергла! — воскликнул он.

— Я должна была его бросить?!

— Ты могла сказать нам, мы бы сами его нашли!

Такой вариант я даже не рассматривала и не знала, что так можно.

— Виталина! — сокрушался Макс. — Ну, что с тобой делать? Честно говоря, я даже не знаю, как сложится твоя судьба в дальнейшем! Ты девочка, нормально сражаться не можешь, но на подвиги тебя все равно тянет! Дракон у тебя маленький, в схватке с Другими ты не выстоишь!

— Стоп! — оборвала его я. — А кто такие Другие?

Макс тяжело вздохнул.

— Не все Всадники — герои и защитники. Есть несколько кланов, которые не слабеют, когда совершают зло. Они…нейтральны. Не связаны обязательствами помогать другим, но и не сказать, что откровенные злодеи. Иногда у нас с ними случаются конфликты, и мы деремся. Вот если бы там оказался хотя бы один из них, ты бы уже была в доме их клана, и неизвестно, что бы они с тобой сделали.

Я понуро опустила голову. Меня отчитывали как маленькую девочку, но самое главное, что он был прав! Я чувствовала себя слабой и немощной по сравнению с мужчинами, а тут Макс откровенно заявляет, что воин из меня никудышный. Сославшись на слабость после пережитого, я отправилась к себе в комнату и забылась сном.

Вечером заглянул Минах и заявил, что у нас состоится важный разговор. Я ожидала, что он будет отчитывать меня, но мы спустились вниз, на кухню, где уже расселись остальные. Я примостилась на краю дивана, и Минах начал свой рассказ:

— Итак, ребятки. Мне не давали покоя способности нашей Виталины и её, так скажем, особенности, — Егор при этих словах хохотнул. — Я попытался выяснить, откуда она, кто возможные родители. Я поговорил с разными людьми, провел несколько встреч, и выяснилось много интересного. Помните Рагора? — спросил он у парней. Те закивали. — Всадник это один, — пояснил он для меня. — Хороший был мужик. Лет двадцать назад я слышал, что он был вместе с одной колдуньей из вашего, Вита, мира. Она зажгла его сердце, и через несколько лет она родила ребенка. Девочку. Как оказалось, ребенок был не простым, а с даром. Точно никто не говорит, но ходит слух, что было сделано пророчество о том, что эта девочка станет даром жизни для Всадников и внесет сумятицу в наши ряды. Все смеялись над этим, пока не выяснилось, что к душе ребенка прикреплен дракон. Обычно это становится заметно лишь по достижении половой зрелости у мужчин, но тут все иначе.

— Ты хочешь сказать… — изумленно прошептал Егор. Минах кивнул.

— Впервые за всю историю у Всадника родился ребенок — Всадник. Понимаешь, Виталина, наша особенность такова, что дар не передается по наследству, драконы спонтанно выбирают себе Всадника.

Заметив непонимание на моем лице, Егор пояснил:

— Это значит, что появился шанс сделать дар переходящим по наследству. Это же новая раса!

— Да! Но все это держалось в большом секрете. Глава клана Других решил, что это опасно, и на ребенка началась охота. Как подтвердили те, с кем я говорил, ребенок погиб, и дело замяли.

— Но я здесь, — прошептала я. — Я жива.

— Ты дар жизни, Виталина, — тихо сказал Минах. — Твои дети могут стать Всадниками.

— А могут и не стать, — мрачно произнес Егор. — Если отцом будет маг, он может перекрыть дракону доступ.

Минах кивнул.

— Я не понимаю, — растерянно прошептала я.

— Ты должна забыть Ромула и стать женой Всадника, — жестко отрезал Егор.

От этих слов я резко подскочила с дивана, стремясь оказаться как можно дальше от Всадников. В глазах потемнело, а свет кухни показался слишком ярким. Макс грубо толкнул Егора, отчего тот чуть не упал на пол.

— Виталина, никто не может тебя принудить, — попытался успокоить меня Минах, но я его не слушала и выскочила во двор. Как меня угораздило так вляпаться?! Всадники, чтоб им пусто было! Я бросилась в лес, который окружал дом. В темноте здесь было, откровенно говоря, страшно. Казалось, что ветки деревьев пытаются меня схватить, но я упорно шла вперед, пока не выбралась на поляну. Здесь мы сидели с Максом. Я обессиленно упала на траву.

Где-то вдалеке издал рев дракон. Я не хочу становиться женой никому, кроме Ромула. Над поляной разнесся мой истерический смех. Но ведь Ромул — Император! С чего я взяла, что он сделает меня своей женой? Пусть я теперь и не рабыня, но, думаю в мире есть множество женщин, который составят ему хорошую партию. А что я для него?

Творец… Если обо мне узнают остальные Всадники, то начнется настоящая охота. Как там говорил Минах? «Внесет сумятицу в наши ряды»? О, да! Каждый посчитает своим долгом побороться за то, чтобы поиметь меня и заделать ребенка! Как же, стать родоначальником потомственных Всадников — значит, войти в историю! А нужна ли я Ромулу с таким багажом? И ведь, узнай они, что у меня есть любимый, бросят все силы, чтобы убить его… Я откинула голову назад и начала биться затылком о ствол дерева.

Неожиданно из темноты возникла мужская фигура и притянула меня к себе. По запаху я поняла, что это Макс. Первым желанием было пуститься наутек, но только сейчас я поняла, что он единственный, кому можно здесь довериться. Он прижал мою голову к своей груди и поглаживал волосы. Я вцепилась в него, надрывно плача и стараясь выпустить всю ту гамму эмоций, что бушевала внутри меня. Я чувствовала себя загнанной в ловушку, из которой нет выхода. Как мне теперь вернуться к Ромулу?! Но и быть племенной кобылой я тоже не собираюсь!

— Я не дам тебя в обиду, — Макс чмокнул меня в макушку. — Слышишь? Никто не посмеет прикоснуться к тебе без твоего согласия.

— Мое согласие не всем нужно! — осипшим голосом сказала я. — Когда Другие прознают, это будет настоящая катастрофа! Они же убьют Ромула!

Казалось, что я нахожусь на грани истерики, и только крепкие объятия Макса позволяют держаться.

— Твоего Ромула не так-то просто убить, — возразил он. — И мы сделаем все, чтобы сохранить в тайне твое появление.

— Даже Егор? Да он меня изнасилует, если я вернусь!

— Не говори глупостей, — раздраженно ответил Макс. — Он такой же Всадник, как и мы. Никто не тронет тебя.

— Макс, как я так попала, скажи? Может, мне лучше отказаться от всего это? — я отстранилась и посмотрела ему в глаза. — Может, лучше умереть?

— Решать тебе, — тяжко вздохнул парень, но на дне его глаз плескался страх. — Но пока ты жива, ты можешь что-то изменить и стать счастливой. А вот смерть — это конец всего.

— Если я вернусь к Ромулу, а его убьют из-за меня? Как мне потом с этим жить?

Да я лучше замурую себя в самую глубокую и надежную тюрьму, чем навлеку на Повелителя полчища Всадников, желающих заполучить себе самку.

— Если ты потеряешь его, да ещё по их вине, ты возненавидишь всех драконов. Кому это нужно?

— Ты исходишь из того, что кто-то захочет сделать меня законной женой и будет заботиться о моем душевном состоянии. Ты, правда, не допускаешь мысли, что меня могут похитить и заставить рожать детей? — я не понимала, неужели Максим настолько наивен? Он долго молчал, и, наконец, сказал:

— Ты под защитой клана. Если кто-то посмеет так поступить, его ждет смерть.

Глава 9

Мы с Максом вернулись обратно, и больше к разговору о моем «женском предназначении» никто не возвращался. Мужчины делали вид, что ничего не произошло. Даже Егор после серьезного разговора с Минахом не делал мне никаких намеков. Лишь иногда я ловила на себе его задумчивые взгляды.

Часто мне становилось так грустно, что хотелось повеситься. Тренировки уже не радовали, и пусть ребята пытались меня убедить, что все хорошо и у меня неплохо получается, но я им не верила. Макс откровенно сказал, что в схватках я участвовать не могу, а больше мне ничего и не нужно. Зачем я вообще здесь? Чара тоже сникла и вяло реагировала на действия других драконов.

Дни пролетали как птицы. Я уже научилась более-менее сносно владеть кинжалом и арбалетом, даже могла вырваться из захвата Макса. Это порадовало, но скоро я вновь погрузилась в уныние. Будущее пугало меня, и я не знала, как поступить и какое принять решение. Однажды утром я проснулась раньше обычного и уже хотела ступить на лестницу, чтобы спуститься на кухню, но замерла, услышав свое имя.

— Виталина не предназначена для этого, — раздраженно шипел Егор. — Вы занимаетесь ерундой! Её нужно беречь, как хрупкую вазу, а вы девчонку через бедро бросаете!

— А для чего она предназначена? — зло отвечал ему Макс.

— Ты и так знаешь, для чего, — я прямо видела, как Егор закатил глаза. — Да она даже выросла в гареме! Сама судьба распорядилась так, чтобы она с детства училась ублажать мужчин.

Судя по звуку, кто-то врезал Егору по лицу. Я сидела тихо, как мышка, боясь, что меня заметят. Стало так мерзко и противно от мыслей этого мужчины. Он думает, что наложницы — это куртизанки, что ли?! Да нас больше учили вести беседы, танцевать, заинтересовывать мужчину, а не то, что он там себе напридумывал!

— Она живой человек! — голос Минаха. — И ты должен понимать, что, раз не Всадник зажег её сердце, значит, не судьба.

— Да твою ж мать! — в голосе Егора послышались насмешливые нотки. — Ты думаешь, что эта малолетка может чем-то завлечь Ромула Даррского?! Он уже столько баб через себя пропустил, что я со счета ещё тридцать лет назад сбился!

— Эта малолетка, — зарычал Макс, — сама решит, как ей поступить. И ты прекрасно знаешь, что зажечь сердце — это не просто слова! Они любят друг друга!

— Значит, недолго жить осталось этому Императору, — голосом Егора можно было заморозить. — Ей же будет лучше, если она оставит его и примет разумное решение. Если она станет моей законной женой и забеременеет, мы сможем её оградить! Минах, хоть ты будь благоразумен! Дай согласие на наш брак!

Я в ужасе прижала ладонь ко рту и сделала шаг назад. Внутри все задрожало от нахлынувшего чувства безысходности и страха. Я своими руками вручила им ключи от своей свободы! Если Минах согласится, я отравлюсь. Этого Егора я не воспринимаю как мужчину, он мне даже не нравится!

— Она не хочет, — тихо ответил Минах. Я с трудом могла разобрать его слова, мужчина почему-то перешел на шепот. — Как ты возьмешь её, если она от тебя шарахается?

— Привыкнет, — отрезал Егор.

Я не стала дальше слушать этот бред и беззвучно зашла к себе. Плотно закрыв дверь, начала расхаживать по комнате, судорожно соображая, что делать. Даже Минах признал, что будет легче, если я стану женой Егора. Единственное, что его останавливает — это мое нежелание. Вот только долго ли глава клана будет сопротивляться напору Егора? Да и почему именно он?! Почему не Макс? Р-р-р! Голова шла кругом от обилия всех этих мужчин! Я не хочу замуж, не хочу стать трофеем, задача которого — рожать! Хотелось пожаловаться, что моего мнения никто не спрашивает, но это ведь не так. По сути, сейчас все осталось как раньше: я свободна, остальные кланы не знают обо мне, а мои сожители делают вид, что все нормально. Вот только долго ли все это продлится?

Когда мы с Максом в очередной раз сражались на кинжалах, он вел себя совершенно обычно. Как забавно, они даже не догадываются, что я слышала их разговор. О чем ещё они знают, но молчат? Только Егор сидел на крыльце с мрачным видом.

— Вита, хочешь увидеться с Ромулом? — неожиданно спросил Макс.

— Что? — я замерла. — Почему ты спрашиваешь?

— Мы можем устроить вам встречу, — огорошил меня он. — Но только он не будет знать, что ты — это ты.

— Объясни, — потребовала я.

— Давай присядем, — Макс сел на траву и указал мне на место напротив него. — Итак, в вашем мире скоро состоится важное мероприятие — Весенний бал. На него собираются главы всех государств с семьями, любовницами и прочими прелестями. В этом году он проходит во дворце Ромула. На него прибудет одна важная персона, которая украла у нас один важный артефакт. От нас этот вор шарахается как от чумы и даже близко не подпустит. Да что там, как только издалека завидит, так дёру даст. А вот тебя он не знает и ничего не заподозрит, — Макс внимательно смотрел на меня, отслеживая реакцию.

— Вы защитники или воры? — вырвалось у меня.

Макс засмеялся.

— Хороший вопрос. Этот артефакт — кольцо. Оно показывает прошлое и отвечает на многие вопросы. Загадочная штука. Его всегда носил при себе Минах, но лет десять назад оно оказалось похищено. Поможешь вернуть?

— Что от меня будет нужно?

— Ты отправишься на бал. Мы сделаем все необходимое, но придется наложить особое заклятье, которое скроет твою суть. Это нужно для того, чтобы тебя не смогли отследить, когда ты все сделаешь. Я буду держаться рядом, но показываться не смогу. Когда придет наш вор, ты должна будешь очаровать его, станцевать несколько танцев и отвести в укромный уголок, чтобы вас никто не видел. Там ты наложишь на него сонные чары, как учил тебя Минах, снимешь кольцо и все!

— Как-то слишком просто, — засомневалась я.

— Ты девушка, никому и в голову не придет, что ты связана с нами. Ты сбежишь в дом клана, и след твой затеряется.

Я сомневалась, стоит ли ввязываться в такую сомнительную авантюру. Решив подтолкнуть меня в верном направлении, Макс выдал железный аргумент:

— Увидишь Ромула, хотя бы издалека.

Это стало последней каплей, и я согласилась.

Что тут началось! Макс сказал, что ему срочно нужно отлучиться, Лорган стал брать с меня мерки, Минах что-то колдовал, и только Егор сохранял спокойствие и со скептицизмом относился ко всей этой затее. Если раньше наш дом напоминал тихий уголок, то теперь здесь будто ураган прошелся!

— А когда этот Бал начнется? — робко спросила я.

— Завтра, — торопливо ответил Лорган. — Не переживай, все будет хорошо, мы тебя обезопасим.

— Угу, — буркнула я. Что-то вся эта затея мне не нравилась. Снова я отправляюсь во дворец Ромула шпионить за кем-то и воровать. Такое ощущение, что я обманываю его! Но ведь это не так. Или так? Не знаю, я запуталась! Остается утешаться тем, что я делаю все возможное, чтобы выйти из этой ситуации и вернуться к нему. Если я ему, конечно, нужна.

Следующим утром прибыл Макс, который отсутствовал с вечера. В руках у него был большой мешок. Я не могла разобрать, что там лежит, но судя по веселому и даже восторженному виду парня, что-то очень важное.

— Виталина, сегодня я — твоя фея-крестная! — торжественно произнес он. Егор откровенно заржал на это заявление.

— Ты кто? — не поняла я.

— Ты что, Золушку не читала? — искренне изумился парень.

— Нет, — растерянно ответила я. Что с ним происходит? Заявился с утра, явно не в себе, несет какой-то бред!

К моему изумлению, Макс достал из мешка сложенное в несколько раз белое бальное платье.

— Это свадебное платье моей сестры, — пояснил он. — Примерь, должно подойти.

Он отдал мне платье и кольца под юбку. С ними я отправилась в ванную переодеваться, пока мужчины ждали за дверью. Честно говоря, я никогда не носила бальных платьев, ведь меня на балы-то и не звали. Я одевала либо платья служанки, либо легкие струящиеся сарафаны. А у этого и фасон необычный, и материал странный.

Я одела подъюбник и через голову натянула само платье. Сзади была непонятная застежка и, удерживая его на себе, я вышла из ванной.

— Макс, помоги, — попросила я, поворачиваясь к нему спиной. Легким движением он застегнул платье. Удивительно, но оно прекрасно сидело на мне и совсем не давило.

— Ты прекрасна, — услышала я восхищенный голос Егора. Только сейчас подняла глаза и поняла, что все мужчины впились в меня зачарованными взглядами.

Подойдя к зеркалу, я и сама залюбовалась на свое отражение: плотный корсет облегал мою фигуру от груди до бедер, формируя силуэт в форме песочных часов, а пышная юбка создавала ауру беззащитности и утонченности. Белоснежный цвет платья прекрасно гармонировал с моими огненно-рыжими волосами.

— Он точно клюнет, — уверенно заявил Макс. — А пока снимай.

Нехотя в ванной я стащила с себя платье и вернула ему.

К вечеру меня проинструктировали как, с кем и о чем говорить, как выглядит вор, что он собой представляет, и так далее. Как я поняла, Макс всегда будет рядом (или почти всегда), укрытый невидимостью. Только его присутствие не позволило мне отказаться от всего этого. Было очень страшно. Когда я спрашивала, что будет, если я провалюсь, мне уклончиво отвечали, что ничего особенно, и волноваться не стоит. Вся эта недосказанность вызывала глухое раздражение и желание затопать ногами, но я сдержалась. В конце концов, я увижу Ромула и, хоть меня настоятельно просили к нему не приближаться, все же надеюсь ещё раз заглянуть в его яблочно-зеленые глаза.

Я вновь одела свое белое платье и спустилась с лестницы. Минах сказал ничего не делать с волосами и не краситься. На мой немой вопрос ответил, что я все пойму позже. Ну, ладно, позже, так позже.

Все четверо застыли с напряженным видом. Минах стоял с какой-то шкатулкой в руках. Он торжественно протянул её мне. Я осторожно открыла крышку и с трудом удержалась от того, чтобы не засмеяться. В ней был песок! Шкатулка, полная песка! Это шутка?

— Коснись его, — попросил Минах. Я подняла на него скептический взгляд, но просьбу выполнила. Стоило мне дотронуться до песчинок, как они ожили и полетели в меня, полностью укутывая. Я даже не успела испугаться, как все неожиданно схлынуло.

Я вопросительно уставилась на парней, они же смотрели на меня с восхищением. Я подошла к зеркалу и поняла, почему: песок преобразил меня. Волосы оказались уложены в красивую высокую прическу, на лице незаметный, но приятный макияж, маникюр на ногтях. Платье тоже странным образом изменилось: под грудью появилась вышивка, на юбке стразы.

— Это очень редкий артефакт, — наконец, сказал Минах. — Он помогает измениться так, как требует ситуация. Метаморфозный песок, так его называют иногда.

— Ясно, — сглотнула я, неотрывно наблюдая за собой. — Идемте?

— Золушка, а что же ты наденешь на ноги? — театрально изумился Макс. Егор прыснул от смеха.

Как фокусник парень достал из-за спины прозрачные туфли на небольшом каблуке и помог мне одеть их.

— Вот и все, — сказал он. — Теперь ты готова.

Макс подсадил меня на своего дракона, и мы взлетели. Странно, но я совершенно не боялась Горона, и он даже показался мне милым. Моя Чара так и осталась на земле, тоскливо глядя на меня.

— Не переживай, моя малышка, я скоро вернусь, — послала я ей. В ответ внутри меня разлилось приятное тепло.

Мы приземлились в каком-то лесу. Макс помог мне спуститься и тут же переместил нас в какой-то парк. Ничего толком не объяснив, он посадил меня в экипаж и сам сел рядом. Парень смотрел на меня с интересом и какой-то затаенной нежностью. Я смутилась от такого внимания и смотрела в окно.

Ехали мы не больше пяти минут. Дворец Ромула я узнала издалека. Сейчас к нему стекалось множество карет со всех концов столицы. Сам дворец был ярко освещен и буквально сиял в ночи. При приближении до меня донеслась музыка.

— Неужели мы опоздали? — испугалась я, с ужасом посмотрев на Макса.

— Естественно, — серьезно сказал он. — Золушка должна прийти позже всех, — после этой странной фразы он подмигнул мне, а на губах расплылась шальная улыбка. У меня появилось стойкое ощущение, что я чего-то не понимаю. — Последний штрих, — Максим достал из внутреннего кармана камзола небольшую маску в форме восьмерки и приложил к моему лицу. — Все. Теперь ты скрыта ото всех, знакомые тебя не узнают.

Стоило экипажу остановиться, как Макс тут же стал невидимым. Я растерялась, но ободряющее прикосновение к плечу меня успокоило. Мы остановились прямо перед главным входом во дворец. Дверь открылась, и лакей подал мне руку, помогая спуститься. Когда я входила сюда в прошлый раз, то была рабыней, а сейчас я Всадница. Свободная ли? Не знаю, как среди остальных Всадников, но среди людей теперь у меня точно нет хозяев, которые смеют приказывать и чего-то требовать.

Гордо расправив плечи, я поднялась по ступеням дворца и подошла к дверям бальной залы.

Сделав глубокий вдох, я вошла внутрь. Огромное просторное помещение, залитое светом и музыкой. У меня на мгновение перехватило дыхание от открывшегося вида. В зале танцевали люди, девушки из гарема разносили бокалы с чем-то шипящим, а те, кто в танцах не участвовал, стояли у стен и переговаривались. Многие женщины бросали на меня короткие завистливые, а порой и ненавидящие взгляды.

Помнится, в прошлой жизни я и мечтать не смела, что окажусь на настоящем балу. Я уверенно шагала вперед, держа спину прямо и улыбаясь. Многие люди бросали на меня заинтересованные взгляды, но я искала взглядом только двух мужчин. Ромула не было видно, зато воришка отыскался сразу. Немолодой полный мужчина, чуть выше меня ростом, с гордостью рассказывал что-то компании мужчин.

Я подошла к столику с фруктами, что стоял рядом с ними, и спиной повернулась к вору. Минах сказал, что его потянет ко мне, поэтому оставалось только довериться словам мага. Через минуту я спиной ощутила, что сзади кто-то стоит.

— Леди? — послышался мужской голос, и я обернулась. Да, он самый! — Позвольте пригласить вас на танец?

С нежной улыбкой я вложила свою маленькую ладонь в его пухлые пальцы, и мы закружились в вальсе. Этот нахал дважды наступил мне на ногу!

Могу я узнать ваше имя? — спросила я.

— Аскольд де Кремур, миледи. А как ваше имя?

— Зовите меня леди Ланита, — любезно ответила я. От улыбки уже начали болеть мышцы.

— Я не слышал о вас, Ланита. Как же я мог упустить столько прекрасный цветок?

— Я бастард, — потупила я взгляд. — Увы, мужчинам не нужна такая невеста, — глаза в пол и грустный вздох.

— Я могу позволить себе выбрать ту женщину, которую пожелаю, невзирая на предрассудки, — начал заливать он. Уж я-то знала, что он на грани банкротства! Я с восхищением посмотрела на него.

— Правда? — с надеждой спросила я. Похоже, у меня есть хорошие актерские способности.

— Конечно. Вот только… — замялся он.

— Что?

— Я должен убедиться, что есть ради чего брать на себя такой груз ответственности и непонимания общества, — уверенно заявил он, а мне захотелось залепить ему пощечину, но каким-то чудом удалось удержать лицо.

— А как? — я наивно распахнула взгляд, и ему это понравилось.

— Пройдемте в одно место, там я и покажу, — предложил он, и именно в этот момент танец закончился. Мужчина выжидающе смотрел на меня, и мне ничего не осталось, кроме как согласно кивнуть. Держа меня за руку, Аскольд уверенно пошел к выходу, а я остро ощутила чей-то взгляд, направленный в спину, но не оглянулась.

Не знаю, откуда он знал дворец, но наглец уверенно шел по коридорам. Вот он толкнул какую-то дверь, и мы очутились в маленькой комнате, которая освещалась лишь подсветкой дворца и луной. Я не могла понять, как такой идиот мог украсть у Минаха кольцо? Аскольд знает меня несколько минут, привел в пустую комнату и даже не проверил, есть ли у меня оружие! А может, мне дали задание его убить? Как можно быть таким легкомысленным, не понимаю!

Как только дверь закрылась, он, не дав мне опомниться, набросился с жаркими поцелуями, вжимая в стену и изучая руками мое тело. Ну все, с меня хватит! Заклятье сна слетело мгновенно, и этот тучный мужик начал сползать по мне. Кошмар, какой же он тяжелый! С трудом мне удалось отпихнуть его и прислонить к стене. Устало вытерев лоб тыльной стороной ладони, я начала искать на его пальцах это кольцо. Нашла! И даже сняла без труда и положила в потайной карман на платье. Все так просто? Даже подозрительно.

Решив не испытывать судьбу, я направилась к выходу, прикрыв дверь в комнату со спящим мужчиной. Идя по коридорам обратно, все никак не могла понять, почему это простое задание поручили мне? Неужели сложно было нанять другую девушку, не посвящая во все подробности? Странно, очень странно.

— Ну что? — Макс появился как черт из табакерки, материализовавшись передо мной. Я вздрогнула всем телом и подпрыгнула.

— Меня чуть удар не хватил! — зло зашипела я на него.

— Извини. Получилось?

— Да, — я отдала ему кольцо. — Только почему мне доверили такое легкое дело?

Макс довольно ухмыльнулся.

— Потом, все потом. Сейчас половина десятого. В полночь сюда прибудет делегация Других. Если не хочешь с ними встретиться, то я жду тебя у ворот дворца.

— Что?! — я задохнулась от возмущения. — Если они должны приехать, зачем вы вообще меня позвали?! С ума сошли?!

Макс ничего не ответил и исчез. Вот же нахал! Ничего, я ему не только рожицу, я ему все остальное расцарапаю! Предатель!

Во взбешенном состоянии я вошла обратно в зал. Вряд ли кто-то видел наш уход. Этот козел накинул заклятье отвода глаз, скорее всего. Зачем ему проблемы с обесчещенной девушкой? Отмахнулся бы, как от назойливой мухи. Мразь! Надо было ему личико подправить на память, но чего уж теперь.

Я осмотрела зал, но Ромула так и не увидела. Наверное, он сейчас на переговорах или просто занят. Наверняка не захотел плавать здесь, среди этих акул и двуличных политиков. Я разочарованно выдохнула и развернулась, чтобы выйти, но попала в плен яблочно-зеленых глаз, которые смотрели прямо на меня с интересом и подозрением.

Казалось, что весь мир замер для нас двоих, исчезли музыка, люди, свет. Я видела только его. Для меня существовал только он. Не шевелясь я наблюдала, как Ромул крадущейся походкой приблизился ко мне и остановился в двух шагах. Повелитель был одет в парадный камзол и брюки, заправленные в сапоги. На поясе висел меч в ножнах. Он нервно облизнул губы, как будто сильно волновался.

— Позвольте пригласить вас на танец? — он протянул мне руку. Смысл слов дошел до меня не сразу. Я стояла как оглушенная. Медленно я вложила свою ладонь, которая почему-то дрожала, в его руку. Он крепко обхватил её и повел меня в зал. Зазвучала музыка, одна его рука легла мне на талию, а вторую он так и не отпустил. Я положила свободную кисть ему на плечо. Страшно поверить, что прямо сейчас я прикасаюсь к нему, наши тела так близки. Как тогда, когда мы танцевали совсем другой танец. Танец любви. Повелитель пристально смотрел на меня, не отводя глаз. — Как ваше имя?

— Ланита, — машинально ответила я. Даже забыла сказать «леди». Что уж тут, леди я не была не при каком раскладе.

— Ланита, — шепотом повторил он. — Я не слышал о вас.

— Я из другого государства, наверное, поэтому, — ответила я. Он недоверчиво хмыкнул, и я сразу поняла — не поверил. В его глазах отражалось ехидство и желание. Он будто поедал меня глазами.

— Вы очень красивая, Ланита, — вкрадчиво прошептал он, как будто ему доставляло особое удовольствие произносить мое выдуманное имя.

— Спасибо, — смутилась я. Душу кольнуло острое неприятное чувство, когда я поняла, что он не знает или, во всяком случае, не до конца уверен, что я — это я. Получается, он сделал комплимент другой девушке. Так, стоп. Получается, я ревную его к самой себе?

— Вы останетесь? — хрипло спросил он. Его рука на моей талии напряглась.

— Где? — растерялась я.

— Вы ведь прибыли сюда ненадолго. Где вы остановились? — мне показалось или в его голосе звучала ирония?

— В гостинице, — коротко ответила я.

— Так, после бала вы уйдете? — допытывался он.

— Да, — твердо сказала я. Не могу рисковать им и подвергать опасности.

— А если я настою, чтобы вы остались?

— Знаете, вы ведь так и не представились, — напомнила я.

— Простите, — он негромко рассмеялся. Наверное, привык, что все знают его в лицо. — Император Эргона и Южных Островов, Властитель Греста, Моргала и Шеска Ромул Даррский, первый этого имени.

Внушительно. Раньше мне не доводилось слышать его полный титул. Я тут же изобразила изумление и потупила взгляд.

— Я не знала, что привлекла внимание самого Императора, простите, — сказала я, глядя ему в глаза. Почему-то мне думалось, что он обо всем догадался, но играет со мной как кот с мышкой. Что-то в его взгляде выдавало насмешку.

Танец закончился, но мой партнер не собирался выпускать меня из своих рук. Я мазнула взглядом по оркестровой яме и замерла. Там стоял Макс, собственной персоной, и приветливо улыбнулся мне! Что происходит?

Ромул переместил обе свои руки мне на талию, прижимая меня. Он склонился, как будто собирался поцеловать меня. Я почти поддалась иррациональному желанию прильнуть к его губам, как вдруг вновь зазвучала музыка, и он отстранился. К моему удивлению, Макс запел:

— Весь мир исчез, ведь ты в моих руках,

И музыка влечет, как нас любовь.

С тобой так близко, рядом и сейчас

Так близко увидим мы вновь,

Что жизнь как миг, мечты ее как сны

Пройдут и их уж нет, но как в кино

С тобой так близко сбудутся они

И мне нужно лишь одно -

Только быть рядом с тобою, с тобой

С тобой так близко все прежние мечты

Умрут, как будто всегда была лишь ты

Со мной так близко и все так далеки

От нас — лишь мы близки.

Это был совсем другой танец. Мы быстро, но плавно двигались. Когда музыка становилась особенно громкой, Ромул подбрасывал меня вверх на прямо вытянутых руках. Сначала мне было страшно, но потом я доверилась ему, и начала получать удовольствие от танца. Так приятно чувствовать твердость его груди в нескольких миллиметрах от себя, касаться широких плеч и ощущать крепость рук, которые так уверенно держали меня.

Когда танец закончился, я будто очнулась ото сна. Наша пара привлекла внимание многих, и на нас с интересом косились. Наверняка захотят узнать мое имя, но этого они точно сделать не смогут.

Ромул отвел меня в сторону и предложил сок. Он был очень кстати, так как после такого страстного танца мои щеки горели, и хотелось охладиться.

Настроение Повелителя заметно улучшилось, он все время загадочно улыбался, а глаза его странно блестели.

— Прогуляемся? — неожиданно предложил он.

— Куда? — растерянно спросила я.

— По моему дворцу. Не стоит меня бояться, я вас не обижу, — заверил он меня. Интересно, а Аскольд уже проснулся? Не хотелось бы на него наткнуться.

Я не боялась Ромула, но все же немного волновалась, когда он повел меня по коридорам дворца. К счастью, в противоположную от воришки сторону. В этой части было тихо и совсем не слышно шума Весеннего бала. Каменные стены отражали лишь эхо наших шагов. Повелитель бережно держал меня за руку, но я понимала, что, если попытаюсь вырваться, он меня не отпустит.

— Вы такая напряженная, — подал он голос. — Не стоит переживать. Я не привык обижать женщин.

— У вас их здесь много, — я имела в виду девушек, которые обслуживали Бал.

— Вы о гареме? Я о нем почти не вспоминаю. Несколько месяцев назад мое сердце похитила одна прекрасная девушка. С тех пор я не могу смотреть на других женщин.

— Я слышала, что она умерла, — холодно сказала я. Лицо Ромула окаменело.

— Да, — подтвердил он. — Но ведь не всегда смерть означает конец. Фениксы, к примеру, постоянно умирают, но это не мешает им возрождаться.

— А она была фениксом?

— Нет. Я так и не смог выяснить, кто она, но чувствовал странную магию. Как будто она спала в ней.

Неожиданно Повелитель остановился и развернул меня к себе, держа за плечи и смотря в глаза. От него повеяло волной силы, которая была направлена на меня. Как и в прошлый раз, я стала для неё волнорезом, она будто обогнула меня и растворилась.

Я поняла, что сейчас он обо всем догадается. Совпадение, что Лина и прекрасная незнакомка одинаково реагируют на его воздействие? Да он меня отсюда под страхом смерти не выпустит.

Несколько секунд я судорожно соображала, что же делать. Повелитель принял вид хищника, который взял след добычи и вот-вот схватит её.

И я сделала то, чему нас учили в гареме — закатила глаза и расслабилась, всей душой надеясь на реакцию Ромула. Он не подвел и подхватил меня. Он думал, что я в обмороке, поэтому цветисто выругался.

— Не она, — прорычал он и резко поднял меня. Я ощутила, как он занес меня в какую-то комнату и положил на кушетку. После нескольких звонких пощечин я сделала вид, что пришла в себя.

В глазах Повелителя больше не было того задорного огонька, что горел весь вечер. Он как будто сник и потерял ко мне интерес. Мне стало его очень жалко.

Я осмотрелась. Судя по всему, это один из его рабочих кабинетов: здесь был письменный стол, и книжные шкафы, и даже карта. Но больше всего меня привлек музыкальный инструмент в углу.

— Вам пора, — сухо сказал Ромул. — Я провожу вас в парк, чтобы вы подышали воздухом.

— Это пианино? — тихо спросила я, не сводя глаз с него.

— Да. Люблю играть на нем. Помогает расслабиться.

Меня будто молния прошибла. «Идеально владею»! Как он мог мне соврать?! Я же ему верила, отгадывала, была уверенна, что он скажет, на чем же играет! Я резво вскочила с кушетки, чем вызвала удивленное выражение на его лице.

— Обманщик! — воскликнула я, обвиняюще тыча пальцем в музыкальный инструмент. — Ты мне лгал! Я угадала, это было пианино, а ты сказал, что…

Я не договорила, так как Ромул резко развернул меня к себе и впился в губы страстным поцелуем.

Глава 10

Это было настоящее сумасшествие. Мы целовались так, будто от этого зависела наша жизнь. Ромул вжимал меня в себя, как будто боялся, что я сейчас исчезну. С трудом он оторвался от меня.

— Ты жива, — прошептал он, держа мое лицо в ладонях. — Лина, ты жива, — и снова прильнул ко мне, проведя пальцами по вискам. Вдруг он отстранился и резко снял с меня маску, которую одел Макс. — К чему весь этот маскарад? Почему ты скрываешься от меня?

— Ты ничего не знаешь, — простонала я, устало проведя рукой по лицу. — Если я вернусь, то тебя убьют.

— Ты как-то связана с Всадниками? — поразил он меня. — Тебя похитили?

— Нет, Ромул, — я попыталась отстраниться, но не смогла — он крепко держал меня. — Я и есть Всадница.

— Невозможно, — изумился он, качая головой. — Ими становятся только мужчины!

— Я первая женщина. Они думают, что и мои дети могут стать Всадниками, понимаешь? Они хотят, чтобы я стала женой одного из них.

— А ты этого хочешь? — напрягся он.

— Нет, я хочу быть с тобой, — прошептала я и сама прильнула к нему.

— Лина, — Ромул заключил меня в крепкие и такие надежные объятия, что я готова была стоять так целую вечность. — Я сделаю так, что они не доберутся до тебя. Я окружу тебя лучшей защитой.

— Ты не понимаешь! Они узнают, что меня держишь ты, и тогда тебе не жить. Ромул, ты сильный маг, но против нескольких Всадников с драконами даже ты не выстоишь.

— Лина, я не отступлюсь от тебя, — жестко сказал он. — Пусть хоть все гоблины охотятся за тобой. Ты моя, — твердо произнес он, а у меня защипало в носу от его слов.

— Но я не могу рисковать твоей жизнью и знать, что ты в постоянной опасности, — я решительно сделала шаг назад.

— Ты моя наложница, — властно сказал он, вмиг став тем правителем, коим является. — И должна подчиняться мне.

Я круглыми глазами уставилась на него. Я не ослышалась? Он пытается мной помыкать?

— Твоя наложница умерла, — холодно ответила я, взгляд мой потяжелел. — Её больше нет. Есть я. Всадница. Дар жизни. И никто не смеет указывать, где мне надлежит быть и что делать. Даже ты.

Ромул изменился в лице. Он смотрел на меня как на восьмое чудо света.

— Лина, я не то хотел сказать, — поспешно произнес он и двинулся ко мне, но я отступила.

— Нет, — остановила его я. — Мне пора.

— Ты не уйдешь отсюда! — он за доли секунды преодолел разделявшее нас расстояние и крепко вцепился мне в плечи.

Я потянулась к его губам и осторожно поцеловала их. Его хватка ослабла, и я ощутила, как Повелитель расслабляется, открывая себя.

Сейчас. Другого шанса не будет. Заклятье сна впиталось в его тело, и Ромул осел, прислонившись к своему столу. Бросив на него последний взгляд, я бросилась на выход. Он сильный маг, и надолго это заклятье его не удержит. На часах — без пяти двенадцать. Нужно спешить.

Я почти бежала по коридорам дворца, прошла бальную залу и уже спешила к главным воротам. Когда до них оставалось буквально десять шагов, весь дворец огласил страшный рык:

— ВИТАЛИНА!

Я в страхе оглянулась. Ромул стоял у входа во дворец и буквально пульсировал силой. Что-то мне стало не по себе.

— Скорее, — раздался над ухом голос Макса. Он взял меня за руку и собирался переместиться.

— Это ещё кто?! — яростный голос Ромула раздался совсем близко. Я обернулась и прежде, чем мы переместились к Горону, успела увидеть зеленые глаза, которые горели ревностью и досадой.

Макс перенес нас в лес к Горону.

— Быстрее, за нами погоня! — подгонял меня он. Сначала парень сам залез на дракона, а потом взял меня за руки, чтобы затащить ему на спину.

— Отпусти её! — раздался крик Ромула, оказавшегося в нескольких метрах от нас. В тот момент, когда Макс посадил меня перед собой, Повелитель подбежал к нам, но остановился перед драконом. — Ты с ним? — прошипел он.

— Нет, — ответила я. — Я люблю тебя.

При этих словах вся злость слетела с Ромула, а на лице проступило выражение изумления и…счастья.

Горон взлетел вверх, а я лишь наблюдала, как уменьшается фигура самого дорогого мне мужчины, превращаясь в неразличимую точку.

Весь полет мы молчали. Я заново переживала моменты близости с Ромулом, а лицо Макса было непроницаемым. Хоть он и прижимал меня к себе одной рукой, я не ощущала той теплоты и притяжения, которые испытывала с Повелителем. Это был просто дружеский жест, призванный покрепче закрепить меня на драконе.

Мы благополучно добрались до дома клана. Нас встретили и проводили в дом.

— Ну? — спросил Минах, когда все расселись на кухне. Мне отвели отдельный диван, на который я блаженно присела.

— Я выиграл, — победно произнес Макс. Я с недоумением посмотрела на него. — Ромул почувствовал её и весь вечер не отпускал от себя. Они танцевали, потом ушли куда-то. Не знаю, чем они там занимались, но к полуночи Вита бежала, сверкая пятками, а Ромул гнался за ней.

— Что? В смысле? Ты о чем? Разве мы не за кольцом туда отправились?!

— Извини, Вита, мы поспорили. Егор и Лорган утверждали, что твое увлечение Императором — лишь ветреный вздор и юношеское увлечение. Мы с Минахом выступили за то, что он по-настоящему тебя любит. Если ты и вправду запала ему в душу, он должен был ощутить твою близость. Вы с ним притягиваетесь друг к другу, где бы ни находились. И вот, из всех женщин на Балу он выбрал именно тебя, — заключил он, счастливо улыбаясь.

Я почувствовала себя глупым ребенком, которого обвели вокруг пальца. Вся история с артефактом — лишь предлог, чтобы заманить меня на Бал. А я поверила.

«Он точно клюнет» — вспомнились слова Макса. О ком он говорил? Об Аскольде? Нет, вряд ли. Скорее всего, о Ромуле.

Я молча встала, подошла к Максу и залепила ему пощечину. В комнате повисла звенящая тишина. Не говоря ни слова, я вышла и отправилась в свою комнату. Впервые за долгое время я спала без сновидений.

Утром Макс заявился ко мне с букетом ромашек и виноватым видом. Я надулась и отвернулась от него, скрестив руки на груди.

— Ну, Вита-а-а — простонал он. — Ну, прости-и-и меня.

Я ничего не ответила и не шевелилась. Как он мог так со мной поступить? Я же доверяла ему как брату, думала, он никогда меня не обидит. А Макс вот так, за моей спиной поспорил и начал претворять в жизнь свой план. Как вообще можно спорить о таких вещах?! Бессовестные! И ладно ещё остальные, но Максиму-то я по-настоящему доверяла!

— Вита, — его рука коснулась моего плеча, но я смахнула её, — ну, пойми, решался вопрос о том, как дальше к тебе относиться. Егор давит на Минаха и требует помолвки. Я заступился за тебя. Чтобы поставить точку, нужно было доказать, что с Ромулом у тебя серьезно. Понимаешь?

— Доказал?

— Да. Он любит тебя и никогда не отступит. Вы связаны. Ну Виточка, ну не злись, — он потерся щекой и мою спину. В этот момент он чем-то напоминал кота.

— О чем ещё я не знаю? — решила я ковать железо, пока горячо.

— Это все, честное слово! Клянусь! Больше я ничего не скрываю! — затараторил он.

Я повернулась к нему и наткнулась на умоляющий взгляд.

— Почему именно Егор претендует на меня? Почему не ты? — прямо спросила я. Макс тут же посерьезнел и растерял свою веселость. — Расскажи.

Он кивнул на кровать, и мы присели. Ромашки он положил мне на колени.

— Мне было двадцать два, когда я встретил её. Олю. Она пробудила моего дракона и, как и положено, смерть начала охотиться за мной. Все Всадники после обретения той самой погибают, чтобы переродиться. Меня сбила машина, — заметив мой непонимающий взгляд, он пояснил: — Такие механические повозки в моем мире. Они ездят на большой скорости и сбивают людей иногда. Я погиб, переродился, потом месяцев шесть был здесь, чтобы обучиться всему. А когда вернулся, узнал, что Оля погибла, — эти слова дались ему с трудом. — Она возвращалась домой после учебы и наткнулась на плохую компанию, — его голос дрогнул. Я притянула Макса к себе и обняла, поглаживая по спине. — Когда я думаю, что эти уроды с ней делали, я не могу простить себя. Я должен был быть рядом, должен был ей помочь. А я отсиживался здесь. Я пытался их найти, но не смог, они как в воду канули. Я готов был пожертвовать своей силой и ослабить дракона, чтобы убить их.

— Ты не виноват, — прошептала я. — Ты ведь не знал.

— Столько лет прошло, а я все ещё не могу смотреть на других женщин. Ни одной не было после неё. Оля как будто светилась изнутри, такая веселая, умная, задорная. Я будто видел её душу.

Мы некоторое время сидели, обнявшись. Мне было жаль Макса и его любимую. Что он почувствовал, когда узнал о её смерти? Страшно представить себе. Злость на него прошла, оставив только сочувствие и желание утешить.

Днем все мужчины ушли, оставив меня одну. Они сказали, что у них важное дело и придут поздно, можно не ждать.

Ночью меня разбудил шум с первого этажа. Спустившись, я, к своему ужасу, увидела раненого Егора. Он сидела на диване, плотно сжав губы. Вся правая нога была окровавлена. Остальные суетились вокруг него, промывали рану и накладывали повязки. Мне давали мелкие поручения вроде принести таз или бинт.

Сам раненый сдерживался, чтобы не застонать в голос. Несколько раз он крикнул, когда Макс обрабатывал его рану.

— А вот нефиг было лезть на рожон! — прикрикнул он. — Кто тебя просил бросаться на этого ихтона?! Дураку было ясно, что ты получишь ранение!

Егор ничего не ответил, лишь недовольно сжал губы. К утру он заснул, а вместе с ним и мы.

С тех пор парень все время сидел в доме, а остальные все чаще уходили, оставляя нас вдвоем. Мне было не по себе в присутствии Егора, но деваться было некуда. Я делала ему перевязки, готовила и подавала еду. Парню было велено как можно меньше двигаться и ни в коем случае не напрягать ногу. Хорошо хоть в туалет он ходил сам. Он пытался шутить, заводил разговор, чтобы я расслабилась, но у меня не получалось. Если ему ничего не требовалось, я отсиживалась у себя в комнате.

Однажды я увидела на столе странные конфеты, явно не из нашего мира. Я съела несколько и удивилась их странному вкусу.

— Почему они такие…необычные? — спросила я у Егора.

— С коньяком, — просто ответил он. — Ты что, никогда не пробовала алкоголь?

— Нет, — ответила я. Нам в гареме никогда не разрешали выпивать и строго следили, чтобы девушки не пили даже разбавленного вина. Егор о чем-то задумался, иногда бросая на меня быстрые взгляды.

Прошла ещё неделя. Раненый начал понемногу ходить, а у меня появилось больше свободного времени. Вопрос о матримониальных планах на меня больше никто не поднимал, и это радовало.

В тот день все, кроме Егора, снова ушли, сказав, что вернутся утром. Я вышла на кухню, чтобы перекусить перед сном, и застала там «калеку». Он сидел и тыкал пальцем в свою любимую коробочку с нарисованным откушенным яблоком. Я так и не поняла, что они с Максом находят в этой безделушке.

— Вита, ты помогла мне выздороветь, — начал разговор он. — Я хочу тебя отблагодарить.

— Не стоит, — улыбнулась я. — Мне было не трудно.

— Нет, — оборвал меня он. — Ты много сделала для меня, и я хочу подарить тебе кое-что.

Он достал из-за дивана длинную красную бутылку.

— Что это? — нахмурилась я, крутя её в руках.

— Десерт из моего мира. Наши девушки его любят, думаю, и тебе понравится. Называется «Мартини».

Я покрутила в руках странную бутылку. Темное стекло, красная этикетка с непонятными символами. Стоит ли соглашаться? Не думаю, что Егор станет меня травить, а отказываться как-то неудобно. Мужчина с интересом наблюдал за моими метаниями. Взгляд у него был насмешливый и пронзительный.

— Хорошо, — наконец, согласилась я. — Только я не знаю, как её открыть.

У бутылки была очень странная пробка. Я не видела таких раньше.

— Я все сделаю, — уверенно заявил он. Хромая, Егор подошел к столешнице и открыл ящик с приборами. Отыскав там странный предмет, назначение которого я так и не поняла, он начал открывать им бутылку. Я с интересом наблюдала за его действиями. Раздался хлопок.

Егор достал один стакан и налил в него красноватую жидкость. Я осторожно попробовала. М-м-м! Как вкусно! Сладко, будто с сахаром, да ещё и приятное послевкусие. Напиток как будто был создан для того, чтобы удовлетворять жажду. Мне решительно хотелось ещё.

— А ты будешь? — спросила я Егора. Он лишь покачал головой, с загадочной улыбкой наблюдая за мной.

Я налила ещё один стакан и с удовольствием выпила. В жизни не пробовала ничего вкуснее! Как-то захотелось поговорить.

— Как твоя нога? — спросила я его.

— Почти прошла, — улыбнулся он, не сводя с меня взгляда. Я почти залпом осушила ещё один стакан. — Пей, не бойся. Я слышал, оно помогает расширить сосуды.

— У меня с ними все нормально, — рассмеялась я. Как-то и не заметила, что отправила в себя три четверти этого странного напитка.

— Егор, почему ты всегда такой сдержанный? — решилась спросить я.

— Такой характер. Не люблю показывать свои чувства.

— Зря. Мне кажется, тебе стоит быть более открытым, как Макс. И люди к тебе потянутся, — по телу разлилось странное тепло и будто ударило в голову.

Через несколько минут я почувствовала странное головокружение. В голову как будто напустили тумана, вся кухня начала расплываться. Я переводила взгляд, но сознание будто не успевало за глазами. Странная заторможенность.

— Я пойду к себе, — пробормотала я и встала. Покачнулась. Ноги будто не держали, а комната кружилась. Я сделала несколько шагов и натолкнулась на ведро. Как я могла его не заметить? Споткнувшись, пошла дальше.

Лестница. Это будет сложно. Преодолев несколько ступенек, я упала на колени. Неожиданно сзади на плечи легли чьи-то руки. Я обернулась.

— Егор? — язык не слушался. — Ты ходишь?

Его лицо расплывалось, а тело будто размякло, отказываясь слушаться хозяйку. За все дни я настолько привыкла, что Егор ходит с трудом и предпочитает сидеть, что, увидев его склонившимся надо мной, искренне удивилась. Я понимала, что что-то не так, но это самое «что-то» будто ускользало от меня, теряясь на окраине сознания.

Когда Егор прижал меня к себе и поднял на руках с пола, я окончательно убедилась, что происходит что-то подозрительное.

— Что ты со мной сделал? — пролепетала я. — У тебя же болит нога.

— Уже почти не болит, моя хорошая, — спокойно ответил он. — А я ничего не делал, ты сама напилась, крошка. Да ещё и приставать ко мне начала.

— Врешь, — буркнула я.

Он принес меня обратно в кухню и усадил на диван. Я приоткрыла глаза и видела, как он свободно передвигался по кухне. Поставив на стол стакан, он налил в него прозрачную жидкость. На вид обычная вода, но когда он поднес её мне к губам, я ощутила резкий запах.

— Что это за дрянь?

— Водка. Пей, — приказал он.

Я попыталась отвернуться, но Егор ухватил мой подбородок и начал вливать это пойло прямо в рот. Все внутри тут же обожгло, будто это кислота. Я закашлялась, попыталась отпихнуть его, но все бесполезно. Мужчина отпустил меня только тогда, когда я все выпила. В желудке начало неприятно печь.

Егор снова взял меня на руки и куда-то понес. Тело слушалось все меньше, а сознание было затуманено. Я понимала, что происходит что-то нехорошее, плохое, неправильное, но не могла сопротивляться. Так странно чувствовать себя безвольной куклой в руках того, кому совсем не доверяешь. Чего он добивается? Что сделает со мной? Ответов не было.

Смутно помню, как он внес меня в одну из комнат. Где-то на грани сознания отметила, что положил куда-то и начал раздевать. Все происходило как будто не со мной. Мир виделся размытыми отрывками.

Жаркие поцелуи…

Меня касаются чужие руки…

— Ты восхитительна, Вита… — прозвучало прямо над ухом.

Раскрасневшееся лицо Егора надо мной…

Ритмичный скрип кровати…

И я окончательно проваливаюсь в небытие.

* * *

Егор рассчитывал, что после бала станет ясно, что Виталина для Императора — лишь очередное развлечение. Но все пошло наперекосяк… Истинные пары, зажженные сердца… А если обстоятельства складываются так, что девушка должна быть с другим?! Случай с Витой именно такой! Она — слишком большая ценность, чтобы применять к ней все известные правила. Нужно на что-то решаться.

Сначала Егор решил подобраться к ней, чтобы она перестала воспринимать его как какого-то монстра. Он специально бросился в атаку на монстра, чтобы получить ранение и некоторое время побыть дома. Как говорят в их мире, "уйти на больничный". Это было волшебное время! Она заботилась о нем, прикасалась к нему, помогала. Правда, ей это не приносило радости, и в свободное время девушка почти все время отсиживалась в своей комнате. Как он ни старался её разговорить, но она вела себя сдержанно и открываться не спешила. Подумать только, несколько недель флирта не принесли результатов!

Но все решил его величество случай. Когда Егор узнал, что девчонка ни разу не провобовала алкоголь, план созрел сам собой. Иногда бывают такие ситуации, когда цель оправдывает средства… И это именно тот случай!

Девушки их мира любят этот напиток. Мартини. Он сладкий, вкусный, как раз то, что ей нужно. Все прошло на удивление гладко! Она выпила половину бутылки и быстро начала пьянеть. Хотела уйти, но куда ей в таком состянии? Егор поднял её на руках возле лестницы, уверенный, что она уже "готова", но не тут-то было. Пришлось ударить тяжелой артиллерией. И вот, Виталина уже не может связно разговаривать. Ничего, даже если она будет сожалеть, исправить будет ничего нельзя, и ей придется смириться. И всем остальным тоже. Так надо.

Он отнес её в свою комнату, уложил на постель и раздел. Роскошная фигура. От одного только взгляда на неё его охватило желание. Он набросился на неё, изучая изгибы тела, покрывая нежную кожу поцелуями… Когда он ворвался в это сладкое желанное тело, то будто оказался в раю. Эта девочка стоит того, чтобы за неё бороться. Прекрасная, сильная, его… Он любил её долго и страстно. Как жаль, что она ничего не чувствует и завтра, наверное, даже ничего не вспомнит. Не важно. Он подарит ей ещё тысячу таких ночей.

Егор лег рядом с ней, прижимая к себе девушку, которую не хотел отпускать ни за что на свете.

* * *

Я проснулась как он толчка. Поняла, что лежу без одежды в чьей-то постели. Поморщилась от головной боли и повернула голову. С трудом удержалась, чтобы не вскрикнуть и не отпрыгнуть. Рядом лежал спящий Егор, а его рука по-хозяйски сжимала мою грудь. Осознание произошедшего заставило все внутри сжаться от страха и стыда. Что будет, когда придут остальные мужчины? Егор не будет молчать. Начнет рассказывать, что я сама напилась и приставала к нему, а он не смог устоять. Я сделала судорожный вздох и аккуратно встала, стараясь не разбудить этого…человека.

В комнате стояла тишина, нарушаемая лишь звуками с улицы: стрекот насекомых, шум ветра, несколько раз вскрикнуло какое-то животное в лесу. Весь дом будто спал, и никого не волнует, что здесь произошло.

Как я и предполагала, я оказалась полностью голой. Душу обожгло удушающее чувство несправедливости и обиды, но я изо всех сил старалась сдержаться. Сделав несколько шагов, все же беззвучно расплакалась, так как по ногам что-то потекло. Теперь все его мотивы стали понятны… Он надеялся сделать мне ребенка!

Стараясь не издавать никаких звуков, я собрала свою разбросанную по комнате одежду и тихо вышла. Как теперь смотреть в глаза Максу, Ромулу, Минаху? Они ведь заставят меня рассказать все, что здесь произошло, а я не смогу. Я же сгорю со стыда! Стены дома будто начали давить на меня, и решение пришло само.

— Чароита! Ты здесь? — позвала я.

— Да!

Я быстро начала одеваться. Все же из комнаты Егора я забрала не все свои вещи. Ладно, не важно, нужно спешить. Я достала сумку и стала бросать туда все самое необходимое. Одежда, мыло, предметы гигиены. Бросив последний взгляд на свою комнату, я вышла и спустилась вниз. На кухонном столе лежало кольцо, которое я достала во дворце. Странно, раньше его здесь не было, я точно помню! Может, Всадники вернулись? Нет, дома слишком тихо, да и они наследили бы здесь. Я решительно взяла его и бросила в сумку.

Когда я выскочила на улицу, Чара уже ждала меня. Сейчас я готова как никогда.

Запрыгнув ей на спину, вслух прошептала:

— Вперед, моя красавица! Пора нам покинуть это место.

В тот момент, когда Чара оторвалась от земли, золотой браслет на моей руке раскрылся и упал на землю. Сам по себе. Я грустно усмехнулась про себя. Что ж, значит, защиту клана я потеряла. Минах не выполнил данной мне клятвы и потерял все права на меня. Хорошо это или плохо? Время покажет. А сейчас я не вижу ни одной причины здесь оставаться.

Чароита взмыла в небо и пересекла границу. Мы летели по моему миру. Внизу мелькали леса, реки, озера, поля, несколько деревень. Солнце ещё не взошло, поэтому вряд ли кто-то нас видел, все же летели мы достаточно высоко. На этот раз не было того оглушающего чувства счастья и свободы. Внутри как будто образовалась пустота. Не хотелось ни радоваться, ни плакать. Ничего.

— Чара, ты можешь отыскать такое место, где бы нас никто не нашел? — попросила я её.

— Есть одно. Но там очень высоко.

— Не важно. Лети туда.

До означенного места мы добирались около часа. Чара привезла меня к высоким горам, которые раскинулись на несколько километров. Она полетела к вершине одной из них и приземлилась в пещере. Здесь было очень холодно, но из самой пещеры потянулся теплый воздух. Интересно.

Мы углублялись все дальше. Стены пещеры были каменными, как и сама гора, и уходили глубоко внутрь, как тоннель. Я зажгла магический огонек, и он освещал нам путь. Такое ощущение, что уже тысячу лет здесь не ступала нога живого существа. На наше счастье, вход не сужался, и Чара свободно шла, неся меня на своей спине. Чем глубже мы уходили, тем теплее становилось. Неожиданно тоннель закончился, и мы вышли к большому теплому озеру. Разве может оно находиться внутри скалы, тем более, на такой высоте? Никогда о таком не слышала. Я слезла с Чары и осторожно прошла внутрь. Под ногами были мелкие камни. Я осторожно коснулась воды кончиками пальцев. Теплая!

— Что это за место? — спросила я драконицу. — Здесь безопасно? В воде нет хищников?

— Здесь нет никого, кроме нас, это точно, — прозвучало у меня в голове. — Это место я просто ощутила. Здесь хорошо. Я хочу отдохнуть.

Чара подошла к воде и начала пить воду прямо из озера. Я не стала ей мешать, все же она так долго летела. Напившись, драконица улеглась возле воды, поджав лапы под себя, и заснула. Я прислонилась в ней спиной и села. Здесь очень влажно, но это было приятно и помогало согреться.

Даже не знаю, что ждет меня дальше. О том, чтобы отправиться к Ромулу, и речи не шло. Если он узнает, что я могу быть беременна от другого, боюсь, все его самообладание полетит к чертям. Да и не хочу причинять ему боль. Наверное, меня начнут искать Минах и Макс, когда обнаружат, что я пропала. Ну и пусть ищут! Браслета на мне нет, а больше с ними ничего и не связывает.

Такое чувство, что та пустота, которая образовалась во мне, стала заполняться болью. Как я могла позволить сделать с собой это? Как ребенок поверила тому, кто никогда не внушал доверия и даже наоборот. Но я ведь не знала, что он осмелится на такое! Даже подумать не могла… Минах говорил, что в доме мне бояться нечего и там я в полной безопасности. Я рассмеялась, и в то же время из глаз полились слезы. Нужно держаться подальше от Всадников, да и не только от них. Лучше не показываться из этой теплой пещеры, сидеть здесь, пока не решу, как мне быть дальше.

Я заснула рядом с Чарой. Мне снова снился вещий сон, но на этот раз не про Ромула, а про дом клана.

Макс, Минах и Лорган приземлились на своих драконах перед домом. Они смеялись и что-то обсуждали. Макс вошел в дом и первым делом направился на кухню. Он замер в дверях, увидев на столе пустую бутылку из-под мартини и открытый пузырек с водкой. Вся безмятежность тут же слетела с него. Лорган и Минах все ещё были на улице.

— Вита! — позвал Макс, взбегая по лестнице на второй этаж. Он распахнул дверь в её комнату и включил свет.

Шкаф открыт, больше половины вещей в нем нет. Постель аккуратно заправлена, к ней явно никто не прикасался и точно не спал на ней.

— Егор! — рявкнул Макс, заходя к нему в комнату. Парень все ещё спал, пришлось его будить.

Максим приблизился и грубо толкнул его.

— Где Виталина? — требовательно спросил он. — Что здесь произошло?

Егор открыл глаза и начал водить рукой по месту рядом с собой. Поняв, что там никого нет, он резко сел и потряс головой.

— Что случилось? — обеспокоенно спросил вошедший Минах. Сзади маячил Лорган. — Почему ты без одежды?

Макс только сейчас заметил, что Егор голый. Он ярости у него затряслись руки, а взгляд стал бешеным.

— Что ты с ней сделал?! — заорал он.

Егор спокойно встал и надел штаны. Все пристально наблюдали за ним, но парень молчал.

— Мы выпили, — наконец, сказал он. — Она немного перебрала, стала приставать ко мне. Ну и как-то так получилось… — он выразительно посмотрел на свою постель.

Макс сорвался с места и ударил Егора по лицу кулаком. Тот не остался в долгу и нанес удар по корпусу. Завязалась драка, появилась кровь. Минах и Лорган бросились их разнимать, и с трудом им это удалось.

— Куда ты её дел?! — закричал Макс, пытаясь вырваться из захвата. — Её нет в доме! Ни её, ни дракона!

— Что? — Егор тут же растерял всю злость и растерянно посмотрел на присутствующих.

— Она не могла! — не унимался Макс. — Она шарахалась от тебя, она не могла сама с тобой лечь!

— Её нужно найти, — решительно сказал Егор. — Мы не предохранялись, она может быть беременна.

На миг все замерли. Макс вырвался и повалил Егора на пол, нанося удары по лицу и корпусу. Удивительно, но никто не пытался его остановить.

Только когда лицо парня было разбито в кровь и сломаны несколько лицевых костей, Минах с Лорганом оттащили Макса.

Неожиданно Егор пронзительно закричал, выгибаясь дугой. Его дракон издал жалобный стон.

— Что происходит? — напрягся Макс.

— Он совершил зло, — холодно ответил Минах, с презрением глядя на корчащегося парня. — Теперь он ослабнет. Не знаю, насколько, все зависит от тяжести деяния.

Макс подошел к нему, встряхнул за грудки и прошипел в лицо, чеканя каждое слова:

— Что ты с ней сделал?! Отвечай!

— Ничего, — прохрипел Егор, с трудом пытаясь вздохнуть. — Она сама хотела.

После этих слов его одолел новый приступ боли, ещё сильнее прежних. Он закричал во все горло. Даже Макс отступил от него.

— Твой дракон отказывается от тебя, — прошептал Минах, наблюдая за мучениями Егора. — Что ж ты натворил-то, а…

Парень мучился около десяти минут. По истечении этого срока его иссиня-черный дракон улетел. Минах ощутил разрыв связи с ним. Теперь ни человек, ни дракон не принадлежат клану. Егор тяжело дышал, лежа на полу.

Макс снова подошел к нему и схватил за горло.

— Ты убил её? — тихо произнес он.

— Нет, — с трудом ответил Егор.

— Куда она пропала?!

— Я не знаю. Найдите её.

— Что ты с ней сделал?! — закричал Макс не своим голосом. На его лице отразилось что-то страшное, и Егор понял, что если сейчас не ответит, то его просто убьют.

— Я предложил ей выпить, — начал он. — Она так набухалась, что не стояла на ногах. Я отнес её в постель и сделал то, что должен был, — в его словах не было ни капли раскаяния.

Макс размахнулся и со всей силы ударил его в лицо. Теперь, когда Егор стал человеком, этот удар стал нокаутирующим.

— Её нужно найти, — серьезно сказал Макс, выходя на улицу. Минах и Лорган последовали за ним. Запрыгнув на драконов, все трое взмыли в небо.

Глава 11

Я проснулась все в той же пещере. Мои светящиеся сферы горели как свечи, освещая все вокруг. Сейчас я смогла получше рассмотреть, куда именно привезла меня Чара, и понять, что это за место. Драконица все ещё спала, и я осторожно встала, стараясь её не разбудить.

Я отправила сферы вверх и увеличила их количество. Мы были внутри большой овальной пещеры, почти полностью заполненной водой. Лишь тонкая, не больше полутора метров, линия «пляжа» позволяла нам разместиться здесь. Я ещё раз убедилась, что вода действительно теплая. Наверное, внутри есть какой-то источник тепла.

После вчерашнего я сбежала, так и не приняв душ. Я осторожно разделась и вступила в воду. Приятное тепло начало разливаться по телу. Я прошла вперед и села прямо на мягкое песочное дно, вода теперь доставала мне до ключиц. Как же приятно… Такое чувство, что я смываю с себя весь вчерашний вечер. Мысли снова вернулись в тот момент, когда Егор нес меня в свою комнату… Я тогда даже не могла нормально оценить ситуацию, чтобы испугаться. Все было расплывчато и затуманено. А он пользовался мной. Ему не нужна ни я, ни мои мысли, чувства, желания. Только мое тело. И он его получил. И главное, как легко! Всего-то и нужно было подсунуть мне этот коварный напиток. А ведь пить его меня никто не заставлял, я сама все сделала. Силой меня никто никуда не тащил; я сама довела себя до такого состояния, что была не в силах даже сделать несколько шагов. Стало очень стыдно… Как теперь смотреть в глаза Ромулу? Я не смогу. Он не заслужил, чтобы я снова предала его.

Не хочу ещё раз увидеть его лицо, искаженное болью.

Если мой сон — правда, то сейчас Макс и остальные ищут меня. Что делать, если найдут? Возвращаться обратно я не хочу. И не вернусь. Не смогу жить в этом доме снова. Я чувствовала себя оплёванной, вывалянной в грязи, нечистой. При мысли о том, что придется встречаться с людьми, которые в курсе моего позора, все внутри сжималось в тугой комок. Хотелось сидеть здесь и не показываться никому на глаза.

В тоже время, заступничество Макса отдавалось теплотой в душе. Радовало и то, что Егор больше не Всадник и добраться до меня не сможет. У меня есть Чара, и, если что, она поможет с ним справиться. При мысли о ней драконица проснулась и сладко потянулась.

— Я голодна, — прозвучало у меня в голове. — А ты?

— И я. Принесешь дрова и мясо?

Кивнув, драконица выбралась из пещеры и улетела. Я осталась совсем одна. Без Чары я почувствовала себя одинокой и беззащитной. Не думаю, что кто-то сможет сюда забраться, но все же.

Моя красавица вернулась через час с небольшими деревянными брусками и мертвым зайцем. Хорошо, что я догадалась взять с собой нож. Разделав беднягу, я магией развела огонь и зажарила его.

Как оказалось, пещера — прекрасное место, чтобы подумать и остаться наедине с собой. Чара росла и часто улетала, чтобы развеяться и поохотиться. Я много купалась в воде. Здесь было очень хорошо и приятно. Через три дня после всех событий мне вновь приснился очень реалистичный сон.

Ромул прибыл в какой-то лес. Один. Вокруг были лишь деревья, и луна освещала его лицо. Иногда раздавался стрекот кузнечиков и кваканье лягушек. Неожиданно на землю опустился Горон, с которого слез Макс. Они будто появились из ниоткуда, ведь даже звуков их приближения слышно не было.

Мужчины остановились на расстоянии пяти метров, напряженно рассматривая друг друга. Между ними почти физически ощущалось напряжение и настороженность.

— Зачем ты меня позвал? — первым спросил Ромул. Голос его звучал холодно и высокомерно.

— Узнать, не у тебя ли прячется Виталина, — ответил Макс. Ромул нахмурился.

— Что значит «прячется»? Она пропала?

Максим пытался понять, не разыгрывает ли Император удивление, но все же решил, что нет, и продолжил:

— Три дня назад она сбежала вместе со своим драконом. Мы обыскали все, буквально землю носом рыли, но она как в воду канула. Остается только один вариант — её спрятал ты.

Ромул помрачнел и весь подобрался.

— Почему она от вас сбежала? — резко спросил он.

Макс сделал паузу, прежде, чем ответить.

— Один из нас сильно обидел её. Мы даже не знаем, в каком она сейчас состоянии, может, ей нужна помощь. Так значит, у тебя её нет?

— Что значит «обидел»? — прорычал Ромул. — Вы причинили ей вред?!

— Если она захочет, то сама тебе расскажет, — холодно произнес Макс. — Так или иначе, если ты не знаешь, где она, то связываться с тобой нет смысла, — он развернулся и собрался было уйти, но Ромул не позволил, мгновенно приблизившись и угрожающе нависая над парнем.

— Кто её обидел? — тихо спросил он. — Назови имя.

— Имя ничего тебе не даст. Он лишился силы и был изгнан из клана. Где он сейчас, я не знаю.

— Мне недостаточно того, что он изгнан, — последнее слово он произнес с издевкой. — Я убью его.

— Остынь, — насмешливо бросил Макс. — Сейчас искать нужно её, а не его. Если она свяжется с тобой — дай знать.

— Что произошло? — Ромул положил руку на плечо парня. Физически он явно был сильнее.

— Не имею права говорить. Лучше займись её поисками. Как-никак, но ты зажег её сердце. Ты должен чувствовать её.

— Три дня назад я ощутил, что что-то не так, — задумчиво сказал Ромул. — Но это быстро прошло.

— Это хорошо, значит, связь есть, — нахмурился Макс.

От Повелителя повеяло волной силы. Всадник ощутил это и напрягся, пытаясь сопротивляться. После нескольких минут Ромулу удалось пробиться, и Макс отрешенно вперился взглядом в пространство перед собой.

— Что с ней случилось? — хрипло спросил он.

— Она… — Макс говорил сбивчиво, будто пытался сопротивляться, но не мог. — Егор её напоил.

— И что дальше? — прищурился Ромул.

— И изнасиловал, — с трудом прохрипел Макс.

Повелитель отвернулся, громко выругался и с силой ударил кулаком по ближайшему стволу древа. После нескольких глубокий вздохов ему удалось взять себя в руки и успокоиться.

— Как его имя? — требовательно спросил он.

— Егор Кончаловский.

— Почему никто из вас не вмешался?

— Нас не было в доме. Он все рассчитал и остался с ней один на всю ночь.

Ромул ударил Макса в лицо, развернулся и исчез в портале.

Всадник потряс головой, приходя в себя. Бормоча себе под нос что-то нецензурное, он запрыгнул на дракона и взмыл вверх.

* * *

Ромул Даррский был вне себя от злости. Как он допустил, чтобы с ней такое произошло?! Как мог отпустить её тогда из своего дворца? Нужно было вцепиться зубами в неё и заставить Лину остаться с ним. Она, глупышка, переживала, что на него откроют охоту! Ради того, чтобы быть с ней, он готов объявить войну хоть всем богам. Подумаешь, Всадники… Несколько раз им приходилось пересекаться, ведь Ромул ведет войны, а, как удалось выяснить, они выступают кем-то вроде наблюдателей и блюдут справедливость. Глупцы! Как вообще можно говорить о справедливости в войне? Про себя Ромул называл их клоунами на драконах. Не больше и не меньше.

Кто же знал, что его избранная окажется одной из них. Женщина-Всадница… Его женщина! Как долго он ждал её, как часто мечтал, представлял, какой она будет… А она исчезла. Упорхнула, сказав, что не хочет подвергать его опасности.

Если она сказала правду, пусть и не всю, Всадники захотят продолжить свой род с её помощью. Теперь им не нужно будет выискивать новых собратьев в разных мирах, они смогут рожать себе подобных и станут новой расой. Ромула все это волновало постольку-поскольку, если бы не была замешана его избранная. Та единственная, что сняла с него проклятье и освободила. Он не отступится от неё никогда и ни за что.

Хотелось все время быть рядом, окружить лучшей защитой и заботой, любить её, делать счастливой, слышать её звонкий смех… Как тогда, когда они были вместе недолгие месяцы, ставшие самыми счастливыми в его жизни. Потом она пыталась его отравить, но сама же не позволила выпить яд, выбивая отраву из его рук. До сих пор Ромул не мог простить себе свой срыв, когда он поднял на неё руку. Самое паршивое то, что она этого не заслужила. Все последующие события и показания Гредворда, данные под пытками, говорили о том, что она не виновата. Алан и впрямь наложил на неё заклятье, которое снять никому не удавалось. Даже Ромул в молодости ради любопытства пытался его сбросить, но быстро понял, что это нереально. А его малышка смогла. И главное, ради него! Ради того, чтобы не причинить ему вред! А он ударил её, да ещё так сильно… Бедная Лина. Так хотелось попросить прощения, извиниться… Но он не знал, где она.

Странно, что на Лину его магия не действует, но с Всадником он справился. Пусть и с трудом, но ему удалось его подчинить. А вот от Лины она будто отскакивала, отказываясь воздействовать. Так много непонятного с её силой. Чего уж тут удивляться, ведь она неповторима. Таких больше не было, и Ромул не уверен, что будут.

Повелитель устало опустился в свое кресло. Снова какой-то урод надругался над его малышкой. Как же он хотел защитить её! Напоил, значит? Не удивительно. Лина сама ему как-то призналась, что никогда не пробовала алкоголь. Довести до бессознательно состояния неопытную девочку большого труда не составит. Повелитель с силой сжал кулаки, представив, что между ними произошло потом. Этот недомерок так напугал её, что девочка сбежала из места, которое считала безопасным. Где она теперь? Не навредил ли он ей? Вдруг ей нужна помощь? Вдруг она ранена? Её необходимо найти, и он бросит все силы на это.

* * *

Прошла неделя нашего с Чарой пребывания в пещере. Несмотря на все мои сны о том, что меня разыскивают Всадники Заката и Ромул, никто меня не нашел, и я этому очень рада. Я питалась тем, что приносила драконица. Честно говоря, очень хотелось чего-то сладкого, но в основном приходилось есть мясо.

Это время, проведенное здесь, помогло мне прийти в себя и обдумать многие вещи. Для себя я решила держаться как можно дальше от Всадников, к какому бы клану они не принадлежали. К Ромулу вернуться не позволяла совесть. Он же начнет выпытывать у меня, что именно случилось, почему, как… Я уже жалела, что он узнал обо всем от Макса! Все же, раньше у меня была призрачная надежда, что Ромул не узнает о моем позоре, но она растаяла.

В один из дней я решила покрутить в руке кольцо, которое взяла у Минаха. На вид обычное голубое колечко из неизвестного материала. Я надела его на указательный палец и удивилась, что оно мне в пору. По телу пробежала странная волна тепла. Минах говорил, что это кольцо помогает ответить на многие вопросы…

«Чего я не знаю о Ромуле?» — подумала я, не надеясь всерьез получить ответ.

Перед моими глазами предстала богатая комната. Посреди неё стояли парень и девушка. Я с удивлением признала в юноше Ромула. Он был совсем молод, не больше восемнадцати лет. У него было гладкое мужественное лицо, без следов той жесткости и властности, какие я привыкла видеть. Он весь был будто чище и невиннее. Девушка была чуть младше него. Только сейчас я увидела её заплаканное лицо. Красивая брюнетка со стройной фигурой и выдающимися формами.

— Ромул, как ты не понимаешь? — плакала она. — Я беременна! Это же живой ребенок!

— Анита, ты сама виновата, — раздраженно ответил он. — Ты должна была принимать все, что дают тебе повитухи! Я не могу сейчас иметь детей! Тем более, от тебя!

— Ты говорил, что любишь меня! — закричала девушка.

— Да, как свою наложницу, — невозмутимо сказал Ромул. — Пойми, ты должна довериться целителям.

— Но уже поздно! — всплеснула руками Анита.

— А кто виноват, что ты дотянула до такого срока?! Раньше ещё можно было все решить специальными сборами, а сейчас все, дорогая! Придется делать операцию.

— Ромул, прошу тебя! — бросилась она ему в ноги. У девушки началась настоящая истерика. — Пожалуйста, останови это! Я не хочу убивать нашего ребенка!

Ромул схватил её за плечи и рывком поставил на ноги. Встряхнув девушку, он произнес, глядя ей в глаза:

— Я принц, Анита. Я не могу иметь детей от наложницы. Сама посуди, какое у него будущее? Его не примет высший свет, а отправлять своего ребенка жить с простолюдинами я не могу!

Анита тихо заскулила и осела на пол, так как больше никто её не держал.

— Я не пойду к ним, — сквозь слезы сказала она. — Не пойду!

Ромул присел рядом и обнял её.

— Надо, Анита. Мои желания здесь тоже большой роли не играют. Отец узнал обо всем, и, поверь, он этого так не оставит, это точно. Если ты сама не пойдешь, стража потащит тебя силком. Оно тебе нужно?

Сцена переменилась. Теперь я видела Ромула, мечущегося по дворцовому коридору. Он явно был очень взволнован и бросал обеспокоенные взгляды на одну из дверей. Через несколько минут оттуда вышла женщина в одежде повитухи и мрачно покачала головой.

Ромул изменился в лице и влетел в комнату. Он подбежал к кушетке, на которой лежала белая, как мел, Анита. Вся кушетка, пол, даже стены были залиты кровью.

— Что произошло? Почему?! — закричал он.

— Кровотечение, — коротко ответила повитуха. — Срок слишком большой.

— Анита…

От звука его голоса девушка открыла глаза. Боль в её взгляде сменилась ненавистью.

— Ненавижу… — прошептала она. — Он умер из-за тебя. И я…

— Анита, все должно было быть не так, — растерянный Ромул встал перед ней на колени, чтобы быть на одном уровне.

— Будь ты проклят, — выплюнула она. — Пусть все женщины, которых ты возьмешь в жены, умирают на брачном ложе. Пусть все дети, которых ты зачнешь, не смогут родиться. И только та, кто искренне и без принуждения скажет, что любит тебя, станет тебе женой и матерью твоим детям.

Магическим зрением я видела черное облако, отделившееся от девушки и накрывшее Ромула.

Сказав свои последние слова, она испустила последний вздох и умерла.

Принц опустил голову и прижался лбом к её груди. Я не видела, плакал ли он, но в этот миг мне было жалко их обоих.

Наваждение спало, и я вновь оказалась сидящей в пещере в позе лотоса. Что это сейчас было? Неужели действие кольца? Я погладила его. Неожиданно ощутила слабость во всем теле. Минах говорил, что для того, чтобы получить магический импульс, нужно что-то отдать взамен. Видимо, этот артефакт взял энергию из моего магического резерва.

Ощущение было такое, будто от головы отлила вся кровь, перед глазами замелькали звездочки. Я легла на спину, стараясь полностью расслабиться и глубоко дышать.

Ромул проклят. Теперь стало понятно его поведение и нежелание жениться. Интересно, погибали ли его женщины «на брачном ложе», как сказала Анита? Как это вообще должно происходить? То, что у Императора нет детей, знали все. Сколько же он всего пережил за свои годы? Но в то же время, я не могла сказать, что он этого не заслужил. Как он позволил убить своего ребенка? Неужели предпочел убийство нерожденного малыша его обычной жизни, пусть и без роскоши?

Невольно закралась мысль, что я, возможно, совсем не знаю этого человека. Какой он на самом деле? Неужели воспринимает простых людей как пыль под ногами? Не знаю. Тогда он был совсем молодым и наверняка многое переосмыслил с тех пор. Лучше не гадать, а прямо спросить его при личной встрече. Если она, конечно, состоится.

А кто я для Ромула? Простолюдинка? Хоть Минах и сказал, что моя мать — колдунья, а отец Всадник, я воспринимала их абстрактно и до конца не верила, что это возможно. Всегда считала своих родителей бедными крестьянами, которые пытались избавиться от лишнего рта. Но теперь все указывало на то, что меня пытались спасти. А это значит, что уже тогда существовали люди, считающие меня ошибкой природы. Где они теперь? Если обо мне станет известно, они активизируются, и рядом уже не будет родителей, которые бросятся мне помогать. А где они? Живы ли? Про Рагора Минах говорил в прошедшем времени, а вот мать… Может, у меня есть мама?! Эта мысль заставила распахнуть глаза и сесть.

В детстве я часто мечтала, что встречусь со своей мамой и обо всем её расспрошу. Только когда выросла, при мысли о родне не испытывала ничего, кроме равнодушия. Но вдруг она любила меня? Да о чем я думаю, конечно, любила, раз спасла! И почему я не расспросила об этом Минаха когда была возможность? Переживала только о том, что меня заставят стать инкубатором для продолжения рода, а действительно важные вещи так и остались без ответа.

В этот момент я как никогда хотела выяснить хоть что-то о своей семье. Любили ли мои родители друг друга? Скорее всего, да, раз мама зажгла сердце отца. А почему он погиб? Убить Всадника не просто. Неужели, защищая меня? Стало так стыдно, что я всю жизнь думала о них невесть что, а они, возможно, отдали за меня свои жизни. На глаза навернулись слезы.

Ещё несколько недель мы с Чарой провели в этой пещере. Несколько раз я выходила, чтобы осмотреться, но у меня дух захватывало от высоты, на которой мы находились. Отсюда можно было рассмотреть даже высокие скалистые горы, которые находились не меньше чем в десяти километрах от нас.

Внутри самой пещеры меня тоже ждало одно открытие. Как оказалось, в темноте, у воды есть узкий вход в ещё один коридор. Войти в него можно было только ползком, но внутри я свободно встала в полный рост. Пройдя вперед метров пять, оказалась почти на краю обрыва. Я стояла на небольшой прямоугольной площадке, на которой может поместиться не больше трех человек, и смотрела вниз. Дна пропасти было не рассмотреть, но можно предположить, что там было жесткое каменистое дно, и выжить шансов нет.

Я вернулась и погрузилась в теплую воду озера. Примерно через двадцать минут пребывания там у меня начались странные тянущие боли внизу живота. Сначала они были несильными, и я думала, что это предвестник критических дней, но боль и не думала утихать. Когда сидеть уже было невозможно, я вышла из воды и с ужасом поняла, что по ногам у меня обильно течет кровь. Обычно женские дни так не начинаются…

Спазмы внизу живота становились все сильнее. Чара заметила мое состояние и забеспокоилась, но помочь ничем не могла. Я металась по пещере, стараясь как-то справиться с этим. Больше всего пугало то, что я не понимала, что со мной происходит и насколько это опасно. В какой-то момент от боли у меня подкосились колени, и я упала на землю.

Это состояние и кровотечение не проходило до утра. Лишь с рассветом боль утихла, и я смогла заснуть.

На следующий день все ещё было больно, но уже терпимее. У меня постоянно кружилась голова и было стойкое ощущение, что из меня ушло слишком много крови. Ко всему этому добавлялась моя растерянность и страх перед неизвестностью. Что со мной происходит? Вдруг я заболела и скоро умру? Была мысль попросить Чару спустить меня и выйти к людям, но я её отмела. Новую больную девушку сразу заметят и доложат. Если Ромул и Всадники ищут меня, то быстро сложат два плюс два. Как оказалось, об этом я беспокоилась зря.

На третий день Чара вновь улетела охотиться, а я устроилась о воды. Через полчаса от неё пришло чувство опасности, а потом и ощущение зверя, загнанного в ловушку.

— Виталина, убегай! — прозвучало у меня в голове.

Именно в этот момент я услышала приземление дракона у входа в пещеру. Только Чара делала это намного тише и аккуратнее. А сейчас дрожь пробежала по всей скале! Это же каких размеров должен быть дракон?

Я замерла, вслушиваясь в обманчивую тишину. Хорошо, что я догадалась потушить все сферы.

Раздались неспешные шаги. Зажглась новая сфера, не моя, являя мне силуэт мужчины. Лица было не разглядеть, но фигура у нег была мощная.

— Красавица, я знаю, что ты здесь, — произнес он. Голос был незнакомый. — У нас твой дракон. Выходи.

Мысли понеслись вскачь. Кто это? Откуда узнал обо мне? Что ему нужно?

Решив не испытывать судьбу, я нырнула в узкий вход в глубине пещеры, который вел к обрыву на скале. Тихо сделать это не получилось, и я услышала окрик:

— Стой!

Звук бегущих ног заставил меня ускориться и выскочить на узкую площадку. С непривычки дневной свет на несколько секунд ослепил меня. Пути назад нет. Я встала у самого края и повернулась лицом к входу, ожидая незваного гостя.

Вскоре выскочил и он сам. Высокий шатен с фигурой бога: широкие плечи, узкие бедра и развитая мускулатура. Лицо у него было красивое, но испорчено тремя шрамами. Завидев меня, он остановился и стал рассматривать. Здесь не было зеркала, но могу предположить, что после трех дней довольно сильного кровотечения выглядела я не слишком красивой, а скорее даже болезненной. Мы с ним уставились друг на друга, каждый для себя решая, как поступить дальше.

Мужчина двинулся на меня, и тогда я отступила к обрыву. Он тут же замер.

— Спокойно, — произнес он, выставив вперед руки ладонями ко мне. Голос у него был низкий и бархатистый. — Я не причиню тебе вреда.

— Кто ты? — спросила я и опасно покачнулась. Все же все эти дни я предпочитала лежать или сидеть, а тут резко начала бегать.

— Мое имя Давид. Тебе нужна помощь, ты явно больна. Пойдем со мной, — он протянул руку вперед.

Я посмотрела на неё как на ядовитую змею.

— Что тебе от меня нужно? Зачем пришел? — резко поинтересовалась я, даже не думая доверять ему.

— Нужна ты, — просто ответил он.

Во мне вскипела злость. Ещё один жених на мою голову! Снова будет насиловать?! Ну, нет! Больше я не позволю обращаться с собой как с бездушной игрушкой!

Ярость помогла направить бушующую во мне энергию в нужное русло. Я даже сама не знаю, как это вышло, но уверена, что все сделала правильно. Боковым зрением отметила столб рыжего огня, отделяющийся от меня. Глаза Давида изумленно расширились, и на несколько секунд в них отразился настоящий страх. Стена огня обрушилась на мужчину. Он пригнулся, выставив руку в защитном жесте, и огонь не убил его. Будто невидимый тонкий щит защитил Всадника.

Давил распрямился, с неверием посмотрел на меня. Мои силы иссякли, и последнее, что я помню, это как полетела в пропасть спиной вперед.

Когда я пришла в себя, то поняла, что полулежу на чем-то жестком, а мой нос упирается в чью-то грудь. Под спину поддерживала крепкая рука. Я открыла глаза и посмотрела вверх. Оказалось, что я и Давид находимся на драконе и летим, а он почти держит меня на руках. Мужчина смотрел прямо перед собой с серьезным и даже напряженным выражением лица. Заметив, что я очнулась, он опустил голову и с беспокойством заглянул мне в глаза.

— Ты как? — спросил он.

Я ничего не ответила, закрыв глаза и снова проваливаясь в сон.

Не знаю, сколько прошло времени, но иногда я просыпалась и сквозь пелену слышала, как разговаривали рядом со мной незнакомые люди. Иногда было сложно отличить сон и явь.

— Сила выросла, — говорил кто-то. — Но состояние среднее…

— Никто не должен узнать, что она у нас, — похоже, голос Давида. — Она меня чуть не убила, представляешь. Щит, и тот истончился. С ней шутки плохи…

— Она носит моего ребенка! — истеричный визг Егора. — Вы нашли её только благодаря мне!

— Заткнись! — жесткий окрик. — Ей плохо, че ты орешь здесь! Идиот!

Звук удара о что-то твердое, вскрик, хлопнувшая дверь.

Глава 12

Я открыла глаза. Незнакомая комната. Судя по всему, чья-то спальня. Окно зашторено, но скорее всего, сейчас утро.

Я села и откинула покрывало, которым была укрыта. На мне была длинная белая сорочка в пол. Я прислушалась к своим ощущениям. Надо же, внизу живота уже не болело, слабость прошла, но все же ощущалась некоторая ломота во всем теле. Комната, в которой я находилась, была оформлена в фиолетовые тона. Здесь был шкаф, тумбочка, даже будуар! Кровать была с пологом. Комната выглядела обжитой и явно предназначалась для проживания в ней именно женщины.

Я встала и раздвинула шторы. Ого! Я была в замке, окруженном лесом. Где-то вдалеке удалось разглядеть силуэты двух драконов. Так. Куда я попала? И где моя Чара?

Будто почувствовав мое волнение, дверь в спальню распахнулась, и вошел Давид. Увидев меня, стоящую у окна, он прищурил глаза и медленно закрыл дверь. Я повернулась к нему и с вызовом посмотрела, давая понять, что если посмеет прикоснуться ко мне, то ему не жить. Поняв мою решительность, он усмехнулся и засунул руки в карманы.

— А ты сильная, — сказал он после небольшой паузы. — Как себя чувствуешь?

— Где я? — оставила я его вопрос без ответа. — И где Чара?

— Чара на охоте, — спокойно ответил он. Голос у него был низкий и успокаивающий. — Не волнуйся, с ней все хорошо. Чего не скажешь о тебе, — он окинул меня оценивающим взглядом.

— Почему? Я хорошо себя чувствую.

— Ещё бы, после четырех дней лечения. Ты потеряла ребенка.

— Что? — распахнула глаза я. — Какого ребенка?!

— Ты была беременна, — медленно произнес Давид, подозрительно смотря на меня. — Ты не знала?

— Нет, — прошептала я.

— Егор утверждает, что это его ребенок, — он говорил и явно отслеживал мою реакцию на его слова.

— Да, — выдохнула я. Странно, но сожаления о прерванной беременности не было. Скорее растерянность и неприятное удивление.

— Он зажег тебя? — с сомнением спросил Давид.

— Нет! — выкрикнула я, смотря на него как на сумасшедшего.

— Тогда почему ты от него забеременела?

— Он… — слова застряли в горле. Я совсем не знаю этого Давида и не обязана рассказывать ему о столь личных вещах. — Не твое дело, — отрезала я, с вызовом смотря на него.

— Вообще-то, мое, — протянул он. — Он соблазнил тебя? — спросил он, впившись взглядом в мое лицо. Я никак не отреагировала. — Ты сделала это из чувства долга? Из жалости? Он изнасиловал тебя?

При этих словах в душе поднялась буря противоречивых эмоций, начиная от обиды и заканчивая отчаянием.

— Нет! — выкрикнула я ему в лицо.

— Все ясно, — мрачно произнес Давид.

— Что тебе ясно?!

— Твои реакции говорят сами за себя.

— Если ты надеешься, что я буду рожать тебе детей, то обломись, — зло процедила я. — Я лучше покончу с собой, чем стану инкубатором!

— В ближайшие месяцы забеременеть ты не сможешь, — все также невозмутимо просветил меня Давид. — Твоему организму нужно восстановиться. Все же сорвавшаяся беременность — это стресс.

— А потом? — с презрением спросила я. — Привяжите к кровати и будете оплодотворять?

— Виталина, я боюсь, ты не совсем понимаешь, что представляешь из себя, — сузил глаза Давид. — Присядь, — он кивнул на постель.

У меня кружилась голова и, рассудив, что в данный момент вредить он мне не будет, я все же присела на край.

— Ты рожденная Всадница, — начал он, все ещё стоя у двери. — Природа Всадников такова, что мы ими становимся, но никак не рождаемся, понимаешь? Дракон выбирает душу мальчика не просто так. Он должен быть смелым, упорным, храбрым. Пусть в зачаточном состоянии, но эти качества должны присутствовать, а уж дракон поможет их развить. Как думаешь, почему именно мальчики становятся Всадниками?

Я лишь пожала плечами, внимательно слушая его рассказ.

— Потому что только мужчина может распорядиться той силой, которую дает дракон. Всадник — это не просто наездник дракона. Когда мы вступаем в бой, летим, то становимся одним целым. Мы видим глазам дракона, получаем часть его физической силы и даже магии. Все Всадники обладают зачатками магии, кто-то больше, кто-то меньше, но она есть.

— И что?

— А то, что у тебя все по-другому, — вздохнул Давид, с интересом глядя на меня.

— Откуда ты знаешь?

— Вижу. И чувствую. Ты другая. Твоя Чара вдвое меньше наших драконов, но её магия намного сильнее. Как и твоя. Там, на скале, ты чуть не убила меня. За семьдесят лет моей жизни Всадника никто и никогда подобного не мог сделать. Обычная магия действует на нас вдвое слабее, чем на всех остальных. Но не твоя. Ты не обладаешь физической силой, но вот магической… Ты стоишь пятерых Всадников-мужчин.

— Вот как? — усмехнулась я. — И что это меняет в ваших планах на меня?

— Все, — отрезал Давид. — Стоило тебе разозлиться там, у обрыва, как ты меня чуть не спалила. Думаю, не будь ты настолько ослаблена, даже мой щит не выдержал бы, — он окинул меня задумчивым взглядом. — Не хочу, знаешь ли, быть убитым в собственной постели, пытаясь осчастливить тебя своим вниманием, — съязвил он.

— Но не будь у меня этой силы, вы бы сделали то же, что и Егор? — в тон ему ответила я.

— Кстати, как ему это удалось? — поинтересовался он.

— У него и спросите, — холодно произнесла я.

— Для каждого Всадника будет честью стать родоначальником новой расы. Ты плохо владеешь своей силой, Виталина, — впервые он назвал меня по имени. — Давай заключим сделку, — неожиданно предложил он.

— Что? Какую?

— Я обучу тебя владеть твоей силой и даю слово, что никто не притронется к тебе и не будет докучать попытками соблазнить. Ты будешь под моей защитой, — говорил он четко и серьезно, как будто оглашал условия контракта. Контракта на меня.

— Помнится, Минах обещал мне свою защиту, — перебила я. — И что?

— Я не Минах, — в его голосе проскользнуло раздражение. — Я глава клана Свободных. Минах и прочие зовут нас Другие. У нас другие принципы и правила. Но самое главное то, что мы сильнее. Если бы мою подопечную кто-то посмел принудить, я бы свернул шею мерзавцу. А вот он, как я понимаю, даже позволил Егору сбежать.

— Допустим, — протянула я, недоверчиво поглядывая на мужчину. — А что взамен? Спать с тобой? — невольно поморщилась при этих словах.

— А ты хочешь? — прищурившись, спросил он.

— Нет! — я даже подпрыгнула на кровати от такого вопроса.

— Значит, нет. Взамен я прошу тебя присмотреться ко мне. Как к мужчине. Пойми, ты слишком ценный подарок судьбы, чтобы вот так упускать тебя.

— А если ничего не выйдет? Уже есть мужчина, который зажег мое сердце. Ты же знаешь, что это не пустой звук.

— Если мне не удастся тебя убедить, ты отправишься к нему. Никто из моего клана не будет пытаться тебя похитить и сделать ребенка.

— Ты им запретишь? — не верилось мне.

— Нет. Просто с твоим потенциалом злить тебя будет опасно, — оскалился в улыбке он.

— Я не понимаю… Зачем ты помогаешь мне? Логичнее было бы оставить все как есть, не учить меня ничему.

— Можно было бы, — кивнул он. — Но… Твоя магия действительно сильна. С ребенком неизвестно, что может получиться. Кто знает, вдруг родятся самые обычные дети. Никто не может дать никаких гарантий. А окатить меня огнем и чуть не спалить… — он с упреком посмотрел на меня, — это не каждый сможет. Так что?

— Звучит заманчиво. Но почему у меня такое чувство, что ты чего-то не договариваешь?

— Я тебе обо всем сказал, — пожал плечами Давид. Выглядел он расслабленным, но все же было заметно, что мой ответ очень важен для него. — Решай.

— Что тут решать… Если откажусь, то и дня не протяну — тут же меня кто-то сцапает.

— Верно рассуждаешь, — насмешливо кивнул он.

— Хорошо, я согласна, — медленно сказала я.

— Отлично, отдыхай, — мужчина резко развернулся и распахнул дверь.

— Давид! — окрикнула я его, и он вопросительно повернул ко мне голову. — Спасибо за то, что позаботились обо мне.

— Не за что, — улыбнулся он. — Выспись. Завтра утром начинаем.

Я так и осталась сидеть, обдумывая весь этот разговор. Никогда бы не подумала, что Другие предложат мне все то, чего я так хотела: защиту, обучение и компанию. Хотя насчет компании я погорячилась — неизвестно, что за обитатели здесь поживают. Интересно, а мне можно прогуляться? Я заглянула в шкаф и почти не удивилась, увидев свои вещи аккуратно разложенными по полочкам. Что ж, вперед!

Я надела длинные черные лосины и обтягивающую рубашку без рукавов. Макс говорил, что в их мире это называется «топ». Кстати, как он там? Я давно не видела снов с ним. Все ещё ищет меня? Давид наверняка держит в тайне мое пребывание в клане.

Придирчиво рассмотрев себя в зеркало, я все же удивилась. Раньше я предпочитала женственные легкие платья, которые ненавящево подчеркивали достоинства моей фигуры и создавали ореол женственности и беззащитности. Сейчас же я была одета в черные обтягивающие вещи чужого мира, которые буквально кричали о том, какая у меня полная грудь и красивые бедра! Но самое главное…мне нравится! Да, нравится! Я чувствую себя комфортно, раскованно и даже немного заносчиво. Что это со мной? Неужели Чара так влияет на мой характер? Или я сама после всего пережитого так изменилась? А может, и то, и другое. В довершение ко всему я подвела глаза черным и завязала на макушке высокий хвост.

С решительным видом распахнув двери комнаты, я направилась изучать то место, куда попала.

Я не спеша шла по коридорам замка. Здесь были высокие резные потолки, гладкие каменные стены и огромные окна. Странно, вроде бы довольно большое здание, но людей я пока не встретила. Собственно, как выйти на улицу, тоже непонятно. Надо же посмотреть со стороны, где я нахожусь. На мое счастье, в конце одного из коридоров разговаривали двое мужчин, на вид им около двадцати пяти-тридцати лет. Я решительно направилась к ним. Завидев меня, они замолчали и уставились так, будто я привидение.

— Добрый день, — бодро поздоровалась я. Мужчины все ещё смотрели на меня выпученными глазами. Один из них медленно прошелся взглядом по моей фигуре и, казалось, удивился ещё больше, хотя куда уж. — Вы не подскажете, как мне выйти на улицу? А то у вас тут целый лабиринт!

После моего вопроса один из них, наконец, отмер и, махнув рукой в сторону, сдавленно ответил:

— Прямо, налево, по лестнице и снова налево.

— Спасибо, — подмигнула я ему. После этого они вообще выпали в осадок.

Я шла и не могла привыкнуть к странным ощущениям уверенности, силы, дерзости. Почему у этих двоих такая странная реакция? Что со мной не так? Ах, наверное, они не привыкли к женщинам в доме (или замке?) клана. Ничего, пусть привыкают.

Я вышла на улицу и оказалась на веранде. К моему удивлению, здесь имелся столик, за которым расположились три девушки немного старше меня. При моем появлении они круглыми глазами уставились на меня, точно как те парни! Да в чем дело?! Женщины же здесь обитают! Присмотревшись к ним, я поняла, в чем дело: дамы были одеты в легкие светлые платья, закрывающие все женские прелести от мужского взгляда, на головах у них платки, скрывающие волосы, макияжа тоже не наблюдалось. И я: обтягивающая одежда, призывно выглядывающая грудь, яркие глаза, необычная прическа. М-да… Но я не собиралась ничего менять, это точно. Всем своим существом я понимала, что должна одеваться теперь именно так, а не иначе. И точка.

Девушки неуловимо напоминали мне кого-то. И я поняла, кого — меня саму. В той, прошлой жизни, которую оборвала стрела, пущенная в сердце. Такие же милые платья, потупившийся взгляд, скромная прическа. Неужели я выглядела такой беззащитной и беспомощной?

— Виталина! — до боли знакомый голос нарушил наши переглядывания с девушками. Егор! — Как ты, моя хорошая? — поинтересовался он.

Я обернулась и лучезарно улыбнулась ему. Сейчас он похудел, стал более осунувшимся, а взгляд стал бегающим. Силы и мощи Всадника, которая была в нем когда-то, теперь не наблюдалось. Я подошла к нему и с силой ударила коленом между ног, все ещё продолжая улыбаться. Сама не ожидала, что так смогу, но мужчина согнулся пополам.

Его голова оказалась на уровне моего живота и, не долго думая, я схватила его за волосы и с силой ударила коленом по лицу. Он застонал. Кажется, я сломала ему нос.

Дамочки позади нас отмерли и начали вскрикивать, отскакивая подальше. А во мне разгоралось опасное бушующее пламя, которое было не остановить. Егор попытался схватить меня за руку, и на миг показалось, что он легко её выкрутит, но…он не смог. Я легко вырвалась и сама взяла его в захват, больно выкручивая руки и давя на горло. Увидев его лицо, я довольно улыбнулась: из носа текла темно-алая струйка крови. Неожиданно я отпустила его и отошла. До меня донесся его облегченный вздох, и именно в этот момент я с разворота ударила его ногой по животу. Этот слизняк жалобно заскулил и упал, согнувшись в три погибели.

— Что здесь происходит? — жесткий голос Давида испортил мне все веселье. Я обернулась и с легким удивлением обнаружила, что он подошел к нам в сопровождении пятерых мужчин. С другого конца замка к нам спешили ещё семеро. Ого, сколько же их здесь?

— А в чем дело? — с улыбкой переспросила я. — Я всего лишь пытаюсь объяснить этому молодому человеку, насколько он был не прав.

Давид смотрел на меня недовольно и холодно, но мне было все равно. Остальные мужчины хмурились, но не вмешивались. Егор начал бормотать что-то нецензурное, и я не оборачиваясь ударила его ногой в грудь. Мужчины выпучили глаза, а я лишь рассмеялась.

— Нравится чувствовать себя беспомощным и слабым? — издевательски спросила я, поворачиваясь к своему обидчику. — Каково это, когда не можешь ничего противопоставить более сильному противнику? — я снова ударила лежащего мужчину ногой в грудь, выбивая воздух из легких, отчего он издал сдавленный звук. — Мразь! Ненавижу! — я била этого слизняка не глядя, но с силой, от души, выплескивая всю свою боль и обиду за то, что мне пришлось пережить по его вине.

— Остановись! — властный приказ Давида заставил меня устремить на него взгляд своих яростно горящих глаз. Посмотрев мне в лицо, все мужчины вздрогнули, но тут же замерли. На лицах некоторых застыло изумление, смешанное с восхищением.

Егор воспользовался заминкой, внезапно подскочил с земли и приставил мне к горлу кинжал. И откуда у него только силы?! Вроде бы лежал овощем, а тут поднялся за секунду. Я видела лицо Давида, которое из растерянного и изумленного стало напряженным и злым. Он поджал губы, а между бровей залегла складка. Все окружающие нас Всадники тут же подобрались и замерли, готовые в любой момент броситься к нам.

Но этого не потребовалось. Я вцепилась в руку Егора, которой он держал кинжал и начала медленно оттягивать её. Так странно, что я легко справляюсь с сильным мужчиной, но в данный момент это прошло мимо моего сознания. В какой-то момент я просто выхватила оружие у него из рук и развернулась. Быстро ударив его по ноге, я добилась того, что он упал передо мной на колени. То, что нужно. Я за волосы оттянула его голову назад, обнажая шею и прикладывая к ней холодное лезвие. Егор смотрел на меня глазами загнанного в ловушку зверя. А я… Я не смогла. Даже сейчас не могу отнять жизнь, хотя понимаю, что он этого заслуживает. Одно мое движение — и он умрет. Но нет, я не могу.

Тяжелая рука легла мне на плечо. Давид мягко оттеснил меня, забирая из рук кинжал. Я отошла на несколько шагов, ожидая, что он будет делать дальше. Давид не стал медлить, как я. Одним движением он свернул Егору шею. Как барашку. Такое простое, легкое, отточенное движение, будто он делает это несколько раз за день.

Вся моя отвага отступила, уступая место страху и непониманию.

Невольно я сделала несколько шагов назад и врезалась спиной в чью-то грудь. Тут же чья-то рука придержала меня за талию. Обернувшись, поняла, что врезалась в одного из Всадников. Мужчина с пепельными волосами с интересом заглянул мне в лицо и улыбнулся. Я поспешно отвела глаза. Егор рухнул на землю, его голова неестественно изогнулась, а меня замутило. Все остальные мужчины выглядели заинтересованными и поглядывали на меня, но назвать их испуганными никак нельзя. Они привыкли видеть, как умирают люди.

— Варр, — обратился к кому-то Давид, — проводи Виталину в допросную.

Что?! В допросную?! Меня?!

Один из мужчин с густой растительностью на лице подошел ко мне и кивнул в сторону входа, мол, иди туда. Как-то этот человек доверия не внушал, да и пугал меня, если честно. Взгляд у него какой-то колючий. Я посмотрела на вход, на него и снова на вход. Повернув голову к мужчине, покачала головой. Тогда он недовольно поджал губы, схватил меня за руку выше локтя и потянул вперед. Неожиданно стало интересно, а с ним я справлюсь? Почему этот Давил так запросто раздает указания относительно меня, даже не спросив моего мнения? Я попыталась вырвать руку из его хватки, и, пусть и с трудом, но у меня получилось! Только радовалась я не долго. Варр посмотрел на меня потемневшим взглядом, схватил за талию и забросил на плечо.

Я, конечно, пыталась брыкаться, но ощутимого эффекта это не дало. В итоге я просто повисла и расслабилась. Мужчина поднялся по лестнице, прошел коридор и внес меня в какую-то комнату. Он с размаха посадил меня в кресло, и от резкой смены положения закружилась голова.

Когда все вернулось в норму, я смогла осмотреться. Небольшая комната с двумя мягкими креслами друг напротив друга. Варр вышел, оставив меня одну. Я встала и посмотрела в окно: недалеко от замка раскинулся лес, прямо как в доме Минаха. Интересно, это совпадение?

Дверь хлопнула, и вошел Давид. Опять этот изучающий прищур глаз!

— Какого черта меня сюда приволокли?! — резко спросила я. — Ты говорил, что я под твоей защитой!

— Так и есть, — невозмутимость этого типа уже начала бесить. — Тебе самой твое поведение не кажется странным? — он завалился к одно из кресел и приглашающим жестом и мне предложил сделать тоже самое.

— Немного, — ответила я, прислушиваясь к себе. Во мне будто кипело море не выплеснутой энергии, а нервы были натянуты как тетива. — Это ничего не меняет! Почему меня силком сюда тащат?! Имей в виду: если будешь так со мной обращаться, я сбегу, и больше ты меня не найдешь!

Всю мою тираду Давид слушал с насмешливой улыбкой.

— Все сказала? — спокойно спросил он. Я даже растерялась и не сразу нашлась, что ответить, а он продолжил: — А теперь послушай меня. Во-первых, ты, судя по всему, прошла инициацию. Минах и прочие…не будем говорить, кто, называют это слиянием с драконом. Ты получила её силу, а взамен отдала ей возможность постоянно пребывать в этом мире в материальной оболочке. В ближайшие дни твое тело будет привыкать к этой силе и, да, ты временно станешь чуть сильнее среднестатистического Всадника. Но не обольщайся. На стороне моих братьев опыт, а у тебя сырая сила.

— Егор тоже опытный…был, и что? Побила его как котенка, — самодовольно заявила я.

— Егор лишился дракона и силы, став изгнанником, — хмуро ответил Давид. — Он приравнялся к обычному человеку.

— Что же он здесь забыл? — издевательски спросила я.

— Обратился ко мне, сказав, что есть важная информация. Рассказал о тебе. Мы начали тебя искать и, как видишь, успешно.

— Зачем же ты его убил? Он стал не нужен?

— Он угрожал тебе, — холодно сказал Давид, в глаза его странно блеснули. — А я предупреждал, что за нарушение безопасности моей подопечной буду безжалостно сворачивать шеи. Ну, и, да, он мне надоел, — поморщился он.

— А когда я надоем, что ты сделаешь? — холодно спросила я.

— Ничего. Отпущу тебя восвояси, чтоб глаза не мозолила, — пожал плечами он. Я не могла понять, он шутит или всерьез? — Я знал твоего отца, — неожиданно сказал Давил. — Не буду утверждать, что мы были друзьями, но он был надежным Всадником. Не таким, как те, правильные, — последнее слово прозвучало с издевкой. Я слушала, затаив дыхание. — Я не знал, что у него есть дочь…

— Что с ним произошло? — прошептала я.

— Минах не сказал? — вскинул бровь мужчина. — Погиб, спасая от преследования свою семью. Мутная история. Мы знаем, что пророчица сделала предсказание о ком-то, кто внесет сумятицу в ряды Всадников и станет угрозой сложившемуся миропорядку.

Так, интересно. А Минах ничего не говорил про миропорядок.

— О нем особо никто не распространялся, и его полная версия нам неизвестна. Знаю только, что он со своей женой стал скрываться, а потом погиб. Что стало с твоей мамой, да и с тобой тоже не знаю.

— А мама жива? — с надеждой спросила я.

Давид отрицательно покачал головой.

— Сгорел постоялый двор, на котором она остановилась. Пожар не случайный, конечно, но ребенка там не было. Ты выжила. Вероятно, тебе помогли. И вот, стоишь здесь, живая и здоровая, готовая придушить меня за любое неосторожное слово, — уголки его губ дрогнули в улыбке.

— Может, у меня есть ещё родственники? — робко спросила я.

— Нет. Твоему отцу было около трехсот лет, когда он погиб, а матери едва исполнилось двести. Твоя бабушка погибла чуть позже дочери. Её нашли в лесу, точнее, то, что от неё осталось… Она приняла сильный магический яд, и её тело разложилось заживо. Ни один некромант не восстановит. Видимо, она очень сильно хотела скрыть какую-то тайну, — при этих словах он бросил на меня острый взгляд.

— Я могу отлучаться отсюда?

— Будет лучше, если ты будешь пребывать здесь постоянно. Никто из моих тебя не выдаст, они связаны клятвой.

— Но ты и не запрещаешь? — вывернула я его слова.

— Люди, которые охотились за тобой в детстве, живы и сейчас. Если не хочешь попасть к ним в лапы, соблюдай меры безопасности, — на этой оптимистической ноте он и покинул комнату. Спрашивается, а нельзя было все это обсудить в моих покоях? Странный тип.

Я в задумчивости побрела к себе. Энергия все ещё бушевала во мне, но тело устало. Все встречные люди шарахались от меня, старались убраться с пути и сворачивали при первой же возможности. П-ф-ф, и это воины?! Трусы.

Я вернулась в свои покои и прилегла на постель. Едва моя голова коснулась подушки, как я тут же заснула. Снова. На этот раз я увидела Ромула, сидящего на берегу реки. Той самой, где он научил меня плавать и где я угодила в расставленную для него ловушку. Он сидел в позе лотоса с задумчивым и даже поникшим видом. Мне так захотелось оказаться рядом, утешить его, поговорить, прижаться к груди… От неожиданно нахлынувших чувств я проснулась. Некоторое время полежав в постели, поняла, что уже поздний вечер.

— Чара, хочешь прогуляться? — обратилась я к своей драконице. Все это время я какой-то гранью своей души чувствовала её саму, её эмоции и физическое состояние.

— Да! А как?

— Мы сможем незаметно ускользнуть отсюда?

Мне пришло ощущение задумчивости и положительный ответ.

Через несколько минут мы уже летели к границе. Чароита смогла незаметно ускользнуть от своих старших наставников-драконов и подлететь к моему окну. Я выпрыгнула, приземлившись ей на спину.

Мы зависли над рекой. Ромул все ещё сидел внизу в такой же позе как в моем сне. Судя по всему, он не видит нас. Я бесшумно спрыгнула на землю и пошла к нему. Шаг. Ещё один. Он сидит ко мне спиной и ничего не слышит. Я замерла, стоя в нескольких сантиметрах от него. Аккуратно положила руки ему на плечи. Я ожидала чего угодно, но только не того, что он резко развернется, повалит меня на землю и нависнет, приставив к горлу кинжал. Что-то у меня дежавю.

Ромул вперился взглядом в мое лицо, а я застыла, боясь сделать лишнее движение.

— Лина? — недоверчиво спросил он, убирая кинжал. — Это ты?

— Я, — мой шепот был едва слышен. Признаться, он напугал меня.

Я не успела ничего понять, как Ромул сграбастал меня в медвежьих объятиях и принялся осыпать лицо и шею поцелуями.

— Малышка… Я уже отчаялся… Думал, с ума сойду… Я так скучал… — шептал он, с трудом отрываясь от меня.

Я крепко обняла его за шею и ответила. Мы будто слились воедино, наслаждаясь близостью друг друга и возможностью быть вместе.

Внезапно он отстранился и взял мое лицо в ладони.

— Расскажи мне все, — проникновенно попросил он.

И я рассказала. О том, как жила у Минаха, как Макс и Егор поспорили и уговорили меня пойти на тот Бал, где Ромул должен был почувствовать меня. О ситуации с Егором. О жизни в пещере. О жизни у Других. Я рассказала обо всем, ничего не утаивая. Именно сейчас, в этот момент, я хотела доверять этому мужчине как никогда.

Он слушал внимательно, не перебивая, лишь иногда крепче сжимая мне руку или тихо бранясь себе под нос.

Я замолчала, откинувшись назад, в его объятия. Так приятно находиться в кольце его рук, чувствовать невесомые поцелуи в висок и макушку. Мы так и сидели на берегу, наблюдая за течением реки.

— Ты ничего не хочешь мне рассказать? — прошептала я.

— Я столько всего хочу, что нам и одной ночи не хватит, — улыбнулся он, вдыхая запах моих волос.

— Начни с проклятья, которое наложила Анита.

Ромул замер и даже, кажется, перестал дышать.

— Как ты узнала? Это государственная тайна, — серьезно сказал он, наблюдая за моим лицом.

— Мне это приснилось. Ты вообще часто снишься мне. Я вижу, что ты делаешь, с кем разговариваешь.

— Правда? — удивился он. — У меня иногда возникает ощущение, что ты за мной наблюдаешь, но я не придавал этому зачения.

— Так что там с проклятьем? — напомнила я. — Я видела, при каких…обстоятельствах ты его получил. Почему ты так поступил?

— Лина, — выдохнул он, собираясь с мыслями, — мне было восемнадцать лет, я был дураком. Анита не приняла те травы, которые ей давали повитухи и вскоре забеременела. Я не знаю, на что она рассчитывала. На женитьбу? Это бред. На судьбу матери бастарда? Тоже глупость. Она не сказала никому и ничего. Когда срок уже был около тринадцати недель, кто-то что-то заметил, сейчас уже точно не помню, и все вскрылось. Мой отец узнал, приказал убить плод.

— А ты? Что ты?

— Я испугался, Лина. Испугался осуждения окружающих, насмешек. Подумать только, принц сделал ребенка безродной рабыне!

При этих словах у меня неприятно кольнуло где-то в груди.

— Такого никогда не было. Считается, что наша кровь священна, нельзя так просто ею разбрасываться. И я поддержал отца. Анита умоляла меня не делать этого, но я был непреклонен. А потом она умерла… Проклятье, наложенное перед смертью, снять практически нереально. Но годы шли, а мне нужна была жена. Наплевав на все, отец дал согласие на наш союз с одной принцессой. Ей было шестнадцать, мне — двадцать два. Все было как обычно: торжество, провожание, брачная ночь. Я помню, как она засыпала рядом. Такая юная, чистая, красивая. Она так и не проснулась. Просто умерла во сне. Я просыпаюсь утром, а она холодная, понимаешь? — его голос странно дрогнул. Я ободряюще сжала его руку. — С тех пор я и не думал о том, чтобы жениться. За все годы ни одна девушка так и не сказала, что любит меня. Я уже перестал надеяться, смирился с тем, что детей у меня не будет. Хотел взять на воспитание какого-нибудь дальнего родственника и вырастить себе приемника. Так было до тех пор, пока ты не свалилась прямо с неба, — рассмеялся он. — Ты такая…необычная, притягательная, умная, добрая, храбрая. Виталина… — прошептал он мне в ухо, ещё крепче сжимая руки и буквально вдавливая меня в себя. — Никогда не испытывал подобного. Ты — мое чудо. Я люблю тебя больше всего на свете, — он наклонился ко мне и коснулся моих губ своими. Это был невыразимо нежный и чувственный поцелуй. — Ты же не думаешь, что я отпущу тебя? — полушутливо спросил он.

— Ромул, так надо, — вздохнула я. — Давид научит меня защищаться, и тогда мы сможем быть вместе с тобой. Навсегда, — я сама поразилась, как притягательны и желанны для меня эти слова.

— Вот что мне с тобой делать, любовь моя? — он прижал меня к своей груди. — Просишь меня отпускать тебя туда, где куча мужиков будут видеть в тебе свою самку!

— Они шарахаются от меня, — рассмеялась я. — Да и Давид пообещал, что никто не посмеет делать мне никаких намеков.

— Да, никто, кроме него, — зло прорычал Ромул, сжимая кулаки. — Лина, признаюсь, я с трудом борюсь с искушением отнести тебя в свой дворец и запереть. Чтобы никто кроме меня не смел прикасаться к тебе. Я хочу быть уверен, что ты в безопасности.

— В безопасности? — тихо переспросила я. — Знаешь, ты первый мужчина, поднявший на меня руку.

— Прости меня, — сокрушенно произнес он. — Прости, Лина. Я как с цепи сорвался, когда мне сказали, что ты с другим… Как мне загладить свою вину?

— Как Повелитель может загладить свою вину перед шлюхой? — отстраненно спросила я, глядя прямо перед собой.

— Лина! — он развернул меня к себе. — Я никогда не прощу себе того, что тогда наговорил тебе. Ты запала мне в душу, отпечаталась в моем сердце! И мне говорят, что ты предала меня! И это не просто слова, были ведь «доказательства». Я готов все отдать, чтобы вернуться назад и все исправить. Пожалуйста, прости меня, — он уткнулся лбом мне в спину.

— Скажи, а если бы я не стала Всадницей, а так и осталась твоей рабыней, ты бы и со мной не стал портить свою кровь?

— Лина, многое изменилось с тех пор. Я повзрослел, переосмыслил многие вещи. Если бы ты не умерла там, у меня на руках, я бы женился на тебе на следующий день. Я хочу быть с тобой. Я так долго ждал тебя, мечтал, какой будет та самая и будет ли она вообще. Ты предназначена мне судьбой. Я даже не знаю, смогу ли сегодня отпустить тебя, когда ты захочешь уйти, — в подтверждение своих слов он прижал меня к себе, не давая возможности пошевелиться. — Я не могу простить себе, что позволил этому слизняку прикоснуться к тебе. Ему повезло, что Давид свернул ему шею, потому что я бы убивал его намного медленнее… Как я могу отпустить тебя туда, скажи?!

— Ромул, так дело не пойдет, — я погладила пальцем его ключицу. — Ты должен научиться прислушиваться ко мне и уважать мои слова.

— А если я просто перекину тебя через плечо и унесу? Что тогда? — его глаза странно блеснули.

— Я сильнее тебя, Ромул, — предупредила я. — Ты ничего не можешь мне сделать.

— Ты? — рассмеялся он. — Смешно.

— Хочешь проверить? — вскинула брови я. — Давай!

Мы подошли к тому самому камню, на котором когда-то целовались. Поставив руку на локоть и наклонившись, я послала Ромулу уверенный взгляд. Он покачал головой и вздохнул. Оно и понятно: я в два раза меньше его, и никому и в голову не придет, что я могу его побороть. Решив что-то для себя, он повторил мои действия и взял меня за руку. Моя хрупкая ладонь утонула в его большой и широкой.

— Раз, два, три! — скомандовала я.

Рука Ромула напряглась, и он попытался завалить мою руку на бок, но не тут-то было. Я действительно сильнее. Его ноздри широко раздувались от напряжения, рука задрожала, а я была абсолютно спокойна, наблюдая за его стараниями. Секунда — и тыльная сторона его ладони коснулась холодного камня. Он неверяще посмотрел на наши сплетенные руки и обомлел.

К моему удивлению, он потребовал ещё одного раза. Сказано — сделано, и снова тот же результат.

— Лина, как ты это делаешь?! — воскликнул он. — Ты же такая маленькая!

— Мы с Чарой слились, — рассмеялась я. — Теперь несколько дней я буду очень сильной, потом это притупится.

— Фух, — выдохнул Ромул. — Я уж подумал, что ты теперь меня поколачивать будешь чуть что. Да, кстати, что на тебе за наряд? — он нахмурился и придирчиво осмотрел мои лосины с топом.

Я послала ему осуждающий взгляд и обняла за шею.

— Я люблю тебя, — прошептала я и накрыла его губы своими. Он издал стон наслаждения и подхватил меня на руки.

— Мое сокровище, — хрипло произнес он. — Никому тебя не отдам.

Поцелуи становились все более страстными, его руки изучали изгибы моего тела, а я с наслаждением гладили литые мускулы груди. Ромул посадил меня на камень и попытался залезть под одежду, но я его остановила.

— Мне ещё нельзя, — с сожалением сказала я.

— Почему?

— Я не восстановилась…после выкидыша.

— Ох, — поморщился он. — Прости, я не подумал, — он снова обнял меня. Я прижалась щекой к его твердой груди. Меня накрыло чувство защищенности, любви, заботы, нежности. Хотелось, чтобы эта ночь никогда не заканчивалась, а Ромул не выпускал меня. Всегда быть рядом с ним. Любить его. Подарить таких долгожданных детей.

— Ромул, мне пора, — решилась сказать я. Уже поздно, а я не хочу, чтобы мое отсутствие кто-то заметил.

Повелитель лишь сильнее сжал меня.

— Ты придешь завтра? — спросил он.

— Да, если ты захочешь.

— Очень хочу, — снова поцелуй, и он с трудом разжал руки. — Отпускаю тебя только потому, что знаю, что ты любому надерешь задницу. Иди, пока я не передумал.

Я клюнула его в щеку и трусцой побежала к Чаре. Сейчас я и сама не уверена, что не пошлю все к черту и не брошусь ему на шею. К счастью, я смогла совладать с собой. Очень помогла мысль, что завтра мы снова увидимся.

Глава 13

— Я сказал: очисти разум! — раздраженно прикрикнул Давид, наблюдая за моими безуспешными попытками выдавить из себя хоть немного магии.

Я сидела в тренировочном зале в позе лотоса, а он расслабленно валялся в кресле рядом.

— Женщина, как ты смогла тогда меня огнем обдать?! Ты сейчас на пике, эта магия из тебя вытекать должна через все отверстия!

Фу, как некрасиво.

— Может, я ошибся, и ты никакая не Всадница? Так, обычная девчонка с небольшим даром. Тогда понятно, как Егор смог тебя уломать. Сама небось напрашивалась, а теперь строишь из себя недотрогу…

Его слова взбесили меня. Да как он смеет?! Наглый самоуверенный недомерок!

Снова эмоции помогли направить силу в нужное русло. Я сконцентрировалась на его надменной роже и отпустила себя. Поток красного огня обрушился на него, но Давид успел выставить щит. Бездна! Кресло, в котором он сидел, почти мгновенно превратилось в груду пепла. Мужчина лежал на спине, пытаясь удержать свой щит, но я усилила поток, придавливая его к земле.

Неожиданно кто-то обхватил меня сзади руками и повалил на землю, разбивая концентрацию. Я часто дышала, брыкалась, пытаясь вырваться, но мужчина лишь сильнее прижал меня и прошептал на ухо:

— Успокойся.

Это не было сказано со злобой или раздражением, а скорее с беспокойством. Я перестала вырываться и посмотрела на него через плечо. Светлые волосы, серые глаза, от улыбки в уголках глаз расходятся лучики. Откуда я его знаю? Да, этот тот мужчина, в которого я вчера врезалась перед тем, как Варр меня утащил. Сейчас он снова тепло улыбался мне, разглядывая черты моего лица.

— Виталина, ты ненормальная! — прошипел Давид, поднимаясь с пола и отряхиваясь от пепла и пыли. — С ума сошла?!

— Думай, что говоришь! — закричала я на него. — Ещё раз скажешь что-то подобное, и тебя никто не спасет!

Конечно, угроза была пустая, потому что я понимаю, что убить его мне не удастся, да ещё в его же собственном замке.

— Да, Давид, ты перегибаешь, — поддержал меня этот незнакомец. Я повела плечами, и он отпустил меня, убедившись, что я не стану ни на кого набрасываться. — Она молодая, эмоциями плохо владеет, а ты её доводишь.

— Это не повод так отчаянно меня атаковать, будто от этого зависит твоя жизнь! — уже спокойней бросил он мне. — От твоего огня истончаются щиты. Думай, что делаешь!

— Да пошел ты! — бросила я и направилась к выходу.

— Вернись! — властно крикнул Давид, но мне было плевать.

Как он смеет бить меня по самому больному?! Как может в лицо говорить такие вещи? Неужели он и вправду так считает? А сколько ещё людей думают, что я сама провоцировала Егора? От обиды на глаза навернулись слезы, но я решительно подавила их, приказав себе собраться.

Я пинком распахнула дверь и вышла, громко ею хлопнув.

— Виталина, сейчас же вернись в зал! — в бешенстве кричал Давид.

Ничего, пусть понервничает. Возвращаться туда я не собиралась не при каких обстоятельствах. У меня тоже есть гордость! Ну его в баню с его тренировками, все равно ничего не выходит. Наверное, мне лучше убраться отсюда и вернуться к Ромулу.

Далеко я не ушла. Давид нагнал меня в коридоре и грубо развернул к себе, схватив за руку.

— Осмелела?! — прорычал он, приблизив свое злое лицо. — Ты должна подчиняться моим приказам! Безоговорочно!

Я посмотрела в злое лицо Давида. В голове не укладывались те слова, что он мне сказал там, в зале.

«Сама небось напрашивалась, а теперь строишь из себя недотрогу».

Наверное, избыток силы внутри меня или взыгравшая гордость дали мне силы сделать это: я от души плюнула ему в лицо. Пока он пребывал в шоке, я вырвала руку и бросилась наутек.

Я неслась по коридорам замка, перед выходом налетев на какого-то мужчину. Пробормотав что-то про извинения, выскочила на улицу и кинулась в лес со всех ног. Ощущение неотвратимости наказания гнало меня все дальше. Я бежала по лесу, а ветки больно били в лицо. Такое чувство, что меня преследуют, но никаких звуков погони не было. Не важно. Давид этого так не оставит.

Я бежала и едва успела затормозить, схватившись рукой за куст. Я едва не бросилась с обрыва метров в десять. Хоть внизу и кустарник, все же опасно падать с такой высоты. Что делать? В обход получится долго.

Из раздумий меня вырвала крепкая рука, обхватившая талию и поднявшая меня над землей. Давид!

— Отпусти меня! Я хочу уйти! — я ударила его ногой, отчего он скривился и перекинул меня через плечо. — Куда ты меня несешь?!

Он неспешно шел по лесу, потом свернул и вышел на какую-то тропинку. Я била его по спине и дергала ногами, но он их быстро прижал. Когда я ущипнула его, то Давид неслабо ударил меня ладонью по попе. Шли мы недолго. Он вынес меня на какую-то полянку и положил на живот, все также не говоря ни слова.

Сначала я не поняла, что он собирается делать, но когда услышала звук открываемой пряжки ремня, не на шутку испугалась. Что он задумал?! Я не позволю снова издеваться надо мной! Но не успела я сделать лишнего движения, как мои ягодицы обжег удар.

— А-а-а! — закричала я. Было очень больно. Он бил меня ремнем!

Давид навис надо мной, нанося удар за ударом, а я выгибалась и вздрагивала.

Внутри меня вскипела смертельная обида. Когда он в очередной раз занес руку, я извернулась и сделала движение, будто бью его. К моему удивлению, раздался удар как от хлыста. Давид вскрикнул и дернул плечом. Я посмотрела на свою руку, но в ней ничего не было. Вот только я ощущала хлыст ка продолжение себя, пусть и не видела его. Давид замер, не понимая, что происходит, а я нанесла ещё один удар, на этот раз по лицу. Его щека тут же оказалась рассечена в кровь. Я била его снова и снова, а он отступал назад, пока не запнулся о ветку и не упал.

В его взгляде читалось изумление, неверие и просто ступор. Я в очередной раз замахнулась на него, но он быстро сделал круговое движение рукой, и мое запястье обожгла боль, отрезвляя. Я отступила на несколько шагов.

На лице у Давида были кровоподтеки, рукав обагрился кровью. Странно, но его взгляд, устремленный на меня, больше не выражал злобы и холодной ярости. Он смотрел с интересом. Давид оттолкнулся ногами от земли и прыжком встал на ноги.

— Как интересно… — протянул он, изучая меня. — Тебе не нужна концентрация. Ты действуешь только на эмоциях. Я должен был догадаться, ты ведь женщина.

Он наматывал круги вокруг меня, как акула, и мне стало не по себе.

— Так, ты на мне эксперименты ставил? — спросила я. — Намеренно выводил?

— Ну…отчасти, да, — нагло заявил он. — Ты очень легко поддаешься на провокации, с этим нужно что-то делать. Будь спокойнее, веди себя адекватно.

— Я?! Ты меня оскорбляешь, а я должна это сносить?!

— Ладно, — сдался он, вздохнув, — я перегнул палку, извини меня, — процедил сквозь зубы. Явно не привык извиняться.

Я все ещё смотрела на него хмуро, не спеша принимать его слова всерьез.

— Больше я не буду позволять себе подобного. Довольна?

— А ты правда так считаешь? Что я сама на него вешалась?

— Нет. Если бы это было так, ему бы не пришлось тебя спаивать, — серьезно ответил Давид. — А теперь нужно учиться управлять твоей силой. Ты действуешь не как мужчины, а иначе…

— И бить ты меня больше не будешь, — перебила его я, сверля раздраженным взглядом. — Посмеешь так поступить — пожалеешь!

— Хорошо, — осторожно кивнул он. — Но и ты веди себя уважительно. Ещё раз выкинешь что-то подобное — всыплю ремня, поняла?

Я недовольно поджала губы и медленно кивнула. Хоть и хлипкое, но хоть какое-то мирное соглашение. Мы вернулись в замок и продолжили наши тренировки.

Давид сказал, что мужчины для использования магии очищают разум от посторонних мыслей, концентрируются и действуют. У меня же все наоборот: мне нужно заполнить голову мыслями и эмоциями, и только тогда что-то получается.

— Я, кстати, понял, почему магия в тебе сильнее, — сказал он в конце тренировки, перед тем, как меня отпустить. — Твоя мать была колдуньей. Как и её мать. Ты — потомственная ведьма. И наполовину Всадница. Гремучая смесь, Виталина. Ладно, иди отдыхай. Завтра с утра начинаем снова.

Я ушла к себе и немного поспала. А вечером проснулась и, как и вчера, сбежала к Ромулу на речку. Не описать тот восторг, который я испытала, увидев его широкую спину. Я подошла. И он это услышал. Повернувшись ко мне, он широко улыбнулся, а взгляд его потеплел. Я наплевала на все и бросилась к нему на шею. Он схватил меня в объятия и закружил.

— Линочка, — прошептал он, накрыв мои губы собственническим поцелуем, — думал, с ума сойду, пока дождусь вечера. Моя рыжая мечта.

Когда бурное приветствие было закончено, Ромул как фокусник достал знакомый купальник и подмигнул мне. На этот раз я не испытывала никакого смущения и легко разделась. Когда я уже собиралась натянуть купальный костюм через голову, мне в спину донесся рык Ромула:

— Это что?!

Я развернулась и непонимающе на него посмотрела. Что его так разозлило?

— Вот ЭТО что?! — он указал пальцем на мою попу. — Кто тебя бил?!

Я извернулась и краем глаза увидела следы от ремня. М-да, Давид постарался. Боли я не чувствовала, но на ягодицах горели красные полосы.

— Мы просто тренировались, — попыталась успокоить его я.

— С кем?!

— С Давидом.

— С Давидом?! Почему он бил тебя?! Что между вами?!

— Ничего! — воскликнула я, отталкиваясь от Повелителя и отступая на несколько шагов. — Просто тренировка!

— Тренировка чего? Твоей задницы?

— Знаешь что! — вызверилась я. — Если я говорю, что ничего не было, значит — не было!

Ромул за секунду преодолел расстояние между нами и навис надо мной, давя мощью своего тела.

— Почему он бил тебя? — тихо прошипел он. Мне стало жутко.

— Отомстил за то, что я в него плюнула, — ответила я, исподлобья смотря на него.

Кажется, мне удалось удивить Ромула — его брови поползли вверх.

— Почему ты в него плюнула?

— А вот этого я тебе не скажу! — решительно ответила я и хотела обойти его, но мне преградили путь.

— Скажешь, — уверенно заявил он и взял меня за подбородок, вынуждая посмотреть ему в глаза. Я ощутила поток силы, исходящий от Ромула и направленный на меня. Его магия огибала меня, но он целенаправленно приказывал ей воздействовать именно на меня. Я попыталась отступить, но ничего не вышло. А поток силы все увеличивался, даже воздух вокруг нас замерцал.

Все внутри обожгло обидой. Что он пытается сделать? Подчинить меня? Заставить что-то рассказать? Но я не хочу! Я не сделала ничего такого, за что мне должно быть стыдно перед ним. И хотя он и держал меня не сильно, и не кричал, но создалось устойчивое впечатление, что надо мной совершают насилие.

Снова эмоции подстегнули меня к магии. Ментально формируя вокруг себя кокон, я оттолкнулась от Повелителя. Вся его магия оказалась отрезана от меня. Он отшатнулся, посмотрев на меня с подозрением. Я же смотрела на него сквозь слезы. Он снова не захотел меня слушать, решив поступить по-своему и полагаясь на свою силу. Ну, а чего ещё я от него ждала? Он властный правитель, сильный маг, который не привык, чтобы его вопросы оставались без ответа. А кто я? Юная девочка, только-только познающая свою силу. Стало так горько… Он никогда не признает меня равной ему, никогда не будет прислушиваться. Даже если искренне любит меня, увы, это не ставит нас в один ряд. Рабыня и Повелитель… Мы будто на разных берегах.

Купаться не было никакого желания. Вообще. Я решительно направилась в ту сторону, где находилась Чара. Ромул тут же отмер и преградил мне дорогу.

— Лина, прости, — он схватил меня за плечи и встряхнул. Выражение лица у него было растерянное. — Я не хотел обидеть тебя. Просто не могу снова допустить, чтобы тебя обижали. Я не допущу, чтобы мою женщину били!

— Кто я для тебя? — тихо спросила я.

— Что значит кто? Ты — моя любимая женщина, моя судьба, Лина! Я готов жениться на тебе хоть сейчас!

— А что потом, Ромул? Заставишь сидеть рядом с собой и рожать детей? Запрешь во дворце? Нет! Слышишь? Нет! Я никогда не приму такую жизнь! Либо ты относишься ко мне как к равной, прислушиваешься, доверяешь, либо… Бери на воспитание родственника, — отрезала я и решительно направилась прочь. Он не пытался меня остановить. Ромул окаменел, переваривая мои слова.

Я запрыгнула на Чару, и мы улетели. Когда мы уже были над землей, я повернула голову и увидела Ромула, внимательно смотрящего на нас. Вид у него был мрачный и тоскливый.

* * *

Ромул Даррский в растерянности наблюдал, как удаляется Лина на своем драконе и не знал, как поступить. Эта девушка раз за разом ставила его в тупик и задавала такие вопросы, о которых он раньше и не задумывался.

Он с ума сходил от беспокойства, узнав, что она сбежала из прежнего дома. На душе скребли кошки, хотелось выть от невозможности что-либо исправить и защитить её. Несколько недель поисков не дали никаких результатов, от Всадников тоже ничего не слышно. Ромул пришел к реке, у которой они с Линой провели вместе несколько прекрасных часов, и попытался расслабиться. Каково же было его удивление, когда он понял, что сзади кто-то крадется! Неужели опять решили устроить нападение?! Его это взбесило!

Он резко развернулся и повалил противника на землю, намереваясь перерезать ему глотку. Когда он понял, что прижимает к земле Виталину, то не поверил, решил, что это сон. Но нет, это и вправду была она…

Как будто боги услышали его молитвы и послали её. Он сжал её в крепких объятиях, боясь, что она растворится. Она здесь, с ним, рядом! Хотелось никуда её не отпускать, все время держать рядом с собой, окружить лучшей охраной и стеречь, как самый ценный в мире бриллиант. Но она сказала, что должна уйти… В тайне он решил, что никуда её не отпустит и, если потребуется, силой потащит во дворец. Но она ясно дала понять, что сильнее его. Подумать только! Эта хрупкая Дюймовочка победила его! Уму непостижимо. Это нереальная, удивительная, прекрасная женщина! Ни одной девушке не удавалось так часто и глубоко его поражать.

Виталина… Его хрупкий цветок, который постоянно норовит ускользнуть. Он отпустил её только потому, что знал, что со своей силой она даст отпор любому. Правда, очень смущал её откровенный наряд.

И вот, когда она разделась перед ним, вместо того, чтобы насладиться её прекрасной фигурой, он видит алые полосы от побоев на ягодицах! Как это понимать?! Кто посмел?! Он хотел выяснить все, что произошло, все, о чем она не рассказала, поэтому и применил ментальную магию. А что ему ещё оставалось? Кивнуть и продолжить плавать, как ни в чем не бывало? Он сделал это только из желания защитить её!

А она обиделась. Он видел, как погас её взгляд, опустились плечи, даже волосы потускнели. Она сказала, что хочет быть равной. Но это бред! Как хрупкая девочка может быть равна ему, Императору?! Он не пытался её унизить, но Лина не сможет быть ему ровней. Просто потому, что он всегда будет её опекать и делать так, как лучше ей самой, пусть она с этим и не согласна!

Ромул запутался. Он не знал, как поступить, потому что поставить её с собой на одну ступень означает принимать совместные решения, а он к этому не привык.

Если она снова попадет в ситуацию, подобную той, что была с этим выродком Егором, ему конец. Он никогда себя не простит этого. Да и как может идти речь о том, чтобы всерьез принимать слова девушки, едва переступившей порог брачного возраста? Без его опеки она метается как неприкаянная от одного клана к другому, и везде её обижают. Вот если бы Ромул был рядом, на неё бы боялись косо посмотреть, не то, что руку поднять или напоить. Собственно, так и было, пока она жила у него во дворце.

«Ага, когда она переживала одно покушение за другим, и ты несколько раз приносил её к целителям на пороге смерти» — напомнил о себе внутренний голос.

Вот что с ней делать?! Он понимал, что если бы сегодня после своего решения добыть информацию силой, он попытался её забрать с собой, ничем хорошим это не закончилось бы. Пришлось её отпустить. И ведь неизвестно, когда она отойдет и снова с ним встретится. А Ромул так хотел снова искупаться с ней в реке. Услышать её заливистый смех. Не судьба…

Он встал с камней, на которых сидел, и переместился в свой дворец.

* * *

Я далеко продвинулась в своих тренировках благодаря Давиду. Хоть сила и схлынула, а мое тело адаптировалось, я научилась во время полета на драконице видеть её глазами, чувствовать её тело и даже читать мысли! Мы действительно стали одним целым и, случись что, не так-то просто будет выбить меня из седла или ранить нас.

С Ромулом я не виделась неделю. Почти все время думала о нем, ужасно скучала, но не могла заставить себя вновь прийти к нему. Что он мне скажет? Снова начнет лезть в голову? Или решит, что я ему не нужна?

Я загоняла себя, старалась все время отдать медитациям или тренировкам. Давид был приятно удивлен, узнав, что Макс обучал меня основам рукопашного боя и владению кинжалом. Вообще я заметила, что кроме Давида никто со мной старается близко не общаться. Спросить дорогу, подсказать время — всегда пожалуйста, но заговаривать со мной здесь боялись. Ни разу ни с кем здесь не было нормального разговора, который бы длился дольше минуты.

В один из вечеров я решила, что пора. Пора поговорить с Ромулом и узнать, что он решил. Я почему-то точно знала, что найду его у реки. Хотя, если ошибаюсь, то смогу почувствовать его.

Но я не ошиблась. Он и впрямь сидел там, все в той же позе лотоса. На нем была свободная рубашка в клетку и штаны по колено. Я замерла, увидев его широкую спину. Какой же он все-таки волевой, сильный, уверенный в себе человек. Я вдруг почувствовала себя глупо, требуя от него равного к себе отношения. Кто я и кто он?

Неожиданно он обернулся ко мне.

— Долго будешь там стоять? — с теплотой произнес он. — Иди сюда.

Я думала, что он меня не замечает, а Ромул, оказывается, все это время ждал, когда я соизволю пошевелиться. Я подошла к нему и присела рядом. Он обнял меня за плечи и положил мою голову на свое плечо. Я сразу ощутила, какой он теплый. Над рекой дул прохладный ветер, а его тело согревало меня, как печка.

— Что ты решил? — спросила я, не выдержав молчания.

— А что я могу решить, любовь моя? — вздохнул он. — Я не могу без тебя. По одну сторону ты, а по другую — весь мир.

— Но ты не… — я не могла подобрать нужные слова. — Ты не воспринимаешь меня как равную, правда?

— Я научусь, Лина, — Ромул поцеловал меня в лоб. — Я научусь, только дай мне шанс. Я не хочу тебе врать, что мне будет легко, но я буду стараться. Обещаю, что принуждать тебя ни к чему не буду.

— Ну, да… — я опустила глаза в пол. Сразу вспомнилась его попытка пробраться ко мне в голову и заставить говорить. Будто прочитав что-то по моему лицу, Ромул произнес:

— Прости меня за тот раз. Я просто потерял голову, когда увидел эти следы. Ты столько раз была в опасности, что я с ума схожу, когда думаю, что могу потерять тебя.

Я ничего не ответила, лишь теснее прижалась к нему, наслаждаясь близостью. Радовало, что он не стал меня обманывать и убеждать, что сию секунду с открытым ртом будет ловить каждое мое слово. Он взрослый состоявшийся мужчина, непросто ему будет прогибаться под меня. Но и я подчиняться ему не смогу! Я уже не рабыня. Я Всадница. Свободная.

Я запрокинула голову и поцеловала его. Наши губы соприкоснулись, а по телу пробежала волна наслаждения. Сейчас я особенно остро ощутила, как сильно по нему соскучилась и желаю быть рядом. Ромул обвил руками мою талию и медленно уложил меня на землю, не размыкая наших губ. Он изучал мое тело, а моя кожа горела от его прикосновений.

— Виталина, — прошептал он, — мой дар жизни…

Я даже не заметила, как он освободил меня от одежды и лег сверху, наполняя меня собой. Я прикрыла глаза и обняла его за плечи, подаваясь вперед и принимая его. Больше всего на свете я хочу быть рядом с этим мужчиной, любить и каждый день видеть эти зеленые глаза, которые сейчас смотрели на меня с затаенной радостью и теплотой. Мы слились воедино, когда уже не различаешь, где заканчиваешься ты и начинается он…

Ромул несколько раз содрогнулся и замер, тяжело дыша. Мы встали и начали не спеша одеваться. Когда я натягивала юбку, он обнял меня сзади и поцеловал в шею. Неожиданно позади нас раздались одиночные аплодисменты.

— Браво! — донесся до меня насмешливый голос Давида.

Я в ужасе развернулась и поняла, что он все видел! Щеки обжег румянец. Ромул среагировал мгновенно и загородил меня собой. Он весь тут же подобрался и выглядел угрожающе. Давид же стоял, сложив руки на груди, и смотрел на него как на грязь под ногами.

— Я, кажется, говорил тебе, что покидать территорию клана не безопасно, — вкрадчиво произнес он, обращаясь ко мне. — И что я обнаруживаю, навестив тебя? Что ты сбежала вместе со своей драконицей.

— Почему ты навещал её? — прорычал Ромул и подался вперед. Это не произвело на Всадника никакого впечатления.

— Хотел пожелать спокойной ночи, — расплылся в улыбке Давид. — Но ты это уже сделал за меня. М-да, молодец, хорошо ты её…

Я не могла понять, зачем он дразнит его?! Да я никогда не видел в этом человеке мужчину, не говоря о большем! Он всегда язвил, грубил и изредка был вежлив. Мне бы и в голову не пришло с ним флиртовать. Я схватила Ромула за плечо, стремясь удержать, но он вырвал руку.

— Ты поднял руку на мою женщину? — угрожающе произнес Ромул.

— Поднял руку? — легкомысленно повторил Давид. — Виточка, какая же ты ябеда, — сладко прошептал он и прищурил глаза.

Это стало последней каплей. Я попыталась схватить Ромула и удержать на месте, но он этого даже не заметил, рванув вперед. Я даже не поняла, что произошло, но кажется, я упала на землю. Подняв голову, увидела дерущихся Ромула с Давидом. Они двигались очень быстро, я видела их как смазанные пятна. Что делать?! Они же покалечат друг друга. Как только я подумала об этом, Давид с силой ударил Ромула в лицо. Тот отшатнулся, из носа потекла кровь.

Когда я увидела это, все мысли вылетели из головы, действовали только инстинкты Всадницы. Мужчины снова сцепились, и я бросилась в этот бешеный клубок.

Случайно я запрыгнула на спину Давиду. Ромул колотил его по корпусу, так что мне ничего не прилетело. Казалось, они вообще не задумываются о том, что я здесь.

— Хватит! — крикнула я, но меня никто не услышал. Неожиданно Давид повалился на спину от подсечки, и я оказалась придавлена его телом к земле. Вот что значит каток прошелся! Когда он с меня встал и продолжил драку, у меня болели все кости. Кажется, он мне даже что-то сломал.

Я с трудом поднялась. У обоих мужчин уже были кровоподтеки, Ромул не нагружал правую ногу, а Давид берег левую руку. Ну, как их остановить?!

Даже не знаю, чем я думала, когда бросилась прямо между ними и повисла на их сплетенных руках. На миг они замерли, видимо, все же вспомнив о моем существовании, но единым движением оттолкнули меня, да так, что я со всей силы упала на камни, приложившись спиной. Я буквально ощутила, как ударная волна распространилась от крестца по всему телу. Что они творят-то?! Когда я повернула к ним голову, то увидела, что Ромул бьет коленом Давида, который почему-то не сопротивляется. Закончив, он отшвырнул его как мешок картошки.

Подойдя ко мне, Ромул присел рядом, пытаясь отдышаться.

— Кто тебя просил лезть?! — недовольно спросил он. — Вообще голову потеряла?!

— А чего вы сцепились как собаки, — пролепетала я, боясь пошевелиться.

— Лина, запомни: девушке никогда нельзя лезть в мужскую драку, — серьезно, но как маленькому ребенку, объяснял он. — Зашибем и не заметим.

Я поморщилась, так как спина начала ныть. Ромул помог мне встать и начал осматривать спину, хотя сам был весь в кровоподтеках.

— Что с ногой? — спросила я.

— Пройдет, — отмахнулся он.

— Как же не вмешиваться, когда вы поубивать друг друга можете? Что ты с ним сделал? — кивнула я в сторону лежащего без сознания Давида.

— Ничего особенного, полежит и очнется, — буркнул Ромул.

Я подошла к нему и перевернула мужчину на спину.

— Что ты делаешь? — раздраженно спросил Ромул.

— Помогаю ему, — коротко ответила я, приподнимая голову Давида. У него был сломан нос, и изо рта шла кровь. Вероятно, Ромул повредил ему желудок и внутренние органы. Иногда мужчины напоминают мне диких животных, которые срываются с цепи. Вот что нашло на Давида?! Зачем он подсматривал за нами и начал выводить из себя Ромула? Чтобы сейчас лежать здесь без сознания?

Я коснулась браслета с веткой оливы на его запястье и послала просьбу о помощи. Скоро за ним прибудут.

Ромул наблюдал за всем этим с недовольным видом, но вмешиваться не стал. Мы подошли к Чаре, и я заметила, что Повелитель хромает. Все же, драка с Всадником — это не шутка.

Чароита с любопытством рассматривала Ромула, а он — её.

— Красивая, — похвалил он.

«А он мне нравится» — пронеслось у меня в голове.

Я показала Ромулу, как забираться на неё, а потом сама села перед ним.

— Держись за меня, — бросила я через плечо и была удивлена, когда он засмеялся и уперся лбом мне в плечо. — Что смешного я сказала?

— Лина, ты удивляешь меня каждый день. Я иногда катал девушек на лошадях, но они всегда держались за меня! Не думал, что когда-нибудь услышу от женщины подобную фразу…

— Куда летим, Повелитель? — улыбнулась я.

— Ко мне во дворец, любимая, — прошептал он мне на ухо.

Я задумалась. После всего произошедшего возвращаться в дом клана я не хотела. Давид ведет себя странно, не думаю, что после всего произошедшего он позволит мне покинуть его замок. Я молча кивнула Ромулу, и вместе мы взмыли в небо.

Глава 14

Ромул был в восторге от полета на драконе. Радовался, как ребенок, даже крикнул что-то восторженное в небо. Он хотел разжать руки на моей талии и раскинуть их как крылья, но я запретила. Это я легко держусь на Чаре, а он может упасть.

Появление Повелителя на драконе вызвало переполох во дворце. Тут же подскочил Морт с глазами как блюдца, начал что-то лепетать. Только вид восторженного Повелителя в домашней одежде помог привести его в чувство. К моему удивлению, Ромул сам слез с Чары, а потом снял меня, ухватив за талию. Наверное, Морт даже не сразу меня заметил, потому что когда Повелитель поставил меня на ноги, все ещё прижимая к себе, у парня просто отвисла челюсть. А потом он сделал то, чего я никак не ожидала. Он встал передо мной на одно колено!

— Сьора Виталина, я счастлив, что вы вернулись, и буду рад служить вам верой и правдой!

— Сьора? — я растеряно посмотрела на Ромула.

— Так обращаются к тем, кому служат, — пояснил он, с теплотой глядя на меня. — Теперь он — твой подданный, как и все здесь.

— Что? Почему? Не понимаю…

— Виталина, ты — моя невеста, что непонятного? — искренне удивился Ромул.

— Что?!!!

Словно не замечая моего ошарашенного взгляда, Ромул подхватил меня на руки и понес в свои покои. Морт так и остался стоять, бессмысленно хлопая глазами. Я послала приказ Чаре полетать и поохотиться.

— Какая невеста, Ромул? — спросила я по дороге.

— Ты против?

— Ты меня даже не спросил! — возмущалась я. — Ты обещал прислушиваться ко мне, а теперь вот так нагло заявляешь, что я должна выйти за тебя?!

— Э, нет, постой, — покачал головой он. — О свадьбе пока речи не идет, речь лишь об обручении. Родная, пойми, ты единственная девушка за много лет, снявшая с меня проклятье. Даже если ты по каким-то причинам не захочешь быть моей женой, — я уловила странное дрожание голоса, — то все равно останешься под моей защитой.

И этот туда же! Снова защита, покровительство и прочие бонусы, от которых обычно либо нет толка, либо страдаю только я.

— Зачем ты меня несешь? — раздраженно спросила я. — Это у тебя нога больная!

— Уже нет, — к моему удивлению, Ромул был абсолютно спокоен и невозмутим. — У меня очень быстрая регенерация, чего не скажешь о тебе.

— А нечего было меня швырять как мешок картошки, — насуплено пролепетала я и замолчала, не желая дальше поддерживать разговор.

Ромул нес меня по знакомым коридорам дворца. Все здесь такое родное и чужое одновременно… Как давно меня увели отсюда в последний раз? Сколько всего произошло, пока меня не было? Как там дядя Том? Как Гретта? И как Злата?!

— Что со Златой? — спросила я его уже спокойней.

— Я знал, что ты спросишь, — довольно заявил он. — Все в порядке, она среди служанок. Я приказал выделить ей сносное жилье, поэтому живет на втором этаже, а не на первом.

Он внес меня в свои комнаты и посадил в кресло. Надо же, с тех пор, как меня здесь инструктировали, ничего существенно не изменилось: все та же мебель, те же шторы, тот же мужчина.

— Я же могу отлучаться, когда захочу? — осторожно спросила я. — Я ведь не в плену?

— Конечно, нет, — рассмеялся Ромул. — Правда, буду признателен, если ты возьмешь с собой отряд охраны. Теперь я буду беречь тебя как зеницу ока.

— Потому что я могу родить тебе сносных наследников, — грустно пробурчала я.

— Нет, — Повелитель присел рядом и серьезно посмотрел на меня. — Потому что я люблю тебя. Видишь это? — он оказал на свои волосы. Присмотревшись, я увидела несколько серебряных нитей. Он начал седеть! — Это после нескольких месяцев, которые я провел без тебя! Боюсь представить, что будет, когда ты постоянно будешь рядом, — буркнул он.

Меня же его слова возмутили до глубины души! Я задохнулась от обиды и решительно встала, намереваясь убраться куда подальше. Боится представить, что будет, когда я все время буду рядом?! Да пожалуйста! Могу всегда держаться на расстоянии!

Ромул рассмеялся и удержал меня, разворачивая к себе и обнимая. Я начала брыкаться, но он лишь сильнее сжал руки.

— Все, все, я пошутил, Лина! Я пошутил!

— Шутник…

Он позвал целителя, который обнаружил у меня повреждение ребра и ушибы на спине. М-да, полезла, называется. Хорошо хоть не убили. Интересно, как там Давид? Наверняка ведь меня ищут. А если будет похищение? Охрана — это, конечно, хорошо, но если Всадники захотят, то заполучат меня любой ценой, и даже легион воинов их не остановит.

Я отметила отношение ко мне целителя: он кланялся, называл сьорой, даже смотрел на меня по-другому. И смешно, и грустно. Всегда была обычной рабыней, наложницей. Все смотрели на меня свысока, с пренебрежением и даже с насмешкой. А сейчас чуть ли не Повелительницей считают.

Ромул ушел куда-то по делам, а я осталась одна. Вскоре ко мне зашла Злата. Я была так рада её видеть! Мы бросились друг к другу на шею, радостно визжа и обнимаясь. Я обо всем ей рассказала. Оно слушала, раскрыв рот от удивления и иногда переспрашивая некоторые моменты. Как оказалось, после того, как Алана взяли, её освободили. Этот мерзавец держал её в подземелье. Ромул узнал, что она была моей подругой, и взял в свой дворец. По её словам, здесь ей намного лучше: лучше содержание, питание, обязанности не такие тяжелые. Я же про себя отметила её округлившиеся бедра и наметившуюся грудь. Похоже, она становится девушкой.

Когда вновь пришел Ромул, она ушла. Близилась ночь, и встал вопрос о том, где же мне ночевать.

— Мои покои уже готовы? — спросила я его. Он удивленно посмотрел на меня.

— Ты будешь жить здесь, со мной, — как само собой разумеющееся заявил он.

— Но…

— Лина, — мягко, но с нажимом произнес Ромул, — ты — моя невеста. И потом, мы не знаем, как отреагируют на твой побег Всадники, поэтому даже не надейся, что я отпущу тебя хотя бы на шаг. Неужели ты и правда думала, что я позволю тебе спать в другой части здания?! Да я в соседнюю комнату тебя не выпущу.

Мы улеглись спать в его кровать. Мне выдали кружевную ночную сорочку по колено. Это было так необычно и ново — засыпать рядом с мужчиной. Раньше как наложница я должна была покинуть покои мужчины после исполнения своих…обязанностей. А сейчас он сам настаивал, чтобы я была с ним в эту ночь и во все последующие. Ромул обнял меня и положил мою голову себе на грудь. Я почти сразу заснула после всего этого сумасшедшего дня.

Среди ночи мы с Повелителем подскочили на постели: весь дворец содрогнулся от страшного удара.

Ромул вскочил с постели и бросился к окну.

— Атака на защитный купол дворца, — сказал он мне.

Я уже поняла, что происходит что-то серьезное, поэтому послала сигнал Чаре быть осторожной. Наверное, от осознания настоящей опасности я приняла что-то вроде боевой формы: фиолетовый костюм из лосин, короткой юбки о обтягивающей куртки на голое тело. Такой же, как когда я бросилась в лес спасать Ромула. Последний обернулся и удивленно на меня посмотрел. Решив, что это не главное, он коснулся одной стены в спальне и что-то прошептал. Тут же она отъехала в сторону.

— Давай, — кивнул он внутрь, призывая меня шагнуть вперед. Одновременно с этим раздался ещё один оглушающий удар, сильнее прежнего. — Лина, быстрее! — взревел Ромул.

— А ты идешь со мной? — я решила, что это короткий путь, чтобы нам безопасно выбраться из дворца.

— Конечно, — кивнул он, смотря на меня честными глазами.

Я шагнула в потайной ход первой. Как только я оказалась внутри, Ромул слегка подтолкнул меня вперед, а стена встало на место. Я обернулась и с ужасом поняла, что стою одна в полной темноте. Ромул и не думал идти вместе со мной! Я замолотила руками по стене, но никакого результата это не принесло.

Надеюсь, что из его спальни меня все-таки слышно, потому что я высказала Ромулу все, что о нем думаю. Причем такими выражениями, которые слышала от Макса, Егора, Лоргана, Давида и ещё некоторых мужчин. Раздался новый удар, и в этот раз я отчетливо поняла, что защиту дворца пробили. Как там Ромул? Кто вздумал на нас нападать? Наверняка это из-за меня… Давид решил отомстить! Нужно действовать. Найду выход отсюда и попинаю Ромула. Именно последний бонус заставил меня улыбнуться и активнее искать выход.

Чтобы не находиться в темноте, я создала светящуюся сферу. Как оказалось, я нахожусь в тоннеле, уходящем глубоко внутрь. Ну, да, кто бы сомневался! Делать нечего, пришлось идти вперед…

Метров через триста я начала задумываться о том, что этот странный коридор не закончится никогда. Однотонные стены без каких-либо изъянов, невысокий потолок, гладкий пол… Это когда-нибудь закончится? Даже не представляю, как все это можно незаметно прятать внутри дворца. Сколько я уже прошла? Километр? Два? Даже ноги начали болеть.

Неожиданно до меня донесся звук отъезжающей стены. Здесь было очень тихо, поэтому я четко его уловила. Я очень обрадовалась, что все обошлось и нападение отбили, но потом раздалось грозное рычание и лай.

— Найти девчонку и привести ко мне! — услышала я властный приказ, а затем послышались звуки бега четвероногих животных.

Забыв себя от страха, я бросилась вперед со всех ног. Звуки погони были все ближе, а внутри меня нарастала паника.

Я бежала, не разбирая перед собой дороги. Сердце бешено стучало, но меня это не волновало. Самое паршивое то, что мне так и не удавалось оторваться — животные приближались. Когда я поняла, что они уже очень близко, испытала такой страх, что удивляюсь, как у меня не разорвалось сердце. В какое-то мгновение я ощутила, как что-то тяжелое прыгнуло мне на спину и повалило на пол. Я упала и замерла, боясь пошевелиться. Над ухом раздалось рычание, меня кто-то обнюхал, а тяжелые лапы придавили к земле. Неожиданно они отстранились. Внутренне я приготовилась к тому, что меня сейчас загрызут, но вместо этого две пары сильных рук вздернули меня вверх. Я стояла, уставившись на двух крепких мужчин в черной одежде. Моя сфера освещала их каменные лица. Что это такое?! Кто они? Или что они?

Мужчины схватили меня за руки и потащили к выходу. Я была так напугана, что даже не пыталась сопротивляться. На несколько секунд пространство вокруг смазалось, и вот, мы входим в спальню Ромула. Его самого здесь нет. Эти странные существа вывели меня во внутренний двор дворца. Я пыталась задавать им вопросы, но они вели себя так, будто ничего не слышат. Удивительно, но по пути нам не встретилось ни одного человека. При приближении к главным дверям до нас начали доноситься крики и вой.

Когда я увидела, что творится во дворе, просто обомлела. Всех солдат Ромула держали люди, чем-то отдаленно напоминающие моих «сопровождающих». Все эти люди образовали полукруг, в центре которого, заведя руки за спину, стоял высокий худой мужчина. Я отыскала глазами Повелителя — он стоял на коленях, руки были связаны, его удерживало четыре человека. Боги, что здесь происходит? Это точно не Всадники.

Меня подвели к странному мужчине в центре. Он обернулся и плотоядно улыбнулся, впившись в меня взглядом. Я сразу отметила большой шрам, пересекающий его глаз. Он заметил это и спросил, указывая на свое лицо:

— Любуешься? Твой папочка оставил.

Я даже опешила от такого заявления:

— Вы знали моего отца?

— О, да, — рассмеялся он, сверля меня колким взглядом. — Я же его, кстати, и убил. И твою мать. И бабку. И ещё кучу народа. И все только для того, чтобы найти тебя, дитя.

После его слов над двором повисла оглушающая тишина. Я старалась переварить его слова, но что-то внутри мне подсказывало, что творится что-то очень плохое. Эти люди — не Всадники. Тогда кто? Зачем я им? И что им сделали мои родители?

— З-зачем я вам? — заикаясь, решилась спросить я.

— Убить, — просто ответил он и развел руками так, будто я спросила у него что-то само собой разумеющееся. Было в нем что-то хищное и пугающее. — Понимаешь, дитя… Союз твоих родителей вызвал слишком большую концентрацию силы. Всадник и Высшая ведьма… Это слишком. И что мы имеем? Родилась ты! Ошибка природы. Слишком слабая для Всадницы и слишком сильная для ведьмы, — он смерил меня оценивающим взглядом. — Пойми, ничего лично против тебя я не имею, но, увы, тебя нужно уничтожить.

— Я не сделала ничего плохого, — сдавленно ответила я, судорожно пытаясь найти выход. Нас окружила целая рота странных собакоподобных мужчин, которые удерживали солдат Ромула и его самого. Сбежать у меня вряд ли получится, но и умирать я не хочу.

— Конечно, не сделала, — ласково произнес он. — Ты всего лишь перессорила между собой кланы Всадников, которые не могут решить, кто будет тебя опекать. Да даже внутри каждого клана назревают конфликты. Ещё чуть-чуть, и это приведет к конфликтам между ними, а кто от этого пострадает? Простые люди, которые останутся без защиты. Драконы, которым будет сложно воздействовать на своего Всадника. Но не это главное. Твоя магия будет расти, пока однажды ты не станешь настолько сильной, что нарушишь Баланс. А убить тебя станет довольно таки проблематично, — он говорил быстро и просто, будто обсуждал меню на завтра, а не мою смерть. — Легче сделать это сейчас.

Со стороны Ромула я ощутила сильную магическую волну, которая прошла по всей территории дворца.

Мужчина, который собирался меня убить, сделал движение рукой. Я поняла, что он пытается держать в узде Повелителя. Сам Ромул выглядел злым и напряженным, словно пытался разорвать какие-то оковы.

— Не будем отвлекаться, — хищно улыбнулся мне мужчина.

— Я даже имени вашего не знаю, — зачем-то пролепетала я, а от его улыбки все внутри похолодело.

— Айк, дитя. Зови меня Айк.

Я так испугалась, что обратилась к внутренним ресурсам. Сама до конца не осознавая, что делаю, стала поcылать сигнал SOS. Кому? Как? Не знаю. Просто ощущала внутри себя расходящуюся вибрирующую волну.

«Помогите!» — мысленно завопила я.

— Так, значит, это из-за тебя, Айк, я выросла сиротой, — прошипела я. Нужно тянуть время. Да и, к тому же, это мой шанс все выяснить.

— Да, — кивнул он. — Но само то, что ты выросла, а не погибла — чудо, дитя мое, — взгляд его похолодел. — Поверь, я приложил максимум усилий, чтобы уничтожить тебя, едва ты пришла в этот мир. Но твой отец все время мешал мне, прятал тебя и твою мамашу. Однажды мне удалось перехитрить его, и я с огромным удовольствием наблюдал, как мои псы перегрызают ему глотку, — последние слова он произнес с особым удовольствием, словно переживая заново тот момент. — Потом разыскал твою мать и убил. Правда, она успела тебя куда-то передать… Но и это не проблема. Ты оказалась у своей бабки, которая и спрятала тебя так, что я не смог найти.

— Но сейчас же нашел, — холодно констатировала я.

— Я почувствовал вспышку силы на Карданских скалах. Уловил там твои следы. Потом ты исчезла куда-то, и вот, сегодня я вновь ощутил, что ты здесь и не стал терять драгоценное время.

Я пыталась соотнести его слова с тем, что произошло со мной. Вероятно, он почувствовал меня в тот момент, когда я сорвалась на Давида и опалила его. Других вспышек силы в скалах у меня не было. Но сразу после этого Всадники забрали меня, и Айк уже не смог меня ощутить. Видимо, территория клана и впрямь хорошо защищена. Прошедшим вечером я покинула клан Свободных и улетела к Ромулу. Я лишилась покровительства клана и осталась беззащитна, как меня и предупреждали Минах и Давид. Только что сейчас можно исправить?

Айк щелкнул пальцами, и в двух метрах от нас материализовался большой куб из прозрачного стекла, до краев заполненный водой. Зачем здесь это? Этот куб больше походил на большой аквариум: в высоту метра два с половиной и вширь около трех метров. Большой аквариум для…человека?

— Неужели нельзя заблокировать мою силу? — я старалась, чтобы мой голос звучал ровно. Почему сразу убивать?

— Можно… Но для этого нужно приложить магию большую, чем твоя. А так как ты становишься сильнее… Рано или поздно ты прорвешь эту блокировку.

— Так дело не в нарушении Баланса? Вы боитесь, что я стану сильнее вас, — я улыбнулась ему. Айк врет, что у него высокие мотивы, на самом деле он просто уничтожает конкурента. Хоть я и понимала все это, но сейчас страх начал заполнять душу, сковывая меня.

— Я даю тебе возможность умереть достойно, — торжественно произнес он, проигнорировав мой вопрос. — Сама войдешь в воду или тебе помочь?

— Да пошел ты в бездну! — с особым удовольствием произнесла я, не собираясь облегчать ему задачу.

— Ясно. Помогите ей, — приказал он мужчинам, которые все ещё держали меня.

Эти громилы потащили меня к кубу. Один из них ухватил меня за талию и в один прыжок оказался на крыше аквариума. Второй последовал за нами. Я рассмотрела люк, который открыли. Поняв, что пора действовать, я начала драться. С ними справиться была намного сложнее, чем с тем же Давидом. Я пыталась использовать магию, но её будто что-то сдерживало. Меня скрутили и буквально запихнули в люк, закрыв его над моей головой.

Я оказалась погружена в прохладную воду. Все звуки притупились. Стекло было прозрачным, поэтому я могла рассмотреть, что происходит вокруг. Ромул начал вырываться, активизировались псы. Айк вплотную подошел к стеклу. Я не собиралась сдаваться! Изо всех сил я стала бить по стеклу, но в воде нанести серьезный удар практически нереально. Вскоре я ощутила острую нехватку воздуха. Потребность в кислороде взяла верх над всем остальным. Я замотала головой, ощутив жжение в груди. Мне срочно нужен вдох. ВДОХ! Сознание начало уплывать, а напряжение достигло пика. Организм сам сделал непроизвольный вдох.

Я уже приготовилась умереть, но…поняла, что самым непостижимым образом дышу водой. Так и замерла в воде, не шевелясь.

Все пространство прорезал страшный крик Ромула:

— НЕТ! ЛИНА!

Даже сквозь толщу воды я ощутила мощнейшую волну магии. Приоткрыв глаза, увидела поваленных мужчин. Сама я не сопротивлялась, поэтому начала погружаться на дно, пока не легла спиной на стеклянную грань куба.

Внезапно все озарила яркая вспышка, потом ещё одна и ещё. Сначала я подумала, что мне показалось, но потом поняла, что с неба спускаются драконы. Всадники! На землю спустилось несколько десяткой драконов. Кто-то изрыгал огонь, кто-то лед, кто-то, как моя Чара, распространял волны силы. Напавшие на нас люди тоже не стояли столбом и начали оборачиваться в огромных черных псов. Так вот, кто гнался за мной в том тоннеле. Неужели моего отца загрызли вот такие же создания? От этой мысли в груди все сжалось и стало ужасно больно. Началось сражение.

Неожиданно мужчина, полностью укутанный во что-то черное, запрыгнул на куб и открыл люк. Он залез внутрь и опустился рядом со мной. Я не стала сопротивляться, боясь, что если кто-то поймет, что я жива, меня могут добить. Мужчина обхватил меня за талию и поплыл вверх. На поверхности его уже кто-то ждал. Когда меня подтолкнули к люку, я закрыла глаза и ощутила, как меня подхватывают и вытаскивают на поверхность. Как только я сделала попытку дышать воздухом, вся вода тут же вышла из легких. Я была настолько мокрой, что никто этого не заметил. Мужчина вылез из куба вслед за мной, взял меня на руки и бросился бежать. Мне показалось, что кто-то пытался его остановить, но я не уверена. Почему-то во всем теле чувствовалась сильная слабость, каждая мышца странно ныла.

Мы бежали по какому-то лесу. Я приоткрывала изредка глаза, чтобы хоть немного сориентироваться. В какой-то момент мужчина остановился и положил меня на траву. Он провел рукой по моему лицу, очерчивая пальцами скулу. Странно, но этот жест был таким…нежным.

— Прости меня, — едва слышно прошептал он. — Я должен был тебя уберечь…

Я приоткрыла глаза и изумленно прохрипела:

— Макс?!

Он освободил лицо от ткани, и теперь я четко могла его разглядеть. Парень смотрел на меня с таким же удивлением, как и я на него.

— Ты жива?! Но как?

— Не знаю… Дышу водой, — с каждым сказанным словом мне становилось все легче, боль и слабость отступали. — Где мы?

Я села, осматриваясь. Лес, но какой-то знакомый.

— Дворцовый сад, — ответил он, пристально рассматривая меня

— Почему ты меня унес? — задала я главный вопрос.

— Я думал, ты умерла… А там сражение. Не хотел, чтобы твое тело похитили или…осквернили.

— Мы должны вернуться, — я решительно встала, и Макс вместе со мной.

— Нет, ты должна остаться.

— Я иду туда, — отчеканила я. Сама не знаю как, но в мои слова будто была вплетена сила, и Макс послушно кивнул.

Бегом мы направились туда, откуда только что сбежали. Макс был прав — куб, в котором меня пытались утопить, уже был разрушен, а на земле валялись лишь осколки. Драконы с Всадниками сражались с черными псами, и одерживали победу! Ровно до того момента, пока Айк не вышел в центр и не начал колдовать. В противовес ему выступил Ромул. Он выглядел страшно: горящие глаза, измененные черты лица, порванная одежда. От каждого из них пошли магические волны силы и, схлестнувшись, начали переливаться и проникать друг в друга. Никто не вмешивался. Я не видела эти волны глазами, но ощущала их всеми фибрами души, как если бы прикасалась к ним. Сначала Ромул одерживал верх, разрушая магию Айка, но потом будто ослаб, начал таять.

— Что, тяжело без неё, Император? — насмехался Айк. — Ничего, скоро встретитесь, — и усилил свою магию, подминая Ромула под себя, ломая его щиты и подбираясь к моему самому дорогому и ценному человеку в этом мире.

Я не могу на это смотреть и просто стоять в стороне! Я решительно направилась к ним, но Макс схватил меня за руку, удерживая на месте. Решительно развернувшись, я вывернула руку из захвата и буквально оттолкнула парня.

Мы находились в тени деревьев, поэтому нас не замечали. Сейчас же я твердой походкой подошла к Ромулу. Когда я появилась в поле его зрения, он оторопел. Наверное, принял меня за видение. Не важно. Пока я шла к нему, все оборачивались и замирали, даже псы. У Айка вытянулось лицо, и даже его магия ослабла.

Встав впереди Ромула, я выставила собственные щиты и начала атаковать Айка.

Моя сила вылилась наружу, стремясь достать до самого темного мага. Во мне бушевали злость, обида, жажда мести. Этот человек истребил мою семью, чудом не убил меня и сейчас пытается отобрать моего мужчину. Больше всего на свете я хотела испепелить его, уничтожить, превратить в пыль, в ничто. Энергия буквально била из меня ключом, вырывалась наружу мощным потоком, сметая все на своем пути. Щиты Айка рухнули, его сила начала прогибаться под напором моей магии. Он весь вспотел, с лица сошла самодовольная ухмылка, чему я была безмерно рада. Ощущая вкус приближающейся победы, я влила ещё больше магии, и этого оказалось достаточно. Когда последние преграды были разрушены, моя сила коснулась Айка, и все вокруг озарила яркая вспышка. На несколько секунд я оказалась ослеплена и не понимала, что происходит вокруг. Внезапно сияние прекратилось, над двором повисла оглушающая тишина. Я осмотрелась вокруг. На меня смотрели все Всадники и солдаты Ромула, но…псов почти не было. Некоторые лежали на земле, и было видно, что они мертвы, некоторые были ранены.

Я перевела взгляд туда, где был Айк. На его месте лежала лишь горстка пепла. Кто-то тронул меня за плечо. Я обернулась и увидела Ромула. Вид у него был растерянный и в то же время счастливый, будто случилось что-то хорошее, на что он даже не надеялся. Тут до меня дошло, что его губы шевелятся, он что-то говорит, а я ничего не слышу… Не только его слов, но и вообще никаких звуков. Я что, оглохла?

Ромул посмотрел куда-то поверх моей головы, что-то крикнул. Лицо стало обеспокоенным и напряженным. Я обернулась и увидела, что все мужчины бегут во дворец. Что происходит?

Я начала слышать какой-то звук… Звон. Звенело в ушах. Ромул взял меня за плечи и встряхнул, что-то говоря и заглядывая в глаза. Надо же, а раньше я и не замечала, что когда он напряжен, его глаза приобретают глубокий темный оттенок. Я поняла, что веду себя очень заторможенно: медленно соображаю, двигаюсь. Ромул взял меня на руки и куда-то понес. Я уткнулась носом в его плечо и постаралась расслабиться.

* * *

Макс с трепетом и ужасом наблюдал, как из Виты ключом бьет сила. Представить себе сложно, на что способна эта колдунья с кровью Всадника. Все воины вокруг замерли, ощущая мощнейшую вибрацию, способную взорвать весь дворец с приближенными территориями. Так бы и случилось, если бы Лина не направляла свою магию так уверенно и упорно на Айка. В какой-то момент стало понятно, что живым ему не выйти из этой схватки. Псы тоже просекли это и незаметно начали исчезать из поля зрения Макса. Когда все стихло, даже сам Макс испытывал легкое головокружение от выброса магии. А он ещё переживал за Виталину… Да она сама кого хочешь в порошок сотрет! Ромул подошел к ней и начал приводить в чувство. Он позаботится о ней, хотя и его неплохо потрепало.

Куда исчезли псы? Неожиданно из дворца раздался пронзительный женский крик, на который обернулись все Всадники и простые воины. Эти животные решили забрать женщин и драгоценности, раз уж не получилось одержать полную победу.

— Все за мной! — крикнул командир солдатам.

Всадникам же не нужно было приказывать, они и сами побежали во дворец. В коридорах были опрокинуты вазы с цветами, сорваны занавески и поломана почти вся мебель. В комнатах и залах продолжилось сражение. Сейчас псы старались оторваться и сбежать по спонтанно созданным порталам. Почти всех удалось обезвредить. Макс уже хотел расслабиться и выдохнуть, когда услышал странную возню в одной из комнат. Осторожно заглянув туда, он увидел как обернувшийся человеком пес тащит к порталу совсем молодую девушку с золотистыми волосами. У неё был зажат рот, в глазах застыл ужас, да и сопротивляться такому амбалу она бы никак не смогла.

Макс бросился на него, стараясь не задеть девушку. Нанеся несколько ударов по голове, корпусу и ногам, он добился того, что пес ослабил хватку. Схватив девушку за плечо, он отшвырнул её подальше, чтобы не мешалась. Схватка с ним длилась совсем недолго. Когда пес застыл на полу, не подавая признаком жизни, Макс повернулся к девушке и внимательней рассмотрел. На вид около четырнадцати лет, волосы цвета расплавленного золота, стройная фигура. Она, видимо, только готовится стать девушкой, но даже сейчас в ней угадывается будущая красавица. Девчонка прижалась спиной к стене, часто дыша и с ужасом глядя на тело пса. Макс заслонил его собой, и она перевела взгляд на Всадника. Когда их глаза встретились, он оторопел. В груди начало разливаться тепло, растекаясь по всему телу и наполняя каждую его клетку. Девушка будто…сияла изнутри. Невозможно… Так не бывает! Но нет, глаза его не обманывали. Макс видел в ней знакомое сияние души. До боли знакомое настолько, что спутать его ни с чем невозможно. Боги… Неужели это Оля в новом воплощении?!

Парень так увлекся рассматриванием рисунка её души, что не сразу заметил, что она плачет и вообще напугана до дрожи в коленках. Он попытался приблизиться, но она вздрогнула и вжалась в стену. Так, ясно. Нужно действовать осторожно. Макс поднял вверх ладони, показывая, что не собирается нападать.

— Я не сделаю тебе ничего, — уверенно и ровно произнес он. — Как тебя зовут?

— Злата, — прошептала девушка охрипшим голосом.

— Оно тебе подходит, — он намекнул на цвет волос и невольно его взгляд потеплел, а губы тронула улыбка. Девочка не так поняла его слова и в ужасе начала пятиться. — Я не обижу тебя, — тут же произнес Макс, невольно сделав шаг вперед. Обещаю.

Кажется, она поверила ему и прекратила отступать. В несколько шагов он настиг её и неловко прижал к груди. Она не сопротивлялась. Злата заплакала и осторожно подалась вперед, утыкаясь носом ему в грудь. Он гладил её по голове и успокаивал, говорил, что все позади и больше никто её не обидит. Так оно и было. Пусть эта малышка ещё ничего не знает, но с этого момента он глаз с неё не спустит и будет оберегать от всех и всего.

Как же такое возможно? Он четко видел в этой юной девочке рисунок души Оли. После её смерти на Земле прошло уже почти двадцать лет. А сколько лет Злате? Не больше четырнадцати. Неужели она переродилась? Неужели её душа стремится быть с ним? При мысли об этом он ещё сильнее прижал к себе свое сокровище.

Сделав глубокий вдох, для себя решил, что пугать её не будет. Если это и вправду Олина душа, то он должен её беречь. Не хотелось, чтобы девочка начала думать, что на неё положил глаз взрослый мужчина. Нет, он не посмеет прикоснуться к ней, пока она не будет к этому готова как морально, так и физически. В ближайшие годы Макс постарается стать ей верным другом и опекуном, а уж потом… Может быть, и мужем. Если она, конечно, захочет.

Когда девушка успокоилась, он проводил её в зал, в котором собрались все. Злата выглядела смущенной, но его руку со своего плеча не стряхнула. По дороге Макс пытался понять, кто она. На ней было платье служанки, но не серое и бесформенное, а из более дорогой ткани.

Наложницей Ромула она точно не была. Тогда кто?

Глава 15

Ромул сидел со мной на постели, прижимал к себе и терпеливо ждал, когда я приду в себя. Слух вернулся примерно через час, а нормальное мировосприятие и того позже. Иногда он отлучался, чтобы раздать указания, но неизменно возвращался ко мне. Из его объяснений я поняла, что перенапряглась и исчерпала свой внутренний резерв. Это наносит сильный удар по здоровью, и требуется время для восстановления.

— Лина, ты совершила чудо, ты это понимаешь? — нарушил молчание Ромул, поглаживая меня по голове.

— Нет, не понимаю. В чем чудо? — слабо отозвалась я.

— Айк де Кросс — сильнейший темный маг. Что-то вроде моего антипода. Мы редко встречались, потому что наше противостояние может дорого обойтись этому миру. Уничтожить его… Я даже не знаю, какая сила нужна для этого… Даже Всадникам это не под силу, иначе они бы давно убили нас обоих, как слишком опасных для этого мира. Откуда в тебе столько силы, Виталина? Если бы не ты, Айк бы убил меня, — прошептал он, задумчиво глядя на меня.

— Наверное, кровь Всадника усилила мамину магию, вот и все… — пролепетала я, стараясь осмыслить его слова. В теле все ещё сохранялась слабость, и близость Ромула была как никогда приятна. Значит, я настолько сильна, что испепелила сильнейшего мага? Я?! Почему я? Я ведь совсем не такая сильная и уверенная, как Ромул, чтобы владеть такой магией.

Мы пробыли вместе до утра. Ромул откинулся на спинку кровати и полулежал, прижимая меня к груди. Когда я поняла, что он заснул, то лишь улыбнулась. Он не спал почти всю ночь, сражался, переживал за меня, а завтра нужно разбираться с погромом после сражения.

Я осторожно отстранилась, стараясь не разбудить его, и встала. Приоткрыв окно, полной грудью вдохнула прохладный ночной воздух, наполненный ароматами фиалок, травы и крови. Сумасшедшая ночь… И как мне быть дальше? Нужно будет объясняться с Всадниками, решать вопрос о том, где я буду находиться. Примечательно, что Давид так и не прибыл. Хм, а как остальные узнали, что мне нужна их помощь? Я напряженно соображала, но ничего, кроме моего ментального призыва, в голову не шло. Надо будет завтра расспросить Макса.

Решив оставить все вопросы на потом, я вернулась к Ромулу и уснула, обняв его. Он крякнул что-то неразборчивое и дернулся. Я задрожала, стараясь не смеяться в голос. Никогда бы не подумала, что Повелитель так смешно разговаривает во сне.

Я аккуратно потянула его вниз и уложила головой на подушку. Какой же он притягательный… Такие мужественные, красивые черты лица. Во сне он расслабился, и ушло напряжение, которое всегда в нем присутствует. Я провела пальцем по его губам и накрыла их своими, не сдержав порыва. Он даже не проснулся. Это как же он устал? Решив его больше не тревожить, я легла рядом и заснула.

Сквозь сон почувствовав а губах поцелуй со вкусом вишни, я счастливо улыбнулась и обняла того, кто надо мной склонился.

— Родная, вставай, — прошептал Ромул над самым ухом. — Уже три часа дня, Лина.

От этой фразы я резко распахнула глаза и посмотрела в окно. И вправду, солнце уже миновало зенит и клонится к западу. Ничего себе! Это сколько же я проспала?! Сев на постели, отметила, что прошли слабость и недомогание, да и вообще, я прекрасно себя чувствую! Здоровый сон творит чудеса! Ромул с нежностью смотрел на меня, но все равно в нем чувствовалось волнение.

— Что-то не так? — осторожно спросила я.

— Сегодня весь день в мой дворец слетаются Всадники, — натянуто улыбнулся он, поглаживая мою руку. — Они решили созвать здесь свой Совет и решить на нем твою судьбу… Сегодня вечером.

— Что?! — воскликнула я, всей душой надеясь, что он так шутит. — С какой стати они будут решать что-то за меня?! Они тебе что-то сделали?

— Нет, — он хрипло рассмеялся. — После того, что ты сотворила с Айком, они боятся меня злить, опасаясь твоего гнева. Пойми, они хотят просто прощупать тебя, познакомиться, да просто увидеть тебя. Ты уникальна. Многие из них прилетели просто для того, чтобы взглянуть на тебя и твоего дракона.

Я мысленно обратилась к Чаре. Она была неподалеку и общалась с остальными драконами. Ей восхищались, рассматривали, изучали. Никто не пытался обидеть или задеть. Это радует.

— Ты так спокойно об этом говоришь… Будто все нормально!

— Все нормально, — заверил меня Ромул и положил руку на плечо. — Не волнуйся. Если кто-то попытается тебя обидеть, я его в порошок сотру, — я не на миг не усомнилась в серьезности его слов. — А пока собирайся. Ты у меня красотка, но к вечеру будешь блистать, — подмигнул он и покинул спальню, впустив трех служанок.

Собирали меня долго. Сначала сделали романтичные кудри, но я попросила их убрать — раздражали и создавали ареол легкомысленной юной девочки. Потом собрали волосы на макушке. Тоже не то. Отстранив девушек, я сама заплела косу от макушки и свесила её наискосок. Потом принесли платье… Когда я увидела его, то просто замерла, открыв рот. И Ромул ЭТО одобрил?! Пышное фиолетовое, отделанное рюшами и кружевом… Из любопытства я примерила и посмотрела на свое отражение. Просто прелесть! Я похожа на придворную даму, собравшуюся на прогулку в сад. Не хватает только шляпки или зонтика. Да, и перчаточки не помешают.

В раздражении я приказала снять с себя этот кошмар. И речь быть не может о том, чтобы предстать перед главами кланов в этом фиолетовом безобразии. За кого они меня примут? За ребенка, которому нельзя доверить дракона и которому нужен покровитель?

Минутку… Неужели Ромул на это и рассчитывал? Что меня признают не способной самой за себя отвечать и назначат его ментором? А откуда он может знать, что именно его назначат, а не того же Минаха? Нет, это глупости.

Я обратилась к Чаре.

— Красавица моя, а могу я одеть тот костюм, который возникает при опасности? — спросила я её.

— Конечно.

От неё пришел слабый магический импульс, и через секунду я оказалась в своих любимых лосинах и куртке. Может, они и обтягивают меня слишком сильно, зато я произвожу впечатление взрослой девушки, а не наивного ребенка.

— Так это ты меня в него переодевала?

— Да, — гордо заявила она.

Ясно… Девушки наблюдали за мной с интересом. Увидев, во что я одета, они очень удивились и так и замерли, рассматривая меня.

Я поторопила их, и она бросились наносить мне макияж. Ну, хоть с этим проблем нет.

Когда все приготовления были закончены, Вошел улыбающийся Ромул. Его взгляд тут же упал на мои обтянутые ноги и медленно пропутешествовал вверх. По мере этого, улыбка сползала с его лица, которое становилось все более мрачным. Он кивнул девчонкам, и они шустро выскочили из спальни. Остались только мы вдвоем. Ромул засунул руки в карманы и начал медленно обходить меня по кругу, рассматривая со всех сторон.

— Ну, и зачем ты так оделась? — наконец, спросил он, остановившись напротив меня.

— Этот костюм навевает Чароита, когда я попадаю в неприятности, — пояснила я.

— А чем её не устроило платье?

— Оно не устроило меня, — Ромул вопросительно вскинул брови, и я пояснила: — В нем я похожа на легкомысленную дурочку, не способную постоять за себя и нуждающуюся в покровительстве. Ты на это рассчитывал, когда выбирал его для меня?

Ромул молчал, неотрывно смотря мне в глаза.

— Я просто хотел, чтобы перед главами кланов Всадников ты предстала как приличная женщина, а не… — он красноречиво посмотрел на мой наряд.

— А я выгляжу как не приличная женщина? — начала злиться я.

— Не обижайся, Лина, но в этом наряде ты похожа на…

— На кого, Ромул?

— На женщину легкого поведения, предлагающую себя мужчинам, — твердо ответил он.

Я замолчала, пристально глядя на него. Что-то весь боевой настрой испарился… Стало обидно, захотелось затопать ногами, но я сдержалась. Я нормально выгляжу!

— Приличные женщины не обтягивают ноги так, что становятся видны все изгибы, — пояснил он свою позицию. — Они носят юбки. Да, я вижу, ты тоже её одела, но это просто смешно, Лина! Она настолько короткая, что даже юбкой это можно назвать с большой натяжкой. А верх?! — он сделал шаг ко мне и застегнул две верхние пуговицы. — Мало того, что твоя грудь обтянута так, что её все видят, так ты ещё решила её оголить! — этот факт вывел его из себя. — Молодец, Лина! Идеальный наряд для того, чтобы предстать перед мужчинами! Ты, правда, думаешь, что именно так одеваются приличные женщины?! Нет, такое носят только куртизанки, стремящиеся завлечь мужчин в свою постель!

Я молча слушала его тираду, вся окаменев. Я одета так, как пожелал мой дракон! Мне нравится! А вот то, что предлагал он, было больше похоже на издевательство. Упоминание куртизанок причинило мне боль. Мужчины постоянно сравнивают меня то с постельными игрушками, то со шлюхами… Последнее, кстати, говорил именно Ромул! И снова называет меня именно так, пусть и в более мягкой форме. На что он рассчитывает? Что я тут же брошусь одеваться во все «приличное»? Да пошел он…

Обида застилала глаза. Позабыв обо всем, я залепила Повелителю крепкую пощечину. Только на этот раз мне не было стыдно. Гордо вскинув подбородок, я покинула его спальню, взглядом мазнув по его покрасневшей щеке.

Я выскочила в гостиную. Я думала, что там будет пусто, но меня ожидали Морт и ещё несколько мужчин. При моем появлении они буквально впились глазами в мою фигуру. Пауза затягивалась. Дверь за моей спиной хлопнула, и явился хмурый Ромул.

— Начинаем, — скомандовал он. Все тут же отмерли и открыли нам дверь. Не говоря мне ни слова, Повелитель встал рядом, остальные шли позади. Двери его покоев распахнулись, и я увидела живой коридор из придворных. Неожиданно Ромул взял меня за руку и сжал её. Мне не было больно, но и вырвать её я не смогла бы.

Мы торжественно шли по коридорам дворца в сторону главного входа. Ромул молчал и смотрел строго перед собой. Чтобы увидеть его выражение лица, мне пришлось бы поднять глаза на него и повернуть голову, поэтому я тоже шла прямо.

Когда мы вышли из главного корпуса дворца, живой коридор из придворных закончился. На улице нас ждали сотни мужчин в разной одежде, но у меня не было сомнений — это Всадники. За воротами стояли драконы. Такие разные: большие и маленькие, синие, черные, красные, зеленые, гладкие и с чешуей. При нашем появлении все разговоры стихли, и все эти люди посмотрели на меня. Сначала я смутилась от такого пристального внимания, но потом взяла себя в руки. Всадники не выстраивали живого коридора, а просто расступались перед нами. Я вскинула подбородок и уверенна шла туда, куда направлял меня Ромул. Внутри меня зарождалось волнение и страх перед предстоящим Советом, перед всеми этими мужчинами, которые заинтересованы мной. Но больше всего раздражали и сбивали с мыслей взгляды Всадников. Я физически ощущала их на себе, на своем лице и фигуре. Лица у мужчин были заинтересованные и серьезные, кто-то оценивающе прищурился, а мне оставалось лишь удерживать на лице безразличное выражение.

Когда я подумала о том, как бы смотрелась, если бы одела то платье, то чуть не рассмеялась. М-да, то ещё зрелище было бы! После этого ни один Всадник не мог бы думать обо мне без смеха и умиления.

Когда мы подошли к одному из корпусов дворца, я забыла обо всем. Двери распахнулись, и Ромул ввел меня в просторное помещение овальной формы. Здесь был большой круглый стол, за которым сидели двенадцать мужчин. Я их не знала, но с радостью отметила два знакомых лица — Минаха и Давида. Да, сейчас я была рада этому высокомерному и странному типу. Весь мой апломб испарился. Не знаю, чем я себя выдала, но Ромул ободряюще сжал мою ладонь. Наверное, если бы он не вел меня, я бы не смогла сделать и шага. Ромул подвел меня к двум свободным стульям и отодвинул один для меня. Когда я уселась, он занял место рядом со мной.

Повисла тишина. Двенадцать пар глаз впились в меня как пиявки, рассматривая и оценивая.

— Виталина, здравствуй! — лучезарно улыбнулся Давид. Было в этой улыбке что-то хищное и насмешливое. — Тебя приветствуют главы всех двенадцати кланов Всадников. Со мной и Минахом ты знакома, а это… — он перечислял имена и названия кланов, но я почти ничего не запомнила. — Как жизнь? — неожиданно спросил он.

— Спасибо, хорошо, — пролепетала я.

— Вчера тебя чуть не убили по твоей же собственной глупости, — он закинул руки за голову и откинулся на спинку стула. — Я ведь предупреждал, что без моей защиты ты попадешь в подобную ситуацию. Но ты предпочла быть в постоянной опасности. Странное решение. Хотя, когда вспоминаю, как ты зажигала со своим Императором… — он поджал губы, кивая. Я покраснела, вспомнив о том, что он видел нас в столь интимный момент. — Знаешь, я тебя даже понимаю.

— Хватит, — вмешался Минах. Остальные внимательно слушали наш разговор. — Ромул зажег её сердце, и неудивительно, что она стремится быть с ним.

— Ценой своей жизни? — вмешался незнакомый мне мужчина с седыми волосами. Вид у него был суровый. — Никакая любовь не стоит того, чтобы подвергать опасности столько ценный подарок судьбы.

Это он меня назвал ценным подарком? Приятно, однако.

— Я уничтожила Айка, — уверенно сказала я. Все тут же посмотрели на меня. — Не думаю, что теперь мне что-то угрожает. А если и будет какая-то опасность, я справлюсь с ней.

— У Виталины очень сильный магический дар, — подал голос Ромул. — При хорошем обучении она сможет развить дар так, что станет равной мне. Или даже сильнее.

— Но обучение у Всадников будет эффективнее, — сказал ещё один мужчина. — Я настаиваю, что девушка должна находиться под нашей защитой и постоянным наблюдением.

— Зачем мне это? — хмуро спросила я. — Я уже гостила у двух кланов, и нигде мне не оказали должной защиты и поддержки.

— Виталина, — обратился ко мне Минах, — я хочу принести извинения за то происшествие… Я не доглядел. Прости меня.

— Нет вашей вины в том, что и среди Всадников встречаются ублюдки, — успокоила его я, намекая всем присутствующим, что никаких гарантий быть не может.

— О чем вы? — спросил кто-то.

Я про себя отметила, что не все знают о том, что произошло с Егором.

— Не важно, — отмахнулась я. — Я считаю, что не нуждаюсь ни в чьей опеке и могу сама за себя отвечать. Ни к какому клану я также себя не отношу.

— Те, кто к кланам не относятся, автоматически становятся Свободными, — заявил Давид. Его улыбка была настолько широкой, что, казалось, сейчас дотянется до ушей.

— Нет, — неожиданно жестко и властно осадила его я. Снова в мои слова будто была вплетена сила. — Я не принадлежу никому из вас, и не буду подчиняться вам.

— Вы не понимаете, что представляете из себя, — холодно произнес мужчина, который говорил, что я нуждаюсь в опеке. — Вы очень ценны и интересны. Таких раньше не было. Мы не можем допустить, чтобы с вами что-то случилось.

— Тогда вам достаточно приходить мне на помощь, когда я вас зову, вот и все, — спокойно ответила я.

— Ваш вчерашний призыв несколько удивил нас. Обычно мы можем призывать только свой клан. Вас же услышали практически все.

— Вот видите, как замечательно, — улыбнулась я. — Так что в опеке нет никакой нужды. Обучать меня может и Повелитель.

— Мы хотим затронуть ещё один вопрос, — вмешался суровый седовласый мужчина. — Правильно ли мы понимаем, что вы намерены сделать Виталину своей женой? — обратился он к Ромулу.

— Правильно.

— Тогда возникают опасения, что ваши дети будут обладать слишком большой концентрацией силы, — задумчиво протянул он.

— Пусть наши дети вас не волнуют, — резко произнес Ромул.

— Вы должны понимать, что в наших интересах брак Виталины с Всадником, а не с магом.

— Меня не интересуют Всадники, — холодно ответила я. — И если кто-то попытается меня похитить или каким-то образом принудить к браку, то должна вас предупредить: я убью его.

Повисло молчание. Каждый из них так или иначе не исключал этот вариант.

— Виталина, поймите, вы можете стать родоначальницей целой расы!

— Да? А если от брака с Всадником родятся самые обычные дети? Что со мной сделает муж? Вышвырнет?

— Зачем вы так? — нахмурился один из них. — Мы гарантируем вам полную безопасность и спокойную жизнь при любом исходе.

— Спокойную жизнь с мужчиной, надежд которого я не оправдала? И с детьми, которые станут изгоями? Нет уж, спасибо, я обойдусь без этого.

— Позвольте… — вмешался Давид со своей хищной улыбкой. — Но ведь и Императору от тебя нужны, по большому счету, дети. Если бы ты не смогла родить, думаешь, он бы предложил тебе помолвку?

Его слова неприятно резанули меня, напомнив о причинах такого решения Ромула, но лицо я удержала.

— Император любит меня, а я люблю его, — ответила я Давиду, глядя прямо ему в глаза. — И я буду счастлива подарить ему детей, не важно, Всадников, магов или троллей.

Давид лишь насмешливо хмыкнул и отвернулся.

— Так, вы настаиваете на том, чтобы опекать Виталину? — обратился Минах к Ромулу.

Что?!!! Опекать Виталину?! Ну, Ромул! Ну, берегись!

— Я же сказала, что никакая опека мне не нужна! — воскликнула я, хлопнув по столу.

— Ты ещё не доросла до того, чтобы самой решать, что тебе нужно, — оскалился Давид. — Предоставь это взрослым дяденькам.

После его слов я почувствовала себя ребенком, которого привели к нянькам. Даже Ромул с самого начала все устроил так, чтобы я была ему подконтрольна. И ведь знал же, как я к этому отношусь. Ну, зачем мне их покровительство? Минах не смог меня защитить, Давид, хоть и учил реально, но доводил своими подколами. Ни один из присутствующих мужчин не внушал мне доверия. Как же так? Больше всего бесило, что Ромул знал о моем нежелании обретать опекуна и все равно за моей спиной убеждал из в правильности именно своей кандидатуры.

Захотелось затопать ногами, заплакать, убежать, громко хлопнув дверью, но я понимала, что таким поведением лишь подтвержу, что нуждаюсь в старшем.

— Если вы не посчитаетесь с моим мнением и вздумаете кого-то приставить, то я либо сбегу, либо убью его, — холодно и на полном серьезе заявила я. Похоже, моим словам вняли, так как взгляды стали более пронзительными. — Вы, наверное, уже в курсе, что моя сила проявляется под воздействием эмоций. Представьте себе, что я сделаю с человеком, который будет надоедать мне своим обществом и попытками помыкать мною. Это все вопросы, которые вы хотели обсудить, или есть ещё что-то?

Ответа не было. Все в молчании уставились на меня. Кто-то с недовольством, кто-то с недоумением, а кто-то, например Давид, даже…с уважением.

— Ну, раз так, то я пойду, — встала я. Ромул тоже встал и хотел что-то сказать, но я его осадила: — Не стоит. Предоставлю взрослым дяденькам возможность обсудить их взрослые вопросы.

Развернувшись, я покинула помещение, держа спину прямо и гордо подняв голову.

На улице все также была толпа Всадников. При моем появлении все резко обернулись ко мне. Поняв, что я одна, на их лицах проступило удивление и непонимание.

— Чара! — воззвала я.

— Да?

— Унеси меня к речке, у которой мы встречались…с Повелителем.

Не прошло и минуты, как моя Чара приземлилась рядом со мной. Никто не пытался меня остановить. Я запрыгнула на неё, и мы взмыли в небо. Многие драконы тоже кружили в воздухе и оборачивались нам вслед, но я не обращала особого внимания на это. Чем дальше мы удалялись, тем меньше драконов и Всадников встречалось нам. Я вдохнула полной грудью, наслаждаясь полетом.

Летели мы не очень долго. Приземлившись у знакомого каменистого берега, я спрыгнула с драконицы. Чара расслабленно завалилась на камни в тени деревьев и заснула. Все же, пока что она устает от перелетов.

Я села на берегу и подставила свое лицо солнечным лучам. Как хорошо! Впервые за долгое время мне удалось расслабиться и насладиться одиночеством. Я легла на берегу, чтобы солнце грело меня со всех сторон. Река приятно шумела. Интересно, как она называется? Я так и не спросила Ромула.

Ромул… Чего он хотел добиться? Знал же, как я отреагирую. Ещё это платье дурацкое! Явись я на Совет в нем, и меня никто и слушать не стал бы. Такое чувство, будто весь мир против меня. Каждый стремится подчинить и обрести власть надо мной. Я доверяла Ромулу, считала, что он готов защищать меня любыми способами.

От солнечного тепла я разомлела, и сама не заметила, как заснула.

* * *

Ромул в молчании наблюдал, как Виталина покинула зал Совета и скрылась за дверью. Она сама охладила его порыв броситься за ней. Пусть будет так. Ей нужно успокоиться и побыть одной, а он позже объяснит ей свое поведение. Признаться, даже он не ожидал такой реакции, как у неё. Надеялся, что она даст слабину, испугается и, в конце концов, согласится на то, чтобы именно он стал её учителем и ментором. Он в любом случае готов её обучать, но хотелось бы, чтобы он был один, без «помощников». Кстати, о них.

— По-моему, я все-таки мало тебе навалял, — сказал Ромул и встал, двинувшись на Давида. Всадник рядом с ним встал и преградил путь.

— Успокойтесь, Император, — посоветовал глава клана Золотых. — Драки нам сейчас ни к чему.

— Какого демона ты задираешь мою женщину?! — рявкнул Ромул, бешеным взглядом сверля Давида.

— Задираю? — делано удивился он. — И в мыслях не было! Просто за то время, что я успел провести с ней, понял, что Виталина не терпит контроля и подчинения. Странно, что ты этого до сих пор не осознал. Имей в виду: попытаешься и дальше на неё давить — потеряешь навсегда.

Ромул замер. Он что, провоцировал её для того, чтобы она дала отпор?

— Объяснитесь, — потребовал у Давида Минах.

— А что тут объяснять? Девчонка очень сильна, как магически, так и внутренне. Я это понял ещё в тот момент, когда она попыталась меня спалить. У каждого из вас на лице читается огромное желание контролировать её, но… Вы все прекрасно понимаете, что это невозможно. У нас есть два варианта развития событий: либо мы пытаемся подчинить её и окончательно теряем, либо относимся как к равной и принимаем в свой круг на её условиях. Третьего не дано.

— Странно слышать это от вас. Нам показалось, что вы относитесь к ней…с пренебрежением.

— А вам вечно что-то кажется, — буркнул Давид.

— Я считаю, что Давид прав, — сказал Минах. — Подчинять её глупо, и вряд ли из этого что-то хорошее выйдет. А вот договориться, найти общий язык — это вариант. Она может призвать любого Всадника, поэтому нет смысла назначать в учителя какой-то определенный клан. Пусть кто-то периодически навещает её, или она нас, чтобы мы видели, как она развивается, чему учится. Думаю, она будет не против такого решения

— Я тоже так считаю, — подал голос мужчина.

— И я.

— И я.

— Голосуем, — объявил седовласый.

Десять голосов против двух.

— Отлично, — расслабился Ромул. — Правильно ли я понимаю, что её обучение магии — моя забота?

— Правильно ты все понимаешь, — усмехнулся Давид. — Только смотри во время своих «уроков» предохраняться не забывай.

Несколько секунд Ромул сверлил Всадника взбешенным взглядом, а потом бросился на него с кулаками. Трое мужчин подскочили с мест, и только вместе им удалось усадить его на стул. Давид расхохотался в голос.

— Как же легко тебя вывести, — выговорил он.

— Думаю, на этом Совет окончен, — сквозь зубы прошипел Минах, хмуро смотря на главу Свободных.

Ромул покинул здание Совета. Сейчас самое время отыскать Виталину и сообщить ей о решении и объяснить свое поведение. В конце концов, это именно то, чего она хотела — ненавящевое внимание Всадников и обучение магии. В их общих (а про себя он называл их именно так) покоях её не оказалось. Странно. И в саду никого. Ромул просканировал свой дворец и понял, что её вообще тут нет!

Потребовав объяснений, он с изумлением узнал, что, покинув Совет, его невеста почти сразу же улетела на своем драконе в неизвестном направлении. И как это понимать?! Где её искать вообще?! Она что, не понимает, что это может слишком опасно сейчас, когда приспешники Айка все ещё на свободе ищут способ отомстить за своего главу? Глупая девчонка!

Ромул сосредоточился на мыслях о Виталине. Вскоре он почувствовал отклик и переместился к ней, как по маяку.

Сначала он ничего не понял, увидев до боли знакомое место. Опустив глаза, замер, увидев спящую на берегу Лину. В нескольких метрах от неё спала драконица. Попались, красавицы!

Ромул решил подшутить. Беззвучно присел возле Лины, он наклонился к её уху и громко крикнул:

— Бу!

Он точно не ожидал, что окажется сметен волной силы и окажется в воде.

* * *

Я подскочила и автоматически отшвырнула от себя нападавшего. На несколько секунд, пока я не пришла в себя, я была готова атаковать кого угодно. Щиты появились мгновенно, несколько уничтожающих заклятий готовы сорваться с кончиков пальцев. Я мотнула головой, не веря своим глазам. Ромул?!

Мужчина медленно встал из воды, отряхнулся и, исподлобья смотря на меня, двинулся в мою сторону. Я отпрыгнула от него, укрепляя щиты. Он приблизился и остановился в паре метров от меня. С его одежды стекала вода, да и сам он промок до нитки.

— Сам виноват! — сказала ему я.

Он ничего не ответил, лишь фыркнул и одним движением разбил мои щиты. Вот это сила!

Я хотела убежать, но он за секунды настиг меня и обвил руки вокруг талии, не давая вырваться.

— Почему ты сбежала? — холодно смотря на меня, спросил он.

— Я не сбежала! — возмутилась я. — Просто захотела побыть одна…

— Никого не предупредив? Никому не сказав, куда ты направляешься? Лина, я думал, мы договорились, что ты везде берешь с собой охрану!

— Не смей на меня орать! Я же сказала, что хотела одиночества! А если твоя охрана будет меня высматривать, то какое это к черту уединение?!

— Не выражайся!

— А то что?!

Вместо ответа он впился мне в губы поцелуем. Это был жесткий, властный поцелуй, стремящийся подчинить. Ну что ж, я тоже так могу! Обхватив его шею, я резко толкнула Ромула на себя, не менее страстно отвечая. Похоже, он не ожидал такой реакции. Он оторвал меня от земли и куда-то понес. Вскоре я поняла, что меня сажают на знакомый камень. Ромул оставил мои губы и принялся изучать тело, его глаза странно горели. В порыве страсти он начал срывать с меня одежду, буквально разрывая её. Интересно, этот костюм потом можно будет восстановить. При мысли об этом я вспомнила о Чаре и покосилась на неё — драконица все также спала.

Ромул дернул меня вниз, и я соскочила с камня. Он резко развернул меня спиной к себе и надавил на спину, заставляя нагнуться и лечь на камень. Я даже не успела ничего сообразить, как он оказался во мне. Его движения были яростными и сильными. Странно, но эта грубость, эта борьба нравились мне. В довершение ко всему он намотал мои волосы на кулак и натянул их. Почти не больно, но завело ещё сильнее.

Когда все было кончено, он развернул меня и снова поцеловал, на этот раз мягко и нежно. У меня дрожали колени, и он снова посадил меня на камень.

— Ты хочешь узнать, что решил Совет? — спросил Ромул, застегивая рубашку.

— А ты хочешь мне это рассказать? — вопросом на вопрос ответила я. Ромул вздохнул, но продолжил:

— Они вняли твоим угрозам, решив дать тебе возможность жить спокойно. Периодически представители Всадников будут навещать тебя, чтобы проверить уровень знаний и умений. Они наложат запрет на твое похищение. Любое посягательство будет строго караться. Также они сочли оптимальным то, что я буду обучать тебя магии.

— То есть ты теперь мой ментор, — подытожила я, кивнув и опустив глаза в пол.

— Ну…в общем, да, я отвечаю за твое обучение и безопасность. Тебя что-то не устраивает?

— Меня не устраивает, что ты плетешь интриги за моей спиной. Эта выходка с платьем, твои намеки на Совете… Чего ты добиваешься? Почему не можешь подойти и просто обо всем поговорить?

Ромул задумался и ответил:

— Я не был уверен, что они примут то решение, которое выгодно нам обоим. Хотя многие склонялись к тому, что тебе нужен опекун из твоего круга, которого ты не будешь бояться, которому будешь доверять. Но твой нрав и…упорство могли повернуть все в другую сторону. Я испугался, что они назначат не меня, а кого-то другого, какого-то постороннего мужчину, который будет проводить с тобой много времени! Я должен учить тебя, я! Понимаешь?

— Ты не мог просто подойти и сказать мне об этом, Ромул? — допытывалась я. — Ты понимаешь, что люди должны разговаривать, обсуждать то, что их волнует? О каком создании семьи может идти речь, когда ты за моей спиной проворачиваешь странные непонятные мне схемы? Может, Давид прав, и ты со мной только из-за детей? Ведь, не будь у меня возможности их родить, ты бы никогда не пошел на такой шаг, как помолвка…

— Лина, — Ромул резко приблизился ко мне и обхватил за плечи, заглядывая в глаза, — не говори так, прошу тебя! Я правда люблю тебя… Не знаю, как тебе это доказать. Дело не в детях, а в тебе. Ты меня манишь, притягиваешь. Я хочу постоянно находиться рядом, защищать тебя, оберегать, заботиться, в конце концов. Но ты сопротивляешься, — он отпустил меня и отошел на несколько шагов, отвернувшись. — Ты пойми, я же все это делаю не из-за вредности. Я пытаюсь защитить тебя. И в свете этого у меня к тебе вопрос: почему ты сбежала, никому не сказав, куда направляешься? Ты ведь, понимаешь, что это очень опасно? А если бы тебя нашел не я, а кто-то другой? Ударить по тебе спящей смертельным заклятьем — что может быть проще?

— Ты преувеличиваешь. Раз уж я справилась с Айком, то врагов послабее как-нибудь одолею.

— Вот об этом я и говорю, Лина! Я не умаляю твоей победы, но ты одержала её под влиянием эмоций, по сути это было удачное стечение обстоятельств. Ты сильная, но молодая и неопытная. А сила всегда проигрывает опытности. Позволь мне учить тебя, защищать, просто быть рядом! Лина, я не смогу ещё раз пережить твою смерть, — прошептал он. — Плевать на Империю, плевать на все, если тебя не будет рядом, то все это не имеет никакого смысла…

— Ромул, — я подошла к нему и положила руки на плечи, — просто не дави на меня, вот и все…

Он повернулся и обнял меня.

— Лина… Ты мой дар жизни. Когда ты в опасности, я просто схожу с ума, — он отстранился и провел рукой по моему лицу. — Готов схватить тебя и запрятать в наши покои, чтобы никто не смог до тебя добраться.

Я резко оттолкнула его.

— Знаешь, что?! Найди себе наложницу и её запирай, а я всегда буду свободна! А любви без свободы не бывает.

— Какая же ты ещё…

— Какая?

— Молодая, горячая. Тебе ещё взрослеть и взрослеть, — подытожил он, а я задохнулась от возмущения. Да как он смеет?! Я взрослая, мне уже почти восемнадцать лет! Только тут вспомнила, что Ромулу за девяносто, и в его глазах я вообще младенец. — Пора возвращаться.

Только сейчас я вспомнила, что я абсолютно без одежды. Не могу же я лететь на Чаре в таком виде! Да я ей потом в глаза смотреть не смогу.

Твоя драконица прилетит сама, — успокоил меня он. — А ты пойдешь со мной, — не дав мне времени на размышления, он крепко прижал меня к себе и переместился в спальню во дворце.

— Одевайся, — бросил он и вышел.

Глава 16

Вечером состоялась торжественная церемония награждения. Кто-то предлагал устроить традиционный бал, но так как Всадники — мужчины, и танцевать им просто не с кем, от этой идеи отказались.

Все собрались в бальной зале, специально переделанной для такого случая. Наградить было решено Минаха, Макса, Давида и ещё нескольких, отличившихся в сражении. Каждому Ромул заплатил по мешку золота и традиционно задал вопрос о том, чего ещё они желают. Минах ответил, что желает мира. Я так поняла, это намеки на военную политику Ромула. Давид заявил, что хочет пожелать Повелителю терпения и выдержки, намекая на мой характер. А вот Макс…

— Чего ещё ты желаешь, Всадник? — спросил его Ромул.

— Отдайте мне Злату, вашу рабыню, — ответил он. От этой фразы я чуть не упала. Злату?! Причем здесь она?! Откуда он вообще её знает?! Сама девушка не была приглашена на церемонию, поэтому здесь её не было.

Ромул тоже очень удивился этой просьбе.

— Зачем она тебе? Она ещё не достигла брачного возраста, насколько мне известно.

— Она зажгла мое сердце, — ошарашил всех Макс. По залу прокатился гул перешептываний.

Не желая обсуждать подобные вещи, Ромул пригласил парня в отдельную комнату, сделав и мне знак, чтобы я следовала за ними.

— Откуда ты её знаешь? — набросилась я на друга с вопросами. — Второй раз сердце зажечь нельзя…

— Помнишь, я рассказывал тебе про Олю? Так вот, это её душа, она переродилась! Я все проверил, читал кое-какие книги, это точно она, Лина.

— Как ты с ней познакомился?

— Во время нападения на дворец её чуть не похитили, а я этому помешал.

К своему стыду, с тех пор я так и не нашла минутки, чтобы поговорить с подругой и узнать, как она себя чувствует и не пострадала ли. Все время что-то отвлекало, а теперь, оказывается, это и не нужно.

— Она не достигла брачного возраста, — повторил Ромул. — Что ты хочешь с ней делать?!

— Точно! Отвечай!

— Я не собираюсь её совращать, — резко ответил Макс. — Стоп. Ты её знаешь? — спросил он меня.

— Конечно! Она моя единственная подруга уже много лет. Ты думаешь, я так просто отдам её тебе?

— Ты думаешь, я могу навредить ей? — похоже, он оскорбился. — Однажды я уже потерял её. Теперь буду беречь как зеницу ока.

— А если она не захочет идти с тобой? — задала я вполне резонный вопрос.

— Я предлагаю ей свободную жизнь, защиту и достаток. Без домогательств. Пока она сама не полюбит меня, я её и пальцем не трону, клянусь. Неужели быть рабыней и служанкой лучше?

Я задумалась. Он прав, конечно. С Максом у Златы будет совсем другая жизнь и преданный мужчина рядом, который никогда её не обидит. Вот только как она отреагирует на эти известия? Вдруг испугается и начнет сопротивляться? Нет, против воли я не собираюсь её «осчастливливать».

Заметив сомнения на моем лице, Макс решительно произнес:

— Имейте в виду: если через несколько лет у неё появится покровитель или господин, я просто выкраду её.

— Не зарывайся, — пригрозил Ромул. — Она моя рабыня, и похищая её, ты наносишь оскорбление мне.

— Она моя пара, — не менее зло ответил Макс. — И ради неё я готов бросить вызов хоть самому дьяволу.

Мужчины сверлили друг друга взбешенными взглядами. Я же спросила Макса:

— А если она пойдет с тобой, но полюбит другого? Что тогда?

Макс помолчал, но ответил:

— Если это будет её выбор, то я приму его. Она станет свободной женщиной с правом выбора, а не рабыней, которая прыгает в постель к своему хозяину по щелчку пальцев.

Его слова неприятно кольнули меня, напоминая, что я и сама большую часть жизни была такой.

Сам Ромул и ухом не повел, видимо, не проведя никаких параллелей.

— Я сама поговорю с ней и все объясню, — сказала я. Ромул кивнул.

Я прошла к корпусу, где жили слуги, и без труда нашла комнату Златы. Здесь она жила с соседкой. При моем появлении они обе присели в реверансе, склонив головы. Это было так…непривычно и даже неприятно. Особенно видеть Злату, с которой мы практически вместе выросли, в таком положении. Я кивнула её соседке, и она вышла, оставив нас наедине.

— Что-то случилось? — спросила Злата. — Нам сказали, что сегодня важное мероприятие, и что мы должны сидеть тихо.

Ну, да. Не чета слугам шуметь, когда хозяева барствуют.

— Понимаешь, солнышко, — я всегда так её называла, когда мы были наедине, — мой друг Макс сегодня попросил кое о чем. Помнишь, я тебе о нем рассказывала?

— Да, — кивнула девушка. — Он тебя, кажется, всегда поддерживал и смешил.

— Да. Вот, у Макса когда-то была любимая девушка, но много лет назад она погибла.

— Сочувствую ему. Причем здесь я? — нахмурилась она.

— Притом, что Макс — тот парень, который спас тебя от пса.

— Что? — округлила глаза Злата. — Это был он? Знаешь, он даже не представился. Хотя, он и не должен… Я ведь просто рабыня.

— Вот. Макс, как Всадник, может видеть души других людей. И он утверждает, что ты — новое воплощение его возлюбленной…

Злата замолчала, неотрывно смотря на меня и хлопая глазами.

— И что? — отрывисто спросила она.

— Он просит Повелителя, чтобы тот разрешил ему забрать тебя, — пожала плечом я.

— Что?!!! — бедняжка даже отпрыгнула от меня. — Ты же этого не позволишь?! Виталина, ты же моя подруга, ты же мне как сестра! Не отдавайте меня ему! — взмолилась она, в глазах заблестели слезы.

— Тише, тише, — попыталась успокоить её я, прижимая к себе. — Солнышко, если ты не захочешь, то никто тебя не заберет, обещаю. Просто выслушай меня. Макс очень хороший и порядочный парень. Он человек чести. Он предлагает тебе свою защиту и покровительство. Без домогательств и приставаний, — спешно добавила я, видя, как меняется лицо Златы. — Он поклялся, что и пальцем тебя не тронет, пока ты не вырастешь и сама не полюбишь его.

— А если я не полюблю?

— Он сказал, что примет твой выбор, но только, если ты будешь свободна. Он заявил, что если тебя как рабыню попробуют кому-то отдать, то он просто выкрадет тебя.

От этой новости девочка охнула и села на кровать.

— Я знаю, что все это неожиданно и меняет твою жизнь, но, поверь, эта жизнь лучше, чем та, что уготована тебе, если останешься рабыней. Я знаю Макса, он очень хороший. Он никогда тебя не обидит и всегда будет защищать. Даже ценой своей жизни.

— Ты считаешь, что мне нужно согласиться? — прошептала она.

— Я считаю, что ты должна слушать свое сердце, солнышко, — я присела рядом с ней. — Просто не думай, что Макс — какой-то извращенец, а я пытаюсь тебя продать. Нет, вы оба мои друзья, и, думаю, вместе вам будет хорошо. К тому же, это не билет о один конец, — подмигнула я ей.

— То есть?

— Я дам тебе одну штучку… Если тебе у него не понравится, то только сообщи, и я тебя из-под земли достану и верну, — улыбнулась я ей.

Эта деталь успокоила Злату, и после недолгих уговоров она все же согласилась. Было заметно, что она очень волновалась. После моего ухода из зала прошел почти час, нас, наверное, заждались.

Злата долго думала, что же ей надеть. Выбрав свое самое приличное платье, она сделала глубокий вдох и пошла со мной.

Я же вручила ей зеркало, с помощью которого когда-то общалась с Аланом. Ромул сохранил оба, так как это ценные магические артефакты. Так как одно уже было настроено на меня, я просто призвала его, и оно появилось в моей руке. Перенастроить его оказалось совсем легко.

Мы вошли в комнату, где Ромул и Макс стояли, сверля друг друга напряженными взглядами. При нашем появлении они вздрогнули и посмотрели на Злату. Девушка смутилась от такого пристального внимания, а вот Макс наоборот просиял.

— Злата согласна, — объявила я. — Но имей в виду — обидишь её, и я тебя найду и разберусь.

Макс согласно кивнул и предложил девушке руку. Она робко вложила свою ладонь в его, и они растворились прямо в воздухе. Ой! Такого я не ожидала, надеялась, что они останутся хотя бы на банкет… Ну, что ж, ладно…

Ближе к ночи Всадники начали разлетаться, и к утру наш дворец опустел, вновь стало очень тихо. Ромул и вправду на следующий день начал меня тренировать и обучать магии. К моему удивлению, с ним оказалось намного проще, чем с Давидом. Повелитель не подкалывал меня, не язвил, не издевался, а терпеливо все объяснял и показывал. Если что-то не получалось — он говорил, что ничего страшного, и нужно пробовать ещё. И у меня действительно получалось! Изо дня в день он занимался со мной не меньше трех часов, выкраивая время и меняя свои планы. В довершение ко всему, он включил физически нагрузки в нашу программу. Теперь я по утрам бегала по дворцовому саду. Вскоре я заметила, что тело подтянулось, а одежда стала более свободно висеть на мне.

Мы часто ходили на нашу речку. Как сказал Ромул, она называется Хадажка, а конкретно это место местные называют «арбузиком» из-за формы, которую описывает река в этом участке. Я научилась хорошо плавать, и теперь мы вместе играли в догонялки в воде. Надо ли говорить, что почти всегда Ромул настигал меня без проблем, чего не скажешь обо мне. Чтобы угнаться за ним, приходилось очень стараться, да и то, с условием, что он будет поддаваться. Так прошло несколько месяцев. Слуги тоже привыкли ко мне, относились с уважением, держали дистанцию. Дядю Тома повысили, и теперь он готовит только для меня.

Злата часто связывалась со мной после своего переезда, делилась опасениями, но все было хорошо, Макс не давил на неё, и её вызовы становились все более редкими.

Я как-то и сама не заметила, когда прошел тот момент, когда я поняла, что не смогу прожить без Ромула, не смогу с ним расстаться. Каждое утро видеть его глаза, слышать его смех, проводить время вместе и вместе же засыпать… Это стало тем, ради чего я жила, смыслом моего существования. Зачем мне все эти Всадники, маги, если в моей жизни не будет Ромула? Ничего не имеет смысла без него.

Факт нашей помолвки особо не афишировался, об этом знали только самые приближенные. Остальные принимали меня за фаворитку, но я не обижалась, так как понимала, что говорить правду сейчас — не лучшая идея.

Однажды утром я как обычно пошла бегать в сад, а Ромул — по делам отправился из дворца. Когда я пробежала несколько десятков метров, сердце бешено забилось, а перед глазами потемнело. Не помню, что происходило дальше. Наверное, на какое-то время я потеряла сознание. Кто-то говорил «сьорра», хлопал меня по щекам. Потом меня куда-то несут и кладут на что-то мягкое.

Некоторое время я просто лежала, пытаясь прийти в себя. Шум в голове начал утихать, давая мне возможность услышать, что происходит вокруг. Чувство слабости не проходило. Я готова была целую вечность вот так лежать, никуда не торопясь и не спеша. Вдруг мне стало очень хорошо! Так спокойно, тепло, уютно…

Я почувствовала, как рядом со мной прогнулась кровать, и кто-то сел рядом. Нехотя мне пришлось открыть глаза.

— Как вы себя чувствуете, сьорра? — обеспокоенно спросил Морт. Он был бледен и испуган.

— Не очень, — я сама удивилась, как слабо звучал мой голос. Я посмотрела по сторонам и поняла, что лежу в больничном крыле. Где-то в другой части комнаты стояли целители.

Неожиданно дверь распахнулась, и ворвался Ромул.

— Что с Виталиной?! — тут же потребовал он ответа у целителей. Один из них отвел его в сторону и что-то тихо зашептал. Оба мужчины наклонили головы вперед. Я не слышала слов, но Ромул резко вскинулся и изумленно посмотрел на целителя. По губам я прочитала «не может быть». Он посмотрел на меня, и столько эмоций отразилось в его взгляде: счастье, радость, неверие, даже шок.

Он приказал всем покинуть помещение. Когда мы остались одни, он осторожно приблизился и присел на то место, где только что сидел Морт.

Ромул смотрел на меня сверху вниз таким взглядом, будто у меня за головой появился нимб.

— Лина, — прошептал он, — ты беременна, — и расплылся в улыбке, будто сам не верил, что все это происходит наяву.

Смысл его слов дошел до меня не сразу. Беременна?! Я?! На несколько минут захотелось снова в обморок, а он затараторил:

— Теперь никаких физических нагрузок. Сама видишь, как на тебя влияет пробежка. Магию тоже нужно ограничить. И на драконе летать тоже не нужно. Я скажу Тому, чтобы готовил тебе только полезные продукты. Тебе нужен полный покой. Целитель сказал, что тебе нужно много отдыхать после обморока. Может, ты чего-то хочешь? Есть? Пить? — он уставился на меня во все глаза, будто от моего ответа зависела его жизнь.

— Нет, ничего не хочу, — покачала головой я. — Только полежать…

— Хорошо, лежи, сколько хочешь, — сказал он и поцеловал мою руку, зажмурившись. — Лина, ты сделала меня самым счастливым на свете. Я уже и не надеялся, что когда-нибудь стану отцом, а теперь… Я обещаю, что буду беречь тебя как зеницу ока.

— У меня такое чувство, что от твоей заботы вскоре захочется повеситься, — простонала я. — Ты уже кучу всего мне запретил.

— Лина, ты должна думать не только о себе, но и о ребенке, — поучительно произнес он. Я, безусловно, согласна с ним, просто не верится, что я беременна. Никаких изменений я не ощущаю. Ну, разве что недомогание, но это ведь не признак беременности. — Представляешь, внутри тебя кто-то живет, — счастливо рассмеялся Ромул. Никогда не видела, чтобы он так светился.

— Глисты? — подшутила я.

— Лина! Не говори так.

— Шучу. Просто мне так сложно во все это поверить, словно это происходит не со мной. Я не чувствую беременности.

— Ты почувствуешь её ближе к четвертому месяцу, — тепло улыбнулся он. — А сейчас… — он запнулся, посмотрев на меня прищуренным взглядом, — нет, ничего…

Я не стала допытываться, что такого он хотел мне сказать. Слабость и усталость снова дали о себе знать, и я благополучно заснула. Проснулась уже в покоях Повелителя. Он что, перенес меня сюда? Занятно… Прислушавшись к себе, поняла, что чувствую я себя нормально. Да, здоровый сон творит чудеса! В приподнятом настроении я встала, переоделась в платье и отправилась бродить по дворцу. В нем царила веселая атмосфера. С чего бы это?

Ромул нашелся в саду. Он стоял в окружении Морта и ещё нескольких воинов. Они смеялись и хлопали его по плечу. Кто-то из них завидел меня и сказал об этом Повелителю. Он тут же обернулся ко мне, дождался, когда я приближусь и притянул к себе, поцеловав в лоб.

— Поздравляю вас, — искренне произнес Морт, с восхищением глядя на меня. О, похоже, Ромул уже всем разболтал…

Он сделал знак, и все покинули нас. Мы вновь остались наедине, а вокруг шумел сад.

— Родная моя, нам нужно кое-что обсудить, — начал Ромул, жестом предлагая пройтись. — Как ты себя чувствуешь?

— Спасибо, все в порядке, — кивнула я. — Все прошло. Спасибо, что перенес меня к себе.

— К нам, — поправил меня он.

— Что? — не поняла я.

— К нам в покои. Теперь они наши, ты будешь жить там, — уверенно заявил он.

— Ну, я и так практически там поселилась, — улыбнулась я. — Только, ты мог бы, хотя бы для вида, спросить моего согласия.

На лице Ромула отразилось недоумение, но он быстро взял себя в руки.

— Твое согласие требуется для другого… — начал он. — Виталина, ты же понимаешь, что в свете последних событий мы должны как можно скорее пожениться?

— Что?! — изумилась я. — Свадьба?! Ты зовешь меня замуж?!

— Да, Лина. Я предлагаю тебе стать моей женой, — произнес он. В его словах не было торжественности и лирики. Он просто сделал мне деловое предложение.

— А если я откажусь? — решила поиграть с огнем я.

— Что? — обманчиво спокойно спросил он и остановился. — Ты не хочешь этого?

— Ну… — протянула я. — Хочу. Просто ты снова принимаешь за меня все решения и даже не советуешься.

— Прости, — потер переносицу он. — Я так долго ждал этого дня, что просто голову потерял. Правда, я готов пойти на что угодно, чтобы уберечь тебя и нашего ребенка.

— Уберечь от чего? Ромул, нам никто не угрожает!

— Лина, какая же ты наивная, — вздохнул он и провел рукой по лицу. — Вокруг меня сотни лордов и герцогов всех мастей, которые спят и видят, как они займут мой трон. Мой наследник портит им все планы. Ты пойми, родная, он должен быть законнорожденным. Только тогда у него будут все шансы защитить себя и выжить.

— А если это будет девочка? — тихо спросила я.

— Ну, и хорошо! — улыбнулся Ромул. — Сейчас — девочка, завтра — мальчик, потом снова девочка и снова мальчик! — он оторвал меня от земли и закружил.

Я обняла его за шею и уткнулась носом в плечо, вдыхая его аромат. Мой мужчина! Самый лучший, самый надежный!

К свадьбе начали готовиться очень усиленно. У меня начался утренний токсикоз, поэтому от момента пробуждения и до обеда я пряталась от всех запахов. Вот теперь я почувствовала изменения в своем организме! Чара сказала, что тоже ощущает перемены и перестраивает наши энергетические потоки. Ромул старался не нагружать меня, сам решал большинство вопросов, связанных с торжеством. Я была не против. Честно говоря, мне было все равно, в какие цвета будет оформлен дворец, какое на мне будет платье и сколько будет гостей. С моей стороны все равно будет лишь несколько человек. Ромул сказал, что в честь такого важного события устроят гуляния по всей Империи. Подумать только! Всего год назад я и подумать не могла, что все будет вот так. Кем я была? Развлечением для местного лорда, наложницей, готовой выполнять любое его желание. И кто я теперь? Без пяти минут Императрица, будущая мать наследника, любимая женщина Повелителя… От этих мыслей на глазах навернулись слезы. Именно в этот момент вошел Ромул. Увидев, что я плачу, он изменился в лице и бросился ко мне.

— Что случилось, Лина? Кто тебя обидел? — он обнял меня и прижал голову к груди.

— Никто, — я улыбнулась сквозь слезы, и он вообще запутался. — Я просто очень люблю тебя, — я поцеловала его в щеку, оставив на ней мокрый след. — Ты у меня самый лучший, самый хороший, самый нежный, — и снова я сжала его в крепких объятиях.

— Тогда…почему ты плачешь? — шокировано спросил он.

— От счастья, что ты у меня есть.

Похоже, мое поведение не укладывалось в его привычные шаблоны, и Ромул просто не знал, что делать в такой ситуации. Решив не мудрить, он вздохнул и просто обнял меня, усаживая к себе на колени.

Такие перепады настроения случались у меня очень часто. Вдобавок ко всему, ещё и поменялись вкусы. Если раньше я предпочитала сладости, ягоды и фрукты, то теперь безумно хотелось мяса. Прожаренного, с перцем и солью, а ещё политого уксусом. Я стала охотиться на все соленое и острое. Ромул не одобрял таких моих гастрономических пристрастий, но поделать ничего не мог, так как от сладкого мне сильно тошнило.

За день до свадебного торжества я прогуливалась по саду. Уже был вечер, на улице установилась приятная летняя прохлада. Я с наслаждением вдыхала воздух, стараясь не думать о том, что завтра утром снова буду мучиться от тошноты. Ромул был занят и весь день не покидал своего кабинета. Ещё бы, ведь завтра с утра начнется свадьба… Странно, но волнения я не ощущала. Мы и так фактически живем как муж и жена. Ничего не поменяется. Ну, появятся брачные браслеты, да и только.

Неожиданно я спиной почувствовала чей-то взгляд. Я обернулась, но никого не увидела. Странно. Что это такое? Решив, что мне показалось, я отправилась дальше, но двигалась уже в сторону выхода. Я сделала несколько шагов, и рядом со мной раздался свист. Я с ужасом увидела, как в дерево рядом вонзилась стрела. Целились явно в меня. Промелькнула мысль, что атаку нужно отразить, использовать магию, призвать Чару, но все, на что я оказалась способна — трусливо забежать за дерево. Меня сковал ужас, сердце бешено стучало, а все движения давались с трудом. Рядом вонзилась ещё одна стрела. Да где же стража?! Ах, да, они на собрании по поводу завтрашнего мероприятия. Но меня же должен хоть кто-то охранять! Набравшись смелости, я юркнула в кустарник, стараясь скрыться не по основным тропинкам, а в тихую. Судя по звукам, он бросился за мной. Это подстегнуло меня, и я престала заботиться о производимом шуме. Меня как будто что-то подгоняло, твердило, что нужно убежать, спрятаться.

Но далеко я не убежала. Нападавший настиг меня и повалил на землю. Я пронзительно закричала. Он развернул меня и навис сверху. Я успела отметить его отстраненное лицо и длинный острый кинжал. Очень медленно он приближался ко мне. Я уже подумала, что это конец, но мужчина странно дернулся и замер. Секунда — и он упал на меня, придавливая к земле.

Мне показалось, что прошла целая вечность прежде, чем кто-то отшвырнул его с меня и рывком поднял на ноги. Перед глазами появилось перепуганное лицо Ромула. Он был бледен. Наверное, как и я.

— Виталина, что с тобой? — он встряхнул меня и заглянул в глаза. — Ты ранена?!

Я помотала головой. Ромул выдохнул и прижал меня к себе. Никогда не видела его таким. Через несколько секунд я поняла, что мы переместились в его…в нашу спальню. Оказалось, что у меня дрожали руки. Мысли путались. Ромул отдал какой-то приказ кому-то и вернулся ко мне. Он уложил меня в постель и лег рядом, обнимая и согревая своим теплом. Он шептал что-то успокаивающее, тихое… В какой-то момент сунул мне ко рту какой-то стакан с прозрачной горьковатой жидкостью. Я без вопросов выпила все до дна, и почти сразу заснула.

Утром меня разбудил Ромул. Я с трудом разлепила веки и поняла, что только близится рассвет.

— Лина, проснись, — потряс меня он.

— Что? Что такое? — пробурчала сонным голосом я.

— Я сейчас уйду.

— Куда? — тут же встрепенулась я.

— Успокойся, — тихо рассмеялся он. — Я буду в соседней комнате. У нас сегодня свадьба.

Точно! Как я могла забыть!

— А как же нападение? — задала я волнующий меня вопрос.

— Организаторов взяли. Они применили запрещенное заклятье к одному стражнику и управляли им на расстоянии.

— Неужели в саду меня никто не охранял?

— Их тоже…ликвидировали, — сдержанно ответил он, а я испуганно сглотнула, поняв, что это значит. Невинные люди погибли из-за меня… — Не переживай, за дверью дежурит Морт. Сегодня я обеспечу тебе полную безопасность.

— Стой! А как же ты понял, что я в опасности?

— Не знаю, почувствовал…

— А кто организаторы?

— Несколько герцогов. Надеялись, устранив тебя, прервать мой род. Не волнуйся, у них ничего не получится, — подмигнул он и вышел.

Легко сказать — не волнуйся! Меня по сути в собственном дворце чуть в дуршлаг не превратили, а он — не волнуйся! И ещё меня очень волновала моя реакция… Ведь я и сама могла себя защитить… Почему же струсила? Как бы не было неприятно это признавать, но я реально испугалась и предпочла сбежать от противника, которого могла одолеть! Что же это со мной?

Взяв себя в руки, я решила отложить эти вопросы на потом и подготовиться к свадьбе. Честно признаться, я вообще не думала, что однажды выйду замуж, так как была рабыней. А став Всадницей, брак воспринимала как нечто абстрактное. И вот, свадьба…

В комнату вошли служанки и присели в реверансе. На этот раз их было целых семь! Что же меня ждет…?

Как оказалось, ничего из ряда вон выходящего: меня помыли, натерли кожу специальными отварами, потом уложили волосы в высокую прическу и нанесли макияж. Инересно, что от запаха трав моя тошнота пошла на убыль и почти не ощущалась. Эх, что ж они раньше о них молчали?

Все это заняло около двух часов.

Принесли мой свадебный наряд: красное А-образное платье с длинным рукавом, туфли, вуаль и специальные украшения для волос. Девушки аккуратно закололи их в прическу. Корсет платья мне затянули по минимуму, учитывая мое положение. Когда служанки закончили, я придирчиво осмотрела себя. В общем, мне все нравилось, пока девушки не опустили вуаль на лицо. Теперь вообще невозможно понять, что я — это я, так за тканью лица практически не видно. Эх, жаль… А впрочем, ничего страшного. Главное — пережить этот день.

Вскоре за мной пришли. Охрана во главе с Мортом сопровождали меня вплоть до дверей церемониального зала. Я очень волновалась, но изо всех сил старалась держаться. Я понимала, что Ромул не зашел ко мне из-за традиций, но в тайне я надеялась, что он нарушит их ради меня.

Когда мы шли по коридорам, я мельком посмотрела в окно и обомлела: за стенами дворца собралось не меньше тысячи человек! Ничего себе, вот это толпа! Похоже, наша свадьба и впрямь стала событием.

Мы остановились перед дверьми. Из-за них слышалась музыка.

— Мы будем поблизости…Ваше Величество, — сказал мне Морт. Так непривычно слышать подобное обращение. Я шутливо ткнула его локтем в бок. Рано ещё! Сначала нужно пройти церемонию…

Двери зала с грохотом распахнулись. Внутри оказался алтарь с проведенной к нему дорожкой. По бокам от неё все заполнили люди. Сделав вдох, я начала шагать к Ромулу, прижав ладони к животу, как того требуют традиции. Судя по одеждам, люди вокруг — не придворные. Наверное, важные гости. Интересно, среди них есть те, кто вчера пытался меня убить? Нет, Ромул бы не допустил их.

Наконец, эта бесконечная дорожка закончилась. Я повернулась лицом к Ромулу. Он был одет в парадный костюм, на поясе висел меч. Зачем он ему? Как только я подошла, он буквально впился в меня взглядом, но лица разглядеть не смог. Дворцовый маг начал читать заклинания и молитвы, сопровождая все это пожеланиями и напутствиями.

— Берешь ли ты эту женщину в жены? — спросил он Ромула.

— Беру.

— Берешь ли ты этого мужчину в мужья?

— Беру, — ответила я. Ромул узнал мой голос и улыбнулся.

Маг одел нам на запястья брачные браслеты, но не застегнул их и прочитал какие-то заклинания. Я почувствовала, как они нагрелись, а через несколько секунд замки сами захлопнулись.

— С этой минуты вы — законные супруги, соединенные узами брака, — торжественно произнес маг. Зал, о котором я напрочь забыла, разразился аплодисментами.

Ромул сделал шаг ко мне и запрокинул вуаль, открывая лицо. Я не могла сдержать счастливой улыбки. Он трепетно поцеловал меня, а потом отвернулся, беря что-то с постамента. К моему удивлению, у него в руках оказалась диадема такого же цвета, как и его корона — серебристо-серая. Он осторожно одел её мне на голову. Украшение село как влитое. Было так непривычно носить подобную вещь на голове, но привыкнуть мне все же придется.

Внутри меня разрывала радость и счастье, но вместе с этим я сильно смущалась, так внимание сотен гостей сейчас было приковано ко мне одной. Ромул приобнял меня за талию и повернулся к гостям. Слуги принесли нам два бокала с чем-то красным. Все присутствующие тоже подняли кубки. И откуда они их взяли?

— За нашу Империю! — громко произнес Ромул. Я не сомневалась, что его услышали даже на другом конце зала. — За моих друзей! — он отсалютовал Морту, Минаху и Максу, рядом с которым стояла счастливая Злата (и как я могла не разглядеть их в толпе?!), — И за мою любимую Виталину, — он с нежностью посмотрел на меня, и столько эмоций отразилось в его взгляде… Это непередаваемо!

Все пригубили бокалы. Не знаю, что было у остальных, но у меня — вишневый сок.

Все подходили к нам и поздравляли. Справа на столе скопилась большая гора подарков. И что-то мне подсказывало, что это лишь малая их часть.

Когда поздравления прекратились, я облегченно выдохнула. От натянутой улыбки уже сводило мышцы. Кошмар!

Мы вышли на улицу, где нас ждала открытая карета, запряженная лошадьми. Ромул пожал мне руку и помог забраться. Мы сели рядом, и карета тронулась. Около трех часов мы катились по столице, приветствуя подданных. Я улыбалась и махала им. Ещё на этапе подготовки я заявила Ромулу, что меня раздражает это, что я не хочу быть куклой, которая как заведенная всем машет ручкой. Он убедил меня, что это необходимо и без этого нас не поймут.

Столица удивила меня своими размерами и зеленью. Здесь практически на каждом шагу были зелены насаждения. Почему Ромул никогда не водил меня сюда? Надо будет позже спросить.

— Одно твое слово, и мы возвращаемся, — тихо шепнул он мне.

— Все в порядке, — также ответила я. — Здесь так красиво! Почему Ты раньше не приводил меня сюда?

— У нас ещё все впереди, — пообещал он и поцеловал меня. У окружающих это вызвало романтичный вздох.

Через полчаса мы вернулись во дворец. Ромул помог мне выйти из кареты, и мы проследовали в бальную залу. Там уже собралась толпа незнакомых лиц. Муж провел меня в самый центр. Зазвучала музыка, и мы начали танцевать. Знакомая мелодия… Кажется, под неё мы танцевали на Весеннем балу. Я смотрела Ромулу в глаза, и не могла отвести взгляда. Он выглядел таким счастливым и красивым, что у меня защипало глаза.

— Я люблю тебя, — прошептала я. Он закрыл глаза и шумно вдохнул воздух.

— Как долго я мечтал услышать эти слова, — ответил он. — Ты изменила мою жизнь, Лина. Как я жил до встречи с тобой? Наверное, я и не жил вовсе. Мне нужна только ты. Только рядом с тобой жизнь имеет смысл.

— Ромул… — я не знала, что на это ответить. Наверное, я так выразительно посмотрела на него, что он и так все понял.

Когда танец закончился, нам снова начали аплодировать. В северной части зала располагались два трона. Ромул проводил меня к ним и усадил на тот, что был слева.

Я села на трон. Какое невероятное чувство власти, силы…

— У тебя такая улыбка на лице, что мне становится не по себе, — усмехнулся Ромул.

— Я не уверена, что готова стать правительницей, — призналась ему я.

— Ты стала Повелительницей моего сердца, — искренне сказал он. — А это уже многого стоит. А насчет правления… Если не хочешь, то можешь не вникать.

— Ну, уж нет, — серьезно покачала головой я. — Хочу оставить потомкам память о себе.

— Роди мне пятнадцать детей, и, поверь, тебя запомнят, — улыбнулся он. Я посмотрела на него таким шокированным взглядом, что он не выдержал и рассмеялся. — Да шучу я, шучу!

— Не смешно…

Глава 17

Я вдруг почувствовала острую необходимость подышать воздухом — в зале становилось очень душно. Ромул понимающе кивнул. Я вышла на балкона и несколько минут просто наслаждалась вечерней прохладой. Неожиданно мое внимание привлек разговор внизу. Говорили какие-то женщины, и до меня донеслись их голоса.

— Наложницу, Алекса! — возмущалась одна. — Он сделал Императрицей какую-то шлюшку!

— Да, мы все в шоке, Ильда, — отвечал второй голос. — Но ты же видела, Повелитель влюблен в неё.

— Ой! Влюблен! Интересно, что такого она делает в постели, что он даже женился на ней?

— Почему ты так бесишься?

— Я столько лет юлой крутилась перед ним, столько знаков внимания ему оказывала, а что он?!

— Принял твои знаки, — ехидно ответила вторая.

Это в каком это смысле?!

— Да, Алекса, да! Ещё полгода назад мы были вместе!

— Что значит вместе? Он просто несколько раз зажимал тебя по углам дворца, да и только.

— Этого мало?! — возмутилась Ильда. — Я отдала ему всю себя…

— О, боги, Ильда, ты просто переспала с ним несколько раз, да и все! Знаешь, сколько у него было женщин?! Говорят, он половину Империи переимел. Ничего. Не думаю, что брак его остановит. Поверь, через месяцок-другой снова обратит на кого-нибудь внимание, — уверенно заявила Алекса.

Я не выдержала. Все настроение тут же улетучилось. Внутри меня вспыхнула самая настоящая ненависть к этим двум особам. Я потянулась своей магией в воздуху, как учил меня Ромул. Концентрируясь, я стала высушивать его, выделяя влагу. Даже не знаю, какой объем мне пришлось использовать. Решив, что этого хватит, я отпустила силу, и несколько литров воды хлынули на головы этим курицам. Раздался женский визг. Злорадно улыбнувшись, я направилась прочь с этого балкона.

Я знала, конечно, что и до меня у Ромула было много женщин, но искренне верила, что после меня не было ни одной. Он был так искренен в своих чувствах, что просто представить невозможно, чтобы с ним была другая. Как же так? Мысль о том, что он может изменять мне и завести себе фавориток, обожгла сердце. Сейчас он влюблен, но что будет через год, через два, через десять? Он полушутливо намекнул, что хочет много детей. А что, если от беременностей меня разнесет и я стану некрасивой? Что, если он не захочет меня больше и начнет смотреть по сторонам? Возвращаться на бал не было никакого желания. Я шла по пустому коридору замка, надеясь, что никому не попадусь на глаза. Войдя в наши покои, я закрылась в спальне и расплакалась. Я не стала удерживать слезы, позволяя себе выплеснуть все эмоции.

Не знаю, сколько я так провалялась, задавая себе один и тот же вопрос. Остановилась только тогда, когда от слез уже не могла дышать и начала болеть голова. Именно в этот момент дверь спальни распахнулась от пинка, и влетел Ромул.

— Что случилось?! — подбежал он ко мне. — Почему ты ушла, никому ничего не сказав? Лина, отвечай! Кто тебя довел до такого состояния?!

— Когда я была у Всадников, ты был с другими женщинами? — сквозь слезы спросила я, не обращая внимая на его тираду.

— Почему ты спрашиваешь? — нахмурился он, не ожидая такого вопроса.

— Отвечай! — выкрикнула я. Его реакция подтверждала мои худшие опасения.

— Нет! Говорил же, с тех пор, как увидел тебя, на других смотреть не могу! Лина, что произошло? — проникновенно спросил он, заглядывая мне в глаза.

— Встретила Ильду! — всплеснула руками я. Взгляд Ромула потяжелел.

— Что она тебе сказала? — тихо спросил он.

— Мне — ничего! — кажется, я была на грани истерики. — Она обсуждала с подружкой как хорошо вы тра… — я проглотила окончание слова, так как воздух закончился, — во дворце! Сказали, что брак тебя не остановит, и вскоре ты снова побежишь налево, — от этих слов я снова расплакалась. Никогда не чувствовала себя настолько расклеенной.

Ромул крепко обнял меня, прижимая голову в своей груди.

— Лина, посмотри на меня, — мягко, но уверенно попросил он. — Посмотри, Лина.

Я подняла на него глаза.

— Я никогда не возьму ни одну женщину, кроме тебя, слышишь? — он провел рукой по моему лицу. — Никто и никогда не сравнится с тобой. В моем сердце только ты одна.

Звучит красиво, но…

— Это сейчас я молодая и красивая, — прошептала я, глядя в его яблочно зеленые глаза. — Но время пройдет, я, наверное, располнею, стану не такой… И что тогда? Ты-то останешься красавцем… Начнешь смотреть на более молодых и привлекательных женщин… Вот что ты улыбаешься?!

Ромул смотрел на меня с такой теплотой, что стало не по себе. Он буквально сиял от счастья! Подхватив меня под попу, он оторвал мою тушку от земли и поцеловал.

— Виталина, — прошептал он, — ты самая лучшая на свете женщина. Кстати, ты впервые назвала меня красавцем, — гордо заявил он. — Спасибо. Ты зря переживаешь. В моей жизни будешь только ты. Какой бы ты ни стала. Только ты и наши дети. Клянусь, — серьезно и торжественно произнес он.

— Хорошо… Но имей в виду: если ты заведешь себе фаворитку, то и я закручу роман на стороне, — предупредила я. Разве нечестно? Если он пойдет гулять, то чем я хуже? Однако мои слова имели обратный эффект: Ромул изменился в лице, а объятия стали буквально стальными.

— У тебя не будет других мужчин, — прошипел он, приблизив свое лицо.

— Только если у тебя не будет других женщин, — также ответила я, ничуть не испугавшись.

— А их не будет. Лина, если ты посмотришь на кого-нибудь мужчину, то я убью его, — со всей серьезностью заявил Ромул.

— Странное заявление от мужчины, который переимел половину Империи, — вспомнила я выражение одной из тех куриц.

— Я искал ту самую! — возмутился Ромул, но, увидев зверское выражение на моем лице, с улыбкой добавил: — А она залепила мне пощечину, когда я потянул к ней свои руки.

Я невольно рассмеялась.

— Почему твои, я надеюсь, бывшие подстилки приглашены на нашу свадьбу? — все той же милой улыбкой спросила я. — Сколько их ещё здесь бродит?

Ромул замялся, и мне это не понравилось. Очень не понравилось.

— Сколько? — рассерженно прошипела я.

— Не важно, Лина… Просто многие — это дочери лордов, герцогов, в общем, знати… Я же не мог их не пригласить… Тогда тут и половины не было бы, — сказал он и тут же осекся.

Ох и зря он это ляпнул! Я не выдержала и отвесила ему хороший подзатыльник. Вот же…кошак блудливый! Я рывком наклонила его голову и зашептала на ухо:

— Если я увижу, услышу, узнаю, что ты разговаривал или хотя бы посмотрел на какую-то женщину так, что мне не понравится, я завтра же собираю все свои вещи, и мы с Чарой улетаем. Куда — не скажу. Ты меня понял?

— Да, моя Повелительница, — вздохнул он, виновато опуская глаза.

Я говорила абсолютно серьезно. Если увижу хотя бы намек на измену — тут же заберу ребенка и уйду. И пусть ищет потом, где хочет. Терпеть его загулы я не намерена ни при каких обстоятельствах!

— Давай вернемся, — предложил Ромул. — нам нужно закрыть бал и…

— …и?

— И начнем нашу брачную ночь, — склонившись к моему уху, соблазнительно прошептал он.

— По традиции, эта ночь должна быть первой для невесты, а в идеале — и для жениха, — с улыбкой поддела его я.

— Да кому нужны эти традиции, — отмахнулся Ромул.

Мы благополучно добрались до бальной залы. Слова и клятвы Ромула успокоили меня. Думаю, все не так плохо, как я успела себе напридумывать. Остается надеяться, что он искренне меня любит и никогда не оставит и не предаст.

* * *

На следующее утро я проснулась аж после обеда. Вот это да! Зато тошнота прошла. Я повернула голову и увидела Ромула, который спал и немного похрапывал. Ночью он старался сильно не усердствовать, чтобы не навредить ребенку. Я положила ладонь себе на живот. Скоро я стану мамой. Так странно… И в то же время волнительно. Я лежала, счастливо улыбаясь, пока не услышала, как кто-то вошел в гостиную. Не желая будить мужа, я аккуратно вылезла из постели и пошла узнать, кого там принесло.

Морт неуверенно переминался с ноги на ногу.

— Что-то случилось? — спросила я.

— К вам прорывается Злата. Говорит, что это очень важно, а они уже уезжают.

— Зови скорее!

Вчера я не успела пообщаться с ней, так как меня постоянно отвлекали. Морт вышел, и почти сразу же влетела золотоволосая девушка, бросаясь мне на шею. Она выглядела повзрослевшей, посвежевшей, даже счастливой.

— Виталина, поговори с Максом, прошу тебя, — простонала она после обмена приветствиями.

— Он тебя обижает? — тут же насторожилась я.

— Нет, в том-то и дело! — возмутилась она, вскидывая руки. — Он с меня пылинки сдувает! И как же меня это бесит! Мы живем в домике в небольшом городе. За порог — только в его сопровождении, ничего тяжелее табуретки поднимать не разрешает, но больше всего меня бесит его невозмутимость. Как я только я не пыталась его вывести: и посуду била, и кричала, и даже сбегать пыталась — бесполезно! Он все время или улыбается мне, или просто отстраненно смотрит.

— Он же беспокоится за тебя, зачем ты с ним так?

— Мне ужасно скучно, — призналась она. — Я хочу и на танцы пойти, и с соседками пообщаться, а он все запрещает…

— А он тебе нравится?

— Да. Он замечательный, но эта его опека меня бесит.

— Что мне ему сказать? Макс, перестань смотреть за Златой, потому что её тянет на приключенияТы же понимаешь, что он искренне заботится о тебе.

Девушка понуро опустила голову, поняв, что в моем лице союзника ей не найти. А расстроенных чувствах она распрощалась со мной и ушла. Какой же она ещё ребенок!

Я вернулась к Ромулу и легла ему на плечо, отчего мужчина проснулся.

— Привет, — хрипло произнес он и поцеловал меня.

— Ромул, знаешь, что я думаю? — начала я. Ромул вопросительно вскинул брови. — Ты ведь маг и живешь очень долго. А я?

— А что ты? Ты наполовину ведьма, наполовину Всадница. Целители говорили, что у тебя будет примерно такая же продолжительность жизни, как и у меня.

— А почему ты мне сразу не сказал?! — возмутилась я

— Я думал, ты знаешь, — недоуменно произнес он. — Так или иначе, эту жизнь мы проживем вместе. И следующую, — загадочно подмигнул он мне. — Не надейся, что сможешь от меня избавиться, — Ромул впился мне в губы страстным поцелуем, заставляя сильнее прижаться к его твердому телу.

Эпилог

Мы сидели в глубине дворцового сада, расположившись на мягком покрывале. Рядом на подставках лежали сладости и фрукты, немного конфет для детей и мясо для моего мужа.

— Хорошо, что ты настояла на пикнике, — с улыбкой сказал мне Ромул. — Давно я так не расслаблялся.

Раздался детский плач. Мы обернулись к играющим малышам.

— Мама, он снова меня бьет, — сквозь слезы кричал Асхар, указывая пальцем на старшего брата.

— Ну, вот что с ними делать? Я скоро с ума сойду с этими мальчишками, — тихо сказала я Ромулу, чтобы дети не услышали. — Они же постоянно дерутся, ссорятся, ругаются. Как так можно, они ведь братья!

— Это мальчики, — развел руками Ромул. — Они всегда стремятся доказать друг другу свое первенство. Это нормально. Я бы удивлялся, будь все это по-другому.

За десять лет совместной жизни у нас появилось трое сыновей-магов. Старший — Рем, очень умный и сильный, учителя много хвалят его за трудолюбие и усердие к учебе; средний (на три года младше) — Асхар, тоже умен, но замкнут, мало с кем общается, обычно предпочитает провести вемя с книгой, чем с семьей; и младший (ему три года) — Грейв. Он ещё малыш, но отличается дружелюбием и любовью к сладостям и развлечениям. К разочарованию Всадников, драконов к ним прикреплено не было, они — обычные маги. Многие возмущались, даже обвиняли меня в предательстве и эгоизме, потому что я не вышла за Всадника, но Ромул всех осадил, сказав, что нет никакой гарантии, что от них родились бы другие дети. Мы любили своих малышей, но мне все же очень хотелось дочь… Ведь девочка — это маленькое солнышко, платьица, косички, тихие игры и счастье. Мальчишки же всегда дерутся, изучают военное дело, а мне так не хватает капельки нежности и возможности посюсюкаться с кем-то. Мальчики — принцы, и с ними особо не пооткровенничаешь. К тому же, для Ромула дочка станет отрадой и разбавит его будни, наполненные указами, военными догворами и прочей ерундой. С мальчиками он всегда серезен и сдержан, но разве он сможет сохранить напряженное лицо, если его будет обнимать маленькая дочка, приносить цветочки и просто сидеть рядом? Не думаю. Мне так хочется увидеть на его лице улыбку умиления, ведь с сыновьями он обычно строг.

У Макса и Златы все сложилось хорошо. Когда ей исполнилось шестнадцать, они обручились. По его словам, эта маленькая шкода постоянно пыталась его соблазнить, но он стойко держался. От Златы я такого не ожидала. После свадьбы и у них начали рождаться дети. Мы часто встречаемся и гуляем вместе. У Златы, в отличие от меня, одни дочери.

— Ты в последнее время такая задумчивая, — склонив голову набок, произнес Ромул.

— Скажи, а ты бы хотел девочку? — спросила я его, отправляя в рот кусочек рахат-лукума.

— Конечно, — серьезно ответил Ромул. — Только я боюсь, — нехотя признался он.

— Чего? — не поняла я.

— Это же дочка… С ней все по-другому. По-другому относиться, разговаривать, воспитывать. А потом она вырастет и захочет замуж. Как я смогу её отпустить и кому-то доверить? Нет, все женихи пройдут тщательный отбор.

— Ты так далеко заглядываешь, — рассмеялась я. — А если она будет Всадницей, как я?

— Тогда мне придется истребить их всех, — серьезно заявил он. — Если они будут покушаться на мою дочь, я убью их вместе с драконами. А мальчишки мне помогут, — подмигнул он детям.

— Я беременна, — спокойно сказала я, отщипывая виноград.

— Что? — изумился Ромул, поднимая голову. Нечасто мне удается так поразить его. Невольно я рассмеялась, настолько смешное выражение лица было сейчас у него. — Правда?

— Да. И на этот раз все по-другому. Мне кажется, это будет девочка.

— Лина, — Ромул нежно обнял меня, целуя в макушку. — Ты подарила мне самое ценное, ради чего стоит жить и бороться. Семью.

— Я люблю тебя, — прошептала я, поглаживая его немного колючую щеку.

— И я тебя, — ответил он, счастливо улыбаясь.

КОНЕЦ

Бонус. Рабыня с короной 2

(судьба дочери Лины)

Я сидела по правую руку от старшего брата. Мой отец — Император, произносил торжественную речь перед гостями. Сегодня в нашем дворце собрались все Высшие маги, ведьмы, главы и послы соседних государств и даже загадочные Всадники. Я украдкой поглядывала на этих мужчин, ведь мама почему-то всегда старалась держать меня подальше от них. Я бросила на неё взгляд украдкой. Она сидела рядом с отцом, искренне улыбалась ему и выглядела счастливой.

Я всегда поражалась тому, как сильно они любят друг друга. Мама рассказывала мне о проклятье, наложенном на отца, о том, как она сняла его и подарила жизнь трем моим братьям. Рем (самый старший) родился на десять лет старше меня, поэтому общались мы не очень тесно. Он относился ко мне как покровитель, но любил и называл «маленькой». Сейчас ему уже тридцать, по меркам магов он молод, но уже женат. Детей они пока не планируют, но все возможно. Являясь наследником престола, он много времени проводил с отцом, брал у него уроки. Ему вообще уделяли очень много внимания, и я даже не знаю, хорошо это или плохо. Средний — Асхар, тоже особо со мной не возился, но все равно часто брал с собой на прогулки. Его образованием тоже занимались вплотную, но свободное время все равно было. А вот Грейв был старше меня всего на три года, поэтому мы всегда были вместе. Много играли в детстве, и он втайне от отца стал учить меня драться. Папа любил меня, очень, но всерьез не воспринимал. Я для него — нежный цветок, который нужно оберегать. За мной всегда находятся два телохранителя, которые не подпускают никого постороннего. Собственно, именно по этой причине у меня почти нет друзей. В детстве с помощью Грейва мне удавалось от них улизнуть, но когда расцвела, отец пресек эти побеги, и брат с ним согласился.

Мне было очень обидно, но все твердили, что я слишком прекрасна, чтобы мной рисковать… Смотря на себя в зеркало, я была вынуждена признать, что я и впрямь красавица: от матери мне достались рыжие волосы, а от отца — зеленые глаза. Ещё у меня была красивая фигура и миловидное личико. Красивая, но зачем мне все это? Всю жизнь живу под строгим надзором отца, который бережет меня непонятно от чего.

Мама часто общается со мной, мы подруги. Я знаю, что у неё есть дракон, на котором она иногда летает, но эту часть её жизни от меня тщательно скрывают. Почему? Не знаю. Как бы я ни старалась это выяснить — все бесполезно.

Даже сейчас, на приеме, я чувствовала себя лишней. Рем и отец принимали делегации, все что-то обсуждали, я же не знала, куда себя деть. Я стояла рядом с ними со скучающим видом.

— Принцесса Ариадна, позвольте пригласить вас на танец, — вежливо произнес какой-то принц, имени которого я не знала.

— Нет, — отрезал папа, сверкнув на наглеца глазами. Его тут же оттеснили мои телохранители.

Я понуро втянула голову в плечи. Спорить с отцом бесполезно. Мама ободряюще сжала мне руку, но настроение было безвозвратно испорчено. Я посмотрела на неё, но она отвернулась и изменилась в лице. К нам приблизился высокий мужчина. Я поняла, что это Всадник, но что-то отличало его от других. Отец при виде его окаменел.

— Добрый вечер, Ваше Величество, — как ни в чем не бывало произнес он. — Ваше семейство разрослось.

— Что тебе нужно, Давид? — холодно спросил отец.

— Ничего, — невозмутимо ответил он. — Пришел пообщаться, — взгляд, посланный отцу, стал многообещающим. — А это, как я понимаю, та самая Ариадна, — неожиданно он сделал шаг ко мне. Впервые в жизни охрана не заслонила меня, и мужчина оказался так близко. Я подняла на него глаза, и наши взгляды встретились. Меня будто током прошибло. Он был красив, хоть и не молод. Каштановые волосы были коротко пострижены, а карие глаза будто пронзали насквозь. Я сделала глубокий вдох, так как не дышала до этого.

— Отойди от неё, — прорычал отец.

— Вам уже, если я не ошибаюсь, двадцатый год? И все ещё не замужем? Как же так… — деланно удивился он.

Я опешила. Как он смеет говорить мне такие вещи?!

— Она ещё юна, — вмешалась мама.

— Я бы так не сказал, — этот Давид бросил на меня прищуренный взгляд и прошел вглубь зала. Отец тихо выругался и приказал охране увести меня. Только сейчас я заметила, что они будто окаменели, а с удалением Давида вновь смогли двигаться.

Я не проронила ни слова и послушно проследовала в свои покои. Не так уж и хотелось присутствовать на этом приеме! Я осталась одна в своей комнате. Из головы никак не выходил этот странный мужчина.

* * *

Ромул и Давид встретились в Малом зале переговоров. Всадник как всегда был невозмутим.

— Однажды я убью тебя, — хмуро пообещал ему Ромул.

— За что?

— Как ты смеешь приближаться к моей дочери?!

— А что такого? Она красивая девушка, а ты держишь её при себе как собачонку.

— Ариадна — моя самая большая драгоценность, — без тени иронии произнес Ромул. Я отдам её лишь самому достойному.

— А такой ещё не родился, и бедняжка так и останется старой девой, — задумчиво ответил Давид. — Сочувствую.

— Что?! Да как ты смеешь?!

— Оставим это. Судьба твоей дочери пусть волнует остальных Всадников. Я пришел обсудить ситуацию на Карданских скалах. Там произошел прорыв темной энергии, и мы не в состоянии её залатать. Нужно прибегнуть в помощи Скифского артефакта.

— Это крайний случай, — задумчиво протянул Ромул.

— А наш случай и есть крайний. Погибли жители окрестных деревень. Нужно действовать.

— Хорошо. Я так понимаю, ты хочешь стать вторым? — оскалился в улыбке он.

— Напомни мне как работает эта штука, — Давиду было не просто признать, что он не все знает об этом загадочном артефакте.

— Он дает мощный магический импульс. По сути, он становится гарантом заключенного договора. Два мага заключают его. Первый становится принимающим, второй — отдающим.

— Идет.

Им принесли небольшой предмет, напоминающий лампу. Император произнес несколько заклинаний, и из артефакта появилась красноватая дымка, формируя человекоподобный силуэт.

— Я дам вам то, что вы хотите, — зашипело оно, — но взамен попрошу самое прекрасное, что есть в этом дворце.

— То есть? — нахмурился Ромул.

— Я дам тебе, — обратилось оно к Давиду, — нужную магию. Но взамен возьму у тебя, — посмотрело оно на Ромула, — самое прекрасное, что есть в твоем дворце. Это станет платой за магию.

— И что ты с этим сделаешь?

— Отдам Принимающему.

Ромул задумался. Что прекрасного есть в его дворце? Драгоценности, шелка, ткани, произведения искусства… Пусть берет что хочет.

— Согласен, — твердо сказал он.

Он и Давид быстро провели ритуал. После него Ромул в задумчивости сел в кресло. Что в его дворце самое прекрасное? Он раньше не задумывался об этом. Наверное, какая-нибудь картина или украшение… Догадка пронзила его как разряд тока.

— Ариадна!!! — закричал он, бросившись в коридор. Давид ничего не понял и отправился к Карданским скалам.

Растерянный отец ворвался в покои дочери, но было поздно. Она исчезла, не оставив следов.

* * *

Я даже не успела ничего понять, когда мою комнату заполнил красный дым. Невольно вдохнув его, я потеряла сознание, а в себя пришла в чьей-то постели. Надо мной склонился тот самый мужчина, из-за которого меня отправили с приема. Его глаза притягивали меня, манили. Захотелось приблизиться и поцеловать его… Я резко села, оттолкнув его и отгоняя странные видения.

— Что случилось? Как я здесь оказалась? — потребовала ответа я.

— Долгая история, — вскинул бровь он. — Если вкратце, то ты теперь, похоже, моя.

— Что?! Это в каком это смысле? — ужаснулась я.

— В прямом. Ты моя.

— Я принадлежу отцу, — уверенно заявила я.

— Нет. Он отдал тебя мне за мощный выплеск магии, чтобы закрыть прорыв темной магии.

— Это бред. Этого не может быть. Отец бы никогда так не поступил! Никогда!

Только сейчас я остро ощутила, что нахожусь, судя по всему, в его спальне. Как же так? Папа берег меня больше всего на свете. Это какая-то магия. Так не могло случиться.

— Мы заключили магический договор. Если бы это было не так, то тебя бы не перенесло ко мне, минуя защиту дворца. Ты знаешь, что являешься Всадницей, как и твоя мать?

— Я не Всадница. Дракона во мне нет.

— Вообще-то…есть. Есть особая категория Всадников, Ариадна. Свободные. Такие, как я. Нам не нужно умирать, чтобы переродиться, мы не связаны моральными обязательствами. Понимаешь?

— Допустим.

— Так вот, для того, чтобы пробудился дракон, нам нужно лишь одно — зажечь сердце.

— Как?

— Страстью, — просто ответил он, послав мне многозначительный взгляд.

— На что это вы намекаете? — я начала медленно отползать от него. Я — принцесса. Он не посмеет меня тронуть.

— Признай, когда ты увидела меня, в тебе что-то шевельнулось, не так ли? Как будто тебя пронзило молнией…

— Это ничего не значит!

— Значит, Ариадна, значит, — уверенно заявил он и мгновенно оказался рядом, прижимая меня к себе.

Я пыталась сопротивляться, но он лишь крепче сжал меня. Неожиданно я почувствовала острую необходимость поцеловать его. Он приблизил свое лицо, и я не смогла сдержать порыв. Наши губы соприкоснулись, и по телу начала распространяться сладкая волна желания. Давид ослабил хватку, но все же крепко прижимал меня к себе.

— Я не могу, — простонала я. — Мы ведь даже не женаты…

Мои слабые возражения были сметены страстным напором мужчины. Он терзал мои губы, подчиняя себе. Я пыталась сопротивляться, но это было очень сложно. Во-первых, Давид сильнее, а во-вторых я, к своему стыду, сама хотела этого.

В какой-то момент я поняла, что это, возможно, мой единственный шанс сделать что-то противоречащее общепринятым правилам, поступить так, как я хочу, не задумываясь о последствиях. Это странное хулиганское настроение подхлестнуло меня, и я начал отвечать мужчине.

Я была в легком шелковом платье. Давид не стал возиться со шнуровкой, и просто разорвал её. Секунда — и платье с шорохом упало на пол. Я осталась в одном белье. Мужчина отстранился, жадным взглядом рассматривая мою фигуру. Он сорвал лифчик и наклонился, беря в рот один сосок. Эта ласка заставила меня застонать. Он ласкал мою грудь, и по всему телу распространилось щекочущее чувство, концентрируясь между ног и вызывая странное желание раздвинуть их.

Давид отпустил мою грудь, вызвав у меня вздох разочарования. На его лице тоже читалось желание. Он начал раздеваться сам. Когда он снял белье, я с изумлением уставилась на его орган. Никогда не видела голых мужчин. Он был большим и продолжал увеличиваться. Медленно мужчина освободил меня от белья, открывая путь к самому сокровенному. Он коснулся рукой там и, к своему удивлению, я была ужасно мокрой. Это вызвало довольную улыбку на его губах. Мне хотелось лечь, но мы стояли. Он заставил меня чуть раздвинуть ноги и начал ласкать пальцами. Я тихонько застонала. Не думала, что там может быть так приятно.

Давид подхватил меня под попу и куда-то понес. От желания у меня помутилось в голове. Он усадил меня в кресло и широко развел ноги, встав на колени между ними. Его половой орган оказался как раз напротив моего цветка. Он прислонился и начал водить головкой вверх-вниз. Через несколько минут я сама начала подаваться бедрами вперед, прося взять меня. Поняв мое желание, он надавил и протолкнулся внутрь. Я почувствовала дискомфорт.

— Какая же ты узкая, — прошептал он, сильнее разводя мои ноги.

Он резко вогнал себя. Я выгнула спину и откинулась назад. Мне было очень хорошо. Он входил снова и снова, наполняя меня и заставляя забыть обо всем. Мне хотелось, чтобы это длилось вечно. Комната наполнилась моими стонами и хлюпающими звуками. Давид с силой врывался в мое тело, целовал шею, шептал мое имя, прижимал к себе.

В какой-то момент он встал и развернул меня, поставив на колени. Он надавил на спину, и я грудью легла на сидение кресла. Сначала я растерялась, но через секунду он раздвинул мне ноги и вошел на всю длину. Я не сдерживалась и застонала в полный голос. Странное невероятно приятное напряжение нарастало, становясь все отчетливей и ясней. С каждый его движением я чувствовала приближение чего-то, но не могла понять, чего же именно. Когда напряжение достигло своего пика, я почувствовала невероятный взрыв где-то внутри, низ живота непроизвольно начал сокращаться, а я без сил растянулась в кресле. Давид не сбавил темп.

— Молодец, девочка, — похвалил он, поглаживая мою спину.

Он отстранился и перенес меня на постель. Делал он это так, будто я ничего не весила. Странно, но я заметила кровь на кресле. Этот факт тут же выветрился из головы, так как у меня дрожали ноги, и сил почти не было.

Меня уложили на кровать и широко развели ноги. Давид вновь вошел в меня, навалившись сверху. У меня не было сил двигаться ему навстречу, поэтому я просто стонала, так как действительно было очень приятно.

Не знаю, сколько прошло времени прежде, чем все закончилось. Я испытала те самые невероятные взрывы ещё несколько раз. Давид лег рядом и притянул меня к себе. Я лишилась невинности с человеком, которого видела второй раз в жизни, бессовестно раздвигала перед ним ноги, стонала и просила ещё… Странно, но стыда и сожаления о содеянном не было. Напротив, даже приятно, что первый раз в жизни я совершила что-то, что смогу с улыбкой вспомнить в старости.

Я так и заснула на груди Давида, выбившись из сил.

Проснулась от того, что он перевернул меня на бок и проник внутрь, с каждым движением протискиваясь все глубже. Я двигалась ему навстречу, и к финалу мы пришли одновременно.

Тяжело дыша, Давид развернул меня к себе и поцеловал.

— Что ты со мной делаешь, малышка? — тихо спросил он. — Никогда не испытывал такой страсти… Даже мой дракон стал сильнее.

— А мой?

— Он вот-вот пробудится, — пообещал он и снова начал покрывать поцелуями мое тело.

— Ты понимаешь, что мой отец убьет тебя? — спросила я.

— Пусть попробует. Ты теперь моя, Ариадна, и я тебя никуда не отпущу, — сказав это, он коленом развел мне ноги и лег сверху. Он входил резко и сильно, но мне это нравилось. Его губы целовали мои, иногда перемещаясь на грудь. Я обняла его ногами и обхватила шею. В момент апогея нашей близости я взорвалась, и в этот момент что-то ещё вырвалось из меня. Энергия выплеснулась, формируясь в яркий белый шар.

Когда я открыла глаза, обнаружила себя лежащей на постели. Давид нависал сверху, с беспокойством вглядываясь в меня.

— Ты как? — спросил он, но я не ответила. Мне срочно нужно было на улицу. Я вскочила с кровати, отпихнув мужчину, но поняла, что мою одежду он разорвал вчера. Поняв мои метания, Давид как фокусник щелкнул пальцами, и возле меня появилось платье. Ничего не сказав, я выбежала из покоев.

Коридоры были длинными и запутанными, поэтому я опиралась на внутренние ощущения. Меня притягивал тот белый шар. Я выскочила на улицу и обомлела: там стоял белый дракон. Он как будто светился. Не обращая внимания на возражения Давида, я запрыгнула на дракона, и мы взлетели вверх.

Невероятное ощущение! Замок, в который я по какой-то причине перенеслась, остался позади. Мы летели высоко, а внизу проплывали леса, поля, реки и озера. В какой-то момент драконица устали, и мы приземлились на полянку. Как только я слезла с неё, то ощутила сильную слабость и сползла вниз, заснув прямо на траве.

Проснулась от того, что услышала голос отца и Давида. Открыла глаза и с ужасом поняла, что они дерутся! Папа бил моего…кавалера по корпусу, а тот с яростью отвечал ему, нанося удары ногами и руками.

— Прекратите! — вмешалась я, но меня не услышали. — Папа, перестань!

Надо же, послушались… Отец отшвырнул Давида и подошел ко мне, взяв за плечи и заглядывая в глаза.

— Что он с тобой сделал? — проникновенно спросил он. Давид стоял в стороне. — Он обидел тебя?

— Нет, — просто ответила я. — И я хочу остаться с ним.

Кажется, ударь я отца, он бы и того меньше удивился.

— Ты соображаешь, что говоришь? — пролепетал он.

— Да. Я хочу быть с ним. И с его кланом. Хочу быть свободной, делать то, что хочу я, не слушая твоих запретов.

— Я забочусь о тебе!

— Не нужно, папа. Я выросла. Дальше я сама.

Пока отец стоял в шоке, я подошла в Давиду, взяла его за руку и попросила:

— Хочу обратно.

Без лишних слов он переместил нас в свой замок, где, я точно знала, однажды я стану Свободной.

Content

Алисия Эванс
Шпионка его Светлости или Рабыня с короной

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Эпилог

Бонус. Рабыня с короной 2 (судьба дочери Лины)