Майя Ахмедова

Другой Ледяной Король, или Игры не по правилам

(сборник)

Благодарю от всей души:

– родных и близких – за терпение, участие, поддержку и веру в мои скромные способности;

– коллег – за любовь к литературе и незатухающий интерес к судьбе моих героев. Низкий всем вам поклон и наилучшие пожелания!

Особую признательность выражаю тем, кто нашел слова, время и возможность обнародовать свое мнение относительно предыдущей части этой истории – независимо от формы выражения и содержания этого самого мнения.

Автор

Только мертвая рыба плывет по течению.

Малкольм Маггеридж

Каждый выбирает по себе.

Ю. Левитанский

Когда неизвестность таится у двери,

Грозя помешать достиженью мечты…

Когда неизбежность пророчит потери

На долгом пути среди темноты…

Когда не сумеет и разум измерить

Тяжесть шагов до последней черты,

Только лишь сердцу смогу я доверить

Выбор своей путеводной звезды!..

М. Ахмедова

Книга первая

Игра вслепую

Каждый, подобно луне, имеет свою темную сторону, которую не показывает никому.

Марк Твен

Храбреца испытывает война, мудреца – гнев, друга – нужда.

Арабская пословица

Пролог

«Вечер, перечеркнутый дождем…» Память услужливо извлекает из своих недр слова когда-то слушанной не раз песни в исполнении Маршала о вынужденном расставании. К месту, ничего не скажешь: ливень, зарядивший с утра, барабанит по крышам и толстым доскам настила, усердно вспарывает струями пузырящиеся лужи, покрывает крупной рябью темную поверхность реки… Но к тому времени, когда подходит пора прощаться, словно кто-то там, наверху, поворачивает вентиль и обильное водоразлитие сменяется мелкой, почти неощутимой моросью. Правда, небо с каждой минутой хмурится все сильнее, недвусмысленно давая понять, что передышка долгой не будет.

Большой корабль с изящными обводами, украшенный затейливой резьбой и традиционной фигурой покровительницы мореходов, поддерживающей бушприт, плавно покачивается у мокрого причала; хлопает на ветру королевский штандарт. Огромное скопление народа на главной пристани, которому даже сильный дождь не помеха… Острой необходимости в подобной помпе вовсе нет, но положение обязывает – жители столицы провожают Ледяного Короля в дальнее путешествие. Кстати, впервые за последние пять лет без его верной спутницы жизни – в смысле меня…

Наверное, именно в этом и кроется причина того, что мое беспокойное сердце не на месте с момента первого же разговора о необходимости поездки. Потому что больше грешить не на что… Придворный маг вместе с астрологами высчитал для начала пути самый удачный день, и непогода помехой не стала. Наоборот, с моей подачи давно уже принято, что выходить в ненастье – к удаче… Распоряжения отданы, детали улажены, команда подобрана отменная, и разлука не грозит быть особенно долгой – каких-то три-четыре недели… Только слезы подступают все настойчивей, грозя прорваться в любой момент обильным потоком, и все сильнее щемит в груди…

Странно это все! И обычное «дорожное» беспокойство за того, кого провожаешь, ни при чем: сразу же после того, как будет произнесена краткая прощальная речь и судно отвалит от причала, героя дня заменит специально подготовленный для подобных случаев дублер. Именно заместитель проведет в комфортабельной каюте несколько вполне беззаботных дней, утруждаясь разве что периодическим общением с представителями властей по мере прибытия в очередной порт по течению реки. Впрочем, предстоит еще конструирование приятных глазу выражений на тщательно подгримированном лице – чтобы, стоя на баке, приветственно махать рукой восторженному населению…

Настоящий же монарх, едва за ним закроется дверь королевской каюты, в компании особо приближенных придворных отбудет в пункт назначения напрямик, через порталы, так что ему не грозят ни шторм, ни сквозняки, ни морская болезнь и ничто другое в том же роде. Обратная доставка тоже произойдет по отработанной схеме, так что волноваться просто не о чем, но для саднящего болью сердца все доводы разума – пустой звук…

С формальностями покончено. Он обнимает меня, касается пальцами моей щеки, заглядывает в глаза, ободряюще подмигивает и шепчет одними губами:

– Не грусти, любимая!

Улыбаюсь в ответ, хотя это несложное действо дается мне совсем непросто – в горле тугой горячий ком, а в сердце… надо ли повторять?! Правда, слезы сдержать пока удается – не хочу портить ему настроение перед дальней дорогой…

Он все же улавливает мое состояние – кто бы сомневался! – на миг становится серьезным и неожиданно дарит мне долгий нежный поцелуй, совсем не по этикету. Окружающие в восторге, но мне становится еще хуже – настолько, насколько больше с каждой минутой становится тот самый камень на душе. Но показывать это ни к чему…

Он, продолжая улыбаться, подхватывает на руки детей, прижимает к себе. Двойняшки обнимают его, наперебой что-то щебечут на ухо, теребя за широкий, расшитый по краю ворот плаща. Последние поцелуи, наставления, обещания… Прощально машем руками, наблюдая, как убирают сходни… Между бортом корабля и причалом появляется и стремительно ширится полоса темной воды. Она почему-то видится мне красной, как свежий кровоточащий разрез, от которого становится больно глазам… И снова тяжелым шуршащим занавесом падает стена дождя.

Карета мерно покачивается на неровностях дороги, дети притихли, прижавшись ко мне с двух сторон. Я обнимаю их, бездумно смотрю в залитое водой окно и не сразу замечаю, что на этом бледном и мутном фоне начинает проступать яркая динамичная «картинка». Снова вижу корабль и множество людей на празднично украшенном причале, только день солнечный и теплый, и супруг не уходит, а спешит мне навстречу, сияя улыбкой и протягивая руки. Сердце отчаянно колотится и уже готово выскочить из груди, но я сдерживаюсь и лишь немного ускоряю шаг, не отрывая взгляда от его переливчато-сапфировых глаз. Наши пальцы переплетаются, он склоняется ко мне… но резкий порыв горячего ветра неожиданно отталкивает меня. Едва удержавшись на ногах, я смотрю сквозь пелену тут же выступивших слез, как мужественно-прекрасное лицо становится отчужденно-неподвижным, взгляд гаснет и устремляется в никуда, распущенные пряди цвета жидкого серебра теряют блеск и словно тяжелеют, а контуры статной фигуры блекнут, колеблются, расплываются и тают… За считаные мгновения он исчезает совсем как сгусток тумана, оставив мне лишь ощущение пустоты, от которого замирает сердце и меркнет сознание…

Только не это, нет! Ни к чему сейчас видения, тем более такие! Судорожно сглатываю подступивший к горлу горячий ком, глубоко вздыхаю, крепко зажмуриваюсь и трясу головой в надежде остановить бег своевольных мыслей, но тщетно – если уж откровение свыше решило случиться, то противостоять ему бесполезно! Рифмованные строки настойчиво проступают в сознании отчетливо и рельефно, словно высеченные в мраморе:

Он сердце в странствиях остудит,

При жизни обретет покой

И, воле подчинясь чужой,

Домой дорогу позабудет…

Часть первая

Подозрения и прозрение

Глава 1

– Моего мужа подменили!

Кажется, на сей раз произнесено-таки вслух то, что уже не первый день крутилось в голове. Отражение в большом створчатом зеркале ошарашенно похлопало умело подкрашенными ресницами, состроило скептическую мину и махнуло рукой. Действительно, что за фантазии?! Самое время сказать что-нибудь вроде «сериалов насмотрелась!», если бы не полное отсутствие в этом измерении сомнительного счастья в виде телевидения… И чтением женских романов увлечься не судьба, даже если бы таковые здесь водились в изобилии… Тогда откуда что взялось?!

– Нет, в самом деле!..

Отражение сочувственно покачало головой. Дескать, совсем до ручки дошла. Уже всерьез пора начинать писать самой те самые романы, хоть плоды столь буйной фантазии не пропадут зря… Только вот интересно – с какого перепугу возникли подобные подозрения?! Да что там – уже почти уверенность!.. От скуки никогда не страдала, безделье долго еще не грозит, на недостаток внимания со стороны возлюбленного супруга и вовсе грех жаловаться… Так с чего бы этакому бреду затесаться среди прочих умозаключений, вполне уместных и в целом нормальных?

В мерцающем стекле отражается изысканное убранство просторной комнаты. Свежий душистый ветерок шевелит резные листья пышного папоротника, украшающего собой дальний угол, колышет золотисто-бежевые занавеси, заставляя легкие тени грациозно пританцовывать на мозаичном полу. За раскрытым настежь окном звонко щебечут птицы, переливается яркими красками лета живописный пейзаж. На низкой тумбочке, свернувшись в уютный клубочек на плоской подушке, мирно спит пушистый крапчато-каштановый котенок… И откровенным диссонансом на этом безмятежном фоне – лицо, которому бы светиться от счастья и сиять задорной улыбкой, но вместо этого – выражение озабоченности и тревоги да тонкая морщинка, по всем признакам совсем недавно поселившаяся между четко очерченных бровей.

– Хорошо, пусть у меня бред и паранойя, но тогда почему в последнее время все не так?!

Отражение недоверчиво сощурилось навстречу пристальному взгляду. Может, и не так, да только не с мужем! Он-то как раз в полном адеквате и соответствии, а вот у его благоверной присутствие второй половины в пределах досягаемости вызывает почему-то в последнее время сильный душевный дискомфорт. Причем быстро переходящий в физический, причем чем дальше, тем больше… Что же тогда получается – это ее саму подменили?!

Особа в зеркале закатила глаза и многозначительно покрутила пальцем у виска. Вот и дожила до намеков на сдвиг по фазе, дальше только – «психиатр, дорогой, пора нам встретиться с тобой!» И ведь не поспоришь – разве здоровую голову посещают подобные мысли?! Да средь бела дня, да не по одному разу… Если уж докатилась до препираний со своим собственным отражением!

– Больно надо с тобой препираться!

Отражение скорчило встречную гримасу, и мы синхронно отвернулись друг от друга. Встали, поправили воротник платья и вышли на балкон – каждая на свой…

Пожалуй, стоит кое-что прояснить. Некоторое время назад я была обычной студенткой биологического факультета и совсем необычной единственной внучкой не совсем обычной бабушки. Ее отличие от прочих членов семьи, как и от подавляющего большинства представителей остального человечества, заключалось в особых способностях – сочетании эмпатии[1] и ясновидения, передавшихся по женской линии через поколение, то есть лично мне.

К тому же к сему комплекту приплюсовался дар диагноста и целителя, за что следует благодарить бабушкиного гражданского мужа, с которым она прожила несколько счастливых лет. Я знала о его существовании только со слов бабули, поскольку фотографироваться он почему-то не любил и вскоре пропал без вести во время очередного похода по малоизученной аномальной зоне.

В один прекрасный весенний день меня угораздило найти на чердаке дачного домика обожаемой, уже покойной к тому времени родственницы когда-то написанные биологическим дедулей картины, и одна из них перевернула всю мою жизнь. Во-первых, доставшиеся по наследству дополнительные сенсоры активизировались больше обычного, сильно усложнив существование. Во-вторых и в-главных, перестали впечатлять и вызывать интерес реально существующие особи мужского пола независимо от типажа и степени обаяния и доступности, поскольку поразил мое воображение и завладел всеми помыслами незабываемый индивидуум, изображенный на одном из полотен.

Еще через полтора года моя поездка к подруге на вечеринку в честь ее дня рождения неожиданно закончилась перемещением в другое измерение. Роль ключа сыграл медальон, доставшийся от вышеупомянутого дедушки и обладающий, как выяснилось позже, целым набором дополнительных полезных свойств, как то: усиливать мои способности, защищать от магического воздействия, накапливать и вовремя подавать энергию, необходимую, например, для перехода в иное измерение…

Для начала я почти замерзла в завьюженном, диком и безлюдном ущелье, чуть позже меня едва не съели жуткие твари, но успели спасти будущие друзья и соратники. А именно – дракон, лишенный речи с помощью магии, волк, оказавшийся заколдованным человеком, и парень – тот самый, с картины – в действительности Про́клятый Принц, которого подставил единоутробный старший брат, не погнушавшийся даже сгубить родителей ради обладания короной. С одной стороны, его вроде бы можно понять, если хорошо постараться, ведь иначе не видать ему здешнего трона как своего затылка даже с хорошим зеркалом…

Дело в том, что согласно воле древних богов правителем Северного Королевства может стать лишь кровный потомок представителей иномирской расы, попавшей в это измерение боги помнят сколько времени назад. Их историческая родина прекратила существование в результате катаклизма, случившегося по вине чересчур могущественных обитателей, поэтому, чтобы не лишиться нового пристанища, им пришлось поневоле стать миротворцами. Из века в век правители, следуя воле небожителей, сочетались браком только с представителями своего племени, но в один совсем не прекрасный момент все пошло наперекосяк: случилось несколько нерадостных событий, которые внесли свои поправки в прежние строгие правила. Например, эпидемия неизвестной доселе болезни, косившей всех без разбора и уничтожившей добрых две трети населения независимо от расы и степени разумности, а затем и затяжная междоусобная война в основном за пригодные для обитания места. Делемнор, отец моего супруга, был первым, кто взял в жены обычную женщину, Фелиссу, дочь короля-соседа, которая ответила ему взаимностью только после смерти первого мужа.

Старшенький – ее сын от первого брака – в силу традиций не мог рассчитывать на получение трона после отчима, но не желал мириться «с какими-то древними бреднями» насчет равновесия в Мире, а посему решил перекроить историю по-своему. Младшего брата – Дина, того самого героя моих осуществившихся девичьих грез, – он попросту подставил, чтобы убрать с пути настоящего наследника, а после, не особенно заморачиваясь муками совести, посодействовал досрочной кончине отчима и матери. Заполучив таким радикальным способом трон и власть, он объявил оклеветанного принца вне закона. Как и всех тех, кто был предан правящей династии в целом, выражал симпатии лично изгнаннику или просто мог оказать ему хоть какую-то помощь.

И длиться бы Темным годам до самой смерти самозваного Черного Короля от неблизкой старости, если бы его деяния не противоречили Пророчеству, оставленному самыми первыми здешними богами на Скале Судьбы. Полузабытыми, но вполне читаемыми рунами на древнем граните было увековечено многое. Например, что власть нового правителя продлится не более десяти лет, а затем… «В зеркальном зимнем небе взойдет блуждающая чистая звезда», что послужит сигналом начала новой эры, наследный принц получит положенное, и все вернется на круги своя.

Это, само собой, узурпатора совсем не устраивало. В попытке изменить ход событий он привлек на свою сторону целую армию могучих чародеев (одного даже из отдаленного измерения) и с их помощью открыл на Дина повсеместную охоту, которая чуть было не увенчалась успехом. Вернее, почти увенчалась, поскольку науськанное чудовище отыскало-таки Дина среди ущелий, затерянных в заснеженных горах. Только к тому времени в означенную местность успела попасть моя скромная персона… Благодаря своим способностям я не позволила жертве заговора бесславно и бесследно сгинуть, а злодеи-кознестроители узнали на личном опыте, что такое облом и как звонко могут накрыться планы медным тазом… или еще чем-нибудь, гораздо менее приличным.

Как выяснилось, неожиданное появление в этих краях нестандартной меня в качестве той самой блуждающей звезды произошло не с бухты-барахты, а согласно воле упомянутых выше древних богов. Просто сошлись в одной точке пространства и времени все необходимые обстоятельства, и – здравствуй, моя новая жизнь! Поневоле пришлось привыкать к званию «видящей», которые посылаются на грешную землю высшими силами не чаще раза в столетие, могут пользоваться огромным количеством прав и привилегий и вообще – подчиняются человеческим законам чисто в силу доброй воли. Правда, с них и спрос намного серьезнее, чем с обычных смертных…

После в течение зимы было длительное, нелегкое и опасное путешествие, во время которого имели место всевозможные происшествия, предательства-разбирательства, обучение-мучение, разоблачения-приключения, похищения-превращения, непонимания-покаяния и прочие перипетии, разнообразные и странные. Между делом пришлось помочь обрести покой легендарному Мастеру – чародею высшей категории, много сотен лет назад высланному из родного измерения в наказание за чересчур смелые попытки преобразовать существующую реальность. Мы обратились к нему за помощью, когда враги, пытаясь наложить заклятие на Дина, превратили меня в тигра. Дело в том, что у всех есть вторая сущность, а моей оказалась именно эта зверушка, и мне светила оригинальная перспектива окончить свои дни в полосатой шкуре… Нам удалось посодействовать в нелегком для изгнанного мага деле завершения жизненного пути, а он вернул мне человеческий облик и напоследок оставил в моем распоряжении способность легко и самостоятельно переходить во вторую ипостась.

С его помощью заодно прояснились некоторые моменты в истории моей семьи. Оказалось, единственный по-настоящему любимый мужчина обожаемой бабули случайно попал в наш мир именно из этого измерения, и у меня, таким образом, обнаружились родственники среди здешней высшей аристократии.

В конце концов мы не только не сгинули на нелегком пути, но и собрали войско и одержали трудную, но весьма убедительную победу в решающей, тяжелейшей и кровопролитной битве в День Весеннего Равноденствия, чему немало поспособствовал факт собственноручного убиения мною другого супермага-иномирца. Его в числе прочих мастеров жезла, зелья и заклинания нанял самозваный король в качестве последней соломинки для более убедительного изменения судьбы Мира по своему усмотрению. К слову, то, что мне вообще удалось провернуть это в принципе невозможное деяние, было шоком для меня самой, не говоря уж о жертве и окружающих… Зато послужило неоспоримым доказательством благоволения к нашим судьбоносным планам всех небожителей поголовно.

Смена власти стала всенародным праздником, и в день коронации Дина три дня гудело все Северное Королевство, а уж столица ходила ходуном. Первое, что сделал он в качестве нового Ледяного Короля, – объявил о нашей с ним помолвке (разумеется, с моего согласия!). Свадьба отгремела через месяц, став событием – скажем без лишней скромности! – международного масштаба.

С тех достопамятных судьбоносных событий минуло пять лет, в королевстве тишь да гладь, покой и процветание, к тому же набирающее обороты… Полмесяца назад мы в очень узком кругу (на двоих), но весьма запоминающимся образом отпраздновали очередную, хоть и невеликую годовщину нашей свадьбы. С нетерпением и трепетом ожидаемые двойняшки появились на свет в самом начале нашей совместной жизни, в срок. При этом угадали как раз ко дню рождения папочки – в первый календарный день здешней зимы, чем осчастливили его почти до невменяемого состояния. Сынок – выказывая уважение традициям, не иначе! – родился на три минуты раньше сестры и в торжественной обстановке, в присутствии множества положенных по штату свидетелей, заполучил магический фамильный знак наследника первой очереди на левое плечо. Удался весь в отца, за исключением разве что глаз цвета зеленого халцедона и некоторых черт характера – тут уж мои гены сработали как надо! Правда, фамильные золотые зрачки в форме семиконечных звезд и шевелюра цвета жидкого серебра перепали ему же, так что все получилось в соответствии с установками небожителей. Дочурка же моя копия, только волосы у нее скорее бабушкины – темно-каштановые и прямые, да глаза папины – ярко-сапфировые. Впрочем, уравновешенность и рассудительность не по годам, пожалуй, тоже не от меня достались… Растут как в сказке – не по дням, а по часам; шустрые, смышленые, любознательные придумщики-непоседы-говоруны, греющий душу свет в каждом отдельно взятом окошке…

Дин от них без ума, как только свободная минутка – бегом к детям. В первый год кое-как удавалось отобрать у папочки потомков, чтобы хоть покормить, как положено природой, а то дай волю – он и этим бы занялся вопреки всему! Да и сейчас у нас жесткая конкуренция за то, кто раньше расчешет Рону серебряную шевелюру, перепутанную и растрепанную во время удачной охоты на съедобных перелетных кузнечиков… Или за право выбрать платье, чтобы переодеть Нэю после увлекательной прогулки, посвященной преследованию гигантского синешерстного крота в его же тоннелях, вход в которые уже несколько лет красуется посреди нашей любимой полянки в глубине старой части парка… Или за очередь рассказывать на ночь веселую сказку с массой приключений, обязательно счастливым финалом и ненавязчивой моралью в подтексте… Или…

Казалось бы, живи да радуйся! С чего бы вдруг среди подобной идиллии в голову могли втемяшиться какие-то подозрения, плавно переходящие в леденящую душу уверенность?! В том-то и дело, что не вдруг…

Началось это после возвращения Дина из вынужденной поездки в одну юго-восточную державу, правитель которой в последнее время что-то мутил и темнил в отношении раздела акватории Жемчужного океана и морских путей в другое полушарие. С представителями Северного Королевства он отказывался решать возникшие разногласия, и посему Ледяному Королю пришлось лично нанести визит ко двору хитромудрого южанина… Нет, еще раньше – как раз во время отсутствия Дина меня стали посещать непонятные видения…

И опять поправлюсь – у меня сердце было не на месте начиная с доставки письма от вышеозначенного коллеги моего мужа. Дин зачитывал вслух витиевато состряпанное послание, а я с возрастающим подозрением вслушивалась в изящные речевые обороты, в каждом из которых двойной смысл, на мой взгляд, был налицо. Под конец пришлось всерьез бороться с непреодолимым желанием спалить в камине сие любезное приглашение погостить «на недельку до второго», несмотря на то что мое присутствие оговаривалось как весьма желательное. Тем непонятнее было упорство мужа, с которым он протестовал против моей поездки…

Сколько было бурных сцен и спокойных увещеваний, сколько было приведено доводов «за» и «против» – не считая напоминаний о данном в день свадьбы обязательстве брать меня с собой всюду, куда мне только пожелается! Не то чтобы мне было нечем заняться дома или так уж захотелось увидеть воочию курортно-портовые пейзажи столь удаленного уголка южной части нашего континента, да еще и в разгар самого жаркого сезона, просто слишком привыкла доверять своему внутреннему голосу…

– Любимая, мы ведь это все уже миллион раз обсуждали, причем я привел примерно столько же весомых доводов!

– Не миллион раз, а всего лишь тысячу и один – за эту неделю, и не «примерно столько же», а всего лишь тридцать шесть, причем весомых только для тебя!

– Хорошо, признаюсь, хотя – боги свидетели! – не хотел тебя уязвить… Видишь ли, его величество Клематиротисий Третий очень тяжел в общении, поскольку склонен к многословию и монотонности, а вот эмоциональные собеседники его расстраивают, и тогда он становится… совсем несговорчивым и невыносимо нудным!

– Позволю себе напомнить нашему величеству народную мудрость: вдвоем и радость вдвое больше, а любые трудности делятся пополам!

– Оно так, но высказывания в твоей манере способны чересчур сильно впечатлить его чувствительную натуру!

– Хочешь сказать, что для него это было бы сюрпризом?! Особенно после того случая, когда их представители явились качать права по поводу корабля, браконьерствовавшего в наших водах?! По-моему, ты забыл, что еще в первый год моего пребывания в этом измерении все живущие по нашу сторону экватора смогли убедиться в степени буйности сложной натуры твоей супруги… равно как и в непредсказуемости последствий выведения ее из себя!!!

– Значит, тем более не есть разумно это провоцировать!

– Значит, не доверяешь моей выдержке и ставишь под сомнение воспитание и способность понять важность момента?!

– Вовсе нет! Просто… зачем лишний раз подвергать эту самую выдержку совсем необязательному испытанию?!

– Необоснованно и неубедительно!

– К тому же ты там попросту от скуки зачахнешь!..

– Я?! Не смеши! Пустячная причина, притянутая за уши!

– Ты ведь не любишь, когда жарко, а в тех краях сейчас…

– Чушь и чепуха!

– Тем более океаны сейчас неспокойны – самый сезон бурь…

– Еще скажи, что на наших кораблях стало вдруг опасно плавать!

– Нет, но удовольствие сомнительное – качка, и все такое…

– И в пути через порталы тоже?! Знаешь, если уж настолько хочешь от меня отделаться, придумай что-нибудь в самом деле убедительное!

– О боги, о чем ты говоришь?! Просто хочу дать тебе возможность от меня отдохнуть…

Ой ли?! А не наоборот ли?!! Так и сказал бы честно, ведь это нисколько не удивило бы меня саму, а так… все равно же почувствую фальшь!

– И потом, не стоит совсем обезглавливать королевство даже на такой короткий срок…

А вот с подобным доводом трудно не согласиться, хотя раньше и вдвоем выезжать случалось не раз, и ничего страшного не произошло. Разве что сейчас обстановка может измениться не в лучшую сторону. Тогда какой смысл держать меня в неведении?!

– Нет, в тех краях по-прежнему спокойно, – выдал супруг в ответ на мой невысказанный вопрос, – поэтому в твоем присутствии действительно нет острой необходимости… в смысле обеспечения безопасности, гарантии от каверз и прочего в том же духе! – поспешил добавить он, верно истолковав значение моего взгляда вприщур. – Лично для меня твое присутствие рядом не просто желательно – жизненно необходимо в любой момент существования!

– И при этом ты так упорно и всеми возможными способами стараешься от меня отделаться на несколько недель?!

Я отвернулась к открытому настежь окну. Дин продолжал что-то говорить, но мое сознание словно отгородилось плотной стеной, позволяющей различать разве что наличие звуков и – самую малость – интонации, а слова уже не имели значения… Вдруг навалившаяся усталость и, пожалуй, обида заставили меня удержать при себе припасенные на крайний случай аргументы, которые могли бы помочь взять верх в этом затянувшемся и основательно поднадоевшем споре. Что ж я настырничаю, в самом-то деле, тоже мне – любящая супруга! И чего ради навязывать кому бы то ни было свое общество? Пусть будет так, как хочет он!

Что интересно, ему от моей вымученной уступчивости радости тоже нисколько не перепало. Нет, прекращение споров явно принесло облегчение, но ведь мое отношение к ситуации осталось прежним, и муж прекрасно это понимал. И чем бесстрастнее было мое лицо и безмятежнее улыбка, тем непринужденнее вел себя он, по возможности виртуозно обходя в разговорах опасную тему.

Только мне-то благодаря врожденным способностям прекрасно видны все оттенки настроения супруга, которое было весьма далеко от радужного. Именно видны: как сияние определенного цвета, окружающее контуры тела того, на кого я в данный момент смотрела. Смена оттенков и силы этого «живого свечения» давала мне основную информацию о физическом и душевном состоянии «объекта». Если же требовалось получить более подробные сведения, включались неведомые сканеры, выполняющие роль прибора УЗИ, рентгеновского аппарата или МРТ, показывая в управляемом сенсорном поле подозрительные участки с нужного ракурса. Поэтому мне обычно не требовалось никаких объяснений, чтобы всегда быть в курсе того, что происходит с окружающими.

Вот и сейчас мое «скрытое зрение» позволяло видеть, как муж переживает возникшее между нами отчуждение. Отменить поездку не было никакой возможности, отложить – не имело смысла, только все усложнило бы, в отношении меня решение принято и обжалованию не подлежало, других вариантов не предвиделось…

Дни, оставшиеся до расставания, прошли как в тумане. Мы оба вели себя на людях как обычно и наедине больше не спорили, просто молчали. Вернее, отмалчивалась я, гася на корню попытки спровоцировать меня на контакт. Любого рода… Хотя был во всем этом и плюс: двойняшкам перепало внимания гораздо больше обычного. Дин старался провести с ними каждую свободную минутку, имея в виду грядущий отъезд, а я… я с толком тратила время, которое раньше уходило на общение с мужем.

В день отбытия он попытался было уговорить меня и детей остаться дома, мол, какая нужда в такую непогоду… но увидел наши лица. Не знаю наверняка, что уж он разглядел, только сам себя оборвал на полуслове и махнул рукой. Всю дорогу до порта чада не слезали с папиных колен, то нацеловывали его, то с ним шушукались. Мне не было необходимости смотреть на них, я видела все происходящее в сенсорном поле, рассеянно созерцая игру дождевых струй на оконном стекле. Душа болела и рвалась на части, так не хотелось отпускать его в эту чертову «командировку», но… Пришлось, как говорится, «держать улыбку» до последнего!

Перед тем как выйти из кареты, он взял меня за руки, долго смотрел в глаза… Я принужденно улыбнулась и озвучила кстати вспомнившийся фрагмент из любимой сказки про Федота-стрельца – тот, что может служить сводом правил примерного поведения во время пребывания за границей.

– Слушаюсь, моя королева! – Он с явным облегчением вздохнул, поцеловал меня и открыл дверцу.

Глава 2

Четыре недели – это много или мало? Как посмотреть! Наверное, много. За эти годы мы так надолго не расставались… Когда я в солнечный ветреный день стояла в порту и смотрела, как причаливает знакомый корабль, сердце то замирало в радостном ожидании, то начинало колотиться как сумасшедшее. Дети оживленно щебетали рядом, подпрыгивая от нетерпения, то и дело теребили меня, чтобы обратить мое внимание на чаек, подравшихся на лету из-за пойманной рыбешки, или показать причудливой формы облако, на фоне которого особенно ярко смотрелся королевский штандарт.

Я реагировала машинально, все остальное просто проходило мимо сознания, пока наш блистательный монарх сходил на берег, приветствуя собравшийся народ. Внезапно голову пронзает резкая боль, от которой темнеет в глазах и останавливается дыхание. С трудом удерживаю равновесие, а перед глазами уже совсем другая картина. Та, что привиделась мне в день проводов… Та, что так часто снилась мне в эти бесконечные недели… Та, воспоминания о которой рвали душу на кровоточащие части…

К черту этот бред!!! Ведь все не так! Ничего не случилось, Дин вернулся! В кои-то веки я рада… нет – счастлива! – что известие, посланное свыше, оказалось галлюцинацией, просто воплощенными в образы опасениями в отношении сложной и запутанной ситуации… Сквозь горячую пелену вдруг навернувшихся слез я вижу, как он шагает по причалу, сияя улыбкой, серебряные пряди вьются по ветру… Иду навстречу, постепенно ускоряя шаг, встречаю взгляд переливчато-сапфировых очей… Попутно удивляюсь, какой необычный эффект получается при наложении всплывшего в памяти видения на происходящее в действительности!.. Наши руки встречаются – и я невольно сильнее сжимаю пальцы и встряхиваю головой, чтобы отделаться наконец от навязчивой картины, то и дело встающей перед глазами…

Конечно же мой возлюбленный и не думает исчезать! Только почему-то прикосновение горячих губ действует на меня хуже… не знаю чего: в глаза плещет багровым, кожу на спине и руках стягивает как от ужаса, по всему телу прокатывается тяжелая волна обжигающе ледяной колючей боли… Как-то умудряюсь устоять на ногах и не подать виду, но никакие силы сейчас не смогли бы заставить меня ответить на его поцелуй! Его вполне понятное недоумение остается при нем – чада уже рядом и настойчиво требуют внимания. Он поочередно подхватывает хохочущих двойняшек, подбрасывает-ловит, кружит, берет обоих на руки… Теперь их друг от друга не оторвать.

Дома тоже не могут расстаться ни на минуту. Подарки-восторги, впечатления-обсуждения, новости семейного значения наперебой… Жизнь быстро возвращается в привычную колею. Для стороннего глаза царит настоящая идиллия, но для меня ничего не меняется. Будь я сейчас в своей тигриной ипостаси, скалилась бы не переставая, и шерсть на загривке стояла бы дыбом… Чего мне стоило выглядеть по-человечески обычно, знает один лишь Бог!

Да, еще кое-что к вопросу об относительности времени… Если принять во внимание, что в отношениях с мужем по-прежнему царила нулевая температура с упадками до отрицательной, – получалось, что этих недель было недостаточно. Впрочем, вряд ли дело в длительности разлуки! Не в моих привычках дуться долго, но на сей раз почему-то все иначе. «Ты оставил меня!» – это стало навязчивым лейтмотивом нюансов моего восприятия всего, что связано с Дином. Я прекрасно помню житейскую истину, что первый шаг сделает более мудрый, кому дороже мир в семье, независимо от того, кто больше виноват в ссоре, и уже рада была бы предать забвению этот набивший оскомину эпизод, но… Стоило только увидеть возлюбленного или встретиться с ним взглядом, как обида вскипала с новой силой и становилась еще более жгучей от раза к разу… К тому же и супруг не особенно рвался выяснить отношения и положить конец «похолоданию», что ставило меня в тупик.

Впрочем, его действия радовали еще меньше. Меня раздражало все, что он говорил и делал. Улыбается мне – «ему еще и весело?!», пришел с цветами или чем-то вкусным – «задабривает как дворняжку!», пытается развлечь беседой – «зубы заговаривает!», прибегает к магии – «он бы еще сонные чары наслать рискнул!», ничего не предпринимает – «значит, ему все равно?!». А уж попытки прикоснуться, даже всего лишь поддержать под локоток на прогулке, вызывали едва сдерживаемое желание показать на практике, насколько хорошо я усвоила его же уроки рукопашного боя… Или просто убежать, настолько далеко, насколько хватит сил, а потом еще немного, на втором дыхании!..

Неудивительно, что вскоре стали приходить на ум сомнения в собственной нормальности. Я все чаще начинала чувствовать себя персонажем всех сразу анекдотов о несчастных мужьях и стервозных женах… стоит ли объяснять, каким именно?! Да, теперь все, что пытался делать мой благоверный, было не так, не к месту, не в то время, не в том количестве, не теми словами… ни богу свечка, ни черту кочерга!..

Что же, дьявол побери, все-таки происходит? С чего вдруг меня так воротит от собственного супруга?! Причем любимого, единственного, желанного (и т. д., и т. п., и см. на обороте), с которым уже столько времени провели врозь. Ничегошеньки не понимаю…

И его поведение выводило меня из себя чем дальше, тем больше. Нет, муж, как и все окружающие, давно усвоил, что, пока я в гневе, не следует выяснять его причину в целях сохранения собственной жизни и здоровья. Когда остыну и выпущу пар, сама все объясню и буду способна принимать разумные решения, но до сих пор процесс кипения моих негативных эмоций не затягивался столь надолго! Да, последняя наша размолвка очень сильно вывела меня из равновесия, но чтобы столько времени мириться с бойкотом и даже не попытаться хотя бы вызвать меня на разговор… нет, это на него не похоже!

Впрочем, он мог решить, что как никогда всерьез обиженная супруга имеет право его подольше помучить… Или – что я надумала, так сказать, привнести в наши отношения нотку новизны, для чего теперь строю из себя взбалмошную капризницу, чтобы посильнее накалить отлученного от постели муженька для большей остроты последующих ощущений… тьфу!!! Мог бы сам догадаться, что мне это, мягко говоря, несвойственно! Вот именно, что мог бы, но почему-то не догадался… Да ну, совсем уж ерунда полезла в голову!

Особую тяжесть ситуации придавало то, что на людях, а особенно при детях, мы вели себя в точности как положено любящим супругам, которые друг друга понимают с полувзгляда и полувздоха. Да так оно и было – пока мы не переступали порога спальни… Нет, мы не ссорились, не закрывались на ночь в разных комнатах, не кричали, не били посуду и даже почти не говорили, хватало того самого полувзгляда, чтобы молча разойтись по своим сторонам кровати. В том-то и дело…

Сначала муж еще пытался тактично выяснить причины моего противления близости, но у меня находились вполне убедительные ответы на все вопросы. То естественный регулярный разлад в женском организме, то предшествующий ему период повышенной раздражительности, то головная боль на смену погоды, то усталость, благо деньки выдались богатыми на события местного и государственного значения… Склонность к давлению или назойливость не в его натуре, поэтому весь интим сводился к нейтральным объятиям и поцелуям в щечку.

Через пару недель мне удалось, хоть и с большим трудом, зажать эмоции в кулак и более-менее трезво взглянуть на ситуацию в целом. Если взять за основу тот факт, что я в своем уме и, как правило, до сих пор долгоиграющие настроения и состояния, да еще настолько сильно выраженные, не были беспричинными, следовало попытаться эту самую причину отыскать. А это вряд ли получится, если продолжать шарахаться от носителя фактора беспокойства, значит… Значит, стоит подпустить его ближе, чтобы разобраться в происходящем. Даже если придется поплатиться энным количеством нервных клеток.

Лед в наших отношениях тронулся после трехдневной поездки на сезонную рыбалку. В это время года с нереста возвращались рыбы, внешне напоминающие наших мурен. Они, наподобие лососей, откладывали икру в верховье реки, для чего за несколько месяцев начинали мигрировать из устьев рек вверх по течению. В океане они живут поодиночке, да и после найти-поймать их сложно, вот и получается, что для добывания к столу столь редкого деликатеса именно это время самое подходящее.

Мне до сих пор не приелись любые вылазки на природу, а уж малышне тем более такое в радость! Ночевка в шатрах на берегу живописной речки, уха с дымком, чай с комарами, картошка и орехи, печенные тут же на костре, колбаски, жаренные над огнем на палочках, минимум народу вокруг – только самые приближенные, зато великое множество всевозможной живности плюс папа наконец-то научит ловить рыбу, да еще и удочки сами сделаем!

Использовать в качестве наживки свежевыкопанных червяков дети отказались наотрез, после того как увидели судорожные корчи первой жертвы на крючке. Пришлось торжественно выпускать «несчастных ползюков» на волю и катать шарики из хлеба. Впрочем, рыба в этот период своей нелегкой жизни голодна до безобразия и клюет на что угодно, было бы оно в принципе съедобным.

Думаю, определенную роль в развитии моей подозрительности сыграло и то, что Дин после возвращения почти не использовал магию, хотя имел к ней недюжинный талант. Можно было списать это на отчужденность чересчур злопамятной супруги, ради которой и стараться не стоило… Только в подсознании все-таки осело, что «фокусы», творимые в моем присутствии, были из числа примитивных – тех, что легко получаются и у полных бездарей в этом отношении, были бы нужные артефакты да знания, как их активировать! Например, стайка разноцветных бабочек, следовавших по пятам за дочкой. Можно было играть с ними в прятки, кормить их с ложки медом и носить на голове как переливчато-радужную корону. Или то, что именно Рон подцепил на крючок самую крупную рыбину, которую пришлось вытаскивать всем вместе…

Во время перетягивания удочки я оступилась и оказалась в реке. Хорошо, что глубина была чуть выше колена! Муж собственноручно вылил воду из моих сапог и долго растирал мне ноги. После на руках отнес в шатер, смешал в кубке гремучий коктейль из травяного отвара и крепкого алкоголя, укутал одеялом и сидел рядом, пока я не заснула… Разве я могла оставить подобную любезность безнаказанной?!

С одной стороны, резкое включение сенсоров не радует – уж очень малоприятные ощущения! Особенно если поблизости враги (а именно в таком качестве моя дополнительная сигнальная система воспринимала в последние недели законного супруга). С другой – то, что можно заранее собраться-мобилизоваться-настроиться, давало явное преимущество, поэтому незадолго до рассвета, когда благоверный вернулся в нашу палатку, мне удалось худо-бедно совладать с эмоциями.

– Я так соскучился!..

Нежное прикосновение губ, едва слышный шепот и поглаживающие движения горячих ладоней заставили прокатиться по моему телу жаркую волну… и я с трудом удержалась от вскрика – сердце словно взорвалось изнутри, заполнив ледяными осколками грудную клетку! Дин почему-то не уловил такой перемены в моем состоянии, а ведь насколько чутко всегда реагировал на малейшие перепады, даже не видя моего лица!.. Это стало еще одной каплей в чашу моих сомнений, тогда-то я и заподозрила неладное и впервые подумала о подмене – позже, прокручивая в памяти сей труднозабываемый эпизод. Но сейчас мне было не до того – я тщетно пыталась разжать судорожно стиснутые зубы, чтобы хотя бы вдохнуть. Разжала, только толку-то – сердце, захлебнувшись очередным обжигающе холодным шквалом, сжалось в едва пульсирующий ком и рвануло вверх, наглухо перекрыв дыхание…

О том, что происходило дальше, я знаю со слов Тиальсы, моей подруги-помощницы и первой фрейлины, которая сопровождала меня повсюду. На мои сдавленные хрипы вперемешку с кашлем и сипом сбежалось все взрослое население лагеря. Остаток ночи ушел на оказание первой помощи королеве, а начало утра – на поиски корней зла.

Хорошо, что Тиальса давно уже научилась понимать меня с полуслова! Причиной пугающе острого недомогания была объявлена аллергия, называемая здесь «дурным удушьем», а источником зла – букет, лично собранный для меня любящим супругом. В эту вполне симпатичную флористическую композицию случайно угодил редкий для наших мест цветок. Безвредный сам по себе, в сочетании с некоторыми другими растениями он вполне мог вызвать подобные проявления…

Объяснение вышло настолько правдоподобным, что мужу не оставалось ничего иного, как почувствовать себя виноватым. Он, сетуя на свое недостаточное прилежание в изучении природы родного края и его окрестностей, собственноручно предал «вредоносный веник» показательной казни через сожжение в костре и до самого возвращения домой окружал пострадавшую супругу заботой и повышенным вниманием.

Видимо, успел кроме прочего и придворных озадачить, потому что в спальне меня ожидал сюрприз – изящная сапфировая брошь в виде невероятно красивого цветка. В качестве бонуса прилагался деликатный поцелуй в шею и жаркий шепот: «Надеюсь, на такие растения у тебя по-прежнему нет нежелательной реакции?!» Пришлось дать понять, что температура наших отношений поднялась на несколько градусов, хотя до полного потепления дело еще не дошло. Король явно был обрадован, а уж обнадежен по самое некуда, поскольку с новыми силами принялся добиваться моей благосклонности. Наверняка решил, что мне вздумалось освежить наши чувства путем завоевания моего сердца заново…

У меня же появился убедительный повод еще некоторое время подержать мужа на расстоянии. Правда, всего на несколько дней – затяжной недуг вызвал бы подозрение, ведь я теперь не только Блуждающая Звезда и Ледяная Королева, но и Благословленная видеть скрытое, и – самое главное! – Исцеляющая силой разума и души. За эти годы я успешно прошла обучение и получила звание знахаря высшего уровня с правом заниматься частной практикой. Даже вступила в гильдию «собратьев по скальпелю и клизме», как я в шутку называла про себя наше сообщество – чтобы не тошнило от сознания собственной значимости.

Видимо, встряска, полученная организмом, пошла на пользу – я смогла вспомнить, что снилось мне почти каждую ночь со дня отбытия короля на юга. И недавно снова стало являться в мои сновидения независимо от их общего содержания. Вроде бы ничего такого уж особенного, всего лишь созвездие из девяти звезд, самых ярких в этом полушарии, которое было известно путешественникам по суше и морю как Северная Стрела… Только видимое с непривычного ракурса, и для меня почему-то жизненно важно было добраться до того места, где я смогу видеть это воочию.

Что называется, без бутылки не разобраться… Нет, умеренные порции алкоголя обычно усиливали мои экстрасенсорные возможности, но сейчас они вряд ли помогли бы, мне как никогда требовалась ясная голова и ее четкая работа. Жаль, информации мало, да и та, что есть, размытая и неполная… Что-то высшие силы халтурят, взяли бы да послали знак… нет – ЗНАК, ясный и недвусмысленный, чтобы всем сомнениям конец! На всякий случай мужу был сделан о-о-очень прозрачный намек на то, что ему дается лишний повод проявить ко мне заботу и внимание, которые ни за что не останутся незамеченными, дайте только поправиться, вот уж тогда!.. В любом случае в долгу не останусь!

Похоже, супруг сделал ставку на уже проверенные способы, чтобы достучаться до моего сердца. Или решил напомнить, как развивался наш роман… С одной стороны, то, что муж «работал» со мной по привычной схеме, должно бы доказывать всю ошибочность моих бредовых предположений насчет подмены, только вот с другой… Если уж рядом не Дин, а его подобие – клон, качественный фантом, ксерокопия, виртуальная модель или еще какое чудо враждебной техники в том же духе, то у него пристрастия и привычки просто должны быть скопированы с образца, причем во всех деталях. Оригинальная же модель тем и отличается, что, как правило, способна к вольным отступлениям по своему желанию вроде смены стиля, импровизации, обучения и далее по списку! А посему опять возвращаемся к тому, с чего начали, – к сомнениям насчет подлинности собственного законного мужа.

Не знаю, как я тогда не свихнулась от этих умозаключений!.. Но, видимо, смогла сохранить некоторую ясность ума, поскольку решила дать себе передышку и повременить с дальнейшими экспериментами. Хотелось бы как можно скорее покончить с неясностями, но не доходить же в благих порывах до мазохизма!

Очередной спад моего расположения к себе супруг наверняка посчитал уловкой для большего накала страстей. Он таки подловил меня в разнеженном состоянии – ранним утром, когда я, насмотревшись на редкость спокойных и греющих душу снов, уже почти решила проснуться сама. И потом – шутка ли, почти месяц в разлуке во время его делового визита на юго-восточное побережье, почти другой месяц в разлуке во время моих обид и фанаберий… К тому же никаких болезненных ощущений почему-то не возникло! Неудивительно, что я сразу и всем своим существом откликнулась на осторожные ласки мужа – правда, ненадолго.

Не открывая глаз, я повернулась к нему, ответила на поцелуй и потянулась к моей любимой родинке на его шее. Для начала куснула супруга за привычные места, ожидая ощущения на губах знакомого холодка… Дело в том, что в мочке левого уха у нас обоих со дня свадьбы почти незаметно для прочих пульсирует этакий магический «маячок». Что-то вроде сережки-«гвоздика» – крохотная капелька серебристо-полупрозрачного металла, которая крепилась в живой ткани без всяких видимых глазу приспособлений, только силой связующего заклятия. Эти штучки – прощальный подарок на счастье покойного ныне Мастера-супермага – были частями одного целого, поэтому их носители при желании могли чувствовать все, что происходит с партнером, где бы он ни был. Что характерно – металл, неизвестный здешней науке, нисколько не нагревался от тела и по сравнению с повышенной теплокровностью моего благоверного мог считаться почти ледяным. Только сейчас ничего подобного под губами не ощущалось!

Я слегка отстранилась и, продолжая наглаживать мужа по плечам, впилась лихорадочным взглядом в его злополучное ухо. Тьфу ты, совсем плохая стала! Вот же он, «маячок» этот самый, будь он десятижды неладен, чуть заикой не сделалась из-за него! Поблескивает себе в ярком свете меньшей луны как ни в чем не бывало на положенном месте… Но под пальцами по-прежнему нет ожидаемого холодка, скорее наоборот… И чему я должна верить?!

Я недолго думая с полоборота включила сразу все свои сенсоры, едва удержавшись от вскрика – подобный аврально-повальный запуск моей дополнительной сигнальной системы всегда сопровождался всплеском жестокой физической боли. Поэтому от лирического настроения в рекордные сроки не осталось даже воспоминаний… Поэтому мне ничего не стоило достоверно изобразить неожиданный и мощный приступ мигрени, которыми частенько сопровождались непрошеные видения. Давненько ими страдать не приходилось, тем убийственней эффект… Поэтому я, со стоном сжав ладонями пульсирующие жгучими всплесками виски, отвернулась, уткнулась в подушку и могла себе позволить не следить за выражением своего лица, но уделить все внимание тому, что выдало мое «скрытое зрение».

И разом сгинули все сомнения – «маячка» не было теперь ни в одном ухе! А фамильная татуировка Дина… вернее, магический знак или… да черт с ним, какая, в сущности, разница, чем это изображение было по происхождению и сути! Главное другое: затейливо переплетенные символы отчетливо просматривались на правом плече мужчины, который называл себя моим супругом, отцом моих детей, Ледяным Королем и претендовал на все, полагающееся по штату!!!

Ерунда какая-то! Ведь пресловутая татушка была нанесена Дину в первые мгновения после появления на свет на левое плечо как старшему из кровных сыновей тогдашнего правителя Северного Королевства, как первому и главному обладателю права наследования трона и всего, что к нему прилагалось!.. При близких контактах личного плана, лицом к лицу, это многозначительное «украшение» оказывалось под пальцами правой моей руки, так что я уже привыкла ощущать в подушечках своеобразное покалывание мельчайших ледяных иголочек всякий раз, когда поглаживала тонкие четкие линии затейливого рисунка, видимые для меня даже через одежду и доспехи. Но сейчас…

Кто догадался – молодец, может взять лишнюю конфетку: ни-че-го! Совершенно! Абсолютно никаких особенных ощущений в пальцах, кроме обыкновенного живого тепла!!! Это во-первых и в-основных, не считая внезапной смены места нахождения привычной детали… Если даже допустить невозможное и абсурдное по сути, что мои сенсоры отказали, например, из-за длительного перерыва в телесных контактах, но глаза-то все это время выдавали привычное изображение в обычном режиме… причем независимо от вида зрения! Впору было с ума… нет, не сойти – сбежать ускоренным галопом!..

Картина, мгновение назад совершенно ясная и недвусмысленная, вдруг замерцала, утратила четкость, смазалась, поплыла и… ненавязчиво изменилась. Опять было все как прежде: королевский знак на левом плече, «маячок» – в мочке левого уха, золотые переливы в бездонных глазах и сногсшибательная улыбка, всегда меня обезоруживавшая без оговорки условий капитуляции…

Но только теперь мое сердце, вместо того чтобы таять от нежных слов обожаемого супруга и рваться навстречу его призывному взгляду, сжималось и корчилось от невыносимой боли, словно пронзенное зазубренным ледяным острием, захлебывалось и трепыхалось из последних сил, тщетно пытаясь удержать свою хозяйку по эту сторону границы бытия.

В себя прийти удалось нескоро – за окном играл красками рассвет, а я полулежала в постели, обложенная со всех сторон подушками. Рядом сидел обеспокоенный Дин и осторожно водил у моего носа открытым флакончиком с нюхательной солью. На моих губах ощущался вкус крепкого травяного настоя с добавкой местного аналога раритетного коньяка, на лоб возложена тряпочка с аккуратно завернутым в нее колотым льдом… Значит, отключка длится не меньше часа… что-то на сей раз я залежалась!..

– Как ты?!

– Уже лучше… спасибо. – Собственный голос, хриплый и слабый, царапнул слух и заставил меня поморщиться.

– Ох, и напугала! – покачал головой супруг, закрывая фигурную бутылочку и убирая с моей головы компресс. Очень кстати, потому что талая вода начала неприятно затекать на шею. – Хотел уже за знахарями посылать…

– Лучше бы вспомнил про действенное средство для спящих красавиц! – усмехнулась я через силу, прислушиваясь к своим ощущениям и пока не решаясь подняться.

– Пробовал, – махнул он свободной рукой, нацепив на лицо удрученно-обиженное выражение. – Не помогло… как будто я вовсе не твой принц!

– Горазд же ты глупости выдумывать! – Я, несмотря на головокружение, все-таки села и прижалась щекой к его плечу. – Конечно, не принц, хотя бы потому, что давно уже король!

– Что же такого страшного тебя угораздило увидеть?! – Горячая рука осторожно гладила меня по волосам.

– Как сказать, – пожала я плечами, устраиваясь удобней. – Наши дальние соседи с юго-запада снова решили выяснить отношения между собой, причем без объявления войны, поэтому сейчас в той стороне до самого побережья творится невесть что… и на суше, и на море… Сам знаешь, как я переношу подобные сцены!

– Но ведь нас это вряд ли коснется, – возразило Ледяное Величество после некоторых раздумий. – Они, сколько себя помнят, не могут мирно ужиться, стоит ли так переживать по этому поводу?!

– Видимо, на сей раз решили обратиться к тебе за поддержкой, – поразмыслив, заключила я. – Так что жди гостей…

Никакой детектор лжи не уловил бы сейчас ни малейшей фальши, ведь озвучивалась чистейшая правда – видение на эту тему действительно у меня было… Правда, пару дней назад. А делиться впечатлениями о нем я не спешила именно в силу его малозначимости и недостатка полезной информации, решив подождать следующего «послания свыше», что как нельзя лучше сработало сейчас. Единственное, что могло вызвать сомнение, так это степень моего физического дискомфорта, нетипичного для такого рода известий, хотя… Нет, и в этом смысле ничего необычного – как правило, после подобного долгого перерыва в откровениях высших сил практически любой значимости видение пробивалось в мое сознание очень уж болезненно.

– Теперь понятно, почему тебя так скрутило! – Супруг словно мысли мои подслушал. – Непрошеное видение, да еще и нежелательное!

Он обнял меня, устроил как ребенка и баюкал, пока я не задремала, нешуточно вымотанная последними событиями. Сначала не так-то просто было расслабиться с учетом результатов этого внепланового сеанса связи с Провидением, но я взяла себя в руки. Последовала примеру известной литературной героини, которая сказала: «Я подумаю об этом завтра!», и с облегчением позволила мыслям заблудиться в дебрях невнятных сновидений…

Как на грех, завтра – вернее, уже сегодня – был приемный день для представителей ближнего зарубежья, поэтому сразу после утренней трапезы пришлось участвовать в решении совсем других проблем. Да еще венценосный супруг, явно радуясь возможности повысить свой рейтинг в моих глазах, то и дело проявлял беспокойство по поводу моего состояния и всячески выказывал нежность и заботу.

Только днем, уложив детей для принятия ими порции послеобеденного сна и устроившись рядом, я получила желанную передышку. Не открывая глаз – так, на всякий случай! – и ровно дыша, я добросовестно предавалась блаженной дреме, а в голове меж тем бушевала Третья мировая. Во всяком случае, разрушительно-поражающий эффект от моих лихорадочных размышлений был примерно того же уровня. Что это было ночью?! Галлюцинация? Да нет, с чего бы… Значит, все же откровение свыше? Но каким образом удалось мне вдруг «разглядеть» столь мастерски замаскированное и тщательно скрываемое? Неужели высшие силы, глядя на мои душевные терзания, усугубленные недостатком информации, прониклись глубоким сочувствием и решили помочь подсказкой? Хотелось бы верить!

Видимо, незваный мужезаменитель полностью обжился и уверовал в собственную убедительность и качество защиты, чему неплохо поспособствовало мое вполне естественное поведение. К тому же ему кроме семейных забот есть о чем беспокоиться и хлопотать (впору посочувствовать!), вот он и ослабил бдительность – самую малость, но хватило и этого. А мне удалось подсознательно уловить нужный момент, когда подозрительный индивид стал чуть более уязвим под воздействием гормонального всплеска, и пробиться через мощный магический заслон, так успешно маскировавший его все это время. Нет, не разрушить – объект почувствовал бы перемену такого масштаба, да и прежний облик вернуть ему не удалось бы, но и едва заметной трещинки в поставленном кем-то «щите» мне хватало, чтобы всем своим существом чувствовать неладное… Только вот кто бы сказал, что мне теперь делать?!

Глава 3

От былой благополучной расслабленности не осталось и следа. Теперь моя изобретательность целиком и без остатка была направлена лишь на то, чтобы еще как-нибудь проверить свои сомнения и при этом не вызвать подозрения самой, ведь его величество ни при каких условиях глупостью и невнимательностью не отличался. Поэтому я продолжала удерживать некоторую дистанцию как все еще не простившая мужа супруга, хотя в общем «температура» взглядов, к нему обращаемых, заметно повысилась. Для всех окружающих мы по-прежнему являли собой образцовую пару, и я как ни в чем не бывало играла свою обычную роль… только чего мне это стоило!..

Странные и неприятные сюрпризы на этом не закончились. Я всегда сама ухаживала за растениями, украшавшими наши семейные апартаменты, и в одно совсем не прекрасное утро сильно расстроилась, взглянув на стоявший в спальне цветок. Тот, что подарили нам в день свадьбы на счастье: высокое растение с крупными глянцевитыми листьями сердцевидной формы, которые были украшены разнокалиберными «брызгами» белого, золотистого, фиолетового, лимонного и малинового цветов, бахромчатыми краями и многочисленными прорезями. Внешне он выглядел так же, как и всегда, но в сенсорном поле живое свечение смотрелось как тонкая прерывистая каемка с бледно-серыми участками…

Несчастному экзоту, несмотря на уход и идеальные условия, грозило в ближайшем времени стать гербарным экспонатом на корню. Судя по всему, процесс шел уже не первый день, просто я, поглощенная своими переживаниями, пропустила мимо внимания тревожные признаки… Слезы сами брызнули из глаз. Может, оно того и не стоило, только еще один камень, тяжело упавший на и без того болевшую душу, оказался перебором, а для меня больше всего на свете невыносимо чувство собственного бессилия.

С тумбочки мягко спрыгнул нэфи, потянулся и подошел ко мне, заглядывая в лицо своими удивительными серебристыми глазами. Я подобрала легонький комок теплого каштаново-крапчатого пуха и прижала к щеке, а он с урчанием принялся слизывать с кожи горячие следы минорного перепада в настроении хозяйки. Пожалуй, пора пояснить, что это за котенок и почему остается таковым целых пять лет. Нет, это не особая порода кошек, свободно умещающихся на ладони. Для наших привычных домашних животных вообще-то не характерно иметь раздвоенный язык, одинаковые игольчатые зубы, растущие в три ряда, и когти, больше подходящие как минимум пантере, перед которыми устоит не каждый камень… Самая интересная деталь – у него есть еще третий глаз, темно-вишневый с узким вертикальным зрачком, сочившимся мертвенно-синим сиянием.

Этого зверька, обособленную часть силы, этакий автономный филиал своей сущности, подарил мне мой здешний некровный родственник. Если быть точной, сын младшей сестры жены двоюродного дедушки, рожденный от одного из обитателей Темного Мира, которых здесь называют Огненными Демонами. Он и в человеческом обличье (кстати, весьма эффектном!) способен много чего натворить с помощью управляемого пламени, в случае же необходимости гигантская огненная кобра – его вторая ипостась – легко может устроить стихийное бедствие, которое надолго запомнится немногочисленным выжившим.

Нэфи, как правило, создаются подобными редкими умельцами для себя, в качестве хранителя, но этому Фадиндар поручил оберегать меня. Теперь чудесное существо всегда со мной: на плече в виде котенка или на груди в виде броши из необычного камня – оранжево-желто-красного с тонкими черными прожилками. Я зову его Фадиком в честь заботливого дарителя.

Мурлыканье, как всегда, подействовало умиротворяюще. Я погладила пушистую спинку, посадила питомца на плечо, перешла в свой кабинет и достала с дальней полки большую, богато украшенную самоцветной мозаикой шкатулку, запертую с помощью магии. Замок, сработанный за океаном на заказ, реагировал только на прикосновение только моих пальцев только к некоторым камушкам и только в определенном порядке. Да, еще и под специальное заклинание… Предосторожности чрезмерными не были, ведь в этом ларце хранились не просто драгоценности, коих у меня было в изобилии, но артефакты и прочие штучки, обладающие своеобразными свойствами.

Вот широкий серебряный браслет с крупными малахитовыми вставками на каждом ажурном звене. Он здорово меня выручил в одной неслабой драке, да и только ли в ней… Потайные шипы, смазанные парализующим ядом редкой рыбы, – весьма полезное дополнение, когда умеешь им пользоваться! Стоило взять вещь в руки, провести кончиками пальцев по идеально гладкой поверхности камня, как воспоминания нахлынули обрадованной гурьбой…

Я бережно вынула из особого углубления и положила на ладонь крупный, на всю фалангу, перстень изумительной красоты. Белый просвечивающий металл с радужным отливом весь в причудливых ажурных узорах и кажется невесомым, как сгусток тумана. Камень в форме вытянутого ромба с усеченными острыми углами имеет сложную огранку, а цветом напоминает лунный, но сияет изнутри яркими переливами сочного золотисто-изумрудного цвета с явственными проблесками пурпурных искр. Этот сувенир из другого мира усиливает способности того, кто его носит, но сегодня мне нужно другое…

А вот и он, перстень с редкого цвета халцедоном, помещенным в оправу в виде глаза. Странный дымчатый металл холодил кожу на фаланге среднего пальца, но быстро нагрелся. Давненько я им не пользовалась… Когда-то подобные украшения помогали жрецам Бога Света основательно расширить поле зрения с помощью глаз других живых существ, предварительно выпивших по глотку крови своего «хозяина». Ко мне же сей полезный раритет попал в качестве подношения от вождей дружественных кочевых племен, которые и сами не представляли его настоящей ценности. Впрочем, даже если бы и знали о нем все вплоть до активирующего заклинания, толку им самим было бы ноль, потому что пользоваться подобными «проводниками сознания» могут лишь Благословленные видеть скрытое – как я, например.

– А я-то теряюсь в догадках, чем таким заняты мысли госпожи «видящей», что она не обратила внимания на мое появление! Даже сенсором не повела!

Тихий голос, прозвучавший за спиной, заставил меня вздрогнуть.

– Зачем же думать обо мне настолько «хорошо»?! Еще как повела и обратила, просто прикидываю, что больше хочется надеть сегодня…

– Это действительно важно! – В голосе моего благоверного не было и намека на иронию. – О, ваше величество изволило вспомнить о старых презентах!

– Мое величество всегда носит что-нибудь из подаренного своим единственным и неповторимым супругом! – Я позволила себе добавить нотку легкой укоризны к обычной интонации. – Мог бы заметить и сам!

– Мог бы. – Он шагнул ближе, взял мою руку, на которой красовался «глазастый» перстень, и поднес к губам. – И заметил. И ценю.

Многозначительный взгляд из-под полуопущенных ресниц искрился золотистыми проблесками, голос понизился почти до шепота… По-хорошему далее должна была последовать недолгая, но трогательная и местами зажигательная сцена эротического характера с плавным переносом действия как минимум на ближайший диван. Только в действительности мне пришлось нешуточно постараться, чтобы не дать вырваться на волю своим эмоциям – к слову, совсем не соответствующим ситуации! Такой вот неожиданный результат внезапно пришедшей на ум провокации… Да-да, именно провокации, потому что я была вполне готова убедительно признать у себя начало раннего склероза, если бы мой ненаглядный удивился и вспомнил вслух, от кого на самом деле был получен этот самый свеженадетый презент! В том-то и дело, что «если бы»!.. А он легко и без возражений приписал на свой счет факт появления сей экзотической вещицы в моем арсенале магических редкостей… И что бы это значило? И как мне теперь быть с еще более укрепившимися сомнениями?! А с отчаянно щемящим сердцем?!

Сама не знаю, как мне удалось не взорваться от… острого неприятия (а если быть совсем уж честной – омерзения), когда пришлось отвечать на поцелуи предположительно любимого мужчины! К тому же ни жестом, ни словом, ни единым движением не дать понять ему, насколько меня, мягко говоря, не радует происходящее! Да что же такое, в самом-то деле – с каждым днем все хуже и хуже! И что делать прямо сейчас?!!

От этого душевного разлада впору было забиться в истерике или упасть в обморок, но положение спас неожиданный подарок небес в виде волчка-ретранслятора величиной с мандарин, который материализовался под потолком в районе двери, где и завис, вращаясь и деликатно позванивая. Подобные сгустки энергии при необходимости создавались нашим штатным чародеем в любом количестве и служили каналом звуковой связи. Это было не только гораздо быстрее, чем с помощью магии определять местонахождение нужного человека и посылать курьера, но и гарантировало высокую степень секретности. Вот и теперь…

Дин с глубоким вздохом отстранился, с выражением покорности судьбе на лице выслушал краткое сообщение на древнем языке и вскинул на меня потемневшие глаза.

– Ты была права насчет любителей помахать оружием! На сей раз они развоевались не на шутку и не сегодня завтра втянут и наших ближайших соседей с юго-западного побережья, а этого допускать не стоит…

Я, честно говоря, плохо понимала сейчас, о чем идет речь, настолько была поглощена попыткой разобраться во внезапно нахлынувших ощущениях. Что-то было не то… или не так… или не там… или еще какое-то несоответствие… или просто нехватка чего-то?! От этого вдруг проявившегося и очень жгучего ощущения мысли окончательно спутались. К счастью, муж по-своему расценил все-таки проявившееся на моем лице замешательство:

– Зачем же так переживать?! Мы в любом случае не станем ввязываться в эту заваруху, просто посодействуем ее скорейшему завершению. В Совете страны-провокатора нашлось достаточно сторонников мирной жизни, они-то и просят о встрече – тайной и на нейтральной территории, значит…

– Снова уезжаешь?

Он развел руками:

– Увы! Причем уже сегодня… Но на этот раз ненадолго!

Я поспешила отвернуться, так как не хотела, чтобы наблюдательный супруг увидел наверняка отразившееся на моем лице облегчение, совершенно неуместное в такой момент. Пусть лучше думает, что я мужественно сдерживаю слезы, поскольку донельзя расстроена перспективой новой разлуки.

Муж обнял меня и некоторое время гладил по плечам и волосам, нашептывая на ухо что-то успокаивающее. Потом напоследок нежно коснулся губами моей щеки, ободряюще улыбнулся и направился к выходу, движением кисти заставив транслятор двигаться за ним.

– Еще увидимся, дорогая!

За королем уже закрылась дверь, а я все стояла, замерев на месте и не веря своим ушам. Дорогая?! Он что, нарочно?! Для расстройства памяти вроде бы рановато, так с чего бы вдруг моего возлюбленного угораздило забыть, что я терпеть не могу эту форму обращения?!! Случайная оговорка? Может быть… и все-таки – почему именно сейчас?! Решил вывести меня из себя, чтобы отвлечь от неизбежных тревожных мыслей по поводу причины его отъезда? Дурацкий способ, между нами… к тому же он как никто другой в курсе, что я за эти пять лет неплохо научилась управляться с эмоциями своими силами… Опять ерунда какая-то, которую следует выбросить из головы срочно и насовсем, но все же, но все же…

Я не стала снимать «глазастый» перстень хотя бы потому, что надевала его с очень даже конкретными намерениями – проверить свои сомнения. Дело в том, что Дин в свое время тоже был вынужден выпить глоток свежей крови своей будущей супруги, отдав, таким образом, в мое распоряжение возможности его собственных глаз. Правда, я торжественно пообещала, что не буду пользоваться артефактом для удовлетворения обычного любопытства – например, в интимные моменты его жизни… так ведь и предмет моего сейчасного жгучего интереса был весьма далек от постельной темы!..

А посему я без малейшего зазрения совести улыбалась всем сидящим за большим овальным столом, накрытым в просторной беседке, во время традиционного дневного мини-приема на свежем воздухе. Здесь в обычае устраивать между обедом и ужином где-нибудь в саду, парке или на открытой террасе что-то вроде семейного полдника со свежей выпечкой и закусками под фрукты, отвары и слабое вино, на который приглашаются друзья и кто-либо из приближенных.

Погода удалась как на заказ: легкий ветерок, расчесывающий в ярко-синей вышине тонкие пряди облачков, и солнце, которое, судя по всему, старалось ускорить наступление купального сезона даже в очень высокогорных районах. Среди окружающей красоты особо выделялась «трижды дюжина» развесистых деревьев, похожих на черемуху, только розоватые и нежно-лиловые соцветия напоминали скорее о гиацинтах. Самым ценным было то, что цвели они с последнего снега до первого, поэтому одновременно можно было наслаждаться и дивным видом, и чудесным ароматом, и кисло-сладкими плодами вроде очень крупной лиловой черешни. Эти саженцы были свадебным подарком представителей славного племени хранителей лесов и за пять лет превратились в достойное украшение королевского сада.

Продолжая оживленную беседу, я незаметно трижды нажала на камень в кольце и произнесла про себя слова пускового заклинания, начав с имени того, чьими глазами собиралась воспользоваться с этого момента. Посмотрим-посмотрим, что или кто прямо сейчас привлекает повышенное внимание Ледяного Короля!..

Результаты превзошли все мои ожидания и окончательно уверили в справедливости подозрений. Муж сидел напротив, потягивая вино из высокого бокала, и не сводил с меня взгляда, словно хотел насмотреться перед новой разлукой. Самое время сердцу растаять от этих золотых переливов на сапфировом фоне… Вот и губы неслышно для всех, но вполне читаемо для меня произнесли «этейи» – «ненаглядная»… Но в сенсорном поле четко проступила совсем другая картина. Дин будто смотрит из полутемной комнаты в широкое, непривычно декорированное окно, распахнутое настежь, и видит необычной формы деревья, небольшой водоем вдали… Массивный постамент, на нем восседает существо настолько жуткое, что меня передергивает от отвращения… Часть высокой узорчатой ограды, за которой синеют острые вершины… Можно, конечно, допустить, что произошел сбой в работе артефакта или моего «скрытого зрения» и полученная картинка не из числа последних, а выдернута из глубин памяти того, чьими глазами воспользовались, но… То, что подобное зверье не водится в нашем измерении, поручусь чем угодно, а горы, прекрасно различимые в легкой дымке за распахнутым окном, и хребты, окружающие наше Синегорье, были похожи примерно в той же степени, как парусный корабль и карьерный экскаватор!

До сих пор я честно пыталась найти приемлемое объяснение неувязкам и непонятностям. В самом деле, подумаешь, назвал не так – оговорился, с кем не бывает! Не признал перстень – большое дело, что с мужчины взять! К тому же за эти годы он столько раз делал мне подарки, что не грех и перепутать! Не уловил вовремя, когда мне стало плохо, пока я совсем не отключилась, – ну нельзя же требовать от других такой же сверхчувствительности, какой высшие силы одарили меня!.. Только вот как быть с тем, что я видела и чувствовала сейчас?! Если верить кольцу, во главе стола сидел, сияя короной, кто-то совсем другой, а настоящий правитель Северного Королевства находился где-то у черта на куличках и любовался на неопознаваемые пейзажи!.. К тому же ощущения, с небольшим опозданием нахлынувшие вслед за видением, ясно давали понять, что состояние Дина далеко не идеальное, иначе с чего бы так поплохело мне?!

Монарх со свитой отбыл ближе к вечеру. За два дня этой передышки я многое успела обдумать и сделать, в основном подготовиться к поездке в свои фамильные владения, где сейчас всем заправлял Фадиндар. Никаких подозрений возникнуть не должно было, ведь я каждое лето подолгу бывала там с детьми, а муж присоединялся к нам при первой возможности, разве что выезжали мы обычно несколько позже, после Праздника середины года… Придется изобретать весомую причину для такой спешности!

За время отсутствия супруга я часто активировала кольцо, но каждый раз картинки противоречили моим ожиданиям. Причем изображение было расплывчатым и сильно рябило, как бывает, когда имеешь дело с магическим прикрытием или… когда «взгляд» проникает за Границу! От одной мысли о том, что Дина могло занести в чужое измерение, становилось дурно… Позже кроме видов из окна стали появляться лица, чаще всего женское, причем совершенно точно не мое! Напрашивался вывод о долговременном адюльтере, но сенсоры упрямо проецировали на меня его ощущения совсем другого плана…

Можно представить, в какое настроение и состояние привело меня все это! Нервы были взвинчены до предела, и каких немыслимых усилий стоило сдерживать эмоции! Развязка наступила в первый же вечер после возвращения короля. Видимо, его терпение стало сдавать позиции, не выдержав пытки отчуждением.

Сначала Дин с подчеркнутым смирением поинтересовался, в чем он снова успел провиниться и за что такие жестокие кары на его бедную голову… Покаялся в том, что во время прошедшей трапезы, возможно, переусердствовал, уделяя внимание в самом деле очаровательным гостьям… Потом всячески старался уломать меня на прощение – так, на всякий случай. Затем последовала попытка поднять мне настроение, но – увы!.. Результат получился прямо противоположный. На этот раз даже самые заводные шутки вызывали у меня глухое раздражение, мало того – едва не спровоцировали полет фантазии в области создания непривычных сочетаний уже известных непечатных выражений с последующим громким изложением результатов. От нежных прикосновений вообще хотелось только зарычать во всю мощь тигриных связок…

Неприятно удивленный супруг заинтересовался уже всерьез такими перепадами в настроениях и моей нетипичной сверхнесговорчивостью и начал высказывать вслух предположения, какие же обстоятельства могли настолько изменить мой и без того, мягко говоря, непростой характер. Ведь даже погода стояла на диво изумительная… Он додумался до многого, в том числе и до беременности (моей, разумеется), только пришлось его разочаровать, мол, очередного прибавления в нашем семействе в ближайшее время не предвидится.

– Что же тогда? – поинтересовался Дин уже намного суше, но все еще не теряя надежды покончить с надоевшей проблемой быстро и надолго, если не навсегда.

– Ничего глобального.

– Получается, ты просто решила, что эти пять лет я прожил слишком спокойно и хорошо бы выплеснуть накопившийся в душе яд, чтобы ненароком самой не отравиться?!

Несмотря на вроде бы шутливый тон, чувствовалось, что ситуация достала супруга всерьез. Неудивительно…

– Да у меня терпения никогда не хватило бы!

– Еще интереснее – значит, моя жена стала намного ядовитей, чем даже в лихие времена! С чего бы? Может, просто засиделась в приевшейся столице? Для охоты не время, так проветрилась бы еще где-нибудь с кем-нибудь, если уж моя компания до такой степени обрыдла! Родню навестила бы, что ли – хоть свою, хоть надхину, хоть…

– Может, и чертову заодно? Тебе, значит, настолько супруга надоела, что и не знаешь, куда бы послать?! И даже официально разрешаешь сбегать на сторону?!!

– С тобой невозможно разговаривать! – Муж обреченно махнул рукой, сбавляя тон. – Прекрасно ведь понимаешь, о чем я…

– Я-то понимаю!..

– А вот я что-то в затруднении по сию пору… И кроме наших прежних разногласий и размолвки по этому поводу ничего припомнить не могу! Но разве уже не пора об этом забыть с учетом всех моих многократных извинений или хотя бы из-за давности?

Я ухватилась за поданную мысль как за пресловутую соломинку, потому что к сему моменту все более-менее уважительные причины моей несговорчивости, равно как и поводы для придирок, были уже исчерпаны.

– Видимо, я слишком сильно тогда обиделась!

– «Видимо»? Так ты даже сама не знаешь толком, что к чему?!

– Просто надо немного времени, чтобы разобраться во всем этом. – Я нисколько не кривила душой.

– Еще немного?! И сколько же тебе лет понадобится? А я до той поры, чтобы не сбивал с мудрых мыслей, буду отлучен от постели?

– Так вот что тебя волнует больше всего?! – Мои тормоза все-таки сдали. Вернее, их попросту сорвало. Правда, удалось обойтись без криков и лишних эмоций, но тем сильнее мороз продирал по коже от моего убойно-вежливого тона и кроткой улыбки. – Прости, любимый, совсем забыла о сложностях вашей мужской натуры… Или как раз наоборот – о примитивности?! С некоторыми проблемами вам ни за что не справиться самим, отсюда и разговоры насчет походов на сторону… надо полагать, это твои мысли вслух?

С одной стороны, меня неприятно удивила неожиданно проявившаяся при этих словах короткая, но четкая вспышка его беспокойства, прекрасно заметная в моем сенсорном поле как лишний высокий зубец на кардиограмме, с другой – обрадовала в качестве возможности «перевести стрелки» в тягостном разговоре. Конечно, ссоры на эту тему не в моем стиле, но ситуация не оставляла выбора… Поэтому я скрепя сердце продолжала:

– Так, может, сам туда и сбегаешь, к тетушке Оллии, например – среди «ночных жаворонков» порезвиться? Уж она-то по старой памяти уважит по полной программе и даже скидку сделает!

Казалось, воздух в комнате сгустился и потемнел, словно собирался свернуться в небывалой силы торнадо. Мы смотрели в упор друг на друга, по-моему даже не дыша, но пространство между нами отчетливо искрило… Первым отмер Дин.

– Что ж, светлые головы мира сего советуют слушать мудрых жен, – слова выговаривались негромко, задумчиво и даже с какой-то ленцой, как будто разговор шел о совсем обыденных или вовсе третьестепенных вещах, – а поскольку моя супруга во всем переплюнет всех остальных, вместе взятых… так и сделаю! В тетушкином «птичнике», говорят, как раз пополнение!

Он двинулся к выходу не спеша, словно давая мне время опомниться, у двери задержался, чтобы обернуться и отвесить прощальный поклон, безукоризненный до совсем официального, и… ушел! И даже не взглянул напоследок в мою сторону, лишь аккуратно прикрыл за собой тяжелую резную створку, а я осталась украшать своей персоной интерьер в пустой комнате, в которой вдруг стало холодно и неуютно…

Нет, я понимала, что в отношениях никогда и ни у кого не бывает абсолютно все безоблачно и гладко, хотя бы размолвки, хотя бы мелкие, хотя бы в триста лет раз да приключаются… но чтобы с обожаемым супругом по такому поводу и настолько серьезно?! Стоит ли объяснять и дальше, какая растерянность, муть и мрак царили в моей истерзанной сомнениями душе?!! Даже сейчас в ее самых потаенных глубинах теплилась искорка надежды, что все происходящее со мной в последнее время – попросту обострение паранойи по причине повышенной солнечной активности, особо тяжкий случай ПМС, ранний маразм вследствие отсутствия экстрима или какой-нибудь моржовый грипп, занесенный слишком сильным ветром из-за Границы… Да я почти что угодно согласна была отдать, лишь бы мои подозрения оказались бредом, и как и сколько угодно готова была потом изощряться, чтобы загладить вину и утешить обездоленного возлюбленного, но…

Надежда – глупое чувство, как не однажды говаривал один из литературных героев. Возражать и не подумаю – да, глупое, потому что провоцирует ожидание в бездействии. К тому же и опасное, поскольку притупляет бдительность и позволяет верить, что «прилетит вдруг волшебник в голубом вертолете» или еще кто-нибудь всемогущий, и проблемы сами собой утрясутся. Но в моем случае подобная халява никоим образом не светила… впрочем, как и всегда! Придется утрясать самой, причем втайне от всех. Почти от всех – без помощи мне, пожалуй, не обойтись… Но сначала следует перебраться в более безопасное место.

Недавняя размолвка давала мне повод без угрызений совести покинуть столицу и отбыть в свои фамильные владения, тем паче что супруг сам подкинул эту идею в последнем разговоре. А на следующее утро прибыл гонец от Фадиндара с радостным известием. Лиллиарна, моя дальняя родственница, наконец-то собралась выйти замуж, и я, разумеется, никак не могла оставить ее без помощи и поддержки в такой ответственный момент жизни. Подготовка к свадьбе – дело долгое, хлопотное, а посему срочно требуется мое присутствие! Против такого заявления возражений у мужа не нашлось, да он особо и не утруждался их поисками, явно вздохнув с облегчением, когда попрощался с нами у открытого магом портала.

Вечером, когда я уложила убегавшихся малышей в кроватки, можно было перевести дух и спокойно пораскинуть мозгами. Суматошный выдался денек… Сама по себе переброска через порталы не утомляет, и даже детям не страшно, потому что придворный чародей рядом, а второго такого умельца, как наш Тханимар, еще поискать! Но по прибытии завертелось: разместиться, пообщаться со всеми родственниками, которые съехались по тому же поводу, проведать с детьми лошадей, посмотреть новых охотничьих собак, покормить ловчих соколов, проверить, поселилась ли в этом году сова в дупле старого дерева… Кое-как мы с наследниками выкроили время, чтобы пообедать и поужинать!

В спальню их уже в полусонном состоянии доставила на себе нянька – умница Дильна, красавица-надха. Надхи – древняя разумная раса гигантских саблезубых рысей, которые по доброй воле помогают людям, когда считают нужным. Вдоль боков у них имеется плотная кожная складка, дающая возможность летать, за что их зовут Паря́щими Рысями, а способность к телепатии позволяет им быть идеальными телохранителями. У нашей семьи дружеские отношения с этими удивительными существами сложились еще со времен событий пятилетней давности, когда мы затевали одобренный богами государственный переворот.

Я удобно устроилась в кресле на увитом цветами балконе и некоторое время просто любовалась чудесным пейзажем, наслаждаясь возможностью расслабиться. Здесь можно чувствовать себя в безопасности, нет необходимости притворяться, зато рассчитывать на помощь – сколько угодно! Мой некровный родственник на первый взгляд кажется этаким холеным балованным красавцем, у которого на уме только радости жизни да интрижки, но за маской сибарита с вальяжными повадками скрывается весьма неординарная личность. Острый ум, убойное чувство юмора, глубокое знание человеческой натуры, владение очень многими техниками боя, в том числе и с оружием, умение управлять энергетическими потоками в целях разрушения делают его незаменимым союзником в любом деле. Уверена, Фадиндар поддержит меня, но все же будет полезнее здесь – и для прикрытия моего отсутствия, и по всем остальным причинам. Кому другому, например, я смогу доверить своих детей на то неопределенное время, пока буду искать неизвестно где их горемычного папашу?

Сейчас был бы очень кстати еще чей-нибудь независимый взгляд со стороны… Поделиться бы подозрениями с кем-нибудь настолько понимающим, кто сможет отнестись к ним с должным вниманием хотя бы потому, что хорошо меня знает, и не станет крутить пальцем у виска, по крайней мере сразу! Но ведь есть такой человек – верный друг, надежный соратник, опытный, мудрый, проницательный и терпеливый… Легендарный наемный убийца – правда, бывший, – который сам едва не стал жертвой предательства… Сын погибшего в судьбоносной битве предводителя племени кочевников, сейчас он сам Светлый Вождь огромной орды, но найдется же у него хотя бы минутка хотя бы на разговор со мной хотя бы по старой памяти!

Как я раньше не додумалась?! Для телепата, тем более такого уровня, расстояние совсем не помеха для проникновения в сознание любого живого существа, если не установлены специальные «щиты», а пообщавшись однажды с кем бы то ни было, «слухач» навсегда запоминает особенности каждого контактера. Это происходит примерно так же, как мы запоминаем тембр голоса, интонации, акцент и прочие особые приметы собеседника…

Вот пожалуйста – его даже звать не пришлось! Достаточно было подумать о нем чуточку дольше обычного, и в сознание деликатно просочилась чужая мысль: «Не соблаговолит ли наше Ледяное Величество доступно и по возможности кратко пояснить причину смутного, но на редкость стойкого и все время растущего беспокойства, терзающего ранимое сердце вашего покорного слуги всякий раз, когда его мысли ненароком обращаются в сторону вашей же благословленной богами персоны? Короче – во-первых, рад приветствовать, во-вторых, что случилось?!»

«Как никогда надеюсь, что все-таки ничего…»

Вполне понятное недоумение моего собеседника явственно чувствовалось и без любого словесного выражения. Пришлось основательно собраться с мыслями, чтобы четко, в хронологическом порядке и без лишних эмоций и словоблудия кратко изложить факты и сделанные на их основании выводы.

«Вот такие дела…»

«Дай немного времени, ладно?»

Я перевела дыхание, постепенно успокаиваясь. Эти недели дорого мне дались, мои попытки разобраться в происходящих странностях напоминали одинокое трепыхание в богом забытом бездонном болоте… Была еще мысль обратиться к небожителям – кому, как не им, быть в курсе любых событий?! Но если кто из живущих и сможет протянуть руку помощи, так это именно Тарглан, которому я доверяю, пожалуй, больше, чем сама себе. И если сейчас он скажет, что я попросту заелась до того, что от безделья и спокойной жизни мерещится всякая дурь, значит, все так и есть!..

«Не помешал?» – словно деликатный стук в дверь.

«Мы гостей радушно встретим: смело заходите, только ноги вытирайте, чистоту блюдите! Чем порадуешь?» – Я надеялась, что вопрос «прозвучал» непринужденно и легко.

«Где и когда встречаемся?»

«Зачем?!»

«Желательно за пределами столицы».

«?!!»

«Наше величество, как я понимаю, собиралось отправиться на поиски пропажи в гордом одиночестве?!»

Я воочию представила его лицо с иронично вскинутой бровью.

«…Так позвольте огорчить венценосную особу – не выйдет! Я в последнее время тоже что-то засиделся на месте».

«Все настолько серьезно?! А я-то надеялась, что у меня просто паранойя, что ты меня по-дружески отругаешь и посоветуешь заняться чем-нибудь полезным, чтобы некогда было думать о всяких глупостях и отвлекать занятых людей…»

«Если хочешь, могу и отругать. Например, за то, что долго раздумывала, прежде чем обратиться ко мне!»

«Видишь ли, мне самой до сих пор не верится в то, до чего додумалась. Как-то все это слишком дико… Вот и цеплялась до последнего за надежду, что мои подозрения – бред или дурной сон, а ты сгубил ее на корню!»

«Лучше раньше, чем позже!»

«Погоди, а ты-то почему так уверен в подмене? Может, просто поддался моим страхам, если смотрел моими глазами?»

«Я и со своими глазами обращаться пока не разучился! Равно как и отличать опасность мнимую от настоящей».

«Значит, все-таки?..»

«К сожалению, да!»

«Черт, лучше было бы оказаться в дурах!»

«Это всегда успеется! Гораздо полезнее в самом деле навестить небожителей, потому что многое неясно…»

«Будет сделано!»

«Тогда и двинемся на поиски новых впечатлений! Поэтому – когда и где?»

Я задумалась. Если считать подсказкой свыше Северную Стрелу, что снится в последнее время почти каждую ночь, а посещение храма Семи Богов залогом успеха, то лучше всего…

«Через неделю, в Долине пяти рек, что на северо-западной границе наших фамильных владений. Успеешь?»

«Обижаешь! До встречи, наше величество!»

Глава 4

Закатное солнце раскрасило вершины дальних гор золотом и пурпуром, а столпившиеся у горизонта облака заставило переливаться всеми оттенками красного, малинового и оранжевого.

– Ветрено завтра будет, – вслух подумала я, поглаживая свернувшегося на моих коленях «котенка».

– Зато не жарко, – поддержал светскую тему Фадиндар, явно размышляя о другом.

Для разговора мы уединились на уютно обустроенной для отдыха смотровой площадке западной башни, откуда открывался роскошный вид на лесное озеро, цветущую поляну и старую часть парка. Я успела поведать некровному родственнику о том, как именно «все смешалось в доме Облонских» и какие многозначные выводы пришлось из этого сделать, и теперь мы молчали каждый о своем. Он, видимо, вникал в подробности, а я заново переживала каждый эпизод.

– И все же, когда ты окончательно решила, что Дин – это не Дин? – Собеседник пристально разглядывал меня сквозь тончайший хрусталь недопитого бокала.

– Не поверишь – когда он вслух признал, что ему досталась мудрейшая из всех существующих жен! – горько усмехнулась я. Пришлось в деталях описать памятную сцену, что не составило труда – все словно час назад случилось. Во всяком случае, сердце болезненно саднило ничуть не меньше…

– Я, конечно, не считаю, что мой супруг святой. Скажу больше – я почти уверена, что Дин, как любой из большинства мужчин, рано или поздно использовал бы возможность сбегать налево при удачном стечении обстоятельств, но… никогда и ни за что не стал бы этого делать столь демонстративно! Ему слишком дорог мой душевный покой…

– Хотя бы потому, что не радует перспектива провести остаток своей долгой жизни калекой! – понимающе кивнул родственник, со вкусом отпивая глоток искристого вина. – Или – еще того интереснее – в уютной комнатке с мягкими стенами без окон… Подожди, а ты уверена, что он и в самом деле ходил в этот ваш столичный «птичник» или в любой другой? Возможно, все только разговором и ограничилось, чего не скажешь в сердцах! А ты под горячую руку приняла жела… кхм!.. ожидаемое за действительное?!

Я медленно подняла на него глаза и шевельнула бровью – полудемон поперхнулся и раскашлялся. Похоже, в моем взгляде было столько горечи, что изысканный напиток разом утратил вкус и пошел не в то горло…

– Да, это вряд ли… Уж твой-то возлюбленный как никто другой знает все возможности ненаглядной супруги в добывании правды, равно как и способности в славном деле отравления существования ближнему! Значит, подобное безрадостное будущее не пугало «муженька» по той простой причине, что твое длительное присутствие в этом самом будущем не предполагалось!

От этих слов по спине продрало нешуточным холодком. А ведь он прав! Действительно, если подмену короля считать свершившимся фактом, то единственным слабым местом в планах заговорщиков являюсь я со своими непредсказуемыми возможностями, не говоря уж о сложности характера… Бесконечно прятаться друг от друга по углам супруги не могут, а при близком общении слишком уж велика вероятность, что рано или поздно либо «щиты» сдадут, либо произойдет какая-нибудь накладка, либо меня не вовремя посетит нежелательное видение… Сама бы на их месте так подумала!

И я, кое-как уняв орду разошедшихся ледяных мурашек, дала волю своему воображению, прикидывая, куда и как без лишнего шума и пыли можно пристроить помеху в виде меня, любимой. При любом раскладе персона нон-грата должна была убедительно погибнуть от бесспорного несчастного случая, лучше всего при большом количестве свидетелей и по причине собственного недосмотра, ведь моя буйная натура и повышенная энергичность уже давно ни для кого в королевстве не секрет… И что самое интересное – скорее всего, этот вариант был предусмотрен изначально, не зря же в письме прибрежного владыки так настойчиво приглашалась в поездку и супруга Ледяного Короля. Правильно, укокошить сразу всех, сколько бы там их ни было, зайцев, чего тянуть кота за… усы! В дальней дороге возможностей еще больше…

Выходит, и сам Дин что-то заподозрил, иначе с чего бы ему так упорствовать в своем стремлении обойтись в этой поездке без меня. Но с третьей стороны, будь я там вместе с ним, шансы хозяев на устройство любой диверсии откровенно упали бы до нуля… скорее всего, или?!. Ведь никакая защита не может быть абсолютной… Черт бы побрал все эти сомнения и сложности!!! Вывод один – пакостей следует опасаться в любой момент и в каком угодно месте…

– А ты уверена, что новый супруг не догадывается о твоих подозрениях? – Негромкий голос Фадиндара прервал полет моей фантазии в момент наивысшего накала мрачных событий. Невольно вздрогнув, я попыталась понять, о чем речь. Мой собеседник терпеливо повторил вопрос.

– Не уверена, – вынуждена была признать я. – В том-то и дело… Нет, я, конечно, старалась «держать лицо», и моя интуиция ничего такого вроде бы не шепчет, но… мне опять же основательно не по себе и на месте не сидится… Так что, скорее всего, со временем совсем небогато.

– Ты права, обстоятельства работают против нас, – кивнул полудемон, отодвинул опустошенный бокал и встал. – Есть у меня одна идея, но сначала хочу тебя кое с кем познакомить.

«Кое-кто» не заставил себя долго ждать. Мы встретились в моей комнате.

– Это сестра супруги нашего соседа, – пояснил Фадиндар.

Я кивнула, припомнив пожилую чету аристократов средней руки, чьи владения примыкали к нашим фамильным с юго-запада. Княжество, хоть и небольшое, славилось добываемыми в тамошних горах рубинами редкой чистоты. Я приветливо улыбалась, ненавязчиво разглядывая новую знакомую, а родственничек продолжал:

– Мелеанса очень дружна с Лиллиарной, поэтому время от времени гостит у нас подолгу. Мне тоже удалось найти с ней общий язык, поскольку она непосредственна, очаровательна, остроумна и на редкость неглупа и пытлива. Я даже в последнее время все чаще подумываю свести с ней знакомство поближе…

Последнюю фразу он договаривал мне на ухо, надо полагать, чтобы не смущать обсуждаемый объект. Подобное признание от столь авторитетного знатока и ценителя прекрасного пола дорогого стоило! Я с интересом вгляделась в открытое миловидное лицо с тонкими правильными чертами, а сенсоры включились и сами, выдавая картинку в спокойной теплой гамме. Что ж, можно только порадоваться за властителя любого масштаба, если у него есть возможность заводить подобных подруг! Чем черт не шутит, может, и еще одна свадьба не за горами… Только неясно, что за нужда сводить нас вместе именно сейчас?

– Ты ничего не замечаешь?

Я лишь плечами пожала, продолжая изучать новую знакомую. Фадиндар насмешливо фыркнул:

– О да, зато «взором проникаем за Предел»! А если так посмотреть?

И он деликатно подтолкнул меня к зеркалу, которое занимало добрую треть стены. Я послушно повернулась, увидела два отражения рядом и… не скоро вспомнила, как моргать. Зеркало услужливо показало то, что давно заметил мой наблюдательный родственник – поразительное сходство, которое теперь просто бросалось в глаза. Не обращая внимания на ехидные, хоть и негромкие комментарии в свой адрес, я сосредоточенно впивалась взглядом в обе фигуры, неподвижно застывшие в слегка затуманенном стекле, выхватывая и сравнивая мелкие детали.

Нет, назвать ее моей полной копией было нельзя – девушка явно пониже ростом, изящнее сложена, с густыми темно-русыми прямыми волосами ниже пояса, синеглазая, с ямочками на румяных щеках и легким загаром изумительного оттенка. Но если подправить цветовую гамму, добавить роста за счет каблуков, а объемов путем некоторых доработок в одежде, изменить прическу и форму бровей, отрепетировать мимику и жесты плюс…

– На простенький морок даже скромных магических способностей вполне хватит, – завершил мои размышления вкрадчивый голос из-за спины.

Я обернулась и в полном восторге хлопнула по плечу изобретательного родственника:

– Потрясающе! Ты гений! Настоящее сокровище… вы оба!

– Скажи мне то, чего я не знаю! – снисходительно улыбнулся он, встряхивая каштановой гривой. – Например, о моей достойной подражания скромности…

– От которой ты точно не умрешь!

– Еще не хватало! Умирать, так от чего-то серьезного и достойного, вроде конца света… или неземной любви! – Фадиндар подмигнул красавице, она скромно потупилась.

А я все не могла успокоиться:

– Просто подарок добрых богов! Это же все решает!..

– Не совсем все, – педантично поправил полудемон, которого явно забавляла моя горячность. – Но надо, в конце концов, с чего-то начинать…

Не зря говорится, что хорошее начало полдела откачало! Нет, официальную дублершу мне подобрали сразу же после свадьбы. Тогда это было настоящим спасением, учитывая, сколько приходилось разъезжать по стране, а срок моей беременности перевалил за середину. В первое время после рождения двойняшек тоже не очень-то тянуло к светской жизни, добрых два года я сопровождала супруга во время визитов только в случае необходимости присутствия «видящей». Чудесная девушка, умница, и с детьми ладит, и не подвела ни разу, и по сей день она живет и здравствует – в столице, среди моей свиты, которую я оставила во дворце. Но привлечь ее в этот раз для выполнения привычной роли не получится, не вызвав подозрений…

Немного позже, проводив гостью до покоев Лиллиарны, Фадиндар вернулся с новой бутылкой белого тарнигальского и целым подносом подходящих случаю вкусностей, и мы принялись продумывать наш хитроумный план по замене королевы на новую дублершу.

Спустя часа три можно было подводить итоги. Таковыми оказались некоторые нарушения речи и координации в целом, мирное соглашение при дележе последнего бутерброда, гуманитарная помощь в виде новой порции деликатесных закусок от предусмотрительного шеф-повара, две пустые бутылки синего стекла, россыпь крошек и разнообразных фруктовых косточек на опустевшем подносе и вполне убедительный план действий, проработанный почти во всех деталях. Оставались, правда, некоторые деликатные нюансы…

– Но насчет встреч с ней – тем более наедине! – придется забыть, хотя бы до моего возвращения! И это не шутка!!! – погрозила я кулаком многозначительно улыбающемуся полудемону. – Еще не хватало, чтобы «меня» застукали во время шашней с дальним родственничком!

– И что?! Монаршие особы могут себе позволить развлекаться как вздумается! – небрежно пожал плечами собеседник. – Между прочим, наше родство совсем не кровное, и ты сама об этом прекрасно знаешь не хуже окружающих, так что я – и не только по этой причине! – вовсе не худший вариант для этих самых шашней!

– Ты бы все же думал хоть иногда, прежде чем говорить!

– А что тут раздумывать? И зачем усложнять? Если тебя так пугает огласка, то и это не проблема…

– Нашел время тешить самолюбие! – не на шутку вскипела я и вскочила с места. – Признайся уж честно, что решил добавить к своей коллекции еще и королеву! Нет, я тебе все-таки что-нибудь оторву… причем немедленно!!!

– И это в благодарность за все хорошее?! – Нотки возмущения в бархатистом голосе звучали вполне искренне. – При том что я, кроме прочего, собирался делом доказать оскорбленной в лучших чувствах женщине, что ее привлекательность и остальные достоинства все еще при ней!

– По-твоему, именно в этом главная проблема и причина всех печалей?!

– Может, я и ошибаюсь, но ведь это и не последний по значимости камень в твой огород, поэтому…

– Ой, спасибо, добрый человек! Вернее, не совсем человек… не важно! – перебила я, кое-как сглатывая горячий ком, так некстати подкативший к горлу. – Не щадя сил, жертвуя собой, буквально рискуя жизнью… безвозмездно и бескорыстно… пожалел обездоленную неудачницу!

Он лишь головой покачал. Потом встал, шагнул ближе, мягко привлек меня к себе, тихонько поцеловал в макушку… и я, давясь рыданиями, уткнулась в так вовремя попавшуюся под руку жилетку… Как только собственными слезами не захлебнулась – не знаю, давно уже не приходилось так плакать. Я даже не слышала толком, что нашептывал мне на ушко Фадиндар, бережно приобнимая за вздрагивающие плечи и успокаивающе поглаживая по спине и волосам. Слезы лились и лились мощными потоками, я не успевала их смаргивать, а от судорожных всхлипываний перехватывало дыхание и закладывало уши (думаю, не только у меня!)…

Но через некоторое время мой затопленный горючей соленой влагой разум отметил, что содержание жаркого шепота несколько изменилось, а движения рук приняли совсем иной характер… Да что там – этот каверзник уже откровенно меня обнимал, и чем дальше, тем крепче!

– И что бы это значило?! – Я попыталась высвободиться, но куда там!

– А на что это похоже? – Не дожидаясь ответа, Фадиндар наградил меня долгим поцелуем, умопомрачительным настолько, что мое бедное сознание чуть не взорвалось от избытка эмоций. Во всяком случае, способность к активному сопротивлению вернулась ко мне далеко не сразу… но зато как!

Однако бешеные рывки и тычки ни на грош не впечатлили пылкого собеседника. Он продолжал свое темное дело, пока я не разъярилась до такой степени, что всерьез попыталась его задушить. Причем это у меня даже почти получилось… Последовал недолгий, но бурный и шумный эпизод с применением разных видов борьбы, сопровождаемый моим яростным, громким и абсолютно нецензурным рычанием – к счастью, не очень внятным, а то впору было бы сгореть со стыда… В результате я все-таки обрела желанную свободу, схватила первое, что попалось под руку, и несколько раз приласкала не в меру любвеобильного родственничка.

– Ты совсем спятил……….?! – шипела я, в очередной раз попадая по нижней половине тыльной стороны подвижной мишени случайным орудием справедливого возмездия (своим парадным ботфортом из ярко-синей замши с вышивкой серебром, если быть совсем уж точной). – Наглая морда!!!

– Зато ты перестала плакать! – «Морда», заливаясь довольным смехом, легко перескочила через поваленное сломанное кресло и выжидательно замерла по другую сторону большого стола. – Да и я не в обиде…

– По-твоему, любые средства хороши?! – Витой семисвечный канделябр просвистел над едва успевшей нырнуть под столешницу головой и с глухим звяканьем весомо приземлился у противоположной стены.

– Смотря какова цель! – вполне серьезно молвил родственничек, шустро убегая от меня зигзагами. – Просто мое бедное чувствительное сердце категорически не выносит женских слез!

– Нахал, стервец, наглец, подлец, охальник…………..!!! – Вода, выплеснутая из объемистой напольной посудины вместе с цветами, окатила коварного злодея с головы до ног (бить изумительно красивую вазу в последний момент рука не поднялась). – Я же замужем, поганка ты усатая!

– Тоже мне причина! – пренебрежительно фыркнул этот мерзавец, легко перепрыгивая через перевернутый стол и мимоходом стряхивая с насквозь промокшей рубашки влажные лепестки. – Если бы супруг в должной степени дорожил тобой, никогда бы не оставил одну так надолго!..

Эта меткая реплика охладила мой пыл не хуже ледяного душа. Я с досадой прицельно запустила в него многострадальным сапогом и отвернулась к распахнутому настежь окну, часто дыша и подставляя ветерку разгоряченное лицо.

– Прости, если задел по больному! – Фадиндар уже стоял за моей спиной. – Зато сейчас ты как никогда в форме!

– Да уж! – невольно усмехнулась я. – Спасибочки!!! Ну просто добрый дядя Алан Чумак местного разлива, зарядил энергией по самое захлебнуться! Хотя методы у тебя те еще… Тоже мне – змий-искуситель!

– Конечно, змий, а кто же еще?!

Я обернулась, встретила в упор взгляд бездонных вишневых глаз – и мы оба расхохотались до слез. Действительно, нашла что сказать!

– Кстати, потоп могла бы и не устраивать, – проворчал родственник, делая пару шагов назад и выпутывая из густых кудрей последнюю розу. – Ковер, между прочим, совсем новый, на заказ ткали, специально к твоему приезду. Тьфу, даже в сапогах мокро…

– А вот это наверняка совсем по другой причине!

– Да, в гневе ты страшна, что и говорить! Постыдилась бы: целое величество, а дерешься и бранишься как нетрезвая портовая торговка…

– И что, что нетрезвая?! Во-первых, сам виноват, о чем бы ни шла речь! А во-вторых, радуйся, ибо в трезвом виде фантазия у меня еще богаче! И меткость гораздо выше!!!

– Хвала богам, за мной подарок храму! – Фадиндар возвел очи к потолку и воздел руки. – С другой стороны… было бы чему радоваться! Теперь еще и переодеваться придется!

И с нарочитой медлительностью стал расстегивать пуговицы на рубашке, не сводя с меня многообещающего взгляда.

– Ты опять за свое?! – Я поддернула рукава.

– Только не сапогом! И так синяков наставила – живого места нет!

– Ничего, побудешь коброй в крапинку, авось перепадет лишняя порция подругиного сочувствия!.. Ножка от стола подойдет?!

Но за лиходеем уже закрылась дверь, а я, разом растеряв боевой задор, вышла на сплошь увитый цветами балкон и с усталым вздохом опустилась в одно из низких кресел. Нэфи выпрыгнул из корзинки, стоявшей на маленьком столике, сладко потянулся, глубоко царапая когтями полированный камень, и шустро забрался ко мне на колени, громко мурлыча и преданно заглядывая в глаза. Я машинально пригладила его нежный пушистый мех, потом откинула голову на высокую спинку кресла и закрыла глаза, с наслаждением вдыхая прохладный ночной воздух, напоенный ароматом цветущих растений.

Полночь давно миновала. Пламя свечей слегка колебалось, отбрасывая пляшущие тени на столешницу. Я стояла у приоткрытого окна, бездумно глядя в сумрачное стекло и машинально накручивая на палец тонкую прядь распущенных волос. Тишина была такая, что лучи лунного света, лежащие на полу, казалось, тоненько позванивали, когда их пересекали крупные мотыльки, привлеченные огнем.

Выброс энергии от портала, беззвучно распахнувшегося за спиной, плеснул по сенсорам… и нисколько не удивил. На первый взгляд, что может потребоваться в такой час в моей комнате уроженцу острова Ликуартис – рыжекудрому, голубоглазому, в самом расцвете сил? Кто подумал о плохом или о пошлом – сами вы на эту букву! В данный момент и в данной ситуации лишь то имело значение, что этот красавец возглавлял список самых крутых чародеев на материке и носил почетное звание главного королевского мага и, кроме того, был нашим давним другом, проверенным временем и обстоятельствами.

– Проходи, не стой у двери! Отдаю должное твоей догадливости…

– Которую моя королева сильно преувеличивает! – Тханимар шагнул вперед и опустил голову в приветственном поклоне.

– Тем не менее ты последовал за мной!

– Скорее, дело в любопытстве и недобрых предчувствиях. – Теперь он пристально смотрел мне в глаза. – До свадьбы еще много времени, только вскользь брошенные на пороге портала слова о том, что моя помощь, возможно, потребуется уже сейчас – при том что буквально часом раньше были оговорены все сроки! – навели меня на некоторые мысли… Я решил, что вашему величеству зачем-то понадобилось встретиться со мной за пределами замка и столицы.

– Понадобилось! – Я, вздохнув, задернула штору и повернулась к придворному чародею. – Потому что и у стен есть уши, тем паче у древних, а разговор будет не из веселых…

Тханимар нахмурился, но промолчал. Я кивнула:

– Да-да, именно касательно вашей с королем поездки на юга и возникла необходимость поговорить. Кстати, поправь, если ошибаюсь, но ведь и у тебя в последнее время душа не на месте?

Все так же не говоря ни слова, он подошел ближе и опустился на одно колено, склонив рыжекудрую голову. Я медленно запустила пальцы в густую гриву на его затылке и… Мощный шквал чужих ощущений затопил мое сознание, не оставив места для собственных мыслей. Оно и понятно: штатный королевский маг всегда отличался эмоциональностью натуры и кипучим темпераментом, а события, имевшие место в ту памятную поездку, никак нельзя было считать обыденными.

Я словно смотрела нарезку из дублей, отснятых для какой-нибудь «мыльной оперы» – не зря ведь всю сознательную жизнь терпеть их не могла! Вот перед глазами быстро промелькнули картинки короткого путешествия до дворца его величества Клематиротисия Третьего и дежурных визитов по прибытии… Надо же, оказывается, бывает столько разновидностей герани! Еще больше только мест, куда их понавысаживали! Наверняка это хобби самого почтенного монарха… Затем – чуть медленнее и подробнее – хроника переговоров и приведения к общему знаменателю мнений по спорным вопросам в отношении морских путей и границ… Интересно, с чего бы крепнет ощущение некой театральности?! Чувствуется во всем какое-то второе дно, будто смотришь на фотопленку, на которой один кадр наложился на предыдущий…

Так, а вот к этому стоит присмотреться попристальнее! Как я понимаю, на «экране» прощальный бал, этакая «отвальная» для нашей делегации, скромное мероприятие на несколько сотен персон… Перед глазами проплывает панорама огромной залы, пышно украшенной и заполненной разодетыми людьми. Разноцветное пламя высоких витых свечей в массивных вычурных канделябрах, под потолком – целые созвездия-люстры таинственно мерцают, отражаясь в изгибах позолоченной затейливой лепнины… На впечатляющем сооружении (назвать это просто троном язык не поворачивается) величественно восседает почтенный правитель, затмевая всех окружающих роскошью парадного прикида, по правую руку выстроились приближенные царедворцы. Более изящная конструкция слева служит посадочным местом для… видимо, дочери.

Я невольно задержала «взгляд»: запоминающийся персонаж! Ростом чуть выше меня, фигура – весь голливудский и модельный штат заодно может под покровом темноты уйти подальше и заживо закопаться поглубже, причем без свидетелей, чтобы не позориться… Да еще и платье из тонкой материи цвета молодых листьев скроено так, что не подчеркивает умопомрачительные прелести, а намекает на них и заставляет воображение разгуляться! Роскошные волосы – волнистые, мягкая сажевая чернота – уложены в потрясающую прическу… Мало того, и личико не подкачало: изящный овал, очаровательные ямочки на щеках, нежнейшая кожа изумительного цвета, прозрачно-зеленые миндалевидные глаза в густых ресницах…

Рядом в серебряно-синем, цветов королевского флага, костюме стоит Ледяной Король собственной персоной и сопровождающие лица, кроме того, память которого сейчас распахивала передо мной свои недра… Внешне всё на высшем уровне, благопристойно до ломоты в зубах, но какие взгляды в сторону Дина метала из-под полуопущенных ресниц обладательница зеленых очей!.. Одного такого «посыла» с лихвой хватило бы на то, чтобы любой мало-мальски стоящий мужик тут же задымился бы целиком, разом потеряв и память, и дар речи, а мой-то благоверный ничуть не хуже, наоборот – нормальнее всех нормальных в этом отношении. Признаков пожара пока не наблюдается, но, судя по всему, это дело времени!

Дальше внимание созерцателя надолго переключилось на другую представительницу прекрасного пола, которая проигрывала первой лишь чуть-чуть… Неудивительно – против женских чар, особенно усиленных воздействием зелий, далеко не всегда помогает умение насылать свои. Дальнейшие события вообще почти неразличимы, настолько невнятны, размыты и обрывочны… Впрочем, эта часть истории мне была неинтересна, разве что последний кадр «хроники» стоил запоминания: на заднем плане за рядами двигающихся в каком-то церемонном танце людей мелькнули две удаляющиеся без сопровождения фигуры, в серебристо-синем и зеленом…

– Спасибо, Тхар… Ох, извини! – Я совсем забыла, что у ликуартиссцев сокращенная форма их заковыристых имен позволительна только между родственниками.

Придворный чародей качнул опущенной рыжекудрой головой.

– Моей королеве не за что извиняться! – Он поднял на меня мерцающие в полутьме глаза, губы тронула горькая усмешка. – Не каждый член семьи не во всякий день оказывается посвященным в подобные подробности столь интимных тайн венценосных фамилий.

– В самом деле! – хмыкнула я. – Можно считать, что мы стали роднее всех родных!

– А посему прошу позволения присоединиться к вашему величеству в предстоящем путешествии.

– В каком еще путешествии?! – Удивление было разыграно убедительнее некуда, но маг только прищурился, глядя в мои честные глаза, край рта дрогнул от сдерживаемой улыбки.

– Так-так… – протянула я, больше радуясь, чем возмущаясь. – Похоже, за моей спиной созрел коварный заговор… после телепатических переговоров?!

– Светлый Вождь просто уточнил кое-какие детали.

– Все с вами ясно, друзья-тихушники! Но с какого перепугу ты должен рассчитываться за чужие ошибки?

– Это мой недосмотр – я не должен был допустить…

– А что бы ты сделал? – От собственной горькой усмешки стало еще тяжелее на душе. – Перебежал бы королю дорогу? Держал бы его величество за шиворот или бросился под ноги с криком: «Только через мой труп!»?! Вряд ли был бы толк из этого…

– Стоило хотя бы попытаться…

– «До того ль, голубчик, было? В мягких муравах у нас песни, резвость всякий час, так что голову вскружило…» – вспомнилась к месту, хоть и не совсем точно, известная басня. – Ты тоже всего лишь человек, и на тебя нашлась управа… Причем терзают меня смутные сомнения, что неспроста, и дело не только в присущем тебе обаянии! Но, как друг, твоей нареченной сдавать тебя не стану, сам разберешься, не маленький.

– Поздно кусать локти…

– Как и что угодно другое!

– Ничего нельзя исправить сожалениями, нужно действовать, поэтому вам нужна моя помощь – по любой из возможных причин!

Примерно за час мы обговорили множество важных деталей. Например, как прикрыть отсутствие главного мага в свите короля. Свадьба моей кузины сама по себе вполне потянет на убедительный довод, а если учесть пребывание там же королевы с наследниками, то какие вообще могут быть вопросы?! На время отъезда Тханимара вполне сможет заменить старший племянник, тоже весьма умелый чародей. Лоттинтхар как раз ничем не занят в ближайшие пару месяцев и с удовольствием сыграет роль дядюшки. Тем более что внешне они довольно сильно схожи, особенно цветом волос, да и сокращенная форма имени ему тоже подходит… Он тактично не стал вникать в причины подобной рокировки, принял за подарок судьбы возможность провести лето в приятной компании и королевских условиях и только ждет сигнала, чтобы появиться здесь.

Яркая внешность придворного мастера жезла, зелья и заклинания была хорошо известна его коллегам по цеху с периферии, поэтому, дабы не провоцировать ненужные вопросы на время наших совместных странствий, для окружающих он станет просто шатеном и обзаведется усами в тон. Друзьям-подельникам в лице членов нашей команды позволялось продолжать лицезреть его пламеннокудрую шевелюру во всей красе…

Мои сомнения тоже не вызвали у него затруднений. Дело в том, что я собиралась прихватить с собой полезные артефакты – тот же перстень с «глазом», например, и вещичку, помогающую усилить способности, но в открытую носить настолько приметные украшения было чревато. Тханимар беззаботно махнул рукой – мол, нам бы все сложности такого уровня! – и наложил особое заклятие. Теперь только я сама видела, что именно красуется на моих пальцах, прочие смертные могли узреть лишь простенькую бижутерию да ширпотребные обереги.

Вопрос насчет моей маскировки решили быстро. При таких делах я не могла позволить себе разъезжать по стране под своим именем и при всех регалиях, поэтому роль главной ксивы отводилась диплому знахаря. С внешностью было еще проще, учитывая, что среди многочисленных способностей нэфи нашлось умение наводить на объект защиты морок, маскирующий истинный облик. Достаточно было представить себе желаемый типаж и – вуаля! Практически любая внешность была доступна, лишь бы размеры более-менее подходили, так что не светило мне превратиться для окружающих в слона или дракона, да и ладно!..

Говорить о падении с моей души полного комплекта скопившихся там камней было рановато, но легче все-таки стало. Как бы там ни было, когда намечен какой-никакой план и найдена возможность побороться с возникшими трудностями, то проблемы перестают казаться неразрешимыми, а дружеская поддержка намного увеличивает уверенность в собственных силах!

Я помахала рукой шагающему в портал чародею и уже почти созрела для просмотра программы сновидений на сегодня, но почему-то медлила. Сидела за столом, бездумно глядя на мерцающее пламя основательно оплывших свечей и машинально поглаживая довольно урчащего Фадика по теплой спинке, когда кто-то деликатно постучал в оконное стекло. За отдернутой шторой обнаружилось еще одно знакомое лицо, прекрасно различимое в лунном свете.

Вот как оно бывает: стоило уехать от мужа подальше – и началось, поздние визитеры прут чередой! Один другого краше, а этот к тому же продемонстрировал завидную физическую форму, сумев бесшумно забраться ко мне на балкон, что не может не тешить женскую натуру… хоть и поздновато, конечно, в смысле моего гражданского состояния… Как он миновал охрану и осилил четвертый этаж, даже думать не хочу, а сам ведь не признается!

Если кто-то собрался ехидничать по поводу количества толка от моей дополнительной сигнальной системы – завязывайте, не начав! Я прекрасно «видела» перемещения очередного желающего пообщаться во внеурочное время, просто не было повода беспокоиться, ведь именно это сочетание характеристик живого свечения было мне хорошо известно. К слову сказать, я в этом смысле не всесильна, всегда можно и магическое прикрытие использовать новой для меня конфигурации или сенсоры отвести, но этот индивид и не думал скрываться…

– Прошу простить мое неожиданное вторжение!

– Не льсти себе насчет неожиданности!

– Я не осмелился бы нарушить уединение венценосной особы, если бы не обстоятельства.

– Какие? Только давай без лишних реверансов.

– Я случайно стал свидетелем вашего разговора с магом…

– Как ты вообще сюда попал?!

– Меня прислал Халисс.

Прозвучавшее имя удивило меня безмерно. Халисс – еще один давний друг и соратник, племянник тетушки Оллии, державшей главный столичный дом свиданий, один из лучших мечников королевства. После битвы в Туманной долине он ушел со службы, так как потерял руку, и вместе с Нортисом возглавил самую престижную в стране школу для новобранцев.

– Что же могло заставить его расстаться со своим самым успешным учеником и первым помощником, да еще и в разгар летних учений?!

– Нехорошие предчувствия в отношении грядущих перемен.

Вот это новости! Я недоверчиво прищурилась:

– И с каких это пор он страдает ясновидением?

– Ни с каких и не страдает, моя королева! Тетушка Оллия по-прежнему перед сном любит поиграть с гадальными принадлежностями, а в последнее время они все, словно сговорившись, показывали приближение опасности, обман и дальнюю дорогу для вас и нежданный поворот в жизни для меня. Особенно ее беспокоило то, что назревает в отношении венценосных особ – на чем бы ни гадала, в итоге получается почти то же самое…

– Одинаково малорадостное, как я понимаю! – Щемящая боль, снова пронизавшая сердце, заставила меня невольно поморщиться. – И тогда верные друзья решили, что не вправе оставаться в стороне. Это делает вам честь… правда, и жизнь осложняет неслабо!

– Поэтому я здесь. Прибыл скрытно, с торговым обозом и под чужим именем.

– Что ж, разумно и похвально, только… Боюсь, ты совсем не представляешь, во что ввязываешься! Нынешняя каша гораздо круче той, что была заварена пять лет назад, и гарантий на успех еще меньше! Ты уверен?!

– Я уверен в одном: что смогу быть полезным во время нелегкого путешествия. – Нортис, отвечая, смотрел мне прямо в глаза. – Особенно если пойду не один.

– Ты о Броуле говоришь? – Я невольно улыбнулась. Так звали огромного антрацитово-черного пса здешней бойцовой породы. Больше всего он напоминал гибрид мастифа и медведя гризли: впечатляющая брыластая пасть с зубами, один вид которых вызывает заикание, обрезанные хвост и уши, мощные лапы, богатейший опыт схваток не на жизнь, а на смерть – и при этом сама любовь, неуклюжая нежность и беззаветная преданность хозяину, который чуть ли не с первых дней с ним возился, обучая всем хитростям собачьих наук.

– Если моя королева не будет против.

– Да с чего бы мне настолько из ума выжить?!

– И потом… еще в детстве мне предсказали, что найти свое место в жизни я смогу, если пойду за блуждающей звездой! А тетушкины карты говорят, что для меня настало время пройти новую часть пути…

– Вот как… Значит, так тому и быть. Спасибо, соратник!

Я не стала отговаривать его, ведь мне сейчас и впрямь не помешает любая помощь, тем более от людей, не раз проверенных в серьезном деле. Наше знакомство в лихие времена с того и началось, что он помог мне справиться со смертельной опасностью, какая еще порука нужна для доверия? Да и кто я такая, чтобы вставать на пути у друга, всерьез вознамерившегося найти свою судьбу?!

Глава 5

До храма Семи Богов лучше всего добираться верхом на драконе: быстро и достаточно комфортно, если побеспокоиться о теплой одежде и своеобразной сбруе, которая надевается на покатую чешуйчатую спину, чтобы седок не десантировался в неподходящий момент. В прошлые посещения так и было, но сейчас… Привлечение крылатых ящеров и секретность обычно плохо сочетаются, особенно если учесть, что поблизости нет их поселений и в разгар периода размножения их лучше не беспокоить, если речь не идет о чем-то глобальном. Тем более что пришлось бы обращаться к старому другу по прошлым подвигам, а он обязательно заинтересуется, с чего был затеян внеплановый визит к небожителям, а соврать ему не получится просто потому, что драконы людей видят насквозь во всех смыслах, а узнав, непременно загорится поучаствовать в новой заварухе, а это вообще никуда не годится!..

В этот раз придется шевелить ножками. Правда, через провалы, значит, не так далеко, как выглядит на карте. Для тех, кто не в курсе: порталы и провалы – не одно и то же. Порталы создают люди, процесс этот сродни прокладыванию шахты или просеки через девственный лес, приходится тратить силы на то, чтобы открыть вход и выход, фактически раздвинуть пространство в нужном направлении и удерживать проход в рабочем и безопасном состоянии во время перемещения, даже если удалось воспользоваться плодами чьих-то трудов. При этом необходимо избегать пересечения чужих путей. А провалы – естественные «червоточины» в пространстве любого измерения, никаких искажений не происходит, а энергия тратится лишь на то, чтобы их открыть, поэтому перемещаться по ним легче и безопаснее… Правда, не всегда точно в нужном направлении, да и отыскать их непросто, тем паче непосвященному, не говоря уж о том, чтобы открыть вход.

В нашем случае в посвященных недостатка не было. Даже не окажись в моем распоряжении двух магов самого высокого уровня, Фадиндар был в курсе всех пространственных искажений на территории фамильных владений и далеко за их окрестностями. Он и провожал меня до пещеры, через которую можно было попасть в нужное ущелье где-то почти у черта на куличках. Моя бы воля, той же ночью и отправилась бы в путь, но родственник напомнил, что эту дорогу следует начинать с рассветом. Пришлось вспомнить насчет чужих монастырей и своих уставов и набраться терпения.

Восход солнца в горах – зрелище, достойное отдельного описания! Жаль, настроение с лирическим даже рядом не стояло… Поэтому любовались мимоходом, затем говорили о всевозможных делах повседневных – погоде, видах на урожай, ярмарочных ценах, расчистке самой старой части парка… Словом, старательно игнорировали больную тему. Лишь когда выехали на относительно ровную площадку, сплошь поросшую разновозрастными соснами, и спешились у подножия отвесной скалы, потомок Огненного Демона спросил после краткой паузы:

– Все-таки пойдешь?

Я молча кивнула. Он покачал головой:

– Может, передумаешь? Многие знания – многие печали!

– Да-да, меньше знаешь – крепче спишь… но ведь пока не узнаешь – фиг заснешь!

Он улыбнулся, показывая, что по достоинству оценил попытку пошутить, но глаза были серьезными.

– Ты уверена?

– Как никогда!

– Видишь ли, вряд ли услышанное придется тебе по вкусу…

– Мне и увиденное по нему не пришлось! – вырвалось у меня под невольный горький смешок. – Не говоря уже о далеко идущих выводах!

И добавила в ответ на его испытующий взгляд:

– Что, сомневаешься в моей способности держать удар?! По мне, так неизвестность еще хуже! Надумаю сама себе невесть чего, что тогда?! Для твоего спокойствия могу обещать, что не буду ничего предпринимать, пока не поговорю с тобой!

Фадиндар больше ничего не стал спрашивать, просто вскочил в седло и принял у меня поводья.

– Как у вас говорят: ни пуха ни пера?

– К черту! – ответила от всей души.

– Он-то что плохого тебе сделал?! – усмехнулся родственник и развернул коня в сторону замка.

Странное это было путешествие… Я протиснулась через узкую щель, спрятанную в пространственной складке, а потому невидимую обычному глазу, и попала в небольшую, но высокую залу, из которой в разные стороны расходились коридоры. Нужный сразу высветился в сенсорном поле мягким золотистым сиянием с необычным лиловым оттенком. Первые несколько шагов дались мне особенно тяжело, будто пришлось идти по колено в тягучей вязкой субстанции, потом я приноровилась, и стало немного легче. В кромешной темноте можно было полагаться только на «скрытое зрение», которое выдавало картину бескрайней, слегка холмистой равнины с небольшим уклоном, хотя под руками явственно чувствовался холодный влажный камень пещерных стен, за которые приходилось держаться, чтобы не потерять равновесие…

Если верить ощущениям, я маршировала на месте, с трудом передвигая ноги, увязающие в непонятном субстрате, а память услужливо подсунула иллюстрацию к притче о двух лягушках, попавших в кувшин со сметаной… Может, как раз и требовалось утрамбовать склизкое месиво до определенной кондиции, а может, я в процессе утаптывания наступила на нужный камушек или рукой что-нибудь зацепила – не знаю до сих пор, только земля вдруг ушла у меня из-под ног…

Это было не падение, а, скорее, скольжение по ужасающе крутому бесконечному склону и, скорее, на пятой точке, чем на ногах… Подобные трюки весело наблюдать по телевизору, например, в исполнении Джеки Чана, только вот мне лично в них участвовать не мечталось никогда! Как никогда не думалось, что «провал» следует понимать настолько буквально!.. Еще некоторое время после приземления на четвереньки в рыхлый, перемешанный со снегом песок я не могла отдышаться, потом кое-как поднялась и так же по стеночке двинулась к свету, слабо брезжущему впереди.

Вот он, главный храм Семи Богов! Среди безжизненных островерхих скал, покрытых вековыми льдами, и глубоких извилистых расщелин, заполненных клубящимся туманом, притаилась обширная овальная долина. В самом ее центре неподвижным темным зеркалом застыло идеально круглое озеро, посреди него – шесть окутанных у основания туманом одинаковых сооружений, расположенных вокруг седьмой башни, которая была примерно вдвое выше остальных и напоминала серебристую стрелу. Пологие берега с четырех сторон света вымощены шестиугольными гранитными плитами, отполированными до блеска.

По сути это – семь отдельных святилищ, собранных воедино. В центре – место поклонения Богу Времени, вокруг – остальным: Богам Смерти, Огня и Воздуха, Богиням Жизни, Воды и Земли. Разговор с последней и был целью моего внеурочного визита.

Я медленно подошла к самой кромке воды и застыла в ожидании. Кричать и звать мысленно здесь бесполезно, небожители без того знают обо всех добавлениях к пейзажу и впустят, если посчитают нужным. Храм не стоит на островке, как может показаться, а висит в воздухе, не доставая до воды несколько метров, и медленно поворачивается кругом. Прозрачный холодный воздух был неподвижен, и в зеркальной глади воды все впечатляющее сооружение отражалось до мельчайших деталей. От этой картины просто захватывало дух… Привыкнуть к подобному зрелищу, наверное, все-таки можно, если видеть по сто раз на дню, только я тут была всего трижды за целых пять с лишним лет… или всего лишь за пять лет?

Когда напротив меня оказалась башня, мерцающая золотистым светом, движение прекратилось, а в морозном воздухе стали появляться одна за другой шестиугольные полупрозрачные плиты, образуя сплошную дорожку. Я прерывисто вздохнула – значит, меня хотя бы выслушают! Прежде чем шагнуть внутрь, я посмотрела вверх. Низкие темные тучи, плотно укутавшие небосвод словно сбившимся ватным одеялом, вдруг разошлись, пропустив тонкий, но такой яркий солнечный лучик. Он золотящейся стрелой пронзил полумрак ущелья и задорным бликом отразился от моего медальона, заставив невольно зажмуриться. Миг – и все исчезло, но на душе стало легче и теплее…

Зыбкая мерцающая мгла поглотила меня, но через несколько мгновений рассеялась, и на обозримом пространстве до самой линии горизонта земля как стихия предстала во всей красе. Неприступные обледенелые скалы, вулканы, сочная бархатная зелень холмистых равнин, пологие, поросшие лесом склоны более старых гор, песчаные дюны, мшистые болота, пустынные участки, покрытые твердой мозаичной коркой растрескавшейся глины, золотистые пляжи… И над всем этим великолепием – я, стоящая на самом краю обрыва головокружительной высоты…

Небожители – существа занятые, как-никак все дела Мира в их ведении, поэтому сразу же после положенных церемоний и взаимных приветствий разговор зашел о «делах наших скорбных». Мне предложили присесть в каменное кресло изящных форм и неожиданной мягкости и удобства и высказаться о наболевшем. Я заранее обдумала, что и как буду говорить, и теперь вещала коротко, четко и без лишних эмоций. Словно заново пережила эти мутные дни, еще раз пропустила через себя все свои сомнения, переживания, слезы, боль… Нет, здесь разводить сырость уж точно не стоит!..

От богини, похоже, не укрылось то, что я с большим трудом смогла сглотнуть подступивший к самому горлу горячий ком, – в ее голосе явно звучали нотки сочувствия:

– Что ж, если ты несмотря ни на что смогла раскрыть подмену, имеешь право увидеть происходящее в целом…

Передо мной заколыхалось облачко мерцающего тумана. Оно вращалось – вначале медленно, потом все быстрее, пока из него не выткался вполне обычный гадальный шар, разве что особо крупных размеров. Я заинтересованно вгляделась в клубящуюся внутри него мглу.

– Нужно сосредоточиться и четко высказать интересующий тебя вопрос.

– Вслух?

– Необязательно.

Что ж… Если формулировать коротко и по сути, то… Что за чертовщина происходит?! И что за черт стал главным ее затейником?!!

Как ни странно, сработало! Шар медленно вращался, а в его туманной глубине сменяли друг друга подвижные цветные картинки…

Теперь мне все стало ясно как божий день, только вот света в душе не добавилось ни на йоту. Впору было забраться на утес повыше и от души повыть на любую из местных лун… или на обе сразу, как получится! Да, еще можно было снять шляпу перед тем, кто придумал и запустил такую сложную многошаговую операцию, очень по-умному разыграв перепавшие карты! Судите сами…

Явление первое. Много веков назад в этом измерении, ставшем для меня своим, царил полный бедлам и беспредел: разумные расы никак не могли ужиться бок о бок и постоянно находили, что не поделить между собой без лишней крови. Причем роль заводил и подстрекателей, как ни печально, принадлежала людям, которые стремились в силу каких-то неубедительных амбиций завоевать господствующее положение в Мире. Поэтому древние боги позволили проникнуть сюда пришельцам, родное измерение которых было уничтожено дотла как раз в результате подобной же заварухи, лишь нескольким кланам удалось вовремя уйти. К одному из них – правящему – и принадлежали предки Дина.

Его прапрапрадед с благоволения все тех же небожителей воцарился на престоле самого большого королевства на континенте и постепенно мирным путем присоединил к нему несколько соседних территорий. Пришельцы, не успевшие забыть печальную историю своей цивилизации, стали ярыми противниками каких бы то ни было войн и достаточно быстро погасили все местные «горячие точки». Было составлено и подписано межрасовое соглашение, в котором разумные существа получали равные права и свои законные территории для проживания, а также оговаривались условия добрососедского сосуществования.

Много сил и времени было потрачено, прежде чем на материке воцарился мир и благоденствие. Сменялись поколения, но на троне Северного Королевства с определенной регулярностью продолжали появляться представители правящего клана – сребровласые «золотоглазые нелюди», как их прозвали местные жители. Прежние боги, кроме Бога Времени, сочтя свою миссию выполненной, удалились на покой, уступив место новым, и оставили Пророчество, высеченное высшими силами за одну ночь на Скале Судьбы. Символами древнего языка там была отображена вся история Мира в целом и Северного Королевства в частности. Правда, со временем текст во многих местах пострадал, и это в сочетании со сложностями стиля и грамматики дало возможность несознательным элементам толковать написанное по-своему и предпринимать «законные» попытки перекроить ход событий. Что, например, и произошло в данном случае.

Власть всегда притягательна, и стоит ли удивляться, что предопределенное свыше воцарение Лоан-Ксорр-Локков на самом престижном престоле данного Мира устраивало далеко не всех живущих… А посему – явление второе. Список действующих лиц в истории пополнился попаданцем из другого измерения. Откуда именно – мне показывать не стали, наверное, потому, что это само по себе не важно. Гораздо интереснее, что данный персонаж представлял собой, отсюда и последствия. Этот маг помимо колоссального могущества, изворотливого ума и талантов стратега обладал еще и амбициями намного выше стратосферы. То ли его мир тоже исчез, то ли среди себе подобных не смог пробиться на желаемый уровень, поэтому решил попробовать одолеть соперников попроще, то ли просто крышу снесло от сознания собственной исключительности – кто его знает! Главное, что в итоге он всерьез вознамерился безраздельно воцариться в измерении, ставшем для меня второй родиной.

Северное Королевство, как одно из самых богатых и влиятельных, должно было стать первой ступенькой на его пути к абсолютной власти. Как правило, в желающих нести мантию великого владыки недостатка не бывает, нашлись и у него последователи – несколько магов попроще из двух соседствующих измерений. Так и образовался преступный сговор с целью внесения своих поправок и дополнений в заложенную древними богами программу бытия.

Каша, которую мы расхлебывали сейчас, была заварена много лет назад, еще во времена правления деда Дина. Тогда на Материке бушевало явление третье: привезенная вместе с экзотическими товарами неизвестная зараза, косившая всех без разбора направо, налево и вкруговую заодно. Мор буквально прокатился по континенту от одного побережья до другого, уничтожив добрых две трети населения независимо от расы и степени разумности. Общими усилиями знахарей и магов болезнь удалось обуздать, но еще много лет спустя происходили мелкие вспышки местного значения.

К тому времени его подросший сын Делемнор – единственный наследник – должен был жениться, но все тянул с этим знаменательным событием, потому что давно и страстно влюбился в дочь короля одной из юго-восточных держав. Дело было безнадежным, поскольку особы, принадлежащие к правящему клану, могли бракосочетаться только с представителями своего племени, а желаемый тесть – увы! – несмотря на солидную родословную, был всего лишь обычным человеком, равно как и его уважаемая супруга. К тому же любовь златоглазого принца не была взаимной: когда он вопреки традициям все же самовольно посватался к Фелиссе, она ответила отказом и вышла замуж за правителя соседнего небольшого королевства.

Несколько лет они прожили в счастливом браке, воспитывая первенца и наследника, но тут вмешалась рука судьбы. Междоусобные распри вылились в нешуточную смуту, которая охватила весь материк не хуже заокеанской чумы и попутно унесла жизни мужа Фелиссы и правителя Северного Королевства. Делемнор, приняв бразды правления, стал заодно и народным героем, поскольку больше всех сделал для возрождения нормальной жизни.

Когда общими усилиями удалось наладить упорядоченное существование, отец Дина, снова посватавшись к своей первой и единственной любви, на сей раз получил согласие. Через несколько лет, когда мой муж только должен был появиться на свет, произошло явление четвертое, ключевое. Маги-заговорщики, ценой совместных стараний сумевшие заглянуть в будущее, вступили в игру.

Момент начала многоходовой операции был рассчитан безукоризненно. Супруга Ледяного Короля сама еще не знала о своей второй беременности, когда в одну совсем не прекрасную ночь к ней в спальню явились переговорщики, благоразумно воспользовавшись отъездом короля. Для начала они любезно просветили королеву на предмет перспективы рождения сыновей-близнецов. Не успела она толком порадоваться, как последовало и объяснение их интереса в таких, казалось бы, частных делах. В основе коварного плана была подмена и похищение. В деталях это выглядело так: ребенок, родившийся вторым, будет предъявлен как первый и главный наследник и наделен соответствующим знаком на левом плече, а настоящий (с таким же знаком, но на правом плече) до поры до времени побудет вдали от родины. Матери не о чем волноваться, ведь никакого вреда ему не причинят, напротив – обеспечат в высшей степени благополучное существование, окружат самой трепетной заботой и дадут соответствующее воспитание и образование. А в нужный момент он выйдет на сцену, чтобы занять свое законное место, которое уже будет усилиями младшего брата освобождено для него от подлых самозванцев.

Причем пытаться помешать исполнению плана мерзавцы самым искренним образом не советовали. В противном случае королева вместе с неродившимися принцами должна была трагически погибнуть в самое ближайшее время от какой-нибудь глупой случайности вроде укуса экзотического насекомого или паука, да мало ли какая вредная для здоровья мелочь вдруг обнаружится среди товаров, завезенных из дальних стран! Или ее величество ненароком поскользнется на ступени на самом верху самой длинной в замке лестницы с последующим сворачиванием своей лебединой шеи – никто не застрахован от беды, все под богами ходим…

Впрочем, вариантов, как и возможностей, просто не счесть! Не маленькая, сама должна понимать – кто не с ними, тот против них, а живым свидетелям любого заговора не позволяют надолго задерживаться в списках этих самых живых… Причем ничего личного – просто в интересах дела и целях самосохранения! Кстати, насчет продолжительности жизни венценосного супруга никаких гарантий никто давать не собирался, поскольку намерения у заговорщиков были серьезней некуда, и в средствах ради достижения заветной цели они стесняться не планировали.

Королеве не оставалось иного, как согласиться на поставленные условия, набрать в рот воды побольше да уповать на благоволение высших сил. Только они и знают, чего ей стоило молчать столько времени, делая вид, что все в порядке, выдержать подобное перенапряжение, не сломаться и не сойти с ума! Но Фелисса изменила бы своей натуре, если бы покорно и безропотно позволила диктовать себе условия каким-то иномирским проходимцам, которые, кроме прочего, набрались окаянства и попытались изменить судьбу горячо любимых деток! Не в ее характере было сдаться без боя и позволить врагам безнаказанно добиться своего.

Нет, она не стала рисковать жизнью сыновей и мужа, вставая в гордую позу неподкупной поборницы справедливости, равно как и в открытую соревноваться с пришельцами в степени владения магией. Хотя могла бы, поскольку в свое время училась у легендарного Мастера – ныне покойного волшебника, сосланного из другого измерения. Она просто применила полученные от наставника тайные знания в этой области… Так, самую малость, которой тем не менее хватило, чтобы поддержать свои силы во время родов и на несколько мгновений отвести глаза неусыпно бдящим за ней наблюдателям. Этих самых мгновений оказалось достаточно, чтобы поменять новорожденных мальчишек местами в обратном порядке, так что все гениальные задумки с подтасовками благополучно загнулись на корню в самом начале. Фамильные знаки оказались на положенных по штату плечах, младший брат отбыл в иное измерение – тешить надеждой жаждущие власти души, а старший вырос дома и в конце концов получил корону по праву – и по рождению, и по заслугам…

Явление пятое, незапланированное и уже знакомое. Сводный брат Дина своим вмешательством в течение истории основательно помешал достижению заветной цели, отодвинув на годы осуществление коварного плана. Теперь же самозванец ликвидирован, последствия его правления – тоже, королевство процветает, народ расслабился в атмосфере мира и благополучия после Темных лет… Я сама на месте заговорщиков решила бы, что самое время действовать! Они решили так же, только, в отличие от недалекого Черного Короля, сделали это более утонченным и ненавязчивым способом. Не перли напролом, не уничтожали в открытую законных наследников, а заручились поддержкой кое-кого из местных правителей (насколько добровольной она была – не важно) и попросту незаметно для всех (вернее, почти всех) заменили всенародно обожаемого короля своим воспитанником тех же кровей. При этом имелось в виду оставаться при нем и активно помогать в управлении столь обширной и могущественной державой, соблюдая в первую очередь личные интересы…

На возникающие у меня вопросы ответы давались открытым текстом сразу по ходу изложения. Например, если насчет вкусов и пристрастий более-менее понятно – близнецы все-таки, неясно, каким образом дублеру Дина стали известны самые разные детали повседневной жизни? Нет, не было никаких пересадок сознания от одного к другому, при этом «база данных» невольного донора вытеснила бы личность «хозяина», заставив его забыть о цели мероприятия. Проще уж тогда поискать способы подкатить к тому, кто уже и так у власти… Вместо этого проделали то же, что и при подготовке разведчика к долгой работе в стане врага. Он прекрасно помнит, кем является на самом деле и ради чего все хлопоты, но при этом в его память намертво, до автоматизма вбита «легенда» со всеми деталями жизни человека, под именем которого предстоит работать. Разве что в нашем случае «Динозаменителю» не было нужды надрываться в процессе зубрежки, ведь к его услугам возможности как минимум одного суперколдуна – главного затейника в этой истории! Он держал своего воспитанника в курсе всех событий, что происходили в королевстве за минувшие годы, а важные фрагменты воспоминаний были попросту скопированы с оригинала и вложены в память «засланного казачка»…

Но тогда почему он прокололся именно в тех мелочах, которые никак не могли пройти мимо внимания такой зануды, как я?! Полученным ответом горжусь до сих пор! Дело в том, что жизненная энергия каждого человека отличается примерно так же, как разной группы кровь. Этой живой силой можно делиться с ближними, причем чем теснее контакт, тем передача быстрее и без потерь. Влюбленные ею обмениваются в силу взаимного желания стать единым целым со своим избранником, и это накладывает определенный отпечаток на свойства натуры каждого из них. Видимо, чем дольше и чаще это происходит, тем больше пара соответствует высказыванию «муж да жена – одна сатана»… Мы с Дином исключением не стали: мне, как я понимаю, передалось немного его выдержки и умения мыслить масштабно, а ему перепало моего упрямства, коварства и готовности пакостить врагу хоть по мелочи, но при любой возможности. Чем еще объяснить тот факт, что ему как-то удалось исказить некоторые воспоминания ровно в той степени, чтобы привлечь мое внимание и не вызвать подозрения у похитителей? Как тут не вспомнить народную мудрость в отношении тех, с кем поведешься!..

Таким образом, произошло явление шестое, никем не предсказанное и все усложняющее, а именно – мое чересчур чувствительное и дотошное величество!..

– Значит, – медленно проговорила я, – поскольку соблюдено главное условие Мирового равновесия, все прочее – моя сугубо личная головная боль?! Был один Ледяной Король, теперь другой – подумаешь, большое дело, кровь-то одна! И с наследниками никаких проблем, ибо генетика – наука строгая… И на земле и в небесах все поголовно довольны… Тогда кому и зачем нужно было позволять мне увидеть всю изнанку, сорваться с тормозов самой и взбаламутить остальных? Почему не дали прожить остаток жизни в счастливом неведении?! Так ведь всем – в том числе и вам! – было бы спокойнее!!!

Богиня отозвалась не сразу.

– Почему ты решила, что сможешь здесь получить ответы на все вопросы? Существуют силы гораздо более высокого уровня, чем те, с которыми ты имеешь дело в настоящее время! Возможно, скрытая воля древних богов наложила отпечаток на ход событий… Возможно, ты сумела развить свой дар до такой степени, какую не мог ожидать много лет назад зачинщик происходящего сейчас… Возможно, это просто испытание для «видящей» как посланницы небожителей, поскольку именно тебе предоставлен выбор, как поступить…

– И чем поступиться?! Но любое решение развернет цепь судьбоносных событий… Опять мне быть крайней?!

Красноречивое молчание в ответ…

– Как я понимаю, всех бы устроило, если я успокоюсь, махну рукой на поиски Дина как на невыполнимую задумку и бесполезную затею, приму самозванца… как его там – Лан?! Значит, приму Лана как родного с растопертыми объятиями, буду примерной женой и королевой… Просто шоколадная мечта… но это с вашей колокольни! С моей же – только цвет и похож… А если я все-таки не согласна?!

Повисла тягостная пауза.

– Ты можешь попытаться восстановить положение вещей, ибо никто не в силах тебе это запретить, – проронил наконец голос моей богини. – Но на сей раз на бескорыстную помощь высших сил рассчитывать не стоит.

Я машинально кивнула: что же тут непонятного? Когда мы несколько лет назад затевали государственный переворот, сие рискованное мероприятие было претворением в жизнь древнего Пророчества и благоволение свыше являлось чем-то само собой разумеющимся, но теперь… Подумаешь, выискалась цаца – чем, спрашивается, этот муж хуже прежнего? Другая на моем-то месте молчала бы в тряпочку, свято блюдя принцип «от добра добра не ищут», и радовалась возможным новым впечатлениям, а мне, заковыре этакой, жизнью и людьми забалованной, все не тик и не так!

– Что же от меня потребуется в качестве оплаты? Деньги? Сколько и куда принести? Корона? Да только скажите! Или… жизнь?!

– Человеческие ценности богам неинтересны, – в мягком голосе вновь проскользнули сочувственные нотки, – чужую жизнь ты никогда себе не позволишь принести в жертву личным потребностям, а твоя собственная уже откуплена, ты не вольна ею распоряжаться свободно – до такой степени.

– Но мне больше нечего предложить.

– Ошибаешься!

Снова сгустившийся передо мной туман вскоре поредел и развеялся, предоставив для обозрения зеркально гладкую стену, сплошь покрытую затейливыми письменами. Я, затаив дыхание, смотрела, как сияющие символы плавно перемещаются по темной гранитной поверхности, образуя новые сочетания, а в моем сознании глубокий голос размеренно произносил нараспев:

Тебе решать, что и насколько

В жизни захочешь изменить,

И благосклонность неба сможет

Тебя от бедствий оградить.

В скитаниях наделят силой

Преданность, вера и любовь,

Если откажешься на выбор

От одного из двух даров.

– От одного из двух… чего?!! – Сердце бешено и беспорядочно колотилось у горла, мешая говорить и не давая дышать. В голове стремительным вихрем проносились обрывки воспоминаний о читанных еще в детстве сказках, в которых незадачливым родителям приходилось расплачиваться за разного рода помощь собственными чадами…

– Речь вовсе не о детях! – успокоил меня голос. – Имеется в виду нечто совсем иное – данное от рождения.

– То есть мои нестандартные возможности? Но ведь подобные таланты не столько приятный презент, сколько почетная обязанность, и отказаться – значит пренебречь, проявить малодушие!

– В общем верно, только в твоем случае все складывается иначе. Ты, невзирая на трудности, приложила немало усилий, используя и оттачивая свои способности, поэтому о неуважении к творящему началу и речи быть не может. К тому же тебе дано самой выбрать, от какого именно дара отказаться, и, кстати, тогда ты сможешь больше совершенствоваться в другом!

– Вот еще не было печали!

Столь неожиданный поворот в диалоге окончательно меня огорошил. Я, с трудом собрав беспорядочно скачущие мысли, по привычке мысленно досчитала до десяти и обратно – не помогло, пришлось повторить раза три. «На выбор», видите ли… Можно подумать, у меня тех талантов семь с половиной мешков! Опять же, будь их и впрямь так много, вряд ли подобная плата имела бы особую ценность в глазах здешних небожителей… А если просят за услуги дорого, значит, в самом деле помогут!

Эта мысль основательно меня приободрила, и я, выровняв дыхание и прикрыв глаза, уже намного спокойнее принялась взвешивать возможные доводы. С одной стороны, затея трудновыполнимая и опасная, неизвестно, что за пакости поджидают впереди, а брать с собой даже личный гарнизон с полным штатом знахарей – не говоря уж обо всей армии! – в мои планы никак не входит. Задуманное путешествие напоминает партизанскую или, скорее, диверсантскую вылазку, поэтому компания у меня будет по минимуму – этакий междусобойчик для особо приближенных и надежных… С другой стороны, лучше профилактика, чем лечение, предупрежден – значит вооружен, и все в таком духе… С третьей же стороны, знахарскому делу все эти годы я обучалась весьма добросовестно, так что, думаю, все-таки смогу в случае чего сообразить, что именно, как часто, в каком количестве и к которому месту следует приложить, чтобы оказать помощь при телесных повреждениях… А с не-помню-какой стороны, толку от целительских способностей ноль и еще меньше, когда не знаешь, в каком краю какого из миров спрятано искомое!.. Решено: удалим из полного списка титулов ставшее лишним словосочетание и будем исцелять исключительно силой разума! Я решительно пристукнула кулаком по краю своего каменного сиденья и открыла глаза.

– Что я должна сделать? Сочинить вам дарственную в стихах и произнести какое-нибудь заковыристое заклинание?

– Прочитай это и подпиши. – Свиток материализовался из воздуха передо мной.

– Своей кровью, желательно из сонной артерии?

– Чернил будет вполне достаточно.

Письменные принадлежности обнаружились рядом со свитком.

– Мама мия! – вырвалось у меня, когда я начала разворачивать бесконечный пергамент, но вовремя остановилась. – Что здесь – вся история Вселенной в подробностях и вариациях?! Да я этот опус до пенсии не одолею! Никогда бы не подумала, что и в этих ваших высших сферах засилье бюрократии! Неужели нет иного способа?!

– Письменный договор надежнее, но есть способ и быстрее, и без бюрократии. Правда, у тебя тогда будет больше соблазна отказаться от соглашения и вернуть плату, махнув рукой на свою затею!

– Не будет! Вернее, пусть будет сколько угодно – бесполезно! Я не откажусь, хотя бы потому, что привыкла доводить начатое до конца, тем более в такой ситуации!

– Людям свойственно переоценивать собственные возможности, особенно в отношении стойкости духа… Впрочем, посмотрим.

– Похоже на повод заключить от скуки пари, как надолго меня хватит! – хмыкнула я, но тут же спохватилась, что, пожалуй, нескромно указывать небожителям, как развлекаться в их же свободное время. – Надеюсь, мне для пущей убедительности не понадобится допускать в свои мозги весь ваш дружный коллектив как свидетелей?

– Нет. Все гораздо проще – или сложнее, как посмотреть! – Похоже, богиня улыбалась. – Положи руки на камень, мысленно изложи причину и в любой форме отрекись от посланного тебе дара, но с условием – не должно быть ни сомнений, ни малейшего сожаления!

– Любите же вы, однако, над смертными поглумиться! – проворчала я, вставая. – «Ни малейшего», надо же!.. Легко сказать!

– Значит, передумала?

– Не дождетесь! Может, и рада была бы, но… назвался груздем – лечись дальше! – к месту вспомнился мне перл от Фоменко.

Я решительно встряхнула головой и шагнула вперед. Из очередного туманного сгустка успела образоваться внушительных размеров каменная глыба, похоже, из чистого малахита. Я с удовольствием коснулась гладкой, шелковистой, по-живому теплой поверхности, от которой исходило едва уловимое золотистое свечение. Данный минерал всегда относился к числу моих любимых, да и зеленый – вроде бы цвет надежды… значит, будем считать это доброй приметой!..

Похоже, мне удалось облечь мысли в желаемую форму, потому что камень заколыхался, стал прозрачным и снова растворился в тумане, а у меня в голове зазвучали слова новых откровений, из которых особенно запомнились такие строки:

Помогут близкие по духу

Границу дважды перейти

И дважды снова в Мир вернуться,

Двоих утратив на пути…

Но для успеха начинания

Вернуть вначале поспеши

Тобой оставленную ранее

В той жизни часть своей души…

Я озадачилась не на шутку. Что бы это значило?! Какую именно часть души меня угораздило где-то потерять? Нет, все-таки философ Платон здесь ни при чем… «оставленную ранее»… Нет, речь не о потере! Оставила я свою прежнюю жизнь в другом измерении, родных, учебу, друзей… И вдруг в памяти всплыли строки Натальи Вечерской: «Вам дарю, мои друзья, часть души своей!..» Ну конечно! Подруга, единственная и неповторимая! Значит, ее помощь тоже понадобится в затеваемой кампании?! Но как я вытащу ее сюда? И чем она может помочь?! Да и согласится ли?.. Да и как я ее об этом спрошу?!

Я снова села, сжала пальцами виски, потрясла гудящей головой, но мысли продолжали беспорядочные скачки по извилинам. Богиня быстрее меня смогла разобраться в этом сумбуре, чтобы дать подсказку:

– «Дважды снова в Мир вернуться…»

– Дважды?! – Мне удалось наконец успокоиться и включить мозги. – С одним разом все понятно, потому что Дин далеко за Границей. А другой… Вернее, в первый раз я должна буду сбегать на историческую родину и попытаться доставить сюда подругу?!

– Это легко устроить в любое время.

– Да, конечно – единственная дверь в мой бывший мир открывается именно из храма…

– Ты хочешь уйти прямо сейчас?

– Нет. Мне надо вернуться домой. Ненадолго, только уладить кое-какие дела.

– Сколько дней тебе понадобится? Или недель?

– И одного дня достаточно! – тряхнула я головой.

Передо мной выткался из воздуха и повис перед самым лицом каплевидный камушек. Похоже, сердолик…

– Выйдешь из храма – воспользуйся порталом, сразу попадешь в свою спальню. Когда – если! – надумаешь отправиться в путь, сразу иди к этому входу. Первый же сделанный тобой шаг за порог моего святилища откроет проход в твой бывший мир…

– Но как я… вернее, мы сможем попасть сюда?!

– Тем же способом, каким это произошло с тобой.

– Надеюсь, встречающие будут слегка приветливее тех чересчур жизнерадостных тварей, что были в прошлый раз? Или хотя бы менее голодные?! – Меня передернуло при воспоминании о первом приключении по эту сторону Границы.

– Выбери сейчас место, где хочешь оказаться после возвращения.

Передо мной выткалась из тумана цветная объемная карта. Манипулируя руками, можно было увеличивать и перемещать ее части. Я после недолгих раздумий коснулась кончиком пальца приметной зеленой возвышенности на берегу реки, которая с северо-запада отделяла наши фамильные владения от соседских.

– Хорошо. Пожелания приняты. За это время постарайся все взвесить лишний раз, чтобы после не жалеть о поспешно принятом решении.

– Это вряд ли! – Я поднялась и одернула куртку. – Я вернусь!

После первых же шагов по каменной лестнице накатила такая слабость, что ноги просто подогнулись подо мной. Мне как-то удалось избежать ушиба копчика, но пришлось присесть на холодную ступеньку, чтобы прийти в себя. Видимо, решили сказаться все переживания последних недель: меня трясло и колотило, а сердце и легкие захлебывались как на непосильной пробежке… Совсем нервы ни черту, никуда не годится! Организм, слушай мою команду: руки-ноги – отставить дрожать, все остальное – шагом марш в норму!!! Раз – два! Так-то лучше!..

Я сбежала на берег, немного полюбовалась, как лестница тает в стылом воздухе, пронизанном лучами солнца, сияющего словно драгоценный камень в темной оправе расходящихся туч… Как величественное сооружение продолжает свое вращение, отражаясь в немыслимо прозрачной воде и заставляя колыхаться пряди лиловатого тумана, поднимающегося от подернутой легкой рябью поверхности… Затем отвернулась и бросила оземь камень-«ключ».

Первым делом надо было переговорить с будущими попутчиками, условиться о месте и времени встречи. Сами сборы были недолгими. За несколько лет комфортной жизни я не потеряла навыка быстро паковать все необходимое и немного желательного в походные сумки, разве что в этот раз пришлось рассчитывать еще и на подругу. Если же она не захочет присоединиться ко мне в этом опасном для здоровья мероприятии… что ж, ее право, а запас никогда лишним не будет!

Большую часть времени удалось провести с детьми, причем самым трудным было вести себя как ни в чем не бывало, когда сердце рвалось на части при одной мысли о том, насколько может затянуться разлука. Нет, я вполне доверяла надхе, родственникам и друзьям и нисколько не сомневалась, что двойняшки в полной безопасности… Нет, Фадиндар обещал с помощью нэфи обеспечить канал односторонней связи, так что я в любой момент с любого расстояния смогу быть в курсе всего, что происходит с моими ненаглядными короляшками, но… все это будет без меня! Нет, так не пойдет, надо взять себя в руки!..

Я так и не сомкнула глаз в эту ночь. Уложила малышей спать и просидела возле них до вторых петухов, думая обо всем происходящем и машинально утирая слезы, а мысли кружились как растревоженный осиный рой…

Мы отправились в недолгий путь по уже знакомому маршруту в самый глухой час – перед рассветом. «Королева», дети, свита и прочие обитатели замка мирно спали в своих покоях, лишь охрана бдительно несла службу. Последний отрезок пути мы, взбираясь на довольно крутую гору, молчали каждый о своем. Я вспомнила похожий момент из недавнего прошлого: в такой же предутренней мгле Фадиндар провожал меня на боевой пост за несколько часов до судьбоносной битвы в Туманной долине. Тогда все сложилось благополучно для нас, хоть и непросто… Что ж, будем считать хорошей приметой наличие полудемона в провожатых!

Спешились у самого входа в пещеру, закрытого от посторонних взоров густо растущими соснами. Я бросила прощальный взгляд на загадочно темнеющий вдалеке силуэт замка – на таком расстоянии он казался декоративным дополнением к пейзажу, изумительно красивому даже ночью, – и повернулась к своему спутнику.

– Что ж, пожелай мне удачи!

– Скажу больше: на твоей стороне боги, любовь и сама справедливость! – Мой провожатый улыбался, но глаза смотрели серьезно как никогда. – Не забудь – свадьба Лиллиарны через несколько недель! Без тебя не начнем, так что с твоей стороны будет нечестно заставлять молодых ждать слишком долго и пропускать столь удачный день для заключения союза!..

Я кивнула и обняла его порывисто и крепко, поскольку искренне была благодарна за помощь и поддержку. Чем бы ни закончилась эта небезопасная для здоровья затея, хорошее начало – половина дела! Поэтому я вложила в прощальное объятие совсем немаленькую часть своей широкой души.

– Все-все-все! Пора отправляться! – Фадиндар деликатно высвободился и легко вскочил в седло. – Не стоит затягивать подобные моменты, не то рискуешь задержаться в этой уютной роще не на один день…

– С чего бы? – не поняла я.

– С того, что взыграет моя молодая горячая кровь, а это надолго…

– Особенно если помножить на твои кипучие гормоны! – хмыкнула я, похлопав напоследок Агата по шее. – Ничего, тебе и в одиночестве будет неплохо: добавится комфорта при езде верхом, поскольку будет куда наматывать поводья во время долгого путешествия по известному адресу без компаса и карты…

Сын Огненного Демона хохотал так, что чуть не свалился с коня, который на пару с моим иноходцем поддержал его жизнерадостным ржанием.

– Я сейчас просто разрыдаюсь от умиления! – Фадиндар утвердился в седле, подобрал поводья и утер выступившие слезы. – Послали же боги родственницу… заботливую до жути!

Я рассмеялась, махнула рукой и шагнула в сторону провала, успев услышать сказанное вслед:

– Возвращайтесь – все и вовремя! Если что, ты знаешь, как меня позвать…

Часть вторая

Сюда оттуда и повсюду

Глава 1

Как только сенсоры перестало зашкаливать, я, не открывая глаз, хлестнула вкруговую «поисковой сетью» (что ни говори, привычка – вторая натура!). Результаты сканирования меня вполне устроили, можно было перевести дыхание и осмотреться. Что ж, небожители не подвели – переход Границы в эту сторону явно удался!

Окинув себя быстрым взглядом, я невольно хмыкнула – здравствуй, прошлое! Словно и не было этих пяти с лишним лет: бело-черная норковая шубка с капюшоном, «вельветы», короткие сапожки на каблуке и с опушкой, а в рукавах обнаружились манжеты велюровой водолазки цвета морской волны. Даже лайковые перчатки с лично вышитой монограммой имелись в наличии, несмотря на свою преждевременную гибель сразу после моей переброски в другое измерение во время освоения навыков древолазания в экстремальных условиях в зимнее время.

Как все в ту же незабываемую ночь, валил густой снег. Судя по малому количеству встречных машин и в салоне – пассажиров, эта «газелька» была последней сегодня по причине позднего времени. Которая, между прочим, направлялась не куда-нибудь, а в сторону той самой городской окраины, где всю сознательную жизнь проживала многоуважаемая тетушка моей лучшей и единственной в своем роде подруги. Значит, сегодня суббота, и, значит, кроме задушевного общения за кружкой чего-нибудь, радующего душу, мне светит как минимум баня!

Кстати, а что это у меня в багаже?! Быстрый, но тщательный досмотр вполне утешил: в сумочке находился привычный набор предметов первой, второй и десятой необходимости, а в большом, особо прочном пакете – стандартный «помоечный» комплект и несколько аппетитно пахнущих сверточков. У меня просто на душе потеплело – ай да небожители, дай бог им здоровья! Не абы как выбросили меня на историческую родину: и прикид какой был – по моде, вкусу и сезону, и в гости еду не с пустыми руками, как вполне приличный человек!

Я всмотрелась в темное окно, прикинула, сколько еще трястись по полузабытым колдобинам, и, усевшись удобнее, расслабилась. В запасе почти полчаса… Позади негромко переговаривались немногочисленные попутчики, в кабине водителя играло что-то знакомое… Прислушавшись, я невольно улыбнулась – песня оказалась в тему:

Так встретимся давай, моя подруга,

Посплетничать, подумать о судьбе…[2]

Для того и подруги… Особенно такая, как у меня! Вот уж действительно – часть души. Мы с Элеонорой Вячеславовной, которую близкие чаще всего именовали Норкой или Вячеславной, дружили с глубокого детства и являли собой довольно колоритный дуэт. Хотя особенного сходства не было, иногда нас принимали за сестер: обе среднего роста, длинноногие, «номер третий» (у меня – с половиной), «все при себе» и волосы ниже лопаток… При этом я – более рослая и подвижная шатенка с непослушной волнистой медно-каштановой гривой, матовой кожей, не терпящей солнца, ореховыми глазами в черных (своих!) ресницах под черными же бровями, обладающая характером «резко континентального» типа. Норка же изящнее сложена, женственнее в повадках и легко покрывается изумительным шоколадным загаром. Ее прямые темно-русые волосы, которым добавлено рыжеватости с помощью краски, прекрасно сочетаются с большими и мечтательными серыми глазами…

Некоторое сходство внешности порой позволяло интереснее проводить время, а полярность характеров – дополнять и уравновешивать каждую составляющую нашего тандема. Несмотря на ощутимую разницу во вкусах почти во всем – от любимых лакомств до пристрастий в музыке и критериев для определения степени привлекательности поклонников, – мы обе сходились в отношении взглядов на жизнь в целом. Понимали все, что нужно, без лишних слов, поддерживали друг друга и, главное, соблюдали ту грань, которая разделяет сугубо личное и дозволенное…

Как же не хватало мне ее в ту нелегкую пору сразу после неожиданной, но, как оказалось, предопределенной свыше смены моего ПМЖ! Когда требовалась дружеская поддержка или совет или просто возникала необходимость в уверенности, что меня хоть кто-то правильно понимает, несмотря ни на что… Позже появились новые подруги, на которых грех жаловаться, но еще долго срабатывала прежняя привычка – прикидывать, что сказала бы Норка при одних обстоятельствах или как отреагировала бы при других. Правда, чем дальше, тем реже посещали меня подобные мысли. Не подумайте плохого насчет моей памяти, главной причиной было то, что со временем я ценой немалых усилий привыкла к новым реалиям и поднабралась опыта, необходимых знаний и, смею надеяться, житейской мудрости – хотя бы в малой степени.

Очередную песню водитель включил неожиданно громко, чем сразу вывел меня из дремотного состояния. Кстати, вовремя – подъезжаем! «Газелька» лихо проскочила поворот и подкатила к знакомой остановке. Прибыли…

Я брела по тихой, тесной из-за сугробов улице, периодически запрокидывая голову, чтобы поймать на язык пару-тройку хлопьев легкого пушистого снега. Неприятных сюрпризов можно было не опасаться, ибо пернатые бомбардировщики поголовно смотрели как минимум десятый сон. Торопиться не хотелось, несмотря на предстоящие радости долгожданной встречи, – погода очень уж располагала к вдумчивой прогулке. Ветер почти утих, я откинула за спину капюшон, расстегнула верхнюю пуговицу и позволила себе слегка подурачиться, печатая следы елочкой на свежевыбеленной дорожке, благо никто не видел, а если бы даже и видел, кому какое что! Цепочка рифленых отпечатков тянулась как по линейке, видимая во всех деталях вблизи ярко горящих – правда, редких – фонарей, и постепенно растворяясь в густой сыроватой темноте по мере приближения к середине очередного промежутка между столбами. Больше никакого света не было, поскольку после захода солнца окна старых разномастных и разнокалиберных домиков наглухо закрывались надежными ставнями, дабы не вводить в искушение местную шпану.

Вот и трансформаторная будка! За время моих за-Граничных похождений на ржавом железе намертво запертой двери добавилось шедевров от любителей граффити. Но в первую очередь внимание привлекала размашистая надпись вдоль пятнистой от времени бетонной стены. В цензурованном варианте основная идея наводила на размышления: «Жить надо так, чтобы депрессия была у всех окружающих». Видимо, тот, чью светлую голову посетила сия мудрая мысль, оказался не в силах наслаждаться ею в одиночестве, и он поспешил таким вот незамысловатым, но проверенным способом донести миру новую установку на ближайшие полжизни…

Я невольно усмехнулась, представив эту картину, и свернула в знакомый с детства второй переулок направо. Оставалось прошагать еще немного – до высоких зеленых ворот слева, за которыми, собственно, и начинались владения Норкиной тетушки. Здесь фонари не горели, но мне ли спотыкаться по этой причине! Да и не так уж много той дороги… Внезапно мой острый слух уловил какую-то возню и невнятные восклицания. В самой глубине темноты, у стены приземистого, полузаметенного снегом гаража мельтешили зыбкие силуэты. Сенсоры включились автоматически, а в следующую минуту я торопливо пристраивала сумку на ветку, а пакет у ствола старого развесистого дерева, едва удерживая рвущийся из горла гневный тигриный рык.

Переброска в чуждый магии мир и на приобретенные мои способности нисколько не повлияла – трансформация прошла в считаные мгновения, без сучка без задоринки! Одежда, сброшенная в несколько давно отработанных движений, аккуратно примостилась поверх сумки, а меня рядом уже не было. Под широкими тигриными лапами ни одна снежинка не скрипнула, когда я внушительной тенью приблизилась к четверке аборигенов призывного возраста. Молодые акселераты, основательно «подогретые» какой-то дрянью – местного производства, судя по мощности перегара, – не додумались до более-менее достойного применения распиравшей их дурной энергии, а посему нашли себе незатейливое развлечение в облике здоровенного бродячего кота. Само собой, он без боя не сдался, но слишком неравны были силы. Сейчас он уже даже не вырывался, только дергался, широко открывая розовую пасть, из которой выходило лишь еле слышное сипение.

К счастью для всех присутствующих, недоумки не успели нанести ему серьезных повреждений, хоть и подпалили огнем зажигалки шерсть в некоторых местах и усы. В настоящий момент были все при деле – один держал добычу на весу за шкирку и шкуру на крестце, двое привязывали к лапам несчастного зверя куски веревки, явно собираясь распять его на ближайшем подходящем дереве. Четвертый только начал продевать ушастую голову жертвы в растянутое резиновое кольцо.

Я не стала дожидаться, когда весь видимый пейзаж в моих глазах окрасится в сочные багровые тона, и для начала коротко, но звучно рыкнула, не жалея связок. Все последующее действо заняло не больше нескольких секунд, зато результат был – залюбуешься! Резинка, соскользнувшая с дрогнувших пальцев, щелкнула куда-то в темноту, долей секунды позже туда же кубарем от увесистого тумака ушел ее хозяин, приложившись в итоге лбом о кирпичную стену, и мирно затих в не совсем естественной позе. Двое других успели обернуться и теперь, надсадно вопя, летели гуськом в сторону свежей несанкционированной помойки, которая, насколько помню, регулярно здесь появлялась благодаря усилиям особенно несознательных обитателей ближайших «усадеб». Удар с левой мне всегда удавался на зависть, и садисты-самоучки местного разлива прочувствовали это на все сто!

Больше всего моим вниманием был осчастливлен последний, особо крупный экземпляр. Я некоторое время просто постояла с ним нос к носу, задумчиво шевеля усами, поводя из стороны в сторону полосатым хвостом и невольно периодически морщась, когда «выхлопы» становились особенно забористыми. От немигающего тигриного взгляда у парня дергалось веко и тряслись руки, поэтому я негромко рыкнула ему в лицо, позеленевшее до приятного салатового цвета:

– Отпусти зверя, урод!

Остекленевшие, ставшие почти белыми глаза моего вынужденного собеседника полезли из орбит, а из перекошенного приоткрытого рта вырвалось несколько впечатляющих, но маловразумительных звуков. Я тяжело вздохнула и чуть повысила голос:

– Ты что, по-русски не понимаешь?! На счет «раз»!

Одеревенелое от ужаса туловище кое-как склонилось вперед, пальцы разжались. Мохнатая тушка мягко приземлилась в пушистый снег у моих лап и заизвивалась, отчаянно стараясь избавиться от веревок, а я мурлыкнула почти ласково, улыбаясь почти во всю ширь своей зубастой пасти:

– Вот и молодец! Можешь ведь, когда захочешь… по-настоящему!

С чувством глубочайшего удовлетворения отметив размеры лужи, которая стремительно пропитывала снег под ногами «молодца», и решив, что на сегодня, пожалуй, достаточно, я рявкнула:

– Брысь!!!

«Юного натуралиста» как ветром сдуло! Правда, убегая, он так и не смог оторвать взгляда от неожиданного явления в лице моего озверевшего величества (как только шею не свернул!), поэтому невольно доставил мне пару лишних минут невинного веселья, когда врезался в толстый изогнутый ствол единственной на этой улице березы. Дерево устояло, разве что снег с ветвей слегка осыпался, а вот незадачливый бегун сполз в рыхлый сугроб у его основания и затих, наконец-то перестав громко и хрипло голосить. Что ж, по крайней мере от запора им всем в ближайшее время страдать не придется.

Подхватив кота зубами за пушистый загривок, я двинулась к знакомым зеленым воротам. Звонить или стучать не было необходимости: большая заснеженная куча мерзлого песка чуть в сторонке и крыша дровяного сарайчика во дворе явили собой очень удобные точки опоры для проникновения на желанную территорию. Мой мелко дрожащий трофей сжался в комок на недавно выметенном, но уже основательно припорошенном свежим снежком крыльце, а я, вторым рейсом захватив свои пожитки, уже отряхивалась рядом, готовясь к переходу в человеческий облик. Нет, можно было, конечно, сразу порадовать подругу возможностью лицезреть вторую мою ипостась, но… что ни говори, а за последние годы жизнь успела научить меня худо-бедно заботиться о душевном здоровье окружающих, тем паче родных и близких.

Предчувствия меня не обманули – встреча была бурной, старенький домик, надо полагать, уцелел чудом!.. Из вихря восторженных междометий и сумбурных восклицаний, неизбежных после долгой разлуки, рано или поздно выплыло главное.

– Нет, серьезно? Прошел целый месяц?!!

– А ты как думала?.. Постой, ты что же – пять минут как протрезвела?! Так вроде почти не пила… Или новоявленный ухажер был настолько хорош во всех отношениях, что вы не просто часов – недель не наблюдали?!! Да скажи уже хоть что-нибудь!

Желание подруги – это святое, но лучше бы она не настаивала… Судите сами – что благозвучного я могла сказать, находясь под столь сильным впечатлением, даже после того, как закончила хохотать?! У Норки вырвался вздох облегчения:

– Слава богу, ты в норме, а ведь я чуть было «скорую» тебе не вызвала!

– Врачи-то чем перед судьбой провинились? – проворчала я, утирая слезы, выступившие от смеха, и снимая все-таки сапоги. – А ты вместо пытки вопросами прямо с порога лучше бы народные сказки вспомнила. Гостя перво-наперво надо в бане попарить, накормить, напоить… Нет, насчет спать и не мечтай, нам обеим это в ближайшее время не светит!

– Звучит многообещающе! – кивнула Вячеславна, направляясь в кухню, чтобы пристроить в холодильник мои гостинцы. – Надеюсь, поведаешь, где тебя носило?

– Всенепременно! Только лучше ты первая. И будет совсем здорово, если напомнишь мне, что было в тот вечер, когда меня видели в последний раз… в смысле – перед сегодняшним появлением!

– Хорошо, – не стала возражать подруга. – Начнем по порядку. Например, с того, что на те посиделки в честь моего дня рождения ты приехала позже всех…

– Сероглазый брюнет?!!

– В том-то и дело! – подтвердила Норка. – Я вообще в шоке была – с чего бы вдруг у тебя пристрастия сменились?!

– И я что – его охмуряла? По доброй воле?!

– Нет, но не мешала это делать ему в отношении себя.

– Не иначе ты сама на него запала и с тех пор точишь на меня большущий зуб! Может, я тогда лучше пойду – не хочется погибать в расцвете лет!

– Не ерунди!

– Я на полном серьезе!

– И я на нем же! Он сразу на тебя глаз положил, как увидел, так и не отходил всю вечеринку, а когда тебе с чего-то вдруг приспичило раньше всех уехать, предложил свои услуги в качестве личного водилы…

– Так он еще и на персональном дрынолете прибыл?! Небось белый «лексус»?

– Нет, черная «бэха»… всего лишь.

– Наверняка папина!

– Да хоть прабабушкина, какая разница?!

– В самом деле… Зато в масть! – не выдержала я и снова расхохоталась до слез. Надо же, какую убедительную отмазку на мое долгое отсутствие презентовали небожители на зависть прочим, а уж до чего интригующую!..

– Но ты не в обиде? – на всякий случай уточнила я, утерев мокрые щеки. – Вроде бы кроме прочих еще брюнеты планировались?

– Было дело, – скромно кивнула подруга. – Сразу двое почти в один голос предлагали в качестве бонуса по случаю именин дополнительное романтическое свидание с плавным переходом во что угодно или расширенный спектр услуг не отходя от кассы…

– А ты?

Норка возвела очи к беленому потолку и негромко засвистела мотив песенки Забавы из мультика «Летучий корабль»: «А я не хочу, не хочу по расчету…»[3]

– Отшила обоих, да еще наверняка в невежливой форме?!

– Всех оптом! Но форма была очень даже вежливой… сама удивляюсь!

– В своем репертуаре! – покачала я головой, сохраняя серьезную мину, но не упустила случая вспомнить бородатый анекдот в тему. – Вот и сиди теперь… как дура без подарка!!!

Хохотать мы продолжили в бане, занявшись в первую очередь моим трофеем. Глядя на лохматого зеленоглазого котяру, мы единодушно решили, что кто-то из его предков по женской линии в свое время как минимум однажды согрешил с мейнкуном. Вытащили в предбанник слегка погнутую цинковую ванночку, хранившуюся еще с брежневских времен, вычесали-отмыли чумазый результат произвольной гибридизации, перевязали в нужных местах и пристроили на стареньком одеяле поближе к печке, после чего занялись и собой.

Пока я, отвернувшись в уголок, снимала остатки одежды и складывала их на лавке, Норка пересказывала очередной выпуск последних факультетских новостей и вдруг замолчала на полуслове. Я машинально запустила вкруговую «поисковую сеть» и обернулась, удивленная результатом. Подруга, успевшая побледнеть примерно до цвета снятого молока, смотрела на меня остановившимися глазами, а к ее состоянию больше всего подходило понятие «ступор». Ах да, шрамы… Особенно тот, что под левой лопаткой… в сочетании с тем, что под левой же грудью.

Вячеславна не понаслышке была знакома с основами медицинской подготовки, поэтому первый вопрос, успевший созреть в ее голове, был по существу:

– Как ты вообще выжила?!

– Чудом, – усмехнулась я. – Причем в буквальном смысле…

– Но как…

– Длинная история, и не самая веселая, с большим количеством действующих лиц, причем в существование некоторых мне самой до сих пор верится с трудом!

– Я не об этом. – Норка уже оправилась от первого шока, поэтому точность выражения мыслей заметно повысилась, не говоря уж о способности видеть главное. – Ведь эти шрамы не свежие, а… в смысле – им уже не один год и… Каким образом?! Прошел всего месяц!!!

– Правильно, всего месяц. – Я постаралась пока воздержаться от многословия. – У вас.

– У нас? А у вас?!

– А у нас – пять с половиной лет.

Синеватый оттенок на лице подруги сменился слегка зеленоватым, а глаза начали многообещающее движение вверх… Странно, до сих пор она не страдала склонностью к обморокам! Видимо, шок оказался сильнее, чем предполагалось… да и в бане жарковато…

Все-таки до полной отключки дело не дошло – я успела подхватить ее и бережно усадить на лавку. Деликатно похлопала по щекам, побрызгала холодной водичкой, не поленилась выглянуть на улицу за пригоршней-другой свежего снега и потереть ей виски…

– Ой, хватит! – Слабый голосок сопровождался вялым движением руки, которым обычно отгоняют мух или какую-нибудь кусачую гнусь. – Тебе только волю дай…

– Скажи спасибо, что здесь нет под руками бодрящего средства имени нашего всенародно известного Папаши Хелля! – прыснула я, радуясь, что Норкин взгляд обрел привычную осмысленность. – Правда, этот настой редких трав на самом ядреном самогоне больше подходит в качестве ракетного топлива, но и для людей полезен. Оживешь как миленькая, лишь бы от следующей порции отбрыкаться!

Вячеславна мимикой и красноречивыми жестами дала понять, что категорически против подобных экстремальных мер.

– Тогда, может, состряпаем кисель из плесени по рецепту Бабы-яги из нашей любимой сказки про стрельца?

– Спасибо!!! Уж как-нибудь обойдусь… Кстати, – подруга на удивление быстро уловила главное из услышанного, – ты теперь, значит, на пять лет старше меня?!

– Нет, – буркнула я, – это ты теперь на пять лет меня младше!

– Все в жизни относительно! – хмыкнула Вячеславна, вставая. – Смотря, конечно, куда отнести. То-то я смотрю, ты вроде изменилась – походка, осанка и вообще, только не придала значения… Но как удался столь интригующий расклад?!

– Как раз об этом и многом другом и предполагала тебе поведать, дабы скоротать сегодняшнюю ночь… Только давай сначала по-быстрому закончим «помоечные» дела!

Глава 2

Обстановка вполне располагала к обстоятельной беседе за жизнь: жарко натопленная печка в маленькой чистой кухоньке с веселенькими занавесками на окошке и вязаными ковриками на крашеных половицах, старенькие узкие полукресла под оборчатыми накидушками, разные вкусности на столе, высохший и накормленный до отвала кот, полусонно мурлыкающий на стуле в углу, и уйма времени впереди…

– Что у нас в меню на сегодня? Надеюсь, хотя бы три корочки хлеба не зажабишь для подруги?!

– Целых три?!! Надо подумать… Нет, пожалуй, не зажаблю – от сердца оторву!..

Само собой, корочками дело не ограничилось, ведь ночи зимой длинные. Рассказ получился долгим и подробным. Нет, лично меня как раз устроил бы и конспективный вариант, но дотошная подруга жаждала деталей. Впрочем, неудивительно, если учесть о каких событиях шла речь. Вот и пришлось припоминать, почему я так задержалась в тот знаменательный день, хотя знала, как меня ждут на вечеринке в честь ее, Норкиного, дня рождения, когда именно я села в последнюю маршрутку, что первое пришло мне в голову, когда я, высадившись на знакомой с детства остановке, вдруг обнаружила, что привычных деталей местности нет и в помине… Каково было число напавших на меня склорхов и как долго удалось высидеть на том обледеневшем дереве, пока меня спасли… Как я умудрилась распознать в говорящем волке заколдованного человека и чем язык шушек отличается от человеческой речи… Как разнообразие окраски позволяет распознавать драконов и какие разновидности выдаваемого ими пламени для чего предназначаются… Как оба упоминаемых мира когда-то развивались почти параллельно, бок о бок, только после в нашем измерении сделали ставку на технический прогресс, а в другом – на развитие магии, поэтому Границу почти перекрыли, осталось несколько точек перехода «отсюда туда» и всего лишь одна «дверь» – «оттуда сюда»… В чем разница между просто «скрытым взглядом» на окружающих и работой «поисковой сети»… Какие хитрые и коварные способы находил Черный Король, чтобы окончательно устранить с дороги младшего брата, и как нам удавалось этому противостоять… Сколько видов монстров и нечисти выставил злобный враг на поле боя и ценой каких ухищрений мы смогли успешно от них отбиться…

Эпизод с моим «застреванием» во второй своей ипостаси, полной опасностей прогулкой к обиталищу легендарного супермага и описание процесса возвращения в человеческий облик сначала вызвал всплеск острого недоверия – кстати, вполне понятного! Зато потом Вячеславна внимала не перебивая и не отрывая от меня восторженного взгляда, как ребенок, впервые попавший на шоу иллюзионистов международного уровня. Только позволила себе деликатно поинтересоваться, сколько чародеев обзавидовались дарованной мне способности легко менять облик… и нет ли какой-нибудь связи между сейчас услышанным и недавней шумной возней с беготней и криками на темной улице?!

А уж обо всем, что касалось моего знакомства с принцем, портрет которого мы когда-то вместе с ней обнаружили на чердаке домика моей покойной бабули – светлое место ей в раю! – и всевозможных поворотов сюжета в истории развития наших с ним отношений, она и вовсе слушала затаив дыхание и забыв о еде. Что ни говори, приятно делиться пережитым с человеком, который так самозабвенно тебе внимает и реагирует непосредственно и живо! Чего стоили хотя бы ее комментарии по поводу истории о подлом заговоре и предательстве лучшего друга Дина, который оказался внебрачным потомком его деда и сам давно метил на трон!.. А после эпизода с моей несостоявшейся смертью, на память о котором и остались те самые столь впечатляющие шрамы, пришлось ее долго успокаивать, и в итоге мы всласть наревелись вместе…

Вячеславна еще не однажды прослезилась от души – уже на радостях и от умиления, когда выслушала детальный отчет о бракосочетательном торжестве и своими глазами увидела обручальное и свадебное кольца. Кроме того, много раз пожалела, что до фотографии в моем новом мире пока не додумались, и попеняла мне, что я не догадалась прихватить хотя бы маленькие портреты хотя бы двойняшек. Я же не стала до поры до времени радовать ее известием о возможности увидеть всех и вся воочию…

– Значит, у тебя была возможность вернуться обратно?

Я молча кивнула, делая вид, что поглощена процессом нарезания лимона, сама же пристально следила за реакцией подруги.

– Но ты предпочла выбрать новую реальность, в которой тебя считают подарком небес, волей каковых ты получила красавца-мужа, детей от любимого человека, всенародное поклонение и корону… И почему я не удивляюсь?!

Я лишь руками развела – что тут скажешь?!

– И не жалеешь? – Подруга щурилась в мою сторону из-за кружки с чаем.

– Нет! – Я даже не раздумывала. – И дело не только в «сбыче мечт», которыми страдала по меньшей мере половину сознательной жизни, там вообще все по-другому… И речь даже не о наличии натуральных продуктов, не тронутой цивилизацией природы, всевозможных экзотических существ и развитой магии. Просто сами отношения иные, тоже натуральные – эмоциональнее, четче, искреннее, конкретнее, что ли… Если враг – то смертельный, если друг – то с ним хоть куда, если долг – то без оговорок и увиливаний… В то же время если тебя есть за что ценить и уважать, то злейший недруг первым признает это в открытую, и такая репутация стоит всего дороже! Само собой, предательство, жадность, подлость, обман и прочие прелести в том же духе тоже присутствуют – куда деваться, если и среди других разумных существ того добра пруд пруди, а уж люди без пороков и вовсе не могут обойтись, но… Знаешь, как-то плохо удается кривизна души, когда имеешь дело с надхой, магом, телепатом или человеком, который способен видеть, что представляет собой твоя вторая ипостась! А драконы просто чувствуют истинную суть остальных разумных и если уж одарят своей благосклонностью, то пожизненно – или без вариантов… И как-то само собой разумеется, что в таких условиях надо быть готовым отвечать не только за свои поступки, но даже за мысли, отношение или намерения…

Вячеславна задумчиво покивала, машинально крутя ложечку в пальцах, а я продолжала:

– И самое главное, пожалуй, то, что здесь моя персона была лишь одной из многих, которые имеют в голове особую породу тараканов, марширующих не в ногу под оригинальную музыку, но пытаются как-то жить по общим правилам и чего-то при этом добиваться в жизни, а там… Там все мои нестандартности оказались полезными и даже необходимыми для благого дела. Настоящего и масштабного дела, понимаешь?! Да и то, что прочие достоинства в итоге перевесили мои же недостатки в глазах того единственного, чье мнение для меня значимо, само по себе дорогого стоит!

Норка снова кивнула, улыбаясь каким-то своим мыслям, затем встряхнула волосами:

– Потрясающая история! Но ведь это не все?

– К сожалению, так и есть…

Рассказ о положении дел на сегодняшний день занял гораздо меньше времени, зато сил отнял не в пример больше – то ли по причине свежести событий, впечатления от которых еще не успели притупиться временем и сгладиться иными, более позитивными, то ли оттого, что были задеты самые глубинные струнки моей ранимой души… Впрочем, думаю, роль сыграло и то, что речь шла не просто о благополучии, а в буквальном смысле о жизни и смерти. Надо ли говорить, что меня слушали не дыша?!

– Такая вот страшная сказка на ночь, – заключила я свой рассказ, машинально утирая вновь навернувшиеся слезы.

Вячеславна задумчиво барабанила пальцами по краю стола, глядя куда-то мимо меня.

– Круто замешано! – выдала наконец она после затянувшейся паузы, снова поднимая на меня глаза. – Не каждый не каждой ложкой провернет… Значит, на сей раз в эту кашу сыпали все по рецепту, не придерешься?

Я развела руками:

– Если даже у небожителей вопросов и претензий никаких…

– А у тебя, значит, есть?!

– Да!!! Хотя бы потому, что не отношусь к их числу, а вхожу в команду тех, кому придется хлебать это варево пожизненно… причем являюсь главным хлебальщиком!

– Значит, сейчас ты вполне можешь оставить все как есть, но почему-то не хочешь, – продолжала подруга. – Может, еще разок подумаешь как следует?

Я воззрилась на нее, не веря своим ушам.

– И до чего должна буду в конце концов додуматься?! Что не стоит будить лихо, пока спит себе тихо, а кто много выбирает – ничего не получает?! Похлопать в ладошки, порадоваться тому, что имеется в наличии – а жаловаться и впрямь было бы грешно! – мирно молчать в тряпочку, растить наследников и в остальном являть собой пример образцовой супруги в назидание всем потомкам поголовно и окружающим заодно?!!

– И чем тебе плох такой вариант? – Голос прозвучал как-то вкрадчиво.

Я даже опешила, но тут же вскипевшая волна благородного негодования вернула мне дар речи:

– Не «чем», а «кем», в том-то и дело!!! Дело в том, что кадр, восседающий в настоящий момент на троне, – это не Дин! Это не с ним я прошла огонь, воду и бог знает что еще, это не его я вытаскивала с того света, не за него соглашалась выйти замуж, не с ним получала благословение небожителей, не от него рожала детей! Это не он спасал мою жизнь, рискуя своей, не он заработал седые волосы лет на сто раньше срока, заключая сделку со смертью ради отсрочки на полтора века моего ухода в мир иной! Это не он терпел все мои выходки – заметь, не всегда невинные! – только потому, что тоже принимал меня такой, какая уж есть!.. Мало того – ценил как никто именно за это и до кучи за все вышесказанное!!!

– Но ведь с точки зрения здравой генетики близнецы абсолютно одинаковы! Это же, по сути, клоны…

– К дьяволу генетику! – взорвалась я. – Или еще куда подальше! Может, кто-то и порадовался бы, что боги в свое время сами удивились, насколько роскошная конструкция им удалась, и расщедрились на небывалый подарок миру – второе тело по тем же чертежам, но не я! Хоть этих копий целая дивизия вдруг обнаружится – мне нужен мой экземпляр, и никакой другой!!! К тому же ты, похоже, забыла, что кроме физической составляющей у человека имеется кое-что еще – душа и разум, например, и вот в этом-то и заключается главная проблема! С новоявленным «королем» у нас нет никакой духовной и душевной связи, поэтому и тело его не принимает, хоть он вывернись наизнанку от старания! Мало того – теперь еще и разум восстает, потому что меня угораздило разглядеть, где на самом деле у него красуется фамильная «татушка», и понять, что кто-то сильно хитро… выкрашенный нагло пытается втюхать мне – мне! – совсем не тот товар, за который заплачено, причем весьма недешево!!!

Изливая горечь и тоску, я забыла вовремя вдохнуть и теперь, едва закончив гневный монолог, поперхнулась и закашлялась, мотая головой и колотя кулаком по ни в чем не повинному подлокотнику. Норка встала и налила мне холодной воды.

– Ты забываешь еще кое о чем… – Первых глотков было явно недостаточно, чтобы погасить бушующий в душе огонь почти неуправляемой ярости. – Настоящий Дин сейчас неизвестно где, неизвестно с кем и как. И что самое страшное – неизвестно насколько…

– Ты же сказала, что он жив?!

– Да – пока. – Я машинально тронула мочку левого уха, где пульсировала живым теплом почти незаметная обычному глазу маленькая серебристая полусфера. – Но никто не знает, как долго это продлится. Не думаю, что пройдет много времени, пока его за ненадобностью не выкинут на свалку, оставив разве что приятные воспоминания, или вообще не сотрут с лица земли, дабы не было улик! Ему, думаю, отмерен срок ровно такой, какой понадобится самозванцу, чтобы укрепить свои позиции, ведь иначе я почувствую неладное и запросто испорчу всю обедню. Причем для этого даже затевать всенародное волнение не понадобится, достаточно использовать свои «золотые ручки», а еще проще – намекнуть нэфи, что мне угрожает смертельная опасность.

Подруга нахмурилась, повела плечами, но не проронила ни слова, только еще раз подала мне воды, прихватив на сей раз посудину пообъемистее.

– Возможно, не мне судить, – продолжала я уже немного тише, прикладывая пустую полулитровую кружку влажным эмалированным боком к своему виску в тщетной попытке охладить полыхающий разум, – но Дин получил корону вполне заслуженно. Сколько всего ему перепало только за годы расплаты за чужие грехи!.. А во время битвы в Туманной долине, которая до сих пор в кошмарах снится, он едва голову не сложил… причем сам тщеславием ни в коей мере не страдал! Гораздо больше его волновало, что из-за далеко идущих амбиций сводного братца погибли родители и пострадали друзья! И если бы не острая необходимость привести Мир в равновесие согласно воле древних богов, может быть, и вовсе не стал бы затевать заваруху, которая удалась ценой огромных потерь и едва не стоила жизни ему самому! Так нет же, пришлось поднять бучу на все королевство и потом еще несколько лет разгребать немыслимый бардак, что достался в наследство после правления Кронигана… И тут – нате вам, здравствуйте! – нарисовался брат-близнец, который сам и палец о палец не ударил ради обретенного вдруг благополучия, а заявился на все готовенькое!

– А ты бы на его месте, что же, – отказалась?

– Я?!!

Чтобы сформулировать подходящий ответ, понадобилось немало усилий – слишком уж взбурлили эмоции, зато теперь я чеканила слова:

– Возможно, и нет его вины в том, что именно ему перепала такая халява… Более того, я почти уверена, что новоявленный дублер – всего лишь пешка в чужой сложнозамудренной игре, как и те, кто сделал на него ставку… Но на его месте я бы вряд ли оказалась, и ты давно и прекрасно знаешь почему!

Норка медленно кивнула и наконец подняла на меня глаза.

– Потому что к вышеупомянутой халяве не приучена. Потому что привыкла всегда и всего добиваться сама! Разумеется, время от времени прибегая к чьей-нибудь помощи, но за нее всегда расплачивалась честно – вовремя, согласно тарифу и в оговоренной валюте…

– Перестань! – опять не выдержала я. – Далеко не за каждую помощь можно рассчитаться по такой схеме!

– …и уж никому бы не позволила купить себя с потрохами, а потом диктовать свои условия всю оставшуюся жизнь! – закончила подруга на той же ноте.

Я, остывая, пожала плечами:

– Особенно если этот остаток тянет на полтора-два века, что совсем не предел в роду моего благоверного! Кстати, не уверена, что новый «муженек» изначально собирался до гробовой доски быть марионеткой в чужих руках. Скорее всего, дождался бы удобного момента и…

Пара-тройка красноречивых жестов завершила недосказанную мысль. Норка снова кивнула и продолжила:

– И при этом чересчур проницательная супруга была бы лишь досадной помехой!

Я невольно передернула плечами:

– Вот – и ты туда же! Вы с моим некровным родственничком на редкость похоже строите жуткие умозаключения на мой счет… И чего я вам-то плохого сделать успела?!

– Когда успеешь, будет поздно! – парировала Вячеславна. – Обычно профилактика обходится гораздо дешевле.

– Тогда прими это как еще одну причину, почему мне позарез нужен мой настоящий супруг – единственный и неповторимый! Собственная жизнь – это святое, а в нашем случае еще и за детей почему-то беспокойно!

– Да ладно?! Что же он, совсем изувер какой?!!

– Понятия не имею! – Я досадливо поморщилась и махнула рукой. – Как оказалось, даже душа собственного мужа для меня до сих пор – непроглядные потемки, несмотря на всю мою «видючесть», что уж говорить об экземпляре, который все это время произрастал и воспитывался незнамо где и совершенно точно не среди моих друзей!

– Но ты же не думаешь…

– Очень даже думаю! Оно конечно, генетика – наука строгая, и маленьким ребятишкам заморочить голову большого труда не составит, но я больше чем уверена, что нашему «новобранцу» рано или поздно захочется оставить миру собственных наследников… Кто даст гарантию, что уже сейчас ему не пришла в голову эта ценная мысль?!

– Увы! – развела руками Норка.

– А те, кто за ним стоит?! В начале всей этой многолетней истории был эпизод, когда маги-затейники поставили беременную королеву перед жестким выбором. И окажись Фелисса чуть менее мудрой, не жить бы ни ей, ни будущим принцам… Так что нет оснований уповать на то, что мои дети вызовут у них большее умиление. Пока нашим королятам ничто не грозит, но долго так продолжаться не может: эту рокировку, к сожалению, далеко не дураки затевали, а побеспокоиться о запасных вариантах для прикрытия слабых мест в плане даже я додумалась бы!

– Даже?!

– Даже – при том что никогда не увлекалась всякими там интригами-заговорами. Скажу одно: неведомые пакостники на сей раз действуют гораздо умнее и тоньше, учитывая промахи своих предшественников, потому и результат налицо: подмену короля пока никто не заметил, да и вряд ли без моего вмешательства заметит вообще, а после внедрения своих людей куда следует и вовсе можно будет спать спокойно…

– Но ты же заметила!

– Но я не сказала об этом почти никому, а для всех остальных просто уехала погостить в свои фамильные владения, чтобы помочь в подготовке к свадьбе родственницы, а заодно порадовать родню визитом обожаемых всеми двойняшек-короляшек. Причем эти самые все поголовно могут убедиться, что я ни о чем таком даже не догадываюсь, мирно предаюсь отдыху и приятным хлопотам… Да еще и регулярно шлю гостинцы ненаглядному временно покинутому супругу, дабы скрасить его суровое одиночество, заполненное сугубо государственными делами.

Потом был долгий и со вкусом процесс чаепития с мармеладом в шоколаде, конфетами, сгущенкой и фирменным подругиным печеньем (тесто замешивалось из творога, маргарина и муки, а при раскатывании каждый слой пересыпался сахаром). Я рассеянно отгрызала хрусткие лучики у поджаристых «звездочек», запивая их чаем с травами, заваренным по рецепту моей обожаемой бабули, а «эскадрон моих мыслей шальных» носился где-то по просторам совсем другого мира. Вячеславна тоже молчала, погрузившись в глубокие раздумья. Встрепенуться меня заставил заданный ею актуальный вопрос о ближайших планах.

– Значит, ваше величество твердо намерено всему наперекор вернуть себе законного мужа?

– Тверже некуда! И себе мужа, и детям отца, и государству правителя! – уточнила я, заглядывая в чайничек для заварки и доливая в него кипятку.

– Похоже, ты все продумала. – Норка не смотрела на меня, поглощенная, казалось, процессом складывания из конфетного фантика цветастого кораблика. – Все, кроме одного: хочет ли возвращаться твой возлюбленный?

Я поперхнулась горячим питьем.

– Что?!!

– Задумалась ли ты хоть раз, когда затевала эту междуизмеренческую спасательную операцию, насколько твой супруг жаждет возвращения на родину и в семью? – четко, чуть ли не по слогам проговорила подруга и одним глотком допила свой остывший чай.

– Ты что, серьезно? – Я хоть и с трудом, но все-таки прокашлялась, а вот опомниться получилось не сразу.

– Серьезней только Уголовный кодекс! – парировала Вячеславна, аккуратно пристраивая кружку на салфетку. – Смотри сама: даже в разговоре с небожительницей главным аргументом было твое нежелание принять новое положение вещей, твои понятия о справедливости, твои ущемленные чувства – и так далее по списку… а ведь он тебя на сей раз о помощи не просил – равно как и никто другой!

– Как он мог это сделать, если попросту отсутствует в пределах досягаемости?!

– Вот именно! – припечатала Норка. – И в поездку тебя брать не хотел – отбивался до победного, и за той красоткой пошел вполне добровольно – даже твоей «видючести» не убоялся, и опоить себя позволил, хотя маг не из последних. Что ты сама сказала бы, если кто-то другой озвучил бы события в таком раскладе?

– Что данная особь ненавязчиво, но настойчиво стремилась исчезнуть с горизонта, если даже не насовсем, то как минимум устроить себе каникулы. Так что диверсия, затеянная иномирскими пакостниками, оказалась как нельзя более кстати, – упавшим голосом констатировала я. – Ты права… Но почему, черт побери все на свете?!!

Подруга красноречиво развела руками.

– Сама же говорила – он сам не очень-то и рвался к власти, если бы не воля высших сил да не жестокая необходимость уберечь Мир от катаклизма!

– Так сказал бы прямо, тихушничать не в его характере…

– А жить-то хочется, причем как можно более здоровым! – продолжала она вкрадчиво-доверительным тоном. – А тут и добрые люди нашлись, по собственной инициативе подсуетились и замену ему подготовили! Боги не против, Мир в равновесии, королевство процветает, о наследнике он успел позаботиться, даже твои нервы в порядке по причине гарантированного неведения – что еще надо? Можно себе позволить и отпуск, если не пенсию, и пожить как самому хочется! Такой случай упустить – век себе не простить!

Я убито молчала, бездумно следя, как ложечка впустую совершает круговые движения внутри моей посудины с чаем, пытаясь выловить ломтик лимона, который так и не был туда мною положен. Шутки шутками, а ведь и в самом деле – в мою ныне венценосную голову никогда не приходило, что кого-то (не будем показывать пальцем, тем более что возлюбленного супруга сейчас нет в наличии), да еще и до такой степени, может не устраивать сложившееся положение вещей… Которое, между прочим, не только нравилось мне самой, но и в полной мере отвечало воле небожителей!..

А Норка меж тем продолжала:

– Ты хоть раз пыталась представить, что значит жить бок о бок с постоянно действующим рентгеновским аппаратом, в который вдобавок встроено до черта сканеров, просекающих даже малейшие изменения в настроении, не говоря уж об остальном?

– Хочешь сказать, всех ближних надо срочно изолировать от меня во избежание лучевой болезни?

Отшучивалась я почти на автопилоте, поскольку высказывание подруги окончательно выбило меня из колеи. Неужели все и в самом деле настолько ужасно?! Нет, я никогда на свой счет особо не обольщалась, напротив – была твердо уверена, что родные и близкие в моем лице получили от судьбы подарочек тот еще, который в самый раз дарить бывшим лучшим друзьям в пятницу, тринадцатого, или на Хеллоуин. Это мною осознавалось давно и прочно, хоть и не мешало радоваться жизни, зато давало широчайший простор для работы в области самосовершенствования. Только додуматься до подобного финала для своей сбывшейся наяву сказки мне просто не хватило фантазии.

– Стоп! – Я решительно тряхнула головой. – Так и свихнуться недолго лет на сто раньше времени! Если все до такой степени паршиво, пусть он мне сам об этом четко и недвусмысленно скажет – в лицо!

– И ради такого сомнительного удовольствия ты все равно решишься на опасное для жизни мероприятие?

– Я еще и не на то решусь, лишь бы расставить все точки над «Ё» и все палочки возле «Ы»! Хотя бы для того, чтобы испортить всю обедню непрошеным затейникам! Фигу без мака им – каждому, а не спокойный сон!!! К тому же каша уже заварена, благословение свыше получено, за помощь заплачено, дети в безопасности, прикрытие обеспечено… дело за командой!

– А если друзья раздумают?

– Значит, пойду одна! – Я сама удивилась, насколько буднично это прозвучало. – Для себя все давно решено, пути назад нет! Если же близкие посчитают, что рисковать головой нет необходимости… что ж, это их право. Я любое решение приму с пониманием и уважением, никаких обид и упреков, ибо никто не обязан рассчитываться жизнью, здоровьем или хотя бы свободным временем за мои заблуждения, но уж меня отговаривать в любом случае бесполезно! Только вот…

– Что? – Подруга не сводила с меня заинтересованного взгляда.

– Почему эти каверзные вопросы никто не задал мне в храме, до заключения сделки с богами?! – Я нахмурилась, пытаясь упорядочить скачущие вразнобой мысли.

– Может, были заинтересованы в том, чтобы получить с тебя плату?

– Зачем бы это им? – пожала я плечами. – В могуществе не мне с ними равняться, зависть им, как я понимаю, чужда… На кой бы вдруг небожителям сдались мои дарования, значимые для смертных? А если решили, что, мол, попользовалась – и будет, просто отняли бы, да и дело с концом! Куда бы я, интересно, жаловаться побежала? Да и побежала бы – еще вопрос! Знаешь, бог дал – бог взял…

– Тогда, может, не хотели оставить без внимания именно твою просьбу? Ты ведь не абы кто, а их же посланница!..

– Статус посланницы небожителей – это вовсе не приз и не подарок, а почетная обязанность! – покачала я головой. – Служить ключевой фигурой в миссии любого масштаба – то еще развлечение, можешь поверить мне на слово. И всяческие статусы важны опять же лишь для людей, а боги вполне в силах послать любое доступное счету количество подобных личностей когда и куда угодно… И условия каждой игры диктуются только теми, кому положено по штату, а не всеми желающими.

– Но понимание подобных тонкостей не помешало тебе вмешаться в процесс диктовки правил!

– Наверное, сработала давняя привычка идти до конца и перепробовать все варианты хотя бы для того, чтобы потом спать спокойно, зная, что сделал все возможное. Не поверишь – сама удивляюсь, как мне наглости хватило… и до сих пор не верю, что происходящее сейчас не сон!

– Хочешь, ущипну? – с готовностью привстала подруга.

– Не поможет. Знала бы ты, насколько реальными порой бывают видения… можно даже умереть всерьез и по-настоящему!

Норка передернула плечами, задумчиво побарабанила пальцами по столешнице и подытожила:

– В принципе, наверное, значимо, что тебе вообще согласились помочь, и не так уж важно почему…

– Если уж их всех действительно устраивал получившийся расклад, а мои поползновения и амбиции привели бы только к потере здоровья и времени… зачем было мне помогать?!

– Значит, не всех, – качнула головой Норка, подмигивая. – Значит, хотя бы твоя богиня была с тобой солидарна!

– Значит, и небожители не бывают всегда и во всем единодушны! – подхватила я с облегчением. – Тем лучше!

Вячеславна встала и начала убирать со стола остатки пиршества, я же складировала в раковину посуду.

– Когда отправляемся?

Вопрос прозвучал так буднично и обыденно, словно шла речь самое большее о походе в ближайшую кулинарию за фирменными пончиками или совместном посещении библиотеки перед семинаром. Очередная чашка едва не выпала из моих дрогнувших рук.

– Так ты… все-таки решилась?!

– Как только зашла речь о необходимости спасательной кампании, которую в любом случае лучше проводить в теплой дружеской компании! – повела она плечом. – Ты что, думаешь, я со спокойной душой позволю тебе уйти неизвестно куда в поисках новых приключений… и опять без меня?! Подруга называется!!! Неужели сомневалась во мне?! Эх ты, госпожа «видящая»…

– Но… ты так дотошно выискивала аргументы против этого мероприятия…

Норка промолчала, только повела бровью и сдержанно улыбнулась, глядя на меня с какой-то непонятной подначкой… и тут словно пелена спала с глаз. Ну конечно! Это насколько же меня зациклило на переживаниях, что я только сейчас поняла очевидное: верная подруга вовсе не колебалась в отношении своих планов на ближайшее будущее, равно как и не пыталась уговорить меня смириться с обстоятельствами. Она попросту дала мне возможность выговориться и облегчить наболевшую, истерзанную сомнениями душу… А попутно самой озвучить причины своего несогласия с пассивностью небожителей и несколько совсем не лишних раз вспомнить все то, что связывало меня с моим прекрасным принцем, который уже давно и по праву стал королем и отцом моих детей…

И каверзные провокационные вопросы, что подкидывались ею время от времени, сыграли свою роль: убеждая подругу в правильности принятого мною решения в силу неправильности сложившейся ситуации, поневоле я сама еще больше убедилась в том же. И как-то сразу стало ясно, что не так все тоскливо в отношении небожителей и хотя бы кто-то из них да смотрит в мою сторону с благосклонностью и сочувствием. Ведь не зря меня настолько воротило от «мужа», несмотря на долгую разлуку, неспроста смогли мои сенсоры пробиться через хитроумный магический заслон и явить мне решающие доказательства подмены! И уж бесспорным добрым знаком следует считать тот факт, что «отданная ранее часть моей души», вопреки всем сомнениям, обеими руками за воссоединение и совместный поиск приключений на любую подходящую часть организма ради восстановления справедливости!

Последний сегодня вопрос был задан позже, когда мы уже разбрелись по постелям, причем Норка, не слушая возражений, уступила мне кровать («Величествам положено, и не спорь с хозяйкой, раз в гости пришла!»), сама же устроилась на диване. Кот последовал за мной и свернулся клубком в ногах, его басовитое мурлыканье действовало так убаюкивающе…

– Все хочу спросить: а что потом?

– Когда?

– После того, как найдешь мужа и вернешь все на круги своя?

– Еще не думала об этом. – Я подавила зевок. – Наверное, будем жить как жили…

– А получится?

– Ты к чему вообще клонишь?! – Боль, неожиданно кольнувшая сердце, заставила спешно ретироваться подступившую было дремоту.

– Насколько я тебя знаю, вряд ли ты сможешь просто забыть эту историю.

– Забыть подобное под силу только склеротику со стажем! – проворчала я, садясь на постели. – А еще надежнее – жертве гильотины! Если сумеем в процессе поисков не расстаться с жизнью, то не самым лучшим решением будет потратить ее на бесконечные копания в прошлом!

– Но ведь вся каша заварилась именно тогда, когда Дин все-таки тебе изменил, как ни крути… А ты бросила детей, перебаламутила друзей и небожителей и ринулась туда, не знаю куда…

– Зато я хорошо знаю, что собираюсь в итоге принести! Кстати, насчет малышни ты зря – не бросила, а оставила погостить в наших фамильных владениях у любящих родственников, причем под совсем нешуточной защитой!

– Зато рискуешь головой, не зная наверняка, стоит ли игра свеч!

– А это вообще вряд ли хоть кому-нибудь известно, – махнула я рукой. – Конечно, проще всего было бы нацепить на фейс классически обиженное выражение, махнуть рукой и сказать: сам виноват, не оценил… И вообще – за что боролся, на то и напоролся… или какую другую умность в том же роде, да еще и неприличный жест изобразить, чтобы знал, куда идти со своей любвеобильностью наперевес! Мол, небожители не дадут мне, обманутой и обездоленной, в одиночестве зачахнуть, сразу и замену прислали ничем не хуже, но… – Я, не договорив, покачала головой.

– Но?.. – деликатно поторопила Норка.

– Предпочитаю подождать с выводами, пока не выяснены все обстоятельства.

– И ты… действительно сможешь простить ему измену?!

– Почему бы и нет?! – пожала я плечами, сооружая на лице самую милую из имеющихся в арсенале улыбок – в основном для того, чтобы замаскировать невольную гримасу из-за резко сжавшегося и болезненно пульсирующего сердца. – Разве что не сразу, а после того как… На мертвых не обижаются!

Но, испугавшись, что подруга воспримет сказанное слишком уж серьезно, поспешила добавить:

– Во всяком случае, подумаю над этим… если хорошо попросит.

И решительно выключила светильник.

Я стояла посреди огромной равнины, слегка пониженной в центре. Линия горизонта, размытая из-за плотной сизой дымки, не разделяла, наоборот – соединяла земную твердь и небесную сферу, поэтому казалось, что нахожусь внутри тускло светящегося мыльного пузыря. Солнца нет, но в мертвенно-синем сиянии, льющемся со всех сторон, ясно видно, что вокруг нет ничего живого, лишь раскаленный воздух мерно колеблется над серо-коричневой мозаикой сухой глинистой корки, растрескавшейся от нестерпимого зноя.

Раскаленный воздух сушит губы до трещин, а глаза до рези, но я почему-то игнорирую возможности сенсоров и продолжаю напряженно вглядываться в даль, щурясь и часто моргая. Впереди полупрозрачное марево становится плотнее, сильно дрожит, превращая пейзаж и без того безрадостный в панораму безумной пляски пыльных призраков, и наконец начинает медленно закручиваться в огромную спираль. Совсем немного времени потребовалось для того, чтобы гигантский темный столб, вращающийся с низким гулом, от которого ощутимо вибрировала под ногами земля, подпер белесые от жары небеса и заставил весь окружающий воздух устремиться к нему со все возрастающей скоростью…

Это зрелище завораживает настолько, что я не могу ни оторвать от него взгляда, ни сделать ни шагу в сторону, хотя толку было бы от тех шагов при таких-то масштабах неожиданного явления!.. Мое бездействие тем более странно, что, казалось бы, нет ни малейшего сомнения в моей неспособности противостоять взбесившейся стихии, равно как и в бесполезности любых попыток убежать или укрыться от надвигающегося ужаса.

Но я стою, выпрямившись во весь рост и держа перед собой руки. В моих сложенных чашей ладонях горкой лежат полупрозрачные шарики – дюжины три, гладкие, тяжелые, размером с принадлежность для пинг-понга и неожиданно пульсирующие живым теплом. Внутри каждого явственно мерцает огонек, словно неведомый мастер магии сумел не только заключить в каждую из этих сфер по крохотной свечке, но и обеспечил им способность гореть в замкнутом пространстве.

От нарастающего гула и грохота закладывает уши, резкая боль глубже ввинчивается в ноющие виски. Приближающийся смерч набирает обороты, пышет нестерпимым жаром. Он уже закрывает полнеба и заставляет весь имеющийся в наличии воздух стремительно мчаться к нему с треском и свистом, подхватывая и унося все, что попалось по пути, – песок, пыль, камни, мелкий сор… но не меня. Мне каким-то неведомым образом удается оставаться на месте, мало того – крохотные язычки пламени продолжают гореть, разве что мерцают немного чаще.

В мягких переливах неяркого радужного свечения, окутывающего их, пристальный взгляд легко различает лица людей – молодых, пожилых и совсем еще детей, такие знакомые и любимые до боли каждый по-своему… Внезапно приходит понимание – в мои руки какой-то высшей силой вложены души тех, кто по жизни тесно связан со мной судьбой, родством или в силу личной доброй воли. Теперь только от меня зависит, сколько их уцелеет в грядущем катаклизме и уцелеет ли вообще…

Я пришла в себя даже не от того, что чья-то рука сильно трясла меня за плечо. Меня разбудила смесь непривычных звуков, режущая слух, – тихий надрывный стон, переходящий временами в тоскливое завывание, и громкие реплики, произносимые близким к истерике голосом с такой скоростью, что сливались в одну:

– Сейчас же проснись! Проснись немедленно, слышишь?!! Да открой же глаза!..

Судорожные всхлипы над самым ухом заставили меня окончательно встряхнуться и сесть на кровати.

– Что случилось?

– Ты кого спрашиваешь?! – Подруга наконец отпустила меня, шагнула в сторону и рухнула в кресло, размазывая слезы по щекам трясущимися руками. – Да я чуть не спятила в одночасье, когда поняла, от чего проснулась!

– И от чего же? – рассеянно переспросила я, разглядывая и потирая свои ладони, еще хранившие, казалось, тепло давешних шариков и ощущение их гладкой тяжести.

– От воя твоего!!! – Норка явно никак не могла опомниться. – Это надо было слышать! Ты металась, как будто под тобой постель горела, стонала, плакала и… читала стихи!

– Какие еще стихи?!

Вячеславна всхлипнула в последний раз, утерла мокрое лицо подолом сорочки, судорожно перевела дыхание, встала и подала мне мобильник. Я на автопилоте отыскала диктофон и перевела в режим воспроизведения. С первого раза понять ничего не удалось – в основном из-за сумбура, царившего в голове, и звона в ушах, зато во второй раз пробрало по полной программе…

Помнишь ты – я сказала тогда:

«Отныне и навсегда!..»

Кто за то, что случилось, в ответе?!

Знает с мертвых пустошей ветер,

Знает странная черная птица,

Что в кошмарах над нами кружится…

Знает лес колдовской в Запределье,

Чьи следы заметают метели

Под покровом полярной ночи…

Что за яд мое сердце точит,

Кто мой разум в жертву пророчит,

Кто поставил ряд многоточий

В сказке, той, что писали сами

Посвященными жизни словами?!.

Все, что было честью и долгом,

Все, что строилось трудно и долго,

Что дарило теплом и светом –

Раскаленным засыпано пеплом…

Он глаза выжигает и душу,

Он дотла, до предела иссушит,

Каждый вздох превращая в мучения,

Отравляя насмерть сомнениями…

Я выронила телефон, откинулась на подушку и закрыла лицо руками.

– Зачем ты записала это?! – Голос был совсем не мой – сдавленный и хриплый.

– Не знаю, черт все подери! – Подруга шумно воспользовалась найденной наконец-то салфеткой. – Наверное, машинально… подумала – вдруг это какое-то важное заклинание…

– Скорее всего нет… просто крик души…

– Вперемешку со стоном и плачем! – Норка передернула плечами, постепенно приходя в себя. – Давай-ка я тебе валерьяночки накапаю!

Мне стало смешно – великую целительницу (хоть и в прошлом… теперь) и дипломированную знахарку лечат банальной настойкой за червонец из дежурной аптеки! Но спорить не стала.

– Себе-то не забудь!

Мы молча чокнулись, опрокинули стаканы, дружно поморщились и запили водой из одной кружки, после чего снова разбрелись по постелям для второй попытки заснуть.

Глава 3

Утром, едва открыв глаза, я первым делом поинтересовалась у отчаянно зевающей подруги:

– Так ты как – не передумала… пока не поздно?

– Даже не мечтай! – отрезала Вячеславна, разом проснувшись окончательно. – Растравила мне душу рассказами о всяческих чудесах и приключениях, раздразнила описанием целой толпы классных мужчин, к тому же на любой вкус и ни к кому не пристроенных по жизни, а теперь, значит, надеешься, что я все это пропустила мимо ушей? Да я, может, всю ночь спать спокойно не могла!

– Значит, лишь поэтому…

– И никакой не «лишь»! Я, кроме прочего, теперь считаю своим долгом увидеть собственными глазами, что за чудо чудное ты себе отхватила, и определиться наконец, а стоило ли городить ради его спасения весь этот междуизмеренческий огород!

– Ну, знаешь!..

– А кто еще знает, как не я?! Трезвый взгляд со стороны еще никогда лишним не был!

– Лишним – нет, а вот запоздавшим…

– Лучше поздно, чем не совсем! – Норка подмигнула, набрасывая на прибранную кровать покрывало. – Не помнишь, кто меня учил сей житейской мудрости?

Я состроила недоумевающую гримаску и пожала плечами.

– Понятия не имею, чем ты занималась тут без меня! И потом – я, по-твоему, способна разменять свою жизнь и прочее, дарованное свыше, на что-нибудь непутевое?!

– Конечно же нет! – Она присела рядом и приобняла меня за плечи. – Если уж моя эмоционально-рациональная переборчивая подруга, пройдя через… бог знает что, все-таки обрела желаемое, я без колебаний приму на веру, что оно того стоило!

У меня защипало глаза, но всерьез разнюниться так и не получилось – предстояло переделать уйму дел, прежде чем окончательно покинуть этот когда-то родной мир…

В деталях обговорив планы на сегодняшний судьбоносный день и лишний раз уточнив место встречи, то самое, что никак нельзя было изменить, мы разъехались в разные стороны. Подруга по пути занесла кота соседке, которая как раз недавно лишилась домашнего любимца по причине его глубокой старости, а я для начала решила заглянуть в свою квартиру.

И медленно поднималась по ступенькам, проигнорировав действующий лифт, и долго стояла перед запертой дверью, бездумно глядя на знакомую обивку и номер, составленный из металлических цифр внутри фигурной овальной рамочки. Сейчас было бы уместно завернуть что-нибудь философски-прочувствованное, процитировать свои размышления о высоком, хотя бы о бренности всего сущего и относительности любого бытия, но… ничего подобного в голове не наблюдалось. Рука привычно пошарила в боковом кармашке сумочки… нет, не здесь – ведь в то памятное утро выскакивала из дома как на пожар, поскольку рисковала опоздать уже на вторую пару, где уж там было искать кармашки… Вот они, ключики, мирно лежат на самом дне, брошенные впопыхах, но никуда не девшиеся!

Перед тем как переступить порог, невольно задержала дыхание – будто снова шагала в иную реальность. Хотя… почему «будто»?! Все то, что видели сейчас мои глаза, не настолько уж давно было для меня привычным и обыденным… Правда, за это время успело перейти в категорию «прошлое», которое никогда и ни за что не забудется, и стало тем, что называется «отрезанный ломоть»… Особые чувства вызвал вид мобильника, лежавшего на столе. Я озадаченно нахмурилась – вроде бы оставляла его на спинке дивана, подключенным к сети?! Впрочем… какая теперь-то разница?! Я сделала свой выбор тогда, пять лет назад, и сейчас абсолютно точно не собиралась ни о чем сожалеть, прикидывать, «как все могло сложиться, если бы…», впадать в ностальгическую хандру или терять время!

Достать из шкафа самую большую сумку, а с антресолей заслуженный и проверенный в многочисленных поездках рюкзак – дело пары минут. Затем аккуратно сложить в него все, что может пригодиться в долгом и опасном странствии… да и после него тоже! Конечно, если – вернее, когда! – удачно завершится дело с переброской в пространстве и времени, нас в условленном месте будут ждать соратники с лошадьми, оружием и дорожными сумками, которые мною лично были упакованы под завязку всем необходимым для продолжительного путешествия в летнее время. Только следует учитывать и такой вариант, что при перемещении возможны погрешности в координатах или еще какие-нибудь непредвиденные осложнения, и до них еще придется добираться самостоятельно…

А посему привычно ставим галочки в списке: проверенный брезент – и подстилка, и тент… мешок спальный-«одеяльный»… соль, спички, нож складной – многопрофильный, большой… кружка-ложка-котелок, кофе-шоколад-чаек… Пусть их надолго не хватит, но побаловать себя напоследок – это святое, да и друзей позабавлю экзотикой. Так, не забыть шкатулку с украшениями, подаренную бабулей, которая – светлое место ей в раю! – всю жизнь любила изделия из натуральных самоцветов и серебра и привила эту склонность единственной внучке… И коробку с гадальными принадлежностями – кристаллы, всевозможные карты вплоть до Таро… И эту пачку журналов по вязанию, где собраны всевозможные модели, от повседневных до сногсшибательных – однажды организованный бизнес нужно развивать, иначе и заводиться не стоило!..

Видимо, я в глубине души была твердо уверена в успехе затеянного мероприятия, потому и тщательно упаковывала сейчас вещи, которые могли бы пригодиться только в случае выживания и возврата к мирной жизни… Кстати, в нашей семье не принято являться к детям без гостинцев!

Пришлось потратить некоторое время, чтобы откопать в недрах стенного шкафа ящик с моими детскими «сокровищами». Вот она – юла, на вид как новая, потому что была любимой игрушкой, с которой обращались бережно и аккуратно… Поразмыслив, я решила, что она будет неплохим развлечением для моих и не только моих детей по другую сторону Границы. Да еще, пожалуй, надо будет прикупить по дороге два-три набора пазлов – тоже для образца, ведь умелых мастеров у нас в королевстве хоть пруд пруди…

Чуть не забыла! Моих любимых цитрусовых, как выяснилось, на новой родине днем с огнем не сыщешь, издалека возить приходится, поэтому стоит попробовать решить и эту проблему – раз уж я все равно так удачно попала домой. В общем, обеспечить в недалеком будущем наличие свежих лимонов, мандаринов и грейпфрутов – не такая уж непосильная задача. Конечно, из косточек вырастут лишь дички, но не тащить же в такую даль по холоду привитые саженцы!.. Ничего, был бы материал исходный, там уж садовники разберутся…

Говорят, самое страшное – начинать… как бы не так! Главное – вовремя остановиться! Особенно когда дело касается сборов… Интересно, до какой степени нагрузится Норка? Хотя с чего бы ей от меня отставать?!

Мы, как и договаривались, встретились на конечной автобусной остановке у железнодорожного вокзала, одновременно впились взглядами в раздутые «рисовки», подняли глаза друг на друга и дуэтом прыснули. Воистину – скажи, кто твой друг… Запас времени вполне позволял прогуляться по празднично украшенному зданию и площади перед ним, а увесистые сумки – сделать это неспешно. Кроме прочего заглянули в тот самый павильончик с канцелярскими товарами. Я снова, как и пять с лишним лет (или все-таки месяц?) назад, купила такой же блокнотик со встроенным во внутреннюю часть обложки зеркальцем и такой же зеленый маркер… Не то чтобы я сомневалась в надежности обещания, данного небожителями, но посчитала, что не повредит как можно более точно воспроизвести все свои действия в тот судьбоносный вечер – так, на всякий случай!

Вот и лавочка возле столба с той самой табличкой… Других желающих проехаться в нужный конец города не оказалось. Мы пристроили сумки и не сговариваясь плотнее укутались в шарфы – погодка выдалась точь-в-точь как в тот судьбоносный день… Дело шло к полуночи, ветер усиливался, валом валил сырой снег, и по-прежнему неуютно было приплясывать на продувной привокзальной площади. Разве что теперь вытанцовывать сиртаки удавалось куда лучше, потому что вдвоем…

– Ты точно видела?

– Да. Своими собственными глазами. А не глазами вижу и сейчас – мирно стоит в «отстойнике» и коптит небо. Тоже в компании.

– ???

– Шофер курит, мотор греется…

Норка фыркнула и, притопывая, отправилась в очередное путешествие вокруг пестрой афишной тумбы, старательно располагая следы ровной цепочкой. Видимо, слишком уж неспокойно было у нее на душе, потому что как правило чересчур многословной мою подругу не назовешь…

– А мы не опоздаем?

– Не должны. Раньше последней «газели» все равно уже не уедем…

– Слушай, а вдруг не получится?

– Ничего страшного! – пожала я плечами, стараясь говорить непринужденно и не обращать внимания на то, до какой степени при этих словах все внутри сжалось в ледяной ком и застыло. – Случались по жизни «вдруг» и поувесистее… До тебя-то… вернее, до тетушкиного домика в любом случае доберемся, переночуем, а на следующий день попробуем снова.

В действительности же на душе было далеко не так спокойно, как я старалась показать. Откуда, в самом деле, можно знать, впервые в жизни затевая подобную кампанию, какой «вдруг», на каком этапе и в каком количестве может приключиться!.. А посему остается только сжать зубы в кулак и делать что задумано, воспринимая возникающие по пути помехи как боевую вводную задачу и решая их по мере сил и необходимости.

Норка спрашивала еще о чем-то, но я, наверное, отвечала уже невпопад, потому что неотрывно следила за тем, как перестраиваются ядовито-зеленые палочки на огромных табло, украшавших противоположные стороны высокой четырехгранной башенки, венчавшей недавно перестроенное здание. Даже не знаю, что смогло бы сейчас отвлечь мое внимание от этого увлекательного занятия!.. Не раз приходилось по жизни жалеть, что могу взглядом лишь «проникать за Предел», а не воспламенять, но это и к лучшему, иначе тем электронным часам незамедлительно пришел бы полный кирдык со взрывом и прочими спецэффектами… Да неужели?!

На черном фоне высветилась долгожданная комбинация, забыть которую так и не вышло за эти пять с лишним лет и вряд ли получится за всю оставшуюся жизнь… сколько бы там ее ни осталось! 23:46 – вышеупомянутый ком внутри вдруг вырос так, что не давал дышать, но, к счастью, ненадолго: из мутной снежной круговерти вынырнул, жизнерадостно гудя, новенький желтенький микроавтобус и лихо подрулил к бордюру. Как же радостно видеть на лобовом стекле картонку с нужным сочетанием цифр! А шофер-то какой симпатичный, черняво-усатенький… похоже, тот же самый… не важно! И как же легко стало на душе без камня, который в последние пару часов сильно увеличился в размерах и неимоверно давил, но наконец-то упал и даже ног не отшиб!!!

Мы в рекордные сроки загрузились, разместились и расплатились. Можно было и подремать с полчасика, о чем я и поспешила сообщить Вячеславне. Она смерила меня задумчивым взглядом, но сказала только:

– Ты всерьез надеешься, что у меня это получится?!

– Тогда меня разбуди, если что.

Не подумайте хорошего – мне тоже было не до сна, но я упрямо прикрыла глаза, устроилась удобнее и убедительно засопела. Просто так было легче скрыть, насколько мощный ураган всевозможных эмоций бушевал сейчас в моей душе. Ни к чему нервировать еще и подругу, пусть лучше подумает еще немного, взвесит и прикинет, что к чему и почем, пока не поздно дать задний ход… Она же, устремив невидящий взгляд в темное стекло, и в самом деле погрузилась в раздумья, но только вот никакого сожаления, смятения или сомнений моим сканерам отследить не удалось. Это было скорее нормальное волнение человека, начинающего новый этап в своей жизни, жгучий интерес перед неизвестным и вполне здоровое опасение, сможет ли она справиться и не ударит ли в непривычных условиях в грязь лицом.

В последние минуты пути меня охватило странное спокойствие и в голове не осталось ни одной мысли. Я встрепенулась, потерла глаза и просто бездумно смотрела, как мелькают в темноте огни, машинально фиксируя повороты. Вот и последний…

– Нам пора!

Я подтолкнула подругу локтем и подхватила ручки увесистой «рисовки». «Газелька» лихо подрулила к остановке и остановилась. Я на миг притормозила у выхода, снова тряхнула головой, избавляясь от ощущения дежавю, и решительно распахнула дверь. Все как тогда – снег и ветер в лицо, и ни одного работающего фонаря… В голову вдруг ударила волна бесшабашного веселья – вот оно, начинается!..

– За мно-о-о-ой!

Шаг вперед с узкой ступеньки, долгожданная короткая вспышка ослепительного золотисто-изумрудного света – и короткий полет с приземлением в густую высокую траву. Рядом с глухим шумом валится полосатая торба, на нас обеих – Вячеславна в обнимку со своим багажом и боевым кличем на зависть всей Тарзаньей родне. Оборачиваться нет необходимости, но я не упускаю возможности лишний раз убедиться, что в пределах видимости любым видом зрения не осталось никаких заснеженных дорог, машин и прочих реалий теперь уже за-Граничной цивилизации…

– Получилось? У нас получилось?!

– А куда бы оно девалось! – проворчала я, выбираясь из куча-малы и перекатываясь на спину, чтобы выровнять дыхание и полюбоваться ночным небом, на котором, пользуясь отсутствием лун, звезды устроили нам торжественную встречу с иллюминацией. – Между прочим, за покушение на венценосную особу полагается смертная казнь!

– Ого! Это что же, у тебя при каждом переходе сюда автоматически режим переключается?! С «подруги» на «королеву»?!

– Одно другому не мешает. – Я царственно махнула рукой. – Можешь для реверанса даже не вставать…

– В смысле – изобразить его тебе лежа?

– Ладно уж, совсем не напрягайся! Тем более что в дубленке получится не особо элегантно. Так и быть, попробую еще немного обойтись без положенных почестей.

– Кстати о дубленке и ей подобном…

Некоторое время у нас ушло на то, чтобы освободиться от неуместных в теплую летнюю ночь деталей зимнего прикида и аккуратно упаковать их в «рисовки», откуда предварительно были извлечены рюкзаки.

– Давай так: ты тут за вещами присмотри, а мое величество изволит проследовать на прогулку за дровами. – Я закончила шнуровать кроссовки, встала и одернула рубашку.

– Осторожней там! – озаботилась Норка, умилив меня до глубины души. – Все-таки тут не замок с охраной и удобствами…

– Слушаюсь! – дурашливо козырнула я и поспешила успокоить: – Со мной нэфи, а он один любой охраны стоит!

– Ты, кстати, до сих пор нас не познакомила!

– Подожди, разведем костер…

Оставив подругу «накрывать поляну» для позднего ужина – или очень раннего завтрака, я углубилась в лес в поисках топлива, благо здесь его было в достатке. Заодно нашла ручеек с холодной и чистой водой и по давно сложившейся привычке собрала попавшиеся по пути полезные растения.

Мы расположились неподалеку от края высокого обрыва над полноводной рекой, на относительно ровной площадке, сплошь поросшей низкой травой как ковром. Примерно в полусотне шагов начинались густеющие по мере удаления от берега заросли кустарника вроде нашего шиповника, за ними группками расположились березы, осины и еще что-то, постепенно переходя в непролазную чащу. Противоположный берег был гораздо ниже нашего, и на нем сплошная стена леса вырастала сразу от узкой линии галечника. На его темном фоне особенно эффектно и таинственно смотрелись огоньки сотен светлячков, которые то медленно перемещались, то гасли, чтобы снова замерцать в другом месте. И над всем этим – опрокинутая чаша высокого чистого летнего неба. Безлунного, но такого звездного…

Большой огонь разводить не стали – так, чисто для уюта. Забираться в спальные мешки тоже было бы ни к чему, поэтому растянулись поверх них, пристроив под голову рюкзаки. Я сняла свою необычную «брошь», положила на ладонь и легонько дунула со словами: «Просыпайся, мой хороший!» Накрыла сверху другой рукой… Норка наблюдала за моими манипуляциями как зачарованная. Впрочем, итог получился нисколько не хуже любого фокуса – на моих вновь раскрытых ладонях с неожиданно гулким урчанием потягивался очаровательный котенок. Встряхнулся, сел, подмигнул мне вишневым третьим глазом и принялся деловито умываться.

– Какая прелесть! – Подругин восторг прорвался шепотом, чтобы не спугнуть. – Какие котяпочки!..

– Какие… что?! – Мы с Фадиком переглянулись и одновременно воззрились на нее с одинаковым недоумением.

Вячеславна смутилась:

– То есть… котячьи лапочки… в смысле – котеночковые лапки… как-то так…

Нэфи, устроив поочередный досмотр своим конечностям, некоторое время глядел на мою подругу, задумчиво шевеля усами, потом снисходительно фыркнул и спрыгнул на землю. Дрова почти прогорели, пришло время для регулярных процедур… и очередного шока для непосвященных. Не спорю, человеку неподготовленному дико видеть, как очаровательное миниатюрное создание восседает посреди непогашенного кострища и с аппетитом поедает пылающие угли, смачно похрустывая и отфыркиваясь искрами, а затем с упоенным урчанием катается в синеватом пламени, при этом не повредив ни единого волоска в своей пушистой каштаново-крапчатой шубке…

Глядя на него, мы тоже решили подкрепиться, быстро уничтожили прихваченные бутерброды, ополовинили термос, подбросили в костер сучьев и улеглись по его разные стороны полюбоваться небом. Фадик привычно свернулся на моем плече, и я, поглаживая теплую спинку, поведала подруге историю появления у меня столь необычного питомца и стала вслух припоминать услышанные в разное время легенды о здешних созвездиях…

– С луной тоже связано какое-нибудь предание?

– С лунами, – поправила я. – Здесь их две: маленькая Диллия и Тармия, побольше. Так звали двух сестер, которые влюбились в одного и того же красавца Гелеокла. Он был неравнодушен к ним обеим, но никак не мог выбрать, кто на свете всех милее… Дело кончилось тем, что девушки, совсем спятив от ревности, рассорились. Одна отравила другую, а та успела поразить соперницу кинжалом, прежде чем навсегда закрыла глаза. Нерешительный возлюбленный не смог пережить утраты – хотя мне больше нравится думать, что его заела совесть! – и бросился в их погребальный костер…

– Н-да, нет повести печальнее на свете…

– Зато есть в буквальном смысле светлый момент! Чтобы огонь страсти не пропал даром, высшие силы превратили всех троих в небесные тела и на вечные времена обязали освещать миры, вдохновлять влюбленных, указывать путь странникам… и при этом двигаться по разным дорогам и в разное время. Гелеокл, которого мы привыкли называть солнцем, царствует над миром днем, а сестры-взаимоубийцы выходят на прогулку по ночам, потому что стыдятся своих черных мыслей, которые привели к таким последствиям. Их орбиты настолько причудливы, что увидеть на небе все три светила одновременно и в полной фазе удается далеко не всем и очень редко…

Мы немного помолчали.

– Все хочу спросить…

– О чем?

– Почему королевство Северное, а монархи – Ледяные Короли? Насколько могу судить, климат у вас тут очень даже ничего…

– Не везде. – Я перевернулась на живот, чтобы дотянуться до припасенного хвороста и подбросить сухих веток в огонь. – Во-первых, изначальная территория почти целиком находится в зоне вечной мерзлоты. Позднее держава прирастала в три стороны, пока не стала такой, как сейчас, а название осталось. Во-вторых, в наших землях, особенно в горах на востоке, алмазных месторождений, причем богатейших, встречается много, как нигде больше, а эти камушки в здешних краях зовутся «горным», или «каменным льдом»…

– Теперь понятно, каким именно медом намазано у вас для всяких амбициозных проходимцев!

– Дело не только…

Я оборвала себя на полуслове и приподнялась на локте, прислушиваясь. Норка рывком села, крутя головой:

– Что?!

Но тут же услышала сама и замерла, приоткрыв от восхищения рот. К шелесту травы, поскрипыванию деревьев, плеску воды, комариному звону, редким вскрикам птиц и прочим обычным ночным звукам добавились новые, которые сначала гармонично вплетались в общий фон и были почти неразличимы, а теперь… Откуда-то медленными волнами наплывали, постепенно усиливаясь, настолько дивные звукосочетания, что голова шла кругом, а переливчатое эхо, казалось, отдавалось в самом сердце. Множество нежнейших голосов самозабвенно выпевали всего две гласные – «а» и «о», постоянно меняя тональность и силу звучания и сопровождая его дивными фиоритурами. Неведомые певцы, казалось, вовсе не испытывали потребности в дыхании, потому что музыка лилась и лилась без перерывов то сплошным потоком, то давая возможность выделиться какому-то одному, особо искусному солисту…

– Что это?! – кое-как выдохнула Норка.

– Не знаю, – так же шепотом ответила я. – Вообще-то есть поверье, что в безлунные ночи на правителей русалок нападает хандра, и верные подданные услаждают их слух песнями, дабы развеять печаль-тоску. А сегодня как раз…

Вячеславна невольно взглянула на небо и приложила палец к губам. Я кивнула, послушно затихла, и мы еще долго затаив дыхание слушали неземное пение.

Глава 4

Нам удалось немного вздремнуть и при этом не проспать потрясающе красивый рассвет. Небо на востоке медленно светлело, заставляя звезды меркнуть и гаснуть одна за одной, играло нежными красками, неуловимо переходя от бледно-зелено-сиреневой гаммы к золотисто-розовой… Сначала дневное светило долго не решалось выглянуть из-за кромки леса, несмотря на приветственное разноголосое пение множества птиц. Потом осторожно показался тонюсенький ослепительно-багровый серпик, помедлил, как-то незаметно стал шире и ярче – и вот уже добрая половина пылающего диска не скупясь разливает волны живительного света во все стороны. Затем солнце плавно выкатилось на высокий пронзительно-голубой небосвод и засияло во всей красе…

Пока подруга умывалась и с восторженным придыханием проникалась красотой окружающего пейзажа, я достала пачку печенья, сыр и разлила по кружкам остатки кофе из термоса. Одолела свою порцию, прикинула по карте, что к чему, и удовлетворенно хмыкнула:

– Не обманули небесные шефы! Мы действительно попали почти куда надо, и если все остальное тоже сложилось, то уже сегодня познакомишься с моими… пардон! – с нашими друзьями-соратниками.

– Значит, они где-то близко?

– Да, должны были обосноваться примерно здесь. – Мой палец ткнул в ярко-зеленое пятнышко у места впадения уже знакомой речки в небольшое озеро. – И от нашего портала недалеко, и дорога есть как раз в нужную сторону, и не заблудимся при всем желании!

– Жду не дождусь! – подмигнула Норка, залпом допивая бодрящий напиток и развязывая рюкзак, чтобы уложить посуду.

– Надеюсь, ты не будешь против небольшой пешей прогулки?

– Даже насчет большой не буду против!

– Погоди-ка! – придержала я ее за рукав, поскольку наметанным глазом засекла знакомое движение у противоположного берега. Шагнув ближе к реке, я помахала рукой и выполнила сложный, тщательно отрепетированный в свое время жест приветствия.

Норка смотрела на меня во все глаза, потом попыталась тоже хоть что-нибудь разглядеть по ту сторону широкой, переливчато сверкающей на солнце водяной ленты, но ничего не обнаружила и шепотом спросила:

– Ты кому это завлекашки посылаешь?!

– Не спеши, сейчас увидишь!

Я торопливо порылась в своем рюкзаке, вытянула длинную, метра в два, янтарную нить из бабушкиного наследства – крупные продолговатые полированные бусины так и переливались на солнце сочными медовыми оттенками. Потом, продемонстрировав ее своему невидимому собеседнику, намотала на шею и начала карабкаться по шершавому стволу почтенной ракиты, которую угораздило вырасти на самом краю обрыва. Вячеславна с видимой тревогой наблюдала за моим восхождением к вершине торчащего наискось дерева, но благоразумно хранила молчание даже тогда, когда под моей ногой вдруг обломился трухлявый сучок. Оно и правильно – подумаешь, пришлось припомнить вслух и громко некоторое количество затейливых (но вполне цензурных!) выражений, зато под адреналин скорости прибавилось…

Обратный путь занял, как обычно, чуть больше времени. Норка задумчиво следила взглядом за раскачиваниями ценного украшения, которое мне удалось подвесить на длинную, далеко выступающую над обрывом ветку.

– Если не секрет, зачем бы среди лета репетиция подготовки к Новому году?

– Говорю же – сейчас увидишь… только в глаза ему не смотри!

– Кому?!

Громкий всплеск послужил ответом. Благодаря своим нестандартным сенсорам я видела происходящее как в замедленном кино, только и Норка, думаю, разглядела все детали, поскольку выдала на сдавленном выдохе:

– Ух ты!!!

Из воды, рассыпая сверкающие брызги, взметнулась вверх рослая фигура. Мускулистые руки ухватились за толстый сук, напряглись – и через пару секунд необычное существо уже восседало боком в удобной развилке корявого ствола, встряхивая головой, чтобы отбросить за спину длинные мокрые пряди густых темно-пепельных волос. Парой секунд позже оно ладонью согнало воду с изумительно красивого лица с четкими чертами, подмигнуло нам зеленовато-голубым глазом, блеснуло в улыбке ровными зубами и помахало рукой с когтистыми пальцами, между которыми просматривались перепонки.

– Не смотри ему в глаза! – напомнила я, кивая в ответ.

– А куда тогда?!

– Можно подумать, больше нечем взгляд порадовать!

Зрелище и впрямь было не из разряда повседневных. Представитель здешнего клана русалочьего племени, явно дразнясь, повернулся и принял эффектную позу, блестя на солнце влажной смугловатой кожей и демонстрируя игру мышц и трехцветные татуировки, оплетающие литые плечи. Атлетический торс плавно переходил в мощный крупночешуйчатый хвост с широкими горизонтальными лопастями, переливающийся на свету всеми оттенками лазури и случайно украшенный двумя лохматыми плетями ярко-зеленых водорослей наискосок…

Я, спокойно выдержав откровенно завлекающий взгляд прозрачных очей, указала на украшенную бабушкиным янтарем ветку и произнесла несколько слов, с некоторым трудом осиливая сложные звукосочетания до сих пор непривычного языка.

– Лианниль – это имя? – отмерла подруга.

– Да. Для несведущих русалки почти неотличимы друг от друга, поэтому они особо ценят, когда люди узнают их и зовут по имени. Я приветствовала весь род в его лице и попросила принять этот скромный подарок.

Необычный собеседник легко дотянулся до бус и намотал их на руку, изобразив глубокий поклон и умудрившись при этом не свалиться вниз. Напоследок он выдал пару фраз и, рассмеявшись, эффектным прыжком, почти без всплеска, вернулся в родную стихию. Норка, проводив его глазами, смогла наконец перевести дыхание и повернулась ко мне.

– Чем же мы так насмешили этого водоплавающего красавца?

– Ничем особенным, – невольно смутилась я. – Просто мне – совсем нечаянно! – удалось пополнить его коллекцию особо впечатляющих выражений человеческой речи… И еще он, само собой, от лица своих сородичей выразил неописуемую радость от приятного знакомства.

– Настолько приятного, что тут же стал нам глазки строить?! Или у них напряженка с женским полом?

– Да все у них в порядке! – рассмеялась я, усаживаясь на траву, чтобы перешнуровать обувь. – Меня он, между прочим, знает уже давно, так что все шоу персонально для тебя, цени! Кстати, с каких пор и с какого перепугу тебя не радует внимание со стороны столь обворожительного мужчины?! А глазки строить – это у русалок в крови, своеобразная магия, присущая только им, неотъемлемая часть их сущности…

– Потому и нельзя смотреть им в эти самые глазки?

– Конечно! Разом память потеряешь, только и будешь грезить о прекрасном обольстителе или обольстительнице, все отдашь, лишь бы провести рядом лишнюю минутку.

– А он, значит, поматросит и бросит? Или покапитанит и обманет?!

– Скажи еще – поадмиралит и отвалит! Нет, ничего такого просто не успевают – человека обычно не хватает надолго, слишком уж велик накал страстей, чахнет и сгорает как свеча.

– О как! – Вячеславна закончила укладывать посуду. – Прямо любовная чума… И что же, совсем нет спасения от этих умельцев обольщать при каждом удобном случае?!

– Не хочешь – не обольщайся! – пожала я плечами, вставая и вскидывая увесистый рюкзак на спину. – Они ведь это не специально делают, их природа такова, что не могут иначе. Главное правило несложно запомнить: не смотреть в глаза…

– Дозвольте еще вопросик, наше величество?

– Дозволяю! – пыхтя, отозвалась я, преодолевая особенно крутой и скользкий участок склона почти на пятой точке, помогая себе руками. – Осторожней там!

Поздно…

– Посторонись!..

Подруга все-таки оступилась, громко и образно характеризуя всех и все, что успело вспомниться, съехала вслед за мной, поднялась, держась руками за сыгравшее роль тормоза, но устоявшее деревце, отряхнула штаны и уже спокойно продолжила:

– Раз уж русалки обладают настолько убойной «сексапыльностью», почему же на тебя она не подействовала?

Я распахнула ворот и поддела пальцем витую цепочку, на которой привычно покачивался мой любимый медальон.

– Эта вещица, кроме уже известных тебе свойств, защищает практически от любого магического воздействия. Да и нэфи при случае кое на что сгодится.

Разговор мы продолжили уже на плотике, который (подарок небожителей, не иначе!) мирно поджидал нас в зарослях тальника в компании двух длинных гладко струганных шестов. Предстояло преодолеть самый трудный на сегодня отрезок пути, поэтому возможность это сделать по воде оказалась очень даже кстати.

Четыре внушительных бревнышка, связанных просмоленными веревками, легко выдержали нас и наш багаж, дно было достаточно твердым, так что плавание не отнимало много сил. Отдых мы единогласно перенесли на попозже, когда доберемся до назначенного места. Шустрое течение несло наше плавсредство в нужном направлении, шесты размеренно погружались в прозрачную воду, а я продолжала просвещать подругу на предмет некоторых особенностей моего нового места обитания.

– …Русалочий народ населял этот Мир задолго до появления в нем человеческих племен. До прихода к власти Кронигана им удавалось мирно жить бок о бок, ведь враждовать было не из-за чего, наоборот – еще и помогали друг другу при случае. За Темные годы обстановка изменилась не в лучшую сторону, ведь Черный Король не признавал пра́ва на существование ни для кого, кроме людей, поэтому русалки спешно покинули Материк и нашли пристанище у родичей в морях и океанах, куда до сей поры переселялись лишь на время зимних морозов. Оставленные без присмотра водоемы превратились невесть во что, как и окружающие их территории…

– А сейчас?

– Первое, что сделал мой дальновидный супруг сразу после коронации, – наладил отношения с водяными правителями, так что теперь все возвращается на круги своя. Давняя приязнь так быстро не забывается.

– Но это не мешает им брать с вас таможенную пошлину?

– Вообще-то, как гласит народная мудрость, вернее счет – прочнее дружба, но не в этом случае. Никакой платы с меня никто не требовал, – пожала я плечами, налегая на шест, чтобы направить плот к берегу. – Это так, дружеский гостинец… Мы ведь явились без приглашения и намерены путешествовать по их территории, причем довольно долго.

– И не жалко тебе украшения?

– Вот уж на чем никогда не стоит экономить, так это на том, чтобы лишний раз убедительно выказать свое расположение! – назидательно изрекло мое основательно помудревшее за последние годы величество. – Тем паче что поприветствовать нас явился не абы кто, а старший сын здешнего правителя собственной персоной, а янтарь, к тому же такой качественный, они способны оценить как никто другой.

Совместными усилиями нам удалось причалить в удобном месте.

– И в чем же, кстати, проявляется хорошее отношение со стороны русалок?

– Всего вдруг не перечислишь. – Я спрыгнула на сырой песок. – С рыбалки пустым не придешь, от жажды не погибнешь, наводнения с утоплениями тоже не страшны, равно как и засухи, да и на болоте не пропадешь – им проще за тебя договориться…

Норка одобрительно хмыкнула и поочередно передала мне рюкзаки. Плотик мы тщательно замаскировали в густом ивняке, а сами двинулись вдоль берега, отыскивая для стоянки место посуше. Далеко идти не пришлось – уже минут через пять, вынырнув из прибрежных зарослей, мы с восторгом обозревали обширную прогалину, поросшую редкой невысокой травкой, плавно переходившей в полосу мелкого песка у самой воды. Рюкзаки звучно приземлились у подножия величественного замшелого дерева, мы же взобрались на полузатопленную глыбу и одновременно погрузили руки в прохладные прозрачные струи…

– Теперь можно и привал устроить! – Я, умывшись несколько раз подряд, зажмурилась и с удовольствием подставила мокрое лицо ветру и солнцу.

– Благода-а-ать! – умиленно протянула подруга, сбрасывая обувь и осторожно пробуя воду босой ногой. – Может, хоть немного поплаваем?

– Что значит «может» и «хоть»?! Но сначала – за дровами…

Через некоторое время на берегу весело попыхивал дымом костер, над ним занял законное место котелок с водой, а мы, живописно украсив деталями гардероба старую березу и бросив полотенца на песке, с шумом и хохотом открывали купальный сезон.

Вдоволь набултыхавшись, я оставила Норку плескаться на мелководье и решила поискать на дне съедобных моллюсков. После нескольких неудачных попыток мне удалось обнаружить приличную колонию на отмели ближе к острову, и я самозабвенно предалась любимой охоте. Жаль, снастей никаких не было, поэтому увесистые раковины величиной больше моей ладони приходилось выкапывать из илистого дна толстым сучком и по одной, но когда это я отказывалась лишний раз понырять?! Добытый провиант можно было попросту кидать в сторону берега – все равно расползтись не успеют…

Я, видимо, сильно увлеклась, выковыривая из-под камня особенно крупный и упрямый экземпляр, поэтому пропустила появление на берегу долгожданного персонажа. Как оказалось, мои соратники стояли лагерем в нескольких километрах ниже по течению, поэтому выброс энергии перехода Тханимар засек без труда. Призрак вызвался сходить на разведку – мало ли кого и откуда могло занести! – но уже на подходе «расслышал» меня. Правда, почему-то выпустил из виду, что я могла прибыть не одна…

Позже Тарглан и сам не мог толком объяснить, как его угораздило так проколоться. Конечно, можно было списать все на соседство нэфи, защитные свойства медальона или на богов, которые, наблюдая за развитием событий, решили добавить разнообразия, чтобы получить лишнюю порцию удовольствия, и подшутили над смертными, заморочив им головы, – кто знает! Я до сих пор не разобралась, как обстоят дела у здешних небожителей с чувством юмора и насколько оно совместимо с человеческим, но сильно подозреваю, что старого друга подвело благородство. Ведь он обещал без разрешения не вторгаться в мои мозги, тем более что особой необходимости в этом и не было: цель видна – яснее некуда, знакомый мысленный фон присутствовал, поскольку я была поблизости, а вот ошибиться чисто зрительно в нашем случае сам бог велел. Невелика разница между мной и подругой в смысле фигуры, тем более видимой со спины, против солнца и только по копчик, а темно-русая с рыжиной грива в насквозь промокшем состоянии мало чем отличается от медно-каштановой при тех же условиях.

К тому же Призрак решил появиться как можно более эффектно – для пущей радости, надо полагать! Поэтому когда купающаяся красотка, в очередной раз вынырнув у берега, была поглощена отжиманием волос и вытряхиванием воды из уха, не стал ее окликать. Он коварно, даже воды не замутив, подкрался с тыла и дернул за цветные веревочки, что фиксировали верхнюю часть купальника…

Результат, полагаю, превзошел самые смелые ожидания. Раздался такой визг… нет – ВИЗГ! – от которого нешуточно пригнуло заросли тальника на берегу. Стайки обнадеженно круживших поблизости голодных комаров сдуло в синюю даль, следом с тревожным писком унеслись птицы… Пойманная врасплох жертва одним прыжком выскочила на мелководье, развернувшись на лету. При виде незнакомца визг перешел в долгий низкий рык. Норка рванулась вперед, шустро подхватила внушительный обломок дерева, который мирно дрейфовал возле родного ствола, и с размаху огрела остолбеневшего шутника по голове!

Я могла наблюдать происходящее и не оборачиваясь – видимо, сенсоры включились автоматически, уловив знакомое энергетическое поле, – но решила подобраться ближе, чтобы в деталях увидеть развитие сюжета, начавшегося столь интригующе. Пристроив на верхушку ближайшей глыбы все-таки добытого моллюска, я крадучись, ни разу не плеснув, подплыла к нужной стороне отмели, а короткую пробежку пришлось проделать на цыпочках.

С нашего берега старицы протянула к острову свои стволы пожилая ива – этакая вилка на боку. Вот на нижний «зубец», до половины затопленный и успевший обрасти длинными зелеными бородами водорослей, я сейчас и вскарабкалась, то и дело едва не срываясь в воду от сдавленного смеха. Хохотать в голос пока не стоило – эмоции Вячеславны еще слишком явно пребывали намного выше точки закипания. Надежно укрытая плотным пологом длинных ветвей, сплошь поросших узкими, серебристыми с изнанки листьями, я смотрела, как Норка переворачивает на спину, подхватывает под мышки, а затем, пыхтя, кряхтя, оступаясь и поминая при этом несчетное количество неприличных действий и персонажей, тянет волоком по мокрому песку бесчувственное тело моего друга и соратника…

В этом вся моя подруга – прибьет собственноручно и качественно, зато потом из последних сил перетащит агонизирующую особь в местечко поудобнее, чтобы хоть помер по-человечески, да еще и мошек отгонять будет!.. Причем про плавающий у самого берега ярко-цветастый лифчик она вспомнила уже после того, как отдышалась, но все же сообразила привести себя в порядок, прежде чем приступать к следующему этапу спасательных работ. Оно и правильно: где гарантия, что пострадавший, очнувшись и увидев подобную неприкрытую красоту, не отключится снова – от нежданно привалившего, а потому невыносимого счастья?!

Стараясь хихикать потише, я наблюдала, как свет-Вячеславна приземлилась на колени рядом с бездыханным телом и для начала попробовала найти пульс. Это заняло на удивление много времени, причем не дало желаемого результата – откуда ей было знать, что Призрак мастерски умеет придерживать свое сердце почти до полной остановки! Правда, ненадолго, но сейчас вполне хватило и этого, чтобы Норка совсем пала духом, осознав необходимость принятия экстренных мер. Она повертела головой и, обнаружив полное отсутствие присутствия моего величества, чертыхнулась как никогда затейливо и взялась за дело сама…

Следует отдать ей должное – любой спасатель-профи похлопал бы в ладошки, глядя на сноровистые манипуляции, причем старалась она как минимум за троих! Надо будет спросить, где ее угораздило так наловчиться… но это потом, а сейчас я тихо радовалась, наблюдая, как Вячеславна с облегчением переводит дыхание, встает и, отряхивая песок с колен, констатирует вслух:

– Пациент скорее жив, чем мертв…

– …хотя возможны осложнения, в основном на голову! – подхватила я, рискнув наконец выбраться из густых зарослей. – За его жизнь можешь спать спокойно, а вот насчет остального…

Норка перестала массировать затекшую ногу и подозрительно прищурилась в мою сторону.

– Это насчет чего, например?!

– Насчет моральных и физических убытков. – Я пока не спешила приближаться.

– Если ты про его совсем небольшую… хм!.. не очень большую шишку на голове, то это вовсе не убыль! – горячо запротестовала подруга, «на раз» покупаясь на мой сверхсерьезный тон. – Если волосы зачесать немного по-другому, то и не видно будет! Или?..

– Или! – Я старательно сконструировала на лице выражение крайней озабоченности насущными проблемами бытия. – После всего, что здесь произошло, ты, как честная девушка, попросту обязана выйти за него замуж, даже если он, как настоящий мужчина, будет отнекиваться и отбрыкиваться до потери сознания… на почве истощения.

Норка поперхнулась ответной репликой, замахала руками, закашлялась и, бросив невольный неприязненный взгляд на распростертое тело, возмущенно просипела:

– С чего бы это вдруг «замуж»? И что это здесь такого произошло?! Не настолько сильно я его и ушибла, чтобы ему разум потерять, а мне переходить в няньки!

– Не в этом дело. – Я продолжала сочувственно хмуриться. – Существуют ведь определенные правила приличия, а ты… Во-первых, смутила целомудренную сторону мужской натуры своим нескромным одеянием и поведением, во-вторых, применила на практике способ общения, принятый разве что между супругами с приличным стажем… Мало того – еще бог знает сколько времени беспардонно любуешься холостым организмом без его согласия и без доспехов! Более того – страшно сказать! – в одних подштанниках!..

– Я, между прочим, тоже не в скафандре!

– Тем более!

– К тому же – было бы чем любоваться!!!

– И нагло при этом пользуешься его беззащитным бесчувственным состоянием, в которое сама же и привела, чтобы безнаказанно помацать, – невозмутимо продолжала я. – И все это еще и при свидетелях!

– Но здесь, кроме тебя, никого нет!

– Великодушно прости, – убедительно потупилась я с убитым видом, попутно заворачиваясь в подобранное тут же полотенце, – но по эту сторону Границы я при исполнении…

Норка медленно и шумно вдохнула через нос, но я, не дожидаясь, пока она созреет для достойного ответа, повернулась к лежащей в тенечке жертве подругиного произвола, присела рядом и деликатно потыкала в бок тут же подобранной веточкой.

– А вышеупомянутый организм вообще-то мог бы уже давно перестать прикидываться ветошью и подслушивать приватный разговор, пока мы его и вправду не женили между делом!

– И это – в благодарность за все хорошее?! – Прищуренный серо-зеленый глаз с укоризной вперился в меня. – Не успел сознание потерять, а ты уже с каверзами!

– А с чего ты вдруг стал его терять? Небезопасно, знаешь ли – можно заодно потерять и кое-что посерьезнее!

– Особенно в твоем присутствии, не спорю! Кстати, – Тарглан легко поднялся, вытряхивая песок из мокрых волос, и повернулся к свет-Вячеславне, которая тоже успела красиво задрапироваться в махровое полотнище и как-то подозрительно долго хранила молчание, – позволю себе не согласиться с одним из ранее прозвучавших высказываний высокочтимой госпожи!

– С каким именно? – рассеянно переспросила я, пытаясь расшифровать смену выражений на Норкином лице.

– Чем это, хотелось бы знать, моя фигура не устроила ее в качестве предмета для любования?!

– Вот именно, что ничем! – фыркнула подруга. – Пытаться поразить почти выпускницу биофака почти центнером почти гармонично организованного и почти завлекательно упакованного животного белка… я вас умоляю!

Ни себе чего! Давненько я не видела Элеонору в таком «кусачем» настроении, что-то здесь не то… Впрочем, все ясно как день: она чувствует себя неловко, но ни за что не признается, пока не остынет. Что делать – шлея попала под мантию!.. Поэтому я внимательно следила за развитием диалога, ведь в случае чего мне их разнимать.

К чести Светлого Вождя, он сумел сдержать и удивление, и возможное недовольство, и снисходительную усмешку, просто вскинул бровь и придал голосу интригующую вкрадчивость:

– Но все-таки «гармонично» и «завлекательно»?!

– Во-первых, почти. Во-вторых – и что?! – снова наморщила нос подруга. – Стандартная человекообразная конструкция… Вот если бы у тебя рук лишняя пара вдруг обнаружилась… или крылья на спине росли…

Почему-то эта вроде бы ничего не значащая фраза слегка выбила Тарглана из колеи. Он как-то странно взглянул на собеседницу, а мне хорошо был виден всплеск беспокойного красноватого сияния вокруг знакомого силуэта. Пауза чуть затянулась, но последняя реплика не осталась без ответа. Призрак хитро прищурился и выдал:

– Действительно, если подумать… где уж скромному кочевнику соперничать с вами в смысле наличия прелестей, достойных обозрения!

И демонстративно прошелся взглядом по деталям верхней части Норкиного одеяния, выглянувшего из-под сбившегося полотенца, и игриво подмигнул ей напоследок. Та вспыхнула как олимпийский факел, но за ответом в карман не полезла – видимо, по причине отсутствия в купальнике подобных деталей:

– Значит, это мой костюмчик приглянулся тебе до такой степени?! Что же сразу не сказал? Для хорошего человека не жалко… Да ты не стесняйся, у меня еще есть!

И с готовностью ухватила концы веревочек, образующих узел на шее. В ответ последовала целая пантомима: Тарглан, эффектно поиграв мышцами, оглядел свой великолепный торс так вдумчиво, будто видел его впервые, потом – еще пристальней – предлагаемую деталь гардероба, все еще не покинувшую положенную часть тела, что-то прикинул в уме, рисуя пальцами в воздухе какие-то округлости, потом с явным сожалением покачал головой и развел руками.

– Благодарю за лестное предложение, но… боюсь, размерчик не мой, да и покрой тоже… и цвета я предпочитаю другие…

– Значит, и вопрос исчерпан! – поспешила вмешаться я, не позволив им начать новый тур словесной дуэли. – Лучше бы моллюсков собрали, пока наш обед не разбежался!

Голодная смерть нам вообще-то не грозила. Разумеется, мы ушли в предположительно долгий поход не с пустыми рюкзаками, а вождь кочевников добавил к припасам убитого по пути зверька, который в здешних краях именовался тубу́ком и больше всего напоминал черно-серо-пестрого слепого сурка размером с кавказскую овчарку. Пока дары природы варились и пеклись в горячих углях, Призрак решил привести коня, предусмотрительно привязанного подальше от места предполагаемой встречи. Не успела я разлить по кружкам свежий травяной отвар, как послышался дробный топот копыт, громкий треск ломаемых веток и беспорядочный галдеж всполошенных птиц. Норка, сосредоточенно колдовавшая у костра, вскочила на ноги, сжимая в руках толстую суковатую палку, но я махнула рукой со словами:

– Думаю, оружие нам не понадобится!

И встала, отряхивая песок со штанин. В этот момент из непролазных зарослей на открытое пространство вырвался и легко вскинулся на дыбы рослый караковый жеребец, оглашая окрестности заливистым ржанием. Постоял так, явно красуясь, опустился на все четыре и, задрав хвост, заскакал вокруг, разбрасывая песок, взбрыкивая и встряхивая гривой, потом уже спокойно подошел ко мне и ткнулся носом в плечо. Подруга восхищенно присвистнула:

– Ух ты! Это что же за явление?!

– Прошу любить и жаловать: Агат, мой боевой друг и неоднократный спаситель! – Я звонко чмокнула «явление» в белую проточину на довольной морде. – А для большинства окружающих – своенравная вредина, дьявольское отродье, бесово семя, адово племя, бешеный чертяка и все прочее в том же духе…

– Два сапога пара! – хмыкнула подруга.

– Как и мы с тобой, – парировала я, пожимая плечами. – Рыбак рыбака видит издалека! Спорю на что хочешь – он сам отвязался, сбежал из лагеря наших соратников и прибыл сюда вслед за Светлым Вождем на встречу с хозяйкой!

Кстати, так оно и оказалось…

– Погладить-то хоть можно?

– Даже нужно, только сначала вспомни, куда мы положили сахар.

Что характерно – мой злопакостный строптивец принял Норку безоговорочно и сразу, и дело было вовсе не в угощении…

За обедом я спохватилась, что так толком и не представила своих соратников друг другу, ограничившись кратким описанием путешествия «туда и обратно». Следовало немедленно исправить эту оплошность, и я честно постаралась придать лицу и голосу торжественное выражение, когда перечисляла титулы и достоинства обоих. Новые знакомые задумчиво разглядывали друг друга. Первым нарушил молчание Тарглан:

– И как же нам следует повседневно величать высокочтимую госпожу? Ведь при этом желательно еще и выжить…

– В таком случае не вздумай назвать ее Элей! – предупредила я. – Или еще того хлеще – Лелей!

– А Норой меня зовут лишь самые близкие друзья! – весомо добавила несговорчивая особа и умолкла, предоставив бывшему киллеру самостоятельно шевелить извилинами.

– Еще она не очень сердится на Вячеславну, – подсказала я, желая помочь, но Призрак едва заметно поморщился и снова задумчиво нахмурился.

– Тогда, может быть, подойдет Леона?

– Что ж… Пожалуй, очень даже ничего! – поразмыслив, милостиво кивнула моя подруга. – Особенно в сочетании с высокочтимой госпожой… Теперь твоя очередь.

– ???

– Нельзя же именовать столь великого вождя чем попало! Хотя бы во избежание дипломатических осложнений… Вот и спрашиваю, какие из твоих званий, титулов и подпольных кличек можно пропустить, а какие обязательны для ежечасного пользования?

– Хм… – Призрак успешно скрыл улыбку. – Без последних восемнадцати постараюсь как-нибудь обойтись, но вот первые двадцать шесть… А тебе самой как больше нравится?

– Еще не решила, – пожала плечами Норка.

– Значит, стоит перепробовать все, тогда и определиться будет проще! – Я сочла возможным вмешаться. – Главное, добавлять ничего не вздумай…

На откровенно разочарованную гримаску, тут же появившуюся на личике госпожи Леоны, Тарглан внешне вроде бы никак не отреагировал, только в прищуренных серо-зеленых глазах заплясали веселые искорки.

До лагеря соратников добрались быстро. Светлый Вождь вез наш багаж на своем Вороне, а мы с Вячеславной прекрасно уместились на спине Агата, который, похоже, даже не заметил дополнительный груз. Тарглан вскоре нас обогнал, чтобы предупредить остальных, при этом не забыв извиниться за то, что вынужден покинуть столь изысканное общество.

– Красную дорожку стелить поможет? – хмыкнула Норка, проводив его взглядом.

– Ага. И салют будет – из пушек, которые даже еще не изобрели! – хмыкнула и я.

– А ценные указания телепатически нельзя было передать?

– Значит, они настолько ценные, что нельзя. Или боялся, что враги перехватят послание… Да шучу, шучу! В любом случае – скучно не будет, можешь не сомневаться.

– Вот еще что, – помявшись, выдала подруга. – Ты меня хоть иногда просвещай заранее, кто, что и как!..

– Просто делай как я!

– Так и собиралась! – кивнула она. – Только потом вспомнила о разнице в статусе. «Что позволено Зевсу, не позволено быку», и все такое…

– В отношении заботы и защиты можешь не беспокоиться! Нашим друзьям-соратникам достаточно того, что ты тоже в команде, к тому же девушка и новичок в наших условиях. А что касается остального… Ты же для меня как сестра! И даже больше!.. – Мой голос дрогнул, но я закончила достаточно бодро: – И я их предупредила, что, возможно, приеду с родственницей.

– «Возможно»? То есть были сомнения на мой счет?!

– Была – и есть! – уверенность, что ты не обязана разгребать мои проблемы!

– Эх ты, а еще сестра!..

Когда Агат прошествовал парадным шагом из прибрежных зарослей на берег озера, где горел костер, нас встретил… нет, не салют, но фейерверк, устроенный придворным чародеем из простой воды, благо в ней недостатка не было. Сначала это был цветной туман, потом он собрался в тройную радугу, которая покружилась, расцветив яркими полосами весь небосвод, а затем с мелодичным журчанием осыпалась обратно в родной водоем. Мы дружно зааплодировали, спешиваясь, а к нам уже рысил огромный черный бойцовый пес, держа в зубах приличное количество цветов, которые он резким движением лобастой головы разбросал перед нами. Норка восторженно ахнула и протянула было руку, чтобы погладить Броула, но спохватилась и оглянулась на меня. Правильно, при первичном общении с настолько зубастым чудом природы таких размеров осторожность не помешает! Сомнения разрешил сам четвероногий друг: подался вперед и смачно лизнул ее ладонь, заставив ойкнуть и рассмеяться с явным облегчением. Три впечатляющих индивида, стоявших плотной шеренгой перед костром, тоже разулыбались. Я решила, что пора бы официально всех перезнакомить.

– Это и есть наша команда. Прошу любить и жаловать: мои старые друзья и верные соратники и подданные…

– Почему «старые»?! – насупился Нортис.

– А друзья, выходит, неверные? – подхватил Тханимар, подмигивая остальным.

– А подданные, значит, и вовсе никакие! – подытожил Тарглан, состроив настолько кислую мину, что у меня заломило зубы, особенно коренные. – Мило, ничего не скажешь!..

Даже Броул рыкнул что-то неодобрительное и отвернулся – мол, глаза бы его на меня не смотрели! Нашли время для балагана, хотя… чем оно хуже любого другого?! Что ж, раз пошла такая пьянка, режь последний огурец… Я быстренько соорудила на лице подходящее случаю выражение, откашлялась, покрутила головой, разминая шею, приосанилась и встала в позу «великий вождь руководящей партии указывает народу с высоты пьедестала верную дорогу в светлое будущее».

– Внимай же мне, Элеонора, ибо представляю тебе не просто попутчиков! Это – мои самые верные и любимые друзья, они же – самые надежные, стойкие и проверенные в деле соратники, они же – самые высококвалифицированные специалисты, каждый в своей области плюс в целой куче побочных, а также – неоднократные спасители меня, любимой, и самые преданные из всех возможных подданных, когда-либо присягавших на верность власть имущим в любом из миров…

Здесь мне пришлось остановиться, чтобы перевести дыхание. Тарглан открыл было рот – как я понимаю, для уточнения степени любимости каждого из друзей, – но быстрое преобразование моей указующей руки во впечатляющий и недвусмысленный кулак заставило его передумать. Норка честно сделала вид, что ничего не заметила, я же, сохраняя серьезность и восстановив целостность образа, довела мысль до конца:

– И вдобавок ко всему они – самые азартные и успешные охотники, самые неугомонные хохмачи, самые утонченные ценители повседневных радостей жизни, самые неутомимые танцоры, самые изобретательные пакостники, самые безнадежные оптимисты, самые отзывчивые искатели приключений на любые части организма… продолжать?

– Нет! – ответили хором все присутствующие и одновременно расхохотались.

Только я сохранила солидность и даже не улыбнулась, поворачиваясь к Норке и меняя руку.

– А теперь вы – внимайте и проникайтесь… сами знаете, чем положено проникнуться в подобных случаях! Это – родной мне человек, моя подруга с детства, причем самого раннего, и этим сказано все! А тем, что в недобрый час моей жизни я за помощью обратилась именно к ней, сказано еще больше! А из того, что она, не торгуясь и не задавая лишних вопросов, оставила комфортную и успешную жизнь дома и ринулась по первому моему зову даже за Границу, выводы делайте сами…

Теперь моя команда, включая Броула, усиленно пыталась изобразить на лицах благоговейный трепет и еще что-то подходящее, но свет-Вячеславна испортила всю обедню, выдав повышенно ворчливым тоном:

– Вот-вот, именно что в недобрый! Небось на свадьбу или еще какую веселуху специально звать не стала, сэкономить решила на мне?! А теперь что ж – врагов-то не жалко, хоть всех бери!..

Мне оставалось только виновато развести руками, опустив очи долу. Выручил Светлый Вождь, на правах старшего взяв слово первым. Короткая, но прочувствованная речь дала всем понять, как они рады столь многообещающему и, несомненно, радующему глаз и душу пополнению команды, с каким нетерпением они ждали этого благословенного момента и как надеются, что скромные презенты придутся по сердцу главной героине дня.

Первым порадовал Нортис, церемонно преподнеся заалевшей подруге широкий пояс, искусно сплетенный из разноцветных кожаных полос, на котором крепились ножны. Кинжалы были хороши – средних размеров серебристо-серые квилоны[4] с изящной насечкой, удобной рукоятью и навершием в виде совиной головы. Призрак подождал, пока мы вволю повосторгаемся и приладим подарок на нужное место, и дважды свистнул, коротко и почти неслышно. Из-за живописной группы развесистых ив неспешно вышел и остановился возле него рослый, темно-серый в яблоках жеребец с хвостом до копыт и пышной гривой. Тут уже присвистнула я – от восхищения. Горделивой посадкой головы и красивым изгибом лебединой шеи он здорово напомнил орловских рысаков, причем не только мне…

– Да! – ответил Светлый Вождь на невысказанный вопрос, застывший в широко распахнутых глазах онемевшей подруги. – Надеюсь, этот экземпляр достаточно хорош для высокочтимой госпожи Леоны?

Насколько я знаю свою «частицу души», первым ее порывом было по-детски завизжать от радости, захлопать в ладоши, а затем броситься на шею дарителю с поцелуями, но она все-таки сдержалась и ограничилась поклоном и выражением восторга и благодарности на словах.

– Как его зовут? – поинтересовалась Норка, принимая поводья из рук Тарглана.

– Как договоритесь. – Он с видимым удовольствием смотрел, как она дрожащими от волнения пальцами расчесывает новому другу волнистую челку, а конь, фыркая, с любопытством принюхивается и толкает ее носом.

– Тогда… Орлик?

Выходец из Полуденных степей покосил влажным темным глазом, притопнул точеным копытом, встряхнулся, звеня уздечкой, и соизволил заметить сахар, который протягивали ему на ладони.

– Вот и славно!

Когда подруга привязала свое сокровище рядом с остальными лошадьми, настала очередь придворного чародея. Он развел руками:

– Могу предложить лишь оберег от магического удара, скромное дополнение к вечерней трапезе и небольшой гостинец из фамильных владений нашей королевы.

– Скромнее просто некуда! – хмыкнула я, безошибочно распознав среди содержимого большой корзины горлышки сосулькообразных бутылок синего стекла с характерными пробками. – Особенно тарнигальское белое вино… Или паккафы, для которых сейчас вообще не сезон!

Так по-простому назывались потрясающе вкусные заокеанские фрукты, размером с небольшую дыньку, зелено-крапчатые и ребристые, в чешуйчатой кожуре. «Гостинец из фамильных владений» тоже был оценен по достоинству, поскольку представлял собой цельную клубнику, сваренную в медовом сиропе и запеченную в тонком слое песочного теста… и это не считая прочей выпечки!..

Остаток дня прошел вполне плодотворно. Мои друзья быстро нашли общий язык, и я, разбирая собранные по дороге травы, с теплом в душе наблюдала, как Вячеславна учится взбираться на коня, а вождь кочевников помогает ей не запутаться в стременах… Нортис показывает, как удобнее держать кинжал при нанесении удара сверху и снизу, а Тханимар охотно играет роль жертвы, которая еще и подсказывает, куда лучше ударить, чтоб уж наверняка наповал. Позже мужчины ушли купать коней, Норка же присоединилась ко мне, чтобы помочь в приготовлении отвара.

За ужином шло бурное обсуждение наших планов. Я не стала утаивать от своих спутников очередное пророчество. Друзья, как и ожидалось, даже аппетита не потеряли. Напротив, оживленно подключились к поискам возможных вариантов трактовки зарифмованных формулировок, особенно их заинтриговало сказанное насчет соединения сердец. Когда же я напомнила о «двух, утраченных на пути», отдали должное серьезности сложившегося положения, а именно – помолчали с полминуты, нацепив на лица озабоченно-сосредоточенное выражение… и, поблагодарив за предупреждение, продолжили состязание в остроумии. Предложив, например, прямо сейчас и кинуть жребий хотя бы на палочках, кого именно мы пожертвуем как залог успешности затеянной операции. Так, для душевного спокойствия остальных… да и жертва успеет морально подготовиться, опять же завещание написать, чем потом как попало, впопыхах…

Тарглан, который как никто другой точно прочувствовал степень моей озадаченности таким, казалось бы, легкомыслием, пояснил, выразив общее мнение: «Во-первых, оставить – не обязательно значит похоронить. Во-вторых, мы знали, на что идем, когда вызвались – причем осознанно и добровольно! – составить компанию нашему величеству в этом походе. И потом, грудных детей среди нас нет, поэтому так уж запросто стереть кого-то с лица земли не получится!»

Остальные в один голос поддержали эту краткую, но весомую речь, и мне стало немного легче.

Как ни крути, это дорогого стоит, если в каком-то из миров есть место, где тебя любят как минимум пять человек… Именно так в свое время говаривал сэр Макс – один из главных героев пожизненно мною любимого Фрая. Как будто специально по этому случаю! А если они вдобавок преданы тем, кого люблю я, – тем паче!..

«Друг мой – третье мое плечо, рядом со мной всегда…»[5] Вот они – дорогие мне люди, с кем было в свое время съедено соли… может, и не пуд, но это не важно! С которыми доводилось и спины друг другу прикрывать, и последний сухарь делить по крошкам, и просто поддерживать в ситуации, когда никакие речи неуместны… Которые не раз и не два делом доказывали свою преданность и сейчас по первому моему слову бросили все и без малейших колебаний шагнули в неизвестность, прекрасно при этом понимая, что ситуация совсем нешуточная и обратного пути может и не быть…

Теперь сидят вокруг ярко пылающего костра и дурачатся как дети. Тханимар некоторое время был занят – прятал наши нетутошние вещи и прочие излишки багажа до лучших времен в заранее присмотренный и защищенный магией тайник и наносил его на карту. Теперь упражняется в метании камешков не глядя в узкое дупло в стволе старой развесистой ивы, стоящей поодаль и сплошь заросшей мхом, а Норка в отчаянной борьбе старается отвоевать у Нортиса облюбованный обоими кусок хорошо прожаренного мяса. Причем совсем не окорок, ибо у этой местной дичи они достаточно велики, чтобы с лихвой хватило бы обоим, а вот рулька… Призрак, на совести которого и числилась добыча сегодняшнего «яблока раздора», наперебой с нашим штатным чародеем пытается напомнить азартно пыхтящим конкурентам, что у любого уважающего себя наземного млекопитающего в комплекте имеются две совершенно одинаково развитые рульки, не считая прочих аппетитных мест, но – тщетно!

Развязка наступает неожиданно для присутствующих. Из темноты неслышно – что удивительно, принимая во внимание размеры, – возникает впечатляющая фигура нашего боевого пса, на миг взблескивают клыки в широко разверстой пасти, которая звучно захлопывается, и предмет спора с жутковатым хрупаньем исчезает из поля зрения. Затем и сам Броул растворяется в ночной мгле, только еще некоторое время до наших ушей доносится чавканье и похрустывание под аккомпанемент удовлетворенного урчания…

– Жу-у-ужас! – передергивая плечами, комментирует высокочтимая госпожа Леона, роняет обломок перекушенной тубучьей кости, осторожно исследует свою руку на предмет возможного исчезновения некоторых пальцев или их фрагментов, но быстро успокаивается и милостиво соглашается переключить внимание на жареные ребра, коих, к счастью, с лихвой хватает всем желающим.

Глава 5

Долгая дорога без приключений, как правило, не обходится. Разумеется, ни о каких умышленных поисках острых впечатлений и разговора не было, и даже мыслей – гарантирую! – поскольку всем вполне хватало нашей основной проблемы. Дабы не привлекать стороннего внимания, мы часто перемещались поодиночке или по двое-трое, объединяясь лишь на относительном безлюдье, хотя, даже попадаясь на глаза кому-либо целиком, подобная компания особого интереса не вызывала. Две знахарки, странствующий маг и наемники, жаждущие обрести свое место под солнцем в гарнизоне подходящего населенного пункта, – не бог весть какая экзотика независимо от степени мирности обстановки в любом отдельно взятом королевстве. Разве что большинство травниц обычно перемещались по родному краю пешком, но и наличию у нас отменных лошадей нетрудно было найти объяснение. Мы с Норкой вполне могли числиться в постоянном штате какого-нибудь аристократа или просто состоятельного жителя здешних или дальних территорий, а явно щедрая оплата нашего нелегкого труда давала прозрачный намек на высокую степень квалификации.

Все время пользоваться порталами не удавалось, поскольку не везде энергетические каналы пролегали в нужном сочетании, а компания, включая лошадей, собралась немаленькая, и «двери» требовались больше, чем при «штучной» переброске. Расходовать же до предела резервы штатного чародея в самом начале пути было бы неразумно. Вблизи крупных населенных пунктов тем более не стоило устраивать пространственные перемещения во избежание привлечения внимания местных деятелей от магии, поэтому приходилось передвигаться обычным способом, каждый раз по-новому делясь на группы опять же в целях конспирации. Чаще всего моя подруга и Нортис изображали брата и сестру, благо позволял типаж внешности – путешествующих когда вдвоем, когда в компании пожилой «матушки» или «дяди».

Боевой мохнатый друг тоже нередко менял привычный облик на жесткие пестрые космы местных волкодавов, иногда – на утонченные черты транкийских борзых. Его самого, судя по реакции, больше всего устраивала экзотическая внешность синеперого ящера из Лимартии. Они, как правило, не уступали бойцовым собакам ни в размерах, ни в силе, ни в злобности, ни в остроте обоняния, слуха и зубов, да еще и плевались тухлой отрыжкой метров на шесть в любом направлении. Особым спросом эти пресмыкающиеся пользовались у обитателей приграничных территорий, поэтому появление подобного «товара» в базарные дни удивления не вызывало. Само собой, наличие своеобразной магической ауры, неизбежной при ношении морока в качестве прикрытия, легко можно обнаружить с помощью разных приспособлений, а талантливому или просто умелому чародею и собственного зрения хватит, поэтому присутствовала определенная доля риска привлечь нежелательное внимание. Но в нашем случае все легко списывалось на необходимость использования специальных заговоренных ошейников, сережки-«угнетателя» и прочих приспособлений, помогающих удерживать в повиновении подобных четвероногих суперстражей.

Осмотр нами достопримечательностей, как правило, сводился к минимуму, гораздо важней было собрать информацию, пополнить запасы и переночевать. И все же нас постоянно заносило и замешивало в какие-то странные ситуации, на первый взгляд не имеющие никакого отношения к поставленной цели… То ли высшие силы позаботились о том, чтобы мы ненароком не заскучали в пути, то ли там, наверху, шел конкурс на измышление заковыристых вводных задач для тех, кому на месте не сидится… Но скорее всего, дело было во мне, вернее, в моем предназначении. Девиз «видящих» гласит: «Иди, куда ведут, и делай то, что должен!», вот и заносило – и продолжает заносить! – меня по жизни туда, где требуется немедленное вмешательство, причем именно мое. А уж остальные шли прицепом и огребали за компанию, благо и для них находилось дело, каждому по способностям!..

В очередной городок мы попали аккурат накануне воскресной ярмарки, поэтому все места в престижных заведениях оказались разобранными заранее. Пришлось искать пристанища в менее приличных.

На подступах к одобренному после долгих споров постоялому двору мы привычно разделились. Первыми зашли трое – наемник и странствующий чародей с юным помощником-учеником (надеюсь, не надо пояснять, откуда вдруг он взялся?) – и заняли столик в дальнем углу. К нам тут же порхнула одна из разносчиц – разбитная пышная блондинка – и принялась нахваливать сегодняшнее «блюдо дня», успевая при этом недвусмысленно строить глазки Светлому Вождю. Он и бровью не повел, определился с заказом за всех нас и, дождавшись, когда девица отойдет, показал магу язык. Зато чуть позже, явившись уже с плотно заставленным подносом, она не менее активно прижималась бедром к плечу Тханимара, который не преминул продемонстрировать соратнику тот же уровень воспитания. Старательно краснеющей мне удалось удержаться от смеха только потому, что внимание в основном было направлено на изучение содержимого тарелок, стоящих на соседнем столике перед явно небедными посетителями. Рагу из индейки, значит…

– Что, это несъедобно? – Мой интерес не остался незамеченным. – Или здешние индюковы родственники при жизни каркали?!

– Если бы! – вздохнула я, переводя взгляд на стоящее передо мной блюдо. – Нет, просто кудахтали. Те, что у нас.

– А у остальных? – мигом сориентировался Призрак.

– У тех – останки как минимум двух суиссов. Это птицы вроде крупных фазанов. Они живут стайками в прибрежных зарослях. И водятся в этой части материка только в одной долине, кстати, неподалеку отсюда…

– И охотиться на них запрещено под угрозой крупного штрафа, – закончил за меня Тарглан.

– Или полугодовых работ на благо королевства, только за еду и по жесткому графику, – кивнула я, с помощью сканеров ненавязчиво продолжая ревизию сервировки на остальных столах.

О степени радостности результатов спутники моментально догадались по выражению моего лица.

– Но прямо сейчас – никаких телодвижений во имя закона! – поспешила я предупредить возможное развитие событий. – Добыча, скорее всего, вчерашняя, все прямые улики давно скормлены собакам, сгорели в печке или еще куда пристроены, поэтому…

– Значит, надо просто подождать! – подытожил Тханимар, вонзая нож в поданную нам жареную тушку.

Я рассеянно кивнула, наблюдая с помощью «скрытого зрения» за перемещениями отставших друзей. Яркое пятно бушующих подругиных эмоций выделялось на общем фоне картинки как ночной пожар на нефтяной вышке.

Тем не менее сначала все шло как по маслу. Они задержались у порога, осматриваясь и выбирая место, потом направились к свободному столику в углу, в нашу сторону даже не взглянув. Норка являла собой воплощение скромности – сидела прямо, сложив на коленях ручки и потупив глазки, да помалкивала, пока «брат» выяснял насчет ужина и ночлега. Сам процесс поглощения пищи не занял много времени (похоже, актуальной приправой к поданным блюдам послужил основательный аппетит, нагулянный нами за минувший день).

Они уже поднимались, чтобы удалиться, как проходивший мимо с полными кружками бородатый мордоворот, откомандированный гулявшей тут же компанией за добавкой горячительных напитков, якобы нечаянно споткнулся о ножку отодвинутого Нортисом стула. Наш соратник легко увернулся от выплеснувшегося вина, к вящей досаде оппонента, который, видимо, выполнял функции местного заводилы активных вечерних развлечений, украшенных доступными видами насилия. На сей раз почетная роль первого мальчика для битья слишком явно предназначалась этому заезжему парню, но в следующий момент все присутствующие смогли полюбоваться ходом событий, которые почему-то развивались не совсем по стандартному сценарию.

Во-первых, гневный вопль в духе «чего прешь под ноги, придурок!» заглох в самом начале просто потому, что физически сложно издавать звуки, когда горло сжимает чья-то рука. Причем сжимает сильно – глаза у бородача лезли из орбит, наливаясь кровью, и своеобразно оттеняли начавшее синеть лицо. После секундной заминки дружки провокатора вскочили с мест и ринулись на подмогу, а один из них решил под шумок поближе познакомиться с высокочтимой госпожой Леоной. Зря он это затеял, конечно… в смысле – в подобной ситуации гораздо легче демонстрировать окружающим самые темные стороны своей натуры! Особенно сложной женской…

– Втяни грабли, подонок!!!

От яростного шипения наверняка едва не погасли печи на кухне. Оплеуха была выдана с такой силой, что недоумок, рискнувший позволить своим ручонкам воплотить грязные мыслишки в отношении моей подруги, попятился, не удержался на ногах и рухнул спиной на соседний стол. Сидящие за ним были весьма недовольны подобным дополнением к сервировке, о чем тут же дали понять проявлением чересчур активной помощи потерпевшему. Короче говоря, с размаху надели ему на голову уцелевшую миску с остатками варева и пинками ускорили продвижение к двери. Видимо, из чистого человеколюбия, дабы не пострадал еще больше…

– Ах ты!.. – Пара его собутыльников ринулась к Норке с разных сторон, только безрезультатно: издав истошный визг, от которого у всех тут же заложило уши, она метко запустила в них тарелками с остатками острого соуса и шустро нырнула под стол.

Они попытались было достать ее на ощупь, но в процесс вмешался левый сапог Нортиса. Искатель впечатлений, осчастливленный увесистым ударом под копчик, сшиб своего приятеля, и они орущим непристойности клубком снесли другой соседний столик. За ним заканчивали трапезу четверо сумрачных бородатых мужиков, которые до сего момента честно пытались не обращать внимания на чужие разборки.

«Веселье» ширилось и продолжало набирать обороты, причем госпожа Леона как-то подозрительно быстро вышла из роли скромницы и активно подключилась к заварухе. Конечно, попадать кому-нибудь по фейсу или стучать оным об тейбл из ее положения было не совсем удобно, зато вполне успешно удавалось дернуть вовремя за нужную ногу. Или попытаться разбить об голову тех, кто не справился с земным притяжением, что-нибудь из упавшей посуды, причем не делая различий между глиняной и металлической…

Пока шла просто рукопашная, мы не выходили из роли статистов, демонстрируя типичное равнодушие случайных прохожих, у которых своих забот полон рот, чтобы еще и вникать в тонкости процесса выяснения отношений посторонних людей. Только в один прекрасный момент неугомонный заводила, чей очередной принудительный полет был остановлен откуда-то взявшейся стеной, разъярился всерьез, выхватил нож и ринулся к противнику в обход. Его пример воодушевил остальных… Призрак решил, что пора вмешаться.

– Сзади!!!

Реакция Нортиса на знакомый голос была просто молниеносной. Он успел и пригнуться – тяжелое лезвие с глухим звоном вонзилось в дальний косяк, – и развернуться в прыжке, чтобы сгрести мерзавца за воротник, прихватив следом самого неугомонного поклонника Вячеславны. Их подельники вместе с добровольцами из народных масс ринулись к нему, желая продолжения банкета, но вдруг затормозили, вытаращив глаза. Неудивительно, я на их месте еще шире рот открыла бы, если бы не знала, в чем дело!

Посреди лба нашего друга мерцала тонко, но четко выписанная белым древняя руна, означающая «страж, посланный свыше», – стилизованное изображение обнаженного меча острием вниз. От него параллельно линии бровей расходились еще два таких же, только заштрихованных контура, как если бы центральный элемент освещался сразу с двух сторон под одинаковым углом.

– Белая Тень!

Я не успела заметить, кого из толпы осенило раньше других, но первыми отреагировали вооруженные люди, сидевшие большой группой за длинным столом у самой дальней стены – судя по виду, безработные пока наемники.

– Нужна помощь?

Нортис отрицательно качнул головой, попутно изобразил короткий признательный полупоклон и, не повышая голоса, обратился к нарушителям спокойствия, которые подозрительно притихли, стараясь не делать лишних движений.

– По-моему, ты что-то хотел мне сказать… а ты – извиниться перед моей сестрой? Или я ошибаюсь?!

Возможные возражения в виде невнятного бульканья быстро заглохли после почти незаметного движения пальцами, от которого воротники стянулись еще туже. «Родственники» внимательно выслушали прерывистое сипение, тихое, но достаточно хорошо различимое в наступившей тишине, переглянулись и кивнули одновременно.

– Извинения приняты!

Последовало неуловимое встречное движение рук. Два лба соприкоснулись, издав на удивление громкий гулкий звук, две пары глаз резко сошлись у переносицы (каждая у своей), два организма уютно расположились на затоптанном полу нос к носу (расквашенный к поломанному)… Наш соратник повернулся к хозяину заведения, который правдоподобно изображал соляной столп в дверях кухни:

– Надеюсь, нет вопросов, кто станет платить за погром?!

Тот отмер, покосился на один из клинков, который попал не в цель, а в стену за стойкой, уменьшив количество стоящих на полке бутылок, громко сглотнул и замотал головой, суетливо утирая взмокшее красное лицо. Нортис одернул куртку, шагнул к нашему столу и, пожимая руку Тарглану, тихо произнес:

– Благодарю! Третий нож я действительно не заметил…

Затем вернулся, подхватил с пола сумки, перешагнул через неподвижные тела и подал Норке руку. Провожаемые взглядами, они прошествовали к лестнице и скрылись наверху. Мы тоже не стали задерживаться в зале, куда хозяин, сдержанно матерясь, подзатыльниками выгнал работников на внеочередной субботник.

Вскоре после того как народ разбрелся по снятым помещениям и стало достаточно тихо, мы перегруппировались. Наши «мальчики» в комнате побольше решили обсудить накопившиеся вопросы в процессе неспешной дегустации широко известной продукции местных виноделов, а «девочкам» в комнате поменьше тоже понадобилось пошушукаться о своем.

– Испугалась?

– Не очень. – Подруга тряхнула тщательно расчесанными волосами. – Была уверена в своей команде! Правда, приятного в подобных заварушках все-таки мало… Какого черта эти укваски к нам привязались?!

– Обычное дело! – пожала я плечами. – Можно подумать, на нашей родине мало… скажем так – несознательных граждан, у которых избыток энергии, в основном дурной, бьет через край, а недостаток извилин мешает найти ей более достойное применение! А завтра базарный день, почти праздник местного значения, а новых развлечений-то для взрослых почти никаких, а наш «отель» совсем не пятизвездочный, и большинство посетителей соответствующего уровня… К тому же своих бить уже неинтересно, да особо и не хочется – все-таки дальше бок о бок жить, а тут приезжие подвалили, всего вдвоем, к тому же один из них красотка… просто подарок добрых богов!

– Только презент получился с подвохом! – фыркнула упомянутая красотка, подмигивая мне в зеркало. – Самый тот, чтобы дарить в пятницу, тринадцатого!.. Кстати, что это было?!

– ???

– Рисунок на лбу, что-то про тени…

Я с гордостью за старого друга пояснила, что Белая Тень – звание, которое в мирное время получить почти невозможно, поскольку присваивается оно за особо значимые для отечества заслуги на военном поприще. А ее благоприобретенный «брат» кроме доблести, продемонстрированной в той судьбоносной битве в Туманной долине, проявил, несмотря на молодость, недюжинные ратные и организаторские способности в нескольких так называемых операциях по пресечению приграничных конфликтов. Немало их было затеяно в первые пару лет после восстановления законной власти, каждый умелый боец был на счету, а уж правая рука лучшего мечника столицы никак не могла остаться в стороне… Знак, наносимый с помощью магии, становится виден в опасные для жизни моменты, и тогда любой уважающий себя воин из числа окружающих должен предложить помощь, не спрашивая о причинах.

Моя впечатлительная подруга тут же преисполнилась восхищения и озадачилась:

– Тогда, наверное, простой благодарности с моей стороны будет недостаточно?

– Видишь ли, для него подобное – в порядке вещей как для друга, воина, мужчины, в конце концов… То, что ты доверяешь ему свою как минимум безопасность, почитается за честь, и чрезмерными восторгами его только смутишь.

– Но ведь несправедливо оставлять безнаказанным добрый поступок!

– Это само собой, кто бы спорил!..

В усталых головах никаких подходящих мыслей не обнаружилось, и мы решили подумать об этом завтра, с тем и заснули как убитые. Забегая вперед, скажу, что на следующий день было решено по пути побаловать себя посещением лавочек с украшениями, в одной из которых наше внимание привлекла застежка для мужского плаща. Изящное изделие из редкой в этих краях дымчатой стали было выполнено в виде стилизованных меча и щита и стоило совсем недешево, но мы только переглянулись и одновременно полезли в кошельки. Спор возник лишь по поводу того, следует ли мне вносить свою лепту, но я настояла на том, что имею право выказать признательность за спасение подруги. Торжественное вручение памятного подарка высокочтимой госпожой и последующее пришивание к плащу его же лично ею же состоялось у вечернего костра при полном одобрении свидетелей в нашем лице.

Проснувшись, я некоторое время удивленно щурилась на туманную мглу снаружи, едва-едва разбавленную первыми, еще совсем слабыми лучами солнца, и пыталась понять, что же меня разбудило. Помучившись несколько минут, поняла, что снова заснуть не удастся, кое-как приняла вертикальное положение, добрела до приоткрытого окна и выглянула на задний двор гостиницы. Было тихо, но у двери сарая ощущалась какая-то невнятная возня. Сенсоры, тут же включившись, избавили меня от необходимости напрягать слух и сгорать от любопытства.

Мужская составляющая нашей команды, видимо, так и не добралась до кроватей. Скоротали ночку за бутылкой, картами да разговорами, а в качестве утренней зарядки организовали засаду на поставщиков не одобренного законом провианта. В настоящий момент у бревенчатой стены стояла телега, запряженная парой понурых лошадей, а четверо коренастых мужиков лежали рядом бородами в пыль, сцепив пальцы рук на затылке, под присмотром придворного чародея. Пятый, кажется, сам хозяин постоялого двора, суетливо развязывал веревки, которыми была стянута прикрывающая поклажу дерюга. Нортис и Тарглан стояли рядом, неподвижно и молча, но, похоже, именно это придавало пленнику скорости.

Перенастроенные сенсоры приблизили «картинку». В широких плетеных корзинах тесными рядами, яркими хвостами наружу лежали связанные птицы… К счастью для виновников незапланированного рейда, живые, только опоенные дешевым «самодуром», чтобы спали и не подали голос не вовремя.

– Чего тебе не спится в ночь глухую? – вопросил за спиной хрипловатый спросонок подругин голосок.

– Наши мальчики поймали браконьеров с поличным! – Я, отвечая, торопливо натягивала одежду. – И сейчас решают, кого из них пустить на рагу, а кого продать на фарш по весу!

От этой новости сонное настроение высокочтимой госпожи Леоны улетучилось на счет «раз!». Зашнуровали сапоги мы одновременно и высунулись в окно. Призрак уже приставлял к бревенчатой стене старую деревянную лестницу, а еще через пару минут подал нам руки, помогая утвердиться на земле. Тханимар тут же установил над образовавшейся живописной группой защитный купол, чтобы можно было разговаривать без помех.

– Сорок восемь! – доложил Нортис, кивая в сторону телеги, возле которой мелко трясся сильно спавший с лица любитель халявной добычи, явственно стуча зубами и зачем-то прикрываясь той самой дерюгой.

– Это же почти половина популяции! – Я с трудом сдержалась, чтобы не зарычать, продолжая лихорадочно сканировать спящие жертвы. – Да я же вам сейчас лично руки на шеях завяжу! И каждый палец к пустой голове прибью – минимум четырьмя гвоздями!!! Только сначала рты позатыкаю вашими же… оторванными зверски и медленно!

– Нет уж, на собачью колбасу – всех пятерых! – выдохнула рядом Вячеславна, сверкая в гневе глазами не хуже фотовспышки.

На лежащих напала икота, у стоящего подкосились ноги, уронив массивное тело в притоптанную пыль у задних копыт. Лошадки меланхолично взглянули назад и, задрав хвосты, синхронно вылепили рядом с его запрокинутой головой две объемные темные кучки…

– А нервишки-то у ребят ни к черту! – констатировала я, с облегченным вздохом отворачиваясь от корзин: состояние несчастных птиц опасения не внушало, проспятся и оклемаются. – И посему все, что бы мы ни сделали, только на пользу пойдет!

– Они что же, всех под нож собирались пустить?! – Норка, чуть не плача, осторожно, тыльной стороной пальцев, пригладила оперение крайнего суисса.

– Нет, – подал голос наш маг. – Мы уже выяснили: живьем эти пернатые редкости продаются за сногсшибательную сумму, а на стол попадают более слабые, которые погибли при перевозке. Впрочем, и в этом случае прямая выгода, ведь у охотников их покупают по расценкам обычной дичи, а перья идут нарасхват, в том числе и за границу.

Норка, поджав губы, потянула из ножен кинжал, но тут снова вступил Тханимар:

– Думаю, с выбором кары и претворением ее в жизнь спешить не стоит! Мне понятен и ваш гнев, и стремление пресечь нарушение на корню, только что мы будем делать с птицами? В идеале их надо бы вернуть в родные места или?..

– Какие могут быть «или»?! – Я повернулась к ликуартисцу. – Как это сделать, вот в чем вопрос! Нам самим заниматься транспортировкой нет ни возможности, ни времени, потому что совсем не по пути. К властям обращаться – опять же долго, хлопотно и, скорее всего, бесполезно…

– Ты думаешь, стражи порядка предпочтут не возиться и попросту отправят несчастных птичек на свою кухню?! – округлила глаза Вячеславна.

– В такой ситуации лучше перестраховаться, – удрученно махнула я рукой. – Будь мое величество здесь официально, при своих регалиях или тем паче с мужем, никто и подумать бы не рискнул о том, чтобы ослушаться или сделать хоть что-нибудь не так!

– Могу предложить идею, – неожиданно подал голос Тарглан, до сих пор предпочитавший слушать, но не вмешиваться в диалог. И пояснил в ответ на вопросительный взгляд: – Моих скромных способностей должно хватить не только на чтение мыслей, но и на то, чтобы слегка изменить их содержание и ход. Причем незаметно для хозяина…

– Ты хочешь сказать…

– Не просто сказать, еще и сделать! Можно внушить этим… неправильным охотникам, чтобы они сами бережно и быстро доставили птиц в родные места и выпустили подальше от человеческого жилья.

– И получится?! – по-детски обрадовалась Норка, одарив говорившего исполненным восхищения взглядом.

– Попробовать-то можно, – скромно потупил очи Светлый Вождь, успев незаметно подмигнуть мне. – Особенно если знать наверняка, что после хоть кто-нибудь оценит по достоинству мои старания…

– Даже не сомневайся! – опередила меня подруга. – Только… ничего, что эти… жертвы нашего будущего произвола слышат весь разговор?!

– Ничего, – успокоил ее наш главный по мозгам и мыслям. – Убрать из памяти что-либо еще проще, чем вложить новое… хотя и потребуется приложение дополнительных усилий!

Я, правильно истолковав значение взгляда, брошенного в мою сторону Вячеславной, вспомнила вслух высказывание царя из любимой сказки и даже пообещала лично принять участие в ковке ордена для героя размером во всю его же молодецкую грудь, что вызвало у Призрака приступ неудержимого веселья. Остальные, видимо будучи не в силах справиться с острым приступом зависти, ограничились покашливанием в кулак.

Подруга решила исправить положение и попыталась выяснить, какие материальные блага и в каком количестве способны убедить «слышащего» в степени нашего восхищения его умениями.

Тарглан быстро вернул своему лицу прежнее выражение и четко пояснил, что зарабатывать на жизнь подобным образом не собирался до и не собирается после, а сделает это сейчас исключительно для души. Единственным условием с его стороны было требование работать без помощников и свидетелей. Мы не стали спорить и вернулись в свои «хоромы» проторенным путем. В целом наша затея удалась как нельзя лучше – никого лишнего не потревожили, редкую живность в природу вернули, а злостные браконьеры поневоле стали ярыми сторонниками и блюстителями закона, причем бескорыстными… во всяком случае, на ближайшие несколько месяцев.

На ярмарку мы попали ближе к обеду, потому что позволили себе вздремнуть после предрассветной вылазки, но все свои дела уладили наилучшим образом. Кроме того, нас угораздило неожиданно для себя обзавестись еще одним питомцем. Мы мирно шли своей дорогой мимо, разглядывая витрины очередной лавки, битком набитой всевозможной экзотикой для украшения жилища, когда мои сенсоры выдали небольшую, но болезненную вспышку красноватого пламени. Норка не раздумывая свернула за мной, успев проскользнуть в скрипнувшую дверь до того, как она закрылась. Наши спутники прошагали дальше и остановились возле палатки с пирожками.

Звяканье подвешенного над массивной дверью колокольчика вызвал из недр заставленного стеллажами помещения местную версию Весельчака У из мультфильма «Тайна третьей планеты», даже голос оказался один в один. Разве что на его красном лице имелось дополнение в виде родимого пятна на скуле и жидкой, хоть и длинной бороденки, а вместо комбинезона это явление было упаковано в национальный бальдиарский костюм с головным убором вроде широкой чалмы. Он, окинув нас опытным взглядом, тут же расплылся в улыбке и засуетился вокруг, что-то стрекоча, но внимать рекламе имеющегося товара осталась одна Вячеславна. Меня же ноги сами понесли к дальнему окну, заставленному банками и коробками.

На самом верху пристроилась небольшая квадратная клетка, украшенная чахлым букетиком садовых цветов, привядшие головки которых были просунуты внутрь. Внизу вяло копошилась крупная бабочка. Сложив домиком потускневшие, когда-то переливчатые крылья каждое размером с мою ладонь, она настойчиво, но безрезультатно пыталась глубже закопаться в самый дальний угол, отчасти затененный пародией на икебану.

Я медленно вдохнула, досчитала про себя до десяти, потом резко развернулась, почти уткнувшись носом в лоб хозяина заведения, который что-то всполошенно бормотал, вприпрыжку следуя за мной по пятам.

– Ты!!! – Я смерила его свинцовым взглядом, под которым он стал еще ниже. – Что, мозги вместе с анализами в сортире оставил?! Про совесть и не спрашиваю – похоже, недодали при рождении!

– Но, госпожа… я не понимаю!..

– Только попробуй вызвать охрану! – Я вовремя заметила руку, тянущуюся к висевшему на жирной шее свистку, и опередила его движение, быстро намотав шнурок на кисть – весь и туго. Насколько при этом изменился цвет лица уважаемого торговца редкостями, меня мало волновало.

– Что случилось-то?! – не выдержала молчавшая до поры подруга.

Я обличающе ткнула пальцем в проволочную конструкцию:

– Это – редчайший вид, эндемик с экваториального архипелага! Их запрещено разводить в неволе, потому что ядовиты и представляют опасность при неумелом обращении. Но главное – они могут питаться нектаром только цветков одного-единственного вида деревьев, которые у нас не растут, и она сейчас находится на последнем издыхании от голода! Притом эти ночные бабочки живут высоко в горах, поэтому держать ее надо было хотя бы в полумраке и при хорошей вентиляции, а не на солнцепеке…

Выражение лица Вячеславны заставило толстяка позеленеть и затрястись всем телом, а мой следующий комментарий, в котором я более полно и образно выразила свое недовольство происходящим, быстро повернул его мысли в нужное русло. Он попытался было, несмотря на сильное заикание, квакнуть что-то убедительное в свое оправдание, но сильно помешала чалма, неожиданно для хозяина запиханная мною в его рот до упора.

Через пять минут Норка вышла на крыльцо с вышеописанной клеткой в руках, оставив окончательно растерзанный в процессе извлечения букетик на память о нашей доброте и сговорчивости. Я же не стала отказываться от втиснутого в руку кошелька. Во-первых, теперь придется искать подходящий мед из числа заграничных и потому самых дорогих, а во-вторых, имею полное право налагать штраф на подобных нарушителей, поскольку являюсь почетным членом Общества защиты редких видов, мною же и организованного еще года три назад!

Спутники отнеслись к новой проблеме философски, лишь кротко поинтересовались, а стоит ли тратить средства, заработанные непосильным трудом, когда можно и еще разок (другой… десятый…) отобр… сорри! – конфисковать нужный нам экзотический товар у несчастных торговцев на законном основании. Уж если в этом славном городке браконьер на браконьере и браконьером погоняет, а при сильном желании даже в самых надежных документах и добропорядочных действиях всегда найдется к чему придраться… Причем ни один из нашей дружной команды не выказал даже тени сомнения, что у меня такое желание возникнет, но я на них за это не сильно рассердилась. Главное, что с нужным сортом меда и впрямь обошлось без каких-либо сложностей…

Зато возникла другая проблема. Продолжать путешествие с таким прихотливым питомцем на руках значило всерьез осложнить себе жизнь, да и не факт, что мы в дальнейшем сможем обеспечивать его всем необходимым. Следовало пристроить наше нечаянное приобретение в надежные руки, только вот в чьи?! После некоторых раздумий и недолгих споров решено было на время рассекретить местонахождение Тханимара, правда, исключительно для своих. Идея о голубиной почте отпадала, даже не пройдя в полуфинал, несколько следующих предложений продержались не намного дольше. Выходить на связь традиционными способами – все равно что стрелять ночью трассирующими пулями, даже полному дураку станет ясно, куда и откуда шел сигнал, а нам не хотелось бы засвечивать ни свои координаты, ни местонахождение тех, кто с нами заодно.

К счастью, придворный маг нашел способ, чтобы по тайным, известным ему одному каналам пообщаться со своим племянником, подменявшим его в моих фамильных владениях. Для этого понадобился мой медальон, который был выдан без всяких возражений. Он аккуратно поднял вещицу за цепочку на уровень глаз и, не сводя с нее взгляда, взял за нижний угол серебряного ромба и крутанул его вокруг вертикальной оси, беззвучно шевеля губами. При вращении артефакт сначала светился почти незаметно, потом сияние усилилось, и к моменту остановки свет с лицевой стороны лился ровным потоком, образуя в паре метров призрачно мерцающее окно. Еще через пару мгновений в нем стало различимо непривычно серьезное лицо Лоттинтхара – он явно был обеспокоен тем, что мы вдруг вышли на связь, да еще и таким способом.

За спиной я уловила озадаченное хмыканье: ну да, подруга же пока не знакома с племянником нашего штатного чародея! Учитывая степень их схожести, краткая беседа смотрелась весьма своеобразно и даже забавно, потому что напоминала беседу с отражением в тускловатом старинном зеркале. Правда, при более пристальном рассмотрении было заметно, что кроме возраста молодой маг отличался большей худощавостью, и цвет глаз был скорее ближе к светло-серому по сравнению с небесно-голубыми очами его дядюшки…

Лоттинтхар первым делом напомнил о необходимости блюсти секретность миссии, но быстро проникся серьезностью ситуации. Принял особо ценную бандероль с нашим чешуекрылым трофеем и клятвенно пообещал взять на себя выполнение подробных рекомендаций, написанных на длинном свитке лично мною. Заодно сообщил последние столичные новости, судя по которым нежелательные особы продолжали пребывать в неведении насчет затеянного нами, что не могло не радовать. На том и распрощались – до поры до времени.

К числу особо запомнившихся дорожных происшествий, несомненно, стоит отнести еще и милую деревенскую свадьбу, на которую мы попали совершенно случайно – как, впрочем, и во многое другое… Очередной день путешествия собирался закончиться нешуточной грозой, поэтому пришлось на ходу менять планы и отказаться от мысли ночевать под открытым небом. К счастью, до деревни было недалеко.

У самого поворота с большака нас догнал дородный мужичок с черно-седой лопатообразной бородой и в добротной одежке, озабоченно погонявший сытую рыжую кобылу, запряженную в груженую телегу. Дотошно выспросив, кто из нас кто и откуда-куда мы все, заметно повеселел, горячо возблагодарил богов за милость и стал настаивать на ночлеге именно под его кровом.

По дороге выяснились причины такого бурного гостеприимства. Попутчик оказался местным старостой, которому завтра предстояло выдавать замуж старшую дочь, а поскольку жениха та отбила у единственной наследницы другого уважаемого в округе человека, то все семейство вполне обоснованно побаивалось каких-нибудь пакостей от пострадавшей стороны. Уже было несколько попыток навести порчу на лошадей, которые должны будут везти новобрачных в местный храм, напоить сонным зельем жреца, чтобы он даже чихнуть самостоятельно был не в силах, и подсыпать рвотного снадобья в яства. Злодеяния удалось вовремя предотвратить, но…

Заботливый папаша выкроил время для поездки к местной ведьме, которая за умеренную плату бралась оберегать хозяев и гостей на подобных торжествах, но запоздал с приглашением. Родня дочкиной соперницы оказалась расторопней и успела озадачить ее срочным приготовлением редкого зелья, за компонентами которого требовалось ехать на дальние болота. Щедрый задаток решил дело, и наш собеседник был удостоен лишь чести поздороваться с амбарным замком на запертом жилище колдуньи.

Наша команда оказалась именно тем набором подходящих особей, который решал все проблемы разом. Не то чтобы нас так уж сильно интересовал обещанный щедрый гонорар, но почему бы не помочь в богоугодном деле, тем более что лошади нуждались в перековке и хотя бы на день пришлось бы задержаться все равно?..

После щедрого ужина мы сразу разошлись по постелям, а встали с первыми петухами. Не стану вдаваться в подробности, скажу только, что все положенные манипуляции были проделаны с должным тщанием и праздник удался. Тханимар даже подсушил особо крупные лужи на дороге и заставил подождать снова собиравшийся дождик, пока толпа наряженных людей не скроется под навесом, прикрывавшим обширное подворье с ломившимися от яств столами, а после и вовсе заставил тучку пролиться над ближайшим картофельным полем. Нортис и Тарглан сначала убедили кузнеца разобраться с подковами наших скакунов, а после быстро вычислили в толпе затейников троих «засланных казачков» и обезвредили, не привлекая внимания. Броул деловито перенюхал гостей поголовно на предмет сокрытия недозволенных веществ, рычанием и зубастой «улыбкой» убедил попавшихся диверсантов не оказывать сопротивления в процессе изъятия оных и следил за тем, чтобы неизбежные драки протекали без ненужного драматизма. Нам с Норкой досталась ревизия угощения и помощь тем, кто с ним переборщит.

Веселились добросовестно и с размахом, до глубокой ночи, пока хваленый и тщательно проверенный местный самогон не успокоил даже особо стойких и неугомонных. Мы, как самые трезвые, обошли дозором вверенную территорию, установили защиту и тоже рухнули спать.

Основная потеха развернулась на следующий день, с самого ранья, когда началось народное пробуждение. Правда, сперва смешного было мало. К Нортису на сеновал – в разное время, но с явно похожей целью – пробрались обе подружки невесты, так что проснулся он в неожиданной компании. Причем приятной ровно до того момента, когда каждая из девиц-озорниц обнаружила единомышленницу и затеяла разборку на предмет, кто из них первой додумалась до покушения на честь и доброе имя нашего соратника. Они обе, то дуэтом, то вразнобой, утверждали, что этой прекрасной звездной ночью поддались чарам именно этого заезжего красавца и, преодолев таким образом врожденную стыдливость, презентовали ему самое дорогое, что может быть у порядочной девушки. Так что теперь он, как честный человек, должен и обязан, причем незамедлительно… только дело стало за тем, на ком сначала…

На шум сбежались люди, во много раз добавив оного за счет визга, неизбежного при выдергивании волос без наркоза, взаимных обвинений во всем подряд, изложенных в основном в излюбленных на селе выражениях, звуков мордобоя по-добрососедски, затеянного с размахом, и всего прочего в том же духе и тональности. Возражения жертвы женского коварства просто потонули в этом гвалте, и даже мое свидетельство в качестве детектора лжи вряд ли помогло бы, не всплыви в сенсорном поле интересный факт. Вернее, два факта – обе претендентки на сильную руку нашего друга благополучно пережили сражение со своей девичьей скромностью еще несколько недель назад! Причем при активном содействии совсем других помощников, и в качестве бонуса обрели недвусмысленную перспективу на материнство…

Я не стала соревноваться в громкости голоса с окружающими, просто шепнула пару слов проснувшемуся Фадику и подала знак Тханимару, который до сих пор успешно удерживал за ошейник Броула. Шумовой эффект от взорвавшегося высоко в небе огненного шара заставил ошарашенно замолкнуть беспорядочно галдящих людей, а утробный рык и оскаленная пасть бойцового пса живо разогнали толпу в стороны. В центре образовавшегося неровного круга остались герои дня. Нортис, чуть побледневший, стоял, крепко сжав пальцами пояс с кинжалами, и хранил гордое молчание, глядя поверх встрепанных голов соперниц. Они же продолжали шипеть что-то убедительное только для себя на тему срочного спроваживания их под венец, можно даже прямо сегодня и сейчас, пока погода хорошая, столы не совсем пустые и гости не разошлись, а местный служитель культа уже почти проснулся… и ничего, что в силу потребности полечить сильно гудящую голову…

Трудно сказать, сколько времени могли бы занять разборки на столь актуальную тему, но мы обошлись малой кровью. Причем в буквальном смысле – мой обожаемый супруг еще в наши досвадебные времена при случае обучил меня занятной и в общем несложной манипуляции, позволяющей установить отцовство в спорных ситуациях. Вот я и потребовала предоставить мне последовательно спокойное место в тенечке под развесистой черемухой, жреца и ближайших родственников претенциозных девушек в свидетели, два комплекта необходимого реквизита и полной тишины под угрозой долгосрочного заключения в самой дальней бане. Внеплановое представление заинтриговало всех, поэтому свечи, металлические подносы и емкости с водой благодаря общим усилиям тут же возникли в указанном месте.

Крови у каждой из неуемных спорщиц было взято всего по семь капель, зато после произнесения нужного заклинания в темных зеркалах заговоренной воды возникли четкие изображения личностей неизвестных до сих пор нареченных – по одному на каждую. Их тут же опознали, предъявили обществу после пресечения попытки к бегству, и взбудораженные жители милой деревеньки получили новую тему для бурных прений. А наша скромная компания отправилась дальше, благо наша помощь больше не требовалась, да и собираться долго не пришлось.

Правда, госпожа Леона куда-то скрылась под шумок, но не успели мы начать всерьез беспокоиться, как она вошла во двор с довольным видом, мурлыкая под нос что-то жизнерадостное. В ответ на вопросительные взгляды Вячеславна наставила на меня указательные пальцы, с которых на пестрых шнурках свисали два увесистых на вид кожаных мешочка, и назидательно изрекла:

– Услуги должны оплачиваться, тем более качественные и своевременные!

Подмигнула и добавила:

– Тебе ведь после каждой ворожбы нужно время, чтобы восстановиться, а уж от меня-то никому так просто не отделаться в любой момент моего бодрствования!

Мужчины хмыкнули одобрительно, а я удивленно, поочередно взвешивая на руке кошельки. Подруга, взобравшись в седло, серьезно пояснила:

– Срок беременности больше – ситуевина жестче – свадьба срочнее – гонорар выше!..

С тем и отбыли.

Глава 6

Созвездие из девяти самых ярких в этом полушарии звезд, упорно снившееся мне в последнее время, настойчиво продолжало звать нас на север. Придворный чародей, дабы уточнить координаты нашего места назначения, решил активировать обзорную сферу. Для Норки подобное действо было в диковинку, но и я с интересом наблюдала, как он вытянул из-за пазухи необычный кулон, формой напоминающий стилизованный глаз, подвешенный за угол. Сжал его с боков под короткое заклинание, и темный полупрозрачный шарик, изображающий зрачок, покинул свое место, плавно всплыл на уровень глаз хозяина и начал медленно вращаться вокруг своей оси, словно маленькая планета. По мере ускорения движения шарик рос, а неясное мерцание сменилось довольно ярким сиянием, в потоках которого на выпуклой поверхности проступало нечеткое пока изображение. Тханимар округлым движением руки остановил рост получившейся сферы, а новое заклинание, видимо, задало программу показа. Теперь перед нами парило в воздухе подобие рельефного глобуса с подсветкой. Только в отличие от школьного наглядного пособия достаточно было назвать место или коснуться нужной точки, чтобы получить увеличенное изображение, динамичное и настолько подробное, что позволяло не только пересчитать объекты, но и отличить мужчин от женщин, лошадей по масти, кошек от собак, а березу от яблони.

Некоторое время наше продвижение не осложнялось происшествиями, которые можно было бы отнести к разряду особенных, но в одну прекрасную (хотя как сказать!) ночь… Впрочем, обо всем по порядку. Заброшенная проселочная дорога долго петляла по предгорьям среди селений, пустующих после Темных лет, и заросших сорняками небольших полей, пока не завела нас в густой смешанный лес. Когда-то накатанная колея быстро сменилась тропой, вдоль которой, видимо, не так давно прошелся полосой ураган – видеть столько бурелома сразу лично мне пока не доводилось. Пришлось останавливаться и корректировать маршрут. Мои сенсоры добросовестно выдали объемную картину ближайшей территории, что дало мне возможность указать наиболее удобный кратчайший путь из этих дебрей.

Примерно через час пути деревья стали редеть и наконец расступились, открыв усталому взору обширную поляну, густо поросшую низкой травой с частыми вкраплениями куртин цветущих растений. Кстати, почему-то незнакомых… но никакой опасности не ощущалось, несмотря на усиленное сканирование. Броул, бдительно прочесав окрестности, тоже не выказал ни малейшего беспокойства, поэтому решено было именно здесь устроить привал с переходом в ночлег, поскольку дело шло к вечеру, а устали все основательно.

Протекавшая у кромки леса речушка решила проблемы с водой, а непролазный малинник – с десертом. Наскоро покончив с повседневными хлопотами, мы поужинали, любуясь потрясающе красивым закатом, и довольно быстро угомонились. Тханимар некоторое время еще бродил, устанавливая сигнальный контур и что-то прикидывая по первым звездам, но вот затих и он.

Я лежала на спине, пристроив под голову сумку, и бездумно смотрела в безоблачное небо, обрамленное неровным темным контуром верхушек развесистых деревьев, над которыми висела сияющая долька меньшей луны. До чего же хорошо и спокойно… Даже пес решил, что вокруг нет ничего достойного хоть какого-то внимания, и, растолкав хозяина и успевшего задремать мага, залег между ними… вот бы еще и какой-никакой добрый знак уясновидеть!..

Но со знамениями сегодня вышел облом. Впрочем, то, что ничего плохого не привиделось, радовало само по себе. Снилось что-то веселенькое, с птичками, солнечными зайчиками, радугой и ромашками… Правда, под утро впечатление подпортили девочки – с виду дошкольницы, лиц не видно, зато хорошо различимы яркие краски пестрых карнавальных нарядов. Они дружной стайкой перемещались по цветущей лужайке по сложному маршруту, понятному разве что им самим, а потом прыгали через скакалку и напевали песенку, живо напомнившую виденный когда-то ужастик с Фредди Крюгером:

Раз, два – перемень-трава…

Три, четыре – вы другие…

Пять, шесть – выпить и съесть…

Семь, восемь – ветер меж сосен…

Девять, десять – засните вместе…

Ночью, пытаясь улечься удобней, я неудачно подвернула под себя руку, и теперь противная ноющая боль заставила проснуться с чувством досады. Немного подвигавшись, удалось бережно высвободить затекшую конечность, и я, не открывая глаз, принялась осторожно ее массировать. Ладонь много хлопот не доставила, но при первой же попытке двинуться дальше пальцы наткнулись на странное препятствие. А точнее – ремешки с пряжками, скрепляющие две стороны широкой, охватывающей все предплечье пластины из толстой кожи с множеством круглых металлических заклепок, идущих вдоль края, и продольных полос, украшенных рядами крупных загнутых назад зубцов, сделанных, если верить ощущениям, из очень хорошей стали…

Лишь слегка уколовшись об острие одного из них, я проснулась окончательно и, распахнув глаза, воззрилась на свои руки, не веря увиденному. С каких это пор я ношу сделанные на заказ наручи?.. Да еще и на ночь их не снимаю, только убираю с большого и безымянного пальца петли, что удерживают шипастую деталь, защищающую кисть?! И откуда вдруг взялся рваный старый шрам на тыльной стороне этой самой кисти… которая, кстати, совсем не моего размера?!!

Я резко села, пытаясь оглядеть себя со всех возможных сторон и тут же проверяя полученную информацию на ощупь. Сомнений не было – сейчас в моем распоряжении находилось мускулистое тело рослого молодого мужчины, облаченное в походное снаряжение… Беглый взгляд вокруг помог определиться с тем, чье именно – Нортиса! Моя же привычная оболочка мирно сопела по другую сторону костра там, где я оставила ее вчера вечером, только в несколько непривычной позе…

Ни усиленное протирание глаз, ни щипки за разные чувствительные места не изменили ситуации. Я, как-то вдруг растеряв силы, опять расстелилась на плаще и крепко зажмурилась, отчаянно желая, чтобы это все оказалось дурацким продолжением идиотского сна… и подскочила на месте от пронзительного вскрика. Судя по всему, кричала моя подруга из расположенных вдалеке кустов, но никто из остальных соратников – и я в том числе – не кинулся на помощь. Нас, видимо, всерьез озадачило то, что Норка, живая и здоровая, стояла в двух шагах и с выражением крайней степени ошарашенности на лице заглядывала себе за пазуху.

– Это что же надо было там обнаружить, чтобы так орать?! – Ко мне голос вернулся раньше, чем к остальным, которые почему-то тут же уставились на меня примерно с тем же выражением на вытянувшихся физиономиях.

А Вячеславна застегнула ворот, подняла голову, обвела всех стеклянным взглядом округлившихся и заметно увеличившихся в размерах глаз, остановилась на мне и спросила:

– Значит, и ты тоже?!

В глаза плеснула яркая картина ее живого свечения… в абсолютно нехарактерной гамме. Меня пробило на икоту, но больше сказать никто ничего не успел – Тханимар, который все это время продолжал спать почему-то под росшим чуть в стороне деревом, проснулся, встал на четвереньки, энергично встряхнулся и… басовито гавкнул. Потом подбежал ближе, по-прежнему не желая принимать вертикальное положение, по-собачьи сел на траву и жизнерадостно вывесил язык, преданно заглядывая в лицо всем присутствующим по очереди. Сочетание цветов его ауры заставило меня окончательно онеметь.

Не знаю, сколько мы так стояли, являя собой пародию на музей восковых фигур. Из оцепенения нас вывели два последовательных явления. Сначала из-за уже обративших на себя внимание кустов показалась до боли знакомая фигура Светлого Вождя, который двигался как-то странно, не переставая ощупывать себя и одергивать одежду… Затем с противоположного края поляны бодро, но несколько неуклюже протрусил Броул, распластался передо мной и жалобно заскулил, царапая мощную шею всеми лапами по очереди в тщетной попытке содрать ошейник. И этот «светится» не так!

– Что происходит, черт все подери?!!

В голосе звучала целая гамма эмоций: отголоски пережитого испуга, растерянность, гневные нотки, обещавшие непредсказуемо много незабываемых впечатлений затейнику, вздумавшему с утра пораньше порадовать нас тонкой шуткой… Серьезность намерений подкреплялась крайне агрессивным выражением обычно сдержанно-ироничного лица Призрака, что само по себе стало чем-то из ряда вон выходящим. До меня медленно, со скрипом, но все-таки начало доходить. Я подняла руку…

– Кстати, с чего бы это наш юный друг носит королевскую брошь?! – сурово сдвинув брови, вопросила Норка – опять с непривычными интонациями.

Я невольно скосила глаза. Действительно, «брошь» из диковинного оранжево-черно-красного камня, в которую периодически превращался Фадик, сейчас красовалась на своем обычном месте у ворота.

– С того, – мои пальцы легонько прошлись по выпуклой поверхности по-живому теплого «украшения», – что нэфи не обманешь. Он по сути часть души своего создателя, поэтому из всех составляющих человека для него важна именно эта, в каком бы теле она ни находилась…

Словно дождавшись наконец заветных слов, брошь засветилась мягким светом, затем взялась тонкими язычками пламени, почти незаметными при ярком сиянии утреннего солнца, из которых восстал, потягиваясь и выгибая пушистую спинку, очаровательный «котенок». Он удобно устроился на моем теперь гораздо более широком плече, потерся носом о хозяйскую щеку и, громко мурлыкнув с явно вопросительной интонацией, обвел присутствующих ясным взглядом трех широко распахнутых глаз.

– Ты думаешь…

– Думаю. Да что там – уверена…

– …в том, что твоя душа находится теперь в другом теле?! Бред! – «Норка» ожесточенно потерла ладонями лицо и встряхнула головой.

– Если бы только моя…

После недолгих споров и разговоров мы смогли определиться, кто где. Перемены никак не коснулись наших скакунов, которые до сих пор мирно паслись ниже по течению ручья, где было больше подходящей травы, а вот нас шестерых, спавших этой ночью вокруг костра, какая-то сила перетасовала словно карты, рассовав по телам в ином порядке… Причем сила, скорее всего, не злая, ведь не было нанесено никакого урона кошельку или здоровью, разве что душевному…

Правда, перспектива продолжать путешествие в таком состоянии почему-то не обрадовала никого. Судите сами: кроме того что «махнулись не глядя» Норка и Тарглан, для верной собачьей души нашлось местечко в организме нашего придворного мага, который теперь щеголял мускулистым телом, тщательно вычесанной шерстью и милыми повадками прекрасно выдрессированного бойцового пса. Я же сподобилась «вывести из себя» Нортиса… взаимно!..

– Веселенький получился маскарад! Жаль только, что не к празднику пришелся, – констатировал «Тарглан», вешая над огнем котелок с водой. Все успели немного успокоиться и единогласно решили, что война, чума или непрошеные чудеса – не важно, завтрак должен быть по расписанию.

– Можно и самим организовать… в смысле – праздник! – хмыкнула я, развязывая сумку и доставая мешочек с остатками сушеных грибов. – Не пропадать же удобному случаю!

– Знать бы еще, кто это все затеял… Например, чтобы убедительно выразить пламенную коллективную благодарность за неожиданное развлечение с многократным занесением в уязвимые места! – Норка, взявшая на себя чистку овощей, многообещающе покрутила в пальцах нож.

Призрак неопределенно хмыкнул, примериваясь к огромной сухой ветке, лежавшей поверх вороха запасенного топлива.

– Ты там поаккуратнее с чужим телом, Светлый Вождь! – обеспокоилась моя подруга, припомнив, как лихо ломался хворост в крепких руках соратника. – Привычки – вещь полезная, но вот без чего совершенно точно смогу обойтись и дальше, так это без вывихов и переломанных костей! Да и лишние синяки тоже ни к чему…

Тарглан посмотрел на свои новые руки, задержав задумчивый взгляд на ухоженных ногтях, потом на их взвинченную хозяйку и пошел к сумке за топориком.

Завтракали против обыкновения молча. Нортис тактично увел «мага» за кусты, дабы не смущать окружающих нетрадиционной манерой поглощения похлебки. Остальные переваривали впечатления от последних событий – каждый сам про себя, – и аппетит у всех был отменный (на нервной почве, не иначе!). Правда, «Броул» так и не смог толком приноровиться к поеданию пищи носом вниз и с помощью одного лишь языка, поэтому, кое-как выпив через край миски наваристую жижу, забастовал и обиженно залаял с подвыванием и взвизгиваниями. Пришлось нам с подругой кормить его с двух ложек…

Покончив с едой, все снова расположились вокруг едва тлеющего костра. Двигаться дальше в таком состоянии даже в голову не пришло, а соображений насчет способов исправить положение пока ни у кого не было. На светские беседы о погоде тоже почему-то не тянуло, поэтому молчали каждый о своем, созерцая окружающий пейзаж.

«Броул» пытался манипулировать пальцами когтистых лап, но, в очередной раз убедившись в тщетности своих усилий, беззвучно скалился, морщил нос и досадливо дергал ушами. «Тарглан», задумчиво глядя в синюю даль, машинально заплетал сажево-черные пряди в мелкие косички. Я невольно улыбнулась, представив, какой вид обретет в скором времени пышная грива грозного вождя кочевников, и повернулась к «подруге», чтобы увидеть реакцию. Но «Вячеславне» явно было не до того. Ее тонкие пальцы ненавязчиво перемещались по телу, в основном по верхней части, словно пытаясь ухватить в щепоть что-то под одеждой…

– Что с тобой? – не удержалась я. – Ненароком блох подцепил? Так это скорее Нортису грозило бы…

Мое тело насупилось, но промолчало.

– Нет у него никаких блох! – праведно возмутилась Норка, а я подхватила:

– Вот именно, моя сейчасная оболочка узнала бы об их наличии в первую очередь, однако… Так что случилось?

– Ничего такого уж особенного, – небрежно пожал плечами Призрак, но в голосе улавливались нотки смущения. – Просто… как вы носите эту сбрую?!

– Молча и с достоинством! – ответствовала подруга. – Скажи спасибо, что…

Но вовремя умолкла, метнув в мою сторону всполошенный взгляд. Правильно, Светлый Вождь – мужчина взрослый и вполне просвещенный, в том числе и насчет отличительных особенностей физиологии женского пола, которые осложняют жизнь с убойной периодичностью, но не стоит лишний раз пугать окружающих, нервы-то не железные…

– …что это – походный прикид, а не бальное платье с корсетом! – пришла на помощь я.

Нортис невольно взглянул на свое новое тело, передернул плечами, но промолчал. Потом встал и, достав из своей сумки рыболовные снасти, зашагал к реке. Следом за ним отправился и «маг». Он, видимо, успел приноровиться к особенностям нынешней оболочки, поэтому двигался гораздо увереннее и быстрее.

– А с охотой придется повременить, – вслух подумала я. – Особенно на крупную дичь…

– Ничего, пока перебьемся. В сумке у Тханимара должен быть еще мешок сушеных грибов.

– А сегодня, например, в перспективе уха. Нортис никогда еще не приходил с пустыми руками…

Вячеславна не ответила, поскольку явно упустила нить разговора, на что-то засмотревшись. Проследив ее взгляд, я увидела, что Тарглан под шумок перебрался в тень соседней ивы, раскидистой и низкорослой. Он с комфортом разлегся посреди пестрой куртины пышно цветущих растений и теперь, похоже, был занят проверкой, насколько ладно сидит на благоприобретенном «футляре для души» походная одежда. Причем так увлекся, что не заметил, как смолкли наши голоса… хотя, казалось бы, должен помнить, чем грозят пресловутые затишья!..

– Ты чего там все время наглаживаешь?! – На сей раз первой не выдержала Вячеславна. – Кто тебе разрешал руки распускать?!!

– Ты тоже не спрашивала позволения! – парировал Призрак, незаметно подмигивая мне.

– Когда и на что?!

– Сегодня утром, на эксплуатацию природных особенностей организма, волей случая оказавшегося в твоем распоряжении! – пришла на помощь я, правильно истолковав легкое замешательство, отразившееся на теперешнем лице Светлого Вождя.

– В смысле?! – Раздерганное состояние моей подруги явно сказалось на ее сообразительности, хотя в обычных условиях ей достаточно и полуслова, а то и полувзгляда, чтобы понять происходящее.

– В общем… ты же ходила в кусты? И наверняка именно вдруг обнаруженные тобой новые «особенности» вызвали твой истошный вопль такой силы, что комары по всей округе попадали замертво!

Норкины щеки полыхнули так, что почти затмили солнце… Но справиться с нахлынувшим смущением такой силы ей удалось на удивление быстро.

– Так уж и по всей?! – буркнула она, отворачиваясь. – Подумаешь, вскрикнула слегка…

– И чуть не довела до заикания даже лошадей! – подхватил Тарглан с видимым облегчением.

– Но не довела ведь! И вообще – хватит об этом! Давайте лучше думать, что делать будем.

– Сначала бы определить, откуда нам такое счастье привалило.

– Во всяком случае, на дурную шутку нашего уважаемого чародея списать не получится, – покачала я чужой головой, – учитывая его собственное состояние…

– Н-да, лапами много не наколдуешь!

– Так лапами-то получилось обзавестись уже после того, как…

Огромная черная псина оскалилась и попыталась испепелить взглядом бестолковых соратников, потом – покрутить вышеупомянутой лапой у виска, наконец возмущенно фыркнула и пересела подальше, демонстративно повернувшись к нам задом. Я посчитала своим долгом вступиться за несправедливо заподозренного штатного мага:

– Вряд ли он тому виной – не его стиль!.. Не думаю, что чувство юмора может перемениться вдруг и настолько. Тем более по отношению к себе самому!

– А себя – для маскировки! – вступил в спор Тарглан.

– Не настолько хороша шутка, чтобы ради смеха остаток жизни кантоваться в собачьей шкуре! – отозвался голос моей подруги. – По-твоему, как теперь будем обратно переколдовываться?

– Демоны их, магов, знают! – передернул плечами кочевник. – Может, со временем чары должны развеяться сами собой?..

Броул, по-прежнему не поворачиваясь, коротко рыкнул и помотал головой. Наше настроение упало еще ниже – кому, как не одному из лучших «деятелей жезла, зелья и заклинания», распознать суть и специфику заклятий, пусть и не им самим наложенных.

– Но чужих-то здесь не было! – напомнил Тарглан. Светлый Вождь изволил удобно расположить свою новую оболочку у высокой кочки, глядел в безоблачные небеса и баловал обоняние, задумчиво вникая в тонкости аромата сорванного тут же небольшого, но пышного цветка.

– Действительно, даже комары не беспокоили… Значит, все дело в самом месте! – выдала я неожиданно для себя. Удивилась, подумала и продолжила размышления вслух: – Вспомните, ведь поблизости полно заброшенных поселений… Да и живности практически никакой… А ведь опасности никто из нас не почувствовал!.. О ч-ч-черт!!!

Резкая боль выстрелом навылет разломила череп. Я, проглотив невольный стон, сжала пульсирующие болью виски, зажмурилась и сложилась вдвое, почти уткнувшись носом в собственные колени. В ушах звенело и гудело, но сквозь эту какофонию все четче и яснее пробивались детские голоса, выводившие слова пригрезившейся ночью песенки:

– Раз, два – перемень-трава…

Только теперь за этим куплетом последовало продолжение. На сей раз я не только слышала, но и видела то, что пелось – на мутно-темном «экране» возникали полыхающие синеватым пламенем неровные большие буквы, словно выписанные старательным первоклашкой:

Два, раз – огонь погас…

Четыре, три – зельем пои́…

Шесть, пять – целуй опять…

Восемь, семь – вода нужна всем…

Десять, девять – трижды проделать…

В голове роились обрывки образов и воспоминаний. Сладковатый запах буйно цветущих неизвестных растений… И карнавальные костюмы – несоответствие оболочки и содержимого… В какой-то момент сознание вдруг прояснилось, и мне стало понятно все, что с нами произошло. Следом обрушилась темнота, лишив меня чувств и мыслей одновременно…

– …водичкой – вот так!

– А еще лучше – дать понюхать зелье, собственноручно ею приготовленное!

– Что она тебе плохого-то сделала?!

– А что? Наше величество – из числа самых умелых знахарок, так что средство наверняка что надо!

Меня наконец-то перестали деликатно хлопать по щекам, и в нос ударила волна такого запаха… если бы речь шла о звуке, сказала бы – оглушительно-пронзительного! Через пару мгновений я уже сидела, терла заслезившиеся глаза и отчаянно кашляла и чихала, умудряясь при этом еще и ругаться на чем свет стоит:

– Садисты-любители! Убийцы! Олухи!..!..! Двоечники несчастные!.. Для кого этикетки писаны-клеены?! Читать не научились?! Это же разводить надо по меньшей мере в пять раз!!!

Норка ойкнула и закрыла рот рукой, а мой праведный гнев обрушился уже на придворного чародея.

– А ты куда смотрел? Остановить не мог этих… Айболитов недоделанных?! Или вы все вместе сговорились покушение устроить?! Гуманнее способа не нашли?!!

Черный пес прижал остатки ушей, виновато потупился и жалобно взвизгнул. Остальные выглядели не намного лучше. Мне стало смешно, хотя в горле продолжало сильно першить.

– Ладно уж, на сегодня казнь отменяется… но я вам всем еще не раз припомню, так и знайте!

– Начинайте прямо сейчас, наше величество! – Тарглан шагнул ближе. – Готов первым попасть под раздачу…

– Еще бы! – прокомментировала подруга, ехидно подмигивая. – Голова-то, если что, не твоя слетит!

– Правильно, – поддержала я, вставая и отряхивая рубашку. – Сначала вернем каждому свое, а потом и справедливое возмездие не заставит себя ждать. Зелье, кстати, в самом деле удалось на диво… как для себя делала!

Чуть позже мы сидели вокруг огня и за кружкой свежего травяного отвара пытались расставить точки над всем, над чем им положено быть. Незаметно подошедший Нортис повесил на сучок связанный кольцом тальниковый прут с нанизанной дюжиной полуметровых рыбин и присоединился к нам. Ораторствовала в основном я, демонстрируя собеседникам свежесобранный букетик тех самых неизвестных мне растений.

– …виной всему стечение обстоятельств. Сейчас вовсю цветет вот эта прелесть, именуемая перемень-травой за свои качества. Именно ей мы обязаны тем, что наши души отправились в самоволку и после краткой прогулки заблудились и попали не по адресу. На растущую луну сила цветка возрастает, а здесь его – хоть коси! Вот мы и употребили сверх меры волшебной пыльцы с едой и питьем, да еще и надышались полной грудью, радуясь ветерку…

Мои соратники переглянулись и как по команде выплеснули содержимое кружек в траву. Я поспешила их успокоить:

– Хуже уже не будет! К тому же мне теперь понятно, как все вернуть на круги своя… Только чтоб слушаться беспрекословно!

Инструктаж не занял много времени. Если какие-то моменты и показались моим друзьям сомнительными, то все возражения благоразумно были удержаны при себе. Мы успели до заката…

Сначала общими усилиями состряпали настой злополучной травы – такой крепкий, что погруженный в него нож наверняка не упал бы. Затем отыскали чуть ниже по течению место, где речка поворачивала, образуя достаточно глубокую заводь, чтобы окунуться всем сразу и целиком, ведь проточная вода во все времена считалась одним из лучших средств для снятия магического воздействия. Труднее всего было с Броулом: насчет водных процедур уговаривать его не пришлось, а вот убедить принять необходимую дозу свежезаваренного зелья оказалось труднее, но мы и с этим справились, в основном подавая личный пример. Затем, оставив на себе минимальное количество одежды, все дружно погрузились в природную купель и добросовестно мокли, пока мое величество читало заклинание…

– Стань по-старому, как Творцом поставлено! – закончила я и выплеснула остатки настоя в костер.

Вроде бы вполне безобидное действо вызвало неожиданный эффект – как от взрывчатого вещества… Во всяком случае, дымно-паровой «гриб» странного цвета удался на славу и вырос выше деревьев. Я не стала ждать, когда он развеется или осядет, а с разбегу прыгнула в прохладную воду.

Теперь следовало немедля найти своего товарища по несчастью и взаимно утешиться крепким и качественным поцелуем в губы. Трижды… Всерьез озабоченная тем, чтобы как можно быстрее закончить эту затянувшуюся и начавшую надоедать незапланированную канитель, я не сразу обратила внимание на некоторую примороженность состояния своей «пары». Нортис даже моргать перестал, глядя на меня с каким-то странным выражением, и уж точно не собирался проявлять инициативу, поэтому пришлось в срочном порядке вспомнить, что сейчас именно я представляю собой сильный пол. Дальше было совсем просто – на берег, переодеться в сухое и спать, спать, спать…

Разбудил меня мокрый горячий язык, увлеченно и смачно лижущий мои щеки и руки под аккомпанемент радостного повизгивания. Попытки увернуться ни к чему не привели, пришлось открывать глаза и отпихивать счастливо скалящуюся собачью морду. Безрезультатно…

– Броул, место! Кому сказала?! Тьфу ты… Да что с тобой, черт побери?! Броул… или не Броул?!!

– Броул, Броул, – успокоил меня голос Нортиса из-за спины. – Не стоит сердиться, моя королева, он просто рад… как и все мы.

– Но следовать его примеру все же не будем! – хмыкнул Тарглан, подходя и подавая мне кружку со свежим отваром. – Если только наша венценосная персона сама не возжелает подобных проявлений признательности!

– Спасибо за идею! – обрадовалась я, отрываясь от бодрящего напитка. – Вот прямо сей момент возьму и возжелаю, причем начну с тебя, как старшего по званию… Что тогда делать станешь?!

– Само собой, подчиняться! – Смутишь его, как же, даже глазом не моргнул! – Когда угодно будет начать?

– Лучше без свидетелей, – рассмеялась я, возвращая кружку. – А то и остальным захочется, а мне подобных проявлений в таком количестве многовато будет, а времени потеряно и без того немерено… Кстати, где Тханимар?

– У реки, с лошадьми, – отрапортовал Призрак.

– Каша готова, – козырнула Норка. – Можем завтракать и отправляться!

– Чем быстрее, тем лучше! – кивнула я, вставая и потягиваясь.

– Боюсь, мне кусок в горло не полезет и мед горьким покажется! – призналась подруга, когда Светлый Вождь отошел в сторону. – Так что я, честно говоря, и попозже поела бы, где-нибудь в другом, более подходящем месте… примерно спустя полдня пути бешеным галопом… не дай бог, снова перепутаемся!..

– Кони-то чем провинились? – Я укоризненно покачала головой. – Но если даже снова… так, во-первых, уже знаем, что делать, а во-вторых… видела бы ты со стороны, какая пара проделывала последнюю манипуляцию активнее всех!

– В смысле – с поцелуями? Да ладно?! – Лицо Вячеславны стремительно заливалось краской. – Можно подумать!..

– Вот именно, кто бы мог подумать! А ваша светлость и вовсе – та-а-акой класс показала!!! Все русалки в округе сна и покоя лишились, нам же и вовсе впору было не сходя с места утопиться от зависти, благо позволяла глубина!..

– А без подковырок никак нельзя?! – Полыхающие Норкины щеки затмевали почти добравшееся до зенита солнце. – Ты-то знаешь точно, что это была не я, и потом – если бы не острая необходимость…

– Не сказала бы, что именно вас двоих происходящее настолько печалило! – хмыкнула я, предусмотрительно переместившись подальше. – Похоже, вы оба хорошо усвоили важный принцип – насчет хода процесса, результата и количества удовольствий, получаемого на каждом этапе…

– Ну знаешь!..

– Знаю! – твердо сказала я, подбрасывая хворост в костер. – Между прочим, нам всем еще повезло, а вот магу…

– В самом деле! – Норка прыснула, но потом посерьезнела, проникшись сочувствием к соратнику. – Ему, наверное, до сих пор не по себе.

– Думаю, остальным примерно так же… Так что будет лучше договориться, что это милое приключение останется между нами. Никому ни полслова, самим же постараться забыть о происшедшем как можно скорее. Прямо сейчас!..

Последним штрихом к этому странному, но в целом забавному эпизоду стал разговор с Вячеславной на вечернем привале. Мы, оставив спутников разводить костер и возводить шалаш, поскольку погода явно собиралась основательно испортиться, ушли от лагеря вдоль берега. Собирали дрова и полезных представителей здешней флоры, попутно беседуя о том о сем… Я видела, что Норка мнется, не решаясь о чем-то спросить, но не стала форсировать события. Наконец она дозрела сама.

– Слушай… ты в курсе, что наш самый младший соратник по уши в тебя влюблен?

– Ты Броула имеешь в виду?

– Нечего прикидываться пнем! При чем тут пес?! Вот его хозяин…

– Нортис? А что не так? – Я сбросила ношу и присела, чтобы выкопать заинтересовавшее меня растение.

– Но… твой муж… и все такое…

– И муж и «все такое» в полном порядке и никак не страдает… во всяком случае, от этой ситуации. – Пора было перестать дурачиться и прояснить всерьез обеспокоенной подруге истинное положение вещей. – Конечно, в курсе, не позорь мои будущие седины и почетное звание «видящей»! Просто я для него не объект вожделения, а дама сердца, если ты помнишь, что это значит.

– Вот как! – У нее даже лицо посветлело. – Значит, оно и в жизни бывает!

– Еще и не такое бывает! Кстати, насчет вожделений… Между прочим, все, кто раскатывал губу в его сторону, так ни с чем и остались!

– Да ладно?!

– Хочешь – так верь, хочешь – проверь! Он у нас натура цельная, суженую пока не встретил, а на мелочи не разменивается. Видимо, с наставника пример берет… Подержи-ка! – Я тщательно упаковала находку.

– А ты, значит, неземное создание, божество во плоти, объект поклонения и все тому подобное?

– Насчет божества, конечно, перебор, но статуса посланницы небожителей меня пока никто не лишал! А чем, спрашивается, моя скромная персона тебя не устраивает в качестве объекта поклонения?!

– Главное, что всех остальных устраивает! – хмыкнула она, помогая отломить особо толстую сухую ветку. – Теперь многое понятно…

– Да. Он скорее выйдет один против целой армии с моим платком на копье, чем оскорбит мое же достоинство похотливым прикосновением… Другое дело, что никто не собирается разбрасываться столь ценными кадрами подобным образом. Нортис и без того не однажды доказывал свою доблесть и преданность.

– И в этот поход наверняка долго звать его не пришлось?

– Ты права. – Я задумчиво улыбнулась. – Пришлось еще и отговаривать, но…

– Пустые хлопоты? Настойчивый!

– Главное, четко знает, чего хочет. Между прочим, обрати внимание – в этой компании кого ни возьми, все сплошь неординарности!

– Начиная с тебя! – развеселилась подруга. – Кстати, в нашем Средневековье благородным дамам позволялось иметь сразу нескольких высокородных поклонников, которых законный супруг обязан был признавать без ревности. Вот интересно, а как у вас?

– Официально – так же.

– И нашлись отважные безумцы, которые решились проявить к тебе внимание?!

– Я что, не люди?! – обиделось мое величество снова и почти всерьез. – Причем все до сих пор не только живы-здоровы, но и процветают… А мой благоверный успешно скрывает свое отношение к происходящему и даже лично складирует посвященные мне вирши в отдельный сундук… не помню, какой по счету. Подумываем позже заказать нашим книготворцам издание сборника любовной поэзии в подарочном оформлении.

Спустя пару дней во время очередной остановки на ночлег Норка подсела ко мне с ножом, но помощь в чистке картошки явно была не главной целью. После вялого перебрасывания фразами ни о чем она собралась-таки с духом:

– Слушай, это, может, не мое дело, но почему ты чуть ли не каждую ночь…

– Дай угадаю – засиживаюсь у костра? Нет, бессонницей не страдаю, и для охраны вполне хватает Броула, просто… сильно скучаю по детям…

– ???

– Это лучше хотя бы раз увидеть самой. Только надо в огонь смотреть не отрываясь…

Я отложила нож и, приобняв подругу за плечи, подвинулась так, чтобы сидеть, соприкасаясь головами. Нэфи понятливо фыркнул, потерся о мою щеку и заурчал, а на фоне ровно горящего пламени словно распахнулось округлое окно в другую жизнь…

Вот они, двойняшки-короляшки, сонно улыбаются в ответ на бодро-приветственное мурлыканье надхи, а в следующий момент с боевым кличем слетают с постелей, чтобы устроить бой подушками в качестве утренней зарядки, причем сын блещет меткостью, а у дочки особенно лихо получаются коварные финты… Потом, еще взлохмаченные и не остывшие после сражения, умываются наперегонки, не забывая от души плеснуть друг в друга водой и устроить перетягивание всех имеющихся полотенец…

Вот они же, старательно держа спину, восседают за изящно сервированным столом и, хмурясь от осознания серьезности момента, то и дело посматривают в сторону няни, которая невозмутимо, но гораздо медленнее обычного поглощает завтрак, подчеркнуто четко производя манипуляции столовыми приборами. Умнички мои, ловят на лету и все успевают – и скопировать ее движения, и прожевать очередной кусочек, и отвлечь наставницу вопросом, чтобы сунуть ломтик сочной ветчины понятливо притихшему под столом старому черному коту, который в обычное время обретается в районе кухни, но сегодня тайно доставлен в детскую с помощью телохранительницы… А то еще затеют борьбу за обладание приглянувшимся яблоком (единственным из четырех с половиной килограммов, красующихся в серебряной вазе!), хохоча и доказывая, кто его первым увидел, и попутно умудрятся сгрузить ложку-другую каши ей/ему в карман – разумеется, незаметно для хозяина. Смышленые у меня детишки, да и фантазия развита не по годам, что не может не радовать… по-своему.

Снова смена кадра. Теперь они чинно сидят за удобными столиками, прилежно рисуя на разлинованных листах неровные ряды ровных палочек – или наоборот – под бдительным взором любящей «мамочки». Она, одетая в легкое домашнее платье, сидит рядом в кресле, успевает и вывязывать крючком очередной цветок на узорчатой накидке, и замечать погрешности в письме, снова терпеливо показывая, как правильно… А вот увлеченно черкают кусочками графита по большому куску пергамента, укрепленному на вертикальной доске, а потом и друг по другу – не важно, куда дотянутся – и заливаются счастливым смехом, устроив чумазую куча-малу…

На послеобеденной прогулке в лесу Рон весело пересвистывается с птицами, а Нэя ловко плетет венок из вьюнков и растущих повсюду колокольчиков – им обоим насыщенно-синий цвет очень к лицу! Самая пышная цветочная гирлянда украшает мощную шею Парящей Рыси, которая не спускает с них глаз… Потом, наткнувшись на семейку подосиновиков, они воодушевляются и начинают уже целенаправленно шуршать по кустам и подросту, радостными возгласами сопровождая процесс бережного добывания очередной находки. Няньки во главе с Дильной по достоинству оценивают с гордостью предъявленные трофеи, а детки дружно требуют грибную запеканку на ужин… А вечером возятся на толстом ковре у камина, старательно складывая слова и картинки из пестрых деревянных кубиков (мой личный вклад в здешнее дошкольное воспитание!)… Или ненавязчиво, с помощью птичьих перьев, заставляют маршировать вдоль четких линий узора на мозаичном полу здоровенного жука, перистоусого и черно-фиолетового, которого перед сном торжественно, в четыре руки выпустят в цветнике…

Вот они же бегут наперегонки с надхой, догоняя пущенные в прозрачные воды ручья кораблики, вырезанные умелой рукой из толстой древесной коры, с тщательным соблюдением основных деталей. А вот и сам нынешний хозяин фамильных владений – в простой рубашке нараспашку, рукава и штанины закатаны, кудри вразлет – мчится по лугу вдоль берега неглубокой, но быстрой речушки, удерживая рвущуюся из рук бечевку. Мои обожаемые чада несутся следом верхом на своей бессменной телохранительнице, вцепившись в пушистую шерсть. Наперебой визжат от восторга и не отрывают глаз от огромного пестрого змея с длинным полосато-лохматым хвостом, который выделывает причудливые фигуры высшего пилотажа в бездонной безоблачной синеве…

Надо же, насколько недалеко ушло детство у моего родственничка-полудемона!.. И змея, и кораблики наверняка мастерил собственноручно, и вот пожалуйста, крепость из песка строит едва ли не с большим рвением и азартом, чем дети, попутно доступно поясняя коллегам по совку и ведерку назначение каждого сооружения… Кстати, этой трехуровневой песочницы на берегу озера в парке я что-то не припомню, как и всех качелей, горок, лабиринтов и прочих завлекательно-развлекательных конструкций, покрытых изящной резьбой по дереву и свежими красками. Как пить дать – воспользовался случаем и велел соорудить целый детский городок для горячо любимых племянников с явным прицелом на дальнейшую эксплуатацию собственными потомками!..

Норка выпрямилась, встряхнула головой и, смахнув с лица слезинки, прерывисто вздохнула:

– Счастливая ты!..

– Грех жаловаться! – согласилась я, тоже утирая мокрые щеки. – Теперь ты понимаешь…

– Гораздо больше, чем прежде! Им в самом деле ничто не грозит?

– С такой-то защитой?! Чего стоит одна Дильна!

– Да уж… Ты, конечно, говорила, что они больше обычных рысей, но чтоб настолько…

– Это при том, что она – молодая самка… Ты еще их правителя не видела!

– И родственничек у тебя… впечатляющий!

– Не то слово! – невольно улыбнулась я. – Особенно если вспомнить историю его появления на свет!..

И я поведала подруге о том, какие события послужили причиной причудливого переплетения судеб Огненного Демона из другого измерения и младшей дочери здешнего аристократа средней руки. Результат подобного стечения обстоятельств не заставил себя ждать слишком долго – ровно столько, сколько требуется человеческой женщине, чтобы выносить ребенка и выкормить его грудью положенный срок. Дальше он воспитывался в семье брата моего биологического дедушки, который был женат на старшей сестре главной героини описываемых событий давно минувших дней…

– Ни себе чего загибы в родословной! – Вячеславна, взволнованная рассказом, кинула картофелину мимо котелка. – Весело тут у вас!

– Всякое бывает, – не стала спорить я, – думаю, скоро сама убедишься.

– Да с такими реалиями никаких сказок не потребуется.

– Будешь смеяться, но я пять лет назад сказала почти то же самое, когда мой ныне покойный дядюшка раскрыл эту страницу фамильных мемуаров! – Мой голос дрогнул, как всегда, когда я вспоминала заслуженного родственника по дедовской линии.

– Значит, в случае чего тебе есть куда податься и на кого надеяться?

– Мне – да. А вот у Дина кроме нежданно свалившегося нам на головы братца кровных родственников не осталось, разве что соплеменники, да и то в небольшом количестве…

– Поэтому вся надежда только на тебя?

– И на друзей! – подмигнула я с улыбкой, хотя на сердце снова давила тяжесть. – Ничего, пробьемся!

Глава 7

Следующий городок начал удивлять еще издалека. Ухоженными дорогами, например, местность вдоль которых, насколько хватало взгляда, блистала образцовой чистотой. Никакого мусора, кострищ, сухих веток или павшего скота… Видимо, здешние традиции включали еженедельный выход населения на субботники с элементами соревнования и жесткими телесными наказаниями нерадивых!

Заезжали в него ненадолго, привычно разделившись на дальних подступах к воротам. Мой Агат покапризничал для виду, выказывая нежелание везти необъятных размеров тетку топорно-суровой наружности, в которую превратилась я благодаря стараниям нэфи, но большой сухарь из личного НЗ решил дело. Я, наверное, все-таки перестаралась в смысле степени «привлекательности» новой внешности, судя по реакции остальных скакунов, не столь привычных к моим выкрутасам… Да и «дочечка» с трудом сдерживала смех, пока я, погрозив ей кулаком, не подправила образ на более удобоваримый. После чего почему-то с особым тщанием приладила ей поверх волос широкую шелковую ленту со специфическим орнаментом, который согласно здешним обычаям недвусмысленно говорил окружающим о том, что эта девушка просватана. Как правило, подобный отличительный знак заметно снижал интерес тех, кто всерьез был озабочен поисками кандидаток на почетное звание законной супруги, а у ловеласов-донжуанов убавлял рвения, поскольку предупреждал о неминуемом возмездии от родни с обеих сторон в случае чего…

Снять комнаты в одном из многочисленных постоялых дворов, оставить лошадей и вещи, выйти на прогулку налегке – все как обычно… Снова вместе мы собрались позже на одной из площадей и заодно обменялись впечатлениями, схожими, как ни странно. Увиденное наводило на мысли о близком визите руководящих лиц как минимум провинциального масштаба – очень уж было чисто. Прямо-таки вылизано всюду, куда ни падал взор, даже ухоженные деревья, кроме самых старых, высажены в одну линеечку. На скромном трехметровом бронзовом бюсте нынешнему отцу города – ни единого следа жизнедеятельности вездесущих и вездегадящих голубей. Сточные канавы действующие, флюгеры на крышах начищены до блеска или окрашены не позднее нынешней весны, полное отсутствие свалок в переулках, а на проезжей части – следов передвижения большого количества четырехкопытного транспорта… Кстати, пьяных и нищих тоже не наблюдалось. Видимо, именно их и задействовали для поддержания порядка, да так, что на обычное никчемное времяпрепровождение сил у них не оставалось…

– Как на выставке! – первой не выдержала Норка, почему-то ежась и с подозрением разглядывая спешащих по улицам людей. Число прохожих увеличивалось по мере приближения к центральной площади. – Так и тянет зашагать в ногу…

– Главное, честь отдавать не спеши! – рассеянно отозвалась я, сканируя окрестности тщательней обычного, ибо неприятное ощущение пристального взгляда в спину начинало нервировать всерьез. – Действительно, как-то не по себе…

– Может, потому что стражи многовато? – предположил Призрак, задумчиво глядя на идущих по другой стороне улицы дюжих молодцев с характерной выправкой, в которых его наметанный глаз моментально узнал «казенных» людей, несмотря на гражданскую одежду.

– Не только, – хмыкнул Тханимар и повел подбородком в сторону ближайшего здания. – Мои здешние собратья по цеху явно посещали в свое время специальные занятия по прикладной магии!

Я машинально кивнула – сенсоры давно уже резало синеватое мерцание «ловцов заклинаний», рассыпанных на равном расстоянии друг от друга по шпилям, карнизам, крышам, ветвям деревьев… Эти, как их называли сами чародеи, «чу́йки» представляли собой мелкие, размером не больше крупинки пшена икосаэдры[6], на которые при застывании в определенных условиях распадалась привозимая из-за океана специальная смола. Эти самые условия обеспечивали полученным кристалликам интересное свойство реагировать свечением и звуком на малейшее отклонение энергетического поля от заданных границ. Недешевые штучки… нечасто у градоправителей встретишь этакое радение за соблюдение порядка! Хорошо еще, что мы на сей раз решили оставить Броула в его естественном обличье…

– Может, оно и к лучшему… для спокойствия?

– Может, – согласилась я, тоже передергивая плечами. – Но атмосферка все равно не особо располагающая, несмотря на образцово-показательный порядок!

– Надо полагать, ключевое слово «показательный»? – Вячеславна верно уловила мою мысль.

– Именно – чем красивее обертка, тем больше сомнений вызывает содержимое…

Но возможные минусы пока не спешили проявиться. Впрочем, избыток мер предосторожности мог иметь вполне логичное объяснение: городок приграничный, места издавна неспокойные, в таких условиях бдительность лишней не будет, а здешний мэр достоин похвалы за проявленное рвение в деле соблюдения законности! Но дальнейшие события показали, что насчет последней мы, пожалуй, поторопились…

Предоставив «детям» закупку провианта, я решила осчастливить своим вниманием лавку местного травника. Задержаться пришлось немного дольше, чем предполагалось, потому что хозяин попытался доказать, что у него вышли все запасы нужной мне редкой разновидности растения, которое служило основой для универсального противоядия. Не объяснять же было ему, что я еще с порога унюхала характерный запах этого ценного представителя нездешней флоры, правда, очень слабый, но безоговорочно свидетельствующий о том, что мне повезло. То ли старый лысый хрыч по базарным дням страдал забывчивостью, то ли хотел придержать редкое сырье… не знаю, только для выяснения этих подробностей у меня не нашлось ни желания, ни времени. Поэтому я просто притянула его к себе через прилавок за бороденку и ткнула пальцем в нужную посудину на дальней полке, напомнив попутно истину о всегдашней правоте клиента… особенно превосходящего по весу.

Ему не оставалось ничего другого, как состроить умильно-виноватую физиономию, посетовать на память, явно действующую в сговоре с возрастом, бережно упаковать желанный для меня товар и рассыпаться в неожиданно витиеватых извинениях, произнесенных сквозь зубы. Проверить степень сохранности своего «козлиного украшения» он рискнул только после того, как под конец образного монолога, который ему пришлось-таки выслушать, за мной захлопнулась дверь, и то не сразу…

Соратники обнаружились внутри просторного шатра, набитого всевозможным колющим и режущим оружием под самые завязки. Мужчины перебирали выставленные на продажу экспонаты, оживленно делясь впечатлениями, а Норка вдумчиво изучала разложенные на прилавке и развешанные за спиной продавца средства личной защиты, искусно замаскированные под украшения и аксессуары. Я тут же присоединилась к ней.

– Прекрасные дамы что-нибудь присмотрели? – осведомился знакомый голос над самым ухом.

– Я только любопытствую, – поспешило тут же откреститься мое величество.

– А для другой высокочтимой госпожи?

– Пожалуй, тоже нет. – Я небрежно повела рукой. – Это неудобно в использовании, те штуки давно устарели морально, поскольку всем известны, эти – слишком увесисты для украшений, да и за ткань деталями цепляются… Вон та бальдиарская подборочка неплоха, но подобной уже приходилось пользоваться не раз, а потому – скучно…

Подруга одобрительно хмыкнула, хозяин же беспардонно раскритикованного ассортимента громко крякнул и воинственно встопорщил густые ухоженные усы, явно готовясь дать отпор нахальной бабе и отстоять свое и товара доброе имя, но не успел. Светлый Вождь, прицелившись прищуренным взглядом куда-то в дальний угол экспозиции, вскинул руку:

– Зато во-о-он та вещица, на мой взгляд, вполне заслуживает внимания! Не соизволите ли?..

Усатый здоровяк, все еще бросающий в мою сторону взгляды, исполненные благородного негодования, понял с полуслова и уже подавал на раскрытых ладонях требуемый предмет. Конструкция оказалась на удивление знакомой, правда, по прежней жизни. Обладательницы мало-мальски длинных волос наверняка помнят своеобразные заколки, представляющие собой пару проволочных гребней средней величины, которые соединялись в верхней части эластичной сеткой. Эта украшенная крупным бисером и яркими бусинами штучка позволяла проявить немало фантазии при манипуляциях с прядями, закрепляемыми в самых разных положениях.

Здешний вариант оказался массивнее за счет некоторых дополнений: крупные роговые зубцы гребней представляли собой своеобразные ножны для тонких, устрашающе острых дротиков, смазанных парализующим составом. Широкая их сторона имела удобную для пальцев четырехгранную среднюю часть и верхнюю декоративную – резную и украшенную мелким жемчугом. Такие же розоватые и зеленоватые овальные жемчужины покрупнее образовывали сложный узор на скрепляющей сетке.

– О, господин знает толк в опасных украшениях! – К хозяину «бутика» вернулась прежняя любезность. – Надеюсь, цена не покажется слишком высокой?..

– Не покажется! – фыркнула я, незаметно подмигивая Тарглану, который благоразумно хранил молчание до поры до времени. – Если, конечно, вам не будет угодно рассказать нам – желательно в лицах! – сказку о том, как трудно было доставить столь редкое изделие аж с Хардигорейских островов! Между прочим, после прошлогодних зачисток в тех водах стало намного безопаснее плавать, а посему и расходы на перевозки снизились втрое! И об этом наверняка знают местные торговые заправилы… так же как и сборщики налогов!..

Выражение моментально побагровевшего лица хозяина просто не поддавалось описанию! А уж от взгляда из-под насупленных бровей, которым одарили меня совершенно бесплатно, запросто можно было бы обуглиться до костей, не сходя с места…

– Думаю, договоримся! – разрядил обстановку Призрак, деликатно потеснив меня плечом.

Я подхватила «дочку» под руку и неспешно вырулила наружу, предоставив мужчинам разбираться между собой. Все намеченные дела удалось провернуть очень быстро, и вскоре мы ехали по дороге, ведущей к воротам. На ночлег единогласно было решено не оставаться, несмотря на усталость и зазывные вывески. По-прежнему не покидало неприятное ощущение тяжелого взгляда в спину, какое-то напряжение висело в воздухе, отчего не по себе становилось не только мне…

Вздохнули с облегчением только уже на приличном расстоянии от крепостной стены. Башни с флюгерами и флагами, оставленные далеко позади, казались темным рисунком на фоне вечернего неба. Закатное солнце вызолотило их контуры и наполнило воздух мягким свечением, придавая пейзажу легкий оттенок нереальности. Начинало темнеть, в ближайших зарослях пробовали голоса первые, самые смелые сычи…

Дорога сделала плавный поворот, уводя в густой смешанный лес… тут оно все и началось. И закончилось буквально за считаные секунды. Нортис только и успел спустить Броула с поводка, на котором ему надлежало пребывать в черте города и ближайших окрестностей. Норка только и успела сказать что-то о надвигающейся грозе, разглядев на горизонте многообещающее скопление туч, а я только и успела утешить ее известием о том, что неподалеку на берегу реки находится заброшенный хутор…

Прямо перед нами, заставив коней вскинуться на дыбы, распахнулась темная клубящаяся воронка, из которой потянуло холодом и выскочило два раза по пять молодцев, одинаковых с… одежды. Ни тебе «Здрасте!», ни «Пошли на фиг!»… Они сработали четко и слаженно, как единый механизм: четверо взяли нас на прицел, четверо – лошадей под уздцы, попутно грозя оружием. Двое оставшихся мигом спешили Вячеславну и завернули ее в длинный плащ.

Броул с клокочущим рыком рванулся к ним и схватил одного, но тут же выпустил, уворачиваясь от арбалетного болта. Кинжал из руки Тарглана тонкой тенью метнулся к похитителям, но впустую пронзил уже пустое место и поразил замшелый ствол ни в чем не повинного дерева. Нападавшие так же кучно и бесшумно, как появились, прыгнули в стремительно вращающуюся мглу, воронка захлопнулась, резанув напоследок по сенсорам багровым выплеском энергии перехода, и наступила такая тишина, что зазвенело в ушах. Первым ее нарушил пес, приглушенным визгом давший понять, что его все-таки зацепило. К счастью, стрела прошла по касательной, не нанеся серьезных повреждений, рану перевязали в два счета, оставалось решить, что делать дальше.

Для начала Тханимар прочесал место происшествия, вооружившись активированной обзорной сферой, а Нортис подал мне клок материи, который извлек из пасти своего питомца. В моих руках оказался обрывок полы плотной куртки вроде охотничьей, с парой пятен свежей крови.

– Достал-таки ты его до живого! – Я погладила четвероногого друга по лобастой голове, он довольно закрутил обрубком хвоста и лизнул руку.

Задумчиво-хмурое выражение лица подошедшего мага многое объясняло без слов.

– Дарнлихская защита, – коротко пояснил он в ответ на мой вопросительный взгляд, подавая короткую кованую стрелу, найденную в кустах. – Заокеанская, полузабытая и потому малоизвестная. Даже направление отследить не сможем, по крайней мере, на таком расстоянии…

– Разве что на оружейника выйдем, – кивнула я, нащупав кончиками пальцев почти незаметное клеймо на оперении. – Как пить дать, самого лучшего в округе, с огромным списком клиентов…

– В число которых наверняка первым попадет местный представитель власти!.. А что с другим трофеем?

– Тоже ничем не обрадую. – Мои пальцы еще раз прошлись по темно-серой ткани. – У этой конкретной особи за неполные сорок лет бурной жизни было не меньше пяти серьезных ранений и около дюжины пустячных, он слегка страдает от начинающегося ревматизма, зато почти не пьет. В перспективе – простатит… Оно конечно, так ему и надо, но только нам это ничего не дает – пока!

– Думаю, нет необходимости рыскать по следам, если даже таковые здесь обнаружатся, – подал голос молчавший до сих пор Тарглан. – И так ясно, откуда у этой наглой вылазки ноги растут! Здешний градоправитель – Элбран, кажется? – судя по всему виденному, не в меру озабочен всеобщим признанием своих заслуг и еще больше – безграничной власти…

– Так что наверняка не потерпел бы конкурента на своей территории! – закончила я, убирая улики в сумку. – Только доказать что-то законным путем вряд ли получится.

– Значит, пойдем незаконным! – подмигнул мне Призрак.

– Как можно! – Я сурово сдвинула брови, невольно заражаясь его оптимизмом. – Просто подойдем творчески… Кстати, мое величество, даже инкогнито, и есть высшая инстанция в этой части подлунного мира!..

Для коней нашли подходящий уголок с высокой травой по берегу ручья. Наш чародей быстро завершил необходимые манипуляции – облюбованный участок пространства с тихим шелестом свернулся внутрь и пропал из виду. Я невольно поежилась.

– А если мы задержимся больше чем на три дня?! – озвучил общие сомнения Нортис.

– Само развернется! – тряхнул огненной шевелюрой ликуартисец. – Но к лошадям никто подойти не сможет, уж об этом я в первую очередь позаботился!..

Нас меньше всего интересовало, сколько «чуек» и насколько сильно среагируют на наше появление из портала прямо возле ворот резиденции мэра этого городка. Все равно то, что мы затевали, переплюнуло бы любую сигнализацию… Я и Призрак собирались нанести тайный визит хозяину города, обитавшему в этой скромной обители в виде замка средней величины. Остальные должны были организовать отвлекающий маневр, устроив как можно более шумную заваруху.

Нортис продолжал играть роль брата похищенной девицы, но на сей раз облик почтенной мамаши, донельзя огорченной исчезновением дочурки, принял Тханимар. Эту свою печаль он взялся изливать столь убедительно, что поднял на ноги всю округу. И вошел в образ настолько, что едва не снес ворота в капитальной стене, стуча в них кулаками, пятками и подручными средствами вроде тут же вынутых из мостовой булыжников. Поток проклятий и отборной брани то и дело переходил в громкое и затейливое выражение претензий к недоделанным властям, из-за разгильдяйства которых мирным жителям даже на минуту из дома спокойно выйти нельзя.

Терпение у сторожей закончилось даже быстрее, чем ожидалось. В одной из створок приоткрылось оконце, и хмурая усатая физиономия хрипло порекомендовала скандалистке заткнуть фонтан и не тревожить сон почтенных граждан, пока ее не устроили на ночлег в казенном помещении с некоторыми удобствами в соседнем дворе. Добрый бесплатный совет пропал втуне и послужил катализатором – поток нецензурного красноречия стал на порядок эмоциональнее и громче. Со скрипом распахнулась калитка, стала слышна ответная «приветственная» речь караульного, но, прежде чем он успел сделать хотя бы пару шагов за порог, внутрь с громким рычанием вломился разъяренный черный пес. Вслед за ним, так же пройдясь по лежащему навзничь недавнему собеседнику, вошли наши друзья…

Мы с напарником с интересом прослушали этот концерт, сидя на дереве, растущем примерно на полпути к подходящему окну третьего этажа.

– Надеюсь, нам не придется до утра прятать свежие трупы, не подлежащие опознанию?!

– Нет конечно! – успокоил меня соратник. – Броулу приказали всего лишь их попугать, а еще он успел пробежаться вдоль коновязи…

– ???

– Теперь все ремни в клочья, лошади – в панике и в бегах, половина служивых – при деле.

– Значит, остальные на нашей совести… не вздумай!

– Даже не начинал! – пожал плечами Тарглан и добавил с легкой укоризной: – Я не хуже тебя знаю, что здесь только те, кто выполняет приказы, а те, кто их отдает и так нам нужен, бражничают в той башне слева! Но пройти-то надо…

Вместо ответа я соскользнула с дерева и пошла по двору не скрываясь. Ко мне тут же бросились вооруженные люди в форме, но я продолжала неспешно вышагивать по утоптанному грунту, плавно поводя вскинутыми руками в такт негромко напеваемой песне.

По мере приближения ко мне шаги бегущих замедлялись, движения становились вялыми и неуверенными, походка – неровной и спотыкающейся… Взгляд устремлялся в никуда, и в итоге они медленно валились на землю как тряпичные куклы, у которых в конструкции заведомо не предусмотрено жестких деталей…

Рыбки уснули в пруду…

Остальные заметили, что с их товарищами происходит что-то неладное, и ринулись на подмогу, но подобраться ко мне ближе чем на три метра не смог ни один.

Дверь ни одна не скрипит,

Мышка за печкою спит…[7]

Зыбкий свет меньшей луны, успевшей вскарабкаться на небо выше замковых стен, размывал контуры предметов и наполнял мерцанием прохладный безветренный воздух. Трепещущие отсветы факелов на замшелой кладке заставляли ночные тени колыхаться в странном танце, и со всем этим как-то вполне органично сочетались темные фигуры людей, медленно падающих и замирающих в расслабленных позах. Быстро догнавший меня Тарглан тоже немного полюбовался получившейся картиной спящего царства, потом повернул в мою сторону лицо со вскинутой бровью:

– Ответь на один вопрос. Почему нельзя было сразу поручить нашему чародею убаюкать их всех, когда мы были на подступах к замку?!

– Можно было поручить ему много чего, – я пересадила Фадика на плечо и поправила ремень, – и заставить сработать несколько дюжин тех самых «чуек», на которые он же нам и указал. Одно дело выплеск энергии перехода, скандальная провинциалка, и совсем другое – целенаправленное колдовство на личной территории первого здесь лица, запретной для простых смертных. Это мигом подняло бы на ноги всю магическую братию этого славного поселения, а в итоге заварушка стала бы не в пример интересней! Хотя бы за счет количества вынужденных жертв…

– Но ты же воспользовалась помощью нэфи!

– Да, только его сила – часть могущества существа иномирского происхождения, которая в принципе трудней отслеживается, тем более в таком небольшом количестве, потому и площадь охвата совсем невелика, всего лишь вокруг меня.

Светлый Вождь хмыкнул, качнул головой, но больше ни о чем спрашивать не стал. Дальнейший путь не занял много времени. Мешать передвижению было уже некому, а нужное нам помещение выделялось на темном фоне в сенсорном поле как полыхающий стог в безлунной ночи. Причиной тому послужил не виданный до сих пор – во всяком случае мною – накал подругиных эмоций, среди которых преобладал совсем не страх.

Я на ходу поделилась с Призраком своими опасениями насчет возможности самим получить по маковке чем-нибудь неприятным и увесистым, просто впопыхах, а совсем не со зла, и ему пришлось поступиться своим принципом неприкосновенности сознания ближних. Позже он пояснил, что быстро и безболезненно проложить новый контакт помогло именно взбудораженное состояние объекта, когда легче всего проникнуть в глубины разума для передачи своей информации. Оно и к лучшему, потому что на взлом хитроумных запоров ушло некоторое время, а надрываться в утешительных криках в замочную скважину массивной двери совсем не было желания.

Последний замок заартачился, и соратник, потеряв наконец терпение, без лишних затей выбил его в прыжке. Мы ворвались внутрь и подхватили с двух сторон едва державшуюся на ногах Элеонору. Первое, что бросилось в глаза, – разительная перемена имиджа. Широко известный костюмчик принцессы Лейи из давно популярных «Звездных войн» заметно проигрывал в смысле подбора красок и выразительности новому туалету, от которого, впрочем, почти ничего не осталось…

– И только попробуйте хоть что-нибудь сказать!!! – тихим, но звенящим от напряжения голосом ответила подруга на мой как никогда выразительный взгляд.

– Что, даже и поздороваться нельзя? – хмыкнула я, кивая соратнику. – Зря, кстати, переживаешь – прикид что надо! Разве что таблички не хватает: «Я не такая, я жду джедая!»

Оглушительный всхлип прервал мои разглагольствования, затеянные исключительно ради разрядки обстановки. Призрак предусмотрительно прихватил по пути плащ одного из охранников и теперь, тактично глядя в сторону, ловко упаковал в него госпожу Леону. Она тут же использовала возможность выплакать накопившиеся эмоции в любезно предоставленную широкую грудь… Обладатель оной ничего не имел против, а я, не теряя времени на расспросы, запустила сенсоры на всю мощь и через пару минут с облегчением перевела дыхание.

Подруга была почти целехонька, если не считать некоторых поправок во внешности. На скуле проступал свежий синяк, на запястьях багровели следы от веревок и пальцев, разбитая губа опухла и кровоточила, еще несколько ушибов, ссадин и неглубоких порезов да пара сломанных ногтей. Гораздо сильнее она пострадала морально, в моем сенсорном поле бушующие эмоции четко различались оттенками свечения – гнев, оскорбленное самолюбие, обида, омерзение, страх… Мы появились вовремя!

Ход событий тоже не оставлял сомнений. Та бравая шайка доставила добычу из леса прямиком сюда, затем опоила какой-то дрянью, после чего беспрепятственно переодела в эротичную «пижамку» и оставила дожидаться, пока теперешний господин и повелитель не осчастливит визитом. Но в этот раз их отработанная схема дала сбой. Кто же из них мог знать, что я, находясь под впечатлением от недавних перипетий с обменом телами, стала регулярно добавлять в нашу еду и напитки порошочек из одной крайне редкой в здешних местах травы!.. Такой светло-зелененький, безвредненький, без вкуса и запаха, он абсолютно не менял свойства среды, в которую помещался… Зато если даже не совсем сводил на нет воздействие любой отравы, то заметно его снижал и ускорял процесс освобождения от нее организма. Поэтому высокочтимый градоправитель был сильно и неприятно удивлен, когда вместо покорной новой игрушки обнаружил в комнате разъяренную фурию, которая жаждала его крови сильнее всех вместе взятых вампиров, голодавших всю последнюю пятилетку, и при этом не стеснялась в «приятных» слуху выражениях.

Впрочем, в некоторой степени он получил желаемое. В смысле – скучно ему не было!.. Даже я, как оказалось, не знала и половины возможностей своей лучшей подруги в славном деле порчи нервов тем, кто на это напросился! В подобной же ситуации сам Бог велел, так что ни минуты не пропало впустую…

Сначала Элбран просто уворачивался от летящих в него предметов и мелькающих перед самым носом стульев и «розочек», но запасы его терпения быстро приказали долго жить. И винить за это трудно, ведь безнадежно испорченный любимый костюм, расцарапанное лицо и шея, искусанные руки, разгромленная спальня, свистящие в опасной близости дротики, неприятное эхо в хмельной голове от визга и отборной брани, а самое главное – осознание полного и безнадежного облома любую выдержку прикончат на корню! Мерзавец быстро протрезвел и при содействии срочно вызванного главного помощника все-таки справился с невоспитанной жертвой. Попытке привязать ее на кровати в распятом виде помешало наше появление, поэтому они просто стянули веревками ее руки и ноги и поспешили разобраться с незваными гостями. Само собой, Вячеславна не стала покорно дожидаться своей участи…

– Ну ты даешь! – только и сказала я, обводя взглядом «гнездышко», в котором предполагалось провести немалое время за трапезой и любовными утехами. Только вот с выбором партнера немного промахнулись… Интерьер действительно впечатлял… нет, совсем не роскошью и не изысканностью – чего бы я не видела! Причем что именно было порушено в процессе сопротивления домогательствам похитителя, а что в отместку, пользуясь его недолгим отсутствием, даже я не вдруг определила бы.

Начиная от покосившейся теперь двери, в стенах тут и там торчали дротики, прежде составлявшие часть конструкции заколки для волос, подаренной моей подруге несколько часов назад. Стекла в окнах выбиты, узорная решетка на одном заметно погнута, в другой свечами наружу торчит увесистый канделябр – кстати, антиквариат, сейчас таких уже не делают… Повсюду кляксы месива, оставшегося от блюд, уже не подлежащих опознанию, даже на потолке красуется сочно-цветистый отпечаток – похоже, от птицы в пряном соусе, но не поручусь наверняка… Узоры на коврах подлежат определению еще меньше, проще выкрасить и выбросить, чем пытаться отстирать… В воздухе медленно кружат пух и перья от растерзанных подушек и с тихим треском сгорают в огне факелов, резкий запах паленого давно уже подавил аромат изысканных благовоний… От посуды в основном остались мелкие дребезги, один из крупных осколков послужил орудием для разрезания веревок, остальные плотно увязаны в угол зверски содранной и скрученной в жгут парчовой портьеры – чем не кистень получился! Похоже, Норка собиралась держать оборону всерьез и до последнего!..

– Все, все, хватит реветь, а то мы лодку с собой не взяли!

Очередной душераздирающий всхлип в ответ.

– Ну что ты в самом деле?!

– Ж… ж-алко! – хлюпнула носом спасенная.

Мы переглянулись, Призрак улыбнулся краем рта:

– Жалко, что мы поторопились и ты не успела опробовать все подручные средства?!

Норка, шмыгая и утираясь кулаком, помотала головой и протянула нам свободную руку. На ладони лежали с трудом узнаваемые обломки той самой заколки… Я невольно улыбнулась, наблюдая смену выражений на лице соратника, и поспешила успокоить безутешную подругу:

– Тоже мне потеря! Купим тебе новую!

Тарглан тут же пообещал при первой же возможности заняться этой проблемой лично. Когда мы, покинув наконец разоренные покои, двинулись по коридору, позади нас вынырнули из темноты две знакомые фигуры. По пути заглянули в открытую дверь и присвистнули в унисон при взгляде на царящий внутри разгром. Только сказать ничего не успели – впереди нарисовалась пафосная фигура вооруженного мордоворота, который громовым голосом приказал нам стоять и оглушительно свистнул в два пальца. В ту же минуту должно было произойти следующее: под сводами разнесется грозный топот и бряцание оружия, на нас набросится приличное количество здоровенных, сурово настроенных мужчин, и в наше ближайшее и дальнейшее будущее внесут множество изменений, нежелательных, но неизбежных… Так оно и случилось бы, не успей мы подправить этот сценарий раньше и на свой лад. Просто я во время пробежки по коридорам исполнила колыбельную еще раз-другой, поэтому те, кому полагалось разметать надерганные из нас клочки по закоулочкам, в настоящий момент мирно храпели в разнообразных позах внутри запертых караульных помещений.

– Он? – кивнул в его сторону Светлый Вождь.

– Нет, – качнула растрепанной головой Вячеславна. – Этот помогал и командовал той бандой…

Штатный королевский чародей сделал быстрое движение кистью, словно что-то стряхивал, и человекообразная помеха оказалась плотно пришпиленной за одежду к ближайшей стене парой дюжин крупных «гвоздей» в позе «ноги вместе, руки врозь». Два последних некоторое время повисели в воздухе напротив сильно выпученных глаз, как бы раздумывая, затем все-таки сместились к шее и слегка сдавили ее пронзенным по бокам воротом рубашки. Щелчок изящными пальцами – и громкий гневный монолог жертвы нашего произвола оборвался на самом интересном месте, потому что в лоб ему с чавкающим звуком влепился округлый сгусток зеленоватой субстанции, которая, обтекая, замуровала на его лице и голове все отверстия, кроме ноздрей.

– А где же наш главный герой?!

– В соседнем крыле, – доложила я, бережно массируя саднящие после очередного сканирования глаза. – Там кто-то рычит… очень громко, поэтому он перемещается быстро, скорее всего бегом… С чего бы это?!

– Наверное, собак боится…

– …особенно чужих! – закончил маг, и все дружно хмыкнули.

– А не сбежит?!

Нортис показал зажатый в руке ошейник Броула и добавил:

– Все двери я лично запер, как только мы вошли, а на окна Тханимар наложил заклятие!

Мы еще не успели решить, где и чем бы скрасить ожидание, как четвероногий друг выгнал свою дичь прямо на нас. Почтенный мэр честно пытался сохранить лицо, но это ему неважно удавалось, условия были не те: в тылу – кровожадно сверкающая глазами ощерившаяся зверюга, издающая утробное урчание, плюс наши недружелюбные лица прямо по курсу…

– Не припоминаю, чтобы кто-то вас включал в список приглашенных!

То, как прозвучало это «вас» на фоне общего ледяного тона всей фразы, ясно давало понять, что нашей изысканной компании в этом доме, мягко говоря, не рады… но почему-то покраснеть никто из незваных нахалов так и не удосужился. Тарглан доверил моим заботам еще всхлипывающую Норку и только тогда перевел взгляд на хозяина.

– Ты нанес девушке тяжкое оскорбление и должен ответить за это! – Голос его звучал тихо и почти без выражения, но у всех мороз продрал по коже.

– С чего ты взял, что достоин вызвать меня на поединок?! – Презрительная усмешка лично у меня вызвала нестерпимый зуд в ладонях, настолько сильно захотелось отвесить этому… парочку щедрых затрещин.

Призрак же ни бровью не повел, ни голос не повысил:

– С того, что это я оказываю тебе честь и трачу время вместо того, чтобы просто придушить, как шкодливую крысу! Но если ты откажешься, так и сделаю – при свидетелях! А свою родословную для летописи, так и быть, позже пришлю…

– Биться с проходимцем, который даже не знает правил вызова?!

Светлый Вождь молча шагнул ближе, стянул один из наручей, позаимствованных у Нортиса перед началом партизанских действий, и с явным удовольствием съездил им наотмашь по надменной «вывеске» с поджатыми губами. Что ж, все мы люди, запасы терпения не безграничны… и то еще в ход пошла та сторона доспеха, на которой не было металлических шипов!

– Думаю, этого достаточно?!

Для того чтобы сбить спесивую маску – вполне! Куда девалась аристократическая невозмутимость! Элбран, держась рукой за тут же вспухшую половину исказившейся от ярости физиономии, что-то прошипел в ответ, но наш соратник не был склонен к долгим словоблудиям. Он ухватил брызжущего слюной поганца за грудки и сильным толчком послал его далеко вперед со словами:

– Выбор места и оружия за тобой! И благодари богов за мою законопослушность! Иначе я просто вырвал бы тебе руки…

– …для начала. И на твоей же шее завязал бы! – не удержалась я.

– А глазки я и сама выцарапаю! – подлила масла в огонь моя подруга.

Очень быстро мы попали в огромный зал с окнами, забранными в мелкую решетку, мозаичным полом и стенами, завешанными оружием.

– Многоуважаемый градоправитель ничего не желает нам сказать? – От подчеркнутой учтивости Призрака по моей спине бодро прогалопировал внушительный табун отборных ледяных мурашек. – Или хотя бы извиниться перед этой девушкой?

– Извиниться?! – Элбран выпрямился и вскинул подбородок, окинув говорившего надменным взглядом. – Я оказал ей честь, обратив на нее внимание!

Откровенная наглость не оставила равнодушным никого из нашей компании – вспышки багрово-желтого свечения, прекрасно различимые в сенсорном поле, красноречивее всяких слов говорили о силе эмоционального всплеска. Броул ощерился и глухо зарычал, но больше никто не успел ничего сказать и тем более сделать. Вячеславна жестом остановила друзей, дошагала до хозяина замка и тихо, почти ласково переспросила:

– Значит, оказал честь?!

В этом мы с подругой схожи – бурная реакция с использованием различных затейливых словосочетаний, часто собственного сочинения и еще чаще из категории непечатных, была, как правило, той самой грозой, которая чем громче, тем быстрее проходит. Зато в состоянии крайней степени ярости тон менялся на безукоризненно светский, а то и любезный до ломоты в коренных зубах. Вот и сейчас…

– Что ж, тогда не побрезгуйте принять мою искреннюю признательность – от всей души!

Резкое, прицельное движение коленом по направлению к известному месту в нижней части организма – и от характерного звука, похоже, передернуло и стены. Мэр устоял, хотя остановившийся взгляд и некоторая напряженность осанки недвусмысленно давали понять о приложенной силе…

– Теперь, надеюсь, твоя тяга к женскому полу завяла надолго! И шансов расплодиться у подлой породы будет меньше!..

Высокочтимая госпожа Леона смерила жертву ледяным взглядом и оглянулась на нас:

– Как считаете, не слишком ли сбился прицел, а то ведь и ложкой в рот не попадет?!

Безукоризненный апперкот с правой впечатлил всех, даже Призрак негромко кашлянул, но сказать ничего не успел. Норка, с явным удовлетворением наблюдая смену выражений на не так давно непроницаемом лице сластолюбца, пояснила:

– Этот герой – трусы горой сказал, что отдаст меня солдатам после того, как закончит лично воспитывать «строптивую дрянь» в духе уважения к желаниям власть имущих! А в дневное время буду пожизненно вкалывать на свинарнике, чтобы возместить стоимость евроремонта, испорченных ковров и побитой посуды, а потом еще немножко – пока ему не надоест! Пожалуй, стоит все-таки дать понять, насколько мой моральный ущерб весомее подобных мелочей, как думаете?

Качественная пощечина стала звучной точкой в ее кратком монологе.

– Пожалуй, хватит! – Я увела немного успокоившуюся подругу в угол, а Тарглан исподлобья взглянул на противника:

– Начнем?!

Элбран шагнул к своей коллекции колющих и режущих предметов, а Светлый Вождь, наоборот, снял и кинул в сторону пояс с кинжалами. Дальше все происходило настолько быстро, что детали, похоже, удалось рассмотреть одной мне, да и то не все. Невнятно-стремительное мелькание теней и силуэтов, недолгая пауза… Рука хозяина с зажатым в ней оружием вроде зазубренной сабли крепко схвачена в запястье смуглыми пальцами Призрака, резкий рубящий жест ребром ладони – клинок звучно ломается через колено, затянутое в черную замшу, обломки летят в разные стороны, горе-вояка от сильного толчка неуклюже плюхается на пятую точку…

Вскакивая, он будто бы случайно задевает выпуклый элемент угловой резной панели, хватает короткий меч и снова бросается на противника, но я уже не слежу за ходом схватки. Мое внимание привлекает частое и яркое, до рези в глазах, мерцание сразу в нескольких местах. В сенсорном поле во всех деталях просматриваются элементы сложной застенной конструкции, которые пришли в движение, выдвигая на нужную позицию подставки с мощными взведенными арбалетами. Так-так, значит, этот несимпатичный «тип гражданской наружности» не только наглый и озабоченный, а еще и подлый и коварный!.. Теперь понятно, куда именно пытается он оттеснить нашего соратника – среди затейливых напольных узоров таким же мерцанием выделяются тонкие линии границ поражаемой зоны…

То, что происходит в следующие несколько мгновений, выглядит впечатляюще, но по сути своей предсказуемо. Призрак, «услышав» мое предупреждение, быстро уходит из опасного сектора, тонкая струя бело-красного пламени прицельно пронизывает пространство, запалив тетиву и деревянные детали, кованый болт с глухим звоном вонзается в пол, не причинив никому вреда… В идеале было бы неплохо самого затейника подставить под выстрел, но мы, как на грех, чересчур гуманны, особенно в этом сезоне… Нэфи быстро входит во вкус, и остальные убойные устройства тоже загораются по очереди, добавляя света и оживляя интерьер. Озадаченное выражение на холеном лице градоправителя тут же сменяется злобно-каверзным, он резво хватает новый экспонат и снова бросается на Тарглана, который словно растворяется в воздухе на глазах у всех, чтобы появиться за спиной у нападающего…

Этот финт повторился несколько раз, прежде чем закончиться эффектным полетом оружия по крутой дуге в дальний угол зала и щедрым пинком, что довело и без того разозленную главу местной власти до белого каления. Он сорвал со стены тяжелую алебарду, начал крест-накрест рубить воздух вокруг себя в явной надежде достать противника хотя бы случайно и сильно удивился, когда Призрак успел между двумя эффектными замахами материализоваться прямо у него перед носом и выдать сокрушительный удар в челюсть. Затем Светлый Вождь в два глубоких вдоха восстановил дыхание и повернулся к нам, не обращая больше внимания на неподвижное тело под ногами.

– На правах победителей предлагаю использовать в своих интересах достоинства захваченной территории… хотя бы до отъезда!

Мы не стали отказывать себе в удовольствии побаловаться деликатесами, которые дожидались урочного часа на кухне, и переночевать в роскошных покоях с ванными комнатами. К слову, лишнего разора никто не устраивал – к чему?! И связывать главного пленника не стали, причем дело было вовсе не в его многоэтажной родословной или заслугах перед отечеством. Нами скорее руководило смутное стремление спровоцировать его этой мнимой свободой на активные действия. Мнимой – потому что рядом удобно расположился наш боевой песик в расслабленной позе… по-прежнему без ошейника, не вспоминая уже о специальном наморднике для особо крупных домашних питомцев. К сожалению, мэр оказался умнее, чем хотелось бы, поэтому сберег-таки остатки здоровья… ну да бог с ним!..

Утром после плотного завтрака мы покинули гостеприимный дом. На прощанье наш маг изящным пассом подвесил под потолком главной залы симпатичный звездчатый кристалл размером с кулак и пояснил, чем отличается именно эта разработка заокеанских суперколдунов от обычных следящих приспособлений. Все, что уловит летающий «шпион», будет передаваться прямиком в резиденцию главного королевского мага, который и будет определять, в какой из отделов канцелярии направить нужную кляузу. Кстати, о том, чтобы события последних суток не забылись, мы позаботимся лично и не откладывая в долгий ящик. Само собой, попытка снять или обезвредить нежелательный подарок будет расценена как проявление намерения скрыть какой-нибудь криминал…

Уже стоя за воротами, Тханимар парой заклинаний снял сонные чары, но задерживаться, чтобы понаблюдать за реакцией просыпающихся, никто не захотел, поэтому вскоре мы затерялись в потоке спешащих на рынок людей.

Немного позже наша дружная компания перекусывала на дорожку в очень приличной таверне за столиком у окна с хорошим обзором главной площади, не без удовольствия наблюдая, как мельтешат, прочесывая плотную толпу, вооруженные люди в одежде, украшенной уже знакомым нам сочетанием цветов. Они явно кого-то искали и еще явнее найти не могли… почему-то. В нашу забегаловку они тоже забегали, но ушли ни с чем… вернее, ни с кем новым, в том же составе. Не могла же их всерьез интересовать группа дородных, на редкость непривлекательных монахинь глубоко пенсионного возраста из дальней обители! А ничего другого увидеть и не светило – рыжекудрый ликуартисец не зря числился одним из лучших деятелей от магии как минимум на Материке, и «ловцы заклинаний» не срабатывали – защитного поля нэфи вполне хватало на всех нас, когда сидим так близко.

Вполне возможно, что нас разыскивали для того, чтобы в изысканной форме принести нижайшие извинения и заверения в глубочайшем раскаянии по поводу случившегося, но мы единогласно решили поддаться внезапному приступу скромности… Только не стали упускать возможности прокомментировать происходящее под сдержанные смешки. Тханимар с укоризненной миной повернулся к довольно усмехающемуся Призраку:

– И не стыдно нам? Так волновать пожилого сластолюбца… у него же наверняка произойдет нервный срыв с переходом в бессонницу и заикание!

– Скорее уж в экзему и энурез! – хихикнула я.

– Кто бы говорил… – протянул Призрак. – Хотя… кое-кто из присутствующих может лично спасти несчастного! Например, выйти к ним и попроситься обратно. Сказать, что передумала и решила посвятить остаток жизни утешению ущемленного в заветных желаниях господина!

Мы дружно хмыкнули, представив себе дивную картину происходящего при условии сохранения нынешней личины, а вот подруга уловила самое главное из только что сказанного:

– Остаток чьей именно жизни?

– Обоих! – подмигнула я. – Вы же будете жить долго и счастливо и умрете в один день, как в сказке!

– Разве что в страшной! – фыркнула Норка и встала. – Не знаю, как вас, а меня давно и основательно тошнит от этого райского местечка! Может, нам уже пора?

За ворота выбирались, разделившись по-новому, и успели удалиться на значительное расстояние в нужном направлении благодаря высмотренной мною лесной дороге, заброшенной, но вполне подходящей для нас. Еще раз недавний отрицательный персонаж всплыл в разговоре уже поздним вечером, когда Норка зачем-то полезла в свою сумку и с возгласом удивления вытащила небольшой сверток, в котором обнаружилась почти полная копия утраченной заколки, только с жемчужинами серого и голубого цвета. В ответ на ее вопросительный взгляд Призрак небрежно пожал плечами:

– Я же обещал! Правда, в точности такой же не нашлось…

И когда только успел?! Вячеславна вдохнула поглубже…

– О великий Светлый Вождь, чья щедрость не знает границ, а даже брошенное мимоходом слово тверже алмаза! О достойнейший сын славного кочевого народа! О…

Мы все, включая пса, честно удерживали на лицах самое серьезное выражение, внимая вдохновенному монологу. На третьей минуте Тарглан жестами показал, что покраснел настолько, что раскалившиеся щеки обжигают пальцы, все хором прыснули, подруга сбилась, махнула рукой и просто сказала:

– Спасибо!

Мужчины были осчастливлены троекратным дружеским поцелуем, я – реверансом, переходящим в торжественное рукопожатие, Броул на радостях облизал ей все лицо… Перед сном Тханимар с особым тщанием установил защитный контур, добавив несколько дополнительных средств – так, на всякий случай…

– По-твоему, этот мерзавец не скоро уймется? – взглянула на меня подруга.

– Береженого, сама знаешь… Хотя «страшилку» ему оставили серьезную!

– Думаешь, поверит? Не слишком ли мы перемудрили?

– Думаю, поверит. И как раз потому, что слишком, – хмыкнула я. – Прикинь, как этакая цаца с непомерно завышенной самооценкой воспримет факт, что ради него задействовали офигенного уровня колдовство, известное только за океаном?

– Как должное! – Норка даже улыбнулась. – И самооценка вообще выше седьмого неба подскочит… А вдруг лопнет от гордости?!

– Туда ему и дорога! – фыркнула я. – Баба с возу – волки сыты! Лично для себя не вижу причин переживать, назначим нового прави́лу – и дело с концом! В кандидатах на тепленькое местечко никогда недостатка не было…

На том и успокоились.

Часть третья

Поиски и происки

Глава 1

Несколько следующих дней мы продвигались достаточно быстро, благо позволяла погода, устойчиво благоприятная как никогда, и дороги, которые вели как раз в нужном нам направлении. Основным ориентиром по-прежнему служила Северная Стрела. Каждый вечер перед сном Тханимар отмечал пройденный путь на карте, прикидывая вслух, сколько еще нам предстоит отмахать, пока доберемся до нужной точки на местности, откуда это созвездие будет видно именно в том ракурсе, что и в моих видениях. Никаких происшествий тоже не случалось, что явно радовало друзей-соратников, но мне чем дальше, тем больше напоминало то самое затишье перед бурей…

В один прекрасный день мы были вынуждены оставить наезженный путь и углубиться в лес, чтобы не делать слишком большой крюк. Время, конечно, выиграли, зато пришлось долго выбираться из чащи, чтобы найти хотя бы относительно удобное местечко для ночлега, и только поздним вечером удалось выехать на подходящую полянку на берегу реки.

То ли от усталости физической, то ли от неудовлетворенности душевной спала я в эту ночь отвратно – сначала никак не могла удобно умоститься, потом снилась какая-то тягомотная дребедень, поэтому под утро терпение закончилось, и я мрачно воззрилась в безоблачные небеса, едва заметно посветлевшие с востока. В конце концов, промучившись еще с полчаса и устав чертыхаться, встала с нагретого места и устроилась на стволе упавшего дерева, кутаясь в плащ, – от реки ощутимо тянуло сыростью. Почти погасший костер ожил, обрадованно заиграл огненными языками, жадно облизывая подброшенные сухие сучья и закоптелое дно котелка. Вода закипела быстро, чему я искренне порадовалась – теперь можно выпить кружечку отвара и снова попытаться заснуть, благо время до рассвета еще есть.

Очередная порция топлива почему-то вызвала бесшумный взрыв: пламя рванулось к звездам длинными багровыми языками, искры фейерверком сыпанули во все стороны, заставив меня зажмуриться и отпрянуть назад. На огненном фоне словно распахнулось овальное окно примерно метр на полтора, в которое были отчетливо видны очертания предметов меблировки, настенные украшения и прочее роскошное убранство чьих-то сногсшибательных апартаментов. И даже сразу стало ясно, чьих именно: изображение приблизилось и явило во всей красе необычное существо. Нет, облик его был вполне человеческим, более того – почти знакомым. Достаточно вспомнить, как выглядела известная кинодива Эрика Элиньяк во времена шумной популярности сериала «Спасатели Малибу», только добавить ей волос примерно втрое, удлинить их и сделать волнистыми, искристо-рафинадно-белого цвета, и вывести к вискам уголки глаз, которые имели овальную угольно-черную радужку с алым ромбовидным зрачком.

– Эти глаза напротив… кто это, кто это?! – Неожиданное явление не только заставило меня окончательно проснуться, но и спровоцировало проявление давней привычки – комментировать происходящее строчками из песен. Слова я бормотала машинально, пытаясь одновременно справиться с резкой колющей болью в сердце и неописуемым изумлением, поскольку знала ответ на свой вопрос. Вернее, почти знала, ведь мне уже приходилось не так давно сталкиваться с тем, чья внешность обладает подобными особенностями! Только в тот раз это был мужчина – потрясающей красоты и невероятных магических способностей. Обитатель другого измерения, который выступал на стороне наших врагов и погиб, как ни крути, по моей милости…

Нежданная гостья, казалось, была поглощена созерцанием собственных ногтей – то ли выверяла их длину на глаз, то ли уточняла количество маленьких радужно искрившихся элементов, инкрустированных в яркую основу покрытия. Наконец она подняла голову, обвела меня и видимую часть нашего пейзажа рассеянным взглядом туриста, отчаянно скучающего по причине пресыщенности впечатлениями, пару раз качнула головой и скривила идеально очерченные губы:

– Чего и следовало ожидать.

– А мы сюда никого и не звали! – ощетинилась я, стараясь не морщиться, потому что сердце продолжало нешуточно щемить. – Являются тут всякие без приглашения!

– А нам оно и не требуется, – лениво парировала незнакомка, беззастенчиво разглядывая меня, как выставленную для продажи картину. – Идя в лес, не спрашивают разрешения у тли…

Ни себе чего! Вот это наезд! С такой откровенной наглостью давненько сталкиваться не приходилось… Но подыграть стоит – неспроста ведь она здесь нарисовалась.

– И что же заставило столь крутого ходока снизойти до разговора с тлями?

– Всего лишь любопытство, – повела плечами моя собеседница. – Захотелось узнать, насколько большую услугу оказываю…

– И насколько же?

– Не выразить словами! – Она качнула головой. – После таких условий… и такого окружения любой плен ему раем покажется!

– Ты о ком?! – Надеюсь, вопрос прозвучал небрежно! Сердце сдавило так, что в глазах потемнело, даже очередной камень в мой огород остался без внимания. – И чем это наши условия не устраивают?

– Примитивностью! – любезно просветили меня в ответ. – Уровень развития вашего убогого мирка по меньшей мере на дюжину порядков ниже, чем в измерении, которое вы называете Призрачным. А речь идет о твоем супруге…

Последняя фраза прозвучала как бы между прочим, заставив мое несчастное сердце замереть на полустуке. К счастью, ненадолго, но говорить я пока не могла, только нацепила на лицо выражение крайнего недоумения, чем вызвала очередную усмешку.

– Кого и в чем ты пытаешься убедить? Обо всей этой возне с борьбой за трон мне известно гораздо больше, чем тебе самой!

– И откуда же, позвольте полюбопытствовать?!

– Из первых рук. – Странные глаза теперь смотрели на меня в упор. – Тебе о чем-нибудь говорит имя Таэрш-э-рарт?

Еще бы! Если все записать, та-а-акая сага получится!.. Но при чем здесь эта неместная версия голливудской звезды? Впрочем, кажется, догадываюсь…

– Вот именно! – припечатала незваная гостья, бдительно уловив смену выражений на моем лице. – Я – его супруга, единственная и…

– Что-то с памятью твоей стало? – невежливо перебила я. – Мне он говорил о двух женах!

– Не пытайся меня уязвить! – пренебрежительно фыркнула раскрасавица. – Ту девчонку он получил как часть оплаты за особую услугу от одного из правителей, и даже ни разу к ней не вошел, потому что любил только меня! Здесь является нормой, когда мужчина заводит себе столько женщин, сколько способен содержать в комфорте, – за этим следят строго! Такой могущественный и влиятельный маг, если бы захотел, мог иметь не одну тысячу подобных игрушек…

Боже, сколько пафоса – как будто и впрямь перед камерой! Интересно, как она отреагирует, если просветить ее на предмет последнего прижизненного разговора с ее муженьком, когда он предложил мне пополнить список его официальных жен?! И будет совсем необязательно при этом уточнять, что главной причиной был чисто практический интерес именно с его стороны, а именно – возможности, полученные при сочетании магических способностей с моими! Впрочем, нет, совсем не интересно – наверняка в ответ прозвучит очередное хамство, выслушивать которое нет никакой охоты! Лучше сменим тему…

– Так ты что же – просто так, от скуки влезла в эту заваруху с подменой нашего короля? – На мой взгляд, что-то сильно не вязалось в этом узоре.

Беловолосая «голливудочка» небрежно пожала плечами.

– Зачем бы мне утруждаться? Всего лишь не отказала в помощи магам из Оборотного измерения… за весьма приличную плату.

– И в чем же заключалась твоя неоценимая помощь?

– В том, что я согласилась приютить у себя выведенную из игры фигуру и сохранять ему жизнь до тех пор, пока она имеет какое-то значение… Вообще-то изначально им был нужен один редкий артефакт из коллекции моего мужа, но позже все сочли более забавным отдать пленника именно мне. Зато теперь соблюдены законы равновесия: ты меня лишила супруга, я ответила тем же!

– Только твой муженек сунулся к нам по своему желанию и погиб в честном бою!

– Это теперь никому не интересно, тем более мне!

– И зачем тебе вдруг понадобилась примитивная особь из нашего захудалого мирка? Для какой такой надобности? – В моем голосе по-прежнему звучал только вежливый интерес, но сердце, не дождавшись ответа, уже стремительно сжималось в болезненный комок, предчувствуя редкостную пакость.

Ответ был дан еще более небрежным тоном – красотка даже глаз на меня не подняла, снова всецело поглощенная разглядыванием длинных, затейливо изукрашенных ногтей на так и этак отставляемой руке:

– Я люблю разнообразие и экзотические игрушки. Посмотрим, что произойдет раньше – он мне просто надоест или сломается? Но пока ему со мной гораздо лучше, чем дома…

Она оторвалась наконец от созерцания маникюра и, глядя по-прежнему в синюю даль за моей спиной, сделала кистью плавное круговое движение. Огненный фон позади нее заколебался, потускнел и сменился потрясающим видом на шикарно декорированную спальню. На почти бескрайней кровати возлежала уже знакомая «безутешная вдова» в полном блеске ничем не прикрытой красоты, а рядом…

Так-так, похоже, меня собираются порадовать зрелищем домашнего видео на любителя?! Надо полагать, чтобы я от зависти и ревности добровольно сделала себе экстремальную эпиляцию (в смысле – повыдергивала волосы отовсюду, включая регионы, где их не было и в помине), захлебнулась в гейзере собственной желчи, а затем искусала не только локти, но и прочие труднодоступные места!.. Чуть не забыла – желательно бы еще громко и с брызгами лопнуть от злости, будучи окончательно задавленной гигантской жабой… Или сотворить харакири подручными средствами… решив попутно все возможные проблемы, которые могла бы создать, продолжая поиски своего возлюбленного!!!

Разумеется, любой мало-мальски стоящий маг стряпает фантомы на раз и соорудить видение двухсотпроцентной степени достоверности не проблема, особенно для умельцев такого уровня, которыми Призрачный мир кишит, как запечье тараканами! Но сейчас, к великому сожалению, был не тот случай… Я знала, чувствовала всем своим существом, что происходящее – не морок и не инсценировка, а Ледяной Король – не порождение враждебной магии… Да и вряд ли эта взбесившаяся с жиру и от безделья суперколдунья сочла бы нужным шевельнуть хоть одним своим холеным пальчиком и напрячься только ради того, чтобы поразить воображение никчемного существа, которое в силу отсутствия магических способностей вообще – никто, ничто и звать никак. Тем более когда действительность превосходит всякое вероятие, самые буйные фантазии рядом не стояли! Куда проще показать реальные события – и самолюбие потешить, и отравить остаток жизни дальнему ближнему… мелочь, а приятно!

Сказать, что увиденное меня потрясло, – значит не просто промолчать, а даже не начать и думать на эту тему! Я, конечно, родилась не вчера и эротикой в свое время интересовалась (без намеков, пожалуйста, – в пределах разумного, имеется в виду), как любой нормальный человек. И никогда не была ни ханжой, ни синим чулком, ни святошей, но то, что творилось на этом «экране»… Первая более-менее четкая мысль, сумевшая кое-как оформиться в моем всполошенном сознании, была следующей: «А ведь в нашей спальне такого ни разу не выделывал… по меньшей мере половины! Какой супервулкан страсти, кто бы мог подумать!..» Интересно, когда и где он успел этому научиться? Или всегда умел, но ради меня не считал нужным напрягаться, чтобы в полной мере проявить свои таланты в данной области?

У меня получилось-таки соорудить на лице выражение вежливой скуки.

– Это все? И чему я должна была удивиться?

– Полагаю, ты не полностью знала возможности своего супруга в этом смысле? Не беспокойся – и не узнаешь, потому что возвращать его никто не собирается! Пока он мне интересен и полезен, а потом…

– Что?

– Надоевшие игрушки я просто выбрасываю. Не в моих правилах давать бесплатные советы, но так уж и быть: возвращайтесь туда, откуда пришли, – справиться со мной у вас кишка тонка! Да и тратить самой время и силы на людей… фи! Не вам с вашими жалкими способностями вставать у меня на дороге! Вы даже портал найти не сумеете, а уж открыть… Так что не ищи его, только шею себе свернешь!

Договаривая, красотка наверняка успела заметить, какой именно неприличный жест успела я изобразить напоследок, но реагировать не стала. Отвернулась и махнула рукой, словно муху отгоняла, – пламя затрещало, взмыло вверх жарким сине-фиолетовым столбом и опало мириадами разноцветных искр…

Да… Чего угодно можно было бы ожидать, но не подобного расклада! Когда я ломала голову над вопросом, где может находиться похищенный муж, каких только кошмаров не лезло в голову – полузатопленные, заполненные голодными крысами подземелья, камеры пыток, каторжный труд на галерах, колдовская лаборатория, где по капле вытягивают кровь для негуманных опытов… Нет, это просто замечательно, что Дин жив, здоров и содержится в райских условиях, но…

Я зажмурилась и потрясла гудящей головой, пытаясь унять подступившую тошноту. Уж очень контрастно смотрелось происходящее, на мой дилетантский взгляд. Судите сами: такая масштабная цель, как захват власти в королевстве, а потом и в Мире, такие хитроумные многошаговые планы – и такие двухмерные моменты на выходе! Хотя конечно, цель на первом этапе достигнута, можно двигаться дальше, а для этого все средства хороши… При этом судьба «сброшенных карт» вряд ли будет вообще интересовать заговорщиков, почему бы не убить сразу пару зайцев – порадовать союзницу новой игрушкой и заодно следы замести!

Самым обидным почему-то казалось то, что для заевшейся колдуньи эта на редкость удавшаяся пакостная ситуация не была результатом долго вынашиваемых коварных планов жестокой мести кровному врагу, порешившему любимого супруга, но сложилась как-то походя, от скуки. Так, подвернулась возможность развлечься, почему бы между делом не нагадить низшим существам, тем более что это наверняка останется безнаказанным? Причем ей самой даже символически напрягаться не пришлось, вся грязная работа сделана чужими руками!

Я продолжала сидеть в прежней позе, не замечая, что плащ соскользнул с плеч и предутренний холод разбудил приличную толпу особенно беспокойных мурашек… даже не смаргивая льющихся слез, которые текли, текли обжигающими солеными ручьями… рубашка на груди уже насквозь промокла… и откуда берется столько воды?! Что за вопросы, уважаемый биолог, – человеческий организм на две трети из нее состоит!.. Значит, надолго хватит, можно продолжать… О чем я думаю?! Господи, помоги – совсем крыша поехала!

Наверное, мое вдрызг растерзанное сердце болело слишком громко или «мои мысли, мои скакуны» беспорядочным топотом разбудили Призрака… Он вдруг возник из предрассветного мрака и склонился надо мной.

– Что случилось?!

Я не ответила – просто в своем оглушенно-заторможенном состоянии не приняла к сведению присутствие кого-то рядом. Он встряхнул меня за плечи, обеспокоенно вглядываясь в мокрое, ничего не выражающее лицо, и снова зашептал:

– Да что с тобой такое?! Очнись!!!

Но говорить я не могла при всем желании, только зажмурилась и, уткнувшись в свои ладони, едва слышно заскулила, как смертельно раненная собака. Правда, успела снять «щит» и открыть свободный доступ в свое сознание для всех желающих разделить со мной последние впечатления.

– О боги!..

Тарглана перекосило, как от невыносимой боли. Впрочем, вру – никакие физические страдания не смогли бы заставить его лицо исказиться в подобной гримасе, разве что глаза посветлели бы, а сейчас… Даже голос изменился после просмотра этого репортажа с праздника похоти… Он отвел мои руки от залитого слезами лица, присел рядом на бревно и крепко прижал меня к себе, а я уже ревела вовсю, всхлипывая и давясь беззвучными рыданиями…

Остаток ночи мы так и провели – в мокрую обнимку. Я добросовестно хлюпала носом в любезно предоставленную широкую грудь, периодически утираясь рукавами, а верный друг продолжал придерживать вконец распустившее нюни величество за вздрагивающие плечи и о чем-то сосредоточенно размышлял. Время от времени он целовал меня в макушку и ободряюще похлопывал по спине, шепотом приговаривая на ушко что-то утешительное. Когда костер совсем погас и от реки еще сильнее потянуло холодной сыростью, Призрак не глядя дотянулся до плаща и укутал меня как ребенка, попутно поправив мои растрепавшиеся волосы. Потом кашлянул и негромко сказал:

– Знаешь, как ни странно, во всем этом есть и хорошее.

– Кто бы спорил! – прерывисто вздохнула я, отстранившись, промокнув подолом последние слезы и подумав мимоходом, что рубашку не мешало бы выжать. – Нежданно-негаданно попали на бесплатный мастер-класс для начинающих любовников… К тому же заполучили прекрасный повод лишний раз нам всем собраться и погулять по родному краю, благо лето на дворе, время отпусков… Чем не подарок добрых богов?!

– Во-первых и в-главных, – начал Тарглан, явно не собираясь и дальше слушать мое полубредовое бормотание, – наше настоящее величество живо и здорово, насколько это возможно. Во-вторых, мы теперь окончательно узнали расстановку сил в этой темной истории с подменой короля. В-третьих, если опять же судить по его состоянию, некоторый запас времени у нас все-таки есть…

Он встал, снова развел огонь и подвесил котелок с уже заваренным кипятком, между делом развивая мысль:

– В-следующих, если эта пресыщенная всем на свете сверхколдунья потрудилась найти время для того, чтобы нас, убогих и недоразвитых, попугать и убедить отказаться от поисков и не стеснялась при этом в средствах, – значит, наши действия не настолько ей безразличны, как она хочет это показать!

Последняя фраза подействовала на меня как сильная доза бодрящего средства. В самом деле, раз нас пытаются взять на пушку задолго до начала каких-либо серьезных поползновений с нашей стороны, значит… сами боятся?! И значит, затеянная нами авантюра вовсе не так безнадежна, как пытаются нам внушить! Нет, я при любом, даже самом глухом и безвыходном раскладе не отказалась бы от попытки сделать хоть что-нибудь ради возвращения Дина, да и моя команда пойдет за мной до последнего, только мысль о том, что врагу тоже не грозит спокойный сон, основательно согрела душу. Я встряхнулась, поправила волосы и взяла протянутую кружку с горячим травяным отваром. Тарглан одобрительно кивнул и продолжил:

– А если наша госпожа «видящая» отбросит в сторону личные переживания и заставит как следует поработать свое «скрытое зрение», то мы, возможно, сумеем получить некоторые сведения о месте, в котором находится интересующая нас персона…

– Ого! Да ты на ту красотку так нешуточно запал?! – не удержалась я от подколки.

Призрак охотно принял подачу.

– Почему бы и нет? Свободная женщина потрясающей внешности – блондинка!!! – еще не старая, состоятельная, весьма искушенная в житейских радостях, и экзотику любит…

– О ком речь? – сонно вопросил из-за спины хрипловатый Норкин голосок.

– Наш Светлый Вождь встретил наконец-то воплощение своей мечты… правда, почему-то в моем видении! – обернулась я и махнула рукой. – Наводи красоту и присоединяйся.

– К вождю или к его мечтам? – деловито уточнила подруга, шумно плеская водой за прибрежными кустами.

– Для начала к обсуждению, потом сама решишь.

Умытая и свежепричесанная Норка заняла место рядом со мной и с удовольствием отхлебнула горячее душистое питье из галантно поданной кружки.

– Пожалуй, начнем с видения, – определилась она через некоторое время. – Выкладывай!

Я уже вполне владела собой, поэтому пересказ ночных событий не занял много времени. Ближе к финалу моего повествования подруга перестала нуждаться в подогреве извне, поскольку сама закипала прямо на глазах.

– Это что же значит – мужа подари злой тете и утопись в гнилом болоте, причем желательно быстро и самостоятельно, чтобы ей не перенапрячься ненароком?!! – Серые глаза Вячеславны явственно метали молнии. – Вот же с-с-сердечная женщина, б-б-благородная не в меру и ш-ш-широкой души! Чтоб ей………!

Тарглан вскинул бровь, но ничего не сказал, только сделал вид, будто, взявшись нарезать мясо к завтраку, с головой ушел в этот увлекательный процесс и ни словечка не слышал. А Норка продолжала бушевать:

– Тоже мне нашлась добрая фея – шею твою пожалела! Да еще и от морально неустойчивого супруга добровольно помогла избавиться… А ты-то наверняка даже спасибо не сказала, когда, захлебываясь на ходу слезами благодарности, в ножки должна была не однажды поклониться и лбом весь берег утрамбовать, вознося хвалу небесам за внезапно привалившую трогательную заботу!!!

Призрак не удержался и прыснул, представив себе сию дивную картину. Госпожа Леона тут же обратила на него свой взгляд, пылающий праведным гневом.

– Так ты на эту… мать Терезу до такой степени запал?!

– Жить без нее не могу! – твердо сказал он, поворачиваясь к нам. – Это просто не высказать словами: дышать невмочь, и кусок в горло не лезет… разве что такой крохотный. – И, демонстративно взвесив на руке остаток ветчины килограммов на пять с половиной, продолжил: – Поэтому пойду хоть на край света, лишь бы ее найти! Всю жизнь искать буду, разорюсь, погибну в пути, но не отступлюсь… и ничьи прекрасные серые глаза меня не остановят! Если только… – Не договорив, Тарглан смерил задумчивым взглядом временно примолкшую от неожиданности Вячеславну и покачал головой: – Нет, нет и нет! И даже твоя неповторимая красота не заставит меня передумать!!!

– Рая, мне раньше некогда было, а теперь я вас обожаю![8] – оживилась подруга и подтолкнула меня локтем. – Только вот наезды на мою неповторимую красоту я тебе еще припомню, и не раз!

– Подумаешь, удивила! – проворчал кочевник, незаметно подмигивая мне. – Кто бы сомневался! Вот если бы чего хорошего пообещала… так этот день впору было бы отмечать как ежегодный праздник!

Норка сделала вид, что последнюю фразу не расслышала.

Глава 2

Видимо, явление иномирской колдуньи представляло собой первое и последнее предупреждение, потому что вскоре после той памятной ночи события посыпались как просо из дырявого мешка. Причем по сравнению с историями предыдущими, попадавшими скорее в категорию «дорожные приключения», дальнейшие происшествия порой просто выходили за рамки доступного воображению. Особенно некоторые…

Трудно сказать, был это правдоподобный сон или явь, невероятная до бредовости… Только помню происходящее очень отчетливо – неярко горящий костер, в котором изредка постреливают полусырые ветки, слабый свет меньшей луны, почти зацепившей краем темную кромку леса на дальней возвышенности, сладковатый аромат цветущих ночью трав… Шелест ветра в зарослях кустарника, тонкий звон комаров, толкущихся плотной стайкой за пределами защитной магической сетки… Впрочем, один из них каким-то способом ухитряется проникнуть внутрь очерченного Тханимаром круга, устремляется прямо ко мне и на некоторое время зависает, жестко шурша прозрачными крыльями. Которых, кстати, четыре, а не два, как положено природой, да и размером странный кровосос превосходит приличную курицу…

Насекомое резко снижается и садится мне на грудь, заставив сдавленно охнуть, и я могу разглядеть еще некоторые странности. Все его тело представляет собой нечто вроде длинной пробирки, заполненной темной жидкостью до краев. Стенки посудины с двух сторон вытянуты в покрытые мелкими пупырышками конечности – опять же не суставчатые, а скорее напоминающие гибкие щупальца, и не три пары, а пять. Глаз всего один, огромный, сложно устроенный, и я готова поклясться, что каждый из нескольких десятков маленьких глазков, составляющих его, имеет посередине ромбовидный зрачок!

Немыслимое существо мертвой хваткой держит мои руки с помощью одной пары своих щупалец, другой охватывает мою голову и с силой отгибает ее назад – я вскрикиваю от резкой боли в шее и сомкнуть челюсти уже не могу… «Комар» деловито разворачивает сдвоенный хоботок, до этого скрученный спиралью, как у бабочки, запускает его в приоткрытый рот и дальше – похоже, до самой диафрагмы… Тягучая субстанция внутри его почти прозрачного тела приходит в движение, хоботок начинает пульсировать, а у меня в подреберье словно взрывается раскаленный шар, и сознание гаснет, затопленное тяжелой волной обжигающей невыносимой боли…

Какой только ерунды не приснится на усталую голову! Хватит, в самом деле, собирать кошмары, тем более что у меня совсем другие планы на это темное время суток! Я, почти совсем проснувшись, не спешу открыть глаза, только со вкусом потягиваюсь и с удовольствием вдыхаю прохладный ночной воздух, краем сознания отмечая остаточное ощущение жжения в области желудка. Все-таки решаю полюбоваться звездами на безоблачном и безлунном летнем небе, потом сбрасываю плащ, которым накрылась перед сном, и встаю, стараясь не шуметь. Скользя безмолвной тенью, обхожу почти угасший костер и опускаюсь на траву рядом со спящим человеком. Точнее – мужчиной, присутствие которого уже столько времени волнует меня до умопомрачения. Но сейчас я наконец-то сделаю то, что давно собиралась…

Моя ладонь осторожно и нежно скользит по его щеке, волосам, шее, забирается под гладкую ткань полурасстегнутой рубашки… Неожиданно для себя обнаруживаю, что он уже не спит, просто лежит неподвижно, глядя на меня вприщур потемневшими глазами. Тем лучше! Я пытаюсь продолжить, но сильные пальцы сжимают мое запястье.

– Что ты делаешь?!

Самый дурацкий вопрос из всех, что я когда-либо слышала! Какие вообще могут быть разговоры в такой момент?! А если уж настолько приспичило поболтать, разве об этом надо спрашивать женщину, которая среди ночи пришла к тебе сама, хотя у нее, между прочим, имелся очень даже неплохой выбор?! Что ни говори, а хваленый мужской ум и такая же логика – не самое убедительное достижение эволюции…

Я прилагаю все усилия, чтобы доступными способами, без слов дать понять недогадливому индивиду, что от него требуется.

– Нет, не здесь! Пойдем к озеру, там дивное местечко и чудный вид…

Мне все равно, куда идти, только бы поскорее!.. По изнывающему телу волнами расходится жар, от которого кровь, кажется, закипает в жилах… начинает кружиться голова, в разгоряченном сознании лавовым фонтаном бьется одна-единственная мысль – вернее, желание…

Вот и берег, но мне сейчас не до пейзажных красот. Едва ступив на полосу песка у самой воды, я, уже не владея собой, бросаюсь к своему спутнику. Клочья затрещавшей под моими руками рубашки летят в разные стороны, сорванный ремень глухо звякает кованой пряжкой о почти невидимый в темноте древесный ствол… Силе объятий позавидовала бы самая большая и голодная анаконда! От неистовых поцелуев голова кружится еще сильнее… как вдруг острая боль в прокушенной губе заставляет меня вскрикнуть и отскочить, рот начинает быстро заполняться солоноватой жидкостью, а затуманенный мозг словно взрывается изнутри, разлетаясь на сотни острых ледяных осколков.

На мой гневный рык сбежались даже лошади, но предусмотрительно предпочли держаться на расстоянии до выяснения обстоятельств.

– Ты спятил?! – Смертельная обида, от которой внутри все клокотало, как в свежевзорвавшемся вулкане, заставила окружающий мир окраситься в багровые тона.

– Еще вопрос, кто больше! – Сдержанный голос Призрака звенел от напряжения. – Что на тебя нашло?!

– Вы что, рехнулись оба?!! – бесстрашно кинулась к нам подруга.

Я повернулась к ней, зажимая пальцами кровоточащую губу:

– Да он… а я… тьфу! Ч-ч-черт!

Язык занемел и еле ворочался, внутренности раздирал дикий жар, мышцы крутило и ломило… Ничего, сейчас только бы горло промочить, и все им выскажу, особенно этому!.. Я к нему всей душой… и телом!.. а он!!!

– Стойте! – Тханимару хватило одного взгляда, чтобы раньше всех сориентироваться в происходящем бедламе. – Держите ее и ни за что не пускайте к воде!

И он со всех ног припустил обратно к месту ночевки, где остались наши сумки. К моменту его скорого возвращения мою крышу окончательно снесло, и соратникам стоило немалого труда поймать меня, удержать на берегу, а потом заставить выпить принесенное чародеем зелье. От одного запаха темной маслянистой жидкости меня буквально скрутило в жгут и замутило со страшной силой, но дружной команде после отчаянной борьбы удалось-таки обуздать отчаянное сопротивление и сообща распластать сбрендившую королеву на песке, чтобы осторожно разжать намертво стиснутые зубы и влить спасительный отвар.

Сознание возвращалось медленно, по принципу «шаг вперед, четыре назад, а потом куда придется». Короткие, периодически повторяющиеся моменты прояснения сопровождались невнятной мешаниной отрывочных звуков, а веки, почему-то ставшие тяжелее бетонных плит, ни за что не хотели открываться, несмотря на все мои усилия… Впору было вспомнить «Вия»!.. В мышцах противная дрожь, страшная слабость, а уж тошнит как…

Мысль додуматься не успела – желудок внезапно решить покинуть измученное тело, весь и сразу… а потом продублировать несколько раз для верности… Так плохо мне еще не было никогда!

– О-о-ох!!! – проскрипела я, с трудом ворочая распухшим языком и складываясь вчетверо, чтобы хоть как-то унять режущую боль внутри. – Что ж я маленьким-то не сдох?!

– Даже не надейся, наше величество, в ближайшее время не выйдет! – Подруга, разумеется, не отказала мне в поддержке. – Без тебя эта жизнь станет слишком уж спокойной! Как ты себя чувствуешь?

– Как выжатая тряпка, – подумав, определилась я. – Которую сначала долго и основательно рвали очень злые собаки, а потом кто-то ненамного более добрый полоскал в кислоте… концентрированной… Кстати, а почему я в таком виде?!

Вопрос был вполне закономерным, если учесть, что я изволила возлежать на берегу озера топлес, правда, заботливо укутанная чьим-то плащом. Только вот чтобы ответить на него, понадобились объединенные усилия всех нас вместе взятых, благо сна ни у кого не осталось ни в одном глазу. Соратники подтянулись к месту моей отключки, снова развели костер и устроили детальный разбор полетов. К моменту, когда вставшее солнце вызолотило верхушки деревьев и проложило мерцающую дорожку цвета расплавленного металла по чуть рябоватой от утреннего ветерка поверхности озера, мы, допив третий котелок бодрящего настоя, сумели найти происшествию приемлемое объяснение.

Мое временное сумасшествие стало результатом отравления некой субстанцией специального назначения, которая, проникая в организм разумного существа, лишает его способности адекватно воспринимать происходящее, равно как и реагировать на него. Как правило, при его изготовлении применяют еще и определенные заговоры, задавая продукту специфические качества, которые можно варьировать в широких пределах. Средство начинает свое действие моментально, и способов привести жертву в чувство без противоядия почти нет.

– Но с чего тебе в голову взбрело кусаться?!

– Вкус крови, особенно своей собственной, отрезвляет едва ли не лучше всего прочего, ударить же рука не поднялась! – Призрак честно постарался соорудить на лице покаянное выражение, и у него даже почти получилось.

– А укусить, значит, зубы поднялись?! – Я попыталась прожечь его укоризненным взглядом, но быстро поняла бесполезность усилий и махнула рукой. – С тобой все ясно… А пить почему не давали, садисты-любители?!

– Потому что первый же глоток воды активирует зелье снова, – любезно пояснил рыжекудрый маг, встряхивая волосами. – Так сказать, на старые дрожжи…

К счастью, Тханимару во время заокеанской стажировки довелось услышать о разнообразных средствах воздействия на психику, обостряющих проявления, которые обычно человек осознанно или не очень пытается скрыть даже от себя. Самое трудное – найти способ ввести зелье интересующей особи, а уж если удалось… Тогда само существование на время действия коварной отравы будет подчинено одной-единственной, самой главной страсти: обжора пойдет искать еду и не успокоится, пока не объестся до беспамятства, скупой любой ценой соберет все мало-мальски ценное, кровожадный просто усеет свою дорогу трупами независимо от их видовой принадлежности – словом, по принципу «где тонко, там и рвется». Поскольку же на теперешний момент моему постельному одиночеству пошел уже третий месяц, неудивительно, что нерастраченная энергия прорвалась именно в эту сторону.

А способ нашими врагами был найден весьма замысловатый, но, как оказалось, настолько же эффективный. Никакой на самом деле существующий живой организм не смог бы появиться вблизи незамеченным, равно как и проникнуть сквозь магическую защиту. Потому-то по мою душу было послано сильным колдуном, вошедшим в состояние транса, небывалое доселе существо, не имеющее в реальности аналогов, созданное враждебной магией на один раз, для проведения диверсии. По той же причине это непонятно что и не подлежало идентификации защитной сетью. Мои же охранные средства не сработали, потому что сны для «видящей» – такая же привычная часть существования, как умение дышать, значит, и достать меня в очередной «грезе» оказалось легче, нежели наяву.

Наш придворный чародей в свое время в силу своей педантичности и дотошности не пропускал ничего из услышанного, поэтому ему хватило и одного взгляда, чтобы распознать во внешности и поведении спятившего величества признаки редкого отравления и дать мне противоядие. Благо никакой экзотики не требовалось, вполне годился типовой отвар антитоксического действия, который готовился из отечественного сырья про запас и всегда имелся в наличии… благодаря моим же стараниям!

– И все-таки, – не понимала Норка, – зачем такая канитель? Не проще было бы элементарно травануть насмерть – и все дела?!

– Какая добрая у меня подруга! – чуть не прослезилась я от умиления почти всерьез. – Так и хочет от меня отделаться… побыстрее и без мучений!

– Да ну тебя! – махнула она рукой. – В самом же деле неясно…

– Видишь ли, высокочтимая госпожа, ядами в наше время пользуются достаточно часто. Поэтому многие, отправляясь, например, в путешествие, безопасности ради заранее принимают универсальные противоядия или сами яды малыми дозами с ранних лет.

– Точно! – кивнула подруга, видимо припомнив что-то из прочитанного.

– Наши враги могли посчитать, что простое подсыпание яда вряд ли окажется эффективным, не говоря уж о сложностях выполнения самой этой процедуры. Но вероятнее всего, – продолжал Тханимар, – дело в том, что способностей нашей королевы вполне хватило бы, чтобы «разглядеть» смертельно опасную отраву даже во сне и поднять тревогу или хотя бы проснуться.

– Тогда возвращаемся к вопросу насчет канители – зачем?! Чего полезного можно было добиться настолько хлопотным путем?

– Мало ли, – пожал плечами придворный маг. – Например, чтобы она смогла найти себе новый предмет сердечной привязанности, решила, что лучше синица в руках, и оставила попытки найти прежний.

– Заботливые какие, чтоб им!..

– Или, еще вернее, – подхватила я, – чтобы мое величество таким образом скомпрометировало себя дальше некуда и опять же бросило поиски, дабы не пришлось краснеть и оправдываться перед законным супругом… В общем, лучше будет спросить у самих затейников, что за сверхподлую фигню они затевали!

– Так и сделаем! – подытожил Призрак, вставая и выплескивая в кусты остатки отвара из кружки. – Пожалуй, пора двигаться дальше.

Возражений не последовало. Тханимар отправился за лошадьми, остальные увязывали вещи, а я наконец привела себя в порядок. По крайней мере одежду…

– Кто бы мог подумать! – Нортис покачал головой, с невольным уважением глядя то на меня, то на сильно погнутую пряжку ремня, который он отыскал в ивняке и сейчас протягивал кочевнику.

Тарглан принял его с благодарным кивком, покрутил в руках и повернулся ко мне:

– Значит, отвели душу, наше величество, дали себе волю? Как теперь прикажете это застегивать?!

– Зачем? Для следующей такой попытки в самый раз, чтобы время зря не тратить! – Я одарила сурово хмурившего брови соратника самой очаровательной улыбкой из своего немалого арсенала. Еще и подмигнула многообещающе.

– Размечталась! А мне всю дорогу штаны в руках держать?!

– Почему же в руках? Можно пришить симпатичную лямочку через плечо, – подала голос Норка. – По крайней мере до ближайшей ярмарки хватит…

– Нет, с лямочкой несолидно. Лучше просто наглухо их зашить прямо на теле, – отозвалась я, благоразумно держась поодаль. – И пришпандорить специальное такое приспособление для неотложных нужд, знаешь, как у латников…

Нортис, открывший было рот, поперхнулся первым же словом, бросил быстрый взгляд в сторону почему-то медлившего с ответом Светлого Вождя и, ускоряя шаг, скрылся среди густо растущих ракит и черемух, прихватив по пути Вячеславну. Призрак повернулся ко мне:

– По-твоему, ты надо мной недостаточно сегодня поглумилась?!

– Просто хотела как лучше…

– А получилось как всегда – как, лучше не вспоминать! Я уж молчу про любимую походную рубашку…

– Все равно с меня причитается, – пожала я плечами. – Надо же будет как-то извиняться за коварное покушение на твою честь! Хотя… ты вполне можешь отплатить злостной совратительнице той же монетой – в порыве внезапной страсти порвать на мне все, что на тот момент обнаружишь!

– Неплохой вариант! – кивнула несостоявшаяся жертва моего домогательства, одним сильным движением приводя пряжку в приемлемое состояние. – Только вот от меня так легко не избавиться!

– Так и я прокушенной губой не ограничусь!

– Тогда и будем квиты, – заключил Тарглан. – А если серьезно… думаешь, подобные фокусы будут повторяться?!

– Вряд ли. – Я, зябко передернув плечами, плотнее запахнула плащ. – Во-первых, мы теперь будем настороже как никогда и не допустим подобного… вернее, постараемся. Во-вторых, врага не стоит недооценивать – уверена, что в их арсенале найдется для нас не одна дюжина сюрпризов более изощренных и запоминающихся, нежели шалости на сексуальной почве! Ведь мы не пожелали внять голосу разума и бесплатному совету, что автоматически приравнивается к объявлению войны, в которой, кстати, пленных брать не будут, поэтому и церемониться с нами уж точно не станут. А отсюда следует в-третьих, как любила говорить моя бабуля – светлое место ей в раю! – надейся на лучшее, но готовься к худшему, так что… поживем – увидим!

Ранний подъем пошел на пользу – к вечеру мы одолели порядочную часть пути по сильно пересеченной местности. Что характерно – усталости я совсем не чувствовала, мало того – все неудобства, связанные с перемещением по неописуемому бездорожью, просто прошли мимо взбудораженного разума. Меня очень обеспокоила новая информация, полученная столь нетрадиционным путем, и теперь мысль о том, что времени у нас не так уж много, раскаленным гвоздем засела в сознании, заставляя стремиться к недосягаемой пока цели, забыв обо всем… К счастью, друзья лучше владели эмоциями, сохранив способность здраво рассуждать и трезво оценивать силы, иначе я бы загнала и себя, и коня, которому, наверное, передалось мое нетерпение – так рьяно он рвался вперед. В итоге уже поздним вечером, устроив на отдых скакунов, наскоро перекусив и едва дождавшись, пока настоится отвар, мы попадали вокруг костра и заснули прежде, чем умостили головы поверх седельных сумок, приспособленных вместо подушек.

Но я и во сне так и не смогла расслабиться полностью. Незадолго до рассвета моя вторая сенсорная система заставила распрощаться с грезами, дав понять, что в наших рядах появилась недостача… Приняв сидячее положение и протирая заспанные очи, я одновременно усиленно прочесывала местность «поисковой сетью». Нет, ощущения опасности не было и в помине, только мне, наученной недавним горьким опытом, показалось не лишним убедиться, что внезапная отлучка одного из членов команды имеет вполне мирную причину… Так и есть! Поскольку сон все равно пропал, можно и прогуляться, думаю, против моей компании возражений не будет…

Светлый Вождь обнаружился у самой реки. Он удобно устроился в развилке толстенного ствола почтенной полузатопленной ветлы, не забывая окидывать зорким взором окрестности, оставаясь при этом незамеченным за плотным пологом узких листьев, шелестящих на свежем предутреннем ветерке, и напевал – почти неуловимо для слуха, только не для моего. Я прислушалась – надо же! Из всего того, что можно было при желании раскопать в моей обширной памяти, он выбрал давно любимую песню из репертуара «Nightwish». В свое время без проблем удалось отыскать в Инете русскоязычную версию текста «Walking In The Air», но найденный вариант чем-то меня не устроил, и я немного изменила его по-своему. Теперь же выпала уникальная возможность прослушать вышеупомянутый хит в новом исполнении.

– Лучше деньгами! – Призрак, обернувшись, протянул руку.

– Чтобы оценить по достоинству подобный вокал, имеющейся наличности просто не хватит, а меньшее будет оскорблением! – Я не поленилась изобразить безукоризненный реверанс и вложила в раскрытую ладонь пестрый, нежно пахнущий букет. – Поэтому пока только цветы… зато собранные лично венценосной особой!

Он отвесил мне церемонный полупоклон, сохраняя на лице повышенную серьезность, наши взгляды встретились… Я смотрела в чуть прищуренные серо-зеленые глаза – такие знакомые, проницательные, внимательные, насмешливые, – и думала, как же мне повезло. Далеко не во всякий момент в жизни и не каждому выпадает удача… да что там – счастье! – обзавестись подобным другом… нет, не так – Другом! – несмотря на его неординарность и сложность натуры. Я ценю это, дорожу его мнением, отношением ко мне, очень люблю его просто по-человечески, знаю, что могу на него положиться всегда и во всем… Не задумываясь пойду на край света, чтобы помочь… если потребуется, убью за него без малейшей дрожи в руках и сердце, но… он – не мой мужчина! Мне всегда становится теплее и светлее от одного воспоминания о том, что и он живет в том же мире в то же время, что и я… Никто и никогда не чувствовал и не понимал меня настолько точно и без лишних слов, только… я – не его женщина! И заводить с ним наследников суждено другой счастливице, которая будет его достойна на все сто. А мое сердце уже давно занято раз и навсегда, и обжалованию это не подлежит…

– Что – настолько стало вдруг одиноко, что вспомнила про бывшего поклонника?

От подобного вопроса, будь он задан всерьез, могло бы нешуточно покоробить, если не знать, с кем имею дело. Поэтому я в ответ развела руками:

– Видимо, не весь яд еще нейтрализован, а посему придется тебе опять быть крайним! Знать, судьба твоя такая! Кстати, почему это бывшего? Не надо быть ни «видящей», ни «слышащим», чтобы засечь признаки давнего застарелого недуга!

– Между прочим, благополучно исцеленного с твоей же помощью задолго до вашей свадьбы!

– Ты кому пытаешься уши лапшой завесить?! – насмешливо фыркнула я. – Не стоит зря тратить ценный пищевой продукт! Отдаю, конечно, должное твоей выдержке, но… если ты так уж хочешь… мы вполне могли бы… прямо сейчас, чтобы действие отравы зря не пропало!

Те, кто настроился на эротическую сцену (а то и на что потяжелее), познайте всю тяжесть облома! Ничего подобного никому не светит! Я всего лишь решила немного разрядить ситуацию, не внося, впрочем, никаких новых нот в мелодию, давно известную нам обоим… Не все же ему меня дразнить, почему бы моему величеству не позволить себе легкую шалость хотя бы в качестве утренней зарядки?! Призрак охотно подыграл – гордо выпрямился, нацепив на лицо маску оскорбленного достоинства:

– Я в подачках не нуждаюсь! Если женщина проявляет нежность не от глубоких чувств, а из жалости, под воздействием колдовства или по необходимости, то радости, поверь, ни душе, ни телу никакой… Вот если бы ты от настоящего мужа добровольно ко мне сбежала, да еще так, чтобы он об этом первым узнал! Мм!..

– Раскатал губу! – проворчала я, стараясь больше не встречаться с ним глазами. – Ногам не мягко? Смотри, не поскользнись!.. И в любом случае – прежде чем сбегать от настоящего мужа, его надо сначала найти, спасти и водрузить обратно на освобожденный от захватчиков престол!

– Это можно считать обещанием?! – оживился мой собеседник.

Если бы я знала это чудо юго-западной природы чуть похуже, то и впрямь решила бы, что вопрос был задан всерьез. Вместо ответа я просто сняла «щит» со своего сознания и предоставила Светлому Вождю полную свободу в поисках ответа. Пусть сам решает, что почем, и считает как угодно, хоть в столбик, большой уже мальчик и со мной познакомился не вчера! Только я откуда-то знала, что сейчас он пристает с каверзными вопросами на интимные темы и прозрачными намеками совсем не в силу преждевременного склероза или беспредельной развратности натуры, а как преданный друг – шутки ради, чтобы поднять настроение. Да еще как настоящий мужчина – чтобы развеять мои возможные сомнения насчет собственной привлекательности в глазах противоположного пола… И вот за это я была действительно благодарна. Только, подобно ему, тоже всегда готова поддержать свой имидж ехидной доставалы!

– Нет, это сказанное тобой можно считать непристойным предложением! – попутно я «захлопнула» сознание и активировала «щит»: хорошенького понемножку! – Особенно если учесть, что повода для подобных нескромных наездов я тебе никогда не давала!

– Не давала? Никогда?! Хм, а кто тут при первой же возможности устраивает шумные купания в почти обнаженном виде?!

– Вот именно, что почти! А мы, между прочим, обычно уходим подальше как раз, чтобы никого не смущать! И вообще – в моем измерении подобный вид в подобной ситуации считается нормой!

– И что, мужчины спокойно смотрят на это?!

– Нет, – вынуждена была признать я. – Не все и не всегда, в этом ваш брат, наверное, в любом из миров предсказуем…

– Вот видишь!

– Ага, так ты, значит, признаешься, что подглядываешь при каждом удобном случае?! – Я обличительным жестом наставила на него указательный палец.

Призрак даже слегка опешил от такого обвинения, но быстро нашелся:

– Ничего подобного! Просто ненароком повезло пару раз…

– Сказал телепат! – фыркнула я. – Вообще-то, если ты так уж печешься о своем целомудрии, мог бы и отвернуться или вообще уйти купаться в другое место: река – понятие длинное.

– По-твоему, я выжил из ума?! Отказаться от зрелища – такого, да еще бесплатного?!

– А вот это целиком и полностью ваше упущение, наше величество! Положение нужно исправить, – раздался из-за спины полусонный Норкин голосок, – причем срочно!

Подруга, деликатно прикрывшись ладошкой, зевнула от всей души, с переливчатым подвыванием, и умостилась на полузасыпанной песком коряге.

– Так ведь за погляд вроде бы денег не берут?!

– Вот именно – вроде бы! Раньше, может, и не брали…

Можно подумать, наш доблестный соратник и в самом деле настолько испорченный-озабоченный! Мы обе прекрасно понимали, что Светлый Вождь нас попросту дразнит, но почему бы не подыграть к общему удовольствию? Подруга меж тем вошла в роль почти всерьез:

– Так, прикинем, сколько сей доморощенный эстет нам уже должен…

Тарглан скосил на меня глаза, пришлось переводить:

– Эстет – поклонник прекрасного, ценитель изящного. Но сейчас она ехидничает.

– Как раз это можно было и не объяснять. Кстати, совсем не доморощенный!

– Хорошо, пусть будет высокообразованный! – Вячеславна, небрежно пожимая плечами, что-то чертила тут же подобранной палочкой на мокром песке. – Так, если мы купаемся в среднем по часу…

– Но я-то не присутствую при этом каждый раз!

– Но возможность все равно имеешь! – Госпожа Леона воздела к небесам указательный палец, потом перенаправила его на собеседника. – И если кто-то не использует свои шансы, так пусть и волосы рвет исключительно на себе! Так, на чем я остановилась? Ах да – по часу… и брать по золотому за раз на каждую…

Призрак присвистнул:

– Не многовато ли? Ты знаешь, сколько можно кутить в столице на один золотой?!

– При случае проверю непременно, а пока сделаю вид, что доверяю твоему многогранному опыту, – отмахнулась госпожа Леона. – Ты, главное, почаще вспоминай, на кого смотришь! Значит, по золотому… да дважды в день…

Вождь кочевников нацепил на лицо скептическое выражение и, скрестив руки на груди, молча наблюдал за процессом. А Норка старалась вовсю, и чем дальше, тем больше проскальзывало в ее голосе довольных ноток.

– Вчера мы плавали дольше, округляем до двух часов… три в уме… Итак, – выпрямилась моя деловитая подруга и резким движением головы отбросила за спину распущенные волосы, – вот что мы имеем… вернее, должны иметь.

– Что? – в один голос отозвались мы с Таргланом: я – с предвкушением, он – с некоторой опаской.

– По двадцать семь золотых – каждой!

– Это с чего бы вдруг?! – подорвался с места Призрак. – Мы всего неполных две недели в пути, несколько раз шел дождь, а днем раньше вообще все время ехали по лесу и никакого купания не было!

– Было! В том озере!

– Тоже мне – озеро… воробью по колено!

– Ничего, нам хватило!

– Бултыхание в такой луже вообще нельзя считать купанием!

– Купание по определению – популярное развлечение, связанное с погружением в воду и плаванием, – назидательно изрекла Вячеславна. – Вода была? Была! Тела, в нее погруженные? Тоже! Так что…

– С этим, так и быть, спорить не буду, но какое могло быть плавание при такой глубине?!

– Медленное – чтобы коленки не оцарапать!

– Но я-то охотился в другой стороне и никак не мог вас видеть!..

– А это уже твои личные трудности! – фыркнула подруга, пожимая плечами.

– Все равно – перебор!

– Никакой не перебор! – В Норкином голосе отчетливо зазвучали стальные нотки. – Остальное – «счетчик», в смысле – умеренные проценты за несвоевременную оплату!

Впервые на моей памяти Призрак онемел так надолго… Как бы его не хватил кондратий – совсем некстати! Нет, он вовсе не жмот и моими же стараниями достаточно закален в отношении проявлений женской логики, но тут явно было что-то еще… Наконец Тарглан тряхнул головой и сделал глубокий вдох.

– Знаешь, высокочтимая госпожа, не пошла бы ты… ко мне в казначеи? Впрочем, лучше в посредники! – И пояснил, оборачиваясь ко мне: – В последнее время мы, в смысле южные племена, расширяем торговые связи. К тому же мои ребята взялись разводить редкие породы лошадей…

– И черно-тигровую? – не удержавшись, перебила я. – И кофейно-крапчатую?!

– Тоже, – кивнул Светлый Вождь и продолжил: – Некоторые покупатели доставляют уйму сложностей, хотя бы те же бальдиарцы: чуть недоглядишь – без последних штанов оставят, и придраться будет не к чему! Так что хорошо умеющий обращаться с деньгами, тем паче – с людьми, нам совсем не помешал бы!

Норка метнула в мою сторону быстрый взгляд – я сделала большие глаза, показала большой палец и часто закивала. Но соглашаться сразу – это не для нас!

– Что ж, великий вождь… я, так и быть, подумаю, – милостиво кивнула подруга после точно выдержанной паузы. – А ты пока прикинь, чем еще сможешь меня заинтересовать, кроме личного и безграничного доверия, полного содержания с поправкой на прихоти, абсолютной свободы в обращении с казной и ежедневных многократно воздаваемых почестей!

В этом месте пробрало даже меня – когда-то в похожей ситуации мои требования были гораздо скромнее! – но Призрак уже вполне владел собой.

– Будет сделано, высокочтимая госпожа! – Он отвесил шутовской поклон в своей обычной манере, только я-то видела, какая восхитительная смена выражений произошла на его лице! Сначала ирония уступила место удивлению, потом возмущению пополам с восхищением, и закончилось озадаченно-сосредоточенной гримасой…

Он повернулся было в сторону дымившего за тальниковыми зарослями костра и даже сделал первый шаг, но был остановлен требовательным окриком:

– А деньги?!

– Какие?! – обернулся вождь кочевников.

– Должок! – погрозила пальцем Вячеславна.

– Потом отдаст. – Я решила, что пора уже вступиться за старого друга и дать ему небольшую передышку. – Завтракать пора. Не знаю, как у вас, а у меня в желудке с минуты на минуту Третья мировая грянет!..

Норка снова встряхнула волосами, которые успел взлохматить свежий утренний ветерок, независимо продефилировала по сырому песку и скрылась в прибрежных зарослях. Тарглан, вскинув бровь, но храня молчание, проводил ее задумчивым взглядом и подал мне руку. Выражение его лица было далеким от обычной невозмутимости.

– Что, никак опомниться не можешь? – подколола я, шагая рядом.

– Уже смог, – пожал плечами Призрак, отмахиваясь от комаров. – Но какова хватка!..

– Сам же говорил когда-то: «Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, за что ты меня задушишь»!

– Я говорил иначе, но смысл примерно тот же, – усмехнулся мой спутник. – В самом деле, зная тебя, пора бы перестать удивляться!

Глава 3

Для очередного привала выбрали полянку на берегу ручья, протекавшего вдоль опушки буйно цветущей рощи достаточно редких в этих краях деревьев. Мы уже решили срезать путь через лес по тропам, поскольку дорога, проложенная в основном для колесного транспорта, стала слишком уж петлять и уводила в сторону. Только неплохо было бы завернуть в ближайшее поселение на предмет пополнения запасов… К тому же витало над этой местностью нечто, болезненно цепляющее мои сенсоры, но не поддающееся определению, что требовало проверки. После недолгих споров маг и Светлый Вождь пошли на разведку, оставив нас под охраной Нортиса и Броула. Результат оказался несколько неожиданным…

– Мне подумалось, что эти цветы подойдут нашей высокочтимой госпоже как никакие другие.

Что ж, в наличии вкуса и наблюдательности Светлому Вождю не откажешь! На первый взгляд цветки, украшавшие упругие сочно-зеленые побеги, напоминали мини-копию обожаемых подругой пионов сорта «Топ Брасс», а на второй… Плотные, более крупные наружные лепестки сложной формы размером с половину моей ладони меняли цвет в зависимости от угла освещения и были с внешней стороны покрыты редкими рядами тонких до прозрачности, недлинных острых шипов. Кудряво-махровая середина была окрашена в самый нежный оттенок розового цвета, да еще частые штрихи более темного оттенка украшали край каждого лепестка. Тонкий свежий пьянящий аромат особенно сильно ощущался на рассвете в погожие дни.

– Это кто же тебя научил редкие растения калечить?! – горько вопросила Норка, держа презент на раскрытых ладонях. – Гринписа на вас нет!..

Все присутствующие опешили – включая пса, но исключая меня. Откуда им было знать, что мое величество, коротая время, успело поведать подруге, как редки деревья тхаранхи, как от них зависит процветание этого реликтового леса и насколько мало их осталось после Темных лет, когда целые рощи вырубались под корень ради драгоценной древесины, отправлявшейся за моря… Впрочем, соратники уже имели возможность убедиться, до какой степени госпожу Леону волновали проблемы, связанные с охраной любой живности, а уж исчезающей!..

Ни оскорбленный в лучших чувствах Призрак, ни остальные мои спутники не успели сказать ни слова, только переглянулись, когда я схватила подругу за руку и потащила за собой в глубь густых прибрежных зарослей, крикнув на ходу:

– Просим прощения… Мы ненадолго!

Совсем немного времени потребовалось мне для объяснения, что без весомой причины никто из наших не стал бы вредить живым деревьям. Значит, сначала хорошо бы выяснить, что произошло, а потом уже выражать эмоции. Вячеславна и сама поняла, что сгоряча перегнула палку, поэтому по возвращении сразу подошла к Светлому Вождю, деловито искавшему что-то в своей сумке.

– Спасибо за цветы. Они просто потрясающие!

– Рад слышать! – все-таки улыбнулся Тарглан. – Кстати, веток я действительно не ломал, их посшибал тот зверек при падении…

Он кивнул в сторону ликуартисца, который удобно расположился у старого пня, как у операционного стола. Штатный чародей в настоящий момент был поглощен сцеживанием яда из подъязычной железы косматого серо-пестрого длиннохвостого существа, напоминавшего сильно разъевшегося хорька размером с большую овцу, разве что лапы у него были скорее обезьяньи. Длинные загнутые когти, вырезанные в первую очередь, лежали аккуратной кучкой неподалеку – по сенсорам так и плеснуло ярко-зеленым, недвусмысленно говоря о количестве токсина в бороздках, идущих по внутренней поверхности каждого.

– Ты о котором из них говоришь? – не удержалась я от подколки.

– О том, что поменьше, с хвостом и босиком.

Не прекращая своих ювелирных манипуляций, маг пояснил:

– Эти крошки не водятся по нашу сторону океана, и хвала за то богам, потому что нападают на все, что движется, из засады с дерева, а укус у них смертельный. Да и царапины… разве что умирать придется дольше.

– Но вы же?..

– Нет, никто не пострадал, в основном благодаря полезным навыкам и отличной реакции кое-кого из присутствующих! – Тханимар, закрывая склянку, повел подбородком в сторону Тарглана, который теперь сидел поодаль на замшелом стволе упавшего дерева и сосредоточенно точил длинный клинок.

Призрак отмахнулся:

– Обычное дело, есть о чем говорить…

– Конечно, не о чем – попасть кинжалом на таком расстоянии с первого раза сквозь густую крону практически только на звук… и даже шкуру почти не попортить!..

Герой дня лишь плечами пожал, продолжая вдумчиво доводить оружие до совершенства.

– Кстати, – это я неожиданно для самой себя перевела разговор на другие рельсы, – молодые побеги этих деревьев очень хорошо приживаются и быстро начинают расти, если найти подходящее местечко.

Норка тут же сориентировалась:

– Раз уж мы все равно случайно заполучили некоторое количество этих самых побегов… Тогда, может быть, наш высокочтимый спутник сможет найти минутку, чтобы просветить несведущую пришелицу насчет подобных подходящих местечек в окрестностях?

– Если только минутку… пожалуй, стоит попытаться!

Он, едва заметно улыбаясь краем рта, убрал кинжал в ножны, встал, одергивая куртку, и протянул Норке руку.

Вернулись они довольно скоро. Судя по отсутствию причины раздора и умиротворенному выражению подругиного лица, лесопополнительные работы удались, но этот небольшой эпизод навел меня на некоторые размышления. Во время вечерних водных процедур, пользуясь тем, что мужчины остались травить байки у костра, я сочла момент удобным для выявления причин своего душевного дискомфорта.

– Не соблаговолит ли высокочтимая госпожа Леона развеять смутные сомнения и прояснить ненавязчивые недоумения, возникшие у моей венценосной особы по поводу некоторой неловкости и натянутости в отношениях с прочими членами нашей дружной…

– Ты хочешь, чтобы я заснула прямо здесь и сейчас?!

– Хорошо, беру быка за рога: что не так?!

– А разве все уже настолько запущено, что стало заметным?! – Вячеславна с особым тщанием складывала полотенце.

– Мне – да, причем давно!

Ситуация вовсе не относилась к разряду тяжелых и критических, просто я не люблю никаких недомолвок и неточностей, поэтому продолжала сверлить явно смешавшуюся собеседницу пристальным взглядом, достойным самого ярого инквизитора.

– Может, обидел кто из них ненароком?

– Скажешь тоже! – В моем поле «скрытого зрения» расцвел яркий всплеск искреннего возмущения.

– Тогда откуда эта повседневная напряженность? Мне красноватая подсветка твоего энергетического поля уже половину сенсоров намозолила!

– Я не нарочно, извини! Только… похоже, кое-кто не очень-то рад моей компании!

– И я даже догадываюсь, о ком речь… Но с чего ты взяла?!

Подруга только плечом повела да устремила взгляд в слегка затуманенную даль. Я понимающе кивнула:

– Просто тебя, сдается мне, слегка мучает что-то похожее на совесть – там, где-то в самой глубине души. Ты же в ответ на комплименты фыркаешь, помощь предпочитаешь принимать от остальных, а за принесенные цветы – весьма изысканные, смею заметить! – не разобравшись, призываешь на его бедную голову всевозможные кары со стороны активистов Гринписа!

– И это нанесло непоправимый урон его ранимой натуре?

– Скорее озадачило. Как еще прикажешь проявлять к тебе внимание?!

– Но я же не отказалась просветиться в сложных вопросах коневодства! И добросовестно согласилась осваивать основы рукопашного боя без оружия! И даже проявила восторг и благодарность за то, что именно Светлый Вождь лично займется моим обучением! А насчет остального… Пускай сам придумает, большой уже мальчик! – Норка, вставая, независимо тряхнула волосами.

– За ним-то как раз не заржавеет, – пробормотала я, провожая взглядом удаляющуюся гордо выпрямленную фигурку, – придумщик он что надо… лишь бы не перестарался!

Мы стояли у околицы небольшой деревеньки, куда привела начавшая зарастать колея. С небольшого возвышения хорошо просматривались домики, переполненные крапивной зеленью огороды, заборы, но… нигде никого, даже ворон.

– Последствия Темных лет? – Норка первой рискнула нарушить неприятную тишину.

– Вряд ли, – качнула я головой, пытаясь разобраться в ощущениях. – «Чистильщики» вырезали бы всех сразу, а посевы и постройки пожгли бы… Видишь, в одних домах окна-двери заколочены, в ограде все прибрано, значит, хозяева уезжали в надежде вернуться. А другие стоят нараспашку и налицо бедлам…

– Будто их застали врасплох?

– И вообще, здешние обитатели погибли примерно в одно время и не от оружия.

– ???

– Как бы объяснить… Возьмем, например, хорошо известную мелодию. Ты сможешь различить, на чем ее сыграли – на рояле, арфе или балалайке?

Выразительное фырканье дало понять яснее некуда, что думает госпожа Леона по поводу моих сомнений в тонкости ее слуха.

– Так и каждая смерть имеет свои особенности в зависимости от причины, можно сказать, свой вкус и цвет…

– Но что же тогда…

– Пока не знаю…

Агат послушно двинулся вперед, ускоряя шаг.

– …Только ночевать здесь и врагу не посоветую!

Через деревню мы проскочили бодрой рысью, но уже на выезде пришлось притормозить. Большая добротная изба, стоявшая на отшибе, в сенсорном поле полыхнула жутковатым сочетанием опасно-болезненных красок… Еще в сенях я почувствовала странный запах, едва уловимый, но запоминающийся, от которого у моей тигриной ипостаси шерсть поднялась бы дыбом. А от картины, которая открылась взгляду с порога, ощетинился бы даже Колобок, обладай он «скрытым зрением»…

Всюду пыль, паутина и почему-то пятна сажи, хотя следов пожара нет. В самой большой комнате, почти лишенной мебели, посреди пола и у окна, явно разбитого извне, обнаружилось два комплекта мужской одежды примерно пятидесятого и шестьдесят второго размера. Причем вещи не брошены кучей, а лежали в определенном порядке, который подразумевал наличие внутри тел хоть в каком-то состоянии, но… Вокруг них едва заметной полосой обозначились края высохших луж какой-то жидкости, возле меньшей рубашки валялся приличных размеров камень с острыми краями…

Пока друзья осматривались, я пыталась понять, что за странные следы засекла моя дополнительная сигнальная система. Нечто бесформенное прошлось-прокатилось по всему жилищу, останавливаясь возле тогда еще тел и кухонных полок, а после через щель у порога просочилось во двор, где невнятные отпечатки успело смыть недавними дождями…

– Что скажут многоуважаемые друзья-соратники?

– Этот, – придворный чародей указал на комплект поменьше, – при жизни явно умел пользоваться магией.

– И явно выжил из ума. – Я наконец разобралась в цветовой гамме остаточного свечения.

– Неплохие «игрушки» он при себе носил…

– У второго была всего лишь одна вещица, зато какое прикрытие обеспечивала! – подключился и Призрак. – Он сумел подобраться незамеченным, через окно залезть в жилище колдуна и огреть его по маковке тем камушком. Только что дальше – неясно…

– А почему нет ни крови, ни прочих жидкостей? И куда девались останки?! – Подруга заметно нервничала.

– Может, первый успел перед смертью наслать на второго заклятие? – подумал вслух Нортис.

– Которое заодно заставило исчезнуть его самого? – хмыкнул Тханимар. – Или сейчас оба трупа гуляют по округе в чем мать родила?!

– Да уж, зомби-эксгибиционисты – тот еще аттракцион, тем более когда бесплатно! – Я передернула плечами. – Но мечтать не вредно – следы вокруг не человеческие… И старые, так что это непонятное давно уже отсюда умотало, после того как вычистило всю животную органику.

– Думаю, нам тоже не стоит задерживаться! – Наш маг решительным жестом потянул с плеча сумку. – Приберем здесь и пойдем.

Под его водительством было натаскано множество сухого хвороста и разложено кучками в определенном порядке по периметру избы. Пока мы накрывали дрова соломой, он что-то колдовал внутри – через наглухо закрытые окна виднелись только синие и зеленые вспышки. Затем он вышел за ограду, знаком отослал нас на безопасное расстояние и с разворота запустил в сторону дома горсть мелких, но увесистых шариков, похожих на свинцовые. Они, вполне самостоятельно выбирая дорогу, равномерно распределились по всем попавшимся поверхностям, и через пару секунд раздался глухой хлопок. Земля под ногами ощутимо дрогнула, обреченную постройку окутало плотным кольцом багрового дыма, который стал сворачиваться в классический «гриб». Из его центра ввысь взвился длинный язык ядовито-зеленого пламени, распространяя запах сероводорода, и опал с громким шипением. Когда свежий ветерок развеял последствия наших действий, стало видно, что на месте взрыва осталась неожиданно глубокая воронка идеальной формы, в которую тут же начала набираться вода.

Многое по поводу происходящего в этой живописной местности прояснилось на следующую ночь. Весь день мы то и дело натыкались на небольшие поселения, в которых начисто исчезла вся позвоночная фауна. Проверять, не валяется ли где одежда, лишенная содержимого, не было необходимости, другие признаки свидетельствовали о том, что причина запустения та же. Мне буквально резали сенсоры следы чужих эмоций, среди которых самым сильным был «запах» страха.

Страх тоже бывает разный. Одно дело, когда в округе обнаруживается – не дай бог! – стая бешеных волков или медведь-шатун-людоед… Страшно? Да! Но при этом на волне закипающего раздражения и досады на не вовремя обнаружившуюся закавыку в жизни как никогда согласованно и бодро начинают шевелиться извилины в поисках решения, которое и опасность устранит, и обойдется как можно дешевле для решателя… Сейчас я «видела» следы совсем другого страха – панического, до потери памяти и речи, который затопляет разум, не давая работать в поисках выхода. Страха перед неведомым, которое, даже будучи безобидным, пугает само по себе…

Недвусмысленное погромыхивание в нависших над самой головой тучах быстро убедило нас в необходимости поиска укрытия на ночь. Кстати, меня в последнее время терзали смутные сомнения… Мне кажется, или в самом деле слишком уж часты грозы? Как-то подозрительно стали они совпадать с особо тяжкими ситуациями, в которые мы то и дело попадаем… Может, происки врагов? Сидит какой-нибудь злыдень с метеорологическим уклоном и насылает на бедных нас погодные неурядицы в надежде, что всю нашу дружную компанию переукокошит молниями, заодно испепелив на месте… и на погребении, кстати, можно будет сэкономить!.. Хотя это может быть и моей паранойей, и просто с летом повезло…

Так или иначе, а мокнуть не хотелось, и я вовремя успела «высмотреть» в глубине леса небольшой хутор на берегу речушки, куда и поспешили направить коней. Это поселение тоже оказалось брошенным, причем совсем недавно и спешно, о чем говорило полное отсутствие хозяйских пожитков и царящий беспорядок вкупе с незаколоченными проемами. Но здесь, по крайней мере, никто не умер непонятной и безвременной смертью, поэтому мы, наскоро воздав хвалу небожителям, стали устраиваться на ночлег.

Позже, во время «разбора полетов», каждый из нас по-своему дивился тому, насколько было затуманено сознание. Любой из нас мог насторожиться, помня о том, что какая-то неизвестная злобная сущность выкосила массу живности по всей округе, но никто – ни бывший наемный убийца, ни бывалый воин, ни маг высокого класса, ни мое проницательное величество не отнесся всерьез к возможной угрозе. Как еще хватило ума обвести дом защитным кругом и выставить посменную охрану!.. Толку от этого, правда, оказалось немного…

Посреди ночи я проснулась от неудержимого желания выйти наружу… Нет, совсем не по той причине, что первой приходит в голову! Где-то рядом изнывал и маялся кто-то измученный и одинокий… Я сонно чертыхнулась и побрела к выходу, забыв при этом про куртку и обувь, что должно было насторожить само по себе. Наш дозорный стоял неподвижно как изваяние и смотрел прямо перед собой широко раскрытыми глазами. Я отметила его немигающий взгляд и то, что дыхание было слишком уж ровным для бодрствующего, но и эти странности не задержались в сознании, блокированные доминирующей установкой: «Все спокойно!» Даже почему-то нисколько не озадачил тот факт, что наш сверхбдительный четвероногий страж сейчас валялся в ногах у хозяина в блаженной позе кверху мохнатым пузом и смачно похрапывал во сне, периодически чавкая и пуская слюни.

«Все спокойно, все настолько спокойно, что спят все поголовно…» Словно чей-то вкрадчивый шепот навязчиво шелестел над ухом, заволакивая разум плотным душным туманом. Только неизвестно чья тоска и загнанные вглубь страдания продолжали вести меня за собой в самую гущу леса. Я механически переставляла ноги, практически продолжая спать на ходу, пока не начала приходить в чувство. Должно быть, замерзли босые ступни, прошлепавшие по всем попавшимся на пути лужам, а потом неприятно собралась пупырышками кожа под одеждой, промокшей от сбитой с кустов дождевой воды… А может, едва уловимое ощущение узнаваемой опасности заставило всколыхнуться полусонное сознание?.. В конце концов я встала посреди небольшой полянки, стуча зубами, ворча, ежась и недовольно щурясь в мокрую темноту. Едва уловимое движение где-то сзади заставило встряхнуться и запустить сенсоры, но полученная картинка ничего не прояснила, напротив – озадачила еще больше.

– Что это за?!

Непонятное явление скользнуло ближе и замерло, явно выжидая. Человеческие глаза видели что-то вроде ожившего жидкого киселя, отсвечивающего серебром в свете лун, успевших появиться на очистившемся от грозовых туч небе. Более детально рассмотреть его не удавалось, так – большой, размером с ларек с шаурмой, сгусток непроглядной темноты, постоянно меняющий форму и к тому же спрятанный за почти непроницаемой завесой из мелких, но ярких бликов.

Ясно, имеем дело с гостем из-за Границы… Похоже, именно его «пригласил» в свое время тот колдун, от которого даже трупа не осталось! То ли мания величия одолела не в меру, то ли просто решил опробовать в действии редкий артефакт, главное – результат. Похоже, та ядовитая заокеанская зверушка была результатом первых опытов по перемещению живых существ, следующие поползновения носили уже за-Граничный характер. И еще больше похоже на то, что в настоящий момент я вижу на расстоянии броска причину того, что здешние поселения так обезлюдели, обезлошадели, обессобачели, даже обескрысели и так далее в том же духе…

Пока я прозревала и решала, стоит ли прямо сейчас начинать радоваться своей догадливости или все же лучше подождать хотя бы до утра, «причина» плавно скользила ко мне по мокрой траве, а меня снова захлестнули чужие эмоции. Мне кажется или… эта тварь пытается передо мной извиниться?! Но при том не собирается отказываться от намерения мной перекусить, хотя и удивляется, что я не бегу прочь, потеряв память от ужаса… Правильно, страха и близко не было, зато меня начало трясти от злости: какая-то нетутошняя фигня даже без формы, запаха и любых других опознавательных признаков собралась добавить меня и, надо полагать, моих друзей до кучи, к уже сожранному за это время животному белку! А подавиться не желаете ли?! А то за нами не заржавеет!

Нэфи, переставший быть просто украшением при первых же признаках выхода меня из душевного равновесия, без колебаний выдохнул в сторону опасности плотный огненный шарик размером с апельсин. Темный сгусток ловко уклонился в сторону – шар влепился в замшелый древесный ствол и с громким треском рассыпался на искры, а вместо неведомой угрозы на краю полянки образовался пень. Самый обыкновенный остаток дерева, старый, весь в светящихся гнилушках и поганках… только в сенсорном поле он смотрелся по-прежнему, то есть никак не похоже на обычные пни.

– Даже не надейся, не прокатит!

Мое раздраженное фырканье заставило хитрый объект снова двинуться вперед, растекаясь в темную лужу. Фадик ответил мощной струей бело-красного пламени, которая оставила в почве неглубокую дымящуюся борозду, ровную как по линеечке. Существо задержалось у этой недвусмысленной границы, помедлило и возобновило перетекание к моим ногам. Еще порция огня – «лужа» вдруг выстрелила вверх и в стороны мириадами крошечных серебрящихся капель, словно взорвалась какая-нибудь ртутная бомба. Это мерцающее облако понеслось ко мне, разрастаясь во все стороны, чтобы окружить наверняка, но на сей раз в игру вступил медальон. Вспышка изумрудно-золотистого света ударила плотной круговой волной, разбросав агрессивную мелочь по сторонам…

– Что, выкусил?! Не на ту напал!

Аморфный настырник упорно не желал сдаваться. Облако уплотнилось и засеребрилось пугающе большим сгустком текучей субстанции вроде жидкого металла. Это напомнило мне известный персонаж из «Терминатора-2», поэтому скорее позабавило, чем испугало.

– И это все?! Плавали – знаем!..

Сгусток тут же прянул в мою сторону доброй сотней тонких игольчатых змеек с непропорционально большими разверстыми пастями – я только расхохоталась в ответ, глядя, как игольчатые зубы бессильно вязнут в сиянии медальона:

– И такое видели! Привет, Серлина![9]

Иномирского хищника, видимо, вконец оскорбила моя несговорчивость: он снова стал сгустком и, подобно гигантской амебе, шустро заперетекал, шлепая ложноножками по лужам, в обход меня куда-то в темноту. Мне страшно хотелось присесть, а еще лучше прилечь, я уже почти решила не обращать внимания на сырость, как внезапная мысль заставила подскочить на месте. Со мной-то эта тварь познала всю тяжесть облома, значит… попробует утолить голод остальными?!

Как же я бежала! Как же, оказывается, далеко меня угораздило забрести! Как же густо здесь растут эти чертовы колючие кусты! Как же трудно было «докричаться» до Призрака… но удалось – и слава богу!..

Нэфи, повинуясь приказу, струйкой дыма соскользнул с плеча и давно меня обогнал, поэтому, ворвавшись в знакомый двор, я увидела дивную картину: друг против друга на расстоянии нескольких метров замерли, вздыбившись, огромная огненная кобра и серебристо-текучий сгусток… Разъяренная рептилия закрывает собой бледную как снятое молоко Вячеславну, которая пытается вжаться спиной в забор… Нортис и Тарглан с оружием наголо возле моей подруги… В дверном проеме Тханимар, запускающий пригоршню крупного, мерцающего зеленым песка в свободный полет в направлении неведомой твари… Броул припал к земле перед прыжком…

Я сморгнула, и действо из режима замедленного кино стало нормально динамичным. Песчинки, попав на серебрящуюся поверхность, заставили странную субстанцию расползтись до дыр, превращая существо в уродливое кружево… правда, ненадолго. Разновеликие обрывки тут же собрались воедино, и по двору стремительно растеклись тускло серебрящиеся ручейки, отделяя нас друг от друга. Маг успел поймать в откуда-то выуженную склянку один из крохотных клочьев и скрылся в доме, крикнув что-то на бегу.

«Он просит продержаться еще немного!» – Светлый Вождь не стал тратить силы на крики, предпочитая совершать активные движения для отвлечения голодного монстра, который безошибочно вычислил самую беззащитную цель и теперь остервенело к ней прорывался.

«Просит – значит, продержимся!..» – Как на грех, ни камешка под руками… вернее, под ногами!

«Стой на месте, сами справимся!» – Он уже лихо фехтовал подобранным где-то колом, заставляя текучую «ртуть» метаться в разные стороны и вспучиваться длинными языками. Нортис использовал для доставания монстра длинный кинжал.

«Ну да – и все веселье пропустить?!»

Мне с трудом удалось оторвать от забора крайнюю доску, и я, выплескивая адреналиновый подъем в боевом кличе, который мог бы соперничать с туманной сиреной, ринулась на врага. Не спешите с комплиментами моей отваге, ведь я уже знала, что мою защиту ему не одолеть!.. И сама идея оказалась так себе в смысле результативности – по цели я не попала. Просто потому, что она рассыпалась мелкой тускло светящейся пылью (от моего истошного вопля, не иначе!), которая свела и без того неважную видимость на нет, а в следующий момент занесенная для удара деревяшка едва не угодила по темечку… высокочтимой госпоже Леоне! Которых почему-то стало две…

Я каким-то чудом замерла на полушаге, крик застрял в горле. Обе Норки тоже изображали статуи, тараща на меня округлившиеся глаза. Судя по приглушенным возгласам из-за спины, соратники озадачились не меньше. Парой мгновений позже картина происходящего снова смазалась, и на сей раз количество подруг стало прежним, зато удвоился Нортис… Когда фокус повторился уже с Таргланом, один из них с гневным ревом достал в прыжке другого и с размаху всадил ему в грудь изрядно потрепанный дрын, а после вцепился в горло… Но жертва ярости, вместо того чтобы упасть бездыханной, вытекла из рук примерно полутысячей мелких струек и собралась в распластанную по земле амебу, которая снова стала вспучиваться жадным языком.

Неизвестно, сколько бы мы еще так развлекались, но вмешался рыжекудрый маг. Прямо над нашим незваным гостем распахнулось «окно», в которое со свистом начало затягивать воздух и мелкий сор, прозвучало короткое, но эмоционально высказанное заклинание – и портал закрылся. После того как в него со смачным звуком всосало эту хлюпкую тварь… Мне показалось или она сама туда прыгнула, успев плеснуть мне по сенсорам вспышкой радости и облегчения?!

От воцарившейся тишины заложило уши. Я, внезапно растеряв и силы, и боевой задор, осела в заросли мокрой лебеды, Норка медленно стекла по забору. Мужчины кинулись к нам, помогли вернуться в дом… Еще некоторое время потребовалось на то, чтобы развести огонь, согреть воды, отмыть чумазых нас, отпоить всех отваром с добавлением подходящего зелья из моих запасов и расползтись по спальным местам.

Упомянутый выше «разбор полетов» смог состояться ближе к полудню, когда отдохнувшие мы подкрепили силы основательной трапезой. Сначала разговор шел о том, какой дорогой двигаться дальше, но тут Норка робко поинтересовалась, насколько велика вероятность, что та забавная тварюшка путешествовала не в одиночестве. Все дружно посмотрели на меня, но я покачала головой.

– Значит, подобных сюрпризов больше не ожидается?

– Если верить моим сенсорам, это был единственный экземпляр.

– Зачем тебя все-таки понесло среди ночи в лес?! – Это Светлый Вождь предпочел общепринятый способ узнать желаемое.

– В том-то и дело, что понесло – на страдальческой волне, помочь хотела…

– Как же аморф смог на тебя воздействовать, минуя силу медальона?!

– Так магического воздействия и не было! Как и опасности – сначала… Сработала моя сверхчувствительность к чужому состоянию, от нее ведь не избавишься как от вредной привычки по собственному желанию и не заблокируешь… А эта живность мучилась по-настоящему. – Я поежилась, потому что память постаралась как никогда и вытащила из вороха свежих впечатлений самые яркие.

– То есть?!

– Судите сами: его выдернули в чуждый мир, не спрашивая согласия и без надежды на возвращение, есть приходилось кого попало и когда придется…

– Значит, оно страдало от истощения и несварения?

– И не только. Если верить ощущениям, это стайное плотоядное, и в одиночестве здесь ему было плохо, страшно и тоскливо, не говоря уже о невозможности охоты на крупную дичь.

– Это что же – мы его еще и пожалеть были должны?!

– Не должны, это личное дело каждого, но понять можно. Хищник ведь нападал не в силу паскудности натуры, а просто потому, что хотел выжить хоть как-нибудь. В ближайших поселениях удобоваримые организмы закончились, к отдаленным надо было еще дойти, но добрые небеса послали нас…

– Та еще доброта – подразнить и обломать… и разозлить вдобавок! – Подруга передернула плечами.

– Как оказалось, все к лучшему, – философски заметил Тханимар. – Злость отшибает способность к рациональным действиям, вот это создание и поперло на рожон! Проникнуть в дом не получилось, поэтому оно попыталось выманить кого-нибудь наружу, убаюкав остальных. Естественно, первой зацепило «видящую» из-за повышенной чувствительности.

– Когда же добыча оказалась не по зубам, существо потеряло голову… или что там у него при такой анатомии в ответе за координацию?! – подхватила я. – В общем, пока мы утаптывали грязь во дворе, наш многомудрый и очумелый – в смысле ОЧень УМЕЛЫЙ! – чародей разобрался с помощью найденной вещицы, откуда был позаимствован этот прожорливый экземпляр, и смог отослать его по обратному адресу…

– Но как тебе так быстро это удалось?! – Вячеславна смотрела на мага с явным уважением.

– Подсказки были хороши! – скромно улыбнулся островитянин. – Уж не знаю, где тот колдун разжился кулоном-перемещателем, но наверняка решил с его помощью обзавестись экзотическими питомцами в качестве доказательства своего могущества – кстати, весьма сомнительного. Действительно могучие волшебники не нуждаются в самоутверждении подобным способом… Как я понимаю, сначала он попробовал переселить в наши края заокеанского зверька, потом захотел заглянуть и дальше. Только вот справиться с иномирским созданием не смог, зато оно вполне справилось и с ним, и с тем, кто пришел его убить, и со многими другими…

– Значит, удалось использовать его же артефакт?

– Как чувствовал, прихватил его тогда! У таких вещиц есть своего рода память, и умеючи можно без труда определить, в какую именно часть подлунного мира – и какого именно! – запускались любопытные ручонки. Подобранная во время драки частичка субстанции тоже кое-что подсказала, прежде чем рассыпалась в пыль, остальное вы видели…

Оставалось только порадоваться, что не пришлось возиться с полоумным колдуном – иномирский хищник разобрался с ним своими силами.

Глава 4

Очередной день путешествия бодро катился к закату. Одолев равнину, которая когда-то была кочковатым болотом, все вымотались настолько, что решили устроиться на отдых раньше обычного, как только добрались до леса. Мужчины занялись обустройством лагеря, мы с подругой двинулись на поиски дров и воды. Через некоторое время основательная куча хвороста радовала глаз. А вот со второй частью поручения было худо – несмотря на явное отсутствие засух в этом регионе, никакие ручейки, а тем паче более крупные водоемы не спешили обнаруживаться в пределах досягаемости, что не могло не озадачить.

– Может, с картой что не так? – Норка, пыхтя, выкарабкалась из оврага и села перевести дыхание на буйно поросший кудрявым лишайником ствол давно поваленной березы.

Я села рядом, вытащила из кармана и развернула потертый пергамент.

– Кабы знать! Мы совершенно точно прошли здесь и попали на это место. – Кончик пальца уверенно скользнул в обход заштрихованной черным старой гари и задержался на зеленоватом пятне, обозначавшем долину, в которой встречались русла сразу трех небольших речушек. – А как раз на дне доблестно вытоптанного тобой оврага, между прочим, обязан протекать крупный ручей, впадающий сюда!

– Может, мы просто не дошли до него? – Вячеславна деловито вытрясла из обуви мелкий сор и снова затянула шнурки. – Прогуляемся подальше, не возвращаться же без воды!

– Рыть колодец будет сложнее, – согласно кивнула я, вставая и сворачивая карту нужным участком кверху. – Сейчас мы примерно вот на этом бугорке…

Прогулка начинала нешуточно утомлять. Мы шли вдоль оврага, время от времени спускаясь по неровному, сплошь заросшему склону в самую прохладно-темную глубину, добросовестно совали носы в каждую щель, раскапывали ямки под замшелыми камнями, но… никаких признаков источника воды по-прежнему не наблюдалось. Мало того, попытки просканировать местность выдавали безмятежную картину, вполне соответствующую карте, – ручей на дне оврага давно успел впасть в самую мелкую из речушек, она же соединялась еще с двумя, причем чуть ли не в трех шагах от нас!

– Что за чертовщина?! – Я с остервенением содрала с лица очередную порцию липкой паутины, коей все здешние кусты были напичканы сверх меры.

– Тьфу! Кстати, очередная непонятка: паутины полно, а где пауки?!

– Ты так по ним соскучилась?

– Не особо, но ведь и комаров тоже не видно. – Я упорно пыталась найти причину все возрастающего беспокойства.

– Стараниями наших соратников с мясом проблем как раз нет, – хмыкнула подруга, с треском продираясь ко мне через густые заросли ежевики. – Чайку бы…

– Да и птиц не слышно… Стоп! – До меня дошло еще одно несоответствие: несмотря на затянувшуюся прогулку, Призрак до сих пор не забил тревогу, хотя, как правило, и недолгое мое отсутствие провоцировало его на мысленный диалог, отчего я временами ворчала, мол, даже в кустики-то спокойно не отойдешь. – А почему все радиостанции молчат?!

Не дожидаясь ответа, я сама позвала его и… Угадайте с трех раз! Правильно: ни-че-го! Примерно тот же эффект получается, если кричать, уткнувшись лицом в огромную подушку…

– Заблудились? – не то спросила, не то констатировала Норка, оглядываясь по сторонам.

– Это как же надо было постараться?! – хмыкнула я, попутно раскатывая «поисковую сеть» в обратном направлении, чтобы сориентироваться, насколько сильно мы удалились от лагеря. – Топали все время вдоль оврага, никуда не сворачивали…

– А ты уверена, что сам овраг никуда не свернул?

– Что?! – Я вросла в землю на полном ходу, не веря ни глазам, ни ушам.

Высказывание пришлось как никогда к месту: на полученной сенсорами «картинке» ценой немалого перенапряжения моих силенок вылепился наконец истинный рельеф местности, как бы запечатленный с приличной высоты. Но теперь было ясно, что карту можно смело выкрасить и выбросить, желательно забыв, куда именно, потому что на пергаменте вышеупомянутая складка на местности шла строго на северо-восток, до места соединения трех рек, а вот на деле…

Не может быть! Я повернулась и решительно зашагала вниз по склону, приминая высокие папоротники, но пройти удалось немного. Если верить увиденному в сенсорном поле, проложенная мной стежка вела по закругленной поверхности вверх! От наложения настолько противоречивых картинок у меня резко закружилась голова, и я шлепнулась там же, где остановилась.

– Тебе помочь?!

– Да! Замри там, где стоишь! А теперь посмотри вверх… Что видишь?

Озадаченное молчание было красноречивее любого ответа. Значит, и я не страдаю глюками… хотя неизвестно, что лучше! Пока мы шли среди вековых деревьев, бесполезно было и пытаться что-то разглядеть сквозь густые кроны, а теперь из положения лежа на спине сколько угодно можно любоваться на участке чистого неба над оврагом дивной картиной линии горизонта, замкнутой в небольшое кольцо на месте куда-то исчезнувшего солнца…

Я зажмурилась, потрясла головой – не помогло. Тогда вся надежда на сенсоры… но и с ними творилось что-то неладное, как будто работал телевизор с неисправной антенной!.. Третья попытка вывела меня из себя, я выругалась от души, сосредоточилась, напряглась до звона в ушах и зубовного скрежета – и получила-таки результат, в который сначала отказалась поверить.

– Значит, это не обман зрения?! – Подруга уловила главное.

– И не сон, и не дурацкая шутка. – Я поднялась, отряхнулась и стала карабкаться наверх. – Помнишь, у тебя в детстве был сувенир… снежный шар, кажется?

– Конечно! – заулыбалась Вячеславна. – Прозрачный шар, в котором снеговики водили хоровод вокруг елки, а на них сыпался снег, если потрясешь игрушку. Правда, подсветка быстро сломалась…

– Говоришь, подсветка…

Память лихорадочно зашуршала страницами недавних событий. Так, сначала мы шли как обычно, а вот когда во второй раз полезли вниз по склону и угодили в непроходимые заросли каких-то колючек… ну-ка, помедленнее – вот оно! Пока мы со смехом и разнообразными комментариями помогали друг другу выпутаться из цепких ветвей и при этом оставить себе хотя бы немного собственной кожи, высоко в небе полыхнуло что-то вроде горизонтальной круговой молнии, заставив дневной свет померкнуть на доли секунды.

– А с чего вдруг ты вспомнила?!

– С того, что теперь наша очередь водить хоровод вокруг чего угодно внутри шарика побольше… Знать бы еще, чья это игрушка!

– Да о чем ты вообще?!

– О том, что нам с тобой отвели роль хомячков, разве что колесо дали поинтереснее – целый участок этого дивного леса, свернутый в огромную сферу. И постороннюю живность убрали, так что даже комары досаждать не будут!

– И кто здесь такой заботливый?!

– Лично меня больше интересует, на что еще у него фантазии хватит…

Этот неизвестный «кто» словно ждал подобного вопроса. Картина окружающего мира в тот же момент мигнула и сменилась. Теперь вместо леса можно было полюбоваться на интерьер старой, но вполне действующей подземной темницы: крохотная камера с низким заплесневелым потолком, тяжелой дверью и маленьким зарешеченным оконцем в самом верхнем углу. Забранное прутьями отверстие в полу, куда стекала струящаяся по дальней стенке вода, потемневшие от времени деревянные щелястые односпальные нары, прикрытые клочьями полусгнившей соломы, крысиный писк из-под них и стойкий запах тлена…

Что бы ни задумал организатор этого аттракциона, запудрить мне мозги ему не удалось. «Скрытое зрение» выдавало прежнюю картинку – вид на сферу изнутри. Значит, все, что видимо стандартным зрением, не более чем искусный морок, с помощью которого кто-то пытается давить на психику. Ну-ну, посмотрим, чем еще нас порадуют, заодно и увидим, у кого нервы крепче!

Сидеть было темно, сыро и скучно. Разве что на духоту было бы грех жаловаться: температура явно была не выше нуля, и откуда-то по ногам тянуло мощным сквозняком. Уже через каких-нибудь полчаса мне начали вспоминаться толстые вязаные свитера, желательно больших размеров, чтобы можно было натянуть и на коленки, куртки на меху, шубки, желательно в пол, и многие другие теплые вещи… За неимением ничего из вспомнившегося возникло необоримое желание изобразить подобие сиртаки, на худой конец – в одного поплясать вприсядку. Или наконец-то всерьез взяться за освоение канонов ирландской чечетки… Да и лезгинка или цыганочка с выходом из-за нар оказались бы очень даже к месту! Впрочем, с простором, чтобы разгуляться как следует, было не особо кучеряво, пришлось импровизировать с тем, что имелось.

Вдох глубокий, руки шире…[10]

Кто бы видел сейчас мое величество, которое посреди крохотного свободного пятачка с жизнерадостным пыхтением выполняло в ускоренном темпе элементы утреннего комплекса упражнений для старшей группы среднестатистического детского сада! Откуда-то издалека и темноты донесся звонкий голосок моей подруги, которая, судя по увиденному в сенсорном поле, с энтузиазмом поддержала мое полезное начинание. К тому же и слова знала не хуже меня…

– Ий-й-йэх!!! – в один голос выдохнули мы, переходя к следующему куплету и прыжкам на месте для ускорения процесса восстановления кровообращения в нижних регионах закоченевших организмов. Одной песни оказалось маловато, и мы, не сговариваясь, перешли на другой репертуар.

Завела себе миленка,

Больше всех его люблю!

Пусть попробует изменит –

Из ухвата застрелю!

Вячеславна тут же подхватила под ритмичный перестук подкованных сапог:

Если милый расшалится

И налево навострится –

Оторву ему ногу́

Да присобачу кочергу!

Не ногу́, а но́гу!

Но так и быть, помо́гу! –

отозвалась я с ходу под одобрительно-заразительный смех.

Норка, явно в расчете на мои сенсоры, которые в темноте работали еще лучше, изобразила, несмотря на тесноту, почти безукоризненный реверанс и продолжила:

Как в разлуке слезы ли́лись –

Наводнение случилось!

На свидании волнение –

Вот и землетрясение!

– О как! – покачала я головой, состроив глубокомысленную гримасу. – А ученые-то, поди, напрочь все извилины повывихнули – чегой-то деется в природе?!

Следующую частушку на злобу дня мы выдавали с особым воодушевлением во всю мощь молодых голосовых связок слаженным дуэтом:

Милый, лихо не буди

И по девкам не ходи:

Дурным словом не обижу,

Оторву лишь все, что вижу!..

Дальнейшее цитировать, пожалуй, не стану. Чего уж там, признаюсь как на духу – мы обе страстно любили этот жанр народного творчества, ну а ненормативная лексика… куда же без нее с учетом ситуации!

Долго нам резвиться не дали. Окружающая обстановка (видимо, не оправдавшая надежд!) заколыхалась, очертания предметов стали размытыми, потом растворились в густом тумане, который вдруг исчез и явил антураж еще более удручающий. Теперь вокруг расстилалась иссохшая каменистая пустыня, над головой нещадно палило близкое солнце крупнее привычного раза в три, а мы с Вячеславной стояли навытяжку, едва касаясь ногами опоры, прикованные тяжеленными цепями к толстенным столбам…

– Приехали!..

– Что за дурацкие шутки?! – Подруга возмущенно звякнула железом. – Кому-то по жизни всерьез недодано люлей!

Словно в ответ на ее гневное пыхтение воздух над нашими головами сгустился, плавно свернулся в темную воронку, из которой на хорошей скорости вырвалась целая стая жутких тварей. Больше всего эта мерзость напоминала выбеленные временем скелеты мелких птеродактилей с горящими красным глазницами, четырьмя трехпалыми конечностями с непропорционально длинными когтистыми пальцами, длинными шипастыми хвостами и раздвоенными языками, с которых капала вонючая слизь. Летучая гнусь металась вокруг, издавая пронзительно-скрипучие взвизги, задевала холодными кожистыми крыльями по лицу, но как только первый из них отважился протянуть когти к моей прическе… Вспышка золотистого сияния отбросила тварей с такой силой, что слышен был хруст костей до того, как они угловатыми комками осыпались на растрескавшуюся землю.

– Браво! – Голос, тихий и бесстрастный, шелестел как опавшая листва. – Очень убедительно. Теперь нет сомнений.

– В чем?!

– Какого черта?!

Оба вопроса были невежливо проигнорированы.

– У вас есть то, что мне нужно. Вы не сможете покинуть сферу, пока я не получу желаемое.

На некотором удалении от нас возникла высокая фигура. Сначала показалось, что это традиционное одиозное воплощение образа смерти с косой, но в следующий момент стало ясно, что черное одеяние представляло собой не балахон с капюшоном, надетый на улыбчивый скелет, а просто сплошной кусок ткани, наброшенный на нечто почти антропоморфное так, что скрывало его с большим запасом. На «шее» болталось несколько подвесок на цепочках разной длины и толщины, а косы не было вовсе. Таинственности добавляло и то, что необычный индивид висел в воздухе – между подолом и поверхностью земли не просматривались ноги, да и рук разглядеть не удалось – так, сгустки темноты в складках плотной материи…

Попытка сканирования благополучно провалилась: объект и в сенсорном поле выглядел непроницаемо-черным пятном, разве что почему-то возникла уверенность, что это существо весьма почтенного возраста. И опасно всерьез, если брать во внимание количество ледяных, особо крупных мурашек, суматошно бегающих по всему телу… Но показывать врагу свой страх – последнее дело!

– Ай-ай-ай, на старости лет не даешь проходу девушкам!

– Мне больше лет, чем вы в состоянии себе представить. – Интонаций нисколько не прибавилось. – Человеческие самки не представляют интереса для меня. Вы здесь по другой причине. Мне нужен медальон.

– А губа у нас не дура! С чего ты взял, что мы разбежимся преподнести его на блюдечке с голубой каемочкой?!

– С того, что иначе вам придется довольствоваться моим обществом, и не могу обещать, что это времяпрепровождение станет приятным для вас. Хотя бы потому, что запасы воздуха внутри сферы не бесконечны.

– Так ведь и ты в этой же ловушке?!

– О себе я позаботился заранее.

– Вот, значит, насколько все сурово…

Угроза не была пустой. В свое время Тханимар основательно просветил мое любознательное величество в отношении всяческих пространственных искажений. Технически для сильного мага не так уж сложно свернуть небольшой участок мира, и попавшие внутрь даже не заметят этого, пока не попытаются выйти за пределы сферы. И проблем с воздухом не будет, если оставить входные и выходные отверстия на «полюсах». Это требует большого мастерства и колоссальных затрат энергии, но и просуществует этакий бункер намного дольше. В нашем же случае у мастера магии не было причин обеспечивать пленников комфортными условиями… Наоборот – отсутствие «форточек» только сыграет ему на руку вкупе с воздействием на психику, инстинктом самосохранения и необходимостью скорейшего разрешения семейно-государственных проблем!

– Надо полагать, эти киношные страшилки с цепями, темницей и гнуснопакостными монстрами затевались для убедительности?

– Нашел кого и чем пугать! – поддержала разговор Норка. – Ты голливудских ужастиков не видел…

– Достаточно того, что их видели вы. В моих силах отыскать в глубинах памяти самые жуткие воспоминания и предоставить вам возможность познакомиться с ними как можно ближе. В реальности подобных явлений вы уже убедились.

– И ведь не поспоришь! – Меня передернуло при взгляде на темную кучу слабо шевелящихся «птеродактилей». Вокруг нее расплывалась впечатляющая лужа крови, распространяя непривычный запах, от которого уже свербело в носу.

– Это всего лишь начало.

– Так, в ход пошли угрозы… – Когда не имеешь понятия, что делать, лучше всего выждать и попытаться заговорить зубы противнику. – Подруга, тебе тоже уже страшно?

– Вся дрожу, от маковки до пят!

– Что-то не слышно звона цепей!

– Потому что его заглушает стук зубов!

– Так вот в чем дело! – Я добросовестно продолжала тянуть время. – А я-то думаю – откуда бы здесь взялся отбойный молоток… да еще и сверхурочник для работы в воскресенье?!

– Довольно пустых слов! – В голосе явно прибавилось металла. В сенсорном поле было хорошо видно, что лиловатое сияние вокруг черного силуэта обогатилось багровой подсветкой. – Мне нужен только медальон!

– Так возьми его сам! – легко предложила я, потому что прекрасно знала, насколько дохлый номер получится. Этот артефакт можно было получить только путем добровольной передачи под соответствующее заклинание. Снятый с трупа, украденный или потерянный, он становился просто куском уникального серебряного сплава, не больше. Сейчас он красовался на моей подруге, на шею которой был надет после недавнего приключения с аморфом. Произнесенная мной магическая формулировка обязала его заботиться еще и о ней, но права хозяина оставались все так же за мной.

– Ты должна передать его мне из рук в руки.

– «Должна»?! С какой бы радости?!

– Иначе не выйдешь отсюда живой.

– Да с чего бы это тебе верить?!

– Без медальона вы перестанете являть собой помеху моим планам, поэтому ваша судьба, равно как и дальнейшие действия, мне безразличны.

– Что, даже выкупа не потребуешь?! Нет, ну это уже прямое оскорбление!..

Не подумайте, что мне так уж интересно было болтать с этим… Просто я отвлекала его внимание от того, что происходило с тыльной стороны столба. Мой огнедышащий хранитель не забыл о своих обязанностях и сейчас медленно перемещался к месту крепления оков. Так улитка движется по созданной ею самой слизевой дорожке, не беспокоя мягкое тело прикосновением к шершавому субстрату. Только нэфи скользил не касаясь опоры, на десятках микроскопических завихрений энергии, плотно заполнивших сантиметровый промежуток между мной и нижней поверхностью «броши». Добравшись до моих туго стянутых запястий (чего мне стоило не рассмеяться от щекотки, знаю только я!), Фадик остановился, принял излюбленный облик и медленно лизнул холодные звенья цепи своим раздвоенным язычком. Шипение разъедаемого металла было почти неслышным, но я на всякий случай сделала вид, что поперхнулась, громко раскашлялась и выдала еще более громкий и абсолютно непечатный комментарий по поводу совершенно неподходящих для моего содержания условий.

Норка приняла это как сигнал и затянула громко и на одной гнусавой ноте:

– Дяденьканебудьжлобомчеготакойрезкийточтомыплохоготебесделалишлисебеникогонетрогалиойойрукибольноестьпитьхочудомойхочуойеснодушножаркооооооо…

У меня почти сразу повело кожу на спине, у злодея нервы оказались крепче. Балахон по-прежнему висел неподвижно и выглядел как нарисованный, только видимое с помощью «скрытого зрения» свечение полностью окрасилось багровым. Воздух между тем становился все более спертым, наводя на невеселые размышления о том, что надежды противника на взятие нас измором вполне имеют право на сбычу. В смысле – не отберет медальон, так заморит насмерть! Вряд ли рискнет активно лишать жизни посланницу небожителей, но может просто подождать, пока это произойдет само собой… в любом случае устранит главную помеху в моем лице…

Видимо, желание заполучить артефакт было больше запаса терпения – последовала «вторая часть Мерлезонского балета». Опора под ногами растворилась в откуда-то взявшемся тумане, пейзаж изменился. Мы продолжали висеть на теперь уже немыслимой высоте над гребнем горного хребта, безлесные склоны которого терялись в лиловой дымке. Солнце скрылось, пасмурное небо хмурилось над самой макушкой…

У меня закружилась голова. Нет, умом я понимала, что внутри сферы – небольшой, если судить по количеству воздуха, – не может быть настолько впечатляющих расстояний, и это, скорее всего, зрительная иллюзия, но… высота по-прежнему входит в список того немногого, чего я действительно боюсь. До такой степени, что картинка, выданная сенсорным полем, осталась где-то за бортом восприятия…

Вверху щелкнуло, звякнули цепи, освобождаясь от груза… и я едва успела схватиться за них. Руки порядком занемели, поэтому хватка получилась так себе, но я все-таки смогла развернуться лицом к столбу и обхватить его всеми четырьмя конечностями, как последнюю соломинку, прежде чем начала медленно сползать вниз. Сердце сжалось и замерло где-то в районе солнечного сплетения, дыхание перехватило, я зажмурилась и с трудом удержалась от панических воплей… но все закончилось неожиданно быстро. Приземление получилось достаточно жестким, но это было сущей мелочью по сравнению с радостью от возможности чувствовать под ногами твердую землю!..

Моя неожиданная выходка спровоцировала похитителя на решительные действия. Края накидки пришли в движение, словно к подруге протянулись невидимые руки. Норка вскрикнула и закашлялась, а мои сенсоры сделали для меня видимым поток энергии, направленный в сторону подруги. Нет, коснуться ее не позволила защита, ради которой и был передан предмет спора, но начал сжиматься воздух вокруг отчаянно брыкающейся фигурки…

– Оставь ее в покое!.. – Праведный гнев моментально привел меня в чувство. Я вскочила, растирая ноющие запястья.

– Мне нужен медальон!

– Она в любом случае не сможет его никому отдать, потому что не хозяйка!

– Мне безразлично, от кого из вас я его получу!

– …ты получишь! Закатай губу, а то споткнешься!! Фадик!!!

Множество сгустков бело-красного пламени устремилось к противнику и беспорядочно заметалось перед предположительно лицом, заставив отвлечься, чтобы отразить атаку. Тем временем звякнули цепи на втором столбе, и Вячеславна тоже проделала экстремальный спуск, правда, с большей скоростью, чем я. Едва приземлившись, на четвереньках ринулась ко мне, забыв даже подержаться за ушибленные места и посчитать занозы – умница, усвоила, что чем ближе объекты, тем надежнее защита для обоих!.. Я успела принять из ее дрожащих исцарапанных рук медальон и вернуть на свою шею. И вовремя, потому что невидимый враг в привиденческом костюме повернулся к нам и прошипел:

– Отдай его мне!!!

Я ответила красноречивым жестом, не затрудняясь подбором слов и озвучиванием уже подобранных, потому что мое внимание привлекло… не знаю, как и объяснить! Где-то на границе восприятия появилось нечто, не дающее сосредоточиться на всем остальном… Не звук, не запах, не вспышка света, не… Просто невнятное ощущение каких-то почти неуловимых возмущений энергетического поля… и, похоже, за пределами сферы!

Похититель тоже уловил происходящие изменения, которые, видимо, не пришлись ему по вкусу. Он сильно встряхнулся, забренчав бижутерией, и стал полупрозрачным; теперь огненные шары, частыми очередями летевшие в его сторону, проходили сквозь него без видимых последствий. Края одеяния взмыли вверх и сомкнулись над головой, воздух потемнел, налился свинцовой тяжестью и навалился сверху как поршень гигантского пресса, уложив нас на горячие камни пластом.

В сенсорном поле бушевала настоящая буря. Кто-то снаружи пытался растянуть стенки нашего «мыльного пузыря», чтобы проделать проход, а наш похититель сжимал его еще больше. От этого столкновения действий моя голова готова была взорваться, перед глазами кружили яркие цветные пятна, уши заложило как в самолете, а злая сила все настойчивей играла роль соковыжималки…

За спиной едва слышно чертыхнулась Норка, силясь подняться. Правильно, и у меня часто закапало красным из носа, хорошо хоть не на новую рубашку… Еще немного – и кровь просто брызнет во все стороны, как из апельсина, попавшего под автобус! Нэфи, успевший исчерпать боезапас, лежал рядом безжизненной тряпочкой… Вот уже и дышать почти не получается… Кто бы ни ломился к нам снаружи, у него были все шансы не успеть!.. И что же… все?! Да черта с два!!!

Превозмогая тянущую боль в мышцах, я согнула руку, нащупала ставший горячим артефакт, крепко сжала пальцы на его верхней части, глубоко вздохнула и, повинуясь наитию, с усилием вонзила нижний край серебряного ромба в твердую каменистую землю, прохрипев что-то вроде «Мать-земля, помоги… пожалуйста!». И свободной рукой закрыла уши, спасаясь от оглушительного грохота…

Откуда-то из глубины недр накатил шквал нарастающих колебаний. Через несколько мгновений нас подбросило вверх вместе с колоссальным количеством разнокалиберных обломков, но вниз не упало ни камушка. Я только и успела поймать неподвижное тельце нэфи да покрепче ухватить подругу за руку, как вся эта зависшая в воздухе масса колотого гранита пришла в движение. Камни целенаправленно стремились друг к другу, с немыслимой скоростью формируя фигуру огромного… быка?! Для зубра великоваты рога, для буйвола самое то, но с направлением промах – вперед смотрят…

Тьфу, нашла время для изысканий! Главное, что мы угодили на загривок устрашающе рогатого гиганта, который притопнул копытом, подняв тучу пыли, гулко всхрапнул и взмахнул головой, отражая волну лилового пламени… Как выяснилось чуть позже, фокусы с энергетическими потоками ему тоже помехой не стали… Не знаю как, но нам удалось удержаться на ходящем ходуном скоплении угловатых обломков горной породы, пока воплощенный в граните символ земной стихии гонял противника по сильно сократившемуся пространству сферы!..

Фантасмагорическую корриду прервал звук, похожий на треск разрываемой плотной материи. Дальше я видела происходящее в режиме замедленного кино. Недалеко от импровизированной арены распахивается овальное «окно», тут же запущенные сенсоры выдают изображение нашего штатного чародея, который отчаянно машет рукой и что-то кричит. Никогда, наверное, не была так рада его видеть!.. Каменная громадина с грохотом разворачивается, держа на прицеле замершего врага, и привстает на дыбы, поднимая нас вровень с открывшимся проходом. Я передаю Вячеславне Фадика, пытаюсь ее поддержать, пока она не попадает в надежные руки на той стороне… Пытаюсь подняться сама и едва успеваю пригнуться: похититель явно собирался помешать мне уйти, но хвост гранитного быка свистнул над моей головой, удлиняясь на глазах, и опутал строптивца ровными витками по всей длине предполагаемого туловища. В ответ на новую попытку шевельнуться давление усиливается под скрежет остроугольных обломков и, похоже, зубов плененного злодея…

Мои сенсоры давали мне возможность рассмотреть во всех подробностях смену состояния и настроения, не видя чужого лица, – по изменению оттенков свечения, окружающего это странное создание. Уже практически на пороге портала я неожиданно для самой себя вскинула руку, быстро и легко, несмотря на расстояние, дотянулась до стоящего столбом похитителя (и не вздумайте спрашивать как – не скажу даже под пытками, просто потому что не знаю!!!) и сдернула с его шеи одно из украшений. Картина, увиденная в последний момент, еще не раз мне снилась в не самых приятных снах: каменные путы, дрогнув, осыпаются к ногам яростно шипящего пленника грудой безжизненного щебня, окутывая все клубами пыли, пустые рукава взмывают над головой, разодранные полы одеяния хлопают на ветру, ставший низким и вибрирующим голос начинает проговаривать слова доселе неведомого, но наверняка страшного заклинания… и свернувшийся портал отрезает нас от происходящего в покинутом безрадостном участке мироздания…

Яркая вспышка света, шелестящий звук, хлопок – и от наступившей тишины начинает звенеть в ушах. Некоторое время колеблюсь между желанием… нет – острой потребностью выяснить, все ли живы и где находятся, и нежеланием добавить неприятных ощущений и без того отчаянно саднившим глазам. Выбираю третье.

– Ау-у-у! Есть кто живой?!

– А какой ответ больше устроит наше величество?

Так, подруга жива и в сознании, уже радует! Что именно сказал придворный маг, расслышать не удалось, но проблеск живого свечения нэфи, хоть и небывало слабый, успокоил меня окончательно. Я кое-как села, потрясла гудящей головой, обнаружила неподалеку ручей – наверняка тот самый, вначале потерянный! – и то на четвереньках, а то и ползком добралась до спасительной воды. Торопливо умылась, наконец-то напилась, избегая смотреть на свое отражение, и, вдруг обессилев, осела у замшелой глыбы.

– Сама-то в порядке?!

Выше по склону в обнимку с наклонно растущей березкой всхлипывала Вячеславна. Я старательно сконструировала бодрую улыбку – судя по тому, как от меня ломанулись прочь комары, получилось не очень убедительно! – и помахала ей рукой. Норка с трудом отцепилась от дерева, пошатываясь, добрела до меня и шлепнулась рядом на пышный мох. Уткнулась в мое плечо и зашмыгала носом. Я сама с трудом сглатывала горячий ком, подступивший к горлу и не дававший нормально дышать, но не могла позволить себе распускать нюни.

– А ты вправду не позволила бы ему меня мучить? – глухо спросила она в мою мигом отсыревшую до самой шеи рубашку.

– Тебя сейчас послать или по факсу?! – буркнула я, отворачиваясь. – Терпеть не могу отвечать на дурацкие вопросы!..

– А придется!

– Да! В смысле – позволила бы! Мало того, и сама кое-что подсказала бы! Уж поверь, все читаное, помноженное на мою фантазию, впечатлило бы даже этого застарелого пакостника… Да он меня еще и главным дознавателем сделал бы в свежезаполученном королевстве!..

Норка шмыгнула еще громче, а я что – железная?! Тут-то нюни и распустились… Так нас и нашел Тханимар, когда закончил заметать следы энергетических возмущений на месте недавних событий. Оценил ситуацию, подал флягу с универсальным отваром и предусмотрительно захваченную из моей сумки склянку с мазью и деликатно отошел в сторону. Мы благодарно хлюпнули носами вслед.

Когда ссадины и царапины были обработаны, а остатки отвара закапаны в глаза, я спросила у чародея:

– Как думаешь, тот злобный колдун погиб?

– К сожалению, нет. Я, конечно, послал ему прощальный «привет», но, боюсь, моего уровня оказалось недостаточно. Пришлось просто снять удерживающее заклинание и позволить завершиться процессу сжатия…

– Но ведь он остался внутри?!

– Плох тот маг, что не сможет выбраться из им же устроенной ловушки! – пожал плечами друг и соратник. – Но подобных попыток наверняка больше не будет. Он должен был понять их бесполезность, особенно после того, как на защиту встала Богиня Земли. На какое-то время, полагаю, нас оставят в покое… пока не придумают что-нибудь новое!

– То есть нам теперь следует ждать еще более коварных покушений?!

– Так изначально затевалась не прогулка с мороженым в Ботанический сад! – Я с тяжким вздохом встала и отряхнула штаны. – Лучше сразу настроиться на лучшее, но иметь в виду худшее – приятные сюрпризы легче переносятся здоровьем!..

Пока соратники разыскивали пропавших нас, им удалось найти не только ручей, но и приличное количество подберезовиков и белых. Уже у костра, на котором весело булькал котелок с грибным супом, я пристроила на отдых Фадика и наконец-то смогла разглядеть свою добычу. Это было что-то вроде подвески размером со средний палец, к верхней части которой крепилось кольцо с изящным карабином. Металл был необычно легким и голубовато-полупрозрачным, а форма вещицы наводила на мысль о том, что внутри может оказаться интересное содержимое. Подобная фигура получается, если вращать вокруг продольной оси сильно вытянутый ромб, а затем сгладить острые углы, к одному из которых прикрепить колечко для подвешивания. Потом нанести по экватору волнистую линию из тонких серебристо-голубых штрихов, а сверху вниз по спирали – цепочку странных мелких символов, отдаленно напоминающих угловатую арабскую вязь, дополненную вертикальными зигзагообразными прочерками в сочетании с написанными вверх ногами запятыми. Добавить к этому мягкое свечение непривычно-сиреневатого оттенка – и станет понятен мой повышенный интерес к этой явно не случайной находке. Но что еще более странно – желания оставить ее себе у меня почему-то не возникало…

– Тханимар, как по-твоему, что это может быть? – окликнула я нашего чародея, который вместе с Таргланом что-то живо обсуждал в процессе перетряхивания содержимого своей сумки.

Светлый Вождь отреагировал первым:

– О, наше величество можно поздравить с первым боевым трофеем?!

Ликуартисец, посмеиваясь, взял из моих рук добытую вещицу, аккуратно поднял ее за кольцо на уровень глаз, пытаясь рассмотреть на свет, и… замер, не моргая и не дыша. Мы тоже застыли вокруг него – правда, больше от неожиданности, усиленной опаской сделать что-то не то и не вовремя.

– Да что же тебя так приморозило-то?! – не выдержала я и подергала штатного волшебника за рукав.

Маг вздрогнул, очнулся и, не сводя с меня задумчивого взгляда, медленно проговорил:

– Это так называемая Вечная Вода. Вещица из категории артефактов до такой степени древних, что никто в принципе не знает, откуда они вообще появились в Мире. И могущественных настолько, что к смертным им вообще попадать нежелательно – слишком уж фатальными могут оказаться последствия необдуманного использования, не говоря уже о злом умысле.

– О как! – Я озадаченно почесала кончик носа.

– В этом ты вся! – хмыкнула за спиной подруга. – Если уж грабить кого – так всерьез!.. Не могла что-нибудь попроще стибрить?!

– Да черт его знает… как-то само получилось. – Мне оставалось только развести руками. – С другой стороны, зачем-то же ко мне попала эта редкость… Может, позже по ходу дела прояснится, что к чему? А когда разгребем проблемы, торжественно презентую главному храму эту многозначительную вещь! Кому, как не богам, быть крайними, раз уж люди доверия не заслуживают…

На том и порешили.

Глава 5

На привалах мы не только травили байки, сменяя друг друга в процессе обучения новобранца в лице госпожи Леоны. Рано или поздно, так или иначе, в разговорах затрагивался предмет поисков и закавыки, с этими поисками связанные. Из всех вопросов повестки каждого дня главными оставались два: где искать пропажу семейно-государственного значения и как туда попасть.

Еще будучи в замке, мы с магом после долгих обсуждений и прикидок пришли к неутешительному выводу, что наш король угодил в измерение, которое известно как Призрачный мир. Определиться помогли некоторые детали быта, попавшие в поле зрения Дина, и больше всего – защитное заклинание, выписанное особой субстанцией, невидимой для обычного глаза, над окном прямо поверх шелковых обоев. В памяти сразу всплыл давний эпизод, когда мы незадолго до эпохального сражения пытались устроить ловушку монстрам-кровососам, доставленным из чужого измерения по наши души. Запирающее заклятие на их клетке было написано такими же знаками, поэтому провести параллель не составило труда…

Именно из этого уголка мироздания был в свое время вызван Таэрш-э-рарт – супермаг-наемник, услугами которого Черный Король воспользовался, дабы стереть соперника и его сторонников с лица планеты и страниц истории… Этот факт сам по себе наводил на размышления, ведь мы оба имели представление об уровне владения магией его соотечественниками. Но возможные сложности будущих партизанских действий все же относились к трудностям второй очереди, сначала следовало как-то туда попасть, чтобы сделать неизбежным грядущее противостояние…

Определиться с измерением – это даже не полдела. Каждый мир огромен, и хорошо бы сузить область поиска, чтобы не провести остаток жизни в бесплодных скитаниях под чужим небом… Да и не факт, что кто-то позволит нам надолго там загуляться! Поэтому вся надежда была на мои пресловутые способности…

Нескоро я смогла достаточно крепко зажать бушующие в душе эмоции в кулак и согласиться на повторный просмотр постельных новостей из роскошной спальни беловолосой колдуньи. Если бы не опасения за жизнь короля и острая необходимость в новых путеводных приметах, о которой мне напомнили на очередном привале…

– Лучше бы не терять времени, а посему… давай-ка, наше величество, собирайся с мыслями, напрягай сенсоры, устраивай своей памяти допрос – желательно с пристрастием – и все такое! – Призрак на правах старшего взял на себя нелегкий труд не давать мне забыть о неприятных обязанностях.

– Надо полагать, Светлому Вождю позарез приспичило еще разок-другой узреть воочию и в подробностях те дивные моменты? – Норка не упустила возможности лишний раз поддеть соратника, добровольно подкинувшего столь удачную тему, но Тарглан даже глазом не моргнул.

– Само собой! Когда еще выпадет подобный шанс просветиться насчет… кхм!.. разнообразия досуга венценосных особ?!

– Глядишь, заодно и чему новому научишься, пригодится когда-никогда! – поддержала я, стараясь (правда, не очень успешно) унять неприятные ощущения в сердце. Не зря ведь говорят: если на душе скребут кошки, значит, они там что-то закапывают… и вряд ли что-то хорошее!

Пришлось выудить из глубин сумки блокнот, купленный на вокзале перед возвращением сюда. На страничке в мелкую клеточку я в первый же вечер нашего совместного путешествия старательно изобразила успевший приесться вид на путеводное созвездие. После в нем же я пыталась набросать все увиденное при разговоре с раскрасавицей-колдуньей, выделив удивившие меня детали. Что интересно – даже с поправкой на мои художественные способности, удивилась не только я…

Тханимар с моего молчаливого согласия разобрал по листочкам давешнюю порцию вольного творчества. Пока он всматривался в разложенные рядком рисунки, я успела самокритично решить, что, пожалуй, могла и пропустить некоторые важные нюансы. Отодвинулась от костра, удобно устроилась, привалившись к замшелому стволу, активировала кольцо и закрыла глаза. В сенсорном поле кадрами, сменяющими друг друга будто в своеобразном слайд-шоу, послушно возникало то, что видел Дин. Я же пыталась как можно дольше удержать картинки в поле «скрытого зрения», пытаясь рассмотреть их под разными углами…

Теплые сухие ладони плотно легли мне на лоб. Это Призрак сообразил, что к чему, и решил добавить свои глаза и память, чтобы не ускользнула даже малая толика полезной информации. Объединив усилия, мы смогли дополнить рисунки новыми деталями. Например, воспроизвели количество и расположение звезд на участке ночного неба в рамке из оконных створок, и отражение в стекле той части пейзажа, что была скрыта за пределами проема. Судя по увиденному глазами короля, местом его нахождения был какой-то райский уголок с теплым климатом, скорее всего, круглогодично. Судя же по ракурсу, с которого я видела созвездие, нужная нам область по эту сторону Границы находилась в почти непроходимой местности, изображаемой на карте как обширная горная страна с множеством ледников. Напрашивался вывод, что там, скорее всего, находится портал, который приведет нас куда надо, но как раз насчет «куда» вопрос оставался открытым…

Тханимар задействовал обзорную сферу, придирчиво изучил интересующий нас участок и наконец выдал:

– Одно из двух: либо мы оттуда напрямую отправимся через Границу куда требуется, что маловероятно, поскольку наш Мир и Призрачный не соприкасаются пределами. Есть еще одна загвоздка: в этих местах никогда не было достаточного количества энергетических каналов, чтобы обеспечить переброску через несколько измерений… Либо попадем туда, где находится промежуточная «дверь», а там придется искать новые возможности для перехода.

– Из трех, – поправил Тарглан. – Либо это просто ловушка.

– Не исключено, – пришлось признать магу. – И эти сомнения можно будет разрешить опытным путем и никак иначе…

– Значит, пойдем до конца и посмотрим, что получится, – подытожила я. – Все-таки надеюсь, что эти видения посылаются свыше не зря…

– Да и выхода другого нет, – задумчиво протянул чародей, между делом сворачивая сферу.

– Как и лишнего времени.

Еще один вполне уместный вопрос мне задала Норка во время традиционного похода за водой.

– Что-то в последнее время у нас подозрительная нехватка приключений… Ты уверена, что лжекороль до сих пор не в курсе нашей подпольщины?

– С моей-то интуицией?! Вообще-то не чувствую ничего такого, когда «смотрю» в его сторону. Вряд ли тот матерый колдунище, что изначально все это затеял, отчитывается перед своими пешками, а сам «супруг», видимо, слишком был загружен прочими делами… К тому же я изо всех сил старалась не подавать виду, что догадываюсь хоть о чем-то из происходящего, а в краткий период «потепления» в наших отношениях умудрилась провернуть одно дельце…

– ???

– Подключила и его к этому перстню. – Я кончиком пальца погладила выпуклый камень в «глазастом» артефакте.

Норка некоторое время укладывала информацию в голове, потом неожиданно прыснула:

– То есть напоила своей кровью?!

– Ну, это громко сказано! Всего-то глоточек…

– Но как ты умудрилась?!

– Ой, не спрашивай!

– То есть его согласие тоже никого не интересовало?

– А должно было?!

– И теперь, значит, его глаза – твои глаза?!

– Когда потребуется.

– Ну ты даешь! – Подруга покрутила головой, потом в воздухе пальцами, но так и не нашла достойных слов для комментария.

Разговор продолжился уже у костра, за распитием свежего отвара после добросовестно истребленной ухи.

– Чем же занимается благоприобретенный второй супруг? Между прочим, если – когда! – мы отыщем первый вариант Ледяного Величества, тебе вполне можно будет пришить ответственность за двоемужество… разве что успеешь быстренько узаконить гаремы для обеих сторон!

Я показала развеселившейся подруге кулак и ответила:

– Чем-чем – вершит королячьи дела. Насколько могу судить, вполне себе справляется…

– Еще бы! – хмыкнул Светлый Вождь, осторожно прихлебывая горячее питье. – Станет он разваливать государство, в котором собирается жить долго и счастливо!

– И которое получил на блюдечке, после того как другой и отвоевывал его, и приводил в порядок после десятилетнего развала, а теперь запропал черт знает куда… – Мой голос предательски дрогнул.

– Он жив! – напомнила Вячеславна.

Я невольно коснулась по-прежнему пульсирующей «сережки» в левом ухе и задумчиво покивала, глядя в кружку и машинально сдувая комаров, которые решили во что бы то ни стало утопиться в моей порции бодрящей жидкости.

– Он жив, – повторила верная подруга, – и на сегодня это главное!

– Главное – это вовремя сказать «Крекс! Фекс! Пекс!» – не удержалась я. – Остальное – мелочи, даже Поле Чудес искать не обязательно!

– Все прочее, – невозмутимо продолжила Вячеславна, – сможете выяснить между собой в спокойной обстановке, по свою сторону Границы. Кстати, во время поисков, кроме плана предстоящих партизанских действий, можешь обдумывать заодно и способ, которым дашь возлюбленному возможность понять степень твоего «восторга» его неосмотрительным поступком…

– …и вытекающими из него последствиями! – с явным облегчением подхватил Тханимар.

– А мы поможем с идеями, – скромно предложил Нортис, подсаживаясь ближе.

– И даже подержим, если потребуется! – подмигнул Тарглан.

Я присвистнула и недоверчиво прищурилась.

– А как же пресловутая мужская солидарность?!

– Нет уж! – после некоторых раздумий выразил Призрак общую мысль. – Походы налево или в любую другую сторону – одно, незапланированный затянувшийся отдых на природе, хоть и с риском для здоровья, – это другое, милые шалости для разнообразия ночного досуга – и вовсе третье, но принудительная смена власти, да еще таким изощренным способом…

Я полюбовалась на его красноречивую гримасу и молча пожала ему руку. После, уже за травяным чаем, когда Тханимар ходил дозором, а Нортис вместе с Броулом – по свежим следам тубука, решив пополнить наш запас провианта, я подвела итог своим размышлениям:

– Вы правы, друзья, главное – успеть вытащить короля из-за Границы заживо, без потерь с нашей стороны и лишнего шума, и тем самым восстановить равновесие в мире… и моей душе заодно! Вот войдет жизнь в свою колею, тогда и дам прочувствовать виновнику все пережитое и задуманное в полной мере. Впрочем, кое-какие мысли уже имеются!

– Например? – заинтересовались присутствующие.

– Угадайте!

– Оторвешь все, что выпирает? – прыснула подруга.

Я пренебрежительно фыркнула в ответ.

– Боюсь даже подумать, – повел плечами Тарглан. – Отлучишь от тела лет на… много? Хотя… тебе после такого приключения наверняка покажется, что это слишком просто!

– Светлый Вождь прав как никогда! – подмигнула я ему и хищно улыбнулась. – Гораздо интереснее будет заставить новоявленного постельного террориста ежедневно проделывать в нашей спальне все, что мне тут продемонстрировали, причем каждый раз в новых сочетаниях и столько раз, пока мне самой не надоест, а это будет совсем не скоро!!!

Норка присвистнула, качая головой, а Светлый Вождь поперхнулся питьем, но все-таки смог выговорить сквозь кашель:

– Сурово… даже для тебя!

– Разве?! Ничего подобного, – хмыкнула я, – просто напомню благоверному о некоторых обязательствах, собственноручно подписанных им в день свадьбы. Одно, кстати, он уже нарушил – и результат сразу налицо!

– Н-да-а-а, – задумчиво протянул Призрак, отставляя кружку. – Человеколюбия в тебе так и не прибавилось, несмотря на годы…

– Какие там годы! – фыркнула я. – Вот лет эдак через восемьсот – может быть, и то не наверняка!..

Мало-помалу зашел разговор об идеалах. Не помню, кто именно затронул эту животрепещущую тему, но заинтересовались все поголовно, благо на тот момент наша компания собралась у костра в полном составе. Вячеславна сначала пыталась отмолчаться, после отшучивалась и отнекивалась под разными предлогами, но потом Тарглан задал вопрос – прямей некуда:

– И все-таки, каким должен быть избранник нашей высокочтимой госпожи Леоны?

– Рыжим! – не задумываясь выпалила Норка.

Нортис, оживившись, пихнул локтем в бок приосанившегося было Тханимара, но подруга продолжала загибать пальцы:

– Конопатым. Кривоногим. Толстым. Повсеместно волосатым, причем неравномерно. Прыщавым. И непременно плешивым!

– Тогда не все ли равно, какого цвета у него волосы?! – не утерпел Нортис.

– Очень даже не все равно – будет славный ореольчик! Его можно заплетать в такие симпатичные косички… А еще – невысоким, косолапым, лопоухим, кривобоким, косоглазым… И с бородавкой на носу. И еще не менее чем на девяти местах… впрочем, что это я? Хватит и на четырех… И чтобы голос – дребезжащий козлетон! И горб очень даже был бы кстати! И еще, – она мечтательно закатила глаза, – чтобы чавкал за едой и храпел до звона стекол в окнах у дальних соседей по столице. И засыпал первым!

При этих ее словах челюсти отвисли одновременно у всех имеющихся в наличии особей мужского пола, включая Броула. Подруга же обратила на меня исполненный истовой надежды взор и молвила с придыханием:

– Надеюсь, в твоем обширном, высокоразвитом и сильномогучем королевстве найдется хотя бы один подходящий экземпляр? А еще лучше – пара-тройка дюжин, чтобы всласть покопаться в кандидатах, устраивая им испытания!.. Да не по одному разу!! Мм!!!

– Не многовато ли будет? – слегка сдавленным голосом поинтересовался Призрак, из последних сил и вежливости сдерживая рвущийся наружу смех.

– Даже маловато, но ничего, я девушка скромная, попробую как-нибудь обойтись. Главное правило: независимо от результата нужно получать как можно больше удовольствия от процесса!..

Надо ли говорить, что хохмить и балагурить на злободневную тему хорошо удавалось, находясь днем на людях! Зато по ночам, когда утомленные дорогой спутники дружно сопели под своими плащами вокруг потрескивающего костра, мрачные думы наваливались на мой измученный разум всей своей гнусной тяжестью. Перед глазами то и дело всплывали беспорядочные, но от этого не менее четкие и убийственные эпизоды новой главы биографии моего венценосного супруга. Нет, я не упивалась этой болью, и мне вовсе не нравилось растравлять и без того кровоточащие сердечные раны, обвиняя во всем неверного муженька… Тем более в планы не входило выставлять себя обделенной и униженной, дабы развести окружающих на лишнюю порцию-другую сочувствия – никогда не страдала подобными сопливыми маразмами! Но… слишком уж неожиданным выдался такой поворот событий, слишком уж яркими были впечатления от увиденного, слишком уж убедительными были доказательства того, что мой ненаглядный, единственный и неповторимый возлюбленный совершенно спокойно обходится без моего присутствия! Мало того, даже не вспоминает о семье, а дарит своим… скажем так, вниманием и теплом какую-то постороннюю тетку… которая, кстати, во много крат превосходит меня по внешним данным!

К душевным терзаниям на семейно-государственную тему добавился целый букет отрицательных эмоций и тоскливых мыслей, вызванных множеством комплексов, бурно всходивших на благодатной почве уязвленного самолюбия. Нет, в самом деле, почему природа настолько несправедливо решила вопрос о распределении элементов красивости?! Оно, конечно, переделывать поздновато, и меня в общем-то по жизни вполне устраивало то, что имею… до недавнего времени. Сейчас же впору было утешаться единственным доступным в настоящий момент способом. Когда-то попалась на глаза картинка из популярной в свое время серии «Фото с подписью», на которой красовалась ящерка – рахитичная, кривобокая, шишкоголовая, с крупночешуйчатой неровношипастой шкурой, аляписто раскрашенной в самые немыслимые цвета, и кривыми, тощими суставчатыми конечностями. Она, вывесив на сторону длинный раздвоенный язык, подмигивала выпученным, сильно косящим глазом и гордо задирала к небу украшенный колючками нос. Подпись гласила: «Зато я умная!»

Хотя… самое время вспомнить, что меня судьба одарила неизмеримо больше. И дело не только в доставшихся по наследству нестандартных способностях, а в том, например, что есть мои обожаемые двойняшки-короляшки… А еще – кровные, некровные и названые родственники, всегда готовые оказать помощь и поддержку, и небожители, благоволящие даже к моим не самым скромным желаниям и начинаниям… И друзья, надежные и верные, с которыми в огонь и воду, в тыл к врагам и к черту в пекло… А значит, сопли-слезы долой, тоскливые мысли за борт, нос по ветру, хвост пистолетом и – держитесь за землю все, кто не с нами!!!

Как в народе говорится? Умный в гору не пойдет… Мы тоже попытались по-умному добраться до Седой горы, на западном склоне которой и находилась искомая точка земной поверхности. Не вышло, зато смогли порадоваться, что на правах первооткрывателей можем вносить изменения в карты. Ущелье справа оказалось наглухо закрыто недавним обвалом такой мощности, что туда и соваться не стоило без основательных подрывных работ. Ущелье слева стало бы прекрасным объектом для туризма международного уровня: синее зеркало чистейшей воды, в котором отражаются облака, густой смешанный лес и дальние заснеженные пики… Почему «бы»? Потому что по тем отвесным скалам, уходящим в глубину на всем протяжении береговой линии, под силу перемещаться разве что Человеку-Пауку, а подобие дороги, обозначенное на бумаге, теперь было доступно исключительно водолазам… Так что в полной мере оценить столь дивный пейзаж получилось только с одной из вершин ближайшего хребта.

– Что теперь? – Даже во время привала Вячеславна жаждала действий.

– Раз уж никто из вас не удосужился отрастить жабры… Хотя могли бы за это время и расстараться!

– Мы брали пример с нашего величества! – нашелся Призрак, но тут же об этом пожалел, ибо ему первому и достался мой пристальный взгляд, настолько исполненный благородного негодования и укоризны, что стало тошно самой.

Норка отреагировала раньше остальных: потупила взор, как провинившаяся школьница, сцепила руки за спиной и принялась носком сапога шевелить камушки, валявшиеся у ее ног. Мужчины развели руками, тоже углядев что-то интересное в районе своих подошв, а Броул припал грудью к земле и прикрыл морду лапой. На всю брыласто-зубастую «вывеску» одной лапы, разумеется, не хватило, пришлось привлечь на помощь вторую, а глаза прижмурить, но и тогда в щелочках между веками поблескивало. Правильно, как еще определить, нужно ли продолжать стыдиться или уже можно перестать?..

Я, вдоволь налюбовавшись немой, но такой выразительной сценой, продолжила:

– И ковер-самолет никто прихватить не догадался… Тхар, можешь не краснеть, это к слову! Так вот, придется вас порадовать.

– Надеюсь, не в переносном смысле? – осторожно поинтересовалась госпожа Леона.

– В самом что ни на есть прямом: здесь есть провал, который доведет нас до самого места! Нет, кричать «ура!» слегка рановато, есть и плохие новости…

– То есть их несколько?!

– По-настоящему скверная одна, остальные так себе. – Тханимар взял на себя труд объяснить соратникам ситуацию. – Например, что других обходных путей нет, кроме уже известных, но неподходящих, а по единственной доступной тропе на лошадях не проехать, будем топать на своих двоих… Главное другое – до входа в искомую «червоточину» придется идти по Ущелью Страха.

Повисла пауза. Мужчины обменялись быстрыми взглядами.

– Я правильно понимаю, что как раз этого нам и не хватало для полного и бесповоротного счастья? – Госпоже Леоне, как всегда, требовалась ясность, полная и во всем.

– Приходилось как-то слышать об этих благословенных краях… Похоже, теперь у нас есть все основания чувствовать себя счастливыми! – хмыкнул Тарглан.

– Потому что получаем редкую возможность вытащить на свет божий все, что пугало в жизни со времен раннего детства по сию пору, – любезно просветила я. – Говорят, после такой инвентаризации гораздо легче справляться с фобиями…

– Только если переживешь процедуру извлечения кошмаров из распотрошенного сознания и останешься в живых и при своем уме! – подмигнул Призрак, внося легкомысленную нотку в обсуждение серьезной проблемы. В ответ на все еще непонимающий взгляд моей подруги он пояснил, что в силу до сих пор неизвестных причин в этом ущелье людям начинают мерещиться ужасы, материальные настолько, насколько в них верит сам человек. И далеко не каждый способен перенести это испытание без вреда как минимум для здоровья и рассудка…

– Случалось и так, что попутчики убивали друг друга чем придется, думая, что сражаются с чудовищами, – вставил Нортис, подбрасывая в костер сухие сучья.

Вячеславна зябко поежилась, невольно косясь по сторонам.

– А почему бы не проскочить это славное местечко с помощью порталов?

– Дельная мысль, – похвалил Тханимар, который все это время сосредоточенно изучал обстановку с помощью обзорной сферы. – Только ничего не выйдет. Слишком сильно здесь нарушено течение энергетических потоков. Они скорее послужат помехой, чем помогут. К тому же нарушена и структура пространства…

– Думаешь, это дело рук тех же, кто заварил всю кашу?!

– Почти уверен. Слишком уж не похоже на природную аномалию.

– И чем это чревато?

– Все-таки хочешь рискнуть? Хорошо, если нас всего лишь отбросит назад, но гораздо больше вероятность просто сгинуть…

– А это вряд ли устроит хоть кого-то из присутствующих! – подытожил Нортис, снимая с огня котелок.

На некоторое время разговор затих, пока мы с аппетитом уничтожали густую похлебку из каменных грибов. Эти дальние родственники подберезовиков считались деликатесом, хоть имели жутковатый вид и походили на куски розоватого гранита размером с кулак, покрытые сизой плесенью и хлопьями сажи. Они росли здесь на каждом шагу, что, по словам ликуартисца, лишний раз подтверждало присутствие множества потоков отрицательной энергии. Но на вкус варева это никак не повлияло…

После обеда Нортис и Тханимар отправились в ближайшее поселение, где запаслись провизией и оставили коней на временном попечении местного знахаря за вполне приемлемую плату. Вернулись довольно скоро, чтобы с ходу включиться в обсуждение главной проблемы. Солнце постепенно клонилось к закату, освещая в деталях восхитительно суровый пейзаж, который так и просился на полотно. Седая гора была уже близко – рукой подать, но спешить к ней без основательной подготовки не стоило…

– Значит, убивали друг друга чем придется?.. – Норка задумчиво вертела в руках палку, которой только что ворошила в костре угли. – А ведь среди нас опытный воин, бойцовый пес, бывший киллер и маг высшей категории, да и оружия хватает…

– Не говори – вокруг одни убийцы… как минимум потенциальные! Куда мы попали?!

– Про тебя с твоим хранителем я вообще молчу! Выходит, самая безопасная именно я?!

Светлый Вождь машинально почесал когда-то пострадавшее темечко и выдал, поразмыслив:

– На месте высокочтимой госпожи Леоны я бы не стал скромничать… настолько вызывающе!

Я все-таки удержалась от улыбки, подруга – от покраснения, остальные деликатно промолчали.

После долгих споров и бурных высказываний удалось найти вроде бы приемлемое решение. Во-первых, каждый надежно утрамбует в свою походную сумку все, что хоть в бредовом сне могло бы сойти за оружие (читай – исключая только необходимые детали одежды). Тханимар наложит на них маскирующее заклятие особого рода, действующее до тех пор, пока он сам его не снимет. Призрак, выслушав это, скептически хмыкнул – ну да, ему-то в руки не дай бог если хоть пуговица попадет! И в сами-то руки попасть – упаси господь!.. Я предложила пожертвовать большей частью веревок, чтобы обездвижить его полностью и доставить на место как ценный груз. Остальные меня поддержали, поскольку тоже высоко ценили профессионализм нашего друга. Однако сам «груз» одарил меня хмурым взглядом и ответствовал, что в состоянии контролировать свои действия независимо от эмоций, разве что все-таки стоит стянуть ему руки за спиной…

Во-вторых, на всякий случай свяжемся цепью, как альпинисты. Первым пойдет Призрак, за ним Нортис и Броул, после – Вячеславна и Тханимар, я буду замыкающей. Такой порядок объяснялся просто: двое мужчин, сильных телом и духом, имеют больше шансов устоять против действия морока и вытащить на себе остальных в случае травм или потери сознания. В-третьих, меня теоретически должен был защитить медальон, поэтому на мою долю выпало следить, чтобы никто не потерялся и ведущие не ушли куда не надо.

Не откладывая в долгий ящик процесс растягивания кота за хвост, мы начали сооружать морские узлы. В-четвертых, Тханимар еще и рот себе завязал – сам, здраво рассудив, что и одними заклинаниями сможет при случае наломать невообразимое количество совершенно ненужных дров. Норка, поразмыслив, попросила упаковать и ее подобным образом. Я одобрила такое решение вслух, пока маг оказывал спутнице дружескую услугу. В самом деле, бурная реакция на собственные кошмары могла спровоцировать развитие фантазий окружающих в совсем ненужную сторону, а на недостаток воображения никто из нас не мог пожаловаться… Глаза ей завязывать не стали – она призналась, что так будет еще страшнее.

В-пятых, пса не миновала наша участь. Полную защиту от кошмаров может гарантировать, пожалуй, только полное же отсутствие мыслей, а уж недоразвитием интеллекта он не страдал, не каждый из людей мог бы похвастать таким же. Нортис, надевая Броулу намордник и ошейник с шипами внутрь, бормотал что-то извинительное, ведь обычно мы прибегали к этим атрибутам только вблизи поселений, как предписывали правила. В остальное время вполне доверяли его прекрасной выучке и не обижали четвероногого друга недоверием. Черная громадина ткнулась лбом в хозяйское плечо и старательно завиляла обрубком хвоста, как бы говоря, что все понимает, какие могут быть обиды… И продолжал вилять, когда мы еще и связали их вместе, закрепив толстую веревку на теле Нортиса на манер парашютных лямок.

В-шестых, Тханимар выдал каждому по заговоренному амулету, который должен был оградить носителей от магического воздействия. В-седьмых, я, поразмыслив, предложила всем на время перехода зациклиться на исполнении про себя какой-нибудь песенки, желательно детской, веселой и жизнерадостной. Да хоть «В лесу родилась елочка…» или «От улыбки станет всем светлей…» – чем больше позитива, тем лучше!

Как только приготовления и сборы были закончены, мы выдвинулись в путь. Само ущелье, на мой взгляд, отличалось от сотен других разве что полным отсутствием какой-либо подвижной живности, но при соответствующем настроении вполне получилось бы отыскать элементы зловещего во всем – и в этих высоких голых отвесных скалах, и в петляющей неровной тропинке, которая становилась менее и менее заметной и сходила на нет по мере продвижения в глубь каменной щели… В тяжелых тучах, вдруг наплывших ниоткуда и цепляющих клубящимися боками острые вершины угрюмых утесов, и в почему-то спертом воздухе с явным привкусом сырости, а уж многозначительные следы частых обвалов и валяющиеся там и сям выбеленные временем кости могли довести до нервной дрожи кого угодно…

Сначала не происходило ничего примечательного, разве что состояние так называемой дороги спровоцировало меня на порцию новых выражений – вполне цензурных, но излишне цветистых даже на мой собственный вкус. Поток ворчливого красноречия прервал переливчато-багровый всплеск в сенсорном поле. Не успела я определить, кому из друзей «посчастливилось» открыть парад воплощенных кошмаров, как подобные фонтаны негативных эмоций забили во всех возможных местах, переплетаясь и создавая немыслимые сочетания самых ярких оттенков. Мне до сих пор немного стыдно перед соратниками: пока они пытались не сбежать с ума от натиска штурмующих сознание страшилок, я невольно залюбовалась открывшейся мне сказочно красивой картиной… Правда, ненадолго – переключила свои сигнальные системы так, чтобы работало и обычное зрение, и «скрытое», причудливо наслаивая картинки в общем поле зрения.

На наше счастье, каждый имел дело со своей личной подборкой ужастиков, а я могла только наблюдать, как они – кто успешно, кто не очень – пытаются противостоять наваждениям, и криком предупреждать нашего предводителя о препятствиях и опасностях на пути. Вроде случившегося вскоре обвала – не самого большого, которого тем не менее хватило бы на то, чтобы стать последней точкой в этой странной одиссее…

– И никто не узнал бы, где могилка моя! – не совсем точно, зато в тему вспомнилось мне на бегу.

На бегу – потому что Призрак сразу взял настолько высокий темп, что мы все едва поспевали за ним вприпрыжку. Будь под ногами тропа чуть поровнее, наверняка бы побили какой-нибудь рекорд, хотя бы местного значения! Оно и правильно – чем быстрее дойдем, тем раньше отдохнем… К тому же когда несешься по пересеченной местности, да еще и в гору, пыхтя и спотыкаясь, тяжелая сумка старается набить горб на хозяйской спине, а язык уже почти готов запаленно вывалиться на и за плечо и хлопать на ветру мокрым флагом, гораздо меньше сил и времени остается на грезы любого характера! Но все-таки остается, и тактика выматывания помогла не настолько, насколько хотелось бы, – злые чары делали свое темное дело. Незаметно проникали в разум и выискивали в хитросплетениях извилин потаенное, глубоко спрятанное туда им самим и заизолированное иными воспоминаниями, чтобы не допустить короткого замыкания, когда импульс повышенной мощности, вызванный слишком сильными эмоциями, шквалом прокатится по нейронной цепи…

Видимо, использованная здесь магия оказалась настолько сильной или чужеродной, что амулеты не смогли сдержать удар, лишь немного сгладили… Даже медальон смог уберечь только меня, хотя, признаться, я рассчитывала на большее. Броул тонко скулил на одной ноте, казалось даже не делая перерыва на вдохи, пытался убежать куда-то… Дважды рванул в сторону с такой силой, что утащил бы за собой хозяина, не удержи его соседи по связке. Лететь бы им обоим в ту расселину, долго и разнообразно, собирая головами и боками многочисленные выступы, чтобы в итоге приземлиться жестко, до брызг!.. А что было бы, поведи мы с собой лошадей?!

Подругу била крупная дрожь, она мычала и рычала сквозь повязку… В какой-то момент протяжно вскрикнула, забилась, будто пытаясь от чего-то увернуться, и под конец лишилась чувств, рухнув на ходу… Нортис тут же подхватил ее, пристроил на спину и остаток пути шел пригнувшись и пошатываясь от особенно сильных прыжков буйствующего пса… Хорошо, что мы додумались продублировать привязь и закрепили другую веревку от ошейника на поясе Тханимара!

Тарглану пришлось труднее всех: кроме своих собственных кошмаров – боюсь даже представить каких! – он был вынужден все это время «слышать», что творится во взбудораженном сознании попутчиков, и в немалой мере пропустить через себя еще и чужие муки… Кто знает, чьи страхи глубже остальных пробрались в разум телепата?! Впрочем, если учесть, сколько ему самому пришлось наяву повидать в жизни, то совсем не удивит появление седых волос в его прежде безупречно сажево-черной шевелюре…

«И это тоже пройдет»… Кажется, такая надпись красовалась на знаменитом кольце царя Соломона? Я поняла, что действие чар закончилось, когда в сенсорном поле потускнели, а затем и совсем погасли болезненно-яркие сполохи красных оттенков. Мрачные стены ущелья словно расступились в стороны, выпустив нас на небольшую каменистую площадку, покрытую редкими пучками высокой белесой травы. Мы неровной трусцой дотянули до ее дальнего края и просто повалились наземь, кто как смог…

Едва слышный шорох заставил меня подскочить на месте и открыть глаза. Это был мелкий грызун вроде пищухи, который деловито перебегал от одного полусухого кустика к другому, выгрызая из них приглянувшиеся стебли с тонкими колосками. Никогда не думала, что буду так радоваться, увидев подобную картину! Моя улыбка «во все тридцать два», видимо, напугала хозяйственного зверька. Он сдавленно пискнул сквозь набитый рот и опрометью бросился наутек. Я проводила его взглядом, попутно прочесала местность сенсорами, облегченно вздохнула и принялась развязывать узлы, что не помешало размышлениям роиться в моей давно и сильно гудящей голове.

Наличие страхов не делает из человека труса. Бояться за свою жизнь и здоровье и пытаться избежать угрозы – нормально и естественно, другое дело как поступает каждый отдельно взятый индивид в пугающей ситуации. Один ради выживания себя, любимого, угробит остальных поголовно, невзирая на лица, другой поступит с точностью до наоборот, а третий постарается спасти всех без исключения… Опять же – склонность лезть напролом, невзирая на опасность и рискуя потерять жизнь, далеко не всегда оправданна и является героизмом совсем не в каждом случае, зачастую говоря как раз о недалекости ума… Немаловажная деталь – ради чего человек идет на риск, а то и на смерть. Одно дело, если все затевается во имя высокой идеи, самозащиты, спасения близких, особенно детей, и другое – когда бесшабашная лихость и нежелание отыскать иной путь оказывается просто следствием пристрастия к избытку в крови адреналина или склонностью к показухе и чрезмерному пафосу.

Мои друзья тем временем тоже пришли в себя и спешили освободиться от веревок. Между делом все проголосовали за то, чтобы двигаться дальше немедленно, пока совсем не стемнело. Сейчас, когда до цели осталось всего ничего, самым желанным стало выяснить уже, к чему мы все-таки пришли. Хотя бы для того, чтобы определиться с планами на ближайшее будущее… Хотя бы потому, что здесь даже на отдых расположиться толком не было возможности…

Распита пущенная по кругу фляжка с укрепляющим отваром, в который я для бодрости предусмотрительно добавила остатки вина, – и мы один за другим протискиваемся в узкий лаз, которым начинается здешний провал. На этот раз я возглавляю процессию – и потому, что в этой кромешной тьме «скрытое зрение» даст все двести очков вперед любой магии, с помощью которой можно разве что воспользоваться шаром-светильником, чтобы не наступать друг на друга, и потому, что ноги сами несут меня вперед, несмотря на дикую усталость и возрастающее чувство беспокойства. В сенсорном поле стены тоннеля уже знакомо светятся мягким золотистым сиянием с лиловым оттенком, а шаги даются с трудом, особенно вначале…

Земля на этот раз не стала резко уходить из-под ног. Сначала уклон был невелик, затем угол становился больше, и под конец мы уже бежали сломя голову, едва успевая переставлять ноющие от усталости конечности. Впереди уже брезжил свет, а в моих глазах все вокруг стремительно заволакивало тревожно-багровым туманом. Не знаю, как именно, только мне все же удалось прокричать слова предостережения достаточно внятно.

– Что случилось?! – Подруга захлебывалась учащенным дыханием.

– Там что-то не то…

Нетерпеливым жестом остановив на старте поток неизбежных, но ненужных сейчас вопросов, я медленно двинулась к выходу, запустив дополнительную сигнальную систему во всю мощь и даль. Постепенно в сознании возникло изображение пологого, поросшего низким кустарником, основательно разрушенного склона и прозрачной фигуры в виде двух тетраэдров, соединенных основаниями. Это примерно трехметровое сооружение висело в воздухе, а по его зеркальным колеблющимся граням пробегали радужные блики, которые отбрасывала почти невидимая сфера, окружавшая конструкцию и словно сотканная из невесомых паутинок…

Меня тянуло к ней как иглу магнитом, а голова готова была треснуть под натиском взаимоисключающих желаний: мчаться туда, не медля ни доли секунды, или остаться на месте, поверив гадкому предчувствию и болезненному ощущению страшной опасности.

Я уже стояла на пороге низкой каменной арки на выходе из провала, пытаясь просканировать обстановку и угомонить разбушевавшиеся эмоции, когда подтянулись и соратники. Вячеславна только присвистнула, оглядывая непонятное явление, а мужчины приотстали, стараясь утихомирить рвущегося наружу пса. Он бился и огрызался через намордник, не слушая увещеваний и приказов хозяина, и в конце концов ухитрился вывернуться из удерживающих его рук. Рычащая громадина с топотом устремилась прямиком к смутившему меня объекту, мы бросились вдогонку.

Дальнейшее виделось как в замедленном кино, хотя произошло в считаные мгновения. Норка споткнулась и вскрикнула, я подхватила ее под руку, но не удержала, и мы обе грянулись бы оземь на полном ходу, если бы Призрак нас не поймал в последний момент. Нортис догнал четвероногого друга и почти сумел схватить его за ошейник, но чуть не сорвался с обрыва. Тханимар успел удержать соратника за пояс, и они оба одновременно уже достали цель, но… Броул увернулся, на миг опередил движение рук хозяина и в длинном прыжке коснулся мерцающего ореола…

Книга вторая

Игра с огнем

Мы – сдаться? Черта с два!

Э. Маколифф

Предпочитаю надпись «вход воспрещен» надписи «выхода нет».

Станислав Ежи Лец

Только большие проблемы дают большие возможности.

Китайская пословица

Часть первая

Ситуации и вариации

Глава 1

Яркие краски заката давно уступили место самым темным оттенкам серого и синего, плавно переходящим в бархатную черноту по мере удаления от западной стороны небосвода. Оба ночных светила в разных фазах новолуния только собирались украсить собой пейзаж: Тармия, словно дразнясь, показывала рожки над лесистым горным хребтом, Диллия выглядывала из-за горизонта со стороны океана, сделав заметной границу между небом и водой. Звезды будто играют в прятки, то скрываясь из поля зрения за облачками, то восстанавливая рисунок созвездий…

Над смотровой площадкой самой дальней от берега сторожевой башни облака убыстряют ход, словно пугаются мощного слаженного храпа, доносящегося сразу из двух углов – дозорные по мере сил оберегают покой горожан от вторжения со стороны материка. Третий, самый молодой, видимо, еще не успел настолько истощить силы в служебном рвении, поэтому стоит у парапета, бдительно вглядываясь в даль. На груди едва заметно мерцает висящий на прочном шнурке полупрозрачный кристалл размером с мизинец, воин время от времени машинально крутит его в пальцах.

Он медленно прохаживается вдоль периметра площадки, задерживает взгляд на большей луне, которая успела выбраться в небо почти целиком, заметно веселеет, прикинув, сколько еще ждать смены… и с приглушенным вскриком отдергивает руку. Кристалл из темного стал светящимся, пульсирующее мертвенно-синее сияние перекликается с яркими сполохами далеко за крепостной стеной. Три ослепительно-яркие вспышки сливаются в одну, рука тянется к сигнальному рогу и замирает, выжидая…

Там, на холмах, часто творится непонятное, но до сих пор все происходило тихо, словно сама местность поглощает звуки, так что тревогу поднимать видимой необходимости не было. Мало ли кого занесет в те развалины! Может, маги практикуются, или кому-то из приезжих, незнакомых с местными достопримечательностями, приспичило поискать острых ощущений… В самом деле, кто станет считать случайных бродяг или следить, где именно их угораздило сложить голову! С отбившейся скотиной сложнее, ведь хозяева, как правило, недовольны ущербом, но даже их рвение убывает на глазах, когда в самом начале поисков обнаруживаются мелко раздробленные свежие кости… Поэтому охотников соваться на проклятую территорию находится немного… то есть не находится совсем.

Сознание, прошлявшись бог знает где и он же в курсе, сколько времени, решило наконец-то вернуться в родную оболочку. Зря оно это затеяло, лучше бы еще погуляло… подольше… потому что, когда находишься без него, в глубокой отключке, совсем по барабану, в каком положении, виде и состоянии валяется бесхозное тело… Теперь же извольте принять по списку: каждая клеточка болит, голова… ч-ч-черт!!! Наверное, так чувствует себя сильно треснутый арбуз, того и гляди семечки наперегонки высыплются!.. В глазах будто по два… нет – по четыре килограмма песка, причем крупного и раскаленного… Под спиной что-то жесткое и с острыми углами… В желудке вообще – полный Армагеддон… правильно, что хорошего в нем будет, если есть хотелось основательно и задолго до этого… стоп, до чего до этого?!

Память категорически отказывается работать под предлогом, что ее отшибло почти насовсем… Да еще и дышится так, словно поперек и без того едва живого организма зачем-то возложили основной пролет от «Золотых Ворот»… хорошо еще, что удачно лежу в подходящем продолговатом углублении, а не то быть бы мне оригинальным барельефом, изображающим пирожок с повидлом, попавший под колесо карьерного самосвала… особенно заднее… Но с каких это пор элементы мостовых конструкций обладают способностью самостоятельно шевелиться и нагло пыхтеть в лицо каким-то гнилостным смрадом?!

Кое-как додумав эту важную мысль до конца, я рискнула приоткрыть один глаз… интересно зачем?! За каким, спрашивается, дьяволом понадобилось разглядывать в деталях умостившееся поверх моего многострадального тела страхомордие?!! Вполне можно было и сенсорами обойтись… а вот и нет: все мои нестандартные сигнальные системы дружно делали вид, что их у меня отродясь не бывало! То ли защитное поле так подействовало, несмотря на мощь медальона, то ли мозг еще не оправился от последствий нешуточного удара незащищенной черепушки о совсем не мягкую поверхность – не важно, главное – придется обходиться обычными человеческими возможностями.

Только для начала надо бы отважиться и храбро взглянуть новой действительности в глаза… вернее, в красные светящиеся глазищи, каждый размером с хорошее блюдо для торта! Для верности я зажмурилась и досчитала до двадцати, потом в обратном порядке. Сознание бодро доложило, что к работе готово. Значит, и зрение не обманывает, но в кои-то веки меня это совсем не радует! А давящая сверху масса оказалась ушастым живым существом, больше всего напоминавшим гибрид бурой крысы размером с весьма упитанную корову и «ершика» для мытья особо крупнокалиберных бутылок… Оно привалилось ко мне боком, заключив мою тушку под мышку, деловито умываясь трехпалой передней лапой, украшенной впечатляющими втяжными когтями. Я сначала глазам не поверила, но нет – вышеупомянутый продукт неизвестной эволюции был вполне реален, очень даже ощутим и прекрасно виден в ярком свете почти полной луны.

Дивное создание зевнуло, распахнув непропорционально большую пасть, издало пронзительный не то скрип, не то визг (будем надеяться, что просто поздоровалось!) и снова взялось обнюхивать мое лицо, неприятно задевая кожу длинными, жесткими как проволока вибриссами. Я же лихорадочно соображала, как бы убедить его убраться отсюда подальше и при этом нигде не повредить меня, любимую. Совсем не хотелось на личном опыте удостовериться, что длинные кинжалообразные зубы с ненавязчивыми зазубринами, в изобилии украшающие внушительную «харчедробилку», действительно такие острые, какими кажутся на вид!

А может, стоит прикинуться гербарием, полежать смирненько, не шевелясь, и это страховидло мирно убредет в туман, само и без прозрачных намеков?! Может, оно вообще питается нектаром или корешками, а жуткий «боекомплект» отрастило исключительно для устрашения бессовестных злыдней, которые сдуру могут вознамериться обидеть этого ангелочка во плоти?.. Как бы отвечая на мои заполошные мысли, чудо природы звучно клацнуло массивными челюстями, встряхнулось, шурша длинной щетиной, фыркнуло и облизнуло тройным языком нос и обе стороны морды сразу, капнув мне на шею горячей зловонной слюной.

Аромат «от Крыссарди» был настолько насыщенным, что им одним запросто можно было бы в неполных пять минут обратить в позорное бегство небольшую армию, причем до вожделенного укрытия самостоятельно добралась бы едва ли половина, и то в основном ползком! Судя по всему, зверушка считала добычей любого, кто подал признаки жизни хотя бы однажды, и хомячила все, что попадалось под лапу, – от перебродивших плодов до многодневной падали… Не стошнило меня только потому, что желудок (вовремя, ничего не скажешь!) перестал даже бурчать, осознав бесполезность истошно подаваемых сигналов голодного бедствия. Однако мощный спазм, скрутивший мои внутренности в пульсирующий жгут, и ощущение смертельной опасности, прокатившее по спине волну ледяных мурашек, быстро положили конец всем возможным колебаниям.

– Итак, молилась ли ты на ночь, миссис Крыссис?! – Я, впившись яростным взглядом в мерцающие красным глаза с крестообразными зрачками, оскалилась в недружелюбной улыбке во всю ширь.

Тварь удивленно мигнула и ответила тем же, растянув углы пасти далеко за основание острых перепончатых ушей. Мои верхние конечности, к счастью, не попали под пресс «ершистой» туши, поэтому игра в гляделки закончилась не совсем традиционно. Правой рукой мне удалось отшвырнуть от себя горсть мелких камешков – не очень далеко, но и этого хватило. Когда же непрошеный визави повернул в сторону источника звука большую клинообразную голову, подозрительно поводя удлиненным и подвижным, как у землеройки, носом, я изо всех оставшихся силенок вонзила нащупанную слева длинную острую штуковину в часто моргающий выпуклый глаз.

Все, что происходило в следующие несколько минут, помню в виде набора отрывков из обрывков, увиденных к тому же как бы со стороны. Щеткообразная крысомордень (или крысообразный ершикопотам?) издала пронзительный визг, от которого тут же заложило уши, выполнила немыслимый скачок с места вверх и вбок с поворотом вдоль своей продольной оси, с неприятным звуком приземлилась на груду щебня и судорожно забилась. Она дергалась, изгибалась, взбрыкивая задними ногами, хлестала по сторонам раздвоенным хвостом и продолжала хрипло рычать и царапать окровавленную морду в тщетной попытке избавиться от источника боли.

Мощный всплеск чужих ощущений словно пробил плотину – мои сенсоры не нашли лучшего момента, чтобы включиться все и сразу!.. Теперь я тоже каталась по угловатым гранитным обломкам, закрыв руками глаза и пытаясь унять саднящее жжение внутри черепа, которое сопровождало беспорядочное перемещение по полю зрения пульсирующего сгустка ослепительно-яркого багрового пламени с какими-то металлическими проблесками вперемежку с хаотично возникающими пятнами странного зеленоватого свечения.

Новый сигнал тревоги перечеркнул этот фейерверк слепяще-белой молнией. Меня словно ледяной водой окатило, заставив зажать свое очумевшее от впечатлений сознание в кулак. Я кое-как проморгалась и встала на четвереньки, превозмогая страшную слабость и дрожь во всех до единой мышцах. Принимать вертикальное положение почему-то не хотелось, и я довольно бодро заперебирала подгибающимися конечностями, стараясь убраться как можно дальше от уже обжитой ямки. Вовремя: длинный крысиный хвост шипастым хлыстом свистнул в воздухе и хлестко приложился к россыпи камней там, где только что лежал мой обессиленный организм… Я машинально прикинула на глаз количество кислотно-зеленых бликов, отмечавших каждое ядовитое острие, и порадовалась вовремя проявленной расторопности. Правда, успокаиваться было рано.

Неведомой твари удалось избавиться от моего подручного средства, но поврежденный глаз не помешал ей безошибочно развернуться в нужную сторону, готовясь к нападению. Она продолжала оглушительно визжать, временами, видимо, переходя на ультразвук, потому что к обычным впечатлениям для полного счастья добавилась резкая боль, разрывающая череп, и своеобразное ощущение, будто кто-то горячими пальцами пытался выдавить мои глаза изнутри. Я успела добраться до каменной глыбы и, судорожно цепляясь дрожащими руками за выступы и неровности, кое-как утвердилась на ногах. И тут же снова распласталась на куче камней, сшибленная ловкой подножкой.

Это какой же бедлам творился в моей бедной голове, что я не обратила внимания на новый всплеск враждебной энергии позади себя! Очень мило – теперь зверушек стало двое! Причем новое действующее лицо было раза в полтора крупнее первого.

– Заходите к нам на огонек… – прорвало вдруг меня. – Кто за пойлом сбегает в ларек?!

Правильно – помирать, так с музыкой! Сообразим на троих… только вот надолго ли меня хватит?! Я плотнее вжалась в шершавый гранит. Может, удастся как-нибудь спровоцировать их, чтобы они за добычу между собой передрались, а я смогу благополучно удалиться хотя бы до тех виднеющихся невдалеке развалин, где можно будет отдышаться? Вряд ли: судя по их поведению, это не случайно встретившиеся одиночки, а существа, привыкшие действовать совместно и согласованно с подобными себе.

Больше ни до чего такого же утешительного мне додуматься не удалось. Первая крыса замерла передо мной, задрав над головой, подобно скорпиону, раздвоенный хвост, каждая составляющая которого заканчивалась полуметровым четырехгранным наконечником. «Пригвоздит к субстрату и фамилию не спросит – на кой она ей, в самом-то деле!» – пронеслось в голове.

У левого уха раздалось негромкое урчание: нэфи принял привычный котеночный облик и, сидя на моем плече, обводил пейзаж неодобрительным взглядом. Судя по всему, он решил взять инициативу в свои лапы и вступить в игру, не спрашивая моего на то благословения.

– Только тихо!!! – все-таки успела прохрипеть я, с трудом переводя дыхание.

Фадик воинственно фыркнул и по-кошачьи выгнул спину. Зрачки его серебристых глаз резко расширились, полыхнув оранжево-алым сиянием. Этот световой поток тут же сузился в пару дымящихся, тонких, как спица, лучей, которые прицельно вонзились в самый центр тарелкообразной гляделки не успевшей прыгнуть крысы. Ее пронзительный визг оборвался громким булькающим звуком; гигантская тварь вскинулась на дыбы, подпрыгнула и, судорожно дергаясь и выгибаясь упитанным щетинистым телом под неимоверными углами, распласталась на камнях в полудюжине метров от моих вконец ослабевших ног.

Я сползла спиной по гранитным неровностям и наконец-то смогла вдохнуть.

– Сокровище ты мое!

Нэфи с удовольствием позволил чмокнуть себя в холодную влажную пуговку носика, но тут же с долгим шипением ощетинился снова: каменная глыба за спиной ощутимо завибрировала от низкого прерывистого клокочущего рыка. Вторая крыса, временно оставленная без внимания, решила всерьез обидеться на подобную бестактность.

Откуда силы взялись! Меня словно пинком подбросило, хотя ясно было, что от этой громадины мне уже не увернуться, придется позволить хранителю проявить свою мощь во всей красе. Правда, при этом рассекретимся на раз и объявим о своем явлении здешнему народу, причем так, что даже глухие и слепые коматозники не останутся в неведении, но… не погибать же в целях конспирации! Некогда мне заботиться о состоянии нервов местных жителей и поддержке обмена веществ у всяких монстров, у меня тут муж без вести пропал, страна в опасности, враги в розыске и настроение ни к черту! Конечно, лучше бы замочить этих прыгучих проглотов по возможности втихаря…

«Замри!!!»

Вот и ответ на мои суматошные мысли!.. Я пригнулась и застыла на полушаге и полувдохе – мимо, едва не задев, просвистело что-то увесистое и с неприятным звуком угодило в голову жуткой твари, точнехонько в область виска. Приглушенный хруст, короткий сдавленный взвизг – огромная крыса тяжело рухнула на бок и затихла, пару раз дрыгнув напоследок задней лапой… кажется, левой…

Размытая тень метнулась в мою сторону в длинном прыжке, настолько стремительном, что я не успела отреагировать, а Тарглан уже стоял рядом и встряхивал меня за плечи, встревоженно заглядывая в глаза.

– Ты цела?!

Я добросовестно прислушалась к своим ощущениям.

– Во всяком случае, кости все в наличии… разве что в другом порядке. И стоять уже вполне могу сама… Откуда ты взялся?!

Он со вздохом облегчения отпустил меня и кивнул в сторону поверженного монстра:

– Вряд ли эти милашки умеют настолько изощренно выражать эмоции, поэтому мне и подумалось, что наше величество попало в неподходящую компанию… Или все-таки не стоило прерывать вашу теплую беседу?

Я молча показала ему кулак и тут же выдала повышенной крепости рукопожатие с проникновенным «спасибо».

– На здоровье! – хмыкнул Светлый Вождь, стягивая растрепавшиеся волосы в хвост. – Обращайся… Надо бы вещи подобрать.

Я двинулась вслед за ним, прилежно распустив «поисковую сеть».

– Чем же ты так удачно запустил в ту симпатяшку? – поинтересовалась я, вытягивая за рукав из-за полусгнившего ствола какого-то огромного дерева его куртку, сброшенную в пылу драки.

– Камушком, – пожал плечами мой спутник, встряхивая сложенную длинной полосой рубашку, послужившую пращой. – Благо здесь в них недостатка нет.

Я не поленилась подойти поближе к остывающей туше и, аккуратно обойдя тускло поблескивающую лужицу свежей крови, заинтересованно прищурилась в сторону головы. Здоровенный обломок серого гранита в форме ребристого клина, посланный умелой рукой, очень удачно угодил зазубренным острием в линию стыка между плоскими костями. В настоящий момент вытянутый крысиный череп напоминал грубо вскрытую шкатулку с приподнятой крышкой, а внутри явственно виднелось кровавое месиво, в которое превратился мозг ненасытной твари.

– Неплохо получилось! – признала я, старательно подавляя мощные проявления рвотного рефлекса. – Звездануло не хуже приличного «желудя»…[11]

Только сейчас до сознания по-настоящему дошло, насколько рискованное приключение нам перепало, – и меня затрясло как отбойный молоток. А когда я расслышала, что пытается мне втолковать Призрак, тряска усилилась раза в четыре:

– …найти какое-нибудь укрытие, вряд ли зверушек было всего две. Того и гляди на запах свежей крови сбежится вся стая!

– Может, не надо было убивать этого мышиного короля? – Мои попытки сдержать зубовный стук не увенчались успехом.

– Угу. Надо было добровольно пополнить здешнюю коллекцию сувениров! – Тарглан, успевший приладить на плечо вновь обретенную сумку, что-то подобрал с земли и перебросил мне. – Смотри, чем ты лишила зрения нового знакомца!

Я машинально поймала странный предмет, послушно вгляделась… и, сильно вздрогнув от резкого всплеска неприятных ощущений, выронила, брезгливо отерев ладонь о ближайший выступ замшелой глыбы. Это был побелевший, основательно выпачканный крысиной кровью фрагмент человеческой бедренной кости, аккуратно расколотой вдоль слегка наискосок. Почему-то не возникло ни малейшего желания спрашивать, чьи зубки столь основательно поработали над ней в свое время. Причем в процессе выскабливания съедобных элементов изнутри и снаружи оставили глубокие царапины и характерной формы отверстия.

– Послушай…

Но Светлый Вождь сделал предостерегающий жест, прислушиваясь к чему-то другому. Я тут же распустила «поисковую сеть», и мы одновременно прокомментировали новое явление – правда, каждый на свой лад:

– Нам – туда!

– Чтоб оно все!..

Думаю, указывать авторство реплик нет необходимости… Несколько бесконечно долгих минут сумасшедшего бега в полной темноте вверх по довольно крутому склону, по немыслимо ноголомной местности (без повреждений и падений обошлось лишь благодаря сенсорам да крепким рукам и быстрой реакции Призрака) – и теперь крики моей подруги стали доступны обычному слуху. Только вот кричала она не совсем то, что, как правило, можно услышать в подобной ситуации от юной девушки из хорошей семьи.

Я все-таки отвлеклась и споткнулась, больно приземлившись на четвереньки, успела от души высказаться в адрес остроконечных каменных обломков, а «скрытое зрение» услужливо выдало незабываемую картину. Вершину яйцеобразного холма, на который мы взобрались, когда-то украшала внушительная постройка, и одним из ее элементов был ребристый купол, водруженный на несколько ребристых же колонн, каждая примерно в три обхвата. К настоящему моменту от впечатляющего сооружения остались лишь обширные живописные руины, среди которых, подобно оттопыренному среднему пальцу, гордо возвышалась последняя колонна, слегка пострадавшая от разрушительных сил природы, но все еще достаточно прочная. Вот на сильно скошенную поверхность верхней площадки останков древней архитектуры, оказывается, и забросило высокочтимую госпожу Леону.

Как она умудрилась продержаться столько времени – одному богу ведомо! Пока мы у подножия холма выясняли отношения с представителями здешнего парка мутантов, Норка тоже не скучала в одиночестве. Почетную обязанность по скрашиванию вынужденного досуга нежданной гостьи взяли на себя сразу три симпатичные зверушки, внешне – близкие родственники невинно убиенных нами, среди которых выделялась размерами необычайно длиннохвостая особь странно-белесой расцветки.

Судя по всему, крысюки успели разочароваться в собственных возможностях на предмет прыжков с разбега и прицельного попадания по желанной добыче хвостом. Попытки вскарабкаться вверх по растрескавшемуся камню тоже не увенчались успехом, разве что прибавили некоторое количество свежих гранитных обломков к уже имеющимся в наличии россыпям таковых. Да, еще убавили терпения, избытком которого решительно настроенное зверье и без того не страдало. Сейчас очаровательная троица, встав на дыбы, толкаясь, визжа и скалясь друг на друга, расшатывала памятник древней архитектуры, причем выходило у них на удивление слаженно.

Потенциальная жертва, распластавшись по неровной плоскости на высоте примерно пятого этажа, лихорадочно пыталась найти точку опоры понадежнее, но тщетно – уставшие руки цеплялись за гранитные выступы уже из последних сил, а шипы набоек на подошвах сапог скользили по наклонной поверхности без особого толка. Вячеславна прекрасно сознавала шаткость нынешнего своего положения, но сдаваться не собиралась и тешила душу прицельными плевками. Попутно громко и чаще всего нелестно поминала вслух родню всех замеченных ею присутствующих примерно до девятнадцатого колена, затейливо перемежая образные эпитеты витиеватыми пожеланиями и напутствиями. Причем почти не повторялась!..

Призрак, не сбавляя скорости, прислушался, уважительно присвистнул и бросил мне на ходу:

– Интересно все же, в каком порядке вы с ней обмениваетесь опытом в области словесных изысков?!

И, не дожидаясь ответа, запустил в оживленно копошащихся у подножия колонны хищников тут же подобранным увесистым обломком. Короткий взвизг – и три пары злобных, мерцающих красным глаз уставились на нас в упор, а сверху донесся торжествующий переливчатый вопль на зависть всей тарзаньей родне:

– Ну все – … вам………., плешивые недоноски! Наши на подходе……….!

Дальше было просто и неинтересно, хоть и зрелищно. На моем плече с громким шипением выгнул пушистую спинку Фадик – и длинный узкий язык ослепительно-белого пламени, эффектно распоров ночной мрак, оставил от самой крупной и голодной твари нечто бугристо-плоское, обугленное, дымящееся и отчаянно воняющее паленой плотью. Тарглан без лишней суеты с помощью своей самодельной пращи раскроил череп второму зверю. Третий же под шумок улизнул за сильно покосившийся архитектурный элемент и, судя по доносившимся звукам, спешно пытался вырыть если не тоннель, то хотя бы окоп. Я недолго думая ринулась туда же и едва не упала после ловкой подсечки неожиданно хлестнувшим из темноты шипастым раздвоенным хвостом, но в последний момент успела ухватиться за ребристый выступ многострадальной колонны.

– Аккуратней там, а то еще и тебя спасать придется! – проявила заботу подруга, висящая уже на одном честном слове.

– Плавали – знаем, но все равно спасибо! – Реверанс, учитывая обстоятельства и спешку, вышел не очень удачным, зато нэфи увидел свою цель и воинственно фыркнул, обдав мое ухо потоком горячего воздуха.

Плотная стайка пламенно-алых искр на мгновение зависла в прохладном ночном воздухе и, выстроившись острым клином, устремилась к суетливо копошившемуся невдалеке врагу. Казалось бы, чем крупной туше могут повредить искорки, хоть и в большом количестве? Такие искорки – еще как: благополучно проникая в самую глубину активно шевелящейся плоти, каждая из них взрывалась ненамного хуже ручной гранаты. Последние три сыграли роль похоронных фейерверков, попутно далеко разметав оставшиеся мелкие ошметки.

Когда перестало звенеть в ушах, мы поднялись из неглубокой ямы, куда успели залечь за долю секунды до первого залпа. Мне из-за сильного головокружения пришлось некоторое время пообниматься с окончательно треснувшей вдоль щербатых ребер колонной, чтобы дать своим ногам возможность вспомнить, в какую сторону им предписано гнуться изначально. Призрак тем временем умудрился не только поймать на руки все-таки сорвавшуюся и летящую с истошным воплем соратницу, но еще и не покраснеть, вынужденно слушая краткий, зато о-о-очень громкий и содержательный монолог в ее же исполнении.

Начало нового дня мы встретили в дупле огромного старого дерева. После бурных недавних событий ночевать на земле никто из нас не согласился бы даже за весь алмазный запас королевства! Искать же более надежное укрытие в незнакомой местности просто не было сил – мои сенсоры остро нуждались в передышке, да и нэфи не являлся счастливым обладателем вечного источника энергии. Всем досталось неслабо, поэтому пришлось наскоро подлатать повреждения, в спешном порядке добираться до видневшегося невдалеке леса и вспоминать навыки древолазания. В деле заметания своих свежих следов очень помог аварийный запас хитрого снадобья, составленного мною специально для подобных случаев.

Дело в том, что в свое время мне довелось прочитать немало детективов и шпионских историй, где упоминалось, как отрицательные персонажи применяли в целях отбивания запаха у следов особую перечно-вонючую смесь. По давней знахарской привычке самые ценные средства первой необходимости я хранила не в сумке, а в мешочках на поясе и в карманах, большое количество которых скрывалось в одежде там и сям. Теперь подобная предусмотрительность оказалась как нельзя более кстати…

К тому же несколько «снарядов» из яичной скорлупы, заполненной полезно-спасительным составом, отыскались в сумке Светлого Вождя. Он пояснил, заметив мою вскинутую бровь:

– Я частенько пользуюсь подобными штучками… правда, твой рецепт более убедительный!

В поисках подходящего места для пристраивания усталых тел хотя бы на отдаленное подобие отдыха больше повезло Призраку. Он успел уйти подальше в чащу и обнаружил огромное старое дерево, в стволе которого на приличной высоте образовалось обширное убежище. Мне, правда, показалось подозрительным, что в нем до сих пор не поселилась никакая живность, но я решила оставить экологические изыскания на светлое время суток. Просто помогла выгрести сор, наломать веток, потом подсадила Норку и следом стекла сама. Места хватило аккурат для нас двоих, и то если полусидя и сложиться втрое…

– За меня не беспокойся! – опередил мой вопрос Тарглан. – Я себе присмотрел подходящий насест поблизости. По сравнению с тем, где мне порой приходилось в засаде сиживать, это почти дворец!

Я вяло кивнула, из последних сил накрылась курткой и заснула до того, как окончательно закрыла глаза. Казалось бы, никто и ничто не сможет пробиться в сознание, отключившееся столь добросовестно, ан нет – под утро все-таки приснился сон. Причем однообразный до такой степени, что было непонятно, зачем начинать сниться вообще – «вода, вода, кругом вода»[12], да еще и странного цвета… Ни дельфинов, ни птиц, ни другой какой живности, ни намека на берег с любой из известных сторон, только солнце, обжигающее висок, да беспокойные пенные волны вокруг…

Глава 2

Меня разбудило мерное поскрипывание. За ночь поднялся ветер и раскачал наше временное убежище, которое теперь словно бы обрадовалось компании, появившейся впервые за много лет, и спешило поведать обо всем, чему было свидетелем за свою долгую жизнь. Первое, о чем подумалось, – не будут ли скрипеть еще громче затекшие за ночь суставы… Обошлось. Кряхтя и сдержанно чертыхаясь, я кое-как выползла на свет божий из недр дупла и с неописуемым удовольствием потянулась до хруста во всех возможных местах, погнулась в разные стороны, поприседала и помахала руками. Это помогло проснуться окончательно, и теперь я с удовольствием обозревала окрестности.

Пышная зелень вековых деревьев, пронизанная солнечными лучами, густая трава под ногами, яркие куртинки цветов и кружащая над ними членистоногая летучая мелочь… Свежий ветер, периодически коварно прорываясь из-за кустов, разгонял эту жаждущую нектара орду, но через несколько мгновений все – и всё – возвращались на круги своя… Только некоторое время спустя до меня дошло, какое несоответствие было в этой красоте – странная тишина. Нет, шелест густой листвы и прочие звуки слегка ветреной погоды никуда не делись, а вот полное отсутствие признаков присутствия хотя бы одной птицы, равно как и мышей и белок, наводили на размышления… большей частью малорадостные. Что-то в этой летней идиллии было сильно не так!

Сенсоры включились в полном составе и автоматически, заставив меня поморщиться, как всегда при подобном «аврале». Быстрое, но тщательное прочесывание местности успокоило насчет нормального положения вещей с трех сторон. С четвертой же… даже не знаю, как описать это «ничего», выданное моей дополнительной системой. В смысле – вообще ничего: вакуум, бездна, провал в пространстве и времени… Нет, надо взглянуть самой!

Ни тогда, ни сейчас не смогла бы объяснить, почему я кралась к той опушке на цыпочках. Мало того – я еще и дышала через раз, будто пыталась выследить самого чуткого в мире зверя! Но забыла обо всем, стоило шагнуть к самой границе странной зоны. И это не фигура речи – граница действительно была…

В целом панорама, открывшаяся взору с возвышенности, оказалась достаточно живописной. Вдали синел подернутый утренней дымкой океан, в глубь суши тянулись горные хребты, побережье залива украшал пестрый полумесяц огромного порта, а между ним и приютившим нас на ночь лесом располагались те самые руины, которые послужили ареной для «теплой» встречи с местными грызунами-мутантами. При свете солнца эти развалины – судя по всему, не такие уж и древние! – выглядели вполне безобидно, разве что удручал сам факт разрушения некогда внушительного и красивого сооружения (скорее всего, храма) с ребристыми, сплошь покрытыми узорами куполом и колоннами. Когда-то с четырех сторон к вершине холма вели широкие каменные лестницы с резными перилами, а на всем окружающем пространстве был разбит шикарный парк.

Сейчас остатки былого великолепия лежали в виде разнокалиберных обломков у подножия холма вперемешку с побелевшими стволами засохших и поваленных вековых деревьев. Склоны изрыты многократными оползнями, начисто снесшими тесаные ступени; дороги, ведущие к ним, сплошь покрыты травой и кустарником… Зато на самой территории бывшего святилища не видно ни одной травинки – как и признаков любых других существ заодно… Даже трупы убитых вчера монстров куда-то делись. А граница безжизненной области, которую мои сенсоры показывали мне как абсолютно пустое место, ровной аккуратной линией проходила как раз у моих ног, очерчивая на местности впечатляющих размеров круг – белесый, словно присыпанный пеплом…

– Уж-ж-жасно интересно все то, что неизвестно![13] – машинально процитировала я всплывшую в памяти песенку из мультика «38 попугаев», которая сейчас оказалась как нельзя более к месту.

– Если ты о вчерашних развлечениях на сон грядущий, то… знаешь, где именно хотелось бы видеть подобные интересности?! – проворчали кусты за спиной Норкиным хрипловатым со сна голоском.

– Догадываюсь, – усмехнулась я, оборачиваясь и наблюдая, как подруга, настороженно щурясь по сторонам, выбирается из густых зарослей. – Чего тебе-то не спится в рань такую? Стало страшно?

– Угу. До заикания и дрожи в коленках. Только за тебя! – Она стряхивала с рукавов куртки мелкий сор. – Я, конечно, еще мало что понимаю в особенностях здешнего бытия, но, по-моему, бродить в одиночку в этих благословенных местах все-таки не стоит…

Я оценила по достоинству благородный порыв ее души, поэтому не стала напоминать, что, когда со мной нэфи, прогулка вряд ли тянет на одинокую… скорее уж на маневры небольшой, но хорошо вооруженной армии. Или как минимум диверсионной группы.

– Кстати о прогулках и одиночестве, – продолжила Вячеславна, когда мы, пройдя вдоль «границы» в сторону океана к следующему невысокому холму, остановились, решая, с какой стороны будет лучше на него взобраться, чтобы попасть в березовую рощу на вершине. – Где наш достославный соратник?

– Уже соскучилась? – поинтересовалась я довольно-таки рассеянно, так как пыталась определить, какой из принесенных ветерком запахов показался мне знакомым.

– Просто…

– Что «просто»? – Не дождавшись окончания фразы, я оставила на потом перетряхивание закромов памяти, чтобы в деталях разглядеть выражение, украсившее лицо собеседницы. Степень смущения просто поражала воображение…

– Во-первых, я так и не сказала ему спасибо. А во-вторых… знаешь, я вчера, кажется, слегка переборщила с крепкими выражениями… как вспомню – у самой уши вянут!

– Во-первых, начнем с «во-вторых». – Я честно старалась говорить серьезно. – Никого ты своими многоэтажными конструкциями не удивила, учитывая обстоятельства и глубину шока, вполне объяснимого для человека, совсем недавно попавшего в этот причудливый мир. Впрочем, и старожилы вряд ли каждый божий день влипают в подобные переделки! К тому же именно этот конкретно взятый соратник уже имел удовольствие – хоть и сомнительное! – ознакомиться с подобными словесными изысками еще пять лет назад в процессе совместного путешествия с посланницей небожителей в моем лице.

– Да вроде никаких излишеств за тобой в этом смысле не замечалось – во всяком случае пока.

– Вот именно, что «пока»! – усмехнулась я. – Тогда было все по-другому… Одни стрессы сплошь и рядом: от перехода из цивилизованного мира в средневековье, от явления мечты во плоти, от собственной высокой миссии, совершенно, между прочим, непрошеной, и от всех остальных деталей помаленьку… Постепенно, конечно, втянулась, куда было деваться, но за это время окружающим тоже нелегко пришлось – к подобным подаркам судьбы у них иммунитета не оказалось…

– Надо же! Значит, замужество настолько пошло тебе на пользу?

– Представь себе!

– Какой воспитательный эффект, кто бы мог подумать! Или это была антибранная прививка интеллигентности?! Нет, я теперь еще сильнее хочу взглянуть на это чудо!!!

– А уж я-то как с тобой в этом солидарна! Особенно теперь…

– Ох, извини!

Я махнула рукой:

– Ничего, вот закончим эти междумирские хлопоты – насмотришься! К тому же не только в нем было дело. Не забывай – двойное материнство и корона ко многому обязывают… За целую пятилетку научиться чему-то полезному способна даже я!

– А ты действительно сильно изменилась, – раздумчиво протянула подруга. – Иногда я тебя просто не узнаю!..

– Я сама себя не всегда узнаю, – вздохнула я. – Жизнь, знаешь ли, самый лучший шлифовщик и мастер алмазной грани в отношении душ…

– Такая всегда была романтичная натура!..

– Розовые очки, как правило, бьются стеклами внутрь! Но у меня они, хвала всем кому положено, просто повыцвели со временем, зато добавилось некоторое количество здорового цинизма и прагматизма… Нет, меня по-прежнему волнует, восхищает и настраивает на поэтический лад вид моря на закате, радуга на снегу, звездопад и танцы журавлей, но… созерцая игру бликов на лунной дорожке, я не перестану сканировать пространство вокруг себя!

– Слушай, но это же…

– Нет, не выматывает и не напрягает, если все спокойно, потому что происходит автоматически, на уровне подсознания. За это время пришлось многое повидать…

Норка задумчиво улыбнулась, потом встряхнула головой:

– А во-вторых, насчет «во-первых»?

– Скажешь спасибо сегодня при первой же возможности, только и всего! – Я пожала плечами. – Светлый Вождь вполне способен понять, в каком состоянии ты была вчера…

– Но с интересом выслушаю прямо сейчас! – Знакомая фигура материализовалась из ниоткуда перед нами, заставив обеих основательно вздрогнуть.

Рассудив, что при свете дня ночные хищники нас вряд ли потревожат, мы с удобством расположились на опушке неподалеку от маленького, но бурного и чистого ручейка и подкрепились остатками припасов, обнаруженных в сумке Призрака. Особо существенного ничего раскопать не удалось, но НЗ в виде пакета с хлебом и ветчиной был тут же нами возведен в ранг подарка небес. Лимоны, которые изначально были мной приплюсованы понемногу к багажу всех членов команды, после некоторых раздумий есть все-таки не стали, отложили на потом.

Норка первой озвучила главную на сегодняшний день проблему:

– Кто-нибудь успел заметить, что произошло с нашими?..

– Пас! – развела руками я. – Помню только сам взрыв… и, пожалуй, смогу объяснить, почему мы трое собрались вместе.

– ???

– Просто именно мы оказались ближе всех к порталу и на одной линии, поскольку держались друг за друга. Вот нас кучно и забросило с погрешностью плюс-минус километр.

– А их, значит, могло занести совсем в другие края?!

– Теоретически – да… хотя вряд ли. Просто запасы магической энергии, как и любой другой, не безграничны – если затеяна переброска в пространстве на такое большое расстояние, как в нашем случае, то вряд ли в окружающих энергопотоках оказалось достаточно мощности, чтобы одновременно с нашим смог сработать еще один портал. Впрочем, другая «дверь» могла открыться и чуть позже, когда мы уже не могли этого видеть.

– Надеюсь, они хотя бы живы!

Мы не сговариваясь посмотрели на Тарглана, тот качнул головой:

– Ничего не могу сказать! Я все это время пытался добраться до их сознания, но… И снова нет, высокочтимая госпожа Леона, – с головой у меня все в порядке, ибо я умею приземляться на другие, более подходящие части тела, не задействованные в телепатии никоим образом! Извиняться не стоит, подобные сомнения вполне ожидаемы…

Вячеславна слегка покраснела и все же что-то проговорила, совсем тихо. Призрак, едва заметно улыбнувшись краем рта, ободряюще кивнул ей, на том и успокоились. Правда, ненадолго – фантазия подруги, похоже, работала в усиленном режиме в поисках выхода из нашей непростой ситуации.

– А если наше величество разок-другой попробует «заглянуть за Предел»?..

– …то этот разок станет по меньшей мере сто тринадцатым! – невесело усмехнулась я, нисколько не обидевшись на невольный намек на мою возможную нерадивость и равнодушие. – Только «посланница небожителей» и «бог во плоти» – это все еще две большие разницы!

– То есть…

– Вот именно – глухо, как в заброшенном бункере! Но, думаю, заказывать панихиду рановато. Во всяком случае, сердце не пытается завязаться в узел, да и других неприятных ощущений не возникает, когда пытаюсь о них думать.

– И то хлеб! – Норка заметно приободрилась. – Значит, есть шанс увидеть их живыми?

– Если не произойдет что-нибудь еще. – Светлый Вождь протянул ей бутерброд.

– Спасибо… И все же – то, что до них не удается «докричаться», не есть хорошо, если не ошибаюсь?

– В общем, да. Они могут быть без сознания, или под воздействием сонных чар, или просто находиться там, куда не в силах пробиться сенсоры…

– Но это не значит, что мы на том и успокоимся! – поспешил добавить Призрак, заметив смену выражений на лице собеседницы. – Что-нибудь все равно придумаем! Помочь им прямо сейчас мы ничем не в силах, зато можем предпринять кое-что в отношении себя и ради продолжения нашей благородной миссии…

Для начала Тарглан вызвался сходить в город на разведку и заодно подыскать нам какое-никакое пристанище на ближайшее время, которое потребуется, чтобы попытаться воссоединиться с остальными членами команды и определиться с дальнейшими действиями. Намек на неизбежные расходы изменил направление течения мыслей в еще менее радостную сторону.

Норке вполне к месту вспомнился один из «Вредных советов» Остера – на тему, что делать, когда внезапно заканчиваются деньги. В нашем случае чужой жизненный опыт оказался бесполезным – в кармане у соседей тоже гулял ветер. Баллов этак на девять. Несколько монет, которые удалось наскрести в результате совместных усилий, в счет не шли, учитывая предстоящие расходы. Обратиться же в местный филиал государственного банка или профсоюз возможности никакой не было, ибо мои знахарские документы остались в сумке, а нагрудный знак-подвеска, видимо, потерялся при взрыве и принудительной переброске. Нортис и маг с нашими финансами и верительными грамотами болтались неизвестно где, у имеющегося в наличии спутника в этих краях своих надежных каналов тоже не оказалось, а «светиться» не следовало по любой из возможных причин.

– Да снизойдет спокойствие и благодать на обеих высокочтимых дам, дабы перестали они волноваться по пустякам! – Светлый Вождь на минуту отвлекся от уничтожения своего бутерброда, чтобы отвесить нам церемонный полупоклон. – Ваш покорный слуга все устроит в лучшем виде!

Правильно истолковав отобразившееся на наших лицах недоумение, он хмыкнул и повел подбородком в сторону приличного вороха толстых сухих сучьев, лежащего невдалеке от места нашего привала. Подруга бросила на меня озадаченный взгляд – в самом деле, невелик шанс ощутимо разжиться на доставке дров силами одной человеко-единицы, пусть и настолько физически совершенной!.. Сообразив, что к чему, я заинтересованно прищурилась в указанном направлении, попутно активируя сканеры… чертыхнулась и передернула плечами – по спине и дальше, до подколенок, бодрым галопом пронеслась многотысячная толпа особо крупных ледяных мурашек.

– И когда ты успел поупражняться в расчлененке?!

– Когда вы мирно спали в своем гнезде. – Призрак невозмутимо стряхнул крошки со штанин и встал, разминая мышцы. – Не бросать же на произвол неизвестно кого такие редкие трофеи, которые к тому же достались нам совсем непросто! Сколько-то монет за них да удастся выручить…

– И кому же может понадобиться эдакая… экзотика?!

– Да хотя бы караульным, которые непременно устроят полный досмотр такому подозрительному «дровосеку». – Отвечая нам, Светлый Вождь не глядя проверил содержимое карманов и застегнул куртку. – Наверняка власти еще не в курсе, что за живность расплодилась в этих развалинах, поэтому им придется в срочном порядке посылать сюда отряд «чистильщиков», пока сведения о таком вопиющем недосмотре не просочились наверх, вплоть до канцелярии твоего благоверного. Или – еще того пуще – пока слухи не посеяли панику среди местного населения с неизбежным переходом на выгодных гостей! Поэтому самым разумным для них будет выкупить эти «весомые доказательства» у случайного везучего бродяги, то есть у меня, и с лихвой возместить убытки за счет премии, положенной бдительным хранителям общественного покоя.

Когда наш друг и соратник, навьюченный внушительной вязанкой хвороста с жуткой «начинкой», скрылся с глаз, Норка, провожавшая его взглядом, нарушила наконец молчание, которое хранила непривычно долго:

– Что же такое там было спрятано?

– Сама не догадываешься? – усмехнулась я, снова невольно передергиваясь от омерзения и «приятных» воспоминаний. – Некоторые фрагменты организмов тех милых монстров, безжалостно убиенных бессердечными нами нынешней ночью, а именно – хвосты, отсеченные ниже места раздвоения, и языки… Да, чуть не забыла – еще когти со средних пальцев, те, самые длинные.

– Хорошо, что мне самой не вздумалось посмотреть на эти трофеи! – Вячеславна зябко поежилась и взглянула на меня. – Чем займемся?

После недолгих обсуждений решено было совместить прогулку по лесу с постепенным перемещением поближе к океану и подальше от развалин, поскольку совсем не собирались пересекаться с местными добровольцами и специалистами по борьбе с нечистью. Во время блужданий среди вековых деревьев мне на глаза попалось несколько интересных представителей здешней флоры, да и вообще – в силу давно сложившейся знахарской привычки я существенно пополнила запасы растительного сырья самого разного назначения.

В конце концов мы обосновались у подножия огромного холма с крутыми склонами. Я разложила в тенечке свой урожай, чтобы подсушить, а на солнышке – себя, чтобы, пользуясь моментом, позагорать без лишних свидетелей, благо погодка выдалась на диво. В нескольких шагах тихонько поплескивали волны, вдалеке лениво покрикивали чайки, легкий ветерок шевелил волосы на голове и чахлые кустики на берегу…

Из расслабленного состояния, как чаще всего бывало, вывели сенсоры, сработавшие на появление посторонних лиц одновременно в нескольких местах поблизости. Я, не открывая глаз, машинально раскатала «поисковую сеть» во всю возможную даль и ширь – так и есть! Вдоль берега к нам двигался индивид с очень знакомой окраской личного энергетического поля, а в районе тех самых руин осторожно перемещались вооруженные люди в количестве примерно трех дюжин. Это наверняка прибыла здешняя группа зачистки, причем тихо, через качественно сработанные порталы, дабы не спугнуть возможную добычу. Надо бы перебраться подальше, ни к чему отвлекать внимание тех же магов на присутствие иных носителей магической ауры. Нэфи, например…

– Не стоит! – ответил на мои мысли Призрак, неслышно вынырнув из густой тени. – Не до нас там сейчас, если даже сядем в ряд напоказ прямо на границе дурной зоны, – я их основательно взбаламутил! Видели бы вы лица тех, кто первым рассмотрел в деталях мою поклажу!..

Разговор мы продолжили сразу после того, как приступили к истреблению принесенного соратником провианта. Кроме грудинки, сыра, фруктов и свежих, еще хрустящих лепешек в его сумке обнаружилась пара объемистых бутылей – с медовым напитком и легким вином, что сразу прибавило нам хорошего настроения. Тарглан образно, почти дословно передал разговор сначала с привратниками, затем с комендантом городского гарнизона, к которому его спешно проводили под присмотром трех вооруженных стражей, а еще чуть позже – с главой местных магов, которому и пришлось дать подробный отчет о происшедшем. С умолчанием некоторых деталей, само собой…

К тому же из обрывков услышанного традиционным способом и телепатически удалось воссоздать общую картину давних событий, которые послужили причиной возникновения этакого «рассадника» злой нечисти. Когда-то на этом холме стоял прекрасный древний храм Бога Света, почитаемый и в наши дни, хоть и давно пустовавший. В Темные годы среди множества разнообразного пришлого люда, возжелавшего попытать счастья среди творящегося беспредела, нашлась группа приверженцев какой-то привозной религии, которые во что бы то ни стало решили насадить новые веяния путем полного искоренения старых. Они собирались разрушить храм и воздвигнуть на его месте свое святилище, но не учли силу многовековых традиций и устоев.

Местное население, до глубины души возмущенное подобным кощунством, попыталось помешать творимому произволу, произошла короткая, но бурная стычка с применением разных видов магии… Чужеземцы призвали на свою сторону неведомую темную силу в виде гигантского смерча, превращавшего в пыль все, чего бы ни коснулся, и уже потирали руки, ожидая бесславной кончины противников, те же не сдавались до последнего. Конец противостоянию положила небывалой силы молния, которая в самый разгар событий ударила с абсолютно ясного неба, превратила древнюю постройку в руины и обратила в прах ее осквернителей, а на когда-то спорной территории теперь избегали селиться даже сорняки…

– Откуда же тогда взялись эти суперкрысюки?!

– Вполне могли попасть сюда случайно на любом из кораблей, – пожал плечами Светлый Вождь, ловко счищая кожуру со странного фрукта, похожего на сплющенный мохнатый ананас. – Подобные места всякую нечисть просто притягивают… а после прижились, расплодились, изменились…

– Или пришлые колдуны оставили незакрытым портал в то измерение, откуда призывали подмогу, – продолжила я, с невольным подозрением глядя на его манипуляции. – А если так, то агрессивность этих милых созданий оказалась полезной – такие ни за что не потерпят конкуренции и не дадут прижиться другим хищникам…

– Ладно, прикладную экологию можно пока оставить на потом. – Норка невольно передернула плечами. – Скажи лучше, как у нас теперь с деньгами?

– Заплатили на удивление прилично. Видимо, размеры будущих премиальных за подобную сверхурочную работу здесь гораздо выше, чем я думал.

– Или просто решили не раздражать человека, способного добыть этакие трофеи. Кто знает, как у него с нервами после бурно проведенной ночи… К чему лишний раз рисковать здоровьем?

Норка, выдав это размышление вслух, возобновила процесс поедания большой розовой груши, а Призрак, бросив быстрый взгляд в ее сторону, продолжил отчет:

– В общем, кроме прочего хватило и на жилье. Скромное, конечно, даже не знаю, как наше величество сможет обойтись всего двумя комнатами в половине старенькой хибары на окраине… – Он ловко увернулся от брошенной в него свиной кости, наградил меня укоризненным взглядом и закончил: – Поскольку на более роскошные номера здесь цены почти столичные. Зато другая половина пустует, а в пристройке имеется очаг и посудина для совершения омовений целиком!.. Пришлось уплатить за три дня вперед, после чего я удалился, чтобы купить еды и доставить на место семью.

– И кто же мы теперь? – почти одновременно спросила «семья» в два голоса.

Тарглан ответить не сразу смог – приканчивал остатки вина, поэтому Норка первой дала волю фантазии:

– Дочки? Нет, скорее внучки на каникулах?

Он отрицательно качнул головой, не прерывая своего увлекательного занятия, тогда подключилась я:

– Бабушка с прабабушкой, которым под старость приспичило попутешествовать по родному краю?

Соратник фыркнул, допил и, деликатно утираясь, удовлетворил наше вполне законное любопытство:

– Жена и теща.

Мы переглянулись и одновременно вперили в собеседника подозрительный взгляд вприщур, а он, словно ничего не замечая, приступил к штурму очередного трехэтажного бутерброда. Пришлось додумывать самим.

– Учитывая то, что ты у нас теперь вся из себя замужняя и неизлечимый однолюб, значит, ни за что, даже понарошку, не согласишься на замену…

Я отрицательно покачала головой, хотя в нашей конкретной ситуации пошла бы и гораздо дальше ради достижения успеха.

– …поэтому, надо полагать, завидная роль жены достанется мне?!

– Почту за честь, высокочтимая госпожа Леона! – Светлый Вождь отвесил учтивый поклон, нацепив на лицо соответствующее случаю выражение.

– А ты будешь моей глубокоуважаемой мамашей?!

– Да! И кроме того – самой зловредной и доставучей тещей за всю историю официальных браков по обе стороны Границы! – Уж я-то сразу оценила плюсы своего нового статуса! – Надеюсь, моя дочурка станет вполне достойной продолжательницей семейных традиций и продемонстрирует всю прелесть результатов маминого воспитания, закрепленного личным примером?!

Теперь Призрак подозрительно щурился в нашу сторону, а мы разом хмыкнули, перемигнулись и заулыбались. Впрочем, дальше развивать эту тему никто не стал. Всех разморило после еды, поэтому было решено вздремнуть, после взбодриться свежим травяным отваром и двигаться в город.

Глава 3

Спустя пару часов мы, уже умытые, сидели вокруг небольшого костерка, ждали, пока закипит вода в котелке, кроме прочего принесенного Таргланом, и коротали время за познавательной беседой.

– Куда же нас все-таки занесло?

– На юг однозначно. – Я сменила позу и потянулась до хруста в затекших суставах. – Мое величество не просто так на звездное небо любовалось по ночам, включая сегодняшнюю! Хоть не в Бальдиар – и то слава богу!

– А что не так с вышеупомянутой местностью? – навострила уши Норка.

– Да если бы тамошние принцессы узнали, что я недосмотрела и позволила Дину похититься… не миновать мне безвременной кончины путем раздирания на части голыми руками на месте без наркоза, следствия и суда!

И я, нацепив на лицо самое серьезное выражение из имеющегося арсенала, поведала спутникам давнюю дивную историю из еще «до-моего-периода», как нынешнего Ледяного Короля, тогда еще наследного принца, чуть было не втянули в историю с политически значимым бракосочетанием. Правитель могущественной южной страны, расположенной «на тысяча и одном острове», не на шутку задался целью оставить миру законного наследника, но вместо этого получил четырех дочерей, наделенных к тому же внешними данными, что называется, на любителя (мягко говоря!). Опечаленный подобной гримасой насмешницы-судьбы, он, к великой радости не менее темпераментных подданных, вспомнил древние традиции своего народа и узаконил гаремы, причем сам подал пример, срочно увеличив количество официально зарегистрированных жен до пятнадцати. Но и это не помогло, ибо в итоге наконец-то наступившего благодатного момента жизни удалось лишь удвоить поголовье дочек, а вскоре «источник его плодородия» совсем иссяк… То есть жены-то были довольны, он как муж, скорее всего, тоже, а вот в отношении дальнейшего отцовства…

Пришлось довольствоваться тем, что есть. К тому же подошло время устраивать своим чадам личную жизнь. После долгих раздумий взор достославного правителя обратился на север, после недолгих сборов туда же отправился караван со всей королевской семьей, советниками, нарядами для невест на выданье, подарками и прочим необходимым инвентарем. Ледяной Король был весьма польщен таким предложением, чего нельзя было сказать в отношении его сыновей. Первый – Крониган – отделался легким испугом, поскольку был приемным сыном Делемнора и претендовать на престол Северного Королевства при жизни Дина никак не мог. А посему весьма убедительно проявил трепетное отношение к законам и традициям и согласился на вторую очередь, уступив право на выгодную партию младшему братцу. Впрочем, получившийся расклад устраивал почти всех действующих лиц этой трагикомедии…

В том-то и дело, что почти, поэтому не обошлось без досадных накладок. Принц, как на грех, свято верил в то, что сердце само должно подсказать, кто же из попадающихся на пути красавиц и прочих и есть его суженая. Судя по всему, на сей раз природный детектор не сработал, но в открытую отказать в предоставлении шансов на личное счастье такому количеству серьезно настроенных девушек не решался никто.

Дину ничего другого не оставалось, как «пропасть без вести», отправившись на охоту, причем проделано это было столь добросовестно, что две недели поисков не дали никаких результатов, несмотря на то что их возглавлял его лучший друг – а может быть, именно поэтому. Знающие люди говорят, что никаких «может быть» не может быть, все так и произошло. В итоге гостям с юга пришлось отбыть восвояси несолоно хлебавши. А принц вскоре обнаружился в одной из разбойничьих шаек в дальнем приграничье, причем совсем не в качестве пленника…

– Бурная, однако, была молодость у твоего муженька! – отсмеявшись, подытожила Норка.

– Я всегда говорил, что они друг друга стоят! – хмыкнул Светлый Вождь.

Мое величество предпочло воздержаться от комментариев.

– Так тебе знакомы тутошние места? – сменила тему разговора подруга.

– В свое время пришлось побывать здесь не раз… Этот залив, как и сам город, носит гордое название Эгелендо́рк – «сердце зыбкой стихии». Впрочем, некоторые называют этот элемент рельефа «старой грушей», а есть еще и разговорная версия, более неприличная.

– Что неприличного может быть в сердце? И уж тем более в груше?!

– Каждый видит в окружающем то, что ему ближе, – пожал плечами Светлый Вождь.

Мы, не сговариваясь, повернулись к берегу и снова окинули открывшуюся картину придирчивым взглядом.

– Да, – хмыкнула Вячеславна. – Воображение – штука затейливая!

– А уж насколько индивидуальная!..

Пейзаж убедительно просился на полотно. Со стороны материка к воде тянулось несколько постепенно понижающихся хребтов, состоящих из поросших густым кустарником гор с лесистыми скругленными верхушками. Большой залив образовывал две округлые, зеркально похожие бухты, сужающиеся в месте общего выхода в океан и разделенные короткой цепью небольших скалистых островков. В целом получалась фигура, подходящая для «валентинки», только в перевернутом виде. Многочисленные двусторонние пирсы, окруженные разнокалиберными судами, тянулись вдаль от берега, придавая водному пространству изрядную «морщинистость», которая, видимо, и спровоцировала появление у народа стойких ассоциаций с некоторыми фруктами и прочими объектами не первой свежести.

Город, раскинувшийся на берегу, четко делился на две половины самой широкой и ровной дорогой, соединяющей главную пристань, центральные городские ворота и древнее ущелье, ведущее за пределы видимости в глубь горного массива. Такое деление, как следовало из любезного пояснения Призрака, было следствием стремления здешних властей свести к возможно малой величине шансы вероятных столкновений интересов прибывающих мореходов. Дело в том, что трудное морское ремесло отнюдь не повсеместно считалось мужской привилегией, в некоторых странах этим делом, вплоть до пиратства, занимались главным образом женщины, причем с не меньшим, а то и бо́льшим успехом. Поэтому местные, не желая терять выгодных гостей независимо от гендерной принадлежности, сочли за благо развести их территориально – «мальчики налево, девочки направо»…

После обсуждения особенностей здешнего антуража разговор плавно свернул на все еще актуальные рельсы, поскольку состояние наших финансов по-прежнему не располагало к особой радости. Тем паче имея в виду необходимость проживания в течение неопределенно долгого времени, поисков потерявшихся соратников и возможного найма корабля…

– Можно и в открытую позаимствовать малую толику деньжат у кого-нибудь из тутошних богатеев, – предложила Вячеславна. – Тебе ведь внешность изменить – что раз чихнуть…

– Нет уж! – нахмурилась я. – Никаких правонарушений во вверенном мне государстве! По крайней мере без веской на то причины. К тому же замышлять ограбление или пытаться заменить своей персоной кого-то из местных зажиточных персон слишком рискованно, учитывая количество штатных магов и телепатов. Придумайте что-нибудь более надежное и бескровное.

– Тогда остается лишь одно: честно заработать, – пожал плечами Тарглан.

– В карты выиграть! – с ходу выпалила я, но сама же махнула рукой. – Нет, номер не пройдет…

– Почему? Разве Халисс так и не выполнил обещание за столько лет? – удивился Призрак.

– Он-то выполнил, и я все усвоила, только не очень-то это тянет на честный заработок!

Специально для подруги пришлось пояснить:

– Речь о нашем давнем друге и соратнике…

– …и твоем поклоннике!

– Как раз это не важно, тем более сейчас! – отмахнулась я. – Внешне – практически Марк Дакаскос, только выше и корпулентней, один из лучших мечников королевства. После той судьбоносной битвы хромает и лишился руки, что не мешает ему командовать военной школой в столице – он и с уцелевшими конечностями стоит взвода здоровых профессионалов!

– А при чем тут карты?

– При том, – рассмеялся Тарглан, – что ко всему вдобавок он самый отъявленный в столице мухлевщик в азартных карточных играх и, между прочим, ни разу не попался…

– Пока не нарвался на тебя?

– Нет, на наше проницательное величество!

– А то! И нашла коса на камень – кто кого больше раз обует! А перед эпохальным сражением договорились, что, если выживем, откроет мне свои секреты…

– Так ты теперь профессионал?!

– Особенно если помножить на мои способности… Правда, в случае завала схлопочу как минимум пожизненное за мошенничество в особо крупных размерах… и хорошо, если грабеж не припишут, а то не миновать конфискации!

– Да, это было бы некстати по любой из возможных причин! – со смехом резюмировала Норка. – Но ведь завал маловероятен, как я понимаю?

– Разборки с местными умельцами – не самое желанное развлечение! И без шума не обойдется.

– Ясно… Какие будут еще варианты?

– Сейчас прикинем. – Я поворошила палкой головешки в костре. – Разбой и подмена личности отменяется, шулерство тоже, милостыню просить – непродуктивно и долго, до сбора урожая далеко, подавить местных знахарей опытом и эрудицией время не позволяет, грузчиков и чернорабочих без нас хватает… А для того, чтобы составить конкуренцию «ночным жаворонкам», боюсь, квалификация не та, не говоря уж о прочих нюансах! Остается… шоу-бизнес!

Две пары глаз, переглянувшись, озадаченно уставились на меня.

– И что притихли? Подруга дней моих суровых, ты ведь бог знает сколько лет занималась в танцевальной студии? Тебе и карты в руки… вернее, подмостки под ноги.

– А тебе?!

– Прямая дорога в гадалки – меня же только врачевательных способностей лишили.

– Но ведь все твои гадальные наборы остались в сумках… и как же ты будешь?..

– Как придется! Можно ворожить и по руке, мне лишь бы «подключиться», дальше само пойдет. А вот с тобой…

– Что – со мной? – подозрительно прищурился Тарглан.

– К чему бы тебя приспособить?

– Разве что старое ремесло вспомнить, – развел руками Призрак, – но здесь вряд ли потребуются мои услуги. Каждый второй ножом промышляет, а уж контрабандой чего только не завозят, и всяческие яды в том числе… Это же один из крупнейших портов королевства! К тому же, чтобы держать под контролем весь этот «рай» для преступников, наш мудрый правитель распорядился в состав каждой смены патрулей включить магов и телепатов.

– И к тому же наверняка из числа отличников и ударников учебы, только начинающих практиковать. Уж они-то в служебном рвении будут землю носом рыть, попутно вылезая вон из кожи! – понимающе кивнула я. – Нет, у меня другая мысль мелькнула.

– Какая? – в один голос вопросили мои спутники.

– Помнится, кое-кто из присутствующих когда-то рвался – и не раз! – явить миру свое умение в тонком ремесле стриптиза…

Подруга почему-то покраснела, а Призрак подозрительно осведомился:

– Ты это к чему?!

– К тому, что именно теперь самое время и место! Неплохая возможность выгодно совместить полезное с приятным.

– И что из предстоящих действий должно считаться приятным, а что полезным? – живо заинтересовалась Вячеславна.

– Однозначно полезным – пополнение финансов! – твердо сказала я.

– Значит, перспектива продемонстрировать природные и приобретенные достоинства, обрести кучу поклонников, огрести свежую порцию приключений на… куда-нибудь, возможность устроить новую заварушку местного значения, равно как и остальное в том же духе, попадает в категорию «приятное»?! – Взгляд прищуренных серо-зеленых глаз почему-то совсем не блестел радостью.

– Дело вкуса! – пожала я плечами, вставая.

– А почему бы не сразу в дом свиданий в качестве пополнения?!

– Размечтался! – Наше с Норкой фырканье прозвучало почти синхронно. Дальше продолжила я одна:

– Обойдутся!!! Посмотреть – пусть их, тем более за деньги, а вот насчет руками помацать неча губы раскатывать!

Интересно, с чего вдруг он так завелся? Хотя, если подумать, вполне объяснимо – для него привычней самоутверждаться и зарабатывать на жизнь благодаря другим умениям… особенно в последнее время. В почете среди ему подобных всегда были доблести совсем иного рода, но в нашем случае особо выбирать не приходится.

– Погоди-ка, – нахмурилась Норка, – есть нюанс. Если он расстарается как следует – впрочем, так наверняка и будет, ведь иначе много не заработаешь, а тогда и заводиться незачем! – то сраженным наповал зрителям захочется обзавестись сувенирами…

– Тогда-то и начнется самое интересное! – кивнула я. – При этаком раскладе есть определенная доля риска, что обвосторгавшиеся тетки будут рвать его на части…

– Спасибо, порадовали!!!

– Но все не так страшно, – закончила я, не обращая внимания на смену выражений на смуглом лике Светлого Вождя. – Не думаю, чтобы он успел настолько растерять прежние навыки ускользания от преследователей. В крайнем случае отдаст им на растерзание рубашку…

Вячеславна прыснула в кулак:

– Да уж, за это зрелище не грех потребовать отдельную плату даже со случайных зрителей… из числа тех, кто уцелеет, не попав под ноги!

– А ты уверена, что дело этим ограничится? Глядишь, еще и штаны прихватят, и пару-тройку татуировок…

– ?!!

– Кстати, – повернулась Вячеславна к нашему соратнику, который подозрительно долго хранил зловещее молчание, – а почему на твоей распрекрасной фигуре нет ничего подобного?!

– Потому что наемным убийцам особые приметы ни к чему.

– Но ты же вроде бы давно завязал? – вмешалась я. – Или до сих пор подрабатываешь в свободное от основных обязанностей время?!

– Можно подумать, оно у меня есть! Это раньше я был вольной птицей…

– Стоп! – Я первая уловила, что разговор съехал не на те рельсы. – Вопросы досуга отложим на потом. Так у тебя, значит, и клановых опознавательных знаков никаких не имеется?

Тарглан помолчал, потом поднял на меня потемневшие глаза.

– Почему же, пять лет назад обзавелся, после того как… Ты же у нас вроде «видящая»?..

– И что? – Я пожала плечами. – В крайнем случае необходимые детали сами в глаза бросаются, а без разрешения и особой на то причины стараюсь в людях не копаться…

– Считай, что есть и разрешение, и причина.

Меня сильно удивило это неожиданное откровение, но я удержалась от лишних вопросов, просто привычно прищурилась в сторону своего собеседника. Никаких особых усилий не потребовалось, чтобы обнаружить искомый символ – каждый штрих контурного рисунка ярко мерцал золотистым светом. За левым ухом, под густыми сажево-черными волосами, недосягаемый для стандартного зрения, раскинул мощные крылья парящий степной орел. Размер изображения вряд ли намного превышал спичечную этикетку, но тонкие четкие линии точно передавали характерные особенности птицы, даже маховые перья можно было при желании пересчитать. Я без труда узнала основной элемент герба, который в свое время красовался на штандарте главы клана Саадгар-Тхара.

– Насчет этой особой приметы можешь не беспокоиться – в обычные глаза она точно не бросается! Так что раскрытие инкогнито тебе не грозит. К тому же…

Я замолчала, глядя на него вприщур и спешно додумывая внезапно промелькнувшую мысль. Серо-зеленые глаза тоже выдали взгляд повышенной внимательности – на почве обострившейся подозрительности. Оно и правильно, когда имеешь дело со мной…

– И к чему же «к тому же»? – первой нарушила молчание Норка.

– К тому же внимание зрителей будут отвлекать художества совсем иного рода! – наконец озвучила я свежую идею. – Помнишь, я одно время увлекалась боди-артом?

– С легкой руки Огарыча, – кивнула подруга. – У него до сих пор целый альбом хранится с фотографическими свидетельствами степени буйства твоей фантазии.

– Так вот, а сегодня утром в приютившем нас лесочке весьма кстати обнаружились ягоды и травы с подходящими свойствами, а цветную глину ты сама помогала мне накопать.

Вячеславна присвистнула, понимающе покивала и повернулась к Призраку, окидывая оценивающим взглядом его с макушки до пят.

– А здесь будет где разгуляться!

И коротко, но вполне доступно разъяснила будущей модели суть замысла: добавить неотразимости его физической оболочке путем нанесения цветных изображений, дабы окончательно, бесповоротно и наверняка поразить суровые сердца здешних покорительниц океана с целью облегчения процесса раскошеливания в нашу пользу. Светлый Вождь слушал внимательно, не перебивая, хотя его лицо было украшено таким выражением…

Я, честно говоря, настроилась было на долгие объяснения и уговоры, даже в глубине души заранее махнула рукой на эту затею с нательной росписью в случае совсем уж ожесточенного сопротивления со стороны предполагаемой жертвы нашего вдохновения, но… Тарглан хмыкнул раз-другой и неожиданно расхохотался. Мы пораженно воззрились на него, а он, отсмеявшись, хлопнул нас по плечам:

– Ладно уж, резвитесь. Посмотрим, что из этого получится, только уговор – все рисунки выбираем с моего одобрения, а то вам дай волю!..

– Ушам своим не верю! – вырвалось у подруги.

Я же, состроив официальную до ломоты в зубах мину, просто крепко пожала ему руку, но потом не удержалась и добавила:

– Удивил!

Он кивнул и сел у костра. Норка взялась выбирать из нашего свежесобранного букета травки для заварки, а я отправилась прогуляться вдоль берега, чтобы пораскинуть мозгами, а заодно поискать среди выброшенных на берег водорослей подходящие для дела экземпляры.

Далеко забираться не пришлось. Видимо, совсем недавно здесь отбушевал шторм, и всевозможные дары буйной стихии валялись на песке в изобилии, привлекая огромное количество разномастных и разновеликих крабов. Суетливые членистоногие суматошно разбегались при моем приближении, возмущенно размахивая забавно задранными вверх клешнями, а я сосредоточенно разгребала подобранной тут же суковатой палкой подсушенные ветром буро-зеленые вороха, пока не набрала достаточное количество гербарного материала.

Между делом я, всерьез озадачившись новой ролью, поразмыслила над своей внешностью и решила, что во избежание излишнего внимания раз в жизни можно и поступиться обычной неземной красотой. Так сказать, каникулы ей устроить – в смысле, красоте… И как-то сам собой припомнились с детства знакомый фильм-сказка «Морозко» и Баба-яга в исполнении незабвенного Милляра…

– И не вздумай засмеяться! – предупредила я нэфи, мысленно задавая новый облик, но верный хранитель даже глазом не моргнул – ни одним, – только фыркнул. Нет, полной копией стать не удалось, поскольку детали со временем подзабылись, да и пускать приличные шмотки на памятные живописные лохмотья как-то задавила жаба, но в целом образ удался. Особенно горб и те два кривых желтых клыка, что торчали из нижней челюсти вверх, придавая облику несказанную выразительность и очарование… Так что за младшую сестру популярной героини вполне сошла бы!

Собратья по несчастью сидели по разные стороны костра и на удивление мирно беседовали. Подруга между делом совершенствовала свой костюм, а Светлый Вождь следил за собравшимся закипеть котелком. Мое появление осталось ими незамеченным, поэтому я тактично кашлянула, чтобы обратить на себя внимание. Обернулись они одновременно… Эффект получился что надо! У Норки дрогнула рука, и она невольно добавила незапланированную прореху к уже имеющимся на рубашке, а Призрак всего лишь сунул предназначенный для заварки пучок трав мимо исходящей паром посудины. Дар речи к ним обоим вернулся, правда, нескоро, зато в очень бурном варианте…

Путь в город, против ожидания, не занял много времени. Должно быть, все сразу сыграло свою роль: и своевременный отдых на природе, и то, что дорога шла под уклон, да и хорошая компания – далеко не последнее дело. Как бы то ни было, вскоре каждому из нас пришлось как следует постараться, чтобы поддержать выбранный образ.

Подходя ближе к воротам, я совсем вошла в роль – покривее сгорбилась, начала подергивать головой, подволакивать ногу, сдвинула челюсть вбок, а глаза свела к часто шмыгающему носу.

Призрака, вошедшего первым, вояки лишь окинули наметанным взглядом, обратив пристальное внимание на оружие. Завидев Норку, они заметно оживились, подталкивая друг друга локтями и перемигиваясь, а вот при моем появлении на них почему-то напал столбняк, наверняка не известный здешней науке. Особенно когда я удачно скопировала выбранный персонаж еще и в звуке – выдала сиплым дребезжащим басом «Ыххы-хы-хы-хы! Давай-ка, зятек, раскошеливайся!» и смачно сплюнула в пыль под ногами – не своими, конечно! А потом, тщательно прицелившись косящим глазом, еще и подмигнула самому молодому из кадров при исполнении. Тот спал с лица так, что стал похож на привидение, много веков страдавшее сильнейшим расстройством пищеварения, которое и послужило в свое время основной причиной для перехода в мир иной…

Страж постарше отмер первым и уточнил:

– Эти две красавицы с тобой?

Остальные изо всех сил пытались удержать на лице серьезно-деловитое выражение – на службе как-никак! Тарглан мрачно зыркнул на него исподлобья и подтвердил:

– Это моя жена и многоуважаемая… мать ее!

Бородач даже не улыбнулся – видимо, знал жизнь и с этой стороны. Смерил меня взглядом, подвигал бровями, качая головой, похлопал Призрака по плечу и махнул рукой. Мы гордо продефилировали мимо них (подруга – фыркая на всех и независимо задрав нос, я – шаркая ногами, не переставая сипло гундеть, шепеляво сквернословить и прицельно плеваться). Лишь отойдя подальше за угол, мы свернули в глухой переулок и дали себе волю. Успокоиться удалось только минут через восемь.

– Девочки, сейчас на ваше задорное хихиканье вся городская стража сбежится! – Светлый Вождь пришел в себя первым.

– Как сбежится, так и разбежится! – с трудом выговорила я, всхлипывая и утирая выступившие слезы. – Особенно если я улыбаться им начну… а то ведь еще и целоваться полезу!..

– Ох, перестань! Сейчас надорвусь от смеха, тогда сама танцевать будешь… не выходя из образа! – простонала Норка, заставив нас опять согнуться пополам от хохота, стоило только представить сию дивную картину. – Кстати, сколько с тебя взяли?

– Ровно вдвое меньше положенного, – сдержанно хмыкнул Призрак, подмигивая мне.

– Что значит мужская солидарность! – прыснула Вячеславна.

– Что значит хорошо продуманный образ! – поправила я, гордо вскидывая голову. – Работать еще и не начинали, а уже сплошная прибыль!

Присмотренная для нас хибара действительно была старой, но еще крепкой постройкой, даже недавно покрашенной – по крайней мере снаружи. В нашем распоряжении оказались две смежные комнатки окнами в запущенный сад, в каждой – очаг и минимальное количество мебели, но нас это вполне устраивало: есть куда пристроить котелок для чая и кости на ночь – и ладно! Главное, что нашлась крыша над головой на то неопределенно долгое время, пока мы будем искать своих друзей и возможность продолжить путешествие.

На сей раз ответственность за ужин возложили на Тарглана, правда, сначала подготовили и сложили в котел продукты, купленные по дороге к месту своей временной дислокации. Сами же, устроив ревизию в недрах чуланчика, расставили на небольшом столике обнаруженную разнокалиберную посуду, принялись колдовать над приготовлением красок.

Вот когда пригодились мои знания и прихваченные лимоны! Часть выжатого сока пошла в дело сразу, часть оставили для примочек, чтобы лучше закрепить рисунок, жмых добавили в котелок с травяным отваром для питья, а косточки я тщательно собрала все до единой, увязала в обрывок тряпицы и бережно спрятала в кармашек с пуговицей.

Плошки с полученной «глазурью» оставили до поры на широком подоконнике, сами же, пристроив повыше единственный свечной огарок и обложившись кусками бересты, взялись при зыбком свете изобретать эскизы для завтрашнего художества, припоминая все, что когда-либо видели и слышали по этому поводу. Призрак – удивительное дело! – не вмешивался, только подбрасывал в огонь сучковатые поленья и помешивал варево в закипающем котелке, хотя не забывал пристально следить за развитием диалога.

– Само собой, специальной краски для росписи по телу взять негде, будем выкручиваться с тем, что есть.

– Сплошные трайблы[14] – скучно!

– А для ацтекских изысков нет ни возможности, ни времени!

– Ему ведь еще на солнышке подсушиться надо будет, чтобы цвет поярче…

– Вот-вот, поджарим-подвялим, лимончиком сбрызнем… А сахару-то в смесь не добавили!

– Подруга, по-моему, твои мысли пошли куда-то не туда – мы ведь не есть его собираемся!

– Да?! Жаль… Тьфу! Это вообще не я сказала – желудок пробурчал!

– Сейчас доварится, – подал голос Тарглан. – А я, наверное, лучше снаружи подожду…

– Нет уж, сиди рядом и вдохновляй! – заявила я, жестом заставив его встать и повернуться вокруг себя туда-обратно. – Делать – значит качественно, чтобы самой не стыдно было смотреть, а к тяп-ляпскому подходу я не приучена!

Светлый Вождь страдальчески закатил глаза, но промолчал.

– Значит, на грудь – кельтский узел[15], треугольный…

– Жаль, что кожа смугловата, не так ярко получится…

– Ничего, угольком подправим.

– Горячим! – прыснула Норка, стрельнув глазами в сторону подозрительно притихшего Призрака.

Он только бровью повел и отвернулся, но я успела заметить, как дрогнул в улыбке уголок его рта. Похоже, он тоже скоро научится получать удовольствие от процесса, независимо от результата.

Добросовестно выспавшись и за прошлую ночь, и впрок заодно, мы сразу после завтрака засучив рукава дали волю фантазии. Серьезный специалист в области боди-арта наверняка смеялся бы до повсеместных колик, наблюдая за процессом… Если бы еще знать, где быстро и по-тихому взять этого специалиста, уж он бы у нас потрудился! Но мы утешили себя тем, что вряд ли в здешних краях все жители поголовно сведущи в тонкостях изображения традиционных узоров, да и детально приглядываться им будет некогда – надеюсь, поскольку и кроме этого найдется на что посмотреть!..

В ход пошли не только самодельные краски и угольки (остывшие!), но и маркер, оказавшийся во внутреннем кармане, так что результат поразил даже нас. Тарглан мужественно вытерпел все! Разве что выражение лица у него снова было… Норка решила поддержать его морально:

– Держись, герой, зачтется!

– Уж на очередной свежевыкованный орден точно можешь рассчитывать! – подхватила я и прыснула в голос, представив себе в деталях, какое изображение могло бы украшать награду за подобные заслуги.

Долгий красноречивый взгляд, полученный в ответ, ясно дал понять, куда именно верный друг непременно посоветовал бы нам обеим привешивать по очереди обещанный орден, если бы не воспитание и обстоятельства. Подруга поспешила утешить страдальца:

– Зато какая красота получилась, посмотри-ка!

Маленькое карманное зеркальце вряд ли смогло бы удовлетворить любопытство Светлого Вождя, но для телепата, к счастью, не составило труда увидеть все, что нужно, глазами окружающих. Кельтский узел, изображенный на широкой груди твердой рукой Вячеславны, удался на славу, причем подчерненные для придания объемности линии выгодно подчеркивали выпуклости без того впечатляющей мускулатуры. Во всю спину с заходом на плечи раскинул крылья орел[16] (до сих пор горжусь этим своим творением!), выписанный со знанием дела и от души.

На ногах и руках мы не стали сильно пестрить, ограничились широкими «браслетами» и «змейками» опять же в кельтском стиле. Самым трудным для нас оказалось вовремя остановиться, но в этом помог сам главный герой происходящего, так что избежать росписи удалось только той части кожи, что была прикрыта подштанниками, сильно укороченными в процессе вдохновенного творчества.

Тарглан закончил вдумчивый обзор плодов наших трудов и теперь молча переводил взгляд с одной на другую, а мы, невольно затаив дыхание, ждали его реакции как приговора. Неожиданно его временно закаменевшее лицо украсилось озорной улыбкой во всю ширь, а серо-зеленый глаз лихо подмигнул.

– А что, мне нравится! Только…

– Не размажется! – поспешила я его успокоить. – Есть специальный отвар, фиксирует почти намертво, любой рисунок даже от воды сходит не сразу, так что на пару дней точно хватит. Просто не были уверены, что ты одобришь наше художество, и сразу не стали закреплять – вдруг переделывать придется…

– Не придется! – твердо сказал он, еще раз оглядывая себя.

– Тогда, может, и одеваться не стоит, прямо так и пойдешь на свой беспрецедентный трудовой подвиг? – хихикнула Норка, явно обрадованная одобрением.

– Ни за что! – еще тверже прозвучал ответ. – Чтобы все подряд задаром любовались?!

– Наш Светлый Вождь прав как никогда! – поддержала я. – С чего бы нам делать подобные подарки местным ценителям красоты?! Не в том положении мы сейчас, чтобы окружающих баловать халявой, разве что когда все закончится…

Но перехватила пристальный взгляд серо-зеленых глаз и не стала развивать эту мысль.

Глава 4

Облюбованное Призраком заведение занимало весьма выгодное положение – на большом перекрестке, где сходились три улицы, ведущие к пристаням, и еще одна, по которой можно было попасть в центр города, правда, окольными путями. По ней мы сейчас и шли – не торопясь, благо время позволяло хотя бы вскользь ознакомиться с местными достопримечательностями. Одна из них завладела нашим вниманием достаточно надолго.

Посреди небольшой площади красовался объемистый бассейн с высокими бортиками, облицованными с некоторой претензией на изыск плитками местного шлифованного гранита, между которыми живописно располагались разнообразные раковины. Вокруг него расположились низкие каменные же скамейки, а в центре обнаружилось нечто, при взгляде на которое мы чуть не забыли, куда и зачем вообще направляемся. Это был настолько впечатляющий скульптурный ансамбль, что дар речи к нам вернулся далеко не сразу…

При ближайшем рассмотрении удалось подметить некоторые оригинальные ключевые детали, а после обсуждения – прийти к выводу, что сие творение изображало снежного человека, страдающего сильным, причем неравномерным ожирением и гнездной алопецией[17] вкупе с ярко выраженным сколиозом. Возможно, всем этим и объяснялась повышенная озверелость лица данного индивида, поглощенного раздиранием пасти гибриду крокодила и сверчка-переростка. При этом пропорции оставляли желать лучшего, а вода струилась отовсюду, невзирая на предполагаемое отсутствие в данных местах отверстий, предусмотренных природой. Видимо, автор затейливой композиции был совсем не в ладах с анатомией, хоть и взял на вооружение основной принцип работы Церетели…

Следующим достойным нашего внимания объектом оказалась явно процветающая таверна, стоявшая почти у самой условной границы, что делила прибрежную часть города на «мужскую» и «женскую» половины. Солидная двухэтажная постройка из грубо тесанного камня приветливо распахнула навстречу двери и ставни, хотя основной наплыв посетителей ожидался чуть позже. Запоминающееся на раз название «Фартовая русалка» никак не могло остаться незамеченным благодаря усилиям здешних дизайнеров, не пожалевших красок и материалов для оформления вывески. Затейливо и ярко выписанные буквы радугой раскинулись над изображением девицы, обаятельной до заикания, на которой из одежды, не считая татуировок, имелась только лихо повязанная черная бандана в якорях и черепах. Буйно-рыжеволосая дочь океана гордо демонстрировала примерно шестнадцатый номер, занимающий почти всю центральную часть композиции, многозначительно подмигивая сильно подведенным голубым глазом и соблазнительно выгибая мелкочешуйчатый хвост на фоне россыпей драгоценных камней и открытых сундучков, настолько переполненных золотыми монетами, что те сыпались через край…

– Она еще и в темноте светится! – поспешил порадовать меня Тарглан.

Я кивнула:

– Грех на такую красоту только днем любоваться, тем более что главные ценители проявляются после заката… Вот интересно, что из этого рисовали с натуры?!

– Однозначно бандану, – подала голос молчавшая до сих пор Норка. – Желающим поплавать с таким… балластом только посочувствуешь!

– Ты про золото или камни? – невинно поинтересовалась я, поправляя платок.

– Про косметику!

– Девочки, девочки, не надо так сильно завидовать! – Призрак ободряюще подмигнул нам по очереди. – Понимаю, не на всех у природы щедрости хватило…

Заканчивать столь глубокую мысль он все-таки не стал, правильно поняв появившееся на наших лицах выражение, просто подхватил нас под руки и увлек дальше по улице, напоминая на ходу о конечной цели сегодняшней прогулки. Переходя через мост, мы снова приостановились – на сей раз чтобы полюбоваться панорамой открывшегося уголка порта. Впечатляло количество всевозможных кораблей, которые в лучах закатного солнца мерно покачивались на бликующей воде у длинных причалов, и людей, деловито снующих во всех направлениях сразу.

– Да-а-а! – одобрительно протянула Норка и подтолкнула меня локтем. – Небось душа радуется, наше величество?

– Еще как! – не стала отрицать я. – Особенно после одной истории… про другую историю из нашей – в смысле за-Граничной – истории, которую меня угораздило поведать нашему королю в один из долгих зимних вечеров.

– Какую? – Даже Призрак заинтересовался.

– Ничего такого уж особенного… Есть в нашем измерении славный город Копенгаген. Где-то в конце Средневековья в порту существовал такой закон: все корабли должны были платить пошлину как процент от стоимости груза. Величину стоимости объявлял сам капитан, никто его не проверял, но государство имело право купить у него весь товар за ту сумму, что он объявил…

– Ого! – прыснула Норка. – Теперь казне обеднеть не судьба… но засвечиваться в портах как переносчику и внедрителю свежей идеи от всей души тебе не советую!

– Сама не собираюсь! – Я пожала плечами. – Хотя бы в силу врожденной скромности…

Верные друзья и соратники дружно хмыкнули, но спорить не стали. А мое внимание привлек стоявший на внутреннем рейде корабль. Не самый большой, но запоминающийся благодаря почти полному сходству с известными на моей исторической родине каравеллами… нет, скорее каракками вроде «Санта-Катарины». Такие же высокие нос и корма для сопротивления океаническим волнам, первые две мачты с прямыми парусами, последние – с косыми… При взгляде на это столь добротно сработанное чудо всплыли в памяти иллюстрации к описанию знаменитого путешествия Колумба, разве что подобных резных украшений на носовой части в нашем варианте, пожалуй, не было.

Вышеупомянутое творение рук нездешнего скульптора изображало рыбу-меч, скорее всего молодую, поскольку на мощном корпусе животного были видны поперечные полосы. Правда, сомневаюсь, что хоть одна настоящая рыба этого вида могла похвалиться таким количеством зубов такого размера… впрочем, допускаю, что в этом измерении эволюция морских существ могла идти несколько иным путем.

На «мече», роль которого играл изукрашенный затейливой резьбой бушприт, явственно просматривались незнакомые символы, нанесенные по волнистой спирали – наверняка охранное заклинание или еще что в том же роде.

– …такие носовые украшения заключают в себе могущественного духа, который должен защищать судно и команду от непогоды, не отмеченных на карте скал и течений, хворей и прочих напастей.

Ага, мои спутники тоже обратили внимание на заинтересовавший меня корабль!..

– А если судно все-таки потонет?

– Этот же дух проводит души погибших в загробную жизнь. Если бы моряки потеряли свои жизни в плавании без такой защиты, считается, что их души обречены на вечные скитания.

– Откуда, интересно, ты знаешь подобные тонкости?

– Где меня только не носило! – качнул головой Светлый Вождь. – И чего только не пришлось узнать… и на личном опыте в том числе…

Но вдаваться в подробности не стал. Мы еще немного полюбовались действительно красивым видом и продолжили путь.

Искомое заведение являло собой почти полную копию недавно увиденного, что было неудивительно, поскольку принадлежало тому же хозяину. Почти – потому что гордо именовалось «Буйный дух океана», и с вывески подмигивал такой раскрасавец, что дыхание перехватило у нас обеих сразу…

– Чем вас так приморозило, девочки?! – В этот раз долготерпение изменило нашему спутнику. – Было бы на что смотреть!

– Не скажи… – протянула Норка, подчеркнуто плотоядно щурясь на обнаженный рельефный торс рослого синеволосого и зеленоглазого представителя океанских русалок. Воздев мускулистые руки, он лихо дирижировал разбушевавшейся стихией, спор с которой безнадежно проигрывали несколько невнятно выписанных корабликов, готовых вот-вот затонуть. – Мм!..

Светлый Вождь, несмотря на то что с Вячеславной, в отличие от меня, общался не столь долго, догадался на раз обо всем невысказанном. Впрочем, достаточно было взглянуть на выражение лица госпожи Леоны… не говоря уже о мыслях!..

– И в самом деле – в чистом виде воплощенная мечта, – фыркнул он, – для давно некормленого тхакката![18]

– Злой ты! – укоризненно покачала головой Норка, отрываясь наконец от изображения, радующего взор и греющего душу. – Не надо так сильно завидовать! Понимаю, не на всех у природы щедрости хватило…

Я честно сохранила непроницаемое выражение лица, наблюдая за сменой такового у моих спутников. Только тактично кашлянула раз-другой и кротко поинтересовалась:

– Мы, случайно, никуда не торопились?

Тарглан кивнул и двинулся в обход стены, пока мы не оказались на заднем дворе, где и обнаружился искомый «служебный вход». По пути Призрак успел развлечь нас рассказом о том, почему во всех портовых городах непременно найдется хотя бы одно заведение с названием подобным тем, что мы уже видели сегодня, и в чем причина их повышенной популярности. Оказывается, хозяин, прежде чем дать название харчевне, заключает своего рода договор с морскими обитателями и духами заодно и периодически платит им символическую дань за покровительство. А посетители-мореходы обязательно хотя бы раз-другой за вечер выпьют за их здоровье и во славу, что служит определенной гарантией успешности затеянного плавания.

Мы как раз успели уточнить с нанимателем детали договора, когда нарастающий в зале таверны шум ясно дал понять, что самое время начинать работу и пора хотя бы осмотреться. Мои соратники остались в отведенной нам во временное пользование каморке дожидаться своей очереди в культурной программе, а я мысленно перекрестилась как уж сумела и шагнула за плотный занавес, отделявший коридор с подсобками от пространства для посетителей.

Не стану описывать в подробностях детали обстановки – ничего запоминающегося, кроме разве что шикарного в смысле цветовой гаммы оформления стен, украшенных морскими пейзажами от безмятежных пляжей типа наших Мальдив до почти норвежских фьордов. В остальном – типовое факельно-канделябровое освещение плюс пара люстр под потолком, напоминавших облегченную версию обода тележного колеса, сплошь утыканную по кругу свечами… разнокалиберные столы, расположенные так, чтобы сидящие за любым из них могли видеть, что происходит на возвышении у дальней стены… небольшая стойка в стороне, раздаточное окно да пара занавешенных дверей по углам.

Из одной такой двери я и похромала в люди. Причем долго искать клиентов не пришлось: стоило только раз-другой жестом профессионального картежника с характерным треском пустить из руки в руку грубо разрисованные прямоугольнички плотного картона да заговорщицки подмигнуть первой же слегка нетрезвой покорительнице морей, с которой встретилась взглядом… Скучать от безделья в этот вечер мне вряд ли придется!

Одна команда сразу привлекла мое внимание. Это явно были выходцы – хотя, может, правильнее сказать выходки? – с побережья по другую сторону океана, если судить по тому, на каком языке они общались между собой. Все моря́чки были как на подбор: высокие, рослые брюнетки, обладательницы на редкость пропорциональных фигур с выпуклостями литых мышц, которые угадывались даже под свободными короткими туниками с вытканным по подолу затейливым узором. Длинные стройные ноги в плотных обтягивающих штанах и кожаных полусапожках. Слегка суженные к подбородку лица с четкими чертами, не лишенные своеобразного обаяния, которого немало добавляли большие миндалевидные черные глаза в пушистых ресницах. Выбритая с обеих сторон головы кожа украшена искусными татуировками наподобие кельтских в черно-желтой гамме с редкими включениями синего и красного, остальные волосы стянуты в длинный пышный хвост на самой макушке. На затейливо плетенных поясах – декорированные ножны, в мочке правого уха что-то вроде крупной сережки-«гвоздика». Присмотревшись, можно разглядеть вполне грамотную копию круглобрюхого паука с раскинутыми конечностями, заметными ядовитыми хелицерами[19] и четырьмя светящимися глазами.

Призрак не забыл обо мне – в сознание деликатно протиснулась чужая мысль:

«Это клановый знак „морских пауков“. Символизируют охват восьми океанов и неусыпный контроль над торговлей по всему свету».

«Пиратки мирового значения?»

«Не совсем. Обычно вполне законно занимаются сделками и перевозками, хотя не упустят случая пополнить свои трюмы бесплатно».

«Серьезные девушки!»

«Вот именно – мужчины у них в основном на подхвате и тяжелых работах…»

Сеанс телесвязи продолжить не дали: разглядев среди шумной толпы активно работающую гадалку, бравые покорительницы морей разом оживились. Шустрее всех оказались «паучихи» – перехватили ее под самым носом у другого экипажа и препроводили под конвоем в свой угол к длинному столу, плотно заставленному посудой с разнообразной снедью и на удивление небольшим количеством объемистых бутылей. Для начала меня усадили на скамью и широким жестом предложили не стесняться насчет аппетита. Затем поднесли впечатляющих размеров кубок вина (правильно, старость надо уважать, а уж умаслить судьбу, равно как и ее толкователей, – святое дело!) и стали наперебой подсовывать на досмотр крепкие мозолистые ладони. Что характерно – при немалом количестве уже основательно «развеселившихся» клиенток никто не ссорился, не лез по головам, не задирался и не мешал. Наоборот – слушали не дыша и коллективно радовались каждому удачному пророчеству, разве что комментировали чересчур эмоционально, зато на местном языке… заодно пополнив мой личный запас нестандартных выражений.

Лишь однажды мне пришлось отвлечься, когда на освещенной сцене начали свою импровизацию мои друзья. Подруга после короткого выступления «на разогрев» скромно держалась на втором плане, а вниманием всех присутствующих поголовно завладел Светлый Вождь. Я поневоле обернулась, поскольку заинтересовалась, что же вынудило бравых покорительниц океанов забыть про меня. Мало того, заставило синхронно привстать и выдать единый восторженный выдох, от которого чуть не погасли все настенные факелы, – и я едва усидела на своем месте. Н-да-а-а, было на что посмотреть! Машинально поймав тут же выпавшую челюсть, я замерла, впитывая детали происходящего, которое по силе произведенного впечатления могло сравниться с приличным стихийным бедствием.

Когда Призрак вылепил одну за другой несколько сложных акробатических фигур, попутно сорвав почти всю оставшуюся одежду и явив присутствующим великолепие нательной росписи, от восторженных воплей очевидцев (или все-таки очевидок?!) с треском и звоном распахнулись окна в дальних концах боковых коридоров. Я же, опасливо покосившись на потемневшие от времени потолочные балки, невольно присвистнула и затейливо прокомментировала увиденное вслух. Кто бы мог подумать, что наши общие старания будут иметь такой успех! Видимо, дело не только в товаре, но и способе подачи…

Сидящие рядом «паучихи» с интересом оглядели меня, перемигнулись и захихикали, подталкивая друг друга локтями. Я фыркнула и независимо задрала к потолку свой крючковатый нос: да, старая грымза, допотопное пескоструйное устройство с внешностью самой той для лечения икоты и заикания – ну и что? Зато и в радостях жизни понимаю побольше иных-всяких, ибо ничто не заменит бесценный личный опыт, приобретенный в основном в молодости – кстати, не такой уж и далекой! Нашлись тут молодые-красивые-незарегистрированные… Они, значит, все из себя ценители прекрасного, а я что – не люди?!

Окончание выступления мне увидеть не удалось. Поле зрения наглухо перекрыла толпа нетрезвых особей женского пола, восторженно вопящих, скачущих чуть ли не друг на друге и воодушевленно кидающих на сцену деньги – россыпью и в кошельках, а в воздух шляпы, банданы, шейные платки, тельняшки и, по-моему, что-то из элементов нижнего белья. Напрягать сенсоры я не стала, будучи уверена, что Призрак не растерял прежние навыки, а посему вполне справится с нелегкой задачей обретения личной свободы без ущерба для окружающих, да и Норку не даст в обиду. Поэтому отвернулась, убедительно зевнула со скучающей миной и вернулась к работе, благо почти все не осчастливленные мной «паучихи» успели снова занять места за столом.

Порядком взбодренные покорительницы морей и океанов продолжали шуметь, пить и лихо выплясывать под громкое вдохновенное пиликанье местной пародии на джаз-банд… В дальнем углу, кажется, кто-то уже выяснял отношения с применением грубой силы, весомых словесных конструкций и подручных средств… Десяток-другой посетительниц, отдохнувших чересчур добросовестно, успели покинуть просторную душноватую залу с помощью нескольких дюжих теток а-ля Шварценеггер, бдительно следящих за изменениями атмосферы в заведении, а я все трудилась в поте лица. Монеты так и летели в раскрытый кошель, скромно пристроенный на видном месте поближе к витому канделябру, подстегивая воображение и сенсоры, и без того активированные алкоголем. В самый разгар блужданий по дебрям чужих судеб среди «паучих» как-то незаметно появилось новое действующее лицо. Впрочем, надо бы уточнить – незаметно для меня, поскольку ощущения опасности не возникло, а качественный анализ полученных «картинок» требовал внимания.

Очередная носительница фирменной «членистоногой» бижутерии шла сквозь бурлящую толпу как по пустынной площади. Крупногабаритные девахи, независимо от их клановой и гражданской принадлежности, поспешно расступались перед ней, не забывая склонить голову в коротком, но почтительном полупоклоне. Выглядело это довольно-таки забавно, потому что морячка заметно уступала своим коллегам в размерах, ростом была едва ли с меня, щуплого сложения, неопределенного возраста и к тому же блондинка с волнистыми светло-пепельными волосами до плеч, россыпью мелких веснушек, едва заметных на загорелой коже, и блекло-голубенькими глазками под реденькими бровками. Разве что ресницы были хороши, несмотря на белесый цвет, – густые и длинные. Может, это у них «дочь полка»? Вот и глаза у паука-сережки другого цвета… Впрочем, чувствовалась в ее жилистой фигурке скрытая сила и еще что-то такое…

– Веселимся, девочки? – Новенькая села на тут же освобожденное место и не глядя приняла мигом откупоренную бутылку; на пальце блеснул массивный перстень. – И какова новая гадалка? Хоть складно врет за такие-то деньги?

Девочки оживленно загомонили, я же только повела клочкастой бровью да цыкнула зубом. Пока блондинка задумчиво щурилась на меня своими стылыми прозрачными ледышками, попивая прямо из горлышка тарнигальскую экзотику, я сумела «нащупать» в окружающем бедламе знакомое сознание. Тарглану, к счастью, никаких вопросов не потребовалось – пояснение было кратким как телеграмма: «Это капитан того „зубастого“ корабля, очень известная в своих кругах особа. Перстень – личная печать». Интересно, как ей удается внушать уважение подчиненным, которые, похоже, крупную партию любых чертей сотрут в чистящий порошок, причем одной левой, шутя, и даже прически не растреплют?!

Я продолжала шепеляво, но доступно раскладывать по полочкам ближайшее будущее миловидной смуглянке с широкими сросшимися бровями, очаровательными ямочками на щеках и длинным рваным шрамом вдоль обнаженного плеча. Главная «паучиха» тем временем допила вино, подбросила бутылку, перехватила за горлышко и, запустив ее через плечо в распахнутое окно, критически обозрела свои руки.

– Тебе которую?

– Какую не жалко, – хмыкнула я, отхлебывая из почти опустевшего кубка. По-хорошему, мне всякие там хиромантические премудрости до неприличного места, был бы с объектом контакт и сенсоры в порядке, но… в следующий момент от прикосновения к неправдоподобно тяжелой и холодной руке хмель с меня слетел на счет «раз!». Шо це за новый прикол?! Или вино здесь неправильное?!! Стоп! Вдохнуть на четыре счета, выдохнуть на восемь…

Когда мои всполошенные мысли перестали с разбега биться о череп, я наскоро помассировала начавшие уставать глаза и снова с изумлением воззрилась на протянутую конечность. С виду рука как рука, ничего особенного – довольно изящная, в меру мозолистая, все положенные бугры и линии на своих местах, только… вместо привычной череды подвижных «картинок» перед глазами колыхалась непроглядная мгла. Не в моих правилах сдаваться сразу – я последовательно запустила все свои сенсоры, постепенно расширяя и углубляя степень охвата, потом сменила тактику и сузила «поисковый луч» до минимума, усилив подачу энергии… Ни-че-го!!! Если верить обычному зрению, передо мной сидело существо из плоти и крови, разве что по поводу его человеческой природы брали теперь сомнения, только после сканирования выходило, что я беседую с фантомом или вообще сплю! Однако надо же что-то сказать…

– Прости, госпожа, но я ничего не вижу!

– А я-то все жду, когда ты начнешь заливать про мое счастливое будущее! – усмехнулась капитанша, но глаза остались ледяными. – Что же, так и не светит мне, горемычной, ни попутного ветра пожизненно, ни полного трюма распрекрасных мужиков на выбор? Ни золотой речки с алмазными берегами прямо у входа во дворец, нежданно доставшийся мне в наследство после внезапной кончины вдруг откуда-то взявшейся бабушки – при жизни самой главной доброй чародейки по эту сторону океана?! Как правило, красивые сказки легко сочиняются… Разве ты не хочешь заработать?!

– Хочу, – призналась я, – и даже очень… только не враньем!

– И никогда не говоришь ничего, кроме правды? Не смеши!!!

– Смейся, если охота. – Я поднялась и поправила платок. – Лишь бы на здоровье! Каждому свое. Лично я давно и надолго зареклась выяснять с госпожой Судьбой, чье чувство юмора круче, – слишком дорого приходится платить потом за ей неугодные шутки…

– Подожди! – Колкий стылый взгляд, казалось, пронизывал насквозь как лазер. – Странная ты гадалка… Неужели совсем ничего не разглядела?!

Мне уже начал надоедать этот разговор, поэтому я молча покачала головой и, забрав со стола кошель, шагнула было прочь, но странная собеседница придержала меня за локоть. Вас хоть раз в жизни било током?! Тогда вы знаете, как тяжела судьба громоотвода… Словно супермощная молния, вдруг хлестнув до земли с немыслимых высот, с неприятным резким треском распорола непроглядный мрак, и я, сама того не желая, заглянула в образовавшуюся прореху как в окно. Увиденное ослепило меня настолько, что из-под ног ушла земля…

Когда перед глазами перестали плавать разноцветные круги, я, с трудом разжав ноющие от напряжения пальцы, отпустила столешницу, за которую машинально схватилась, чтобы не упасть. Сморгнула несколько раз, чтобы сгладить ощущение режущей сухости под веками, встряхнула головой и вприщур глянула на клиентку.

– Хочешь услышать это при всех или предпочтешь приватную беседу?

Капитанша молча встала, кивнула мне и зашагала сквозь толпу. Через приоткрытую дверь мы попали в длинный темный коридор, а из него в небольшую комнатушку. Она села на скрипнувший хлипкий стул, приглашающе повела рукой и спросила:

– Так что ты мне все-таки скажешь?

Я помолчала, собираясь с мыслями, и негромко начала:

– Скажу, что твоя судьба скрыта не только от живущих, но даже от небожителей – по крайней мере здешних. Не знаю, каким уж ветром и откуда тебя унесло, но… на самом деле ты выглядишь иначе и вообще не должна была сюда попасть, поэтому в твоей жизни так велика роль случайностей, а их набор полностью зависит от тебя самой. Буквально – за чем пойдешь, то и найдешь плюс пару-тройку неожиданностей в придачу. Никому из твоего окружения не дают возможности заглянуть за границу реальности, чтобы получить подсказку, поэтому ты без поддержки свыше вынуждена брести во мраке наугад, но это не кара и не проявление злой воли. Просто у тебя уже есть все для достижения цели, нужно лишь правильно прочесть выпадающие знаки, чтобы не упустить подходящий момент, а посему… будущее в твоих руках!

– Кто ты?! – Тяжесть пристального взгляда почти ощущалась физически.

– Человек, – пожала я плечами, разворачиваясь к выходу. – Женского пола, если это важно. Совершеннолетняя при любом раскладе…

– Ты не та, за кого себя выдаешь!

– Так же, как и многие здесь. – Я взялась было за ручку двери, но следующая реплика заставила меня остановиться:

– Да, но не у каждого вторая ипостась имеет кошачьи когти!

Я даже не вздрогнула, просто медленно вдохнула, считая до десяти, отпустила потемневшую от времени железку и повернулась. «Паучиха» смотрела на меня в упор, но взгляд уже не был тяжелым и ледяным, теперь эти почти бесцветные глаза смотрели на меня с живым интересом и непонятным пока азартом.

– Наверное, стоит продолжить разговор? – Она кивнула на стул напротив. – Я – Рете́кка.

Следуя здешним обычаям, я звонко хлопнула раскрытой ладонью о ее поднятую ладонь и назвала свое теперешнее имя. Не скажу точно, сколько длилась наша беседа, но времени вполне хватило на то, чтобы обсудить самые важные моменты. Для начала бравая капитанша коротко поведала историю появления в этом чуждом для нее мире. По ее словам, она по глупости сунула нос не в свои дела, в итоге оказалась не в том месте и не в то время, угодила под раздачу и вот уже много лет ищет возможность вернуться домой. Вся беда в том, что на ее родину отсюда напрямую попасть невозможно, и в ближайших пограничных измерениях нет нужного выхода. Остался единственный вариант – попытаться проскочить в какой-нибудь из отдаленных миров и уже там, если повезет, открыть желаемый портал. К «морским паучихам» она подалась потому, что жить как-то надо, а с мореходным делом она знакома не понаслышке, а их корабли плавают повсюду. В элиту же выбилась, поскольку обладала полезными талантами, как то: чувствовать перемену погоды, предвидеть развитие ближайших событий и воздействовать на психику разумных существ. Правда, в моем случае получился неожиданный облом…

Она сразу меня заметила благодаря своей способности видеть скрытую сущность окружающих, ведь ей когда-то было предсказано, что важную роль в судьбе сыграет необычный зверь кошачьей породы… В свою очередь я поведала ей о наших трудностях – правда, не обо всех. Но призналась, что моя команда ищет информацию о труднодоступных и загадочных местах в здешних водах и способ в эти самые места попасть, поскольку тоже интересуется возможностью выхода в отдаленное измерение, причем огласка нам совсем нежелательна. В конце концов мы договорились объединить усилия в изучении некоторых малоисследованных областей в океане, чтобы попытать счастья, которое устроило бы обе заинтересованные стороны…

Глава 5

Гостеприимную харчевню мы с друзьями покидали порознь, продолжая изо всех сил демонстрировать окружающим высокую степень своей незнакомости. Я, не таясь, неспешно удалилась через главный вход, сопровождаемая тремя «паучихами», с которыми рассталась у первого же переулка, ведущего к берегу, а мои соратники, набросив плащи с глубокими капюшонами, выскользнули через низкую дверцу в конце дальнего коридора. Встреча должна была состояться на небольшой площади у того самого приметного фонтана. Он смотрелся еще более впечатляюще в темноте, лишь слегка развеянной светом заходящей неполной луны, так что пройти мимо была просто не судьба.

Почти в конце пути мои сенсоры неожиданно и резко дали о себе знать. Я с шипением втянула воздух сквозь плотно сжатые зубы, но на ногах устояла. Что за новости?! Нет, ни на минуту нельзя оставить без присмотра! Меня еще час назад всерьез обеспокоило пристальное внимание, уделяемое моим друзьям некоторыми лицами из числа зрителей, увлеченно следивших за вдохновенным исполнением номеров художественной самодеятельности. Вполне возможно, что эти самые лица, преисполнившись восхищения в отношении бесспорных талантов моих соратников, поделились неизгладимыми впечатлениями со своими друзьями, а затем созрели для взятия автографа на память и попросили помочь этих самых друзей, ибо сами застеснялись… Хотелось бы верить!

Но нет, у шестерых рослых индивидов, профессионально взявших в кольцо мирно шагающую по улице парочку, намерения были совсем иными. Видимо, в свое время они накрепко уяснили значимость материальных ценностей в этой грешной жизни, поэтому твердо вознамерились использовать себе на благо каждую подвернувшуюся возможность. Нельзя же, в самом деле, чтобы впустую пропала столь выгодная расстановка сил: шестеро против двоих само по себе что-нибудь да значит, а если учесть наличие магической ауры у одного из любителей легкой поживы… И приплюсовать тот факт, что пришлых дарований быстро никто не хватится, если вообще хоть кто-нибудь станет искать… Да-а-а, налицо явные издержки воспитания! Впрочем, начинался этот не запланированный в нашем сценарии эпизод вполне культурно…

– Неплохой выдался вечерок, не правда ли, уважаемые? – Индивид в самой большой шляпе даже изобразил что-то вроде приветственного полупоклона.

С чего бы подобные проявления этикета в отношении залетных бродяг? Или караульным дана установка свыше «держать лицо» перед всеми без исключения гостями знаменитого порта, или подействовало явное присутствие особи женского пола, или… это просто-напросто утонченное издевательство?! Интересно, почему я в последнее время из всех возможных вариантов суждения о незнакомых людях беру за основу именно худший?

– С погодкой и впрямь повезло, – не стал спорить Светлый Вождь, ненавязчиво задвигая за спину свою напарницу, которая, помня полученные перед выходом указания, молчала упорней памятника, только еще плотнее закуталась в плащ.

– Не боитесь ходить всего вдвоем и с деньгами по нашему весьма людному городу?

– Да разве это деньги?! – махнул рукой Тарглан. – И потом, вы первые, кого мы встретили на пути…

– Потому что остальным известно, что по одной дороге с усиленным патрулем ходить не следует! – Его собеседник так и расплылся в скромной улыбке. – Надеюсь, для наших добрых гостей не будет неожиданностью известие о том, что за свой покой положено платить… равно как и за износ булыжников мостовой?

Что ни говори, во время прошлой, пятилетней давности заварухи было намного проще: все, кто не наши, автоматически считались врагами, которых можно и должно было мочить ежеминутно и повсеместно всеми доступными средствами и возможными способами согласно принципу «чем меньше их, тем спокойней нам», а сейчас… Как ни крути, время мирное, королевство собственное, жители – честные налогоплательщики, а конкретно взятые мордовороты – при исполнении… А вот насколько при этом превышаются полномочия, судить вправе их вышестоящее начальство или королевский трибунал, но никак не я лично, поскольку официально вообще нахожусь в другой части страны, по уши занятая подготовкой к свадьбе родственницы! По здешним же задворкам шляется безвестная старая карга сомнительного происхождения и страхолюдной наружности…

Нет, если бы доблестные «блюстители законности» потребовали положенные тринадцать процентов подоходных… или даже двадцать, аллах бы с ними, всем жить надо, никто бы «мяу!» не сказал, включая нэфи, но ведь наглеж попер по возрастающей прямо на глазах!

– …и сколько мы должны сдать в казну?

– А сколько есть?

– Не так чтобы много, – пожал плечами Призрак, мимоходом удерживая за плечо дернувшуюся было спутницу. – Пришлось ведь и с хозяевами делиться. Хоть объяснили бы, за что с нас еще причитается?

– За посещение увеселительного заведения только для мореходов, каковыми вы не являетесь, – раз!..

– Но мы ведь из числа тех самых увеселителей тех самых мореходов!

– Да, но из числа залетных, так что приглашений у вас наверняка нет, а своих – кстати, регулярно платящих налоги! – мы всех знаем наперечет!

– Хорошо, – не стала спорить «залетная звезда стриптиза». – Сколько?

– Это еще не все! – Широченная ухмылка старшего была мне прекрасно видна даже со спины. – За то, что не получили разрешение у коменданта порта, – два! За исполнение программы, не утвержденной местными властями… хотя бы в нашем лице, – три!..

– А программа-то чем вашим лицам не угодила?! – состроил обиженную гримасу мой друг и соратник. – При любом раскладе не чета здешним кривлякам!!!

Ясно – тянет время, ожидая моего появления, иначе зачем бы ему вести с ними подобные разговоры о высоком искусстве! Как же дать ему знать о себе? «Щиты» снимать себе дороже, даже маг-двоечник засечет на раз… Хорошо еще, что вся бравая патрульная команда увлечена развитием диалога и не оглядывается, будучи уверена в своей безнаказанности на обжитой территории. Я на миг высунулась из укрытия и, подпрыгивая, отчаянно замахала руками… есть контакт!

– И за необоснованную критику в адрес местных жителей – семь! – невозмутимо закончил офицер, загибая пальцы перед лицом слишком явно возмущенной жертвы.

Тарглан, разумеется, не стал комментировать математические способности собеседника, благодаря которым столь неожиданно изменился традиционный порядок счета, и предложил:

– Почему бы просто не назвать сумму – и мирно разойтись?

– Откуда мне знать, сколько тебе накидали благодарные зрители! – пожал плечами заводила, отступая на шаг. – Так что… доставай, только без резких движений!

– То есть все?!!

– Понятливый! – хмыкнули в унисон двое стоявших рядом с Призраком. – Даже повторять не пришлось… Пошевеливайся!

– А никакое место поперек не треснет?! Заднее, например? – все-таки не выдержала Норка, выдвигаясь из безопасного заплечья и сворачивая сразу два шикарных кукиша перед самым носом верзилы. – Шоколадом испражняться не начнете?

Вряд ли местные блюстители порядка знали, что такое шоколад, но общий смысл высказывания это уловить не помешало.

– Тогда еще за сопротивление и оскорбление лиц, находящихся на королевской службе, – десять и тринадцать! – ухмыльнулся офицер. – А девочка пойдет с нами… для воспитательной беседы!

Я ненадолго отвлеклась, поскольку мои сенсоры засекли опасность сразу с двух сторон: к патрулю спешила подмога, в неслабой степени озабоченная, как думается, риском упустить свою долю возможной добычи. Нэфи вопросительно мурлыкнул мне в ухо.

– Нет, мой хороший, смертоубийство придется отменить – не тот случай, а вот слегка попакостить можем себе позволить!..

Я прошлась внимательным взглядом по крайним постройкам на дальней от меня улице и кивнула:

– Давай, только аккуратно!

Фадик выгнул пушистую спинку и прищурил замерцавшие в темноте глаза – по замшелым гранитным плоскостям с едва слышным шипением стремительно скользнул сверху вниз тонкий огненный луч, как по линейке отрезав угол, образованный внешними несущими стенами. Доля секунды – и такая же ампутация проделана с таким же многоэтажным сооружением на другой стороне улицы. Треск, скрежет, грохот, гул – и в плотных клубах пыли в считаные мгновения образовался впечатляющий завал, наглухо перегородивший дорогу пяти вооруженным людям. Нэфи повернул было полыхающие алым глаза в сторону следующей группы, но я прижала его к своему плечу:

– Не вздумай – там не склады, а жилые дома! Теперь моя очередь…

И шустро скользнула вдоль стены, стараясь не высовываться из густой тени. И успела в самый раз, чтобы закрыть лицо рукавом и прицельно метнуть один за другим три «снаряда» с вонючим порошком, которые разорвались под самыми ногами бегущей троицы в длинных форменных плащах. Бодрый ночной ветерок с недалекого океана добросовестно разнес по всему кварталу частицы растертого в пыль перца четырех самых едких сортов, в которую моей рукой было щедро добавлено изрядное количество измельченных сухих плодов «адской травки», в свое время доставленной мне контрабандой. Само здешнее название говорило за себя: та же махорка, широко применявшаяся на моей исторической родине для составления кайенской смеси[20], местному аналогу по убойным качествам и в подметки не годилась…

Отдышаться толком не пришлось. Из очередного укрытия в глухой темноте ближайшего переулка я, закипая, наблюдала сквозь густеющую багровую дымку, стремительно заволакивающую видимый мною мир, как развиваются события у фонтана. Скульптурные монстры, вызвавшие столько разнообразных эмоций при свете дня, продолжали свое увековеченное неведомым нам гением единоборство, не обращая внимания на творимый поблизости беспредел.

Трое верзил, несмотря на яростные укусы и весомые пинки, деловито вязали моей подруге руки за спиной, а поток сверхнецензурных ругательств был быстро и умело прерван качественным кляпом из рукава ее же куртки. Призрак пока ничем не мог помочь, ему пришлось позволить себя обыскать, поскольку патрульный маг, стоя в нескольких шагах поодаль, без особого труда удерживал вождя в обездвиженном состоянии, плавно поводя в прохладном ночном воздухе выставленной вперед раскрытой ладонью. Ничего себе приемчик, приходилось видеть в действии! Называется «давящая петля», довольно сложна в исполнении, но весьма эффективна в применении – потоки воздуха, уплотненные и жестко скрученные в своеобразные канаты, оплетают жертву и сжимаются тем сильнее, чем яростнее она сопротивляется. Значит, имеем дело с колдуном, отдающим предпочтение работе с воздушной стихией…

Умелый «ветродуй» свободной рукой не глядя закрутил пасс – в паре метров справа на несколько мгновений распахнулся портал, в который шагнули двое патрульных, с трудом удерживающих связанную, но не переставшую извиваться и отчаянно брыкаться Норку. Тарглан рванулся было вперед, но чародей крутанул кистью и слегка согнул пальцы, отчего мускулистое тело кочевника свернуло жгутом, взметнуло вверх и неслабо швырнуло на камни. По сенсорам плеснуло чужой жгучей болью, а поле зрения окончательно заволокло багровым. Все, мое терпение скончалось, теперь держитесь… я хотела сказать – нехорошие невоспитанные люди!

Для очередной смены внешности понадобились доли секунды, для того, чтобы нашарить подходящий камень, – они же, так что маг, с довольной улыбкой наблюдающий за пленником, не успел сжать кулак. Увесистый булыжник, с характерным звуком встретивший в полете препятствие в виде незащищенного затылка, глухо стукнул о мостовую, а рядом бесформенной кучей осело бесчувственное тело. Вот и наглядный пример, чем чревато нарушение техники безопасности: нечего в рабочее время о прическах думать, шлемы-то независимо от моды и погоды положены всем патрулирующим!..

Оставшиеся мордовороты не успели ничего ни сказать, ни сделать. Затянутая в черное фигура, взметнувшись как спущенная пружина в прыжке из положения лежа, пронеслась мимо, на миг задержалась возле них и растворилась во мраке, добавив несколько почти бездыханных тел к получившейся композиции.

«Далеко собрался?!»

«В порт. Они гуртуются на каком-то из кораблей у восточного причала. Догоняй!»

Мы встретились уже на берегу, на темных задворках старого склада, причем Призрак сначала принял боевую стойку и лишь пару секунд спустя разглядел, кто скрывается под личиной очередного стража порядка.

– И что смешного?! – Я никак не могла отдышаться после бешеного марш-броска напрямую по темным колдобистым улицам.

– Никогда бы не подумал, что тебе настолько идут черные усы! – еле выговорил Светлый Вождь, снова сгибаясь от беззвучного хохота. – Почему бы тебе не оставить их насовсем? Оч-ч-чень пикантно!..

– Потому что ты тогда, не выдержав конкуренции, непременно погибнешь от такой же черной зависти! – буркнула я, прислоняясь к холодной стене и обмахиваясь шляпой. – Да и целоваться мешают…

– Об этом я как-то не подумал, – признал Тарглан, утирая выступившие от смеха слезы. – Тогда я тоже, пожалуй, обойдусь без подобных украшений… Кстати, спасибо за помощь! Мерзким же штучкам обучают штатных магов!

– Сочтемся… Насколько я могу судить, это именно тебе повезло с экземпляром, одаренным выше среднего. – Я снова нахлобучила шляпу на голову и поправила ремень. – Что дальше делать будем, соратник?

– Для начала не мешало бы найти ту самую «лоханку»…

Объединив усилия, мы вскоре обнаружили требуемый корабль. Это небольшое судно мирно покачивалось у причала в компании пары дюжин похожих посудин, которые, видимо, использовались для патрулирования территориальных вод. На одной из них в настоящий момент служивого люда собралось гораздо больше, чем положено по штату. По всему выходило, что нам посчастливилось угодить на празднование очередного местного Дня Чего-нибудь Выдающегося, поскольку официальных красных дат общегосударственного календаря в текущем квартале мне что-то не припомнилось.

Изначальный план был до гениального прост: я под видом стражника проникаю на корабль, непринужденно просачиваюсь в трюм, где местные ценители жизни складировали все необходимое для набирающего обороты праздника жизни, нахожу Норку и, развязав, помогаю ей выброситься в иллюминатор. С плаванием она давно и прочно в ладах, и Призрак в воде подстрахует, потом я сойду на берег, и мы вместе удалимся по-английски… Чем не материал для того, чтобы успешно вымостить очередную ступеньку, ведущую в ад?!

Впрочем, на корабль я взошла беспрепятственно благодаря кокарде на шляпе и прочим форменным причиндалам. И по палубе продефилировала без хлопот, успешно изобразив нетвердую походку и хриплое заикание, а после удачно присоединилась к спевшемуся дуэту «сослуживцев». Нежно, как родную, обнимая бизань-мачту, мы довольно слаженно исполнили весьма популярную у мореходов «Девятую волну» (только не надо спрашивать, откуда я знаю самую непечатную вариацию текста!). Поаплодировали друг другу и так же, в обнимку, неровными зигзагами дотянули до кают-компании, где гульба была в самом разгаре. В целях конспирации пришлось позволить усадить себя за длинный, сплошь заставленный стол и принять объемистый, полный чуть ли не до краев кубок.

– Т-т-чт-то – новенький? – Сосед справа подозрительно щурил в мою сторону осоловевшие глазки, демонстрируя не успевшие утонуть в алкоголе остатки бдительности. Правильно, город приграничный, а нам с Фадиком в спешке было не до того, чтобы вылеплять портретное сходство с кем-нибудь из дежурной смены…

– Угу. Новее некуда! – честно призналась я, пошатываясь и моргая вразнобой. – Б-бум знакомы!

И храбро протянула руку. Собеседник поймал ее только с третьей попытки.

– Б – б-бум! Т-т-тв… ыйе зд-ровье! – Мой «сослуживец» удерживал вертикальное положение с большим трудом, но мимо рта не промахнулся.

Я осторожно принюхалась к содержимому своей посудины – брр, ну и… какатейль! Какое, к чертям, здоровье – прямой и незамедлительный кирдык мозжечку и вынос печени вперед ногами независимо от того, есть они у нее или нет!.. Я, придерживая шляпу, запрокинула голову и, удачно выплеснув свою порцию поверх левого плеча, с бодрым гиканьем запустила кубок в распахнутый иллюминатор. Потом, не обращая внимания на что-то бормочущих рядом собутыльников и старательно шатаясь, выбралась из-за стола и нацелилась на дальнюю дверь, через которую можно было попасть вниз.

Снаружи было восхитительно свежо и темно – меньшая луна успела закатиться за невидимую линию горизонта, а до восхода большей оставалось еще около часа, – тем эффектнее и загадочнее смотрелось колеблющееся скопление корабельных и отраженных огней вдоль изогнутого берега бухты. Прислонившись к основанию грот-мачты, я кое-как отдышалась, надвинула шляпу на лицо и закрыла глаза. Сенсоры добросовестно выдали четкую картину расположения помещений и людских перемещений. Спрашивается вопрос: что им всем вдруг приспичило шататься по кораблю?! Сидели бы себе смирно за столом в обнимку и наливались до краев под матерные песни, так нет же… Мысленно перекрестившись на удачу, я взяла нужный курс и двинулась вперед, старательно цепляя нога за ногу.

До люка оставалось несколько метров, когда у сходней возникла какая-то возня. Это еще одна патрульная группа, закончив обход вверенной территории, прибыла для ублажения тела и души, но принесенные ими новости почему-то нешуточно всколыхнули остальных. Где-то на границе с подсознанием болезненно запульсировал сигнал тревоги, одновременно с которым прорезался зов Призрака:

«Они подобрали тех, на площади, смогли привести в чувство, теперь ищут нас».

«Ч-ч-ч-черт!!!»

«Говорил ведь – не стоит оставлять свидетелей, но ты заладила: мирный город, никаких жертв!..»

«С чего ты взял, что я сейчас буду ладить не то же самое?!»

«Да на здоровье! Только среди них два телепата. Подстраховать?»

«Справлюсь, главное – сам не засветись!»

Но ценное предупреждение запоздало – край сенсорного поля зацепил заварушку, моментально разгоревшуюся у стен отдаленного склада. Вооруженные, еще трезвые люди с факелами, руганью и азартными криками увлеченно ловили кого-то… Вернее, пытались – это было похоже на попытку поймать каплю ртути двумя не по размеру большими лыжными палками, зажатыми в загипсованных по плечи руках. К ним добавилось десятка два добровольцев, и они даже смогли окружить свою цель, причем их ряды постоянно и быстро редели благодаря сопротивлению предполагаемого пленника, но на их место тут же находились новые желающие. С помощью специальной сети, ловко и метко брошенной с крыши, микроскопические изначально шансы на поимку жертвы заметно возросли, но Призрак в очередной раз навел меня на мысль, что стоит поменять его прозвище, вспомнив какое-нибудь стихийное бедствие наибольшей силы и разрушительности! Доли секунды – гибкая тень, расшвыряв по сторонам здоровенных мужиков, стремительно скользнула в проделанную в ловчей снасти прореху и понеслась к пирсу. Все, кто неосмотрительно рискнул сунуться ближе, чем на пять метров, остались лежать на отсыревших камнях бесформенными кучами с едва заметными признаками жизни, так и не успев понять, что же, собственно, с ними произошло. Далеко оторвавшись от преследователей, Светлый Вождь ненадолго задержался на краю причала, чтобы выровнять дыхание, и красивым прыжком ушел в темную, слегка волнующуюся воду…

В затылок и виски неожиданно ввинтилась острая боль, отвлекая от захватывающего зрелища, – кто-то спешно пытался нащупать лазейку в мое сознание. Господи, чему их только учат – как слоны в посудной лавке!.. Я привычно выставила картинку-прикрытие: безбрежные просторы океана в состоянии легкого волнения на закате, – запустила когда-то услышанную песенку в тему: «Нам бы, нам бы, нам бы всем на дно…»[21] – и поняла, что пробраться в трюм будет не так-то просто. У самого люка два хорошо поддатых верзилы затеяли шумную разборку с припоминанием друг другу прошлых и не всегда существующих грехов, которая как раз подошла к тому моменту, когда начинается драка с привлечением всех желающих окружающих и подручных средств.

Хуже всего было то, что моя уловка обманула телепатов ненадолго, и они оба в сопровождении еще трезвого мага ненавязчиво, но неотвратимо приближались ко мне, отрезая возможные пути отступления. На поиски многоходовых изящных решений времени уже не оставалось, да и вся эта внеплановая суета начинала нешуточно утомлять, и я, мысленно махнув рукой, дала себе волю.

Искомое помещение находилось как раз под ногами. Фадику хватило пары секунд, чтобы «взглядом» вприщур выжечь аккуратный овал вокруг стоящей меня, а мне – и того меньше, чтобы подпрыгнуть и со всей силы ударить каблуками в просмоленные доски. Со второй попытки моему величеству с помощью очередного прицельного «взгляда» нэфи удалось-таки провалиться под аккомпанемент собственного вопля, чужих криков, треска, скрежета, звяканья, грохота и… визга – истошного, до ломоты в ушах и звона в голове. Сто чертей, совсем упустила из виду, что в интересующей меня каморке кроме по-прежнему связанной подруги находится полдюжины других особей женского пола, которым до сих пор, видимо, незачем было затыкать рот!..

Я, успев за время падения сменить личину патрульного на свой привычный облик, весьма удачно для себя шлепнулась на них сверху. Тишину же навела в два счета – грозно рявкнула пару выражений на древнем языке, которые запомнились мне еще во время прошлых похождений в многочисленной мужской компании. Вряд ли эти портовые «птахи» были полиглотами, просто на всякий случай решили больше не отсвечивать. Оно и правильно – мало ли зачем свалилась на головы эта хрипло орущая и наверняка злющая взъерошенная баба в облаках едкого дыма, из-за которой поднялась такая беготня наверху!

По трапу затопали сапоги, на палубе кричали наперебой, но прыгать следом никто пока не отважился. Времени было в обрез, но, слава богу, Норке ничего не пришлось объяснять. Как только были перерезаны веревки, стягивающие руки, она, быстрыми движениями разминая кисти, кивнула на закрытый наглухо иллюминатор. Нэфи на моем плече встряхнулся и фыркнул, девахи снова заголосили, закрывая руками лица и широко распахивая щедро накрашенные рты… Неудивительно: тратить столь драгоценные секунды на аккуратное вскрытие металлической рамы никто не стал, ее просто-напросто вынесло шумно и мощно взорвавшимся сгустком ослепительно-белого пламени вместе с приличным фрагментом борта.

К счастью, Тарглана не зацепило, и через несколько мгновений он встретил нас в воде, подхватив мою подругу, которая пока не вполне владела затекшими конечностями. К еще большему счастью, толпа преследователей временно переключила внимание на впечатляющую дымящуюся прореху. К тому же основательно добавили суеты упитанные и шустрые девицы, вдохновенно вопящие и желающие выбраться первыми из такого страшного места во что бы то ни стало. А посему нам удалось быстро прошмыгнуть на другую сторону пирса под прикрытие покачивающихся на поднявшейся волне кораблей.

Не знаю, кому понадобилось на ночь глядя спускать на воду попавшуюся нам на глаза шлюпку, но хвалу этой доброй душе мы воздали в один голос, хоть и негромко. Призрак помог Норке перевалиться через низкий борт, забрался сам и протянул мне руку, но я, отфыркиваясь, покачала головой:

– Увози ее как можно дальше и быстрее, а я их задержу…

– Не выдумывай! – Подруга, продолжая кашлять, откинула с лица мокрые волосы.

– Уходим вместе! – поддержал ее Светлый Вождь и перегнулся, чтобы поймать меня за воротник, но я увернулась, оттолкнулась ногами от просмоленного борта и махнула напоследок рукой.

– Кроме тебя, грести некому! И, ради бога, не спорь – время дорого!..

Норка безуспешно пыталась распустить узел на причальной веревке. Тарглан увесисто чертыхнулся и, выхватив нож, в момент перерезал обе и сел на весла. Несколько мощных гребков – и шлюпка растаяла в ночной мгле, а я со всей возможной скоростью поплыла к соседнему причалу. Он оказался дальше, чем ожидалось, и я окончательно выдохлась и успела вдоволь нахлебаться горько-соленой воды, пока нашла небольшую лесенку на его дальней стороне. То и дело соскальзывая с узких шатких ступенек, я из последних сил вскарабкалась по ней и рухнула на влажные холодные доски, совсем не чувствуя рук и ног и пытаясь помешать запаленному сердцу выскочить наружу из глотки. Рядом, урча как подвесной мотор, встряхивался нэфи, потом подошел ближе и лизнул меня в нос горячим язычком.

– Ох, подожди… отдышаться бы! – Я, сипя и кашляя, кое-как встала на четвереньки, тряся головой в тщетной попытке разогнать плавающие перед глазами фиолетово-радужные круги. Проглоченная вода неожиданно решила вернуться в родную стихию – весьма некстати, смею заметить!..

После того как желудок все-таки расслабился, стало немного легче, и я даже смогла сесть, опираясь на дрожащие руки. Настало самое время прикинуть план дальнейших действий, но в этот момент сенсоры безжалостно включились опять, выдав картинку, от которой сразу открылось второе дыхание: по только что покинутому мною пирсу к берегу неслась целая толпа стражников, как уже протрезвевших, так и еще не успевших напиться. Судя по всему, в нашем вечернем реалити-шоу появились новые участники в лице экипажей всех причаленных патрульных кораблей…

Решение созрело моментально. Я кое-как встала, держа Фадика на ладонях, прикинула направление и расстояние и скомандовала:

– Пли!

Огненный шар не меньше метра в поперечнике с гудением и треском устремился к цели. Наши преследователи не успели сойти на берег – последний пролет прочного каменно-деревянного причала разнесло в мелкую крошку прямо перед ними, разрушив заодно и часть набережной. Взрывная волна была настолько сильной, что смела в воду всех бегущих поголовно и заставила меня больно приземлиться на колени. В глазах потемнело, несмотря на обильно сыплющиеся из них искры… Видимо, поэтому наш следующий залп не был столь же точен – очередная порция разрушительной энергии ушла вдаль и в сторону по навесной траектории, угодив прямо в центр стоящего у дальнего пирса корабля – большого, вроде наших галеонов. Если бы целилась для этого специально, в жизни бы не попала!..

Судя по всему, груз был из категории горючих жидкостей, потому что эффект получился как при взрыве неполного танкера. Оглушительный грохот и треск, раздирающий слух, и зарево, как мне показалось, на полнеба… Огромное дымно-пламенное облако, вспухающее с жуткой скоростью, подворачивало внутрь себя клубящиеся багровые края… Отчаянные крики, ругань и суета на берегу, где как-то сразу намного прибавилось народу… Кувыркающиеся в ночном воздухе обломки палубных надстроек и тлеющие обрывки парусов и такелажа[22], полыхающие лужи чего-то плотно-маслянистого на всем обозримом пространстве темной, слегка волнующейся воды…

Вскоре огонь перекинулся на стоящее рядом судно, и масштабы получившегося фейерверка превзошли всякое вероятие. К сожалению, чем закончилось нечаянное веселье, мне досмотреть не удалось, равно как и додумать, каким образом следует спасаться. Единственное, что я успела, – это сделать несколько шагов на подгибающихся и дрожащих ногах в сторону залива, просто потому, что там не было людей, а значит, маячил призрачный шанс ускользнуть незамеченной. Конечно, вряд ли я смогла бы далеко уплыть в таком состоянии, но в тот момент главной целью стало хотя бы просто исчезнуть из поля зрения многочисленных участников ночного действа…

По сенсорам больно резануло выплеском энергии, в лицо пахнуло жаром – я невольно зажмурилась, отвернулась, шарахнулась в сторону, закрывая ладонями глаза, и… не увидела, где и когда закончились влажные доски настила. Нога скользнула в пустоту, с языка сорвалось нечто совершенно непечатное, но вынужденное купание все же не состоялось, потому что меня ухватила за шиворот чья-то сильная рука. Другие, не менее сильные, подхватили с боков и увлекли вперед, в распахнутый портал, пульсирующее сияние которого без труда воспринималось даже с накрепко закрытыми глазами…

Часть вторая

Дела морские и колдовские

Глава 1

На сей раз мое сознание решило вернуться без лишних проволочек, включив заодно и память, чему я была совсем не рада. Вот кто просил, спрашивается?! Прийти бы в себя постепенно, врастая в действительность поэтапно, без эмоциональных перегрузок, да и физические ни к чему, ибо не радуют… А так – шквал воспоминаний, наслоение картинок, боль в ушибленных местах и прочий дискомфорт, мешанина звуков то громче, то тише… Брр!.. Еще и голова кружится, даже кажется, что все вокруг тоже качается, ритмично до тошноты…

Впрочем, как раз это совсем не кажется! Я сделала над собой усилие, сконцентрировалась на конкретном ощущении… Нет, в самом деле! Самая настоящая килевая качка, что бывает при умеренном волнении на корабле, идущем на хорошей скорости! Странно, ведь во время принятия мною незапланированных целебных ванн вода была спокойна как в корыте… хотя все правильно – дело же было в бухте, защищенной от основной акватории мощными волноломами, а вот в открытом океане… Каком еще океане?! И на каком, к черту, корабле?!! Мне сейчас полагалось бы вяло барахтаться из последних сил в упорном старании удалиться от причала, глотая между делом соленую воду и пуская пузыри… Желудок снова сжался в угловатый увесистый ком и рванул вверх, пытаясь покинуть измотанный организм, но несколько судорожных сглатываний удержали его и вернули на место… до поры до времени.

Горячий влажный язычок прошелся по моей щеке. Так, нэфи при мне, что неудивительно… Машинально запущенная сенсорная система дала понять, что поблизости выжидательно притих еще кто-то. Я осторожно приоткрыла один глаз… Да ну, не может быть!

– С возвращением! – Слова, произнесенные знакомым голосом, прозвучали вполне приветливо. – Рада быть первой, кого ты увидела!

– Почему? – На более умные вопросы меня пока не хватало.

– Столь необычных гостей на борту еще не бывало!..

– Ретекка?! – Я все-таки уверовала в реальность видения. – Что ты здесь делаешь?!!

– Всего лишь пытаюсь командовать на этой видавшей виды посудине с гордым названием «Укротитель бурь». – Фирменная усмешка на миг озарила бесстрастное лицо блондинки-«паучихи». – Говорят, получается…

– Тогда что я здесь делаю?!

– Лежишь, – последовал ответ.

– И как долго?!!

– Больше суток.

Мою неопределенную расслабленность как штормовой волной смыло. Я рывком села на постели… вернее, попыталась, но добилась желаемого только с третьей попытки. Капитанша молча протянула мне плоскую флягу в кожаной оплетке. От первого же глотка я закашлялась до икоты – крепость неведомого напитка просто зашкаливала! – зато в голове, как ни странно, слегка прояснилось.

– Твоя подруга ни за что и никому не хотела уступать право ухаживать за тобой, пришлось пообещать, что присмотрю за несостоявшейся утопленницей лично, – любезно просветили меня, верно догадавшись, какие невысказанные вопросы теснятся в моей гудящей голове. – Друзья, убедившись, что их помощь не нужна, решили позволить себе отдохнуть… хотя нет, – она вскинула голову, к чему-то прислушиваясь, – наверняка узнали, что ты пришла в себя, раз уже спешат сюда со всех ног!

«Друзья»?! Переспросить я не успела – сразу после деликатного стука дверь распахнулась, и в невеликое пространство двухместной каюты ворвалась, как сначала показалось, целая толпа народу. На самом же деле всего четверо, но до крайности оживленных представителей человеческого рода. Норка тут же пала мне на грудь, мужчины, к счастью (хотя как посмотреть!..), ограничились устным выражением своей бурной радости по поводу моего уже осмысленного присутствия на этом свете. Ретекка, немного полюбовавшись на трогательную картину воссоединения нашей команды, сослалась на дела и тактично удалилась. После бурного всплеска эмоций со слезами, бессвязными восклицаниями и вопросами в никуда мы успокоились настолько, что стало возможным излагать мысли более-менее вразумительно.

– Как ты себя чувствуешь?!

– Терпимо, – подумав, определилась я. – Разве что оголодамши до почти полного озверения…

– Это как раз поправимо! – рассмеялась Вячеславна с видимым облегчением, утирая мокрые щеки платком. – Всего лишь нужно перебраться в кают-компанию… или предпочитаешь обед в постель?

– Нет уж, лучше в тарелку!.. Объясните наконец, что происходит? Почему мы на корабле? И откуда здесь, черт возьми, вдруг взялись вы?!

Тханимар и Нортис, которым и адресовался последний вопрос, переглянулись, и маг на правах старшего первым взял слово. Все остальные были уже в курсе незапланированных дополнений к общему списку наших приключений, но с явным интересом выслушали необычную историю еще раз. О том, как друзья для начала едва не утонули в болоте, не отмеченном ни на одной карте нашего мира потому, что находилось далеко за пределами оного. Затем чудом спаслись от стада обезумевших от страха животных – судя по описанию, заметно превосходивших по размерам и степени страхолюдности вымерших когда-то у нас мастодонтов. Их огнем и шумом загоняли в ловушку местные жители, а наши соратники в качестве десерта угодили к ним же в плен с перспективой продажи на тамошний аналог античной триремы, но сумели сбежать. Способности чародея позволили заполучить обратно почти весь багаж, а благодаря боевому мастерству Нортиса друзья пробились к ближайшей точке пересечения энергетических потоков. Которые, кстати, в том измерении оказались на редкость маломощными, что почти полностью исключало применение даже бытовой магии, не говоря уж о свободном переходе через Границу или телепатических контактах…

– Теперь понятно, почему так и не удалось до вас «докричаться»… – протянула я, пытаясь удобнее умостить все еще сильно гудящую голову. – А мы так старались!..

В «месте силы» Тханимар смог открыть портал в родное измерение, в основном за счет накопителей энергии, без которых ни один хоть немного уважающий себя мастер жезла, зелья и заклинаний даже на балкон выходить не станет. Причем в процессе активации всех источников, имеющихся в распоряжении, выложился до полной потери сознания. Хвала богам, спутник не был обижен силенкой и на себе втащил его вместе с поклажей в открывшийся проход…

По нашу сторону Границы дело пошло веселей. Определить с помощью обзорной сферы направление движения на Эгелендорк, воспользоваться уже проложенными порталами, причем с помощью некоторых из числа приватно-засекреченных миновать караулы на въезде-выезде из города и попасть сразу в интересующее заведение – что называется, дело техники… Выйти на «паучих», непосредственно контактировавших с моим величеством в последние сутки, для волшебника такого уровня – пара пустяков. Учитывая же, что Ретекка кроме прочих достоинств обладала некоторой способностью заглядывать в будущее, договориться с ней о найме корабля и команды труда и вовсе не составило. Тем более что был и у нее свой интерес в союзе с нами…

Утерянные на время соратники успели все, что можно: и посмотреть между делом «выступление века», и на борт подняться, благо в долгих сборах необходимости не было, так что во время партизанских действий нашей троицы в портовых кварталах быстроходный «Укротитель бурь» уже лег в дрейф на выходе из бухты. Дальше без особых затей – угнанная шлюпка просто не имела шансов проскочить мимо, а мое местоположение не отследил бы только начисто слепоглухой и умственно отсталый от рождения…

– Все хорошо, что хорошо заканчивается… хотя бы на одном из этапов! – Я наконец определилась, чего не хватало в рассказе, и, машинально массируя ноющие виски, наскоро прочесала корабль «поисковой сетью». Удивилась и повторила, но с тем же результатом. – Кстати, почему не вся шайка в сборе?

Повисла тягостная пауза. Я медленно обвела взглядом посуровевшие лица друзей, не желая принимать всерьез внезапно пришедшую догадку, ошеломляющую и болезненно простую… Значит, финал очередного побочного приключения оказался не настолько хорош!.. Тханимар стоял ближе остальных, поэтому именно его рука послужила мне проводником в недалекое прошлое. Привычная болезненная вспышка под закрытыми веками – и чужая память услужливо рассыпала в сенсорном поле череду ярких картинок.

Все должно было произойти совсем иначе, ведь первой к открывшемуся входу в западню, без всяких сомнений, попала бы я, замкнув собой защитное поле… А те из нас, кто уцелел после взрыва, оказались бы, скорее всего, в каком-нибудь из гораздо более далеких и затерянных измерений, откуда выбираться пришлось бы намного дольше, и не факт, что успешно!.. Да и незачем было бы уже куда-то рваться, ведь их «путеводная звезда» осталась бы по другую сторону Границы, только в виде мелких брызг…

Устройство должно было сработать на появление именно человека, ведь в тех краях просто не водится ни птиц выше средней величины и массы, ни крупных зверей, которым зачем-то вдруг понадобилось бы вскарабкаться на ту гору и способных это сделать… Только взрослый пес бойцовой породы, обученный всевозможным полезным трюкам, еще взбудораженный после прогулки по Ущелью Страха и непоколебимый в своем рвении защищать хозяев от любой опасности независимо от степени ее реальности, решил подобную вводную задачу с легкостью!..

Я медленно разжала пальцы, опуская горячую ладонь ликуартисца, но глаза открыла не сразу, приходя в себя и мучительно стараясь подобрать подходящие слова. Что тут скажешь…

– Броул принял основной удар на себя. – На лице Нортиса не дрогнул ни единый мускул, только голос против обыкновения звучал тихо и бесцветно да взгляд, пустой и тяжелый, был устремлен сквозь обшитую деревом стену куда-то совсем далеко. – У него не было никаких шансов…

– И спас всех нас! – упавшим голосом подытожила я. – Ценой собственной жизни…

– Вместе с ним рухнул камень, с которого он прыгал, увеличив пусковую массу, поэтому взрыв получился намного сильнее ожидаемого, а на нашу долю энергии осталось гораздо меньше, – продолжил придворный чародей. – Вы трое были вместе, силы медальона хватило, чтобы прикрыть вас и не дать покинуть пределы мира.

– И слава богу! – Я прерывисто вздохнула, сглатывая горячий ком, подступивший к горлу, и дотянулась до руки неподвижно застывшего Нортиса. – Мне жаль!..

Немигающий взгляд потемневших глаз, кивок, слабое ответное пожатие – и он снова отвернулся, а я украдкой попыталась утереть слезы. Вячеславна тихонько зашмыгала носом.

– Вечная память верному другу!..

Воцарившуюся невеселую тишину нарушило деликатное покашливание. В проеме приоткрытой двери просматривалась ладная фигурка давешней брюнетки с рваным шрамом на плече.

– Прошу извинить, если не вовремя, но капитану требуется ваша помощь!

Мужчины тактично удалились, условившись встретиться на мостике, а Норка помогла мне привести себя в порядок без ущерба для здоровья и обстановки – пошатывало меня совсем нешуточно, плюс качка, хоть и небольшая… По дороге наверх она же кратко поведала, каким образом все мы встретились. Уже в шлюпке, параллельно с упражнениями в ожесточенной гребле, Тарглан уловил мысленный зов нашего рыжекудрого друга, который наблюдал за развитием событий с помощью своей сферы. После было совсем просто – портал, мое величество на борту как результат согласованного взаимодействия трех пар сильных мужских рук и полный ход по заранее оговоренному курсу…

Наверху было солнечно и ветрено. Я с наслаждением вдыхала прохладный соленый воздух, не торопясь отпускать плечо подруги – так, на всякий случай, поскольку голова еще кружилась. Подошла Ретекка, окинула меня внимательным взглядом, одобрительно кивнула и прояснила ситуацию. За это время наш кораблик успел обойти по свободным водам все приграничные острова, теперь следовало уточнить курс. На мостике нас уже ждали Тханимар и Шаилла – штурман, высокая, очень смуглая немногословная красавица, похожая на индианку. Моя память спешно выудила из своих недр картинку, главную среди последних откровений свыше – четкий, с подробностями вид звездного неба, который весьма желательно было бы увидеть над головой в самое ближайшее время. Сообща мы быстро установили, в которую сторону следует направить судно, чтобы попасть в нужную часть океана, полюбовались на слаженную работу команды, снующей по вантам, и спустились в кают-компанию.

Там нас уже ждали за накрытым столом. Я успела пояснить подруге, что в наших краях в традиции устраивать шумные и веселые поминальные посиделки с обильными возлияниями, песнями и воспоминаниями о совместно прожитых с усопшим эпизодах. Чем больше усердия, тем легче и веселее будет путь уходящего из этого мира и тем более светлым и радостным получится его существование по ту сторону жизни… Вячеславна, само собой, и не подумала, что мне может прийти в голову идея розыгрыша на подобную тему, но сильно удивилась. Ей потребовалось некоторое время, чтобы настроиться соответствующим образом и активно подключиться к процессу. Впрочем, все старались как могли, так что проводы безвременно ушедшей души нашего четвероногого соратника удались на славу. Прощай, друг, счастливой тебе охоты!..

Новые друзья тоже не остались без внимания. После того как были поддержаны тосты за здоровье небожителей, устроивших нашу своевременную и взаимополезную встречу, все созрели для изливания души в голос. Надо сказать, что разудалые моряцкие куплеты, что баллады удавались девчонкам просто потрясающе! Мужчины тоже не ударили в грязь лицом, стараясь по мере сил… А мне очень кстати припомнилась любимая со школьных лет песня о давно стоящем на рейде корабле. Только малопонятную для здешних обитателей строчку про «смит-вессон» тридцать восьмого калибра пришлось на ходу сменить на «арбалет, сработанный на совесть», но, думаю, автор простил бы мне эту небольшую вольность, допущенную исключительно в силу обстоятельств. Дополнение привычного репертуара было встречено на ура, и уже со второго раза все хором выводили:

…Плюньте – кто пойдет ко дну последним –

в пенистую морду океана![23]

Ретекка подмигнула мне, чокаясь в очередной раз. Я, расчувствовавшись, крепко пожала ее сильную руку:

– Спасибо тебе!

– Пока особо не за что, – качнула головой блондинка, лихо опрокидывая бокал. – Надеюсь, все получится, и у вас появится более убедительный повод и возможность проявить свою признательность. Хотя… ты уже оказала клану редкую услугу!

Она, усмехаясь почти незаметно, поведала, что наше бурное времяпрепровождение в порту имело некоторые последствия, достаточно выгодные для «паучих». Тот нечаянно подорванный корабль, как оказалось, принадлежал конкурирующей фирме с другого континента – «черным чайкам», которые уже много лет пытаются захватить господство на водах и при этом не особо разборчивы в средствах. Переплюнуть противников в открытую им не хватало пороху и сообразительности, а вот проявить изобретательность насчет мелких пакостей они были горазды. Например, путем угроз поставщику перехватили эту партию экзотических растительных масел…

– Но ведь вам товар все равно не достался! – возразила я после недолгих колебаний насчет того, как реагировать.

– Главное, что им с этого получилась дополнительная головная боль! – рассмеялась моя собеседница, подавая заразительный пример. – И повод сточить зубы в процессе бесполезного скрипения, поскольку я успела их обрадовать известием, что это была кара небесная… по моей личной просьбе!

– Так они же мстить начнут!

– О боги, тоже мне новость! – фыркнула Ретекка. – Разом больше, разом меньше… У нас и без того необъявленная война с переменным успехом! Или тебе так уж хочется повеселить представителей «чаек» и тамошнее население принародным признанием и покаянием во всех возможных грехах?!

Я добросовестно помотала головой. Конечно, нехорошо прятаться за чужую спину и перекладывать на чьи-то плечи собственные провинности… Только сейчас, как говорится, без меня меня женили, причем добровольно и не спрашивая согласия, значит, имели на то веские причины и какую-никакую выгоду. На своем уровне расхлебывать происшедшее мне пришлось бы дольше и сложнее… Например, убеждать пострадавших, что ничего такого в виду совсем не имелось, мы просто пытались вызволить свою соратницу, попавшую в лапы зарвавшихся служак. А так… всем все ясно и никому не удивительно – жесткая конкуренция, междуклановые разборки с объяснимыми и закономерными последствиями…

– Что ж, внесем в список еще один повод для выражения вам искренней благодарности, – подал голос Тарглан, который давно уже прислушивался к разговору, но воздерживался от комментариев.

– Не стоит! – повела плечом наша новая соратница. – За такое зрелище не грех и дороже рассчитаться!

И, посмеиваясь, пояснила в ответ на вопросительные взгляды, что за нашумевшими вечерними событиями, начиная с потасовки у памятного фонтана, они могли наблюдать в деталях благодаря Тханимару, который любезно предоставил все возможные мощности своей магической сферы.

– Навела ваша троица шороху!

– Надеюсь, хотя бы трупами не наследили?!

– Насколько знаю, нет. Правда, в изобилии было ушибленных, контуженых, слегка подкопченных и сильно испуганных…

– Но взрыв?!

– Не поздновато для раскаяния? – «Паучиха» явно надо мной посмеивалась. – Команду отпустили погулять на берег, на борту оставались трое вахтенных и капитан… которым приспичило посмотреть, что за шумная заваруха творится по соседству, и они все в тот момент находились на носовой палубе. Поэтому ограничились принудительным полетом, неожиданным купанием, мелкими ссадинами и крупным недовольством по поводу происходящего.

– А телесные повреждения у прочих?

– Не без того… И в изобилии – подмоченных репутаций, в полном смысле слова!

– Вячеславна ни при чем! – вступилась я, мельком взглянув на подругу, скромно потупившую глаза. – Она всего лишь пострадавшая сторона… хотя роль детонатора сыграла на славу! Я в ответе за экстремальное освещение, а вот руко- и ногоприкладство целиком на совести Светлого Вождя!

– Шикарный был мордобой! – Ретекка уважительно покивала, показывая кочевнику большой палец. – Мы даже ставки делали, сколько стражников он успеет уложить и каким способом.

– И кто больше всех выиграл? – Сомнений в ответе почему-то не было.

– Мне повезло научиться хорошо разбираться в мужчинах, равно как и в боевых возможностях оных! – подмигнула капитанша.

– Я старался! – Объект обсуждения изобразил воплощенную скромность и признательный полупоклон.

– Еще бы! – хмыкнула Норка. – Если учесть, что именно при мне были наши деньги – всё-всё, что нажито непосильным трудом!

Я вознамерилась было возразить, но взглянула на Призрака и поперхнулась первым же словом. Просто немного испугалась: выражение лица осталось прежним, ни единый мускул не дрогнул, но вот глаза… Подобное превращение их в колючие осколки зеленоватого льда за все время нашего с ним знакомства «посчастливилось» наблюдать лишь однажды. В тот раз моя тогда еще светлость в нервах и по собственной глупости вляпалась по самое не надо в особо опасное приключение, сыграв на руку врагам и устроив общеотрядную веселуху на ближайшие сутки. А нынешнему Светлому Вождю и моему будущему супругу «развлечений» перепало больше всех… Вот и сейчас…

Я невольно затаила дыхание, но Тарглан отвернулся и продолжил трапезу как ни в чем не бывало. И в живом послеобеденном общении принял непосредственное участие, разве что немного позже удалился по-английски, не привлекая к этому факту внимания присутствующих. Но уж мне-то не требовалось ни пояснений вслух, ни телепатических способностей, чтобы знать наверняка, на сколько баллов потянул всплеск его эмоций!

По пути в нашу каюту я продолжила оживленную болтовню с подругой, но попутно выставила в сознании энергетический «щит» покрепче и пошире, чтобы хватило не только для моих мыслей. Зайдя внутрь и плотно прикрыв двери, повернулась к Норке и покрутила пальцем у виска со словами:

– Ты что, совсем с головой раздружилась?!

И в ответ на откровенно непонимающий взгляд пришлось пояснить, насколько подобного рода шутки не забавны и неуместны по отношению к серьезным людям, которым пришлось при не менее серьезных обстоятельствах совсем нешуточно потрудиться ради как минимум физического благополучия ее высокочтимой персоны. Вячеславна по мере вникания в суть ситуации мрачнела все больше и под конец моей пламенной речи окончательно погрузилась в себя.

– Знаешь, – она все-таки первой нарушила неловкую паузу, – в последнее время и в самом деле мое чувство юмора частенько заносит куда-то не туда!..

– Ничего, – попыталась я ее утешить, – просто еще не совсем освоилась у нас, вот и попадаешь порой в «молоко»… Только это отчего-то происходит именно в присутствии нашего высокочтимого друга!

– Это что, настолько заметно?!

– Мне – да! Только неясно, с чего это Тханимар до такой степени тебя смущает?! – хмыкнула я.

– Он-то при чем?!

– Вот и призналась! – Я нацепила на лицо прокурорское выражение и наставила на нее указательный палец. – Колись уж до конца!

– А то и так не понятно! – Подруга махнула рукой. Вид у нее был удрученный и смущенный одновременно.

– И что же больше тебя выбивает из колеи – неординарное прошлое, высокая должность или неотразимая внешность?

– Мозгощупная суперспособность!!! – с досадой выдала высокочтимая госпожа Леона. – Чувствую себя микропрепаратом, который весь на виду, просматривается насквозь и деться некуда!

– Значит, есть что скрывать? – подначила я не без задней мысли. Мне-то эта тщательно маскируемая напряженность давным-давно резала сенсоры за исключением разве что тех моментов, когда у всех мысли были заняты очередными перипетиями. Правда, с расспросами лезть я не спешила – до подобных разговоров нужно дозреть. Вот и пусть выплеснет…

– Если бы! – вздохнула она. – А так – ни казнокрадства не замышляю, ни вождеубийства, ни даже посягательства на чью-либо свободу, честь и достоинство, ни бегства под покровом ночи, но… все равно неуютно!

– Тогда замысли все сразу и получи хотя бы моральное удовлетворение! – рассмеялась я. – По крайней мере не обидно будет…

Вячеславна только снова рукой махнула. Пришлось напомнить ей уже однажды рассказанное о том, что телепат подобного уровня в силу своих особенностей постоянно слышит как минимум отголоски чужих мыслей, примерно как мы городской шум, но именно наш общий друг вслушиваться или специально вкапываться вглубь не станет без особой на то необходимости, потому что джентльмен… И о том, что Призрак даже во времена своего киллерского прошлого никогда не брал заказ только ради денег, причем немалых, поскольку очень рано стал популярным суперпрофи в своем ремесле, а то и предполагаемую жертву брал под свою защиту, если затеваемая драма имела слишком темные корни, тогда уже за это дело не брался никто – не рисковали связываться… Потом пообещать ей открытие секрета выставления «щита» в сознании против любителей побродить по чужим извилинам и, не откладывая дела в долгий ящик, тут же провести краткий начальный мастер-класс. Подруга на удивление быстро уловила суть новой для себя науки, так что довольно скоро ее моральное состояние заметно улучшилось. Правда, настроение продолжало нерешительно топтаться заметно ниже нулевой отметки…

– А теперь в честь чего «туча кучей небо пучит»?

– Как думаешь, насколько всерьез наш гордый степной правитель на меня разобиделся?

– Обиделся – это больше для детского садика, – осторожно сказала я, пристально следя за ее реакцией. – Сейчас больше подошло бы «оскорблен в лучших чувствах», причем в достаточной степени. Если он всегда ставил принципы выше выгоды, а уж когда дело коснулось друзей и соратников… К тому же он все время помнил о том, что время мирное и вокруг люди «при исполнении обязанностей на службе», как бы она ими ни понималась, а вот в отношении себя вряд ли мог рассчитывать на трепетную заботу и бережное обращение!..

Норка нахмурилась и некоторое время вдумчиво наблюдала через открытый иллюминатор бег облаков по ярко-синему небу, затем снова повернулась ко мне:

– Надеюсь, твой старый друг в основном не отличается от обычных мужчин?

– Ты о чем? – озадачилась я.

– О том, через какие регионы организма лежит путь к его суровому сердцу!

– Чтоб я знала!

– Да ну?!

– Ну да! За столько времени до подобных изысканий даже в мыслях ноги не дошли, да и вообще… сама знаешь, у меня-то и на сердце, и под сердцем был совсем другой король, так что… Попробуй традиционно – через желудок, но помни: он должен остаться в живых!

Подруга наградила меня испепеляющим взглядом, от которого впору было если не сгореть на месте, то хотя бы убедительно задымиться хотя бы в некоторых местах, и снова погрузилась в глубокие раздумья. Снаружи доносилось ритмичное поскрипывание и оживленный галдеж. Мое величество, чтобы не мешать размышлениям, неслышно подобралось к открытому иллюминатору и засмотрелось, как половина команды с дружным эханьем и солеными шутками с помощью огромного ворота тянет из воды тяжелую сеть. Ретекка все же решила не оставлять без внимания «высмотренную» мной стаю деликатесной рыбы…

Мужское население корабля тоже не осталось в стороне, и вскоре по мокрой палубе кособоко забегали крупные колючие крабы, нервно вздергивая впечатляющими клешнями, приседая и уворачиваясь от хлещущих по сторонам хвостов. Обладатели оных – плоские рыбины, похожие на наших палтусов размером с приличный напольный ковер, только почти правильной равнобедренно-треугольной формы. Вскоре они были общими усилиями выпутаны из жестких ячеек и поштучно спущены в холодный трюм, где нужная температура поддерживалась посредством специальных заклинаний.

Там орудовали другие девчата, раздевшиеся почти донага и прикрытые лишь парой-тройкой лоскутов потертой тонкой кожи, самые большие из которых защищали прически. Приемщицы укладывали добычу в толстые стопки по принципу «голова одной к хвосту другой» и связывали, переслаивая охапками мокрых тонковетвистых водорослей насыщенного серебристо-фиолетового цвета. Помнится, о них в свое время мне поведали сестрички-островитянки – мол, хорошо удерживают влагу и заменяют любой антисептик, сохраняя полезные свойства даже в сухом состоянии, при этом ни вкус, ни запах продукта не страдают. Хотя бы потому, что эти вот рыбины еще долго останутся свежими, пребывая в анабиозе. Правильно, магия магией, а подстраховаться не мешает – жара-то какая!

– Неплохой уловчик! – озвучила я увиденное нарочито громко, краем глаза наблюдая за подругой, основательно погрузившейся в пасмурные мысли.

Между тем шустрые «паучихи», закончив заготовку ценного дарового провианта, очистили от сора и развесили на корме трал, поснимали промокшую и перепачканную одежду, сложили в другую сеть, поменьше и с ячеей помельче, и сбросили за борт, привязав канат к стойке ворота. Сами же с визгом и хохотом попрыгали в зеленую прозрачную воду прямо с борта медленно идущего судна. Мои соратники тактично удалились и теперь принимали водные процедуры по другую сторону корабля.

– Что ж, – намолчавшись, решилась Вячеславна, – пойду замаливать грехи…

Надо сказать, затея удалась на «пять с плюсом». Рыбные блюда всегда были ее коронным номером, а тут еще неограниченное количество свежих крабов… К тому же наша «шеф-кок» была приятно удивлена появлением у высокой гостьи тяги к кулинарным экспериментам, а посему позволила ей безнаказанно реквизировать запасы экзотических пряностей и даже подсказала основу для потрясающего нового соуса. Его рецепт, кстати, Норка и по сию пору держит в тайне, отбиваясь моей же излюбленной фразой: мол, меньше знаешь – крепче спишь! В итоге за ужином почти до потери пульса объелись все – за исключением Светлого Вождя. Он после купания заперся в каюте, заявив, что намерен отоспаться впрок, благо соседи собирались принимать солнечные ванны вплоть до восхода лун.

Только не учел одного – если уж моя подруга в кои-то веки собралась извиниться всерьез, я бы никому не советовала пытаться ее удержать… рискованная затея, между нами! Поэтому и навязалась в сопровождающие, когда Вячеславна, вооружившись тяжело груженным подносом, поплыла по коридору, на удивление ловко преодолевая трудности килевой качки. Мне после некоторых раздумий была доверена транспортировка кружек и внушительной бутыли с вином, презентованной капитаншей из личных запасов ради такого благого дела.

На хмурый вопрос из-за двери «Кому на месте не сидится?» мы слаженно пропели: «Служба доставки!» Звякнул засов, прищуренный серо-зеленый глаз окинул нас пристальным взглядом через узкую щель, задержавшись на самой большой тарелке, интригующе прикрытой выпуклой металлической крышкой. Тарглан хмыкнул:

– И как же вы собрались меня доставать?

– Не как, а чем, – поправила я, входя первой. – Своей пристальной заботой о твоем драгоценном здоровье. А то, видишь ли, совсем из режима выбился… Как я твоим соплеменникам в глаза смотреть буду?!

– Отбиваться, как я понимаю, бесполезно?

– Правильно понимаешь, – кивнула я, игнорируя выражение лица, демонстрирующее отрицательную степень расположенности Светлого Вождя к светскому общению. – Штурмовать каюту, пожалуй, не стали бы – плавсредство нам еще пригодится! – а вот измором взять – это сколько угодно!..

Некоторое время спустя, воздав должное и вину и кулинарным шедеврам, я покинула увлеченных беседой спутников и вышла на палубу. Свежий ветер бодро посвистывал в снастях, в воздухе висела мелкая водяная пыль, от которой на губах сразу стало солоно, полные паруса радовали глаз. Средней силы волнение заставило поверхность океана переливаться буйными золотисто-зелеными сполохами и бликами – период активности светящихся водорослей вроде наших ночесветок был в самом разгаре. «Укротитель бурь» мчался вперед, рассекая волны и оставляя позади пенящийся фосфоресцирующий след. Звездное небо, чистое и пока безлунное, гигантской мерцающей чашей опрокинулось над головой. Я невольно задержала взгляд на знакомых созвездиях и порадовалась, отметив, насколько выше линии горизонта находилась теперь Северная Стрела.

– Через несколько дней будем у архипелага.

– Уверена?

Незаметно подошедшая сзади Ретекка снисходительно хмыкнула.

– Я не бросаю слов на ветер, даже на попутный! В ближайшее время погода не изменится, других причин для задержек тоже нет. Разве что на месте возникнут сложности…

– Возникнут как пить дать! – Я тряхнула волосами. – Вряд ли там наставили ориентиров для всех желающих сорвать планы великих заговорщиков… и на красную дорожку с оркестром прямо до нужной точки рассчитывать не приходится!

– Ну, если дело только за оркестром…

– Само собой, а ты как думала?!

Мы переглянулись и рассмеялись одновременно. «Паучиха» подмигнула мне и отвернулась, тоже глядя туда, где прямо по курсу переливчато сияли девять крупных звезд важного для штурманов ориентира…

Глава 2

Не зря морские вояжи так широко рекомендуются для поправки здоровья и достижения душевного равновесия. Даже я, сумев повидать многое на новом ПМЖ за прошедшие пять с половиной лет, не успела пресытиться романтикой путешествий на подобном транспорте, что же говорить о моей подруге! Сейчас Вячеславна больше всего напоминала ребенка, который нежданно-негаданно попал в давно снившуюся сказку. Да, здешние варианты чаек, дельфинов и медуз не совсем походили на существ, которых ожидаемо было бы увидеть во время плавания по водам родного измерения, – так что с того?! Тем интересней…

Казалось бы, валяйся на солнышке, считай в небе облака да загорай себе… нет, надо знать мою подругу! Многие детали здешнего бытия успели стать привычными для меня, но для Норки служили неиссякаемым источником новых впечатлений. Например, ее не на шутку заинтересовало, как во время долгих плаваний решается проблема с пресной водой. Лоитта – брюнетка со шрамом на плече – организовала нам экскурсию в дальний отсек обширного трюма, где красовалась впечатляющая конструкция из емкостей, змеевиков и редкого артефакта, и показала на примере, как опресняется океанская вода.

В первые же дни пребывания на корабле госпожа Леона облазила его весь, проверила, чем отличается вид из каждого отдельно взятого иллюминатора, и убедилась, насколько заговоренный плавучий кристалл функциональней традиционных на нашей исторической родине компасов. Дотошно выяснила эффективность магических приспособлений в отношении сохранения съестных припасов. Проверила на практике, как пользоваться трехмерной картой, выпытала у штурмана, почем и где можно разжиться такой полезной в путешествиях вещью, и несколько раз напросилась постоять у штурвала, благо в ближайшее время не предвиделось ни шторма, ни островов, ни коварных рифов по курсу идущего полным ходом судна. Кроме того, быстро нашла общий язык с коком и попробовала свои силы в манипуляциях с парусами, после чего исполнилась еще большего уважения к девчатам, которые перемещались по вантам с быстротой и легкостью чуть меньшей, чем у солнечных зайчиков, и запросто вязали замысловатые узлы из просмоленных веревок любого калибра. «Паучихам» явно льстили такое внимание и неподдельное восхищение со стороны высокой гостьи, поэтому они снисходительно относились к попыткам постижения тонкостей мореходного дела и охотно посвящали ее в детали своего сурового ремесла.

Разумеется, никто и не думал оставлять без присмотра столь энергичное создание с ярко выраженными исследовательскими наклонностями. Нортис ненавязчиво, но успешно играл роль тени, а Тханимару ее любознательность даже нравилась, поэтому он всякий раз подробно и доступно давал пояснения. Например, просвещал в области навигации, типов парусных судов и особенностей водной флоры и фауны, благо сам немало времени провел в море и не всегда в качестве пассажира. Так, он мужественно продержался две ночи напролет в качестве добровольного наставника, пока Норка вникала в особенности процесса ориентирования по звездному небу с приборами и без…

Для меня тоже оказалось очень соблазнительным хотя бы на время… нет, не забыть – отодвинуть на второй план все те малорадостные события, которые послужили причиной незапланированного вояжа. Почему бы в кои-то веки не позволить себе предаться блаженному безделью, тем паче что на сей момент от нас не требовалось активных действий? Жаль, момент оказался коротковат!

Никто из нас в общем-то и не ждал, что блаженная расслабуха затянется надолго, но все же… Разницу между течением досуга праздных туристов и таковым же – тайных миссионеров пришлось прочувствовать уже на четвертые сутки нашего пребывания на борту «Укротителя бурь». В одну совсем не прекрасную ночь сенсоры, внезапно включившись без видимой причины, в мгновение ока развеяли мои мирные сновидения. Не открывая глаз, я прочесала пространство «поисковой сетью» – все было спокойно. Экипаж, за исключением вахтенных и дозорных, мирно сопел в кубрике, друзья-соратники тоже добросовестно старались наверстать упущенное… Разве что Светлый Вождь, как повелось в последнее время, чутко среагировал на мое всполошенное состояние.

«Что-то случилось?»

«Пока ничего, но, видимо, уже на подходе».

«Иду!»

Мы столкнулись в коридоре, выскочив из дверей почти одновременно. Чисто символическим было то столкновение, но все тело пронизала такая боль!.. Призрак подхватил мое оседающее тело и удивленно вскинул брови, но спросить ничего не успел – скрутило и его, только немного иначе. Он просто сполз по стенке рядом, запрокинув голову, и обмяк в неестественной позе, как тряпичная кукла.

– Ты жив?! – Я на всякий случай отыскала пульс.

– Пока да, но к действиям, похоже, непригоден. – Он еле шевелил губами.

– Вот не было печали!..

Насчет собственной способности к телодвижениям тоже брали сомнения, ибо все мышцы нестерпимо саднили как разорванные… Впрочем, нет, не все! После срочного и успешного взятия себя в руки обнаружилось, что дышать и смотреть получается без проблем, значит, неведомая напасть никак не затронула эту часть мускулатуры. Значит, природные явления ни при чем, а налицо направленное воздействие от кого-то из разумных обитателей этого мира, которое имеет целью не убить, а обездвижить… Зачем?! И на что мы должны будем сообща насмотреться в принудительном порядке?!! Вот и мне интересно!..

Как ни хотелось поскорее разобраться с новыми странностями, пришлось набраться терпения и подождать, пока утихнет болезненная пульсация и уймется противная дрожь. Самым занятным оказалось то, что эти малоприятные ощущения испытывала не я – медальон продолжал защищать хозяйку от непрошеного воздействия. Однако чуждые чары каким-то образом смогли умножить и без того высокую степень моей обычной восприимчивости к состоянию окружающих, и теперь мне пришлось разделить впечатления с теми, кто попал под раздачу.

Накатившее вдруг чувство дикого цейтнота только усилило естественное желание как можно скорее докопаться до истоков набирающей обороты чертовщины. Я осторожно, по стеночке, приняла вертикальное положение и поспешила на палубу. Уже на выходе меня снова накрыло, словно мощный шквал невидимой горячей субстанции прокатился по всему кораблю… Впрочем, нет – вполне видимой, по крайней мере для меня.

За кормой, довольно быстро приближаясь, мерцало и переливалось всеми оттенками багряного и фиолетового плотное облако клубящегося тумана. От него исходило синеватое свечение, которое становилось ярче с каждой новой направленной волной. Кто бы сомневался, что без магии здесь не обошлось! Найти бы еще автора сего дивного аттракциона…

Пока с помощью «поисковой сети» удалось отыскать лишь кое-кого из команды. Стоявшая у штурвала «паучиха» теперь лежала на влажных досках, успев намертво вцепиться в рукояти на нижней части рулевого колеса, еще одна – на носу корабля. Несколько членов экипажа проявились в моем поле нестандартного зрения неподвижными сгустками беспокойного свечения, произвольно разбросанными по центральной части палубы, а капитанша обнаружилась в компании боцмана у носового клюза[24]. Сидели себе мирно в расслабленной позе, никого не трогая, удобно привалившись к борту…

Я все-таки сумела дойти до них, прежде чем усиливающееся с каждой секундой сияние в очередной раз окутало меня, каким-то непостижимым образом увеличив притяжение планеты в несколько раз. Конечности стали неподъемными, сердце захлебнулось внезапно загустевшей кровью, каждый вдох давался с трудом, и впору было закричать: «Поднимите мне веки!»

Это длилось каких-то пару мгновений, но какими же долгими показались они!.. Меня отпустило – хвала медальону! – а вот моим товарищам приходилось несладко, причем положение улучшаться не собиралось.

– Присаживайся! – гостеприимно приветствовала меня Ретекка, поведя глазом. – Извини, подвигаться не стану…

– Хочешь сказать, что моей персоне будет мало свободного места?! – Я наконец-то смогла окончательно разогнуться и даже гордо вскинуть подбородок. – Намекаешь на то, что за пару дней спокойного плавания мне удалось до безобразия растолстеть?!

– Почему бы не поддеть ближнего, раз есть возможность… хотя бы в качестве последнего утешения? – хмыкнула блондинка, продолжая демонстрировать завидное спокойствие.

– Что ты этим… Ах да, ты же можешь заглядывать в будущее! Тогда объясни, что происходит?!

– Заслуженное возмездие за нанесенный имуществу и достоинству немалый урон, – любезно просветила меня собеседница. – Быстро же они обернулись…

– Ну конечно, «черные чайки»! – прозрела я. – Само собой, подобную диверсию нельзя оставить безнаказанной, просто положение обязывает! Значит, они…

– Нашли подходящего по способностям и профилю колдуна, который повелся на солидную плату.

Это подал голос Тханимар. Он, оказывается, успел добраться до самого выхода на палубу, прежде чем и его свалило с ног. Теперь он лежал там в неудобной позе, вывернув шею, и мрачно созерцал окружающее пространство, затянутое густым туманом.

– Это что же, среди магов теперь в порядке вещей за деньги, пусть и большие, подрядиться угробить в мирное время такое количество народу? Куда смотрит Совет вашей гильдии?!

– В любом ремесле и сословии найдутся типы, не отягощенные избытком человеколюбия! – Попытка пожать плечами предсказуемо оказалась безуспешной. – К тому же могут играть роль причины, о которых мы не знаем…

– Тогда почему не сразу?!

– Видимо, все же не все подряд чародеи способны без зазрения совести взяться за подобную работенку, – вмешался на удивление бесстрастный голос Ретекки. – А если учесть, насколько мощную защиту поставил твой соратник, удивительно, как им вообще удалось нас обнаружить.

– Похоже, им помогли!

– Так ты это называла редкой услугой? – В ответ на вопросительный взгляд я пояснила: – То, что из-за меня вы по самое некуда встряли в дрянную историю?!

И услышала фирменный снисходительный смешок белобрысой капитанши.

– Не обольщайся! С «чайками» у нас давняя вражда с переменным успехом. На сей раз они понесли большой убыток и, как видно, решили, что терпению пора лопнуть и терять им нечего, раз уж разорились на столь дорогостоящую месть! Кстати, самое интересное как раз и начинается…

Оборачиваться не было необходимости. В сенсорном поле новые действующие лица, появившиеся из мерно колышущегося тумана, выглядели как антропоморфные полупрозрачные, но плотные скопления мелких, но ярких синеватых искр, окруженные слепящим сиянием того же оттенка. Наяву они оказались классическими персонажами из фильмов ужасов – пустые провалы глазниц, в которых поселились мелкие моллюски и какая-то светящаяся мелкая живность, оскалы оголенных челюстей, поросшие кораллами и водорослями кости, кое-где прикрытые сползающей на глазах плотью и обрывками ткани… Потускневшие кокарды на деформированных головных уборах, скупые точные движения, как у примитивных автоматов… Разве что в Голливуде вряд ли нашлось бы семь комплектов типовой офицерской формы бальдиарского военного флота.

Судя по ее состоянию и степени разложения носителей, неизвестный корабль затонул где-то поблизости примерно полвека назад. Интересно, что им вообще в этих краях понадобилось? Поневоле посочувствуешь призракам – и после смерти нет покоя!.. Нэфи на моем плече громко фыркнул и принял боевую стойку. Мне достаточно было указать взглядом на ближайшего «гостя», как первый ослепительно сияющий шар бело-красного пламени со свистом вспорол ночную тьму и без труда прошил навылет широкую грудную клетку, едва прикрытую фрагментами когда-то богато расшитого мундира… Еще одну… Еще три, прежде чем окончательно растворился в плотной стене тумана и бесславно сгинул в океанских водах. На пришельцев эта эффектная процедура не оказала какого-либо видимого действия – края рваных отверстий в телах тут же сомкнулись, направление движения и скорость остались прежними, а источник беспокойства не удостоился даже взгляда…

К лежащей у штурвала рулевой я успела первой, только вот проку от этого – ноль на выходе… Для начала стоило попытаться хотя бы преградить им путь, чтобы хотя бы отвлечь и выиграть хоть немного времени, пока в голову не придет что-нибудь хотя бы чуть более продуктивное!.. Нешуточно добавляло бодрости выражение смертельного ужаса в распахнутых глазах девушки, но все мои усилия были тщетны. Вы когда-нибудь пробовали драться со сгустком тумана?! А душить? Или хотя бы взять его в руки?.. Призрачная мерцающая субстанция и не колыхнулась! Они просто прошли сквозь меня клином – скажем прямо, то еще было ощущение! – даже не споткнувшись и, похоже, вообще не заметив моих отчаянных попыток им помешать.

Первый гость, наклонившись над лежащей в неудобной позе «паучихой», протянул руки… Без видимых усилий погрузил их внутрь ее выгнувшегося тела и парой мгновений позже извлек, держа в пригоршне пульсирующий сгусток золотистого света, размером и формой напоминающий сердце… Полюбовался на яркое переливчатое свечение и… с легким хлопком сомкнул свои ладони. Сгусток рассыпался мириадами крошечных искр, которые тут же извилистой струйкой устремились куда-то вверх и затерялись в плотных клубах тумана…

Я довольно быстро смогла оправиться от приступа острой жгучей боли, пронизавшей все тело, и убедить свой своенравный желудок отложить незапланированное выворачивание наизнанку до лучших времен. Хорошо еще, что ночные гости не обращали на меня никакого внимания – пока!.. Выровняла дыхание уже на ходу, добралась до Тханимара и добрых полминуты потратила на то, чтобы вытащить на палубу ставшее неповоротливым обмякшее тело.

– Надо же, всегда считала тебя стройным! – Я, пыхтя и кряхтя, прислонила ношу к основанию мачты и развернула в нужную сторону, машинально поправив на нем воротник и убрав с лица пряди растрепавшихся волос.

– Внешность порой обманчива, – «утешила» Ретекка, с интересом наблюдая за моими манипуляциями.

– Это мои безграничные знания придают вес! – парировал обсуждаемый объект, ничуть не смутившись. – Например, я могу объяснить, что происходит.

– И только сейчас об этом говоришь?!

– Были возможны варианты… А сейчас ясно, что главная цель призраков – «морские паучихи», поэтому до нас они доберутся позже.

– Так для чего понадобилось разводить эти турусы на колесах с поголовным неполным параличом и призраками? Почему тот злобный ворожбун-колдунятор попросту не заставил всех живых задохнуться прямо в постелях или не потопил корабль на счет «раз»?!

– Лично меня это вполне устраивает! – фыркнула капитанша. – Умереть никогда не опоздаешь!

– Решил убить сразу двух зайцев – и заказ выполнить, и попутно пополнить свои запасы жизненной силы, ведь жертвы уже никому не пожалуются, – вздохнул наш чародей. – Сам бы на его месте так сделал…

– Коварный вы народ – маги, как я посмотрю. А все остальные должны будут на это любоваться и медленно сходить с ума в ожидании своей очереди?! Это какой же с-с-с… садюгой мрачной надо быть, чтобы до подобного додуматься?!!

– Кто ж его теперь знает! – философски отозвался ликуартисец. – Просто чем сильнее напугана жертва, тем легче и больше жизненной силы с нее можно получить.

– Да и колдуняке в радость, когда удается гадость?! Нет уж, такого удовольствия с меня ему не поиметь! Лучше скажи, что мы можем сделать?

– Есть одно средство, широко известное, но трудновыполнимое…

И пояснил, что призраки не любят неуважительного отношения, поэтому их можно заставить самоуничтожиться произнесением в их адрес вслух и с чувством как можно большего количества отборных бранных слов. О, насчет этого ко мне – в любое время года и суток!.. Я воспрянула было духом, но тут же сникла, узнав, что для этого требуется еще и специально заговоренная вода, для изготовления которой не было сейчас никакой возможности. Между тем тот же призрак отправил в небеса следующую порцию летучих искр, а контур лежащего человеческого тела утратил золотистое свечение, характерное для живых, и стал просто неподвижным, беспросветно темным пятном.

Мне удалось не только подавить глухой стон в процессе разгибания после очередного приступа обжигающей боли, но и заметить, что ночные гости стали по одному неспешно разбредаться по палубе, взяв курс на беспомощных людей, дожидавшихся своей участи. Черт, уже просто позарез нужно что-то сделать… но что и как?!

– Они довольно медлительны…

– А куда им спешить? – хмыкнула Ретекка. – Жертвы обездвижены, полночи впереди, а ускорение потребует повышенной затраты сил работающего мага…

– Правильно, чего ради упираться, когда нам и так деться некуда! – отозвалась Лоитта. Причем их голоса звучали на редкость спокойно. Главная «паучиха», видимо уловив мое недоумение, пояснила:

– В жизни мореходов случается много всякого, и те, кто выбирает это ремесло, должны заранее быть готовыми к тому, что очередное плавание может оказаться последним. А это приключение ничем не хуже остальных… К тому же заходиться в истерике, когда не можешь даже головой побиться или вволю порвать на себе волосы, – как-то глупо и не радует!

Я слышала ее голос, но почти не улавливала смысл сказанного, поскольку мое внимание целиком было занято происходящим. Интересное дело – агрессивные призраки уверенно маршировали по палубе, но действовали не одновременно, а в какой-то последовательности, уловить которую почему-то стало в настоящий момент главным для меня. Я сосредоточилась и напрягла сенсоры до звона в голове – сквозь мерцающую пелену помех прорисовалась четкая схема перемещений незваных гостей… вот в чем дело! Убийцы-энергосборщики действовали в строгой очередности, как будто у них была только лишь одна пара глаз на всех.

Значит, неведомый чародей работает в одиночку и его собственное зрение служит прицельным устройством при нападении на жертву! Отсюда и медлительность зловещих пришельцев, и необходимость соблюдения очереди, да и трюк с обездвиживанием экипажа становится вполне объяснимым… Вот оно, слабое место!

– …хорошо бы снова получить свободу действий…

Неудивительно, что у всех нас мысли работали в одном направлении!

– Для этого нужно заставить «кукловода» отвлечься от своей забавы.

– Только и всего?!

Неожиданно возникшая идея, словно молния во мраке, высветила вдруг возможный путь спасения. Только бы успеть, пока они не!..

– Тхар, ты вроде бы хвалился своими наработками в области мысленно творимых заклинаний?!

К счастью, он понял меня без долгих объяснений.

– Пожалуй, смогу их придержать на некоторое время.

Голос ликуартисца звучал натужно и сдавленно, лицо побагровело, на висках от напряжения вздулись вены, зубы стиснуты… Его небесно-голубые очи потемнели, глядя в сторону незваных гостей. Не знаю, что видели все остальные, кому «повезло» стать непосредственным участником действа, мое же сенсорное поле выдало потрясающей красоты картину. Суровый немигающий взор нашего штатного чародея окрасил пространство в нежные флюоресцирующие тона и словно уплотнил его, заставив последовательно сдвигаться все быстрее и быстрее в одну сторону, в направлении цели, пока накопившееся сопротивление не вылилось в упругую ударную волну. Неожиданный шквал застал врасплох занятых своим делом агрессоров и разнес на мелкие клочки зыбкую субстанцию их тел, кроме одного…

– Это ненадолго, – предупредил меня маг, хрипло переводя дыхание. – Они скоро восстановятся и снова возьмутся за старое.

Я молча кивнула, принимая сказанное к сведению, и сосредоточилась.

«Готов, Светлый Вождь?»

«Начинайте, наше величество, за нами не заржавеет!»

Я в несколько прыжков одолела расстояние до единственного уцелевшего призрака, упорно шагающего к очередной кандидатке на убой. Ему поневоле пришлось отвлечься на неожиданно подвижную особь, которая загородила дорогу… Я не стала ждать, пока он доберется до моих внутренностей, привстала на цыпочки и запустила руки в его череп, увенчанный полуистлевшей широкополой шляпой. Проникновение в мерцающую тягучую субстанцию отозвалось в моем чутком организме ледяной волной пульсирующей боли, но мне удалось быстро подавить минутный приступ отвращения.

Понятия не имею, откуда мне было известно, что и как делать. Скорее всего, на тот момент показалось логичным, что центр управления у бестелесной сущности располагается примерно там же, где и у живых прототипов… А команды они получают откуда-то сверху, раз именно туда отправляется отобранная у жертв энергия… Может, и глупо было надеяться, что мои переплетенные пальцы оборвут этот «канал связи», но… результат не заставил себя долго ждать – сердцелюбивый засланец тут же замер на месте. Я, стоя с ним почти нос к носу, сосредоточилась, вперила взгляд в самую глубину темных глазниц, и по сенсорам тут же плеснуло жарким багровым сиянием, на фоне которого четко проступили во весь «экран» чьи-то глаза. Чуть раскосые, с очень светлыми, почти бесцветными радужками в четких темных ободках… Словно в меня целились в упор из двустволки!.. Кстати, эти зрачки, суженные до крайности, тут же навели меня на очень интересные и перспективные мысли.

Дальше я действовала так же по наитию. Тарглан сразу отозвался на мой мысленный зов, и объяснять ему почти ничего не пришлось, что было весьма кстати, учитывая цейтнот. Он только спросил, уверена ли я, что смогу в сознательном состоянии выстоять в роли проводника, поскольку отключившийся разум бесполезен… Будто в такой ситуации вообще можно быть в чем-то уверенным! Поэтому я просто сузила поле «зрения», сосредоточившись на чужих полубезумных очах, и разом сняла все свои «щиты»…

Ни тогда, ни сейчас я так и не смогла толком понять, почему все получилось. И вряд ли смогу когда-нибудь вообще, хотя бы по одной простой причине, что эта часть воспоминаний никоим образом не попадает в категорию любимых, которые хотелось бы переживать снова и снова, пусть и в познавательных целях… И потому до сих пор придерживаюсь для себя четкой позиции: удалось – и слава богу! Не представляю толком, как именно, – и не надо! Чем быстрее забудется – тем лучше! Меньше знаешь – крепче спишь…

Ход событий более-менее прояснился после того, как сложились воедино детали разговоров, обрывки собственных впечатлений и последствия совместных действий. Такие, например, как нейтрализованный маг-убийца и огромное количество энергии в качестве трофея, которую на время поместили в мой медальон… Тот колдун действительно был под воздействием каких-то здешних опиатов. Тарглан, воспользовавшись моей догадкой, откопал в глубинах его памяти самый жуткий бредовый кошмар, от которого кровь стыла в жилах, приукрасил на свой лад и убедил в его реальности. Мало того – заставил врага на некоторое время забыть о выполняемой работе и направить все силы на спасение собственной жизни от опасного ужастика. Скорость подачи той убийственной информации была настолько высокой, что мое сознание просто не успевало расшифровать всю полноту и тошнотворность ее содержания. И не буду врать, что меня это расстроило! Конечно, верный друг оградил, насколько это было в его силах, мой бедный разум от безумных видений и возможного сумасшествия, но и в качестве пассивного проводника обеим сенсорным системам досталось как совсем не надо…

Маг-наемник настолько поддался панике, что без особых колебаний метнул в хищного монстра весь имеющийся на тот момент запас энергии, включая только что полученную от недавних жертв и… жизненную заодно, потому что Светлый Вождь, следуя моей подсказке, успел добраться до нужного участка его мозга и начисто подавить инстинкт самосохранения. На долю Тханимара выпала забота о том, чтобы ценная добыча не пропала впустую, и он перенаправил энергопоток в мой медальон, причем сделал это настолько аккуратно, что не растерял ни единой искорки, а я почувствовала только возросшую тяжесть на шее.

Рассказывать, как правило, получается дольше, чем длится действо, на самом деле на все про все ушли считаные секунды, но чего они нам стоили!.. Сразу после окончания вынужденного «сеанса связи» у меня не было сил порадоваться нашей победе. Какое там – даже дышать могла с трудом… Казалось, через меня пронесся поток бушующей раскаленной субстанции, который выжег все, что можно и нельзя, оставив лишь оплавленную оболочку и вибрирующий гул в раскалывающейся от боли голове. Добавьте мучительно-нудные ощущения от того, что нельзя закрыть, потереть и помассировать глаза, которые пересохли напрочь из-за отсутствия возможности моргать… продолжать?!

Я кулем осела на влажные доски, хватая ртом упоительно прохладный воздух. Перед тем, как совсем отключиться, успела заметить, что вся команда высыпала на палубу в полуодетом виде, а ко мне спешат Норка, Ретекка и Лоитта…

Глава 3

Хотелось бы далее поведать о том, как безмятежно прошел остаток ночи, плавно переходя в следующий день, заполненный желанным отдыхом, дружескими беседами и трогательной заботой благодарных соратников о моем здоровье… Как бы не так! Мне в тот раз не удалось даже вволю поваляться в виде бесчувственного тела, причем дело совсем не в соратниках! Возвращение в реальность было быстрым и на редкость болезненным – сенсоры из последних, откуда-то взявшихся сил били тревогу. Я зашипела от жгучей рези под накрепко сомкнутыми веками, но потереть лицо и встряхнуть гудящей головой удалось не сразу, поскольку сначала никак не получалось наладить контакт с мышцами.

Кое-как приоткрыв пульсирующие болью глаза, я увидела, что непроглядный туман, еще недавно заполнявший ближнее и дальнее пространство, успел развеяться, и теперь ничто не мешало созерцать окружающий пейзаж. Блинд[25] был свернут, и наклонный резной брус целился прямо в полную луну, которая медленно и величаво поднималась из-за линии горизонта. Корабль двигался точно по лунной дорожке, и курс вряд ли мог измениться в ближайшее время, поскольку новая рулевая, сменившая погибшую подругу, так и не успела взяться за рукоятки. Стояла рядом, попеременно глядя расширившимися глазами то на магический кристалл, указывающий направление, то на штурвал, то на собственные руки… Все остальные тоже замерли кто где, наблюдая неожиданную смену декораций. Мне и раньше приходилось видеть умопомрачительно красивые закаты и восходы светил, но в этом было что-то колдовское – в самом прямом смысле!

Глаза неотрывно следили за плавным движением Тармии, а сенсоры недвусмысленно выдавали характерный синеватый ореол вокруг всех видимых предметов. Если непривычно крупные размеры первой по величине здешней луны еще можно было бы объяснить редким сочетанием каких-нибудь оптических эффектов или атмосферных явлений, то уж подобного рода подсветка могла иметь причиной лишь одно – сильное магическое воздействие. Причем только со стороны, поскольку Тханимар в настоящий момент застыл у борта, глядя на разворачивающееся вокруг нас великолепие, и выражение лица у него было настолько бесстрастным, что это мало обнадеживало.

Потрясающе красивый антураж довольно быстро изменился до нешуточно пугающего. Вода, застывшая мелкими волнами, словно исходила искристым, почему-то темным паром. Эти зыбкие струйки, причудливо извиваясь и закручиваясь, поднимались в небо, где собирались в плотные сгустки, делая мерцание звезд особенно частым и постепенно закрывая их совсем. Серебристый лунный свет вскоре тоже утратил яркость. Немудрено – диск ночного светила, успевшего показаться почти полностью, теперь выглядел иначе, будто его закоптили или прикрыли прозрачным черным стеклом.

Окружающий пейзаж при новом освещении смотрелся настолько дико, что меня передернуло и по спине ринулась от затылка вниз приличная толпа ледяных мурашек. Дурной знак…

– Дурной знак. – Ретекка словно мысли мои подслушала! Несмотря на многообещающе жуткий смысл, слова прозвучали буднично, словно речь шла о ценах на прошлогодний снег. – Если не ошибаюсь, мы удостоились чести лицезреть так называемое «черное полнолуние»?! Дивно! Слышала много раз, но видеть не приходилось…

– Еще бы! – нервно хохотнула боцманша. – Пережить это редкое явление пока никому не удавалось! Разве что тем, кто наблюдал это через колдовской шар или еще какое приспособление…

– Я, надеюсь, не сильно вас отвлеку, если попрошу пояснить недалекой мне, что к чему и почему?! – Повышенная степень язвительности моего тона объяснялась лишь еще более повышенной нервозностью. Меня от дурных предчувствий буквально в жгут сворачивало, но самостоятельно разобраться, откуда ветер дует, пока не получалось. Равно как и придумать что-нибудь полезное.

– А пояснять особо и нечего! – повела плечом главная «паучиха». – Просто те, кому посчастливилось полюбоваться на эту красоту, бесследно исчезали вместе с грузом и кораблями независимо от маршрута.

– Может, просто затонули? Бывают же необъяснимые природные явления типа неожиданного смерча или водоворотов… или девятый вал… в конце концов, неудачный абордаж или столкновение… да мало ли!

– В таких случаях с помощью умелого чародея удается хотя бы найти место, где произошло несчастье, чтобы почтить память погибших, – возразила Ретекка. – Ведь у каждого морехода есть свой талисман, а любой уважающий себя капитан обязательно снабдит корабль оберегом и носителем охранного заклинания…

– А все без исключения магические вещи оставляют определенные следы, – закончила я несколько рассеянно, ибо моя дополнительная сигнальная система вдруг снова болезненно активизировалась, настойчиво привлекая внимание к чему-то, расположенному вверху и впереди.

С трудом заставив повиноваться отчаянно ноющие мышцы, я поднялась и, еле передвигая ноги, двинулась к бушприту. В сенсорном поле проявилось и стало наливаться багрово-фиолетовым светом овальное, нешуточных размеров пятно…

– Где-то мы это уже видели…

Вячеславна незаметно подошла и встала рядом, подозрительно щурясь на новое явление, ставшее доступным обычному зрению.

– Угу. Когда главный заводила наших нынешних приключений сворачивал вокруг нас пространство…

– Ты думаешь?..

– Уверена. Сейчас работает маг совсем иного полета, чем тот «кукловод», которого мы только что извели.

– Так и есть, – подтвердил из-за спины голос Тханимара. – Другой уровень, другой почерк…

Видимо, злодей-чародей, стоявший у истоков заварухи со сменой власти в Северном Королевстве, понадеялся, что досадная помеха в лице нашей дружной команды сгинет стараниями мага-наемника в процессе разборок между соперничающими кланами мореходов. Оно и понятно: гораздо легче загребать жар чужими руками, не напрягаясь, только непредвиденная выходка со стороны обреченных спутала все планы. Пришлось позволить терпению лопнуть и браться за дело самому.

– Что делать будем? – деревянным голосом поинтересовалась подруга, не отрывая взгляда от разворачивающейся воронки.

Если б я знала!!! Можно подумать, мне всю предыдущую жизнь доводилось мешать смещениям пространства и я в совершенстве владею техникой вставления «палок в колеса»… особенно магически!.. В прошлый раз нашу сферу-западню открывали снаружи, причем для этого понадобилась вся сила нашего штатного волшебника плюс вмешательство богов – повелителей стихий… Стоп! А если и в этот раз…

Я принялась лихорадочно выворачивать карманы, впервые, пожалуй, жалея, что их так много. Вот он, трофей! Вечная Вода, говорите? Значит, как минимум до одной богини стоит попробовать докричаться! Тарглан отреагировал моментально и уже протягивал на ладони свой «усилитель мыслей». Правильно, кристаллы – порождение внутренней сущности планеты, а сам по себе аметист считается камнем, который ограждает от вредного влияния со стороны, направляет энергию в нужное русло и помогает наладить контакт на духовном уровне… Спорная информация? А я и не собираюсь настаивать на своей правоте, просто предпочитаю верить в то, что сможет помочь в конкретной ситуации!

Мне доводилось видеть, как выполняется ритуал вызова небожителей на приватную беседу вне стен главного храма – непростая процедура, между нами! Кроме того, требуется знание и правильное исполнение весьма заковыристых заклинаний на древнем языке, который мне до сих пор было не по силам освоить в нужной степени, да и вряд ли будет по ним хоть когда-нибудь. Но, если верить встречавшимся по жизни магам, начиная с моего собственного супруга, в минуты наивысшего накала событий и эмоций можно «достучаться до небес» и более простым способом. А когда считать момент подходящим, если не сейчас?! Обстоятельства самые те! И с эмоциями полный порядок – помимо усталости, физической боли, страха за друзей и соратников (и за собственную жизнь, между прочим!!!), переживаний за детей и успешность затеянной миссии, холодной ярости по поводу очередной помехи, праведного гнева и еще чего-то, столь же сильного и малоуправляемого, добавлялась изрядная порция благородного негодования и досады – сколько можно-то?! Я почти все могу понять и многое принять, но два изощренных покушения за ночь – это явный перебор!

Конечно, грустно сознавать, как много в этом мире людей – или нелюдей, не важно! – которым настолько сильно загорелось посодействовать сокращению времени пребывания нас, любимых, на этой грешной земле… И уж совсем душераздирающе думать о том, как жестоко все они обломаются по этому поводу, поскольку безвременная гибель никак не входит в наши планы на ближайшее и отдаленное будущее! Печально, ничего не скажешь, даже не знаю, как мы будем жить с этим… но, главное, будем!!!

Дальше я действовала, повинуясь очередному наитию, не раздумывая. Упала на колени, сдернула медальон с шеи… Неудивительно, что именно Тханимар сообразил быстрее всех, чем помочь, – что значит маг высшей категории! Он уже принял от кого-то из «паучих» еще горячий уголек, доставленный с камбуза по его велению, и теперь, тихо чертыхаясь и дуя на пальцы, чертил вокруг меня на влажных досках палубы три окружности так, что я оказалась внутри маленького пятачка, образовавшегося при их пересечении. В центры кругов легли кристалл, подвеска и медальон и тут же были посыпаны мелким, тускло мерцающим порошком, который ликуартисец извлек из маленького мешочка, до поры хранившегося в одном из потайных карманов. А режущий инструмент у меня всегда с собой!..

Закавыка была в другом: для успеха заклятия требовалась живая кровь… Эх, знать бы заранее, прихватили бы по дороге кого подходящего, чтобы пустить на жертвенное мясо! В прошлый раз проблем никаких не возникло, враги просто кишели повсюду, аж глаза разбегались, можно было штабелями складировать… Ничего не поделаешь, остается надеяться, что положенных лично мне от природы литров хватит и на это.

Искать пламя, чтобы ожечь лезвие, не было времени – воронка занимала уже полнеба и глушила разговоры нарастающим гудением. Чуть опоздать – и уже вообще не будет смысла суетиться, тогда и о возможной инфекции беспокоиться незачем! Я ткнула острием в тонкую вену на запястье, тремя резкими движениями окропила кровью артефакты, быстро повернулась вокруг себя, рисуя частыми красными каплями еще одну, самую маленькую окружность… Едва она замкнулась, наш чародей бросил мне под ноги горсть того же порошка и что-то выкрикнул, но грянувший гром заглушил его слова. Напоследок я успела впервые в жизни увидеть, как три мощные молнии бьют снизу вверх – от палубы в нависшие над головой небеса, невольно восхититься этим величественным и поразительно красивым зрелищем, а затем клубы густого фиолетово-бурого дыма наглухо отгородили меня от реальности.

Какой чудесный мне снится сон! Дивный погожий денек, яркое летнее солнце, высокое синее небо, расписанное белоснежными штрихами легких облаков… Свежий соленый воздух, плеск волн о просмоленные борта быстроходного корабля… Качка не доставляет никаких неприятных ощущений, напротив – убаюкивает, усиливая и без того блаженно-расслабленное состояние… Тяжелые паруса хлопают на ветру, ловя нужные потоки переменчивой стихии, поскрипывают снасти, звонко перекрикиваются матросы, снующие по вантам… Кстати, все – девушки! Значит, судно явно иноземное… Для гамака, в котором с комфортом расположен мой обессиленный организм, выбрано самое удобное место на верхней палубе с прекрасным обзором… На губах – вкус любимого укрепляющего настоя… чего еще хотеть?

– Нашему свежеочнувшемуся величеству чего-нибудь желательно?

Надо же, оказывается, не сон!..

– Ты неисправим! – Я лениво потянулась и перевела взгляд на сидящего рядом Тарглана. – Опять «подслушиваешь»?!

– Даже в мыслях не было! – прозвучала в ответ его коронная фраза. – Просто проявляю заботу…

– Вот и зря не было! – мгновенно переключилась я. – Потому что никак не могу определиться насчет пожеланий.

– Все как всегда. – Светлый Вождь придал своему лицу вполне убедительное философское выражение, наливая в стакан какую-то жидкость из объемистого кувшина. – Сама же спровоцирует, а потом я же неисправим!

– Пора бы уже смириться с особенностями женской логики! – Я осторожно пригубила смесь незнакомого вина и соков экзотических фруктов с толикой перца для остроты вкуса. – Мм!.. Бесподобно!

– Личный рецепт капитана, – кивнул Призрак и пояснил в ответ на мой вопросительный взгляд: – В качестве премии за сообразительность и быстроту реакции.

– Так мы все-таки выжили?!

– Хочешь сказать, что тебя это не радует?

– Просто решила, что ненароком попала в рай…

Мой тяжкий вздох заставил собеседника вскинуть бровь.

– Рановато собралось, наше величество! Еще на этом свете полно дел!

– Действительно, ведь в планы входило раздать всем затейникам по заслугам, всем сестрам по серьгам и всякой злобной твари по харе! Опять же – не все пакости устроены, не все заговорщики проучены, не все враги землей накормлены… Ты прав, хотя бы ради этого стоит задержаться!

– А ради друзей, значит, не стоит?

– Ради таких, как вы, стоит в корне перевернуть законы мироздания и не уходить вообще! – Я крепко пожала руку незаметно подошедшей Норке.

– Как ты себя чувствуешь?

– Как новая!

Самочувствие и впрямь было на зависть… Вроде бы. Только первая же попытка встать и продемонстрировать окружающим бодрость духа и тела увенчалась полным фиаско, в буквальном смысле головокружительным. Впечатление было такое, что посреди мозга внезапно разверзлась «черная дыра» – небольшая, но достаточно мощная для того, чтобы моментально втянуть все содержимое черепа! Особенно острую боль причинили глаза, одновременно сплющившись… А затем и осколки тут же гулко треснувшей по швам опустевшей «коробки»… Нет, никаких повреждений в организме на самом деле не образовалось, просто именно таковы были ощущения, что ни в сказке сказать, ни матом написать… Если бы не подоспевшие соратники, которые в несколько рук удержали гамак и мое беспорядочно дергающееся тело, я бы, пожалуй, уподобилась экспортному варианту нашей ветчины, которую поверх упаковки увязывают в частую сетку… разве что без фирменной бирки!

Следующее всплытие моего сознания из глубины небытия состоялось уже в каюте. Через приоткрытый иллюминатор сочился бархатный полумрак.

– Это еще вечер сегодня или уже утро завтра? – Голос был будто чужой, зато сам факт, что у меня получилось вразумительно сложить слова в удобоваримую конструкцию, вызывал заслуженную гордость.

– Это уже вечер, но еще сегодня! – утешила Вячеславна.

– А где все?

– Успели навести порядок на корабле, предать погибших торжественному погребению в лучших традициях мореходов и теперь ждут нас на в меру торжественный прощальный ужин в их честь… и заодно по поводу очередного облома врагам!

– Ужин – это хорошо! – Упоминание о еде вызвало радостное оживление в пустом желудке, сопровождаемое звучным и на диво переливчатым бурчанием.

– Идти-то сможешь?

– А есть еще какие-то варианты? Хочешь сказать, кто-то додумался запастись инвалидным креслом?!

– Не хочу, но ведь можно соорудить носилки из одеяла покрепче… или посадить наше многострадальное величество в бочку – как раз видела на камбузе пустую, из-под сыра! – и докантовать… Подумаешь, уроним пару раз по дороге! Ты ведь нас простишь?

– Конечно! Правда, припомню при случае, причем не раз… но когда это еще будет!

– Нет уж, давай лучше без риска для окружающих! Помочь?

Но я, гордо помотав головой, справилась и сама. Правда, пыхтя, бухтя, шипя, ойкая и чертыхаясь, но перед осознанием того, что вопреки проискам враждебных элементов не утратила способности к ощущениям и подобным проявлениям, всерьез обращать внимание на такие мелочи было бы даже как-то неудобно!

Наше появление в кают-компании вызвало настолько бурную реакцию собравшихся, что добрых полчаса после того, как улеглись восторженные крики, меня терзали серьезные сомнения насчет своей способности слышать, особенно левым ухом. После нескольких тостов – за здоровье меня, любимой, во славу небожителей, за удачу и многое другое в том же духе – и усиленного поглощения всего съедобного, что попалось на глаза, я была в состоянии поддержать застольную беседу. Все, само собой, бурно обсуждали события, едва не ставшие в буквальном смысле последними.

Что характерно – никто ничего толком и не видел. После того как я закончила ритуальное кровопускание, три ослепительно-яркие молнии на несколько долгих мгновений соединили палубу и укутанное мраком небо. Происходило это в абсолютной тишине, что изрядно добавило ощущения неправдоподобности происходящего и первобытной жути, от которой у всех без исключения мороз подрал по коже, а вставшие дыбом волосы едва не покинули ее совсем. Затем в резко наступившей темноте раздался негромкий шелестящий хлопок, и непроглядная тьма укрыла мир… Всем пришлось пережить неприятные ощущения, когда воздух вдруг уплотнился настолько, что застревал в легких, не давая выдохнуть, и больно давил на глаза, поэтому на второй хлопок, едва слышный, почти никто не обратил внимания. Сколько это продолжалось – точно неизвестно, хотя если судить по тому, что никто не успел ни задохнуться, ни должным образом испугаться, то вряд ли дольше пары минут…

А потом все просто закончилось, будто сдернули пелену с глаз. Серебристая Тармия без помех красовалась на чистом бархатном небосводе, затмевая сиянием звезды, тянул свежий ветерок, небольшие волны поплескивали в крепкий борт нашего кораблика и заставляли красиво переливаться блики на лунной дорожке… И ни малейшего намека на ту жуть, что собиралась произойти!..

Эти «картинки» вместе с отголосками пережитых эмоций удалось надергать из глубин сознания друзей и соратников, а вот моя собственная память упорно прикидывалась давно отсутствующей. Вполне возможно, что таким нехитрым способом измученный событиями разум пытался защититься от перегрузки, но на сей раз неведение грозило мне бесславной и досрочной гибелью от неудовлетворенного любопытства, и я решилась. Для снижения риска пришлось прибегнуть к помощи Тарглана и Тханимара: уединиться с ними в их каюте и дать возможность разобраться в хаосе, царящем в моей голове…

– Чего молчим?! – не выдержала я многозначительной паузы, воцарившейся после очередного возвращения меня в реальность. На более длинные фразы пока не было сил, да и зубы нешуточно стучали от бьющего меня озноба.

Призрак укутал меня своим плащом, а штатный маг развел руками:

– Такое в двух словах не опишешь. Никогда не видел ничего подобного… и не слышал, чтобы кто-то видел! А уж самому пережить…

Слова он конечно же нашел, и гораздо больше двух. Так что через некоторое время уже можно было представить себе последовательность событий. Во-первых, мне удалось-таки не только вызвать на контакт небожителей, но и в рекордно короткое время изложить причину просьбы о помощи, к тому же, судя по результату, достаточно вразумительно. В-третьих, зловредный маг свернул-таки нашу часть пространства, причем добросовестно, словно снежный ком катал, чтобы все находящееся внутри, даже вода, под давлением распалось на частицы мельче элементарных… Однако у него ничего не вышло, потому что, во-вторых, у богов реакция оказалась не в пример быстрее. Они первыми успели замкнуть в гораздо меньшую по размерам сферу совсем небольшой участок нашего мира, включая «Укротитель бурь», и вывести ее за пределы измерения…

В итоге грандиозные усилия, затраченные ради стирания с лица планеты надоедливых людишек, пропали впустую, ведь в уничтоженном, буквально стертом в порошок фрагменте нас уже не было. Выждав некоторое время, необходимое для угасания пространственных возмущений, опасных для живых существ, неземные покровители аккуратно развернули спасительный «узелок», и мы снова обрели свободу…

– Надолго ли? – вздохнула я, осторожно массируя ноющие виски.

– Думаю, да, – тряхнул пламенными кудрями ликуартисец. – Столь откровенное вмешательство высших сил даже самого твердолобого и самоуверенного колдуна должно убедить в том, что наши действия им угодны. Поэтому в открытую ставить палки нам в колеса по меньшей мере неосмотрительно…

– Кроме того, есть надежда, что мы сгинем и сами, – вставил Светлый Вождь, – ведь вокруг искомого портала наверняка сверх меры наставлено ловушек и неприятных сюрпризов…

– А уж насколько «теплая» встреча ждет по ту сторону перехода! – подхватила я. – Так что зачахнуть от скуки нам точно не грозит!..

Когда мы снова влились в изрядно повеселевший коллектив, меня тут же перехватила Вячеславна. Вполне естественно, что вопросов у нее образовалось гораздо больше, чем у всех присутствующих, вместе взятых…

– Слушай, вот зачем понадобилось избавляться от нас таким изощренным способом?

– Какой именно тебя интересует?

– Второй.

– Мало ли, может, этот прием из числа излюбленных… И потом – устраивать шторм хлопотно, для цунами тем паче еще и простор нужен кроме подвижек плит земной коры, а вот пространство свернуть… Представь, что на твоей ладони куличик из песка. Что будет, если сжать ее в кулак?! То-то и оно… Развеял по ветру остатки, руку отряхнул – да и махнул ею же! И никаких тебе катаклизмов… и следов заодно!

– ???

– Потому что попавшие под раздачу объекты очень легко разрушить в ходе таких манипуляций, а их собственную энергию пустить на сам процесс.

Вячеславну явственно передернуло, да и у меня, честно говоря, стянуло кожу между лопаток от одной мысли о том, что едва не произошло.

– А в отношении первого покушения у тебя вопросов, значит, не возникло?

– Кроме одного – нам ничего не будет за то, что нашими стараниями одним колдуном стало меньше?

– Хм… – Я призадумалась, а в разговор вступил незаметно подсевший ближе Тханимар:

– Разве что угрызения совести, но и то недолгие.

И пояснил в ответ на вопросительный взгляд госпожи Леоны:

– Во-первых, мы защищались. Во-вторых, своим согласием на убийство, тем более не одного человека, он поставил себя вне закона, поскольку нарушил писаные и неписаные правила. Поэтому другого выхода просто не было, только уничтожить нападавшего…

– Тем более мага-наркомана! Не дай боги, наворотил бы чего-нибудь – не хватило бы жизни, чтобы разгрести!..

– Значит, можем засчитать еще одно благое дело в копилочку? – предложила Норка после недолгих размышлений.

– В целом – да! – дружно согласились мы.

Подруга успокоилась и заметно повеселела. Застолье продолжало набирать обороты. Ко мне подошла бравая капитанша с двумя бокалами.

– Предлагаю тост. За сильных духом!

– Никаких возражений! Только вопрос… но позже.

Мы чокнулись, налили по новой. Блондинка вопросительно шевельнула бровью.

– Почему именно «за сильных духом»?

– Они решают все. – Главная «паучиха» повела плечом. – Тот, кто силен духом и непоколебим в своей вере, сможет что угодно – пройти через любые испытания, повести за собой других, заставить врага дрогнуть… и даже уговорить высшие силы сплясать под свою дудку!

Она подмигнула и осушила бокал, а я вспомнила, о чем хотела спросить сразу после памятного эпизода с призраками-энергосборщиками:

– Тебе приходилось раньше сталкиваться с чем-нибудь подобным?

– Боги миловали!

– А твоя… скажем так, нездешняя сущность разве не дает бо́льшую степень защиты?

– Хорошо бы! – Усмешка вышла не очень веселой. – На самом деле не больше, чем обычная человеческая! А для этих… созданий моя персона была бы желанной добычей как раз потому, что моя форма жизни – суть энергия…

– Значит, это твое непоколебимое спокойствие далось так легко, потому что ты знала – мы найдем выход? Все-таки полезно уметь заглядывать в будущее…

– Не так далеко и не столь подробно, как хотелось бы, – качнула головой Ретекка. – Мои скромные возможности в этой области схожи, скорее, с подсматриванием в замочную скважину… Так, отдельные моменты, разве что в очередности можно быть уверенным. А вот удерживать в узде чувства и переживания – это прямая обязанность капитана, который даже во сне должен помнить, что на него смотрит вся команда!

Мне стало немного стыдно, что сама не додумалась до такой элементарщины, поэтому я больше ничего не стала говорить, просто крепко пожала собеседнице руку и допила вино.

Глава 4

Скромное желание выспаться в очередной раз накрылось… не важно чем. Среди ночи меня разбудило противное щемящее чувство сродни тому, которое возникает, когда безнадежно опаздываешь на некое судьбоносное событие и никак не можешь найти ключи, папку или еще какую-нибудь нужную вещь. Я села и, тихонько чертыхаясь, осторожно потерла веки, но легче стало лишь отчасти. На сенсорном «экране» проявилось и стойко держалось, постепенно наливаясь багровым светом, изображение острова, слегка подернутого туманной дымкой.

Означать все это могло только то, что мы движемся совсем не в нужную сторону, с каждой минутой удаляясь от цели. К дьяволу сон!.. Я соскочила с постели, оделась в темноте, чтобы не тревожить Норку, и ринулась к двери, застегиваясь на ходу.

В коридоре я едва не столкнулась нос к носу с Тханимаром, который, похоже, еще и не ложился. Он тоже был выведен чем-то из равновесия и горел желанием посвятить в детали меня, потому что не стал тратить время на сворачивание своего «окна в мир», а гнал его ладонью перед собой. Мы наскоро обменялись приветствиями.

– Если моя королева позволит…

Он легонько дунул на обзорную сферу, заставил вырасти в несколько раз перспективный участок и обличающим жестом указал на темное пятнышко, практически неотличимое от примерно сотни таких же, кучно разбросанных по искристой сини фона:

– Полагаю, нам следует направиться именно сюда!

Я вприщур взглянула на фрагмент любезно увеличенного изображения. Кроме географических объектов и звездной карты на нем просматривалось и расположение энергетических потоков различной мощности и скорости, образующих в пространстве многоуровневую сеть. Вблизи указанного участка четкие линии цветного рисунка становились мутными и размытыми, а над ним исчезали вовсе, образуя непроницаемо-темное пятно вместо сложно устроенного «перекрестка» путей перемещения энергии. Прикинув курс, я убедилась, что рисунок созвездий точно совпадет с тем, что в последнее время снился мне каждую ночь, и все-таки удержалась от бурных проявлений радости. В самом деле, очень похоже на то, что мы ищем!

К Ретекке отправились вдвоем, и через несколько минут «Укротитель бурь» двигался в нужном направлении. Придворный чародей спустился в каюту, я же осталась на мостике, поскольку маяться в четырех стенах в ожидании окончательно распуганных сновидений тоже не хотелось. Мысли о том, что поиски портала наконец-то завершаются и на подходе новые события, роились в голове как растревоженные осы, будоражили сознание, побуждая к немедленным активным действиям. Я даже поймала себя на желании прыгнуть в воду и плыть впереди корабля или подталкивать его в корму… Правда, следовать ему все же не стала – просто в силу здравых сомнений насчет своих скромных возможностей в славном деле ускорения процесса…

«Как бесконечна морская гладь…»[26]

Надо же, вспомнилось!..

– Опять не спится в ночь глухую?

Видимо, я недооценила степень чуткости подругиного сна.

– Завтра… вернее, уже сегодня, как я понимаю, денек ожидается тот еще, тебе бы отдохнуть как следует!

– Не мешало бы. – Я приняла из рук Норки открытую фляжку со свежим универсальным отваром. – О, самое то что надо! У тебя уже хорошо получается, скоро меня заменить сможешь…

– В делах травяных – сколько угодно, вот насчет остального…

– Чего, например?

– Согласись, то, что в последнее время происходит, не на каждые плечи рассчитано… Как-то все это слишком!

– Помнится, бабуля меня учила в свое время: человеку свыше посылается только то, что он в состоянии вынести… каждому – свое! А уж если высшие силы одарили кого-то способностями не скупясь, то и «контрольные работы» будут непростыми…

– По Сеньке и шапка, – задумчиво кивнула подруга, рассеянно крутя в руках пробку.

– По Гиви и кепка, – припомнила и я, – по Хуану сомбреро…

– А по Осману – феска! – закончила Вячеславна, встряхнула волосами и повернулась ко мне. – Хватит волны гипнотизировать! Курс на каюту, наше величество, и шагом марш баиньки! И отставить пререкания!

Даже и не думала начинать! Вот кому со спокойной душой можно доверить бразды правления любой категории – построит всех, включая крыс в подвалах, в любой голове – тараканов, акул в заливах и бразильских диких обезьян! А ведь с виду и не скажешь… Я, старательно удерживая на лице выражение повышенной серьезности, дошагала до каюты и забралась в постель. И, как ни странно, тут же заснула. Крепко и без снов.

Утро началось многообещающе. Для начала нас вытряхнул из постелей резкий толчок с последующим сильным креном на борт и разворотом судна градусов на девяносто на полном ходу. Мы, спешно протирая сонные глаза и натягивая на бегу первое попавшееся из одежды, высыпали на палубу. На первый взгляд все было в порядке: ветер исправно дул в желательную сторону, гоня рваные низкие облака по ярко-голубому небу, орнаментированные паруса выгибались крутой дугой, на верхушках волн вскипали гребни белоснежной пены, а вот корабль…

– Что – и тут ямы на дорогах?! – подошла Норка, морщась и потирая локоть, видимо ушибленный при падении. – С объездом через ближайший полюс?

– Почему идем по кругу?! – Из трюма высунулось раскрасневшееся лицо нашего боцмана.

– Хороший вопрос! – Я перевела взгляд с оставшегося по правому борту острова на снующих по вантам «паучих», которые спешно убирали часть парусов. – Однозначно по течению… только вот с чего бы?!

– Судя по всему, это первая линия защиты.

Интересно, когда это наш придворный чародей успел привести себя в традиционно безукоризненный вид?!

– Как только враждебный объект пересекает условную границу, срабатывает специальное заклинание, заставляя воду двигаться в обход запретной области, причем сколь угодно долго и с любой заданной скоростью, даже с такой высокой, как сейчас. Достаточно широко известная метода…

– Тогда, наверное, известно и то, как остановить эту карусель?

Рыжекудрый чародей удрученно покачал головой:

– В общем-то ничего сложного, следует всего лишь прочитать составленный текст наоборот, но для этого нужно его знать!

– Но ведь эта информация вроде бы не из числа особо секретных, в чем же дело?!

– В том, что к общей основе таких словесных построений каждый мастер добавляет известные только ему детали, которые обеспечивают срабатывание заклятия в отдельно взятом случае. Можно, конечно, попытаться его воссоздать, но на это уйдет слишком уж много времени…

– Неплохо для начала! – поежилась Норка. – Значит, еще повезло, что нас просто пытаются смыть, как…

– А ведь могли бы устроить и пожар! – подключилась незаметно подошедшая Ретекка. – Или молнию среди ясного неба с тем же результатом… И какие у нас при таком раскладе возможности?

– Либо прорываться внутрь кольца, либо убираться восвояси, что чаще всего и делается, причем с решением лучше не медлить. Если не вырваться из этого в прямом смысле заколдованного круга…

Дальше можно было не продолжать. Вряд ли устроители этого аттракциона решили ограничиться попыткой напугать возможных гостей. Принудительная траектория довольно быстро из круговой станет спиральной, и корабль с недальновидным или не в меру любопытным капитаном приблизится к берегу и на хорошей скорости размочалится о прибрежные рифы и скалы. Причем удержаться на плаву в бешеной круговерти клокочущего между ними прибоя удастся разве что мелким щепкам…

Ликуартисец говорил что-то еще, но я уже не слышала – меня вдруг будто накрыло тяжелой теплой волной, такой плотной и вязкой, что даже веки стали неподъемными. Из нахлынувшей мглы проступило изображение вожделенного географического объекта, причем так резко и близко, что я непроизвольно качнулась назад. Я словно мчалась над земной поверхностью на бреющем полете, как-то успевая вовремя набрать высоту, чтобы не устроить между головой и скалами соревнования на прочность – незапланированные, но с предсказуемым результатом… Деревья тоже не пострадали – откуда только взялась у меня такая маневренность и страсть к лихим виражам?! Моя зыбкая переменчивая тень легко скользила по песку, воде, траве, распугивая всякую плавучую и летучую мелочь, то пропадая в душноватом полумраке непролазного леса, то ныряя в глубину сырых ущелий… Черной молнией рассекла яркое пятно цветущей поляны у подножия самой высокой горы… Стремительно пронеслась по зеленеющим склонам, причудливо ломаясь на неровностях рельефа… Размытым, постоянно меняющим очертания пятном перечеркнула волнующуюся лазурь узкой, но глубокой бухточки…

Защитные магические поля заставляли картинку сильно рябить, мешая разглядеть все детали, но кое-что удалось-таки высмотреть. И прочувствовать заодно – несколько раз меня основательно встряхнуло, а под конец этой странной «обзорной экскурсии» пришлось на некоторое время остановиться, чтобы унять сильную крупную дрожь, от которой стучали зубы и ныли мышцы.

На сей раз вернуться к реальности удалось без надоедливых провалов в темноту и беспамятство, даже болезненных ощущений почти не было. Спасибо Призраку – когда он вот так ненавязчиво, как сейчас, дублирует мое сознание, то и самой гораздо легче с ним управляться!.. Он кивнул в ответ на мой благодарный взгляд.

– Насколько я успел разобраться в ощущениях, тебе трижды удалось установить контакт с посторонним разумом…

– Так и есть – среди стражей три мыслящих существа, – подтвердила я. – Причем лишь один из них человекоподобен. И еще что-то непонятное ждет под землей… вернее, кто-то… Скорее всего, многочисленный и мелкий.

– А остальные разумные – это?..

– Дракон и надх.

– Так с ними же у вас мир и дружба?! – удивилась Норка.

– Видишь ли, – я повернулась к подруге, невольно морщась от вспышки пульсирующей боли в затылке, – судя по всему, вряд ли кто-то посвящал именно этих представителей древних рас в детали происходящего и спрашивал согласия, когда привлекал к исполнению своих коварных замыслов!

– Это как раз понятно, – кивнул Тханимар, что-то прикидывая на куске пергамента. – Вот что мы имеем…

Рисунок, сделанный на скорую руку, изображал остров, имеющий форму почти равностороннего треугольника. Крестики по углам служили центрами нанесенных пунктиром окружностей, которые, перекрываясь, образовывали довольно обширную, редко заштрихованную область примерно в середине интересующего нас клочка суши.

– Так, теперь осталось просветить остальных, что значит сия занимательная геометрия!

– Нужный нам портал находится действительно здесь и защищен куполом. Ключевое заклинание помещено в кристаллы, расположенные в отмеченных местах. Тут этакая хитрая система, элементы которой энергетически связаны между собой – кристаллы замыкают на себе энергопотоки, которых, кстати, великое множество, что, скорее всего, и повлияло на выбор места. Они же поддерживают и купол защитного поля над порталом, и боевую мощь стражей и подпитывают заклинания, которые не пропускают к острову постороннюю живность…

– Любую? Тогда бравая охрана скоро съест все, что шевелится, и вымрет гораздо быстрее динозавров… Да и хлопотно, должно быть, гоняться за каждой заблудшей чайкой или рыбешкой!

– Скорее всего, цель отслеживают по наличию мыслей, – выдал Тханимар, подумав.

– Поэтому именно людям, равно как их творениям, не судьба сюда проникнуть без дополнительных усилий? – закончила Норка.

– И русалкам тоже, а жаль… Ничего, – надеюсь, мой голос прозвучал достаточно бодро, – справимся и сами!

– Отступать некуда! – пожала плечами подруга. – Если бы еще всякие ходяче-летучие страшилки не мешали!..

– Причем зомбированные, – добавила я, припомнив характерный оттенок живого свечения вокруг силуэтов обнаруженных мною существ.

Штатный чародей кивнул:

– Естественно, их лишают воли. Они способны лишь выполнять заложенные команды, включая действия, необходимые для поддержания жизни. Кстати, сила заклятий, которые на них наложены, тоже подпитывается от направляющих кристаллов. Если разрушить хоть один из трех…

– Разомкнем кольцо, тогда и до портала добраться – пара пустяков!

– Значит, что делать – понятно, осталось решить – как… Найти способ как-то пробраться на остров, несмотря на то что мыслящим организмам туда путь заказан, и обойти стражей, не повредив хотя бы разумным, убивать которых и вовсе нежелательно, потому что грех лишать жизни подневольных и зачарованных! Потом разбить ко всем чертям хотя бы один кристалл и открыть «ворота», причем как можно тише – и это всего лишь программа-минимум, насколько я понимаю? – подытожило мое величество, скользя взглядом по сосредоточенно-задумчивым лицам своих сообщников.

Тханимар хмыкнул:

– И самым легким из названного будет самое последнее!

– Что ж, давайте по порядку. – Я устало потерла саднящие глаза. – Как можно пройти заслон, оставаясь в живых?

– Притвориться мертвыми! – выпалила Норка и явно смутилась, когда все одновременно вскинули на нее глаза.

– Разучиться дышать, выкрасить кожу в подходящий цвет и приманить сотню-другую мясных мух? – усмехнулась Ретекка.

– Нет! – осенило меня. – Запудрить извилины стражам! Они ведь мыслящие… почти все, значит, и внушению поддадутся как миленькие, а специалист по ковырянию в чужих мозгах у нас есть, и еще какой!

– То есть?..

– Приставленный к порталу бдитель будет смотреть на нас в шлюпке и пребывать в уверенности, что видит, например, айсберг…

– В этих-то широтах?!

– Всякое бывает… Не важно! Пусть любуется на бревно, мертвого кита или еще что-нибудь в этом роде… Так и проскочим, и высадиться сможем.

– Да, но здесь три представителя разумных рас!

– Да, но с надхом столкнемся только на суше – так далеко от берега он летать не станет, – покачал головой Светлый Вождь. – И с наземной охраной там же… Значит, к неотложным проблемам относятся дракон и подводный охотник!

– Кстати, – вспомнила я, – об охотнике. Кроме характерной ауры носителя заклятия у него просматривается еще собственное свечение, довольно странное… Похоже на этакую прослойку между типичным ореолом живого существа и наложенным контуром.

– А каков цвет? – живо заинтересовался наш чародей. – Ближе к синему, зеленому или красному?

– Скорее к фиолетовому, – определилась я, лишний раз воссоздав в памяти увиденное. – И что бы это значило?

– Некоторые дополнительные трудности. – Тханимар задумчиво почесал висок. – Нам придется противостоять магу высшего уровня.

– Но ведь в нашей команде вроде бы тоже имеется маг? И тоже вроде бы первый не от конца списка?!

– Вроде бы. – Он улыбнулся краем рта. – Просто у обитателей океана магия во многом отличается от нашей, традиционной, и кто знает, какие штучки он сможет противопоставить моим приемам.

– Значит, нужно его нейтрализовать до того, как он станет затевать эти самые штучки!

Все примолкли, обдумывая новую проблему. Норка потянула меня за рукав:

– И чем, например, сможет нам навредить один-единственный охотник, пусть и маг? Срочно вытащит из-за пазухи целую армию своих сородичей? И они сообща раскачают и потопят наш корабль?!

– Нет, не из-за пазухи, хотя бы по причине отсутствия таковой, поскольку из одежды они носят лишь подобие набедренных повязок, – включился в разговор Тханимар, правильно истолковав мой взгляд. – И не армию сородичей… Они хорошо умеют управлять своей стихией.

– Например, ускорить или пустить в другую сторону течение, что сейчас нас носит?

– Именно. Еще лучше им удается вызывать бедствия в конкретной точке пространства. Чаще всего создают в нужном месте мощный и очень быстрый водоворот, который уложит и разнесет в щепки любой корабль, утопив экипаж. Разница только во времени, а здесь к тому же полно подводных скал и рифов…

– А пока мы будем пытаться не попасть в мясорубодробилку с водным приводом, нам вдобавок совершенно бесплатно обеспечат воздушное шоу и небольшой пожарчик – так, чтобы не заскучать ненароком?!

– В том-то и сложность. – Тханимар озабоченно потер подбородок. – Придется искать брешь в защите сознания двоих одновременно…

– А это вообще возможно?

Призрак многозначительно повел бровью, а в разговор вступил молчавший до поры Нортис:

– Можно сделать и проще: сначала отвести глаза подводному стражу, затем стравить нашего огнедышащего приятеля – вернее, пока неприятеля – с какой-нибудь несуществующей целью, а после спокойно, не опасаясь атаки с воздуха, окончательно разобраться с морским охотником.

– «Разделяй и властвуй»?

– В самом деле! – воодушевился придворный чародей и повернулся к Тарглану. – Сделаем так: ты проникаешь в сознание дракона, «перекрываешь» поле зрения, чтобы он видел не дальше своих ноздрей, а уж я позабочусь о том, чтобы ему было за кем гоняться!

Норка вопросительно взглянула на меня, пришлось пояснить:

– Наш пламеннокудрый волшебник – великий спец по стряпанию суперубедительных фантомов на любой вкус и размер!

Он услышал, отвесил мне мимоходом признательный полупоклон и хотел было продолжить, но тут вмешалась Ретекка:

– О водном жителе побеспокоимся мы! Правда, девочки?

Бравые морячки, оказавшиеся поблизости, отозвались оживленным гомоном и смехом. Я посчитала нужным возразить:

– Но вы не обязаны брать на себя еще и эти наши трудности, к тому же связанные с риском для жизни!

– Не обязаны, – согласно кивнула блондинка, успевшая перемигнуться с командой. – Только ни за что не согласимся пропустить редкостное приключение! Такая охота не каждый сезон выпадает… и не в каждой жизни!

Я уже открыла рот, чтобы объяснить им всю вероятную опасность предстоящего мероприятия, но встретилась взглядом с улыбчивой капитаншей и раздумала. Не мне в общем-то разжевывать прописные истины этим славным представительницам прекрасного пола, добровольно избравшим суровое ремесло и не самый простой образ жизни… К тому же у них и до этого момента была масса возможностей прикинуть возможности наших противников и всю серьезность происходящего, чего стоила одна из недавних нескучных ночек! Поэтому я просто пожала крепкую руку союзницы со словами:

– Что ж… будем благодарны за любую помощь!

Глава 5

После недолгой паузы все одновременно заговорили, обсуждая детали предстоящей аферы. Только Норка, присевшая возле меня на край ящика, спросила вполголоса:

– Разве для телепата расстояние и направление роли не играют?

– Не для него, – качнула я головой, машинально бросив взгляд в сторону предмета разговора, который, скрестив на груди руки, подпирал мачту плечом и сосредоточенно созерцал слегка затуманенный горизонт. – Меня другое беспокоит – хватит ли ему сил достучаться в заблокированное сознание. Весь этот огород городил явно не новичок, и «щиты» стоят наверняка супермощные и с наворотами! А ведь нашему другу после того, как пробьется через подобную прелесть, предстоит взломать еще и собственную защиту цели…

– А если сил не хватит… что тогда? «Game over» под похоронный марш?!

– Ну уж нет! Никто не собирается доходить до крайностей, – поспешила я успокоить Вячеславну, которая, похоже, разволновалась всерьез. – Но хорошего и в самом деле ничего! Подобные надрывы совсем не полезны и небезопасны для здоровья. Ломясь в чужое сознание, рискуешь потерять свое… и не факт, что потом найдешь быстро и полностью.

Подруга заметно помрачнела и нахмурилась.

– И помочь не́как?!

– Почему же… – Я, закончив массировать ноющие виски, осторожно приоткрыла глаза. – Можно поделиться своими резервами, только сразу надо настроиться, дать себе команду, как бы позволить жизненной силе перейти к другому носителю. Еще лучше – визуализировать, представить процесс во всех деталях… Способов много, но принцип один: чем тесней контакт, тем быстрей передача и меньше потерь, поэтому лучше всего искусственное дыхание, переливание крови, глубокий долгий поцелуй – желательно не один…

– А идеальный вариант я, пожалуй, сама угадаю! С использованием здешней версии «Камасутры»? – подмигнула Вячеславна. – Разыграть хочешь?!

– Не сейчас. – Я покачала головой, снова зажмуриваясь, чтобы переждать противную резь под веками. – Хотя с идеальным способом ты попала в точку. В постели действительно происходит самый качественный обмен энергией и умножение ресурсов. Поэтому, когда говорят, что взаимная любовь продлевает жизнь и полезна для здоровья, ни капельки не врут! Правда, есть риск, что энергия двоих может оказаться несовместимой, но это сразу выясняется, очень уж болезненным будет отторжение…

– О как! – Выражение лица подруги сменилось на озадаченно-задумчивое.

А меня окликнула Ретекка – ей, похоже, удалось подсмотреть в очередную «замочную скважину»:

– Подводный охотник найдет нас первым – дальние подступы под его присмотром.

– Да вот и он. – Я, не открывая глаз, повела рукой в сторону острова. – Ох, каков!..

Вообще-то имелась в виду необычная цветовая гамма живого свечения, окружавшего этот своеобразный персонаж, все остальное – во вторую очередь, но «паучихи» ожидаемо приняли мою реплику как повод позубоскалить на предмет планов в отношении будущего пленника. Я не стала портить им настроение, только напомнила, что сначала надо бы его пленить в буквальном смысле, а уж потом в лирическом, поскольку наоборот вряд ли получится, пока он зачарован по совсем другой программе…

Корабль снова тряхнуло. Течение явно усилилось, вода вокруг заволновалась… Паруса были переставлены с немыслимой скоростью, и теперь «Укротитель бурь» держал курс прямиком на остров, а мне в лицо словно плеснуло жаром.

– Вот и летучий гость скоро пожалует!..

Наши соратники в понукании не нуждались. Тарглан уже стоял у самых поручней, крепко взявшись за них обеими руками, опустив голову и закрыв глаза. В сенсорном поле живое свечение Светлого Вождя быстро приняло золотисто-пурпурный оттенок, а в области головы сначала расширилось в этакий мерцающий нимб неопределенной формы, затем запульсировало-заструилось навстречу поднявшемуся над островом плотному фиолетово-багровому облаку негативной энергии…

Я невольно присвистнула и открыла глаза. Так и есть: размеры дракона, как и форма укороченных крыльев, наводили на мысль об обитателях пещер Окраинного архипелага у наших северо-западных границ. Вышеупомянутая мысль, додумавшись до конца, заставила всплыть из глубин памяти разговор примерно годичной давности, когда прошел слух о пропаже младшего внука тамошнего повелителя племени чешуйчатых огнедышащих старожилов. Его сородичи все это время не прекращали поисков, даже назначили впечатляющую награду только за известие о местонахождении утерянного члена семьи, но все тщетно…

По мере его приближения к нам – пугающе стремительного, кстати сказать! – вооруженному глазу становились видны некоторые детали, подтверждающие первоначальную догадку. Невысокий наспинный гребень из пластин характерной формы, тройные шипы на скулах, длинный хвост, часто и со свистом рассекающий воздух двухгранным уплощенным наконечником… Последний штрих основательно добавлял остроты в картинку, поскольку служил свидетельством крайне агрессивного состояния воздушного стража. Это значило, что трудностей будет намного больше, чем представлялось вначале, – в этом возрасте драконы уже достигают расцвета своей боевой мощи, но в силу молодости еще не умеют как следует контролировать проявление эмоций… из которых сейчас налицо были только отрицательные!

– Земляк, значит, – задумчиво протянут Тханимар после того, как я кратко изложила последние сведения. – Неудивительно: по сравнению с материковыми они при чуть меньших размерах гораздо более маневренны и выносливы… Что ж, постараемся… как для своего!

Светлый Вождь вовсю подавал пример в этом благородном начинании. При первом же взгляде на него затылок, шею и плечи свело тянущей болью… Насколько помню, для успешного проникновения в чужое сознание требуется прежде всего время и добрая воля выбранной «цели»… хотя бы отсутствие у нее желания сопротивляться, чему обычно способствовал фактор внезапности и неведение… Однако в нашем конкретном случае на это рассчитывать было нечего, поэтому пришлось идти напролом и надеяться на удачу.

Мчавшийся на всех парах объект резко затормозил, завстряхивал головой, закружил на месте, громко хлопая крыльями на виражах, заложил парочку «мертвых петель», пытаясь обнаружить сначала внезапно потерянную из виду цель, а после – источник беспокойства… Запрограммированная ненависть и ярость выплескивались наружу низким клокочущим рыком с искрами и дымом, настоятельно требуя возможности прорваться по-настоящему, но видимый только мне плотный сгусток словно бы темного тумана прочно держался великоватой короной на драконьей голове. Пока Призрак действовал без особых затей – просто перекрывал поле зрения плотной завесой, чтобы «вести» дракона по безопасному для нас маршруту…

В глаза снова плеснуло жаром: с другой стороны проявился подводный объект, сумевший подобраться к нам окольными путями. Тарглану пришлось отвлечься и перенаправить основную часть своего влияния на новую цель, а летающего ящера предоставить заботам Тханимара. Тот уж не упустил возможности показать во всей красе свои таланты в области прикладного страховедения и фантомоконструирования! Это надо было видеть… вернее, совсем не надо, если не хочешь от кошмаров вскакивать среди ночи с криками, далекими от «ура!»… Таких чудовищных созданий, что замелькали в почти безоблачном небе, наверняка не видывали в самых жутких снах все вместе взятые крутейшие голливудские сценаристы и мастера спецэффектов, даже если для этого совместили несколько недель беспробудного пьянства с курением всего, что в принципе может гореть!..

Мне меньше остальных довелось полюбоваться на этот парад кошмарных глюков, среди которых метался наш замороченный противник, с пулеметной скоростью расплевывая по сторонам плотные сгустки багрово-желтого пламени. Моим вниманием завладела картина совсем другого рода, во всей красе доступная только «скрытому зрению». Судя по тому, что выдавали мои сенсоры, подводный охотник не только не видел наш корабль, а пребывал в уверенности, что его присутствие срочно требуется на противоположной стороне острова. Значит, Призрак не ограничился созданием «дымовой завесы» в его сознании, а еще и достоверное видение организовал! Одно только «но» – чтобы и дальше манипулировать столь опасным противником, половины внимания и сил нашего телепата становилось явно недостаточно…

Наверняка в магическом арсенале обитателя океанских глубин было что-то, неведомое сухопутным существам, потому что ему на редкость быстро удалось убедиться в том, что тревога оказалась ложной, и снова развернуться в сторону первого и настоящего нарушителя границ. Он мчался к нам, по-дельфиньи часто и невысоко выпрыгивая из воды на полном ходу, и гнал впереди себя волну, которая по мере приближения устрашающе быстро увеличивалась в размерах.

По сенсорам словно огненной плетью хлестнуло – Тарглан резко увеличил силу воздействия на приближающегося врага. Это не прошло даром для него самого, сильно убавив яркость живого свечения, но прицел атакующему он все-таки сбил: бешеный шквал пронесся мимо, лишь самым краем зацепив «Укротителя бурь».

Опытные морячки быстро выровняли корабль, задав ему новый курс, мы же всего лишь попа́дали кто куда, схлопотав максимум по паре синяков на каждого. Это вполне можно было пережить, особенно по сравнению с перспективой на ближайшее будущее!..

Нортис в телепатически-магическом действе участия не принимал, поскольку не имел подходящих способностей, зато без промедления подключился к затее, требовавшей умелого применения физической силы. А именно – вызвался усилить и возглавить группу наших союзниц, которые должны были захватить живьем колдуна-«водокрута». Видимо, самой натуре нашего друга претила мысль, что в подобной ситуации можно оставить без поддержки девушек независимо от степени их физического развития и привычности к повышенному риску…

Он первым прыгнул в пенящиеся за бортом волны, полдюжины «паучих» с боевым кличем последовали за ним и устремились навстречу стражу. Вода тут же словно вскипела от мелькания стремительных размытых силуэтов. Подводный воин был вынужден отвлечься от преследования нарушителей, но и нашим пришлось нелегко, ведь противник представлял немалую опасность. Кроме прочего оставалась необходимость выныривать, чтобы вдохнуть… хотя бы иногда!

Нортису без труда удалось убедить стража в том, что именно его персоне стоит уделить внимание в первую очередь, и таким образом дал девочкам шанс окружить и захватить врага… или хотя бы обезвредить… или хотя бы попытаться!..

Сенсоры засекли вспышку синеватого свечения в самой гуще подводной кутерьмы. Тханимар, который бдительно следил за воздушным поединком и при необходимости корректировал полет фантомов, вовремя отреагировал на мой возглас и метнул к месту подводного сражения сгусток энергии под сложнозарифмованное заклинание. Затеянное водоплавающим чародеем колдовство так и осталось незавершенным – его родная стихия на небольшом окружающем пространстве вдруг собралась в кольцевой вал, уплотнилась и стремительно ринулась в центр, в котором оказалась длинноволосая голова…

Я невольно вскрикнула, представив силу удара, но череп воина-мага выдержал, он «всего лишь» получил нешуточную контузию и теперь опускался на дно, плавно переворачиваясь на спину. Этой паузы «паучихам» вполне хватило, чтобы подплыть ближе, окружить цель и набросить на нее тонкую сеть. Пленник на удивление быстро пришел в себя и, активно сопротивляясь, умудрился разорвать голыми руками прочные заговоренные нити, вырвался из фирменного захвата нашего друга и заставил нападающих вдоволь за собой погоняться, нанеся нескольким серьезные повреждения. Долго буйствовать ему, само собой, не позволили – оттеснили на мелководье, но и там он не успокоился…

Огнедышащий ящер почти перестал обращать внимание на фантомы, которые добросовестно продолжали атаковать с разных сторон. Многократные попытки придворного чародея обезвредить противника с помощью «воздушной удавки», парализующего заклинания и прочих ухищрений задержали его ненадолго. Теперь он опять видел цель и преследовал корабль, быстро сокращая разрыв и неустанно посылая в нашу сторону пламенные «снаряды», что начинало всерьез нервировать и заставляло маневрировать чаще и виртуознее прежнего. Становилось очевидным, что наблюдаемый нами высший пилотаж в области манипуляций с чужим, хорошо защищенным сознанием требует не просто больши́х, а намного бо́льших, чем все мы предполагали, затрат энергии… запасы которой ни у кого не безграничны!

Видимо, тревога и сомнения отразились на моем лице слишком недвусмысленно. Подруга, стоявшая ближе всех, бросила в мою сторону всполошенный взгляд и не стала долго раздумывать. Резво подбежала к замершему возле поручней телепату, рывком развернула лицом к себе и, привстав на цыпочки, дотянулась губами до его губ. Тарглана заметно тряхнуло, еще раз, он отпустил поручень и… так, наверное, хватаются за последнюю соломинку!

Даже не знаю, сколько прошло времени, пока мы, слегка ошарашенные, наблюдали настолько потрясающую сцену, что я всерьез пожалела об отсутствии видеокамеры. Когда же все присутствующие решили, что, пожалуй, пора бы тактично удалиться, Призрак слегка ослабил хватку, запрокинул голову и прикрыл глаза ладонью, не выпуская при этом Норку из объятий…

«Скрытое зрение» переключило мое внимание на другой объект, отреагировав на мощный выплеск энергии. Подводный охотник застыл у самого дна, вскинув руки над головой, а от пальцев, дергаясь подобно припадочным змеям, тянулись тонкие потоки энергии, оплетая сетью мелких ответвлений головы девушек, застывших в причудливых позах… Долго им так под водой не продержаться, еще немного – и спасать будет некого и незачем!.. Только Нортис, прикрытый вовремя созданной Призраком завесой, сумел избежать пленения и подобраться к противнику незамеченным. Улучив удобный момент, он ринулся вперед – маг увернулся, но при этом поневоле отвлекся. «Паучихи» обрели свободу действий и снова навалились на него всем скопом.

Нортис успел дважды покинуть поле боя, чтобы вытащить на поверхность двух самых пострадавших морячек, и тут же снова в буквальном смысле окунуться в саму гущу событий, несмотря на то что самому нешуточно досталось и воды успел нахлебаться по самое некуда! Он с таким рвением насел на подводного охотника, что безраздельно завладел всем его вниманием, благо бдительный Тханимар вовремя гасил на корню самые многообещающие поползновения к волшбе. Наконец Лоитта после короткой, но бурной схватки сумела обездвижить неподатливую цель точным ударом крепкого кулака, утяжеленного вовремя подобранным камнем, в безошибочно выбранное место. Если бы не сенсоры, я так же, как и все остальные, видела бы только беспорядочное на первый взгляд мелькание неясных теней под водой и время от времени бурные всплески на поверхности, но раскатанная на всю мощь и ширь «поисковая сеть» позволила мне наблюдать сражение замедленно и в деталях, как на трехмерной модели. Поэтому именно мое величество было в курсе, насколько ожесточенной была эта недолгая битва… и каких усилий стоило бравой боцманше ненароком не завалить своего противника насмерть и при этом уцелеть самой!

Дракон тем временем успел нас догнать, с громким клекотом заложил очередной вираж, выпустил струю алого пламени, очертив судно дымным контуром и, часто хлопая крыльями, завис прямо над головой, заставив полностью переключить внимание на себя. По сенсорам хлестнуло яркой жаркой вспышкой, отчего я невольно зажмурилась и прокомментировала происходящее очень эмоционально, хоть и вполголоса.

Несмотря на выход из игры одного персонажа и помощь госпожи Леоны, резервы были на исходе, и Тарглан пошел ва-банк. Уж не знаю, что за информацию запустил он последним усилием воли в сознание снова разъярившегося пресмыкающегося, только эффект получился примерно как от прямого попадания из крупнокалиберного камнемета. Дракон издал короткий, но оглушающе-громкий лающий взвизг, содрогнулся всем корпусом и резко запрокинулся назад, сведя за спиной кожистые крылья – только изумрудные пятна переливчато блеснули в ярких солнечных лучах…

Организовать плавное прикорабление огнедышащего ящера не удалось, несмотря на отчаянные усилия ликуартисца. Честно говоря, то, что удалось избежать откровенного падения очень многокилограммового тела прямо на палубу, само по себе было маленьким чудом, учитывая степень истощения сил чародея. И если бы не присутствие множества энергетических потоков поблизости, пусть и порядком опустошенных защитной системой портала…

В общем, дело закончилось купанием бесчувственного противника в теплых океанских водах. Наш маг сделал все возможное, чтобы погружение прошло как можно бережней, поэтому даже девятого вала не наблюдалось. «Паучихи» были наготове и тут же попрыгали в воду с веревками в руках, чтобы связать крылья и лапы пленника ради его же безопасности и не дать ветру и течению разлучить нас. Пока они сооружали повышенной прочности узлы, стоявший у борта Тханимар успел убедить волны вспениться намного сильнее обычного. Затем несколькими резкими пассами разрезал уплотнившуюся пену на удивительно ровные квадраты, которые были тут же подсунуты под массивную чешуйчатую тушу наподобие спасательного плотика из пенопласта и надежно закреплены.

Кроме прочего, придворный чародей прибегнул к очень редкому заклятию, трудновыполнимому из-за больших затрат энергии, благо здесь он мог себе это позволить. Правда, пришлось пожертвовать на благое дело один из браслетов-накопителей, который с трудом, но все-таки удалось нацепить на когтистый драконий палец. Теперь мы могли не бояться, что ценный пленник очнется в самый неподходящий момент, что было бы совсем некстати, поскольку нам оказалось не по силам избавить его затуманенные мозги от зомбирующего заклятия здесь и прямо сейчас. Да и разлука тоже не грозила, даже если мы умудримся всей командой прозевать момент его унесения в открытый океан…

Теперь можно и дух перевести… было бы, не окажись у нас на руках… вернее, под ногами еще один бесчувственный организм, доставленный на борт и остро нуждающийся в оказании хотя бы первой помощи. На всякий случай было решено не торопиться со снятием с него парализующих волю чар, кто знает, что ему взбредет в неоднократно ушибленную голову, бегай за ним потом с бинтами наперевес!.. Подруга, которая сама до сих пор держалась на ногах только за счет адреналина и упрямства, наотрез отказалась добровольно лишать себя возможности попрактиковаться во врачевании, а меня – лишней пары достаточно умелых рук.

– Помнится, тебе как-то возмечталось увидеть нестандартную человекообразную конструкцию? Так вот, извольте получить и любоваться на здоровье – подводный охотник во всей красе в натуральную величину!

Вячеславна окинула внимательным взглядом распростертое на досках тело, прикрытое до пояса длинными прядями густых темных волнистых волос, и вскинула бровь.

– Я действительно вижу то, что вижу, или меня подводит нормальное человеческое стремление выдать желаемое за действительное?!

Норке не было необходимости пояснять свои сомнения: в конце концов, мы вместе в свое время не по разу пересмотрели все серии «Мутантов Х», чтобы сейчас не суметь опознать копию Виктора Вебстера. Почти полную, если не принимать во внимание перепонки между пальцами, ослепительно-лазурный цвет миндалевидных глаз и два ряда жаберных складок на шее, чуть позади ушей…

– Привет из Голливуда! – хмыкнула я. – Стоило забираться в такую даль – не говоря уж о другом измерении! – чтобы вот так запросто наткнуться на картинку из «Playgirl»… причем как раз в твоем вкусе!

– И не только в моем! – Подруга подтолкнула меня локтем и повела глазами в сторону мостика. Наша бравая боцманша, которой оказали помощь в первую очередь, успела переодеться и отвечала теперь на вопросы капитана, только смотрела совсем не на нее.

– Похоже, водоплавающий страж вместо тела всерьез поразил ее сердце…

– Неудивительно! – пожала плечами Норка, с первого раза открывая и подавая мне нужную склянку. – Потому, скорее всего, и пострадал меньше, чем вполне могло бы случиться.

– Ему и так хватило, – заметила я, машинально разглядывая посудину на свет и прикидывая, хватит ли настоя. – Вон, живого места нет, все подводные камни собрал!

– Бился обо что придется и сопротивлялся до последнего, чтобы не попасть в руки врагов живым?

– Видимо, и такой вариант учли, когда зомбировали, так что Лоитта оказала ему большую услугу! Пусть и по личным соображениям… Вполне, кстати, понятным – как ни крути, даже в мире, где полно магии, секс-символы на дороге не валяются!

– Зато валяются на палубе, – прыснула Вячеславна, – причем в абсолютно доступном состоянии!..

– Что за мысли, высокочтимая госпожа! – Я укоризненно покачала головой, разматывая бинт. – Он же даже сопротивляться не сможет… Как не стыдно!

– Стыдно не тому, у кого видно, а кому нечего показать! – Подруга, пользуясь моментом, продемонстрировала мне язык почти во всю длину. – Впрочем, я вовсе не собираюсь портить охоту нашей «паучихе»…

Я хмыкнула, но комментировать не стала, к тому же мое внимание привлекло кое-что другое.

– Вот, кстати, еще одно доказательство того, что перед нами маг.

На ладонях красавца хорошо просматривались тонкие, но четкие линии странного рисунка – сложный символ, вписанный в прямую пентаграмму, у которой был сильно вытянут верхний луч, заходивший на нижнюю фалангу среднего пальца. На запястьях вместо браслетов красовались мелкие, затейливо выписанные значки, выстроенные многорядной волнистой полосой.

– Это клановые знаки «укротителей стихии», – любезно пояснил незаметно подошедший Тханимар. – Высшая каста жрецов у подводных охотников…

Норка присвистнула:

– Зачем же понадобилось отлавливать столь важную птицу?! Ведь его соплеменники не могли не заметить пропажу!

– Значит, не в силах были помешать, – пожал плечами ликуартисец. – Или просто на тот момент стало некому выражать недовольство… Мы ведь уже имеем некоторое представление об уровне возможностей наших недругов, равно как и о серьезности намерений! А похищать обычного воина имело бы гораздо меньше смысла.

– Похоже, так оно и было. – Я закрепила увлажняющую повязку на шее жабродышащего пациента и кивнула «паучихам», ожидающим неподалеку. – Можно уносить! Ничего, и с этим разберемся в свое время… Кстати, об уровнях возможностей… Почему я до сих пор вижу тебя здесь?! Ты же на ногах еле стоишь!

– Хотел убедиться, что моя помощь больше не потребуется…

– Считай, что я тебя уже убедила – глубоко и лично! Марш в постель, принять на грудь все, что скажу, и спать мертвым сном как минимум часа три!..

Герои дня не ударили в грязь лицом и вполне самостоятельно добрались до коек. Нашим доблестным соратникам пришлось испытать на себе действие разнообразных целебных снадобий из моего арсенала и шутками поддерживать друг друга в бодрствующем состоянии все время, пока я проделывала над ними необходимые массажные манипуляции. Напоследок я парой касаний к определенным точкам прервала поток их красноречия на полуслове и добросовестно, несмотря на отчаянно саднящие глаза и разламывающую головную боль, просканировала мгновенно заснувших мужчин. Теперь им требовался только отдых… Выходя на цыпочках за дверь, я едва не столкнулась в коридоре с капитаном.

– Как они?

– Бывало и лучше, – пришлось признать мне, – но ничего непоправимого.

– А сама?

– Та же история… Ничего, сейчас разновсяких зелий свеженьких состряпаем – на всех страждущих и желающих! Только Норку еще проведаю…

– Кстати, подруга у тебя не промах! – одобрительно хмыкнула Ретекка, направляясь к мостику. – Нужные моменты умеет ловить на зависть!

Что именно имела она в виду – поданную вовремя энергию, или отхваченный между делом завидный поцелуй, или то и другое сразу, я уточнять не стала, просто кивнула и открыла дверь нашей каюты, в которой высокочтимая госпожа Леона отлеживалась после своего внепланового доброго деяния.

– Как ты?

– Да в общем в порядке, только вот слабость ужасная, и голова…

– Кружится?

– Что, даже со стороны заметно?! И тяже-о-олая! Это нормально?

– С непривычки – вполне! Придется немного полежать…

– Вот еще! – Норка тут же села, поморщившись почти незаметно для меня. – Я тут буду блин изображать, а вы… а там все интересное закончится?!

– Хорошо бы! – вздохнула я, усаживаясь рядом. – Только интересностей у нас впереди столько, что всем хватит, еще надоесть успеют! Кстати, что боец, что помощник из тебя сейчас никакой, а посему спокойно валяйся, пей отварчики, пейзажем любуйся, благо погодка на диво, и думай о чем-нибудь приятном, греющем душу…

Я замолчала, так как собеседница уже была где-то не здесь. И видела она в распахнутом иллюминаторе совсем не панораму океана, и «там», судя по выражению лица, было ей совсем не плохо…

– Так-так, о чем это размечталась высокочтимая госпожа Леона? Или о ком?!

– Скажешь тоже! – фыркнула она, отворачиваясь. – Так, вспомнилось кое-что…

– И я даже догадываюсь, что именно, – дивный момент, который даже свидетели нескоро забудут. Скажи, как ты вообще додумалась?!

– Спросила бы лучше, как докатилась до жизни такой, что принародно вешаюсь на шею малознакомым мужчинам! – Норка улыбнулась, правда, несколько принужденно. – И ведь сказать в свое оправдание было бы нечего!

– Как раз в отношении такого экземпляра никто не удивился! Но все-таки?

– Честно? Не знаю! Просто вспомнила, как ты говорила о возможной несовместимости энергии, а ему явно требовалась помощь, причем срочно… а на эксперименты со всеми присутствующими времени как-то не было… а мы с ним и раньше… и вполне обошлись без неприятных последствий!.. Вот и…

– Элеонора! – торжественно изрекла я, вставая. – От лица всех присутствующих на этом корабле и всех, кто заинтересован в поддержке законного монарха, и от себя лично – заметь, от всей души! – выражаю самую глубокую благодарность и сердечную признательность за быстроту реакции, творческий подход, оперативность и беспримерное самопожертвование во имя нашей высокой цели! Спасибо!!!

К чести подруги, рассмеялась она только после того, как с невыразимо серьезной миной крепко пожала мою протянутую руку.

– И как оно? – Я снова умостилась рядом и подтолкнула ее локтем.

– В каком смысле? – невинно и очень правдоподобно удивилась Вячеславна.

– В том самом! – не отставала я.

– Вот у него и спроси! – не поддавалась она.

– Скажешь тоже! – настала моя очередь фыркнуть и добавить с невольным сожалением: – Ни за что ведь не признается!

– До такой степени джентльмен?! – Хмыканье сопровождало процесс появления на лице недоверчиво-хмурой гримаски.

– Могла бы уже и сама понять, причем давно! – Я почти решила обидеться за верного соратника. – К тому же меня интересуют именно твои впечатления.

– Тебе расскажи, так тоже захочешь попробовать! – отбивалась Норка. Судя по тому, что выдали мне сенсоры, воспоминания о том небольшом эпизоде на палубе у нее остались не самые печальные. Во всяком случае, высказывать вслух опасения по поводу отторжения энергии необходимости наверняка не было – все, что должно, явно совпало по всем показателям, и результат получился на диво.

– Да уж я-то, если бы пожелала, могла давным-давно перепробовать все возможные сочетания! – на сей раз хмыкнула я, но вдруг осеклась. Что-то было не то в голосе и общем душевном состоянии подруги, поэтому пришлось в срочном порядке прояснить ситуацию: – Ты не вздумай даже ради смеха даже подумать – у меня с ним ничего и никогда не было, нет и не будет! Сама ведь знаешь – я из категории однолюбов, да еще и зацикленных, так что… А если он и позволяет себе какие-то подколки да намеки, так это шутки для, не дает расслабиться на правах старого друга. Вреда никакого, зато все в тонусе!

– И форму опять же поддерживать надо? – подхватила Вячеславна, все еще невольно хмурясь.

Я продолжала отстаивать доброе имя Светлого Вождя:

– Помнишь историю с моим буйным помешательством на сексуальной почве… слава богу, недолгим?!

– Это когда ты его чуть не… сбила с пути истинного?

– Вот именно – я!

– И теперь он может гордиться в духе Ивана Васильевича Бунши: «Меня царицей соблазняли – не поддался я»?

– Как никто другой! Наш герой имел полное право, между прочим, воспользоваться удобным случаем, если бы захотел! Ведь привести меня в чувство можно было и после того, как… и придраться никто ни к чему не смог бы! Хотя бы потому, что идти навстречу желаниям «видящих» – как минимум прямая обязанность, если не святой долг любого из живущих!

Высокочтимая госпожа Леона ничего не сказала в ответ, лишь бровью повела и заметно повеселела, но мне-то было видно, что еще не все ее сомнения развеяны. Пришлось опередить назревающий вопрос:

– И никого у него нет! Просто после одной истории, совсем нерадостной и весьма опасной для жизни, он далеко не сразу торопится раскрывать нараспашку душу. Можно сказать, у него в некотором роде аллергия на серьезные отношения…

– Зато как истинный мужчина при любом удобном случае наверняка не откажется от несерьезных, тем более когда само идет в руки?

– Сама додумалась или помогал кто?! – Теперь за Светлого Вождя обидно мне стало всерьез. – Ты за кого его принимаешь?! Идти оно, конечно, идет, причем в большом количестве, на выбор и высокого качества, только эти руки берут не все подряд! Нет, подруга, здесь как раз именно тот редкий вариант, когда все три человеческие составляющие представлены на высшем уровне, а голос тела в этом комплекте далеко не самый решающий…

Норка, судя по всему, глубоко задумалась. Во всяком случае разговор сошел на нет, и в ответ на мое «Пока!» она лишь рассеянно помахала рукой.

Глава 6

Вторая часть «Мерлезонского балета» состоялась часа через три, которые понадобились всем участникам предыдущих событий для восстановления сил. «Укротитель бурь» курсировал вдоль скалистого побережья, неспешно рассекая искристо-лазурные волны, а я, закончив колдовать над новой порцией укрепляющих отваров и кое-каких полезных снадобий, обосновалась на мостике, пристально разглядывая почти достигнутый объект. С помощью сенсоров можно было «видеть» его в приближенном варианте и в подробностях, недоступных обычному зрению. Основу силового поля составляло нечто вроде очень редкой ткани или очень частой сетки из тонких светящихся нитей, мерцающих и переливающихся всеми оттенками радуги. Изредка – видимо, во время перепадов интенсивности энергопотоков – по ней пробегали мелкие волны, словно по водной глади от легкого ветерка… Смотрелось это красиво, но в то же время от этой переливчатой прелести веяло такой жутью, что кожу на спине сводило холодом, а уж приближаться не тянуло нисколько! Если бы у нас был выбор…

Местонахождение надха удалось рассекретить быстро, вот в отношении подземных обитателей пришлось поднапрячься. Насчет их численности вопросов не возникло – иллюзии и напрасные надежды на решение проблемы одной левой отпали в самом начале, основная сложность была в определении, с кем именно придется столкнуться. Судя по особенностям живого свечения вокруг быстро снующих в сенсорном поле точек, мыслительной деятельностью там и не пахло, налицо лишь голимые инстинкты. Значит, хотя бы не крысы… Впрочем, пауки или хищные жуки, да еще и в таком количестве, – тоже самый тот подарочек судьбы!.. После усиленного сканирования всех подозрительных участков напросился малоутешительный вывод: на острове таких колоний несколько, и, где бы мы ни высадились и в каком направлении бы ни рыскали в поисках своей цели, не однажды придется встретиться с ними лицом к лицу… или как там правильно зовется передняя часть головы у беспозвоночных?

Якорь брошен в небольшой уютной бухте, шлюпка на полном ходу неслась к берегу, а мне опять не по себе. Неудивительно, ведь сделана лишь половина задуманного, предстояло помериться боевыми качествами еще с двумя живыми ловушками! Скажем прямо, мысль об истреблении многочисленной агрессивной членистоногой живности не доставляла особых моральных терзаний, но вот необходимость биться с надхом… Я еще с тех незабываемых событий «давно минувших дней» помнила, каковы эти огромные кошки в бою, а если учесть, что требуется утихомирить обезбашенную особь и при этом не повредить ей самой… Да, задачка! Но кое-какие полезные мысли уже проклюнулись…

Внимание наземных стражей отвлекли «паучихи», шумно высадившись на другой стороне острова, так что запас времени, хоть и минимальный, у нас был. Для меня находиться во второй своей ипостаси давно уже стало естественным явлением, а вот Призраку для смены облика понадобилась помощь мага. Глаза моей подруги округлились и заметно увеличились, пока она, явно потеряв дар речи, разглядывала полоски на моей тигриной шкуре. И стали еще больше, когда из-за ближней поросшей ракушками каменной глыбы, за которую мужчины удалились, дабы поколдовать без помех, с шумом поднялся в воздух огромный иссиня-черный орел. Сделав несколько плавных мощных махов, заложил небольшой круг над нашими запрокинутыми головами, что-то коротко проклекотал и опустился на верхушку пирамидального обломка скалы, аккуратно сложив широкие крылья.

– Говорила же – орел-мужчина! Как есть орел! – Для меня это превращение тоже стало неожиданностью. Нет, о том, что у каждого человека имеется вторая ипостась, я была в курсе стараниями своего возлюбленного, только до сего момента как-то не было случая задуматься и уж тем более проверить, чем является таковая именно у Светлого Вождя.

– С-с-с ума с-с-сойти!!! – отмерла подруга. – Значит, и я… и у меня?!

– Хочешь выяснить, какова другая сторона твоей сложной натуры? – подмигнуло мое тигриное величество.

Норка сглотнула и поежилась.

– А можно?!

– Да запросто, и даже прямо сейчас! – кивнула я после короткого обмена взглядами с придворным чародеем, который успел снова присоединиться к образовавшейся живописной группе.

Птица, бликуя на ярком солнце глянцевитым оперением, переступила с ноги на ногу и, царапая бугристую поверхность камня впечатляющими когтями, снова заклекотала, заинтересованно склонив гордо посаженную голову набок и помаргивая глазами с фиолетовой поволокой.

– Вот и нам интересно, что получится!

Похоже, так и придется общаться односторонне, при необходимости прибегая к телепатии, поскольку орлиная анатомия не совсем подходит для человеческой речи.

– Одежду перед превращением лучше снять…

– И еще лучше – запомнить, где оставила?

– Можно и так, – хмыкнула я, – но если учесть размеры острова и неточность цели, совсем хорошо будет носить при себе в такой вот сумке…

Вячеславна повертела в руках мой запасной девайс и одобрительно покивала, затем что-то прикинула в уме и взглянула на скромно примолкшего в сторонке ликуартисца.

– Но как же?..

– Я все необходимое для трансформации время буду любоваться природой, – подал голос рыжекудрый маг, улыбаясь краем рта, – на качестве заклинаний это не скажется!

– Не вздумай подсматривать, зоркий ты наш! – Норка, следуя за Тханимаром и заметно нервничая, убедительно погрозила крепким кулачком орлу, который тут же послушно сунул голову под крыло.

Мы тоже отвернулись, чтобы не волновать нашу дебютантку еще больше, и добросовестно созерцали дивный морской пейзаж, пока за спиной не раздался голос придворного волшебника:

– Извольте получить и расписаться!

Ахнули все одновременно. Затем охнули – уже вразнобой, но с одинаковой степенью умиления. Перед нами на ворохе сухих водорослей сидел прекрасный, особо крупный экземпляр степной рыси-каракала, беспокойно крутя головой и прядая ушами, украшенными длинными угольно-черными кисточками.

– Ну и как?! – осторожно поинтересовалась я, подходя ближе.

– Вроде ничего… только странно как-то все… и необычно…

Говорила она с некоторой запинкой, оно и понятно – с измененным строением да без тренировки!.. Я машинально кивнула и, вспомнив собственные впечатления при первом перевоплощении, ободряюще фыркнула:

– Ничего, скоро привыкнешь, еще и понравится!

Подруга смущенно покосила на меня миндалевидным глазом, словно подведенным тонкой черной, а снизу еще и белой полосой. Интересный эффект: радужка сохранила прежний чистый темно-серый цвет, а вот зрачки, от возбуждения то расширявшиеся, то сужавшиеся до точки, лучились ярко-изумрудным сиянием…

Норка медленно встала, потянулась, принюхалась, покрутила головой и… неожиданно для всех в длинном прыжке достала верхушку глыбы, на которой притих, посверкивая очами, наш пернатый друг. Реакция бывшего киллера оказалась по-прежнему на высоте – он, оглушительно хлопнув крыльями, взмыл в воздух целой парой мгновений раньше, чем бритвенно-острые когти большой кошки высекли искры из гранита.

Птица заложила крутой вираж и спикировала на пригнувшуюся для следующего прыжка хищницу. Еще один разворот – нас обдало теплым ветром, переливчато-черные маховые перья скользнули по ее спине и взъерошенному загривку, пригладив густую палевую шерсть, и орел в два мощных взмаха снова набрал недосягаемую высоту. Вячеславна проводила его многообещающим взглядом вприщур, села прямо и принялась ожесточенно умываться, словно старалась отмыть черные отметинки на морде.

– Ладно, – примирительно заметила я. – Будем считать это разминкой и приступим к настоящим действиям, время-то поджимает!

Пришлось разделиться. Задачей Нортиса, Тханимара и мореплавательниц была нейтрализация надха, пока наша группа «В мире животных» будет искать кристаллы и пытаться вывести какой-нибудь из них из строя. Черный орел уже кружил на небольшой высоте по расходящейся спирали, эффектно выделяясь на фоне легких перистых облачков, подернувших полупрозрачной рябью небесную лазурь, а два хищника кошачьей наружности резвой трусцой устремились в самую непроходимую чащу.

Само собой, мы, затевая столь серьезное мероприятие, не собирались надеяться на метод научного тыка и попытались всеми возможными способами сузить область поисков, но – увы и ах! Мое «скрытое зрение» дало возможность лишь исключить абсолютно бесполезные места, а перспективные участки угадывались в основном за счет наличия повышенной плотности защитных полей. Придворный чародей дотошно изучил особенности рельефа и расположения энергетических потоков, но тоже смог только примерно прикинуть, где лучше всего было бы разместить искомые кристаллы. Немного это давало, ведь совсем не факт, что противник в своих умозаключениях об устроении пакостей ближним шел тем же путем!.. Поэтому сейчас вся надежда была на то, что вблизи цели сенсорное поле выдаст более точную картину.

– Тхар сказал – от озера на север… Самое время вспомнить, с какой стороны дерева растет мох… обычно! – пробормотала я, стоя на краю небольшой прогалины и обводя ошеломленным взглядом необъятные стволы, подпирающие небо и заросшие толстенным слоем этих самых мхов сплошь и вкруговую. Мало того, аналогичная поросль покрывала и ветки древних исполинов, кроме разве что самых тонких.

– А толку-то?! Еще лучше я помню, как определиться на местности с помощью купольных крестов православных культовых сооружений, – хмыкнула подруга, осторожно тыкая тут же подобранным корявым суком в ближайшую зеленую пушистую подушку.

Откуда-то из влажных недр шустро выбрался здоровенный паук с туловищем в два моих кулака, украшенным затейливым черно-серо-белым узором по спинной стороне. Он поочередно сложил как для прыжка двенадцать (!) суставчатых конечностей и явно неодобрительно уставился на нас всем набором разнокалиберных черных блестящих глаз, попеременно шевеля впечатляющими хелицерами.

Мы одновременно отступили на шаг, а Норка даже выронила из зубов орудие беспокойства.

– И как нам это поможет? – Я подтолкнула ее плечом.

– В том-то и дело… Придется искать муравейник. – Вячеславна провожала взглядом членистоногое, которое решило, что достаточно уделило внимания невоспитанному нездешнему зверью, и теперь неторопливо удалялось от нас по трухлявому стволу давно упавшего дерева.

– Уже не придется.

Подругу, видимо, удивили странные нотки в моем голосе, и она повернулась, чтобы разобраться с причиной. Задавать вопросы не было нужды, потому что трудно не зацепить взглядом пару десятков муравьев, которые выжидательно замерли на другой стороне поляны. Трудно – даже для обычного зрения, поскольку здешний вариант рыжего муравья в отношении размеров тела составил бы конкуренцию приличному мастифу…[27]

Дыхание мы затаили одновременно, даже моргать как-то расхотелось…

– Как ты говорила – «кто-то мелкий»?! – еле слышно выдавила госпожа Леона.

– Знаешь ли, по сравнению с драконом… Зато с многочисленностью в самую точку!

– Значит, все-таки муравьи… Почему не нападают?!

– Ветер в нашу сторону… пока!

– Кочевники?

– Скорее бульдоги… Посмотри на жвалы – крокодилы отдыхают! – Я тоже едва цедила слова сквозь зубы.

– Тогда, может, они сами нас к муравейнику отнесут?! – Сказанное наверняка было последствием легкого шока от увиденного.

– Да запросто, еще и с ветерком, – не удержавшись, фыркнула я. – Только не факт, что целиком и сразу всю!!!

И тут за спиной зашуршало. Далеко и поэтому чуть слышно… «Поисковая сеть» прилежно вылепила трехмерное изображение еще доброй дюжины совсем недобро настроенных насекомых, которые уж точно шли на запах… Лапы сами понесли меня к дальней стороне прогалины. Толчок в бок моментально вывел подругу из оцепенения, и она ринулась вслед за мной, благо никаких объяснений не требовалось. Нэфи, успевший без лишних напоминаний выйти из образа безобидного украшения, воинственно фыркнул на моем загривке и развернулся к преследователям. Через мгновение сзади гулко ухнуло, еще и еще, затрещало и потянуло гарью. В сенсорном поле немедленно проявилась основательно задымленная картина: огонь, с треском пожирающий сухостой, раскинулся широкой полосой, отгораживая нас от погони… Думаю, нам еще долго после всех этих событий будут обеспечены «приятные» сновидения!..

Не могу сказать, сколько длилась та безумная гонка, хотя до заката мы все же уложились и даже успели вдоволь искупаться. Но когда мчишься очертя голову наперегонки с многоногой смертью сквозь почти непроходимый лес, кажется, что время замерло на месте, и конца не будет этой беготне, и придется испустить дух прямо на ходу, как загнанным хомячкам в особо крупном колесе…

Очередной овраг разверзся прямо по курсу настолько неожиданно, что мы не успели затормозить. И лететь бы нам кубарем, собирая боками пеньки и камни на крутом склоне, прямо в речушку, жизнерадостно журчащую внизу, не окажись на самом краю старого дерева впечатляющих размеров. Мой хранитель снова порадовал быстротой и точностью реакции: лесной полумрак пронзили два узких бело-красных луча, прорезая тонкую дымящуюся полоску в основании замшелого ствола… Подруга поняла меня без слов, и от синхронного прыжка двух увесистых тел древний гигант с гулким треском повалился вперед… Я распласталась по корявой поверхности, не обращая внимания на больно впившиеся в тело сучки… За спиной коротко рыкнула Вячеславна, звучно царапая когтями волокнистую древесину – клочья трухлявой коры с шелестом посыпались вниз… Черт, слишком далеко до той стороны, не загреметь бы под фанфары усами вниз, хвостами кверху! Мало того что слетим с приличной высоты, еще и этим бревнышком сверху приголубит!.. Есть, правда, слабая надежда на то, что наша опора не такая гнилая, как кажется, и сможет побыть поперечной распоркой в этой сырой щели до того, как развалится под нами на куски.

Мысли суматошной ордой проносились в голове по мере того, как спасительная «соломинка» медленно скользила вниз, пропахивая глубокую борозду в сырой глине… пока не уткнулась комлем в каменную глыбу. Дерево жалобно хрустнуло, скрипнуло и затихло, прочно упершись обломанной вершиной в поросшие папоротниками камни на противоположном склоне. Можно было наконец перевести дух, прежде чем начать недолгий, но нелегкий подъем…

Наверх мы выбрались уже из последних сил и рухнули в густую траву. Поднялись, едва отдышавшись, поскольку время поджимало и некогда было даже переждать, пока поджилки перестанут трястись, и вылизать вывалянную в грязи шкуру, встряхнулись – и на том спасибо!

– А как же…

Фадик вместо меня ответил на недовысказанный вопрос, причем гораздо быстрее и доступнее, чем любыми словами. Наш импровизированный мост, немного подымив, ярко вспыхнул после второго попадания огненного шара и лишил преследователей возможности воспользоваться этой же переправой. Правда, ненадолго… Уже на ходу я оглянулась и увидела, как приотставшие было муравьи после недолгой суетливой беготни по краю оврага принялись деловито и сноровисто строить цепочку из собственных тел. От этого завораживающего зрелища сердце сжалось в колючий ледяной ком – при таких габаритах «деталей» будущего моста его сооружение займет гораздо меньше времени, чем хотелось бы!

Оказывается, мы видели еще не все сюрпризы. Сенсоры болезненно включились, выдав три картинки сразу. Слева нам наперерез мчались, бодро щелкая жуткими челюстями, уже знакомые объекты в количестве примерно штук тридцати, впереди кишела целая толпа их собратьев, расчленяя вроде бы оленью тушу, а сверху…

Я успела притормозить, но не удержалась на лапах и кувырком откатилась в сторону… Нэфи успел выплюнуть плотный сгусток огня, который заставил свесившуюся с дерева цепочку муравьев рассыпаться на несколько полыхающих корчащихся звеньев… Норка успела полоснуть когтями по хитиновому панцирю «бульдога», замыкавшего другую цепочку, и оторвать ему одну из радушно распростертых ей навстречу конечностей… и не успела увернуться от остальных, шипастых и цепких…

Никогда раньше не доводилось читать или слышать про подобный способ организации засады у муравьев, хотя, конечно, мирмеколог[28] из меня тот еще. Я, невольно приоткрыв рот, проследила, как впечатляюще, но безрезультатно извивается и брыкается перехваченная поперек туловища подруга, которую тянули куда-то наверх, в густое переплетение зеленых ветвей, затем встряхнулась и бросилась на помощь. Не припомню, положено ли тиграм лазать по деревьям, но запрыгнуть в развилку соседнего гиганта удалось мне с первого раза – полезная вещь адреналин, что ни говори! Отсюда Фадику стало гораздо удобнее целиться, потому что можно было ориентироваться не только на рычание и яростное кошачье шипение…

Когда у подножия дерева с треском горели уже три скрюченных шестиногих трупа, прибыло неожиданное, но совсем не лишнее подкрепление. Из поднебесья со свистом спикировала огромная черная птица и снова взмыла вверх, унося в когтях сразу двух муравьев-переростков. Судя по картинке в сенсорном поле и характерному финальному звуку, их совместный полет продлился недолго, всего лишь до ближайшего скопления каменных глыб…

Последний, особенно мощный огненный «плевок» – и встрепанная жертва коварных похитителей с треском рухнула вниз, но удержалась когтями за толстую нижнюю ветку, затем спрыгнула на землю и несколько раз энергично встряхнулась, ворча и вылизывая глубокие кровоточащие царапины на боках. Я поспешила спуститься к ней.

– Ты в порядке?!

– Я уж думала: все, пойдет моя печеночка им на шашлык, а мозги на закуску!..

– Подавятся! – гневно фыркнула я. – В остальном-то как?!

– Бывало и лучше, но сойдет… Ой, давай-ка делать ноги отсюда!

Дельному совету мы последовали только после того, как нэфи еще одним залпом отрезал нас от приближающихся преследователей, которые на некоторое время застряли по ту сторону памятного оврага, но все же сумели перебраться.

– Нет, надо поскорее грохнуть хоть какой-нибудь из этих чертовых кристаллов, пока мы здесь весь лес не выжгли…

«Для этого надо хоть какой-нибудь из них найти!»

«Что у тебя?»

«Дивные пейзажи, в основном лес…»

«У нас та же исто…»

Додумать не удалось. По сенсорам плеснуло таким жаром, что голову отбросило назад и перехватило дыхание, как от сильного удара, и вместо того, чтобы красиво приземлиться после очередного длинного прыжка, получилось неуклюже плюхнуться животом на камни обширной осыпи, на которую мы успели выбраться из леса… Но закончить вырвавшееся гневное высказывание тоже была не судьба – в нескольких метрах впереди с характерным шумом приземлилась огромная рыже-черно-серая кошка и замерла, выгнув спину и утробно рыча. Жуткое впечатление усиливали ее глаза – огромные, как у всех Парящих Рысей, но не зеленые или желтые, а словно затянутые матовой лиловой пленкой.

– Мамочки!!!

Кажется, мы сказали это дуэтом… Даже меня, уже давно знакомую со славным племенем надхов, неприятно впечатлили размеры этого экземпляра и в еще большей мере – степень его агрессивности, от которой в сенсорном поле из-за полыхающего багровым фона стали неразличимы прочие детали, что же говорить о подруге!..

Следующие несколько минут были наполнены теми впечатлениями, которые лично я обязательно забуду при первой же возможности. Если честно, до сих пор не удалось! Нам даже вдохнуть лишний раз было некогда, приходилось пригибаться, уворачиваться, отскакивать, нападать самим, чтобы отвлечь беснующегося противника от напарницы… Один раз я все-таки словила удар мощной лапищей… правда, вскользь, но мне хватило, чтобы встретить головой ближайший крупный камень (хвала Творцу, что не пожалел прочности для тигриных черепов!) и в состоянии полуотключки наблюдать за противостоянием двух рысей… Все-таки в бою меньший размер – тоже преимущество, если уметь этим воспользоваться!.. Но Вячеславны так надолго не хватит, и адреналин уже не поможет.

«Поберегись!!!» Даже я «услышала»… Успела увидеть стремительное пике черного орла, оценить его воинственный клич… и сознание почти уплыло в неведомые дебри… Впрочем, очень даже ведомые, только некоторое время я имела возможность обозревать место нашего рандеву с надхом в замедленном режиме и как будто с приличной высоты, причем видела не столько живые, активно двигающиеся объекты, сколько совсем другое… Например, что почти все энергетические «реки» пересекаются поблизости над вершиной небольшой возвышенности, странно правильной формы и буйно заросшей густой травой… И что именно вокруг нее кишмя кишат наши старые шестиногие знакомые, перестраиваясь на ходу и направляясь к месту сейчасных событий… А синеватое свечение вокруг чего-то, расположенного на той самой вершине – или над ней?! – просто слепит сенсоры, не давая рассмотреть подробнее детали…

Снова слепящая вспышка – рядом раскрывается портал, увеличивая число действующих лиц на одного рыжеволосого мага. Его появление словно спускает курок, и события начинают происходить с головокружительной скоростью. Огромный саблезубый зверь после нескольких неудачных попыток достать нашего соратника в небе занимает глухую оборону на интересующем нас холме, Светлый Вождь и Норка ни на миг не позволяют ему расслабиться, давая ликуартисцу время, чтобы подобрать ключ к системе защиты. Со стороны леса в сенсорном поле наплывает клубящаяся багровая волна – здравствуйте, морды хитиновые, давненько не виделись! Пытаюсь встать – и снова падаю, не в силах справиться с головокружением… лапы дрожат и разъезжаются… придется смириться с ролью лежачего сканера!..

«Помочь?!»

«Не отвлекайся, наземные враги – наша забота!»

Нэфи в ценных указаниях не нуждается, и полоса пламени останавливает ощетинившуюся челюстями лавину… прицельно выпущенные огненные шары поменьше с убойной точностью находят свои цели, которых чересчур много… В какой-то момент с моими сенсорами что-то происходит, и я вижу «картинку» словно в ином освещении. Четко проступает изображение кристалла: висящий в воздухе на приличной высоте крупный, с хороший арбуз, игольчатый сросток сияющих элементов, заключенный в полупрозрачную сферу, прочную, но хрупкую, и если бы не защитное поле…

Надеюсь, Тарглан успел это считать из моего перегруженного сознания, пока видение не исчезло!.. Судя по всему, времени он зря не терял… как и надх, который, кстати, тоже одарен возможностью заглядывать в чужие мозги! До моих-то ему не добраться – хвала медальону и его создателям! – а вот просканировать содержимое черепа Светлого Вождя удалось на славу, практически сведя на нет все преимущества активного полета перед планирующим и хитрые приемы воздушного боя… Страж явно понял, что мы раскрыли местонахождение охраняемого им объекта, и это словно придало ему сил. Он пытается добраться до меня, но друзья стоят насмерть, а Фадик уже созрел для того, чтобы плюнуть на мои напоминания о том, что именно этого врага убивать нельзя, и улучить удобный момент, когда наконец-то снимут защитное поле… оно и понятно – даже его терпение не безгранично!

И в момент наивысшего накала событий Тханимар все же сумел сделать почти невозможное, особенно если учесть его собственное состояние. Вот он перенаправляет энергопотоки в самое глубокое из расположенных поблизости ущелий… Правильно, раз напрямую не проколдоваться, перекрыть источник энергии на фиг, и дело с концом! Тут же выдается нейтрализующее заклинание, и на несколько мгновений место действия лишается магической защиты… Полученных секунд хватает Призраку, чтобы в полете сбить собственным телом заходящую в боевой разворот Парящую Рысь и вместе с ней рухнуть на чертов защитный колпак, составив ему компанию в стремительном падении с головокружительной высоты на ближайшие скалы…

Глава 7

Почему?.. С чего, с какого перепугу все произошло так, а не иначе?! Не спорю, возможно, во время разбора полетов задним числом должны одолевать совсем другие вопросы, но мне сейчас не давали покоя именно эти. Сегодня память решила проявить себя во всей красе и добросовестно разворачивала поочередно извлеченные из хранилищ картинки недавних событий. Причем подавались они хронологически верно и в интересном, весьма неожиданном ракурсе, как если бы кто-то вел съемку с очень высокой точки, умудряясь держать в поле зрения всех действующих лиц. Интересно, кто и с какой, ведь подходящих возвышений поблизости просто не было, а обзор с тех, которые имелись, изрядно перекрывался бы разнообразной и буйной растительностью. О том, что некоторые события происходили на противоположных концах острова одновременно, и упоминать не стоит…

Знать бы, кому сказать спасибо за впечатляющую панораму, что развернулась в моем поле «скрытого зрения»! И утолить бы настойчиво гложущее любопытство… например, по поводу направления наших перемещений. Слишком явно причина кроется не только в моей интуиции… Ведь мы бежали в ту сторону просто потому, что в никакую другую прорваться сквозь ряды шестиногих тварей было бы нереально, если только не ищешь нестандартный способ самоубиться… По всему выходило, что наземные стражи сами гнали нас в нужном направлении! С чего бы вдруг?! Это дело рук небожителей или как?!

«А теперь не все ли равно? Главное – результат!..»

Глаза категорически не желали открываться, ныла каждая клеточка, так что даже думать было больно… А шевелиться и вовсе пока страшновато, чтобы не лишиться черепа, который явно был готов разойтись по швам при первой же возможности…

– Вот и не шевелись! – Появление главной «паучихи» прервало мои поползновения в самом начале. – Нет необходимости. Я на минутку, так что насчет реверансов и хлеба-соли можно не беспокоиться!

– Как скажешь. – Я все-таки рискнула приоткрыть глаза и невольно поморщилась от особо мощного всплеска пульсирующей боли в глубине черепа. – Чем тогда могу порадовать?

– Уже. Дали вы, ребята, жару! – В голосе Ретекки сквозил неприкрытый восторг. – Такое не в каждом дурманном кошмаре привидится!

– Это чем же тебе так не понравились наши мор… то есть обличья?! – В горле жгло и першило, но как оставить сказанное без ответа?

– С ними как раз все замечательно! – Собеседница заразительно рассмеялась. – Такие милашки! Все отдашь ради посмотреть, а уж вместе в подобной заварухе поучаствовать!..

– Потери есть?

– С нашей стороны – нет. Все живы, правда, к подвигам готовы будут не так скоро, как хотелось бы…

– Начиная с меня, – кивнула я, вяло и безуспешно пытаясь встать на лапы. – Теперь еще как-нибудь обратно перекинуться бы!..

– Главное, не перепутай, а то придется в чужой личине куковать.

– Это вряд ли, – фыркнула я, припомнив недавний эпизод с обменом телами. – С ипостасями не тот случай, выбора почти нет – одна из двух…

– Что ж, не буду мешать.

Через какое-то время я снова кое-как разлепила отекшие веки, с трудом подняла гудящую голову и огляделась. В небольшом шатре, на сооружение которого пошли старые паруса, обнаружилась только Норка, спавшая крепким сном. «Поисковая сеть» прилежно выдала изображение соседней «палаты», где отлеживались наши соратники, трудно узнаваемые из-за обилия перевязочного материала. Первым порывом было сорваться с места и лично удостовериться в том, что в таком их состоянии не нарушена хотя бы предписанная природой комплектность организмов.

«Не стоит! Все нормально…»

«Не пудри мне сенсоры! С каких пор это считается нормой?!»

«Если уж я в состоянии тебе сопротивляться… хотя бы в мыслях…»

«Утешил, нечего сказать! Если на то пошло, вы мне нужны боеспособными на более реальном уровне! Убойных мыслей у самой найдется…»

«К чему эти попытки выставить себя большей эгоисткой, чем есть на самом деле?!»

«К продолжению разговора – так легче сканировать на расстоянии!»

«Хитрюга!»

«Буду считать это комплиментом…»

«Поберегла бы лучше силы для более важного случая! Впрочем… сейчас наверняка последует возражение, что наше состояние для тебя важней всего… по меньшей мере сейчас!»

«Сам же все знаешь!.. Просто хочешь лишний раз это услышать от меня?»

Мысль осталась без ответа, но было достаточно того, что к цветовой гамме сенсорного поля добавились новые оттенки – собеседника явно развеселила моя проницательность. Этот безмолвный диалог в самом деле меня успокоил. Судя по «увиденному», соратникам основательно досталось, придется-таки отлежаться недельку-другую, пока не затянутся раны и переломы, но если вспомнить, с кем довелось помериться силенками!.. Воистину – отделались малой кровью!

На это время наша компания переселилась на остров. Большой мыс предоставил в распоряжение гостей скалы с множеством разновеликих пещер и обширный пляж с дивным видом на уютную бухту и укрытый в ней корабль. В двух шагах от гранитных нагромождений начинался густой лес, который скрывал, кроме прочего, множество полезных для нас растений и речушку с кристально чистой водой и обилием рыбы.

Обустроились мы быстро и с максимальными удобствами. Придирчиво изучили облюбованные пещеры, выгнали (с извинениями!) обосновавшуюся там живность, перенесли раненых и немудрящие пожитки. Дракона и надха было решено для их же пользы подержать пока в состоянии глубокого сна, поэтому временное жилье для них выбирали особенно тщательно – сухое, с хорошей вентиляцией и поближе к энергетическим каналам. Доставка этого особо важного и нечеловечески тяжелого груза на берег окончательно подорвала силы нашего штатного мага, и ему пришлось на пару дней составить компанию бывшим стражам, а соратницы по мере сил помогали восстановиться.

Кроме хлопот лечебных мы были заняты поисками портала, которые, как ни странно, потребовали немалого времени. Вроде бы чего проще – определить на местности участок, обозначенный на карте как область пересечения защитных полей кристаллов, и как следует прочесать, но получился форменный «фигвам». Во-первых, интересующая нас территория оказалась не такой уж и маленькой, во-вторых, пересеченной до полного безобразия, так что обследовать ее приходилось чуть ли не ползком, а в-третьих… Меня все время не покидало нерадостное ощущение, что мы топчемся где-то совсем рядом, возможно, даже несколько раз проскочили мимо цели… Был бы хоть какой-нибудь завалящий знак!..

Неудачи не заставили нас разувериться в давно усвоенном правиле: систематичность и методичность – залог успешности любых изысканий! Поэтому все, кто мог хоть немного передвигаться без посторонней помощи, разделились на группы и регулярно уходили на поиски, оставляя только дежурного при раненых. Один из них поправлялся быстрее остальных, особенно после того, как был возвращен в сознательное состояние. Видимо, помогло то, что и сам он относился к числу сведущих в магии.

С Норкиной подачи мы сразу стали между собой называть нашего не совсем обычного пациента Ихтиандром. В самом деле, аналогия сама собой напрашивалась… Только в отличие от известного беляевского персонажа наш от рождения имел расовые особенности в виде двух дыхательных систем. Не скажу точно, какая из них была основной и первичной, да это и не важно, главное, что действовали обе как надо. Жабры, помогавшие дышать во время долгих погружений, нисколько не мешали подводному жителю комфортно чувствовать себя на суше – специальные мышцы надежно перекрывали кожными складками входные щели, да и длинные волосы служили защитой. Правда, солнца он все же не любил, поэтому, выходя из воды надолго, драпировался в самую большую простыню, которая только нашлась в наших общих запасах. В целом фигура получалась более чем колоритная…

В тот памятный погожий вечерок нам после трудов праведных не сиделось в пещере. Было решено прогуляться перед сном, вволю надышаться свежим океанским воздухом и налюбоваться дивным пейзажем, особенно красивым в определенном месте дикого пляжа во время заката. Когда еще доведется побездельничать целых несколько часов, да еще и в таких почти райских условиях!

Я неторопливо шагала по узкой тропинке через лес и размышляла вслух о предстоящей переброске в другой мир и возможном развитии событий. В очередной раз повернувшись к Вячеславне, чтобы по ее реакции отследить степень фантастичности предположений, не заметила откуда-то взявшееся на пути дерево и едва успела свернуть в соседний колючий куст. Пришлось осторожно выпутываться по частям из плотного сплетения гибких цепких побегов, но примерно в середине процесса меня отвлек всплеск чьих-то эмоций, заставивший включиться мои сенсоры. Совсем рядом на берегу, открывающемся сразу за стеной каверзной растительности, встретились двое неравнодушных друг к другу людей…

Если кто что плохого подумал – ничего подобного! Просто я пожелала убедиться, что не ошиблась, к тому же как законный представитель гильдии знахарей должна была быть в курсе состояния своего подопечного! Для этого достаточно и пары минут… и даже меньше… как только закончу прокладывать новую тропу через чертовы колючки!

Удалось и это, на удивление быстро, без ущерба для здоровья и почти бесшумно. Впрочем, тем двоим на берегу вряд ли помешало бы даже стадо мастодонтов, разве что если ноги отдавили бы…

Прижав палец к губам, я потянула подругу обратно в заросли.

– Нас принесло чуть-чуть не вовремя! – пришлось пояснить мне. – Хотя… не думаю, что это его сильно смутило бы!

Норка проследила мой взгляд и тоже засмотрелась. Было на что… Взять хотя бы нашего бравого боцмана, которая вроде бы выглядела как всегда, но с особым тщанием причесанные волосы, но несколько новых аксессуаров, органично добавленных к обычно предельно простому костюму!.. А чего стоит неожиданное, но так радующее глаз дополнение солнечных тонов к обычной картине ее живого свечения! И вполне гармонирующие с ним переливы в цветовой гамме чувств ее собеседника…

До сих пор мне как-то не доводилось врачевать представителей этой водной расы, поэтому не могу сказать, что сыграло решающую роль – мое знахарское мастерство, насыщенность здешних мест энергией, лечебная ликуартисская магия или повышенная способность к восстановлению самого пациента. Скорее всего, все сразу, поэтому прошедших с момента схватки дней вполне хватило для того, что затянулись почти все раны, кроме самых глубоких, а это главное! Оставшиеся повязки подводный охотник снимать не спешил, и явно не оттого, что страдал мнительностью или беспокоила боль…

Вот и сейчас – он с видимым удовольствием подождал, пока Лоитта поправит на нем сбившийся бинт, потом перехватил ее руку, приложил раскрытой ладонью к своему лбу, затем к широкой груди, в том месте, где над сердцем были нанесены руны-обереги, наконец припал к ней губами… Еще некоторое время длился взгляд глаза в глаза, не мигая, потом – несколько слов, сказанных тихо, только для единственных в мире ушей… и я, решительно развернувшись в обратную сторону, потянула подругу за собой.

– Пойдем-ка погуляем в другом месте! По ту сторону мыса свежий океанский воздух ничуть не хуже!

– Надо же! – На лице Вячеславны светилась умиленная улыбка. – До чего романтично!..

– Идеальная пара! – не стала спорить я. – И для бизнеса опять же польза. И нам какая-никакая подмога будет, если что…

– Практичная ты наша! Я ведь о другом – не так уж часто наблюдается подобная любовь с первого взгляда! Прекрасная морячка сразила отважного мага-охотника наповал, и никакие оборонительные татушки на сердечной чакре не спасли…

– Так ведь защита, насколько знаю, ставилась вовсе не от чар противоположного пола! Эти руны скорее знак того, что их носитель при любом раскладе останется верен своим привязанностям и убеждениям, потому что закрыт от стороннего воздействия… а уж высшими силами или собственной волей – это детали совсем не первой значимости!..

Беседуя, мы продолжали двигаться вперед и, отвечая на очередной подругин вопрос, я пропустила мимо внимания тревожный сигнал сенсоров и не успела вовремя остановиться. Напрягаться было в общем-то не с чего, ведь по этой тропинке хожено-перехожено многажды!.. Но именно сейчас вместо того, чтобы плавно увести нас в сторону лагеря, притоптанная и влажная лесная почва в буквальном смысле ушла у меня из-под ног…

Хорошо хоть реакция не подвела, и я повисла на руках, ухватившись за один из толстых шершавых корней, в изобилии торчащих тут и там. Отчаянные попытки упереться ногами в стенку свежеполученного обрыва только вызвали парочку новых обвалов сырой земли. Я невольно взглянула вниз – и крепче сжала дрожащие пальцы. Метрах в пяти от подошв моих сапог медленно колыхались слоистые пласты густого, непроницаемого даже для сенсоров тумана… Падать в эту непроглядную муть почему-то совсем не хотелось!

Откуда-то сверху донесся голос подруги, но слов разобрать не удалось.

– Не подходи!!! – завопила я, тщетно пытаясь разглядеть что-нибудь в потоке бьющего в глаза света и морщась от неприятных ощущений в неловко изогнутой шее. – Лучше позови кого-нибудь…

«Уже в пути!»

«Не смей!!! И так с твоими ребрами еще возиться и возиться! Без тебя народу мало?!»

«Так вас же без присмотра ни на минуту оставить нельзя!..»

Боюсь, в ответ он услышал не совсем то, что мог бы ожидать. Но, к сожалению, далеко не всем далеко не всегда удается сдержать слова и мысли в «адреналиновых» ситуациях… Лично мне до сих пор – однозначно! Как сейчас, например, когда я вдруг лишилась единственной точки опоры и, успев только сгруппироваться и отбросить в сторону не вовремя отломившийся фрагмент обманувшего надежды корня, полетела прямиком в затянутую плотной дымкой неизвестность…

Очередное возвращение из темных дебрей небытия нельзя было назвать приятным даже из вежливости. Все тело ныло, мышцы попеременно сводило в коротких, но на редкость болезненных судорогах, в такт которым болезненно сокращался желудок, под веками немилосердно жгло, а уж про то, что творилось в голове, лучше промолчу!.. Похоже, на сей раз в реальность меня выбрасывало щедрым пинком! И хорошо, если одним…

Я, не открывая глаз, наскоро просканировала свой многострадальный организм. Вроде бы обошлось без потерь, например, частей тела, и без появления излишеств, например, в виде воткнувшегося куда-нибудь совершенно ненужного сука или увеличения количества костей за счет раскалывания на части уже имеющихся… Когда попробовала вдохнуть поглубже, ребра явственно затрещали, зато стало ясно, что боль в боку была другого происхождения. И не только в боку… На чем же я так неудобно лежу?!

Рука с трудом, но разогнулась и нащупала острые края множества каменных осколков. Интересное кино, ведь на момент падения мы находились в лесистой низине, падала я с глинистого обрыва тоже вниз… вроде бы… если только не прокатилась кубарем до самого берега. И веки-то не откроешь, пока не успокоится эта жгучая резь, от которой слезы бегут ручьем!..

Но тут моей кожи что-то коснулось. Вернее, кто-то… Еще и еще раз, перебирая по запястью прохладными пальчиками… От немедленного вскакивания с диким криком удержало только то, что нэфи, давно уже занявший выжидательную позицию на моем плече, вел себя спокойно, только фыркнул… приветливо, словно здоровался! Да и сенсоры молчали, не подавая сигнала опасности.

Я рискнула приоткрыть один глаз и, часто смаргивая набегающие слезы, воззрилась на странное существо, которое настороженно принюхивалось, активно шевеля коричневой пуговкой носа и заинтересованно таращась на меня огромными дымчато-прозрачными гляделками. В следующий момент я рывком села, напугав его до истошного взвизга и заставив юркнуть за ближайшую гранитную глыбу. Несколько похожих пушистиков, до сих пор державшихся поодаль, тоже мигом исчезли, словно впитались, как вода, в щели между камней. Да нет же, ничего странного! Просто у здешней версии шушек уши короче и острее, да и сами они мельче тех, с которыми мне повезло познакомиться и подружиться в самые первые дни пребывания в этом необычном мире.

Для тех, кто не знает и к тому же забыл: шушки – разумные обитатели пещер и подземелий. Собственное название расы почти непроизносимо для человека, поэтому все по обоюдному согласию зовут их просто шушками. Внешне они представляют собой очень симпатичный и очаровательный компромисс между человеком и мышиным лемуром: огромные доверчивые глаза, словно сделанные из дымчатого, зеленоватого или золотистого хрусталя, с черным щелевидным зрачком, аккуратный вздернутый носик, подвижные крупные закругленные ушки. Крепко сбитое гибкое тельце, росточком нам примерно до бедра, одето мехом – густым, пушистым, в рыжевато-серой или черно-коричневой гамме. Изящные пятипалые ручки были бы точной копией человеческих, если бы не длинные и острые втяжные коготки, по виду напоминающие птичьи.

Я бережно помассировала все еще сильно саднящие глаза, утерла мокрое лицо рукавом, предварительно стряхнув с него глиняную пыль и мелкий сор, и наконец огляделась. И не поверила бы тому, что увидела, не выдай мое «скрытое зрение» ту же картину, правда, в ином исполнении…

– Что за чертовщина?!

Мое величество, слегка покачиваясь, восседало посреди россыпи крупного щебня, скопившегося у основания гранитной стены, уходящей в небесную высь. Слева в стене темнел пролом, тут и там по всей небольшой площадке громоздились камни погабаритнее, в нескольких метрах прямо по курсу – обрыв, на краю которого чудом удерживалась чахлая, неимоверно искривленная сосенка. Выше – только ветер и облака…

Я, пока не рискуя принимать вертикальное положение, осторожно добралась на четвереньках до края обрыва и чертыхнулась еще раз. И еще несколько… Судите сами: неуютный пятачок ровной поверхности, на который меня занесло неизвестно каким образом, находился почти на вершине высоченной горы!

Неизвестно, сколько еще я стояла бы там в той же позе, обводя вконец ошалелым взглядом раскинувшуюся передо мной панораму – очень живописную, кстати! – если бы позади не раздался шорох. Пришлось в ускоренном порядке опомниться и тем же манером вернуться на уже обжитое место. «Поисковая сеть» мигом выдала изображение примерно трех десятков небольших существ, настороженно наблюдающих за мной из глубин обнаруженной ранее пещеры. Я подобралась ближе, села у самого входа и медленно проговорила несколько слов на стрекочуще-посвистывающем языке, закашлявшись под конец от усердия – все-таки артикуляция этого своеобразного народа слишком уж сложна для нас!

Затем я медленно сняла и протянула вперед на раскрытой ладони заинтересовавший их браслет, подаренный мне в ту же памятную зиму главой тамошнего шушечьего клана, когда она благословляла нашу компанию на ратный подвиг во имя восстановления справедливости и равновесия в этом уголке мироздания. Затейливое переплетение кожаных ремешков с нанизанными в определенном порядке самоцветными бусинами служило своеобразным паролем как раз на случай такой вот встречи… Самое время вспомнить Гису добрым словом, и не раз!

Дальше пошло как по маслу. Разобрать, что говорят мне новые знакомые, было непросто в силу особенностей местного диалекта, говорить – еще сложнее, ведь практиковаться в этом неудобоваримом языке давненько не приходилось, но к пониманию мы все же пришли. Меня завели внутрь и подвели к дальней стене, у которой лежал мой перстень – тот самый, с камнем неправильной формы, переданный мне призраком Таэрш-э-рарта пять лет назад. Артефакт, который вроде бы должен когда-нибудь вмешаться в течение событий, чтобы сыграть сногсшибательно важную роль…

Как же угораздило этот судьбоносный предмет оказаться здесь?! Из рассказа шушек следовало, что он слетел с моей руки, когда я жестко приземлилась на каменную осыпь из внезапно распахнувшегося портала, и целенаправленно закатился именно сюда. Я, прилаживая перстень и браслет на прежние места, недоверчиво прищурилась в сторону своей «посадочной площадки» – ерунда какая-то! Уклон явно в сторону обрыва, так что по всем законам физики самостоятельное путешествие необычного колечка должно было закончиться падением вниз и окончательной пропажей, а вовсе не движением вверх и преодолением расстояния, на которое никакой инерции не хватило бы! Но шушки, мотая головами в ответ на мои размышления вслух, упрямо стояли на своем. Пришлось поверить, что так оно и было, ведь и доказательство налицо.

На очереди был следующий вопрос: что такого в этой стене и для чего меня понадобилось доставлять к ней таким вот нетрадиционным способом? Но тут включились мои сенсоры, заставив примерзнуть к месту и прервать мысль на середине. Сквозь неровности горной породы явственно проступили очертания двери – непривычно широкой, почти квадратной, со срезанными углами…

Я, все еще не веря зрению, подошла ближе, провела рукой по холодному камню. Нет, это не глюк, вот она, так и полыхает четким контуром, обжигая ладонь!

– А наши-то и не знают…

И что интересно – вернее, странно! – полная тишина в мысленном «эфире»… Неужели меня до сих пор никто не хватился? Не может быть, ведь Норка была свидетелем того, как эффектно я загремела в местные тартарары! Судя по солнцу, с тех пор прошло не меньше двух часов, и за все это время Призрак ни разу не вышел на связь?! После того как прямо с больничной лежанки рвался меня спасать, несмотря на сломаные ребра?! Не ве-рю!!!

Я попыталась «докричаться» до него сама и где-то на пятнадцатой попытке выдохлась и окончательно уверилась в бесполезности своих усилий. Что же здесь творится, черт побери?! Почему, падая вниз, я попала высоко в горы, а имея лагерь в пределах видимости, хоть и очень далеко, не могу дозваться телепата, который до сих пор умудрялся «услышать» меня еще до того, как я начинала думать в его сторону?!

От этих непосильных вопросов голова снова заболела и закружилась, вынудив меня сползти спиной по гранитной стене и уткнуться в собственные коленки закрытым руками лицом. Шушки, до сих пор державшиеся плотной группкой в сторонке, обеспокоенно зачирикали-зашуршали, забегали, затем подошли ближе. Я кое-как подняла голову, в которой неприятно перекатывались горячие свинцовые шары. Мне протягивали небольшую глиняную посудину, которая в сенсорном поле светилась необычным оттенком синего. Насколько можно было понять из бурного монолога мохнатого лидера, мне предлагали выпить особый отвар, который готовился по древнему рецепту строго в определенные дни специально для экстренных случаев и хранился у старейшин под защитой мощных заклятий. Меня глубоко тронула такая забота, к тому же не было причин им не доверять, поэтому я не стала спорить, с поклоном приняла орнаментированную чашечку и осушила ее одним глотком.

Узнать секрет выпитого зелья не довелось ни тогда, ни после, о чем жалею до сих пор. Впечатление было такое, что взорвался приличных размеров заряд, напрочь выбив боль и другие неприятные ощущения, бесчинствовавшие все это время внутри черепа. Голова стала ясной и легкой, словно пустой, так что каждая мысль отдавалась громким эхом. Самих мыслей тоже стало гораздо меньше, все на сейчасный момент второстепенные куда-то делись и перестали отвлекать беспорядочной толкотней. Я даже видеть стала намного четче и дальше, чем две минуты назад!

К сожалению, волшебный эффект продлился недолго, но этого времени мне хватило с лихвой! Например, на то, чтобы разобраться в недавних событиях, которые теперь будто прокручивались перед глазами в режиме ускоренного просмотра. Схватки со стражами промелькнули подобно мультипликационным элементам на объемной карте, а лечебные мероприятия выглядели невнятной суетой. Старательные поиски желаемой «двери» в нужное измерение смотрелись довольно забавно… если бы не было так грустно! Наши попытки изначально были обречены на провал, потому что эта гора вместе со всеми обитателями (а теперь и со мной!) находилась в так называемом «кармане» – особой складке пространства, совершенно незаметной снаружи. Там, где от телепатической связи проку ноль и даже меньше…

Попасть в такие потаенные места можно только с помощью порталов. Именно один из них и оказался причиной моего странного перемещения, открывшись буквально у меня под ногами. Почему до сих пор не происходило ничего подобного, ведь по той тропке ходили многие и не раз, – кто знает… Видимо, пришло время, или просто я в силу очередного наития сделала нужный шаг в нужную сторону… Или, что еще вероятнее, высшие силы, вконец утомленные нашей бестолковостью, недвусмысленно ткнули главного горе-искателя носом прямо в искомый объект… впрочем, не важно!.. Главное, что меня в итоге выбросило куда надо – вот она, дверь! Теперь бы узнать, как она открывается… Правда, прежде чем открыть, надо бы хоть как-нибудь ее отрыть.

Светящийся контур назойливо лез в сенсорное поле, словно дразнясь. Приступ ярости нахлынул на меня обжигающе-ледяной волной, и я, вскочив на ноги, не придумала ничего лучше, чем попросту плюнуть на гранит, успешно скрывавший до сей поры эту трехметровую конструкцию, сопроводив неприглядное в общем и целом действо неблагозвучной тирадой в сочетании с абсолютно неприличными жестами…

Каменную громаду под ногами всколыхнуло так, что я с размаху приземлилась на прежнее место и зашипела от боли. Конечно, копчик – это всего лишь кости, но и они не чужие!.. Правда, пришлось тут же о нем забыть, потому что прямо на меня начали с грохотом осыпаться разнокалиберные куски горной породы, заставив шустро вскочить и отбежать как можно дальше вслед за шушками. С безопасного расстояния, под прикрытием уступа можно было наблюдать с помощью «скрытого зрения», как появляются на свет потемневшие от времени толстые доски, покрытые полустертой, но все еще хорошо различимой изящной резьбой. В центре красовался барельеф, изображавший две пентаграммы – прямую и перевернутую, что окончательно развеяло все возможные сомнения в отношении результатов наших поисков.

Камнепад прекратился, все стихло, только пыль еще клубилась, раздуваемая откуда-то взявшимся ветерком. Протирая на ходу глаза, я пробралась в пещеру через нагромождение свежих гранитных обломков. Шушки почтительно притихли позади, не мешая мне вдумчиво обследовать получившееся дополнение к пещерному интерьеру. Н-да, похоже, мало нам было поисковых мероприятий, предстоит еще найти, как и чем открывается этот образчик древнего творчества!..

Дотошно прощупав, простучав и поковыряв доступными подручными средствами все, до чего смогла дотянуться хотя бы в прыжке, я пришла к неутешительному выводу: никак! И нечем!.. По крайней мере из моего арсенала… В сенсорном поле чертова дверюка была окутана ровным синеватым свечением, значит, без магии не обойтись, а я не имею возможности связаться с единственным доступным здесь умельцем в этой области…

От огорчения и досады снова разболелась голова. Я уже почти готова была зубами грызть потемневшее от времени дерево, но сдержалась. Отошла и принялась мерить пещерное пространство шагами в надежде успокоиться, при этом старательно отворачивалась от неприступного пока объекта, чтобы не расстраиваться еще больше. Так и думалось лучше, но придумываться не спешило… да еще этот перстень, будь он совсем неладен, с чего-то начал давить на фалангу!

Я в сердцах скрутила его с уже слегка опухшего пальца и не глядя запустила через плечо. Раздался глухой стук, и сразу же возбужденно загомонили шушки. Обернуться действительно стоило! Хотя бы для того, чтобы не поверить своим глазам. Впавший в немилость артефакт, угодив прямиком в центр сдвоенной пентаграммы, украшавшей причину моей головной боли, как-то смог там удержаться и явно не собирался падать, а свечение в этом месте сменилось на ярко-золотистое.

Медленно, как во сне, я подошла вплотную в двери. Неправильный формы камень, служивший сомнительным украшением старинному ювелирному изделию, точно вписался выпуклостями и гранями в углубление посреди вырезанного узора, которого пять минут назад совершенно точно здесь не было! Я, повинуясь наитию, взялась за выступающую часть кольца, безуспешно попробовала выдернуть, а затем просто повернула его куда получилось. Как ключ. Семь раз, до упора…

Вместо скрипа или скрежета послышался громкий шелестящий звук, словно из гигантского дырявого мешка сыпался крупный песок. Скала под ногами сначала мелко завибрировала, потом тяжело содрогнулась раз и другой с гулким грохотом… Я отскочила в сторону – так, на всякий случай, кто знает, в какую сторону она открывается, вдруг падает сверху вниз, как подвесной мост через крепостной ров?! Но восьмиугольная конструкция, оказавшаяся на поверку толстой гранитной плитой, неожиданно плавно провернулась вокруг невидимой вертикальной оси по центру на девяносто градусов и остановилась, разгородив открывшийся проем на две части.

Сначала ничего не удавалось разглядеть из-за бьющих в глаза потоков света, почему-то разного: справа – яркого золотистого, слева – тусклого и темного, почти бурого. Чуть позже я смогла различить множество мерцающих овальных пятен, быстро сменяющих одно другое подобно прорезям в стробоскопе. Понадобилось еще некоторое время и помощь взволнованно стрекочущих шушек, чтобы суметь понять, что они собой представляют и чем отличаются. По всему выходило, что вожделенная дверь закрывала вход не в один портал, как мы думали, а в своеобразный центр переброски. Пойдешь направо – попадешь в «светлые» миры, а налево – прямая дорога в «темные» измерения. Оставалось только внимательнее приглядеться к проступающим на светящемся фоне картинкам и решить, какие именно из них тебе интересны.

Ноги сами понесли меня к правой стороне проема, где как раз приостановился двухметровый овальный блик с роскошным видом на наш уютный лагерь на берегу бухты. Я едва успела крикнуть своим помощникам: «Спасибо!» – и уже на ходу выдернула перстень-ключ из его скважины, как меня втянуло в эту дыру в пространстве будто щепку, подхваченную мощным весенним потоком…

Стоит ли описывать, какой фурор произвело мое появление у входа в наше здешнее временное жилище! Правда, понадобилось некоторое время, чтобы собрать соратников, которые прочесывали побережье и лес в поисках меня, любимой. И еще добрых полтора часа, чтобы заново перевязать спасателей, которых никакие раны не смогли удержать в постели по такому случаю…

Мы засиделись у костра допоздна. Сначала слушали отчет о моих похождениях, комментируя на все лады, затем уточняли детали теперь уже близкой вылазки в тыл врага. Из-за недостатка информации четкого плана у нас не было, но благодаря видениям и стараниям телепата и мага мы хотя бы представляли, куда собираемся попасть. Это радовало, поскольку снижало риск войти не в ту «дверь» и заблудиться между мирами.

Ретекка должна была отправиться с нами, поэтому заранее уладила дела со своей командой и принимала самое горячее участие в обсуждении, подкинув немало полезных советов. Мы сообща решили обождать еще пару дней, пока наши пострадавшие окончательно встанут на ноги, потом активируем проложенный с моей помощью портал, чтобы попасть в потаенную пещеру на горе… и будь что будет!

Часть третья

Ухищрения и возвращение

Глава 1

Сенсоры, включенные на полную мощность, выдали впечатляющую картину: край огромного материка, от которого далеко в просторы океана выдается полуостров размером чуть больше нашей Камчатки, только почти правильной пятиугольной формы. Он соединен с основной сушей тонким перешейком с единственной, широкой и ухоженной дорогой, перегороженной внушительной пограничной крепостью. Большая часть интересующей нас территории представляет собой холмистые равнины с ярко-голубыми кляксами озер и блестящими ленточками рек, но три внешние «грани» природного многоугольника украшены более сложными формами рельефа. Видимо, этот кусок тектонической плиты при попытке спешно удалиться от основной части встретил серьезное сопротивление, поэтому пласты земной коры так вздыблены, перековерканы и беспорядочно смяты…

Сейчас мы любовались открывшейся перед нами суровой красотой, стоя под низкой каменной аркой, служившей входом в нашу пещеру, которая образовалась довольно давно в стене гигантского ущелья. Когда-то здесь бушевала река, но успела исчезнуть и оставить явные следы своего длительного существования. Сразу же за порогом начинался обрыв такой высоты, что захватывало дух и коленки подгибались без предупреждения сами собой. Вокруг угрюмо громоздились безжизненные скалы, лишь кое-где, большей частью у основания, украшенные широкими куртинами бледной невысокой травы да растущими вразброс редкими мелколистыми кустами. Мои сканеры ненавязчиво сообщили о наличии выхода на океанское побережье с другой стороны хребта.

– Веселенькое место! – резюмировала Норка, окидывая окрестности оценивающим взглядом вприщур.

– Главное, что нам сюда и надо! – Я с немалым облегчением отметила наличие того характерного ощущения, которое присутствовало во время сеансов анализа подсмотренных картин искомого измерения.

– Радует, – кивнул Светлый Вождь. – А как насчет выполнения условий договора?

Наши взгляды скрестились на рыжекудром ликуартисце. Он тряхнул шевелюрой:

– Это место переполнено магической энергией, поэтому ее должно хватить, чтобы пробиться в нужный мир!

Я одним быстрым движением сняла с пальца перстень-артефакт. Камень-ключ в очередной раз идеально вписался гранями в нужное углубление, помедлил, словно раздумывая, и плавно погрузился в темный гранит без какой-либо помощи с моей стороны. Запирающая плита замерцала, издала приглушенный скрежет и медленно провернулась вдоль вертикальной оси, снова заставив тяжело содрогнуться скалистую твердь и предоставив доступ в «распределитель». Только теперь неведомые силы словно знали, что перемещение требуется не нам – никто из моей команды не почувствовал на себе притягательной мощи проходов, распахнувшихся в матово-темном пространстве. А вот наша попутчица ощутила это в полной мере, насколько можно было судить по состоянию ее, как правило, невыразительного лица. Чего стоили хотя бы горящие глаза, напряженно высматривающие среди множества «дверей» нужную!..

– Туда!!! – Голос тоже звучал необычно – хрипло, тихо и сдавленно. Остановившийся взгляд был прикован к одному из мерцающих овалов, и я невольно взглянула в ту же сторону…

Не спрашивайте, что удалось там увидеть за эти несколько мгновений, – объяснить не смогу. Просто потому, что до сих пор не сумела разобраться в деталях обрушившейся на меня информации… Просто потому, что нет в человеческом языке – да и в других, известных мне, тоже – слов, с помощью которых можно было бы вразумительно изложить впечатления… Просто потому, что тот мир по самой своей сути оказался настолько чуждым для человека, что теперь оставалось лишь удивляться, как его порождение умудрилось просуществовать в нашем измерении так долго, причем не только выжить и сохранить индивидуальность, но еще и в определенной степени преуспеть!..

Из кратковременного ступора меня вывел негромкий оклик – Тханимар деликатно привлек мое внимание к происходящему по эту сторону портала.

– Пора прощаться!

Действительно, самое время! Теперь вместо невысокой блондинки-морехода рядом быстро, но беззвучно вращался, рассыпая мелкие искры, пятиметровый столб ослепительно-белого пламени, от которого почему-то веяло лютым холодом. Дружеские объятия по понятным причинам отпадали, в проникновенных речах не осталось необходимости – все, что можно, было сказано у порога нашего мира, поэтому пришлось сосредоточиться на мыслях:

«Поторопись! Благодарим за помощь и… удачи тебе!»

«И вам удачи! Я никогда не забуду эту часть своей жизни! Спасибо за все, и храни вас Творец!»

Раздался резкий короткий свистящий звук, столб качнулся верхушкой книзу, словно кланяясь, и втянулся в самый центр успевшего увеличиться проема. Вся «картинка» тут же свернулась, пространство пошло кругами, а по ущелью пронеслось нечто вроде волны от мощного взрыва…

Мы попадали кто куда и еще некоторое время старались отдышаться, протирали от пыли глаза и встряхивали головами, невольно пытаясь унять невнятный гул и странную вибрацию, от которой начисто забастовал вестибулярный аппарат. Но эти несколько неприятных минут не смогли испортить общее настроение – нам удалось-таки выполнить обещание и сделать хоть что-то из намеченного! Я решила считать этот маленький эпизод первым добрым знаком, остальные с энтузиазмом поддержали ценную мысль.

Пора было приниматься и за решение своих проблем. Причем срочно – сенсоры болезненно запульсировали, сигнализируя о возникшей опасности. Тханимар тоже забеспокоился, сначала махнул рукой в сторону центральной долины, затем по направлению к пещере, из которой мы только что вышли. Призрак же озвучил главное:

– Быстро в укрытие!!!

Нас тут же сдуло внутрь. Мы замерли, сбившись в тесную кучку, чтобы укрыться в защитном поле медальона. Я напряженно следила за тем, как приближаются непонятные пока объекты, различимые только с помощью «скрытого зрения». Они летели быстро, то рассыпаясь и кружа над складками местности по одному, то снова собираясь в плотную округлую стайку, то резко снижаясь и зависая над особенно подозрительными участками, то взмывая вверх, видимо, для улучшения обзора. По мере их приближения становился заметнее переливчато-синий ореол вокруг размытых контуров и нарастало неприятное тянущее ощущение внутри грудной клетки, словно кто-то пытался вытащить легкие со стороны поясницы.

Они зависли над входом в наше убежище, словно принюхиваясь, потом цепочкой один за другим потянулись в темноту. Ощущение опасности хлестнуло по сенсорам так, что в глазах заискрило… Я невольно зажмурилась, будто это могло помочь, а на темном фоне под веками ярко, назойливо и тревожно мерцало увеличенное изображение местных НЛО. Каждый из них напоминал волан для бадминтона и вертикально держался в воздухе за счет оперения, которое выглядело зыбким полупрозрачным ореолом из-за стремительной и непрерывной круговой волны.

Разглядеть же то, что таилось внутри матово-черных головок, удалось во всей красе, когда наш чародей выудил из кармана и резким жестом запустил в сторону выхода нечто вроде очень колючей еловой шишки. От удара о гранитный выступ «шишка» рассыпалась на множество угловатых фрагментов, которые шустро бросились наружу врассыпную, частыми короткими скачками по земле или на бреющем полете зигзагами. «Воланы» тут же превратились в подобие медуз цианей, во всяком случае, тонкие извивающиеся щупальца, которыми они словно выстреливали в свою цель, нисколько им не уступали. Все мишени были поражены за считаные секунды, от них остались только четкие следы копоти на появившихся выбоинах в граните, а суровые преследователи продолжили облет вверенной территории.

Когда они удалились настолько, что исчезли даже из поля «скрытого зрения», мы смогли перевести дух и расслабиться. Нортис подошел к поврежденной стене, тронул одну из появившихся отметин и перевел взгляд с черного пятна на пальцах на меня, потом на мага:

– Может, зря мы дали о себе знать?!

– Ничего страшного! – махнул рукой ликуартисец. – Все равно выплеск энергии перехода не скроешь, так что местные наверняка были в курсе насчет прибытия иномирцев еще в момент первой активации портала. Как и любое мыслящее существо – насчет того, что никакое животное не в состоянии открыть междуизмеренческую дверь. Так что, скорее всего, нас уже ждут…

– С объятиями нараспашку! – фыркнула Норка. – Все глазоньки небось проглядели, все жданочки подъели…

– В таком случае стоит поторопиться! – Тарглан подмигнул нам, стягивая волосы в хвост. – Невежливо заставлять хозяев томиться в неизвестности!

– Осталось решить, каким образом будем их радовать, чтобы не обмануть ожидания. Вот осмотримся только…

Тханимар, не мешкая, развернул обзорную сферу до предела, чтобы соратники не теряли времени даром. Интересующий нас объект был органично и во всех отношениях удобно вписан в естественную водную петлю, образованную причудливо извивающимся руслом полноводной реки. Пышная растительность, здоровый климат, живописный пейзаж… Н-да, сама бы не отказалась от шалаша в эдаком рае… хотя и так вроде бы жаловаться не на что.

«Шалашик» знаменитого мага тоже был ничего себе – средних размеров дворец посреди обширного парка с клумбами, водопадами, фонтанами, прудами и беседками. Все это великолепие окружала высокая кованая ограда. Ажурное переплетение изящных деталей радовало глаз и создавало впечатление хрупкости и воздушности всей конструкции, но множество длинных заостренных элементов и металлический блеск вкупе с переливчато-синим свечением, едва доступным обычному зрению, заставлял всерьез призадуматься.

С четырех сторон света красовались массивные ворота, ограниченные по бокам трехметровыми столбами, которые играли роль постаментов. На окаймленных резьбой площадках, венчавших вершину каждого, восседали черно-серые, похоже, базальтовые изваяния, изображавшие каких-то существ размером со среднюю лошадь. Эти элементы декора имели отдаленное сходство с гибридом очень когтистой трехпалой гиены и колючего крокодила-рахитика, если бы такое – не дай бог! – смогло получиться в природе, причем в самом жутком варианте. Чего стоили одни полыхающие синим огнем глазницы – по четыре на каждую гостеприимно скалящуюся морду!.. А длинные, слегка изогнутые зубы, первый ряд которых выпирал наружу из багровой, непропорционально большой пасти, заходившей углами за основание коротких, широких и низко посаженных ушей!..

Тщательное сканирование вконец развеяло заблуждение насчет каменной непоколебимости звероподобных монстров. Подобные «украшения» вполне способны вдруг обрести подвижность и устроить возможным посетителям не только досмотр, но и очень даже веселую жизнь – правда, совсем ненадолго, пока догорят их не подлежащие опознанию останки… Кстати, посреди широких бугристых лбов этих милашек имелось по одному округлому углублению с дюжиной тонких шипов по контуру, которые были хорошо заметны в сенсорном поле и наверняка служили совсем не для того, чтобы прикреплять гирлянды на Рождество… Соваться туда наобум, без основательной разведки, а уж тем более защиты, явно не стоило.

Впрочем, и таковые вряд ли помогли бы, попади мы самовольно в интересующие нас кущи, даже если не обращать внимания на сложное сочетание разнообразных защитных полей вокруг самого дворца. Благодаря «скрытому зрению» удалось высмотреть еще две разновидности неведомой и явно хищной живности, похоже состоявшей в некотором родстве с теми жутиками, что украшали столбы у ворот. Одни отличались низким ростом и многоногостью, а у других на спине просматривались крылья, до поры свернутые в тугие валики вдоль позвоночника. На сенсоры попалось не меньше десятка подобных источников нетипичного свечения, равномерно разбросанных по всей территории райского уголка.

Соратникам понадобилось некоторое время, чтобы переварить озвученное мною. Первой подала голос Вячеславна:

– Что за странная тяга к воплощению похмельных кошмаров?!

– Видимо, для контраста, – поразмыслив, предположил придворный маг. – Судя по тому, что удалось увидеть, внешность обитателей как минимум этого уголка Призрачного мира совершенна и безупречна. Тем интересней держать среди окружения образчики уродства и страхолюдства, и чем безобразней, тем лучше.

– Чтобы на их фоне выглядеть еще круче?

– Может быть… А может, просто для разнообразия. Даже совершенство может приесться до сильных тошнотиков.

– Или просто для устрашения, – добавил Нортис. – При виде подобных зверушек даже дважды приглашенный могущественный колдун лишний раз прикинет, настолько ли ему хочется постучать в эти ворота!

Пока остальные были заняты обсуждением эстетических пристрастий аборигенов, наш чародей снова заставил покрутиться обзорную сферу. Я тоже временно выбыла из общей беседы и, манипулируя сенсорами, закончила «просвечивать» интересующий нас объект. Повторила еще разок для верности, повернулась к выжидательно притихшим друзьям… и встретилась взглядом с ликуартисцем. Головами мы покачали синхронно.

– Что, все так плохо?! – расстроилась Норка.

– С какой стороны посмотреть! – хмыкнул Тарглан, который, само собой, был уже в курсе последних новостей. – Тем, кто за оградой, под этакой охраной, очень даже хорошо!

– А тем, кто снаружи?!

– Будет зависеть от того, насколько промахнемся с минимальным безопасным расстоянием, – пожал плечами Тханимар, сворачивая свое «окно в мир».

– Значит, надо шевелить извилинами!..

Для повышения продуктивности процесса шевеления приложились к фляжке, которая благодаря хлопотам Ретекки была наполнена бальдиарским аналогом хорошего коньяка. Тост, краткий, но многообещающий, предложил Нортис: «Лиха беда начало!» Бодрящее действие алкоголя, как всегда, не заставило себя ждать. Возвращая посудину магу, я охнула, покачнулась и вынуждена была прислониться к холодной каменной стене пещеры, не в силах выдержать горячую пульсирующую тяжесть внезапно нахлынувшей «волны». Окружающий мир на миг заволокло плотным серо-фиолетовым туманом, затем в глаза плеснула яркими красками неожиданная картинка. Словно весь этот загородно-элитный комплекс распластали по диагонали на тонкие срезы, которые подобно страницам наспех просматриваемой книги замелькали перед глазами стремительной чередой. Предпоследний «лист» резко остановился, приблизился и развернулся так, что стало заметным неяркое, но настойчивое мерцание в нижнем углу.

Я прищурилась, перенастраивая сенсоры, чтобы совместить видимое обычным зрением с полученным сечением. Значит, есть все-таки прореха в обороне…

– Странно!..

Я не стала ни переспрашивать, ни оборачиваться: кто еще у нас великий спец по чтению мыслей?! А в условиях максимально приближенных к боевым, экстремальным и совсем хрено… сорри – нежелательным! – ему для ускорения обмена ценными сведениями давно уже дозволено производить раскопки в любых мозгах без особого на то разрешения…

Странность и вправду была. Судите сами: при таком-то дотошном подходе, о котором говорит количество и качество наворотов, засеченных только нами в многослойной защитной системе, да вдруг прощелкать клювом и оставить неприкрытое место?! Вот и мне верится с трудом…

– Думаешь, ловушка? – обеспокоенно спросила подруга.

– Наверняка. – Я качнула головой, так и эдак поворачивая в сенсорном поле картинку, то увеличивая, то уменьшая отдельные участки, – ведь у такой лазейки легче всего встречать с почестями незваных гостей, сама бы так сделала! Но другого выхода… в смысле – входа! – у нас попросту нет, а посему за неимением лучшего…

– Темноты ждать не будем?

– Зачем? – ответил за меня Светлый Вождь. – Ночью, до которой, кстати, еще далеко, наверняка усилят охрану, и как раз потому, что это излюбленное время для нежданных визитов. А сидя здесь, мы скорее попадемся очередному дозору…

– К тому же та единственная «дыра в заборе» все равно приведет в подземелье, – добавила я, вставая.

– Что ж, профессионалам видней!

Сборы были недолгими и в основном заключались в получении ценных советов и полной пригоршни мелких, тут же набранных и качественно заговоренных камушков. Те, что посветлее, открывали пространственные порталы в любое не очень отдаленное место, которое достаточно было себе представить или хотя бы задать расстояние. Между нами – незаменимое средство для срочного бегства! Те, что потемнее, помогали открыть «окно» для наблюдения или визуальной связи со своими. Любой из них следовало просто бросить оземь и произнести ключевое слово. Простенько и со вкусом, а главное – с пользой…

С обеспечением связи было сложнее. Сомневаюсь, что мы смогли в полной мере разобраться во всех тонкостях сложнозамудренной защиты, но и понятого хватило с лихвой, чтобы вообразить возможные последствия вторжения. Телепатию стоило сразу сбросить со счетов, поэтому пришлось изрядно поломать головы, пока меня не осенило, да так, как уже давненько не бывало. В подобные моменты будто выпадаешь из реальности, не чувствуешь ни собственного тела, ни какого-либо воздействия извне… Время останавливается, вокруг только мерцающая пустота, и чей-то безликий голос в самой глубине сознания открывает самые сокровенные тайны… О том, например, как при должном старании можно убедить сами стихии помочь в осуществлении задуманного.

Долгих и многозначительных прощаний тоже устраивать не стали. Обнялись коротко и крепко, хлопнули друг друга по спине, сильно полегчавшую сумку, в которой осталось только самое необходимое, на плечо и – вперед с песней! Тханимар колдовал вдумчиво, медленно и осторожно вскрывал чужие заклинания, как бы раздвигал защитные поля, открывая ход к заветной точке. Жаль, что кроме него всю роскошь действа могла видеть в деталях только я да еще Призрак, если сподобился поинтересоваться моими впечатлениями! Сначала среди зыбких многоэтажных наслоений непроглядной темноты пробивалось частое мерцание плотного скопления мелких, но ярких огоньков. Затем они начинали перемещаться прочь от общего центра, усиливая свечение, и через малое время образовывали фрагмент невысокого узкого, но вполне проходимого коридора. В него-то и шагала сначала я, а за мной и Норка, обдуваемые самым настоящим ветерком (не иначе маг расстарался!). Почему именно мы? Элементарно – если что, то вызволять попавших в переделку нас будет проще оставшимся на воле воинам во главе с чародеем, а не наоборот.

Двигаться старались быстро, понимая, насколько трудно рыжекудрому волшебнику одновременно удерживать пространство в нужном состоянии, открывать новые и закрывать пройденные участки, обеспечивая при этом еще и маскировку, чтобы происходящее не слишком бросалось в глаза хозяевам или тем, кто их охраняет. Странные были ощущения: будто идешь сквозь холодный, плотный, с частыми просветами туман по воздуху, но не проваливаешься, лишь слегка погружаешься, чувствуя, как пружинит под подошвами невидимый субстрат… Поневоле ожидаешь услышать хлюпанье и чавканье, как при ходьбе по заболоченной местности, но все звуки, даже собственное дыхание и стук сердца, вязнут в глухой тишине, как в мокрой вате… Только причудливые завихрения текучей субстанции закручивались вокруг ног и тел, да так и оставались после нашего ухода, постепенно растворяясь до полной невидимости во вновь подступившей мгле…

Сенсоры, будь у них какая-нибудь шкала, выдавали бы такие показания, что стрелки давно уже погнулись бы об ограничители, но пути назад нет… по крайней мере сейчас!

Путешествие закончилось довольно скоро, неожиданно и эффектно. Пространство позади нас вдруг свернулось подобно диафрагме фотоаппарата, нас ощутимо подтолкнуло в спины воздушной волной, а невидимая опора под ногами потеряла прежнюю упругость. Зеркальная поверхность мозаичного пола чувствительно встретила наши пятки после короткого полета вниз, тусклое эхо тут же запуталось в кромешной тьме. Мы дружно ойкнули, но смогли удержать и равновесие, и попросившиеся с языка подходящие случаю комментарии. Прибыли!

Первые минуту-полторы мне пришлось довольствоваться обычным человеческим набором органов чувств, чтобы не позволить перенапряженному «скрытому зрению» окончательно «замылиться». Нэфи бдительно шевелил усами, сидя на моем плече, пока я осторожно массировала глаза и виски. Машинально попыталась «докричаться» до Тарглана и, убедившись в бесплодности своих стараний, мысленно выругалась как никогда затейливо, попутно пожелав создателям столь качественной защиты множество разнообразных неприятностей в основном физиологического свойства. Придется обходиться своими силами, хорошо хоть подстраховались на случай безвариантного провала. Впрочем, так и предполагалось… никто и не надеялся, что будет легко!

«Поисковая сеть», запущенная по расходящейся спирали, выдала изображение небольшой залы с выходом в такой же темный коридор, высоким ребристым сводом и множеством шестигранных колонн. Повсюду на вертикальных плоскостях висели всевозможные колющие, режущие, метательные и стрелятельные приспособления, большую часть которых не доводилось видеть никогда.

– Тебе тоже интересно…

– Почему единственный возможный тайный вход ведет в оружейную? Кто ж их знает… Вряд ли с целью психологического подавления…

– Потому что для этого лучше всего подошла бы пыточная! – Норка поняла меня с полуслова.

– Кстати, не вздумай здесь ничего трогать! Может, это провокация на тему битья врагов их же оружием или просто пограбить…

Последнее приходило на ум в первую очередь, поскольку полезные качества оружия лучше всего проверяются в бою, а вот богатейшая отделка ножен, рукоятей и прочих элементов могла поразить любое, даже привычное к роскоши воображение.

– Не вздумаю… Что теперь?

Я предупреждающе подняла руку, запуская сканеры на всю мощь. Еще одна странность – явное ощущение пристального взгляда в спину, а вот чувства опасности нет и в помине… Вернее, оно присутствует, но причина где-то совсем не здесь. А может, это какой-нибудь спецэффект из последних достижений враждебной маготехники, как раз для притупления бдительности?! Выждав еще несколько долгих мгновений, я затаила дыхание, мысленно перекрестилась и рискнула сделать первый шаг – ничего… Следующие несколько медленных осторожных телодвижений тоже не вызвали никакой реакции со стороны окружающей среды, поэтому я позволила себе дышать полной грудью и махнуть рукой подруге.

Следующая зала оказалась небольшой, но с множеством выходов. После недолгих колебаний был выбран ход, ведущий на нижний уровень. Продвигались мы в лучших традициях лучших мастеров «плаща и кинжала», то на цыпочках, едва дыша, то короткими перебежками, стараясь держаться в самой глухой тени. Несколько раз пришлось преодолевать расстояние и по-пластунски, потому что именно в этих переходах сочетание спрятанных в стенах и потолке «сюрпризов» гарантировало утерю как минимум головы… примерно по пояс. Нэфи тоже не дремал: благодаря его стараниям в этом подземелье сильно снизилось количество летучих, ползучих и бегающих по стенам разнокалиберных существ самой мерзопакостной наружности – надо полагать, местных аналогов наших крыс, тараканов и еще чего-нибудь в том же роде.

Всю дорогу меня не покидало назойливое ощущение взгляда в спину. Сначала это здорово нервировало и мешало сосредоточиться, потом слегка притупилось и перестало отвлекать. Правда, чем дальше, тем настойчивее наводило на мысль о том, что уж очень мы сейчас похожи на подопытных животных в просторном лабиринте, до которых рука экспериментатора-наблюдателя может легко дотянуться в любой момент и безжалостно развеять иллюзии в отношении свободы и радости бытия. Не очень-то веселящую мысль, скажем прямо…

Я уже почти созрела, чтобы высказать вслух растущее недоумение по поводу нашей затянувшейся безнаказанности, как вдруг сенсоры захлестнуло тяжелой волной чувства опасности и смертельного ужаса. Ноги сами вросли в пол, горло болезненно перехватило, а по спине пронеслась в дикой панике такая толпа ледяных мурашек, что сама до сих пор не пойму, как они не растоптали меня в блин! Вячеславну и вовсе трясло как в лихорадке, она вцепилась в мою руку так, что свело пальцы, и тщетно пыталась вдохнуть, не отрывая остановившегося взгляда от арки, ведущей в боковой коридор. Мы прижались друг к другу, словно вздумали превратиться в сиамских близнецов, и попытались дополнить ближайшую стену собой как барельефом.

Если бы не защитное поле медальона и нэфи, тут бы нашей сказке и конец, бессмысленный и неизбежный! Нет, где-то на задворках сознания робко трепетали воспоминания о полном кармане «ключей» от порталов на случай экстренной эвакуации, но мышцы наотрез отказались повиноваться. Может, еще и потому, что на тех же задворках ошивалось и понимание бесполезности подобной попытки, мы смогли только проводить глазами три примерно трехметровые фигуры, неторопливо прошествовавшие мимо нас. Такие детали, как нехилые габариты, тяжелая поступь, странной формы шлемы, забрала с узкими прорезями, запечатлелись в памяти автоматически, поскольку ни на какую разумную деятельность ни одна из нас в тот момент не была способна.

С другой стороны, такой шквал пережитых эмоций и ощущений пошел на пользу. Видимо, у нас, как не раз говаривал малолетний Норкин племянничек, «боялка устала и батарейки сели», так что следующая встреча с жутким дозором прошла в более осмысленном состоянии. Пришлось, например, запомнить, что по мере приближения очередного дозора затылок начинает наливаться жгучей тяжестью. С точки зрения выживания в тылу врага оно, конечно, лишний сигнал о грядущей опасности не помешает, но учитывая частоту встреч с этими красавцами, то лучше бы ну его вместе с ними на фиг… или еще куда подальше, голова-то своя, и притом единственная!..

Удалось нам заметить и то, что фигуры этих громил полупрозрачны и кое-что из непривычного оружия напоминает известные в нашем родном измерении катары[29] и нубийскую кпингу[30].

Также оказалось, что лица призраков, кроме забрал, прикрыты еще и мороком, причем довольно качественным. Верная своей привычке, я при случае добросовестно попыталась проникнуть сквозь магическую завесу – не то чтобы очень уж интересовали их внешние данные, просто врага всегда лучше знать в лицо. Не стоило этого делать… в смысле сбережения нервной системы. Дело в том, что по сравнению с увиденными портретами пресловутый инопланетянин из «Хищника» вполне и обоснованно мог претендовать на титул «Мистер Вселенная»!

Мы уже успокоились на мысли о том, что для этих воинов остаемся незаметными, по крайней мере пока не шевелимся, но довелось-таки пережить неприятный и основательно щекочущий нервы момент. Шествуя мимо нас, в очередной раз притихших в самом темном углу, один из призрачных стражей остановился буквально в паре шагов и обратил в нашу сторону забрало, мерцающее фиолетовым пламенем сквозь прорези. Мы невольно попытались еще сильнее вжаться в холодную стену, а уж о том, чтобы дышать, и думать забыли, сердце снова зашлось от нестерпимо-леденящего холода… К счастью, и на сей раз обошлось.

– …ос-с-споди! – едва слышно выдохнула за спиной подруга, когда я, перестав ощущать ставшее привычным жжение в затылке, отклеилась от надоевшего гранита. – Жуть какая!

– Не то слово! – Я передернула плечами в тщетной попытке согнать со спины толпу назойливых ледяных мурашек, но добилась лишь того, что они рассредоточились по рукам и ногам, забегая между делом и на область живота. – Я же обещала тебе незабываемые впечатления…

– Забудешь такое, как же! – Норка отерла лицо, встряхнула головой и наклонилась, опираясь дрожащими руками о еще сильнее дрожащие колени. – Как еще штаны сухими остались?!

– Будем посвободнее – обязательно выясним. – Я напряженно прочесывала сенсорами ближайшее пространство. – И рецепт запишем, вдруг – не дай бог! – опять пригодится!

– Слушай, ты по-прежнему уверена, что мы справимся своими силами? – Ей на удивление быстро удалось восстановить дыхание.

– А что, есть варианты? – Ответная усмешка вышла совсем невеселой. – Здесь мы, так сказать, гости, причем непрошеные, а посему – партизань как умеешь и не жалуйся!

После такой встряски срочно требовалась передышка. С помощью «поисковой сети» удалось найти укромный закуток в стороне от часто проверяемых коридоров и хоть ненадолго расслабиться. Мы попросту осели на пол и обессиленно привалились к холодной каменной стене. Руки сами нашарили в сумке фляжку с любимым отваром…

– Все хочу спросить: а с чего мы, собственно, решили, что эти стражи настолько для нас опасны?

– Решали как раз не мы, а моя интуиция. Благодаря которой, кстати, удавалось не раз и даже не двадцать спасать жизнь, причем не только мою. Лучше перебдеть, чем недобдеть…

– Но чем и как могут навредить призраки? Ведь они же нематериальны, или?..

– Знаешь, при любом раскладе почему-то не хочется проверять это на себе! – покачала я головой, убирая почти опустевшую посудину обратно. – Равно как и привлекать их внимание в принципе! Даже если судить по нашим голливудским версиям, при желании они вполне могут орудовать реальными предметами, а в руках у этих красавцев совсем не ложечки для варенья, и по стенам – сама видишь! – там и сям навешано полно всяких приспособлений для убиения. Да и ощущения от их присутствия вполне убедительные!

В самом деле, в опасной близи от этих сгустков странной туманной субстанции мои сенсоры выдавали картинку аналогичную той, что получалась для объектов из плоти и крови, разве что с каким-то необычным оттенком окружающего свечения.

– Ты права, – после некоторых раздумий согласилась подруга. – Вряд ли стали бы доверять охрану совсем уж бесполезным существам! А на них ведь наверняка еще и сэкономить можно – кормить не надо, прибавку к зарплате не требуют, в запой или загул тоже не уйдут…

– Как знать! – хмыкнула я, сворачивая «поисковую сеть». – У каждого существа свои потребности и радости в жизни!

– Ладно, шайтан с ними… Что теперь?

– Теперь я бы поподглядывала в замочные скважины!

Качественно заговоренный обломок местного полевого шпата не обманул наших ожиданий – разбился о дальнюю стену на мириады мельчайших светящихся частиц, которые вместо того, чтобы упасть, закрутились в воздухе в стремительную спираль. Труднее всего с непривычки было удержать в сознании нужную картинку, поскольку не имела ни малейшего понятия, где сейчас может находиться интересующий объект – век бы ее не видеть! – поэтому пришлось прибегнуть к поиску по засевшему в памяти портрету.

Спираль быстро уплотнилась в овальный экран, изображение начало проявляться еще в процессе. «Веселая вдова» в настоящий момент изволила совершать прогулку по одной из аллей ухоженного парка. Я невольно присвистнула, глядя в образовавшееся «окно». Вообще-то мне уже выпадало сомнительное счастье лицезреть первую и любимую женушку убиенного мною супермага, но – спросонок, среди ночи, на фоне огня и сильнейшего нервного потрясения, когда все мое внимание привлекал совсем другой персонаж. Теперь же я имела изумительную возможность не только узнать ее имя, но и рассмотреть в деталях плавные линии потрясающей фигуры, дивный цвет безупречного лица и переливы света в завитках пышной ухоженной гривы, доходившей почти до колен…

Некоторое время мне пришлось-таки потратить, прежде чем удалось жестоко задушить самую толстую в мире жабу, которая моментально проснулась и начала меня давить с неимоверной силой… А заодно выдрать с корнем проклюнувшиеся на той же почве комплексы.

– Да, со вкусом у Таэрш-э-рарта был полный порядок, – задумчиво изрекла я наконец, наблюдая за перемещениями хозяйки дворца, – упокой с миром, Господи, его благородную душу!

– Благородную?! – скептически хмыкнула Вячеславна.

– Именно так и никак иначе! – твердо сказала я. – Издержки работы по найму не имеют ничего общего с личными разногласиями, тем более что у наемников тоже есть свои писаные и неписаные правила. Так вышло, что мы по воле судьбы оказались по разные стороны баррикады, при других же обстоятельствах… А уж проигрывать, сохраняя лицо, и не держать зла на того, кто тебя убил, хоть и случайно, – и вовсе высший пилотаж! Окажись я на его месте… не уверена, что мне хватило бы на это великодушия!

Подруга только плечом повела, мол, тебе виднее, и переключилась на изучение видимой обстановки, благо было на что посмотреть.

– Чтоб я так жила! Чем не Беверли-Хиллз… Как, ты говоришь, называют это измерение?

– Призрачный мир, а что?

– Он и есть! – покачала головой Норка. – Ты уверена, что нас не занесло в Голливуд?

– Мне в последние несколько месяцев постоянно приходилось в чем-то сомневаться, так что уже скоро вообще ни в чем не смогу быть уверенной, – проворчала я, пытаясь перенастроить изображение.

– А неплохо было бы! Глядишь, Брюса Уиллиса на свою сторону заполучили бы… или Стивена Сигала… Или еще какого мастера по расхлебыванию круто заваренных каш!..

– Для нашего блюда скорее пригодились бы братья Винчестеры! – хмыкнула я.

– Да уж, общество красавчика Дина[31] здорово подняло бы настроение! – прыснула Норка, но тут же осеклась. – Ох, извини!

– За что?! – пожала плечами я. – В чем в чем, а в этом я солидарна с тобой как никогда! По любой из возможных причин… Тсс!!!

Моя дополнительная сигнальная система, спешно включенная в работу, не выдала ничего достойного внимания. Так, ставший привычным фон тревожности среднего уровня да очередной призрачный патруль на безопасном пока удалении от нашего убежища. Видимо, померещилось… Но уже в самом деле пора было в темпе заканчивать этот сеанс кинохроники, чтобы двигаться дальше.

Я старательно воспроизвела манипуляции, которым обучил меня придворный чародей, и удовлетворенно хмыкнула: картинка в «окне» перестала утомлять однообразием. Теперь мы могли наблюдать перемещения и действия всех обитателей райского уголка по очереди. Сначала у нас появилась возможность вдоволь налюбоваться на устрашающе-уродливые «мясорубки» сторожевых монстров (повезло же застать самый разгар кормежки!), потом пересчитать слуг, которых оказалось на удивление мало, и не увидеть никаких вооруженных людей, что совсем выходило за рамки обычных понятий…

– Так, а вот и новое интересное лицо…

Я не договорила, поскольку от просмотра новостей из жизни здешнего высшего света меня уже всерьез отвлекло ощущение опасности, нарастающее медленно, но верно, причем непонятно с какой стороны. Пришлось опять раскатывать «поисковую сеть», напрягать сенсоры – и опять не получить ничего определенного. Странно, если не сказать больше!.. Подруга же старалась получить максимум информации от этого увлекательного занятия.

– Решеток на окнах нет… Оно и понятно, таким колдунам проще пару-тройку заклинаний накинуть… О, спешите видеть! Первый раз и только у нас: «Говорящая с призраками», новый сезон!

Я наконец обернулась, непонимающе нахмурилась, но движением руки увеличила изображение, вгляделась пристальней и только хмыкнула в ответ. В самом деле, нежданный персонаж вполне мог бы заменить в известном сериале главную героиню в исполнении Дженнифер Лав Хьюит, если бы не иной разрез глаз… Кстати, смотревшийся достаточно оригинально благодаря сиреневой радужке во всю видимую часть глазного яблока, которая выглядела необычно крапчатой за счет наличия доброй дюжины равномерно расположенных маленьких круглых зрачков, заменивших привычный единственный… И к тому же гармонично сочеталась оттенком с волнистой пышной гривой волос цвета темного аметиста.

– У них что, такая мода на изыски в колористике?! – Подруга тоже оценила оригинальную цветовую гамму.

– Вряд ли, – качнула я головой. – Если верить ощущениям, ничего неестественного нет. Скорее расовые отличия местного значения…

Отвечала я довольно рассеянно, поскольку попутно пыталась определить, что именно из доступного обозрению антуража вызывает стойкое и к тому же растущее ощущение физического дискомфорта. Ситуация прояснилась, когда я догадалась перенаправить «поисковую сеть» и запустить ее прямо в мерцающее перед нами «окно». Результат превзошел все ожидания…

– Ноги в руки – и бегом!!!

Сворачивала экран и подхватывала сумку с пола я уже в прыжке. Вячеславна отстала ненамного и догнала меня в коридоре, когда я, наскоро прочесав ближайшее пространство, достала из кармана камушек посветлее. Границы «двери» с едва слышным шелестом сомкнулись, отрезав нас от ставшего вдруг опасным уголка чужих подземелий. Короткая остановка в бескрайнем темном помещении, сплошь загроможденном то ли низкими полками, то ли широкими нарами, уходящими под самый высоченный потолок – пустых почти не было, – и новый прыжок в очередной портал. После третьего перемещения пришлось притормозить, потому что моя интуиция забила тревогу и потребовалось время, чтобы разобраться, что почем. Вернее, попытаться это сделать. Единственным вразумительным результатом, да и то с большой натяжкой, можно было считать почти твердую уверенность в том, что все идет как-то не так.

– Уже можно спрашивать?

Я кивнула, распуская «поисковую сеть» в интересующем направлении.

– От чего или кого мы так спешно удирали?

– Если верить моим ощущениям, то, во-первых, та последняя мадам тоже нас увидела, а во-вторых, она была где-то совсем рядом…

– А сейчас оторвались?

– А черт бы их знал! – Я в сердцах сплюнула куда-то в темноту. – Сиюминутной опасности вроде бы нет, но при этом совершенно четкое странное ощущение… несоответствия, что ли… и от этого такой дискомфорт – аж все внутри сводит! И еще сильнее – спину, в которую будто кто-то все время таращится! Никогда еще так остро не чувствовала себя хомячком в колесе, которого подарили детям вивисектора!!!

– Значит, засветились… Может, лучше спрятаться и переждать? – неуверенно предложила Вячеславна, правильно поняв мои колебания.

– Вряд ли нам дадут это сделать! – Я, чтобы не шокировать напарницу, не стала развивать мысль, равно как и озвучивать картину, ставшую доступной моим сенсорам гораздо раньше, чем стандартному человеческому зрению. Просто потянула ее за руку в очередной тут же раскрытый портал…

Не могу сказать, сколько мы еще петляли по тем подземельям, ибо часов по пути не попалось, а в «окна» все так же светило солнце. Но если учитывать степень усталости, то, что мы всего раз вспомнили о свертке с бутербродами в моей сумке, и то, что нас до сих пор не поймали, это был один и тот же бесконечно длинный день.

Как гласит народная мудрость, сколько веревочке ни виться… Видимо, у хозяев закончилось терпение: в освещенном коридоре, в который мы попали после очередного перемещения, нас ждали вооруженные люди. Удивившись мимоходом, откуда они вдруг взялись, мы спешно попытались уйти через портал, но «ключ» почему-то не сработал. Пришлось ретироваться обычным человеческим способом – бегом, с резкой сменой направления и прыжками в стороны, чтобы не стать слишком уж удобной мишенью. Не скажу точно, чем нас обстреливали, только ни один из пущенных нам вслед предметов цели не достиг – нэфи свое дело знал и в ценных указаниях не нуждался.

Долго это продолжаться не могло. Мы с разбега влетели в открытые двери, оказались в пустом помещении размером со спортзал и без окон, освещенном гирляндой магических шаров-светильников, и резко затормозили. Фадик на моем плече выгнул спину в боевой стойке и с воинственным шипением выплюнул мощную струю красно-белого пламени, которая в полете собралась в пульсирующий сгусток. Метко пораженная цель с глухим звоном осыпалась миллионами бликующих осколков.

– Ч-ч-ч-черт!!!..……!

На сей не удалось удержаться от увесистых высказываний, слишком уж уважительной была причина. Все гениальное просто: нас подловили на старый как мир прием с помощью зеркала во всю стену. А добиться того, чтобы отражения воспринимались как реальные объекты, для мага высокого уровня совсем не проблема…

Поворачиваться категорически не хотелось, но никто нашего мнения спрашивать не собирался. Воздух вдруг уплотнился, обвился вокруг тела упругим жгутом и сжал так, что дыхание перехватило напрочь и перед глазами поплыли круги. Затем нас приподняло, развернуло и поставило лицом к лицу, которое недавно так нас удивило.

– Что ж, с прибытием, гости дорогие!

Глава 2

Можно было начинать гордиться: для нашего задержания применили заклинания такой силы, что защита медальона сработала с приличным запозданием. Невидимые путы все-таки ослабли, но положение улучшилось ненамного, поскольку выход перегораживала плотная шеренга из полудюжины призрачных персонажей. Ожидаемого ужаса мы так и не испытали, ведь уже пересекались не раз и не два, зато личность обращавшейся к нам особы вызвала сильное недоумение. Вопреки ожиданиям предусмотрительным и коварным ловцом непрошеных посетителей оказалась девушка с аметистовыми волосами…

– Оп-па! – выдохнула Норка и пошатнулась. – Откуда это чудо?!

– Чтоб я знала! – Мне пришлось ее поддержать, прежде чем изобразить преувеличенно любезный полупоклон в сторону замерших у порога фигур. – Прошу пардону, милейшие, но нам зело некогда!

– Ни с места!

Вот все брошу и послушаюсь! Зря, что ли, в пальцах уже зажат очередной «ключик» от портала!.. Но я даже додумать не успела, как неведомая сила прервала полет камушка, заставив заветный кусочек минерала воспарить вверх. Он завис над нашими головами, а потом эффектно, хоть и беззвучно взорвался, осыпав нас множеством быстро гаснущих искр. Понятно: раз уж в отношении нас видит око, да зуб неймет, проще путем воздействия на предметы отрезать пути к отступлению или вовсе изолировать наглухо! Судя по недоброму прищуру сиреневых глаз, их обладательница была всерьез настроена закончить игру в догонялки здесь и сейчас, причем любой из возможных способов не обещал доставить нам радости… Становилось позарез необходимым срочно прояснить ситуацию.

– Успокойтесь, леди! – Я замерла, стараясь не шевелиться и не повышать голос. – Если у нас и были коварные замыслы, то никак не по отношению к вам!

– Не верю!

Станиславская нашлась!!!

– Прочеши мысли, сама увидишь! – Меня уже начала утомлять эта сцена.

– Увы! – Незнакомка, нисколько не огорченная вопреки тону, тряхнула головой. – Чтение чужих мыслей не относится к числу моих скромных способностей…

– Что ж так плохо? – не удержалась Норка. – В твоем возрасте пора бы уже и научиться!

Взгляд, которым ее наградили в ответ, вполне мог прожечь насквозь плотину какой-нибудь не самой завалящей ГЭС. Чародейка вспыхнула, но сдержалась и закончила фразу:

– Так что вам придется хорошо постараться, чтобы меня убедить!

– Больше нам делать нечего – убеждать, стараться, турусы на колесах разводить… Мы тебе что, страховые агенты?! – теперь не выдержала я. – Да кто ты вообще такая?!

– Кто – я?! – Сиреневоглазая красавица распахнула свои необычные очи шире некуда, так что сногсшибательные ресницы вполне могли бы достать до самых бровей, если бы те не успели взметнуться почти до линии красиво уложенных волос. Наверняка не ожидала от пришельцев подобной наглости…

– Ты, ты, кто же еще? Про себя-то мы все знаем!

– Нет, не все! – Широкая, но отнюдь не добрая улыбка украсила очаровательное личико девушки, явно разъяренной не на шутку. – Спорю на что угодно – вы даже не представляете, насколько интересной станет ваша никчемная жизнь в ближайшее время, как только я придумаю, как вас лучше наказать!!!

– А то мы до сих пор от скуки дохли! – Это я поддалась-таки невольному соблазну выплеснуть наружу малую толику накопившегося сарказма.

– А за что вдруг наказывать, мы еще и сделать-то ничего не успели?! – Это у моей подруги взыграло благородное негодование.

– Хватит и того, что вы успели натворить в прошлый раз!

Степень нашей озадаченности окончательно зашкалила. Под моим подозрительным взглядом Вячеславна развела руками, сделала большие глаза и затрясла головой:

– Ни сном ни духом! Да и как бы я здесь куда-то и зачем-то без тебя… или хотя бы без твоего ведома?!

– Может, наши… опять-таки нет – я была бы в курсе при любом раскладе!.. Так что, леди, ошибаться изволите! – Я снова повернулась к разгневанной незнакомке. – Мы про ваши проблемы ни при чем, поскольку здесь в первый раз… и от всей души надеюсь, что в последний!

– Уж это я вам гарантирую! – гневно прошипела она, вскидывая руки. – Больше никто и никогда…

– Кстати, где Анни́ро? – Не будь ее жесты столь многообещающи, я бы обязательно вспомнила про вежливость и не стала перебивать вдохновенный монолог. Да и местонахождение нынешней хозяйки моего супруга до сих пор представляло для нас интерес.

– Вам видней, где искать свою госпожу! – фыркнула незнакомка, встряхивая роскошной гривой.

– Кого?! – не выдержала Норка. – Еще чего не хватало!

Они продолжали говорить, все повышая тон, а у меня в голове как будто щелкнуло. Госпожу, госпожу… А ведь мы что-то где-то как-то видели на эту тему! Память оказалась на высоте, услужливо пролистывая в ускоренном темпе последние впечатления. Так и есть! Перед глазами словно завис кадр из увиденного совсем недавно в одном из «окон»: пара миловидных служанок – или рабынь? – деловито хлопочет вокруг разложенного на длинном столе платья. Вот одна из них поворачивается, и на смуглой коже, на ладонь пониже межключичной ямки, становится видимым четко выписанный символ, напоминающий несложный восточный иероглиф. Такой же символ, только поменьше и посреди лба, мгновением позже проявляется в поле «скрытого зрения»… Короткий всплеск сильной головной боли быстро вернул меня к действительности.

– …Нет, как вам это нравится?!! – Конструктивный диалог был в самом разгаре.

– И у вас хватит наглости отрицать, что вы шныряете здесь по ее приказу?!

– Еще как хватит! – Я решительно шагнула вперед и резким движением распустила шнуровку на груди. – Смотри, никакого клейма! Нигде!

Аметистовая красавица впилась напряженным взглядом в мое декольте, потом, быстро закрутив перед лицом сложный пасс, в середину лба и наконец взглянула в глаза. Я и не подумала отвернуться, только насмешливо прищурилась:

– Можешь даже потрогать… если не боишься!

Наша собеседница чуть было снова не взвилась, но тут же взяла себя в руки, только губы поджала. Приблизилась ко мне и аккуратно, кончиками пальцев коснулась медальона, прошлась по выпуклым линиям кодового рисунка на черненом поле и сдвинула идеально очерченные брови, словно пытаясь что-то припомнить.

– Могу подсказать, где ты видела это раньше, – отважилась я нарушить возникшую паузу.

Она медленно качнула головой, не отрывая взгляда от моего уникально многофункционального украшения:

– Нет нужды… Значит, вы пришли за ним? Так вот что предвещал тот сон!..

– За кем? – подала голос Норка из-за моей спины. – И какой сон?

Вместо ответа незнакомка развернулась, повела рукой – в стене бесшумно распахнулся мерцающий проем, в который она и шагнула, поманив нас. Причем даже не оглядывалась, будучи на сто процентов уверенной, что мы беспрекословно последуем за ней. И не ошиблась, и, кстати, призрачный конвой был совершенно ни при чем…

Вопреки опасениям нам не пришлось долго убеждать новую знакомую в чем бы то ни было. Говорила в основном я и только правду, хотя бы потому, что привирать не видела необходимости. Да и вряд ли прокатило бы: если верить ощущениям, сиреневоглазая леди сканировала состояние и эмоции окружающих каким-то неизвестным для меня способом, но намного успешнее любого детектора лжи. Я разве что не стала вдаваться в подробности, значимые для нашего измерения, и умолчала о событиях давно минувших дней – так, на всякий случай! Просто ограничилась краткой подачей проблемы: хотим заполучить обманутого, похищенного и зачарованного в одном лице и вернуться домой, не причиняя никому вреда… если только ненароком или после основательных к тому подстрекательств!

Эффиа́на – так звали девушку – оказалась второй женой ныне покойного Таэрш-э-рарта. Подозрительность и агрессия по отношению к пойманным лазутчикам были закономерным следствием постоянных попыток старшей, уже знакомой нам супруги досадить ей всем, чем только можно. Анниро с первого же дня люто ревновала мужа к новому члену семьи, но при его жизни вынуждена была сдерживаться. Теперь она распоясалась вовсю, давая выход накопившейся ненависти, досаде на преждевременную потерю благоверного и всем темным сторонам натуры заодно…

– Вот же ж с-с-с… свирепая какая! – не выдержала Норка.

– И на диво изобретательная к тому же, – кивнула вдова номер два. – Но и я не из тех, кто остается в долгу!

Как известно, залогом успешного проведения диверсий и раскрытия планов противника всегда были свежие данные из вражеского стана, поэтому ей пришлось припомнить все возможные способы сбора информации без ведома интересующей персоны. Лично мне очень понравились те, что позволяли пользоваться для этой цели зеркалами, без которых невозможно представить обиталище самовлюбленной красотки. Например, создать фантомный макет нужной части общего жилища и соединить энергетическим каналом центральный элемент огромного трельяжа в ее спальне с любым своим, лишь бы величина примерно совпадала, чтобы меньше было искажений… Или слегка искривить пространство позади любимого трюмо, чтобы через получившуюся «трубу» без помех получать подробный репортаж обо всем, что творится за пределами поместья…

Таким образом она узнала и о новой игрушке своей соперницы. В первый же момент необычная «татуировка» на его левом плече бросилась в глаза и после постоянно всплывала в памяти к месту и не очень. А в последние ночи стал сниться странный сон: ледяная стрела, прилетев ниоткуда, вонзается в стену, разделяющую владения наследниц погибшего мага, и осыпается множеством осколков… Они тают, но вместо воды на их месте возникает озеро огня, и на его фоне проступает во всех деталях то самое изображение, только его центральный элемент – расходящаяся спираль – удваивается, вращаясь, и каждая из них становится зрачком в самом центре радужки глаз цвета зеленого халцедона… И эффектный штрих напоследок: звезда, что красуется в самом верху рисунка, разгорается ярким сиянием, от которого контуры окружающих предметов словно выцветают и плавятся, и неожиданная вспышка ослепительного света заставляет с криком проснуться… Неудивительно, что изображение на медальоне было ею на раз опознано и сработало куда лучше любого пароля!

Мы уже стояли в просторной, изысканно убранной зале у большого, в полстены, овального зеркала, почему-то темного, как экран выключенного телевизора. Щелчок изящных пальцев заставил тут же вспыхнувшие круги переливчатого света устремиться от рамы к центру замерцавшего стекла и собраться в одну ослепительно-яркую точку, которая в следующее мгновение растеклась динамичной объемной картинкой.

– Вашим друзьям нельзя там оставаться, – качнула головой волшебница, наблюдая за перемещениями оставленных нами на произвол судьбы мужчин. – Их уничтожение – дело времени, причем недолгого…

Я не разглядела, что именно и в каком количестве двигалось к заветной пещере с трех сторон, просто нешуточно резало глаза от ярких сгустков пульсирующего багрового свечения, которое, как правило, служило недвусмысленным предупреждением об опасности.

– Не беспокойся! – Эффиана блеснула улыбкой, поняв меня без слов. – Я помогу вам хотя бы потому, что это заставит мою милую соседку лишний раз поскрипеть зубами от ярости! Тебе только нужно позвать их…

Дошла очередь и до результата последних трудов нашего чародея, который кроме прочего предусмотрел и возможность установления связи на всякий экстренный случай. Я молча подошла к боковой стене, усеянной сотнями мелких светящихся кристаллов, поверх которых с негромким журчанием стекало множество тонких водяных струек. Прежде чем попасть в стоковые отверстия, они наполняли неглубокий полуовальный бассейн, служивший пристанищем целой стае разных по цвету, величине и форме рыбок. Наклонилась над подернутой рябью поверхностью, сняла с шеи простой шнурок с небольшой подвеской, напоминавшей обломок сосульки, прошептала несколько слов и медленно погрузила ее в прозрачную воду. «Льдинка» таяла на глазах, а уходящие вниз потоки размывали, перемешивали и уносили с собой получавшиеся при этом крупные руны, словно выписанные ярко-синим по тут же потемневшему фону…

Хозяйка с интересом наблюдала за происходящим, затем снова повернулась к зеркалу и повела рукой.

– Они уже получили твое послание!

Так и есть: обнаруженный еще до нашей вылазки маленький, но бурливый ключ в глубине пещеры-убежища действительно сообщался с подземными источниками, снабжавшими водой дворец. Теперь этот родник словно исходил сгустками пара, которые повторяли контуры тех же символов древней письменности, незаметных обычному глазу, но легко читаемых с помощью магии. Следуя полученным указаниям, наши соратники собрались вокруг него и погрузили руки в ледяные струи…

Эффиана сделала резкий жест рукой, словно поймала что-то на лету и бросила о дальнюю стену, но привычного портального «окна» мы не увидели. От ее движения воздух взвихрился, скручиваясь в этакую мерцающую «змею» толщиной с хозяйский комод, которая проворно скользнула прочь и ушла в украшенный затейливыми барельефами гранит, не потревожив и пылинки. Картина в зеркале-«окне» тут же изменилась, демонстрируя во всей красе сцену поглощения троих вооруженных мужчин ожившей полупрозрачной трубой от гигантского пылесоса с последующим нырком обратно в ту же каменную осыпь, из которой она так неожиданно появилась. Еще через несколько мгновений в зале возник, просочившись через инкрустированный пол, продолговатый бликующий пузырь впечатляющих размеров. Он, колыхаясь и переливаясь, выплыл на середину и беззвучно лопнул, потревожив прически присутствующих воздушной волной, а к нашей компании добавились три слегка ошарашенных индивида мужского пола.

Ярко-аметистовые глаза весело щурились, наблюдая трогательную сцену воссоединения дружной команды, но вдруг расширились и замерцали, остановив пристальный взгляд на одном из прибывших. Объект, вызвавший повышенный интерес, тоже не остался безучастным. Он замер, впервые оставив без ответа мой обращенный к нему вопрос, глаза из темно-серых стали бездонно-глубокими, а сенсоры отметили такой всплеск эмоций – куда там юбилейному фейерверку!

Я, отступив назад, не удержалась и тихонько присвистнула: здешний Амур, видимо, совсем нехилый мастак в своем деле – бьет без промаха, причем дуплетом! Или у него двуствольный арбалет… тьфу, о чем это я?!

Меня настолько заняла эта дивная сцена, что появление нового персонажа осталось незамеченным. Сначала среагировала моя тигриная ипостась: не будь я сейчас в человеческом обличье, стоять бы шерсти на загривке дыбом! Несколько мгновений я имела возможность любоваться необычным сочетанием оттенков на проявившейся в сенсорном поле картине, пока в сознании не сложилась лаконичная, но емкая характеристика того, кто наблюдал за нами, оставаясь почти незамеченным в тени боковой колонны. Хозяйка первой заметила, что я выпала из общего разговора.

– Это мой брат Эрриа́н. – В голосе чародейки кроме гордости явственно звучали теплые нотки. – Он прибыл, чтобы помочь мне, а значит, не откажет и вам.

– Будем благодарны за любое содействие, – кивнула я, машинально следя за тем, как новое явление выходит на свет. Посмотреть было на что… Если оттенок волос и глаз вдовы номер два заставлял вспомнить о гиацинтах, фиалках и сирени любимого сорта «Космос», то длинная шевелюра ее родственника формой наводила на мысли о некоторых анимешных героях, а для столь насыщенного и яркого фиолетового цвета лично у меня сравнения просто не нашлось!

От наших соратников он отличался большей худощавостью и легкостью движений, свободная одежда скрадывала прекрасно проработанную мускулатуру, но от его фигуры веяло сдержанной силой. Было еще нечто такое в его энергетическом поле… что, кстати, напомнило моего собственного родственничка. Того самого, некровного… Например, те особенности, что указывали на предпочтение, отдаваемое им огненной стихии… А может, и то, что его характеристика свелась для меня к словам «прекрасен и опасен»… очень опасен, даже когда безоружен, как сейчас.

– Рад встрече!

Чужой голос оборвал череду стремительно несущихся мыслей. Я встряхнула головой, переключаясь на реальность. Оказывается, здесь принято при знакомстве соприкасаться раскрытыми левыми ладонями, поднятыми на уровень плеча.

За раздумьями мне удалось благополучно пропустить процедуру представления всех всем и момент перемещения в другую залу, главным украшением которой был длинный стол, сплошь заставленный всевозможными яствами. Желудок отреагировал гораздо раньше разума, напомнив о себе всем известным ощущением «под ложечкой»… Хорошо хоть голодное бурчание удалось подавить еще на подходе, а то вышел бы полный конфуз.

Застольная беседа протекала живо и без особых церемоний, словно так оно все и было задумано группой давно знакомых лиц. Вещали в основном хозяева, мы же так и сыпали вопросами, пытаясь глубже вникнуть в ситуацию, дабы по возможности обратить ее себе на пользу. В целом картина вырисовывалась интересная и многообещающая. Похоже, мы прибыли очень вовремя…

Брат и сестра – кстати, двойняшки – оказались прямыми потомками коренных разумных обитателей мира, в который занесло нас. Многие поколения их племена жили здесь в ладу с природой и друг с другом. Все изменилось, когда в этот райский уголок пожаловали незваные гости – суперколдуны, обладатели рафинадно-белых волос и алых ромбовидных зрачков на фоне угольно-черной овальной радужки. Они достигли таких высот познания, что перестали умирать естественной смертью и поэтому довольно скоро намного превысили емкость родной среды обитания.

– Эта раса могущественных чародеев успела захватить не одно измерение, а несколько веков назад вторглась и к нам. Наши предки не настолько владели боевой магией, чтобы суметь им противостоять. К тому же воевать приходилось большей частью с мертвецами…

– ??!

– У пришельцев не в традиции собирать настоящие армии – слишком накладно и хлопотно, особенно в мирное время. Поэтому они держат в специальных подвалах полчища вооруженных трупов, которые можно активировать в любое время и в любом количестве.

– Вот, оказывается, откуда ноги растут у идей насчет зомби-нашествий… – протянула я. – Не удивлюсь, если узнаю, что эти знатоки вуду когда-то и у нас побывали… Впрочем, уже не важно. Прошу прощения, высокочтимая леди! Что же было дальше?

Хозяйка только рукой махнула:

– Дальше – вполне закономерный финал. Долгая и отчаянная оборона оказалась убедительной ровно в той степени, чтобы заставить пришельцев изменить намерения. Они отказались от первоначального плана истребить нас полностью, зато вытеснили с обжитых земель в более жаркие районы, которые им не подошли. Теперь под этим солнцем уживаются два вида населения – пришельцы-северяне и южане-местные…

– Значит, войны закончились?

– Не совсем. Часть беловолосых устроилась в новых колониях и на том успокоилась, остальные отправились на поиски новых подходящих миров…

– Но?..

– Не все оставленные нам земли одинаково пригодны для проживания, и народы стали враждовать между собой за передел территории.

Мы понимающе переглянулись. Что ни говори, междоусобные войны – это серьезно, порой никакая агрессия извне им в подметки не годится… Эффиана между тем продолжала:

– Наш отец – правитель самого многочисленного племени, обитающего на островах Большого Круга почти на экваторе. Края у нас благодатные, земли очень богатые, как и прилегающие моря, поэтому просто притягивают любителей поживиться. Желающих отвоевать столь заманчивый кусок всегда находилось достаточное количество. Так и жили в постоянном ожидании нового нападения… Однажды против нас объединились вожди сразу нескольких племен, и отцу пришлось просить помощи у Таэрш-э-рарта. Непросто было принять решение идти на поклон к иномирцу из расы захватчиков, но чего не сделаешь ради выживания своего народа!

– Что, аборигены поголовно погрязли в заговорах и взаимных кознях, поэтому опасно было кому-либо доверять?

– К сожалению, так и есть…

– Но почему именно к нему?

– Вообще-то многие из пришлых могли бы оказать разного рода услуги за хорошее вознаграждение, но этот и среди своих почитался лучшим из лучших.

– Оно хоть стоило того? – нарушила Вячеславна многозначительную паузу.

– Конечно! – Собеседница тряхнула переливчато-аметистовой гривой. – Нападавшие были наголову разгромлены, так что враждебные кланы по сути прекратили существование. Прочие же чересчур малочисленны, чтобы представлять серьезную угрозу даже объединившись, да и живут слишком удаленно друг от друга, поэтому их можно смело сбросить со счетов. К тому же наши владения с тех пор надежно защищены заклятиями, поддерживать которые мы можем и сами…

– А при чем здесь ты?

– Наемники работают не за спасибо! – Красиво очерченные губы чуть искривились в горькой усмешке. – Я стала частью оплаты за неоценимую услугу согласно пожеланию исполнителя. Но жаловаться на судьбу нет причин! Вопреки моим самым худшим ожиданиям «хозяин» отнесся ко мне со всем возможным уважением, обеспечил достойные условия, ни словом, ни делом не обидел и даже успел заключить официальный брак – во время короткого перерыва между двумя путешествиями. Насколько понимаю, он сделал это как раз для того, чтобы защитить меня от нападок своей первой супруги, которая дико ревновала мужа и в его отсутствие давала себе волю. Он же так и не нашел времени для исполнения супружеских обязанностей по отношению ко мне, поскольку редко появлялся дома, вообще был постоянно занят или брался за новые дела в других измерениях, пока в одном из них не погиб… так неожиданно для всех…

– Зато сразу дал понять старшей женушке, насколько значимы для него достоинства нового «приобретения»! – Это Призрак любезно поспешил увести разговор в сторону от нежелательного развития темы.

– Думаю, все гораздо проще! – повела плечиком Эффиана. – Это скорее дань здешним обычаям. У «северян» считается очень престижным и даже почетным, когда кто-либо ценит их магическое могущество настолько, что не погнушается рассчитаться за помощь членами семьи, а то и сам на некоторое время пойдет в услужение к мастеру… Но все же – спасибо на добром слове!

Они обменялись церемонными полупоклонами, а Норка после недолгих колебаний все-таки высказала свое недоумение вслух:

– С чужими заскоками более-менее понятно, а вот как смог твой отец пойти на такое?!

– После того как я сама согласилась на эти условия, поскольку понимала, что другого выхода нет, – просто сказала дочь правителя. – Он мне даже говорить не хотел о том, как прошли переговоры, но я нашла способ все выяснить и настояла на своем.

– Поступок, достойный гордости венценосных предков, уважения потомков, воспевания в балладах и почитания соплеменниками! – Тарглан первым нарушил паузу, озвучив нашу общую мысль.

– И вполне заслуженно! – Эрриан поднес к своим губам изящную ручку сестры.

– И наверняка его по достоинству оценил даже сам Таэрш-э-рарт, и это стало еще одной причиной, по которой твою соседку душит нечеловеческих размеров жаба! – добавила я. – Она, похоже, не согласна признать твой статус равным своему, в основном как раз потому, что ваш общий муж так и не добрался до твоей спальни.

– А мне-то что до ее согласия?! Ни раньше, ни сейчас я не собиралась ей потакать, – пожала плечами новая знакомая. – Хоть она трижды от господствующей расы и семижды великая магичка! Я такая же законная супруга знаменитого покойника со всеми вытекающими отсюда привилегиями, а интимные детали нашей семейной жизни, какой бы короткой она ни была, уж точно не касаются никого… почти.

Произнося последнее слово, Эффиана метнула быстрый взгляд в сторону отстраненно молчащего Нортиса и продолжила:

– В последнее время она совсем не знает меры, будто старается превзойти саму себя по части гадостей! Пришлось и мне показать свой характер во всей красе, чтобы осадить ее хоть ненадолго, и наглухо отгородить свою половину дворца. Для этого, правда, потребовалось уменьшить количество туманных стражей, которые охраняют покой прекрасной Анниро…

Похоже, меня и подругу дрожь пробрала одновременно. И совсем не от упомянутого имени…

– И каким же образом?!

Наша собеседница шевельнула бровью:

– Недавно мне с помощью Эрриана удалось убедить кое-кого из них в необходимости повиноваться моимприказам!

– Боюсь даже спросить, как вообще можно перевербовать призрака.

– Можно, и довольно просто, нужно всего лишь надеть ему на шею или на руку специальный артефакт.

Несколько долгих мгновений мы молчали, пытаясь представить себе это действо. Первой не выдержала Норка:

– Но ведь у них и шея тоже… нематериальная, или?..

– Не «или», – невозмутимо подтвердила Эффиана, – действительно «тоже». Так и орудие подчинения переводится в соответствующее состояние! А для перемещения до цели есть специальные заклинания… Ничего сложного… хотя, конечно, смотря для кого!

– Снимаю шляпу! – только и оставалось мне сказать, разводя руками.

У Тханимара заблестели глаза, он явно подумал о том же, что и я: можно будет использовать этих стражей для нейтрализации охраны той половины дворца, по принципу «клин клином вышибают»!

– И как же их бывшая хозяйка восприняла подобную каверзу?! – не на шутку заинтересовалась Норка.

– Для начала попыталась их вернуть… – Вдова номер два выдержала многозначительную паузу и продолжила: – Пока у нас временное затишье, но кто бы знал, как мне все это надоело! При том что больше нет необходимости здесь оставаться… Я решила вернуться к родным, забрав свое и напоследок насолив покрепче, поэтому и вызвала брата.

– И наше появление по этой самой причине пришлось как нельзя более кстати?

Очаровательная волшебница улыбнулась краем рта и нацепила на лицо весьма загадочное выражение. Моя команда заметно воспрянула духом, воодушевившись открывающимися перспективами, но Светлый Вождь несколько поумерил нашу радость:

– Осталось только придумать – и продумать! – хороший план, и желательно не один, ведь и враг не станет сидеть сложа руки!

– А время нас поджимает, поэтому лучше всего проложить маршрут в один конец, чтобы сразу, как только быстренько все провернем, сбежать в пещеру с порталами…

– Да одной левой! – подмигнул придворный чародей моей подруге. – Подумаешь: зайти, найти, отобрать и удрать – всего-то и хлопот!

Призрак тоже что-то добавил от себя, но я их уже не слушала. На меня снова накатила тяжелая темная волна, которая заполонила сознание огромным количеством беспорядочно мелькающих картинок. Словно примерно полцентнера цветных фотографий разом вытряхнули из битком набитого мешка… Не стану вдаваться в детали, скажу только, что ничего обнадеживающего из этого потока информации выудить не удалось.

Я приоткрыла глаза, невольно поморщилась от света и встретилась взглядом с ликуартисцем, выжидательно притихшим рядом. Выражаться вслух не хотелось, поэтому просто покачала головой.

– Настолько безнадежно? – все-таки переспросил он.

– Без вариантов. По крайней мере пока. Похоже, она закрылась наглухо, чтобы никто не мог помешать вынашивать коварные планы… Как же нам теперь попасть на ее половину? Подкоп – долго, для штурма сил маловато, перемагичить, пожалуй, тоже не получится, не в обиду тебе будь сказано!

– Да что там! – Тханимар махнул рукой. – Даже спорить не возьмусь – в открытом поединке с ней меня надолго не хватит.

– А просить гостеприимную хозяйку развязать с нашей общей врагиней открытую войну заклинаний было бы чересчур нескромно.

– Почему же? – кротко улыбнулась вдова номер два. – Игра на нервах достойного противника – одно из тех утонченных развлечений, которое вполне можно себе позволить! А если при этом еще и доброе дело зачтется…

– Очень обяжешь! Только вот… не знаю, что смогу предложить взамен…

– Договоримся! – подмигнул мне сиреневый глаз. – Может статься, это моя услуга будет ответной!

Через некоторое время все-таки пришлось прерваться на недолгий отдых, поскольку давно миновала полночь и усталые мозги не торопились производить свежие идеи. В свободных комнатах для гостей недостатка не было, и вскоре я с одобрением разглядывала изысканный интерьер, лежа после водных процедур поперек пышно убранной кровати, рассчитанной примерно на семерых баскетболистов. Натруженные глаза уже бастовали всерьез, веки готовились к роли занавеса, который отделил бы перегруженное сознание от реальности, такой утомительной время от времени, приятная истома разливалась по гудящим от усталости конечностям… но тут в дверь постучали.

Кто бы знал, чего мне стоило сдержаться и не встретить визитера теми словами, что первыми так и завертелись на языке! Да так там и остались… Мало того, я даже смогла соорудить на лице вполне приемлемое выражение, когда отпирала замок. Следующий момент меня значительно взбодрил – кого угодно можно было бы ожидать увидеть на своем пороге в этот час, но никак не ходячий этюд в ярко-фиолетовых тонах!

Почти на автомате я приглашала его войти и расположиться в самом удобном кресле и вспоминала, какие из мимических мышц надо напрячь, чтобы получилось убедительно изобразить интерес. Если судить по реакции нового знакомого, это удалось, и неплохо, и я уже почти привела сознание в пограничное состояние между бодрствованием и дремой, чтобы выдержать предполагаемый светский разговор о грядущей погоде и окружающей природе. Напрасный труд – сон окончательно слетел с меня после извинений за беспокойство и уверений в крайней важности разговора… Нет, не произошло ничего страшного, просто этот шедевр местной эволюции поинтересовался моим отношением к перспективе провести как можно большую ближайшую часть своей жизни в обществе его скромной персоны!..

В памяти тут же всплыл эпизод пятилетней давности, когда в разгар судьбоносного сражения в Туманной долине мне выпала честь пообщаться примерно на ту же тему с бывшим хозяином этого дворца. Похоже, у многих здешних жителей нездоровая тяга к экзотике… На мне что, медом намазано для всяких иномирских колдунов?! Но посылать по любому из известных адресов сразу вроде бы невежливо, да и любопытство разбирает…

– Рискну спросить: что могло послужить причиной столь спешного предложения обретения возможного полного счастья именно мне?! – осторожно поинтересовалась я, когда удалось более-менее привести в порядок скачущие вразброд мысли.

– На редкость удачное сочетание характеристик жизненной силы.

– На чем же основана такая уверенность?

– На сведениях, полученных от телесной оболочки, а потому самых достоверных.

Час от часу не легче! Что такого успел ему разболтать мой организм и, главное, когда?! Какой-то неправильный диалог – чем больше ответов получаю, тем понимаю меньше… Но стоит попробовать еще раз.

– Значит, высокочтимый дэлх[32] обладает способностью узнавать подобные тайны чужого тела?

– Как и большинство моих соплеменников из числа тех, кто сведущ в магии.

– И как же можно определить степень совместимости, да еще так быстро?!

– Достаточно соприкосновения, лучше всего пальцев и ладоней, потому что именно там находятся ключевые точки входа и выхода энергии. Это и узнавание, и приглашение, которое, по всей видимости, осталось непонятым представителями другой расы.

Я невольно бросила взгляд на свои ладони. Вот как может быть – осчастливишь кого-нибудь рукопожатием и невольно прочитаешь очень личную информацию, и хорошо, если при этом в домогательстве не обвинят! Нет, с такими собеседничками придется руки держать в кованых перчатках… А еще лучше – в ежовых рукавицах, непременно мехом наружу!!! Но надо же что-то отвечать…

– Смею надеяться, не одной мне так сказочно повезло?!

– К моему безмерному изумлению и восторгу, высокочтимая госпожа Леона в этом отношении не отличается почти ничем. Я склонен считать это знаком благоволения судьбы и почел бы за счастье провести следующую часть жизни в обществе вас обеих!

Мне все-таки удалось подавить нервный смех. Бывает и так – ищешь одно, попадется другое… Ведь изначально предполагалось всего-навсего найти моего коварно похищенного возлюбленного и по возможности нескучно провести время, а теперь… Теперь нам с подругой перепала редчайшая по сути возможность стать соседками по гарему и даже сойтись во вкусах по отношению к противоположному полу! Убиться веником…

– А упомянутая госпожа уже знает о внезапно постигшем нас невероятном везении?

Если нежданный поклонник и расслышал в моей реплике нотки сарказма, то не подал виду.

– Нет, я сначала…

– …пришел с этим лестным предложением ко мне, потому что я старше?

– У нас говорят – «взрослее и мудрее». – Слова сопровождались легким полупоклоном и многозначительным движением левой брови. – К тому же на редкость проницательна…

Меня в самом деле умилила проявленная корректность, и тем сложнее стало подобрать слова для достойного, но не обидного ответа.

– Высокочтимый Эрриан, боюсь, я даже после долгих и упорных стараний не смогу найти достаточно емких выражений, чтобы выказать поистине безмерную признательность за лестное предложение! Высшие силы свидетели, насколько высоко я ценю оказанную мне честь и возможность скоротать свой век в обществе такого достойного партнера, только…

– Есть нежелательные обстоятельства?

– Есть одно маленькое «но»: я не свободна!

– И что с того?! – Гость небрежно пожал плечами. – Законный брак – дань традициям, светская необходимость, способ решения проблем власти, наследования имущества и титулов… Бесспорно, это все важно в определенные периоды жизни, но сейчас речь идет о полноценном и гармоничном существовании тела и души!

– Думаю, не стоит беспокоиться на мой счет – меня вполне устраивает все, что имею!

– Рад слышать, – сказанное нисколько его не обескуражило, – только подобная уверенность нередко возникает просто потому, что не с чем было сравнивать!

Давненько не приходилось чувствовать себя настолько ошарашенной (более мягкие выражения вроде «удивленной» или «озадаченной» не выразили бы и половины захлестнувших меня эмоций!). С какого перепугу верность мужу стала поводом считать себя ущербной и обделенной?! Да кто он такой, чтобы… да что кому за дело… и вообще – какого дьявола?!

Только досчитав про себя до десяти и обратно пару раз, я смогла выдохнуть и сформулировать первую трезвую мысль – насчет чужих монастырей и недовольства их уставами. Сказанное поздним визитером следует расценивать не как попытку уязвить мое самолюбие, а скорее как добрые намерения и приглашение в круг избранных, кому посчастливилось вкусить всю полноту бытия… В этом дивном измерении, похоже, подобный взгляд на вещи является нормой, да и пусть их, нам тут внуков не растить, закончим свои дела – и ходу отсюда! Только надо бы основательно подумать, что сказать в ответ и при этом не оскорбить собеседника в лучших чувствах!..

– К тому же, – меж тем продолжал он, глядя на меня потемневшими до бездонной глубины глазами, – для существа, которому дано видеть и ощущать окружающий мир иначе, нежели всем остальным, никакое разнообразие не будет излишним…

А вот это хорошо бы запомнить, чтобы после использовать как аргумент в разговорах кое с кем другим! Или лучше сразу записать, а то мысли начинают обрываться, толком не начавшись, и сознание буксует, как тяжелый транспорт в песке… А все этот голос – глубокий, вкрадчивый, словно обволакивающий… Нет, но каков затейник! Тоже мне нашелся Алконост в мужском варианте! Пришлось кое-как собраться с силами и незаметно себя ущипнуть, чтобы стряхнуть наваждение.

– Дело в том, что мой любимый супруг уже достаточно долго находится вдали от меня, поэтому когда мы воссоединимся, однообразие нам уж точно не грозит, ручаюсь чем угодно!

– Завидная уверенность и подкупающая преданность, – он задумчиво качнул головой, – но хотелось бы думать, что ответ не окончательный!

– Не хотелось бы обнадеживать понапрасну, равно как и огорчать отказом, однако…

Видимо, собеседник правильно понял адресованный ему выразительный взгляд, как и степень моей неподатливости его чарам.

– Что ж, – Эрриан, едва заметно улыбаясь краем рта, встал и встряхнул волосами, отбрасывая назад ярко-фиолетовые пряди, – не смею более навязывать свое общество. Момент сейчас не самый подходящий, пока не разрешены все назревшие проблемы, но… думаю, мы еще вернемся к этому разговору!

– Разве что в отношении планов моей подруги на будущее! – Надеюсь, мне удалось тоном и сочувственной улыбкой смягчить категоричность последней фразы. Я ответила на прощальный полупоклон, заперла дверь, добрела до кровати и рухнула на нее не раздеваясь. Ей-богу, проще дубиной махать, чем этакие разговоры беседовать!..

Я успела заснуть и увидеть почти полностью первый из набора положенных на сегодня снов, на редкость мирный и жизнеутверждающий, что само по себе удивительно после такого-то денечка… Досмотреть его до конца не пришлось, потому что я так и не научилась игнорировать возникающие в моем сенсорном поле всплески чужих эмоций и ощущений, а до сих пор как бы пропускаю их через себя, что бывает порой совсем некстати. Как сейчас, например… И даже гадать не придется, кого же это из моих ближних так бурно всколыхнуло среди ночи…

До Норкиных покоев я доползла по стеночке, вслепую, благо было недалеко, и тихонько поскреблась в инкрустированную дверь. Не подумайте плохого – если бы те всплеснувшие эмоции были другой категории, меня бы принесло размашистым галопом, а эта трехметровая лакированная дурында уже открывалась бы в другую сторону! А так – ни к чему еще и пугать грохотом и моим, с позволения сказать, лицом спросонья и с недосыпа…

– Он давно ушел?

– Только что. Видишь, даже запереть за ним не успела… Ты же должна была его видеть?!

– Мало ли чего и кому я должна! – С третьей попытки удалось-таки разлепить неподъемные веки. Только для того, чтобы снова зажмуриться, потому что раздражал даже свет небольшой свечи. – Не помешало бы еще и желание…

– Что, настолько насмотрелась?

– Для одного дня вполне достаточно, – вздохнула я, закончив тереть саднящие глаза и устремляя на Вячеславну испытующий взгляд вприщур. – И как оно тебе?

– Чтоб я знала! – развела руками она. – Как-то все это… во-первых и в-главных, слегка не вовремя! Во-вторых, не слегка неожиданно… и слишком уж серьезно для первого дня знакомства, ты не находишь?!

– Это как раз объяснимо. – Я все-таки доплелась до кресла и устроилась в излюбленной позе поперек сиденья, опираясь спиной об один большой и мягкий подлокотник и перебросив скрещенные ноги через другой. – Если ему подобные могут сразу определить степень совместимости с интересующей особью, то, само собой, не видят смысла терять время, которое можно провести с немалой взаимной пользой. А что до остального… насколько понимаю, он ведь не торопит с решением?

– Нет, – качнула головой высокочтимая госпожа Леона, задумчиво разглядывая себя в зеркало, – только мне кажется, что это чудо тутошней природы и не сомневается в том, каков будет мой положительный ответ!

Мы фыркнули одновременно, вспомнив, из какого фильма взялась эта фразочка.

– Неудивительно…

– Теперь ты, пожалуй, должна мне напомнить, что принцы, к тому же иномирские, на дороге не валяются, а он к тому же еще и чародей каких мало, спортсмен, активист, комсомо… нет, просто красавец-мужчина, предел мечтаний дизайнера-экстремала!

– Сама же все и сказала…

– Для очевидных достоинств достаточно и обычного зрения!

– Тогда что смущает? Честно говоря, давно не видела тебя в настолько растрепанных чувствах!

– Я и сама себя в них примерно столько же не видела, – проворчала Норка, забираясь с ногами на кровать. – На сей раз растрепыватель попался чересчур… своеобразный!.. А смущает, например, отсутствие видимых минусов.

– Но тебя же никто сей момент не гонит ни в постель, ни под венец! – Я не сдержалась и зевнула украдкой. – В этом их укладе имеется большущий плюс – они свято блюдут принцип добровольности, потому что только так достигается то самое желаемое «полноценное и гармоничное существование тела и души». Он и сам прекрасно понимает, что «первым делом самолеты», и нам нужно довести свою затею до конца. Для начала посмотришь на него в деле…

– Поживем – увидим? – Подруга, явно успокоившись, натянула на себя одеяло и свернулась калачиком.

– Конечно! – При взгляде на нее меня снова одолела зевота. – По крайней мере будет что вспомнить… А сейчас, как учила нас моя бабуля, вспомни все хорошее, что произошло за день, и спи!

Я выбралась из кресла, задула свечу и вышла на цыпочках, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Глава 3

Незадолго до рассвета мы снова собрались в трапезной, чтобы за ранним завтраком поделиться результатами мозгового штурма. Обсуждения и прения не заняли много времени, ведь особого выбора не было. Беловолосая колдунья могла сколь угодно долго сидеть безвылазно в своих покоях, не допуская к себе никого и ничего, но нас это не устраивало. Для возможных маневров годилась разве что территория, расположенная на некотором удалении вокруг дворца, которая считалась общей и была доступной для обеих враждующих сторон.

– Значит, надо так спровоцировать, чтобы ей очень сильно приспичило выйти за пределы своей крепости… для справедливой мести, например! И как только снимет защиту…

– А если дело не выгорит и она не поведется на наш развод?

– Тогда пойдем напролом и нападем сами! А потом дадим себя разгромить и захватить в плен… да мало ли!

– Вот именно, – подала голос наша новая союзница. – За столько лет я достаточно изучила ее слабые места, поэтому, думаю, все получится!

Получилось! И повелась!! Как миленькая!!! Объединенные усилия придворного чародея и новых сторонников привели к очень даже неплохим результатам. «Наши» призрачные стражи неслабо порезвились на подступах к владениям Анниро… Для начала похитили трех служанок вместе с новым изумительной красоты платьем, которое они спешили доставить в спальню к моменту пробуждения госпожи. Вредить людям, разумеется, не стали, просто постращали – так, совсем чуть-чуть, больше для порядка! – и водрузили рядком на самый конек самой высокой крыши дворца. От визга вусмерть перепуганных девиц флюгеры на башнях развернуло в разные стороны, а все окрестные вороны и местная живность, их замещающая, наверняка долго еще каркали заикаясь… Не успела вдова номер один решить, в какой форме выразить свое неудовольствие, как подоспели свежие «вести с полей»: все клетки в саду оказались открытыми, а экзотические птицы, обитавшие в них до сей поры, благополучно разлетелись кто куда.

В-третьих, с шей иномирских монстров, которые играли роль сторожевых собак, исчезли ошейники, с помощью которых эти хищники приводились к подчинению, так что теперь вокруг дворца рыскала по сути неуправляемая смерть во плоти… Еще и голодная к тому же, поскольку нужная дверь в кладовую оказалась наглухо запечатанной с помощью мудреных заклинаний. Благо, что заговоренная решетка не дала этим чудовищам возможности вырваться за пределы парка, а иначе последствия их изысканий в области вдумчивого изучения местных достопримечательностей вполне могли весомо сказаться даже на материке…

В-каких-не-помню, еще парочка сюрпризов ожидала на «конюшне» (мне так и не удалось выучить, как на самом деле следует называть помещения, где содержались местные организмы, отдаленно похожие на здоровенных, местами шипастых и повсеместно пушистых четвероногих страусов, служившие в качестве тягловой силы). Колеса экипажей и все инструменты словно приросли к полу и полкам, и никакими стараниями так и не удалось их отковырять. Вдобавок оказалось, что в разнокалиберные косички заплетено все что можно и нельзя: детали упряжи, вожжи, ремни кнутов – и между собой длинные гривы стоящих рядом «скакунов», которых вынужденное тесное соседство здорово нервировало. Они возмущенно клекотали, шипели, били когтистыми двупалыми лапами во все стороны, клевались и не подпускали к себе никого, и теперь их не получалось даже вывести наружу, чтобы спокойно разъединить…

Последней каплей стало пропавшее утром платье, которое все-таки нашлось. Оно было надето на среднюю, особенно корявую часть дерева вроде очень чахлой, хоть и высокой пальмы. Насколько я поняла из объяснений Эффианы, подобных представителей флоры держали в местных садах ради ценных деликатесных плодов, появлявшихся на скрученных спиралью стволах два раза в год, ранней весной и поздней осенью. Бугристо-ребристые подобия крупных груш имели особый вкус в первые полчаса после покидания родных веток, пока не переставал капать светящийся сок из места отрыва. В остальное время – как сейчас, например, – эти раритеты находились в состоянии покоя и представляли собой старое облезлое бревно, изрядно побитое непогодой и древоточцами…

Долго ждать ответных действий не пришлось. Зомби-апокалипсиса мы не допустили бы в любом случае, так же как и атаки других объектов макромира, но с легкими субстанциями было сложнее. Анниро, давно проживавшая в этой роскошной резиденции, гораздо лучше знала расположение вентиляционных каналов, тайных помещений и прочих инженерно-архитектурных элементов, поэтому скучать нам не пришлось.

Для начала по всей «нашей» половине распространилось редкостное зловоние, от которого захватывало дух и резало глаза. С помощью «поисковой сети» удалось довольно быстро обнаружить его источники, с помощью нэфи – уничтожить, а стараниями хозяев атмосфера скоро стала прежней. Следующая часть «Мерлезонского балета» была намного интересней… Воздух словно сгустился до такой степени, что контуры видимых предметов исказились и начали расплываться, потемнел и стал давить со всех сторон, заставляя сгибаться под собственным весом и захлебываться каждым вдохом… В дополнение к этим дивным ощущениям добавился звук – не самый громкий, но до того высокий и пронзительный, что всерьез начинали одолевать сомнения насчет прочности черепных швов… Пока совместными стараниями магов шла борьба с новой напастью, пришлось отсиживаться по комнатам в пределах одного небольшого коридора, который проще было укрыть от враждебного воздействия.

К сожалению, как бы ни бушевали эмоции беловолосой колдуньи, забыть о бдительности не заставили, так что все наши попытки нащупать хотя бы крошечную лазейку, доступную хотя бы для призраков, или хотя бы слабое место в защитных полях звонко накрылись медным тазом. Проникнуть на ее половину дворца так и не удалось.

– Столько усилий – и все зря!!! – гневно сыпала я искрами, вдоль и поперек меряя шагами свою комнату.

– Никто и не обещал, что будет легко! – сочувственно отозвалась подруга из кресла в дальнем углу.

– Чтоб она провалилась, эта распрекрасная красноглазка – или красноглазая распрекраска?!

– У них же вроде красные зрачки на черной радужке?..

– Да хоть… в полосочку по клеточке или в крапочку по яблочку! Главное – закидоны свои вовсю демонстрирует, чтоб ей!..

– Мы же вроде бы этого и добивались?

– Так и хочется рвать и метать!

– Принести что-нибудь подходящее?

– Разве что ее голову на блюде… которое об нее же и расколочу!!!

– Ты хоть в выражениях себе волю дай, не стесняйся – быстрее пар выпустишь, все на пользу…

– Уже. Не помогло!

– Тогда подумай о том, что мы все же вывели из себя старшую вдову, так что сейчас у нее гораздо больше шансов допустить ошибку. – Голос вдруг возникшей у порога Эффианы звучал на удивление спокойно. – А значит, самое время действовать… но только с умом!

Я остановилась, потерла виски, несколько раз встряхнула гудящей головой…

– Ч-ч-черт! И ведь наверняка есть какой-нибудь простой способ обойти эти мудреные колдовские штучки!..

– «Сим-сим, откройся»?

– Под настроение больше подошло бы «Трах-тибидох»! – Я в сердцах пристукнула кулаком по стене и невольно поморщилась от боли.

– А ведь говорят, что безвыходных положений не бывает…

– У нас-то оно как раз наоборот – безвходное!

Повисла напряженная пауза. Подруга начала размышлять вслух:

– Если столько сил потрачено ради усиления защиты, значит, от нас ожидают активных действий именно в этом направлении…

– Многократных попыток войти куда не велено?

– Вот именно! А если мы возьмем да и обманем ожидания этой… не очень радушной хозяйки?

– Нормальные герои всегда идут в обход![33] – кстати вспомнилось мне.

– Вот-вот! – подмигнула Вячеславна. – Может, стоит вспомнить прецеденты, хотя бы из своей истории… например, того же троянского коня!.. Чему-то же нас учили в школе на уроках?!

– Ай да Норка, молодец! Вот и мучениям конец! – Давно блуждавшая на задворках сознания мысль наконец-то смогла оформиться во всей своей каверзности. – А ведь, пожалуй, найдется одна идейка… Только нам понадобится весь ваш актерский талант, высокочтимая госпожа Эффиана! Хотя, конечно, реагировать вслух на козни противника и дать ему… то есть ей понять, что ее каверзы задели за живое, – явно ниже достоинства, совсем не в вашем стиле…

– Думаю, как-нибудь смогу пережить подобное отступление! – Принцесса лукаво подмигнула. – Лишь бы для пользы дела…

– Так, зовем остальных!..

За бурным обсуждением никто не заметил, как наступила глубокая ночь. Спохватились только тогда, когда в третий раз успели закончиться яства на столике, накрываемом шустрыми служанками по велению нашей заботливой хозяйки.

– Значит, остановимся на первом варианте? – Призрак тщетно попытался выжать еще немного вина из давно опустевшей бутылки.

– Думаю, никто возражать не будет. – Я протянула ему свой так и не тронутый бокал. – В остальных слишком уж много слабых мест…

– В этом тоже хватает!..

– Бог не выдаст – свинья не съест! – подала голос Норка, подмигивая. – Лучшего и большего взять все равно негде…

На том и порешили. Участники задуманного лицедейства стали расходиться по своим апартаментам. Несмотря на слипающиеся глаза, я все же успела заметить, как пальцы сиреневоглазой красавицы задержались в ладони Нортиса, когда он подавал ей руку, помогая встать из глубокого кресла. Особенно красочная картинка расцвела в сенсорном поле, когда принцесса легким жестом смахнула невидимую пушинку с его плеча и сказала что-то такое, от чего у отважного воина перехватило дыхание напрочь… Уходя к себе, Эффиана обернулась, их взгляды встретились и… до сих пор не понимаю, как удалось избежать пожара!.. Но раз уж удалось, надо этим воспользоваться и хоть немного дать отдохнуть закипающим от напряжения мозгам…

Примерно через час противостояние закипания и засыпания закончилось тем, что второй процесс окончательно сдал позиции. Отлежав себе все бока и устав безрезультатно переворачивать и комбинировать многочисленные подушки в поисках удобной позы, я решила подышать воздухом. Было достаточно свежо, и я, разглядывая безоблачное небо с незнакомыми созвездиями, порадовалась, что набросила плащ вместо пеньюара. В листве притихших деревьев тонко пересвистывались какие-то ночные существа, слышно было журчание воды и невнятные шорохи среди фигурно подстриженных кустов, и на этом фоне особенно выделялся звук, который мне вообще-то слышать было не положено… А именно – учащенный стук сердца, вкупе с увиденной «скрытым зрением» картинкой наводящий на далеко идущие размышления…

– Высокочтимой госпоже не к лицу так долго топтаться у любого порога в своем собственном дворце!

– Я не собиралась никого тревожить, но когда увидела со своего балкона, что ты тоже не спишь…

Я понимающе покивала и радушно указала Эффиане на кресло, пытаясь умоститься как можно уютнее в соседнем. Сенсоры буквально резало сочетанием красок в ее живом свечении, по ним, как по книге с крупным шрифтом, без труда читались эмоции и сомнения, бушующие в душе поздней гостьи, но из вежливости пришлось подождать, пока она сама начнет разговор. Взять себя в руки ей удалось на удивление быстро…

– Видишь ли, мне самой трудно кое в чем разобраться, слишком уж все неожиданно… К тому же из-за разницы в обычаях и укладе можно оказаться неверно понятым, а этого совсем не хотелось бы!

Я решилась помочь ей взять быка за рога.

– Не утруждайся вопросами. Отвечу сразу: да, Нортис из числа людей, которые мне очень дороги, которым доверяю многое, включая собственную жизнь и государственные тайны. Но при этом – нет, он не мой мужчина и никогда им не был, несмотря на все свои бесспорные достоинства и геройскую биографию! Просто мы с ним…

Черт, в кои-то веки собиралась объясниться как можно короче! Не вышло… Пришлось начинать повествование с того памятного дня, когда впервые пересеклись дорожки – моя, когда я была еще просто «видящей», и того, кто на сегодняшний день (вернее, ночь) был одним из немногих всеми почитаемых носителей гордого звания Белой Тени. Как она слушала – это надо было видеть! С горящими глазами ловила каждое слово, особенно если оно было лестным для предмета разговора, не моргая и, кажется, даже не дыша… поэтому я – на всякий случай и во избежание – постаралась не слишком ударяться в многословие.

– Замечательная история! – выдохнула моя благодарная слушательница после короткой паузы.

– Ее герою под стать! – пожала плечами я, успешно подавляя зевок. – В чем действительно мне повезло по жизни, так это насчет самых лучших и достойных друзей и соратников!

Собеседница приняла мой намек как комплимент, немного подумала и уточнила:

– Значит, ты не будешь против…

– И моя команда тоже! А я, наверное, больше всех буду рада, если – вернее, когда! – Нортис обретет свое счастье, он его действительно заслужил! И уж точно не собираюсь мешать… особенно тебе!

Видимо, мои слова заставили рухнуть с ее души последний из гигантских валунов, которые не давали свободно дышать. Эффиана с явным облегчением рассмеялась, я ее поддержала, и напоследок, уже у самой двери мы обнялись – по-настоящему, от души. Она легкой походкой, чуть ли не пританцовывая, направилась в свои покои, а я, еще немного полюбовавшись исправленной картиной ее живого свечения, закрыла дверь и направилась к кровати…

Правда, не дошла. Постояла немного, не желая верить ощущениям, но их сила возрастала все убедительней, поэтому пришлось выдать особо тяжелый вздох и развернуться обратно. Заменить пушистые тапочки на более серьезную обувь, плотнее запахнуть плащ, ибо на переодевание сил уже не осталось… Постоять, водя пальцем по завитушкам, украшающим дверную ручку, в ожидании стука и попытаться прикинуть, когда в последний раз доводилось наблюдать в цвете подобное кипение разнообразных и бурных эмоций, как у человека, стоявшего по ту сторону полированной деревянной створки…

Вот интересно, сколько времени ему потребуется, чтобы отважиться постучать?! Словно подслушав мои мысли, он поднял руку и… снова замер в нерешительности. Видимо, у тутошнего Амура стрелы особо крупного калибра, что при попадании в сердце повреждают что-нибудь где-нибудь еще… например, напрочь выбивают почву из-под ног!..

Я не стала больше ждать, распахнула дверь и… встретила отчаянный взгляд серых глаз. И не дала ночному посетителю покаянно пасть на одно колено.

– Что заставило верного соратника уподобиться мотыльку и лететь на огонек в моем окне?!

Похоже, скоро на стихи перейду, тогда держитесь, все доселе известные мастера пера и рифмы!

Нортис переступил с ноги на ногу и глубоко вздохнул, опуская очи долу.

– Может, все-таки уже зайдешь, а то по темноте через порог давать ничего не положено, тем более ценные советы!

У меня хватило сил погрузиться в кресло с достаточной степенью величия и не смотреть при этом в сторону кровати. Он вежливо проигнорировал соседнее посадочное место и опустился на пол рядом со мной, скрестив ноги. Я не стала тратить время на хождение вокруг да около и наводящие вопросы, просто провела рукой по его густым волосам, задержав ладонь сначала на темени, потом на затылке и угодив кончиками пальцев как раз в нужные точки. Стремительный поток чужих чувств и сомнений тут же подхватил, затопил с головой, закрутил в пестрой фейерверочной круговерти, от души покачал на волнах неожиданно теплых, даже горячих чувств и медленно отхлынул, оставив легкое головокружение в словно бы захмелевшей голове и щемящее ощущение в сердце…

Кто знает, возможно, в этом наслоении чужих переживаний очень уж много схожего было с моим собственным состоянием – тогда, несколько лет назад, когда впервые довелось испытать на себе неотразимость обаяния своего возлюбленного… Тем понятнее душевные терзания сегодняшней жертвы любви с первого взгляда… И тем сложнее подобрать слова, ведь я еще не успела забыть, как трудно было пробиться голосу разума сквозь такой шквал эмоций и впечатлений!..

– Вам бы минуту назад с ней под моей дверью встретиться и решить все вопросы сразу между собой, а не заставлять умученную жизнью меня лить слезы умиления вокруг каждого из вас по отдельности!

Нет, я совсем не такая черствая гугнивая грымза, как может показаться на первый взгляд, просто… слишком непривычно было видеть в настолько смущенном состоянии Нортиса, который сохранял ровное дыхание практически в любой ситуации! Который в то памятное лихое время, будучи совсем зеленым, не побоялся помочь нам, объявленным вне закона… Который несколько дней вдвоем со своей собакой догонял по завьюженным горам и нехоженым лесам отряд ополченцев, чтобы сражаться с бывалыми воинами наравне и прежде всего воздать врагам за смерть отца… Который мог хоть словом, хоть оружием уделать кого угодно так, что мало не покажется и добавки не захочется, да и без оружия всегда находил чем озадачить противника в полном смысле слова до потери пульса!.. И насколько я знаю – а об этом человеке я знаю все! – до сих пор ни одной красавице независимо от происхождения, материального положения и возраста не удавалось вызвать в его душе судьбоносно значимое волнение, зато сейчас там вовсю бушевал небывалой силы шторм, сплошь девятые валы… надо же!.. И полная растерянность перед лицом такой стихии…

– Почему ты не обратился к тому же Призраку, например? Способность читать чужие мысли запросто помогла бы тебе развеять все сомнения!

– Именно поэтому и не обратился! – На изрядно заалевшем лице моего верного рыцаря наблюдалось редкое сочетание сильного смущения (по вполне понятному поводу) и благородного негодования (как могла в принципе прийти в голову идея самовольного копания в потаенных мыслях предмета влюбленности?!). Еще были недоумение пополам с огорчением (как подобная бестактная идея могла прийти в голову именно мне?!!), сильная обескураженность и полный разброд в мыслях (от всего вышеперечисленного вместе взятого).

– Тогда хотя бы просто за советом, уж ему-то по женской части опыта не занимать!

– Нет. – Собеседник смутился еще больше. – Мне нужно услышать мнение женщины – самой мудрой из всех, кого я знаю!

Ох, если бы! Да уж, попал парень аккурат по адресу!.. Но делать нечего – придется поддерживать имидж, по крайней мере хотя бы попытаться помочь разобраться, что к чему…

– Что ж, давай танцевать от печки… Дано: вы двое и явно взаимная симпатия, вспыхнувшая неожиданно и сильно. Дополнительные условия: совместные партизанские действия и связанный с ними дефицит времени и возможностей для долгого и вдумчивого ухаживания. Найти: в чем состоят проблемы… А в чем, собственно, они состоят?!

Ответом был взгляд, описать который просто не возьмусь…

– В отношении моей персоны даже не думай переживать! Мне, безусловно, было приятно и лестно продержаться столько времени в качестве твоей дамы сердца, и вряд ли найдется другой такой же преданный и завидный соратник и друг, но… Поверь, для меня гораздо важнее знать, что такой настолько не чужой мне человек наконец обрел все, чего заслуживает! В том числе и личное счастье…

Если бы я и не услышала вздох облегчения, смена красок в живом свечении собеседника дала бы недвусмысленно понять о масштабах камнепада, который только что прогремел с его мятущейся души! Но до полной гармонии было далековато…

– Тебя гложут еще какие-то сомнения?

– Да! – выпалил он и снова запутался в словах. – Ведь она такая… и к тому же… а еще…

Я встала, прошлась по комнате (так лучше думалось) и задержалась у окна, машинально отметив, что луна успела зайти, а звезды – изменить положение на небе. Потом, повинуясь внезапному наитию, вернулась и снова села – в другое кресло, которое незадолго до этого момента почтила своим присутствием сиреневоглазая принцесса. Правильно, зачем размениваться на бокалы и дверные ручки… Чем больше объект, с которым контактировал интересующий субъект, и чем этот контакт был дольше и теснее, тем лучше! Расчет оказался верным: в сенсорном поле замельтешили яркие цветные картинки, наперебой сменяя друг друга, словно торопясь убедить меня в правильности хода мыслей… Надо же, не каждый раз увидишь столь заманчивые варианты долгожданного светлого будущего! Что ж, хотя бы один из нашей команды пустился в это путешествие не зря!..

Видимо, я совсем ненадолго выпала из общения, поскольку Нортис даже не заметил, что временно лишился моего внимания, и продолжал втолковывать мне для меня очевидное.

– Вполне с тобой согласна: Эффиана – дочь правителя, красивая, умная, гордая, независимая, практичная, с незаурядным чувством юмора и магическими способностями, помноженными на хорошую школу, и т. д. и т. п., и см. на обороте… Или что-то не так?

– С ней – все так…

Он как поднялся вместе со мной, так и стоял почти по стойке «смирно».

– С чего бы вдруг неуверенность в отношении себя?! – Я окинула собеседника долгим пристальным взглядом от макушки до набоек на каблуках высоких сапог. – Ты, насколько я вообще что-то понимаю в жизни, вполне самостоятельный мужчина, сумевший не по блату, а по заслугам заполучить впечатляющую репутацию, замечательных наставников и место в жизни, завидное для тех, кто понимает. Плюс награды и боевые шрамы, доблестно заработанные во время эпохальной битвы во имя спасения исторической родины и наведении порядка в «горячих точках»… А еще – хоть и молодой, но весьма неглупый и перспективный человек с очень даже располагающей внешностью и фигуркой – мм!.. Даже немного жаль, что у нас не в обычае заводить гаремы, особенно мужские, а то и твоя легендарная неприступность не спасла бы!

– Ваше величество!!!

– Не сметь пререкаться! – Я сурово сдвинула брови, успешно пряча улыбку. – Сам же хотел услышать мое мнение, вот и страдай молча! И еще больше не сметь нарушать конспирацию, неслух ты этакий! Сколько раз говорить, что в этом походе я всего лишь одна из команды!.. А краснеть, кстати, к тому же так мощно, совсем не обязательно – спалишь наше убежище, лишишь вышеупомянутое величество заслуженной возможности выспаться, и тогда-то всем окружающим точно придет скоропостижный и полный… каюк, невзирая на заслуги перед отечеством!

– Готов понести наказание! – Ослушник покаянно склонил голову и наконец-то улыбнулся, чуть заметно, краешком губ, но все-таки…

– Понесешь, куда ты денешься, дай только придумать какое… Нет, лучше передам право на контроль за этим одной известной нам обоим особе! У нее и фантазия побогаче моей будет, а уж для тебя наверняка расстарается как никогда!

И подмигнула. Он буквально расцвел, добавляя солнечных красок в гамму своего живого свечения, и шагнул ближе, чтобы церемонно поцеловать мою руку.

– Но разве бывает вот так, сразу?..

– Еще как бывает! – Я улыбнулась вновь нахлынувшим воспоминаниям. – Уж поверь, знаю не понаслышке! Причем каждая такая история, даже начавшись похоже, получится у каждого своя… и все зависит лишь от вас двоих! А теперь что не так?!

Очередная всплывшая в его сознании мысль перечеркнула радужную картину в моем сенсорном поле черной молнией впечатляющих размеров.

– Но ведь у них наследование идет по женской линии, значит, ей быть правительницей после отца… значит, она не сможет уйти со мной!

– Скорее всего… долг перед своим народом, знаешь ли, вещь серьезная!

– Тогда, если все сложится… мне придется остаться здесь!

– Скажи по совести, – я первой нарушила повисшую паузу, – что тебя при получившемся раскладе пугает больше всего? То, что придется утверждаться на новом месте, где тебя никто не знает, и доказывать, что ты по праву занимаешь место рядом с такой девушкой?

Пламенный взор был мне ответом.

– Ладно, не кипятись, я тоже, как ни странно, могу иногда говорить глупости. А за своих родных не беспокойся, твоими стараниями они и так ни в чем не нуждаются, мы же ни за что не бросим их на произвол судьбы! Обещаю лично проследить за этим, да и никто из наших не забудет, гарантирую!

Я ободряюще похлопала его по крепкому плечу и проводила до выхода.

– Дерзай, герой! Как ты сам не однажды говорил: «Удача любит отважных!»

– Спасибо!!! Спасибо за все!

Я распахнула дверь и вышла с ним за порог.

– Есть один-единственный и неповторимый способ все выяснить – пойти и поговорить по душам! Она все равно не спит. Удачи!

Он снова припал к моей руке, потом растворился в коридорном полумраке, а я со вздохом облегчения вернулась в комнату и закрыла дверь.

Глава 4

Ранним утром следующего дня к общим воротам роскошной колдовской резиденции подъехал не совсем обычный экипаж. Заслуженного вида, но чистые и ухоженные «страусы» с усилием тянули обшарпанные дроги[34], на которых возвышались три сбитых из толстых досок ящика с прорезями. Один из них, самый большой, был вдоль и поперек обвязан цепями впечатляющей массивности, а на толстых металлических прутьях, установленных вдоль прорезей, недвусмысленно поблескивали свежие царапины…

Каменные демоны у ворот синхронно повернули головы, синеватое свечение в глазницах усилилось и запульсировало. С передка телеги спрыгнул высокий, атлетически сложенный мужчина с изборожденным глубокими морщинами лицом, неподвижно висящей рукой и длинными волосами, убранными примерно в дюжину кос, связанных в один пучок. Он, сильно хромая, подошел ближе к наглухо закрытым тяжелым створкам и, сняв шляпу, низко поклонился. Стражи вопросительно пыхнули дымом из приоткрытых пастей – человек замычал, показывая рукой то на свое непрезентабельное средство передвижения, то на виднеющиеся в глубине парка башни дворца.

Видимо, существовал какой-то скрытый способ дать знать хозяевам о визитерах, потому что через недолгое время половинки ворот заметно дрогнули и разошлись как раз на нужное расстояние. Возница забрался на свое место, подобрал вожжи, телега со скрипом развернулась, в ящиках грохнуло с переходом в скребущие звуки, цепи звякнули, «страусы» заперебирали когтистыми лапами по направлению к боковому входу во вдовью обитель. Обе хозяйки почти одновременно показались на симметрично расположенных балконах третьего этажа и заинтересованно воззрились на приближающийся объект: красавица с волосами цвета аметиста – с радостным ожиданием, улыбаясь и тихонько хлопая в ладоши, беловолосая – с ревнивым прищуром.

Судя по тому, что произошло дальше, у многих разумных независимо от измерения главным в жизни является принцип «не подгадил ближнему – день впустую»!.. Или «пусть оно трижды не нужно нам, главное, чтобы не досталось им»! Тем более когда дело касается новой игрушки…

Тряхнув рафинадно-белыми локонами, старшая хозяйка словно сдунула что-то невидимое с ладони, бросив короткую фразу, и пространство, разделяющее действующие лица, всколыхнулось круговой волной, идущей от стен дворца к периферии. Мужчина вскинул руку, машинально прикрывая лицо, ящик в очередной раз тяжело содрогнулся от мощного удара изнутри, цепи глухо зазвенели, телега от резкой остановки зашаталась и заскрипела, «страусы» затоптались на месте, издавая странные шипяще-булькающие звуки…

Госпожа помоложе поджала губки, смерила соседку презрительным взглядом и небрежно крутанула в воздухе пальцами. Прохладный утренний воздух тут же собрался полупрозрачными вертикальными кольцами, которые двинулись навстречу прибывшим, постепенно расширяясь и формируя своеобразный коридор. Блондинка, подчеркнуто игнорируя нелестный монолог соперницы, сопровождаемый выразительными жестами, дождалась, когда повозка одолеет большую часть подъездной дорожки, сделала округлый жест левой рукой, словно размешивала что-то в воде…

Стенки «коридора» заколыхались как марево над раскаленной почвой, его основание затуманилось, взбурлило клубами, выстреливая мутными струйками в стороны… плавно перетекло к другой половине дворца, складываясь как телескопическая антенна и подтягивая содержимое к владениям старшей колдуньи.

Туманный шлейф стал гуще и темнее, растекся зыбкими струями по лепнине и оконным переплетам, добрался до верхних этажей, быстро убрав из поля зрения балкон, с которого еще некоторое время доносился голос разгневанной девушки… правда, ненадолго. Несколько залпов небольших огненных шаров, разметав дымку на мелкие, быстро тающие клочки, атаковали воздушное пространство враждебной стороны и бесславно сгинули, рассыпавшись яркими искрами вдоль невидимой пограничной стены. Единственным достижением этой атаки, явно предпринятой от бессильной злости, стала саркастическая усмешка, на миг искривившая губы беловолосой красавицы.

Когда воздушный коридор окончательно сложился в набор концентрических окружностей, который ужался до светящейся точки и пропал с яркой вспышкой, повозка замерла у самого входа. «Страусы» успокоились, перестали клекотать и принялись деловито перебирать зубастыми «клювами» оперение, а возница сполз на землю с выражением полной ошарашенности на смуглом лице и что-то возбужденно замычал, нелепо взмахивая рукой, в основном в сторону другой половины дворца. Хозяйка некоторое время наблюдала за ним, нацепив на прекрасное лицо скучающе-рассеянное выражение, затем наконец изволила снизойти до объяснения… вернее, его подобия:

– Обстоятельства изменились. Теперь будешь работать на меня, с твоей прежней покупательницей мы договорились…

Врет как дышит! Причем ни на грош не заботясь, чтобы это хотя бы выглядело убедительно!.. Хромой сначала недоверчиво щурился и мотал головой, но после обещания щедрой прибавки за моральный ущерб долго прикидывал что-то на пальцах, чесал затылок и наконец, махнув рукой, склонился в поклоне. Колдунья удовлетворенно кивнула и жестом подозвала уже ожидавших в стороне слуг.

«Мои комплименты, Светлый Вождь: кто бы мог подумать, что тебе так удастся роль… э-э-э… не самого одаренного представителя человечества!»

«Нравится – любуйся… рад, что сумел угодить вашему величеству!»

«Где ты такому научился?»

«Кем только мне прикидываться не приходилось – даже тебе не напридумывать! Эта роль еще не самая худшая, так что хихикай на здоровье…»

«Главное, из образа не выйди раньше времени!»

«Тогда не отвлекай и сама не отвлекайся! Бери с подруги пример… и с местного товарища по несчастью!»

Вячеславна была в полном порядке. Песочно-палевый зверь по-прежнему возлежал в своих дощатых «апартаментах» кверху светло-бежевым в темных крапинах пузом, изогнувшись, откинув на сторону недлинный пушистый хвост и расслабленно раскидав широкие лапы, демонстрируя полосатость их внутренних поверхностей… прикрыв миндалевидные глаза, лишь изредка лениво шевеля черными ушами… являя собой воплощение полного пофигизма в отношении происходящего вокруг… только частое подрагивание брюшной стенки могло сказать опытному глазу вроде моего, как трудно ей сдерживать смех…

Спору нет, она молодец, вся в роли! Нуарх… Кстати, забыла представить: это – милый домашний любимец наших новых друзей-двойняшек. Действительно милый, несмотря на потрясающее сходство с двухметровым (не считая хвоста) аллигатором, заросшим короткой, но густой и волнистой дымчато-зеленоватой шерстью в разнокалиберных черных пятнах. Единственный глаз при необходимости может заметно выдвигаться из орбиты, подозрительно щурясь по всем сторонам. Очень любознательная зверушка, так забавно бегает на шести довольно длинных цепких лапах, с помощью которых получается еще и шустро лазать по деревьям… и стенам, были бы хоть какие-нибудь щели. Эффиана прихватила его из дома, переезжая к будущему супругу, и коротала долгие одинокие вечера, играя со своим питомцем и обучая его разным трюкам. Не знаю, телепатия ли тому причиной или еще что, но почему-то именно Тарглану и мне быстрее остальных удалось найти с ним общий язык.

К моменту описываемых событий он успел вдоволь налазиться по всем доступным поверхностям, проверить акустику временного жилища, звучно клацая устрашающе зубастыми челюстями, задумчиво повыть… Вот, скачет себе – коленки враскоряку – за собственным хвостом, и хоть грибы не колосись… Нет, а я-то что же скромничаю, в самом-то деле?! Когда это представится следующий случай побесноваться вволю, да еще и с пользой для дела?!! И мое тигрообразное величество с новыми силами принялось метаться, кидаться на стены своей темницы, в неистовых прыжках доставать потолок когтями всех четырех лап и рычать так, что у самой закладывало уши… Думаю, зрители получили море незабываемых впечатлений!

Я продолжала развлекать окружающих все то время, пока наши «упаковочные коробочки» переправляли куда-то вглубь дворца, устанавливали около входа в огромный, разгороженный натрое вольер посреди внутреннего двора, прикрытого магической сетью, и отвязывали цепи. Правда, пришлось поумерить пыл, когда начали отдирать прибитые длинными гвоздями доски…

Мой соратник понятливо кивнул в ответ на нетерпеливый жест новой клиентки, снял с шеи тускло поблескивающий артефакт, один в один похожий на «барашек» от водопроводного крана (до сих пор не вспомню, чья была идея!), и протянул руку в мою сторону. Я с радостью оставила в покое железяки, которые пыталась в очередной раз перегрызть, и переключила внимание на него. Например, для начала попыталась достать лапой, умудрившись довольно далеко просунуть ее между прутьями, которыми было забрано окно. Он даже не отшатнулся, хотя выпущенные когти впустую рассекли воздух в какой-то паре сантиметров от его плеча, и, держа «пульт управления» вертикально, резко повернул, словно перекрывал воду…

Массивное полосатое тело подбросило вверх, перевернуло и с гулким грохотом припечатало боком к дощатому настилу. Ч-ч-черт, кажется, переиграла, не рассчитала слегка… да нет, не слегка!.. Теперь бы дыхание восстановить, а синяки переживу, главное – ребра целы!.. Что у нас там дальше по сценарию?

Для пущей безопасности меня еще и заблокировали заклинанием, которое непосильным грузом придавило сверху… то есть – она думала, что это у нее получилось!.. Надеюсь, я не обманула ничьих ожиданий, когда царапала когтями щедро украшенный «подчиняющий» ошейник, а потом изо всех сил пыталась подняться с пола… Правильно – чтобы наконец-то вырваться на волю и показать этим людишкам стоимость фунта изюма в неурожайный год, кузькину мать, вставшую не с той ноги, места зимовки раков и множество других занятных деталей бытия!..

Когда же проем освободили, а заклятие сняли, все по ту сторону решетки затаили дыхание. Тарглану сразу дали понять, чтобы не мешал зверюге показать себя во всей красе, мол, еще успеешь ее угомонить, когда понадобится, раз уж ты такой крутой умеха… Но у меня вдруг пропало настроение бузить, и сюрприз получился в духе «не ждали облома»: я не пожелала выходить из ящика, только что бывшего ненавистным и надоевшим! Такой уж переменчивой угораздило уродиться… Впору было вешать на стену табличку вроде «Ушла в себя, когда вернусь – не знаю!..» Меня не заставили сделать хотя бы шаг в сторону выхода ни окрики, ни увещевающее мычание «укротителя», ни свежее мясо – брр, сырое!!! Ни тычки длинной палкой в гулкие стены ящика… Ни живая дичь вроде приземистой длинноухой овцы, которая с пронзительным беканьем принялась носиться во всех возможных направлениях, отчаянно топоча и периодически шумно падая с искусственных каменных возвышенностей… Куда там – я даже ухом не повела, усом не дернула, хвостом не шевельнула, глаза не приоткрыла! Наблюдать за их попытками привлечь к себе мое внимание было намного удобнее в сенсорном поле…

Анниро довольно быстро потеряла интерес к бесполезной пока затее и, выразив недовольство лишь движением безукоризненной брови, переключилась на второй трофей. Вячеславна продолжала предаваться неге, несмотря на происходящую вокруг суету, разве что теперь была поглощена вдумчивым и неторопливым вылизыванием передних лап. На приближение людей к ее части вольера она все-таки отреагировала: с явной неохотой поднялась, долго тянулась и недоверчиво принюхивалась, потом все же вышла и села спиной к визитерам. Новая хозяйка подошла к самой решетке, любуясь переливами света на ухоженной шкуре… и тут Норка отмочила такое, от чего я ненадолго впала в ступор. Даже мне вряд ли пришло бы в голову совершить настолько молниеносный бросок с разворота и угадать растопыренной когтистой лапой точнехонько в узкий просвет между прутьями, чтобы вцепиться в ближайшую прядь идеально уложенных волос!..

Да, реакция у колдуньи оказалась на зависть – она успела отпрянуть на безопасное расстояние… Да, Призрак проявил себя как надо – использовал силу «артефакта», чтобы отбросить назад яростно шипящего хищника… Да, при таком обилии волос утрата небольшого их количества малозначима, так что в целом все отделались легким испугом… Зато сколько удовольствия получила наша дружная команда – и непосредственные участники событий, и те, кто наблюдал за происходящим с помощью магической сферы!..

В глазницах аж заломило – настолько ярким увиделся с помощью «скрытого зрения» всплеск эмоций пострадавшей чародейки, причем далеких от восторга и умиления… а вот неча! Никто не разрешал щелкать клювом и отключать мозги! Между прочим, элементарный здравый смысл говорит, что вообще не стоит носить волосы распущенными вблизи опасно подвижных объектов, да кто бы еще вовремя думал… особенно головой! Теперь я молча тряслась от смеха, наблюдая за радостной подругиной беготней по всему вольеру, с урчанием и подскоками вслед за клочком рафинадно-белых волос, подбиваемым лапами снизу…

К чести вдовы номер один, она не стала тут же злобствовать и зверствовать, мстя за подпорченную прическу. Проследила взглядом за резвящимся хищником, отрицательно качнула головой в ответ на эмоциональное мычание укротителя… разве что сильный прищур и недобрые огоньки, загоревшиеся в глубине алых ромбовидных зрачков, не позволяли отнести происшедшее к разряду безнаказанного и рекомендованного к повторению.

Проявленная терпимость наверняка имела весомые причины. Скорее всего, ей хотелось не просто украсить интерьер парой экзотически-красивых, но безвольных кукол, а самой добиться повиновения от своенравного зверья! Что ж, как говорится, овощ в помощь, а у нас свои заботы!..

Продолжая изображать поперечно-полосатый коврик, я из-под полуприкрытых век наблюдала, как Светлый Вождь лично переводит последнего питомца в отведенный для него вольер, что-то мыча, треплет зверя по украшенной шипами шее, а тот, повизгивая совсем по-собачьи, трется о ногу «хозяина». Колдунья вприщур следит за тем, как небольшие кусочки поощрительного лакомства раз за разом подбрасываются высоко вверх, а зубастая экзотика охотно выдает потешные прыжки, ловя подачку… Вокруг суетятся слуги, убирая опустевшие ящики и что-то меняя в оформлении расположенных неподалеку фонтанов…

Затем с помощью магии несговорчивую меня заключили в толстый воздушный «кокон» и перенесли-таки на новое ПМЖ, причем даже не уронили, а бережно приземлили на симпатичный газончик в центре. Кстати, ни еды, ни питья в наш вольер доставлено не было, даже ту заполошную овцу отловили и увели… Так-так, значит, эта доморощенная укротительница тигров решила идти по сложному пути, не терпением и добротой найти общий язык, а сразу дать почувствовать твердую руку и сломить поубедительней… Судя по началу, нас ожидает веселенькое «светлое будущее»! Тем паче стоит поторопиться…

Говорят, на свете нет хуже, чем ждать и догонять! Насчет первого могу лично и неоднократно подписаться – мерзопакостнейшее занятие! Сначала я в полной мере использовала возможность как следует выспаться и за прошлую ночь, и про запас. Потом несколько раз обошла вольер, попрыгала с каменных горок, повалялась на густой шелковистой травке, попробовала на прочность решетки, сотрясая окрестности грозным рыком – так, чтобы здешние обитатели не очень-то расслаблялись… Да когда же они все утрамбуются по своим норам и улягутся?! Не спится людям в ночь глухую, снуют и снуют как пуганые муравьи… Хотя… ничего удивительного, ведь при такой хозяйке стоит перепроверить любую мелочь и сто раз подстраховаться, а еще лучше – сделать заранее все возможное и желательно невозможное, лишь бы она лишний раз не вышла из равновесия! А уж довольной она, похоже, никогда не бывает… Впрочем, кое-кто собирался это проверить. Лично и разными способами…

«Кому понадобилось упоминать мое имя всуе?»

«Извини, случайно получилось! Надеюсь, не отвлекаю?»

«Пока нет, но в ближайшее время нам всем не помешало бы занять мысли чем-нибудь на другую тему!»

«Поняла, исчезаю! Удачи!»

По коже бодрым галопом промчалась особенно многочисленная толпа ледяных мурашек, заставив густую шерсть подняться дыбом. И это я всего лишь подумала о том, что нашему соратнику предстоит выдержать хотя бы час в обществе беловолосой колдуньи, а каково придется ему?! Он, конечно, давно уже изъявлял желание свести поближе знакомство с очаровательной блондинкой из моих видений, но это же было не всерьез!.. Однако добровольно решил вызвать огонь на себя, чтобы дать нам возможность беспрепятственно заняться поисками Дина, и у меня душа не на месте, потому что уже имею представление о том, что за натура скрывается за ее почти ангельской внешностью.

А теперь ее не на шутку заинтересовало, на что способен диковинный ручной воспитанник бравого укротителя, и неизвестно, во что выльются эти ночные посиделки… И даже связаться с ним все это время не будет возможности – не дай бог, наша прелестница засечет, что мысли нового знакомого заняты чем-то другим! И помочь-то в случае чего не сможем, разве что после отомстим… хотя мало что на этом свете может грозить киллеру международного масштаба, пусть и бывшему!.. Да, но чего стоит весь его «убийственный» опыт против магии?

Стоп! Отставить паникерские мысли! Когда – если! – возникнет новая проблема, тогда и будем ее решать, а сей же момент эмоции побоку, время не ждет! Я еще раз, на всякий случай, запустила «поисковую сеть» на всю возможную ширину и дальность во всех возможных направлениях и порадовалась, не обнаружив ничего такого, что могло бы помешать нашим планам. Лежа на травке, переждала трансформацию, встала, потянулась и наконец-то сняла осточертевший ошейник. Для непосвященных этот аксессуар выглядел как толстый кожаный ремень с множеством заклепок, мелких блестящих камешков а-ля настоящие изумруды и топазы, между которыми поблескивали пять крупных дутых элементов из черного металла и один – из оранжево-желто-красного с черным камня. Для посвященных же он был аналогом жилетки с обилием карманов, причем не пустых… Мой медальон крепился к пряжке как центральный элемент вычурного декора, и я первым делом приладила к нему цепочку и вернула на законное место.

Вторым делом стало извлечение из недр одного из металлических вместилищ своеобразной обуви. Это подобие легких и тонких силиконовых тапочек на самом деле представляло собой самый обыкновенный воздух, уплотненный силой заклинаний, которые нашлись в арсенале наших новых друзей. Идеальный вариант – мерзнуть ногам не дают, следов и запаха не оставляют, а через определенное время просто исчезнут, вернувшись в исходное состояние. Я сделала из ошейника двойной браслет и двинулась к выходу, на ходу прислушиваясь и заплетая волосы в две косы, которые тут же связала узлом, чтобы не мешали.

Открыть клетку было совсем легко. Никаких тебе хитроумностей, обычные массивные засовы, подвижные части которых зафиксированы продетыми в сквозные отверстия болтами толщиной почти в два моих пальца с парой самоконтрящихся гаек тоже приличных размеров. Оно и понятно, чего ради заморачиваться с чародействами, когда имеется простое и надежное средство! Вскоре подруга присоединилась ко мне, правда, не меняя ипостаси. Мы сообща решили, что так будет лучше, ведь ей для перевоплощения потребовалась бы магическая помощь, да и поиски будут результативней, если использовать возможности зверя и человека одновременно…

Странная это была прогулка!.. Мы как две безмолвные тени скользили во мраке пустых коридоров и зал, без труда просчитывая перемещение стражей и вовремя исчезая из их поля зрения. Во многом помог заученный план этой половины дворца, которая изначально была зеркальной копией апартаментов Эффианы, да и те цветные камешки крепились к ошейнику в большом количестве совсем не в эстетических целях, поскольку обладали интересными, а главное, полезными свойствами! Служили «ключами», например… Существенный минус при пользовании мини-порталами – это необходимость как можно более точно представлять себе, куда хочешь попасть, а в моем распоряжении были всего лишь нечеткие картинки, взятые из единственного видения. Приходилось просто задавать направление и радоваться, что не угодишь хотя бы в горящий камин, ибо лето в разгаре. Вся надежда на интуицию и «встроенные» сканеры…

Тем не менее мы довольно быстро попали в одну из хозяйкиных опочивален. Наскоро впечатлились оригинальностью вкуса, обстановка же заинтересовала лишь как набор вероятных укрытий в случае чего…

– Здесь его нет.

– Она тоже давненько сюда не заходила… Погоди-ка, что это?!

В сенсорном поле замерцало синим небольшое пятно. Вряд ли хозяйка тратила много времени, чтобы открыть эту потайную дверь, нам же пришлось воспользоваться тягучей зеленоватой массой, спрятанной в другом контейнере моего многофункционального ошейника. Этот результат воплощения идеи Эрриана, за которую потом надо будет его совсем не лишний раз поблагодарить, сработал не хуже С-4[35], но абсолютно беззвучно и гораздо аккуратней. Дело, конечно, еще и в количестве – мы экономно потратили на подрыв замка́ совсем немножко… но работы служанкам прибавили.

Первый же шаг внутрь заставил сильно вздрогнуть. Нет, в следующий миг я все-таки сообразила, что сенсоры молчат насчет опасности, а перед нами всего лишь четырехгранная зеркальная колонна, в которой отражаемся мы сами сквозь клубы оседающей пыли, но сначала…

– Говорила тебе: плохая мысль – рассекать по чужому дворцу нагишом!..

– Хочешь сказать, что в своем будет интереснее?! Я в тапочках! И вообще, мне так удобно: лишнего груза нет, не жарко, улик и хлопот меньше в случае экстренной трансформации…

– А как же «облико морале»?!

– Соратникам даже в обзорной сфере увидеть не грозит, потому что после наших недавних шалостей при выгрузке личные покои заблокированы по максимуму, а если у кого из местных случится шок или заикание, то это не мои проблемы!

– Пока что заиками чуть не стали мы! – проворчала Вячеславна, встряхиваясь.

– Обнаженка-то здесь при чем?! По-моему, дело в том, что кое-кто из присутствующих не привык видеть себя со стороны в зверском обличье!.. Кто ж знал, что тут зеркала на каждом шагу… да еще и неправильные!

– Как там говорится – неча на зеркало пенять?..

– Как раз, возможно, кривую рожу и не видно, – хмыкнула я, обходя препятствие.

И тут же вынуждена была снова остановиться. При моем приближении крайний из многих возвышавшихся вдоль стен объемистых цилиндров примерно трехметровой высоты, до сих пор скрытых в густой темноте, внезапно засветился изнутри, явив нашему слегка ошарашенному взгляду четкий контур человека, замершего в странной позе. Словно подвешенного за шиворот…

По мере того как свечение становилось ярче, проступали все новые детали. Например, то, что вместо хоть какой-нибудь одежды тело было прикрыто лишь синеватой, плавно колышущейся дымкой…

– Это же не?..

– Слава богу, нет!!! – наконец-то смогла выдохнуть я. – Посмотри, у него четыре руки…

– И по шесть пальцев…

Норка попыталась обойти странный объект кругом, что заставило засиять стоящий рядом такой же. Подруга обернулась и шарахнулась в сторону, чуть не сбив меня с ног, да и сама устояла только за счет четвероногости. Из-за прозрачной стенки на нас не мигая смотрело потрясающе уродливое лицо, к тому же украшенное челюстями, которые больше подошли бы очень крупной гиене!

Мы переглянулись и торопливо двинулись дальше, переводя дыхание на ходу. Центральная часть помещения была покрыта чем-то напоминающим с виду крупный песок, от которого явственно несло недавно пролитой кровью, а уж темные пятна буквально резали сенсоры.

Другие интересности размещались по периметру вдоль стен. Большинство «экспонатов» этой жутковатой выставки принадлежали к человеческому роду, только представляли собой разные типажи. Но некоторые экземпляры озадачивали всерьез…

– Пойдем! – толкнула меня плечом подруга. – Чего ты вдруг засмотрелась на это… существо?!

– Понимаешь, вчера, когда мне долго не спалось, я наугад взяла с полки книгу с подвижными картинками. Забавно, знаешь ли, – трогаешь рисунок и будто видеоролик смотришь… Так вот, это был своего рода дневник путешественника по другим мирам, в основном портреты местного населения…

– И там ты его увидела… Думаешь, ныне покойный маг привозил обожаемой супруге такие сувениры из иных измерений?

– Кто знает…

– Может, она и сама любитель пошастать за Границу? Что характерно – почти все они мужского пола…

– Сувениры, говоришь? Пожалуй, нет… Игрушки!!! – пробормотала я, пытаясь уложить в голове неожиданно всплывшее воспоминание и заодно подавить приступ внезапной тошноты. – Она ведь и про Дина говорила как про игрушку…

– Хочешь сказать, наша «веселая вдова» заскакивает в эту милую комнатку развлечься перед сном?! В куколки поиграть?! Или еще какие игры тут в обычае?!

– Разнообразные, – не сразу отозвалась я, пытаясь облечь в удобоваримую словесную конструкцию то, что увидела в сенсорном поле. Например, не до конца сросшиеся переломы, следы многократных повреждений связок и суставов, грубые внутренние рубцы на месте разорванных мягких тканей… а особи поцелее представляют собой по сути севшие батарейки – настолько мало жизненной силы в них оставалось… Судя по цветовой гамме «картинки», лечение проводилось ускоренными способами, с помощью магии, по принципу «сдохнет – не жалко, такого добра в базарный день вагон за пятак».

Мне все-таки удалось и подавить приступ жгучей боли, накатившей так не вовремя, и выразить свои впечатления достаточно коротко и не во всех деталях. Ни к чему лишний раз травмировать подругину психику, хватит и моих едва живых нервов… Миндалевидные рысьи глаза смотрели на меня остановившимся взглядом.

– Но зачем все это?!

– Видимо, некоторых из них стравливали между собой как, например, бойцовых собак или гладиаторов… потом наскоро чинили и ставили в «шкафчик» до поры до времени…

– Так они живые?!!

– Не мертвые, это уж точно, хотя наверняка многие из них и рады были бы покинуть этот свет… Состояние вроде анабиоза, только рулит не техника, а магия.

– А ведь и в других комнатах стоят подобные конструкции… несколько штук, по углам! – припомнила Норка. – Думаешь, в качестве украшений?

– Ничего я не думаю! – буркнула я, передергивая плечами, отворачиваясь и направляясь к выходу. – Еще не хватало – думать об извращениях… тем более не о своих!

Наверное, мы одновременно вспомнили о Призраке, потому что не сговариваясь прибавили шаг. Почти бежали по бесконечным коридорам и лестницам, но при этом я не боялась проскочить мимо нужного помещения, потому что сенсоры сейчас работали на пределе возможностей, только успевай отсеивать ненужное. Перенесенный шок явно пошел мне на пользу…

– Я-то еще сомневалась, что выгорит наша затея с отвлекающим фактором в лице Светлого Вождя! Не учла, что при избытке возможностей типичное и обычное быстро становится неинтересным… Теперь понятно, почему наш соратник выбрал такой… нестандартный образ!

– Он ее просчитал, – кивнула я, – причем гораздо лучше всех нас. Как правило, для такой обалдевшей от собственного могущества и заевшейся персоны самой целью жизни становятся новые ощущения и новые игрушки…

– Знаешь, – Вячеславна добросовестно старалась меня приободрить, – радует хотя бы то, что твоего супруга там не было!

– Вот именно – там! – Процесс приободрения в моем организме шел с трудом. – Во-первых, неизвестно, сколько еще у нее таких «игровых залов», а в-главных, где же он, черт возьми?!

– А нельзя, как раньше, осмотреться его глазами?

– Ты думаешь, я до сих пор не пыталась это сделать? Сплошная белесая муть… или мутная белесость – как больше нравится!

– Хрен редьки не слаще…

– Зато знает больше! Но, поскольку данный овощ здесь не произрастает, придется обходиться своими силами…

Перед очередным поворотом пришлось притормозить. Сознание было настолько перегружено непрерывным сканированием и сортировкой информации, что потребовалась пауза для уточнения направления, с которого пришел новый сигнал. Слабенький, затухающий, как далекий огонек в беспросветной ночи… но именно эта неровно пульсирующая искорка разом выжгла из области восприятия все остальное!

Вот когда я в полной мере прочувствовала, что значит второе дыхание! Особенно когда буквально съедает изнутри ощущение цейтнота!.. Сбросить и отбросить почти истаявшие тапочки, вернуть ошейник на положенное место, предусмотрительно спрятать один из камешков-«ключей» под язык, подождать, пока окружающий мир обретет привычные для тигра цвета и запахи – все это без единой мысли, на автомате… И – бешеный рывок с места вперед на самой большой скорости, на которую только способны мои лапы, успевая сменить направление через доли секунды после получения «зеленого света» от сенсоров!

Госпоже Леоне эта гонка далась тяжелее, но она почти не отставала, всю дорогу держась у кончика моего хвоста. Отдышаться мы себе позволили только под самой дверью, которая отделяла нас от цели. Я, не поверив «скрытому зрению», перепроверила сведения раз и два, но так оно и было – дверь как дверь, без всяких магических сюрпризов, даже не запертая… Наверное, потому, что находилась в самой глубине владений беловолосой колдуньи, а именно – преграждала вход в большую квадратную комнату, расположенную под крышей центральной башни. Что интересно – и Эффиана, и Анниро сочли это помещение самым подходящим для размещения колдовской лаборатории. Только вот поставщики разработок и материалов были разные… как и цели.

Норке стало тошно спустя несколько минут, а уж меня скрутило еще на пороге… Везде царил идеальный порядок, ни капельки, ни пылинки-паутинки, светло и свежо, но в сенсорном поле все просматривалось будто сквозь густую сине-черную сетку. Видимо, немало здесь было причинено страданий живым существам, если буквально каждый миллиметр пространства пропитан жутью!.. А мимо большого зеркала в овальной вычурной раме пришлось пройти отвернувшись и пригнувшись – настолько мощным был поток негативной энергии, бивший из его глубин!..

Все эти впечатления отошли на дальний план, стоило мне заметить что-то вроде встроенного шкафа в боковой стене. Миг – и дверь отодвинута, я смотрю на переливчато-серебристый кокон и молчу, просто потому, что у меня в кои-то веки не нашлось ни подходящих выражений, ни сил, ни желания что-либо произносить вообще…

– Он?!!

Киваю, потому что все еще не могу вымолвить ни слова. Сквозь тонкий слой плотной прозрачной субстанции прекрасно видна каждая черточка знакомого лица… и почти черные полукружия под запавшими глазами… и ряды темных точек от уколов, тянущихся вдоль крупных сосудов… и степень истощения изумительно сработанного организма… и неравномерность живого свечения, которое плохо просматривается совсем не из-за того, что нас разделяет эта проклятая оболочка!..

– Неслабо его… заиграли!.. Она что, все это время из постели не вылезала?!

– Вряд ли. – Я с трудом разжала крепко стиснутые челюсти. – Дело не в утолении похоти… вернее, не только в этом. Помнишь разговор насчет обмена энергией? Так вот, особо крутым колдунам нет необходимости спрашивать согласия партнера, чтобы потянуть из него жизненной силы… и вряд ли возникнет желание делиться взамен своей! А Дин и его соплеменники обладают не только повышенной теплокровностью, у них и энергозапас по меньшей мере на порядок больше, чем у обычных людей… черпай – не хочу!

– Но он же весь исколот! Его что, дурью какой-нибудь накачивали?!

– Для магички такого уровня подчинить кого угодно не проблема. Если я правильно понимаю то, что вижу, его не накачивали, а выкачивали…

– ?!!

– Живая кровь сама по себе мощный источник силы, тем более взятая у чародея. И чем больше был способен к магии вынужденный донор, тем интереснее могут быть эффекты от применения его крови. А уж использовать ее как источник питания даже у нас научились давным-давно!

Подругу явственно передернуло, мне тоже было не по себе, и чем дальше, тем больше. Дико и страшно сознавать, что дорогой для тебя человек, ненаглядный, единственный и неповторимый и так далее в том же духе, для кого-то другого являет собой просто кусок мяса, один из многих и многих, очередная порция расходного материала, безликая батарейка с дозой жизненной силы… И как только интересующая субстанция иссякнет, он будет выброшен за ненадобностью, как порожний тетрапак. От этих мыслей у меня перехватило дыхание, а уж затошнило как никогда!..

Я протянула вперед лапу и осторожно коснулась переливчатой поверхности, ожидая какой-нибудь болезненной пакости вроде сильного электрического разряда, но ощущений было не больше, чем при попытке пощупать сгусток тумана… Кисть прошла «бесчувственное тело» насквозь, подушечки пальцев коснулись дальней стенки хранилища… Не веря ощущениям, я царапнула выпущенными когтями полированное дерево, затем отдернула конечность и впилась в нее лихорадочным взором. Рядом затаившая дыхание рысь громко поперхнулась вопросом.

– Фантом! – От гнева и досады окружающий мир с пугающей быстротой окрасился для меня в багровые тона. – Всего лишь фантом, чтоб оно все!.. Вот почему дверь хотя бы просто запереть не потрудились! Наверняка эта гадина просекла ситуацию, когда мы только выпали в этот голливудский рай из портала, и подстраховалась на случай ожидаемого визита!

– Где же его теперь искать?

От моей ответной тирады призрачное творение заколебалось и, распавшись на неравные части, медленно истаяло, оставив лишь редкую россыпь синеватых искр в сенсорном поле.

– Что будем делать?

«!!!»

Оба сигнала – изнутри и снаружи – прошли в сознание одновременно, едва не взорвав его силой вложенных эмоций.

– Рвать когти! – Я потрясла головой, пытаясь унять некстати вспыхнувшую боль. – И чем быстрее, тем лучше!

– Но как же?!

– Не сейчас! Призрак зря тревогу поднимать не стал бы…

Вот когда пригодился сберегаемый под языком камешек! На сей раз я точно представляла, куда хочу попасть… вернее, совсем не хочу, но пришлось!.. Еще немного подсуетиться, превращаясь туда-обратно, чтобы открыть замок Норкиной клетки, выйти, закрыть снова и так же быстро пробраться в свою «резиденцию» – все!!! Новая хозяйка, решив прогуляться до вольеров, чтобы лично проконтролировать возвращение крокодилообразного питомца на отведенное ему место, получила-таки свою порцию впечатлений на сон грядущий. Мы с подругой от души постарались в полной мере показать ей степень своей «радости» по поводу ее наличия в пределах досягаемости! Взгляд, брошенный удалявшейся на покой «хозяйкой» в нашу сторону, недвусмысленно дал понять, что усилия не пропали зря…

Глава 5

Следующие двое суток стали для меня кошмаром. Дело было совсем не в том, что злопамятная красотка продолжала потчевать строптивых питомцев лишь своим вниманием – не экономии ради, а подчинения для! – и если бы не увещевания Призрака, то и глотка воды бы от нее не дождаться! Уж не знаю, ценой каких заслуг и доводов он умудрился внушить ей желаемое, но к вечеру наступившего дня среди зеленых газонов и возвышенностей в просторных вольерах запетлял-заструился прозрачный ручеек, очень скрасив наш вынужденный досуг. Норка развлекалась тем, что хлопала широкими лапами по воде и вдумчиво наблюдала, на какую высоту взлетят радужно искрящиеся брызги, даря эстетическим удовольствием от этого зрелища всех желающих. Я же просто разлеглась в галечно-песчаном ложе, пристроив голову на замшелом камне и предоставив текучей стихии поправить мое моральное и физическое состояние. К тому же пару раз удалось подловить в нужной близи от решетки нашу «радушную» хозяйку и окатить ее брызгами, делая вид, что не заметила ее приближения перед тем, как энергично встряхнуться в процессе смены позы… мелочь, а приятно!

Пытка голодом не грозила нам решительно ничем, разве что пошла бы на пользу в случае сознательного похудения. Мы не собирались долго задерживаться «в гостях», а на короткий срок должно было хватить запаса, припрятанного до поры в очередном «украшении» все того же ошейника. На первый взгляд ничего примечательного, примерно столовая ложка мелких, с пшеничное зернышко, угловатых обломков чего-то вроде бурого угля, но на второй… Достаточно было брызнуть водой (плеснуть вином, полить соусом, капнуть голодной слюной или хотя бы лизнуть как можно более смачно – в зависимости от обстановки), чтобы стремительно разбухающая крупинка превратилась в подобие щедро начиненной шаурмы внушительных размеров. Такого «пирожка» вполне хватило бы на любой прием пищи габаритному воину, что уж говорить про нас! Даже если учитывать, что питаться таким образом получалось лишь глубокой ночью, а время, проведенное натощак, здорово способствовало разжиганию нешуточного аппетита…

Гораздо больше играло роль неизбежное дневное бездействие, когда в голову так и лезут непрошеные мысли, в основном нерадостного содержания. Часы и минуты утекают быстрее воды в благоприобретенном ручье, а дело ни с места, а чем дальше, тем сильнее ощущение цейтнота, от которого ноет сердце и внутри словно сжимается тугая пружина, грозя лопнуть в любой момент. Не требовалось прилагать усилий, чтобы убедительно изображать бешеную ярость и кидаться на прутья решетки, колышущиеся от ветра листья, часто залетающих бабочек, даже на собственную тень, сбрасывая напряжение, поскольку и в повседневной жизни едва ли не больше всего на свете не терплю вынужденное убийство времени впустую!

Нельзя же считать реально стоящим деянием игру на нервах остальных окружающих и демонстрацию несговорчивости звериной натуры! Немного помогало скоротать светлое время суток своеобразное развлечение, когда наш соратник приходил, чтобы заняться укрощением подопечных с помощью «артефакта». Приходилось подчиняться командам, к явному удовольствию беловолосой колдуньи, но тем яростнее прорывалась наружу временно подавленная дикая сущность после каждого «урока», недвусмысленно давая понять, что смирения от нас дождутся нескоро.

Добавляли негатива и короткие «диалоги» с Призраком. Нет, видеть нашего друга живым-здоровым во время этих занятий, равно как и слышать в любой другой момент, было радостно даже больше, чем прежде, но то, что и ему не удалось разведать ничего полезного…

Вряд ли нам будет позволено и дальше безнаказанно шастать по апартаментам вдовствующей чародейки. Мы уже обшарили все мало-мальски подходящие места, руководствуясь моим чутьем по принципу «жарко-холодно», потом – логикой и здравым смыслом, затем – просто на всякий случай, раз уж все равно шли мимо… Напоследок остались только те закоулки, в которых нахождение Дина было бы совсем уж маловероятным. Для очистки совести, само собой, заглянем и туда, но… Я бы, например, перепрятала желанную для врага добычу в то место, где уже был произведен досмотр и куда искатели вряд ли вернуться снова – хотя бы потому, что не будет времени… А на случай если они вдруг окажутся умнее, чем кажутся, приготовила бы парочку неприятных «нежданчиков»! И уж конечно, не упустила бы возможности поймать непрошеных гостей с поличным! И где гарантия, что Анниро не додумается до того же?

– Значит, сознательно и добровольно пойдем в ловушку?!

– Пойду. Только я. Тебе повторять мои рискованные глупости совсем необязательно!

– Ха!!! – Одних эмоций, вложенных в это восклицание, вкупе с хлещущими движениями хвоста должно было хватить, чтобы раскрыть намерения моей подруги, но последовало и любезное пояснение: – Даже не надейся на подвиги в одно лицо! Я сюда не затем ломилась через Границу, чтобы сидеть в зрительном зале… хоть и в партере!

– Но…

Короткий звучный рык, эффектно завершенный клацаньем клыкастых челюстей, оборвал меня на полуслове. С одной стороны, не могло не растрогать, что «часть моей души» так радеет об успехе затеянного мной безобразия, с другой – слишком уж неспокойно было на этой самой душе! Как положено в приличной сказке, все должно решиться третьей, последней ночью… и от нас не зависит, насколько именно эта сказка получится страшной… но уж сделать ее былью стоит хотя бы попытаться!

Мне удалось ненадолго заснуть и проснуться как раз вовремя. Перевоплощение не заняло много времени, но Вячеславна, явно заразившись моим настроением, уже мерила клетку размашистыми шагами, невнятно ворча в такт резким движениям хвоста. Из предпоследнего металлического псевдоукрашения на своем ошейнике я достала и развернула пару одинаковых кружочков размером с двухрублевую монету. Не возьмусь определить материал наверняка, но больше всего похож он был на тонкую желатиновую пленку, только горячую, а сложные, изящно выписанные символы пульсировали, переливаясь всеми оттенками фиолетового цвета. Когда встал вопрос, как быть, если вдруг понадобится дополнительная магическая помощь, Эффиане и ее братцу не составило труда сотворить этакие компактные носители защитных заклинаний для наружного применения.

– Похоже на детские наклейки!.. – В голосе подруги сквозило удивление.

– Почти угадала – сейчас и в самом деле будем это клеить на подходящие места. Правда, подействовать они должны совсем не по-детски…

Со мной проблем не было: я недолго думая пристроила необычную штучку над переносицей на манер бинди[36].

Легкий дискомфорт от прикосновения еще больше разогревшейся пленки прошел через пару мгновений, а знак померцал и медленно растаял, словно впитался в кожу, став теперь заметным только для сенсоров. С напарницей было сложнее…

Она перехватила мой пристальный взгляд и невольно облизала кончик носа, удостоившийся повышенного внимания.

– Почему именно сюда?!

– Так ведь надо на голую кожу, – развела руками я. – Поверх шерсти эффекта ноль… если только…

Подушечка широкой кошачьей лапы действительно подошла для задуманного. Норка так и этак разглядывала свою конечность и, не найдя никаких следов произведенного действа, повернулась ко мне.

– И что теперь должно измениться?

– Не должно, а дай бог, чтоб не понадобилось! – проворчала я, машинально потирая место внедрения колдовской продукции. – Или понадобилось, но в ближайшее время – таких чар надолго не хватит без регулярного обновления!

– Тогда чего мы ждем?!

Начали мы с мест, забракованных ранее, – как оказалось, не зря… Вячеславна заметно нервничала, но помалкивала, понимая, что у меня и без лишних вопросов голова готова разорваться от наседавших мыслей. Видимо, чтобы поднять настроение, она выбранным в камине и зажатым в зубах угольком покрупнее пририсовала к прекрасному лику вдовы номер один, запечатленному на портрете кисти в самом деле талантливого художника, буденновские усы и козлиную бородку. Оглянулась на меня, подумала и добавила развесистые, на зависть всем известным науке оленям рога.

– Красота! – Я даже поаплодировать не поленилась. – Только, боюсь, на гонорар не придется рассчитывать…

– Это в качестве гуманитарной помощи. – Великодушию госпожи Леоны просто не было предела! – Уникальное творение, авторская работа – и совершенно бесплатно!

– Да ты сегодня сама щедрость! – прыснула я. – Только не думаю, что она сможет этим долго любоваться…

Кто бы знал, насколько пророческой окажется моя случайная реплика!

Привал сделать все-таки пришлось – апартаменты у здешних ударников колдунистического труда не намного меньше королевских, а «шествовать важно в спокойствии чинном» обстоятельства не позволяют, а даже звериные лапы не казенные, что уж о ногах говорить! Я просто плюхнулась где стояла, скрестив ноющие от усталости конечности, как только вышла из очередной бесполезно, хоть и тщательно обрысканной залы, в которой обнаружился легкий намек на не самое давнее присутствие Дина. Вячеславна с глубоким вздохом растянулась рядом.

– …И где искать твои следы?[37] – прорвалась-таки наружу давно крутившаяся на языке песня из репертуара Джо Дассена.

– Что?! – Рысь бдительно вскинула кистеухую голову, но ей хватило взгляда на мое нерадостно-сосредоточенное лицо. И так ясно: если дело дошло до песен к случаю, значит, случай тот еще… Рассвет на носу, а мы все у того же разбитого корыта!

Пронаблюдав, как последняя пара «тапочек» тает, растворяясь в темноте, я потрясла гудящей головой и усилием воли задушила на корню все имеющиеся мысли. Непростое дело – почти полностью отключить разум, но удалось и это… А трансформация и вовсе запустилась как-то сама собой.

Интуиция гнала меня вперед, сенсоры работали на пределе, давая «зеленый свет». И совсем не смущало то, что этот сектор мы обшарили в первую же ночь. Вот и коридор, что ведет в лабораторию…

– Она что, успела там побывать?

– Все может быть…

– Но ты не уверена?

– Нет, потому что не «вижу» признаков ее недавнего визита, но не забывай: она – колдунья высоченного уровня, поэтому вполне может уметь заметать следы так, как мы не знаем!

– Тогда почему?..

– Спроси чего полегче!

Норка притормозила у порога, окидывая знакомое помещение подозрительным взглядом и машинально принюхиваясь, потом недоуменно повела ухом:

– И чего мы могли в прошлый раз не заметить?!

– Того, чего здесь нет…

Я стояла в паре метров от зеркала, что так отвратило меня во время первого визита в этот «храм науки». За минувшие дни привлекательности в нем не прибавилось, обе мои ипостаси так же корчились от леденящего холода и запредельной жути, которыми… нет, не веяло – несло от темного стекла. Только сейчас меня туда тянуло так, что…

– Куда ты?!

Подругин рык-вскрик я поймала на слух уже в прыжке, когда, пригнув голову и прижав уши, летела вперед, не сводя взгляда со своего стремительно приближающегося отражения. Мне показалось или в последний момент оно отвернуло-таки в сторону?!

Ожидаемого звука удара не было, звона осколков тоже… как не было вообще никаких звуков… Даже собственное дыхание, учащенное и тяжелое, решило уйти в партизаны и не светиться лишний раз… Впечатление такое, что пространство зазеркалья сплошь забито густым киселем, который глушил все, что можно, и не позволял двигаться в нормальном режиме. Скажу больше – от столкновения с этой плотной средой само дыхание чуть не вышибло напрочь! Во всяком случае количество и яркость звезд, сыпанувших из моих глаз от боли, я смогла оценить еще до того, как потеряла сознание…

Найти его снова помогло малоприятное ощущение, какое бывает, когда прикасаются чем-нибудь острым и холодным к плоти под местным наркозом. Не знаю, кому как, а меня в таких случаях передергивало целиком и много раз подряд. Хорошо еще, подобные встряски по жизни случались нечасто… Тем острее впечатления теперь!

Чтоб оно так же корежило тех, по чьей милости мы угодили в эту историю!.. Пришлось как-то справляться с мышечными спазмами, затем перемещаться по-пластунски в непроглядной темноте туда, куда тянуло с еще пущей силой. Не будь сенсоров, греметь бы мне под фанфары в тот распахнутый люк, рассчитанный, похоже, на средних размеров грузовик… А так – ничего, аккуратно стекла вниз до половины, повисела, принюхиваясь и прислушиваясь, и, мягко толкнувшись задними лапами, приземлилась на все четыре.

Здесь давило еще сильнее. Дыхание давалось мне с таким трудом, что начали болеть реберные мышцы и диафрагма. К тому же сам воздух был какой-то странный, с большим количеством незнакомых запахов. Зато в сенсорном поле прояснилось, даже чересчур – от мертвенно-белого свечения заломило в глазницах, что не помешало озадачиться увиденным. Я находилась на одной из верхних полок бесконечного стеллажа, границы которого терялись, растворяясь в мутной колышущейся дымке. Массивные объекты справа и слева от меня оказались неподвижными телами вполне антропоморфных пропорций. На остальных полках – та же поклажа плотными штабелями…

По цветовой гамме видимого в сенсорном поле они больше всего напоминали гербарий, поскольку были выжаты (или выпиты?!) практически досуха… Меня скрутило так, что стало больно даже думать и моргать! Судя по всему, это был склад кандидатур для пополнения армии мертвецов. Здесь их доводили до кондиции путем досушки и консервации – отсюда и давление, и повышенная сухость воздуха, и примеси в нем, от которых першение в горле, резь в глазах и зуд на открытых участках кожи… Но если меня принесло в эту… зомби-кухню, значит… Дин тоже мертв?!! От этой мысли впору было самой досрочно расстаться с жизнью… Лапы подо мной не подкосились только потому, что я уже передвигалась медленным ползком, но вот сердце сжалось до того болезненно, что сознание спешно собралось перебазироваться в местечко поспокойнее…

От выпадения в массивный осадок меня удержала вовремя посетившая мысль: если позволю себе отключиться, меня отсюда вытаскивать будет некому! Да и то, что медальон вдруг раскалился так, что обжег через густую шерсть, ничуть не подпалив ее при этом, тоже сыграло свою роль.

Это заставило встряхнуться и откопать среди обрывочных мыслей, беспорядочно скачущих по извилинам, одну более-менее разумную: если уж мужнины дела совсем безнадежны, зачем тогда высшие силы с помощью моей хваленой интуиции привели сюда?! Следующее умозаключение добавило пессимизма: затем, чтобы забрать его тело из этого мерзопакостного местечка и предать достойному погребению на родной земле… Нет, мы так не договаривались! Сделка была за не просто найти, но и вернуть все на круги своя, так что нечего тут!!!

В процессе невеселых размышлений я продолжала ползти вдоль своей «полки», машинально тщательно сканируя каждую попавшую в пределы досягаемости особь независимо от размеров и внешности. Логика была проста: скорее всего, мой возлюбленный где-то среди последних поступлений на этот склад, а изменить его внешность чисто из вредности додумалась бы даже я…

Периодически сенсорную систему от чужой боли зашкаливало так, что и «скрытое зрение» отказывало на время. Оказывается, не все «новобранцы» попали сюда мертвыми, некоторые были живы в достаточной степени, чтобы чувствовать происходящие необратимые изменения, но в недостаточной – чтобы помочь себе хотя бы умереть… Что я могла для них сделать?! Правильно. Благо для того, чтобы прекратить мучения, хватило и возможностей тигриной анатомии…

Я в который раз прокрутила в уме то, что могла бы высказать беловолосой колдунье-садистке при личной встрече, добавила несколько свежих словесных комбинаций и собиралась продолжить эту занимательную гимнастику для ума, когда попал на сенсоры очередной объект. Знакомая фигура, не менее знакомые переливы серебра в области головы… и стопроцентное отсутствие живого свечения вокруг застывшего силуэта!..

Я сама не умерла на месте только потому, что в последний момент успела выхватить главное из увиденного после того, как своевольно включилось глубокое сканирование. У этого несчастного было вполне обычное человеческое сердце… И, во-вторых, мое собственное сердце только учащенно забилось, а ведь все возможные реакции сверхчувствительного организма на любые изменения в состоянии супруга были мной изучены досконально еще в первые дни знакомства! Нет, хвала богам и всем, кому положено… да и остальным до кучи, – это был не Дин!

Прочие детали проявились чуть позже, окончательно убедив меня в том, что жертвой стал один из соплеменников Ледяного Короля, причем даже не из числа принадлежащих к правящему клану. Оставалось только посочувствовать несчастному и попытаться найти его родных, если – когда! – мы сможем выбраться отсюда…

Ощущение опасности резануло по сенсорам словно раскаленной косой. Похоже, нас все-таки засекли! Собираю остатки сил, распускаю «поисковую сеть» во всю возможную ширь – все то же, в том же качестве и количестве… Интуиция безмолвствует как подпольщик на допросе – нашла время отмалчиваться! Направляюсь к люку, пытаясь все-таки сообразить, с чего, собственно, меня вообще сюда понесло. Может, как раз для того, чтобы убедиться, что Ледяного Короля нет среди мертвых? Так об этом недвусмысленно толкует «маячок» в мочке левого уха…

Как и с какой попытки удалось-таки совершить решающий прыжок на такую высоту, помню смутно. Более четко в памяти запечатлелся следующий момент: я, запаленно хватая тяжелый плотный воздух распахнутой пастью, подбираю под себя дрожащие от напряжения лапы, трясу головой, чтобы сфокусировать взгляд на светлом пятне впереди, рычу от ярости, когда «картинка» начинает снова расплываться, и все-таки делаю рывок вперед…

Очередное воссоединение со своим сознанием происходило дольше обычного, а уж насколько противнее!.. Бесчувственное состояние тем и хорошо, что не ощущаешь ни этой жуткой тошноты, ни рези в отекших глазах, ни жжения в пересохшем горле, ни тянущей боли в мышцах, ни…

– Еще этого не хватало!

– Ну и пожалуйста! – Подруга перестала нализывать мой нос и отвернулась, надувшись. Правда, ненадолго.

– Ты как?!

– Бывало и получше, – пришлось признать во время очередной попытки принять вертикальное положение. – Ч-ч-черт!.. И давно я тут половичок изображаю?!

– С полчаса, не меньше. – Норка пересела ближе, подпирая боком шатающуюся меня. – Думала, ты уже вообще никогда не очнешься!

– И поэтому решила подправить мне форму носа?

– Хорошо, в следующий раз таки устрою тебе пару пощечин – когтистой лапой! – фыркнула напарница, подмигивая. – Или просто укушу за что придется! Лучше скажи – все действительно так плохо, как мне кажется? – И пояснила в ответ на мой вопросительный взгляд: – Перед самым твоим возвращением в коридоре был какой-то шум, словно что-то просыпалось, но выглянуть и выяснить, в чем дело, мне так и не удалось… А тут еще ты с пустыми руками… в смысле – лапами…

– Просыпалось, говоришь?!

Если это то, о чем я думаю… Возвращаться в человеческий облик на сей раз было труднее и дольше обычного, но ведь получилось же! Руки дрожали, ноги подгибались от слабости, но до выхода можно и на четвереньках добраться! Дверь действительно не желала открываться, но синеватое свечение в области замка, прекрасно заметное в сенсорном поле, подсказало, куда следует приложить вдруг замерцавший медальон… А вот с дальнейшими действиями загвоздка вышла посерьезней. На расстоянии примерно пары метров за порогом от пола до потолка висела легкая дымка из очень мелкого песка, которую был бы не в состоянии заметить обычный человеческий глаз…

Я жестом удержала подругу на месте, оторвала кусок занавеси с ближайшего окна, тщательно скрутила жгутом и завязала в сложный компактный узелок. Запустила его с плеча в коридорный полумрак – и получила шикарную возможность полюбоваться подобием замедленного кино: как темный комок пронизывает почти невидимую завесу, как целый рой затронутых им песчинок устремляется следом, раскаляясь на лету добела… как окруженная ими цель вспыхивает и рассыпается ослепительно-ярким фейерверком, а искры бесследно гаснут на полпути к полу…

Мы молча переглянулись и сели там, где стояли. Давненько не доводилось влипать в такое попадалово с кидаловом!.. Нас вычислили, просчитали, изолировали, но сразу карать не стали. Оставили дозревать как источник страха и прочих отрицательных эмоций, без которых, похоже, хозяйке толком не елось и не спалось… Да и кто мы такие, чтобы ради нас нарушать сладкий предутренний сон?! Разобраться с дерзкими диверсантами можно и после, торопиться некуда, равно как и нам деваться из магической клетки!

– Действительно, некуда! – Упавший голос подруги дал понять, что последнюю мысль я все-таки высказала вслух.

Нэфи, неизвестно когда успевший выйти из образа эксклюзивного украшения, пренебрежительно фыркнул у меня над ухом.

– Что такое, милый?!

Он, гордо задрав пушистый хвостик, спрыгнул с моего плеча на пол, обошел нас кругом и, сев у самых ног, нахохлился, взъерошился и закрыл глаза. Мы затаив дыхание смотрели, как по нежной шерстке начинают с легким потрескиванием пробегать бело-красные искорки, сливаясь в тонкие извилистые струйки пламени, спирально сбегающие по неподвижной фигуре моего хранителя и угасая у самого пола… Нет, не угасая – уходя в этот самый пол, будто впитываясь между цветными деталями сложной мозаики!

Мы с Вячеславной переглянулись и одновременно состроили непонимающие гримасы, а вокруг нас уже вращался целый огненный вихрь, рассыпая по сторонам пышущие жаром искры, которые гасли, не оставляя никаких следов… Четкие контуры предметов расплывались, часто колеблясь в потоках нагретого воздуха, и смещались в стороны от центра странного явления, в котором находились мы… Причем не наблюдалось никаких сопутствующих эффектов, которых можно было бы ожидать: ни треска, ни грохота, ни дыма, ни пыли, ни шума от падающих обломков стен и мебели – которых, кстати, тоже не было!.. В полной тишине растущая в ширину пламенная воронка раздвинула пространство до пределов обозначенного ранее круга, опора под ногами, заколыхавшись, исчезла… Мы стремительно скользнули вниз, благополучно миновав перекрытия нескольких этажей, при этом благоразумно воздержались от воплей, только на всякий случай крепко вцепились друг в друга… Потолочная лепнина так же беззвучно сомкнулась над нашими головами.

Глава 6

Когда окружающий мир обрел привычную незыблемость и четкость, оказалось, что нас вынесло в просторную комнату вроде гостиной с горящим почему-то камином, накрытым столом и обстановкой, располагающей к отдыху со вкусом. Интересно, огонь в камине пылал и раньше, дав моему хранителю возможность использовать его в качестве выхода, или загорелся потому, что именно сюда привел пламенный тоннель?! Но не этот вопрос и не окружающие изыски завладели моим вниманием – перед нами обмякшим лоскутком пушистой ткани лежал нэфи…

– Фадик!!!

– Спокойно! – Я удержала подругу за шею. Бережно подобрала почти бездыханного «котенка», в два прыжка добралась до камина и аккуратно пристроила легонькое тельце как можно ближе к пламени, насколько вытерпели руки…

Благотворное влияние родной стихии сказалось в считаные мгновения. Вскоре мы смогли с облегчением выдохнуть и полюбоваться, как милая зверушка похрустывает светящимися алым углями, периодически громко в них чихая, и катается в огне, довольно урча и рассыпая тут же гаснущие искры. Кстати, а мы чем хуже?! Нет, на оставшиеся головешки претендовать не стали, предпочли произвести досмотр натюрморта на столе. Н-да, предполагаемые сотрапезники явно не относились к числу тех, кто страдает отсутствием аппетита или склонностью к умеренности!

Норка звучно сглотнула и подмигнула мне в ответ. Кто бы спорил, шаурма, особенно хозяйская, дело хорошее, но давнее, а посему пройти мимо такого разнообразия деликатесов и хотя бы не снять пробу показалось нам немного неправильным… тем более что эта вылазка была последней по любой из возможных причин. Ведь никто и не собирался разбойничать всерьез, подумаешь, всего лишь один салатик! Только не надо ехидничать – посудинка была совсем небольшой, так что нам досталось по несколько ложек, и много времени дележ не занял! А пустую чеплашку по пути закинули в темный угол, будто ее на столе никогда и не было…

Забегая вперед, скажу: не помогло! Как оказалось, мы, будто нарочно, слопали редчайший деликатес, что нам припомнили при первом же удобном случае… причем впечатление было такое, что эта наша выходка выбесила «гостеприимную» хозяйку гораздо больше, чем все прочие проделки!

Но это все было позже, а пока мы со всеми предосторожностями, несмотря на спешку, покинули чересчур гостеприимную башню и бежали со всех ног и лап к своим загонам, ставшим почти родными. Вот очередная лестница, поворот – и я резко торможу, при этом успев удержать подругу за шею. Вместо по меньшей мере трижды хоженой залы с уже знакомой обстановкой перед нами гостеприимно раскинулись сразу четыре коридора, одинаково темных и одинаково впервые увиденных. И если верить сенсорам, в них не ступала нога ни одного знакомого мне человека (относить к таковым Анниро я отказываюсь категорически!)… А ведь мы были уверены, что обшарили всю враждебную территорию!..

– Куда идем? – Судя по голосу, Норка слегка нервничала. Неудивительно…

– Никуда! – Я решительно повернула назад и… встала как вкопанная. Лестницы, по которой мы спускались минуту назад, уже тоже не было…

– Ты уверена, что мы между делом не забрели в Хогвартс?!

Я непонимающе уставилась на собеседницу, потом вспомнила о блуждающих лестницах и хмыкнула:

– Вряд ли. Если только это местечко не стало филиалом Голливуда… или наоборот!

У самого уха раздалось недовольное урчание. Это Фадик решил по-своему закончить совсем ненужную сейчас дискуссию. Привстал на моем плече, часто задышал и с коротким, но громким рыком, совсем неожиданным для такого миниатюрного существа, выдохнул огненный шар невероятных размеров. До сих пор не понимаю, как я не лишилась половины прически… да и уха заодно!

Последствия мощного, но почему-то бесшумного взрыва мы смогли увидеть минуты через две, когда немного рассеялся черно-бурый дым. Странные коридоры сменились комнатой, в которой мы совсем недавно угощались творением неизвестного повара. Пришлось добавить к убыткам хозяйки порожний кувшин, который мы опустошили, заливая пожар, бушующий во рту после экзотического блюда, и разбили второпях. На выходе меня опять накрыло до потемнения в глазах, но на сей раз пришлось приходить в себя на бегу. Хотя бы потому, что иначе беловолосая колдунья обнаружила бы нас первой, а так на нашей стороне благодаря фактору внезапности оказалось какое-никакое преимущество…

То ли вера в собственную неуязвимость была настолько глубока, то ли длительное безбедное существование притупило бдительность, то ли радость от поимки зловредных шпионов повергла могучую магиню в состояние безалаберной эйфории – кто знает… Но неожиданное появление нашей – чего уж скромничать! – очаровательной и оригинальной, но весьма недобро настроенной парочки явилось для хозяйки дома неприятным сюрпризом.

– Хопп-стопп, мы патташли ис-са уккла-а-а!.. – Сочный Норкин голосок звучал интимно-вкрадчиво и почему-то с прибалтийским акцентом.

Со следующей строчки подключилась и я, для разнообразия утрируя акцент кавказский (да простит нам горячо уважаемый Розенбаум подобные вольности с его знаменитой песней!). Дальше мы продолжали дуэтом в том же духе…

Первый куплет удался на славу! А уж эффект превзошел самые смелые ожидания – от подобной наглости Анниро просто примерзла к мозаичному полу, приоткрыв рот и забыв, как моргать и выдыхать. В широко распахнутых глазах застыл немой вопрос: «Как такое возможно?!!» Мы же под шумок почти пересекли коридор, вот и спасительный поворот… Но колдовская натура взяла свое – дивные ресницы только начали ошеломленно хлопать, а ее руки отработанным движением уже закручивали быстрый пасс, посылая нам вдогонку привет, пламенный в буквальном смысле.

И все бы ничего, да только хитроумное заклинание, состряпанное нам в дорогу совместным творчеством двух дружественных магов, сыграло как надо! Результат принятой меры оказался прямо противоположным: защита с усиливающе-зеркальным действием обратила многоступенчатое заклинание в бумеранг и обрушила на автора всю заключенную в него злобу.

В который раз пожалела, что эту красоту вижу только я! Летящий в нашу сторону клиновидный сгусток черного пульсирующего пламени коснулся выпуклого купола, который засеребрился вокруг нас двоих сразу после того, как вмиг стали горячими участки кожи под невидимыми сейчас «наклейками», растекся по нему, рассыпая крупные искры… Купол чуть прогнулся, стал из полупрозрачного матово-серым и резко спружинил… Отброшенная субстанция устремилась назад, в точности повторяя свою траекторию и ускоряясь по мере приближения к цели… Несколько ярких вспышек с разрывом в полсекунды поставили нас в известность, сколько линий персональной защиты рухнуло и какой силы было то заклинание…

Когда глаза снова обрели способность видеть в нормальном для человека режиме, тут же увеличились в размерах, ибо результат превзошел наши скромные ожидания. Надежда изначально была на то, что мы получим возможность выиграть время и сбежать подальше, раз уж каменные «ключики» от порталов закончились, только не учли характера затеваемого колдовства. Нас, по всей видимости, собирались обездвижить, но оставить в сознании, чтобы мы смогли в полной мере прочувствовать изощренность гостеприимства хозяйки оскверненной нашим присутствием жилплощади… Поэтому вид впечатанной в стену «веселой вдовы» с волосами дыбом и неописуемым выражением запачканного сажей лица стал для нас неожиданным подарком. Теперь вроде бы ничто не мешало безнаказанно приблизиться… например, чтобы покончить с этой ходячей проблемой раз и навсегда! Я оглядела получившуюся композицию и подтолкнула подругу локтем:

– Как тебе скульптурка? Чем не Церетели?!

– Масштабами не вышла, – с ходу ответствовала Норка, смерив предмет разговора скептическим взглядом, и добавила после некоторых раздумий: – Да и пафоса маловато…

– Зато реализма хоть отбавляй! – не сдавалась я, хоть и обиделась почти всерьез. – К тому же проработка деталей на зависть, и цветовая гамма практически неотличима от естественной…

– Ладно-ладно, будем считать, что убедила! – Вячеславна встряхнулась и оскалилась. – Давай быстрее покончим с ней и двинем дальше, некогда здесь…

– Тогда – когти наголо!

– Почему только когти?

– Не стану же я брать в зубы хрякую всень! В смысле – всякую… ты в курсе!

– А то! – Рысь прыснула в голос.

Мой жест заставил ее замолчать и замереть на месте. Нам оставалась какая-то пара метров до будущей жертвы праведного гнева, когда что-то, зацепленное вскользь моей дополнительной сигнальной системой, заставило притормозить. К тому же не могло не насторожить странное поведение… вернее, настроение колдуньи. Понимаю, что против парализующего заклинания не попрешь, но ее живое свечение выдавало совсем не тот набор эмоций, какой можно было бы ожидать. Попади я – не дай бог! – в похожую ситуацию, от ярости, досады и прочих негативных эмоций долго бы штукатурка сыпалась… поверх вынесенных стекол! Здесь и сейчас наблюдался иной набор: насмешливое выжидательное спокойствие с примесью злорадства… и еще кое-что, не поддающееся определению, но явно пакостно-каверзное…

– Чего стоим, кого ждем?!

– Что-то не так… слишком просто!..

Я приблизилась к неподвижной фигуре, осторожно попыталась дотронуться… и вскрикнула, потому что медальон вмиг раскалился почти добела! Как еще дыру во мне не прожег… сквозную! К счастью, обошлось без повреждений, ведь не в природе подобных артефактов наносить вред хозяину… Зато сенсоры выдали четкое изображение тончайшей энергетической сети вроде частой паутины, окружавшей Анниро целиком, от макушки до пят. От этой кружевной дымки веяло такой жутью, что у меня свело кожу на спине… Не желая верить своей догадке, я снова протянула руку – «паутинки» стали утолщаться, наливаясь мертвенным светом, по местам их пересечений стали проскакивать искры, которые тут же слились в один пламенный сгусток, ринувшийся к моим пальцам…

Нет, я успела вовремя отскочить и не доставила врагине радости полюбоваться на мои обугленные останки, но стало ясно, что и ей устроить преждевременную кончину не получится, по крайней мере сей момент и прямо здесь… тем более ценой как минимум собственного здоровья. Она явно из тех, кто, уходя из жизни, любым способом прихватит врага с собой… впрочем, как и я сама!

– Ну и черт с ней! – Подруга, во все глаза наблюдавшая за моими экспериментами, все поняла без объяснений. – Давай-ка делать ноги отсюда, ведь неизвестно, сколько времени продержится наша защита!

– Будь времени побольше, разобрались бы с ее оборонной системой… так не хочется оставлять в тылу озлобленную фурию!

– Раз ничего не сделать – делать нечего! – Норка развернулась в сторону ближайшей подходящей двери. – Можешь потом захватить ее с собой в качестве сувенира и поставить где-нибудь в холле или в гостиной…

– Лучше в спальне! – воодушевилась я, бросая последний взгляд на жертву нашего коварства, которая, судя по яростному блеску широко распахнутых глаз, прекрасно слышала все сказанное, до словечка. – В качестве канделябра или вешалки! Заодно заценит старания своего бывшего ученика… или…

– На скотном дворе! – припечатала Вячеславна, пытаясь когтями отодвинуть массивный засов. – С целью повышения активности племенных бугаев…

– Злая ты! – прыснула я. – Кто бы мог подумать…

– Не злая, а практичная! Ну-ка, помоги!..

По винтовой лестнице мы спустились быстро и без помех, и пара коридоров осталась позади без претензий на долгосрочную прописку в памяти. Вот уже и просторный холл, и до выхода из дворца осталось всего ничего… и в этот момент меня встряхнуло трижды. Первым прорезался наш друг и соратник:

«Где вас, черт возьми, носит?!»

«Уходи!»

«Без вас?!!»

«Мы сами справимся. Да быстрее же!»

«Но…»

«Не время спорить!!!»

Не успела я перевести дух, как стало ясно, что заверение насчет «справимся» было несколько поспешным. Впереди высветилась тройная защитная сеть настолько сложного плетения, что зарябило в сенсорах. А сзади уже догоняла новая опасность, причем очень серьезная, если продолжать верить моему «скрытому зрению», которое показывало такую цветовую гамму в сочетании с устрашающей скоростью приближения…

– Ни дороги, ни пути…

Что-то сегодня память разгулялась насчет песен! Лучше бы чего полезного подкинула…

– …Безнадега?[38] – В голосе Вячеславны звучало скорее утверждение, чем вопрос.

– Как обычно! – повела я плечом, лихорадочно прикидывая возможные варианты спасения. – Пора бы уже привыкнуть…

– Подобные привычки вредят здоровью! – авторитетно заявила подруга, присматриваясь к чему-то за моей спиной.

Нэфи навострил уши в ту же сторону. Я обернулась и увидела большое, примерно три на четыре, зеркало, в котором отражалось ближайшее к нему окно и то, что в него просматривалось. А именно – высокая, сложенная из угловатых гранитных глыб горка, усаженная растениями вроде наших папоротников и орхидей. По камням с веселым журчанием струился водяной поток, дающий начало цепочке разновеликих водоемов, которая заканчивалась на территории, принадлежавшей второй вдове знаменитого мага…

Бесполезно пытаться объяснить, откуда что взялось в моей голове. Не имеет смысла выяснять, как я узнала, что и за чем делать… Просто действовала на автомате, словно выполняя чьи-то команды, как марионетка, только не спрашивайте, кто же дергал за ниточки… Сначала я указала Фадику на коридор, из которого мы вышли. Он понятливо фыркнул – и новый огненный шар ударил в потолок, закрывая проход обвалом. Затем – бегом к зеркалу, сдернуть с шеи цепочку и намотать на кулак так, чтобы медальон оказался в роли кастета, выставить руку вперед… Свободной рукой покрепче обхватить беспокойно вертящую головой рысь и прыгнуть из последних сил туда, где переливчато искрились на солнце струи отраженного водопада…

Сначала была темнота, жаркая и давящая… Затем ослепительно-яркая вспышка, долгий звон разбитого стекла, почему-то глухой, словно слышимый через подушку… Боль, начавшаяся в ушибленной руке и обжигающе-ледяным шквалом прокатившаяся по всему телу… Опять холод, уже от воды, струи щекочут кожу… Течение, ускоряясь, несет куда-то вниз, дыхание перехватывает… и снова темнота…

Как же болит все тело! Причем неясно, где больше – снаружи или внутри… Вопрос только в том, какая из двух сотен с лишним костей ноет сильнее… Дышится через два раза на третий, с хрипом и сипом, рука словно оторвана в плече, внутри черепа вспухает и ворочается горячий пульсирующий ком, в глаза какая-то сволочь от души насыпала крупного раскаленного песка, во рту странный мерзопакостный привкус…

– Очнись, величество! Время не ждет!

Ну и пусть идет ко всем чертям, раз такое нетерпеливое! И все желающие с ним заодно!..

«Только не вздумай помереть! Я что, зря столько времени угробил на порочащие меня связи?!»

«Надеюсь, не меня имеешь в виду?»

«Ты скорее связь многообещающая… в плане своеобразных способов убивания времени! Последние три дня мне надолго запомнятся…»

«Но я смогу хоть как-то тебя отблагодарить за такое самопожертвование?»

«Можешь, пожалуй… Больше не вспоминай от этом! Никогда, ни при ком и ни по какому поводу!..»

«Уже забыла… Да, собственно, о чем вообще речь?!»

Призрак непостижимым образом, без мыслей и слов, дал понять, что в полной мере оценил мои усилия, и перешел на обычный способ общения.

– Дайте-ка тот флакон… да нет, с черной звездочкой на пробке!

– Вы что, спятили?! – Откуда только силы взялись! – Это же «сыворотка правды»! Вам так уж приспичило узнать, что я про всех вас думаю?! Вовремя, нечего сказать! Слишком спокойно жилось в последние дни?!

– Тогда… с двумя красными полосками на этикетке?

– А это вообще от запора! Оставьте мою сумку в покое, садисты-самоучки… неграмотные!!!

– Тогда сама вставай и разбирайся, чем именно хочешь привестись в чувство!

– И встану! И всех тут напою всем, что под руку попадется!

Но под руку очень кстати попалось вовремя подсунутое подругой зелье для глаз. Когда все-таки удалось разлепить отекшие веки, запуск остальных систем умученного жизнью организма пошел гораздо легче, что порадовало друзей и соратников, сообща переживавших вокруг меня. То ли влияние наших небожителей, которые благосклонно относились к моим далеко идущим планам, распространялось и на другие измерения, то ли они договорились по-своему со здешними – не знаю, но без них наверняка не обошлось, хотя главное – результат! А иначе не смогу объяснить такую степень везения: сомнительный способ эвакуации вполне сработал, причем в последний момент, когда уже почти настигла пущенная нам вслед огненная волна…

Призрака через коридоры в подвалах и задние двери вывел нуарх, радостно принявший команду «Домой!». Очень помогло то, что внимание назойливо-гостеприимной хозяйки успешно занимали попытки поймать нашу беспокойную парочку. Мы все-таки смогли вырваться из вражеских владений без потерь… правда, и без особых успехов тоже.

Достижения и провалы мы обсудили чуть позже, наскоро перекусывая на том же балконе с прекрасным видом на другую половину дворца. Наскоро – потому что задерживаться в этих благословенных местах стало, мягко говоря, небезопасно. Наивно было бы надеяться, что нам сойдет с рук наша самодеятельность! Анниро устроит всем веселую жизнь из чистой вредности, а уж если учесть нанесенный ущерб, особенно моральный…

Друзья не теряли времени даром. Все было готово для срочного отбытия из этих благословенных мест: сумки собраны, дела улажены, провиант запасен, можно было сорваться с места в любой момент. Если бы не одно дельце… маленькое такое, но важное… ради которого, собственно, мы сюда и прибыли!.. Еще бы знать, как его провернуть…

За раздумьями я не сразу обратила внимание, что уже довольно долго перед самым носом вьется крупная красно-белая бабочка, задевая меня крыльями по носу. Я безуспешно попыталась ее сдуть, потом досадливо отмахнулась, хотя, как правило, вполне положительно отношусь к этим очаровательным чешуекрылым, но уж очень именно эта оказалась надоедливой. Бабочка отлетела в сторону, зацепив при этом выступающий элемент оконной лепнины, и… рассыпалась мириадами тускло мерцающих частиц, которые замельтешили, собираясь в объемное изображение до боли знакомого лица. У меня защемило сердце – правильно, ничего хорошего не сулил этот нежданный «визит»… Глаза с алыми ромбовидными зрачками на овальной угольно-черной радужке вперили в меня насмешливый взгляд вприщур.

– Не ждали? Весьма неучтиво было с вашей стороны так быстро покинуть мои владения, даже не попрощавшись! Я приложила столько усилий, чтобы вам не пришлось томиться от скуки! Сколько было задумано интересных затей!.. Думаю, вы не будете против продолжения веселья? Игра предлагается все та же – «Пойди-ка, найди-ка!», но на другом уровне. И чтобы добавить бодрости, скажу: мои поздравления, тебе почти удалось отыскать мужа, но… ключевое слово «почти»! На этом везение закончилось! Интересно, сколько времени вам понадобится, чтобы убедиться в своем бессилии? Твой супруг будет у тебя под самым носом, но ты его не найдешь – никогда! Даже если я позволю тебе выйти отсюда, по-твоему не бывать – он останется здесь! Впрочем, ты вольна поступить иначе… нет, облегчить его участь не получится, изменить – тоже, зато сможешь хотя бы разделить с возлюбленным остаток жизни. Правда, насколько долгим он будет, зависит от моего настроения…

Выдержав паузу, она продолжала:

– Что ж, было бы предложено! В таком случае – развлекайтесь, но учтите: времени у вас ровно столько, сколько потребуется моим солдатам, чтобы восстать!

Уже не дожидаясь ответа, она встряхнула волосами, рассмеялась и пропала в яркой вспышке белого пламени.

– Все равно собирались уходить! – Звонкий Норкин голосок первым нарушил повисшую напряженную тишину. – Дело за малым…

– Всего ничего, – кивнула я, морщась от перекатывающейся тяжести в голове. – Найти, забрать и вовремя удрать!

– Командуй, величество! – Призрак встал, поправляя пояс. – Кому куда?

Мы с Эффианой переглянулись и, разделив соратников на группы так, чтобы в каждой был кто-то из магов, распределили перспективные участки из числа доселе не обследованных. Мне достались Тханимар и восточная часть парка. Договорившись о месте и времени встречи, все почти одновременно исчезли в тут же открытых порталах.

Глава 7

Мне, как правило, нравилось путешествовать по проложенным с помощью магии маршрутам – когда это происходило изредка и под настроение. На сей же раз, после многократных скачков без передышки туда-сюда-вперед-назад-вбок-наискосок, начинало нешуточно тошнить. Например, от быстрой смены обстановки… От напряженной, до надрыва работы всех сенсоров сразу, чтобы за минимальное время с максимальной детальностью прочесать очередной фрагмент обыскиваемой территории… От жесткой необходимости держать под контролем сразу множество информационных каналов, чтобы не пропустить сигнал об опасности или зов друзей, которые сейчас напрягались как минимум так же, выполняя свою часть работы… От ощущения цейтнота, которое становилось все сильнее и давило на психику, заставляя открывать второе, третье и все остальные дыхания…

Мерцающее «окно» очередного портала бесшумно распахнулось перед нами, затем так же без единого звука закрылось, повинуясь жестам Тханимара. Мы оказались на верхней ступени парадной лестницы, у самой вычурно изукрашенной двери, а перед нами во всей красе раскинулась впечатляющая панорама огромного парка. Придворный чародей взглянул на меня:

– Куда теперь, моя королева?

– Чтоб я знала! – вырвалось у меня. – Надо подумать…

Меня еще пошатывало, пришлось присесть на край низкого каменного вазона, служившего вместилищем для корней растения вроде нашего папоротника «венерин волос», только пятиметрового и с фиолетово-серебристыми листьями, приятно шелестевшими на ветру. Верный соратник, чтобы не мешать, отошел, доставая на ходу из-за пазухи подвеску с магической сферой, и скрылся за фигурной колонной.

Я, сжав руками виски, закрыла глаза. Черт бы побрал эти головокружения, всегда они вовремя – слов нет!.. Но ждать передышки некогда, поэтому – думай, голова, думай, шапку новую куплю!

«…Даже если я позволю тебе выйти отсюда…» Вот с-с-самонадеянная нехорошая женщина! Можно подумать, стану я кого-то спрашивать!.. Впрочем, долой эмоции, побулькать можно и после, сейчас главное другое: «…он будет у тебя под самым носом, но ты его не найдешь!..» А это уже гораздо хуже! В самом деле, где она могла его спрятать?! Под носом, под носом… Значит, обыскивать самые дальние окраины обширных владений уже не потребуется, и то хлеб! Стоп, а если это сказано специально, для того чтобы запудрить нам извилины и направить в ненужную сторону, ведь как ни крути, а сделать гадость врагу – это святое!.. Сама бы так поступила в случае чего… Но, с другой стороны, есть особая утонченная жестокость и неповторимый смак именно в таком раскладе – когда искомое находится близко, руку протяни, да еще наверняка на самом видном месте, а противник не сумеет впопыхах дотумкать и останется на чем болтается… Ч-ч-черт!!!

Разыгравшееся не ко времени воображение услужливо подкинуло картинку: вот мы сообща лихорадочно мечемся по всей округе в тщетной попытке отыскать своего злосчастного правителя, теряем время попусту, не успеваем покинуть этот гостеприимный (даже, на мой взгляд, чересчур!) дом и попадаем в руки стражам-зомби… Потом пленников торжественно ведут на какую-нибудь показательно-мучительную казнь и между делом небрежно тычут носом в то место, где все это время находился ценный «клад»… И от того, что «ларчик просто открывался», а мы не справились и остались… даже неприлично сказать вслух, с чем наперевес, вполне уместно будет искусать себе не только локти.

Впору было нестись куда глаза глядят и по пути врываться во все попадающиеся двери, открывая их любым способом!.. Но так дело не пойдет – времени в обрез, а толку будет мало… Я с трудом подавила панические порывы, потерла глаза и сделала несколько глубоких вдохов с медленными выдохами, считая про себя до десяти. Попыталась активировать «глазастое» кольцо – все та же мутная тьма… Снова сосредоточилась и отработанным усилием воли заставила себя совсем расслабиться, хоть на сей раз это удалось мне с огромным трудом. Интуиция добросовестно подсказывала, что во дворце Дина нет. С одной стороны, хорошо, учитывая сложность местной архитектуры, но с другой… в этом парке, сооруженном с размахом похлеще королевского, можно блуждать до скончания века и потом еще столько же!..

Сидеть на месте и дальше было свыше моих сил. Я вскочила, бегом спустилась на главную аллею и устремилась вперед, с особой тщательностью прочесывая окрестности «поисковой сетью» – ничего, кроме деревьев, пестрых затейливых цветников и фонтанов самых причудливых конструкций! «…Будет у тебя под самым носом…» Значит, забираться далеко нет смысла. Несколько раз я сворачивала на другие аллеи, прислушиваясь к своим ощущениям, – нет, все не то и не туда! Ноги упорно несли меня обратно в сторону дворца. Вот и парадная лестница, успевшая надоесть мне до чертиков… Сенсоры работали на предельной мощности, как провинившиеся каторжники на галерах, но итогом было лишь учащенное биение сердца, шум в ушах, пестрый поток ненужной информации да цветные круги перед глазами.

От отчаяния самое время было завыть, впасть в истерику или начать биться головой о любую из имеющихся в наличии стен… Вместо этого я в сердцах заехала кулаком по замшелому стволу дерева, последние пару минут служившего мне опорой, и снова проговорила слова пускового заклинания, нажимая на камень в кольце с «глазом». Если он жив – а он действительно жив, об этом безоговорочно свидетельствует магическая «капля»-сережка в моем левом ухе, – то должен хоть что-то видеть хотя бы во сне! И хотя бы что-то чувствовать!!!

В глаза, как и во время предыдущих попыток, плеснула мутная мгла, но на сей раз я заставила себя не спешить, отключилась от происходящего и сконцентрировалась. Что-то явно было пропущено мною раньше, какая-то мелочь… Регулируя так и эдак работу сенсоров, удалось добиться только намека на ощущение движения вперед, причем какими-то странными рывками, с резкой сменой направления. Меня опять начало поташнивать, пришлось потрясти отчаянно гудящей головой и снова сосредоточиться. Еще большее усилие воли понадобилось, чтобы перевести пойманное сенсорным полем изображение в режим замедленного кино, – есть! Какие-то периодические проблески, как если бы во время движения по тоннелю попадались открытые участки…

Теперь самое сложное… Очередная вспышка – «стоп-кадр» – медленное приближение – вот оно! Последним судорожным усилием я зафиксировала в памяти получившуюся мутноватую, но достаточно детальную картинку и отключилась там же, где стояла…

Так меня и нашел Тханимар, обеспокоенный долгим отсутствием венценосной особы. Привел в чувство, усадил, дал отхлебнуть укрепляющего настоя и галантно подал платок, чтобы я смогла утереть взмокшее от перенапряжения лицо. Пока мое величество пыталось побороть накатывающую волнами тошноту, штатный чародей коротко, но исчерпывающе доложил обстановку: наши успешно держатся с немалой помощью Эффианы, запас времени еще есть, но поторопиться все же следовало бы, не то дождемся подкрепления врагу с материка. Да и активация остальных до сих пор покоящихся мирно зомби тоже добавит нам хлопот – немного, но гарантированно… Я благодарно кивнула и попыталась подняться. С третьего раза удалось…

– Что теперь?

В горле до сих пор стоял противный пульсирующий ком, поэтому я молча махнула рукой в сторону одной из боковых, недавно высаженных аллей. Почему туда? Просто именно в той стороне явственно просматривались вековые деревья, очертания крон которых очень живо напомнили мне то, что представилось в последнем видении…

Далеко идти не пришлось. Я то и дело приостанавливалась, прикрывала глаза и вызывала в памяти увиденное, чтобы сравнить с окружающей действительностью, и на пятый или шестой раз мои усилия были вознаграждены – картинки совпали! Правда, с небольшим отклонением – явившееся видение предлагало сознанию обзор местности как бы с небольшой высоты, а я стояла на земле, но в остальном сомнений не было.

Что же дальше? Я наскоро пояснила выжидающе глядевшему на меня ликуартисцу, что именно хочу отыскать, и принялась прочесывать местность сенсорным полем. Опять закавыка – никаких возвышений поблизости не наблюдалось. Идеально ровная местность, безукоризненно прямые линии аккуратнейше подстриженных кустов и тоненьких молодых деревьев, забраться на которые впору было бы разве что крупному жуку или мелкой птахе… Древние гиганты, правда, присутствовали тоже – служили прекрасным фоном будущему шикарному пейзажу, но росли неподходяще далеко.

По всей видимости, до нашего вторжения здесь полным ходом шли работы по благоустройству: чернели свежеразбитые клумбы, там и сям возвышались горы земли возле глубоких ям разной величины и формы. Единственным достойным внимания объектом была композиция из трех фонтанов, одинаково сработанных в каком-то чудно́м геометрическом стиле, причем совсем недавно, о чем недвусмысленно свидетельствовало состояние поверхности земли вокруг.

Я не успела задуматься, с чего бы во мне так некстати проснулся интерес к такого рода креативным творениям… Возможно, почти неуловимый обрывок воспоминания… Вернее, узнавания, когда мои сенсоры засекли отголосок недавно сотворенного заклинания в той потаенной комнате… а именно – волшбы, направленной на смену ипостаси, причем не своей!..

Ноги доставили меня к цели – одному из необычных сооружений. Чем не устроили два других, отличавшиеся разве что формой вершинных элементов, – не спрашивайте, но заставить себя сменить направление мне уже не удалось.

Беглый осмотр занял не больше нескольких секунд. Широкое основание, отлитое из полупрозрачного металла в виде равностороннего треугольника, укреплено посередине небольшого бассейна с полом и стенками, выложенными гладкими каменными плитками разной конфигурации, но подогнанными одна к одной. Над ним – высокая, метров на пять, конструкция в виде октаэдра из тонких трубок того же металла, постоянно меняющих цвет и часто изогнутых под прямыми и острыми углами. Которые, кроме прочего, еще и переплели так, что с первого взгляда нельзя было сказать, сколько их – одна, но до безобразия длинная, или множество примерно таких же. Хотя нет, все-таки единственная, если судить по тому, что в прозрачный параллелепипед, красовавшийся на самой верхушке бредового творения, мерцающая струйка жидкости била только с одной стороны…

Очередная непривычная для фонтана деталь – вода нигде не текла в открытом виде… Странно!

– Что именно, моя королева?

Видимо, последнее слово я произнесла вслух.

– Скажи мне, кудесник, любимец богов, для чего делают фонтаны?

– Для услаждения взора и слуха причудливой игрой струй, – пожал плечами Тханимар, нисколько не удивляясь несвоевременному, казалось бы, вопросу. – Для увлажнения воздуха, дабы порадоваться прохладе и свежести в жаркий день…

– Тогда какой смысл в сооружениях подобного типа?

Огненнокудрый маг проследил мой взгляд, некоторое время вприщур изучал причудливую конструкцию, окрестности, небесную высь и землю под ногами, наконец опять повернулся ко мне:

– Скажу одно: этот будущий райский уголок зачем-то прикрыли «туманной сетью», которая отводит глаза даже сведущим в магии…

– Почему же мы смогли его найти?

– Во-первых, защиту явно возводили наспех и рассчитывали на дилетантов, а во-вторых и в-главных…

– Не учли, что пользоваться можно не только магией?

Продолжая говорить, я направилась к странному объекту. По мере приближения сердце словно сдавливала тяжелая горячая рука – чем дальше, тем сильнее… Под конец мне пришлось присесть на широкий бортик, выложенный из каменных блоков, ибо ноги окончательно забастовали, да и дышать почему-то с каждой секундой становилось все трудней. Кое-как поборов желание по-собачьи вывесить язык на сторону и прилечь в тенечке, я сняла с плеча нэфи, успевшего превратиться в котенка, и бережно посадила на ближайший элемент переливающейся на солнце конструкции.

– Только будь осторожен!..

Фадик снисходительно фыркнул – мол, не учи ученого! – и отправился в короткое путешествие по хитросплетениям трубок, оставляя на металле четкие следы от выпущенных когтей. На время скрылся из виду – слышно было только его недовольное урчание, – потом неожиданно вынырнул в самом низу, примерился к одному из крайних сочленений и медленно провел раздвоенным язычком по стыку…

Сначала казалось, что ничего не происходит, но первые струйки воды, резво стекающие в пустующий доселе резервуар у основания, развеяли это заблуждение. Присмотревшись, можно было увидеть, как тонкий металл, выгибаясь и рассыпая мелкие темные искры, исчезает на глазах, пожираемый небольшими, но шустрыми язычками красно-белого пламени…

Через какую-то минуту все было кончено – причудливая конструкция исчезла, оставив несколько дымков и легкий запах, наводивший почему-то на мысли о сгоревшем пластике, а в небольшом треугольном бассейне скопилось воды по самый каменный край. Я погладила нэфи, который снова забрался на мое плечо, протянула руку и, помедлив, осторожно коснулась ладонью неподвижной поверхности. Успела ощутить, насколько холодна вода, и отпрянула с приглушенным вскриком – по всему телу стремительно прокатилась ледяная волна давящей боли. От нее мышцы свело до судорог, внутренности скрутило в пульсирующий колючий жгут, а перед глазами поплыли багровые круги…

Что бы я делала без Тханимара!.. Похоже, у него уже вошло в привычку возвращать сверхчувствительное величество в суровую реальность… Быстро прийти в себя помогло и ощущение неотвратимо надвигающегося цейтнота.

– Что будем делать? – Я вернула ему фляжку со спасительным отваром.

– Следует разрушить заклятие, которое удерживает короля в этой ипостаси, доставить в безопасное место – лучше всего сразу в родное измерение, вернуть ему сознание и память…

– …а потом и все остальное, – закончила я, вставая.

– Причем самым легким будет первое.

Придворный маг привычным жестом поддернул рукава. Я отошла в сторону, чтобы не мешать. Стоило воспользоваться передышкой, чтобы привести в порядок себя… Нам обоим хватило пары минут. Когда я снова повернулась к мини-бассейну, на сухих, глянцево блестящих плитках ничком лежало обнаженное тело… Тханимар перехватил меня у самого бортика:

– Не сейчас! Пока его нельзя трогать.

– А когда?! Время не ждет! Зови наших, быстро пакуемся и линяем отсюда…

– Не выйдет.

Я перестала вырываться и повернула к нему разгоряченное лицо:

– Ты о чем?!

И, не дожидаясь ответа, запустила сканеры, до предела сузив область охвата и увеличив глубину. Ничего подробного до сих пор видеть не приходилось… равно как и пытаться вразумительно описать увиденное! Примерно так, наверное, выглядела бы конструкция из нескольких миллионов деталей «Лего», которую разрушил взрыв изнутри, оплавив большую часть составляющих элементов почти до полной неузнаваемости.

– О господи!..

Воздух трудно и больно протискивался в моментально пересохшее горло, которое как будто сдавили чьи-то жесткие горячие пальцы. Окончательно добило меня то, что характерное свечение, свойственное любому живому организму, вокруг темного контура обнаруживалось лишь с большим трудом, было неровным и едва пульсировало.

– Но почему?!

– Позволю себе напомнить – какая форма была у вместилища для жидкости?

– Согнутые трубки… одни углы, причем почти все острые… Это же плохо?

Можно было и не спрашивать, вполне доверяя своим ощущениям, но природная дотошность настоятельно требовала получения исчерпывающих сведений. Опять же – зная причину, легче найти выход из положения.

– Слабо сказано! Многократное движение по такому пути разрушает структуру воды как носителя информации, тем более – в замкнутом пространстве, в полной изоляции от природы, когда нет возможности подпитываться энергией от природных стихий…

– Значит, мы успели вовремя?

– Его хватило бы еще на неделю, не больше.

– А дальше?! – От собственного вопроса по всей коже продрало таким лютым холодом, что у меня застучали зубы.

Придворный маг помолчал, глядя на неподвижное тело, и с расстановкой произнес:

– В конце концов наступил бы момент, когда его вторая ипостась превратилась бы в то, что называют «мертвой водой». С виду вполне обычная жидкость, но по сути – обрывки, отломки, осколки, мелкое крошево… Мешанина, ни при каких условиях не пригодная для поддержания жизни – хоть своей, хоть чужой… Не дай боги полить этакой водичкой даже самый живучий сорняк или дать кому-нибудь выпить!

– И при возвращении в человеческий вид…

Я не смогла закончить фразу – горло сдавил тугой обжигающий ком, новая, еще более мощная волна тянущей боли прокатилась по всему организму снизу вверх, взорвавшись в голове фонтаном расплавленного свинца. Тханимар деликатно подхватил меня под локоть, не дав упасть, и закончил недосказанную мысль:

– …из такой «воды» получается труп, изувеченный до неузнаваемости, а точнее – практически растертый в кашу… Останки, которые можно предать ритуальному сожжению только после специального обряда, выполненного Посвященными жрецами.

Я несколько раз подряд резко встряхнула головой, прежде чем удалось отделаться от навязчивого, рвущего душу видения…

– Значит, надо найти способ как можно быстрее передать ему хоть немного энергии?..

Договаривая, уже прикидывала, как бы сподручнее осуществить задуманное, но волшебных дел мастер нахмурился, потирая подбородок:

– Нет. К сожалению, в нашем случае запас энергии – это во-вторых. А во-первых, нужно стабилизировать состояние короля, иначе он просто не выдержит переброски через портал. Да и обычное перемещение, даже бережное, наверняка ему повредит – все связи между составляющими его тела держатся на честном слове…

– И как это лучше сделать?

Ликуартисец развел руками:

– Здесь у нас нет большого выбора. Можем разве что поместить правителя в родную стихию, лучше всего в природный источник, и дать время ей сделать свое дело…

– Если бы у нас еще было это самое время!..

– Наши пока держатся. – Тханимар взглянул на вычурные солнечные часы, красовавшиеся неподалеку. – Так что для него сейчас важнее не «когда», а «куда»…

Слушая придворного мага, я лихорадочно сканировала местность. Результаты не порадовали – ближайшие водоемы сплошь были рукотворными, а устье реки, берег океана и прочие природные источники были сейчас для нас так же недосягаемы, как если бы находились на Юпитере…

– Но мы не можем просто сидеть и ждать!

Вот она – злая ирония судьбы! Все наши неимоверные усилия вполне могли в итоге оказаться бездарно затраченными, потому что Дин все равно погибнет из-за того, что помочь ему некому и нечем, ведь мне пришлось отказаться от способностей целителя, а одним знахарством его не поднять! Но лишись я дара ясновидения, нам и девяти жизней не хватило бы на то, чтобы вообще отыскать его хоть когда-нибудь, хоть где-нибудь и хоть в каком-то состоянии! Правда, толку с того, что желаемая находка имеется теперь в наличии, если нет способа его хотя бы наскоро восстановить… или есть?!

– Помнится, ты как-то предупреждал насчет последствий необдуманного использования артефактов? – Я лихорадочно прощупывала карманы. Где же эта цацка, черт ее побери?!

– Да, только…

Тханимар не договорил – обернулся и замер, глядя на лежащий на моей раскрытой ладони трофей, который оказался у меня после неудавшегося похищения.

– Что ты имел в виду?

– Во-первых, эта штучка наверняка вытянет всю энергию из ближайших каналов, и заниматься магией станет, мягко выражаясь, непросто…

– Навсегда?

– Надолго.

– И тебе в том числе?

– Мне – в меньшей степени. – Маг похлопал по широким браслетам, украшавшим левое запястье. – Накопителями я пока не пользовался…

– Тогда нечего медлить! Ты знаешь, как его активировать?

– Знаю, но… – Штатный чародей качнул головой. – За результат никто не поручится – это во-вторых!

– А в-третьих – есть еще варианты?! – Я на ходу сбросила куртку, чтобы не мешала. – Ну-ка, помоги!

Я осторожно, почти не дыша, перевернула безвольно расслабленное тело на спину и на мгновение замерла, пытаясь последовательно сдержать нервную оторопь, тихую панику и жгучие слезы. Боже, во что же он превратился!.. В подобном состоянии довелось мне видеть его лишь однажды, в самом начале нашего знакомства, когда Дин едва не погиб в сражении с огромным химероном, посланным по его душу «любящим» братцем, а после еще много дней жизнь моего прекрасного принца висела не то что на волоске – на тончайшей паутинке…

Только сейчас к общему крайнему истощению, превратившему статное мускулистое тело в пособие по анатомии, добавились черно-фиолетовые полукружья под запавшими глазами на осунувшемся до неузнаваемости лице, пугающая бледность, от которой загорелая кожа приобрела серо-землистый оттенок, а свалявшиеся длинные, когда-то серебристые пряди словно покрыл многонедельный слой пыли… Одного этого хватило бы, чтобы впасть в отчаяние, а тут еще и температура, низкая даже для обычного человека, что уж говорить о потомке Лоан-Ксорр-Локков, повышенно теплокровных в силу определенных особенностей строения сердца!

Мне удалось удержать себя от истерики только ценой неимоверного усилия воли, но губы в итоге оказались искусанными в кровь. Ничего, до свадьбы заживут… некогда распускаться!!! С помощью магии нам вдвоем удалось достаточно быстро и, самое главное, бережно перенести бесчувственное тело к будущему соседнему фонтану, который в настоящий момент еще не был сооружен и существовал только в виде впечатляющего штабеля стройматериалов, сложенного возле неглубокого котлована округлой формы. Больше всего нас порадовало то, что это углубление не успели выложить камнем, а на дне скопилось немного воды – видимо, после дождя…

Разместив едва живое величество на взрыхленном песке в центре ямы, Тханимар выбрался на выложенную цветной галькой тропинку, а я, стоя на коленях и стараясь унять мелкую дрожь в руках, положила на грудь почти переставшего дышать супруга ромбовидную подвеску, исчерченную странными письменами. Затем спешно преодолела барьер из недавно выкопанной земли, отбежала подальше и притихла за кустом, не сводя взгляда с Дина, которому на глазах становилось хуже и хуже.

Активация заняла считаные мгновения. Кисти ликуартисца плавно развернулись кверху ладонями, воздух над ними взвихрился и тут же опал, сформировав пару плотных матовых шаров, между которыми каждые полсекунды проскакивали мощные разряды. Маг развел руки во всю ширь, а потом резко свел их вместе, подняв над головой. Сферы почти коснулись друг друга и выдали фиолетовую молнию такой мощности, что от ее треска у меня заложило уши, а глаза на некоторое время перестали видеть, поэтому остальное пришлось наблюдать с помощью сенсоров.

Поток сконцентрированной энергии устремился к артефакту, прошел сквозь него и выгнувшееся тело Дина, растекся по сырой земле шустрыми ручейками, рассыпая мелкие и очень яркие искры, ослепительно вспыхнул напоследок и пропал, оставив крепкий запах озона. Тханимар, сжав зубы, медленно, с видимым усилием снова развел руки, скрестил их на уровне груди и опустил резким движением. Искрящиеся сферы зависли в воздухе, затем стали вращаться вокруг невидимого общего центра, стремительно ускоряя движение. Новая молния расколола пространство, бесследно уходя в неровно мерцающий артефакт, только теперь она брала начало из энергетических потоков, которые были отчетливо видны в моем сенсорном поле. В первую очередь иссякли ближайшие голубоватые мерцающие «реки», которые минутой раньше струились на разной высоте во всех возможных направлениях среди облаков. Затем настал черед подземных источников и океана…

Странная вещица засветилась еще ярче, приоткрылась вдоль, и окружающий мир заполнили звуки текущей воды: капе́ль, журчание, плеск, бульканье… Прозрачные чистые струйки были сначала совсем незаметны, но с каждой секундой набирали силу и объем, и вот уже бурливые потоки забили фонтаном все выше и выше, грозя затопить не только предоставленное им пространство, но и весь видимый мир…

Добрых минут пять мы могли вволю полюбоваться потрясающей красоты картиной: в нескольких метрах над землей, прикрытый призрачно-радужной пеленой, завис огромный клубок из подвижных пенящихся, брызгающих крупными каплями зеленовато-голубоватых струй воды, подсвеченных цветными молниями. Он медленно и безостановочно вращался, все время меняя направление, как мяч, угодивший в фонтан, а сквозь его толстую полупрозрачную стенку хоть и с трудом, но просматривался темный неподвижный силуэт…

Постепенно краски угасали, потоки воды поочередно истончались, чахли, пока наконец не истаяли совсем. На нескольких последних струях расслабленное тело плавно спустилось на мокрую землю, а тонкие ручейки шустро сбежались обратно в открытый артефакт, сияние угасло, створки с мягким, едва слышным щелчком захлопнулись – все!..

Оставшегося времени нам хватило на то, чтобы мысленно докричаться до Тарглана сквозь усилившиеся «помехи в эфире» и бережно упаковать бесчувственного правителя в плащ. После недавней оздоровительной процедуры он выглядел намного лучше и под руками ощущалась нормальная живая плоть, а не холодный комковатый кисель, но действовать все же приходилось очень осторожно, потому и провозились намного дольше, чем предполагалось. Тем не менее к моменту появления из очередного портала наших взбудораженных, оживленно гомонящих соратников с наспех сооруженными носилками наперевес мы даже успели привести себя в относительный порядок и подкрепиться отваром.

Дальше события понеслись в таком сумасшедшем темпе – только в глазах замелькало! Едва мы разместили и закрепили на носилках ценный груз, как из-за ближайшей башни показался полупрозрачный сгусток неизвестной субстанции, почти незаметный глазу, зато весьма отчетливо различимый в сенсорном поле. Это НЛО местного производства больше всего походило на футбольный мяч, слепленный из нескольких десятков мелких, но плотных завихрений багрово-желтого тумана, и вело себя как легавая, качественно натасканная для охоты в поле. Оно, едва слышно потрескивая, некоторое время повисело в воздухе, затем спустилось ниже и пошло прочесывать пространство зигзагами на бреющем полете, почти задевая верхушки деревьев и ловко закладывая виражи вокруг препятствий.

Несколько долгих мгновений мы как завороженные стояли без движения и наблюдали это незамысловатое действо, пока нарастающая резь в глазах не заставила меня отвернуться и осторожно потереть набрякшие веки под собственные не совсем приличные комментарии. Первой опомнилась Эффиана:

– Уходим! Скорее!!!

Шар-поисковик живо среагировал на голос, на зависть любой собаке, только что стойку не сделал. Ринулся в нашу сторону, выпуская множество спиральных «щупалец», которые словно растягивали его в гигантский мерцающий зонт. Судя по тому, как побледнело лицо нашей союзницы, шутки с этим осьминогоподобным порождением чуждой магии были плохи… но ведь и мы не лыком шиты! Совсем рядом уже призывно мерцал распахнутый островитянкой портал. Призрак с Нортисом дружно подхватили носилки, шагнули в него и пропали в искрящейся дымке. Норка и я с остальной поклажей прыгнули следом, а маги, переглянувшись и, видимо, поняв друг друга без лишних слов, сумели объединить усилия и остановить преследователя встречным слаженным залпом. На фоне безоблачного синего неба прощальным фейерверком расцвел пышный букет ослепительно-ярких багрово-золотистых звезд, больших и малых…

Темнота, окружившая нас, была настолько плотной, что казалась осязаемой. Звуки вязли в ней, как осы в свежем варенье, зато мысли казались оглушительно громкими.

«Не желает ли госпожа „видящая“ осчастливить своих не столь одаренных спутников известием…»

«Нашел время для словоблудий! Совсем не желаю, но придется – мы в самой глубине владений блондинистой мегеры-извращенки, которая так тебе приглянулась! Можешь начинать радоваться…»

«Пожалуй, прямо сейчас и возьмусь… Нет, серьезно?!»

Я сердито фыркнула – самое время для шуток! Хотя… ничем не хуже любого другого момента нашей насыщенной событиями жизни. Только вот на сей раз дело было не в моем чувстве юмора на любителя: толпы ледяных мурашек, шустро галопирующих по спине во всех возможных направлениях, и слепящее сенсоры багрово-желтое фоновое свечение деталей местности открытым текстом сигнализировали о повышенном уровне опасности.

Над головами взмыл и засиял бледно-золотистым светом шарик-«светильник», запущенный кем-то из магов. Сразу стало легче дышать.

– Стесняюсь спросить, – Светлый Вождь на правах старшего стремился взять ситуацию под контроль, – а что мы, собственно, забыли на территории врага?

– Несколько минут передышки. – Сиреневоглазая волшебница успела обрести прежнее равновесие духа. – Где нас будут искать в последнюю очередь, так это в тайной зале главной сокровищницы. К тому же отсюда намного проще выбраться на побережье…

– Сокровищницы?! – Мы с подругой одновременно уловили главное в сказанном.

– Именно, – подтвердила Эффиана, плавным движением руки отправляя в полет вдоль по высокому, но узкому, высеченному прямо в скале коридору несколько дополнительных «светильников». – Не хотелось бы оставлять чужакам древние артефакты, принадлежавшие нашему роду. Кстати, вы вполне можете прихватить на память сундучок-другой – каждому!

– В каждую руку? – не удержалась я. – И вслух пожалеть, что не родился осьминогом? Не знаю, не знаю…

Наверное, наши лица сообща приняли настолько недвусмысленное выражение, что она прыснула в голос как девчонка, но продолжала настаивать:

– В конце концов, это справедливо – иметь возможность хотя бы в малой степени возместить хотя бы материальные убытки, которые вы все понесли по ее милости!..

Я подтолкнула Вячеславну в бок локтем:

– Как высокочтимая госпожа смотрит на то, чтобы прямо сейчас обзавестись завидным приданым, да еще при этом насолить врагу напоследок?

– Нет уж! – выпалила она, не задумавшись ни на секунду. – Напакостить на прощанье, чтобы помнили, – это, конечно, святое, но даже ради настолько высокой цели мараться не стану! Не пойдет впрок такое богатство… Лучше уж, уходя, очень добросовестно запечатать вход – чтобы потом совсем никто не смог туда попасть!

Мужская часть компании сдержанным хмыканьем и кивками выразила свое одобрение сказанному. Я развела руками, поворачиваясь к наследнице знаменитого мага:

– Спасибо за предложение, но… мы подождем здесь, пока ты будешь пользоваться своим законным правом. И производить внедреж нашей ценной идеи!

Она со смехом тряхнула аметистовой гривой, кивнула Эрриану, и они вместе исчезли за поворотом.

Долго томиться бездействием нам не пришлось. Я успела проверить, не ухудшилось ли состояние Дина, и плотнее укутать его плащом, когда брат и сестра вынырнули из темноты, поправляя на плечах ремни сумок.

– Придется некоторое время двигаться пешком, – ответил дэлх на мой невысказанный вопрос. – Открывающийся портал привлечет выбросом энергии совсем ненужное нам сейчас внимание…

Тханимар согласно кивнул, впрягаясь в носилки с изголовья. Нортис взялся с другой стороны, я на всякий случай лишний раз прочесала окрестности усиленным сенсорным полем и махнула рукой в сторону коридора, уходящего вбок. Наша небольшая процессия быстрой, но ровной трусцой устремилась к цели. Тарглан замыкал шествие.

Я двигалась впереди, задействуя все свои встроенные сканеры то вместе, то попеременно. Внутри глазниц немилосердно резало и жгло, голова гудела и от напряжения готова была треснуть по всем швам сразу, все чаще накатывали приступы дурноты, но расслабиться в ближайшее время не светило никакой возможности… Ч-ч-черт!!!

Ослепительная вспышка мертвенно-синего света с такой силой ударила по глазам, что до сих пор удивляюсь, как они не лопнули… Я пошатнулась и едва не рухнула навзничь, закрыв лицо руками, но меня подхватили с двух сторон и удержали.

– Что с тобой?!

– Ничего страшного, – попыталась я успокоить подругу. – Просто теперь уже можно воспользоваться порталом… честно говоря, самое время!

– Застукали, гады! – вмиг накалилась та и повернулась к магам. – Говорите, что делать!

– Как обычно – держать друг друга в поле зрения… и оружие наготове! – улыбнулся краем рта Тханимар, поддергивая рукава и дважды проворачивая вокруг запястий браслеты-накопители. – Сейчас оно все и начнется…

Не знаю, какими соображениями руководствовались чародеи, сообща прокладывая маршрут, но впечатлений всем хватило… Чего стоила наша внезапная материализация из ниоткуда прямо посреди просторной утоптанной площадки, на которой строились в шеренги здоровенные мужики баскетбольного роста, увешанные оружием по самое некуда! Судя по матово-темным, лишенным всякого выражения глазам, землистому цвету когда-то смуглых лиц и однотипности совершаемых движений, это и были те самые воины-зомби. Нэфи по своей инициативе успел выпустить пару-тройку огненных шаров, целясь в самую многочисленную группу, маги добавили кое-что от себя… Хорошо, что мы к тому времени уже наловчились прыгать из «двери» в «дверь» без ненужных задержек! Правда, пришлось временно расстаться с Эррианом, которого неприятно удивило количество солдат, успевших восстать из мертвых. Срочно требовалось принять меры, чтобы их не стало чересчур много…

Затем появление нежданных гостей в нашем лице посреди огромной кухни вызвало, вопреки ожиданиям, не суматоху, а поголовный столбняк, поразивший многочисленный разновозрастный персонал, до того активно снующий среди полок, печей, жаровен и котлов. На этот раз отличился Призрак, успевший прихватить с крюка целую связку копченых колбас, чем вызвал наше общее одобрение.

Открывать проложенные ранее порталы все-таки намного легче, нежели ломиться по целине, поэтому маги вовсю пользовались готовыми «тропами», используя между делом фактор внезапности. Причем отдавали предпочтение «прыжкам» на короткие расстояния с постоянной сменой направления, что, как известно, гораздо труднее отследить. Благодаря такому неординарному подходу мы не только устроили переполох в стане врага и запутали следы, но еще и повеселились от души. Особенно довольна была Норка после того, как в последнее явление нас местному населению она удачным плевком вызвала приступ временной слепоты у начальника дворцовой охраны…

Меня же больше беспокоила возможность наткнуться на иномирских жутиков, но Эффиана быстро развеяла мои опасения, показав, какой запас мелкого прозрачно-черного песка она предусмотрительно прихватила, покидая свою лабораторию. Рассыпанный поверх любых следов под соответствующее заклинание, он тут же становился невидимым, попутно делая и вышеупомянутые следы недоступными для любых органов чувств, кому бы они ни принадлежали. Я не посчитала лишним проверить это лично и была поражена, когда увидела, насколько быстро в моем сенсорном поле исчезли все возможные свидетельства нашего пребывания в конкретной точке пространства…

Еще одна вынужденная остановка произошла тоже с моей подачи. Просто я не смогла устоять на ногах, только успела отвернуться, когда на полном ходу в лицо плеснуло плотной волной страшного жара… Упасть мне, конечно, не дали, но пришлось менять курс и уходить кружным путем через подземелья. При этом я старалась до поры не думать, как мы справимся с таким количеством вооруженных и уже неживых человеко-единиц, посланных по наши души…

Следующий эпизод начался с вдруг накатившего на меня сильнейшего приступа тошноты. Мы едва успели прикрыться защитным полем, уворачиваясь от огненно-дымного шара устрашающих размеров, который вырвался нам навстречу из внезапно распахнувшегося портала и прокатился по коридору далеко назад, сея чад и разрушения. После того как едкая гарь немного развеялась, у одной из стен обнаружился высокочтимый дэлх в таком виде – не приведи бог! Перепачканная сажей, порванная и местами тлеющая одежда, свежий ожог во все предплечье, растрепанная шевелюра, ставшая из ухоженной и фиолетовой опаленно-грязной и пегой…

Он душераздирающе кашлял и тер отчаянно слезящиеся глаза, отчего его лицо причудливо украсилось полосами копоти, но тем заметней была улыбка, адресованная нам. В процессе оказания первой помощи мы услышали краткий, но яркий рассказ о том, как удалось пробраться в хранилище тел, устроить отдельный пожар чуть ли не высшего уровня и взрыв напоследок, чтобы замести следы. Опасные для жизни старания были не напрасны, поскольку все находившиеся на тот момент в подземелье трупы благополучно обратились в невосстановимый прах…

– Да упокоятся наконец-то с миром их души! – с явным облегчением выдохнул Тханимар.

Следующая новость оказалась не настолько радостной: беловолосая колдунья успела-таки оживить и послать на перехват наглых диверсантов приличное количество зомби. Вполне достаточное, чтобы сделать наше пребывание в этом райском уголке гораздо менее безоблачным и намного более коротким, чем это представлялось нам…

– Никто и не ждал, что будет легко! – выразил общую мысль Тарглан после недолгой напряженной паузы. – Тем паче пора двигаться дальше…

После очередного поворота я притормозила, еще раз для верности прошлась по местности «поисковой сетью» и повернулась к остальным.

– Остался последний рывок! Дальше мы сами.

– Пожалуй, – согласилась Эффиана, успев что-то прикинуть на ходу. – Мне отсюда будет легче перекрыть порталы, проложенные для ее армии, а потом вернуться домой… Думаю, за эти годы отец успел основательно по мне соскучиться!

И подмигнула, улыбаясь. Все притихли, как-то разом осознав, что настал момент расставания. Может, оно и к лучшему, что времени было в обрез… как там говорится: долгие проводы – лишние слезы?.. Родственники, видимо, успели переговорить обо всем раньше, во время партизанских действий в сокровищнице, поэтому сейчас Эрриан просто прикоснулся губам ко лбу сестры, сказав только: «Мира вам и согласия! Теперь я за тебя спокоен». Мужчины обнялись крепко и сердечно, похлопали друг друга по плечам и со словами благодарности приложились к изящной ручке нашей добровольной помощницы… да и спасительницы, чего уж там!.. Когда подошла моя очередь, она первая кинулась мне на шею, а вот носами мы, расчувствовавшись, хлюпнули одновременно.

– Спасибо!!! Дай бог тебе всего, чего ты действительно достойна!.. Вот же досада – и подарить-то на память нечего!

– Ты уже сделала мне подарок, о котором я и не мечтала, – дала нам возможность встретиться!

И одарила сияющим взглядом скромно стоявшего рядом Нортиса. Я шагнула к нему:

– Что ж… давай прощаться…

– Моя королева!..

Он опустился на одно колено, не отрывая от меня взгляда, но я, с трудом удерживая вдруг навернувшиеся слезы, покачала головой и жестом заставила встать.

– Неслух – он и есть неслух: сколько раз просила не нарушать конспирацию!..

Мне показалось или его чистые серые глаза тоже подозрительно заблестели? Впрочем, уже не важно… Я от души обняла слегка остолбеневшего от неожиданности парня и быстро чмокнула в тут же заалевшую щеку.

– Прощай, друг! Будь счастлив и учти – это приказ!

– И вам удачи!

Последнее, что я видела в мерцающем вихре закрывающегося портала, – две размытые фигуры, машущие вскинутыми в прощальном жесте руками…

Глава 8

Уже знакомое ущелье встретило нас ослепительно-ярким светом стоящего в зените солнца и сильным порывистым ветром, несущим соленые запахи не видного из-за гор, но близкого океана. За время наших партизанских действий выветренные, почти безжизненные склоны успели украситься многочисленными плотными куртинами цветущих растений вроде известных у нас на родине стародубок и цикламенов. Суровый, но живописный пейзаж вполне располагал к тому, чтобы встать лагерем где-нибудь поближе к воде и как следует отдохнуть, но… покой нам и не снился! Сенсоры, включившись еще в портале, добросовестно выдали картинку, в равной степени четкую и малорадующую: прикрытые до поры до времени от обычного зрения магическим полем плотные ряды вооруженных громил, заполняющие русло древней реки на всем обозримом пространстве… как раз между небольшим плато, на котором временно расположилась наша команда, и вожделенной пещерой.

«Поисковая сеть» парой секунд позже сделала занимательное дополнение – впечатляющее количество хорошо замаскированных воинов на склонах и плотное, тускло мерцающее пятно мутной синевы вдалеке, где, по всей видимости, обосновалась наша противница. Наверняка настроилась на комфортный отдых и развлекательное зрелище, до компьютерных-то игр здесь не додумались, а тут – чем тебе не «Left 4 Dead»! С поправкой на местный колорит, конечно… Что ж, к встрече изначально незваных гостей она подготовилась основательно!..

– Куда теперь? – деловито осведомилась Норка, вертя головой.

– Вообще-то нам туда, – махнула я рукой в сторону дальнего утеса. – Только вот определимся, что делать с этой… биомассой, а то куда ни кинь… И это еще основная часть ожившего войска застряла в замке стараниями нашей союзницы!

– А порталы?

– Рискованно, – медленно покачал головой Тханимар, успевший на свой лад прощупать обстановку и выпустить несколько мелких, но шустрых ярко-красных огненных шаров, каждый из которых легко нашел свою жертву. – Враг слишком близко, нарушить переброску – пара пустяков…

– То есть можем выпасть совсем не там, где собирались?

– Угу. И неизвестно в каком виде! – добавила я позитива. – Помнишь ту ловушку на Седой горе? Так это еще было последнее предупреждение, поэтому и отделались мы на удивление легко, а сейчас никто с нами церемониться не будет.

– Значит, пойдем пешочком! – Призрак потянулся, разминая плечи. – Думаю, с выбором курса и сборами стоит поторопиться.

– Голому собраться – только подпоясаться! – хмыкнула я, прикладывая ладонь козырьком ко лбу и обозревая окрестности. Стараниями наших магов число пытающихся скрытно подобраться к нам ближе врагов заметно уменьшилось. – Плохо другое: придется разделиться…

– Это еще зачем?

– Сам посуди – быстро пробежаться по этим скалам удастся разве что муравьям или еще каким-нибудь многоногим, а мы к ним не относимся, да у нас еще и живой груз! Так что кто-то должен будет отвлекать внимание наших заботливых провожающих… особенно одной!

– Скучно ей не будет! – скупо улыбнулся Светлый Вождь, поправляя ремень и потуже стягивая волосы в хвост.

– Стоп, а ты-то куда?!

– Как куда – за вниманием! – многообещающе подмигнул соратник, но тут же распахнул оба глаза дальше некуда. – Величество, даже не думай!..

– Поздно! – Я по его примеру стянула волосы кожаным шнурком. – Уже. И все решила.

– Жить надоело?! – в один голос отреагировали трое находящихся в сознании, даже штатный чародей отвлекся и метнул очередной шар мимо цели.

Четвертый же негромко произнес, не сводя с меня пристального взгляда фиолетовых очей:

– Будет лучше предоставить роль громоотвода именно мне!

– Будет совсем хорошо, если каждый займется тем, что лучше всего умеет. А посему именно тебе отведем почетную роль защитника от этих несвежих агрессоров! От меня же в открытом бою толку немного, так что займусь любимым делом – пакостями!

– С ума сошла?! – не выдержала Норка. – Она тебя живьем сожрет!!!

– С моим диагнозом дома разберемся, – усмехнулась я, снимая с шеи медальон. – Пусть попробует, авось подавится… А пока никому не уступлю права напоследок пощипать нервы этой раскрасавице-извращенке! Да и ей нужна в основном я, так что…

Соратники наперебой заговорили, пытаясь вразумить безрассудное величество. Я не стала возражать, просто молча шагнула к носилкам, опустилась на сухую горячую землю, застегнула цепочку на шее своего возлюбленного, проверила пульс и температуру… Не дожидаясь, когда иссякнет поток доводов и эмоций, встала с колен и повернулась к ним.

– Спасибо вам за все! – В наступившей тишине даже сказанное полушепотом сквозь подступивший к горлу ком было слышно лучше некуда. – И простите, если что не так…

И резким жестом кинула о камни заранее нашаренный в кармане камешек-«ключ». В нескольких шагах от нас развернулся с легким шелестом и послушно замерцал небольшой портал, и я, прыгая в него с разбега, еще успела помахать рукой друзьям. Искрящийся вихрь подхватил меня, вызвав короткое головокружение…

Открыв глаза, я с огромным облегчением удостоверилась, что попала именно туда, куда требовалось, – а все боялась, что не получится удержать в голове нужную «картинку»! Теперь до места нахождения колдуньи рукой подать, верхушка ее шатра просматривается и без вспомогательных средств… Друзья остались далеко, их фигурки теперь были не крупнее муравьиных, пришлось воспользоваться «скрытым зрением», чтобы разглядеть происходящее. Видимо, выплеск энергии перехода спровоцировал противника на более активные действия – к поползновениям отдельных замаскированных особей добавился открытый штурм злосчастного плато со всех возможных сторон.

Для начала маги сотворили и запустили в середину вражеской армии огромный огненный шар, а Светлый Вождь с помощью Вячеславны раскачал и обрушил на полчища карабкающихся зомби пару ближайших глыб, вызвав этим нешуточный обвал. Следующий пламенный «снаряд» заставил бывшее русло треснуть вдоль на впечатляюще большом участке, и в образовавшийся провал молча – что прилично добавляло жути без того щекочущему нервы зрелищу – и щедро, как просо из дырявого мешка, посыпались массивные фигуры, нелепо взмахивая руками с ненужным уже оружием. Возникшая неразбериха дала моим соратникам возможность преодолеть часть расстояния в нужном направлении.

Что характерно – даже на бегу, будучи впряженным в носилки, хоть и ставшие намного легче после определенных магических манипуляций, старый друг умудрялся костерить меня на все корки. Хорошо хоть мысленно, не то совсем бы трындец авторитету!.. Я залегла в какой-то ложбинке среди угловатых каменюк и, не переставая следить за перемещениями «веселой вдовы», внимательно «выслушала» его цветистые излияния – до последнего слова! Потом решилась рискнуть…

«Все сказал? Или что-то на потом приберег?»

«…Дай только до тебя добраться!..»

«Вот выберемся отсюда – пожалуйста! Обещаю, что даже не буду сопротивляться. А если серьезно – сам знаешь, другого выхода просто нет… Сбереги моего мужа – ради этого все и затевалось! И подругу – она из-за меня влипла в эту историю! И маг не обязан расплачиваться жизнью за мои принципы! А иномирский принц тем более!.. Да и с тобой, честно говоря, расставаться тоже не хотелось бы… по крайней мере так!»

«Хвала богам, дожил до признания!»

«Лучше поздно, чем не совсем!»

«Главное – не увлекайся! Без тебя мы не вернемся!»

Я машинально кивнула, попутно утирая невольные слезы, – можно подумать, сама не знаю, что делать здесь больше нечего, но тем не менее… В следующий момент, как и некоторое время после, стало не до задушевных разговоров – зомби снова активизировались. Нескольким группам удалось прорваться вверх по склону, и теперь они наступали дерзким пришельцам на пятки. Время от времени мужчинам приходилось останавливаться и бережно пристраивать поклажу в более-менее безопасном укрытии, чтобы совместными усилиями заставить преследователей отступить. Вождь кочевников успешно метал крупные камни, поражая головы как единственное по-настоящему слабое место не в меру подвижных мертвецов, а Тханимар вовсю поливал их огнем. Эрриан практиковался то в лепке фантомов, отвлекавших солдат от основной цели, то в создании направленных воздушных волн, которые безжалостно ломали и деформировали до неузнаваемости неживые тела, сминая нападавших в подобие снежного кома и калеча прочих, кто угодил под него во время скоростного спуска по склону. Беда в том, что их все еще было слишком много…

Надо полагать, созерцание успешного бегства не понравилось главной затейнице начинающейся потехи, и она решила наконец вмешаться. Сенсоры исправно выдали мне объемную картинку в красках: посреди небольшой площадки перед откинутым пологом шатра полыхает костер, над которым на треноге подвешен впечатляющих размеров котел, исходящий буро-фиолетовым дымом. Рядом в эффектной позе возвышается Анниро, вооруженная чем-то вроде поварешки на длинной ручке (кстати, не забывшая облачиться в костюм, выгодно подчеркивающий прелести сногсшибательной фигуры). Раз за разом она черпает жидкое варево и щедрым жестом расплескивает его вокруг, и от резкого тяжелого запаха меня тут же начинает нешуточно тошнить. Фосфоресцирующая субстанция в полете распадается на капли, которые за доли секунды превращаются в гигантских шершней – уже целый рой взбудораженно гудит, кружа над навершием шатра…

Я с трудом подавила вскрик – одна из этих тварей неожиданно спикировала в мою сторону, а из положения лежа, как ни крути, совершать прыжки все же сложновато! Жгучий укол пронзил плечо, заставив онеметь на несколько минут всю конечность почти до самого уха. Пакостная гнусь, треща крыльями, пошла на второй круг… и, ярко вспыхнув зеленым, полетела в куртину мелких желтых цветов. Нэфи поймал ее в прыжке, сжевал в два хруста и вернулся, воинственно урча.

– Спасибо, мой хороший! – Наскоро поцеловав его в холодную пуговку носа, я приподнялась на здоровом локте. – Самое время приструнить эту местную Бастинду!

Нет, я не сошла с ума и ясно представляла себе, чем в конце концов может закончиться затеянная мной авантюра с выведением из себя столь могущественной чародейки. Особенно если учесть отсутствие медальона… Только еще яснее была необходимость отвлечь эту мегеру от происходящего в ущелье: на слишком сложное поведение зомби не запрограммируешь, требуется коррекция с учетом изменившихся обстоятельств. Если же внимание корректора будет немного занято другим раздражающим фактором, то шансы беглецов заметно повысятся… Значит, вызываем огонь на себя!

Фадик понятливо фыркнул и выгнул спинку. Тонкий алый луч пронизал пространство и плавно скользнул поперек ножек подставки, котел боком рухнул в огонь, колдовское зелье от удара выплеснулось из посудины вверх и в сторону и щедро окатило чародейку… Если бы не быстрая реакция и защитное поле, ей досталось бы гораздо больше, но и так, на мой взгляд, вышло неплохо – если судить по услышанным комментариям. Из мелких брызг получилось еще какое-то количество кусачих мерзавцев, а из основной массы прямо на глазах сформировался огромный шершенище, который с надсадным гудением попытался набрать высоту…

Признаться, на несколько мгновений я была выбита из колеи, будучи просто не в силах оторвать взгляд от этого по-настоящему жуткого действа и ощущая, как на голове явственно шевелятся волосы… К счастью, моему хранителю не требовались ничьи ценные указания! Несколько пламенных залпов подряд – и сотворенные чуждой магией летучие убийцы тлеющим градом обрушились на каменистую землю, сбив заодно своего вспыхнувшего чересчур крупнокалиберного собрата. Догорающий костер завершил дело, и в следующий миг мне чуть не разорвало череп оглушительное сочетание скрежета, визга и какого-то инфернального воя. Зажав уши ладонями, я сложилась вдвое, зажмурилась и уткнулась носом в собственные колени, но долго разлеживаться мне не дали.

«Ты жива?!»

«Не дождетесь! – Оказывается, думать иногда бывает нисколько не легче, чем говорить! – Как вы?»

«Движемся… Поберегись!»

От ощущения близкой опасности сердце екнуло, заложило «мертвую петлю», сильно потеснив при этом легкие и чуть не проломив ребра изнутри. Колдунья, как и следовало ожидать, быстро вычислила, откуда ей был послан столь пламенный привет, и отправила чинить разборки очередную страшилку. Слегка шелестя на поворотах между крупных камней, ко мне струилось – иначе не скажешь! – землисто-пятнисто-щетинистое нечто вроде нашей сколопендры, только добрых метра четыре длиной. Металлический блеск ее суставчатого тела наводил на неутешительные мысли о том, что дежурное воздействие огнем вполне может оказаться не столь эффективным, как хотелось бы, а полностью истощать ресурсы нэфи сейчас не есть умно… Ледяные мурашки, ринувшись дружной толпой от затылка по спине и разбежавшись кто куда в районе поясницы, едва меня не затоптали, но я успела-таки, не вставая, оттолкнуться ногами от ближайшей глыбы, до сих пор служившей мне укрытием. И ухнула вниз вместе с порядочной кучей щебня и с приличным грохотом!..

Полет был недолгим, я едва успела по-кошачьи вывернуться, чтобы приземлиться на четыре точки, а не на голову. Бережно протирая глаза от пыли, вскочила и прижалась к неровной гранитной стене, пытаясь между делом выровнять дыхание. Сверху несся торжествующий смех:

– Что, несладко? Подожди, ты у меня еще попоешь!

– Да ради бога! – Молчать и таиться больше не было смысла. – Только попроси – не переслушаешь!

В качестве просьбы в мою сторону полетели мелкие, но многочисленные огненные «пули», которые Фадик с немыслимой быстротой переловил пастью, хватая по несколько штук за раз, облизнулся и чихнул. Затем, повинуясь моему жесту, вернулся на привычное место и свернулся в брошь. Следующий ход был за мной. Прикинув на «картинке», полученной от сенсоров, положение колдуньи относительно стоящей рядом скалы, я сместилась немного в сторону, запрокинула голову и приложила руки рупором ко рту.

– Я свободе-е-е-е-н…

Сверху свалилось несколько увесистых камней. Я вдохнула глубже…

– Словно птица в небеса-а-а-а-ах!..[39]

Воздух закончился, но продолжения и не потребовалось – переорать грохот нового обвала, затронувшего обе стороны ущелья, было под силу разве что красноармейскому хору в полном составе. К сожалению, живописной картине получения беловолосой колдуньей по темечку продуктами выветривания местных горных пород суждено было остаться в моем воображении, потому что ушлая злюка побеспокоилась о сохранности своих уязвимых мест. Однако положительный результат от моих сольных упражнений все же был – она ретировалась к шатру, спеша покинуть опасную зону, и напоследок запустила в мою сторону огненный шар – к счастью, безуспешно…

Мне перепало немного времени, чтобы найти подходящую лазейку в нагромождении глыб. Эта сторона склона, видимо, лучше прогревалась, поэтому здесь было больше растительности. От резковатых запахов цветущих трав немилосердно засвербело в носу и закружилась голова, но я почти не обратила на это внимания, старательно высматривая своих друзей сквозь клубы дыма и пыли. Они одолели большую часть нелегкого пути, еще бы один рывок!..

Вражья сила, повинуясь приказу хозяйки, снова нахлынула темным шквалом и окружила горстку отчаянно сражающихся людей, грозя окончательно затопить и заставить исчезнуть бесследно и навсегда… Сердце сжалось так, что жгучая острая боль пронизала насквозь, пробудив не самые приятные воспоминания о случившемся однажды чересчур тесном знакомстве с арбалетной стрелой… Мне уже почти безразлично, насколько близко подобралась красноглазая чародейка, все внимание приковано к трагедии, которая разворачивается на дальней стороне ущелья… И заканчивается довольно неожиданно: придворный маг посылает расходящуюся мощную круговую воздушную волну, отбрасывая лезущих напролом зомби, Эрриан прыжком выбирается на освободившееся пространство и вскидывает руки перед собой, словно пытается избежать столкновения с невидимой преградой… Ослепительная вспышка даже с такого расстояния заставляет зажмуриться, но в сенсорном поле прекрасно различим длинный широкий тоннель, стены которого образованы переплетающимися струями фиолетово-желтого пламени…

Зрелище потрясающей красоты, просто завораживает, но любоваться им всем некогда. Мертвецы продолжают атаковать, несмотря на то что не один десяток их уже сгинул в огне, но цели ускользают, уходя по одному в получившийся коридор и оставаясь невредимыми среди потоков беснующейся стихии. Видимо, наш союзник сумел ко всему прочему, и частично свернуть пространство внутри этой полыхающей трубы, потому что своим ходом им не удалось бы преодолеть ее так быстро… Вот они снова карабкаются по склону, а ревущее пламя полукругом расходится от них, отрезая от наступающих воинов… Уже совсем рукой подать, но в этот момент очередной огненный «снаряд», посланный прямиком из вражеского стана, врезается в скалу выше места действия, заставив земную твердь содрогнуться и обрушиться прямо на головы беглецов.

На сей раз боль словно взорвала меня изнутри. Несколько бесконечных мгновений я корчусь на пыльных горячих камнях, не в силах ни вздохнуть, ни встать, ни высказать вслух накопившиеся впечатления… Трясу головой в тщетной попытке избавиться от плавающих перед глазами багрово-красных кругов и как никогда горячо благословляю высшие силы, что сподобились наградить меня способностью видеть с помощью «скрытого зрения». Постепенно проявившаяся «картинка» позволяет вздохнуть с облегчением.

Хвала всем, кому она полагается, они живы! Правда, без ущерба не обошлось – Норка, украшенная свежими ссадинами, неловко действует забинтованной рукой, накладывая повязку на окровавленную голову лежащего без движения Эрриана. Видимо, самый крупный образец гранита достался именно ему… Призрак подхватил с окончательно развалившихся носилок обмякшее тело Дина, пристроил себе на плечо и, заметно шатаясь, короткими перебежками направляется к входу в пещеру. Тханимар едва держится на ногах, но продолжает метать валяющиеся вокруг в изобилии камни, придавая им с помощью магии такое ускорение, что часть их навылет пробивает головы ходячим трупам. Другие, долетая до противоположной стороны сильно изменившегося ущелья, вновь и вновь заставляют обрушиваться новые каменные потоки, погребая под слоями колотых горных пород вражескую боевую силу… Надолго ли его хватит?

Наблюдать и дальше за развернувшейся вдали битвой не было возможности, чувство смертельной опасности опять погнало меня вперед в поисках мало-мальски подходящего укрытия. Сенсоры выдали картинку в спокойном солнечном цвете – впереди обнаружилось что-то вроде небольшой пещерки. Вернее, глубокая расщелина в скале, но мне хватило и этого, чтобы укрыться от палящего ветра и перевести дух. Раскаленный воздушный поток свистел в нагромождениях камней и образовывал мощные завихрения, видимые даже невооруженным глазом, от которых моментально высыхали не только чахлые пучки белесой травы, но и вполне бодрые на вид кустарники.

– Выходи! – словно жаркий выдох пронесся по ущелью с гулким рокотом, спалив дотла весь только что получившийся гербарий и подняв тучи мелкой горячей пыли.

– Достань! – предложила я сквозь раздирающий кашель, отплевываясь и отчаянно пытаясь проморгаться. – Уж я-то тебя точно достану, в любом смысле!

В ответ вся узкая глубокая долина вмиг заполнилась множеством стремительных темных смерчей. Камни начали ощутимо накаляться, стало еще труднее дышать, а глаза уже давно резало и щипало так, что не помогал и спасительный отвар. Следовало поторопиться – неизвестно, сколько я выдержу в этой продувной духовке… того и гляди волосы на голове начнут недвусмысленно трещать и осыпаться… и кожа лоскутами скручиваться и тлеть и… Тьфу ты! К черту мое бурное воображение, делом заниматься надо!

«Величество, держись! Доставим груз и придем за тобой!..»

«Не вздумайте! Берегите короля! Остальное моя забота…»

«Тебе что, жить надоело?!»

«Так – да! И не мешайте мне лютовать… в смысле – восстанавливать справедливость!»

«Но тебе одной не справиться!»

«Куда я денусь! Лучше отвлеките ее свору, медальон вас прикроет…»

Ничто не могло поколебать меня в справедливом стремлении порезвиться напоследок от всей души – в назидание потомкам и всем желающим заодно. В конце концов, не магу-«ветродую» противостоять мощи огненной стихии, помноженной на праведный гнев и уверенность в поддержке свыше!..

Я сняла брошь, коснулась губами гладкого, начавшего теплеть камня и прикрыла ее рукой. Через пару мгновений в ладони упруго толкнулась горячая волна бесшумного мини-взрыва, сквозь пальцы просочились тонкие лучи оранжево-желтого сияния. Теперь я словно удерживала маленькое растущее солнце, а идущее от него тепло уже пронизывало руки, двигалось дальше, словно заполняя все мое существо миллионами беспокойно снующих пузырьков, придавая легкость и растворяя в стремительном пламенном вихре… Удивительнейшее ощущение!

Потолок пещерки быстро приближался, пришлось пригнуться. Взглянув с этой высоты вниз, я не увидела своего тела, вместо него пульсировал и клубился плотный продолговатый сгусток огненного тумана, окруженный жарким переливчатым сиянием… Что ж, теперь можно и выйти!

Сенсоры отчаянно сигналили о новой опасности. Колдунья подобралась ближе и успела слепить из воздуха и запустить в мою сторону с полсотни плотных раскаленных сгустков. Сейчас они этакими дымными торпедами неслись ко мне с потрескиванием, шелестом и свистом, окружающий пейзаж дрожал и расплывался в знойном мареве… Так-так, а «снарядики»-то, похоже, самонаводящиеся… Тем лучше!

Я крутнулась вокруг себя и взмыла вверх, просочившись в небо через почти незаметную щель в скале. Осмотрелась, выбрала место, где скопилось больше всего вражеских солдат, пытавшихся взять штурмом заветную пещеру с порталом, переместилась почти вплотную… Раскинула руки вширь, превратив их в огненные крылья, и рассредоточила пламенную субстанцию своего нового тела поперек ущелья, изобразив что-то вроде гигантской рыбачьей сети. Пышущие жаром снаряды плавно изменили курс, послушно следуя за мной, снова набрали скорость и… свободно проскочили в тут же увеличившиеся отверстия, не причинив ни малейшего вреда мне, любимой. Я даже щекотки не почувствовала!.. Зато затея удалась на славу – все до единого «подарочки» успешно взорвались, устроив обвалы, шквальные пожары, едкую дымовую завесу и скачок температуры на немыслимую высоту, но – на территории, занятой силами противника! Само собой, основательно уменьшив количество этих самых сил… Знай наших!

Я отчетливо расслышала все выражения, которыми вперемешку с явственным зубовным скрежетом разразилась беловолосая магичка. Похоже, ее слегка утомили неудачные попытки поразить настолько несговорчивую мишень… Моя команда, успевшая забраться в спасительную глубину пещеры и подстраховаться мощным защитным полем, нисколько не пострадала, но повторять рискованный трюк настроения не было – своды могли не выдержать сотрясений, тогда мы будем отрезаны от всех возможных выходов на свободу.

Анниро, как видно, тоже пришла в голову эта свежая мысль, и она принялась методично поражать подобными «снарядами» все подряд на нашей стороне ущелья, не обращая больше на меня внимания. Мне совсем не понравился новый поворот сюжета, и я для начала попыталась отвлечь ее частыми очередями огненных «дротиков», которые пылающими каплями легко стряхивались с моих пальцев и плотным роем неслись к цели, запросто преодолевая стандартный набор «щитов». Конечно, серьезных неудобств такая мелочь причинить не могла, но костюм, прожженный в миллионе мест, но вполне ощутимые ожоги в этих же местах, но подпаленные волосы, но горячие «угольки», угодившие за шиворот и в сапоги, но прямые попадания в глаза с оригинальными зрачками… Жаль, здешним древним языком без переводчика не владею – наверняка знатно пополнила бы запас нецензурщины!..

Колдунья, шипя как пенный огнетушитель (разве что брызгало чуть меньше), вынуждена была отвлечься и потратить время и силы на создание дополнительной защитной оболочки с отражающим эффектом. Я весело хмыкнула, ведь уязвимые места нового «кокона» выдавали свое местоположение мертвенно-бледным свечением и при желании можно было бы на счет «раз» доказать, чего стоит это хлипкое кружево, но у меня уже созрела идея получше, да и время поджимало.

Я сосредоточилась, плавным движением рук и легким усилием воли собрала свою огненную субстанцию в плотный сгусток ослепительно-белого пламени, забавы ради придала ему очертания истребителя МиГ последнего поколения и взяла точный прицел.

В какой-то момент сознание будто раздвоилось, что позволило видеть происходящее со стороны. Скажу честно – у меня самой захватило дух при виде гигантской огненной стрелы необычной формы, которая с возрастающей скоростью понеслась в самый центр неприятельского стана! Главная врагиня к этому моменту почти успела превратиться в искристо-черный, стремительно вращающийся вихрь, но все-таки обернулась на шум. Немудрено: треск и гул стоял такой, что вся местность начала трястись как в лихорадке, провоцируя новые обвалы и разломы! Она вмиг оценила ситуацию и даже успела усилить воздвигнутое вокруг себя защитное поле огромной мощности, но я метила совсем не в нее…

Скала, на которой обосновалась «веселая вдова», уже не была такой монолитной, как в начале нашего международного веселья. Мои сенсоры, подпитанные силой нэфи, обрели дополнительную мощь, позволяя видеть намного дальше и глубже. Вот и своеобразные изменения в размещении и состоянии пластов горных пород по ту сторону пересохшего речного русла не ускользнули от моего внимания…

Цель приближалась пугающе быстро, и я уже в последний момент поспешно завернулась в многослойный энергетический «кокон», сжалась в комок и закрыла глаза… Позже друзья, которые следили за событиями еще и через обзорную сферу Тханимара, поведали, что немыслимой силы взрыв спровоцировал мощнейшие землетрясения, прокатившиеся волной по всему полуострову с неожиданно разрушительным заходом далеко на материк. Сильно пострадали ближайшие поселения, прочим тоже перепало неслабых впечатлений, ущелье практически перестало существовать, остатки вражеской зомбо-рати были качественно, быстро и без дополнительных затрат погребены под обвалами, а вокруг образовалось обширное многогектарное пожарище, украшенное большим количеством оплавленных глыб…

Но сейчас я, лежа навзничь на чертовски жестких и обжигающих камнях, пыталась одновременно вдохнуть, несмотря на острую боль в груди, удержать в дрожащих непослушных пальцах все еще горячую брошь и побороть страшной силы головокружение. Не открывая глаз, я видела, как нависший прямо надо мной зловещий багровый пыльно-дымный «гриб», клубясь и меняя очертания, расползается во весь небосвод… Как на этом изменчивом фоне причудливо крутятся и рассыпают искры сгустки огня, далеко разбросанные взрывом… Как из мглистого поднебесья стремительно пикирует огромная черная птица – тлеющие кончики перьев изысканно подсвечивают контуры мощных крыльев… Слов нет, насколько я рада видеть старого друга, и сил нет, чтобы это хоть как-то выразить!..

Не сбавляя скорости, он подхватывает когтистыми лапами за плечи мое обмякшее тело и снова взмывает в беспросветное небо… С высоты еще лучше видно, как оседают мерцающие тучи мелкой раскаленной пыли над глубоким, удивительно ровно очерченным провалом, образовавшимся на месте шатра прекрасной колдуньи… Как разбегается от него круговая волна ослепительно-яркого пламени, которое почему-то не гасло даже на каменистых участках, где, казалось бы, просто нечему было гореть…

«Неплохо получилось… особенно если учесть, что нэфи – всего лишь небольшая часть мощи всего лишь потомка Огненного Демона, вот если бы…» Додумать я не успела: черный орел, сложив опаленные крылья, резко пошел на снижение, и очень скоро меня бережно перехватили две пары крепких рук, а мое сознание вдруг решило, что не помешает устроить небольшую передышку.

Очнувшись, я некоторое время лежала, не открывая саднящих глаз, и слушала, как переговариваются мои соратники, в спешном порядке оказывая помощь друг другу… Как урчит нэфи, старательно – только, похоже, безуспешно! – вылизывая мне лицо… Судя по всему, беспамятство длилось недолго, но разлеживаться дальше не было ни смысла, ни возможности. Я, сняв со лба восхитительно холодную примочку и кое-как разлепив отекшие веки, сильно удивилась, обнаружив, что мы находимся совсем не в пещере. На невольно вырвавшееся восклицание обернулись все, кто был на тот момент в сознании.

– Ты как, в порядке? – Норка пересела ближе.

– Пока не знаю, но бортовые системы вроде работают… Спасибо за помощь, Светлый Вождь! Вернее, за спасение…

– Обращайся!..

Договорить ему помешал мощный приступ хриплого булькающего кашля, вынудив сложиться вдвое.

– Но как ты смог осилить этакую ношу?!

Вячеславна повела подбородком в сторону Тханимара, который сейчас колдовал над перевязанной грудью кочевника, и протянула мне флягу с остатками драгоценного отвара. Первый жадный глоток болью прокатился по пересохшему горлу, заставив поперхнуться до слез.

– Не спеши!

– Больше не буду… Но где мы, черт возьми?! – Мне удалось приподняться на локте и отдышаться.

– Там же, где и раньше, – у выхода, – прокашлявшись, отозвался слабым голосом Призрак.

– Вполне возможно, что я слишком сильно ударилась головой, но… это мало похоже на пещеру!

В самом деле, наша бравая команда располагалась на небольшой, открытой всем ветрам площадке, основательно загроможденной разнокалиберными каменными глыбами. В глубине длинных изломанных трещин что-то продолжало падать и осыпаться с дробным шумом. С одной стороны зазубренной колонной возвышалась монолитная скала, со всех остальных обнаружился немыслимой высоты обрыв. Да и в целом живописный пейзаж стал почему-то неузнаваемым…

– «Почему-то»?! – усмехнулся Тарглан. – Действительно, с чего бы? Разумеется, те игры с огнем, которые вы затеяли на пару с нашей мстительной милашкой, не в счет, а твой эффектный финальный выход и вовсе ни при чем!

– Ты хочешь сказать…

– Не хочу, но придется: последние несколько минут на много миль вокруг рушилось все, включая то, что в принципе не могло падать, и горела даже пустота… И пещера не уцелела, потому что этот массив теперь стал отличным источником качественного материала для мощения дорог!

– То есть…

– То есть просело и обвалилось все, что не взорвалось. Только наша кочка и осталась, и то, по-моему, ненадолго, – вступил в разговор придворный маг.

– А у нас и так со временем не густо! – Тарглан снова зашелся в судорожном булькающем кашле, но сумел продолжить: – Загостились мы здесь, пора и честь знать… Заодно поможем здешним жителям запереть как следует эту чертову дверь, через которую так и лезут непрошеные визитеры!

– В самом деле, давайте выбираться на свою сторону, пока тихо… Ч-ч-черт! – Попытка встать оказалось неудачной – резкая боль в груди снова распластала меня по каменному ложу, а из-за звона в ушах я пропустила ответную реплику Тханимара. Как только удалось утвердиться в сидячем положении, пришлось переспрашивать.

– Я всего лишь сказал, что теперь это будет непросто сделать.

– Почему?!

– «Двери» больше нет, – едва слышно прозвучал за спиной Норкин голос. – Когда все вокруг валилось и сыпалось, то запирающая плита раскололась и рухнула в расщелину вместе с другими обломками…

– …так что теперь открывать просто нечего, – закончил придворный маг ровным тоном.

Я, чувствуя, как сердце, сжавшись в болезненный ледяной комок, проваливается куда-то ниже набоек на каблуках, обвела взглядом друзей. Бледное лицо подруги помимо впечатляющего синяка на левой скуле покрыто царапинами, вымазано пылью и копотью, одежда перепачкана своей и чужой кровью, опалены волосы и брови, но потрескавшиеся губы упрямо поджаты, а взгляд исподлобья выражает мрачную решимость идти до конца, лишь бы указали направление… Мелкокудрая, когда-то пламенно-рыжая шевелюра Тханимара после контакта с огненными шарами торчит неровными прядями, утратив былую пышность и яркость; голубоватый оттенок осунувшегося лица вкупе с прерывисто-слабым «живым» свечением, видимым только в моем сенсорном поле, недвусмысленно говорит об упадке сил и полуобморочном состоянии. Тем не менее руки машинально выполняют разминающие движения, готовясь к очередному этапу магического сражения… Призрак выглядит ужаснее всех, и дело даже не в количестве ожогов, ссадин и набухших повязок, а в жестком выражении глаз, превратившихся в осколки зеленоватого льда…

Я обернулась, чтобы понять, на что же он смотрит, – и не поверила увиденному. На месте недавнего взрыва, устроенного с моей помощью, пыль и дым успели немного развеяться, и стали хорошо различимы детали вроде впечатляющей груды крупного щебня на дне еще более впечатляющего провала. Куски оплавленного и до сих пор не остывшего камня почему-то начали осыпаться к подножию этого кургана, несмотря на временно спокойное поведение земли под ногами, – сначала по одному и редко, потом чаще и чаще… а между ними ярче и ярче с каждой секундой пробивались тонкие лучи багрово-синего свечения, на которое лично я успела насмотреться досыта на всю оставшуюся жизнь.

– Быть не может! – выдохнула подруга, с трудом расцепив зубы. – Она жива?!!

– Если мне кто-нибудь скажет, что эти супермаги еще и неубиваемы, я прикончу его самого!!!

– Его-то за что?!

– За дурную весть не вовремя! – Мои глаза неотрывно следили за возрастающим шевелением на дне провала, в то время как сознание судорожно пыталось поймать и удержать ускользающую мысль. – А что, есть желающие?!

– Теперь-то навряд ли. – Тарглан взглянул на меня в упор. – Что будем делать?

– Пойдем напролом! – Я повернулась к Тханимару. – Помнится, ты как-то говорил, что самые крутые заклятия получаются на живой крови?

– Да, моя королева, – кивнул он, поправляя сбившуюся повязку и безуспешно стараясь не шататься. – Именно поэтому их не так уж часто применяют.

– Значит, это тебе будет вроде премии – возможность попрактиковаться в редкой отрасли!

Штатный маг сначала непонимающе нахмурился, но взглянул в нужную сторону, сориентировался в тот же момент и привычным жестом поддернул рукава. Мне были понятны сомнения, отразившиеся на его сосредоточенно-хмуром лице, – верный друг и соратник переживал, хватит ли у него энергии на затеянную волшбу, а вовсе не за собственную жизнь, но как раз в этом я, пожалуй, могла ему помочь… Вряд ли найдется лучший источник сил, чем сама природа!

Массивный перстень с камнем неправильной формы всю дорогу был мне помехой, поскольку часто мешал манипуляциям и цеплялся за одежду. Долготерпению в основном способствовала мысль, что рано или поздно пробьет час и этот сувенир, как было когда-то мне обещано, сыграет свою решающую роль. Последние несколько минут сомнительное украшение напоминало о своем существовании беспардоннее некуда: фалангу, на которой оно красовалось, дергало и немилосердно жгло, поэтому оставить без внимания подобную подсказку при всем желании не удалось бы…

Я, невольно вскрикнув от неожиданной вспышки острой режущей боли, сорвала с пальца причину беспокойства и отбросила от себя прочь. Перстень упал у самых ног ликуартисца и беззвучно взорвался потоками ослепительно-яркого переливчатого света, словно растворив стройный силуэт и сделав его невидимым для обычного зрения. В сенсорном же поле отчетливо просматривалось, как окружающий нас мир будто задымился, исходя прозрачными клубящимися сгустками энергии, причем разного цвета: выжженные скалы – серо-коричневыми, небесные сферы – нежно-бирюзовыми, а мерцающий вдали океан – искристо-синими.

Дюжиной мгновений позже земля под ногами снова часто завибрировала, спровоцировав несколько новых обвалов. На дне ущелья слева с оглушительным грохотом разверзлась оплавленная порода, полыхнуло ярким светом и таким жаром, что затрещали волосы, а из глубины образовавшейся расщелины плавно поднялись и вплелись в общую зыбкую завесу оранжево-красные струи, придавая получившейся картине зловещий оттенок. При этом впечатление было такое, что следом тянутся и солнечные лучи, во всяком случае, вокруг совершенно точно потемнело, создав этакие грозовые сумерки… С другой стороны, почему бы и нет, ведь звезды по своей сути есть огненная стихия во плоти!.. Все эти разновеликие потоки разнородной энергии, неспешно смешиваясь и переплетаясь, обволакивали по спирали неподвижно стоявшую фигуру мага-островитянина, неоднократно проходя сквозь нее и затем устремляясь вверх…

Я вслед за подругой невольно затаила дыхание и даже зажмурилась, но почти сразу мы обе приоткрыли по глазу, поскольку очень уж хотелось посмотреть на тот предполагаемый катаклизм, который сейчас будет иметь место.

Тханимар глубоко вздохнул и встряхнул спутанной опаленной гривой. Вопреки ожиданиям, ничего пафосного в крутом заклинании не было, лишь труднопроизносимое восьмистишие да несколько незамысловатых пассов, закрученных в раскаленном воздухе обожженными и перевязанными руками… только вот результат, похоже, превзошел даже ожидания самого заклинателя.

Контуры всех окружающих объектов стали нечеткими, расплылись, исказились и растеклись, будто акварель по мокрой бумаге. Небо над нашими головами потемнело еще сильнее, стало низким и матовым, и, похоже, плотным и тяжелым. Густые клубы дыма и многочисленные кучевые облака, взявшиеся вдруг из ниоткуда, ускоряли движение прямо на глазах, причем несло их по кругу, словно загоняя в гигантскую воронку, центр которой образовали энергетические потоки над самой головой Тханимара. Из этого жуткого тоннеля, ведущего в никуда, прямо на нас изливалось пульсирующее искристо-фиолетовое свечение, и перепады его интенсивности я ощущала как вспышки жгучей боли в каждой клеточке тела. Сам свет словно бы обладал массой, которая давила и давила все сильней и сильней, разрывая болью кружившуюся голову и выдавливая изнутри глаза и барабанные перепонки, заставляя кости трещать, а сердце захлебываться вмиг загустевшей кровью…

Откуда-то я знала, что произойдет, когда в эту «черную дыру» втянет остатки видимого мира. Колоссальное количество энергии, сконцентрированное в одном месте, будет искать выход, а поскольку единственным таковым окажется вход, поток развернет в обратную сторону, и случится взрыв, подобный которому человеческое сознание не в силах вообразить. Только так мы сможем пробить новые «двери» через многочисленные «капитальные стены», разделяющие наши миры, чтобы вернуться туда, откуда пришли… А Тханимар сейчас являет собой эпицентр катаклизма, и ему просто не светит ни малейшего шанса уцелеть после того, как он сыграет роль громоотвода и замкнет на себя всю выпущенную на волю мощь стихий… Нет, не надо… так не должно быть! Что я скажу его семье?! А всем остальным?!!

Обрывки заполошных мыслей путались в гудящей голове. Шум в ушах и нарастающий гул вокруг не давали расслышать, что пытается сказать Норка, распластавшаяся рядом со мной на раскаленных камнях, да я и старалась не особо. Просто не в силах была оторвать взгляд от жуткого и величественного зрелища…

Всплеск острой головной боли, как ни странно, вывел меня из этого ступора. Я, собрав остатки сил и еле-еле двигая руками, сняла с плеча притихшего нэфи, заглянула в широко распахнутый немигающий третий глаз и еле слышно шепнула:

– Умоляю, помоги ему!

Налетевший шквал пышущего жаром ветра хлестнул по лицу обжигающе-колючим песком, заставив закашляться и зажмуриться. Последнее, что я успела увидеть до полного отказа сенсоров, было настолько невероятным, что почти не верилось в то, что это происходит здесь и сейчас. Высокий вращающийся столб красно-белого пламени стремительно вырос прямо из скалы, полностью поглотив замершую с раскинутыми руками фигуру Тханимара, но цвет его живого свечения не изменился, разве что оно само стало почти неразличим среди бушующих красок. Длинные искристые языки огня сплелись над головой ликуартисца в буйный факел, на фоне которого на краткий миг явственно проступил знакомый образ.

Время будто на миг остановилось, любезно давая мне возможность зафиксировать в памяти мельчайшие детали получившейся странной картины. Оно того стоило: дрожащее текучее марево, в котором уже почти растворился окружающий пейзаж, колоссальная воронка во все донельзя потемневшее небо, придворный маг, замерший в напряженной позе, и мерцающая полупрозрачная фигура моего некровного родственника…

Только сейчас полудемон для разнообразия проявился во второй своей ипостаси, в облике гигантской огненной кобры, которая методично, виток за витком, закрутила свое полыхающее пламенной чешуей тело вокруг неподвижно стоящего Тханимара, почти скрыв его даже от сенсоров. Чудовищная змея взглянула на меня в упор, высунула длинный раздвоенный язык, словно дразнясь, а огромный глаз, источавший мертвенно-синее сияние из бездонного вертикального зрачка, успел подмигнуть… интересно как?! Ведь змеи не моргают! «И грянул гром»…

Глава 9

И гремит не переставая, правда, тише… правда, ненамного… и земная твердь очень уж многообещающе дрожит под боком… отдает в руку, и без того занемевшую до безобразия, потому что неудобно лежу… А с чего это я вообще лежу на камнях?! И самое главное – где?!

Память на удивление быстро встряхнулась и добросовестно выдала череду ярких примеров из числа наших нестандартных деяний за последние сутки. Только заключительная картинка сильно смазанная, нечеткая и непонятная в конце… Попытка быстро принять вертикальное положение чуть не добавила к богатой коллекции честно заработанных болячек еще и сотрясение остатков мозга: такой силы головокружений давненько у себя не припомню!.. Вторая попытка, более осторожная, удалась гораздо лучше. Я сперва нащупала рядом шершавую каменную опору и аккуратно, по стеночке, все-таки села. Теперь можно и глаза открыть…

– Что за чертовщина?!

Пыльно, дымно, жарко, уработанные почти до полной отключки сенсоры улавливают в темноте что-то смутно знакомое… Вспомнить бы еще, где я видела подобный антураж… Ну конечно: пещера с порталами! Но не та, что сгинула во время обвала, учиненного совместными усилиями во время битвы с армией зомби, а другая, из которой мы уходили в «голливудское» измерение! Что же получается – мы выжили?! Да еще и вернуться смогли?!!

Опять грохнуло, намного ближе. Меня тряхнуло и ощутимо приложило о заметно потеплевший гранит. Надеюсь, не это стало причиной небольшого обвала!.. Пора бы двигать отсюда, но сначала отыскать остальных…

«Не трудись – все нашлись, и ждем у двери. Сама доберешься?»

«Уже иду!»

Направление сенсоры указали без труда, но как раз в отношении ходьбы возникли проблемы. Меня мутило и шатало, встать я смогла лишь с пятой попытки, да и то ненадолго – ноги подкашивались и дрожали от слабости, окончательно забастовав после третьего шага. Встречу копчика с гранитными неровностями пола я прокомментировала настолько затейливо, что испытала прилив законной гордости. Земному притяжению, которое упорно удерживало меня в горизонтальном состоянии, досталось еще больше. Даже на душе полегчало… жаль, что сил не прибавило, придется двигаться ползком… зато не упаду!

После того как мое чумазое величество, едва дыша, уткнулось носом в цель и в полном смысле протянуло ноги, в глубине пещеры снова раздался грохот.

– Помнится, кто-то из присутствующих собирался провернуть всю операцию по спасению своей венценосной половины без лишнего шума! – Первым подал осипший голос невидимый в клубах дыма и пыли Призрак, оглушительно кашляя после каждого слова.

– Так оно и есть. – Я с тихим рычанием ожесточенно терла невыносимо саднящие глаза. – Никаких излишеств, никаких заранее задуманных затрат и спецэффектов, так – по необходимости, чуть-чуть…

– Чуть-чуть?! Боюсь даже спросить, – моя подруга, наскоро прочихавшись и отплевавшись, проявилась откуда-то справа, – что же такого-разэдакого могли совершить обитатели злосчастного «голливудского» измерения, чем настолько прогневали высшие силы, что те наслали на них нашу теплую компанию с тобой во главе, к тому же вооруженную мощью всех стихий заодно?!

– Может, они просто заелись и засиделись в покое по причине своего сверхмогущества, вот и понадобилась легкая встряска, чтобы жизнь медом не казалась?

– Легкая?!

– Но измерение-то уцелело! Вроде бы… А впрочем, не знаю, да и знать не хочу! – Мой голос был еще слабым и хриплым. – Я, видишь ли, по-прежнему сторонник спокойного сна по ночам… и в любое другое время тоже, лично мне кошмары ни к чему… а страшных сказок у нас и своих вполне хватает… наяву!

Окончание фразы не было случайной оговоркой. Где-то в глубине земных недр под самыми ногами (животами, спинами – нужное подчеркнуть) снова зарождались и нарастали мощные колебания, сопровождаемые низким вибрирующим гулом, словно просыпался неведомый организм небывалых размеров и неописуемой агрессивности, ворочаясь и рыча. И чем дальше, тем сильнее…

Стоит вспомнить, что пещера с выходом к порталам находилась внутри самой высокой горы на острове, которая была скрыта в пространственном «кармане». Именно в ней мы некоторое время назад опознали спящий вулкан, которому вздумалось проснуться ни раньше, ни позже. Вполне возможно потому, что наш «прыжок напролом» основательно всколыхнул энергетические каналы этой местности, затронув даже самые глубинные…

Надо бы отсюда убираться, только вот как?! Дверь без перстня-«ключа» не откроешь, городить свой портал рискованно – кто знает, куда занесет подобная сквозная «тропинка» в местности, которая самой природой собрана в произвольные складки? Насчет иных возможностей выбраться из этой аномалии в рельефе и добраться до лагеря на берегу никто и понятия не имел! Даже если не брать во внимание спуск с обрыва сумасшедшей высоты…

Словно в ответ на наш невысказанный вопрос в сенсорном поле что-то забрезжило… слабо, едва заметно… Я напрягла «скрытое зрение» – да ну, не может быть!

– Почему же не может? – Светлый Вождь уже стоял рядом и протягивал на ладони предмет, подобранный почти у моих ног. – Уже есть!

Трудно сказать, какие именно эмоции и мысли вызвал вид массивного перстня с камнем неправильной формы… Того самого, который послужил ключом не только к этой двери, но и к мощи всех природных стихий, когда того потребовали обстоятельства… Значит, артефакт не сгинул во время катаклизма! Значит, мне снова светит оказаться в гуще судьбоносных событий боги знают какого масштаба?!

– Значит, нет! – констатировал Тарглан, глядя на мои безуспешные попытки надеть кольцо на все пальцы поочередно. – Значит, на сей раз он предназначается не тебе. Он просто поможет нам отсюда выбраться, а дальше…

– Буду хранить его, пока не найдется тот, кому он придется впору, – понятливо кивнула я и повернулась к двери. – На переброску к нашим – становись!

На ставшем почти родном берегу кипела работа, все были при деле. Бдительные «паучихи» спешили свернуть лагерь и увести корабль на безопасное расстояние, например, к другому острову. Наше появление вызвало еще больший ажиотаж и уйму вопросов. На самые главные – относительно успешности отправки отважной капитанши на историческую родину и поисков Ледяного Короля – мы ответили утвердительно и предъявили главный трофей. На остальные пришлось отвечать на ходу, причем набирающее обороты землетрясение с назревающим извержением основательно прибавили нам скорости.

Штатный маг, иномирский принц и недавний противник быстро пришли к согласию и сейчас были заняты усмирением взыгравшей стихии, остальные спешно готовились к срочному отплытию. Больше всего хлопот нам доставили четвероногие пленники, которых пришлось разбудить, предварительно наложив заклятие, блокирующее волю, и передать управление их пассивным сознанием телепату.

Усилия наших чародеев увенчались успехом, хоть и неполным. Растревоженные недра поуспокоились, выброса лавы можно было не опасаться, но совсем избежать извержения все-таки не удалось. Мы успели выйти в открытый океан прежде, чем жерло проснувшегося гиганта выдохнуло первую порцию дыма и пепла. Полюбоваться эффектным зрелищем, правда, не пришлось, поскольку забот хватало. Между делом еще и вволю попереживали за магов, которые остались на острове, потому что двое из них едва держались на ногах, а на одних поддерживающих заклинаниях долго не протянуть, а работка им предстояла та еще… Забегая вперед, скажу: они прекрасно справились, хоть и пришлось для этого вернуться в пещеру, зато с тем, чтобы присоединиться к нам, проблем не возникло, ибо дверь, ведущая к порталам, была на месте, а у них – предусмотрительно позаимствованный у меня «ключ».

– Это наши чересчур активные действия заставили его пробудиться, а так, судя по состоянию энергопотоков, ему еще спать и спать…

Придворный чародей ни за что не согласился отлеживаться в каюте, аргументируя свое упрямство тем, что следует присмотреть за ходом событий на покинутом острове. Пришлось устраивать его с удобствами в кресле на палубе, а свободные от вахты «паучихи» с готовностью и радостью окружили вниманием героя, который охотно давал объяснения происходящего всем желающим, хоть и едва ворочал языком.

– Значит, это ненадолго? А то за шушек беспокойно! – Я заставила-таки его выпить еще одну порцию укрепляющего настоя и теперь отмеряла нужное количество капель очередного целебного зелья.

– Думаю, у них есть укромные места, где можно спрятаться и переждать, а это безобразие дней через несколько уляжется. – Он мужественно сдержался и не стал морщиться и плеваться на все четыре стороны, хотя вкус у лекарства был тот еще.

– Тогда-то и сможешь, как собиралась, наконец-то устроить себе «дикие» каникулы в этом райском уголке! – повернулась я к Вячеславне, которая подозрительно долго не подавала голос.

– Надеюсь, что в твоем семижды благословленном богами королевстве найдется не один райский уголок! – тряхнула она волосами, отходя от борта. – Потому что лично мне долго не захочется возвращаться в этот!

– Интересно, чем тебя не устроил такой вариант рая? – Почему бы и не поддразнить подругу?! – Что природа, что погода…

– Что местное население… особенно шестиногое! – подхватила она. – Именно по ним и буду скучать больше всего!.. Кстати, как по-твоему, почему они до сих пор не съели все живое на острове?

– Наверное, часть боевых особей находится в состоянии покоя, пока все тихо-мирно, и активируется по тревоге, – предположила я после основательный раздумий. – Или в целях экономии пищи притормаживается развитие куколок и заново стартует в ускоренном темпе, когда срочно требуется восстановить поголовье… А может, происходит что-нибудь еще более интересное… Кстати, чем не тема для изучения на досуге?!

– Нет уж, спасибо! Не в этой жизни!..

Прежде чем отправляться домой, требовалось основательно подготовить наших «спящих красавцев» к перемещению, и «Укротитель бурь» лег в дрейф. Облюбованный островок отличался от предыдущего разве что формой и размерами. Главное, на нем не оказалось никаких вулканов, которые могли бы проснуться, следуя дурному примеру соседа. Высадились на берег в первой же более-менее подходящей бухте, поскольку не собирались надолго задерживаться.

Тханимар оклемался на удивление быстро, правда, еще долго пугал окружающих кефирной бледностью лица и временами нетвердой походкой. Пару-тройку раз нам довелось в буквальном смысле носить его на руках – от места, где его настиг упадок сил, до постели, но, несмотря ни на что, включая наши уговоры, он активно участвовал в подготовке к отплытию.

Эрриан так и не согласился пополнить собой ряды лежачих пациентов, хотя после вынужденных дополнительных упражнений в магии коллеги несли его бесчувственное тело в лагерь на себе. Очнувшись, он с видимым удовольствием принял все проявления заботы с нашей стороны, в изысканной форме выразил свою безграничную признательность, но соблюдать постельный режим отказался наотрез. Вместо этого он взял на себя нелегкий труд в подготовке к переброске представителей дружественных рас.

Больше всего сомнений и опасений вызывала транспортировка моего супруга. Приходившее ранее на ум сравнение нынешнего его состояния с тем, что наблюдалось несколько лет назад после нападения химерона, было сильным преуменьшением степени суровости положения дел. Сейчас, после всех перипетий, организм короля напоминал перегретое мороженое, которое пока еще удерживает прежнюю форму, но уже готово моментально растечься липкой лужей от малейшего… даже не прикосновения – дуновения в его сторону…

Маг-подводник после долгих раздумий и прикидок пообещал помочь, но на это потребовались почти сутки. Учитывая, что потом станет возможным задействовать порталы, что позволит выиграть семь-восемь дней, а то и больше, игра стоила свеч. Все с толком использовали полученную передышку, в основном для восполнения физических и душевных сил. Восстановлению первых очень способствовала прекрасная погода, возможность хорошенько выспаться и деликатесные блюда из местных морепродуктов, коими наша шеф-кок готова была потчевать нас круглосуточно без перерыва на обед. Насчет вторых получилось не так быстро и успешно, как мечталось, но сыграло свою благотворную роль сознание того, что наши неимоверные труды вперемешку с постоянным риском и вредом для здоровья не пропали впустую и при этом удалось отделаться достаточно легко.

Ихтиандр тоже не подвел – появился даже раньше обещанного. Свой трофей он предъявил только через несколько часов, которые потребовались ему на то, чтобы собрать из добытого материала оригинальное ожерелье. Основу составляли расположенные в определенном порядке необычные продолговатые неровные бусины разного размера, словно бы состоявшие из разнокалиберных пузырьков плотной темно-синей пены. В качестве центрального элемента красовалась крупная полупрозрачная, почти черная жемчужина грушевидной формы, на которой по спирали были нанесены мелкие руны, различимые в сенсорном поле в основном за счет мягкого золотистого свечения.

В ответ на ворох вопросов, которыми я его засыпала, подводный чародей кратко, но емко пояснил, что необычная субстанция встречается на океанском дне в местах, где почти до начала времен выпадал «огненный град», и обладает массой интересных свойств, если знать, как их активировать. Ожерелью отводилась роль стабилизатора, который должен был помочь Ледяному Королю не развалиться на молекулы в процессе транспортировки, пока собственные связи его многострадального организма не будут восстановлены должным образом. Внешне это не проявлялось никак, зато в сенсорном поле странное бирюзово-серебристое мерцание давало возможность увидеть исходящие от бусин тонкие лучи, которые проходили через жемчужину, а затем пронизывали все тело Дина в разных направлениях, образуя своеобразную арматурную конструкцию. Все принятые меры вкупе должны были сработать в нужном ключе и обеспечить беспроблемную доставку особо ценного груза туда, где будет больше возможностей для приведения пациента в нормальное состояние…

Наконец-то подготовительные хлопоты закончены! «Укротитель бурь» на всех парусах мчится к родным берегам, ветер попутный, погода обещает радовать всю дорогу… Небольшая качка и плеск волн действовали убаюкивающе, но мне так и не удалось толком заснуть. Несколько раз я просыпалась после короткого погружения в дремотное состояние, потом какое-то время вертелась, тщетно пытаясь найти удобную позу, пока в конце концов не бросила это бесполезное занятие. Сидеть сиднем, созерцая пейзаж за приоткрытым иллюминатором, тоже быстро надоело, и меня потянуло на свежий воздух. Я оделась, вышла на палубу и встала на корме, наблюдая, как постепенно тают буруны, оставленные идущим полным ходом кораблем, и как темные контуры островов медленно растворяются в закатных облаках.

Все удалось, все получилось – мы добились чего хотели! Правда, не без потерь… Супруг найден, отобран у врагов и возвращен в свое измерение. Мои друзья живы, хоть и нуждаются в усиленном восстановлении здоровья, и держатся молодцом, хоть и не могут ровно пройти по палубе, причем корабельная качка совершенно ни при чем. Зло, пусть и не в полном составе, но наказано, портал закрыт – надеюсь, намертво!.. Дракона и надха удалось обезвредить, не навредив и даже без ущерба достоинству, доставка их на родину – дело техники. Правда, пришлось погрузить их в еще более глубокий сон и удобно устроить в трюме, обезопасив на случай шторма…

Подводный охотник, имя которого мы так и не смогли правильно выговорить, покладисто согласился на упрощенную версию, не столь языколомную для сухопутных нас, но наотрез отказался впадать в лечебную спячку. Сначала Эллель-Наарль даже объяснять ничего не хотел, потом, видя наше искреннее беспокойство, как всегда немногословно выразил признательность и мотивировал свое решение благотворным влиянием родной среды… Надо полагать, еще более благотворным оказалось общение кое с кем из экипажа! Достаточно хотя бы раз увидеть, какие взгляды бросает он в сторону нашей бравой боцманши… Причем явно не без взаимности!

Я невольно улыбнулась, но дальше додумать не успела – помешал знакомый голос, негромко прозвучавший за спиной:

– Звезды считаешь или курс выверяешь?

– Придумываю кары для нарушителей прописанного режима! Чего не спится в ночь глухую?!

– Беру пример с посланников небожителей!

– Сравнил!.. Или раны беспокоят?! – озаботилась я, машинально запуская сканирование.

– Ничего такого, о чем стоило бы говорить! – махнул он рукой. – Еще успею отлежать бока! Так чем занят пытливый разум нашего неуемного величества?

– Подвожу итоги, пока они не подвели меня! – Я приглашающе подвинулась. Тарглан подошел и облокотился о перила.

– И каковы успехи?

– Пока не знаю. Скажи честно…

– Честно.

– Спасибо, уважил! Только я не об этом…

– Знаю, представляешь?!

– Но не собираешься отвечать?

– Не в этом дело. Ты сама-то уверена, что хочешь знать правду?

Я всерьез призадумалась. Уверена ли?.. Вопрос о том, как именно Светлый Вождь отвлекал внимание беловолосой колдуньи, пока мы с подругой партизанили в дебрях ее дворца, давно уже вертелся на языке. В том-то и дело, что я сама догадывалась… да что там – почти знала, каков будет ответ, причем в нескольких версиях, но которая из них ближе всего к?.. К тому же, если я права, то при любом из вариантов недавние события вряд ли попадут в категорию особо радующих душу старого друга и самоотверженного соратника!

– Пожалуй, нет, – после затянувшейся паузы все-таки определилась я. – Меньше знаешь – крепче спишь!

– И почему мне совсем не хочется спорить?

– Наверное, потому, что я, как всегда, права?.. Просто лишний раз – нет, как раз не лишний! – скажу тебе спасибо!

– Обращайся! – Он подмигнул, улыбаясь краем рта, и крепко пожал протянутую руку.

Некоторое время мы молча любовались переливами лунного света в кильватерных струях, а я периодически ловила на себе задумчивые взгляды искоса. Наконец Призрак не выдержал:

– Какие же темные мысли на сей раз послужили причиной пасмурного выражения на светлом лике венценосной особы?

Можно подумать, не смог бы сам узнать! Просто как настоящий друг дает возможность выговориться…

– Скорее сомнения…

Да, именно так. Просто раньше как-то не доходили ни руки, ни ноги, чтобы переосмыслить происходящее, взглянуть с другой стороны, покопаться в ощущениях и ассоциациях… Наконец оформилась мысль, которая не давала мне покоя, подсознательно крутясь в глубине мозга. Не слишком ли часто приходит в голову – «сама бы так сделала»? Если я не счесть сколько раз легко ставила себя на место заговорщиков-похитителей, значит ли это, что я по своей натуре и сути настолько с ними одного поля ягода?! И при случае вполне способна учинить подобное гадство, идти по головам, не обращая внимания на количество возможных жертв, не считаясь с последствиями для прочих живущих, лишь бы удовлетворить собственные амбиции?!

– Нет, всего лишь ради восстановления справедливости. Что же касается сходства намерений… Полагаю, дело в твоем даре пропускать через себя ощущения и мысли окружающих. В последнее время ты, похоже, преуспела в этом еще больше!

– Что ж… будем считать – убедил! Тогда, может, поможешь развеять еще одно сомнение?

– Думаю, стоит попробовать. Какое же?

– Не слишком ли дорого достался нам успех?

– В любом случае переделывать уже поздно! – усмехнулся Призрак. – И потом, все в жизни относительно.

– В том-то и дело…

– Пытаешься прикинуть, чего получилось больше – плюсов или минусов?

– Присоединяйся, вместе быстрее посчитаем!

– Хорошо. С чего начнем?

– Давай с главного.

– Ледяной Король спасен вовремя. – Светлый Вождь загнул первый палец на демонстративно растопыренной пятерне.

– Да, но ценой каких усилий… и над его восстановлением еще работать и работать!

– Зло в лице колдунов-заговорщиков наказано. – Второй палец перешел в загнутое состояние.

– Только главный заводила все-таки ускользнул!

– С нашей стороны потерь почти нет…

– Но Броул же погиб…

– Заложена основа для долгой крепкой дружбы с «морскими паучихами»…

– Зато с «чайками» придется разбираться по полной программе из-за нанесенного ущерба!

– Нортис нашел свое место в жизни и, будем надеяться, личное счастье…

– А у нас в этом мире стало на одного друга меньше!

– Звучит немного эгоистично, не находишь? – Собеседник искоса взглянул на меня.

– Пожалуй, – подумав, согласилась я. – Исправлюсь! Продолжим?

– Конечно! Спасены несколько представителей дружественных рас, к тому же очень могущественных…

– Что есть, то есть.

– И по нашу сторону Границы стало на одного прекрасного мага больше… который к тому же весьма к тебе расположен!

– Ой, не надо на ночь глядя о печальном!!!

– Злая ты! – Призрак явно был не прочь развить и дальше столь благодатную тему, но вовремя уловил содержание и форму моих невысказанных мыслей, почему-то закашлялся и продолжал уже в прежнем духе: – В конце концов, мы все неплохо развеялись в приятной компании, поднабрались новых впечатлений…

– Без некоторых вполне смогли бы обойтись ближайшую тысячу лет… И с детьми столько времени не виделась!

– А еще найдено и уничтожено приличное количество чужеродной опасной нечисти, устранен сумасшедший колдун, вскрыты случаи злоупотребления служебным положением…

– Хм…

– Так что смело можешь требовать с короля премиальные за внеплановую проверку положения дел вдали от столицы!

– Например, в размере годового жалованья – каждому?

– Думаю, никто не будет в обиде! – Серо-зеленый глаз лукаво подмигнул.

Я воодушевилась:

– А еще есть вполне законный повод отравить жизнь соседушке, который вместе с дочечкой принял участие в подмене!

– Вот видишь – плюсов гораздо больше!

– Тебе надо было раньше помочь мне с арифметикой, – невольно улыбнулась я. – Чтобы минусы так явно не давили на сердце…

– Ты просто устала, Тэйли…

На глаза навернулись непрошеные слезы. Всегда со мной так – и боль перетерплю, и от страха только разозлюсь, и обида лишь заставит стиснуть зубы крепче, а вот самая малая толика дружеского участия, выраженная, как сейчас, ненавязчиво, но вовремя, сносит напрочь все тормоза…

– Надо же, вспомнил! – Я поспешно отвернулась и незаметно вытерла мокрые щеки. – А то все «величество» да «величество»!..

– Между прочим, никогда и не забывал…

Светлый Вождь задумчиво улыбнулся и снова перевел взгляд на лунную дорожку.

– Не помешаю?

– Чему? – В один голос переспросили мы и рассмеялись.

– Мало ли какие коварные планы могут строить под покровом темноты правители двух могучих народов! – Норка шла к нам по влажной от вечернего тумана палубе, на ходу набрасывая легкий плащ.

– Присоединяйся и добавь еще коварства! – предложила я. – Тогда уж точно перед нами никто не устоит! И этому заговору не будет равных ни в современной, ни в древней истории, ни даже, возможно, в будущем!..

– Жуть какая! – передернула плечами подруга. – Я-то думала, что тебе недавних событий надолго хватит!

– А что такого уж особенного произошло?! – подмигнул Тарглан, явно поддразнивая соратницу. – Так, пошалили слегка, сначала враги, потом и мы в ответ…

– И наделали шуму на два измерения! – подхватила я.

– Это уже сопутствующий ущерб, – отмахнулась Вячеславна. – И вообще – сами виноваты!

– Вот и выпускай вас в люди! – Я укоризненно покачала головой. – Придется накладывать штрафные санкции… ничего личного, в воспитательных целях!

– Наклади, наклади, лишь бы на душе полегчало! – Великодушию подруги не было предела. – С кого начнешь?

– С себя! – Попытка изобразить чистосердечное раскаяние благополучно провалилась, но, судя по реакции собеседников, была хотя бы оценена по достоинству. – Только ни о чем содеянном жалеть не собираюсь – однозначно!

– Да здравствуют Ледяные Правители!

После такой точки в диалоге разговор как-то сам собой иссяк, и мы, вдруг вспомнив о том, насколько поздний час, разошлись по каютам.

Глава 10

Во время плавания дни летели, сливаясь в сплошной поток чередующихся коротких периодов сна и долгих – активной работы. В памяти остались бесконечные компрессы, перевязки, промывания, примочки… Бульканье воды в многочисленных посудинах… Запахи солей, сушеных трав и водорослей, которые заваривались, вымачивались, растирались и смешивались в самых разнообразных пропорциях и сочетаниях… И – бесконечное сканирование вширь, вглубь и во всех возможных проекциях. Даже во сне перед глазами продолжало мельтешить увиденное за время насыщенного событиями бодрствования. Начало и окончание промелькнувших суток отмечались вскользь, краешком перегруженного сознания только по восходу и закату солнца.

Норка, сама не успев толком оклематься, не отходила от меня ни на шаг и подменяла везде, где только возможно. Знахарская наука давалась ей легко, что в нашем положении было всем на руку. Особенно если учесть, что все пациенты требовали усиленного внимания – каждый по-своему. Без постоянной поддержки Дин просто не пережил бы долгую дорогу, не говоря уже о переброске, а маги в нерабочем состоянии не смогли бы обеспечить работу порталов, особенно если учесть, что требуется переправлять целый корабль вместе с экипажем, грузом и хворыми пассажирами…

Без помощи подводного охотника пришлось бы еще труднее. Молчаливый и невозмутимый, он возникал рядом, когда требовались лишние руки, проделывал со страждущими малопонятные для остальных манипуляции – что-то вроде бесконтактного массажа, постоянно добывал из океанских глубин то нужные для мазей водоросли, то моллюсков, отвар из которых заставлял ожоги заживать с немыслимой скоростью… Пострадавших товарищей по цеху он врачевал по-своему, регулярно выводя их в определенный час под лунно-звездное небо и усаживая на влажные доски палубы, на которых предварительно чертил сложные фигуры, каждый раз другие. Дожидался, пока они заснут – моментально, будто выключались из розетки, – рисовал вокруг них в воздухе затейливые символы, которые искрили, оставляя сильный запах озона… Через некоторое время возвращал их в каюты, где за дело брались мы.

Выслушав мои объяснения о пользе действия на каждого родной стихии, он соорудил на палубе из просмоленного старого паруса, ящиков и прочих подручных средств импровизированную ванну, в которую бережно, с помощью заклинаний переместил моего супруга. Таскать воду ведрами не пришлось – Эллель-Наарль устроил так, что она сама поднималась из-за борта толстой, искрящейся на солнце струей, ненадолго задерживалась в мини-бассейне, обтекая по кругу лежащее в нем тело, и таким же образом возвращалась обратно. Маг лишь проверял время от времени состояние больного и добавлял к целительному потоку то какие-то соли, то цветной порошок, то ярко-зеленую, сильно фосфоресцирующую кровь странной глубоководной рыбы, специально для этого пойманной им же. На проявление благодарности он качал головой и отвечал, что всего лишь следует своим давним обетам, когда оказывает посильную помощь, тогда как сам нам до погребальных обрядов обязан жизнью и свободой…

«Паучихи» тоже помогали чем могли, но у них и своих забот был полон рот. Правда, попутный ветер добросовестно гнал наш корабль к родным берегам, и хотя бы не было нужды беспокоиться о задержках в пути по причине штиля или непогоды. Когда же Тханимар и Эрриан снова встали в строй, дело пошло гораздо быстрее. Три чародея, объединив усилия, в несколько перебросок доставили «Укротитель бурь» к ближайшему порту. Мы очень тепло простились с бравой командой морячек и подводным охотником, напоследок договорившись, как связаться друг с другом в случае чего.

Дальше парадом командовал наш рыжекудрый друг. Он припряг к решению возникших трудностей всю местную колдовскую братию, пользуясь правом главного королевского мага требовать помощи без объяснения причин и посвящения в детали. В итоге мы получили все необходимое для тайной, быстрой и комфортной транспортировки нас и ценного груза к самой границе моих фамильных владений, где уже ждала целая делегация во главе с Лоттинтхаром. Туда же те же помощники переправили наших скакунов, до сих пор находившихся под присмотром знахаря из деревушки, расположенной в окрестностях Седой горы.

Теперь в нашем распоряжении было гораздо больше всевозможных целительных средств для спасения Дина. Поддерживающая терапия сыграла свою роль – мы довезли его живым! В сенсорном поле он выглядел намного лучше, чем в парке беловолосой колдуньи, по крайней мере смотрелся как нечто целое. Правда, живое свечение оставалось едва заметным, слабым и прерывистым, значит, жизнь по-прежнему в нем еле теплилась… И чего мы только не делали, чтобы поддержать и раздуть эту чахлую искорку до прежнего, всегда такого бурного пламени!..

Меня время от времени одолевали паникерские мысли: что, если, несмотря на все наши усилия, он так и не сможет оправиться и тихо угаснет у меня на руках, просто потому что мы всего лишь люди?! Что, если ему изначально было отпущено совсем немного, а он, рассчитавшись в ту памятную зиму годами своей жизни за мое выживание после покушения, исчерпал резерв и приблизил для себя свидание со смертью настолько, что срок вышел именно сейчас?! И устроенная мной заваруха оказалась напрасной, потому что я не догадалась уточнить этот момент у богов?! Но ведь не было никаких предупреждающих видений на этот счет, наоборот – вся информация свыше, посланная этаким путем, подталкивала меня к совершенно однозначному решению…

А что, если я пропустила какую-нибудь замудренную или двусмысленную формулировку в том договоре, и теперь окажется, что небожители пообещали всего лишь помочь найти мужа и спасти от врагов, а все прочее в отношении совместного светлого будущего так и осталось без гарантий?! И винить в этом будет некого, кроме себя самой!.. Во много крат обиднее, если после всех перипетий, успешного бегства из чужого мира, преодоления трудностей с тайной перевозкой бесчувственного тела, буквально дышащего на ладан, сейчас и здесь, в идеальных условиях с максимально возможной заботой, все пойдет прахом!

Как я тогда не свихнулась от этих мыслей! Пожалуй, только дети причиной тому, что я таки осталась при своем разуме. Отключиться от назойливых тяжких дум удавалось лишь рядом с моими солнышками, да и то какая-то часть сознания неотрывно следила за тем, что происходит в комнате, последней по дальнему коридору, когда за дело брались маги и знахари, сменявшие меня на боевом посту. А уж способность чувствовать его боль как свою, пожалуй, утрачу только после собственных похорон!..

Казалось, наши усилия расходуются впустую. Дин оставался недвижимым, а температура тела по сравнению с обычной повышенной теплокровностью могла считаться вообще отсутствующей. Вот когда пришлось в полной мере пожалеть об утере целительского дара! В ход шли все составляющие арсенала травницы. Всевозможные растительные сборы заваривались для приема внутрь, зашивались в подушку, растирались и добавлялись в мази, смешивались в сухом виде и поджигались для окуривания лечебным дымом… Вдобавок наши чародеи устроили в «палате» проточный бассейн, работавший по тому же принципу, что и конструкция, сооруженная подводным охотником во время пребывания на корабле, только на сей раз вода поступала из ближайших подземных источников.

Просто невыносимо было видеть этот изумительный, безукоризненно вылепленный природой организм в таком плачевном состоянии… Я не раз ловила себя на уже подзабытых ощущениях и эмоциях, знакомых со времен, когда дети были грудными. Учитывая, что на тот момент мои познания в области материнства были чисто теоретическими, постижение родительских премудростей на практике шло через дикую нагрузку на нервы. Тогда, особенно в первое время, почти никому не удавалось убедить меня отойти от колыбелек хоть на шаг и доверить ненаглядных двойняшек другим рукам. И это несмотря на то, что помощников имелась целая рать в лице знахарей, нянек, штатных магов, охраны и… продолжить список?.. Да и позже – кто бы ни находился рядом с обожаемыми чадами, я всегда была поблизости в состоянии «сенсоры наголо», а мое недреманное око и взгляд на зависть любому инквизитору заставляли и без того старательных и добросовестных людей окончательно лезть вон из кожи. Если же добавить к этому и мою репутацию…

Замковые коты, оправдывая звание стражей границы между мирами живых и мертвых, дежурили в комнате короля круглосуточно, посменно и добровольно. С ними рассчитывалась я лично, как только шла заступать на трудовую вахту с предварительным заходом на кухню. Настал день, когда кошачий караул не обнаружился на привычных местах, и я едва не задохнулась от нахлынувших эмоций, когда сообразила, что это значит… Правда, сначала – каюсь! – подумалось о плохом, и у меня самой чуть сердце не остановилось там же, на пороге, но вовремя выяснилось, что лед тронулся в нужную сторону.

Прочих забот, мягко говоря, тоже хватало. Кроме истощения организмов и ран телесных имели место потрясения душевные. Недавние происшествия в большинстве своем слишком явно выходили за рамки обычных путевых приключений, потому и последствия сказывались намного сильнее, чем хотелось бы, ведь все мы, как ни крути, живые люди! Особенно эта история сказалась на моей подруге, немудрено – если уж коренные обитатели наполненного магией мира были так или иначе выбиты из колеи… Прежде нам порой и чихнуть было некогда – события валили чередой, подпирая друг друга, а уж себя пожалеть и вовсе недосуг. Теперь же в спокойной домашней обстановке свободного времени было вдоволь, с большой лихвой – хоть в банки на зиму закатывай! – вот все чихи плюс прочие недомогания и начали проявляться наперегонки…

Чего стоили хотя бы ее сны вперемешку с кошмарами… Норка старательно скрывала свое состояние, даже стала избегать Призрака и почти не снимала с мыслей защитный экран, которым с моей помощью научилась блокировать доступ в свое сознание. Только со мной номер не прошел – мне-то просто в глаза била нетипичная пульсация и перепады красок в ее живом свечении, а еще больше – их тревожащее сочетание. Она сопротивлялась, призывала меня тратить внимание и силы на других и в первую очередь на того, кто в этом нуждался всерьез, но разве я могла бросить на волю случая близкого мне человека, который к тому же проблемами обзавелся из-за меня!

До сих пор не знаю точно, почему именно иномирский принц первым отреагировал на ситуацию. То ли других забот у него было меньше, чем у остальных, то ли просто искал повод сделать что-то хорошее для нас, то ли сыграла свою роль та самая близость характеристик жизненной энергии, которая дала возможность обойти защиту и понять, что происходит в гордо поднятой подругиной головке… Несколько дней Эрриан издалека наблюдал за нами, пока однажды не перехватил меня в коридоре. После обмена положенными любезностями, он завел разговор, умело сочетая деликатность и настойчивость:

– Насколько я понимаю, для нашей соратницы история имела слишком сильные последствия?

– В большей степени, чем ожидалось, – пришлось признать мне, – но все-таки в меньшей, чем вполне могло быть. Ничего, мы справимся! Просто у каждого свои темпы восстановления…

– Хотелось бы посодействовать ускорению процесса, поэтому предлагаю свою помощь.

– Я не смею перекладывать на плечи высокочтимого дэлха свои заботы!

– Это наши общие заботы – пережить последствия того, через что прошли вместе! – И добавил, заметно смягчив тон: – Во-первых, госпожа Леона совсем недавно помогала мне оправиться от ран, теперь мой долг хотя бы просто как человека оказать ей поддержку в трудную минуту. Во-вторых, стремясь лично помочь всем и сразу, ты рискуешь сама оказаться в беспомощном состоянии. А в-третьих, живая энергия – субстанция переменчивая и зависит от настроя носителя, а сейчас, когда все твои мысли о том, как быстрее пробудить к жизни возлюбленного, все твое существо стремится к этому, и в таком состоянии почти невозможно дарить покой кому бы то ни было, начиная с себя. Я же в настоящий момент не обременен заботами о насущном, знаю и причины происходящего, и способы выхода из положения, что еще важнее, поэтому и предлагаю использовать мои возможности. Если ты не возражаешь…

– Почтем за честь принять любую помощь! – Ответила я и за себя, и за подругу, заодно не поленившись отвесить признательный полупоклон. – Только позволю себе дать маленький совет… разумеется, если не будет возражений со стороны вашего высочества!

Уголок его рта предательски пополз вверх. Это мое подчеркнутое следование требованиям этикета ненавязчиво давало понять, что нашим отношениям по-прежнему не судьба перейти в категорию более близких.

Он прекрасно понял намек и отплатил мне той же монетой, причем на сей раз на лице не дрогнул ни единый мускул:

– Я с почтением и вниманием выслушаю все, что ваше величество посчитает нужным сообщить моей скромной персоне!

– Скорее попросить… Лучше, если госпожа Леона не будет знать, что происходит. Она не хочет никому доставлять хлопот и отвлекать от лечения правителя, но будет рада визиту друга.

– Понимаю. Должен сказать, что обе ваши персоны, особенно в последнее время, стали для меня еще более значимыми, поэтому и настаиваю на своем предложении.

– В какой форме будет приемлемо выразить благодарность с нашей стороны?

В глубине странных глаз вовсю роились веселые искорки, но его лицо оставалось по-прежнему серьезным.

– Для начала буду признателен за любые вести об изменениях в ее состоянии, а после… Как доводилось услышать от вашего величества: лучшая награда тому, кто лечит, когда тот, кого лечат, перестает в этом нуждаться!

Каюсь, я не удержалась и подсмотрела-таки, как идет целительный процесс, но – совсем недолго, всего лишь раз и самым краешком сенсора… и то чисто в целях перенимания передового опыта в богоугодном деле врачевания! Правда, повторить увиденное вряд ли смогу…

Высокочтимый дэлх деликатно постучал в дверь, идеально угадав момент, когда госпожа Леона вернется с прогулки, умоется, отпустит служанок и уютно расположится в гостиной на диване среди горы подушек. Ответил полупоклоном на приглашающий жест рукой в сторону ближнего кресла, но от вина отказался и присесть не торопился.

Для начала Эрриан переставил в определенный угол стола красивую вазу из шиламугайских самоцветов, быстро прикинув одному ему известные параметры. Затем аккуратно разместил в ней букет крупных бахромчатых тюльпанов, белых с едва заметным голубым оттенком. Видимо, запомнил, как нравилось Норке гулять по аллеям вокруг дальнего фонтана, где клумбы радовали глаз причудливым сочетанием разнообразной окраски этих любимых нами цветов. Один из них положил пациентке на колени, кивнул в ответ на изъявление благодарности… Осторожно установил точно посередине столешницы низкую толстую полупрозрачную свечу с тремя фитильками, которые тут же загорелись пламенем разного цвета… Затем устроился в кресле напротив, достал из кармана… кубик?! Нет, не кубик – маленькую толстенькую книжечку и что-то прошептал над ней, заставив превратиться в солидный фолиант в потертом кожаном переплете, который сразу открыл на нужной странице.

Странное дело: звучали слова совершенно незнакомого языка, а смысл был понятен и без перевода! Мало того, можно было в полной мере оценить и четкость рифм, и богатство способов, с помощью которых неведомые поэты пытались донести свои мысли и чувства до будущих почитателей!..

По мере того как приглушенный голос озвучивал строки, зарифмованные столетия назад, символы древней иномирской письменности словно стекали в извилистых потоках золотистого свечения с потемневшего от времени пергамента и, колеблясь и мерцая, медленно скользили вокруг него по расходящейся спирали, чтобы затеряться и растаять в темноте, притаившейся в дальних углах комнаты. Некоторые буквы отделялись от общего потока и превращались на время в спутников иного светила в лице моей подруги, завершая самостоятельное путешествие в чашечке цветка, который она держала в руке. Вячеславна с интересом слушала гостя и наблюдала за их перемещениями, но вскоре ее взгляд остановился, устремившись в одну точку, веки медленно сомкнулись, голова откинулась на подушку… Интересно было наблюдать, как свеча постепенно теряет прозрачность, наливаясь матовой чернотой, а пляшущие на фитильках язычки пламени меняют высоту, яркость и цвет…

Эрриан еще некоторое время продолжал говорить, постепенно переходя на едва слышный шепот, потом замолк, аккуратно пристроил расслабленную руку подруги на подлокотник и дотянулся до шнурка на стене. Тут же появившимся в дверях девушкам жестами показал, что свеча догорит и погаснет без посторонней помощи, а им надо тихо и быстро уложить госпожу как можно удобнее, занавесить окна и ни в коем случае не будить. Когда же проснется – сама! – подать питье с настоем из этой вот фляжки, ровно двадцать капель на первый прием и с каждым разом уменьшать на четыре – и не вздумать перепутать! И вянущие цветы без него не убирать! А книга останется здесь, на столе, и не дай боги ее тронуть кому-то, кроме его самого или госпожи!..

Уходя, он двумя пальцами подобрал упавший на пол, почерневший и явственно потяжелевший тюльпан, ушел с ним в старую часть парка, где протекала мелкая, но быстрая речушка… Подбросил цветок вверх и, щелкнув пальцами, заставил сгореть, рассыпавшись множеством неожиданно ярких искр… Они, медленно кружась в безветренном воздухе, опускались в прозрачную воду, а журчащие струи уносили все, что осталось, далеко и навсегда…

Тарглан быстрее всех остальных вернул себе прежнюю форму, а от моих напоминаний о толком не заживших ребрах и ключицах отмахивался, мол, они же ходить не мешают! Активно проведенный день он часто заканчивал в компании магов и хозяина замка, и в этот очень поздний вечер я застукала их выходящими из дверей подвала. Оно конечно – учет количества и качества веселящих напитков дело святое, особенно в преддверии грандиозной вечеринки, только меня слегка смутило сочетание оттенков цвета в поле «скрытого зрения», глубокомысленное выражение лиц полуночников и философский трактат под мышкой Фадиндара (если я не перепутала обложки фолиантов, что маловероятно).

Призрак уловил мое присутствие и приотстал от компании. Некоторое время мы молча шли рядом.

– Что-то наш Светлый Вождь совсем куда-то запропал… или где-то нашелся предмет, более достойный его драгоценного внимания?!

– Не более. Просто достойный.

– Например, актуальные проблемы бытия, просвещенные собеседники и дальний уголок в знаменитом винном погребе нашего фамильного замка?

– Если знаешь, зачем спрашиваешь?

– Значит, наше с подругой присутствие настолько надоело за время путешествия, что дубовые бочки предпочтительней?!

– А вот сейчас наше величество изволит говорить полнейшие глупости!

– Тогда почему мне кажется, что ты в последние дни кое-кого избегаешь?

– Просто не хочу вмешиваться, – пожал он плечами.

– ??!

– В процесс исцеления, например. Помочь, увы, ничем не в силах, так хоть помехой не стану…

– Хорошая компания тоже может быть лечебным средством!

– Не думаю, что с этим у нее проблемы! Недостатка в желающих явно не предвидится в ближайшую пару столетий…

Я прекрасно видела, каковы перепады цвета в зависимости от эмоций, кстати, не самых радостных почему-то…

– Между прочим, в таких случаях очень полезно общение именно с теми, кто пережил эти ужасы вместе с пациентом. Как пример того, что не стоит на них зацикливаться, к тому же проговоренное вслух легче разрешается…

– И для этого у нее имеется вполне подходящий собеседник!

– Да, но иномирский принц не обязан отдуваться один за всех! Ты ведь уже в порядке, почему бы не помочь обрести равновесие самому неопытному из команды?

Судя по всплеску цвета в сенсорном поле, Светлому Вождю стало всерьез неловко за то, что не додумался до этого сам. Я продолжила гораздо тише:

– Никогда не будет лишним никто из друзей! И потом, с чего ты решил, что лучше знаешь, чье общество для нее окажется более полезным и приятным?!

Он ответил мне долгим задумчивым взглядом и молча ушагал в темноту. На лестнице меня перехватил некровный родственник и убедил помочь ему оценить новое вино, доставленное по случаю свадьбы. Я дошла с ним до маленькой гостиной на нашем этаже, с удовольствием вытянулась в удобном кресле и приняла кубок с прозрачной жидкостью. Ярко-оранжевый цвет был настолько насыщенным, что казалось, будто питье светится собственным светом… Процесс дегустации неожиданно оказался настолько увлекательным, что мы засиделись за полночь. Под конец беседы я все-таки озвучила некоторые мысли, чего наверняка не стала бы делать на трезвую голову.

– Давно хочу спросить…

– Я весь внимание!

– Почему ты не пришел к нам на помощь раньше?

Фадиндар несколько долгих мгновений смотрел на меня вприщур, потом тряхнул волосами:

– Такой вопрос можно понять по-разному, но будем считать, что ты в силу всего пережитого просто не в состоянии оценивать реальность объективно.

– Что ты имеешь в виду?

– Например, степень моих возможностей в отношении пробивания лбом временных и пространственных границ между мирами… причем несколькими сразу!

– И все же ты смог!

– Да. После того как почти во всей красе показали себя силы стихий, пробужденные к действию кольцом. Благо моей змеиной ипостаси хватило узкой щели, каковую представлял собой проход на тот момент, а огненной сущности – остатков затеянного вами пожара…

– Прости! – Мне в самом деле стало стыдно за свои сомнения. – Действительно, могла бы додуматься и сама…

– Забудь! – Он улыбнулся краем рта.

– И еще раз – спасибо!

– Всегда к вашим услугам! – Он отвесил мне церемонный полупоклон. – Имеются еще какие-нибудь нескромные вопросы?

– Конечно! Как тебе удалось не задавить ликуартисца энергетическими потоками, а защитить?

– А что в этом странного? – пожал плечами родственник. – Я всего лишь выполнил твою просьбу… Или не надо было?! Так теперь уже поздно каяться!

– Но ты же разрушитель…

– Вот именно! Не в моих правилах выдавать секреты мастерства, но тебе, так и быть, объясню: я именно разрушил структуру чужеродных энергопотоков, образовавшихся вблизи моей цели. Правда, ненадолго, но все же изменил их направление и заставил течь иначе, не затрагивая нас обоих. Очень просто!

– Буквально раз плюнуть! – согласно кивнула я, невольно ежась при воспоминании о катаклизме, устроенном совместными усилиями. – А язык напоследок высунул, надо полагать, от усердия?

– Прошу прощения, что?! Показал язык?! – Мой всегда изысканно-аристократичный родственник был, казалось, наповал сражен подобной беспардонной попыткой исказить его имидж. – Нет слов, уста немеют!..

– Вот-вот, и возразить нечего!

– Потому что это просто невообразимо и ни в какие ворота не лезет! О боги! Вот уж чего никак не ожидал услышать! – Он возвел очи к украшенному лепниной потолку, словно призывая небожителей в свидетели. – С чего тебе вообще подобное на ум пришло?!

– Это на сенсоры мне пришло, четко и ясно, как божий день! – Я начала сердиться: он, кажется, пытается приписать мне склонность к буйным галлюцинациям? Еще не хватало!

– Тебе померещилось! – встряхнул кудрями Фадиндар, успев нацепить на лицо выражение вежливой скуки. – Мало ли что может привидеться от перенапряжения и усталости, к тому же наверняка на сильно ушибленную голову…

– Ах, так! Значит, на ушибленную? Да еще и сильно?! – Я без труда скрыла настойчивое желание рассмеяться за притворно яростным взглядом и демонстративно поддернула рукава. – Значит, и то, что ты еще и подмигнул напоследок, мне тоже привиделось?!

– Кто подмигнул?

– Ты!

– Я?! Чужой жене?!! – Воплощенное оскорбленное достоинство повело плечами. – Ну знаешь… Это уже переходит всякие границы! За кого ты меня принимаешь?!

– За потомка Огненного Демона, конечно! – фыркнула я. – За признанного сердцееда и любвеобильного повесу… пардон: за квалифицированного ценителя всех возможных достоинств самых разных представительниц женского пола! И за моего родственника заодно…

– Тогда чему же удивляться? – весело хмыкнул усатый провокатор, подмигивая. – Как ты сама говоришь: наследственность – штука тяжелая!

– Непреодолимая, – поправила я машинально. – Или: генетика – наука строгая… что, в общем, смысла не меняет…

Он развел руками, словно говоря – сама же все понимаешь! – и обезоруживающе улыбнулся. Я только рукой махнула и сама наполнила кубки. Все равно теперь даже с бутылкой не вдруг разберешься, как и что именно там произошло и кому каким боком вышло…

– Рискую поплатиться здоровьем, если не какой-нибудь важной частью тела, но все же спрошу: насколько твердо наше звездоподобное величество решило пополнить собой компанию остро нуждающихся в энергетическом вливании?

– Совсем не решило! – Я непонимающе воззрилась на своего некровного родственничка поверх края кубка, из которого собиралась отпить. – С чего ты взял?!

– С того, что не слепой и вижу, как ты выкладываешься!

Я все-таки пригубила вино и вскинула бровь, ожидая продолжения.

– Если я предложу свои услуги, ты все равно ведь откажешься?

– Вопрос, надо полагать, риторический? – Я покачала кубок из стороны в сторону, глядя, как переливается отражение пламени свечей на поверхности жидкости. – Хотя… заманчивое предложение, черт побери, могу и согласиться… Только учти: потом я, как это ни прискорбно, должна буду тебя убить!

Ответный взгляд был полон искреннего возмущения и недоумения, пришлось пояснять:

– Учитывая твой темперамент, наверняка имеется в виду идеальный способ энергопередачи, на меньшее ты размениваться не станешь, но после такого не оставляют живых свидетелей. И благоверный под боком, и дети – непедагогично со всех сторон, как ни крути! А так, нет свидетеля – нет и криминала!

– Умеешь ты подбирать обоснования… убийственно убедительные! – выдал мой собеседник, задумчиво качая головой и отставляя пустой бокал. – Знаешь, ты, пожалуй, права – не стоит рисковать… Столько планов на будущее!

– То-то! – назидательно изрекла я, вставая. Он поднялся следом. – Но за предложение и заботу спасибо!

Поддавшись порыву, я обняла его и звонко чмокнула в щеку – просто потому, что действительно была за многое благодарна. Выражение этих глаз надо было видеть!

– Хвала богам, все-таки дожил: ты сама, добровольно… при живом-то муже!..

Больше он ничего не успел сказать – я удвоила силу объятий и шепнула ему в самое ухо:

– Еще одно слово – и никакие ваши фамильные демонячьи особенности не помогут кое-кому из присутствующих остаться в живых!!!

Поцеловала его еще раз в другую щеку и ушла не оглядываясь. Правда, успела-таки уловить еле слышно сказанное вслед:

– Кто бы сомневался!..

Глава 11

Мой некровный родственник был прав как никогда. С первого же дня я, желая поставить супруга на ноги как можно скорее, так рьяно взялась за дело, что в своем рвении перестаралась. Один из ежевечерних сеансов терапии закончился тем, что у самой все поплыло перед глазами. Я, едва успев закрыть за собой дверь импровизированной палаты, медленно сползла по стенке коридора. Когда затейливый узор напольной мозаики стал уже различим особенно хорошо, крепкая рука подхватила меня, и дальнейшие события просто растворились в глухой вязкой темноте…

Странное ощущение! Словно вижу происходящее со стороны, да и происходит это не со мной… Я зависла в воздухе, подхваченная плотным вихревым потоком, который обтекал мое расслабленное тело по спирали снизу вверх. Сенсоры как бы впали в спячку – я не «видела» и не чувствовала никого из ближних, не говоря уже о дальних… Из поля зрения пропали даже дети вместе с Дином, а ведь на них вся моя дополнительная сигнальная система была замкнута круглосуточно!.. Меня словно погрузили в толстенный слой плотно утрамбованной ваты, в которой действие любых раздражителей терялось и глохло еще на дальних подступах к сознанию…

Впрочем, остался один контакт из числа обретенных недавно. Единственный, но всепоглощающий… Горячие ладони плотно прижаты к моим, ощущаю частую пульсацию, с которой небольшие сгустки энергии переходят ко мне, вызывая покалывание в кончиках пальцев. Горячие волны, прокатываясь по рукам, встречаются на уровне груди, словно кровь повернула вспять. Они сталкиваются, вызывая всплеск такой силы, что сердце сначала почти захлебывается и сбивается с ритма, затем все же успевает вернуться в прежнюю колею, прежде чем следующий шквал снова сведет на нет эти усилия. Но эти сбои почему-то не вызывают никакого дискомфорта, наоборот – с каждым новым наплывом становится теплее и спокойнее.

Я не вижу, что происходит вокруг, – весь белый свет застили глаза моего донора, которые теперь выглядят как черные зеркала с равномерными фиолетовыми проблесками. Затем по бликующей глади начинают расходиться круги, как по темной поверхности озера, притихшего в лунной ночи, от вдруг брошенного камня… Эта игра света заставляет окончательно закружиться мою и без того затуманенную голову, и нарастающий «водоворот» легко уносит меня в пучину беспамятства…

Возвращение в реальность было на редкость быстрым и безболезненным. Только в ощущениях появилось нечто необычное, словно в давно знакомой мелодии вдруг расслышала новую тему, которая не раздражает, а напротив – будит интерес и желание слушать и дальше… Которая не диссонирует с основой и не перебивает ее, но придает восприятию свежие оттенки, открывая неведомую до этого глубину и остроту… Даже хорошо знакомая комната – моя собственная лаборатория, кстати! – выглядит как-то иначе…

Из процесса вдумчивого самоанализа меня вывел голос. В целом приятный, тем не менее он вызвал сильный всплеск недовольства – настолько не хотелось мне сейчас общаться с кем бы то ни было! Но смысл сказанного, уловленный чуть позже, заставил встряхнуться и открыть глаза, чтобы встретить взгляд необычных очей иномирца, которые успели стать прежними.

– Насколько ты убеждена в необходимости таких жертв?

– О чем ты?!

– О том, что ради помощи даже самым близким совсем необязательно уничтожать себя!

– Никто и не собирался уничтожаться! – Встать удалось с первой попытки. – Так, подразрушилась местами… слегка… – И, спохватившись, добавила: – Видимо, я подсознательно была уверена в том, что найдется кому помочь в как раз в таком вот случае. Вынуждена согласиться – это было крайне беспечно и неосмотрительно с моей стороны, впредь буду осторожней… Тем больше моя признательность за поддержку и понимание!

– Рад, что смог оказаться полезным. – Эрриан заметно смягчился. – Если бы ты не упрямилась, все могло получиться гораздо более…

– Нет! – Надо же, и металла в голосе прибавилось! – От всей души благодарю за помощь, но… излишества ни к чему!

– В твоем случае излишеством не будет считаться ни одна из форм получения энергии!

– Если ты помогаешь мне в расчете на благодарность, выраженную в желательной для тебя форме…

Теперь в ярко-фиолетовом взгляде явственно ощущался некоторый холодок.

– Прозвучи подобные слова из других уст, это можно было бы счесть нешуточным оскорблением, – наконец проронил он. – Я, насколько помню, до сих пор не давал повода уличить себя в корыстолюбии… Неужели настолько трудно представить, что причиной может быть простое сочувствие к тем, чью жизнь попытались превратить в хаос ради собственных странных прихотей, и стремление хоть немного посодействовать восстановлению равновесия и справедливости?!

– Прошу прощения! – Мне в самом деле стало неловко. – Я только хотела уберечь друга и самоотверженного соратника от незаслуженного разочарования!

– Что ж, приятно слышать, что старания оценены по достоинству! – Он улыбнулся краем рта, в голосе перестали отзванивать ледяные нотки. – Кроме прочего, мной двигало желание попробовать свои знания и силы в деле, которым до сей поры заниматься не приходилось, и теперь я ни за что не упущу возможность увидеть, что получится в итоге!

– Значит, мы можем надеяться на то, что еще долго будем удостоены столь изысканного и приятного общества, о высокочтимый дэлх? – Я не поленилась изобразить глубокий реверанс.

– Пожалуй, – милостиво кивнул он после идеально выдержанной паузы. Затем добавил: – С чего бы мне лишать подобной радости людей, ставших за это время для меня настолько близкими?

Вливание жизненной силы произошло как никогда вовремя. Моему возлюбленному явно становилось лучше, он вот-вот мог прийти в себя, и я ни за что на свете не хотела пропустить этот момент. Я почти не отходила от его постели, в свободное от процедур время просто сидела рядом, держа за руку. Машинально поглаживала кончиками пальцев синеватые жилки под изрядно побледневшей кожей и тихонько напевала что-нибудь, как детям, когда укладывала их в кроватки… Правда, теперь часто мешал тугой ком в горле, а видеть окружающий мир в деталях не давала радужная пелена горячей соленой влаги, застилающая глаза…

Может быть, мои слезы донесли какие-то недостающие молекулы, которых не хватало, чтобы замкнуть цепь и возобновить циркуляцию жизненных сил… Может, просто пришло время и в этот момент восстановилась последняя жизненно важная связь, – до сих пор не знаю, да и черт с этим всем! Когда будет совсем свободное время, непременно поинтересуюсь, что на этот счет предполагают умные мира сего, но сейчас… Я так ждала этого, но сначала не поверила, что вижу наяву, как шикарные ресницы Дина дрогнули, веки приоткрылись, а с трудом разомкнутые губы пропустили на выдохе слова русскоязычной версии любимого хита из репертуара Джо Дассена.

Наверное, у каждой пары есть любимая музыка или песня, которая обоим напоминает о каких-то особо важных моментах, пережитых вместе. Была такая и у нас… Мне доводилось услышать ее в разном исполнении, но самым радующим душу, самым желанным стало то, что происходило сейчас: хриплый слабый голос едва слышно произносил:

– Если б не было тебя…[40]

Сначала речь давалась ему очень тяжело, поэтому больше говорила я. И еще больше мы просто молчали, будучи не в силах расстаться хоть на минуту. Но все же один диалог состоялся – видимо, очень важный для него…

– Знаешь, все хочу спросить…

– О чем?

– О том, почему ты вообще все это затеяла… Может, потому, что чувствовала себя в долгу за откупленную жизнь?

Долгий взгляд глаза в глаза… Не знаю, что уж он рассмотрел, только его зрачки медленно, но верно стали наливаться золотым свечением. Я же, задетая почти всерьез дурацким предположением на свой счет, предложила с преувеличенно любезной улыбкой:

– Спроси, рискни здоровьем!

– Пожалуй, все-таки не стану! Пять лет назад не удержался бы, но сейчас…

– Что?! – подозрительно прищурилась я.

– Только скажу: спасибо, любимая!

– Хвала богам – всем, какие только есть! Неужели ты наконец-то поумнел, хотя бы местами?! Не верю своим глазам!..

– Хвала богам – всем, какие только есть! Неужели ты наконец-то это заметила?! Не верю своим ушам!..

– Надеюсь, в твоем царственном организме все же остались достойные доверия места? Хотя бы некоторые?

– Мм!.. Знаешь, любимая…

Но в настоящий момент меня разговоры совсем не привлекали – слишком уж хотелось поскорее увидеть своего короля в хорошей форме и добром здравии. Поэтому все поползновения к высказываниям были быстро прекращены – сначала кормежкой с рук, затем из губ в губы… Надо ли пояснять, что финал у этой беседы получился вполне ожидаемый, закономерный и очень даже оздоровительный – для обоих?

У меня больше не было дара целителя, так что с того?! Зато никто не отменял идеальный способ передачи энергии, самый эффективный и естественный, когда речь идет о взаимной любви!.. Как выяснилось позже, прошло больше двух суток с того момента, как я последний раз направилась в эту комнату. Призрак, провожавший Норку и знахарей до «палаты» нашего ВИП-пациента, первым уловил изменения в ходе моих мыслей и настроении, тактично не стал вникать в детали сам и развернул остальных, оставленных и вовсе в неведении.

На третье утро я постучалась в дверь подругиной комнаты, вошла и остановилась у порога.

– Ты пришла ко мне с приветом, утюгом и пистолетом? – вопросила высокочтимая госпожа Леона, приглашающим жестом указывая на столик, накрытый для раннего отваропития, и кресла рядом.

Я невольно прыснула, узнав один из перлов, услышанных от ее не в меру шустрого племянничка, с которым нам обеим довелось вдоволь пообщаться… в прошлой жизни.

– С пистолетами здесь напряженка, а вот за утюгом, так и быть, схожу… чуть позже.

– Сначала подкрепись, а то скоро станешь бледнее чахоточного привидения! – Вячеславна аккуратно разливала по чашкам горячую бодрящую жидкость. – Когда же ты предъявишь нам своего благоверного во всей красе?

– Могла бы по дороге насмотреться! – проворчала я, осторожно массируя отчаянно саднящие глаза – глубокое сканирование ни раньше, ни сейчас не проходило бесследно для моего самочувствия.

– До того ль, подруга, было в дальних странствиях у нас: битвы, драки всякий час, от эмоций аж тошнило! – на ходу перекроила Норка слова известной басни. – Кроме прочего, тогда в его сторону не то что взгляды править или дышать – и думать-то было боязно, дабы не навредить ненароком!

– Скоро, уже совсем скоро! – Я отняла пальцы от крепко зажмуренных век и переключилась на виски, пытаясь угомонить увесистые и горячие свинцовые кубики, которые наперегонки перекатывались внутри черепа, успев заметно увеличиться в размерах за последние четверть часа. – Буквально прямо сейчас!

И отошла в сторону. Тяжелая резная створка медленно распахнулась, и в комнату шагнул Дин, как никогда величественный и одетый «для малого выхода», как обычно во время официальных визитов за пределами столицы. Будто бы только что прибыл… собственно, можно и так сказать, если не вдаваться в географические подробности! Правда, в сенсорном поле было видно, насколько ему трудно «держать лицо», превозмогая слабость, но ведь это только мне!..

– Что ж… здравствуй, прекрасный принц! – нарушила повисшую паузу Норка, отставляя кувшин, чудом не выпавший из ее рук, и поднимаясь. И тут же поправилась и заодно дала мне возможность испытать заслуженное чувство гордости как успешному наставнику, изобразив безукоризненный реверанс: – Прошу прощения, ваше величество! Безмерно рада видеть Ледяного Короля в добром здравии!

– Безмерно счастлив, что могу лично высказать слова самой глубокой благодарности за помощь и поддержку! – тут же отозвался блистательный монарх. Шагнул ближе, опустился на одно колено и приложился к ручке госпожи Леоны, причем держал ее так, словно она была хрустальной.

Подруга запрокинула голову, внезапно заинтересовавшись изучением деталей потолочной лепнины, и часто заморгала, пытаясь не прослезиться от значимости и трогательности момента. Взятие себя в руки прошло быстро и успешно, Вячеславна только глубоко вздохнула и перевела взгляд на идеально уложенную прическу встающего Дина. Судя по всему, она за несколько мгновений успела вдумчиво изучить расположение белых прядей и прикинуть их долю от всей его шевелюры, не так давно целиком серебряной за исключением седины на висках.

– Насколько помню, подобного мелирования на той судьбоносной картине вроде бы не просматривалось?

– Правильно помнишь, – кивнула я. – И теперь, боюсь, во все летописи войдет беспрецедентный случай, когда правитель Северного Королевства поседел раньше, чем смог дожить до усов и бороды, которые появляются у представителей его расы в том возрасте, когда наши с тобой соплеменники успевают войти во вкус отдыха на заслуженной пенсии… А причиной небывалого события будет считаться тяжкое испытание, уготованное злодейкой судьбой…

– В смысле – брак с тобой, любимой? – хихикнула Вячеславна, подмигивая.

– И ты туда же! – махнула я рукой, скрывая улыбку, и отметила про себя, что седина ему идет на удивление: придает весомости его мужественной красоте. – Подруга называется!

– Платон мне друг, но истина дороже! – покачала она головой. – Вообще-то имелось в виду обилие разнообразных впечатлений и отсутствие скуки…

Я не стала спорить, а Дин просто еще раз приложился к ее руке, и мы пошли к детям. Им, разумеется, ничего не говорили о «болезни» короля, скрыв само его присутствие, теперь же их ликованию не было предела – «Папа приехал!!!» Потом и на долю друзей перепало счастье лицезреть восстановленного монарха. Было много восторга, расспросов, еще больше рассказов, слез, в основном облегчения и умиления – и даже не вздумайте спрашивать чьих! – и всего такого в том же духе…

Кажется, в эти дни я была близка к тому, чтобы понять, что значит выражение «рай на земле»: семья в сборе, друзья при мне, все живы-здоровы, потрясающая природа, чудесная погода как на заказ… Нет, память на радостях не отшибло, ничего не забылось, и проблемы никуда не делись, просто перестали сверлить мозг и отодвинулись на задний план, потесненные уверенностью, что теперь-то уж точно все получится и будет именно так, как надо!.. Когда есть с чем сравнивать, поневоле научишься ценить подобные дни, заполненные безмятежной радостью и умиротворением!

Свадьба свадьбой, но на подходе было еще одно событие, которое не хотелось бы пропустить – Бал Полуночных Светлячков. Краткий экскурс в местное природоведение: эти создания, напоминающие длиннокрылых пчел размером с фасолинку, начинают светиться раз в семь лет в период размножения, причем у самок светится брюшко, а у самцов – прожилки на крыльях, особенно на дополнительной паре. Они собираются в огромные стаи и мигрируют в леса в низовьях рек, где после откладки яиц упокоятся с миром, на много дней устилая почву мерцающим ковром. Кстати, здешние жители, чтобы красивейшее природное явление не пропало даром, возвели свои святилища именно в этих местах, что и сейчас придает естественной смене поколений членистоногих существ повышенную жертвенность и особый смысл…

Среди здешней аристократии было заведено устраивать совместными усилиями пикник с танцами на свежем воздухе, готовились к нему загодя и вспоминали долго и с удовольствием. В этот раз время лета насекомых выпадало на дни, благоприятные для заключения брака, что однозначно попадало в список самых добрых примет. На общем совете с участием родственников и друзей мы решили совместить оба события: сначала совершить обряд бракосочетания и чествовать новобрачных, а после захода лун полюбоваться дивным зрелищем. Ожидалось редкое событие уже на днях, в замке полным ходом шла подготовка к мероприятию, и все местное население было охвачено радостным оживлением.

Это послужило поводом ускорить работы по расчистке старой части парка, примыкавшей к замку с тыла. Большое проточное озеро находилось недалеко для нас и прямо на пути следования основной массы мигрирующих насекомых. Часть прибрежной территории замостили для танцпола (гораздо качественней, чем в некоторых городах плиточные тротуары), соорудили клумбы-скамейки-беседки, проложили новые аллеи, облагородили окружающие лесопосадки… На самом озере поубавили заросли рогоза и осоки, построили пару причалов, чтобы желающие могли порадовать себя прогулкой на лодке по заросшей крупными лилиями глади. К свадьбе замок и парк украсили еще гирляндами цветов и листьев, светящихся даже в легких сумерках.

Меня, честно говоря, не очень-то тянуло участвовать в шумных тусовках, я предпочла бы после недавних скитаний побыть с мужем и детьми, но было бы несправедливо лишать окружающих радости лицезреть коронованных особ в неофициальной обстановке, а домочадцев праздника. Поэтому пришлось по мере сил и фантазии помогать перевести грядущее мероприятие из категории запоминающихся надолго в совсем незабываемые.

За день до всеми ожидаемого с нетерпением события можно было вздохнуть спокойно. Основная масса далеко живущих гостей прибыли и размещены, территория для гуляний обустроена, кухонная гвардия при запасах с запасом и в боевой готовности, для церемонии все необходимое от жреца до букетов и благовоний доставлено… Из-за хлопот пришлось припоздниться с ужином, и теперь мы занимались ускоренным истреблением оставленных нам блюд, собравшись в малой трапезной зале очень узким кругом: хозяин дома, Норка, я (вновь обретенный супруг лишний раз воспользовался возможностью рассказать наследникам сказку перед сном), Призрак и Тиальса. Не скажу точно, чьими усилиями так получилось, только Вячеславна оказалась напротив Тарглана рядом с моим родственничком. Вначале застольная беседа на общеволнующие темы протекала мирно, с участием всех присутствующих, затем разбилась на диалоги по интересам.

Я, поглощенная обсуждением деталей предстоящей церемонии, как-то упустила из виду высокочтимую госпожу Леону. Обратить внимание на разыгравшиеся страсти поневоле пришлось тогда, когда очередная шутливая перебранка, затеянная Призраком из чистой вредности, перешла в разряд взрывоопасных, а из приватной стала доступной для прослушивания всем желающим. Он, как и многие другие, был введен в заблуждение возросшей в последнее время степенью терпимости моей подруги по отношению к окружающим, утратил бдительность и забыл старую истину насчет тихих омутов… Оставалось лишь пожалеть о пропущенном начале.

– …кто, интересно, целовал меня почти при любом удобном и неудобном случае? Может, Броул?!

– Тебе видней! А я… Ничего подобного! И не при каждом! Я делилась энергией!! Ради наших общих интересов!!!

– А по-моему, ты просто бесцеремонно использовала каждый подходящий момент именно в личных интересах!

– Ах, вот как? Значит, в личных? – В подчеркнуто-спокойном голосе моей подруги прорезались опасно ласковые нотки. – Это в каких же, хотелось бы знать?

– О подобных вещах не пристало говорить прилюдно, разве что… высокочтимая госпожа действительно желает, чтобы я произнес это вслух? – осведомился Призрак, сохраняя участливое выражение лица и ненавязчиво выбираясь из-за стола. – Думаю, не стоит – здесь женщины и дети!

Дети, к слову, давным-давно успели отбыть в спальню, но это мало что меняло. Тонкий намек сыграл роль качественного запала. Норка, полыхая и шипя не хуже подпаленного фальшфейера, сорвалась с места и попыталась достать собеседника в прыжке, но куда там – это же не человек, а капля ртути… большая такая капля… и настолько же вредная для здоровья! Призрак полностью оправдал свое прозвище – исчезал с глаз буквально посреди пустого места, легко и непринужденно уклонялся от летящих прямо в него тяжелых предметов и виртуозно уворачивался от рук почти догнавшей его преследовательницы, причем еще успевал при этом заразительно хохотать и комментировать происходящее, подливая масла в огонь. Вячеславне все же удалось несколько раз попасть по неподатливой мишени, только сильно подозреваю, что дело было не столько в ее возросшей за последнее время меткости, сколько в благородстве натуры верного друга. В самом деле, что ему стоило великодушно позволить слегка и вскользь ушибить себя пустой посудой и свежими яблоками, к тому же тщательно вымытыми – по крайней мере вреда костюму и прическе никакого…

Хорошо еще, что ножи-вилки мы, не сговариваясь, дружно успели попрятать, но перспектива провести под столом остаток вечера никого не радовала, и я решила пожертвовать собой. Заняла удобную позицию, изготовилась и, улучив момент, схватила в охапку пробегающую мимо подругу, увлекла ее в соседнюю комнату и усадила на диван в укромной нише за кадкой с развесистым подобием пальмы, только с бело-желто-фиолетовыми полупрозрачными листьями.

– Приостынь! – Я деликатно высвободила из рук Норки нечто вроде черпачка на очень длинной ручке – приспособление для гашения свечей в люстрах, отобранное, видимо, по пути у кого-то из обслуживающего персонала. – Хватит уже, по крайней мере на сегодня! Чего ты вдруг взъярилась?! Не дала человеку помечтать…

– Человеку?! – снова взвилась она. – Да это же… это… ходячий цианидный завод! Работающий сверхурочно, даже когда его никто не просит!!!

– У всех свои недостатки! – Я честно пыталась удержать серьезное выражение лица. – Для беготни могла бы найти другое место и время… Посмотри, на кого ты похожа! Кикимора, корабельная швабра и фурия в одном флаконе!

Смена темы оказалась удачной. Встрепанная мстительница бросила взгляд в поданное мной карманное зеркальце, охнула и, все еще часто дыша, принялась поправлять волосы и промакивать платочком раскрасневшееся лицо.

– Устала? – с искренним сочувствием спросил бывший наемный убийца, выныривая откуда-то и приземляясь рядом. – Нельзя же так – совсем себя не жалеешь, так и до упадка сил недолго! По-моему, теперь моя очередь оказать любезность…

Призрак не договорил и, не давая моей подруге опомниться, припал к ее губам в пылком поцелуе, предусмотрительно обняв так, чтобы не оставить свободными руки. Она сначала бешено билась в его крепких объятиях, что-то гневно мыча и сверкая глазами ярче фотовспышки, потом подозрительно притихла. Мне само собой вспомнилось, как принимается низкий старт… Мама мия, что сейчас будет!..

Но произошло нечто совсем непредвиденное – высокочтимая госпожа Леона вдруг лишилась чувств! То ли потоку жизненной силы было задано не то направление, то ли от энергетического передоза вынесло предохранители, то ли поцелуй был каким-то необычным, только Норка, закрыв глаза, обмякла так, словно куда-то в один миг умудрилась деть из организма все до единой косточки…

Тарглан, ловко подхватив ее на руки, повернул ко мне донельзя озадаченное лицо:

– Вообще-то мне много раз говорили, что я сногсшибательно целуюсь, но не до такой же степени!..

– Ты бы все-таки осмотрительнее осчастливливал окружающих, – посоветовала я, задумчиво щурясь на уютно устроенную подругу, потому что моему величеству показалось, что… да нет, не показалось! – расслабленное тело излучало свечение вовсе не того оттенка, что был бы характерен для обморочного состояния. Но вслух продолжила даже глазом не моргнув: – Знаешь ли, у некоторых девушек слишком тонкая душевная организация, чтобы безболезненно переносить большое количество твоего драгоценного внимания… Так и до кондрашки обрадовать можно!

Светлый Вождь в очередной раз попытался испепелить меня взором, но снова потерпел неудачу и встал со словами:

– Отнесу ее в спальню.

– В которую? – невинно поинтересовалась я и получила в ответ еще один увесистый взгляд, на сей раз исполненный негодования и укоризны.

– Ваше величество!

– Сама знаю! Вечно всякие гадости обо мне думаешь! Просто твоя комната гораздо ближе по коридору…

– Спасибо за идею, заботливая наша!

Тарглан повернулся и вышел, бережно прижимая к себе драгоценную ношу. Вернулся он подозрительно быстро и с интересной смесью выражений на лице. Я попыталась озвучить вслух:

– Выглядишь так, будто тебе удалась редкая пакость, но все-таки попало, причем с неожиданной стороны!

– Разглядела! – буркнул он, садясь рядом и ненавязчиво потирая скулу. – Почему сразу пакость?

– Я думала, спросишь – почему «будто». – Я деликатно коснулась пальцами его подбородка, поворачивая лицо к себе, чтобы получить возможность разглядеть в деталях отпечаток пятерни. – Что, госпожа Леона все-таки пришла в себя?

– Причем совершенно не вовремя, – хмыкнул Светлый Вождь, – и снова, как уже не раз бывало, все поняла неправильно!

– Значит, было что понимать! – Несколько плеснувших в глаза «картинок», быстро сменивших друг друга, прояснили, что к чему. Вряд ли предводитель кочевников читал сказку о Спящей красавице, но, вознамерившись вернуть соратницу в реальность, решил прибегнуть к древнему проверенному средству – качественному поцелую…

– И ты туда же! Сговорились, не иначе! – Страдальческий взор возведенных к небесам очей был настолько натуральным – хоть картину пиши, а еще лучше – икону…

Только на меня подобные пантомимы в исполнении Призрака давно уже не действовали. По крайней мере так, как ему бы этого хотелось. Вот и сейчас, разглядев мою укоризненную мину и грозящий палец, он вернул своему лицу нормальное выражение и пожал плечами:

– Просто я – уж извини! – усомнился в натуральности столь глубокой потери чувств без весомой на то причины, потому и решил удостовериться… разве что позволил себе немного пошалить! Вернее, пошутить…

– Это теперь так называется попытка воспользоваться ситуацией в темных целях?

– В каких еще темных?! – искренне возмутился он. – Ты что, меня первый день знаешь?! Эх ты, величество!

– В том-то и дело, что не первый, – покачала я головой. – Потому и удивляюсь… Только никак не определюсь, что у тебя в последнее время заиграло – гормоны или детство в неположенном месте?.. Впрочем, что это я? Резвитесь, лишь бы на здоровье и без вреда для окружающих!

Глава 12

Замену ключевых фигур провернули, говоря словами известного киногероя, «без шуму и пыли». За последние годы выезды короля со свитой с целью личной инспекции состояния дел на периферии стали явлением вполне ординарным, а свадьба родственницы супруги оказалась достаточно весомой причиной для перенесения сроков этого мероприятия. Предусмотрительный правитель отбыл из столицы загодя, собираясь без лишней спешки проехаться по городам и весям и послужить поводом для народного ликования и организации дополнительного праздника в отдельно взятом населенном пункте. В этот раз маршрут определили грядущие события фамильного значения. В самом деле, почему бы не совместить полезное с необходимым? Да и лишняя возможность провести время со своей семьей что-нибудь да значит…

Монарх прибыл незадолго до начала торжеств, как по заказу. Это намного облегчало нашу задачу, ведь во время многолюдного веселья гораздо легче претворять в жизнь тайные замыслы, особенно коварные… под шумок, так сказать!..

О появлении королевского поезда на горизонте дозорные оповестили вовремя, поэтому долгожданных гостей встречали хлебом-солью-вином у распахнутых центральных ворот, от которых парадная ковровая дорожка тянулась до главного входа. Бог знает чего мне стоило ни словом, ни жестом, ни даже взглядом не выдать бурю, которая разыгралась в душе и грозила прорваться бешеным шквалом при виде «обожаемого супруга»!..

Король, подъехав совсем близко, спешился, выслушал приветствие хозяина родового имения и все это время не сводил взгляда с меня. Затем согласно этикету прозвучала ответная речь с подробным описанием положительных эмоций, которые высокий гость испытывает в настоящий момент… Мое величество все это время стояло чуть в стороне, опустив очи долу, в эффектной величественной позе с приветливо-светским выражением на лице, идеально подгримированном, дабы скрыть последствия переживаний и бессонных ночей. Едва опустевший кубок вновь занял свое место на подносе, я медленно подняла глаза, наши взгляды встретились и…

Будто замкнулась электрическая цепь! Меня встряхнуло, в голове словно взорвался паровой котел, заставив сердце ненадолго сжаться и замереть от всплеска острой боли… Тут же вскипевшая кровь обрушилась вниз, разнося жаркую волну, от которой перехватило дыхание… Окружающий мир быстро начал окрашиваться в сочные багровые тона. Кто бы знал, чего мне стоило удержать свою вторую ипостась от немедленного проявления!

Далее для меня все происходило как в замедленном кино, с отсчетом эпизодов и времени. Вот обожаемый супруг приближается – неотвратимо, как цунами…

– Наконец-то мы снова вместе! – В негромком голосе скорее вопрос, чем утверждение, – раз!

– Это кажется мне некоторым поводом для неземной радости! – Как никогда кстати вспоминается реплика из давно читанного – два!..

Преданно гляжу в сапфировые очи, чуть шевелю бровью, извлекаю из дальних запасников самую чарующую улыбку… В поле «скрытого зрения» отчетливо видно, как из палитры живого свечения, окружающего Ледяного Короля, исчезают цвета настороженности и напряженного ожидания с нотками неуверенности, сменяясь яркими красками облегчения и торжества… В глубине семилучевых зрачков его странных глаз набирают силу переливы всех возможных оттенков золотого цвета…

– Хвала богам! – только и говорит он – три! – зато как это звучит!.. С жарким придыханием, которое недвусмысленно свидетельствует о степени буйности пожара страсти, бушующего под этой внешне безмятежной оболочкой…

Мы рука об руку шествуем в замок – четыре! – мимо большого количества людей, собравшихся на праздник. Они выстроились по обе стороны дорожки, бросают нам под ноги цветы, машут руками, изливая в приветственных криках свои восторги по поводу монаршего визита. Но я слышу только то, что успевает шепнуть мне на ушко мой венценосный спутник, и отмечаю между делом, насколько пополнился его арсенал интересных речевых оборотов, подходящих для слуха любимой женщины. По всей видимости, проведенное врозь время было с толком использовано для штудирования шедевров древних мастеров стихосложения… Такое не оставит равнодушным даже замшелый вековой дубовый пень!.. Прижимаюсь к нему плечом, давая понять, что старания оценены по достоинству. Господи, как меня только не стошнило!!! Немного легче становится от мельком «подсмотренного» эпизода с обезвреживанием всех, кого следовало, из королевской свиты. Все прошло безукоризненно, без сучка без задоринки – пять!.. Уже полкамня с души снято, теперь на очереди основной персонаж…

Наготове покои, где можно привести себя в порядок и отдохнуть с дороги перед близким уже празднеством, чтобы с новыми силами предаться увеселению. Наконец-то мы остаемся одни, он лично запирает за нами дверь и поворачивается ко мне. Плащ, отправленный в полет метким броском не глядя, находит себе место в ближайшем кресле, туда же отправляется пояс с ножнами, корона, камзол – шесть!.. Я наблюдаю за ним из-под приопущенных ресниц, покусывая нижнюю губу и накручивая на палец упавший на грудь локон, другой рукой о-о-очень медленно тяну за шнурок, удерживающий на моих плечах легкую, затканную серебром накидку… Она тут же тоже отправляется в недолгий полет, ускоренный добавлением вышитого мелкими сапфирами пояса, который буквально секунду назад органично дополнял мой наряд.

Знает один лишь Творец, чего стоило самой сделать первый шаг! Но мне удается и это – семь!.. В таких объятиях не грех и на конец света не обратить внимания, даже если не слышать всего того, что при этом было сказано! Я должна была не сходя с места растаять от этого жара в голосе, заработать головокружение от созерцания круговерти золотых бликов в глубине любимых глаз, утонуть в его бездонных сапфировых очах, захлебнуться горячей волной при первых же словах персонального значения, произнесенных с низкими вибрирующими нотками, от которых расходится по всему организму сладостная дрожь… Словом, начисто потерять разум и память под натиском гормональной бури, вполне объяснимой после такого долгого перерыва в отношениях, а в нашем случае не будет слишком сильным сказать – «небывалого и беспрецедентного»!..

Действительно, должна была… бы, однако… не растаяла, не утонула, не захлебнулась, не сгорела и даже не задымилась… даже слегка!.. Но почему бы не изобразить все вышеперечисленное в интересах дела и не порадовать будущую жертву моего коварства – напоследок? Играть так играть! Нежно провожу ладонью по его лицу – он тут же прижимается к ней щекой и целует, но я не останавливаюсь… Отвечаю на еще осторожные поцелуи, причем вкладываю в это действо всю душу… или почти всю – восемь!.. Начинаю гладить шею – он слегка напрягается… Немудрено – трудно игнорировать мощные тигриные когти, замершие аккурат над сонными артериями.

– Хочешь отметить наше воссоединение дополнением к любовным играм? Я не против, только… любимая, постарайся не перестараться!

– Именно этого никак не могу обещать! – Вопреки сказанному взгляд моих изменившихся глаз обещает так много… И все это начинает сбываться сей же момент, и наше мероприятие, запланированное как приватное, незаметно для главного героя переходит в коллективное – девять, аут!

Он, конечно, не может видеть всплеска ярких красок, что появляется каждый раз в моем сенсорном поле как следствие выброса энергии при открывании портала, но вполне в состоянии почувствовать присутствие посторонних за своей спиной. И увидеть их отражение в большом зеркале на дальней стене за моей спиной… только не успевает ничего ни сказать, ни сделать.

Братья встречаются взглядами, замирают на несколько бесконечно долгих мгновений, а мне просто режет глаза буйство вспыхнувших эмоций в виде немыслимых цветовых переливов, которые окружают их неподвижные, но донельзя напряженные фигуры… Жаль, что это потрясающее зрелище доступно только мне!.. Затем Дин делает шаг в сторону, пропуская тех, кто пришел вместе с ним. По бокам от него застывают рыжекудрые маги, давая дорогу начальнику замковой охраны.

– Прошу прощения за вторжение, ваше Ледяное Высочество, но мы здесь для того, чтобы взять вас под стражу!

Самозванец не произносит ни слова, пока передает свое оружие с рук на руки конвоирам и запахивается в попутно прихваченный с кресла плащ. Гордым жестом дает понять, что попыток сопротивления не будет, поскольку он по достоинству оценил предпринятые меры предосторожности, делает первый шаг по направлению к вновь открытому порталу, но тут же оборачивается…

Дин уже стоит возле меня, держа за руки, обеспокоенно хмурится, вглядываясь в мое наверняка сильно побледневшее лицо. Я где-то нахожу силы улыбкой, хоть и вымученной, показать ему, что со мной все в порядке, и снова смотрю на того, чье появление так сильно изменило мою жизнь.

Только сейчас по-настоящему осознаю, что затеянная не нами сложная, многоходовая игра с гамбитами, рокировками и богатым набором сюрпризов и пакостей подходит к столь желанному концу… по крайней мере на этом этапе!

– Шах и мат! – зачем-то произношу вслух, глядя прямо в глаза экс-супругу, и посылаю воздушный поцелуй. Интересно, почему он даже не спрашивает, что бы это значило? Видимо, и без того понимает, что «финита ля комедия»…

Намертво врезается в память его лицо – застывшее, бесстрастное как маска, зато взгляд, устремленный на меня в упор… не взгляд, а шквал бушующих эмоций и невысказанных чувств! Здесь и некоторая растерянность от неожиданного поворота событий, и жгучая досада, вполне понятная и объяснимая, и удивление с явной примесью ненависти, и… неужели страх?! Если так, то мне и впрямь есть чем гордиться до конца своих дней, разве что…

Додумать не удается. Дикое напряжение последних недель и особенно последних часов и минут вдруг отпускает меня и уходит, прихватив сознание с собой…

Прихожу в себя полусидя-полулежа на кровати, обложенная подушками, украшения на столике, туфли на полу… Супруг – настоящий!!! – рядом, с бокалом укрепляющего отвара. Когда только успел?!

– Просто подумал – может понадобиться, и проследил, чтобы доставили сюда заранее…

Отмечаю про себя, что укладывали меня аккуратно, чтобы прическу не испортить и наряд не помять… Меня до глубины души трогает такая предусмотрительность и забота, я сжимаю его пальцы и хочу что-то сказать, но к горлу подступает горячий тугой ком, а глаза начинает отчаянно щипать… Я не всхлипываю, не давлюсь рыданиями, просто трудно дышать, и слезы льются ручьями, заливая платье. Только сейчас в полной мере осознаю, какой груз был на сердце все это время… Даже не камни, как обычно говорят, а больше похоже на толстый слой размокшей глины, сплошной, липкий и тяжелый… Сейчас его словно размывало и уносило куда-то далеко… Надеюсь, безвозвратно!

– Девочка моя!..

Муж гладит и целует мои руки, шепчет что-то успокаивающее, но я не могу остановиться, только прерывисто вздыхаю, прижимаясь к его плечу. Вечно эти слезоразлития не вовремя, теперь на ткани пятна останутся… А через каких-то пару с небольшим часов начало церемонии! Хочу подняться, но мышцы словно превратились в кисель… Как видно, слишком дорого далась мне вся эта история – совсем батарейки сели!..

– Похоже, теперь моя очередь поделиться жизненной силой!

– Но, Дин…

Долгий поцелуй, нежный и настойчивый, прерывает меня на полуслове и окончательно развеивает колебания. Вообще-то времени более чем достаточно… Да и черт с ней, с прической!..

До чего же не хочется открывать глаза! Давненько не было мне так хорошо и спокойно! Горячие руки медленно гладили мои волосы, расчесывали пальцами пряди, закручивали их в тут же рассыпающиеся локоны, снова бережно приглаживали, чтобы секунду спустя опять уложить их по-новому. Порядок манипуляций навел на размышления…

– Что ты пытаешься найти в моей прическе… ах да – уже просто шевелюре?

– Просто не припомню у тебя этих белых нитей…

– И что с того?! На себя посмотри! – фыркнула я, возмущаясь чисто из вредности. – Будет еще всякий старый пень вести учет моим сединам!

– Обязательно будет! – ответствовал Дин с неожиданной серьезностью. – Хотя бы для того, чтобы не забывать, насколько он перед тобой в долгу!

– Ну что за бред изволит нести наше величество?! – Теперь я сердилась уже всерьез. – Мы ведь это уже проходили, давно и не однажды! Какие, к черту, долги и счеты?!

Закончить мне так и не дали. Сначала прервали не успевший толком начаться гневный монолог крепким поцелуем, а потом… А вот что было потом, уже никого, кроме нас двоих, не касается!..

Времени с лихвой хватило на все. В том числе и на то, чтобы приветствовать семейство надхов, которые прибыли перед самым началом празднества. Их встречали с особыми почестями, памятуя и о древности этой своеобразной расы, и о заслугах в деле восстановления законной власти в свое время. С Лингой же мы провели бок о бок много дней во время наших скитаний пятилетней давности, она моя бывшая соратница-телохранительница и настоящая подруга. Высокочтимый Хартр был не только нашим другом и боевым товарищем, но и выступал в качестве представителя повелителя Парящих Рысей. Он и отвечал за доставку памятных подарков участникам спасательной операции, которая позволила их собрату вернуться в родные леса. Мы получили по крупному, но на удивление изящно сработанному перстню с редчайшим камнем, который встречался в основном на исконной территории надхов и носил поэтическое название «лунная греза».

Конечно, сами гигантские кошки ремеслами не владели, зато поддерживали прочные дружеские отношения с нужными людьми. Например, умеющими ухаживать за реликтовыми деревьями, произраставшими небольшой рощей там же и очень ценимыми лечебных дел мастерами. Каждая часть этих растений обладала целебными свойствами, особенно смола и плоды, похожие на мелкие синие виноградины с тонкой пушистой кожицей, которые ценились на вес алмазов, а то и больше. Теперь я и мои друзья-соратники стали счастливыми и почти уникальными обладателями уже плодоносящих экземпляров этой полезной экзотики. Такой же саженец получили и молодожены в качестве свадебного подарка.

Саблезубая чета привела с собой и детей, уже вполне самостоятельных и обаятельных до умиления. Теперь четверка шустрых пушистых рысят самозабвенно играла в догонялки, охоту на кузнечиков и прятки с остальной малышней под присмотром нянек в отведенной специально для них части парка с игровой площадкой, беседками, гамаками и поляной, на которой под навесом был накрыт стол. Дильна ненадолго отвлеклась от своих обязанностей, чтобы поздороваться с героической тетушкой и ее высокопоставленным супругом, и снова отправилась приглядывать за делами в «детворятнике».

За несколько дней до знаменательной даты мы с Вячеславной успели пройти специальный обряд с произнесением клятвы на крови, так что я теперь с полным правом представляла ее всем как свою кровную сестру. Впрочем, она и без титулов успела завоевать симпатии всех обитателей замка, включая сторожевых собак и почтовых голубей… Парадно-выходной прикид мы продумывали с особым тщанием, чтобы – чего уж мелочиться! – сразить окружающих оптом и наповал, к тому же теперь и положение обязывало! Итог получился потрясающим: скроенное по самой последней моде платье сидело как влитое. Удачно выбранный оттенок бирюзового цвета удивительно шел госпоже Леоне, а преподнесенный благодарным Ледяным Королем набор украшений с голубоватыми алмазами вполне гармонично дополнял образ. Я в этот раз отдала предпочтение сапфировой гамме… Над нашими волосами колдовал тот же умелец, что занимался прическами к моей собственной свадьбе, надо ли говорить, насколько сказочным получился результат! Правда, после антистрессовых мероприятий, успешно осуществленных монархом для обожаемой супруги, мою гриву перед самым выходом на люди пришлось укладывать заново.

Незадолго до начала церемонии, пользуясь удобным случаем, я познакомила Норку с еще одним теперь уже нашим общим кровным родственником. Друг детства Дина, вместе с ним проживший в изгнании десять смертельно опасных лет, ставший и мне другом и боевым товарищем, который не раз выручал из жутких передряг… и до сих пор бегал бы в обличье волка, если бы моими стараниями не погиб маг, наложивший заклятие! Теперь Ворх живет в счастливом браке с красавицей-женой. Она во главе огромной орды кочевников бок о бок билась вместе с нами в том судьбоносном противостоянии войскам короля-самозванца, а в мирное время продолжает запросто командовать своим свободолюбивым племенем и всеми, кто попадется под руку, что, похоже, этих всех вполне устраивает. На свадьбу они тоже приехали семьей, и сейчас два светловолосых, в отца, мальчишки-погодка серьезно слушали, что им втолковывал Рон…

Я не очень внимательно следила за ходом бракосочетания, ведь не было сомнений, что все будет сделано по высшему классу, да и нового для меня ничего не ожидалось. Можно было наконец позволить себе расслабиться, наслаждаться чудесной погодой и праздничной атмосферой и просто любоваться окружающей меня красотой. Особое умиление вызывали новобрачные, которые буквально светились от счастья, уж мне-то это было видно как никому другому!

Невольно вспомнился наш с кузиной разговор накануне, во время прогулки в парке. Лиллиарна вспоминала, как еще в детстве ее просватали за Гвелнора – их родители давно дружили домами. Затем грянули Темные годы, и стало не до свадьбы, потому что жених, как один из ярых сторонников законной монархии, не сидел сложа руки, а делал все возможное, чтобы ускорить осуществление Пророчества. В один совсем не прекрасный день она получила известие, что наемники Черного Короля вырезали очередной отряд, перевозивший оружие для повстанцев, главой которого был ее нареченный. Как выяснилось после, он выжил, но был сильно изуродован, поэтому не стал объявляться в живых. Только не зря говорят, что от судьбы не уйдешь… Он сражался вместе с остальными нашими союзниками и соратниками в Туманной долине в тот памятный день, и снова ему досталось, но повезло – его нашли надхи. Эти огромные кошки после боя сами едва могли двигаться, но помогали нам разбирать завалы из мертвых тел, чтобы успеть спасти раненых. Мы все тогда упирались хуже каторжных, каждая пара умелых – да и просто свободных – рук была на счету!..

Лиллиарна отыскала своего возлюбленного в одном из лазаретов, и во многом именно благодаря ее заботам он достаточно быстро встал на ноги. После ему пришлось долго лечиться, в том числе и за океаном, потому что были серьезные опасения, что после всех увечий и лишений жених, сохранивший способность быть мужем, вряд ли сможет стать отцом. Проблема была весьма актуальной, учитывая, что он являлся последним представителем достаточно древнего и славного рода…

– Знаешь, я всегда мечтала о большой семье, где много детей – сколько боги дадут… и обязательно хотела дочку, хотя бы одну! Впрочем, и так все неплохо…

– Научись радоваться малому, тогда и большее придет! – назидательным тоном озвучила я одну из житейских мудростей, коими во времена оные вволю потчевала меня бабуля, светлое место ей в раю.

Тогда я все-таки не стала говорить кузине о том видении, что буквально плеснуло в глаза ближе к финалу нашей беседы. Этакая милая семейная зарисовка: ясный солнечный день, птицы переливчато щебечут на ветвях пышно цветущих деревьев, над яркими клумбами в тенистом парке вьются пестрые бабочки, а на скамейке у фонтана сидит Лиллиарна. Легкое сиреневое платье ненавязчиво обрисовывает изменения в обычно стройной фигуре, судя по которым очередное прибавление в семействе грядет месяца через три. Она так и лучится счастьем, когда смотрит на сидящего рядом статного смуглого брюнета, потом кладет голову ему на плечо. Через левую сторону его лица от самой линии густых с проседью волос до подбородка наискось тянется глубокий рваный шрам, но то, что глаз ненастоящий, становится заметным, лишь когда он смотрит вбок, да и то, если знать, к чему приглядываться. Одной рукой он обнимает супругу, а другой, улыбаясь, ерошит волосы мальчугану лет одиннадцати, который устроился по другую сторону от него и с выражением, то и дело прыская от смеха, читает что-то забавное из толстой старинной книги с полустертыми золотыми символами на темном кожаном переплете. А рядом на дорожке, выложенной фигурной цветной плиткой, две девочки примерно вдвое младше – с виду погодки, кареглазые, в отца, но внешне копия моя кузина! – учат прыгать через скакалку лохматую черно-белую собаку, напоминающую слегка уменьшенную версию наших бобтейлов. Псина старательно, хоть пока и безуспешно пытается не запутаться в собственных лапах, мотает хвостом и заливается радостным лаем, девчонки хохочут и что-то кричат наперебой, а старшенький время от времени бросает на них уже по-взрослому снисходительные взгляды…

Я встряхнула головой, возвращаясь в реальность. Что ж, похоже, долготерпение этой пары будет оценено высшими силами по достоинству, и меры по восстановлению здоровья супруга моей родственницы дадут со временем вполне убедительные плоды. Но скажу ей об этом чуть позже – излишне бурные эмоции, без которых в этом случае обойтись не получится, часто мешают свершаться чудесам.

Сидя на своем почетном месте рядом с королем и поддерживая светскую беседу, я кроме прочего наблюдала за подругой, которая давно перестала, образно выражаясь, цепляться за мою руку и пустилась в свободное плавание. Она явно чувствовала себя как рыба в воде, чему немало способствовало растущее количество поклонников. Кроме уже проверенных в бою и долгом путешествии добавились потенциальные женихи местного значения, сплошь цвет аристократии самого разного уровня. Что характерно – их ряды возглавил сам хозяин поместья… Норка была на высоте: лучилась обаянием, блистала воспитанием и манерами, непринужденно общалась, вежливо улыбалась шуткам независимо от степени удачности, мужественно выдержала танцевальный марафон, отвечая согласием всем желающим составить ей пару… И при этом умудрилась уделить внимание всем его жаждущим поровну, не выделив ни на йоту никого из них, так что, вопреки опасениям, обошлось без дуэлей… по крайней мере на ближайшие сутки!

Под конец она позволила Фадиндару вывести ее из круга танцующих и проводить на балкон, где уже обосновалась наша королевская чета. Дети, которым сегодня позволено лечь спать позже обычного, восторженно щебетали рядом. Отсюда открывался самый лучший вид на потрясающее зрелище в ночном небе и набирающее обороты веселье в парке. Кружились под музыку нарядные пары, а над всем этим великолепием на фоне легких перистых облаков струился и переливался мерцающий поток. Мириады необычных светящихся насекомых, стремясь первыми попасть на место, где им суждено будет исполнить первый и последний танец любви, тоже спешили на свой праздник, на удивление гармонично дополняя чарующую картину безлунного звездного неба…

На третий день после свадьбы, следуя древнему обычаю, мы дружной компанией родственников и приближенных отправились на заповедную территорию наших фамильных владений. Этот живописный уголок располагался в небольшой долине, где среди густого смешанного леса попадались уютные полянки, в основном возле воды. На одной из них и разбили лагерь.

Обнаружить искомое ущелье можно было только с воздуха. Или, как в нашем случае, с помощью хорошего проводника. Длительная прогулка пешком через нехоженый лес, короткий подъем, крутой спуск, сквозной проход в скалах – и с маленькой площадки наконец открылся потрясающий вид. С высокой, сплошь поросшей разнообразной зеленью горы струился ступенчатый водопад, прикрытый, как вуалью, радужной пеленой мелких брызг. На гранитных выступах умудрились прижиться папоротники, развесившие пышные фонтаны кружевных сочно-зеленых листьев, и цветущие растения вроде наших орхидей и стрелиций. Над яркими соцветиями порхали пестрые бабочки, а птицы, невидимые в густой листве, пересвистывались и щебетали на все лады. Вода собиралась в небольшое, но глубокое округлое озерцо, из которого вытекала уже почти спокойной речкой, удивительно чистой и прозрачной.

Именно это место было выбрано для пикника неспроста, не только из-за дивного пейзажа. Здесь водились рыбки, похожие на любимых аквариумистами сиамских петушков, только еще и мерцающие в темноте в унисон с плавными движениями фигурных плавников. Согласно традициям, ловить их следовало с надежно завязанными глазами и только голыми руками, уповая на собственную ловкость и благоволение небожителей. Причем передоверять кому бы то ни было сие ответственное мероприятие нельзя, каждый должен был расстараться для себя сам. Зачем? Все просто – считалось, какая из них дастся в руки, та и есть именно твой личный талисман в делах любовных. Ее следовало поместить на ПМЖ где-нибудь поблизости от себя, всячески холить, лелеять, оберегать – и тогда просто не останется ничего другого, как стать безоговорочно счастливым. Особенно хорошим знаком была поимка семейной пары этих красавиц парой влюбленных, что служило гарантией долгих прочных отношений, поскольку рыбки, даром что холоднокровные, оставались верны своим избранникам до конца жизни.

Пытать счастье отправились молодожены и наша королевская чета. Остальные просто купались и всячески развлекались, подбадривая нас и давая всевозможные советы. Долго распугивать озерных обитателей нам не пришлось, поскольку на сей раз удача была благосклонна и рыбки словно специально ждали возможности кого-нибудь осчастливить. Причем одна из них запуталась в серебристых прядях королевской прически, другая же заинтересовалась конструкцией и содержимым верхней части моего купального костюма.

– Самец! – констатировала я, бережно держа сложенные лодочкой ладони, в которых плескалась добыча.

Норка живо подставила посудину с водой, и временно разлученные живые раритеты обрадованно бросились приветствовать друг друга. Некоторое время мы любовались их причудливыми пируэтами, потом подруга деликатно кашлянула.

– Не обидишься, если спрошу?

– С чего бы вдруг? – Я вытащила из сумки полотенце и принялась вытирать мокрые волосы.

– Почему вы с Дином не обзавелись подобным семейным оберегом сразу после своей свадьбы?

– Во-первых, потому, что замуж я выходила за короля всея Северной державы, а эта традиция слишком уж местного значения. В основном по причине малочисленности этих рыбок и отсутствия их на других территориях нашей благословенной страны. Только представь, что начнется, если внедрить этот обычай повсеместно!

– Придется обносить сей райский уголок тройной крепостной стеной с круглосуточной усиленной охраной. Только все равно большая часть половозрелого населения в первые же полгода надолго сядет за браконьерство! – задумчиво покивала подруга.

– Или разорится на штрафах… Поэтому на эту рыбалку допускаются только избранные, и не одиночки, а сложившиеся пары, желательно одобренные богами. Как эта, например. – Я кивнула в сторону озера, где резвились расшалившиеся новобрачные.

– А во-вторых?

– Сейчас более подходящий случай, – усмехнулась я, – мы в некотором роде начинаем все сначала, и дополнительная гарантия счастья будет как нельзя более кстати…

С вечерних посиделок расходились уже за полночь, встретив над озером восход обоих ночных светил, неописуемо красивый, хотя до полнолуния было еще далеко. Наша венценосная чета предусмотрительно поставила свой шатер в стороне от остальных, ближе к лесу, ведь очередной сеанс «интенсивной терапии» – мероприятие ответственное… зато и результативное на диво!.. Правда, защитный купол над нашей «палатой» снова устанавливал придворный чародей, потому что магическая сила, в отличие от физической, возвращалась к Дину очень уж медленно…

– И как? Есть разница? – Тихий голос мужа не дал мне совсем раствориться в море давно и настойчиво подступающей дремоты.

– Между чем и где? – мурлыкнула я, сворачиваясь уютным клубочком у него под боком.

– Не чем, а кем.

Я сонно удивилась про себя – неужели мой благоверный начал комплексовать? Хотя… оно и немудрено, если вспомнить, в каком виде он был доставлен в свое измерение после всех недавних передряг!

– В смысле – между тобой «до» и тобой же «после»? – все-таки уточнила я, приоткрывая один глаз. – Конечно, есть, причем в лучшую сторону!

И, чтобы окончательно развеять возможные сомнения, притянула его к себе за шею… К разговору мы вернулись нескоро. Честно говоря, я и не думала, что вернемся вообще, но таков Дин: если вбил что-то в свою серебряную голову, то глубоко и надолго. Отвлечься на время еще может, но забыть – никогда! Тем более что так и не выясненный вопрос, похоже, всерьез его волновал, поэтому…

– Спасибо, любимая, только я не об этом спрашивал.

– Ты вообще ни о чем толком не спросил! – проворчала я, снова пытаясь устоять перед натиском тягучей сонливости, но понемногу сдавая позиции. – Скажи уже открытым текстом, разница между кем так тебя волнует?

– Между братьями.

– Что?! – Дремота в панике капитулировала, снесенная всплеском активности всех моих сенсоров сразу. Их помимо моей воли включили необычные нотки, явственно проскользнувшие в тихом голосе мужа, да и смысл вопроса очень способствовал этому процессу. Но я до последнего не хотела верить…

– Какими братьями?!

– Между мной и Ланом.

– А мне откуда знать?!!

– А кому еще, как не тебе? – Уверенность, звучавшая в этих словах, окончательно развеяла мои глупые надежды на то, что этот разговор затеян ради шутки – пусть и дурацкой. Что, само собой, поднятию настроения способствовать никак не могло…

– Понятия не имею! – отрезала я, садясь и отодвигаясь на край ложа. – У него самого и поинтересуйся… и заодно проверь на каком-нибудь подходящем объекте, если это и в самом деле так важно для тебя! Вкусы у вас должны совпадать, если не врет великая наука генетика… Но сейчас вопрос точно не по адресу!

Дин приподнялся на локте и, окинув меня задумчивым взглядом, шевельнул бровью.

– Хочешь сказать, за столько времени, что вы провели… под одной крышей, даже не касались друг друга?!

– Почему же? Обижаете, мой король! Зачем подвергать сомнениям вашу фамильную пылкость натуры, равно как и степень моего очарования?! Очень даже касались! – Мой голос, как всегда, в момент наивысшего накала негативных эмоций, стал медово-мурлыкающим. – Не раз, и не два, и не десять! – Каюсь, болезненная гримаса, промелькнувшая при этих словах на лице Дина, доставила мне море невинного удовольствия. – Кстати, как раз подобные «касания» и подтвердили окончательно мои подозрения… Но мы не были вместе! – На последней фразе приторное звучание сменилось ледяной чеканкой.

– Прости, любимая, но верится с трудом… Даже не представляю, что могло бы послужить достаточно весомой причиной!

– А ты усерднее потрудись, поднапряги фантазию – и получится! – Меня, похоже, зацепило всерьез такое неверие в наличие у меня скрытых талантов. – Если тебе до сих пор не пришлось испытать лично всю глубину моей изобретательности, это не значит, что ее нет вовсе! Просто повода не было… впрочем, как и желания. Но в той ситуации за причинами дело не стало…

– Почти месяц? После долгой разлуки?! – Взгляд бездонно-темных глаз был уже откровенно недоверчиво-саркастичным.

– По-твоему, все решает время и гормоны?! Тогда иди уже до конца и так же вслух задай вопрос, как я коротала досуг в долгих странствиях в компании трех половозрелых особей мужского пола разных мастей и возможностей!

– Мне и в голову такое не пришло бы!

– Да ну?! А ведь я и в этом случае имела право на все, что пожелается, в любых вариациях – после того как меня любезно просветили насчет рода твоих занятий во время пребывания в иномирье!

– Я слишком хорошо знаю, как ты дорожишь отношениями, поэтому и уверен, что друзей для этих целей ты использовать не стала бы!

– Так и быть, их оставим в покое! К вопросу о воздержании… Ты что же, до сих пор сомневаешься в моих способностях морочить голову до такой степени даже тебе? – Покровительственная усмешка удалась мне как никогда. – Спорим, что смогу на раз лишить кое-кого из здесь присутствующих супружеской ласки самое малое на полгода – и не дрогнет нигде и ничего, несмотря ни на какие уговоры?!

– Сейчас не об этом речь! – Вновь обретенный супруг сел и тряхнул серебряной гривой, ловко уходя от ответа на провокационный вопрос.

– Еще бы! Лучше уж посомневайся вслух насчет причин моих стараний! Например, выскажи наконец глубокую мысль, что все это время я наизнанку выворачивалась вокруг твоего бесчувственного тела только для того, чтобы загладить свою вину!!!

– Я никогда не думал ни о чем подобном!

– Неужели?!!

– Пойми, я не собираюсь тебя винить или упрекать – сохрани боги! – ты имела полное право на что угодно, поскольку была уверена, что вернулся твой законный муж, ведь близнецы даже по запаху не отличаются! Просто непонятно, почему ты так упорно пытаешься отрицать очевидное?!

Повисла нехорошая пауза, во время которой я добросовестно пыталась остановить процесс окрашивания окружающего мира в сенсорном поле зрения в опасный багрово-малиновый цвет. Получалось, если честно, ерундово и с трудом. Огромным и непосильным – чем дальше, тем больше…

– «Очевидное» – для чьих очей? – совсем тихо поинтересовалась я, вставая и запахиваясь в одеяло. – Для бесстыжих гляделок неверного муженька, у которого сейчас наверняка сердце не на месте, потому что пришлось-таки вслух признаться в уже доказанной измене? И поэтому он судит об остальных по себе?!

Мне удалось кое-как вдохнуть через горячий тугой ком, сдавивший горло, и я продолжила, еще больше понизив голос:

– Повторяю для особо одаренных и повышено порядочных: между мной и твоим новоявленным братцем не было ни-че-го такого, за что я должна была бы каяться! Хоть перед тобой, хоть перед любым из небожителей или всеми вами, вместе взятыми, хоть перед собственной совестью! А если тебе так уж хочется упорствовать в своем неверии – твои проблемы!

– Мне совсем не хочется ничего подобного! – Дин, похоже, начал жалеть, что затеял этот разговор, поэтому откровенно сдал позиции. – Просто не укладывается в голове…

– Значит, повяжи на шею! Или на другую часть, из числа тех, на которые приходится часто смотреть!!! – Я еще держала себя в руках, но совсем не была уверена, что тормозов хватит надолго.

– Пойми, любая бы на твоем месте…

Во мне словно лопнула струна, с резким звоном и гулким эхом, которое толчками перекатывалось под сводами черепа, настойчиво и болезненно выдавливая глаза изнутри. Вдруг навалилась такая усталость, как будто всю ночь пришлось таскать на себе мешки с картошкой, причем на время и по исключительно пересеченной местности. Даже дышать было тяжело…

– Значит, за все это время ты так и не понял, что я – не «любая»? – Тихие слова падали в темноту как сухие и бесцветные прошлогодние листья. – Бог тебе судья… и он же свидетель, что совесть у меня чиста! Ему и решать, в чем я была не права. Но вот чего я точно делать не собираюсь, так это просить о прощении тебя!..

– И не надо! – Супруг вскочил и шагнул ко мне, протягивая руки. – Я тебя все равно простил бы за что угодно, даже непрошено!

Почему-то эти его слова, сказанные уже примирительно-интимным тоном, сыграли роль мощного детонатора, неожиданно сработавшего на складе с качественно пополненным запасом новейших взрывчатых веществ. Я смотрела на честное лицо своего возлюбленного, украшенное той самой сногсшибательной улыбкой, а весь окружающий мир окончательно и неотвратимо заволакивало переливчато-багровым туманом.

– Вот, значит, как?! – медленно выдохнула я, подступая вплотную. – Спешите видеть: невиданная широта души, неслыханное великодушие! Мало того что мне пришлось чертову пропасть времени провести вдали от своих детей, блуждая по всему Материку, рискуя жизнью и перебаламутив попутно уйму народу и небожителей в придачу… Мало того что меня лишили моего дара в уплату за возможность отыскать среди миров наше блудливое величество, которое через естественные мужские слабости умудрилось вляпаться по самое некуда в очередное приключение… Мало того что твой «невинный поход налево» совсем неслабо встряхнул энергосферу этого мира после вынужденных скачков туда-обратно через Границу в запретное измерение и закончился парочкой катаклизмов – так, для разнообразия, в самый раз, чтобы не заскучать от безделья… Так ты еще милостиво, с барского плеча, решил простить меня за измену, которой даже не было?!!

– Но, любимая…

– НЕ СМЕЙ – СЛЫШИШЬ?! – БОЛЬШЕ ДАЖЕ В МЫСЛЯХ НЕ СМЕЙ МЕНЯ ТАК НАЗЫВАТЬ!!!

Эти слова я уже не проговорила – хрипло прорычала сквозь оскаленные зубы. Видимо, небывалый доселе взрыв эмоций непроизвольно запустил механизм трансформации…

– Но почему…

– Потому что любить – прежде всего значит верить! А ты… А ты!..

Дин, заметно меняясь в лице, невольно попятился, но уперся спиной в несущий столб и отвернулся, не выдержав пронзительного взгляда полыхающих зеленым глаз разъяренного хищника. Я встряхнулась и хлестнула себя по бокам полосатым хвостом, презрительно фыркая после каждой фразы:

– Не вздрагивай так, величество! Я не лишу этот мир столь блистательного правителя – хотя бы потому, что будет жаль своих же усилий, затраченных ради твоего воцарения на Северном троне! Только теперь тебе придется сидеть на нем в одиночестве! И боги тебя упаси приблизиться к моим фамильным владениям даже на сто три полета ликуартисской стрелы!..

– Тэйлани!!!

Поздно! Короткий, наискось, взмах мощной тигриной лапы, короткий звук, режущий слух… Толстая шкура, служившая стенкой нашего шатра, осела на землю неровными длинными клочьями, располосованная бритвенно-острыми когтями… Сверху плавно легли обрывки пергамента, хранившего заклинание для поддержки изолирующего купола… Полосатая тень взметнулась в бесшумном прыжке и стремительно растаяла во мраке… По лесу до самых темнеющих вдалеке скал волной прокатился оглушительный тигриный рык, заставив стаи разбуженных птиц одновременно взмыть в ночное небо и всполошенно метаться с истошными криками…

Наши друзья оказались на высоте. В рекордные сроки прочесали с оружием окрестности, развели костры заново и выяснили причину переполоха. Выслушав краткое, но приемлемое для окружающих объяснение из уст короля, который успел и прийти в норму, и одеться, мужчины ринулись было седлать коней, чтобы догнать беглянку, но Дин остановил их. Разумнее было дождаться утра и найти меня по следам, а я к тому времени слегка успокоюсь… возможно… ведь и богам неизвестно, что я сотворю с теми, кто попадется мне под горячую лапу!

Мысль была вполне здравая, и так оно и вышло бы, только всю обедню испортил проливной дождь, хлынувший через какой-то час после моего бегства. Ледяные струи хлестали с такой силой, что просекали насквозь плотные листья деревьев и выбивали из дернистой почвы комочки земли вместе с мелкими камешками. О каких следах могла идти речь?.. Я же, прикрытая от посторонних глаз пеленой льющейся с неба воды, а от этой самой воды защитным полем нэфи, который был заодно и творцом нежданного метеорологического явления, беспрепятственно вернулась в притихший лагерь. Не надо думать обо мне слишком уж хорошо – ни каяться, ни мстить и в мыслях не было! Просто вытянула из опустевшего шатра сумку с вещами первой необходимости, так толком и не распакованную, вскинула ее на спину и окончательно растворилась в предрассветной мгле.

Книга третья

Игра в прятки

Либо вы часть решения, либо вы часть проблемы.

Элдридж Кливер

Будущее приоткрывается человеку по одной-единственной причине: если предначертанное должно быть изменено.

Пауло Коэльо

Делай все, что сможешь, а в остальном положись на судьбу.

Японская пословица

Часть первая

Разоблачения и перевоплощения

Глава 1

По случаю дождливого вечера, к тому же холодного совсем по-осеннему, в придорожной таверне было особенно многолюдно. Это широко известное всей приграничной округе заведение называлось «У Ведьминой горы», поскольку на заднем плане, в убедительной близости к небольшому огородику, действительно просматривалась означенная возвышенность в форме приземистого равнобедренного треугольника. Собственно, гор в здешних краях было предостаточно, только дурную славу заработала именно эта. Изрытые пещерами склоны сплошь поросли густым темным лесом, в котором, согласно местным поверьям, испокон веков пряталось несметное количество всевозможной нечисти. По этой причине желающих поискать в этой непролазной чаще что-нибудь вроде грибов, ягод или приключений на какое-нибудь жизненно важное место со временем почти не осталось. Особенно после бесследного исчезновения некоторого количества этих самых желающих…

Тем не менее в народе таверна пользовалась популярностью, в основном благодаря фирменной термоядерной настойке – личному изобретению Хромого Хмыря Хнорта, владельца заведения, который берег секрет изготовления этой «Дьявольской росы» пуще собственного глаза. Впрочем, для придорожной забегаловки условия были вполне сносные, а кухня – даже с претензией на разнообразие и некоторый изыск. Время от времени случались и культурные мероприятия – когда попутным ветром заносило какого-нибудь бродячего певца на смену местным бардам, успевшим изрядно поднадоесть однообразием репертуара.

Сегодня на руку хозяину оказалась и непогода, и отшумевшая в ближайшем городке ярмарка, так что в просторной трапезной зале шумно, людно и суетно. Кухонный чад и перегар основательно разбавлен дымом от факелов, пристроенных по стенам, и свечей в простеньких канделябрах, водруженных на столы по желанию отдельных клиентов. Фигуристые девицы в красно-клетчатых передниках шустро снуют от кухни к столам, ловко лавируя между подвыпившими посетителями. Основательно нетрезвое трио заезжих музыкантов вдумчиво терзает потрепанные инструменты, выдавая на удивление недурное подобие кантри.

За приоткрытыми окнами шумит проливной дождь. У одного из них, в маленькой нише «на троих», молча глядя в сырой сумрак, неподвижно и прямо сидит молодая женщина – рослая, длинноногая и белокожая. Пышные сажево-черные волосы, вопреки обычаям, острижены в каре ниже плеч, с «рваной» челкой до переносицы. Лицо начисто лишено выражения, но пара тонких вертикальных морщинок, успевших залечь между ровных черных бровей, да едва заметные «лучики» у внешних уголков глаз говорят о том, что ей не чужды эмоции. Только цвет этих самых глаз не определить – просто бездонно-темные, какой по осени бывает вода в маленьких озерах, затерянных в лесной глуши…

Одета она тоже нетипично для большинства здешних женщин, хотя это не привлекает особого внимания – в приграничье полно разнообразного люда. Ладно скроенные штаны заправлены в голенища высоких сапог, приталенная рубашка навыпуск с частой шнуровкой у ворота перепоясана широким ремнем, на котором висят ножны в компании с парой-тройкой кожаных мешочков. Рукава закатаны до локтей, открывая красивые сильные руки с крупными кистями. На груди овальная брошь из нездешнего странного камня – плотная оранжево-желто-красная масса пронизана тонкими черными прожилками. Небольшой медальон с изображением клевера-четырехлистника на фоне пары пересекающихся под прямым углом двусторонних стрел проясняет ситуацию, недвусмысленно указывая на принадлежность хозяйки к числу странствующих знахарей. Об этом же говорит и приоткрытая объемистая сумка, притулившаяся у ножки массивного деревянного стола – в глубине явственно поблескивают многочисленные склянки. Дела идут, по всей видимости, неплохо: на дне кружки плещутся остатки не воды, не дешевой «тошнилки» и даже не местного «самодура» с добавкой привозной дурь-травы, а вполне приличное вино…

Негромкий хлопок ладонью по столешнице привлекает внимание одной из разносчиц. Она притормаживает около странной посетительницы, бросает быстрый взгляд на пустой стол и спрашивает:

– Свинина или рыба?

В ответ следует манипуляция кистью: пальцы сложены вместе и полусогнуты, потом сжимаются в кулак; затем – щелчок ногтем по зазвеневшей стенке кружки, два пальца вверх… Рыжеватая толстушка принимает молчаливость как должное, понятливо кивает и устремляется в сторону кухни в обход расходившихся гостей, отплясывающих что-то зажигательное в центре залы.

Еще один признак определенной популярности среди местного населения – уже через пару минут с деревянного подноса на стол перемещается широкая тарелка, на которой солидная порция прожаренных до хрустящей корочки свиных ребер соседствует с горкой чищеных печеных орехов и вареного картофеля, обжаренного с луком и шкварками. Соленые огурцы тускло зеленеют в отдельной плошке, прикрытые краюхой серого хлеба, пустая кружка заменяется на полную, почти вдвое большую по размерам. Короткий кивок, и мелкая серебряная монета ловким щелчком «не глядя» отправлена в недолгий полет. Разносчица привычно ловит ее и снова исчезает в гомонящей все громче толпе…

Но спокойного ужина не получается, причем дело совсем не в местных ухажерах и заезжих ловеласах. Первые в свое время поочередно испытали море неожиданных ощущений, когда в самый разгар активного ухаживания в опасной близости от горла или еще чего-нибудь столь же уязвимого, но полезного в жизни вдруг обнаруживалась острая закаленная сталь, зажатая в недрогнувшей руке. Это явно не стоило предполагаемых удовольствий от близкого общения с немногословной пришлой «лапулей»!..

Вторые, даже если не сделали правильных выводов, глядя на первых, смогли на личном печальном опыте убедиться, что их похотливые желания и непрошеное внимание встречаются на ура далеко не всеми представительницами прекрасного пола, как бы странно это ни звучало. Не менее печальный и неожиданный опыт получили в свое время и те, кто пытался проверить наполненность кошелька нездешней особы, не являясь при этом сотрудниками королевской налоговой службы. К тому же им явно не следовало выбирать для встречи позднее время и совсем неподходящее место на глухой окраине, где проживал очередной испросивший помощи страждущий… И уж совсем не стоило игнорировать небольшую нашивку на рукаве поношенной знахарской куртки – череп с окровавленным оскалом недвусмысленно обещал: «Приду за тобой даже с того света!..»

Нашлись, правда, «герои», привыкшие разрешать возникающие трудности коллективными усилиями. Немного – всего шестеро, но все как один – явные поклонники экстрима из числа тех, кому в мирное время спокойно не живется. Вот и посчитали – то ли в столбик, то ли с интегралами, – что сообща приведенные аргументы быстрее убедят нелюдимую строптивицу в пользе совместного времяпрепровождения… В чем именно был ими допущен просчет, история умалчивает, но вот о том, что таковой бесспорно имел место, наглядно свидетельствовало многое. Например, одинаковые «фонари» почти на всю правую половину лица и сломанные в одном и том же месте правые руки незадачливых любителей групповухи. Они даже хромали одинаково и заикались примерно одно и то же количество дней… Молва утверждала, что у всех шестерых были еще и обширные отметины пониже спины, а именно – свежие ожоги в форме четырехлистника, но проверить эти слухи так и не удалось.

Впрочем, все подобные разногласия с местными рэкетирами сами собой улеглись после того, как их главарю после неудачной охоты пришлось оценить лично качество работы и уровень мастерства необщительной целительницы. Поэтому недавно появившаяся из ниоткуда знахарка и сейчас наслаждается отдыхом в одиночку, пока чья-то рука с нарочитым грохотом не отодвигает стоящий рядом и доселе пустовавший стул.

На скрипнувшее сиденье опускается высокая грузноватая фигура в длинном, насквозь промокшем плаще, с которого на пол часто капает вода. Рука в потертой кожаной перчатке сдвигает на затылок потемневшую от влаги шляпу с поникшими полями, широко и глубоко посаженные глаза бесцеремонно разглядывают одинокую брюнетку. Она же никак не реагирует на появление новых персонажей, а продолжает поглощать содержимое тарелки, демонстрируя при этом завидный аппетит. Небрежно двинув под столом носком сапога звякнувшую сумку, мужчина задумчиво роняет негромким басом:

– Так ты, значит, и есть Молчаливая Трэра?

И что с того, если даже и я?! И не только есть, но и пить: вино неплохое, а денек, пусть и без учета погоды, выдался тот еще – хлопот и пеших перемещений перепало куда больше обычного… Зато сейчас времени у меня навалом, почему бы не позволить себе расслабиться на честно заработанные деньги? Что, собственно, не устраивает этих двух верзил?! Я без труда засекла их еще на подступах к харчевне – уж очень резало сенсоры красноватое пульсирующее свечение, характерное для сильно беспокойного состояния, приправленного нешуточным страхом. Правда, пока неясно, за чью именно жизнь…

– Собирайся, пойдешь с нами.

Ага, бегу и спотыкаюсь о собственные уши! Я смачно захрустела облюбованным пупырчатым огурцом, тщательно слизывая с пальцев ароматный рассол. Что ни говори, золотые руки у супруги Хромого Хмыря…

– Ты что, еще и глухая вдобавок?!

Я шумно, со вкусом отхлебнула из полупустой кружки, неспешно выбрала ребрышко помясистее и, по-прежнему ни на кого не глядя, деловито вгрызлась в поджаристую корочку – для меня-то совсем не секрет, что у этих двоих с раннего утра маковой росинки не было не только во рту – даже в мыслях…

– И долго ты еще будешь рассиживаться?!!

Пока все не съем, само собой! А то еще Янолька – одна из разносчиц – говорила что-то насчет свежих пирожков с черничным вареньем… И холодец должны были вчера вечером сварить – с курьими ножками и свиными ушками!..

– Госпожа ждать не любит!

А вот это уже ее сугубо личные трудности, кем бы она ни была! Я даже хмыкнуть поленилась.

– Быстро вставай, и пошли!!!

Тяжелая рука гулко хлопнула по столу, отчего почти пустая кружка подскочила и звякнула о край плошки с последним огурцом. Ах, так?! Свиная кость в моих руках звучно хрустнула, и в следующий момент удобно перехваченный отломок обглоданного ребра оказался воткнутым в столешницу, причем острый край ушел в старое дерево на добрых полдюйма. Под моим немигающим взглядом в упор невоспитанный собеседник изменился в лице, но сказать ничего не успел – из-за его спины раздался гулкий бас:

– Ик-к! Слышь, травницц-а… эт-ти два хр… м… чудака – что, мешают?

Как подобная громадина смогла подобраться настолько незаметно?! Двухметровый «шкаф» – подручный здешнего мельника, являющий собой живую иллюстрацию к высказыванию «сила есть – ума не надо», – уже закатывал рукава, покачиваясь от меня в трех шагах и разливая в душноватом воздухе волны убойного перегара. Судя по всему, он и его собутыльники успели созреть для качественной пьяной драки, совершенно необходимой для гармоничного завершения вполне состоявшегося «вечера отдыха». Причем не важно, по какому поводу посчастливится почесать кулаки…

Только вот меня совсем не радовала возможность стать этим самым поводом, поэтому я торопливо замотала головой, состроив самую что ни на есть убедительную физиономию. Признательный полупоклон в сочетании с прижатой к груди ладонью довершили дело – верзила, вразнобой шевеля кустистыми бровями, поизображал на грубоватом лице тяжкие раздумья, пожевал губами, разочарованно крякнул, неохотно развернулся и громко утопал в соседний угол к друзьям, воодушевленно горланящим совсем не в лад какую-то не совсем приличную песню. А заезжий доставала, прокашлявшись, опять завелся на прежнюю тему – правда, громкости, эмоций и прыти у него поубавилось:

– Тебя велено доставить в замок, причем срочно!

Приподнятая бровь придала моему лицу настолько саркастическое выражение, что второй посланник, помоложе, до сих пор молча стоявший рядом, едва заметно усмехнулся и тронул коллегу за плечо:

– Дай-ка я попробую, ты ведь совсем разучился разговаривать с женщинами! Лучше за лошадьми присмотри, а то народец тут…

Он проводил глазами удаляющегося в сторону выхода спутника, сел на освободившийся стул и неторопливо пристроил мокрую шляпу на коленях. Я между тем вернулась к прерванному занятию, демонстрируя полное безразличие к смене собеседника. Он, в свою очередь, не обратил внимания на мою невежливость, придвинулся ближе, раз-другой кашлянул и зажурчал негромко и доверительно:

– Прошу извинить нашу вынужденную бесцеремонность и назойливость, уважаемая, но время и впрямь не терпит! Мы служим у почтенного сетте́на[41] Дере́нтра, сын которого вчера сильно пострадал на охоте. Свои лечебных дел мастера, несмотря на опыт и старание, почти ничего не смогли сделать, поэтому госпожа спешно разослала людей по всей округе с единственной целью – найти стоящих умельцев, дабы спасти наследника от смерти… Здешние жители в один голос молятся на новую помощницу местного знахаря, поэтому мы здесь. Не скрою, в этом есть у нас и личный интерес, поскольку размер награды и проявление благодарности со стороны господ будут напрямую зависеть от степени полезности «добычи». А в случае неудачи…

Говоривший многозначительно помолчал и продолжил, еще больше понизив голос:

– Поймите, наш господин уже немолод, а кроме Толларта других сыновей нет… Ради его спасения родители не поскупятся! И потом – разве кодекс членов знахарской гильдии позволит оставить без внимания просьбу о помощи страждущему?!

Я с невольным интересом ждала окончания монолога – оказывается, тактика «злого и доброго полицейского» проникла даже сюда! Но ведь и в самом деле умеет уговаривать! Ему бы в столицу, в дипломатический сектор королевской канцелярии!.. Ладно, в самом деле долг зовет…

Я, сохраняя непроницаемое выражение лица, тщательно вытерла руки о полу чужого плаща – мой собеседник даже глазом не моргнул, – встала и двинулась к выходу. Галантный посланец, понятливо подхватив мою сумку с пола и куртку со спинки стула, поспешил следом. Правда, ему все-таки пришлось подождать, пока мы с Янолькой решим вопрос насчет отоваривания меня вожделенными пирожками.

Дождь уже закончился, превратив большую часть просторного двора в огромную лужу, подернутую мелкой рябью, а главную дорогу – в широкую полосу непролазной серо-коричневой грязи, щедро присыпанной тускло-желтыми листьями, сбитыми ветром и водой с ближайших деревьев. У края коновязи нас ждал незадачливый переговорщик, хмуро кутаясь в промокший плащ. Рядом, пофыркивая, переступали копытами три упитанные рыжие лошади, к одной из которых подвели меня и подсадили в седло. Мой сопровождающий – Тлор – поехал впереди; Скил, что-то бурча про себя, замыкал нашу небольшую процессию.

Резвиться на дороге по колено в топкой жиже ни у кого из нас желания не возникло, поэтому выбор был сделан в пользу малоезженой лесной тропы. Кони, словно почувствовав скорое окончание пути, довольно шустро забрались на холм и двигались бодрым шагом, переходя на рысь на открытых местах, звучно хлюпая по лужам и перефыркиваясь. Мужчины устало молчали, а я привычно пыталась прикинуть в уме предстоящие хлопоты. Да, за последние пару месяцев пришлось основательно попрактиковаться в непростом деле врачевания, к тому же без возможности использовать собственную энергию для ускорения процесса. Хорошо хоть дар «ви́дения» по-прежнему при мне: что ни говори, точный диагноз – половина дела. И полученные в свое время знания дорогого стоят – честь и хвала терпеливым наставникам!..

После недолгих беспорядочных скитаний мое беглое величество подалось в сторону ближайшей границы, здраво рассудив, что в тамошних обширных древних лесах проще затеряться. Сменить внешность с помощью нэфи было парой пустяков; правда, на теперешнем образе я остановилась не сразу. Мысль стать на время мужчиной отпала еще в полуфинале, поскольку пришлось бы еще и вести себя соответствующим образом, чтобы не вызывать кривотолков и подозрений, а к чему мне лишние напрягательства?! Превратиться в древнюю старушку с наружностью пострашней? Тоже вариант, но есть большая вероятность, что откровенная беззащитность может спровоцировать лишний и совсем ненужный раж окружающих на проявление агрессии… а то и сжечь попытаются, если заподозрят наличие злых намерений в сочетании с колдовскими способностями – так, на всякий случай!.. Нет, с нэфи мне ничего такого всерьез не грозит, но опять же – оно мне надо?!

Посему было решено оставаться тем, кто есть, разве что с небольшими поправками. Гораздо сложнее было заработать репутацию умелой знахарки, но удалось и это. В настоящий момент я осела в небольшом, хорошо укрепленном городке. Местный мастер лечебных дел даже предложил мне почти двуспальное койко-место в пристройке и постоянную работу под его чутким руководством, поскольку ему преклонный возраст уже не позволял часто выезжать. Я не стала отказываться, ведь жилье, хоть и не шикарное, и жалованье, хоть и небольшое, никогда не будут лишними, особенно в моем нынешнем положении!..

Дабы сократить общение до минимума, я давно перестала говорить вообще, а в ответ на недоумение окружающих возводила очи к небу и рисовала кончиком пальца крест поверх своих сомкнутых губ. Собеседники понимающе кивали – мол, ясное дело, против воли небожителей не попрешь! – и вынуждены были довольствоваться только звуками собственного голоса. Постепенно все привыкли к моим странностям и перестали доставать нежелательным вниманием… Кстати, не подумайте плохого по поводу той черепастой нашивки на рукаве – мне и в горячечном бреду не пришло бы в голову вступить в общество Непримиримых Мстителей! Просто во время скитаний по лесам «посчастливилось» наткнуться на давно остывшие трупы парочки этих злопамятных ребят, до которых кто-то добрался, невзирая на риск стать персонажем в свежей истории про восставших мертвецов, так что на этом свете в помощи они уже не нуждались. Я всего лишь прихватила зловещую нашивку с одежды одного из них и нацепила на свою, дабы в случае чего дать предпоследний шанс окружающим призадуматься, прежде чем идти на остроэмоциональный контакт со мной…

А про почтенного сеттена слышать приходилось, и не раз: представитель древнего уважаемого рода, королевский наместник, доблестный служака – суровый, но справедливый. Приграничье – территория, мягко говоря, не самая спокойная, но Дерентр каким-то образом ухитряется поддерживать в округе убедительный порядок, даже незваные «из-за-бугорные гости» не особенно шалят…

Копыта зацокали по булыжникам – из леса мы выехали на неширокую, зато вымощенную камнем дорогу. Прямо по курсу на фоне дальних гор прорисовался темный зубчатый контур внушительного сооружения. Тлор, обернувшись, махнул рукой вперед:

– Вот и замок! Через час будем на месте.

К дому лошади рванули резвым галопом, только подковы звенели, так что вскоре перед нами уже распахивали небольшие боковые ворота, едва заметные на фоне добротной крепостной стены. Я еще на подходе прочесала «скрытым зрением» всю округу, задерживая внимание на заинтересовавших объектах, и теперь чувствовала себя вполне уверенно, хотя… витало в здешней атмосфере что-то малоприятное, пробегая холодком вдоль спины. Перед глазами на несколько мгновений возникло видение – три игральные карты, два короля и дама, которых почему-то бьет валет, чье изображение в верхней и нижней половине совсем несхоже по цвету и стилю оформления. Странно, с виду все вполне благопристойно – основательные постройки, двор вылизан до блеска, деловито снующая челядь, во всем чувствуется достаток и наличие твердой хозяйской руки…

Мы спешились и передали поводья Скилу. Он, буркнув напоследок что-то совсем невразумительное, увел вконец измотанных скакунов налево, а Тлор с моей сумкой зашагал впереди, показывая мне дорогу.

Внутри замок тоже не подкачал – в краткой форме впечатления выражались в словах «респектабельность» и «порядок» (я невольно поправила воротник и лишний раз одернула рубашку). Сразу из просторного холла вверх вела широкая лестница, разделявшаяся далее надвое. На площадке в царственной позе стояла дородная женщина лет сорока, тщательно причесанная и одетая по столичной моде. На ухоженном лице застыло сурово-требовательное выражение, наверняка являющееся повседневным украшением, однако мне почти не составило труда разглядеть, чего стоило хозяйке удерживать эту маску. В сенсорном поле зрения были четко различимы следы, которые остаются после бессонной ночи на нервах и долгих искренних рыданий…

На заднем плане изваяниями застыли еще две особы, помоложе и постарше, которых с первого взгляда можно было принять за родственниц, настолько похожими делало их одинаково хмурое и обеспокоенное выражение лица. Видимо, это была домоправительница с помощницей или кто-то из домочадцев – ни гадать, ни уточнять я не стала…

Мой сопровождающий коротко представил нас друг другу – я добросовестно изобразила почтительный поклон. Госпожа Нати́лла кивнула, повернулась и двинулась вверх по боковой лестнице. Мы молча, быстрым шагом последовали за ней.

Еще в коридоре мне в руку сунули небольшой, но увесистый кошель. Видимо, дела и вправду плохи, раз эта хозяйственная особа расщедрилась на предоплату для стимуляции моего усердия. Можно подумать, я в ней нуждаюсь! Еще и откажусь, если случай совсем уж безнадежный, поскольку претендовать на роль бога или его подручных даже в мыслях никогда не было… Впрочем, посмотрим по обстоятельствам.

Которые не порадовали с самого начала. По мере приближения к нужной двери в моем сверхчувствительном организме откуда-то взялось и стало пугающе быстро нарастать ощущение сильного дискомфорта. Затем вдруг по внутренностям хлестнуло жгучей болью, отчего потемнело в глазах, затошнило и подогнулись колени. Я вынуждена была остановиться и ухватиться за того, кто оказался ближе всех. Да что там – просто повисла на чужой руке мешок мешком, встряхивая отяжелевшей головой и скрипя зубами.

Тлор – а это именно ему повезло стать моей временной точкой опоры – успел подхватить меня под локоть и поддержал, давая перевести дыхание. Причем не выказывая при этом никаких эмоций, в отличие от остальных, которые тоже остановились, недоуменно переглядываясь. Хозяйка недовольно выгнула бровь, но промолчала. Я кое-как отдышалась, выпрямилась. Кивком поблагодарила спутника и двинулась дальше, осторожно ступая на все еще дрожащих ногах. Судя по столь многообещающему началу, работка впереди ожидала та еще!

Что ж, и на сей раз предчувствия не обманули… Яркое неровно пульсирующее сияние насыщенного багрово-красного цвета, плеснувшее в глаза прямо на пороге, заставило болезненно поморщиться. Кто бы сомневался, что случай будет не из простых!.. Я даже не сразу обратила внимание на других присутствующих в комнате. Два почтенных благообразных старца – у обоих на лицах застыло озабоченное выражение, заплаканная полная женщина лет пятидесяти, три одинаково одетые девушки, явно служанки, суетившиеся у постели… Одна из них сейчас меняла компресс на лбу пострадавшего, а другая капала с ложечки воду в его приоткрытый рот.

Беглого взгляда оказалось достаточно, чтобы заставить меня сильно и неприятно удивиться, что в последнее время случалось не так уж часто. Я едва удержалась, чтобы не присвистнуть и не высказаться вслух – разумеется, не лирическими стихами. Дела были не просто плохи, состояние раненого почти соответствовало уровню точки невозврата… Интересно, кому его скормить пытались? И почему в последний момент передумали?!

Местные деятели от народной медицины хорошо знали наше общее дело, но не в области исправления внутренних повреждений такой степени сложности… В ответ на мой вопросительный взгляд один из коллег мрачно пояснил:

– Недавно в округе появилась пара взрослых акаратисс, и молодому господину стало угодно попытаться совершить подвиг, достойный воспевания и прочих почестей…

Дальше можно было не продолжать. Акаратиссой называлась разновидность местной нечисти, достаточно редкая, но широко и печально известная. Справедливости ради следует заметить, что они, как правило, обосновывались в местах поглуше и подальше от человеческих поселений и первыми на людей не нападали. Внешне хищник слегка напоминает росомаху, только размером с большую корову; добавить к этому длинные когтистые лапы, гибкий цепкий хвост с шипастой «метлой» на конце, узкие раскосые глаза, которые даже днем горят жутковатым белым пламенем, и способность плеваться чем-то вроде крепкой кислоты – словом, очаровашка!.. К тому же осенью, в брачный период, у самцов на морде и шее появляются пышные пучки тонких подвижных кожистых выростов чуть ли не по метру каждый, которые окрашены в самые радужные цвета и светятся в темноте. Что интересно – если добыть эту экзотику в разгар ухаживания, то хороший мастер-чучельник без труда сумеет сохранить во всей красе вышеперечисленные запоминающиеся детали, так что трофей и впрямь получится достойный, даже по меркам самой переборчивой столичной аристократии. Особенно если учесть, что добровольно расстаться с головой акаратисса никогда не соглашается, а злобности, живучести, коварства и силы ей не занимать!

И очень похоже, что мой новый пациент в полной мере испробовал все это на себе…

После глубокого сканирования, как обычно, я представляла себе не только фронт работ, но и ход минувших событий. Молодой аристократ не пошел на подвиг в одиночку – пригласил в соавторы будущего летописного сюжета местного лесничего и дюжину хорошо вооруженных воинов. Они с помощью своры натасканных на подобную дичь собак вполне грамотно выследили желанную цель и устроили у логова засаду, но предполагаемая добыча решила сама добыть незадачливых добытчиков после неудачной попытки запугать. Более мелкая, шустрая и громкоголосая самка увела за собой отряд поддержки, а самец взялся провести показательные занятия по прикладному нечистеведению. Наследник сеттена, твердо вознамерившись оставить след в истории, рвался в бой первым, и акаратисса наглядно продемонстрировала в деле, чего стоят все данные природой приспособления для выживания. Напарник не остался в стороне – ценой неимоверных усилий сумел отбить господина и нанести несколько серьезных ран разъяренному зверю, но все дело испортила самка. Она оторвалась от преследователей, бросив их на произвол судьбы в каком-то гиблом болоте в непосредственной близости от чертовых куличек, оставила от собак «мелкие клочки по закоулочкам» и вернулась к разоренному жилищу как раз вовремя, чтобы спасти от верной гибели своего избранника…

Дальнейшие события просматривались отрывочно, нечетко и расплывчато, со многими пропусками, что неудивительно, учитывая состояние обоих охотников. К счастью, хищница не стала добивать врагов, а поспешила увести едва живого самца как можно дальше в совсем уж непролазную чащу, куда местные жители не смели забираться даже в сказках. На долю молодого лесничего выпала почти непосильная задача транспортировки изувеченного и обескровленного себя и покалеченного до полного беспамятства господина в сторону дома. Благо еще на полпути они наткнулись на отряд воинов, посланных на их поиски сеттеном и его супругой, которые правильно истолковали появление у стен замка перепуганных и перемазанных кровью лошадей без седоков как недобрый знак…

После без малого трех часов непрерывной работы на износ я сама была близка к тому, чтобы растечься тонким слоем по любой горизонтальной поверхности (причем не важно, какой степени мягкости!), лишь бы окружающие ничего не отдавили и не мешали дышать. Хорошо еще, что мои пожилые ассистенты в самом деле оказались на высоте и понимали меня без слов, иначе впору было бы сменить облик на что-нибудь очень многорукое… правда, не уверена, что от этого был бы толк… Запас лечебных средств основательно поубавился, перевязочных, включая хозяйские запасы, – еще заметнее, а уж собственных сил хватало только на регулярное моргание… Вытирая отмытые руки поданным полотенцем, я бдительно следила за тем, как мои подручные накладывают последние повязки, время от времени раздраженно шипя и указывая пальцем на огрехи. Наконец и это действо дошло до закономерного завершения. Девушки, пугливо на меня оглядываясь, поспешили к выходу, чуть позже удалились и знахари, а в комнате у постели раненого мы остались втроем – с кормилицей и служанкой постарше.

Я после недолгих раздумий прилегла на широкой лавке, стоявшей вдоль стены, так, чтобы любым способом видеть лицо своего подопечного. Не совсем удобно, конечно, только это и к лучшему – полностью расслабиться не получится при всем желании, причем дело не только в необходимости следить за состоянием раненого. Где-то на границе с подсознанием назревало что-то иное, пока непонятное, но убедительно малоприятное. Подобные «полунамеки» со стороны моей сенсорной системы обычно беспокоили меня куда больше явных проявлений опасности – как раз в силу своей неопределенности. Когда еще не знаешь, откуда ветер дует и до чего додуется в конце концов…

Кормилица, утирая слезы, обильно струившиеся по ее широкому доброму лицу, продолжала негромко причитать по поводу печального происшествия и неразумного поведения наследника:

– …Дались им эти подвиги, не живется спокойно на всем готовом… пропади пропадом все это зверье-нежитье…

Мне без труда удалось пропустить бурлящий поток негативных эмоций мимо сознания, а вот когда речь пошла о его же слабом здоровье, навострить уши пришлось поневоле. Вперемешку со всхлипами и шмыганьем звучало почти без передышки:

– …от того все, что не доходила матушка срока… хоть и родился ладным, да с тех пор хвори так и липнут… как ни крути, семь-то месяцев – не девять…

Странно! Сказки, уважаемая, сказываешь, если не выразиться грубее! Повидала я недоношенных деток, и у всех, независимо от роду-племени, пола и возраста, есть некоторые характерные особенности, заметные, впрочем, только мне и при очень глубоком сканировании. Но на этой-то «картинке» ничего подобного не наблюдается! Жизнью, конечно, не поручусь, но я бы сказала, что маменька моего пациента в свое время даже переходила недельку, а то и две. Так что можете и дальше килограммами вешать спагетти на уши легковерному супругу, но вводить в заблуждение того, кому доверяешь здоровье, по меньшей мере неразумно…

Впрочем, дело прошлое и хозяйское! То есть – совсем не мое…

Глава 2

В комнате было почти темно, если не считать мерцающей на столе свечи в затейливом канделябре, и тихо, лишь потрескивали в камине догорающие поленья. Приставленная ко мне помощница вовсю клевала носом, сидя у изголовья кровати, успевая встрепенуться и поймать утерянное равновесие за миг до того, как свалиться с приземистого табурета, и всякий раз опасливо косилась в мою сторону. Правильно, не буди лихо!.. За разгильдяйство при исполнении сам бог велел проявить недовольство в любой доступной для субъекта форме, только… не до нее сейчас.

Мне по-прежнему не давало расслабиться ощущение невнятного беспокойства, которое чем дальше, тем сильнее перерастало в основательный дискомфорт. Просто на месте не сиделось, не спалось и не елось… последнее, правда, по другой причине. То ли сработала привычка ничего не есть и не пить в стане потенциального врага до выяснения всех нюансов, то ли еще какое предчувствие остановило, но предпочтительней показалось даже не подходить к столу. Хотя красовавшийся на нем большой поднос, плотно уставленный тарелками с разнообразной аппетитно пахнущей снедью, выглядел очень даже привлекательно…

Моя помощница уже мирно сопела, умостив голову поверх рук, пристроенных на резные украшения кроватной спинки. Оно и к лучшему… Я дождалась, пока все домочадцы и слуги почтенного правителя не затихнут в своих «апартаментах», и только тогда осторожно приоткрыла дверь в темный коридор. Почему передвигаться нужно было именно на цыпочках? Зачем понадобилось тащить на позднюю прогулку еще и свою совсем не маленькую сумку? Спросите что полегче, в самом деле!.. Но я упорно придерживалась тех мест, где темнота была совсем непроглядной, ступала как можно тише и перед каждым новым поворотом, коридором или дверью затаивалась, почти не дыша и усиленно сканируя пространство.

Вот и последний лестничный пролет, самый дальний… Меня уже нешуточно колотит и скручивает в жгут от чужой боли, а перед глазами плавают багровые пятна… Кому же здесь настолько невесело?! Похоже, сейчас и узнаю!

Запертый замок помешал открыть неказистую дверь под самой лестницей так быстро, как хотелось. Вышибать с ходу плотно пригнанные доски показалось неразумным, пришлось немного задержаться и вспомнить уроки, преподанные когда-то Призраком. Тогда я освоила хитрую технику бесшумного вскрытия практически любых запоров, не усиленных магическим воздействием, из чисто спортивного интереса и желания проверить уровень ловкости собственных рук, а вот поди ж ты – пригодилось!

Отстегнуть большую булавку, приколотую с обратной стороны широкого ворота, было делом пары секунд, чуть больше заняло вдумчивое ковыряние в замке – вуаля! Не в первый раз пришла мысль – может, не то ремесло я выбрала для добывания хлеба насущного? Нет, все-таки то, подаваться в медвежатники было бы как-то… непедагогично со всех возможных сторон!..

Мне уже было настолько плохо физически, что я, спеша добраться до цели, дабы побыстрее устранить причину, чуть не выдрала замок вместе со скобами, а дверь чудом осталась на петлях. Пожалуй, от излишне резких движений меня удержала только необходимость блюсти секретность и тишину – так, на всякий случай. Шагнув за порог, я, как обычно, зажмурилась, давая время глазам привыкнуть к окружающей кромешной темноте, а «скрытому зрению» включиться и прочесать пространство. На первый взгляд ничего выдающегося и особенного – довольно просторная подсобка, заставленная ведрами, метлами да лопатами, низкий скошенный потолок, широкая лавка у дальней стены, заваленная каким-то старым тряпьем…

Руки сами собой нашарили в сумке свечной огарок и маленькую плошку. Добыть огонь даже с помощью кресала не проблема, и теперь я могу рассмотреть цель своей незапланированной прогулки, не напрягая сенсоры лишний раз. Все стало ясно со второго взгляда, и немалых усилий стоило подавить кипучую волну ледяной ярости. Я только зубами скрипнула, подходя ближе к убогому ложу. Ведь на охоту хозяйский наследник ездил не один…

Интересно, с чего бы вдруг мне «забыли» предъявить второго пострадавшего?! По всему выходит, что к нему знахарей звать в принципе не собирались… Видимо, в наказание за преступную нерасторопность в благом деле подставления под клыки нечисти своей шеи вместо господской! А может, и просто сэкономить решили, да еще и прислуге запретили отвлекаться «на всякие пустяки» от важных дел домашних… Его, наскоро перевязав еще в лесу, оставили без присмотра и помощи среди всякого барахла в темной душной каморке по принципу «не маленький, выживет сам – хорошо, а не выживет… мало ли в Бразилии Педров, и не сосчитать!..». Нет уж, не выйдет, какими бы ни были мотивы столь откровенного наплевательства на чужую жизнь! Здешним стряпухам придется найти другой повод насчет завести блинов побольше…

Все же – каков типаж! В целом состоянии наверняка был предметом воздыханий не одной местной красотки: ладно скроен, крепко сшит, рост где-то метр девяносто, на редкость пропорциональная фигура, и мускулатура впечатляющая, но никаких грубых «банок» и перекачанных квадрицепсов… Ровно очерченные брови с волевым изломом, густющие ресницы бросают зыбкую тень почти на пол-лица…

Это великолепие отметилось почти машинально – мое внимание было поглощено беглым сканированием. Все-таки странно, что его бросили здесь одного и даже не позволили хотя бы кому-нибудь из прислуги хотя бы раны промыть хотя бы водой… Кому же ты настолько помешал, сокол ясный, что не хватило великодушия и совести хотя бы добить, чтобы не мучился напоследок?! Только теперь «фиг вам» они получат, а не твой труп – хотя бы в силу вредности моего характера, не зря же меня сюда ноги принесли!

Суровые мысли прервал едва различимый шорох у приоткрытой двери. Я машинально дунула на свечу и затаила дыхание. Кому еще не спится в ночь глухую?! Три неслышных шага в темноте – и мои пальцы стискивают чье-то запястье, а другая ладонь крепко зажимает приоткрытый для крика рот. Предупреждающе шиплю в чужое ухо – человек быстро кивает несколько раз и перестает вырываться, а я, осторожно разжав руки, отступаю назад и снова нашариваю на боковой полочке плошку с оплывшим огарком. Так, что за полуночники здесь водятся?!

Это девушка, невысокая, но изумительно сложенная, длинноногая, с пышной волнистой пепельно-русой гривой, которую безуспешно пытались наскоро собрать в толстую, уже полураспустившуюся косу. Миловидное личико с остреньким подбородком выглядит совсем девчоночьим благодаря редкой россыпи мелких светлых веснушек по скулам, хотя ей наверняка больше восемнадцати; дрожащие руки комкают на груди старую шаль, наброшенную поверх домашнего простенького платья. Да и вся она, сдавленно всхлипывая, трясется как осиновый лист, но при этом не отрывает взгляда от ложа в глубине каморки, где чуть слышно стонет оставленная на волю случая жертва звериной агрессии и человеческой подлости. Правда, потом она все-таки поднимает на меня огромные зеленовато-прозрачные глаза, из которых ручьями льются слезы:

– Трэра… скажи правду – он умирает?!

Не дождетесь! Чтобы я да так просто позволила извести великолепный экземпляр?! Мое гневное фырканье словно лишило полуночницу опоры под ногами – она вдруг повисла на моей руке, давясь рыданиями:

– Помоги ему… помоги!.. Все, что захочешь!!!

Я едва сдержалась, чтобы не зарычать, остановила лишь необходимость блюсти конспирацию. Времени без того в обрез, а тут еще местных слабонервных красоток успокаивай! В приграничье ведь живут, пора бы уже и усвоить, что соплями… пардон! – слезами делу не поможешь! Я буквально за шиворот подняла с колен убитую горем девчонку, похлопала ее по щекам, ободряюще подмигнула в ответ на полубезумный взгляд и подтолкнула ее к выходу, предварительно быстрыми жестами пояснив, что мне потребуется для работы. Она исчезла бесшумно, как привидение, только пламя свечи заколебалось…

Я снова присела на край лавки возле раненого, привычно перенастраиваясь на глубокое сканирование. Так, переломы ребер и крупных костей правой руки налицо… и ключица, и еще… Машинально шепча заговоры, я только головой качала – попал бы ты ко мне на день, хоть на полдня раньше, насколько проще пошел бы процесс!.. А теперь – нате вам подарочков, хоть экскаватором греби! Черные, достаточно длинные жесткие волосы плотно укатаны в кровавые сосульки, через правую глазницу наискось тянется неровная царапина, багровая и вспухшая, но глаз уцелел, а лицо с правильными четкими чертами сплошь покрыто глубокими разрезами и кровоподтеками… Воспаленные рваные раны по всему телу, отравление степени «тушите свет…», сочащиеся вспухшие ожоги разной величины и тяжести, глубокое беспамятство, жесточайшая лихорадка, да и крови в нем осталось – кот наплакал… Хорошо еще, чья-то добрая рука наложила на места явных переломов грубые, но прочные лубки. По крайней мере не придется терять время, собирая сместившиеся кости заново…

В коридоре скрипнули половицы, но я обернулась, только закончив заговаривать боль, и… наткнулась на пристальный взгляд вприщур. Тлор?! В ответ на мою недоуменно-недоверчивую мину он коротко пояснил, кивая на девушку:

– Элси́я – моя сводная сестра, младшая. А его зовут Ренни́р… тебе ведь нужно знать имя?

Конечно, так будет намного легче достучаться до затуманенного сознания, но это развлечение отложим на потом, сейчас телесной оболочке прежде всего требуются человеческие условия. Недавний провожатый понимающе кивнул в ответ на мою выразительную жестикуляцию:

– Мы за этим и пришли. Лучше будет перенести его в мой дом.

Я ничего не имела против, и помощники тут же захлопотали, бережно пакуя бесчувственное тело в принесенное одеяло. За дверью ждал еще один доброволец в плаще с низко надвинутым капюшоном, так что его личность осталась для меня неизвестной. Снаружи было по-прежнему сыро, к тому же стало намного холоднее: дыхание повисало в неподвижном воздухе белесой взвесью; под ногами хлюпало и чавкало. Моя помощь не потребовалась, благо идти пришлось не особенно далеко, и через некоторое время можно было вздохнуть свободнее, не боясь привлечь ненужное внимание.

Пострадавшего уложили на низкой широкой лавке в отдельной комнатушке с жарко натопленной печью. Рядом уже стояли ведра с горячей и холодной водой, Тлор сосредоточенно рвал принесенную холстину на аккуратные полосы, а девушка деловито выставляла на табурет посуду.

Следующие два-три часа были не из тех, которые захотелось бы часто вспоминать. Я выложилась до зеленых кругов перед глазами – при том что помощники мне достались на зависть. Элсия, взяв себя в руки, вполне уверенно манипулировала перевязочными средствами, а ее братец безропотно толок в ступке все, что дали, подливал в котелки воды, когда сделают знак, отсчитывал нужных семян и листочков, сколько показано, и добросовестно мешал варево длинной деревянной ложкой строго в указанную сторону… При обработке открытых переломов и восстановлении лубков его помощь и вовсе была неоценимой. В завершение довелось повозиться с очень трудоемкой манипуляцией на скорое восстановление кровопотери, поскольку до переливания здешняя наука еще не дошла. Пришлось колдовать над сложным составом, в который кроме редких трав требовалось добавить не менее трех порций свежей крови от разных людей. Да и сам заговор явно составлялся человеком обстоятельным и неторопливым…

Теперь молодой лесничий выглядел намного лучше. Перестал метаться, дыхание выровнялось; ожоги обработаны, воспаление почти совсем снято, лубки наложены заново, раны зашиты и перевязаны, отмытая кожа поражала белизной, помноженной на бескровную бледность… Редкий типаж для здешних мест, и своеобразная форма двух пальцев на каждой кисти…

Еще одна особенность бросилась мне в глаза, когда я «высматривала» поломки в скелете – небольшое, с ноготь, округлое отверстие в грудной кости. Сначала я решила, что это след от проникающего ранения, только ни на одежде, ни на коже, ни в мягких тканях вокруг не нашлось никаких попутных повреждений – ни старых, ни свежих. Я озадачилась не на шутку, но потом припомнила, что подобные особенности могут быть и врожденными, на том и успокоилась.

Я тщательно вымыла руки остатками теплой воды и присела на свободный табурет, привалившись к бревенчатой стене и прикрыв ладонями глаза, отчаянно саднящие, несмотря на многократное промывание специальным отваром. То ж был денек!.. Что ни говори, а два совсем не легких случая на один вечер – это вам не литр клубничного варенья!.. Видимо, я ненадолго задремала, потому и не слышала, как брат и сестра двигались по комнате, прибираясь и перемещая раненого на кровать…

Очнулась от осторожного прикосновения к моему плечу и некоторое время оторопело хлопала глазами, пытаясь вспомнить, что, собственно, я делаю здесь и кто эти люди. Тихий стон из дальнего угла комнаты моментально привел меня в чувство, включив сенсоры намного раньше, чем память. Беглый осмотр – и можно вздохнуть с облегчением: в ближайшее время попасть на собственные поминки лесничему не грозит!

– Самое время выпить за его здоровье! – Неслышно подошедший Тлор протягивал мне объемистую кружку с вином. – Да и за твое не помешает…

Надо полагать! От этого предложения отказываться я не стала и без лишних уговоров подсела к небольшому столику в углу, где стараниями моих помощников был накрыт простой, но добротный ужин. Только сейчас я ощутила, как мой пустой желудок бурно возмущается вынужденным бездействием. Впрочем, против аппетитного запаха жареной дичи не устоял бы и сытый, а копченое сало мне вообще лучше не показывать в любое время года… Еще была миска с местными овощами (крупная белая редиска и жутковато-фиолетово-пятнистое, но неожиданно вкусное подобие помидора), приличный пучок влажной зелени, крупный и совсем не злой чеснок, сыр вроде брынзы, свежий серый хлеб и большой котелок с травяным отваром, а я очень кстати вспомнила о свертке с пирожками, так и пролежавшими до сих пор в бездонной знахарской сумке. Густое красное вино из пузатой оплетенной бутыли наливалось от души, едва пустели кружки.

После первого же тоста все заметно расслабились. Я, с энтузиазмом уничтожая трехэтажный бутерброд, повела взглядом в сторону спящего и вопросительно вскинула бровь. Тлор меня понял:

– У него нет семьи. Мать родом издалека, попала в наши края еще ребенком и умерла молодой, лет восемь назад. А отец… замуж она не выходила, сына же родила, говорят, от кого-то из хозяйских заезжих гостей. Редкой красоты была женщина, и руки золотые до всякого рукоделия…

Что ж, тогда многое становится понятным. Я заинтересованно прищурилась в сторону еще бледной Элсии. Он понимающе кивнул:

– Собирались на свадьбе погулять в начале зимы, только… такие вот дела…

У девчонки снова задрожали губы, а глаза мигом оказались на мокром месте, но я отрицательно покачала головой.

– Думаешь, обойдется?

Я возмущенно фыркнула – что за дурацкий вопрос?! Дотянулась, поочередно похлопала их по рукам и подмигнула.

– Все в наших руках, значит? А ты присмотришь? – впервые за все время улыбнулся Тлор с явным облегчением. – Будет сделано, госпожа! Твое здоровье!..

Когда мы прощались, он попытался вручить мне интригующе звякнувший кошель, но я отвела протянутую руку. Нет, сомнений в успешности своих усилий вовсе не было, просто у каждого собственные правила и добрые приметы. Лично я в подобных случаях предпочитаю получать вознаграждение за труды из рук самих пациентов – бывших…

Глава 3

Кто бы сомневался, что моя ночная прогулка не останется незамеченной! Только-только последние петухи пропели, а меня уже вызвали «на ковер». Скил, носивший спросонок еще более сумрачную и недовольную жизнью физиономию, чем в другое время дня, нарисовался в дверях временной палаты. В ответ на мою удивленную мину он сдержанно зевнул в кулак и без лишних слов кивнул в сторону апартаментов хозяйки. С каждым шагом по коридору во мне крепла уверенность, что госпожу Натиллу волнует совсем не вопрос о состоянии сына, ведь насчет этого она как раз в курсе во всех деталях просто потому, что за ночь наведывалась к нему в комнату не раз и не два… Да и приставленная помощница, в отличие от меня, речью владеет в достаточной степени, чтобы просветить всех желающих на интересующую тему. Хотела бы я ошибиться!

Тем не менее первым из уст супруги почтенного сеттена прозвучал вопрос о том, как долго наследник будет без сознания. Госпожа, умытая и с убранными в красивую прическу волосами, возлежала на пышной необъятной кровати среди горы подушек и попивала свежеприготовленный отвар. Я невольно усмехнулась, уловив знакомый запах – сложный травяной сбор, заметно способствует поддержанию и умножению любовных сил и сохранению молодости. Делается на заказ и стоит очень дорого, поскольку его составляющие надо собирать в разных гибельных местах, долго и небезопасно, да еще каждый в свое время…

С ответом я не торопилась. Меня почему-то не прельстила перспектива стоять у порога навытяжку, поэтому я, больше не дожидаясь приглашения, шагнула вглубь комнаты и присела на ближайший пуфик. Хозяйка поджала губы:

– Я тебя звала не на посиделки! Когда мой сын сможет говорить?

Подумав, я показала на пальцах: через шесть-семь дней. Может, конечно, и раньше оклемается, учитывая качество ухода, но торопиться не стоит. Натилла кивнула, отпивая из расписной с золотом чашки:

– Что ж, ты неплохо справилась, но не надейся, что это время будешь бить баклуши!

Я изобразила на лице глубочайшее недоумение, едва удержавшись от резкого комментария вслух, и получила в ответ:

– За жизнь Толла́рта отвечаешь головой! А посему будь любезна все время находиться при нем, а не шляться по замку! Недоглядишь – пеняй на себя!!!

Правильно, слышали уже, а вот насчет пространства за пределами замка разговора, между прочим, не было! И если уж на то пошло, мои «шляния» наследничку никак не повредили! Помощь ему оказали в первую очередь и по высшему классу, в ближайшие сутки никаких изменений в состоянии не предвиделось, а я вообще не привыкла спрашивать кого бы то ни было, чем заниматься в свободное время. Смена выражений на лице и мой взгляд, устремленный в голубую даль, заставили строгую госпожу сдвинуть брови.

– Все прочее, что происходит здесь, тебя не касается! Я плачу за спасение моего сына, так что даже не надейся на прибавку!

Намек – прозрачней некуда. Я, по-прежнему глядя мимо нее, только плечом повела. Брови на грозном лице сдвинулись еще суровее.

– А с дерзкими ослушниками у меня разговор короткий!

Да, конечно, особенно если учесть, что на сей раз ослушница – птица вольная и в принципе ни с кем не разговаривает!.. Что-то в моем взгляде в упор хозяйке не понравилось, она даже в лице изменилась, но сказать ничего не успела – открылась дверь, и почтенный Дерентр шагнул через порог.

Несмотря на ранний час, он был полностью одет, разве что с непокрытой головой. Пристальный взгляд проницательных карих глаз на несколько мгновений задержался на мне, вставшей при его появлении. Затем он коротко кивнул, прошел в комнату и с тяжелым вздохом опустился в массивное кресло. Супруга аккуратно поставила на тумбочку опустевшую чашку и вкратце прояснила мужу положение вещей на сегодняшнее утро. Некоторое время он сидел, глядя в сторону и барабаня пальцами по подлокотнику, потом снова вскинул на меня глаза:

– Что тебе понадобится для работы?

Я вытащила из кармана и протянула ему сплошь исписанный кусок пергамента, заготовленный заранее, а знаками объяснила, что мне потребуется как минимум однажды покинуть замок, дабы пополнить запасы необходимых трав. Он задумчиво покивал, затем повернулся к супруге с каким-то вопросом. Я не вникала в суть завязавшегося разговора, поскольку была поглощена увиденным. Собственно, ничего такого уж особенного… но это опять же – как посмотреть!

Начать хотя бы с руки, которая все еще держала пергамент. Хорошая рука, я бы сказала – надежная, крепкая, внушающая доверие, вполне в моем вкусе, но главными на текущий момент стали детали совсем иного рода. Укороченный мизинец и слегка искривленная средняя фаланга безымянного пальца… И на другой кисти то же самое! Следовательно, травма тут ни при чем. В глаза, конечно, не бросается… вернее – бросается, но не каждому. А уж мои сенсоры такую особую примету не пропустят! Я пристальней «вгляделась» в сидящего передо мной мужчину: вот они, пожалуйста, брови с четким изломом и характерные затылочные кости… А своеобразное небольшое отверстие в грудине я уже «видела» совсем недавно у другого человека! Интересная в итоге получается картина – маслом по бутерброду с инкрустацией икрой!..

Я, конечно, не доктор Кости из одноименного сериала, но с памятью пока дружу, да и два и два сложить не проблема. Правда, получается совсем не четыре, а бог знает что… Вот, значит, от кого из «хозяйских заезжих гостей» родился в свое время сын у красавицы-белошвейки! А насчет семимесячности потомка здешней строгой владычицы меня и раньше сомнения брали…

Супруги были заняты разговором, временно забыв о моем присутствии, воспользоваться этим было совсем не грех. Я недолго думая нашарила в кармане один из выданных авансом золотых и сжала в пальцах, прикрыв глаза. Ну же, дар божий, не подведи!.. Процесс шел с трудом – слишком недолго пробыла монета в руках у дражайшей половины почтенного сеттена. Я сделала глубокий вдох-выдох, сосредоточилась… Перед глазами сильно зарябило, поплыли разноцветные круги, трансформируясь в четкие предметы и образы. Всего лишь несколько ярких динамичных «картинок», отобранных из общей пестрой мешанины, дали ответы на все вопросы. Приграничье, что ни говори, владения беспокойные, Дерентр частенько совершал долгие поездки в дальние наделы, а до соседнего замка рукой подать, а хозяин его помоложе, покрепче и, по всему видать, посимпатичнее оказался, на хозяйкин вкус… да и делами не столь загружен…

И потом, женщину не проведешь – госпожа Натилла наверняка была в курсе шалостей супруга с красотками из окрестного простонародья, поэтому не особенно мучилась угрызениями совести, выдавая нагулянного на стороне сыночка за единственного наследника древнего аристократического рода, тем более что для матери обеспечить своим детям будущее – святое дело… А внебрачного мужнина потомка, пока секрет не раскрыт, сослала в отдаленные леса с глаз долой и при первом же случае постаралась от греха подальше сжить со свету под благовидным предлогом – скончался от ран, полученных на охоте, какие могут быть вопросы, на все воля богов! Только не учла одного – что небожители, изъявляя эту самую волю, спрашивать у нее совета и согласия совсем не собирались…

«Эскадрон моих мыслей шальных» галопом проскакал по сознанию, оставив полный сумбур в гудящей голове и смятение в душе. Как же мне теперь объяснить это все почтенному аристократу?! Насчет «надо ли» не было ни малейшего сомнения – надо, и чем быстрее, тем лучше. Сам Реннир еще беспомощен, как новорожденный котенок, а невеста, хоть и с братом, не самая надежная защита при таком-то раскладе в благородном семействе, а женушка многоуважаемого наместника – особа весьма решительная, тем более будут затронуты дела наследные, а это совсем-совсем не шутки!..

Дерентр еще раз пробежал взглядом поданный мной список, кивнул, передал его супруге и поднял на меня глаза. То ли боги ему подсказали нужную формулировку, то ли он что свое имел в виду, но вслух прозвучало именно то, что меня более всего устраивало:

– Хорошо. Делай все, что считаешь нужным. Оплатим достойно, препятствий никаких не будет, а если возникнет в чем нужда – обращайся прямо ко мне.

Я же, пользуясь тем, что его благоверную срочно заинтересовало состояние собственных ногтей, стрельнула глазами в сторону и подмигнула. Хозяин дома, недоуменно вскинув брови, открыл было рот, но я нахмурилась и демонстративно прикусила кончик собственного языка. Сеттен секунду помедлил, звучно кашлянул и повернулся к супруге:

– Я скоро вернусь, дорогая, только проведаю сына.

Как в воду глядел! Именно это я и имела в виду, когда повела Дерентра мимо двери в комнату, которая служила больничной палатой Толларту, в боковой коридор, из которого можно было быстрее и проще попасть во двор.

– Послушай, уважаемая, не время для шуток!..

Я нетерпеливо тряхнула головой и знаками показала: раненый спит, с ним все в порядке, а нам нужно в другое место, и чем быстрее, тем лучше! Он озадаченно нахмурился, но, к счастью, возражать не стал и двинулся вслед за мной, время от времени так же переходя на трусцу.

По дороге мне пришлось усиленно шевелить извилинами, решая не последний по значимости вопрос: каким же образом исхитриться, чтобы просветить наместника насчет его родственной связи с другим пациентом и при этом не выйти из роли, сохранив свою немоту?! Но в итоге все оказалось даже проще, чем предполагалось. Правда, произошла небольшая заминка в самом начале, когда мой спутник помедлил у порога чужого дома и повернулся ко мне с явным намерением задать парочку назревших вопросов, но не успел – навстречу вышел Тлор и, тоже ничего не объясняя, приглашающе распахнул двери перед господином. И еще одна – когда Дерентр шагнул в комнату, увидел тело моего нелегального подопечного, плотно упакованное в холстинные бинты, и остановился, с откровенным недоумением разглядывая мумиеподобную фигуру.

Я подошла к ложу и жестом подозвала своего спутника, нетерпеливо притопнув ногой, когда он замешкался. Взяла Дерентра за широкое запястье и осторожно приподняла горячую кисть больного… Когда две руки оказались рядом, сходство само бросилось в глаза. Почтенный сеттен замер, неотрывно глядя на получившуюся композицию, а я, немного выждав, пока пройдет первый шок, продолжила демонстрацию обнаруженных улик. Откинув с высокого лба Реннира пряди влажных волос, кончиком пальца провела по густым бровям, потом повторила то же движение в воздухе вблизи лица наместника. Тем же манером обратила его внимание на схожесть линий затылка и приостановилась. Черт побери, а как предъявить ему самое главное доказательство предполагаемого родства?! Не делать же вскрытие по живому, ведь по нашу сторону Границы о рентгене даже в страшных сказках еще не упоминается!..

Но в этот момент мой спутник, успевший основательно побледнеть за последние пару минут, неожиданно сам проявил инициативу. Он склонился над раненым, осторожно повернул его голову влево и попытался отогнуть бинты. Я, вдруг поняв смысл его действий, сняла несколько витков полотняной ленты и аккуратно приподняла прикрывавший рану кусок холста, сложенный в несколько раз и пропитанный специальным настоем. На припухшей покрасневшей коже у самой линии волос явственно просматривалось небольшое темно-коричневое родимое пятно, похожее на толсто выписанную букву N… Видимо, подобная особая примета имелась у матери моего пациента, царство ей небесное!

Я невольно покачала головой, с трудом удержавшись от комментария вслух – что-то в этом году везет мне на приключения с «киношным» привкусом! Сначала события развивались так, что впору было за хорошие деньги продавать идею в Голливуд, а теперь происходящее все больше напоминало сюжет индийского сценария. Во всяком случае в наличии уже имелись любовные многоугольники, хитрые отрицательные герои, утерянное и вновь обнаруженное родство и родимые пятна в качестве опознавательных знаков! Оставалось только похлопотать о создании соответствующего антуража и перейти к индивидуальному и коллективному распеванию задушевных песен, куплетов этак на двести, с посильным исполнением традиционных танцев…

Сдавленный возглас «О боги!» вернул меня к действительности. Я догадливо подвинула ближе табурет, на который Дерентр тут же опустился, не сводя взгляда с неподвижно лежащего парня и распуская шнуровку на вороте плотной рубашки. Протянутую мной кружку он принял не глядя и осушил до дна. Пока хозяин замка приходил в себя, я успела привести в порядок повязки, напоить пациента и присесть на лавку.

К чести новоявленного папаши, с шоком он справился на удивление быстро. Не успела я подумать, что надо бы вернуться в замок, пока нас не хватились, как он встал, одергивая камзол:

– Нам пора!

И зашагал впереди меня через двор в непонятном пока направлении. Оказалось – к потайной двери, ведущей в узкий темный коридор, через который попасть к нужным покоям удалось быстрее раза в четыре. Всю дорогу Дерентр молчал, но перед очередной дверью задержался и повернулся ко мне.

– Кто еще знает кроме тебя?

Я парой метких жестов изобразила его благоверную. Он помрачнел, нахмурился, потер подбородок и снова взглянул на меня.

– Что ж, теперь многое прояснилось. Он будет в опасности, пока официально не признано родство, а на это потребуется время… Сделаем так: на моей совести разговор с супругой и формальности, ты же продолжай делать свое дело. Надеюсь… впрочем, не думаю, что ты нуждаешься в моих советах и просьбах об особом внимании!

Я коротким кивком выразила согласие.

– Охранять его – тайно – будут мои самые проверенные люди, но если что сама заметишь, сразу дай мне знать! За свою жизнь тоже можешь не опасаться.

Он кивнул в ответ на мой признательный полупоклон и взялся за витую ручку.

Как уж тот разговор происходил, не знала не только я, но и никто из вездесущих слуг, как бы странно ни выглядел подобный факт. В принципе не столь значимо, какие применялись методы убеждения и аргументы, важен итог – Реннира в тот же день с осторожностью переместили в комнату немного дальше по коридору от покоев моего первого пациента. Обитатели замка, дав разгуляться фантазии и вволю посудачив, пришли к выводу, что это своего рода признание хозяевами заслуг молодого лесничего в деле спасения наследника на неудавшейся охоте. На том и успокоились, а мне стало гораздо проще выполнять свои обязанности, по крайней мере не было необходимости в скрытной беготне на время.

Сеттен слов на ветер не бросал – двое вооруженных людей постоянно были при пострадавшем, укрытые в потайной части комнаты, которая отделялась от основного пространства ложной стеной с вращающейся дверью. Дважды в день лично ему в руки я подавала письменный отчет об изменениях в состоянии, с подробным описанием любых подозрительных происшествий – на этом Дерентр настаивал особо и каждый раз при мне сжигал очередной опус после прочтения (надо полагать, потому что знал свою дражайшую половину как никто другой!).

Госпожа Натилла продолжала регулярно навещать сыночка и наблюдать за моими манипуляциями, но уже ни во что не вмешивалась. Более того – ни словом, ни жестом не дала понять, как относится к распоряжению своего супруга, однако непроницаемо-суровое выражение ее лица вызывало сильное беспокойство. Мне, кроме прочего, совсем не нравилась мысль, что с парнем все-таки случится что-нибудь вредное для здоровья, а крайней станет нерадивая знахарка – сама бы подстроила нечто в таком духе, будь я отрицательным персонажем! Поэтому поневоле пришлось удвоить бдительность и утроить подозрительность…

Например, пару раз отправить обратно приготовленную для раненого еду. Нет, ничего конкретного уловить не удалось, но я предпочла принять во внимание не мину оскорбленной невинности на лице служанки, а смутную тень подозрения, мелькнувшую на самой границе с подсознанием. Решив, что профилактика не повредит, прогулялась на кухню и демонстративно продегустировала решительно все, что могло считаться съедобным. При этом долго принюхивалась к каждой пробе, нацепив на лицо выражение крайней степени недоверия, и периодически морщилась и отплевывалась… не особенно вглядываясь, в кого попадаю.

Неизбежные возражения со стороны местного шеф-повара, возмущенного таким неделикатным вторжением, я решительно прервала в самом начале, доходчиво пояснив жестами, куда именно следует ему пойти прямо сейчас и с кем и чем именно и в какой последовательности заняться… Нет, хамство я сама не приветствую, но самое интересное состоит в том, что после моего беспардонного демарша никаких сомнений в качестве пищи почему-то больше не возникало!..

Спать вполглаза мне тоже не привыкать, хотя на этот счет можно было и не утруждаться. С ночными бдениями нэфи легко справился бы сам, да и чувство юмора у него, как оказалось, имелось нисколько не мягче моего собственного. И все же я по-прежнему проводила темное время суток в кресле в дальнем углу комнаты Реннира, особо не афишируя свое присутствие, и результат не заставил ждать. В одну из ночей мы с Фадиком одновременно засекли медленно движущийся по коридору объект. А точнее – здоровенного полуодетого детину, который, не открывая глаз, брел нога за ногу прямиком к «палате», где я в силу сложившихся обстоятельств предпочитала проводить большую часть своего досуга.

Без труда узнав помощника кузнеца, которому в такое время суток полагалось видеть примерно десятый сон в людской на первом этаже, я даже не стала тратить время на догадки о том, что вдруг могло ему понадобиться в этой части замка. Достаточно было увидеть, как он скупыми точными движениями подворачивает рукава длинной белой рубахи, а потом достает из голенища короткого, обутого на босу ногу сапога что-то вроде стамески и без видимых усилий открывает массивную, окованную металлом дверь, напрочь свернув голову замку.

Самое интересное, что, если бы даже он при этом шумел пуще спятившего слона в посудной лавке, тайная охрана и ухом бы не повела. Оба стража, как выяснилось чуть позже, спали крепче убитых, осев кто где в неудобных позах и разя при этом перегаром так, что резало глаза от порога. Каким образом они умудрились так нализаться – тоже интересный вопрос, особенно если учесть, что двумя часами раньше я лично убедилась в их вполне работоспособном и вменяемом состоянии…

Впрочем, с этими шарадами пусть развлекается их работодатель, наше дело – предотвратить недопустимое! Я, не вставая с нагретого места, почесала Фадика за ушком, и мы одновременно подмигнули друг другу. Нэфи неслышно спрыгнул с моего колена и, превращаясь на ходу в плотную струйку дыма, двинулся к порогу, на котором замер, покачиваясь, незваный гость. Смотрелся он довольно эффектно – массивный черный силуэт на фоне дверного проема, освещенного зыбким светом факелов… жаль, что кино здесь пока не изобрели, а то я бы только за этот год на ужастиках состояние сделала!.. Не возьмусь утверждать, на самом ли деле громила страдал жесткой формой лунатизма или был на редкость одаренным актером-самоучкой, только в чувство ему пришлось прийти поневоле.

Процесс возвращения к реальности сопровождался дикими прыжками в сочетании с протяжными пронзительными воплями, невнятной бранью и визгом, доходящим почти до ультразвука, чего лично я никак не ожидала услышать от мужичины такой комплекции… С другой стороны, его несложно понять – о какой сдержанности может идти речь, если из-под ног вдруг начинает стремительно расти огненная змея толщиной с тебя самого, у которой по мере удлинения увеличивается число голов на шеях с раздувающимися капюшонами?! А уж когда жуткая тварь обвилась вокруг трясущегося тела пламенеющим кольцом и заглянула в лицо несчастной жертвы сразу всеми четырнадцатью огромными немигающими глазами, каждый из которых имел щелевидный вертикальный зрачок, сочащийся мертвенно-синим сиянием…

На крики сбежалось множество перепуганного спросонок народу (кроме охранников, которых смена кое-как добудилась только на следующий день). Я постояла на пороге, демонстративно зевая в кулак и недоуменно пожимая плечами, когда ко мне обращались вопросительные взгляды. Общими усилиями незваного ночного посетителя удалось усмирить, связав на всякий случай, и увести, бурно и громко делясь впечатлениями от странного происшествия. Проводив гомонящую процессию взглядом, я захлопнула дверь и снова устроилась в кресле, попутно благодарно чмокнув ненаглядного хранителя в холодную влажную пуговку носика. Фадик снисходительно фыркнул и привычно свернулся клубком на моих коленях.

Спорю на что угодно, финал сюжета задумывался иной! Чем плох такой сценарий: не устоявший перед чарами ночного светила мордоворот забредет во сне – совершенно случайно! – в комнату, где мирно спит раненый (опять же в силу нелепого стечения обстоятельств оказавшийся той самой персоной нон грата, присутствие которой наверняка лишило хозяйку дома как минимум аппетита!), коего нечаянно придушит подушкой. Причем будет уверен, что расправляется с увиденным в кошмаре гигантским тараканом, и с чувством выполненного долга прикорнет на этой же постели. Утром выяснится, что произошла страшная ошибка и трагическая случайность, но будет поздно рвать волосы где бы то ни было…

Меня, чего доброго, еще и лечить бы его заставили – без малейшей надежды на успех, если дело было в хорошем заклятии. В этом, кстати, я уже не сомневалась, ибо успела разглядеть характерный синеватый оттенок живого свечения вокруг фигуры полуночника… Потом, после недолгих разбирательств и поисков крайних, горе-киллера показательно казнили бы, а горе-знахарку, которая не уследила за подопечным, да и в целом не позаботилась вовремя отрастить руки из нужного места, с позором вытолкали бы взашей – в лучшем случае…

По спине радостно прогалопировала приличная толпа отборных ледяных мурашек. Несколько раз подряд и в разных направлениях… Наверняка так оно все и должно было произойти, так что незадачливый убийца, сам ставший жертвой стороннего воздействия, легко отделался! В ближайшее время скучать ему не придется, потому что теперь кроме качественно отрепетированного (или хорошо наколдованного) лунатизма у него будет самый взаправдашний энурез, да еще и с элементами заикания в качестве бонуса. Нет, не постоянно – лишь когда начнет говорить… например, пытаясь рассказать, как на него, мирно следующего ночью в сортир (какая разница, в какую сторону?!), без повода и предупреждения напал кошмарный призрак огромной змеи-мутанта…

Напоследок в голову пришла еще одна мысль, вполне закономерная, но от этого не ставшая более радостной или обнадеживающей: независимо от результата ночное происшествие являло собой прямую угрозу мне самой! Если даже не открытое объявление войны, то по меньшей мере предупреждение… Судите сами – вывести из игры охрану не составило труда, легко зомбирующихся исполнителей полон замок, а высокий уровень используемой магии не вызывает сомнений. Да, сразу наносить удар не стали, но это, скорее всего, лишь потому, что в моих услугах до сих пор остро нуждается официальный потомок почтенных аристократов, а вот как только… так сразу и…

Ч-ч-черт, этого мне еще не хватало!!! Но что сделано, то сделано, и остается только продолжать начатое, ведь если взялся за душ, не говори, что не муж… нет – если телом не дюж, не околачивай груш… тьфу! Что-то сегодня моя память не в ладах с перлами народной мудрости, а значит, как всегда: поживем – увидим!..

Глава 4

Следующие два-три дня выдались на редкость спокойными, если не считать хлопот по уходу за ранеными, но с таким количеством помощниц, которыми снабдили меня хозяева, это не было проблемой. Самочувствие подопечных постепенно улучшилось настолько, что я начала подумывать о прогулке по ближайшим лесам – наконец-то можно стало себе позволить отлучиться хотя бы ненадолго, как раз для сбора некоторых трав сроки подошли. К тому же и случай представился благоприятней некуда…

В замок пожаловали одна за другой делегации сразу из нескольких поселений, расположенных к западу на разном удалении. Схожее состояние ходоков наводило на мысли о том, что кто-то – или что-то – пугало их настолько сильно и долго, что это сказалось на здоровье. Ничего конкретного рассказать они не смогли, но просили наместника об одном и том же – прислать знахарей или колдунов, которые смогли бы разобраться с напастью, одолевшей всех поголовно и оказавшейся не под силу местным умельцам.

В итоге сеттен решил не откладывать благое дело в долгий ящик, и мне было дано добро на конную прогулку после того, как оставлю подробные письменные указания по поводу лечебных мероприятий на ближайшее время. Следом выдвинулись двое посланных Дерентром вооруженных воинов. По дороге, перетряхнув так и этак информацию, которую удалось получить при общении с доведенными почти до невменяемости людьми, можно было догадываться, с чем придется иметь в этот раз дело.

На подходе к первой же деревушке стал проявляться основательный дискомфорт. Начать с того, что с обычным зрением творилось неладное – линия горизонта вздумала вдруг «ломаться», и откуда-то взялось навязчивое чувство страха. Нет, я себя чувствовала прекрасно благодаря защите медальона, это чужие ощущения настойчиво пытались вытеснить мои собственные. Ничего удивительного, я давно привыкла к своей способности пропускать через себя чужую боль, особенно физическую… Мои спутники все чаще выказывали беспокойство и озирались в тщетной попытке обнаружить неведомую угрозу – и это при том, что ехали мы по ровной и пока безлесной территории, а сканеры добросовестно показывали полное отсутствие всякого присутствия любых опасных объектов!

Дальше – больше. По мере приближения к уже видневшимся впереди первым домикам у служивых сильнее кружилась голова, звенело в ушах, нарастала слабость и дрожь в мышцах, пересохло во рту, а чуть позже им пришлось распрощаться с недавно съеденным обедом. Перепуганные местные жители в полном составе встретили нас у околицы, но возвращаться в деревню отказались наотрез. Все они поголовно имели в разной степени бледный вид в сочетании с кашлем и побелевшими от страха глазами.

Ничего вразумительного добиться от них так и не удалось, но мне картина уже была почти ясна, не зря в свое время приходилось много читать о воздействии на организмы звуковых колебаний разной частоты. Оставалось отыскать и устранить источник инфразвука, попутно гадая, откуда бы ему тут взяться.

В дальнем поселении все происходило по тому же сценарию. Совсем позеленевшую охрану я оставила с народом – присматривать друг за другом, сама двинулась вперед, понукая дрожащего и сопротивляющегося коня. Дело кончилось тем, что пришлось его бросить в ближайшей роще и дальше идти на своих двоих. Больше всего «радовало» то, что искомый объект мог находиться не в одном часе пути, учитывая особенности этого явления, но интуиция подсказывала, что соседнее государство тут все-таки ни при чем.

Равно как и упоминаемые в справочниках традиционные источники инфразвука: землетрясения здесь попадают в категорию «небывалое и невозможное», океан слишком далеко, и уж ни о каких компрессорах, локомотивах, вентиляторах и двигателях и речи быть не могло. Кроме того, судя по разнообразной реакции организма, сила и частота звука все время менялась, а из этого следовал единственный возможный вывод – его издавало живое существо. И я, пожалуй, догадывалась, какое именно…

Чтобы удостовериться окончательно, пришлось отмахать не один километр по бурелому и непроходимой чаще. Солнце успело сесть, уступив место упитанному серпику меньшей луны, а я только-только закончила продираться через густые заросли не в меру колючего кустарника и вышла к заболоченной части леса.

Это был тот самый случай, когда ошибка доставила бы куда больше радости… На невысоком пригорке сидела акаратисса и выла, задрав к звездному небу окровавленную морду. Неподалеку обнаружилась причина глубокой тоски, которая была явственно слышна в рвущем душу низком хриплом стоне. Самец при всем желании сейчас не смог бы проявить мстительность и подлость натуры, он просто медленно угасал от полученных увечий. А верная подруга, после тщетных попыток зализать его раны, спрятать и защитить от преследователей, изливала отчаяние в низкочастотном вое, заставляя все живое метаться в беспричинном, казалось бы, ужасе…

На меня обратили внимание только тогда, когда я шагнула из кустов на открытое место. Самка одним прыжком заняла позицию между мной и умирающим зверем. Спина выгнулась горбом, шипы на хвосте устрашающе встопорщились, с оскаленных зубов капала слюна, с шипением прожигая дымящиеся дыры в плотной моховой подушке. Удлиненные глаза, горящие жутким белым пламенем, смерили меня взглядом, не обещающим ничего хорошего. На плече беспокойно завозился и заурчал нэфи, но я успокоила его, погладив кончиками пальцев пушистую спинку:

– Не шуми зря, нам ничто не грозит!

Если рассуждать здраво, глупее поступка не придумаешь: добровольно соваться в пасть раненому и озлобленному хищнику! Но акаратисса почему-то не спешила нападать… Я медленно протянула вперед руки, показывая, что в них нет оружия.

– Ты же видишь – я не враг! И пришла одна… Позволь мне подойти!

Акаратисса издала низкое рычание, от которого меня согнуло пополам: пришлось убрать защитное поле, чтобы зверь мог «прощупать» мое сознание и убедиться в отсутствии у меня подлых помыслов. Но инфразвук такой частоты мне долго не выдержать… Риск себя оправдал – в моих мыслях не обнаружилось никакого негатива, только искреннее участие и сострадание, и ее верхняя губа медленно вернулась на место, пряча жуткие сдвоенные клыки. Я давно подозревала, что эти существа не так уж опасны для человека и гораздо разумнее, чем принято считать, а что касается агрессии и злопамятности… Кому, интересно, понравится, когда к нему в дом постоянно лезут незваные гости с опасными для жизни хозяев намерениями?! Видимо, поэтому способность к звуковому воздействию появилась именно у самок, а может, это результат мутации?.. Впрочем, для изысканий на подобные темы не самый подходящий момент!

Потребовалось некоторое время, чтобы отдышаться, унять головокружение, тошноту, звон в ушах и противную дрожь в мышцах, а заодно убедить сердце вернуться на свое законное место. Нэфи недовольно урчал и фыркал, но пока не вмешивался, а потом и вовсе принял вид безобидного украшения. Хищница умолкла окончательно и нехотя попятилась, давая мне пройти. Я опустилась на колени у неподвижно лежащего массивного тела, машинально отметив, насколько пропитались кровью земля под ним и ближайшие островки седого мха.

Напрасные надежды – ничем не смогу помочь… Нет, лесничий то ли в силу должностных обязанностей, то ли в силу благородности натуры несколько раз попытался просто и без лишних выкрутасов отрубить опасному зверю голову, которая, собственно, и являлась вожделенным трофеем – по крайней мере смерть была бы мгновенной! Но вот молодого аристократа какая-то добрая душа научила пользоваться оружием с наконечником, носившим изящное название «красная лилия». Это изобретение здешних оружейников представляло собой несколько лезвий-«лепестков», сделанных из особого сплава специальной закалки. Они упруго сворачивались в одно длинное коническое острие-бутон и, достигая цели, расходились и выворачивались наружу, пластая в мелкую фигурную лапшу все, что подвернулось под их бритвенно-острые края. К тому же охотничка подвели нервы, надо было без особой суеты устроить всего лишь пару точных попаданий в убойные места, но где там… И сейчас я сквозь горячую пелену гневных слез могла только любоваться зрелищем сплошной кровавой мешанины в местах многочисленных ударов, щедро нанесенных старательной рукой куда придется…

Любое другое существо таких размеров погибло бы в первые же сутки от ран, болевого шока и потери крови, но акаратиссы слишком живучи, себе на беду. Мощный организм будет бороться до последнего, только продлевая агонию. Но ведь можно хотя бы прекратить страдания!.. Самка словно подслушала мои мрачные мысли – едва слышное жалобное поскуливание резануло и слух и душу… Нет, с этим надо покончить! Я поднялась, дошла до брошенной в кустах сумки, достала небольшую бутылочку темного стекла с плотно пригнанной пробкой и оторвала кусок от чистой холстины. В свое время зелье удалось мне на славу! По крайней мере он перестанет страдать, просто вдохнет и уснет, очень быстро и крепко… навсегда…

Я стояла и смотрела на бездыханное остывающее тело, не замечая собственных слез, которые горячими ручейками бежали по лицу, капая на рубашку. Несколько дней назад это был великолепный зверь, венец творения здешней эволюции, полное сил существо, которое просто хотело жить… Эх, люди, самим не живется мирно и другим не даете!.. Самка, не переставая жалобно скулить, принялась царапать когтями плотную, переплетенную корнями почву, и предупреждающе зарычала, когда я протянула руку с ножом к приоткрытой пасти мертвого хищника.

– Успокойся! – тихо сказала я, стараясь не делать резких движений. – Мне трофеи не нужны, только возьму немного яда, ведь ему он уже ни к чему…

Я осторожно нащупала бороздки на задней стороне ядовитых зубов, пристроила лезвие так, чтобы мутноватая струйка стекала по нему прямо в широкогорлую склянку со специальным фиксирующим раствором. Потом зашнуровала сумку, подобрала подходящий толстый и острый сук, встала бок о бок с хищницей и тоже принялась ковырять сырую дерновину. Не стоило бросать безвременно погибшую живность на растерзание кому попало, тем более радовать здешних охотничков за головами… Уж они-то не погнушаются безболезненно «добыть» экзотический трофей, не замарав ручек, а потом еще и вымудрят на зависть прочим недоумкам поучительную балладу о героическом сражении с кровожадной, смертельно опасной тварью. Нет уж, пусть распугивают гостей своими собственными портретами… а хоть и чучелами!!!

Лучи рассветного солнца пробились через плотные кроны вековых деревьев и придали золотисто-розовый оттенок всклокоченной шерсти акаратиссы, понуро сидящей у свежезакопанной ямы. Я закончила маскировать захоронение ветками, мхом и хвоей, наскоро стряхнула землю и мелкий сор с рук и штанин и выпрямилась, потирая усталую спину. Светящиеся мертвенно-белым глаза хищницы взглянули на меня в упор. Я покачала головой:

– Тебе нужно уйти – чем быстрее, тем лучше!

И, не обращая внимания на оскал и хриплое рычание, продолжила, стараясь говорить короче, тише и яснее:

– Они боятся твоей мести, поэтому в покое не оставят, пока не убьют. А ты еще можешь успеть найти себе другую пару, только подальше отсюда… Уходи сейчас, иначе будет поздно!

Нет, сразу она не ушла. Еще повыла – уже в обычном звуковом диапазоне, сидя на пригорке и глядя в никуда потускневшими немигающими глазами. Затем встала, пристально посмотрела на меня, словно запоминая, потом встряхнулась и, не оглядываясь, неслышно растворилась в густой тени среди непролазного подроста…

Я с облегченным вздохом привычно вскинула на плечо сумку и спустилась в ближайший овраг, на дне которого приветливо журчал ручеек. Вода – чистая, ледяная, быстротекучая – как раз то, что мне сейчас необходимо!.. Я, несмотря на утренний холод, не удержалась – разделась и наскоро ополоснулась целиком, отыскав место поглубже, а потом, стуча зубами, снова натянула одежду, выбралась наверх и долго сидела на замшелом стволе давно поваленного дерева, подставляя солнцу мокрое лицо. Нэфи, который по-прежнему не очень-то любил находиться в виде неодушевленного предмета, перебрался ко мне на колени, свернулся уютным клубочком и гулко мурлыкал, вылизывая мохнатые когтистые лапки.

– Ну что, друг, дело сделано… разомнемся?

Довольное фырканье сопровождало короткий процесс трансформации. Одежда и сумка подождали там, где их оставили, пока мое тигроморфное величество наперегонки с «котенком» пробежалось по ближайшим окрестностям, старательно «печатая» свои следы где рядом, а где и поверх оставленных акаратиссой. Наверняка найдутся-таки желающие попытать счастья насчет обзавестись трофеями на халяву, вот пусть и поломают свои светлые головы на предмет неожиданного пополнения родной фауны!.. Заодно и редкими травками разжилась.

Я заканчивала одеваться, когда нэфи, сидевший на поваленном стволе и лениво чесавший за ухом, вдруг насторожился, вперив пристальный взгляд куда-то в самую гущу ветвей. Тут же распущенная «поисковая сеть» выдала вполне мирную картинку, только почему-то настораживало небольшое округлое пятно, непроницаемое для сканеров и подозрительно подвижное. К тому же его изображение сильно рябило, что не просто говорило, а криком кричало о наличии магического прикрытия. И с чего бы в такой глуши на этих старых соснах начинать расти подобным «фруктам»?!

Долго мучиться в догадках не пришлось. Длинная тонкая струя красно-белого пламени, почти неразличимого в солнечных лучах, прицельно угодила в самый центр непонятного явления. Секундная пауза, и к подножию векового дерева упал пылающий комок, а я, подбежав, успела сбить пламя курткой до того, как жертва обуглилась до неузнаваемости.

Это была птица, очень похожая на дятла, только пепельно-серая с частыми черными рябинками по спине и такими же полосами по краю крыльев и хвоста. С первого взгляда и не понять, чем она привлекла внимание, но вот «скрытым зрением» очень хорошо различимо неясное мерцание слегка синеватого оттенка, окутывающее нижние конечности птахи. Я осторожно, самым кончиком пальца потерла жесткие чешуйки на ее «подошве», убедилась, что теперь так же начала мерцать и моя кожа, и подняла голову. Пришлось несколько раз перенастраивать сенсоры и сильно сузить охват «поисковой сети», прежде чем удалось разглядеть на стволах и ветках некоторых деревьев следы той же светящейся субстанции. Неровная цепочка мерцающих отметин вела в ту сторону, откуда не так давно я пришла на это живописное местечко…

И кому бы это вдруг приспичило узнать, где я гуляю в свободное от перевязок время?! И главное – зачем?!! Первым делом пришла в голову мысль, что это проделки того иномирского колдуна, который давно и всерьез озаботился воцарением над всеми и вся в этом измерении, немного споткнулся о нашу теплую компанию, но, надо полагать, от замыслов своих не отказался. Нет, вряд ли, он бы замутил что-нибудь соответствующее своему запредельному уровню владения магией и уж точно не допустил бы, чтобы его соглядатай так бездарно спалился в полном смысле слова! Значит, имеем дело с мастаками местного значения, хотя тоже не из последних…

Кстати, если пораскинуть мозгами пошире, то и на второй вопрос ответ найдется. Пока что я рассекретила лишь одну часть скрытой временем информации о наличии у почтенного сеттена внебрачного потомка, но что касается происхождения сыночка, считающегося законным наследником… следовало крепко подумать. Между нами, та еще дилемма: сдавать или не сдавать? В смысле – стоит ли раскрывать глаза супругу на истинный моральный облик дражайшей половины? Вполне возможно, что тогда пострадают интересы Толларта, но ведь парень-то не виноват, что его родили совсем не от отца, положенного по штату!..

По мне, так пусть бы эта часть истории оставалась во мраке, когда-никогда сами разберутся без моего участия, главное – не дала невинной душе сгинуть зазря, остальное дела сугубо семейные. Но на месте госпожи Натиллы я бы тоже всерьез обеспокоилась тем, что взрывоопасная тайна стала известна третьему лицу, и приложила бы все усилия, чтобы это самое лицо уж точно не смогло ни с кем ею поделиться… Отсюда и слежка, и наверняка не за горами тот счастливый момент, когда необходимость в моих услугах отпадет и можно будет считать руки развязанными, а значит… Значит всего-навсего, что я по самые брови в… очередном приключении, будь оно тридцатижды неладно! Можно подумать, мне до сих пор скучно жилось!!!

Предаваясь подобным жизнеутверждающим размышлениям, я наскоро прикопала там же под старой сосной воняющую паленым птичью тушку и тщательно упаковала собранный гербарий. Затем прикинула с помощью карты, что здешний безымянный ручей служит притоком речке, на берегу которой и стояли злополучные деревни, закатала штанины до колен, разулась и вскинула на плечо сумку.

Первые осторожные шаги по каменистому дну вызвали сильный озноб, даже зубы застучали, но вскоре ноги притерпелись. Ничего, на пару километров здоровья хватит, пусть поломают свои премудрые головы и впустую ждут меня там, где логичнее всего было бы выйти из этих дебрей, а мы пойдем кружным путем… Кто бы ни был озабочен погружением чересчур длинного носа в мои дела, я не собиралась облегчать ему жизнь и упрощать затеянную им же игру в следопытов!

Часть вторая

Ищи-свищи!.

Глава 1

На следующую вылазку в окрестные леса удалось выбраться через несколько дней, уже в одиночку, и я снова засекла за собой слежку. Неужели в самом деле думают, что у меня настолько плохо с головой?! Нет, скорее всего, психическая атака… что ж, никто и не настраивался расслабиться, пока эта история не закончилась! Поэтому пришлось третью прогулку сделать последней… без предупреждения. Оба пациента уверенно шли на поправку, мое отсутствие вряд ли повредит, а деньги… да бог с ними, окончательный расчет – не самое важное событие в жизни, особенно если речь идет о ее сохранении!

Если кто-то посчитает, что у меня разыгралась паранойя на почве обострения мании величия вследствие раздутого самомнения, то пусть попробует по-другому истолковать некоторые моменты. Когда из-за немоты не принимаешь активного участия в разговоре, о тебе, как правило, вскоре забывают или начинают считать неодушевленным предметом, у которого заодно и органы восприятия отсутствуют. Благодаря этому мне удалось почерпнуть немало полезного из болтовни служанок и шушуканья прочего персонала.

Например, тот факт, что у строгой хозяйки замка имеется дальний родственник, весьма сведущий в магии, у которого в поместье частенько подолгу гостят разнообразные мастера жезла, зелья и заклинания… Или тот, что почтенного сеттена неожиданно задержали вдали от дома некие вдруг обнаружившиеся дела высшей степени срочности, о важности которых и говорить не стоило… Или тот, что именно в эти дни как-то многовато было послано гонцов и почтовых голубей… А уж тайный, хоть и кратковременный визит под покровом ветреной дождливой ночи гостя, пожелавшего остаться неизвестным, никак не смог пройти мимо моих сенсоров!..

Так что не понадобилось вспоминать основы высшей математики, чтобы сложить всего лишь два и два, но получить что-то вроде квадратного корня из минус тринадцати, помноженного на ноль. Из подобных мелких крупиц довольно быстро сложилась картина, подтверждающая мои худшие опасения в отношении намерений госпожи Натиллы. Все правильно – нет человека, нет проблемы, да и другим неповадно будет не вовремя расширять спектр оговоренных и почти оплаченных услуг!

Жаль, конечно, покидать здешние места, неплохо в общем-то прижилась, однако… В городок возвращаться ни к чему, там искать будут в первую очередь, пора двигаться дальше, только из тайника вещи заберу… И я направилась в сторону ближайшего питейного заведения, которым снова оказалась таверна «У Ведьминой горы». Нет, наливаться «Дьявольской росой» с горя или радости – не мой стиль, просто сегодня снова дождь пришелся на выходной день, значит, в посетителях недостатка не будет, а среди людей безопасней и затеряться легче.

На всякий случай я не стала заходить сразу, а скользнула вдоль стены к освещенному окну, благо по случаю непогоды желающих задерживаться под открытым небом не нашлось. Так, в целом ничего особенного, публика вполне обычная, но вон те четверо при детальном рассмотрении все-таки выделяются на общем фоне, а именно – особым оттенком едва уловимого синеватого свечения, характерного для носителей заклятия. Вполне может оказаться, что это пешки, задействованные посторонними крупными фигурами совсем в другой игре и по иным правилам, но подстраховаться не мешает…

Одна из разносчиц как нельзя более кстати вышла во двор через заднюю дверь, взяла фонарь и, погремев ключами, спустилась в погреб. Я улучила момент, на цыпочках просочилась внутрь и дала себе время отдышаться и сменить облик. В трапезную залу зашла уже уверенно, поправляя на ходу оборки клетчатого фартука, и только самую малость задержалась у раздачи, составляя на широкий поднос наполненные кружки и тарелки. Никому не обязательно знать, что за зелье было в маленьком флакончике, зажатом в моем левом кулаке… Интересующая меня четверка сидела здесь, видимо, недавно, потому что не стали ворчать по поводу чересчур долгого ожидания, лишь один из них что-то буркнул себе в усы, рассчитываясь. Остальные оживились и, тут же ополовинив кружки, набросились на еду. Надеюсь, Хнорт и сегодня не пожалел чеснока для соуса к баранине… Чем быстрее подействует мое снадобье, тем лучше для всех: подозрительные кадры отключатся, успев забыть, зачем вообще пришли, а я, подкрепившись на дорожку, спокойно удалюсь в нужном направлении!

Можно было бы уйти прямо сейчас, но лучше все-таки выждать и убедиться в том, что настой подействовал как надо, без накладок, и в том, что я не ошиблась в отношении количества засланцев. Поэтому я выскользнула наружу, подождала за углом, пока Янолька, нагруженная кувшинами, пройдет внутрь, и зашла снова, уже в собственном обличье.

Несмотря на приличный наплыв посетителей, свободное местечко для меня нашлось быстро, за маленьким столиком на троих был всего лишь один клиент, и тот уже похрапывал, привалившись к стене. Я, как всегда ни на кого не глядя, но не переставая удерживать в сенсорном поле душноватое помещение и подступы к нему, со вкусом усидела приличную порцию тушеной капусты с мясом. Заодно загрузила припасами сумку – обошлось, никто не проявил к моей особе никакого внимания. Значит, расчет оказался верным… Я расплатилась, нарочно выбрав монету из числа полученных в качестве гонорара за последнюю работу. Ведь наверняка меченые, пусть после отслеживают и разбираются между собой, кто именно проворонил мое появление! Заставить недругов лишний раз понервничать – это святое, с чего бы мне отказывать себе в невинных удовольствиях?!

Сумрачное небо снова разродилось обильным дождем, что было мне только на руку… вернее, на лапу. Правда, сбрасывать и укладывать одежду в мокрых кустах то еще удовольствие, зато для тигра ни расстояние, ни погода помехой не станут… Вскоре я, отдышавшись и пристроив на замшелом пне поклажу, замерла в самой гуще зарослей кустарника, сосредоточенно принюхивалась и прочесывала пространство «поисковой сетью», неприятно удивленная тем, что выдали мои сенсоры. А именно – признаки присутствия посторонних людей на территории, которую я привыкла считать своим запасным аэродромом.

Эта сильно покосившаяся охотничья избушка стояла тут с незапамятных времен, когда от всевозможной потенциальной добычи просто не было проходу, если верить рассказам старожилов, и местная знать регулярно устраивала шумные многодневные вылазки на природу. За Темные годы положение изменилось не в лучшую сторону: дичь выбили почти всю, пушного зверья осталось еще меньше, и хождения в эти дальние леса потеряли всякий смысл, по крайней мере на ближайшие несколько десятилетий.

Я наткнулась на нее почти случайно, когда рыскала в поисках нужных мне растений и была застигнута непогодой. Ноги сами привели меня на большую поляну на берегу быстрой и чистой речушки. Детальный осмотр находки порадовал: дверь закрывалась, несмотря на ржавые петли, крыша протекала всего лишь в двух местах, а у печки единственным дефектом был забившийся дымоход, и даже половицы не слишком просели. Про мелочи вроде осиных и мышиных гнезд, пауков и мелкого сора и говорить не стоило…

Пара дней добросовестных усилий с перерывами на обед – и заброшенная недвижимость перешла в категорию вполне пригодных для обитания на крайний случай. С тех пор я хранила здесь основную часть запасов лечебного сырья, немного еды, смену одежды и некоторые трофеи, будучи спокойна за их сохранность. Пробиралась каждый раз новым кружным путем, часто используя речку для заметания следов… И вот пожалуйста – к моей потаенной развалюшке принесло-таки незваных гостей!..

Неплохо было бы узнать, какого… в смысле – зачем они сюда пожаловали, поэтому я, скрытно подобравшись к поляне с подветренной стороны, удобно залегла на одной из давно присмотренных и обжитых лежек и наблюдала за действиями визитеров, попутно размышляя о своем. И не могу сказать, что мысли были очень уж веселыми…

Угораздило же меня понавытаскивать чертову кучу мирно спящих скелетов из шкафов местного дворянства! Стояли там себе в темноте и забвении много лет, покрываясь пылью, плесенью и паутиной, и еще сто раз по столько бы стоять, пока события за давностью лет утратят актуальность окончательно, так нет же – занесло не в добрый час в эти благословенные края мое беглое величество! Теперь ни покоя костям, ни нормальной жизни паукам и тем более людям, начиная с меня самой… Гораздо безопасней было бы расковырять гнездо матерых шершней-мутантов! С другой стороны, как можно было проигнорировать очевидный факт, что меня свыше практически за шиворот затащили в эпицентр событий и ткнули носом в разгадку здешней ситуации? Разве после этого смогла бы я предоставить самому себе неугодного кому-то пострадавшего (читай – обречь на долгую и мучительную смерть) и мирно удалиться восвояси, радуясь щедрому заработку и хорошей погоде, несмотря на позднюю осень?! И долго и счастливо жить с этим камнем на душе?!! То-то и оно…

И все бы ничего, да вот, с третьей стороны, похоже, мое человеколюбие начинает выходить мне же боком. Пожалуй, только сейчас я по-настоящему прочувствовала, какой переполох вызвало мое вмешательство в семейные дела здешнего наместника. Его властная супруга явно не собиралась отступаться от своих далеко идущих планов без борьбы, равно как и оставлять безнаказанными непрошеные деяния не в меру активной советчицы! Для этого достаточно было задействовать многочисленные родственные связи вкупе со всеми возможными способами, чтобы отминусовать из числа живущих мою скромную персону. Например, для того чтобы другим ясновидцам и очевидцам неповадно было совать свой чересчур чуткий нос туда, куда не велено…

Сейчас «поисковая сеть» вылепила в пространстве целые две группы желающих угодить своим хозяевам. Полдюжины вооруженных до зубов молодчиков двинулось по моим относительно свежим следам к дальней окраине леса. Бон вояж, ребята, надеюсь, больше не увидимся… Нет, я не пошла за ними – просто не было нужды. Прогулка у них и без того выйдет на диво нескучной. Для начала поплутают по здешним дебрям, где в буквальном смысле не ступала нога человека (в основном из-за риска быстро и болезненно потерять эти ноги вместе со всем остальным не менее важным для жизни набором), затем выйдут на обширную холмистую равнину в предгорье, ограниченную с другой стороны широкой и бурной рекой…

Лично мне то дивное местечко напоминало заливной луг, на котором не так давно резвились и рьяно точили когти неведомые гигантские существа. Как иначе можно было бы объяснить появление в природе столь странной формы рельефа? Повсюду, кроме вершин холмов, почти параллельно друг другу и течению реки тянулись узкие рвы, заполненные водой – одни длиннее, другие короче, но все без исключения глубокие настолько, что вполне хватит утонуть любому желающему. Тем более что дна у них практически не было – так, липкое черное вонючее месиво с ярко выраженными засасывающими свойствами. А влажная рыхлая земля удерживалась на кочковатых краях, не осыпаясь постоянно, только за счет переплетения корней бурно разросшихся трав. Которые, кроме прочего, еще и замечательно маскировали точное расположение этих самых краев от тех, кто пользовался лишь традиционным для человека зрением…

Казалось бы, согласно элементарной логике напрашивался вывод: где, судя по четким следам, прошло одно крупное наземное существо, могут пройти другие. Теоретически – да, но на практике… Я-то решала проблему передвижения по этой пересеченной местности достаточно легко – совершая длинные прыжки с основательной помощью энергии нэфи, а вот моим преследователям, не умеющим летать, повторить подобный трюк будет непросто. К тому же маршрут я выбирала не как попало, а руководствуясь исключительно «любовью» к ближним, а посему этим самым ближним, которым не сидится на месте, за материалом для наведения переправы через коварные топкие барьеры придется топать в обратном направлении к лесу…

Еще одна милая маленькая деталь: эти мини-водоемы были обитаемы. Не считая всяческой типичной мелочи, в них водились крупные, длиной с мужскую ладонь, лилово-крапчатые пиявки. Вечно голодные по причине редкой посещаемости здешней местности возможной добычей и потому предпочитающие в целях сохранения энергии находиться в состоянии легко нарушаемого покоя. Малейшие колебания воды приводили этих забавных тварюшек в состояние боевой готовности, а стремление опередить сородичей побуждало их выпрыгивать из воды почти на два метра, что, несомненно, являлось для будущих невольных доноров неприятным сюрпризом.

На месте укуса оставался заметный след в виде синеватого круга диаметром в дюйм-полтора с тремя глубокими прорезями в центре, из которых кровь сочилась еще несколько часов. Самой же отталкивающей чертой вышеописанной живности была манера оставлять в ране кладку микроскопических яиц, из которых выводилось два-три десятка юных пиявочек. Они пару месяцев росли и хорошели под кожей жертвы, причем постоянно страдали от голода, несмотря на то что источник свежей крови был всегда при них…

Впрочем, и это еще не все! В начале и финале столь тщательно проложенного мною маршрута следопытов ожидали сюрпризы в виде большого количества умело замаскированных капканов, самых здоровенных, какие только было под силу выковать местным кузнецам. Собственно, предназначалось это изобилие мне, любимой, как автору заинтриговавших всю округу следов, но почему бы при такой широте натуры не поделиться острыми (в полном смысле слова!) ощущениями с любым количеством желающих?!

Бог им в помощь и вечная память (на всякий случай)! В настоящий момент меня гораздо больше интересовали оставшиеся двое, которые, вдумчиво изучив отпечатки, старательно оставленные конечностями обеих моих ипостасей, пришли к неизбежному выводу, что неизвестный доселе зверь часто бывал здесь вместе с интересующим их человеком. Они скрупулезно прочесали окружающую территорию и с умом выбрали удобные для засады места. Что ж, посмотрим, кто кого пересидит!.. Конечно, можно было с ними разобраться, не откладывая этого темного дела в долгий ящик, и навсегда скрыться в тумане, только меня терзали настойчивые подозрения, что в самый неподходящий момент наша компания может сильно увеличиться в количестве. Потому-то я и не спешила покидать ранее облюбованную лежку, твердо решив сначала дождаться выхода на сцену всех действующих лиц тщательно спланированной трагедии, в которой мне отводилась главная роль.

Густой кустарник вроде нашей голубой жимолости послужил мне прекрасным укрытием, да и нэфи расстарался. Теперь обнаружить меня было примерно так же легко, как инопланетного охотника за черепами из нашумевшего в свое время фильма «Хищник»: то ли капли росы в бликах, то ли сгусток воздуха, то ли просто игра теней. Плотное переплетение ветвей для сенсоров препятствием не являлось, поэтому быть застигнутой врасплох мне никак не грозило, даже если бы вздумалось вздремнуть… что, кстати, было бы совсем не лишним!

Примерно минут по двадцать на каждый глаз урвать все-таки удалось, прежде чем внезапный выплеск энергии, болезненно хлестнувший по нестандартной сигнальной системе, мгновенно привел меня в готовность номер один. Предчувствия не обманули – пожаловали-таки, долгожданные, да сразу трое, да через портал, да еще и качественно сработанный, без всяких там побочных шумовых и световых эффектов! Не поскупилось родовитое семейство, мага «сосватали» не из последних! Не забыть бы погордиться потом, когда со временем будет посвободней…

Ожидавшие с прибывшими наскоро посовещались, очень тихо, но с бурной жестикуляцией. Мое тигриное величество навострило сенсоры. «Картинка» приблизилась – хоть руками трогай, и звуки различаются великолепно, только с каким-то металлическим эхом. Профессионалы, сразу видно, и о защите от нежелательных свидетелей позаботились, только мне их прикрытие – что «Черному дрозду»[42] перистые облака! Следует отдать им должное, захват меня они спланировали грамотно, с поправкой на непредвиденные обстоятельства, разве что не учли характер этих самых обстоятельств. К примеру, откуда им было знать о том же нэфи…

Колдун отошел в тень старого развесистого дерева, воздел руки над головой – раздался хлопок, едва слышимый даже для меня, и высокая сутуловатая фигура стала невидимой для обычных глаз. Но в сенсорном поле абрис мужчины в длинном плаще различался как нельзя лучше, хотя изображение было полупрозрачным и часто рябило, как всегда в случае использования сильной магической защиты. Один из прибывших воинов, приземистый широкоплечий бородач, неслышной тенью скользнул в заросли тальника на берегу речушки, растворившись в шелестящем полумраке, а другой залег в кустах на противоположной стороне полянки. Двое оставшихся решили подождать меня в избушке.

Надо бы определиться, кому из них первому повезет понять, что человеческие и тигриные следы принадлежат одному и тому же существу… Статус «вне конкурса» безоговорочно достался магу, который интересовал больше прочих как возможный источник свежих новостей. Я повернула голову в сторону старой березы – Фадик, временно примостившийся на моей макушке, взвился в прыжке и цепко ухватился когтями за толстую ветку, сплошь поросшую пышным кружевом серо-зеленого лишайника. Покачался на ней, как заправский атлет на перекладине, лихо подтянулся и удобно устроился в развилке на уровне головы чародея, не сводя взгляда с его затылка. Расширившиеся зрачки нэфи замерцали, наливаясь мертвенно-синим свечением, которое быстро сфокусировалось на цели двумя тонкими лучами…

Не устаю поражаться многофункциональности своего хранителя! Надо будет еще разок-другой-десятый поблагодарить родственничка за такой ценный… вернее, бесценный презент!.. Лишить мага способности думать и действовать удалось только на короткое время, но Фадику хватило этого с лихвой, чтобы запрыгнуть мужчине сзади на шею и пристроить передние лапки на его сонных артериях. До жути острые кончики выпущенных до отказа когтей ощутимо кольнули кожу, недвусмысленно поясняя положение вещей на текущий момент и предостерегая от поспешных поступков. Теперь можно и мне показаться на глаза, разумеется, в человеческом виде и ненавязчиво, из-за кустов, дабы не привлекать внимания остальных, и знак соответствующий подать…

К чести жертвы нашего произвола, дураком он не был и намек понял на раз. Не рискуя кивать, моргнул, мол, согласен, и закрутил пальцами изящный пасс, посылая в бреющий полет вокруг нас маленький сгусток туманной субстанции, которая исходила струйками дыма, почти не заметными в лесном полумраке. Через несколько мгновений темный след замкнулся в правильное кольцо, раздался едва слышный шелестящий звук, по сенсорам плеснуло вспышкой сине-фиолетового света и холодом – и картина окружающего мира изменилась до неузнаваемости…

Колдун и впрямь оказался не из последних – далеко не каждый способен сворачивать пространство, пусть и небольшое, в замкнутую сферу, непроницаемую практически ни для каких органов чувств и любых воздействий извне. Интересно, что заставило его при таких-то способностях предпочесть возможную карьеру в крупном городе случайным заработкам в приграничье?! В силу обстоятельств оказался в долгу у знатного семейства, засветился не по-хорошему перед старейшинами гильдии магов или просто не хочет ответственности, неизбежной при поступлении на службу?.. Впрочем, сейчас бы со своими проблемами разобраться, благо условия позволяют – оставшиеся за пределами этого «пузыря» свидетели ничего не услышат и не заметят, разве что потом, в процессе восстановления прежнего положения окружающее пространство слегка всколыхнет…

Я уже не таясь выбралась из колючих зарослей, встала напротив него, скрестив руки на груди, и вопросительно вскинула подбородок и левую бровь. Что интересно – ни удивления, ни агрессии, ни страха мое появление не вызвало, пристальный взгляд вприщур выражал только живой интерес. Уголок рта дрогнул от сдерживаемой улыбки.

– Чему обязан таким вниманием такой прекрасной дамы к своей такой скромной персоне?

Ого, и воспитан ко всему, изо всех сил и не на шутку! Не влюбиться бы ненароком… Я жестами постаралась передать всю глубину и степень своего негодования по поводу появления незваных визитеров, да еще и с подарками не по хозяйскому вкусу. Видимо, удалось, потому что собеседник опустил глаза, нацепив на лицо покаянное выражение и придав голосу соответствующий тон:

– От лица всех присутствующих приношу извинения за вторжение, но… мы тут по делу!

И добавил в ответ на мое подчеркнуто выраженное недоумение:

– Семья небезызвестных вам аристократов… да-да – особенно госпожа Натилла! – глубоко опечалена преждевременным и неожиданным окончанием столь интересного и полезного знакомства, поэтому они без малейших раздумий и колебаний приложили массу средств и усилий, дабы ускорить момент новой долгожданной встречи… пусть и независимо от желания объекта их внезапно возникших симпатий!

Под более мирное настроение и при других обстоятельствах я и сама не прочь постебаться, но сейчас была склонна думать, что эта повышенная вежливость все больше смахивает на издевку, поэтому подмигнула Фадику. Из-под когтей нэфи вниз по шее моего чересчур многословного собеседника потянулись тонкие струйки крови, отчего цвет его лица заметно изменился, как и выражение. Оно стало еще более интересным, когда раздвоенный язычок моего хранителя прошелся по выбившейся пряди волос у самого уха – ощутимо запахло паленым. И куда только девались игриво-насмешливые нотки в голосе умельца от магии, когда до него дошло, что в моем исполнении ответные шутки будут сугубо из области самого черного юмора!.. Теперь он вещал кратко и четко, проясняя многие до сих пор непонятные моменты.

Присев на замшелый ствол старой, выросшей в наклон березы, я внимательно выслушала отчет о том, как меня пытались выследить обычными способами, потом с помощью магии, но медальон делал свое дело. После нескольких безрезультатных попыток родилась гениальная догадка о наличии помощника. Сначала, после случая с подручным кузнеца, меня заподозрили в контактах с призраком, которого я умудрилась покорить своей воле… Впору было благодарить за комплимент, ведь подобный финт под силу лишь магам самого высокого полета или жрецам из числа Посвященных, но странные звериные следы, обнаруженные чуть позже, навели на иные мысли.

Дело в том, что пришельцев из других миров почти невозможно вычислить путем поиска их самих, но иногда удается пойти в правильном направлении от противного. Соблюдается принцип действия сонара – при недоступности объекта изучается отраженное от него «эхо», только вместо физического воздействия используется магическое…

На сей раз я не стала сдерживаться и от всей души поаплодировала рассказчику и даже не поленилась бросить ему тут же сорванный рядом цветок – похоже, девясил… Нет, в самом деле, везет мне в последнее время на суперталанты от магии! Это, скажу вам честно, высший пилотаж, особенно если учесть, что нэфи – только часть сущности индивидуума, который лишь наполовину не-человек!

Плененный чародей чуть кивнул, помня о когтях на своей шее, и слегка расслабился. Во всяком случае мой следующий вопрос у него замешательства не вызвал.

– Я что – сам себе враг, чтобы лгать?! К тому же происходящее нравится мне чем дальше, тем все меньше: мало доблести толпе вооруженных мужчин тропить по лесам одинокую женщину! Так что если никто не вернется…

С чего бы приписывать мне подобную кровожадность?! Ведь разумнее попробовать как-то договориться… Я недолго думая показала знаками, мол, давайте разбежимся без потерь – мальчики направо, девочка налево – или наоборот, без проблем! – и ставим крест на этой заварухе. Маг невесело усмехнулся и покачал головой.

– Не выйдет, милашка! Им так мозги промыли, что теперь не остановятся, пока не сделают все, за чем их послали… Да, за твоей головой! А в комплекте со всем остальным или без – разница только в цене…

В ответ на мою жестикуляцию усмешка стала шире.

– Нет, я работаю по доброй воле, за деньги. Сначала-то шла речь о том, что знахарку требуется вернуть потому, что состояние раненых еще внушает опасения. Вот и подрядился отследить интересующую персону по магическим следам и защищать отряд от колдовства… Только вскоре мне дали понять, что доставить надо любой ценой, а я не собираюсь участвовать в лишении жизни! Равно как и биться до последнего вздоха за интересы нанимателя, так что, если поладим, уйду по-тихому.

Если верить моим сенсорам, и в этот раз не врет… Мы с Фадиком переглянулись, он совсем по-человечьи качнул головой и фыркнул, заставив моего собеседника сильно вздрогнуть. Мог бы и не напоминать, сама знаю, что грешно причинять вред зачарованным! Тогда что же остается – позволить этим самым зачарованным помочь мне отдать Богу душу, лишь бы не брать на нее греха?! Как-то это не совсем… вернее, совсем не вяжется с моими представлениями о счастливом финале!.. Пришлось крепко подумать, прежде чем просемафорить следующий вопрос. Ответ, правда, снова не порадовал:

– Нет, в голову к остальным не полезу, не уговаривай и не пугай! Понимаю, что тебя гневить не стоит, но все равно помочь им не смогу, не тот уровень. Там такой мастерила работал – ему в столице не каждый чета… Хотя… если выдашь им большого зверя, который тут наследил, сможешь выиграть время!

Надо ли уточнять, каким образом выглядел мой ответ? Ничего лучше неприличного жеста подобное предложение в принципе не заслуживало! Но в целом настроение упало намного ниже грунтовых вод – уж очень «обрадовала» необходимость ликвидации преследователей… Ведь они при таком раскладе просто не смогут быстренько передумать и тихо свалить в обратном направлении, забыв о моем существовании. Это тем более сложно при наличии хозяйки в лице госпожи Натиллы, которая, используя методу кнута и пряника, явное предпочтение отдавала кнуту, а пряники светили в перспективе крайне редко, да и то для особо отличившихся в служебном рвении!

Так, сиди не сиди… Я, приняв трудное решение, кивнула своему хранителю. Нэфи втянул когти, встряхнулся и приземлился уже в виде огненной кобры, которая плавно подползла ко мне, оставляя за собой след из тлеющей травы и мха, и приняла боевую стойку, раздув узорчатый капюшон и не сводя с бывшего пленника немигающего взгляда. Тот глубоко вздохнул с видимым облегчением, подождал, пока мы скроемся в ближайшем кустарнике, и раскинул руки в стороны…

Удивил напоследок, ничего не скажешь! Совместить разные заклинания так, чтобы при разворачивании пространственной сферы открылся еще и портал, причем без всяких там побочных эффектов, действительно суметь нужно!.. Такого деятеля упускать из виду никак нельзя… Особенно заинтриговал меня знак, отчетливо видимый в моем сенсорном поле через одежду. На груди умелого чародея, чуть пониже надключичной ямки, красовался сложный символ, заключенный в овальную рамку из последовательно расположенных мелких, тщательно вычерченных рун. Нет, не тату, а отметина, которую наносили с помощью специальных заклинаний маги гораздо более высокого уровня… причем рисунок совершенно незнакомый! Вот станет со временем посвободнее, озадачу кого надо наведением справок…

Что ж, пора осчастливить и остальных своим драгоценным вниманием, а то как-то неудобно получается: топали-тащились в такую непроходимую даль по несусветным колдобинам и бурелому, а перед смертью даже удивиться не успеют… Нет, я не сразу отважилась так вот запросто лишить людей жизни, но дело в том, что в противном случае мне самой откровенно грозила подобная неприятность. Хотя бы потому, что добровольно сдаваться на чью-то милость мне и в голову не пришло бы! Им, по крайней мере, в отличие от меня гарантирована кончина гуманная, без мучений… Поэтому терзания совести длились недолго. Я, конечно, попробую расстаться с ними по-хорошему, несмотря на мизерность шансов, но если уж они заупрямятся… На войне как на войне! Объявляла ее не я, значит, в случае чего в живых останется лишь один… вернее, одна. Как там говорилось в старом анекдоте? «Если кто-нибудь из нас таки выживет, я, пожалуй, подамся на курорт…»

Эти не очень-то радостные мысли проносились в моей голове, когда я плавно скользила на полусогнутых лапах к прибрежным зарослям. Острый человеческий запах и без помощи сенсоров легко навел меня на цель, которая успела основательно подготовиться к встрече. Только вот неосмотрительно с его стороны было устраиваться спиной к реке: совсем не Амазонка, мелковата, прикрытие так себе, зато журчание воды, хоть и такое тихое, звуки глушит что надо… тем более мягкую тигриную поступь!

Искомый индивид удобно расположился за давно упавшей старой ивой, откуда через прореху в густых ветвях открывался изумительный вид на всю полянку. На стволе дерева он пристроил взведенный арбалет, причем, как тут же отметила я, из числа последних разработок лучших мастеров. Могу еще раз начинать гордиться: спровоцировать членов почтенного семейства на такие траты ради ликвидации помехи в святом деле устройства счастливого будущего своих отпрысков – это надо суметь! А я снова, как и пять лет назад, умудрилась возглавить список трофеев повышенной ценности!..

Так, лирику в сторону, что тут у нас?! Мое внимание привлекло едва уловимое свечение странного зеленоватого оттенка, окутывающее маленькую изящную стрелу, загодя заправленную в желоб непривычно миниатюрного, но дальнобойного оружия. Какой-то незнакомый яд, хотя… что это я, в самом деле, – очень даже знакомый! От нахлынувших воспоминаний по спине совсем нешуточно продрало холодком. Подобное зелье пытались использовать ради поимки Дина, когда мы, все теми же пятью с половиной годами раньше, будучи на положении вне закона, по необходимости забрели в благословенный городок со звучным названием Гранец. Тогда моими стараниями обладатель коварного средства до цели добраться не сумел, но каверзные свойства эволюционного усовершенствования экзотической хищной птицы с далеких островов мне запомнились надолго, если не до гробовой доски. Жертва, пораженная этим редким и о-о-очень дорогостоящим ядом, обездвиживалась, но могла дышать, слышать, видеть и, самое главное, чувствовать, что давало весьма широкий простор для полета фантазии щедрых и изобретательных пленителей…

Но поскольку выступать в качестве мишени в мои планы не входило, придется помочь гостям изменить свои. В дюжине метров перед затаившимся человеком неслышно возник женский силуэт, заставив охотника сильно вздрогнуть. Что за чудо мой хранитель, как точно меня скопировал!.. Фантом отчаянно замахал поднятыми руками, в которых явно ничего не было, потом знаками показал – уходите, прошу, и я уйду, и никто ничего не узнает! Ответ получился на диво быстрым и убедительным – бородач хмыкнул и спустил курок. Он почти не целился, но мерцающий кованый болт прошил «мою» фигуру точнехонько в области сердца, заставив настоящую меня поежиться от невольно всплывших малоприятных воспоминаний, и с глухим звуком почти целиком ушел в моховую кочку позади. Пораженная цель укоризненно покачала головой, безнадежно махнула рукой и… растаяла в прохладном воздухе, оставив легкий дымок… Стрелок привстал, оглядываясь и явно не веря своим глазам, едва слышно выругался и снова припал к земле, не забыв перезарядить арбалет.

Н-да-а-а, не раз приходилось мне убеждаться на личном опыте, что надежда – глупое чувство, но ведь все равно умирает последней… Под широкими тигриными лапами не хрустнула ни единая веточка, когда я заходила в тыл ушлого засадчика (может, правильнее будет сказать – засадильщика? Или засадиста? Впрочем, не важно – ему теперь уже точно все равно). Постояв с полминуты за спиной у неподвижно лежащего человека, я наступила сразу обеими передними лапами на его любезно подставленную и оставленную без внимания «пятую точку», не забыв при этом до отказа выпустить когти. Сдавленный возглас откровенно нецензурного содержания и выражение ужаса, исказившее до неузнаваемости перекошенное лицо, меня даже позабавили… правда, недолго. Силен мужик, сумел-таки обернуться, несмотря на неудобную позу и немалый вес тигриного тела, да еще и попытался оружием воспользоваться, какой храбрец… был! Не подумайте плохого, долго мучиться ему не пришлось…

Второй любитель отдыха на свежем воздухе – плотный рыжеватый здоровяк – успел сменить место и теперь держал меня на прицеле, сидя высоко на старом развесистом подобии наших кедров. Кстати, стрела и в его мощном арбалете знакомо отсвечивала зеленым… Твердо решив придерживаться выбранной тактики, я вырулила из прибрежных зарослей вальяжной походкой, села неподалеку и принялась неспешно умываться, всем своим видом демонстрируя мирное настроение и отсутствие агрессии. У вас ведь наверняка возникло сильное желание покрутить пальцем у виска? Не спешите с выводами – я не настолько сошла с ума, доверяя вооруженным людям, и жить мне совсем не надоело! Просто нэфи уже некоторое время сидел на том же дереве парой веток ниже, поэтому и можно было позволить себе такого рода провокацию…

Которая вполне удалась: доблестный охотник довольно осклабился, прищурился, целясь в беззаботную жертву, и почти нажал на спуск, но… вдруг отпрянул назад, вытаращив глаза и выронив оружие, которое глухо стукнуло о заросшую травой землю. Неудивительно – у самого его лица шевелила раздвоенным языком огромная огненная кобра, и ее раздутый капюшон открытым текстом говорил о дурном расположении духа.

У меня оно было нисколько не лучше, поскольку попытки мирно разойтись одна за другой накрывались неприличным словом, а хрупкая надежда на то, что мой недавний собеседник сгустил краски, говоря о своих подельниках, рассыпалась мелким прахом. Поэтому я подождала, пока тело незадачливого стрелка не рухнет сверху вместе с пережженным у основания суком, на котором он сидел. Затем коротким, но точным ударом лапы перевела его из ошарашенного состояния в бессознательное и за шиворот утащила в глубину почти непроходимых зарослей подальше от избушки. При этом количество колючек, собранных его… скажем так, тыльной стороной организма при транспортировке волоком, почему-то меня совсем не беспокоило.

Пока он приходил в себя, лежа в холодке на сыром песочке у самой речки, я успела принять человеческий облик, одеться и потерять остатки терпения в процессе методичного и детального обыска. Конечно, маг в достаточной степени просветил меня насчет положения вещей на сегодняшний день, можно было и не тратить время на разговоры, но меня интересовало еще кое-что. Например, как давно принято использовать на охоте запрещенные яды и откуда у них подобная экзотика… Так, а это что за новые штрихи в «картинке»?!

Нет, у меня сегодня просто практикум по нестандартным приспособлениям для лишения жизни себе подобных – незапланированный, зато насколько познавательный! Спешите видеть: новинка сезона из далекого Бальдиара! Крупная выпуклая пуговица, вполне подходящая для мужского кафтана, декорированная простеньким узором, вырезанным по кругу, да еще странный маленький символ в центральном углублении, который, собственно, и указывает на особенности ее использования. Таким значком у них маркируется все, что может служить колющим оружием, убивающим на расстоянии. А интереснее всего то, что на ввоз подобных «игрушек» в последние годы наложен запрет, значит, имеем дело с контрабандой! Вот и еще одна тема для душевного разговора – новинки заграничной моды… Кстати, адресок шустрого «портного» тоже не мешало бы узнать!..

По-осеннему студеная вода, которую мои руки щедро плескали на лицо «языка», заметно ускорила процесс возвращения к реальности.

– Солнышко мое, вставай! – негромко пропела я, зажимая ему нос пальцами.

Здоровяк замычал, мотнул головой и приоткрыл один глаз. Не поверил увиденному и после нескольких неудачных попыток распахнул оба. Картина не изменилась – перед ним сидела живая и здоровая цель, небрежно пересыпая из ладони в ладонь оторванные с его кафтана пуговицы и лучезарно улыбаясь. Он машинально провел по одежде рукой, убедился, что ни одной не осталось, нахмурился и выругался сквозь зубы. Я состроила укоризненную мину:

– Это все, что можешь сказать красивой женщине? Да еще в такой располагающей обстановке?! Нет, не те нынче мужчины…

Пленник дернулся было в мою сторону, только я даже в лице не изменилась, продолжая улыбаться, лишь игриво подмигнула:

– Не советую!

Пояснять ничего не понадобилось – тихое шипение над самым ухом и огненно-чешуйчатый змеиный хвост, недвусмысленно сдавливающий шею, говорят лучше всяких слов… Я кратко и четко перечислила все, что меня интересовало, убедительно посоветовала не строить из себя героя и добавила:

– Считаю до двух. Потом пеняй на себя!

Вместо ответа невоспитанный собеседник изобразил неприличный жест и злорадно улыбнулся, глядя куда-то поверх моего плеча, но я не купилась на этот старый трюк и не стала оборачиваться, на что он, похоже, рассчитывал всерьез. Тут же включившиеся сенсоры выдали детальное изображение всего живого, что находилось позади, в том числе и антропоморфного объекта нехилых габаритов, который плавно и тихо перемещался неровным зигзагом от одного укрытия к другому в нашем направлении…

Притомился, видно, маяться в четырех стенах, на свежий воздух потянуло или стало невтерпеж при виде меня… или решил, что лучше провести время втроем… Зря он это затеял, конечно! Я, не меняя позы, просто подождала, когда осторожные шаги приблизятся на опасное расстояние, потом резко пригнулась. Сгусток мертвенно-синего пламени с шипением стремительно пронесся над головой, чуть не опалив распущенные волосы, – раздался сдавленный вскрик и глухой звук падения… Значит, увернуться не успел, в чем, собственно, и не было сомнений!..

Я не стала заглядывать в гущу кустарника, из которой тянуло дымом, – ничего лишнего не сгорит, а любоваться на обугленный труп… увольте! Надо побыстрее заканчивать этот несмешной водевиль и подаваться отсюда чем дальше, тем лучше… Я аккуратно ссыпала в сумку опасные «пуговицы», кроме одной, встала и жестом велела подняться почему-то сильно побледневшему пленнику. Взяла его свободной рукой за шиворот и, прикрываясь массивным телом, двинулась к избушке, для скорости энергично пиная живой щит под зад, ибо таиться дальше не было смысла.

Временное пристанище встретило меня приветливо распахнутой дверью, позволявшей увидеть якобы безлюдное жилое пространство. Только вот в самом дальнем углу появилось нечто новое, незаметное для обычного зрения и плохо различимое для сенсоров. Для какой же это пакости понадобилось устанавливать магическую защиту?! Надо взглянуть поближе и, само собой, из-за прикрытия…

Осмотреться от порога помешал «живой заслон», которому приспичило именно сейчас попытаться вырваться из моих рук. Он-то наверняка был в курсе, чем именно занимался его подельник внутри моей хибары, пытаясь хоть как-то скоротать время до появления долгожданной меня, только, похоже, в детали принципа действия ловушки его посвятить забыли… Во всяком случае, он сослужил добрую службу, подняв активную возню и вызвав удар на себя. Мне бы точно угодило в область четвертой чакры, а этому верзиле разнесло всю брюшную полость…

Пришлось повозиться, пока удалось избежать участи несчастного ежа, на которого в памятном детском стихотворении села «слониха, вся дрожа», и свалить обмякшую тушу в угол за печью, исхитрившись даже не запачкаться. Причем он был еще жив и даже продолжал пытаться меня задержать. Уж не знаю, была ли такая живучесть ему дарована природой или дело в наложенном заклятии, только процедура принудительного расставания заняла некоторое время. В процессе энергичного барахтанья, сопровождавшегося подходящими случаю комментариями, я поневоле выпустила из виду еще одно действующее лицо, за что тут же чуть всерьез не поплатилась как минимум здоровьем. Проворонила противника, проще говоря, но выручила по-прежнему быстрая реакция, и тонкая, почти невидимая сеть с едва уловимым звуком накрыла место, где меня уже не было.

Возиться дальше с подранком не имело смысла, поэтому я без малейшего сожаления сжала, ослабила и снова сжала пальцы, удерживающие в безопасном состоянии редкий трофей. Как вишневой косточкой пульнула, разве что результат получился гораздо эффектнее. «Пуговица» с тихим щелчком раскрылась еще в самонаводящемся полете, выбрасывая длинную изогнутую иглу, которая сделала единственный стежок, прошивая насквозь одежду, кожу и мышцы на груди. «Скрытое зрение» тут же выдало картину, от которой меня сильно передернуло: беспорядочно трепыхающееся сердце, нанизанное на смазанное ядом острие…

Впрочем, долго любоваться не пришлось, ведь был еще один «гость», усиленно претендующий на мое внимание. Причем совсем не склонный к мирному общению и вдобавок великий поклонник рукопашного боя… Ему что, больше не перед кем было покрасоваться?! Что за балаган он тут устроил с криками и прыжками «на публику»? Кто и чему их только учил?! Тем более что в моем случае цветов и денег за это самодеятельное шоу все равно не светит… и представление-то так себе!.. Темнота криворукая… и косоногая к тому же!!! Знал бы, кто в свое время натаскивал меня, – утопился бы заранее в дальнем болоте, чтобы не позориться!.. Вот, пожалуйста, опять левый бок неприкрытым оставил… а зря!

В промежутках между этими отрывочными мыслями я успевала уворачиваться от ударов и попыток подловить меня на ложный выпад. Вскоре вся эта канитель стала надоедать – сколько можно-то пыль утаптывать? Я что, железная?! Видно, похожие мысли пришли в голову и моего соперника, и он вдруг резко сменил тактику: вместо выматывания решил озадачить и неожиданно проделал хитрый финт. Я даже осмыслить происходящее не успела, как тело среагировало само и удар на поражение меня дал врагу возможность поразиться самому… Я сгоряча вскочила на спину грузно рухнувшего мордоворота и так приложила его лбом о пол, что старая толстая доска треснула вдоль почти во всю длину, а с потолка тонкими частыми ручейками посыпалась труха. Остальное – дело техники…

Мудреным нездешним приемам когда-то научил меня Дрогар – темная память ему и земля горячей стекловатой! Все же не пропали даром изнурительные многочасовые тренировки, которыми в свое время столь добросовестно меня изводили… Можно было, конечно, использовать возможности нэфи, но в таком контактном поединке это стало бы чреватым для меня самой. Ничего, своими силами обошлась… Я отдышалась, поднялась на дрожащие от перенапряжения ноги, перешагнула через обмякшее тело и, вытащив из-под стола сумку, начала упаковывать свои немудреные пожитки. Жаль, но придется и отсюда уходить в спешном порядке: того и гляди, пожалует следующая партия непрошеных гостей, обеспокоенная долгим отсутствием этих молодчиков…

Я отошла подальше, встала лицом к избушке, сняла свою «брошь» и повернула ее выпуклой частью вперед. Ничего выдающегося не произошло, просто неяркий блик света дважды скользнул наискось по замшелым бревенчатым стенам, рисуя символический крест на этом отрезке жизни, но пламя занялось на зависть хорошему газовому факелу. Вот и славно: и концы в воду… вернее, в огонь, и погребальный костер не отходя от кассы…

Глава 2

К вечеру следующего дня мое беглое величество смогло тигриной трусцой покрыть расстояние до следующего городка. В планы, разумеется, не входило пугать привратников, поэтому пришлось подождать в рощице у развилки дорог. Я даже успела найти подходящее местечко в густых зарослях можжевельника и вздремнуть под присмотром бдительного нэфи. Он же и разбудил меня, когда по направлению к местному центру цивилизации проследовала группа жриц из храма Бога Времени. Согласно традициям, подобные узкопрофильные святилища строятся на достаточном удалении от крупных поселений, дабы горожане имели возможность выражать небожителям свое почтение, но не отвлекали суетой служителей, которые выходили в люди по сезонным праздникам. Вот и сейчас – по дорожной пыли бодрым пешетопом двигался целый взвод рослых девиц в характерных головных уборах, свободных серебристо-полосатых одеяниях и с витыми посохами в руках.

Как известно, дерево прятать лучше всего в лесу… Сил у Фадика вполне хватило и на придание моему неповторимому образу недостающих штрихов, и на притупление внимания невольных попутчиц ровно настолько, чтобы они не заметили прибавления в своих рядах. Мы миновали городские ворота перед самым закатом, и я почти сразу покинула славную компанию. Девушки проследовали к резиденции здешнего мага, мне же показываться там не было никакого резона, поэтому пришлось искать ближайший укромный уголок для смены внешности, а потом устраиваться на постой в первой же более-менее приличной ночлежке. Чтобы не провоцировать у населения всплеск совсем ненужного мне сейчас любопытства, мы подправили привычный облик – теперь я была не знахаркой, а знахарем, полным, длинноносым, бородатым и слегка в годах.

После примитивного, но сытного ужина я со вздохом облегчения растянулась на узкой скрипучей кровати. Хоромы, конечно, перепали те еще и проигрывали даже в сравнении с моей лесной избушкой, но усталому организму было уже почти все равно. К тому же у этого временного пристанища имелся некоторый плюс в виде второго выхода – через низенькую дверь в углу на общую веранду, которая опоясывала приземистое одноэтажное здание с трех сторон. Просканировав напоследок окружающее пространство и не обнаружив ничего, на что стоило бы обратить внимание, можно было наконец-то позволить себе расслабиться…

К сожалению, ненадолго. Не спрашивайте, как удалось меня выследить, – могу только предполагать. Почему высшие силы вообще допустили такую ситуацию – им видней… Наверное, и это было тоже для чего-то надо. Хотя бы для того, чтобы в деле проверить, на что я гожусь по жизни в качестве простого смертного… Во всяком случае после задавать вопросы было уже некому, а на тот момент меня больше интересовали реальные шансы ускользнуть в звездную ночь как можно быстрее, бесшумно и по возможности бескровно и без последствий. Но на сей раз преследователей оказалось больше, да и подготовились они лучше.

Например, учли ошибки своих неудачливых предшественников и применили магическое прикрытие неизвестной мне природы, чтобы красиво использовать фактор внезапности. Мои сенсоры сработали как надо, и от всплеска острой боли я подскочила на кровати, мгновенно стряхнув остатки сна, только поздно – через выбитое окно влетела и беззвучно взорвалась над головой круглая склянка с какой-то мелкосыпучей субстанцией. Эта дрянь шустрыми клубами белесой пыли моментально расплылась по всей каморке, проникая в малейшие щели. У меня тут же немилосердно защипало глаза, слезы хлынули Ниагарским водопадом, а в отекшее саднящее горло перестал проходить воздух…

«Чтоб вам в гробу так дышалось… и все оставшееся время до него!..» Сознание вернулось как-то вдруг и сразу, будто нажали нужную кнопку. Глаза по-прежнему жгло, поэтому я рискнула только чуть приоткрыть один из них. Мне связали ноги, руки за спиной и швырнули как пришлось на развороченную кровать, забросав сверху моей же одеждой. Что интересно – благоприобретенная чужая внешность бесследно исчезла. Значит, кроме прочих специалистов преследователи снова задействовали умелого мага, да и неглупого к тому же, который умудрился меня расшифровать и снять наведенные Фадиком чары… Не иначе приложил руку сам расхваленный коллегами по цеху умелец от нездешней магии – родственничек высокочтимой госпожи Натиллы!

Видимо, я провалялась в бессознательном состоянии достаточно долго, потому что беспардонные визитеры успели перевернуть вверх дном все в моем скромном жилище в поисках чего-нибудь ценного. А еще – прикончить обнаруженный провиант в виде припасенных на завтра в дорогу бутербродов с копченой свиной грудинкой и корзинки яблок и очень образно, хоть и вполголоса, прокомментировать отсутствие веселящих напитков. Собственно, я и очнулась в самый разгар обмена авторитетными мнениями…

В настоящий момент они были заняты досмотром и упаковкой моих пожитков, не пропуская ничего, даже такой мелочи, как сломанная расческа или пустые пузырьки из-под настоек и притираний. То, что здоровенные мужики работали столь аккуратно, методично, бесшумно и сноровисто, пугало больше всего: это явно был не разбойный налет в целях поживы и не хулиганская выходка от избытка в организме дурной энергии! Они скрупулезно и тщательно уничтожали все следы моего пребывания на этом краю Вселенной. А звуконепроницаемый купол успели поставить еще на подходе к моей скромной обители, поэтому прочие постояльцы ночлежки продолжали мирно почивать и ухом не вели…

Последняя склянка с коротким жалобным звяком исчезла в недрах безразмерного мешка. Высокий бородач, окинув цепким взглядом каморку, в которой остались лишь хлипкий столик с парой табуретов да кровать с тощим соломенным тюфяком, символической подушкой и полупрозрачным одеялом, поднялся и кивнул:

– Уходим!

– А ее как – потащим?

– Много чести! Сама пошагает, ножками!..

Говоривший подошел к убогому ложу, на котором я продолжала изображать глубокий обморок, и с размаху ткнул меня кулаком под ребра.

– Вставай, красотка! Прогуляемся при луне!

У меня основательно перехватило дыхание от подобной любезности. Н-да-а, кавалеры здесь на зависть, галантные до потери пульса и дара речи… И где бы это ему примерещилось искомое светило – в первый-то день двойного новолуния?! Чему их только учат… Я упорно продолжала маскировать признаки жизни, чем и спровоцировала еще более впечатляющий тычок в то же место:

– Тебя что, уговаривать?!

Вот пристал, всем банным листьям на зависть! Придется-таки ожить, не отстанет же добровольно, а ребра свои, не казенные… Хрипло застонав, я с видимым усилием разлепила опухшие веки:

– Что за?.. Пошли все… отсюда!

– Какая разговорчивая! – Сурово настроенный мордоворот снял с моих ног веревку и отвесил мне щедрую оплеуху, от которой почти в буквальном смысле искры сыпанули из глаз и зазвенело в голове. Зря он так со мной, конечно… Нет, никаких способностей оказывать активное сопротивление в связанном состоянии вдруг не прорезалось, а вот Фадик осерчал не на шутку. Все это время он в виде упавшей и откатившейся броши мирно лежал в самом дальнем и темном углу под столом, но теперь…

Тонкая неприметная струйка дыма зазмеилась вслед за нашей небольшой процессией в направлении к запасному выходу, почти касаясь когда-то крашенных половиц. Правильно, не стоит устраивать ночное представление в густозаселенном районе, тем более бесплатно… тем более что по этой же причине вряд ли меня станут «воспитывать» именно здесь! Немного подумав, я отказалась от соблазнительной мысли потрепать нервы похитителям путем оказания сопротивления или криков и ругани – еще сдуру повредят что-нибудь в моем ценном организме, возись потом с лечением, только этого не хватало!.. Наверное, стоило сказать новым знакомым о своем здравом решении, но поздно – мне довольно бесцеремонно влили в рот какой-то едко пахнущий настой. Судя по ощущениям, зелье должно было сделать из жертвы безвольную марионетку, мне же в худшем случае грозило лишь расстройство пищеварения. Тоже, конечно, не подарок, но я не сильно разозлилась, наоборот – покладисто соорудила на лице примороженно-равнодушное выражение, вперила взгляд в никуда и вяло зашоркала ногами. Пусть уж порадуются… напоследок!

Мы довольно быстро выбрались из городка, не беспокоя стражу необходимостью отпирать для нас ворота. Просто немного попетляли по темным безлюдным улицам, потом нырнули в подпол в каком-то ветхом сарае на каких-то задворках, а после в какой-то низкий тоннель, то и дело спотыкаясь о корни каких-то деревьев. То, что пришлось пройти через портал, говорило о сильной спешке, а то, что в этом подземном коридоре порядком сквозило и практически не было паутины, могло значить одно – им пользовались достаточно часто. Интересно, с какой целью?! Надо будет заняться этим вопросом… разумеется, попозже, когда с более насущными проблемами разберусь! Например, избавлюсь от неприятной и явно неподходящей компании. Кстати, тот факт, что мои провожатые нисколько не позаботились о сохранении тайной информации, важной для любителей совершать прогулки в обход городской стражи, наводило на совсем невеселые мысли. Например, об их уверенности в том, что я наверняка не смогу после ничего никому разболтать…

Наземный мир встретил нас непроглядной тьмой, влажным ветром и характерными звуками ночного леса. Сканеры любезно просветили хозяйку о расстоянии до города, который остался на удивление далеко, и о наличии особи, обладающей магической силой, – в неприятной и настораживающей близости от нас. Нэфи проявился на «картинке» мерцающим сгустком огня, предусмотрительно замершего чуть в стороне.

– Долго же вы копались! – недовольно пробурчали за спиной, и меня встряхнули за шиворот, разворачивая лицом к говорившему.

Я невольно сощурилась – характерное синеватое свечение резало глаза, что, впрочем, не помешало в деталях рассмотреть нового персонажа, который стоял скрестив руки и подпирая плечом вековой дуб. Вот, значит, какой ты – северный олень… Особо ничего примечательного, кроме того что голова непропорционально велика для такого субтильного тела да взгляд – колючий и пронизывающий, который на редкость плохо сочетается с умильно-слащавой улыбочкой, искривившей тонкие бледные губы.

– Какая приятная встреча… и долгожданная! Привяжите ее к дереву и пошли вон!

Громилы мигом выполнили приказ, отступили в стороны и растворились в темноте. Нэфи шевельнулся было, но я едва заметно качнула головой – не сейчас! Посмотрим сначала, что будет в очередной части Мерлезонского балета…

Вопреки ожиданию, ничего действительно интересного так и не случилось. Колдун окинул меня долгим внимательным взглядом, улыбнулся еще противнее и хмыкнул:

– До чего же людьми не ценится спокойное житье! Сидела бы себе в своей глуши, в травках копалась да запоры лечила, так нет же… Приспичило сунуть нос куда не звали! А теперь вот придется грех на душу брать…

– Так давай я тебе его отпущу! – Ради благого желания помочь ближнему не жаль было даже имиджем пренебречь. – Заснешь спокойно, прямо здесь и надолго!

– Как-нибудь обойдусь! – Его ничуть не удивило мое внезапное излечение от немоты. – Одним грехом больше, одним меньше…

– А как же душа?! – укоризненно покачала я головой. – Зачем ей вечные муки?

– О своей побеспокойся! – снова хмыкнул собеседник, подошел ближе и вытянул из нагрудного кармана небольшую плоскую бутыль с широким горлышком, которую поднес к моему лицу. – Самое время… причем недолгое – он успел проголодаться!

В сенсорном поле существо, заключенное в стеклянную тюрьму, выглядело как бурая, длиной сантиметров пятнадцать гусеница, у которой вместо конечностей на нижней стороне морщинистого тела просматривалось четыре ряда мелких воронковидных присосок. Одинаковые «голова» и «хвост» медленно шевелились, тычась в стекло, или двигались так, будто принюхивались к чему-то. Заметив мою невольную гримасу, колдун снова расплылся в несимпатичной улыбке, звучным шлепком убил на своей щеке крупного комара, аккуратно снял его с кожи и бросил внутрь сосуда. Тварь оживилась, исторгла из обоих концов тела две лужицы маслянистой жидкости, в которой тельце насекомого с хорошо различимым шипением растворилось прямо на глазах, и принялась поглощать присосками получившуюся жижу… Я с трудом подавила приступ тошноты и попыталась отвернуться, но мешал сучковатый ствол. Добрый дядечка зашелся в дребезжащем смехе, приблизив посудину так, что холодное горлышко уже касалось моих губ, а от едкой вони резало глаза.

– Прекрасный экземпляр, не правда ли? Здесь ему неуютно, гораздо лучше он себя чувствует внутри тела, которого надолго хватит, особенно человеч…

Договорить натуралисту местного разлива не удалось – длинный узкий язык бело-красного пламени рассек темноту и прицельно прошелся поперек предплечья его вытянутой в мою сторону руки. С глухим звуком отсеченный фрагмент упал на влажные листья, «гусеница» вывалилась наружу и обрадованно устремилась к свежей, обильно кровоточащей органике, но ее накрыл следующий «плевок» огненной кобры…

Темная клякса оплавленного стекла, пузырясь, остывала на сырой земле, а колдун, забыв об изувеченной конечности, не мог оторвать взгляда от немигающих глаз огромной разъяренной, до предела раздувшей капюшон змеи, которая замерла от него в двух шагах, раскрыв клыкастые челюсти.

– Не может быть! Не верю…

– Тоже мне – Станиславский, б-б-блин!..

Я больше ничего не успела ни сказать, ни сделать. Пламенная пасть распахнулась шире, огненный шквал пронесся так близко, что едва не опалил мне волосы, от истошного вопля заложило уши – к счастью, ненадолго… Веревки, удерживающие меня, ослабли, пушистый котенок привычно вспрыгнул на мое плечо и потерся о щеку с громким урчанием. Я машинально растерла ноющие запястья, почесала хранителя за мохнатым ушком, погладила теплую спинку и, еле двигая вдруг ослабевшими ногами, отыскала брошенный неподалеку мешок с моими пожитками. В сторону костра, все еще горящего, несмотря на возобновившийся дождь, оглядываться не хотелось…

Откуда-то из темноты донеслись невнятные звуки, пришлось навострить сенсоры. Увиденное обрадовало мало – какие-то вооруженные люди, что-то не поделившие с теми, кто меня сюда притащил, суета, удары, крики, в основном неприличные… Мне показалось или сквозь общий шумовой фон действительно прорезался голос почтенного сеттена?! Нет, скорей делать ноги отсюда, тут становится слишком уж весело!..

На раздевание и трансформацию времени не было, поэтому первые два-три километра пришлось продираться через мокрую чащу человеческим манером. Никто меня не преследовал, но расслабляться было рано. Все-таки давали о себе знать последствия отравления пакостной субстанцией, надо бы принять на грудь кое-что из числа своих же снадобий и отлежаться в укромном уголке хотя бы час-другой, чтобы наконец избавиться от этой выматывающей сиплой одышки, першения в горле и сухого кашля почти при каждом выдохе…

Добравшись до неглубокой, но достаточно широкой речушки, я позволила себе передохнуть и продолжила путь в более удобном обличье, для пущей верности проплыв приличное расстояние вверх по течению. Потом был затяжной марш-бросок сквозь дождь и непролазные дебри, пока к вечеру лапы не вынесли меня на берег другой реки, побольше, где над самым обрывом обнаружилась очередная заброшенная избушка-ночевуха. Крохотное покосившееся окошко зияло пустотой, крыша местами протекала, но это было какое-никакое укрытие.

С трудом удерживая в открытом состоянии слипающиеся глаза и спотыкаясь от усталости, я снова стала человеком, с помощью подходящего сука кое-как отодрала деревянные бруски, которыми была забита дверь, ввалилась внутрь и села прямо у порога, переводя дыхание. Самой бы мне ни за что не заставить гореть сырые поленья, но с помощью нэфи удалось и это. Последним подвигом стало развешивание насквозь мокрых одежек и максимально удобное размещение тигриного организма на узкой лежанке…

Разве можно выспаться за два… пусть и за три часа?! Если кто умеет, научите, на всю жизнь обяжете! Сигнал резко включившихся сенсоров заставил меня подняться и буквально в прыжке принять человеческий вид. Одевалась я как по тревоге, благо вещи успели просохнуть, и к моменту приближения незваных гостей мы с Фадиком уже заняли удобную позицию у окна. Впрочем, «присмотревшись», я с облегчением выдохнула – на таком расстоянии легко читались индивидуальные отличия живого свечения приближающихся персон, и по меньшей мере одна из них мне была с некоторых пор достаточно хорошо знакома… Только не глюк ли это, с чего бы почтенному аристократу гулять в такой глуши?!

Темные силуэты бесшумно рассредоточились вокруг приземистого строения, часть скрылась в прибрежных зарослях, двое замерли у двери. Нет, судя по всему, не меня собираются брать измором, а остерегаются тех, кто может прийти следом… Раздался деликатный стук. Я вытянула из петель тяжелый засов и отступила назад. Стучавший помедлил и вошел, лишний раз доказав, что с моей дополнительной сигнальной системой полный порядок. Это действительно был сам Дерентр, которого сейчас трудно было узнать в одежке, больше подходящей для среднезажиточного фермера из какого-нибудь захолустья, давно и надолго забытого богами. Он тяжело опустился на замшелый чурбачок, бросив на стол потрепанную шапку, и устало потер ладонями лицо. Потом поднял на меня покрасневшие от недосыпания глаза:

– Удивлена? Я и раньше мог бы тебе помочь, но для этого моим людям пришлось изрядно побегать по всей округе – ты слишком хорошо путаешь следы!

Я криво усмехнулась, красноречиво пожала плечами: не мы такие – жизнь такая, особенно если с незваными помощниками повезет! – и выжидательно воззрилась на позднего гостя. Он устроился удобней и заговорил, словно продолжая давно начатую беседу:

– Кроме прочего, я тебя толком и поблагодарить не успел! Реннир пока не в состоянии сам выказать свою признательность, поэтому говорю от имени нас обоих. Ты много сделала для нашего рода и, значит, имеешь право знать, как развивались остальные события. Два дня назад знахарь, приглашенный из ближайшего отдела королевской канцелярии, по моей просьбе совершил при свидетелях положенный для установления отцовства ритуал и подтвердил… хм!.. сказанное тобою. После чего я публично признал бывшего лесничего своим старшим сыном и главным наследником, переписал завещание и отдал его на хранение служащим того же учреждения. Постарался при этом не обделить никого из членов семьи, но самое основное оставил своему настоящему потомку.

Я невольно зажмурилась и передернула плечами, представив, какая буря бушевала в почтенном семействе, несмотря на вмешательство и присутствие официальных лиц. И потом – для людей алчных и предприимчивых никакой документ не помеха, можно ведь внести свои поправки в течение событий… Дерентр понимающе кивнул:

– Ничего, супруга должна будет смириться, никуда не денется, разве что не скоро… А на случай возможных неприятных происшествий в жизни моего мальчика в тексте есть оговорки, так что теперь с него будут пылинки сдувать, лишь бы не скончался раньше срока! К тому же он, как только поправится, поселится отдельно, в другом нашем фамильном замке, в южной части владений. Научится управлять имением, да и свадьбу решили надолго не откладывать…

Я довольно улыбнулась – что ни говори, люблю хеппи-энды, особенно если сама к ним причастна!..

– Так что в третий день первого месяца весны ждем в гости. А теперь, как мне кажется, самое время рассчитаться… Ты в каком виде предпочитаешь получать вознаграждение?

Я прищурилась и повела подбородком.

– На мое усмотрение? Что ж!..

Похоже, мудрый сеттен предвидел и такой вариант, поскольку долго не раздумывал. Для начала на столешницу с многозначительным приглушенным звяком возлег вышитый кожаный мешочек. Я аккуратно подцепила мизинцем витой шнурок, стягивающий горловину, и покачала – вес впечатлял!.. Тем временем передо мной оказался свиток с печатью, украшенной четким изображением уже знакомого фамильного герба. Так-с, полюбопытствуем!.. Да уж, скупердяем этого высокородного аристократа не назовешь – в моих руках была оформленная по всем правилам дарственная на обширный участок леса, расположенный меж двух рек у самого места впадения их в Сизое озеро… И до кучи на само упомянутое озеро, небольшое, но широко известное в народе благодаря лечебным свойствам воды и грязей. Словом, все условия для того, чтобы бросить бродяжничать, осесть на месте, соорудить приличный санаторий государственного значения и жить себе припеваючи… Жаль, что мне в ближайшее время будет как-то не до этого!

Я отвесила почтенному собеседнику благодарный поклон, только он почему-то не спешил удалиться. Еще некоторое время сидел, задумчиво разглядывая меня с ног до головы, потом кашлянул и негромко произнес:

– Разумеется, двери моего дома всегда будут открыты для тебя, но… возможно, я смогу чем-то помочь уже сейчас?

И в ответ на мой недоумевающий взгляд пояснил:

– Согласись, когда молодая красивая женщина бродит в одиночестве по нашим… хм!.. неспокойным дорогам, забравшись в дебри приграничья дальше некуда, говорить ни с кем не желает и долго нигде не задерживается – это явно неспроста! Нет, я не собираюсь ничего выпытывать и лезть не в свое дело, но…

Я невольно усмехнулась – в проницательности этому дядечке все-таки не откажешь! И в широте души тоже… Как жаль, что воспользоваться любезным предложением нет никакой возможности! Я отрицательно покачала головой, отвешивая дополнительный благодарный поклон.

– Что ж, – Дерентр на удивление легко поднялся и шагнул ко мне, – тебе видней. Только возьми еще и это, не помешает.

Я приняла и сразу развернула небольшой свиток. На тонком пергаменте четким убористым почерком были выписаны имена и адреса каких-то людей, живущих в самых разных местах западной оконечности королевства. Сеттен, заметив мое недоумение, пояснил:

– К любому из них можешь обратиться в любое время и с любой бедой, помогут обязательно, только надо будет сказать…

И едва слышно шепнул мне на ухо пять простых слов, не связанных смыслом. Самое интересное, что сказано это было на языке горных шушек, причем того самого клана, где главенствовала моя старая знакомая Гиса. Тем лучше, значит, и впрямь наш человек… Да, чуть не забыла! И я, встав, принесла сумку и высыпала на стол смертоносные «пуговицы», которые отобрала у одного из своих преследователей, царство им всем небесное… Сеттен окинул тускло поблескивающую кучку быстрым взглядом, вскинул бровь и поднял на меня глаза – мне оставалось только развести руками. Он кивнул одному из стоящих поодаль воинов, тот подошел и сгреб мои трофеи в горсть, а Дерентр взял у него еще один кожаный мешочек и положил на столешницу со словами:

– А это – за помощь в поиске товара, прошедшего мимо таможни!

Уже на пороге пожилой аристократ обернулся, поклонился мне – как равной, на глазах у всех своих людей! – и вместе с ними растворился в сгустившейся предрассветной мгле.

Глава 3

Оставаться и дальше в этих краях не имело смысла, если не сказать больше. Почтенный Дерентр не зря дал мне список надежных явок – чем это еще могло быть, как не прозрачным намеком на то, что хорошо бы мне пока держаться от здешних благословенных мест подальше? Пусть все официальные нюансы улажены в лучшем виде, но куда деть властную злопамятную бабу с полудивизией родни под стать, особенно с учетом последних событий?! Мне для полного счастья не хватало еще скрытых военных действий с повсеместной травлей!.. Поэтому я, добравшись до третьего попавшегося на пути городка, срочно вылечилась от немоты и сменила внешность на совсем непримечательную, причем каждый день разную. Ночевала тоже всякий раз на новом месте, благо сей городишко стоял на пересечении местных торговых путей и приезжего люда в нем хватало, равно как и желающих на них заработать, хотя бы пуская на постой.

Я не просто убивала время, а ждала знака свыше, поскольку моя хваленая интуиция молчала упорнее самого стойкого героя партизанской войны. Метаться по всей округе почему-то не хотелось, тем паче – наобум пускаться в дальнее путешествие… Да и отдохнуть после недавних событий тоже было совсем не грех, поэтому пришлось основательно запастись терпением, которое высшие силы, к счастью, не стали слишком долго испытывать…

В очередной базарный день я позволила себе поспать подольше и проснулась оттого, что под окнами чересчур оживленно галдела детвора, да и взрослые судачили о чем-то громче обычного. Не открывая глаз, я некоторое время пыталась уловить обрывки сказанного, потом рывком села на постели. Кажется, дождалась!

Через полчаса, успев позавтракать и привести себя в порядок и в новый образ, я пополнила своей персоной поток пестро одетых людей, спешивших добраться до одной из главных улиц, ведущих на центральную площадь. Именно там, согласно сводкам последних городских новостей, обосновались для выступления заезжие артисты. Судя по царившему оживлению, событие было из числа редких и запоминающихся.

Еще на подходах к площади до моего слуха донеслись до боли знакомые звуки, спутать которые с чем-либо другим для меня было бы совершенно немыслимо. Достаточно вспомнить, сколько раз мы слушали под аккомпанемент этих волшебных импровизаций еще более волшебные песни, которые неустанно сочинялись для собственного исполнения самым потрясающим бардом всех времен и народов… по крайней мере в этом измерении!..

Вальгранарх Ликуартисский… Кроме прочего, еще и давний друг семьи Ледяных Правителей, знал родителей Дина и к нам с мужем относится по-отечески. Уникальный в своем роде индивид потрясающей красоты, вечно молодой стараниями небожителей: в его роскошной темно-медной гриве нет ни единого седого волоска, несмотря на то что ее обладатель вот-вот разменяет третью сотню лет. Он давно покинул родной остров – самый большой среди многих в Окраинном архипелаге, хотя периодически возвращается, чтобы навестить многочисленных детей, а в последнее время и внуков. Много лет назад лишился зрения, но не утратил ни вкуса к жизни, ни чувства юмора, ни тяги к перемене мест и проводит в странствиях почти все время, умудряясь оказываться если не в самой гуще выходящих из ряда вон событий, то как минимум их свидетелем. Не остался в стороне и от памятных событий пятилетней давности… Вникать в детали происходящего помогает подарок небес – двухголовая змейка, найденная им однажды в храме Семи Богов. С тех пор они неразлучны… Гичи, успешно играя роль экзотического ожерелья, каким-то образом умудряется видеть за них обоих, поэтому во впечатлениях нет недостатка, и этой на редкость творческой личности не составляет труда выполнять условие небожителей, даровавших ему дополнительный жизненный срок за особые заслуги: ежедневно дарить миру хотя бы одну новую песню собственного сочинения. Причем каждая из них вполне могла бы претендовать на то, чтобы стать хитом по меньшей мере сезона, народ не зря дал своему любимцу второе имя – Папаша Хелль![43].

Я по-прежнему неспешно двигалась «по течению» в плотной ярмарочной толпе, а на удивление уместные слова под чарующий аккомпанемент проникали не в уши – в самое сердце: не всегда на небе тучи, пройдет и ночь – день будет лучше… и предательства не бойся, другу верному откройся – как-то так… Я ничего не видела и не слышала, кроме голоса, давно ставшего почти родным, только слезы текли и текли без остановки. Тоска и напряжение последних дней постепенно отпускали мое измученное сердце, словно растворяясь в дивных звукосочетаниях, а с души один за другим падали накопившиеся камни, отчего на ней становилось легко и светло, и даже дышалось теперь свободнее…

На последних словах припева меня вынесло к самому краю низкого, ярко разукрашенного помоста, на котором живописной группой расположились бродячие артисты. Медноволосый бард с Ликуартиса уже раскланивался на все стороны перед восторженной публикой, но уйти ему не удавалось – пылкие поклонники (а пуще того поклонницы) ни за что не хотели даже на время расставаться с народным любимцем. В конце концов он уступил уговорам и завел очередную балладу. Как сейчас понимаю, выбор он сделал совсем не случайно: это было повествование о событиях пятилетней давности… Да-да, тех самых, что благополучно завершились нашей победой в памятном сражении в Туманной долине в День Весеннего Равноденствия! Нахлынувшие вдруг воспоминания непроницаемым колпаком отделили меня от галдящей суматошной толпы…

Очнулась я в тот момент, когда на сцене уже готовились к выступлению другие члены труппы, а слепой певец превратил сбор честно заработанных денег в комедийную импровизацию. Он обходил зрителей со старым трофейным шлемом в руках, живо комментируя каждую брошенную монету, и отвечал на шутки, не забывая между делом отвешивать комплименты местным красоткам. Я тоже не поскупилась на гонорар, и не успели золотые пополнить щедрый урожай своих собратьев, как Вальгранарх выдал:

– Да вознаградят боги тебя, юная красавица, за… истинно королевскую щедрость!

И преклонил передо мной колено в приветствии, которым положено встречать именно персон королевских кровей. Комплимент пришелся в самую точку, особенно учитывая то, что я сейчас была прилично, но тускло и безвкусно одетой почтенной матроной лет под шестьдесят и о-о-очень впечатляющих габаритов, с бородавкой на подбородке, усиками на верхней губе и внушительным носиком-картошкой, украшающим простоватое лицо коренной жительницы самого дальнего из местных горных захолустий. Придерживаясь выбранной роли, я в срочном порядке заставила себя покраснеть и, стыдливо потупив часто моргающие глазки, сипло кудахтать что-то невразумительное, отбиваясь от попытки поцеловать мою не запятнанную скупостью руку. Не удалось…

Притихшая было толпа взорвалась криками, солеными шутками, оглушительным хохотом и поздравлениями по поводу обретения певцом очередной кандидатки на почетную роль второй половины. Пришлось покраснеть еще больше, громко всплакнуть от смущения, трубно сморкаясь в изысканно вышитый гладью платок размером с небольшую скатерть, и почти потерять сознание от осознания привалившего наконец-то счастья в личной жизни… К чести ликуартисца, он отвлек внимание на себя – снова запел, только теперь что-то злободневное на тему действительных и мнимых радостей семейных будней. Поклонники рьяно взялись ему подпевать по мере сил, а я получила возможность раствориться среди плотной массы хохочущих людей. Можно сказать, отделалась на удивление легко, а ведь могли бы с народной помощью и пожениться мимоходом! Нет, как вариант он очень даже ничего, если не сказать больше, только тогда я залечу, что называется, по полной – по статье за двоемужество!.. И хотя опять же не смертельно, да дети не поймут…

Но напоследок я успела заметить, как чешуйчатые головки Гичи приветственно качнулись, левый глаз непревзойденного певца едва заметно подмигнул мне, а свободная рука небрежно махнула в сторону ближайшего постоялого двора, скрытого сейчас разноцветным полотнищем циркового фургона. Что ж, культурная программа на вечер обеспечена, можно пока заняться делами… А точнее – упаковать пожитки да прикупить все необходимое для дальней дороги, не зря же пересеклись пути беглой меня и барда-самородка, странствующего всю свою сознательную жизнь!..

В сгущающихся сумерках высокая фигура, закутанная в длинный темный плащ с глубоким капюшоном, проплыла по ставшей малолюдной улице и свернула к черному ходу того самого постоялого двора. Коренастый рябоватый охранник окинул наметанным взглядом очередного «ночного жаворонка», пропустил в дверь, принял в ладонь мелкую монетку и мимоходом проверил качество товара путем щипания пониже талии. Привычно увернулся от пощечины, но тут же нарвался на следующую, более увесистую – с другой руки. Выслушал в качестве бонуса новую нецензурную версию житейской истины в духе «не заплатил – не лапай!» и, сочтя свою миссию выполненной, кивнул в сторону полутемной лестницы.

Преодоление ступенек на цыпочках не обмануло утонченный слух ликуартисца и на этот раз – он встречал гостью, стоя в проеме распахнутой двери, которую сразу же запер. Я подождала, пока он повернется, и медленно распахнула плащ, наблюдая за его реакцией на мой новый облик. А посмотреть было на что…

Мелкие смолисто-черные кудри до пояса, густо подведенные зеленые глаза, вздернутый носик, пухлые губки бантиком… Жесткий корсет, затянутый туже некуда ради осиной талии, блузка с рукавами-«фонариками» и низким вырезом, в котором примерно двенадцатый номер представал во всей своей внушительной прелести почти без купонов. Далее шла пышная юбка длиной – страшно сказать! – всего лишь до середины голени да легкие сандалии на тонких ремешках – не по сезону, зато сексуально подчеркивающие стройность загорелых ножек…

– И как тебе такой образ? – Я поправила оборку и крутнулась туда-сюда, кокетливо подбоченившись.

Обе головки Гичи закатили глаза и обвисли обрывками пестрого каната, вывесив на разные стороны раздвоенные язычки, а почтенный бард схватился обеими руками за сердце, качая головой и сипло выдохнув:

– О боги, за что мне все это?!

– В смысле – столько счастья сразу и еще в этой жизни? – уточнила я. – Значит, не так уж плохо получилось. А то меня терзали смутные сомнения насчет фасончика и количества косметики…

– Совершенство ничем не испортишь! – «Клиент» отвесил наигалантнейший поклон.

– Подлецу все к лицу! – согласно кивнула я, и мы одновременно расхохотались. – Ну, здравствуй, вечно молодой бродяга!..

Мы обнялись, поцеловались, прослезились… К накрытому столу, посреди которого ненавязчиво синела узкая высокая бутылка с тарнигальским белым вином, я выставила давно любимое певцом, но редкое в этом году бальдиарское «Зеленое особое».

– Надеюсь, вкусы моего названого папеньки не успели кардинально измениться?

– О нет, в отношении женщин и вина – никогда! – тряхнул медно-рыжей гривой Вальгранарх. – Порадовала доченька, грех жаловаться!

Для тех, кто не знает или забыл, – мы в самом деле в определенной степени родня. Он всегда относился ко мне как родному чаду, благо с его настоящими дочками я сдружилась не на шутку. В день моей свадьбы передавал меня с рук на руки жениху как названый отец и с тех пор носит это звание с гордостью.

Мы с удовольствием воздали должное ужину, обсудили новое из жизни самого всенародного любимца и членов его впечатляюще большой семьи… Вспомнили «дела давно минувших дней», боевых товарищей, славные походные денечки, судьбоносную битву в Туманной долине… Выпили, помолчав, за тех, кто с той поры не с нами… Между делом я в очередной раз высказала почтенному барду восхищение по поводу его боевых навыков. Он в ответ пожал плечами:

– Моя королева, несмотря на прозорливость, что-то путает – я всего лишь скромный сочинитель и певец, лишенный зрения! В тот памятный день я ничего примечательного сделать просто не мог, всего лишь воодушевлял наших воинов задорными песнями…

– Попутно круша неприятельские головы теренахской булавой, сработанной на заказ?! – Я тряхнула головой, отгоняя всплывшее из глубин памяти видение: продуманно выбранное укрытие в начале узкого ущелья, где крупные организмы могли протискиваться максимум по двое, и потемневшие от пролитой крови пластины здоровенного шестопера[44], с неутомимой регулярностью рассекающие прозрачный морозный воздух…

– Не мог же я позволить себе замерзнуть, стоя на таком сквозняке без движения! – Папаша Хелль одарил меня безмятежно-лучезарной улыбкой. – Мой голос – достояние нашего славного королевства, как можно им разбрасываться! Да и ребятам какая-никакая была помощь…

– Вот-вот, именно так ты тогда и улыбался, когда сносил черепа несчастным беззащитным наемникам, вероломно усыпив бдительность своим небесным пением! – Я обличающим жестом наставила на него палец. – Никаких шансов беднягам не оставил…

– Могу совершенно безвозмездно предложить свою компанию для рыданий в унисон, дабы оплакать их тяжкую судьбу и бесславную кончину, – серьезно предложил народный любимец, скручивая пробку с новой бутылки. – Хотя… может, лучше просто еще раз выпьем за встречу?

– Конечно, лучше! – Я подставила бокал.

В процессе беседы мы коснулись и «дел наших скорбных». Мне стало намного легче, когда я вкратце поведала «папеньке» историю своих нынешних скитаний. Он покачал головой, но воздержался от увещевательных речей, лишь спросил, насколько я в курсе последних событий. Пришлось признаться, что меня все это время в основном интересовали мои двойняшки-короляшки, о прочем же знала постольку, поскольку оное попадало в «кадр» при просмотре очередного выпуска детских новостей по «огненному каналу». Вальгранарх призадумался, но вскоре встряхнулся и поведал, что король вместе с придворным чародеем, Светлым Вождем и свитой заканчивают ревизию дел на периферии, а монаршее семейство в компании за-Граничных старых и новых друзей задержалось в наших фамильных владениях радоваться прелестям золотой осени. Самозваный несостоявшийся лжемонарх, разоблачение, как и само существование которого по-прежнему держалось в тайне от широких масс, пребывает в заговоренной башне – в соответствующих рангу условиях, но под жесточайшей охраной, – и останется там до решения его участи…

Так и не дождавшись от меня реакции на сказанное, он перевел разговор на другое. В итоге мы, как и в добрые прежние времена, засиделись почти до утра. Золотой Голос Королевства любезно предоставил свое скромное ложе в распоряжение величества, донельзя утомившегося в процессе наливания организма вином до бровей. Сам же, закутавшись в мой плащ, выскользнул за дверь и вернулся уже на рассвете. Судя по довольной улыбке, затеянное им удалось в полной мере, но делиться впечатлениями он не спешил. Я же давно взяла за правило не проявлять никчемушное любопытство, посчитает нужным – поведает сам…

Главное – закончились мои одинокие скитания! Теперь я путешествовала по родному с некоторых пор краю в не самой многочисленной, но дружной, веселой и, безусловно, приятной компании. Меня представили как одну из младших дочек нашего вечно юного любимца небожителей, и с вливанием в новый коллектив никаких проблем не возникло, встретили в полном смысле слова как родную. Видимо, старые друзья привыкли к периодическим появлениям на горизонте таких вот «последствий» тяги прекрасного ликуартисца к не менее прекрасному полу, широко известной среди своих и неугасаемой, несмотря на возраст…

Первый же вечер совместных странствий был отмечен скромным пиром. Много было выпито вина и сказано теплых слов, еще больше спето душевных песен, в том числе и новая – в мою честь, исполненная неповторимо талантливым автором. Все это меня так растрогало, что спровоцировало на редкий подвиг – попытку попробовать свои силы в стихотворчестве. Судя по реакции окружающих и в первую очередь «папеньки», которому, собственно, и посвящался мой экспромт, результат оказался не так уж и плох:

Нежно струн коснулась рука –

Переливчатым звуком завьюжило,

В небе движутся облака,

Заплетаясь ветрами в кружево…

Не звенит на траве роса,

И ручьи затаили дыхание –

Струн танцующих голоса

Словно колкое звезд мерцание…

Звук за звуком – вдогонку вдаль,

С завитками тумана сливаясь,

Уплывают за самый край,

Звонким эхом в душе отзываясь…

И замелькали дни – яркие, непохожие один на другой, заполненные новыми впечатлениями… вперемешку с тоской. И все оно вроде бы сложилось к лучшему, если бы не… как в той песне «бестолковая любовь, головка забубенная», в которую так и лезет непрошеное… Особенно в пути, когда можно расслабиться, сидя в повозке, и любоваться живописными окрестностями, пока дорога наматывается на поскрипывающие колеса… Или под шелест ветра и стук дождевых капель по пестрому пологу… Или на стоянке, когда переливчатое пламя танцует, потрескивая, под аккомпанемент невнятных ночных звуков и мирного храпа новых друзей…

Меня за последнее время не раз, не два и даже не десять начинали терзать сомнения – стоило ли так остро реагировать на неосторожное высказывание своего супруга? И столько же раз не находилось ответа… Вот что я, спрашивается, должна была предпринять в той ситуации? Притвориться, что не расслышала вопроса? Почти так и сделала, толку-то… Даже если бы в третий раз допытываться поленился, убедил бы себя, что «это ж-ж-ж неспроста»!.. Отшутиться? Тоже было, с тем же результатом… Махнуть рукой, мол, думай что хочешь? Так он и без того надумал по самое некуда!.. Спокойно рассказать обо всем, что было тогда, разложить по полочкам, объяснить в деталях, почему возникли подозрения и как именно я увиливала от исполнения супружеских обязанностей? Возможно, только втолковывать подобное тому, кто убежден в «очевидном» (опираясь на собственный опыт, не иначе!) и в том, что твердо знает, как поступают «любые на моем месте», – как правило, пустые хлопоты… Не тратить время и силы на бесполезный спор? Это значило бы согласиться с тем, что его представления о ходе событий и есть истина, только на самом-то деле ничего подобного!..

Я до сих пор твердо стою на том, что «любить – значит верить!», и стараюсь этому следовать сама… Так с чего бы мне признаваться в несодеянном?! Да еще ладно бы заподозрил меня в похищении яблок из общественного сада или пожертвований из храмовой казны! Как раз в этом случае, может, и согласилась бы с клеветой – для смеха, но ведь ему же примерещился куда более крутой сценарий!.. Черт бы побрал все эти сложности!!! Он-то наверняка окончательно уверился в своей правоте, как же: бегство – признание вины, а ведь я просто испугалась того количества дров, которых запросто могла бы наломать сгоряча!

Если бы мое исчезновение было продуманным планом, например, в отместку за обидные подозрения и недоверие доставить беспокойство недалекому партнеру, можно было бы что-то и пересмотреть. Или устроить ему веселую жизнь – например, отправиться на свидание к его братцу, который все еще дожидался решения своей судьбы, сидя в башне со всеми удобствами, провести с ним ночку-другую – а если понравится, то и больше! – и потом предоставить муженьку самый подробный отчет в ответ на некстати заданный вопрос… Вот это действительно удалась бы месть всем на зависть, которая на раз научила бы думать, прежде чем произносить что-то вслух… и одновременно положила бы начало бесповоротному окончанию прежних отношений.

Да, я очень хотела вернуться, сердце рвалось прежде всего к детям, к родне, к друзьям, в обжитой и уютный замок, но… как только в мыслях доходила до своего ненаглядного, эмоции вскипали с новой силой. Причем совсем не те, которые должны бы возникнуть после долгой разлуки… Но что еще можно ждать от меня?! С одной стороны, подозрения мужа вполне понятны, а ревность объяснима, ведь его попросту использовали в качестве бульдозера на свалке для разгребания всевозможных ненужностей на пути к престолу с перспективой выбрасывания за ненадобностью в итоге, в то время как братец должен был получить все и даром… Самозваный заместитель жил припеваючи, пока Дин томился в плену, а потом в рабстве у озабоченной, свихнувшейся от собственного могущества колдуньи, к тому же не имея никакой возможности даже себе помочь, а уж о том, чтобы что-то изменить, и речи быть не могло! От одной этой мысли можно ненавязчиво спятить…

С другой стороны, мой возлюбленный мог бы и сам оценить по достоинству тот факт, что я так быстро… нет – что я вообще смогла обнаружить подмену и раскрыть этот подлый заговор! Если бы я, в самом деле поддавшись на обман, приняла его близнеца вплоть до постели, мне в принципе не пришло бы в голову начинать копаться в малозначительных деталях, с которых, собственно, все и началось. Вот, по-моему, единственно правильный вывод, который следовало бы сделать Ледяному Королю, потрудись он должным образом напрячь извилины в своей венценосной голове, прежде чем задавать вслух дурацкие вопросы.

С очередной стороны, допускаем, что Дин все-таки до сих пор меня любит, потому и не смог справиться с приступом ревности и удержать язык за зубами… Но с противоположной стороны, если любишь – значит доверяешь, а еще – заботишься и бережешь, поэтому ради спокойствия дорогого тебе человека совсем не вредно лишний раз включить мозги, прежде чем что-то сказать или сделать! Хватило же у меня великодушия и терпимости не напоминать его Ледяному Величеству, чего стоило мне все это время, пока длилась наша спасательная кампания, не зацикливаться на том, что долгоиграющая заваруха с последствиями началась именно с его прогулки на сторону!..

Я уж и не говорю о том, что действительно любящий муж мог бы хоть раз призадуматься, каково мне стало, когда выяснился род его занятий при дворе беловолосой ведьмы! Да, конечно, какой с него, зачарованного, спрос, только ведь и я могу начать озвучивать неприятные вопросы, причем вполне закономерные. Например, так ли уж сильно был он заколдован, когда день за днем ублажал эту с-с-с… сильную чародейку, к тому же раскрасавицу каких мало?! И опять же – за дочкой нашего соседа-правителя (чтоб ему быть здоровым, когда я до него доберусь!!!) мой дражайший супруг поплелся в укромный уголок совершенно добровольно, будучи в здравом уме и практически трезвой памяти!.. В конце концов, я всего лишь человек и нервы у меня не железные, и даже моему терпению имеются пределы, как ни печально это сознавать!

Вот почему при одной мысли о встрече со своим благоверным у моей тигриной ипостаси вставала дыбом шерсть на загривке, а в человеческом виде начинало сильно щипать глаза от навернувшихся слез гнева и обиды. Нет, рановато мне возвращаться, ничего хорошего из этого не выйдет… Поэтому я скрепя сердце решила последовать старому и не раз проверенному совету насчет обстоятельств и отношения к ним. Попросту оставить все как есть и плыть по течению… В кои-то веки полностью довериться судьбе, не пытаясь повлиять на события и дожидаясь какого-нибудь убедительного и недвусмысленного знака свыше. Наверное, это просто проявление малодушия, для меня в общем-то нехарактерного… но – будь что будет, всему свое время!

Глава 4

На сей раз, меняя внешность, я дала себе волю. Показалось довольно занятным узнать, каково быть натуральной блондинкой, к тому же припомнился давешний интерес к фэнтезийным персонажам. Эльфийским принцессам, например, – почему бы мне и не размечтаться хоть раз в жизни?! Вернее, расшалиться… Поэтому Вальгранарх получил в дочки небесное создание со слащавых открыток с душещипательными надписями о любви, в основном безответной. Теперь я была особой лет восемнадцати по нашим меркам, не больше, высокая, изящная, стройная до невозможности, с ногами от верхних коренных зубов, гривой светло-пепельных кудрей и невинными прозрачно-голубыми глазками на пол-лица с ресницами почти до бровей. Правда, на первый раз я, видимо, с разгону немного перехватила с формами, если судить по тому, как обе головы змейки начали шипеть, попеременно заикаясь. Во всяком случае перемещаться стало намного труднее – сильно перевешивало вперед и не всегда удавалось вписываться в повороты без риска добавить синяков на кормовой части организма. Кроме прочего, следовало учитывать необходимость блюсти душевный покой нынешних товарищей по скитаниям, поэтому пришлось быстренько свести габариты к более умеренным.

Имя выбирали долго. Для начала, бесполезно помучившись некоторое время, я попыталась наехать на своего названого папеньку с претензией – мол, при таком количестве деток, если даже считать одних законных, мог бы уже научиться подбирать имена прямо на ходу, между делом! На что получила вполне серьезный ответ: имя – носитель судьбоносной информации, посему подбор на ходу не делается, и вообще этим занимаются мамочки, поскольку кровно связаны с чадом и лучше чувствуют, что к чему. Крыть было нечем, до родной мамочки далековато, пришлось пыхтеть самой – как ни крути, кровная связь в моем случае ближе некуда…

Что там говорилось насчет судьбоносности? Поразмыслив, я предложила на выбор следующие варианты: Тиранида, Мегерина, Доставальса, Ужастина, Уморина и Торнадэлла. Вальгранарх, поперхнувшись питьем уже на второй версии, авторитетно заявил, что певицу с подобным имечком люди слушать просто не придут, поскольку за несколько последних спокойных годков еще не успели отойти от ужасов Темных лет и вряд ли кого-нибудь потянет на экстрим, а нам деньги зарабатывать надо. И потом, кто-то из нас двоих (не будем показывать пальцем!) собирался на данном этапе жизни оставаться как можно более незаметным, а при таком-то имечке… да в сочетании с выбранной «скромной» внешностью!..

Пришлось усерднее напрячь извилины. В конце концов, остановились на Белладонне: имя благозвучное, интригующе нездешнее, что вполне объяснимо при образе жизни моего «родителя». К тому же и по смыслу вполне подходит, если знать, о чем речь…[45]

Напоследок мне пришло в голову сменить и голос. Нэфи возмущенным фырканьем развеял возникшие было сомнения насчет его возможностей в этой области, так что после недолгих размышлений мой альт редкого тембра сменился на сопрано в духе Монтсеррат Кабалье. Нескромно? Может быть, не спорю, но раз уж есть возможность… Неизвестно, куда кривая вывезет, а получить удовольствие от процесса я просто обязана, поэтому… гулять так гулять!

С репертуаром получилось и сложней, и проще, как посмотреть. Сочинительство – не самая сильная моя сторона, да и авторское творчество требовалось только от Золотого Голоса Королевства, мне же можно было позаимствовать и чужих шедевров, благо память у меня на зависть любому Бонду. Вот когда пригодилось давнее увлечение женской половины моего родного семейства! Основательно покопавшись в закромах детских и юношеских воспоминаний, удалось-таки дословно воссоздать шлягеры из репертуара многих весьма популярных на моей исторической родине личностей. Труднее было выбрать из них те, что подошли бы по содержанию к местным условиям, не вызывая недоумений у населения, но нам удалось и это. В конце концов, основные проблемы бытия для всех разумных одинаковы…

Самые современные хиты моего родного измерения категорически отпадали еще в полуфинале, да и в целом упоминание в тексте деталей, неподходящих для данного места и времени, было бы ни к чему. К тому же темы должны быть волнительными для всех, иначе не видать нам фанатов как своего затылка!.. Пораскинув мозгами дуэтом, решили, что на моей совести будет прекрасная часть населения, значит, в срочном порядке следовало вспомнить все, что знала про любовь – желательно несчастную, сложности быта, разлуку и разлучниц…

На долю Вальгранарха остались, как и прежде, мужиковские радости жизни: ратная доблесть, охота, путешествия, посиделки под выпивку с последующим поиском приключений на различные части организма, девушки нетяжелого поведения и амурные похождения. Кроме прочего, «папеньке» изумительно удавались вариации (большей частью скабрезные) на тему повседневной жизни фольклорных и экзотических персонажей. Вот где был воистину бескрайний простор для неуемной фантазии, щедро сдобренной богатым жизненным опытом!..

Вскоре я решила, что должна поддержать престиж своей исторической родины и, основательно помучившись, припомнила-таки слова некоторых «сказочных» песен Высоцкого. Наш дружный коллектив лежал вповалку, едва дыша от хохота, слушая в моем исполнении «Сказку о несчастных лесных жителях», «Про любовь в каменном веке», а особенно – «Про дикого вепря» (правда, не уверена, что их забавляло именно содержание). Подобное дополнение к репертуару свою роль сыграло – во многих забегаловках в поздний час до сих пор можно услышать в нестройно-хоровом исполнении: «Чуду-юду я и так победю!..»[46]

Труппа за достаточно долгое время существования успела давно и прочно завоевать среди народных масс широкую популярность, а пополнение в моем лице вызвало мощный приток дополнительного количества местных ценителей искусства, что, кроме прочего, добавило проблем. Дело было в устрашающем росте числа моих личных поклонников, которые, к сожалению, не ограничивались выражением симпатий в денежно-цветочно-подарочном эквиваленте. Были разной степени массовости мордобои с целью выяснения, кому именно предназначался воздушный поцелуй, попытки похищения новой солистки прямо со сцены, потом – из фургона во время переезда, а в комнату на очередном постоялом дворе один из фанатов заявился прямо с местным жрецом и родней почти в полном составе. Избежать повторного брака мне удалось только благодаря объединенным усилиям коллег-артистов и кого-то из небожителей, неравнодушных к благополучному разрешению моих проблем.

Впрочем, новые друзья в целом были не в обиде за незапланированные развлечения такого рода, ибо скачок всеобщего интереса сказался и на толщине кошельков. Конечно, с государственной казной не сравнить, но на жизнь вполне хватало даже с учетом периодически возникающего желания побаловать себя, любимых. К тому же Папаша Хелль по секрету от прочих познакомил меня – как близкую родственницу – с парочкой надежных людей, которые брали совсем небольшое вознаграждение за хранение нашей части накопленного капитала. Я была почти уверена, что эти «верные руки» были чем-то сильно по жизни обязаны моему «папеньке», но не стала никого ни о чем спрашивать: меньше знаешь – крепче спишь! Да и не в моем характере лезть напролом в чужие дела, сам расскажет, если захочет.

Единственное, что я себе позволила, – подколоть медноволосого сердцееда по поводу необходимости быть запасливым в силу многочисленности кандидаток на алименты. Он в ответ лишь философски пожал плечами: «Деля с женщиной постель, надо быть готовым разделить и возможные будущие трудности, хотя бы отчасти. Другой-то помощи от меня в хозяйстве немного…»

Кроме прочего, наша труппа стала чаще выступать в частных владениях на семейных праздниках, званых вечерах и тому подобных мероприятиях для избранных. Поэтому никого не удивило полученное вдруг и весьма категоричное по форме «приглашение» от «отца» очередного города, в котором нас угораздило задержаться подольше. Мэр был не на шутку озабочен достойной встречей короля, который с многочисленной свитой следовал из очередной поездки через его благословенные владения в сторону столицы. По этому поводу затевался пышный прием для всей местной аристократии, а мы должны были явить собой часть культурной программы. Заплатить обещали щедро, но сообразно успеху, так что имело смысл постараться… как для себя!

Вначале перспектива появления пред светлыми очами законного супруга повергла меня в дикую панику, но потом дошел комизм и пикантность возникшей ситуации, поэтому я развила бурную деятельность по приведению себя, любимой, в самый неотразимый вид. Не стоит понимать буквально – я вовсе не собиралась пополнять своей персоной вампирье племя, просто любое зеркало теперь должно было треснуть от стыда по причине безуспешности усилий, пытаясь отобразить этакое совершенство хотя бы в малом приближении к оригиналу!..

Дворец местного градоправителя блистал огнями и пышным декором. Окинув наметанным взглядом открывающееся прямо от парадных ворот великолепие, мое величество только присвистнуло – вполне достойно для приема короля! Правда, вдоволь налюбоваться не довелось, не для того нас пригласили на этот праздник жизни высшего света. Нашу бравую команду стражники быстро передали с рук на руки помощникам церемониймейстера, которые проводили в уже заполненное народом помещение примерно девять на двенадцать и оставили дожидаться своего часа. Собратья-артисты держались группками, негромко переговариваясь и ревниво разглядывая конкурентов, а я подобралась к плотно закрытым дверям посреди дальней стены. Замочная скважина располагалась достаточно высоко и явно предназначалась для ключа впечатляющих размеров, поэтому парадная зала просматривалась как нельзя лучше.

В общем и целом, ничего оригинального: богато накрытые столы, выстроенные буквой П, в центре уже восседает монарх со свитой, напротив них сцена-возвышение, на которую, надо полагать, будем выходить из этих самых дверей, парадный караул у входов и выходов, масса цветов, гирлянд, свечей и разодетого народу. Сбоку – оркестр, конечно, не Большой симфонический, но тоже ничего… Лица у музыкантов напряженно-улыбчивые, на инструменты, начищенные до зеркального блеска, больно смотреть… Микрофонов, естественно, здесь не водится; впрочем, сто́ящего певца будет слышно и так – никто не станет мешать хорошему исполнению, а плохое и слушать незачем за разговорами о своем…

Нам перепало почетное право «открыть навигацию». Надо же, оказывается, меня все еще бросает в дрожь, когда вижу перед собой больше десяти человеческих лиц, хотя должна была бы привыкнуть к выступлениям на публике! Или дело в том, кто находится среди этой пестрой гомонящей массы?! Нет, не стоит об этом думать, а то сдадут нервишки в неподходящий момент – и пиши пропало… Так, для начала можно завести песню посерьезнее, пока гости на трезвую голову способны хоть что-то соображать. Я глубоко вдохнула, постаралась унять остаточную дрожь в коленках и пустила пробный шар:

– Призрачно все в этом мире бушующем…[47]

Вопреки опасениям, прошло на ура! Первый успех меня основательно приободрил, и я уже увереннее завела «Маленький плот», «Я пью до дна за тех, кто в море» и даже отважилась на «Штиль» из репертуара Кипелова. Я очень быстро вошла в раж и продемонстрировала новые вокальные данные во всей красе и силе, так что на высоких нотах посуда на столах начинала тоненько позванивать. На низких же пламя свечей трещало и трепетало, едва не отрываясь от фитилей, а многоярусные люстры явственно покачивались, издавая негромкий, но душераздирающий скрип. Затем на время пришлось уступить место другим выступающим, а передышку использовать с толком для себя, дегустируя шедевры здешних асов от кулинарии. Кстати, весьма запоминающиеся – почтенный мэр явно уделял большое внимание полноценному питанию…

Правда, полной воли себе мы давать пока не стали – в объевшемся состоянии не очень-то попоешь! К тому же нас довольно скоро снова попросили на сцену. Теперь было самое время для «жалостливой» части сегодняшней программы. Для начала на здешней публике опробовалась проблема «Виновата ли я» и еще кое-что из репертуара Бичевской.

С удовлетворением отметив наличие умиленного выражения на лицах большинства присутствующих, я выдала им «Луч солнца золотого», затем «Белый шиповник» – с таким чувством, что сама под конец едва не разрыдалась в голос, а уж гостям, особенно дамам, сдерживаться было незачем. И под занавес, не дожидаясь, пока будут утерты все выплаканные слезы, довела слушателей до кондиции очередным давно любимым хитом: «То берег, то море, то солнце, то вьюга…»

Уже на втором куплете народ попритих и окончательно забыл о налитом вине. Что ни говори, стихи Окуджавы – это стихи Окуджавы, да и пела я от души. Глядя в никуда поверх разномастных затейливых причесок, не обращая внимания на чьи-то перемещения за спиной, не замечая собственных слез, бегущих по щекам… Папаша Хелль, вопреки успевшей сложиться традиции, не стал мне подпевать, лишь вдохновенно выплетал на струнах своего сложного музыкального агрегата берущие за душу импровизации.

Король прервал светскую беседу с местной аристократией и сидел, подперев голову рукой, задумчиво щурясь в мою сторону и водя кончиком пальца по витой ножке недопитого кубка. Когда стихли последние звуки чарующей музыки, я встряхнула своей роскошной, продуманно уложенной гривой и склонилась в поклоне. Градоправитель, изящно промокнув заметно увлажнившиеся глазки огромным шелковым платком с вышитыми по углам вензелями, повелительным жестом подозвал меня к столу. Я направилась к нему, наскоро утерев лицо и принимая на ходу комплименты, в основном от мужской половины собравшихся. Вальгранарх неотступно следовал за мной – так, на всякий случай…

– Могу ли я узнать имя той, что несказанно порадовала нас чудесными песнями?

Да уж, мой возлюбленный в этом весь, галантность – его второе имя, даже при общении с бродячей артисткой!.. Он и за свой стол нас пригласил, но мы рассыпались в извинениях вперемешку с изъявлениями благодарности за высокую честь: мол, делу время – потехе деньги, праздник в разгаре, мы тут на заработках… Дин тут же в деликатной форме предложил нам оплатить время, потраченное на общение с его величеством, но «папочка» еще деликатнее отбоярился тем, что не имеет морального права лишать остальных почтенных присутствующих внезапно привалившего счастья, в смысле – возможности снова услышать неподражаемых нас.

Подобная ярко выраженная скромность почему-то вызвала у монарха сильный приступ искреннего веселья, но взял в руки он себя на удивление быстро, состроил подходящую случаю понимающую физиономию и опять принялся рассыпать комплименты в мой адрес. Я старательно краснела, усиливая сквозняк трогательным хлопаньем ресниц и норовя спрятаться за крепкое плечо здешнего «родителя», но мое новое имя скрывать мы все-таки не стали. Король подмигнул старому другу:

– И которая же из твоих дочек так подросла? Наверняка из числа «неучтенных», ведь среди законных спутниц твоей богатой событиями жизни в последние пару десятков лет блондинок вроде бы не попадалось?

– Память и прозорливость нашего благословенного богами величества не знает границ! – Ликуартисец отвесил изысканный поклон. – В отношении блондинок и не-блондинок я никогда не сомневался – однообразие вредит здоровью! А дочурка и впрямь удалась на диво, вся в свою почтенную незабываемую маменьку!

– Губа у тебя всегда была совсем не дура! Впрочем, от папеньки тоже досталось немало, даже не считая голоса! – утешил его монарх, откровенно разглядывая скромно потупившую взгляд меня. – Постарался как на заказ!.. Надеюсь, прекрасная дева не откажется выпить с нами?

– С двумя такими старыми и прожженными пошляками и ловеласами?! Вряд ли! – покачал головой Папаша Хелль.

– А может, это ты ей запрещаешь, возомнив себя строгим праведным отцом?!

– Ей запретишь, пожалуй… но вот насчет «праведного» в самую точку, ваше Ледяное Величество! – расхохотался Вальгранарх, а следом за ним и все остальные, с интересом следившие за развитием диалога.

– Вино запрещено, но есть четыре «но»…[48] – Это мне вздумалось припомнить кое-что из любимых творений Хайяма.

– Хорошо сказано! – Дин одобрительно кивнул и подмигнул певцу. – Интересно, за какие же из доблестей боги столь щедро наградили тебя детишками на зависть? Вроде бы никогда в святошах не числился?

Король уже протягивал мне кубок… с белым вином.

Причем не с каким-нибудь, а с тарнигальским! Интересно, где он его взял, ведь в пределах видимости нет ни одной емкости с подобным шедевром заграничного виноделия, что неудивительно, учитывая текущие внутренние неурядицы во владениях тамошнего правителя?! Под шумок наколдунячил, не иначе… Мне удалось удержать на лице маску почтительного восторга, когда я с поклоном, обеими руками принимала объемистую посудину, которую поспешила пригубить – срочно требовался допинг.

Между тем почтенный мэр что-то нашептывал на ухо королю, исподтишка постреливая в мою сторону глазами. Я навострила сенсоры.

– …угодно будет продолжить наслаждаться ее сладкозвучным пением наедине?

Ах ты… пузатый… старый… и сводник! Не будь я связана сейчас по рукам обстоятельствами, ты у меня живо научился бы плясать быструю ламбаду с элементами чардаша и ползунца, несмотря на застарелый ревматизм и одышку! Да еще останавливать пришлось бы! А весь твой пестрый придворный курятник запомнил бы этот праздничек надолго – как никогда! Причем помощь нэфи даже не понадобилось бы – уж поверьте, справилась бы и собственными силами как надо!!! Чтобы ненароком не выдать взбурливших эмоций, я совсем уткнулась в свой кубок – черт, бездонный он, что ли?! Хотя сейчас это мне только на руку… а почему, интересно, величество медлит с ответом?

– Благодарю за хлопоты, почтеннейший, но… это ни к чему, подобное дополнение к удавшемуся вечеру будет излишним.

Я оторвалась от вина и успела перехватить взгляд сапфировых глаз, брошенный вскользь, а король все так же негромко продолжал:

– Видите ли, я слишком люблю свою супругу, с которой в настоящее время спешу воссоединиться после долгой разлуки, а потому все помыслы только о ней!..

Так я тебе и поверила!!! Вон какие глазки масленые, так и раздевают взглядом прямо на ходу!

– А может, опозориться боишься – сноровку растерял или еще что?! – Вальгранарх весьма непочтительно хлопнул монарха по широкому плечу и расхохотался первым.

– Подобные вопросы лучше задавать моей благоверной! – Дин скромно потупил взор.

– Договорились: как только с ней увидимся, первым делом и допрошу с пристрастием… не подумайте плохого – только из искреннего беспокойства за ваше семейное благополучие! – Мимоходом названый отец буквально пригвоздил меня к месту движением бровей – и вовремя, ведь я чуть было не высказалась прямо сейчас, раз уж мы все так удачно встретились. Да и подкрепить слова действием за мной не заржавело бы, как раз настроение подходящее… особенно после вина!

Все же пришлось, вспомнив о конспирации, продолжить услаждение слуха собравшихся высокородных господ. Разве что песни теперь стали гораздо веселее – хвала Творцу за мою память! И дело конечно же было совсем не в том, что наш всенародно обожаемый король вздумал явить собой пример воздержания, достойный подражания!..

Хитромудрый градоправитель не зря затеял этот импровизированный конкурс, ибо все участники, стремясь огрести обещанную награду, старались превзойти самих себя. Наш слаженный дуэт сделал всех, как не мечталось ни одному тузику с его несчастной грелкой! Нам даже оказали неслыханную милость – выделили двух вооруженных сопровождающих, дабы злые завистники не смогли заставить нас поделиться честно заработанным гонораром. Правда, при первом же взгляде на ро… пардон! – лица наших спутников мы с «папенькой» одновременно подумали вслух, что никаких других грабителей может и не потребоваться, но от предложенных услуг отказываться не стали – пусть уж лучше будут перед глазами. Да и прочие желающие поживиться за наш счет убедятся, что им уже ловить нечего…

На всякий рисковый случай у нас нашлась бы в рукавах пара-тройка внушительных козырей, которые, к счастью, не понадобились. Неизбежные же поползновения одного из провожатых насчет проверить на мягкость пятую точку юной прелестницы быстро прекратились после того, как мой локоть одним точным попаданием в нужное место проверил на прочность его пресс. А отпечаток пятерни, приложенной со всей силы, только добавил его физиономии, тщательно выбритой в честь праздника, толику интригующей пикантности…

Глава 5

Несколько следующих дней не отличались ничем примечательным. Как правило, раньше всех просыпались те, чья очередь была кашеварить на всю компанию, ходили за водой, приводили лошадей, готовили завтрак, будили остальных… Затем Вальгранарх на правах старшего и по возрасту, и по званию выносил на общий совет план действий на день грядущий. Затем сворачивали лагерь и трогались в путь. Но в то незабываемое утро мои сладкие предрассветные сны были распуганы одним словом, сказанным едва слышным шепотом. Не подумайте плохого, это было всего лишь мое здешнее имя, производное от выражения «Благословленная видеть скрытое», которое так впечатляюще звучало в сочетании со всеми титулами. Только мои-то нынешние друзья-однотруппники знали меня совсем в другом качестве, поэтому я на раз определила, кому сказать спасибо за столь раннюю побудку.

– Что-то случилось?

– Скорее да, чем нет.

– Плохие новости?!

– Скорее нет, чем да.

– Папенька, причем вроде бы любящий, хорош дитятко мытарить! – разворчалась я, протирая сонные глаза. – Скажу вам прямо: дело дрянь пучить мозги в такую рань!.. Тьфу! С кем поведешься… Давай сразу к делу, а то лопну от любопытства!

– Это лишнее! – безапелляционно заявил мой названый родитель, сохраняя полную серьезность. – Ни к чему нам сейчас траты, еще и по такому поводу! К тому же тебя надлежит в целости и сохранности переправить на Ликуартис.

– За нами что, снова гонятся из-за меня?! – Память включилась в работу с полоборота, заставив поежиться от малоприятных воспоминаний.

– Нет, хвала богам! Тебе следует как можно скорее предстать пред пламенными очами тамошних драконов.

– Зачем бы это?! – Сонные извилины наотрез отказывались шевелиться.

– Новые знакомства такого рода всегда на пользу!

– Настолько, что начинать им радоваться нужно еще здесь и до рассвета?!

– Кроме того, – продолжал он, игнорируя мой вопрос, – глава их правящего клана буквально пылает желанием выразить любыми возможными способами общую признательность всем причастным к спасению своего внучатого племянника. Все время со дня похищения его помнили, оплакивали потерю, но продолжали искать, не теряя надежды…

– Пока добрые боги не оправдали их чаяния с помощью вездесущих и неугомонных нас? – Я окончательно проснулась. – Как удачно все сложилось!..

– Трудно спорить с очевидным, – кивнул Вальгранарх.

– Но что за срочность?

– Драконы стараются закончить все дела прошедшего года до того, как залечь в зимнюю спячку.

– Ты, кстати, так и не сказал, откуда новости.

– Голубиная почта! – пожал плечами мой собеседник, не вдаваясь в подробности. – Прочие соучастники доброго деяния уже в курсе и почти все в пути, осталось доставить главную виновницу событий.

– Чуть что – сразу я!

– Но если бы ты не вознамерилась во что бы то ни стало вернуть себе любимого супруга, перебаламутив столько народу, кто знает, посчастливилось бы похищенным стражам хоть когда-нибудь увидеть снова родные пейзажи! Так что поневоле придется держать ответ как самой главной заводиле…

– Придется – подержу, куда же теперь деваться… Значит, наш спасенный в порядке?

– Теперь – да. Говорят, с ним пришлось повозиться, уж насколько был плох, но когда и люди помогли – твой друг маг, например, и мои дочурки, да и прочие лучшие травники не остались в стороне, – общими силами справились. Он успел поправиться до конца сезона драконьей активности, очень кстати дав повод повелителю собрать всех нас именно сейчас, а не через полгода.

– Вот это в самом деле хорошие вести! – У меня даже на душе потеплело.

– Причем не последние.

– Есть еще?!

– Найдутся, разве что не настолько значимые для других. – Вальгранарх загадочно улыбнулся.

Мой инквизиторский взгляд не дал ему додержать эффектную паузу. Впрочем, гораздо большую роль, похоже, сыграли эмоции, грозившие вот-вот хлынуть через край, – или я ничего не понимаю в картинках, выдаваемых сенсорным полем!

– Давай уже хвались, не тяни!

– Одна из моих старших наследниц настоятельно зовет в гости, поскольку считает, что я непременно, и чем скорее, тем лучше, должен взглянуть на ее дочек… тройняшек!

– Ух ты, вот это мать-ударница… и отец – молодец! Так ты теперь аж трижды дедушка?! – восхитилась я.

– На самом деле гораздо больше, – скромно улыбнулся Папаша Хелль. – Мои многочисленные дети успели одарить меня достаточным количеством внуков, чтобы я мог носить это звание с гордостью, но так, чтобы три сразу – действительно повезло впервые… да еще и внучки!

– А это наверняка добрый знак…

– Еще бы! Когда чаще рождаются девочки, говорят, что боги обещают мир и благополучие на долгие годы, значит, и впрямь есть чему порадоваться!

Что ж, неплохой финал для затянувшейся прогулки! Почему бы не заехать в гости к хорошим людям… и не только людям, пока морские пути не перекрыло зимними льдами? Когда еще представится случай побывать на островах без шума и ажиотажа, неизбежного при визите венценосных особ! Только без подарков являться не подобает, но кое-какие задумки у меня уже были… Правда, пришлось прибегнуть к помощи Фадика, чтобы через некровного родственника связаться с придворным чародеем. Тханимар в числе прочих тоже был приглашен драконами на предстоящее чествование команды спасателей похищенных и обделенных, но не торопился с выездом, поскольку имел возможность в считаные часы перебросить свою персону через порталы куда угодно в пределах родного измерения. Разве что государственные границы из-за магических ловушек пришлось бы пересекать способом традиционным для обычного человека, только сейчас в этом не было необходимости. Уверена, что нашему штатному мастеру жезла, зелья и заклинаний не составит особого труда сделать лишний скачок в королевский дворец и обратно…

Остальных членов труппы в детали, касающиеся меня, посвящать не стали. Зато дали повод порадоваться за нашего предводителя и как следует отпраздновать прибавление в его семействе. Затем все единогласно решили завернуть в крупный портовый город на пару недель раньше, чем собирались вначале, и вскоре наши крытые повозки бодро скрипели колесами по хорошо наезженной лесной дороге. Поздний отбой и ранний подъем не особо располагали к бурному общению, поэтому артисты мирно дремали, уютно устроившись на соломенных тюфяках. Я облюбовала местечко в задней части фургона у отогнутого края тента и предалась размышлениям, большей частью радостным. О том, как увидимся с друзьями, поделимся новостями, наговоримся вволю… О том, как пройдет церемония, ведь с островными драконами до сих пор не было случая познакомиться поближе… конечно, если не считать вынужденной драки с единственным их представителем, попавшимся на пути!.. О том, как снова побываю в гостях у своего названого папочки – во время прошлого визита мы повеселились от души, с чего бы скромничать на этот раз, тем более по такому поводу… О том, как наконец-то вернусь домой и обниму детей…

Сенсорное поле полыхнуло тревожным светом, словно специально дождавшись этой самой греющей душу мысли. Дальнейшее проделывалось мной на автомате и очень быстро. Во-первых, встряхнуть коллегу, храпевшего ближе всех ко мне, во-вторых, крикнуть возницам «Стойте!» так громко, что проснулись все остальные, в-третьих, сигануть через низкий бортик и кубарем уйти в придорожные кусты. Лошади передней пары встали на дыбы с беспокойным ржанием, фургон со скрипом затормозил, заставив следующую за нами повозку от резкой остановки развернуться почти поперек дороги, недоумевающие люди окликали друг друга, спрашивая, что случилось…

Эти звуки оставались для меня едва различимым фоном, все внимание привлекло происходящее впереди, куда я и кралась, попутно разбудив нэфи. Густые заросли, скрывающие поворот, сводили на нет эффективность обычного зрения, да и от слуха толку было немного. Велик был соблазн перейти для удобства во вторую ипостась, но пока не было острой необходимости, а засвечиваться лишний раз даже перед своими ни к чему.

С помощью «скрытого зрения» не составило труда узнать расположение интересующих объектов. Так, шестеро забрались на деревья, не иначе подышать воздухом посвежее – раз! У тех троих пикник на обочине – два. И бревно с ними: стоит одним концом в придорожной траве, удерживаясь вертикально только за счет натянутых веревок, и при первой же возможности рухнет наземь – три. Оно явно заготовлено для того, чтобы показывать на нем гимнастические номера!.. Вот еще примерно дюжина ярких сгустков выжидательно притихли в кустах поблизости, видимо, устали в поисках грибов и отдыхают – четыре! О, еще один, забрался выше всех на вековую сосну… Для высиживания птенцов уже вроде не сезон… может, нашел белкин схрон со свежими орехами?!

Так, а теперь серьезно! Полагаю, с помощью бывшего дерева предполагалось устроить нам неожиданную остановку, чтобы освободить от мучений над вопросом, куда же девать честно заработанные деньги… Заодно и выполоть из наших рядов особей женского пола, дабы найти им лучшее применение, благо с идеями на этот счет проблем не будет, что ни бандюга – то затейник, если по-прежнему верить тому, что рисуется в сенсорном поле… Черт, под этакие мысли я точно не удержусь в человеческом облике!

То, что мы не захотели попадать в засаду, заставило разбойников пересмотреть планы. Они быстро перестроились и двинулись в нашу сторону, расходясь так, чтобы окружить наверняка. От своих намерений уголовнички отступать не собираются, это ясно… И оружия у них достаточно, чтобы сделать грядущую встречу незабываемой! Загвоздка в том, что у наших компаний разные вкусы в отношении впечатлений, достойных запоминания…

Жаль, что не догадались взять в труппу настоящего чародея вместо фокусника… Сейчас не помешало бы немного качественной боевой магии! А так впору отбиваться бутафорскими шпагами, которые могут в самый неподходящий момент стать букетом бумажных цветов, или закидать грабителей кроликами из шляпы… которые, впрочем, быстро закончатся, если даже научатся размножаться со скоростью бактерий! Нет, кое-какие поделки из хорошо закаленной стали у нас тоже имеются, и в долгие странствия никто не пускается, не умея обращаться хотя бы с дубиной, но численный перевес нападающих и богатый опыт разбойной жизни, основа которого наверняка заложена в их уголовном прошлом, со счетов сбрасывать нельзя! Значит, надо искать способ как-то разрядить ситуацию до того, как она станет критической.

Можно попробовать зайти с тыла… только надо бы убрать с пути недоумка, занявшего выгодную для стрельбы позицию, как будто ждал именно меня. Против профессионала не мне пыжиться, а для такого «вольного стрелка» у меня, пожалуй, найдется парочка сюрпризов!.. Главное, чтобы не начал стрелять не вовремя… впрочем, теперь уже и нечем! Тонкая прицельная струя пламени от нэфи сначала заставила разжаться руки, потом лишила тетивы упавший арбалет… Выбить нож и отключить бородатого верзилу щедрым ударом ноги с разворота проблемой не стало, управилась почти без шума.

Я перевернула бесчувственное тело, стянула бандиту руки его же поясом, выпрямилась… и замерла, явственно ощутив, что кто-то пристально смотрит мне в спину. Странно, Фадик ведет себя спокойно, и в сенсорном поле никаких цветовых выплесков, характерных для близкой опасности. «Поисковая сеть» прилежно вылепила трехмерное изображение двух массивных фигур. Да неужели?! Я медленно повернулась – и встретила немигающий взгляд узких раскосых глаз, горевших жутким белым огнем…

– Давно не виделись… Какими судьбами?!

Старая знакомая – это была именно она, если судить по оттенкам живого свечения и левому уху, недавно располосованному! – растянула углы пасти, словно улыбаясь, и посмотрела в сторону ближайших кустов. Оттуда светил глазницами еще один, особо крупный экземпляр, явно самец, поскольку голова и шея были украшены ярко окрашенными кожными выростами.

– О, поздравляю!..

Тревожно-багровая вспышка в сенсорном поле загубила на корню лирический момент. Я машинально чертыхнулась и подобрала упавший нож. Акаратисса перевела взгляд на лежащий у моих ног организм, потом снова на меня и вопросительно фыркнула. Я кивнула:

– И остальные тоже. Но те, кто в повозках, – наши!

Хищники переглянулись и беззвучно растворились среди густо растущих деревьев. Я поспешила к месту начинающегося действа, придумывая на ходу самые бесчеловечные кары на головы этих недоделанных любителей экстремального заработка… И в очередной раз пожалела, что не привезла с собой видеокамеру – впрочем, потом пришлось бы самой изобретать электричество, иначе куда бы ее здесь включать?! Разве что педальный привод выручил бы…

Основное количество разбойников было на виду. Часть уверенно держала на прицеле арбалетов согнанных вместе артистов, другая уже начала досмотр багажа. Сенсоры резануло чужой болью. Значит, кое-кто из моих друзей успел оказать сопротивление, но не справился с численным перевесом, и на них отвели душу в назидание остальным… Зря вы так с нами, господа лесные душегубы, ой зря!.. Порадовало, что и нападавшим перепало свежих травм, – знай наших!

Еще с десяток вооруженных мордоворотов ошивалось в тылу притихших жертв. К ним-то и направился нэфи, успевший стать струйкой дыма. Внимание остальных отвлек низкий хриплый рык, грянув подобно грому и заставив замолчать. Отвисшие бандитские челюсти дали понять, что зверь выбрал отличное место, чтобы показаться во всей красе… и опасной близи. Приветливый оскал очень клыкастой пасти почему-то не вызвал ответных положительных эмоций у вооруженных мужчин, а когда от капнувшей слюны зашипел и задымился мох, взведенные арбалеты развернулись к новой цели, но ни одна стрела не успела покинуть желоб. Волна переменного низкочастотного воя накатила из-за спин, заставила одних попадать на землю, хватаясь то за голову, то за грудь, а других при первых же звуках в панике рвануть со всех ног в чащу напролом.

Да, конечно, пострадали обе стороны малопродуктивного диалога, но такова уж природа инфразвука, направленно воздействовать им не получается… Зато эффект налицо, даже от недолгого воздействия! К тому же для «наших» была я, защищенная медальоном и подоспевшая с помощью. «Не нашим» пришлось подождать, оставив на неопределенное время прежние корыстолюбивые – а у кое-кого и садистские! – замыслы в попытке справиться с внезапным недомоганием.

Внимание привлекли сдавленные крики в духе «Помогите, мы же уже сдались!», доносившиеся из ближайших зарослей. Мы вместе с успевшими оклематься артистами поспешили туда и узрели дивную картину: куча обгорелого, выведенного из строя оружия и одиннадцать крепких парней, которые лежали с поднятыми обожженными руками, носом в пыльную примятую траву. Я на глаз определила первую и вторую степень ожогов. Н-да, штаны без посторонней помощи, конечно, уже не снимешь, но ничего смертельного!..

Фадик предусмотрительно принял вид броши, закатившейся под кустик, росший поодаль. Я направилась прямо к нему, чтобы подобрать, но меня остановила болезненная вспышка чувства близкой опасности. Значит, кого-то мы упустили… пока! Пришлось делать вид, что рыскаю по краю поляны в поисках своей вещицы, потихоньку занимая позицию между потенциальным врагом и моими друзьями. Приманка в моем лице сработала как надо: с дерева скользнула бесшумная тень, сильная рука приподняла меня за шиворот, а кожу на шее неприятно свело от прикосновения холодного лезвия тесака впечатляющих размеров.

Я даже ненадолго умилилась – как в кино! «Наши» ринулись на помощь, но вынуждены были остановиться и разоружиться, подчиняясь командам коварного захватчика. Он же, прикрываясь мной, не стеснялся в пожеланиях: и подручных его на волю отпустить, и ценные вещи самим упаковать и сложить в один фургон поновее, и лошадей от другой повозки отпрячь, и друг друга связать… Ему так и не удалось огласить весь список, потому что у нэфи, как я понимаю, закончилось терпение и он решил напомнить наглецу, что до Нового года еще далеко, мы на Деда Мороза не работаем, а он слишком плохо себя вел, чтобы раскатывать губу на подарки!

Острое лезвие все-таки царапнуло кожу – так, чуть-чуть! – и трудно винить за это человека, на котором вдруг сзади загорелась одежда и волосы. Я вывернулась из его хватки, упала наземь, и вовремя – кованый болт, пущенный старшим акробатом из тут же подхваченного арбалета, поставил точку в этом импровизированном спектакле.

Оставалось привести в порядок актерский состав, прибрать сцену и подбить баланс. Мы отделались небольшим ущербом в отношении здоровья некоторых членов труппы, «романтикам с большой дороги» досталось гораздо серьезнее. Кроме того, в плюс пошло приличное количество самых разных колющих, режущих и стреляющих «инструментов» и разбойничьи трофеи, которые обнаружились в многочисленных тайниках по всему лесу. В поисках нам здорово сэкономили время четвероногие помощники. Кто лучше способен пройти по следам, как не хищники, а отследить их перемещения во время рысканий по самым глухим закоулкам леса – вполне посильная задача для моих сенсоров!..

Напавший на меня, похоже, был заводилой в этом одичавшем коллективе. Во всяком случае подавал остальным пример собственной лихостью, да и нательная живопись побогаче, особенно «опознавательные знаки», характерные для каждой банды. У прочих эти метки были небольших размеров, но в его случае неведомый художник размахнулся от запястья до самого плеча. Мастерски выполненная татуировка изображала четырехголовую змею с угловатым рисунком по толстому, сложно закрученному телу и с человеческими руками, сжимающими увенчанную черепом рукоять красно-черного кинжала. Наверняка эта картина краской по коже отыщется среди описания особых примет какого-нибудь рецидивиста, и мои новые друзья еще и награду получат, положенную за раскрытый «висяк» и помощь правосудию в славном деле уменьшения поголовья безнадежно преступных элементов.

Догонять сбежавших «работников ножа и топора» не стал никто… из людей. Звери с этим справились гораздо лучше и быстрее… Что именно творили акаратиссы под покровом лесного полумрака, не особенно меня интересовало. Почему? Очень просто: да, разбойники тоже люди, но – сделавшие свой выбор. Причем уже давно, так что у них было достаточно времени, чтобы передумать и свернуть с кривой дорожки, а посему… за что боролись, на то и напоролись! При верности такому ремеслу не стоит рассчитывать на гуманное отношение со стороны окружающих и почести при погребении.

Я дошла с акаратиссами до ручья, петлявшего по дну извилистого, сплошь заросшего оврага. Не пожалела слов для выражения признательности, в знак особого доверия позволила самим убедиться, что в незащищенном сознании только самые искренние чувства, пожелала удачи – как близким друзьям, проводила их взглядом… Они уходили бок о бок, то и дело касаясь друг друга плечом или носами… И смейтесь на здоровье все, кому охота! Хищница, поотстав, задержалась и оглянулась, прежде чем вслед за самцом уйти по воде, привычно путая следы. Мне показалось или полыхающий белым пламенем глаз действительно подмигнул?!

Тех, кто не пережил нашей встречи, уложили рядом с главарем, аккуратным рядком посреди поляны. Всем, кому потребовалось – без исключения! – оказали помощь. Затем плохих мальчиков усадили в связанном виде парами, спина к спине, под охраной наших атлетов и метательниц кинжалов. Вальгранарх тем временем извлек из клетки с голубями нужного, я привязала к лапке записку с кратким описанием событий, миг – и крылатый курьер устремился вдаль. Через несколько часов здесь будут стражи порядка, которые разберутся и с живыми, и с мертвыми.

Повозка, ритмично поскрипывая, снова плавно покачивалась на неровностях дороги. По тенту барабанил мелкий дождь, колеи постепенно заполнялись водой, становясь местом проведения регаты для множества желтых и красных листьев, сбитых ветром с ближайших деревьев. Артисты, утомленные событиями слишком насыщенного дня и последующим отмечанием его благополучного завершения, добросовестно смотрели сны. Нам с «папенькой» пока не спалось, поэтому мы устроились у заднего борта фургона, грызли орехи, которых успели набрать, пока дожидались местных блюстителей закона, и вяло перебрасывались фразами, наблюдая, как постепенно меняется хмурый сумеречный пейзаж.

– Вот и лето прошло…

– Словно и не бывало[49], – поддержала я. – Время быстро летит…

– Особенно когда богато перипетиями…

– Кому-кому, а мне было бы грех жаловаться! – хмыкнула я.

Названый отец шевельнул бровью:

– Мне казалось, что приключений в последнее время достаточно даже для тебя.

– Действительно… – Трудно было не согласиться! – Еще и с лихвой…

– Думаю, мы прибудем вовремя и успеем хотя бы раз выступить в городке. – Он вытряхнул наружу ореховую скорлупу. – А ведь эти «веселые ребята» могли бы всерьез помешать нашим планам…

– Да как нарочно знакомая акаратисса шла мимо…

– Полезное знакомство, что и говорить! Главное, не дала слишком сильно влипнуть в очередное опасное для жизни происшествие. – Голос медноволосого певца стал серьезным, даже строгим, как никогда. – Как ни крути, это знак для тебя, девочка, – пора возвращаться!

– Похоже на то… Вряд ли стоит спорить с высшими силами, значит – так тому и быть!..

Часть третья

Точки над «ё» – каждому своё!

Глава 1

Керронокст – «убежище в скалах» – заметен издали благодаря сторожевым башням оригинальной конструкции, которые венчают собой всегда обледенелые утесы. Когда-то это была просто качественно укрепленная крепость, защищавшая от нападения с моря. Дорога здесь одна, в обход через неприступные горы будет ломиться разве что безнадежно сумасшедший, поэтому в большом гарнизоне потребности не было. Рыбы в здешних водах водилось мало, и бухта использовалась рыбаками лишь в качестве укрытия во время бурь, благо многочисленные гранитные выступы, торчащие поперек узкого входа как обломки зубов из челюсти, разбитой вдрызг, играли роль природных волноломов. По мере налаживания отношений с жаждущими того соседями с этой стороны границ акваторию стали чаще использовать, благоустроили, поселение разрослось и превратилось в небольшой, но шумный портовый город, в котором жизнь кипела почти круглые сутки.

Почти одновременно с нами в порт прибыл «Укротитель бурь», на котором теперь Лоитта стала капитаном по единогласному выбору команды. Встреча с друзьями получилась трогательной и ожидаемо бурной. Тарглан даже подумал вслух, что разразившийся в этот же день шторм целиком на нашей совести. У меня еще мелькнула мысль, что причина, скорее всего, в другом, но я не придала этому значения. Предпочла радоваться тому, что закончились мои скитания, что снова вижу близких мне людей, что наша дружная команда опять собралась вместе на сей раз по приятному поводу…

За пересказом новостей незаметно пролетела ночь. Я, конечно, всегда была в курсе всего, что происходило с детьми, но прочие события волновали не меньше. Теперь мне стало известно, что король, закончив с разъездами, заправляет делами в Синегорье, Лан по-прежнему ожидает решения своей судьбы под охраной в особой башне, надежно изолированной от окружающего мира. Моя дублерша так же успешно играет роль меня, в чем ей немало помогало присутствие Вячеславны. В настоящий момент, пока Норка путешествует по северо-западной территории, фиктивная королева со свитой, детьми, телохранительницей, магом и няньками в сопровождении Эрриана и Фадиндара направляется в столицу, куда после поездки вернется и подлинная «видящая»… Или у меня другие планы? Я поспешила уверить, что ничего подобного – домой, однозначно и бесповоротно домой!!!

Наутро выяснилось, что наше отплытие все еще задерживается из-за погоды. Артисты отправились на центральную площадь веселить народ, у Призрака и мага тоже были дела в городе, а мы с госпожой Леоной решили прогуляться. Прошлись по торговым рядам, присмотрели себе по изящной резной деревянной шкатулочке и по вместительной сумке из тисненой кожи местной выделки. Потом набрели на лавочку, где торговали шелковыми платками. Я выбрала сине-зеленый, Вячеславна – серо-голубой… Надумали перекусить на ходу и, доверившись моей интуиции, рискнули отведать пирогов с копченым мясом и грибами, запивая отваром из фляжек. Распробовали, пришли к выводу, что стоит запастись вкусной выпечкой в дорогу, вернулись к обрадованному лоточнику и забрали весь товар. Вдоволь налюбовались эффектными, хоть и суровыми пейзажами со смотровой площадки на почти безлюдной набережной…

Уставшие и продрогшие на холодном порывистом ветру, решили не возвращаться на постоялый двор, до которого теперь было далековато, а выпить подогретого вина с пряностями, пока будем поджидать наших друзей в ближайшей приличной на вид таверне. Подруга помедлила у входа, разглядывая броскую вывеску с явным сомнением. Вполне понятным, кстати: заведение в порту, множество разного люда, в разной же степени желающих развеяться после пребывания в обществе одних и тех же особей во время долгих странствий через моря-океаны… Пришлось лишний раз напомнить, что знахари нашего ранга почитаются независимо от расовой принадлежности, хотя бы потому, что никто не застрахован от попадания в их умелые ручки.

Внутри было шумно, людно и тепло, а за дополнительную монетку нам нашли маленький столик в углу. Первую кружку мы одолели залпом, перевели дух и наконец расстегнули куртки. Налили по второй, но я медлила, словно бы заинтересовавшись тем, что происходило за окном.

– Что-то случилось?! – Норка перестала улыбаться.

– Нет. – Я, не поворачивая головы, изучала проявившуюся в сенсорном поле картинку. – Просто всплыло кое-что… вернее, кое-кто из недавнего прошлого.

– И о ком бы это речь?

– Только что зашел, говорит с хозяином у стойки.

Вячеславна как заправский конспиратор, делая вид, что продолжает слушать меня, скользнула рассеянным взглядом по заполненному людьми помещению и засмотрелась вроде бы на теренахского моряка, сидевшего в многолюдной компании у дальней стены. Н-да, фигура и впрямь колоритная, особенно татухи-бицухи плюс прочая мускулатура, и шейный платок в тон глаз – его соседа справа… Только на самом деле объектом ее внимания безошибочно стал обычный с виду мужчина средней внешности без особых примет, если таковыми не считать высокий рост в сочетании с худощавостью и некоторой сутуловатостью. Он тоже ненавязчиво разглядывал мою скромную персону, видимо пытаясь удостовериться, не обознался ли.

– Тот шатен с бородкой в коричневом плаще и бахромчатой сумкой, не так ли?

– Так ли, так ли… Один их тех, кто бегал за мной по лесам.

– Надо полагать, не враг, иначе досюда вряд ли добежал бы… по крайней мере настолько целым. Значит, новый поклонник? – оживилась подруга, подмигивая.

– Можно и так сказать, – усмехнулась я. – Почему бы и не попоклоняться тому, кто оставил тебя в живых и вдобавок избавил от преследования со стороны недовольных нанимателей?

– Так вот о каком недавнем прошлом речь… Но ты же сейчас выглядишь иначе?!

– Само собой. Он тоже. – И пояснила в ответ на невысказанный вопрос: – У него на груди знак, увидеть который могут лишь немногие, включая меня, а для него, как для мага особого уровня, совсем не проблема засечь мой медальон.

И обернулась, дав ему возможность встретиться со мной взглядом, и приглашающе качнула головой в сторону свободного стула. Он едва заметно улыбнулся в ответ, что-то сказал пробегающей мимо девахе в оборчатом переднике и подошел к нам. Следом была доставлена внушительная бутыль вина – конечно, не тарнигальского, но самого дорогого из приличных, которые были доступны здесь и сейчас, – а также печенье, сыр и фрукты. Начали мы с тостов за встречу и знакомство, продолжением был обмен положенными любезностями, а затем наше внимание привлек вдруг усилившийся шум. Это мой названый отец, известный повсюду как Золотой Голос Королевства, обнаружился поблизости от облюбованного нами питейного заведения и теперь двигался к подобию сцены, сооруженному в углу залы. Его, как всегда, сопровождала стремительно растущая толпа поклонников и поклонниц, которые наряду с изъявлениями восхищения талантами певца успевали подраться за право помочь ему нести его сложнозамудренный музыкальный инструмент. Я так и не смогла выучить, как правильно произносится название этого отдаленного и усложненного подобия ситара, не говоря уж о том, чтобы научиться извлекать из него удобоваримые звуки. Вальгранарх же владел им в совершенстве, что и собирался продемонстрировать прямо сейчас, как только допьет кружку бодрящего вина. Чтобы народный кумир да отказал народу в удовольствии послушать его дивные песни еще один совсем не лишний раз!..

Норка тактично дополнила собой толпу оживленно галдящих слушателей, а мы с чародеем разговорились как добрые друзья. Странно, пересекались всего лишь раз в жизни, но такое ощущение, будто знакомы чуть ли не с детства! Много чего было мне поведано, в том числе нашлись и ответы на давно интересующие вопросы… Когда мощность восторженных криков почитателей Вальгранарха стала зашкаливать, беглый маг мимоходом установил непроницаемый для звуков, но незаметный для посторонних купол и поинтересовался, каким ветром в эти края занесло меня.

– Попутным, – отмахнулась я, не считая нужным вдаваться в подробности. – Образовались кое-какие дела на островах, да из-за шторма здесь осели на пару дней… А ты в которую степь навострился?

– Сам не знаю. – Он задумчиво крутил в руках пустую кружку. – По-хорошему бы, чем дальше отсюда, тем лучше…

– И насколько далеко тебя устроило бы? Всего лишь соседний материк?

– А что, есть выход в более отдаленные края?! – Он поднял на меня вдруг потемневшие глаза.

– Пожалуй, – медленно проговорила я, сама удивляясь внезапно промелькнувшей мысли. – Только вернуться будет сложновато…

– Возвращаться ни к чему и не к кому!..

Я колебалась недолго. Судите сами: если индивиду все равно куда податься, лишь бы не обратно, а вселенское равновесие только выиграет от перемещения человеко-единицы взамен вошедшей во вкус подруги… почему бы и нет?! Надо было видеть, как разгорались глаза моего собеседника по мере того, как он узнавал детали уклада жизни в моем родном измерении!..

– Так как, не передумаешь?

– Если ты и впрямь поможешь перейти Границу, обретешь должника до конца дней!

– Это как раз нетрудно, лишь бы жалеть потом не пришлось!

– Это вряд ли! – усмехнулся он. – Вообще не имею такой привычки.

– Что ж…

Искать бумагу или пергамент было не ко времени, поэтому я достала свой платок с вышитой в углу семейной монограммой, развернула и кончиком пальца написала на нем короткое послание, адресованное моему полудемоническому родственничку. Нэфи, который все это время вдумчиво наблюдал за ходом разговора, понятливо фыркнул и выдохнул небольшой сгусток пламени. Чародей невольно отшатнулся, но все уже закончилось, теперь буквы, начертанные мной, выделялись на тонком полотне коричневатыми подпалинами. Как быстрее добраться до фамильных владений, объяснила на словах.

– Последняя из известных и действующих «дверей» в тот мир находится в главном храме Семи Богов. Добраться до него тебе посодействуют, а уж договариваться будешь сам!

– Что я должен тебе за помощь?

– Брось! – отмахнулась я. – Не корысти же ради, хотя… если уж очень хочешь удружить, сожги, когда будешь в храме, свиток с благодарственной молитвой перед алтарем Богини Земли. Укажи – от дочери с признательностью, там поймут как надо…

Считается, что слова, отправленные к небесам таким способом, гораздо весомее произнесенных устно, поэтому их пишут на особой бумаге, которую можно приобрести за дорого в специализированных лавочках. Лично мне казалось, что это всего лишь один из способов заработать чуть больше денег на содержание храмов, но не мне осуждать и уж тем более менять здешние традиции…

– Хоть пять! – разулыбался мой собеседник. Щелкнул пальцами, снимая купол, встал и вскинул сумку на плечо. – Что ж, счастливо оставаться!

– И тебе удачи!..

Он шагнул прочь и затерялся среди вдохновенно, хоть и вразнобой, подпевающих кумиру слушателей. Освободившееся место сразу же заняла Норка, вынырнувшая из толпы в обнимку с корзинкой фруктов.

– Что, кого-то грабанула под шумок? – Не могу при удобном случае удержаться от подколки!

– Если бы надумала, то уж этим не ограничилась бы! – фыркнула она в ответ. – Пока вы тут ворошили прошлое, наш знаменитый бард предложил присутствующим девушкам поучаствовать в представлении в качестве подтанцовки…

– А ты была в числе первых на правах знакомой и так дала гари, что затмила всех и отхватила приз зрительских симпатий?

– Ты сегодня догадиста как никогда! – подмигнула подруга, пристраивая ношу на стол.

– А судьи кто – и они же спонсоры? Не те ли красавцы с теренахского корыта?

Вячеславна помедлила, потом рассмеялась:

– Чуть не спросила, откуда ты знаешь?!

– Да тут и ясновидеть незачем, достаточно взглянуть на их улыбки до ушей и попытки состроить дебиль… сорри! – умильные рожи в твою сторону!

– Может, как раз в твою?

– Это вряд ли! Не я же отжигала чуть ли не фламенко вокруг народного любимца!

– Так ты все видела?!

– Обижаешь!.. Ладно, быстренько посылай своим поклонникам прощальный воздушный поцелуй, и рулим к выходу – наши на подходе!..

Светлый Вождь порадовал известием, что погода вроде бы налаживается, и капитан нанятого нами судна советовал не мешкая погрузиться на борт, чтобы отчалить при первой же возможности. Мы поспешили на постоялый двор за вещами. Пока упаковывали сумки, успели обсудить неожиданную встречу.

– Все-таки странно, что ваши пути пересеклись именно здесь и ни раньше, ни позже! Может, и вправду это дело рук высших сил? – припомнила подруга давешние рассуждения Призрака.

– Кто их знает, кому бы они отчитывались! Может быть… но не удивлюсь, если все именно так и обстоит!

– А ты уверена, что с этой междуизмеренческой математикой все в порядке? – продолжала сомневаться Вячеславна, что-то прикинув на пальцах. – Считай сама: твой дедушка исчез неизвестно куда, потом ты да я, а обратно попадет всего лишь один этот колдун?!

– Во-первых, дедушка сначала попал в наш мир из этого, потом уже нашел способ уйти дальше. Во-вторых, он ведь наверняка учел необходимость блюсти равновесие между мирами, поэтому настраивал портал так, чтобы тот открывался при попадании в поле действия достаточно крупного объекта.

– Думаешь, это сработало?

– Думаю, да… Видишь ли, вскоре после его исчезновения в тех краях обнаружился странный зверь вроде почти бесшерстного волка-переростка, так что потом долго ходили всякие слухи об оборотнях, местных версиях чупакабры и еще черт знает о чем в том же духе. Причем никто и не удивился особо, ведь у этой аномальной зоны всегда была дурная слава…

– Но, насколько я знаю, обмен должен быть равноценный в смысле не только массы, но и уровня разумности?

– А кто теперь скажет, насколько то создание было разумным? Погибло быстро, видимо, траванулось чем-то на местной заводской свалке, а изучить не успели, потому что его останки быстро куда-то делись, то ли в реке утонули во время переправы в грозу, то ли в машине сгорели тогда же, то ли просто кто-то спер… На одних легендах весомых выводов не сделаешь!..

– Значит, я могу не мучиться угрызениями совести за нарушенный баланс? – подытожила Вячеславна. – Что ж, не может не радовать… Со мной-то все понятно, а вот с чего этому кадру под родным небом не сидится?!

Пришлось вкратце поделиться с ней услышанным от нашего случайного знакомого. Он был одним из тех «счастливчиков», на которых незаконно коронованная особа обратила свое внимание. Вначале происходящее действительно можно было считать везением, поскольку отношение было благосклонным, жалованье – сказочным, положение – завидным… Но по мере того как Черный Король входил во вкус правления, его требования изменялись и все чаще заставляли задумываться о том, насколько необходимость участия в подобных деяниях сочетается с элементарной порядочностью, не говоря о более серьезных жизненных принципах. Когда же стал истекать предначертанный десятилетний срок, а настоящий наследник оставался вне пределов досягаемости, не желая сдаваться властям или добровольно сложить голову, самозваный правитель совсем слетел с катушек и стал добиваться цели во что бы то ни стало. Если раньше от магов требовалось указать местоположение наследного принца, то теперь они должны были его уничтожить. Стереть с лица планеты любым способом, лишь бы наверняка! При этом Крониган от пряников быстро перешел к использованию кнута, и первый же отказ привел к тому, что неосмотрительный ослушник лишился всей своей семьи…

– Вот же!.. – вскипела Норка. – Теперь понятно, почему его здесь больше никто и ничто не держит…

Большинство чародеев поддалось устрашению и удесятерило служебное рвение, но шестеро из них во главе с моим недавним собеседником, объединив усилия, смогли ускользнуть и вынуждены были скрываться до самого судьбоносного сражения в Туманной долине. Тот знак на груди они стали носить, чтобы суметь узнать товарищей по несчастью в любом обличье. Троих все же настигла кара бывшего работодателя, остальные уцелели и по мере сил посодействовали восстановлению законной власти. Во время сражения погиб еще один из них, так что теперь осталось только двое когда-то беглых магов…

– Но что за нужда им скрываться от нынешнего правителя?

– Вполне понятная осторожность. Как ни крути, а они какое-то время служили Черному Королю, были среди чародеев, которые выполняли его самые зверские поручения, теперь пойди разберись, кто виноват больше, кто меньше! Чаще всего в таких случаях долго не заморачиваются поиском смягчающих обстоятельств, судят всех причастных оптом, воздавая поровну… Эти шестеро в любом случае в самом начале службы как минимум помогали травить изгнанного младшего брата, поэтому не видели причины обольщаться насчет его отношения к ним…

– Но ведь они отказались от злодеяний, рискуя жизнью, пострадали от гонений, а после помогли вам победить!

– Значит, предпочли не рисковать. Согласись, у них есть основания не доверять власть имущим… Однажды убедившись, какую цену приходится платить за воплощение честолюбивых замыслов, невольно призадумаешься, а стоит ли оно того. В конце концов, человек волен решать сам, где ему спокойней…

К ночи действительно распогодилось, и наши корабли смогли покинуть порт. Плавание не шло ни в какое сравнение с недавним путешествием – холодно, море после шторма еще не успокоилось, ветер гонял по низкому небу и перемешивал слои серых косматых туч, из которых периодически начинал сыпаться мелкий ледяной дождь. Хорошо еще, что никто из нас не страдал морской болезнью, не то сочетание бортовой и килевой качки обеспечило бы уйму незабываемых впечатлений! А так пришлось просто сократить прогулки до минимума и коротать время за игрой в карты да беседой под горячие напитки. Даже выспаться успели впрок…

Мы еще в пути обсудили, где поселиться на время визита. Друзья наотрез отказались от мысли поднимать пафосную шумиху вокруг нашего присутствия на Ликуартисе. Золотой Голос Королевства безапелляционно заявил, что мы просто должны разместиться у него на эти несколько дней и никаких возражений он даже слушать не собирается. Меня такой расклад устраивал больше остальных, поскольку я по-прежнему предпочитала путешествовать инкогнито. К чему провоцировать ненужное внимание посторонних людей к внутренним делам правящей фамилии? Совсем необязательно все мои похождения переводить в категорию общеизвестных, лучше после кинуть в массы определенную толику выверенной информации для последующего контролируемого превращения в очередную легенду…

Конечно, можно было воспользоваться законным правом венценосной особы на приют в самом богатом жилище самого знатного аристократа в любом населенном пункте… Для этого хватило бы предъявить хозяину королевский перстень-печать или такой убедительный довод, как моя «выездная» корона (слегка упрощенный вариант парадной, специально для мероприятий вне столицы), доставленная мне из дворца друзьями, сказать что-нибудь о том, как я рада осчастливить это пристанище своим присутствием, – пожалуйста! К нашим услугам было бы самое лучшее, а все живые обитатели облюбованных апартаментов наперегонки бросались бы выполнять малейшие прихоти венценосной особы, к тому же «видящей»… но потешу гордыню как-нибудь в другой раз!

Корабли вошли в порт с первыми лучами солнца вслед за уходящими на север тучами. Старший сын Вальгранарха, встречавший нас у причала, порадовал догадкой, что это мы привезли на острова хорошую погоду, погрузил нас в экипаж и развлекал всю дорогу до дома. Мы с удовольствием дегустировали местные деликатесы, потом нас развели по комнатам и тактично оставили в покое, давая возможность отдохнуть. Аудиенция у правителя драконов намечалась на вечер, и весь этот день Вячеславна переживала из-за незнания особенностей здешнего этикета.

– Было бы в честь чего так метаться, – ворчала я, окидывая критическим взглядом очередной наряд. – Нет, это не пойдет… Бери пример с «паучихи» – вот уж кто нисколько не комплексует по этому поводу! К тому же ничего такого уж особенного в тех правилах нет!

– Но я и в других не особенно сильна! Как-то не до того было…

– Вот именно! Будет время – изучишь досконально.

– Ложка дорога к обеду!

– Просто делай как я.

– Но ты у нас коронованная особа…

– Тем более! Значит, и спрос выше! Так что не ошибешься… Главное, все время смотри хозяину в глаза. Если прячешь взгляд – значит, прячешь темные мысли!

– Можно подумать, за невинным взглядом всегда стоит ангельская суть!

– Не всегда, – не стала спорить я, прикидывая новый ажурный пояс к наконец выбранному платью. – Дракон легко и с любого ракурса просчитает сущность человека, просто это – дело принципа, когда по доброй воле открываешь душу. А Ледяной Королеве разве что выкажут чуть больше почтения, как официальной коллеге, потому что для них гораздо весомее титулов личные заслуги и доблести…

– Которых у тебя хватит на многих!

– И ты туда же! – махнула я рукой и отвернулась от зеркала. – И как тут не загордиться?!

К назначенному часу мы прибыли к пещере в обычной карете, без эскорта, только в сопровождении друзей и соратников плюс Вальгранарх на правах названого отца и почитаемого в народе представителя населения Ликуартиса. С незапамятных времен жители этого самого крупного в Окраинном архипелаге острова находятся в теплых добрососедских отношениях с представителями чешуйчатого племени, своего рода жрецы и посредники при общении с крылатыми разумными ящерами. В то же время наличие таких огнедышащих друзей основательно снижало вероятность появления нежелательных гостей с недобрыми намерениями…

Замшелые своды быстро сменились на ступенчатые плоскости, украшенные рядами разноцветных сталактитовых неровностей, затем пошли залы, украшенные натеками кальцита и колоннами сталагнатов, которые светились голубым и нежно-зеленым. Через огромное подземное озеро нас перевезли на плоту, который двигался сам по себе – на первый взгляд. На второй же в бездонной, таинственно мерцающей глубине обнаружилась огромная тень. Она плавно скользила впереди нашего плавсредства, заставляя потревоженную воду переливаться яркими сполохами.

Постепенно мы приблизились вплотную к самой дальней отвесной скале, но прежде чем кто-то из нас успел задать вполне закономерный вопрос о способе вскарабкивания на такую высоту, влажный гранит бесшумно разошелся в стороны. Вода с тихим плеском устремилась в открывшийся проход. Нас мягко покачало на волнах и вынесло к широкому каменному причалу, на котором неподвижно стояли рослые рыжеволосые воины, все как один – кандидаты на титул Мистер Вселенная и в ритуальных доспехах. Они казались одинаковыми из-за специфических причесок и своеобразной раскраски: от подбородка по щекам струились языки пламени. Они мерцали как настоящие, кажется, даже рассыпали искры при каждом повороте головы…

Как только мы сошли на берег, они перестроились в два ряда по обеим сторонам заранее расстеленной бесконечной дорожки, салютуя нам оружием, пока мы шествовали, попирая парадной обувью густой бордовый ворс.

Главная зала резиденции драконьего правителя поразила высотой потолков и неожиданным обилием света. Многочисленные колонны радиальными рядами расходились от обширного пространства с возвышением в центре, проходы между ними заканчивались проемами в стенах. Беглый взгляд не заметил бы особой роскоши, но более наметанный в состоянии оценить напольную мозаику из платиновых, золотых и серебряных брусочков, а уж то, что каждая колонна была выточена из цельной глыбы какого-нибудь из всемирно знаменитых шиламугайских самоцветов…

Нас ожидали. Широкое, как стол, возвышение было сделано из неизвестного мне камня, который излучал серебристое сияние. В этом свете особенно эффектно смотрелся неподвижно лежащий дракон с характерным расположением шипов на голове, определенной формой гребня и потрясающим сочетанием всех мыслимых оттенков черного цвета в виде широких разводов по крупной чешуе.

Мы с Норкой переглянулись. Да, именно этот представитель огнедышащего племени был изображен на одной из картин, принадлежавших кисти моего биологического дедули, которые мы в свое время нашли на чердаке дачного домика обожаемой бабули, светлое место ей в раю! Даже настроение поднялось, как бывает, когда встретишь давнего хорошего знакомого!..

Торжественный обмен приветствиями несколько затянулся, поскольку мы являли собой сборную группу из представителей разных народов со своими традициями и правилами. После вперед выступили два ликуартисца со свитками в руках, до сих пор стоявшие позади возвышения. Они по очереди зачитывали ответную речь, в которой перечислялись наши заслуги в целом и по отдельности вперемешку с восхвалением достоинств каждого из упомянутых героев дня – и все это еще и в рифму! Хорошо, что нам было не обязательно соревноваться с хозяевами в стихосложении…

Сам спасенный представитель древней расы благодарил нашу дружную команду лично, для чего спустился со своего места по левую руку от правителя, обнял каждого крыльями и, глядя в глаза, произнес настолько заковыристое слово слогов примерно из девяти, что даже пытаться не буду его воспроизвести хотя бы приблизительно. Пока он возвращался на свое место, я успела шепотом пояснить изнывающей от любопытства подруге, что это незамысловатое действо сделало нас и островных драконов почти родственниками на много поколений вперед.

Устной благодарностью дело не закончилось. Правитель вскинул голову и послал длинный язык ослепительно-белого пламени к потолку, где среди сложных барельефов тут же высветилась овальная пластина с каким-то затейливым символом, линии которого были словно выписаны огнем. От него потянулись вниз тонкие лучи, мерцая и усиливая свечение по мере приближения к нам, замерли, угодив каждому на левую руку повыше локтя, и угасли с яркой вспышкой напоследок. Я невольно зажмурилась, а в сенсорном поле проступило изображение моей собственной конечности, на которой теперь красовалось подобие широкого браслета. Вокруг плеча тянулась цепочка странных знаков, словно выписанных тушью с помощью тонкого пера, сверху и снизу ее ограничивали еще две линии, составленные из похожих символов, но гораздо более мелких. Причем искать их на коже было бы напрасной тратой времени – необычный отпечаток нанесли на ауру, значит, будет виден только посвященным.

Вслед за этой процедурой нам объявили, что с этих пор мы можем добавить к своим гербам небольшую, но весомую деталь – стилизованный язычок пламени, своего рода материальное подтверждение образовавшегося родства. Напоследок из темноты дальнего коридора прошествовали, шагая в ногу, ящеры помоложе. У каждого в зубах были зажаты ременные петли, на которых покачивался груз, поставленный затем перед каждым из нас. Это, по словам главного дракона, были небольшие сувениры – так, на память…

Оно конечно, по сравнению с размерами его самого было бы о чем говорить, а вот лично мне «сувенир» доставал до пояса… Одинаковые сундуки почти кубической формы, высотой примерно в метр плюс-минус несколько сантиметров. Стенки украшены вставками из инкрустированного перламутром каменного дерева и самоцветов, металлические части покрыты резьбой. Сама по себе каждая такая «коробочка» стоила целое состояние… Одному презенту не хватило хозяина, поскольку Нортиса больше с нами не было, но мы клятвенно пообещали, что проследим за доставкой подарка его семье. Учитывая, что у нашего друга остались две младшие сестренки, одна из которых была уже всерьез на выданье, столь щедрое подношение оказалось как нельзя кстати.

Приличия требовали ответного жеста от нашей стороны, но нас тут же заверили, что мы уже сделали подарок, причем самый бесценный и бесконечно дорогой сердцу. Единственное, что попросили взамен (и то, если эта просьба не станет чересчур обременительной), – прислать наши портреты, которые будут выставлены в специальной галерее, «дабы увековечить в памяти ныне живущих и наших потомков светлые образы достойнейших и прекраснодушных представителей человеческого рода»… Уж на что я за эти годы привыкла к разного рода славословиям, но даже у меня перехватило дух от того, как это было сказано!.. И у кого бы язык повернулся отказать?!

Пока наше новое имущество переправляли к выходу из пещеры и грузили в экипажи, мы приняли приглашение выпить за знакомство, здоровье и прочие важные моменты в жизни. Нас проводили в небольшой уютный зал, посреди которого красовался накрытый стол. Если не вдаваться в подробности – угощение было поистине королевским, какое подают по великим праздникам… или в честь особо знаменательных событий. После первого же бокала беседа стала живой и непринужденной. Драконье величество оказался настоящей душой компании: делал изысканные комплименты дамам, находил, что по-настоящему лестное сказать каждому из мужчин, шутил, рассказал множество занятных историй из жизни чешуйчатого племени… При этом проявлял живейший интерес к деталям событий на острове, тактично обходя причину, по которой нас вообще понесло в такую даль.

Расходились уже глубокой ночью. Прощаясь, правитель пригласил захаживать в гости, когда потеплеет, и заверил, что в случае чего – не дай боги! – мы можем обращаться в любое время к любому из них за помощью, тоже любой. Нам пришлось напрячь память и воображение, чтобы найти подходящие компоненты для составления словесных конструкций, достойных слуха благородного собеседника и при этом достаточно выразительных, чтобы донести до него всю полноту нашей благодарности за оказанную честь, радушный прием и проявленную заботу.

Выпитое вино оказалось на диво коварным: вроде бы легкое, не подействовало ни на речь, ни на координацию, но к тому моменту, как нас доставили к порогу дома, все мы практически не вязали лыка. Правда, еще пытались петь что-то жизнегадостное… вернее, радостное… в смысле… наверное, просто устали… или… Эта мысль так и не смогла додуматься, потому что безнадежно запуталась в густой жаркой темноте, подступившей незаметно и заботливо укрывшей мое сознание словно мягким пуховым одеялом…

Глава 2

Вдумчивый досмотр подарков мы смогли устроить наутро, сразу после завтрака, щедро сдобренного подколками по поводу степени помятости каждого из нас после вчерашней дегустации раритетов из драконьего винного погреба. Безмерная признательность, как того и требовали приличия, была нами выказана сразу же, не выходя из подземной парадной залы, но в полной мере оценить презент получилось лишь на трезвую голову.

– Наконец-то взглянем вблизи на столь торжественно преподнесенные ларчики, а то вчера их толком и рассмотреть-то не удалось: вначале было неудобно прерывать беседу, а потом их слишком быстро унесли…

– Сейчас и посмотрим, и пощупаем, благо в гости званы только после полудня!..

За разговорами мы с Вячеславной дошли до комнаты, в которой поселились вдвоем, и первым делом расстегнули дорожные кожаные чехлы на предметах, скромно занявших место у боковой стены.

– Да-а-а… ни себе чего ларчик!.. – задумчиво протянула подруга при виде сундука, богато инкрустированная крышка которого была ей чуть выше пояса. – Карманная шкатулочка, да и только…

– По масштабам наших огнедышащих друзей – в самый раз! – хмыкнула я. – Смотри, даже позаботились о том, чтобы мы наверняка не перепутали подарки!

В центре каждой плоскости одной «шкатулочки» красовался мой личный вензель на фоне королевских цветов. Норка полюбовалась на изображение своего свежесочиненного герба на поверхностях другой и снова взглянула на меня.

– Даже как-то боязно открывать!

– Теперь-то уж точно бояться нечего! – рассмеялась я, поворачивая ключ, заботливо вставленный в замочную скважину. – Не думаю, что после всех наших похождений тебя смогут напугать «несколько незатейливых, но, надеемся, приятных сувениров на па…».

Окончание фразы, взятой из вчерашней проникновенной речи в наш адрес, повисло в воздухе. Просто говорить с отвисшей челюстью не совсем удобно… Сувениры, значит? Несколько, значит?! И в самом деле незатейливые – камни как камни, да и металлы вполне знакомые… Что ж, стоит приплюсовать к драконьим доблестям еще и нечеловеческую скромность! Я за эту пятилетку худо-бедно попривыкла к созерцанию подобной роскоши, но и то – при виде столь изысканных экземпляров, притом в таком количестве, у меня надолго перехватило дыхание. Что же говорить о Вячеславне, лицо которой выражало сейчас крайнюю степень ошарашенности и полного недоверия собственным глазам!.. Я тоже заглянула в ее сундук, присвистнула, успешно скрывая замешательство, ибо такого не ожидала и сама, и потрясла остолбеневшую высокочтимую госпожу за плечо.

– Подруга дней моих суровых, ты вообще жива?!

– Чтоб я знала! – сдавленным голосом отозвалась она. – Это сон?.. Ущипни меня!

Долго просить не пришлось. Для верности я решила не ограничиваться одним разом. Заойкав, Норка машинально потерла пострадавшие мягкие места, наконец-то вышла из ступора и стала помогать мне перекладывать листы тонкой кожи размерами аккурат от стенки до стенки вместилища. На них, подобно символам на страницах диковинной книги, были плотными рядами прикреплены разнообразные украшения…

Добравшись до самого дна, мы переглянулись и так же молча сложили все обратно. Госпожа Леона еще некоторое время созерцала игру света на камнях впечатляющей композиции, украшавшей центр самого верхнего листа. Я сочла своим долгом пояснить:

– Это так называемый драконий гарнитур. Они делаются с учетом их четырехпалости и отсутствия ушей. Видишь, все, кроме сережек: браслеты, колье, диадема и шестнадцать колец, по одному на каждый палец.

– А это для всех обязательно – кольца еще и на ногах?!

– Конечно нет!

– И никто не обидится?

– Абсолютно! Важно, чтобы ты носила подаренное вообще, особенно в их присутствии, а уж на какое место и в каком сочетании тебе захочется надевать «сувениры» – сугубо твое личное дело! Кстати, не забудь подобрать что-нибудь из этой красоты, когда будешь позировать художнику для обещанного портрета!

Вячеславна все-таки смогла оторвать взгляд от мерцающего чуда и повернуться ко мне.

– С ума сойти!!!

– А вот этого делать в любом случае не стоит! – назидательно изрекла я, аккуратно прикрывая тяжелую крышку от греха подальше. – Ничего такого уж особенного не произошло: между делом обзавелась полезным знакомством, почти родней, и вполне приличным приданым, да и обратную дорогу скоротать будет проще – пока все это перемеряешь во всех возможных сочетаниях…

– Не пройдет и недели, как заикаться перестану, а там, глядишь, и в привычку войдет, еще и маловато покажется! – подхватила подруга, окончательно приходя в себя. – Но все же каков размах – считай, кубометр эксклюзивных драгоценностей как с куста!..

– Знать бы еще, где такие кусты растут! Всякое в жизни случается, особенно если учесть широту драконьей души. То ли еще будет!

– Что это ты мне опять пророчишь?! – подозрительно прищурилась Вячеславна.

Я, пожав плечами, взяла ее под руку и развернула в сторону балкона.

– Пойдем-ка, подышим свежим воздухом!..

Потребность прийти в себя возникла не только у нас, и остальных не миновала чаша сия… Зато какая перепала тема для разговора во время общей прогулки по саду! Я высказала сомнение насчет возможностей нашего судна в смысле транспортировки подобного дополнительного груза, причем особо ценного и особо тяжелого. Друзья вдоволь порезвились, обмениваясь креативными идеями, заранее попереживали насчет разбитых во время шторма переборок и прочих возможных поломок в корпусе и остановились на предложении выбросить ко всем чертям балласт, заменив его драгметаллическими изделиями… Запаса шуток хватило до самого обеда.

С размахом отгуляв день в нашей компании, «морские паучихи» после сердечного прощания отбыли в сторону родины, торопясь проскочить северные моря до начала движения льдов. Мы же немного задержались в гостях – надо же было еще и отпраздновать начало сразу трех новых жизней! Нам организовали чудесную прогулку по всем примечательным уголкам острова, благо погодка установилась на диво, затем привезли к дому, где проживало счастливое многодетное семейство. Тханимар не подвел и доставил все просимое мною из дворца, и теперь внучки Вальгранарха могли щеголять в эксклюзивных вязаных костюмчиках от самой королевы – каждый сезон в новых. Мамочке досталась роскошная ажурная шаль из тонкой шерсти – плод моей фантазии, сооруженный долгими зимними вечерами, а папа обзавелся вязаным жилетом, которые с моей легкой руки уже почти год являются последним писком столичной моды.

Остальные подарки тоже относились к полезным и запоминающимся. После было шумное застолье с многочисленными друзьями и родственниками, которое мы покидали на следующий день с большим сожалением. Золотой Голос Королевства, проводив нас до пристани, вернулся к семье – эту зиму он решил провести на родине.

Стоя на корме отплывающего судна, мы с подругой любовались, как высокие крыши и яркие флюгера городка тают в легкой дымке, подсвеченной косыми лучами закатного солнца.

– Наконец-то закончилась беготня по нестандартным причинам и поводам, начнется нормальная семейная жизнь и обычная «коронная» рутина.

– Что ты имеешь в виду? – заинтересовалась Норка.

– Ничего интересного, повседневные королячьи хлопоты: бюджет, внешняя политика, прием засланцев – своих и зарубежных, разбор полетов по каждому отдельно взятому княжеству, дела армейские, судебные заседания – высшая инстанция, как ни крути!..

– Так странно слышать подобное от тебя! – покачала головой Вячеславна. – Ты же, помнится, всегда говорила, что карьера, власть и подобная ответственность – совсем не твое.

– Что поделать, смирилась как с неизбежным злом. Вообще, заметь, чем больше что-то не любишь, тем чаще приходиться с этим сталкиваться…

– Твоя бабуля в таких случаях говорила: небеса учат нас терпению! – Подруга задумчиво улыбнулась, глядя в лазурную даль.

Я проснулась посреди ночи. Вернее, подскочила на месте от укола в сердце, настолько болезненного, что свело мышцы пресса и перехватило дыхание. Давненько мое пробуждение не доставляло мне столько эмоций… да каких сильных! Расслабилась, милая, вот и хватай теперь воздух распахнутым ртом, как вытащенная на берег рыба!.. Кое-как вспомнив, что такое нормальный вдох и выдох, я поднялась и по стеночке, пошатываясь, выбралась из каюты. Оказывается, дело не только в расстройстве равновесия – корабль изрядно качало. На шторм не тянет, но все же…

В коридоре дышаться лучше не стало, пришлось подниматься на палубу, спотыкаясь, балансируя и хватаясь за что придется. Резкий ветер ударил в лицо, едва не сбив с ног, и умыл солеными брызгами, заставив закашляться до слез. Потом стало легче настолько, что я смогла добраться до рубки. Если мое появление и удивило команду, то вида они не подали, а после стало не до того. Я только и успела пожелать всем доброй ночи, как тут же пришлось в этом усомниться – по сенсорам хлестнуло багрово-красной вспышкой такой силы, что на некоторое время оба вида зрения отключились вообще. Я кое-как объяснила, где именно «человек за бортом», а потом скромно сидела в уголочке на каком-то сундуке и слушала, как продвигаются спасательные работы. Надо отдать должное мореходам, они умудрились проделать все с ювелирной точностью и в ночном бушующем океане успели выловить потерпевшего всего со второй попытки до того, как он окончательно захлебнулся!..

Спасенного доставили в свободную каюту вместе с фрагментом какой-то деревянной конструкции, в который он вцепился мертвой хваткой. К тому времени мои сигнальные системы пришли в норму и теперь усиленно давали знать, насколько ему плохо. Матросы помогли разлучить несчастного с его «соломинкой», вытрясли из него воду, так что делать искусственное дыхание не понадобилось, но над остальным предстояло потрудиться. Мне, как всегда, потребовалась полная картина, пришлось добросовестно просканировать бесчувственное тело во всех возможных направлениях. К тому моменту, когда в дверях появилась Норка, зевая на ходу в кулак, я уже терла саднящие глаза.

– И что у нас в программе на сегодня? – Само собой разумелось, что подруга не останется в стороне и будет, как обычно, еще одной моей рукой.

– Переохлаждение, обезвоживание, истощение, травмы средней тяжести, явное сотрясение мозга, кровопотеря, несколько трещин в костях, – добросовестно перечислила я, морщась от рези под веками.

– С чего начнем?

– С того, что схожу за сумкой и навещу кока – пусть воды накипятит. – Я шагнула к выходу. – А насчет остального сама решай. Когда вернемся, определю тебя на учебу по знахарской части. Думаю, экзамены сдашь экстерном…

– А молодым специалистам подъемные положены? – подмигнула Вячеславна, закатывая рукава.

– Ты, главное, сдай, а там уж положим все, что нужно!..

Несмотря на сильную качку, справились достаточно быстро. Теперь несостоявшийся утопленник – высокий худощавый старик с темным, сплошь морщинистым лицом, седой бородой и длинными, абсолютно белыми волосами – лежал отмытый, отогретый, расчесанный, смазанный-перевязанный, с лубками на нужных местах. Мы сидели напротив и потягивали горячий отвар из небольших забавных закрытых посудин с плоскими носиками, придуманных как раз для удобства распития разного рода жидкостей в такую погоду.

– Как же его угораздило здесь оказаться?

– Мало ли, дело случая… Плыл себе, шторм – упал – поскользнулся – очнулся: вода!

– В этих широтах только и практиковать оздоровительные круизы для престарелых! Куда же его понесло на старости лет и на зиму глядя?!

– Наверное, были весомые причины… Меня другое удивляет: как он от холода не погиб за столько времени?

– За сколько, по-твоему?

– Может, я и ошибаюсь, но… Из нашего порта вышел только наш корабль, другие уже стали на прикол. Все это время других посудин, которых могло занести в эти воды, вокруг не наблюдалось, гарантирую. Значит, это жертва прошлой бури, а она утихла вчера. Вспомни – мы как раз дожидались удобного момента, чтобы отправиться домой, а в порт заходил небольшой торговый парусник…

– Не повезло бедняге!..

– Как сказать. – Я привстала, дотянулась и поправила на нем сползшее одеяло. – Нас тут вообще-то не должно было быть, это из-за шторма отклонились от курса…

– Плюс на борту оказалась ты со своей немыслимой сверхчувствительностью! Да, если подумать – в рубашке родился…

– Тогда уж в спасательном жилете! – Я не удержалась и зевнула во всю ширь.

Подруга тут же отреагировала:

– Думаю, нет нужды ошиваться тут вдвоем. Дежурим по очереди. Я – первая!

– Так и быть… Но если что – буди сразу!

Обошлось без «если что». Все наши вызвались нам помогать, даже капитан заглядывал, интересовался, не надо ли чего. Старику постепенно становилось лучше, пока на третий день общие усилия перестали давать результат. Он так ни разу и не пришел в сознание, и состояние было все еще критическим. Словно застыло на одной отметке, как мы ни бились. В чем же дело?! В его возрасте, в том, что сильнее всего пострадала именно голова, или?..

В тот памятный вечер я заступила на вахту в нашем «лазарете» раньше обычного, собираясь понаблюдать за больным и пораскинуть умишком на месте. Что-то меня во всем этом сильно смущало… Нет, не странное устройство сердца – для тех, кто имел дело с моим супругом или его соотечественниками, это давно уже не повод удивляться. И то, что я до сих пор ни разу не видела именно этого представителя древней нездешней расы, к которой принадлежал Дин, тоже ни о чем не говорило. Их вообще осталось не так уж много, чтобы встречать на каждом углу…

Тогда почему собственное сердце у меня не на месте?! И это не чувство надвигающейся опасности, не беспокойство за тех, кто сейчас вдали от меня, и уж тем более не метеозависимость разыгралась на непогоду… Скорее ощущение какой-то ненатуральности, двойственности, будто я что-то пропустила, смотрела и не увидела или поняла не так, но что, черт возьми, что?!!

Наверное, нэфи почувствовал мое состояние, потому что без видимой причины впервые за время плавания принял облик пушистого зверька. Помурлыкал мне на ухо, сидя на плече, затем спрыгнул на кровать пациента и обошел его, аккуратно ступая мягкими лапками. Вот и Фадик ведет себя спокойно, даже слишком… чего же мне-то неймется?!

Я отвернулась и теперь смотрела не отрываясь в забрызганный иллюминатор, но не видела ни волнующейся массы темно-зеленой, словно загустевшей от холода воды, украшенной пенными гребнями, ни тяжелых темных облаков, причудливо изменяющих свои очертания во время торопливого бега по низкому хмурому небу под резкими порывами совсем по-зимнему студеного ветра… Мне вдруг вспомнилось, как в самом начале знакомства со своим прекрасным принцем вот так же сидела у изголовья постели, когда он балансировал на грани жизни и смерти, растерзанный почти в клочья хищной летучей тварью, насланной «любящим» братцем, который во что бы то ни стало желал сохранить на своей голове незаконно захваченную корону… Тогда только благодаря моим целительским способностям удалось не позволить смерти досрочно забрать его с этого света, а сейчас…

Сейчас бы хорошую порцию моей кипучей энергии да несколько раз подряд – разом бы ожил! Как было просто раньше, стоило лишь руки приложить… Я с досадой взглянула на свои ладони, потерла их привычным, но с некоторых пор бесполезным жестом… и вдруг ощутила уже подзабытое покалывание, которое словно шло волной, начинаясь где-то в районе локтей и усиливаясь по мере приближения к подушечкам пальцев. В тут же включившемся сенсорном поле было прекрасно различимо мягкое золотистое свечение, разливающееся вокруг моих кистей… Что за фокусы?! Не может быть! Меня же лишили этого дара, но… сейчас ощущения были один в один те самые, что и шесть лет назад, когда впервые пришлось в полной мере использовать заложенные возможности для спасения чужой жизни!

Что значит быть практикующим знахарем: я тут же решила оставить неуместные сейчас теоретические изыскания на потом и, не теряя времени, воспользоваться неожиданно вернувшимися способностями по назначению. Кто знает, на какой срок моим рукам снова дана сила, умозаключения подождут сколько надо – у меня пострадавший в коме здесь и сей момент и добровольно выходить из нее не собирается!

Я отработанным жестом положила одну руку на лоб едва дышащего пациента, другую – на затылок. Кисти запульсировали теплом, и я, тихо радуясь, наблюдала, как тонкие золотистые струйки энергии просачиваются в самые потаенные уголки черепа, заставляя гаснуть очажки беспокойного красного свечения. Но почему одновременно с этим поднимается буря в моей собственной голове? Почему организм, на который воздействую, откликается так знакомо?! Именно это ощущение никогда и ни с чем не перепутаю, ведь своего возлюбленного приходилось врачевать не однажды! Да ну, не может быть! Наверное, просто случайное сходство…

Может, и случайное, только пришлось очень уж ко времени, попутно разбудив массу воспоминаний. Наверное, именно сейчас я как никогда остро почувствовала, как мне его не хватает, и даже успела пожалеть о безвозвратно потерянном времени, что мы провели не вместе… Слезы словно ждали момента, чтобы пролиться наперегонки. Я не успела отнять руки и отойти, поэтому несколько соленых горячих капель упало на лицо лежащего без сознания человека…

Он вдруг забеспокоился, сначала со стоном замотал головой, будто хотел увернуться от чего-то, потом заметался на кровати, безуспешно царапая слабыми пальцами повязки в тщетной попытке их сорвать. Его трясло и выгибало, потом он забился так, что слетел бы на пол, не удержи я его на месте. Я уже хотела звать на помощь, но вдруг он успокоился и затих в неудобной позе, сильно изогнувшись и запрокинув голову.

Под руками стало горячо. Я отдернула их, отскочила прочь и замерла, не в силах ни двигаться, ни говорить, ни думать, просто смотрела на происходящее в режиме замедленного кино. Похоже было на то, что мои слезы неожиданно запустили странную цепную реакцию. Кожа, там, где ее коснулась влага, посветлела до прозрачной и начала расползаться, словно истлевать, превращаясь в невесомую пыль. Причем старику происходящее не причиняло дискомфорта, он лежал спокойно, ровно и глубоко дыша… Его прежний облик быстро таял, осыпался мерцающим, тут же исчезающим прахом, являя моему ошеломленному взору типичную нестареющую внешность кровного потомка законных правителей Северного Королевства…

Глава 3

Дин шевельнулся, повернулся на бок и открыл глаза. В глубине сапфировой сини замерцали до боли знакомые золотые искорки…

– Здравствуй, любимая!..

Окружающий мир вздрогнул, время двинулось дальше в обычном темпе… Я смогла наконец вдохнуть и… никогда еще Ледяной Король не был настолько близок к неожиданной и моментальной смерти!

– Какого дьявола ты здесь делаешь?!!

– Пытаюсь избавить любимую женщину от печали по поводу нашей разлуки.

Он что, мысли мои прочитал?! Вряд ли, просто элементарная логика, ведь и в самом деле много времени прошло с тех пор, как мы расстались… так не по-хорошему…

– С чего ты взял, что я в печали?!

– Хочешь сказать, что я ошибаюсь?

– Я ничего не хочу сказать, – прорычала я (ох, только бы удержаться в человеческом облике!). – Когда задают вопросы, хотят услышать ответы от других!

– Я здесь потому, что больше не хочу возвращаться в дом, где нет тебя. И потому, что хочу – вернее, надеюсь! – получить шанс исправить свои ошибки. Я здесь для того, чтобы понять, чего хочешь ты, – отчеканил глубокий, все еще чуть хрипловатый голос.

И что я должна была на это сказать?! Вот именно…

– Для начала узнать, как ты сюда угодил!

Он вздохнул с явным облегчением. Правильно, первая реакция вполне могла быть такой, как он предполагал, причем не без оснований. Может, он даже на это надеялся, чтобы иметь весомую причину для полного разрыва?! А я, такая непредсказуемая, взяла и не оправдала надежд… Нет, хватит бредить, в самом деле, так можно совсем до чего попало допредполагаться! Не мешало бы сначала послушать…

– Очень просто – на корабле. Я знал, что вас ждут на Ликуартисе, и отправился вдогонку, но не успел. Пришлось плыть вслед, а после мы попали в шторм, во время которого меня и смыло за борт.

– И ты вот так запросто бросил все дела?!

– Для ведения дел государственных имеется немалая рать советников и прочих лиц, знающих в этом толк, а вот сложности семейной жизни приходится улаживать самому, и никак иначе!.. Поэтому я отправился в храм и попросил небожителей вернуть все на свои места, ведь за мои ошибки совсем не обязана рассчитываться ты! Для начала тебе вернули твой дар, взяв мой взамен…

– Так ты лишился своих магических способностей?!

– Окончательно и бесповоротно! Теперь в этом отношении ничем не отличаюсь от простых смертных, даже к самой завалящей ведунье в ученики не попаду…

– И видимо, в довершение ко всему окончательно спятил! Почему ты не воспользовался порталами?

– Это было бы слишком легко. К тому же никто, даже боги, не могли поручиться за то, какое ты примешь решение. Поэтому мне предложили испытать свою судьбу таким вот замысловатым способом, где финал истории зависел от того, насколько ты хочешь и дальше видеть меня рядом с собой…

– А если бы ты все-таки погиб?! Это же как надо было раздружиться с головой, чтобы одному пуститься в рискованное плавание на чем попало и с кем попало, не имея ни единого козыря в рукаве, даже без магии…

– В том и смысл затеи – довериться судьбе полностью и не пытаться изменить ход событий.

Затея, на мой вкус, была так себе. Если бы я любила его чуть меньше или решила позлиться чуть подольше и не видеть своего благоверного еще пару ближайших лет… Продержаться столько времени в экстремальных условиях даже его повышенная живучесть не помогла бы! Страшно подумать, чем закончилась бы вся эта безумная история, но… не закончилась же! Высшие силы пошли навстречу нашим желаниям, пусть и скрываемым даже от себя самих, свели нас в нужном месте и в нужное время, значит… Значит, именно так и должно быть! Так, и никак иначе!!! И все происходящее – безоговорочное тому подтверждение!..

На этом месте ход моих размышлений, до сих пор более или менее упорядоченный, был вконец нарушен бурным всплеском эмоций – словно плотину прорвало… Дин взял меня за руку и усадил рядом. Слезы, которые сдерживались уже из последних сил, прорвались наружу, погрузив окружающий мир в горячее зыбкое марево… Да какое мне сейчас было дело до этого самого мира, когда главная и необходимая его составляющая наконец оказалась в пределах досягаемости!

– Как только тебе такое в голову пришло?!

– У меня было много времени на размышления. Когда ты ушла так неожиданно…

– Неожиданно?! После того как я тебя не раз предупреждала, каким образом отвечу на действительно серьезную обиду?

– Ты…

– Вот именно – ни за что не стану опускаться до припоминания в ответ всех твоих грехов, равно как бить лицо своему обидчику или наносить урон его прическе… Просто уйду, исчезну как рассветный туман, хотя бы потому, что не считаю нужным и мига лишнего потратить на того, кто мной не дорожит! Но тогда ни о каком прощении не стоит и думать…

– Никогда не замечал за тобой злопамятности!

– Да, я не злопамятна – сделаю зло и не помню! – Усмешка вышла невеселой. – А если серьезно… чего я в самом деле не умею, так это забывать и возвращаться! Уж не знаю, к сожалению или к счастью…

– Но ко мне ты все-таки вернулась! – тихо проговорил Дин, глядя на меня бездонно-темными глазами.

Я тряхнула волосами:

– Просто потому, что на самом деле и не уходила! Это было скорее бегством, вынужденной мерой, чтобы сгоряча не натворить чего-нибудь ужасного, о чем потом придется долго и горько сожалеть… Но каким чудом это мне тогда удалось – даже не спрашивай!

– Даже не буду. Просто скажу, вернее, попрошу: прости! Я дал волю эмоциям, позволил ревности затмить мой разум и высказал вслух то, о чем не должен был и думать… но додумался, так уж вышло! Меня просто в жгут скручивало от одной мысли о том, что кто-то другой, хоть и родной брат, ни с того ни с сего получит всю твою любовь, твое тепло… тебя!.. Одни боги знают, как я разума не лишился!

– Ты уверен?! – Против моей воли ирония в голосе зашкаливала. – Если судить по тому, на что ты решился…

– А что мне оставалось?!

– Псих! – обреченно выдала я, пряча лицо у него на груди. – Ненормальный! Сумасшедший! Идиот – полный и безнадежный! Трижды квадратный из круглых дураков по эту сторону Границы! Спятивший и выживший из ума кретин!!!

– С этим трудно спорить…

– И не надо! – вдруг воодушевилась я. – Теперь же можно с полным правом упечь тебя в психушку самого беспросветного режима где-нибудь раз в семь подальше чертовых куличек и единолично править королевством! Йо-хо-хо, уж тогда я разгуляюсь!

– Как скажешь! – выдохнул Дин мне в шею, продолжая ненавязчиво расцеловывать мое взбудораженное величество. – Если ты действительно хочешь именно этого, я даже помогу тебе с выбором самых дальних куличек!

– Ну нет… – разочарованно протянула я, ловко уклоняясь от очередного поцелуя. – Так неинтересно! Ни тебе интриги, ни сопротивления… Никакого, понимаешь, экстаза от успешно устроенной гадости! Кстати, насчет ревности… завязывал бы ты с этим! Неблагодарная затея, между нами! Да и мне дурной пример подаешь…

– Хочешь сказать – ни разу не ревновала до сих пор?!

– Тебе как ответить – вежливо, честно или чтобы душу радовало? – все-таки спросила я, подумав.

– Честно, и никак иначе! – Он даже задумываться не стал.

– Если бы за каждую нервную клетку, безвременно погибшую по этому поводу, мне давали по мелкой монетке, то ими уже можно было бы вымостить весь внутренний двор королевского замка в столице… причем не в один слой!

– С ума сойти!.. – недоверчиво протянул он, разглядывая меня, словно видел в первый раз. – Я, конечно, замечал кое-что… иногда, но мне и в голову не приходило, что могу стать причиной переживаний такой степени накала!

– Не прибедняйся! Или решил напроситься на комплимент?

– Пожалуй, не стоит, но… кажется, самое время загордиться!

– Так и быть, гордись! – Моему великодушию не было предела. – Только сделай выводы – вовремя и желательно правильные!

– Уже сделал.

– Уверен?

– Вполне.

– Иначе за последствия не отвечаю!

– Могу себе представить! – Уголок его рта дрогнул от сдерживаемой улыбки. – Вернее, теперь знаю наверняка. Ибо деяния того масштаба, что ты успела насовершать за лето, до сих пор упоминались разве что в легендах…

– Во-первых, я была не одна!

– Да, но именно с твоей подачи все завертелось! И без твоего участия так и закончилось бы ничем.

– А во-вторых… тебе не кажется, что надо бы составить подробный список всех твоих симпатий, поклонниц, да и бывших пассий заодно – мало ли что кому из них взбредет в прекрасную головку, не отягощенную другими заботами, кроме личной обездоленности, наступившей после твоего законного бракосочетания?! Так хоть сразу буду знать, чье королевство разнесу в следующий раз, и постараюсь разнообразить свои действия, чтобы самой не скучно было… И график составлю, чтобы никого не обидеть невниманием!

Дин почему-то не спешил с ответом. Я бросила взгляд искоса – он смотрел в сторону с каким-то странным выражением лица.

– Знаешь, любимая, – долгожданной реплике предшествовал глубокий вздох, – не думаю, что это стоит затевать. Во-первых, следующего раза не будет! Во-вторых, подобное развлечение вряд ли доставит удовольствие тебе самой… Не стану врать, что многие годы являл собой образец воздержанности, но все это было задолго до твоего появления в моих снах, так что хорошо бы прошлому остаться в прошлом. И может, будет лучше, если я здесь и сейчас на всю оставшуюся жизнь зарекусь игнорировать твое мнение и оставлять без должного внимания просьбы, даже самые пустячные?

– Нечто подобное ты уже сделал в день свадьбы! – не удержалась я и отстранилась. – В письменном виде, с подписью и печатью – но это тебя не остановило!

– И разлучило нас так надолго!.. Позволь мне теперь напомнить кое-что другое…

– Что же? – Я отвернулась и смотрела в иллюминатор, как будто больше всего на свете меня интересовало усилившееся волнение.

– Надеюсь, ты не успела забыть, как я признавался тебе в любви?

– Да ты оскорбить меня хочешь?! – Усмешка вышла до того принужденной и горькой, что горло сдавил горячий ком и защипало глаза.

– Вовсе нет! Я хочу снова сказать, что без тебя мне ничего не нужно в этой жизни! Я просто не могу дышать, когда тебя нет рядом… Я прошу твоего прощения, потому что люблю тебя и только тебя!

– Нет уж, на сей раз ты так легко не отделаешься! – Надеюсь, мне удалось незаметно смахнуть слезы. – Теперь одной любви мне мало! – Повернулась и пояснила в ответ на недоуменный взгляд мужа: – Без полного доверия говорить не о чем!

– Ты права, – кивнул он, сжал мою ладонь и, глядя прямо в глаза, тихо, но твердо произнес: – Клянусь, что никогда не позволю возникнуть и тени сомнений на твой счет!

– Ох, не зарекайся! – покачала я головой, утирая слезы уже в открытую, ведь все равно дрожь в голосе скрыть не удастся. – Жизнь – штука длинная, особенно твоя!..

– Никогда! – Дин упрямо нахмурился. – Скажу больше: ни на этом свете, ни на том!

– Ладно, – не стала спорить я, – жизнь покажет, боги рассудят… но насчет того света ты не на шутку меня заинтриговал. Что, даже там найдется к кому приревновать?! Хотя конечно – дурное дело-то нехитрое…

– Поживем – увидим, умрем – узнаем! – парировал муж, улыбаясь краем рта, и с облегченным вздохом привлек меня к себе. – Пока что я предпочитаю радоваться твоему обществу здесь, на грешной земле! Тем более когда уже убедился, что вхожу в число любимчиков самых мощных высших сил…

– Которые тем не менее не упустили возможности проверить, насколько ты в состоянии оценить подарок по достоинству!

– Но я же вроде бы справился?

– Вроде бы, – согласилась я после тщательно выверенной паузы. – Потому что иначе меня просто уже не было бы – здесь и сейчас!.. А может, оно и к лучшему, если бы сгинула – дети давно не грудные, а такую взбалмошную мамашу и впрямь нужно держать от них подальше…

– Не говори глупостей! – перебил он меня почти сердито. – Ты, может, и не самая идеальная мать из живущих среди миров…

– Спасибо, утешил!

– …но кто из смертных без греха? – невозмутимо продолжал супруг, не давая сбить себя с толку ехидными репликами. – А уж готовность защищать свою семью любой ценой ты доказала всем неверующим сразу в двух измерениях, куда там героям древности!..

– Скажешь тоже!

– Что же до жизненно важной необходимости твоего присутствия в каждой отдельно взятой судьбе… в отношении своей могу прояснить ситуацию прямо сейчас!..

Вот за что еще ценю своего возлюбленного, так это за то, что у него слова не расходятся с делом, и за отсутствие привычки откладывать обещанное в долгий ящик! Да, чуть не забыла – еще за умение находить самые убедительные аргументы!!!

– Я уже получил редкую, хоть и непрошеную возможность попытаться обходиться без тебя…

– И как оно?

– Лучше не спрашивай! – Голос его звучал глухо и надтреснуто. – А еще обиднее от того, что мне досталась в этой истории самая неблагодарная роль – пассивной жертвы…

– Прибедняться изволите, ваше величество? – прищурилась я и получила в ответ недоумевающий взгляд.

– О чем ты?

– О том, что твой идеально подготовленный двойник почему-то прокололся на некоторых мелочах!

– И что?

– А то! Никогда не поверю, что ты даже в самом сильном гневе или в обиде смог бы забыть, что я терпеть не могу обращение «дорогая», что совсем не ты подарил мне кольцо с «глазом» и уж точно то, что при нашем первом поцелуе рядом не было никаких сосен!!!

– А может, это моя ущемленная долгой опалой мужская гордость подтолкнула на то, чтобы тебя тоже уязвить – показать, что важные для тебя трогательные детали до такой степени для меня ничего не значат, что их даже в памяти держать не стоит?!

– Такими темпами у тебя получится уязвить меня прямо сейчас, не сходя с этого места! – Я фыркнула, сердясь уже почти по-настоящему. – Получается, твоя супруга совсем не знает, с кем столько времени живет?! Насколько я вообще что-то понимаю, подобная мелкая месть просто не в твоем стиле! И потом, тебе слишком дороги здоровье и душевный покой, чтобы выводить меня из себя по пустячному поводу…

– Видишь ли, думаю, дело именно в тебе. Ты настолько не вписываешься в привычные рамки, что даже знающим тебя людям нелегко приходится. А мы с тобой уже немало времени вместе и много раз обменивались энергией…

– Хочешь сказать, что заразился от меня непредсказуемостью и склонностью быть во всем поперечиной?

– Примерно так. Поэтому даже в бессознательном состоянии какая-то часть моего разума исказила или скорее затуманила, сделала нечеткими некоторые воспоминания.

– Причем не что-то глобальное, что вызвало бы подозрения, а сущие мелочи, значимые только для двоих…

– Но этих мелочей тебе хватило, чтобы зацепить ниточку и размотать весь клубок, соединяя оборванные концы!

– Значит, в кои-то веки способен признать, что склонность к буквоедству и дотошность могут сослужить неплохую службу?!

– Не в тот огород камешки! – тряхнул серебряной гривой супруг. – Я, помнится, и пять лет назад относил все вышеперечисленное к списку твоих достоинств!

– Ты действительно все помнишь?! – В глазах почему-то защипало, в горле откуда-то взялся горячий ком, и голос окончательно сел.

– А как же иначе?! – Дин тоже перешел на шепот. – Ведь это касается тебя… и нас обоих!

Он обнял меня – бережно, словно я была сгустком тумана, способным развеяться от неосторожного движения. У меня напрочь вылетело из головы все, что я еще хотела высказать…

– Пожалуй, рискну спросить. – Он первым нарушил неожиданно повисшую паузу.

– О чем? – Глаза открывать не хотелось… но пришлось.

– Ты ведь знала о моей измене… Почему же все-таки пошла за мной?

– Только и всего?! Почему бы просто не радоваться результату, не копаясь в причинах?

– Потому что это не лезет ни в какие ворота!

– Я тебе уже советовала, что делать, когда что-то не лезет в ворота! – буркнула я сердито, поняв, что на сей раз отвертеться не удастся, и отстранилась. – Напрягите вашу хваленую память, наше величество, – вам об этом уже говорилось. И не однажды!

– Так повтори это еще раз, для особо… одаренных!

– Если только для особо… тогда записывай! – Я тяжело вздохнула и заговорила монотонно, словно диктовала нудный текст: – Во-первых, своих в беде бросать не приучена. Во-вторых, чту правило: если что-то пойдет во вред врагам, значит, мне на пользу – и наоборот! В-третьих, не терплю, когда меня пытаются выставить полной дурой, да еще и обобрать при этом…

– Но ведь это не все?

– Неужели хочешь, чтобы я снова сказала тебе?..

– Конечно! Ты так редко произносишь это вслух…

– Потому что подобное признание нужно еще заслужить!

– Полагаю, мне придется основательно постараться, чтобы заново заслужить очень многое! – вздохнул Дин. – Твое доверие, например…

– Будем считать, что первые шаги ты уже сделал!

И я спрятала зареванное лицо на его широкой груди. Последнее четкое воспоминание за этот вечер – прикосновение горячих губ и самые важные, самые нужные и долгожданные слова, сказанные тихим шепотом в самое ухо…

О том, кем на самом деле оказался выловленный из моря страдалец, я поведала друзьям на следующий день. Тарглан узнал обо всем первым, когда рискнул постучаться в мое сознание, обеспокоенный моим долгим отсутствием на людях, но деликатно помалкивал, предоставив мне самой право удивить и порадовать соратников. Они тут же связали появление короля и последовавшее за этим выяснение наших с ним отношений с небывалой силы штормом, который налетел внезапно и непонятно с какой стороны и явился сюрпризом для всей остальной команды. К слову, почему-то для нас двоих осталось незамеченным то, что килевая качка намного усилилась и помножилась на бортовую, а в иллюминаторы с убойной регулярностью хлестала соленая ледяная вода…

Зато потом, когда страсти улеглись, наши друзья и помощники смогли полюбоваться сразу сорока девятью ослепительно-яркими радугами. Они раскинулись, вопреки обыкновению, не в туманной дали, а по всему обозримому пространству, в том числе и прямо над головой. Словно небо вдруг растаяло и пролилось на еще волнующуюся водную поверхность мерцающими потоками, которые переливчато сияли многоцветьем до тех пор, пока ветер окончательно не разогнал обрывки сизых туч, а солнце зацепило краем горизонт… Все были настолько поражены невиданным природным явлением, что никому даже в голову не пришло позвать и нас полюбоваться неожиданной красотой. Потом они конечно же наперебой оправдывались, что просто не хотели отвлекать влюбленных друг от друга и все такое прочее, но я уж не упустила возможности потешить свою злопамятность обещанием напоминать означенным друзьям об их неслыханном эгоизме до самой гробовой доски… вернее, до погребального костра!

Все оставшееся время пути мы с вновь обретенным супругом не покидали каюту, ведь впервые за долгий срок получили возможность спокойно, без помех и спешки, поговорить обо всем наболевшем и просто невыясненном. Остальные отнеслись к этому с пониманием и не беспокоили нас. Только у дверей каюты периодически появлялся плотно уставленный поднос, на который потом сгружалась опустевшая посуда. Вот и на этот раз появление очередной порции вкусностей совпало с появлением эха в желудках.

Главного церемониймейстера хватил бы удар на месте и надолго, если бы он увидел, как венценосные особы булькают элитное вино прямо из горлышка и по очереди откусывают от булки с чем-то вроде семечек и кольца колбасы. А про то, как мы дурачились, истребляя печеных моллюсков, раковины которых были похожи на небольшие красно-желто-полосатые цветки каллы, вообще лучше никому не рассказывать… Синяя сосулькообразная бутылка быстро пустела, и Дин галантно уступил мне остаток. Это навело на кое-какие воспоминания.

– Признайся, ты же узнал меня на том приеме у градоправителя?

– У какого именно?

– В Торноксте. Ой, только не надо делать вид, что не помнишь названия крупнейшего порта на западном побережье!

– И в мыслях не было! Прекрасно помню и порт, и прием, и даже, пожалуй, смогу пересказать, о чем пела «внебрачная дочурка» нашего народного любимца… Но тебя тогда я не узнал!

– А вино?

– Что – вино?

– С чего вдруг ты стал угощать незнакомку моим любимым вином?!

– А чем я должен был угощать молодую девушку, к тому же дочку старого друга – дешевой дрянью из портовой харчевни?! – пожал плечами Дин, очень убедительно изображая оскорбленное достоинство. – Или – еще того пуще! – «Дьявольской росой»? Белое тарнигальское любой способен оценить по достоинству, я же какой-никакой, а все-таки король!

– Но ты так на меня смотрел…

– Знаешь, любимая, в следующий раз, когда тебе не захочется привлекать внимание, выбери внешность попроще… я же, как ни крути, всего лишь мужчина!..

– Кто бы спорил! – фыркнула я, припоминая заодно свои давние подозрения. – Мне до сих пор любопытственно – с чего бы вдруг Вальгранарха на зиму глядя потянуло в далеко не самые милые сердцу места вдоль западной границы?

– Ты не того спрашиваешь, а вообще… На то и бродячие артисты, чтобы путешествовать, где вздумается!

– После многолетнего перерыва, именно в тот момент, когда там резвилась я?!

Дин снова красноречиво пожал плечами, но я уже поняла, что расспросами ничего не добьюсь. Хорошо, пойдем другим путем! Я не стала вредничать, когда он попытался меня обнять. Наоборот – приложила все усилия, чтобы развести его на поцелуй, который получился долгим и запоминающимся… Не спорю, может быть, это и нечестно – копаться в чужой памяти без разрешения, пользуясь тем, что ее хозяин благодаря моим стараниям начисто потерял бдительность, но гораздо лучше, чем погибать на корню от сомнений и неудовлетворенного любопытства!

Теперь мне все было понятно. Первым звеном в цепи тех интересующих меня событий стало выявление истинного наследника почтенного сеттена Дерентра. Подобные интригующие перемены, затрагивающие наследственные дела потомков древнего и достаточно прославленного рода, не могли остаться без внимания и вызвали пристальный интерес даже столичной аристократии. Служащие королевской канцелярии, разбирая присланные документы и заодно проверяя дошедшие до них вдобавок слухи, быстро выяснили, что в деле замешана никому не известная, но не в меру прозорливая знахарка, которая затем исчезла в неустановленном направлении. Да и с местной живностью творилось что-то неладное – одни странные существа по непонятным причинам уходили со сцены, зато появлялись новые, доселе невиданные…

Мой мудрый супруг сложил два и два, получил в итоге примерно пять с половиной, поэтому как можно быстрее нашел способ связаться со старым другом, которому по-прежнему не сиделось дома, несмотря на почтенный возраст… Идеальный вариант развития сюжета: позволить горячо любимой, но своенравной женушке, матери обожаемых детей, устроить игру в прятки с догонялками по всему королевству, если уж ей настолько приспичило выпустить пар, но при этом обеспечить ненавязчивый присмотр и поддержку на совсем непредвиденный случай! Вот и кто он после этого?! Правильно!..

И я наконец шепнула ему на ухо те самые слова на древнем языке, которые впервые были сказаны мною в храме Семи Богов, сразу после завершения брачной церемонии. Дин смотрел на меня во все глаза, явно не веря своим ушам и напрочь позабыв о необходимости моргать хотя бы время от времени. Он ведь наверняка приготовился к очередному взрыву моих эмоций, даже присмотрел, куда и как будет спасаться в крайнем случае… и уж само собой, ожидал чего угодно, только не произнесенного вслух изысканного признания, что для меня он по-прежнему – ненаглядный, и самый желанный, и единственный на свете…

– Ты серьезно?!!

– А в каком из мест это похоже на шутку?! – огрызнулась я и поспешила отвернуться, чтобы супруг не заметил, как я краснею от смущения.

– Да я тебя просто не узнаю!.. Дорогая, а ты уверена, что тебя саму не подменили?!

– «Дорогая»?!!

Некоторое время в каюте звучало дивное сочетание моего возмущенного кошачьего шипения и счастливого смеха венценосного провокатора. Дело, как и в большинстве подобных случаев, кончилось крепким поцелуем… и не одним…

– Но я… что, даже не буду побит хотя бы подушкой за самовольное вмешательство? – Дин восстановил дыхание первым.

– Если ты так хочешь – пожалуйста! Дважды просить не придется!

– Нет, если ты так хочешь!

– Нет, ты!..

К счастью, недостатка в подушках не было. Когда на их разбрасывание и уворачивание от метких попаданий израсходовались последние силы, мы рухнули рядом на кровать, пытаясь отдышаться.

– Помнишь, ты когда-то неосторожно пообещал простить мне все что угодно, даже непрошено?

– Почему неосторожно? Вполне осмысленно и от своих слов отказываться не собираюсь!

– Тогда ты, может быть…

Я не договорила – и горло сжал горячий тугой ком, и нужные слова куда-то растерялись… а ведь в кои-то веки созрела, чтобы попросить извинения за возможные перегибы в святом деле демонстрации окружающим самых темных сторон своей сложной натуры!.. Дин, как это было у нас в обычае, снова понял меня с полувзгляда и полувздоха.

– Даже не сомневайся, любимая!

Он обнял меня так, как мне нравилось больше всего – сразу всю, и зарылся лицом в мои распущенные волосы, отчего теперь голос его звучал тише и глуше:

– И сейчас, и когда потребуется, и на много раз вперед, авансом!..

Я с долгим всхлипом уткнулась носом в широкое плечо и крепко зажмурилась – глаза щипало все сильней и сильней… Давненько слезы не приносили мне такого облегчения – словно живая вода бережно смывала с наболевшей души толстую колючую накипь сомнений, страхов, боли, тревог, печалей, подозрений, обманутых надежд, обид и разочарований…

– Теперь придется переодеваться. – Дин, отстранившись, обозревал свою рубашку, основательно промокшую сбоку от ворота почти донизу. – Народ не поймет…

– Может, лучше уплакать ее и с другой стороны, для симметрии, – я все еще хлюпала носом, – и сделать вид, что так и было задумано?

– Угу! А потом повесить ее вместе со мной на рее – проветриться!..

– Остался бы магом, высушил бы одним щелчком!.. Кстати, с чего вдруг тебе пришло в голову отказаться от своего дара?

– Потому что тебе в голову подобное пришло гораздо раньше!

– Сравнил! – Я даже присвистнула. – Тогда возникла жестокая необходимость предложить небожителям достойную плату за помощь в поисках похищенного тебя!

– А я посчитал себя обязанным вернуть своей любимой то, чего ее лишили по моей вине! Разумеется, предложив равноценную замену…

– И не жалеешь?!

– Нет! – Он даже доли секунды не раздумывал. – Ради тебя…

– Ой-ой-ой! Ради меня, можно подумать!!! – Недоверчиво-ехидная гримаса удалась мне как никогда. – Признался бы уж честно, что ради себя, любимого! Ведь вся жизнь, считай, впереди, а жена лечебных способностей лишилась, а другим лекарям свое драгоценное здоровье доверять уже как-то и боязно…

– Вот сейчас никаких сомнений, что ты в отличной форме насчет пакостей! – Дин заливался по-детски счастливым смехом, ловко сводя на нет мои попытки попасть по нему самой большой подушкой. – Может, проверим лишний раз и насчет остального?

Приняв мое молчание за знак согласия, он встал, добрался через устроенный совместными усилиями кавардак до двери, запер ее на оба замка и пояснил, подергав для верности за витую ручку:

– Теперь, чтобы установить защитный купол, опять придется просить о помощи мага, но бегать по всему кораблю за Тханимаром именно сейчас мне почему-то не хочется!..

Глава 4

На обратный путь времени потребовалось больше, поскольку пришлось обходить плавучие льды. Неудивительно – северные воды, поздняя осень… В день, вернее, вечер нашего прибытия портовый город почти до крыш укутали низкие темные облака, щедро исходящие мокрым снегом, дул холодный порывистый ветер, но, чтобы омрачить наше настроение, таких мелочей оказалось недостаточно. Все радовались возвращению, окончанию запутанной истории с подменой короля и путешествия в частности. Конечно, можно было бы еще ко многим на островах зарулить на огонек, подольше отдохнуть в гостеприимном доме Папаши Хелля или уже на материке попутно посетить владения надхов, дабы порадовать визитом боевую подругу Лингу, но пришлось эти греющие душу задумки перенести на попозже. В столице ждали важные дела, которые не следовало бы откладывать в долгий ящик. Решение судьбы не в добрый час приобретенного родственничка, например…

Я не очень люблю каскадные пространственные переброски с помощью порталов, но в этот раз готова была перемещаться без необходимых перерывов – до такой степени душа рвалась домой!.. Пришлось, конечно, брать себя в руки, но догадливый Тханимар ускорил процесс насколько смог. Не стану описывать, как прошла встреча с детьми, друзьями-подругами, – просто не найду подходящих слов, чтобы передать все, что творилось на душе… Впрочем, думаю, оно и так всем понятно!..

Как бы ни хотелось после долгой разлуки проводить больше времени с близкими, следовало помнить о долге. Главным оставался вопрос о будущем самозваного короля, который до сих пор сидел под арестом в отдельной башне, изолированной от нашего измерения. Само собой, никто не стал устраивать никаких принародных судилищ и показательных процессов, ибо все заинтересованные лица единогласно сочли, что ни к чему посвящать широкие народные массы в детали развития отношений внутри венценосной фамилии. А посему было решено утрясти возникшие разногласия в узком, почти семейном кругу.

Обосновавшись в Малом королевском кабинете сразу после раннего завтрака, наша дружная команда принялась шевелить извилинами. Прийти к единому мнению мы так и не смогли, хоть и рассмотрели все возможные варианты, от гуманной казни до предоставления в пожизненное пользование в самом дальнем и маленьком из монастырей строгого режима отдельной кельи. Желательно хорошо запираемой снаружи единственным ключом и с видом на Северный полюс… Принимать окончательное решение без уточнения степени вины не стали, поэтому вскоре усиленный почетный конвой доставил к нам причину коллективной головной боли.

Брат Ледяного Короля держался с достоинством, спокойно дал ответ на все интересующие строгих судей вопросы и, казалось, был абсолютно равнодушен к тому, как события развернутся дальше. Лишь под конец он вежливо попросил позволения кое-что выяснить у нас. Ему хотелось бы знать, какова была причина провала столь тщательно продуманного и безукоризненно подготовленного плана.

– Вот она! – чуть ли не в один голос произнесли друзья и соратники, указывая на величественную меня.

Наши взгляды встретились… не знаю, что уж он увидел в моих глазах, но прежнее бесстрастие как дождем смыло. Бывший лжекороль подался вперед, крепко взявшись за край столешницы:

– Надеюсь, моя… так и несостоявшаяся супруга проявит любезность и согласится просветить меня, в чем же я все-таки ошибся?

– Проявит, – не стала вредничать я. – И согласится. Только не гарантирую, что мое объяснение будет понятным.

– О, не стоит сомневаться в своих способностях…

– Я сомневаюсь в твоих! – Попытки дерзить следовало пресечь в самом начале. – Хотя бы потому, что ты, похоже, до сих пор не уяснил, насколько хорошо я умею пользоваться своими!

– Да уж, есть чем гордиться – результат налицо! – принужденно улыбнулся мой собеседник, но пронзительно-синие глаза источали полярную стужу. – Итак, если позволите, во-первых?..

– Во-первых, любой факт может быть истолкован как минимум двояко. – Никаких уничижительно-покровительственных ноток в моем голосе не было, наоборот, словно школьнику объясняла, почему он получил двойку за годовую контрольную. – Вот и вы кое-что из того, что считали в памяти у Дина, поняли неправильно. В основном потому, что взяли за основу поведение и реакцию большинства обычных людей, а в отношении меня это – самая большая ошибка!

– Будем считать, что пока мне все ясно. – Лан, помедлив, кивнул.

– Во-вторых, вы, похоже, даже не допускали мысли о том, что могли ошибиться, настолько были уверены в себе, а подобный самообман, как правило, выходит боком…

Он едва заметно поморщился, но промолчал, продолжая выжидательно смотреть на меня.

– В-третьих… – Я по-прежнему не была уверена, стоит ли озвучивать главную причину. – Судя по всему, здешним небожителям было угодно, чтобы в мире не происходило не одобренных ими изменений…

– Да просто потому, что ее способности постоянно развиваются, и до каких пор это будет продолжаться – один бог знает, а когда еще и любишь кого-то без меры, то все возводится в степень до бесконечности! – не выдержала моя подруга. – И запудрить ей мозги не получилось, поскольку вы даже не представляли, с чем вам придется иметь дело!

Лан протяжно присвистнул, качая головой и меряя брата сочувственным взглядом.

– Надо полагать, потому что и он сам не представляет этого в полной мере? И при такой супруге позволил себе рисковать, бегая налево?!

– Это при какой же «при такой»? – осведомилась я, подозрительно щуря начавшие зеленеть глаза.

– В смысле – обладательнице столь дивного и гармоничного сочетания неоспоримых и неповторимых достоинств! – Младшенький отвесил в мою сторону почтительный полупоклон, а старшенький счел нужным уточнить:

– Он скорее имеет в виду твою повышенную проницательность!

Лан сдержал улыбку и, снова придав своей физиономии сочувственно-укоризненное выражение, продолжил, обращаясь к Ледяному Королю:

– Что я тебе скажу, братец… ты действительно дурак, да такой, каких этот свет еще не видывал! Это же чистой воды самоубийство!

– Считай, что он его таки совершил! – Мое мрачное как никогда величество метнуло в сторону примолкшего мужа многообещающий взгляд. – Причем абсолютно добровольно, я разве что настроение подходящее обеспечу да советом помогу… Может, и впрямь не стоит спешить с праздничным пиром – так бы заодно и поминки справили, чтобы два раза народ не собирать?..

– Экономия опять же! – согласно кивнул экс-лжесупруг.

– Спелись! – констатировал Ледяной Король, переводя взгляд с меня на брата и обратно. – Месяц вынужденной жизни в браке для них даром не прошел…

– С кем поведешься… – пожал плечами Лан.

– А вы друг друга стоите! – закончил Дин, пытаясь испепелить его гневным взором свысока. Тому, впрочем, все было как с упитанного гуся вода.

– Тогда, может, оставим все как было до твоего возвращения? Народу почти без разницы, кто сидит на троне, – была бы наша фамильная кровь, профиль на монетах перебивать не придется, в делах государственных мы и мыслим и смыслим одинаково, с королевой, как выяснилось, у меня полное понимание, детишек я успел полюбить как родных – да оно, собственно, так и есть!..

– Минуточку! – вмешалась я в его вдохновенный монолог. – Вот насчет полного понимания с королевой… Ты абсолютно уверен?!

– В основном – да! – Похоже, родственничек моего мужа в принципе не знал, что такое смущение. – Насчет воспитания детей мы тоже во взглядах сошлись, а что касается постели… вот уж не о чем голове болеть! Было бы как в прочих порядочных королевских семьях: дела «коронные» – вместе, дела сердечные – у каждого свои.

– Кое-кому из присутствующих не мешало бы начать думать – хотя бы иногда! – прежде чем что-то высказывать вслух! – Преувеличенно ласковые нотки в моем голосе заставили говорившего передернуть плечами, но не замолчать.

– Кстати, – он повернулся к уже всерьез накалившемуся Дину, – я тоже считаю, что единственная дочь нашего соседа с юго-востока чудо как хороша!

Я невольно хмыкнула – надо же! У близнецов и впрямь полное совпадение вкусов!.. Но поразмышлять обстоятельней на высоконаучную тему не удалось – Лан продолжал развивать мысль, и это самое продолжение порадовало меня еще меньше:

– Есть, правда, недостаток – почему-то неравнодушна к тебе уже столько лет… Как думаешь, она согласится сменить объект обожания на более достойный? Я-то ее с первой встречи забыть не могу, только вот сам проверить не успел за всеми этими хлопотами…

Давненько я не была так близка к тому, чтобы придушить человека без какого-либо суда и следствия, просто голыми руками! Причем делала бы это медленно, со вкусом, чтобы в деталях разглядеть и запомнить, как будут постепенно гаснуть эти нахальные бесстыжие глазенки, в которые, как в той поговорке, все божия роса, хоть наплюй, хоть… Но пока удерживалась, хоть и с трудом, даже от увесистых выражений, только промурлыкала, машинально разминая пальцы:

– Вот когда выясняется самое интересное! Значит, пока меня пытался охмурить и умурлыкать, строя из себя обиженного и обделенного муженька, сам прикидывал, как бы подбить клинья к соседской дочурке?!

– А что мне оставалось делать, если законная супруга строит из себя недотрогу и не желает охмуряться?! Вот и собрался на сторону… И знать об этом тебе совсем было бы необязательно!..

Друзья, до сих пор сидевшие молча, возмущенно зашушукались. Из общего фона выбился гневный голос Норки:

– …кастрировать без наркоза ржавым тупым секатором – раз пять на бис!

Но развить свежую идею никто не успел – у Дина закончилось терпение. Ледяной Король медленно поднялся с места, не сводя с почему-то изменившегося в лице братца тяжелого взгляда бездонных глаз цвета грозовой полуночи, в мрачной глубине которых явственно проблескивали фиолетовые сполохи.

– Думаю, хватит – и не только на сегодня! Мы все наслушались достаточно, теперь прошу определиться с решением насчет его дальнейшей участи.

– Было бы что решать! – буркнул младшенький, все же не рискуя паясничать и дальше. – Задуманная комбинация устроила бы даже небожителей, ведь я такой же сын Делемнора и Фелиссы, как и ты, разве что родился на пару минут позже… Так что ничего предосудительного я не сделал!

– Ничего? НИЧЕГО?! – Дин медленно и глубоко вдохнул. – А то, что, кроме прочего, твои подельнички бросили меня на растерзание полоумной некромантке-извращенке, взбесившейся от безделья, – это, я полагаю, не в счет?!

– Но я-то никоим образом к подобным гадостям руку не прикладывал и даже ничего не знал об этом! – пожал плечами окончательно посерьезневший Лан, по-прежнему не отрывая настороженного взгляда от лица короля. – Меня все время уверяли, что никто не собирается зря проливать кровь представителей угодного небожителям правящего клана! Ты просто выполнил свое предназначение – убрал с дороги всех соперников и восстановил законную власть, поэтому тебе не причинят никакого вреда, сохранят жизнь, поместят в райские условия в приятном обществе, разве что в другом измерении… так это и к лучшему!..

– Не врет! – с большим сожалением констатировала я в ответ на быстрый взгляд, который Дин метнул в мою сторону. – И ведь не придерешься, выполнили все дословно…

– Вот именно! – воспрянул духом подсудимый. – Другое дело, что супруга оказалась… очень уж несговорчивой, отсюда и проблемы!

– Как хорошо, когда есть кого сделать крайним! – гневно фыркнула я.

– Но ведь именно с твоих фанаберий все и началось!

– С моих?! А многолетний заговор с привлечением иномирских колдунов, спятивших от мании величия, значит, ни при чем?!!

– С твоих, – упрямо буркнул, отворачиваясь, Лан. – Начальный этап удался нам в лучшем виде, но потом именно ты все поставила с ног на голову! К тому же я, не считая виденного, располагал всеми воспоминаниями того, кого угораздило на тебе жениться… Потому и пришел к выводу насчет возможной опасности… э-э-э… близких с тобой контактов! И, как показали дальнейшие события, оказался прав! Пришлось предпринимать меры – жить-то как-то надо…

– В самом деле, что еще оставалось делать бедному и обездоленному самозванцу?! Мало того что ты без спросу надел мою корону, сел на мой трон и залез в мою казну… и в постель…

Я как-то умудрилась воздержаться от комментариев, только смерила супруга увесистым взглядом вприщур: вот, значит, как – именно в такой последовательности моего супруга раздражало происходящее?! И он говорит об этом вслух и при людях, пусть даже только при своих?!! Ох, не раз ему еще это припомнится!!!

– Мало того что из-за тебя моя семья была вынуждена столько времени болтаться врозь и где и с кем попало…

А вот это зря: чем, например, не устраивает мое фамильное гнездо или общество друзей, того же Папаши Хелля?! Впрочем, понятно и это – ввернул для пущей важности сказанного, и насчет «врозь» прав как никогда…

– Так ты еще собирался изменять моей жене?!

– Пожалуй, нет – слишком велик риск не вовремя засветиться. Просто предусмотрительно подыскал мне достойную замену на весьма вероятный случай своего внезапного, но радующего душу овдовения! – выдала я неожиданно даже для самой себя.

У окружающих это заявление и вовсе вызвало легкий шок с переходом в тяжелый, хоть и кратковременный ступор, а Лан заметно спал с лица, что лишний раз убедило меня в правильности давешних догадок насчет собственной судьбы. Повисла тяжелая пауза. От возросшего напряжения воздух, казалось, начал явственно искрить… Многие из присутствующих машинально пригнулись в ожидании неизбежного взрыва – но, к всеобщему изумлению, стихийного бедствия не произошло. Я, сама удивляясь вдруг поразившему меня приступу миролюбия, повернулась к супругу:

– Вот и решение всех проблем! Пусть себе тешится на здоровье – за границей!

– За которой? – Дин вмиг подхватил свежую мысль.

– За юго-западной, к примеру. Бальдиар – вполне приличное курортное местечко, правители ни территорией, ни ресурсами, ни казной не обижены, плюс узаконенное многоженство…

– …а полный набор для полного семейного счастья сразу же и перепадет ему в полном составе!

– Причем со стороны всех восьми «половинок» любвеобильность, верность и обожание гарантированы как минимум пожизненно, ведь они еще с каких пор наповал сражены вашим фамильным обаянием!

Норка не удержалась и прыснула в кулак, а мой венценосный супруг невольно передернул плечами – видимо, вспомнил детали той давней истории с несостоявшимся сватовством. Я же получила море удовольствия от небывалого развлечения, наблюдая эволюцию выражений на лице не в добрый час обретенного родственничка: от «ой, да ладно!» через «да ну, не может быть!» и «вы что, серьезно?!» до «все, полный!..». Нет, обычное зрение фиксировало полную бесстрастность «фасада дивной красоты» – королевское воспитание никуда не денешь! – но в поле «скрытого зрения» предстала картина совсем иного плана, богатейше раскрашенная переживаемыми эмоциями… Это просто надо было видеть!!!

– Впрочем, – продолжила я, вволю налюбовавшись дивной картиной, – есть и более гуманный вариант… или более изощренный, как посмотреть!

Глаза Лана, тоже успевшие потемнеть и украситься фиолетовыми всполохами, пронзили меня взглядом вприщур. Есть чем гордиться – нашлась-таки управа и на эти железные нервы! Что ж, никто на его месте не стал бы слишком рассчитывать на милосердие с моей стороны… только быть все время предсказуемой – так скучно!

– У нас появилась возможность красиво завершить список добрых дел за эту неделю… а то и за весь год! – сообщила я присутствующим, теша сенсоры зрелищем возрастающей интенсивности тревожного свечения вокруг фигуры мужнина родственника. – Причем опять же не без выгоды решим кое-какие внешнеполитические вопросы! Бальдиар, конечно, край благословенный и находится соблазнительно далеко, но сомнительное и однажды обманувшее следует все же держать под присмотром… Да и головные боли непосредственных соседей лично меня волнуют не в пример сильнее! Как ты думаешь, будет ли его величество Так-его-растак-мудрисий Тринадцатый нам признателен за помощь в деле пристраивания замуж капризной и непослушной дочурки?

– Клематиротисий Третий, – педантично поправил меня муж, меряя братца задумчивым взглядом. – Думаю, да. Причем глубоко и сильно, к тому же и обязан по самое некуда, ведь столько бесплодных попыток устроить будущее своего единственного несговорчиво-переборчивого чада кого угодно до ручки доведут…

– Вот и ладненько! – пропела я медовым голоском. – Что значит хорошо подумать – столько проблем одним махом с рук долой!.. А много ли потребуется времени, чтобы уладить формальности с бракосочетанием?

– Недели четыре, от силы пять, – вслух прикинул Дин.

– Прекрасно! Убьем всех возможных зайцев сразу: братец жив и при деле, наши мореходы беспрепятственно плавают в нужном направлении, король-сосед может спокойно идти на заслуженную пенсию и вплотную заниматься выращиванием столь милой его сердцу герани, принцессе – флаг в руки… в смысле – воплощенную мечту в качестве награды за долготерпение и верность идеалам, а народу – внеочередной праздник!

Друзья одобрительными восклицаниями поддержали здравое решение, но тут подал голос обсуждаемый индивид:

– Я не хочу жениться!

– Не сметь перебивать старших по званию!.. Подожди-ка, что значит – не хочу?!

– То и значит!

– Что за детские капризы?! – наконец-то рассвирепела я. – Когда ты готовился к авантюре с подменой Дина, само собой подразумевалось наличие семьи!

– Вот именно – когда готовился! Расклад был совсем иной, а при нынешнем положении дел не вижу причин связывать себя брачными обязательствами! Такая возможность пожить для себя – пусть и под арестом…

– Тебя что же, еще и уговаривать придется?! – Похоже, у Ледяного Короля запасы терпения окончательно приказали долго жить. – Пощадили на свою голову, а он теперь норовит на шею сесть!

– А ты для брата места в паршивой башне пожалел?!

– Ах, для брата? – Дин медленно и глубоко вдохнул и вышел из-за стола. Голос его упал почти до шепота, что соответствовало высшей точке накала эмоций. – Значит, в паршивой?! Знаешь, кто ты после этого?

– Знаю! И до, и во время, и даже после смерти, когда бы она ни случилась – Аланиорр Демирнейл Гроллсторн Лоан-Ксорр-Локк! – вскочил и младшенький, который откровенно не собирался сдавать позиции без боя.

Старшенький с ходу продолжил:

– Запятая, и далее самым крупным почерком: подлый заговорщик, дешевый паяц, гнусный подлец, мелкий пакостник и завистник, неблагодарный паршивец!..

В ход пошли выражения из древнего языка, причем, надо полагать, совсем не те, что используются в любовной лирике… Теперь братья стояли нос к носу, ощетинившись как мартовские коты, с преувеличенно любезными выражениями лица и речи припоминая друг другу все, что накипело за последнее время… да заодно и за предыдущее. Остальные же, переглянувшись, деликатно, почти на цыпочках двинулись к выходу из кабинета, стараясь при этом громко не хихикать, ибо не стоило мешать монаршим потомкам выяснять семейные и прочие отношения, пускай себе тешатся хлопцы… Картина была та еще! Вячеславна, засмотревшись на них через плечо, нечаянно сшибла стоявший при входе монументальный канделябр, а он, падая, гулко приземлился прямо на шлем замершего навытяжку стражника, но близнецы-корольцы, поглощенные «теплой» беседой, даже не оглянулись на шум падения двух столь увесистых предметов, один из которых был, к тому же, еще и в доспехах….

«Разбор полетов» получился долгим и основательным, ведь биться насмерть в планы не входило, в смысле природных данных и обученности шансы были примерно равны, разве что козыри в рукаве у каждого свои… После традиционного поединка в три этапа от одежды, оружия и доспехов остались лишь разнокалиберные НЛО (неопознаваемые лоскуты и обломки), но пыл поединщиков угас ненамного, и они продолжили выяснение отношений без подручных средств.

К обеду они вернулись к людям, прихрамывая и в набухших кровью повязках на скорую руку, но без несовместимых с жизнью повреждений. Оба щеголяли одинаковыми свеженькими «фонарями» под левым глазом и одинаково разбитыми носами и губами. Впрочем, разница все-таки была: если мое сокровище носило эти отметины с гордостью, как ордена высшей степени, то с младшеньким случай был гораздо сложнее.

Мало того что Лан (как я понимаю, из чистой вредности, да и хохмы ради) добрых полдня ходил за нами следом, плакался вслух на несовершенство мироздания вообще и отсутствие родственных чувств у братца в частности… Мало того что довел меня до колик от смеха своими причитаниями по поводу моей черствости, поскольку я не только не захотела врачевать его свежие раны, которыми посоветовала гордиться как знаками оказанного монаршего внимания, а еще и пообещала добавить новых… Мало того что два следующих дня рвал на груди рубашку (одну и ту же в целях экономии), убедительно оплакивая свою изувеченную красоту – так он еще чуть было не отказался ехать на смотрины!

Тогда-то мы за него взялись всерьез. В самом деле, он что себе думает? Затратить к тому времени столько сил и фантазии (про средства уже и не говорю!), чтобы обставить процедуру официального знакомства с перспективной кандидатурой и последующего обручения как всенародный праздник на два королевства – и чтобы все это накрылось медным тазом или вовсе чем-нибудь неприличным?! Нет, я, конечно, понимаю: веселый нрав, детство, играющее в известном регионе организма, непосредственность, кипучая энергия, милые шутки – но не до такой же степени!..

Вот и пришлось меньшому брату выслушать мою краткую (всего минут на сорок) лекцию о возможном вреде для здоровья подобных «затейников» затевания подобных пакостей в отношении ближних. Дин тоже не упустил случая прокомментировать происходящее в очень цветистых и образных выражениях… Лан, поразмыслив, принял мудрое решение и вовремя прекратил кривляться, разве что ехидно заметил напоследок, что женитьба на мне явно пошла старшенькому на пользу – мол, подобных высказываний он до сих пор ни в одном порту не слыхивал!

На том выяснения отношений и закончились. Для обывателей местными средствами массовой информации после недолгих споров и множества уточнений была предложена версия, недалеко ушедшая от истины. Теперь все знали, что в одной из дальних стран ценой долгих поисков и неимоверных усилий магов и прочих могучих сих обнаружился брат-близнец ныне здравствующего правителя. В глубоком детстве, пользуясь неразберихой, неизбежной для смутных времен, он был похищен иномирскими злодеями, но милостью небожителей не сгинул и все-таки нашелся! Мало того, еще и невесту себе успел присмотреть…

Наконец-то выдалось долгожданное затишье в делах! Нет, хлопот, связанных с предстоящей свадьбой близкого родственника, никто не отменял, но по сравнению с недавними перипетиями это было уже что-то на уровне пареной репы… И вот тут-то неожиданно для меня самой начали заново прорастать некие смутные сомнения в отношении былых событий. Судите сами: вроде бы факт измены Дина действительно имел место, с чего, собственно, и началась вся незапланированная заваруха, и сам возлюбленный супруг не отрицает оного… казалось бы, ясно все как погожий день в июле! Но почему же за все это время в моих видениях ни разу не мелькнуло ни одной картинки на эту тему?!

Не то чтобы я настолько жаждала подробностей – чего-чего, а уж эротики за последнее время пришлось насмотреться по самое застрелиться, независимо от настроения и желания!.. Просто подобная недостача соответствующего фрагмента в закромах мужниных воспоминаний более характерным было бы как раз для следующего периода его жизни, когда он играл роль зомбированной секс-игрушки! А во время визита в соседнюю державу он был в своем уме, вполне здравом, и памяти трезвее некуда, так что должен помнить происходившее хотя бы на уровне подсознания… Но получается-то с точностью до наоборот!..

Мои сомнения подкреплял еще такой нюанс: похоже, младшего брата нисколько не напрягал тот факт, что его будущая супруга… скажем так – провела некоторое время наедине со старшим. Оно, конечно, мы с Ланом практически незнакомы, а чужая душа в любом случае потемки, но… как-то это ни с чем не вяжется… После того как я еще несколько специально подстроенных раз убедилась, что Дин категорически не подходит в качестве источника искомой информации, не оставалось ничего другого, как настроиться на ожидание. На свадьбе так или иначе получится хоть разок пересечься с невестой, вот и попробую копнуть – авось что и выясню!..

Мероприятие удалось на славу. Само собой, у меня и Дина все было гораздо интереснее и разнообразнее, просто свежепроявившемуся родственнику не настолько повезло с друзьями-приколистами. Не то не миновать бы как минимум подмены счастливой избранницы младшего принца кем-нибудь совсем неподходящим на эту почетную роль – в основном благодаря все еще царившему в здешних краях обычаю паковать невест в плотную многослойную фату, а так обошлось… Да и совсем необязательно каждый раз безудержно импровизировать и устраивать балаган по вполне серьезному поводу! Поэтому церемония прошла как положено – торжественно, роскошно, со всей возможной пышностью и с обоснованной претензией на незабываемость. Особую приподнятость настроению приглашенных со стороны жениха придавало сознание того, что все их чаяния и задумки осуществлялись разом…

Погода удалась как по заказу, разнаряженные гости веселились от души, счастливый папенька новобрачной то и дело заливался слезами умиления, промокая их шелковыми платками с вензелями по углам, в итоге обеспечив королевскую прачечную работой на пару недель вперед. Блистающая красотой и свежестью невеста выглядела умопомрачительно в изумительно-изысканном наряде цветов королевского флага и больше напоминала пышный бело-зеленый букет ландышей, щедро украшенный золотыми лентами. Жених был ей под стать, плюс повышенно сногсшибательное фамильное очарование, так что Дину пришлось во время застолья усиленно бороться с внеочередными жесточайшими приступами жгучей ревности. Нет, он вполне добросовестно маскировался и как никогда успешно играл роль души общества, но я-то поневоле была вынуждена любоваться на небывалой яркости и силы багровые переливы живого свечения вокруг силуэта своего ненаглядного супруга!

Отчасти в том была и моя вина: я решила, что стоит проверить, не завалялась ли толика интересующей меня информации в недрах сознания Лана как главного действующего лица недавних пертурбаций. Поэтому не возражала, когда он пытался меня коснуться, лишний раз поцеловать по-родственному или чуть плотнее положенного приобнять в танце. Новобрачный, надо полагать, не упустил возможности хоть по мелочи досадить ревнивому родственнику, чем я и воспользовалась. Не подумайте плохого, все было в рамках приличий, но моему благоверному и этого хватило выше крыши…

Еще один минус – затраченные усилия ни к чему не привели. Сенсоры отработали выше всяких похвал, быстро и качественно прочесав предоставленное им сознание во всех возможных направлениях, но не обнаружили ничего, кроме уже известного мне. Теперь я была уверена в том, что и младший брат не в курсе насчет подобных деталей похищения старшего… правда, пока не знала, радоваться этому или огорчаться.

Во время поздравлений молодых я позволила себе небольшую хулиганскую выходку. Обнимая своего новоявленного деверя, мое величество, выдав ему на ухо негромкий и короткий тигриный рык, шепнуло с нежной улыбкой:

– Только попробуй хоть что-то изменить в принятых ранее соглашениях! Дело будешь иметь со мной!!!

– Я похож на самоубийцу?! – процедил он сквозь зубы, профессионально удерживая на лице ослепительную светскую улыбку, хотя, судя по голосу, горло у него перехватило нешуточно.

– Пока нет, но в случае чего будешь просто вылитый он! – И заговорщицки подмигнула, послав еще и воздушный поцелуй. Лан страдальчески закатил глаза, но промолчал, а я отошла от него в прекрасном настроении.

После поздравления новобрачной мое величество чувствовало себя так, словно довелось в ударном темпе и успешно закапывать вручную Гранд Каньон. Дело в том, что сканирование лучше всего удается при наличии хотя бы минимального телесного контакта, вот и надо было использовать первую же возможность на всю катушку, чтобы после не тратить время зря на повторную сортировку сведений. Давненько я не выкладывалась до такой степени – мало того что пришлось в рекордные сроки перетрясти огромное количество информации, перегрузив сенсоры до предела, так еще и сохранять при этом солнечное выражение лица и в словах не сбиться!

По такому особому случаю и речь я заготовила особую. Поздравления – само собой, цветистые выражения бурной радости по поводу состоявшегося родства – многократно и разнообразно, немного советов для поддержания счастливого брака – на правах более опытной, как же без этого! Плюс пожелания, поцелуи – все как положено в подобных случаях… Свежая мысль была такова: раз уж мы замужем за братьями, почему бы не считаться отныне сестрами? Предложение было встречено с восторгом, особенно после того, как Лан принародно признался, что кольцо, которое он при обручении надел на палец невесты, являет собой подобие того, что украшало мою руку. Только крупный центральный алмаз был белым, а не голубым, и красовался в компании не сапфиров, а изумрудов. Это я предложила создать копию фамильной драгоценности, поскольку видела в этом некий символизм, своего рода залог еще и душевного родства… И потом – если у мужчин этого венценосного рода в традиции окольцовывать жен ювелирным изделием именно такой конструкции, то чем вторая невеста хуже?! И уж точно не ее вина в том, что до сих пор не возникала необходимость в наличии еще одного экземпляра…

Да простят меня все, кому положено по штату! Каюсь: использовала трогательный момент чужой жизни для решения своих проблем… но с другой стороны – для свежеиспеченной сношеницы[50] вреда никакого, а для меня все ближе к истине и душевному равновесию… которое, кстати, очень даже положительно скажется на дальнейшем развитии родственных отношений!

Только вот полученные сведения вместо того, чтобы успокоить, озадачили дальше некуда. В качестве «поисковых работ» сомневаться причины не было – мои ощущения на этот счет еще ни разу не подводили, с чего бы сейчас начинать?! Но заданных «файлов» так и не обнаружилось… причем ни признаков блокировки памяти, ни следов работ в ней же по удалению каких-либо эпизодов тоже не нашлось! И скорее всего, просто потому, что их и не было!!!

Это не могло не навести на определенные мысли. В самом деле, почему вдруг у двух разных людей обнаруживаются одинаковые провалы в памяти по поводу одного и того же события?! Предположим, об этом позаботились те мудрилы, что заварили кашу с подменой короля… спрашивается – зачем?!! Какое им дело до того, что увидит, как воспримет и насколько паршиво будет чувствовать себя тот, кто сможет покопаться в закромах подсознания обоих участников предполагаемого адюльтера? Стали бы они напрягаться ради моего, например, спокойствия – держи карман шире!.. Лично я на их месте и пальцем бы не шевельнула, не то что стала бы тратить время и силы на сортировку и маскировку чьих бы то ни было воспоминаний… Тем более с учетом того, что этот «кто-то» в итоге все равно должен был пополнить – вернее, возглавить! – список предназначенных на убой в обозримом будущем! Думаю, они на своем месте поступили точно так же…

Поэтому все мои умозаключения в итоге свелись к одному единственно возможному выводу: измена попросту не состоялась! Да, поползновения к сему недостойному действу были, как то: наша юго-восточная соседка абсолютно недвусмысленно проявила свои давние симпатии в отношении гостя, а мой благоверный добровольно и безропотно увязался за раскрасавицей-принцессой в ее роскошные апартаменты. Его состояние открытым текстом говорило о том, что ее чары достигли цели, но… дальше поцелуев дело так и не пошло!

Последнее, что сохранило сознание обоих «подследственных», – совместное распитие алкоголя. Картинка рисовалась четче некуда: вот прелестница, лишившаяся пока только верхней прозрачной накидки, собственноручно разливает из высокой фигурной бутыли темно-красное, почти черное вино, причем при этом загораживает столешницу собой, предоставляя для обозрения свой безупречный тыл, затем с улыбкой подает Ледяному Королю бокал… Ну да, мне-то сейчас не составило труда «разглядеть», что на его содержимое наложен «прицельный» заговор, который подействует на одну лишь конкретную особь, а вот он вряд ли мог об этом догадаться, с такой-то защитой… Затем – чоканье, сопровождающееся тонким хрустальным звоном, и медленное поглощение изысканного напитка, неотрывно глядя друг другу в глаза… Вот впечатляющая сцена пылкого лобзания с постепенным переходом к откровенным ласкам, а дальше… В сознании моего супруга – полный провал, беспросветный и долгий, в памяти коварной совратительницы – вид сверху на его же тело, распростертое на полу возле столика с напитками, да короткая беззвучная вспышка открывающегося портала… Темные фигуры в длинных одеяниях с глубокими капюшонами, настолько тяжелые, что на густом ворсе ковра изысканной расцветки надолго остаются примятые следы… Они, действуя как автоматы, без единого лишнего движения, пересекают комнату, шустро подхватывают бесчувственную жертву заговора и так же безмолвно исчезают в мерцающем тумане перехода в иное измерение…

Причем, если судить по доступным для меня оттенкам чужих ощущений, подобный финал затеваемой интриги стал сюрпризом для самой главной исполнительницы. Видимо, ей обещано было другое, и принцесса рассчитывала на то, что успеет довести процесс обольщения до закономерного финала… Даже здесь иномирские затейники не обошлись без пакости, которая порадовала и меня… мелочь, а приятно!

На радостях я не стала скупиться на принародное проявление своего теплого отношения к новым родственникам, так что Дин в конце концов стал ревновать в открытую. Вот и пришлось при каждом удобном случае находить способ, чтобы то явно, то втихаря от окружающих продемонстрировать ему свою повышенную благосклонность. Особенно расшалиться удалось, когда начались танцы, ведь и во время самого церемонного всегда можно улучить момент, чтобы шепнуть на ушко партнеру заветное словечко… или даже сразу несколько… Нет, парадно-нейтральное выражение лица наш правитель сохранил – королевское воспитание, куда деваться! – но глаза уже просто исходили золотым сиянием, как вдруг проснувшийся вулкан лавой… Пришлось из гуманных соображений едва ли не раньше всех покинуть шумное застолье, бушевавшее до самого рассвета.

Конечно, можно было бы оставить при себе злободневное откровение – как ни крути, виноватый супруг самый тот объект для манипуляций, но, на мой вкус, муж благодарный – куда более интересный вариант! В силу той же радости не было предела моему великодушию, которое пролило бальзам на истерзанные нервы моего возлюбленного и было оценено по достоинству… Так что еще неизвестно, у кого из братьев эта ночь получилась более запоминающейся!..

Эпилог

Разбудил меня шаловливый лучик солнца, умудрившийся протиснуться в крохотную щель между плотными шторами. Я поморщилась и упорно продолжила попытки досмотреть последнюю серию сновидений, но не хватило терпения дождаться, когда светило продвинется дальше по небосклону. Прятаться под одеяло тоже не было смысла: если уж сознание решило вернуться к реальности, спорить с ним бесполезно! Впрочем, и в самом деле пора… Супруг, надо полагать, с утра пораньше занят выполнением своих королячьих обязанностей, у меня тоже на повестке дня все еще стоит парочка очень важных вопросов… благо хоть график свободный!

Я позволила себе понежиться в постели, погладила нэфи, бодро мурлыкающего на подушке у левого уха, от души потянулась и с глубоким вздохом открыла глаза. Соскочила с кровати и, набрасывая на ходу пеньюар, вышла на балкон. Денек выдался просто сказочный! Здесь, в Синегорье, защищенном от холодных ветров горными хребтами устрашающей высоты, лето задерживалось намного дольше, чем на остальной территории королевства на этих широтах, поэтому леса и сады до сих пор щеголяли в зеленом наряде, лишь кое-где украшенном яркими осенними тонами. В синеве еще высокого неба неспешно перемещались кучевые облака и собирались в живописные группки, нисколько не мешая солнечным лучам. Я еще немного полюбовалась пейзажем и вернулась в комнату.

Высокочтимая госпожа Леона сама нашла меня у конюшни. Сюда я завернула, немного изменив по пути свои намерения в отношении очередности намеченных визитов, и теперь восседала на удобной скамье у огромного загона, с удовольствием попивая свежий травяной отвар.

– Так и знала, что ты здесь!

– Значит, становлюсь предсказуемой! – хмыкнула я, подвигаясь и протягивая ей бокал с горячим напитком. – Наверное, старею!..

– Что, на пенсию собралась? Оставь напрасные надежды!

– А я уж было размечталась…

– Ну-ну… Как тут наши боевые друзья?

– Смотри сама. – Я кивком указала в дальний угол, где оба жеребца – серый в яблоках и караковый – скакали друг за другом, распустив пышные хвосты и встряхивая гривами.

– Что дальше делать будем?

– Так вчера же обсудили культурную программу до следующих выходных, – озадачилась я. – Или у тебя возникли новые идеи?

– Я не об этом. – Норка улыбнулась несколько принужденно. – Что теперь ждет меня?

Вопрос подруги застал меня врасплох. Нет, когда я предлагала ей внеплановые летние каникулы в отдаленных почти курортных местах, то честно предупредила насчет степени рискованности затеянного мероприятия и возможности не вернуться – совсем и никуда. Как осуществить в случае возникшей необходимости ее переброску обратно в родное измерение, тоже проблемой не стало бы, стоило всего-навсего лишний раз нанести визит в храм Семи Богов. И об этом Вячеславна тоже знала, тем непонятнее были ее сомнения, поэтому сейчас я не сразу нашлась что и сказать.

– Ответ за тобой, – вспомнился мне один из пунктов договора с высшей властью. – Ты выполнила свое предназначение и теперь вольна решать, где остаться.

– Возможно, и выполнила, только до сих пор весьма смутно представляю – зачем тебе все-таки понадобилась я?

– В каком смысле?!

– В самом прямом! Ведь боец из меня никакой, особыми знаниями не владею, рядом с магией даже мимо не пробегала, и нестандартными способностями одарить мою персону никто свыше так и не удосужился… Бесполезнее довеска не придумать!

– Скажешь тоже! А кто всю дорогу служил мне жилеткой для поплакать и помогал поддерживать остатки душевного равновесия, не дав свихнуться от переживаний? Кто подкидывал в критических ситуациях мудрые идеи? Кто додумался поддержать Призрака в опасный для него момент, вовремя и главное – самым подходящим способом?!

– А кто всю ту же дорогу влипал в незапланированные приключения, причем небезопасные для окружающих? Кому приходилось постоянно растолковывать особенности здешнего всего, иначе в первую же неделю количество допущенных ляпов превысило бы критическую отметку? Кто как магнитом притягивал всевозможные неприятности?!

– Насчет неприятностей могу ответить прямо сейчас. Как я понимаю, без них не обходится ни одна мало-мальски серьезная затея, а ты как раз в силу неопытности и отсутствия сверхспособностей не могла наворотить ничего глобального, поэтому небожители отвели роль громоотвода именно тебе. Вроде бы риск и досадные случайности присутствуют, но ничего непоправимого, и все формальности соблюдены… А спасать именно тебя было легче всего, ведь этим занимались друзья, у которых для этого было достаточно возможностей и умений.

– Эту почетную роль мог сыграть и кто-то другой, зачем так уж нужно было заводиться с переброской меня из другого измерения и прочими сложностями?!

– А с чего ты решила, что так было нужно мне? – с ходу спросила я и добавила, не успев толком удивиться неожиданному повороту в ходе мыслей: – Может, это гораздо нужнее тебе?!

Несколько долгих мгновений мы молча и, по-моему, не дыша смотрели друг на друга во все глаза, переваривая последствия очередного приступа моего ясновидения. Не поручусь наверняка за последовательность размышлений подруги, а вот в моей голове с немыслимой быстротой проскакивали обрывки ранее полученной информации…

– «Трижды сердца соединив»… то-то до сих пор неясно было, кто же должен составить эту третью пару!..

– По-моему, получается гораздо больше!

– Имелось в виду «соединение», к которым я лично приложила усилия, причем от чистого сердца…

– Тогда считай: Нортис и принцесса – раз!

– Принимается!

– Может, наша бравая боцманша и подводный красавец?

– Вот уж кто совершенно точно справился вполне самостоятельно, без какого-либо моего участия!

– Фадиндар и Мелеанса?

– Не думаю. Во-первых, он к ней начал присматриваться до всей этой истории с королевскими рокировками, а во-вторых, у них еще не дошло до серьезностей вроде помолвки…

– Мм… Женитьба Лана?..

– Честно говоря, в этом случае с моей стороны не было никакой душевности, а голимый расчет с политическим уклоном… Чтобы я да вдруг расщедрилась и стала хлопотать об устройстве личной жизни красотки, с которой мне чуть не изменил муж?! Не уверена, что способна проявить великодушие в такойстепени, я ведь всего-навсего человек…

– А себя и Дина посчитать не забыла?

– Забудешь такое, как же! – проворчала я, невольно передергивая плечами. – Только все равно получается две пары. Вот меня и начинают усиленно терзать смутные сомнения…

– Ты о чем это?! – подозрительно прищурилась Вячеславна.

– Как раз о твоем пребывании по нашу сторону Границы… Возможно, смысл в том, чтобы найти здесь пару именно для тебя!

Удивленно-недоверчивое выражение подругиного лица сменилось озадаченным, затем глубоко задумчивым. Она отвернулась и вроде бы засмотрелась на большое пышное облако над ближним горным хребтом, которое медленно плыло вдоль изломанной линии горизонта, постепенно меняя форму. Дождавшись, когда оно окончательно станет похожим на потягивающуюся кошку, я осторожно поинтересовалась:

– Эрриан, случайно, с тобой не делился планами на будущее?

– Вчера. – Она встряхнула волосами, продолжая наблюдение за небом. – После того как я в очередной раз поделилась с ним соображениями, почему не смогу принять участие в этих самых его планах…

– И?..

– Он почему-то совсем не удивился и, главное, не обиделся. Сказал, что тогда со спокойной совестью может позволить себе длительный вояж по нашему измерению. Мол, если уж угораздило перенестись настолько далеко, грех этим не воспользоваться! Только сменит имидж, в смысле – убавит яркости в своей экзотической внешности, чтобы не привлекать ненужного внимания…

– Ты уверена, что не поторопилась дать отлуп высокочтимому дэлху?!

– Вполне!

– Так… И кто у нас там следующий в списке кандидатов?

Красноречивый взгляд подруги заставил мои мысли потечь в ином направлении.

– С другой стороны, зачем спешить?! Никто никуда тебя не гонит, нигде и никем не сказано, в какую именно пятилетку нам следует уладить это дело! Живи себе спокойно в свое удовольствие, придет время – все прояснится… Между прочим, послезавтра будет шикарный повод блеснуть среди столичной аристократии! Ты же составишь мне компанию в королевской ложе на ежегодных осенних скачках?

– А то! – Настроение госпожи Леоны явно улучшилось. – Еще и ставки сделаю на серебряно-синие вензеля! Кстати, я слышала, у наших величеств произошло пополнение коллекции непарнокопытных?

– Да еще какое: не просто лошади, а представители тех самых редких пород, разведением которых в последнее время занялись кочевники. Этих красавцев еще вчера на закате доставили соплеменники нашего Призрака.

– От подобной экзотики глаза разбегаются!..

Немудрено… Большинство резвящихся перед нами скакунов статями напоминали фризов[51] и были один лучше другого – рослые, длинноногие, пышногривые, ухоженные, а уж масти просто поражали воображение.

– Взгляни – того словно угольной пылью обсыпали!

– Это, наверное, потому, – выдала я, поразмыслив, – что каждая светло-серая шерстинка в верхней части окрашена черным.

Меня перестал устраивать обзор, и я, решительно отставив бокал, взобралась на высокий забор, благо позволяла одежда, и уселась на верхнем брусе как на скамейке, свесив ноги внутрь загона и обнимая ближайший столб – так, на всякий случай. Как чувствовала…

– Ой, а вот этого точно беру себе!

От распахнутых дверей по направлению к нам несся плавным галопом еще один жеребец, эффектно встряхивая длинной волнистой снежно-белой гривой, а такого же цвета пышный хвост и густые щетки на ногах, росшие от самых скакательных суставов, подметали утоптанную землю. Глянцевито-черная атласная шкура, казалось, пускала «зайчиков», а на коже нижней части корпуса угадывался рисунок, подобный тому, что можно различить у черных пантер.

– Не иначе как напоминание о «голливудском» измерении! – подколола Вячеславна.

– Век бы о нем не знать!!! Впрочем, с первым его представителем при других обстоятельствах мы бы наверняка нашли общий язык… Лучше туда посмотри!

– Ух ты! А на этой покататься можно лишь в мечтах пока: всех постуканных копытом отмечали на боках! – развеселилась Норка.

– Если учесть, что места не хватило и пришлось рисовать метки даже на морде… тогда добрая четверть мужской части племени сейчас на инвалидности! – поддержала я.

Очередной «степной сувенир» словно побывал в эпицентре взрыва на кондитерской фабрике: по гладкой блестящей шкуре цвета какао с молоком были кучно разбросаны разнокалиберные крапины, будто кобылку забрызгало жидким шоколадом всевозможных сортов. Черно-белый красавец притормозил, чтобы перефыркнуться с ней, и заливистым ржанием встретил очередную землячку – тоже крапчатую, но наоборот: на темном фоне почти светились белые, палевые, золотистые и бежевые «брызги». Потом немного попрыгал вокруг них, распустив хвост фонтаном, и снова понесся галопом вдоль забора, выгибая шею и кося в нашу сторону лиловым глазом.

– Ты, главное, с жердочки от восторга не свались! – Это верная подруга уже вскарабкалась и уселась рядом со мной, поскольку лошадей обожала едва ли не больше меня. – На такой скорости ему трудновато будет остановиться, к тому же неизвестно, пытались ли их объезжать…

– Зачем так плохо думать о нашем соратнике? – укоризненно покачала я головой. – Спорим на что хочешь: выяснится, что каждым «подарочком» он занимался лично!

– Не буду – тебе видней, а деньги не лишние…

– А те двое, наверное, братья – один в один, почти ахалтекинцы[52], оба золотые, и даже звезда во лбу одинаково асимметричная!

– Да, настоящее чудо, но…

– Что не так? – Я уловила новые нотки в голосе подруги, причем не самые радостные.

– Насколько я понимаю, такие подарки делаются на прощанье?

– Само собой, – кивнула я, продолжая следить за перемещениями презентов. – Светлый Вождь – не просто громкий титул, а еще и внушительная куча обязанностей, которые он по необходимости временно взвалил на плечи помощников, предусмотрительно подготовленных за эти годы к подобным неожиданностям. А ведь впереди зима – не самая легкая пора для тех, кто разводит копытных… Не может же предводитель огромной орды кочевников пожизненно сидеть у королевской юбки!

– Ты же вроде бы не очень любишь платья?

– Хорошо, пусть будет «возле штанины», большая разница! И естественно, широта натуры не позволяет ему просто удалиться в свои Полуденные степи, не оставив напоминания об очередном совместно пережитом приключении… Ты только посмотри, что вытворяют!

Вячеславна рассеянно кивнула – было ясно, что сейчас ее мысли витают где-то совсем далеко…

Вообще-то я, как правило, стараюсь лишний раз не лезть в потаенные уголки сознания ближних, поскольку привыкла уважать право каждого на личное и неприкосновенное. Тем более в том, что касается сердечных отношений, поскольку сваха из меня никакая, да и спешка в подобных делах ни к чему, взрослые люди вполне в состоянии сами разобраться между собой… Но сейчас меня не покидало чувство, что все идет как-то не так, неправильно и не в ту сторону. Мало того – чем дальше, тем это чувство все больше крепло, перерастая в уверенность и не давая покоя. То ли мешало мирно спать недовыполненное предсказание насчет количества соединенных с моей помощью сердец, то ли богатый жизненный опыт подсказывал, насколько далеко может завести опасение быть понятым неправильно, чрезмерная осторожность и боязнь перемен…

А может, просто слишком хорошо я знала обоих дорогих мне людей, чтобы прочувствовать сумятицу и разлад, царивший в их душах, – понятия не имею! Только все же отважилась форсировать события, в очередной раз поверив своей интуиции, которая настойчиво подсказывала, что волнующая меня ситуация разрешится сама собой, только надо слегка подтолкнуть и направить замешанных в ней персонажей. Поразмыслив, я определилась-таки, с кем сначала следует завести разговор на непростую тему, начав, правда, издалека.

Обстоятельства сложились как нельзя лучше. Я заловила Призрака в центральной части парка, где он задумчиво прогуливался по безлюдной в послеобеденный час аллее вокруг одного из фонтанов. После взаимных теплых приветствий усадила рядом с собой на скамейку и сконструировала озабоченное выражение лица.

– Давно хочу тебя спросить как профессионала. Скажи, это нормально или только я такая неправильная: чем глубже проникают в мои мысли, тем четче и сильнее ощущаю, что происходит с этим «слухачом»?

– Второй вариант, – усмехнулся Призрак. – Не забывай, ты сама из числа особо чувствительных, разве что на свой лад, поэтому вполне можешь как бы потянуть за свой конец «ниточки», связующей вас во время такого контакта. Но к чему ты клонишь?

– К тому, что в последнее время не всегда понимаю то, что вижу на этом самом другом конце «ниточки».

– В смысле?! – подозрительно прищурился мой собеседник.

Я решила наконец перестать ходить вокруг да около.

– В смысле отношения к моей подруге. Впрочем, взгляни сам, как это выглядит. – И сняла «щиты».

Повисла долгая пауза, во время которой мы смотрели друг другу в глаза не отрываясь. Я первой отвела взгляд, потому что стало не по себе от внезапного осознания, что ненароком коснулась больного места, до сих пор запретного. Ведь не так уж и давно был он однажды влюблен без памяти, дело вовсю шло к свадьбе, но девушка, поддавшись ревности – совершенно беспричинной, небожители свидетели! – пошла на поводу у конкурентов, коих у Призрака накопилось немало, и помогла устроить его похищение с целью предания мучительной смерти. У них все получилось бы, не вмешайся Провидение в лице одного из посторонних людей, когда-то спасенных Таргланом от гибели, который успел сообщить о покушении его матери. Дилана разнесла стан врагов и в последний момент откупила у богов жизнь сына ценой собственной…

– Я тоже хочу тебя спросить как мастера своего дела: чем лечат от любви?

– Законным браком! – с ходу выдала я, припомнив когда-то услышанную шуточно-житейскую мудрость, но тут же поправилась: – Правда, это не наверняка. Мне, например, не помогло…

– У тебя с твоим золотоглазым все давно перешло в хроническую форму! – Призрак безнадежно махнул рукой. – Мало того, еще и заразную для окружающих!

– Да ну?!

– Ну да! Посмотри, все наши близкие друзья и соратники потеряли таким образом свободу за каких-то пять лет… или собираются потерять в ближайшее время!

Я весело хмыкнула – Светлый Вождь был прав как никогда! Только вот сам этот гордый степной птиц до сих пор упрямо летает в неприступном одиночестве…

– И большинство, заметь, с твоей помощью! – продолжил собеседник обличительную речь.

Я виновато потупилась:

– Каюсь – не могу спокойно смотреть, как окружающие сами по себе мучаются, пусть лучше страдают на пару, так намного интереснее, причем для всех! Но давай вернемся к теме – чтобы лечить, разобраться надо. С чего начался твой любовный недуг?

– С первой встречи.

– Когда тебя слишком нежно и щедро приласкали дубиной по черепу?

– Вот именно – коварно, без предупреждения и ни за что!

– Ай-ай-ай, уважаемый легендарный суперкиллер, как же вас угораздило так подставиться?! – покачала я головой, старательно сдерживая смех. – До сих пор ты никому себя подловить не позволял!

– До сих пор милые девушки не бросались на меня с подобными подручными средствами!!!

– И этот удар по голове поразил твое сердце?! Да еще так надолго и бесповоротно?! Какой интересный клинический случай! – восхитилась я. – Надо будет обязательно внести в учебники для знахарей… И что потом?

– И все! – развел руками Призрак. – Никак не могу стать прежним, только хуже становится. Даже в детство впадаю, как ты сама изволила заметить.

– Но у тебя такой богатый опыт по части взаимодействия с прекрасным полом!..

– Да будь его еще в сотни раз больше, что с того?! Ведь женщины существа настолько непредсказуемые… даже для самих себя!

– С этим трудно спорить…

– А уж вы двое!..

Я нашла в себе силы не разулыбаться, припомнив между делом особо яркие моменты нашего с ним общения, выдержала паузу и зашла с другой стороны:

– Знаешь, не в моих правилах лезть в душу, но… тебе не кажется, что нужно хотя бы попытаться хотя бы попрощаться?

– Человек, действительно желающий проститься, не прячется неизвестно где!

– Неизвестно? Для телепата?! Ты напоследок решил меня до упаду насмешить, не иначе!

– И как я должен это понимать?

– Просто попробуй представить, каково показываться на глаза тому, кто при желании может услышать все твои самые потаенные мысли, а ты понятия не имеешь, как он это поймет и расценит, поскольку его собственное отношение к происходящему ни черта никому не понятно!..

Некоторое время Тарглан смотрел в сторону, машинально обрывая листья с подвернувшейся под руку ветки, потом поднял на меня задумчивые глаза и медленно проговорил:

– Дело-то как раз в том, что я тоже не имею понятия, как расценят мои откровения…

– …поскольку держишь обещание и не лезешь без разрешения, куда не звали? Или все-таки знаешь, но не решаешься поверить?!

Он повел плечом:

– Слишком уж мало времени прошло…

– С твоим-то знанием жизни да не разглядеть, какова сущность человека, вместе с которым через что только не прошел? Даже если не брать во внимание особые способности?! – Я недоверчиво хмыкнула. – С чего бы вдруг стало требоваться полвека, чтобы понять, какой подарок тебе посылает судьба?! Вот заполучить его и удержать гораздо сложнее, можешь верить мне на слово, но это уже другая страшная история…

– То-то и оно!

– Я тебя не узнаю! Ты что же, решил просто уехать – вот так?!

– Не в моих правилах, – рассеянно качнул головой Призрак, явно витая мыслями где-то совсем не здесь.

– Так пойди и выясни все раз и навсегда! Задай по-мужски прямой вопрос…

– И получи по-женски затейливый ответ – например, адрес, по которому следует пойти немедленно, да еще и доложить о результатах! В письменном виде!!!

– Ну и сходишь разок! – фыркнула я, уже начиная немного сердиться. – Подумаешь, большое дело!.. Или у тебя проблемы с письмом?!

Расхохотались мы одновременно, потом Призрак легко вскочил и отвесил мне шутовской поклон.

– Вы, как всегда, правы, наше мудрейшее величество! «Лучше горькая, но правда, чем приятная, но лесть!»[53]

Я довольно улыбнулась – моими стараниями любимая сказка завоевывала в народе все большую популярность!

– «Любовью оскорбить нельзя»[54], – очень кстати припомнилось мне. Я подмигнула собеседнику: – Ни пуха ни пера!

Он все-таки не стал посылать меня к черту – видимо, просто его пожалел! – только изобразил на лице томную загадочность, едва заметно улыбаясь краем рта, и растворился в густой тени шелестящих на ветру деревьев – бесшумно, как и положено призраку. Я еще немного посидела, запрокинув голову и бездумно глядя, как ветерок перебирает резные длинные листья и мягко колышет упругие ветви, пересадила на другое плечо проснувшегося нэфи, полюбовалась игрой разноцветных струй в многоярусном фонтане… и распустила «поисковую сеть».

Нет, мне давно и прекрасно известно, что подглядывать некрасиво, но… я же всего лишь одним сенсором! И потом – это ведь не чужие для меня люди, причем каждый настолько своеобразен, что у меня душа теперь не на месте, когда пытаюсь представить, как эти две нестандартности найдут общий язык!.. Что прикажете – умереть от любопытства?! К тому же у меня почти наверняка хватит ума и такта вовремя отключиться в случае чего…

Подругу я обнаружила быстро, стоило лишь вспомнить, как ей понравилась уединенная беседка, возвышавшаяся посреди небольшого, но глубокого озера, которое не замерзало зимой из-за теплых ключей, бьющих на дне. Здесь хорошо прижились подаренные нам с Дином на свадьбу экзотические рыбки – что-то вроде наших вуалехвостов, только размером с хозяйского карпа и разноцветно-крапчатые. Ажурные стенки постройки были сплошь увиты плющом и какими-то растениями с листьями необычной формы. Они, как правило, цвели до самого снега, вот и сейчас гибкие стебли были сплошь увешаны плотными коническими гроздьями крупных нежно-сиреневых цветков, источавших тонкий аромат. В этих зарослях прятались узкие высокие фигурные проемы, в которые при желании можно было видеть возможных визитеров, идущих от берега по мосткам, украшенным изящной резьбой по дереву.

Норку, похоже, занимали совсем иные мысли – она, сидя боком на широких перилах, спиной к входной арке, задумчиво крошила в прозрачную воду большую поджаристую булку. Рыбы, сбившись в плотную стайку, торопливо выхватывали гостинцы друг у друга из-под носа, затевая небольшие стычки в процессе дележа изюминок и негодующе булькая, когда шустрые птички с пронзительным писком заходили в крутое пике и перехватывали не успевшие размокнуть кусочки.

Она даже не обратила внимания на то, что на фоне мелкой ряби рядом с ее отражением появилось еще одно, – по крайней мере цветовая гамма полученной «картинки» не изменилась. Лишь когда Призрак заговорил, Норка слегка повернула голову в его сторону. Слов я не слышала, зато прекрасно «видела», какая буря эмоций бушевала под высокой крышей тихой беседки. Что же такое он ей сказал, чем вызвал настолько сильное смятение чувств? И почему она молчит?! Нет, я с ними с ума сойду!!!

Тарглан вынул из кармана и протянул моей подруге кожаный мешочек, судя по всему, с деньгами. Я озадаченно прищурилась, но тут же прыснула в голос: нашел время! Светлый Вождь не придумал ничего лучше, чем именно сейчас отдать высокочтимой госпоже Леоне старый должок в размере двадцати семи золотых. Теперь стала понятной смена выражений на лице его собеседницы! Рисковый он мужик… наверное, киллерское прошлое до сих пор сказывается, или в мирное время адреналина ему не хва…

Додумать я не успела, как не успела и «разглядеть» в деталях, что именно произошло в той затененной части постройки. Просто уловила какое-то быстрое движение, неразборчивое восклицание – и короткий полет массивного тела, облаченного во все черное, к зеркальной поверхности воды – только заклепки на одежде блеснули. Громкий всплеск, туча брызг… Всполошенные рыбки бросились врассыпную; птички, присевшие было на заплетенную растениями крышу, с истошным писком унеслись в синюю даль, толкаясь на лету… Насколько я понимаю, Норка тоже не нашла иной возможности, как и лучшего времени, чтобы показать Светлому Вождю, что его же уроки не пропали даром!..

Следом за хозяином, едва не зацепив его по носу, звонко булькнул злополучный кошелек. Подруга, неожиданно далеко запустив остаток хлебобулочного изделия помощника нашего шеф-повара, еще немного постояла, выравнивая дыхание, подобрала соскользнувшую с плеч безрукавку и развернулась к выходу на мостки с резными перилами. Ее, похоже, нисколько не интересовало, где и когда после скоропостижного купания всплывет недалекий собеседник, и всплывет ли вообще… Я невольно передернула плечами – все-таки на дворе глубокая осень, а водичка в том озере и в июле не стремится к закипанию, несмотря на теплые источники!..

Он вынырнул перед самым входом в беседку и одним быстрым движением выскользнул из воды на высокий деревянный настил, загородив дорогу и попутно отбросив рукой с лица пряди промокших волос. Проигнорировал испепеляющий взгляд и, отжимая свою сажево-черную гриву, снова начал говорить. Причем, если судить по цветовой гамме окружающего их свечения, Призрак был почему-то доволен, как бродячий кот, случайно попавший на неохраняемый рыбный склад, Норка же на «отлично» выполнила вводную задачу по спешной установке «щита» на свое сознание… Значит, и мои уроки не пропали зря!

Вячеславна молча развернулась, опять запрыгнула на перила и села боком, устремив скучающий взор куда-то выше деревьев, растущих на дальнем берегу. Кочевник же продолжал что-то ей втолковывать, не обращая внимания на струйки бегущей с него воды…

Я ненадолго переключилась на другой объект. Мои двойняшки-короляшки, накатавшись верхом в компании с папочкой и проводив его до ворот оружейного двора, перебрались на окраину старой части парка. Главной ее достопримечательностью были непролазные для большинства человекообразных заросли плодового кустарника. Растение представляло собой что-то вроде нашей малины, только ягоды были размером с хорошую сливу, более удлиненной формы и по мере созревания из белых становились темно-зелеными. Как обычно, детки предпочли совместить легкий полдник с игрой в прятки с Дильной.

Надха честно делала вид, что даже не подозревает, куда бы могли забраться вверенные ее заботам сорванцы. Она прилежно вынюхивала следы, с озабоченным ворчанием раскопала пару подозрительных углублений под корнями, забралась на почтенный высоченный дуб и добросовестно посидела почти на самой его верхушке, издавая призывное завывание вкруговую. Слезла, задумчиво почесала за ухом; затем, привстав на задние лапы, обозрела местность, заглянула во все обнаруженные дупла, гулко мурлыкнула в каждое… При этом она упорно не замечала две хихикающие, перемазанные ягодным соком и донельзя довольные рожицы, наблюдавшие за ней с нижней толстой ветки старого развесистого дерева. Что ж, чуть позже и я к ним присоединюсь… причем сначала к детям!

События в беседке меж тем развивались уже более мирно. Вячеславна соизволила обратить внимание на собеседника и даже снисходительно улыбнулась в ответ на прочувствованную речь. Тарглан шагнул ближе, опустился на одно колено, выудил из потайного кармана маленький замшевый мешочек… Надо же, ведь казалось, что наш легендарный киллер, а ныне Светлый Вождь в принципе волноваться не умеет!.. Я прищурилась, перенастраивая «зрение» – изображение приблизилось и увеличилось, теперь ясно была видна извлеченная на свет вещица. Так и есть – кольцо, удивительно изящное и потрясающе красивое: крупный зеленоватый алмаз редкой чистоты и огранки словно подхвачен ажурной бело-золотой волной с россыпью мелких изумрудов и бриллиантов. Наверняка осталось от покойной матери…

«От бабушки, ведь мама замуж так и не вышла…»

«Извини, забыла… Надеюсь, реликвия оценена по достоинству?»

«И не только реликвия!»

«Не вздумайте забыть позвать на бракосочетание!»

«Не вздумайте отказаться! К тому же это еще нескоро, так что вполне с подарками успеете… Кстати, надеюсь, мне не придется ехать за невестой на твою бывшую родину?»

«Правильно надеешься! Какие еще апартаменты, кроме королевских, достойны моей подруги?! Так что мое семейство с радостью поможет ей хоть как-то скоротать время и не заскучать при этом, а ты начинай готовить выкуп… с учетом того, что торговаться будешь со мной!»

«Ничего, думаю, моих сбережений хватит…»

«Это тех, что нажиты непосильным „убийственным“ трудом? И не жалко будет?!»

«На свадьбу-то?!»

«Надеюсь, там будет примерно так же весело, как во время первой встречи или сейчасного объяснения в любви?»

«Постараемся оправдать ваши надежды… Между прочим, наше величество, я нижайше прошу меня извинить, но… какого черта?!!»

«Не могла же я сразу двух таких кадров оставить без присмотра! Вдруг ты ее плохому научишь?!»

«Еще вопрос – кто кого!»

«Тем более! Как я в глаза твоим соплеменникам смотреть буду? Они же мне тогда восстание устроят!»

«Скоро нам всем не до глупостей будет, если твоей подруге волю дать… А если не дать, она сама возьмет, и будет еще веселее!»

«Так ты что, уже на попятный?!»

«Даже не надейся! И вообще, имей совесть – сейчас мне самое время с любопытными величествами разговоры беседовать!..»

«Все-все-все, покорнейше прошу прощения, поспешно таю в тумане… Удачи!»

Напоследок я «увидела», как Тарглан, поднявшись, о чем-то спросил Элеонору, которая, сидя на перилах, теперь лукаво улыбалась… подхватил ее на руки, закружил по беседке… бережно поставил на пол, отвел с ее лица пряди распушившихся волос и… я отключила сенсоры. Встала, со вкусом потянулась, привычно помассировала глаза – надо же, даже мушки на сей раз не досаждают!.. Прислушалась – невдалеке звучали звонкие детские голоса. Так, все ясно – ненаглядные чада отыскали в зарослях родник, предусмотрительно выложенный цветными камнями и с обустроенной рядом удобной площадкой для отдыха. Они вдоволь напоили своих успевших отдохнуть скакунов, сами напились кристально чистой воды и заодно набрызгались и насмеялись до изнеможения. Теперь, оставив лошадей на опушке и набегавшись по парку, вповалку попадали в густую траву под приземистым деревом, а надха бережно сгребла их в пушистые объятия и тщательно вылизывала чумазые мордашки, попутно урча что-то назидательное.

Двойняшки безуспешно сопротивлялись, вертелись, дрыгали ногами, пищали, хохотали, пытаясь увернуться или спрятаться друг за друга от шершавого кошачьего языка, и наперебой звали своих венценосных родителей, которые уже спешили к ним с разных сторон. Я вприпрыжку сбегала по широким ступеням белокаменной лестницы, а мысли как-то сами собой складывались в рифмованные строки:

Настоящим чувствам лишних слов не надо,

Мне о многом взгляд расскажет твой.

Хорошо, когда ты просто рядом –

Мир у ног и на душе покой…

Чтоб ручьям в едином русле слиться,

Долгий путь проделан был водой,

Двум стезям в одну соединиться

Еще трудней случается порой…

Чтобы с полувздоха, с полувзгляда

Мы могли друг друга понимать,

И предугадание желаний

Как щедрый дар давать и принимать…

Чтоб рука об руку к счастью мчаться…

А придется – так спина к спине,

Не считаясь, за одно вдвоем сражаться

Во всепоглощающей войне…

Настоящим чувствам лишних слов не надо –

С полустука сердце все поймет.

Можно просто жить, когда мы рядом,

А дальше – будь что будет, все пройдет!..

Сноски

1

Эмпатия – способность ощущать эмоции другого, ставить себя на место другого человека, способность к сопереживанию, сочувствию, проникновению в его субъективный мир.

2

Слова О. Клеменковой.

3

Слова Ю. Энтина.

4

Квилон – кинжал, появившийся в 13 веке, ранние версии напоминают укороченный меч со скрещенной гардой.

5

Слова Г. Поженяна.

6

Икосаэдр – правильный выпуклый многогранник, двадцатигранник, одно из Платоновых тел. Каждая из двадцати граней представляет собой равносторонний треугольник.

7

Слова Фридриха Вильгельма Готтера, перевод с немецкого С. Свириденко.

8

Цитата из мультфильма «Мартынко».

9

Серлина – персонаж фильма «Люди в черном-2»: инопланетное существо, куча склизких щупалец, способна принять любую форму.

10

В. Высоцкий. «Утренняя гимнастика».

11

«Желудь» – свинцовый или глиняный снаряд для пращи. Вытянутая овальная форма позволяет снаряду лететь дальше и лучше держать траекторию полета, не завися от ветра и иных факторов.

12

Слова К. Ваншенкина.

13

Слова Г. Остера.

14

Трайбл – однотонный геометрический узор, как правило, черного цвета.

15

Кельтский узел – символизирует сплетение физических и духовных путей в жизни. Переплетающиеся узоры, петли и спирали символизируют вечность, чередование циклов смерти и возрождения. Сложные узлы, как правило, имеют форму геометрических фигур. Узел в виде треугольника символизирует Троицу: Отца, Сына и Святого Духа или единство ума, тела и духа.

16

Орел является символом гордости, высоты духа, героического благородства, олицетворением стихий Воздуха и Огня.

17

Гнездная алопеция – выпадение волос на одном или нескольких участках волосистой части тела. Причина неизвестна; имеют значение токсические, инфекционные и эндокринные факторы. Очаги имеют округлые очертания; они увеличиваются и сливаются, образуя крупные участки.

18

Для тех, кто не знает: тхакка́т – весьма распространенный в этом измерении и вечно голодный океанский монстр, отдаленно напоминающий акулу-переростка, у которой сильно вытянут рострум, играющий роль колющего тарана, и вдоль тела с двух сторон в ряд растут растяжимые щупальца с присосками на концах.

19

Хелицеры – ротовые придатки паукообразных. У пауков на вершине хелицер открываются протоки ядовитых желез.

20

Кайенская смесь (по названию одного из сортов перца) – состоит из 50 % махорки (или мелко перетертого табака сигарет самых дешевых сортов) и 50 % молотого перца (лучше черного), использовалась для обороны от собак в годы Великой Отечественной войны подразделениями СМЕРШ. Вызывает ожог дыхательных путей. Соответственно действует и на людей.

21

Слова С. Фогельсона.

22

Такелаж – совокупность всех снастей судна (пеньковых и металлических тросов).

23

Слова С. Шабуцкого.

24

Клюз – отверстие в корпусе судна, окаймленное чугунной или стальной литой рамой, для пропуска якорной цепи или швартовых тросов.

25

Блинд – прямой парус, который устанавливается на нижнем рее бушприта.

26

Слова М. Пушкиной, В. Кипелова.

27

Мастиф – старинная английская порода догообразных собак, крупнейший дог Европы и самый большой из мастифов: рост не менее 75 см, масса не менее 70 кг.

28

Мирмекология – наука, изучающая муравьев.

29

Катар – разновидность индийских кинжалов. Его отличает рукоять в форме буквы Н из того же металла, что и лезвие, с двумя тонкими параллельными брусками, образующими опору для кисти левой руки. Предназначался для нанесения колющих ударов и при умелом использовании легко протыкал кольчугу. Был признаком высокого статуса своего обладателя.

30

Кпинга («молния») – одно из названий метательного ножа с несколькими лезвиями, который был в чести у воинов племени азанда. Длина до 55 см. Метался горизонтально, мог применяться в ближнем бою, но чаще – для «обстрела» противостоящей группы противника. От основания в разные стороны расходились три железных клинка, которые должны были максимизировать наносимое противнику поражение. Был не только оружием, но и своеобразным знаком отличия, поскольку носить его имели право лишь опытные воины.

31

Дин и Сэм Винчестеры – братья, потомственные борцы с темными силами, главные герои сериала «Сверхъестественное».

32

То же самое, что принц.

33

Слова В. Коростылева.

34

Дроги – длинная телега без кузова, у которой передок и задок соединены продольными брусьями.

35

Composition C-4 – разновидность пластичных взрывчатых веществ военного назначения.

36

Бинди – в индуизме знак правды, цветная точка, которую индианки рисуют посреди лба (так называемый «третий глаз»).

37

Слова К. Лёмель и П. Деланоэ, русский текст Онегина Гаджикасимова.

38

Слова Л. Рубальской.

39

Авторы слов – М. Пушкина, В. Кипелов.

40

Слова А. Кортнева.

41

Сеттен – один из высших дворянских титулов, соответствует нашему графу.

42

«Черный дрозд» – американский сверхзвуковой стратегический разведчик Lockheed SR-71, созданный в конце 60-х годов XX в.

43

Хелль – мифическая четырехкрылая птица потрясающей красоты, с неописуемо прекрасным чарующим голосом, которую здешние небожители посылали к особо угодным смертным, дабы усладить их слух чудесным пением, как правило, в награду за какие-нибудь выдающиеся деяния.

44

Шестопер – ударно-дробящее, рубящее топорообразное оружие. Представляет собой булаву, у которой вместо ядра имеется шесть разнонаправленных пластин-перьев, предназначенных для разрубания доспеха.

45

Белладонна – красавка, сонная одурь, бешеная ягода, черешня сумасшедших – ядовитое растение семейства пасленовых. Видовое название – в переводе с итальянского «красивая женщина» – относится к началу XVI века, когда венецианские женщины стали использовать сок этого растения в качестве косметического средства для расширения зрачков. Отсюда и русское название – «красавка». Ближайший родственник – не менее печально известная мандрагора.

46

Стихи В. Высоцкого.

47

Слова Л. Дербенева.

48

Перевод Л. Пеньковского.

49

Слова А. Тарковского.

50

Сношеницы́ – женщины, чьи мужья являются родными братьями, по отношению друг к другу.

51

Фризы – порода лошадей, выведенная в Фрисландии, провинции на севере Нидерландов в 16–17 веках путем скрещивания испанских лошадей с местной породой. На Западе этих лошадей называют «черными жемчужинами» как представителей одной из самых красивых и необычных верховых и упряжных пород мира.

52

Ахалтекинцы – верховая порода лошадей, выведенная на территории современной Туркмении (Ахал-Теке) предположительно около 5000 лет назад. Славится изяществом и нарядностью форм, эластичными, красивыми движениями.

53

Л. Филатов. «Сказ про Федота-стрельца».

54

Лопе де Вега. «Собака на сене». (Перевод М. Лозинского.)

Content

Майя Ахмедова
Другой Ледяной Король, или Игры не по правилам
(сборник)

Книга первая Игра вслепую

Пролог

Часть первая Подозрения и прозрение

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Часть вторая Сюда оттуда и повсюду

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Часть третья Поиски и происки

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Книга вторая Игра с огнем

Часть первая Ситуации и вариации

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Часть вторая Дела морские и колдовские

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Часть третья Ухищрения и возвращение

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Книга третья Игра в прятки

Часть первая Разоблачения и перевоплощения

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Часть вторая Ищи-свищи!.

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Часть третья Точки над «ё» – каждому своё!

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Эпилог

Сноски