Галина Горн (Галина Беляева)

АЛЬФА И ОМЕГА БИЗНЕСМЕНОВ ИЗ 6 «Б»

«Цель любого образования — научить жить».

Генрих Песталоцци.

Авантюристам и искателям приключений.

Часть 1

«Альфа и Омега»

Глава 1, в которой директор школы Добродеев обнаруживает, что его корабль дал течь

Директор школы Данила Иннокентьевич Добродеев был явно в растерянности. В школе за время его работы случалось всякое, но чтоб такое…

Круглая, похожая на глобус, голова директора взмокла. Он вытер ее носовым платком, посмотрел на дверь и снова прошелся по кабинету.

— Та-а-к, — протянул Данила Иннокентьевич.

Что означало это «так», никто не понял. Ясно было одно: ничего хорошего оно не предвещало.

Школа, которой руководил Добродеев, стояла в самом центре города рядом с оживленной магистралью и шумевшим напротив городским рынком. Рынок был окружен торговыми рядами, как Новогодняя елка хороводами. Помимо 3-х небольших павильонов он имел множество пристроек, ларьков и палаток, вокруг которых, образуя живую изгородь, толпились торговцы всех мастей. У каждого здесь был свой бизнес. У забора бойкие старушки предлагали по дешевке старые вещи. Грязные растрепанные мальчишки шныряли между прилавков, прихватывая с собой все, что плохо лежит. При этом, весело подмигивая торговкам:

— Продавать, так по сторонам не зевать.

Женщины с большими тележками за спиной, курсировали по рынку, то и дело выкрикивая:

— Сосиски в тесте!.. Кому чебуреки?.. Пирожки с картошкой!..

Зимой, за наглухо заделанными рамами, шума улицы почти не было слышно. Но, стоило капели забарабанить по подоконникам, в кабинетах становилось невыносимо душно. Тогда окна открывались и в классы врывались крики торговок, перебранка грузчиков, рев машин. Однако Даниле Иннокентьевичу одним поворотом глобуса удавалось превратить их в шум волн или лай собак в полярной упряжке. За стенами школы бушевали штормы и песчаные бури, вырастали айсберги и торосы, но директор вел свой корабль четко намеченным курсом и никогда не сбивался с пути. Когда-то Добродеев мечтал стать прославленным путешественником, а стал учителем географии и директором школы. Но, если вы думаете, что быть учителем легче, чем покорять Антарктиду, попробуйте сами.

Фаддею Беллинсгаузену был 41 год, когда он во главе русской кругосветной экспедиции открыл Южный полюс. Даниле Иннокентьевичу исполнилось столько же, когда он обнаружил, что его корабль под названием «Средняя школа» дал течь. Неожиданно выяснилось, что крыша протекает, пол в спортзале пора менять, а из окон в фойе свищет ветер, надувая, как паруса, старенькие шторы. В довершении всего в школе творилось такое, что если бы на голове директора осталось хоть немного волос, они непременно встали бы дыбом. Впервые директор школы Добродеев не знал, как поступить.

— Ну что, бизнесмены? И кому это только в голову пришло?

Данила Иннокентьевич постарался придать голосу должную суровость.

— А что? — наивно уставился на директора круглолицый мальчишка. — Товар пользовался спросом.

Это был бунт. Бунт на его корабле. Добродеев поперхнулся, недоуменно посмотрел на ребят, обвел глазами свой кабинет и остановился на новеньком глобусе. Глобус появился у него в кабинете недавно. Должно быть подарок бывшего ученика. Директор сделал глубокий вдох.

— Ну, все. С меня хватит. Марш из кабинета! Немедленно! И зарубите себе на носу, чтобы в школе я больше ни о каком бизнесе не слышал!

Когда за ребятами закрылась дверь, он рухнул в кресло и закрыл глаза.

— Я думаю, Вы не совсем правы, — послышался за его спиной ровный спокойный голос.

Данила Иннокентьевич вздрогнул. Высокая женщина, в полосатом костюме, не мигая, смотрела на него. До этого Капиталина Ивановна, классный руководитель 6 «Б», молча, наблюдала за происходящим.

— Значит и Вы туда же? У нас что? Школа или рынок? Если ученики начнут создавать свои предприятия, что прикажите делать преподавателям?

В дверь постучали. Вопрос так и повис в воздухе. Тем временем в образовавшемся проеме появился маленький глаз, затем в него чудом протиснулась необъятная фигура, закутанная в норковую шубу. Это была тучная дама с крепкими, как у бойца, руками.

— А Марья Васильевна, — улыбнулся директор. — Прошу садиться.

Тело Марьи Васильевны заколыхалось и опустилось на стул. Она извлекла из сумки какую-то бумагу и протянула Даниле Иннокентьевичу. Директор пробежал ее глазами.

— Ну что? Будем подписывать? — пухлые ручки Марьи Васильевны, перехваченные множеством золотых колец, легли на стол. — Бизнес не ждет.

— Не нравится мне этот договор, — заметила классный руководитель 6 «Б».

А школу Вы ремонтировать будете? — ехидно поинтересовалась посетительница, подталкивая директору бумагу. — Крыша-то течет, а окна?..

Добродеев молча кивнул.

— В таком случае, я не желаю при этом присутствовать.

И Капитолина Ивановна направилась к двери, непреклонная как храм правосудия.

Директор, в который уж раз за сегодняшний день, вздохнул, беспомощно развел руками и широко расписался в указанном месте.

Глава 2, где Андрей попадает в цугцванг, а «пухи» объявляют войну «зайкам»

Школа, в которой учился ученик 6 «Б» класса Андрей Беляев, была обычной типовой застройки. Два здания — одно повыше, другое пониже, соединенные узким темным коридором. В нем располагалась учительская, а чуть подальше, рядом с актовым залом, кабинет директора.

Оказавшись за дверью Данилы Иннокентьевича, четверо возмутителей спокойствия сразу расстались. Разговаривать не хотелось, да и о чем было говорить? Сегодня утром Андрей перебрал в уме все возможные способы отсрочить разговор с директором. От пресного заболеть, до стихийного бедствия в виде пожара, наводнения или землетрясения. На этот случай сгодилось бы все. Впрочем, и то и другое было так же маловероятно, как если бы вход в школу зарос крапивой или она растаяла. Спасти его могло только чудо, но чуда так и не произошло. Цугцванг. Кажется, так в шахматах называется позиция, в которой любой ход ведет к поражению.

Андрей задумался. С детства он мечтал о кладах и приключениях, но вокруг, как назло, ничего особенного не происходило. Если не считать парка аттракционов, все развлечения — лес да речка, одно слово — глухомань.

Но Андрей Беляев был не просто мечтателем, он был фантазером. Первые — люди мысли. Вторые — действия. В общем, появление в их Детском саду Лешки Байбакова, которого сразу окрестили Байбак, оказалось весьма кстати.

У Лешки было круглое, как луна, лицо, чуть продолговатые раскосые глаза и улыбка до ушей. До этого вместе с родителями он жил в Золотом поселке на Алтае, где его отец мыл золото. Занятие, по мнению Андрея, странное. Зачем мыть то, что и так блестит? Байбак рассказывал много удивительных историй о самом поселке, заколдованной где-то рядом золотой жиле, о сокровищах сыбыров. А однажды притащил в Детский сад ободранный шаманский бубен. Тот был большой, круглый и старый. По краям его были привязаны грязные цветные ленточки, а рукоять сделана в виде фигурки медведя. Лешка уверял, что это изображение духа, хозяина бубна.

— Испытать не боишься? — серьезно поинтересовался Андрей.

— А чего бояться? Сейчас и попробуем, — отважно отозвался Байбаков.

Закрывшись в шкафу, где хранились старые игрушки, искатели приключений приступили к делу. Перед этим Лешка долго сопел, пыхтел и шевелил губами, очевидно вспоминая, что надо делать в подобных случаях. Наконец, он заговорил, тихонько постукивая по подарку шамана.

Оленем стань, нам помоги,

Быстрее ветра туда домчи,

Где рядом с речкой, в тайге глухой

Стоит поселок Золотой.

Вероятно, Байбаков действительно кое-чему научился, живя в тайге, поскольку получилось на удивление складно. Мальчики затаили дыхание. Дверь отварилась. В шкаф заглянула воспитательница. А когда появляются взрослые, чудеса, как известно, кончаются.

Казалось, стояние в углу вместо вечерней прогулки, навсегда излечило Андрея от «золотой лихорадки», но книжка «Остров сокровищ» свела на нет весь эффект от лечения. И вот, вооружившись небольшим молотком, начинающий кладоискатель тщательно простукал все стены в квартире.

— А то ведь как бывает, — рассуждал Андрей, — ищет человек клад за тридевять земель, а тот лежит себе у него под носом.

Дойдя до ванной, он неожиданно обнаружил пустоту за стеной. В этом месте звук был более глухим и низким. Схватив топор, кладоискатель изо всей силы рубанул по кафелю. Тот с шумом посыпался на пол, обнажив трубы для подводки воды. Прибежавшая с кухни мама, застыла на пороге, не в силах отвести взгляд от зияющей в стене дыры. Когда же сын объяснил, в чем дело, она смеялась и плакала одновременно.

— Горе ты мое! Кто же будет прятать клад в стене нового многоквартирного дома?

Вечером, лежа в постели, Андрей слушал разговор родителей в соседней комнате.

— Это все из-за этой книжки «Остров сокровищ», — говорила мама. — Ребенок такой впечатлительный.

— Представляю, что будет, когда он прочитает «Двенадцать стульев», — отвечал папа.

— В каком смысле?

— В том смысле, что мы останемся без мебели.

— Причем тут мебель? — засыпая, думал Андрей.

После этого он перестал доверять счастливому случаю, решив взять дело в свои руки. К тому времени Андрей точно знал — деньги не растут на деревьях. Папа получал их на работе за свой труд. Это называлось заработной платой. А на деньги, как известно, можно купить все. Хоть магазин с игрушками, хоть целую кондитерскую фабрику.

Как раз в это время в старшей группе Детского сада «Солнышко» разразился экономический кризис, вызванный заменой одних денежных знаков другими. Решение заменить фантики от конфет камушками, было принято девчонками во главе с Настей Бодровой.

— Не справедливо! — громогласно заявил Андрей и отправился жаловаться папе.

Папа у него работал в банке и о деньгах знал все. Или почти все. Выслушав рассказ сына, он вполне серьезно спросил:

— Значит, девочки решили провести деноминацию? — и, видя недоуменное выражение на лице сына, пояснил. — Деноминацией называют замену одних купюр (так называются бумажные деньги) на другие.

— А кто их меняет?

— Государство. Оно же занимается и печатанием денег, конечно, в разумных пределах.

На следующий день Андрей Беляев собрал вместе всех мальчишек старшей группы. После чего с важным видом сообщил две новости. Во-первых, о создании государства мальчиков. А, во-вторых, о начале денежной эмиссии — выпуске денег нового государства.

— Теперь у нас будут свои, настоящие деньги!

— Где же мы их возьмем? — растерянно спросил Ваня Русланов.

— Мы их нарисуем! Только это «коммерческая тайна».

Отгородив столом, дальний угол игровой комнаты, мальчишки принялись за дело. Для этого у воспитательницы были выпрошены плотные альбомные листы, которые тут же были разрезаны на ровные полоски. Ко всему прочему перед столом была выставлена охрана в лице верного Вани. Он должен был ни под каким предлогом не подпускать девчонок к столу. Все это время те просто умирали от любопытства, глядя с каким загадочным видом мальчишки что-то рисуют в углу. Первой не выдержала Светка Быстроглазова:

— Что это вы там делаете? Можно посмотреть?

— Нельзя, — коротко ответил часовой. — Коммерческая тайна.

Девчонки притихли. Что такое тайна знали все, но вот коммерческая.

— Коммерция — это торговля, — важно произнесла всезнающая Настя Бодрова. — Значит, ты торговую тайну охраняешь?

Ваня растерянно заморгал глазами. Он и сам толком не знал, что охраняет. На его счастье рядом появился Андрей, небрежно помахивая только что нарисованными купюрами.

— Что это у тебя? Веер? — ехидно поинтересовалась Настя.

— Не угадала, деньги! — Андрей сделал паузу, чтобы насладиться произведенным эффектом. — Причем «настоящие». Не то, что ваши камушки или фантики от конфет.

Деньги были выполнены по всем правилам. Имели вводные знаки в виде карандашных росчерков, и даже портрет неизвестного деятеля. Неизвестный был похож на зайца и волка одновременно, но в действительности оказался Винни-Пухом. Поэтому вновь испеченные купюры решено было назвать «пухами».

— Ах, так. Ну ладно.

Косичка, подвязанная бубликом у Насти на затылке, возмущенно запрыгала. Так было всегда, когда спокойствие покидало ее хозяйку. Не долго думая, девчонки выпустили свои «ценные бумаги». Деньги назвали зайками. Между враждующими сторонами вспыхнула экономическая война за право считать именно свои купюры настоящими. Девчонки покупали на зайки суп из листиков и пирожные из песка. Мальчишки бойко торговали гайками и ржавыми гвоздями, рассчитываясь пухами. Неизвестно, чем бы все это кончилось, если бы воспитательницы не предложили считать и те, и другие деньги валютой сопредельных государств. При этом, объяснив, что валюта — это деньги выпускающей их страны. Российской валютой является рубль, американской — доллар, валютой большинства Европейских государств — евро. В государстве мальчиков «пухи» были признаны национальной валютой, а «зайки» — иностранной. У девочек же национальной валютой стали «зайки», а «пухи» были объявлены иностранными деньгами. А чтобы не было обид и путаницы, установили следующий валютный курс: одна «зайка» равнялась одному «пуху». Эти деньги продавали, покупали и даже брали в долг. В общем, они были ничуть не хуже всех остальных. На этом закончилась первая и последняя денежная война в Детском саду.

Перебирая в уме все эти события, Андрей не заметил, как спустился вниз. В раздевалке уже никого не было. На пустой вешалке одиноко висела его куртка. Одевшись, он вышел на улицу. Давно стемнело. Мама, наверное, волнуется. Андрей сунул руки в карманы куртки (варежки куда-то подевались) и вдруг вытащил новую сторублевую монету. Неужели та самая? Да нет, не может быть. А ведь с нее-то все и началось…

Глава 3, про Юнону Монету

Да, все началось с обыкновенных ста рублей, которые Андрей нашел на первом этаже по пути в столовую. До этого ему уже случалось находить и 10, и 50 копеек, и даже целый рубль. Поэтому он всегда внимательно смотрел себе под ноги. Главное, успеть схватить деньги прежде, чем их заметит кто-нибудь другой. И вот лежат эти самые сто рублей под лестницей, сами тебе в карман просятся. Андрей даже подпрыгнул от радости. Оглянулся по сторонам — никого. Поспешно наступил на монету. Нагнулся, будто поправить шнурок на ботинке, и вот уже деньги у него в руке. Довольный своей ловкостью, он неторопливо поднялся и замер от неожиданности. Перед ним стоял незнакомый старик с тростью на плече. На нем была вытянувшаяся как сюртук кофта, короткие брюки и стоптанные башмаки с большими пряжками. Точь-в-точь выросший гном. На плече у него была трость с набалдашником в виде какого-то иероглифа. «Сейчас как треснет палкой по башке», — подумал Андрей, невольно втягивая голову в плечи.

— Ты что тут делаешь? — Глаза старика, вооруженные парой блестящих стекляшек, пронизывали Андрея насквозь.

— Я? Я тут деньги нашел, — смутился мальчик. — Может Ваши?

— Может быть.

Взяв деньги, он зашаркал по коридору. Андрей нехотя поплелся за ним. Но сразу за раздевалкой шарканье прекратилось, а его обладатель — пропал. Будто его и не было. Подойдя ближе, Андрей с удивлением обнаружил открытую дверь. Он готов был поклясться, что еще вчера на этом месте была совершенно ровная стена. Прямо от порога вниз вели невысокие каменные ступени.

— Смелее, — донесся из глубины знакомый голос.

Андрей шагнул вперед и оказался в крошечной комнате без окон.

— Зачем ты его привел? — послышалось над самым его ухом.

Раздался оглушительный звон, и комната наполнилась множеством озорных солнечных зайчиков. Теперь Андрей мог хорошо разглядеть помещение, в котором оказался. Это была маленькая комнатка, в каких сторожа и уборщицы хранят свой инвентарь, а еще иногда пьют чай с печеньем. Но эта каморка не походила, ни на что виденное Андреем прежде. Все в ней было необычно и странно до нелепости. В центре стояла школьная парта, из тех, что завхоз Виктор Степанович каждый год списывает на свалку. Рядом стул и небольшой потертый диванчик. Выживший из ума гном в нелепой одежде, да еще за школьным столом, что может быть смешнее? Однако Андрею было не до смеха. Со всех сторон на него смотрели настоящие, живые деньги. Они были везде — от пола до самого потолка, поскольку располагались на длинных деревянных полках, крепко сколоченных друг с другом. Из-за обилия монет каморка старика больше напоминала хранилище какого-нибудь банка. Андрей так и не понял: то ли светились сами монеты, то ли у старика было какое-то особое освещение. Пытаясь хоть как-то разрядить ситуацию, мальчик задал вопрос, ответ на который был очевиден:

— Вы нумизмат?

(Когда-то папа предлагал ему собирать монеты, но он выбрал марки.)

— Верно, — впервые с момента их знакомства, старик приветливо улыбнулся. — Нумизматика от греческого «нумисма» — законное платежное средство. Древние греки называли нумисмами первые в Европе металлические деньги.

Неожиданно стоявшая рядом с ними перевернутая вверх дном картонная коробка заходила из стороны в сторону. Оттуда появился хвост, лапы, туловище и, наконец, вылезла огромная, просто невероятных размеров собака. Андрей в страхе попятился назад.

— Не бойся. Это мой друг и сторож. Бакалавр.

— Бакалавр? А почему у вашей собаки такое странное имя?

— Она его заслужила. Это очень умная собака. А Вас, молодой человек, как зовут?

— Андрей Беляев.

— А меня дедушка Адам.

— А это что за монета?

Андрей указал на найденные им деньги. Ведь он даже не успел их, как следует, рассмотреть.

— Знаешь игру «орел» или «решка»? Лицевая сторона монеты называется «решкой» или аверсом, а оборотная — «орлом» или реверсом. Главное, внимательно смотреть. Деньги сами расскажут о себе.

Дедушка Адам подбросил монету вверх. Андрей задрал голову и… получил щелчок по носу. От неожиданности он зажмурил глаза, а, когда открыл, перед ним стояла рыжая конопатая девчонка.

— Ты кто?

— Не узнал? — она вздернула носик. — Твоя Монета. Меня еще называют Юнона Советчица.

Андрей скептически оглядел незнакомку. Ей и лет-то, наверно, меньше, чем Татке.

— Тоже мне, советчица, — наконец, произнес он.

— Когда-то на Капитолийском холме, рядом с моим храмом чеканились деньги, — девчонку так и распирало от гордости. — Они получили мое имя — монеты. Вместе с ними я исколесила весь мир. Недаром говорят: денежка без ног, а весь свет обойдет.

— Нет ничего более глупого, чем разговаривать с деньгами, — подумал Андрей и тут же добавил, — были бы у меня деньги, и я не отказался от путешествовия.

— В таком случае, считай, тебе повезло!

— Будь осторожен! — предостерегающе сказал дедушка Адам. — Деньги легкомысленны. У них семь пятниц на неделе.

Но было поздно… Андрей оказался на грязной площади, заполненной людьми, коровами и овцами.

— Это что за зоопарк? — удивленно воскликнул он.

Юнона с укором посмотрела на него.

— Повежливее с моими предками.

— Твоими предками были животные?

— Предками людей были обезьяны, но это почему-то никого не удивляет.

— А я слышал, раньше вместо денег пользовались шкурками соболей и куниц, — примирительно заметил Андрей.

— Я тоже об этом слышала, — ехидно отозвалась Монета. — Потом появились кожаные деньги — куны. Кстати, от слова куница, — в этот момент она чрезвычайно напоминала уменьшенную копию Насти Бодровой. — Если тебе интересно, через 500 лет их заменили серебряные слитки.

— О слитках я знаю, — Андрею вдруг нестерпимо захотелось сбить спесь с этой воображалы. — Чтобы их нельзя было подделать, добавляя в серебро медь или олово, слитки стали клеймить. На них появились изображения богов, князей, царей.

— А знает ли мистер Выскочка, — Юнона ткнула пальцем ему в грудь, — что в Х111 веке эти слитки стали рубить на четыре части. Отсюда и название — рубль.

— Тогда же в русском языке появилось татарское слово «деньги», — снова блеснул эрудицией Андрей.

Монета в сердцах топнула ногой:

— Если бы в Китае не изобрели бумажные купюры, а Екатерика П не ввела их в 1769 году в России, мы бы до сих пор оставались единственным платежным средством. — Юнона закатила глаза, всем своим видом давая понять, какую глупость совершили люди. — Тогда же денежник, кошелек, по-вашему, стал называться бумажником.

— А мой папа пользуется пластиковой кредитной карточкой, — не унимался Андрей.

— Не люблю я эти электронные деньги. Какие-то они не настоящие.

— Да уж не хуже некоторых. Захочешь что-нибудь купить, деньги просто снимаются со счета в банке.

— Ну, раз ты такой умный, мне с тобой говорить не о чем.

На этот раз вредная Монета обиделась окончательно.

Андрей потер кончик носа. Удивительно, какие, порой, необъяснимые вещи могут вытворять с человеком деньги.

— Монета твоя, — сказал на прощание дедушка Адам. — Возьми и трать их с умом.

Андрей зажал деньги в кулак, кулак сунул в карман пиджака, так надежней, и отправился в буфет. Потому как каждый ученик знает: сила богатства проверяется в школьном буфете.

Глава 4, в которой срочно требуется телохранитель

Буфет, находящийся на первом этаже в столовой, был самым оживленным местом в школе. Здесь за стеклянной витриной, находились пирожные, конфеты, бутерброды с колбасой и сыром, а еще булочки. Их выпекала пахнущая ванилью и сдобой школьная повариха тетя Даша. Булочки с повидлом, курагой, изюмом, маком. Булочки похожие на рогалики, гребешки и ракушки. И главное, все это готовилось с одной единственной целью: быть проданным и съеденным.

Класс Андрея Беляева делился на две половины. Одной из них родители деньги давали, считая, что необходимо приучать детей правильно расходовать свои сбережения. Другой — нет, полагая, что наличие собственных финансов лишь балует ребенка. Андрей относился к этой последней. До сих пор главным источником его доходов были средства, выдаваемые мамой на школьные обеды. И вдруг сразу такое богатство. Конечно, ему было жаль, расставаться с этим сокровищем, но деньги не накормят, не напоят и не развеселят тебя до тех пор, пока ты их не истратишь.

В этот день он оказался у стойки буфета в числе первых. Впереди стояло лишь два долговязых старшеклассника. Так что у него еще было время изучить ценники на товарах. Немного подумав, Андрей остановился на булочке с курагой и чае. Все вместе три рубля пятьдесят копеек. Когда подошла его очередь, он протянул деньги продавцу. Из-за высокой стойки были видны только полные, белые, с глубокими складками, как у поднимающегося теста руки. Деньги тут же исчезли. Перед ним появился стакан чаю с рогаликом. И сдача: 90 рублей плюс три одинаковые кругленькие монетки. Мальчик в растерянности пошевелил губами:

— Извините, вы должны мне еще один рубль пятьдесят копеек.

— Какие еще рубль пятьдесят?

Толстое, красное лицо буфетчицы вплотную приблизилось к лицу мальчика. Андрей съежился, но проснувшийся в нем покупатель не собирался так легко дать прибрать к рукам свои кровные.

— От ста отнять три пятьдесят получится 96 рублей 50 копеек. Правильно?

— Конечно, правильно, мальчик.

В глазах буфетчицы отразился тощий потрескавшейся человек, похожий на вытершийся кошелек.

Рука, лежащая на стойке буфета, замерла, потом приподнялась, выронив недостающие деньги. Вероятно, те просто прилипли к ее ладони. Монеты звякнули, заплясали на месте, но на этот раз Андрей не дал им улизнуть.

Обмен денег на товар оказался совсем не простым делом, но он даже не подозревал, что его неприятности только начинаются.

Отойдя от буфета, он удобно устроился за свободным столиком у окна, отхлебнул чай и собирался откусить булочку, даже глаза закрыл от удовольствия. Вдруг та подпрыгнула у него в руке и пропала. Оглянувшись, он нос к носу столкнулся с Вадиком Перкиным. Рыжий ежик на его голове воинственно топорщился в разные стороны, а веснушки на курносом носу смотрели вызывающе. Вадим был оранжевый с ног до головы, поэтому его волосы всегда были коротко подстрижены. Впрочем, в школе никто не осмеливался дразнить Перкина — Вадька славился крепкими кулаками. К тому же он был мастер устраивать всякие каверзы. То доску подсолнечным маслом смажет, чтобы мел не писал. То на перемене у всего класса вытащит и спрячет карандаши. А то наберет в банку тараканов и какой-нибудь девчонке на парту высыпит. Но такой пакости Андрей от него не ожидал.

— Отдай! Это моя булочка! — возмутился он.

— А твоя булочка, какое имущество, движимое или нет? — ухмыляясь, поинтересовался Вадька.

— Конечно, нет.

— А вот и не угадал!

И Перец засунул половину булочки себе в рот. Это был настоящий разбой, причем среди бела дня! Андрей вцепился в пиджак грабителя, тот предпринял ответные меры, так что к началу урока оба противника имели весьма потрепанный вид.

— Приведите себя в порядок, немедленно! — оценив ущерб, строго сказала Капитолина Ивановна.

Сунув руку в карман, Андрей нащупал оставшиеся деньги. Вместе с носовым платком они составляли всю его наличность. Он с грустью отметил, что первое вложение не принесло ему ни пользы, ни удовольствия. Кроме того, на его собственность посягали со всех сторон. Поэтому ему предстояло позаботиться о защите себя и своего имущества. «Нужен телохранитель», — наконец, сообразил Андрей. Вот только где его взять? Он обвел глазами класс. Половина одноклассников ходила с ним еще в Детский сад. На первой парте сразу перед ним сидели Настя Бодрова и Павлик Нечаев. Настя типичная отличница с лицом черепахи Тортилы — воображала и ябеда. К тому же, какой из девчонки охранник? Что до Павлика, он был самый маленький в классе, и сам постоянно нуждался в защите. В первом классе рост его равнялся двум портфелям. Павлик вырос, а прозвище — Два портфеля — осталось. Одно время у него тоже был телохранитель. Однако, когда пришло время платить, охраняемый заявил, что денег у него нет. Телохранитель обиделся и от Павлика уволился. На задней парте сидел Лешка Байбаков. Байбак отличался редкой способностью выпрашивать деньги у одноклассников. Ему давали. Не потому, что боялись, а так, чтоб отстал. Нет, Байбак на роль телохранителя решительно не подходил. Кто же еще? Недалеко от Андрея сидел Ваня Русланов. Он мечтал стать знаменитым полководцем, как Македонский. Поэтому занимался спортом, обливался холодной водой, даже пробовал спать на полу, но мама не разрешила. А, главное, Русланов искренне верил: быть сильным, значит быть полезным. Андрей потрогал оставшиеся в кармане деньги, потом посмотрел на Ваню. Да, ему был нужен именно он.

После уроков Андрей Беляев подошел к Ване Русланову и, глядя ему прямо в глаза, спросил:

— Хочешь меня охранять? Я тебе платить буду.

— Сколько?

— Полтинник… В неделю.

В подтверждение своих слов, он достал из кармана пятьдесят рублей и показал Македонскому. Деньги невелики, но тот, подумав, согласился.

— Расчет в конце недели.

Ваня понимающе кивнул. Теперь у Андрея был свой телохранитель.

Глава 5, все дело в шляпе

На следующий день ровно за полчаса до начала занятий в квартире Андрея прозвенел звонок. На пороге стоял улыбающийся Ваня. Вообще Ваня всегда улыбался. Скажут ему «здравствуй», а он улыбнется в ответ. Спросишь, «как дела», кивнет и снова улыбнется. Несмотря на грозный вид, характер у Вани был мягкий и уступал он легко. Они жили в соседних домах, учились в одном классе, даже шкафчики в Детском саду у них стояли рядом. У Андрея с самолетиком, а у Вани с трактором. У Андрея волосы были льняные и глаза синие, а у Вани волосы были черные и глаза темно-карие. Андрей Беляев был человеком действия. Ваня Русланов — мысли. Мама Андрея называла Ваню «сдерживающий фактор». Она считала, что такому человеку как Андрей, просто необходим такой друг как Ваня. Но сегодня она подозрительно посмотрела на них обоих. А дело было вот в чем…

Несмотря на то, что, на улице ярко светило солнце, на Ване была старая мужская шляпа, темные очки и длинный плащ до пят.

— Чего это ты так вырядился, — спросил Андрей, когда за ними закрылась дверь квартиры.

— Для конспирации, — шепотом сообщил Ваня, подозрительно косясь в сторону лестничной клетки.

— А вещички откуда?

— Дома в кладовке нашел.

Андрей хотел еще что-то сказать, но в это время открылись двери подошедшего лифта. Впихнув охраняемого внутрь, телохранитель нажал кнопку первого этажа. Конечно, Андрей тоже любил фильмы про тайных агентов, шпионов и всякое такое, но это было уже слишком.

— Ты чего толкаешься? — обиделся он. — Тоже мне, телохранитель. Толкать меня могут и бесплатно!

— Так надо, — коротко отозвался Ваня.

Андрей чуть не лопнул от негодования, но вовремя спохватился — сам же его нанял. Выйдя из подъезда, новоявленный телохранитель внимательно осмотрел двор. Сначала в очках, а потом (поскольку они постоянно сползали на кончик носа) без них. При этом сидящие на скамейке старушки возбужденно зашептались, а играющая в песочнице Лешкина сестра Татка высыпала ведерко с песком себе на ноги.

— Почему не в садике? — мимоходом поинтересовался Ваня.

— Я Лешку жду. Он портфель дома забыл, — испуганно пролепетала Татка.

Вообще-то Лешкину сестру зовут Наталья, Наташа значит, но во дворе все звали ее просто Татка. У нее были такие же, как у брата черные волосы и продолговатые глаза на круглом лице. Байбаковы жили в общежитии напротив. Вместе с домом Андрея и Ваниной девятиэтажной оно образовывало их общий двор. В Лешкины обязанности входило каждое утро отводить в садик младшую сестру. Но Байбак постоянно что-нибудь забывал. В результате и он, и Татка вечно опаздывали. Учителя были уверены, что когда-нибудь Лешка забудет дома свою голову.

— Прекрати смешить людей, — вытянув шею, зашипел Андрей.

— Охраняемые всегда ведут себя как дети, — спокойно возразил Ваня. — Поэтому телохранителю приходится предусматривать все.

И, схватив своего подопечного за руку, как маленького, он потащил его вперед прямо на глазах у всего двора.

Дорога от школы до дома занимала не более пяти минут. Но это если напрямик через дырку в заборе, а в обход в два раза длиннее. К ужасу Андрея Ваня выбрал второй путь.

Стоит ли говорить, что день, начавшийся так необычно, не мог продолжиться без приключений. Не успели они войти в школу, как нос к носу столкнулись с Вадиком Перкиным.

— Кого я вижу? — нарочно растягивая слова, загнусавил Вадька. — Любитель булочек!

Сжав кулаки, Андрей приготовился к отражению атаки, но Ваня уже подхватил брошенную другу перчатку.

— А это что за пугало огородное?

Андрей так толком и не понял, что произошло. Только в следующую секунду Вадик, смешно дрыгнув в воздухе ногами, оказался на полу.

— Ты чего? — ошалело вращая глазами, закричал он. — Что это такое?

— А это, — поднеся к его глазам свою руку, объяснил Ваня, — дубинка «Бей не жалей».

Рука у Русланова была большая и широкая. Так что Вадик счел благоразумным отодвинуться от нее подальше.

— И запомни, — продолжал Македонский, — Будешь его доставать, придется иметь дело со мной. Понятно? — Перкин лихорадочно затряс головой. — Тогда свободен.

Неожиданно подпрыгнув, Вадька сразу оказался на ногах.

— Ну, Беляев, погоди! Попадешься ты мне без Ваньки. Я тебе… — не договорив, он бросился бежать.

Македонский с явным удовлетворением смотрел вслед неприятелю, позорно покидающему поле боя. Но Андрей радоваться не спешил, понимая, что так просто Перец не сдастся:

— Теперь жди неприятностей.

И как в воду глядел.

— Смотрите! Воз и маленькая тележка! — пискнула Светка Быстроглазова, когда друзья появились на пороге класса.

— Македонский! Сколько тебе обещали за услуги? — давясь от смеха, прохрипел Павлик.

Ясно, Перец успел растрепать о случившемся. Теперь засмеют. Хоть из класса беги. Андрей почувствовал, что уши у него начинают гореть, а щеки наливаются румянцем. Но Ваня, как ни в чем не бывало, спокойно уселся на свое место:

— Завидуешь? — он в упор посмотрел на Нечаева.

Тот смутился и опустил голову.

На следующий день шуток в их адрес было гораздо меньше, а вскоре их совсем оставили в покое.

Глава 6, про урок математики и избиение младенцев

Последним уроком в этот день была математика. Зрелище не для слабонервных. Ее преподавала Лариса Никоноровна — невысокая сухая женщина с плоским, рябым лицом в просторечии именуемая Конурой. Почему так, а не иначе не знал никто. Только прозвище это передавалось от старшего класса младшему и так благополучно докатилось до 6 «Б». С первых же уроков Конура оценила каждого ученика в классе. Оценки, выставляемые ей в журнале, были равны стоимости каждого из них. Сегодня она собиралась объявить результат прошлой контрольной. Класс притих и затаил дыхание.

— Положительных оценок всего четыре — пять, — загремела Лариса Никоноровна. — Остальные двойки и тройки. Тупицы! — подытожила математичка краткое вступление.

После этого она придвинула к себе журнал с оценками. Избиение младенцев началось.

— Нечаева — пустое место.

— Оценка ниже двойки, — хихикнул Вадька.

Обычно он добровольно брал на себя обязанности переводчика. Поскольку школьная пятибалльная система была не в состоянии вместить все оттенки, свойственные отметкам Ларисы Никоноровны. К тому же Перец обожал скандальные истории. Конечно, если они не касались его самого.

— Петрова. Еле два три.

— Три с минусом, — притворно вздохнул переводчик.

— Русланов. Дистрофическая тройка.

Пока математичка утюжила отстающих, Андрей сидел ни жив, ни мертв. И вот… Четверка! Он почти любил математику.

— Сегодня мы повторим предыдущую тему, — между тем грозно продолжила Конура. — К доске пойдет…

Она свирепо обвела взглядом учеников. По своему опыту Андрей знал: в такие минуты, главное, не встречаться взглядом с учителем. Иначе пропал. Обязательно вызовут. Он сжался в комок, став практически невидимым.

— Байбаков.

Класс облегченно вздохнул. А несчастная жертва поплелась к доске. Обычно Лешка не утруждал себя таким малоинтересным делом как приготовление уроков. Вот и сейчас по всему было видно — не готов.

— Пиши, что я буду говорить, — нарочно громко шепнул Вадим.

Он любил топить человека, делая вид, будто помогает ему. Еще через минуту на доске появились какие-то иероглифы.

— Что это? Что ты пишешь? Учил? — зарычала Лариса Никоноровна.

— Читал, но забыл…

— Нет ничего хуже, когда не знаешь, да еще и забудешь. Садись. Ноль без палочки.

Последнее означало, что стоимость Лешки как ученика равна нулю. Потому что когда чего-то нет, об этом ничего, говорят «нуль». Конечно, учился Байбак плохо, но это вовсе не означало, что мозгов у него не было. А потом, Андрей просто не мог представить их класс без Лешки. А значит тот чего-нибудь, да стоил. Тем временем, излив на Байбакова весь запас своего красноречия, Лариса Никоноровна снова впилась взглядом в класс.

— Перкин! Тебе что-то весело? Встань. Иди к доске.

Вадька спокойно поднялся. Одернул пиджак, зачем-то нагнулся и неторопливо прошествовал к доске.

— Отвечай скорей. Не тяни время.

Он уже собирался открыть рот, но в это время прозвенел звонок.

— Эх, пятерка сорвалась! — широко улыбнулся Перец.

Урока он, конечно, не знал и теперь нарочно делал вид, будто расстроен, что не успел ответить. Ребята нетерпеливо заерзали на своих местах.

— Сами себя задерживаем! — лязгнула зубами математичка. — Пока в классе не будет тишины, домашнее задание я диктовать не буду. Успокоились? Записываем…

Получив дневник, с огромной жирной двойкой, Лешка тихо застонал.

— Пропал я, ребята. Отец увидит, выдерет как сидорову козу.

— Ты не коза, ты козел! — гоготнул из-за его спины Вадик.

— Иди-ка отсюда. А то сейчас сам козлом станешь, — угрожающе произнес Ваня.

Перкин направился к выходу, но, дойдя до дверей класса, неожиданно повернулся:

— За козла ответишь! — и, погрозив кулаком, захлопнул дверь.

Андрею было жаль Лешку.

— Надо бы горячим яйцом, — посочувствовал он.

— Чего? — Байбак открыл рот.

— Берешь яйцо. Варишь вкрутую. Очищаешь от скорлупы и прикладываешь к оценке. Все. Двойки нет.

— Куда же она делась?

— Отпечатается на яйце.

Лешка недоверчиво покачал головой.

— Уж лучше стеркой…

— Я уже пробовал. В тетрадке по русскому, — ответил Андрей.

— И что?

— Ничего. Знаешь, сколько будет три плюс три и плюс три?

— Девять?

— Дырка будет. Вот что!

— Уроки учить надо, тогда и двоек не будет, — наставительно сказала Настя.

— Слушай, Бодрова, — не выдержал Андрей. — Ты рекламные плакаты писать не пробовала? О пользе знаний? Был бы я директором школы, обязательно заказал тебе парочку.

— Сам-то что предлагаешь?

Предложить Андрею было нечего. Школа не имела конкурентов на рынке знаний, а потому, была вправе диктовать любые условия.

Глава 7, в которой деньги выкидывают с Андреем злую шутку

В воскресенье мама послала Андрея в магазин. Конечно, он с большим удовольствием отправился бы гулять или смотреть телевизор, но спорить с мамой было бесполезно.

— У каждого человека должны быть свои обязанности, — наставительно сказала она, протягивая ему большой кожаный кошелек. — И на этот раз постарайся обойтись без приключений.

Андрей клятвенно кивнул.

Нет, он не искал приключений, скорее они сами находили его. Так, стоило ему приступить к уборке своей комнаты, как вода в кране кончалась, пылесос ломался, а тряпка исчезала сама собой. Но поход в магазин был совсем другим делом. Особенно теперь, когда на месте старого обшарпанного ларька с вечно хмурыми, недовольными продавщицами, вырос новый блестящий супермаркет. Многие мальчишки захаживали сюда просто так, поглазеть на роскошные витрины.

Еще издали Андрей заметил круглую физиономию Лешки Байбакова, маячившую у самого входа.

— Ты что тут делаешь? — подойдя ближе, поинтересовался Андрей.

— Я? Работаю.

— Копейки собираешь?

— Копейка к копейке проживет и семейка.

Привычку говорить пословицами Лешка перенял от бабки, которая жила вместе с ними.

— На чужой каравай рта не разевай, — в тон ему ответил Андрей.

Но отвязаться от Байбакова было не таким простым делом. Как и многие в их классе Лешка мечтал разбогатеть. Но разбогатеть, ничего не делая. «Счастье придет и на печи найдет» — неизменно повторял он. Почему у богатых есть деньги, а у него нет, Лешка не задумывался. Просто некоторые рождаются бедными, а некоторые богатыми. Из этого следовало, что богатые должны помогать бедным. Ведь даже Лешкина сестра Татка делилась с ним печеньем, принесенным из Детского сада.

— Ты что всю жизнь собираешься у людей деньги клянчить? — поинтересовался Андрей.

— Ага, — простодушно улыбнулся Лешка.

Войдя в супермаркет, Андрей достал заготовленный мамой список продуктов. Затем взял большую тележку на колесиках. Вообще-то он вполне мог обойтись маленькой корзинкой, но тогда пришлось бы таскать продукты в руках. Тем временем из-за прилавка вынырнула продавец-консультант. На ее лице сияла лучезарная улыбка.

— Что желаем?

В супермаркете так всегда. Если продавец видит покупателя, обязательно улыбается. Будь тот даже ребенком — все равно клиент.

— Мне в колбасный отдел, — бодро сообщил покупатель.

— Прямо и направо, — пропела консультант, исчезая за ящиками с соком.

Когда Андрей вышел из магазина, Лешка стоял на том же самом месте.

— Много денег осталось? Рубль дай, — привычно заканючил он.

— Не — а.

— Ну, дай хоть 50 копеек!

— Отстань.

Андрей круто повернулся и направился к дому. Но, повернув за угол, вдруг замедлил шаг. Лешка, сам того не подозревая, разбередил темные мысли, роившиеся в голове начинающего предпринимателя.

Всю прошедшую неделю Андрей думал только об одном: чем платить телохранителю? При этом его мало беспокоило, что на охрану ушли почти все деньги, для сохранности которых он ее нанимал. Ведь даже Перец теперь обходил его стороной. Между тем деньги никак не хотели спокойно лежать в мамином кошельке. Они визжали и прыгали как сто чертей, раздирая сердце Андрея сотнями соблазнов.

— Что же теперь делать? — гадал про себя Андрей. — Попросить деньги у мамы? Нет, она обязательно спросит зачем? Ну, как ей объяснишь? — и тут глаза его болезненно заблестели.

Он внимательно посмотрел по сторонам. На улице кроме лохматого прохожего в помятом костюме никого не было. Пошатываясь, тот брел со стороны рынка. Человек был в том возрасте, когда взрослые обращаются к нему «мужчина», а дети — «дяденька». Но, ни то, ни другое к нему решительно не подходило. Был он жалок, грязен и, вероятно, глуп. Проезжающий мимо автомобиль, подняв лежащую на дороге лужу, обдал его грязью. Выругавшись, прохожий отряхнулся, погрозив кулаком отъезжающему транспорту. Неожиданно машина остановилась и дала задний ход. Пострадавший, явно не ожидавший такого поворота дел, в страхе попятился назад. Но автомобиль уже поравнялся с ним, дверца открылась, и человек исчез.

Как только улица опустела, мелочь из кожаного кошелька мамы перекочевала в карман брюк Андрея. Он так и не понял, как это произошло. На минуту внутри у него что-то заскреблось, словно мышь в подвале. Это негодовала и грызла его изнутри проснувшаяся совесть. Однако мальчик быстро заставил ее замолчать.

Дойдя до школы, воришка зачем-то еще раз огляделся по сторонам. На ступеньках, сонно зевая, лежал Бакалавр. Заметив знакомого, пес затрусил в его сторону, но вдруг, остановился и зарычал.

— Тебе что, тоже деньги нужны? — сердито спросил Андрей, одновременно делая шаг в сторону.

В ту же секунду Бакалавр, оскалив зубы, вцепился ему в штанину. В ту самую, в кармане которой лежала спрятанная от мамы сдача. На крики пострадавшего выскочил дедушка Адам. Нога мальчика была спасена, но брюки безнадежно испорчены.

Дома Андрей протянул маме пустой кошелек и стал что-то невнятно объяснять про собаку и «потерянные» деньги. То ли от страха, то ли от обиды на пса, на глаза его навернулись слезы. Мама тут же заволновалась:

— Штаны я зашью. А ты держись подальше от этой собаки. Может она бешенная.

Он скинул брюки, протянул их маме и уже собирался вздохнуть с облегчением, когда в кармане предательски зазвенела и посыпалась на пол мелочь. Звон монет был подобен ударам колокола, возвестившего о поимке преступника. Андрей был готов провалиться сквозь землю, но вместо этого стоял и хлопал глазами. Мама тоже молчала. Это ее молчание было тяжелее всего. Лучше бы она кричала и ругалась. Вскоре с работы пришел отец. Родители закрылись на кухне и долго о чем-то совещались. Андрей изо всех сил напрягал слух, пытаясь уловить, куда дует ветер, но из кухни доносились только короткие восклицания. Наконец, дверь распахнулась.

— Ну и зачем тебе понадобились деньги? — Беляев-старший сурово сдвинул брови.

Андрей опустил глаза, не смея взглянуть на родителей:

— Заплатить охране, — вяло промямлил он.

Мама схватилась за сердце. Папа за голову. Пришлось рассказывать все с самого начала.

Отец слушал не перебивая. По его лицу никак нельзя было угадать, сердиться или нет. Когда Андрей закончил, он медленно заговорил:

— Дело не в том, что ты украл деньги. Плохо то, что для решения своих проблем мой сын не нашел другого выхода.

— Что же мне теперь в дворники идти?

— А почему бы и нет? Сам Шаляпин говорил: «Я имел честь быть сапожником».

Андрей ждал взбучки, но все обошлось строгим выговором. По правде сказать, он не ожидал, что деньги выкинут с ним такую штуку. Раньше он никогда ничего не брал без разрешения родителей. Хотя, если бы не пес… И все-таки засыпая, он думал о том, что красть стыдно и страшно. Ведь все равно разоблачат. Так и до тюрьмы недалеко. А в тюрьме, как известно, деньги ни к чему.

Глава 8, где Андрей оказывается в «Круге событий»

Андрея разбудил телефонный звонок. Сквозь сон он слышал, как папа с кем-то громко разговаривал по телефону.

— Не волнуйся, я все передам. Выздоравливай.

Повесив трубку, он открыл дверь в комнату сына:

— Ты спишь? Звонил Ваня Русланов. Просил предупредить Капитолину Ивановну, что заболел. Грипп.

— Грипп? — забеспокоилась мама. — В таком случае всем принимать аскорбиновую кислоту и чеснок. Для профилактики.

Раньше она работала детским врачом. Но поскольку Андрей часто болел, мама с работы уволилась, чтобы лечить сына.

— Хорошо бы и мне заболеть! — Андрей с надеждой потрогал лоб.

Лоб был холодный. Придется идти в школу.

Войдя в класс, он сразу обнаружил, что добрая половина учеников отсутствует.

— Везет же некоторым! — невольно вырвалось у него.

— Баян Баяныч тоже заболел! — радостно сообщила Светка Быстроглазова. Вертлявая, растрепанная девчонка, похожая на кляксу. Она всегда знала все, про всех на свете. — Музыки не будет!

Андрей молча направился к своему месту. Ему было не до разговоров. С минуты на минуту в классе должен был появиться Вадим. «А может, Перец тоже заболел?» — мелькнула у него в голове спасительная мысль.

— Рано радуетесь! — у доски стоял улыбающийся Перкин. — Вместо музыки биология!

— Мне конец! — решил про себя Андрей.

Сразу за Вадиком появилась «биологиня» Галина Валентиновна — Галя-Валя. В руках она держала наглядное пособие — скелета Кешу. По классу пронесся вздох разочарования. Уж лучше музыка.

Первые пять минут Андрей честно пытался сосредоточиться и внимательно слушать. Но скоро строение скелета рыб его окончательно утомило. Тем временем Настя Бодрова без передышки тараторила что-то у доски.

— Зубрила! — поморщился он.

Зевнув, Андрей взял ручку и печатными буквами написал прямо на столе: «Кто здесь сидит, того люблю. Кладите в парту по рублю». Поймав на себе пристальный взгляд Галины Валентиновны, поспешно схватился за учебник. Но тут на его счастье прозвенел звонок. Смахнув в портфель все, что было на парте, ученик пулей вылетел за дверь.

Весь день Андрею счастливо удавалось избежать встречи с Перкиным один на один. Но потом занятия кончились.

После уроков он взобрался на подоконник четвертого этажа и внимательно осмотрел двор. Вадька вышел на улицу, дошел до ближайших гаражей и притаился. Послонявшись по школе какое-то время, Андрей снова выглянул в окно. Перкин переминался с ноги на ногу, но по-прежнему был на часах. Андрей опять принялся ходить взад вперед и вдруг с удивлением заметил, что уже несколько раз прошел мимо двери дедушки Адама. Его тянуло сюда, как преступника на место преступления. Неожиданно он вытянул вперед руку и постучал. На пороге стоял хозяин:

— Вот и ты. Сейчас будем чай пить.

Войдя в комнату, Андрей недоуменно уставился на булькающий электрический чайник и большую тарелку со свежей горячей сдобой. Все выглядело так, будто старик только и ждал его появления.

— Не люблю ужинать в одиночестве, — объяснил хозяин, ставя перед гостем тарелку и чашку с горячим чаем.

При виде этого пиршества голодный желудок Андрея издал несколько призывных звуков. Стоит ли говорить, что долго упрашивать гостя не пришлось. Широко открыв рот, он одной рукой отправил туда сразу половину булочки, а другой поднес ко рту чашку с дымящимся чаем. Но тут из коробки, дружески виляя хвостом, вылез Бакалавр. Опасливо поджав под себя ноги, Андрей завертелся на своем месте как уж на сковородке.

— Пес просит прощение за порванные брюки, — объяснил дедушка Адам. — Не понимаю, что на него нашло.

В этот момент Андрею показалось, что старик знает обо всех его приключениях. Он поставил чашку на стол и вдруг выпалил:

— Эти деньги. Они так быстро кончились, — словно кто-то тянул его за язык.

Монеты на полках сочувственно зазвенели.

— Так ты об этом, — усмехнулся дедушка Адам. — Нет ничего удивительного в том, что деньги у тебя кончились. Ведь ты их только тратил.

— Тогда как сохранить деньги? А еще лучше, приумножить?

— Развивать способности. Удача переменчива. Знания же не изменят тебе никогда.

— Что же я должен делать? — вконец растерялся Андрей.

— Это зависит от того, чего ты хочешь в жизни.

— Я хочу стать богатым, — не задумываясь, ответил мальчик и тут же покраснел от собственной откровенности.

— Очень хорошо. Сколько же денег ты хочешь иметь?

Этот простой вопрос застал Андрея врасплох. Конечно, он мог сказать, что хочет иметь миллион, но, как человек разумный, решил ограничиться более скромной суммой:

— Тысячу рублей!

— Тысяча, так тысяча, — произнес старик таким тоном, будто сейчас же собирался выложить требуемую сумму.

Но вместо денег в руках у него оказались игральные кубики.

— Ты любишь играть в игры? — Андрей молча кивнул. К этому времени он дожевывал уже третий рогалик. — Тогда я научу тебя еще одной. Для искателя приключений нет ничего более захватывающего, чем игра под названием «Бизнес».

— Что-то вроде Монополии?

В первом классе папа подарил ему эту игру, и он целый год скупал и продавал улицы.

— Ты я вижу тертый калач! — засмеялся старик. — Знаешь, что такое бизнес?

— Торговля? — допив чай, Андрей отодвинул в сторону пустую кружку.

— Не совсем. В переводе с английского бизнес означает «дело». И получение прибыли — главная его цель.

— В чем же заключается ваша игра?

— Выигрывает тот, кто сумеет определить потребности рынка и удовлетворить его. Ну, как, готов?

На столе появилось игровое поле.

— Сейчас ты находишься на поле «Вперед». Бросай кубики и действуй.

Сделав ход, Андрей передвинул фишку на указанное количество клеток. Она оказалась на поле «Накопление капитала». Теперь ему предстояло приобрести одну из карточек с названиями предприятий. Вот только какую именно?

— Прежде чем принять решение, внимательно изучи рынок, на котором собираешься работать, — посоветовал дедушка Адам. — Тебе необходимо знать, каких товаров много, а каких не хватает. Впрочем, ты можешь отказаться от покупки.

На этот раз Андрей не стал рисковать и отправился дальше. Когда его фишка оказалась на поле «Круг событий», старик неожиданно прервал игру:

— На сегодня хватит. Продолжим в следующий раз. А пока возьми вот это.

Он достал из стола маленькую, размером с ладонь, книжечку в кожаном переплете. «Словарь делового человека», — прочитал Андрей.

— Мне кажется, она тебе еще пригодится. Игра только начинается. Чтобы выиграть, тебе предстоит многому научиться.

— А, по-моему, чтобы выиграть, нужна только удача.

Когда Андрей вышел на улицу, Вадика уже не было. На том месте, где он стоял, остался кружок утоптанной земли. Глядя на него, Андрей вдруг подумал: «Что ж, теперь всю жизнь прятаться от Чеснока? Ну, уж нет! Завтра же пойду к Македонскому и выложу ему все на чистоту». Так он и сделал.

— Чудак ты, Андрей! Кто же работает охранником за пятьдесят рублей? — неожиданно рассмеялся бывший телохранитель.

— Зачем же ты согласился?

— А чтоб интересней было! Я ведь и без денег за тебя всегда заступался. — Не имей сто рублей, а имей сто друзей.

— А лучше и то и другое вместе! — добавил Андрей.

И Ваня не обиделся.

Глава 9, про идею фикс

На следующий день Андрей решил срочно что-нибудь предпринять. А когда человек решает что-нибудь предпринять, он становится предпринимателем.

К этому времени Андрей точно знал — сапожника из него не получится. Чинить, а тем более, шить сапоги, он не умел. А поскольку мама утверждает, что в детстве ему медведь на ухо наступил, о том, чтобы зарабатывать деньги пением, нечего было и думать. Но тогда, что же умел он, Андрей Беляев? Нет, он не собирался зарывать свой талант в землю. Правда, для этого его надо было сначала найти.

Свой бизнес Андрей начал с лотка во дворе, где продавал на разлив пепси-колу. Затем переключился на чудодейственные порошки из аскорбинки, предлагая их одноклассникам под видом лекарства, улучшающего память. И опять прогорел. Со всего класса нашелся только один покупатель — Лешка Байбаков. Промашка вышла и с морской солью, производство которой он наладил из йода и обычной соли, которую мама добавляет в суп. В первой же аптеке ему с деловой прямотой посоветовали поискать для его товара другой рынок сбыта. И это несмотря на все заверения в превосходном качестве последнего. Попытка торговать старыми игрушками тоже не имела успеха. Мама оказалась начеку. В результате игрушечный бизнес был прикрыт, даже не начавшись. Деньги жили своей, неизвестной Андрею жизнью. Иногда их пути все-таки пересекались. Тогда в его кармане оказывалось несколько монет. Впрочем, деньги там долго не задерживались, а потому его карманы были преимущественно пусты. Капризная фортуна упорно не желала замечать стараний Андрея, но судьба, в лице дедушки Адама, дала ему еще один шанс.

— Помнишь притчу о талантах? — спросил старик, выслушав рассказ о злоключениях предпринимателя.

— Про рабовладельца и рабов?

— Верно. Двое из них пустили свои таланты в оборот и заработали вдвое больше. А третий…

— Оказался дураком, — закончил мальчик.

— Вот именно. Умный человек всегда найдет возможность заработать деньги там, где другие этого сделать не могут.

В этот вечер Андрей вернулся домой позже обычного. Мама собиралась что-то сказать, но, глядя на расстроенное лицо сына, только махнула рукой.

— Мой руки и садись ужинать.

Наскоро перекусив, Андрей отправился в свою комнату. На столе сиротливо лежал так и не раскрытый за весь день учебник по физике.

— Контрольная! — неожиданно вспомнил он. — Как же я мог забыть? Ладно, завтра что-нибудь придумаю.

Андрей захлопнул учебник, бросил его в рюкзак и завалился на кровать. Впрочем, скоро ему пришлось пожалеть о столь опрометчиво принятом решении.

На следующий день перед уроком физики выяснилось — к уроку не готова большая часть класса. Шпаргалки и те были только у Нечаева. Андрею удалось уговорить Павлика передать ему формулы сразу же, как тот спишет сам. Правда, за это пришлось пообещать ему карманный фонарик.

— Полезные сведения стоят денег, — развел руками Два портфеля.

И вот прозвенел звонок. Всю первую половину урока Андрей сидел как на иголках. На его призывные взгляды Нечаев только пожимал плечами. Андрей так разволновался, что нечаянно заехал локтем на соседнюю половину.

— Сейчас же убери руку с моей территории, — возмущенно зашикала Настя Бодрова.

На физике она была его соседкой по парте. А поскольку их существование нельзя было назвать мирным, рабочее место было поделено на две половины. Для верности Андрей даже отметил границы своих владений чуть заметной карандашной линией. Правда, вчера, в связи с чрезвычайными обстоятельствами в виде контрольной, было объявлено перемирие.

Контрольная была трудная. Особенно задача. К тому же Андрей никак не мог вспомнить нужную формулу. Порывшись в памяти, он обнаружил там кучу всякого мусора, никакого отношения к физике не имеющего. В голове его было так же пусто, как на вытертой влажной тряпкой классной доске. Тем временем, поставив учебник домиком, Настя начала что-то быстро строчить в своей чистенькой тетрадке. Из-за этого забора было совершенно невозможно разглядеть, что у нее получается. Лишь, когда до конца урока оставалось не более пяти минут, шпаргалка оказалась у Андрея. Однако время было безнадежно упущено.

На перемене он подвел печальный итог прошедшего урока: за контрольную ему светила пара, да еще Два портфеля требовал обещанное вознаграждение. Как не крути, а шпаргалку он все-таки передал. Эх, если б не лень…

И тут его осенило. Ну, конечно, что может быть лучше! Стабильное производство, постоянный доход! Оставалось только найти компаньонов и дело в шляпе.

— Эврика! Архимед отдыхает! — закричал Андрей.

— Чего орешь? — одернул его Ваня Русланов.

По выражению лица последнего, Андрей сразу понял: дела у Македонского немногим лучше, чем у него самого. Момент был как раз подходящий.

— Как контрольная? — Русланов тяжело вздохнул. — Понятно. У меня тоже неважно. Но все можно исправить.

Ваня подозрительно посмотрел на друга. Идеи рождались в голове у Андрея с быстротой молнии, но большинство из них заканчивались раскатами грома.

— Что-то я не пойму. Куда ты клонишь? — нахмурился Ваня.

— У меня есть план, — заговорщицки сообщил Андрей.

— Очередная идея фикс? — равнодушно отозвался Македонский.

— Это не «фикс»! Это бизнес-план!

— Все равно. Когда ты в последний раз придумал свой план, мы целый месяц исправляли двойки по русскому.

— Кто же знал, что Капитолина Ивановна не поддается гипнозу.

— А соседская кошка? Забыл, как решил превратить ее в тигрицу, искупав в горячем молоке? Кстати, бедное животное до сих пор хромает на одну лапу.

— А, может, она не хромала бы, если б мы искупали ее полностью?

— Конечно, не хромала. В этом случае ее бы вообще не было!

— В любом плане есть свои издержки. Но этот очень хороший план и совсем безопасный.

Андрей принялся вдохновенно рисовать другу картины их будущего обогащения.

— За приключениями советую обратиться к Даниле Иннокентьевичу, — сухо отозвался Русланов.

— Все его приключения умещаются на старом глобусе, и нам в них участвовать уже не придется. Ну, так как, будешь моим компаньоном?

— Коллективный бизнес это заманчиво, но сложно, — задумчиво произнес Ваня. — К тому же нам понадобится помощь. Для такого дела, нужен человек, у которого голова варит на все сто. Например, Настя Бодрова.

— Ни за что! Ябеда! Зануда! Ходячая энциклопедия!

— Заметь, это ты сказал. Только она ни в жизнь не согласится.

Поразмыслив, Андрей пришел к выводу, что компаньон прав. Вот и дедушка Адам говорит, что для успешного ведения дел надо нанимать людей умнее себя.

— Согласится она или нет, это мы еще посмотрим, — вслух добавил он. — Бодрову я беру на себя.

Глава 10, в которой Андрей меняет прическу, а Настя — решение

Андрей проснулся задолго до звонка будильника, тщательно вычистил зубы, умылся и причесался. С последним пришлось повозиться. Волосы у него были прямые и жесткие, поэтому не ложились ни налево, ни на право, а торчали во все стороны. Такая прическа, по его мнению, никак не соответствовала имиджу преуспевающего бизнесмена. Недолго думая, он взял с полки баночку маминого геля для укладки волос и обильно смазал голову. Волосы стали влажными и блестящими, но зато приняли нужное положение.

— По дороге высохнут, — успокоил себя Андрей.

Затем он надел выглаженный с вечера костюм и галстук-бабочку. Однако в самый последний момент передумал — взял обычный галстук. Не в театр собрался, на деловую встречу. Все это время на столе у него лежал модный журнал, с обложки которого ослепительно улыбался известный бизнесмен. Сравнив с портретом свое изображение, начинающий предприниматель остался доволен. Он ободряюще подмигнул своему отражению и отправился на первую в жизни деловую встречу.

Выйдя на улицу, Андрей хотел по привычке перемахнуть лужу у подъезда, но вовремя спохватился — не пристало бизнесмену прыгать как воробью. Осторожно обогнув препятствие, чтобы не испачкать начищенных ботинок, он двинулся дальше.

Всю прошедшую ночь на улице лил дождь, но к утру небо очистилось. Налетевший ветер разогнал тучи и теперь приятно щекотал влажные волосы на голове новоявленного бизнесмена.

— Ой, Андрюша, какой ты сегодня красивый! — выглянувшая из песочницы Татка, восторженно смотрела на Андрея.

— Бизнесмен всегда должен выглядеть аккуратно и красиво, — польщено ответил он.

— А бизнесмен — это кто?

— Человек, занимающийся бизнесом.

— Бизнес — это такая игра? А мне поиграть можно? Правила, какие? — затараторила Татка.

В отличие от брата, сестра была чрезвычайно любознательным человеком. В свои неполные семь лет она сама читала себе книжки на ночь, умела писать печатными буквами и считать до ста.

— Какие еще правила?

— Ну, у каждой игры свои правила. Вот, например, догонялки…

— Извини, я бы с тобой поболтал, но у меня деловая встреча. Мне опаздывать нельзя.

Андрей зашагал к школе, оставив девочку гадать о том, что такое бизнес. Во дворе ребята играли в разные игры, но в эту не играл никто.

Тем временем в школе появился вполне респектабельный молодой человек двенадцати лет. Поднявшись на нужный этаж, он вошел в класс. И тут произошло невероятное. Минуту назад дерущийся, орущий, пинающийся и толкающийся 6 «Б» замер. Даже Капитолина Ивановна застыла у доски как вкопанная. Но вот раздался легкий смешок — один, другой, а через минуту весь класс буквально трясся от смеха.

— Ой, не могу, — заливался, лежа на парте Вадик. — Ты что, сунул пальцы в розетку?

— Думаю, тебе стоит выйти и привести себя в порядок, — сдерживая улыбку, произнесла классный руководитель 6 «Б».

В полной растерянности Андрей направился в туалет, но, подойдя к зеркалу, чуть не вскрикнул от ужаса. На него смотрело всклоченное испуганное существо похожее на ополоумевшего ежа. Ветер растрепал мокрые волосы и те, высохнув, превратились в перекати-поле. Схватив расческу, Андрей попытался придать им привычное положение, но стало еще хуже. Оставалось последнее средство. Он сунул голову под кран, тщательно смыв злополучный гель. Высохнув, волосы приняли свой обычный вид.

— Так гораздо лучше, — заметила Капитолина Ивановна, когда в конце урока Андрей появился в классе. — Но тебе придется самостоятельно разобрать пройденный нами материал.

После звонка к нему подошел Македонский:

— Ну, ты даешь! Что это было?

— Не что, а кто. Я это был. В образе бизнесмена.

Ваня озадаченно потер затылок.

— Бодрову видел? — хмуро поинтересовался Андрей.

— Да вон она. С книжкой у окна стоит.

Опершись на подоконник, Настя сосредоточенно перелистывала страницы толстенной книги.

— Бодрова, у меня к тебе разговор есть, — деловито сообщил Андрей.

— Говори. Только быстрее.

— Я тут кое-что придумал. Решил создать предприятие, производящее продукцию… Вернее выполняющее работы…

— Интересно, какие работы ты собираешься выполнять? — перебила Настя.

Андрей собрался с мыслями и более уверенным тоном произнес:

— В школе самый нужный товар какой? Зна-ни-я! Вот мы и будем эти знания продавать. В виде готовых домашних заданий. И ты можешь принять участие в этом доходнейшем предприятии.

В этом и заключался план Андрея.

— Ну, ты совсем… — Настя выразительно покрутила пальцем у виска. — Ты что, Беляев, по дороге в школу головой стукнулся? Или заболел? Деньги можно брать только на законном основании. Есть у тебя законные основания, чтобы деньги с людей брать?

— Пока нет. Но, когда будет предприятие, тогда и основания появятся.

Аргумент оказался весомым. Настя заколебалась.

— Брать деньги за дополнительные занятия, куда не шло. Это что-то вроде репетиторства. А за списывание…

— Пусть так, — поспешно согласился Андрей. — Иначе, какая разница умный ты или дурак, если твои знания не могут принести никакой пользы? Ну, так как? Партнеры?

— Только в бизнесе, — сдалась, наконец, Бодрова.

Теперь, когда штат предприятия был полностью укомплектован, настало время обсудить план будущих действий. После уроков компаньоны собрались в классе с табличкой 6 «Б». Но не успели они рассесться, как в дверях появился Вадим.

— Вы что тут делаете? — подозрительно поинтересовался он.

— Тебя спросить забыли, — запальчиво отозвался Андрей.

— И напрасно. Я сегодня дежурный. Так что проваливайте отсюда! — гремя ведрами, заявил он.

Предприниматели оказались за дверью.

— Ну, и куда теперь? — мрачно поинтересовалась Настя. — У нас даже офиса нет.

— Есть тут одно место, — нерешительно проговорил Андрей. — Недалеко. Я покажу.

Когда они подошли к двери дедушки Адама, он осторожно постучал — ответа не последовало. Подождав с минуту, Андрей постучал снова, но уже более решительно. Из комнаты раздалось глухое ворчание.

— Войдите, — донесся знакомый голос.

Один за другим ребята спустились вниз. Кроме Бакалавра, сидевшего у стола, заваленного книгами, в комнате никого не было. Увидев собаку, Настя сделала шаг назад.

— Он не кусается, — послышался все тот же голос.

Одновременно с ним из-за стопок книг появилась седая голова дедушки Адама. Пока ребята нерешительно топтались у двери, Бакалавр поднялся и направился к своей коробке, добровольно уступив им арену будущих действий.

— Вы говорили, если понадобится помощь, можно… — Андрей замялся. — В общем, нам нужно место для работы.

— Что ж, я могу предоставить вам помещение для офиса, — старик изучающее посмотрел на ребят. — И заметьте, совершенно бесплатно.

Так без лишних разговоров скромная каморка превратилась в офис вновь испеченного предприятия. А раз появилось предприятие у него должно быть название. Андрей сразу взял быка за рога.

— Предлагаю, «Беляев и Ка».

— А почему Беляев? И причем здесь «Ка»? — удивилась Настя.

— Я же главный. Поэтому моя фамилия первая. А «Ка» — это компания. Вы, то есть…

— Значит ты у нас главный? — возмутилась она. — И притом скромный?

— Да не ссорьтесь вы! — примирительно сказал Ваня. — Может, назовем «Знание — сила»?

— С таким названием всех клиентов распугаешь, — буркнул Андрей.

Обстановка в комнате накалялась с каждой минутой.

— Можно и мне внести предложение? — легонько кашлянул дедушка Адам.

Ребята вопросительно уставились на старика.

— «Альфа и Омега», — он указал на скрещенные буквы на набалдашнике своей трости. — Это символ единства. Первая и последняя буквы греческого алфавита. Начало и конец. Ведь теперь для всех, кто будет иметь дело с вашим предприятием, вы представляете одно юридическое лицо, одно целое.

— Верно, — поддержал Ваня. — Теперь мы одна команда!

— «Альфа и Омега»! — закончила Настя.

Но больше всех был доволен Андрей. Еще бы! Ведь с буквы «А» начинается его имя. На этом первое собрание предприятия можно было считать закрытым, но тут произошло непредвиденное. Вдруг раздался страшный грохот и через открывшуюся дверь в комнату кубарем вкатился Лешка Байбаков. Ребята оцепенели. Если бы в этот момент им сообщили, что началось землетрясение, они удивились гораздо меньше.

— Да, шок это по-нашему, — нашелся, наконец, Андрей.

— Я иду, а дверь открыта. Думаю, что такое, — запинаясь, оправдывался Байбак.

— Подслушивал? — скрестив на груди руки, строго спросил Ваня.

— Возьмите меня к себе, я вам пригожусь, — вместо ответа заныл Байбаков.

Конечно, партнеры сильно сомневались в Лешкиной профпригодности, но выбора у них не было. Единственный способ заставить Байбака держать рот на замке — принять в команду.

— Ладно. Жду вас всех завтра. Форма одежды — деловая, — Андрей осторожно потрогал уже высохшие волосы.

Глава 11, в ней бизнесмены дают Ганнибалову клятву

В ближайшие выходные скромное жилище старика превратилось в центр деловой активности. Андрей с Ваней сделали дополнительные полки для будущих документов. Лешка вытряс коврики. А Настя вымола пол и вытерла пыль. Нетронутой осталась только коробка Бакалавра. Судя по звукам, доносящимся изнутри, пес мирно спал в своем домике. Закончив уборку, ребята приступили к оборудованию своего офиса.

Накануне специально для этого Андрей выпросил у папы крутящуюся подставку для ручек и перекидной настольный календарь. Дедушка Адам посоветовал вносить туда все планы, встречи и поручения на день. Настя со свойственной ей тщательностью, составила картотеку будущих клиентов, предусмотрительно внеся туда всех неуспевающих учеников. А Ваня раздобыл у тети, работающей в ателье, пачку пустых бланков.

— Будем выдавать квитанции, — торжественно объявил он.

— Это еще зачем? — удивился Байбак.

— Квитанция — это документ, подтверждающий право клиента на получение товара или услуги, — Македонский явно цитировал свою тетю.

Идея с квитанциями особенно пришлась по душе Насте Бодровой. Она тут же предложила указывать на них фамилию заказчика, число, когда он заплатил деньги и предмет, по которому ему требуется помощь.

— А кто будет собирать деньги? — спросил Лешка.

Столь важное дело, Андрей Беляев мог поручить только себе.

— У меня как в банке. Ни одна копейка не пропадет! — заверил он.

Тем временем Лешка достал из портфеля старый деревянный кубик с выжженными на нем буквами и железную коробочку. В ней оказалась подушечка из поролона, обильно смоченная чернилами. Байбаков обмакнул в нее кубик и приложил к чистому листу бумаги. На листе появился темный квадрат с белой буквой «А» посередине.

— Это же Альфа! Первая буква в названии нашего предприятия! — обрадовалась Настя.

— Вот. Вместо печати, — смущенно пояснил довольный Байбак. — Взял у Татки.

При его последних словах картонный домик Бакалавра зашевелился. Из него высунулись красные сапожки, сиреневая куртка и шапка с бубоном.

— Татка! — ахнули ребята. — Ты что тут делаешь?

— С собачкой играю.

Вслед за девочкой показался Бакалавр.

— У вас что, семейная традиция, появляться там, где не ждут? — возмутился Андрей. — Как ты сюда попала?

— Просто вошла. Я тоже хочу с вами играть. А если вы меня не возьмете, я все расскажу маме.

По ее лицу было видно — девочка полна решимости исполнить свою угрозу.

— Раз так, надо взять, — засмеялся дедушка Адам, — к тому же человек внес свой вклад в общее дело.

Он кивнул на лежащий в коробке с чернилами кубик.

— Ура! Андрюша! Теперь ты мой подчиненный! — завопила Татка.

— Это почему же я твой подчиненный? — обиделся Андрей.

— Потому что теперь я тебе подчиняюсь!

Тут же были распределены обязанности. Андрей стал директором предприятия. (Настя была против, но при двух голосах «за», третий молчит). Ваня — его заместителем и по совместительству начальником службы безопасности. Насте досталась учебная часть. Долго думали, что поручить Лешке, но, в конце концов, вопрос остался открытым.

— Постойте! — вдруг спохватилась Бодрова. — У каждого предприятия есть свой Устав.

— И что это такое? С чем его едят? — запальчиво спросил Андрей. — Объясни, раз ты такая умная.

— Есть его, я не пробовала, — честно призналась Настя.

— Вот видишь, не знаешь, а говоришь, — тут же перебил Лешка.

Боевых действий удалось избежать только благодаря вмешательству дедушки Адама.

— Устав — главный документ любого предприятия. Свод правил, по которому оно будет жить и работать. А еще в Уставе указывается цель, ради которой предприятие было создано.

— Цели наши известны, — простодушно отозвался Лешка. — Денег заработать, что же еще?

— Верно, — одобрил Андрей, — главная цель бизнеса — получение прибыли. — Мы — рыцари удачи.

— Звучит как разбойники с большой дороги, — скептически отозвалась Настя.

— Можешь предложить что-нибудь лучше?

— Один из самых богатых людей мира археолог-самоучка Генрих Шлиман сколотил целое состояние, чтобы найти Трою.

— Ну и как нашел? — поинтересовался Байбак.

— А ты думал? Кто ищет, тот всегда найдет! — подтвердил Ваня.

— А кто хочет, заработает, — добавил Андрей. — Только нам Троя ни к чему.

— Это верно, — с усмешкой заметила Настя. — Потому что кто хочет разбогатеть, всегда покупает активы.

— Ты о чем?

— Актив — это то, что приносит деньги. И самый ценный актив…, - Бодрова легонько постучала пальцем себе по лбу.

— Ты о чем? — спросил Лешка, с беспокойством ощупывая собственную голову.

— О сером веществе, которое должно быть у тебя в черепушке.

— Вот ненормальная, — подумал про себя Андрей. — Верно, говорят: у отличников мозги набекрень.

Сам он меньше всего думал о том, какую пользу принесет его затея окружающим. Однако эти мысли он счел благоразумным от компаньонов утаить.

Поскольку возражений не последовало, Бодрова взяла обычный тетрадный листок и своим ровным, красивым почерком вывела: «Устав предприятия „Альфа и Омега“». Затем, благодаря помощи дедушки Адама, на листе появились следующие строчки:

«Мы, Беляев Андрей, Бодрова Анастасия, Русланов Иван и Байбаков Алексей учредили предприятие „Альфа и Омега“, чтобы помочь всем желающим в приобретении самого ценного актива — знаний».

(Татку в состав учредителей не включили, так как она еще не достигла школьного возраста).

Для образования необходимого для начала бизнеса стартового капитала решено было вытрясти имеющиеся в распоряжении ребят сбережения. К понедельнику каждый из них должен был внести в общую кассу сто рублей. Половину из них предполагалось сразу пустить в дело: закупить необходимые в работе ручки, линейки, тетради. Остальное положить на текущий счет предприятия — в жестяную банку из-под конфет.

— Постойте! Надо дать клятву, как Ганнибал, — неожиданно предложил Ваня Русланов, у которого на все случаи жизни был заготовлен пример из биографии какого-нибудь полководца.

— Какую еще клятву? — забеспокоился Байбак.

— Клятву, что мы будем всегда вместе и все заработанные деньги потратим на что-нибудь такое… В общем, нужное.

— А кто такой кан-ни-бал? — прошептала Татка.

— Каннибал — это людоед, — девочка сделала испуганные глаза, — а Ганнибал — великий карфагенский полководец, — торжественно произнес Ваня. — В 9 лет он поклялся вечно бороться с врагом Карфагена Древним Римом. Но, в конце концов, Рим одержал верх, а Ганнибал отравился, чтобы не попасть в руки врагов.

— Я не хочу травиться, — испугалась Татка.

— От тебя это и не требуется.

— А что от меня требуется?

— Хранить в тайне все, что ты здесь услышала.

Последние слова без сомнения были обращены ко всем присутствующим.

Глава 12, где появляется рекламный ход

Когда следующим утром Андрей вошел в класс, он сразу понял — пропустил что-то интересное. Лешка и Вадик стояли друг против друга воинственно сверкая глазами. Вокруг уже собралась толпа любопытных.

— Это я дубина? — горячился Байбаков. — Спорим, что за эту неделю я не получу ни одной двойки!

— Дурака учить, что мертвого лечить, — усмехнулся Перец. — Мартышкин труд!

Столпившиеся вокруг зрители, одобрительно загудели.

— Что поставишь? — входя в раж, закричал Лешка.

Спорить просто так было глупо. Выигрыш же превращал любой спор в занятное приключение, в конце которого победителя ждала награда.

— Увеличительное стекло, — ответил Перкин и тут же подозрительно поинтересовался: — У самого-то что есть?

— Новый плеер! — бухнул Байбак.

Одноклассники открыли рты.

Андрей знал, что на аудиоплеер Лешка копил целый год. (Не зря же он проводил столько времени у супермаркета). Знал об этом и Вадька. К тому же ставки были явно не равны.

— Идет! — поспешно согласился Перец.

Спорщики ударили по рукам, узаконив, таким образом, заключенное соглашение.

Зуб на Лешку у Перкина появился после того, как Байбакова взяла под свое покровительство Настя Бодрова. И вот выпал шанс отыграться. На календаре был вторник. До конца учебной недели оставалось целых четыре дня. В школе же погода меняется так быстро, что даже тридцать секунд до звонка могут круто изменить судьбу любого ученика. Вадик потирал руки. Лешка — затылок.

— Что здесь происходит? — грозно вопросил появившийся в дверях учитель музыки. — Звонок на урок прозвенел пять минут назад.

Шестой «Б» поспешил занять свои места.

Учитель музыки Геннадий Егорович Баянов, за фамилию и любовь к одноименному инструменту прозванный Баян Баянычем, пользовался всеобщей любовью. На его уроках, делая вид, что слушаешь очередную симфонию, можно было заниматься чем угодно. Поэтому, как только заиграла какая-то мелодия, Андрей достал из кармана маленькую книжечку. Мальчик давно заметил, что по странному стечению обстоятельств, куда бы он ни засунул ее прежде, в нужный момент та всегда оказывалась под рукой. Перевернув несколько страниц, Андрей остановился на букве «Р».

— Реклама — распространение информации о товарах или услугах с целью продажи их потребителю, — прочитал он.

Далее следовало «Reclame» в переводе с французского значит выкрикиваю. Андрей громко икнул.

Как-то по телевизору он услышал вкрадчивый голос, предлагающий попробовать пицу «Наслаждение», найти в ней золотой шарик, послать его по указанному адресу и выиграть кучу денег. Он пробовал — пица оказалась дрянь. Андрей чуть не лопнул, запихивая в рот очередной кусок, но золотого шарика так и не нашел. Далее последовали рекламные компании чипсов, шоколада, сухой лапши и чего-то еще. Тогда он решил подойти к делу с размахом. Составил список всех компаний, которые обещали своим покупателям денежные призы — от маек и сумок до «крупных денежных выигрышей». Но ему упорно не везло. В конце концов, Андрей начал подозревать, что здесь что-то не так. Кстати, претензии к качеству товара тоже назывались французским словом — рекламация.

Директор предприятия задумался. С момента создания «Альфа и Омега» прошло почти две недели. Но им так и не удалось заполучить ни одного клиента. Он поднял голову. Баян Баяныч уже выключил магнитофон и теперь пытался выяснить, какой музыкальный инструмент солировал.

— Радио, газеты, телевиденье, отпадают, — между тем рассуждал ученик. — Вряд ли мы сможем позволить себе такую роскошь. К тому же глупо кричать об этом на всю школу. Так и до директора недолго докричаться.

— Беляев! Может, ты ответишь? — бесцеремонно прервал его мысли Баян Баяныч.

— Труба? — наобум брякнул Андрей.

Светка Быстроглазова громко хихикнула.

— А у меня слуха нет, — поняв свою оплошность, нашелся он.

— В таком случае жду тебя в субботу на занятии хора. Будем развивать слух, — проникновенно сообщил Геннадий Егорович.

После занятий компаньоны собрались в офисе предприятия. Татка была уже там. Садик не работал — отключили отопление.

— Молодец, Байбак! — хлопнул его по плечу Андрей. — Ловко ты Перкина…

Губы Байбакова растянулись в довольной улыбке.

— Я бы ни в жизнь не согласился поставить на спор свой плеер, — честно признался Ваня.

Улыбка стала еще шире.

— Вот только жаль, что Лешке придется расстаться со своим сокровищем, — скрестив на груди руки, заметила Настя.

Байбак сразу скис, вдруг осознав, какую глупость он совершил:

— Что же мне делать?

Настя молча полезла в портфель, выгрузив перед Лешкой целую груду учебников.

— Правильно! — вдруг не своим голосом заорал Андрей. — Не надо ни газет, ни телевиденья, когда у нас есть Лешка!

— Ты о чем? — подозрительно посмотрел на него Ваня.

— Нам нужна реклама? — продолжал истошно вопить директор предприятия. — Вот Лешка и будет нашим товарным знаком!

— Свежее решение, — насмешливо заметила Настя. — Конечно предприятию, начинающему завоевание рынка, без рекламы не обойтись, но Лешка…

— Не хочу я быть никаким знаком, — недовольно проворчал Байбаков.

— Не волнуйся, — Андрей раскрыл знакомую книжку. — Вот послушай: «Товарный знак продукта — его отличительный признак, средство продвижения на рынке». Теперь ты в надежных руках!

— Это-то меня и пугает, — тяжело вздохнул Лешка.

— Байбак рекламный агент? — Ваня Русланов недоверчиво посмотрела на простодушную физиономию будущего рекламщика. — Он же двух слов связать не может.

— Он научится, — вступилась за брата Татка. — Ведь, правда, же, Лешь?

Байбаков смущенно кивнул.

Глава 13, в ней Лешка грызет учебники, а Перец точит зубы

Очередь была за Лешкой. Ему предстояло сколотить клиентуру. Клиенты должны были обеспечить бизнесменам постоянный доход и, как следствие, процветание. Поэтому в случае его провала, все предприятие могло вылететь в трубу.

— Завтра литература. Капиталина Ивановна будет спрашивать стихотворение о Родине, — посмотрев в дневник, сообщил Ваня.

Настя раскрыла и придвинула к Байбаку потрепанную книгу с библиотечным штампом.

— Читай!

— В.К. Тредиаковский «Стихи похвальные России», — послушно начал Байбак. — Виват Россия, виват драгая. Виват, надежда. Виват, благая…

— Не бубни! Читай с выражением, — прервала его Настя.

Лешка принялся читать снова, но уже через пять минут взмолился:

— Не могу я больше! У меня от этого Тредиаковского мозги дымятся.

— А ты водички попей, — простодушно предложила Татка.

Байбаков беззвучно застонал.

— Я научу тебя одной хитрости, — заговорчески произнесла Бодрова. — Сначала надо выучить последнее предложение, потом предпоследнее. Идти снизу вверх. А повторять текст наоборот — сверху вниз.

— Давай, давай, грызи гранит науки, — подбодрил партнера Ваня.

Стиснув зубы, Байбак придвинув к себе книгу с таким видом, будто, в самом деле, собирался вцепиться в нее зубами.

В среду Вадька пришел в школу в прекрасном расположении духа. Усевшись за свою парту, он бросил насмешливый взгляд в Лешкину сторону. Байбаков ответил тем же, отчего в глазах у него запрыгали веселые чертики. Звонок прозвучал как вызов на поединок.

Капитолина Ивановна заняла свое обычное место и, не раскрывая журнала, обвела взглядом класс:

— Кто готов?

Перкин нетерпеливо заерзал на месте в ожидании, когда голова Лешки, положенная на гильотину знаний, скатится к его ногам. Байбак изо всех сил вжался в парту, но тут же ощутил на себе три пары негодующих глаз.

— М-можно м-мне? — заикаясь, отозвался он.

Классный руководитель 6 «Б» удивленно подняла брови, да и класс был поражен ничуть не меньше. Не было случая, чтоб Байбаков сам вызвался отвечать.

Тем временем Лешка вышел к доске и, немного помявшись, произнес:

— Это. Как его? Тредиаковский. Вот.

Ребята дружно прыснули, но под строгим взором учителя тут же стихли.

Говорил Лешка медленно, словно шел по тонкому льду, но слова произносил правильно и без запинок. Когда Байбаков добрался до слов «прославить все то, что в тебе мило», Капитолина Ивановна открыла журнал и впервые в жизни поставила ему пятерку. Физиономия Байбака просияла как тульский самовар. С победным видом он двинулся к своему месту. Друзья, представляющие группу поддержки, дружно зааплодировали. До конца недели оставалось три дня.

В четверг можно было расслабиться — француженка заболела. В пятницу Лешка поразил воображение Гали-Вали познаниями в области структуры почв. Это было тем более удивительно, что, по мнению учителей, Байбак был совершенно не способен усваивать учебный материал.

Между тем одноклассники начали делать ставки на участников спора. При этом число Лешкиных сторонников увеличивалось с каждым уроком. Что касается Перкина, он ходил мрачнее тучи и лишь злобно шипел. Приближалась суббота — последний, решающий день.

Маленькая бойкая старушка, бывшая учительницей истории Надеждой Петровной, обожала рефераты. Каждый ученик в течение четверти обязан был подготовить письменное сообщение по одной из пройденных тем. На прошлой неделе Лешка получил точку (Надежда Петровна редко ставила двойки) и теперь должен был отдать долг истории.

Пока Настя безуспешно пыталась втолковать Лешке, отличия «человека умелого» от «человека разумного», косичка на ее голове совершенно растрепалась. Байбаков сидел весь мокрый. Пот лил с него градом. Одна из капель скатилась ему на кончик носа и там продолжала тихонько подрагивать.

— Труд сделал из обезьяны человека, — не сдавалась Бодрова. — Из тебя тоже сделает.

Байбак тряхнул головой. Капля упала в конец реферата, поставив жирную точку в последнем предложении.

В субботу, в конце урока, Вадим протянул Лешке увеличитель.

— Ладно, Перец. Будем считать, спор был на интерес, — великодушно предложил Байбаков.

— Выиграл, значит, бери! — зло отозвался тот.

Тем временем одноклассники обступили победителя.

— Ты, наверное, что-то съел? Или выпил? А, может, тебя палкой по голове стукнули? — проникновенно поинтересовалась Светка Быстроглазова.

— А что? Такое иногда бывает, — согласился Павлик Нечаев. — Вот Ньютону яблоко на голову шлепнулось, он и открыл закон всемирного тяготения.

— Тебе яблоко не поможет, — скептически отозвалась Настя.

— Нет, правда, скажи, Лешь, — робко попросил Костик Шаповалов.

При его последних словах Андрей замер, как памятник на пьедестале, к подножью которого вот-вот понесут цветы и овации.

Глава 14, в которой все решает прохвост Меркурий

Дни сыпались за днями, как монеты из копилки, и все мимо кармана предприятия. Несмотря на все старания, одноклассники не спешили повторить успех Лешки Байбакова. Все изменил случай.

Идея созрела в голове у директора предприятия как раз в тот момент, когда Настя заканчивала объяснять последнее задание предстоящей контрольной. К тому времени Андрей с Ваней уже клевали носом, а Лешка и вовсе уронил голову на стол. Одна лишь Татка, которая как всегда была рядом, продолжала что-то старательно карябать в своей тетрадке. (Как выяснилось позже, это был домик Бакалавра). Первым не выдержал Байбак.

— Насть, может, хватит? И где ты их только раздобыла, на нашу голову?

— Купила в одном магазине. Продавец должен хорошо знать свой товар, а наш товар — это знания.

Ее слова были не лишены основания. Оставалось мужественно терпеть, пока пытка задачами, примерами и уравнениями кончится. Наконец, Бодрова с видом человека честно выполнившего свое дело, отправилась домой. Мальчишки облегченно вздохнули, а сонное выражение мгновенно сбежало с лица директора предприятия.

— Грех упускать такую возможность, — вкрадчиво начал он.

— Что ты предлагаешь? — насторожился Ваня.

— Наделать шпор, да и толкнуть их перед уроком. Товар что надо!

— А если Бодрова узнает?

— Не узнает! А нам когда еще такой случай выпадет? — поддержал директора Лешка.

— Лешка дело говорит, — наседал Андрей. — Поставляешь нужный товар во время, имеешь клиентуру и доход.

Македонский еще продолжал раздумывать, когда компаньоны приступили к налаживанию производства.

Брату и сестре Байбаковым поручалось разрезать тетрадные листы на тонкие длинные полоски. Затем Андрей, а вслед за ним и Ваня, в конце концов, примкнувший к общему делу, приступили к нанесению текста. (Лешке по причине вопиющей безграмотности и неразборчивости почерка писать шпаргалки не доверили). За один вечер трудолюбивые предприниматели изготовили два варианта контрольных работ. Заботясь об одноклассниках, они приготовили их на всех.

Шпаргалка в школе — товар контрабандный. И все-таки именно он пользуется постоянным спросом. Так как без такого рода продукции жизнь ученика просто немыслима. Поэтому директор предприятия был полностью уверен — одноклассники за ценой не постоят. Оставалось только эту цену назвать.

— Предлагаю пятьдесят рублей за штуку, — выпалил он.

— Интересно, кто выложит за шпору целое состояние? — с сомнением произнес Ваня.

— Тогда рубль, — подал голос Лешка.

— И за эти деньги столько мороки?

— Это демпинг, — объяснил Андрей.

— Что? — не понял Македонский.

— Специальное снижение цен на товары в целях устранения конкурентов.

— У нас нет конкурентов.

— Ну, тогда в целях привлечения клиентов.

Македонский неодобрительно покачал головой. Оставалось последнее средство. С минуту Андрей молча перелистывал страницы знакомой книжечки.

— Нашел! — радостно сообщил он. — «Цена — стоимость товара, выраженная в деньгах».

— Ну и что? — пожал плечами Лешка.

Книга перекочевала обратно в портфель. На этом деловые предложения иссякли. К тому времени с улицы вернулся дедушка Адам, отлучавшийся по каким-то своим делам.

— Что это вы тут делаете? — поинтересовался он.

— Трудимся, — скромно отозвалась Татка.

Старик бросил на ребят долгий внимательный взгляд, но и только. Македонский посмотрел на часы:

— Полседьмого! А у меня в семь тренировка.

Вспомнив о времени, остальные тоже засобирались.

Вернувшись из школы, Андрей заметил в прихожей голубую пластмассовую корзинку. Мама уже вернулась с рынка и теперь командовала сковородками на кухне.

— Мам, я сегодня задержался, — неловко извинился он, вспомнив, что обещал помочь ей с продуктами.

— Ничего. Рынок совершенно пустой. Брать нечего, а дороговизна!

— Что же там дорогого, если брать нечего?

— Завоза нет, вот и просят за гнилье в три дорога. Я все прилавки обошла, а потом махнула рукой, — она шумно вздохнула, — думаю, завтра приду. Может, что подвезут.

— Мама у нас экономист! — засмеялся появившийся из комнаты отец.

— Какой же она экономист? — удивился Андрей. — Она домохозяйка.

— Эх ты, экономика, в переводе с греческого, означает искусство ведения домашнего хозяйства.

В эту ночь директору предприятия снился рынок, вертлявый торговец с черной бородкой и противная рыжая девчонка, называющая себя Юноной Монетой. Он повернулся на другой бок, пытаясь прогнать незваных гостей из своего сна, но через минуту те снова оказались у него перед носом.

— Да что вам надо? — рассердился Андрей.

— Нам — ничего. А вот тебе, похоже, нужна помощь, — ехидно заявила рыжая.

— А это кто такой? — невежливо поинтересовался Андрей.

— Греки почитали меня как Гермеса, римляне — Меркурия, в средние века я получил имя Трижды величайший. В общем, все зависит от обстоятельств, — не обращая внимания на грубый тон, представился бородатый.

При этом он отвесил низкий поклон.

— А вид, как у пройдохи, — мелькнуло в голове у директора предприятия.

К этому времени его новый знакомый развалился на стуле, забросив одну ногу на письменный стол Андрея.

— Послушайте, — поморщился мальчик, — как там вас…

— Меркурий, — подсказал тот. — Между прочим, у римлян я был богом торговли.

— Возможно, но в наше время большинство продавцов обладают хорошими манерами.

Бородач с интересом посмотрел в его сторону.

— В самом деле? Тогда вот. Купи, — он порылся в карманах, — палочка-выручалочка.

— Обыкновенный карандаш!

— Да? Я не заметил. Но, знаешь, не обманешь, не продашь!

Признаться, начинающему бизнесмену не очень-то хотелось, чтобы его успех зависел от такого прохвоста, но и отказываться от помощи было глупо. В конце концов, это был только сон.

— Похоже, ты можешь продать все, что угодно.

Бородатый самодовольно кивнул.

— А от чего зависит цена товара?

— От спроса и предложения. Важно не то, сколько ты запросишь за свой товар. Главное, сколько тебе смогут за него заплатить.

Его голос смешался со звоном будильника.

На следующий день, чтобы не вызвать у Насти никаких подозрений, мальчишки собрались дома у Македонского.

— Придумали что-нибудь? — деловито осведомился Андрей.

— Ты же у нас мозговой центр! — насмешливо отозвался Лешка.

Выдержав небольшую паузу, так, для пущей важности, директор предприятия громогласно объявил:

— Десять рублей! Эти деньги легко может потратить каждый! — он самодовольно посмотрел на ребят. — Что бы вы без меня делали?

— Спокойно ходили бы в школу, — серьезно ответил Ваня.

Глава 15, о контрабанде и контрабандистах

И вот до зубов вооруженные шпаргалками, мальчишки появились в школе. Еще до начала уроков Андрей по секрету сообщил Светке Быстроглазовой:

— Могу предложить хороший товар, решающий некоторые проблемы.

— Какие проблемы? — отмахнулась Светка.

— Проблемы сегодняшней контрольной.

Оглядевшись, он вытащил из бокового кармана несколько шпаргалок.

— Только никому. Поняла?

Быстроглазова изо всех сил затрясла головой. Теперь можно было не сомневаться: услышав звон, она тут же разнесет его по всему классу.

После первого урока Андрея обступили любопытные. Нельзя сказать, что одноклассники не обрадовались столь своевременно пришедшей помощи, но их смущала цена, по которой та была предложена.

— Десять рублей — это дорого! — напирал на Андрея практичный Павлик Нечаев.

— Дешевле не получится, — не уступал директор предприятия. — Это тебе не формулы. Целая контрольная на руках!

— Дай хоть одним глазком посмотреть. Убытку-то никакого.

— Да и прибыли не на грош!

— Беру два варианта за 15 рублей! — Павлик торговался как черт.

— Согласен! — с готовностью сообщил продавец. — Солидному покупателю — скидка.

Сделка состоялась. Нечаев собирался еще что-то сказать, Но Андрей как всякий продавец сбывший товар с рук уже потерял интерес к покупателю.

— Лиха беда — начало! — одобрительно хлопнул друга по плечу Ваня.

Он уже успел толкнуть две шпаргалки и теперь подыскивал третьего клиента.

— Чтобы с двойкой не остаться, лучше вам подстраховаться! — рядом свистящим шепотом зазывал Байбаков.

Стишки были так себе, но от желающих отбоя не было.

— Почем? — неожиданно поинтересовался незнакомый мальчишка из параллельного класса.

— Сколько дашь? — уклончиво ответил хитрый Байбак.

Порывшись в карманах, тот выгреб 13 рублей.

— Идет, — довольно кивнул Лешка.

Торговля набирала обороты. А поскольку спрос рождает предложение, цена одной шпаргалки к началу контрольной выросла до 20 рублей.

— Наживаются же некоторые, — завистливо процедил отсчитывая положенные за «помощь» деньги Перец.

Уже перед самым звонком к директору предприятия подошел Костик Шаповалов, которого все звали просто Котя, и просто списать. Андрей знал: денег у Коти нет и при других обстоятельствах он, не задумываясь, выручил бы его из беды. Но золотой червь корысти уже делал свое дело.

— На нет и суда нет, — отрезал директор, стараясь не смотреть в глаза Шаповалову. — Мы благотворительностью не занимаемся.

Костик молча отошел в сторону.

После уроков предприниматели отправились к дедушке Адаму, чтобы пересчитать выручку за день. Ваня продал четыре шпаргалки, Андрей — пять, а Лешка целых семь. Большинство одноклассников Андрея оказались вполне платежеспособными. Вылезший из коробки Бакалавр, не спеша, обнюхал сваленные в кучу медяки и купюры.

— Это тебе не колбаса, — легонько оттолкнул его Байбак.

— Ничего, колбасы мы ему тоже купим! — довольно отозвался Андрей. — Я же говорил: знания — путь к богатству. А вы сомневались!

— Не думала, что это выражение можно воспринять буквально.

На ступеньках, сжигая мальчишек глазами, стояла Настя. В воздухе запахло жаренным, и Бакалавр благоразумно ретировался на место.

— Деньги не пахнут, кажется, так говорил римский император Веспасиан, обложивший данью даже туалеты, — задыхаясь от ярости, продолжала Бодрова.

— А что такого? — Андрей сделал неуклюжую попытку погасить вспыхнувшее в глазах Насти пламя. — Извлекли выгоду из сложившихся обстоятельств. Только и всего.

Глаза Бодровой выскочили из орбит, мгновенно увеличившись до размеров комнаты.

— Ну, знаете! Недаром в Древнем Риме слово «продавец» произошло от слова «жулик»!

Хлопнув дверью, она выскочила в коридор.

В полной тишине Андрей достал железную коробку и, не считая, сгреб в нее лежащие на столе деньги.

Глава 16, где Андрей получает звон от денег

Француженка Нинель Васильевна Ткаленко обладала ангельским терпением и добродушием. Пока Лешка беспомощно открывал рот у доски, силясь выдавить из себя хоть какие-то звуки, она внимательно изучала его домашнее задание. Сочинение на тему «Я и мои друзья» было выполнено вполне сносно.

— Не понимаю, — наконец, произнесла Нинель Васильевна, снимая очки. — Ведь я прошу тебя озвучить тобой же написанный текст.

От натуги Лешка выпучил глаза и еще громче замычал. Андрей беспокойно заерзал на стуле. Обычно он не спешил протянуть руку помощи погибающему у доски. Напротив, испытывал тайное злорадство, мол, в следующий раз будешь учить уроки. Но сейчас было совсем другое дело. Лешка — товарный знак предприятия. То, что должно привлекать и заманивать. А теперь, что и говорить, хороша приманка с открытым ртом и выпученными, как у вареного рака, глазами. Директор предприятия так разволновался, что даже не сразу сообразил на кого злится больше: на Лешку или на себя? Вчера вечером у него были дела поважнее французского.

Накануне, он вдруг решил, что любой уважающий себя директор предприятия должен иметь красивую подпись.

Сначала на листе бумаги появилась большая буква «А» и рядом фамилия «Беляев». Затем решительно зачеркнул «ев» он оставил только «Беля». Теперь оставалось придумать какую-нибудь завитушку и дело в шляпе. За этим-то занятием и застал его Байбаков. Продолжая рисовать крючки и линии после своей фамилии, Андрей кивнул в сторону готового сочинения. Пока Лешка старательно переносил его в свою тетрадь, директор предприятия опробовал несколько новых росчерков. Теперь его фамилию можно было прочитать и как «Беляк» и даже «Беляш». Последнее вовсе никуда не годилось. В конце концов, он написал буквы «А» и «Б», обрамив их красивыми завиточками. Закончили они с Лешкой почти одновременно. Результат, как говорится, был на лицо.

— Quel est votre nom? Vous ne comprenez pas? (Как твое имя? Ты не понимаешь?) Да скажи же ты хоть что-нибудь! — взмолилась ничего не понимающая «француженка».

Лешка сделал последнюю отчаянную попытку выбраться на берег.

— Дан а ля бабуся.

Это была сплошная абракадабра на русский язык не переводимая.

— Что?

От удивления Нинель Васильевна так и осталась сидеть с открытым ртом, а ученики повалились на парты, не в силах сдержать приступ безудержного смеха. Даже старая доска, немало повидавшая на своем веку, издала несколько скрипящих глухих звуков.

— Алексей, голубчик, ты хоть сам понял, что сказал?

— Я иду к своей бабушке.

Класс ответил новым взрывом хохота, а в Лешкином дневнике появилась очередная двойка.

— Ты не переживай, — попытался утешить партнера Андрей. — Двойка — это ерунда. Двойку — ты исправишь. И французский мы с тобой подтянем.

Лешка недоверчиво покосился на Андрея.

— Конечно, подтянем, — подтвердил Ваня.

— Да, ладно вам, ребята, — кисло улыбнулся Байбак. — Что у меня первая двойка?

— Это точно. Не первая и не последняя. Обманули дурака на четыре кулака. — Вадик театрально закатил глаза. — У меня тоже по контрольной пара. Значит, плакали мои денежки?

— Никто не виноват, что тебя Конура за списыванием сцапала, — напомнил Ваня.

— Все равно верните!

— Это была первая рекламация. И почти по-французски.

— Держи карман шире! — насмешливо откликнулся Лешка.

— Нельзя быть грубым с ценным клиентом!

— А по башке? — угрожающе поинтересовался Македонский, готовый в любой момент от слов перейти к делу.

Ситуация накалялась с каждой минутой. Как деловой человек, Андрей понимал, что ни уговоры, ни угрозы не помогут. Он достал из кармана деньги и протянул Перкину.

— Вот. Возьми. А теперь, катись!

Тот сгреб монеты в руку. Довольно усмехнулся:

— А списать я и бесплатно могу.

Когда Перец скрылся за поворотом, Ваня с Лешкой дружно накинулись на своего директора.

— Ты зачем деньги отдал? — сухо спросил Русланов.

— Отдал, значит так надо, — неожиданно резко ответил Андрей.

— Как это «надо»? — возмутился Лешка. — Мы их все вместе зарабатывали, а теперь, что получается? Ты ими вот так…

Не договорив, Байбак развернулся и зашагал прочь.

— Ну и иди! Без тебя обойдемся! Ты мне вообще как рыбе зонтик, как собаке пятая нога, как… — Андрей запнулся, соображая, что бы еще такого сказать.

Но тут произошло то, чего он никак не ожидал: Македонский, не говоря ни слова, отправился за Лешкой.

— Эй! Ты куда? — удивился директор.

— Знаешь, ты… ты просто диктатор! — срывающимся голосом выкрикнул Ваня.

— Кто?

— Тот, кто ведет себя по отношению к другим властно и непримиримо, — со свойственной ему прямотой, закончил Русланов.

Директор предприятия растерянно уставился в стоявшее рядом зеркало. Оттуда прямо на него смотрел тощий, незадачливый, бесталанный капиталист. Только какой же он диктатор? Неожиданно в зеркале появился бородатый прохвост из его сна:

— Я же говорил: не обманешь, не продашь, — нахально подмигнул он.

Вечером Андрей долго не мог уснуть. В голову лезли невеселые мысли.

— Ну и пусть. Пусть все уходят, — уткнувшись в подушку, всхлипывал предприниматель. — Мне больше достанется. Не придется ни с кем делиться!

Однако спустя некоторое время выяснилось, что делить было и без того нечего. Вслед за Вадиком свои деньги потребовали другие клиенты. Те, кому по каким-либо причинам не удалось списать. Предприятие оказалось на грани разорения. К тому же компаньоны выбыли из игры, расторгнув с ним всякие деловые отношения. Надо было срочно что-нибудь предпринять. Единственным человеком, на помощь которого Андрей мог рассчитывать, был дедушка Адам.

Глава 17, в ней пар от кушанья превращается в таинственные послания

Старика на месте не оказалось. Бакалавр, скучающий один в пустой комнате, бросился, было к Андрею, но, почуяв неладное, тут же повесил хвост.

— Ладно, — неизвестно кому вслух заметил мальчик. — Времени у меня вагон. Можно и подождать.

Со всех сторон до него доносились сочувственные вздохи. Странно, но кроме него, никто не замечал в каморке старика ничего особенного.

На столе лежал раскрытый альбом с монетами. Когда-то в нем хранились и найденные им деньги. Андрей перевернул несколько страниц. И тут глаза его удивленно расширились. Монета с буквами «Альфа» и «Омега» была на своем месте.

— Вижу неприятности так и липнут к тебе, — ехидно проговорила оказавшаяся рядом с ним рыжая девчонка, упорно именующая себя Юноной Монетой.

— Мои неприятности тебя не касаются.

— Неужели? Мой друг Ходжа Насредин в таких случаях говорил…

— Твоим другом был Насредин? — в изумлении перебил Андрей, но, вспомнив о возрасте самой монеты, благоразумно закрыл рот.

— Так вот, — продолжила она. — Один человек, думающий о том, что бы ему раздобыть к сухому хлебу, проходил мимо харчевни. Увидев жарившееся на сковородке мясо, он присел рядом. Отламывая кусочки хлеба, бедняк держал их над дымом. Как только хлеб увлажнялся, он кидал его себе в рот. Наевшись, человек собрался уходить. Но тут хозяин харчевни схватил его и стал требовать плату за кушанье. Бедняк возразил, что не съел со сковороды ни кусочка и платить не стал. Тогда трактирщик потащил его к судье. А судьей в то время, как ты уже догадался, был Ходжа Насредин.

— Ну и как? Заплатил этот бедняк? — нетерпеливо поинтересовался бывший директор.

— Наклони-ка ко мне ухо, — вместо ответа предложила Юнона.

Как только мальчик опустил голову, она тихонько зазвенела.

— Получай! — выслушав эту историю, изрек Ходжа.

— Что это значит?

— Тот же вопрос задал и старый мошенник, хозяин харчевни. И получил ответ: кто продает пар от кушанья, тот получает звон от денег.

Радостный лай Бакалавра, возвестил о появлении хозяина.

— Что-то тебя давно не было видно, — приветливо кивнул старик.

Не зная, что сказать, Андрей неопределенно пожал плечами.

— А ко мне Настя заходила.

— Жаловаться прибегала? — насторожился Андрей.

— Наоборот, — усаживаясь за стол, продолжил дедушка Адам. — Она считает себя виноватой в случившемся.

Такого поворота событий Андрей Беляев явно не ожидал.

— Ты знаешь, что главное в бизнесе? — старик испытывающе посмотрел на него. — Надежный партнер. Ни один, даже самый опытный капитан не в состоянии управлять кораблем в одиночку. Руководство фирмой не привилегия, а огромная ответственность.

— Что же мне делать? Пойти и сказать: ах, извините, был не прав. Раскаиваюсь, — в его голосе звучало плохо скрытое отчаяние.

Лавры финансового магната оказались для него слишком тяжелым испытанием. Он был жалок, раздавлен и никак не мог собрать в кучу остатки своего самолюбия.

— Можно и так, — глаза старика тронула легкая улыбка. — Хотя есть и другой способ.

Он достал ручку и блокнот, в котором через минуту Андрей прочитал следующее:

Уважаемый партнер!

Признаю, что мое поведение как директора предприятия в последнее время было неприемлемым. А потому приношу вам свои извинения.

Ради возобновления нашего общего дела, предлагаю забыть бывшие между нами разногласия. Для дальнейшего обсуждения вопроса, буду ждать в известном вам месте.

— Остается добавить дату и число, — заключил дедушка Адам.

После этого он тихонько вышел из комнаты, не забыв прикрыть за собой дверь.

На столе старика стояла антикварная чернильница с воткнутым в нее гусиным пером. Как только Андрей притронулся им к листу, оно заскрипело, разбрызгивая по бумаге звездочки всех размеров. Зато буквы получались не в пример шариковой ручке, особенно таинственными. Через час на столе у Андрея лежало три одинаковых конверта. Вместо обратного адреса на них значилось: «Ваш компаньон». Взяв с полки спички, он зажег свечу в старом чугунном подсвечнике, накапал на каждый конверт воска, после чего приложил к горячим лепешкам Таткин кубик. Получилось три вполне приличных печати с буквой «А» посередине. Теперь надо было доставить письма адресатам.

Единственным подчиненным, оставшемся у него, была Татка.

Лешкину сестру он нашел во дворе, где она вместе с другими малышами играла в арктическую экспедицию. К вечеру сильно подморозило, так что бывшие во дворе лужи покрылись тонкой коркой льда. Проделав дырку в одной из них, Татка опустила туда дощечку и теперь яростно долбила ей лед. Со стороны было похоже на зажатое во льдах судно. Она так увлеклась игрой, что не обращала внимания на посиневшие от холода руки. Впрочем, стоило Андрею окликнуть ее, как, бросив это увлекательное занятие, она тут же предстала перед директором.

— Слушай, Наталья, — впервые в жизни Андрей назвал девочку полным именем, отчего глаза Татки беспокойно заблестели. — Тебе поручается чрезвычайно важное задание. — Она с готовностью замотала головой. — Ты должна доставить эти письма, указанным здесь людям.

На лице девочки отразилось явное разочарование.

— И все?

— Лично в руки. Понимаешь? Задание строго секретно, — для пущей важности добавил Андрей. — О выполнении доложишь завтра. Встретимся здесь в 6 часов вечера.

— А как я узнаю, что уже 6 вечера? — поинтересовалась почтальон.

— Спросишь у кого-нибудь. Не маленькая, — строго отрезал директор.

Таинственность, с которой была обставлена простая на первый взгляд просьба, привела девочку в полный восторг.

На следующий день, ровно в назначенное время, Татка докладывала о проделанной работе. Лешка получил письмо прямо у себя дома. Ваня был перехвачен по пути на тренировку. Трудней всего было с Настей Бодровой. Она жила дальше всех, а адреса на конверте не было. Но Татка и тут не растерялась. Выяснив у брата телефон Насти, она набрала нужный номер и просто объяснила, что это вопрос жизни и смерти. Через 15 минут Бодрова была у нее дома, благополучно получив, причитающийся ей конверт.

Первая часть плана была выполнена. Оставалось ждать завтрашнего дня.

Андрей спал плохо, встал рано и вообще чувствовал себя скверно. При этом он думал только об одном: придут или нет? Когда до назначенного времени оставалось пять минут, Андрей появился на пороге офиса «Альфа и Омега».

— Все! — радостно закричала Татка.

Письма с печатью сделали свое дело. Но это была лишь часть задуманного директором предприятия плана. Его репутация была изрядно подмочена, и теперь требовалось выжать из нее всю воду.

— Я собрал вас, чтобы обсудить варианты будущего сотрудничества, — бодро начал он.

— Честно говоря, их не так уж много, — язвительно заметила Настя.

— Тогда сразу к делу. Из чего состоит торговля? Рекламы, скидок на товары и повышения качества услуг.

Бодрова согласно кивнула.

— На этот раз мы построим свою стратегию на двух китах: качество и дополнительные услуги.

Андрей сделал паузу, чтобы смысл сказанных им слов, мог дойти до каждого из ребят. Постепенно на лицах компаньонов появился интерес, сменившийся настоящим азартом. Первым пришел в себя Ваня.

— Значит, переходим в наступление?

— Ага! Посмотрим, кто чего стоит! — поддакнул Лешка.

Даже Настя решила, наконец, сменить гнев на милость.

Глава 18, про директора с дырявым карманом.

Согласно проекту Андрея на школьном рынке должен был появиться новый вид услуг и причем самого высокого качества. Для этого был составлен подробный план изучения каждого предмета, включающий подготовку домашних заданий, консультации по темам, написание сочинений и рефератов. Правда, для этого и самим бизнесменам пришлось приналечь на учебу. Родители Андрея удивлялись стопкам книг, выраставшим у него на столе. А чтобы неожиданные конкуренты не перебежали им дорогу, все эти приготовления решено было провести как можно скорее и в строжайшей тайне.

И вот в назначенный день они атаковали потребителей неожиданно широким ассортиментом услуг.

— Да говорю же вам! — возбужденно кричал Павлик Нечаев, с интересом разглядывая скрещенные в углу буквы «альфа» и «омега». — За этим кроется какая-то тайна!

— Пишут всякую ерунду, только бумагу портят, — презрительно отозвался Вадик.

Листок, лежащий у него на парте, он скомкал и бросил в урну. Светка Быстроглазова, не зная как поступить, неловко хихикнула, спрятав свое объявление в учебник.

Поначалу клиентуру предприятия составляли одни одноклассники, но затем круг потребителей расширился.

Дела «Альфа и Омега» снова пошли в гору.

В понедельник после уроков Андрей как обычно спустился в офис предприятия. На диване Лешкина сестра Татка читала Бакалавру книжку с картинками. Увидев директора, девочка отложила книгу и стала внимательно наблюдать за Андреем.

Вот он посмотрел в одном кармане — пусто, в другом — ничего. Перетряс школьный рюкзак — безрезультатно. Нелепо предположил:

— Может, я положил их в коробку?

Посмотрел в коробке, обшарил все углы, даже под стол заглянул.

— Ты что ищешь? — деловито осведомилась Наташка.

— Я, кажется, деньги потерял, — убитым голосом сообщил Андрей.

В это время в дверях появились ребята.

— Андрей деньги потерял! — тут же во всеуслышание объявила предательница.

Незадачливый бизнесмен тяжело вздохнул.

— Верно, говорят: у дурака деньги долго не задерживаются, — язвительно заметила Настя.

— Это кто тут дурак? — задохнулся Андрей.

— А как, по-твоему, тебя называть? Если у тебя не только голова, но и карманы дырявые?

Косичка у нее на затылке, согласно закивала своей хозяйке. На всякий случай Бодрова тут же предложила пересчитать имеющиеся у них сбережения. Оказалось, что в финансовой отчетности «Альфа и Омега» царит полная неразбериха. Никто из компаньонов толком не представлял, сколько денег они получили, а сколько истратили. Нередко дневная выручка просто сваливалась в коробку, а при необходимости каждый брал оттуда столько, сколько нужно. В результате предприниматели порядком издержались, а список их расходов вырос до бесконечности.

— Как можно быть таким безответственным? — не унималась Настя.

— А сама-то куда смотрела? — неловко оправдывался Андрей.

Пытаясь предотвратить кровопролитие, Ваня бросился к Андрею, Лешка к Насте. Открыв рот, Татка старалась уследить за всеми сразу. Тем временем, Бакалавр, стянув с дивана пакет с баранками, довольно чавкал ими в углу.

— Что здесь происходит?

На секунду появление дедушки Адама вернуло ситуацию под контроль. Но тут ребята снова заговорили все сразу. Не слушая, и перебивая друг друга. Когда поток красноречия, наконец, иссяк, он сел на свое место, достал носовой платок и принялся тщательно полировать стекла очков. Удивленные такой реакцией, предприниматели постепенно закрыли рты.

— Большинству людей невдомек — в полной тишине заговорил старик, — важно не то, сколько ты заработаешь, а то, сколько у тебя останется. Я должен был догадаться, что слово бюджет для вас — пустой звук. Что ж, никогда не поздно ликвидировать безграмотность. Правда этот урок должен был состояться гораздо раньше.

— А кто такой Бюджет? Он где живет? — завертела головой Татка.

Обычно своими вопросами она выручала всю компанию. Там, где другие стеснялись своей неграмотности, делая вид, что им все ясно, Наташка без тени смущения демонстрировала собственное невежество.

— Везде, — ответил старик.

— И у нас дома?

— И у вас.

Татка вытаращила глаза. Оказывается, все это время с ними жил какой-то бюджет, а она даже не подозревала о его сущестовании. Выходит, он был очень маленьким?

— Бюджет, в переводе с английского, значит «денежная сумка», — поспешил объяснить дедушка Адама.

Он взял листок бумаги и разделил его на две половины. В одной части старик написал «доходы», а в другой «расходы».

— В доходы вы вносите все получаемые вами деньги. А в расходы записываете, куда они тратятся. В зависимости оттого, что вы сделаете со своими деньгами, после того, как их заработаете, вы станете богатыми или бедными.

Предприниматели озадаченно молчали. Андрей вспомнил, как мама, получая от папы большую пачку денег, раскладывала ее на маленькие стопочки: это на продукты, это за квартиру заплатить, а это отложить на лето, чтобы было, на что в отпуск ехать. Мама в точности могла сказать, сколько они тратят на хлеб, сколько на масло, сколько на развлечения. Потому что все траты она записывала в домовую книгу.

— Значит, нужен человек, который будет считать наши деньги, — задумчиво произнесла Настя.

— Верно, нужен бухгалтер! — согласился Ваня.

— И кто же им будет? — осторожно поинтересовался Лешка.

Все, не сговариваясь, посмотрели на Настю. Даже Андрей, не раздумывая, согласился. Он был сыт по горло должностью казначея и был рад переложить часть ответственности на чужие плечи.

— А где же теперь этот Бюджет деньги возьмет? — простодушно поинтересовалась Татка.

— Кто их потерял, тот пусть и думает, — сухо ответила Настя.

Глава 19, человек с рожками

В этот день Андрей окончательно уверился в мысли, что бизнес — это нескончаемая череда проблем. Не успеешь решить одну, как на подходе другая. Вечером он закрылся в своей комнате и стал ждать, когда какая-нибудь умная мысль придет ему в голову. Мыслей не было. Голова была совершенна пуста. Он прошелся взад и вперед по комнате. Обычно так делал отец, когда дела у него не ладились. Но и это не помогло. Директор предприятия плюхнулся за стол и тут заметил оставленную мамой газету. Несколько столбиков в ней были обведены красным фломастером.

— Опять мама подсунула заметку про марки, — догадался Андрей.

Два года назад он всерьез увлекся филателией. Разыскивать, покупать и обменивать марки оказалось настоящим приключением. Но все это было в прошлом. Вот уже полгода как его альбом мертвым грузом покоился в нижнем ящике стола. Разумеется, мама об этом даже не догадывалась. Теперь от нечего делать бывший коллекционер пробежал глазами выделенное место. Заметка была малоинтересной. Андрей уже собирался отложить газету, когда заметил выделенное в жирную рамку объявление: «Ломбард примет в залог имущественные ценности под денежную ссуду. Часы работы с 9.00–18.00». Дальше стояли адрес и телефон.

— Интересно, что такое ломбард? — пробормотал он.

— Кредитное учреждение, — неожиданно, отозвался из прихожей папа.

— А почему оно так называется? — выглянув в коридор, поинтересовался Андрей.

Отец уже вернулся с работы и сейчас стягивал с себя ботинки и куртку.

— Первые банки возникли в городах Северной Италии — в Ломбардии. Отсюда и название.

Беляев старший подозрительно посмотрел на сына.

— Ты никак опять что-то затеял? А ну, признавайся, что у тебя на уме?

— Да ничего. Это я так. Для общего развития, — не моргнув глазом, соврал тот.

— Ну, раз для «общего», тогда продолжим чуть позже.

Не успел отец переодеться и поужинать, как был снова взят в оборот.

— Значит, ломбард дает деньги в долг всем желающим?

— Не всем. В залог принимают только ценные вещи, — отец включил телевизор. — По-моему для общего развития вполне достаточно.

Андрей удовлетворенно кивнул. Оставалось выяснить, есть ли у него ценные вещи. Поскольку продать он мог только то, что принадлежит лично ему. Предприниматель высыпал из ящиков все свои сокровища: кораблик из ракушек со сломанной мачтой, фонарик без лампочки, старые игрушки. Ничего стоящего. Немного подумав, он выдвинул нижний ящик стола — других ценностей у него не было.

На следующий день прямо из школы он отправился в ломбард. Вокруг золотым дождем кружились опавшие листья, цеплялись к ботинкам, тихо шелестя под ногами: «Спешишь…» Андрей с досады пнул их ногой и вышел на тротуар.

Дедушка современных банков располагался на первом этаже в старой пятиэтажке. У небольшого окошка стояло два человека. Дождавшись своей очереди, Андрей протянул свое сокровище.

— Паспорт, — не глядя, произнесла сухая женщина в очках.

— Какой паспорт?

— Ваш, разумеется, — она подняла голову. — У детей залог не принимаем.

Андрей попытался что-то сказать, но его оттеснила стоявшая за ним шустрая старушка с фамильным серебром. «Эта наверняка получит свои деньги», — с завистью подумал он.

— Ты на рынок сходи, там что угодно продать можно, — посоветовал кто-то из очереди.

Последовав разумному совету, Андрей оказался на рынке, устроился в одном из рядов и стал ждать покупателей.

— Эй! Это мое место! — здоровенный дядька с небритым лицом бухнул на прилавок ведро картошки. — Хочешь здесь торговать, плати за аренду. А пока топай отсюда, конкурент!

— Мне необходимо продать это, — смущенно объяснил Андрей, — может, поможете? Как продавец продавцу?

— А-а, — понимающе протянул хозяин картошки. — Раз нужно, тогда становись за ограду. Там бабки всякой мелочевкой торгуют. Знаешь? Ну и молодец!

Предприниматель поплелся к выходу, прислонился к забору и стал ждать покупателей. Однако за прошедшие полчаса его марками никто так и не заинтересовался. Между тем, световое табло напротив показывало -10 С. Так что через пятнадцать минут, продавец начал клацать зубами, а еще через пол часа замерз как суслик. Он уже собирался плюнуть на все и отправиться домой восвояси, когда услышал долгожданный вопрос.

— Эй, ты, с книжкой! Чего это у тебя?

Продавец с готовностью продемонстрировал товар. Покупатель, невысокий человек с растрепанной бородой, перевернул несколько страниц.

— Это кто? — он ткнул пальцем в середину альбома.

— Доброе лесное божество — Пан. Он родился с копытами, рожками и козлиной бородой, — Андрей опасливо покосился на собеседника, уж больно похожим получался портрет. — Поэтому мать бросила его в пропасть.

— Плохая была у него мать, — многозначительно заметил покупатель.

— Но Пан не погиб, — поспешил успокоить продавец. — Он ведь был богом.

— Ладно, мне эту картинку.

— Альбом продается целиком, — решительно заявил предприниматель.

— Сколько просишь?

— Сто рублей.

— Жирно не будет?

— В самый раз.

Странный покупатель немного поколебался, а потом отсчитал замусоленными десятками ровно сто рублей.

— Кстати, меня Мишей, Михаилом зовут. А фамилия — Пан, — бухнул он и захохотал, как сумасшедший.

Андрей так и не понял — пошутил или сказал правду? Впрочем, какое это имело значение? В тот же день он положил недостающие деньги в железную коробку — на счет предприятия. На этом история с ломбардом могла бы закончиться, если б не Вадим.

Несколько дней спустя, он подошел к директору предприятия, и как ни в чем не бывало, попросил взаймы пятьдесят рублей. По горькому опыту Андрей знал — ни за что не отдаст.

— Кредит выдается только под залог, — отрезал он.

— Чего? — вытаращил глаза Перкин. — Слушай, бизнесмен, похоже, у тебя совсем крыша съехала?

— Хочешь получить деньги, оставь залог. Отдашь долг, верну твою собственность, — отрезал Андрей.

Вадик открыл портфель, с минуту порылся в его содержимом, после чего извлек на свет новую блестящую ручку.

— Годится?

Осмотрев залог, кредитор остался доволен.

— Интересно, как это у тебя оказалась моя ручка? — поинтересовалась подошедшая к ним в этот момент Настя. — Я всю перемену ее ищу.

Андрей покраснел, не зная, что сказать. Он посмотрел в сторону Вадима. Тот сидел на своем месте и смеялся одними глазами.

Ручку Насте Андрей, конечно, вернул, понимая, что отданных в долг денег ему не видать, как собственных ушей.

Глава 20, о пользе грязных ботинок

Последний месяц осени не был похож на обычный ноябрь в Сибири. Вместо чистеньких, засыпанных снегом улиц, под ногами хлюпала грязная жижа. К тому же возле школы рабочие меняли трубы, превратив двор в сплошное месиво. В общем, и так не слишком приятная дорога к знаниям, превратилась в настоящую пытку для обуви. Школьный завхоз Виктор Степанович, выдавая уборщицам очередную партию порошка и тряпок, на чем свет стоит, ругал глобальное потепление.

Между тем, настал день, когда в туловище игрушечного льва, в котором Андрей устроил тайник, оказалось ровно тысяча рублей. Перед обладателем заветной суммы встал вопрос: что делать с заработанными деньгами? По горькому опыту Андрей знал, что потратить деньги с пользой так же трудно, как и заработать их. Однако если у кого-то есть деньги, и он не знает, что с ними делать, всегда найдется человек, который возьмет на себя решение этой задачи.

В то утро Андрей как всегда опаздывал. Поэтому пошел напрямик, через школьный двор. Мутная жижа плескалась через края футбольного поля как какао в чашке. Он преодолел уже половину пути, как вдруг ботинки его провалились во что-то вязкое. С трудом оторвав подошвы, Андрей выбрался на твердую почву, но, сделав несколько шагов, снова угадил в западню. Когда он, наконец, добрался до школы, ботинки его походили на конские копыта, столько, на них было глины и грязи. Закончился первый урок, прежде чем она приняла былые очертания.

— Опаздываем, — встретил его у раздевалки Перкин.

Молча повесив куртку, Андрей собирался пройти мимо.

— Постой, — Вадик неловко протянул сто рублей. — Вот. Хочу войти с вами в долю. Только скажи, что надо делать, и сколько у вас на брата выходит.

Андрей знал Перца, как облупленного, и был уверен — за этим кроется какой-то подвох.

— Вакантных мест нет, и не предвидится, — сухо ответил он.

— Ну, смотри, тебе же хуже будет.

В это время в коридоре возникла несущаяся на всех парах лаборантка Леночка. В руках у нее был ящик с пробирками. Андрей хотел посторониться, но вместо этого, тело его качнулось в противоположенную сторону. Звук бьющегося стекла смешался с криком Леночки. Когда Андрей снова встал на ноги, лаборантка, согнувшись в три погибели, внимательно изучала пол вокруг себя.

— Я, кажется, ключ потеряла. Маленький такой, блестящий, — казалось, она вот-вот заплачет, — Господи, это же ключ от кабинета директора!

И, ломая руки, Леночка кинулась в сторону лестничной клетки в надежде отыскать там свою пропажу.

— Раззява, — процедил ей вслед явно довольный Вадька, — теперь Данила Иннокентьевич покажет ей, где раки зимуют.

— Ты меня толкнул! — догадался Андрей.

— Это предупреждение, — нагло оскалился Перец.

Андрей почувствовал, как давно хотел рассчитаться с Вадькой, и со всего маху двинул ему в челюсть. Перкин громко заскулил и закрутился на месте, как волчок.

— Беляев! Опять хулиганишь? — рядом с ними выросла зловещая фигура учителя математики. — После уроков жду тебя в моем классе.

К большинству учеников Лариса Никоноровна относилась как к вредным насекомым, которые неминуемо подлежат уничтожению — без суда и следствия. К этим последним, без сомнения, принадлежал Андрей Беляев.

— Будешь сидеть здесь, пока я не закончу проверку тетрадей, — мстительно процедила Конура, когда после занятий он открыл дверь ее кабинета.

Андрей выбрал места у окна рядом с засохшим цветком и от нечего делать дернул его за стебель. Так, от нечего делать. Три точки, три тире, три точки — SOS! Международный сигнал бедствия. Его передают корабли, которым грозит гибель.

— Беляев, ты зачем цветок дергаешь?

— Это не цветок, Лариса Никоноровна. Это коробка передач.

Словно в подтверждение его слов в дверях появилась круглая физиономия Лешки Байбакова.

— Беляева физрук просит в спортзал. Срочно!

— Ты и там успел отличиться? Ну, иди.

В коридоре его обступили ребята: узнав о томящемся в неволе директоре, они разработали план его освобождения.

— Здорово я тебя от Конуры спас? — расцвел Лешка. — Чего она на тебя взъелась?

— У сильного всегда бессильный виноват, — с пафосом процитировал Андрей. — Да все из-за этого Перца!

Рассказав в двух словах о своих злоключениях, он тут же предложил:

— Настучать бы ему по репе.

— Я — за! — с готовностью откликнулся Ваня.

— А я — против, — решительно произнесла Настя. — Чего мы хотели в самом начале? Помогать людям. А теперь, что получается? Не хватало еще драться из-за денег.

— Снова здорово, — не выдержал Андрей. — Предлагаешь заняться благотворительностью?

— Предлагаю, чтоб ты, хоть раз в жизни, подумал не только о себе.

— О ком же, по-твоему, я должен думать?

— Например, о школе.

— С какой, спрашивается, стати? Пусть о ней РОНО думает.

— А что? Прикольно стать спонсором собственной школы, — неожиданно поддержал Ваня.

— Ага, мы не жадные. И деньги теперь есть, — согласился Байбак.

Андрей представил, как Конура в слезах жмет его щедрую руку, и тоже кивнул. Он вспомнил старый глобус в кабинете географии. С большой вмятиной и бахромой по всему экватору.

— Новый глобус? — удивился Лешка.

— Почему бы и нет, — поддержала Настя. — Надо же с чего-то начинать.

Вернувшись домой, Андрей швырнул куртку на вешалку, школьный рюкзак в угол, сбросил у порога обувь и направился в свою комнату. Но не успел он натянуть домашний костюм и тапочки, как из прихожей донесся возмущенный крик мамы. Андрей выглянул за дверь. Вокруг его ботинок образовалась грязная лужица. Нарушитель порядка молча засучил рукава, а мама протянула ему тазик с тряпкой. Налив туда теплой воды Андрей приступил к делу. Сверху грязь удалось смыть сравнительно быстро, а вот с подошвами пришлось повозиться. Из-за прилипшей к ним глины в ботинки впечаталась куча всякого мусора вроде облетевших листьев и мелких камушков. Подумав, Андрей достал из банки большой гвоздь и принялся отковыривать им грязь. И тут в тазик упал самый настоящий ключ. Вероятно, он прилип к его обуви, когда выпал из рук лаборантки.

— Остается открыть дверь, — загадочно пробормотал он.

Глава 21, открывающая тайну появления нового глобуса

Магазин «Школьник», находящийся сразу за рынком на первом этаже старого помпезного здания, был набит покупателями, как бочка селедкой. В нем можно было купить все от ручек и тетрадей, до наглядных пособий в виде карт, глобусов и прочих предметов, назначение которых ребята пока не знали.

Нужный им товар продавался во втором отделе. Яростно орудуя руками и ногами, предприниматели протиснулись к прилавку. Глобусы стояли на верхней полке длинного стеллажа. Среди них были совсем маленькие, как шарик от бомбинтона, были похожие на футбольный мяч, а один, массивный как тумба, стоял на полу.

— И какой выберем? — поправляя черепашьи очки, спросила Настя.

— Разумеется, самый большой, — беспечно заявил Байбак.

— Во-первых, как ты его понесешь? Он же весит как бегемот. А во-вторых, посмотри на цену, — рассудительно заметил Ваня.

Лешка посмотрел на цену, глаза его выразительно округлились. После первой цифры на ценнике стояло сразу четыре ноля. Предложение отпало само собой.

— Вам глобус для чего нужен? — вмешалась в разговор продавщица.

— Для уроков географии, — степенно ответил Андрей.

— Только не очень дорогой, — поспешно добавила Настя.

— И красивый! — дополнила Татка, которая ходила за ними как приклеенная.

Тогда возьмите вот этот. Не слишком большой и цена подходящая.

Пересчитав имеющуюся у них наличность, компаньоны пришли к заключению, что это именно то, что им нужно. Деньги тут же исчезли в воронке, именуемой кассой, а у ребят появился чек, который они обменяли на красивую квадратную коробку, перевязанную тонкой бечевкой. Чтоб никому не было обидно, коробку решили нести по очереди. Сначала Андрей, потом Ваня, затем Настя. Остаток пути достался Байбакову, которому помогала сестра. Чтобы брату было не так тяжело, Татка придерживала свесившуюся с нее веревку.

Когда вся процессия ввалилась в комнату дедушки Адама, даже Бакалавр удивленно открыл пасть. Поставив коробку на пол, Лешка облегченно перевел дух. Тем временем Андрей развязал веревку и осторожно поставил на стол купленный глобус. Он был не такой большой, как прежний, зато внутри у него, если щелкнуть выключателем, загоралась маленькая лампочка. Тогда он начинал светиться изнутри.

— Представляю, как все удивятся, когда мы подарим его Даниле Иннокентьевичу, — Андрей мечтательно закатил глаза.

— Мы же договорились держать это в тайне, — одернула его Настя.

— Ну и что? Школа должна знать своих героев. В лицо.

Ребята покатились со смеху.

— А если серьезно, — спросил Македонский. — Как мы вручим этот шарик директору?

— Есть кое-какие соображения, — хитро прищурившись, пробормотал Андрей.

В субботу после уроков ребята заперлись в каморке старика и стали ждать, когда школа опустеет. Вскоре все стихло, и охрана закрыла дверь. Директор предприятия потихоньку выглянул наружу. Двое охранников находились в холле первого этажа.

— Ну что там? — нетерпеливо дернул его за рукав Ваня.

— Сидят, — шепотом ответил Андрей.

— Надо бы их отвлечь. Только как?

Сильный стук в дверь заставил обоих прикусить языки. Спустя некоторое время Андрей снова прилип к щели, но тут же отпрянул в сторону:

— Этого еще не хватало, — в ужасе прошептал он.

По коридору, за руку с одним из охранников, гордо шествовала Татка.

— Эта девочка утверждает, что в школе остался ее старший брат, — заявил он, обращаясь к своему напарнику.

— Нет тут никого, малышка, — широко улыбнулся тот, который был за старшего.

— Нет, есть, — упрямо повторила Татка.

— Ну, хорошо. Я еще раз обойду школу, а ты, — обратился он к товарищу, — позвони родителям этой девочки.

Когда они скрылись из виду, компаньоны получили сигнал к действию. Рассказ о Таткином предательстве Андрей решил отложить на потом. Теперь надо было действовать и, причем быстро.

Миновав коридор, предприниматели на цыпочках поднялись по лестнице и оказались перед заветной дверью. Директор предприятия достал ключ.

— Подожди, — остановил его Ваня. — А вдруг здесь сигнализация?

Ключ замер в воздухе.

— Сигнализация в банках бывает или в магазинах, — сдерживая охватившую его дрожь, ответил Андрей. — А у нас в школе, что воровать?

— Если б нечего было воровать, тогда б и охраны не было, — возразил Байбак.

С его утверждением трудно было не согласиться, однако и отступать не хотелось.

Директор предприятия осторожно вставил и повернул ключ. Дверь тихо отварилась, ребята прошмыгнули в кабинет. И во время. Один из охранников, привлеченный подозрительным шумом, подошел к двери. С минуту он над чем-то раздумывал, а потом, взявшись за ручку, вдруг с силой дернул ее на себя. Взломщиков охватил панический ужас, а Настя даже зажмурилась от страха. К счастью дверь оказалась заперта. Андрей во время повернул ключ с обратной стороны. Когда шаги за дверью стихли, компаньоны облегченно перевели дух.

— Ушел, — еле слышно прошептал Лешка.

Андрей включил карманный фонарик. Теперь можно было спокойно оглядеться.

Посреди кабинета стоял длинный узкий стол для совещаний, вокруг которого располагалась несколько стульев. Вместе со столом директора он напоминал большую букву «Т». В углу жался допотопный компьютер, а у стены два массивных книжных шкафа.

— Куда поставим глобус? — спросил Ваня, который все это время держал его в руках.

— На стол и поставим, — резонно предположил Лешка.

— А розетка где?

— Зачем нам розетка?

— Как это зачем? Придет Данила Иннокентьевич утром в свой кабинет. На улице темно, а тут наш глобус светится.

Принялись искать розетку, но в темноте сделать это было не так-то просто. Наконец, Андрей обнаружил ее у окна под самым подоконником.

— Поставим глобус на окно, так даже лучше будет, — предложила Настя.

Тем временем Андрей вытащил из двери ключ и положил его на стол Данилы Иннокентьевича.

Когда они вернулись в свое укрытие, охранников на месте еще не было. Предприниматели натянули куртки и стали ждать появления Лешкиных родителей. К тому времени Андрей уже успел рассказать о Таткином вероломстве. Вскоре прибыли Байбаковы-старшие, и вернувшиеся блюстители порядка пошли открывать дверь. Пока Лешкина мама застегивала и одевала Татку, грозя ее брату всеми предусмотренными в таких случаях карами, охрана решила еще раз осмотреть школу. Воспользовавшись этим обстоятельством, ребята пробрались к выходу и выскочили за дверь.

Поздно вечером, заметив свет в кабинете директора, сторож соседнего магазина сокрушенно покачал головой:

— Заработался видно Данила Иннокентьевич.

А в это время у себя дома крепко спали счастливые предприниматели. Между тем настоящий земной шар уже поворачивался в сторону наступающего дня.

Глава 22, в которой Карфаген должен быть разрушен

На следующий день в учительской только и говорили о появлении в кабинете директора нового глобуса. Вызванная для объяснений охрана клятвенно заверила, что мимо нее не то, что глобус, муха не пролетит незамеченной. А поскольку происшествие это было несмотря ни на что приятным, охранников оставили в покое.

— Не перевелись у нас бескорыстные люди, — с дрожью в голосе произнес Данила Иннокентьевич, и глаза его увлажнились.

Что касается Татки, то на собрании предприятия было принято единогласное решение: с предателями не разговаривать. Однако вскоре она снова оказалась в комнате дедушки Адама. Лешка попытался вытолкать сестру за дверь, но та яростно затерла глаза, засопела, словно закипающий чайник, и вдруг завыла как сирена. Татке даровали прощение. Правда, перед этим с нее было взято клятвенное обещание — больше партнеров не подводить.

Между тем у предприятия «Альфа и Омега» появилось сразу несколько конкурентов. Незаметно вирус предпринимательства охватил весь 6 «Б». Cкоро в классе не осталось ни одного покупателя: куда не глянь — кругом были одни продавцы. Предлагаемые товары и услуги больше не находили сбыта. Наступил кризис перепроизводства. Дело неминуемо шло к банкротству. В общем, в сложившихся условиях было принято решение о самоликвидации.

В субботу учредители предприятия «Альфа и Омега» собрались на свое последнее заседание. Когда Андрей толкнул знакомую дверь, он не узнал ни комнаты старика, не своих компаньонов. Ваня с Лешкой с тупым выражением на лице, сваливали в кучу личные карточки клиентов. На минуту выглянув из собачьего домика, Татка тут же спряталась внутрь. Настя сидела за столом, молча наблюдая за растущей посредине комнаты кучей бумаг.

— Интересно, куда мы все это денем?

В коробке Бакалавра послышалось сердитое ворчание. В ту же секунду картонный домик опрокинулся. На маленьком коврике, прижав колени к подбородку, осталась сидеть одна Татка. Пес схватил зубами коробку и потащил ее к куче мусора.

— Ну вот, — улыбнулся старик. — Бакалавр великодушно жертвует вам свой дом.

Подскочившая с коврика Татка, обняла пса и крепко чмокнула его во влажный нос. После этого в коробку были уложены бухгалтерская отчетность, картотека клиентов, деловые записи. И, наконец, Татка осторожно, словно боясь разбить, положила сверху свой кубик. Мальчики подняли коробку, и траурная процессия двинулась к помойке. Неожиданно Андрей обернулся назад: ему вдруг показалось, что за угол школы метнулась чья-то тень. Но вокруг никого не было. Поравнявшись с мусорными баками, ребята осторожно опустили в него свою ношу. Прощай предприятие «Альфа и Омега»! К несчастью в этот момент никто из них не вспомнил о том, что с бухгалтерскими документами надо обращаться крайне осторожно.

На следующее утро Андрей проснулся с гадким чувством. Обычно оно появлялось у него в тот момент, когда он совершал очередную глупость. Оставив завтрак на столе, Андрей пулей вылетел из дома. По пути в школу он заглянул в мусорные баки, спугнув рывшихся в помойке собак. Коробки с документами нигде не было.

У дверей школы его встретил улыбающийся Перец. Вид у него был чрезвычайно довольный, верный признак того, что он сделал очередную пакость.

— Как дела, богатенький Буратино? Меня в компаньоны возьмешь? Я бы мог вести документацию.

— Тебе даже метлу нельзя доверить.

— А тебе можно? Кстати, скоро я богаче вас всех буду. Когда поменяю на деньги свое золото.

Меньше всего сейчас Андрею хотелось вступать в перепалку с Перкиным. Поэтому, проигнорировав последнее замечание, он молча прошел мимо.

Первым уроком была литература. Андрей вошел в класс и замер. На столе у Капитолины Ивановны лежала вся их отчетность. С одеревеневшими ногами он дошагал до своего места и плюхнулся на скамейку не в силах поднять головы.

— Беляев, завтра после уроков тебя и твоих компаньонов ждет Данила Иннокентьевич, — не поднимая головы от лежащих на столе бумаг, сухо произнесла Капитолина Ивановна.

Улики были на лицо. Андрей понял: пришло время платить по счетам.

— Не понимаю, — думал он, — ведь никто…Хотя… Неужели та мелькнувшая за угол школы тень? Ну, конечно, Вадька! Вот почему у него был такой довольный вид!

Вадим мог часами высматривать и выслеживать, стоять на жаре или холоде, не было такой тайны, не существовало такого секрета, который со временем не раскрыл бы Вадик Перкин.

Как только прозвенел звонок с последнего урока, ребята не сговариваясь, отправились к дедушке Адаму.

— Ну и что мы теперь будем делать? — нахмурилась Настя.

— Каяться, как грешники, — Лешка молитвенно сложил руки.

— Не поможет. Директор атеист.

— Тогда держать круговую оборону. От учителей и родителей, — Македонский сделал боксерскую стойку.

— Надо было уничтожить документацию, — вздохнула Настя.

Мальчишки понимали, что она права. Но после драки кулаками не машут.

Возможно, ребятам было бы значительно легче, если б они знали, что в это самое время в школе проходил другой совет. И там тоже не было единого мнения. Громче всех возмущалась Лариса Никоноровна:

— Архимед разработал законы механики. Евклид заложил основы современной геометрии. А что хорошего можно сказать об этих, с позволения сказать, учениках?

— Может, они станут известными экономистами, выведут формулу всеобщего благоденствия, — мягко возразила классный руководитель 6 «Б».

— Что-то раньше я не замечала у них выдающихся способностей.

— Некоторые химические реакции идут лишь при высокой температуре и в присутствии катализаторов, — заметила учитель химии Надежда Федоровна.

— В таком случае с этой химической реакцией будет разбираться директор школы, — и без того тонкие губы учителя математики вытянулись в нитку.

Так Карфаген снова был разрушен. На этот раз полностью и окончательно.

Шел снег. В свете фонарей он сверкал и переливался алмазным блеском. Андрей вспомнил старую сказку о зарытых в земле кладах. Говорят, ночью они испускают слабое сияние.

— А вот интересно, где рядом со школой может быть спрятано сокровище, — неожиданно пришло ему в голову.

Андрей подбросил монету вверх, ловко подхватил и разжал кулак. Орел или решка? На обратной стороне были выбиты скрещенные буквы «Альфа и Омега» — начало и конец. Он хитро улыбнулся и направился к дому. Впереди у него были зимние каникулы.

Часть 2

На Золотом крыльце

Глава 1, в ней школа встает с ног на голову

Первый день после каникул всегда самый трудный. Еще вчера ты был свободным человеком, а сегодня по рукам и ногам связан дурацкими предписаниями. Но этот день не задался с самого утра.

Андрей проснулся то ли от завывания ветра, то ли от звонка будильника. Термометр за окном показывал — 32 градуса.

— Ну и погодка, — подумал он, поплотнее натягивая на себя одеяло. — В такое время хороший хозяин собаку на улицу не выгонит.

Заглянувшая в комнату мама, выразительно посмотрела на часы. Андрей нехотя выбрался из кровати и пошлепал сначала в ванну — умываться, а потом на кухню — завтракать. Через полчаса, экипированный как полярник на Северном полюсе, он вышел на улицу.

Все началось с большой жирной кошки, метнувшейся под ноги Андрею прямо у дверей подъезда. Кошка, да еще по дороге в школу, — скверная примета. Поэтому он только вздохнул, когда вместо знакомой дыры в заборе увидел новенькие железные прутья. Пришлось делать крюк, в результате чего звонок на урок значительно опередил его. Впрочем, худшее было еще впереди. Подойдя к школе, Андрей с удивлением обнаружил на месте плаката «Добро пожаловать» три скалящиеся дыры. Старая облупившаяся дверь, верой и правдой служившая многим поколениям учеников, несмотря на мороз, была распахнута настежь. В холе первого этажа, вероятно в целях экономии, горело только пара лампочек, валялись старые тряпки и два пустых ведра. Должно быть, их приготовили для уборки, да так и забыли навести порядок.

Первой по расписанию была история. Кабинет оказался закрыт. Потоптавшись у двери класса, Андрей медленно побрел в сторону буфета. В коридорах не было ни души. Спустившись вниз, он распахнул дверь столовой и чуть не оказался под грудой сваленных у входа столов и стульев. Посреди совершенно пустого зала вытирала слезы школьная повариха тетя Даша.

— Что случилось? — уже совсем ничего не понимая, поинтересовался Андрей.

— Ремонт. Поваров отправили в бессрочный отпуск, — захлебываясь, сообщила несчастная повариха.

Андрей зажмурил глаза и изо всех сил затряс головой. Может, он еще спит? А, может, все вокруг спятили? Не могла же школа в одночасье встать с ног на голову или вернее с фундамента на крышу.

— Кто? Директор?

Тетя Даша только махнула рукой.

— Что же вы теперь будете делать?

— Ничего я не буду делать. Я теперь безработная.

— Значит, булочек больше не будет, — с сожалением подытожил Андрей.

Внезапно из-за стойки буфета выпрыгнул грязный, взъерошенный человек. В зубах у него, как пиратский ятаган, торчал невесть где раздобытый рогалик, а куцая бороденка воинственно топорщилась в разные стороны.

— Ну вот, уже грабят, — почему-то во множественном числе заметила повариха.

Слезы у нее мгновенно высохли, и, зло, погрозив неизвестному разбойнику, она направилась к выходу.

В этот момент со стороны лестничной клетки вылетел Геннадий Егорович Баянов. Всегда неторопливый, на этот раз он несся семимильными шагами. Длинный шарф, обмотанный вокруг тонкой шеи, еле поспевал за своим хозяином.

Должно быть кабинет музыки обокрали. Или того хуже, случился пожар, — подумал Андрей, глядя на обезумившего Баянова.

— Ты, почему здесь? Не читал объявление на первом этаже? — неожиданно затормозил Геннадий Егорыч.

— Нет, — честно признался Андрей.

— В таком случае, специально для тебя повторяю: сейчас в актовом зале состоится собрание для учеников нашей школы.

Когда Андрей поднялся на второй этаж, собрание шло полным ходом. Покрутив головой, он приземлился на единственное свободное место в последнем ряду.

— Учитывая, сложное положение, в котором оказалась школа, — говорил Данила Иннокентьевич чужим глухим голосом, — администрация вынуждена пойти на этот беспрецедентный шаг. — Директор откашлялся. — Я принял решение, временное решение, — поправился он, — перевести работу столовой на более гибкий режим. Кроме того, в связи с ремонтом отдельных кабинетов, расписание уроков будет изменено.

Добродеев сделал паузу. Ученики в зале, еще не решившие, хорошо это или плохо, тоже молчали. Андрей заметил стоявшую у окна Капитолину Ивановну. Сердитая складочка на ее лбу говорила о том, что классный руководитель 6 «Б» явно не одобряет происходящего.

— А теперь разрешите представить человека, — продолжил Данила Иннокентьевич, — благодаря которому школа, наконец, обретет подобающий вид. Это арендатор нашей столовой Марья Васильевна Ворюхо.

На сцене появилась грузная дама в кричаще пестром наряде. Широкополая меховая шляпа, зеленый пиджак, подпоясанный широченным ремнем и короткие кожаные сапоги, делали ее похожей на флибустьера, готовящегося к захвату судна. Да и ручка дамской сумки, перекинутая через плечо, скорее напоминала портупею. Из-за ее спины выглянул и тут же спрятался недавний буфетный воришка. На этот раз, его физиономия показалась Андрею странно знакомой.

Между тем, изо рта арендаторши донеслись короткие всхлипы, временами напоминающие собачье повизгивание. Андрей изо всех сил напряг слух — напрасно. Звуки, вылетающие у нее из груди, не поддавались никакой расшифровке. Под конец Марья Васильевна протяжно тявкнула и даже пустила слезу, но Андрею почему-то показалось, что это были крокодиловы слезы.

На этом собрание закончилось. Школьники слетели со своих мест и ринулись к выходу. Андрея тут же затянуло в шумный водоворот, вынесло в коридор, бросило вниз по лестнице, и, наконец, выбросило к раздевалке, где ему чудом удалось зацепиться за ручку двери дедушки Адама. Уж он-то наверняка знает, что происходит!

В каморке никого не было, если не считать Бакалавра, по-хозяйски развалившегося на диване. Услышав шаги, пес вскочил и пару раз радостно гавкнул, тыча мордой в тетрадный листок рядом с обычной настольной лампой. Подойдя ближе, Андрей прочитал следующее:

Дорогие ребята!

К сожалению, неотложные дела вынуждают меня ненадолго уехать. Бакалавра я взять с собой не могу, поэтому оставляю его на ваше попечение. Комната тоже в вашем распоряжении. Надеюсь, вы со всем справитесь.

До свидания. Дедушка Адам.

P.S. Деньги на питание Баки лежат рядом в бумажном конверте.

Внутри у Андрея сделалось уныло и холодно, как в пустом холодильнике. На полках сиротливо жались друг к другу наглухо захлопнутые альбомы старого нумизмата.

— Вот ты где! А мы тебя по всей школе ищем! — прогудел ему в ухо голос Вани Русланова.

Повернувшись, Андрей увидел всю компанию. Он, молча, протянул письмо старика.

Еще раз, прочитав коротенькое послание, Настя растерянно заморгала глазами.

— Ничего не понимаю.

— А тут и понимать нечего, — с досадой откликнулся Ваня. — Старик укатил, оставив в наследство, как принято, осла, — Бакалавр удивленно поднял уши, — то есть собаку.

— У Татки тоже половину детского садика в аренду сдали и ничего, — беспечно пожал плечами Лешка.

— Ты, правда, ненормальный или притворяешься? — рассердилась Бодрова. — В школе происходит что-то странное.

— Сама додумалась или кто подсказал? — не удержавшись, съязвил Андрей.

— В аренду берут помещение, способное сразу же приносить прибыль, — игнорируя выпад, продолжила Настя. — А на школьных обедах много не заработаешь. Видел эту арендаторшу? Слово благотворительность ей явно не знакомо. А какое с ней пугало!

— Это не пугало, это Мишка Пан, — неожиданно брякнул Байбак. — Его в лесу даже муравьи знают. У него дом недалеко от поселка.

Только теперь Андрей признал в помощнике арендаторши сумасшедшего покупателя марок.

— Точно! Пан. Доброе лесное божество. Только по-моему у него того, — Андрей покрутил пальцем у виска, — не все дома.

— Есть немного, — согласился Лешка. — У Мишки вечно пурга в башке. Не пойму, чего его в город понесло?

— Какое бы стихийное бедствие не было у него в голове, появился он здесь явно не случайно, — нетерпеливо перебил Ваня.

— Да, поговорить с этим Паном не мешает, — согласился Андрей.

В это время Бакалавр негромко тявкнул, деликатно напомнив о себе.

— Что же с тобой делать? — Настя погладила пса по голове.

Взять его домой, не было никакой возможности. Однако собаку нужно было кормить, чистить и выгуливать.

— Надо распределить обязанности, — предложил Македонский. — Я могу брать его с собой во время утренних и вечерних пробежек.

— Мы с Таткой можем чистить и расчесывать, — подумав, произнес Лешка.

— У нас дома костей от супа много остается, — вспомнил Андрей.

Настя решительно замотала головой:

— Одними костями тут не обойдешься. Необходимо сбалансированное питание, — произнесла она, голосом телевизионной рекламы. — Мясо, овощи, специальные витамины.

— Ему собачий корм нужен. Я по телевизору видел, — добавил Байбак.

— Тебя бы хоть раз накормить этим кормом, — фыркнула Бодрова. — Я напишу список. А за продуктами будем ходить по очереди.

Андрей шумно вздохнул. Он и не подозревал, что с собакой столько хлопот.

На следующий день ему удалось стащить несколько котлет, приготовленных мамой к обеду.

— Вот это аппетит, — с одобрением заметил папа.

— Ребенок растет, а мясо — это белок. Строительный материал для клеток, — объяснила мама.

Неизвестно рос ли Бакалавр, но мясо пес любил.

Глава 2, в которой над школой поднимается пиратский флаг

Целый месяц Андрей с ребятами пытались выяснить: что привлекательного может быть в обычном учебном заведении? Облазили все школьные закоулки, включая подвал и подсобные помещения, переворошили горы газет, даже заглянули в интеренет — ничего. Пробовали расспрашивать учителей, но те, как в рот воды набрали.

Между тем, в школе царила страшная неразбериха. Кабинетов не хватало, так как весь первый этаж, включая столовую, был закрыт на ремонт. Вследствие этого история проходила в кабинете физики, биология, вместе со скелетом Кешей, переместилась в класс географии, а несчастный Баян Баяныч и вовсе проводил уроки, где придется.

Но больше всех была недовольна учитель химии Надежда Федоровна — маленькая, круглая, чрезвычайно подвижная женщина, любовно именуемая Молекулой. Ее верная помощница Леночка неожиданно уехала, оставив милые своему сердцу колбы и пробирки на произвол судьбы. Новый лаборант, по фамилии Прощелыгин, нежных чувств к химии не питал вовсе. Никто не видел, как тот приходил, или уходил. Был он какой-то блеклый, выцветший, а потому неприметный. Зато Пан готов был дневать и ночевать прямо на лабораторном столе. С первобытным азартом он помогал Надежде Федоровне мыть пробирки, смешивать реактивы, расставлять колбы и штативы.

Тем временем, у школы росла куча строительного мусора: песок, битые кирпичи, какие-то железки. Можно было подумать, что ее не ремонтируют, а разбирают по частям.

Одна за другой рождались немыслимые догадки.

— Видели, над школой плакат убрали? Скоро появится новая вывеска, — авторитетно заявила Светка Быстроглазова.

— Уже появилась, — губы Вадика скривились в откровенной усмешке. — Дырка от бублика. Даже три дырки. Точно! — его лицо осенила неожиданная догадка. — Как три кошелька на фамильном гербе Ван Дер Бурсе.

— Ну, надо же, какие мы умные, — зло прошипела Быстроглазова.

— Повторяю для малограмотных, — Перец театрально погладил Светку по голове. — Возле дома этого чудика торговцы заключали всякие сделки. Нам на истории рассказывали. Типа от его фамилии произошло слово биржа.

— Три мешка — изобретение менял и ростовщиков, — убежденно возразила Настя. — Ловкий рекламный трюк, чтобы привлечь внимание клиентов.

— А школа тут причем? — озадаченно протянул Павлик Нечаев.

— А притом, — передразнил Перец. — Рыночная экономика преступила к пересмотру устаревших ценностей. Школы меняют на торговые собрания. Знания — на деньги.

— Ну, тогда бы Бодрова стала миллионершей, а пока беспокоиться не о чем, — мстительно произнесла Светка.

Слухи стали совсем невероятными, когда из кабинета физики пропал штатив, у Молекулы исчезли колбы с реактивами, у завхоза — тряпки и моющие порошки. А поскольку никто толком не знал, что происходит, всеобщее возбуждение постепенно сменилось тревогой.

Зато арендаторша так раздулась от важности, что входила в узкие двери кабинета директора только боком.

— Я, как арендатор, имею право… — постоянно повторяла она.

Далее следовал длинный перечень прав, которыми обладала Марья Васильевна. Несмотря на то, что временной собственностью арендаторши была только столовая, она, не стесняясь, раздавала указания всем, кто попадался ей под руку. Разумеется, большинство ее приказов так и повисали в воздухе, но Марью Васильевну это ничуть не смущало. Возле школы теперь постоянно дежурила грязно-желтая машина неизвестной модели, у которой, как привязанный, торчал Мишка Пан. Андрей с Лешкой несколько раз пытались поговорить с ним по душам, но, заметив приятелей, Мишка неизменно давал задний ход.

Как-то Андрей столкнулся с Паном на лестничной клетке. Тот тащил из подвала пробирки для Молекулы.

— Постой, мне с тобой поговорить надо, — окликнул его Андрей.

Испуганно выпучив глаза, Мишка рванул вверх. Андрей бросился в погоню, но Пан уже захлопнул дверь с табличкой «Кабинет химии». Рядом находилась крошечная комнатка, именуемая лаборантской. Она соединялась с классом через небольшое окошко, в которое на уроках подавались необходимые материалы. Проскользнув в открытую дверь лаборантской, Андрей пристроился к нему как к телевизору.

— Легенда об изумрудной таблице Гермеса, была весьма популярной у средневековых алхимиков, — говорила Надежда Федоровна. — Считается, текст этой мифической таблицы был написан на изумрудной пластинке, найденной Александром Македонским в гробнице Гермеса Трисмегистоуса.

— Кого?

— Трижды Величайшего.

— И что там было?

Молекула сосредоточенно наморщила лоб.

— Что-то про верх и низ. Речь шла о превращении металлов в золото. Помню только, что одна из составляющих таинственной формулы заключена в самом человеке.

— Найти бы эту формулу, тогда и работать не надо!

— Возможно, — улыбнулась Надежда Федоровна, направляясь к выходу. — А пока передай новому лаборанту, что завтра мне понадобятся чистые пробирки.

Оставшись один, Пан долго тер затылок, а затем направился в лаборантскую. Андрей еле успел спрятаться за дверь. Погрузив в раковину грязные пробирки, Мишка открыл воду, но, вероятно, передумав, закрыл кран. Порывшись под мойкой, он вытащил на свет штатив, колбы и несколько пузырьков с жидкостями. Вернувшись в кабинет, Пан аккуратно расставил все это на лабораторном столе.

Андрей снова прилип к окошку, ожидая, что будет дальше.

Мишка зажег спиртовку и вытащил из кармана маленький, желтый шарик.

— Философский камень, — загадочно проговорил он.

Андрей изо всех сил напряг зрение. Неужели золото? От волнения он даже сглотнул.

Но тут в дверях появился новый лаборант.

— Готово? — словно разжевывая кислый лимон, поинтересовался он.

Андрей ощутил оскомину, от которой мгновенно свело челюсть. Пан поспешно сунул руку в карман.

— Что ты там прячешь? А ну, дай сюда! — Прощелыгин двинулся вперед, одновременно загребая всеми четырьмя конечностями.

— Это мое, — жалобно пискнул Мишка.

— Твое, говоришь? А это чье? — лаборант кивнул на расставленные приборы. — Хочешь, чтобы я вышвырнул тебя на улицу, как собаку?

Пан виновато опустил голову и вдруг, выдернув руку из кармана, бросил в огонь блестящий камешек. Тот зашипел, разбрызгивая в разные стороны, словно ругательства, яркие искры. Прощелыгин кинулся к столу, но там уже ничего не было. Камень исчез. Одновременно с этим на Мишку обрушился такой поток ругательств, что Андрей счел лучшим отойти от окна и выбраться в коридор.

— Тебе что, жить надоело? — поймал его за рукав Ваня, едва Андрей появился у дверей класса. — Конура поставила тебе двойку за прогул.

— Думаю, у него были дела поважнее, — язвительно предположила, появившаяся следом за ним, Настя.

— Угадала, — ничуть не смутился Андрей. — Я вам такое расскажу…

— Постой, — остановил его Македонский, бросив взгляд в сторону неподалеку стоявшего Вадика. — Поговорим в другом месте.

Действительно, Перкин изо всех сил прислушивался к их разговору. У него даже уши вытянулись от напряжения.

В расписании следующими двумя уроками стояла физкультура. Но Владимир Никитич отправился получать спортинвентарь. У 6 «Б» было «окно», а значит почти два часа свободного времени.

Ловко лавируя среди учеников, летящих в разные стороны как шарики от бамбинтона, компаньоны добрались до своего убежища. Однако в этот день им так и не удалось поговорить без свидетелей.

Спустившись к старику, они обнаружили Бакалавра с аппетитом уплетающего баранки из рук Татки.

— Почему не в садике? — закипая, поинтересовался Байбак.

— Там трубу прорвало. Меня мама домой забрала.

— А сюда, зачем явилась? Ты когда-нибудь от меня отвяжешься?

— Нет, — честно призналась Наташка.

— Может, хватит? — прервал перепалку брата и сестры Македонский. — Дайте послушать человека!

Рассказ Андрея получился до обидного коротким. Он даже удивился, что происшествие в кабинете химии уместилось всего в несколько предложений.

— Новый лаборант, арендаторша и придурковатый Пан — веселая тусовочка, — задумчиво произнесла Настя. — Что между ними может быть общего?

— Философский камень? — Лешка с силой стиснул руку Андрея.

— Маловероятно.

— Может, попробовать выяснить? — проговорил Ваня, засовывая в рот взятую из рук Татки баранку. — Днем в школе полно народу, а ночью…

— Творятся все черные дела! — закончил Андрей.

— И как вы собираетесь это сделать? — спустила мальчишек с небес на землю Бодрова.

— Наши в субботу в поселок уезжают, — сообщил Лешка.

— Уезжают, — подтвердила Татка. — Рыбу рыбить.

— Да не «рыбить», а ловить. Сколько раз тебе повторять?

— Значит, эту ночь дежуришь ты, а там что-нибудь придумаем, — обрадовано произнес Ваня.

В этот момент, сильный порыв ветра, с остервенением вцепившись в старую крышу, оторвал от нее полосу рубиройда. Подхватил, поднял ее к небу, и она заколыхалась над школой, как черный пиратский флаг.

Глава 3, тусовка с привидениями

Когда на следующее утро Андрей подошел к школе, его встретила дежурившая на скамейке Татка.

— Ой, Андрюша, что я тебе расскажу!

— Лешка где? — хмуро перебил невыспавшийся Андрей.

— Он родителей пошел встречать, а меня здесь оставил. А я слышу, кто-то идет. Мы с Баки встали и пошли посмотреть. А там…

Татка прижала к щекам маленькие ладошки.

— Андрюша, у нас в школе есть тайный ход!

— Что ты несешь?

— И ничего я не несу. Это они несли. — Наташка бесшумно пошевелила губами. — Дохлую курицу. Вот что!

— При чем здесь куры? Ты ничего не путаешь?

Девочка замотала головой.

— Этот дяденька сам сказал «синих птиц». А моя мама, когда варит суп, всегда говорит: «Полезай в кастрюлю, синяя птица».

Андрей хотел возразить, но что можно взять с человека, ходящего в подготовительную группу Детского сада?

— Ладно, показывай свой тайный ход.

— Андрюша, ты найдешь его по следам! — крикнула Татка, срываясь с места. — А мне домой надо.

Войдя в школу, Андрей удивленно присвистнул. Бакалавр поддержал его громким лаем. От порога до самой столовой тянулась дорожка из песка, на которой ясно отпечатались чьи-то следы. И тут, как черт из табакерки, из коридора выскочила Лариса Никоноровна.

— Что за безобразие? Почему собака в школе? — угрожающе зарычала Конура.

Бакалавр попятился к двери дедушки Адама.

— Это собака специальный агент. Идет на задание, — вытянувшись в струнку, доложил Андрей.

У Конуры отвисла челюсть. Воспользовавшись этим, нарушитель порядка в два прыжка оказался в столовой, добежал до буфета, перемахнул через стойку, мячиком полетел вниз. Пол там резко уходил под откос, чтобы бидоны с молоком и ящики с продуктами было удобнее скатывать в подсобное помещение. Из холла послышались возмущенные крики Ларисы Никоноровны. Должно быть, ее челюсть, наконец, заняла свое обычное положение. Андрей вскочил на ноги. Дальше бежать было некуда. Он метнулся в самую гущу бидонов, ловко сиганул за один из них и притаился. Стукнувшись друг о друга, те протяжно загудели, как часовые. Одновременно с этим деревянный ящик, недалеко от него отъехал в сторону. Из образовавшегося проема вылезли двое.

Сердце Андрея упало в самый низ живота и противно забулькало.

— Сил моих больше нет лазить по этой лестнице, — отдуваясь, сказал первый.

— Ничего, скоро ты увидишь, как эта курица снесет нам золотое яичко, — отозвался второй.

Голос, который Андрей не перепутал бы ни с каким другим: тонкий, скрипучий, как звук неисправных тормозов.

— Что же теперь делать? — снова заговорил первый.

— Копать, — ответил второй.

Стараясь не упустить ни слова, Андрей вытянул вперед шею. В лицо его ударилось что-то жесткое, похожее на крыло летучей мыши. Вероятно, это был подол платья. Когда шаги стихли, он осторожно поднялся и двинулся к тому месту, откуда появились эти двое. В нескольких шагах от него оказался глубокий неровный колодец. Мальчик присел на корточки. Пытаясь нащупать лестницу, он опустил одну ногу в люк. Та описала пару кругов в воздухе, и вдруг, словно корабельный якорь потянула своего хозяина на дно. Если б не куча песка, на которую он приземлился, да еще пуховик с шапкой, ссадин могло быть гораздо больше.

— Выходит, Татка права. Есть в нашей школе тайный ход, — усмехнулся Андрей, одновременно потирая коленку и шишку на лбу.

Теперь было самое время осмотреться. Куда он попал? Андрей с силой зажмурил, а потом открыл глаза. Темнота была такая же непроницаемая. Звать на помощь было бессмысленно, да и опасно. Андрей вытянул вперед ладони и растопыренными пальцами стал ощупывать стены. Неожиданно рука его соскользнула в пустоту, и он опять чуть не упал. Должно быть, там был какой-то проход. Мальчик осторожно двинулся вперед. Шагов его почти не было слышно. Судя по всему, под ногами были песок и земля, которые поглощали звуки. Постепенно стало заметно светлее.

Территория под школой была строго поделена между преподавателями. Большая ее часть принадлежала учителю физкультуры Владимиру Никитичу. Там хранился многочисленный спортинвентарь. По соседству с ним размещались ведра, тряпки и швабры, вверенные завхозу Виктору Степановичу. Затем шла спорная территория, на которую одновременно претендовали два учителя — физики и химии. Причем оба уверяли, что это помещение необходимо им для хранения старого лабораторного оборудования. Но, вопреки ожиданию Андрея, он оказался в совершенно незнакомом месте.

Сводчатый потолок над его головой подпирали массивные стены. А сам проход был настолько узок, что в нем едва ли смогли разминуться два человека.

— Наверное, здесь обитают души замученных Конурой двоечников, — волосы на голове Андрея зашевелились, заставив шапку подпрыгнуть на пару сантиметров вверх.

Впереди коридор раздваивался под прямым углом. Он свернул в более освещенный проход и вскоре уперся в ржавую кованую решетку. Андрей с силой потянул ее на себя. В ладонь вонзилось что-то острое.

— Вот черт! Заноза! — не удержавшись, выругался он и тут же в отместку долбанул по двери ногой.

Та завизжала, как зверек, которому отдавили лапу, и отскочила в сторону.

— А ведь я даже не сказал: сезам откройся! — присвистнул Андрей.

Правда по здравому размышлению, новоявленный Али-Баба пришел к выводу, что решетка была попросту не заперта.

Пещера с сокровищами оказалась мрачным, тускло освещенным подземельем. Единственным источником света в нем была старая настольная лампа на гнущейся ножке. Ее света едва хватало, чтобы разглядеть покрытые плесенью стены, стол и три стула. Ни тебе черепов, ни склянок с дымящейся жидкостью, ни сушеных жаб с пауками. Тем не менее, решетка на входе свидетельствовала о том, что когда-то здесь действительно хранилось нечто ценное. Вероятно, это «нечто» и было предметом поиска новоявленной арендаторши. А пока единственной ценной вещью здесь был новенький компьютер, по экрану которого плавали ключи всех размеров.

Взяв настольную лампу, Андрей поднял ее над головой. На совершенно голой стене сиротливо болталась старая медная гравюра. Он подошел ближе. Узкая дорожка терялась в гуще стеной стоящего леса. Вдалеке виднелась похожая на спящего медведя гора, подпоясанная снизу блестящей змейкой реки. Рисунок был окутан паутиной из цифр и пунктирных линий, а в правом нижнем углу стояла подпись «С. Ремезов».

Исследовательскую работу прервал шум в коридоре. Андрей пробежал глазами по пустым стенам, соображая, где бы спрятаться. Единственным укрытием был стоящий посередине стол. Он юркнул под столешницу, предусмотрительно забаррикадировав себя стулом. В щель между крышкой и спинкой своего убежища, Андрей видел, как дверь с шумом распахнулась, и на пороге появился Мишка. В одной руке тот держал чайную чашку, в другой — бутылку водки с названием «Мираж» на этикетке. Все это Пан водрузил на стол, попутно грохнувшись на один из стульев. После этого Андрей уже ничего не мог видеть. Мишка закрыл собой весь обзор. Правда время от времени, мальчик слышал бульканье, свидетельствующее о том, что чашка постоянно наполнялась. Наконец, пустая бутылка с грохотом покатилась по полу. Дверь снова скрипнула. Вероятно, появился кто-то еще.

— Опять с бутылкой беседуешь? — послышался раздраженный голос арендаторши.

— Тише, Маша. Мы здесь не одни, — шепотом сообщил Пан.

Андрей сжался в комок, стараясь забиться как можно дальше.

— Послал бог помощника. Видно не зря детям про здоровый образ жизни твердят.

— Да говорю же, здесь он. Под стол, наверное, спрятался. Ты посмотри, а Маш…

Красная мясистая пятерня, растопырив короткие пухлые пальцы, опустилась под стол. Андрей хотел закричать, но воротник, в один миг ставший липким и влажным, как пиявка, впился ему в горло. Оглушительный лай смешался с трубным звуком, вырвавшимся из груди арендаторши. Возня, лязганье тяжелой двери.

— Стой! Стой, гадкая псина! — топая, как бегемот, вопила Марья Васильевна.

Поняв, что путь к отступлению свободен, Андрей выскочил из своего укрытия.

— Это ты? — удивленно уставился на него Мишка.

— Я.

— Ты же был здесь, — Пан с силой ткнул пальцем в чашку.

— А теперь я тут, — крикнул Андрей, выскакивая за дверь.

Где-то в стороне слышались крики и лай.

Он пулей пронесся по знакомому коридору, нащупал приставленную лестницу и в два прыжка оказался наверху. Дальше бежать было некуда. У выхода из школы с журналом на перевес дежурила Лариса Никоноровна. За спиной, того и гляди, могли появиться арендаторша с Мишкой. Оставался только один путь к спасению. Когда Конура отвернулась, Андрей прошмыгнул в комнату дедушки Адама, плотно запер за собой дверь и рухнул на диван. Ноги его дрожали, на лбу выступила испарина, а на душе было гадко от мысли, что он бросил пса в беде. Андрей закрыл лицо руками и уронил голову. И тут что-то шершавое дотронулось до кончика его мокрого носа. Он открыл глаза. Прямо перед ним, держа зубами сложенный вчетверо лист бумаги, сидел Бакалавр.

А в это же самое время, шумно отдуваясь, взбешенная арендаторша говорила Мишке:

— Не пойму, куда подевалась эта чертова собака?

— Должно быть, мимо проскочила, — отвечал Пан. — В том крыле темно, хоть глаз выколи.

— Если б ты сразу стал рыть правильно, она бы от меня так просто не ушла, — Марья Васильевна с сожалением посмотрела на порванную сумку.

— Может и так. Только как она выбралась наверх? Она же не обезьяна, чтобы лазить по лестнице.

— Наверное, дрессированная. Чтоб ей провалиться!

Глава 4, о тайных планах и коварных замыслах

Андрей просидел в своем убежище около часа, пока осада в лице Ларисы Никоноровны и мечущейся по школе арендаторши не была снята. Получив свободу, заключенный вместе с Бакалавром выбрался на улицу, где его сразу окружили ребята. За время своего вынужденного заточения он успел сбросить «эсэмески» — объявив общий сбор. Больше всех кипятился Лешка. Байбак был готов просто рвать и метать. Еще бы! Ведь не останься он в эту ночь в школе, ребята до сих пор ничего не знали. А теперь? Татка и та нос задирает. В общем, Байбаков жаждал реванша.

Как только они отошли от школы на приличное расстояние, Андрей развернул принесенную Бакалавром бумагу.

— Что это? — нетерпеливо спросил Лешка.

— Договор N… — начал читать Андрей.

Администрация средней школы N… города… в лице директора школы Добродеева Данилы Иннокентьевича, именуемая в дальнейшем «Администрация», с одной стороны, и Ворюхо Мария Васильевна, именуемая в дальнейшем «Арендатором», с другой стороны, заключили настоящий договор о нижеследующем:

— Две стороны? — уточнил Ваня. — В таком случае мы на стороне директора.

Андрей согласно кивнул.

Положа руку на сердце, он не испытывал большой любви к школе. Одна Конура чего стоила. Но это была его школа, и он не мог допустить, чтобы она плясала под чужую дудку.

1. Предмет договора, — продолжил Андрей.

Администрация обязуется предоставить помещение столовой в аренду, а «Арендатор» отремонтировать школу.

2. Обязанности сторон.

2.1. Администрация обязуется:

а) предоставить помещение столовой в аренду сроком на полгода (шесть месяцев).

б) создать необходимые условия для ремонта школы.

— Какие еще условия? Парты вынести? Или двери? — фыркнула Настя. — Мне сразу не понравилась эта арендаторша.

От отвращения ее даже передернуло.

— Арендаторша? Как бы ни так! — истошно завопил Андрей. — Жиртрест из буфета. Я как под столом ее лапищи увидел, сразу узнал.

— Вот это карьерный рост! — опешил Ваня. — Руки у нее и вправду загребущие. Ладно, читай дальше.

2.2. Арендатор обязуется в качестве арендной платы за полгода (шесть месяцев) отремонтировать школу.

— Филькина грамота, а не договор, — снова не удержалась Бодрова. — Все права на стороне арендатора. А обязанности и ответственность у администрации школы. Что именно она должна отремонтировать? А стоимость работ? Тоже не оговаривается. Просто невероятно, что директор подписал это.

— Тут еще один пункт! — Андрей ткнул пальцем в конец листа. — Прочие условия.

В случае отказа одной из сторон от соблюдения настоящих договоренностей, пострадавшая сторона имеет право требовать компенсации в размере ста тысяч рублей. Договор вступает в законную силу с момента его подписания.

Ребята еще раз прочитали бумагу, надеясь отыскать скрытый в ней смысл. Но, сколько они не старались, строчки расплывались, образуя большой вопросительный знак.

— Я думаю, они ищут клад! — с энтузиазмом заявил Андрей.

— В нашей школе? — недоверчиво отозвалась Настя. — Кстати, как у тебя оказалась эта бумага?

Андрей замялся, пытаясь придумать что-нибудь правдоподобное. Он и сам не мог объяснить, как пес оказался сначала в подвале, а потом в каморке старика. Рассказывать же о своем позорном бегстве, было не в его интересах.

— Какая разница! — пришел другу на помощь Ваня. — Теперь ясно: вся эта история с арендой просто предлог, чтобы попасть в подземелье.

Одарив Македонского снисходительной улыбкой, Бодрова поднялась со своего места.

— Ты куда? — окликнул ее Андрей.

— В библиотеку. Надо же узнать, кто такой этот «С.Ремезов».

Настя была из породы людей, не расстающихся с книгами ни днем, ни ночью. Андрей был уверен, что она и спит в обнимку с книжкой. И был не далек от истины.

— А у меня тоже есть клад, — похвасталась молчавшая до этого Татка.

Бодрова застыла на месте.

— Знаю я твой клад, — с досадой отмахнулся Лешка. — Старые бусинки в банке из-под печенья.

— А ведь это мысль, — радостно воскликнул Андрей.

— Ты о чем? — насторожилась Бодрова.

— Деньги надо искать там, где их больше всего, то есть в банке. Если у нас будут деньги, директор сможет расторгнуть этот контракт, а мы — спокойно обследуем подземелье.

— Только не говори, что ты собираешься стать грабителем.

— Не грабителем, а просителем. Слышала о спонсорской помощи?

— Решено. В понедельник после занятий нагрянем в это учреждение, — мгновенно отозвался Ваня. — Ну, что? По домам?

Настя с беспокойством посмотрела на пса:

— Школа закрыта, не оставлять же его на улице.

Наступила неловкая пауза. Не каждому из собравшихся разрешат принести домой даже котенка, а тут собака, да еще с теленка величиной.

— Похоже, пора песику познакомиться с моими родителями, — вздохнул Андрей.

Ему очень хотелось хоть как-то загладить свою вину перед Бакалавром. И это было самое малое, что он мог для него сделать.

По дороге домой Андрей попытался выработать хоть какой-нибудь план:

— Когда откроется дверь, я загорожу проход, а ты постарайся незаметно проскользнуть в мою комнату. Она самая дальняя по коридору, — наставлял он Бакалавра.

У подъезда бдительные старушки подозрительно покосились в сторону огромной собаки, но ввиду внушительных размеров последней, благоразумно промолчали. Подойдя к своей квартире, Андрей потихоньку вставил и повернул ключ. Дверь отварилась, и они с Баки буквально ввалились в коридор.

— А я думаю: кто это там крадется? На тебя не похоже, — мама опустила чугунную сковородку. — Да ты не один.

— Всего на одну ночь, — на лице Андрея появилось страдальческое выражение. — Завтра его тут не будет. Обещаю.

Лизнув мамину руку, Бакалавр виновато потупил газа.

— Но спать этот умник будет все-таки в коридоре, — сжалилась мама. — Кстати, не забудь накормить приятеля.

Глава 5, в ней ребята знакомятся с драконом в банке

На следующий день после занятий мальчики отправились покорять один из близлежащих банков. Татка с Бакалавром осталась в школе. А чтобы она опять чего-нибудь не выкинула, за ней поручалось приглядывать Насте.

Банк находился прямо у станции метро и со стороны действительно напоминал большую стеклянную банку. Средневековые итальянские банкиры, ссужавшие деньги прямо на рыночной площади, были бы немало удивлены, узнав, что итальянское название скамейки — банко, даст имя столь монументальному сооружению.

Стены его были выложены зеркальными блоками. Подойдя ближе, мальчики попытались разглядеть свое отражение, но, сколько они не старались, поверхность отражала только саму себя.

— Какое-то Королевство пустых зеркал… — разочарованно протянул Ваня.

— Главное, чтоб в нем деньги были! — проговорил Байбак, ласково похлопывая стенку здания.

— Ага, — поддакнул тоненький голосок рядом.

Байбаков повернул голову.

— Ты? Да я тебя… — в бешенстве закричал он. — Держите меня! Не то я задушу это ходячее недоразумение.

Татка мгновенно оказалась за спиной Македонского. Губы ее дрожали, глаза наполнились слезами, еще немного и она завоет так, что сбежится пол района.

— Хочешь оставить сестру заикой? — вступился за девочку Ваня.

— Хочу остаться совсем без сестры! — яростно размахивая руками, продолжал орать Байбак. — Сказал же, сиди в школе. Кой черт понес тебя к банку? А наша мисс Всезнайка куда, спрашивается, смотрела?

— Она в библиотеке. А мне скучно. Я вышла, а там вы, — оправдывалась Наташка.

— Придется взять это чудо с собой, — вздохнул Андрей. — Не оставлять же ее одну на улице.

— Разумеется, а то чем же мы будем кормить дракона? — мстительно прошипел Лешка.

— Какого дракона? — пролепетала сразу побледневшая Татка.

— Того, что живет в этой башне.

— Он шутит, — успокоил девочку Македонский. — Ладно, пошли. Что тут стоять.

Но попасть в банк, оказалось не таким простым делом. Как только они подошли к двери, вход им преградил дюжий охранник, похожий на каменную статую с острова Пасхи.

— Детям нельзя, — металлическим голосом сообщил он.

— Мы по делу, — ничуть не смутившись, ответил Андрей. — Нам кредит нужен.

— На мороженное? Или игрушки? А, может, на кино не хватает? На что только у нас не просят.

— Нам для школы деньги нужны. На ремонт.

— Тогда пусть директор приходит. Здесь люди делом занимаются, а не в игрушки играют, — многозначительно заключил он.

Выбор у просителей был не богат. Вернуться в школу с пустыми руками или попытаться взять банк штурмом.

— Как же подвинуть этот «шкаф» в сторону? — с раздражением проговорил Ваня. — Может, как-нибудь упросить его пропустить нас внутрь?

— Думаю, в его программе такой функции нет, — уныло заметил Андрей.

— Значит шансов у нас ноль? — с досадой махнул рукой Лешка.

Внезапно раздался оглушительный вой — сработала сигнализация. Вероятно, Байбак задел одну из стоявших рядом машин.

Ожившая статуя ринулась к голосившему на всю улицу джипу, а ребята — в свободные двери банка.

Ураганом, пронесшись по первому этажу, они взлетели вверх по лестнице. По пути просители перевернули ведро с водой, так что бросившийся в погоню охранник, поскользнувшись, растянулся во весь рост прямо посреди грязной лужи. Оказавшись в узком коридоре, мальчишки лихорадочно заскользили глазами по пластиковым табличкам.

— Вот она! — Лешка резко затормозил у двери с надписью «Приемная».

Проскользнув мимо растерявшейся секретарши, они влетели в просторный кабинет. За столом сидел квадратный человек с короткими мохнатыми ручками, торчащими из-под пиджака как пара варежек. Не только голова, но и растительность на его лице была сплошь в легкомысленных мелких завитушках.

— Вы дракон? — вежливо поинтересовалась Наташка.

Из ушей гражданина повалил густой пар.

Вслед за мальчишками в кабинет вбежала перепуганная секретарша.

— Гермес Петрович, я не виновата…

За ней появились два свирепого вида дяденьки, похожие друг на друга как братья близнецы, сгребли в кучу всю компанию и потащили к выходу. Атака захлебнулась, но друзья не собирались сдаваться. Андрей ухитрился пнуть тащившего его дядьку, Лешка цапнул за руку другого охранника, а Ваня без перерыва молотил свободной рукой, поскольку на другой у него камнем висела Татка. И все-таки перевес сил был явно на стороне противника.

Все изменилось в один миг. Хозяин кабинета махнул рукой — секретарша с «близнецами» тут же испарились.

— Забавные вы детишки, — произнес директор.

— Нам деньги нужны, — с места в карьер прогудел Лешка. — Тысяч сто.

— Всего-то? А что взамен?

Выпрыгнув из кресла, Гермес Петрович засеменил по кабинету и вдруг оказался под самым носом посетителей — директор банка был чуть выше Татки.

— Для начала банк должен проверить вашу кредитоспособность, — монотонно бубнил квадратный гражданин. — Наличие у вас движимого и недвижимого имущества.

Лица просителей заметно поскучнели.

— А причем тут наше имущество? — возмутился Ваня.

— Это страховка. А то получите кредит, и ищи потом ветра в поле, — голос Гермеса Петровича действовал на ребят, как удав на кроликов. — Вот тогда банк продаст ваш залог и вернет свои деньги.

— Выходит, деньги получают те, у кого они и так есть? — потрясенно произнес Байбаков.

— Наконец-то! А я уж думал, вы никогда не догадаетесь, — мерзко хихикнул коротышка. — Банк у одних собирает деньги, а другим дает. Но дает, разумеется, не просто так, а за плату, — он многозначительно поднял вверх указательный палец. — Мы благотворительностью не занимаемся.

Последняя фраза показалась Андрею странно знакомой.

— А, правда, что в Средние века ростовщиков запрещали хоронить по христианскому обряду? — ядовито поинтересовался он. — А в 1240 году из Англии изгнали всех банкиров?

Директор мелко затрясся, и вдруг повалился в кресло.

— Их вернули через десять лет, — дрыгая короткими ножками, объявил Гермес Петрович. — Папе Римскому срочно понадобились деньги. В долг.

— У этого субъекта явно не все дома, — пронеслось в голове у Андрея.

— А много у вас денег? — облизнулся Байбак. — Вон, сколько охраны!

— К сожалению, гораздо меньше, чем когда-то в Тауэре, — лицо коротышки приняло грустное выражение.

— Тауэр? Резиденция английских королей? — неуверенно проговорил Македонский. — Башня-крепость.

— И первый в мире банк, — радостно захлопал в ладоши директор. — В 1694 году лондонские ювелиры, уставшие от нападений грабителей, получив дозволение королевского двора, стали хранить там ценности.

— Значит, у вас хранится золото? — продолжал допытываться Лешка.

— Ага, — снова поддакнула Татка. — В бочках.

Коротышка в умилении сложил на животе руки-варежки.

— В бочках хорошо огурцы солить или капусту. А деньги так не хранят уже лет 500!

— Значит мы ничего не получим? — глаза Татки наполнились слезами.

Гермес Петрович что-то промычал в телефонную трубку, и через минуту в кабинет вплыла секретарша с большой коробкой конфет.

— Спасибо, — обхватив коробку двумя руками, пискнула сразу повеселевшая Наташка.

— А охрана у вас так себе, — выходя за дверь, заметил Ваня. — Не Тауэр.

— И все-таки я советую вам воздержаться от очередного штурма.

Оглянувшись у двери, Андрей с удивлением заметил, как директор банка, как старому знакомому подмигнул ему на прощание.

Глава 6, где кот в мешке оказывается картой сокровищ

— Тебе помочь? Добытчица ты наша? — заботливо поинтересовался Лешка, глядя, как сестра по дороге в школу попыталась пристроить коробку сначала под мышку, а потом и вовсе на голову.

Испуганно замотав головой, Татка как маньячка вцепилась в свой трофей.

— Оставь ты ее в покое, — раздраженно одернул Байбака Ваня. — Пусть хоть на ее улице будет праздник.

Что и говорить, настроение у просителей было ниже среднего. Теперь Андрей и сам понимал: глупо было являться в банк с подобной просьбой. Хотя, если бы Татка не обозвала директора драконом, может этот Гермес и дал бы им денег. «А все наша мисс Всезнайка. В библиотеку ей, видишь ли, приспичило», — неожиданно зло подумал он.

Бодрова встретила их на ступеньках школы. У нее было такое несчастное, виноватое лицо, что Андрей решил отложить на потом выяснение отношений.

— Не дали? — спросила Настя, едва они оказались в каморке старика.

— Денег — нет, конфет дали.

Лешка забрал из рук Татки коробку, снял крышку. Коробка была пуста почти наполовину.

— А с виду приличный человек, — усмехнулся Ваня.

— Он, может, и приличный, — Байбак подозрительно посмотрел на сестру. — Твоя работа?

— Я только попробовала, — Татка закрылась черными от шоколада ладошками. — Вдруг испорченные.

— Ну, и как? Боли в животе уже чувствуешь?

Ойкнув, Наташка схватилась за живот и выскочила в коридор.

— Она же маленькая! — Укоризненно заметила Настя.

— Маленькая да удаленькая. Почти все конфеты одна слопала. И когда только успела?

Лешка поставил на стол открытую коробку.

— А я тут кое-что нашла, — расставляя чашки, смущенно произнесла Бодрова.

— Рассказывай, — снисходительно кивнул Андрей.

Чай с конфетами быстро вернул ему благостное расположение духа.

— Представляете, один из Ремезовых был известным составителем карт!

— Думаешь, в подвале была именно карта? — оживился Ваня.

Даже не взглянув в его сторону, Настя, раскрыла заложенную календариком страницу и, вероятно, для большей убедительности ткнула в нее пальцем.

На развороте была картинка очень похожая на ту, что Андрей видел на старой гравюре.

— Вот смотрите. Первые карты русские стали составлять еще в ХУ1 веке. Тогда же началось освоение Сибири. Из путешествий землепроходцы привозили подробные «росписи» — рисунки-планы. Самые полные карты древней Сибири составил в ХУ11 веке живший в Тобольске русский ученый Семен Ремезов. Он не только указывал места обитания зверей, но и отмечал наличие полезных ископаемых. Помните, Андрей сказал, что на рисунке были цифры? Так Ремезов указывал пройденные версты.

Ребята переглянулись. Эта и без того запутанная история становилась все более таинственной.

— Давайте прикинем, что нам удалось выяснить, — Ваня положил в рот обсыпанную орехами конфету. — Итак. Бывшей буфетчице и новому лаборанту, зачем-то понадобились старые подвалы, — он сделал большой глоток, обжегся и поставил чашку на место. — Чтобы прорыть туннель, они наняли глупого как пробку, но зато с руками, откуда надо, Пана. По словам Андрея, единственная вещь, заслуживавшая внимание в этом подвале — старая картинка на стене. И что это нам дает? — Положив в рот еще одну конфету, Ваня с наслаждением закрыл глаза. — Вкусно. А я начинаю понимать Татку.

— Получим гравюру, поймем, зачем этим троим старые подвалы, — решительно заявил Андрей.

— А вдруг мы не там копаем? Идем по ложному следу? — скептически произнесла Настя. — Пока эта гравюра — кот в мешке.

— Если мы побольше узнаем о ней, может, удастся раскопать, кому она принадлежала или где ее сделали. В любом случае пока это единственная зацепка, — упрямо проговорил Андрей.

— И как ты собираешься ее получить?

Андрей с Лешкой посмотрели друг на друга:

— Пан! — в один голос выдохнули они.

Мишку ребята нашли в столовой. Он чинил старый сломанный стул.

— Привет, Михаил! — поздоровался Андрей, на ходу обдумывая следующий ход.

Даже не взглянув в сторону вошедшего, Пан продолжал методично вгонять в дерево гвозди.

— Я тут решил антиквариатом заняться.

Ни малейшего интереса в глазах.

— Собираю разные старинные вещи. Может, у тебя есть что-нибудь?

Мишка задумался. Неужели клюнул? Затем протянул только что отремонтированный стул.

— Нет. Я собираю не старые, а старинные вещи. Те, которые были сделаны много лет назад. Понимаешь разницу? Картины, например. Висят они где-нибудь на стене никому не нужные, а мне для коллекции пригодятся.

На лице Пана отразилась столь сложная работа мысли, что Андрей не на шутку испугался за его бедные мозги. Дальнейший разговор становился бессмысленным. Андрей решил перейти к делу.

— Короче, мне нужна медная дощечка из вашего подвала.

Мишка замотал головой.

— А если Молекула узнает про твои опыты? Не видать тебе тогда лаборантской как своих ушей.

Плечи Пана поникли под тяжестью содеянного.

— Ну, так как?

Мишка громко засопел, прикидывая, насколько выгодным может быть это предложение.

— Ладно, — наконец, согласился он.

Его не было целую вечность. Андрей уже окончательно потерял терпение, когда из-за стойки буфета, держа под мышкой ту самую гравюру, появился Пан.

— Я слышал, этот ква… ква… Фу, ты! Сами знаете что, бешеных денег стоит. С тебя тысяча.

— Сколько? — поперхнулся Андрей. Но, тут же согласился. — С этого места ни ногой.

Как торпеда он вылетел из школы, домчался до дома и, не дожидаясь лифта, взлетел на пятый этаж.

— Что случилось? Пожар? — открывая дверь, спросила мама.

— Хуже, — буркнул Андрей, вбегая в свою комнату.

Накануне он мастерил корабль из пустых пластиковых бутылок и деревянных дощечек. Сейчас это творение его рук величественно проплывало по подоконнику, а на полу валялись щепки и остатки пластика. Уборка этого мусора заняла бы как минимум час. Поэтому, встав на четвереньки, Андрей просто расчистил себе дорожку к книжному шкафу. Он поступал так всегда, когда ему не хотелось убирать свою комнату. Эту полоску мама называла зеленым коридором. Схватив с верхней полки большого рыжего льва, Андрей рывком расстегнул молнию у того на спине, высыпал на ковер смятые купюры и, пересчитав, засунул в карман куртки. Времени было в обрез. Ребята, усиленные подоспевшей к этому времени Таткой, остались караулить Пана, но в случае появления арендаторши с лаборантом, перевес сил будет на стороне противника. Последнее обстоятельство заставило Андрея нестись с такой скоростью, что он чуть не задохнулся от недостатка воздуха. Лишь распахнув дверь столовой, Андрей облегченно перевел дух — Мишка по-прежнему был на своем месте. Убедившись в платежеспособности клиента, Пан отдал товар покупателю. Андрей чуть не запрыгал от радости, но сдержался, напустив на себя равнодушный вид.

Спустя некоторое время, друзья материализовались в каморке старика. Перед этим Лешке с трудом удалось спровадить домой мухой кружившую вокруг них Татку. А еще через пару минут четыре головы склонились над старой гравюрой.

— Смотрите, на обратной стороне какая-то надпись, — Настя сощурила глаза, пытаясь разобрать написанное: «То, что внизу, подобно тому, что вверху. И то, что вверху, подобно тому, что внизу, для совершения чудес единого дела».

— Похоже, на карту сокровищ, — осторожно предположил Андрей.

Бодрова пожала плечами.

— Ты сама говорила: Ремезов отмечал места полезных ископаемых? Как насчет золота?

— Какой же дурак оставит карту сокровищ без присмотра? — с сомнением произнес Лешка.

— Ну, всякое бывает… — Неопределенно промычал Андрей.

— Надо сравнить изображение на гравюре с картами Сибири, — миролюбиво предложил Ваня. — Выясним, что это за место, а там и с сокровищами разберемся.

Других предложений не последовало. Поэтому, прихватив гравюру, они отправились в кабинет географии. На их счастье, тот оказался открыт. В классе никого не было. Только скелет Кеша радостно поднял вверх правую руку. Какой-то шутник закрепил его кости шнурком от ботинка, и теперь Кеша приветствовал всех входящих. Сложенные трубочками географические карты, хранились в шкафу по соседству.

— Мы тут кое-что посмотрим, не возражаешь, костлявый? — Лешка хлопнул скелета по черепушке.

Кешины кости заходили ходуном. Он покачнулся и рухнул прямо на Настю.

— Ты что ненормальный? — взвизгнула Бодрова. — Хочешь сломать наглядное пособие?

— Это не пособие, это подсказка, — ставя Кешу на место, заметил Андрей. — Пираты всегда оставляли рядом с зарытым кладом тела своих убитых товарищей.

— А зачем оставляли? — явно не оценив шутку, поинтересовался Байбак.

— Чтобы такие тугодумы как ты там не шастали, — захлебываясь от смеха, ответил Ваня.

Байбаков вспыхнул, но промолчал.

— Будем веселиться или все-таки посмотрим карты? — в этот момент Настя удивительно напоминала учителя биологии Галю-Валю.

Виновато пожав плечами, Ваня принялся выгружать из шкафа его содержимое. Вскоре, на столе выросла целая гора всевозможных карт. Чтобы ускорить дело, ребята решили распределить обязанности.

Андрей с Настей приступили к отбору нужных карт. Ваня взялся переносить рисунок с гравюры на бумагу, чтоб было удобнее сравнивать изображение. А Лешку определили в караул. Правда, часовой из Байбака получился неважный. Он то и дело открывал дверь, спрашивая:

— Долго еще?

— Да погоди ты, — в конце концов, рассердился Ваня. — Итак, ничего не получается, еще ты предстаешь с глупыми вопросами.

К тому времени они перебрали почти все имеющиеся в кабинете карты, но ничего похожего так и не нашли. Лешка обиженно захлопнул дверь и тут же зашелся в громком кашле. Однако заметать следы было поздно. Появление директора спутало все карты.

— Это что? Заседание географического общества? — удивился Данила Иннокентьевич.

Выглянувший из-за его спины Байбак беспомощно развел руками.

— Мы хотели сравнить современные карты с картами Ремезова, — сообщила Настя.

Мальчишки закатили глаза.

— Вас интересует Семен Ремезов? — оживился директор. — Удивительный был человек. Чуть не всю Сибирь исходил. А чтобы его карты легче читались, расписывал их разными красками. Озера, реки и моря — синим. Тайгу — зеленым. Возвышенности — желтым. Населенные пункты — красным. Дороги — пунктирами красного и черного цветов.

Вероятно, в этот момент у начинающих кладоискателей был чрезвычайно глупый вид. Потому что по-мальчишески курносый нос директора вдруг взлетел вверх:

— Вы что, ищите сокровище? — повисла неловкая пауза. — Что ж, каждый уважающий себя школьник должен хоть раз в жизни попытаться найти клад. Сказочную золотую страну искали испанец Грихальва, открывший Мексику, Пизарро, пришедший в Перу, Кортес…Во всяком случае, теперь я уверен: интерес к географии у вас подлинный. Так что желаю удачи.

Не успел Данила Иннокентьевич выйти из класса, мальчишки в один голос накинулись на Настю.

— Ты чуть не сорвала нам всю операцию!

— Наоборот. Я спасла вашу операцию. Потому что всегда надо говорить правду.

— Я знаю это место! — вдруг заорал Лешка.

Все это время он не сводил глаз с Ваниного рисунка.

— Вот озеро, речка, а это — Медвежья гора рядом с прииском. Знаете, почему наши горы называют алтайскими? «Алтан» по-монгольски значит золото.

Андрей с сомнением посмотрел на Байбакова. Зная его прилежание и любовь к знаниям, он сильно сомневался в правдивости Лешкиных слов. Но Байбак, охваченный радостным порывом, не заметил его скептицизма.

— В таком случае сокровище надо искать здесь, — Андрей ткнул пальцем в середину горы.

— Это еще почему? — подозрительно поинтересовалась Бодрова.

— Даже Татке известно: место, где зарыт клад, всегда помечают крестиком.

— Нет здесь никакого крестика, — сердито ответила Настя.

— Нет, есть. Вот здесь.

И Андрей поставил на листе крестик как раз в том месте, где у гравюры была вмятина.

— А далеко ваш поселок? — спросил Ваня.

— Сначала на поезде, а потом по лесу на лыжах.

— Понятно, у черта на куличках.

— У черта, это за Медвежей, — обиженно поправил Лешка. — А к нам раньше даже автобус ходил.

— Все равно эта карта никуда не годится, — настаивала Настя. — Слишком неточна, приблизительна, да и вообще, за триста лет все могло измениться.

— Попытка не пытка, — упрямо поджал губы Лешка.

— Скоро каникулы. Родителям скажем, идем с классом в поход, — согласился Андрей.

Бодрова демонстративно вперила взор в потолок, всем своим видом давая понять, что не собирается слушать подобную чушь.

— У меня в эти выходные соревнования, — замялся Македонский.

— Ждать мы не можем. Мало ли что, — многозначительно добавил Андрей. — Мисс Рассудительность не в счет. Так что в экспедицию отправляемся мы с Лешкой.

— Ага, — поддакнул Байбак, которому удалось-таки реабилитировать себя в глазах товарищей.

Глава 7, в которой все не так и даже хуже

Рано утром следующего дня экспедиция, состоящая из двух человек, вышла на поиски сокровищ. Перед этим Андрей сообщил родителям, что на весенние каникулы назначен лыжный поход.

— Надолго? — поинтересовался отец.

И, получив ответ «на три дня», удовлетворенно кивнул. Но усыпить мамину бдительность было не так просто:

— Что это за поход на три дня? Зимой. В холод.

— Во-первых, не зимой, — неожиданно пришел на помощь отец, — март за окном.

— А во-вторых, — подхватил Андрей, — не веришь, спроси у Лешки. Он подтвердит.

— Он подтвердит, что угодно. Даже то, что вы отправляетесь на луну. Лучше я позвоню Насте.

Андрей похолодел. Для него и Байбака соврать было, раз плюнуть, но Бодрова могла выдать их с головой.

Все время, пока мама набирала номер, он напряженно вслушивался в тарахтенье телефонного аппарата.

— Пожалуйста, соври. Что тебе стоит? — молитвенно сложив на груди руки, просил про себя Андрей.

Если обман вскроется, ему несдобровать. Не говоря уже о том, что с планом посетить Золотой поселок можно будет распрощаться. По крайне мере на ближайшие сто лет.

— Значит на три дня? — мама положила трубку. — А ночевать вы, где будете? А питаться как?

Обрушился на Андрея очередной шквал вопросов. К счастью, во время подгоревший ужин, избавил его от вынужденного вранья.

И вот, закутанный с головы до ног, Андрей появился на вокзале. Кроме лыж у него за плечами болтался огромный рюкзак, укомплектованный термосом с горячим чаем, бутербродами с колбасой, консервами, сменной одеждой и парой шерстяных носков. Наверх были сложены йод, зеленка и бинт, на тот случай, если кто-нибудь поранится. В карман мама положила зажигалку, решив, что последняя, будет гораздо удобнее спичек. Андрей боялся обычных в таких случаях насмешек, но Лешка дипломатично промолчал.

Байбак был в спортивном костюме, поверх которого сидела поношенная лыжная куртка. В руках он сжимал пару стареньких лыж. Рядом с Лешкой стояли отправившиеся их провожать Настя с Таткой. Перед отъездом Лешка строго-настрого наказал сестре не болтать языком. В ответ Наташка клятвенно обещала, что будет молчать как рыба.

— У вас верхние полки. Плацкарт, — Бодрова протянула два розовых билета. — Из-за этого мне пришлось соврать твоей маме. Просто не знаю, как теперь буду смотреть ей в глаза.

— Не делай из мухи слона, — успокоил Андрей. — Я постоянно вешаю ей лапшу на уши. И ничего.

По радио объявили посадку.

Мальчишки влезли в вагон и прилипли к окну. Настя с Таткой изо всех сил замахали руками. Состав изогнулся, словно приготовившийся к прыжку зверек, несколько раз фыркнул и понесся вперед. Когда городские дома за окном кончились, Андрей забрался на свое место и исподволь осмотрел пассажиров. Большинство из них уже мирно дремали на своих полках — ничего подозрительного. Он отвернулся к стенке и закрыл глаза.

До нужной станции они доехали без приключений. Собственно там и станции никакой не было. Поезд просто остановился посреди тайги. Выгрузившись из вагона, кладоискатели надели лыжи и двинулись по направлению к лесу.

С первых же шагов Лешка взял такой быстрый темп, что Андрей еле поспевал за ним. И это несмотря на то, что Байбак шел первым, прокладывая лыжню. Через час Андрей стал отставать, а еще через полчаса окончательно выбился из сил.

— И черт меня понес в эту экспедицию, — зло думал он, глядя, как Лешка без устали работает конечностями, — Байбаку-то что? Он таежник, абориген, а тут впору ложись и помирай.

Чем глубже они пробирались в тайгу, тем тише становилось вокруг. Даже птицы куда-то подевались. Андрей опасливо покосился на разбитое грозой одиноко стоявшее дерево. Оно было похоже на выставленный вперед жезл регулировщика. Словно предупреждающий знак на дороге.

— А звери тут водятся? — как можно беззаботнее прокричал он.

— А как же! — весело отозвался Байбак. — Мы же идем охотничьей тропой.

Дрогнувшая еловая лапа засыпала Андрея хлопьями снега. Он поднял голову. Маленькая проворная белка, не мигая, смотрела на него глазами бусинками. Похоже, она впервые видела человека и теперь не знала — убегать или нет.

— Охотится некому, вот и развелось зверья, — пояснил Лешка. — Видишь впереди две сопки? Это и есть ворота в «золотые горы».

По мере приближения к цели их путешествия сердце Андрея начало учащенно биться. Сколько раз, засыпая, он видел дома, дороги и даже деревья из чистого золота, которые мыльной тряпкой старательно начищал Лешкин папа. И теперь…

Солнце не садилось. Во всяком случае, Андрей этого не заметил. Просто внезапно весь лес озарился ярко-розовым светом. Небо, снег под ногами, даже сердитые древние сосны. Лешка на полном ходу повернул к нему раскрасневшееся лицо, задорно подмигнул:

— Видал?

Ноги Андрея сделались удивительно легкими. Он стремительно летел по лыжне, озаряемой алыми парусами заката. Все ближе и ближе к чудесному сну, ожившей давней мечте.

Неожиданно лес оборвался, и перед Андреем, словно из бездны, выросла огромная черная гора, похожая на спящего медведя. Даже снег не ложился на нее, кружась вокруг в каком-то дьявольском вихре.

— А почему вашу гору назвали Медвежьей? — почти прокричал он.

Байбак резко остановился, так что Андрей чуть не врезался в него сзади. Лицо Лешки сделалось удивительно серьезным.

— Говорят, один пастух нашел в этих местах золотой самородок. Обрадовался и решил продать, чтобы купить хлеба и соли. Но в тот год выдался неурожай, и никто не хотел покупать золото. Долго он бродил по тайге, а потом забрался на самую высокую гору и так заревел от голода, что превратился в огромного медведя. Увидев в ручье свое отражение, пастух бросился в водопад. В ту же минуту гора раскололась надвое, а, когда две половинки сошлись, на том месте появился окаменевший медведь. С тех пор ходит он здесь, свое золото охраняет.

— Веселенькая история, — сдавленно отозвался Андрей.

Лешка не ответил, сосредоточенно вглядываясь вдаль.

— Видишь снежное облако на вершине горы? — нахмурился он. — Завтра метель будет.

Они подъехали к тому месту, где начинался спуск. Зрелище, открывшееся глазам Андрея, было ужасно. Поселок насчитывал не больше десяти корявых домов. Один хуже другого. Ветер выл здесь с такой силой, будто поселком завладели злые духи. От злости и досады на себя, он еле сдерживал слезы. Прямо перед ним лежала грязная ободранная его мечта.

Глава 8, про клок шерсти и язык без костей

Однако в этот момент ни один Андрей испытывал горькое разочарование.

— Выходит, все это время карта висела здесь? У нас под носом? — голос лаборанта дрожал от едва сдерживаемого бешенства. — Я мечтал о ней с тех пор, как услышал эту историю от деда. Все думали, старый скряга сошел сума, но я-то знал — старик не врет. Я добыл чертежи прежнего банка, я прислал телеграмму о больной бабушке этой помешанной на колбах лаборантке. Я нашел вас… И что?

— Где картинка? — взвизгнула Марья Васильевна, угрожающе наступая на Мишку.

— Я- я ее п-продал к-коллекционерам, — запинаясь, ответил тот.

— Каким коллекционерам? И как они… — лаборант задохнулся от бешенства. — Кто здесь был? Я вас спрашиваю?

— Да никого не было, — заскулила бывшая буфетчица. — Собака забегала. Делов-то.

Лицо Прощелыгина позеленело от избытка желчи.

— Идиоты! Вы что не понимаете, что собака не могла сама попасть в подвал? Тем более выбраться наверх.

Пан с арендаторшей вцепились друг в друга глазами, соображая как бы половчее свалить вину на подельника.

— Это она велела ничего не говорить! — Мишка ткнул пальцем в Марью Васильевну.

— А кто решил пустить нас по миру? Бизнесмен недоделанный! — сжавшись до размера болонки, огрызнулась та.

— Хватит! — рявкнул лаборант. — Эти мерзавцы что-то разнюхали и опередили нас! Где теперь их искать?

— Надо у Татки спросить. Она за братом, как нитка за иголкой, — обрадовано сообщил Пан.

— Так ищите ее! Живо!

Выбравшись из подвала, троица направилась на поиски Наташки. Но искать никого не пришлось. Татка сама шла к ним в руки, размахивая завернутой в целлофан мясной косточкой. Полчаса назад она вытащила ее из кастрюли с бульоном, решив отнести на обед Бакалавру.

— На ловца и зверь, — щелкнул зубами лаборант. И повернувшись к Мишке, добавил. — Вот тебе деньги. Слетай за мороженным. Дети любят сладкое.

И, придав своему лицу самое доброе выражение, на которое был только способен, Прощелыгин направился к девочке.

— Ты не знаешь, где твой брат?

— А зачем он вам? — уклончиво ответила осторожная Татка.

— Мороженное хочешь? — вместо ответа поинтересовался лаборант.

— От мороженного горло болит, и ангина бывает, — неподкупно отчеканила Наташка, кося в сторону подходящего к ним Мишки.

На лице Прощелыгина отразилась гримаса недовольства.

— Видишь эти деньги? — он достал из кармана пятьдесят рублей. — Это потерял твой замечательный братец. И я, как честный человек, хочу их вернуть.

— Деньги можете отдать мне. Леше они не нужны. Он в Золотой поселок за кладом уехал.

Да, Татка была не из тех, кто привык держать язык за зубами.

Услышав про Золотой поселок, подошедший Пан, засунул себе в рот сразу половину шоколадного брикета.

— Дай девочке мороженное, — с ударением на каждом слове произнес лаборант.

Наташка во все глаза уставилась на Мишку. Вытерев рот тыльной стороной ладони, тот протянул ей оставшуюся часть.

— Откусанное мне не надо, — гордо заявила Татка.

Пожав плечами, Пан засунул в рот вторую половину.

— А правда, что из хороших мальчиков получаются бизнесмены, а из плохих бандиты? — глядя на него в упор, неожиданно поинтересовалась девочка.

— Наверное, — растерялся Мишка.

— А из прожорливых мальчиков кто получается?

— Не знаю.

— А я знаю. Людоеды! Давайте деньги, которые Леша потерял!

— Какие деньги? Ты что-то путаешь девочка, — сладенько улыбнулась арендаторша.

— Обманщики! — Татка вскинула голову, обиженно прошествовав в двери школы.

— Черт возьми, — зло выругался Прощелыгин. — Знать бы еще, где находится этот поселок!

— Так это не далеко, — обрадовано сообщил Мишка. — Я покажу!

— С паршивой овцы хоть шерсти клок, — недобро усмехнулся лаборант. — Что ж, во имя будущих заслуг, я готов простить твои прошлые фокусы.

Глава 9, в ней путешественники становятся пленниками

— Надо торопиться, — озабоченно проговорил Байбак. — Стемнеет, будем всю ночь петлять между двух сосен. Лично я не хочу стать чьим-нибудь ужином.

Аргумент оказался весомым, поэтому Андрей до этого еле передвигавший ноги, прибавил ходу. Ночевать решили в старом Лешкином доме. Оставив лыжи у забора, Байбаков вытащил из-под крыльца здоровенный ключ и открыл дверь. За ней находилась просторная застекленная веранда, заканчивающаяся двумя небольшими комнатами. Несмотря на то, что в обеих дверях торчало по ключу, они были распахнуты настежь. Раньше одна из них служила спальней родителей, другая — кухней. Путь на второй этаж, где когда-то обитал Лешка с сестрой, преграждала свалка из старых вещей. Андрей сразу увидел лежащий на самом верху старый шаманский бубен.

— Неужели тот самый? — удивленно присвистнул он.

— Ага, — подтвердил Лешка. — После того случая в Детском саду отец хотел его выбросить, а потом сюда отвез.

Байбак бережно поднял и положил в рюкзак подарок шамана.

В распоряжении мальчиков был весь первый этаж, но они ограничились кухней — там была печь и большой табурет, который при желании вполне мог сойти за маленький столик. Обследовав кухню, Байбак обнаружил старую сковородку и немного дров. Последние были настоящим подарком замерзшим, измученным путешественникам. Открыв заслонку, Лешка побросал их в печь. Какое-то время Андрей ощущал лишь запах серы от чирканья спичек. Байбак изо всех сил орудовал кочергой, раздувал щеки и громко сопел — отсыревшие дрова никак не желали служить топливом. Андрей ничего такого не умел вовсе, поэтому просто сидел и смотрел, как вспыхнули и весело затрещали поленья. Лешка достал из рюкзака жестяную банку, выложил на сковородку ее содержимое и поставил на раскаленную печь. Вскоре по комнате распространился жуткий запах рыбьего жира.

— Кажется готово, — неуверенно сообщил Байбак, ставя сковородку на табурет.

— Что это за гадость? — поморщился Андрей.

— Я думал тушенка с рисом, а там сардины, — виновато оправдывался Байбаков, попутно облизывая кончик ложки. — Ничего. Есть можно.

— Лучше я сделаю себе харакири, — со стоном отозвался Андрей.

— Ну и делай свое харакири, а я и это съем, — обиженно заявил Лешка.

Однако делать харакири никому не пришлось. В рюкзаке Андрея оказалась целая сковородка котлет, батон докторской колбасы и термос с горячим чаем. Во избежание несчастного случая, котлеты решено было съесть холодными. Они положили их на хлеб и в два счета уничтожили весь запас. Правда, им приходилось по очереди отхлебывать чай прямо из крышки термоса (ни в одном из рюкзаков не нашлось кружки), но так было еще вкуснее.

Наевшись до отвала, путешественники притащили из соседней комнаты пару матрасов, устроив в углу нечто вроде лежанки. После продолжительной прогулки по свежему воздуху, щедро сдобренному запахом хвои, сытный ужин окончательно подорвал силы мальчиков. Догорающие дрова в печи, действовали усыпляюще. К тому же в комнате стало настолько жарко, что друзья смогли снять куртки, накрывшись ими как одеялами.

Экспедиция видела десятый сон, когда под окном послышалось глухое ворчание.

— Лешь? — сдавленным голосом позвал проснувшийся Андрей. — Что это?

— А я почем знаю, — сонно шевеля губами, ответил Байбак.

Минуты две все было тихо. Но вот яростное сопение раздалось прямо у них на крыльце.

— Мы же дверь не закрыли! — спохватился Лешка.

Андрей вскочил на ноги, но было поздно. Дверь распахнулась. В проеме показалась лохматая голова.

— Вот вы где! — по-собачьи отряхиваясь, улыбнулся Мишка. — Это хорошо, что печку растопить надумали. Иначе бы не нашел.

— Ты как здесь оказался? — протирая глаза, пробормотал Байбак.

Но тут из темноты возникли еще двое. Теперь мальчики разглядели всю компанию. Впереди, оттеснив Пана, в огромном пуховике шествовала бывшая буфетчица. За ней семенил Мишка. В конце бледной тенью колыхался Прощелыгин. Это была настоящая разбойничья шайка.

— Ну что проклятые детки? Чертовы всезнайки! — с порога заревела арендаторша.

— Спокойно. Мы все решим мирно, — остановил ее лаборант.

Марья Васильевна тут же закрыла рот. Было удивительно наблюдать, как этот Кощей управляется с такой тушей.

— Вы ввязались во взрослую игру, детишки, — отчетливо выделяя каждое слово, проговорил Прощелыгин. — Я хочу получить назад свою собственность. И не вздумайте пудрить мне мозги насчет лыжной прогулки.

— Чего замерли? Выворачивайте карманы. Живо! — пролаяла арендаторша.

Мальчики не двигались.

— Что ж, мы возьмем это и без вашего согласия. Эй вы, — лаборант кивнул подручным. — Подержите-ка этих двоих.

Пан встал за спиной у Лешки, а Марья Васильевна положила тяжелые, как два бревна, руки на плечи Андрею. Прощелыгин приступил к обыску. Вскоре на полу оказалось содержимое обоих рюкзаков.

— Пусто. Посмотрим в другом месте, — он запустил руку во внутренний карман куртки Андрея.

Андрей рванулся вперед, но арендаторша так тряхнула его своими лапищами, что в глазах потемнело.

— Что это у нас? — Прощелыгин развернул сложенный вчетверо лист бумаги. — Так, так… Умные детки. Решили сделать копию. Что ж, вы неплохо потрудились, избавив нас от множества ненужных хлопот.

— Не всякому дураку клад дается. На клад знахаря надо! — не удержался Лешка.

Тонкие губы лаборанта растворились в довольной усмешке.

— Все, чего я добился, я получил благодаря козням и обману. Коварству и интригам. И совесть меня совсем не мучает. Наоборот. Мне снятся сладкие сны про деньги. — Маска доброжелательности сползла с его лица. — К сожалению, вы слишком много знаете.

— Прикончим их прямо сейчас? — кровожадно прохрипела арендаторша.

Друзья побледнели.

— Возможно, они еще пригодятся. Заприте их до утра в соседней комнате.

Байбак поднял с пола куртку и рюкзак.

— Надо же на чем-то спать, — пояснил он.

Андрей последовал его примеру. Выходя из комнаты, он с сожалением посмотрел на недоеденный ужин.

— Иди, иди, — подтолкнул его в спину Пан.

Андрей сделал последнюю отчаянную попытку разбудить Мишкину совесть.

— Выходит, тебя купили?

— Ага, — простодушно подтвердил тот.

— Но ведь это противно, когда покупают!

— Зато выгодно, — отозвался Пан.

Глава 10, между молотом и наковальней

Ребята оказались в темноте. Подойдя к окну, Андрей достал мобильный — связь не работала. Еще бы! В такой глуши. За окном яростно выл ветер. Он зябко поежился — дров было слишком мало, чтобы протопить весь дом, а март в Сибири — месяц зимний. Донесшийся от двери шум, заставил его оглянуться. На секунду ему показалось, что это Мишка открывает запертую дверь. Но нет. Звук раздавался совсем рядом.

— Лешка, ты?

Послышалось невнятное бормотание.

— Кончай завывать. Без тебя тошно.

— Ну вот, — с досадой проговорил Байбак, — контакт с духами предков был прерван, даже не начавшись.

— А твои духи могут подкинуть нам горячие бутерброды и теплые одеяла?

— Вряд ли. Они глухи к мольбам двоечника и разгильдяя.

Андрей прыснул, Лешка ответил тем же и через минуту они уже хохотали как сумасшедшие. Сами собой рассеялись недавние страхи, и положение показалось не таким безнадежным.

Когда Андрей открыл глаза, за окном только начал белеть морозный ночной воздух. Мишка тряс его за плечо.

— Вставайте, конкуренты.

— Не терпится разбогатеть? — потягиваясь, спросил Байбак.

Пан молча указал на дверь.

На кухне арендаторша уплетала оставленные ими на утро бутерброды. При этом она шумно прихлебывала чай и громко чавкала.

— Чтоб ты подавилась! — пожелал про себя Андрей.

Но его слова остались не услышанными. Всосав в себя оставшийся на донышке чай, бывшая буфетчица бухнула на табурет пустую крышку от термоса, огласив дом жизнерадостной отрыжкой:

— Пора.

— Этих кормить будем? — Мишка ткнул пальцем в сторону пленников.

— Они на диете, — сообщила арендаторша и громко захохотала.

Вероятно, эта шутка показалась ей очень забавной. Схватив за шкирки обоих мальчиков, она выволокла их из дома.

К этому времени совсем рассвело. Андрей сделал глубокий вдох и тут же закрыл рот варежкой, захлебнувшись морозным воздухом.

Прямо перед домом стояло три новеньких снегохода.

— Откуда такое богатство? — Андрей повернул голову к Мишке.

— Одолжили на одной турбазе, — смутился тот.

— Украли, значит?

— Хватит болтать! — рявкнул Прощелыгин. — Ты (он ткнул пальцем в сторону Андрея) поедешь с ней. А ты (палец переместился в сторону Лешки) с этим.

Байбаку, который неизвестно зачем прихватил с собой еще и рюкзак, рядом с костлявым Мишкой ехать было сравнительно удобно. А вот грузная буфетчица совсем не оставила Андрею места на сиденье. Поэтому он все время боялся свалиться в сугроб на повороте.

У подножия горы машины начали подозрительно хрипеть и фыркать. Какое-то время они еще продолжали карабкаться вверх, натужно гудя, а потом встали и все тут.

— Дальше пойдем пешком, — сообщил лаборант. — Слезайте. И чтоб без фокусов.

Спрыгнув с сиденья, Андрей тут же по пояс провалился в снег. Выдернув его из сугроба, Марья Васильевна поставила мальчика рядом с собой. Тем временем лаборант развернул нарисованную Ваней карту.

Здесь у них поставлен крест. Значит нам туда, — он махнул рукой в сторону расщелины, ведущей на вершину горы.

Андрей попытался объяснить, что никакого крестика на гравюре не было, но это лишь укрепило уверенность этих троих.

— Туда просто так не подняться, — попробовал протестовать Байбак. — Можно угодить под снег или…

— Все равно, — злобно рявкнула арендаторша. — По мне, хоть к черту в пасть.

— Очень хорошо, — спокойно отозвался Прощелыгин, — Именно туда мы как раз и направляемся. Верно, Михаил?

Мишка хотел что-то сказать, но передумал и лишь громко засопел.

Это была одна из диких зубчатых гор с жуткими скалистыми склонами, почти лишенная растительности. У подножья, словно окаменевшие стражи, торчали причудливые скалистые островки. Кладоискатели двинулись вперед. Снег на склоне горы был не такой глубокий. Сильный ветер не давал ему как следует закрепиться. И все-таки идти было трудно.

Первым шел Пан, как экскаватор, работая руками и ногами. За ним, раскачиваясь из стороны в сторону, точно неваляшки, двигались пленники. После утюжила снег арендаторша. При этом она отпускала такие ругательства, что, если бы не шапка с капюшоном, да еще непрерывный вой ветра, уши Андрея непременно свернулись бы в трубочку. Замыкал шествие Прощелыгин.

Вскоре погода окончательно испортилась. Снег сделался мелким, колючим. Словно растревоженный пчелиный рой, огромный снежный шар, до этого мирно дремавший на вершине горы, обрушился на путешественников — слепил глаза, царапал лицо, забирался под капюшон. Наверху ветер усилился. Теперь он дул с такой силой, словно собирался сбросить вниз непрошенных гостей. Андрей изо всех сил старался удержаться на узкой, похожей на мостик, тропинке. Слева от него был глубокий овраг, редко засеянный гигантскими соснами, справа — обрыв.

— Столкнут они нас со скалы и концы в воду. Точнее в пропасть, — тяжело дыша, прохрипел Лешка.

Андрей думал о том же, поэтому не ответил.

— Все! — неожиданно закричал шедший впереди Пан. — Дальше идти некуда.

Они оказались на небольшом плато, середину которого мощной пенной лавиной рассекал водопад. Под толстым слоем льда потихоньку булькала вода.

Прощелыгин огляделся, потянул носом воздух. Словно зверь, почуявший запах добычи.

— Это должно быть где-то здесь. Ну-ка, посмотри… — приказал он Мишке.

Тот метнулся сначала в одну, потом в другую сторону. И тут Андрей услышал радостный вопль первооткрывателя. Лаборант с арендаторшей ломанулись к тому месту, где в такт вьюге пританцовывал Мишка. Андрей с трудом разглядел углубление, похожее на вход в пещеру. Из-за сильного снега его почти не было видно.

— Вот оно, — с трудом выдавил Прощелыгин. — Топай вперед.

— Я? Н-не п-по-й-ду! — заикаясь, проблеял Пан.

— Мама учила меня достигать цели своей головой и чужими руками. Так что шевелись! — угрожающе прорычал лаборант.

Мишка не двигался с места, продолжая трястись как старый автомобиль. Тогда буфетчица, высунув из пуховика ногу, дала ему такого пинка под зад, что Мишка взмыл в воздух, плюхнулся в снег и на четвереньках двинулся к пещере. С минуту все было тихо.

— Куда он пропал? — озадаченно пробасила Марья Васильевна.

Внезапно раздался страшный вопль многократно усиленный звуками эха и из пещеры вверх тормашками вылетел Пан. Следом за ним, страшно рыча, появилась огромная, бурая медведица. В ярости, колотя лапами о землю, она вздымала вокруг себя целые вихри снега. Бандитская шайка бросилась врассыпную. Последнее, что слышал Андрей, был душераздирающий крик Мишки:

— Прыгайте! Прыгайте вниз!

Глава 11, по ту сторону водопада

Первым пришел в себя Лешка.

— Похоже, пора рвать когти. Если эта зверюга не позавтракает ими, непременно примется за нас.

С этим утверждением трудно было не согласиться. Поэтому Андрей попытался унять дрожь в коленях и трезво оценить ситуацию. Впереди дорогу им преграждал водопад, справа — обрыв, сзади того и гляди, могла появиться разъяренная хозяйка пещеры.

— Может, отсюда есть еще один выход? — неуверенно предположил он.

— Хорошо бы. Иначе нам каюк, — отозвался Байбак.

Сняв варежки, Лешка достал из кармана коробок спичек и осторожно двинулся к тому месту, откуда вылетел Мишка. У самого входа он зажег одну из них и вытянул вперед руку. Слабый огонек заплясал по стенам пещеры в диком шаманском вихре.

— Так мы ничего не увидим, — нервно заметил Андрей. — Слишком мало света.

Тогда Байбаков взял несколько спичек и поджег всю охапку. Внезапно из темноты выплыла небольшая трещина, которая при ближайшем рассмотрении оказалась узким проходом. Протиснуться в него можно было только боком, и то, если очень постараться. Рядом на смятой лежанке сонно попискивала пара медвежат. Теперь понятно, почему так рассердилась их мамаша.

Что заставило этого зверя, проворного как рысь, выбрать это убежище — неизвестно. Может, желание быть подальше от охотников, а, может, в пещере бил горячий источник, согревая холодный камень, а, может, Байбаков прав и медведица являлась хранительницей этих мест. Так или иначе, но единственный путь к спасению вел через эту берлогу.

Снизу донесся победный медвежий рев.

— К-кажется, кого-то уже с-съели, — прошептал Андрей, зубы которого выбивали дробь не хуже Лешкиного бубна.

Не сговариваясь, мальчики бросились к узкому проходу. В суматохе Андрей налетел на одного из медвежат, за что тут же получил удар лапой. Вывалившийся из штанины синтепон повис клочьями.

— Если у малышей такие нежности, представляю, что сделает с нами мамаша, — пробормотал Андрей, опасливо косясь в сторону пищавших комочков.

Между тем, сердитое фырканье, доносящееся снаружи, становилось все ближе. Изогнувшись, Байбаков протиснулся внутрь расщелины.

— Теперь ты, — втаскивая за собой рюкзак, проговорил он. — Скорее, я посвечу.

Андрей был крупнее, да и одежды на нем было не в пример больше, поэтому он пролез только на половину и застрял. Ухватив друга за рукав, Лешка попытался протащить его дальше.

— Надо было куртку снять, — задыхаясь, пыхтел он.

И тут пещера наполнилась резким звериным запахом. От страха Андрей выдохнул весь имеющийся у него в животе воздух, а Лешка, что есть силы, рванул его за рукав. Мальчики повалились на землю.

— Бежим! — не хуже медведицы заревел Байбак.

Первые десять минут они просто неслись вперед, не разбирая дороги, — лишь бы подальше убраться от медвежьего семейства. Удивительно, как в такой темноте мальчишки не провалились в какую-нибудь яму и не свернули себе шеи. Наконец, совершенно обессилившие друзья рухнули на землю. Бешеный стук собственного сердца заглушал в голове Андрея все другие звуки. Поэтому он никак не мог понять: гонится за ними кто-нибудь или нет. Через какое-то время они смогли отдышаться и прислушаться. Вокруг было темно и тихо как в могиле.

— Что теперь? — голос Лешки прозвучал как из преисподней. — Спички есть? Свои я, кажется, потерял.

Андрей стал лихорадочно ощупывать карманы. Порядок! Зажигалка была на своем месте. Раздался характерный щелчок, и маленький огонек осветил черную пустоту, в которой они оказались. Это был большой круглый зал, из которого в разные стороны выходило несколько туннелей. Впереди, вытянувшись во весь рост, лежал Байбак.

— Хорошо бы определить, где мы сейчас находимся, — пытаясь унять дрожь в голосе, произнес Андрей.

— Где-то внутри горы, — поднимаясь, отозвался Лешка. — Мы бежали все время вниз.

Действительно, все это время они неслись с такой скоростью, только потому, что галерея шла под уклон. Теперь же мальчики не знали ни куда идти, ни что делать дальше. Однако и оставаться на месте не было никакого смысла. Признаться, в душе Андрей умирал от ужаса и был готов расплакаться навзрыд, как девчонка, но он скорее согласился бы умереть, чем показать Лешке свой страх. Они пошли наугад. Это была громадная пещера с множеством туннелей и переходов. Временами экспедиция скользила в какой-то жуткой пустоте. А иногда то, что можно было назвать потолком, нависало прямо над их головами. Тогда они двигались и вовсе на четвереньках. Экономя бензин в зажигалке, Андрей до рези в глазах вглядывался в темноту вокруг. Иногда ему казалось, что там кто-то или что-то есть. «Обычно в таких местах водятся гномы, драконы, ну, еще разбойники и дикие звери, — стараясь унять дрожь в коленях, рассуждал про себя он. — Для дракона тут явно тесновато. Ну, а с гномами мы как-нибудь договоримся». И тут кто-то крепко схватил его за капюшон куртки. На секунду Андрей замер, а потом так рванул вперед, что налетел прямо на Лешку.

— Ты чего? — закричал перепуганный Байбак.

— Свет, зажги свет! — не своим голосом орал Андрей, совершенно забыв о том, что зажигалка была у него в кармане.

Наконец, слабый огонек осветил пространство вокруг — на каменном выступе болтались клочья его капюшона.

— Сначала штаны, потом это, если так пойдет дальше, я выберусь отсюда раздетым, — сконфуженно проговорил он.

В этот раз они довольно долго пробирались по какому-то узкому туннелю, пока пространство вокруг не расширилось настолько, что руки и голова смогли двигаться свободно.

— Куда это нас занесло? — подал голос Лешка.

Андрей чиркнул колесиком зажигалки. В слабом мерцающем свете возникли огромные окаменевшие струи воды, падающие прямо из бездны. На минуту ему показалось, что он слышит шум водопада. Странно, до этого он был уверен, что миражи встречаются только в пустынях.

— Помнишь, надпись на обратной стороне гравюры? — прошептал Лешка.

— То, что внизу, подобно тому, что вверху. И то, что вверху, подобно тому, что внизу, для совершения чудес единого дела, — Андрей едва шевелил губами. — Трижды Величайший.

— Ты что, спятил? — Лешка опасливо потрогал лоб Андрея.

— Да погоди, ты! — отмахнулся тот. — Помнишь, я рассказывал, как Надежда Федоровна говорила Мишке про изумрудные таблички Гермеса? Ну, она еще не могла вспомнить, что там было про верх и низ? Похоже, это то самое…

Под одной из колонн, в том месте, где вода застыла, в метре от земли, был небольшой проход. Пригнувшись, ребята очутились по другую сторону каменной завесы. Здесь было гораздо светлее. Андрей спрятал зажигалку в карман. Огонь мог еще пригодиться.

Гигантские, не меньше метра шириной, ступени спускались в небольшой, тускло освещенный зал, прямо посередине которого стоял здоровенный, скалящийся череп. Он покоился на массивном, сильно выдающемся вперед подбородке. В открытом рту торчало два корявых зуба, а пустые глазницы притягивали как магниты. У Андрея перехватило дыхание.

— Как насчет ловушек для любопытных? — нога Андрея замерла на полпути вниз.

— Ты о чем? — озираясь по сторонам, спросил Лешка.

— Сдвигающиеся стены, проваливающийся под ногами пол, а в конце все обязательно рушится или заливается водой. — Андрей поставил опущенную ногу на место.

— Если б гора не хотела нас впускать, мы бы давно переваривались в медвежьем брюхе. Или в темноте свалились в пропасть, или какая-нибудь глыба из этого водопада башку нам расплющила. Бух и все, — убежденно ответил Байбак.

— Звучит оптимистично. Тогда на счет три.

Слетев с лестницы, Андрей чуть не угодил в приветливо разинутую пасть стража пещеры. Им оказался огромный сталагмит. За сотни миллионов лет обычные капли минерализованной воды, падающей сверху, испаряясь, оставляли на дне пещеры тонкие кольца кальцита. Кто бы мог подумать, что они примут столь причудливый вид.

— Точь-в-точь наш скелет Кеша, — засмеялся Лешка.

Андрей промолчал. Теперь было самое время осмотреться.

Они очутились на дне глубокого, похожего на пирамиду колодца. Небольшое круглое отверстие на самом верху, образовавшееся от выпадения нескольких камней, походило на лампочку. Впрочем, оно было настолько мало, что проходящего через него света едва хватало, чтобы различить смутные очертания, находящихся вокруг предметов. Теперь Андрей заметил, что в зале были и другие фигурки, росшие сверху и снизу навстречу друг другу. Эти гигантские сосульки походили на причудливо раздвинутый занавес. Пытаясь успокоить разыгравшееся воображение, Андрей попытался вспомнить все, что знал об образовании ледяных сталактитов и сталагмитов. Помнится, теплый воздух в центре пещеры поднимается вверх через трещины и расселены. Точно. Вот откуда пар над пещерой. Снег тает, и, капая в холодных гротах, превращается в ледяные сталагмиты.

— Смотри-ка, там, что-то есть, — Лешка показал рукой на противоположенную сторону пещеры.

Они подошли ближе. В выдолбленных в стене углублениях находился целый арсенал, состоящий из каких-то железок. Был даже огромный молоток и гигантские, ржавые щипцы.

— Ну, и зрение у тебя! — с восхищением заметил Андрей.

Под ногой у Андрея что-то хрустнуло, и в тот же момент здоровенная железяка больно треснула его по лбу. Схватившись за голову, он отскочил в сторону, со всего маху врезавшись в стену. Та протяжно заскрипела, глухо закашляла и, наконец, заходила из стороны в сторону.

— Это еще что за ерунда? — прищурившись, спросил Байбак.

— Какая-то бочка, — Андрей попытался поднять крышку. — Тяжелая. К тому же, похоже, разбухла и примерзла. Тащи сюда свою кочергу.

— Это еще зачем?

— Используем ее как рычаг!

Навалившись на кочергу, они постарались как можно дальше просунуть ее под дно бочки. Та заскрипела и повалилась на бок. Крышка отлетела, и мальчики оказались по щиколотку заваленными блестящими золотыми монетами.

— А кто-то утверждал, что деньги не хранят так уже лет 500! — наклонившись, Андрей поднял один золотой.

— Говорят, некоторые люди деньги чувствуют, они их зовут, — Лешка посмотрел на свои руки. — Слышал про царя, который умел превращать в золото все, к чему прикасался?

— Он умер от голода. Кстати, та же участь грозит и нам, если мы не придумаем, как выбраться из этой дыры.

— Может, не торопиться с эвакуацией? Мы же сидим на золотой жиле.

— Давай возьмем несколько монет, а за остальными потом вернемся, — Андрей опасливо покосился в сторону известковой черепушки.

— Как же, вернемся. А вдруг эта башка оживет и вцепится в нас зубами?

— Все эти сказки придуманы, чтобы отвадить любопытных вроде нас. Это же тайный цех по производству денег! Смотри. Вот здесь золото плавили и вытягивали в проволоку. Из нее делали заготовки для монет. Тут проволочные обрубки плющили, — Андрей показал на два гладких чекана, — и уже из них делали деньги. Ребята эти были не промах. Нашли жилу, наладили производство, вот только со сбытом, видать, не повезло.

— А мне без разницы, — упрямо заявил Лешка. — Лично я сюда больше ни ногой.

Он расстегнул рюкзак и вытащил оттуда подарок шамана.

— Ух, ты! — ошарашено проговорил Андрей. — Ты что, все это время таскал его с собой?

— Думал, они как-нибудь договорятся, — нехотя проговорил Байбаков, сгребая монеты в рюкзак.

— Кто?

— Дух бубна с хранителем этих мест, — сконфуженно выдавил Байбак.

— Ну, и как? Договорились?

Оценивающе повертев в руках подарок шамана, Лешка размахнулся и вдруг со всей силы запустил его в стену. От удара рукоять в виде фигурки медведя отскочила в одну сторону, а сам бубен отлетел в другую.

— Ну, ты псих! — ахнул Андрей.

Он поднялся и направился к уцелевшей фигурке. Та лежала рядом с выделявшейся на стене окаменевшей лестницей. Из-за полумрака в пещере она почти сливалась с отвесной стеной. Байбак вскочил со своего места, выхватил из рук Андрея медведя и торопливо сунул за пазуху.

— Чего уставился? Лезь за мной, — скомандовал он.

Когда друзья выбрались наружу, солнце почти село. Вопреки ожиданиям Андрея, они оказались намного ниже того места, через которое попали в пещеру.

— Смотри! Там, внизу, поселок! — радостно закричал Байбак. — Отсюда не больше километра.

— И как ты собираешься туда добраться? Вокруг ни одного ковра-самолета. Или я что-то упустил?

Осмотрев местность, Лешка осторожно приступил к спуску. Андрей поспешил следом, но уже через несколько шагов угодил в сугроб. Сначала он попытался выбраться оттуда самостоятельно, беспорядочно колотя всеми четырьмя конечностями.

— Руку, руку мою держи, — тяжело пыхтел Байбак. — Ногами отталкивайся, а то мне одному тебя не вытащить.

Выбравшись из сугроба, Андрей принялся благодарить товарища, но Байбак замахал руками. Мол, не время. Надо торопиться. Отдышавшись, они двинулись дальше. Утешало одно — до поселка оставалось рукой подать. Когда они добрались до дома ни конкурирующей фирмы, ни снегоходов видно не было.

— М-может, их м-медведица загр-рызла? — с трудом шевеля замерзшими губами, предположил Байбак.

— В-вряд ли. Н-ни одно ж-животное не перевар-рит с-столько ж-желчи, — похлопывая себя по бокам, отозвался Андрей.

Они осторожно пробрались к двери, прислушались — ничего подозрительного. Лыжи стояли на том самом месте, где их оставили вчера вечером. Дом был пуст. На табурете рядом с пустым термосом валялись шкурки от колбасы, а посреди комнаты лежал смятый листок — копия карты Ремезова. Изрядно похудевший рюкзак Андрея валялся в углу, поскольку вместе с продуктами из него улетучилась вся жажда приключений. Андрей поплотнее натянул шапку. Одежда его промокла, руки и колени покрылись царапинами и ссадинами, а обветревшее лицо напоминало наждачную бумагу. Байбакова тоже трясло от холода и усталости.

— Е-если не с-согреемся останемся т-ут навсегда, — с трудом выговорил Андрей.

С помощью топора мальчишки раскурочили табурет, затолкали его в печь и, положив сверху листок с картой, подожгли. Благо в зажигалке оставалось еще немного бензина.

После этого Андрей стащил с себя порванный грязный комбинезон и лыжные ботинки. Очистив вещи от снега, он заботливо разложил их вокруг печки. Затем стянул ледяные носки, с отвращением швырнув их в угол комнаты, после чего туда же полетела вся бывшая на нем мокрая одежда. Вот, когда оказалась кстати смена белья, заботливо уложенная мамой. Тем временем Байбак, вытряхнув мешок со старым тряпьем, пытался найти вещи по размеру.

— Я бы сейчас чего-нибудь стрескал, — откладывая в сторону вполне приличную майку и свитер, проговорил Лешка.

Желудок Андрея согласно заурчал, но конкуренты уничтожили все их запасы.

— Как учит народная мудрость, ужин отдан врагу, — вяло отозвался Андрей, натягивая сухие носки.

— Просто ты не знаешь продолжения, — Байбаков выудил из мешка старое трико с отвисшими коленками. — Отдай врагу и съешь этого врага вместе с ужином.

Чтобы не проспать электричку, Андрей завел в телефоне будильник и рухнул на пол. Несмотря на усталость, спали друзья плохо, а чуть свет двинулись к станции. Жаль, что учитель физкультуры Владимир Никитич не видел их в тот момент, когда они сломя голову мчались по лесу. Пятерка по физкультуре была бы им обеспечена.

Глава 12, в которой команда снова в сборе

К следующему утру руки и ноги Андрея, не привычные к столь длительным лыжным прогулкам, налились свинцовой тяжестью, плечи ныли, спина отваливалась, и все тело не желало служить своему хозяину. Не переставая возмущаться зверствами школьной программы, мама натерла его какой-то вонючей гадостью. Так что после обеда с трудом передвигая ватные ноги, он смог спуститься во двор.

— Наконец-то, — сгреб его в охапку, Ваня Русланов. — Мы тебя уже полчаса ждем.

Андрей почувствовал, как летит куда-то вверх.

— Еще немного и ты переломаешь мне все кости, — прохрипел он, пытаясь освободиться из объятий друга.

Но, стоило ему оказаться на земле, как Настя с Таткой тут же повисли у него на шее, чуть не свернув ее от радости. В стороне Андрей заметил пунцового от удовольствия Лешку. Байбак уже получил свою порцию славы и теперь терпеливо ждал освобождения товарища.

Еще с вечера друзья замучили Андрея звонками: что да как. Но разве по телефону такое расскажешь? Теперь же можно было на полную катушку дать волю воображению. Андрей с Лешкой наперебой принялись рассказывать о том, как чуть не замерзли в лесу, попали в лапы к бандитам, которые, разумеется, принялись их жестоко пытать, наконец, дорогу им преградила рычащая, как медведь, гора.

— В том, что снегоходы прилипли к горе, нет ничего удивительного, — прервала завравшихся путешественников Настя. — У Акинфия Демидова магнит в 13 фунтов мог держать прицепленную к нему пушку весом в один пуд.

— Хочешь сказать: гора огромный магнит? — уточнил Ваня.

Андрей не стал возражать против столь пресного объяснения их приключений, к тому же до школы оставалось не больше двух шагов.

Вообще-то во время каникул в школу просто так и мышь не проскочит. Поэтому пока Ваня плел какую-то чушь, старательно заговаривая охране зубы, ребята проскочили в каморку старика. Лешка первым распахнул дверь их тайного убежища, да так и застыл в проеме как вкопанный. Не понимая, что происходит, Ваня слегка отодвинул его в сторону, повернулся и тоже замер, раскрыв от удивления рот. Заглянув через плечо друга, Андрей увидел сидящего за столом дедушку Адама. Рядом, счастливо повизгивая, тыкался мордой в колени хозяина Бакалавр.

— Где вы пропадали все это время? Тут без вас такое случилось! — Настя не могла скрыть обиды в голосе.

— Знаю. Но вы и без меня совсем справились, — включая чайник, ответил старик.

— Значит, вы нас тут бросили, а теперь, как ни в чем ни бывало, сидите, улыбаетесь? — слова сорвались с языка Андрея помимо его воли.

— Я сам был огорчен необходимостью оставить вас в такой сложной ситуации, но, чтобы выяснить все до конца, я был вынужден отправиться в Омск.

— Куда? — удивился Македонский.

— Может, вы сядете? Рассказ будет долгим.

Разлив чай по чашкам, дедушка Адам высыпал в вазу пачку печенья.

Андрей плюхнулся на диван. Настя с Ваней пристроились рядом, а Лешка взгромоздился на странное сооружение из старых книг на полу.

— Эта история началась в далеком девятнадцатом году, — неторопливо начал старик. — Красная армия с боями продвигалась на Восток, вытесняя из Сибири белогвардейцев. За день до вступления в Омск Красных частей, на восток ушел эшелон Омского военно-топографического отдела. Кроме геодезических приборов и картографического оборудования он увозил более 3000 медных досок с гравюрами карт России.

— Нашли, что везти. Старые карты, — искренне удивился Лешка, машинально прихлебывая чай.

— Не скажи, — возразил Ваня. — Всех маршрутов и экспедиций не повторишь. Сто лет пройдет, прежде чем на то же самое место придет новая исследовательская группа. А денег, сколько надо? А сил? А специалистов где взять?

Старик одобрительно кивнул.

— На одной из гравюр была карта, составленная еще в 17 веке Семеном Ремезовым. По пути она исчезла, вместе с одним из сопровождающих эшелон неким Прощелыгиным. А через некоторое время появилась в хранилище одного из сибирских банков.

— Ее-то мы и нашли, — догадался Андрей, заталкивая в рот очередное печенье. — Только непонятно, как она оказалась в школьном подвале.

Дедушка Адам вышел из-за стола, взял с полки карманный фонарик и откинул спальный коврик Бакалавра. Оказалось, что все это время пес охранял бывший под ним люк.

— А вы не говорили, что из этой комнаты есть еще один выход, — с укором заметил Македонский, отставляя в сторону недопитый чай.

— Для всякого знания приходит свое время.

Дверка подпрыгнула. Вероятно, там была вмонтирована какая-то пружина, срабатывающая при нажатии.

Бакалавр первым нырнул в люк. Андрей последовал его примеру, но, запнувшись, чуть не пересчитал спиной все ступени.

— Осторожно, — запоздало предупредил дедушка Адам.

Включив фонарь, он осветил веерообразную лестницу винтом уходящую вниз. Последняя ступенька упиралась в совершенно ровную каменную стену. Встав на задние лапы, Бакалавр потянул зубами какой-то рычаг. Раздался щелчок. От стены отделился большой кусок, оказавшейся дверью. Один за другим ребята протиснулись в образовавшийся проем. Последним шел дедушка Адам. Сразу за дверью был небольшой коридор, заканчивающийся развилкой. А еще через несколько шагов Андрей уперся в уже знакомую железную решетку. Теперь понятно, как Бакалавру удалось выбраться из подвала.

— Вот здесь Прощелыгин и спрятал украденную гравюру, — сказал дедушка Адам.

— Здесь? Но почему… — закончить фразу Лешка не успел.

— Потому что раньше тут был банк, придурок!

Слова эхом отскочили от стен, сразу же заполнив собой все пространство. Голова Андрея закрутилась на 180 градусов, и все-таки он не сразу заметил прилипшего к компьютеру Перкина. Бакалавр предупреждающе зарычал. Перец испуганно шарахнулся в угол.

— Ага! — как безумный закричал Байбак. — Попался, гад!

Вадька продолжил дискуссию увесистым ударом в Лешкину челюсть. В ответ Андрей с Ваней с ревом бросились на обидчика, готовые сделать из него отбивную.

— Предлагаю объявить перемирие, — предложил дедушка Адам, сразу оказавшись между враждующими сторонами.

И, повернувшись к Вадьке, добавил:

— А вы, молодой человек, что здесь делаете?

Все еще красный от возбуждения Перец забегал глазами по комнате, ища возможность вырваться из окружения — выхода не было. Оставалось чистосердечно признаться в содеянном.

— Ищу клад, — смущенно промямлил Вадик.

— Еще конкурент! — возмутился Лешка.

— Поскольку число кладоискателей увеличивается с каждой минутой, — вздохнул старик, — пора прояснить ситуацию. Никакого клада здесь нет. И никогда не было.

— А как же банк? Банк-то был! — упавшим голосом спросил Перец. — Я сам видел на сайте «Старый город».

— Банк был, — успокоил его дедушка Адам, усаживаясь на один из стульев. — Устроившись в него служащим, Прощелыгин спрятал гравюру в одном из хранилищ. Расчет был прост: никто не заподозрит в медной доске на стене ценную вещь. Кто знает, какие планы были у него в голове? Но свирепствующий тогда тиф, надолго уложил в постель хитрого вора. А пока он болел, здание успели снести. Многие постройки тогда возводили на старом фундаменте и…

— Теперь черт принес нам «наследника», — не удержавшись, перебил Ваня.

— Притормозить не хотите? — встрял Вадька. — Я что-то ничего не понимаю.

— А тебе и не надо, — ехидно заметил Лешка.

Настя зашикала на них обоих, и мальчишки закрыли рты.

— Дело представлялось ему во всех отношениях легким и заманчивым, — продолжил дедушка Адам. — Прибыв на место, он вынюхивал и высматривал, совал свой нос во все щели и нашел-таки удобную лазейку. Место лаборанта, ранее занимаемое Леночкой, благодаря его стараниям оказалось свободно. А став свидетелем разговора между Андреем и буфетчицей, он без страха посвятил ее в свой план. Жадность и бесстыдство — надежный союз. Оставалось найти козла отпущения, чтобы взвалить на него всю черную работу.

Старик протер носовым платком очки и вдруг широко улыбнулся.

— Но Прощелыгин не учел одного — вашего непомерного любопытства и предприимчивости.

— Да, не ожидали они, что мы рванем в Золотой поселок, — ликующе изрек Андрей.

— А это вы видели? — и Байбак высыпал на стол пригоршню блестящих монет.

Вадик открыл, было, рот, но так и не нашелся с ответом. Даже Настя не смогла скрыть восхищения. Единственный, кому удалось сохранить видимое спокойствие, был дедушка Адам. Он неторопливо взял одну из монет и поднес ее к очкам.

— Должен вас разочаровать, эта монета не золотая.

— Как это? — опешил Андрей, еще не успевший насладиться произведенным эффектом.

— Видите изображение сибирского герба на реверсе — два соболя? В 1766 году при Сузунском заводе открыли монетный двор, где из серебристой меди имеющей примесь серебра и золота чеканили особую монету. Деньги предназначались только для Сибири, но использовались в торговле с Китаем и даже Средней Азией. Медь теперь не везли для чеканки в Москву и Санкт-Петербург, поскольку такая перевозка требовала больших средств, а обмонечивали прямо на месте ее добычи. Но это монета совсем из другого сплава. Возможно, железный колчедан с необычайно высокой примесью золота.

— Пирит, — ахнула Настя. — Золото дураков!

— Сама ты дурра! — не раздумывая, полез в бутылку Лешка.

— Грабители и авантюристы всех мастей — люди, как правило, безграмотные, — Бодрова сделал ударение на последнем слове, — часто принимали за золото кристаллы пирита. Отсюда и название.

Настроение у собравшихся изменилось с точностью до наоборот.

— Значит они фальшивые? — разочарованно протянул Лешка.

— Во всех смыслах, — кивнул дедушка Адам.

— Но какое отношение это имеет к карте Ремезова? — растерянно спросила Бодрова.

— Никакого.

Андрей сжал зубы, чтобы не застонать.

— Утешает одно, — Македонский хлопнул друга по плечу. — Ни одни мы клюнули на этот крестик. Дед Прощелыгина, похоже, тоже повелся.

— Признаться, я сам готов был поверить в карту сокровищ. Уж больно рьяно те трое принялись за дело, — засмеялся дедушка Адам.

На лице Перкина заиграла издевательская ухмылка.

— И чего мы радуемся? — угрожающе поинтересовался Ваня. — Сам-то что нарыл?

Нажав несколько кнопок, Перец повернул к ним экран монитора.

— Вот. Скачивают все подряд про какие-то акции.

— Подумаешь, — не удержался Лешка. — В железках ковыряться каждый дурак может.

— А ты попробуй! — обиженно отозвался Вадик. — У них тут нехилая защита. Я целый час пыхтел.

— Им что проблем мало? — искренне удивилась Настя. — Старые подвалы, клад, теперь акции.

— Акции хорошо работающих предприятий постоянно растут в цене, — заметил дедушка Адам. — Поэтому тот, кто раньше приобретет их, пока они еще относительно дешевы, потом сможет перепродать с выгодой.

— Жаль, но об этом плане мы никогда не узнаем. Мертвые не разговаривают, — с пафосом произнес Андрей.

Перец громко икнул.

— Мы не успели сказать. Их медведица загрызла, — виновато добавил Лешка.

— Вы про чокнутых из этого подвала? — Вадька облегченно перевел дух. — Так я их сегодня у школы видел.

— Диспозиция меняется прямо на глазах, — с досадой проговорил Ваня. — Были бы у нас акции…

— Нельзя продавать то, чего у тебя нет, — угадав его мысли, отрезала Настя.

— Есть человек, способный вам помочь, — подал голос дедушка Адам. — Вам стоит знать, что… — Он заговорил так тихо, что со стороны могло показаться, будто кто-то перелистывает страницы книги. — Теперь вы можете самостоятельно принимать решение.

— Что же теперь делать? — растерялась Настя.

— Изучить ситуацию, — с готовностью отозвался Ваня.

— Составить план, — подхватил Лешка.

— И действовать! — воодушевленно закончил Андрей.

Глава 13, где деньги из бочки становятся ловушкой для жуликов

— Мы имеем бесполезное помещение с одной стороны и обязательство по ремонту школы с другой. Хорошо бы избавиться и от того и от другого, разумеется, с выгодой для себя, — потирая распухшее до слоновьих размеров ухо, говорил Прощелыгин.

Кроме него и бывшей буфетчицы в подвале был еще Мишка Пан, последний был явно не в счет.

— Где же мы найдем такого лопуха? — удивилась арендаторша, укладывая на соседний стул загипсованную ногу.

— Дадим объявление в газету.

— Продам аренду столовой?

Припадки глупости случались у бывшей буфетчицы с завидным постоянством, поэтому лаборант счел необходимым разжевать и положить ей в рот готовое решение.

— Мы напишем так: «Состоятельная дама, имеющая доходный бизнес, охотно продаст его или поменяет на любые ценные бумаги, имеющие шансы на повышение». Мальчишек того и гляди примутся искать. Пора заметать следы.

Прощелыгин сунул нос в компьютер. По экрану поползли столбцы цифр:

— Надо же. Упали цены на все, кроме золота. Даже нефть подешевела. Золото — вот что нужно людям.

— Не нравится мне эта затея. Я привыкла иметь дело с настоящим товаром, — Марья Васильевна сердито стукнула костылем по полу.

— Спекуляция — самый простой и надежный путь к богатству, — стараясь говорить как можно спокойнее, возразил Прощелыгин. — Скупив акции по бросовым ценам, мы еще сможем перепродать их с выгодой. Знаешь основной принцип торговли?

— Не обманешь, не продаж?

— Покупать дешево, продавать дорого. Вот только б знать наверняка, какие из них в цене будут.

— Да, прицениться не мешает.

— Значит финансы — твоя забота.

— Это с какой же стати? — задохнулась Марья Васильевна.

— А ты думала, я вечно буду решать за тебя все проблемы? Не зря же ты столько времени детей в буфете обсчитывала, — усмехнулся лаборант.

Физиономия бывшей буфетчицы пошла бурыми пятнами. Внутри у нее боролись два совершенно противоположенных чувства. Одно из них ни на секунду не могло допустить, чтобы хоть часть «непосильно» нажитого капитала выскользнуло из рук. Другое, вопило о том, что надо быть круглой идиоткой, чтобы отказаться от верной прибыли.

— А где берут эти акции? — наконец, выдавила она.

— Чаще всего на бирже. Но мелкие и средние компании туда не имеют доступа. А ценные бумаги крупных фирм нам не по карману. Придется самим искать продавца.

Скрипнувшая решетка заставила жуликов прикусить языки.

Пан бросился вперед, и вдруг из глаз его посыпались крупные, как горошины, слезы.

— Живые! — обрадовано бормотал он. — А я думал все! Не увижу вас больше!

— Да чего уж там, — смущено пожал плечами Лешка.

— Привет, конкурентам! — весело помахал Андрей.

— Выходит, вы живы, — разочарованно проговорил лаборант. — Жаль. Я надеялся, медведь позавтракал вами.

— Он собирался, да зубы сломал, — огрызнулся Байбак. — Кстати, это была медведица. Или вы не поняли?

— Да я тебя, — буфетчица подняла костыль, метя прямо в Лешкину голову.

— Прибить их мы всегда успеем, — остановил ее Прощелыгин. — Раз пришли, значит им что-то нужно.

— Как деловые люди, мы хотим предложить вам выгодную сделку, — Андрей выложил на стол пригоршню монет.

— Начало мне нравится. Что это? Старые монеты?

— Золотые старые монеты, — уточнил Байбаков.

— Как я понимаю, вы хотите получить кое-что взамен?

— Договор об аренде.

— Всего-то? Откуда такое бескорыстие у деловых людей? Неужели по урокам соскучились? Впрочем, как хотите, — неожиданно согласился он. — Но сначала я должен убедиться, что это действительно имеет ценность.

— Нашел дураков. Возьмет, а потом ищи ветра в поле, — Лешка сгреб со стола принесенные «сокровища».

— Я могу купить один золотой, — Прощелыгин достал тысячу рублей. — Для пробы.

Андрей заметил, как предательски затряслись руки лаборанта.

Байбак поспешно схватил деньги, вложив монету в ладонь Прощелыгина. Переговоры были закончены. Мальчики поспешили к выходу.

— Мишка! — вдруг остановился Андрей. — Ты свой блестящий камушек случайно не у горы нашел?

— Золото это было, — сердито запыхтел Мишка. — Я его рядом в речке намыл.

— А мы о чем? — театрально взмахнув рукой, Лешка захлопнул за собой дверь.

— Мы что-то пропустили? — опуская на пол загипсованную ногу, поинтересовалась Марья Васильевна.

— Я же говорил: есть в наших местах золото, — просиял Пан. — Только найти его не каждый может.

Прощелыгин подозрительно посмотрел на Мишку, но его лицо не выражало ничего кроме желания услужить. Лаборант перевел взгляд на экран монитора.

— Похоже, о нас уже позаботились. Кто-то выкинул в продажу акции прииска, что в Золотом поселке. Тут и телефон есть.

— И что? — с беспокойством поинтересовалась буфетчица.

— Тебе не понять. Скажу только: не часто выпадает шанс превратить в деньги имущество, которое тебе не принадлежит, — тонкие пальцы Прощелыгина сплелись в тугой узел. — Пора, наконец, выходить на экономические просторы. Не сидеть же нам всю жизнь в этом подвале.

В ту же секунду ничего не стоящие акции пошли вверх. Сам того не желая, Мишка успешно сыграл на повышении.

Глава 14, роспись землепроходца или путеводитель в никуда

Между тем, пришло время рассказать о событиях, происшедших незадолго до этого в кабинете Добродеева.

Директор озабоченно смотрел в окно. Солнце припекало так ярко, что с крыши того и гляди забарабанит по подоконнику. А вместе с тем закапает и потолок на четвертом этаже. На дворе апрель, а ремонт школы так и не начинался. Данила Иннокентьевич покрутил стоявший у него на подоконнике глобус. Там все было ясно и понятно: Америку открыл Колумб, Австралию — Кук, Беренгов пролив — Витус Беренг. А в школе…

Неожиданно в его кабинет настойчиво постучали.

— Войдите, — отозвался Добродеев и тут же воскликнул. — Опять вы?

— Мы, — подтвердила в суматохе просочившаяся в кабинет Татка.

— А ты, с какого класса?

— С первого, — ответила Наташка, и, подумав, добавила. — Буду. На следующий год.

Директор только крякнул.

— У нас к вам дело, — Настя выложила перед Добродеевым, завернутую в газету гравюру.

— Что это?

— Надеюсь, ваше спасение.

— Похоже, нахальства вам не занимать.

Развернув газету, Данила Иннокентьевич внимательно осмотрел гравюру.

— Откуда она у вас? — наконец, спросил он.

— Из подвала. Того, что еще от банка остался, — ответил Андрей.

— Вы и туда добрались? Но как? Ладно, давайте по порядку.

— Ну вот. Все мочала сначала, — уныло протянул Лешка.

Но Андрей уже вскочил на своего любимого конька: клады и приключения. А то когда еще выпадет случай похвастаться перед директором своими подвигами? Постепенно к нему присоединились и другие участники предприятия.

— Значит, вы действительно искали клад? По карте Ремезова? — Данила Иннокентьевич закрыл лицо руками. — Но это невозможно!

Совершенно сбитые с толку, ребята молчали.

— Почему? — обиженно поджала губы Татка.

— Карты XVII века, как правило, не имели градусной сетки и масштаба. Север на них обозначался где угодно. А поскольку путешествовали в основном вплавь, в середине каждой карты имелась большая река.

— Выходит, к этому описанию подойдет любое место, где есть река и горы? — потрясенно спросил Ваня.

Данила Иннокентьевич развел руками.

— Как же Золотой поселок? И прииск? — упавшим голосом проговорил Байбак.

— Говорите, Золотой поселок? А ведь я знаю я это место, — грустно вздохнул директор.

— Вы? — опешил Андрей. — Откуда?

— Не так давно этот прииск был нашим шефом.

— В смысле партнером?

— Скорее спонсором. Ремонт школы, экскурсии для учеников, подарки к праздникам.

— И все бесплатно? — задохнулся Вадик.

— Что же произошло? — спросила потрясенная Настя.

— Руководство бывшей государственной золотодобывающей компании приняло решение акционировать предприятие. Напечатав в типографии большое количество специальных пронумерованных бумаг — акций, оно предложило их всем работникам прииска. Мы тоже получили свою часть. Как подшефная школа — бесплатно. Многие тогда решили, что дело, ради которого создается акционерная компания, сулит выгоды. А вскоре прииск объявил себя банкротом.

Данила Иннокентьевич вынул из сейфа увесистую пачку. Свернутые бумажки медленно развернулись, корчась и подпрыгивая на столе.

— Сам не знаю, зачем хранил их все это время.

— Может, не торопиться их выбрасывать? — осторожно произнес Андрей. — Вдруг еще пригодятся?

Директор удивленно поднял голову.

— Ну-ка, выкладывайте, что вы еще задумали?

— Бороться с врагом его же оружием, — решительно заявил Ваня.

— И как вы собираетесь это сделать? Я уж не говорю о моральной стороне вопроса.

— Мы не собираемся лишать их последнего, — поддержала Македонского Настя. — Просто хотим, чтобы они выполнили условия договора, который, кстати, сами же и составили.

— Не буду спрашивать, откуда вам известно про договор. Но каков план?

— Запускаем дезинформацию, вынуждая противника принять выгодное нам решение, — по-военному отрапортовал Ваня.

— Поместим в сети несколько объявлений с указанием ну, — Вадик замялся, — Вашего телефона. Нужен источник информации вызывающий несомненное доверие. А дальше, дело техники.

В это время Андрей мог видеть только половину лица директора, поскольку по-мальчишески курносый нос подобно Уральским горам делил его на Европу и Азию. Ученики часто замечали, что в то время как Европа хмурится, Азия остается совершенно спокойной и наоборот. Сам же Добродеев лихорадочно взвешивал все «за» и «против». Согласись он на эту авантюру и школа окончательно превратиться в сумасшедший дом. Но, с другой стороны, терять ему было нечего.

— Идея понятна, но почему вы думаете, что они захотят купить эти акции? — все еще сомневаясь, спросил Данила Иннокентьевич.

— Уж больно руки у них загребущие, — усмехнулся Байбак.

— К тому же у нас есть кое-что, способное подстегнуть их интерес, — самодовольно заверил Андрей. — Им придется купить то, что они не смогли получить силой.

Итак, ощетинившись всеми треснувшими стенами, школа приготовилась к сражению.

Глава 15, в ней Добродеев вступает в игру

Школа галдела как биржа в час торгов — была перемена. В этот момент деловой активности учеников могли позавидовать самые известные торговые собрания мира. Конечно, учебное заведение для заключения торговых сделок место совсем не подходящее, но именно здесь должен был состояться поединок, оружием в котором станут финансовая грамотность и знания.

Данила Иннокентьевич ждал этого визита, и все-таки его неприятно поразило, как по-хозяйски, протаранив дверь загипсованной ногой, ввалилась в его кабинет Ворюхо.

— Чем обязан? — в глазах директора забурлило море готовое вот-вот выплеснуться наружу.

— Не нальете ли даме выпить? — усаживаясь сразу на двух, рядом стоявших стульях, проговорила бывшая буфетчица.

Данила Иннокентьевич молча налил и поставил перед ней стакан воды. Марья Васильевна поморщилась, как от зубной боли, сделала глоток и вдруг расплылась в довольной улыбке:

— Я что хотела сказать… Устала очень. Надоела мне ваша школа. Не для женских слабых плеч эта обуза.

Наступила пауза. Буфетчица явно прощупывала почву, прежде чем приступить к более решительным действиям.

— И какова цена вашей «усталости»?

— Научились торговаться? Поздравляю.

— У меня были хорошие учителя, — спокойно заметил Добродеев. — Однако перейдем к сути вопроса. Так что же, что есть у меня, могло заинтересовать вас?

— Сущие пустяки.

— По сравнению с которыми померкла даже ваша страсть к буфету?

На лбу Марьи Васильевны выступила испарина. Вежливость давалась ей с большим трудом.

— Перейдем к делу. У вас есть акции. Я готова купить их. Исключительно ради того, чтобы поправить бедственное положение школы, — поспешно добавила она.

— Вы же понимаете, ценные бумаги приносят своему владельцу регулярный доход.

— Бросьте, — с раздражением перебила арендаторша. — Прииск давно разорился. Какой там доход?

— И все-таки вы хотите купить эти акции?

На лице Марьи Васильевны появилось выражение замешательства. Инициатива ускользала из ее рук, что могло привести к полному краху задуманного.

— А вы не думаете, что мы и без вас можем начать добывать золото? — процедила она.

— Вряд ли у вас это получится. В нашем государстве предусмотрена уголовная ответственность за незаконную добычу драгоценных металлов.

Арендаторша издала нервный смешок, напоминающий всхлип.

— Ладно, — все больше свирепея, прорычала она. — Я уберусь из школы. К вам никаких претензий.

— А как же ремонт? Сами же говорили: крыша течет и окна…

Глазки Марья Васильевны беспокойно забегали.

— Значит, деньги на ремонт в обмен на акции?

Она явно захватила наживку.

Преимущество этой операции заключалось в том, что директору не пришлось выкладывать на стол золотые слитки. Его товар был представлен в виде акций.

— Только на этот раз все бумаги будут заверены у нотариуса. Там же состоится передача документов и денег. Во избежание лишних неприятностей, — предупредил директор.

— Вы про прошлый раз? — усмехнулась арендаторша. — Сами виноваты. Мой вам совет. Никогда не подписывайте то, в чем до конца не уверены.

На секунду на ее лице появилось выражение угрозы, но, она тут же спрятала его под маской напускной вежливости.

— И учтите, сначала акции, потом деньги, — торопливо добавила Ворюхо.

— В таком случае советую поторопиться. Иначе я продам их другому покупателю.

Данила Иннокентьевич не сомневался, теперь она была на крючке.

Глава 16, в которой Татка спасает всех

В течение следующих двух недель был оформлен новый договор, согласно которому две стороны расторгали прежнее соглашение и никаких претензий друг к другу не имели. М.В. Ворюхо получала практически всю уцелевшую часть акций золотого прииска, а директор деньги на ремонт. И вот наступил день, когда две стороны сошлись для последней, решающей схватки. Встреча состоялась прямо у дверей школы.

— Акции не забыли, — волновалась арендаторша.

— Надеюсь, деньги тоже при вас? — в свою очередь поинтересовался директор, демонстрируя папку с документами.

Марья Васильевна похлопала рукой по сумке.

— Тогда прошу… Небо хмурится. Того и гляди пойдет дождь.

Данила Иннокентьевич галантно помог даме сесть в машину, хотя со стороны четверых, пристроившихся у забора учеников, это напоминало погрузку стенного шкафа.

— На месте директора я бы включил в договор пункт о возможной поломке транспортного средства, — серьезно заметил Андрей. — В случае чего ремонт за счет клиента.

— Согласен, — захохотал Байбак. — Смотрите, как перекосило машину директора!

— А почему я не вижу нашего бледного друга? — спросил Македонский, осмотрев двор.

— Ты о Прощелыгине? — довольно ухмыльнулся Перкин. — Я его вместе с Мишкой в подвале запер. Вижу, чешут к своей крысиной норе. Ну, я, как только они спустились, люк бидонами и завалил. Пусть посидят.

— Кажется, мы заслужили небольшой праздник, — лицо Вани расплылось в счастливой улыбке. — Как насчет пирожных в кафе за углом?

— Я — за! — сразу поддержал Андрей.

— А деньги? — напомнила Настя. — Там одно пирожное стоит как самолет.

— Деньги вот! — Лешка протянул купюру, полученную от лаборанта.

Бодрова взяла деньги, посмотрела на свет и, не обнаружив никаких водных знаков, с презрением вернула обратно:

— Фальшивка!

— Как и ваша монета, — Прощелыгин материализовался прямо из воздуха. — Не ожидали? Жаль ваш проход не сразу обнаружил. Думаете, я и вправду поверил, будто собака могла просто испариться из подвала?

И он захохотал, как сумасшедший. Неожиданно смех оборвался.

— Но тогда… — глаза лаборанта налились кровью. — Нет там никакого золота! Мишка, за мной!

Прощелыгин с Паном бросились к машине, которая после долгого кряхтенья, жалобно всхлипнув, дернулась с места. Похоже, в ремонте нуждалась ни одна школа.

В ту же секунду тревожно загудели тронутые ветром деревья. Небо потемнело, и вдруг на землю посыпался крупный, величиной с горошину, град.

— Что мы стоим? — в панике закричал Вадька.

— Предлагаешь бежать впереди паровоза? — убито отозвался Андрей.

— Сейчас обед. На дорогах пробки. Если наперерез. Дворами. Еще посмотрим, кто быстрее.

— Погнали! — срываясь с места, закричал Македонский.

Они неслись петляющими переулками под обстрелом градин, взрывающихся мелкими смерчами в грязных лужах. Встречные прохожие благоразумно отскакивали в сторону, с удивлением оглядываясь им вслед. А градины все барабанили по городу, больно шлепались по макушкам, расплывались на одежде большими мокрыми пятнами, пригоршнями жемчуга лежали в листьях лопухов и на шляпах прохожих. В считанные минуты улица оказалась сплошь засыпана ими. До нотариальной конторы оставалось не больше ста метров, когда Настя, споткнувшись о бордюр, растянулась прямо посреди дороги.

Пока Андрей с Ваней помогали ей подняться, Лешка, выудил из мутной жижи разбитые очки — одного стекла в них уже не было.

— Кое-что вижу, — смущенно улыбнулась Бодрова, водрузив очки на нос.

И тут мимо них в клубах вырывающегося из капота дыма, проскочила машина арендаторши.

— Все. Конец, — выдохнул Андрей.

Взмах регулировщика, визг тормозов и машина остановилась прямо у большой ямы до краев заполненной водой.

— Не пойму, куда подевался этот гаишник? — выскакивая из машины, орал Прощелыгин.

— Это не гаишник. Это собака, — визгливо отвечал Пан.

— На двух ногах?

— Нет. На задних лапах.

— И в форме?

— Так у нее из-под фуражки собачья морда торчала!

Однако и Андрей видел самого настоящего милиционера.

— Гаишник где? — подскочил лаборант к стоящей в стороне девчонке.

— Гаишник — это мы! — гордо ответила та.

И, стянув с себя берет, водрузила его на голову здоровенного пса.

— Татка! — радостно закричал Байбак, бросаясь к сестре. — Ты что тут делаешь?

— С собачкой играю, — растерялась Наташка, но, заметив, что брат не сердится, тоже улыбнулась.

Прощелыгин сначала побледнел, потом позеленел и, наконец, лицо его приобрело землистый оттенок.

— Ну, все! — в ярости заревел он. — Я разорву вас, маленькие мерзавцы!

— Только попробуйте, — заслонил сестру Лешка, а Бакалавр, оскалившись, показал ряд превосходных зубов.

К этому времени подоспели и другие участники погони. Грязные, мокрые с головы до пят, с черными разводами на лицах, ребята плотным кольцом окружили лаборанта. Обстановка накалялась.

И тут появились директор и теперь уже бывшая арендаторша. К этому времени все финансово-правовые вопросы между ними были улажены самым законным образом. Так что каждая из сторон крепко сжимала причитавшиеся ей документы. Увидав клубы дыма, вырывающиеся из ее машины, Марья Васильевна на секунду замерла. Вид у нее был такой, словно сейчас наступит конец света. И вдруг, оттолкнув Пана, она всей тушей нырнула в открытый капот. Внезапно там что-то запыхтело, словно разгоняющийся паровоз, раздался треск, и похожая на стог сена прическа Ворюхо, вспыхнула, как спичка. Пытаясь потушить костер на своей голове, Марья Васильевна принялась яростно махать руками. В результате огонь перекинулся на меховой воротник куртки, грозя сделать из буфетчицы свиное жаркое.

Тогда Мишка выхватил у нее из рук документы, и, что есть силы, принялся колотить ими бывшую работодательницу.

— Болван! Это же акции, — она выдернула у него из рук тлеющие бумаги, но, оступившись, потеряла равновесие и плюхнулась в грязную лужу. Мутная жижа сомкнулась над головой теперь уже бывшей держательницы акций.

— Утонула! — ахнула Татка.

Через секунду на поверхность всплыли ценные бумаги, а вслед за ними, с комьями грязи в склоченных волосах, появилась Марья Васильевна.

— Что здесь происходит? — в бешенстве закричала Ворюхо.

— Уже ничего, — ледяным тоном ответил бывший лаборант. — Лично я умываю руки.

— А я? — еще ничего не понимая, возмутилась Марья Васильевна.

— Каждый сам за себя.

— Чего? — почувствовав неладное, несостоявшаяся бизнес-леди принялась карабкаться наверх.

— Никогда не подписывайте то, в чем до конца не уверены, — холодно проговорил Добродеев.

В то же мгновение на крыше школы раздался оглушительный треск — ветер оторвал бизань-мачту, за которую испуганно цеплялся черный пиратский флаг.

Глава, 17. Заключительная

После ремонта для всей школы сшили одинаковые голубые шторы, одновременно похожие на небо и море. Через открытые окна они вырывались на улицу, отчего вся она походила на гигантскую синюю птицу, готовую в любой момент оторваться от земли. А в актовом зале школьный хор стройно выводил слова знакомой песни:

Наша старая планета

Вся изучена давно,

Но страна большая эта

— Вечно белое пятно! — подпел Данила Иннокентьевич.

Вчера какой-то белобрысый мальчишка задал ему нелепый вопрос:

— Вы не знаете, куда подевался старичок, который работал сторожем? Ну, у него еще такой смешной наряд и огромная собака?

Директор удивленно посмотрел на ученика:

— Откуда он знает про старика? Ведь его тогда еще и на свете-то не было?

Но и все прочие, словно забыли о дедушке Адаме. Через какое-то время Андрей и сам стал сомневаться: а был ли этот старик на самом деле?

Что касается ребят, они по-прежнему учатся в своей школе. Найденные ими монеты вместе со старой гравюрой, хранятся в школьном музее.

В Лешке вдруг проснулась страсть к географии. Данила Иннокентьевич говорит — у него талант. Теперь они вместе возят ребят на экскурсии в «Золотой поселок». Так что, несмотря ни на что, директор внес свой вклад в развитие географии.

Мишка трудится лаборантом в кабинете химии и мечтает открыть тайну философского камня. А еще он увлекся филателией.

От Прощелыгина остались только темные воспоминания, да и те скоро рассеялись. Марья Васильевна работает в школе. Уборщицей. Вы ее сразу узнаете, по кислому выражению и злым глазкам.

А на школе появилась новая вывеска «Экономический лицей». Теперь ребята будут всерьез обучаться бизнесу, но директора это уже не пугает. Данила Иннокентьевич даже ввел специальный предмет — «экономика» и оборудовал для него отдельный кабинет.

Как-то Андрей заглянул туда и замер: прямо на него чуть улыбаясь, смотрел дедушка Адам. Он был изображен на портрете, внизу которого значилось «Адам Смит».

Конечно, вы скажете, что такого не бывает, но в школе, как известно, бывает всякое. И если вам случится попасть в каморку рядом с раздевалкой, передайте от меня привет дедушке Адаму.

Content

Галина Горн (Галина Беляева)
АЛЬФА И ОМЕГА БИЗНЕСМЕНОВ ИЗ 6 «Б»

Часть 1 «Альфа и Омега»

Глава 1, в которой директор школы Добродеев обнаруживает, что его корабль дал течь

Глава 2, где Андрей попадает в цугцванг, а «пухи» объявляют войну «зайкам»

Глава 3, про Юнону Монету

Глава 4, в которой срочно требуется телохранитель

Глава 5, все дело в шляпе

Глава 6, про урок математики и избиение младенцев

Глава 7, в которой деньги выкидывают с Андреем злую шутку

Глава 8, где Андрей оказывается в «Круге событий»

Глава 9, про идею фикс

Глава 10, в которой Андрей меняет прическу, а Настя — решение

Глава 11, в ней бизнесмены дают Ганнибалову клятву

Глава 12, где появляется рекламный ход

Глава 13, в ней Лешка грызет учебники, а Перец точит зубы

Глава 14, в которой все решает прохвост Меркурий

Глава 15, о контрабанде и контрабандистах

Глава 16, где Андрей получает звон от денег

Глава 17, в ней пар от кушанья превращается в таинственные послания

Глава 19, человек с рожками

Глава 20, о пользе грязных ботинок

Глава 21, открывающая тайну появления нового глобуса

Глава 22, в которой Карфаген должен быть разрушен

Часть 2 На Золотом крыльце

Глава 1, в ней школа встает с ног на голову

Глава 2, в которой над школой поднимается пиратский флаг

Глава 3, тусовка с привидениями

Глава 4, о тайных планах и коварных замыслах

Глава 5, в ней ребята знакомятся с драконом в банке

Глава 6, где кот в мешке оказывается картой сокровищ

Глава 7, в которой все не так и даже хуже

Глава 8, про клок шерсти и язык без костей

Глава 9, в ней путешественники становятся пленниками

Глава 10, между молотом и наковальней

Глава 11, по ту сторону водопада

Глава 12, в которой команда снова в сборе

Глава 13, где деньги из бочки становятся ловушкой для жуликов

Глава 14, роспись землепроходца или путеводитель в никуда

Глава 15, в ней Добродеев вступает в игру

Глава 16, в которой Татка спасает всех

Глава, 17. Заключительная