Алексей Свадковский

Игра Хаоса. Выбор пути.

Глава 1

Волны неспешно покачивали старый баркас. Солнце играло на воде, согревая море и расцвечивая его в цвет лазури и бирюзы. Старый Карах напрягал изо всех сил слух, чтобы расслышать приближение мерланов в шелесте волн. Он сегодня рисковал как никогда: давно уже никто в одиночку не осмеливался приближаться так близко к владениям Хозяина глубин, к этим водам, отмеченным чёрным маревом, где мерланы и Измененные несли смерть любому, кто рисковал сюда заплыть. Даже чистая вода больше не служила от них защитой. Среди рыбаков ходило много слухов о новом виде мерланов, которых вырастил всем на погибель — будь он трижды высушен — Хозяин глубин. Говорят, эти твари могли даже плавать в чистой, не отравленной темнотой Хозяина, воде.

Ал-маруни вгляделся в волны и попробовал воду на вкус. Она хоть и немного, но всё-таки горчила. Значит, мерзость уже начала добираться и сюда. Карах окинул взглядом Остров синих чаек, видневшийся вдалеке. Сейчас там уже нет поселений. Стражи глубин вывезли всех людей отсюда почти восемь лет назад, после того, как Измененные напали ночью на рыбацкие посёлки возле побережья и вырезали там всех, кроме детей, которых они увели с собой в глубину.

Рыбак с трудом отогнал воспоминания и пробормотал наспех молитву милостивой Селедре, благодаря её за то, что мерзость ещё не добралась до их нового дома на Острове поющих раковин. Слишком хорошо он помнил крики, раздававшиеся в ночи, и огонь, что осветил деревню. Мужчины бросились к частоколу, выигрывая время, а женщины, спасая детей, бежали вглубь острова. Изменённые пришли как всегда ночью. Убив часовых, они смогли почти незаметно пробраться к посёлку, и если бы не Стражи вод, пришедшие на помощь, им бы не удалось устоять. Утром, когда всё закончилось, и они вернулись назад в поселение, он впервые увидел Изменённого, убитого при защите посёлка, и никогда он не забудет пасть, наполненную мелкими острыми зубами, похожими на иглы. Серая, покрытая волдырями кожа, и эти широко раскрытые чёрные глаза без зрачков. Издалека он был похож на Человека моря, но стоило подойти ближе, и без труда можно было узнать Изменённого. В ту ночь они потеряли много мужчин и недосчитались восьми женщин с детьми. А ещё через несколько дней отец, сложил всё, что смогло вместиться в небольшую рыбацкую лодку и, погрузив их с матерью и сестрой, перевёз свою семью подальше от наступающей тьмы, Изменённых и мерланов, бросив дом, в котором прожили десятки поколений его предков…

Солнце уже достаточно прогрело воду. Говорят, твари Хозяина глубин не слишком любят тепло и свет: не по нутру они им. Проверив груз на поясе, и ещё раз проведя пальцем по выщербленному лезвию, Карах без всплеска ушёл в воду. Делая осторожные гребки, он не спеша опустился на глубину. Как учил его когда-то отец, привёл в порядок дыхание, выровнял его, чтобы пузырьки изо рта не слишком быстро утекали. Хорошо, а теперь пора открыть вторые лёгкие. Жабры под рёбрами приоткрылись, впуская внутрь воду и наполняя кровь кислородом.

Он, конечно, сильно рисковал, отправляясь в одиночку в такие опасные глубины, но возле обжитых островов найти что-то съедобное было почти невозможно. Рыбаки чуть ли не на ножах дрались за каждую рыбёшку, заплывшую в чистые воды. Водоросли, раковины с моллюсками, даже крабы, ползающие по дну – всё, что годилось в пищу, сметалось сотнями голодных ал-маруни. В котёл попадало всё, даже то, что раньше брезгливо выбрасывали в море, вроде скользких и противных смартов, чьё жёсткое и вонючее мясо, казалось, есть невозможно. Но теперь его вываривали, сливали воду и вновь варили, пока вонь не уходила, и можно было, закрыв глаза, запихнуть в рот рыхлую массу.

Но даже вонючего мяса смарта теперь не было в его хижине. Трижды он уходил в море и каждый раз возвращался назад с пустыми сетями. Он больше не мог смотреть в голодные глаза дочери. Он воин и добытчик, и он добудет сегодня еду или не вернётся назад.

Карах плавно заскользил вдоль морского дна, высматривая добычу. Стайки мелких рыбёшек стремительными огоньками промелькнули вдали. На них он даже не обратил внимания: не за такой мелочью он спустился сюда. А вот, кажется, и то, что ему нужно: среди кучки небольших камней он заметил промелькнувший панцирь крупного синего краба. Тело привычно среагировало на добычу: рука сама вырвала из-за пояса старый, ещё дедовский нож, вторая подготовила ловчую сеть с вплетёнными в неё камнями, а глаза внимательно вгляделись в дно, чтобы не упустить краба. Красавец! Большой, сильный, он притаился среди камней, изменив цвет панциря. Неопытный взгляд легко бы его упустил, но не глаза ловчего, полжизни проведшего на дне. Отработанным до автоматизма движением рука плавно отпустила сеть так, что бы та, опускаясь, накрыла краба. Тот, поняв, что его заметили, выставил клешни, пытаясь отразить атаку, но это ему не помогло: клешни запутались в ячейках сети, и рыбак быстрыми движениями подтянул к себе добычу, не давая ей вырваться.

Так, первая добыча есть! Карах быстро огляделся вокруг, высматривая следующую. Ага, кажется, эти волнистые линии на песке могла оставить песчаная змея, опасная тварь, таящаяся в морском иле и часами поджидающая, когда неосторожная добыча подплывёт к ней поближе. Немало рыбаков погибло от её острых зубов и яда, что она впрыскивает в кровь жертвы. Тут надо быть осторожней.

* * *

Еще раз осмотрев спокойное море и глубоко вздохнув, я нырнул за борт. Уже в воде я призвал самфурина и достал гарпунное ружьё. Оно уже не раз хорошо показало себя в деле: простое и надёжное оружие, удобное для боя на расстоянии. Сражаться в ближнем бою я не планировал: я не слишком уверенно чувствовал себя в непривычной среде. Пока самфурин, довольный тем, что его призвали, кружился вокруг меня, я прислушался к воде, пропуская через себя её энергию, стараясь слиться с ней, стать её частью. Ощутить её бесконечный круговорот, стать течением, несущим тёплые воды, стайкой рыб, ищущих пищу, крабом, закопавшимся в ил и подстерегающим добычу. "Я — вода, я часть тебя, а ты – часть меня", – звучала в моей душе песня морских волн. Я почувствовал состояние эйфории, молитвенного экстаза; радость тёплой волной омыла мой разум. Меня узнали и приняли как своего. Вот теперь можно приступать к работе.

Водная форма! Заглянув внутрь себя, я использовал печать Каратуана. Преобразуя своё тело, я почувствовал, как удлинились руки и ноги, как между пальцев возникли перепонки. Я буквально всем телом стал ощущать звуковые волны, распространяющиеся вокруг.

Скользя в толще вод, я задыхался от восторга, чувство единения с морем – это прекрасно! Интересно, обладатели других стихийных форм чувствуют что-то похожее, находясь в родной стихии?

Теперь можно отправляться за светящимся жемчугом Тамариса. Если ты большой, это твоё преимущество. Если мал ростом, это твоё преимущество. Главное — уметь им пользоваться. Имея печать морского божества и самфурина, глупо бегать за мелкими сделками по Осколкам, рискуя сложить голову в какой-нибудь дыре. Гораздо лучше попытать счастья в поиске светящегося жемчуга. Даже за самую крохотную жемчужину жёлтого цвета в торговых рядах Двойной спирали можно получить не меньше двух сотен дайнов, а на крупный жемчуг в зависимости от цвета цена и вовсе не ограничена, но начинается минимум с пары тысяч, а предел лишь Хаос знает. Имея возможность изменять свое тело, обходиться без покупок снаряжения и зелий, необходимых для поиска жемчуга, а так же не слишком опасаться морских хищников, я рассчитывал неплохо заработать перед предстоящим турниром. Конечно, на Изменённых и мерланов, одержимых тьмой морских тварей, печать не действует, но там, где я искал жемчуг, их почти не бывало, а пару раз, когда они появлялись, самфурин успевал меня предупредить. Но и жемчуга я почти не нашёл: два крохотных синих шарика не стоили тех времени и сил, что я затратил на их поиск. Поэтому, следуя своему принципу искать там, где до тебя никто не был, я купил какую-то ветхую посудину, лишь по недоразумению называемую лодкой, собрал свои пожитки и перебрался на какой-то полупустынный островок около границы с Тёмными водами. Тут даже сохранилось небольшое поселение местных жителей, которые каким-то образом уцелели, несмотря на близость Темноводья. Ну, мне же лучше. Заняв небольшую заброшенную хижину на краю посёлка, я отправился на своём "крейсере" бороздить просторы моря.

Глядя из глубины на своё утлое корыто, я помолился пламени Хаоса, чтобы судно дождалось моего возвращения. Я не смог надёжно заделать щели в лодке, и мне очень не хотелось при возвращении увидеть своё судно на дне. Ладно, хватит пустых мыслей, пора за работу. На спине самфурина была закреплена небольшая конструкция, похожая на седло.

С обоих боков свисали кольца, куда при желании можно было вставить ноги или держаться за них руками. Подозвав самфурина поближе, я ухватился за кольцо. Теперь нужно подумать, куда плыть дальше. Возле коралловых рифов и пальмового острова делать нечего: там местные и команды игроков уже давно всё вычистили. Возле Острова поющих раковин – тоже. Может, рискнуть и провести поиск поближе к Тёмным водам? Там, конечно, возрастает риск нарваться на мерланов. С Изменнеными меня судьба не сводила, а вот с мерланами я сталкивался уже дважды. Поганые твари были опасными противниками. Похожие на какую-то смесь человека и акулы, они подкрадывались из глубины и атаковали ловцов жемчуга. Двигаясь с огромной скоростью, сочетая в себе проворство и силу акулы, но при этом обладая разумом, в воде они были воистину опасными противниками. Оба раза мне повезло уйти от них только за счет скорости самфурина и печати Каратуана. Да уж, не такой я себе представлял охоту за жемчугом! Я думал, что благодаря моим способностям и самфурину я тут за полгода насобираю столько жемчужин, что о подготовке к турниру и дайнах мне ещё долго волноваться не придётся. А тут месяц трудов – и две жемчужины, ценой в пару сотен дайнов.

Решено! Сегодня попробую поискать поближе к Тёмным водам, возле брошенных островов; может, там мне, наконец, повезёт. Из-за постоянных нападений мерланов и приближения Тёмных вод местные жители оттуда давно убрались, и игроки тоже не торопились там появляться. Шансы найти в тех местах раковины с жемчужинами существенно возросли.

Самфурин, как торпеда, нёсся вперёд, а я изо всех сил вцепился в седло, чтобы меня не снесло встречным потоком воды. Разглядеть что-то при этом было почти невозможно. Приближение к Тёмным водам я почувствовал сразу: вода стала холоднее, и дышать стало труднее, как будто ты находишься в пыльном помещении и через тряпку пытаешься втянуть в себя воздух.

Отправив самфурина плавать по большому кругу вокруг меня (пускай ведёт разведку и засекает мерланов; не хочу, чтобы эти твари подкрались незаметно), я приступил к поиску жемчужных раковин. Неспешно проплывая, я внимательно вглядывался в песчаное дно, надеясь увидеть в нём небольшие холмики, внутри которых могли скрываться раковины. Так, а вот и первая находка! Я заметил между камней крупную розовую рыбину, объедавшую морские водоросли. Подводное ружьё сухо щёлкнуло в моей руке, и неосторожная рыба, затрепыхавшись, опустилась на дно. Отлично: на ужин у меня будет жареная рыба.

Спрятав добычу в кошель, я продолжил поиск. А это что там? Небольшой песчаный холмик возле кучки камней, облепленных водорослями. Разрыв его ножом, я увидел разбитый кувшин для воды. Не повезло. Ищем дальше. Так, а это что? В небольшой расселине я заметил осьминога, спешащего скрыться от меня подальше.

Я решил изучить место, где караулил добычу осьминог. Камни, водоросли, мелкие рыбёшки... А что это у нас там спряталась между камнями? Осторожно ножом разгребаю кучку песка и вижу небольшую серебристую раковину размером с ладонь. Ну, здравствуй, красавица! Долго я искал встречи с тобой! Ну-ка иди ко мне!

Осторожно приподняв ракушку, я бережно бросил её в сетку на поясе. Так, поплыли искать дальше. Окрылённый первой находкой, я с усиленным рвением бросился на поиск новых раковин, распугав стайку небольших рыбёшек.

Захваченный азартом и первыми успехами, я продолжал поиск, посмеиваясь про себя над теми глупцами, которые держались подальше от Тёмных вод. Конечно, риск есть, он неизбежен. Но здесь я уже нашёл больше раковин, чем за десять дней в Тёплых водах. Да и ал-маруни давно сбежали бы отсюда, если бы тут совсем невозможно было жить. Ведь что-то они едят?..

Я как раз обшаривал очередное небольшое ущелье, когда услышал сигнал самфурина. Он не предупреждал об угрозе, а наоборот, звал меня к себе. Достав из крепления ружьё для подводной охоты, я как можно быстрее поплыл к своему помощнику, пытаясь понять, зачем он меня позвал.

Вынырнув из-за скалы, я с удивлением уставился на странную картину: мой самфурин плавал по кругу, защищая ныряльщика из посёлка, а рядом крутились трое Изменённых с оружием в руках. Рыбак был ранен и зажимал распоротый бок; на морде самфурина был виден длинный разрез, из которого сочилась кровь. Изменённые тоже не обошлись без потерь. Тело одного из них лежало на дне с разорванным брюхом: видимо, мой помощник не зря ел свою рыбу. Всё было мне более-менее понятно, кроме одного. Во имя чёрного пламени Хаоса, какого темного бога эта тупая рыба вмешалась? Я не отдавал ей такого приказа! Она должна была меня предупредить, а не бросаться спасать незнакомого мне рыбака!

Ладно, с тупой рыбой разберусь потом, а сейчас нужно действовать. Изменённые добычу так просто отпускать не собирались. Разделившись, они постарались атаковать самфурина сразу с флангов и в лоб. Сжимая оружие, враги стремительно поплыли на сближение, а мне оставалось лишь выбрать, в кого стрелять первым. Наверное, вон в того, здорового, у него единственного большой трезубец: он тут, скорее всего, главный. Прицелившись, я надавил спуск, и струя сжатого воздуха выплюнула гарпун, ударивший под лопатку предводителя. На второго из нападающих набросился самфурин, а вот третий атаковал меня, сжимая в руках два коротких широких клинка.

А вот теперь Активатор! Мы тут не в игры играем, а за жизнь сражаемся. Распад. Давно хотел посмотреть на его действие под водой. Специально в лавке купил, чтобы иметь под рукой что-нибудь, одинаково эффективное и на суше, и в воде. Золотые огоньки заплясали на груди Изменённого, и от его тела стремительно стали отваливаться куски плоти. Два-три удара сердца, и на дно моря опускается чистый скелет без единого куска плоти. Хорошая вещь, не жаль потраченных дайнов. А не то устроила бы мне сейчас эта тварь пляски с клинками под водой. На суше я, может быть, и схлестнулся бы с ней, но не под водой, это точно: я слишком слабо знаю собственные возможности в этой форме, чтобы ставить свою жизнь на успех в рукопашной схватке.

А что там у нас с последним? Тоже всё. Самфурин, заработав себе ещё одну рану на морде, прикончил последнего врага. Неожиданно я почувствовал легкую волну эйфории от полученного эмбиента – видимо, даже после Изменения в этих тварях остались души. Предводитель, которого я подстрелил первым, бултыхался уже дохлым. Торговец, что продал мне яд для гарпуна, не обманул: действительно, три вздоха, вряд ли больше, и враг мёртв. Надо ещё будет прикупить при случае.

Стремительно взмахнув руками, я направился к рыбаку. Бедняга уже еле шевелил ногами. Подхватив его за пояс, я поплыл к небольшой лодке, стоявшей на якоре неподалёку; похоже, на ней он и приплыл. Перед тем, как затащить беднягу на борт, я отменил преобразование тела: дышать в водной форме на суше невозможно.

Теперь займёмся спасенным. На боку и бедре три длинных и глубоких разреза. Наверное, от трезубца вожака. Поединок они устроили, что ли? Иначе я не могу объяснить, почему Изменённые этого беднягу не построгали на куски. Потом вмешался (непонятно зачем) самфурин и убил одного из них. А потом и я прибыл на помощь...

Размышляя про себя, я оказывал первую помощь рыбаку. Сначала я направил Активатор на бедро: там наиболее глубокая рана. Розовое облачко, вырвавшееся из жезла, обволокло повреждение и спустя миг пропало, оставив после себя свежие затянувшиеся рубцы. Теперь поясной кошель, трофей, доставшийся мне от чересчур самоуверенного мотылька. Оттуда я достал бинт и баночку с мазью. Густую желтоватую массу я нанёс на рану на боку, а потом перемотал бинтом. Всё, жить будет, но лучше зелье бодрости влить.

Едва зеленоватая жидкость попала ему в рот, как рыбак приоткрыл глаза и, часто задышал, уставившись на меня. Я уставился на него. Ничего нового для себя я не увидел: тощий гуманоид, похожий на исхудавшего человека. Две руки, две ноги, жабры, чешуйчатая зеленоватая кожа, странная форма головы и глаза чуть ли не на пол-лица. Я за циклы в Игре чего только не навидался. Для меня скорее экзотикой станет увидеть кого-нибудь одного со мной вида.

— Ты как себя чувствуешь? Говорить можешь? — спросил я, когда, как мне показалось, рыбак немного оклемался. Тот продолжал оглядываться по сторонам, потом начал себя ощупывать.

– Ты кто такой? -- наконец, выдавил он.

– Я игрок. По-вашему – нездешний. Прибыл на этот остров пару дней назад, поселился в хижине на краю острова. Искал светящийся жемчуг вместе с моим чересчур отзывчивым другом, – я кивком головы указал на самфурина, высунувшего свою любопытную морду из воды, наверное, чтобы удостовериться, что его помощь больше никому не нужна. – Когда на тебя напали Изменённые, оставить тебя им на расправу мой друг не смог и вмешался, а там уж и я подтянулся. Ты жив, враги мертвы, раны я подлечил. Можешь начинать благодарить меня за спасение своей жизни.

– Тихая Вода запретил нам общаться с тобой. Что-либо брать и просить у тебя тоже запретил. Меня с дочкой могут выгнать из деревни, если узнают, что я с тобой разговаривал.

Тихая Вода? Это, кажется, местный жрец Селедры. Припоминаю. Вчера вечером после моего прибытия он заявился ко мне и пытался выгнать из деревни: что-то бормотал, бил в молитвенный барабан, а потом ещё окуривал ворота моего дома зачем-то каким-то вонючим дымом. Когда мне его вопли надоели, я запустил в него пустой бутылкой из-под вина, и местный борец с Хаосом предпочёл покинуть поле боя. А тут смотри ты, как всё строго! Изгонят из деревни!

– А чего ты в море один пошёл? – спросил я у рыбака, чтобы прервать тишину. – В этом мире даже Игроки-охотники за жемчугом ныряют командами по пять-шесть разумных, из которых половина – бойцы. И это в Тёплых водах, где Изменённые и прочие твари почти не появляются. А здесь до Тёмных вод рукой подать, и Изменённые как у себя дома, смотрю, плавают...

– Есть нечего, – устало махнул рукой рыбак. – Возле Большого острова всё выловили. Чтобы что-то найти, надо идти на глубину, а у меня ещё и долг перед жрецом: пять жемчужин за лечение дочери. Если не отдам, лодку с сетью заберёт, а я у него рабом стану. А что тогда с моей дочерью станет? С голоду помрёт. Вот и решил рискнуть, на большую рыбу сходить. А тут Изменённые, сушеные ублюдки!

Он раздражённо сплюнул, и продолжил:

– Хорошо, что поединок решили устроить. Их главный захотел позабавиться, а как мне с ним драться? У него трезубец; видно, был когда-то Стражем вод. А у меня вон, – кивнул он на небольшой нож, вырезанный из чёрного камня. – Если бы не ты и не твоё чудище, плавал бы я уже на дне моря со вспоротым брюхом.

Ладно, надо возвращаться на берег. На сегодня поиски жемчуга, считай, закончены. А с Тихой Водой, местным жрецом, надо решать что-то. Мне тут ещё жить, и контакты с местным населением портить не надо.

Посмотрев на мои неуклюжие попытки поставить парус и сплюнув, рыбак кое-как смог подняться со дна лодки, и, держась за бок, помог мне. Ветер дул попутный, и захлопавший на ветру парус, натянувшись, потащил баркас назад. Самфурин плыл рядом, то обгоняя лодку, то возвращаясь назад, весело издавая трели. Он был похож на весёлого пса, а не грозного бойца, убившего пару минут назад двоих Изменённых.

Возле берега, привязав лодку у причала, я помог выбраться рыбаку. Он ещё был слаб: раны хоть и затянулись, но кровопотеря была большой. Идти было недалеко: деревушка находилась почти на берегу моря. Небогатая хижина рыбака, как и моя, была расположена почти на окраине деревни. Заборы здесь не принято ставить, так что я довёл его до порога дома. Опираясь на моё плечо, он приоткрыл дверь и приглашающе махнул рукой. Пригнув голову, я заглянул внутрь и увидел всё небогатое убранство его дома: небольшой очаг, сложенный из камней, в котором сухо потрескивал огонь, глиняные кружки и чашки, стоящие прямо на полу, и дочку рыбака, накрытую кучей тряпья возле очага. Я даже успел удивиться: какой странный ребёнок! Нет, чтоб кинуться к отцу, встретить его на пороге, а она лежит возле очага, как столетний дед, греющий кости. Потом я увидел, как отец, бережно взяв её на руки, прижал к себе. Тоненькие ножки, как сухие сучья, бессильно висели, почти касаясь земли.

– Что с ней? – спросил я, стараясь скрыть свой стыд за недобрые мысли. Отец бережно обтирал тело дочери влажной тряпкой, и ответил не сразу.

– На колючую медузу наступила. В тот день была сильная буря. На берег иногда выносит немало полезного. Дети как раз играли на берегу или помогали взрослым, когда моя девочка наступила на эту пакость. Её совсем не было видно. Я был с ней рядом, в пяти шагах, но не успел ничего сделать. Медуза была уже мёртвой, но всё равно смогла ужалить. Я до сих пор помню, как она бежит ко мне, а потом ноги подламываются, и она падает, чтобы больше никогда не встать.

– А где её мать?

– Погибла четыре года назад. Она была лучшей ныряльщицей за светящимся жемчугом. Моя Сэлла могла нырять глубже всех и чувствовала «хорошие» места. Тогда были хорошие времена. У нас с ней была большая лодка, прочный парус. У меня было хорошее копье, и я мог защищать свою любимую от морских хищников, пока она искала на дне жемчужины. Мы с ней побывали почти везде, на всех островах Солёной гряды. Заплывали даже к Сломанным клыкам, к скалам возле Тёмных утёсов. А какие мы добывали жемчужины! Нечета тому мусору, что ты нашёл! – он брезгливо махнул рукой на три серебристые раковины, висевшие в сетке на моём поясе.

– Потом у нас родилась Найла. И она плавала среди островов на нашей лодке, – рассказывая об этом, он даже улыбался, вспоминая то хорошее, что было в его жизни. – Но мы стали слишком самоуверенными, думали, что удача всегда будет с нами. Я отговаривал её в тот день выходить в море. Мы искали жемчуг на Малой гряде, а она очень близка к Тёмным водам. Прошедшая буря принесла холодные воды, которые любят твари Хозяина глубин, и мы рисковали нарваться на них. Но моя Сэлла настояла... Незадолго до этого мы нашли редкое место, всё усеянное раковинами жемчужниц, и боялись, что кто-то соберёт их раньше нас. Хорошо, что дочь оставили на берегу. Их было восемь, Изменённых. Здоровые, сильные, с оружием, да ещё и скат – тварь, способная оглушать на расстоянии...

Он замолчал. Слова были не нужны. И так всё было понятно.

– Когда я очнулся, тело Сэллы я так и не нашёл. Нашу лодку потопили Изменённые. Так мы и остались вдвоём с Найлой. И даже её я не смог уберечь!

Он заплакал, а девочка, лежавшая рядом, молча смотрела на отца, и пыталась его утешить, гладя по руке.

– Тай, мне нужна твоя помощь. Какие-нибудь рекомендации по поводу излечения ребёнка есть?

Симбионт, странный прощальный дар Юмари, был со мной уже больше года, и только в последние месяцы начал приносить пользу. Я уже думал, что эта странная штука, переданная мне старым вождём, так и не заработает, пока внезапно не проснулся посреди ночи от голоса, говорившего в моей голове:

– Симбиоз активирован. Требуется дополнительный ввод информации от оператора.

Я уже успел к тому времени позабыть о странном устройстве, и когда этот голос зазвучал у меня в голове, я решил, что спятил, ведь голоса в голове – это верный признак сумасшествия. К счастью, к утру, немного придя в себя, я разобрался, что это, наконец, активировалась Тайвари, которая почти год незаметно подстраивалась под меня.

– Требуется диагностика.

– Хорошо. Что мне нужно делать? – Я всё ещё привыкал к тем невероятным возможностям, которые она давала.

– Поднеси руку к ребёнку. Я проведу анализ.

Взглянув на рыбака, который кормил дочку кусочками рыбы, я подошёл к ним и взял в руки тонкую, как тростинка, руку ребёнка.

– Послушай. Я постараюсь помочь твой дочери, но для этого мне нужны пара капель её крови.

Рыбак подозрительно взглянул на меня.

– Зачем тебе это? Подобные тебе не раз появлялись на наших островах. Вы как саранча охотитесь за нашим жемчугом. Я слышал о деревнях, где все погибли после появления нездешних. Что тебе нужно от меня и моей дочери?

– Почти ничего. Мы не ангелы, это правда, и редко делаем что-то просто так. И если бы не ваша богиня Селедра, всех живущих на ваших островах давно пустили бы под нож. Но ссориться с богами из-за пары тысяч голов Совет старших не захотел, и поэтому ваш мир не тронули. Здесь мы собираем поющий жемчуг, который потом перепродаём в магические миры, или используем сами. Ты знаешь, что эти жемчужины – почти идеальный накопитель магической энергии? Мало того, что они удерживают энергию, которую в них влил маг, так они ещё постепенно сами восстанавливают её до прежнего объёма, извлекая её из окружающего мира. Кроме вашего мира, ни в одном из миров Игры ничего подобного нет. А потому, хотите вы того или нет, но собирать жемчуг хаоситы будут. Будете ли вы избегать общения с Игроками, отказываться торговать с ними – их это не остановит, а помешать нам вы не сможете. Да, вы храните в тайне места, богатые жемчугом, и правильно делаете, но упорство и время на стороне Игроков – со временем они найдут их сами. Поэтому я хочу предложить тебе сделку, рыбак. Я исцелю твою дочь, вновь верну её к нормальной жизни и выкуплю твой долг у жреца, а ты взамен покажешь мне те места, где вы ныряли с твоей женой.

Поэтому я хочу предложить тебе сделку, рыбак. Я исцелю твою дочь, вновь верну её к нормальной жизни, и выкуплю твой долг у жреца, а ты взамен покажешь мне те места, где вы ныряли с твоей женой.

Главная проблема с поиском жемчуга всегда заключалась в том, что его слишком многие хотят найти. Узнать заранее места, где встречаются раковины, было почти невозможно: местные жители не стремились раскрывать игрокам свои секреты, а прочёсывать море наугад слишком долго и трудно. А вот с опытным охотником за жемчугом эта задача упрощается в разы. Я в предвкушении даже на миг прикрыл глаза, представляя потоки жемчуга, текущие в мой карман. Как странно всё-таки устроена жизнь! Ещё месяц назад я жалел о своей авантюре с поисками светчщегося жемчуга, и лишь из-за упрямства всё ещё не вернулся назад, и вот уже к концу дня подсчитываю возможные богатства.

Рыбак, услышав мои слова, с сомнением качнул головой.

– Меня за это точно изгонят из деревни, и не на одном из островов не примут, если узнают, что я помогал тебе искать светящийся жемчуг. Это дар богини нашему народу, а вы, чужаки, увозите его отсюда, продаёте в другие миры. А ты знаешь, что для того, чтобы крохотная жемчужина появилась в раковине, нужно не меньше семи лет? Больше двадцати лет нужно, чтобы она стала среднего размера, и больше шестидесяти, чтобы она стала большой. Во времена моего деда мы такие жемчужницы даже не трогали, – и он брезгливо махнул на раковины в моей сетке. – давая время им вырасти. А вы тащите всё без разбору, как глупые мерланы, которые жрут, пока не лопаются от собственного обжорства!

Выслушав его, я обвёл взглядом убогое жилище рыбака, его парализованную дочь, сжимавшую в руках вырезанное из дерева изображение Селедры. Резчик постарался: богиня удалась на славу. Крылья из облаков за спиной, она идёт, едва касаясь морских волн; богиня воды и ветра. Видимо, к ней обращало свои безмолвные молитвы это дитя. Почему же ты так далека от своего народа? Ведь ты есть! Ты не выдуманная богиня, чьим именем жрецы лишь собирают дары у доверчивой паствы.

– Скажи, как тебя зовут? – спросил я у рыбака после недолгих размышлений.

– Карах, – угрюмо буркнул рыбак, глядя на свою дочь.

– Ты же знаешь, Карах, что не сможешь отказаться от предложенного мной. Я вижу, что ты любишь свою дочь, а я хочу помочь и ей, и тебе. Я понимаю, что тебя волнует. Я чужак, и местные не тронут меня. Я в силах за себя постоять, а вот тебе после того, как я уйду, среди них жить. Это непросто. Люди бывают злы и несправедливы. Они спокойно будут смотреть, как ты с дочерью здесь гибнешь, умирая с голоду, но не простят тебя, если ты поможешь мне искать слёзы Селедры. Они не простят и не забудут это ни тебе, ни ей, – я кивнул в сторону ребёнка, лежащего на руках отца. – Поэтому поступим по-другому. Каждая третья жемчужина из найденных мной в указанных тобой местах, будет твоей. Если мы хорошо поработаем, то за сезон ты заработаешь столько, что сможешь навсегда уехать с Соленой гряды в Мокрые земли, в Город-на-сваях, или куда-нибудь, где никто не сможет тебя ни в чём упрекнуть. Что скажешь теперь?

Карах оторвал свой взгляд от дочери, и я заметил слёзы, текущие из его глаз.

– Я согласен, чужак, – тихо произнёс он. – Не ради себя, а ради дочери я буду помогать тебе. Главное – исцели её.

– Хорошо, договорились. А теперь посмотрим, что с твоей дочкой.

Я осторожно поднёс руку к ребёнку.

– Тай, приступай! – отдал я команду симбионту. Из запястья показалась тонкая серебристая нить. Она прикоснулась к ребёнку, и по ней перетекли несколько капель крови; затем нить снова исчезла в руке. Всё, теперь осталось ждать. Надеюсь, Тайвари сможет помочь. Всё-таки иной вид. Она ко мне больше года приспосабливалась; сможет ли она разобраться в чужом организме, я не знал. Самому любопытно, что из этого получится. Для себя я уже давно решил, что буду делать, если Тайвари не справится: зелья регенерации и очищения должны были помочь. Зелье очищения выведет токсин, который впрыснула медуза, парализовав ребёнка, а зелье регенерации запустит восстановление организма, если нервные клетки повреждены или разрушены. Конечно, нужно будет время, чтобы вновь восстановиться и начать ходить, но это всё преодолимо.

Прошло почти полчаса, прежде чем откликнулась Тайвари. За это время мы уже успели поесть и обсуждали с Карахом, что нам необходимо для поиска жемчуга. Перед моими глазами замелькали столбы зеленоватых иероглифов языка Юмари. Некоторые из них были отмечены красным цветом; потом появился силуэт тела, отдалённо напоминающий тело ребёнка. Возле головы и на позвоночнике горели красные точки, указывающие поражённые места.

– Рекомендации, – зашелестел голос Тайвари. – Обратиться в ближайший медицинский центр и пройти курс восстановления.

"Умница ты моя, а где же я тебе его возьму?" – развеселился я, услышав вердикт. Ладно, придётся самому. Книга! Призвав её, я извлёк пару пузырьков, один зелёного, а другой – желтоватого цвета. Благодаря карте Лавка сумасшедшего алхимика у меня собрался небольшой запас зелий.

– Держи, – протянул я их Караху. – Пускай она их выпьет по очереди, сначала жёлтый, потом зелёный. А я поговорю с Тихой Водой по поводу твоего долга. Ты пока подумай, что нам понадобится для нашего предприятия. Снаряжение, припасы; ты лучше меня знаешь, что нужно...

Глава 2

Шепчущий всматривался в сферу душевного покоя и равновесия. Успокаивающее тепло обволакивало его разум, неся радость и гармонию. Разноцветные огоньки вспыхивали и гасли, забирая вместе с собой ярость, боль и ненависть, что переполняли сейчас его душу.

— Насколько всё плохо, Маркал? — прошептал наг, когда действие сферы начало сказываться.

Маркал, главный торговый агент змеелюда, прежде чем ответить, немного прокашлялся, снял очки, нервно протер стекла и водрузил их на место.

– Это катастрофа, мой господин, — говорил он негромко, и было видно, что ему с трудом давались эти слова. – Всё полностью уничтожено: рабочие цеха, здания, оборудование, котлы и склады с готовой продукцией. Персонал, хвала Хаосу, удалость частично спасти: начальник охраны догадался вывести работников с территории завода, когда всё началось, и они успели разбежаться перед ударом Гидры. Кислотное дыхание, конечно, многих зацепило, но всё-таки почти половина работников уцелела, хотя и нуждается в лечении. Я отдал приказ охране ещё раз всё прочесать. Может, удастся ещё кого-то найти. Но всё остальное, мой господин...

Маркал сокрушённо покачал головой. И Шепчущий понимал, что это значит. Он видел снимки с места атаки Тайвериса. Проклятый ублюдок призвал Гидру, спустив эту тварь в Форлейге, нейтральном мире, где трудились сотни тысяч рабов и пленников из захваченных миров. В Форлейге было всё необходимое для Великой игры: мастерские, заводы и плантации, питомники для рабов, где сотни тысяч рук создавали всё необходимое для хаоситов. Оружие, снаряжение, лекарства, еда – почти всё, что продают на Торговой площади, создавалось там. Не надеясь на милость Смеющегося господина, ещё первые Игроки тысячи циклов назад попросили его дать им один мир, который не будет исчезать, как прочие миры после Фестиваля, а останется в Игре навсегда. И маленький безлюдный мир, укутанный снегами и пронзаемый холодными ветрами, закружился среди Внутренних миров. Волей Игроков и трудами сотен тысяч пленников он постепенно преображался. На поверхности появлялись поселения и здания, разбивались плантации и парники, из разных миров доставлялись семена и животные, оборудование и материалы, а руки пленников, вырванных из родных миров, трудились, не жалея сил. Именно здесь создавалось всё то, что ели, пили, носили, и даже то, чем сражались игроки. И теперь всё это погибло!

Шепчущий вглядывался в снимки, но по-прежнему отказывался верить глазам. Разум не хотел воспринимать увиденное. Как это вообще стало возможно? Форлейг был нейтральным миром, в котором запрещены любые конфликты; ни разу за всё существование Игры там не проходили сражения между игроками. Случались, конечно, бунты рабов, вспышки эпидемий, даже налёт каких-то космических оборванцев, случайно наткнувшихся на этот мир и решивших немного его пограбить... И со всем этим Игроки справлялись. Бунты усмиряли, эпидемии останавливали, заражённых истребляли. Даже пиратов, или кто там напал на этот мир, успешно уничтожили, сожгли вместе с кораблем, на котором они прилетели. Но с таким Шепчущий столкнулся впервые. Чтобы свой, Игрок, Владыка, сумев каким-то образом обойти свои клятвы, нанёс удар туда, где его никто не ждал?.. Стремясь как можно скорее возвыситься, Тайверис нанёс по Игрокам удар, сравнимый по последствиям лишь с катастрофой на Кейдане. Тогда погибли лучшие из лучших и сильнейшие из Игроков, а сейчас уничтожено то, что строилось и собиралось, даже не веками, а тысячелетиями! Парники, в которых выращивались овощи и фрукты, не способные расти в холодном климате планеты, фермы с животными и загоны с рабами, мастерские и заводы. Удар Гидры ничего не пощадил. Кислота с одинаковым успехом растворяла в себе всё: и дерево, и камень, и плоть, и металл; а то, что сумело устоять перед кислотой, уничтожала сама тварь. Шепчущий видел, что стало с громадными котлами, в которых вызревал для перегонки эльшат. Весом в несколько тонн, два огромных котла, занимавших целое здание, сначала были расплющены, а потом разорваны на куски. Очевидно, что Тайверис стремился отыграться за ту небольшую шутку, что сыграл с ним наг. И эти чувства Шепчущий отлично понимал. Он и сам поступил бы так же.

Он не понимал одного: как Тайверис смог это сделать. Как он смог обойти все те клятвы, что приносит игрок? Почему он до сих пор жив, а не воет, сгорая в чёрном пламени Хаоса, которое сжигает клятвопреступников? Почему он не погиб, едва отдав приказ Гидре? За эти знания Шепчущий не пожалел бы и миллиона дайнов. Хотя после подобных потерь был не уверен, что может себе это позволить.

Каждый из крупных домов игроков имел свою специализацию. Кто-то создавал оружие, кто-то шил одежду, кто-то выращивал еду или рабов на продажу. Дом Змеи, в котором когда-то состоял наг, уже тысячи лет варил спиртное. Больше половины того алкоголя, что продаётся в забегаловках по всей Торговой площади, было сделано им. Каждая вторая бутылка выпивки, продающаяся в торговых рядах, была разлита на винокурнях, принадлежащих этому дому, и несла на себе эмблему, давно ставшую знаком качества: змею, обвивающую бокал. После гибели Дома Змей наг, как единственный из уцелевших его представителей, продолжил прибыльное дело. Игроки, потоком хлынувшие в Игру, щедро вливали в себя спиртное, стараясь заглушить свои страхи и остатки совести, а дайны, что они платили, звонким потоком устремлялись в карманы нага, позволяя ему не беспокоиться о расходах и разрабатывать всевозможные проекты, вроде строительства Несокрушимого. Но теперь, глядя на сожжённые кислотой обломки зданий, Шепчущий понимал, что старые добрые времена прошли. Ничто уже не будет так, как прежде, и теперь ему придётся во многом пересмотреть свои планы.

– Что ещё? — прошипел он, отвлекшись от своих мыслей и взглянув на Маркала.

– Господин! Меньше большого цикла осталось до нового Фестиваля и парада планет. В это время собираются все игроки, и цены на алкоголь вырастут до небес. Предлагаю придержать до этого времени остатки того, что мы не успели распродать, чтобы хоть немного компенсировать потери.

– Хорошо. Ступай! – наг устало махнул рукой. Когда его помощник скрылся, Шепчущий взглянул на свою руку. Чешуя понемногу отрастала, но ещё виднелись следы старых ожогов. Больше года прошло после того злосчастного боя, а наг до сих пор так и не успел до конца оправиться. Сила Света, та невероятная сила, что пробудилась благодаря самопожертвованию Вестника, почти погубила его. Охваченный огнём, он лишь невероятным усилием воли успел активировать Карту бегства, выдернувшую его из полыхающего светом храма и вернувшую в дом; и даже там он чуть не погиб от последствий удара. Чешуя отваливалась, всё тело превратилось огромный ожог, а боль была столь невероятно сильной, что даже предательски мелькнула мысль о смерти, как об избавлении. Заклятия исцеления и эликсиры лишь на время приносили облегчение, а потом боль возвращалась, и так почти полный большой цикл. Слишком силён был последний удар маленького Вестника. Но со временем магия Хаоса смогла преодолеть воздействие Света, и тело Шепчущего восстановило — почти восстановило — былую красоту и силу.

Наг возобновил тренировки и готовился к новым свершениям, когда Тайверис преподнёс сюрприз, о котором теперь вряд ли когда-либо забудут. Трусливый и недалёкий Тайверис, лишь волей случая сумевший подняться столь высоко, умудрился совершить то, о чём веками мечтают Рыцари порядка, фактически уничтожив Форлейг. Теперь потребуются века, чтобы вновь восстановить всё то, что было там создано. И этого наг ему никогда не простит. Пускай этот глупец тешится мыслью, что он всех обманул и сумел избежать последствий своих поступков. О нет! Это всего лишь начало гораздо более захватывающей игры!

Змей кровожадно усмехнулся. Он был уверен, что ни он один желает рассчитаться за этот последний подарок Повелителя Гидры. И наверняка найдутся те, кто еще захочет помочь ему предъявить Тайверису счёт за все его опрометчивые поступки. Пускай этот глупец тешит себя надеждами, что все его враги заперты в Игре и нескоро смогут поквитаться с ним. Конечно, необходимо узнать, что же он загадал, какую награду для себя выбрал. Наг искренне надеялся, что это будет какая-нибудь глупость, вроде бессмертия, а не по-настоящему серьёзные вещи. Ну ничего: времени осталось немного, а потом можно узнать и о последнем желании Тайвериса.

Выйдя в сад, Шепчущий внимательно рассматривал росток серебряного дуба, несколько дней назад показавшийся из земли в саду его дома. Призрак садовника подобрал для него хорошее место: почти на краю сада, меньше чем в десяти шагах от бездны. Наг смог оценить красоту замысла садовника, представив на краю своего парящего в пустоте дома огромный дуб, усыпанный тысячами серебристых листьев в окружении бесконечного сияния звёзд, шёпота ночи и звука падающей в пустоту воды. На эту красоту он сможет любоваться вечно.

– Сколько нужно времени, чтобы дуб полностью вырос и вошёл в силу? -- прошипел он парящему рядом призраку садовника.

– Не меньше восьмидесяти больших циклов, господин, – прошептал призрак. – Но процесс роста можно ускорить. Нужна лунная вода, господин, и мифрил для подкормки дерева. Тогда оно вырастет быстрее, и крона будет гуще.

– Насколько быстрее вырастет дерево? – произнёс Шепчущий, размышляя над тем, что сообщил садовник. Лунную воду он сможет достать без труда, а вот с истинным серебром есть сложности. Редкий и весьма дорогой металл стоит почти тысячу дайнов за большую унцию, а на подкормку его надо, если он правильно помнил, почти четыре большие унции в год.

– Примерно шестьдесят четыре больших цикла, господин, и дерево вырастет.

Ещё немного подумав над словами призрака, наг, наконец, принял решение.

– Хорошо. Ты получишь всё необходимое.

Кора и листья серебряного дуба входили в состав трёх очень недешёвых эликсиров и одной мази, и это не считая других зелий, в которые их можно включить для усиления свойств.

Ещё раз бережно проведя рукой по тоненьким веточкам маленького дуба, наг пополз по дорожке к своему дому, размышляя над насущными делами. Сегодня он проводил большое собрание своих слуг и доверенных агентов. Именно они торговали всем, чем возможно, в Городе Двойной спирали; через их руки проходили зелья, карты, дайны информация и слухи. Они покупали и продавали оружие, редкие металлы, – всё, что только возможно найти в этом невероятном месте. И чтобы быть в курсе событий, раз в малый цикл Шепчущий собирал их всех вместе в своём доме, обсуждал наиболее важные вопросы и определял дальнейшие шаги. Наг хорошо помнил лекции в Академии войны и мира на Беренгаре, которую он закончил почти шестьсот циклов назад: экономика и информация – это основа любой войны. Именно они определяют победителей и проигравших.

Быстро скользнув по пандусу на крыльцо дома, он открыл дверь и услышал приглушённый гул голосов и звон бокалов. Вокруг большого круглого стола, уставленного закусками и бокалами с вином, с комфортом расположились его доверенные слуги и агенты. Справа, откинувшись в кресле и любуясь игрой света в бокале вина, сидел Маркал. Несмотря на полученную из рук Шепчущего свободу, он предпочёл и дальше работать на нага, возглавляя сеть из уличных попрошаек. Ему подчинялись многочисленные слуги, набранные из детей, все эти мальчишки и девчонки, толкавшиеся на нижней площадке среди игроков, выпрашивающие подачки, бегающие на посылках, разносящие спиртное и еду. Именно ему они доносили обрывки разговоров и слухов, подслушанные среди игроков; или наоборот, сами распускали слухи, нужные Маркалу. Дайнов это приносило немного, но информация, которую добывал Маркал, порой была бесценна. Из обрывков случайных фраз агент умел выловить то, что действительно могло быть полезно, и за это наг его высоко ценил.

Чуть поодаль от Маркала располагался невысокий толстяк с заплывшим жиром лицом и несколькими подбородками. Пододвинув к себе блюдо с мясными закусками, он быстро его опустошал, как будто боясь, что у него скоро заберут еду. Это был Тулсар, несмотря на свой аппетит, он обладал неслабым умом, и уже больше двухсот циклов возглавлял принадлежащие Шепчущему лавки, где торговали зельями.

На противоположном краю стола сидел высокий, похожий на высушенную мумию, мужчина, с большим моноклем в глазу. Он читал книгу и пощипывал гроздь сумранского винограда. Деменкис, возглавляющий "Карточный дом Деменкиса". Через него осуществлялись сотни сделок по купле и продаже карт, их обмену или аренде. Безупречная репутация дома на протяжении сотен циклов привлекала новых клиентов и выступала гарантией проведения сделок. Деменкис был лучшим экспертом на Торговой площади по картам, он знал о них всё. Не было такой карты, про которую он не мог бы рассказать, дать оценку, установить стоимость обмена или сообщить количество этих карт в игре. Деменкис возглавлял карточный дом уже больше тысячи циклов. Он подчинялся Шепчущему, как подчинялся когда-то владыке Шалратшуру, повелителю Дома Змеи, погибшему в битве на Кейдане.

Наг имел редкую возможность наблюдать, как нервничает, обычно хладнокровный эксперт. Деменкис не совсем комфортно ощущал себя на этом собрании. Весь последний цикл помимо привычных и понятных ему карт, он вынужден был закупать разнообразные товары для хозяина. Трайг, главный посредник нага с игроками в Двойной Спирали очень не вовремя решил посетить Форлейг. Наг знал, что у Деменкиса с Трайгом было давнее соперничество за главенство среди слуг, но сейчас, первому, похоже, искренне не хватало широколобого упрямца, но он мог только надеяться, что хозяин скоро подыщет погибшему замену.

Усевшись на своё привычное место во главе стола, Шепчущий кивнул Маркалу, разрешая начать доклад.

– За последние дни интересного происходило мало, господин. Из важного: вернулась наёмная партия из Алмакиса, которую возглавлял Грем Камнемолот. Поход прошёл удачно: своих не потеряли, взяли добычу, но немного, так что цены на паутину алмазных пауков вряд ли упадут. Мои мальчишки смогли подслушать разговор бойцов. Похоже, что они планируют повторить набег на Каменную гряду.

Наг кивнул. Это интересно. Грем Камнемолот, огромный аспараи, был серьёзным бойцом, и хоть в Игре он не так уж и долго, но меньше чем за четыреста циклов сумел подняться на тридцать шесть ступеней. Он возглавлял небольшой клан подобных ему зверолюдов. Но угрозы для себя в нем наг не видел. Конечно, можно попытаться подловить их охотничью партию при вылазке на Каменную гряду. Там обитают колонии алмазных пауков, небольших паучков размером меньше ногтя. Их паутина густо укутывает склоны гор. Она чудесным образом впитывает в себя свет солнца и звёзд, а насекомые питаются собирающейся в ней чистейшей росой. Они жестоко карают тех, кто пытается нарушить целостность её покрова. Практически инертные к воздействию магии, эти пауки обладают смертоносным ядом, способным за несколько ударов сердца убить практически любое живое существо. И если бы не свойства их паутины, их бы никто не беспокоил. Но именно из неё можно создавать плащи, делающие своего владельца практически невидимым для невооружённых глаз. Идеальное снаряжение для разведчиков и убийц, да и любые другие игроки не отказываются от подобной экипировки. Цена на такую вещицу доходит до десятки тысяч дайнов и оправдывает риск погибнуть от яда пауков. Хотя на взгляд нага, эти плащи слишком переоценивают: обоняние, слух и ментальные способности ещё никто не отменял. К нему незаметно и на две сотни шагов не смогли бы подобраться!

Ещё раз обдумав возможность нападения на Грема Камнемолота, наг решил от этого отказаться. Сейчас это ни к чему.

– Что ещё? – спросил он Маркала.

– Дом Ящеров и Дом Летящих на пороге большой войны, господин. Ящеры опять атаковали охотничьи партии мотыльков, убили троих или четверых игроков, и это уже четвёртое нападение за малый цикл.

Шепчущий снова кивнул. Война между ящерами и Домом Летящих давно назревала: эти гильдии всё никак не могли поделить между собой сферы влияния во Внутренних мирах, но начавшись, она грозила всерьёз изменить расстановку сил в Игре. И в Дом Ящеров, и в Дом Летящих входят сотни игроков, а помимо них есть ещё малые объединения, подчиняющиеся этим домам. В обмен на ежегодную плату они получают защиту и поддержку этих домов, и если ещё и они сцепятся друг с другом, то война затянется надолго. Это, в общем, вполне устраивало нага, собирающегося на этом хорошо заработать.

– Что ещё, Маркал?

– Это всё, господин, – сказал тот, опустив голову и проявляя почтение к Шепчущему.

– Ты узнал что-нибудь по тому вопросу, Маркал?

– Нет, господин. За минувший большой цикл нам не удалось установить ни одного игрока, совершившего резкий скачок и преодолевшего сразу десяток или больше ступеней, господин. Всё в пределах допустимого: одна-две ступени, не больше.

– Хорошо, – кивнул наг. Почти год прошёл с тех пор, как кто-то вывел Сферу Океанов из Игры, опередив нага, а ему так и не удалось узнать, кто это был. Может, местные как-то смогли убить хранителя сферы? Учитывая, сколько она в год топила кораблей, те вполне могли скинуться и нанять целую команду опытных героев или убийц из других миров, чтобы уничтожить Ундину. Этого уже не узнать...

– Я приказываю приостановить поиски, – после недолгих раздумий произнёс наг.

– Как пожелаете, господин.

– Тулсар, что у тебя?

– Всё хорошо, господин. В преддверии Малого турнира зелья берут нарасхват. Выручка поднялась на тридцать процентов. Особенно хорошо идут зелья Быстрого шага и Силы великана...

– Что ещё?

– Маулскрим, аптекарь из третьей лавки просит помощницу. Говорит, что ему трудно справляться одному. Покупателей много. Нужно и продавать, и советовать, что лучше купить, и заказы на зелья принимать, а это всё на нём одном.

– И что по этому поводу думаешь ты?

– Можно предоставить, повелитель. Маулскрим зря просить не будет. Оборот у лавки хороший. Скоро турнир, а там, если всё будет хорошо, и Летящие с Ящерами сцепятся, от клиентов отбоя не будет. Глупо упускать дайны из-за того, что Маулскрим не успевает всех обслуживать.

– Хорошо, я подумаю, что можно сделать. Деменкис, что у тебя?

– Есть кое-что интересное, господин. Пару дней назад на продажу были выставлены несколько партий делвмерейна, достаточных для того, чтобы изготовить два полных доспеха. Ещё раньше в продаже появлялись хвосты дохов, я об этом вам докладывал, господин.

– Помню, – кивнул наг, с улыбкой вспомнив купленный им почти за две тысячи хвост доха, редкого подземного зверя, живущего в Чёрных песках. Его нежное розовое мясо было несравнимо ни с чем. Но если редкий деликатес, оставивший приятные воспоминания, сам по себе был маловажен, то делвмерейн для Шепчущего был жизненно необходим.

– Тебе удалось его купить? – прошипел он срывающимся от волнения голосом.

– Мы договорились с продавцом, что я заплачу на десять процентов больше от любой предложенной цены. Но нужно ваше разрешение, господин, для подтверждения сделки. Сумма достаточно серьёзная.

– Хорошо, – кивнул, успокаиваясь, наг. В некоторых вопросах даже сейчас, дайны для него не являлись проблемой. Делвмерейн был необходим для строительства Несокрушимого. Чёрный хрусталь – это идеальное внешнее покрытие для голема. После гибели торговца, заключавшего для нага сделки с сэкхеями, Шепчущий почти перестал надеяться собрать достаточное количество кристаллов делвмерейна, а тут прорыв! Впервые за столь долгие циклы кто-то смог возобновить торговлю с Детьми Песка и Ветра, или разграбить их караван, что тоже возможно.

– Удалось установить, кто продавец? – спросил наг.

– Да, господин. Делвмерейн на продажу выставили Проводники Хаоса, небольшой клан, специализирующийся на Осколках. Но это ещё не всё, господин. Увидев мою заинтересованность в делвмерейне, они поинтересовались моей готовностью купить у них ещё большую партию чёрного хрусталя, причём в ближайшее время.

– Сколько они готовы продать?

– Двести кусков, господин.

Наг удивлённо взглянул на своего слугу. Такой объём – это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Но если это – правда, то покупка всей партии позволит полностью решить вопрос с внешним покрытием Несокрушимого, и строительство голема наконец-то сдвинется с мёртвой точки.

– Свяжись с ними и сообщи, что мы возьмём всё.

– Как прикажете, господин.

– Пока отдыхайте! – наг махнул на стол с закусками и вином. А сам неспешно пополз на второй этаж в сокровищницу, где он хранил сундучок с кристаллами душ. Помощницу для Маулскрима можно было подготовить и из рабов, но смертные – товар скоропортящийся. Менять каждые тридцать-сорок больших циклов рабов нагу быстро надоедало. Не успеешь правильно обучить, как они уже состарятся, и собираются умерать. Слуги всё-таки надёжнее. Не болеют, не умирают. Те же рабы, только принадлежат тебе не только телом, но и душой.

В небольшой комнате на полках стояли и лежали вещи, которыми Шепчущий особо дорожил. Быстро подползя к дальнему углу, он снял с нижней полки небольшую шкатулку. Откинув крышку, он взглянул на наполнявшие её кристаллы душ, размышляя над тем, кто лучше подойдёт на должность помощника в лавке торговца зельями. Может быть, вот этот? Наг на миг с помощью силы разума прикоснулся к одному из кристаллов и сожалением отказался: чиновник из небольшого городка вряд ли подойдёт для этой работы. Здесь умение брать взятки и писать липовые отчёты ни к чему. А может быть, эта? И он взял в руки небольшой кристалл цвета весенней листвы. Ещё раз внимательно вглядевшись в него, наг окончательно принял решение: подходит.

Убрав шкатулку назад на полку, Змей пополз в комнату ритуалов. В небольшом помещении посреди пустой комнаты стоял алтарь, на который и была уложена карта без изображения. Наг царапнул когтем по запястью и капнул несколько капель своей крови на нее. Подождав, пока кровь растечётся, он снял свой медальон игрока и прикоснулся им к карте. Довольно кивнул сам себе головой, наблюдая как проступает на поверхности карты изображение медальона. Теперь кристалл душ. Его он аккуратно расположил в центре карты и стал ждать, пока кристалл медленно растекался по её поверхности. Постепенно стало проявляться изображение. Сначала показалось лицо молодой человеческой женщины с ярко-зелёными глазами и густыми каштановыми волосами. Следом проявились контуры тела. На взгляд нага женщина была слишком тощей, но человеческим самцам такие нравятся. Шепчущий нетерпеливо щёлкнул хвостом, ожидая, когда душа и карта соединятся, чтобы завершить ритуал. Наконец, рисунок на карте обрёл глубину и яркость. Пора. И заклинатель приступил к последней части ритуала.

– Силой Хаоса, своей кровью и твоей душой я призываю тебя, смертная, для вечного служения мне! Приди на мой зов, утратившая душу! Отныне я твой господин, а ты моя Слуга!

После завершающих слов игрока посреди комнаты появилась молодая женщина, изображённая на карте. Она ошалело хлопала глазами, явно пытаясь понять, что происходит. Наг, не давая ей опомниться, подполз и, взяв за подбородок, всмотрелся в глаза, прикасаясь к её разуму: хорошо развитый интеллект, амбициозна, способна к обучению, есть небольшие способности к магии. На них её и поймали Тёмные эмиссары. Так, теперь воспоминания. Из хорошей семьи, аристократка, мечтавшая о большем, чем просто выйти замуж за выбранного для неё родителями мужа и нарожать тому детишек. Связалась не с теми людьми, пытаясь сама, в тайне ото всех, обучаться волшебству. Сумела найти пару книг по магии и привлекла к себе внимание тёмных. С их помощью она приобрела книги по запретному колдовству, за которые легко попасть в пыточную, и тут ни деньги, ни титул не помогут. Потом были донос, обыск, и девчонка вместе с семьёй загремела в инквизицию, откуда путь только на костёр. Там к ней и явились для заключения контракта: её душа в обмен на жизнь и свободу для её близких.

Конечно, придётся немного повозиться. Гонора у неё хватает, но материал подходящий. А дальше из неё вылепят то, что будет нужно для нага. Опыта хватает.

– Как тебя зовут? – спросил Змей, рассматривая свою новою служанку.

– Илона, – растерянно произнесла она, оглядываясь по сторонам.

– Следуй за мной, – бросил наг девушке и пополз назад к своим агентам. У него на сегодня ещё много дел. Нужно отдать новую служанку Тулсару и отправляться в Двойную Спираль.

Девушка ещё нерешительно делала первые шаги, а наг уже спускался вниз.

– Тулсар, заберёшь новенькую и проведёшь к Маулскриму, – заметив маслянистый взгляд толстяка, обращённый на девушку, наг раздражённо прошипел: – И без глупостей у меня! Узнаю, что к ней пристаёшь, кастрирую, или самого отправлю в бордель для мужеложцев. Там тебя быстро объездят и научат хорошим манерам!

– Но почему, господин? – испугано прошептал толстяк. – С неё ж не убудет...

– Это хороший материал. Пускай пока в лавке оботрётся, а мы присмотримся к ней. Если толк будет, можно из неё мага подготовить, или алхимика. И Маулскриму передай, пускай готовит потихоньку, учит, рассказывает, что да как, но мягко, по-хорошему.

– Как прикажете, господин, – покорно произнёс Тулсар. Жаль, конечно, что с новенькой нельзя будет порезвиться, но воля господина – закон для слуги. Рисковать милостью Шепчущего и тёплым местом управляющего он точно не хотел.

Отправив слуг вместе с новенькой служанкой назад в Город Двойной спирали, Шепчущий вернулся в свой дом. К следующей встрече лучше быть подготовленным и хорошо вооружённым. Сначала в оружейную. Выбрав одну из карт, лежащую отдельно на бархатной подушке, Шепчущий поместил её в Активатор, и через миг в его руке появился амулет. Глаз бога. "Ничто не может скрыться от его взора" – гласила надпись на карте. Амулет позволял видеть сквозь чары иллюзии или сокрытия; ни тени, ни ослепительный блеск не могли укрыть от его взора; сколько кладов и тайников наг нашёл в своё время, используя этот амулет! Жаль только, что скрытые врата из-за особенности их природы этому амулету были недоступны. Но во всём остальном он был идеален.

Так, теперь пора позаботиться о защите разума. Он не сомневался в собственных способностях, но в этот раз он предпочел подстраховаться. На следующей карте был изображен перстень с крупным синим камнем. Активировав жезл, наг взглянул на кольцо, что появилось у него в руках. Кольцо Ледяного разума. Перстень защищал своего владельца от всех известных воздействий на разум, но при этом лишал игрока возможности самому использовать подобное воздействие. В этот раз его развитые способности вряд ли понадобятся, а вот за собственный разум Шепчущий опасался.

Набор карт в книге тоже нужно поменять. Свет испепеляющий, идеальное оружие против созданий холода и тьмы. Взрыв серебряных стрел, Щит яростного пламени, Доспех кровавого сокола, любимые клинки... Ещё несколько заклинаний против созданий тьмы и смерти. Но всех этих карт ему показалось недостаточно, и он заполз в комнату, где хранилось оружие из техномиров. Окинув взглядом полки, наг подполз к одной из них и снял массивное оружие, густо исписанное серебряными рунами. Он с удовольствием ощутил приятную прохладу оружия, которое сжимал в руках. Тяжёлый штурмовой огнемёт Братства очищения. Это оружие ещё ни разу не подводило Шепчущего. Серебряные руны защищали как само оружие, так и владельца от тёмных чар, а струя пламени из этого "малыша" выжигала всё живое и неживое на расстоянии полусотни шагов. Именно с этими огнемётами Братство очищения шло на штурм Цитадели крови во время войны с Детьми ночи. "Раритет, сейчас таких уже не найти," – с сожалением вздохнул наг.

Подхватив с полки пистолет, стреляющий разрывными пулями и пояс с зажигательными гранатами, он переместился в комнату с магическими артефактами и оружием. Там в сумку были брошены несколько фляг с водой, несущей благословение Света. Из небольшой стопки со свитками подготовленных заклинаний Шепчуший отобрал те, что были отмечены красными печатями с изображением кулака и солнца. Личный знак Салкариса Раш-Турана, поборника Света, истребителя Тьмы, и одного из самых знаменитых и прославленных экзорцистов.

Что ж, пожалуй, теперь он готов к переговорам. Пора. Наг торопливо направился через сад к камню врат. По привычке нашел взглядом янтарную статуэтку, предвосхищая то, что он увидит. Но, как и прошлый раз, девушка присев на камень, куда-то напряжённо всматривалась, возможно, пытаясь высмотреть вдалеке угрозу.. "Интересно, что или кого она там хочет рассмотреть?" – подумал про себя Шепчущий.

Подползя к каменному диску, привычно выстроил рисунок двойной спирали. Прежде чем вползти в портал, ведущий в Город игроков, накинул маскировочный плащ. Теперь никто не сможет увидеть, чьё лицо скрывается под капюшоном. Лишнее внимание ему сегодня ни к чему.

Глава 3

Тысяча островов

Огромное щупальце пронеслось рядом с лицом, обдав потоком воды, и я, не теряя времени, выпустил из подводного ружья стрелу с разрывным наконечником, целясь в центр тела твари. Мелькар, один из порождений Хозяина глубин, был похож на морского ежа, вместо иголок у которого были толстые щупальца, усыпанные присосками и тонкими белыми крючками, с помощью которых эта гадина и питалась, разрывая и пожирая тела своих жертв. Моя стрела, утонув в ворохе щупалец, пробила одно из них, и с громким хлопком взорвалась, разорвав пополам конечность твари. Почувствовав боль и угрозу с моей стороны, мелькар немедленно атаковал, ударив сразу десятком конечностей и не оставляя времени перезарядить ружьё.

Отбросив оружие, я рванулся в сторону, надеясь укрыться за небольшой скалой, возвышающейся у входа в логово мелькара. Зелье ускорения и страх придали мне силы, но тварь была матёрой и очень опытной. Отвлекшись на щупальца, что были за спиной, я не заметил то, что ударило сбоку. Меня как будто со всего размаха приложили бревном, утыканным сотням гвоздей. От удара я отлетел в сторону, и вдобавок ко всему, впечатался спиной и головой в подводную скалу. Ещё не придя в себя от двойного удара и звона в ушах, я увидел новые щупальца, тянущиеся ко мне. Проклятая гадина даже вылезла из пещеры, чтобы поскорее до меня дотянуться!

Краем глаза я следил за Карахом и самфурином, вынырнувшими из-за ближайшей каменной гряды. Карах, сжимавший в руках копьё, без раздумий бросил его в центр тела мелькара, туда, где за толстым и прочным панцирем скрывался его мозг. Копьё, не встретив на пути щупалец, врезалось в чёрный панцирь, и спустя миг в месте удара расцвел цветок высокотемпературного взрыва. Щупальца самой твари, так и не сумев меня достать, бессильно повисли в воде. Я был уверен, что копьё Караха не сможет пробить панцирь, покрывающий тело Ужаса Глубин, и поэтому наложил на него купленную давным-давно в лавке Руну-взрыв, активация которой и испёкла мозги твари.

Карах и самфурин подплыли ко мне. Ныряльщик с помощью жестов поинтересовался, нужна ли мне помощь. Я отрицательно помотал головой. Конечно, бок болел сильно, но раны были лишь поверхностными: порвана кожа на боку, да пара ребер, возможно, треснули; ничего страшного. Ухватившись за седло на спине самфурина, я призвал Компас и активировал поиск. Из-за опасной твари, что здесь поселилась, игроки могли и не сунуться сюда в поисках даров Владыки.

Похлопав самфурина по боку, я послал его вперёд, оставив Караха собирать добычу: он в этом деле гораздо опытнее меня, да и глаз у него намётан. Там, где я найду в лучшем случае пару раковин, он найдёт пять, а то и шесть. У местных это в крови: это их дом, их мир, а мы, игроки, лишь гости, прибывшие ненадолго. Для меня этот охотник за светящимся жемчугом оказался настоящей находкой.

Мы сделали пару кругов, но на компасе так и не появилось никаких отметок. Пустышка. Бок продолжал болеть, и кровь всё так же сочилась из ран: я понадеялся на регенерацию, предполагая, что они сами затянутся. Добравшись до лодки, я с трудом перевалился за борт, и стал осматривать повреждения. В голове зашелестел голос Тайвари:

— Мы чуть не погибли. Ты не вправе подвергать свою жизнь столь высокому риску, не выполнив взятые на себя обязательства и не передав весть о выживших.

— Да знаю я! Кто же мог подумать, что эта тварь такая быстрая. Лучше оцени степень повреждений. Рёбра треснули или нет?

Перед внутренним взором возникла картинка моего тела с красными отметинами на боку и спине. Неплохо я приложился: разорваны мышцы, одно из рёбер треснуло, а от раны, которую мне нанесли крючья твари, расползалось зеленоватое пятно; похоже, она меня ещё чем-то отравила. Отлично поохотился!

Призвав книгу, я извлёк из неё зелья лечения, противоядия и мазь, которой щедро намазал кровоточащий бок. Впитавшись, она затянула раны, как вторая кожа, а я оценивающе глянул на свои запасы медикаментов, изрядно сократившиеся за последний малый цикл. Особенно быстро расходились зелья регенерации.

Наконец, Карах показался из воды, забросил в лодку сетку с уловом, привязал к корме тонкую веревку, а затем уже залез сам. Я тем временем рассматривал наш сегодняшний улов: шесть малых раковин, три средних, и одну большую. Раковину таких размеров я видел в первый раз, до этого нам такие не попадались, да и остальных было в два раза больше, чем обычно. Хорошее место. Я с любопытством вертел большую раковину в руках. Покрытая тёмно-серебристыми разводами, она, казалось, светилась изнутри. Если внутри будет жемчуг, это оправдает риск, на который я сегодня пошёл.

Верёвка, привязанная к седлу на спине самфурина, натянулась, и наша лодка неспешно поплыла в сторону берега. Оглянувшись, я понял, что запасливый Карах к корме нашей лодки привязал убитую морскую тварь.

– Зачем она тебе? — спросил я Караха, кивнув в сторону дохлого Ужаса Глубин, волочащегося вслед за лодкой.

– В деревне голод. Еды совсем нет, а эта тварь как раз и жила в самом рыбном месте. Там водоросли и кораллы, и всегда много рыбы, но мы там ловить не могли. Мелькар переворачивал лодки и убивал рыбаков. Столько людей из-за него погибло! Пусть все увидят, что там теперь безопасно. Да и жалко оставлять еду...

– А меня тебе не жалко? – проворчал я, держась за ноющий бок. — Эта гадина чуть меня пополам не порвала!

– Ну, мы же справились. Да и ты сам загорелся её прикончить. Мол, и деревне поможем, и раковины поищем...

– Да знаю я, – устало вздохнув, махнул я рукой. — Кто же знал, что она такая быстрая. Но в следующий раз приманкой будешь ты, а я буду сидеть в засаде.

— Как скажешь, – мотнул головой Карах, всматриваясь в приближающийся берег. Кого он там высматривал, было понятно: в толпе, встречавшей нас на берегу, впереди всех стояла его дочь, держась за руку соседки, которая помогла ей прийти на пляж. Не дожидаясь, когда нос лодки, подтянутой самфурином почти к берегу, уткнётся в песок, Карах прыгнул в воду и пошлепал к берегу, а навстречу ему, пока ещё не способная ходить как прежде, заковыляла дочь, осторожно переставляя худенькие ножки.

-- Папа! Папа! Ты живой! – речь к ней вернулась значительно раньше. На берегу нас встречала, наверное, вся деревня: мужчины, женщины, дети – почти сотня человек – и все они рассматривали тварь, лежащую на мелководье. Теперь Мелькар не выглядел опасным: толстые чёрные щупальца бессильно колыхались в воде, гладкий панцирь, из которого они росли, матово отблёскивал на солнце. Ал-маруни смотрели на Ужас Глубин, не в силах поверить, что тварь, которая убила десятки рыбаков, теперь мертва.

Тихая Вода, жрец Селедры, притащился со своим молитвенным барабанчиком, и пялился на мелькара вместе со всеми. Неожиданно он подошёл ко мне и, сняв небольшую белую раковину, которая висела у него на груди, повесил мне на шею, а потом неспешно побрёл назад к своему храму. Я недоумённо взглянул на Караха, подошедшего ко мне вместе с дочерью на руках.

– Что произошло? Как это понимать? – я показал на раковину на своей груди.

– У него сын погиб из-за этой твари три года назад. Он тоже был рыбаком.

– Понятно. А что это такое?

– Знак милости Селедры. Такие раковины жрецы дарят тем, кто борется с тварями Хозяина глубин. С ней нам будет проще на других островах.

– Ты думаешь, пора? – я взглянул на уже ставший привычным для меня островок, на ал-маруни , которые, привязав верёвки к щупальцам мелькара, вытаскивали того на берег для разделки. За короткое время, которое я здесь провёл, я успел привязаться к этим простым людям; отчасти ради них, а не только ради жемчуга, я и попытался убить опасную тварь. У местных рыбаков на это не было шансов: их копья и остроги просто не смогли бы пробить панцирь твари, а рубить щупальца было бесполезно – мелькар быстро отращивал новые. Оставалась лишь надежда на Стражей глубин. Эти воины владели магией воды, и могли на равных противостоять опасным тварям. Но у них сейчас слишком много дел: десять дней назад произошёл новый набег на острова Коралловой гряды. Погибло множество жителей. Измененные смогли прорваться к храму Селедры, и даже пара игроков, ошивающихся в тех местах, погибли, не успев сбежать.

Мне повезло, что я решил перебраться сюда, а не остался на Центральных островах: похоже, ни Хозяину глубин, ни Селедре нет дела до маленького, всеми забытого островка, и умирающего с голодухи племени.

– Ну что, пошли домой! – подхватив сетку с нашим уловом, я уже зашагал было прочь, когда меня кто-то потянул за руку. Оглянувшись, я увидел пожилую женщину, с надеждой глядящую на меня.

– Скажи, не видел ли ты моих сыновей? Они тоже уплыли ставить сети к Чёрным камням.

Я недоумённо взглянул на Караха: я не мог припомнить никаких лодок, в тех местах, кроме нашей. Тот подошёл к ней, и с какой-то неожиданной для меня нежностью заглянул в глаза.

– Нет, матушка Румила, мы их там сегодня не видели. Видимо, они уплыли дальше. Давайте, я отведу вас домой.

– Не надо, – грустно помотав головой, старуха убрала руку. – Я ещё немножко подожду их на берегу...

По дороге к нашей хижине я спросил Караха:

– Что с ней не так? И где её сыновья?

– Погибли почти три года назад. Одними из первых, считай. Мы тогда не знали, что за зло у нас завелось, да и тварь хитрая попалась. То месяц там было спокойно, то за неделю лодка или две попадут. Грешили на Изменённых, а это Ужас Глубин оказался. Вот с тех пор она их и ждёт. Утром выходит, вроде как провожает, а потом до вечера сидит на берегу и ждёт, когда они с рыбалки вернутся.

– Мне жаль её, – это было всё, что я мог сказать. Ещё одна чужая, разбитая и изломанная жизнь.

В хижине над очагом висел котёл, и варилась похлебка. Маленькая хозяйка успела приготовить обед для отца и меня.

– Ну что ж, посмотрим, что мы сегодня выловили, – сказал я, пододвигая сетку с уловом. Вскрывать раковины мы, как обычно, доверили Найле: за прошедшее время это уже стало традицией. Девочка относилась к заданию со всей серьёзностью. Достав раковину, она стала осторожно вскрывать её небольшим ножиком.

Как я понимаю добытчиков жемчуга! Рискуешь жизнью, целыми днями не выбираясь из воды, ищешь, и даже найдя раковину, ты запросто можешь получить пустышку. Больше половины из жемчужниц пусты, независимо от размера, цвета и молитв богам.

Вот первая из раковин вскрыта. Я раздражённо плюнул в сторону. Пусто! Следующая тоже оказалась пустой, а вот третья порадовала крохотным голубым шариком. Ножик в руках Найлы мелькал стремительной серебристой рыбкой, вскрывая раковины одну за другой, пока очередь не подошла к самой большой.

Наша первая с Карахом находка такого размера! Чтобы успокоить нервы, я достал из сумки бутылку с вином и сделал большой глоток.

– Давай, Найла, открывай. Пусть Повелитель случая будет сегодня на нашей стороне.

Нож раздвинул створки раковины, и прямо в подставленные ладони Караха скатилась жемчужина размером с яйцо певчей птички. Пурпурная, с золотистым отливом, она была прекрасна! Карах сжал на несколько минут ладони, затем раскрыл их, и мы увидели, как она светится, освещая скромную хижину рыбака. Сокровище, достойное украсить корону.

Остаток вина я вылил в огонь, который ярко вспыхнул, принимая угощение. Слепец не оставил меня.

Внезапно в моей голове раздался писк, отрывая от созерцания роскошной жемчужины. Игра напомнила о себе: кто-то решил отправить мне письмо. Призвав Книгу, я быстро пробежал глазами по посланию, под которым стояла подпись 'Волчонок', а затем устало вздохнул – не одно доброе дело не остается безнаказанным. Похоже, мои приключения на островах подошли к концу.

– Карах, мне нужно на время покинуть ваш мир.

– Хорошо, – тот качнул головой – Но, нужно решить, что мы будем делать дальше. Рядом с островом жемчуга не осталось. Нам надо перебираться на новое место, поближе к Тёмным водам.

– В чём сложность?

– Нужна лодка для большой воды. На твоей мы далеко не уплывём.

С этим я спорить не мог: старая развалюха едва держалась на воде, и нам постоянно приходилось вычёрпывать воду, сочившуюся из щелей. Вдали от обитаемых островов мне понадобятся зелья лечения, еда и вино. Да и в лавке кое-что прикупить нужно; парочка рун точно не помешают. Решено!

– Карах, отдохни пока. Побудь с дочерью, поищи походящую лодку. Я отправлюсь в Двойную Спираль. У меня там есть дела, да и пополнить припасы нужно. Дней через двадцать я вернусь, и мы продолжим поиски.

Достав месячный улов из сумки, я быстро раскидал разноцветные жемчужины по кучкам. Отделив долю Караха, я протянул её ему.

– Держи. Игра Хаоса полна сюрпризов. Если я не вернусь, я не хочу чтобы вы с Найлой голодали.

Карах отодвинул мою руку.

– Я не могу их взять, нездешний. Я и так должен тебе и за спасение своей жизни, и за то, что дочку исцелил. Это не ты мне, а я тебе должен платить. Держи!

Порывшись за пазухой, он протянул мне на ладони большую голубую жемчужину, гораздо больше той, что мы нашли утром.

– Её нашла моя Сэлла незадолго до гибели. Это последняя из найденных нами жемчужин. Даже когда пришёл голод, я так и не смог её продать. Хотел оставить дочери, как память о матери. Но будет справедливо, если она достанется тебе. Ты нам очень помог, нездешний. Возьми жемчуг, и ступай...

Карах дремал возле входа в хижину, а маленькая Найла спала возле очага, раскинув руки во сне. А ко мне сон не шёл. Задумавшись, я сидел и перекатывал в руках голубоватый шарик, едва светящийся в темноте. На торговой площади за неё дадут не меньше пяти тысяч дайнов. Ради неё игроки вырезали бы всё живое на островах. А мне её отдал рыбак за исцеление дочери.

Тихонько встав, чтобы не разбудить ребёнка, я подошёл к ней и вложил жемчужину в её раскрытую ладонь. Возможно, я потом и буду сожалеть об этом поступке, но сейчас я не стану сволочью, которая заберёт у ребёнка единственную память о погибшей матери.

Игра Хаоса безжалостно перемалывает игроков, превращая нас в беспощадных убийц и мерзавцев; но пока я жив, я до последнего хочу оставаться человеком.

Долгие прощания, ненужные слова...

Компас, Двойная спираль. Прыжок!

Глава 4

Город Двойной Спирали

Многоголосье торговой площади неожиданно ударило по ушам. Толкотня, суета, крики — всё это, как-то непривычно навалилось на меня, отвык я за прошедшее время от такого количества людей. Уши ещё не успели привыкнуть к происходящему, как подлетевшие ко мне мальчишки начали наперебой предлагать товары и услуги: еду, спиртное, наркотики и даже себя, и только после того, как я отвесил пару пинков, испарились, убежав куда-то дальше. Осмотревшись по сторонам, и не увидев никого из знакомых, я быстрым шагом направился на средний ярус. Поверхность слегка пружинила под ногами. Всё-таки хорошо, что мир Тысячи островов является узловым: из него можно без долгих переходов сразу попасть в Город игроков.

Витки двойной спирали привычно раскручивались под ногами, а я про себя гадал, сколько времени у меня займёт подъём на средний ярус. Каждый раз бывало по-разному. В своё время я случайно заметил эту особенность Города игроков: время и пространство здесь не являются чем-то незыблемым. Гуляя по улочкам торговых рядов ты можешь случайно наткнуться на лавку с редкими картами или оружием, а стоит уйти оттуда, и дорогу к этому месту ты уже не сможешь найти, сколько бы ни искал. Да, это место хранит сотни тайн и загадок, и даже игроки, прожившие в Игре тысячи циклов, вряд ли знают их все.

Дом Чаш, место для встреч и переговоров. Всё, что сказано в его стенах, в них и остаётся. Здесь скрепляют сделки и заключают союзы. Это место существует столько же, сколько существует Игра, а хозяин за множество тысячелетий ни разу так и не поменялся. Но тот, кто был мне нужен, ждал меня не внутри, а снаружи. Присев на корточки и опустив вниз голову, он сидел чуть в стороне от входа, слегка покачиваясь на согнутых ногах. Я ещё был шагах в двадцати, когда он, почуяв меня, одним слитным рывком встал, чтобы нетерпеливым шагом, почти бегом, двинуться мне навстречу.

— Ну здравствуй, волчонок, – сказал я, рассматривая его. Почти большой цикл прошёл с момента нашей последней встречи, когда он, нарушая правила Игры, хотел наброситься и убить Шепчущего, куда-то ползшего по своим делам. Я тогда остановил волка, хотя и рисковал сам: среди игроков существует негласное правило не лезть в то, что тебя не касается. Наг явно хотел развлечься, посмотреть на гибель этого юнца, и я этого развлечения его лишил. В Игре Хаоса убивают и за меньшее, но в тот раз обошлось. Шепчущий не повесил на нас охотничьих меток или ещё какой-нибудь пакости. Я специально проверял, видимо, он очень торопился.

— Ты быстро пришёл. Я ждал недолго.

– Зайдём, поговорим? – я махнул рукой на вход в Дом Чаш.

– Нет, — волчонок махнул головой, – Слишком шумно, много запахов и звуков. Всё это мешает, отвлекает. Иди за мной, я покажу тебе другое хорошее место. Там мы поговорим.

И он быстро пошёл вперёд, не оставляя мне иного выбора, как следовать за ним.

Стараясь не отставать, я пытался сообразить, куда ведёт меня это дитя природы, и что для него может быть хорошим местом, да ещё на среднем ярусе: Арена, мясные ряды или какая-нибудь лавка с пряностями или специями. Антропоморфы – одни из самых, на мой взгляд, непредсказуемых игроков. Боги, забавляясь и играя в свои малопонятные игры, создали большое их разнообразие. Люди-кошки, люди-волки, люди-медведи, люди-ящеры, люди-обезьяны... Обладая разумом, все они, тем не менее, во многом повиновались инстинктам. Взрывная и непредсказуемая смесь, а учитывая непрерывное воздействие эмбиента, у них слишком часто возникали проблемы с самоконтролем.

Волчонок шёл, не оглядываясь, ныряя в проходы между лавок и сворачивая в какие-то закоулки, пока мы не вышли в какой-то переулок, о существовании которого я даже и не подозревал. Оглянувшись по сторонам и пытаясь понять, где мы находимся хоть приблизительно, я не узнал ни одного здания, да и выглядело место каким-то заброшенным, я бы даже сказал, забытым. Иногда такое чувство возникает, когда попадаешь в места вроде старых подвалов или чердаков, где слишком долго не появлялись люди. Тем временем волчонок, подойдя к каменной маске, висевшей на стене, сунул лапу в раскрытый рот, и что-то там дёрнул. Раздался скрип, и часть стены, на которой висела маска, отъехала в сторону, открывая проход.

Мой проводник последовал внутрь, а я, стараясь не отставать, двинулся следом; этот мохнатый молчун сумел меня заинтриговать и удивить. Сгорая от любопытства, я, согнувшись, нырнул в проход, чтобы через несколько ударов сердца оказаться в другом мире. Тёплый ветерок овевал лицо, неся с собой запах цветущей сирени. Я растерянно стоял и оглядывался вокруг, пытаясь понять, где я нахожусь. Густая зелёная трава под ногами, чуть впереди – несколько кустов сирени и пара яблонь. Сделав пару шагов по дорожке из красного камня, я не выдержал и сорвал пару травинок, чтобы проверить, что это: иллюзия или реальность. Но трава никуда не исчезла. На ощупь, запах и даже вкус это была обычная трава, растущая в очень необычном месте.

Сразу за деревьями виднелась беседка, стоявшая на небольшом островке, вокруг которого струился ручей. Через воду был перекинут горбатый каменный мостик. На нем меня уже ждал волчонок, задумчиво уставившись в воду. Кажется, я понял куда, он меня привёл! Я слышал от других игроков о подобных вещах, скрытых проходах и потайных комнатах, которые остались в Игре чуть ли не со времён первых игроков. Тогда в Игре ещё не существовало Домов, уголков, где игроки могли бы расслабиться, отдохнуть, побыть в одиночестве и безопасности, и многие из них создавали такие убежища, пряча их в укромных местах. Сейчас подобное невозможно, да и не нужно, если любой может вступить в уже существующий Дом или заплатить дайны и купить свой собственный маленький мир. Интересно, сколько же тысячелетий этому месту? Задумавшись, я осматривался по сторонам, пытаясь найти какие-либо подсказки, раскрывающие тайну этого места. Но головоломки и загадки могут подождать: не за ними я сюда пришёл. Я встал рядом с человеком-волком.

— Я почти большой цикл прождал нага, но он так ни разу здесь не появился.

— Зачем? Чтобы вновь попытаться его убить? Я же тебе тогда ясно объяснил, что убить игрока в Двойной Спирали невозможно. Это закон бытия, воля Хаоса и Смеющегося господина. Чтобы ты ни предпринял, убить здесь ты не сможешь.

Волк продолжал смотреть на воду. Наконец он снова негромко заговорил:

– Я это знаю и помню. Тогда ты правильно сделал, что меня остановил. Я бы погиб, месть осталась бы незавершённой, и моя семья не смогла бы выйти на лунную дорогу и попасть в леса доброй охоты. Я хотел найти его след, почуять его запах, услышать стук его сердца, ощутить вкус его крови, и тогда бы я смог следовать за ним повсюду. Найти его не здесь, а в другом месте, где нет запретов.

Я задумчиво кивнул головой. Расовая способность антропоморфов. Я слышал о подобном. Она позволяет настраиваться на избранную жертву, устанавливать ментальную связь, позволяющую чувствовать местонахождение жертвы. Благодаря этой способности люди-волки были одними из лучших охотников за головами.

-- И что бы тебе это дало? Если бы ты смог его найти?

От этих слов он даже заскрипел зубами, а когти с такой силой вонзились в каменные перила, что по ним едва не побежали трещины.

– Я убью эту тварь! Вспорю ему брюхо и вырву сердце. Он заплатит за всё. За нашу деревню, за моих: мать, отца и сестру. За всех, кого он убил.

– Ага, вот так просто найдёшь его, и убьёшь. Я ничего не перепутал? – произнёс я, оглядываясь по сторонам. Всё-таки чудесное место! Тот, кто его создал, был явно человекоподобным. Ни мотыльки, ни ящеры не смогли бы оценить или создать такую красоту.

– Нет, ты всё верно сказал.

– Скажи, мой друг, сколько заполненных сегментов на твоём медальоне? Как велика армия, которую ты можешь призвать, и какого она типа? Заодно напомни мне количество золотых карт в твоей Книге, чтобы я посоветовал правильную последовательность для максимально эффективного удара. Ты же не будешь настолько глуп, чтобы бросать вызов одному из сильнейших игроков в Двойной Спирали, не будучи к этому готовым? Ты же сделал всё необходимое: собрал информацию о нём, например, узнал, что Шепчущий на сегодняшний день – единственный чемпион Арены, оставшийся в живых после Кейдана. Или, например, о слабых и сильных сторонах Легиона Мёртвых, отряда, который он призывает в бой, будучи полководцем. А также примерный набор его атакующих и защитных карт. Если ты всё это проделал, собрал армию, подготовил припасы, нашёл союзников – так ступай же, и порази зло. Я буду мысленно с тобой!

– Ты молчишь, и тебе нечего сказать, как и тогда в Двойной Спирали. Ты хочешь броситься в бой, не думая ни о чём. И знаешь, что я тебе скажу? Результат будет таким же. Теперь я даже жалею, что вмешался тогда: ты бы умер, не мучаясь. Ты думаешь, что выследишь нага, подкрадёшься и прикончишь его в честном бою. Нет, так не будет. Но я знаю, что будет. Он убьёт тебя, даже не дав приблизиться и на пару сотен шагов, прихлопнет, как глупую и назойливую муху каким-нибудь заклинанием.

– Он должен заплатить за кровь! Моя жизнь ничто, если я не смогу отомстить за родичей. Я ждал. Я готовился. Я смогу, только помоги его найти.

– Идиот! – От злости, не выдержав, я стукнул кулаком по перилам. – Хорошо. Если ты так хочешь умереть, кто я такой, чтобы мешать тебе в этом благородном порыве? Но у меня есть небольшое условие. Сейчас мы пройдём на Арену и проведём учебный поединок. Победишь меня, и я подскажу тебе самый простой и быстрый способ найти Шепчущего. Вернее, он сам тебя найдёт. Не победишь – откажешься на время от попыток преследовать его, хотя бы на пару больших циклов. У меня девятая ступень, у тебя одиннадцатая. Я более опытный, зато у тебя хорошие боевые навыки. Так что всё более-менее честно. Согласен?

– Да, – согласился он. – А разве на Арене можно проводить учебные поединки?

– Можно, – подмигнул я ему. – Только это небольшая тайна, и о ней молчок. Ты открыл мне одну тайну, а я взамен открою другую. На Арене можно проводить тренировочные бои, и места для поединков там представлены те же, что используются в схватках во время дуэлей. Можно использовать любую магию, существ, и любое оружие. Ничего страшного не случится, даже если проиграешь во время поединка. Смерть не наступит, карты останутся активными. Это здорово помогает готовиться к предстоящему турниру, например, чтобы отработать тактику и способы ухода от атаки. В общем, очень полезные знания, даже для тебя. Но сначала скажи: что ты знаешь об этом месте, и как ты его нашёл?

Волк безразлично взглянул в сторону деревьев и островка, и снова уставился в воду.

– Ничего. Это место пустое, и уже очень давно здесь никто не появляется, кроме меня. Я был ранен после боя, вернулся в Двойную Спираль, искал безопасное место, чтобы вылечить раны, остановить кровь... Мне нужны были земля, вода и деревья. Я шёл и искал, а потом почувствовал дорогу. Зов. Он привёл меня сюда. Долго не мог войти, потом нашёл вход. Тут есть всё, что мне нужно. Теперь прихожу сюда лечить раны и голову. Это место хорошее, успокаивает, проходят боль и злость, здесь снова становишься собой. Да и раны быстрее заживают.

Ай да волчонок! Какой же ты молодец! Такое чудесное место отыскал! Теперь понятно, как он не спятил за все эти годы, без конца охотясь на диких планетах и поднимаясь по ступеням. После нашего знакомства я долго не мог понять, как этот игрок ещё не сошёл с ума от эмбиента, и не стал берсеркером, убивающим всё живое. За двадцать больших циклов подняться на одиннадцать ступеней – это очень много и быстро; для этого практически безостановочно нужно истреблять всё живое и разумное; и те, кто так поступают, почти всегда теряют разум. А он, получается, здесь отсиживался, когда начиналась жажда эмбиента. Видимо, старый хозяин что-то предпринял, чтобы быстрее восстанавливать здесь тело и рассудок. Теперь я начал понимать и ценить великодушие моего спутника, показавшего мне это место.

– Я пойду, осмотрюсь, – сказал я волку. Тот всё так же безразлично смотрел на воду, думая о своём, потом нехотя кивнул:

– Я буду ждать здесь.

Каменная беседка была небольшой и очень уютной. Сложенная из белого камня, тёплого на ощупь и похожего на мрамор, она была густо увита виноградной лозой. Внутри я увидел два странных подсвечника, стоящих в небольших нишах. Вместо свечей в них были вставлены кристаллы, в одном зелёные, а в другом – синие, которые слабо светились. На столе, установленном посреди беседки, лежала раскрытая книга, оставшаяся видимо, ещё со времён первого владельца этого места. Я бегло её пролистал, но не нашёл знакомых букв: язык книги был мне незнаком. Её я сунул себе в сумку: пригодится.

Над скамьями, расположенными по периметру беседки на первый взгляд не было ничего видно, но меня так просто не проведёшь. Достав нож, я немного поковырялся в стене беседки, и довольно хмыкнул, когда каменная панель отъехала в сторону. За ней стояли несколько бокалов и закупоренных бутылок. Открыв одну из них, я сделал глоток и почувствовал вкус хорошего вина. Видимо, хозяин, чтобы припасы здесь не портились, использовал магию, сохраняющую всё, что здесь оставлено, на века.

Так, что у нас тут ещё есть? Обследовав стены беседки, я нашёл ещё шесть скрытых панелей. К сожалению, каких-то сокровищ владелец этого места здесь не хранил, или забрал перед тем, как его покинуть. В одной из потайных ниш лежала полупустая аптечка с незнакомыми мне лекарствами, в другой – комплект постельного белья и запасной одежды. В следующей была еда: засушенные фрукты, орехи и ещё что-то незнакомое. Только в одной из ниш находки порадовали: за панелью стоял десяток книг и лежал проектор с набором кристаллов. Вставив один из кристаллов в разъём, я включил проектор, и на столе появилась полуобнажённая девушка, танцующая эротический танец. В общем, в беседке нашлось всё, что необходимо, чтобы скрасить досуг и подлечить раны. Покидав книги в сумку, я последовал к своему скучающему спутнику.

–Тай, – мысленно обратился я к своему симбиоту: – Запоминай дорогу сюда. Эти знания нам пригодятся. Из запястья на моей руке выпал крохотный серебристый шарик, растекшийся незаметным пятном по траве.

–Я пометила это место частицей себя, теперь смогу чувствовать его в любом месте Двойной Спирали и найти к нему дорогу. – прошелестел в голове голос Тайвари.

– Хорошо, спасибо тебе.

Обратная дорога не заняла много времени: пару десятков шагов, и мы вместе с моим спутником уже стоим среди торговых рядов, причем в другом месте, а не там где был вход. В начале, когда я только попал в Двойную Спираль эти игры с пространством и временем меня очень удивляли: я просто не мог понять и принять, как так может быть, что торговая лавка, находившаяся вчера во втором ряду возле Дома Чаш оказывалась в центральных рядах возле Арены. Почему, стоило провести час, тренируясь на Арене, а выйдя – узнаешь, что прошли сутки. От этого всего можно было легко спятить, но потом мне дали мудрый совет: «не пытайся все понять, а просто прими как данность». Тем более на торговой площади существовали объекты, которые всегда оставались на своих местах, своеобразные якоря: Дом Чаш, Арена и Лавка.

Их всегда можно было увидеть из любой точки торговой площади, именно по ним, ориентировались игроки и торговцы, назначая места встреч. Быстро оглянувшись по сторонам, я увидел стену Арены, видневшуюся за торговой площадью чуть в стороне. Да уж недолго осталось, скоро врата ведущие туда откроются перед игроками, предоставляя им возможность доказать в бою свое право на жизнь во время Малого Турнира.

Ускорив шаг, я направился к Арене, волчонок мрачно плелся сзади, громко сопя, наверно злится, что я мешаю ему геройски умереть. Честно говоря, эта затея начала и мне самому надоедать. Одно дело, спасти от глупости юнца, который поддался приступу ярости и собирается напасть на нага, и совсем другое, раз за разом спасать самоубийцу, что пытается прыгнуть в пропасть. Слишком увлечёшься спасением, он и тебя вместе с собой утянет в бездну.

Арена – это еще одна шутка Безумного Бога, чем ближе к ней подходишь, тем больше она становится. В начале торговых рядов, когда на нее смотришь, это небольшое здание, имеющее едва ли пару этажей в высоту. А оказавшись рядом со стенами и задрав голову к небесам невозможно увидеть и оценить высоту здания. Казалось невозможным, как нечто столь большое может умещаться на столь малом. Ее величие и мощь потрясают, аура безумия и силы пропитывют эти стены, тысячи лет здесь умирали и побеждали, сменялись поколения игроков и уходили в небытие тысячи безымянных рабов и пленников, погибавших ради увеселения толпы. А стены Арены по-прежнему стоят, и будут стоять впредь, пока горит черное пламя хаоса на алтаре Смеющегося Господина.

Арена, как и все вокруг нас менялась внешне, при этом, сохраняя свою суть. Сейчас она была похожа на высокое белоснежное здание, круглой формы с высокими стрельчатыми окнами и стенами увитыми плющом и диким виноградом, сквозь каменные блоки стен местами пробивалась трава. Случайного путника быть может эта простота и смогла бы обмануть, но не меня, видевшего Арену в разных обличиях. Эта сонливость и простота скоро сменится черным гранитом, на котором будут плясать искры первородного пламени хаоса, на невидимом ветру будут колыхаться знамена живых и погибших Домов игроков, а яростный рев боевых труб и грохот барабанов будут приветствовать наши победы и поражения во имя величия и славы Смеющегося Господина.

Возле входа в Арену сегодня было многолюдно: множество игроков толпились вокруг, что-то бурно обсуждая. Я, покопавшись в памяти, припомнил, что скоро бои гладиаторов, Сумеречные Всадники и Псы Атрахана выставили новые команды бойцов и сегодня должен состояться их первый бой.

Выхватив из рук мальчишки-разносчика спортивный листок, я мельком глянул на турнирную таблицу. Все правильно, сейчас идут отборочные туры, и сегодняшние команды как раз борются за место в основном составе. Псы Артахана выглядят, конечно, более выигрышно против своих соперников. Сумеречные Всадники впервые выставили свою команду для участия на Арене. Да и ставки принимают один к трем против них. На миг, задумавшись, а не сделать ли мне самому ставку, я сам себя мысленно одернул, не за этим я сюда пришел.

Нырнув в боковой проход рядом с главными вратами, я быстрым шагом поспешил наверх. Мне нужен был третий ярус. По коридорам бегали служители Арены, снизу раздавался рев: перед боями гладиаторов на арену для затравки выпустили громадную четырехрукую горилообразную тварь, с зеленой шерстью и булавохвоста, здоровенного ящера покрытого прочными костяными пластинами. Основным его оружием был хвост, оканчивающийся шарообразным костяным наростом, усыпанным шипами. Как раз сейчас внизу на арене, горилла запрыгнула на спину булавохвоста и пыталась выломать костяные пластины. Ящер же, неожиданно для всех, упал на спину и, покатившись, попытался подмять под себя врага, но тот успел отпрыгнуть в сторону. От созерцания схватки меня отвлек волчонок, тронувший за плечо. С трудом оторвавшись от интересного зрелища, я проследовал дальше. Зайдя в небольшой проход, за которым скрывался переход на следующий ярус, я, наконец, попал на нужный мне этаж.

Здесь я уже не спешил, а шел не торопясь, внимательно вглядываясь в стены и ниши, видневшиеся повсюду. В некоторых из них стояли вазы с цветами, висели картины или журчали фонтанчики, но это все было не то. Почти обойдя весь этаж по кругу я, наконец, нашел то, что искал: небольшую мраморную статую юноши, стоявшего с протянутой вперед рукой. Оглянувшись по сторонам и не увидев никого кроме своего спутника, я призвал книгу и извлек из нее двадцать семь дайнов, которые и вложил в руку статуи. Пластинки дайнов исчезли, а в нише за статуей открылся проход, куда я торопливо зашел, следом шагнул волчонок, недоуменно оглядываясь по сторонам.

В небольшой комнате без окон было пусто, лишь на стенах тускло горели несколько светильников, да в центре на небольшом пьедестале лежал большой каменный круг, к которому я и подошел.

–Сейчас для нас с тобой я выберу арену для поединка, – прокомментировал я свои действия для спутника: – в игре их существует около тысячи, но я выберу ту, которая будет максимально удобна для тебя, чтобы ты не думал, что проиграешь из-за неблагоприятных условий.

Ну, где же она? Я вращал каменный диск, выискивая подходящую арену: Зал Падающих Колон не то, Грязевая Яма тоже не то, довелось мне на ней как-то сражаться, после этого мне казалось, что въевшиеся там вонь и грязь, я не смогу смыть никогда. А вот и она, нужная арена – Джунгли, как мне кажется, для антропоморфа самая выигрышная площадка. Найдя нужный значок, я перетащил его в центр круга, потом, снял свой медальон игрока и прикоснулся им к знаку.

– Сделай то же самое, что и я, – сказал я своему волчонку: – Мы перенесемся на учебную арену, там ты, не опасаясь меня убить и быть убитым, можешь использовать все чтобы добиться победы: любые раны, увечья и даже смерть, исчезнут после боя. А теперь коснись своим медальоном знака арены, и мы окажемся там.

Ни секунды не колеблясь он снял свой медальон и опустил его на знак, а спустя миг я уже стоял посреди жарких и влажных джунглей. Поединок начался.

Оглядевшись по сторонам, вдалеке я заметил небольшую поляну, возникшую из-за падения большого дерева. Его громадный ствол лежал как раз поперек нее. Подходящее место, то что нужно для моего плана. К нему я и поспешил, по условиям поединка мы должны оказаться на противоположных концах арены, но в том, что мой спутник меня скоро найдет, я не сомневался. Прирожденный охотник в благоприятной для себя среде, спрятаться от него или попытаться не заметно подкрасться – без шансов. Волчонок не новичок, он смог выжить и подняться достаточно высоко, да и опыт боев против других игроков наверняка у него есть, поэтому играть в прятки с ним я точно не стану, все должно решиться просто и быстро.

Под ногами чавкает грязь, рядом со мной гудят насекомые, пробуя мою шкуру на вкус, а я продираюсь сквозь лианы и заросли к облюбованному месту, еще пара ударов короткого меча и я расчищаю, наконец, проход и выбираюсь на полянку. Порывшись в сумке, я нашел кусок черной смолы, которую и поджёг, ее едкий запах быстро разогнал насекомых, а я осмотрел поваленный ствол: не хочу, чтобы меня какой-нибудь паук или змея ужалили, и с удовольствием присел, опираясь спиной на него. Из сумки я извлек небольшой пузырек с расширителем сознания, это зелье почти удвоило мои возможности в ментальной сфере, правда голова после него болит ужасно, но ради результата стоит потерпеть, жаль эффект не слишком продолжителен: меньше двух часов.

Пролистав книгу, я поменял в жезле пару карт и набросил Доспех Стремительных Ударов. С подготовкой закончено, теперь остается ждать своего противника. Чтобы сильно не скучать в ожидании, я решил почитать пару книг, из тех, что захватил из беседки. Читать не получилось. Неспешно листая книгу, я разглядывал картинки, пытаясь угадать, откуда они и о чем? В одной были странные чертежи и схемы, но даже Тайвари не смогла понять, о чем они и что за устройства изображены на чертежах, другая мне кажется, была приключенческим романом с красивыми трехмерными картинками, на которых какие-то герои спасали принцессу от коварного темного колдуна. Пролистав почти до финала, где главные герои, стояли над поверженным злодеем с мечами в руках, я почувствовал присутствие своего оппонента.

Я уловил его эмоции: удивление, любопытство и непонимание происходящего. Не смотря на это, я продолжаю листать книгу, правда, лишь делая вид, что увлечен чтением. На самом деле все мое внимание отдано сфере разума, я пытаюсь понять, где же волчонок? Пока он был слишком далеко, и мне не удавалось определить с какой он стороны. Ну же давай, подходи ближе. Мой противник явно не знал, что делать. Его инстинкты, все те знания и умения, которые он применял, что бы выжить в Игре, сейчас сильно мешали ему принять решение. Он охотник, он привык искать и ловить жертву, был готов часами выслеживать ее, но когда цель сидит, беззаботно листая книгу, о чем он может подумать? Только то, что все происходящее – ловушка, способ чтобы выманить его, заставить издали нанести удар, раскрыв себя и нарваться на ответную контратаку.

Стоит его похвалить. Проявив осторожность, он медленно приближался ко мне по кругу, ища возможную ловушку или засаду, но главную ошибку он уже совершил – подойдя достаточно близко, чтобы я смог понять, где он находится. Его все еще не было видно, но я точно знал, что он сейчас там, между тремя большими деревьями справа от меня. Пора, активатор в моей руке и из него вырывается Дыхание Прародителя Драконов. Багровая струя бьет по джунглям, выжигая все на своем пути. В последний миг волчонок пытается убраться в сторону от пламени, он быстр и почти успел уйти из зоны удара, но на войне и в битве почти не считается: ты либо успел, либо нет. Самый край пламени коснулся его шерсти, и она вспыхнула огнем. Я думал, он закричит, боль во время учебного поединка такая же, как и в реальном бою, но даже здесь он сохранил тишину. Спустя пару ударов сердца джунгли стали меркнуть, постепенно исчезая, а мы с антропоморфом снова оказались возле входа в комнату, напротив уже виденной статуи юноши. Бой окончен.

Мы долго стояли в тишине перед статуей, прежде чем он заговорил.

–Ты не мог меня ни увидеть, ни почуять. Я не нашел существ, которых ты мог бы призвать. Как ты узнал место, где я находился?

–Эмпатия – сфера разума, она позволяет чувствовать эмоции направленные на тебя, в основном, самые сильные – такие как любовь, ненависть или голод. С помощью эликсира восприятия я смог уловить твое присутствие и примерное место, где ты находился, а дальше уже все было просто.

Он снова замолчал, размышляя о чем-то своем: – А наг тоже так может?

Устало вздохнув, я присел возле стены, разговор предстоит долгий.

–Если верить слухам и разговорам среди игроков, Шепчуший, на сегодняшний день, возможно, один из сильнейших ментатов в игре. Из-за этих способностей его опасаются даже владыки с полководцами, а простым игрокам вроде тебя или меня, в принципе, ничего не светит в прямом бою с ним. Эта тварь слишком высоко забралась по лестнице силы. Он старше нас обоих на века и все эти циклы он совершенствовался, рос, собирал карты и оттачивал свои боевые навыки. Этот ублюдок сумел стать чемпионом Арены еще до Кейдана, а это достижение, которым стоит гордиться, ведь сразиться за приз Смеющегося Господина жаждут многие, но получает его лишь один. Пойми, жизнь – это не сказка или Легенда, в которой добро всегда побеждает зло. Когда я учился в академии Железных клинков, нам там постоянно рассказывали про подвиги героев и прочую чушь, особенно часто про великую шестерку. Шесть героев, сумевших уничтожить великого некроманта Каюсара, который вместе со своей армией нежити хотел поработить мир, убить все живое, низвергнуть алтари светлых богов и изнасиловать всех девственниц, что оставались в этом мире, и так далее и тому подобное. И вот эти герои: двое магов, отважный рыцарь, монах, лучник и вор пробрались в замок страшного некроманта и смогли его убить. Обезглавленная армия нежити, потерявшая управление, была быстро истреблена, правда часть ее сумела затаиться, и теперь ждет воскрешения Каюсара, чтобы вновь бросить вызов всему живому. Красивая сказка, но нам ее столько раз рассказывали и памятник героям показывали, что я решил разобраться – что в этой истории – правда, а что – вымысел. Действительно, был такой некромант Каюсар , он обитал в Туманных горах, где сумел каким-то образом обрести источник большой магической силы. Что это был за источник и как он его обрел толком неизвестно, хотя я подозреваю, что этот некромант заключил сделку с кем-то из темных богов и в обмен на человеческие жертвы получал силу для воскрешения мертвых и трансформацию живых в различную мерзость. Накопив достаточно сил, чтобы расплатится с хозяевами, он напал на Срединные королевства, вырезая подчистую захваченные города и села. Это стало началом Костяных войн, как их потом назвали. Длились они без малого лет двадцать, но совместными усилиями армии Объединенных королевств, магов и жрецов местных богов армию нежити удалось загнать назад в Туманные горы. Цитадель некроманта осадили, во время генерального штурма туда смог пробраться небольшой диверсионный отряд из отлично подготовленных бойцов и магов, снаряженных превосходными доспехами, оружием и лучшими артефактами, что существовали на тот момент. В решающий момент боя, когда некромант был отвлечен начатым штурмом и отражал магические атаки волшебников, именно этот отряд и нанес удар, который действительно его прикончил. И пусть ни один из них не прожил больше года, погибнув от посмертного проклятья, задачу они смогли выполнить. А теперь заметь разницу между правдой и легендой: герои были не сами по себе, за их спиной стояла огромная армия из солдат, была поддержка магов и жрецов, лучшее оружие и артефакты, плюс начатый штурм, что отвлек некроманта, и лишь совокупность всех этих условий привела к успеху. А если бы они были одни, сами по себе, без армии и поддержки, даже если бы они смогли пробраться в охраняемый замок, миновав охрану и магические ловушки, так чтобы не потревожить сигнальные чары, – я с сомнением качнул головой.

-Вот это, как раз сказки. Почти наверняка, все, что они смогли бы сделать – лишь пополнить собой армию нежити и зомби. А теперь взгляни на себя: ты и есть, этот одинокий герой, бросивший вызов некроманту и за твоей спиной нет ни армии, ни друзей, да и карты в твоей книге тоже наверняка не золотые и серебряные, а значит, не позволят обрести тебе преимущество в прямом столкновении.

– И что же мне делать?

Как мне показалось, я услышал растерянность в его голосе. Да уж, представляю, каково сейчас ему: столько лет ждать этой схватки, жить одной только местью, готовить себя к этому поединку и узнать, что как бы ты не был сейчас силен, враг все равно сильнее.

– Не знаю, если честно. Ты, конечно, можешь и дальше пытаться найти Шепчущего. Год пройдет быстро, и если переживёшь Малый Турнир, у тебя, наверняка, появится еще один шанс. Но результат думаю, будет вполне предсказуем. Это первый путь, второй вариант – войти в какое-нибудь клановое сообщество зверолюдей, там тебе будет проще всего. Те же Псы Артахана или Стальная лапа с удовольствием примут тебя к себе. В клане ты сможешь получить поддержку себе подобных, обрести друзей и семью. Опять же обучение, подготовка, совместные рейды и сражения против враждебных кланов дадут тебе немало эмбиента и карт, если сможешь уцелеть. А там выжидай, ищи шанс, кто знает, может тебе повезет подловить шепчущего из засады или в бою с кем-то равным ему по силе и так его достать.

– Твои слова мудры, но я не могу ждать столь долго. Души моих родителей, брата и сестёр не могут войти в поля Доброй Охоты, пока я за них не отомщу. Они скитаются в долине теней во тьме и холоде, едят объедки и пьют горькую воду и не могут присоединить свои голоса к великой песне. Я же буду все эти годы ждать, позволяя убийце жить. Я так не могу!

Последние слова он прорычал.

– Скажи, ты же долго в Игре и наверно знаешь, есть ли способ быстро обрести силу так, что бы я смог стать вровень с моим врагом, не тратя на это долгие годы?

Я смотрел на него и буквально чувствовал ярость и ненависть, сводящие его с ума. Шепчущий щедрой рукой сажал семена ненависти, придет и его время собирать урожай. Что ж видят боги, я сделал все что мог. Я встал и коротко бросил: – Ступай за мной!

И мы направились к ближайшему проходу, ведущему вниз. Спускаясь по ступеням лестницы, я на ходу рассказывал про путь быстрого обретения силы.

–Ты должен знать, что существуют верхние и нижние миры. Верхние – обитель светлых богов и духов, нижние – место, где царят темные боги и демоны. Но существуют места, где не властвует ни свет и ни тьма. Одно из таких мест -Арена Тысячи Битв. Туда попадают из огромного множества миров души воинов и солдат, что не смогли обрести свет, но и тьма над ними не властна. Там они продолжают сражаться друг с другом, ведя бесконечные бои, души генералов и полководцев, раз за разом, поднимают в бой полки своих уже мертвых солдат, повторяя проигранные ими при жизни сражения. В это место спускаются иногда демоны и владыки темных домов, чтобы удовлетворить кипящую в их сердцах ярость. Там в бесконечной череде схваток, если не потеряешь себя, можно обрести силу, которую ты ищешь. Как говорят слухи, те, кто сможет там уцелеть и вернуться назад, становятся одними из лучших воинов во вселенной. Я не знаю насколько это правда, но это единственный быстрый путь к обретению силы, который мне известен. Можно только догадываться о том, что тебя там ждет, но по слухам, туда гораздо легче попасть, чем оттуда вернуться. В горниле ярости и сражений очень легко утратить себя, забыв, кем ты был и зачем пришел в это место. И чтобы вырваться оттуда, нужна цель, настоящая за которую можно ухватиться, и она, как путеводная нить, выведет тебя обратно наверх.

– Но почему же ты сам туда не пошел?

Я с сомнением качнул головой: – Слишком много риска. Я знал двоих, кто ушел туда за силой и мастерством, но не знаю ни одного, кто оттуда вернулся. Слишком много слухов, а точной информации об этом месте нет. Действуют ли там карты и способности, дарованные нам Владыкой, и как найти дорогу обратно, все слишком зыбко и эфемерно. – Нет, – еще раз я качнул головой: – Сила это конечно хорошо, но все это я могу обрести никуда не спускаясь, и не рискуя спятить и оказаться навсегда запертым с тысячами бесконечно сражающихся друг с другом духов. Но ты, если хочешь, можешь рискнуть. Кто знает, может тебе повезет, это последнее, что я могу для тебя сделать.

Ступеньки длинной чередой тянулись друг за другом, и лишь факелы на стенах разгоняли темноту. И снова вопрос.

– Скажи, почему ты помогаешь мне? Сначала там, на площади ты меня остановил, когда я почти напал на нага, и сейчас, ты открываешь свои секреты и хочешь мне помочь. Пусть я мало знаю об Игре, зато много знаю об игроках, и никто из них никогда просто так не будет помогать другому. В чем твоя выгода?

Не хотелось мне начинать этот разговор, не люблю я вспоминать о прошлом. Но пересилив себя я, все-таки произнес: – Долг чести отдать хочу. Однажды мне очень сильно помог антропоморф, похожий на тебя. Быть может вы даже с ним из одного мира. Он тогда спас мне не только жизнь, но и помог сохранить себя, показав, что есть и иной путь, кроме как без конца убивать. Я тогда был изгоем без дома и цели в жизни, на меня шла охота но, несмотря на это, он принял меня в свой клан и помог. Он был добр и мудр, таких как он, я больше в жизни не встречал. Я на миг замолчал, мне нелегко давались эти слова.

–И когда прошло какое-то время я спросил его, чем я смогу расплатиться за его помощь. Он попросил лишь об одном: поступить так же с другим игроком, который будет нуждаться в помощи. Скоро Турнир и никто не может знать: смогу ли я выжить и уцелеть на нем, и если так случится, что я погибну, то мне будет легче, от того что по этому долгу я расплатился сполна.

Наконец, мы подошли к цели нашего пути: нижний ярус великой Арены, длинный каменный коридор и несколько факелов, отбрасывающих колеблющиеся тени на стены.

– А что случилось с твоим другом? – слова волчонка гулко разнеслись по коридору.

– Он ступил на ту же дорогу, по которой хочешь идти сейчас ты. Это было почти сорок больших циклов назад. С тех пор я его больше не видел.

Я прошел вперед к двери, видневшейся в конце коридора. Огромная, массивная, выше меня в три раза, она была оббита сверху донизу широкими металлическими полосами с шипами торчащими наружу. На полосах металла были рисунки, вглядываясь в которые можно было различить фигурки сражающихся людей, рвущих друг друга на части антропоморфов, вот инсектоид, насаживающий ящера на свои лапы-клинки, а позади него видна фигурка механоида с занесённым для удара клинком. Каждый раз рисунки были разными.

Я показал рукой на ручку двери по форме напоминающей обнаженный клинок меча: – Если ты уверен в своем решении, то тебе туда. Но это, скорее всего, дорога без возврата.

Человековолк замер, напряженно вглядываясь в дверь, рассматривая рисунки на ее полосах и бурые потеки под ручкой. Потом, отбросив сомнения, он потянул ручку двери на себя, и по лезвию клинка щедро побежала кровь. Дверь с трудом отзывалась на его усилия. Боль и кровь служат платой за то, чтобы открыть ее. Красная влага густым ручьем стекала по ручке и створке когда, наконец, дверь уступила усилиям антропоморфа и распахнулась. Волчонок с трудом отнял от ручки свои израненные лапы, изрезанные до кости и собрался шагнуть в створ.

– Стой! – порывшись в сумке я, нашел кусок плотной белой ткани и перемотал его лапы, затем сунул пузырек с зельем лечения.

– Я не знаю, что ждет тебя впереди, какие бои и схватки, но их не обязательно начинать уже раненым. Пока ты здесь на тебя действуют законы Игры хаоса, но что ждет тебя там, толком не знает никто, так что на карты особо не рассчитывай. А это тебя на память, – я нашел в сумке небольшой бронзовый медальон с выбитой оскаленной волчьей пастью.

– Его мне когда-то дал лидер нашего клана Ул"ган, прежде чем уйти туда, – и я махнул в сторону двери: – Он мне тогда сказал, что если я решу пойти его дорогой, то медальон мне там пригодится. Я так и не отважился пойти за ним, поэтому пусть лучше он будет у тебя, может там он сможет чем-то тебе помочь.

Волчонок взглянул на медальон, что я повесил на его грудь.

– Спасибо, что помог, я этого никогда не забуду.

Он призвал свою книгу и извлек из нее карту: – Держи, это тебе на память обо мне, я думаю, тебе она наверняка пригодится – после чего протянул мне карту, на которой была изображена маска в форме филина. Затем он развернулся и шагнул в дверь. Дымка, что укутывала проход исчезла, и я увидел долину красного песка, где среди дюн виднелись обломки оружия, скелеты и тела, на склоне песчаного холма у горизонта возвышался огромный костяк существа, похожего на дракона... Волчонок неспешно шел по песку, с любопытством оглядываясь по сторонам, а дверь начала неспешно закрываться, как-то определив, что больше в нее никто не войдет или просто время вышло. Прежде чем мой спутник исчез я крикнул: – Как тебя зовут, Волчонок? И из почти сомкнувшейся двери до меня донесся ответ: – Акива.

Глава 5

Поднимаясь наверх, я раздумывал о выборе Акивы и его возможной судьбе. То, что он сумеет вернуться с Арены Тысячи Битв я слабо верил, конечно, шансы есть, но они очень малы. Если там не смог выжить и вернуться назад лидер нашего клана Ул"ган, почти достигший ранга полководца, то какие могут быть шансы на выживание у щенка с одиннадцатью ступенями силы. Хотя интересное должно быть место. Сколько игроков там сгинуло за тысячелетия вместе со всем, что было при них. Интересно, а их карты так и остались погребены на месте гибели или они постепенно возвращаются в игру, как это бывает с атрибутами погибших игроков в мирах покинувших игру. Если карты остаются на Арене, то это хороший куш. На миг я даже мысленно прикинул, как бы я мог добраться до них. Но быстро отбросил эти планы, как явно невыполнимые.

Выйдя наверх, я взглянул на карту, которую подарил мне Акива.

Великая маска хранителя ночи — было написано на карте. Несмотря на громкое название возможности даваемые владельцу не слишком впечатляли. Ночное зрение и усиление зрения хозяина на десять процентов. Гораздо больше меня заинтересовало совсем другое: небольшой значок в углу карты, обозначавший не только то, что маска является частью Доспеха Хранителя Ночи, но и то, что она является носимой частью. Вот это была действительно редкость. Как правило, для сборных доспехов и артефактов требуется собрать все карты, входящие в комплект, и только после этого возможно объедение всех частей в одну карту, которую уже можно применять. Но Доспех Хранителя Ночи, видимо, был абсолютно другим. Согласно этому значку, каждый элемент снаряжения можно было надевать и использовать в любой момент, а последующие предметы лишь усиливали и дополняли свойства друг друга. Сама по себе маска для меня будет конечно полезна, но гораздо интереснее попробовать собрать и другие элементы доспеха. Жаль, что я пока ничего не знаю о нем: ни сколько всего предметов составляют комплект и самое главное, что в итоге он дает своему владельцу. Пожалуй, есть смысл об этом узнать, а карту необходимо приберечь и слишком ей не отсвечивать. С этими мыслями я направился к самому крупному из торговых карточных домов "Мейсер и Куно". В этот раз он находился недалеко от Лавки и разыскивать его не пришлось. У "Мейсера и Куно" была самая обширная база данных по всем предложениям карт в Двойной Спирали. У них же можно было приобрести и справочную информацию о различных картах и их свойствах.

Поднявшись по мраморным ступеням к солидным черным дверям с массивной золотой ручкой, я вошел внутрь. Стоило только прикрыть за собой дверь, как многоголосье торговой площади смолкло — звукоизоляция здесь была на высоте. Тишина, прохладный воздух и не раздражающий глаза свет – Дом заботился о комфорте своих клиентов. Несколько игроков, используя терминалы, расставленные по залу, просматривали предложения о продаже или обмене карт. Чуть дальше виднелись закрытые непрозрачные кабины, над которыми светильники различного цвета обозначали свободные или занятые кабинеты для индивидуального обслуживания. Обсуждать мне пока было нечего, поэтому я направился к ближайшему свободному терминалу. Пришлось отрицательно махнуть рукой направившемуся ко мне работнику дома, я здесь не впервые и разбираюсь что к чему. Подойдя к терминалу, я опустил в щель пластину в десять дайнов и получил доступ к терминалу на время.

— Тай, – мысленно обратился я к своему симбиоту: – А ты можешь подключиться к терминалу и его базе данных?

– Мне необходимо ознакомиться с данным типом устройства, — прошелестел голос в моей голове.

Если об этом узнают хозяева дома, то мне может прилететь, но соблазн получить доступ к базам данных карточного Дома был слишком велик. В конце концов, не могли же они все предусмотреть, все учесть и от всего защититься. К тому же Тай у меня умница и если поймет, что не справиться или есть риск попасться, то скажет об этом. Из моей руки лежащей на терминале незаметно отделился крохотный шарик, растекшийся по терминалу.

–Я оставила анализатор. Нужно будет время для сбора и обработки данных, в случае риска нахождения он самоуничтожится.

–Хорошо, ты умница, – похвалил я свою помощницу. Пора заняться и делами: введя пароль, я открыл свой раздел и просмотрел выставленные мной на продажу лоты. Наплечник Азалуна наконец, нашел своего нового хозяина. Почти большой цикл я не мог его продать, пока на меня не вышел анонимный покупатель, и потом еще три месяца ожесточенной торговли и вот — сделка завершена. Были проданы еще несколько карт призывающих оружие. Год назад они достались мне в наследство от игрока-ящера в Муравейнике. Глянув на цену, за которую они были проданы, я похвалил себя, что придержал эти карты в преддверии малого турнира, сейчас игроки озаботились предстоящими боями и активно скупают карты, тратя заработанные дайны. Хороший тогда рейд был, жаль только Сульмара я с тех пор ни разу не видел, видимо, несмотря на мой подарок, последнего испытания он пройти так и не сумел, обидно. Отбросив воспоминания, я нажал пару клавиш терминала и перешел в раздел карт, выставленных на продажу. Листать сотни предложений можно было хоть до утра, но я сразу ввел ограничение, выставив серебряный и золотой маркер. В результате на экране осталось лишь пару десятков объявлений, пролистывая их, я наткнулся на неплохую карту — усиление для заклинаний. Ее недавно выставили на продажу, цена почти шесть с половиной тысяч дайнов. Дороговато конечно, но свойство этой карты для меня весьма интересно – Острота. Заклинаний, для которых применимо это свойство не так много, только поэтому ее еще не купили. А вот мне оно как раз идеально подходило для Ветра ледяных осколков. Быстро прикинул имеющиеся у меня финансы. Если прибавить к ним те, что я получу за свои проданные карты, то хватит. Скрепя сердцем, я сделал отметку о покупке лота. Теперь, в течение часа я должен буду внести дайны, иначе карту вновь выставят на продажу, а меня оштрафуют на десять процентов от суммы невыкупленного лота.

Оплаченное время почти истекало, когда я смог уделить время своему подарку: ввел название Комплект Хранителя Ночи. Терминал на миг завис и я уже подумал что, скорее всего ничего не увижу, когда на мониторе вспыхнула единственная строчка -- предложение встретиться для обсуждения обмена или покупки карт из этого комплекта. Висело оно достаточно давно больше двенадцати больших циклов, но тот, кто его разместил, все еще был в нем заинтересован, раз продолжал оплачивать размещение объявления. Я едва успел запомнить имя заказчика, как терминал потух, оплаченное время истекло. Оглядев зал, я заметил кабинку с зеленым огоньком, горевшим над дверью, к ней я и поспешил. Приоткрыв дверь из мутного стекла, я увидел клерка, парившего за прозрачной перегородкой над стойкой. Опустив медальон игрока в сканер, пришлось терпеливо ждать пока пройдет процедура опознания. Клерк так же скучающе смотрел на экран монитора, укрытого в стойке. Наконец над сканером загорелся огонек, значит процедура идентификации завершена. Клерк пропищал: – Приветствуем господин Рэнион в нашем доме, чем я могу помочь?

– Оплата покупки и получение денег за проданные лоты.

Клерк, похожий на зеленого летающего бегемотика с хоботком, ткнул лапками в монитор и проверещал: – с учетом денег за проданные карты наш Дом должен вам заплатить полторы тысячи дайнов.

Хорошо, обычно дайны очень быстро уходят, а заработать их довольно трудно. Одна золотистая и пять красных пластинок появились на стойке у клерка. Тот долго и придирчиво изучал их через лупу, потом сунул в металлический ящик, стоящий справа и лишь когда тот ничего подозрительного в моих дайнах не нашел, пропищал: – Получите вашу оплату и подождите немного, пока принесут вашу покупку. Мне всегда было интересно, почему служащие этого дома проверяют дайны не только полученные у игроков, но те, которые выдают игрокам. Какой в этом смысл? В ожидании своей покупки я успел отправить письмо игроку, что-то знавшему о картах из комплекта Хранителя Ночи, с предложением о встрече. Наконец, принесли и мой заказ. Снова клерк долго колдовал с лупой, просвечивая карту, тыкал в нее светящимся кристаллом и даже, достав небольшую бутылочку, капнул чем-то на карту. И лишь проведя полную проверку, положил карту на стойку, спустя миг она возникла передо мной.

–Ваша покупка господин Рэнион. Спасибо, что воспользовались нашим Домом.

Подхватив карту со стойки и положив ее в книгу, я скорым шагом направился на выход, довольно насвистывая на ходу. В целом день проходил хорошо. Теперь можно и в родную гильдию зайти. Отдать Кларисе жемчуг на продажу, выспаться и можно будет немного расслабиться. Меджех со своей командой скоро должен будет ввернуться из рейда по осколкам, так что будет с кем выпить и по борделям пройтись.

Дорога домой самая приятная из всех, по которым мне приходится ходить. Небольшой квартал, начинающийся сразу за Ареной, был отведен для входов гильдий и домов.

В воздухе над мощеным брусчаткой пятачком парили двери, ведущие в различные гильдии и дома. Одни были настоящими произведениями искусства, покрытые резьбой и позолотой, украшенные драгоценными камнями, они демонстрировали силу и могущество дома, которому принадлежали. Другие были просты и даже неказисты. На какое-то время я даже замер, с любопытством рассматривая, как двое людей-мотыльков, вставляют в дверь своей гильдии огромный сентеферит – прозрачный камень удивительной синевы, наполненный грозовыми отблесками молний. Он ярко светился от наполнявшей его энергии. За такого красавца на аукционе можно смело просить не меньше полумиллиона дайнов. Этот камень один в состоянии обеспечить электричеством на долгие годы большой мегаполис. А здесь он будет украшать дверь Дома Летящих, как символ их могущества и власти. Интересно, чем Дом Ящеров ответит на такой вызов. Я взглянул на дверь, ведущую в их Дом. Она была покрыта сплошным слоем драгоценных камней, из которых складывалась огромная мозаика в форме оскаленной морды ящера. Крупные заментийские изумруды были его чешуей, оскаленные белые клыки выложены из прекрасных бриллиантов, а на глаза пошли драконьи рубины. Мастер, создавший этот шедевр, очень постарался: ярость ящера и его сила бросали в дрожь и внушали почтение. Говорят, за создание этой мозаики мастер получил не только свободу, но и охрану по дороге домой, куда его проводили по тайным тропам. Рядом с Домом Ящера проплывала дверь, ведущая в Дом Змей, почти целиком погибший в битве на Кейдане. 'Шах шагар сатх – судьба не минует никого', молочно-золотая кобра, изготовившаяся к прыжку, была символом этого дома и по-прежнему хранила тайны и секреты своих погибших хозяев. Дом перестал существовать, а дверь все еще ждет руки, что откроет ее. Пока не уничтожено знамя Дома, врученное при основании Смеющимся Господином, Дом еще в силах возродится. Но если знамя утрачено двери Дома не могут быть открыты. Забавная насмешка судьбы: как вернуть то, что вернуть невозможно. После той битвы Кейдан навсегда выбыл из Игры Хаоса. Со дня победы и до скончания времен ни один хаосит не сможет ступать по его земле, а сам мир никогда уже не примет участие в Игре. Вряд ли Змеям удастся вернуть утраченное знамя, погребенное то ли в песках, то ли на дне моря, возникших на поле битвы. Хотя может оно и к лучшему, если эти двери не откроются никогда. Для вселенной это будет, пожалуй, наилучшим вариантом, учитывая, кто был хозяевами этого места.

А вот и дверь нашего клана, сделанная из черного дерева и украшенная гербом гильдии. И пусть ее не украшают ни драгоценные камни, ни гравюры или тонкая резьба, а ручка из обычной бронзы, а не голубоватой кости дракона, для меня она роднее и дороже всех, что парят сейчас в воздухе квартала гильдий. Ключ легко вошел в замочную скважину и с легким скрипом дверь открылась. Шаг вперед и меня охватывает чувство облегчения – наконец-то я дома.

Небольшой холл, обитый плашками из светло коричневой древесины, на стене напротив двери висят портреты членов гильдии, и куда я сразу же бросил взгляд. В свое время мы отдали немало дайнов за эту галерею, но она стоила того. Вот Меджех поднял бокал с вином в приветствии и залихватски подмигнул мне, Дар Сах прокрутил в воздухе свои любимые парные клинки и снова застыл в боевой позе, Саймира, отвлекшись от экрана торгового терминала, улыбнулась и послала воздушный поцелуй. Я вгляделся в портреты друзей, и на сердце отлегло: ни один портрет не посерел, не утратил краски и не застыл в неподвижности навсегда, а это значит, что все живы и никто не погиб.

Облегчённо вздохнув, я открыл дверцу своего ящика, укрытого в стенных панелях, и оставил там дорожную одежду. Теперь пора в свое жилище: небольшую комнату на первом этаже, которую мы делили с Меджехом на двоих. Учитывая то, что и я и он почти все время пропадали за пределами Двойной Спирали получалось весьма удобно. В гильдии и так постоянная нехватка свободных помещений, новички вообще жили в одной комнате на четверых, пользуясь двухъярусными кроватями.

Отодвинув ногой в сторону пустые бутылки, оставшиеся после наших последних посиделок с Меджехом, я нашарил в шкафу домашнюю одежду. Бросил в него сумку и побрел в душ, мне просто необходимо было смыть усталость и дорожную пыль. И как бы ни хотелось мне лечь и, наконец, выспаться в собственной постели, пришлось взбодриться и вернуться к делам: отдать улов жемчужин и может быть раздобыть информацию об отправителе письма.

Внутри гильдии было пусто и тихо, видимо все, то ли в рейдах, то ли гуляют по Двойной Спирали. Поэтому я не задерживаясь, потопал к Cаймире. Эта домоседка наверняка должна быть дома и заодно, как всегда, в курсе: кто и где находится. Комната, куда я направился, располагалась на втором этаже. Сама хозяйка была здесь же, закинув ноги на стол, она маленькой пилочкой полировала когти и краем глаза посматривала на три монитора, стоявших перед ней. Я невольно залюбовался: из коротких растрепанных снежно-белых волос проглядывали милые ушки, которыми она время от времени нервно подергивала. В больших глазах цвета весенней листвы проблескивали отсветы строчек с торговых терминалов. Поза девушки позволяла наблюдателю в полной мере оценить открывающийся вид. Миниатюрная, как у всех представители расы анир, фигура Саймиры была очень женственной: длинные стройные ножки, красивой формы грудь и удивительно гибкая талия. Только острые ушки на голове, хвост оканчивающийся кисточкой, да большие глаза с вертикальным зрачком не позволяют перепутать эту расу с людьми. Когда я вошел, одно из торговых предложений чем-то заинтересовало Саймиру и из-под кресла, на котором она сидела, вынырнул покрытый белой шерсткой хвостик и щелкнул по клавише покупки.

Долго наблюдать за сложной аналитической работой нашего лучшего торговца мне не дали. Легкое подрагивание изящных ноздрей, учуявших знакомый запах, и Саймира легко и грациозно выскользнула из своего кресла, стремительно подбежала ко мне и крепко обняла.

– Рэн, ты вернулся.

– Здравствуй малыш, смотрю, ты как всегда дома.

Обиженно насупившись, Саймира даже на шаг отошла от меня: – мы с Дар Сахом день назад, вернулись из рейда. Дар до сих пор спит.

– Ладно, ладно, мир. Куда ходили? – спросил я, присев на ее кресло

– На Мевентикалу, – произнесла она, явно недовольная тем, что я занял ее любимое кресло.

Мевентикала – это центральные миры. Малонаселенная планета, густо покрытая лесами и болотами. По-этим необъятным зеленым просторам кочуют небольшие группки местных аборигенов. Живут они, в основном, охотой и тем, что собирают в окрестных лесах. Стоит им выбить дичь в одной месте, как они перекочёвывают на другое. Иногда, они встречаются с другими племенами и родами для обмена невестами и торговли, а потом снова исчезают в лесных дебрях. Этих дикарей давно бы уже пустили под нож, но, несмотря на внешнюю примитивность, местные жители весьма неплохо владеют шаманизмом. При необходимости, в помощь себе они призывают сонмы прикормленных духов. Эти духи, в свое время, смогли угробить несколько команд игроков, устроивших охоту, а счастливчикам, сумевшим перебить пару небольших племен, в награду кроме эмбиента досталось несколько весьма гнусных посмертных проклятий. Отчасти по этому, а отчасти из-за магических татуировок, с местными жителями теперь предпочитают договариваться и торговать. Магические татуировки – это родовые метки с изображением тотемного животного-покровителя племени. Каждая из них несет в себе частичные способности духа-покровителя: медведь – увеличение физической силы, заяц – скорости и ловкости, волк – обоняния и реакции. Правда эффект от татуировки был непостоянным и использовать ее часто было нельзя, но все равно многие игроки стремились получить себе татуировки с изображением зверя. Жаль только, местные шаманы даже под страхом смерти отказывались их наносить любому пришедшему: хочешь получить метку, принеси богатые дары шаману и племени, а он уже назначит тебе испытание, по итогу которого и решится, достоин ли ты носить на теле знак их племени. В общем, заморочек много, и у меня так и не дошли руки, попытаться заполучить магическую татуировку. Может после турнира, займусь этим.

– Ну, и как вы сходили? – с любопытством спросил я

– Смотри, – и Саймира сунула мне под нос запястье, на котором красовался небольшой черный кружок, с каким-то рогатым существом внутри.

– Знак племени Оленей, – гордо заявила она: – Я шестая, кто смог его получить.

– Молодец! – задумчиво произнес я, разглядывая татуировку: – А какое испытание было?

– Обогнать лучшего ездового оленя без магии, эликсиров и не используя ездовых животных.

– И как ты смогла? – удивленно спросил я: – Ты конечно быстрая, но не настолько.

– Обхитрила, – лукаво улыбнулась девушка. Она присела на ручку кресла: – мы должны были бежать через лес до родника, а ночью я использовала карту Буря, повалившую деревья в лесу. В результате тропа стала непроходимой, там олень не то что бежать, он идти то не мог, продираясь сквозь сучья. Когда он добрел до ручья, я там почти заснула.

– А день и место проведения испытания ты наверняка зафиксировала в книге, поэтому шаман не смог его отменить или перенести, – довольно похвалил я хитрюгу.

– Точно, А как у тебя дела?

– Смотри, – и я протянул ей небольшой мешочек со своей долей светящегося жемчуга.

– Ого, так много для первого раза, – удивленно взглянула на меня Саймира, взвесив мешочек в руке.

– Мне повезло, спас местного, а он оказался бывшим ныряльщиком за жемчугом и подсказал хорошие места для поиска.

Саймира высыпала на узкую ладошку разноцветные шарики, а потом, щелкнув хвостом, выключила свет в комнате. Сначала ничего не происходило, и было слышно лишь наше дыханье, а потом постепенно, у нее в руке стали разгораться разноцветные огоньки, наполняя небольшую комнату светом, как будто звезды с небес сорвались и сейчас переливались на ладошке. Удивительное и завораживающее зрелище. Под впечатлением я сказал:

– Ты как всегда неотразима.

Саймира закусила губу и вдруг неожиданно спросила: – Скажи, почему мы не можем быть вместе? – рука девушки, опустилась на мое плечо.

Вздохнув, я ее убрал: – Прости, Солнышко, но я слишком устал терять. Я больше не хочу хоронить друзей и оплакивать любимых, для этого у меня не осталось ни слез, ни сил. Слишком больно видеть, как тот, кто был тебе дорог, потом лежит разорванный на куски, а ты пытаешься их собрать вместе, чтобы тело не досталось падальщикам.

– И поэтому ты решил быть все время один: без друзей и женщины, ведь если их нет, то и потерять их невозможно?

Откинув голову назад, я на миг закрыл глаза. Меня только последние лет пять перестали мучить по ночам кошмары. На миг, я снова вспомнил то проклятое поле, дождь, беспрерывно льющий с небес, размокшую серую землю под ногами, а вокруг разбросаны куски тела моей Эйрен. Все, что осталось от нее после удара Шквалом клинков. Как я тогда не спятил, я до сих пор не знаю. Я ползал по этому проклятому полю, собирая то, что от нее осталось: в тот момент мне казалось, если я все соберу вместе, то она оживет. Грязь, кровь, бегущая по рукам и мой крик. Я молил всех светлых и темных богов воскресить ее, забрав мою жизнь взамен.

– Нет, – я качнул головой, отгоняя воспоминания: – Пусть все будет так, как есть.

Саймира, соскользнув с ручки кресла, зажгла свет в комнате.

– Хороший улов, – нагнувшись к монитору, она взглянула на какую-то таблицу – Цены на светящийся жемчуг сейчас высоки. Думаю, здесь будет не меньше, чем на пять тысяч.

– Саймира прости, я не хотел тебя обидеть, – я попытался взять ее за руку, но она ее одернула.

– Все в порядке, я тебя поняла. Ступай к Калиссе, она хотела тебя видеть.

Я слышал дрожь в ее голосе. Но так и не нашел, что сказать. И просто вышел за дверь.

Если Калисса в доме гильдии, об этом всегда можно узнать по запахам, доносящимся с кухни. У каждого из нас есть своя отдушина, какое-то увлечение которое помогает коротать дни между рейдами за товаром, боями против других игроков и прочими делами. Саймира, например, любит рисовать цветными мелками небольшие наброски миров, где она побывала. Ну а Калисса обожает готовить. Зайдя на кухню, я застал ее священнодействующей над приготовлением какого-то блюда: высокого роста с темно зеленой кожей и шестью руками, занятыми различным кухонным инвентарем, она походила на древнее божество-покровительницу, то ли войны, то ли кулинарии.

Глава гильдии с невероятной скоростью одновременно шинковала овощи, помешивала ложкой в большом котле, исходящим паром, листала книгу с рецептом и добавляла приправу в скворчащую на плите сковородку. Я, молча замер у порога кухни, ожидая, когда на меня обратят внимание, отвлекать сейчас Калису, как минимум, не безопасно для здоровья.

После недолгого ожидания меня, наконец, заметили. Калиса махнула свободной от готовки рукой на длинный стол, стоящий посреди кухни и коротко скомандовала: – Садись. Сейчас закончу и поговорим. Через несколько минут она вытерла руки о фартук и присела напротив.

– С возвращением. Ты молодец, что так быстро смог вернуться назад. Как прошел рейд? Не вдаваясь подробности, я быстро пересказал о своих приключениях в мире Тысячи островов. Калисса меня внимательно слушала.

Закончив свой рассказ, я выжидательно посмотрел на нее: – Саймира сказала: ты хотела меня видеть. Что-то случилось?

Вздохнув, она устало опустила голову на руки, стоящие локтями на столе: – Несколько дней назад на нас вышел серьезный покупатель на девмерейн, что ты принес из Черных песков. Он согласен выкупить все, что было, заплатив премию сверх максимальной цены, предложенной на аукционе. Это больше двадцати двух тысяч дайнов.

Ого, я невольно удивился: год назад идея Саймиры немного придержать девмерейн и лишь потом выставить его на продажу показалась мне интересной, но я не ожидал, что смогу на ней так хорошо заработать. Ай да хвостатая умница.

– И кто покупатель, какой-нибудь крупный дом или клан? – поинтересовался я.

Калиса отрицательно качнула головой. – На нас вышел посредник, имя покупателя неизвестно. Но не это самое интересное, когда я намекнула ему о возможности последующей еще большей поставки черного хрусталя, ты бы видел, как он засуетился. Вчера он вышел на меня с предложением выкупить весь груз целиком, по той же цене, что и предыдущую партию.

Я невольно присвистнул, а ведь речь идет об очень серьезной сумме.

– Скажи, ты уверен, что сделка не сорвется? – Калиса напряженно смотрела на меня.

– Уверенным до конца ни в чем быть нельзя, но договор заключен и записан в Книге. Сюрпризов быть не должно. Хотя жрецы Пожирателя могут попытаться сорвать сделку, если узнают. А в чем дело?

– Покупатель девмерейна предложил в качестве оплаты частично рассчитаться зельями. Все эликсиры высшей категории с дополнительными эффектами. Такие в лавке не купишь, и я бы хотела получить твое согласие на эту сделку. Эликсиры у тебя выкупит клан, всей суммы, конечно нет, но постепенно мы с тобой рассчитаемся. Скоро турнир и наличие высококлассных зелий даст шанс выжить в предстоящих боях многим из наших.

– Хорошо, – я кивнул головой. Не люблю делить несорванное яблоко, но этот вопрос действительно стоило обсудить: – Что-то еще?

– Да, скоро Малый Турнир и совет клана принял решение начать индивидуальные тренировки наиболее перспективных новичков.

В принципе ожидаемое решение, подумал про себя я. Игроков, приходящих в игру конечно много, но и кланов не мало. Положительная репутация и отсутствие жестких правил позволяло ежегодно рекрутерам клана привлекать нескольких новых игроков. Новичков едва начавших свой путь в Игре Хаоса сейчас в клане около двух десятков. Это игроки с первого по четвертый ранг. До турнира слишком мало времени, что бы надеяться на то, что они смогут самостоятельно многому научиться и пережить турнир.

– И кого вы выбрали? – поинтересовался я. Вопрос был достаточно важен и интересен.

– Саймира и сладкая парочка: – ответив Калиса, внимательно посмотрела на меня. Я не смог сдержать облегченный выдох, не худший вариант для меня, но все-таки не удержавшись, спросил: – Почему их?

Ну с Саймирой все предельно понятно: она из высокоразвитой цивилизации. В классификаторе видов и народов по технической ветке аниры поднялись почти до десятого ранга. В нашем клане игроков из высокоразвитых миров крайне мало, а новички из примитивных цивилизаций требуют массу времени на обучение и подготовку. Им приходится объяснять даже такие элементарные вещи, как то, что такое солнце и что планета вращается вокруг него, а не наоборот, а про применение ими сложного оружия не приходится даже мечтать. Саймира же смогла быстро адаптироваться к условиям игры хаоса и быстро найти свою нишу.

– Уже сейчас на своих сделках по покупке и перепродаже товаров на аукционе Саймира зарабатывает почти столько же, сколько вы с Меджехом имеете, не вылезая из рейдов.

– Вот это здорово! – я не удержавшись, вскочил из-за стола – Она тут сидит, тыкает хвостом кнопки в тепле и уюте, не рискуя жизнью, и умудряется зарабатывать почти столько же, сколько я. Наверно у нее талант, но темные боги, как же так?

Калисса недоуменно пожала плечами: – Если честно, я и сама не поняла, как у нее это получается. Она пыталась мне объяснить, показывала какие-то графики и расчеты системных колебаний спроса и предложений на товары, но я в этом не смыслю. Но это не самое главное: мозги, ум – все это хорошо, но душа важнее. А она у Саймиры без подлости и гнили, с таким напарником хорошо идти в бой, зная, что тебя не предадут и не ударят в спину.

– Ну с ней все понятно, – вздохнув, я снова присел. Саймира, конечно умница, но мое самолюбие было задето, узнать, что женщина зарабатывает больше меня, было почти оскорблением. Да я сам себя уважать перестану, если не смогу превзойти ее как минимум в два раза по количеству заработанных дайнов.

– А что со сладкой парочкой? – Спросил я, вспомнив с чего начался разговор.

– То же полезные игроки, они в своем мире были механиками и конструкторами гоночных болидов. На антигравитационных подушках.

– Это еще что за звери такие? – не удержавшись, спросил я.

Призвав свою книгу, Калисса выложила на стол передо мной несколько картинок, нарисованных от руки, на них были изображены странные сребристые машины с крыльями. Художник был очень талантлив, и в рисунке сумел передать стремительное движение машин, несущихся не касаясь земли. Красиво, хотел бы я на такое посмотреть вживую, а лучше самому посидеть за рулем такого красавца.

– За что выбрали их, я думаю объяснять тебе не надо – Калисса убрала со стола рисунки и посмотрела на меня.

Ну да, в отличии от Сймиры, понятия не имевшей как работали устройства и приборы в ее родном мире и занимавшейся анализом и систематизацией потоков данных, Кейн и Карл умели работать и руками и головой. Из них получились отличные оружейники и механики. Братья чинят и доводят до ума немало оружия и приборов, притащенных нашими соклановцами из разных миров. Да и парни они отличные.

– Я знаю, что ты предпочитаешь одиночество, но это нужно для клана. Мы хотим, чтобы ты занялся их подготовкой к турниру, сформировав постоянную команду, члены которой способны действовать как в одиночку, так и группой. Впереди большая война: Дом Летящих и Дом Ящеров скоро сцепятся друг с другом, а во время большой войны появляется шанс и для малых домов попытать счастья. Нам нужно быть готовым к войне кланов и групповым боям игроков. Тех, кто раньше воевал в больших войнах домов у нас мало, ты сам знаешь, к тому же ты – один из немногих, кто имеет военную подготовку и звание офицера. Да и тебе будет полезно общение с ними, ты у нас любитель узнать что-то технологическое.

– Я один не смогу обучать всех, мне нужен помощник.

– Возьмешь Меджеха, своего приятеля. У него сейчас накопилось немало долгов перед кланом, пускай отрабатывает, помогая тебе.

– Хорошо, а что получу я за то, что буду с ними возиться и тратить свое время. – Спросил я , вскинув взгляд на Калиссу.

– Звание младшего офицера и пятерку на постоянной основе под свое командование, если они все втроем переживут Турнир. А это в качестве платы за твое время, – и она протянула мне через стол карту. Рассмотрев предложенное, я был слегка удивлен: серебряная карта усиления: свойство Яд. На торгах такие карты появляются очень редко и стоят не меньше шести тысяч. Подобную ей, я чудом сегодня купил в торговом доме. Щедрая плата ничего не скажешь. Я молча смотрел на лидера клана, не находя что сказать.

– Бери, Саймира постаралась – выкупила на аукционе.

Я принял карту и тихо произнес, с трудом сдерживая волнение,

– Я согласен.

– Хорошо, – Калисса довольно кивнула: – Это еще не все, держи. Все дайны за делвмерейн будут позже, мы договорились поставить обе партии хрусталя сразу, тогда же покупатель и рассчитается полностью. – и на стол передо мной легла небольшая стопка золотистых пластин: – пока только аванс, который предоставил покупатель.

– Что теперь собираешься предпринять?

– Надо пополнить запасы нужных вещей и в Черные пески, срок сделки подходит к концу.

– Это хорошо, возьмешь кого-нибудь из наших с собой.

– Не стоит, большой отряд привлечет внимание. Да тут недалеко, буквально пару переходов от Двойной Спирали и места там достаточно безопасны.

– Не скажи, вспомни свой прошлогодний бой на Водопаде. Тех ящеров Совет старших объявил изгоями пожизненно, так что будь осторожен, этим ублюдкам теперь терять нечего, могут попытаться отомстить.

– Пусть попробуют твари. – прошептал я, о том бое у меня остались не слишком приятные воспоминания. В голове раздался звук знакомой мелодии почтового отправления. Призвав книгу, я увидел письмо от игрока, разместившего объявление о комплекте Хранителя Ночи с предложением встретиться через пару часов.

– Мне нужно идти, Госпожа – я встал и поклонился главе клана. Иногда следование этикету позволяет лучше слов выразить чувства, которые испытываешь к собеседнику.

– Ступай и будь осторожен. Наш разговор закончился, и Калиса вернулась к плите.

Глава 6

До встречи оставалось слишком мало времени, поэтому вместо отдыха я решил заняться покупками. Небольшой глоток зелья бодрости и усталость ушла словно пыль, смытая дождевой водой. Торговые ряды ждут меня.

Звук колокольчика на двери заставил продавца оторваться от книги и с надеждой уставится на меня.

— Что угодно господину? — угодливо пропищал он, склонив свою голову отмеченную клеймом слуги.

– Я сам отберу. — отмахнувшись от продавца, я пошел вдоль стеллажей с выложенными товарами: так пару связок дров, люблю по вечерам любоваться на живой огонь, десяток тепловых камней, они более удобны для готовки чем дрова, да и греют больше, а мой запас их подходит к концу, потом мое внимание привлек небольшой походный топор с удобной рукояткой сделанный из хорошей стали, тоже пригодится, давно пора новый купить. Закончив с хозяйственными мелочами, прошел в отдел одежды, мне нужен новый плащ с универсальным покрытием, такой плащ хорошо защищает от некомфортных температур и осадков любого вида, а в мирах этих видов много. Мой старый давно уже нуждался в замене.

В отдел обуви я зашел мимоходом, просто глянуть, что там появилось нового. И в восхищении замер, не в состоянии отвести взгляд от пары ботинок, размещенных в отдельно стоящей стеклянной витрине. Высокие, сделанные из серой кожи, с отделанными металлом носками и магнитными застежками они просто бросались в глаза, привлекая внимание не только красотой, но и основательностью.

– Я знал, что они привлекут Ваше внимание, господин, – продавец, как призрак возник за моей спиной. Открыв витрину, он протянул ботинки мне в руки – Эксклюзивная модель, всего сделано было шесть пар, на них пошла кожа камузина, убитого Домом Водных во время последних событий в мире Тысячи Островов . Думаю, вы знаете как ее трудно пробить даже из арбалета. А здесь мастер нанес дополнительно антикислотное покрытие, чтобы сберечь как обувь, так и ноги владельца. Подошва сделана из талиума легкого, но очень прочного металла, доставленного из мира Заводной Шестеренки. Она сможет защитить ступню, даже если вы наступите на взрывчатое стекло или противопехотную мину.

Тут я слегка усомнился в истинности этих слов, на самом деле многое зависит от силы заряда, но уменьшить потери подошва действительно может, одно дело залечить перелом, и совсем другое — регенерировать оторванную конечность.

Продавец, тем временем продолжал расхваливать обувь: – В подошву вставлена руна Сай "стойкость", что значительно повышает защитные свойства обуви и уменьшает ее износ. С этим тоже можно поспорить, подумал про себя я, не так уж и значительно, примерно процентов на двадцать, но все равно неплохо, ведь руна усиливает все свойства обуви: и покрытие, и подошву, и саму кожу. Для моих рейдов, пожалуй, то, что нужно, да и перед турниром весьма пригодятся. Единственное, что меня смущало это их цена – шестьсот дайнов. Нужно отнять жизни как минимум пятидесяти разумных, чтобы получить такое количество дайнов. Становиться порой страшно, когда осознаешь, как мало стоят жизни разумных в Игре Хаоса. Тряхнув головой, что бы отогнать ненужные мысли, я спросил у продавца, действует ли моя скидка постоянного покупателя на ботинки. Продавец, радостно закивал, поняв, что меня удалось уговорить на дорогостоящую покупку. Ну, значит судьба. Покупаю.

Расплатившись за покупки, я сложил припасы в сумку и одел ботинки. Пока буду ходить по торговым рядам, заодно и разношу, продавец обещал, что они сядут на мою ногу за пару часов.

Дольше моя дорога пролегала в оружейную лавку, надо забрать давний заказ: наконечники для арбалета и алхимические гранаты. Предстоящий рейд меня слабо волновал, но лучше к нему быть готовым во всеоружии, никогда не знаешь, что тебя может ждать впереди. Этот заказ был уже давно оплачен, поэтому продавец лишь открыл ящик, давая проверить его содержимое согласно списку.

Что ж проверим: два десятка взрывных наконечников, вот они лежат в отельной коробке с красной маркировкой, десяток стеклянных наконечников с алхимическим наполнением, все десять штук лежат тоже отдельно, переложенные мягким материалом, чтобы не разбились при транспортировке, ну и наконец, полсотни бронебойных, а вот и они отсвечивают матовым блеском. Все на месте. Теперь гранаты: шесть прозрачных сфер из каленого стекла, размером с кулак пятилетнего ребенка, они несут в себе холодное пламя – боевую алхимию вымораживающую все в области применения. Использовать их крайне просто: нажал руну активатор на сфере, сосчитал до трех и бросай, холодное пламя заморозит все живое и неживое на десяток шагов вокруг. Я внимательно осмотрел гранаты, проверяя наличие знака дома Льда, как гарантию качества изделия, и убрал свои покупки в сумку. Стоявшие вдоль стен помещения стойки с оружием так и притягивали заинтересованный взгляд, но я собрал волю в кулак и заставил себя выйти. Отлично ведь понимаю, что ничего серьезного я там не найду. В преддверии большой войны и турнира хорошее оружие каждый Дом придержит для себя или будет продавать за безумное количество дайнов, но все равно хочется подойти, посмотреть, повертеть в руках , проверить баланс, поймать отблеск света на лезвии. То есть просто расслабиться и никуда не спешить, но не все дела еще сделаны, да и нечего терять время впустую.

Теперь пора за картами. Синий остроконечный купол Лавки Карт всегда виден из любого конца торговой площади, так что разыскать его не проблема. Откинув матерчатую ткань загораживающую вход, я оказался в царстве карт. Вдоль стен расположены огромные прозрачные шкафы, разбитые на сотни отделений в которых лежат тысячи карт, на каждом из шкафов сделана поясняющая надпись, карты какого типа в нем находятся: призыва существ, боевые или бытовые заклятия, карты знаний, карты призыва оружия или доспеха. Отдельно стоят шкафы с картами зелий, но теперь они меня мало интересуют. Благодаря карте Лавка сумасшедшего алхимика, и Колесу обновления у меня собрался неплохой запас весьма разнообразных зелий, о существовании многих из них раньше я даже не подозревал.

Продвигаясь вдоль шкафов, я мысленно прикидывал, что мне необходимо купить в первую очередь, и при этом постараться не слишком много потратить. Хотя купить как всегда, хотелось слишком многое. В разделе боевых заклятий я выбрал карты Воронка Мечей, Вспышка и Призрачный Кнут. Первая карта создавала в определенной области мощную воронку, втягивающую все, что находилось вокруг и шинкующую втянутое на куски, если бы не маленький срок действия и всего пятикратное применение, оно по мощности воздействия не уступало бы и золотым картам. Вспышка недорогое заклятье, бившее шагов на двадцать и не слишком мощное, но способное отогнать или прихлопнуть какую-нибудь не слишком опасную живность, простое и достаточно дешевое, самое то, чтобы не тратить по пустякам хорошие карты. Призрачный Кнут весьма полезная штука против всевозможных потусторонних тварей: призраков, инфернальных созданий, то есть всей той эктоплазменой пакости, против которой обычные заклятья неэффективны.

Теперь, Карты существ — так уж получилось, что я сам собрал довольно интересную колоду существ, почти на все случаи жизни, и здесь меня почти ничего не интересовало, кроме карты Кондор. Эта отличная карта разведчик позволяющая хозяину видеть глазами призванного существа, ну а в самом крайнем случае большая и сильная птица может и атаковать врага.

Шагая мимо шкафов я быстро подбирал необходимое мне. Основные идеи обновления колоды уже давно обдуманы. По ночам на Тысяче Островов после погружений было достаточно времени, чтобы понять, что я хочу купить.

Например, Болотный Туман простое, недорогое и мало эффективное заклинание, легко обнаруживается визуально, но если использовать его вместе с Поиском Жизни, то получается отличная комбинация, позволяющая находить и устранять врага. Мало кто носит карты защиты от Болотного Тумана, зачем ставить защиту, если обычно его можно просто обойти. Дальше — Фантом, карта, создающая полный эфирный двойник хозяина, удобно, если надо затаиться и выиграть время, или Дрессировщик – карта действия, дает возможность перехватить контроль над призванным другим игроком существом. На грядущем Турнире, почти наверняка, она мне пригодится, хотя стоимость за карту с трехкратным использованием совсем не маленькая, целая тысяча дайнов. Да и карта может перехватить контроль далеко не над каждым созданием, существа из серебряных, золотых и уникальных карт его воздействию не поддаются, но в поединках на арене в своем ранге, хозяев таких карт я вряд ли встречу. И самое главное: на моем уровне мало кто из игроков ожидает, что кто-то выбросит тысячу дайнов на покупку подобной карты, когда за те же дайны можно купить пару карт призыва. Но я решил строить тактику своих боев на неожиданности. "Нельзя действовать предсказуемо, Удивил, на половину победил, ломай привычную тактику, не действуй по шаблону, не позволяй врагу просчитать свои действия, и ты сможешь победить и выжить" -- так нас учили в академии Железных клинков. Ну вот, вроде все, что спланировал из покупок – отложил. Я еще раз пробежал глазами по картам, теперь прикидывая, сколько они стоят, я понял, что все, хватит. Пора остановиться.

Возле стойки хозяина лавки я услышал непривычный гомон. Небольшая кучка игроков столпилась возле Колеса Слепца – круг, разбитый на двести пятьдесят шесть фрагментов занимал отдельный стол. В каждом фрагменте виднелся рисунок приза, который доставался игроку, если фрагмент выпадал. Галдящие игроки азартно спускали в прорезь колеса дайны, стремясь выиграть. Впрочем, причина ажиотажа была понятна, на одном из фрагментов колеса виднелась золотая карта. Молодой игрок, судя по одежде – собиратель, запихнул в щель возле колеса двадцать дайнов и дернул рычаг, запуская вращение. Колесо с невероятной скоростью замелькало, постепенно замедляясь, а зрители замерли, почти не дыша и всматриваясь в его вращение. Бег колеса становился все тише и тише, и наконец, колесо замерло на секторе, где был нарисован какой-то фрукт. По толпе разнесся стон разочарования, на миг колесо засветилась, и перед игроком возникло несколько яблок. Они на время неплохо утоляют голод и немного повышают регенерацию, в любой продуктовой лавке их можно купить по одному дайну дюжина. Парень, подхватив свой приз со стойки и освободив место новому игроку, отошел в сторону, сел на пол, и обхватив голову руками начал тихо всхлипывать.

Наверно, поддавшись азарту, спустил все дайны, что копил для подготовки к турниру и теперь осознал, что остался ни с чем...

Покачав головой, я повернулся к хозяину лавки – маленькому зеленому гремлину в длинном халате и обладателю очень выдающегося носа, покрытого бородавками. Все это время тот терпеливо ждал, когда я расплачусь за покупки.

– С вас четыре тысячи восемьсот семьдесят дайнов.

Книга. И в моей руке появились разноцветные пластины дайнов, которые я положил перед хозяином, тот мельком бросил на них взгляд и смахнул в кассу, стоявшую рядом.

– А вы не желаете сыграть? – и он указал в сторону колеса, где как раз освободилось место. На это предложение я отрицательно махнул головой. Слишком долго я в Игре, чтобы так бесцельно спускать дайны. Я не привык верить случаю и полагаться на удачу, слишком часто она подводила меня, все чего я смог достигнуть в Игре я получил упорным трудом и четким планированием.

Словно подтверждая мои мысли, под хохот игроков колесо подарило очередному счастливчику дырявый красный носок. Убрав купленные карты в книгу, я призвал компас и проверил время до встречи. С удивлением понял, что времени прошло не так уж много, меньше часа, хотя мне казалось, что я уже полдня гуляю среди торговых рядов. Недоуменно пожав плечами, я направился в Дом Чаш, где должна была состояться встреча. Что ж даже хорошо, что у меня еще есть время перекусить.

Возле дома Чаш было, как всегда, многолюдно. Около входа толпились игроки и бурно обсуждали только что закончившуюся на Арене игру, мелькали слуги и рабы. В другое время я, может быть, и задержался, благо в толпе мелькнули пару знакомых лиц, но сегодня мне было не до пустых разговоров. Я зашел Дом Чаш и сразу направился к хозяину этого места.

Не дойдя до стойки, я призвал книгу и открыл раздел особых карт, там у меня была карта, узнай о которой кто-либо из полководцев или владык и игра для меня закончится очень быстро. Эту карту я получил год назад как плату за то, что провел Сульмара дорогой испытаний по пути к Храму Хаоса. Я даже не предполагал, что Карта Знаний, которую я выбрал наудачу и из любви к знаниям при активации принесет что-то стоящее. На ней изображен Хозяин Дома Чаш стоящий возле стойки и протирающий бокалы, а поверху горят буквы, складывающиеся в его имя, оно то и было мне нужно. Сейчас там написано Шулкар, месяц назад – Неджех, а полгода назад – Имкар. Поговаривают, что Хозяин забирает имена у тех, кто не смог с ним расплатится, а вместе с именем заимствует личину и память. Сами же должники превращаются в беспамятных рабов до тех пор, пока не выплатят долг. Я не знаю, на сколько, это правда, я слишком мало знаю об этом существе, стоящим за стойкой. Но раз в малый цикл оно меняет внешность и имя. Сейчас Хозяин выглядел как большой зеленый огр, одетый в фартук. Глядя на то, как он меланхолично протирает бокалы, кажется, что Хозяина Дома Чаш мало что волнует в этой жизни.

Я выждал, пока у стойки никого не осталось, подошел поближе и тихо произнес: – Шулкар, приветствую тебя. На лице скучающего огра произошли разительные перемены, скука и усталость исчезли, а в глазах возник разум и узнавание.

– Жив еще. Это хорошо, садись, – и возле стойки возник стул. Я опасливо взглянул на зал с игроками. Но Шулкар успокаивающе махнул рукой: – Не беспокойся, наш разговор они не увидят. В этом месте я – хозяин и я решаю, кому что знать и кому что видеть.

Что ж он хозяин этого места и не верить ему у меня нет причин. Стоило мне присесть, как Шулкар сразу задал вопрос, которым он мучил меня с тех самых пор, как я получил эту карту и первый раз назвал его по имени: – Ты принес мне яйцо василиска?

На что я, как обычно, отрицательно качнул головой. Я еще не спятил, чтобы пытаться его добыть. В бестиарии хорошо описаны эти создания и статуэтки из навсегда окаменевших идиотов, что рискнули пробраться внутрь. Среди миров доступных сейчас в игре лишь в одном, насколько мне известно, обитают дикие василиски. Живут эти создания чрезвычайно долго, порядка тысячи циклов, но самка василиска в состоянии выносить и снести за это время всего лишь три яйца. Поэтому берегут и стерегут их всей стаей, а самка от гнезда не отходит вообще, охраняя его день и ночь. Спускаться в глубины гор, лазить по подземным лабиринтам пещер, да еще рискуя при этом превратиться в каменную статуэтку, спасибо, есть и более приятные способы самоубийства.

Шулкар в ответ на мое качание головой лишь вздохнул: – Эх, перевелись настоящие игроки, вот помню Ялдар Светлый Взор каждый месяц забегал и спрашивал: " А не нужно ли Вам чего? Молоко единорога, там или свежую царь рыбу отловить?". А ты год не можешь добыть запрошенную мелочь, – и разочарованно махнул рукой.

– Ага , только ты забыл добавить что Ялдар был Повелителем со своей армией и титаном, воплощением света. Владей я подобной картой, для меня тоже не было бы проблемой добыть яйцо василиска. Подошел к горам, призвал титана, тот шарахнул чем-нибудь помощнее и испепелил бы горы сразу вместе с василисками, а слуги бы на тарелочке принесли мне требуемое.

– Ладно уж, спрашивай чего хотел.

Карта Имени Хозяина Дома Чаш давала мне право задать раз в месяц один вопрос, на который Хозяин должен был дать правдивый ответ, если знал его.

– Расскажи мне про комплект Хранителя ночи.

Огр немного замявшись, наморщил лоб, потом сам себе кивнул, словно что-то решил или вспомнил.

– Слышал о таком, пару раз о нем здесь говорили. Редкая штучка, я бы даже сказал очень редкая. Всего в комплекте шестнадцать карт, каждую из которых можно носить даже не собрав весь комплект. Каждая новая вещь прибавляет возможности и силы к уже надетым вещам. Но у него есть еще одна очень важная особенность: карты комплекта нельзя получить силой или обманом, так что если ты хочешь убить владельца, украсть карту или выманить ее с помощью гипноза это не сработает. Если хозяин гибнет, карта пропадает из его книги и возвращается на игровое поле. Насколько я знаю, владык, которые собирают этот комплект, в игре сейчас нет. Еще одна особенность: Комплект Хранителя наиболее эффективен ночью, тогда же доступно и преобразование.

– Какое еще преобразование? – удивленно спросил я.

– Как какое? – не меньше моего удивился Хозяин. – В хранителя ночи, конечно. Вот смотри, – он провел рукой над стойкой и на ней проявилось изображение странного существа похожего на помесь совы и человека. Существо имело светло серые перья, покрывавшие все тело, крылья за спиной, небольшой клюв и огромные, занимающие почти всю переднюю часть головы, глаза. Оно парило над ночным лесом, внимательно вглядываясь вниз.

– Полностью собранный комплект дает возможность своему хозяину летать по ночам и использовать магию ночных светил, правда, лишь те заклинания, что доступны хранителям ночи, – произнес хозяин и убрал изображение.

Обалдеть, я в восхищении даже тряхнул головой, пытаясь упорядочить мысли. Сама мысль о том, что можно летать, была слишком прекрасна, чтобы быть правдой. Но теперь продажа этой карты, скорее всего, не состоится. Всегда хотел летать. Хотя, если мой визави планирует не продавать свои карты, а купить мои, то собрать доспех станет нереально.

– Что-то еще?

Несмотря на сумбур, царивший в голове, я хорошо помнил, что не успел поесть: – Что-нибудь вкусное и необычное. Право на одно бесплатное блюдо и один бесплатный напиток раз в малый цикл даровала мне все та же карта.

Услышав заказ, хозяин на миг задумался, а потом произнес: – Тогда коктейль Фейерверк радости и филе снежной змеи подойдут лучше всего.

Передо мной возникло деревянное блюдо с нарезанным кольцами мясом змеи и большой стеклянный бокал, в котором всеми цветами радуги искрил и переливался сотнями пузырьков напиток, сделанный мне хозяином.

– Держи, разоритель, – махнул рукой Хозяин: – И зачем я только согласился на это дурацкое условие Смеющегося Господина, когда открыл свое заведение, – здесь он снова вздохнул и пододвинул мой заказ поближе ко мне.

Пока я общался с хозяином, время встречи почти наступило. Речь на ней пойдет о дорогих вещах, и стоит побеспокоиться о собственной безопасности и надеть Маску.

Книга. Призыв Маски.

Глава 7

Ну вот, теперь можно идти. Я подхватил свои блюда и направился в кабинет, где должна была состояться встреча.

Удивительно вкусная еда настроила на благодушный лад, и лишь подошедший игрок напомнил, зачем я здесь. Звук отодвигаемого стула заставил оторваться от еды и посмотреть на моего визави, который невозмутимо устраивался напротив. Маска полностью закрывает лицо, огромный бесформенный плащ укутывает тело так, что я толком не могу разобрать к какому виду относится существо, назначившее мне встречу.

С минуту мы молчаливо разглядывали друг друга, каждый из нас, видимо, пытался понять кто перед ним. Но мой визави неплохо подготовился: плащ, маска, зеркальный медальон, скрывающий ранг. Хотя очевидные вещи не скрыть, передо мной точно не инсектойд, механойд или маасари, возможно, человекоподобный или антропоморф. Но сам разговор многое расставит по местам, определить к какому виду относится игрок можно не только по внешнему виду, но и по манере вести разговор, строить фразы, да и пластика движений может немало рассказать о собеседнике, если знать на что смотреть. Хотя сейчас вид моего собеседника не очень важен. Гнетущую тишину за столом я решил прекратить первым, играть в молчанку и гляделки я не люблю: — Это Вас интересует комплект Хранителя Ночи?

— Да, – я с трудом расслышал глухие слова, доносящиеся из-под маски. — У меня есть заинтересованность в картах этого комплекта. Вы готовы предложить мне что-нибудь?

– Все зависит от того, что вы готовы предложить мне.

Кажется, этот разговор нужно форсировать, а то мы тут пару дней будем выписывать круги друг возле друга.

– Я не люблю долгих разговоров, поэтому предлагаю немного приоткрыть книгу друг для друга. У меня есть одна из карт этого набора, – в принципе ничего нового я ему не сказал, и так было понятно, что я не просто так согласился на встречу, но сейчас шар на его половине стола и на мою откровенность он должен что-то предложить взамен.

Мои слова на миг заставили его задуматься, прежде, чем он вновь заговорил.

—Мне это подходит, не люблю все усложнять. Тридцать больших циклов назад мне с моими товарищами повезло, удалось, благодаря карте сокровищ, найти Дар Владыки, тогда при дележе добычи мне и досталась одна из карт этого комплекта. Чуть позже я смог оценить возможности, которые она дает и дал объявление в надежде, что удастся найти еще.

Услышав его слова, я кивнул, о чем-то подобном я и подозревал.

– В таком случае, сколько и что вы готовы предложить за мою карту? – Саймира наверняка убила бы меня за такое ведение переговоров, но я хочу услышать цену сделки и только потом решать, тем более я еще сам не понял: хочу ли я продавать подарок Акивы.

Мой собеседник после моих слов нервно заерзал на стуле.

– Боюсь, что ситуация немного изменилась с того момента как я дал свое объявление. Теперь я хотел бы предложить вам выкупить у меня мои карты комплекта.

Такого поворота разговора я точно не ожидал. Мой собеседник сумел меня удивить. Тем временем он продолжил говорить, все больше нервничая.

— Я уже говорил, что ситуация сильно изменилась, — с этими словами игрок снял маску скрывающую лицо и я невольно отшатнулся назад. Его лицо было похоже на гниющий кусок мяса, покрытый нарывами и сочащийся гноем, на щеке кожа слезла почти целиком и в открытой ране, мне показалось, копошились личинки насекомых.

Убедившись, что я все рассмотрел, игрок снова надел маску: – Теперь вы понимаете, что у меня осталось не так уж много времени, и смысла собирать карты из комплекта для меня уже нет. Теперь я хочу просто выжить.

-- Что произошло? – в свое время я видел немало ран и увечий, и меня сложно было ими удивить, да и зелья регенерации и лечения помогали с ними справляться, но то, что я видел, было не похоже на обычную рану.

– Божественное проклятье, подарок Чумной Госпожи. Досталось нам после того как мы вскрыли алтарный камень в одном из ее заброшенных храмов. Под алтарем росли целые колонии мелких грибов с большими желтыми шляпками, они то и распылили споры, заражая все вокруг. Теперь это мерзость растет на мне повсюду! – голос игрока сорвался на визг, кажется, у него сейчас начнется истерика. Он снял одну из своих перчаток и показал руку с четырьмя пальцами покрытыми порослью грибов: – Ни регенерация, ни зелья с магией не помогают избавиться от этой мерзости, она растет во мне, разрастаясь изнутри. А еще грибные черви, они жрут грибы и откладывают личинки прямо во мне! Мне сейчас не до игр и долгих переговоров! Призвав книгу, он выложил на стол две карты: – Отдаю обе за четырнадцать тысяч. Во внутренних мирах я нашел действующий храм Чумной Госпожи и верховный жрец согласился снять проклятье, если я принесу храму богатые дары, а чтобы их купить, мне нужны дайны. У тебя уже есть одна карта, еще две и твои возможности увеличатся, если ты готов, то забирай их прямо сейчас, а нет – так у меня уже есть на них покупатель, время для меня слишком дорого.

Я взял карты со стола, что бы посмотреть поближе и получить немного времени на раздумья: Плащ Совиного Крыла и Медальон Хранителя Ночи. Вчитываться в характеристики я не стал, для меня и так, во многом, все было понятно. Но, чтобы убедиться в своих подозрениях, я прислушался к себе и своим чувствам.

После чего, бросил карты на стол.

– Не получилось.

– Что не получилось? – игрок явно растерялся от моих слов и действий.

– Все не получилось, Идея конечно хорошая обманывать новичков, копируя обманкой реальную карту, но вот именно сейчас не получилось.

Он подобрался на стуле, словно готовился вскочить, и спросил меня:

– Ты давно понял?

– Сразу, как только ты снял маску, трюк с гниющим человеком я уже видел около сорока циклов назад, хотя должен похвалить тебя, с червяками получилось весьма эффектно. Хотя, по-моему, ты немного переигрываешь. Особенно с алтарным камнем, даже новички не настолько идиоты, чтобы поверить будто кто-то сам будет двигать алтарь, не проверив его на ловушки и наличие скрытых проклятий. К тому же зачем самим рисковать, если можно призвать существо, которое и сделает всю грязную работу?

Игрок, скрывая досаду, махнул рукой: – Обычно на это не обращают внимание, когда понимают, что могут по дешевке взять хорошие карты. Жадность хорошо туманит мозги. А я тебя недооценил: думал новичок, ухвативший удачу за хвост, всего девятый ранг сейчас из штанов выпрыгнет, чтобы карту выкупить. Не получилось. "Ты бы на эмпатию так не налегал," – подумал я про себя, воздействие чужой воли на свой разум я ощутил чуть ли не в самом начале разговора, но об этом лучше промолчать, не стоит открывать свои карты. Что ж надо уходить, разговор потерял всякий интерес.

– Постой! – мошенник неожиданно поднялся из-за стала: – Если тебе действительно нужна карта из этого комплекта я готов тебе ее продать.

– Давай не начинай снова, проигрывать тоже надо достойно.

– Я серьезно, мне она не нужна. Как тридцать циклов назад попала в руки, так без дела и лежит, одни только несчастья и расходы приносит. С тех пор как разместил запрос, ты всего третий, кто на него откликнулся: первый был новичок, его я легко обманул, выманив карту из комплекта, а взамен подсунул пустышку. Только после этого полученная карта пропала у меня из Книги. А вторым кто откликнулся, оказался Шепчущий...

– Ты что псих?! – невольно вырвалась у меня: – Пытаться обмануть одного из сильнейших эмпатов в игре. Ну, есть много способов умереть, но зачем же выбирать самые болезненные, можно же просто яду выпить или пойти поплавать в лавовых озерах, умрешь быстро, легко и почти безболезненно.

– Да не знал я, что это был он! – обманщик в сердцах даже стукнул кулаком по столу: – Этот ублюдок сменил как-то свой облик.

– И что было дальше? – история горе-мошенника невольно меня заинтересовала.

– Когда я выложил пустышки на стол, он со мной рассчитался. Все было хорошо, я дайны забрал и только дома заметил, что вместо карт обманок я ему продал две серебряные карты заклинаний. А он потом мне еще письмо с благодарностью прислал, интересовался, нет ли у меня еще чего-нибудь интересного.

Да уж, сочувствовать этому мерзавцу я точно не буду, но представляя его лицо в тот момент, когда он понял, что именно продал нагу, я с трудом удержался чтобы не заржать.

– И так, что ты хочешь за нее?

– Пятнадцать тысяч, цена реальная, сам знаешь, что меньше она не может стоить.

Вот теперь над этим предложением стоит серьезно подумать. Заполучить еще одну карту, плюс возможность усилить то, что есть, это очень интересно.

– Показывай.

Игрок протянул мне карту Плащ Совиного Крыла, свойства карты: ускользающий взгляд, маскировка, хозяина плаща весьма сложно увидеть без карт поиска, помимо этого, плащ увеличивал физические параметры: реакцию и мышечную силу на пять процентов.

– Почему хочешь продать, такая карта любому пригодится.

Игрок безразлично передернул плечами: – Плащ хорош, но у меня собран полный комплект, где уже есть плащ, я в основном его использую, так что надо выбирать: либо полный доспех, либо отдельно плащ. Доспех по параметрам лучше, так что все очевидно.

Пока все логично, с этим я спорить не стал, то что пару минут назад он пытался обмануть меня мало смущало, в Игре всякое бывает: сегодня ты пытаешься кого-то убить, завтра он – тебя, а послезавтра ты с бывшим врагом дерёшься с кем то новым.

– Хорошо, это действительно стоит обсудить, но не со мной и не здесь, – призвав Книгу, я набросал короткое письмо. Карточный дом «Мейсера и Куно», сейчас туда подойдет наш торговец, с ней вы и обсудите условия, цену и прочие моменты. Сделка пройдет под контролем, сам понимаешь, что после этого представления доверия тебе нет. Сойдетесь в цене, она купит, нет, можешь и дальше пытаться на нее ловить дураков, только знай, особенность комплекта в том, что нечестно получить эти карты нельзя.

От моих слов игрок явно приуныл, в какой-то момент показалось, что он откажется, но нет – согласился на все условия. Я сидел и смотрел, как мошенник уходит из Дома Чаш...

Ну что ж ступай, тебя впереди ждут долгие и насыщенные переговоры, из цепких лап Саймиры сложно вырвать даже дайн, а не то, что пятнадцать тысяч.

Итак, все дела здесь закончены, пора на выход. Неожиданно меня окликнул Шулкар. Если бы в этот момент рухнул потолок, я и то удивился бы меньше.

– Я так понимаю, ты снова не за яйцом василиска собрался.

От растерянности слов просто не нашлось. А хозяин Дома Чаш, не давая мне опомнится, продолжил говорить: – Об этом мало кто из игроков знает, но в моей таверне есть двери, ведущие в разные места и миры, и порой в них заходят не только смертные и боги, но и множество иных существ, для которых нет имен и названий, иногда они просят помочь им что-то найти или кого-то подыскать. Я старюсь никому не отказывать, кто знает, чем обернется отказ. Так вот, один из таких посетителей попросил срочно подыскать храброго и умелого игрока, готового за достойную плату помочь ему.

– А что за помощь нужна? – осторожно поинтересовался я, что-то смутно беспокоило в этом неожиданном предложении.

– Об этом он расскажет тебе сам, – хозяин махнул рукой, и рядом со стойкой возникла дверь, сделанная из цветного стекла.

– А если его просьба мне не понравится, и я захочу прервать разговор и покинуть это место? – спросил я, все еще испытывая сомнения.

– Ты всегда сможешь вернуться, это я обещаю, – на лице хозяина расплылась слащавая улыбка очень похожая на оскал, но я не очень разбираюсь в мимике огров, возможно он просто хотел меня подбодрить. Не буду отказываться, не стоит ссориться с Шулкаром из-за пустяков.

Стоило переступить порог стеклянной двери, как вокруг сомкнулась вязкая тьма, обволакивающая и непроглядная. Я замер, напряженно озираясь по сторонам и не зная чего ожидать. Во мраке медленно проступило пятно света, словно зажгли невидимый уличный фонарь. Стоять в темноте было глупо, пришлось идти к свету. По мере приближения, в круге стала прорисовываться картинка. Сначала возник массивный письменный стол из красного дерева, заваленный бумагами, а напротив него – монументальное кресло с огромной спинкой, но лишь подойдя вплотную, я смог рассмотреть хозяина этого странного кабинета: толстого зеленого гремлина с моноклем в глазу. Если бы не живот и меньшее количество бородавок на носу его можно было бы принять за родного брата хозяина Лавки Карт. Я, молча, подошел к столу и остановился в нерешительности, а странное создание, не обращая на меня внимания, продолжало что-то писать чернильным пером на листе бумаги.

– Мне сказали... – начал говорить я.

Гремлин оторвался от бумаг и негромко проскрипел, как плохо смазанный механизм: – Помолчи и посиди пока тихо, не до тебя, – он вскинул палец, и невидимая сила упруго толкнула в грудь, отбрасывая на кресло. Странный прием. Не так я представлял себе встречу с нуждающимся в помощи, да и этот коротышка не похож на того, кому она нужна.

Перо закончило скрипеть по бумаге, зеленый уродец поправил монокль в глазу и, наконец, обратил внимание на меня.

– Ну-ка посмотрим, что тут у нас, – монокль засветился странным голубоватым светом. А я почувствовал себя препарируемой лягушкой на лабораторном столе. Все мои чувства просто кричали мне, что меня пытаются одновременно физически разобрать на части, прочить мысли и даже поковыряться в душе. Ну, уж нет, кем бы эта тварь ни воображала себя, такого обращения я никому не позволю!

–Довольно! – в руке возник активатор, направленный в сторону хозяина стола. Еще миг и Дыхание прародителя драконов сорвалось бы с жезла.

– Стой, – коротышка вскинул руку, и монокль в его глазу потух. А я сразу ощутил, как прекратилось воздействие сил корежившее меня.

– Забыл, что ты не простой смертный. Давно здесь не было игроков.

–Кто ты и зачем я здесь? – не похоже, что бы здесь кому-то нужна моя помощь. Руку с жезлом я не торопился опускать, все происходящее мне слишком не нравилось.

–Я распорядитель игр. Уже более десяти тысяч лет наш клан продает развлечения, – говоря это, гремлин даже вылез из-за стола: – Игрок, ты знаешь, кто является самым страшным и непобедимым врагом, который с легкостью повергает в прах и могучих богов и высокоразвитые цивилизации?

– И что же это? – спросил я, невольно заинтересовавшись: – время, смерть, любовь?

– Нет, не говори чепуху и высокопарный бред! – от моих слов коротышка подпрыгнул в возмущении.

– Самый страшный враг это скука, она уничтожает все и вся, ничего не стоит заболеть ей тому, кто всего достиг и все имеет. Мы помогаем могущественным разумным, заболевшим скукой, принося развлечения и забавы и давая новый смысл их жизням. Ведь вся наша вселенная и все мироздание есть великая Игра, созданная скучающим демиургом.

Довольно странная концепция порождения жизни во вселенной. Я даже озадачено почесал затылок от этих слов, хотя за циклы в Игре чего я только не слышал: и про космическую курицу снесшую яйцо содержащее мироздание или про то, что все сущее есть сон мотылька и все исчезнет, стоит ему проснуться, и много, много других теорий. Так что услышанное сейчас не самый плохой вариант.

– Так зачем я здесь? – необходимо было вернуться к действительно важному для меня вопросу.

– Что бы помочь бороться с этим страшным врагом, конечно, – гремлин всплеснул руками.

– И как же? – из меня получится плохой клоун. Представить себя в нелепом желтом парике с красным носом и подбрасывающем вверх разноцветные шары я не смог.

– А это мы сейчас посмотрим, – распорядитель вернулся за стол и начал быстро перебирать бумаги. – Это не то, и это тоже не то, ну где же оно, а вот это, пожалуй, подойдет! – выхватив одну из бумаг, он быстро ее перечитал – Да, это то, что нужно.

– Герцогу Килиану Розенмееру нужна помощь в организации и проведении охоты в его лесу. Охота устраивается в честь его любовницы маркизы Геримнии Сэйлах, будет много знатных гостей из других миров. Для увеселения собравшихся будет доставлена особая дичь. Вы поможете в проведении и организации праздника.

– И каким же образом? – я продолжал недоумевать, напряженно пытаясь вспомнить, что я вообще знал о проведении великосветских охот. В воображении возникли только разряженные дамы и кавалеры на лошадях и в окружении своры собак.

– Подробности вам расскажут на месте, – гремлин довольно улыбнулся.

– А моя плата?

– Забыл! – зеленая рука нырнула внутрь стола и достала большую золотую монету: – я думаю, это будет достаточной платой за один день работы.

Я с сомнением взглянул на него: – Может для какого-нибудь бедняка это и достаточная плата, но для меня она бесполезна, в Двойной Спирали это просто крошечный кусочек метала, который почти ничего не стоит. Распорядитель игр скрипуче рассмеялся: – Ну ты и глупец, это же монета Леприкона, она приносит удачу своему владельцу в любом деле.

Мне встретилась еще одна легенда Игры, о которой я слышал от игроков. Эти монеты удивительная редкость, жаль, их удача не долговечна, и успех они проносят только раз, но полный, – надо только переломить монетку. Да, за такой куш можно рискнуть, согласившись даже на эту сомнительную работу.

– Хорошо, я принимаю в оплату монету Леприкона и клянусь выполнить достойно порученную мне работу, – Книга засветилась, фиксируя мои слова.

Надо быть готовым к любым неожиданностям. Браслет переводчик со мной.

Книга. Доспех Стремительных Ударов и Мерцающий Щит. Теперь оружие: Острый и Быстрый, они дополнили мой наряд.

Распорядитель с удивлением смотрел на мои действия: – Зачем вам все это?

– Я был неподобающе одет для охоты, теперь я готов.

Хозяин кабинета не нашелся, что на это сказать и с сомнением почмокал губами: – Ну, раз теперь ты готов, то ступай.

Справа от кресла закружилась воронка перехода. Стоило туда вступить, как кабинет стал меркнуть, а в спину донеслись слова: – Ах да, опять забыл сказать, на время проведения охоты невозможно использование активатора. "Тогда зачем и в качестве кого я там нужен?" – захотелось крикнуть мне, но врата уже затянули меня внутрь.

Глава 8

ЛеРи третий раз обходила поляну по периметру. Можно было не кружить, полянка с жертвами не велика, и просматривалась вся, но волнение не позволяло стоять на одном месте, хотя лия и понимала: возможно потом, она пожалеет, что не берегла силы.

Окружающие вели себя не правильно. Они словно собрались хорошо провести время и не волновались о своем будущем. Разумные собравшиеся на поляне принадлежали к разным видам, все они были антромпоморфны, но отличались цветом кожи, формой глаз, зубов и ушей, конституцией, у некоторых были хвосты, был даже один человек-зверь, и если бы не тревога, ЛеРи с удовольствием рассматривала бы их. Среди существ не встречались старики, дети и калеки, это тоже наводило на размышления. То что разумные собрались из разных миров было понятно и по тому как они пытались общаться между собой, разговора не получалось, а жесты были слишком различны. Дело принимало совсем скверный оборот. "Как взаимодействовать со спутником, если не понимаешь языка?"

Заключенное с удивительным существом соглашение было не только странным, оно должно было быть смертельно опасным, ведь никто не выполнит заветное желание за просто так. Поэтому когда ЛеРи было сказано об обязательном наличии спутника, лия решила не ждать когда выберут ее, а позаботится о своей жизни сама. Но увы.

Небольшая лесная полянка, окруженная деревьями великанами с непривычной листвой, была полна разумными, но все они не годились. Слишком беспечные, расслабленные, не бойцы. Каждый новоприбывший мужчина получал два одинаковых венка. Один венок сразу водружался ему на голову, второй оставался в руках. Он служил для обозначения выбора партнерши. И насколько видела ЛеРи, на поляне не было двух одинаковых пар венков. Девушка уже дважды отклонила венки, и с возрастающим ужасом думала, что зря так долго сомневалась, наиболее крепких и перспективных представителей противоположного пола уже разобрали, точнее они быстрее всех сделали свой выбор. Но было видно, что выбор их был обусловлен не желанием выжить, а симпатией. Единственное, что порадовало, так это наблюдение, что стоило женщине надеть венок, как пара начинала понимать слова друг друга. Хоть одна проблема решилась сама собой.

На краю полянки закружился воздушный вихрь, так появлялись все разумные и ЛеРи подобралась: — МальЛи сделай так, что бы это был нужный мне разумный! Богиня удачи не оставила свою дочь.

Темноволосый мужчина, пытался подняться с колена, на которое упал, когда портал схлопнулся. Поджарый, не высокий, он удивительно плавно пытался сдвинуться с места прибытия и одновременно торопливо осматривался по сторонам. Рядом с ним словно сгустилось из воздуха странное существо, приветствующее всех вновь прибывших. Новичок остался стоять с венком на голове и другим в руках. На его лице была написана тревога, он попытался снять венок, но из этого ничего не получилось. Мужчина оперся спиной на ствол и стал внимательно осматривать разумных на поляне. ЛеРи показалось, что выбор ему не нравится. Новичок смотрел, как человек-зверь надевает венок на высокую, очень эффектную блондинку, но потом раздраженно мотнул головой и стал осматриваться дальше. Свободных дам почти не осталось, и лия поняла, что не простит себе если позволит новенькому выбрать кого-то другого.

* * *

Похоже, о комфорте перемещения гоблин не очень переживал, резкая смена местоположения заставила потерять равновесие, и чтобы не упасть мне пришлось опуститься на одно колено. Скорость перехода дезориентировала, голова кружилась, и в твердости собственных ног я не был уверен, поэтому вскакивать на ноги не спешил. Стоило начать осматриваться, как передо мной возникло странное невысокое создание в нелепом белом платье и с венками в руках. В первый момент показалось, что это ребенок, но рассмотрев более внимательно бледную кожу с просвечивающими венами, растрепанные бледно зеленые волосы и самое главное: большие слегка раскосые голубые глаза, я понял, что это кто угодно, только не ребенок. Не бывает у детей такого мудрого и усталого взгляда. Улыбнувшись, она надела мне на голову венок из голубоватых цветов и сунула в руки второй точно такой же, после чего поцеловала в щеку и исчезла. А я лишь обалдело покачал головой: "Интересное начало".

Неожиданно активизировалась Тайвари: — Биологическая угроза целостности носителя. Что предпринять в связи с угрозой?

– Конкретизируй.

— Растения, помещенные на голову носителя, прорастают в кожу головы.

Первым моим порывом было сорвать венок и отбросить в сторону, но скинуть его не удалось. Можно рвануть посильнее и сорвать эту дрянь вместе с кожей, несмотря ни какую боль, и ни такие повреждения зарастали, но боюсь, что здесь все не так просто. Тот кто сделал эту штуковину, наверняка подумал о том что бы от венка было так просто не избавиться, и безобидные цветки вполне могут впрыснуть под кожу яд или сделать другую пакость, стоит им потерять контакт с телом. Поэтому пока повременим, нужно осмотреться, а с веночком я надеюсь, Тавари мне поможет.

– Тай ты можешь что-нибудь с этой хреновиной сделать.

– Уже. – Прошелестел тихий голос моего симбиота, — Мною предпринят комплекс мер по защите оператора от биологической угрозы. Я блокировала прорастание этого организма к головному и спинному мозгу, сейчас я собираюсь выделить био-терминатор для уничтожения всех ростков попавших внутрь.

– Стой! – мысленно крикнул я: – пока не торопись, мы слишком мало знаем о происходящем вокруг, уберёшь эту пакость с моей головы только по моей команде.

— Указания носителя приняты к исполнению.

Отлично, а теперь пора осмотреться вокруг, чтобы понять: куда я попал, а самое главное, зачем и что делать. Происходящее вокруг все четче давало понять, что ничего хорошего меня на этой охоте не ждет. Передо мной раскинулась довольно большая поляна, окруженная высокими раскидистыми деревья с сине-зеленой листвой, в центре поляны был установлен длинный стол, покрытый белой скатертью, плотно уставленный блюдами с едой. Вокруг стола толпились почти все существа присутствующие на поляне. Все они принадлежали разным видам и видимо собрались из различных миров. На первый взгляд возникало ощущение, что общаться между собой у собравшихся разумных не получается. Все они что-то одновременно лопотали, размахивали конечностями, и похоже, не понимали друг друга. Откуда-то из-за деревьев доносилась музыка неуловимо похожая на торжественный гимн и хоровое пение детей. Или из-за музыки, или из-за самой обстановки, но у меня возникло ощущение давления на разум, мысли словно туманились, взгляд скользил по поверхности окружающих предметов, но что бы рассмотреть детали и осмыслить увиденное требовалось совершать усилия. И это еще цветочек не пророс в мозг, что бы было тогда, даже не представляю и представлять не хочу. Хорошо, что у меня есть Тай.

Вокруг бродили, пробуя блюда и приглядываясь друг к другу, множество разумных: вот на моих глазах крупный самец антропоморф протянул венок высокой и стройной блондинке спортивного телосложения. Девушка взяла цветы и одела их себе на голову. Чтобы это не значило, но выбор человека-ягуара я оценил, эффектная и красивая блондинка, на мой взгляд, была одной из самых привлекательных женщин здесь. Пока я осматривался, ко мне неслышно подошёл слуга с подносом уставленным бокалами. Встав так, что бы привлечь мое внимание, он предложил мне выбрать один из бокалов с прозрачной жидкостью, но я отрицательно качнул головой. Сегодня было сделано слишком много неразумных поступков, пробовать же незнакомую еду и питье в незнакомом месте, даже моего легкомыслия уже не хватит. Легкий шум в голове, это подключился браслет-переводчик, и я начинаю понимать слова, с которыми обращается ко мне слуга. — Вам нужно будет сделать выбор среди свободных дам. Выбрать надо ту, которая вместе с вами будет участвовать в священной охоте. Когда найдете достойную, подтвердите свой выбор, предложив ей венок, если женщина согласна, она его наденет, и вы сможете понимать друг друга.

–Что за священная охота? Как скоро она начнется? Как будет прохолодить и каковы правила ее проведения?

-- Вы все узнаете потом. – слуга даже взмахнул свободной рукой, прерывая шквал моих вопросов: – Перед охотой вам все расскажут.

Ну расскажут, так расскажут, хотя эти недомолвки и увиливания от ответов уже начинают напрягать.

Ладно, размышления отложим на потом, сейчас важнее найти себе спутницу на время охоты. А кандидаток на это счастливое место осталось, увы, не так что бы много. Почему-то мне кажется, что если я не сделаю выбор, его сделают за меня. Но присмотреться к кандидаткам я не успел.

Мои невесёлые размышления прервало аккуратное прикосновение к руке, обернувшись, я увидел старательно мне улыбающуюся девушку. Невысокого роста, удивительно соразмеренная фигура, рыжие коротко подстриженные волосами и довольно милая мордашка с искристыми зелеными глазами, одета весьма практично в зеленый костюм походного образца. В данной ситуации прямо дар небес, а не девушка. Мило улыбаясь, она коснулась пальчиком венка в моих руках и вопросительно склонила голову на бок. Девушка не пыталась говорить, но на эмпатическом уровне воспринималась как один большой и взволнованный вопрос.

Еще раз оглянувшись на толпу возле стола и бросив взгляд на девушку передо мной я понял, что Слепец все еще на моей стороне и глупо не пользоваться такой удачей. Я протянул девушке венок, и она торопливо надела его на голову.

–Теперь ты меня понимаешь, только скажи словами?

Браслет-переводчик старательно перевел ее слова.

–Да, а зачем такие сложности?

– Я заметила, что окружающие не понимают друг друга, но стоит двоим надеть венки, как проблема с непониманием решается сама собой. Надо было убедиться.

И спутница тут же затараторила, словно боясь не успеть передать информацию.

–Меня зовут ЛеРИ. Я из Дартала, из семьи Повелителей Зверей. Пожалуйста, ничего ни ешь и ни пей из угощений на столе, люди после них становиться не разумными, смеются, поют и словно не понимают, куда и зачем их позвали. И еще для нашего выживания нам нужно знать сильные и слабые стороны друг друга. Чем ты занимался у себя дома и что ты умеешь делать?

Шустрая какая, мне до плеча не достает, а сразу пытается командовать, это видно семейное: привыкла дома руководить и здесь невольно действует также. Ну-ну, давай командуй, эта ситуация начала меня невольно забавлять. На миг я даже представил себе эту мелкую лидершу в Двойной Спирали строящую по стойке смирно Меджеха и остальных наших боевиков. Улыбнуло. В наличие ума ей отказать нельзя, вопрос по существу, да и скрывать такую информацию сейчас действительно глупо. В своей жизни я так и не научился делать ничего кроме одного, и поэтому мой ответ прост и лаконичен: – Убивать.

Похоже, такой ответ ее не слишком напугал, а даже скорее обрадовал, в эмпатической сфере потянуло облегчением.

– А ты кем у себя в мире был: солдат, наемник, асасин?

– Игрок.

На живой мордашке явно отразилось замешательство, и она вопросительно уставилась на меня. Что ж придется представиться по полной форме.

– Служитель изначального хаоса, принадлежу к домену Смеющегося Господина, – ну что малышка мой ответ вряд ли тебе сильно поможет, в вашем мире видимо с такими как я еще не сталкивались, иначе бы ты знала кто такие игроки.

– Ты что воинствующий жрец или паладин своего бога?

– Можно и так сказать. – пожалуй, мелкая смогла подобрать наиболее верные слова.

– А каким ты оружием владеешь?

– Простейшим почти всем, от рогаток до боевых топоров, но сейчас со мной только кинжалы.

Девушке не надо знать то, что все это не на уровне мастера, но с какой стороны держаться и как применять я знаю, практики и времени для тренировок между рейдами мне хватало. С магическим или техно – оружием все сложнее и индивидуальней. Но думаю здесь, эти знания вряд ли пригодятся, сомневаюсь, что нам плазмометы или магические посохи вручат и отправят охотиться за бабочками.

Нашу милую беседу, так и не успевшую толком начаться, прервали громкие переливчатые звуки рога. Из воздуха проявилось знакомое создание, раздававшее веночки из цветов.

– Время для насыщения и выбора избранников прошло! – она взмахнула руками и венки, так и не нашедшие своих хозяев, пропали из рук державших и сразу возникли на головах еще недавно свободных дам. – Ступайте по тропе! – за спиной создания, порхающего в воздухе, открылся проход между деревьями. Стоило на миг перевести туда взгляд, как "бледная фея" опять исчезла. Хотел бы я понять, как она это делает. Что ж, может там, наконец, все станет ясно.

Все присутствующие на поляне нестройной толпой двинулись по проходу. Оживление и смех как отрезало, и теперь в воздухе витало напряжение. ЛеРи прочувствовав это, еще сильнее вцепилась мне в руку. Жаль, что мы толком так и не смогли поговорить.

Мир вдруг стал кристально четким и ясным. Никакой дымки и давления на разум.

– Тай, ты можешь сказать – что-то изменилось?

– Прекращено воздействие психотропного препарата, сложного типа.

Вот это сюрприз: – Почему ты не только ничего не сделала раньше, но даже не сообщила?

– Воздействие вещества похоже на воздействие вина, которое носитель периодически употребляет, препарат был принят добровольно, по проведенной аналогии с вином – действия не требовались. Сейчас воздействие этого препарата может негативно повлиять на оценку ситуации, вещество принудительно уничтожено.

Я еще не успел до конца осознать сказанное Тай, как мы вышли на другую лужайку. Там нас уже ждали устроители охоты.

– Тай потом обсудим правильную реакцию на подобное.

Дамы и кавалеры в ярких и разукрашенных костюмах с масками хищных зверей на лицах внимательно разглядывали и оживленно обсуждали каждую пару, выходящую из-под сени деревьев. Наибольший интерес у них вызвал антропоморф со своей блондинкой. Не отходя далеко от прохода я, в свою очередь, рассматривал их. Надо же было понять, чего от хозяев стоит ожидать: человекоподобные, физически развитые, в их движениях и жестах присутствовала некая уверенность в себе и в своем праве. За годы путешествий по мирам подобное я видел лишь у потомственных аристократов. Общаются свободно, каким бы здесь не был великосветский этикет, чувствуется непринужденность старых знакомых. Мой слабенький дар не мог многое рассказать, но и того что я уловил – хватило. Похожие мысли и эмоции были у тех, кто обожал ходить в квартал Черных Фонарей за чужими жизнями и болью, эти охотники плотно подсели на чужие страдания, как на сильнейший из наркотиков и сейчас они все были в предвкушении грядущей охоты, наслаждаясь своей властью и силой. Ведь именно они решали, кому сейчас жить, а кому умереть. Может не все из охотников были такими, но большинство это точно. Я начал потихоньку закипать, злясь на самого себя, на этих пафосных аристократов в масках хищников, на все происходящее вокруг. Кому рассказать, куда я попал по собственной воле, так никто не поверит. В тавернах Двойной Спирали ходит много историй про новичков, взявшихся за невыполнимую или очень опасную работу, но я-то уже давно прошел свои первые ступени в Игре. Несколько раз я глубоко вдохнул и выдохнул, успокаивая себя, сейчас надо выжить и вернуться в Игру, а там я со всем разберусь.

В этот момент на лугу возникло уже знакомое создание, опять непринужденно парившее в воздухе

. – Все Вы пришли сюда, соблюдая древний договор. В этот священный день разумные становятся вровень с животными, на вас будут охотиться вам подобные, чтобы вы осознали ценность жизни и не отнимали ее без причин. Кровь за кровь. Сегодня тем, кому по воле богини выпало стать добычей, надлежит пробежать сквозь священный лес и достигнуть озера. В центре этого озера стоит храм богини лесов и диких зверей. Как только жертва выпьет освященной озерной воды, она докажет свое право на существование, и получит в награду долгую жизнь и идеальное здоровье. Жертвы вправе прятаться, убегать или сражаться за свою жизнь. А это будет вашими рогами, когтями и клыками, – она указала на стол, усыпанный разными колюще-режущими принадлежностями, стилизованными под рога или клыки диких животных. – Первый звук рога для вас, он начинает охоту. После второго, помните, хищники пускаются в погоню.

Из толпы, потрясенной этими словами, вышел небольшой приземистый толстячок и начал возмущенно кричать:

– Эй, нас не предупредили, что на нас будут охотиться и убивать как диких животных! Тот зеленый урод говорил лишь об участии в охоте, но не в качестве мишеней, я требую вернуть меня назад, я не желаю участвовать в этом!

– Все жертвы участвуют в охоте добровольно, возражения не принимаются! – и "фея" вновь растворилась в воздухе.

Видно, что толстячок хотел еще много чего сказать, но собственная спутница заставила его замолчать. Все это я отслеживал краем глаза, поведение жертв мне было не интересно. Все мое внимание было приковано к охотникам, благодаря браслету-переводчику я мог не только наблюдать за хозяевами, но и понимать их разговоры. Пока выступал толстячек, высокий мужчина в маске белого тигра, улыбаясь, обратился к своей спутнице:

– Дорогая, я посвятил эту охоту тебе, тебе первой и выбирать свою добычу.

Ну вот, теперь я знаю, как выглядят герцог и маркиза.

Любовница герцога была эффектной стройной женщиной в зеленом охотничьем костюме, с маской серебряной лисы на лице и бокалом вина в правой руке. Она покинула компанию охотников и, разглядывая жертв, стала неспешно прохаживаться по краю толпы. Больше всего она задержалась напротив пары антропоморфа и блондинки, еще пара шагов и теперь она рядом со мной, но, похоже, антропоморф для нее более интересен, ну что ж нужно помочь ей определиться с выбором. Мило улыбаясь, я с наслаждением плюнул, стараясь попасть в лицо. Маркиза даже отшатнулась назад. Но надо отдать ей должное, достаточно быстро взяла себя в руки и, отдав бокал с вином подбежавшему слуге, стала хладнокровно вытирать маску белоснежным платком. Герцог, стоявший чуть поодаль в окружении друзей, явно наслаждался происходящим: – Дорогая, я так понимаю, ты определилась со своей добычей?

– Да – вот этот, – и она указала на меня.

Отлично, пока все по плану.

– Зачем ты это сделал? – моя спутница вышла из ступора: – Зачем ты ее оскорбил?

– Доверься мне, так нужно было.

Пока другие охотники выбирали себе жертв, мы со спутницей направились к столам с оружием. Несмотря на царившую здесь суету, я не собирался ничего брать, поэтому быстро отошел от стола, едва взглянув на разложенное там.

– Почему ты ничего не взял? – Моя спутница удивленно посмотрела на меня.

– Я не доверяю чужому оружию, не уверен, что оно не подведет в самый ответственный момент.

– У меня нет никакого оружия, может это и подведет, но пусть будет хоть такое. Девушка взвесила в руке небольшой обоюдоострый кинжал.

Очередной раз убеждаюсь, что ЛеРи удивительно здравомыслящая особа.

Похоже, время почти вышло.

Оглянувшись в очередной раз на охотников, я увидел, что они расселись на небольшие серебристые аппараты, парящие над землей на высоте пояса, рядом крутились псы, если так можно назвать здоровенных тварей, размером с небольшого теленка и огромной пастью, усыпанной клыками, размером с мой палец. В одной руке всадники держали незнакомое оружие, но судя по длинному стволу, прикладу и длинной трубке, очень похожей на прицел, это что-то мощное и дальнобойное. А бежать нам предстоит по парку с редкими деревьями и кустарником, который лишь в шутку можно назвать лесом. Понятно, что шансов на спасение жертвам никто особо предоставлять не собирается. Моя спутница это тоже поняла и опять вцепилась мне в руку. Герцог поднес губам какую-то выгнутую загогулину, и над лесом поплыли звуки охотничьего рога. Охота началась, нестройная толпа перепуганных людей бросилась вперед. Перехватив свою спутницу поудобнее, я побежал, стараясь уйти в сторону от толпы жертв, плохо понимающих, что им делать. Моя цель была недалеко: большой пологий холм хорошо просматривался сквозь стволы деревьев. Он скроет нас от глаз охотников на какое-то время. Скрывшись за холмом, быстро проверил, что из моего арсенала мне доступно: Компас, книга, активатор! – увы, они так и не откликнулись на мой зов. Что ж я и не думал, что все будет так просто.

Сумка! А вот она спустя миг появилась в руках, все правильно, ни картой, ни активатором она не является, и запретить использовать ее гремлин не догадался. С замиранием сердца я открыл карман, где хранились сегодняшние покупки: все было на месте. Отлично, наши шансы на выживание существенно возросли. Теперь алхимия, для моего плана нам нужен как можно больший отрыв от охотников. Как хорошо, что наученный горьким опытом я ношу некоторые зелья в полевой аптечке, а не только пользуюсь картами. Из аптечки я достал небольшую синюю пластину и, оторвав небольшую полоску, стал усиленно жевать, не обращая внимания на резкий противный вкус. Еще один небольшой кусочек я протянул девушке, пусть тоже жует. Анатомия у нас вроде более мене сходная, конечно все последствия применения алхимии предсказать сложно, но без нее шансов не будет вовсе. Сердце в груди начало стучать быстрее и быстрее, разгоняя кровь. Ну, теперь побежали. Я взял спутницу за руку и потянул за собой. Вначале еще пытался бежать не в полную силу, но опасения оказались напрасны, ЛеРи не отставала и бежала вровень, все-таки мне с ней повезло, тренированная напарница досталась, если бы она была непривычна к физическим нагрузкам, никакой стимулятор не помог. Звук второго рога раздался довольно скоро, не сильно большую фору нам дали.

Подходящее место отыскалось не сразу, небольшой распадок поросший мхом и кустами, лучшего места я, пожалуй, могу и не успеть найти. Времени оставалось немного, вдали уже слышался вой псов, спущенных с поводков. В распадке мы остановились. Нужно немного отдохнуть.

Девушка присела на землю, растирая ноги. Я же сделал несколько разминочных движений руками.

– Встань, – попросил я девушку подняться с земли. Подойдя к ней поближе, быстро и без замаха ударил носком ботинка по щиколотке, заставив вскрикнуть от боли.

– Зачем? – столько боли и непонимания в глазах. Она держалась руками за сломанную ногу и требовательно смотрела на меня.

– Ты мне больше не нужна. Ведь никто не говорил, что до озера обязательно добежать вдвоем. Ты хоть ненадолго, но задержишь охоту, дав мне фору. Прости, жизнь не справедлива. Мне пора, – стараясь не смотреть ей в глаза, я сорвался с места.

Удивительно, но моя спутница не стала кричать мне проклятия в спину, наверно не хотела привлечь охотников. Стоило мне скрыться с ее глаз, как я остановился. В кармане сумки с походными запасами в небольшом мешочке у меня лежал черный мох, редкое растение, растущее на склонах скал осколка Тонущие острова, он идеально устраняет запах если им натереться, в Игре хаоса, где почти половина игроков антропоморфы, полагающиеся на нюх больше чем на глаза, это просто необходимая вещь.

Теперь можно вернуться назад, сделав небольшой крюк. Вот и та пара кустов, что я приметил, разминаясь в распадке. Девушка сидела, опустив голову и обхватив ноги руками и, кажется, плакала. Прости меня девочка, но так нужно, потом, когда будет время, я все объясню и попрошу прощения. А сейчас главное выжить и у каждого из нас в этой пьесе своя роль.

Из сумки я достал коробочку, в которой у меня были наконечники для арбалета, времени оставалось все меньше, а мне надо еще прикрепить их на древки. Призвав арбалет, я положил его рядом собой. Первое оружие является таким же атрибутом игрока как книга, компас или активатор, но оно не карта и запрет на его применение никто не вводил. Аккуратно достав стеклянный наконечник, в котором тягуче перекатывалась темно-желтая жидкость, я стал осторожно накручивать его на арбалетный болт, теперь еще один и еще. Подготовив пять болтов, я достал алхимические гранаты и пару штук положил перед собой. Лай псов, несущихся по нашему следу, слышался совсем рядом.

Теперь маскировка: в походном кармане среди множества необходимых вещей лежал маскировочный покров, тонкая густая сетка-хамелеон принимающая цвет окружающих ее предметов, в свое время я заплатил за нее немало дайнов и с тех пор ни разу не пожалел. Взрезав пласт мха, я сделал выемку, в которую и улегся, накрывшись сеткой. Все я готов, с этой позиции мне будет все отлично видно.

Охотники не заставили себя ждать. Сначала показались шесть псов, огромными скачками звери неслись вперед, время от времени принюхиваясь, а следом на небольших стремительных машинках мчались охотники. Скорость, полет и азарт наверняка их сейчас захлестывают: пятеро аристократов в масках зверей во главе с маркизой. Псы, почуяв жертву, громко взвыли, и влетев в распадок, дисциплинировано замерли в шагах пяти от ЛеРи. Все как я и предполагал, их учили только загонять жертв, но не атаковать без команды, давая хозяевам шанс насладиться охотой и прикончить дичь самим.

Охотники остановили полет своих летающих машин сразу за сворой и пара из них подняли свое оружие, держа мою спутницу на прицеле. Несколько мгновений поколебавшись, серебристая лисица спрыгнула на землю и направилась к ЛеРи, на ходу доставая узкий длинный клинок.

Неожиданно маркиза словно споткнулась на половине шага, а потом ее красивое лицо изуродовал оскал людоедской улыбки. Она обернулась к сопровождающим и звенящим от торжества голосом провозгласила: – Я так и знала, что он ублюдок, сломал девчонке ногу и бросил одну, но ничего я отомщу за нас обеих. И охотница продолжила прерванный путь: – А твои мучения подходят к концу.

Бездна хаоса, у нее действительно есть какие-то способности, хорошо, что я не стал ничего объяснять напарнице. ЛеРи все это время сидела спокойно, до последнего сохраняя самообладание.

Легкий щелчок арбалета и короткий болт отправляется в полет, чтобы через миг его стеклянный наконечник разлетелся желтоватым облачком перед ногами маркизы. Теперь сопровождающие, для них у меня тоже есть интересная игрушка: – Ловите! Сфера с ледяным пламенем взорвалась среди охотников, вымораживая пространство на десяток шагов вокруг. А на конец, очередь псов, но эти твари оказались чересчур умны и, не дожидаясь команды, уже неслись ко мне. Времени перезаряжать арбалет нет, и вторая алхимическая граната летит навстречу своре. Негромкий хлопок, жаль сфера холода не захватила всю стаю, двое псов слишком вырвались вперед. Отпустив из рук арбалет, я выдернул из ножен клинки.

Один из громадных псов прыгает на меня, целясь в горло, вторая тварь атакует сбоку. Прыжком ухожу в сторону от атаки второго и стараюсь ударить первого пса ножом в бок. Он сумел как-то изогнуться в воздухе, избегая атаки, и Острый оставляет на шкуре едва кровоточащую царапину. И новая атака, не давая мне времени, псы кружат вокруг, нападая постоянно и почти одновременно. Этих тварей явно специально натаскивали против людей, вооруженных холодным оружием. Стремительные, умные и невероятно опасные противники, если бы не доспех, который я хвала хаосу, догадался призвать перед охотой, меня бы уже порвали на куски. Скорость реакции у псов запредельная, все, на что меня хватало, это уходить от их совместных атак. Попытки, достать зверей ножами, пока были неудачными, короткие клинки не самое подходящее оружие против подобных созданий. Если останусь жив, достану себе что-нибудь получше. Новый бросок одного из псов и сразу за ним второй атакует, пытаясь ухватить за ногу. Я едва успеваю увернуться от атаки первого, как зубы второго полоснули меня по бедру. Закричав от боли, я все же смог с размаху вогнать Быстрый ему в шею, но мерзкая тварь успела вцепиться намертво, сбив с ног. Оставшийся пес приготовился к прыжку, но неожиданно замер на месте, повернув голову в сторону оврага. Распластанный на земле, я не собирался упускать свой шанс, и приготовился метнуть клинок.

– Не кидай, он больше нам не опасен! – Крик ЛеРи, заставил оглянуться на девушку. Напарница, по-прежнему, сидела на своем месте, но было ощущение, что она как натянутая струна. – Он подчинен и не причинит нам вреда, живой он может еще пригодится, а подчинить другого я могу не успеть, – и ЛеРи попыталась улыбнуться. Как-то она смогла остановить пса, дав мне шанс, видимо семья Повелителей Животных это не просто титул. Острым я с трудом смог разжать челюсти мертвой твари, штаны пропитались кровью, она толчками продолжала выплескиваться из раны. Сумка. Я уже чувствовал слабость от потери крови, надо было поторопиться. Из полевой аптечки мне нужен Зеленый пузырек среднего зелья лечения. Несколько ударов сердца и рана на бедре затягивается, теперь зелье бодрости. Силы мне сейчас будут нужны. Почувствовав себя лучше, я сумел встать и на слегка подкашивающихся ногах поковылял к напарнице, по дороге подобрав арбалет и сетку-хамелеон. Оставшиеся болты мы с псами раскидали по кустам, времени искать их не было. Жаль.

– Спасибо. – все что я смог сказать, когда подошел к ЛеРи.

– Ты мог бы просто рассказать свой план, а не ломать МНЕ ногу. Я бы притворилась, что ты меня тут бросил.

Вздохнув, я присел рядом с ней, а рядом со мной, заставив вздрогнуть, сел пес.

– Ты не настолько хорошая актриса чтобы их обмануть, у маркизы есть магический дар, она могла почувствовать фальшь. Я это еще на поляне понял. А нам рисковать было нельзя, она должна была верить тому, что видит, иначе бы ничего не получилось. Это был единственный шанс уцелеть, заманив их в засаду. Убежать от охотников по этому искусственному парку, где нет ни укрытий, ни завалов, просто нереально. Плюс псы и дальнобойное оружие, в общем, без шансов. Одного, максимум двоих, я, может быть, и подстрелил бы, но арбалет не слишком скорострельное оружие и больше одного выстрела мне сделать бы не дали, а потом все. Или псы, или охотники до нас бы добрались и конец.

– А что мы будем делать теперь?

– А теперь все будет намного проще. У нас есть транспорт, – я кивнул на, висящий в воздухе сребристый аппарат маркизы: – и есть заложник, – я показал на лежащую на земле Лису: – Она, заодно, и поведет эту летающую штуковину.

– Ты поэтому спровоцировал ее там, на поляне?

– Основы захвата заложников нас на занятиях по террору и истреблению смертных учили. Прежде чем захватывать заложника нужно убедиться в его ценности для тех, кого собираетесь шантажировать. А мне не нужна случайная жертва, какой-нибудь егерь или охранник, на которых местные хозяева могут наплевать с высокой горы и пристрелить нас вместе с ним. А вот любовница местного герцога, в честь которой проводится охота, объект подходящий, ее жизнью рисковать точно не захотят. И это дает нам шанс добраться до проклятого озера и убраться отсюда.

Пока длился наш разговор, я успел напоить Зельем лечения ЛеРи. Зелья подействовали и убрали основные повреждения, но тело не может сразу "все забыть", и поэтому хромали мы с напарницей вдвоем, так и поверишь во вселенскую справедливость. Девушку я отправил привести летающую машину маркизы, а сам занялся бесчувственным телом. Сначала быстро его обыскал, избавляя от ненужных вещей: кинжал с узким лезвием, еще один за голенищем сапога, маленький серебристый пистолетик, закрепленный на кисти забавным механизмом, выбрасывающим оружие прямо в руку, пара заколок в волосах, слишком острых на мой взгляд. Наша охотница подготовилась всерьез. Время не стоит на месте, я буду предполагать, что хозяева уже узнали о произошедшем, и сейчас сюда мчится вся местная охрана, возможно даже, с герцогом во главе. А мне пора позаботится о том, чтобы нас с ЛеРи не пристрели на месте. Из сумки я достал небольшой пузырек, наполненный густой прозрачной жидкостью. К нему крепилась кисточка, которой я нанес вещество из пузырька на поверхность Быстрого. Мазал максимально осторожно, стараясь не поцарапаться. Быстрый короче Острого, и сейчас он будет главным моим оружием. Жидкость моментально высохла, тонкой пленкой покрыв клинок. Пора приводить нашу спящую красавицу в чувства. Желтый лотос, на основе которого охотники за рабами делают парализующий газ, тем и хорош, что не дает побочных эффектов: жертва не мучается головной болью, у нее не ломает все тело, и она не мочится под себя неделями. Можно почти сразу выставлять товар на продажу в Двойной Спирали, не тратя время на предпродажную подготовку. Пара капель антидота и моя пленница начала приходить в себя, а я заметил в небе несколько черных точек, стремительно приближающихся к нам, ну вот и охрана пожаловала. Поднимаю не совсем очнувшуюся тушку с земли, и дав пару пощечин, чтобы быстрей приходила в себя, одной рукой крепко обнимаю женщину со спины, а второй приставляю нож к ее горлу.

– А теперь мы поговорим, слушай внимательно, дважды повторять я не буду. Сейчас ты садишься на свою штуку и везешь нас с ЛеРи к этому вашему озеру, не делая резких движений и глупостей. Если все сделаешь правильно, то останешься жива, нет и у твоего герцога появиться новая подружка.

– Ты тупой зверь, я тебя на куски резать буду, да как ты посм...

Короткий удар в печень прервал поток угроз.

– Ты не в том положении чтобы угрожать, нож сейчас у твоего горла, а не у моего. И не дергай резко головой на ноже яд кристаллического паука. Малейшая царапина и он попадет в кровь, тогда тебя уже ничего не спасет, кроме богов, только я сомневаюсь, что они захотят вмешаться. У этого яда есть одно интересное свойство: он не убивает жертву, она застывает, постепенно превращаясь в кристалл, так на Домине – это мир, где живут пауки, делают живые статуи, я думаю, их скульпторы тебя бы весьма оценили. Поэтому если не хочешь стоять где-нибудь в парке обгаженной птицами не делай глупостей, и скажи это своим, чтобы они не попытались использовать против меня оружие, я даже сдохнув, успею тебя поцарапать. Твоего дара должно хватить что бы понять: все сказанное мной – правда. А теперь садись, нам пора полетать, – и я толкнул ее к серебристой машинке.

Я решил, что маркиза осознала свое положение и перехватил заложницу поудобнее: нож у горла это очень эффектное средство, что бы тебя выслушали до конца, но двигаться мешает в первую очередь мне. Стоило усадить охотницу на машинку, как я внезапно почувствовал резкое желание опустить оружие, прилечь в эту зеленую травку и уснуть, ... Вот неугомонная баба! От удара моей головой по затылку маркиза резко вскрикнула.

– Я тебя предупреждал, не играй со мной, здесь тебе это не поможет. Еще раз попытаешься что-то подобное сделать и будешь трупом, клянусь черным пламенем хаоса.

– Ты тоже, – зашипела маркиза, мой удар, видимо, причинил ей сильную боль.

– Я столько раз убивал сам, что перестал бояться как своей, так и чужой смерти. А ты готова умереть здесь и сейчас?

Заложница промолчала, и мы, наконец, смогли втроем уместиться на летающей штуковине, все-таки машинка не предназначена для полетов большого количества седоков, попутно я выдернул из крепления оружие маркизы. Стоило ухватиться за рукоятку винтовки, как разряд тока ударил по руке, заставив разжать ее и выронить оружие.

– ЛеРи подай мне оружие, только аккуратно возьми за ствол. Напарница соскочила на землю и опасливо протянула винтовку, как было сказано. Я взял оружие и закинул в сумку к другим вещам маркизы. Хотя организаторы охоты подстраховались, чтобы их оружие не попало в руки добычи даже случайно, но в Двойной Спирали хватает умельцев, чтобы заставить эту игрушки стрелять и в моих руках. Техно-оружие не часто попадает ко мне в руки, а серебристая изящная винтовка с длинным стволом, откидным прикладом и тонкой трубкой прицела выглядела как произведение искусства и явно сделана на заказ, бросить такой трофей выше моих сил. ЛеРи вновь уселась за моей спиной.

– Полетели, – я толкнул маркизу в спину: – И лети аккуратно, не в твоих интересах, чтобы на какой-нибудь кочке или яме у меня дрогнула рука, – дамочка, непривычная к такому обращению, недовольно засопев, все-таки заставила свою машинку неспешно полететь вперед, аккуратно огибая любые неровности ландшафта. Тем временем нас догнали несколько охотников с герцогом во главе, а по земле стелились своры псов, где-то среди них затерялся и подконтрольный напарнице пес.

– Любимая, надеюсь, этот ублюдок не причинил тебе вреда. Потерпи немного, сейчас мы его снимем, он даже рукой дернуть не успеет.

– Нет, – маркиза крикнула неожиданно сильно. – Не предпринимай ничего, нож отравлен, малейшая царапина и я погибну. Он понимает, что мы говорим, и он уже убил всех, кто был со мной. Это не обычная жертва, у него было с собой оружие, которого мы ему не давали, зелья, яды и мои способности на него не подействовали. Килиан, если ты меня любишь, не предпринимай ничего. Дай нам долететь до озера.

– Послушай свою женщину Килиан! – крикнул я, решив присоединиться к беседе: – и тогда она останется жива.

– Для тебя мерзавец я герцог Розенмеер. И если хоть волос упадет с ее головы, я....

Я решил проигнорировать герцога, смысла выслушивать пустые угрозы я не видел, ничего интересного он мне сказать не может, а все что я хотел бы сообщить охотникам, уже сказала маркиза.

Наш неспешный полет продолжался и, вот впереди показалось озеро, окруженное пышной растительностью, в просветах между деревьями проглядывался островок с белеющими стенами храма.

– ЛеРи, – я тихонько прошептал своей спутнице все это время прижимавшейся ко мне сзади. – Почему ты оказалась здесь, и что тебе пообещал гремлин – устроитель игры?

– У меня папа умирает, он заразился, когда лечил самрона, пришедшего из гиблого леса. Осталось пара недель, жрецы сказали, что его уже не спасти, а он.....

– Тихо, тихо, – я услышал как девчонка захлюпала носом, за все время охоты она держалась молодцом, но стоило заговорить об отце и полились слезы. Видно достойный человек, если смог вырастить такую дочь.

– ЛеРи успокойся и послушай меня, времени почти не осталось, мы уже подлетаем к озеру. После того как мы выпьем воды из озера, охота будет завершена и ты окажешься у устроителя игры я догадываюсь, что ты попросишь в качестве награды исцеление отца. Но просить ты должна о другом, о том, что бы тебя вернули в то же время и место, из которого забрали. Гремлины очень мерзкие твари, обожающие подлые шутки над беззащитными. Вполне в их духе будет, дав тебе лекарство от болезни, оставить тебя в этом мире, ведь возвращение домой тебе не обещали или отправить тебя на другой план, предложив принять участие в еще одной игре, где главным призом будет служить возвращение домой. И даже попав домой, ты можешь узнать, что слишком поздно, и лекарство уже не надо. Поэтому, чтобы вырваться из этой сумасшедшей карусели сделай, как я тебе говорю.

– А как же отец?

– Я попытаюсь тебе помочь, у меня осталось немного лекарств, возможно, они ему помогут. Но если нет, то поверь, лучше ты проведёшь все время что ему осталось с ним рядом и проводишь его в последний путь, чем будешь играть с гремлинами в их игры, где почти нет шансов выжить для обычных людей. И твой отец, я думаю, со мной согласился бы.

– Ты так много знаешь о гремлинах и их играх, почему же ты здесь?

– А я другое дело, в отличие от тебя, я могу попасть домой из любого уголка вселенной, да и плату свою я получил вперед.

Маркиза остановила полет летающей машинки, дальше лететь было нельзя. Мы находились в паре десятков шагов от озера, весь берег которого густо порос различными породами деревьев. Такого разнообразия я никогда не видел, не бывает в природе, как бы причудлива она не была, что бы в одном месте росли сотни видов деревьев, явно собранных из разных уголков вселенной, возможно, их специально привезли и высадили вокруг озера, непонятно только зачем. Среди деревьев не было никакой системы: большие и маленькие, старые и совсем тоненькие деревца покрывали берега озера. Красоты в этом искусственном парке я не видел, возможно, я просто не понимаю здешних понятий о красоте или целесообразности. Мы медленно шли к озеру в окружении целой свиты: два десятка псов со всех сторон и десяток вооруженных охотников. Я крепко обнимал маркизу за талию и прижимал нож к ее боку, прикрываясь заложницей как щитом. ЛеРи тихонько шла рядом, молча отодвигая ветки с нашего пути.

"Хорошая помощница могла бы быть," – невольно возникла мысль, я постарался ее отогнать, чем Хаос не шутит, пусть уж лучше она никогда не узнает что такое игра Смеющегося господина. Девочка слишком хорошая, таким трудно выжить в игре хаоса.

Любой путь подходит к концу и, наконец, мы в паре шагов от воды.

– Давай уже пей воду и получай свою награду, – о, моя пленница соизволила подать голос, вот только ее тон, которым она это сказала, мне не понравился. Что-то такое было в ее словах, что заставило меня крикнуть своей спутнице, почти подошедшей к воде: – Стой! Назад! Прислушиваясь к сфере разума окружающих нас охотников, я понял, что их всех роднило одно: ожидание и предвкушение триумфа, они не считали себя проигравшими и не волновались за маркизу. И это предвкушение было как-то связано с водой. Я лихорадочно перебирал варианты, что это может быть, пока догадка не оформилась в голове:

– Тай, биотерминатор, чтобы избавиться от растительности на голове, готов к применению?

– Да.

– ЛеРи, подойди ко мне и дай руку, – девушка неверяще посмотрела на меня.

– Да не бойся, не буду я тебе ничего ломать.

Немного поколебавшись, моя спутница все-таки протянула руку.

– Тай введи препарат сначала ей, а потом мне.

– Препарат не рассчитан на физиологию другого биологического объекта, могут возникнуть побочные эффекты, нужно просчитать совместимость.

– Тай, нет времени, вводи, это приказ!

Я стою в окружении десятков врагов, на меня нацелено оружие, псы скалят зубы почти прямо передо мной, а я тут спорю со своим симбионтом. Из моей руки вынырнула тонкая серебристая нить и прикоснулась к руке ЛеРи.

– Приказ оператора выполнен. Приступаю к выполнению процедуры в отношении носителя.

– Не обижайся Тай, но так было надо.

– Псевдо разумным биологическим усилителям разума не свойственно проявление эмоций.

Все-таки обиделась. Венок на голове ЛеРи стал увядать на глазах, цветочки пожухли и быстро опали, кажется все. Свободной рукой я отряхнул увядшую растительность со своей головы и скомандовал напарнице: – Теперь неси воду. Через пару десятков ударов сердца девушка подняла на уровень моего лица сложенные ковшиком ладони, наполненные водой, которую я торопливо выпил.

А спустя пару секунд я услышал вздох разочарования, и знакомый голос "феи" объявил: – Охота для вас завершена. Воин, ты можешь отпустить охотницу, твоей жизни теперь ничего не угрожает. Обернувшись, я увидел знакомое создание, парившее в воздухе в паре шагов от меня. Охотники опустили оружие и о чём-то явно удивленно переговаривались, поглядывая на нас с напарницей. Я не чувствовал в сфере разума желания охотников отомстить, и поэтому решился убрать нож от маркизы и оттолкнул ее к группе охотников: – Ступай, и надеюсь, эту охоту ты запомнишь надолго.

– И что же мне с вами делать, раз вы отвергли, предложенную награду?

– Какую еще награду и когда мы ее отвергли? – удивленно переспросила ЛеРи.

– Сейчас увидишь, – богиня указала на берег озера в паре десятков шагов от нас, куда из-за деревьев выскочил знакомый антропоморф, несший свою спутницу на руках, девушка была ранена и не способна идти сама. Человек-ягуар передвигался большими прыжками, а сзади по следу летели псы. Но эти твари явно не успевали, и я про себя невольно порадовался, значит, этот день переживет еще кто-то, кроме нас. До озера беглец добрался одним прыжком и, опустившись на колени, зачерпнул ладонью воду, а потом бережно напоил свою спутницу, а остатки слизал сам.

Сначала, казалось, ничего не происходит, а потом рев боли разнесся над озером. Антропоморфа выгнуло дугой, его спутница упала у него из рук на берег. Тела обоих разумных на глазах стали опадать, как кокон бабочки, еще миг и на их месте стоят два небольших деревца.

– О таких, у меня еще не было, – довольно засмеялась парящее рядом создание: – красивые деревья получились.

– Это и мы деревьями должны были стать? – ошарашено спросила ЛеРи, пребывая в шоке от увиденного.

– Конечно, я же обещала вам долгую жизнь и идеальное здоровье . Посмотри на этот лес, – она махнула на растущее повсюду деревья: – Здесь есть те, которым полторы и две тысячи лет. Разве ты сможешь столько прожить, вы смертные создания так недолговечны, ваша жизнь коротка и суетлива. А тут ты можешь слушать шум ветра и шелест листьев, расти корнями вглубь земли и люди своими топорами не придут, чтобы причинить тебе боль и разрубить твое тело. После урока, который я дала смертным, они с почтением относится к моим лесам и созданиям в них живущим. Из тебя бы получилась красивая ольха, а может быть ива, жаль, что твой спутник вмешался. Но если хочешь, я дам тебе второй шанс, – богиня подлетела ближе к напарнице и протянула ей новый венок, возникший у нее в руках.

ЛеРи испуганно покачала головой и встала так, что бы между ней и богиней оказался я: – Нет, я не хочу быть деревом.

– Ну не хочешь, значит, не будешь, – венок из рук богини пропал: – тебе, я так понимаю, и предлагать не стоит. Я отрицательно покачал головой: – Спасибо, госпожа, за эту великую честь, но тут и без меня деревьев достаточно.

– Но все равно, чем-то я наградить вас все-таки должна, – на миг задумавшись, богиня подлетела к ЛеРи и заглянула ей в глаза, потом довольно улыбаясь прикоснулась ко лбу моей спутницы. От прикосновения возникло зеленоватое сияние. – Я наделила тебя даром исцеления, ты сможешь помочь своему отцу, вылечив его, но в дальнейшем, сможешь помогать лишь животным и растениям.

– Благодарю, великая богиня. – ЛеРи с благоговением опустилась на колени. Но "фею" уже интересовал я.

– А что же делать с тобой? – теперь богиня заглядывала в мои глаза, и я снова почувствовал себя как у распорядителя игр, мою душу старательно перетряхивали, но возмущаться почему-то не хотелось. – Бедный, – до меня донеслись слова богини: – ты все еще можешь передумать, не будет крови, не будет убийств, не надо будет бояться сойти с ума или потерять близких и друзей. Здесь всегда тихо и спокойно, в моем лесу только птицы и деревья.

– Спасибо госпожа, но у меня есть долг, есть люди, которым я могу помочь и цель, которой я хочу достичь. Я не могу предать надежды юмари на спасение, я должен вернуть асхабан в черные пески. ....

– Суета, вы смертные всегда слишком торопитесь жить, стремительно сгорая, не успев прожить до конца даже отпущенный вам короткий век. Но я помогу тебе, игрок, возьми, – и она протянула мне небольшую статуэтку, зверька сделанную из голубовато-дымчатого камня.

– Что это? – я разглядывал странный подарок.

– Это не что, а кто, – улыбнулась богиня. – Это КОТ, он будет твоим другом, разделит с тобой дорогу и не позволит сойти с ума. Если захочешь его позвать, погладь статуэтку, и он придет, но только если сам захочет. – А теперь вам пора! – рядом с каждым из нас возникла знакомая воронка портала.

– Благодарю госпожа, за твой дар, – произнёс я, но богиня уже пропала.

– ЛеРи помни мои слова! – я еще успел крикнуть своей спутнице, прежде чем окружавший мир померк. И я снова оказался в знакомом кабинете, стоя напротив распорядителя игр.

Глава 9

В этот раз мне не пришлось долго ждать, обратили на меня внимание почти сразу. Гремлин оторвался от бумаг лежащий на столе: — Вернулся, это хорошо, заказчик доволен твой работой. Молодец, я рад, что в тебе не ошибся. Порывшись в столе, он достал небольшую бутылку из граненого стекла: — Держи, это он просил передать в качестве подарка лично тебе. Солнечная лоза урожай 863 года от восхождения молодых богов. Один из лучших сортов.

Не торопясь брать бутылку с вином, я решил удовлетворить свое любопытство: – И кто же был заказчиком моего участия?

Гремлин, откинувшись на спинку монументально кресла, довольно осклабился: — Герцог Розенмеер, конечно. Ему надоела скучная размеренность и отсутствие риска традиционных охот. И когда он размещал у нас заказ на участников охоты, особо указал на необходимость сделать ее поярче, чтобы она запомнилось всем участникам, особенно той, в честь которой, охота и проводилась. Что может быть ярче, чем спрятанный волк среди обычных баранов? А особенно твой ход с захватом заложников, гениально! Герцог остался очень доволен, ведь после этой охоты маркиза, наконец, дала согласие на брак с ним. Да и саму охоту запомнят надолго все, кто выжил.

– Если бы ты мне не заблокировал активатор, я бы смог ее сделать намного ярче и интересней. Но меня интересует другое, чем я вызвал немилость Слепца, что его служители решили отправить меня на верную смерть.

Гремлин даже на миг перестал вертеть в руках перо: – Никто тебя на верную смерть не отправлял, во всех играх, что мы проводим, шанс на победу есть всегда. Такова Воля нашего господина и силы, что мы с тобой служим, Хаос не любит определенности и отсутствия выбора. А у тебя шансов на выживание было гораздо больше, чем у остальных: я оставил тебе сумку игрока, позволил активировать доспех и клинки, и если со всем этим ты бы еще умудрился умереть, зачем такой дурак Смеющемуся Господину?

– А венок? Каким образом мне помогло бы все вышеперечисленное против той дряни, что надела богиня, глоток воды и новое дерево на берегу озера?

— А твой симбиот, он тебе для чего, или ты думаешь, я его не разглядел, когда ты стоял здесь в первый раз. Не сам, так он тебе должен был подсказать избавиться от растительности на голове, прежде чем пить воду.

В принципе логика в словах гремлина была, по сравнению с другими участниками охоты шансы на выживание у меня были намного больше, вот послушаешь его и приходит осознание, что это я не так хорош, это у меня были козыри в рукаве, которые даже не я подготовил. И вроде сделал все что мог, а ощущение, словно сжульничал в игре. Обидно и гадко. И именно желание заглушить эти чувства заставляет спорить с гремлином дальше, хотя и так понятно, что ничего я ему не докажу.

– Ты говорил о том, что шансы выжить есть у всех участников ваших игр, а как же остальные, те у кого нет симбиота, способного убрать венок, как на счет них? Даже если жертвы и смогут добежать до озера, как им не стать деревьями?

– Ну, тут немного сложнее, судьба обычных смертных меня не особо волнует, но все-таки и у них есть шанс. Чтобы не стать деревом надо всего лишь переплыть озеро, зайти в храм Табиэи на острове и только там можно снять венок и отпить из освященного родника, что течет в храме и наполняет озеро. Правда за последние пять сотен лет никто так и не догадался этого сделать, но шанс все же есть, как я и говорил.

Мне опять напомнили о том, что в Игре никогда не стоит забывать, сколь мало стоит жизнь разумных. Имеющему силу не важно, сколько останется в живых, игрушек всегда хватает, главное достичь желаемого, а если за достигнутое будет платить кто-то другой, так это прекрасно. Единственное что я в силах сделать просто самому не стать таким.

– Ступай, — гремлин вновь подал голос: — я доволен твоей работай, когда у меня будет работа для тебя я подам весть через нашего общего знакомого, единственное, тебе не стоило предупреждать девчонку, у меня на нее большие планы.

Подхватив бутылку с вином со стола, я повернулся к двери, возникшей передо мной, и спустя миг оказался в знакомом месте среди звона бокалов и шума голосов. Ну здравствуй, Дом Чаш, его неизменный хозяин... и еще один разговор.

– А я уже тебя заждался. В честь возвращения, за счет заведения фирменный коктейль Гнев Дракона.

Передо мной на стойке возник бокал, наполненный густой темно-красной жидкостью. Взяв его в руки, я посмотрел через стекло на свет и полюбовался на игру струй, казалось, в бокале танцует темное пламя, после чего поставил назад на стойку.

-- Скажи Шулкар...., что будет после того как я выпью из этого бокала: впаду в ярость и вызову на дуэль всех кто присутствует сегодня в таверне или отправлюсь на арену тысячи битв искать достойных врагов? А может, ты мне подсунешь новые двери, где очередным твоим знакомым срочно понадобилась моя помощь, например, скрасить их стол став праздничным блюдом. Что будет Шулкар, и чем я тебе настолько помешал, что ты решил избавиться от меня, подсунув тот замечательный коктейль, после которого, я согласился на участие в охоте? Хитро придумано, тут в уме тебе не откажешь, отложенный эффект который сразу и не почувствуешь, а спустя время эйфория и готовность к любым подвигам. Надоело бесплатно кормить раз в месяц, да отвечать на мои вопросы, пользы от меня никакой, за яйцом василиска я не иду, не пора ли избавиться от нахлебника, заодно и комиссионные получить от распорядителя игр.

Шулкар отложил бокал, что он протирал и удивленно уставился на меня: – Я хотел тебе помочь стать сильнее, хотя игры гремлинов опасны, но и платят они щедро, тем, что ни за какие дайны не купишь. Монету Леприкона можно получить только у них, а использовать в любой момент. Ты им приглянулся, значит, сможешь поучаствовать в игре еще ни раз, тем более для них ты свой, хоть вы и служите разным граням одной силы. И поэтому шансы победить намного больше, Монета Леприкона редкий приз, не часто ее они называют наградой, но и другие призы бывают весьма интересны: особое оружие, карты сокровищ и редкие карты. А теперь подумай, если бы я не дал тебе тот коктейль согласился бы ты на участие в игре?

Я отрицательно мотнул головой.

– Вот, – Шулкар довольно оскалился: – что я и говорил, а ты выжил и стал сильнее, вернулся домой с наградой и победой. Так смотришь спустя время и сможешь, наконец, выполнять мои просьбы. И чем же ты недоволен?

Да что сегодня за день такой, пытаюсь вывести на чистую воду подставивших меня, а в результате, оказываюсь сам дурак дураком, а все белые и пушистые.

– Хорошие слова и поступок настоящего друга. Но чтобы тень недоверия пропала между нами поклянись своей жизнью на этой Книге, где каждое слово будет услышано Смеющимся Господином, что все твои слова сказанные раньше правда и что ты не словом, ни делом, ни хотел причинить мне вреда, ни сейчас, ни потом, и тогда я с удовольствием выпью этот бокал. И по моей воле перед стойкой возникла книга.

– Я тебе не слуга и клятвы давать не обязан, – хозяин с вызовом посмотрел на меня.

– Ну что ж тогда я прощаюсь с тобой, сегодня же карта с твоим именем будет выставлена на аукцион и обретет нового хозяина, а я, пожалуй, начну обедать в другом месте. Только мне почему-то кажется, что это тебя вряд ли обрадует, имена такая забавная вещь, говорят, они дают на много большую власть тем, кто знает, как их использовать.

Хозяин таверны с тоской посмотрел на книгу, после чего отрицательно качнул головой: – Коктейль можешь пить, вреда действительно не будет, наоборот станешь на время сильней и быстрей, а на счет остального я должен был убедиться, что от тебя будет толк, не сейчас, так потом. Сумеешь выжить, значит, не зря трачу на тебя время, нет, так хоть еду зря переводить не буду. Считай испытание ты мое прошел и больше с тобой я так не поступлю, обещаю, и слово мое пусть услышит твой господин.

– Хорошо пусть будет так. Я с наслаждением выпил угощение и не спеша побрел на выход, усталость давала о себе знать, все-таки последний раз я отдыхал еще на осколке Тысяча островов.

Не успеваю сделать и пары шагов, как раздается знакомая мелодия в голове, извещавшая о полученном письме. Открыв книгу, я бегло просмотрел письмо, и, выругавшись, поспешил ко входу в гильдию, моего присутствия на встрече ждали еще пять часов назад. Время, проведенное на охоте, может дорого мне обойтись, если сорвется очень важная для меня сделка. Торопливо шагая по хитросплетению торговых рядов, я гадал, как сильно будет ругаться Саймира. Да, здесь я виноват: отправил к ней этого мошенника и пропал. Наконец появился квартал Гильдий, теперь скорее найти ту дверь, что ведет домой, может еще не поздно.

Нет, поздно. Саймира сидела на кухне, и пила чай с пирожками, облаченная в короткий халатик и небольшой тюрбан на голове, видимо только недавно принимала душ. Стоя на пороге, я, несмотря на разочарование, залюбовался девушкой, насколько все же она бывает разной: то спокойная и умиротворенная как сейчас, то жутко серьезная, когда заключает сделки, то .......

– Я надеюсь, что у тебя есть очень веские объяснения того, почему ты не ответил на мое письмо. От умиротворенности не осталось и следа, а я мог бы любоваться на очень рассерженную Саймиру, но надо было срочно оправдываться.

– Прости Сай, но в том месте, где я был, воспользоваться книгой нельзя, как только я узнал о письме, я сразу поспешил в гильдию.

– Зато у меня есть небольшой подарок для тебя, – сняв сумку, я открыл отделение с трофеями, взятыми на охоте и не много порывшись, нашел то, что искал: серебристую красавицу – оружие, не так давно принадлежавшее маркизе. Вытащив винтовку, я положил ее на стол перед Саймирой, позволяя рассмотреть во всей красе. Вздох восхищения вырвался у девушки при взгляде на оружие, а я еле успел перехватить ее руки сразу потянувшиеся, что бы схватить приклад: – Пока ее нельзя использовать, нужно будет отнести в лавку "Умные машины", на рукояти стоит блок распознания, настроенный на бывшую хозяйку, я думаю, железяки смогут его снять.

– Какая красавица! – Саймира, с горящими от счастья глазами, вертела в руках оружие, старательно избегая прикасаться к прикладу, и выглядела сейчас как ребенок, получивший на день рождения долгожданный подарок.

– А чем она стреляет?

– Не знаю, – пожал я плечами, – при мне ее использовать не успели, но скорее всего что-то энергетическое, насколько я могу судить по тому, что успел увидеть из их технологий. Да и эти штуки, что я нашел рядом с ней, не похожи на обычные боеприпасы, – и я добавил на стол несколько небольших черных кубиков, несмотря на свой небольшой размер весивших весьма немало.

– Она же, наверное, жутко дорогая, – задумчиво протянула Саймира.

– Не дороже жизни, мне будет спокойней за тебя, если эта красотка будет служить тебе. Ну что я прощен? – спросил я, присев рядом с Саймирой.

– Выкрутился, но больше так не пропадай. Я просто не знала, что и думать, я почти шесть часов торговались с этим мерзавцем за твою карту. Дважды сделка могла бы сорваться и наконец, когда мы все-таки договорились, я не могу тебя найти, что бы ты подтвердил покупку. У меня даже культурных слов для тебя не осталось!

– Неприятная ситуация, тут я сам виноват. И что в итоге?

Саймира, не отвечая на вопрос, стремительно вскочила и убежала. Ну и как это понимать, вроде, она меня уже простила, но не буду и дальше драконить девушку, успокоится – придет и расскажет. А я, чтобы не скучать в ожидании этого события, решил угоститься пирожками и заодно подумать, что делать, времени для завершения сделки оставалось все меньше, хотелось прилечь и отдохнуть, но в сложившейся ситуации это пустая трата времени. У меня оставалось всего четыре дня, а еще надо до Черных Песков добираться, путь по четырем осколкам, времени впритык, так что отдых опять отменяется, нужно уходить сейчас, чтобы сразу после прыжка компас встал на зарядку для нового перехода. Тогда я хоть и впритык должен успеть, заодно можно будет отоспаться, ближайшие к Двойной Спирали осколки не очень опасны. Да и с новыми картами необходимо разобраться, у меня так и не нашлось времени вдумчиво с ними поработать. Но это можно сделать и по дороге по осколкам.

Решено, сейчас отдых отменяется, и мне срочно нужно спланировать маршрут. Призвав компас, я начал просматривать возможный путь по осколкам в сторону Черных Песков, три малых цикла назад произошло очередное смешение, изменив привычные маршруты. Теперь вместо знакомого осколка Водопад путь придется начать через Пещеру Светящихся Камней, в этом мире мне еще бывать не приходилось, но угроз там никаких особо нет, кроме призрачных пауков, весьма опасных тварей, одно хорошо, что появляются они на осколке весьма редко. Кроме того этот осколок излюбленное место грибников, игроков-добытчиков, собирающих там плесень и грибы густо росшие на стенах пещеры. Из этого сырья потом делали вытяжки и использовали в создании веселящего газа.

Размышляя над маршрутом, я не заметил, как подкралась Саймира

– Держи, – и она положила на стол передо мной карту, с которой я уже успел попрощаться: Плащ совиного крыла.

– Но как ты ее купила без меня? – я просто не верил своим глазам, а мои руки, казалось без руководства разума, сгребли карту со стола.

– Своими дайнами оплатила, – довольно улыбнулась Саймира: – я их откладывала на подготовку к турниру, всей суммы правда у меня не было, пришлось у Кали одолжить пять тысяч, чтобы покрыть всю сумму покупки. – И на какой цене вы в итоге сошлись?

– Тринадцать тысяч, это все что я смогла выжать.

– Ты молодец. Я думал, будет не меньше четырнадцати.

– Уже уходишь? – погрустневшим голосом спросила Саймира, кивком голову указывая на компас, висевший предо мной.

– Боюсь, что да, времени осталось слишком мало. Держи, – призвав книгу, я протянул Саймире стопочку дайнов: – Остальные возьмешь у Калиссы из денег, полученных за первую партию делвмерейна. Дайны за жемчуг, потрать на карты усилений для меня, ты знаешь какие надо.

Все главное было сказано. Мы посидели несколько минут в тишине, каждый из нас понимал что любой выход за пределы Двойной Спирали – это риск, но лично мне будет спокойней, если я знаю, что не оставляю за спиной долгов, подставляя своей смертью близких мне разумных.

Вздохнув, Саймира тихо произнесла: – Будь осторожен, не так давно пропало несколько команд поисковиков в тех местах, у них был маршрут через Черные Пески.

Я устало пожал плечами: – Они могли погибнуть где угодно, попасть в засаду, нарваться на каких-нибудь неизвестных монстров, поубивать друг друга, не поделив добычу. В Игре Хоса никогда нельзя быть уверенным ни в чем, но спасибо за информацию, я обязательно буду ее учитывать.

– Это еще не все. Держи, – Саймира протянула мне небольшой серебристый шарик: – когда мы в Карточном Доме завершали сделку, один из служащих дома попросил передать это тебе со словами, что бы ты больше так не делал. Еще он сказал, что это первое и последнее предупреждение, в следующий раз они будут наказывать. Ты что там натворил?

С трудом сдерживая досаду, я взял шарик – анализатор Тай и обратился я к своему симбиоту: – Как это возможно? Ты же говорила, что в случае обнаружения, он самоуничтожится?

Тайвари промолчала, шарик, лежавший на моей ладони, как-то незаметно втянулся внутрь, а я буквально почувствовал напряженный мыслительный процесс, происходящий внутри меня. Наконец спустя долгие мгновения ожидания, Тайвари отозвалась: – Я не смогла установить, как это произошло, последнее, что сохранилось в памяти анализатора, вот этот снимок – и перед моим внутренним взором возникла картинка большой синей ладони, покрытой странными святящимися узорами и татуировками. – После чего работа анализатора была прекращена, и из его памяти исчезла вся информация, что он добыл.

Что ж жаль, что все так сложилось, но попытаться все равно стоило. Надеюсь, моя репутация не сильно пострадала в глазах хозяев Дома. И на ценах на их услуги это не отразится. Все-таки я сильно недооценил возможности владельцев и служащих Дома.

– Мне пора хвостатая, а в Доме Карт я просто сделал глупость, надеюсь, серьезных последствий не будет, – оторвавшись от разговора с Тай, я встал из-за стола, – Время уходит.

– Береги себя, я тебя очень прошу, – Саймира поднялась вслед за мной и поцеловала меня в щеку.

– Не грусти, я буквально туда и обратно, заскучать не успеешь, а я уже вернусь. А там даже отдохну дней десять. Уходя, я заметил на полке красивую переливающуюся раковину, стоявшую среди банок с приправами: – А откуда такая красота?

– Иллара принесла с Тысячи Островов в подарок Кали, – Саймира сняла ракушку с полки и приложила к уху: – так можно услышать шум моря.

Из дома гильдии компасом воспользоваться нельзя, поэтому пришлось вновь выйти на площадь, и на прощанье окинул взглядом небо бесконечных сумерек.

Компас: Прыжок, Пещера мерцающих камней.

Глава 10

Пещера мерцающих камней

Сияние перехода померкло, и я стал настороженно оглядываться по сторонам, попутно призвав активатор. Глаза еще не привыкли к освещению в пещере, мерцание кристаллов было недостаточно, чтобы четко видеть, поэтому я решил воспользоваться Маской и Плащом, заодно и опробую их свойства.

Книга, Маска хранителя ночи, Плащ Совиного Крыла. По ощущениям на лице возникает полумаска, а за спиной материализуется короткий плащ.

Перед глазами полутьма пещеры постепенно светлеет и окружающее проступает все четче и ярче. Полумаска не мешает обзору, и на ощупь похожа на замшу. Интересно, насколько она прячет лицо, и можно ли ее использовать вместо простой Маски? Теперь очередь мастера ловушек, и Сприган запорхал стремительной точкой, осматривая местность вокруг. Хоть и считается, что миры рядом с Двойной Спиралью нейтральные зоны, но я не раз видел, как игроки нарушают собственные же правила, если за это не следует наказание. Сейчас, перед турниром, все стало вдвойне опасней: многие игроки, понимая неизбежность грядущей схватки на Арене, легко пойдут на нарушение не гласных правил, чтобы заполучить чужие карты. Сприган, не найдя ничего опасного, исчез, а я не спеша двинулся вперед, с жадным интересом осматривая окрестности. Все-таки это новый и неизведанный для меня осколок, казалось бы, я их видел десятки, а может быть уже сотни, но я все равно испытаю легкий трепет в душе, когда попадаю в место, где раньше не был. Насколько сильно я ненавижу саму игру, за ту бессмысленную жестокость убийства, за окружающие меня смерти, за постоянную борьбу с безумием, настолько меня восхищает возможность увидеть и узнать то, что другим способом мне было бы не дано никогда. Например, это место. Оглядываясь вокруг, я любовался, как разноцветными огоньками мерцают окружающие меня кристаллы. Некоторые — большие, размером с мой кулак, другие — совсем крохотные, меньше ногтя на пальце, на своде пещеры, вознесенным на недосягаемую высоту, проступают грани огромных кристаллов, и все они переливаются сотнями огоньков. Каждый огонек светит своим собственным цветом с едва уловимым, но не похожим на другие, оттенком, то затухая, то вновь набирая силу спустя какое-то время. Сполохи цвета то разгораются, то затухают в полутьме пещеры, не ослепляя и не раздражая глаз, скрывая за этой игрой света и тьмы очертания окружающих камней и растений.

Я не спеша продвигался вперед, внимательно смотря под ноги, когда заметил в сотне шагов впереди несколько игроков возле стены пещеры. Двое из них большим скребком собирали плесень со стены, еще один осматривал расщелины и трещины в скалах что-то разыскивая. Добытчики, скорее всего, но с ними еще должен быть один или несколько охранников, а вот их я что-то не вижу. Слабо верится, что добытчиков здесь оставили одних, через этот осколок часто проходят игроки, да и само место довольно опасно, как я слышал. В добытчики, как правило, идут игроки низших рангов, только начавшие игру, это не самый худший способ накопить дайны на карты и достаточно безопасно освоиться в самой игре, я и сам так начинал. У таких новичков пока еще нет ни карт, ни опыта, что бы самостоятельно отбить нападение.

Ага, а вот и охранник: я его заметил в шагах двадцати от добытчиков, и он старательно крался в мою сторону, видимо, уже успев меня заметить. Приподняв активатор над головой, я провел в воздухе белую, быстро исчезающую черту – традиционный знак игроков, обозначающий мирные намерения. А вот теперь посмотрим, что будет делать он. Фигура охранника замерла, скрывшись среди камней, а потом в воздухе появился белый росчерк. Мир — это хорошо. Среди многих неписаных правил знак мира игроками не нарушается почти никогда, даже непримиримые враги чтят этот обычай, а здесь не та ситуация, чтобы усомниться в мирных намерениях случайно встретившихся игроков. Если охранник не дурак, то он сейчас вернется к своим. Я достаточно далеко отошел от точки появления, договорился о ненападении и теперь можно разбивать лагерь. Оглядевшись вокруг, я заметил удобный пятачок среди нагромождений камней, куда и направился. Жаль только, выспаться не получиться, не стоит искушать игроков беззащитностью спящего.

Подойдя к камням, я бросил на землю свой старенький заштопанный спальник и устроился на нем. Теперь не мешало бы и поесть. Готовить не было настроения, и я достал из сумки готовые дорожные запасы и флягу с водой. Зелье Бодрости нужно будет выпить перед переходом на следующий осколок, неизвестно что меня там ждет, глупо будет проморгать опасность из-за притупившейся реакции.

Я успел не торопясь расправиться с едой, а Компас все еще не зарядился. Вот и нашлось время разобраться с картами Усилений, полученных мной недавно. Необходимо было подумать и решить, какую карту колоды я хочу модифицировать. Призвав книгу, я открыл раздел редких карт и с законной гордостью полюбовался на собранные там карты. Мало кто из игроков на моем ранге может похвастаться парой, максим тремя серебряными картами Призыва или Заклинаний. Большинство игроков старательно собирают эмбиент, стремясь получить как можно более высокий ранг. Повышение ранга не так много дает игроку, как многим кажется. На Турнире, которого не избежать, уровни противников примерно одинаковы, плюс минус пара ступеней и кажется, что силы соперников должны быть тоже почти равны. Но если один из бойцов вместо истребления разумных все эти годы искал и не спеша собирал карты, усиливал те что, у него уже есть, то второй не имеет шансов. Вот куда нам торопиться, если от старости умереть игрокам точно не грозит.

У меня было три золотых и восемь серебряных карт, да каких! Одно Дыхание Прародителя Драконов чего стоило, самая сильная карта в моей колоде, а есть еще Ветер Ледяных Осколков и Трансформирующая волна.

Серебряные карты конечно немного слабее, но тоже весьма эффективны. Серебряный дождь я пока так ни разу и не использовал. Охотничьи Лозы хороши против большого количества противников. Кислотный Туман – полуразумное создание, почти не отличимое от обычного тумана, питается органикой и за несколько секунд способно оставить обглоданный костяк от жертвы. Если бы оно еще было немного поумнее, и летало бы побыстрее, цены бы ему не было, но это пустые мечты, карта и так неплоха. Я вспомнил, как пару циклов назад, во время дуэли с игроком из враждебного клана я спрятал Кислотный Туман на дно небольшой лощины уже покрытой густым маревом природного тумана и куда мой противник нырнул, надеясь обрести безопасность, а через миг раздались вопли боли. Дуэль я выиграл. Из многочисленных карт вооружений, что я находил в мирах, самым лучшим я считаю Молот Каруна с картой усилений Оглушение, на ближних дистанциях он наносит дробящий урон, заодно оглушая цель, да и метать его тоже можно. Молотом можно и врагов истреблять и в стенах бреши проделывать, и в обоих случаях он будет одинаково эффективен. Прыгающая Молния используется на любых дистанциях, после поражения врага она наносит удар по тому, кто оказывается рядом, и так до тех пор, пока не закончится заряд, жаль, отличать своих от чужих она не способна. Веер ножей рассчитан на небольшие дистанции, создавая от двенадцати до пятнадцати острых клинков, разлетающихся по случайным траекториям перед заклинателем. Не самая любимая мной карта, но иногда и она бывает весьма полезна.

Не удержался и быстро пролистал карты заклятий, любуясь парой доспехов: Темный Доспех хорошо защищает тело от физических ударов, но против магии – не подходит, Доспех Стремительных Ударов очень хорош для бойца ближнего боя, а я предпочитаю дальние или на крайний случай средние дистанции.

Потягивая вино, я размышлял, на что потратить карты Усилений – Яд и Острота. Полученные мной усилители подходят далеко не каждой карте: для молнии или молота они бесполезны. С одной стороны: Ветер Ледяных Осколков — золотая карта, одна из самых сильных в моей книге, но у нее срок перезарядки весьма большой, тогда, как Веер Ножей – карта с хорошим уроном и срок перезарядки всего пять дней, если бы только эти ножи летали чуть точнее, иногда мне кажется, что они летят у меня куда угодно, только не в цель. Что еще? Охотничьи Лозы, а это неплохая мысль: не слишком большой срок перезарядки и у них уже есть шипы и ядовитые объятия, придать им свойства остроты, и от лоз будут страдать даже бронированные существа. А Яд можно использовать на другую карту. Я долго перебирал возможные комбинации, прикидывая будущий рисунок боя, пока не принял решение. Оба Усилителя я вложил в Ветер Ледяных Осколков. Направленность моей колоды и ее подборка не рассчитаны на долгий бой, все должно начаться и закончиться за пару ударов. Поэтому лучше усилить одну из основных ударных карт, а лишь потом заниматься второстепенными.

Теперь я с удовольствием любовался на результат принятого решения: на карте стали видны порывы ветра, несшие в себе куски зеленовато-желтого льда с отблесками света на острых гранях. Теперь даже малейшая царапина занесет в рану яд, пусть и не смертельный, но причиняющий боль, а спустя пару десятков ударов сердца, и смерть. Игрок, скорее всего, может успеть принять противоядие, но отравление и боль будут сильно отвлекать в бою, а возможно, и помешают принять правильное решение. Игра покажет, правильно ли я поступил.

Разобравшись с картами, я решил посмотреть на подарок Табиэи, полученный во время охоты: небольшая статуэтка странного зверька, сделанная из голубовато дымчатого камня. Я путешествовал во многих мирах, но подобные создания мне пока не встречались, больше всего он был похож на Ледяного барса, только пропорции тела немного другие. Полюбовавшись на странный подарок, я погладил спину животного ладонью и напряженно стал ждать, что же появится передо мной. Но проходили минуты, а зверь так и не пришел.

Возможно, я что-то сделал не так или это создание можно призвать лишь в том мире, откуда сама Табиэя, вряд ли я когда-нибудь это узнаю. Из того приключения я и так вынес главный приз – свою жизнь, а все остальное: монета Леприкона, подарок богини, только приятные дополнения к нему. Ну, раз не удалось скрасить ожидание общением с подарком богини, буду коротать время, как привык. Я достал бутылку настойки и, делая небольшие глотки, стал любоваться красотой вокруг. Все-таки красивое место этот осколок: высокие каменные колонны, устремленные вверх, покрыты россыпью светящихся кристаллов, где-то вдали слышно журчание ручья пробирающегося среди камней, а вот вдали мелькнули какие-то небольшие летающие создания. Бутылка опустела, но я ни жалел. Раскинув руки, я развалился на спальнике и вглядывался в переливы света в кристаллах, покрывающих свод пещеры. Всполохи света плясали вокруг, и мне даже стало казаться, что я слышу негромкую музыку, под которую мерцают кристаллы.

– ПРО-О-УСНИС-СЬ!!! Удивительно противный завывающий голос выдернул меня из сна, заставив вскочить на ноги, судорожно сжимая в руке активатор. Я даже не заметил, как его призвал, волосы на голове стояли дыбом. Еще не понимая, что происходит, я начал судорожно оглядываться вокруг, свободной рукой пытаясь вытереть мокрый лоб. Ну и кто так орал? Впрочем, в следующие мгновения мне стало не до вопросов, по ближайшей стене ко мне полз огромный призрачный паук, и он уже был в десятке шагов от меня. Уж не знаю, кто первый назвал этих тварей пауками, но мне они больше всего напоминали медуз: аморфное желеобразное тело, из которого выступают щупальца-лапы. Этими лапами тварь цеплялась за неровности стены и очень шустро двигалась в мою сторону. Паук светился, как кристаллы пещеры, и его мерцание почти сливалось со стенами. Не уверен, что я бы сразу разглядел угрозу, не надень я Маску.

Не раздумывая долго, я использовал активатор, кто знает, на что эти твари способны. Раньше мне с ними сталкиваться не приходилось. Вспышка ударила в тварь, когда та переползала на колонну. Я поторопился и попал в щупальца, а не в тело, куда целился. От удара заклинанием лапы сухо затрещали, как вода на раскаленной сковородке, и отвалились. Но паук даже не свалился со стены. Сумев как-то уцепиться остатками щупалец за камни, он засветился багровым светом и выпустил струю дыма в моем направлении. Не ожидая такой подлянки, я с трудом успел откатиться в сторону, и еще раз использовал заклинание. В этот раз попал точно в корпус медузы. Удар Вспышки выжег большую дыру в теле твари. Густо задымив багровым газом тварь попыталась покинуть поле боя, судорожно цепляясь остатками щупалец за стены, но едва сделала пару рывков, замерла, а потом упала на землю с мокрым чавком. Я осторожно подошел поближе, проверить: мертва ли она. Не хочу потом сюрприз получить. Сейчас паук лежал на земле аморфной расползшейся массой, от которой несло дымом и вонью. С ним было покончено, как и с моими вещами, лежавшими на месте стоянки. Дым, которым в меня плюнула тварь, разъел мой спальный мешок и теперь он расползался у меня на глазах. На миг мне стало, его даже жаль, сколько осколков мы с ним прошли вместе. Котелок, дорожные припасы и даже пустая бутылка из-под выпивки все было изъедено. Похоже, дым этой погани действует как кислота и разъедает все подряд: и органику, и металлы и даже стекло. Под струю лучше не попадать. Хорошенькое у меня начало путешествия: остался без дорожных припасов.

Разозлившись, я оглянулся по сторонам, в надежде увидеть еще пару тварей. В этот момент, я не отказался бы от хорошей драки. Поблизости их не было, а вот там где работала команда добытчиков, похоже, шел бой: судя по вспышкам света и резким звукам.

Не мешкая, я направился туда. Среди многих игроков считалось хорошим тоном помогать добытчикам, конечно, это делали далеко не все игроки, но почти все мы когда-то были новичками в Игре и все через это прошли. Времена, когда за сотню дайнов вынужден месяц ловить рыбу, собирать и выискивать редкие растения, охотиться, добывая мясо, да много чего еще, не забыть и через тысячу циклов. Много трудов, много риска и очень небольшой доход. Возможно, добытчикам требуется помощь или поддержка, нужно посмотреть.

А она им была нужна, причем срочно. Подойдя к их лагерю, я увидел несколько десятков разнообразных тварей, нападавших на игроков. Маленькие мерцающие зеленым паучки, похожие на морских крабов проворно шныряли среди крупных кристаллов и колон, подбираясь к игрокам поближе. Несколько тварей похожих на ту, что напала на меня, старались близко не приближаться, но время от времени выпускали струи багрового дыма.

Да откуда же их столько взялось? В гильдии есть описание этого осколка, наши разведчики исследовали его, но они видели одного, редко двух медузо-пауков. Про дым и другие виды этих тварей они ничего не говорили, а тут такое разнообразие. И все это целенаправленно нападает на игроков. Охранник добытчиков пока держал оборону, и в направлении тварей ударило заклятье, похожее на Веер Стальных Игл. Я еле успел укрыться за камнями, чтобы не огрести за компанию с пауками. Иглы с сухим стуком рикошетили от стен, но почти не причинили нападавшим вреда. Несколько игл просто застряли в их желеобразных телах. Да, такими темпами ящера скоро прикончат, а потом могут приняться и за меня, в одиночку отбиться будет трудно. Времени до зарядки компаса оставалось еще много, и если бой неизбежен: пусть он начнется скорее и на моих условиях. Направляясь на помощь, я не рассчитывал встретить здесь серьезную угрозу, и теперь тихо радуясь, что пауки не обращают на меня внимания, стал торопливо готовиться к бою. Призвал книгу и зарядил активатор карты для боя, с защитой все довольно не радужно, нет у меня доспеха, защищающего от летающей кислоты, поэтому Доспех Стремительный Ударов сейчас будет лучше всего, Мерцающий Щит тоже пригодится, хотя я не уверен, что он поможет от кислотного дыма, но даже такая защита лучше чем ничего, может она ослабит кислоту хотя бы частично. А теперь пора в бой. Сначала Прыгающая Молния, срок перезарядки у нее небольшой, а более мощные заклятья стоит приберечь, не хочу вначале пути остаться без лучших карт. Молния дугой ударила в группу крупных пауков, прятавшихся среди кристаллов. От удара электричеством, одна из тварей затряслась в судорогах и начала сильно дымить, а заклятье уже ударило в соседнюю, а потом поскакало дальше. Когда пауки в этой группе кончились, остаток заряда вонзился в гроздь кристаллов, светившихся под потолком, и взорвал их с ослепительной вспышкой. Фух, хорошо, что ящер достаточно далеко, я не рассчитывал, что заряда Молнии хватит на всю группы тварей с избытком.

Не хотелось бы быть виновным в нападении, я же ему вроде как помогаю. В тени колоны я выследил еще одну крупную тварь. Маска Хранителя Ночи оказалась отличным подспорьем, позволяя четко отслеживать движения медузо-пауков. Сухой щелчок арбалета и стрела с взрывающимся наконечником полетела в сторону паука. Арбалетный болт попал в тварь, но взрыва не последовало, стрела осталась бултыхаться в желеобразном теле. Значит, это оружие не подходит, гадать взорвется или не взорвется, стреляя по врагам, я не буду. Мне все же придется тратить карты. Разрыв разнес на куски крупный кристалл, за которым укрылся дымовик, а Огненная Стрела прожарила саму тварь. Слишком увлекшись отстрелом медуз, я не заметил, как из-за камней выскочил небольшой зеленый крабик с костяным панцирем, к счастью, он вцепился в мой ботинок. Его клешни пытались прокусить кожу, но не смогли, а другого шанса я ему не дал. Моя вторая нога с размаха опустилась на мелкую пакость и раздавила. Но этот поганец, оказался лишь первым среди десятка своих собратьев. Мелкие твари, шныряя среди камней, прыгали на меня, стараясь ужалить. Чтобы не дать себя окружить, пришлось отступать, тратя оставшиеся в активаторе заклятья. Кольцо Холода превратило с десяток агрессоров в ледышки, заодно проморозив пространство вокруг на десяток шагов, но и это не остановило новых тварей. Я повсюду слышал стук их костяных лапок. Шаг за шагом приходилось пятиться, отступая обратно к своему лагерю. Еще пару зеленых поганцев удалось поджарить, но в отместку я заработал укус одного из них. Место укуса горело и сильно чесалась, твари оказались еще и ядовитыми.

Эта мелочь, казалось, была повсюду, я видел подбирающиеся ко мне зеленые панцири среди колонн, и по стенам пещеры. Придется пустить в ход что-то посерьезней, если я не хочу, чтобы меня задавили массой. На месте стоянки можно попробовать собрать всю эту свору в одну кучу и приложить чем-нибудь убойным из активатора. Отбиваясь от одиночных крабиков, я выждал, пока эти мелкие ублюдки скопятся на свободном пространстве моей бывшей стоянки, и ударил Трансформирующей волной. Заклятье, преобразующее материю, разошлось конусом от вершины активатора и ударило по подбирающимся паукам. Волна не ограничилась воздействием на живность, и мне пришлось зажмурить глаза от мощной световой вспышки: это взорвались кристаллы растущее на колонне и попавшие под воздействие заклятья.

Инстинктивно прикрывая голову руками от летящих во все стороны камней, я не смог рассмотреть, как волна сработала на этот раз. Это заклятье я применял всего пару раз с тех пор как получил, и каждый раз оно срабатывает по-новому. Высокой каменной колонны, поддерживавшей свод пещеры, теперь не было, она раскололась и упала на пол, превратившись в груду камней, всего несколько пауков виднелись рядом, но они не могли выбраться из грязи. Тонкие лапки и маленький размер оказались не предназначены для перемещения по болоту и крабики беспомощно барахтались в смеси глины и грязи. С трудом выдирая ноги из рукотворной трясины, я направился к ним, тихо ругаясь на идиотское заклятье: трансформировало вокруг все что угодно, кроме того, что надо. Камни под его воздействием тихо осыпались, превращаясь в песок, каменный пол стал трясиной, кристаллы вообще взорвались, зато враги живы, как ни в чем не бывало. О, все-таки и они трансформировались, подойдя ближе, я разглядел, что панцирь паучков поменял цвет, став белым, а не зеленым. Проверять, перестали ли они быть ядовитыми или еще что-то изменилось, как-то не тянуло. С наслаждением раздавил ботинком очередного мелкого гаденыша, застрявшего в грязи и оглянулся вокруг. Уничтожила Волна нападавших или после взрыва колонны меня просто решили оставить в покое не ясно, но это и не важно, главное, что у меня организовалась передышка. Со стороны добытчиков тоже тишина, или их там добили, или они отбились, но в любом случае там все кончено и уже можно не торопиться. Боль на месте укуса не проходила, видимо, регенерация не справлялась, и мне пришлось выпить антидот. Пока я выбирался из липкого болота на каменный пол пещеры, боль постепенно исчезла. Теперь можно выяснить, что с игроками.

И я, не торопясь и внимательно оглядываясь по сторонам, опять иду к лагерю добытчиков. Судьба у меня сегодня такая шататься туда и обратно. Но, не успел я сделать и десяток шагов, как услышал топот ног, и оглянувшись, увидел бегущих к месту схватки игроков. Ну, наконец-то: подкрепление прибыло, охранник добытчиков первым делом должен был вызвать поддержку из клана, когда понял, что самостоятельно отбиться не сможет. Подняв жезл, я хотел провести в воздухе белую черту, когда в мою сторону от одного из игроков полетела, гроздь небольших шаров, в воздухе разворачиваясь в сетку. Не ожидая подобного поворота событий, я с трудом успел уйти от заклятья, рванув в сторону и покатившись по земле, сбивая прицел атакующим. Откатившись за небольшой камень и привстав, я хотел крикнуть нападающим игрокам, что я тут с мирными намерениями, но новая атака мне помешала. Над моим укрытием возникла небольшая матовая сфера, которая спустя миг лопнула, разбрасывая вокруг себя небольшие стеклянные иглы, ударяясь о камни, они легко разбивались на сотни мелких острых осколков. К счастью большинство из них отразил Мерцающий Щит, о его эффективности против пауков я так и не узнал, но зато сейчас он меня укрыл. Пара мелких стеклянных игл все-таки смогла сквозь него проникнуть, оцарапав левую руку, которой я прикрыл голову.

Видимо, говорить со мной никто не хочет, решив по ходу дела убить, а потом разбираться по какому поводу сюда позвали на помощь боевиков. Но в эти игры можно играть и вдвоем, барашком на заклание я точно быть не собираюсь.

* * *

Из-за укрытия в камнях метнулась темная фигура, пытаясь спастись от осколков, и по ней сразу ударил Плазменный Луч, мгновенно испепеляя незадачливого игрока, а рядом вспухла Сфера Разрывных Лезвий, которую для подстраховки использовал Кашум. Скорость, с которой этот игрок увернулся от первых атак впечатляла, такой враг мог успеть уйти и от удара лучом.

— Готов, — привстав над камнями, Кашум еще раз вгляделся в место, где игрок попал под действие заклятья, тела не было видно, но после удара плазменным лучом даже гранит испаряется: – Хорошая идея использовать Шар Стеклянных Игл, чтобы выманить противника из укрытия. Только я не понял, а зачем ты его вообще атаковала, охранник же ясно предупредил, что их атаковали пауки, значит игрок здесь не причем?

Констанция нервно передернула плечами: -- А почему нет, этот осколок зона свободной охоты без ограничений в уровнях, скоро турнир, думаю ни тебе, ни мне пара лишних карт не помешает.

– Но есть же правила, Гарук же ясно сказал, что это нейтральная зона, за немотивированное нападение на игрока здесь и в изгои можно попасть.

– Ой, хватит нудеть, – женщина небрежно махнула рукой: – Гарук то, Гарук се. Он ничего не скажет о том, о чем не узнает.

Слова Кашума отвлекали Констанцию от чего-то важного, очень важного, и она пыталась сейчас понять, от чего. Разглядывая обугленные камни, где должно лежать тело игрока, она вдруг осознала, что не давало ей покоя: эмбиент она так и не получила. Констанция попыталась вновь спрятаться за камни, но в этот момент из-за правой колонны вылетела арбалетная стрела. Стеклянный наконечник лопнул от удара об пол пещеры, и облако дыма накрыло их с Кашумом. Почувствовав такой знакомый сладкий запах, женщина попыталась задержать дыхание, но проклятый газ уже сделал свое дело: голова начала кружиться. Сумев сделать несколько неуверенных шагов, она качнулась и с размахом упала на камни.

Первое что почувствовала Констанция, очнувшись, это была боль в разбитом лице и вкус собственной крови во рту, все-таки она сильно ударилась о камни. Попробовав привстать, женщина поняла, что не может пошевелить ни рукой, ни ногой, она была крепко связана и все что смогла сделать: это повернуть голову и увидеть лежащего рядом с собой напарника. Кашум тоже был связан, тонкая веревка фиксировала его руки и ноги за спиной таким образом, что тело выгибалось дугой. Констанция попыталась дернуться и разорвать связывающие ее веревки, но попытка ни к чему не привела. Зато ей на спину опустилась нога, и чей-то негромкий голос произнес: – Тихо, тихо, не надо дергаться.

– Отпусти меня ублюдок немедленно. Или пожалеешь, что родился. Мой клан тебя живьем выпотрошит!

– Ну ты и наглая, – голос игрока был спокоен: – Сама на меня напала, пыталась убить, а теперь, когда проиграла, еще и местью угрожаешь, и даже и на миг не задумалась: почему ты все еще жива и я не вспорол тебе горло, хотя имею на это право.

Слова игрока заставили задуматься, но лишь на миг, нечего тут думать: увидел знак клана Железношкурых, младший дом, входящий в дом Ящера и испугался ответственности за их убийство.

– Ты трус проклятый. Боишься, что за нашу смерть с тебя спросят наши соклановцы. Отпусти нас, и я так, и быть никому ничего не скажу о произошедшем.

– Какая все-таки наглость или может глупость? – ей показалось, что в словах игрока послышалось удивление.

– А ты хоть на миг задумалась о том, что и я могу состоять в клане, только в отличие от вас я не собираюсь нарушать закон Совета старших о нейтральных зонах. Убить вас и потом доказывать всем, что это не я на вас, а вы на меня напали, хотя это не сложно, но все равно суды, разговоры, переговоры, да и осадок останется, и ссориться с вашим кланом из-за двух идиотов я не хочу.

Констанция попыталась что-то сказать, но несильный удар по почкам ее прервал: – Тебе сейчас лучше не пустыми угрозами бросаться, а подумать, что ты скажешь своему лидеру, чем ты ему объяснишь необоснованное нападение на игрока невраждебного клана вопреки закону. Да заодно, чтобы ты знала, если бы я не помог вашим добытчикам во время нападения, их бы сейчас паучки дожевывали. От этих простых слов Констанции стало совсем кисло, она отчетливо вдруг поняла, что попала. Если игрок не врал и за ним стоит клан, то за это нападение может последовать все что угодно, вплоть до объявления войны. И во всем этом обвинят ее: ведь это она была старшей в двойке, и она первой начала бой на запретной территории. А когда она услышала тяжелые шаги по камням и увидела мощные толстые ноги и покрытый зеленой чешуей хвост, ей очень захотелось закрыть глаза и открыть их где-нибудь НЕ ЗДЕСЬ.

* * *

Лидеру клана Желзношкурых Гаруку Мертвая Хватка было очень плохо и грустно, и еще он был зол и раздражен. Его только что, буквально выдернули из Солнечных Купален, одного из самых дорогих заведений для отдыха и релаксации в Двойной Спирали. Ящер уже успел принять ванну с солями и наслаждался вкусным обедом, пока умелые прислужницы натирали дорогим ароматным маслом его шкуру, полировкой придавая ей блеск, когда пришло срочное сообщение. Прочитав письмо, Гарук вынужден был прервать свой, уже оплаченный, отдых и едва выйдя из купальни, совершить прыжок на довольно неинтересный осколок. И сейчас он сидел на небольшом обломке скалы и смотрел на тех, кто заставил его сюда примчаться, спасая репутацию клана. Гладя на своих воинов, Ящер испытывал не столько злость, сколько стыд. Если бы эти идиоты только нарушили закон игроков, он не был бы столь удручен, да это нарушение, но кто не нарушал законы, даже он сам пару раз проделывал подобное, тут главное не попасться. Стыдно ему было и не за то, что его бойцы сейчас лежат связанные, умудрившись даже не погибнуть, а попасть в плен: обычно никто пленом не заморачивался, а убивал врага просто и быстро, но и такое могло случиться, в игре хаоса нет невозможных вещей. Стыдно ему было совсем за другое.

– Ты подтверждаешь, его слова? – негромко спросил он у охранника, прикрывавшего добывающую партию: – Он действительно помог вам в бою?

– Господин, нас сильно прижали в лагере, в здесь редко можно увидеть одного или максимум двух пауков, а тут десятки и одновременно со всех сторон.

– Мы чудом успели их заметить, – охранник прервался, вспоминая события прошедшего боя, но после небольшой паузы неуверенно продолжил: – Мне показалось, что они взаимодействовали между собой, прикрывая друг друга в бою. Свои карты я уже растратил, да у меня и не было с собой ничего против большого количества целей, кроме Веера стальных игл, но он тут почти бесполезен. В начале боя я попал под удар кислоты, а мелкие зеленые поганцы уже пробрались через камни и кусались вовсю. Уйти мы не могли: у добытчиков новичков еще не откатился компас. Я уже думал, что нам конец, и группу реагирования от клана мы просто не дождемся, когда удар этого игрока по самой большой группе пауков, дал мне передышку, а потом мелкие зеленые твари переключились на него. Остальных я добил уже самостоятельно, – ящер выглядел так, что было понятно: стоит и говорит он только при помощи зелий.

Охранник клана Гарука, не только подтверждал слова незнакомого игрока, но и сказал, что его добытчики не выжили бы без помощи. Как же стыдно. Даже презренные изгои и предатели, те, кого даже среди игроков заклеймили позором, не били по руке, предлагающей помощь. В Игре хаоса редко когда и кто придет тебе на помощь, скорее наоборот попытаются взять твою жизнь, но если это произошло, даже отъявленный мерзавец знает про долг жизни и помощи. И уже не важно, что его бойцы атаковали игрока, еще не зная о том, что он спас их соклановцев. В городе Двойной Спирали услышат, что Железношкурые пали даже ниже самых презренных ублюдков, что за помощь в бою они платят ударом в спину, кто после этого будет с ними говорить или заключать договора, кто будет уважать тех, кто не уважает законы Совета старших. Сто шестьдесят больших циклов он шел к тому, чтобы создать свой клан и десять циклов назад он осуществил эту мечту: Дом Ящера признал его заслуги и ему разрешили создать свой малый дом и набирать в него игроков. Ему выделили территории для добычи ресурсов и обещали помощь и покровительство. Все эти десять циклов он работал на благо своего дома не жалея себя, а сейчас у его ног лежат идиоты, благодаря которым все это может быть разрушено.

– Констанция тебе есть что сказать?

Связанная девушка с трудом приподняла голову, пытаясь увидеть глаза Гарука: – Господин, убей его, и никто ни о чем не узнает.

Игрок сидевший рядом с пленниками разочарованно покачал головой: – Все-таки тупая, а не наглая. Письмо о произошедшем, уже ушло в Двойную Спираль моему доверенному человеку. Если через час он не получит еще одно, обо всем узнает лидер моего клана. И тогда ВАШ лидер будет вызван в Совет старших, где ему буду заданы вопросы, на которые он будет обязан дать ответы перед Сферой Правды. Ответы, после которых даже предатели будут плевать в вашу сторону, а за мою смерть отомстят.

После этих слов Гарук вновь тяжело вздохнул и спросил: – Чего ты хочешь, чтобы этот инцидент остался забыт и никому не известен.

– Две серебряные или одну золотую карту. И о произошедшем никто не узнает.

* * *

– Тогда сделка, – лидер клана Железношкурых что-то написал в своей книге и переслал контракт мне, быстро его перечитав я не нашел в нем подводных камней: все честно, я обязался молчать о произошедшем нападении, передавал своих пленников Гаруку и отказывался от каких-либо претензий клану Железношкурых. В обмен на передачу мне обещанной платы: двух серебряных или одной золотой карты.

– Все хорошо, только одно дополнение: усилители в качестве платы не подойдут.

– Хорошо, – ящер согласился с моей оговоркой, после чего подписал контракт и переслал его мне, едва моя подпись появилась на нем, как мне протянули карту.

– Твоя плата.

Я с радостью и предвкушением посмотрел на нее. Золотая карта Знаний: Тайны забытых полководцев, допустимое использование только для игроков не ниже ранга полководец. На карте изображена большая и потрепанная книга, в железном переплете, очень древнего вида, лежащая на массивном каменной пьедестале. Надпись на пьедестале гласит: Пусть их имена и победы забыты, но их секреты по-прежнему смертельны для врагов.

Оторвавшись от карты, я посмотрел на того, кто мне ее дал. А ящер довольно ухмылялся мне в лицо: – Все, как и было оговорено: одна золотая карта, как ты и хотел. Ты видимо не знал, что бывают золотые карты знаний, тогда не расстраивайся, ведь этот день прошел не зря, если ты узнал еще один секрет игры. Но если тебе эта карта не нужна, то я готов выкупить ее обратно, скажем за двадцать тысяч дайнов.

Может, если бы при этом он еще не ухмылялся, то я бы и подумал над его словами, но да я совершил глупость, бывает, но смеяться над собой я не позволю. Разозлившись, я вскочил с камня:

– Спасибо за достойную плату, но я, пожалуй, откажусь от столь щедрого предложения, столь редкая карта пригодится и самому. Мне всего-то тринадцать уровней поднять, какой пустяк. Да я и так задержался здесь, а мне пора в дорогу.

* * *

Компас унес игрока на соседний осколок. А Гарук, поднявшись с облюбованного куска камня, подошел к связанным игрокам и неспешно перерезал веревки на Кашуме и горло связанной девушке. Подождал, пока перестанет подергиваться в конвульсиях тело, не торопясь, собрал ее вещи и вместе с остальными игроками покинул этот осколок. Однажды ящер уже совершил ошибку, приняв эту жадную идиотку в свой клан, но любую ошибку можно выполоть как сорную траву, главное сделать это вовремя, пока она не разрослась и не стала проблемой. Он заплатил за то, чтобы ошибка не выросла в проблему, карты жаль, и возможно стоило назвать честную цену, тогда, может быть, игрок и согласился бы ее вернуть. Но просто отдать, было свыше сил ящера, желание уязвить оказалось весомее доводов разума. Он проиграл, но не дал торжествовать выигравшему. Он сохранил лицо, и пусть об этом не узнает никто, Гарук будет помнить.

Глава 11

Холодный город

Если бы у меня была возможность обойти это место стороной, я бы так и сделал, как это делают большинство игроков, предпочитая обходной маршрут через шесть осколков лишь бы не появляться здесь. Этот мир вызывает внутреннюю дрожь и ощущение ледяных мурашек по спине у всех кто его посещал. Я расспрашивал тех немногих, кто волей случая оказывался на этом осколке и это место не оставило никого из них равнодушным. Самое главное сейчас быстро и незаметно прокрасться до убежища, затаится там и, переждав время до зарядки компаса, поскорее совершить прыжок, забыть этот осколок как страшный сон.

Наст со скрипом проминается под ногами, снежинки мягко кружат в воздухе, а я ищу в сумке теплое снаряжение и стараюсь справиться с дрожью в руках. Мне повезло, я попал сюда днем: тусклый, совсем не греющий свет местной звезды, с трудом пробивающийся сквозь тяжелые свинцовые облака, все же освещает землю. Он не позволяет тем, кто приходит ночью, свободно разгуливать под небесами, и пусть свет останавливает не всех, но самые опасные из тварей всегда приходят лишь с темнотой. Натянув теплый комбинезон, я зарядил активатор и призвал компас. Мне нужна схема безопасного маршрута, я уже был в этом месте пару раз, но лучше освежить память. С последнего появления игроков из нашего клана ничего не поменялась: сначала вдоль трех полуразрушенных деревянных бараков, потом направо мимо большого каменного здания через площадь и рядом с детской площадкой моя цель — маленькая каменная будка с железной дверью, это и есть убежище.

Глянув еще раз на небо, я попытался определить высоту светила над горизонтом, знать, сколько времени остается до заката сейчас жизненно важно. Да, времени осталось мало, я выпил зелье ускорения и использовал Темный Доспех, в этом месте он мне понадобится. Я шел вдоль деревянных бараков, покосившихся от времени, заросших мхом и хлопающих на ветру оконными рамами с давно выбитыми стеклами. Аккуратно двигаясь вдоль покосившегося деревянного забора, я напряжено оглядывался по сторонам, давя в себе желание сорваться на бег, в этом месте торопливые долго не живут. И все равно, первую атаку я почти прозевал: не отследив вовремя, как падающий снег вдруг сгустился. И этот сжатый комок, чуть больше моего кулака, рванул ко мне из-за прикрытия собачей будки. Я успел его засечь в трех шагах от себя и в последний момент ударить Вспышкой: огонь лучшая защита от подобных созданий. И снова вперед. Случайно бросив взгляд через сломанную калитку, я заметил какие-то вещи, лежащие посреди двора, качели, висящие на ветке дерева, сломанные лавки и стол. В голове невольно закружились такие не нужные сейчас мысли: кто тут раньше жил, кто те люди, которые пользовались этими вещами. А перед глазами возникло легкое марево, через которое проступил солнечный день. Во дворе несколько женщин развешивают белье, мужчины, сидя на длинных лавках, играют в незнакомую мне игру, выкладывая на столе в каком-то порядке небольшие пластинки, маленький мальчик в бело-синей полосатой рубашке качается на качелях. Гомон спокойных голосов шелестит в ушах и вот, кто-то из мужчин, оторвавшись от игры, призывно машет мне рукой, мол, садись скорее с нами. С трудом преодолевая ментальное воздействие, я отрицательно покачал головой и на деревянных, почти не гнущихся ногах, стал шаг за шагом отходить от калитки. Отчетливо понимая, что если я туда войду, то живым мне уже не выйти. Взгляды всех, кто был во дворе, ощутимо давили на плечи, я не рисковал повернуться к ним спиной. Во дворе уже не было шума голосов и имитации деятельности: все они смотрели на меня, только вместо глаз были черные провалы. Как не хотел я 'шуметь', но чувствуя растущее давление на разум, пришлось нанести удар: Огненная Стрела ударила в проем одного из окон, где по моим ощущениям в ментале, сидел кукловод. И живое пламя радостно полыхнуло внутри, старое дерево — хорошая еда для него, а я почувствовал как то, что сидело внутри барака, судорожно задергалась, пытаясь погасить огонь. Давление на мой разум пропало, и я поспешил оставить между собой и калиткой как можно большее расстояние. Следующие атаки снежков я встретил почти с радостью: понятный и знакомый враг, не пытающийся залезть мне в голову. Что бы их развеять, достаточно иметь что-то одно: огонь, железо или серебро. Горсть гаек, брошенных навстречу, развеяла оба создания стужи. И снова вперед по улице, а за моей спиной разгоревшееся пламя полностью охватило барак, уничтожая образы из прошлого и сжигая тварь, все-таки власти над огнем у нее не было. Плохо только, что горящее здание привлечет внимание, а времени все меньше и меньше. Плюнув на осторожность, я перешел на бег, если я не потороплюсь, то мне точно конец, а так есть шанс проскочить. Я уже бежал через небольшую выложенную камнями площадь напротив каменного здания, когда услышал глухие удары и крики о помощи. 'Новая приманка' : подумал я про себя, но увидел следы крови на снегу: красной, яркой, настоящей, зачерпнув гость снега я даже понюхал ее – 'откуда она здесь?' Возможно, кто-то из наших попал в переплет, на этом осколке обычные игроки почти не появляются. Нет здесь ничего интересного, только чудовища, убивать которых ох как не просто. Услышав девичий визг и рык басуро, я все-таки решился. Короткий рывок и я завернул за угол здания. Три крупных басуро загнали в угол между зданиями четверых людей: двоих парней и пару девчонок. Один из мужчин уже был ранен, из раны на ноге текла кровь. Второй еще пытался отбиваться от напавших на них тварей, махая железной трубой. Девчонки стояли возле стены, звали на помощь и даже пытались помочь, одна из них кинула в тварь куском кирпича, который, отлетел от костяной башки, не причинив вреда.

Басуро — массивные и в тоже время быстрые твари, с плоской мордой, широкой пастью и башкой покрытой костяными наростами, при передвижении опираются на большие передние лапы с тупыми когтями и могут неплохо прыгать, а толстая свалявшая шерсть хорошо защищает их от ударов. Сейчас, вся тройка просто блокировала выход обреченным людям. Дело было плохо, если бы басуро захотели, они бы за пару ударов сердца порвали на куски стоящих здесь людей и обрезок трубы им бы не помешал, но они лишь удерживали тех не месте, явно ожидая прихода хозяина.

И если сами твари для меня не очень опасны, то вот с тем, кому они служат лучше не встречаться. Свет умирающего солнца не помешает ему прийти за своей добычей, главный вопрос скоро ли он будет здесь. Хоровод мыслей круживших в голове не помешал мне действовать: Пепельный пес – создание из огня и камня, едва появившись, кинулся на ближайшего басуро, и они, покатившись по снегу, принялись рвать друг друга. Вторая тварь, молниеносно развернувшись в сторону новой угрозы, с места прыгнула на меня, чтобы получить в широкую грудь Разрыв и разлететься на куски, забрызгав все черной вонючей кровью. Последняя попыталась удрать, но Цербер, покончив с первой тварью, догнал и, вцепившись в загривок, перекусил ей шею. Тело последней твари еще дергалась в конвульсиях, а я уже подошел к раненому, сдвинув в сторону парня с трубой. Надо торопиться или на запах крови сюда соберутся все местные монстры. Призвав книгу, я извлек зелье лечения и сунул зеленый пузырек в руки раненного: – Пей.

– Кто вы? Мы где? Что это за существа?

Вопросы, ... вопросы, сейчас не до них.

— Ты и ты, – я указал на мужчину и девушку, выглядевшую чуть покрепче подруги: – Если хотите жить, берите вашего друга и следуйте все за мной, отстанете или потеряетесь – погибнете. Время, время, как же стремителен твой бег, я буквально кожей чувствовал приближение того ради кого удерживали басуро свою добычу. Что ж время использовать Лавовый Пояс, огненная сфера заклинания окутала меня, сейчас уже не до маскировки, я и так сильно нашумел, а вот защита от холода и созданий стужи как никогда важна. Люди молча, выполнили мое распоряжение, а свободная девушка взяла обрезок трубы в руки, молодец.

— Все пошли, я впереди, вы за мной, держите дистанцию, сфера вокруг меня опасна.

Торопливо шагая, я вышел на площадь и понял, что мы все-таки опоздали: на противоположном конце нас уже ждали: в окружении своры басуро и еще пары крупных тварей размером с медведя, стоял ледяной жнец. Как выглядит этот монстр в деталях, сказать не могу: вокруг него беспорядочно и безостановочно крутились куски льда, а саму фигуру скрадывало темное марево. Хороший симбиоз ледяной жнец выпьет огонь душ смертных, забирая их жизни, а стая монстров сожрет плоть. Ударили мы почти одновременно: в мою сторону с огромной скоростью понеслись куски льда, жнец сразу понял кто самый опасный, и следом за льдом ринулась в атаку свора, я же ударил Дыханием Прародителя Драконов. Здесь уже не до экономии карт, еще немного и они мне будут не нужны. Куски льда взрывались в Лавовом Поясе, а их осколки отражал Темный Доспех. Багровое пламя залило площадь, в нем вспыхивали и сгорали как свечки монстры, таял снег и плавились камни, а потом я услышал тонкий, пронзительный визг с места, где стоял жнец. Спустя миг действие заклятья истекло, но ничего живого на площади уже не было. Только среди почерневших от огня камней на месте, где стоял жнец луч света отбрасывал цветной блик. Сейчас, когда с угрозой покончено, я мог посмотреть, что это, вряд ли поблизости есть еще один сильный монстр, как правило, такие твари не допускают на свою охотничью территорию конкурентов. Идти пришлось по краю площади, в центре камни еще не остыли после заклятья. На оплавленных камнях чуть запорошенный снегом лежал большой кристалл, сверкая на свету острыми гранями, а внутри пульсировал едва видимый огонек. А я вдруг отчетливо понял, что это и есть жнец, тварь исчерпав свои силы смогла уцелеть и дай ей время, она снова восстановится. Молот Каруна с размаху опустился на кристалл, разнося его на куски. Не уверен, что просто наступив смог бы его разрушить. А я почувствовал пьянящий приток эмбиента. Эта тварь разумна и имеет душу! Подумаю об этом потом. Пора в укрытие, дорога туда свободна и солнце почти село.

Я бегом направился к краю площади, возле которой стояли спасенный мной люди:

— Идите туда, не стойте! – и я махнул рукой в сторону детской площадки, но они не обратили на меня внимания, продолжая стоять и напряженно всматриваться в небо за моей спиной.

Обернувшись, я увидел две приближающиеся к нам по небу точки. Сердце тревожно замерло в груди: в этих местах летают только Ледяные драконы. А значит, к нам с каждым ударом сердца приближается смерть.

-- Бегите, идиоты! – Я бежал так, как никогда в жизни, жалея, что не успел поменять доспех.

Сейчас я, наверное, смог бы обогнать ездового оленя, с которым соревновалась Саймира. Потеряшки все-таки смогли меня понять и пусть слишком медленно, но хоть так – побежали в указанном направлении, по-прежнему придерживая раненого. А я на ходу пытался вспомнить, что я знаю об тварях, приближающихся сюда.

Самое главное: Создания истинной Стужи – это не настоящие драконы. У них нет присущих драконам прочной брони, разума, способности к магии и многих других неприятных вещей. Все, что роднит этих тварей с настоящими драконами: это умение летать и дышать холодом, выдыхая замораживающий всех и все газ. Еще их привлекает тепло, они с непостижимым упорством и настойчивостью атакуют и уничтожают любые источники тепла, не делая различий между горящим костром, группой разумных или стаей монстров, вроде тех же бассуро. Драконы вымораживают всё, оставляя лишь глыбы льда после своей атаки.

И я, кажется, знаю, чем их привлек: сначала зажженный дом, излучающий тепло, теперь удар Дыханием, убивший жнеца и расплавивший камни на площади. А мне этих тварей почти нечем остановить: не Птицелова или Кондора же против них выпускать, эти монстры их смахнут как крошки со стола и даже не заметят. Единственный шанс: успеть с помощью Круга Обновления вновь зарядить Дыхание Прародителя Драконов и попытаться их достать. Но шансы победить не слишком велики, не факт что летающие твари спустятся достаточно низко, так что бы попасть в поле действия заклинания.

Я успел обогнать незнакомцев и на ходу обернулся посмотреть, как близко подлетели драконы. Твари уже были в паре сотен шагов и пикировали на площадь. Тот, кто давал им названия, то ли не видел настоящих драконов, то ли не разглядел местных летающих монстров.

Больше всего они мне напомнили морских скатов по какой-то прихоти природы или богов летающих в воздухе. Похожее на ската тело переходило в резко сужающиеся на концах крылья, головогрудь венчала пара затейливых рогов, да странно поблескивали синим огнем глаза. В отличие от морских скатов, этим зверушкам достались: пасть, усеянная клыками, гибкий длинных хвост с жалом на конце и лапы с когтями, не уступающими по размеру двуручному мечу. Огромные, покрытые чешуей, топорщащейся тонкими прозрачными пластинами льда, при полете твари оставляли за собой голубоватый след, постепенно рассеивающийся в воздухе.

Раскрыв пасть, один из драконов пронзительно закричал, и из его глотки ударила струя светло голубого пара, покрывая темные камни ледяной коркой, еще миг и его примеру последовала вторая тварь, вымораживая любые источники тепла. Скоро и наш черед, эту простую мысль успел осознать не я один. Раненый тоже все это видел, и когда его спутники, замерли на месте, привлеченные криком тварей, он без размышлений и сомнений оттолкнул от себя друзей, помогавших ему идти.

– Бегите без меня. Я вас потом догоню.

Второй парень все понял без лишних слов, лишь виновато кивнул и перешел на бег, а вот девушка не смогла принять такую жертву. Она стояла, судорожно цепляясь за раненого, и явно не решалась оставить его одного, пока тот сам не оттолкнул ее:

– Вперед. Да беги же ты, дура!

А ледяные драконы уже заканчивали с площадью. Время вышло, а я так ничего и не успел придумать. Все, что я успел понять: эти твари, не смотря на свою силу, совсем тупые, те же бассуро гораздо умнее их, они бы никогда не стали атаковать неживой объект. Даже если главной целью драконов было тепло, логичнее сразу разделаться с живым противником, который может убежать, и только потом остужать камни мостовой. Пока драконы были заняты площадью, мы не успели спрятаться. Небольшой сад покрытых снегом деревьев, где мы сейчас находимся, вряд ли может послужить убежищем. Детская площадка совсем рядом, и даже каменная будка просматривается сквозь стволы, но добраться до нее мы не успеем. И еще, мне кажется, что каменные стены моего обычного убежища не спасут от ледяной атаки этих созданий.

Размышляя, я успел призвать книгу, использовать Колесо Обновления, перезарядить использованную карту и снова вложить ее в активатор. Мне бы как-то заставить их снизиться, так был бы шанс достать хоть одну, я лихорадочно перебирал варианты, того, что я могу предпринять, но ничего не приходило на ум. Один из драконов неожиданно поднялся повыше и резко тряхнул крыльями в нашу сторону. Я едва успел с предупреждающим криком нырнуть за ствол замерзшего дерева, как с неба посыпалась смерть: тончайшие, но острые пластины кромсали на куски промороженные насквозь ветки, вонзались в стволы и мостовую, несколько из них ударили мне в доспех, но не смогли его пробить.

Стряхнув с себя порубленные ледяными чешуйками ветки, я привстал и глянул вверх. Теперь над нами парили уже оба дракона, высматривая добычу среди стволов. Моим спутникам повезло, почти все уцелели, успев укрыться за стволами деревьев, только одна из девушек прижимала к себе руку, по которой текла кровь. А вот везение раненого парня закончилось: он не успел добежать до укрытия и теперь лежал на земле, вся его спина представляла кашу из лохмотьев одежды, крови и льдин, а из-под тела расползалось кровавое пятно.

– Нет, Сергей!

Девушка, которая пыталась тащить его до последнего, забыв обо всем, бросилась к телу. Привлеченные этим, ледяные драконы, парящие над нами, заклекотали и сделали разворот, явно собираясь повторить с нами тоже, что и с площадью.

А у меня блеснула идея, как можно выкрутиться. Карта Дрессировщик, купленная мной в Двойной Спирали, позволяла перехватывать контроль не только над призванными созданиями, но и над обычными существами, не слишком умными и не обладающими устойчивостью к ментальному воздействию. Этот трюк с ледяным жнецом я бы не рискнул провести (и хорошо, что не провел, он оказался разумен), а вот с этими созданиями стоит рискнуть. Активатор почти незаметно сверкнул, я выбрал в качестве цели более крупную тварь, летевшую второй, и отдал ей короткий приказ атаковать находившегося впереди дракона.

Вначале мне показалось, что ничего не произошло и заклятье не подействовало, но через несколько ударов сердца тварь все-таки вцепилась острыми когтями в спину напарника. Не ожидая, от сородича, такой подлости, жертва пронзительно закричала, заморозив кусок сада, к счастью в стороне от нас, и обвила хвостом врага. Сцепившись, драконы грохнулись на землю, ломая своими телами промороженные насквозь деревья.

Они с яростью принялись рвать друг друга на куски, а я мелкими перебежками от ствола к стволу, направился к ним. Воздействие Дрессировщика не будет длиться вечно и нужно успеть покончить с обеими тварями, пока они на земле. В качестве первой цели для Молота Каруна я выбрал подчиненного мне дракона – не знаю, сколько еще продлиться действие карты, главное, что этот пострадал меньше.

Сейчас, подмяв под себя сородича, он вырывал пастью куски плоти и не давал противнику вырваться, обвив хвостом и глубоко вонзив в тело длинные острые когти. Метание никогда не было моим любимым занятием, но с расстояния в десять шагов трудно промазать. Молот негромко прогудел в воздухе и с силой врезался в голову дракона, разнося ее на куски.

Месиво из костей, мозгов и ледяной крови брызнуло во все стороны, попав и на меня. Не обращая внимания на останки твари, я подошел вплотную к сцепившимся монстрам, не забыв поднять с земли молот. Вторая тварь, не смотря на полученные раны, все еще была жива, придавленная весом 'моего' дракона, она слабо трепыхалась, пытаясь вырваться. В развороченной груди неровно билось сердце, и, судя по глубине раны, первый дракон пытался добраться именно до него. Не раздумывая, я добил молотом израненную тварь и достал из сумки небольшой походный топор.

Сердце магической твари может оказаться ценным трофеем, стоит потратить немного времени, чтобы его добыть. Мне пришлось повозиться, пока я вырубил сердца у обоих монстров. Пусть я при этом и стал сам похож на монстра, сильно вымазавшись голубоватой кровью, но результат, надеюсь, себя оправдает. Сложив трофеи в сумку, я бегом направился к незнакомцам. Они стояли все вместе, возле своего погибшего товарища, девушки плакали, а парень напряженно смотрел на меня, сжав кулаки.

Подойдя к группе, я молча склонил голову, отдавая дань погибшему: пусть я его не знал, но поступки всегда важнее тысячи слов и незнакомец вел себя достойно, приняв смерть война, так пусть будет легка его дорога к тем богам, в кого он верил.

– Мне жаль вашего друга, но если мы не поторопимся, то скоро к нему присоединимся.

Парень, тихо произнес:

– Мы не можем просто бросить тело Сергея здесь.

– И не надо, в вашем мире нет запретов на огненное погребение?

Мой собеседник лишь покачал головой и его движение я принял, за согласие. Погибший не был игроком, но какая теперь разница, по обычаю: белая ткань накрыла тело, прозрачное масло густо разлито поверх, и спустя миг огонь взвился, пожирая тело.

– Идемте за мной, солнце уже почти опустилась за горизонт и времени почти не осталось.

Я быстрым шагом направился вперед, не дожидаясь незнакомцев, или они будут следовать за мной или пусть стоят на месте – тащить за собой силой я никого не буду. Чтобы лучше видеть в сгущающихся сумерках я надел Великую маску хранителя ночи. Вдали раздался вой басуро провожающих солнце, исчезающее за горизонтом. Сейчас они, как и я собираются забиться в свои норы и убежища, чтобы переждать очередную ночь. Выйдя из-под деревьев, я по краю обогнул детскую площадку, которая, несмотря на холод и окружающих монстров, выглядела целой и не поврежденной, хоть сейчас запускай ребятню на качели, деревянные карусели и горки, разукрашенные разноцветными красками. Такая хорошая сохранность слишком подозрительна, поэтому я и не собирался заходить туда и на себе проверять, что здесь не так.

– Идите за мной след в след, и не смотрите в сторону детской площадки! – На ходу предупредил я найденышей, торопливо бредущих за мной.

Когда я, наконец, подошел к небольшой каменной будке, я обрадовался ей как родной: все-таки успел! Солнце уже опустилось за горизонт, но еще не совсем стемнело. Отодвинув в сторону крупный камень, я с трудом приоткрыл металлическую дверь: провисая на петлях, она скребла по промерзшей земле, но все еще могла дать хоть какую-то защиту.

Пройдя внутрь, я без промедления стал раскладываться костёр: для защиты мне будет нужно живое пламя. Пока сухие деревяшки занимались огнем, я достал из-под полусгнивших ящиков, лежавших углу, небольшую коробку, специально оставленную здесь в прошлое мое посещение. Аккуратно открыв крышку, я проверил все ли на месте, все было просто замечательно – никто ничего не распотрошил. Мои спутники только протискивались в щель между дверью и косяком, а я уже достал небольшой матерчатый мешок. Теперь надо рассыпать содержимое мешка так, чтобы получился довольно большой круг с костром в центре.

Первая линия обороны из ведьминой травы, морской соли и стружек холодного железа должна послужить защитой от тех, кто приходит в темноте. Найденыши сгрудились возле костра и молча наблюдали за мной. Они явно ничего не понимали в происходящем, но не решались отвлекать вопросами. Вот и замечательно, главное не мешают.

Теперь второй круг: его я черчу специальным мелом, содержащим в своем составе серебро. И пусть окружность получилась не слишком ровной, зато непрерывной. И наконец, очередь для моей последней защиты. Я достал из сумки толстую металлическую цепь, покрытую вязью рунических знаков, едва различимо светившихся в темноте, и выложил третью, внутреннюю окружность, соединив специальной защелкой оба конца цепи. Цепь духов – надежный защитный артефакт пятого уровня, недавно заряженный в мире деревьев. Старый шаман, наконец, согласился на мою просьбу влить частицу силы своего бога, превращая цепь из бесполезного куска железа в мощный защитный оберег. Осторожно переступив через все защитные линии, я с силой захлопнул железную дверь и задвинул завов. Наконец-то можно отдохнуть, вытянув ноги у костра, жаль только, что поспать, опять не получится.

Спасенные расселись возле костра: одна из девушек сразу протянула к огню озябшие руки, вторая тихо плакала, прижимая к себе раненую руку, а парень, напружинившись, сидел на корточках, видимо, не зная чего ждать. Чтобы как-то разрядить повисшее в воздухе напряжение я нашел в сумке целебную мазь и бинт и протянул их раненой девушке. Зелий лечения у меня осталось немного, и тратить их без острой необходимости я не хотел, тем более, что сейчас можно обойтись и более простыми вещами. Протянутые мной вещи взяла вторая девушка и стала перевязывать подругу. А я, наконец, задал вопросы, которые вертелись на языке с момента встречи.

– Ну что ж, давайте знакомиться, как вас зовут, кто вы такие, чем занимаетесь и как, во имя всех темных богов, вы попали на этот осколок?

Глава 12

То, что это не местные жители каким-то образом сумевшие здесь выжить мне было понятно сразу. Во-первых, никто и никогда до меня местных жителей тут не встречал, а во-вторых, их поведение, яркие цветные комбинезоны, все просто кричало о том, что они такие же гости этого места, как и я. А вот откуда они, и как сюда попали, мне было весьма интересно.

Первой заговорила девушка перематывающая бинтом руку раненой подруги: — Марина.

— Татьяна.

– Михаил, — нехотя буркнул парень.

Оглядев девушек и парня, сидевших возле костра, я тихо проговорил их имена, чтобы запомнить: – Мрррина, Тьяна, Микхаэль.

– Мы студенты, занимались исследованием аномальных зон и проверяли легенду об исчезнувшем Китеж-граде. Марина у нас краевед, записывает легенды, истории, сказки. Среди местных жителей Нижегородского края в России, – потом подумав, Микхаэль добавил: — планета Земля, ходит легенда о том, что в определенный день, если ты чист сердцем и душой, можно подойти к озеру Светлояр и увидеть исчезнувший город, услышать звон его колоколов, а избранные даже могут туда попасть. Мы решили проверить эту историю, да заодно отдохнуть и порыбачить. Марина вычислила день, когда нужно там быть, а мы с Сергеем взяли удочки. Приехали, поставили палатки, разложили вещи и решили погулять возле озера, когда и вправду услышали колокола и увидели древний город охваченный огнем, такой, каким их описывают хроники. Маринка первая пошла вперед, мы за ней. Мы едва успели сделать пару шагов в сторону города, как нас охватила такая паника, что мы побежали куда глаза глядят. А потом свет вдруг мигнул, и мы оказались уже в другом месте, очень похожем на современный нам город. Вокруг была зима, а не осень, как у нас. Мы пытались найти местных жителей или возможность согреться, когда на нас напали те твари, которых вы убили. Дальше вы и сами все знаете, спасибо что помогли, но если бы вы раньше вмешались, Сергей мог бы остаться жить.

Микхаэль почему-то обращался ко мне так, словно я не один, наверно это какая-то их традиция, не может же мой браслет-переводчик ошибаться при переводе.

– Я не был уверен, что мое заклятье подействует на ледяного дракона, – пожал я плечами: – Нам всем очень повезло, что мы смогли выжить, хотя мне и жаль вашего друга. Но в этом месте даже подготовленные и опытные игроки легко могут погибнуть, не сумев себя защитить, а то, что вас выжило трое из четырех после встречи с басуро, жнецом и Ледяными драконами, просто невероятное везение. Это место слишком не гостеприимно к посещающим его. Пока Микхаэль рассказывал их историю, я не сидел сложа руки. Необходимо было сделать много дел: привести себя в порядок, поесть, да и глаза уже слипались от усталости и недосыпа, скоро зелья бодрости перестанут мне помогать, если я хотя бы не отдохну. Поэтому я, пока длился рассказ, подыскал в сумке одежду на замену и стал снимать заляпанный комбинезон. Холодная кровь драконов просочилась сквозь ткань на рукаве, и сильно обморозила руку. Комбинезон отходил вместе с кожей, невольно зашипев от боли, я рывком стащил одежду и в один глоток выпил пузырек регенератора — к тому времени, когда зарядится компас, рана как раз должна затянуться. Мне опять повезло: кровь не попала на лицо, а только на одежду. Теперь зелье бодрости, хотя его вкус мне уже надоел, хотелось нормально отдохнуть и поспать, но только не здесь, в этом мире мне нужна свежая голова. Переодевшись, я принялся копаться в сумке в поисках еды, часть моих припасов вместе с котелком погибла в Мерцающей пещере, так что питаться всю дорогу придется полевым пайком или, на крайний случай, буду пользоваться специальным заклинанием.

Пайки, которые наши каким-то образом умудряются покупать у армейских интендантов в далеком мире Антрагал, содержат дневную норму всего необходимого для солдат, ведущих тяжелые бои, и самое приятное — они саморазогревающиеся. На небольшой плоской коробочке, чуть больше моей ладони нарисован жизнерадостный здоровяк, держащий в руках огромное блюдо с незнакомой мне едой, для нагрева достаточно оторвать кольцо от упаковки, все просто и понятно.

Пока я возился с сумкой, история закончилась, и найденыши выжидательно уставились на меня, видимо ожидая ответных объяснений, но задать вопросы не успели. Посмотрев на своих спутников и чуть подумав, я раздал каждому из них по такому же полевому пайку: жрать в одиночестве на глазах голодных людей смог бы только полный моральный урод. Дождавшись, когда от блюда, нарисованного на упаковке, пойдет парок – такой вот сигнал о готовности, подавая пример, я открыл упаковку и принялся есть. Вот поедим, и можно будет поговорить, разбавив ужин, если не вином, то хоть разговором.

-- Что это за место и как нам отсюда попасть домой? – Мрррина удивительно быстро съела свою и порцию и затараторила вопросы, словно опасаясь, что может не успеть получить ответы.

– Вы на Изнанке ребята и заодно в глубокой заднице.

– Изнанка? – девушка вопросительно уставилась на меня: – Что это такое?

– Сложно сказать одним словом, но я попробую. Иногда в каком-то месте: городе, здании или просто куске местности может произойти нечто такое, что противоречит законом сотворения мира настолько сильно, что сама вселенная отторгает это место от себя, как тело отторгает попавшую внутрь занозу. Но такое место не может существовать самостоятельно, оно как паразит навсегда привязано к миру, создавшему его. Появившаяся в результате аномалия открыта для любых созданий тьмы и зла, ведь попасть в нее им очень легко. Обычно представители темных домов и прочие опасные твари могут прийти в мир, только если их позовут, ну или там есть какой-то объект или артефакт, позволяющий им нарушить защиту.

Рассказывая это, внимательно слушающим меня людям, я завидовал их неведению. Сам я все время не спускал глаз с двери и щеколды, медленно отползавшей в сторону, кажется, началось. – Я не знаю, что там произошло в вашем городе: или массовая резня с жертвоприношением или кто-то, стараясь спастись, использовал магию. Если ваша легенда правдива, то можно предположить, что это была свертка пространства, создающая неодолимую преграду для окруживших город врагов, но что-то пошло не так. И в результате Китеж-град был выкинут на изнанку, но в таких местах остаются проколы или разрывы пространства, в которые неосторожные путники могут попасть. Конечно, такие проколы, со временем мир затягивает, и чем больше времени прошло, тем меньше риска провалиться, но при желании на изнанку все равно можно попасть: например в особые дни, обычно это дни когда и произошла трагедия.

Дверь укрытия распахнулась, как будто от случайного порыва ветра, и с грохотом ударилась о стену, заставив всех невольно вздрогнуть. На пороге не было видно никого, только завывал ветер, падали снежинки, да раскачивались качели на детской площадке. Ну да, случайный порыв ветра распахнул дверь, которую мне не хватило сил открыть на всю ширину проема, так она скребла по земле. И хоть никого не было видно, я то, чувствовал, что за нами пришли, их не обманули: ни ведьмина трава, ни мелом очерченный круг. Круги должны были сбить со следа, защитить, укрыть от пытливых и голодных глаз, ищущих теплые огоньки жизни в темноте. Осталась надежда только на цепь духов. А я пытался понять: что я сделал не так, как нас сумели найти, почему проверенные защитные круги не помогли, как укрывали всегда?

Я перебирал в уме варианты, пока не увидел на полу возле двери маленькую красную каплю крови. Раненая девушка! Хотелось громко ругаться, но сейчас лучше не шуметь. Идиот, тупой болван, как же я мог проигнорировать кровь, оставившую такой легко читаемый след, по которому и обнаружили убежище. Сейчас я остро жалел, что спас незнакомцев. Может быть, стоило просто пройти мимо, ну сожрали бы их там жнец с басуро, и все, легкая и быстрая смерть, а теперь вся надежда только на то, что цепь духов выдержит и защитит. Ладно, будем считать, что их жизнями я плачу свой долг Слепцу, Хозяину Удачи. На предыдущем осколке мне очень повезло проснуться вовремя и не только уцелеть, но и заполучить золотую карту, пусть сейчас и бесполезную для меня, но ее можно дорого продать или выгодно обменять. Успокаивая себя, я пододвинул ближе к себе сумку, мне нужно проверить ее содержимое, вдруг удастся найти хоть что-нибудь, что позволит пережить эту ночь.

– А почему дверь открылась, вы же задвигали щеколду, я сама видела? – озвучила произошедшее Тьяна, удивительно не вовремя проявив наблюдательность.

– Кто-нибудь из вас знает молитвы, или может у кого-то при себе есть символы Творца вашего мира?

Путешественники недоуменно переглянулись между собой и Мрррина неуверенно ответила: – У меня есть крестик, и молитвы я немного знаю, меня бабушка в детстве учила

– Тогда молись, – коротко ответил я, разглядывая то, что смог найти в своей сумке. Несколько осветительных шашек, даже не помню, откуда они у меня, небольшой пузырек с водой, благословленной жрецом светлого бога, да мешочек с травяной смесью, ее мне подарили в мире деревьев, там ей окуривают дома, защищая их от болезней и злых духов. Не знаю, насколько все это поможет, но это лучше чем ничего. Сильный порыв ветра ворвался через распахнутую дверь, сдувая первый круг обороны. Рассыпанная мной смесь соли, трав и железа продержалась не долго.

А через несколько ударов сердца с улицы раздался крик: – Помогите!

Детский крик ударил по ушам и прошелся по натянутым нервам, как терка. В проеме распахнутой двери мы увидели бегущую к нам от детской площадки маленькую девочку в ярко желтом комбинезоне, а за ней гнался кровавый пес – инфернальная тварь, больше всего похожая на обычную собаку, только больше раза в три и с ободранной кожей. При свете, обычно видно, как перекатываются ничем не прикрытые бугры мышц, и по ним редкой капелью стекают капли крови. Вот ее недостачу эти песики и восполняют, охотясь на смертных, без притока свежей крови они быстро пересыхают и дохнут, если так можно сказать о не совсем живом создании. Девочка бежала к нам, проваливаясь в глубоком снегу: – Дяденьки, помогите!!!!

Микхаэль, не раздумывая, вскочил и бросился к двери, девушки, позабыв обо всем, повскакивали со своих мест, собираясь спасать и защищать.

Микхаэля я отбросил назад ударом руки. А на женщин коротко рявкнул: – Сидеть! – вложив в свои слова немого эмпатии, отчего у тех просто подкосились ноги.

– Это ловушка. Стоит кому-то выйти за пределы цепи духов и он погиб.

– Но там же ребенок, ну сделайте уже что-нибудь, так же нельзя, она погибнет, как Сергей! – Тьяна, преодолевая силу моего внушения, пыталась встать. Микхаэль, упрямо наклонив голову, опять собирался броситься вперед. Пес почти настиг ребенка и торжествующе завыл, приветствую полную луну, выплывшую на небо и ярко осветившую все вокруг.

– Микхаэль, если это настоящий ребенок, то ответь мне: почему ни она, ни пес не отбрасывают тени?

Простой вопрос заставил замереть, бросившегося спасать ребенка, парня.

– Да и следы, которые она должна была оставлять на снегу куда-то пропали, стоило ей выйти за пределы детской площадки . Микхаэль замер, всматриваясь в проем, а ребенок и кровавый пес через миг пропали, лишь ветер гонял снежинки возле детской площадки.

А у меня зашевелились волосы на голове от ужаса – тот, кто пытался пробиться к нам, услышал и ПОНЯЛ мои слова. Иначе я не могу объяснить то, что не сработавшую ловушку так быстро убрали. Мне следовало это учесть. И снова тишина, давящая на нервы, лишь сухо потрескивают дрова в костре. Тьяна уткнулась лицом в колени и тихо плачет. Мрррина, обняв одной рукой подругу за плечи, второй гладит ее по волосам, пытаясь успокоить и себя и ее. Микхаэль мрачно смотрит на огонь, явно не зная, что делать.

– Что это за тварь, и что ей от нас нужно? Вопросы Микхаэля разорвали тишину, как нож распарывает ткань, отгоняя страх и наважденье, пожалуй, я даже рад, что в эту долгую ночь дорога наградила меня спутниками.

– Не знаю, – я устало пожал плечами: – мы ее называем: Хозяйкой Ночи, Ждущей в ночи, Госпожой холодного города: у нее много имен, но настоящее нам неизвестно. Что она такое никто не знает, но скорее всего это какой-то демон, запертый в этом месте. Наши столкнулись с этой тварью тридцать шесть больших циклов назад, когда проводили разведку нового осколка. Из всего отряда разведчиков выжил только один, да и тот тронулся умом. После этого осколок старались обходить стороной: сдохнуть или сойти с ума желающих среди нас немного. Про это негостеприимное место просто забыли, но последнее смещение сделало его узловой точкой, через которую проходит кратчайший путь к Заводной Шестеренке и другим интересным местам....

Мои слова прервала веселая мелодия, раздавшаяся со стороны детской площадки. Бросив взгляд в проем двери, я стал свидетелем удивительного зрелища. Детская площадка оживала на глазах: загорались разноцветные огни, закружились карусели, а небольшой паровозик, весело загудев, начал свой бег по кругу, таща на прицепе маленькие, ярко раскрашенные вагоны. Все пространство перед дверью переливалось и блестело, как одна большая разноцветная игрушка. Я слышал беззаботный детский смех и видел детвору, весело бегающую среди качелей и каруселей, мороженщика в забавном белом колпаке и в фартуке с тележкой мороженного, окруженной толпой малышни. Беззаботно, весело, нет ни страха, ни смерти это как дверь в вечное детство, стоит лишь сделать шаг вперед, и ты снова будешь с теми, кого любил. Вот мелькнул отец, сидящий на белом игрушечном коне, у ограды карусели весело смеется и зовет меня к себе мама. Но самое большое чудо – возле мороженщика стоит моя Эйрен в красивом белом платье, которое я ей так и не успел подарить.... Слезы, текущие у меня из глаз, не помешали мне сделать первый шаг – я должен быть там ...

От резкой боли в ноге я невольно вскрикнул и отвел взгляд от проема двери, все еще плохо понимая, что происходит, я осмотрелся вокруг и увидел своих спутников, почти вышедших за круг очерченный цепью духов. Ближе всех к черте стояла Тьяна, я расслышал, как она тихо шепчет: "Сереженька, я сейчас, ты только подожди, я иду...". Бросившись к ней, я попытался оттащить ее назад к костру, но не успел, а Тьяна уже выскочила из будки и побежала по снегу. Теперь я ее не спасу, надо заставить очнуться остальных. Выхватив клинок, я подскочил к замешкавшейся парочке, и нанес два быстрых и легких удара: полоснув руку Микхаэлю и ногу Мрррине. Боль от порезов вынудила ребят вздрогнуть и отвлечься от своих грез на краткий миг, а я силой заставил их отвернуться от проема двери. Мрррина пошатывалась и явно с трудом понимала, что происходит, но все-таки нашла в себе силы спросить: – а где Таня?

– Ее уже нет.

– Но куда она ушла?

Не отвечая на вопрос, я рылся в сумке, да где же оно? Как всегда, если что-то срочно понадобится, то лежать оно будет на самом дне последнего кармана, перемешивает сумку что ли кто-то по воле Смеющегося господина, что бы жизнь у игрока была интересна и не забываема. А вот и нужный мне небольшой пузырек из темного стекла, заткнутый деревянной пробкой.

– Сделай небольшой глоток, – я с силой всунул его в руку Мррине.

– А что это такое? – неуверенно спросила она, недоверчиво глядя на пузырек, что я ей протянул.

– Зелье ментального сопротивления. Пей, давай.

Она сделала небольшой глоток, и я сразу передал пузырек Михаэлю: – Теперь ты.

Он с подозрением смотрел на меня и на склянку, что я ему дал. Но все-таки тоже отпил немного. Мои спутники все еще смотрели на меня, когда ноги у Мррины подкосились, и я с трудом успел ее подхватить.

– Ах ты гад! – Михаил вскинул руку, явно собираясь заехать мне в челюсть, но зелье уже успело подействовать.

– Убью я тебя ... – нерешительный шаг вперед и он с размаха падает на землю, ловить я его не стал, не стоило меня обзывать.

А теперь веревки. Замотав руки и ноги, заодно и прикрутив их друг к другу, я удовлетворенно выдохнул: теперь все, ни куда вы спящие и связанные не убежите, не уползете и не упрыгаете из пределов защитного круга, а я так и быть, до утра вас покараулю, так хоть кто-то из вас да уцелеет. Отвернувшись от выхода, я задрал штанину и стал рассматривать царапины на ноге: неглубокие, идущие так словно небольшой зверек ударил меня лапой, причем поцарапал кожу, но не прорвал ткань штанов в месте удара: бред какой-то. Тут же кроме меня и моих спутников никого нет. Мелькнувшая в голове догадка заставила немного усомниться в собственном здравомыслии, но свидетелей все равно нет, поэтому я решил ее проверить. Достал из сумки небольшую статуэтку зверька, подаренную мне Табиэей, повертел ее в руках, и, чувствуя себе немного сумасшедшим, я несколько раз погладил ее по голове и позвал: – Кот. Не зная чего ждать, я напряженно озирался по сторонам, но ничего не происходило. Прожав так несколько минут, я потянулся к сумке положить статуэтку на место, когда моей другой руки коснулась что-то теплое и пушистое. Оглянувшись на руку, я увидел небольшого зверька покрытого дымчато-голубой шерстью и как две капли воды повторяющего статуэтку Табиэйи.

– Ты откуда здесь взялся? – вопрос я задал скорее самому себе, чем коту, не ожидая ответа от неведомого зверька. Но как ни странно, мне ответили.

В голове возникли образы: я вижу себя со стороны гладящего статуэтку по спине в Пещере мерцающих камней. Потом себя же, дремлющего возле костра и паука подбирающегося ко мне.

– Так это ты меня тогда разбудил?

В ответ кот боднул мою руку головой, и я неловко его погладил и услышал довольное – мрррр..

– А как ты здесь оказался?

Снова образы мелькают в голове. Все очень сложно и запутанно, многое мне не доступно, все на уровне ощущений, образов, эмоций. Это существо при общении задействовало весь спектр доступных мне чувств, хотя я был уверен, что улавливаю едва ли десятую часть из того что он мне говорит. Свет в темноте – статуэтка – это ориентир, на который он может прийти из странного и удивительного места. Но главное я смог понять, Кот может приходить даже тогда когда я его не зову, погладить статуэтку – это приглашение в гости, но только он сам решает, когда прийти. Как все запутанно и сложно.

– Спасибо что помог. А почему я тебя не видел, если ты все время был рядом?

Вместо ответа Кот стал на моих глазах постепенно исчезать, пока не осталось одна голова, висящая в воздухе – совершенная маскировка.

– А что ты еще можешь? – спросил я, радостно прикидывая, как можно использовать способности этого существа.

И снова образы мелькают в моей голове, похоже, это существо достаточно легко читает мои мысли и ему не нравятся мои идеи использовать его как невидимого разведчика и диверсанта. Он сам решит, когда и как он будет помогать, если захочет вмешаться, он не раб или слуга, он – КОТ.

– Понял, прости, я не хотел тебя обидеть.

Наш разговор оборвался, едва успев начаться: здание ощутимо затрясло, и по стенам поползли трещины, сверху сыпались песок и штукатурка, казалось еще миг и все рухнет, погребя нас под собой. Достав из сумки термос, я сделал большой глоток чая

– Хрен тебе, не вылезу. Ты можешь хоть все здание обрушить, только это ничего не поменяет, я лучше под завалом сдохну, чем тебе достанусь. Я знал, та, что в ночи услышит мои слова.

Через пару ударов сердца трясти перестало, а трещины и разломы исчезли у меня на глазах. Все-таки это были иллюзии, хотя я почему-то не сомневался, что если бы демон захотел, он легко обрушил будку, погребя и меня и моих спутников, но ему, видимо, мы все нужны зачем-то живыми, и это его останавливает. Еще через миг и я увидел, как помещение начинают заполнять сотни мелких насекомых: пауки, многоножки, большие мерзкие розовые черви. Все они ползли вперед к костру и людям вокруг него. На краткий миг они задержались у меловой черты, но подталкиваемые сзади смогли ее преодолеть. Защитный круг скрылся под сплошным покровом мелких трупиков, сгоревших в огне защитной магии, значит это все-таки демонические создания, а не обычные насекомые, попавшие под воздействие воли демона. Сейчас они плотным кольцом охватывали цепь духов, шевелили лапками и жвалами. Монстрики искали в ней брешь, позволившую бы им проникнуть внутрь, но руны на цепи полыхали ярким светом: мощь О, наполнившая ее силой была для них неодолимой преградой, несколько пауков и мокриц уже сгорели от прикосновения к ней. Еще бы, цепь духов наполненная силой бога – это не мелом очерченный круг или травяная черта, сломить ее силу придется постараться даже архидемону.

Но мне надоело все время терпеть удары, не в силах дать сдачи. Пора показать кулаки, заодно проверив действие карты в бою.

Серебряный дождь.

Под потолком сгустилось облако, заполнив собой все небольшое строение, а спустя миг из него полились капли все с нарастающей силой. Они затушили мой едва чадящий костер, вмиг промочили меня с головы до ног, а я смеялся под льющимися струями воды, глядя, как от капель корежит мерзость, целиком заполнившую пол небольшой каменной будки. Капли дождя, подобно кислоте разъедали тела насекомых, тварюшки пытались уползти, спрятаться, но дождь не давал им пощады

Так их, так, получай тварь! Не знаю, чем для тебя были все эти черви и многоножки, но надеюсь, что для тебя они хоть что-то значили. Пусть хоть какой-то, мизерный, но урон я тебе нанес. Отомстив, пусть в малой мере за гибель Тьяны. В помещении воды уже было по щиколотку, а дождь продолжал лить: теплый весенний дождь смывал страх, усталость, боль. Мелкие порезы и ссадины исчезали под струями воды. Все то, что должно было пролиться на территории в пару тысяч шагов, сейчас падало сверху в маленькой каменной будке. Хорошо, что дверь распахнута настежь и потоки воды выливаются наружу, иначе в закрытом помещении можно было бы захлебнуться, в следующий раз буду об этом помнить. Повсюду плавали трупики насекомых, постепенно растворяясь, я сидел в центре защитного круга, поддерживая над водой головы моих соратников, а все пространство вокруг представляло собой лужу глубиной по порог. Наконец дождь перестал лить, вода ушла, а я начал рыться в сумке в поисках сухой одежды, заодно достав несколько тепловых камней. Своих спящих спутников, которые так и не проснулись, несмотря на потоки льющейся сверху воды, я накрыл толстой меховой шкурой: под ней они должны быстро согреться.

С сухим треском камни разгорелись, и голубое пламя вспыхнуло над ними, а Кот, исчезнувший, когда пошел дождь, снова возник рядом с костром и теперь смотрел на огонь, и пламя отражалась в его глазах. Рассвет все ближе, похоже, мой дождь все-таки смог удивить Хозяйку холодного города. Время шло, но больше новых атак демон не предпринимал, видимо не зная, чего от меня еще можно ждать.

Внезапно Кот, глядя мне за спину, встопорщил шерсть, выгнулся дугой и зашипел, обнажая клыки. Отлично понимая, что ничего хорошего меня там не ждет, я обернулся и увидел ее. Эмпатия не дала мне усомниться в том, что я вижу саму Ждущую в ночи. Она стояла у меня за спиной на расстоянии вытянутой руки от цепи духов, приняв вид маленькой девочки. Тот же самый образ, что пытался выманить нас за пределы защитного круга в самом начале этой долгой, долгой ночи.

– Отдай.

Без лишних слов и предисловий она указала на спящих возле костра людей. Не сомневаясь, что это ее повеление будет выполнено.

– Нет, – я отрицательно мотнул головой.

– Почему? – она вопросительно уставилась на меня.

– Они мой дар Слепцу, те с кем я разделил свою удачу. Я их шанс пережить эту ночь и выжить здесь. Если предам сейчас тех, с кем разделил бой в городе, тепло в ночи и еду у костра, Хозяин удачи от меня отвернется, а без его милости в игре долго не живут.

Мои слова на миг заставили ее задуматься.

– Мне нужно, кровью невинных меня заперли здесь, и только ею я смогу открыть дверь назад. Времени все меньше, Звезды скоро займут нужные места, печать ослабнет и тогда кровь жертв сможет ее разрушить. Отдай.

– Мой ответ не поменялся.

– Тогда продай, мне есть чем заплатить.

Она взмахнула рукой и рядом с защитной чертой стали возникать горки монет, слитки золота и серебра, украшения, кубки, короны.

Я отрицательно качнул головой: – И снова нет. Меня не проведешь на такой жалкий трюк. Это все иллюзии, которые рассыплются прахом при свете светила, даже у архидемонов нет власти над серебром, которое ты столь щедро рассыпала здесь.

– Я могу предложить и другую цену, – щелчок пальцев и сокровища исчезли. В ее руке появилась лампада, чадящая зеленоватым дымом, костяной свисток и небольшой медальон с ярким зеленым камнем в центре.

– Пока лампада горит, ты сможешь проходить сквозь стены, звук свистка подчиняет животных и птиц, целый час они будут выполнять все, что ты скажешь, а глаз Салула может защитить тебя от охотящихся в ночи: все низшие твари, вампиры, упыри, зомби не смогут причинить тебе вреда. Отдай людей и получишь все это, а милость Слепца ты сможешь купить щедрой жертвой на его алтаре.

А вот это уже был огромный соблазн: магические артефакты, за любой из которых большинство игроков легко перебили бы и сотню или две простых смертных. Да и кто они мне? По сути, случайные спутники, встреченные на пути, убить самому рука бы точно не поднялась, а так. Но...

– Почему ты даешь три артефакта, ведь их же всего двое.

– Нет, – демон, склонив голову на бок, с вожделением смотрел на Мрррину: – их трое: один мужчина, мать и еще не рожденное дитя .

Не рожденный ребенок – вожделенная добыча для подобных тварей. Получив такую жертву, демон сможет собрать достаточно сил, чтобы разрушить преграды удерживающие его здесь. Да только кем же я после этого буду, если пойду на подобную сделку? Тварью, подобной той, что заперта здесь. Ну уж нет, может я и дерьмовый человек раз даже задумался над предложением демона, но остатки моей совести, не позволят мне торговать еще не рожденными детьми.

– Ты их не получишь.

Мой ответ взбесил тварь, теряя над собой контроль, она сбросила образ девочки, представ в своем истинном виде. Старуха, одетая в грязный дырявый балахон с капюшоном, из-под которого торчали белесые пучки волос, вместо глаз – провалы, она ощерила рот, из которого торчали гнилые пеньки клыков.

– Тогда я сама заберу их, вместе с тобой! – она вытянула перед собой руки, покрытые язвами, с весьма впечатляющими когтями на концах пальцев и шагнула вперед . Руны на цепи духов вспыхнули со все нарастающей силой, но демон не снижал напор. Тварь шипела от боли, ее руки почернели и сухо трещали, как сырые сучья на костре, но она продолжала давить. Демон был очень силен. Вряд ли тварь смогла накопить достаточно невинной крови, что бы ее хватило на освобождение. Слишком мало среди игроков тех, кто готов здесь бродить рискуя всем, и поэтому Мрррина со своим ребенком, видимо, были ключом к освобождению, раз демон так выкладывался, не жалея себя.

Интенсивность свечения рун нарастала, я видел как звено цепи в месте, где напирал демон начало деформироваться, теряя форму, но пока еще держалось: рунный кузнец поработал на славу. Я запустил в демона пузырек с благословенной водой. Тонкое стекло разбилось от легкого удара, и тварь заорала от боли, отскочив назад. Под воздействием воды плоть демона потекла, словно я обрызгал ее концентрированной кислотой. Жаль, что святой воды мало, и демона так мне не остановить. Но хоть немного напор уменьшил. Цепь духов была раскалена, как будто только из кузнечного горна, руны полыхали огнем, и я был не уверен, что моя защита сможет продержаться до восхода светила. Не теряя времени, я высыпал в костер травяную смесь из Мира Деревьев, сейчас мне нужна любая помощь. Густой дым заполнил помещение, и демон вынужден был идти к барьеру, с трудом продавливая дым словно, это не воздух, а смола. В проеме двери, даря мне надежду, виднелся краешек светлеющего неба. Времени у твари становится все меньше и меньше, скоро уже в мире Мрррины и Микхаэля появится на небе Солнце, разгоняя тьму, а в этом месте демон потеряет большую часть своей силы. Секунды, что мне подарил травяной дым, я использовал с умом: зарядил жезл и призвал защитный полог. В этой схватке даже пара разрядов током не будут лишними. Если демон сможет преодолеть барьер, Дыхание прародителя драконов поприветствует его. Вряд ли я успею что-то еще сделать, обычный огонь не лучшее оружие против подобных созданий здесь нужно оружие Света. Рядом со мной появился кот и, подбадривая, потерся о ногу.

– Беги отсюда, дурак! – все, что я смог ему сказать. – Хоть мы и недолго общались, но я был рад нашему знакомству. Спасибо за все и, наверное, прощай.

После чего начал последовательно призывать карты существ Быкоголов, Птицелов и все, что было собрано у меня в колоде пошло вход, жаль, что пользы от них почти не было, но на краткий миг они отвлекали демона. Быкоголов рассыпался прахом от одного прикосновения. Зеленая жидкость, исторгнутая старухой из пасти, растворила Глуума, успевшего напоследок бросить копье, не причинившее демону вреда, Цербер в прыжке напоролся на черный разряд вылетевший из пальца и осыпался пеплом на пол. Но несколько секунд я сумел получить, заставив демона потратить часть своих сил, а потом тварь снова начала напирать на защитный барьер. Цепь духов щедро отдавала остатки вложенных сил, но уже не могла ее остановить. Почерневшие когти продрали защитный полог и в эту щель просунулась оплавленная морда. Мы с котом стояли рядом, готовясь принять последний бой. Мохнатый, единственный кто из нас мог в любой момент уйти в иной мир, предпочел схватку, выгнув спину и выпустив когти, он собирался сражаться рядом. Настоящий друг, которого мне подарила судьба, пусть лишь и на краткий миг, но он многого стоил. Глядя на оскал уже просунувшего голову внутрь и воющего от предчувствия скорой победы демона, я услышал легкие шаги за спиной. Мррина, невероятным образом сумела выпутаться из веревок и теперь вышагнула у меня из-за спины, прямо к оскаленной морде. Я настолько был потрясен, что не успел среагировать и остановить девушку, вероятно подчиненную демоном, а она бесстрашно подошла к голове твари, и быстрым, почти неуловим движением, что-то надела на шею демону со словами:

– Мне месть и аз воздам.

Тварь взвыла так, что я не удержался на ногах и упал на колени. На груди демона разгоралось ослепительно белое сияние, монстр катался по полу пытаясь сорвать то, что полыхало на его груди. Но сияние нарастало, и я смог разглядеть небольшой крестик, из которого и исходило сияние. Вой твари все нарастал и в нем я услышал агонию. Демон вспыхнул ослепительно белым огнем, под лучами светила осветившими убежище через дверной проем. А Мрррина как ни в чем не бывало, зевнув, и так и не открыв глаза, пошла назад и улеглась под шкуру. Я тупо и устало остался смотреть на чадящую кучу пепла и грязи, в которую превратилась та, что ждет в ночи. Эта ночь вымотала меня до бесчувствия, но я снова чудом разминулся со смертью. Мое время на этом осколке подходило к концу, скоро это место вернется назад в мир, который его породил, печати удерживающие демона исчезнут и барьер, отторгнувший это место из мира людей, перестанет быть нужен. Пора и мне в путь компас уже успел зарядиться, а ребята теперь смогут вернуться домой вместе с этим куском реальности. Моя же дорога еще далека от конца.

Подхватив сумку с земли, я подошел к ним – забрать веревки и попрощаться. Кот подбежал к девушке и лизнул ее в щеку. А я достал из сумки колье из небольших, но удивительно чистых бриллиантов и сапфиров, мой трофей с острова Сирены, и положил рядом с ней: пусть будет от меня прощальный подарок ей с малышом. Возле Микхаэля я оставил небольшой кинжал, я не знаю, в каком месте своего мира они проснутся, но оружие мужчине всегда пригодится.

И самое последнее дело здесь: но , увы, в ворохе пепла от демона не было совсем НИЧЕГО, а искать логово у меня нет ни времени, ни сил...

– А теперь мохнатый, нам пора, – кот запрыгнул мне на сумку. А я призвал компас и выбрал направление прыжка – Заводная шестеренка. Последняя мысль, мелькнувшая в голове, прежде чем вспыхнуло сияние перехода – "наконец-то, спокойное место и я смогу отдохнуть."

* * *

Едва он появился в Холодном городе, как осколок показал свой характер: бросив в лицо пригоршню холодного снега и пройдясь по нервам предчувствием опасности. Все вместе заставило Меджеха негромко выругаться и взять в руки, снимая с предохранителя, небольшой короткоствольный автомат, до этого спокойно висевший на груди. Спустя миг рядом с ним появились и остальные члены команды: Карл, Кейн и Саймира. Девушка, явно красуясь, стала оглядывать окрестности через прицел новенькой серебристой винтовки. Оружие только вчера взломали и настроили на нее механойды, держащие лавку в Городе Двойной Спирали. Карл сосредоточенно поправлял съезжающие с плеча ремни от закрепленного на спине тяжелого баллона с зажигательной смесью, а над соплом его огнемета уже горел едва видимый голубоватый огонек. Кейн нервно сжимал в руках такой же, как и у Меджеха, короткоствольный автомат и тревожно озирался по сторонам. Новички явно нервничали, они впервые были в таком опасном месте.

– Ты уверен, что правильно понял приказ командира и нам надо именно сюда ? Я не хочу оспаривать приказы, но это все-таки красная точка, место, не рекомендованное для посещений. Да и зачем вся эта спешка? Зачем обязательно покупать кристаллы ускоренной перезарядки компаса, каждый из них стоит, между прочим, пятьсот дайнов?

– Кейн заткнись! – Меджех, сплюнув на снег, настороженно оглядывал окрестности. Бойцу и самому не нравилась идея отправиться в Холодный город, но словам друга он привык доверять. Он отлично понимал причину спешки и необходимость иметь возможность покинуть осколок в любой момент. Слова друга оказались истиной. Его спутники не могли заметить изменений, им не с чем было сравнивать. Меджех, бывавший здесь неоднократно, помнил, ни с чем несравнимый, давящий страх, возникающий, стоило только попасть сюда. Он помнил, как тянулись часы ожидания, отравленные тоской и отчаяньем, беспрерывно гложущими душу, пока ты ждешь зарядки этого проклятого компаса. А сейчас вся эта потусторонняя жуть ушла, как будто отсюда отключили энергию: ветер дул, а не валил тебя с ног, на небе виднелась светило, ярко освещавшее землю. Теперь это было обычное, пусть и, по-прежнему, очень опасное место.

– Двигаемся вдоль улицы, – отдал он короткую команду. Порядок движения был заранее обговорен: впереди Меджех, рядом с ним Кейн, в центре Саймира и замыкал колону Карл.

Следы боя они заметили почти сразу: на месте одного из бараков виднелась глыба льда, в толще которой угадывались обгоревшие остатки дома. Пока они, приостановив движение, рассматривали руины, через калитку в заборе, к ним дернулся вихревик. Закрутил вокруг себя снег, но тут же отступил, едва попал на освещенный солнцем участок улицы. Меджех удовлетворенно хмыкнул: "все верно, ваше время истекло, вам нет места в том мире, откуда этот кусок реальности". Проходя мимо следующего барака, он указал на здание Карлу: – Сожги его, опасаться драконов холодной стужи теперь не стоит, те двое, что здесь были уже мертвы, а новые вряд ли смогли сюда проникнуть.

Опробуя созданный недавно огнемет, Карл выпустил длинную струю пламени, лизнувшую стены, окна, дверные проемы. Промерзшее дерево, недолго сопротивлялось напору пламени и жарко занялось. Меджех довольно отметил про себя, что руками парень работать умеет, если еще и с головой все в порядке, значит, в команде не будет обузой. Оставив разгоревшийся дом за спиной, они двинулись дальше. На вымороженной площади, сидела парочка басуро и тоскливо выла, задрав морды к сверкающему на небе светилу.

– Чувствуют, твари, свой конец, ну что ж мы его немного ускорим. Саймира, действуй!

Анир, нервно дернула хвостом, но без слов опустилась на колено и вскинула винтовку. Короткая вспышка, приклад мягко ткнулся девушке в плечо, и одного из басуро, разнесло на куски. Второй монстр, поняв что, что-то не так, и не желая разделить участь товарища, скачками понесся к каменному зданию, надеясь отсидеться внутри. Но Саймира, не оставила ему шанса, еще одна вспышка и тварь лишившись задних ног прямо в прыжке, покатилась по камням площади. Раненый басуро неожиданно заплакал как ребенок, и, несмотря на недостачу конечностей, все равно попытался ползти вперед.

– Добей, – бросил, нахмурившись Меджех, он не любил не оправданной боли. И еще боец машинально отметил, что надо учитывать: в бою Саймира может промахнуться.

Отряд снова двинулся вперед.

– Ты так и не ответил, зачем нам командир приказал идти сюда, да еще тратить дайны на кристаллы? – Кейн, в отличии от своего брата, был гораздо более общителен и болтлив, да так, что иногда Меджеху казалось, что он мелет языком сразу за двоих.

– Потому что тебе это приказал назначенный кланом командир. А если тебе этой причины не достаточно, я сейчас пару пинков отвешу для лучшего понимания.

– Медж, не злись, – голос Саймиры заставил его немного успокоиться: – Но все-таки, зачем ты нас перебудил и заставил срочно в рейд отправиться? Хотя бы скажи, зачем мы здесь?

– Потому что это место вскоре исчезнет из игры, соединится с породившим его миром и этот осколок может исчезнуть в любой момент. Демон, из-за которого это место было оторвано от основной реальности, погиб, а в его логове может найтись кое-что интересное, из-за чего мы сюда и пришли. Кроме того, мы должны подстраховать командира на обратном пути, он еще не дошел до встречи, а уже сильно растратил колоду. И теперь опасается неожиданностей на обратном пути, слишком велика цена сделки.

Разговор велся на ходу, вся четверка, не теряя бдительности, быстрым шагом двигалась вперед. Меджех торопился, он чувствовал, что времени у них не много. Игрок опытным взглядом замечал, как проступает сквозь окружающие предметы иная реальность. Вот над зданием беседки, словно мираж, раскачиваются на ветру деревья, которых нет, снег под ногами отряда то таял, то снова леденел, а в одном месте он заметил проступившую сквозь снег зеленую траву и желтые листья на ней.

На подходе к саду замерзших деревьев Саймира сморщила нос, от разящей вони, и указала хвостом на видневшиеся среди деревьев туши ледяных драконов. Спрашивать вслух она не решилась, поверженных повелителей неба, забыв обо всем, рвали на куски не знакомые игрокам твари.

– Потом расскажу, а пока бегом за мной, не будем им мешать, – тихо ответил Меджех на незаданный вопрос и сорвался на бег. Новички молча, последовали за ним, жаль молчали не долго, стоило стае падальщиков скрыться среди стволов, как допрос продолжился.

– А как мы найдем логово демона? – Кейн с неиссякаемым энтузиазмом засыпал вопросами Меджеха.

– А чего его искать, наши еще при разведке засекли мощный магический фон вон из того места, – и человек-кот махнул лапой в сторону детской площадки, возле убежища. – Тогда мы не смогли разобраться, что к чему, просто старались не заходить за ограду.

Они почти бегом достигли цели. Прямо на их глазах порыв ветра обрушил карусель, детский поезд рассыпался ржавыми хлопьями, от легчайшего прикосновения Саймиры. Не отвлекаясь, что бы сделать замечания новичкам, Меджех достал из сумки небольшой прибор, похожий на хрустальные часы и стал внимательно вглядываться в бег разноцветных стрелок по циферблату.

– Это где-то здесь, – они стояли в центре детской площадки. – Магический детектор показывает, что именно здесь наиболее сильное излучение. Карл за дело.

– Медж, смотри! – Кейн радостно вскинул автомат в сторону убежища. В проеме покосившейся двери показались двое людей: мужчина и женщина. Меджех лишь в последний момент успел отклонить ствол автомата вниз, и очередь разрывных пуль взбила снег перед людьми, заставив их нырнуть назад, укрываясь за каменными стенами.

Антропоморф от всей души отвесил подзатыльник Кейну: – Идиот, чего ты палишь, не разобравшись: кто враг, а кто друг? Этих вообще приказано не трогать. Они отмечены вниманием Творца этого мира, не хватало нам еще ссориться с их богом.

Кейн все еще тер ушибленный затылок, рука у Меджеха была тяжелая, а Карл уже крикнул: – Готово! – он, не отвлекаясь на стрельбу и воспитание брата, устанавливал небольшую бомбу в указанном компндиром месте. Отбежав на десяток шагов, отряд залег за ближайшим пригорком.

– Давай! – скомандовал Меджех, убедившись, что все свои тут, а чужие и нос не высовывают из убежища. Негромкий хлопок, яркая вспышка, слабая дрожь земли, и игроки уже бегут к месту взрыва. Направленная плазменная вспышка выжгла в земле аккуратное отверстие парой шагов в диаметре. Антропоморф запустил в дыру Светлячка, и стало видно, что заряд плазмы прожег каменный купол подземелья. Меджех вгляделся вниз, после чего не раздумывая долго, спрыгнул на пол подземной залы. Датчик показывал: именно здесь пик магической активности, печати, что сдерживали демона, создавали сильный магический фон, который и уловил детектор.

– Оставайтесь наверху! – опытный игрок не хотел тащить вниз плохо подготовленных новичков, у них это и так первый совместный выход, хорошо еще, что все они из техногенных миров и им можно доверить оружие, а не надеяться только на активаторы.

В свете Светлячка угадывались древние стены, покрытые руническими знаками, вокруг Меджеха, в центре небольшого помещения располагались пять бронзовых жаровен, в которых ярко вспыхнуло пламя, стоило поднести к ним огонь. Теперь зал был достаточно освещен, что бы внимательно осмотреться. Небольшое круглое помещение, без входов и выходов, в центре на полу вытравлена сложная многолучевая звезда, внутри которой виднелись неизвестные антропоморфу знаки и стояли жаровни. В конце каждого из лучей были аккуратно разложены тела. Осматриваясь по сторонам, кот внимательно фиксировал увиденное, пытаясь обследовать помещение и заодно разобраться, что же произошло здесь.

Тем временем, оставшись без руководства, Кейн заскучал, его энергия требовала выхода: хотелось куда-то идти, бежать, что-то делать, но ничего не происходило. Он ожидал большего от этого места, а ему даже пострелять не дали.

– Не понимаю я этих ветеранов, строят из себя великих игроков, а что на самом деле? Сколько нас пугали в гильдии про Холодный город: вот попадешь сюда и узнаешь вкус страха! Ну вот, я здесь и что? Где тут монстры? Эгей!!!! Мы здесь!!! – от его крика с грохотом рухнули какие-то непонятные металлические конструкции. А в следующий миг, из-за горы металла показалось непонятное существо, похожее на клубок ниток, и быстро покатилось в сторону новичков.

– Это что еще такое?

Коротко затявкал автомат, вслед за ним ударила винтовка Саймиры, вырывая куски то ли плоти, то ли растительных волокон из монстра, но тот лишь ускорился.

– Мамочка! – перепуганные "великие воители" рванули в сторону от непонятного существа, соревнуясь друг с другом наперегонки. Бежали не долго, выскочив за ограду детской площадки, почти сразу уткнулись в невидимую для глаз преграду, на ощупь похожую на вязкую паутину. Но страх и преследующий их монстр придали сил, и один за другим игроки продавили телами барьер и повалились друг на друга, оказавшись на берегу озера, неизвестно где.

Меджех довольно мурлыкая, заканчивал осмотр логова, его друг оказался полностью прав, попросив отправиться сюда – добыча стоила того. Небольшая лампада из зеленого стекла покрытая магическими знаками, с помощью нее в давние времена маги из далекого мира спустились сюда. Под действием ее чар плоть земли и камни стен расступились, пропуская их внутрь, и здесь, в этом помещении, они провели ритуал: шестнадцать мужчин и женщин, накрытых сейчас белой тканью, умерли, чтобы связать демона своей жизнью и смертью. Он был воином, и умел ценить чужое мужество и храбрость. Вскинув активатор ко лбу, игрок отдал долг памяти и чести достойным людям, погибшим здесь: "Славен мир, в котором живут такие герои и счастье игроков, что им не придется сражаться с таким врагом, второго Кейдана Игре Хаоса просто не пережить". Осматривая тела погибших магов, Меджех собрал магические артефакты, мысленно объясняя погибшим свои действия. Он и сам не знал, зачем пытается оправдать себя перед мертвецами, но развившееся в Игре чутье, просто требовало от него сделать это.

– Вам они уже не нужны, вы сумели остановить своего врага, а творец вашего мира его окончательно поверг. Пусть же то, что когда-то помогло вам, послужит в новой борьбе.

Трофеи были хороши: один амулет стоил того, чтобы ради него бежать сюда, забыв обо всем, да и остальная добыча была не хуже. Помимо лампады и амулета, Меджех сумел найти: небольшой браслет из неярких зеленых камней, на который бурно отреагировал детектор, свисток, сделанный из расписанной письменами кости крупного животного и странный необработанный камень ярко алого цвета. Похоже, плененный демон собирался за свою свободу рассчитаться с его другом имуществом магов, заточивших его здесь. Совершив для них огненное погребение, боец несколько раз крикнул, чтобы балбесы наверху сбросили веревку, но так не дождался никакой реакции на свои крики. Начиная волноваться, Меджех сам забросил веревку с крюком и торопливо вскарабкался наверх. Выбравшись на поверхность, он вместо своей команды увидел лишь смятый снег, стреляные гильзы и следы новичков, ведущие непонятно куда. Кот не слышал выстрелов, значит, подземелье отсекал от поверхности шумопоглощающий полог. Анртопоморф даже зашипел от раздражения на самого себя, опытный игрок, а совершает одну ошибку за другой, не иначе эйфория от отсутствия инфернальной жути на осколке так на него подействовала, расслабился, вот и получи один сюрприз за другим. Не на шутку перепугавшись, кот торопливо направился по следам. В первом же выходе потерять всю команду, да за это Калиса его настрогает на мясной рулет. Сразу за оградой детской площадки Меджеху на глаза попался кошмарик, довольно безобидная тварь, питающаяся чужими страхами. Причинить ему вред обычным оружием невозможно, а чтобы отогнать, достаточно просто перестать бояться. Следы пропадали тут же. Плюнув в сторону кошмарика, дернувшегося было к нему, боец решительно пошел искать своих подопечных. Границу между мирами он почти не заметил, пару шагов сквозь вязкий барьер и Меджех оказался в незнакомом месте. На берегу озера Саймира с Карлом самозабвенно пинали Кейна, лежащего на земле.

– Ну и кто мне объяснит, зачем вас сюда понесло?

Глава 13

Серый сектор созвездия Гарудан. Система Элмикани. Механический мир.

Оперативный штаб миссии Ордена порядка.

Старший прецептор Ордена Порядка Магран довольным взглядом окинул помещение штаба, его подчиненным есть чем гордиться. Меньше трех стандартных суток назад орден, наконец, получил разрешение от Хранителей Горизонтов на размещение своих боевых отрядов, а уже проделана огромная работа: установлен оперативно-тактический комплекс управления войсками, зона появления игроков надежно перекрыта силовым полем, боевыми киборгами и дроидами, повсюду размещены датчики, развернута полноценная система контроля и наблюдения. И все это сделано за столь ничтожный срок. Когда надо, орден работал без сбоев и ошибок, и Прецептору нравилось осознавать себя частью хорошо отлаженного механизма.

Орден по праву мог гордиться своими достижениями в объединении индивидуумов, для которых были не важны: религия или форма тела, главное отличие стражей порядка — это разум, направленный на гармонию и развитие. В помещении штаба вместе работали: и робкая аллуни и неистовый в бою рассхар. Каждому находилось место для приложения его способностей: аллуни диагностировала систему наблюдения, а человек-ягуар работал с тактическим стимулятором, отрабатывая различные варианты боя на случай столкновения с игроками. В помещении штаба находились финины и маттачи, существа из разных техногенных миров и цивилизаций, прилетевшие сюда, чтобы остановить распространение энфиритовой пыли.

Обеспечение безопасности этого мира от нападений игроков было сложной технической задачей, но несмотря на финансовые потери орден вынужден был пойти на нее по требованию Хранителей Горизонтов. Огромные яркие кристаллы встречались только в этом мире. Именно они и приводили в движение все сущее вокруг: маховики, шестеренки, вращающиеся металлические пояса на внешней границе планеты, моря ртути и расплавленных металлов перетекающих внутри планетарного ядра. Из кристаллов получали Энфирит — синевато-зеленый, искрящийся порошок, которым механические существа торговали с игроками. Но то, что могло бы дать энергию для целого города, быть топливом для двигателей звездных кораблей, летящих хоть до другого края вселенной, хаоситы использовали лишь для одного: разрушений и убийств.

Второй взрыв энфиритовой бомбы, не оставил ордену выбора. Парящий город Аластрейя, созданный шесть тысяч лет назад на планете Као, исчезнувшим и забытым ныне народом, бесценное сокровище, украшавшее собой вселенную, сгорел в пламени первозданного огня. Он был территорией мира и переговоров, здесь прекращались войны и заключались договора, сюда приходили цивилизации и народы, чтобы услышать и понять друг друга. Тут находилась Академия Мира, там, пришедшие из разных уголков Вселенной, юные разумные становились служителями ордена порядка. И все это погибло в огне энфиритовой вспышки. Как игроки обошли повышенные меры защиты и установили заряд, кто это сделал, выяснить так и не удалось. Поэтому осталось одно: перекрыть источник поступления этой заразы.

Одна из маттачи, человекоподобная девушка с ярко голубой кожей и большими ушами-раковинами на безволосой голове прервала размышления Маграна: – Старший прецептор, только что получено сообщение от поста наблюдения: в точке появления зафиксирован выход игрока.

Огромный аспараи удовлетворенно блеснул клыками: — Рчами, выведи изображение на экран, я хочу увидеть его лицо, когда он поймет, как он попал и что его здесь ждет.

На тактическом экране возникло изображение игрока: обычный человекоподобный, две руки, две ноги, хвоста нет, размеры средние. Он стоял посреди зала, в окружении охранных дроидов, и явно не понимал, что происходит. Видно в предыдущем мире, откуда он прибыл, ему сильно досталось: одежда сильно потрепана и в беспорядке, а самого игрока ощутимо пошатывает. Охранный дроид вынужден был повторить вопрос, в первый раз игрок просто его проигнорировал.

– Назовите себя и цель вашего прибытия.

Но игрок только что-то тихонько пробормотал себе под нос, и не глядя по сторонам, подошел к ближайшей стене, снял с себя куртку и, бросив на пол, устроился на ней и заснул, больше не реагируя ни на что. Небольшой зверек, появившийся вместе с ним, улегся рядом и тоже собрался спать.

В оперативном штабе стояла гробовая тишина, редко когда рыцари порядка сталкивались с таким наплевательским к себе отношением, и все четырнадцать служителей ордена молча смотрели на старшего прецептора, ожидая его решения. Маграну, пришлось приказать себе собраться и только потом прервать тишину: – Что он сказал, отвечая на вопрос нашего дроида?

Нимса, универсальный переводчик-философ, культуролог, знавшая девяносто шесть языков, а также специально изучившая культуры и обычаи основных народов этого сектора, смутившись, неуверенно проговорила: – Если убрать ненормативную лексику, то смысл его слов сводится к тому, что ему надо спать, ни каких больше зелий бодрости, а то уже от них кошмары наяву начались.

Кивнув, что услышал, Старший прецептор думал, что предпринять: соглашение с механоидами запрещало орденцам применять силу первыми, хитрые железяки хотели до конца сохранить нейтралитет. И пока игрок не попытался применить оружие, использовать карты или сделать хоть что-то еще несущее рыцарям угрозу, он был неприкасаем.

—Ну что ж, мы подождем, когда ты проснешься....

* * *

Сон – это лекарство для разума, наконец-то, я выспался, отдохнул и мог нормально думать и реагировать, правда, болела спина, ноги затекли, но это все мелочь, я еще жив, и это главное, а с остальным быстро справиться регенерация. Предыдущая ночь далась мне слишком тяжело: стоять в паре шагов от демона, сумевшего продавить цепь духов и осознавать, что все, это конец пути. Осознание собственного бессилия, когда понимаешь тщету ЛЮБЫХ своих действий выморозило душу. А потом легкие шаги за спиной и ты видишь явление силы бога, решившего вмешаться, но почему он не сделал этого раньше, почему допустил смерть Тьяны и Сергея? Слишком много вопросов, ответа на которые я никогда не узнаю, как это уже бывало не раз.

Что ж теперь все это в прошлом, пора, наконец, открыть глаза и встать.

* * *

Оперативный штаб ордена порядка.

– Старший прецептор, объект игрок за прошедшее время так и не ответил не на один из заданных вопросов.

Магран стоял ссутулившись, выпуская и подбирая когти на руках. Аспараи не знал, что предпринять, он сильно недооценил игрока, появившегося здесь. Прецептор предполагал, что боевые дроиды и эффект неожиданности от появления рыцарей порядка, как минимум напугают хаосита, заставят или дать ответы на нужные вопросы или вызовут агрессию. Ордену необходимо было узнать, кто стоит за взрывами энфиритовых бомб, и возможной ниточкой, ведущей к нужному знанию, мог быть этот игрок. По информации Хранителя нижнего горизонта, он был одним из торговцев, ведущих дела с механоидами, с которым они расплачивались, в том числе, энфиритом. И он должен был знать, куда порошок отправляют дальше. Проклятое соглашение связывало орден по рукам и ногам, лидер рыцарей вынужден был наблюдать на экране, как исконный враг их ордена, убийца, сидел на полу и, не обращая внимания на окруживших его дроидов , боевых киборгов, плазменные турели и импульсные орудия, что-то ел, запивая это настоем из термоса. А все что глава миссии ордена порядка мог сделать: просто смотреть на это БЕЗОБРАЗИЕ, бессильный, что-либо предпринять. А в довершение всего, к аспараи подкатились пара механоидов, начавших издавать скрипучие звуки, которые универсальный переводчик определил как осмысленные слова.

– Твои машины препятствуют выполнению договора о встрече с торговцем.

От ярости вся шерсть у Маграна встала дыбом, едва сдерживая себя, старательно чеканя слова, он громко произнес: — Мы заключили договор, вы обещали прекратить все сделки с игроками, если мы предоставим вам защиту.

На миг механоиды замерли, а потом опять заскрипели.

— Мы соблюдаем договор, но он не может касаться уже заключенных и оплаченных соглашений.

Магнус стоял, покачиваясь на носках и крепко сцепив руки за спиной, иногда ему слишком тяжело давались переговоры.

– Ни одной частицы энфирита не покинет этот мир пока я здесь, мне все равно, какие соглашения вы там заключили, но я не допущу, чтобы трагедии Киокты и Аластрейи повторились.

Механойды несколько ударов сердца молчали, прежде чем продолжили разговор.

-- Соглашение не касается энфирита, Мы должны передать активаторы, которые удалось взломать. На них запрет не распространяется.

Прецептор посмотрел на Ниму, своего эксперта в межрасовых переговорах и та подала знак, что на это заявление они ничего не могут возразить.

– Хорошо, я не стану препятствовать. Можете завершить сделку, но новых соглашений заключать нельзя, помните об этом.

Стоило механоидам покинуть помещение штаба, как Магран устало упал в кресло.

– Я не понимаю этих созданий, неужели они не понимают, что каждая уступка хаосу, каждая сделка с его служителями, это еще одна ступень, ведущая к разрушению, и рано или поздно из-за этого где-то умрет дорогой для кого-то разумный. Разве они не понимают, что то, что внутри этих активаторов это не цветочная пыльца, это карты, которые игрок использует, чтобы убивать. Нельзя идти на сделки с хаосом.

Нима долго молчала, прежде чем заговорить.

– Не стоит осуждать созданий Великого Механика. Они такие, каковы есть и нам их не изменить. Я хотела бы предложить вам командир, иной план.

– Говори.

– Дайте мне возможность поговорить с игроком, я уверена, что смогу узнать у него, куда он передавал энфиритовую пыль.

От этих слов прецептор подскочил из кресла.

– Об этом не может быть и речи!

– Командир. Я написала научную работу по психотехникам, я участвовала в сотнях сложнейших переговоров, где одно не правильное слово могло стоить жизни. Я смогла убедить инсектоидов империи Рам приостановить движение своего роя в направлении заселенных планет. Я телепат, прошедший посвящение в часовне Девяти Сестер. Я отправилась в эту миссию для изучения игроков и возможности отследить воздействие эмбиента на них для своей новой научной работы по энтропии разума. Поэтому я прошу вас, дать мне возможность быть полезной.

Магран с сомнением покачал головой, а потом задал вопрос: – А если он почувствует, что ты залезла к нему в голову и попытается тебя убить?

– Командир, даже если он и попытается, тогда у нас окажутся развязаны руки, и мы сможем применить силу.

Прецептор обстоятельно поразмыслил над ее словами, но в любой ситуации орден оставался в выигрыше. А за жизнь Нимы опасаться, действительно, не стоит, охранные системы не допустят непоправимого.

–Хорошо, я даю разрешение. Иди.

* * *

–Назовите себя, цель вашего прибытия в этот мир.

Подлетевшая ко мне очередная механическая штуковина рявкнула так, что я чуть не подавился чаем, и с трудом удержался, чтобы не запустить в нее термосом. Опять началось. Призвав компас, я с тоской глянул на время, необходимое для его зарядки: осталось еще четыре долгих часа, и я покину это мир. А ведь так все хорошо начиналась: я, наконец, смог отдохнуть, знакомое безопасное место, где не должно было быть сюрпризов. А тут ...

Одно мое пробуждение чего стоит, такого и врагу не пожелаешь. Открываю глаза и вижу здоровенное жерло орудия, калибром с мою голову, и только потом я рассмотрел, что держит его боевой робот с символом рыцарей порядка на торсе. На этом фоне совсем терялись еще парочка роботов размером поменьше, а про летающих вокруг с десяток военных дроидов с мини ракетами, плазменными излучателями, лазерами, еще каким-то незнакомым оружием можно даже не упоминать, здравый смысл отказал напрочь. В голове билась только одна мысль: я еще не проснулся и мне снится кошмар, но смутное воспоминание, что что-то похожее я уже видел при появлении здесь, заставляло сомневаться. Все еще надеясь на чудо, я себя ущипнул, потом еще раз, было больно, и боевой киборг пропадать не собирался, наоборот, начал вещать:

– Этот мир находится под защитой ордена порядка, любая попытка применения силы или проявление агрессии и вы будете уничтожены. Назовите себя, цель вашего визита, клановую принадлежность......

Перечень вопросов был длинен, кто бы ни послал этого железного болвана с большой пушкой, он, похоже, рассчитывал, что я сразу брошусь отвечать. А я тем временем размышлял, как мне себя вести. Рыцари порядка никогда не страдали излишним гуманизмом, а тем более по отношению к нам, игрокам, за что мы платили им той же монетой. Но я все еще жив и даже не пленник, а это значит, что существуют причины, по которым они не могут причинить мне вред. Вывод напрашивался один: механоидов вынудили принять защиту ордена, но они, видимо, смогли оговорить условия о ненападении первыми на игроков. Что ж, эта мысль выглядит весьма логично, Хранители горизонтов не дураки, я бы тоже не хотел, чтобы из-за чужой войны разрушили мой дом. Значит, если не буду делать глупостей, то сумею выжить.

– Вы обязаны сообщить куда передавали энфиритовую пыль... Достал, урод механический, неужели твои кураторы не поняли, что я ни кому ничем не обязан и отвечать на вопросы не буду. Гораздо больше, чем вопросы металлического болвана, меня волновала судьба активаторов, которые я оставил для взлома. То, что торговлю рыцари порядка перекроют, это было понятно и младенцу, они старались ограничить нам доступ к оружию, технологиям и ресурсам, всегда и везде, справедливо опасаясь усиления игроков. В этом мире у меня подвисло четыре активатора, доставшихся в наследство от погибших игроков. Два первых я оставил еще путешествуя с Сульмаром, а остальные отнес совсем недавно, к сожалению, слишком мало с тех пор прошло времени, что бы механоиды успели их взломать. Я уже оплатил услуги железяк и весьма рассчитывал на карты, которые смогу получить в дальнейшем. Мои грустные размышления прервали: трое механоидов выкатились из-за силовой завесы, окружавшей точку появления. Подкатились ко мне и развернулись в двух стражей и Странное существо, покрытое золотистым металлом с хаотичными вкраплениями кристаллов энфирита, конечности его были не косами, как у стражей, а напоминали щупальца осьминога.

– Я голос Хранителя нижнего горизонта, и от его имени приветствую тебя, друг, в нашем мире.

Во время этой речи кристаллы энфирита вспыхивали время от времени, играя всполохами на окружающих нас поверхностях.

– Я тоже рад приветствовать тебя, хотя и не сильно доволен тем как произошла наша встреча. С каких пор рыцари гармонии решают, кому быть гостями вашего мира и с кем вам разрешено торговать? Если вы не рады Игрокам, то могли бы просто сообщить об этом, или хотя бы предупредить о том, что рыцари порядка появятся здесь.

– Мне жаль, разрушитель, что так все произошло. Но нам не оставили выбора, пять ваших дней назад на орбиту нашего мира вышли боевые корабли ордена порядка и выставили ультиматум: или мы принимаем их защиту и прекращаем торговлю с игроками, или они силой заставят нас делать это во имя порядка и гармонии во вселенной. Все что Хранители смогли, это уговорить старшего прецептора ордена дать обещание не атаковать первыми, если нет угрозы.

–Но почему, зачем все это, – я махнул в сторону солдат ордена порядка. Неужели из-за того сгоревшего цикл назад города?

– Не только из-за него, три ваших малых цикла назад был уничтожен еще один город, погибло много рыцарей порядка и других, важных для различных миров и цивилизаций, существ, вот они и стали действовать. Рыцари дали тридцать дней игрокам, после чего любой, появившийся здесь хаосит будет убит. Предупреди своих.

Разумные слова, я так и поступлю, нужно отправить письмо в клан, а там пусть сообщат Меджеху с командой и другим рейдовым партиям, если есть поблизости, чтобы не наделали глупостей. Заодно известят и Совет Старших, это прибавит нашему клану уважения в Двойной Спирали.

– А что по моим активаторам? – задал я самый интересный для себя вопрос.

– Хранитель успел поработать только над тремя, один из них сгорел, предыдущий хозяин установил на него блокиратор. Еще один жезл взломать просто не успели, ты согласен, если мы его просто вернем, а оплату зачтем за ускорение работ по взлому остальных активаторов?

И как я могу не согласиться? Сгоревший активатор, конечно, жаль, но это игра хаоса, мне повезло, что сгорел только один, про блокираторы взлома я слышал: кое-кто из игроков устанавливал их, чтобы карты не достались победителю, редкая штука, в лавке такую не купишь, и это был первый жезл с блокиратором который попался мне. Просто чудо, что железяки успели взломать два жезла, я уже мысленно распрощался со всеми активаторами. Весь в приятном предвкушении от возможности поработать с картами я уже собирался поудобнее устроиться на куртке, когда появилась ОНА ...

* * *

Нима О*Таи – специалист по переговорам с разумными ордена порядка не знала почти ничего об этом Игроке. Информации слишком мало, и она не конкретна, но придется работать с тем, что есть. Он человекоподобен. С одной стороны это хорошо, их виды незначительно отличаются: костяной гребень на голове, отсутствие волосяного покрова, более высокий лоб и синий цвет кожи вряд ли его удивят или испугают, а с другой, ей придется работать с минимальным набор универсальных инструментов. Во вселенной слишком много человекоподобных рас, таких похожих внешне, но таких разных по сути, поэтому невозможно только по внешнему виду однозначно определить расовые особенности именно этого индивидуума.

Нима, стоя возле зеркала, еще раз внимательно осмотрела себя. В процессе переговоров нет мелочей, важно все: твой образ, твой голос, как ты говоришь и как ты сидишь, твой запах и твои украшения, один неверный жест или не правильная интонация могут разрушить все, сорвать переговоры, разрушить хрупкий мост доверия между разумными. В зеркале отражалась статная финина, костяной гребень которой украшали несколько мнемо усилителей, специально оформленных как простые драгоценные камни. Высокий лоб покрывала вязь гипно татуировок, по желанию носителя они могли менять интенсивность свечения и рисунок, вводя оппонента в состояние транса. Удивительно соразмеренная фигура затянута в серый мундир рыцарей гармонии с единственным украшением на груди: малбарская небесная лилия, источает неуловимый для окружающих аромат, заставляя расслабиться, вызывая желание поговорить и снимая запреты с разума. Сейчас, глядя на свое отражение, Нима была довольна собой. Она готова к переговорам. Финина глубоко вздохнула, приводя мысли в порядок и направилась на точку появления, мысленно выстраивая будущий рисунок беседы.

Пользуясь непрозрачностью пелены с ее стороны, Нима дождалась, пока игрок закончит разговор с механоидами. Ей нужно было все его внимание, чтобы пока она дойдет до Игрока, успеть сделать простейший анализ. Реакция Игрока польстила финине, что ж, все будет еще проще, по ее приказу боевые роботы и дроиды покинули точку появления, и теперь они здесь были почти одни. Она шла к нему не спеша, стараясь поймать взгляд. Опытный дипломат и переговорщик анализировала сотни мельчайших деталей, делая на их основе выводы и строя предположения. Все было важно: как он стоит и как дышит, его одежда и взгляд. Мужчина не выглядел ни удивленным, ни испуганным, но в тоже время он был готов ко всему, и к бою и к разговору. Не смотря на не высокий ранг, он не выглядел неопытным новичком, его не испугали ни боевые дроиды с киборгами, ни появление рыцарей порядка в этом мире. Это что же надо было пережить и испытать, что бы так быстро просчитать ситуацию и потом спокойно есть и пить под наведенным на него оружием? Нима чувствовала азарт и интерес, именно в такие моменты она любила свою работу больше всего, и именно ради этих мгновений интеллектуальных схваток она и жила. Это будет не простой разговор, но она сможет достичь поставленной цели во имя порядка и гармонии во вселенной.

* * *

Первый шаг, первый жест: твое тело начинает разговор еще до того, как зазвучат слова. Тело это книга, в которой отражается все то, что прячет разум, и умеющий видеть легко прочитает все твои тайны, секреты, страхи и надежды. Все они читаются в дыхании и взгляде, в подрагивании ресниц и частоте пульса, надо только суметь увидеть и правильно прочитать, но вершиной искусства для посвященных в обители Девяти Сестер является умение разговаривать. Многие разумные неосознанно считывают язык тела, так пусть твоя плоть станет помощником разуму, пусть тело говорит только то, что ты готова сказать. Ее первые шаги, робкая улыбка, словно бы случайно вскинутая рука, коснувшаяся груди и вежливый поклон, все это должно успокоить его, убедить в том, что он – старший, он – мужчина и воин. Пусть расслабится и забудет на миг о боевых киборгах, стоящих за силовой завесой.

– Что, механические болваны закончились и вы, наконец, захотели пообщаться лицом к лицу?

Как и положено в танце, первый шаг сделал мужчина. Она внутренне улыбнулась, радуясь началу разговора, слова прозвучали, и крохотный мостик беседы перекинулся между ними. А теперь дело за ней. Глубоко вздохнув, она начала работать.

– Меня зовут Нима О*Таи, я штатный научный сотрудник миссии ордена Порядка в этом мире. Я занимаюсь проведением исследований по воздействию эмбинета на разум существ, ставших игроками.

Нет нужды лгать там, где можно обойтись полуправдой, просто сказав не все. Нима не знала: на что способен этот игрок, какие способности в нем скрыты, какими магическими артефактами он владеет, так пусть ни что не укажет ему на ложь или обман в ее словах.

* * *

Я сидел и недоверчиво смотрел на сидящую рядом со мной служительницу порядка, плохо верилось в реальность происходящего, на всякий случай я еще раз решил уточнить правильность того, что я услышал.

– Ты хочешь, что бы я ответил на твои вопросы и позволил поковыряться у себя в голове? Ты сошла с ума, если думаешь, что я пойду на это.

Женщина, присевшая рядом, укоризненно покачала головой: – Я просто хочу услышать ответы на мои вопросы и что бы ты прошел небольшой тест. Это все о чем я прошу.

– Ну хорошо, допустим, я поверил тебе. Тогда еще один вопрос, зачем мне это нужно, для чего мне помогать нашим врагам?

Нима не спеша ответила: – Я готова заплатить тебе за помощь.

– Интересно чем же? Оружие или защитное снаряжение тебе вряд ли позволят мне передать, а все остальное мне не интересно.

– Я заплачу двести универсумов.

Я удивленно смотрел на нее, не понимая о чем идет речь.

– Это универсальное средство платежа, созданное и применяемое между ведущими цивилизациями нашей вселенной, с помощью них ты можешь оплатить любой товар. Поверь, это очень хорошая цена за небольшой разговор.

Я от души расхохотался: – Зачем они мне, Нима? В Двойной Спирали это просто мусор, который ничего не стоит, там нет ваших магазинов и торговых центров, мне ничего на них не купить. А в цивилизованных мирах меня просто убьют твои же собратья по ордену, не дав даже покинуть точку появления.

Нима замолчала, видимо, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации, а мне в голову пришла отличная идея.

– Последнее мое путешествие было хлопотным, и часть моих припасов погибла. Ничего опасного мне не нужно, только то, что облегчит дорогу: спальный мешок, новый комбинезон, немного еды и котелок. Я думаю, мир не погибнет, если я получу эти вещи. Это первое, и второе: я хочу поговорить с тем, кто у вас принимает решения. У меня есть важное сообщение, которое я поклялся передать представителю техномиров.

Мгновения на раздумья и тихое: – Пиши список того, что тебе нужно. Я передам его вместе с твоей просьбой старшему прецептору ордена.

* * *

Магран, прочитав высланный Нимой список, удивленно рыкнул. Она там что, с ума сошла? Где он, спрашивается, возьмет котелок, в какой дыре еще готовят пищу на открытом огне, погружая ее в воду. А спальный мешок? Пошить разве что. Нет спальных мешков в снаряжении его рыцарей. Магран с сомнением посмотрел на подчиненных, находящихся в оперативном штабе, они смогли преодолеть парсеки пути, развернуть свои силы за несколько дней, возможно даже смогли бы остановить вторжение армии хаоса. Что ж, значит они смогут справиться и с этими вызовом, даже если ему придется самому пошить этот мешок. Приняв решение, он выслал подтверждение на коммуникатор Нимы и недобрым взглядом посмотрел на свой штаб: – А теперь нам всем придется поработать.

* * *

– Расскажи немного о себе, откуда ты, как стал игроком?

Такие простые вопросы и как же на них сложно ответить. Прошлое это не то, что я любил вспоминать. Для одних воспоминания это опора, фундамент, опираясь на который они растут вверх, а для меня это точка невозврата, то к чему я не хочу возвращаться никогда…

Что бы понять мою судьбу надо знать историю моей родины. В синем секторе есть небольшая планета, три спутника бегут по ее небу: Гори, Садан и Метин. Три брата не послушались матери и сбежали на небо к отцу, великому Табирану, несущему свет и тепло. Но сил у них не хватило, и с тех пор блуждают они по небу, не в силах ни подняться наверх к отцу, ни опуститься назад на землю. Наш мир мы называем Нея, на нашем языке это значит Мать. Нея дала жизнь всему: деревьям и траве, животным и птицам, все произошло от нее и все в нее возвращается, а себя мы называем тенейцы, дети Неи. Времена до вторжения анталов не застали даже глубокие старики, но говорят, это была хорошая жизнь, без войн, голода и страха. Небольшие племена обрабатывали землю, растили скот и поклонялись матери Нее. Анталы пришли в наш мир внезапно, как удар молнии сорвавшейся с небес. Изгои, проигравшие гражданскую войну в своем мире, спасаясь от уничтожения и мести победителей, они открыли межзвездный портал на Нею. Война была не долгой, с одной стороны: союз племен, примитивное медное и бронзовое оружие, да храбрость мужчин, готовых сражаться за свои семьи, а с другой: техномагическое оружие, знания тысячелетней цивилизации и опытные войны, сумевшие выжить в пекле страшной войны, и за ними тоже стояли семьи ,которым не было дороги назад.

Историю всегда пишут победители. В летописях Анталов говорится, что они принесли свет разума примитивному народу Неи. Что думают об этом тенейцы нигде не написано, потому что рабам вести свои летописи не положено. С тех пор прошло почти двести лет, общество Неи как грибницей пронизано взаимной ненавистью. Мой отец был анталом, а мать тенейкой, постельной игрушкой, подарком отца сыну, на его совершеннолетие.

Зачем я все это говорю, для чего, неужели кусок ткани и котелок стоит того чтобы об этом вспоминать, а может просто потому, что я слишком долго старался об этом не думать?

Первые мои воспоминания дороги и светлы: папа – ученый-исследователь, погруженный в свои мечты и мать добрая, искренняя и честная. Любовь, в своей жизни я часто слышал о ней, но видел не часто. Папа и мама любили друг друга как никто и никогда, что их связало, откуда взялась любовь у тех, кто должен ненавидеть, я не знаю, но они любили друг друга вопреки всему. Наперекор воле деда – главы дома, упрекам окружающих, насмешкам, злым взглядам и всему, что только можно вообразить. Они жили вместе, в небольшом домике, куда их сослали, надеясь, что отец одумаются. Но шли годы, отец по-прежнему любил маму, а она его. Исследования папы были слишком важны для анталов, и поэтому о нем предпочли забыть, позволив жить так, как он считает нужным. Хорошие это были годы: мама днем хозяйничала по дому, папа был в лаборатории, а ближе к вечеру мы с мамой начинали его ждать. Иногда мы выбирались гулять, и я помнил, как первый раз увидев детей, побежал к ним, чтобы поиграть, и как меня выкинули вон, избив за то, что я посмел приблизиться к юным господам. Это был первый жизненный урок. Я удивительно четко помню разговор с отцом, мне было семь лет, и я уже знал, что я не такой как другие дети. Отец объяснил мне, что мне никогда не стать своим и сказал, что если он даст мне образование как своему сыну, то никто не разрешит мне просто работать, поэтому он отсылает меня к слуге дома в заповедник, там я смогу стать егерем, и, возможно, родня отца оставит меня в покое.

Следующие годы были самыми спокойными, я изучал лес, зверей и охоту, родители часто приезжали меня навещать. Старый Арх отлично знал лес и охотно делился со мной знаниями. Пока был жив папа, нас не смели тронуть. Но однажды вместо родителей в сторожку явился дядя. В этот день мое детство кончилось, мне было всего пятнадцать лет. На похороны отца меня и маму даже не пустили. Родня отца, стыдясь его ублюдка, постаралась забыть о родстве: – Мальчишку на кухню, мать в служанки, – это все, что сказал дед, увидев нас. Мне пришлось терпеть не только презрение господ, это было еще терпимо. Самое страшное это злоба слуг, – они не могли простить мне отца-антала. . Так прошли несколько лет. Как я там выжил, знают лишь боги, думаю, меня спасали нечастые встречи с матерью.

А потом обо мне вспомнили, хотя лучше бы забыли навсегда. Из меня решили сделать зеркало для Славия, моего двоюродного брата по отцу. Зеркало – это магический ритуал, связывающий незримой связью двух людей: образ и зеркало. В зеркале отражается все то, что происходит с образом. Ранили образ – у зеркала возникли стигматы, любое заклятье, проклятье, яд или раны, все переходит на зеркало, сохраняя жизнь и здоровье образа. Такую связь установить непросто, тут необходимо кровное родство, вот в таких случаях и нужны ублюдки, вроде меня. Как радостно сообщил мне дед: – От твоей никчемной жизни будет хоть какая-то польза, умереть, защищая наследника дома, что может быть почетней. А потом начался мой персональный ад. Мне надели обруч повиновения, и я начал ходить на занятия, только обычные дети ходят в школу, чтобы узнавать новое, а я постигал там боль: чем выше болевой порог, чем дольше продержится зеркало, впитывая в себя чужую смерть, тем больше шанс спастись у его хозяина. Так что, бредя после очередных занятий в свою каморку, ненавидя все на свете и мечтая только об одном: как сдохнуть побыстрее, я и увидел портал, обещавший изменить мою судьбу. Я шагнул туда, не раздумывая, потому что хуже могло быть только в аду. И я не жалею ни о чем.

– А что было дальше? – голос Нимы, позволил мне вынырнуть из омута воспоминаний: – Много разного: я сумел выжить, дойти до храма Хаоса, сражался, выживал, убивал. Жизнь дала мне хороший урок – не верить ни кому, бить первым, не давая шанса ударить себя, у меня были хорошие учителя и за их уроки я расплатился сполна.

Я улыбнулся, вспоминая тот день. В Двойной Спирали купить можно многое, а возможно почти все. Открытый контракт с собирателем голов обошелся мне в трехлетний заработок, но я не жалел ни об одном потраченном дайне. Три имени я вписал, и три головы предъявил мне демон, выполняя договор: напыщенный дед уже не был ни строг, ни горд, дядюшка, подлый ублюдок выкинувший меня из дома, и двоюродный братик, видишь, я могу разговаривать с тобой, не стоя на коленях, а ты и возразить мне не можешь. Это был хороший день. Потом обычный путь игрока: собиратели, копатели, несколько раз повезло, и я смог стать наемником. Мир не был добр ко мне, а я одаривал его взаимностью. Войны идут всегда и повсюду, жуки, пауки, люди, механоиды, кровь красная, желтая или синяя. Какая в общем-то разница кого убивать. Сегодня мы убивали мятежников, бунтовавших против империи, а завтра поддерживали освободительную войну против тирании. Те циклы я помню плохо, какая-то кровавая муть без конца. И если бы не Эйрен, я бы, наверное, в ней захлебнулся, сошел с ума или погиб. Если кого-то в своей жизни я и любил так же сильно как маму, то это была она. Эйрен была моим спасательным кругом, вытянувшим из омута безумия кровавых кутежей и бесконечных войн. С ней я обрел себя, полюбил книги, понял, что жизнь может быть другой. Держа ее за руку, я знал с кем хочу провести вечность. Мы были как две половинки целого, легко угадывали мысли друг друга без слов.

* * *

Игрок говорил, не видя ее, почти погрузившись в транс, а Нима давно уже не вслушивалась в слова, ей доступны были его мысли. Рыцарь просматривала воспоминания, ей, опытному телепату, это было не сложно. Удачный рейд, крупная находка, которую нужно доставить в клан, погоня, схватка с игроками из враждебного клана, двое погибших, их боевая звезда отступает и командир принимает решение: задержать погоню. – Вы только продержитесь час, потом подойдет подмога, только час. Эти слова отразились такой болью от предательства, что заставили вздрогнуть даже стороннего наблюдателя. Их бросили на гибель, но игрок сумел выжить. Боль утраты до сих пор преследует его, не давая жить. Он сполна расплатился с предателем, бросившим их, терпеливо выжидая, он нанес удар. Только клан не простил ему мести, убийство своего сделало его изгоем на пять долгих циклов, таков был приговор Совета Старших. Тогда он и встретил Ул’Гана и нашел новый дом. Что ж, она узнала достаточно, позже она обдумает все еще раз, а сейчас, пока он почти не контролирует поток сознания, пришла пора задать главный вопрос: – Куда ты передавал энфиритовую пыль? Кто стоит за созданием бомб, как игроки могут проникать в миры, не связанные с игрой?

Слова еще звучали в воздухе, а ее внимание привлекла куртка, брошенная на пол. Рукав ее зашевелился, и оттуда вылез, позевывая, небольшой зверек. Плавно перетекая из одной позы в другую и потягиваясь, он приблизился к игроку и боднул его руку.

А Нима вдруг осознала, что больше не контролирует транс игрока. Все ее инструменты словно выключились разом: слова не имели силы, гипнотатуировки погасли, и даже лилия не источала аромат. Ее всласть над игроком истончалась, превращаясь в пустоту. ЕЕ силу, ее волю отняли, и она с ужасом смотрела на того, кто это сделал. Крохотный зверек, прибывший вместе с игроком, еще раз зевнул, показав белоснежные зубы.

– Так нельзя-у!!!! Не чессс-но-у!!

Слова странного зверька вырвали игрока из транса. Очнувшись, мужчина недоуменно покрутил головой, плохо понимая: где он, и что происходит, но постепенно смысл происходящего дошел до него. Он поднялся на ноги одним плавным движением, а в его руке, как по волшебству, появился короткий нож. В следующее мгновение игрок поморщился и убрал оружие, видимо вспомнив о боевых киборгах за завесой.

– Какая же ты тварь! – прошептал он с такой ненавистью, что заставил Ниму невольно отшатнутся: – И какой же я дурак, что поверил тебе. Правильно делают наши, убивая вас без разговоров. Как же я мог поверить, что все будет по честному. Рыцари порядка, защитники справедливости и жизни, это только слова, а по сути, как оказалось, вы обычные лжецы. Стоило довериться, и ты тут же воспользовалась этим.

Разочаровано сплюнув на пол, он направился к своим вещам, лежащим на полу, задержавшись лишь на мгновение, что бы потрепать по голове зверька: – Спасибо приятель, за то что помог.

А Нима сидела на полу и не верила, что все это происходит с ней не во сне, а наяву. Было горько осознавать что, несмотря на весь свой опыт, она не справилась. Наблюдая, за тем как игрок собирает свои вещи, она поняла: он в любую минуту может уйти, и с его уходом оборвется единственная ниточка, ведущая к тем, кто стоит за взрывами энфиритовых бомб. Весть о рыцарях Порядка уже ушла в Город Игроков, она видела, как он писал кому-то письмо, и другие игроки сюда уже просто так не придут. Перед ее глазами укором вспыхнуло видение нового взрыва.

– Постой! – взмолилась девушка.– Прости, что вынужденно манипулировала тобой, я знаю, что поступила подло, но на кону стоят миллионы жизней. Теперь я знаю тебя даже лучше чем ты сам, и понимаю, что попроси я по-хорошему, ты не отказал бы в помощи. И сейчас я прошу не для себя, а для тех, кто останется жив, благодаря тебе.

Видя, что игрок колеблется, она в отчаянии замерла. Эмпат не решалась что-то предпринять, опасаясь сделать еще хуже. Пока она пыталась понять, как вернуть его доверие, к игроку подбежал зверек и потерся о его ногу, привлекая внимание. Потом эти двое просто стояли и смотрели друг на друга. Так они и застыли: девушка, опасающаяся даже дышать, и мысленно общающиеся между собой игрок и зверь. Наконец разговор закончился, и мужчина, устало вздохнув, перевел взгляд на Ниму.

– Что ж, давай еще раз попытаемся поговорить. Как ни странно, но Кот попросил дать тебе шанс. Только больше ни какого вранья, обмана, манипулирования мной – это первое. Второе – наш разговор вообще не будет фиксироваться, вы сами выключите все устройства записи. Я не хочу, чтобы меня потом кто-то шантажировал тем, что я делюсь информацией об игроках с врагами. Ты поклянешься мне своей жизнью на этой Книге, что мои условия будут выполнены, и тогда я расскажу, о том, что тебя интересует. И даже больше: я скажу тебе, что я сам думаю по поводу этих взрывов. Призванная игроком книга повисла между ними, а игрок выжидательно посмотрел на финину.

Вопрос о выключении записи требовал согласования с прецептором, поэтому она опустила взгляд на коммуникатор. Устройство подмигнуло ей зеленым огоньком, что ж глава миссии согласен с озвученными условиями. Нима облегченно улыбнулась, не все еще потеряно, выключила коммуникатор и положила руку на книгу игрока: – Я Нима …

* * *

Я недоуменно покачал головой, – Да с чего вы взяли, что за этими взрывами стоят игроки? У нас , конечно, хватает психов, но у них, как правило, нет доступа к оружию класса А?

–Смотри,– девушка притронулась к своему браслету, и в воздухе над ее ладонью возникло изображение шкатулки.– Это мы нашли на месте эпицентра первого взрыва, ее оставили рядом с бомбой. Материал, из которого она сделана, инертен к воздействию высоких температур.

–Всевечный лед,– прошептал я, рассматривая голограмму. В бытность свою копателем мы занимались его поиском и добычей, нет в мире такого огня, который может его расплавить. Очень редкая вещь и стоит соответствующе.

Нима кивнула в ответ на мои слова: – Нам это уже удалось установить, а внутри было вот что, – и передо мной возникла пластинка, с изображением змеи, кусающей себя за хвост. Этот символ, прошедшей через века мне был знаком: мировой змей Уроборос, знак неотвратимой мести. Для нее нет ни времени, ни расстояний, кровная вражда, которую можно остановить лишь выполнив то, что требует начавший ее. И видимо что бы никто не сомневался в причастности игроков, в кольце змеиного тела был расположен знак двойной спирали.

–Теперь ты понимаешь, зачем мы здесь, и почему нам нужна твоя помощь.

Что бы собраться с мыслями потребовалось несколько ударов сердца. Не так уж много я знаю.

– То что я знаю, мало поможет вам. Свой энфирит я продавал в лавке зелий Районо. Кто в действительности является ее владельцем, куда он передавал товар, я не знаю. Но, насколько мне известно, кроме этого места энфирит активно скупали еще восемь торговых точек, причем три из них принадлежат враждующим между собой домам. Скажи, сколько нужно энфиритовой пыли для изготовления одной бомбы?

Прежде чем ответить, Ниме пришлось выполнить расчет: – Примерно восемь ваших больших мер.

Теперь пришла очередь считать мне: несложные вычисления и я удивленно присвистнул. Только на сырье для одной бомбы неведомый мне игрок или клан потратили почти двести тысяч дайнов, а с учетом того, что в бомбе использовались и другие материалы, цена может достигать и двухсот пятидесяти тысяч. Такое количество дайнов даже сложно вообразить. Ради неведомой мести кто-то потратил пол миллиона дайнов. Зачем? Никакая месть не стоит того, что бы потратить такое количество ресурсов. Эти траты могли себе позволить лишь очень могущественные дома или игроки. Но ни дом Летящих, ни дом Ящеров, да и другие сильнейшие объединения точно не стали бы так бездарно тратить эти заряды. Оружие такого класса всегда пригодится самому, и уж точно не для взрыва городов в мирах, которые не участвует в игре. Эмбиент за убийства в них получить нельзя, значит все эти взрывы бесполезны. Полководцы и Владыки игры Хаоса были кем угодно, но не дураками, глупцы на вершину не поднимаются, их убивают раньше. Что-то не складывалась у меня картинка, как будто ответ был рядом, но не доставало нескольких фрагментов мозаики, чтобы понять всю картину целиком.

Просто изумительно, но очаровательная девушка опять не договаривает. Я на миг задумался, а надо ли мне решать чужие проблемы, но Кот попросил выслушать ее, да и мне эта история не нравилась.

–Нима, ты точно мне все показала, должен быть еще третий знак, символ того, кто стоит за этими взрывами или условие для прекращения мести.

Рыцарь порядка заколебавшись, но потом уверенно произнесла: – Был третий знак.

–И так, чего хотят те, кто взрывает ваши города? Я ведь так понимаю, что цели для атаки выбраны не случайно и в первом городе, погибшем полтора года назад, было что-то относящееся к ордену?

Глубоко вдохнув, как перед прыжком в воду, стараясь не встречаться со мной глазами, она заговорила: – Эта история длится гораздо дольше, первое послание мы получили пять ваших лет назад. Тогда неизвестный выставил ультиматум: или мы выполним то, что он требует, или он начнет атаковать наши миссии в разных мирах. Поначалу мы не восприняли всерьез это послание, хоть оно и было написано на языке игроков. Нам поступают тысячи угроз, от различных сумасшедших из десятков миров. Но потом взорвалась бомба на Киокте. Там находился наш научно исследовательский центр. В огне взрыва погибло больше трех тысяч членов ордена. А в эпицентре мы нашли шкатулку с посланием.

–Чего они хотят? – грубо прервал рассказ я: – Какое требование вы должны выполнить?

–Знамя одного из домов игроков, утраченное во время битвы на Кейдане.

–Какого именно дома? – продолжал настаивать я, но эмпат лишь покачала головой.

– Этого я не вправе сказать.

–Глупо, но это ваше решение, –пожав плечами, я продолжил: – На вашем месте я отдал бы его. Всем известен ваш принцип: «не идти на уступки злу». Но поймите. Знамя дома – это дело принципа и чести, а так же это власть, богатство и могущество для того, кто его вернет. Возвращенное знамя – это возможность возродить дом, открыть его двери и получить доступ к клановой сокровищнице, хранилищам оружия, ко всему чем он владел. Вернувший знамя станет лидером дома, а это власть – голос в Совете Старших и возможность набрать новых игроков. Тот, кто ждал двести циклов и только потом начал действовать, наверняка все предусмотрел, и ваши вряд ли его остановят. Он будет взрывать бомбы, пока у него хватит ресурсов или пока он жив. Города будут снова сгорать и в этом будет и ваша вина, Заводная Шестеренка в игре почти двадцать лет, и все это время было потрачено на накопление запасов сырья. Единственный ваш шанс, что мастерская, где собирали бомбы, погибла на Форлейге, но я бы на это не рассчитывал, наверняка она была хорошо укрыта и защищена.

– Насколько я помню, в битве на Кейдане почти целиком погибли три дома: Змеи, Полуденные убийцы и Ищущие тишины. Почти наверняка вам нужен кто-то из выживших членов этих домов, сумевший подняться очень высоко. Но даже если вы узнаете его имя, это ничего не решит. Достать игрока в городе Двойной Спирали невозможно, гоняться за ним по мирам тоже бесполезное занятие. Даже если узнать заранее, где он будет и устроить засаду, ему достаточно продержаться пока компас зарядится или он просто использует карту спасения. Потом прыжок и он уже в другом секторе, в новом мире за тысячи звезд от предыдущего места появления. Прости, но это все что мне известно.

– Скажи, каким образом игроки смогли доставить энфиритовые бомбы в миры, не связанные с игрой. Этот вопрос требовал тщательного и взвешенного ответа. Способов перемещаться по мирам много, но не всегда они доступны. Мне потребовалось некоторое время, что бы сформулировать ответ, моя собеседница терпеливо ждала.

– Способов это сделать на самом деле не мало, я не знаю какой именно использует ваш враг, просто перечислю те что мне известны. Можно путешествовать Тайными тропами, если у тебя есть маяк: любой материальный предмет, связанный с миром, куда ты хочешь попасть. Если есть маяк, то Хозяин путей и перекрестков может провести тебя по изнанке миров. Втрое, можно построить межмировой портал, этот путь гораздо сложнее и затратней. К тому же место прокола можно отследить, но и этот способ исключать нельзя. Третий путь стар как мир: всегда можно нанять наемника не игрока, того кто мог прилететь в ваш мир, и тайно пронеся заряд, установить в любом месте. Насколько я понимаю, для оружия класса А особая точность в месторасположении не важна. И это только те варианты о которых я знаю. Я уверен, что существует масса других способов и возможностей. У игроков существует легенда о Картинах Пути, через них можно попасть в место которое на них нарисовано. Не знаю, правда это или вымысел, но легенды есть. А еще существуют боги и высшие демоны, у которых может быть свой интерес в происходящем. Так что я не могу сказать, как на ваши планеты попали эмфиритовые бомбы.

–На весах истины каждая песчинка имеет значение. Ты помог нам узнать сегодня больше, чем мы знали вчера. И за это мы тебе благодарны.

На этот оптимизм нельзя смотреть без улыбки: – Я надеюсь, что заслужил свой спальник и котелок?

– Да, разумеется, их сейчас принесут.

* * *

–Это еще что такое? – игрок ткнул пальцем в маслянисто черный куб, лежащий перед ним. Аллуни, отвечавшая за снабжение и поддержку, опасливо покосилась на старшего прецептора, но здраво рассудив, что в присутствии лидера миссии ей ничего не угрожает, решилась ответить на вопрос. – Мы не смогли найти запрошенный предмет. Поэтому при выполнении задания пришлось исходить из тех функций, что он должен выполнять. И она начала перечислять, нервно поводя ушами-раковинами: – Обеспечение комфортной температуры для помещенного в него тела, обеспечение сна или длительного отдыха, малый объем и отсутствие проблем с транспортировкой. Малый жилой модуль соответствует всем этим критериям, он входит в комплект поддержки первопроходцев и исследователей новых миров. Смотрите, – служительница чем-то притронулась к кубу и отошла на несколько шагов назад, а спустя миг тот распался на сотни черных матовых пластин, которые кружась в воздухе, начали составлять полусферу. Я ошарашенно пялился на происходящее, а рыцарь порядка продолжала рапортовать.

– Малый жилой комплекс полностью автономен, внешняя поверхность собирает энергию светила для его функционирования, обладает особой стойкостью к воздействию внешней среды. Пластины кеверита покрывающие поверхность купола почти не поддаются физическому воздействию и способны защитить от диких животных или иных опасных существ. – Полусфера была снова свернута в куб. – Возьмите пульт управления и подробную инструкцию.

Она передала мне кольцо-печатку и крохотный информационный кристалл.

– Даже спрашивать боюсь, что вы мне предложите в качестве котелка.

Рядом с кубом жилого модуля, на пол легла прямоугольная, похожая на керамическую, пластина.

– Пищевой синтезатор, марки Аклептан способен создавать любые продукты питания практически для всех известных разумных видов во вселенной. В процессе создания пищи может использовать практически любой биологический материал. Так же в него включены рецепты готовых блюд более семи ста известных цивилизаций.

– Понятно,– это все что я смог произнести вслух, в голове крутилась единственная мысль, что котелок мне придется покупать в Двойной Спирали.

– И последнее, – миниатюрная служительница положила передо мной серебристый металлизированный костюм. –У нас это используют техники при ремонте и обслуживании приборов в неблагоприятных погодных условиях, – и я устало и покорно выслушал перечисление возможностей этой штуки.

– Что ж оплата принята, и теперь я хотел бы поговорить с вашим лидером.

– Я слушаю тебя, игрок,– огромный аспари в полном боевом облачении рыцарей порядка, простоявший молча рядом все это время, посмотрел на меня.

–Тай, мысленно обратился я к своему симбиоту. – Включи сообщение с просьбой о спасении.

* * *

– Мы просим любого, обладающего разумом и состраданием, прийти нам на помощь. Ваши усилия не будут напрасны, мы можем щедро вознаградить спасителя. Голос лидера юмари прервался, на изображении было видно, как его тело сотрясается от кашля. С трудом сделав глоток из небольшого пузырька с лекарством, старый вождь продолжил: – Мы сохранили наследие предков и готовы в благодарность за спасение передать знания и научные достижения нашего народа, а также наши последние уникальные разработки, созданные в научных лабораториях этого мира. Я прошу, нет, я умоляю любого, кто услышит это послание прийти нам на помощь.

Изображение погасло. Нима, смотревшая эту запись уже в третий раз, на миг прикрыла глаза. Смотреть сообщение было невыносимо тяжело, медленное угасание и деградация, которые показывал лидер юмари, отзывались болью в душе. Нельзя было хладнокровно наблюдать как искалеченные дети и взрослые ведут каждодневную борьбу: за выживание, за глоток чистой воды или за возможность просто поесть. И самое страшное, это осознание, что они все равно проигрывают.

– И какие выводы, Нима? – голос прецептора вырвал ее из размышлений.

– Наши эксперты проверили все: и запись и симбиота, передавшего послание. Мы проанализировали часть знаний, переданных нам, как плату за спасение. Сам игрок дал клятву на книге в том, что это не ловушка или обман. Во всех случаях вердикт одинаков: это правда. Наши специалисты подтвердили, что симбиот создан высокоразвитой цивилизацией на основе неизвестных нам биотехнологий и выполняет функции усиления и развития разума. Это устройство или может существо, имеет также различные дополнительные функции с возможностью саморазвития и самообучения. Настолько сложные комплексы среди известных нам цивилизаций просто не существуют. Информация, переданная от юмари, проверена нашими учеными и признана достоверной. Слова игрока полностью подтверждены: как его клятвой на книге, которая не позволила бы произнести ложь, так и моим сканированием его разума. Игрок не находится под внешним контролем, в его разум не вложены команды скрытого управления. Я так же могу утверждать, что его воспоминания: о месте под названием Свалка, о встречах с этим народом, и о моменте принятия им миссии по передаче сообщения – подлинны. Мне больше нечего сказать.

Аспараи еще раз тяжело вздохнул: – Нима, ты же понимаешь всю нелепость происходящего: хаосит принес весть с просьбой о спасении целого вида, неизвестных нам высоко разумных существ. Из записи видно, что они очень слабы, и им фактически нечего противопоставить игрокам, но они до сих пор не истреблены. Почему? Как это можно объяснить?

– Командир, насколько я поняла, общаясь с ним, в Игре Хаоса подобных мест, которые они называют Осколки, несколько сотен, и это не считая огромных внутренних и центральных миров, где и находится основная масса игроков. Осколки мало интересны им. Их посещают лишь игроки низших рангов. При поверхностной разведке Свалки партии игроков попали под кислотный дождь и были атакованы крысами. Хаоситы просто не заметили там достаточно больших скоплений разумных. Несколько местных жителей, убитых ими случайно не стоили риска погибнуть от крыс или кислоты. Ничего высокоценного там не было обнаружено, и про это место просто забыли.

– А почему тогда твой игрок, узнав о них, никому не сообщил? – Магран, смотрел на Ниму, насупив брови. Прецептор рыцарей Порядка не любил неожиданных и не предсказуемых событий и разумных.

– Он их пожалел. Я понимаю, как глупо это звучит, но это действительно так. К тому же, он с ними выгодно торговал.

– Хорошо, –аспараи, наконец, принял решение: – Я передам эту информацию вместе со своими рекомендациями в центральную резиденцию ордена. Думаю, им надо будет отправить разведывательный корабль по координатам, указанным в сообщении. Если сообщение подтвердится и это все окажется правдой, то туда будут посланы транспортные корабли.

– А уже удалось установить, где это находится?

– Синий сектор, звездное скопление Каладар. Наши ученые считали, что тот сектор мало обитаем, но как теперь выяснилось, это не совсем так.

– Жаль, что с энфиритом мы так и не смогли ничего прояснить, – Нима печально вздохнула, при втором взрыве бомбы в эпицентре нашли новую шкатулку, на этот раз – с песочными часами. Искристые песчинки неудержимо падали вниз, отмеряя время. Было очевидно, что произойдет, когда упадет последняя из них. Астральная копия этих часов стояла сейчас на столе у прецептора, и именно от нее не могла оторвать взгляд эмпат. «Где произойдет новый взрыв, какой мир попадет под новый удар?» – финина поймала себя на мысли, что обдумывает текст письма младшей сестре, предлагая той взять учебный отпуск и отправиться погостить домой. Смутившись собственной слабости, девушка внутренне одернула саму себя: нельзя идти на поводу у неведомого врага. Он уже и так почти победил, поселив в их сердцах страх. …

От нерадостных мыслей ее отвлек вопрос старшего прецептора: – удалось что-нибудь узнать про зверька, который тебе помешал ?

– Да командир, но, к сожалению, совсем мало. Центральный искин почти два часа собирал информацию по запросу и все равно почти ничего не нашел. Их называют эйтэри, на языке без начала это обозначает спутник. Я покажу, что удалось найти. В воздухе возникло изображение высокой женщины с развевающимися за спиной волосами, воздетые вверх руки и всю ее фигуру охватывало золотистое сияние. – Настенная фреска в храме Вознесения, планета Аташпур, здесь изображена Прядильщица судеб в момент перехода из человека в бога. Смотрите, возле ее ног, – Нима указала рукой на изображение зверька, смутно похожего на того, что был рядом с игроком. – А здесь изображение четче и крупнее, – на том же месте возник портрет хорошо сложенного, представительного мужчины в роскошном наряде. Он располагался в кресле, а рядом с ним на подлокотнике сидел эйтэри. Довольно крупный, лощеный, с переливающимся серебристым мехом: – Парадный портрет Горацио Фаламени, архимага, основателя и ректора Академии высшей мудрости, а рядом с ним его неизменный друг и спутник на протяжении четырех веков.

Магран с интересом осмотрел изображение зверька: – И все же, кто это такие, и что они могут?

– Это не ясно, командир. О них почти ничего не известно, они редко общаются с кем-то еще, кроме своих хозяев или друзей. Я обработала то немногое, что нашел искин. Например: их можно получить в дар от существ высшего порядка, известных как боги, или они могут прийти сами, как случилось с Горацио Фаламени. По какому принципу и зачем они выбирают разумных, чьими спутниками станут, не ясно. О месте, откуда они родом, неизвестно вообще ничего, но удалось установить, что все известные эйтэри обладали различными уникальными способностями. Этими способностями они активно пользовались, помогая тому, с кем связали свою судьбу. Это очень верные существа, не способные на предательство и обман. Эйтэри этого игрока еще совсем юн, они вместе совсем недавно, но даже это говорит о многом, командир. Все источники сходятся в одном: присутствие эйтэри не мыслимо рядом с тем, кто отмечен злом или идет по дороге, ведущей во тьму.

Магран, задумчиво произнес: – Будем надеяться, что ты не ошиблась Нима. Что сейчас делает игрок?

– Мне показалось, что проходя наши проверки, он нервничал, потому что торопился, а не потому, что сомневался в результате тестов. А теперь он хочет покинуть этот мир.

– Что ж, он волен идти куда пожелает. Знаешь, если сообщение о юмари подтвердится, то его действия достойны награды, как минимум медали Номинус Корпес, которую вручают за помощь в спасении разумных.

Нима даже улыбнулась шутке командира, представив вручение рыцарями порядка подобной награды хаоситу.

* * *

Утомительные проверки, наконец, подошли к концу. Дотошные рыцари, проверяя сообщение, что транслировала Тайвари, измучили меня до озверения. Я уже с трудом сдерживал себя, чтобы не врезать кому-нибудь чем-то тяжелым. Но все-таки наступил своим желаниям на горло и сдержался. Я терпел их назойливость потому, что слишком важно было убедить их в истинности озвученной просьбы. Это было важно не ради награды, симбиота я уже получил, а показав сообщение, формально выполнил контракт: весть была передана и услышана. Но я хотел, чтобы ее не только услышали, но в нее и поверили. Я слишком хорошо помнил несчастных малышей с телами изувеченными химией и радиацией, умоляющие глаза старого вождя, до последнего пытавшегося спасти свой народ. Вот это желание и было важнее моего дискомфорта, ничего продержусь, потерплю, не в первый раз. И наконец, я свободен и готов идти дальше. «Шаддат, плетельщица судеб в твоих руках печали и надежды, горести и ожидания, пусть весть, что я передал сегодня, не пропадет впустую, пусть мои слова будут услышаны и несчастные юмари обретут иную судьбу, кроме отчаяния и смерти».

У меня оставалось последнее, незавершенное дело: карты из взломанных активаторов. Как бы я не торопился и как бы ни хотел продолжить путь, осторожность требовала задержаться. Мне пришлось слишком много воевать, и колода почти пуста. Полученные активаторы весьма кстати, картами из них я смогу пополнить свою оскудевшую колоду, хотя новых боев в Черных Песках я не жду, но и все мои предыдущие приключения тоже никак не ожидались. Живых свидетелей нашего договора нет, кроме секхеев, а они больше меня заинтересованы вернуть асхабан, и создать мне проблемы вроде бы не кому. Но на всякий случай десяток боевых карт мне сейчас не помешает, в дополнении к тем, что остались.

Ну что ж посмотрим, чем нас порадует Слепец. Оба взломанных активатора были найдены на Муравейнике. Сначала я решил просмотреть карты игрока-кота. Ну и что тут у нас. Карты были, ожидаемо, не слишком сильными. Сфера тишины на двадцать применений, приглушающая звуки, которые издает игрок. Сумрак, еще одно заклятье из серии скрыта, создающее черное марево, непроглядное для глаз на полсотни шагов вокруг. Несколько боевых заклятий: молния, шок, сон, неплохие карты, но все с кратным применением, причем уже сильно растраченные. Единственной, по настоящему ценной находкой оказались только две карты: Ловушка и Капкан. Обе были серебряными. Да не просто, предыдущий хозяин в свое время немало потратил на их улучшение, что в прочем весьма понятно, они идеально подходили для его тактики: охоты и нападения из засады. Карта Ловушка использовала оглушение, стоило жертве войти в зону срабатывания, как она получала ментальный удар. Дезориентированная и оглушенная цель не могла оказать существенного сопротивления своему убийце. Вторая карта была еще опаснее: Капкан не только фиксировал жертву на месте, но мог убить или сильно ранить. Стоило кому-то попасть в контролируемую область, как стальные зубья сжимались. Они могли перерубить тело пополам, или изувечить конечности, смотря, как повезет. Капкан имел улучшения Острота и Кровотечение, а Ловушка – расширение зоны оглушения. Хорошие находки, я по-настоящему рад. Прибывая в приподнятом настроении, я взял следующий активатор. Ну что ж, посмотрим, чем порадует его владелец – ящер. Хотя предыдущие две карты уже оправдали все мои усилия, затраченные на то, что бы уговорить муравьев выпустить меня за пределы точки появления, надежда на удачу не оставляла меня.

Увиденное, заставило меня присесть и залезть в сумку за неприкосновенным запасом, и только сделав пару глотков вина, я снова смог свободно дышать. Так теперь еще раз, может быть, мне померещилось. Нет, все верно, зрение меня не подвело: ДВЕ ЗОЛОТЫЕ карты. КОТ подлез под руку и тоже сунул любопытный нос в книгу, парящую передо мной.

– Мохнатый, ты хоть понимаешь, что это? – от радости хотелось кричать и прыгать. Размеренно дыша, что бы успокоиться, я более внимательно посмотрел, чем же меня наградила судьба. Первая карта – Лучи обжигающего света. На карте был нарисован игрок, направивший жезл в сторону врагов, похожих на ожившие тени, а ослепительно яркие лучи, вырывающиеся из жезла испепеляли этих существ. Тени корчились, словно лучи причиняли им нешуточную боль. Внимательно вчитываюсь в свойства карты: «Наносит повышенный урон созданиям тьмы, не применима против созданий света». У карты два усиления: Ослепление и Горение, оба против материальных существ. Если я правильно понял, Лучи света неэффективны против некоторых тварей, поэтому предыдущий ее владелец и вложил эти усиления. Мощная карта идеально ложащаяся в мою боевую колоду. Теперь вторая. Карта Рой взрывающихся метеоров. На ней нарисованы летящие с неба куски камней, при столкновении с поверхностью они взрываются, разнося на куски камни, деревья и круша все вокруг осколками. Миг и на месте рощи дымятся воронки и стоят искалеченные деревья. Понятно, с помощью чего ящер тогда покорежил муравейник так сильно, что муравьи решили его бросить. Пожалуй, по силе и возможностям она не уступит и Дыханию прародителя драконов. Усилитель, вложенный в Рой, добавлял карте поражающего эффекта – Взрыв заставлял метеоры после удара разлетаться на куски сотнями каменных осколков и наносить дополнительные повреждения цели. С новыми картами бояться предстоящего турнира мне уже не стоит. У игрока, схожего со мной ранга, просто нечего противопоставить подобной мощи. Немного успокоившись и сделав еще один глоток, я продолжил просмотр редких карт. Мощь великана – десятикратно увеличивала силу того на кого применена, Боевая ярость – повышала скорость и реакцию, Доспех Чешуя дракона – помимо неплохой физической защиты давал хорошее сопротивление к огню. Пожалуй, он будет эффективнее моего Темного доспеха. Последней серебряной картой, была карта призыва Песчаного охотника – здоровенный, ездовой скорпион, с прочным панцирем и свойством Маскировки. «Если охотник затаился в песке, его панцирь постепенно меняет цвет и скрывает своего хозяина, делая того почти не различимым на фоне окружающих песчаных барханов» – так написано в описании. Когда вернусь в Двойную Спираль куплю сотню рабов и отпущу их на волю в свободных мирах, разделив с ними удачу. Слепец сегодня со мной слишком щедр, и я даже боюсь подумать, что он потребует от меня, что бы уравновесить другую чашу весов. Оставшиеся карты я уже просмотрел вскользь: несколько с призывами существ, пара боевых заклинаний. После найденного, они уже не впечатляли. Да, полезны , нужны и обязательно пригодятся, но и только. Мне пора.

Компас. Прыжок Черные пески.

* * *

Сияние переноса уже померкло, а Нима еще долго смотрела на то место, где оно было, бережно перебирая в памяти калейдоскоп недавних событий. Как велика и сложна вселенная, какое многообразие существ и видов в ней, и как сложен и многогранен путь, который порой судьба начертает смертному. «Ступай с миром игрок, пусть твои боги будут милостивы к тебе, а душа, наконец, придет в равновесие, позволив тебе жить дальше».

Глава 14

Черные пески

Как только переход завершился, в лицо ударил запах гари. Я приготовил активатор и огляделся по сторонам, пытаясь понять, что происходит. Черные пески и раньше были отвратительным местом: гибнущий мир, пожираемый богом-паразитом, не вызывал желания увидеть его еще раз, но сейчас стало еще хуже. Знакомый осколок напоминал поле недавней битвы: пустыня вся была обезображена воронками взрывов, спекшийся от заклятий песок, стеклянными шрамами разбегался в разные стороны. Вместо знакомых обломков скал теперь виднелась лужа все еще кипевшей кислоты. В десятке шагов от точки прибытия валялся обглоданный костяк какого-то огромного существа.

Что-то мне не нравится то, что здесь происходит. Вот и опробую новую карту. Чешуя дракона, Мерцающий щит. Дополнительная защита лишней не будет. Я медленно и осторожно смещался от точки прибытия. Надо найти укрытие, оставаться на виду просто глупо. Правая нога неожиданно поехала в сторону, посмотрев вниз, я увидел кусок покореженного металла, в котором с трудом угадывался смятый и наполовину разорванный наплечник техномагического голема. Да что здесь происходит, откуда здесь это все? Нет, откуда понятно, не зря же мне Саймира говорила, что пропали несколько партий игроков. Но с кем они воевали?

— Господин, господин! Отчаянные крики сразу привлекли внимание. Из-за ближайшего бархана выскочила пара секхеев на ездовых ящерах. Знакомые оранжевые накидки развевались за спиной. Замечательно, что бы здесь не случилась, моя сделка остается в силе. Я собрался направиться навстречу всадникам, когда расслышал: —Берегись! Секхей, скакавший первым, указывал куда-то мне за спину, где пару секунд назад точно ничего не было.

Полный мрачных предчувствий, я резко обернулся и увидел черное маслянистое пятно, словно кто-то пролил машинное масло на песок. Сейчас эта дрянь пульсировала и словно бы стекалась в центр. Маленькие черные лужицы стремительно собирались вместе, формируя пузырь. Чтобы это ни было, но это мне явно не друг. Стрелы Магического взрыва ударили в центр пузыря, чтобы исчезнуть, не оставив и следа. Единственной результат моей атаки: внутри странной субстанции промелькнуло несколько вспышек и ВСЕ. Во имя Хаоса это что за хрень такая? Гибельное пламя, мазнуло по пузырю тоже и почти ничего не сумело сделать. Зеленые сгустки огня, прилипавшие почти к любой поверхности и с жадностью пожиравшие даже твердые металлы, бессильно стекали по матовому черному боку, лишь кое-где заставив посереть черноту.

Странное существо, тем временем, закончив собираться, стремительно покатилось ко мне, на глазах набирая скорость. Не желая знакомиться с ним поближе, я рванул прочь, в сторону секхеев. На ходу заменил карту Туманного льва на Песчаного охотника. Сейчас свойства именно скорпиона мне просто необходимы. Я призвал свою недавнюю находку и как на крыльях взлетел в седло, цепляясь за шипы, украшавшие панцирь. Бросив взгляд через плечо, понял, что меня и странное существо разделяют не больше пары десятков шагов. Безумие хаоса, как же эта тварь быстра!

– Вперед! — лапы скорпиона стремительно замелькали, увеличивая отрыв между нами. Несколько минут стремительно бега, и мой скакун вынес меня на встречу секхеям .

– Господин, ты принес асхабан?

– Да, он у меня с собой. Что это за тварь, и как ее уничтожить? – я еще не успел договорить, как пузырь неожиданно словно стал плотнее, теперь он воспринимался как черный шар, достаточно быстро приближающийся к нам по песку. Луч Распада только на удар сердца задержал ЭТО и погас, оставив небольшую царапину на поверхности. Заклятья его не берут, придется пробовать оружие с физическим уроном. Пока я думал, какую карту заменить в активаторе, один из секхеев выхватил небольшую сферу, переливавшуюся разноцветными огнями и бросил в нападавшего. С коротким хлопком сфера разбилась, а шар прокатился по инерции еще какое-то расстояние и замер в пяти шагах от нас. Хищную черноту почти полностью скрыла радужная пелена.

— У нас мало времени, господин, это лишь ненадолго задержит его. Умоляю, отдайте мне скорее асхабан.

Выполненная сделка, это хорошо, но потом я один буду скакать по песку от этого их шара? Не обращая внимания на просьбу, я спросил то, что меня волновало.

– Откуда это здесь взялось? Что это такое и как его убить.

Секхей, опасливо косясь на шар, торопливо заговорил.

– Господин, это появилось здесь сразу после того как вы унесли асхабан. Это Алрути – его еще называют Яростью владыки, подобные ему опустошали целые города во время войн Богини со слугами Пожирателя. Эти порождения тьмы практически неуязвимы ко всему. Самое мощное наше оружие оказалась перед ними бессильно. Лишь высшая магия, да сила Радужной Госпожи могут их уничтожить. Видимо Вечно Голодный оставил его здесь, что бы лишить наш мир даже шанса на спасение. Этот слуга Пожирателя нападает на всех, подобных тебе. Нам всем еще повезло, что день назад здесь появился десяток игроков. Это были сильные войны, они смогли дать настоящий бой Алрути, и мы даже начали надеяться, что они победят. Увы, даже их сил не хватило, чтобы полностью его уничтожить. Существа, что они призвали, их магия и сила оказались бессильны перед силой бога. Потеряв нескольких игроков, они отступили, покинув наш мир. Ты пришел почти следом за ними. Алрути еще не успел до конца оправиться от предыдущей схватки. Умоляю, господин, отдайте мне асхабан, каждая секунда бесценна. Радужных сфер у нас почти не осталось, и мы не сможем долго сдерживать тварь Пожирателя.

Пламя Хаоса, поганые шутки Слепца: за удачу всегда следует расплата, но не так же быстро... По радужной пленке зазмеились трещины, сила богини, сковывающая тварь не бесконечна, надо удирать, выигрывая время.

— Где обещанная плата за асхабан?

— Господин, сначала камень. Ваша награда ждет вас там, – он указал на кусок скалы, торчавший из песка, как гнилой зуб: -- все сложено под ней.

За спиной нарастал странный звук, похожий на визг. Алрути, начал стремительно вращаться на месте, радужная пленка, мерцала и истончалась на глазах.

– Держи свой проклятый камень, – выдернув из сумки кристалл, я запустил им в собеседника. Я не страдал легкомыслием и излишним доверием, просто чувствовал – старик мне не врет. Осталось только как-то продержаться, пока компас зарядится и придумать, как я могу собрать все, мне причитающееся. К тому же я понадеялся, что проклятая тварь на время отстанет от меня, и начнет гоняться за секхеями, увеличив мои шансы на то, что я смогу убраться отсюда без потерь. Теперь надо отъехать от сюда подальше. За спиной с громким звоном, похожим на разбившийся хрусталь, пропала пелена, удерживавшая Тварь.

* * *

Алрути на мгновение замер, выбирая жертву. Но воля Создателя требовала в первую очередь убивать пришедших из вне. Жителям этого мира не скрыться от него, сначала он убьет того, кто представляет большую угрозу: тот может вновь унести Погибель туда, где ее будет уже не найти. А потом он догонит тех, кто был с игроком и уничтожит всех. Враги будут поглощены и насытят голод Создателя. И тогда воля Господина будет исполнена. Приняв решение, ожившая пустота бросилась вдогонку за игроком.

* * *

Не каждый разумный может прожить целую жизнь, готовясь встретить один единственный день. А для жреца-кузнеца Подземного пламени Сукхаттар Гу дул Ласхаратти этот день наконец настал. Сегодня, либо исполнится пророчество, и будет создан новый меч, или его народ, а за ним и все сущее, канет в бездну небытия. Пожиратель добьется своего. Погаснет вечное пламя, зажженное Подземным владыкой в тот миг, когда он отливал этот мир из бесформенной пустоты. Уйдет жизнь, которую вдохнула Радужная госпожа, создав из облаков все живое вокруг. Сукхаттара знал: пришла пора людям потрудиться и помочь богам, что бы этого не случилось.

– Едут! – один из помощников, наблюдавший в подзорную трубу, радостно крикнул; – у них зеленый флаг, они получили асхабан.

– Разжигайте огонь! – крикнул жрец помощникам, не теряя напрасно ни удара сердца, пока пламя разгорится, помощники как раз доставят кристалл. Тварь Вечно Голодного отвлеклась на игрока, и пока она занята, у них есть такое необходимое сейчас время. Темное божество не могло и предположить, что смертные не понесут возвращенный кристалл в плавильню, они перенесли плавильню сюда. Величавые шаураги ни один раз прошли путь до кристаллических гор и обратно. Тяжелый путь туда, где укрывалась последняя из плавилен. Перенося все необходимое песчаные странники не жалели ни себя ни шаурагов. Особую ценность представляли меха и формы, те самые, первозданные, еще помнящие обжигающие прикосновения рук Хозяина пламени. Сукхаттар учел все уроки прошлого, он слишком долго шел к этому дню, пожертвовав всем, что имел или мог бы иметь. Он, последний из старших жрецов, оставшийся в живых. Долгие годы преследований, гибель соратников, предательства, обман, вечное бегство. Его любимая, ожидающая такого долгожданного сына, стала платой за возможность спастись. Все ради того, чтобы дожить до этого дня.

Установленные на песке огромные меха раздували пламя под плавильной формой. Жрец зорко следил за цветом пламени, различая малейшие оттенки.

– Пора, – в расплав полетела смесь порошков, взятая из небольшой шкатулки: чешуя великих червей, прорывших своих ходы к центру мира и купающихся в лавовых озерах, беритовая пыль, из растолченных в порошок кристаллов напоенных сиянием звезд. Все это послужит основой великому мечу. Чешуя придаст крепость, а кристаллы увеличат силу Богини, доступную мечу. Огонь полыхает, но надо больше жара и в горн падают сердца огненных пауков, окрашивая пламя в белые цвета.

* * *

Соткавшиеся из воздуха черные капли полетели мне на встречу, и я, уходя от атаки, дернул скорпиона в сторону, свободной рукой прикрывая голову. От части черных капель мне удалось увернуться, часть ударила в Мерцающий шит, заставив его исчезнуть, но пол десятка все-таки прорвались ко мне. Зашипев, они скатились по доспеху, Чешуя Дракона выдержала атаку, но несколько чешуек отвалились.

– Сорок семь, – прошептал я. Сорок семь ударов сердца и эта тварь повторяет магическую атаку. Плохо, как же все плохо. Я знал, что Слепец всегда требует плату за свои дары, и теперь он потребовал ее с лихвой, да так, что я вряд ли сумею расплатиться. Алрути все еще преследовал меня, на мое счастье песчаный охотник двигался хоть не намного, но быстрее этой твари. Но все равно, все происходящее сейчас напоминало мне дурной сон, какой-то затянувшийся кошмар, из которого хочется вырваться поскорее. Алрути был практически неуязвим ко всему, что я пытался применить. Молния заставила его на миг замереть, покрывшись цепочками искр и разрядов. Капканы вообще не произвели почти никакого эффекта, Оглушения он не заметил, а Разрубание рассекло его на части, но спустя короткий миг, он как жидкость стекся обратно, Взрывы, Магические стрелы, Ледяные гранаты, все, что у меня было с собой, ничего не помогало. Эта дрянь поглощала любую энергию, направленную на нее.

Сорок пять, сорок шесть, сорок семь. Я резко дернул скорпиона в сторону, меняя направление движения. На место, где мы были, сверху обрушились матово-черные шипы. Успел! Преследователь отставал на какие-то жалкие десять шагов. Пару атак назад было около двенадцати. Тварь или ускорилась или мой скорпион от полученных ран начал сдавать. И времени у меня остается все меньше.

Я лихорадочно искал способ спасения. Вспоминал все, что я слышал или читал о борьбе с подобными созданиями. Некстати вспомнилась давно прочитанная книга, обрывки которой я нашел в Библиотеке. Там как раз и была описана подобная тварь. Несколько игроков на руинах погибшей планеты разыскивали оружие, оставшееся от ее предыдущих хозяев. Им повезло найти не разрушенное хранилище оружия, где среди гор вооружений для боевых киборгов и прочего добра, они нашли маленькую шкатулку с надписью: «абсолютное оружие». Из шкатулочки, которую эти идиоты решили открыть, и вылезло что-то похожее на Алрутти. К сожалению, последние страницы были выдраны, и я так и не узнал, чем там все закончилось, но скорее всего ни чем хорошим.

Сорок семь. В сторону! Воздух за спиной загудел, руку с бедром резанула острая боль, мимо мелькнули короткие вспышки лучей, пронзивших воздух.. Прикусив губу от боли, и чуть не выпав из седла, я достал из кармашка пояса зелье лечения и сделал глоток. «Последнее, шестое, в следующий раз придется пользоваться книгой», – подумал я, бросив пустой пузырек на песок. И все-таки, не смотря на происходящее, надежда у меня была. Секхеи, после того, как я отдал им асхабан, не скрылись за горизонтом, унося священный камень, а остались относительно недалеко. Я видел вдалеке присевших на землю шаурагов, кучку секхеев, похожих на маленьких муравьев, чем-то активно занятых. Пока я тяну тут время и очень надеюсь, что они не просто распивают чай и обсуждают новости, а делают что-то, что может мне помочь, например, открывают врата для своей богини.

Над местом, где мельтешила группа секхеев, ударил вверх столб света, заставив вздрогнуть землю, а лиловые небеса передернула рябь. А потом разнесся РЕВ бога. Оглушающая мощь, ярость, гнев, безумие. Я не знаю, как можно описать то, что я услышал, и то, что ощутил эмпатически. Впервые я пожалел, что стал развивать этот дар. Сейчас сила Пожирателя подавляла, хотелось броситься ниц, спрятаться и забиться в песок. Надеюсь, никогда больше не услышу ничего подобного. Пока я растеряно тряс головой, пытаясь прийти в себя, шар снова ударил. Проклятое сорок семь! Я кубарем покатился на песок, а мой скорпион задергался на острых шипах, пронзивших его.

Я не успевал прийти в себя и вскочить на ноги, смог только выставить активатор в сторону преследователя. Похоже пришло время пустить в дело приберегаемые мощные карты. Мой последний резерв и шанс на спасение. Если эту тварь и они не проймут, то мне уже вряд ли что-то поможет. Но Алрути вместо того чтобы меня добить, замер на месте, а потом ускоряясь помчался к стоянке секхеев. Я не знал, что произошло, но можно догадаться, что Пожиратель вдруг отдал своей твари другой приказ, и теперь ее больше заботят те, кто пытаются отпихнуть ее господина от кормушки, чем такой скромный я.

Пробитая шипом нога почти не слушалась, что ж пока у меня появилось время, надо позаботиться о себе. Я достал пузырьки из сумки, один выпил, а оставшиеся поместил в кармашки пояса, взамен уже потраченных. Потом зелье бодрости, противная горькая жидкость прокатилась по горлу, смывая напряжение и усталость. Ну что, еще повоюем. Теперь нужно решить, что делать дальше. Конечно, можно попытаться отсидеться в сторонке, но боюсь, что когда эта тварь прикончит секхеев, она вновь займется мной, а компас пока не зарядился, к тому же я еще не забрал свою плату. Вместе у меня есть шанс выжить, а если им удалось, то что они затеяли, то возможно даже и победить. В любом случае нужно быть рядом, чтобы знать, как развиваются события, и если появится удачный момент, то – вмешаться в происходящее. Туманный лев возник рядом со мной, но увидев, как я подволакиваю ногу, прилег на песок, позволяя на него взобраться. И мы помчались вперед, туда, где виднелись массивные туши шаурагов.

Глава 15

Сукхаттар довольно взглянул на дело рук своих: первый этап завершен, асхабан помещен в подготовленную для него основу. Сейчас кристалл медленно растворялся, и вокруг него растекалась радужная пленка. О, это будет великий меч. Кузнец не собирался повторять чужие ошибки. Когда-то молодой жрец, считая себя ведомым волей богини, нашел священный кристалл и, без ведома старших, отлил и отковал меч, не зная правильных ритуалов. Юнец торопился лично ринуться в бой и сокрушать тварей Губителя. В решающем бою меч подвел, не выдержав удара темного аватара. Сила богини не покинула неразумного, но материал меча, созданного наспех, не вынес напряжения и клинок переломился. У народа Пустыни больше не осталось права на ошибку, сила Великой Богини должна обрести достойное ее вместилище. Пока все шло хорошо, насколько это было возможно в гибнущем мире. Игрок, случайно отбивший у жрецов Пожирателя священный кристалл, не только вернул секхеям святыню, но и вступил в бой с алрутти, подарив Кузнецу богини так необходимое сейчас время, но теперь в схватку придется вступить самим секхеям. Пожиратель миров учуял создание опасного для себя артефакта и, послушный его воле, алрутти прекратил атаковать игрока и, набирая скорость, покатился в сторону лагеря.

Младшие жрецы и воины кланов, присоединившиеся к ним в надежде на перемены, были готовы с оружием в руках защищать кузню. Те, что пришли сюда, не смогли смириться со смертью в утробе Пожирателя. Любая, даже призрачная, надежда казалась им лучше неминуемой смерти. Задачей воинов было заставить алрутти застыть в строго определенном месте, хотя бы на несколько мгновений.

— Пора, — Саннар дул Ташур, предводитель воинов отдал приказ перестроиться.

К счастью, слуга Пожирателя, обладая огромной мощью и неуязвимостью, был непроходимо туп. Выстроившиеся по дуге воины, заставили его замереть. Воля господина требовала уничтожить в первую очередь кузнеца. Алрутти замер, пытаясь определить, кто из окружающих его смертных и есть главный враг. Тварь к счастью не сохраняла память о прошлых воплощениях, и сейчас черный шар, будет атаковать ближайшие к нему цели, оставаясь на месте, так же, как он делал это много раз в прошлом. В воздухе мелькнули похожие на гигантские клинки черные лезвия, и среди воинов раздались крики боли.

Именно в этот момент секхеи и нанесли удар. Еще со времен войн со слугами Пожирателя, опустошавших их земли, жители Пустыни поняли одно: нельзя просто наполнить пустоту алрутти, любая сила будет передана Господину. Мудрейшие из сыновей Пустыни, путем долгих поисков смогли создать оружие: тяжелое, громоздкое и неудобное в бою, но оно одно было способно уничтожить слугу Пожирателя. И сейчас младшие жрецы уже подготовили к выстрелу последний реликт тех времен. Тяжелые бронзовые решетки раскрылись, как бутон цветка, а в его центре сверкала и переливалась сотнями молний раскаленная прозрачная пирамидка. Вся конструкция ходила ходуном от силы, наполнившей ее энергии, и старший жрец отчетливо понимал: второго выстрела не будет, хорошо, если эта развалина сможет выдержать хотя бы один. Сейчас все зависело от хладнокровия стрелка, воины уже выполнили свою задачу. Стрелок, управляющий аппаратом, ни на миг не отрывался от системы наведения. Наконец призма прицела полностью наложилась на цель, быстро взглянув на шкалу заряда и удостоверившись в том, что она заполнена, Сенок дул Сендар нажал на небольшую педаль, освобождая весь накопленный заряд. Призма в центре орудия выпустила огромную ветвящуюся молнию. Защитные щиты, не выдержали напора энергии и, вспыхнув, сгорели вместе со стрелком, а спустя миг призма оглушительно взорвалась, но это уже было не важно.

Слуги Пожирателя способны поглощать любую силу, направленную против них, и они почти неуязвимы для всего, что смертные могли бы им противопоставить, но и у этих сеятелей смерти есть предел. Мудрецы, создавшие оружие против алрутти, поняли, что если ударить по нему энергией, большей, чем он способен поглотить, то его тело просто не выдержит. И сейчас войны пустыни наблюдали, как алрутти трясло от поглощенной силы, он утратил круглую форму и стал похож на черное облако, внутри которого искрили дуги разрядов. Какое-то время он еще силился втянуть в себя полученную мощь, подобно глупцу пытающемуся выпить море, но еще пара ударов сердца и тварь взорвалась ослепительной вспышкой.

Старший жрец облегченно выдохнул, и понял, что какое-то время стоял затаив дыхание. Злость на самого себя поднялась из глубины души, он не должен был отвлекаться ни на что происходящее вокруг, отдавая мечу все свое внимание. Подобная слабость могла дорого обойтись, хорошо, что именно сейчас процесс плавки не требовал от него непрерывного контроля.

* * *

Где-то там, в месте не доступном для человеческого восприятия Пожиратель миров ощутил гибель своего слуги, значит, предыдущая хозяйка этого мира вновь может обрести власть над своим творением. Еще недавно в распоряжении Пожирателя было все время этого мира, теперь счет шел на мгновения. Пока спор богов не завершен, невозможно действовать напрямую. Правила, над которыми не властны даже боги, не дают присутствовать в спорном мире лично, только с помощью слуг. Да, жалкие людишки сумели уничтожить алрутти, но что они смогут противопоставить Ишкуину, его аватару и слуге, в прошлом уже сразившему владельца меча Радужной госпожи?

–Ступай и уничтожь их. Бордовые клубы дыма хаотично кружившие вокруг своего хозяина, ускоряясь понеслись туда, где смертные пытались противостоять воле его господина.

* * *

Мощнейшая вспышка света там, где раньше был алрутти, заставила меня скатиться на песок и прикрыть голову руками. Глаза почти ничего не видели и несколько минут мне понадобилось на то, чтобы прийти в себя, и рассмотреть рядом с собой туманного льва, закрывшего морду лапами. Бедолаге тоже досталось. Похлопав его по загривку и вновь усевшись в седло, я направился к месту гибели проклятого шара. Секхеи меня просто потрясли своим умом и изобретательностью. Я думал, что они вовсю улепетывают на своих ящерах вместе с асхабаном, играя в догонялки со слугами Пожирателя, а они смогли практически мгновенно уничтожить тварь, которую у меня не получалось даже поцарапать. Чем ближе я подъезжал к месту событий, тем больше удивлялся коротышкам. Почти на границе, но за пределами осколка, они установили огромную кузню, часть механизмов которой я не смог узнать. Раздувались огромные меха, поддерживая пламя под плавильной формой, несколько фигурок, что-то монотонно напевали. Как показывает моя практика так заунывно тянуть можно только молитвы. Рядом с плавильней кряжистый секхей, не обращая внимание на пламя, гудевшее в шаге от него, что-то побрасывал то в огонь, то в форму, попутно командуя ордой помощников.

Почти на границе осколка меня ждал отряд секхеев на ездовых ящерах. Войны настороженно смотрели на меня, сжимая в руках оружие, готовое к бою. На встречу мне выдвинулся одинокий всадник. Ярко украшенный ящер и доспех из девмерейна, не оставляли сомнений, предо мной лидер этого воинства.

—Что тебе здесь нужно Игрок? Мы честно оставили плату под скалой и указали тебе место.

–Не сомневаюсь, – пытаясь подобрать правильные слова, я немного помолчал, прежде чем продолжить.

–Сейчас меня интересуют не девмерейн и хвосты дохов, а то, что гораздо ценнее, чем все сокровища мира — моя жизнь. Без нее товары мне уже будут ни к чему. Я хочу выжить здесь и вернуться домой. Пока я не могу уйти из этого мира, а мой опыт подсказывает, что враги не закончились вместе с уничтоженным алрутти. Без вас мои шансы уцелеть крайне малы, впрочем, как и ваши – завершить то, что вы начали. Совместно у нас, возможно, получится выжить, а поодиночке мы погибнем. Я предлагаю союз. Что скажешь воин?

* * *

Саннар дул Ташур задумался, не отводя глаз от игрока. От прозвучавшего предложения можно было ждать всего. Игроки в погоне за добычей и чужими жизнями вырезали секхеев целыми семьями, не щадя женщин и детей, уничтожали целые торговые караваны. Они приходили убивать и грабить, немногие из них желали торговать, и лишь единицы делали это честно . Этот Игрок мог с легкостью убить кого угодно, лишь бы спасти свою жизнь. Но сейчас, секхеям был полезен любой союзник, даже такой как хаосит. Несколько сотен воинов, пара десятков младших жрецов, да кое-какие запасы старого оружия: не слишком сильная защита от слуг Пожирателя. Достойную темного бога армию они здесь собрать не могли, большое скопление воинов слишком заметно. Там, где у сотни был шанс укрыться от чужих глаз, у многих тысяч такой возможности не было, и все задуманное ими осыпалось бы прахом. Тайну удалось сберечь, но за это пришлось заплатить малым числом.

Саннар решил рискнуть. Отвергать возможного союзника было глупо, сейчас они были на одном шаураге, тем более, что воин знал, как обезопасить себя и своих людей. – Я согласен принять твою помощь, – кивнул он хаоситу: —. Но ты дашь нам клятву на Книге, что не предашь и не повернешь свое оружие против нас.

—Я согласен. Игрок, не теряя времени, призвал свой книгу, и, положив на нее руку, произнес нужные слова. А потом продолжил: – Мне нужен помощник, тот, кто будет помогать и подсказывать, как лучше противостоять тому, кто нас будет атаковать. Вы лучше меня знаете то, с чем нам придется столкнуться.

--Сэмлак! – предводитель воинов окликнул одного из своих подчиненных: – Ты будешь объяснять Игроку то, что он спросит.

Юноша молча опустил голову, выполняя приказ отца и командира.

Воины вновь застыли в неподвижности, ожидая нападения, отдельно на странном животном замер игрок, а рядом с ним расположился Сэмлак. Саннар Ташур напряженно всматривался в линию горизонта, передышка не может длиться вечно, Пожиратель уже знает, что его слуга повержен.

Меньше чем в тысяче шагов от них в небе соткался багровый смерч, и медленно и неотвратимо пополз к земле. Найган нат сорн, ветер погибели, так назвали его те, кому повезло выжить. Губитель городов и стран, враг с которым не справился даже последний Великий герой и сейчас он пришел за их жизнями, а оружие для битвы еще не создано. Взглянув на редкую цепочку своих солдат, на побледневшее лицо своего сына, тоже понявшего, с чем они столкнулись, старый воин покрепче сжал оружие: «Ну что ж, бывают дни ради которых хочется жить, а бывают дни когда приходится умирать, и пусть ветер и песок погребут наши тела, но на страницах книги жизни, куда безликие писцы вносят деяния всех живущих, напишут, что мы сражались достойно».

* * *

–Что это? – я показал на опускающуюся воронку вихря.

Молоденький секхей, которого ко мне приставил лидер отряда, на миг замешкался с ответом, а по нервам шкурой сойра прошлись чужие безнадежность и страх.

– Смерть.

Шаддат, плетельщица судеб, дай мне сил и терпения! С трудом сдерживая себя чтобы не отвесить затрещину, я с коротким рыком схватил пацаненка за плечо и крепко встряхнул, приводя в чувства.

– Вы пришли сюда, чтобы победить, а не сдохнуть, сложив лапки. Не время себя хоронить, отвечай по существу: что это за тварь, ее силы и возможности, ее слабые и сильные стороны? Все, что ты знаешь и помнишь, сейчас все пригодится.

Не знаю, что подействовало, то ли мои слова, то ли тряска. Пацаненок, все-таки, смог взять в себя в руки и, преодолевая страх, торопливо затараторил: – Мы о нем почти ничего не знаем, господин. Выживших после встречи с ним почти не бывает. Его называют живым оружием бога, он сокрушил все три великие пирамиды, истребив все живое в округе, он уничтожил армию великого сатрапа Харуджи в битве у Солнечного храма, больше пятидесяти тысяч воинов тогда погибли, он…

От моей затрещины его чуть не вынесло из седла.

– Да мне плевать, кого эта тварь убила в прошлом, мы деремся здесь и сейчас, и мне надо знать, чем ее убивать и чего опасаться, остальное не важно!

–Оно может летать, очень быстро движется. Еще оно может издавать вопль, оглушающий и причиняющий немыслимые страдания. Только самые сильные духом воины способны сохранить способность сражаться, и не потерять голову от страха и ужаса, находясь рядом с ним.

Смерч уже опустился на землю и сейчас его бешеное вращение замедлялось. А я терялся в догадках, что предпринять? Может нанести удар сейчас, пока неизвестный враг еще не проявился полностью или все же выждать время, давая ему обрести плоть? Карт слишком мало, и ошибиться мне нельзя. Нет, подожду. Атакуй я сейчас и заклинания могут уйти в пустоту, не нанеся урона врагу, еще не обретшему плоть в материальном мире. Как же плохо драться, не зная, о враге почти ничего. Мальчишка толком так и не смог ничего рассказать, а не имея информации выстроить тактику будущего боя невозможно. ……

–А оружие, которым вы убили черный шар? Его против этого монстра применить нельзя?

–Алрутти? – переспросил паренек и, увидев мой кивок, продолжил: – Боюсь, что уже нет. Разрядник, из которого мы стреляли, взорвался, не выдержав напряжения, да и грозового камня у нас больше нет. Запасной мы создать не успели: дожди почти перестали идти, мы с трудом смогли зарядить даже этот, трое ловцов погибли от молний , пока уровень заряда не стал достаточным.

Я с уважением посмотрел на невысоких существ рядом с собой, ни в уме, ни в храбрости им точно отказать нельзя. Ну, я хотя бы могу атаковать нового монстра молнией, раз секхеи считают, что их грозовая машинка могла ему повредить.

Бешеное вращение смерча наконец прекратилось и среди барханов стал постепенно проступать силуэт нашего врага . Больше всего он был похож на гигантского богомола, выросшего по какой-то странной прихоти до размеров небольшой горы, шагов пятьдесят высотой. Тонкое поджарое тело стояло, покачиваясь, на четырех конечностях, а еще две лапы были сложены перед грудью. Всю поверхность твари покрывал панцирь бордового цвета, за спиной угадывались очертания крыльев, судя по строению ног – тварь должна была хорошо прыгать. На голове выделялись восемь фасеточных глаз, значит имеет отменное зрение и запорошить песком ее гляделки не получится. На месте ушей топорщились отростки, похожие на небольшие антенны, возможно с помощью них монстр наводит ужас и панику.

–Атакуем первыми, нужно захватить инициативу, вы бейте по суставам, а я постараюсь лишить его зрения и этих штук на голове.

Предводитель секхеев, оказавшийся рядом, с сомнением посмотрел на меня, видимо ему была дика сама мысль первым нанести удар: – В обороне мы ничего не выиграем. А так есть шанс успеть нанести повреждения, пока это не очухалось.

–Ты чужак, и ничего не знаешь о противостоящем нам враге. Не тебе решать, что делать.

–Да и вы, судя по словам моего помощника, не знаете о нем почти ничего. А я сражался в десятках разных битв, с сотнями разных врагов и сейчас ожидая атаки твари мы не выиграем ничего. Ведя бой в паре десятков шагов от вашего драгоценного меча нужно атаковать самим, надеясь выиграть время и отвлечь атаки на себя. Ну решай, ты все равно не знаешь как победить, а если я ошибся, то приму смерть вместе с вами, атаковать то мы будем в одном строю.

Мгновение неопределенности и воин решился. Достав небольшой свисток, он несколько раз дунул в него и первым послал своего ящера вперед. Атака началась……

* * *

Сукхаттар больше не отвлекался ни на что, его дело меч, об остальном должны позаботится другие. Жрец священнодействовал возле кузни. Вот сейчас в форму полетела пара когтей, хищно блеснувших на солнце. Когда-то они принадлежали Стеклянному дракону, больше трех веков тот терзал и мучил народ секхеев, пока Саэрдин Неотвратимый Молот не сразил тварь. Качались мехи, гудело пламя удивительного бирюзового цвета. Жар от него доставал даже до младших жрецов, просящих благословения у Богини. Проносились мгновение, текло время.

Воины о чем-то договаривались с пришлым, а старший жрец даже не задумывался, что выйдет из этого разговора. Начался следующий этап Созидания. Кузнец, используя большие щипцы, и из специального футляра извлек крупный камень, размером с детский кулак. Зажатый в тисках, тот переливался и пульсировал первозданным светом, казалось, в нем плескались и рождались сотни маленьких солнц. Алсан Тамагутти – Светоч негаснущий, великий дар и сокровище, утерянное тысячу лет назад и только три года как вновь обретенное группой смельчаков, осмелившихся спустится в покинутый дворец Семильгарда. И теперь эта реликвия усилит собой его творение, заняв место, соединения клина и рукояти.

Даже появление Найган нат сорна прошло мимо сознания жреца. Из небольшой шкатулки была извлечена рукоять для клинка: ветвь древа Жизни послужила для нее основой. Долгие века священная ветвь Хранилась в сокровищнице Халатпуров, повелителей огромной империи, чьи города ныне погребены под песком. Это было единственные сокровище, что сохранили потомки некогда великих правителей, и свое последнее достояние они пожертвовали ради спасения мира. Воистину здесь и сейчас были собраны лучшие сокровища гибнущего мира, отданные ради шанса на спасение.

На мгновение Сукхаттар отвлекся от процесса создания, он позволил себе лишь на миг оглядеться по сторонам, слишком важно было узнать: сколько еще времени подарят ему воины.

* * *

«Если ты не знаешь, что предпринять – атакуй, иногда решительность лучше продуманного плана, особенно если его нет», – слова мастера-наставника из академии Железных клинков как эхо прозвучали в моей голове. Возможно, сейчас я ошибаюсь и веду на смерть воинов, доверившихся мне, но моя интуиция просто кричит, что дать врагу атаковать первым – самая большая и последняя в нашей жизни ошибка. Нет смысла ждать, нас слишком мало для твари, уничтожавшей в прошлом целые армии. Гигантский богомол неподвижно застыл на холме, спокойно ожидая, когда мы приблизимся. Пятьсот шагов, достаточно, что бы подготовиться и действовать на опережение…

* * *

Ишкуин, замерев, рассматривал приближающиеся к нему огоньки жизни. Они все ближе, и ближе, безрассудно пытаясь защитить то, что им дорого, и они опрометчиво отдаляются от места, которое должны охранять. ЕГО план был прост: подпустить смертных поближе, а потом, используя крылья, перелететь врагов и атаковав тех, кто создает Погибель. Лишь это оружие способно ранить или даже уничтожить его, больше ничего, что способно причинить ему вред он здесь не увидел. Взор аватара темного бога способен проникать на девять слоев реальности и видеть суть вещей. От него невозможно спрятать в засаде равных ему слуг богини или призванных демонов. Сияние высшей магии и божественной силы сверкает лишь у места рождения великого меча. Ишкуин помнил обжигающую боль, от раны, нанесенной предыдущей Погибелью, но ЭТОТ меч еще не готов, и у смертных не будет возможности его завершить. Сияние огоньков все ближе, пора. Пластины на спине разошлись, выпуская прозрачные крылья, а ноги напружинились, готовясь подбросить тело вверх. Неожиданно с небес раздался нарастающий свист. Ишкуин попытался отпрыгнуть в сторону, но чудовищной силы удар пришелся по спине, ломая крылья и причиняя невыносимую боль….

* * *

Я победоносно вскинул жезл под радостный крик секхеев, как бы безумно не выглядела наша атака на неведомую тварь, но пока все получилась. Рой взрывающихся метеоров требовала временя на подготовку карты к использованию и по этому, не смотря на свою мощь, была не очень удобной в бою. Что бы ее применить необходимо было выбрать место для удара, мысленно пометив его жезлом, а потом ждать почти десять ударов сердца пока прилетят взрывающиеся каменюки. Эту карту можно применить только в начале боя, когда войска противника застыли в построении, либо в конце, как акт отчаяния. Я догадался чего выжидал демон только увидев, как он расправляет крылья , но мне повезло, мой удар оказался быстрее. Я переиграл его, темная тварь не успела покинуть эпицентр удара. Три огненные точки прочертили небосклон и понеслись к земле, в последний момент Оружие Пожирателя попытался уйти из зоны удара, но не успел. Один из метеоров очень удачно попал ему по спине. Раздался противный хруст, сминаемых крыльев. Прозвучали взрывы, все заволокло дымом и песком. Рассмотреть, куда попали еще два метеора, у меня не получилось.

Удивительно, но когда пыль на месте взрывав снесло в сторону, тварь была жива и даже осталась стоять на ногах. Монстру досталось, в местах разрывов из-под панциря выступала беловатая жидкость, да оказались перерублены пара лап. Похоже, какой-то из оставшихся метеоров черканул его тело по диагонали, обломив верхнюю левую и одну из правых нижних лап. Что бы не дать ему шанс оклематься придется использовать еще одну карту, благо расстояние подходящее. Дыхание прародителя драконов еще ни разу меня не подводило. Поток пламени, ударивший из жезла, охватил тело монстра, кипел песок, лопались от жара камни. Силуэт на вершине холма почти пропал, охваченный огнем, в таком пламени не мог выжить никто: ни смертные, ни демоны. Обретая плоть даже аватар бога должен подчиняться законам физического мира, в котором не существует абсолютного бессмертия. Но вопреки всему, из безумия огня выпрыгнула насекомоподобная фигура и огромными прыжками понеслась вперед, на встречу секхеям, а я пораженно замер. Не возможно, но есть. Я был на правом фланге, и тварь проскочила мимо, стремясь внутрь полукруга воинов. Панцирь ее полностью потемнел и местами отвалился, на спине, в месте удара метеором, была одна сплошная рана, из которой вился дым, а беловатая жидкость скапливалась по краям, образуя защитную пленку и затягивая рану.

Скачущим секхеям никакой команды не понадобилось, они вскинули жезлы с навершиями в виде стеклянных шаров. В монстра ударили синие лучи, заставив и без того почерневший панцирь в месте ударов еще больше почернеть, а в паре мест даже отвалиться, обнажая плоть. Не уверен, что оружие секхеев смогло бы пробить броню монстра, не будь та повреждена Пламенем. Но Вечно голодный знал что делал, посылая сюда этого слугу, тварь под ударами секхеев резко вскинула голову и издала пронзительный вой. Волна паники и страха ударила по атакующим, ящеры вставали на дыбы, выбрасывали седоков и бежали назад, разрушая строй, а демон пользуясь моментом одним громадным прыжком ворвался в ряды детей песка. Единственная оставшаяся саблевидная лапа замелькала с огромной скоростью, подрубая ноги ящерам, рассекая плоть воинов. Один взмах и тело секхея вместе с ящером рассечено на две половинки, еще взмах и обезглавленный всадник несется прочь, а из шеи бьет фонтан крови. Еще один наколот как мотылек на спицу, миг и тварь запихивает еще живого война себе в рот. Торжествующее запищав, она отрыгнула окровавленный комок, все, что осталось от несчастного, а я заметил, как беловатая жидкость затягивающая рану на спине начала собираться быстрее. Девять кругов ада, пожирая противников эта тварь лечится,нельзя ей этого позволить.

–Назад, все назад, нужен круг вокруг нее! Не приближайтесь! – мой крик еще не успел затихнуть, а рядом раздался сигнал свистка. Лидер секхеев, оказывается, все это время держался рядом со мной. Его ящер тяжело дышал, но секхей невозмутимо произнес: – Похоже сегодня ты единственный, кто знает что делать. Командуй мной и моими людьми.

–Ты слышал мои слова. Нужен круг вокруг монстра, надо не давать ему приблизиться и одновременно бить со всех направлений. Если есть что-то помощнее, самое время пустить его в ход.

Саннар кивнул головой, соглашаясь с моими словами. И с помощью свистка начал передавать команды. Повинуясь этим звукам, секхеи отпрянули от монстра, а потом как рой насекомых закружились вокруг него, ведя обстрел. Некоторые из воинов достали из седельных сумок какие-то ремешки, в которых я не сразу узнал пращи, и принялись их раскручивать. В монстра полетели стеклянные сферы, при ударе о панцирь из них выплескивалась жидкость, очень похожая на концентрированную кислоту. Она, шипя и пузырясь, потекла по броне и даже заставила отвалиться большой кусок защиты на одной из лап. Но, не смотря на обстрел и чудовищные раны, тварь продолжала драться. Делая огромные прыжки, она разрывала окружение и собирала кровавую дань. Я стоял в стороне, наблюдая за боем, пятясь придумать, как остановить эту очень живучую тварь.

–Нужно ее отвлечь и дать мне возможность приблизиться к ней! – Я указал на лапу демона, где кислота выжгла в броне здоровенную дыру. Мне опять повезло, пострадавшая лапа располагалась как раз с той стороны, где лап и так был не комплект: – Если мы лишим тварь способности передвигаться, мы сможем победить.

–Действуй, мы поддержим.

Я направил своего льва к монстру, призывая из книги Молот Каруна. В стороне от меня десяток секххев, повинуясь звукам свистка, резко устремились вперед, размахивая пращами. Тварь повернулась к ним и издала очередной вопль, сводя с ума всех вокруг. Я был готов к чему-то подобному, в Игре хватает умников применяющих в качестве оружия звук, мелодию, песню, и против этого есть проверенный метод защиты – Конус тишины, отрезающий любые звуки извне. Миг, и вокруг одна вязкая тишина, через которую мы с львом движемся, словно отгороженные толстенным стеклом. Тварь все ближе, но она слишком занята убивая детей песка: вот взлетает лапа, разрубая всадников, вот из глотки монстра бьет зеленоватая струя, а я вижу, как секхееи попавшие под нее падают на землю, а с их тел сползает плоть, обнажая кости, но я не слышу НИЧЕГО. Они уже сделали свое дело, дав мне шанс. Теперь и мне нужно постараться, чтобы их гибель не была напрасной. Рядом возникают фантомы: мои точные копии. Мы рядом, пора. Демон что-то почувствовав, оборачивается ко мне и один из фантомов развеивается, попав под удар. А я, размахнувшись, бросаю молот. Моя цель хорошо видна: здоровенная дырка в броне на лапе монстра, и именно туда влетел молот. Им я на спор сносил каменные стены, он не должен подвести меня и сейчас. Молот с вязким звуком ударил внутрь раны, и лапа монстра сухо переломилась, заставив его с грохотом упасть на землю. Но в падении демон успел среагировать: верхняя лапа, ударила меня поперек груди и вышибла из седла…..

* * *

Саннар Ташур проводил взглядом отлетевшее тело игрока. После боя, его нужно будет отыскать и похоронить с честью, пряжа хозяйки судеб часто меняет цвет нитей, и тот, кто вчера еще был врагом, сегодня сражается с тобой рядом. Если бы не Игрок и его чары, скорее всего они бы все полегли, не сумев ничего толком сделать. А сейчас нужно завершить то, что начато, что бы кровь погибших не осталось не отомщенной . Выжившее секхеи окружили раненного монстра и со всех сторон в него ударили лучи: в голову – выжигая глаза, в торс с так и не успевшей затянуться раной, несколько смельчаков подъехав ближе использовали пращи и в Оружие Пожирателя полетели шары с кислотой . Тварь еще пыталась ползти и что бы покончись с ней командир отряда не пожалел единственную сохранившуюся у них грозовую сферу. Пускатель выплюнул переливающийся светом шар, и тело демона сотрясли сотни разрядов. Только после этого тварь, наконец, замерла.

* * *

Пожиратель миров давно уже утратил то, что смертные называют чувствами. Внутри божественного паразита было лишь одно чувство, и его приблизительно можно было назвать голодом. Эта всеобъемлющая пустота внутри, для которой и целого мира мало что бы заполнить ее, и была самим Пожирателем. То что заставляло его двигаться вперед, искать новые миры , сражаться за них, все это было подчинено единой ЦЕЛИ – притупить хоть на краткий миг живущий в нем голод. Но сегодня он в первый раз за много веков почувствовал легкий укол того что смертные называют удивлением. Он видевший и чувствовавший все, что видел и испытывал его аватар, был так же как и он удивлен, что столь слабые числом и силой сумели повергнуть Ишкуина. Такое уже случалось в прошлом в битвах с могущественными врагами, но никогда до этого враг не был столь слаб. Ну что ж, если его враги торжествуют, сейчас их ждет неприятный сюрприз. Они победили лишь первую боевую форму, пришло время увидеть вторую ипостась его любимого творения.

– Жужжащий рой.

Глава 16

Выжившие после боя стягивались к трупу поверженного монстра, секхеям не верилось, что они совершили невозможное: убили Найган нат сорна. Воины с жадностью рассматривали труп, чадящий на песке. Саннар дул Ташур счастливо улыбаясь, запрокинул голову и любовался переливами небесной тверди. Смотрел, дышал полной грудью и все еще не верил, что они живы, чувство опьяняло, дурманило и кружило голову. Они ЖИВЫ!!!!!!.

Демон внушал почтение и трепет даже поверженный, и если бы игрок в самом начале боя не сумел его ранить, то все они уже были бы мертвы, в этом лидер воинов не сомневался. Крохотный отряд защитников мог только попытаться обменять жизни своих воинов на толику времени для жреца, драться на равных с монстром, сокрушавшим целые армии, они не могли. Саннар знал, их оружие не могло даже поцарапать панцирь твари, но другого оружия просто не было. Стоит поблагодарить Самию, плетельщицу судеб, что все случилось так, как случилось. Игрок нарушил целостность брони Найган нат сорн, а пламя его заклятия окончательно повредило ее. Саннар не сказал воинам, что метатели бесполезны, чтобы не посеять уныние и панику, и о чудо, после удара пламенем броня стала уязвима для лучей.

Он стоял, размышляя о прошедшем бое, с надежной глядя в сторону плавильни процесс создания меча близился к концу Кузнец, не отвлекаясь ни на что, с огромной скоростью бил небольшим обсидиановым молотом по заготовке меча. В свете пламени внутри молота вспыхивали и гасли сотни молний, инструмент победно звенел, придавая заготовке окончательную форму.

Воины сумели не только выторговать у смерти время, но и смогли убить аватара Пожирателя, сейчас темный бог уже бессилен что-либо изменить, у него нет времени прислать нового слугу. Выжившие в бою войны перекликались счастливыми голосами, уже по рукам пошли фляги с вином, а предводителя не оставляло чувство тревоги. Слишком все просто, и словно отвечая на его мысли до слуха донесся едва слышимый гул, идущий из тела мертвой твари, возле которой столпились его войны. Никто не успел ничего сделать, как из многочисленных дыр в броне монстра, из его полураскрытой пасти и выбитых глазниц наружу устремился сонм мелких черных мошек.

Еще не успели умолкнуть победные крики, в руках еще были фляги с вином, а воинов уже начали пожирать. Десятки мелких роев устремились не успевшим опомниться войнам, мошка вгрызались в незащищенные доспехом части тел, в рот, в глаза, в уши. Стоило насекомым проникнуть внутрь, как они откладывали личинки, а спустя пару десятков ударов сердца от тела оставался чистый костяк и новые твари отправлялись дальше в поисках добычи. Они были повсюду, их укусы сводили с ума ящеров, кто-то пытался бежать, сверкнули несколько вспышек, но оружие оказалось бессильно перед мелкими мошками. А рой, пожрав последних воинов и их ящеров, разросся до размеров тучи и устремился туда, где жрец создавал оружие. Меч еще не был завершен, значит, какому из богов достанется проигрыш или победа пока не ясно.

Десяток помощников жреца — все, что осталось из шести сотен, пришедших сюда. Труд еще не завершен, и старший жрец, прощаясь и прося прощение, окинул взглядом круг молодых послушников, отлично понимая, что иного выхода нет.

—Радужная госпожа да не отверни свой лик от детей твоих, помоги нам, дай нам силы и мужества выстоять перед ликом врага. В книге жизни ни одно деяние не останется не оценено, но как же не правильно, когда детям приходиться умирать, чтобы старики продолжали жить.

–Пора, — и первый из послушников сделал шаг вперед, зажигая собой пламя жизни. Руный круг вспыхнул под его ногами, принимая добровольную жертву, и плавильню окружила сфера гудящего пламени. Огонь, в котором сгорали сейчас непрожитые годы послушника, был непреодолим для Найган нат сорна. Под глазами юноши побежали первые морщинки, погас блеск юных глаз, появилась первая седина – юный послушник щедро платил за каждый миг, что горел огонь, защищавший кузню от твари Губителя. Демон неистовствовал, плавильню с жрецом скрыл под собой огромный рой гудящих насекомых. Они, бросались в огонь, полыхая в нем сотнями зеленоватых вспышек, стараясь своими телами затушить пламя и ворваться в круг защитной сферы огня, чтобы убить дерзких смертных. Когда от непрожитых лет первого послушника остались считанные часы, место в рунном круге занял другой, и пламя жизни полыхнуло с новой силой. Через несколько ударов сердца на песок упал обессиленный послушник. Теперь это был не юный мальчишка, а высохший старик. Сердце по привычке еще пыталось стучать, разгонять кровь по почти мертвому телу, но и оно вскоре сдалось, бессильное перед бегом времени. С последним вздохом душа покинула тело и устремилась вверх, туда, где его уже звали те, кто ушел к Богине до него….

* * *

–Угроза жизни Утрата носителем сознания Экстренная помощь ………Использование резерва экстренного восстановления……..

Голос не давал мне окончательно соскользнуть в беспамятство и потеряться в блаженной уютной темноте. Мне так хотелось завернуться в нее, как в несомое и уютное одеяло, окунуться с головой, слушая блаженную тишину. Но голос не унимался и продолжал бубнить, заставляя вслушиваться в слова – Импульсная экситанда мозга, воздействие категории А, разрешено в связи с возможной гибелью носителя.

Боль бьет внезапно и сильно, выгнув дугой тело и заставив меня закричать. Еще не до конца понимая, что происходит, я попытался открыть глаза, но это мне не удалось.

—Прошу подтверждения связи с носителем, – голос Тайвари возник в моей голове, заставив окончательно вспомнить: кто я и где нахожусь.

– Подтверждаю, – как же больно, я даже пошевелиться не могу — Тай мне сильно досталось?

—У тела носителя критические повреждения рекомендуется срочно вызвать службу спасения для эвакуации и поддержания жизни. У оператора более четырнадцати переломов, задет позвоночник, многочисленные гематомы по всему телу и на лице, сломанным ребром пробито правое легкое, если не предпринять экстренных мер, гибель наступит в течение четырнадцати минут.

Шаддат, плетельщица судеб, как я еще выжить-то сумел после такого удара? Я помнил лишь мелькнувшую лапу монстра, и я уже в воздухе, вынесенный из седла с такой силой, как будто по мне ударили бревном. За то, что я выжил спасибо Чешуе дракона, доспех сумел поглотить большую часть удара, но и оставшейся хватило, чтобы меня почти убить.

–Тай ты можешь убрать или приглушить боль, из-за нее я не могу пошевелить рукой.

--Распоряжение принято, выполняю блокировку части нервной системы.

Я почти сразу почувствовал помощь симбиота: боль ушла. Но ни поднять руку, ни открыть глаза у меня так и не получилось. Я идиот! Тай же сказала о сломанных костях и позвоночнике, и о синяках! Черное пламя Хаоса! Вот теперь мне становится по настоящему страшно: выжить в бою и подохнуть из-за того, что руки сломаны. – Тай ты можешь что-нибудь сделать, мне необходимо достать из пояса зелье. Иначе мы рискуем остаться здесь навсегда. Миг ожидания и снова шелестит голос Тайвари: –Нужно разрешение оператора на временный контроль над его телом, я могу попытаться через периферийные нервные окончания обойти поврежденные участки тела и получить контроль над рукой.

–Я даю тебе это разрешение. Делай все, что хочешь, но я должен получить возможность выпить пузырек с Абсолютным исцелением.

–Исполняю.

Время в тишине кажется вечностью, я не знаю, сколько мне еще осталось, пока кровь, каким-то чудом заблокированная Тайвари, не попадет в легкие, и я в ней не захлебнусь.

–Временный контроль над правой рукой получен.

Эти слова звучат почти победным маршам. Мы еще поживем и побарахтаемся.

Я наблюдаю, словно со стороны, как моя правая рука дергано и как-то неправильно тянется к кармашку на поясе. Там лежит мой счастливый шанс на спасение. Когда я получил его из Лавки сумасшедшего алхимика, а было это почти десять малых циклов назад, я специально улучшил пояс для зелий так, что бы содержимое кармашков невозможно было потерять. Улучшение пояса обошлось мне около двух тысяч дайнов, но я не жалею. Это зелье редчайшая вещь, Карту с ним невозможно купить в Доме карт. На аукционе за похожую бутылочку игроки готовы заплатить пять тысяч дайнов, но и за эти деньги ее почти невозможно купить. Нет дураков, способных продать такую вещь, она всегда пригодятся самому. Только бы Тай, не выронила зелье, поднять с песка бутылочку мы уже не сможем!

Я не чувствую руку, которая подносит пузырек ко рту, но ощущаю как зелье течет по моему горлу. Миг и утихает боль, которую до конца так и не смогла подавить Тайвари, волны неги и истомы проносятся по моему телу, пронизывая от головы до пяток. Магия легким ветерком словно течет по венам, сращивая сломанные кости и порванные связки, восстанавливая работу нервных клеток и делая тело вновь послушным. Многочисленные раны и ушибы исчезают под ее благодатной силой. Хорошо, что тварь ударила меня тупой стороной лапы, а не режущей кромкой, иначе лежал бы я разрезанный на две половинки, и ни какое зелье мне бы уже не помогло.

–Тело оператора полностью восстановлено.

А вот теперь пора встать и осмотреться, надо же знать, что происходит.

Протирая рукавом глаза от подсыхающей крови, я осторожно приподнялся с песка, что бы осмотреться вокруг.

И то, что я увидел, мне крайне не понравилось. Секхеи сумели добить демона, и сейчас его тело лежало на земле, все еще дымясь, а вокруг песок был усыпан даже не телами, а костяками погибших. Дети Песка показали себя смелыми и умными воинами, я не верю, что для того что бы добить Найган нат сорна потребовались такие жертвы. Значит, пока я валялся, случилась еще какая-то дрянь. В первый момент я не смог понять, что их убило, костяки есть, а кислотных луж вокруг нет. И только, посмотрев в сторону плавильни, обнаружил новую напасть. Место создания меча было покрыто багровой завесой, она странно шевелилась, то утолщаясь, то истончаясь в некоторых местах. Тогда сквозь нее можно было различить вспышки зеленоватого света. И только через несколько ударов сердца я понял, что это не туман или дым, а огромный рой насекомых. Шаддат, да когда же это кончится, как могут обычные смертные сражаться против бога, не пора ли уже самой богине сказать свое веское слово и помочь своим последователям.

Осталось решить, что же мне делать. В принципе, ситуация не изменилась с начала боя. Компас по-прежнему не заряжен и еще долго будет заряжаться. Клянусь, вернусь в Двойную Спираль и накуплю кристаллов ускоренной зарядки. И опять, как в самом начале, что бы уцелеть надо помочь секхеям. А драться-то уже почти и не чем, я слишком много и серьезно повоевал по дороге сюда. Пока я приходил в себя, отслеживал обстановку и собирался с духом, готовясь опять рисковать своей жизнью, дела у оставшихся секхеев приняли скверный оборот. Тысячи насекомых внезапно отпрянули, и стало ясно, что кузню окружает сфера ослепительно белого пламени. Рой покружился на месте, а потом сформировал что-то отдаленно похожее на огромного шершня, состоящего из сотен тысяч мелких мошек. Эта тварь обрела плотность и с остервенением бросилась на защитный барьер. Время бездействия для меня кончилось.

* * *

Демон, не обращая внимания на охватившее его пламя, лез вперед. Сотни мошек, вспыхивали и сгорали в огне, но защита пока еще держалась. Сукхаттар Гу дул Ласхаратти почти закончил Меч. Мастеру осталось немного: по кромке друг за другом возникали священные руны. Каждая из них несла свой смысл и обладала собственной силой, на их постижение у него ушли годы. Но сила отдельных рун была ничтожна в сравнении с силой слова, что писал сейчас на клинке Сукхаттар. Оно объединяло и воплощало все то, что он вложил в меч при его создании – Свет Разящий.

– Син’Эрей, прими имя, что я дарую тебе, мое лучшее творение, –благоговейно прошептал жрец новорожденному мечу, тихо и едва слышно, как младенцу, едва увидевшему свет. Его дитя, его меч, цель его жизни, наконец, появился на свет. Кузнец наблюдал, как имя, слетевшее с его губ, заставило мерцать руны силы и власти. Меч принял свое имя и предназначение. Творение завершено.

Оторвавшись от меча, старший жрец с печалью посмотрел вокруг себя, его послушники все сморщенными мумиями лежали внутри рунного круга. Пламя жизни взяло с них свою плату, эти мальчики выиграли для Сукхаттара так необходимое ему время, но слишком много его потребовалось кузнецу. Сейчас в круге умирал последний из юношей.

–Сертин, – старший жрец окликнул единственного живого в круге. – Пора, я закончил.

Последний рыцарь храма и мастер меча стоял не далеко от завесы пламени, наблюдая за ярящимся снаружи демоном. Судорожно стиснутые кулаки и плотно сжатые губы отражали все отчаяние воина богини. Он, по воле совета хранителей мудрости Детей Песка, был избран стать носителем меча. Во имя долга, Сертин вынужден был наблюдать, как другие сражаются со слугами Пожирателя, видел смерть воинов и послушников, и НИЧЕГО не мог сделать. Слова жреца заставили воина храма воспрянуть – его бездействие не напрасно, он сможет отомстить за тех, кто умер сегодня на его глазах.

Рыцарь собрался сделать шаг навстречу жрецу и тут пронзительно закричал последний послушник. От боли, не контролируя собственное тело, юноша выпал из рунного круга, и защита кузни пропала. Шершень стремительно ударил жалом в спину воина. Мгновение и пронзенное насквозь тело опустилось на песок. Тварь собиралась убить оставшегося в одиночестве жреца, но не успела. В ярчайшей вспышке света вспыхнули разом все насекомые роя. Свет выжигал из твари все, что составляло основу темного аватара, причиняя невыносимые страдания и заставив его отступить. Несколько десятков насекомых чудом уцелели и умчались прочь, скрываясь от губящего их света.

Сукхаттар Гу дул Ласхаратти застыл в потрясении. Его не тронуло чудесное спасение, не обрадовала смерть Найган нат сорна. Он остался ОДИН, кто примет из его рук меч и выполнит предназначение – откроет дорогу Радужной госпоже?

У их мира нет девяти дней, необходимых для того чтобы остудить лезвие меча на склоне священной горы Фурияма, где могучие северные ветры будут медленно остужать его, закаляя и делясь с ним своей силой. Поэтому лезвие меча остудит и закалит жизнь творца, создавшего меч. Такая жертва будет принята богиней, только если она ДОБРОВОЛЬНА. Пришло его время отправиться вслед за теми, кого он привел сюда. Но осталось последнее дело ...

Раз Игрок уцелел и не предал секхеев, значит, по воле Самии Сукхаттар вручит меч ему.

* * *

Лучи обжигающего света оказались превосходным оружием, не знаю, насколько они окажутся полезны в бою против обычных смертных, но демону они пришлись явно не по вкусу. Момент нанесения удара я подгадал удивительно удачно. Заклятье прилетело в спину Найган нат сорна, когда он полностью был сосредоточен на взломе защиты.

Несколько мгновений неуверенности и ПОБЕДА!!!

Я стоял на холме и пытался рассмотреть какие-либо подробности на территории кузни. Иссушенные тела, механизмы, труп воина и тишина. Неужели я остался один? Неожиданно, из-за ближайших камней появился кузнец. Я запомнил этого секхея, когда рассматривал кузню пред боем.

В руке мужчина нес удивительный меч. Выточенная словно из золотистой кости гарда полностью охватывала кисть руки. Короткий с локоть длиной, но широкий клинок ежесекундно менял свет, проходя весь спектр синевы неба. На лезвии красным цветом горели руны неведомого алфавита. Обычно, я равнодушен к оружию ближнего боя, но от этого меча не мог оторвать глаз.

Пока я рассматривал меч, кузнец подошел вплотную и пытливо уставился на меня. Мне показалось, что он заметил мое восхищение его творением и это ему понравилось.

–Ну что ж Игрок, смертные строят планы, а боги смеются, глядя на наши потуги выполнить то, что было намечено. Ты пришел извне, но сражался рядом с нами, и теперь это и твоя война. Волей Самии плетельщицы судеб я отдаю тебе Син’Эрей. Выполни предназначение, спаси наш мир.

С последними словами мастер без размаха вонзил меч себе в грудь. Ну и как это понимать? Пока разум метался, пытаясь найти ответы на множество вопросов, моя рука сама устремилась к мечу, как мотылек к пламени свечи.

Стоило пальцам сомкнуться на рукояти как внезапно глаза жреца открылись и я услышал слова, что он произнес: –Найди обелиск. Разруби завесу мрака. Исполни пророчество. Открой дорогу госпоже.

Не успел я осознать то, что услышал, как окружающий мир стал стремительно меркнуть. Я словно проваливался в темноту, устремившуюся ко мне со всех сторон.

* * *

Ишкуин вынужден был покинуть мир. Вместилище его духа погибло под ударом могущественного заклятья света, и аватар не мог остаться и выполнить волю господина. Хаосит, по странной прихоти судьбы, вмешавшийся в спор богов перепутал нити судьбы. Погибель создана. Ишкуин не справился. Но спор еще не завершен, пророчество еще не воплотилось в жизнь, и судьба мира будет решаться на ступенях разрушенного храма Гроз. В центре полуразрушенного зала высится обелиск, на котором высечены печати, удерживающие завесу мрака. Пока стоит обелиск, пока целы печати истинная хозяйка мира не может вернуться. Там на ступенях погибшего храма Ишкуин сможет поставить точку в споре с Игроком. Один раз он уже уничтожил носителя меча, значит, сможет сделать это еще раз.

Третья боевая форма. Мрак всепоглощающий.

Глава 17

Ишкуин на миг заколебался, до этого смертный Темнота резким толчком буквально выплюнула меня на потрескавшиеся каменные плиты, напоследок крепко приложив боком об обломок строительного блока. Чтобы встать с грязного пола пришлось постараться. Неожиданная и резкая боль выбила из колеи, через какое-то время регенерация справится с повреждениями, но пока ощущения были далеки от приятных. Потирая рукой ноющий бок, я с наслаждением выругался. Как же меня утомили все эти пророчества, секхеи, их проклятый меч, Радужная госпожа, за которую я почему-то должен спасать ее мир, бог-Паразит, вместе с его голодом. Совершенно бессмысленное и даже опасное занятие — ругать богов, ну хоть душу отвел. Я взял себя в руки и заставил внимательно оглядеться по сторонам.

Маленький внутренний дворик, окруженный каменными стенами, плиты пола густо усеяны каменным обломками, кое-где возвышаются остатки разбитых колонн, а полуразрушенная чаша с мраморным крошевом в центре площадки, скорее всего, была когда-то фонтаном. Сквозь стыки плит пробивается редкая трава, в разрывах стен виднеются ветви местного неприхотливого кустарника. Что бы здесь не произошло: серьезный бой или кто-то старательно крушил обстановку, это произошло довольно давно, в этом можно не сомневаться. Я сам не раз участвовал в подобном и теперь уже нутром понимаю, где постаралось время или природа, а где приложили к разрушению руки разумные. Тишина, стояла оглушающая: не шуршали насекомые, не шебуршались зверьки, не перелетали с ветки на ветку птицы, даже песок не поскрипывал под ветром, да и дуновения ветра я не ощущал. А вот это мне очень НЕ НРАВИТСЯ. Похоже, я слишком рано расслабился.

Внутреннее ощущение тревоги, не обмануло. Двор начал затягивать густой багровый туман, он стелился по полу, медленно заполняя пространство дворика и делая непроглядным все вокруг. Кажется, неприятности продолжаются, а я уже размечтался, что все закончилось и меня ждет простая и недолгая прогулка к обелиску, о котором мне говорил жрец. Я так и не понял, куда мне идти и что там делать, когда дойду. Пока, во дворике было чисто, я видел восемь проходов, ведущих в разные стороны, причем три из них были сильно завалены камнями. Хорошо если все проходы сходятся в одной точке, но так почти никогда не бывает.

Судя по цвету тумана, противостоит мне та же тварь, что и в пустыне — Найган как-то там. От Лучей обжигающего света ему сильно досталась, и как бы ни был он силен, запас его прочности не может быть бесконечен, но я буду предполагать худшее: то, что тварь со временем регенерирует и, значит, время играет на его стороне. Лезть в каменный лабиринт активно не хочется. Исследуя коридоры и тупики, я потеряю время, которого у меня и так нет. Оглядывая дворик, я надеялся увидеть подсказку, но ничего не успел найти, а теперь и искать невозможно. Придется двигаться наугад и терять драгоценное время и инициативу.

Блуждающий взгляд случайно скользнул по мечу, который я все еще держал в руке. Его лезвие переливалась светом, а руны на клинке время от времени вспыхивали, и окружающий туман, словно бы отшатывался от меня, клубясь на границе сферы, диаметром в тройку шагов. У меня возникла бредовая идея. Других вариантов нет, я ничего не теряю и, ощущая себя не совсем адекватным, я мысленно обратился к мечу: « Син’Эрей, ты знаешь, куда нам идти дальше?» Я слабо представлял, как меч мне ответит, это только в сказках любят рассказывать про мечи, наделенные разумом и языком, а в жизни я с такими чудесами не сталкивался. В следующий момент я понял, что знаю куда идти: прямо и немного левее. Бредовая идея сработала! Удивление внутри всколыхнулось как-то лениво, видимо в глубине души я ожидал чего-то подобного, учитывая, чем заплатили секхеи за создание этого меча. Один кузнец, ставший ножнами для клинка, чего стоит.

Не успел я пройти и пару шагов в нужном направлении, как из туманного марева выстрелило щупальце мрака и попыталось отхватить мне ногу. Оно словно заискрило при пересечении границы сферы, и сильно замедлилось, попав в свободное от тумана пространство. У меня возникло ощущение, что щупальце с трудом продавливается сквозь чистый воздух. Только благодаря этому я не только успел одернуть ногу, но и рубанул мечом сгусток мрака. От удара меч ярко вспыхнул, и ожившая темнота, похожая на прыгнувшую змею, я даже пасть на конце успел рассмотреть, осыпалась на плиты серым прахам. Я еще не успел опомниться от первой атаки, как по мне сразу ударил десяток щупалец. Противник действовал очень разумно, не оставляя ни одного шанса на спасение: щупальца били одновременно с разных мест. Жгуты тьмы летели мне в спину, лицо, руки и ноги. Я даже не пытался отмахнуться от всего, что мне угрожало, а сделал единственное, что могло еще меня спасти: рванул вперед, на ходу отмахиваясь лишь от того, что мешало двигаться в выбранном направлении. Задержись я на месте и все – конец, от одномоментной атаки со всех сторон я не смогу ни уклониться, ни отбиться. Поэтому здесь и сейчас главное скорость и пространство для маневра. На ходу я призвал Темный доспех и выпил зелье скорости — бег сейчас мое единственное спасение.

* * *

Спустя собственную вечность или всего каких-то несколько часов и последнюю выпитую склянку зелья исцеления, я стоял, опираясь спиной на стену, и старался перевести дыхание, одновременно выжидая, когда зелье подействует. Где-то там остался путь по двум ярусам храма, слившийся для меня в одну бесконечную гонку среди тумана. Впереди меня ждал полу заваленный проход. Я мучительно размышлял: прорываться ли вниз здесь или попытать счастья у следующей арки, в надежде, что там завал меньше?

–Ну и что же ты будешь делать дальше, смертный? – Язвительный голос демона гулко разнесся по коридорам, да теперь мы еще и разговаривали.

–Тебя убивать, что тут не понятного? — с раздражением произнес я, разглядывая здоровенную каменюку, лежащую в центре завала. Я пытался прикинуть: если убрать этот валун, на котором держится основная часть завала, то действительно ли обломки поменьше уже не будут представлять для меня проблему.

–Я не понимаю, зачем тебе это нужно, Игрок? Это не твой мир, не твой народ и не твоя война. Уничтожь этот меч, сломай его, и все на этом закончится. Ты останешься жив, а мой господин щедро тебя наградит, одарив сокровищами десятков миров, встреченных им ранее на своем бесконечном пути.

–А то, что с ними стало после его визита, я думаю, теперь знают лишь мертвецы, – пробормотал я себе под нос, все-таки приняв решение прорываться здесь. Меня уже ощутимо шатало. Последние часы в моем разуме слились в одно бесконечное марево, где я все время куда-то бежал, разрубая бесконечно тянущиеся ко мне сотни пастей. Если бы ни меч я бы так и остался в том самом первом дворике. Все-таки эти пасти-щупальца демона были слишком быстры для меня, атакуя одновременно, они то и дело наносили мне неглубокие, похожие на укусы раны. Тайвари определила, что в ранах оставался яд, похожий на выделения Ядовитого слизня. К сожалению Тай не могла просто так постоянно синтезировать противоядие, для этого ей необходимы были реагенты. Так что без жизненной энергии, что вливал в меня через рукоять меч я не смог бы продержаться так долго и зелья исцеления закончились бы намного быстрее.

Лезвие клинка вонзилась в камень, сразу же раскаляя место удара, а по поверхности глыбы зазмеились трещины. Оружие секхеев без труда справлялось с камнями, и преодолеть завал было бы плевым делом, если бы не атаки демона. Стоило отвлечься, как из уже не столь плотного мрака, держащегося за чертой защиты, выстрелило сразу три щупальца-пасти. Я с трудом успел выдернуть меч из камня и полоснуть по одному из них. От второго я увернулся, отдернув ногу. Стремясь лишить меня подвижности, демон бил в первую очередь по ногам. А вот третье я пропустил: оно ударило в бок, заставив вскрикнуть от боли. Меч, на возвратном движении разрубил тянущиеся ко мне пасти, но на боку все равно осталась рана-ожог размером с кулак. Темный доспех давно себя исчерпал.

— Не понимаю, почему ты упорствуешь? — снова подал голос демон, эта тварь говорила удивительно проникновенно: – Тебе не за что здесь сражаться. Положи меч и уходи.

-- Да пошел ты! – с чувством произнес я, продолжая расковыривать камень и ожидая новой атаки, – Твои обещания так же пусты, как и твой господин. Нет никаких сокровищ из десятков миров, и никто не отпустит меня отсюда живым, ты врешь, как и все подобные тебе. К тому же Пророчества – эта как Судьба, с ними не спорят, а выполняют.

Нельзя просто положить меч и сказать, что я ухожу. Демон и его хозяин, возможно, и не будут со мной возиться, если взять соответствующую клятву, но меня покарает само Пророчество. Сила, вложенная в него – это вера и отчаянье миллионов детей Песка. Именно это позволило ему воплотиться в жизнь и оно неотвратимо и неизбежно перемелет дерзнувшего воспротивится, не оставив даже шанса на спасение. И если уж волею Хозяйки судеб я оказался Героем, то лучше пытаясь исполнить предначертанное – погибнуть, чем столкнуться с последствием не правильного выбора. Так хотя бы есть шанс, остаться в живых.

Два новых щупальца, выметнувшихся ко мне из мглы я срубил одним коротким и быстрым ударом, ожидая этой атаки, я специально не глубоко вонзил меч в камень, и демон ударил именно туда куда я и ожидал: в уже раненый бок.

– Что получил? – злорадно усмехнулся я, как бы ни был силен мой противник, ему тоже изрядно досталось. Раньше он бил по мне сразу десятком сгустков мрака, теперь его хватало лишь на пару.

– Зря радуешься смертный, моей силы хватит еще на целую сотню тебе подобных.

– Ну-ну, это мы еще посмотрим, – сказал я, несколько раз прицельно пнув удерживающий завал валун. Мне удалось отколоть от камня достаточно много, и теперь валун ощутимо пошатывался, как последний зуб во рту столетнего старца, но упорно держался. Новая атака, только какая-то неубедительная: всего одно щупальце, да и то отдернулась сразу же, стоило мне приподнять меч.

– Ну и кто из нас выдохся, демон? Но мне не ответили и голему понятно, противник копит силы для окончательной атаки. Пламя Хаоса! Неужели я тут сдохну из-за одной проклятой каменюки?! Разозлившись, я с размаху пнул валун. Вот всегда подозревал, что ни надо психовать, целее буду. От моего удара каменная глыба, увлекая за собой камни помельче поехала вниз, а я, не удержавшись на ногах, покатился по осыпи, матерясь во всю глотку.

* * *

Ишкуину приходилось делать длительные перерывы между атаками. Слишком много сил было растрачено: смена боевых форм, переход к храму Гроз долгий поединок с игроком. Даже у него силы не бесконечны. Каждый удар меча уничтожал частичку слуги Пожирателя, причиняя невыносимую боль. Предыдущее воплощение Погибели не было столь сильно и опасно, к счастью, хаосит не полностью владел тем, что попало ему в руки, и использовал оружие богов кое-как, но даже этих крох силы хватило, что бы почти пробиться к цели.

Но теперь все должно было закончиться, и Ишкуин уже с нетерпением ждал момента, когда он вновь сможет окунуться в благословенную темноту, что бы залечить свои раны. Темный аватар почти успел накопить достаточно сил для завершающей атаки. Дюжина его отростков была готова нанести удар, но игрок неожиданно смог выбить каменную пробку и вместе с камнями провалился в проход, ведущий на третий ярус. Подобного спуска Ишкуин не ожидал и не успел ударить по скатывающемуся вниз Игроку. К сожалению, храм Радужной Госпожи все еще сопротивлялся вторжению Пожирателя, и чтобы пересечь границу ярусов, темному аватару необходимо было потратить время и силы. На следующем ярусе не было каменных завалов и обессиленному демону будет труднее остановить Игрока. Если бы мог, Ишкуин грустно вздохнул бы, ему уже не хотелось ничего делать, но выхода нет, воля господина должна быть исполнена, во что бы то ни стало. Мрак всепоглащающий больше не помощник, остается сменить боевую форму: темный кукловод. Новая форма спустится вниз, туда, где гниют кости того, предыдущего носителя Погибели. Там на четвертом ярусе при входе в алтарный чертог они вновь встретятся с Игроком.

* * *

Я торопливо шел, оглядываясь по сторонам. Под ногами шелестели и ломались старые кости, которыми был густо усеян пол. Когда-то, ища защиты и надеясь на спасение, в главный храм богини стекались тысячи секхеев, и сейчас их кости грудами лежали, покрывая все вокруг. Иногда среди костей встречались высохшие тела. Мой глаз выхватывал в полутьме тела женщин и детей. Мужчины, видимо, остались на верху и погибли, пытаясь защитить своих близких. Вначале я шел, стараясь не наступать на кости, но чем дальше я уходил от спуска, тем больше вокруг было костей. Шаддат, я почти физически ощущал их отчаяние и надежду, я старался не вглядываться в старые кости, но взгляд ненароком выхватывал отдельные картины. Вот мумифицированная от сухого воздуха женщина, закрывающая телом кулек, в котором спустя миг я угадал младенца, здесь в углу семья, так до конца не разжавшая объятий. Ну и где же были те, кто должен был их защитить? Кто, если не боги должны противостоять Пожирателям миров и их слугам? Сражаясь в Темных Песках, я просто хотел выжить, но здесь на третьем ярусе храма Гроз, глядя на всех этих погибших, я почувствовал, что меня захлестывает бешенство на богов, для которых смертные даже не фигурки на игровой доске, а мелочь нестоящая внимания. В душе клеймом горело желание: вцепиться в глотку темному аватару, чтобы этот проклятый небожитель прочувствовал на своей шкуре отчаяние, разлитое в воздухе старого храма. Противостояние мира Черных Песков перестало быть для меня чем-то далеким, тем о чем я забуду, едва покину этот мир. Трагедия детей Песка заставила меня желать нового боя, я жаждал увидеть знакомые сгустки тумана и, врубившись в них, поквитаться с тварью, что убила их всех. Но коридоры были пусты и безжизненны, никто не нападал, никто не пытался остановить меня. Хруст костей под ногами, полутьма и запустение сопровождали мой путь по третьему ярусу.

В какой-то миг, после очередного бесчисленного поворота передо мной открылся спуск на следующий ярус. Широкий каменный пандус заканчивался небольшой площадкой перед пустыми воротами. В проеме ворот четко очерчивался силуэт человекоподобной фигуры. Уже привычному багровому цвету я обрадовался как родному. А знакомый голос демона не оставил сомнения, что ждут именно меня: – Здесь закончится твой путь, смертный. Должен признать, ты был достойным врагом.

Я стоял, рассматривая новое воплощение демона: мешанина камней, костей, веток, и различного мусора. Для постройки его тела пошло в ход все, что валялась вокруг. Но мне не хотелось улыбаться и зубоскалить о том, что против меня будет драться куча мусора. Фигура демона заставляла с уважением отнестись к новой инкарнации темного аватара. Иногда и одного булыжника хватит, если он упадет на голову.

– Не будь столь самоуверен демон, мы еще посмотрим кто кого.

Мой ответ его видимо рассмешил, ничем иным как смехом, звуки похожие на скрежет метала по стеклу, быть не могли.

– Ты глуп, смертный, если думаешь, что сможешь меня победить. В иное время похожим мечом владел посвященный здешней Хозяйки. Ему были доступны все силы, вложенные в меч, и все равно этого не хватило. Теперь его кости истлевают там внизу, так же как и твои кости останутся гнить здесь.

– Я бы с тобой поспорил, но это бессмысленно, потому что мертвецы или бесплотные духи, не знаю, что там останется после тебя, не отдают свои долги.

– Ты безумен, сила твоего господина сожрала твой разум. Я Ишкуин, тень Пожирателя…..

Возможно, демон еще много чего мог сказать, и этот бессмысленный обмен репликами длился бы еще очень долго, но я просто чувствовал как время утекает сквозь пальцы, пора было кончать этот фарс, чем бы он не закончился: – Да пошел ты, – и с трудом переставляя ноги, пошел вперед.

* * *

не совершал откровенно глупых поступков. Похоже, игрок был уверен в собственной победе, а это могло быть как безрассудство, так и четкий расчет. Аватар был уверен, что больше Игроку нечего ему противопоставить, все, что у него было, тот израсходовал раньше, сила меча доступна только посвященному, но Игрок собирался победить. Демон искал ловушку и не находил. Даже уничтожив куклу, созданную им, поразить аватара невозможно. Что бы нанести ему вред , Игроку необходимо было видеть силовые нити марионетки, идущие к невидимому кукловоду. Хаосит мог сколько угодно пытаться уничтожить его творение, но это не принесет победу. Смертный просто сошел с ума и не понимает, что не сможет победить, ни при каких условиях.

* * *

Мне надо все закончить одним ударом, бегать, прыгать и уклоняться уже не осталось ни сил, ни желания. Не только этот бой затянулся, весь этот поход не давал мне перевести дух с самого начала, и я неожиданно просто морально устал. Взвесив клинок в руке, я приготовился бросить его в монстра, преграждавшего мне путь. Расстояние не так велико, Ишкуин стоит в проеме ворот, уворачиваться ему некуда, и если я постараюсь, то смогу метнуть меч как копье, но подойти еще на шаг не помешает. Не отрывая глаз от цели я делаю последний шаг, чтобы выйти на лучший угол для броска и со всей дури поскальзываюсь. Опорная нога едет вперед, я опрокидываюсь назад, а меч выскальзывает из руки и улетает куда-то в темноту за спиной. Треснувшись со всего размаха об пол спиной, я еще не успел ничего толком сообразить, как раздался невообразимой силы вопль: злоба, агония, отчаяние, бессилие и ярость, казалось, ввинчиваются в мозг, минуя уши. Столько непередаваемых впечатлений от эмпатии я еще не ловил ни разу, во имя Хоаса, зачем мне эти способности, дурак был, когда думал об их пользе, вред один. Вопль отзвучал под сводами зала, а потом все стихло. Хотелось лежать в тишине, раскинув руки и бездумно смотреть в потолок, ни о чем не беспокоясь, но усилием воли я заставил себя встать и идти разыскивать меч, упорхнувший у меня из руки. Меч по-прежнему светился, и лишь поэтому найти его не составило труда. Клинок воткнулся в щель между колоннами, пришпилив к стене странное создание, похожее на личинку огромного насекомого. Интересно это еще одна форма или естественный вид темного аватара? Похоже, меня слегка контузило воплем, раз сейчас меня волнуют такие идиотские вопросы.

На эмпатическом уровне я ощущал лишь недоумение демона. Забавно: демон подыхал весь из себя такой смертельно озадаченный. Захлебываясь безумным смехом, я провернул меч в ране, и он затих, а моя истерика захлебнулась в море эмбиента. Но даже этот опьяняющий поток не помешал мне с сожалением взглянуть на левую руку, мгновенный зеленый отсвет и это все что осталось от монеты Леприкона после того, как я ее сломал.

И прежде чем поток эмбиента накрыл меня с головой, я успел ответить на так и не заданный вопрос погибшего аватара: – Невозможно проиграть, если удача играет на твоей стороне.

Потоки эмбиента несли меня за собой. Вверх, низ, внутрь: направление несущественно и не определимо. Упоение, эйфория, радость, все это лишь оттенки того, что испытывал я. Счастье бытия, лучшее вино, самые безумные наркотики и оргии не могли бы дать мне даже малую часть тех ощущений, что давал эмбиент. Мое Я, подобно небесному дельфину, бездумно и весело качалось в потоках силы, несущих меня куда-то. Полет на крыльях безумия сквозь собственный разум неожиданно прервался, вместо привычного и знакомого мне ритуала получения нового ранга, из темноты вырвались языки пламени и обхватили меня, унося за собой. Мелькали вспышки звезд, шары планет и потоки метеоров, моя душа неслась сквозь вселенную с все нарастающей скоростью, а я не мог понять, что происходит. Никогда ранее я не испытывал подобного и даже не слышал о таком. Наконец, стремительный полет замедлился, и спустя миг, а может быть вечность, я увидел вдали ярко черную точку. Не знаю, как можно увидеть в темноте космоса черную точку, да еще яркую, но именно такой она и была. Моя цель приближалась с каждым мигом, стремительно увеличиваясь в размерах. В Академии я смотрел учебные фильмы, и я знаю, как выглядят звезды и планеты из космоса. Огромные шары первозданного пламени дают свет и тепло кружащим вокруг них планетам. Это первое, что пришло мне на ум, когда я разглядел то, к чему меня влекло. Но разве звезды могут выглядеть столь безумно и невероятно красиво? Огромное пламя, полыхающее в пустоте, одновременно пожирало и рождало материю вокруг себя. Оно казалось то черным, то красным или фиолетовым, а спустя миг невообразимо меняло цвет, названия которому я просто не знал. Языки огня клубилась и полыхали, то расширяясь подобно огромной звезде, готовой сжечь все вокруг себя, то уменьшаясь до размеров крошечной точки. Неведомая сила, что притащила меня сюда, лишь на краткий миг позволила мне задержаться, любуясь картиной. И неожиданно я осознал, что вижу перед собой тот самый первозданный хаос, которому мы вроде бы служим, но по-настоящему не понимаем. Дав мне возможность рассмотреть стихию во всей красе, сила вновь возобновила движение. Мы падали в море огня и я забился в невидимых путах, отлично понимая, что просто сгорю в этом огне безвозвратно. Я растворюсь в нем всем своим естеством, умру той окончательной смертью, после которой уже ничего нет. Эйфорию от эмбиента смыло потоком животного ужаса. Но мои трепыхания были так же бесполезны, как борьба щепки с водопадом. Миг, и я падаю. Я ору от ужаса, а спустя секунду все еще продолжая орать, оказываюсь распростерт на прохладных хрустальных ступенях. Мне потребовалось прорва времени, что бы прийти в себя, было невыносимо страшно оторваться от этих прохладных и гладких ступеней. Казалось: стоит хотя бы оторвать взгляд от плит пола, и я снова увижу бушующее пламя. Собрав все свое мужество в кулак, я все-таки сумел заставить себя сесть на ступенях и огляделся вокруг. Если теперь таким образом я буду каждый раз получать новый ранг, боюсь что отважусь поднять его только через тысячу лет, а может быть и никогда.

Все еще пребывая в шоке, я оглядывался по сторонам и пытался понять, куда я попал. Вокруг высились прозрачные колонны, расставленные по кругу, и поддерживающие куполообразную крышу. Вокруг колоннады раскинулось ночное небо с мириадами сверкающих и перемигивающихся звезд. На фоне звездного неба колонны и крыша слегка отсвечивали призрачным светом, позволяя рассмотреть себя. Пол был слегка затянут дымкой, а в центре зала за моей спиной, располагался небольшой алтарь, к которому вели восемь ступеней, на них-то я и сидел. Алтарь был мне прекрасно знаком: на небольшом каменном кубе стояла простая каменная чаша, внутри которой горело черное пламя. Едва взглянув на знакомые отблески, я сразу же отвел взгляд, точно такой алтарь стоит в городе Двойной Спирали.

–Ты можешь смотреть на мое пламя, сегодня оно не заберет твой разум. Услышав сильный, глубокий голос я невольно посмотрел наверх, там, где раньше стоял алтарь с каменной чашей, возник трон из живого черного огня, на котором, закинув ногу на ногу, сидел молодой паренек лет шестнадцати. Черные прямые волосы до плеч, стройная фигура, тонкие, почти девичьи руки, кожа цвета молочного фарфора и глаза в которых полыхает все тот же знакомый мне черный огонь, миг назад, горевший на алтаре. Он был одет в черный бархатный камзол без вышивки, такие же штаны, заправленные в высокие сапоги на шнуровке. Единственное украшение – почти невидимый среди густых смоляных волос – тонкий серебристый обруч. Откинувшись назад, мой бог с усмешкой и любопытством рассматривал меня.

Пребывая в полном охренении, мне каким-то чудом удалось вспомнить наставления, что дают в храме Хаоса всем игрокам. Я опустился на одно колено и, склонив голову, коснулся кулаком правой руки груди в области сердца, приветствуя Властелина Хаоса.

–Для меня честь, Владыка, приветствовать тебя.

–Ты можешь встать Рэнион. Я доволен тобой. Должен признаться, ты сумел меня удивить. А в последний раз такое случалось почти пятьсот больших циклов назад по времени игроков. Захотелось взглянуть на тебя поближе.

Догадка, чем я мог удивить Смеющегося Господина, у меня была всего одна, но я не успел ее озвучить. Голос владыки вновь разнесся в пустоте: – Ты здесь не только из-за этого, хотя победа над аватаром бога на столь малом ранге и почти в одиночку – это конечно Деяние. Сегодня твое имя впервые было начертано на страницах книги Вечности, из нее боги и демоны узнают о деяниях смертных. По этим записям о тебе впредь будут судить Высшие.

Не зная, что сказать в этой ситуации, я решил молча поклониться.

–Я все же объясню тебе, почему ты здесь: Победа над Ишкуином и два глобальных изменения и все это в течение дня – вот причина, по которой ты сегодня предстал передо мной.

–Изменения, Господин?– уточняюще спросил я, не понимая о чем речь и лихорадочно пытаясь понять, где и что я успел натворить такого, что привлекло внимание моего бога.

Властелин Хаоса усмехнувшись, соизволил ответить: – Два часа назад в главном штабе рыцарей порядка принято решение об отправке разведывательного корабля на планету, известную игрокам как Свалка, его экипажу дано задание уточнить информацию, полученную от тебя. После ее подтверждения туда будут направлены транспортные корабли для проведения эвакуации. Последние представители союза юмари будут спасены, и их вид получит новый шанс на развитие. Это первое глобальное изменение.

–Но ведь этого еще не произошло, корабль может погибнуть в дороге, рыцари могут не захотеть спасать юмари. Что угодно может произойти! Как можно судить о том, что еще не произошло?

–Это не так,– властелин Хаоса очень по-человечески покачал головой:– нити судьбы уже сплетены и ход этих событий предопределен. Развилка событий пройдена.

Тогда понятно, второе изменение – это исполнение пророчества секхеев и возвращение Радужной госпожи, до этого я додумался самостоятельно.

–Все верно, – бог даже не пытался сделать вид, что нуждается в моих словах: – Спор богов завершен, и пророчество будет исполнено лишь благодаря твоему вмешательству, во всех других вероятностях, без твоей помощи секхеи не смогли выстоять даже против первой боевой формы Ишкуина. Дымка, затянувшая пол пропала, и я увидел знакомую картину. Огромный богомол серповидными лапами рассекал секхеев, а те пытались сражаться, но их оружие не было способно даже пробить его панцирь. Покончив с воинами, аватар набросился на защитный круг, где жрец создавал меч. Какое-то время защита еще сдерживала его напор, но быстро истощилась и погасла под яростными атаками демона. Последнее что я увидел: Ишкуин заталкивает себе в пасть насаженного на лапу жреца.

–Но ведь я еще не завершил пророчество и не уничтожил завесу мрака? – все-таки решил уточнить я.

–А есть причины, по которым ты этого не сделаешь?

–Нет, но все-таки…– из чистого упрямства не сдавался я.

–Ты выполнишь то, что должен и сам же это понимаешь, – оборвал наш спор бог, а я сразу осознал, с кем пытаюсь спорить, а главное – зачем?

– Позволь задать вопрос, Владыка? Любое деяние приносит изменения, игроки постоянно их совершают: убивают и разрушают, иногда гибнут целые миры, но я не слышал о том, что бы кто-то из игроков привлек этим твое внимание.

–Ты прав, но лишь отчасти, смертные, которым я позволил стать моими служителями, постоянно создают изменения, но не все они достаточно эффективны. Скажи, зачем и для чего я начал игру хаоса? Для чего я вам дал в руки частицы своей силы, заключив их в форму карт? Для каких целей тысячи смертных получают шанс изменить свою судьбу?

Сложный вопрос, на который я самостоятельно пытался найти ответ сотнями ночей у походных костров, в бесконечных спорах с товарищами в тавернах. Для чего все это: смерти, убийства, есть в этом какой-то смысл или все, чем я занимаюсь, это затянувшаяся шутка Сумасшедшего бога?

–Я не знаю, Владыка, но очень хочу узнать и понять, – все, что я мог ответить, не озвучивать же все те идеи разной степени бредовости, до которых мы додумывались за бутылкой вина.

–Проще показать, чем долго объяснять, – мановение руки Смеющегося господина, и я стою посреди леса. Поют птицы, колышутся ветви деревьев, бегают животные. А рядом со мной возник повелитель хаоса, сорвав травинку, он задумчиво посмотрел на созданную им иллюзию: – Представь себе, что этот лес и есть мир, населенный разумными существами. Он живет, развивается, меняется, – Властелин хаоса говорил, а я смотрел.

Вокруг стремительно росли и старели деревья, хищники охотились на других зверей, сменялись времена года, лес старел, под деревьями, заслонившими собой небо, не могла вырасти молодая поросль. Хищники погибли от неведомой болезни, а расплодившиеся сверх меры маленькие ушастые зверьки выели всю растительность, лес погибал, медленно и неотвратимо, и когда вспыхнул пожар – это было почти благом. Огонь, прокатившись по лесу, оставил после себя лишь пепел и золу, но спустя время на этом пожарище начал расти новый лес, появились новые птицы и звери.

Мир мигнул, и мы снова оказались в колоннаде.

–Пламя это Хаос, миры для участия в игре никогда не избираются случайно, мы приходим лишь туда, где развитие мира застыло, когда нет движения, и царствует предопределенность.

–А как же Кейдан и другие миры, ведь они смогли устоять и даже победить?

–Игра – это не только смерть, но и испытание. Если мир сумел найти в себе силы противостоять игрокам, значит, этот мир достоин жизни и получит новый шанс для развития. Юмари, секхеи – они гибли и без моего вмешательства, но придя туда, я дал им шанс на спасение через вас, моих служителей. Я создал возможности, и юмари воспользовались своим шансом на спасение, заключив сделку с тобой.

–Выходит, караван, везущий асхабан, не случайно оказался в Черных Песках одновременно со мной? – озвучил я свою догадку.

–Все верно,– усмехнулся юноша, – я создал возможность, определив маршрут новичка, которого ты сопровождал. Но дальнейшее решение ты принял сам, ты мог бы продолжать спать и пропустить его, ты мог бы избежать боя, ты мог бы сделать сотни разных вещей, но все случилось так, как случилось, и ты сам не зная этого, выполнил мое желание. В отличие от богов Света или Тьмы я не диктую свою волю адептам, любое божественное слово создает определенность, лишает свободы выбора, и именно это претит мне. Но те, кто смог понять и найти иное, кроме убийства решение проблемы, достойны награды.

–Получается, не обязательно истреблять смертных, – озвучил я идею, озарившую мою голову, – достаточно просто устранить причину, по которой их мир попал в игру?

–Все верно, но не всегда возможно. Что есть, по сути, смерть, как не абсолютный порядок и вечный покой. Даже время застывает в смерти, ведь оно нужно лишь живым. Но и смерть важна, ибо без нее нет жизни. Теперь ты знаешь еще об одном пути развития в игре. За каждое глобальное изменение в награду игроку, осуществившему его, я даю один ранг.

–Всего лишь один, – я с трудом сдержал разочарование, как-то не слишком много, я уже настроился на что-то невероятное, уж если сам Владыка удостоил меня беседы.

–Да всего один ранг,– услышав мои мысли, Властелин Хаоса счел нужным уточнить, – не важно, на каком ранге ты находишься: Полководец ты или Владыка, ты поднимешься на ступень выше. Но ты можешь отказаться от повышения ранга и принять от меня иную награду, которую я выдаю на свое усмотрение. Кроме того, эмбиента за убийство Ишкуина тебе хватило, что бы поднять сразу два ранга, было бы больше, но его ты убил в храме Гроз, а он расположен за пределами игрового поля, и поэтому эмбиента и дайнов ты получишь вдвое меньше, чем мог бы. А теперь решай, какую награду ты хочешь получить от меня.

А вот тут надо подумать и не спешить с ответом: сразу четыре ранга это очень много и хорошо, я сделаю огромный скачок в своем развитии, не нарушая своих принципов. Но с другой стороны очень скоро Турнир, поднявшись сразу на четыре ступени, я рискую на арене встретить противника, с которым могу не справиться. Правило разницы двух рангов никто не отменял, и став тринадцатым я легко могу получить противником бойца пятнадцатой ступени силы. А это уже очень серьезно, глупцов и новичков на таком ранге уже нет, их срезают раньше, пятнадцатая ступень это как минимум очень опытный боец, прошедший сотни схваток и наверняка имеющий и золотые и серебряные карты в колоде, иначе бы он не смог подняться столь высоко. А вот я с бойцами такого класса драться не готов, моя колода больше заточена на нанесение массового урона по площадям, а не на индивидуальные схватки, это не критичный недостаток и при наличии времени он легко устраним. Но сейчас, когда времени уже почти не осталось, это ПРОБЛЕМА. Значит, решено, тянуть долго с ответом не стоит, я слышал, Смеющийся господин не славится долготерпением.

–Владыка, я принял решение, и прошу вместо положенных мне двух рангов за изменения иную награду.

–Что ж пусть будет так, это твой выбор. Ну и чем же тебя наградить? – На миг, как мне показалось, Властелин Хаоса задумался. – Решено, это будет интересно, – он стремительно сорвал с небосклона одну из звезд. Пульсирующий огонек забился между его пальцев, и под пристальным взглядом бога цвет огонька сменился, став похожим на пламя, полыхающее в его глазницах. Еще одно стремительное движение руки и часть дымки клубящейся на полу храма закружилась вокруг пальца юноши, несколько поворотов кистью и, повинуясь его воле, мерцающий туман обрел форму, став похожим на перстень, в оправу которого была вставлена пульсирующая крупица хаоса. Взглянув на свое творение, и явно любуясь результатом, Смеющийся господин протянул мне кольцо.

–Держи свою награду. Оно будет защищать тебя от воздействия хаоса, и в тоже время усиливать тебя и твои способности. Кольцо будет влиять на любые атрибуты игры хаоса, усиливать твои карты, и ослаблять карты противника, с остальными свойствами артефакта, я думаю, ты разберешься сам. Если ты произведешь еще подобные изменения, то сможешь выбрать повышение ранга или усиление кольца самостоятельно. А теперь ступай, ты еще должен исполнить пророчество, – взмах руки и поток силы уносит меня прочь.

Очнулся я, сидя на полу, и опершись спиной на стену, в голове шумело, накопившаяся усталость от боя и ран никуда не делась, рядом валялся трупик Ишкуина, стремительно разлагаясь. Вот же живучая тварь, сколько раз я его убивал и только после того как я достал его мечом, да еще мухлюя с удачей, тварь сдохла, а все остальное заставляло его лишь сменить форму. Хотелось еще посидеть, вытянув ноги, и немного отдохнуть, но работу все-таки лучше сделать, не откладывая на потом, хоть Властелин Хаоса и утверждал, что пророчество почти исполнено и линии судьбы уже определены, но мало ли что. Вспомнив о встрече с богом, я разжал кулак, где должен быть его подарок. После всего произошедшего, я бы не очень удивился, окажись, что весь этот полет, разговор и прочее, просто глупый сон. Но на ладони лежал серебристый перстень-печатка, на месте камня пульсировал крошечный огонек, размером с горошину. Значит все-таки не сон, чуть поколебавшись, я надел кольцо на палец, потом нужно будет разобраться с его свойствами. А теперь пора.

Распределить полученные за победу сферы силы можно и потом, не удержавшись, я все-таки глянул на медальон, любуясь на одиннадцать заполненных секторов. Мне удивительно повезло не только уцелеть, но и победить. Дорога до входа на четвертый ярус не заняла много времени, главная сложность оказалась пробраться через кучу мусора оставшуюся после голема, созданного Ишкуином. Глядя на него, я окончательно уверился, что потратил монету Леприкона не зря, пожадничай я и лежать бы мне здесь да потихоньку тлеть. Даже захотелось при возвращении домой сказать спасибо Хозяину Таверны, организовавшего мне те приключения с охотой… От понимая того, по какой тонкой грани я прошел, сердце на миг сбилось с ритма.

Я преодолел площадку, перед которой меня ждал Ишкуин, и начал спускаться на следующий ярус. Выщербленные каменные ступени тянулись вниз достаточно долго. Подсвеченная площадка осталась далеко за спиной, и мне даже пришлось надеть Маску хранителя ночи. В отличие от предыдущих ярусов дневного света здесь не было. Наконец, за очередным поворотом я увидел алтарный зал. Раньше проем лестницы перекрывала высокая резная дверь. Сейчас она была выбита и лежала вся изрубленная на полу. Когда-то здесь было очень «жарко», благодаря эмпатии я ощущал отголоски той яростной схватки, что бушевала здесь. Пройдя чуть дальше я наткнулся на последнего защитника: белые кости были перемешаны с изрубленным доспехами из девмерейна, костяшки руки по-прежнему сжимали рукоять, а рядом лежали осколки меча, похожего на мой. Склонив перед павшим воином голову, я отсалютовал ему мечом: « Теперь ты можешь спать спокойно, твой дух отомщен и враг повержен». Белая ткань накрыла останки, горючее масло пролилось сверху. Я не знаю, что случится после того как разрублю завесу или что там мешает Радужной госпоже, но скорее всего я сразу покину Храм, и кости еще долго будут здесь валяться, а это не правильно. Я не могу похоронить всех, кто погиб на третьем ярусе, но хотя бы этого воина могу проводить достойно. Погребальное пламя ярко вспыхнуло, освещая алтарный зал. Еще несколько шагов вперед и я стою перед огромной кучей то ли слизи то ли дерьма, во всяком случае, эта зеленоватая субстанция воняла на эмпатическом уровне, и при этом я отчетливо понимал, что это и есть цель моего пути. Приглядевшись, я заметил на этой бугристой зеленовато-желтой массе в разных местах выдавленные печати. Круги и овалы, заполненные какими-то символами, были соединены между собой почти невидимыми линиями. Вся куча оказалась заключена в удивительно сложную конструкцию, при взгляде на узоры хотелось передернуть плечами от омерзения. Ну и что же мне со всем этим делать? Прикасаться к этой дряни не хотелось до рвоты. Но тут за меня все решило оружие, что я сжимал в руке. Камень в крестовине гарды нестерпимо ярко полыхнул, на время ослепив меня, а когда зрение ко мне вернулась груда слизи застыла, став похожа на кучу обожженной глины. Все, что мне оставалось, это крепко по ней треснуть мечом, и она начала осыпалась черепками. Полчаса ударной работы и я довольно оглядел дело рук своих: из-под кучи грязи и слизи показалась статуя девушки-секхея с кувшином в руках, она шла по облакам, щедро поливая землю внизу. Так вот ты какая: Несущая воду и Дарующая Жизнь, Хозяйка ветров и гроз, Радужная госпожа. Добро пожаловать домой здесь тебя заждались.

Последний кусок грязи упал на пол и по залу пронесся невидимый ветер, напоенный свежестью и запахом озона. Я еще с минуту подождал, но больше ничего не произошло. Хозяйка этого места не сочла нужным удостоить меня разговором. Что-то разбаловали меня боги, вот уже привычно ожидаю внимания богини. Надо быть скромнее, боги любят создавать проблемы зазнавшимся смертным. Свою награду я уже получил в храме Смеющегося Господина, да и самую главную награду я уношу собой –собственную жизнь я сохранил, вопреки всему. Свет разящий я аккуратно положил возле ног статуи. «Ты уж присмотри за этим миром, приятель, женщины пусть и богини они такие– создавать и творить это их, а вот защищать и сражаться – все-таки наша работа. Поэтому постарайся сберечь этот мир, чтобы новые Пожиратели и прочая мерзость даже думать боялись сунуться сюда». И я почувствовал тепло, исходящее от меча, мне словно бы обещали, что он постарается и не подведет. «Ну вот и ладно, а теперь отправь меня назад в пустыню, у меня там еще кое-что осталось». Мне было грустно, сейчас на алтаре я оставлял не меч, а друга, зная, что не увижу его больше никогда, и пусть это нужно и правильно, но от этого не становилось легче. Знакомая темнота обволокла меня, унося отсюда, впрочем, я был ей почти рад.

Знакомое поле боя: черные пески волнами раскинулись до горизонта. Валяется панцирь Ишкуина, в паре сотен шагов возвышаются механизмы кузни, повсюду разбросаны изъеденные мошкарой кости секхеев и их скакунов. Казалось, что все произошедшее здесь было вечность назад. Я торопливо шел к знакомой куче камней, возле которых должна лежать моя плата. Дул пронзительный, ветер, маска замечательно защищала глаза летящего в лицо песка. Лиловое небо стремительно меняло свой цвет на зеленовато-голубой, вдали я заметил бегущие по небосводу облака, там сверкали вспышки молний, и порывы ветра доносили раскаты грома. Скоро будет дождь, первый дождь за хаос знает сколько лет. Улыбнувшись этой мысли, я, наконец, дошел до камней, возле которых прикрытые маскировочным покровом лежали аккуратно сложенные ящики. Открыв один из них, я увидел, что он полон маслянисто черных кусков необработанного девмерейна. Осталось только забрать. Когда я начал складывать небольшие ящики в свою сумку пошел дождь, сначала первые робкие капли упали на песок словно разведывая дорогу, а потом струи дождя полились на землю сплошным потоком. Я стоял, запрокинув лицо к небу, и счастливо смеялся. А потом я увидел ЕЕ, идущую сквозь потоки дождя. Богиня словно бы скользила меж струй, не касаясь земли, подобно прекрасному видению или мечте. Я не могу сказать, что девушка, одетая в лазурно-голубое платье с белой накидкой за спиной была прекрасна, просто она была Богиня, и этим все сказано.

Она замерла в нескольких шагах от меня, и я склонился перед ней в поклоне, приветствуя ее.

–Почему ты оставил меч?

–Потому, что это было правильно, он был создан в этом мире, людьми этого мира, для его защиты и спасения. А я лишь случайный путник, по воле хаоса оказавшийся здесь. Неправильный герой благодаря шутке Слепца, оказавшийся его хозяином лишь потому, что больше никого не осталось в живых. И кем бы я был, если бы забрал его себе, унеся в другие миры и к иным звездам? Он создан здесь, тут его дом, который он должен хранить и оберегать, иначе все это было напрасно! – и я махнул рукой в сторону разбросанных по пустыне костей.

–Спасибо воин. Я благодарна тебе за все, сделанное тобой и прими это в знак благодарности от меня.

В руках богини возник медальон на цепочке цвета красной меди. На медальоне была выгравирована оскаленная морда зверя, охваченная языками огня. По внешнему контуру шли восемь крупных голубых кристаллов, очень похожих на бриллианты. Красивая вещь, от которой веяло силой и властью.

–Это медальон Хозяина Подземного огня, он позволяет своему носителю принять форму ассирэя, но помни: ты должен не утратить контроль, выпуская зверя наружу, иначе загнать зверя назад станет невозможно. И еще возьми вместо оставленного тобой меча эти перчатки, их тоже создал Хозяин недр, пусть они верно служат тебе, куда бы ни привел тебя путь, и напоминают о мире, который ты спас. Подойдя ко мне, она одела медальон мне на шею и вложила в руки две тяжелые латные перчатки. Пока я недоуменно рассматривал подарки, богиня вновь отошла назад и вскинула руку. Медальон и перчатки на краткий миг охватило зеленоватое сияние. Мгновение и вещи разительно изменились. На шее висела простая медяшка, на простенькой цепочке, а руках лежали потертые кожаные перчатки с обрезанными пальцами.

–Я наложила на мои дары заклятье незначительности, так они будут выглядеть для всех не обладающих истинным зрением. Не хочу, чтобы они стали причиной твои гибели.

–Благодарю Госпожа, – я склонился в низком поклоне, а когда разогнулся, рядом никого не было.

Я собрал свои товары и на несколько томительных минут застыл, прощаясь с миром, который больше не увижу. Удивительно, насколько мне не нравилось в Черных Песках раньше, и насколько было печально прощаться сейчас. Но я понимал, что только мое присутствие удерживает этот мир в Игре, и мне надо уходить.

Компас.

Знакомый диск возникает передо мной, мне не надо долго думать, планируя маршрут. Я уже все решил. Следующая точка – Круг двигающихся камней. Каменный лабиринт, покрывающий полностью весь осколок, смертельно опасное место, где каменные стены двигаются в случайном порядке, грозя раздавить любого, оказавшегося между ними. Гибельное место, если не уметь передвигаться по воздуху или не знать правильный маршрут. Его высчитала Саймира, сумев уловить закономерность в казалось бы хаотичном движении стен. Если не знать его, добраться до центра лабиринта можно только по воздуху. Но кто и зачем сунется в это опасное место? Я собираюсь спокойно дождаться в его безопасном центре спасательную группу из клана. Рисковать жизнью и добычей, возвращаясь назад в Двойную Спираль без активных боевых карт, зелий и с практически пустым арсеналом не буду. Хватит, я и так сильно испытывал терпение Слепца, пора , наконец, проявить благоразумие.

Компас. Круг двигающихся камней.

Глава 18

Круг двигающихся камней.

Каменные стены с грохотом сомкнулись за моей спиной, и я облегченно выдохнул: успел еле-еле, то ли стены стали двигаться быстрее, то ли я подрастерял сноровку. Перед турниром нужно будет пройти усиленный тренинг, что бы улучшить форму, благо теперь о дайнах беспокоиться не стоит. Я с любовью погладил свою сумку, продав товар, хранящейся в ней, я смогу позволить себе очень многое. На дайны, что я получу за него я смогу исполнить свою давнюю мечту и куплю дом, СВОЙ Дом. Место, созданное специально для меня. Я уже знаю, я чувствую, каким оно будет: небольшой двухэтажный дом на высоком берегу океана. Вниз от дома по травяному склону вьется удобная тропинка до самого песчаного пляжа. Вокруг шумят сосны , а рядом с домом высится каменная башня маяка. Похожую картину я видел на Салюске, мы тогда держали оборону города и меня тяжело ранили. Так что этот вид — единственное, что я мог наблюдать на протяжении двух малых циклов, не считая врачевателей и сестер милосердия. Враг тогда подвесил над городом щит отрицания, лишив игроков возможности использовать компас. Тряхнув головой, я отогнал не своевременные мысли, воспоминания о той войне не самые мои любимые, да и взвешивать сокровища живого дракона глупо.

В центре лабиринта не было слышно грохота скал. Торопливым шагом я направился туда, где высилась полуразрушенная статуя, и на половину врос в землю древний колокол. В гильдии мне рассказывали, что раньше в этот лабиринт запускали преступников: сумел добраться живым до центра, ударил в колокол, значит — невиновен, ну а если не смог, значит, каменные стены вынесли свой приговор нарушителю закона. Только лабиринт уже не используют лет двести, а может и триста, знаток истории этого не знал, а по степени разрушения статуи и стен сложно установить время, да я и не пытался. То ли хозяева вымерли, то ли законодательство изменилось, но они забросили свое творение, а стены по-прежнему безостановочно движутся в неумолкающем грохоте.

Бросив сумку возле присыпанного землей колокола, я достал пару огненных камней. Сил ждать, пока прогорят до углей дрова, просто не было. Рисковать, экспериментируя с подарком рыцарей порядка, я тоже не стал. Моя нелюбовь ко всяким технические штукам появилась не на пустом месте, вечно они подводят меня в самый неподходящий момент. Поэтому, достав две металлические рогатины, я воткнул их в землю, а на распоры положил шампур с нанизанными кусками мяса, рядом устроил немного овощей, завернутых в тонкую металлическую пленку, они в ней замечательно запекутся. Пока обед готовится, можно достать флягу с крепким самогоном и подлечить расшатанную нервную систему. Слишком уж тяжело дался мне этот рейд: планировал легкую прогулку, а получил тяжелый поход с опаснейшими боями. Я чудом сумел выжить, и надо бы не забыть о собственном обещании – освободить рабов, данном Хозяйке судеб и Слепцу, в благодарность, что присматривали за мной.

Мясо шкварчит на вертеле, овощи пекутся, пара глотков алкоголя подняли настроение, жизнь хороша. Пока есть время, я решил внимательно рассмотреть свои трофеи. Девмерейн и хвосты дохов трогать не стал, видел я их уже, и не раз, а вот подарки от богини — это интересно. Сначала перчатки, их я толком даже рассмотреть не успел: тяжелые, массивные, но в то же время какие-то элегантные, что ли. Они воспринимались самостоятельной вещью, а не частью доспеха, в отличие от большинства поделок, созданных секхеями, они не были отлиты из расплава, а выглядели выкованными. Тяжелые, если держать в руках, перчатки становились невесомыми, стоило их надеть. Не украшенный ни рунами, ни резьбой светло-сиреневый металл, оттеняли отсветы четырех лиловых камней, закрепленных на костяшках. Внимательно присмотревшись, в центре каждой ладони я увидел вязь символа того, кто их создал: пламя, горящее под скалой. Красивая вещь, знать бы еще, что она может, но та, что мне их дала, не сочла нужным добавить инструкцию по применению, значит, предполагала, что я сам сумею разобраться. С медальоном тоже загадка: массивная вещица размером с пол моей ладони в оправе по кругу вставлены восемь лиловых камней. Круг оправы сделан в виде лепестков огня, цвет красной меди и искусство создателя не дают усомниться, что это именно огонь, а не цветочный бутон, например. В круге оправы закреплена костяная пластина, с вырезанной оскаленной мордой, похожей на человека-льва. Я долго с сомнением рассматривал этот дар, особенно меня смущали слова про контроль над зверем. Не хотелось бы превратиться в спятившего монстра, готового растерзать любого, хотя бывают в жизни ситуации, когда выбора нет, и приходиться использовать все, что есть, не думая о последствиях. Опасения не мешали мне любоваться подарком: удивительно красивая и гармоничная вещь.

Пора прерваться, судя по запаху, мясо поспело, да и овощи уже были готовы. Под звук урчащего желудка я набросился на еду. Обжигаясь и давясь, я с наслаждением ел, и радовался тому, что я жив, здоров, скоро попаду домой и все мои приключения уже закончились. Перед тем как устроиться на ночлег, мне надо было сделать еще одно дело, которое я отложил на после ужина.

На моем медальоне игрока красовались два новых заполненных сектора. Мне надо распределить сферы силы, полученные за переход на новый ранг. Если пристально смотреть на медальон, то сектора становятся похожи на витки лестницы, выбитой на нем. Сначала кружится голова, двоится в глазах, а потом я выпадаю из собственного тела. Теперь его можно рассматривать со стороны, а рядом веселыми белыми огоньками кружатся сферы силы, дожидаясь, когда я их распределю, желая стать сильнее. О-па, а почему их восемь? Удивленный я еще раз пересчитал огоньки, пытаясь понять, откуда взялись лишние два. Книга, как в прошлый раз, передо мной не горела, и никаких объяснений от хозяина игры не было. Но похоже, мое предположение, сделанное год назад, о том, что чем сильнее враг, убитый при переходе на новый уровень, тем больше награда, можно считать подтвержденным. А это еще что? На руке в такт биения сердца пульсировало пламя хаоса, крохотная искорка, над которой виднелись два светящихся изображения. Внимательно присмотревшись, я понял, что это возможность самостоятельно выбрать: увеличить ступень или усилить кольцо. Владыка Хаоса, как и обещал, в награду за исполнение пророчества, дал еще один дополнительный ранг, и теперь я должен самостоятельно решить, как мне использовать эту награду. Получить лишний ранг, не проливая крови, было крайне соблазнительно, но с другой стороны: кольцо я могу усиливать только имея ранг за Изменение, но смогу ли я повторить подобное знает один лишь Хозяин Удачи, да Плетельщица Судеб. Если получить новый ранг достаточно просто, то рассчитывать на то, что я выполню еще одно Изменение нельзя. Поэтому решено, и я, не сомневаясь больше, выбираю из двух символов, парящих над рукой, символ хаоса, а символ тела оставляю без внимания. И с удовольствием любуюсь на подросшее пламя хаоса, танцующее на моей руке.

Теперь пришло время разобраться со сферами силы. Я, по-прежнему, придерживаюсь первоначального плана, выработанного мной еще десятилетия назад.

Сначала сосредоточие тела. Я уверен: скорость, реакция, подчас только они и решают жить или умереть, получится уклониться от атаки врага или опередить его на доли секунды и ударить первым. Две сферы силы без раздумий я поместил в ускорение нервных импульсов. Моя тактика всегда строилась на том, чтобы уклоняться от ударов врага, а не стойко их переносить. Следующая – выносливость или, как я ее еще называю, общее усиление тела. Многие игроки недооценивают эту способность, ведь очевидных плюсов она не дает, гораздо выгоднее потратить усиление улучшив что-то одно : зрение, мышцы, кости. Такое усиление сразу дает ощутимый эффект . Я видел таких бойцов, вложившие все в скорость и силу, они вспыхивали как свечки и столь же быстро сгорали в битве. На Кровавых водах новичок, недавно принятый в наш клан, меньше чем за десяток ударов сердца настрогал в кровавый фарш двенадцать латников, а тринадцатый снес этому дураку башку. Просто потому, что тот потратил на ускорение весь запас жизненных сил и, исчерпав его, просто свалился без сил.

Теперь сосредоточие разума. Традиционно трачу одну сферу на самосознание, в свете получения нового амулета это способность становится еще актуальней. К тому же эта способность весьма неплохо защищает меня от воздействия всяких умников, любящих полазить в чужой голове. Да и спятить от воздействия эмбиента, если честно, я очень боюсь. Тот кто не испытывал его воздействие на себе, не поймет, насколько он упоительно прекрасен, но спятить от него слишком легко. Он словно ржа постоянно подтачивает разум игроков, его воздействие не сразу заметно, но неумолимо. Случается, что посреди боя твой друг и напарник, с которым ты делил все тяготы и радости, набрасывается на тебя с ножом, счастливо смеясь. Не хочу такой судьбы, уж лучше честная смерть в бою, чем стать пленником собственного больного разума.

Теперь интуиция, здесь я тоже трачу сразу две сферы силы. Это новая способность, взаимодействуя с эмпатией, она должна мне здорово помочь. Именно такая связка позволит мне пробудить характерную особенность моего вида: чувство тревоги. Все мои соотечественники в той или иной степени могут предчувствовать опасность еще до того, как она наступит. У меня эта способность почти не развита, но используя сферы силы, я могу пробудить и усилить ее. Проследив, как исчезают два огонька, я довольно улыбнулся: перед грядущим турниром эта открывшаяся способность явно не будет лишней, да и после него, тоже. Не думал, что так скоро смогу получить ее. А вот что делать с оставшимися двумя сферами я даже не знаю, в моем четко выверенном плане развития их просто не было. Размышляя, я коснулся сосредоточия духа, рассеяно пробежались по элементарным сферам: огонь, вода, здесь ничего не изменилась с того момента, как я в последний раз заглядывал сюда.

Механически бросил взгляд проверить ауру, и тут меня ждал неприятный сюрприз. Рядом с головой располагалось какое-то черное образование, похожее на расплющенный клубок ниток. Эта пакость пульсировала, и по торчащим нитям от меня к ней пробегали голубые огоньки. «Она еще из меня и энергию тянет!» – догадался я. Интересно: что же это такое и кто мне так удружил, оставив такой подарок? Подцепить ее я мог где угодно: в Двойной Спирали, на Охоте, в Холодном Городе или в Черных Песках. Судя по тому, что нити не расползлись еще по всей ауре, она у меня все-таки относительно недавно. А вот откуда она и что она делает, я уже вряд ли узнаю. То, что от этой пакости придется срочно избавляться, это очевидно. Ну что ж, это лишь значит, что решение по оставшимся сферам нужно принимать чуть быстрее, с проклятиями или следящими маячками, чем бы эта штука ни была, нужно как с раковыми клетками, разбираться сразу, как их найдешь, пока они не расползлись по всей ауре.

Одну из сфер я потратил на развитие интеллекта, это усилит уже имеющиеся способности, да и стать умнее тоже было весьма соблазнительно. Оставшаяся пошла на усиление эмпатии, я посчитал, что нельзя бросать развивать эту способность. Вот теперь все. Пора обратно в тело. – Завершить преобразование, — едва успела прозвучать команда подтверждения, как тело ярко вспыхнуло, впитывая энергию сфер. Меня затянуло в водоворот слияния души и тела, а через миг я очнуться на земле, возле кострища. Мне потребовалась несколько минут, чтобы прийти в себя.

Теперь Книга. Нужная мне карта лежит в разделе «Разное», там у меня собраны карты на все случаи жизни. Меня интересует Пламя очищения, аурное заклятие, доставшееся мне по случаю. Оно позволяет избавляться от гадостей, паразитирующих на ауре. Я уже восемь больших циклов таскаю эту карту с собой, а понадобилась она только сейчас. – Использовать, – скомандовал я, а через миг заорал от боли. Мое тело охватило невидимое, но от этого не менее болезненное пламя, а спустя еще мгновение запахло гарью и вонью, как от паленой ветоши, я даже услышал сухой треск, как от сучьев, горящих в костре. К счастью это продолжалось недолго. Мне осталось лишь проверить сделало ли заклятье свое дело. Снова: медальон, созерцание. Некоторые проклятия бывают столь мощными, что их не возможно одолеть таким простым способом. Мое оказалось не из таких: аура была чиста, лишь на месте странной штуки осталась небольшая серость, но со временем пройдет и она. Удостоверившись, что все хорошо, я вернулся в свое тело. У меня осталось последнее на сегодня дело: надо написать письмо в родной клан, чтобы высылали спасательную команду и можно отдыхать. Отправив письмо и установив защитную сферу, я с чувством выполненного долга закрыл глаза – пора немного отдохнуть.

Облака, неспешно плывущие в небе над моей головой, были похожи на парусные корабли. Вон в том большом без усилий угадывается тяжелый купеческий галеон, а рядом с ним, ветер стремительно проносит небольшую юркую рыбацкую «шхуну». В первый раз за, хаос знает, сколько дней, я чувствовал себя отдохнувшим и выспавшимся. Мне не надо было никуда торопиться и бежать, можно просто валяться на траве и смотреть на облака, лениво размышляя о собственной жизни. Это путешествие принесло мне множество открытий. Золотые карты, сокровища богов и новые ранги это все прекрасно, но теперь я обладаю не меньшим, а то и большим сокровищем — новой информацией об Игре. Долгие циклы я плыл по течению жизни, как деревянная щепка, влекомая потоком. Путешествия, сражения, торговля— событий и забот хватало, не было одного – цели в жизни, понимания того, зачем мне все это нужно. Я больше не хотел ввязываться в новые войны и бессмысленное истребление разумных, я не желал возвыситься и предстать перед престолом Владыки, чтобы загадать свое желание. Я слишком устал жить без цели, без смысла, неся свою жизнь как тяжкую ношу, отказывая себя в праве на радость и счастье, на новую любовь, в конце концов, но и умирать я не хотел. Я долго тосковал по Эйрен, но, наверное, пришло время похоронить своих мертвецов и сделать шаг вперед.

Битва в Черных Песках и разговор со Смеющимся Господином на многое открыли мне глаза. То, что ранги можно повышать без эмбиента, проводя Изменение -- интересно, но я осознаю, что такое сделать очень сложно, мне просто фантастически ПОВЕЗЛО. А вот то, что эмбиент можно получать не за истребление смертных, а за убийство демонов и монстров до меня как-то не доходило раньше, а ведь можно целенаправленно охотиться на всякую пакость, которой во вселенной Игры довольно много, и тут мне даже рыцари Порядка слова плохого не скажут. К тому же смертные, которых я буду от этой дряни избавлять, скажут не только спасибо, но еще и заплатят за работу. А ведь это выход и сплошные плюсы для меня: истребляя монстров, эмбиента получается гораздо больше, чем за обычных жителей миров, да и совесть меня точно грызть не будет. За одного Ишкуина мне Смеющийся Господин сразу ранга четыре дал бы, если бы я убил его в пределах осколка. Пусть пока на таких демонов мне рановато охотится, а вот с кем-то попроще вполне можно пободаться. Собрать информацию, подготовить снаряжение, нанести удар, а в случае неудачи просто сбежать с помощью компаса.

Чем больше я над этим размышлял, тем привлекательнее становилась эта идея. Единственная проблема заключалась в том, как мне собирать информацию о монстрах? Верить слухам, которые разносят игроки в тавернах Двойной Спирали не стоит, а бегать самому по мирам в поисках врагов, тоже не лучший вариант. Идей, как решить эту проблему, пока не было. Но главное у меня есть цель, а средство для решения проблемы, я уверен, найдется. Пребывая в прекрасном расположении духа, я даже достал бутылку вина, подаренную герцогом после Охоты, сейчас как раз подходящий случай. Вино было выше всяких похвал: чуть терпкое, густое и с потрясающим послевкусием, я даже начал мурлыкать под нос какую-то незамысловатую песенку, услышанную в Двойной Спирали. Постамент статуи холодил спину, в небе плыли облака, мир вновь был прекрасен, и я его почти любил. Неожиданно из арки каменного лабиринта на поляну выскочила Иллара, девушка-боец, принятая в наш клан пару лет назад. Насколько я знаю, сейчас она без постоянной команды, ее пятерка целиком погибла в Лавовых Полях, значит, Калиссана приставила ее к команде, отозвавшейся на мой вызов. Я не ждал помощь из клана так быстро, впрочем, глава гильдии опытный лидер и вполне способна просчитать риски и отправить группу игроков на подстраховку самостоятельно или просто какая-то из наших команд была где-то поблизости, возвращаясь или идя в рейд по соседним осколкам.

–А где все остальные? – я приветственно махнул рукой, поднимаясь навстречу и опуская вскинутый активатор, когда я успел его призвать я и сам не заметил.

–Они сейчас подойдут, меня выслали вперед, – Иллара весело улыбнулась, а у меня в голове полыхнуло чувство опасности. Ничего толком не понимая, я крутанулся, пытаясь определить месторасположение врагов, вокруг не было ни души. Только Иллара, целящаяся в меня из жезла. Уход в бок с линии атаки не удался, мне банально не хватило времени. Жезл в ее руках засветился голубоватым светом, и меня как будто ударили по голове мешком. Как глупо, и главное – зачем? Свет померк…

Глава 19

—Это твое последнее слово?! — голос Шепчущего прошелестел в тишине.

–Триста кристаллов душ и ни дайном больше, это все, что мой господин готов отдать тебе за шкатулку с армией механических воинов.

—Что-то он не слишком щедр, ведь это один из отрядов механической армии, созданной когда-то Механиком. Достань их из шкатулки, и они примут свои истинные размеры. Одного этого отряда достаточно, чтобы уничтожить небольшую армию. С помощью них он одержал победу возле чёрных пирамид Растархана, сражаясь с владыкой Дома ярости. А сейчас он готов расстаться всего лишь с трестами кристаллами душ обычных смертных букашек, что бы вернуть такую редкость?

Собеседник нага, эмиссар Дома Боли, парил рядом с краем пропасти. В этом мире не было яркого светила, но рассеянного света хватало, что бы рассмотреть это создание в деталях. Больше всего вестник напоминал тень, отброшенную прохожим в яркий солнечный день на стену дома. Только эта тень была материальна и имела кожистые нетопыриные крылья за спиной. Образ дополняли острые когти, не уступающие по длине пальцам. На лице не было носа, только черный провал рта да два глаза, тлеющие как болотные огоньки.

Голос Исшахара, глумливо улыбаясь, ответил: – Без свитка имен механические воины бесполезны, ты не сможешь ни активировать их, ни управлять ими, к тому же работа была так и не выполнена, тебе вообще стоит отдать их просто так, ведь шкатулка тебе не принадлежит.

–Значит так решил твой господин, – наг подполз ближе к краю пропасти и достал из кармана на поясе шкатулку, где покоились творения Великого Механика. — Ты знаешь, что за пламя горит там внизу? – и он кивнул головой в сторону пропасти. – Негаснущий огонь, способный сжечь все, что попадет в него. Может, я не могу управлять армией Механика, но зато я могу ее уничтожить. Пускай теперь твой господин целую вечность любуется на бесполезный свиток Имен и думает о том, что ему стоило бы проявить большую щедрость, – и с этими словами змей разжал руку, бросая шкатулку в пропасть.

—Нет!!!! — Тень метнулась вниз, чтобы перехватить ценный приз. Посланник Исшахара слишком много внимания уделил тому, что бы поймать шкатулку, и не достаточно – что бы уцелеть. Он уже торжествовал, сжимая в тонких руках спасенную Вещь, когда из глубин пропасти навстречу ему взметнулись вихри, лишь отдаленно похожие на огонь. Эмиссар, не смотря на всю свою защиту, вспыхнул как свеча. А наг торопливо отполз от края пропасти и стал ждать. В одиночестве Шепчущий, оставался не долго.

--Ты выполнил уговор, – рядом с ним возникло создание, очень похожее на темного эмиссара, только что сгинувшего в неугосимом огне, – Мой господин доволен тобой, – с этими словами вестник дома Ярости протянул нагу небольшой кожаный мешочек с кристаллами душ, – Как мы и договаривались, твоя плата за уничтожение механической армии. Змеелюд, невозмутимо дождался исчезновения визитера, и только потом, довольно улыбаясь, убрал мешочек в карман. Через несколько мгновений змей был вновь сосредоточен и собран. На месте тени из дома Ярости возникла новая: – Моя госпожа довольна тобой и шлет обещанную награду,– демон протянул свиток, что бы спустя миг исчезнуть из этого мира. Подлинная страница из книги разрушения, со всей возможной аккуратностью была помещена в книгу. Информация о создании круга разложения, заражающего спорами чумы все живое, попавшее в него, была очень важна и практически бесценна для хаосита.

План Шепчущего завершился успехом. Эти двое были лишь первыми из вереницы вестников Темных Домов, всех Домов с которыми он смог связаться. Уничтожение шкатулки Великого Механика, сильно ослабило Владыку Боли. За лишение своего врага грозного оружия, главы Темных Домов готовы были платить. И они платили. Каждый из них платил ему за выполненный контракт. Их подозрительность и ненависть друг к другу сыграли на руку хитроумному нагу, сумевшему получить плату со всех. Что ж, из этой ситуации он выжал все, что мог и пусть теперь Исшахар будет в ярости, но зато все остальные им наверняка довольны. Главная сложность интриги заключалась в том, чтобы посланники не встретились друг с другом, но этого ему удалось избежать, назначив разное время для получения платы, и выбрав для встречи мир, порталы в который срабатывали через строго определенный промежуток. Наг неспешно двигался к выходу, размышляя о произошедшем. Ему было жаль уничтоженного им Творения: красота, гармоничность, законченность, и в то же время, грозная мощь и сила, и все это было воплощено в небольшой шкатулке. В какой-то момент у него возникло желание обмануть и сохранить ее, но магический контракт не оставлял ему выбора, да и проблемы от обладания этим прекрасным, но совершенно бесполезным для него творением Механика были бы слишком велики. А жаль.

Его размышления грубо прервали – мелодия, прозвучавшая в голове, заставила призвать Книгу и вчитаться в строки пришедшего письма. Раздраженно зашипев, Шепчущий достал из поясного кармана не большую прозрачную сферу, царапнув когтем по руке, он выдавил на ее стеклянную поверхность несколько капель крови, а потом прошептал слово ключ, заставившее устройство заработать. В глубине стеклянного шара сначала заклубился молочно-белый туман, а потом постепенно стало проступать лицо игрока, скрытое маской и затененное, накинутым на голову капюшоном.

–Ты уверен в том, что мне сообщил? – Наг, едва сдерживая злость, прошипел слова и требовательно вгляделся в глубину сферы.

–Да повелитель, все как я и сообщил. Меньше часа назад мы перехватили торговца с самой крупной партией девмерейна, которую я когда-либо видел, я точно не знаю сколько, но наши говорят больше двухсот кусков.

Наг досадливо поморщился, Изгои, видимо, перехватили девмерейн, который Шепчущий уже считал своим. Маловероятно, что откуда-то в игре, возникла еще одна столь же крупная партия черного хрусталя. Но на всякий случай он все-таки уточнил: – Торговец из Проводников хаоса?

–Да господин, – агент часто закивал головой.

–Откуда вы о нем узнали или просто наткнулись случайно?

–У нас был свой игрок в их клане, от него мы и узнали о девмерейне и о сроках проведения сделки. Мы хотели перехватить его в Черных Песках, но наткнулись на какого-то неуязвимого монстра и вынуждены были отступить, потеряв несколько бойцов. Мы думали, что и торговец там останется, ранг у него не велик, но он сумел как-то выжить и забрать товар. Хитрец спрятался в круг Двигающихся Камней, где хотел дождаться помощи от своих. Наш агент сообщила не только где его искать, и то что карт у него почти нет, но и маршрут, что бы пройти в центр Лабиринта. Сейчас его как раз допрашивают, уж больно интересные вещи нашлись в его сумке.

Наг в раздражении ударил хвостом по плитам дороги, выбив из них каменную крошку, надо было срочно решать, что делать. Терять эту партию девмерейна он не хотел, второго такого случая может и не представится. Была только одна проблема. Дом Отверженных был сборищем самых отъявленных ублюдков и негодяев, он целиком состоял из игроков, изгнанных из Двойной Спирали за нарушения законов Совета и правил игры. Для членов этого Дома не существовало ни законов, ни авторитетов. С любым из других Домов или Кланов он смог бы договориться и выкупить так нужный ему девмерейн, но только не с этим. Стоящие вне закона отщепенцы, за голову каждого из которых Советом объявлена награда, слишком непредсказуемы, что бы тратить силы на попытки договориться. Еще немного подумав, наг принял решение: придется вмешаться самому, другого выхода он не видел.

–Я скоро прибуду, так что держись подальше от центра Лабиринта.

–Мой господин, вы обещали награду за важные сведения. А эти новости…

–Хорошо ты получишь свое, – наг нетерпеливо перебил собеседника: – как член Совета старших, я уменьшу твой срок изгнания на десять лет. Доволен?

–Благодарю господин, – агент пропал из сферы связи, а змеелюд, призвав Компас, отправился домой. Надо подготовиться к встрече с Изгоями, а потом камень врат перенесет его в любой мир на игровом поле без долгих переходов, главное знать ключ-символ мира. Ключ к Движущимся камням у Шепчущего был.

* * *

Выплеснутая на лицо холодная вода заставила меня вынырнуть из той блаженного забытья, куда я соскользнул несколько мгновений назад. Мне с трудом удалось открыть один глаз, второй заплыл и отказывался открываться.

Мое тело было до боли растянуто между вбитыми в землю колышками, еще чуть-чуть и связки начнут рваться. Дешево и сердито, сам пользовался, когда было надо допросить кого-то в полевых условиях. Достаточно вбить колья в землю и примотать к ним конечности: жертва прекрасно зафиксирована и почти не доставит проблем мучителям. В таком виде мало что можно сделать. Кому я вру, ничего я не могу сделать в таком виде. Я не весело рассмеялся, как же сейчас должны хохотать над моими мечтами и планами Слепец и Хозяйка судеб. Выжить в таких передрягах и издохнуть из-за одной маленькой ублюдочной твари по имени Иллара. Она и сейчас стояла чуть в стороне, опустив голову и стараясь не встречаться со мной глазами. Но «любоваться» предательницей мне не дали.

–Мы еще не закончили с тобой огрызок. Ты еще должен много чего рассказать. Например, где ты взял это? – Свинорыл вытащил из сваленных в кучу моих вещей панель для приготовления пищи. Так и знал, что подарки от рыцарей Порядка не к добру.

– Эта вещица уровня Техно10, их нет ни в свободной, ни закрытой продаже. Откуда она у тебя?

–Подойди поближе, скажу.

Удивительно, как доверчивы идиоты, мой мучитель настороженно сделал несколько шагов, приближаясь ко мне. Этот свин, так хотел получить ответ, что не успел увернуться от моего плевка, попавшего прямо в ненавистную рожу.

Взвизгнув, он отскочил, а потом набросился на меня, от души пиная ногами. На тело посыпался град ударов, если разозлить свинорыла достаточно сильно, у меня будет шанс отвертеться от ответов на его вопросы. К сожалению, этот гад, слишком быстро устал и отошел в сторону, тяжело дыша. А я, вывернув голову, крикнул: – Иллара, ты не прячь глазоньки, ты же должна гордиться проделанной работой! Подозреваю, что парни в Лавовых Полях тоже погибли не без твоей помощи. Какая же ты молодец, так ловко наловчилось бить в спину своих, тебя ждет большое будущие в этом, воистину самом уважаемом среди Игроков, клане!

–А ну заткнись, – свинорыл снова подскочил, замахнувшись для удара ногой, но резкий и властный голос его остановил. На поляну с неба спустилась девушка с ангельскими крыльями за спиной. Крылья, сверкнули чистейшей белизной и исчезли, а она неторопливо зашагала ко мне. Удивительно, но лежа на земле, неудобно вывернув голову в ее сторону, я весь отдался любованию: доспех серебристого цвета не скрывал, а даже как бы подчеркивал изумительную фигуру, лицо, укрытое от мира под маской должно было быть прекрасно, плавное покачивание бедер не давало отвести единственный глаз. Она просто шла ко мне, а я чувствовал, как на меня накатывает вал желания, не похоть, а что-то близкое к обожанию и любви. Мне хотелось стать маленьким щенком и вылизать ей сапоги, чтобы только добиться от нее похвалы. Что за… Это явно не мои желания. Все, что я мог противопоставить ее влиянию – это пробудить в себе злость и ярость. Я воин, выживший в сотнях боев, и ни одна смазливая баба не заставит меня ползать перед ней на коленях. Не знаю что помогло, то ли злость, то ли самосознание, но когда она, подойдя, нежно проворковала: – Ну что, малыш, поговорим? Я даже смог послать ее матом.

Она удивленно посмотрела на меня: – Можешь сопротивляться? А ТАК?

Я почувствовал возросшее давление на мой разум. Меня кидало от обожания до ненависти, и я понял, что еще немного и не выдержу. Теряя волю, я обратился к симбиоту: «Тай выруби меня, срочно». «Отключение сознания носителя во избежание внешнего контроля» – и снова, здравствуй, темнота, не отпускай меня никуда, пожалуйста.

На этот раз меня, видимо, долго откачивали, потому что на поляне кроме безымянного свинорыла, Иллары и странной девушки в серебристом доспехе появились еще несколько новых игроков. Двое человеко-ящеров не стоили внимания: телохранители и грубая сила. А вот человек, в черно-зеленом костюме, с ярко-алой розой в кармашке вместо платка, был опасен. Стройный, высокий, широкоплечий, длинные белые волосы скрупулезно уложены в сложную прическу, тонкое лицо, зеленные слегка прищуренные глаза. Он напоминал аристократа, случайно зашедшего сюда из дорогого клуба, чтобы через полчаса вернуться назад, к карточному столу. На заднем плане скромно приткнулся какой-то тип с маской на морде и накинутом на голову капюшоне.

–Госпожа Тирана, – свинорыл, явно оправдываясь, торопливо говорил, глотая окончания слов, – я сделал все, что можно в этих варварских местах и при недостатке времени, но он не ответил ни на один из заданных вопросов, только ругается и распевает дурацкие песни.

–Повелительница, может, я попробую? – аристократ даже облизал губы от предвкушения: – уверен, у меня он заговорит.

Но лидер изгоев отрицательно качнула головой: – Не стоит тратить время и силы, Потрасюк и так его всего искромсал, ясно же, что он умеет блокировать боль. Он даже мое внушение скинул.

–Я вижу ты, наконец, очнулся, – она присела на корточки рядом со мной: – предлагаю сделку, ты отвечаешь на интересующие меня вопросы и легко умрешь, и для тебя все закончится, и нам сэкономишь время и силы?

–Не вижу никакой выгоды для себя, – я с трудом смог протолкнуть пару слов в горло, проклятый свин, видимо, сломал мне пару ребер.

–Ну почему же, она все-таки есть. Смотри, – девушка достала из поясного кармана не большую прозрачную склянку, внутри которой виднелась что-то, похожее на червяка. – Ты наверняка слышал о таких созданиях, попав внутрь человека, они ставят его под внешний контроль, и ты сам с радостью ответишь на наши вопросы. Мне просто жаль использовать фиал, эта прелесть довольно дорога, а я не хочу тратиться больше необходимого.

–Предпочту сдохнуть. Неужели ты думаешь, что я, умея блокировать боль, не смогу остановить сердце? И тогда свои вопросы ты можешь задавать моему трупу.

Красавица немного поразмыслила над моими словами: – Если ты можешь это сделать, почему УЖЕ этого не сделал, неужели надеешься спастись или выжить?

Чтобы ответить мне потребовалась несколько секунд собраться с силами, даже через блокировку Тай я чувствовал, как боль терзает израненное тело.

– НЕ хочу умереть вот так, словно свинья на бойне. Я верю в Отца клинков, и после смерти хочу попасть в его Небесную дружину, а для этого мне нужно умереть в бою с оружием в руках. Дай мне такую возможность, и я отвечу на пять твоих вопросов, честно и без обмана. Только не задавай вопросы о клане, своих товарищей я не предам.

Тирана размышляла над моими словами, задумчиво перетирая между пальцев сорванную травинку, она довольно долго молчала, прежде чем ответить. – Договорились, ты ответишь на пятнадцать моих вопросов и сразишься на арене с одним из моих бойцов, ни карт, ни зелий, только то оружие, что будет у тебя в руках на момент активации арены.

–Согласен. Только сначала заключим договор на Книге.

–Пусть будет так! – Перед ней в воздухе возникла Книга, и мы заключили сделку. Все, я сделал для себя все, что мог.

–Где и у кого ты взял техно вещи?

–Заводная шестеренка, Рыцари порядка. Обращайся, я уверен, что они с удовольствием тебе их продадут.

Вопросы сыпались один за другим. Девмерейн и хвосты дохов, изгои явно надеялись получить доступ к этим редким товарам, я был не против сообщить им о том с кем и как я заключал сделку. Этот осколок уже исчез с игрового поля, пусть обращаются. Жаль было сдавать свой торговый канал в Муравейнике, но тут видно Иллара постаралась, надеюсь только что муравьи, с этими убийцами не захотят иметь дело. Даже если я ошибаюсь, сейчас не та ситуация, когда о финансовых потерях стоит жалеть.

–Ты иногда осуществлял поставки в Двойную Спираль редких металлов, у кого ты их брал?

–На Свалке, выменивал у местных в обмен на продовольствие.

–Там же никого нет, кроме крыс? – Иллара настолько удивилась, что влезла в наш задушевный разговор.

–Там есть живые разумные. Персонал, который раньше обслуживал свалку отходов.

–И много их?– почти промурлыкала Тирана, не упустившая ни грана важной для себя информации.

–Не знаю точно, но несколько тысяч точно наберется. – И тихонько выдохнул, как хорошо, что до них вам уже не добраться. Властелин Хаоса четко сказал, что и этот осколок вышел из игры. – Это был последний вопрос, мы заключили сделку.

–Помню, и считать я тоже умею! – досадливо воскликнула Тирана, а потом добавила: – мы так интересно разговаривали, я столько нового узнала. А ты уже торопишься умирать. Может, еще поговорим? – я просто отрицательно качнул головой, потом спохватился: – Я хочу перед боем взять пару вещей, они дороги мне как память, а для вас это всего лишь бесполезный мусор.

–Так что ты хочешь?

– Медная монета на кожаном шнурке и пара перчаток с обрезанными пальцами.

Тирана резко поднялась и отошла от меня.

–Потрасюк, посмотри, что он там хочет! – свинорыл трусцой подбежал к моим вещам, просто сваленным в кучу, и начал в них копаться. Раскопки не заняли много времени, в каждый из найденных предметов он ткнул небольшой приборчик, после чего брезгливо сморщился: – Обычный мусор, госпожа, ни магии, ни скрытых сюрпризов детектор не обнаружил.

Слава Хаосу, что заклятье богини было выше всяких техномагических безделушек, созданных смертными.

–Хорошо отдайте ему, я сегодня добрая, редко такой улов попадается. – Валериан, – блондин, стремительно подскочил к лидеру и начал с ней что-то тихо обсуждать.

Интересно, кто будем моим соперником? В прочем, это не важно. Я не надеюсь выжить, только уйти достойно. Хорошо бы меня оставили в покое до самого поединка. Свинорыл уже отдал мне мои вещи, а отвязывать меня не имеет смысла, в момент переноса на арену все путы спадут сами.

В поле моего зрения возник Валериан, и принялся рассматривать меня с каким-то плотоядным интересом, потом он резко нагнулся ко мне, в его руке серебристой рыбкой сверкнул короткий клинок, и этот гад одним стремительным движением перерезал мне сухожилие на правой ноге. – Не хочу слишком долго бегать за тобой по арене ублюдок, и еще, ты слишком не почтительно смотрел на повелительницу Тирану.

Блеск ножа, это было последнее, что видел мой целый глаз, и для меня наступила темнота.

Неожиданно, в мою правую руку что-то сунули, и я услышал голос Иллары, шепнувший: – Прости, если сможешь.

– Вызов на поединок с заранее оговоренными условиями, – прозвучал в моей темноте голос Валериана: – дуэлянты не применяют карты, зелья и любое другое оружие, кроме того что у них есть здесь и сейчас.

– Принимаю, – на выдохе прохрипел я. В следующий миг тело охватила невесомость, предвестница появления на арене.

Глава 20

Боль и темнота, словно две приватные танцовщицы, кружатся вокруг меня в безумном танце, и только ярость позволяет сохранять ясность рассудка. Повреждения тела слишком значительны, и какие бы преграды не выставляла Тайвари, тело мучительно пульсирует. Боль живет в моей голове, полыхает яростным огнем на порезах, отдается эхом в сломанных ребрах и сводит судорогами израненную ногу… Но ненависть придает сил, заставляет стискивать зубы и на что-то надеяться, вопреки всему..

На ощупь я разбирал предметы, что сунули мне перед ареной. Нож, которым мне предстояло сражаться, я с ругательством отбросил в сторону. Поганые ублюдки, даже здесь нагадили: судя по моим ощущениям это был нож для продуктов, к тому же тупой. Таким не зарежешь даже цыпленка. Мокрыми от крови пальцами я нащупал медальон и надел на шею. Теперь перчатки. С перчатками было не все так просто: во время пыток Потрасюк сломал мне пару пальцев, и теперь их было сложно запихать вовнутрь перчатки. С трудом сдерживая стон, я торопился, как мог. Не имея возможности определить на какой арене я оказался, все что мне оставалось, это ожидать появления моего противника в любой миг. Каждая потраченная впустую секунда уменьшала мои и без того мизерные шансы остаться в живых.

Я и сам не знал, на что надеялся, слабо веря, в то, что смогу в таком состоянии хоть что-то противопоставить опытному игроку. Позёрская внешность и броский наряд не скрывали его суть: Валериан был очень опасен, и это я понял с первого взгляда. Наконец обе перчатки были натянуты, и приятная прохлада разлилась по кистям рук. Магия перчаток начала работать, но я надеялся не на исцеление рук, а на совсем другое. Нащупав медальон на груди, я постарался отвлечься от боли и представить себе центральный рисунок, мысленно вглядываясь в него, и зовя наружу «живущего» там зверя.

— Я не знаю, есть ли у тебя имя, и как тебя правильно позвать, но ты мне сейчас необходим! Пожалуйста, приди и помоги!

Вначале мне казалось, что ничего не происходит, возможно, я делаю, что-то не так. Уже практически утратив надежду, я лишь обреченно ожидал услышать шаги приближающегося ко мне врага. Но в какой-то миг медальон в руках резко нагрелся, и я почувствовал, как от моего призыва стало просыпаться, словно после долгой спячки, чье-то сознание.

Тот, кто был укрыт в медальоне, отбросил сон. Я почти видел, как он неторопливо потягивается и с интересом присматривался ко мне. Моего разума коснулась легкая волна энергии, идущая от медальона — словно дикий зверь с любопытством принюхался ко мне.

А я вынуждено его торопил: – Ну же приятель, просыпайся скорее! Иначе наше знакомство может так и не состояться, — и я послал ассирэю образ врага, боли и грядущей схватки. Это сработало лучше всех уговоров. Он явно был бойцом, и предвкушение боя заставило его начать действовать.

Медальон в моих руках стал пульсировать подобно огромному сердцу, все ускоряя и ускоряя ритм, а потом вспышка силы озарила мой разум, и по коридорам и залам Дома из тысячи комнат разнесся яростный рев рвущегося в бой зверя…

* * *

– Шешу, ты должен признать выбор отца и поклониться брату, – ласковый голос матери, звучавший в тишине зала церемоний, терзал невыносимой болью и разочарованием. Все, на что хватило его сил, это посмотреть на отца. В голове теснились множество мыслей, так и не высказанных вслух. «Почему? Почему он, а не я? Я лучший клинок из золотой тысячи, я офицер гвардии небесного владыки, отец, почему ты выбрал своим преемником его, а не меня?! Неужели из-за старшинства по рождению?»

Отец, сидящий на церемониальном троне, словно нехотя поднял на меня свои глаза, и я заметил, как сильно он сдал за эти годы. Натертая до блеска, матово-золотистая чешуя блестела уже не так как раньше, но его голос, несмотря на годы и болезнь по-прежнему звучал властно:

– Сын, ты должен принять мой выбор и поклониться брату, признав его моим приемником и новым Властелином нашего клана. Я понимаю твою горечь и боль, но это необходимый выбор. Ты прекрасный воин и опытный боец, и я по праву горжусь твоими успехами, но времена изменились. Сейчас могущество дома зависит не от числа воинов, которое он способен вывести на поле боя, а от его финансовой состоятельности и величины его владений. От количества и качества товаров, что он способен создать и продать. Эпоха войн между домами миновала и сейчас главные сражения ведутся в тиши кабинетов над свитками с договорами. И здесь таланты твоего брата неоспоримы, а благополучие нашего клана важнее амбиций и желаний каждого из нас. Ты обязан принять мое решение, поклониться своему брату, чтобы признать его старшинство, и, оставив службу в гвардии вечного владыки, возглавить войска нашего дома.

«А если нет? Немыслимо. Воспротивиться воле владыки клана, отказаться признать его решение, не принять его выбор. В этом случае приговор один: стать изгоем. Никто в клане не допустит междоусобной борьбы. Меня выбросят отсюда вон, лишив всего, чем я владею по праву. Я стану нищим бродягой, не имеющим даже родового имени».

Не смотря на терзавшую душу горечь и боль, я уже почти готов был принять выбор главы клана. После произошедшего, не хочу называть этого змея своим отцом. Я посмотрел на брата, замершего возле трона, словно пытавшегося слиться с его тенями. Наследник клана, словно бы был не причем, но я видел, каким торжеством горели его глаза. Наше извечное соперничество, наконец завершено, сейчас я сам, добровольно, признаю его победу, склоняя перед ним голову и признавая его своим властелином.

Обида пронзила всю мою сущность и бурным потоком унесла здравый смысл.

— Да лучше я стану бродягой, охотящимся на диких таугров в горах, чем признаю власть этого ничтожества над собой! Раз клану не нужны воины, способные отстоять его честь и принести победу… Пусть будет так. Посмотрим, чего будут стоить свитки договоров и монеты в сундуках против вражеской армии, стоящей на пороге дома.

Вот и все, за спиной только топь болотной трясины. Парные мечи с эмблемой дома не дрогнувшей рукой брошены на пол – я утратил право на них, и, развернувшись, пополз к порогу родного дома, провожаемый молчанием и тишиной. Я бездумно двигался, не зная: ни куда, ни зачем, лишь бы подальше отсюда, только бы не быть здесь.

Я не помню, как долго я продирался сквозь джунгли, окружавшие резиденцию клана. Лианы, деревья, удушающая жара, всё слилось в неразрывную круговерть, и лишь дождь, внезапно обрушившейся с неба потоками воды заставил очнуться от этого наваждения. И там, стоя среди струй дождя и мокрых стволов деревьев, я увидел сияние портала, зовущего меня к себе.

Его сияние обещало перемены, сулило надежду и обещало власть. В любое другое время я бы отвернулся от него, не раздумывая. Слишком все это похоже на обман, на приманку для глупцов, желающих сунуться туда. Но сейчас, в этот краткий миг помрачения рассудка, мне было все равно куда направляться, даже в Темные Миры. Я и на это был согласен: обрести быструю смерть в схватке с демонами не самый худший выбор в моей ситуации. Это лучше, чем медленное умирание в качестве изгоя. Поэтому, я позволил себе ответить на его зов.

Шепчущий вздрогнул, выныривая из глубин сна. Он не любил вспоминать о прошлом: горечь и боль от обиды не стали меньше, даже спустя века. Он не сумел ни забыть, ни простить родных. Разумом он понимал, что имеет гораздо больше, чем его брат. Одна только сегодняшняя сделка принесла ему больше власти и богатств, чем всё, что он мог бы, получить став властелином родного клана.

Кристаллы душ, магические артефакты и свитки заклинаний горкой лежали перед ним на столе. Он так и не успел их рассортировать, перед тем как уснул. Наг аккуратно провел по ним рукой – вот подлинная сила, та что останется с ним навсегда. Глупцы собирают карты, воюют и умирают ради них, не понимая, что эта сила обманчива. Если им повезет, и они смогут прожить достаточно долго, чтобы подняться к престолу Смеющегося Господина, то они утратят все. Разве может одно жалкое желание компенсировать утрату силы, собираемой веками?

Перестав быть игроком, завершив Игру Хаоса, ты утрачиваешь всё. Карты, дайны, дом, слуги – все это перестанет быть твоим, становясь не подвластным, и растворяясь в игровом поле. А ты остаешься один, против всего мира, с которым веками вел непримиримую борьбу, истребляя разумных. И только те, кто был по настоящему мудр, и готовился к этому событию заблаговременно, собирали в своих сокровищницах то, что не подвластно прихотям Игры.

Наг с трудом распрямился, прогоняя, из тела остатки сна. Шепчущий по праву считал свой вид вершиной эволюции. Великая змея, создавая первых змеелюдей, щедро одарила своих возлюбленных детей: она сделала их тела сильными и быстрыми, она даровала им прекрасный разум, почти неподвластный эмоциям, она подарила им долгие годы жизни для того чтобы наги могли совершенствовать свое тело и разум.

Они были бы венцом творения, если бы не Долгий Сон. Чем более активно жил наг, тем быстрее наступала спячка. Сон, похожий на оцепенение, в который впадали наги занимал не несколько часов в день, как у короткоживущих, а растягивалась на дни, недели и даже месяцы. Обычно периоды активности не превышали шести малых циклов, и потом наступал период Долгого Сна, длящийся три, Шепчущий смог изменить это соотношение как восемь к двум. Больше здесь наг ничего не мог сделать: ни сферы усилений, ни великие зелья, ни что-то еще не могли изменить саму природу его вида.

У него получилось увеличить активный период и уменьшить время сна, но большее ему было не подвластно. Дальше уже наступала та грань, которую переступать не стоило. Без Долгого Сна начинал разрушаться разум, самосознание уже не защищало от потоков эмбиента, эмоции выходили из-под контроля. Поэтому Шепчущий перестал бороться со своей сутью — приняв ее. И именно поэтому для него так дорог был его дом, место, где он в безопасности и тишине мог впасть в спячку, давая отдых телу и разуму.

Предвестниками впадения в спячку были краткие периоды сна, наступавшие практически в любой момент. Сколько раз наг едва не погибал из-за этого. Как сложно было каждый раз подгадывать периоды активности и наступающие приступы сна в своих бесконечных путешествиях, знал лишь он сам и никто больше.

Новая фаза Долгого Сна пришла исключительно не вовремя, но пока у него есть еще время, чтобы завершить незаконченное дело. Он стремительно вооружился и дополнил книгу картами, а потом, не мешкая, направился к камню врат. Выстроив на круге символ осколка, где его ждал девмерейн, наг торопливо сделал небольшой глоток из желтого флакона. Это тонизирующее средство Шепчущий использовал только в крайнем случае. Оно позволяло избежать предвестников Спячки, но одновременно снижало самоконтроль и заставляю действовать импульсивно и рискованно. Зависеть от собственных эмоций змей не любил, но выхода не было. Впереди его ждал бой.

* * *

Устав от ожидания Тирана присела на поваленную колонну, и стала оглядываться по сторонам, выискивая, чем бы себя занять. Товары торговца уже давно рассортированы и надежно сложены в ее сумку. Улов оказался очень хорош и стоил затраченных усилий по путешествию на этот дальний осколок. Она даже не ожидала найти столько ценностей у небогатого, на вид, игрока из небольшого торгового клана. Настроение было замечательное, но необходимость сидеть и ждать Валериана выматывала хуже любой пытки.

Призвав компас, она вновь взглянула на время, и неодобрительно покачала головой. Все-таки этот дурак снова слишком увлекся: жажда чужой боли и крови была для него неодолима. Оказавшись на арене вдвоем с беззащитной жертвой, он наверняка сейчас придается любимому занятию — медленно режет свою добычу на ленточки, стараясь не испортить костюм.

Валериану стоило бы и потерпеть. Полученные от игрока сведения слишком важны: пять или шесть тысяч разумных, обитают на Свалке, и самое главное они беззащитны перед игроками. Слишком заманчивый приз – девушка в предвкушении жадно облизала губы, думая о том сладком и упоительном пире из крови, боли и смерти, что их ждет впереди. И в такой момент, когда каждый миг ожидания невыносим, Валериан устраивает эти глупые и ненужные игры, заставляя себя ждать. Она уже почти ненавидела фаворита за это.

Мысли о наказании Валериана прервал Потрасюк: -- Повелительница, – торопливо зашептал он. – Маккаси что-то слишком долго не возвращается. Сказал, что отойдет осмотреть окрестности, а самого уже нет больше часа.

– Да куда он денется? – небрежно отмахнулась рукой от глупого помощника глава дома Изгоев. И прикрыв глаза, вновь мысленно стала размышлять, как наказать вызвавшего ее неодобрение наперсника. Впрочем, если Валериан поторопится и быстро закончит с этим торговцем, она ограничится только выказыванием ему своего неудовольствия. Сейчас ее меньше всего волновало, куда мог деться на совершенно безлюдном осколке этот нелепый скавен .

* * *

Овал портала ярко полыхнул, и возле входа в лабиринт возник наг в полном боевом облачении и с активатором на вскидку. Насторожено оглядевшись по сторонам, он увидел только своего агента.

– Господин, – склонился в низком поклоне Маккаси. Приветствуя нага, он снял маску, прикрывавшую лицо. Вытянутая вперед морда делала его похожим на крысу – родоначальницу его вида. Серая шерсть, покрывавшая лицо, острые передние резцы и маленькие красные глазки остались наследием прародительницы. Но в глазах скавена светился разум, а высокий лоб выдавал интеллект, пусть сейчас на нем светилось клеймо изгоя.

Торопясь и все время, оглядываясь по сторонам крысочеловек протянул Шепчущему небольшой листок: – Здесь схема прохода внутрь лабиринта, без нее попасть внутрь весьма сложно, Господин.

Наг, без интереса посмотрел на карту, это ведь так скучно прятаться среди серых стен, и перевел взгляд на своего агента.

– Сколько ваших на центральной площадке? Какой у них ранг? Чем они вооружены? – наг, задавая вопросы, прислушивался к разуму своего шпиона. Ему почти не были интересны ответы, достаточно было мыслей возникавших в голове скавена. Мелкие и подленькие мысли изгоя заставили Шепчущего внутренне брезгливо поморщиться. Практически все, о чем тот думал, была похоть к главе своего клана, и желание эмбиента. Но главное удалось узнать: впереди нет ни ловушки, ни засады. Во всяком случае, Маккаси о них ничего не знал.

– Я доволен тобой, – отпуская крыса Шепчущий, на краткий миг прикоснулся ко лбу своего агента, и ярко горящая татуировка под его рукой сильно потускнела. – Срок наказания тебе уменьшен, а теперь убирайся отсюда – скоро здесь будет жарко.

Портал за шпионом еще не успел закрыться, а наг уже вскинул вверх жезл, активируя щит отрицания. От луча, ударившего из жезла, по небу стала расползаться ядовито-зеленая сеть, блокирующая возможность игроков покинуть этот мир. Шепчущий не хотел разыскивать свой девмерейн по всем соседним осколкам, гоняясь за разбежавшимися изгоями.

Скрывать присутствие больше не было смысла, нет такого игрока, который не способен связать сеть отрицания и будущие неприятности. Опасаться трусливых падальщиков, способных лишь нападать на низкоранговых игроков, да терроризировать небольшие кланы, наг считал ниже своего достоинства. Зелье плескалось в крови Шепчущего, заставляя того идти на поводу собственных эмоций. Пусть знают, что он здесь, пусть готовятся к схватке или пытаются убежать и скрыться. Движущиеся камни позволяли игрокам многое. На этом осколке действовали правила центральных миров: любой мог атаковать любого безо всякого вызова. Изгои даже могут напасть толпой – это не имеет значения. У него достаточно сил и опыта чтобы победить при любом раскладе.

Жезл в руке змеелюда вновь вспыхнул, и от него конусом стали расходится невидимые для глаз волны. Под их воздействием глыбы каменных стен стали покрываться трещинами, интенсивность волн росла, добавился едва слышимый свист, становящийся все сильней, и когда он достиг наивысшей точки, стены начали взрываться, разлетаясь на куски.

Наг удовлетворенно окинул взглядом дело своих рук: груды камня и щебня, это все что осталось от движущихся стен. Он расчистил место для предстоящего боя. Тирана, лидер изгоев, как он слышал, имела весьма интересный и редкий вид отряда. За долгие века своей жизни ему еще ни разу не приходилось сталкиваться с подобными созданиями в бою, и Шепчущему стало интересно увидеть их в предстоящей схватке.

Наконец, ветер снес каменную пыль, и на небольшом клочке земли в центре лабиринта обозначились фигуры противников. Пара из них, едва заметив нага, метнулись в глубь лабиринта, туда где еще уцелели остатки стен. Наг с усмешкой проводил их взглядом, что ж этими он займется чуть позже. Как говорил Шалратшур, глава клана змей: «Не стоит бегать от нагов – умрешь уставшим».

Остальные его противники в это время готовились к битве. Двое ящеров-телохранителей подбежали к главе клана, и прикрыли ее от нага массивными металлическими щитами, призванными на ходу. Та, надо отдать ей должное, тоже время не теряла, вскинула жезл и перед ней стали возникать стройные ряды демонов.

Небольшие ярко алые импы, с крохотными крыльями за спиной, сжимали в руках трезубцы, и злобно щерили пасти усеянные острыми зубами. Следом появились массивные туши берлиоров. Укрытые тяжелыми стальными доспехами, они были вооружены огромными алебардами, не уступающими им размером. На поле грядущего боя возникали все новые фигуры врага: гончие ада, едва проявившись в реальности, тоскливо взвыли, пытаясь призвать панику и страх на своих врагов. Потом пришла очередь суккубов, демонов похоти и страсти. Эти создания парили над землей, их излюбленным оружием были кнуты, покрытые шипами. Наконец, наг увидел ключевые фигуры врага – пару Лордов Пламени, закованных в доспехи первозданного огня. Рядом с полководцем, призвавшим Инферно на поле боя, соткалась из камня и магмы небольшая башня. На ее вершине полыхал живым огнем, бьющийся в такт сердцу призывательницы, крупный кроваво-красный кристалл.

Оценив противостоящее ему воинство, наг испытал острое разочарование. Для этой битвы ему даже не понадобится призывать свой отряд. Враг не оправдал его надежды и ожидания. Тирана тупо сделала ставку на количество и силу. В противостоянии с обычными игроками, не достигшими ранга полководца, возможно, этого и хватит, но для сражения с ним – удручающе мало. И он намерен наглядно объяснить эту ошибку спятившей от безнаказанности воровке, вздумавшей стать у него на пути. Он покажет ей разницу между истинным полководцем и недостойной этого высокого титула самкой, по прихоти Слепца взлетевшей слишком высоко.

Для начала Шепчущий решил использовать Щупальца Сотхакара. Карта призвала на поле боя извивающиеся плети первозданного мрака, обитающие в глубинах, где умирает само время и пространство. От их вечно голодных ртов, прикосновения которых растворяли даже камень, импы с визгом пытались разбегаться. Суккубы поднявшись повыше, бросили вниз несколько огненных шаров, не причинивших щупальцам никакого вреда. А вот тем, кто остался на земле, повезло меньше: алебарды, трезубцы и клыки оказались бессильны против всепожирающего мрака. Лишь Тирана с охранниками да Лорды Пламени смогли уцелеть: главу клана и ящеров накрыла защитным пологом башня, а демонам пришлось создать щиты абсолютного огня, исчерпав при этом остатки своих и без того небольших магических сил.

– Мелочь подчистили, – с торжеством отметил наг, наблюдая как ярко синий луч, ударивший в его защитный покров, отражается от Зеркального щита обратно. – Теперь фигуры покрупнее.

Комета – одна из мощнейших и любимых им карт в колоде, и если враг не сможет ее остановить, это будет эффектная точка в этом недолгом поединке. Вскинув жезл, он активировал карту, в глубине сердца почти желая, что бы враг сумел отразить его удар. Он так давно не сражался с кем-то равным себе, что почти успел забыть это радостное ощущение боя, предвкушение от нанесенного удара, и предугаданного ход врага. И пусть Тирана никогда даже близко не будет равна ему, но все-таки ему хотелось, что бы эта схватка продлилась дольше…

Глава 21

Раздался едва слышный скрежет кости о дерево, и Валериан не раздумывая, бросился через боковой проход в соседнюю комнату. В следующий миг в помещение, где он только что был, ворвался монстр.

Не останавливаясь ни на миг, мужчина метался по извилистым коридорам, стараясь увеличить разрыв между собой и зверем. За его спиной далеко разносился рев разочарования и ярости, невольно заставляя все ускорять и ускорять бег. Очень скоро рык стих, но его место занял намного более страшный звук — грохот разрушаемых стен. Мантикора последовательно лишала свою дичь возможности спрятаться в узких проходах. Изгой сознавал, что подобная тактика, в конце концов, приведет тварь к победе, но помешать ничем не мог. Надеяться на то, что эта скотина тупо разрушает все подряд, Валериан уже не мог, он успел убедиться, что в уме этому монстру отказать нельзя. Впрочем, как и во всем остальном.

В первый момент, когда дуэлянт увидел сидящего на полу зверя, то от изумления чуть не выронил шпагу из рук. Вместо израненного и не способного ходить игрока, его встретила огромная мантикора. Зверь был матерым: насколько получилось оценить размер твари, высота монстра в холке достигала груди Валериана. К тому же зверь не был диким. Дикие мантикоры не носят броню, а эта была неплохо защищена. Помимо костяных пластин покрывавших ее голову, грудь и бока, передние лапы облегало что-то вроде перчаток из странного сиреневого металла, инкрустированного лиловыми кристаллами.

Валериан, пораженно замер на пороге, не понимая, откуда тут вообще могло взяться это чудовище, и куда делся игрок, которого он должен был добить. Изгою просто повезло, что зверь был дезориентирован переносом на арену. Мантикора, явно была не в себе, она трясла головой, лапы ее дрожали и подгибались, а по полу беспокойно хлестал тонкий, гибкий хвост с костяным шипом на конце. Дуэлянт успел выскочить из комнаты до того, как монстр пришел в себя, и бросился следом. Так они и играли в смертельные догонялки по Дому Тысячи комнат. Валериан непрестанно возносил хвалу Смеющемуся Господину за тесные для монстра коридоры и узкие дверные проемы. Если бы тут было место, где тварь могла разогнаться…

Посчитав, что оторвался достаточно, мужчина позволил себе остановиться и, на краткий миг, прислониться к стене, чтобы перевести дыхание и немного подумать. Сердце колотилась в груди, дыхание сбивалось, а мысли разбегались кто куда. Страх едким, мерзким червяком заполз в душу и теперь ее не покидал. То, что начиналось как развлечение и удовольствие, превратилось в ночной кошмар, от которого невозможно проснуться.

Валериан не понимал, откуда здесь взялся этот монстр. Как торговец сумел протащить его на арену, не нарушив условия их поединка? Может быть это очередная шутка Смеющегося Господина, решившего разнообразить их дуэль, или посчитавшего, что его враг поставлен в слишком в неравные условия? Неопределенность ситуации раздражала, но по большому счету, было не важно, как сюда попала мантикора. Главное сейчас завершить поединок. К сожалению, убить врага, легко и просто не получится, его надо сначала найти, а это не возможно, пока тварь считает изгоя своей добычей.

Мужчина переводил дыхание, чутко отслеживая, как вдалеке зверь продолжает крушить стены: то ли вымещая злость, то ли готовя западню. Слыша доносящийся грохот, Валериан тихо ругался сквозь зубы, судорожно пытаясь придумать, что же ему делать.

Проклятые условия поединка оставили его без активатора, зелий и карт. Правила игры, к сожалению, не допускали ограничений лишь для одного из дуэлянтов, выставляя для обоих игроков на арене абсолютно равные условия. И теперь Валериан должен был сражаться с чудовищем чуть ли не голыми руками.

Как же он ненавидел всех и вся: упрямого торговца — пожелавшего сдохнуть в бою, Потрасюка – не сумевшего его сломать, Тирану — решившего ради прихоти пойти на условия торговца, и даже себя за то, что захотелось поиграть, вместо того чтобы просто прикончить урода еще а Лабиринте.

Этот бой должен был стать наградой Валериану, его призом и вознаграждением. Ведь это он нашел эту дурочку Иллару и сумел ее соблазнить. О, у него это прекрасно получалось и в прошлой жизни: дарить многозначительные взгляды и едва заметные улыбки. Потом якобы случайная встреча: красивые слова, подарки, внимание. Проходит совсем немного времени и для любой дурехи из захолустного мирка он уже сказочный принц. Вот и Иллара, ничем не отличалась от других.

Она влюбилась в него без ума, не рассуждая и не сомневаясь. Как она ждала их редкие, но такие страстные встречи, на которые украдкой сбегала от товарищей. Как любила советоваться с возлюбленным обо всех своих делах. А уж заставить эту простушку банально проболтаться, сдав маршрут своей группы, много усилий не потребовалось.

Дальнейшее было отработано не раз. Девушку просветили, что это она обрекла на смерть своих товарищей, и что бывает предателям за подобное. Теперь ее жизнь была полностью в руках бывшего возлюбленного и главы клана Изгоев. Она жила только пока шпионила у Проводников Хаоса, а обмануть или что-то скрыть от Тираны возможности у Иллары не было.

Наконец, благодаря предусмотрительности, изгоям удалось сорвать удивительно жирный куш. Товар и информация ушли клану, жизнь торговца и его карты должны были стать личной наградой от главы Валериану. Вместо этого все обернулась смертельной ловушкой, но он выкрутится, он не обычный игрок-неудачник. Зарабатывая свой пятнадцатый ранг, он не раз выходил победителем из, казалось бы, совершенно безнадежных ситуаций. Он убьет мантикору и будет жить, он сможет.

Мужчина с сомнением осмотрел тонкое лезвие шпаги, которое сжимал в руке. Его любимое оружие было далеко не простым: по клинку бежала черная вязь магических рун, позволявшая при ранении похищать часть жизненных сил врага, одновременно туманя разум и причиняя сильнейшую боль. Лезвие никогда не тупилось, и ни чья чужая рука не могла использовать это оружие, пока он жив. К сожалению, сейчас все эти свойства не могли помочь. Против огромной хищной твари, вдобавок ко всему, закованной в броню, необходимо что-то иное. Стоило подробнее обдумать, план, забрезживший в его голове. Необходимо вынудить монстра подняться на верхние этажи Дома Тысячи Комнат: там много маленьких комнатушек и извилистых коридоров. Главное заманить его туда, там здоровенной зверюге будет сложно развернуться. Тогда появится шанс: удар шпаги по любой, не прикрытой броней, части тела на мгновение парализует тварь болью. А потом...

Когда-то, герцог Мониала говорил своему совсем еще юному сыну: "Валериан, никогда не оставляй своим разумным противникам даже тени шанса на победу. Играй с ними как кот с мышью, а не как охотник с хищной тварью!" Валериан помнил эти слова. Всегда. Не смотря на насмешки Тираны, перед началом поединка он не ограничился одной шпагой. Сейчас это оружие ждало своего часа.

Неожиданно Валериан напрягся, он слишком глубоко ушел в собственные мысли, и только сейчас осознал, что грохот ломаемых стен стих. Тишина была опасна, отсутствие информации о местоположении манткоры нервировало все сильнее. Мужчина напряженно озирался, готовый ко всему. Подобравшийся в ожидании опасности, Валериан сумел различить едва слышный стук костяного жала мантикоры по деревянной стене и, не раздумывая больше, бросился вперед. Он отлично помнил план этой части Дома: сначала поворот направо, за ним длинный коридор с крохотными комнатушками по бокам, а впереди небольшой зал, куда выходят еще два коридора. В дальнем конце зала расположена лестница, ведущая на следующий этаж, туда-то ему и надо добраться.

Одним стремительный рывком дуэлянт преодолел узкий коридор, влетел в зал, с удивлением успел отметить, что два остальных коридора завалены обломками досок, и с воплем рухнул в огромную дыру, проделанную в полу, сразу за дверным проемом.

Не смотря на неожиданность случившегося, Валериан не получил травм, а ушибы и синяки не в счет. Гораздо хуже, что в падении он выпустил из рук эфес шпаги. Не позволяя себе отлеживаться, мужчина со стоном поднялся, и стал судорожно озираться по сторонам, ища свое оружие. Мельком брошенный вокруг взгляд, заставил поежиться от неприятных предчувствий. Из небольшой абсолютно пустой комнаты, вел единственный выход, предусмотрительно заваленный тварью. Он оказался в западне. Изгой еще раз лихорадочно огляделся по сторонам, надеясь увидеть какой-то незамеченный им выход. Его не было. Зато он увидел собственную шпагу, откатившуюся достаточно далеко. Вот только подойти и поднять оружие Валериан не рискнул. Точно над шпагой в проломе верхнего этажа сидела мантикора и с плотоядным интересом наблюдала за ним. Пока Валериан осторожно пятился в дальний конец комнаты, не спуская глаз с монстра, зверь легко и пружинисто прыгнул вниз, и неспешно последовал за ним. Хвост твари хаотично метался по сторонам, и тонкий костяной шип на конце противно царапал деревянный пол, оставляя на досках большие сколы.

Неожиданно, Валериан успокоился. Прижавшись спиной к стене, дуэлянт постарался встать так, что бы оружие в правой руке стало сюрпризом для зверя. Ему оставалось только ждать удобного момента. Враг сам пришел к нему и сейчас все решится: кому смерть, а кому победа.

Мантикора опустила голову и тихо зарычала, единственный глаз монстра был не по-звериному разумным. Кусочки мозаики сложились: этот ублюдочный торговец сумел их обмануть еще там, в Круге Танцующих Камней. Ему не нужно было ни оружие или карты – он сам был лучшим оружием. Валериану стало смешно, но хриплое карканье, вырвавшееся из горла, меньше всего напоминало веселый смех.

Мужчина выжидал до последнего момента, и только когда мантикора напружинила лапы для прыжка, открыл огонь из пистолета. У него все еще был шанс победить – надо только было попасть мимо костяной брони в глаз или открытую пасть.

Не ожидавший стрельбы почти в упор хищник на мгновение замер, но через мгновение все равно прыгнул. Немаленькая туша зверя обрушилась на игрока, но тот продолжал стрелять до последнего, уже не видя, куда попадают пули. А затем пришла темнота.

* * *

Мой бой закончен, и я с философским спокойствием наблюдаю, как одна за другой скачут по каменному полу, вываливающиеся из тела ассирэя пули. Для того чтобы убить магическое существо, созданное Владыкой недр, крохотных кусочков свинца оказалась недостаточно. Вот и еще одна пулька, застрявшая под кожей плеча, вывалилась от воздействия силы ассирэя. Это существо обладало потрясающей регенерацией, в этом я успел убедиться, когда за несколько минут после преображения ассирэй сумел затянуть порезанное сухожилие. Не полностью, но передвигаться, пусть и с трудом, он смог довольно быстро. Все остальное время, гоняясь за Валерианом по этажам, я потратил на то, чтобы залечить многочисленные повреждения и переломы, полученные мной в ходе допроса. Оставлять своего противника одного я не рискнул, враг он умелый и опасный, дай такому время и кто знает, что он сумеет придумать. Так пусть за него соображают ноги, а не голова. Мои опасения прекрасно подтвердились: пистолет оказался тем сюрпризом, которого я не ожидал. Хорошо, что у изгоя не оказалось чего-то по мощнее, иначе этот бой мог бы закончиться совсем иначе. Ассирэй с интересом посматривал на убитого врага, даже принюхался к нему с гастрономическим интересом, но моя команда: «НЕЛЬЗЯ!!!» – и он тут же отпрянул. На удивление смышленое и любознательное создание. Реакции этого существа мне показались похожими на поведение пятилетнего ребенка: такое же жгучее любопытство и желание играть, и в тоже время ему было интересно учиться и познавать что-то новое. И к этому характеру добавлялись мощное тело, броня, когти и зубы, способные разносить на куски каменные стены. Отсутствие моральных запретов и норм, броня и мощное оружие, из этого создания получилась практически идеальная машина для убийства. Не знаю, почему богиня, вручая медальон, произнесла то предостережение, пока с управлением проблем не возникало, возможно, на это влияло то, что я целенаправленно развивал самосознание

Мы не были тождественны, я не стал им. Мое сознание было наблюдателем, я смотрел на происходящее глазами ассирэя, слышал его чувства и желания, и по началу, отстранившись, наблюдал, как он пытался охотиться за Валерианом, одновременно исцеляя тело. В какой-то миг возникла мысль, что Тайвари, наверно, вынуждена воспринимать мир похоже, но я опасался обращаться к ней сейчас, двое в одном теле уже много, а что станет, если нас будет трое? Я не стал рисковать, спрошу как-нибудь в другой раз.

Ассирэй мог бы атаковать изгоя намного раньше, но я тянул время, что бы залечить свое израненное тело. Откуда-то ко мне пришло знание, что сейчас исцелив раны, я излечу их и в своем теле. Это было странное чувство— понимание. Стоило мне сформулировать вопрос, как спустя миг уже рождалось знание ответа на него, и все это было на уровне ощущений. Например, я четко знал, что регенерация глаза – это надолго, столь сложный орган нельзя вылечить в одночасье. Но если носить перчатки и амулет, то они сильно подстегнут естественную регенерацию тела, и глаз я восстановлю достаточно быстро. Так и в остальном, ассирэй охотился, двигался, но я четко понимал, что он выполнит любую мою команду, даже если ее не понимает. Зверь с восторгом гонялся за моим противником, восприняв это как игру. С не меньшей радостью он принялся ломать стены, загоняя изгоя в ловушку. А теперь этот бронированный ребенок был невероятно горд тем, что он САМ смог заманить нашего врага в западню.

К сожалению, победа на дуэли не решала всех моих проблем, она лишь отсрочила новый бой. Я отлично помнил, кто ждет меня при появлении в осколке: Тирана со своими бойцами. Мой единственный шанс выжить: это устранить ее первой, не дав воспользоваться жезлом. Она самая опасная, ее ранг не соизмеримо больше моего, и ей достаточно призвать свой отряд или просто применить активатор, и все. Поэтому ее нужно убить первой, потом ящеры. А вот Потрасюка и Иллару можно не принимать всерьез, и заняться ими потом. План действий мне понятен, пора действовать. Сначала – ассирэй. В его голову я вкладываю образы врагов и первоочередные цели. Управлять телом зверя в бою я даже пытаться не буду, только помешаю, а вот указать, кого ему надо убить в первую очередь, – необходимо. Теперь трофеи. Подойдя к Валериану, я положил лапу ассирэя на его медальон и рыкнул: «Получить,» — здесь главное — желание, а не то, на каком языке ты произнесешь слова, и мысленно совместил, возникшую книгу со своей. Его активатор для меня не достижим, а жаль. Впрочем, не самая большая моя потеря. Время вышло, нельзя оставаться на дуэльной арене бесконечно долго, но я уже приготовился к новой схватке и мысленно моля Слепца, чтобы все у меня получилось, позволил телу ассирея вернуться на осколок.

* * *

Мясной голем содрогался под разрядами молний, бивших в него непрерывно. На миг его противник замер, прекратив атаки, и заискрился, готовя финальный удар. Существо, противостоящее голему, больше всего напоминало огромную, висящую в воздухе, шаровую молнию. Наличие интеллекта и размер с немаленькую карету, делали этот шарик-переросток воистину страшным противником. Мясной голем еще дергался от предыдущей атаки, а сияние его противника достигло пика. Новая атака была готова, а неуклюжее создание так и не пришло в себя. Тирана отвела глаза, не желая видеть, как будет уничтожен призванный ею монстр.

– Госпожа, -- старый Тунашар, ее верный друг и охранник, с трудом удерживающий тяжелый металлический щит, с тревогой смотрел на нее. Его напарник лежал рядом и от его тела все еще тянулся дымок. Ящер-охранник и после смерти не выпустил из лап треснувший щит, выполняя свой долг до конца. Оставшись один, Тунашар явно опасался разделить участь своего коллеги, и поторопился вернуть внимание лидера к схватке. Тирана, до крови прикусив губу, с тоской оглядела изувеченное воронками взрывов пространство.

С тихим отчаянием она понимала, что это, скорее всего, конец. Ей больше нечего выставить на поле боя, все, что хоть как-то было способно изменить исход, уже потрачено. Ее последняя атака не увенчалась успехом: несокрушимый, как ей мнилось, тандем Горы Плоти и Властелина Слизи не смог продвинуться достаточно, что бы стать угрозой для Змея.

В этот раз, Шепчущий, для разнообразия, использовал не заклятье, а призвал на поле боя существо. Тирана втайне надеялась, что они у него просто закончились. Можно же было помечтать, что наг растратил часть своей колоды до того, как напал на нее? К сожалению, даже если такой вариант и был реальностью, ей он ничем помочь все равно не мог.

Шепчущий методично и неторопливо убирал с доски одну за другой все ее фигуры. Сначала ее отряд, потом все остальное, что она пыталась выставить против него. Иногда ей казалось, что еще чуть-чуть, и она захватит инициативу, но чем дольше длилось противостояние, тем явственнее приходило понимание – это самообман. Происходящее даже боем нельзя назвать: наг просто развлекался.

После Щупалец, сожравших большую часть ее отряда, Тирана использовала очень редкую золотую карту, отменявшую любое следующее действие врага. И этим испортила продолжение атаки змею. Тот явно применил против нее, что-то не менее впечатляющее, чем первое заклятье. Убить себя в самом начале боя лидер Изгоев не позволила, но на этом ее успехи закончились.

Лорды Пламени и Вану’Истрагаля пали от следующей же атаки, вместе с Адской сворой, призванной для поддержки. Мерцающая силовая воронка возникла посреди поля боя, и начала с неумолимой силой втягивать в себя все, что было рядом с ней, постепенно наращивая размер и скорость вращения. Осколки камней, деревья, камни, трупы, еще живые демоны – все это, втягивалось в нее, медленно растворяясь, а воронка лишь шире раскрывала свой зев.

В мельтешение мусора Тирана не смогла уследить, в какой миг исчезли суккубы, потом с тоскливым воем пропали псы адской своры. Даже несокрушимые Лорды Пламени ничего не смогли сделать, что бы уцелеть. Все что Тирана могла – это молиться, чтобы у защитной башни хватило энергии удержать силовой щит. Наконец гул вихря исчез, но и ее башня частой пульсацией дала понять, что защита доживает последние мгновения.

Девушка еще продолжала бороться: она отчаянно пыталась атаковать самого нага, расходуя драгоценные карты, но все напрасно. Ее радостный вопль, в тот момент, когда одна из ее атак прорвала его щит, и фигура врага, охваченная неугасимым огнем, упала на землю, спустя миг сменился стоном отчаяния. Невредимый Змей приветливо помахал ей рукой, совсем с другого места. И стало понятно, что она поразила не нага, а его эфирного двойника, принявшего на себя весь урон, предназначенный хозяину.

Сейчас она хорошо понимала ту бессильную ярость и ненависть, что не раз видела в глазах своих жертв, то отчетливое понимание, что это не ты слаб, просто обстоятельства и враги сильнее тебя.

Проклятый наг был реликтом уже прошедшей эпохи игроков, Домов и Владык, существовавших до битвы на Кейдане. Но мир изменился, уже никто веками не собирает карты, нет времени ждать и копить силы, неспешно переползая со ступени на ступень. Жить, жить здесь и сейчас – лишь это сейчас важно. Ухватить, урвать любой ценой, подняться выше, уничтожить соперников – для этого любые средства хороши. Предательство, обман, все это пустой звук для того, кто станет богом, приняв венец божественной силы из рук Смеющегося Господина.

– Хозяйка! – испуганный крик Тунашара прервал ее мысли. Раненой рукой, по которой стекали струйки крови, он указывал на призванное нагом создание. Покончив, с Горой Плоти одной сверхмощной атакой, шарик неспешно двигался к ним. Неожиданно Тирана вспомнила, как называют эти создания – эктиталь, ну и чем ей это поможет?

Гелина замерла, не зная, что предпринять, ее карты почти исчерпаны, ей нечего противопоставить не только, вновь исчезнувшему из вида и явно ждущему, что она предпримет, нагу, но даже его ручному шарику. Шепчущий играл с ней, оттягивая момент последнего удара, видимо решив, таким образом, развеять скуку. Нет, она не позволит развлекаться за ее счет, она еще покажет!

Но сначала нужно отвлечь Змея хоть на краткий миг, он не должен видеть что она делает. Еще один призыв и в ее руке проявляется глиняная, словно наспех сделанная кукла, на поверхности которой выжжены руны заклинания. Тирана поспешно разломала хрупкую фигурку, выпуска малого духа земли, заточенного в ней. В благодарность за свободу он обязан выполнить одно ее желание. И ее приказ краток: – «Ищи, найди, найдешь – убей!» Куча грязи, образовавшаяся вместо сломанной куклы, повинуясь ее воле, втянулась в землю и под поверхностью земли устремилась на поиски указанного ей врага. Гелина не сомневалось – дух найдет нага. Змей передвигается по земле, двигается и сотрясает почву, и ее помощник сумеет его найти, а вот победить – уже вряд ли. Он нужен только отвлечь внимание нага от действий девушки на несколько мгновений, этого будет достаточно.

Тирана решительно открыла свою сумку. Она до конца надеялась, что этого удастся избежать, вещица, которую лидер клана Изгоев собиралась использовать, пугала ее саму. Но она слишком хотела жить, любой ценой – уцелеть, а дальше она что-нибудь придумает. Выкрутится, обманет, если надо, то и предаст. Ей все это будет не впервой, сейчас главное выжить, а о цене она подумает потом.

– Тунашар, – девушка повелительно махнула рукой в сторону искрящего шара, отвлекая на него внимание соратника. Верный друг и охранник, повернулся туда и не заметил стремительного росчерка кинжала, зажатого у нее в другой руке. Черное лезвие без труда вошло в основание черепа, и ящер беззвучно осел на землю.

Не теряя времени, Тирана присела возле него и достала из сумки небольшое обсидиановое зеркальце, чья матовая поверхность не отражала ничего. Обмакнув свой изящный пальчик в еще теплую кровь, она аккуратно вывела на поверхности зеркала одно короткое слово: имя на языке без начала, том самом на котором говорят лишь боги. И с нетерпением стала следить, как кровь впитывается в черную поверхность. Вначале ничего не происходило, и секунды тянулись как века, но потом черная поверхность расцветилось радугой, и Тирана услышала голос, похожий на скрежет метала по стеклу.

– ЧЕГО ТЫ ХОЧЕШЬ, СМЕРТНАЯ?

– Убей моего врага и спаси меня, – убежденно произнесла Тирана, наблюдая, как эктиталь набирает энергию для удара по ней.

– ДА БУДЕТ ТАК, ТВОЕ ЖЕЛАНИЕ ИСПОЛНИТСЯ, НО ПОМНИ, ЕГО ИСПОЛНЕНИЕ БУДЕТ ОПЛАЧЕНО ТОБОЙ!

Девушка содрогалась от боли, причиняемой голосом, и отстраненно думала, что может, было бы лучше умереть, но сделанного, ей уже не изменить. Ее руки, с зажатым в них зеркалом, резко дернулась вперед и вверх. Зеркало стало невыносимо холодным, и гелина застонала от боли, не в силах ни разжать, ни опустить руки.

В воздухе перед зеркалом возник большой черный круг, ставший вратами в другой мир. Из него с невероятной скоростью выметнулись несколько десятков длинных острых клешней, впившихся в эктиталя, и разорвавших того на куски. А Тирана, несмотря на боль, почувствовала злое удовлетворение – теперь все будет по-другому. Она из первого ряда посмотрит, как спесивый наг будет драться против легионов Владыки Дома Боли. В этот миг, ей казалось, что устроенное ей зрелище стоит ЛЮБОЙ цены.

* * *

Шепчущий отчаянно сражался, выкладываясь сейчас как никогда: его клинки мелькали с запредельной скоростью, почти не различимые для глаз. Тренированное тело действовало само, а разум был судорожно занят поисками выхода. Откинувшись назад, наг затылком касается земли, пропуская над собой булаву, и тут же отбивает крюк на длинной цепи. Быстрый перекат, попытка разорвать дистанцию, но ему этого не дают, навязывая контактный бой. Он снова пытается контратаковать, но вынужден, не завершив серию ударов, уходить в оборону, отбивая ответный удар серпа и длинного кинжала с узким волнистым лезвием. Шестирукая, хищно улыбаясь противнику, вновь атаковала:

– Ты будешь достойным украшением трона моего господина, наг. Для твоей головы, я уверена, он подберет особое место.

Змей в ответ промолчал, он дрался с холодной решимостью и тратить силы на слова не считал нужным. В этом рейде и так было сделано непростительно много ошибок. Они и привели его к бою с одним из демонов-чемпионов Дома Боли – шестирукой Кали-мА, Взыскующей Долги. Эта схватка вообще не должна была состояться, но его глупость, гордыня и скука дали Тиране шанс, и та сумела им воспользоваться. Он так привык видеть в своей противнице ничтожество, не способное стать по-настоящему опасной, что позволил себе выпустить ее из фокуса внимания, пока разбирался с земляным духом. И ей этого хватило. Эта тварь не только открыла врата, но и сумела заблокировать его Сеть – убрать не смогла, но контроля он лишился. Все, что оставалось нагу, это принять бой с войсками Дома Боли.

Возле врат, открытых лидером Изгоев, грудой дымящихся кусков плоти лежал Нон-Соа – демон с тысячей клешней. Птицы Кай, мечущиеся сейчас в небе, гибли и падали на землю после столкновений с Вулканическими шмелями, призванными нагом. Безликие солдаты-демоны, вместо рук у которых были длинные костяные клинки, отчаянно рубились между собой – применение карты Предательство заставило их сражаться друг с другом.

Но это было все, что успел сделать Шепчущий. Ему необходимо было сбить волны хлынувших через портал демонов, чтобы не дать смять еще не развернутые порядки собственного Легиона. Занятый демонической мелочью, он не успел среагировать на атаку Кали-мА. Взыскующая Долги оказалась достойным врагом: невидимая и не ощутимая в ментальном и эмоциональном плане, она стремительно преодолела разделявшее их расстояние и связала его боем. Лишь чувство опасности, старательно развиваемое Шепчущим, позволило ему в последний момент уйти из-под удара, но демоница сумела навязать нагу контактный бой, не давая и мига для того, чтобы Полководец смог воспользоваться активатором и призвать свой отряд или использовать карты заклятий.

Наг каждой чешуйкой шкуры ощущал, как утекает время. Бесценные секунды, подобно драгоценным каплям падали вниз, перевешивая чашу весов судьбы не в пользу змея. До сих пор Шепчущего спасало лишь то, что использованный Тираной артефакт был весьма слаб и не мог пропускать через себя созданий темного бога сплошным потоком. Зеркало должно было сначала накопить энергию, чтобы потом одним импульсом на краткий миг приоткрыть врата, пропуская через них всех, что успеет войти в этот мир. Скоро зеркало породит новую волну. Наг видел, как ускоряются потоки энергий и силы, вытягиваемые артефактом из окружающего мира, еще немного и ее будет достаточно. А наг ничего не может с этим поделать, пока Шестирукая связывает его личной схваткой.

Длинный трезубец со скрежетом разрубает его наплечник, но доспех Кровавого Сокола достойно держит удар, не позволив оружию врага добраться до тела носителя. Ответный выпад тоже не проходит мимо, оставляя длинную черную царапину на бедре Шестирукой. Шепчущий вынужден рисковать, ускоряя темп боя, нанося сомнительные удары и делая неожиданные шаги: мельницу богов сменяет каскад рваных ударов, крыло алого дракона – пляска шайн. Опыт тысяч боев и знания сотен боевых школ и систем, известных нагу – все пошло в бой. Тело, подчиненное железной воле, перешло в боевой транс. Такое сверхусилие разрушительно, оно сжигает огромные запасы жизненных сил и потребуется много времени, что бы он смог восстановиться после него. Но это будет потом – сейчас главное победить, призвать Легион, а там появится время, чтобы вернуть себе контроль над блокирующей осколок сетью.

Клинок нага отсекает одну из рук Кали-мА, и демонесса уходит в глухую оборону, не давая Шепчущему реализовать полученное преимущество. Яд мечей хоть и проник в рану, но кровь этой демоницы, подобно раскалённой лаве, выжигает все, что попало внутрь тела. Отрава, способная быстро убить любого из смертных, так и не смогла причинить ей вреда, но рана, полученная от клинков нага уже не пройдет никогда. Отсеченная рука уже не регенерирует, теперь Кали-мА до конца вечности будет пятирукой, Но это для змея было весьма слабым утешением, потому что пульсация зеркала замерла. Оно втянуло в себя достаточно силы для открытия новых врат, и те широко распахнулись перед Тираной.

Портал еще вырос в размере, и из него показалась невероятно огромная рука, вся покрытая гниющими язвами, в которых копошились желтоватые личинки червей. На запястье виднелись не уступающие размером руке кандалы с цепью, уходящей вглубь врат. Пальцы подобно огромным колоннами впились в землю, обломанные на концах ногти оставляли на земле целые канавы, стремясь ухватиться за нее. Мускулы напряглись, вытягивая тело из портала, и в проеме врат показалась голова – огромная, с человекоподобными чертами, вся покрытая шрамами, ожогами и незаживающими ранами. Глаза этого создания были наполнены безумием и страданием, а рот раскрыт в безмолвном крике. Наг узнал его, хотя никогда не видел вживую, только читал легенды о нем: Великий Малагасси, полубог, сокрушающий горы, повелитель серных озер и хозяин Хребта скелетов, под его ногами сотрясалась твердь и плющились тела врагов. И не было ему равных, пока не осмелился бросить он вызов владыке Дома Боли и не проиграл ему схватку за власть. Бессмертный полубог не был способен умереть и вынужден был вечно страдать, служа бесконечным источником силы для своего победителя. От боли гигант уже давно утратил разум, и теперь Хозяин пустых зеркал иногда выпускал его против своих врагов, давая великану на краткий миг спустить свою ярость в бою.

Наг сумел оценить иронию ситуации: темный бог собирался покарать его с помощью того, кто когда-то так же вызвал его гнев. Хуже, если Владыка Дома Боли приготовил нагу судьбу, схожую с судьбой Малагасси. По спине нага пробежал холодок страха: есть участь, что во много раз хуже смерти. В последнем отчаянном рывке он попытался убрать стоящую у него на пути Кали-мА. В задуманном он не преуспел и не увидел, откуда на поле боя, рядом с Тираной, возникла большая мантикора. Тварь, не мешкая ни мгновения, атаковала гелину со спины. Зеркало в руке лидера Изгоев дернулась, уводя девушку из-под атаки, но недостаточно быстро. Зверь, извернувшись в прыжке, успел махнуть передней лапой, его когти пробили магический щит и, оставив три длинные царапины на щеке, ударили по зеркалу, разрубив на части.

Осколки артефакта с печальным звоном посыпались на землю, а мантикора, приземлившись на землю, на ходу развернулась для новой атаки. В этот момент врата Дома Боли стали неумолимо исчезать. Сила, что удерживала их в этом мире, пропала, а вместе с вратами исчезали все те, кто прошел через них. У них больше не было права находиться в этом мире. Первой исчезла Тирана, Владыка позаботился о ней, выполняя свою часть договора. Следом был втянут во врата гниющий великан, до конца цеплявшийся за землю, последней исчезла Кали-мА вместе с остатками птиц Кай. Врата беззвучно схлопнулись, и наступила звенящая тишина. В следующий момент мантикора, так удачно вмешавшаяся в схватку, плавно трансформировалась в игрока-человека. Тот сидел на земле и потрясенно оглядывал покрытое воронками, лужами с кислотой и густо усеянное трупами разных созданий поле боя.

Шепчущий резко упер клинки своих мечей в землю, чтобы не рухнуть обессилено на месте. Руки предательски дрожали, хвост подламывался, но гордый наг не мог показать свою слабость чужаку. Он с трудом оторвал одну руку от рукояти меча и призвал активатор.

– Мертвый легион, приди на мой зов.

Повинуясь призыву, на осколке стали возникать его войска. Ровными рядами выстроились костяные солдаты, по флангам застыли призрачные всадники, личи и баньши возникли в центре, последними позади всех, образуя полукруг, вместе с алтарем появились офицеры. Замерев рядом с Повелителем, они застыли в ожидании приказов, не находя неприятеля, для битвы с которым их призвали.

– Повелитель? – железный генерал вопросительно смотрел на нага.

А обессиленный Полководец предпочел промолчать, не объясняя, зачем призвал Легион. Признать вслух, даже перед собственными солдатами, что сам он сейчас не отобьется даже от вейданского кровяного комара, не говоря уже о ком-то посильнее, Шепчущий не мог.

– Подойди, – мысленный импульс, посланный игроку так и сидевшему там, где недавно стояла Тирана, заставил того скривиться от боли, но встать и пойти к нагу.

– Пропустить, – короткий приказ Каросу. И Шепчущий, наконец, смог заняться собой. Его гордость не позволяла предстать в таком оборванном виде перед кем-то еще, кроме собственных офицеров. Длинной чередой в его руках возникали флаконы и пузырьки зелий, исчез изрубленный доспех, а следом возник запасной. Вокруг его тела сформировался шар защиты бирюзового цвета. Не многим известно, что он не столько защищает, сколько восстанавливает хозяина. Измученное тело, несмотря на магию зелий, болело все сильней: растянутые жилы, вывихнутые суставы и выбитые кости напоминали хозяину о той цене, что он заплатил, чтобы остаться в живых.

Понимая все без слов, верные личи скастовали щит праха, а следом защитную длань. Баньши затянули унылый речитатив, вливая в него жизненную силу, щедро растраченную в ходе боя. Когда игрок прошагал сквозь ряды его костяных солдат, наг уже выглядел достойно своего статуса Члена Совета старших.

Змей внимательно вгляделся в человека, изменившего исход боя, и даже сумел вспомнить, где и когда видел его раньше. В других обстоятельствах это стоило бы тому жизни, но прошедший бой все изменил.

Тот, кто спас ему жизнь и помог в бою, выглядел сейчас не лучше, чем он сам несколько минут назад. Игрок едва стоял на ногах, вместо одного из глаз – запекшаяся рана, грязный, в одних перчатках с обрезанными пальцами, голый и босой, он удивительно спокойно, без малейшего страха смотрел на нага.

Они молчали достаточно долго, рассматривая друг друга, прежде чем наг произнес:

– Долг жизни и чести за мной. Я могу для тебя что-нибудь сделать?

На секунду ему показалось что человек, стоящий напротив, даже не понял сказанное, но в следующее мгновение тихо прозвучало:

– Домой хочу. Устал я немного.

С этими словами наг не мог не согласиться. Он и сам сейчас ничего так сильно не хотел как попасть туда же, но все-таки стоило уточнить:

– В этом мире тебе еще что-нибудь нужно, какие-нибудь вещи собрать?

На что тот лишь отрицательно покачал головой:

– Боюсь, что все мое оставшееся имущество сейчас со мной.

Ну что ж, совесть змея просто кристально чиста, игрок выбрал сам и подтвердил свой выбор, но отпускать игрока так просто наг не собирался – Слепец не любит неблагодарных – да и стоит подумать, как возместить собственные потери, возможно, этот так часто встречающийся ему человек на что-нибудь, да и пригодится.

Жезл в руке нага трижды выпустил разноцветные лучи в небо, и сеть, затянувшая его, стала стремительно исчезать. Следом возник компас, несколько манипуляций с ним, и перед Шепчущим открылся сверкающий проем. – Прошу принять мое гостеприимство и посетить мой дом. Оттуда ты сможешь попасть в Двойную Спираль или любой другой мир в пределах игрового поля.

Он использовал Дорогу домой – способность камня врат раз в малый цикл перенести своего владельца и его спутников из любого мира сразу к месту установки.

– Спасибо, – игрок, с трудом переставляя ноги, направился к светящемуся проему.

–Сараватти, приберись тут, – наг махнул рукой на все еще дымящееся поле боя. Среди груд тел могли найтись интересные трофеи, и бережливый змей не хотел их упустить, после чего неспешно покинул осколок, отозвав всех, кроме мародеров.

Еще какое-то время мардукаи сновали среди тел, ворочая их и таская свои находки к дрессировщику. А потом вместе с наступлением ночи пропали и они. Темнота неспешно опустилась на землю, словно стараясь укрыть ее и защитить от тех, кто мучил и истязал ее ударами заклятий днем. Она укрыла своим покровом не только ее, но и тех, кто так и не покинул этого мира. Темнота тихо пропела колыбельную для мертвых, уснувших вечным сном в этом далеком для них мире, пусть спят они в покое и тишине.

Глава 22

Дом, милый дом. Вокруг меня здание моей гильдии, где все привычно и знакомо: портреты друзей на стенах, на плите закипает чайник, запах пирожков из печи, Калисса, сидящая напротив. Прошло несколько дней после того, как я был здесь в последний раз, а кажется, что промелькнули годы.

Тяжелый и опасный рейд не прошел даром, усталость такая, что зелья бодрости не помогают, прошедшие бои вымотали до предела. Я столько раз прошел по самой грани, что не верится самому. Вспоминая свой путь, я поражаюсь собственной удаче, я выжил! Весь этот рейд, словно проверка на прочность: Пещера Мерцающих Камней, Холодный Город, казалось бы знакомая и привычная Шестеренка, Черные Пески, а потом добивающим аккордом: Круг Движущихся камней.

Схватки следовали друг за другом, и каждый последующий бой был тяжелее и сложней предыдущих. Я потерял почти все, остались только карты и подаренная нагом одежда, но я выжил, это главное.

Посижу у кухонного очага в гильдии, погрею руки о кружку с ароматным взваром, отосплюсь, выпью с Меджехом, посмеюсь с Саймирой, и снова все будет нормально. Погруженный в собственные мысли, вновь переживая события недавнего прошлого в воспоминаниях, я не сразу обратил внимание на слова главы клана.

— Прости, дорога была не простой, задумался и не расслышал то, что ты сказала.

—Тебе придётся уйти, – эти слова дались ей нелегко, она так и не смогла мне посмотреть в глаза. Нервно сжав большие руки, Калисса угрюмо уставилась в пол.

Плохо понимая, что происходит, я все-таки решил уточнить:

— Куда мне уйти, насколько и зачем?

– Из клана, на время, – ее голос был глух, но слова пугали и удивляли. – На нас вышла Тирана. Она выдвинула ультиматум: выдать ей тебя или она объявит клану войну на уничтожение. Пойми, я не могу поступить по-другому. Мы не в состоянии сейчас позволить себе начать войну с Изгоями, в клане полно новичков, и не известно, сколько их переживет грядущий турнир. Иллара, подлая тварь, наверняка сдала все, что узнала: наши торговые маршруты, места убежищ, слабые и сильные стороны игроков и команд. Зная все это, Тирана может устроить резню, а у нас в клане нет никого, кто мог бы сразиться с ней на равных. Мы торговый клан, а не боевой. Сильных бойцов, вроде тебя и Меджеха у нас и десятка не найдётся. Опыта клановых войн тоже нет, рассчитывать на поддержку крупных домов и Совета Старших не стоит, нам нечем за нее заплатить, да и грядущая война Ящеров с Летящими отвлечет все силы и внимание от наших проблем.

Я тщательно обдумал ее слова, после чего решил уточнить у лидера клана то, что волновало меня больше всего:

— Я так понимаю, моей головой от Тираны ты откупаться не желаешь и хочешь что-то предложить для решения этой проблемы, иначе этого разговора бы не было?

Калисса тяжело вздохнула.

– Ты все верно понял, своих соклановцев я не сдаю, но и ввязаться сейчас в войну Проводники Хаоса не могут себе позволить. Ты временно выйдешь из клана и спрячешься в центральных или внутренних мирах, где – решай сам, лучше я не буду этого знать. Цикл или два, я не знаю, сколько будет нужно времени, но все может поменяться. Тирана для нас является большой проблемой, но и она не всесильна. Охотники пойдут по ее следу, и когда ее устранят, вопрос лишь времени. Пропавший девмерейн ей аукнется, оказывается, его хотел выкупить Шепчущий, а он не тот игрок, который простит ей кражу. Член Совета Старших, объявивший на тебя охоту – это серьезно. Его возможности несравнимы с нашими, и он ее, наверняка, достанет.

Лицо Калиссы потемнело от ярости, потеря девмерейна тяжело далась всему клану, лидер очень рассчитывала на зелья, что мы должны были получить в оплату за него. Сделка сорвалась и теперь кто-то из Проводников Хаоса может погибнуть. Иногда на турнирной арене даже крохотный шанс или минимальное преимущество, что давали элитные зелья, способен был изменить итог схватки. И от этого счет к Илларе вырос еще больше. Лидер клана так сильно сжала кулаки, что из них на стол скатились капельки крови. Немного успокоившись, Калисса продолжила:

— Клан лучше покинуть сегодня, возьмёшь вместе с собой трех новичков и Меджеха в помощь, будете тренироваться и готовиться. В центральных мирах хватит места для этого, а у нас все равно не хватает бойцов, чтобы всех обучать. На связь с нашими не выходи, никто кроме нас с тобой не будет знать, что ты покинул клан временно. Совету клана и остальным я скажу, что из клана изгнала тебя за утерю девмерейна, Тирана не должна заподозрить, что ты все еще с нами. Писать можешь только мне, я опасаюсь, что Иллара была не единственным шпионом в клане, я не хочу рисковать.

Внимательно обдумав ее слова, я не мог не признать их правоту, да и мне самому было бы слишком тяжело терять друзей из-за собственных проблем. Для всех, пожалуй, это наилучший выход.

— Хорошо, я согласен.

Кали без слов подошла ко мне и крепко обняла, мне показалось, что у нее в глазах блеснули слезы. Большая, добрая и сильная, она была матерью и душой нашего клана, готовая порвать любого за каждого из своих детей. За это мы ее и любили. И сами готовы были сражаться за нее и умирать, если надо.

Разжав крепкие объятья, она отступила на шаг назад и негромко произнесла:

– Думаю, кое-чем я смогу тебе помочь, -- и глава протянула мне странный амулет: по центру покрытого незнакомыми рунами круга располагался кинжал червленого серебра.

Кали смущенно потупилась и произнесла:

– У меня было интересное прошлое, до того как Ул”Ган привел меня в свой клан. Это опознавательный знак Синдиката Убийц – наемных убийц, принимающих заказы на устранение во всех уголках вселенной. Принцип действия не сложен: с помощью кинжала, при мысленном усилии его легко снять с круга, своей кровью на любой гладкой поверхности пишешь названия миров, где ты готов работать, и глава Синдиката спустя время пришлет заказ на устранение. Если они, конечно, есть в данных мирах. Заказов может быть несколько, ты сам решаешь какой из них берешь на исполнение, после чего резервируешь его за собой. Амулет является своеобразным маяком, позволяющим не только пересылать тебе задания, но и отслеживать тебя другим убийцам. Устранение тех, кто стоит выше в иерархии – единственный способ продвижения наверх, так что надо быть готовым к тому, что за тобой могут в любой момент прийти честолюбивые коллеги, но ваша пятерка, я думаю, с этим справится. Обычных добропорядочных людей профессиональным убийцам заказывать никто не будет, как правило, устраняют политиков, банкиров, королей или магов. Среди них безгрешных нет, так что свои принципы ты не нарушишь. И только тебе решать: принимать заказ или нет. Знак, который я тебе даю Серебряного ранга, это достаточно высокий уровень. Он даст тебе доступ к разным, порой весьма сложным заданиям. Единственное, принадлежность к Синдикату – это не то чем хвастают, во многих мирах за членство в нем казнят без суда и следствия, так что будь предусмотрителен. Все, ступай, собирай своих! – и Калисса стремительно покинула кухню, явно не желая дольше необходимого затягивать прощание.

Собрать подшефных оказалось не так уж просто. После неудачного рейда, когда они всей командой вывалились на изнанку, убегая от кошмарика, ребята стали посмешищем для половины клана, а скоро к ней присоединится и вторая, когда узнает подробности. Меджех, злой как демон, уже несколько дней накачивался спиртным, Саймира заперлась в комнате и оттуда даже Калисса не смогла ее вытащить, а Карл и Кейн окапались в мастерской и, скорее всего, занимались тем же, чем и Меджех. В общем, мои будущие бойцы пребывали в не лучшем расположении духа и запрятались от общества согласно собственным предпочтениям и характеру. Пока я вытаскивал страдальцев из нор, я понял, почему Калисса решила их отправить вместе со мной куда-нибудь подальше: если оставить их здесь, то они просто сорвутся и наделают глупостей или банально сопьются.

Стараясь не смотреть на помятые и не слишком трезвые лица будущих героев, я торопливо вывел их из здания гильдии – разговор нам предстоял не для лишних ушей.

– За мной, – удивительно, но они не задали мне ни единого вопроса, просто плелись за мной след в след, даже не интересуясь, куда и зачем мы идем.

Таким печальным караваном страдающих от похмелья мы доплелись до беседки, что когда-то вечность назад показал мне Акива. Тайвари давала ориентиры и я, следуя ее указаниям, довольно долго петлял среди улочек и домов, пока не попал куда стремился. Несколько шагов сквозь тайный проход, и только оказавшись на полянке моя команда начала воспринимать происходящее. Вначале восхищенно выдохнула Саймира, а потом и остальные загомонили, осматриваясь по сторонам.

Это место в полной мере заслуживало восхищения и удивления. Пройдя по мостику, я устроился на удобном диванчике внутри беседки и призывно махнул рукой всей компании, приглашая располагаться рядом. Доверие – это краеугольный камень любой команды, если его нет, то это просто случайные люди, собравшиеся вместе на какое-то время, и больше ничего. Мне предстояло ошарашить соклановцев известием, что мы больше не в клане, и очень много поработать языком, рассказывая, почему и зачем это произошло. Играть втемную с этими людьми я не мог. Поэтому без ненужных сантиментов я рассказал о своем последнем рейде и ультиматуме Тираны, а так же о разговоре с лидером клана и ее предложении покинуть его на время.

Тишина была достаточно долгой. И я не торопил никого с ответом, выбор каждый должен принять сам. Если кто-то будет не согласен покинуть клан, он просто вернется сегодня обратно, а о его возможном уходе никто не будет знать. Книга же примет клятву молчания.

Первым подал голос Кейн, разгоняя тишину за столом:

– И чем мы займемся в больших мирах, какое будущее у нашей команды?

– Разумный вопрос, даже не ожидал от тебя. По поводу будущего есть у меня определенные мысли и планы, был у меня недавно очень интересный разговор…

* * *

Плавать в прохладной воде рукотворного озера было восхитительно и прекрасно. Ценность прелестей жизни в полной мере ощущаешь лишь в тот миг, когда чудом не потерял эту самую жизнь… Ночь, сияние звезд. Сидя у берега по шею в воде я наблюдал, как серебристая дорожка дрожит на поверхности озера. Залюбовавшись видом, я заметил подошедшего слугу лишь в последний момент, когда тот уже вышел на берег и начал аккуратно укладывать стопку одежды на камни.

– Господин. Хозяин ждет вас у себя.

Обтершись полотенцем, лежащим сверху, я надел то, что мне принесли: широкие штаны, простую рубаху, пояс и кожаные сандалии. Идя вслед за слугой, я с любопытством рассматривал сад, окружавший дом. Сотни редких растений гармонично сочетались друг с другом. Даже ночью, когда темнота скрадывала краски и силуэты, возникало ощущение, что смотришь на тщательно выписанный на холсте пейзаж. Наконец мы подошли к дому нага. Его мне как следует рассмотреть не дали, почти сразу проведя в кабинет Шепчущего, где и предложили расположиться в широком кресле.

Наг, сидящий напротив меня, очень мало напоминал себя, виденного на поле боя или в Городе Двойной Спирали. Легкая шелковая туника, кружка, судя по запаху, чего-то тонизирующего и бодрящего в левой руке и хрупкий обруч, охватывающий голову и прикрывающий глаза чуть дымчатой хрустальной пластиной, больше соответствовали образу профессора университета, чем грозному воителю и полководцу. На эмпатическом уровне я чувствовал его огромную усталость и желание уснуть, но его воля была выше желаний тела, и наг заставлял себя как ни в чем не бывало вести со мной неспешный разговор, стремясь закончить все незавершенные дела. Удивительно, но то время, что позволило мне восстановиться, казалось, не пошло нагу на пользу.

– Теперь, когда тебе уже ничто не грозит, и прошло достаточно времени, чтобы ты успел все обдумать, я еще раз хочу повторить свой вопрос: чем я могу отблагодарить тебя за помощь в бою и спасение жизни?

Голос нага тих и вкрадчив, но я не чувствую воздействия на свой разум. Видимо, такая у него манера говорить, отсюда и прозвище – Шепчущий. Свое настоящее имя наг тщательно скрывает. Это неудивительно, огромное количество даже довольно могущественных существ верит в то, что зная истинное имя, можно навредить его владельцу, да и многие магические ритуалы завязаны на знании настоящего имени врага. Наверно что-то в этой теории действительно есть.

Прежде, чем ответить, я еще раз все внимательно обдумал – есть моменты, когда не стоит торопиться. Хотя мой собеседник сам признал долг жизни, репутация у него такая, что стоит лишний раз обдумать каждое слово, которое собираешься произнести вслух. Коварный змеелюд легко может использовать любую оговорку так, что и рад не будешь. Но молчать и не принять признанный долг будет еще хуже: это прямое оскорбление, а вот этого я точно не переживу. Одна надежда, что повода для гадости у него все-таки нет. Хотя в нынешние времена, когда честь и правила стали почти пустым звуком, можно ожидать всего, но наг – член Совета Старших: один из тех, кто следит за исполнением законов Игроков. Слишком у него много врагов, которые воспользуются ситуацией, устрой он мне сейчас какую-нибудь западню или обман. Да и не может он не догадываться, что я сообщил в клан о его приглашении.

Я все-таки решился и негромко озвучил свою просьбу. А вот она сильно удивила нага, он даже отставил кружку и откинулся на спинку кресла, внимательным прищуром рассматривая меня сквозь дымчатый хрусталь. Интересно, что делает этот артефакт, ведь не просто так наг им сейчас пользуется? Проверка искренности собеседника? Нет, чтобы определить такое, нагу не нужны дополнительные инструменты, подобное он может легко сделать сам. Мне было очень интересно, что видит во мне Шепчущий сквозь дымку хрусталя. Змеелюд справился со своим удивлением и переспросил:

– Ты уверен, что именно этого ты хочешь? Ты просишь не дайны или карты, редкие зелья или оружие, а информацию. После произошедшего ты остался не только без вещей, но даже без одежды, и в преддверии турнира ты просишь меня всего лишь о знании, которым можешь не суметь воспользоваться.

–Я все тщательно обдумал. Оружие, дайны или карты – все это я смогу и сам получить, найти, купить, обменять или отобрать. Но те знания, о которых я сейчас прошу – я даже приблизительно не знаю, где их искать, и поэтому мне нужнее они.

Шепчущий довольно долго размышлял над моими словами, но потом все-таки встал с кушетки и куда-то направился, коротко бросив мне через плечо: "Жди здесь".

Его не было довольно долго, но когда он вернулся в комнату, в его руках была небольшая деревянная шкатулка. Удобно устроившись на своем месте, змей откинул ее крышку, достал и выложил на стол массивный золотой ключ и разноцветный стеклянный куб.

– То, о чем ты меня спросил – весьма необычно, это сложный и трудный путь – мало кто в игре использует его. Гораздо проще идти знакомой дорогой, убивая смертных и медленно поднимаясь по лестнице силы вверх. Но были и такие, кто пытался идти иным путем, в том числе охотясь на демонов и монстров. Это сложно и опасно, на такой охоте мало выживших и преуспевших. Единственный, о ком я знаю точно, это Ялдар Светлый Взор – последний Повелитель Титана. Сто сорок третий триумфатор, сумевший подняться к трону Смеющегося Господина. Он как раз и занимался тем, чем собираешься заняться ты. Свои последние семь рангов он получил за убийство темного божества. Как ему это удалось, неизвестно до сих пор, так же как и куда пропал Титан после того, как Ялдар завершил игру. Впрочем, сейчас это уже не важно, главное – этот путь осуществим, и его можно пройти. Я думаю, эти предметы смогут тебе помочь в этом, – первым он пододвинул ко мне ключ.

– Он поможет тебе стать членом Клуба Собирателей Сокровищ. Это общество, объединяющее искателей приключений из разных миров, занимающихся поиском магических артефактов, реликтов исчезнувших цивилизаций, источников знаний и предметов, хранящих в себе частицы силы богов. В этот клуб обращаются заказчики, готовые платить колоссальные награды за такую добычу.

Клуб принимает заказы со всех уголков вселенной. Еще он имеет базу данных, из которой любой желающий может взять заказ, размещенный в общем доступе.

Вступить туда достаточно просто: нужно выполнить хотя бы один заказ, после чего ты получишь их членскую карту. Попасть в здание Клуба не сложно. Доступ предоставит Хозяин Дома Чаш, надо только купить у него возможность открыть дверь Клуба.

– Это, – мой собеседник указал на массивный золотой ключ, – реликвия, которая открывает двери исчезнувшего храма бога Обезьяны в Джамранули. Священный артефакт, разыскиваемый уже лет двести. Задание бессрочное, и почитатели этого бога готовы за него заплатить. С помощью него ты сможешь выполнить первое вступительное задание и получить членство в клубе.

– Теперь по поводу этого, – он легко коснулся верхней грани стеклянного куба. – Это инструмент, который позволяет переместить свое сознание в здание Лиги охотников на монстров. Из-за специфики своей работы они тщательно скрываются. Охотники стараются исключить саму возможность атаки на Лигу со стороны тех, на кого они обычно охотятся. Это весьма специфическое место, Лига объединяет очень разных существ. В ее стенах могут мирно сосуществовать и плодотворно работать и паладины светлых богов, считающие своим долгом очистить вселенную от тьмы, и богачи из разных миров, в поисках острых ощущений путешествующие по отдаленным мирам, и профессиональные истребители монстров, готовые за деньги убить хоть бога. Там ты точно сможешь получить те сведенья, к которым стремишься. Хотя тебе придется скрывать, что ты Игрок – как они к тебе отнесутся, если узнают, кто ты на самом деле, я думаю, понятно. Любые служители Хаоса у них приравнены к тем же монстрам, подлежащим уничтожению. У обеих этих организаций существует свой собственный внутренний рейтинг. Его можно поднимать, выполняя различные заказы и задания, которые так же делятся по категориям сложности. Чем выше ты – тем больше у тебя будет возможностей получать редкие, индивидуальные задания с высоким уровнем сложности и оплаты. Со временем, тебе откроется доступ к магазинам только для членов клуба и закрытым аукционам, на которых продается ценное оружие и предметы экипировки или защиты.

– Здесь, – он добавил из шкатулки на стол небольшой информационный кристалл. – Более подробная информация об этих объединениях: их правила и требования к кандидатам, советую все это внимательно изучить. Я уже вижу появившийся у тебя в глазах вопрос: "Как я смогу это все использовать?" Да, многие из этих миров не участвуют в Игре, но ты сможешь попасть в них на один день, если тебе откроют туда путь с помощью Хозяина Дорог и Перекрестов, но сам ты этот ритуал не проведешь. Для отмеченных печатью Хаоса он закрыт, тебя должны призвать на помощь. Информацию об этом я тоже сбросил на кристалл. Думаю, я в полной мере выполнил твою просьбу и заплатил свой долг, но, возможно, у тебе есть вопросы ко мне?

Он ждал, а я все еще обдумывал услышанное только что. Сейчас передо мной на столе лежали не вещи, а шанс на новую жизнь. Не бесцельные блуждания по мирам, а возможность развиваться и расти, становясь сильнее. Я с трудом сдерживал волнение от предвкушения открывшихся перспектив. Но все-таки решил уточнить.

– А вы сами состоите в этих сообществах?

Наг с сожалением окинул взглядом разложенные на столе вещи и ответил: – Для меня эти пути закрыты уже навсегда. С моей репутацией это просто невозможно. А вот для тебя этот вариант пока еще доступен, на тебе почти нет невинной крови.

– Благодарю за столь щедрый дар, я с благодарностью принимаю его. Но если вы уделите мне немного вашего драгоценного времени, то я хотел бы еще кое-что предложить, возможно, это вас заинтересует.

* * *

Какой восхитительный наглец... Этот человек за их недолгую встречу и так уже не раз сумел его удивить, и если ему это удастся снова, то наг пообещал себе сделать тому подарок.

Он уже давно забыл, когда так много удивлялся. Сквозь хрустальное Зеркало Чистоты, открывающее истину, он и так увидел столько необычного, что даже усомнился в увиденном. В ауре этого странного игрока он заметил весьма мощную и сложную печать, наложенную кем-то из древних богов воды. Какие возможности она дает, наг так и не сумел понять, но то, что она вообще есть у столь слабого игрока, было поразительно.

На этом сюрпризы не закончились, вещи, которыми обладал игрок, были невозможны для его ранга. Все, что на нем осталось – медный медальон и кожаные перчатки – оказалось с подвохом.

Только благодаря линзе получилось увидеть их истинную силу и форму – кто-то хорошо позаботился, чтобы защитить эти сокровища от чужих глаз. Глядя на них, испытываешь острое чувство зависти. Как может нечто столь прекрасное и могущественное быть у обычного игрока, даже еще не ставшего Полководцем?

Сплетение силы огня и земли, спаянное волей бога, было прекрасным в сочетании силы и гармонии. Эти две вещи создавали комплект, усиливая и дополняя друг друга. Они позволяли своему владельцу преобразиться, стать чем-то иным. Теперь стало поняло, как игрок сумел не только выжить, но и прорваться сквозь защиту Тираны.

И апофеозом всему, истиной жемчужиной коллекции чудес, оказалось Кольцо Владыки, скрытое от чужого взора, этот бесценный дар человек мог получить лишь от самого Повелителя игры. Но как он это сумел, оставалась для нага загадкой. За долгие века жизни сам змей лишь единожды был удостоен чести личного общения с Владыкой, когда стал победителем Турнира – деяние, вошедшее во все анналы игры. Что же сделал сидящий перед ним человек, что был удостоен аудиенции, и почему об этом ничего не известно?

Размышляя и любуясь, наг чуть не пропустил тот момент, когда игрок выложил на стол карту и выжидательно уставился на змея. Взяв карту в руки, Шепчущий понял, что проиграл спор сам себе, и придётся подумать на счет подарка.

Золотая карта Тайны Забытых Полководцев, только для игроков достигших ранга Полководца. Змей внимательно ее осмотрел и аккуратно вернул на стол. Удивительно, но карта подлинная, и ему она точно нужна. Подобные карты очень редки, но для полководцев и владык просто необходимы. Они позволяют усиливать отряды: увеличивать численность воинов, призываемых на поле боя, или получить новых существ, подходящих персональному типу отряда. Усиление, даваемое картой, как правило, случайно, но всегда полезно. И упускать возможность усилить Легион наг точно не собирался.

– Что ты хочешь за нее?

* * *

Глядя на разволновавшегося собеседника, мне сразу стало понятно – эта карта ему нужна. Глаза змея заблестели, хвост резко дернулся и свился клубком на полу. Если бы не его усталость, то тело вряд ли бы его выдало, но сейчас ему явно было трудно контролировать себя.

– Шестьдесят тысяч или равноценный обмен, – в свое время Гарук предлагал мне двадцать, ну что ж, посмотрим, сколько за нее готов заплатить наг. Дайны мне в любом случае нужны, но и золотая карта не помешает. Уверен, у него есть, что предложить на обмен.

Шепчущий снова уполз, видимо искать что-то подходящее, и я довольно долго рассматривал его кабинет и любовался ночным садом из окна. Хорошо все-таки устроился чешуйчатый – тихо и очень красиво. Деревья, кусты и цветы, между которыми беззвучной тенью иногда скользит призрак. А сверху удивительное звездное небо.

Когда наг снова появился, я уже почти успел задремать. Рядом с моей картой он положил на стол две небольшие книжки и тонкий металлический свиток.

– Я думаю, это тебя заинтересует в качестве равноценного обмена, – указал он на затянутые в металлический переплет тома. – Книги учителей, созданные в империи Цветущего Лотоса около пяти сотен лет назад. В них содержатся души учителей боевых искусств этой погибшей империи. Мне они достались в качестве трофея после штурма дворца Небесного императора. Открыв книгу, ты сможешь перенестись сознанием в особый мир, созданный магией книги, где великие боевые мастера прошлого передадут тебе свои знания и умения – если сочтут достойным. Я тебе готов отдать две книги и этот свиток. В нем полная информация по развитию игроков с помощью сфер усиления для существ твоего вида, эти знания точно будут весьма полезны.

Думая об обмене, я надеялся получить нечто более практичное, да и слова о том: "…что если сочтут достойным", сильно настораживали. А если не сочтут? Может, чтобы тебя сочли достойным, нужно обладать желтой кожей, иметь пять глаз и наизусть знать гимн империи и родословную императора? С другой стороны, возможность получить боевые навыки и знания для меня тоже важна.

– Каков шанс того, что наставники станут меня учить?

– Станут, они созданы людьми, и у тебя нет вины перед империей, которой они служили. – Я не почувствовал фальши в словах нага, к тому же неожиданно проснулась повышенная интуиция, советующая согласиться на сделку.

– Двадцать тысяч, эти книги, свиток и я согласен.

– Восемь тысяч. – Наг не собирался сдаваться так просто.

После небольшого торга на стол легли еще десять золотых пластин, а довольный наг забрал себе карту.

Больше здесь дел у меня не было. И как не терзало меня любопытство побольше рассмотреть дом нага или хотя бы сад при свете дня, но возможности задержаться не было. Пора уходить.

Шепчущий сопроводил меня до портального камня и перед тем как открыть проход в Город Двойной Спирали неожиданно сказал:

– Держи, – он протянул мне небольшую, но изящную и весьма красивую сумку светло-коричневого цвета. – Маленький подарок от меня, вместо твоей испорченной. Когда-то она была моей, – он с нежностью провел по сумке рукой. – Ее сделали из кожи молодого дракона, которого я сам когда-то убил. Двадцать четыре кармана, вместимость такая, что в нее можно положить все содержимое моего дома и еще место останется. Защита от взлома и чужих рук. Плюс есть скрытый карман, закрытый от сканирующих карт и заклятий. Даже жалко отдавать, но еще хуже, если она и дальше будет пылиться без дела. У меня уже давно сумка лучше, а эту я все равно так и не собрался продать. А теперь ступай, я открыл для тебя проход в Двойную Спираль.

Глава 23

Игрок уже давно покинул дом Шепчущего, а наг все еще размышлял над их разговором, анализировал эмоциональный фон в начале и конце беседы, язык тела, жесты, мимику. Все что могло рассказать об истинных чувствах человека, и остался доволен собой: все проделано безукоризненно. Если в начале его собеседник воспринимал нага как одно из воплощений зла на земле: настороженность, опасения, ожидание ловушки или обмана, то к концу встречи настрой уже был другим. Возможность привести себя в порядок, умиротворение окружающей обстановки, безукоризненная честность, демонстрируемая собеседником, словно бы подсмотренная слабость и, наконец, неожиданный подарок, сделанный в конце — как минимум заставили его усомниться в общеизвестном. Человек засомневался в правдивости слухов о Шепчущем, ходящих в среде игроков. И это хорошо. В задуманном им плане доверие является одним из ключей к успеху. Наг уже не один век пытался найти возможность попасть самому или внедрить своих агентов в Лигу охотников на монстров или Клуб собирателей сокровищ, но так и не смог добиться успеха. И сейчас впервые за века у него чудом появилась универсальная отмычка к этим замкам. Такому как его недавний собеседник, эти организации не смогут отказать с порога, попрекнув массовым истреблением смертных, как это было с ним. Почти идеальная репутация, не запятнанная сделкой с тьмой, убеждения и принципы, которых нет у большинства игроков — любой малоопытный эмпат сможет увидеть все это в игроке из Дома Проводников Хаоса. А проверить правдивость его слов про нежелание убивать простых смертных хватит простейшего амулета истины. Все идеально. Наг еще раз довольно кивнул своим мыслям, похвалив себя за идею пригласить спасителя в свой дом. Он сомневался, но как оказалось, интуиция и здесь не подвела. Теперь нужно лишь запастись терпением, наблюдать и, постепенно укрепляя хрупкий мост доверия, дождаться результатов. Помощь, совет, поддержка наверняка понадобятся игроку столь малого ранга в выполнении различных заданий, и наг постарается сделать так, чтобы за этим тот пришел к нему. Так, шаг за шагом, год за годом, он будет помогать расти своему протеже вверх, и когда-нибудь ЕГО человек достигнет высших рангов в этих организациях и получит доступ ко всему, что так интересует нага. А там разве сможет он отказать в помощи, если один старый друг попросит его о покупке на закрытом аукционе магического артефакта или редкого рецепта магического зелья... А может просто выкупит у приятелей по лиги редкий охотничий трофей, кожу белого дракона, например. Ведь это такой пустяк по сравнению с тем, что для него было сделано!

А еще Шепчущему не терпелось использовать свою новую карту. Но это он сделает после спячки. Удивительно, как относительны ценности для разных разумных. Он не солгал ни в чем, но Золотая карта стоила ему всего десять тысяч дайнов – такой пустяк. Эти книги валялись у змея в библиотеке больше трехсот лет. Проклятые мастера наотрез отказывались передавать ему свои знания. Они каким-то мистическим образом узнали, какую роль он сыграл в гибели их родины, и как достались ему эти книги. А уничтожить такое чудо у него не поднималась рука. Так они и стояли без дела, продавать их кому-то еще осторожный наг не хотел: кто знает, вдруг потом придется с покупателем книг сражаться? А усиливать возможного врага — глупость. А тут просто изумительный случай: игрок столь низкого ранга просто не успеет стать опасным для нага, и продавать их тоже не станет – слишком они ценны. Свиток вообще был копией, давно растиражированной и проданной не один раз. Да и сведения из него нагу были совсем бесполезны.

Змей довольно улыбался своим мыслям. «Даже поражение можно обернуть победой, если действовать терпеливо и мудро» – древняя истина змей, как всегда было права. И он, как истинный змей, будет и дальше действовать неспешно и незаметно, а торопливые пусть бегут навстречу смерти.

А теперь пора для долгого сна. Уставший змей неспешно пополз в опочивальню, на ходу успев написать письма своим слугам, чтобы присматривали за его новым агентом. Наг не хотел потерять свои вложения из-за глупых случайностей. И лишь сделав все, что планировал и считал необходимым, Шепчущий позволил себе, наконец, заснуть, провалившись в долгий сон.

* * *

Вкратце пересказав наш разговор с нагом, и умолчав лишь о продаже карты, я замолчал и стал ждать реакцию на свой рассказ. Первым отреагировал Меджех. Кот демонстративно сделал большой глоток из оплетенной лозой бутыли и задумчиво протянул:

– Интересно, выходит здесь действительно открываются большие перспективы. В отличие от большинства разумных нам старость не грозит, мы можем поднимать потихоньку рейтинг хоть на протяжении веков. Эмбиент, дайны, трофеи с монстров, да еще и за заказы будут платить. Я так понимаю, ты свои два ранга и получил за что-то подобное? — и он ткнул пальцем в мой медальон.

– Угадал. – В общем он был абсолютно прав, хоть и не во всем. – И заплатили мне за это очень неплохо, плюс внимание Владыки принесло по дополнительной сфере за каждый ранг.

Меджех был опытным бойцом, и ему не нужно было объяснять, насколько важны сферы усиления. Задумчиво прожевав кусок сыра, вытащенный из сумки, он довольно произнес:

—Я в деле, мне уже надоело без конца болтаться на этих осколках, хочется уже пожить в нормальном мире, а не на этих огрызках, длиной в пару тысяч шагов. Ты ведь знаешь, я люблю все новое, а охотиться на демонов, мне точно раньше не доводилась. И думаю, что после того, что мне устроила Калисса, когда мы всей командой вместо твоей подстраховки вывалились в другой мир, меня уже так просто демоном не напугаешь.

Карл и Кейн все еще негромко переговаривались между собой, видимо не придя к единому мнения, зато Саймира, дождалась конца речи Меджеха, и глядя мне прямо в глаза, просто сказала: — Я с тобой. В сердце от этих простых слов защемило, на душе как-то сразу стало легче, будто с нее упал огромный камень. Два моих самых близких существа со мной. И мне хотелось верить, что Саймира приняла решение не из-за открывшихся перспектив и возможностей, а из-за того, что ей был дорог и нужен я, так же как и она мне.

Братья, наконец, договорились. И Кейн, старательно сохраняя серьезность, начал вещать. Очень трудно было сохранить невозмутимость, слушая такие правильные слова, но почему-то я все время вспоминал их приключения в Холодном Городе, и старался не заржать.

– Нужно сразу распределить обязанности в команде и размеры доли. К тому же нужен резервный фонд, выделяемый из общей добычи на непредвиденные расходы. Так же нужно время выделить на тренировки, как всей командой, так и индивидуально. Мы с Кейном могли бы быть бойцами на средних и ближних дистанциях, -- старший из братьев изо всех сил пытался выглядеть серьезным, ответственным и очень ценным членом команды.

–Мальчики, – воскликнула Саймира, прерывая Карла: – Прежде чем говорить о серьезных вещах, давайте перенесем наши вещи сюда, раз наш лидер нашел такое отличное место для дома нашей команды.

Все бурно начали обсуждать, что и где придется разместить. Медж спорил с Карлом, крича, что не позволит ему испоганить это замечательное место своими железяками. Кейн разговаривал со всеми сразу, развив активную и непонятную деятельность, а я просто сидел и наслаждался моментом. Я жив, со мной мои друзья и соратники есть цель, к которой хочется идти и план как ее выполнить. А что еще нужно для счастья?

* * *

Вдали от чужих глаз, на извилистых улочках торговых рядов Города Двойной Спирали притаилось много удивительных мест, скрытых от непосвященных. Запертые двери, ждущие руки, что их однажды откроет, путники, готовые посвятить тебя в удивительные тайны, если ты знаешь, как их зовут или угостишь их бутылкой правильного вина. Уголок книгочеев всегда был немноголюден. В это уединенное от общей суеты место, очень редко заглядывали игроки, знающие, что здесь можно купить ответ на свой вопрос, чаще случайные гости просто заходили в одну из трех расположенных здесь книжных лавок, и снова наступала тишина. Но игрок появившейся сейчас на этой улочке отличался от всех ее редких посетителей. Он миновал приветливо распахнутые двери всех ее трех лавочек, зная, что найти здесь ответы на свои вопросы не сможет.

Тирана, укутанная в маскировочный плащ, скрывающий фигуру и ауру от случайных свидетелей, с маской на лице, торопливо шла, поминутно оглядываясь по сторонам. Город Двойной Спирали был последним местом, где бы хотела находиться лидер Изгоев. Охотники Совета Старших и многочисленные личные недруги делали смертельно опасным каждый миг ее пребывания здесь. Но то, что ей было необходимо, она смогла найти только тут, поэтому и рисковала. Причина, которую требовалось устранить, выкатилась из-под маски, сорвалась со щеки и упала на камни мостовой – яркая, голубая капля ее крови. Рана, полученная ей стычке с мантикорой, кровоточила до сих пор. Зверь, пробив защиту, созданную Владыкой Боли, изуродовал ее лицо, оставив три незаживающих раны. Повреждения не проходили, с ними не справлялась ни регенерация игрока, ни выпитые ей зелья, ни нанесенная мазь. Все что она перепробовала, приносило лишь временный эффект, а потом раны открывались и снова начинали кровоточить и болеть. Надежда избавится от этой муки, и вынудила Тирану прийти сюда.

Дойдя до конца улочки, девушка свернула в небольшой тупик – дальнейший ее путь перегораживала высокая кирпичная стена. Ближе к ее правой стороне на кладке лежала тень, смутно напоминающая дверной проем. Гелина убедилась, что за ней не наблюдают ничьи любопытные глаза и торопливо приложила к тени ручку, которую принесла с собой. В следующие несколько мгновений из тени проступил контур двери, потом он обрел объем, и вот уже реальная дверь только и ожидает, что бы ее открыли. Лидер Изгоев повернула ручку, ставшую частью двери, и шагнула внутрь открывшегося прохода. Здесь ее уже ждали.

Седой мохнатый старичок с длинными отвислыми ушами в белом халате с интересом посмотрел на нее поверх очков, отложив в сторону какой-то журнал.

– Повелительница, – вежливо поприветствовал он ее.

– Много состоятельных клиентов тебе, доктор. – вежливо кивнула ему Тирана, но основное ее внимание было обращено на того кто сидел чуть в стороне от старичка. Только его реакция была жизненно важна для Тираны. Владыка дома Льда, тот, чьим именем пугают детей во многих мирах. Иней сидел, небрежно откинувшись в кресле, и неотрывно смотрел на нее. Его белоснежные волосы были покрыты снежинками, по поверхности радужки холодных голубых глаз плавали крохотные кусочки льда, а на столешнице, там, где на краткий миг к ней прикоснулась рука, растянулась изморозь. Если бы прикосновение длилось чуть дольше, то стол бы полностью покрылся льдом. Белоснежный костюм, белые сапоги, ослепительно белый плащ, скрепленный на плече фибулой с огромным голубым сапфиром. Этот Игрок сумел превратить проклятье заемной силы в свой собственный неповторимый стиль. Мужчина был прекрасен как бог северного сияния, и столь же опасен как холод, замораживающий все вокруг. И он ждал ее. По просьбе Тираны Иней договорился с Доктором от Всех Болезней на прием для нее, рассчитывая получить нужную ему информацию от первых уст. Лидер дома Льда был как всегда непроницаем и спокоен. С трудом отведя от него взгляд, Тирана торопливо подошла к доктору. Две золотые пластины легли на стол, а девушка произнесла:

– Я принесла оговоренную плату.

– Хорошо, – старичок одел на глаза очки-артефакт и внимательно осмотрел нее – Мне будет интересно оказать тебе помощь.

Неожиданно пластины исчезли со стола, а сам кабинет разительно изменился, став похож на смесь лаборатории и операционного зала.

– Прошу прилечь, – почти силком уложив Тирану на гибрид стола и кушетки, Целитель стал колдовать над ее ранами. Тирана не сомневаясь в исходе лечения, расслабилась, и начала разговор, ради которого сюда и пришел Иней. Ему пришлось остаться за ширмой, таково было условие хозяина помещения, но это не мешало вести разговор. Тирана даже была довольна, что он не мог видеть ее лица. Теперь ей нужно лишь подождать, когда врач все исправит, и ее уродство останется в прошлом.

– Что решил Совет Старших, они дали тебе место среди них? – Задавая этот вопрос делано небрежным тоном, Тирана внутренне напряглась, ожидая ответа. Слишком важен он был для нее. Ведь если ее покровитель будет в Совете, то и для нее откроются огромные перспективы: отмена бессрочного изгнания, прекращение этой изматывающий гонки с охотниками Совета, возращение в Город Двойной Спирали…

– Нет, – голос Инея был отрешен, но Тирана ощущала ярость и бешенство, что бушевали в его душе. – Они отказали мне в третий раз и это их окончательное решение.

–Но почему?! – Тирана от возмущения даже попыталась встать со стола, но сильные руки доктора уложили ее обратно. – Ты же не только лидер дома Льда, где состоят больше двухсот игроков, ты один из сильнейших Владык в игре. Кто как не ты должен быть в Совете Старших?

– Ты знаешь из-за чего, – Иней задумчиво рассматривал на свою руку, в центре которой, то разгоралась, то гасла сложная многолучевая звезда, похожая на снежинку. – Из-за моего соглашения с Ледяным господином они отказались признать меня равным себе. Хаос есть абсолютная свобода, игрок, признавший над собой господина, служащий кому-то помимо себя, не может быть свободен в своих решениях. Он будет проводником интересов того, кому он служит, а это нарушает сам принцип существования Совета Старших.

Он явно цитировал кого-то, и Тирана даже посочувствовала на краткий миг тому, кто вызвал его гнев.

– И что ты теперь предпримешь?

– Настало время перемен, – с легкой насмешкой в голосе произнес Иней.

В этом месте можно было говорить без опаски. Забавный пушистый старичок был аватаром одного из младших богов, что выбрал для себя Путь Лекаря Тел. Нейтральный к любой силе, он целил тела, а душами не интересовался.

– Пришла пора многое поменять, особенно Совет Старших. Этим замшелым ублюдкам нужно поделится властью, дать дорогу тем, кто более достоин взойти на вершину, отбросить старые бесполезные законы и правила. Только сила должна определять, кому быть на верху, а кому стать кормом!

– Ты думаешь, тебе это удастся? – голос Тираны был острожен и вкрадчив. Этот разговор был важен для нее, ведь если наступят перемены в Совете, то многое изменится. Тирана не хотела всю жизнь прятаться, скрываться и убегать от охотников Совета, и если планы Инея воплотятся в жизнь, то для нее изменится ВСЕ.

Из жалкого отщепенца, изгоя она превратится в уважаемого игрока, а со временем может и войти в Совет. На миг она представила себе лица нынешних игроков, если они об этом узнают, и это мысль заставила ее улыбнуться, не взирая на боль, причиняемую доктором.

Бесстрастный голос Инея прозвучал для нее громом фанфар.

– Удастся, настал подходящий момент: старые дома и Совет Старших сейчас слабы как никогда. Два наиболее сильных дома со дня на день сойдутся в войне, остальные не останутся в стороне. Сильных Владык почти не осталось, и многие из оставшихся хотят перемен. К тому же есть тот, кто способен объединить всех недовольных, тот, кто поведет, и за кем пойдут.

– Я в деле, можешь рассчитывать на меня и мой клан. Тирана не раздумывая, дала согласие, понимая, что ей все равно нечего терять. Не возможно бесконечно долго прятаться и бегать – когда-нибудь ей не повезет. Она уже давно чувствовала, что грядет большая буря. Война способная все изменить, а для нее – это шанс. В любом случае ей нечего терять, а во время перемен так хорошо обделывать свои дела. Смутное время открывает для нее и ее дома большие возможности.

– Хорошо, – Иней размышлял о своем, и казалось, ее ответ для него ни чего не изменил, а может он заранее все просчитал, и не сомневался, чью сторону она примет.

– Что с тобой произошло? – Тирана болезненно вздрогнула от этого вопроса, вспоминать о произошедшем было тяжело и неприятно. Но пришлось рассказывать о вынужденном бое со змеем, и о спасении с помощью Владыки Боли. Иней с интересом слушал ее, стараясь запомнить каждое слово. Для него рассказ Тираны был бесценен: боевые приемы Шепчущего, его карты и призванные монстры. Наг был одним из основных врагов Инея в грядущей войне, и сведения о его тактике и картах были очень полезны.

– Я почти его победила, почти! – Тирана от возбуждения снова попыталась встать, – если бы не проклятая мантикора, я бы могла плюнуть на его труп!

Она в бешенстве ударила кулаком по кушетке. Ей бы маленькую толику удачи, и она смогла бы полюбоваться трупом проклятого нага и забрать его карты. Об этом подвиге говорила бы вся Двойная Спираль. Коварный змеелюд был легендой среди игроков, хитроумный наг казался для многих несокрушимым игроком, и тут ОНА побеждает его в равном бою. ЕЕ грезы разрушил бесстрастный голос Инея.

– Тебе очень повезло, что наг тебя не воспринял всерьез, у тебя был единственный шанс и ты его упустила – второго не будет НИКОГДА. Теперь он тебя просто убьет, когда ты меньше всего этого ожидаешь. Послушай мой совет: договорись об условиях передачи ему девмерейна, за которым он приходил. Нужно выиграть время, еще многое не готово, а если наг начнет на тебя охоту, то шансов выжить у тебя не будет. А так, получив то что он хочет, на время он оставит тебя в покое. Шепчущий слишком опасный для тебя враг.

– А разве не схватка с достойным врагом делает тебя сильнее, – промурлыкала Тирана. В отличие от ее лица, голос по-прежнему мог завораживать мужчин. Как было бы замечательно, если Иней бы помог ей с нагом. Поэтому его резкий ответ полностью обескураживал:

– Наг слишком хороший учитель, и ты не переживешь его уроки, да и я не смогу тебе помочь.

– Но почему?! – Тирана была в шоке. Она с трудом удержала в себе вторую часть вопроса. Мужчины не переносят намеков на собственную трусость. Она не верила тому что услышала, Иней никогда не боялся никого и ничего. Сила подвластная ему уничтожала любые преграды, а тут он ее фактически бросил, и все что он смог предложить это откупиться. Все еще надеясь услышать другой ответ, она продолжила говорить, стараясь переубедить своего покровителя.

–Ведь наг один, за ним нет никого кроме десятка слуг, а у тебя свой дом и подчиненные тебе игроки. Как ты можешь так говорить?

– Он не один, ты просто многого не знаешь. Иней в раздражении даже встал, его вечная невозмутимость сейчас дала трещину, показывая его истинный характер.

– Еще до того как ты попала в игру, до Кейдана, он был старшим офицером дома Змей, отвечавшим за сбор информации о других игроках и кланах. И сейчас ему как единственному выжившему подчиняется все то, что принадлежало одному из старейших домов игроков. А если он сумеет открыть двери дома, то его могущество увеличится многократно, и он сможет восстановить былую силу своего дома. Теперь ты понимаешь, почему лучше заплатить малую цену, чем сорится с таким врагом?

Тиран досадливо прикусила губы, размышляя над его словами. На каждый дайн, что можно получить за девмерейн она очень рассчитывала. О главном она все-таки умолчала, о той цене которую ей придется заплатить за помощь Владыки Дома Боли. Воспоминания были слишком свежи в ее памяти: она растянутая на цепях посреди беспросветной тьмы и голос, причиняющий невыносимые страданья: «ДЕСЯТЬ ТЫСЯЧ КРИСТАЛЛОВ ДУШ – ТАКОВА ЦЕНА ВЫКУПА ТВОЕЙ СОБСТВЕННОЙ». Она кричит, кричит, срывая голос, от боли, от безысходности, от отчаяния. Цена невероятно велика. Но ее крики просто тонут в Темноте. «СРОК ВСЯ ТВОЯ ЖИЗНЬ, УМРЕШЬ ДО ВЫПЛАТЫ ДОЛГА И ТВОЯ ДУША МОЯ НАВСЕГДА». Сознание почти ускользает после этих слов, но тьма забурлила, и ее тело вышвырнуло на один из осколков возле Двойной Спирали. Горькие мысли Тираны прерывает доктор, наконец-то отложивший в сторону свои многочисленные инструменты и пробирки.

– Госпожа боюсь, что вынужден вас огорчить, но я не смогу здесь помочь.

– Почему? – все что она смогла вытолкнуть через пересохшее горло: – Вы доктор от всех болезней, вы не можете не помочь, вы же исцеляете любые раны и болезни.

Ее разум просто отказывался понимать его слова, он обязан был ей помочь – так просто не бывает! Дыхание перехватило, а мысли судорожно метались у нее в голове. И так все было очень плохо: чудовищный долг перед Владыкой Боли, который она не знала, как выплатить, проблемы с нагом, готовым начать на нее охоту и предательство Инея, отказавшегося ее защитить, и теперь еще это. Все ее техники контроля и подчинения завязаны на ее красоте. Игроки сражались и умирали ради ее улыбки или взгляда, именно красота позволяла держать на коротком поводке банду убийц и предателей, заставляя их подчиняться. А теперь? Что теперь она будет делать? Ее взгляд потеряно блуждал по комнате, ей захотелось вцепиться в глотку врачу, и заставить его изменить решение. Но нельзя. Все, что она строила столько циклов, сейчас распадалась на куски. В мозгу лихорадочно билась мысль, что она допустила большую ошибку, согласившись на сделку с Владыкой Боли.

Доктор виновато опустил глаза. Ситуация, когда он не может помочь пациенту, доставляла аватару физические муки.

– Госпожа, оружие, которым ранили вас, вспомните, каким оно было?

Тирана, напрягая память, промотала перед мысленным взором финальный эпизод боя, и отчетливо вспомнила здоровенного монстра в доспехах, атаковавшего ее. Как наг, связанный боем с чемпионом Дома Боли, сумел призвать эту тварь, она так и не поняла. Именно эта зверюга и решила исход битвы – ранив ее и расколов зеркало, открывавшее врата. Память, подвластная ее воле, показала буквально каждый миг с момента появления зверя, и она смогла увидеть на лапах зверя что-то похожее на перчатки, украшенные лиловыми камнями.

Об этом она и рассказала врачу, после чего тот продолжил.

– Это не обычное оружие, госпожа, мне подвластно исцелить все раны, нанесенные оружием, созданным руками смертных. Любое магическое оружие, яды, последствия проклятий, раны нанесенные оружием или существами, несущими в себе частицы изначальной силы Света, Тьмы или Хаоса – я справлюсь со всем. Мне подвластно почти все, кроме того, что несет в себе прямую волю богов. – Он на миг помолчал, собираясь с мыслями, и продолжил.

– Госпожа, вас ранили оружием богов и здесь я бессилен. Я не могу превозмочь силу творца этого оружия. К сожалению, это выше отведенных мне сил, – посмотрите, – он поднес к Тиране небольшое зеркальце на ручке, и она увидела голубоватое свечение вокруг тела.

– Это ваша аура, – доктор неспешно поводил зеркальцем, давая Тиране рассмотреть отражение, а потом, подняв его повыше показал ей три багровых рубца. – А это следы от раны. Они отпечатаны у вас в ауре, и препятствуют любому лечению. Стоит восстановить раненый участок, как спустя недолгое время они приведут его в изначальный вид. Без исцеления аурных ран невозможно исцеление тела.

– А ты уверен, что это именно божественное оружие? – Иней был так удивлен услышанным, что выскользнул из-за ширмы, не спросив согласия хозяина. Среди игроков ходило немало легенд и историй о таком оружии, но видеть его или им владеть – об этом можно было лишь мечтать. Такое оружие нельзя купить, украсть, отобрать, его можно получить из рук бога, но боги скупы на подобные награды.

– Вы сомневаетесь в моих словах? – доктор даже покраснел, а уши стали дыбом. Взмахом руки он призвал большой экран, на котором отчетливо было видно голубое сияние ауры и три багровых шрама. Потом он что-то переключил, изображение шрамов увеличилось и приблизилось к наблюдателям, а доктор стал объяснять увиденное своим недоверчивым посетителям.

– Видите? Эти накладывающиеся друг на друга отблески силы, это явный отпечаток бога, причем несущий в себе одновременного силу, огня и земли. Вы после этого мне будете говорить, что нечто подобное могли создать смертные?

– Простите, доктор, мои сомнения, – когда надо Иней умел проявить благоразумие.

– А мне что с этим делать? – Тирана яростно вскочила с кушетки. – Или мне вечно так ходить?!

Сейчас от ее красоты не осталось ничего, три ярких уродливых шрама на лице, воспалились и сочились гноем и кровью. Шрамы, горящие яростью глаза, растрепанные и спутавшиеся волосы, пальцы, скрюченные как птичьи лапы. Иней даже задумался на миг, а простит ли она ему, то что он видел ее такой?

Доктор бесконечно мудрыми глазами посмотрел на Тирану, а потом успокаивающе произнес:

– Единственное что я могу сказать: там где болезнь, там и лекарство. Если вы сможете принести оружие, ранившее вас, возможно, я сумею помочь, а пока я ничего сделать не в силах.

Тирана резко остыла и присела на стул. Лаборатория опять преобразилась в кабинет, но на это девушка не обратила внимание. Атаковавшее ее существо не могло быть призванным. Ни одно существо из карт не способно использовать и применять вещи, наделенные силой богов. Это абсолютный принцип, не допускавший исключений. Значит, наг отпадал. Тогда кто это мог быть? После создания щита отрицания другие игроки на этот осколок попасть не могли, ее спутники подобным не владели, да и не стали бы они на нее нападать.

Место, где зверь появился, наводило на очень интересную мысль. Тот торговец, ушедший на арену с Валерианом. Изображение Валериана в ее медальоне потемнело и покрылось плесенью, лучше любых слов говоря, что он мертв, а значит, его соперник сумел победить, и возможно выжить. А больше никого в осколке не было, и быть не могло. И как бы это дико не выглядело, но вывод был один: тот упрямый торгаш владел оружием богов, сумев как-то перекинуться в зверя на арене. Он смог убить Валлериана, а потом атаковал ее, отобрав победу и изуродовав ее.

Ее ненависть к нему была беспредельна, ей хотелось выть и рвать его голыми руками на куски. Ведь из-за этого мерзавца она стала уродом, это из-за него она может потерять власть над кланом. Больше всего Тирану приводила в исступление мысль, что все могло бы быть иначе, если бы она прикончила его без игр в благородство. Ну ничего она его обязательно найдет и тогда …

Глядя на искаженное яростью и бешенством лицо Тираны, Иней с усмешкой сказал:

– Кажется ты знаешь кого искать? – немного помолчав он продолжил: – Пожалуй, я готов тебе помочь, меня очень заинтересовала вещица, оставившая след на твоем лице.

Content

Алексей Свадковский
Игра Хаоса. Выбор пути.

Глава 1

Глава 2

Глава 3 Тысяча островов

Глава 4 Город Двойной Спирали

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10 Пещера мерцающих камней

Глава 11 Холодный город

Глава 12

Глава 13

Глава 14 Черные пески

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18 Круг двигающихся камней.

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23