Под моей кожей

Шарлотта Ричи

Мэлоди Элен Брайт

Редактор Алиса Александровна Чечина

Дизайнер обложки Оксана Александровна Борисова

© Шарлотта Ричи, 2017

© Мэлоди Элен Брайт, 2017

© Оксана Александровна Борисова, дизайн обложки, 2017

ISBN 978-5-4483-5159-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

2013 год

Сегодня в доме гости: клиент моего отца и по совместительству приятель, Уильям Грэм с дочерью Амандой, довольно милой, симпатичной девочкой, к тому же еще и девственницей. То, что надо! Она вполне сгодится для сексуальных утех. Кажется, я нашел развлечение на сегодняшний вечер!

Святая невинность мило теребит края юбки тоненькими пальчиками, опустив глаза в пол. Когда я смотрю на нее, она тут же краснеет. Мои предыдущие пассии были совершенно другими – их не приходилось уговаривать лечь в постель! Благодаря моей потрясающей внешности и харизме, они сами прыгали в койку. А вот с Амандой придется повозиться. Но она стоит того! От одной только мысли о том, как бы ее поскорее вскрыть, у меня встает. Ведь это самое приятное занятие во Вселенной! К тому же, мне скучно.

Уверен, ей понравится то, что я с ней сделаю. Мне уже не терпится, но надо сделать так, что бы она сама захотела пойти со мной. И я это сделаю.. Плевать, кто что подумает, плевать на ее отца, который так переживает за свою дочь. Хотя, с другой стороны, зачем этот мерзкий хряк с лысиной взял ее с собой на деловой ужин? Мог бы оставить ее дома с непросыхающей мамашей-проституткой. Впрочем, раз уж Аманда здесь, мне невероятно повезло. Повезло, что ее отец оказался таким глупым. Я знаю, сколько слухов обо мне гуляет по Дарему. Все они – правда. Я это даже не скрываю.

Чтобы она согласилась на секс, нужно в первую очередь произвести хорошее впечатление, и не только на нее саму, но и на ее отца. Не хочу, чтобы он помешал мне получить удовольствие. Я должен доказать, что все слухи обо мне – наглая ложь.

Как только мы садимся за обеденный стол, я перехожу к активным действиям. Я специально сажусь рядом с Амандой, чтобы обеспечить доступ к телу. Прикосновения, особенно случайные, производят невероятный эффект: девушка вздрагивает, краснеет, сводит ноги вместе и начинает нервничать. Она не понимает, что происходит, не контролирует свое тело. Вот в этот момент и надо переходить к еще более решительным действиям.

На столе снова какие-то деликатесы. Я предпочитаю морепродукты, ведь в них содержатся афродизиаки, от которых влечение только усиливается. Хорошо, что я приказал повару, который слушается меня беспрекословно, приготовить устрицы.

Чтобы создать атмосферу доверия и растопить лед, я решаю немного поухаживать. Нам подают бутылку «Шардоне», я уверено открываю ее и наливаю в бокал Аманды искрящуюся жидкость. Она робко благодарит меня и отпивает маленький глоточек. О, боже! Ее пухлые губы так нежно и осторожно обхватывают края бокала! Я возбуждаюсь еще больше, представляя, как она будет ублажать ими меня.

Пока два старых развратника болтают о бизнесе и индексах на валютной бирже, Аманда медленно, но верно тает передо мной. По ее раскованному поведению я понимаю, что все делаю правильно. Теперь надо завоевать доверие. Сейчас самое время.

Она явно увлечена мной, и это неудивительно. Все, что мне нужно сделать – сказать пару комплиментов. Это очень легко, особенно когда девушка действительно хороша. Аманда из их числа. Я говорю, что у нее красивые, сверкающие сапфирами глаза. Девушки в ее возрасте падки на подобные глупости.

Она уверенно поправляет прядь светлых волос и смотрит мне прямо в глаза. Наконец-то! Зрительный контакт!

– Аманда! – шепчу я. – Ты потрясающе выглядишь! Ты так же прекрасна, как магнолия в мае.

Мне с легкостью удается вызвать у девушки улыбку, и я отвешиваю очередной комплимент.

– Знаешь ли ты, какая у тебя подкупающая, обворожительная улыбка? Честное слово, она самая красивая и лучезарная. Так улыбаются только очень хорошие и счастливые люди, – говорю я и отпиваю из бокала.

– Спасибо, – произносит она дрожащим голосом, пытаясь изобразить уверенность, но я-то вижу, как она боится.

Мне просто необходимо рассеять её страхи, иначе я потеряю к ней интерес, и буду вынужден снять на ночь какую-нибудь девку. Они, конечно, весьма искусны в сексе, но не так интересны, как девственницы. Как же скучно!

Мы разговариваем на разные темы, не замечая никого вокруг: ни отцов, ни прислугу. Я узнаю о ее увлечениях музыкой и современными танцами. Приходится сказать пару комплиментов о ее фигуре и плавных движениях рук.

– У тебя потрясающая фигура. – Я подмигиваю, а Аманда снова улыбается. Скоро от скромной невинности не останется следа. Я пододвигаюсь к девушке, чтобы наши ноги были ближе друг к другу. – Когда ужин закончится, я покажу тебе мою коллекцию современной музыки.

Голубые глаза Аманды тут же загораются, а это значит, что она заинтересовалась.

– Крис! – Только не это! Ненавижу, когда меня перебивают – Может, расскажешь, как учеба? Что нового?

– Я не уверен, что это уместно во время делового ужина, отец.

Закинув ногу на ногу, я стараюсь говорить как можно вежливее, но при этом наблюдаю за гостями.

Мой отец думает, что я каждый день хожу в университет и хорошо учусь. Очень смешно! Между запоями и работой у него нет времени интересоваться мной. Я всегда делаю только то, что хочу. Это никогда не изменится.

– Давай, сын! Я очень им горжусь. – Говорит он уверенным, но пьяным голосом, обращаясь к Грэму.

Я мысленно закатываю глаза. Что приспичило алкоголику? У меня нет желания ничего рассказывать: сейчас все мои мысли только об Аманде. Но для того, чтобы сохранить легенду о моей безупречной учебе, я должен что-нибудь сказать. Иначе отец не отвяжется.

Я мило улыбаюсь, изредка поглядывая на Аманду. По ее глазам видно, что она от меня в восторге.

Ужин почти закончен. Сейчас мой отец и Грэм утонут в клубах дыма, обсуждая женщин и дорогой алкоголь.

Пока я рассказывал увлекательную историю о своих «успехах» в университете, Аманда буквально ела меня глазами! Умение убедительно врать сделало свое дело.

– Не знала, что у нас в Дьюке может произойти подобное, – говорит девушка, уже не стесняясь смотреть мне в глаза. Прошло каких-то пару часов, но, думаю, она уже готова к самым приятным развлечениям.

– Кажется, я тебе что-то обещал, – подмигиваю я и встаю из-за стола.

Я вежливо подаю ей руку, и она уверено протягивает мне свою.

Моя комната, в которой я бываю редко, находится на втором этаже, напротив лестницы. А значит, если Аманда будет кричать, оказывая сопротивление, наши отцы и прислуга услышат ее вопли. Я веду девушку в комнату моей умершей матери. Многие скажут, что это неприемлемо – трахать девушку там, где спала твоя мать. Но ведь моя мать умерла. Ей все равно. К тому же ее комната находится в конце коридора. Идеально!

Мы с Амандой поднимаемся по лестнице: она идет впереди, и я не свожу глаз с ее красивых ровных ног и упругой задницы. Интересно, сколько я еще вытерплю?

Как только она входит, я запираю дверь на ключ. Аманда оглядывает комнату. Она даже не подозревает, что ее ждет.

Мне плевать, хочет она меня или нет. Мне скучно. Все, что сейчас произойдет, хорошо бы записать на видео и пересматривать по вечерам, но настраивать камеру уже поздно. Чтобы подстраховаться, я подхожу к музыкальному центру, который предварительно принесли в эту комнату из моей, и включаю диск, который я выбрал еще несколько часов назад. Играет какой-то попсовый трек. У слов в песне явный сексуальный подтекст. Обожаю такие песни! Они отражают всю суть, всю прелесть получения удовольствия!

Я подхожу к ней сзади, настолько близко, чтобы она почувствовала мое возбуждение. Аккуратно убираю прядь волос, обнажая длинную шею.

Она не говорит ни слова и тяжело дышит. Значит, я на правильном пути. Возможно, будет еще проще, чем я думал. Замечательно!

Я провожу пальцами правой руки по ее спине, и она вздрагивает. Я подвожу ее к большой двуспальной кровати, и мы садимся.

– Я все вижу, детка, – говорю я.

– Это так заметно? – Она прячет глаза. – Ты знаешь, что я ни разу не занималась сексом?

– Да, Аманда, к сожалению. – Я изо всех сил стараюсь изобразить сочувствие. В этом вся сложность общения с девственницами. В их головах столько предрассудков! – Детка, тебе уже восемнадцать! Ты окончила старшую школу и достаточно взрослая. Пора решать эту проблему. Разве ты не ощущаешь себя не такой как все, обделенной мужским вниманием?

У меня отлично получается! Горжусь собой.

– Ты прав, Крис. Ощущаю, – произносит она, и ее губы растягиваются в грустной улыбке.

– Я могу помочь тебе, – тихо говорю я и пододвигаюсь ближе.

Моя потная ладонь уже лежит на ее коленке. Я поднимаю ее выше и нащупываю внутреннюю сторону бедра.

– Твоя красота свела меня с ума, как только ты переступила порог, – шепчу я ей на ухо. В комнате тихо. Моя невинная овечка так нервничает, что я слышу стук ее сердца. Черт возьми! Это так заводит!

– Нет, я так не могу. Прости! – Она убирает мою руку и отстраняется. – Если я и сделаю это, то только по любви.

Господи! Что за бред? Я остаюсь сидеть на кровати, а Аманда подходит к двери и дергает ручку. Я не могу ее отпустить, не могу остаться неудовлетворенным. Я всегда получаю то, что хочу. Сейчас я хочу трахнуть эту невинную девочку.

– Открой, пожалуйста, Крис.

– Ну, уж нет! – Как же мне надоело изображать галантность! – Прости, дорогая.

Я вижу в ее глазах страх, но это лишь подстегивает меня. Так еще интереснее: когда девушка сопротивляется, когда она боится, ты чувствуешь себя хищником, который вот-вот настигнет свою жертву. Обожаю это ощущение.

Аманда пятится назад, но идти некуда. Она прижимается спиной к двери.

– Выпусти меня, пожалуйста. Я никому не скажу. Просто дай мне уйти.

– Нет, так не пойдет, – улыбаюсь я. – Сначала сделай мне приятное, а потом я, может быть, тебя отпущу. Подойди сюда.

Видимо, у нее ступор. Какая же она застенчивая! Это так сексуально, что мой член уже невозможно скрыть под джинсами. Она стоит, не двигаясь, и меня это начинает злить.

– Я сказал: подойди сюда, – повторяю я медленно и грозно.

– Пожалуйста, не надо! – На ее глаза наворачиваются слезы.

– Нет, дорогая, успокойся. Если ты будешь ныть, никакого веселья не получится.

Я осматриваю ее стройное тело, и мне до ужаса хочется увидеть его без одежды. Я быстро срываю с нее кофточку, хватаю за плечи и заставляю опуститься на колени. Ее трясет, она слезно умоляет меня не делать этого.

– Тише, детка. Пора учиться ублажать мужчину. Тебе это еще пригодится.

Я расстегиваю ширинку и достаю возбудившийся член.

– Давай! – приказываю я, но она не спешит открывать рот. Аманда, черт возьми, просто стоит на коленях передо мной с закрытыми глазами. Какое неуважение! Мне надоело быть милым! Я беру ее за волосы, и она вскрикивает от боли. Меня это жутко бесит! – Аманда, я так хотел, что бы все прошло идеально! Но ты все испортила!

Я швыряю ее на кровать. Она ударяется грудью о край, всхлипывает, и это злит меня еще больше. Сколько можно церемониться с ней? Я судорожно стягиваю с нее эту проклятую юбку, затем трусики.

– Только не шевелись. Ты же не хочешь, чтобы было больно.

Я быстро снимаю с себя рубашку, джинсы и нижнее белье, ложусь сверху, ладонью затыкаю ей рот и засовываю член ей между ног.

– Сейчас я буду тебя трахать, детка.

С одного толчка я врываюсь в нее, и она вскрикивает от боли. Боже, как же там внутри узко! Потрясающее ощущение. Я начинаю двигаться, сначала медленно, потом потихоньку наращиваю темп. Моя рука становится мокрой от слез. Не понимаю, зачем плакать? Все ведь прекрасно! Я не первый раз лишаю девушку невинности и прекрасно знаю, что со временем боль притупляется.

– Тише, – шепчу я и как можно нежнее целую ее белое плечико.

Чем чаще занимаешься сексом, тем больше совершенствуешься. Как хорошо, что я научился сдерживать оргазм. Я выхожу из нее, но Аманда по-прежнему плачет.

– Это еще не все, детка, – говорю я, хватаю ее за плечо и поворачиваю лицом к себе. – Смотри на меня!

Аманда открывает слипшиеся от слез глаза. Всем своим видом она пытается вызвать у меня жалость. Глупая! Это бесполезно.

– Я хочу кончить в тебя, дорогая. Так что помоги мне хоть немного и перестань рыдать!

Я срываю с нее лифчик, и она быстро прикрывает свою красивую округлую грудь ладонями. Я убираю ее руки. Она лежит передо мной полностью обнаженная.

– И как можно было это скрывать?

Ее грудь идеальная, упругая, никем не тронутая. Я буду первым, кто коснется ее. Как же это волнующе!

– Раз уж я сегодня добрый, так и быть, доставлю тебе удовольствие. Нельзя же быть таким эгоистом!

Я начинаю целовать ее грудь, изредка покусывая темные горошины сосков. Поднимаюсь выше: целую шею, и наконец, добираюсь до пухлых губ. Она пытается вырваться, но я достаточно крепко держу ее.

Я продолжаю целовать ее тело, и уже слышу, как она тихо стонет – то ли от боли, то ли от удовольствия. Она больше не дергается, не пытается выскользнуть. Я раздвигаю ее ноги как можно шире и снова вхожу. Аманда вскрикивает. Я прекрасно знаю, что первый секс прерывать нельзя, но мне плевать. Я делаю, что хочу, как всегда. Я резко двигаюсь в ней, проталкивая член как можно глубже. Как только Аманда начинается кричать, я затыкаю ее поцелуем.

Оргазм уже близок, и я начинаю трахать ее все жестче. Спустя пару секунд я кончаю и всем телом наваливаюсь на девушку. Я устал. Мне надо отдохнуть.

Аманда тихо плачет. Я поднимаю голову, небрежно целую ее в губы и встаю.

– Поздравляю, детка. Вот ты и стала женщиной! – говорю я, надевая джинсы. – Вот черт! Ты испортила покрывало своей кровью. Нехорошо!

Прикрывая свой пухленький ротик ладонью, чтобы не заплакать навзрыд, Аманда сводит ноги и ерзает на кровати.

– Вставай, – грубо говорю я. Мне надоело с ней мучиться. Но нельзя же отпустить ее в таком виде! – Оденься и приведи себя в порядок.

Я поднимаю с пола ее кофточку, юбку и кидаю ей.

– Поторопись, а то отец будет волноваться. Ты ведь не хочешь этого?

– Нет, – дрожащим голосом говорит она. Ну, слава Богу! А то я уже думал, бедняжка останется немой.

– Вот и замечательно, – улыбаюсь я.

Девушка медленно одевается, а я спокойно стою и жду. Признаться, в целом я доволен. Да, пришлось немного повозиться, но было здорово.

Мы спускаемся вниз. На этот раз я иду впереди, и краем ухо слышу, как Аманда всхлипывает. Я поворачиваюсь к ней и вижу красные глаза и заплаканное лицо.

– Так, детка, успокойся. Все уже давно закончилось.

Мы заходим в холл. Отцы все еще сидят и курят сигары.

– Девочка моя, что случилось? – подвыпивший Уильям Грэм заметил, что с его дочерью не все в порядке. Интересно, дойдет ли до него правда?

– Все в порядке, пап, я…

– Она просто у вас слишком эмоциональная, – встреваю я. Лишь бы только она не ляпнула лишнего!

Спустя минут пятнадцать мы уже стоим на пороге и провожаем Уила и Аманду.

– Ты точно не обидел девочку? – спрашивает отец как можно тише.

– Конечно, нет! За кого ты меня принимаешь?

– Ладно, – говорит он и хлопает меня по плечу.

Как же хорошо, что отец мне верит! Впрочем, я ничего плохого не сделал. Проблема Аманды с девственностью была видна невооруженным глазом. Бедняжка так переживала по этому поводу, что я решил ей помочь. Вот и все. И ей очень понравилось все, что я с ней сделал. Я уверен.

Глава 1

2014 год

– Лидия, ты скоро?! – доносится из коридора нашего особняка знакомый голос.

– Да, Мелисса! Только сумку заберу и все!

Как всегда моя подруга меня торопит. Мы собираемся на премьеру фильма «Виноваты звезды». Мелисса обожает эту книгу, и с нетерпением ждала экранизацию.

– Все, идем!

– Ну наконец-то! До сеанса осталось сорок минут, а еще надо купить билеты.

– Успеем. На твоей машине поедем?

– На твоей. Моя в ремонте. Говорят, подвеска разболталась, и электронику надо проверить. И еще масло заменить. Столько денег уходит на автомобиль!

– И не говори!

Мы выбегаем из дома, садимся в мой новенький «Камаро» и трогаемся с места. До кинотеатра путь не близкий, и я стараюсь ехать как можно быстрее.

– Лидия, соблюдай правила дорожного движения, а то вместо кинотеатра мы попадем в полицию, и твоему отцу придется оплачивать штраф.

– Ничего не случится, расслабься. Ты ведь не хочешь опоздать?

– Конечно, нет. Я так долго этого ждала!

– Вот именно!

Спустя несколько минут мы оказываемся у здания кинотеатра. Нас уже ждет Дениз. Она всегда сама по себе, и с ней мы видимся гораздо реже, чем друг с другом. Дениз стоит у входа и теребит в руках какие-то бумажки.

– Привет, девочки! – говорит она, протягивая их нам. – Я купила билеты.

– И сколько мы тебе должны? – спрашивает Лисса, подняв брови. Она не любит, когда без ее ведома делают что-то, что касается лично ее.

– Нисколько. Ты что?

– А ты хоть хорошие места взяла?

– Обижаешь! Конечно! Все, как мы любим – повыше, но при этом посередине. Полный обзор, и рядом никого.

– Спасибо. Что бы мы без тебя делали!

– Билеты бы сейчас выбирали! – усмехается Дениз. – У нас есть еще двадцать минут. Чем займемся?

– А что можно успеть за это время? Купить еды?

Мы устремляемся к стойке с различными вкусностями. Берем ведро попкорна и две колы. Мелисса такую «гадость» не пьет, поэтому она берет себе воду, и мы проходим в зал.

Здесь прохладно, но народу много. Не думала я, что в Дареме любят такие мелодрамы. Мы садимся в кресла, и я оглядываюсь по сторонам – вокруг молодые парочки, нежно держащиеся за руки, несколько девушек примерно нашего возраста и все остальные места занимают девочки-подростки, которые, видимо, сходят с ума от Энселя Элгорта. А вот моей Мелиссе нравится Шейлин Вудли. Тут и спорить не о чем – она прелестна.

Через несколько минут на большом экране появляется заставка кинокомпании, и зал умолкает.

Сюжет этого фильма, как и книги Джона Грина, весьма интересен, хотя таких фильмов много – «Спеши любить», «Сладкий ноябрь», «Сейчас самое время» и другие. Они все похожи: главный герой болен неизлечимым заболеванием – обычно это рак. Ему невероятно тяжело смириться с «приговором». Он знает, что находится на закате своей жизни. И тут появляется человек, который помогает ему достойно прожить остаток жизни, вкусить все ее прелести, обрести счастье и любовь. Признаться, я не большая поклонница мелодрам. Но этот фильм я посмотрю с удовольствием! Тем более, что фантастика, фэнтези и боевики уже порядком надоели.

Два часа пронеслись, как пять минут, оставив у зрителей неизгладимые впечатления! По крайней мере, у меня – точно! Я поворачиваю голову и вижу, как моя Мелисса вытирает слезы. Похоже, этот фильм ее тронул. А вот на лице Дениз я не вижу эмоций. Хм… А что еще ждать от любительницы ужасов?

Выйдя из зала, мы решаем пойти в кафе. Оно находится в одном квартале от кинотеатра, и я оставляю автомобиль на парковке.

Едва переступив порог, я чувствую приятный аромат свежей выпечки. Мы подходим к прилавку и выбираем вкусности, которые так манят нас через стекло витрины! Чего тут только нет: пирожные, круассаны, булочки в глазури, кексы!

Мелисса, как и обычно, покупает зеленый чай и большой французский круассан. Она их обожает! Мы с Дениз почти всегда берем одно и то же – капучино и шоколадные кексы. Ничего не меняется…

– Ну! Как вам фильм? – спрашивает Дениз, усаживаясь за столик.

– Ой, я в восторге!

– Я так и знала, Лисса, что тебе уж точно понравится! Ты ведь книгу за пару дней прочитала?

– За пару часов, – уточняет Мелисса.

– Но ведь история не блещет оригинальностью! Эта тема раковых больных приелась еще с тех пор, как молодой и цветущий Киану Ривз крутил любовь с Шарлиз Терон!

– Не стоит сравнивать, Ден. Это две совершенно разные истории, написанные в разное время. По-моему, история Хейзел и Огастуса совсем нетривиальна. Это трепетная, невероятно глубокая история любви! Хотя да, местами она чересчур наивна.

– Не люблю наивность. Ты рассуждаешь как девочка-подросток. Это они выходили из зала, захлебываясь слезами, – фыркает Дениз и отпивает из чашки.

– А ты черствая! Это все из-за фильмов ужасов. Море крови и сломанные кости плохо влияют на твою психику!

Я стараюсь не вмешиваться в разговор двух противоположностей. Я согласна больше с Мелиссой, чем с Дениз. Хотя и та в чем-то права.

– Ничего подобного! Бывают разные фильмы ужасов. Одни невероятно тупые, а другие наполнены смыслом.

– Так, стоп! Я не очень-то хочу сейчас разговаривать про маньяков-убийц.

– Хорошо, хорошо! Тогда давай про ту сопливую мелодраму, которую мы только что посмотрели. Тебе не кажется, что там все нереалистично? Ты хоть раз видела настоящих раковых больных? Они не устраивают пикники на природе с бутылкой вина и пледом, не дефилируют по улицам красивыми и ухоженными! Они лежат дома или в больнице, осознавая всю безысходность ситуации, и ждут смерти. Все в этом фильме какое-то прилизанное, гламурненькое. Создатели умудрились и смерть сделать привлекательной.

– Да ладно! Вот прости меня, Ден, но ты не права. Хейзел из хорошей, далеко небедной семьи. Несмотря на рак легких, она умудряется быть остроумной и обаятельной. Она резво смотрит на вещи и больше заботится о близких людях, чем о себе самой. Она не видит смысла в том, чтобы просто сидеть и дожидаться смерти! И да, если ты не забыла, то у моей тети Зары благотворительный фонд, который помогает раковым больным. Я видела их, Дениз, видела собственными глазами! И большинство из них очень хотели бы сделать то, что они не успели, пока жили нормальной жизнью: съездить заграницу, попробовать что-нибудь вкусное, познакомиться с любимыми писателями, звездами Голливуда. Но они не могут. В некоторых из них все еще живет надежда, но у многих уже потухшие глаза. В общем, можешь смотреть фильмы вроде «Реквиема по мечте» или «Дневника баскетболиста», где все настолько реалистично и мрачно, что хочется утопиться. А мы будем смотреть что-то светлое и банальное, да?

– Как скажешь, Лисса! – говорит Дениз, допивая капучино.

– А ты что молчишь, Лидия?

О, вот и до меня дошла очередь.

– Вы тут так спорите, что мне просто хотелось дослушать. Так интересно!

– Ну, скажи хоть что-нибудь! – настаивает Мелисса, надеясь, что я поддержу именно ее.

– Если честно, фильм мне понравился. В конце я даже немного поплакала, но быстро упокоилась. Я согласна с тем, что сюжет слегка банален, да и динамики не хватает. Но в целом, фильм хороший!

– Какая же ты, Лидия, хитрая! – усмехается Дениз.

– Что? Я просто высказала свое мнение!

Слава богу, мы не поссорились. Глупо портить отношения из-за фильма.

Доедая последний кусочек пропитанного ликером кекса, я решаю разрядить обстановку и отвлечь моих «критиков» от мира кино.

– Куда идем дальше?

– Как всегда! Шоппинг! – громко произносит Дениз.

– Точно! Я как раз хотела купить себе новые балетки, – подхватывает Лисса.

Мы расплачиваемся и возвращаемся к автомобилям.

– Я поеду на своем, – говорит Дениз. – Вы поезжайте вперед, а я за вами.

– Хорошо, – соглашаюсь я, и мы с Лиссой садимся в мой «Камаро».

Мы мчимся по трассе 85, через виадук. Боковое окно открыто. Прохладный ветер обдувает мне лицо и играет длинными темными волосами. На улице так тепло и солнечно! Какой же сегодня потрясающий день! Через несколько минут мы выскакиваем на Грегсон-стрит, сворачиваем на Гес-роуд и вуаля! Прямо перед нами парковка «Нортгейта».

Торговый центр «Нортгейт» – лучшее место во всем Дареме. В нем есть практически все! Магазины одежды для мужчин, женщин и детей пестрят невероятными нарядами самых разных фасонов и стилей. В фитнес-центре можно привести фигуру в порядок. Мужчины сидят ресторанах, барах, пиццериях, общаются с привлекательными женщинами, только что вышедшими из салонов красоты. Кстати, моя семья держит здесь магазинчик ювелирных украшений и аксессуаров под названием «Валей Даймондс». Здесь есть магазины электроники, музыкальных товаров, кинотеатр и другие развлечения. Мы с подругами очень любим проводить здесь время! Практически каждые выходные мы пытаемся обойти все места в этом поистине гигантском магазине! Это настоящий рай!

Пробежавшись по всем интересующим нас бутикам, мы выходим уставшие, но удовлетворенные.

– Домой? – поникшим голосом спрашивает Лисса. У нее в руках несколько пакетов с одеждой и обувью. Она тащит их так, словно это не вещи, а мешки с картофелем.

– Да!

Я чувствую себя так, будто все это время работала, а не прогуливалась по магазинам.

Дениз сегодня самая экономная. Она практически ничего не купила, кроме шикарных туфель на высоком устойчивом каблуке.

– Я хоть и купила только обувь, но устала не меньше вашего! Так что я, пожалуй, поеду домой.

– Хорошо! – Мелисса обнимает подругу.

Дениз садится в свое авто и, помахав нам обеим рукой, трогается с места.

– Тебя отвезти домой? Или поедем ко мне? – спрашиваю я, подмигивая Мелиссе.

– Лучше к тебе, – опустив глаза, отвечает она.

Мы загружаем обновки в багажник и уезжаем. Поскорее бы оказаться дома! Лечь на кровать с чашкой горячего шоколада, посмотреть какой-нибудь черно-белый фильм…

– Кстати! – Внезапно я вспоминаю, что произошло пару часов назад. – Я заметила, как на тебя смотрел тот парень!

– Ты о ком? – удивляется Мелисса.

– Ну, Лисса! Тот симпатичный блондин, который сидел напротив нас в ресторанчике!

– Аааа! Ты об этом! Подумаешь! Ничего особенного. Ты же знаешь, мне сейчас не до любовных приключений.

– Странная ты. Разве тебе не хочется влюбиться?

– Если честно, то нет. Возможно, раньше я хотела этого, а теперь нет.

– А я вот хочу! Это же прекрасно, Мелисса! Объятия, поцелуи, совместные прогулки, поездки, кино, рестораны. Романтика! Я так по ней скучаю!

– Угу. Потрясающе. Только вот не будет это длиться вечно. Бывают ведь ссоры по разным причинам, недопонимания… Вы разные! А потом, ведь влюбленность проходит… Оглядываясь назад, ты думаешь – а как я вообще могла любить? И вот так всегда.

– С каких пор ты записалась в пессимистки?

– Я не пессимистка, а реалистка. Не бывает все так радужно, как ты расписала. К сожалению.

– Печально. Неужели все отношения заканчиваются именно так? Я не верю! – надув губы, ворчу я.

– Не всегда, Лидия, но они заканчиваются, так или иначе. Вспомни, когда ты встречалась с Райаном! Вы так мило смотрелись вместе, но все кончилось.

– Это потому, что он уехал в Калифорнию. Вот почему мы расстались, а не потому, что произошло что-то ужасное.

– И все же, родная, ничто не вечно.

– Возможно, ты и права. И все-таки, я очень хочу влюбиться.

– Ты полюбишь, Лидия, обязательно! – Мелисса смотрит на меня уставшими глазами и мило улыбается.

– И ты в скором времени полюбишь и создашь семью. А я буду крестной у твоих малышей!

– Следи за дорогой, крестная! – усмехается она.

На самом деле я от всей души желаю счастья своей подруге. Она пережила слишком много и уж точно заслужила беззаботную и счастливую жизнь. Почти десять лет назад она потеряла свою семью. Её родители погибли в чудовищной автокатастрофе, когда возвращались домой с работы. Мелисса тяжело переживала их уход и много страдала. Её тетя Зара взяла все обязанности по воспитанию Мелиссы на себя и, по моему мнению, прекрасно с этим справилась. Мелисса до сих пор скучает по своим родителям, но она нашла в себе силы жить дальше – ради себя, ради будущего, ради всех нас.

Я сворачиваю налево на небольшую дорогу, ведущую к нашему особняку, загоняю авто в гараж и ставлю его рядом с новеньким «Фордом» моего отца. У него тут целый автопарк из дорогих машин разных марок.

– Мистер Андерсон купил новенький «Рендж Ровер»? – удивленно спрашивает Мелисса, выходя из моего «Камаро».

– Да, совсем недавно. И куда ему столько автомобилей, если берет он всего один, когда уезжает на работу?

– Ничего ты не понимаешь, Лидия! – усмехается Лисса. – Это же статус!

Сегодня суббота, но мои вечно занятые родители почему-то дома. Мы с подругой вваливаемся в прихожую. На пороге нас встречает моя мама.

– Девочки! А вы сегодня рано!

Она выглядит по-домашнему привлекательно и свежо. Шелковый белый халат развевается при ходьбе, белоснежные волосы собраны в небольшой хвост, на серо-голубых глазах очки в золотой оправе, а в руках чашка кофе. Моя мама всегда так ходит по дому.

– Устали, – объясняю я и плюхаюсь на кожаный диванчик цвета слоновой кости, который стоит в прихожей.

– Миссис Андерсон, вы чудесно выглядите, – говорит Мелисса, бросая пакеты прямо на пол возле двери.

– Спасибо, дорогая. – Мама подходит и обнимает ее за плечи. – Сколько раз тебе говорить! Называй меня Марисой.

– Извините, я всегда забываю!

– Хотите есть?

– Нет, мам. Мы перекусили.

– Купили что-нибудь красивое? – подмигивает мама.

– Конечно! Кстати, а где папа? Его авто здесь.

– Он в кабинете. Сходи, поздоровайся.

Я бреду в папин кабинет, оставив маму и подругу наедине. Пусть пообщаются.

Кабинет – особое место в нашем доме. Он находится на первом этаже, и попасть в него можно только через большую гостиную. Мой отец, владелец сети ювелирных магазинов, проводит в этой комнате много времени. Казалось бы, чего ему не работается в офисе в центре Дарема? Но нет, мой папа предпочитает работать дома и часто просит не отвлекать его.

– Привет, пап.

Зайдя в комнату, я чувствую запах типографской краски, парфюма и древесины. Кабинет даже по интерьеру отличается от остальных комнат в доме: практически вся мебель сделана из красного дерева. По крайней мере, письменный стол точно. На полу лежит темно-коричневый паркет; слева – мини-бар, справа шкафы с книгами: мой папа очень любит читать. В отличие от меня.

Я тихо подхожу к столу, за которым сидит отец, и осторожно сажусь в кресло напротив него.

– Привет, дочь. – Он сосредоточено смотрит в какие-то документы. Рядом со стопкой бумаг, органайзером и статуей какой-то греческой или римской богини стоит недопитая чашка кофе. – Вернулась с прогулки?

– Да, пап.

Хоть бы посмотрел на меня!

– Деньги на карточке еще не закончились?

Мой папа, наконец, поднимает голову и смотрит на меня уставшими глазами.

– Слава богу, пока нет, – улыбаюсь я. – Все работаешь? А отдыхать когда?

– Позже. У меня куча дел.

Он снова утыкается в документы. Его русые волосы свисают на высокий лоб, а в руках он вертит глянцевую черную ручку.

– Ладно, я тогда пойду, раз ты занят.

Я подхожу к нему, наклоняюсь и крепко обнимаю, уткнувшись носом в пиджак. Папа поворачивает голову и ласково целует меня в лоб.

Я возвращаюсь на кухню. Мама с Мелиссой сидят за обеденным столом и пьют апельсиновый сок.

– Видимо, папа еще не скоро освободится, да? – спрашивает мама.

– Да, скорее всего.

– Присядь с нами, – просит Мелисса, но у меня нет желания разговаривать – я валюсь с ног.

– Нет, Лисса. Пойдем лучше наверх, в комнату.

Я беру несколько пакетов с нарядами и устремляюсь к лестнице.

– Мам, мы пойдем отдохнем.

– Идите, идите! – улыбается она. – Было приятно пообщаться, Мелисса.

– Мне тоже, миссис Андер… Мариса.

Моя подруга забирает свои покупки и идет за мной.

Поднявшись в свою идеально убранную комнату, я тут же падаю на кровать. Разваливаюсь на ней, раскинув руки в стороны.

– Чем займемся? – спрашивает Лисса, усаживаясь в кресло. – Посмотрим какой-нибудь фильм?

– Давай.

У меня нет сил даже рот открыть: от усталости я ничего не чувствую. – Только сперва надо посмотреть почту и зайти в «Фейсбук». Вдруг там появилось что-то интересное?

– Хорошо.

Лисса снимает легкую джинсовую курточку, кидает ее на спинку кресла и открывает мой «Макбук».

– Ты ведь помнишь пароль?

– А то!

Я лежу с закрытыми глазами, слушаю клацанье ноготков по клавиатуре и стараюсь привести мысли в порядок.

– Ой, Лидия! – нарушает тишину моя подруга. В ее голосе звенит удивление. – Тут кто-то прислал тебе ссылку на сайт для самоубийц.

– Что? – я подскакиваю и молниеносно оказываюсь рядом с Мелиссой.

– Вот, смотри.

Я смотрю в экран компьютера и вижу какой-то форум. Сбоку какие-то ссылки о способах суицида – повеситься, спрыгнуть с крыши высокого здания, застрелиться, выпить горсть таблеток, перерезать вены. Что за ужас? Кому пришло в голову прислать это мне?

– Мда…, – протягиваю я. – Интересно.

– Не понимаю, при чем тут ты и суицид?

– Вот и я не понимаю! Зачем мне это? Это ведь ужасно – прервать собственную жизнь.

– Ну, пожалуй, бывают случаи безысходности, – внезапно голос Мелиссы становится грустным.

– Эй, милая, не грусти. Мы ведь сильные, правда?

– Да, конечно…

Я замечаю на ее лицо слабую улыбку и тут же обнимаю.

– Помнишь, у нас была общая лекция по психологии, на которой был большой спор?

– О чем? О суициде?

– Да. Когда половина аудитории кричало, что покончить с собой – это поступок сильного человека? Что только очень смелый способен на самоубийство?

– Помню. А еще я помню, как ты кричала громче всех, что это не так. Кстати, я тобой очень гордилась в тот момент.

– Спасибо, родная. Я действительно так думаю. Самоубийство – это слабость. Несмотря ни на что, надо найти в себе силы и продолжать жить.

– Ты права.

И когда я успела стать такой умной?

– Давай не будем о грустном, хорошо? А ссылку надо удалить. Но я выясню, у кого в нашем потоке хватило мозгов отправить мне эту гадость.

– Обязательно!

Один клик мышкой, и злосчастная ссылка удалена.

– Еще интересное есть?

– Последние сплетни из Дьюка! – глаза моей подруги загораются энтузиазмом. – А точнее из нашего клуба. Это всегда интересно!

– Что за клуб?

– Лидия, ну ты даешь! «Грифон»!

– Ах, да! Ну конечно, «Грифон»…

Клуб «Грифон» – это что-то вроде братства. Но если в других колледжах есть странные братства типа «Каппа Каппа Тау» и прочей ерунды, то наш «Грифон» мог бы соперничать с «Порселианом» и «Фениксом» в Гарварде. Так же как и эти клубы, наш тоже закрытый. Там собираются и развлекаются только самые богатые отпрыски своих богатых родителей, спортсмены, музыканты, отличники и другие студенты, которые выделяются из общей толпы – каста привилегированных.

Мелисса состоит в клубе с прошлого месяца. Попала она туда благодаря высоким баллам по всем курсам. Вдобавок к этому, она еще и занимается благотворительной деятельностью. Я очень горжусь своей подругой.

– Лид! Тебя тут приглашают в «Грифон».

– Что? – Я не верю своим глазам. – За какие такие заслуги?

– Этого тут не написано. А ты что, не хочешь?

– А у меня есть выбор?

– Вообще-то есть. Но если ты откажешься, то это будет не в твою пользу.

– Почему?

– Можешь скатиться до обычных студентов, и даже деньги родителей не помогут. Ты ведь знаешь, у нас там все по кастам.

Я хмурю брови. Что за ерунда?

– Мелисса, ты знаешь Марка Цукерберга? Он не состоял в клубах! И это ему не помешало…

– Лидия, ты не гениальный программист! – перебивает она. – И у нас не Гарвард. А еще ты, кажется, пересмотрела «Социальную сеть».

– Джесси Айзенберг, Арми Хаммер и Эндрю Гарфилд – такие душки!

– Да, я в курсе, – улыбается Лисса. – В общем, если ты хочешь попасть в «Грифон», то на следующей неделе там будет вечеринка и посвящение в члены клуба. Все-таки семестр уже начался. Только вот я не думаю, что тебе стоит туда идти.

– Почему не стоит-то? Весело ведь будет, так?

– Да уж, весело. Там такое творится! Кошмар! Все об этом знают, но молчат. Родная, честно, я бы не советовала тебе туда идти.

– Лисса, я вроде как совершеннолетняя! А в оргиях учувствовать я не собираюсь. Ты ведь знаешь меня. И к тому же, ты сама сказала, что состоять в нашем закрытом клубе – это престижно.

– Ну, не знаю… Я сама там редко бываю: не нравится мне, чем там занимаются.

– Но, чувствуя доверие ведь тебя же никто не заставляет! Хочешь – смотри и принимай участие, не хочешь – сиди себе в сторонке.

– Лидия, обещай, что подумаешь! – Не успеваю я открыть рот, как Лисса перебивает меня: – Хорошо подумаешь!

– Обещаю, обещаю!

– Вот и славненько! – Мелисса подмигивает мне и смотрит на экран. – Итак! Сплетни!

Пока Мелисса читает слухи о студентах Дьюка, я решаю достать купленные вещи из пакетов. Одно платье за другим, коробка за коробкой. Надеюсь, все это поместится в моей гардеробной.

– Лидия! Ты только посмотри! – Мелисса разворачивается ко мне и удивленно хлопает ресницами.

– Что случилось?

– Тут пишут, что Крис расстался с мисс Кинг!

– Да, ладно!? Серьезно? – усмехаюсь я, расправляя потрясающее платье изумрудного цвета.

– Ага! «Девочки, кажется, мистер Бэд-бой теперь свободен!», – читает Мелисса.

– Интересно, откуда у них такая информация?

Лисса затихает и снова клацает по клавиатуре. Через минуту я опять слышу ее мелодичный голос:

– На «Фейсбуке» Ребекки в статусе написано, что она теперь свободна. Значит, все сходится – они расстались!

– Получается, самые продолжительные отношения у нашего мистера Джонса были с мисс Кинг, – рассуждаю я вслух. – Три месяца, да?

– Ага, – смеется Лисса. – Видимо, на большее его не хватает.

Пару часов мы обсуждаем все, что произошло за этот месяц на кампусе: кто с кем переспал, преподавателей, лекции и другие интересные темы. Похоже, сегодня – день сплетен и слухов. Обычно мы с Мелиссой разговариваем на более отвлеченные или даже философские темы.

– Ой, что-то мы засиделись, – говорит Лисса и встает с кресла. – Мне пора, а то Зара волнуется. – На часах уже почти восемь вечера, а до семейного особняка Уильямсов путь не близкий. – Отвезешь?

– Конечно!

Мы спускаемся в коридор. Мои родители сидят на диване перед телевизором и о чем-то спорят. Ну, слава богу, они разговаривают друг с другом! Значит, не все так плохо!

– Мам, я сейчас вернусь! Только отвезу Мелиссу домой.

– Пока, дорогая! – кричит мама из гостиной, обращаясь явно не ко мне. – Всегда рады видеть тебя в гостях!

– Спасибо, Мариса! – улыбаясь, отвечает моя подруга. – Мистер Андерсон, до встречи.

Выйдя на улицу, мы с подругой садимся в машину и едем к ней. Хорошо, что сейчас нет пробок.

***

16 мая 2014 года

Дорогой дневник! Сегодняшний день оказался таким же, как и все предыдущие: походы по магазинам и кинотеатрам, встречи с подругами и прочее. Ничего особенно интересного не происходит в нашем сером, пропахшем машинным маслом Дареме. Абсолютно нечем заняться. Меня уже тошнит от всего этого. Как бы я хотела уехать куда-нибудь в Калифорнию, помочить ножки в Тихом океане, прогуляться по Аллее славы, зайти в Музей мадам Тюссо, сделать пару фото с восковыми звездами Голливуда. Или уехать во Флориду, купить дом у моря и каждый вечер смотреть, как солнце опускается прямо в океан. Но, к сожалению, впереди лишь серые будни, университет, одни и те же улицы, скверы и здания. Единственное, что я люблю здесь, так это моих любимых подруг – Мелиссу и Дениз. Они замечательные! Почти каждые выходные мы гуляем по городу, пьем кофе, бегаем по магазинам. Мелисса очень любит книжные магазины! Она может торчать в них часами, выискивая подходящую книгу. Если книга Лиссе нравится, она способна прочитать ее за пару часов, и неважно, сколько в ней страниц. Помню, как в детстве она читала мне «Грозовой перевал». Эти трогательные моменты останутся в моей памяти навсегда. Кажется, я немного отвлеклась…

***

В восемь утра я уже стою перед домом своей подруги. Звонок Мелисса так и не починила. Не успеваю я толком постучать, как тяжелая деревянная дверь распахивается, и на пороге появляется Мелисса – уставшая, но улыбающаяся.

– Заходи! – Она нежно меня обнимает. – Будешь кофе? Латте? Или, может чаю?

– Да, выпью кофе, пожалуй.

Мелисса не спеша расхаживает по кухне с кружками и гремит посудой.

– Какая-то ты сегодня сонная, – говорю я, всматриваясь в тёмные круги у нее под глазами.

– Немного не выспалась. Завтра тест, поэтому вчерашний вечер я посвятила учебникам. Плюс сегодняшняя пробежка не пошла мне на пользу.

– Может, стоит остаться дома и отдохнуть? Как думаешь? – выпаливаю я, заранее зная, что она ответит.

– С чего это? Разумеется, я иду на учёбу. Никакая усталость меня не остановит! Я думала, ты хорошо меня знаешь, – возмущается подруга и с лёгкой улыбкой смотрит мне в глаза.

– Ну, конечно, я хорошо тебя знаю. Знаю, какая ты упрямая.

– Так, вот твой кофе! – Мелисса со звоном ставит передо мной чашку, берет свой латте и садится рядом, поджав под себя ноги. – Эй, я в порядке! Сегодня лягу пораньше. Давай рассказывай, ты как? Без происшествий?

– Все как обычно. За ночь совершенно ничего не произошло. Кстати, ты идешь на завтрашнюю вечеринку в «Грифон»?

– Ну, не знаю… Ничего нового там не будет. А про посвящение ты уже знаешь. – Наморщив нос, подруга отпивает из чашки. – Ты сама-то что решила: идешь или нет?

– Иду! – заявляю я, решительно вскидывая голову.

– Нет! Лидия, не надо! Тебе это не нужно. Пожалуйста, подумай еще раз. Я не хочу, чтобы ты была там, чтобы видела всю эту пошлость и разврат! – Она говорит так, будто я собралась участвовать в оргии меня нужно срочно отговорить. А ведь вчера она говорила об этом гораздо спокойнее.

– Ты серьезно? Мелисса, я не ребенок! Я уже взрослая и могу сама решить, куда мне идти, а куда нет.

– Ты просто не понимаешь! Послушай меня! Знаешь, чем все закончится? Всеобщей пьянкой с танцами на столе и оргией на десерт! Вот так! Разве ты хочешь на это смотреть или может участвовать в этом шабаше? – Мелисса почти кричит. Ее глаза горят, а я никак не могу понять, от чего она так меня оберегает. – Ты взрослая! А толку-то?

– Хватит! Я уже все решила! Я туда иду и точка!

– Тогда в этот раз я тоже пойду. Одну тебя точно не отпущу! – Мелисса хватает полупустые чашки и ставит их в посудомоечную машину. – Еще и Дениз захвачу!

– Как скажешь! И давай, поспеши, мы уже опаздываем.

***

18 мая 2014 года

Вчера я в очередной раз пересматривала фильмы о Гарри Поттере, и на меня напала страшная тоска. Я вспомнила, как была по уши влюблена в одного из главных героев. Это была совершенно безумная любовь. Когда я смотрела в его ярко-голубые глаза, я таяла. Когда сейчас вспоминаю об этом, то сразу улыбаюсь. Это было в первый раз, когда я почувствовала необходимость в парне, когда поняла, что мне это нужно – любить и быть любимой. Через несколько лет, уже в старшей школе, появился Райан – моя первая настоящая любовь. Мы вместе ходили на одни и те же уроки – французский язык, литературу, историю. Он был капитаном команды по американскому футболу, и я часто приходила на тренировки полюбоваться на него. Заметив меня, Райан подмигивал и мило улыбался. Мы встречались почти два года. Это было довольно насыщенное событиями время – мы много гуляли, веселились. Именно тогда я в первый раз попробовала сигарету и крепкий алкоголь. Мой первый настоящий поцелуй случился тогда же. Кстати, это ведь с Райаном я потеряла девственность. Помню, как долго длились эти минуты. Помню, как сильно нервничала, обнажая перед ним свое тогда еще никем не тронутое тело, как боялась, что что-то пойдет не так, боялась боли. К счастью, все прошло великолепно! Райан был таким нежным и осторожным, боялся причинить мне боль, старался все делать аккуратно. И мне было так приятно ощущать его внутри! После того, как все закончилось, я лежала в его объятиях и чувствовала, что стала взрослой. С тех пор прошло два года. Райан уехал, но расстались мы на хорошей ноте. Удивительно, но я совсем не скучаю по нему. Чувства к нему прошли, но я всегда буду помнить свою первую любовь – кареглазого капитана футбольной команды, любимца учителей, золотого мальчика – Райана.

Эти отношения многому меня научили. Когда влюбляешься, то видишь в любимом только положительные качества, смотришь на внешность, и тянешься к нему, так, будто он приковывал тебя к себе невидимыми цепями, и ты никуда не можешь от этого деться, да, и не хочешь. Вот он, тот самый момент, когда понимаешь, что влюбилась! Но что дальше? Ты хочешь как можно больше времени проводить с ним, погрузиться в эту сладкую негу – взгляды, прикосновения, поцелуи, занятия любовью. Ты ничего вокруг не видишь и не замечаешь, кроме него; ничего не слышишь, кроме его голоса. Неужели это и есть любовь? Как же все сложно! Кажется, я совсем запуталась.

Сейчас мне 19. Я уже любила, но я хочу любить еще! Только так сильно, чтобы чувства поглотили меня полностью. Чтобы я не могла представить себе жизни без него!

***

Вечер. Я попиваю горячий шоколад с молоком и вдруг слышу негромкие стуки в дверь. Кого это принесло на ночь глядя?

Я ставлю свою большую кружку на стол и нехотя открываю дверь. На пороге ни души. Странно. Я оглядываюсь и только тут замечаю на лестнице письмо. На белом конверте красивыми прописными буквами написано: «Лидия Андерсон, приглашаем Вас на Церемонию посвящения в клуб «Грифон». Ниже пометка: «Просьба не вскрывать конверт до прихода в клуб». Вот же заинтриговали! Теперь я точно пойду туда! Тем более, Мелисса будет со мной, а значит, бояться нечего.

Глава 2

Мы стоим напротив входа в «Грифон», и я заметно нервничаю. Делаю один вдох за другим, но все равно трясусь.

– Ну, ты готова? – спрашивает Лисса, крепко, по-дружески сжимая мою руку.

– Кажется, да, – отвечаю я дрожащим голосом.

– Не волнуйся, ты отлично выглядишь!

Если честно, мне страшно. Чего только не болтают об этих странных ритуалах вступления в клуб! Я, например, слышала, что новичков просят ответить на вопросы с подвохом, побегать голышом в мороз, залпом выпить бочку пива, целую неделю носить с собой какое-нибудь животное типа хорька или курицы или сотворить какую-нибудь другую, аналогичную глупость. Лично мне вовсе не хочется выставлять себя идиоткой или оказаться в дурацком положении. Ой, кажется, я уже начинаю жалеть о том, что пришла.

Спустя пару минут я все же решаюсь зайти внутрь. Мелисса идет позади – прикрывает тылы. Ну вот! Мне уже чуточку лучше.

Как только мы переступаем порог, тут же натыкаемся на толпу. Судя по всему, это такие же новички, как и я. Их человек двадцать, может, чуть больше.

Мелисса взглядом говорит мне «не переживай, все будет хорошо» и присоединяется к компании завсегдатаев клуба.

– Итак, – говорит какой-то высокий блондин в костюме, – добро пожаловать на вечеринку в честь новых членов клуба «Грифон»!

Звучат аплодисменты, а я чувствую облегчение и тихонько выдыхаю. Слава Всевышнему, нам не придется делать то, что мы не хотим. Единственное, от чего я бы не отказалось, так это сыграть в литрбол. Очень уж хочется выпить.

– Надеюсь, все принесли белые конверты? – спрашивает парень и, услышав дружное «да!», продолжает: – Вот и отлично! Вечеринка начинается!

Перед нами открываются двери, и вся толпа вваливается в большой зал. Здесь довольно красиво, пахнет деревом и табаком. Первое, что бросается в глаза – изысканная мебель и шкафы с книгами. Вдоль северной стены тянется длинная барная стойка.

В таком месте я оказываюсь впервые и совершенно не знаю, как себя вести. Мне неловко.

– Лидия, все в порядке? – слышу я сзади знакомый голос. Я оборачиваюсь и вижу Мелиссу.

– Да, все хорошо.

Она приобнимает меня за плечи.

– Держись ближе ко мне.

На самом деле я вовсе не собиралась далеко отходить от своей подруги, ведь я тут почти никого не знаю.

– А почему Дениз с нами не пошла?

– Она уехала к родственникам в Нью-Йорк.

– Ааа, точно! А ничего страшного, что она пропускает столь важное мероприятие?

– Нет, – усмехается Мелисса, – у нас же не ученый совет, а обычный клуб. Ее не выгонят, не бойся.

– Ясно, – вздыхаю я.

– Лид, пойдем, познакомишься с кем-нибудь.

– Отличная идея!

Мы пробираемся сквозь толпу к барной стойке. Возле нее стоят несколько столов с закусками и небольшой черный кожаный диван. И как я их раньше не заметила?

– Мелисса! – кричит какая-то блондинка. Она сидит на диване, закинув ногу на ногу. – Рада тебя видеть!

– Привет! – улыбается Лисса и поворачивается ко мне: – Лид, познакомься, это Полина Васильева. Она из России.

– Приятно познакомиться.

Она протягивает мне руку, и я робко жму ее пальчики.

– И мне.

Втроем мы садимся на диван.

– Ничего себе, из России! А знаешь, у тебя почти нет акцента, – говорю я, стараясь быть как можно вежливее.

– Спасибо! Мы с родителями живем в Штатах очень давно, но полностью избавиться от акцента у меня так и не получилось.

– Ничего страшного! В этом твоя изюминка.

Скорее всего, Полину взяли в «Грифон» из-за русского происхождения, хотя она довольно хороша собой: небесно-голубые глаза, почти белые волосы, приятные черты лица. Чисто славянская внешность. Таких здесь мало.

– Выпьем? – предлагает она.

– Не откажусь, – весело произносит Лисса и тем самым дает мне зеленый свет. Если пьет она, значит, и мне можно.

– Я тоже.

– Ник, три текилы! Спасибо! – кричит Полина и снова переводит взгляд на нас с Мелиссой.

– А вы давно знакомы? – спрашиваю я. Интересно, почему Мелисса не рассказывала мне про русскую?

– Нет, мы познакомились недавно, пару недель назад. Я сама попала сюда только в прошлом семестре. Чувствовала себя белой вороной. Поначалу было тяжеловато, но потом я привыкла.

– Ясно. Я тут первый раз. Меня пригласили в качестве новичка – сунули белый конверт под дверь. Я так удивилась!

– Это еще что! – хихикает Полина. – Когда принимали меня, нас заставили выкурить два пивных кальяна. Слава Богу, я выдержала испытание. Правда, потом было так плохо… Но оно того стоило! Здорово повесились.

– Ваша текила! – раздается голос бармена.

Мы встаем и подходим к барной стойке. Крупицы соли, и жгучая жидкость проникает в мое горло. Я первый раз пробую текилу: вкус необычный, но пробирает.

– Хорошо пошла! – говорит Полина. – Еще?

– Нет, что-то не хочется, – морщусь я. – Я лучше выпью «Джек Дэниэлз».

Мы выпиваем несколько рюмок, и мне становится веселее.

– У меня такое ощущение, что мы находимся тут целую вечность! – говорю я, стараясь перекричать музыку.

Мелисса нетвердой рукой достает из сумочки мобильный телефон и смотрит на светящиеся часики на дисплее.

– Ух ты! Уже три часа ночи! Мда, время быстро летит. А я, кажется, немного напилась.

– Мы видим! – И Полина заливается звонким смехом.

Музыка становится тише. Взгляды всех присутствующих устремлены на лестницу в глубине зала. На ней стоит блондин. Мы с девочками подходим ближе: чует мое сердце, сейчас будет какое-то странное испытание, а я пьяная и совершенно не готова совершать безумства.

– Попрошу всех новичков встать сюда, на середину, – говорит он таким торжественным голосом, будто собирается вручать нам Оскар. – Захватите с собой белые конверты.

– Напоминает какой-то пионерский лагерь, – фыркает Полина.

– А что это? – спрашивает Лисса.

– Позже расскажу.

Она легонько толкает меня в плечо и забирает у меня сумочку. Я делаю несколько шагов вперед, крепко сжимая в руке конверт.

В зале воцаряется тишина. Только где-то вдали играет музыка. Все новички, включая меня, выстраиваются перед лестницей. Я ощущаю себя кобылой на невольничьем рынке! Ощущение не из приятных.

– Итак, вскройте конверты! – громко объявляет блондин. – Пора узнать, приняты ли вы в наш Клуб!

Мои пальцы дрожат. Я открываю конверт и достаю белоснежную карточку, на которой черными прописными буквами написано: «Мисс Лидия Андерсон, добро пожаловать в Клуб „Грифон“». Я облегченно вздыхаю, и на моем лице сама собой расплывается довольная улыбка. Я принята в Клуб! Вот уж не думала, что эта новость так меня обрадует!

Глазами я ищу Мелиссу. Она стоит в толпе завсегдатаев и улыбается мне. Я оглядываюсь и вижу расстроенные лица тех, кого не взяли. Что ж! Ничего страшного! Единственное, чего я не могу понять, так это зачем надо публично унижать тех, кто не прошел? Их просто вывели из здания Клуба.

Впрочем, мне сейчас некогда о них думать: я-то здесь! Теперь можно расслабиться.

– Ну, поздравляю, Лид!

Мелисса подходит ко мне и крепко, но сдержанно обнимает меня.

– Спасибо, родная. Правда, по твоему лицу не скажешь, что ты рада.

– Я немножечко побаиваюсь. В конце концов, вечеринка-то еще не закончилась. Мало ли что может случиться…

– Ой, Мелисса! – смеюсь я. – Ты вроде пьяная, а стараешься все контролировать!

– Без этого никуда! – Она приобнимает меня за плечи. – Пойдем!

Вот сейчас я чувствую себя намного лучше.

– Поздравляю, мисс Андерсон, – говорит блондин, подходя к нам с Мелиссой.

– Спасибо, – улыбаюсь я.

– Меня зовут Пол. Я тут главный.

Блондин вальяжно поднимает голову и сверлит меня глазами. А Лисса не предупреждала, что все парни здесь обладают способностью к соблазнению.

– Я заметила, – отвечаю я с ноткой сарказма в голосе. – А вы так к каждому новичку подходишь или только ко мне?

– Только к тебе. Такой ответ устроит?

– Меня устроит правда, – говорю я, сощурив глаза.

– Ух, какая ты злая. Ты всегда такая?

– Только по пятницам.

– А сегодня как раз пятница, – встревает в разговор Мелисса, но я этому рада.

– Мелисса! Не знал, что ты придешь! Оставила свои книги без присмотра?

– В отличие от тебя, мои книги в порядке!

Мелисса взглядом дает понять, что просто захотела прийти и никуда не уйдет. Хотя по ее собственным словам бывает она тут редко.

– Я так понял, ты сегодня сопровождающее лицо? Боишься, что с твоей драгоценной подругой что-нибудь случится?

Мелисса подходит к Полу настолько близко, что утыкается в него носом. Я наблюдаю за происходящим и понимаю: тут что-то не чисто. Напряжение буквально висит в воздухе.

– Я прослежу, чтобы такие, как ты, не подходили к Лидии, не волнуйся! – Лисса презрительно улыбается в лицо Полу, а тот старается не показывать злость и обиду. М-да, весело тут. – А теперь, если ты, господин главный, не против, мы пожалуй, пойдем.

Мелисса кидает на меня встревоженный взгляд, и я тут же трогаюсь с места, обводя Пола взглядом. Надеюсь, здесь не все такие мерзкие, как он.

– И что это было?

– Ты о чем? – фыркает Лисса, садясь на кожаный диван.

– Не притворяйся. Такое ощущение, что между вами с Полом что-то было, а ты мне даже не рассказала!

– Ой, Лид! Ты что! – усмехается подруга. – Ничего у нас не было!

Я недовольно кривлю губы. Знаю этот тон.

– Ну что ты так смотришь на меня?

– Видно ведь, что этот крашенный блондин к тебе неровно дышит!

– Поначалу Пол пытался ко мне приставать, вот и все. Но я сделала ему «отказать». Не нужен мне такой придурок.

– Вот и правильно. Слушай, а это из-за него ты редко сюда ходишь?

– Ничего подобного! Он, конечно, меня бесит, и я стараюсь с ним не общаться, но есть более веские причины не ходить сюда. Хотя… Теперь, когда ты тоже член «Грифона», придется ходить чаще, с тобой.

– Ты у меня такая заботливая! – смеюсь я.

Спустя несколько минут мы с Мелиссой, Полиной и еще несколькими парнями и девушками направляемся к барной стойке, чтобы сыграть в литрбол.

Бармен разливает текилу по стопкам. Кто больше выпьет и не запьянеет, тот и победил.

Одна стопка за одной, стук стекла по дереву, музыка… Нам весело. Вокруг ни одной пьяной рожи: как ни странно, все трезвые. И как мы теперь определим победителя?

– Я смотрю, наша игра зашла в тупик, – немного заикаясь, произносит Полина. – Так мы можем выпить все запасы текилы в баре! – Все смеются, будто русская сказала что-то очень веселое. – Может, сыграем во что-то поинтереснее?

– Есть идеи?

– Вообще-то, есть. В России мы часто играем в «бутылочку». На плоскую поверхность кладут пустую бутылку, и все становятся вокруг нее.

– Интересно, – говорит один из парней. – И что дальше?

– Бутылку раскручивают. Те, на кого укажут горлышко и донышко, должны поцеловаться с языком, – объясняет Полина, кокетливо опустив голову.

Всем явно нравится эта игра. У представителей мужского пола глаза горят, а девушки мнутся, точно студентки перед симпатичным преподавателем. Забавное зрелище!

– Ну, будем играть? – спрашивает Полина.

– Лично я «за»! – кричит Пол.

Мелисса наигранно закатывает глаза и подходит ко мне.

– Ты будешь играть? – спрашиваю я.

– Чтобы нарваться на поцелуй с Полом? Ну, уж нет!

– Ясно, – смеюсь я. – А я вот не против сыграть. – Моя Мелисса смотрит на меня так, будто хочет сказать: «Серьезно?». – Да брось! Ничего не случится! Тем более, ты будешь следить за всем со стороны.

– Хорошо, играй.

– Спасибо!

Я чмокаю её в теплую щеку.

– Я, пожалуй, сыграю с вами.

– Ооо, мистер Джонс соизволил присоединиться к нам! – вопит блондин, раскидывая руки в стороны.

– А почему бы и нет, Пол! Ты ведь не против, – Джонс ударяет блондина по плечу. Остальные шушукаются. Все знают, что мистер Сексуальность, самый популярный парень в клубе – Кристофер Джонс – расстался со своей девушкой и решил оторваться по полной. Классическая прогрессия.

Итак, пустая бутылка от какого-то дорогого шампанского у нас есть, круглый стол из красного дерева, с которого убрали пепельницы, бутылки и книги, тоже есть. Помимо меня играет Полина, Пол, Джонс и еще две пары. Вокруг нас собирается толпа. Мелисса подходит ближе, чтобы наблюдать за мной.

– Надо встать в определенном порядке: парень, девушка, через одного, – командует Полина, и все подчиняются. Русская кладет бутылку на стол и раскручивает ее. Мы с замиранием сердца следим, на кого она укажет. Это… Пол и Полина!

– Ух ты! – говорит какой-то неизвестный мне парень с французскими косичками. – Давайте, целуйтесь!

Пол подставляет губы, и русская его целует. Их поцелуй длится несколько секунд – смачный, с языком. Все вокруг хлопают, свистят, смеются. Я смотрю на Мелиссу, которая все никак не может расслабиться. Интересно, какое у нее будет лицо, когда бутылка укажет на меня?

– Пол, твоя очередь! – объявляет Джонс. Если честно, я не очень хочу, чтобы попало на меня. Мне не хочется целоваться ни с кем, особенно с Полом! Он такой противный! Насчет Джонса не уверена. Хотя, если отбросить сомнения и предрассудки, то Крис хорош собой. А эти губы! Что не скажешь про двух других парней. У того, что с косичками, губы такие красные, будто у него больная печень. А может, он просто целовался до этого с девушкой с красной помадой. Издалека не разобрать. Высокий брюнет, который стоит рядом с какой-то рыжеволосой девушкой, вроде симпатичный, но слишком скромный. Не пойму, почему он согласился играть? В общем, к нему меня тоже не тянет.

– Лидия, наш новичок! – слышу я отвратный голос Пола. – Ты и Полина! Полина, тебе сегодня везет!

Ой-ой-ой, а про девушек я и не подумала! Хотя с другой стороны, лучше с девушками, чем с парнями. По крайней мере, сейчас.

Я пододвигаюсь ближе к русской. Она кладет влажную ладонь на мою шею и засовывает язык мне в рот. Мы ласкаем друг друга буквально пару секунд, но мне уже надоело. Полина такая настойчивая! Я слышу возгласы толпы, и мы, наконец, отрываемся друг от друга.

Я тут же возвращаюсь на свое место и ищу глазами Мелиссу. Она стоит и улыбается. Я так боялась, что она будет ревновать! Но, похоже, для нее важнее, чтобы ко мне не приставали парни. Если дело касается девушек, все в порядке.

Как я понимаю, теперь моя очередь крутить бутылочку. Уф, слава Всевышнему, на сей раз она указала на брюнета и какую-то девушку, имя которой мне неизвестно. На их весьма продолжительный поцелуй толпа реагирует не так бурно, как на предыдущие. Скорее всего, эти двое встречаются.

Скромняжка крутит бутылку. Я смотрю по сторонам: надеюсь, сегодня мне больше не выпадет целоваться.

– Лидия!

Я слышу голос Полины и тут же отвлекаюсь от своих мыслей. О, нет, опять я? Подняв голову и посмотрев на горлышко бутылки, я понимаю, что целовать мне придется Джонса! Даже не знаю, как на это реагировать. С одной стороны, целоваться я не хочу, но с другой – он так сексуально стоит, так смотрит на меня! Стоп, Лидия, возьми себя в руки! Кажется, это проснулся мой внутренний голос. Где же он раньше-то был? Когда я соглашалась играть…

Джонс подходит ко мне и тянется за поцелуем. Я медленно отстраняюсь, давая понять, что не готова пустить Джонса в свой рот, и слышу недовольные возгласы за спиной.

– Боишься? – с ухмылкой спрашивает он.

– Я? Разумеется, нет! Чего мне бояться?! Просто не хочу.

Он резко прижимает меня к себе, так что я не могу пошевелиться, и грубо впивается в мои губы. А я уже не слышу ничего вокруг. Я обвиваю рукой его шею, задевая гладко выбритую щеку большим пальцем. Кажется, время остановилось… Я ощущаю, как по моим венам растекается блаженство, и это пробуждает во мне страсть. Мне нравится эта грубость. Внезапно у меня возникает желание укусить его за нижнюю губу, что я и делаю.

Почувствовав резкую боль, Джонс прерывает поцелуй. Он проводит большим пальцем по своей губе и удивленно смотрит на меня. Толпа заливается смехом, а Джонс явно недоволен. Я почему-то ощущаю себя победителем. Мне удалось поставить мистера Сексуальность в неловкое положение.

Мне даже кажется, что после этого поцелуя я немного протрезвела. А была ли я пьяной? Господи, что со мной?

– Джонс, теперь крутить тебе, – говорит Пол.

– Нет, хватит, – отвечает Крис. – Играйте без меня. Мне надо выпить.

Он уходит, и я теряю всякий интерес к игре. Время пролетело так быстро! Кто-то из толпы кричит, что уже начало пятого. На место Джонса никто не претендует, и наша компания разбредается по разным углам.

– Лидия! – кричит Мелисса. – Ты в порядке?

– Конечно! Я всего лишь укусила самого популярного парня в клубе.

– Я смотрю, ты в восторге.

В ответ я лишь смеюсь.

И как мне мог понравиться поцелуй с парнем, про которого ходит столько отвратительных слухов? Один из них мне особенно запомнился. Как-то раз, рассказывала Дениз, Джонс умудрился заняться сексом с близняшками прямо в аудитории на третьем этаже главного корпуса университета. И все бы ничего, если бы его не застукали профессор со своими студентами. Ну и шумиха поднялась! Правда, у родителей Джонса много денег; неудивительно, что его не исключили.

Мы с подругой подходим к барной стойке – нам срочно нужно выпить.

– Лидия, так? – спрашивает Крис, бросая на меня свой фирменный надменный взгляд. Я смотрю ему прямо в глаза – они пепельно-серые.

– Верно.

– И что это было?

– Ты о чем? – невинно говорю я, будто ничего не произошло.

– Лидия! – Он делает многозначительную паузу и наклоняется к моему уху. От его дыхания по моему телу бегут мурашки. – Ты даже не представляешь, что ты натворила.

Похоже, я его разозлила: поцелуй со мной надолго ему запомнится.

– Хочешь повторить?

Ой, что я сказала? Я не хочу еще раз проходить через это… или хочу? Я запуталась!

– Ты сама будешь меня умолять об этом, детка, – ухмыляется он и, буквально прожигая меня взглядом, возвращается к своим приятелям.

– Какого хрена он себе позволяет?! – ругается Мелисса, уткнув руки в боки. – А ты что творила несколько минут назад?

Похоже, моя подруга злится из-за того, что я привлекла к себе излишнее внимание.

– Да, ладно тебе! Ничего страшного не произошло.

– Ну, да! Конечно! – саркастично произносит она. – Ты еще Джонса не знаешь!

Бармен-блондин мило улыбается нам. Кажется, он Джонса хорошо знает.

– Что будете пить, леди? – спрашивает он, приподнимая одну бровь.

Честно говоря, я очень люблю элитный виски, но самое вкусное всегда оставляю напоследок. Поэтому я решаю сначала взять мой любимый коктейль, «Лонг Айлэнд». В его состав входит водка, джин, светлый ром, текила, ликер «Куантро», сахарный сироп, лимонный сок и «Кока-Кола». Ну, и лед, разумеется. Невероятно вкусно! Когда я его пью, во мне просыпается истинный ценитель алкоголя. Моя подруга Мелиса как всегда берет «Пина Коладу». Мы смотрим, как бармен наливает белый ром, затем кокосовый ликер и ананасовый сок. В ажурном бокале сверкает лед, а сбоку красуется долька ананаса на песочном сахаре. Выглядит очень красиво! Мелиса просто обожает этот коктейль!

Мы быстро осушаем бокалы. Кажется, у меня поднимается давление. Вся алкогольная составляющая, что была в коктейле, ударяет мне в голову. И это странно, ведь обычно я очень медленно пьянею. Возможно, сегодня какие-то магнитные бури. Хотя, скорее всего, это просто хорошее настроение и атмосфера вечеринки так влияют на меня. Так, Лидия, заканчивай анализировать. Сегодня твой день! Просто наслаждайся! Я стараюсь ни о чем не думать и заказываю еще один бокал. На этот раз мой выбор падает на «Мартини Драй». А вот Мелисе, кажется, хватило одного коктейля, и она заказывает какое-то неприлично дорогое белое вино.

Не успеваю я засунуть в рот соломинку, как вижу симпатичную фигуру Джонса. Он идет к нам.

– Решила напиться, чтобы отвлечься от того, что было? – Крис небрежно опускается на стул, стоящий передо мной, и швыряет бармену деньги.

– А тебя что-то не устраивает? – говорит Мелиса, сделав глоток вина.

Крис не обращает внимания на ее слова, но я по глазам вижу, что он недоволен и с трудом пытается это скрыть.

– Пожалуй, я тебя угощу, – говорит он с наглой ухмылкой.

– Хочешь напоить меня? – хмыкаю я, кокетливо поднимая брови.

– Детка, ты уже и так пьяная. Ник, плесни-ка мне виски! Ты знаешь, какой я люблю.

Я поворачиваю голову и вижу, как блондин хватает «Джек Дэниэлс». Мой любимый виски! Хм! Оказывается, у нас с Джонсом есть хоть что-то общее, и меня это радует.

Как же мало сухого мартини в бокале! С тех пор, как мне его налили, прошло не более пяти минут. Черт, неужели мы с подругами действительно сегодня напьемся? А почему бы и нет? Повод имеется. Большое количество денег тоже. Гуляем!

– Еще? – спрашивает Крис, отвлекая меня от мыслей.

– Может, ты не будешь так много пить? – вмешивается Мелиса. Вид у нее какой-то обеспокоенный. Но меня это не удивляет. Просто моя лучшая подруга переживает за меня. – Лидия, последний бокал и все. Нам еще домой ехать.

– Не волнуйся! – улыбаюсь я, хлопая ее по плечу. – Ты же меня знаешь! Если даже я выпью пол бара, не запьянею. Тебе в любом случае не придется меня тащить на себе, и в луже рвоты я не утону.

– Очень надеюсь на это! – отвечает подруга.

– Ты в этой компании лишняя. Ханжей сюда не звали! – вклинивается Джонс.

Мелиса саркастически кривит свое милое личико и становится похожа на Джокера из «Бэтмена». Кажется, наш красавчик Джонс ее явно раздражает.

От назревающего конфликта мне почему-то становится весело. Я всем своим видом требую продолжения спектакля. Мелиса всегда отвечает парням, которые ее раздражают, крепким словцом. И делает это так, что меня прямо гордость распирает. Да и по Крису было видно, что он не против устроить скандал.

– А тебя вообще никто не звал! – Мелиса, кажется, настроена решительно. – Так что проваливай!

Ого, назревает реальный конфликт, но мне страсть как интересно. На колкости моей подруги Крис отвечает неохотно.

– Ууу! – Серые глаза парня сверкают чрезмерной уверенностью в себе. Он явно готов к словесной дуэли. – Похоже, девочка не из робкого десятка! Значит, я ошибся. Ты не ханжа, ты хамка!

– Какое право ты имеешь делать обо мне выводы? Ты меня не знаешь! Так что советую тебе поискать другую песочницу, мальчик!

– Ты забываешься, детка! – Крис встает со стула и приближается к Мелисе.

Со стороны может показаться, что они сейчас выцарапают друг другу глаза. Они похожи на двух петухов в боевых стойках. Я вижу, как Полина, которая только что вернулась из дамской комнаты, подходит к Мелиссе и встает сзади, чтобы, в случае чего, оказать поддержку.

– Не смей меня так называть! – Мелисса явно не хочет заканчивать ссору с Джонсом. Такой уж она человек: ей обязательно надо, чтобы последнее слово осталось за ней. – Я тебе не шлюха какая-нибудь!

Напряжение растет. Я оглядываюсь и вижу, как парни и девушки бросают свои дела и начинают подтягиваться к барной стойке. Клуб превратился в театр! А мне уже не так весело.

Репутация у Кристофера Джонса сомнительная, и мне даже страшновато за подругу. Все, хватит!

– Крис, пожалуйста, прекрати. Давай лучше еще выпьем, – вмешиваюсь я, но он не реагирует.

– Мелисса, хватит! – просит Полина и старается оттащить ее от Джонса.

– Подожди! Сейчас я с этим сосунком разберусь и пойдем.

Я не вижу лица Мелиссы, но спинным мозгом чувствую, что она не на шутку разозлилась.

– Он этого не стоит!

– Послушай русскую, а то пожалеешь, – прорычал Крис.

– Он еще и угрожает! Вы только посмотрите!

Так, стоп! Тут я просто обязана вмешаться! Признаюсь, я даже протрезвела. Встав со стула, я подхожу и встаю между ними.

– Хватит! Ну, пожалуйста! Вы портите мне, себе и остальным весь вечер! Ты же умнее его! Закончи ссору первой.

Она смотрит ему прямо в глаза, задирает нос, разворачивается и уходит. А я, наконец, могу вздохнуть с облегчением. Наконец-то! Теперь можно расслабиться. Девочки растворяются в толпе, которая явно начинает скучать.

Я возвращаюсь за барную стойку.

– Твоя подруга та еще сучка! – Крис подходит ко мне и садится рядом.

– Ты сам виноват! И не смей ее так называть! По крайней мере, при мне.

– Ты слишком развязна и пьяна, что бы мне указывать. И вообще! Сменим тему, Лидия. Я хочу основательно напиться. Ты со мной?

– Да.

Крис допивает свой виски и жестом велит бармену налить еще.

– Что будешь?

– То же, что и ты. «Джека».

– Отлично, детка! – Я так и знала! Джонс называет так всех девушек. Как предсказуемо! – Колу, лимон или лед?

– Нет, чистый виски, – говорю я.

Крис немного удивлен.

– Двести! – кричу я бармену.

– Тебе не многовато будет, а?

– Нет! Конечно, нет! Даже маловато!

Или все-таки многовато? Я и сама уже не знаю. Мне сейчас очень хочется расслабиться. Это трудно, когда рядом с тобой такой красивый парень. Лидия, держи себя в руках. Тебе не может понравиться такой напыщенный индюк, как Кристофер Джонс.

Мой внутренний голос убеждает меня не заглядываться на него. Эта его репутация соблазнителя, ужасные слухи… Самый парадоксальный из них, на мой взгляд, это слух о том, что Джонс толкает экстази в университете. Нет, он, конечно, тот еще гад, но наркотики? Нет, не думаю. Я стараюсь перекричать мой внутренний голос, но снова слышу: не связывайся с ним! А что здесь такого? Мы просто выпьем вместе! И ничего более.

– О чем ты так задумалась? – прерывает Крис мои бурлящие мысли.

– Ни о чем.

Мы чокаемся, и наши стаканы издают мелодичный, хрустальный звон. Я делаю маленький глоток, и жгучая жидкость медленно льется мне в горло. Я морщусь от градуса. Как же я люблю это ощущение! После того, как спирт улетучивается, на языке остается приятное карамельное послевкусие. Я облизываю губы и ставлю стакан на стойку. Смотрю на Криса: этот красавчик хлещет виски так, будто это кола! Ни одна мышца не дергается на его лице! Лично меня всегда поражает, как люди могут так пить крепкий алкоголь.

Мы приканчиваем пол литра виски, и его жидкая тьма окутывает нас с головой. Вокруг меня все плывет. Кажется, пол вот-вот уйдет у меня из-под ног. Слава богу, что я сижу на стуле! Я начинаю нести какую-то несуразицу про то, как я в детстве нашла котенка и притащила его домой, но моя мама, бесчувственная женщина, выкинула его на улицу.

– Как же мне было неприятно! – говорю я пьяным голосом, закрывая лицо руками. – Ты бы знал! Я так злилась на свою маму. И только теперь поняла, что она была права.

Я смотрю на Криса и вижу, что ему ни капли неинтересно слушать мою ахинею. Он хоть и пьян, но не так сильно, как я. Его глаза отражают безразличие, но он молча слушает меня. Может быть, он что-то задумал? Если даже и так, мне все равно. Я пытаюсь сохранить самообладание и не начать вытворять то, что я никогда в жизни не делала. Например, танцевать стриптиз на столе.

Интересно, а где Мелиса? Что-то я давно ее не видела.

– Мне надо выйти проветриться.

Я изо всех сил стараюсь не упасть. Проклятые каблуки! Я спотыкаюсь, но меня спасает край барной стойки. Крису, видимо, наплевать, что я чуть не загремела. Хоть бы помог девушке!

– Куда собралась? – спрашивает он. Я его еле слышу!

– Я же сказала: на улицу, – отвечаю я и облокачиваюсь на его плечо. – Скоро вернусь.

Нетвердой походкой я иду к выходу. Как же здесь душно! Спертый воздух не дает мне дышать. Взглядом я встречаю парней и девушек, занимающихся не понять чем. Чувствую прикосновения чужих рук, слышу крики.

Прорвавшись сквозь толпу, я оказываюсь у самых дверей и вываливаюсь на улицу.

– Мелиса! Ты где?

Я бреду вдоль темной кирпичной стены, а точнее между ней и резным металлическим забором.

– Лидия!

Я оборачиваюсь.

– Лисса! Полина! А я вас везде ищу! Мы там с Крисом уже выдули бутылку виски!

– Этот идиот к тебе не приставал? – с серьезным видом спрашивает подруга.

– Нет, конечно! Но все еще впереди, я думаю. Ты не переживай! Ты же меня знаешь!

– Мне уже начинает казаться, что не очень хорошо! – Мелисса строит мне рожу. Она недовольна моим поведением. Но она мне не мать, чтобы делать замечания, а лучшая подруга!

– Полин, ну, скажи ей!

– Может, и нам выпить? – покорно говорит Полина.

– Пошли хоть потанцуем! – Я намерена затащить подруг в клуб любой ценой. – Обещаю, с Крисом ты не столкнешься!

– Ну, хорошо, идем!

Мои губы растягиваются в широкую улыбку.

Ди-джей сделал музыку громче. Не успели мы зайти внутрь, как ударники тут же долбанули мне по голове, будто кувалдой. Но мне понравилось, ведь это мой любимый стиль – хип-хоп. Как только я слышу басы и биты, мое тело само собой начинает двигаться в ритм, а голова покачивается как у китайского болванчика. Такая музыка всегда поднимает мне настроение. Она просто создана для танцев и вечеринок! А вот Мелисса говорит, что хип-хоп и музыкой-то назвать сложно! Вкусы у нас довольно разные – она просто обожает душераздирающие песни с явным завыванием в припевах. Никогда ее не понимала. Но мы никогда не спорим на этот счет. Как говорится, на вкус и цвет товарища нет.

Мы проходим вглубь клуба на танцпол. Мелисса видит Криса у барной стойки и тут же изъявляет желание немного потанцевать. Я саркастично улыбаюсь. Моя подруга не хочет даже смотреть на моего нового приятеля. Но это не удивительно.

Полина и Мелисса остаются на танцполе, а я снова иду выпить.

– Эй! – кричу я. – Ник, налей мне еще виски!

– О, детка, да ты разошлась не на шутку! – выпаливает Крис, опрокидывая стопку с текилой.

– Я смотрю, и ты тоже! Как в тебя столько влезает?

В ответ я слышу его смех. Какой же он у него заразительный! Мне тоже хочется улыбаться.

Диджей поставил один из моих любимых треков Бейонсе – 7/11. Замечательно! Я выпиваю виски и собираюсь на танцпол.

– Моя песня! – кричу я. – Ты как хочешь, а я танцевать!

Краем глаза я замечаю слегка удивленный взгляд Криса и его ехидную улыбочку а-ля «девочка разошлась». Но мне все равно – я хочу танцевать.

Выйдя на середину танцпола, я начинаю повторять движения Бейонсе из ее весьма оригинального клипа. Полина делает то же, что и я. «Не проливай алкоголь!» – пою я вместе с Би, делая причудливые движения руками. Мне невероятно весело! Мелиса стоит рядом и смеется над нами. Я представляю, как мы с русской выглядим со стороны. Наверное, это действительно забавно.

Я стараюсь двигаться сексуально, изображая диву. Надеюсь, у меня неплохо получается. Вообще, я думаю, что умею танцевать. Смотрю по сторонам и замечаю изумленные глаза танцующих вокруг завсегдатаев «Грифона». А мне все-таки удалось привлечь внимание! Я делаю волну телом, двигаю бедрами и симпатичной упругой попой. «Джек», который я выпила примерно пять минут назад, с новой силой ударяет мне в голову. От жары, алкоголя и танцев пот льет с меня ручьем.

И тут наступает самое приятное – моя любимая часть в конце песни. Голос Би звучит так мелодично и сексуально, что от удовольствия я закрываю глаза. Я делаю шаг назад и ощущаю, что кто-то стоит сзади. Я поворачиваю голову и вижу Криса. Он наклоняется и утыкается носом в мою щеку. Его дыхание щекочет мне кожу на шее, и я начинаю медленно таять, как воск под лучами палящего солнца. Я запрокидываю голову, и она тут же оказывается у него на плече. Я всем телом прижимаюсь к нему и продолжаю наслаждаться песней. Пары алкоголя, витающие в воздухе, действуют на меня как сладкий нектар, как наркотик. Я будто в трансе; меня ничто не волнует: ни мнение окружающих, ни то, как я выгляжу со стороны.

Руки Джонса уже шарят по моей талии и животу. И, кажется, мне это нравится. Песня резко заканчивается, и я словно выхожу из комы.

Ди-джей решает поставить что-то веселое и включает песню Кэти Перри «This is how we do». Трек действительно довольно смешной, и я возвращаюсь с небес на землю. Я резко убираю руки Криса со своей талии, поворачиваюсь и отталкиваю его от себя.

– Что не так? – смеется он. – Пару минут назад тебе нравилось!

– Все меняется! – отвечаю я с надменной улыбкой. Сама не поняла, зачем.

– Лидия, что это было? – спрашивает Мелисса. На лицах девочек написано удивление. Да уж! Они явно не ожидали от меня такого поведения. Только я тут не причем. Это «Джек Дэниэлс». Это он во всем виноват.

– Ничего! Неужели вы не можете просто расслабиться? – Я раскидываю руки в стороны и вопросительно поднимаю плечи и брови. – И повеселиться?

– Нам и так веселее некуда! – говорит Полина, стараясь хоть как-то разрядить обстановку. Правда, ничего у нее не получается.

– Твоя натянутая улыбка не помогает. Сейчас я принесу вам выпить.

Я решаю взять парочку стопок с текилой. Голубоглазый Ник наливает мне три. Одну я опрокидываю сразу, а остальные несу девчонкам.

– Что это? Текила?

– Да! Для разнообразия.

Следующие полчаса мы просто смеемся и болтаем, подпирая стенку. Мы специально встаем подальше от колонки, чтобы клубная музыка не долбила по ушам. На часах уже 5 часов утра, вечеринка в самом разгаре. Подвыпившие веселые студенты превратились в массу потных полуголых тел.

У меня нет желания смотреть на оргии! Это ужасно противно! Я прошу девчонок пойти со мной в туалет. Да и, если честно, моя голова скоро взорвется от громкой музыки! На полпути на второй этаж Мелисса зацепляется языками с какой-то однокурсницей.

– Вы идите, а мы пока поболтаем.

Мы с Полиной поднимаемся наверх.

Навстречу нам несутся два голых парня и орут, как сумасшедшие. Ей-богу, в этот момент мне хочется выколоть себе глаза! Нет, я, конечно, раньше видела мужские половые органы, но сейчас мне нисколько не хочется их лицезреть! Я жмурюсь и кричу им в след какие-то ругательства. Мы с русской переглядываемся между собой и заливаемся звонким смехом.

– Это у них тут забава такая! Как напьются в хлам, начинают брать друг друга на «слабо»! – хихикает Полина. – Ох уж эти мужчины! Что с них возьмешь – низшие существа!

Стоя у зеркала, я достаю из косметички пудру и тут слышу стук – будто кто-то заколачивает гвозди в стену. И женские стоны. В одной из комнат несколько человек занимаются групповым сексом. По крайней мере, нам так показалось.

Наконец, мы спускаемся вниз. Я смотрю по сторонам, ищу Мелиссу.

– Эй! Я здесь! – доносится ее голосок из глубины зала.

Я машу ей рукой.

Под дружные вопли «Давай, Габриэлла!!!» моя однокурсница исполняет свой любимый танец – стриптиз на столе. Эта всеми любимая развратница всегда устраивает нечто подобное. Пока парни таращатся на ее идеальную фигуру и пускают слюни, девушки фыркают, задрав носы от зависти. Похоже, только мы трое не завидуем Габриэлле.

Мы встаем рядом с Мелиссой.

– Опять она за свое! Скоро эти танцы войдут в традицию «Грифона»! – говорит Лисса, стараясь перекричать музыку. Нам не очень нравится наблюдать голые прелести нашей общей знакомой, и мы уходим.

– Эй! Осторожнее, детка!

Я натыкаюсь на Криса. Мне неловко.

– Знаешь Лидия, лучше бы это ты там танцевала, – шепчет он мне в ухо.

– Нееет! Ни за что! – Я резко отпихиваю его от себя, и он громко смеется. – Хотя… Может быть, когда-нибудь!

Кажется, это опять алкоголь. Лидия, что ты несешь? Мое подсознание всегда начинает говорить, когда рядом Джонс. Оно всегда предостерегает меня. Ну, почти всегда.

Он смотрит на меня так, будто на что-то намекает! Я в недоумении. Что этот соблазнительный гад от меня хочет?

– Что? – спрашиваю я, вопросительно вскидывая брови.

– Ничего! – На его лице играет довольная улыбка. – Хочешь еще выпить?

– Нет, спасибо. Сегодня с меня хватит, пожалуй. Да и нам пора идти, – отвечаю я и смотрю на часы. Скоро 6. Я чувствую, что нам с Мелиссой действительно пора уходить. – Пойду найду ее, а то она меня потеряла. Увидимся.

Я разворачиваюсь и бросаюсь к выходу. Не тут-то было! Крис хватает меня за запястье и держит мертвой хваткой.

– Не отпущу. Еще рано.

– Что значит, не отпущу? – возмущаюсь я. Я не вещь, что бы он мной распоряжался!

– Хочу, чтобы ты осталась.

Он одним взглядом манит. Черт! Я не знаю, что делать! Уйти? или…

– Хорошо. Но максимум на час!

– Ок, детка! – И с ехидной улыбочкой он выпускает мою руку. – Я принесу еще выпить. Текилы?

– Нет, пить я не буду!

Неужели Джонс решил меня споить?

– Будешь!

Я морщусь. Как так? Я напоминаю себе капризного ребенка, которого мама заставила убирать квартиру! У меня нет ни малейшего желания пить. Как он смеет заставлять меня делать то, что я не хочу? Терпеть этого не могу! Я складываю руки на груди и морщу лоб.

А Габриэлла тем временем уже закончила свое представление. Наверняка разделась до нижнего белья, и все в восторге! Как же меня это раздражает! Джонс испортил мне настроение своими приказами: останься, выпей! Где-то глубоко внутри я саркастично улыбаюсь, стараюсь заглушить гнев.

– Держи!

Крис дает мне стопку со жгучим напитком. Разумеется, мне ничего не остается, как выпить его залпом. Мой приятель этому рад, о чем говорит его довольная улыбка во весь рот.

Я чувствую, как горячий напиток прожигает длинную дорожку вниз по пищеводу. Не успевает он попасть в желудок, как по моему телу пробегает горячая волна и ударяет в голову. Голова начинает слегка кружиться. Кажется, я снова теряю контроль над собой. Смотрю на Джонса – его глаза источают желание.

И тут до меня доходит! Он спаивает меня для того, чтобы я потеряла последние капли самообладания. Я не могу этого допустить! Внутренний голос умолкает, его почти не слышно.

Я топаю к выходу, чтобы снова проветрить мозги. Меня не волнует, что Джонс не хочет меня отпускать. Я выхожу на улицу, прислоняюсь к каменной стене и медленно вдыхаю свежий воздух. Тишина вокруг ласкает слух. Мне не хочется возвращаться обратно, но я оставила за барной стойкой свою сумку от Шанель, и надо срочно за ней вернуться!

Я плетусь обратно. Прохожу мимо целующейся парочки, иду по коридору, затем выхожу в холл. Играет Latifa Tee «Games». Вечеринка в самом разгаре! Уже никто себя не контролирует. Скоро начнется самая «приятная» часть праздника – коллективная оргия. Надо срочно найти Мелиссу и уходить! Я ищу их глазами, но мой взгляд останавливается на Крисе. Он замечает, что я смотрю на него, и тут же идет ко мне.

– Полчаса прошли, Крис. Я действительно устала, и нам пора уходить.

– Ты обещала мне час, – говорит он с серьезным видом.

– И ты решил уговорить меня остаться?

– Мне не нужно уговаривать! – Крис подходит еще ближе. – Я знаю, в глубине души ты хочешь остаться и поучаствовать.

Я смотрю на его губы, глаза и ощущаю напряжение, которое возникло между нами. Неужели он прав? Возможно, я и хочу остаться, но внутренний голос тихо шепчет, что не стоит.

Я пячусь назад и упираюсь в стенку. Идти дальше некуда, я загнана в угол. Джонс продолжает наступать. Мы будто на войне. Главное – не капитулировать. Крис оказывается настолько близко ко мне, что я ощущаю его дыхание на своем лице. Он убирает прядь моих темных волос за ухо. У меня в горле комок, я тяжело дышу и не могу вырваться из его тисков. Он наклоняется и целует меня в шею. Я уже готова вовсю размахивать белым флагом. Мое тело предает меня, но разум не спит: он протестует и готов к сопротивлению. А руки Джонса снова на моей талии. Они – его секретное оружие. Крис легко пускает его в ход, дотрагиваясь до кожи под моей блузкой. Подушечки пальцев скользят по моей потной коже.

– Нет, – выдавливаю я, и он отстраняется.

– Детка, не сопротивляйся. Я знаю, ты этого хочешь. Тебе ведь понравилась моя грубость, – шепчет Крис. Решил, что я растаю, как сливочное масло на сковороде?

– Серьезно? Ты уверен, что мне понравилось? Да мне противно было! Поэтому и укусила! – саркастично говорю я.

Он лишь усмехается.

– Давай, продолжай скрывать свои желания, Лидия Андерсон! Ведь мы оба знаем правду.

– Да что ты несешь?! – возмущенно кричу я, отталкивая его прочь. – Ты что, решил, что если ты начнешь пользоваться свою сексуальность, томный взгляд и шикарное тело, я тут же раздвину перед тобой ножки, да еще на глазах у половины университета?! – Я смеюсь, и его глаза темнеют от злости. – Так вот, дорогой, это действует лишь на развратных девок, а со мной не пройдет, ясно?

Быстрым шагом я направляюсь к выходу. Кажется, в этой войне я победила. Слава богу! Только вот возникает один вопрос: была ли это война между мной и Крисом? Или же это сражение моего тела с моим разумом?

Джонс не сказал ни слова. Похоже, я – первая девушка, которая смогла отказать самому «лучшему и красивому» парню во вселенной и подорвать его репутацию ловеласа. Мысленно я уже стою на пьедестале с гордо поднятой головой. Мелисса будет мной гордиться.

А вот и она. Стоит вместе с Полиной и смотрит на меня, раскрыв рот. Я взглядом даю ей понять, что все хорошо и вмешиваться не нужно. Остальные студенты молча таращатся на меня. Задрав нос, я направляюсь к выходу. Черт, сумка! Где она?

– Держи! – Лисса протягивает ее мне. – Я так и думала, что этот гад будет к тебе приставать!

– А я, кажется, знала об этом.

***

20 мая 2014 года

Дорогой дневник, у меня ни капли не болит голова после вчерашнего. Это странно, ведь выпили мы много и вернулись домой только под утро. В целом, вечер прошел отлично и чертовски весело! Я спустила почти все деньги на алкоголь! Пожалуй, это самый большой минус вечеринки. Сейчас в моем кошельке осталась, кажется, пара тысяч. А было целых 12! Как я умудрилась потратить десятку за вечер, я уже не помню. Да и думать об этом не хочу. Сейчас почти полдень, на улице светит солнце, но у меня нет желания никуда идти. Я устала… Удивительно, но я думаю сейчас только о нем! О Джонсе, черт бы его побрал! Я была пьяна, но прекрасно помню его пронзительный сексуальный взгляд, открытую улыбку с ровными белыми зубами. А еще я помню, как он небрежно постукивал длинными пальцами по барной стойке, пока ждал свой виски. Крис Джонс – настоящая скотина! И, черт побери, не выходит у меня из головы! А еще он посмел чуть ли не в открытую предложить мне поучаствовать в оргии! Я что, действительно так развязно себя вела? Мелиссе было стыдно за меня. Если честно, я была в шаге от этой ошибки – переспать с Крисом. И мне стыдно признавать, но когда он обнял меня на танцполе, и я почувствовала его руки на своей талии и дыхание на шее, мне жутко захотелось поцеловать его или даже больше! А еще эта песня! Особенно конец, который меня немного возбуждает… Слава богу, у меня еще осталось немного здравого смысла, и я не изменила своему главному моральному принципу – не заниматься сексом без любви! Правильно сделала, что не поддалась! Хотя мне очень хотелось!!! Аааааа! Мой разум говорит, что нельзя этого делать, но мое тело – мой враг. Оно просто не может не реагировать на притягательность и сексуальность Криса! От него так и исходят эти флюиды – никуда от этого не денешься… Как только я увидела его, у меня отвисла челюсть, правда! Он выглядел божественно: узкие джинсы, футболка, обтягивающая рельефные мышцы на груди и выпирающие ключицы, темно-синий расстегнутый пиджак, брендовые часы, серебряные печатки на пальцах… Да от такого зрелища у любой девушки слюни потекут! Конечно, если она не фригидна! А мне пришлось играть с ним в «бутылочку»! Я до сих пор не понимаю, что со мной произошло, когда он, наконец, оторвался от моих губ. Хотя во время поцелуя у меня подкосились ноги, я горжусь тем, что укусила Джонса за нижнюю губу. Надо признать, что мысли о том, как затащить Криса в темный уголок и оттрахать, не давали мне покоя вcе оставшееся время. Но, в итоге, я все-таки устояла перед соблазном!

Глава 3

Эта неделя прошла неплохо. Тесты я сдала с горем пополам. Преподаватель был очень снисходителен. Интересно, это моя очаровательная улыбка так на него подействовала? Теперь это уже неважно. Главное, что я несколько раз видела Криса, но так и не решилась посмотреть ему в глаза. Может, мне все еще неловко из-за моих пошлых мыслей о нем? Так или иначе, я рассчитываю встретить его завтра на вечеринке в «Грифоне».

***

– Лидия, ты куда собралась? – мама, как всегда, спрашивает, но не хочет знать точного ответа.

– Мне нужно сегодня быть в «Грифоне». У нас очередная вечеринка, – говорю я, надеваю свою любимую кожаную куртку от «Fendi» и смотрю на себя в зеркало.

Не хочу показаться нескромной, но я в восторге от своего образа! Помимо куртки, на мне дизайнерские черные джинсы, больше напоминающие брюки, блестящий золотом топ, золотые серьги от «Tiffany & Co». На глазах шикарные черные стрелки – я рисовала их минут двадцать – а на губах темно-красная помада.

– Дорогая, ты выглядишь немного вызывающе, – говорит моя мама и осуждающе смотрит на меня.

– Спасибо, – улыбаюсь я, и она качает головой. Она прекрасно видит, что выгляжу я достойно: на мне нет короткой юбки, а грудь закрыта.

– А где твои подруги?

С чего вдруг она интересуется такими вещами? Опять психолог сказала, что надо больше участвовать в жизни дочери?

– Я увижусь с ними там. Спасибо, что спросила.

Я надеваю ботильоны на высоком каблуке, встряхиваю волосы, чтобы получить еще больше объема, и поворачиваюсь к маме лицом – верчусь, чтобы она смогла как следует оценить мой образ.

– А знаешь, мне нравится!

Ну, вот! То одно, то другое. То нравится, то нет. Мама в своем репертуаре.

– Я поехала. Не скучай. Папе – привет!

Я посылаю ей воздушный поцелуй и выхожу из дома. Ой! Я же оставила сумку! Возвращаюсь обратно. Только стучу в дверь, как вижу маму, протягивающую мне мою любимую черную кожаную сумку.

– Спасибо!

– Аккуратнее за рулем, – кричит она вдогонку.

Я делаю вид, что не слышу, и топаю к автомобилю. Вставляю ключ в замок зажигания и поворачиваю. Слышу звук двигателя и предвкушаю, как сейчас зайду в здание «Грифона», и все взгляды устремятся на меня. Но главное, на меня обратит внимание Джонс! Как же я хочу увидеть в его глазах восхищение!

Смотрю на часы. 10 вечера. Я уже опаздываю, но иногда стоит прийти немного позже.

Я отлично знаю дорогу от нашего особняка до клуба. Мне даже не нужно концентрировать внимание на поворотах. Спустя несколько минут я на месте: совершенно не помню, как доехала, ведь думала о нем. О Кристофере, мать его, Джонсе.

Ставлю «Камаро» на сигнализацию и иду к входу. Нервничаю. Делаю глубокий вдох и захожу внутрь. Как только открывается дверь, вижу Дениз. Признаться, никогда не видела ее такой красивой: на ней милое синее платье из последней коллекции какого-то американского дизайнера, прелестные закрытые туфли, сдержанный макияж в бежево—золотых тонах, а волосы завиты в идеальные локоны. Дениз выглядит, как современная Золушка! Я в восторге!

– Лид! Наконец-то! – Она кидается мне в объятия. – Выглядишь потрясающе!

– Спасибо, дорогая! Я тоже так думаю, – смеюсь я, подмигивая. – Ден, ты сегодня красавица!

Сколько комплиментов! Надеюсь, сегодня я еще услышу подобные слова, которые, скорее всего, будут только лестью. Мы с Мелиссой всегда говорим честно, высказываем всю правду в глаза, без тени притворства. А, кстати, где моя девочка?

– Мы так и будем в дверях стоять? Может, поздороваемся с остальными? – спрашивает Дениз.

– А как же Мелисса? Она еще не пришла?

Обычно моя лучшая подруга не опаздывает.

– Вообще-то она уже тут! – Дениз улыбается. Думаю, вечер будет отличным. – Пойдем.

Не могу поверить в то, что больше всего меня сейчас интересует только одно – пришел ли Крис?

Мы проходим по коридору, оказываемся на танцполе. Как же я рада видеть изумленные лица моих одногруппников! Значит, одета я классно.

В дальнем углу стоит Ребекка Кинг со своей свитой. Да уж! Фамилия оправдывает королевское ее поведение среди сверстников. Бекка считает себя королевой университета. Ее мать недавно вышла замуж за какого-то банкира, и ее дочь зазналась. Но это не столь важно. Важно то, что эта брюнетка с большой грудью и длинными ногами раньше встречалась с Джонсом. Глядя на мисс Кинг, я делаю вывод, что у нашего Криса типичный вкус пижона. В другом углу расположилась группа девушек легкого поведения. Мы, как и Ребекка, с ними не общаемся. Правда, одна из них учится со мной в одной группе – Габриэлла Торнтон. Иногда мне кажется, что она только и ищет повода, чтобы раздеться. Надеюсь, сегодня я этого не увижу.

Мы с Ден подходим к барной стойке. Кого я вижу? Это же самые умные парни универа! Они всегда держатся обособленно от остальных. Общаются в основном со спортсменами. Никогда не понимала, как тупые качки и очкарики находят общий язык. Да, у нас в «Грифоне» все по кастам, как в типичной американской школе.

Но это еще не элита «Грифона»! Дениз ведет меня дальше. Слева от барной стойки есть дверь, которая ведет в святая святых клуба – комнату для избранных. Мелисса иногда шуточно называет это место клоакой. Хотя в чем-то она права. Здесь собираются самые богатые члены клуба, да и всего университета, и что-то мне подсказывает, что я найду там Кристофера Джонса со своими дружками.

– Лидия! – слышу я знакомый голос, продираюсь сквозь толпу и вижу Мелиссу! Вот это сюрприз!

– Вот уж не думала найти тебя здесь, – говорю я и кидаюсь обниматься. Я чертовски рада видеть ее. – У меня слов нет! Дай я на тебя посмотрю, родная!

Сегодня в клубе какой-то модный взрыв! Кого из знакомых не встретишь, все выглядят как голливудские звезды. Но моя Мелисса выглядит по-особенному. Солнечно-белые волосы аккуратно уложены в локоны, свисающие до талии. Коричнево-золотистый макияж подчеркивает зеленый цвет больших глаз, губы сверкают зеркальным блеском.

– Я налью тебе что-нибудь выпить! – стараясь перекричать музыку, орет она, встает с кожаного дивана и поправляет платье. У меня отвисает челюсть – узкое платье золотисто-бежевого цвета восхитительно обтягивает ее точеную фигуру и округлые бедра. Держу пари, все парни тут стерли себе кое-что, глядя на нее.

– Что налить? Я скажу бармену!

– Конечно же, виски! – говорю я и подмигиваю.

Походкой модели Мелисса направляется к барной стойке, и все взгляды устремляются на нее, а точнее на ее округлый зад. Вот извращенцы!

Мы с Дениз садимся на кожаный диван. Я смотрю по сторонам и вижу его – того, о ком я сегодня думаю с самого утра! Мистер Джонс выглядит как всегда с иголочки: на нем шмотки от известных мировых дизайнеров. Я не могу разглядеть бренд: когда я смотрю на Криса, то мне наплевать, что на нем надето! Я вижу лишь его лицо, руки, торс и все остальное. И как я упустила тот момент, когда я вдруг стала так на него реагировать? Видимо, в моей голове произошел системный сбой.

Рядом с ним – его приятели. Тот, что сейчас стоит и вальяжно попивает какой-то коктейль – это Дэвид. Он всегда выглядит, как типичный неформал: черные волосы на голове вечно уложены в какую-то непонятную эмо-прическу. В ушах сережки-гвоздики, на накаченных руках ужасные тату. Слава богу, они не цветные! Ни мне, ни Мелиссе с Дениз не нравятся такие парни. Как говорит наш милый психолог, такие люди, как Дэвид, просто не могут привлечь к себе внимание иным образом. Несмотря на такой странный вид, этот молодой человек довольно умен. Он учится в одной группе с Дениз. Она рассказывала, что он без труда отвечает на любые вопросы преподавателя. Мне кажется, что наша блондиночка даже восхищается им.

По правую руку от Криса стоит и что-то рассказывает Майкл по прозвищу Саунд. Он сочиняет песни и играет на гитаре. Может быть, сегодня он сыграет нам что-нибудь новенькое. Саунд – типичный музыкант. Его часто можно увидеть на скамейке в сквере: подмышкой гитара, за ухом карандаш, а на голове концертная шляпа. Мне кажется, что она приросла к его волосам, но как бы там ни было, ему очень идет. От него, как и от Криса, без ума практически все девушки! А вот я никогда не обращала на него внимания. Для меня он слишком скучный: все время занят своими мыслями.

Если внимательно присмотреться, то на соседнем диване можно увидеть с виду неприметного, но очень известного в своих кругах парня. Его имя Ли, и у него тоже есть прозвище – Курсор. Почему ему дали именно такую кличку? Все просто. Он – программист. Этому не учат в Дьюке, так что, можно сказать, Ли – самородок: у парня природный дар. Этот симпатичный молодой человек в очках может практически все: написать программу, взломать любой сервер и все такое. Его очень любят и ценят однокурсники, кроме, пожалуй, мистера Джонса. Судя по его репутации, Крис не способен никого ценить. Он пользуется людьми. Хотя, возможно, я ошибаюсь.

Рядом сидят близнецы-азиаты. Если честно, я не различаю китайцев, корейцев и японцев. Их зовут Хонг и Бао; глаза у них довольно большие, а значит, они, скорее всего, корейцы, причем весьма симпатичные. Их родители приехали сюда несколько лет назад, и братья говорят по-английски не очень хорошо. Но они способные, и, как и все мы, из богатой семьи. Однако что-то мне подсказывает, что в «Грифон» они попали не из-за этого. Просто они уникальны.

Помимо симпатичных музыкантов, неформалов, азиатов и красавчиков-пижонов, в нашей клоаке есть парочка геев. Мы все стараемся быть толерантными по отношению к ним. Мы с Мелиссой относимся к ним нормально. Я стараюсь не обращать особого внимания на двух целующихся парней. Если вдруг они случайно попадутся мне на глаза, раздражаться не стану. Если они любят друг друга, то почему бы и нет? Мелисса такого же мнения. А вот Дениз их на дух не переносит! Они никогда не понимала подобной «любви».

– Лидия! О чем задумалась? – окликает меня Мелисса. В руках у нее три стакана.

– Смотри, не урони! – смеюсь я. – Там что?

– Как это? – улыбается она, присаживаясь рядом со мной. – Конечно, «Джек»! Причем во всех трех!

– Невероятно! Дениз, ты тоже будешь пить сегодня крепкие напитки? – ору я, стараясь перекричать свой любимый хип-хоп.

– Сегодня можно! Да и атмосфера располагает!

Сегодняшняя вечеринка обещает быть запоминающейся, ведь она особенная – собрался весь цвет клуба. Когда я думаю об этом, то невольно закатываю глаза. Хоть я сама принадлежу к нему с недавнего времени, все равно не могу привыкнуть. В отличие от Криса. Этот красивый мерзавец является членом «Грифона» с самого начала. Как мне рассказывали, чуть ли не с самого первого дня поступления в Дьюк. Уж не знаю, что ему пришлось сделать, чтобы попасть сюда. Вероятно, он просто заплатил: финансы папочки позволяют.

Странное у меня сегодня настроение, однако! Не могу понять, то ли я слишком гордая и полна сарказма, то ли злая. Не хватало только надеть небольшие красные рожки на голову. Но ведь я просто хочу отлично провести время!

– А мы так и будем здесь сидеть? Правила клуба запрещают нам выходить отсюда? – смеюсь я.

– А ты хочешь уйти? – спрашивает Дениз. – Тут намного тише, чем в холле. Видимо, у нашего ди-джея уши атрофировались от громких звуков, и он не понимает, насколько сильно врубил твой хип-хоп.

Дениз делает многозначительную паузу, и я понимаю, что она увидела что-то интересное.

– Что? – спрашиваю я и кривлю брови.

– Смотри! – она указывает в сторону, и я поворачиваю голову.

Свершилось! Сам Кристофер, мать его, Джонс заметил меня! Я, конечно же, рада этому, но пытаюсь это скрыть. Всем своим видом стараюсь показать ему, что меня не интересует перспектива оказаться в его обществе, что вообще его не вижу.

Я отвожу взгляд в сторону и натянуто улыбаюсь, прикрывая рот рукой.

– О! Твой Джонс смотрит на нас! – фыркает Мелисса с отвращением в голосе.

– Я вижу, – говорю я сквозь зубы. – И сейчас смотрит?

– Да, – отвечает Дениз. – Глаз прямо не сводит!

В глубине души я ликую! Мне удалось его заманить в сети своей красоты. А Мелисса будто читает мои мысли!

– Ты реально думаешь, что он клюнул именно на твою красоту?

– Что ты хочешь этим сказать? Думаешь, чем-то другим?

– Расскажу потом! – подмигивает она. – Хотя ты у нас умная девочка!

– О, боже, Лисса! Нет! – я открываю рот от удивления, а потом заливаюсь смехом. – Если я тогда не пошла на это, то и сейчас не пойду!

И тут меня осеняет! Мистер Джонс не добился от меня секса в прошлый раз и решил попытать счастья в этот. Видимо думает, что я напьюсь и раздвину перед ним ноги. Нет и еще раз нет!

– Вот и правильно! Умница!

Я киваю головой, залпом выпиваю стакан виски и смотрю на Джонса: он все еще поглядывает на меня своим фирменным соблазняющим взглядом. Крис, видимо, думает, что на меня это действует. Черт! Точно действует! Я смущаюсь, как маленькая девочка и чувствую, что краснею. Но это точно от алкоголя!

Надо отвлечься! Я достаю из сумки мобильный телефон и начинаю его разглядывать, делая вид, что занята чем-то очень важным. Надо еще состряпать серьезное лицо, будто что-то случилось или мне нужно срочно позвонить.

Кто-то кладет руку мне на плечо.

– Ну, привет, Лидия! – О, мой бог! Это он. Соизволил подойти! – Я знал, что ты придешь. Тебя угостить?

Джонс совсем не обращает внимания на моих подруг, и делает это специально. С Мелиссой он не хочет иметь ничего общего, а на Дениз ему плевать, как и ей на него. Нашего принца совершенно не волнует тот факт, что я пришла с ними, и что я не намерена никуда от них уходить. Наверное…

– Ну, привет, Крис! – я произношу эти слова точно таким же тоном, как и он. – Нет, спасибо. Уж сегодня я не буду так много пить! А то вдруг опять приставать начнут?

Крис понимает, что речь о нем.

– Брось, детка! Это было не всерьез! Забудь! – Оправдываться он точно не будет! Не в его характере.

Услышав это, Мелисса чуть не захлебывается алкоголем, причем делает это демонстративно – специально, чтобы Джонс заметил. Дениз тихо хихикает. Неловкая ситуация…

Крис делает вид, что ничего не заметил. А я не понимаю, чего он хочет от меня. Решаюсь спросить.

– Ну, так что вы хотите от меня, мистер Джонс? – произношу я с явной ноткой сарказма в голосе, что бы задеть его еще больше. Я прекрасно помню, что было на прошлой вечеринке. С другой стороны, если он позовет, я пойду. Опять мое тело меня выдает! Я ерзаю на диване, изо всех сил сжимая в руках мобильник.

– Лидия, я хочу наладить отношения. Если хочешь, могу познакомить тебя с моими друзьями.

Он вальяжно поднимает бровь. Боже, как сексуально!

– Может, сначала извинишься? Я, между прочим, все помню!

– Не знал, что ты такая злопамятная! Ну хорошо. Прошу прощения, мисс Андерсон. Я был слишком пьян.

– Вот так-то лучше, – говорю я, важно задирая нос. Крис невероятно быстро согласился на извинения. Подозрительно! – Но пить я не буду, так и знай!

– Как скажешь, детка!

– И прекрати называть меня деткой!

– Хорошо!

Крис подает мне руку и закатывает глаза. Я встаю с дивана. Я довольна собой. Оборачиваюсь и подмигиваю подругам. По губам Мелиссы читаю «будь осторожнее» и мотаю головой. Ничего не случится!

– Ты, кажется, хотел наладить отношения? – Мы подходим к барной стойке, и я складываю руки на груди. – Ну, давай! Попробуй.

– Думаю, это будет не сложно. Я ведь все вижу, Лидия. Ты слишком быстро согласилась пойти со мной. Значит, я тебе нравлюсь! Держу пари, ты даже думаешь обо мне каждый день!

Я открываю рот и выпучиваю глаза. Я поражена его наглостью!

– А вот и нет! Я не думаю о тебе! Пфф! С чего ты это взял?! —

Кажется, это больше похоже на самовнушение вслух. Ведь он сказал правду! А я сейчас обманываю саму себя.

На лице Криса довольная ухмылка. Он читает мои мысли? Я, как дура, начинаю улыбаться в ответ. Черт! В голове лишь нецензурная лексика. Что говорить?

– Ну, раз с этим мы разобрались, – говорит Крис, – то давай я познакомлю тебя кое с кем.

Хм! Разобрались с чем? С тем, что я якобы влюблена в него? В этом я не уверена, хоть и думаю о нем постоянно. Должно быть, это просто временное помешательство.

Джонс подходит к дивану и садится рядом с Ли – программистом, который даже на вечеринке занят компьютером. Я стою напротив них. Честное слово, не понимаю, почему Крис решил познакомить меня именно с ним! Мне становится скучно: о чем можно поговорить с Ли? О микрочипах и компьютерных программах?

– Лидия, это Ли!

Ли молчит: судя по всему, он не особо горит желанием говорить с нами.

– Курсор! Отвлекись! Ты на вечеринке, а не на лекции!

Оторвав взгляд от монитора, Ли поднимает голову, и я улыбаюсь – пытаюсь быть милой.

– Приятно познакомиться, – говорю я, пытаясь скрыть отсутствие интереса.

– Мне тоже, – бурчит он, а я мысленно добавляю «наверное». Лучше бы Джонс познакомил меня с Майклом или на худой конец с Дэвидом.

– Чем ты опять занят? – Крис грубо пихает приятеля в плечо. – Расслабься!

– Джонс, ты меня отвлекаешь, придурок!

Пальцы Курсора ловко стучат по клавишам. Разговор явно зашел в тупик.

– Он когда-нибудь отдыхает? – говорю я и морщу лоб.

– Видимо, нет, – отвечает Крис и смеется.

– Если ты сейчас же не заткнешься, я запущу в твой телефон вирус! Прекрати!

Джонс начинает смеяться еще больше, а я не могу оторвать глаз от его улыбки. А смех такой заразительный, что мне хочется самой смеяться, хотя ничего смешного во фразе Курсора не было. Я сдерживаюсь и просто улыбаюсь.

– Ладно! Больше не буду отвлекать, – наконец, произносит Крис сквозь смех.

– А я тебя везде ищу! – К нам подходит Дэвид. Надеюсь, хоть этот неформал как-то разрядит обстановку. – Мы с парнями собираемся устроить конкурс, кто выпьет больше стопок с текилой. Ты как? – Тут он замечает меня. – А это, должно быть, та самая девушка, которая тебя покусала?

– Не напоминай! – Крис морщится. Бедный мальчик! Все никак забыть не может!

– Да, я – Лидия, – говорю я, повыше поднимая голову. Не знаю почему, но я чувствую превосходство.

– Очень красивое имя! – Дэвид галантно берет мою руку и целует. Я краснею. Никак не ожидала от него такого жеста. Мне приятно. – Не обращай внимания на Джонса. Он всегда такой!

– Я вижу!

Придется поменять свое мнение об этом неформале. Вполне возможно, что мы подружимся. Мимолетом спрашиваю его о Дениз, и у меня возникает идея познакомить их поближе.

А вот и Саунд. Он снова в шляпе. Хорошо, что хоть карандаша за ухом нет! Я улыбаюсь.

– Ты сегодня споешь нам? – спрашиваю я.

Майкл отшучивается, нервничает, но все же соглашается. Он просит Курсора и Криса подвинуться, берет гитару в руки. Ди-джей останавливает музыку, Саунд берет медиатор и начинает играть, проворно перебирая струны тонкими пальцами. Аккорд за аккордом – звучит красиво! Сегодня действительно не хватает чего-то мелодичного, да и всем присутствующим не помешает немного отдохнуть от битов и басов поп-музыки.

Услышав гитару и потрясающий голос Майкла, в комнату для избранных слетается весь народ из зала.

Наслаждаясь спокойной музыкой, я изредка поглядываю на Криса. Он сосредоточен, но я по глазам вижу, что ему скучно.

Саунд умолкает, и Крис вздыхает с облегчением. На его лице написано «ну, наконец-то, он закончил!».

Аплодисменты!

– Молодец! – кричит Крис и хлопает Майкла по плечу, да так грубо, что тот аж морщится. – А теперь попрошу всех выйти! Вечеринка продолжается! Ди-джей, врубай басы!

Саунд быстро встает с дивана и уходит. Интересно, что это за друзья такие, которые так грубо и неуважительно относятся друг к другу? Хотя о чем это я? У Джонса нет друзей – одни приятели.

– Итак! – вскрикивает Дэвид. – Кто желает сыграть со мной в «ковбоя Джо»?!

Насколько я знаю, наш неформал просто ас в этой игре! У него есть невероятная способность – он почти не пьянеет! И всегда выигрывает. Никто не хочет связываться с Дэвидом.

Мне становится скучно в компании Криса и его так называемых друзей.

– Я все еще не понимаю, зачем это все?

Я сажусь на диван рядом с Крисом и закидываю ногу на ногу.

– Что ты имеешь в виду?

Он поворачивает голову и смотрит на меня так, будто реально ничего не понимает.

– Зачем ты так обходительно себя ведешь со мной? Зачем решил вдруг познакомить меня с этими парнями? Я ведь не твоя девушка. В этом совершенно не было необходимости! – Я стараюсь говорить серьезно и жду от него ответов на все мои вопросы. Но Джонс явно не хочет отвечать. – Если ты сейчас же не ответишь, это только подтвердит мои догадки.

– А о чем ты думаешь, Лидия? Мне интересно!

Крис опять ведет себя нагло, но это не пугает меня, а наоборот, подстегивает.

– То же, что и раньше! Ты приставал ко мне в прошлый раз и действовал напролом, а сейчас просто сменил тактику! Вот и все!

С каких пор я вдруг стала такой умной? Может, потому что я выпила всего 100 грамм, чтобы прочистить мозги, и теперь вижу Криса насквозь? Нет, это точно не из-за алкоголя. А может, это влияние Мелиссы? Во всяком случае, я горда тем, что раскусила намерения Джонса.

– Даже не знаю, что сказать. Может, когда-нибудь ты пожалеешь, что упустила возможность очень приятно провести время… со мной.

Последние слова Крис произносит шепотом и уходит. У меня в горле ком. Я чувствую, что мне надо срочно выпить.

Я быстро встаю и подхожу к подругам.

– О! Ты уже тут! Как там Джонс? – хмурится Мелисса. Она никак не может скрыть отвращение.

– Пусть катится на все четыре стороны! – Я немного злюсь, даже сама не понимаю почему. Вроде ничего страшного не произошло. – Выпить! Срочно! Пока эти парни весь бар не опустошили!

Видя, как я психую, мои подруги усмехаются.

– Лидия, расслабься! – говорит Дениз. – Держи.

Она дает мне стопку, и я тут же выпиваю. Оглядываюсь по сторонам в поисках Джонса. Что со мной происходит?

– Лид! Очнись! Хватит! – Мелисса отвлекает меня от мыслей о Крисе.

– Что? Я здесь!

– Это ты номинально здесь, а мыслями где-то в другом месте!

– А ты сейчас слишком веселая! Странно! – Я пытаюсь перевести разговор с себя на нее.

– Я хочу повеселиться! Хоть раз в жизни! Тем более, что скоро учеба закончится.

– Не будем о грустном.

Я выпиваю еще стопку текилы. Становится слишком жарко и душно. Спертый воздух и легкий запах пота, смешанный с парфюмом, начинает меня раздражать.

– Мне нужен свежий воздух.

– Хорошо, мы будет здесь! – говорит Дениз.

Я выхожу в холл и вижу все те же лица. Кто-то подмигивает мне, кто-то кричит «Привет!». Я стараюсь не реагировать и упорно пробиваюсь к выходу.

Как же хорошо сегодня ночью! На улице сравнительно тихо, ветер колышет листья на деревьях, в чистом небе сверкают звезды. Так не хочется возвращаться обратно! Я боком прислоняюсь к кирпичной стене и медленно вдыхаю прохладный воздух. Мне надо успокоиться и не думать ни о чем. Особенно о Кристофере Джонсе! Он меня так раздражает своим поведением и замашками. В глубине души я жалею, что мы тогда напились. Лучше бы я осталась дома и посмотрела какой-нибудь сериал или фильм. Но нет! Меня понесло сюда – в «Грифон».

В сумке вибрирует мобильный телефон.

– Да, Ден, я сейчас приду.

Нехотя я возвращаюсь в душное помещение.

Играет какой-то медленный, но невероятно сексуальный R’n’B-трек. Танцуют всего несколько парочек. Я прохожу мимо них к барной стойке… О, боже! Не верю своим глазам. Какого черта он с этой стриптизершей?!

У меня ступор. Я вижу, как Крис лобзает и гладит по спине Габриэллу Торнтон, мою однокурсницу! Черт! Нашел, к кому приставать!

Внутри меня творится что-то невообразимое – мне хочется схватиться за голову, зарыдать, убежать, спрятаться. Я не хочу никого видеть. На сердце тяжело, легкие будто сдавило изнутри, и я не могу дышать. Я стою и молча наблюдаю, как Джонс обнимает самую распутную девушку в университете.

О, нет! Он замечает меня и смотрит прямо в глаза. Его взгляд соблазняющий, манящий, но одновременно злой и надменный. Прямо демон какой-то! Зачем он это делает? Если для того, чтобы позлить меня и обидеть, у него это получается.

На глаза наворачиваются слезы. Я не выдержу больше ни минуты этого спектакля. Я снова выскакиваю на улицу.

Кажется, кто-то идет. Не хочу, чтобы кто-то увидел мои слезы и подпорченный макияж, и забегаю за угол.

Я сползаю по стенке и сажусь на холодный асфальт, поджав под себя ноги. Я больше не сдерживаю слез, и они градом льются у меня из глаз. Почему мне так больно? Что со мной происходит?

И тут меня осеняет – я влюблена! Иначе не было бы такой сильной ноющей боли в груди. Не было бы слез и ступора.

Кажется, я сижу на улице уже целую вечность. Наверняка меня ищут подруги: пора возвращаться… Достаю пудру. Из зеркальца на меня смотрит совершенно другая девушка: от меня веселой не осталось и следа. Правая стрелка слегка размазалась, глаза покраснели, а губы потеряли свой темно-красный цвет.

Поправив макияж, я решаю вернуться в клуб.

– Лидия! Что случилось? Где ты была? – ахает Мелисса, выбегая в холл.

– Все замечательно. Я хотела немного отдохнуть от музыки, – шмыгая носом, говорю я.

– Пойдем внутрь, а то становится холодно.

Мелисса обнимает меня за плечи, и я тут же ощущаю теплоту ее кожи. Я улыбаюсь, но на сердце по-прежнему тяжело. Когда я снова войду в комнату и увижу Джонса, я не должна показывать боль.

Мы проходим мимо барной стойки. Я уже по инерции высматриваю в толпе Криса, но его здесь нет.

Вот он – момент истины! Дверь в комнату «избранных» открывается, и я, затаив дыхание, переступаю порог…

– Лидия, слава богу! – К нам подбегает Дениз. – Хорошо, что ты ее нашла!

Пока она прыгает от радости, что «блудная дочь» вернулась, я все еще думаю о том, что недавно произошло.

– Твой Джонс тут такое вытворял! – восклицает она. – Точнее не он один, а вместе с Габриэллой. И все-таки, кто бы что ни говорил, и как бы ты к нему ни относилась, Мелисса, у Кристофера Джонса шикарная фигура!

– Ой, хватит! – кричу я. – Никто не сомневается в его фигуре! И вообще, с чего это вдруг ты начала восхищаться Джонсом?

Я изо всех сил пытаюсь превозмочь боль, разочарование и злость на Криса, стараюсь отвлечься от плохих мыслей.

– Я, между прочим, всегда им восхищалась, – говорит Дениз. – Но! Только его внешностью! Вы же знаете!

Удивительно! Чего только не узнаешь на пьяную голову.

Я не знаю, куда себя деть. Вроде атмосфера вечеринки должна меня как-то отвлекать и расслаблять, но этого не происходит. И даже мои любимые подруги не могут повлиять на мое состояние. Я не хочу ни пить, ни есть, ни танцевать – ничего. Я с трудом скрываю грусть. Но я во что бы то ни стало должна сохранить контроль над собой, должна остаться тут. Если уйду – он победил.

– Лидия, так не пойдет! – Я даже не заметила, как ко мне подошла Мелисса.

– Ты о чем? – я делаю вид, будто все в порядке.

– Я вижу – что-то не так. Рассказывай! – говорит она и выпивает стопку с текилой.

– По-моему, тебе уже хватит, – улыбаюсь я. – Остановись.

– Лидия Андерсон, не переводи тему! Я слушаю. Явно что-то с тобой не так. Недавно была такой веселой и даже слегка надменной, а тут резко поменялась!

– Я не хочу говорить об этом.

Перед Мелиссой я уже не притворяюсь, что мне хорошо и весело. Да это и бесполезно. Мало того, что она меня знает, как свои пять пальцев, так она еще и отличный психолог.

– Так! Кажется, я начинаю понимать. Джонс? – Если я ей сейчас все расскажу, она возненавидит Криса еще больше. Я отвожу глаза. – Он снова обидел тебя? Ну, я ему сейчас устрою!

Мелисса срывается с места, но я хватаю ее за руку.

– Нет, нет! Он не причем, дорогая, успокойся.

– А кто причем? А? – Она начинает злиться. – Ты сама не своя! Я знаю, это он виноват.

– Нет же! Это я виновата.

– Пойдем, сядем, и ты все расскажешь. Хорошо? – Мелисса берет меня за руку и пытается отвести туда, где музыка еще тише.

– Давай потом? Я немного устала.

– Тогда пойдем домой! Точно! Тем более уже почти 2 часа ночи. Сейчас я позову Дениз, скажу, что мы уходим.

Моя подруга хватает сумку и убегает. Мелисса права – надо уходить, пока я снова не увидела его, и на глазах не проступили слезы.

– Лидия! – О, нет. Только не он! За что? – Ты почему такая расстроенная? Что-то случилось?

Мой движок работает на пределе. Мне кажется, я даже вижу, как сердце колотится о грудную клетку. Надо сохранить самообладание. Да Крис издевается надо мной! Я даже не знаю, чего я хочу больше – ударить его или убежать? Ни то, ни другое делать нельзя.

– Ничего не случилось! – И все же я не могу скрыть злобы. – Я устала и хочу домой.

– Брось! Еще рано! – Как же мерзко он улыбается, глядя мне прямо в глаза. – Лучше выпей! Нам ни к чему твоя грустная физиономия. Она всю атмосферу портит!

Я не знаю, что ответить на эту грубость. Первый раз в жизни я не могу среагировать! Я молча смотрю на него, стиснув зубы от злости. Будто я забыла свой родной английский!

– Да пошел ты! – говорю я и, как можно сильнее ударив его плечом, направляюсь к выходу.

Какая же я злая! Мне хочется кричать и ломать мебель! Да как он смеет?!

Я подбегаю к своему автомобилю, плюхаюсь на сидение и даю волю слезам. Мне плевать на макияж, плевать на все. Я хочу домой, хочу забиться в угол, хочу просидеть там целую вечность! Я стучу по рулю от злости!

– Лидия, прекрати!

– Мелисса, – говорю я, захлебываясь слезами. – За что он так?

Подруга садится рядом со мной на переднее сидение.

– Не плачь, родная! – Она нежно обнимает меня, и я кладу голову ей на плечо. – Тебе сейчас нельзя за руль. Давай я отвезу тебя домой.

Она говорит так тихо и вкрадчиво, что я немного успокаиваюсь.

– Хорошо.

Мы меняемся местами.

– А где Дениз?

– Я тут! – Мы даже не заметили, как она подбежала к авто и запрыгнула на заднее сидение. – Я случайно кое-что подслушала, девочки.

– Что?

Слезы высохли, и я, наконец, могу говорить без хрипоты в голосе.

– Уверена, что хочешь это услышать?

– Да, черт возьми! Говори уже.

– Я искала однокурсницу, чтобы попрощаться, и случайно услышала разговор твоего Криса и его приятеля. Говорили о тебе.

– Дальше можешь не продолжать, – перебивает Мелисса и заводит авто.

– Почему? Пусть продолжает! – не без сарказма возражаю я. – Мне очень интересно знать, что он обо мне думает.

– Они оба думают, что ты влюблена.

Я не говорю ни слова. К сожалению, они правы.

***

22 мая 2014 года

Это возмутительно!!! У меня в голове ни одного приличного слова! Как же я злюсь! Мне так плохо! Джонс приставал вчера к этой сучке Габриэлле! Когда я увидела, как она довольно улыбается во весь рот, а он стоит рядом и облизывает ее, меня будто кувалдой по голове шандарахнуло! Кажется, я ревную… но я не имею на это права, Крис ведь не мой парень. Он мне не принадлежит… но я все равно очень сильно злюсь! Не пойму на кого: то ли на себя, то ли на него. На него злиться бессмысленно. Ведь, если порассуждать, он мне никто. Выходит, я злюсь на себя. Но за что?? Я совсем запуталась. Я так ненавижу это разрушающее, смертоносное чувство! Меня раздражает сам факт, что я ревную! Полный бред! Когда ревнуешь, себе же делаешь хуже. А еще я очень обижена. Да как он посмел?! Неужели это потому, что я его раскусила? Разве это ложь? Он ведь действительно хотел соблазнить меня! Я что, выгляжу легкодоступной? Держу пари, Крис ни капли не переживает из-за того, что причинил мне боль. Ведь он специально сделал это! Да что я такое пишу?! Джонс, кажется, вообще не испытывает никаких чувств… ну, кроме похоти, конечно. Хотя это инстинкт, а не чувство… Дорогой дневник, кажется, я действительно влюбилась. Ведь Крис уже несколько дней не выходит у меня из головы! Кошмар! Как вообще можно влюбиться в такого человека, как он? Самое ужасное, что я хочу видеться с ним каждый день, слышать его голос, смотреть в его глаза, видеть эту потрясающую улыбку… Вот такой вот психоанализ!…

Глава 4

Слухи это то, что делает твою репутацию. Люди говорят о тебе, смакуют каждое твое слово и действие. Разбирают тебя на части, смотрят, наблюдают, не могут оторвать глаз. Вот что значит популярность! Я – Кристофер Джонс – могу по праву считать себя лучшим. Меня все хотят, и мне это нравится.

Как же люди любят обсуждать мою сексуальную жизнь! Как я это делаю, с кем я это делаю и даже где я это делаю! Признаюсь, было всякое. Я горжусь каждым своим достижением, каждой победой на «любовном» фронте.

А сколько обо мне ходит сплетен! В Дьюке говорят, что в прошлом семестре я трахнул двоих девушек прямо на преподавательском столе. Думаете, я действительно это сделал?

Что ж… сейчас расскажу, как все было на самом деле.

Как-то раз у меня возникла воистину гениальная идея! Захотелось разнообразия, чего-то новенького, даже опасного. Чувствовали ли вы когда-нибудь адреналин в крови, когда ты уже на пределе, на пике удовольствия, готов кончить и тут понимаешь, что кто-то на тебя смотрит? Или когда ты трахаешь шлюху прямо на улице, опершись на стену потными руками, а желание быть замеченным только распаляет тебя? Так вот, дорогие мои, этого мне и хотелось в тот день.

Я достал ключи от одного из лекционных залов на втором этаже колледжа. Вы спросите, как? Это совершенно неважно. Самое интересное впереди.

Накануне в одном из ночных клубов Дарема я подцепил двух красоток-близняшек: блондинки, длинные ноги, зеленые глаза. Девушки явно искали приключений на пятую точку.

По счастливому стечению обстоятельств я встретил их в колледже. Как тесен мир!

– Куда мы идем, Крис? – спросила одна из них. По их довольным лицам и ухмылкам я сразу понял: они знают, что их ждет.

Они обняли меня с двух сторон, и мы стремительно пошли по коридору. Вокруг не было ни души, и это еще больше подстегивало меня. Внутри все горело, член был уже наготове, и я предвкушал, как трахну каждую по очереди.

Подойдя к двери кабинета, я осмотрелся, не идет ли кто, затем вставил ключ в замок и повернул несколько раз.

Девушки так соблазнительно выглядели в облегающих джинсах и тесных кофточках! Как только дверь захлопнулась, они тут же стали жадно целовать друг друга, гладить бедра, груди. Я присел на край стола и довольно наблюдал за происходящим, расставив ноги немного в стороны. Нет ничего более возбуждающего, чем смотреть, как две соблазнительные девушки ласкают друг друга, изредка поглядывая на тебя исподлобья в ожидании реакции.

Закончив лизаться, блондинки направились ко мне. Если честно, я даже не помню их имен, но кого это волнует? Одна из них – та, что пониже – впилась в мои губы, одновременно стягивая с меня пиджак, а вторая принялась расстегивать ширинку на джинсах. Ее длинные пальчики наглаживали мой возбудившийся член через ткань боксеров. Я встал на ноги, чтобы было комфортнее получать удовольствие. Пока первая блондинка целовала мои губы, шею, грудь, вторая уже вовсю облизывала мое достоинство.

Я уже начал растворяться в блаженстве, как услышал, что кто-то ломится в кабинет. Вот черт! А мы ведь только начали!

– Какого..?! – В кабинет вошел преподаватель. Клянусь, таких выпученных глаз я прежде не видел.

Он орал как потерпевший. Застегнув джинсы, я как можно быстрее вылетел из кабинета, блондинки последовали за мной. У одной из них в руках был мой пиджак.

Там за дверью было столько студентов! Кто-то осуждающе смотрел на меня, кто-то был в шоке, но остальным было откровенно наплевать: они давно привыкли к моим частым спектаклям.

Разъяренный преподаватель кричал нам в след, грозя отчислением. Помню, как мне было весело в этот момент. Всем известно, что никто меня не отчислит. Это абсурд! Не может же один из бывших клиентов моего дяди выгнать меня из Дьюка! Так что я был совершенно спокоен.

– Крис! Мы не закончили! – облизываясь, произнесла та, что повыше. Как же я люблю развратных девушек!

– Хотите продолжения?

– Да, – одновременно сказали девушки.

Мой член был все еще сильно возбужден и хотел поскорее ворваться в эти симпатичные тела.

Я набрал номер личного водителя отца и приказал ему приехать на лимузине прямо к порогу колледжа. Очень уж мне хотелось показать свою состоятельность и безнаказанность. Спустя какое-то время мой приказ был исполнен.

– Сэм, веди машину и не смей подглядывать, – грубо сказал я водителю. Он знал, куда нужно ехать.

Мы втроем сели в лимузин. Я развалился на заднем сидении, и девушки тут же принялись раздевать меня. Ненасытные!

Первая опустилась на колени и продолжила сосать мой член, как заведенная игрушка. Обхватив головку губами, она грубовато взяла член влажной рукой и начала водить ею от яичек до головки и обратно. При этом не забывала ласкать ртом саму головку. Так быстро, что меня аж трясло. Неописуемое наслаждение! Как бы мне не хотелось просто запрокинуть голову и наслаждаться минетом, делать этого я не стал. С довольным видом мартовского кота я наблюдал, как блондинка работала своим восхитительным ротиком.

Признаюсь, я так увлекся, что совсем забыл, что рядом со мной сидела ее копия. По-моему, она обиделась, что ей не дали доступ к моему внушительному эрегированному достоинству. К счастью для нее, мы уже подъехали к дому. Так и не застегнув ширинку, я вместе с девушками выскочил из лимузина и быстро поднялся в квартиру.

Открыв дверь, блондинки тут же кинулись снимать с себя одежду. Ну наконец-то! Здесь мы можем полностью расслабиться. Адреналина было вполне достаточно.

Глядя на близняшек, на их разгоряченные обнаженные тела, готовые на все, я начал раздеваться. В спальне девушки тут же легли на кровать и принялись ласкать себя между ног, хихикая, дразня и заманивая меня. Затем они обе перевернулись и подставили мне свои одинаковые симпатичные попки. Я перепробовал много девушек, но близняшки – это что-то новенькое. Мне не терпелось попробовать каждую.

Мне в голову пришла мысль поиграть с ними. Я отлично знал, как сильно они хотели, чтобы я их трахнул. Полностью голый я подошел сзади и начал гладить их обеих по спинам, задевая кожу на попках. Они довольно мурчали, по-кошачьи выгибали спины и умоляли меня войти. Я смеялся про себя: мне так нравилось издеваться над ними! Но черт возьми! Моему дружку уже не терпелось ворваться в их возбужденные тела. Выругавшись про себя, я не стерпел и резко вошел в одну из девушек. Я сделал это так сильно и грубо, что ее тело слегка поддалось вперед, и она застонала. Чтобы вторая не скучала, я вставил в нее два пальца и начал двигать ими внутри. Как же там было влажно и тепло! Я двигался резко, жестко, то наращивая темп, то почти останавливаясь.

Я хотел, чтобы это длилось долго-долго! Как только я вынул член из одной блондинки, они тут же перевернулись и пододвинулись на середину кровати. Я последовал за ними. Та, что недавно наслаждалась моими пальцами, села рядом со мной и принялась целовать меня в губы, лаская их языком. Целовалась она отменно, так что я совсем позабыл о присутствии ее сестры. Неожиданно я почувствовал прикосновения ее немного шершавого язычка на своих яйцах. Она лизала их, всасывала то одно, то другое, жадно целовала и снова лизала, будто мороженное. Потом села на меня верхом, взяла мой член и направила себе между ног. Ощущения невероятные! Она скакала на мне, сексуально двигая бедрами взад-вперед, затем по кругу, мурчала и стонала. Ее руки скользили по моему торсу.

Второй блондинке надоело заниматься моими губами и просто наблюдать, как я забавляюсь с ее сестрой. Она села рядом с ней и стала целовать, попутно наглаживая ее грудь, а я просто смотрел.

Спустя несколько минут блаженства мне надоело лежать на спине, и одним движением ноги я дал знать блондинке, что пора слезать с моего члена. Я поднялся, схватил ее за руку, кинул на кровать, раздвинул ноги, с размаху вошел и стал трахать как можно жестче – так, что бедняжка чуть ли не кричала. Ее копия села ей на лицо, и она стала ласкать ее промежность своим розовым язычком. Наконец, пришло время поменять девушек. Я пальцем поманил вторую блондинку, и она тут же пододвинула ко мне свой упругий зад, продолжая сидеть на свой сестре.

Я трахал их по очереди, то одну, то другую, так, что кровать тряслась, а девушки стонали от наслаждения. Или от боли. Честно говоря, мне было все равно. Я был уже на пределе, но не хотел, что бы это заканчивалось. Хорошо, что я научился сдерживать оргазм!

Девушки целовали друг друга и кричали практически в один голос. Я положил одну руку на соблазнительный зад одной, а второй рукой схватился за лодыжку ее сестры, и продолжил трахать, но уже медленнее. Один толчок был глубже предыдущего. Девушки мурчали и целовали друг друга в губы.

Когда я, наконец, вытащил член, та близняшка, что находилась сверху, поднялась, взяла его в руку и стала водить по нему туда-сюда, потянувшись ко мне за поцелуем. Вторая мяла свою грудь и шипела от наслаждения. Девушки решили довести меня до пика наслаждения и взять все в свои руки, во всех смыслах этого слова.

Они уложили меня на спину и принялись лизать мой член с двух сторон, как эскимо. Что только они не вытворяли с ним: работали ртами, языками, ладонями! Они наглаживали мои бедра и ноги и глядели мне прямо в глаза, наблюдая за моей реакцией. Девушки по очереди наслаждались моим членом, а у меня уже не было сил сдерживаться. Через несколько секунд я с громким стоном кончил себе на живот.

Девушки улеглись рядом со мной и еще долго целовали сначала меня, а затем друг друга.

Спустя несколько минут близняшки оделись и ушли, поблагодарив меня за потрясающий секс. И это несмотря на то, что они обе так и не кончили!

Да, я весьма эгоистичен в этом деле. Неважно, получают девушки оргазм или нет – главное, чтобы я получил удовольствие. В конце концов, для чего природа создала женщину?

Глава 5

Мы с Мелиссой выходим из университета и спускаемся по ступенькам вниз к парковке. Нас встречает весенний ветер, обволакивает своей прохладой, играет лёгкими тканями наших одежд и распущенными волосами.

– Чудесная погода! Погуляем сегодня? – улыбается Мелисса и оглядывается по сторонам. – Только вот где носит Дениз?

– Ты же её знаешь. Наверное, опять на своих репетициях, – развожу руками я.

– О да! Так что на счет прогулки? Хотя стой, я совсем забыла! Лидия, я же обещала заехать в фонд и помочь тёте.

Только я собираюсь ответить, как ко мне сзади кто-то подходит и кладет руки на плечи. Я резко оборачиваюсь и вижу Криса. Мелисса тут же складывает руки на груди и встаёт в позу.

– Что-то потерял, Джонс?

На лице подруги читается явное недовольство. Она совсем не ждала Криса.

– И тебе здравствуй, дорогая! – Он ухмыляется и переводит взгляд на меня. – Ну что, поедешь со мной?

– Что? – Я удивлённо смотрю на него. – Куда я с тобой поеду?

– Ой, Лидия, зачем все эти вопросы? Мы просто покатаемся. Не отказывайся, тебе точно понравится.

Он пристально смотрит на меня. Как же я хочу согласиться, но в моей памяти невольно всплывает тот момент, когда он приставал к Габриэлле. Мне неприятно. А Мелисса уже просверлила дыру в Крисе.

– Хорошо, я поеду.

Я улыбаюсь, но подруга хватает меня за руку.

– Ты что, Лидия? С ума сошла? Ты не поедешь с ним!

– Всё будет хорошо. Правда. – Я обнимаю ее, и, кажется, она сдаётся. – Я позвоню тебе.

Крис подмигивает ей, и мы уходим.

– Какая-то странная у тебя подруга, – говорит он по дороге к своему шикарному автомобилю.

– Не странная, а просто заботливая и очень любит меня. Ну и ненавидит тебя.

– Действительно, странная, – ухмыляется он, открывая передо мной дверцу «Порша». – Садись детка, ты будешь первая.

– Очень смешно.

Я демонстративно закатываю глаза.

– Эй, я серьёзно! Она только сегодня из автосалона, так что можешь гордиться.

Я улыбаюсь и опускаюсь на переднее кожаное сидение. Пахнет потрясающе: элитным виски пополам с мужским парфюмом. Совсем новый салон поражает своей изысканностью и уникальностью. Через пару секунд Крис садится, касается пальцами руля, и мы трогаемся с места. Машина мгновенно набирает скорость.

– Нравится?

Вероятно, Крис не ждёт ответа, так как он у меня на лице написан. Мне явно приятно находиться с ним. Я в восторге от сумасшедшей скорости и нарастающего напряжения: покалывает кончики пальцев, приятно кружится голова. Мне нравится смотреть на него, на его безупречное лицо, сильные руки и невероятно красивую улыбку. А ещё Крису очень идёт кожаная куртка.

– Да, – улыбаюсь я и опускаю глаза.

– Лидия, а ты красавица! – Он смотрит на меня и игриво подмигивает. И тут я прощаю ему всё, что он творил на той вечеринке. Прощаю и забываю.

– Даже не думай, Джонс. Мы просто проедемся. Ничего не будет. – Он улыбается, не отрывая взгляд от дороги.

И тут прямо за нами на бешеной скорости несётся BMW.

– О боже! Что он вытворяет? – кричу я, но лицо Криса остается спокойным. – Крис!

– Всё в порядке, не дёргайся.

Не успеваю я и глазом моргнуть, как этот автомобиль начинает приближаться, а потом внезапно вырывается вперед. Крис резко тормозит. BMW тоже. Расстояние между бамперами машин сокращается…

– Вот ублюдок!

Крис соскакивает с места и выходит из машины. Из BMW вылезает низкорослый парень чуть старше Джонса. Я не решаюсь выйти: не женское это дело лезть в мужские разборки. Стекло опущено, и я слышу разъяренного Криса. Кажется, он сейчас порвёт на части противника. В первый раз вижу его таким. Эти горящие серые глаза, ужасающая гримаса на лице… На секунду мне становится страшно. Крис выкрикивает ругательства, замахивается, но ударить не решается. Второй парень, кажется, уже пожалел, что напоролся на Джонса. Через пару минут Крис возвращается в машину. Он сидит за рулём и улыбается, как будто не в разборках участвовал, а всего лишь выходил за кофе.

– Крис?

– Всё хорошо, детка.

Он невероятно спокоен.

– Но только что…

– Лидия! Не забивай голову! Говорю же: всё прекрасно.

Он улыбается мне, и мы уезжаем. Парень из BMW так и остаётся стоять на обочине дороги. Видимо, ещё не совсем отошёл от шока.

– Ты сегодня без машины, ведь так?

– Да, за мной заехала Мелисса, и я решила, что справлюсь без своего «Камаро».

Крис кивает, даже не глядя на меня.

– У тебя ведь нет парня, правда?

– Джонс, тебе не кажется, что это не твоё дело!? – рявкаю я.

– Да брось, Лидия! Так и скажи, что нет у тебя никого. Даже трахнуть не кому.

Он ухмыляется.

– Да что ты себе позволяешь? – Я повышаю голос и бросаю на Криса суровый взгляд, а он только улыбается в ответ. – Всё! Хватит! Отвези меня домой!

Я надуваю губы и складываю руки на груди.

– К кому домой? К тебе или ко мне?

– Крис!

Он опять улыбается и подмигивает. Какой же он всё-таки сексуальный! Хоть я злюсь, и внутри всё кипит от дикого возмущения, но надо признать, что его обаяние способно покорить любую девушку. Ну, кроме Мелиссы, разумеется.

По дороге домой я любуюсь пробуждением природы после долгого зимнего сна. Её красота завораживает и манит в свои тёплые благоухающие объятья. Я улыбаюсь. Мне удивительно легко. Я перевожу взгляд на Криса. Он выглядит спокойным и умиротворённым. Не сводя глаз с дороги, он протягивает мне руку. Я не понимаю к чему это, но подаю свою. Он слегка сжимает мои пальцы и улыбается. У меня колотится сердце и перехватывает дыхание от волнения. Вдалеке уже виднеется наш особняк. Крис нажимает на тормоз и поворачивается ко мне. Он так близко, что я чувствую его теплое и сладкое дыхание на своей трепещущей коже.

– Крис, я… Пожалуйста!

Он касается губами моей щеки, и всё мое тело окутывает теплое сладкое облако. Он целует мои губы, и я отвечаю. Голова кружится, я дрожу. Он смотрит мне прямо в глаза.

– Встретимся ещё раз, милая? Только не вздумай отказывать мне.

Его губы растягиваются в полуулыбке, а я уже утонула в его серых глазах, словно в водах Атлантики.

– Хорошо.

Я опускаю глаза и стараюсь не смотреть на него.

– Я позвоню тебе. Номер дала одна из твоих подруг.

– Определенно не Мелисса, – улыбаюсь я и выхожу из авто. Крис тем временем заводит мотор и трогается с места.

У меня будто выросли крылья, я счастлива необычайно. Хочу увидеть его снова, смотреть в серые воды, наполняющие его глаза, чувствовать его запах и бесконечно долго купаться в его теплых объятьях.

Я не видела Криса уже два дня. Он обещал позвонить, но так и не сделал этого. Стоит ли мне еще ждать? Чувствую себя наивной дурочкой. Неужели я думала, что он сдержит свое обещание? Обычно от таких парней, как Крис, глупо ждать серьезных намерений. Но я же его зацепила! Он вел себя так, будто заинтересовался мной. По крайней мере, мне так показалось. Впрочем, сейчас это уже неважно.

Я не могу разобраться в своих чувствах. Всерьез ли это? Или это всего лишь мимолетное увлечение? Я хочу скорее выяснить это, встретиться с ним, поговорить, заглянуть в глаза. Может, тогда я смогу понять, что происходит со мной.

Я хватаю ноутбук и захожу на свою страничку в «Фейсбуке». Надеюсь, он в сети. Через наших общих друзей я быстро нахожу его аккаунт. Все довольно предсказуемо: на аватарке Джонс в смокинге, на фоне своего автомобиля. Я саркастично улыбаюсь.

Я клацаю по клавиатуре в надежде придумать оригинальное сообщение. Но на ум приходит лишь банальное «Привет, как дела?».

Просидев еще несколько минут, я все-таки решаюсь написать.

«Привет, Крис».

«Привет. Пишешь первой? Вот это сюрприз!».

Его ответ ставит меня в тупик. Как можно быть таким бесцеремонным?

«Ты скучала по мне?».

«Нет, просто не знала, чем себя занять».

«Да ладно! Признайся уже! Ты от меня без ума».

Я молчу: совершенно не знаю, что ответить. Собственно, я и затеяла эту переписку, чтобы это выяснить. Наверное, я и в правду боюсь признаться себе, что влюбилась в этого придурка.

«Чего молчишь? Хочешь, приезжай ко мне, и мы нормально поговорим?».

Подумав, я решаю принять его странное предложение.

«Хорошо, давай адрес».

Я бегу в душ, затем одеваюсь и еду к нему. Что бы сказала Мелисса, увидев меня такой? Совершенно безрассудной. Я даже не подумала о последствиях! Наверное, я окончательно потеряла голову из-за этого морального урода, но так или иначе, а я должна встретиться с ним как можно скорее.

Он живет в обычном пятиэтажном доме из серого кирпича. Я оставляю свой автомобиль на парковке, поднимаюсь на пятый этаж и звоню. Спустя пару секунд раздаются шаги. Дверь открывается: на пороге стоит Крис. Он держит в руке стакан и выглядит невероятно притягательно. Я забываю, как дышать.

– Привет, детка. Заходи, не стесняйся. Я не кусаюсь, – говорит он и отходит в сторону.

Я вхожу в комнату. Крис плюхается на диван и предлагает выпить. Я осторожно опускаюсь в кожаное кресло и смущенно кладу куртку себе на колени.

– А не рановато для выпивки? – удивленно спрашиваю я.

– Лидия, на другом побережье уже давно пора пить коктейли. Держи!

Он передает мне стакан с темно-янтарной жидкостью, и я делаю пару глотков, прикладывая тыльную сторону ладони к губам.

От выпитого алкоголя мне становится жарко и душно. Ко всему прочему, Джонс сегодня чертовски сексуален и не сводит с меня глаз.

– Что? – спрашиваю я. Мне ужасно неловко.

– Ничего. Просто наблюдаю. – Он делает паузу, потом продолжает: – Если честно, я удивлен, что ты так быстро согласилась приехать.

– Я хочу кое-что проверить.

А впрочем, я и так уже знаю. Я действительно влюблена в этого человека. Он одним взглядом заставляет мою кровь кипеть.

– Что проверить? – спрашивает он, и мне кажется, что он догадывается, для чего я здесь.

Наш натянутый разговор прерывает телефонный звонок. Крис явно нервничает.

– Может, возьмешь трубку? – говорю я. Вдруг это его новая пассия?

– Да, конечно.

Джонс встает с дивана, хватает свой мобильник и уходит в другую комнату. Я ощущаю себя не в своей тарелке. Наверное, зря я пришла.

Из комнаты доносятся крики и возгласы. Мне тревожно и в то же время интересно. Что там происходит?

Глава 6

Крис сидит на кровати и держится за голову. У него такой подавленный вид, что я не знаю, что и думать. Скорее всего, что-то случилось. Он чувствует мое присутствие. Я медленно подхожу к нему и осторожно дотрагиваюсь до его плеча. Крис резко поднимает голову и смотрит на меня холодным, пронзительным взглядом. Он явно расстроен.

– Что-то случилось? – спрашиваю я мягким вкрадчивым голосом.

– С чего ты взяла?

– На тебе лица нет.

– Я просто устал и хочу немного побыть один. Проваливай, детка. Завтра увидимся.

– Хм… – я опускаю глаза. – Ты уверен?

– Да! Со мной все в порядке, Лидия.

– Что-нибудь хочешь? Я все сделаю. Кофе? Или приготовить что-нибудь?

– Лидия! Я просто хочу остаться один в своей квартире! Как можно быть такой назойливой?

Крис резко встает с кровати и отходит от меня настолько далеко, насколько это вообще возможно в его спальне, начиная ходить из стороны в сторону. Я не понимаю, что с ним творится!

– Я только хочу помочь!

Я стараюсь говорить как можно спокойнее – не хочу вызвать его гнев. Я всем телом ощущаю, как в нем просыпается ярость. В его серых глазах таится опасность, но я не хочу уходить, не хочу оставлять его одного. Желание быть с ним каждую минуту убивает во мне страх. Во мне сейчас кипит столько эмоций: мне обидно, больно, невыносимо сознавать, что он выгоняет меня! В чем я виновата?

– Я не понимаю. Зачем ты так? Сначала пригласил и тут же прогоняешь…

Я подхожу ближе, а он стоит у противоположной стены и пристально смотрит на меня. В следующую секунду мы оказываемся друг напротив друга.

– Я хочу, чтобы ты ушла!

Крис хватает меня за плечи и сжимает так, что мне становится больно. Я чувствую облегчение, когда он отпускает меня и слегка толкает. Что ж, если он хочет, что бы я ушла, пусть будет так!

Я хватаю куртку и собираюсь уходить, хорошенько хлопнув дверью. Еле сдерживая слезы, я останавливаюсь у порога.

Я спиной ощущаю его взгляд и разворачиваюсь, чтобы в последний раз посмотреть ему в глаза.

– Если хочешь, чтобы я ушла, я уйду. Без проблем!

Я делаю шаг в сторону двери, потом еще один и еще… Пора идти.

– Лидия! – Я закрываю глаза и с облегчением выдыхаю. – Останься.

Услышав свое имя, я подбегаю к нему и целую чувственные губы. Теплыми ладонями он дотрагивается до моего лица и, наконец, отвечает на поцелуй. Его руки нежно обвивают мою талию, затем опускаются ниже. Он трепетно целует мою шею, скользя по ней влажными губами. Я закрываю глаза и запрокидываю голову от блаженства. Горячая волна наслаждения прокатывается по моему телу. Мне жарко. Я снимаю куртку и остаюсь в футболке. Глядя на мое жаждущее тело, Крис стягивает с себя рубашку, затем футболку, и я вижу его обнаженный рельефный торс. Мы пятимся назад и оказываемся у края его роскошной двуспальной кровати. Я остаюсь в одном лифчике. Крис рассматривает меня голодным взглядом: его пепельно-серые глаза искрятся желанием. Всем своим видом я умоляю его сделать это! Я ложусь на кровать, шелк ласкает мою кожу, и это еще больше меня заводит.

Не говоря ни слова, Крис ложится на меня и продолжает целовать. Спускается все ниже и ниже, рисуя дорожку влажных поцелуев: шея, ключицы, грудь… Когда он добирается до живота, мне щекотно, и я улыбаюсь, прикусывая нижнюю губу. Мой любимый не торопясь снимает с меня джинсы с трусиками. Проводит языком до щели между моих ног, затем целует внутреннюю сторону бедер. Я довольно мурлычу, впиваясь ноготками в покрывало.

Приподнявшись, я быстро расстегиваю лифчик. Пару секунд, и я лежу обнаженная, расслабленная, с широко расставленными ногами. Крис снимает с себя джинсы и боксеры. О, боже! Мне уже не терпится почувствовать его внутри. Он идеален!

Крис располагается между моих гладких как шелк ног и его член медленно входит в меня моих губ срывается невольный стон. Он хватает меня за руки, запрокидывает их назад и начинает двигаться, постепенно наращивая темп. Я крепко обхватываю его ногами. Мое тело покрывается каплями пота, губы пересыхают, и я облизываю их. Наши обнаженные тела сплетаются и… Вздох! Крис слизывает с моих губ стон за стоном, продолжает целовать мое гибкое тело и гладить темные длинные волосы. Потом он хватает меня за талию, поднимает, крепко прижимая к себе, и мы уже делаем это сидя. Я полностью контролирую его! Подчиняю себе! Мое потное тело извивается в его руках! Мы двигаемся в унисон. Его руки жадно рыскают по моей спине, рот слегка приоткрыт, и мне так и хочется засунуть в него язык. Я целую его, исследуя небо. Какой же он сладкий! Любимый, а главное – мой! Мой и больше ничей. Мне так нравится обладать им: его потрясающе красивым, идеально сложенным телом.

Не выдержав напряжения, Крис жестко хватает меня за бедра и переворачивает. Я снова чувствую его напор внутри себя. Он еще шире раздвигает мои ноги и начинает двигаться быстрее. Я начинаю стонать громче, но Крис затыкает меня страстным поцелуем. Я чувствую, что мой любимый еле сдерживается. Еще несколько движений, и он спускает, но продолжает двигаться. Несколько секунд, и… Взрыв! Перед глазами темнеет, а по телу будто пробегает разряд тока. Наши лбы соприкасаются, мы тяжело дышим. Его руки нежно касаются моих, и наши пальцы переплетаются между собой.

Крис кладет голову мне на грудь. Он все еще во мне. Я глажу его по волосам и чувствую себя невероятно счастливой.

В комнате тихо. Слышно лишь тиканье настенных часов и биение наших сердец. Я устала и меня клонит в сон.

***

23 мая 2014 года

Дорогой дневник, сегодня мы с Крисом в первый раз переспали, и я чувствую себя слегка опустошенной. В моей голове что-то помутилось, я спустила разум на тормоза и просто отдалась парню, в которого по уши влюбилась. Не знаю, правильно ли я поступила? Но я не жалею. Секс был божественный! Мне никогда и ни с кем не было так хорошо! Мне кажется, я все еще чувствую его прикосновения на своей коже. Черт! А ведь он кончил в меня, и теперь мне срочно нужно бежать в аптеку за противозачаточными таблетками. Не хочу забеременеть.

Я закрываю дневник и вскакиваю с кровати. Чтобы не забыть про важное дело, надо сделать его сейчас! Я быстро переодеваюсь в спортивный костюм, надеваю кожаную куртку, а на ноги натягиваю кроссовки. Хватаю несколько долларовых купюр и засовываю их в карман.

На улице сегодня прохладно. От сильного ветра деревья покачиваются, а небо заволокло тучами. Надеюсь, я успею вернуться домой до того, как пойдет дождь. К счастью, аптека находится всего в одном квартале от нашего особняка.

Я забегаю внутрь и сразу краснею. Вот черт! Я первый раз в жизни покупаю противозачаточные! Мне ужасно неловко. Я опускаю голову, беру со стеллажа пачку с таблетками и подхожу к кассиру. Честно говоря, я чувствую себя воровкой, которая пытается протащить товар без ведома охраны. И почему я так стыжусь этого? Лидия, это всего лишь таблетки!

– Спасибо за покупку, приходите еще, – вежливо говорит девушка-продавец, протягивая мне небольшой пакетик с моей покупкой. Я хватаю его, выдавливаю улыбку и пулей вылетаю из аптеки.

Уф! Вот и я пережила первую покупку этих злосчастных таблеток.

Теперь главное – каким-то образом пронести их мимо родителей. Возле дома я вытаскиваю таблетки из пакета, пихаю их себе в карман, а пакет выбрасываю.

– Мам, пап, вы дома? – кричу я, закрыв за собой дверь. В ответ тишина.

Ну, что ж! Раз их нет дома, можно не дергаться и спокойно подняться к себе в комнату.

– Лидия!

– Какого черта? Ты меня напугала! – услышав мамин голос, я автоматически прикрываю карман рукавом.

– Не выражайся так! Где ты была?

Мама снова задает ненавистные мне вопросы. Какая ей разница?

– Гуляла. На улице так свежо! И дышится хорошо. Озоновый воздух и все такое… – Мои глаза бегают. Хорошо, что издалека этого не видно. – Я, пожалуй, поднимусь к себе. Можно?

Мама кивает головой, а я с облегчением выдыхаю.

***

25 мая 2014 года

Дорогой дневник, я считаю минуты от нашей последней встречи с Крисом. Его нет уже вторые сутки! Я очень скучаю по нему и переживаю. Хочу поскорее его увидеть… Интересно, куда он пропал? Этот мерзавец не звонит, не пишет. Никто из его приятелей не слышал о нем. Как так? Он будто исчез! Где он может быть? И главное, Крис даже не предупредил, что его не будет так долго! Я чувствую себя какой-то неживой, когда его нет рядом. Мой Крис дарит мне столько незабываемых эмоций, что когда они пропадают, мне становится тяжело. Мне уже кажется, что он для меня как наркотик! И сейчас мне срочно нужна доза. Мне снятся его поцелуи и прикосновения, но снов о нем мне ничтожно мало. Надеюсь, я скоро вновь его увижу.

Я сижу в своей комнате, развалившись на шикарной двуспальной кровати. По телевизору нет ничего интересного. Все одно и то же: на одном канале – новости, в которых вешают лапшу на уши, на другом – какое-то шоу типа «Двух с половиной человек», на третьем – мода, на четвертом – музыка. Как же мне это надоело!

Включаю компьютер, захожу на свою страницу в «Фейсбуке». Что новенького случилось у моих знакомых? Все обсуждают стриптиз Габриэллы. Серьезно? Так много времени прошло с тех пор! Будто говорить больше не о чем!

За окном раздается знакомый шелест шин, и я сразу предполагаю, что это папа. Обычно он сразу заходят в дом, и мне не надо идти открывать дверь.

Кто-то упорно стучит, и я лениво встаю с кровати. На голове черт знает что, на ногах тапочки. Я очень надеюсь, что это Крис или Мелисса.

Я открываю дверь и вижу его – в кожаной куртке и солнцезащитных очках.

– Привет. Я так и буду стоять на пороге? – говорит он, снимая очки. – Может, впустишь меня?

Крис достает бутылку какого-то дорогого красного вина. Я невероятно счастлива видеть его на пороге своего дома. Как же я хочу сейчас броситься в объятия, сказать, как сильно скучала! Но я решаю не вешаться ему на шею, а выдержать паузу. Я скрещиваю руки на груди. В конце концов, я действительно возмущена, что он так бесцеремонно явился сюда и требует, чтобы я его впустила!

– Тебя целых два дня не было! Ты ничего не хочешь мне сказать? Или, может, извиниться?

Я вижу, как Джонс закатывает глаза, и злюсь еще больше.

– Ну, хорошо, детка, прости меня! Прости, что не позвонил.

– Хватит называть меня деткой! Или ты мое имя забыл?

– Лидия. – Крис недовольно морщится и сжимает губы. – Долго я еще буду здесь торчать? Может, мне уйти? Я ведь уже извинился!

– Нет, стой! – спохватываюсь я и отхожу в сторону. – Проходи.

Он переступает порог с самодовольной улыбкой. Забрав бутылку вина, я веду его на кухню.

Он снимает куртку и бросает ее на стул возле небольшой барной стойки. Я все еще недовольна. Сажусь на диван, снова складываю руки на груди, демонстративно закидываю ногу на ногу.

– Я жду от тебя объяснений, Крис. Где ты был все это время?

– Вина?

Крис легким движением руки откупоривает бутылку, берет бокал и наливает мне.

– Не уходи от темы! Да и пить я не хочу!

Я знаю, что Крис одним лишь взглядом может заставить меня выпить. Но я нарочно сопротивляюсь.

Он подходит, садится рядом и протягивает мне бокал. Я беру его, но не пью.

– А почему не налил себе?

Крис улыбается и пристально смотрит мне в глаза.

– Я был со своими друзьями, Лидия. У одного из них проблемы, и я, как друг, должен был помочь. Надеюсь, ты понимаешь.

– Это тот друг, у которого почти все тело в татуировках? Не помню, как его зовут.

– Он самый. А ты хотела бы сделать тату? – Он аккуратно берет меня за свободную руку и большим пальцам проводит по венам на внутренней стороне. – Тут, например.

– Нет. Я слишком боюсь боли, – говорю я и делаю глоток вина.

– Ты такая неженка? – смеется он.

– Эй! – Я отдергиваю руку. – Не смейся надо мной! Я просто чувствительная!

– Хорошо, чувствительная ты моя!

Я дуюсь и задираю нос. Меня злят его саркастичный смех и издевательства! Крис встает и идет к холодильнику.

– Если хочешь, я могу приготовить обед.

– Ты умеешь готовить? – удивленно спрашиваю я. Никогда бы не подумала!

– Конечно. Отец научил.

Парень шарит в холодильнике и через несколько минут находит охлажденные куриные ножки. Он достает их и кладет в раковину. Я в недоумении.

– Хочешь меня задобрить? Чтобы я вот так легко простила, что ты динамил меня два дня?

– С чего ты взяла, детка? Я просто есть хочу. Да и для чего я, по-твоему, принес красное вино? А приготовлю-ка я, пожалуй, эти ножки в соево-медовом соусе! Что думаешь? Ты голодная?

– Хотела заказать тайскую еду, но и ножки сойдут.

Я пытаюсь издеваться над Крисом и представить, что тайская еда вкуснее курицы. Хотя это не так.

– Как скажешь, детка, – подмигивает Крис и принимается мыть курицу. Я сижу на диване и наблюдаю за ним с бокалом вина в руках.

– Есть мед и соевый соус? – спрашивает он.

– Посмотри в том большом шкафу со специями.

Хоть мой парень и высокий, но мед, который стоит на верхней полке, он достать не может. Я усмехаюсь, но так, чтобы он не видел. Крис встает на цыпочки, и я вижу, как ткань футболки ползет вверх и обнажает мышцы на спине. Я прохожусь взглядом от того места вверх и нервно сглатываю. До чего же сексуально он выглядит!

Все ингредиенты уже стоят на столе: соевый соус, мед, кетчуп, чеснок, соль с перцем, ну и сами ножки, разумеется.

– Сковорода внизу, – говорю я и разваливаюсь на диване.

– Может, поможешь? – возмущается парень. – А то разлеглась тут!

– Ни за что! Давай сам! Тебе же нужно искупить вину! Так что не отвлекайся.

Крис корчит недовольную рожу, достает из нижнего шкафа сковороду и ставит на плиту. Включает газ, наливает на сковороду оливковое масло и кладет вымытые ножки. Спустя несколько секунд масло начинает шипеть. Я поднимаюсь с дивана и подхожу к Крису.

– Все-таки решила помочь, детка? – улыбается он.

– Без меня ты полкухни разнесешь. А что я родителям скажу?

Крис закатывает глаза.

– Тогда приготовь соус.

– Хорошо, шеф! – смеюсь я и беру соевый соус, мед и небольшую глубокую миску. Сначала наливаю мед, беру ложку, и, вливая туда соус, начинаю все перемешивать. Стараюсь все делать аккуратно.

Краем глаза замечаю, что Крис наблюдает за мной, смакуя каждое движение. Терпеть не могу, когда за мной следят!

– Прекрати, – скрипя зубами, произношу я.

Крис заливается мерзким, но заразительным смехом.

– Что делать? Я просто смотрю!

– Я не могу сосредоточиться! Ты буквально сверлишь меня глазами! Лучше бы за курицей следил, а то сгорит!

Крис тут же кидается к плите.

– Нет, не сгорит. Сейчас переверну.

Немного нарезанного чеснока, кетчупа и… готово! Я все тщательно перемешиваю и ставлю на стол рядом с плитой. Какой приятный запах, а я такая голодная! Крис окунает в соус палец и облизывает его, пробуя пахучую жидкость на вкус. Он делает это, что бы меня соблазнить??

– По-моему, пора уже заливать соусом. Как думаешь? – спрашивает он.

– А ты уже посолил и поперчил?

– Да за кого ты меня принимаешь, детка? Конечно!

– Ну, хорошо! Тогда заливаем.

Крис берет миску и быстро выливает соус на курицу. Выглядит потрясающе! Я делаю огонь еще меньше и накрываю сковороду крышкой.

– Через пятнадцать минут все будет готово, – говорю я, глядя на настенные часы.

– Чем пока займемся? – Крис подходит ближе. Его чувственные губы льнут к моим.

– Посудой, – говорю я и всем телом отталкиваю его от себя. – Складывай в раковину.

Крис снова недоволен тем, что я не ответила на его авансы. Сейчас не время заниматься этим. Но мой парень, кажется, этого не понимает. Думаю, он еще раз попытается соблазнить меня, не добравшись до спальни.

Я, наконец, домываю проклятую посуду и чувствую легкую усталость. А ведь я толком ничего не сделала. Крис уже сидит на диване и пьет вино из моего бокала.

– Пятнадцать минут уже почти прошли, – говорит он.

– Я просто умираю с голоду! Где будем есть? В столовой или здесь?

– Конечно, здесь!

– Хорошо, шеф.

У нас на кухне стоит небольшой стол из красного дерева. Отец специально поставил его тут. Родители вечно на работе, я на учебе. Завтракать вместе получается редко, обедать – тем более. И только ужинаем мы всей семьей. Но так как нас не десять человек, а только трое, едим мы на кухне, а не в столовой. Не понимаю, зачем она вообще нужна?

Я расставляю тарелки и бокалы. Возникает мысль поставить свечи, но я быстро отказываюсь от этой идеи, ведь у нас не свидание. К тому же, сейчас день.

Я кладу две ножки себе, затем три Крису.

– Приятного аппетита, детка, – говорит он и садится за стол.

Вот что он делает? Я не могу спокойно есть, когда он наблюдает за мной, ухмыляется, смотрит самодовольным, соблазняющим взглядом. Мне так и хочется сказать: «Хватит!» Но я не решаюсь. У меня все валится из рук, а мой парень чувствует себя очень уверено и комфортно. Он берет бутылку с вином, наливает себе, затем мне. Поднимает бокал, и вопросительно смотрит на меня. Я расцениваю это как сигнал. Наши бокалы со звоном ударяются друг о друга, издавая еле слышный хрустальный звон.

– За тебя, Лидия, – произносит он и делает глоток. Ну, слава богу, хоть деткой меня не звал.

Я быстро расправляюсь с двумя куриными ножками. Никогда не думала, что мед сочетается с мясом. Перевожу взгляд на Джонса. Черт! Он даже ест сексуально! Лидия, возьми себя в руки!

– Было потрясающе вкусно! – говорю я, не скрывая восхищения.

– Я знал, что тебе понравится. Говорил же, что умею готовить!

– Ха! Соус сделала я, между прочим! – возмущаюсь я. – Шеф-повар нашелся!

Вижу, что его тарелка уже пуста. Я поднимаюсь со стула, подхожу к нему и наклоняюсь, чтобы забрать ее. Я нахожусь настолько близко к его губам, насколько это вообще возможно. Они блестят от остатков масла, и Крис облизывает их. Край губ он вальяжно вытирает большим пальцем.

Забрав посуду, я иду к раковине. У меня нет ни малейшего желания ее мыть, поэтому я просто сваливаю ее в кучу. А вот столы нужно протереть. Джонс так и остается сидеть, тихонько попивая красное вино.

На столе, где я готовила, остались капли соуса и какие-то крошки. Я беру губку и протираю его. Закончив, я разворачиваюсь и натыкаюсь на Криса, который, как назло, стоит сзади, да еще с бокалом вина. От удара он случайно выливает его на меня.

– Черт!! Крис!! Осторожнее! Вино так плохо отстирывается!

Я нервно размахиваю руками. Вот как так?! И что теперь делать? Он нарочно это сделал, наверное. Надо пойти в свою комнату, переодеться.

– Ой! Извини. Я не хотел.

– А мне кажется, что хотел!

– Не злись, Лидия! Подумаешь, вино!

Можно, конечно, снять кофту, но у меня под ней ничего нет! Даже лифчика! Я немного злюсь на Джонса, хотя понимаю, что это вышло случайно, и он не виноват. Крис ставит полупустой бокал на стол и медленно подходит ко мне.

– Давай, я помогу.

Крис медленно расстегивает молнию на моей домашней кофте, разглядывая обнаженную полоску кожи между грудей. Я должна сопротивляться, но не делаю этого. Мы пятимся, и я натыкаюсь поясницей на край кухонного стола. Я смотрю на Джонса, и мне до жути хочется поцеловать его. Он медленно стягивает с меня кофту, обнажая плечи. Я ощущаю, что у меня уже все ноет от возбуждения. И вот я уже по пояс обнажена. Мое тело так и просит его прикосновений! Крис опускается ниже, снимает с меня домашние штаны вместе с нижним бельем. Я хватаю его за руку, пытаюсь остановить. А вдруг родители придут в самый неподходящий момент?

– Крис, что ты делаешь? – спрашиваю я. Пульс учащается, сердце готово вырваться из груди. Мне жарко.

– Тебе понравится, уверяю. Ты ведь этого хочешь? – говорит Крис, глядя на меня снизу вверх.

Я снова нервно сглатываю. Конечно, я этого хочу! С того самого момента, как увидела его на пороге пару часов назад!

– Я так и думал, – шепотом говорит Крис.

Я стою обнаженная посреди кухни. Я чувствую себя слегка неловко и руками прикрываю грудь. Крис стоит передо мной на коленях и нежно целует низ живота, затем спускается ниже и запускает язык между моих ног. Я начинаю тихонько стонать. Мои пальцы впиваются в край стола. Пока я таю от блаженства, Крис лижет и посасывает у меня между ног, поглаживая руками бедра. Чтобы усилить возбуждение, я отрываю руки от стола и ласкаю пальцами свои соски, и тут Джонс останавливается. Я вижу на его лице сексуальную ухмылку. Он поднимается с колен, берет со стола открытую бутылку с вином и делает глоток прямо из горлышка.

Я молча наблюдаю за ним. Каким будет его следующий шаг? Крис дает мне немного выпить и одним взглядом приказывает не трогать бутылку. Даже не знаю, что заставляет меня беспрекословно подчиняться: то ли бешеное желание, то ли простое любопытство. Как только полусладкая алая жидкость касается моих губ, Крис убирает бутылку, и вино холодным ручейком льется вниз по шее, ключицам и, наконец, добирается до груди. Крис начинает нежно слизывать вино с моих губ, целуя, и кусая нижнюю. Я отвечаю на поцелуй. Я наслаждаюсь его вкусом. Крис слизывает винную дорожку с моей груди, которая уже вздымается от возбуждения. Я еле сдерживаю себя! Как же мне хочется поскорее ощутить его внутри! А Джонс продолжает издеваться надо мной. Каждое его прикосновение – как удар током.

Крис хватает меня за бедра и сажает на стол. По его серым глазам, источающим дикое желание, я понимаю, что теперь он дает мне право управлять процессом. Я судорожно начинаю расстегивать пояс на джинсах. Затем хватаю его за шею и притягиваю к себе. Я страстно впиваюсь в его губы и начинаю целовать, исследуя языком небо. Я легко и быстро расправляюсь с ширинкой, стягиваю джинсы и освобождаю его член от ткани. Он снимает футболку. Наши потные, разгоряченные и обнаженные тела соприкасаются, я обхватываю ногами его бедра, и Крис входит в меня, отчего у меня с губ срывается стон. Он начинает медленно, но резко двигаться во мне. Входит и снова выходит… я ощущаю его член так глубоко, что вскрикиваю с каждым толчком. Он носом утыкается мне в шею, я чувствую его дыхание на коже, слышу учащенное сердцебиение. Я двигаю бедрами в такт ему. Он наращивает темп, и тут меня пронзает ток, по всему телу, такой силы, что я вскрикиваю от удовольствия! Еще несколько секунд и Крис кончает. Он двигается во мне все медленнее, наконец, останавливается. Мы оба тяжело дышим. Я обнимаю его и глажу по потной спине. Мои ноги все еще держат его бедра. Он кладет голову мне на плечо и нежно целует в шею. Несколько минут мы стоим, не шевелясь.

Когда мое сердце перестает бешено биться в груди, я слегка отстраняюсь. Будто спустившись с небес на землю, я вспоминаю, что с минуты на минуту родители должны вернуться с работы.

Мой Крис, наконец, выходит из меня. Чмокнув меня в губы, он начинает искать свою одежду.

– Где мои джинсы? – спрашивает он.

– Там, где ты их оставил, – отвечаю я.

Я встаю на ноги, поднимаю свою одежду с пола и одеваюсь.

– Мне нужно в душ. Подождешь меня?

– Нет, детка, мне пора идти.

– Ну, да. Точно.

Одевшись, Крис берет куртку, очки и направляется к выходу. Я ничего не понимаю.

– И даже не попрощаешься? – кричу я ему вдогонку. Он оборачивается, и его губы, которые только что так страстно целовали меня, лениво растягиваются в улыбке.

– Пока, детка!

Клянусь, я никогда прежде не чувствовала такого холода и равнодушия в его голосе. Крис выходит и закрывает за собой дверь.

А я остаюсь стоять посреди прихожей в полном недоумении. Но мне сейчас некогда об этом думать. Мама с папой будут здесь через несколько минут.

На кухне жуткий беспорядке: продукты разбросаны, посуда не мыта, а главное – вино! Если родные это увидят, будет скандал. Я бегу к разделочному столу и быстро соображаю, куда бы спрятать алкоголь. Первое, что приходит в голову – поставить бутылку в папин бар. Там столько бутылок с элитными винами, виски и коньяком, что он вряд ли заметит, если там появится недопитое красное вино.

Алкоголь там, где должен быть, и я успокаиваюсь. Смотрю на часы – 8.25 вечера. У меня есть только пять минут, пока мои очень пунктуальные родители не открыли дверь. Надеюсь, они не столкнулись по дороге с Крисом! Я судорожно навожу порядок на кухне. Проклятая сковорода так плохо отмывается от соуса!

– Лидия! Мы дома!

А вот и они!

– Я тут, мам! – кричу я, вытирая влажным рукавом лицо.

– Ты опять моешь посуду без специального средства? – возмущается мама. – Да еще и руками, без губки?

– Где папа? – спрашиваю я и выключаю воду. Я никогда не реагирую на подобного рода замечания. Мне вообще кажется, что мама говорит это, чтобы показаться заботливой. Единственное, о чем она действительно сейчас думает, так это как бы поскорее принять горячую ванну и расслабиться после напряженного трудового дня.

– Он ставит автомобиль в гараж. Как прошел день? – спрашивает мама, и плюхается на диван. – Принеси мне стакан сока, пожалуйста.

Я открываю холодильник, достаю пакет ананасового сока, наливаю в стакан и молча подаю маме.

– Спасибо. Ну?

– Все хорошо, мам.

– Дай угадаю. Целый день провалялась в кровати?

Мама улыбается, и по ее улыбке я вижу, что она очень устала и на самом деле ей не очень интересно, чем я занималась весь день.

– Да, – отвечаю я и опускаю голову, вспоминая, что Крис вытворял со мной полчаса назад. Мне даже немного стыдно.

Дверь открывается, и входит папа. Он тоже выглядит уставшим: расстегнутый пиджак, взъерошенные волосы, подмышкой дипломат.

– Спасибо, дочка. Как дела в университете?

Ну, вот опять! Ничего интереснее не мог придумать?

– Пап, ты почти каждый день спрашиваешь об этом. И я каждый раз отвечаю, что ничего нового, все хорошо!

Папа лишь качает головой в ответ. Затем молча идет на кухню. По напряженной обстановке я понимаю, что они с мамой снова поссорились. Это неудивительно, когда работаешь бок о бок. Они устают не только от рутинной работы, но и друг от друга. Хотя по идее, они должны не так уж часто видеться. Работа генерального директора весомо отличается от обязанностей исполнительного. Последним является мама. На ее хрупких женских плечах лежит очень много обязанностей: от координации работы офисов до разработки бизнес-планов и стратегии развития компании. Папа только руководит. Даже не знаю, на ком больше ответственности. Но факт остается фактом: они поссорились и ужасно устали.

В доме тихо: родители не разговаривают и воротят носы друг от друга. Я предпочитаю не приставать к ним и иду к себе в комнату писать курсовую по гендерологии.

Предмет несложный, поэтому спустя несколько часов я свободна. Написав на титульном листе свою фамилию и курс, я откладываю бумаги в сторону. Оформлю позже.

***

26 марта 2014 года

Кажется, день не удался. Чувствую необычное утомление, боль в мышцах и жар. Я заболела. Нет сил подняться и принять лекарства, а дома как обычно никого нет. Мама с папой вообще редко бывают дома и уж тем более не беспокоятся обо мне. Иногда мне кажется, что я им не очень-то и нужна. Возможно, я ошибаюсь. Папа говорит, что работает так много для того, чтобы у меня было все самое лучшее, но я так хочу чаще с ним общаться! А вот мама – это другое дело. Она больше похожа на старшую сестру, чем на мать или на подругу. Хотя нет, она совершенно не похожа на мою Мелиссу. Мама – это тот человек, с которым можно обсудить моду, мужчин, даже секс. На этом темы для разговоров заканчиваются. В общем, с такими родителями может показаться, что я сирота. Иногда такая мысль приходит мне голову. Но я стараюсь гнать ее прочь. Ведь я не понаслышке знаю, что такое быть сиротой. У моей любимой Мелиссы совсем недавно не стало родителей. Нет ничего трагичнее и больнее, чем потерять близких тебе людей! Всякий раз, когда я вспоминаю об этом, мое сердце обливается кровью, а на глаза наворачиваются слезы. В такие моменты я понимаю, что очень люблю своих родителей. Мелисса всегда учила меня ценить то, что имеешь. Я стараюсь, но получается не очень хорошо.

Кстати, странно, что Крис ушел так внезапно. После прекрасного секса на кухонном столе он просто развернулся и свалил. Иногда я не понимаю его. Такое ощущение, что он приходил ко мне, чтобы воспользоваться моим телом, а не чтобы извиниться или просто побыть вдвоем. Возможно, это так, но я ничего не могу поделать со своими чувствами. Я люблю его.

Глава 7

Звук вибрации моего мобильного телефона вытаскивает меня из сонного состояния. Курсовая работа меня здорово утомила. Я достаю из сумки мобильник. Это Крис. Не прошло и недели, как он вспомнил обо мне!

– Да.

– Детка, прости, что так быстро ушел. Мне надо было кое-куда заскочить. – Он говорит так быстро, что я не успеваю вставить ни слова. – Я хочу тебя кое-куда пригласить.

– И куда же? – интересуюсь я.

– У моего дяди Эрика завтра день рождения. Мне нужно сопровождение на вечер. У меня есть только ты. – На моем лице расплывается довольная улыбка. – Возражения не принимаются! Ты идешь со мной!

– Хорошо, Крис, я пойду! – Я делаю вид, что сама согласилась на это, а не потому, что меня поставили перед фактом.

– Да, и надень что-нибудь соблазнительное.

– Ну разумеется!

– Я заеду за тобой в девять вечера. Будь готова, – говорит Крис и тут же отключается.

Я так рада, что он позвонил! Это будет первый раз, когда мы с ним пойдем на торжественный прием вместе! Я смогу познакомиться с отцом Криса, с его дядей и множеством других интересных людей. Такие вечера всегда идут на пользу и весьма отличаются от наших молодежных вечеринок в «Грифоне». Там нет пьяных оргий и стриптиза на столе, что меня очень радует.

Мне уже не терпится надеть на себя какое-нибудь восхитительное платье, чтобы любимый был в восторге. Поскорее бы завтрашний день!

Спустя несколько часов размышлений я начинаю готовиться ко сну. Смываю макияж с лица, чищу зубы, завязываю волосы в пучок, переодеваюсь в пижаму и ложусь в теплую кровать. Буду специально спать до обеда, чтобы не уснуть завтра на приеме. Я кладу голову на мягкую подушку и проваливаюсь в глубокий сон.

– Дорогая, вставай, уже скоро полдень, а ты спишь! – Мамин голос освобождает меня из объятий Морфея.

– Ну, мам!

Я ерзаю на кровати: совершенно не хочу подниматься.

– Вставай, говорю! – Она стоит надо мной, скрестив руки на груди.

– Почему ты дома, а не на работе? – спрашиваю я, протирая глаза пальцами.

– Я взяла выходной. Хочу сегодня провести время с родной дочерью.

– Это все, конечно, замечательно, мам, но не вовремя… – Я встаю и топаю в ванную. – Надо было предупредить! У меня сегодня дела!

– Какие у тебя могут быть дела? – Мама недовольна. – Первый раз я взяла выходной, чтобы побыть с тобой, а у тебя дела!?

– Это не моя вина, что ты забыла меня предупредить!

– Ты всегда где-то ходишь неизвестно с кем! Можно хоть раз побыть с матерью?!

Я чувствую, что сейчас будет скандал. Я только проснулась и не настроена на выяснение отношений.

– С матерью? Серьезно? – И все же я не могу сдержать эмоций. – Ты вспомнила, что ты моя мать? Только сейчас? Надо было сделать это несколько лет назад. А сейчас я вполне самостоятельная.

– Лидия Андерсон! Прекрати так себя вести! Ты причиняешь мне боль! А ведь знаешь, как мы с отцом стараемся, чтобы у тебя было все самое лучшее, чтобы ты ни в чем не нуждалась!

– И все же я нуждаюсь кое в чем, – спокойно говорю я, споласкивая руки.

– В чем, Лидия?

В маминых глазах я вижу, что она искренне не понимает, что я хочу от нее, что я всегда от нее хотела!

– А ты догадайся.

Ну вот! А ведь я не хотела ссориться. И если честно, сама уже запуталась, чего же мне так недостает? Наверное, я хотела бы, чтобы мама уволилась с работы, которая ей самой не нравится, и больше времени проводила со мной. Об этом мало кто знает, но иногда я очень скучаю по тем временам, когда она работала простым менеджером, и мы часто выбирались за город, гуляли по магазинам или просто сидели дома и смотрели старые черно-белые фильмы. К сожалению, те времена прошли. Я ловлю себя на мысли, что злюсь именно по этой причине.

А мама просто уходит из моей комнаты. Вероятно, снова пойдет на эту невыносимую работу. Настроение подпорчено у нас обеих, и мне немного жаль, что так получилось. Хотя это не первая ссора и далеко не последняя.

Ладно, мне надо думать о сегодняшнем вечере. Все как обычно: платье, туфли, прическа, макияж, аксессуары. И еще надо позвонить Мелиссе и сказать ей об этом мероприятии. Заодно отвлекусь.

– Привет, родная! Ты как?

– Привет. Все хорошо. Вся в делах. Вот выдалось несколько минут отдохнуть. – Её голос кажется слегка уставшим.

– А чем это ты так занята?

– Готовлюсь к важному вечеру! Столько всего надо сделать!

– Ну-ка, подробнее! Куда собралась?

– Сегодня у Эрика день рождения. Нужно купить ему подарок и самой подготовиться!

– Ты не поверишь! Я тоже туда иду! – с восторгом объявляю я.

– Вот это совпадение! – Мелисса удивлена не меньше моего.

– Меня Крис пригласил, – говорю я.

– Понятно… – Мелисса делает многозначительную паузу. Имя моего парня всегда вызывает у нее такую реакцию. – Как у тебя с ним? Все в порядке?

– В принципе, да. Ничего плохого не произошло, не переживай.

– Слава богу! Если что случится, сразу говори мне!

– Обязательно! – Моя подруга такая заботливая! – Ты уже решила, что подаришь Эрику?

– Вообще-то нет. У меня есть одна оригинальная идея. Лидия! Пойдешь со мной? Вечер все равно только в десять.

– Конечно! – Я рада, что Лисса позвала меня.

– Замечательно. Тогда собирайся. Буду у твоего дома через пятнадцать минут.

– Хорошо, родная.

Мелисса отключается. Я тут же вскакиваю и бегу в гардеробную. Надеваю джинсы и широкую футболку. На улице ветер, так что я беру с собой красный пиджак и янтарного цвета шелковый шарф – на всякий случай. Волосы завязываю в конский хвост, хватаю сумку, мобильный телефон и спускаюсь вниз.

В доме никого: мама все же решила уйти на работу. Вот отец удивится, что она предпочла бумажную волокиту времяпрепровождению со мной!

Слышу стук в дверь, открываю ее и на пороге вижу свою любимую подругу. Выглядит она на все сто: изящное платье молочного цвета до колен, джинсовая куртка, на ногах сапоги. Волосы плавными волнами спадают на плечи, а на лице играет задорная улыбка.

– Привет! – Она обнимает меня за плечи и тут же отпускает. – Ну, идем? Нам надо столько успеть!

Я запираю дверь и включаю сигнализацию – стараюсь всегда так делать, когда в доме никого нет. Мы с Мелиссой садимся в ее автомобиль и едем в центр города. Только там находятся лучшие магазины, рестораны и салоны красоты.

– Ты уже решила, что наденешь? – спрашиваю я, подмигивая.

– Да! Я нашла потрясающее платье! Но рассказать не буду, – улыбается Мелисса, поглядывая то на меня, то на дорогу. – Увидишь вечером.

– Хитрая! – смеюсь я в ответ. – А вот я еще не решила, что надену. Надо снова порыться в гардеробной. Там точно есть что-то подходящее.

Через несколько минут мы подъезжаем к торговому центру. Думаю, в конце следует зайти в какой-нибудь салон, привести себя в надлежащий вид.

– Ну, так какая оригинальная идея пришла в твою гениальную голову? – спрашиваю я. – Я о подарке.

– У Эрика Джонса есть все. Такому человеку нужно подарить что-то необычное! Здесь рядом есть специальный магазинчик с подобными вещами. Такими, как капсула времени, например.

– А что это?

Мы заворачиваем за угол, и я вижу небольшое причудливое здание. Над дверью висит красочная вывеска «Магазин необычных подарков». Интересно! За прилавком стоит полноватая продавщица и листает журнал.

– Здравствуйте. Мне нужна капсула времени, – вежливо говорит Лисса, пока я разглядываю товары на витрине.

– Да, конечно! Сейчас принесу, – отвечает женщина. – У нас есть в золоте и в серебре.

– Принесите обе, я посмотрю.

Я подхожу к подруге, а продавщица приносит два черных глянцевых футляра. На обоих прописными буквами выгравировано «Капсула Времени».

– Мне больше нравится в золоте. Давайте ее.

– Хорошо.

Один из футляров женщина убирает, а второй кладет в пакет и передает Мелиссе. Она быстро расплачивается, и мы выходим на улицу.

– Как думаешь, мне тоже надо что-нибудь подарить Эрику? – спрашиваю я, когда мы заходим в торговый центр.

– Если ты при первой же встречи сделаешь ему подарок, это будет означать, что ты очень воспитанная девушка. Это не более чем правило хорошего тона – прийти на день рождения с подарком.

– Тогда мне нужно что-то купить от себя. Фляжку! Что скажешь? Надеюсь, мистер Джонс любит брендовый алкоголь! – усмехаюсь я.

– Еще как! Мужчинам его статуса полагается его любить! – улыбается Лисса.

Этот торговый центр самый большой в Дареме, и я уверена, что здесь мы обязательно найдем дорогую фляжку под брендовый алкоголь.

В итоге мы находим невероятной красоты хрустальный штоф с серебряным донцем. По словам менеджера, штоф привезли из Франции в единственном экземпляре. За такую прелесть я готова выложить даже такие большие по нашим меркам деньги – семь с половиной тысяч долларов.

Подарки куплены, и мы с Мелиссой можем подумать о себе. Мы заходим в ближайший салон, и нам делают маникюр, педикюр и несколько масок для лица с молоком и медом. От них кожа на лице становится мягкой и нежной, словно лепесток розы!

Прическу и макияж я сделаю сама, когда приду домой.

– Сколько времени? Мы не опоздаем? – спрашивает Мелисса и ищет в сумочке ключи от автомобиля.

– Почти шесть вечера. Надо ехать по домам. Тем более, что я умираю от голода!

– Давай заскочим хотя бы в «Старбакс», выпьем латте!

Мы садимся в авто и трогаемся с места.

– Крис за тобой заедет, да?

– Да.

Как только разговор заходит о моем парне, атмосфера накаляется. По лицу Мелиссы я вижу, что она никак не может смириться с тем, что я стала встречаться именно с ним.

– Все-таки Эрик его родной дядя.

– И я от этого, честно говоря, не в восторге.

– Ты улыбнулась! – восклицаю я. – Лисса, что-то мне подсказывает, что ты сильно неравнодушна к мистеру Джонсу!

– С чего ты взяла? Мы просто мило общаемся. Он часто жертвует деньги в фонд моей тети Зары.

– Ага! Ну-ка, расскажи мне, какой он?

– Эрик – харизматичный, статный мужчина. Умный и начитанный. Как-то раз он зашел в офис моей тети, а я разбирала документы…

– И ты не могла отвести от него взгляд и ловила каждое его слово! – перебиваю я и улыбаюсь во все тридцать два зуба. – Все с тобой понятно!

– Лидия!

– А что?! Правда ведь? Правда?!

Мы обе заливаемся громким смехом. Мне уже не терпится поскорее увидеть того мужчину, по которому моя Мелисса почти что сходит с ума. У нее давно уже не было серьезных отношений: она с головой ушла в учебу и помогала Заре с фондом, но сейчас, когда на горизонте появился Эрик, мне очень хочется, чтобы они начали встречаться. Плевать, что он намного старше. Главное, чтобы Мелисса была счастлива.

– Увидимся вечером, родная! – Я выпрыгиваю из автомобиля и бегу в дом наряжаться.

До приезда Криса остается чуть больше трех часов. Я влетаю в свою комнату, включаю любимую музыку и мчусь в гардеробную. Открываю шкаф с платьями, ищу что-нибудь подходящее для сегодняшнего вечера. Нужно что-то сексуальное, но не вульгарное, не черное, но и не слишком яркое. Я начинаю перебирать одну вешалку за другой и в самом конце нахожу то, что мне нужно – длинное платье изумрудного цвета с гипюровым полупрозрачным верхом и струящейся юбкой с боковым разрезом. Решено! В нем я буду выглядеть сногсшибательно! Смотрю на себя в зеркало, и мне в голову приходит идея сделать макияж с акцентом на губы. Красная помада идеально впишется в образ!

Я сажусь за макияжный столик, включаю лампочки и чувствую себя кинозвездой в гримерной. Наношу на лицо увлажняющий крем, затем базу, сверху тональный крем темно-бежевого оттенка. Затем подправляю брови специальными коричневыми тенями и наношу на веки бронзовые тени. Еще немного растушеванного карандаша шоколадного цвета, и макияж глаз готов. Крашу пушистые ресницы угольно-черной тушью, и как говорят французы, вуаля! Провожу по скулам кисточкой с бронзатором, чтобы их выделить, затем наношу немного румян на щеки. Восхитительно! Помаду стоит выбрать темно-красного оттенка. Этот цвет шикарно сочетается с изумрудным, делая образ достойным красной ковровой дорожки.

До приезда Криса остается не так много времени, а мне еще нужно выбрать аксессуары. Это моя самая любимая часть! Открываю ящик с ювелирными украшениями, достаю тонкий золотой браслет и серьги в виде роз с крошечными рубинами посередине. С собой возьму похожий по цветам клатч, а на ноги одену босоножки на высокой шпильке.

Я смотрю на часы: через полчаса приедет Крис, а это значит, что пора надеть на себя всю эту красоту и завязать высокий хвост в стиле Дженнифер Лопес.

Перед тем как спуститься на первый этаж, надо в последний раз взглянуть на себя в зеркало. Платье сидит на мне великолепно! Не зря я выбрала именно его. Крашу губы помадой и сразу преображаюсь. Я, наверное, никогда не была в таком восторге от собственной красоты и элегантности!

За окном я слышу шум мотора, и спускаюсь вниз, захватив с собой подарок для мистера Джонса. Я страшно нервничаю: сердце вот-вот выпрыгнет из груди! Адреналин зашкаливает. Странно, почему я так переживаю? Это же просто день рождение! Ничего особенного. Главное, чтобы меня не попросили произнести поздравительную речь.

Открыв дверь, я выхожу на порог дома и вижу его: Крис стоит, облокотившись на автомобиль, и роется в своем мобильном телефоне. Он весь в черном и похож на падшего ангела, невероятно сексуального и притягательного! Итальянский смокинг идеально подчеркивает его широкие плечи, накаченные руки, ровные ноги. От одного его вида у меня перехватывает дыхание! Я подхожу ближе и замечаю на левой руке золотой «Ролекс», а на ногах лакированные туфли. Как же ему идет такой стиль!

Мой любимый поднимает голову и смотрит на меня. Его пепельно-серые глаза широко распахнуты, а губы приоткрыты. Я стеснительно опускаю глаза вниз и из-под пышных ресниц вижу восхищенный взгляд Криса. Мне кажется, будто я таю, словно воск под лучами солнца! Сердце стучит еще сильнее. Эти минуты тянутся так долго, и я хочу поскорее сесть в автомобиль.

– Детка, – произносит Крис мягким сексуальным голосом. Я поднимаю глаза и слегка улыбаюсь краем губ. – Ты прекрасна.

Я подхожу к нему, держа края платья, и он протягивает мне руку. Как только моя ладонь касается его, Крис тут же хватает меня за талию и притягивает к себе. Он крепко сжимает меня в объятиях, а его ладони гладят спину. Через мгновенье я ощущаю прикосновение его теплых губ на своей шее.

– Крис, – тихонько шепчу я. – Мы так опоздаем.

Он отрывается от моей шеи и смотрит на меня соблазняющим взглядом.

– Как бы мне хотелось сорвать с тебя это платье, – тихо говорит он и довольно улыбается.

Я кладу руки ему на плечи, тянусь к мочке уха и шепчу:

– Позже, милый, после приема. – Он игриво поднимает брови и прикусывает нижнюю губу. – Поехали! А то опоздаем!

Я подбираю подол платья, открываю дверь «Порше» и сажусь на переднее сидение. Крис кладет подарок для Эрика назад, садится за руль, и мы уезжаем.

– Ты купила для моего дяди подарок?

– А почему ты так удивляешься? Не могу же прийти с пустыми руками!

– А я могу! Легко!

– Ты – его племянник, тебе позволительно.

– А что там в коробке?

– Штоф. Серебряный, между прочим. Надеюсь, мистер Джонс любит виски?

– Обожает! – говорит Крис, сосредоточено глядя на дорогу. – Детка, ты умница!

Он кладет свою ладонь на мое оголенное колено, и она движется вверх до бедра.

– Что ты делаешь?! Лучше за дорогой следи! Прям потерпеть не можешь! – Я скидываю его руку и слышу заразительный смех.

Я улыбаюсь: у меня сейчас игриво-приподнятое настроение, и я готова показать себя. Любимый, как ни странно, придает мне уверенности в себе.

Спустя некоторое время мы подъезжаем к самому дорогому отелю Дарема «Ред Даймонд». Ресторан, в котором проходит сегодняшнее торжество, находится на первом этаже.

У входа нас встречает молодой светловолосый мужчина в чёрном смокинге. На его руках белоснежные перчатки, а на лице дружелюбная улыбка. Он распахивает перед нами дверь и жестом приглашает войти.

Здесь невероятно красиво! Огромная зала, отделанная в жёлтых и золотистых тонах, сверкает и искрится. Мраморный пол золотистого цвета – словно большое озеро. Мне так нравится стук моих острых шпилек, который раздается каждый раз, когда я наступаю на мраморные плиты! Я даже вижу в них свое отражение. Крис крепко держит меня за руку и ищет глазами отца и дядю. Я поднимаю голову и вижу потолок в форме купола. Как он высоко! В середине красуется огромная хрустальная люстра золотого цвета, с которой свисают хрусталики в виде капель. Я восхищена! Конечно, я и раньше бывала в шикарных дорогих ресторанах, но это чудо не сравнится ни с чем.

В зале полно людей в дорогих и элегантных нарядах от известных дизайнеров. Столько разных оттенков! Столько роскоши и пафоса! Мой взгляд останавливается на стеклянной стене полукругом. Она состоит из семи окон, которые доходят до самого потолка. В центральном окне – витражная дверь, ведущая в сад. Из окон льется нежный лунный свет, а на тёмно-синем небе сияет множество звёзд. Чтобы их увидеть не нужно выходить на улицу – их видно прямо отсюда!

Мы проходим вглубь залы, и я замечаю несколько больших столов с разнообразными закусками: канапе из морепродуктов, разные виды сыров, фрукты и другие вкусности. Справа располагается длинная барная стойка с элитным алкоголем, а слева – небольшая авансцена, на которой играет блюзовый ансамбль. Похоже, на этом приеме собрался высший свет всего штата!

– Крис! – доносится из толпы низкий голос. К нам направляется высокий статный мужчина лет пятидесяти в строгом сером костюме. От яркого света вокруг бриллиантовые запонки и зажим для галстука ослепительно сверкают. Темные волосы идеально уложены назад. В мраморном полу отражаются его лакированные серые туфли. По взгляду видно, что мистер Джонс весьма мудрый и умный мужчина, а по рукам – что никогда не занимался тяжелым трудом.

– Дядя! – вскрикивает Крис. – Поздравляю!

Эрик приобнимает племянника, затем хлопает его по плечу.

– Надеюсь, ты будешь прилично себя вести? – тихо произносит Эрик.

– Ничего не обещаю, – подмигивает Крис. Я стою в стороне и тереблю замочек на клатче.

– Кстати, дядя, познакомься! Это мисс Лидия Андерсон.

Ну наконец-то он вспомнил обо мне!

Я улыбаюсь, стараюсь быть милой и даже немного застенчивой, чтобы произвести хорошее впечатление.

– Мисс Андерсон! – Эрик берет мою руку и целует ее, слегка наклонив голову. – Приятно познакомиться.

Мистер Джонс очень галантный. Я понимаю, что в нем нашла моя Мелисса.

– Примите мои поздравления вместе с этим скромным подарком.

Я протягиваю ему коробку со штофом.

– Это очень мило с вашей стороны, Лидия, но все же не стоило!

– Да, ты что, дядя!? – вмешивается Крис. – Теперь будет из чего пить двадцатилетний коньяк на работе!

– Благодарю вас за этот чудесный подарок.

Рядом будто по волшебству оказывается какой-то мужчина с широченными плечами – вероятнее всего, охранник. Мистер Джонс отдает ему мой подарок, и тот сразу уходит.

– Лидия… Андерсон…, – медленно произносит Эрик, делая паузу после каждого слова. – А вы случайно не дочь Джейкоба Андерсона – владельца сети ювелирных бутиков «Вэллей оф даймонд»?

– Это я, – говорю я и широко улыбаюсь. Интересно, откуда он знает о моей семье?

– Я думал, вы придете со своими родителями.

– А они здесь? – удивляюсь я. Как так вышло, что мы пришли на один и тот же прием раздельно?

– Пришли буквально за минуту до вас.

Какой сюрприз! Мои родители здесь. Сейчас начнутся натянутые разговоры, и нам снова придется изображать нормальную семью со здоровыми отношениями.

Как только показываются мои родители, мой парень тут же исчезает. Когда все закончится, я смогу найти его возле барной стойки.

– Мам, пап, – улыбаюсь я. – А что это вы тут делаете?

– Мистер Джонс любезно пригласил нас на свой праздник, и мы не могли отказать.

Моя мама как всегда разговорчива и невероятно красива: сдержанный макияж, черное платье с классическими лодочками на ногах. Приятно видеть её такой.

Папа стоит рядом, засунув руки в карманы брюк, и молчит. На нем черный смокинг, темно-бордовая рубашка и галстук в тон костюма.

– Удивительно, что вы пришли по отдельности! – говорит мистер Джонс.

– Наша Лидия – невероятно занятой человек! Учится, занимается современными танцами… Сегодня мы даже не виделись с ней! – трещит мама, натянуто улыбаясь. Мне кажется, она не испытывает никакой радости от того, что пришла.

Я опускаю глаза и улыбаюсь. Мама не знает, что на занятия танцами я давно не хожу, а все время провожу с Крисом или Мелиссой. Мне приходится делать вид, что мама говорит обо мне чистую правду.

– Эрик, вот ты где! А я тебя везде ищу!

Появляется таинственный гость – такой же высокий и статный, как и виновник торжества. Седые редкие волосы сочетаются с серыми уставшими глазами, а губы расплываются в широкой улыбке. В руках мужчина держит хрустальный стакан с темно-янтарной жидкостью. На безымянном пальце левой руки я вижу золотое обручальное кольцо.

– Познакомьтесь, это мой родной брат Адам Джонс. – Я понимаю, что этот подпивший мужчина – отец моего любимого. – Адам, это семья Андерсон: Мариса, Джейкоб и их очаровательная дочь, Лидия.

Каждый из нас здоровается за руку с мистером Джонсом номер два, хотя я не знаю, кто из братьев старше. Я смотрю то на Адама, то на Эрика, и замечаю в них много общего. Черты лица, особенно разрез глаз, мимика, жесты – все одинаковое.

– Позвольте узнать, а кто из вас старше? – спрашивает моя мама. Неужели это так интересно?

– Эрик старше меня уже на четыре года, – смеется Адам. – Сегодня ему стукнуло пятьдесят три!

– Здесь собрались только умные люди! И уже успели подсчитать, что тебе сорок девять, и ты уже не так молод!

Все собравшиеся смеются в один голос. Это так мило – видеть, как двое мужчин по-братски смеются друг над другом.

Время тянется так медленно! Кажется, что мы стоим на одном месте уже целую вечность, и я начинаю уставать от светского общества. А еще меня волнует вопрос: где же Мелисса? Здесь столько людей! Блеск драгоценных камней слепит мне глаза. Мимо нас проходит официант с подносом шампанского, и я беру один из бокалов.

– Лидия, – шепчет мама, внезапно оказываясь справа от меня. – Лучше бы ты не пила.

– Мама, это всего лишь шампанское! – громко отвечаю я. – Но если мы сохраняем легенду о том, что мы – нормальная семья, а я вообще не пью, то я, пожалуй, поставлю бокал на место. Сейчас. А позже возьму что-нибудь покрепче.

– Не дерзи, дорогая!

В толпе мама замечает своих коллег по работе и тут же натянуто улыбается, махая им рукой.

– Я лучше пойду, поищу подругу.

Озираясь по сторонам, я замечаю еще несколько знакомых лиц. Вот секретарша моего отца, Эмма, блондинка с зелеными глазами и длинными ногами. Что-то мне подсказывает, что именно она является причиной постоянных ссор моих родителей. Чуть поодаль стоит правая рука мэра, Эбигейл Гриффит – седовласая женщина лет сорока пяти с прекрасной фигурой и ровной, как струна, осанкой. Надо бы как-нибудь с ней познакомиться.

Я подхожу к столу с закусками, беру канапе с креветкой и кладу его в рот. От этих фальшивых улыбок и натянутого общения у меня разыгрался аппетит. Повернув голову, я замечаю тетю Мелиссы Зару Харпер.

– Мисс Харпер!

– Лидия! – Мы обнимаемся. – Ты потрясающе выглядишь!

– Спасибо. Вы тоже прекрасны!

Зара всегда выглядит с иголочки: идеальное каре темных волос блестят глянцем, обтягивающее платье подчеркивает слегка полноватую, но красивую фигуру, в уголках глаз изящные стрелки, а на губах красная помада.

– А Мелисса здесь? Мы договорились встретиться.

– Она как раз тебя искала!

– Значит, мы разминулись.

– Я ее видела минут пять назад возле барной стойки!

– Тогда, если вы не против, я пойду туда, пока мы снова не потеряли друг друга.

– Еще увидимся, Лидия, – мило улыбается Зара.

– Конечно!

Я очень надеюсь, что у барной стойки Мелисса не встретит моего парня. Нам сейчас не нужен скандал.

– Лидия! Я тут! – слышу я до боли знакомый голос. Оборачиваюсь и вижу мою Мелиссу. Так великолепно, как сейчас, она не выглядела никогда! Бежевое полупрозрачное платье с розовыми цветами превратило мою любимую подругу в прекрасную нимфу. Светлые локоны уложены в элегантный пучок, а в ушах сверкают круглые рубиновые серьги. От нее исходит такой свет, который озаряет все вокруг. Я даже чувствую, что атмосфера здесь меняется, становится теплее. Она подходит ближе и заключает меня в нежные объятия. – Выглядишь потрясающе! Тебе очень идет это платье!

– Спасибо, родная! Где ты была? Я тебя искала и, кстати, уже успела познакомиться с мистером Эриком Джонсом! – Я кокетливо поднимаю брови, а моя подруга стыдливо смотрит в пол. Сразу видно, что она к нему неровно дышит.

– И как он тебе? – интересуется она.

– Очень видный! А тебя не смущает, что он намного старше?

– Лидия, что за стереотипное мышление? – фыркает Мелисса, и уголки ее губ растягиваются в соблазнительную улыбку. – Ты только посмотри, какой он потрясающий! Какая разница, сколько нам лет!

– То есть, ты бы хотела встречаться с ним? – Зачем я спрашиваю? Ведь очевидно же, что ответ будет положительным. – Можешь не отвечать! Я все поняла!

– Лидия, лучше давай о тебе поговорим! – вскрикивает она. – Где Крис?

– Не знаю. Наверное, как обычно пьет «Джек» за барной стойкой.

– Вы не поссорились случайно? – хмурясь, спрашивает моя подруга.

– Нет! Просто Крис не хочет показываться на глаза моим родителям! – Я смеюсь, хотя сама знаю, что так будет лучше. – Как только они подошли к нам, чтобы познакомиться, он тут же сбежал.

– Я же говорю, странный он у тебя! Не хочу его видеть, чтобы не портить себе настроение. Ты уж не обижайся, дорогая, просто не нравится он мне.

– Брось, какие обиды? Я все прекрасно понимаю.

– Кстати, а Крис тебе не рассказывал о своих родителях?

– Ну, только об отце и то совсем немного. А почему ты спрашиваешь?

– Ой, ну да. Это в его стиле. Конечно, любимая девушка ведь не должна знать всю твою родословную.

– Ты о чем?

– О матери твоего Джонса. Он ведь не говорил тебе, что она умерла от глиобластомы чуть больше двух лет назад?

– Ой, а что это? Что-то жутко ужасное, да? – с ужасом спрашиваю я.

– Это рак мозга. Благотворительный фонд моей тети выделяет огромные суммы на лечение раковых больных.

– О, боже! Да, жаль, конечно. Но откуда ты-то об этом знаешь?

– Случайно услышала разговор Эрика и Зары. Странно, что Крис тебе ничего не рассказывал о своих родителях. Хотя чего я удивляюсь? Это же Крис!

– Спасибо, что рассказала.

Возможно, мне не стоит говорить об этом с любимым, не хочется бередить раны. Ведь он наверняка хочет забыть эту трагедию.

– Ладно. Пойдем ближе к сцене, сейчас Эрик будет говорить благодарственную речь.

– Уважаемые дамы и господа! —Эрик уже стоит на сцене возле микрофонной стойки. – Я от всей души хочу поблагодарить вас всех за то, что пришли! От себя лично хочу сказать спасибо своей любимой семье, а так же хочу выразить благодарность своим коллегам за то, что, несмотря на все трудности, вы всегда рядом, и я чувствую, что мы работаем одной слаженной командой. Для меня большая честь быть знакомым со всеми вами! А теперь хочу пригласить сюда генерального директора одного некоммерческого фонда, который занимается помощью детям, раковым больным и незащищенным слоям населения Северной Каролины, мисс Зару Харпер!

Звучат аплодисменты, и Зара поднимается на сцену. Мистер Джонс, как истинный джентльмен, подает даме руку, и она подходит к микрофону.

– После такой речи сложно что-либо говорить, – улыбается Зара, и все гости смеются. – Прежде всего, примите мои искренние поздравления! А также от лица нашей благотворительной организации я бы хотела поблагодарить мистера Джонса за его весьма щедрые взносы. Я очень надеюсь, что эти деньги помогут людям с ограниченными финансовыми возможностями обрести материальный достаток, а всем больным обрести надежду на скорое выздоровление. Благодаря таким людям, как мистер Джонс, мы сможем побороть рак, бедность и нищету не только в нашем штате, но и по всей стране! Спасибо за внимание, и благослови Господь Америку!

В зале снова звучат аплодисменты. Я замечаю, что Эрик топчется на месте, переступая с ноги на ногу. Он явно нервничает, но ему приятно слышать такие слова от малознакомого человека. Мне определенно нравится Эрик! Мои родители стоят рядом с ним с таким видом, будто перед нами выступает сам президент США – их взгляды устремлены в светлое будущее, а на лицах застыли счастливые улыбки. Сплошная фальшь!

В толпе я вижу моего Криса. Он стоит позади своего дяди, высоко подняв голову, а в руках держит бокал с шампанским. Мы встречаемся взглядами, он подмигивает мне и начинает рассматривать меня, будто в первый раз видит. Я недовольно мотаю головой, но игриво скривив губы. Интересно, сколько еще он будет бегать от меня? Или он боится встречи с моими родителями?

– Теперь моя очередь поздравлять! – На сцену выходит отец Криса Адам Джонс. Пиджак расстегнут, а в руках стакан с алкоголем. По его нетвердой походке видно, что он уже пьян. – Отличный вечер, брат! От лица моей семьи хочу поздравить тебя с днем рождения. Продолжай и дальше радовать нас своим великодушием, добротой и щедростью. Вы знаете, он всегда был таким! Надеюсь, таким и останется. Как-то раз, он…

– Ну все, брат! – вмешивается Эрик. – Заканчивай! Не думаю, что гости хотят слышать все эти истории из нашего детства! – Зал заливается смехом, Эрик поднимается на сцену, хлопает брата по плечу и просит спуститься вниз. – Извините, мой младший брат слегка перебрал. А наш вечер продолжается!

Мистер Джонс спускается со сцены, и блюзовый ансамбль берется за инструменты. Снова звучит прекрасная музыка.

Отец Криса подходит к своему сыну и что-то ему говорит. Со стороны видно, что разговор неприятен обоим: Крис морщит лицо и поддерживает шатающегося отца, а тот размахивает руками, как будто что-то старается доказать.

Я вздыхаю. Очень хочется, чтобы этот прием закончился хорошо, без происшествий.

– Дамы! – К нам с Лиссой подходит Эрик. – Как вам моя речь?

– Очень трогательно, – говорит моя подруга и смотрит мистеру Джонсу в глаза. Между ними пробегает искра, и я это чувствую. Эрик так смотрит на Мелиссу, будто вокруг больше нет женщин – лишь она одна. Он приобнимает ее за плечи и мило улыбается. Должно быть, моя девочка очень счастлива в этот момент.

– Прошу меня извинить, – подмигиваю я. – Мне нужно найти родителей. Увидимся позже.

Разумеется, я ухожу не для того, чтобы искать маму с папой. Я хочу поговорить с Крисом. Чует мое сердце, может случиться что-то непоправимое. Пьяные люди на приеме – это не к добру. Я пробираюсь сквозь толпу, улыбаясь всем, кто встречается мне на пути. Подхожу к столам с закусками, осматриваюсь, но Криса не нахожу. Направлюсь к барной стойке, и… какой сюрприз! Он там.

– Крис! – Я дотрагиваюсь до его плеча, и он тут же оборачивается. – Все в порядке?

– Да, детка. Не волнуйся.

– Я видела твоего подвыпившего отца. Вы поссорились?

– Его видела половина Дарема, – говорит Крис и отпивает из стакана. – Лидия, не задавай глупых вопросов. Все в порядке.

Он встает, небрежно чмокает меня в губы и уходит. Когда же я начну понимать своего парня? То он в приподнятом настроении, пристает ко мне прямо в автомобиле, то резко меняется и превращается в неприятного сноба. И почему он снова ушел? Я бегать за ним не собираюсь. Лучше вернусь к Мелиссе.

– Как вы тут без меня?

– Все хорошо, мисс Андерсон, – вежливо произносит Эрик.

Признаться, чем дольше идет этот прием, тем больше мне хочется уйти. Эта атмосфера уж очень давит на меня, ведь я не привыкла к подобным вечеринкам. Вероятно так же, как и мой заблудший парень. Я не знаю, где он сейчас, чем занят. Я снова неохотно смотрю по сторонам и замечаю странного лысоватого мужчину в смокинге, который ему явно не по размеру. Он слегка полноват и носит очки. В руках у него хрустальный стакан. Он барабанит по нему пальцами, пьет и даже не морщится. Не хватало нам еще одного пьяного! Рядом с ним стоит темноволосая женщина лет пятидесяти с высокой прической. На ней красное платье в обтяжку. Она наблюдает за мужчиной, за его поведением, время от времени поглаживает его по плечу. Я делаю вывод, что они супруги. Если присмотреться, можно заметить, что эта пара отличается от всех остальных. По их виду сразу понимаешь, что они пришли сюда не отдыхать, как остальные гости Эрика, а с какой-то целью.

– А что это за странная парочка вон там? – спрашиваю я у Эрика и Мелиссы.

– Это Уильям Грэм и его жена Сара. Конечно, нет никакой иронии в том, что его зовут как героя Красного дракона, но это весьма забавный факт, – говорит Эрик, – Уильям владеет несколькими кинотеатрами в Дареме, а его жена – домохозяйка, насколько я знаю. У них еще есть дочь Аманда.

Эрик опускает голову, прячет глаза, и мне на доли секунды кажется, что он что-то скрывает. Возможно, между семьями Грэм и Джонс произошел какой-то инцидент.

– Ясно.

– А почему ты спросила? – говорит Мелисса.

– Просто интересно.

На самом деле, мне скучно. Я не знаю, чем себя занять. Вечеринки в нашем «Грифоне» куда веселее.

Вокруг одно и то же: гости смеются, разговаривают, едят, пьют и так по кругу.

– Дамы, – говорит Эрик, – мне нужно отойти на несколько минут.

Он подмигивает Мелиссе, мило улыбается мне и уходит.

– Ты ему очень нравишься, – говорю я. – Точно тебе говорю!

Моя любимая подруга кокетливо опускает взгляд и широко улыбается.

– Лидия!

Вот только этого мне сейчас не хватало!

– Папа, что ты тут делаешь? Я имею в виду…

– Здравствуйте, мистер Андерсон, как поживаете? – С обоими моими родителями Лисса всегда ведет себя подчеркнуто вежливо.

– Спасибо, Мелисса. Хорошо. Отлично выглядишь! – говорит папа и тут же переводит взгляд на меня. – Лидия, поговорим? Мы на минуточку.

Мелисса отходит к барной стойке.

– А мы не можем поговорить дома?

– Ты же знаешь, что нет! – Папа приобнимает меня за плечи. – То мы на работе, то ты где-то ходишь.

– И именно поэтому ты решил наладить отношения сейчас! – Сейчас мое лицо точно напоминает гримасу. – Мы с тобой так редко общаемся!

Во мне просыпается сарказм: прием по случаю дня рождения – не лучшее место для выяснения отношений и разговоров отца с дочерью.

– Лидия, мне жаль. Правда, жаль! Я так много работаю, чтобы обеспечить тебя всем. Чтобы ты была самой лучшей, чтобы ни в чем не нуждалась.

– Я понимаю…

Папа берет меня за руки и смотрит на меня так, как обычно смотрит любящий отец на свою маленькую дочь. Даже не знаю, верить ли мне в этот резкий порыв отцовских чувств или нет.

– И еще: даже если мы с твоей матерью ссоримся, это не значит, что и вы должны. Общайся с ней чаще. А то семья развалится.

По глазам папы я вижу, что ему совсем безразлично, распадется семья или нет.

– А вот я хочу спросить, почему же вы так часто ссоритесь? Дай угадаю. Наверное, из-за того, что вы постоянно вместе и устаете друг от друга? – Папа пытается вставить слово, но я не даю. – И кстати, пап, у тебя очень красивая секретарша.

Я подмигиваю и ухожу. Я очень хочу сейчас видеть Криса. Куда он опять запропастился? У столов с закусками я замечаю шатающегося мужчину. Это Грэм. Охранники, которые стоят у всех входов и выходов, видят его, но пока не вмешиваются.

Нетвердой походкой Грэм идет к барной стойке и просит бармена налить ему спиртного. К нему подходит его жена. Судя по всему, она просит мужа больше не пить. Но он ее не слушает: отпихивает рукой и морщится. Кажется, Уилл выдул уже полбара.

Я стою на месте и наблюдаю: хоть какое-то развлечение! Охранники, наконец, решаются подойти к Грэму.

– Сэр, попрошу вас покинуть ресторан, – говорит высокий и накачанный охранник.

– Руки от меня убрали! – орет Грэм. Затем вскакивает с места, но на ногах стоять не может. – Где он?!

– Сэр, если вы не успокоитесь, мы будем вынуждены вызвать полицию.

К нему подбегает Эрик.

– Что происходит?

– А вот и виновник торжества! – Уилл противно улыбается. – С днем рождения!

– Спасибо, но не стоит устраивать сцену. Давай просто выйдем и поговорим?

– Мне не с тобой нужно говорить, а с твоим племянником!

Крис? Что он сделал? Ничего не понимаю.

Охранники приближаются к Грэму и встают за его спиной.

– Не стоит заводить разговор о том, что произошло, Уилл!

– Где Крис?! Этот подонок должен ответить за все, что сделал!!!

Гости столпились вокруг, ожидая, когда же прекратится этот спектакль. Вдалеке я вижу Криса и направляюсь к нему. Он качает головой, прося меня не подходить. Он не хочет, чтобы его заметили. Одними губами я произношу «Все в порядке?». Он так же отвечает «Да» и подмигивает. Я совсем не разделяю его оптимизма.

– Вы, Джонсы, все такие!!! – продолжает кричать Грэм. – Изворотливые твари, которые не отвечают за свои поступки!

– Нет, дальше так продолжаться не может! – Эрик вытирает лоб рукой и морщит нос. – Выведите его.

Охранники подхватывают Уилла под руки и выволакивают из зала.

Я поворачиваю голову и вижу, что мой Крис подходит к Эрику.

– Помяни мое слово, ты заплатишь за все!

– Как же пафосно это прозвучало! Да, дядя? – говорит Крис, изображая победителя в неизвестной мне войне. Эрик бросает презрительный взгляд на племянника и смотрит в след уходящим охранникам.

Слава богу, все кончилось, и я могу подойти к Крису.

– Что это было? – спрашиваю я и обнимаю любимого. – Он так зол на тебя.

– Детка, все хорошо. Он просто пьян, тупой придурок!

– Ты в порядке? – Я прижимаю влажную ладонь к его щеке и пытаюсь поймать его взгляд, но он упрямо отворачивается.

– Да.

Крис берет мои руки и медленно опускает их вниз.

– Я устала и хочу уйти отсюда.

– Хорошо, уходим. Мне тоже здесь надоело.

– Я пойду, попрощаюсь со всеми.

– Хорошо, детка. Я подожду тебя у выхода.

После того, что я видела, мне нужно выпить. Направляюсь к барной стойке, прошу бармена налить мне «Джека», беру стакан и быстро выпиваю.

– Лидия, вот ты где! – Ко мне подбегает Мелисса. – Что это было?!

Она явно обеспокоена.

– Грэм просто напился и начал нести несуразный бред про Джонсов. Не обращай внимание!

– Да уж! Теперь мы знаем, что алкоголь делает с людьми.

Я усмехаюсь.

– Мне пора. Мы с Крисом уходим. Родная, попрощаешься за меня с Эриком? – Я крепко обнимаю Лиссу. – И поздравь его еще раз с днем рождения. Надеюсь, этот небольшой инцидент не расстроил его.

– Я все передам, не волнуйся. У тебя усталый вид, – улыбается Лисса. – Отдохни, как следует. Как приедешь домой, позвони.

– Хорошо. Да, чуть не забыла! Можешь сказать моим родителям, что я ушла? Не хочу их видеть сейчас, а то наслушаюсь вопросов.

– Я все скажу! Иди!

Напоследок я машу ей рукой и направляюсь к выходу.

На улице прохладно. Город уже накрыла темно-синяя пелена. В свете ночных фонарей виднеются верхушки пушистых деревьев, лужайки с идеально выстриженным газоном и ряд элитных автомобилей, припаркованных перед отелем. В их тонированных стеклах отражается лунный свет. Вокруг подозрительно тихо, будто вся природа вокруг специально уснула.

Мой любимый стоит возле автомобиля, засунув руки в карманы брюк.

– Прогуляемся? – говорит он с улыбкой.

– Хорошо.

Надеюсь, я не замерзну.

Я беру Криса под руку, и мы медленно идем по мощеному камнем тротуару.

– Ты расскажешь мне, что это было?

– Ты о чем? – Крис делает вид, будто ничего не произошло.

– Почему Грэм так кричал? Ты сделал ему что-то плохое?

– Еще раз повторяю: он просто напился и потерял контроль!

– Нет, нет! – возражаю я. – Все не просто так. Он оскорблял всех Джонсов, и мне интересно за что.

– Знаю, ты не отстанешь, – улыбается Крис. – Ладно, я тебе расскажу. Но! Без подробностей, потому что я их сам не знаю.

– Давай, я слушаю.

– Пару месяцев назад Эрик и Уилл работали над одним делом. Уилл попросил моего дядю… в общем, он попросил защитить убийцу. Задача любого адвоката – защищать своего клиента. Но что делать, если клиент виновен? Понимаешь о чем я?

– Эрик не стал защищать его?

– Не совсем. Один из адвокатов в его конторе. Когда произошел скандал, мой дядя вступился за своего сотрудника. И Уиллу снесло крышу.

– Я поняла, но… причем здесь ты? Я помню, как Грэм кричал, что хочет поговорить с тобой!

– После того случая Грэмы возненавидели всю нашу семью, в том числе и меня. Ведь я всегда на стороне своего дяди.

Я улыбаюсь. Вроде мне все ясно. Несмотря на то, что мой Крис бывает импульсивным, грубым, и иногда я его не понимаю, он любит свою семью и готов постоять за нее. Мы становимся друг напротив друга, и Крис пристально смотрит мне в глаза.

– Вот и все, Лидия. И не спрашивай больше об этом.

– Не буду.

Я тянусь за поцелуем, но только наши губы соприкасаются, как я слышу какой-то шорох.

Я оборачиваюсь и вижу два мужских силуэта. Свет одного единственного фонаря падает сзади, и в полутьме кажется, что они ростом метра два, не меньше. Выглядит весьма устрашающе. Вокруг – ни души. Только мы с Крисом и эти здоровенные амбалы. Я слышу стук своего сердца и сбивчивое дыхание. В ту же секунду впиваюсь холодными пальцами в руку Криса. Надо уходить, немедленно!

Двое мужчин подходят ближе, и я могу рассмотреть их лица. В одном из них я узнаю охранника, который стоял возле Грэма буквально полчаса назад.

Они приближаются, и я инстинктивно прячусь за спину Криса, но при этом вижу все, что происходит. Крис тоже их узнал. Не надо разбираться в боевых искусствах, чтобы понять, что у моего любимого нет ни единого шанса выстоять против соперников таких габаритов. Крис спокойно наблюдает за ними: чувство страха ему совершенно незнакомо.

На улице заметно похолодало, но чувство беспокойства жжет меня изнутри. Я понимаю, что без драки не обойдется.

Не успеваю я перевести дух и успокоиться, как один из охранников бросается к Крису и с размаху ударяет его в лицо. Я вскрикиваю от ужаса и отскакиваю в сторону.

Крис вытирает кровь с уголка губ, и я вижу еле заметную ухмылку на его окровавленном лице. Он заносит кулак, но второй мужчина перехватывает его руку. Крис снова получает удар в лицо и делает шаг назад, чтобы не упасть.

– Прекратите, умоляю!!! – выкрикиваю я.

– Детка, уходи отсюда!

На его лице нет ни капли страха – только мимолетное удовольствие и блеск серых глаз. Я ничего не понимаю!

– Нет, не уйду! И что, чёрт возьми, вы здесь вытворяете? – кричу я и выхожу вперед. Но никто не обращает на меня никакого внимания.

– Ну, давай Джек, не стесняйся! – презрительно улыбается Крис, сощурив глаза.

– Ты псих! – усмехается в ответ охранник, и только пытается поднять руку, чтобы нанести еще один тяжелый удар, как тут же получает отпор: удар в лицо, затем под дых, но все еще стоит на ногах.

Спустя секунду эти двое нападают на Криса и наносят пару сильнейших ударов. Его попытки защититься тщетны. Я будто слышу, как их кулаки колотят тело моего любимого. Не в силах больше держаться, он падает на холодную землю и сворачивается клубком. Только я хочу подбежать к нему, как один из них ударяет его тяжёлым сапогом прямо в область почек. Я прикрываю закрываю лицо руками, а из глаз уже катятся слёзы.

– Хватит, с него, – говорит тот, что повыше. Его приятель наклоняется над Крисом и еле слышно что-то шепчет.

– Это тебе за девочку! – Потом он переводит взгляд на меня. – Надеюсь, эта сучка была в восторге от первого раза с тобой. – Он ухмыляется, потом разворачивается, и они уходят. Я бросаюсь к Крису.

– Сильно больно? – склонившись над любимым, всхлипываю я. – Сейчас я вызову скорую помощь.

Только я хватаюсь за клатч, чтобы достать мобильный телефон, как Крис останавливает меня.

– Не стоит, детка, я в порядке, – морщась от боли, произносит он и пытается встать.

Я вытираю слезы с лица: я должна быть сильной в эти минуты. Беру его под руку, он опирается на меня и корчится от боли. Он еле передвигает ногами! Мне плевать на себя, на свое состояние. Главное – довести его домой и оказать первую помощь.

Мы кое-как добираемся до его автомобиля.

– Я поведу, – с легкой строгостью в голосе говорю я. – И без возражений! Ты слишком слаб.

У моего любимого нет сил перечить мне, и он тут же подчиняется.

Я сажусь за руль и завожу двигатель.

– Потерпи, прошу. Мы скоро будем дома. Ты уверен, что не нужно в больницу?

– Нет, Лидия.

Крис смотрит на меня невероятно спокойными глазами, будто ничего не произошло! Будто его не били, а на его лице нет ссадин и кровоподтеков.

– Крис, ты пугаешь меня.

– Детка, следи за дорогой.

Я стараюсь ехать настолько быстро, насколько позволяют правила дорожного движения: спустя несколько минут, мы уже на парковке перед домом Криса. Я помогаю ему добраться до квартиры, он отпирает дверь, и мы заходим внутрь. Крис тут же подходит к мини-бару, наливает стакан виски и залпом выпивает. Алкоголь щиплет ему губы, и он морщится.

– Теперь можешь идти. Ты уже достаточно помогла.

Крис ставит стакан на столик, садится на край кровати и медленно стягивает с себя помятый пиджак.

– Нет! Я не оставлю тебя в таком состоянии!

Я делаю несколько шагов вперед и глажу его по щеке. Крис поднимает голову. В его взгляде я вижу недовольство и усталость.

– Эй, я никуда не уйду. Где аптечка? Надо промыть раны.

– Нет там никаких ран, Лидия! Просто легкие царапины!

– Ну да, конечно! Из простых царапин кровь не течет ручьем! Так что, не дергайся, сейчас я все обработаю.

– Какая же ты упрямая!

– Какая есть! Ну, так где аптечка?

– Посмотри в кухонном шкафчике.

Через пару минут я нахожу ватные диски, перекись водорода и обезболивающие таблетки.

– Не надо, – вдруг произносит Крис. – Вот мое обезболивающее.

Он указывает на мини-бар и криво улыбается. Я стараюсь не обращать на это никакого внимания. Сняв с себя шпильки, серьги и браслет, я беру ватный диск, смачиваю его в перекиси и тянусь к лицу Криса. Он отстраняется.

– Прошу, не дергайся! Я должна все продезинфицировать!

Я снова тянусь к его лицу. Как только влажный холодный диск касается небольшой раны на лбу, Крис хватает мою руку и сильно сжимает.

– Я же сказал, что в порядке! – грубо говорит он, чеканя каждое слово.

– Почему ты так себя ведешь, Крис?! – На мои глаза наворачиваются слезы. Я вижу, что боль сковала все его тело, вижу, как он борется, вижу, как он скрывает эту борьбу. Он снова ведет себя странно, и меня одолевает страх. – Я хочу помочь, вот и все. Я лишь обработаю раны и уйду, если ты так хочешь.

Я решаю предпринять еще одну попытку дотронуться до его окровавленного лица. Тот ватный диск уже высох, и я беру новый. Как можно аккуратнее протираю сначала засохшую дорожку крови на лбу, а потом и саму рану. Крис морщится от жгучей боли, пытается вырваться, но я крепко держу его за подбородок. В глубине души я улыбаюсь: мой любимый ведет себя как капризный ребенок, но мне это даже нравится. Нравится видеть его просто человеком, нуждающимся в помощи – в моей помощи.

– Ай, больно!

– Потерпи, осталось немного.

Когда кровь вытерта, я вижу, что на лбу порванная рана, и ее срочно нужно зашить! Зная Криса, он точно не поедет в больницу. Так что я решаю наложить специальный пластырь, чтобы соединить кожу вместе, для скорого затягивания раны.

Обмачивая один ватный диск за другим, я протираю каждое повреждение на лице Криса. Я рада, что их оказалось не так уж и много: лишь несколько ссадин на правой щеке и опухшая от ударов губа. С самой страшной раной я уже разобралась и теперь могу вздохнуть спокойно.

– Все, готово!

Я убираю все принадлежности для оказания первой помощи в тумбочку.

– Завтра-послезавтра все заживет. Как ты себя чувствуешь?

– А ты как думаешь? Все тело болит, – Крис начинает расстегивать пуговицы на рубашке, то и дело потирая места ушибов.

– Не перетруждай себя.

Я встаю перед ним и помогаю раздеться. Краем глаза я замечаю, что мой любимый удивленно смотрит на меня.

– А ты думал, я вот так уйду?

– Если честно, то да. Тебе, и правда, пора.

– Ты от меня так просто не отделаешься, – говорю я и вижу его спокойно-сексуальную ухмылку. Видимо, ему уже лучше.

Когда с пуговицами покончено, я помогаю Крису снять рубашку. Каждое движение причиняет ему боль.

– Ты сможешь встать?

– Кажется, да.

Он медленно поднимается на ноги, и я замечаю на его торсе несколько синяков. Я тихонько дотрагиваюсь до одного из них, и Крис тут же всхлипывает.

– Больно.

– Прости. Надо срочно приложить что-то холодное! Стой спокойно.

Я бегу на кухню, достаю из морозильной камеры лед, нахожу в ящике стола тонкое полотенце и быстро вытряхиваю лед в него. Завязав полотенце в узел, возвращаюсь к любимому и прикладываю лед к самому большому синяку. Крис вздрагивает.

– Держи.

– Не могу больше стоять, – на одном дыхании произносит он и ложится. Я подкладываю ему под голову мягкую шелковую подушку, стягиваю с его ног туфли и, убедившись, что ему удобно, ухожу в ванную комнату, чтобы стереть помаду с губ и распустить вечернюю прическу.

Вернувшись в спальню, я вижу, что Крис спокойно лежит, закрыв глаза. Он выглядит таким беспомощным и милым! И даже синяки и пластырь на лбу не портят совершенную красоту его лица и тела.

Услышав скрип паркета, он приподнимает голову.

– Мне нужно снять платье. Есть во что переодеться? – тихо и вкрадчиво спрашиваю я.

– Стой. Я думал, ты уходишь?

– Ты видимо головой ударился, Крис. Я же сказала, что не оставлю тебя в таком состоянии.

– Ох, Лидия, – улыбается он. – Ладно. Посмотри в шкафу с рубашками.

Расстегнув боковую молнию, я аккуратно стягиваю с себя платье прямо на глазах у Криса. Косточки от бюстгальтера уже давно сжимают мою грудную клетку, и следом я снимаю и его. Я кожей чувствую взгляд Криса и невольно краснею. Да, он уже видел меня обнаженной, но сейчас это особенно волнительно. Я инстинктивно прикрываю грудь руками и смущенно улыбаюсь. Спустя пару минут его симпатичная темно-серая рубашка уже на мне, и я поворачиваюсь к нему лицом.

– Ух ты! – произносит Крис и еще сильнее вгоняет меня в краску. Я собираю волосы в тугой хвост и ложусь рядом с ним. Осторожно кладу голову ему на плечо. Несколько минут мы лежим молча, слушая дыхание друг друга.

– Тебе сильно больно?

Он убирает лед с синяка, и я вижу, что опухоль начинает спадать, а кожа теряет синеватый оттенок.

– Нет, не сильно.

Опять врет! Зачем он так старательно скрывает боль? Я ведь вижу, как тяжело ему дается каждое движение.

– Я могу еще что-нибудь сделать?

– Нет, Лидия, ты уже сделала все, что могла, – улыбается он, глядя на меня потухшими глазами.

Я бережно дотрагиваюсь рукой до его лица, и он тут же закрывает их, наслаждаясь моими прикосновениями. Я тянусь к его губам, и осторожно касаюсь их своими. Мой любимый находит в себе силы ответить на мой порыв и дарит мне нежный и трепетный поцелуй.

– Я так испугалась за тебя!

– Все уже закончилось. Все в порядке, детка. Через несколько дней я буду полностью здоров!

Иногда меня пугает его оптимистичность. Ушибы серьезные, и я боюсь, что он будет еще долго прикован к постели.

– Надо бы завтра все-таки вызвать врача.

– Я ведь сказал: никаких врачей, – уверенно говорит Крис. – Тем более, что у меня есть ты.

Черт! А приятно.

– И я буду здесь, пока ты не поправишься.

Крис бросает на меня довольный взгляд и, закрыв глаза, снова кладет голову на подушку. Я рассматриваю каждый сантиметр его идеального тела, и во мне просыпается желание. Я хочу облегчить его страдания, превратить их в наслаждение. Сама не понимаю, как я могу думать об этом, когда Крис в таком состоянии? Мне даже становится стыдно, но мое тело – мой враг. И почему каждый раз, когда я смотрю на него, внутри меня будто что-то вспыхивает? Это подобно крошечной искре, которая возникает в груди и отдает между ног! Я чувствую, как моя грудь набухает и начинает приятно ныть, требуя прикосновений, а соски твердеют и выпирают из-под тонкой ткани рубашки.

Как же я хочу сейчас покрыть влажными поцелуями каждую клеточку его тела! Едва я наклоняюсь, что бы коснуться губами его шеи, как он открывает глаза.

– Что ты задумала?

– Тише…, – я дотрагиваюсь пальцем до его чувственных губ. – Расслабься и закрой глаза.

Я нежно касаюсь губами кожи на его шее, и он тихонько вздыхает. Я опускаюсь чуть ниже, провожу языком по соблазнительной ямочке между ключицами. Начинаю целовать его вздымающуюся грудь, затем снова пускаю в ход язык, обводя им каждый кубик пресса. Я как можно аккуратнее дотрагиваюсь влажными губами до каждого синяка, и Крис вздрагивает, но не просит меня остановиться. Я продолжаю ласкать его: хочу, чтобы он забыл о том, что было пару часов назад, и растворился в моей любви.

Крис будто чувствует мое желание: я ощущаю, как он тихонько гладит меня ладонью по волосам, задевая пальцами кожу на щеке. Я не собираюсь останавливаться: целую область чуть выше члена и слышу, как его дыхание учащается.

Я медленно стягиваю брюки вместе с боксерами, обнажая его крайнюю плоть. Я наклоняюсь и как можно нежнее провожу языком от основания до головки. Крис ерзает ногами по покрывалу, тихо постанывая, а я довольно улыбаюсь. Обхватываю его член рукой и снова слышу стоны. Я облизываю свои мягкие губы и засовываю член глубоко в рот, от чего мой любимый запрокидывает голову, а его стоны становятся громче.

В комнате настолько тихо, что я, кажется, слышу, как сильно бьется его сердце – то ли от боли, то ли от наслаждения. Но я продолжаю доставлять ему удовольствие, двигая головой, обхватив член плотным кольцом губ. С каждым моим движением я ощущаю, как его член твердеет и набухает, и это еще больше заводит меня. Между ног все ноет, голова кружится. Оторвавшись от любимого, я снимаю с себя его рубашку и провожу одним из сосков по его гладкому члену, и это прикосновение отзывается между моих ног яркой вспышкой. Я крепко беру возбужденный член в руку, оголяю головку и начинаю совершать такие движения, словно облизываю сливочное мороженое. Мой язык скользит по головке, выписывая разнообразные фигуры. Я вращаю языком вокруг нее, периодически засовывая язык в ее отверстие. А мой любимый стонет все громче и громче и уже готов спустить. Еще пара движений, и я, наконец, вытаскиваю член изо рта. Несмотря на физическое состояние Криса, я безумно хочу ощутить его внутри себя! Немедленно! Я снимаю с себя трусики и аккуратно сажусь на него сверху. Беру его руки и кладу их себе на бедра. Они расслаблены и нежны, а его пальцы ласково поглаживают мою бархатную кожу. Спустя пару мгновений я чувствую, как он медленно проникает внутрь – настолько глубоко, что я громко вздыхаю и запрокидываю голову. Я начинаю неторопливо двигать бедрами, проталкивая его еще дальше в себя. Крис крепко сдавливает мои бедра и громко стонет. Через несколько секунд он кончает. Я двигаюсь все быстрее и быстрее, и тут мое тело вздрагивает, по нему прокатывается горячая волна, а перед глазами все плывет. И я, и Крис тяжело дышим. Я переворачиваюсь и ложусь рядом.

– Все хорошо? – Я тихонько дотрагиваюсь до его лица, и он открывает глаза.

– Лучше и быть не может, – отвечает он и довольно улыбается.

– Тебе не больно?

– Издеваешься? Конечно, нет.

Я прикусываю губу и кладу голову ему на грудь.

Глава 8

2005 год

Недавно я узнал, что моя мамочка беременна, и через девять месяцев у меня появится брат или сестра. Признаться, я ни капли не обрадовался этой новости. Я всегда хотел быть одним в семье. Вся любовь и забота должна доставаться только мне и больше никому.

Когда Амалия родилась, мы с отцом были в больнице вместе с мамой. Я увидел этот съежившийся комок розовой плоти, и мне стало неприятно, что теперь это будет забирать у меня внимание родителей.

Когда ее принесли домой, я сразу понял, как она мне мешает. Повсюду гора детского питания, бутылочки, странные розовые игрушки и прочая ерунда. Амалия ныла и плакала почти каждую ночь, не давая мне спать. Мама сюсюкалась и носилась с ней днями напролет, совершенно забыв про меня.

– Ну, сынок, ты же уже совсем большой, самостоятельный, а Амалия ещё маленькая. Я ей очень нужна, – говорила она мне каждый день, чем здорово надоедала.

Через пару месяцев я решил избавить нашу счастливую семью от этого бремени. В один прекрасный день мама поручила мне погулять с сестренкой в саду. Она дала мне все необходимое и сказала, чтобы в случае чего я мигом бежал домой. Погода была по-осеннему холодная, сад был похож на гербарий, и сухие разноцветные листья шуршали под ногами.

Я катил Амалию в ее желтой колясочке, а она спала. Это были самые тихие моменты в моей жизни, ведь в остальное время Амалия орала так, будто ее режут.

Покатав ее минут двадцать по саду, до меня дошло, что сейчас – самый подходящий момент, чтобы, наконец, избавиться от моей драгоценной сестренки. Неподалеку от нашего особняка была большая дорога. Автомобили практически каждую минуту проносились мимо домов. Как только я заметил вдалеке черный джип, я легонько толкнул коляску, и она покатилась прямо ему под колеса. Удар… коляска перевернулась, и моя сестра шлепнулась на асфальт. Джип резко затормозил, испугавшийся до полусмерти водитель выскочил из авто и ринулся к младенцу. Надеюсь, мне удалось убить ее.

Со спокойной душой я пошел домой «обрадовать» маму.

– А где твоя сестра, Кристофер? – спросила она. – Ты что, оставил ее на улице одну? Крис?

– Мамочка, прости, пожалуйста, просто коляска укатилась. Я не успел ее догнать, а потом в нее врезался джип.

– Что? Что ты такое говоришь? О, боже! Где моя малышка? – Она заплакала, схватила меня за плечи и начала трясти и кричать, как ненормальная. Потом вцепилась в мою руку и потянула за собой. Бежала она очень быстро. Я еле поспевал за ней. Увидев джип, перевернутую коляску и тельце Амалии, она завопила, ринулась к ребенку, упала на землю и начала рыдать.

– Ну, мамочка, не расстраивайся! Ведь ничего страшного не произошло. У тебя все ещё есть я, а Амалию мы похороним в оранжерее.

– Что ты сказал? – Она посмотрела на меня своими серыми глазами, а затем ударила холодной ладонью по лицу. Я упал на асфальт.

– Мэм, простите меня! – голосил водитель. – Я не заметил, как коляска выкатилась на дорогу! Я не успел отреагировать! Служба спасения уже в пути!

Он сел на асфальт и схватился за голову.

Позже врачи констатировали мгновенную смерть от черепно-мозговой травмы.

С того самого дня все в нашей жизни пошло наперекосяк. Отец ходил по дому сам не свой, но держался достойно. А вот мать начала понемногу сходить с ума: все вещи погибшей Амалии она сохранила нетронутыми, ходила каждый день в ее комнату и часами плакала. По ночам ей снились кошмары. Она кричала, часто просыпалась и шла на кухню или в кабинет отца за выпивкой, чтобы хоть как-то утопить в ней горе. Почти все время мама проводила в своей комнате одна, а если и общалась с нами, то часто кричала и выходила из себя, обвиняя меня в смерти Амалии. Я не считал себя виноватым – я избавил нас от лишнего рта и надоедливых криков. Иногда мать жаловалась на мигрень, боли в мышцах и желудке. Она не могла есть, и постоянно говорила о смерти и желании умереть. Я все думал: может, ей помочь?

Спустя пару недель отец отправил мать в местную психиатрическую лечебницу. Он говорил, что врачи наблюдают за ней. Больше я ничего не знаю. На самом деле, меня мало волнует, что с ней происходит. Как-то раз я случайно подслушал телефонный разговор папы с главным врачом лечебницы. По голосу отца было ясно, что состояние мамочки ухудшилось. Судя по всему, она стала овощем. Остается одно – лоботомия. Хотя я до конца так и не понял, что это такое.

Через несколько дней мама скончалась.

***

2014 год

– Отец, ты дома?

Никто не отзывается. Значит, моего старого алкоголика нет. Замечательно! Так будет даже легче сделать то, что я задумал.

Я переступаю порог отцовского особняка, кидаю сумку на пол и иду в гостиную. О! Он прикупил новый виски. Открываю хрустальный графин и наливаю в стакан темно-янтарную жидкость. Пробую на вкус – какая гадость! Лучше бы мы дальше пили старый-добрый «Джек Дэниэлс».

Как назло, у меня закончились деньги. У Лидии просить пока рано. Она мне ничего не даст. И скорее всего, начнет задавать глупые вопросы. Для чего, зачем? Нужны, значит, нужны, и неважно, для чего! Как же хорошо, что у отца где-то здесь есть наличные. Он часто прячет несколько сотен то в книгах, то в диване, то еще где-нибудь. А мне сейчас срочно нужны деньги. А если честно, то мне очень скучно. С Лидией даже толком не развлечешься!

На днях мне в голову пришла потрясающая мысль. А что если мне проверить мою маленькую девочку? Достаточно ли она болтается на моем крючке? Думаю, надо предложить ей сделать что-то из ряда вон выходящее – то, на что она не сможет пойти в здравом уме. Например, кого-нибудь ограбить или попробовать наркотики, которыми я иногда балуюсь.

Я роюсь в огромном шкафу из красного дерева, перебирая одну книгу за другой, но денег не нахожу. Вот черт! В китайских вазах тоже пусто. И зачем отец хранит это старье?

Диван! Надо проверить его! Есть! Нахожу в складке между подушками несколько хрустящих, немного помятых купюр по сто долларов. Отлично!

Кладу деньги в задний карман джинсов и поднимаюсь на второй этаж. Зайдя в свою комнату, смотрю на кровать и тут же вспоминаю, как совсем недавно моя девочка мне отсасывала. У меня встает. А Лидия умеет это делать! Кто бы мог подумать? С виду не скажешь, что мисс Застенчивость может так хорошо работать ртом и языком. В те минуты я был в полузабытьи, лежал с закрытыми глазами и чувствовал боль от недавних ударов вперемешку с сильным возбуждением, которое с радостью подарила мне моя Лидия. А вот мне интересно, на что еще она готова ради меня? Когда меня побили, и по моей щеке текла кровь, она осталась со мной. В детстве я терпеть не мог, когда няньки, нанятые моей мамашей, лезли ко мне со своей заботой! «Кристофер, ты надел теплую куртку!? Кристофер, дорогой, в этом костюмчике ты похож на принца!». Ужас какой!

Где-то здесь, в одной из тумбочек я оставлял несколько доз. Необходимо срочно их забрать. Не хватало еще, чтобы прислуга случайно нашла их во время генеральной уборки, которая проводится тут чуть ли не каждый четверг.

– Мистер Джонс!

Я оборачиваюсь и вижу одну из горничных. Не помню ее имени. Она стоит и жмется, будто студентка на экзамене. Как же я люблю эту соблазнительную форму – черные чулки, короткое платье на пуговицах.

– Чего тебе? – спрашиваю я, не проявляя к ней ни малейшего интереса. А ведь я знаю, что любая из горничных отца готова на все, лишь бы я ее заметил!

– В вашей комнате уборку сделать сейчас? – тихо произносит она, застенчиво убирая прядь светлых волос за ухо.

– Да, сейчас! А то тут столько пыли – дышать нечем! – грубо говорю я: прислуга должна знать свое место.

– Я поняла.

Девушка стоит в дверном проеме и продолжает мяться. Не знаю, почему, но меня всегда возбуждало подобное поведение. Как жаль, что у меня сейчас нет времени на безобидное половое сношение с прислугой, хотя синяки на моем теле практически исчезли, а губы зажили. Прошло уже несколько дней с того злополучного вечера. Я прохожу мимо, так, чтобы она всем своим телом ощутила мое возбуждение. Когда я оказываюсь на очень близком расстоянии от ее тела, я опускаю глаза и замечаю открытое декольте. Ее большая грудь так и жаждет прикосновений. Дружок в штанах уже просится на волю, но я его контролирую… научился.

– Смотри, не разбей ничего, – говорю я своим фирменным сексуальным голосом и напоследок оглядываю всю ее точеную фигурку. Ох, уж эти горничные!

– Крис! – Ага, вот и отец! – Ты дома?!

– Да, но уже ухожу! – кричу я, спускаясь с лестницы.

Мой папаша выглядит так, как выглядит всегда – веселый, выпивший и уставший.

– Куда собрался? – говорит он по дороге на кухню. – Я думал, ты сегодня будешь со мной.

– Нет, папа. Не могу. Иду к другу, будем готовиться к зачету.

У меня нет ни малейшего желания оставаться с ним и слушать бред о его работе, о том, как ему важно оставаться семьей, и что он очень хочет много времени проводить со мной. Какая скука!

– Ладно. Удачи.

– Пап, прошу, не обижайся на меня! – Я беру сумку и открываю дверь, – Ты ведь сам говорил, что учеба – это главное! Ты ведь хочешь мной гордиться?

Я подмигиваю и стремительно выхожу из дома. Прекрасно сыграно, мистер Кристофер Джонс!

Глава 9

Я просыпаюсь от ярких солнечных лучей, которые прокрадываются в мою комнату через открытое окно. Первая мысль, возникшая в моей голове, именно о нем, о его нежных прикосновениях и объятиях. Я необычайно счастлива, хоть и проснулась не рядом с ним. Через пару минут я открываю глаза и сладко потягиваюсь. Я будто чувствую его руки на своем теле! Мое блаженство прерывает звонок мобильного телефона. Это Крис.

– Доброе утро, милая, – его нежный голос обволакивает меня с ног до головы. Я бы слушала его целую вечность.

– Доброе. – мои губы растягиваются в довольной улыбке.

– Я хочу тебя увидеть. Собирайся, я заеду за тобой через пару часов.

– Но я не могу сегодня! У меня встреча с Мелиссой, я обещала.

– Да брось, Лидия! Встретишься ты со своей драгоценной подругой в следующий раз.

– Но Крис! – пытаюсь возразить я.

– Детка, ты мне сегодня снилась.

– Правда?

Он говорит это специально, чтобы я променяла Мелиссу на него? Ставит меня в неловкое положение.

– Ага.

– Ладно, хорошо. Я тебя жду.

Я тут же кладу трубку. Как-то быстро я согласилась. Но что скрывать? Я очень хочу его увидеть.

Нужно позвонить подруге и предупредить, что наша встреча откладывается. Я нехотя поднимаюсь с кровати и топаю в ванную. Приняв душ, я надеваю летящее платье чуть выше колена потрясающего лазурного цвета. К нему подбираю бежевые туфли на тонком, но невысоком каблуке. Укладываю непослушные волосы в элегантный пучок и иду на кухню. Аромат свежеприготовленного капучино так и манит! Я выпиваю чашечку. Кажется, я забыла позвонить Мелиссе. Я возвращаюсь в комнату, хватаю мобильник с макияжного столика и набираю номер лучшей подруги.

– Привет, Лидия. Уже собралась? – раздается радостный возглас Мелиссы.

– Приветик! Дорогая, тут такое дело… К сожалению, сегодня не получится встретиться. Мне очень жаль! – Я чувствую себя неуютно и опускаю глаза. Мелисса тяжело вздыхает.

– Как скажешь… – От её голоса веет холодом и разочарованием.

– Только не обижайся!

– Все нормально. Позвони, как освободишься.

Она вешает трубку.

Я ужасно опечалена тем, что мне приходится выбирать между любимыми людьми. Надеюсь, Мелисса все поймет. Ведь она всегда понимала и поддерживала меня.

Время идет, Крис скоро приедет, и я решаю нанести на лицо еле заметный макияж в бежевых тонах. Сегодня выходной, а родителей уже нет дома – наверное, готовятся к очередной крупной сделке.

Как только я заканчиваю с макияжем и кофе, звонит Крис. Я хватаю сумочку и выскакиваю из дома. Погода сегодня достаточно теплая, светит солнце, и мою бархатную кожу будто накрывает солнечным одеялом. Увидев меня, Крис выходит из автомобиля и идёт навстречу. Кажется, он сегодня необычно счастлив, а новенький «Порш» так и сверкает на солнце, будто не только Крис, но и он рад меня видеть. На Крисе темно-синие джинсы и светлая рубашка. Он подходит ко мне и обнимает, слегка приподнимая над землей. Его сильные руки сжимают мою талию, а нежные губы щекочут лицо и шею.

– Ты просто красавица, Лидия, – сладко шепчет он мне на ушко, и я не выдерживаю. Целую его губы и вдыхаю родной и любимый запах.

– Куда мы поедем? – спрашиваю я, прижимаясь к его широкой груди.

– Скоро узнаешь. – Он берет меня за руку и открывает дверцу машины. – Садись.

Я опускаюсь на переднее сидение. Судя по всему, мы направляемся в центр города. Крис сегодня удивительно нежный и трепетный, но почему-то это не кажется мне странным.

– Скажи, случилось что-то невероятно хорошее? – улыбаюсь я.

– Да, случилось. Пару месяцев назад.

– И что же это?

– Ты, Лидия! – Он игриво подмигивает мне, а я закрываю глаза, и на моем лице появляется счастливая улыбка.

Опьяненная счастьем, я даже не замечаю, как мы подъезжаем к огромному ресторану.

– «Жемчужина»? – с неподдельным восхищением спрашиваю я Криса, всматриваясь в его сияющие глаза.

– Да, детка.

Он выходит из машины, открывает дверь и протягивает мне руку. Я осторожно выскальзываю из авто. Теплый ветерок колышет легкую ткань платья и забирается под юбку. Я беру Криса за руку, и мы входим внутрь.

Ресторан «Северная жемчужина» находится в самом сердце Дарема. Это один из самых дорогих и роскошных ресторанов города. Я была в «Жемчужине» пару раз с родителями и скажу честно: это место произвело на меня неизгладимое впечатление. Здесь невероятно красиво. И почти ничего не изменилось, разве что снега стало вдвое больше. Мраморный пол похож на хрустящую ледяную корку замерзшего озера. Большая сверкающая люстра, с которой свисают маленькие, резные снежинки. Невероятно высокий, белоснежный потолок. Рядом с каждым столиком стоят запорошенные искусственным снегом морские раковины с белоснежными жемчужинами внутри. Как же я давно здесь не была!

К нам подходит высокий мужчина лет 25.

– Добрый день, вы заказывали у нас столик?

– Да, я мистер Джонс.

– Ах, да! Мистер Джонс, прошу за мной.

Нас подводят к круглому столику у окна, накрытому сверкающей скатертью. Крис по-джентельменски помогает мне сесть, потом садится сам.

– Как мне к вам обращаться? – спрашивает у меня официант в белоснежном фартуке и угольно-черной жилетке и передает нам меню.

– Мисс Андерсон.

Я улыбаюсь и перевожу взгляд на Криса.

– Принесите нам, бутылку «Дом Периньон» 1976 года. «Vintage».

– Отличный выбор!

Официант уходит.

– Выбрала что-нибудь?

– Пожалуй, морепродукты. – Я облизываюсь в предвкушении вкусной еды. – Крис, с чего вдруг ты решил меня сюда отвести? И почему днём?

– Потому что вечером у меня на тебя другие планы. – Он игриво подмигивает, а я опускаю глаза и свожу ноги.

Нам приносят игристое вино в ведерке со льдом и разливают его по бокалам.

– Что бы вы хотели заказать? – обращается ко мне официант.

– Мне, пожалуйста, мидии в винно-сливочном соусе «Moules-frires» и крем-брюле на десерт.

– А я буду стейк из голубой акулы, а на десерт тоже крем-брюле.

– Хорошо. Скоро все будет готово.

Крис ждет, когда официант удалится, потом поднимает свой бокал.

– За тебя, Лидия!

Он делает глоток. Я улыбаюсь и тоже отпиваю немного.

– М-м-м…, – мычу я от удовольствия. Невероятно вкусно! Восхитительный, ни с чем несравнимый вкус и прекрасный аромат, продолжительное фруктовое послевкусие… Божественно!

– Нравится? – игриво поднимая бровь, спрашивает Крис.

– О, очень вкусно! Но ты вкусней. – И я смущенно опускаю глаза.

– Ай-ай-ай, Лидия. Чего опустила глаза? – смеется он. – Ты невероятно красивая!

– Спасибо!

Я глупо улыбаюсь и снова смотрю на свои пальцы. Мне некомфортно, и это странно. Крис снова вгоняет меня в краску.

– Лидия, перестань таращиться в стол. Смотри на меня!

Нам приносят заказ. Еда выглядит безумно аппетитно, а в воздухе витает невероятно соблазнительный аромат. Я тут же вынимаю устрицу из ракушки и кладу в рот, жмурясь от удовольствия. Крис отрезает кусочек стейка и медленно жует, не сводя с меня глаз. Я чувствую себя необычайно счастливой. Как же это прекрасно – обедать с Крисом, да ещё и в таком дорогущем ресторане!

– Лидия, дорогая, как ты думаешь, на что способен человек ради любимого?

– Что? С чего вдруг такие вопросы? – От удивления, что Крис говорит о таких вещах, я чуть не подавилась! Ведь мы никогда раньше не говорили такие темы.

– Ну, детка, пожалуйста! – Он протягивает мне руку через стол, будто просит доверия. Я робко протягиваю ему свою, и он нежно сжимает мои теплые пальцы. – Просто ответь на вопрос. Мне важно знать, что ты об этом думаешь.

Сейчас он выглядит невероятно серьёзно и так трепетно, что дух захватывает.

– Если человек тебе по-настоящему дорог, если ты любишь его, то пойдешь ради него на все – сделаешь, что угодно, чтобы он был счастлив. Это действительно так! Я в этом уверена! – Я снова прячу глаза. Неужели я сейчас имею в виду себя?

– Ты права, – он делает паузу и смотрит на меня так, словно гипнотизирует. Мне становится неловко. Видимо, Крис что-то задумал.

Расправившись с мидиями, я отпиваю шампанского и приступаю к десерту. Крем-брюле невероятно вкусный, но Крис даже не притрагивается к нему, а просто нежно с легкой грубостью смотрит на меня. Этот взгляд всегда был для меня загадкой.

– Крис, все в порядке?

– Да, все замечательно. Ты закончила?

Он делает глоток шампанского и целует мою руку.

– А мы разве уже уходим?

– Да, Лидия.

– Но ведь ты даже к десерту не притронулся!

– Детка…

– Хорошо, идем.

Крис жестом подзывает официанта и просит счет. Тот протягивает ему шкатулочку в виде морской раковины, Крис кладет внутрь несколько купюр и поднимается.

Я беру свою сумочку, и мы направляемся к выходу. На улице по-прежнему светит теплое солнце, а легкий ветерок шелестит листвой деревьев. Крис берет меня за руку, и спустя пару минут мы оказываемся около его авто. Он помогает мне сесть.

– Куда мы сейчас? – спрашиваю я, как только он садится за руль.

– Просто прокатимся.

Он целует меня в щеку и заводит машину. Какой-то сегодня идеальный день, даже не верится! Мой Крис невероятно заботливый, нежный, дружелюбный. Кажется, его тянет ко мне.

В нескольких метрах от ювелирного магазина моего отца – «Валей оф Даймондс» – автомобиль резко тормозит. Почему мы остановились именно тут? Интересно, что у моего Криса на уме?

– Ну что, детка? – Он поворачивается ко мне, снимает солнцезащитные очки и пристально смотрит, разглядывая каждый сантиметр моего тела. – Ты готова?

– Что? К чему? – хихикаю я, не понимая о чем он.

– Возьмёшь у себя в магазинчике пару дорогих побрякушек?

– Не поняла. Купить? Но зачем? И потом, если я захочу, папочка подарит их мне просто так.

– Нет, дорогая, ты меня не поняла! Я тебя прошу взять, не заплатив.

– Что? Крис, я не понимаю! – Я таращусь на него в совершенном недоумении. Зачем это все?

– Ну, как ты не поймёшь, Лидия, это же так весело! Тем более, это твой магазин. Я тебя прикрою. Сделай это ради меня! Возьми пару украшений с камушками и все.

– Я даже не знаю…

В моей голове одни сомнения. Согласиться или нет? А ведь Крис в чем-то прав: если я и вынесу пару украшений из магазина, то фактически возьму у самой себя. А брать у самой себя – это же не воровство, правда? Я смотрю в его глаза и вижу такую поддержку и уверенность, что сразу соглашаюсь! Всем своим видом мой любимый подталкивает меня, вынуждает сделать это!

– Ни о чем не волнуйся, – шепчет он. – Ничего плохого с тобой не случится. Я буду здесь, и в любой момент подстрахую тебя.

Крис наклоняется ко мне, и я вдыхаю приятный аромат его парфюма. Он сводит меня с ума! О, нет, любимый, только не сейчас! Перестань соблазнять меня. Я чувствую его теплое дыхание, мой пульс учащается. Я прикрываю глаза, кладу голову на спинку кресла и расслабляюсь.

– Все будет хорошо.

Его мягкие губы касаются кожи на моей шее, затем поднимаются выше, задевают мочку уха. Он тихо шепчет:

– Ничего не бойся.

Его ладонь уже скользит по моей коленке, поднимается выше и забирается под тонкий шифон. Он отодвигает узкую полоску трусиков, и его длинные пальцы проникают между моих ног. Я всхлипываю и впиваюсь в кожаное сидение ногтями, изо всех сил стараясь контролировать свое тело. Вообще-то, на улице день, а вокруг люди! Мои ноги раздвигаются сами собой: я проваливаюсь в сладкую негу и таю, как горящая свеча.

– Крис! – на одном дыхании произношу я и облизываю пересохшие губы. – Прекрати.

– Ты, наверно, имеешь в виду «Крис, не останавливайся»? – уточняет он и засовывает палец еще глубже внутрь, двигая им то вверх, то вниз. Я еле сдерживаю стоны. Что он делает со мной?

Я поворачиваю голову и тянусь за поцелуем. Но Крис лишь легонько касается своими губами моих и тут же отстраняется.

– Нравится? – спрашивает он, подмигивая.

– Да, – выдыхаю я.

Неожиданно он вытаскивает из меня пальцы и облизывает их. Вот черт! Я не успела кончить! Зачем он меня так мучает?

– Я позволю тебе забраться на вершину удовольствия, детка, но чуть позже. – Крис дарит мне страстный, продолжительный поцелуй: наши языки переплетаются, а влажные губы ласкают друг друга. – Пожалуйста, сделай это. Ради меня.

– Хорошо, – говорю я и касаюсь ладонью его лица, аккуратно поглаживая нижнюю губу большим пальцем.

Он довольно улыбается. А во мне вдруг просыпается жажда приключений! Я ведь никогда не делала ничего подобного! В крови бушует адреналин – я чувствую прилив сил и невероятную уверенность, что у меня все получится. Ничего плохого не случится.

Я поправляю платье, достаю из сумочки пудру и смотрю в зеркало: макияж и прическа в порядке. Можно идти.

– Удачи, Лидия, – подмигивает Крис.

Я выхожу из «Порше» и иду прямиком к входу в ювелирный магазин.

Постукивая каблучками, я поднимаюсь по мраморным ступенькам. У дверей я замечаю сурового охранника в строгом черном костюме. По моему телу пробегает холодок. Витражная дверь в главное помещение магазина приоткрыта. Внутри очень светло и просторно; солнце освещает каждый уголок. Я поднимаю голову выше, выпрямляю спину и элегантной походкой направляюсь к огромной витрине. Посетителей в это время почти нет – только мужчина средних лет с девочкой лет шести, кажется, выбирают украшение в подарок. Ко мне подходят молодой рыжеволосый консультант и мужчина лет пятидесяти с бакенбардами и еле заметной сединой.

– Добрый день, мисс. Проходите, пожалуйста, – говорит тот, что постарше, и улыбается мне. – Желаете, что-нибудь приобрести? – Он жестом указывает на витрину.

– Желаю посмотреть и, конечно же, приобрести, – мило улыбаюсь я в ответ. В этот момент мое обаяние и красота должны быть на высоте. Но это оказывается сложнее, чем я думала.

Я быстро просматриваю украшения, лежащие за стеклом. Они так сверкают и переливаются, что дух захватывает. Впрочем, часть я уже видела; некоторые мне дарил мой отец.

– Покажите вашу последнюю коллекцию, – хлопая длинными ресницами, произношу я.

– Что именно: кольца, колье, броши?

– Пожалуй, все, что есть.

Мужчина достает из витрины футляры с драгоценностями. Первым оказывается рубиновое колье с бриллиантами. Оно прекрасно! Камни подобраны идеально.

Следующее – бриллиантовое колье тончайшей работы.

Передо мной открывают множество футляров – больших и маленьких. Все украшения совершенно разные, но их все объединяет невероятная красота, роскошь и, конечно, высокая стоимость.

– А ещё у меня есть для вас одна прелестная вещица.

Консультант кладёт передо мной колье с угольно-черными камушками.

– О, оно великолепно! – с нескрываемым восхищением говорю я. Как так получилось, что отец до сих пор мне его не подарил?

– Но и стоимость достаточно высока.

– Это меня не волнует, – вальяжным тоном заявляю я.

Глаза разбегаются от всей этой красоты. Я дотрагиваюсь до нескольких изделий, почувствовав холод камней и ощутив всю их глубину и драгоценность

– У вас удивительно красивые руки.

– О, спасибо! Мне нравится все! – Я широко улыбаюсь.

– Извините, вас просят пройти в кабинет. Прибыл мистер Уайт, – говорит молодой человек с рыжеватыми волосами, обращаясь к пожилому. Он стоит прямо у меня за спиной, и я вижу его отражение в витрине.

– Да, конечно. Прошу прощения, мисс, очень важный клиент. Мне срочно нужно отойти.

Он улыбается мне и поспешно направляется в другую залу, но перед этим что-то шепчет молодому человеку.

Или сейчас, или никогда! Я должна это сделать! Должна взять это чертово колье и скорее сбежать отсюда. Я собираю всю оставшуюся волю и храбрость. В считанные секунды я захлопываю футляр и, пользуясь моментом, бросаю его к себе в сумочку. Я делаю это настолько быстро, что сама не замечаю.

– Показать что-то еще? – интересуется рыжий консультант, подходя ближе.

– Думаю, достаточно! Прошу, отложите это все, я приеду за ними позже с моим мужчиной, и мы их выкупим.

Консультант мысленно пересчитывает украшения.

– Мне кажется, их было девять.

– Простите, что?

– Вы смотрели девять изделий, мисс!

– Вы думаете, что я украла? По-вашему, я воровка? – взвизгиваю я.

– Нет, ну что вы! Просто…

– Да как вы смеете?! – Я разворачиваюсь и направляюсь к выходу.

Все мое тело сковывает холод, а кровь ударяет в голову. Дикий страх и паника забираются в мое сердце. Я пытаюсь держать осанку и не подавать виду, что внутри вся трясусь от ужаса. У самого выхода передо мной вырастает охранник.

– Мисс, прошу дождаться полиции.

– Что? Я не понимаю…, – выдавливаю я. – Отпустите меня! Немедленно!

– До приезда полиции, увы, не могу. Пройдемте со мной в кабинет начальства.

Не успеваю я возразить, как он берет меня за локоть и ведет по коридору. Ноги у меня подкашиваются, а сердце бешено стучит. В этом кабинете нас, видимо, ждет тот самый мужчина, который показывал мне украшения.

– Слушайте, я не понимаю, почему вы меня задерживаете?! Я очень спешу!

– Мисс, вы пытались вынести из магазина ювелирное изделие, не заплатив за него. Дождитесь полиции. Если вы невиновны, вас отпустят, и мы принесем вам свои извинения. – С этими словами охранник хватает телефон и набирает номер. – Мистер Андерсон, у нас кража. Ждем полицию. Предположительно на 12 000 долларов.

Когда приезжает полиция, сотрудники магазина показывают им видеозапись моего преступления. Один из полицейских осматривает мою сумочку и, разумеется, находит в ней колье.

– Это украшение было украдено? – интересуется он у присутствующих. Те соглашаются и бросают в мою сторону осуждающие взгляды.

На меня надевают наручники. Голова кружится. Я как в тумане. Меня ведут к полицейской машине. По дороге я ищу глазами Криса и его авто. Но его будто и не было здесь. Мне становится невыносимо больно: он меня бросил!

Меня усаживают на заднее сидение и везут в участок.

Глаза не плачут, но душа обливается слезами. Холодными пальцами я перебираю тонкую ткань своего платья, и кровь медленно отливает от головы.

Сожалею ли я о том, что украла? Думаю, нет! Сожалею ли я о том, что меня поймали? Безусловно! Мне не стыдно! Мне страшно и до боли обидно. Меня оставили, забыли, потеряли, разлюбили, и это сделал самый любимый и родной человек в моей жизни! Я готова раствориться в своих страданиях. И я до сих пор надеюсь, что это всего лишь страшный сон, что я сейчас открою глаза, и передо мной предстанет моя большая, светлая комната, наполненная ароматом только что приготовленного кофе с пряностями. Но нет! Я сижу в тесной полицейской машине, заперта со всех сторон и не имею права на свежий воздух. Я в полном отчаянии.

Время летит необычно быстро. Не успев опомниться, я оказываюсь в полицейском участке. Повсюду люди в форме, суета, разговоры. Меня сажают за решетку, но я не осмеливаюсь заговорить с другими задержанными. Я опускаюсь на край скамьи и закрываю лицо руками.

У меня забрали личные вещи и сумочку со всем содержимым. Я теряю счет времени: сколько я уже здесь? Два часа, пять? Слезы льются из раскаленных от боли глаз. Душа сжимается в комок. Я больше не могу! Я больше не могу здесь находиться! Эти серые кирпичные стены давят на меня. Но еще больше я боюсь, что за мной приедет кто-то из родных. Меньше всего мне сейчас нужны осуждающие взгляды и шепот за спиной.

Через какое-то время я слышу голос моего отца – его я не спутаю ни с чьим другим. И как мне теперь смотреть ему в глаза? Как заговорить с ним? Я безумно хочу выбраться из этого жуткого места, но ощутить на себе его взгляд, я не в силах. Рядом со мной сидит пожилая афроамериканка с трясущимися пальцами и худым, изможденным лицом. Она прижимает к груди какую-то желтую бумагу и нервно оглядывает камеру. Рядом с ней – разодетая длинноногая дама лет сорока. Она вальяжно покачивает ногой, сложив одну на другую. Спутанные желтые волосы, вызывающий макияж, дешёвая и вульгарная одежда… Не трудно догадаться, что это дама – ночная бабочка.

Я опять слышу голос отца и обрывки фраз местного копа. Через пару минут раздаются чьи-то уверенные шаги, и к решетке подходит полицейский. Женщины с надеждой поднимают головы, но он произносит мое имя:

– Лидия Андерсон, на выход! За тобой пришли.

Я осторожно поднимаюсь со скамейки и выскакиваю из камеры.

– Мне нужны мои вещи, – с высоко поднятой головой говорю я, и весь страх мгновенно улетучивается.

Здоровяк жестом указывает на светло-коричневую деревянную дверь с металлической ручкой.

– Заходи.

Я чуть не теряю сознание. Электрический разряд в одно мгновение сковал мое тело. Меня снова охватывает страх. Папа сидит на стуле лицом к двери, подперев голову правой рукой.

– Ну, смелее, проходи, – легонько подталкивает меня полицейский. Я просачиваюсь внутрь и жмусь к стене.

– Ну, здравствуй, – громко, с ноткой осуждения и непонимания говорит отец.

– Привет, пап, – кротко и тихо вздыхаю я.

– Распишись за вещи и поедем. А то мама уже соскучилась.

Не хочу здесь и сейчас выяснять отношения, так что решаю подчиниться. Подойдя к столу, я ставлю свою подпись, беру в руки сумку и выбегаю из кабинета.

– Лидия, дорогая, ты колье забыла! – доносится мне в след.

Я стою у входа в участок – идти мне некуда, а вернуться домой без папы я не могу. Долго ждать не приходится: он выходит почти сразу за мной и быстрым шагом направляется к автомобилю. Даже не взглянул на меня! Я бегу следом. Всю дорогу он молчит, а я не знаю, куда себя деть. Выйдя из машины, я медленно иду в дом. Пытаюсь придумать оправдание, но, кажется, его не существует. Как можно тише я открываю дверь и протискиваюсь в холл. Папа еще на улице, и я надеюсь избежать встречи с мамой. Я направляюсь к лестнице, которая ведет на второй этаж в мою комнату.

– О, кажется, заключённых привезли, – раздается мамин голос у меня за спиной.

Ну, сейчас начнётся! Я закатываю глаза и нехотя поворачиваюсь к ней лицом.

– Как видишь. Когда суд, кстати?

– Прямо сейчас, Лидия Андерсон! – Она осуждающе осматривает меня с ног до головы, скрестив руки на груди. В эту секунду входит папа.

– Ну что, тебе уже показали твою камеру на время заключения?

– Папа! Хватит уже! Ваша плохая дочь хочет подняться в свою комнату и отдохнуть.

– Ты что творишь? Совсем умом тронулась? – Мама не выдерживает, и в мой адрес сыпется куча оскорблений. – Воровка! Да еще и у родных родителей! Отца обокрала!

Началось! Я снова закатываю глаза, но на этот раз не чувствую прежней вины.

– Да не кричи ты так! Я сейчас оглохну!

– Лидия! – нахмурившись, произносит глава семейства. – Ты переходишь все границы.

– Да ладно! Неужели мои родители обратили на меня свое драгоценное внимание и уделили мне хоть капельку такого дорогого времени?! Оставьте меня в покое!

В их глазах шок. Я быстро поднимаюсь в свою комнату и запираю дверь на ключ.

Проходит около получаса. За это время я успеваю переодеться и лечь в постель. Делать ничего не хочется. Я просто хочу забыть этот ужасный летний день. Стереть его из своей памяти и больше никогда не вспоминать. Только я собираюсь включить какой-нибудь фильм, как слышу мамин крик и твердый папин голос. Они ругаются в столовой.

– Мариса, мать твою! Меня выдернули с важного совещания из-за нашей дочери! Мы целый год вели переговоры с этой компанией, а теперь все коту под хвост! Какого хрена ты кричишь на меня и размахиваешь своим маникюром?

– Будто это я нас обворовала! Лучше бы дочь приструнил! И потом, я прекрасно видела, чем ты занимался на этом совещании, уж точно не вел переговоры! Просто в открытую пялился на зад этой своей секретарши! Думаешь, я слепая?

Мама кричала во весь голос. Кажется, будто она сейчас вырвет из папы сердце и проглотит его целиком.

Я не стала обращать особого внимания на их очередную ссору. Они случаются с завидной регулярностью.

– В кои-то веки займись не моими секретаршами, а нашей дочерью!

– Я-то как раз ей занимаюсь. В отличие от тебя!

– Прекрати себя обманывать, Мариса. Ты занимаешься только собой, и всем это известно. А сейчас оставь меня в покое. Мне нужно в офис. И не смей бежать за мной.

Хлопает дверь. Кажется, папа ушел. Мама тоже затихает. Ничего нового… Я включаю музыку и погружаюсь в раздумья.

Глава 10

7 июня 2014 года

Дорогой дневник, я так устала! После освобождения я целый день просидела в своей комнате наедине со своими мыслями. Я так злюсь! На себя, на Криса! Как я могла довериться ему? Как я могла быть настолько глупой, что согласилась на воровство?! Какая же я дура! И все ради чего? Что бы разнообразить скучные серые будни!.. Неужели мной так легко управлять? До меня, кажется, доходит печальная правда: я всего лишь марионетка в его руках! Нет! Я не хочу в это верить! Я постоянно ищу оправдания каждому его поступку. От безумной любви, полагаю. От этой мысли мне становится еще больнее: кого я полюбила? Это невыносимо. Я так больше не могу! Но я так сильно его люблю! Несмотря на то, через что он заставил меня пройти, несмотря на то, сколько боли он мне причинил! И я уверена, что он продолжит делать это. После всего случившегося я должна разлюбить его. Я что, мазохистка? Сколько еще я буду терпеть? Я запуталась… запуталась в своих мыслях, желаниях. Я не знаю, что будет дальше, что мне делать. А как я буду смотреть в глаза однокурсникам, преподавателям, да и просто людям на улице? Лидия Андерсон обокрала собственного отца!!! Позор!

Я откладываю дневник в сторону: все, что я хотела, я уже написала. Я и не заметила, как солнечный и тёплый день превратился в дождливый вечер.

Мои размышления прерывает настойчивый стук в дверь.

– Привет! – кричу я, не вставая с подоконника, на котором сижу.

– Ну, здравствуй, мисс Происшествие! – Это Мелисса в желтом платье ниже колена и в черном жакете. Ее светлые волосы собраны в аккуратный пучок. – Можно войти?

– Входи, конечно.

Я сейчас очень нуждаюсь в ее теплых, солнечных объятьях, но кажется, она не спешит меня утешать. Она подходит к кровати и осторожно садится на нее, пристально глядя мне в глаза. Она явно хочет увидеть во мне раскаяние. Но меньше всего мне хочется сейчас говорить именно об этом. Мне нужно отвлечься.

– Ну и какого черта моя лучшая подруга стала воровкой, да еще и у своих собственных родителей? – Она произносит эти слова спокойно и даже немного холодно. Меня это злит.

– Вот только ты не начинай! – обижаюсь я. – Все только и делают, что учат меня жизни. Каждый считает своим долгом покритиковать и поругать меня. А поговорить со мной, выслушать? Вы все такие правильные, такие умные и расчудесные, что аж тошно!

– Тошно тебе, значит?! А с психопатом кувыркаться не тошно? А родителей собственных грабить не тошно? Да он тобой вертит, как хочет, а ты и рада! – Не помню, чтобы она когда-нибудь так на меня кричала. В ее глазах отчаяние и страх. – Ты очень изменилась, Лидия! – Мелисса сбавляет тон и говорит тише: – Я не узнаю свою лучшую подругу… Ты изменилась. И все благодаря этому ублюдку!

– Я его так люблю, так люблю! Понимаешь?

– Прости меня, дорогая, но совершенно не понимаю! У тебя розовые очки на глазах! Это не любовь, Лидия!

– Ты говоришь как психолог, а не как моя лучшая подруга! Я думала, хоть ты поймешь меня!

Мелисса отрицательно мотает головой.

– Я хочу его увидеть! Слышишь, Мелисса? Прямо сейчас!

– Ты ненормальная! – кричит она.

– Два дня – это слишком долго. Я хочу с ним встретиться.

– Если ты и пойдешь к Джонсу, то только для того, чтобы расстаться с ним навсегда! Если ты этого не сделаешь, он будет и дальше затягивать тебя в свои сомнительные дела! И может случиться что-то непоправимое!

Мелисса подходит ко мне и садится рядом на подоконник.

– Пойми, Лидия! Я не хочу, чтобы ты совершила ошибку, о которой потом будешь жалеть!

– Если я и совершу ошибку, то буду расплачиваться за нее сама! Если я не пойду к нему, это будет моей ошибкой. Без него я не могу. Только сейчас я поняла, чего мне не хватает в жизни!

– Дай угадаю! Неужели гребаного Криса Джонса?!

– Сильных эмоций, Мелисса! Любви, в которую можно окунуться с головой, и потрясающего секса! Приключений, в конце концов!

– Ограбить собственного отца – это для тебя приключение?

– Он простит меня, я знаю! Ведь я – его единственная дочь. Да и денег у нас не убавилось…

Кажется, я сама уже не понимаю, что говорю. Сердце ноет ужасной протяжной болью, и на глаза наворачиваются слезы.

– Ты умом тронулась, что ли? Да разве ты не видишь, какой человек этот твой Крис Джонс? Он же опасен! Он чертов психопат, который любит только себя! Он использует тебя! Ты ему не нужна!

– Это ты мне не нужна! – сквозь слезы шепчу я.

Мелисса медленно встает с подоконника и отходит в сторону. Что же я натворила? Я закрываю рот руками, боясь сболтнуть еще какую-нибудь глупость.

– Может, стоило сказать об этом раньше? Тогда бы я не докучала тебе своим присутствием, – еле слышно произносит Мелисса. Из ее глаз текут слезы.

Я с ужасом смотрю на нее, пытаясь выдавить из себя хоть слово.

– Прощайте, мисс Андерсон, Мелисса вас больше не потревожит! – Она хватает свою сумочку и выбегает из комнаты, на ходу вытирая слезы.

– Стой, Мелисса! Все не так!

Она слышит меня, но даже не оборачивается.

Я потеряла самого близкого мне человека! Что же ты делаешь, Лидия? Мелисса – единственная, кто действительно за меня переживает. Я хватаюсь за голову. Что же я делаю? Теперь у меня нет ни лучшей подруги, ни любимого. Я должна вернуть их обоих! Как я могла сказать Мелиссе, что она мне не нужна? Но, с другой стороны, она тоже виновата. Не надо было оскорблять Криса, называть его психопатом и говорить, что мои чувства к нему ненастоящие. Она не имеет права судить, ведь она не знает всего: не знает, какие эмоции он дарит мне каждый день! Крис – все для меня! Любовь к нему – самое реальное, что я испытывала за всю свою жизнь!

Я должна увидеть его прямо сейчас! Прошло чуть больше суток с тех пор, как меня выпустили из полиции. Я была так зла на него! Почему он меня бросил? Как он мог со мной так поступить? Неужели, он – трус? Или ему просто плевать на меня? Ужасная боль сковала меня, но через некоторое время переросла в злобу! Сейчас все прошло: я остыла и готова переходить к решительным действиям. До смерти хочу его увидеть.

Я вытираю слезы рукавом, подхожу к своему гигантскому шкафу, открываю его, достаю первый попавшийся наряд и одеваюсь. Не хочу терять ни минуты! Хватаю черную кожаную сумку, ключи от автомобиля и выхожу из комнаты. Пока спускаюсь по лестнице, проверяю, что лежит в сумке. Там должны быть права и другие документы – так, на всякий случай. Все-таки я вышла под залог и рисковать не стоит. Мне бы не хотелось еще раз попасть в неприятности. Так, права на месте, теперь можно не переживать.

Выбежав на улицу, я сажусь в машину и трогаюсь с места. От нашего семейного особняка до центра города ехать минут пятнадцать. Я немного нервничаю: что я ему скажу? Как буду смотреть в глаза после нашей ссоры? Хотя об этом сейчас должен думать он, а не я! Ведь это он во всем виноват! Интересно, где он сейчас? Переживает ли по поводу случившегося? Может быть его совесть, наконец-то, проснулась?

До центра Дарема остался один квартал. Придется долго искать парковочное место, если я не хочу опять что-то нарушить. К счастью, возле дома, где живет Джонс, есть охраняемая платная парковка. Я ставлю авто именно там. Выполнив необходимые процедуры по оплате, я выхожу из авто и захлопываю дверцу. Та, как назло, прищемляет мой распахнувшийся кардиган, и мне приходится заново открыть её. Я злюсь. Все идет не так!

«Пожалуйста, Крис, будь дома!» – тихо произношу я.

И вот я уже стою на пороге его квартиры. Даже не помню, как я дошла на нее. Что я скажу ему, когда он откроет дверь? Он решит, что я полная дура, раз заявилась к нему после всего, что случилось. Я решаюсь постучать. Сжав руку в кулак и стукнув один раз, я обнаруживаю, что дверь открыта. Как? Крис забыл запереть ее? Это на него не похоже. Я осторожно захожу в квартиру.

– Крис! – кричу я. – Ты здесь?

В ответ – тишина. Неужели он действительно забыл запереть квартиру на ключ?

А если что-то случилось? Достою из сумки мобильный телефон и набираю любимого.

«Пожалуйста, дорогой, ответь!» – говорю я вслух. Гудок за гудком – ответа нет. Я начинаю нервничать, по телу пробегает дрожь – кажется, вот-вот произойдет что-то плохое. Как говорит Мелисса, срабатывает мой эмоциональный интеллект. Беспокойство за Криса оседает тяжелым грузом на сердце. Он ведь только избавился от проблем! Неужели он снова во что-то вляпался?

Сегодня выдался довольно трудный день: все так «замечательно», что до полного «счастья» мне не хватает лишь исчезновения любимого. Я стараюсь подавить в себе страх и начать рассуждать логически. Сейчас я ничего не могу сделать, разве что подождать его здесь. Я прохожу в гостиную и бросаю сумку на диван. В памяти сразу всплывают воспоминания о том, как я пришла сюда в первый раз. Я ужасно нервничала! Но сейчас я не хочу и не могу думать об этом. Я устала.

Прохожу в его комнату: кровать идеально заправлена и накрыта шелковым покрывалом. Я скидываю с себя туфли, снимаю кардиган и бросаю его на спинку кровати. Я аккуратно сажусь и провожу ладонью по шелку, вспоминая наш первый раз – теплоту его потрясающего тела, прикосновение его рук, его поцелуи. Я закрываю глаза, делаю глубокий вдох и ловлю в воздухе запах табака, мужских духов и элитного алкоголя. Я чувствую умиротворение и спокойствие. Я ложусь и, обняв одну из двух небольших подушек, засыпаю.

Мои накрашенные ресницы слиплись, и мне тяжело открыть глаза.

– Лидия, проснись! – до боли знакомый голос отчетливо звучит у меня за спиной. Окончательно проснувшись, я поворачиваюсь.

– Крис! Прости, я задремала.

– Что ты здесь делаешь? – грубым тоном спрашивает он. – Тебя не должно здесь быть.

Я сажусь на край кровати и тру лицо руками, чтобы прийти в себя.

– Я хотела увидеть тебя. Дверь была не заперта, и я просто зашла…

– Ты это серьезно? – улыбается Крис. Я морщу лоб от удивления. Меня даже немного злит его реакция. – После всего, что я сделал, ты пришла сюда, чтобы просто увидеть меня? – Он надменно смеется. – Да ты сумасшедшая! И я тебя совершенно не понимаю!

Джонс подходит к барной стойке, наливает немного коньяка и быстро делает пару глотков. Он явно удивлен не меньше, чем я, и у меня тут же появляются сомнения: зачем я вообще сюда пришла? Чтобы увидеть, как Крис смеется мне в лицо, как издевается надо мной?

– Я только хочу поговорить с тобой.

– Ну! Говори, я слушаю.

Меня поражает его наглость!

– И ты даже не хочешь извиниться передо мной? Ты совсем не сожалеешь о случившемся? Как ты мог? Как ты мог, Джонс? – Я поддаюсь налетевшей на меня буре эмоций.

– Как я мог? А ты что, до сих пор ничего не поняла? И да! Если ты хочешь извинений, ты их вряд ли получишь, – произносит он и делает еще глоток коньяка. – Пойми, Лидия, для меня это не более чем развлечение. О, да! Мы совершили ужасный поступок! – говорит он, махая руками и театрально выпучивая глаза. – Но мы сейчас здесь! Тебя выпустили! Жива и здорова! Не вижу смысла извиняться, детка.

Если честно, его слова повергают меня в шок.

– Развлечение?! – кричу я. – Что же ты творишь? Я пыталась ограбить ювелирный магазин моей семьи! А для тебя это всего лишь пустяк?!

Крис удивительно спокоен.

– Ты знала, на что шла, Лидия. Вспомни. Я не уговаривал тебя пойти со мной. Ты сама сделала свой выбор и теперь расплачиваешься. Все просто. Признай это и иди домой извиняться перед мистером Андерсоном. Можешь сказать ему, что мне жаль. Хотя… Лучше не врать родному отцу.

Я вскакиваю и налетаю на Криса. Как он смеет говорить мне такое?

– За что ты так со мной? Тебе нравится это, да? Нравится причинять мне боль? – Я изо всех сил пытаюсь не заплакать. Во мне кипит злость.

Крис резко меняется в лице: от надменной улыбки не остается и следа. Он просто стоит и смотрит на меня. Видимо, я поставила его в тупик.

– Я не знаю, – произносит он и отводит в сторону взгляд. – Просто ответь честно, Лидия, почему ты здесь? Чтобы требовать от меня извинений? Нет. Чтобы поговорить со мной? Я так не думаю. После всего, что произошло, ты должна была уйти от меня и прекратить всякое общение, но ты все еще здесь…

Крис подходит ко мне все ближе и ближе. Он как будто гипнотизирует меня своими серыми глазами…

– Ты подлец, Крис! Я тебе отдала всю себя! Что ты со мной сделал? Я едва не задохнулась от боли. Я сумасшедшая! Да! Сумасшедшая! Я тебя простила, Крис! Простила. За всё! Я могла бы уже давно уйти от тебя, постараться забыть обо всем. Но я не могу. Последние сутки я много думала: о том, что случилось, о нас. Крис, ты причиняешь мне столько боли и страданий! Из-за тебя я потеряла Мелиссу – единственного человека, который искренне переживает за меня! – На глаза наворачиваются слезы, и я даже не пытаюсь сдерживать их. – Ты хотел знать, почему я здесь? – Я тяну ладони к его лицу и нежно дотрагиваюсь до него. Он смотрит на меня, и я вижу в его глазах застывший вопрос. Крис явно не понимает, что происходит. – Просто я… я люблю тебя! – Неужели я действительно это произнесла? – Крис, я люблю тебя, слышишь!? Я буду любить тебя до конца! И я всегда буду прощать тебя, чтобы ты ни сделал! Видишь? Моя душа изо всех сил тянется к тебе. Ты – мой воздух, моя вода! Я не могу дышать без тебя, я не могу жить без тебя!

Слезы градом льются из глаз. Секунды, и Крис впивается в мои губы и начинает целовать. Так нежно и в то же время страстно, что я слышу его прерывистое дыхание. Он крепко обнимает меня и притягивает к себе, и я тут же отвечаю на его порыв.

– Я хочу тебя прямо сейчас, – тихо произносит он. От каждой нотки его голоса мне становится так жарко, что слезы на моем лице мгновенно высыхают.

Еще пару секунд, и я резко впиваюсь в губы любимого, жадно обволакивая его язык своим. Да, я хочу этого, хочу его прикосновений, хочу его снова. Сегодня я преодолела барьер: наконец-то сказала ему, что люблю. Люблю больше всех в целом свете! Сегодня и навсегда Крис принадлежит мне, непредсказуемый, страстный и неукротимый как океан, но все же мой!

Мы продолжаем дарить друг другу поцелуи, пятимся назад, и я натыкаюсь на журнальный столик возле кровати. Я нечаянно задеваю небольшой торшер рукой, и он падает на пол. Мы сейчас так заняты друг другом, что не замечаем этого.

Одним движением Крис разрывает на мне блузку из тонкого белого шифона. Я остаюсь в лифчике. Он сжимает мою грудь и жадно целует. Каждое прикосновение его горячих губ отзывается внизу живота, возбуждая меня все сильнее.

Ногами я обхватываю его бедра, он резко поднимает меня за ягодицы и кладет на кровать. Я наблюдаю, как мой любимый быстро стягивает с себя футболку, затем наклоняется и одним рывком высвобождает мою набухшую грудь из чашечек лифчика. Потными ладонями он гладит ее, задевая пальцами соски. С моих губ срывается один стон за другим, а его руки движутся все ниже и ниже. Он расстегивает ширинку и мгновенно стягивает их вместе с трусиками. Затем садится передо мной на колени, шире раздвигает мои ноги и устраивается между ними. Я плотно прижимаюсь спиной к кровати и смотрю в потолок, тихо мурлыча. Его язык проникает в щель между ног, и я вскрикиваю, запрокидывая голову назад. Крис жадно целует клитор, ласкает его языком, проводя то вниз, то вверх, лижет и снова целует. В то время как его руки гладят нежную кожу на моих бедрах. Я ерзаю на кровати и кричу от невероятно сильного возбуждения. Я уже на пределе. Еще пара минут, и Крис покрывает поцелуями внутреннюю сторону моих бедер, переходит на живот, добирается до груди, зажимает между губами соски и впивается в мои губы, слизывая стоны. Крепко взяв меня за талию, Крис пододвигает меня на середину кровати, затем ложится на меня, и я чувствую его возбужденную плоть, выпирающую сквозь ткань джинсов. Немного приподнявшись, он снимает кожаный ремень, расстегивает ширинку до конца и наваливается на меня всем телом. Как же мне нравится ощущать эту тяжесть! Он страстно целует мою шею, оставляя засосы. Я живо стягиваю с него джинсы. Головка его члена ласкает щель между моих ног. Я беру его за ягодицы и резко притягиваю к себе. Твердый как камень член врывается в мое тело, и Крис начинает резко, но медленно двигаться. Затем берет мои руки, заламывает их назад и наращивает темп, проталкивая свое достоинство все глубже и глубже. Его влажные от пота ладони медленно скользят вниз. Я легонько царапаю его спину ноготками, и он тихо постанывает. Все мое тело сводит приятная судорога, меня трясет, и я не могу контролировать себя. Мне хочется кричать от удовольствия! Внутри меня все горит, и я так не хочу, чтобы это блаженство заканчивалось! Мой любимый Крис выходит из меня, переворачивает на живот, и я немного приподнимаю свой зад, как кошечка. Он приставляет член между моих ног и снова врывается в мое разгоряченное тело. Крис крепко сжимает мои бедра, и мы быстро двигаемся в унисон.

Его руки шарят по моему животу. Он наваливается на меня и начинает трахать еще жестче. Я прогибаюсь, закидываю голову назад и полностью подчиняюсь ему. Мне совершенно не хочется сопротивляться! Сегодня, в эти минуты, я принадлежу ему целиком.

Движения его твердой плоти становятся все сильнее и сильнее. Напряжение растет, а воздух в комнате раскаляется до предела. Мне жарко и тяжело дышать. Я чувствую, что сейчас кончу!

Еще несколько резких движений, и я взрываюсь. По моему телу прокатывается волна, которая накрывает меня, ударяет в голову, а в глазах темнеет. Я слышу, как мой любимый тоже стонет и кончает в меня. Я ощущаю тяжесть его мокрого от пота тела. Мне тепло и сладко, перед глазами все плывет, а сердце бешено бьется в груди. Жгучее дыхание Криса ласкает кожу на моей шее и плечах: я продолжаю тихонько постанывать, ловлю ртом знойный воздух.

– Ты под моей кожей, Крис. Ты в моем сердце. – еле слышно произношу я и кажется, чувствую как он улыбается.

Спустя несколько минут Крис переворачивается и ложится рядом. Я остаюсь лежать на животе, наслаждаясь прохладой. Мой любимый легонько очерчивает пальцами мои формы – от ягодиц по пояснице, все выше и выше. Проводит между лопатками, убирает пряди волос с моей шеи. Я чувствую, что его взгляд прикован ко мне: он разглядывает мое тело, смакуя каждый его сантиметр. Я улыбаюсь.

– Ты останешься на ночь?

Я поворачиваюсь лицом к Крису.

– А ты этого хочешь? – кокетливо спрашиваю я, прикусывая губу.

– Да, я хочу.

Глава 11

Самоуверенным шагом я вхожу в холл нашего университета. Ко мне подбегает староста группы.

– Лидия, ну наконец-то! – Она хватает меня за запястье и чуть ли не прыгает от счастья. – Тебя не было почти неделю, мы все так скучали!

– Здравствуй, Мили. О, неужели? – Я делаю вид, будто крайне этому удивлена. На самом деле, эта девушка ведет себя так со всеми: прыгает на задних лапках перед особо богатыми. Жуткое зрелище! Никогда ее не понимала.

– Лидия! – Я вижу Дениз. Вот по кому я действительно очень скучала! Я кидаюсь в объятия Дениз.

– Я скучала, – еле слышно шепчу я.

– Я тоже! – Она отстраняется и как-то странно на меня смотрит.

– Что-то случилось?

– Ага! Неделю назад. Что это вообще было? Как ты могла ей такое сказать?

Ой, ну, все понято. Она о нашей ссоре с Мелиссой.

– Мне очень жаль. Я не хотела этого. Пойдем, поговорим.

Мы отходим от гудящей толпы студентов, и я виновато смотрю на Дениз.

– Расскажи мне, как она.

– Ты действительно хочешь это знать? – Она выжидающе смотрит в мои зелёные, блестящие от слез глаза. – Ладно. Она позвонила мне, сказала, что приедет на ночь. По голосу я поняла, что что-то произошло. В итоге она приехала через час, вся мрачная, бледная и холодная, как ледышка. Ничего не говорила, просто сидела и смотрела в одну точку. Потом сказала: «Дениз, я ей не нужна». Я не поняла, о ком она говорит, но потом вспомнила, что она собиралась к тебе. Она разрыдалась. Таких слёз я давно не видела. Лидия, вы должны помириться, простить друг друга! Такую дружбу нельзя губить.

– Я знаю. И не хочу ее потерять, правда.

– Проблема в том, что вы обе гордые. И она очень хочет все вернуть, она скучает. Пару раз чуть не сорвалась и не побежала к тебе, но в последний момент вспомнила о самоуважении и все такое. Я пыталась ее успокоить, но ей нужна ты. Я не верю, что она тебе не нужна, это бред! Ведь так?

– Конечно!

– Пойдем! Я знаю, где она сейчас. Вы сможете поговорить.

Дениз протягивает мне руку.

– Она там, где обычно? С книгой в руках? – улыбаюсь я, пытаясь перестать плакать.

– Ооо, мисс Андерсон, да вы хорошо знаете нашу Мелиссу! – посмеивается она в ответ.

Мы выходим в сад, и я сразу вижу свою подругу, сидящую под огромным, вековым дубом.

Дениз тянет меня за собой.

– Мелисса, это к тебе!

Она отпускает меня и спешно направляется назад. А я не знаю, что делать. Мелисса так на меня смотрит, будто вот-вот расплачется. Я так давно ее знаю, а сейчас не могу выдавить даже «прости».

– Зачем ты пришла? Не трать на меня свое время, тебе это не нужно. Я тебе не нужна. – После этих слов она снова утыкается в книгу. Я опускаюсь на подушку рядом с ней. – Уходи, не порть нам обеим нервы.

– Пожалуйста, прости, я не хотела!

– Не надо, Лидия! Это того не стоит. Да, пусть мне будет тяжело, но я это переживу. Я сильная. И ты тоже.

– Давай хоть как-то общаться.

– Давай попробуем. Мисс Андерсон, как настроение? Хорошее? Выспалась или Крис не дал поспать? Как папа? Не сдал тебя копам?

– Мелисса, что ты…

Я не успеваю договорить, как она резко соскакивает, хватает подушку и кидается в сторону входа в кампус.

Я остаюсь сидеть на скамейке в полном ступоре. Я знаю, что совершила ужасную ошибку, сказав те слова. И сейчас мне будет очень сложно вернуть ее расположение, вернуть дружбу.

На следующем перерыве я выхожу из аудитории и жду Дениз. Мимо меня проходят две девушки из моей группы и мило улыбаются. Не помню их имен, но они всегда очень добры и приветливы. Я стараюсь не думать о Мелиссе, о нашей ссоре и неудачном разговоре. Через пару секунд в холле раздается знакомый смех. Я оборачиваюсь и глазам не верю: Мелисса весело хохочет в объятиях Габриэллы – той самой, которая танцует стриптиз на столах. Она вцепилась в мою подругу, а та, кажется, совсем не против. Как? Как она могла так поступить? Ведь она знает, как я отношусь к этой особе!

– Меня ждёшь? – Дениз выходит из аудитории и становится рядом.

– Ден, что это такое?

– Ой, я думала, ты знаешь. Они же теперь жить друг без друга не могут.

– Но как? – Я все еще не могу поверить в происходящее.

– Габриэлла всегда хотела дружить с нашей Лиссой. С самого детства тянулась к ней, но сама Мелисса никогда не хотела быть ее подругой. – Дениз берет меня за руку и пытается увести подальше от этих «щебечущих пташек».

– Она это специально? Чтобы больно мне сделать? – дрожащим голосом шепчу я, едва сдерживая слёзы.

– Тише, Лидия, Она к тебе вернется, только дай ей время.

***

Я снова сижу на подоконнике, обняв руками колени, и гляжу в окно. На улице пасмурно и сыро. Идет дождь. Такая «лондонская» погода всегда навевает тоску и скуку. Все так серо и уныло, что совершенно не хочется ничего делать. Я смотрю по сторонам: в комнате полный хаос. Надо бы убрать вещи, привести косметику в порядок, отдать в химчистку пару костюмов и платьев, но у меня так болит голова, что совершенно нет желания вставать. По телевизору ничего интересного, в «Твиттере» и на «Фейсбуке» – тоже. Мало того, что Мелисса не хочет со мной разговаривать, так еще и Дениз занята.

Мы с Крисом не виделись пару дней. Он сказал, что ему нужно провести некоторое время с отцом и дядей Эриком, который сейчас в Дареме. Он прав: мы должны отдохнуть друг от друга. Правда, сейчас, когда на улице так холодно и туманно, мне его не хватает. Как бы я хотела забраться с ним под теплое одеяло, взять кружку горячего шоколада и посмотреть какой-нибудь фильм или сериал, а еще лучше – стендап-шоу, чтобы поднять настроение. Но, к сожалению, придется мне развлекаться одной.

Я слезаю с подоконника и направляюсь на кухню за горячим кофе. Сегодня пятница, на часах шесть вечера, и скоро вернутся родители. Я заглядываю в холодильник – пусто. Но готовить я не собираюсь. Если мама с папой захотят поесть, закажут еду из ресторана или, на худой конец, пиццу.

Запах свежезаваренной арабики невероятно бодрит! Я наливаю себе чашку кофе и поднимаюсь обратно в свою комнату.

На по пути я слышу громкий, настойчивый стук в дверь. У меня ощущение дежавю.

Я быстро спускаюсь, ставлю кружку на столик возле горшка с цветами и открываю дверь.

– Лидия! – хриплым голосом произносит Крис. Он весь мокрый от дождя. Прядь темных волос свисает на лоб, прикрывая правый глаз. Он еле держится на ногах! – Ты впустишь меня?

– Да! Быстрее заходи! – Я крепко обнимаю его. – Любимый, что случилось? Ты шел пешком?

Я гляжу на его мокрое бледное лицо, целую в холодные, посиневшие губы.

– Детка, все в порядке, не волнуйся.

Я заметно нервничаю и хочу поскорее отвести его наверх.

– Что-то не так? Скоро придут родители.

– И ты не хочешь меня показывать, да?

Мне нечего возразить. Прошло уже много времени, но я все еще не готова представить Криса родителям. И все из-за глупых слухов о нем, разлетевшихся по всему городу!

– Прости! – Я аккуратно снимаю с него куртку. Судя по мокрой футболке, прилипшей к его торсу, на улице ливень.

Мы поднимаемся на второй этаж, и я провожаю его в свою комнату.

– Здесь беспорядок – никак не могу убраться.

– Не волнуйся, все нормально.

– Подожди здесь, я принесу полотенце и сухую одежду.

Крис молча садится в кресло. Я вижу, что он очень устал. Скорее всего, шел пешком от центра города, а это путь неблизкий.

Я захожу в отцовскую комнату. Здесь царит идеальный порядок: кровать заправлена, пыли нет, все вещи аккуратно сложены. В гардеробной среди идеально выглаженных костюмов, рубашек, галстуков и другой пафосной одежды я нахожу домашние трико и серую футболку. Из ящика достаю большое теплое махровое полотенце и возвращаюсь к себе.

– Крис…

Я замолкаю: мой любимый уснул. Он выглядит таким милым и беззащитным! Я легонько дотрагиваюсь до его плеча, и он тут же просыпается.

– Вот, держи! Если хочешь, можешь сходить сначала в душ.

– Было бы замечательно! – Крис медленно поднимается с кресла, подходит ко мне, и я вручаю ему полотенце. – Я сейчас вернусь.

– Хорошо.

Он нежно целует меня в губы и уходит.

Далеко идти не приходится, ведь у меня есть личная ванная комната. Если бы тут был еще и холодильник с едой, я была бы безмерно счастлива. Во всяком случае, это избавило бы меня от необходимости лицезреть постоянно ругающихся родственников.

Надо бы прибраться, пока Крис в ванной. Я собираю раскиданную одежду и складываю ее в аккуратную стопку. Подойдя к столику возле кровати, я замечаю, что Крис закрыл дверь в ванную не до конца. Я останавливаюсь и смотрю. Через щель видно, как мой любимый снимает с себя мокрую одежду и остается полностью обнаженным. Каждый раз, когда я вижу его великолепно сложенное тело, по мне прокатывается горячая волна возбуждения, становится трудно дышать, а сердце бьется так, будто хочет выпрыгнуть из груди. Иногда мне кажется, что это все происходит не со мной. Что я просто сплю, а когда проснусь, то вернусь к своей прежней жизни, в которой его нет.

Плеск воды прерывает мои философские мысли, и я продолжаю уборку в комнате. Спустя пару минут в ней воцаряется относительный порядок.

– Так намного лучше! – Крис выходит из ванной в трико, с голым торсом, вытирая волосы полотенцем. Несколько секунд я наблюдаю, как играют его стальные мышцы.

– Ты в порядке? – спрашиваю я.

– Да, Лидия, спасибо.

Я вплотную подхожу к любимому, провожу ладонью по его мягким влажным волосам, затем спускаюсь ниже. Мой большой палец касается его пухлой нижней губы.

– Я скучала, – наклонившись чуть вперед, я кладу голову ему на плечо и чувствую, как его руки движутся по моей спине. – Ты ведь расскажешь мне, что случилось?

Крис отходит от меня на пару шагов, бросает полотенце в кресло и надевает футболку, которую я ему дала.

– Немного велика, – говорит он с улыбкой.

– Ты говорил, что поедешь к отцу. Ты был у него? – Я отчаянно хочу знать все, но вижу лишь недовольство на его лице. – Ну почему мне приходится вытягивать из тебя каждое слово? Ты мне не доверяешь?

– Детка, я не могу тебе рассказать все. Та часть моей жизни, которая…

– Что? К чему эта театральность?! Неужели так трудно рассказать все, как есть, любимой девушке? Я этого не заслуживаю? – Крис начинает злиться. Я вижу это по его суровому взгляду и плотно сжатым губам. – Я не хочу давить на тебя, но…

– Ты уже это делаешь! Я расскажу тебе, когда придет время.

– Вот опять! Что ты скрываешь от меня?

– Знаешь, зря я пришел! – Крис срывается с места и ищет свои вещи.

– Стой! Не уходи. Прости! – Он бросает на меня холодный взгляд, от которого по моему телу пробегают мурашки. – Я скоро сойду с ума от неизвестности. Надеюсь, когда-нибудь ты все расскажешь. Я подожду. Только, прошу, не уходи. Пожалуйста!

– Хорошо. Я останусь, если ты пообещаешь ничего не спрашивать. Пока. В свое время ты все узнаешь.

– Я поняла, – я делаю паузу и смотрю в пол. – Ты голоден? В нашем холодильнике ничего нет. Мы можем заказать что-нибудь, если хочешь.

– Нет, не нужно. Я немного устал и хочу просто отдохнуть.

Крис медленно ложится на кровать – будто спрашивает у меня разрешения. Затем поправляет одну из больших подушек и прикрывает глаза.

Я аккуратно пристраиваюсь рядом, и Крис тут же обнимает меня сзади, пододвигая ближе. Я целую его руку и прижимаю к свой груди. Он зарывается носом в мои распущенные волосы. Я чувствую себя защищенной в его руках и хочу, чтобы эти мгновенья длились как можно дольше!

Какое-то время я лежу с открытыми глазами и слушаю, как Крис тихо посапывает мне на ухо. Тишину в комнате нарушает шум ливня за окном, да тиканье настенных винтажных часов. Нет ничего приятнее, чем засыпать в объятиях любимого человека под звуки дождя.

Я раскрываю слипшиеся глаза и чувствую легкую прохладу. Руками ищу Криса, но его рядом нет.

– Лидия! – Он сидит за столом и держит в руках какую-то тетрадь. – Что это?

От моей сонливости не остается и следа. Я соскакиваю с кровати, подбегаю к нему и выхватываю тетрадь у него из рук.

– Это мой дневник! – Я прячу его за спиной, как маленькая девочка. – Надеюсь, ты его не читал?

– Я не успел! А жаль, – улыбается Крис.

– Эй! Там личное! – кричу я, а он издевательски смеется.

– Там точно есть что-то обо мне.

– Ну, разумеется, есть! – Я открываю ящик стола и засовываю дневник как можно глубже. – Больше не трогай его, договорились? Крис?

– Как скажешь, детка!

Я слышу стук двери и шаги в прихожей.

– Ой, родители пришли. Что-то они сегодня поздно. Сколько времени?

– Почти девять.

– Подожди меня тут и не выходи из комнаты. Я сейчас вернусь. Мне обязательно нужно показаться маме.

Я торопливо спускаюсь по лестнице.

– Мам, пап! Вы здесь?

– Да, Лидия, – говорит папа.

Что я вижу? Они сидят за столом, попивая кофе.

– О! Вы вместе! Неожиданно! – саркастически улыбаюсь я. Редко когда увидишь их в нормальном состоянии. Прямо нормальная семья! – И вы вместе пришли?

– Да, милая, – говорит мама, неестественно улыбаясь.

– Как-то не верится. Сегодня вы поздно.

– Мы заехали в ресторан, за углом. Помнишь? – говорит папа уставшим голосом и трет глаза. – Мы были там несколько месяцев назад, ели восхитительное ризотто с белыми грибами.

– Да, пап! Конечно! Только это было год назад, – говорю я, скривив лицо.

– Точно, – мой отец опускает голову. Хорошая попытка.

– Что ж! Я, пожалуй, пойду наверх.

Поднявшись на несколько ступенек, я разворачиваюсь, чтобы посмотреть еще раз на «идиллию» в нашей семье.

– Стой! – кричит мама. – А ты у меня стала популярной в Дьюке.

Я смеюсь.

– В каком смысле? Я ничего такого не сделала.

Мама подходит ко мне и пристально смотрит. У нее такой вид, будто она что-то знает.

– У тебя появился парень, а ты ничего не сказала! – Кокетливо поднятая бровь на лице мамы подсказывает мне, что волноваться не стоит.

– Ааа! Ты об этом!

– Так это правда! Ну наконец-то! И кто же он? Говорят, что ты встречаешься с самым красивым парнем в университете! – Мои губы растягиваются в широкой улыбке. – Ясно. Смущаешься. Ну, хоть имя скажи родной матери!

– Его зовут Крис. Больше ничего не скажу! Даже не проси! Не заслужила!

Я быстро убегаю вверх по лестнице, врываюсь к себе в комнату и хлопаю дверью.

– Надеюсь, пока меня не было, ты не читал мой дневник?

– Черт! Как же я не догадался! – Крис валяется на моей кровати с пультом от телевизора. – Детка, иди ко мне!

Он протягивает ко мне свои накаченные руки, и я не могу перед ним устоять. Я падаю на кровать рядом с Крисом, он обнимает меня, и я кладу голову ему на плечо.

– А моя мама знает о тебе. То есть, о нас.

– Хм! И что ты ей обо мне рассказала?

– Ничего. Только имя. Пока мои родители не заслужили знать о тебе и о наших отношениях.

– Молодец, детка. Все правильно сделала! – Он делает небольшую паузу и продолжает: – У меня к тебе одна просьба.

– Все, что угодно, – отвечаю я, закрывая глаза.

– Мне нужны деньги, Лидия.

Я поднимаюсь и смотрю на него.

– И ты только сейчас об этом говоришь?

– Так ты дашь или нет?

– Сначала скажи зачем.

– Все просто, Лидия. У меня заблокирована карта. Видимо, отец решил меня за что-то наказать.

– А сколько нужно?

– Пять тысяч долларов. – Не успеваю я раскрыть рот, как Крис перебивает меня: – Я знаю, что это много, но все же, детка… Пожалуйста!

– Ох, уж этот твой щенячий взгляд… Хорошо, Крис, я дам тебе эти деньги.

– Ты – прелесть, – говорит он и впивается в мои губы.

– Останься сегодня со мной. Родители ничего не узнают.

– А ведь завтра суббота, – шепотом произносит Крис и поглаживает меня по волосам. – Как я выйду из дома незамеченным?

– Мы что-нибудь придумаем, – улыбаюсь я. – Не хочу, чтобы ты уходил. Тем более что сейчас выйти отсюда намного труднее, чем завтра утром.

– Хорошо, уговорила. И чем мы займемся?

– А чего ты хочешь?

Я вижу, как Крис обводит мое тело взглядом, потом останавливается на груди. Я тяжело дышу: перед глазами мелькают картины жаркого секса.

– Я голоден.

– В каком смысле? – флиртую я.

– В прямом, детка! Надо же нам поесть! А ты что подумала?

– Ты… черт!

Крис заливается заразительным смехом. Я спихиваю его с себя и поднимаюсь с кровати.

– Как тебе не стыдно, Лидия, за твои пошлые мысли?

– Что?! Это ты виноват! – кричу я и подхожу к двери. – И говори тише, а то мама услышит. Будешь сам все объяснять. Закажем пиццу? Или китайскую еду в коробочках?

– Лучше китайскую, – подмигивает Крис.

– Хорошо.

Я звоню и заказываю пару коробочек с китайскими салатами. Обычно к ним прилагаются палочки, соусы и салфетки. Спустя полчаса я спускаюсь на первый этаж, захватив с собой двадцать долларов для оплаты.

– Спасибо, – вежливо говорю я курьеру, расписываюсь в заказе и забираю небольшой пакет с едой.

– Решила заказать еду на дом? – Папа меня напугал! – Надо было купить что-нибудь вкусное.

– Но вы предпочли зайти в ресторан, я помню. А я ужасно голодная! Так что, я пойду в свою комнату, хорошо?

– Какие-то они сегодня странные, – говорю я, захлопывая дверь. – Ведут себя так, будто мы – обычная семья, и они не пропадают сутками на работе!

В ответ Крис только тяжело вздыхает.

– Дай ты им шанс, – вдруг говорит он. – Все будет хорошо.

– Я не уверена, Крис.

Я сажусь на кровать, достаю коробочки с салатами и одну из них отдаю Крису.

Мы очень быстро опустошаем их, и я выбрасываю их вместе с палочками в мусорное ведро.

– Сколько времени? – спрашиваю я.

– Почти десять.

– А такое ощущение, будто двенадцать! У меня немного болит голова. Может, ляжем спать?

– Так рано? Я думал, мы с тобой займемся чем-нибудь интересным.

– Чем, например? Опять начнешь меня соблазнять?

– Нет, я сегодня не в настроении этим заниматься. Давай хотя бы один вечер проведем спокойно.

– Неужели, это говоришь ты? – Крис пожимает плечами и жестом приглашает меня лечь рядом. – Тогда я сначала пойду, подготовлюсь ко сну.

– Подожди! У меня есть идея получше.

Крис встает и снимает с себя футболку.

– Что ты задумал?

Он берет меня на руки и относит в ванную комнату.

– Мы просто полежим в горячей ванне. Ты не против?

– Конечно, нет.

Я включаю горячую воду, затем поднимаю руки вверх, и Крис медленно стягивает с меня домашнюю кофту. Я остаюсь в спортивном лифчике, но через пару мгновений стягиваю и его, обнажая грудь.

Крис раздевается, не переставая смотреть мне в глаза. Он наблюдает за моей реакцией. Он очень часто так делает – сверлит меня взглядом, будто хочет увидеть скрытые внутри меня желания. Я отвожу глаза: смотрю на кафель, на воду, на что угодно, но только не на его лицо, кубики пресса или член.

Когда ванна, наконец, заполняется водой, Крис выключает воду. Он садится в ванну, расставив ноги в стороны и кладет голову на небольшую подушечку. Я быстро снимаю штаны и трусики, собираю волосы в пучок. Потом я спиной ложусь на любимого и чувствую, как его член упирается мне в поясницу.

– Удобно? – тихо спрашиваю я и кладу голову ему на грудь.

– Да, пока. Но я не думаю, что мы сможем пролежать в таком положении долго, иначе ты отдавишь самую лучшую часть моего тела.

Я усмехаюсь.

– Да, я тоже люблю эту часть твоего тела.

Я осторожно поворачиваюсь и как можно нежнее целую его гладкую шею.

– Что ты делаешь, детка?

По голосу Криса я понимаю, что он доволен и расслаблен.

Я не отвечаю на вопрос и продолжаю покрывать его шею влажными поцелуями. Он поднимает голову и я впиваюсь в его губы.

От клубов пара у меня кружится голова и клонит в сон. Вокруг тихо и спокойно.

– Эй, Лидия, только не спи!

– Я не сплю, – сонным голосом произношу я.

– Хорошо, вставай! – Крис дергает ногами и заставляет меня приподняться. – Пойдем в постель.

Мы вылезаем из воды. Я стою перед зеркалом и смотрю на себя: я выгляжу уставшей. Кажется, мне срочно нужно зарыться под одеяло и провалиться в сон. Крис подходит ко мне, заворачивает в гигантское розовое полотенце и нежно обнимает. Я чувствую прикосновения его мягких губ у себя на шее и плечах.

– Устала? – шепчет он мне на ухо.

– Да, – выдыхаю я и кладу голову на его плечо.

– Иди в кровать, я позже подойду.

Я оставляю его в ванной, а сама ухожу в комнату. Надеваю пижаму и ложусь под одеяло. Я засыпаю. Сквозь сон я слышу, как мой любимый ложится рядом со мной. Он гладит меня по щеке, и я улыбаюсь.

– Сладких снов, детка, – шепчет он.

– Спокойной ночи, – чуть слышно отвечаю я и проваливаюсь в глубокий сон.

Глава 12

– Эй, проснись! – слышу я любимый голос и пытаюсь продрать глаза.

– Отстань! – говорю я и нащупываю одеяло.

– А ну, вставай! – Крис выхватывает у меня из рук одеяло и скидывает его на пол.

Я окончательно просыпаюсь и сажусь в кровати.

– Сколько времени?

– Семь утра.

– Черт! Зачем ты меня так рано разбудил?

Крис стоит напротив кровати, уперев руки в боки. Сейчас он выглядит не как мой парень, а как «заботливый» отец, и мне это откровенно не нравится.

– Сегодня же суббота!

Я снова плюхаюсь на кровать и зарываюсь лицом в подушку. Джонс хватает меня за ноги и грубо тянет на себя.

– Ааааай! Какого черта, Крис?! – кричу я и брыкаюсь. Он наваливается на меня сверху и заламывает руки мне за голову. – Отпусти!

– Не дерзи, – спокойно говорит он. – Успокойся, а то я заткну тебя своим любимым способом. Поняла?

– Нет! Я терпеть не могу, когда меня рано будят. И слезь с меня!

Между нами возникает напряжение. Он смотрит на меня так, будто сейчас навредит, будто хочет это сделать. Крис молча лежит на мне, а я не произношу ни слова, чтобы не разозлить его еще больше. Он странно ведет себя, и меня это пугает.

– Хорошо. – Крис резко встает и начинает одеваться. – Мне пора. Тем более, что твои родители уже ушли.

– Что? Уже? Так рано?

– Я не знаю, но теперь могу тоже спокойно уйти.

– Подожди! – Я подбегаю к подоконнику, хватаю свою темно-коричневую сумку и ищу в ней банковскую карточку. – Тебе ведь нужны были деньги, так?

– Хм, вообще-то да. Хорошо, что ты напомнила.

– Сначала мне нужно снять наличные. Ты ведь никуда не торопишься?

Я не понимаю, почему мне так сложно говорить. Всякий раз, когда у нас возникает даже самая мелкая ссора, Крис будто отдаляется от меня, становится холодным. Мне ужасно хочется выяснить отношения прямо сейчас, но я не делаю этого. Не хочу все усложнять.

– Нет, – только одно слово, и у меня ком встает поперек горла. Мне срочно нужен горячий кофе.

– Можем сходить вместе, банк недалеко. – Я улыбаюсь, как дурочка, чтобы хоть как-то разрядить обстановку! – Крис, я хочу, чтобы все было хорошо. Давай просто спустимся вниз, позавтракаем, а потом…

– Ок! Я не против.

Я всегда удивлялась резким переменам в его настроении. Крис стоит возле двери и улыбается.

Мы спускаемся на кухню. Я иду впереди и все еще ощущаю напряжение, витающее в воздухе.

Я быстро подбегаю к столу, беру две кружки и наливаю в них свежий кофе. Видимо, мама заварила, как только встала. Интересно, куда они отправились с утра пораньше? Я отдаю одну кружку Крису, и мы садимся за обеденный стол.

– Ты так и будешь молчать? – спрашиваю я, отпивая из кружки.

– Детка, если ты хочешь поговорить, давай в другой раз.

– Ты же сказал, что не торопишься!

Я вижу, как он нервничает и дергает ногой. Разговор заходит в тупик.

– Собирайся. Я подожду тебя возле гаража.

Крис встает из-за стола, надевает свою высохшую куртку и молча уходит. Дверь остается открытой.

Надо поторопиться, чтобы он не разозлился снова!

Я как можно быстрее поднимаюсь в свою комнату, переодеваюсь и пишу записку родителям: «Я с подругами. Буду поздно. Л.». Потом я беру коричневую сумку, закидываю в нее солнечные очки, тушь, блеск для губ и пудру. Поправляю прическу, и спустя пару минут я уже на улице.

Мы с Крисом садимся в мой «Камаро» и едем в банк. До него минут десять. Все это время мы оба молчим. Я до сих пор не понимаю, что я такого сказала или сделала, что мой любимый так переменился. Я слежу за дорогой, стараюсь отогнать от себя грустные мысли. Обычно от них становится только хуже.

Хорошо, что сегодня выходной, и в банке почти никого нет. Я быстро снимаю необходимую сумму – даже чуть больше, сажусь в автомобиль и отдаю деньги Крису.

– Вот, здесь вся сумма.

Я чувствую себя каким-то курьером. Будто я не просто одалживаю своему парню деньги, а плачу за какую-то услугу. Странное ощущение.

– Спасибо, детка, – говорит Крис и целует меня в губы. Но это не простой поцелуй, а робкий, нежный, без излишеств. Простой поцелуй в благодарность. Это совсем несвойственно моему Крису, и я пугаюсь и удивляюсь одновременно.

– Куда отправимся теперь? – спрашиваю я и кладу руки на руль.

– Можешь отвезти меня в автосервис? Мне нужно забрать машину.

– Конечно!

Мы едем на другой конец города. Я останавливаюсь напротив большого кирпичного здания.

– Поезжай ко мне домой, – говорит Крис, отдает мне ключи от своей квартиры и выходит из авто. – Увидимся там, детка. Я быстро.

Он наклоняется и дарит мне легкий поцелуй в лоб.

Я с улыбкой смотрю ему вслед. Из-за угла здания выходит какой-то мужчина. Крис подходит к нему, они пожимают друг другу руки и стремительно заходят внутрь. Я делаю вывод, что у автомобиля, наверное, какая-то серьезная поломка, и дело требует срочности.

Со спокойной душой я завожу машину и уезжаю.

Ну и утро сегодня! Самое странное в моей жизни. Обычно в субботу я просыпаюсь, когда солнце уже в зените. Потом мне звонит Мелисса, и мы вместе с Дениз устраиваем шоппинг практически на весь день. Вечера проходят в лучших традициях сериала «Секс в большом городе» – рестораны, ночные клубы, походы в кино и другие развлечения.

Но как только в моей жизни появился Кристофер Джонс, все изменилось.

Я переступаю порог его квартиры, снимаю куртку и кладу ее на кресло. Дверь на ключ не закрываю, чтобы Крису не пришлось стучать. Захожу на кухню, открываю холодильник и нахожу там много вредной еды: сладкая газировка и какой-то фастфуд. Мне это кажется странным, ведь Крис у меня гурман. Когда приедет, спрошу. Достаю банку колы и сажусь на диван перед телевизором.

Спустя несколько минут я слышу звук открывающейся двери и вскакиваю с дивана.

– Все в порядке? Ты забрал автомобиль? – Я встаю в дверях и скрещиваю руки на груди.

– Слишком много вопросов, Лидия, – говорит он, и в его голосе я слышу тревогу. – Все в норме.

Крис проходит на кухню, заглядывает в холодильник и достает банку газировки.

– Ладно.

Лучше уж я воздержусь от расспросов, чтобы не вызвать Криса на эмоции. Он и так выглядит расстроенным и слишком задумчивым.

– Главное, что ты в порядке.

– Я пойду в душ.

– Мне пойти с тобой?

– Нет, я хочу побыть один.

– Хорошо.

Мне это кажется подозрительным. Интонация его голоса настораживает. У меня появляется стойкое чувство беспокойства: что-то не так.

Крис достает из заднего кармана джинсов свой мобильный телефон и кладет его на журнальный столик. Он не говорит ни слова, даже не смотрит на меня. Зачем я ему здесь нужна, если он не обращает на меня внимания?

Он раздевается, берет полотенце и уходит.

Я облегченно вздыхаю и провожу руками по волосам. Плюхаюсь на диван и, положив голову на спинку, стараюсь отогнать тревожные мысли. Я убеждаю себя, что все хорошо, что мой Крис просто устал. Стоп! Когда успел? На часах всего девять утра! В голове полнейшая путаница.

Его телефон начинает вибрировать. Я подскакиваю с дивана, а мобильник продолжает скакать на стеклянном столике. На широком экране высвечивается номер какого-то «Шон. Ди». Я морщусь: не помню ни одного приятеля Джонса с таким именем. Ответить на звонок или нет? Крис все еще в душе. Я оборачиваюсь, слышу звуки струящейся воды. А мобильник продолжает вибрировать. Этот Шон уж очень настойчивый!

Чертово любопытство! Дрожащими руками я беру телефон и отвечаю на звонок.

«Джонс! Какого черта?! Где тебя носит!? – оглушает меня жутко грубый и низкий мужской голос. Я задерживаю дыхание. – Ты должен быть на складе! Пришла новая партия!».

Партия чего? Я ничего не понимаю и автоматически прикрываю рот ладонью, чтобы не выдать себя.

«Что ж, мелкий ты ублюдок! Я не знаю, почему ты молчишь, и что происходит, но если ты не…»

Вода в ванне больше не льется. Я выключаю мобильник и быстро кладу телефон на столик, на то же самое место, где он лежал. Потом я сажусь на диван и хватаю пульт от телевизора.

Крис заходит в гостиную: на нем лишь махровое полотенце, болтающееся на бедрах. Он молча подходит ко мне и смотрит своим холодным взглядом.

– Мне никто не звонил? – спрашивает он и берет свой мобильник. Проверяет контакты и пропущенные звонки. У меня ком встает поперек горла, а глаза начинают бегать из стороны в сторону.

– Вообще-то, был один звонок… – Я ловлю на себе злой взгляд Криса, и по моему телу пробегают мурашки. Мышцы на его лице напряжены, а губы плотно сжаты. – Мне наверно не стоило этого делать, но тебя не было, и я подумала, что…

– Замолчи, детка, все в порядке. – Крис, видимо, замечает знакомое имя на экране мобильника, и выражение его лица становится еще мрачнее. Я вижу, что он сильно переживает. Пальцы на руках сжаты в кулаки, он тяжело дышит.

– Нет, не в порядке. Этот Шон, или как его там, сказал про какой-то склад и партию. О чем он говорил? – Я делаю паузу и вопросительно смотрю на любимого. – Крис! Скажи, что происходит? Кто этот Шон?

– Ты опять задаешь слишком много вопросов, детка. Я же сказал, все в порядке!

– Ты мне врешь, я знаю. – Желание все узнать перебарывает во мне здравый смысл. Я поднимаюсь с дивана и подхожу к нему. – Я хочу знать правду. Пожалуйста.

– Ты хочешь слишком многого, Лидия. Если ты и дальше будешь продолжать в том же духе, я уйду. Ты больше никогда меня не увидишь. И любопытство перестанет тебя мучить. Заживешь спокойной жизнью. Без меня. – Нет! Только не это! Крис снова отталкивает меня. Ох, уж эти чертовы слезы, выдают меня в который раз! – Ты этого хочешь?

– Нет, – на одном выдохе произношу я. – Я больше не буду ни о чем спрашивать.

– Вот и славно! – Крис неестественно улыбается и целует меня в лоб. А потом вдруг разворачивается и выходит из гостиной.

Я вытираю слезы и иду на кухню. В горле пересохло от волнения. Я не понимаю, какого черта я здесь делаю? И куда он ушел? Что делает?

Нет, надо срочно успокоиться.

– Крис! – кричу я и топаю в комнату.

Он сидит на кровати возле тумбочки и быстро убирает что-то в ящик.

– Что? – он трет свой нос пальцами и шмыгает.

– Я пойду, проветрюсь. Заодно схожу в супермаркет: в холодильнике пусто.

Я произношу эти слова без эмоций. Надоело страдать, плакать, думать.

– Хорошо, – отвечает Крис, не глядя в мою сторону. К черту все!

Я выхожу на улицу. Дует сильный ветер, а небо затягивают тучи: скоро пойдет дождь. Что ж, типичная осенняя погода. Я застегиваю куртку и бреду по тротуару в сторону ближайшего супермаркета.

Меня все еще терзает моя подозрительность. Я стараюсь гнать от себя плохие мысли, но ничего не получается. Одни и те же вопросы навязчиво рвутся в мою голову: кто такой Шон? Почему рядом с его именем буква «Д»? Что бы это значило? Но самое странное, что я услышала, это слова о какой-то партии на каком-то складе. Насколько я знаю, Джонс нигде не работает, его обеспечивает отец, и помогает дядя Эрик. А вдруг это не так? Все мысли превращаются в кашу из подозрений и различных домыслов. Как же я устала от этого!

Помимо всего прочего, меня очень злит, что Крис отталкивает меня. И происходит это именно тогда, когда я начинаю интересоваться его жизнью вне общения со мной. Я хочу знать почему. Но не знаю. Это замкнутый круг! Начну расспрашивать его – потеряю любовь. Он не раз грозился оставить меня. А я не хочу этого.

Так, стоп! Хватит мучить себя! Тем более, что я уже у порога супермаркета. Захожу внутрь, беру тележку, прохожу между рядами. Какая же я голодная! Надеюсь, Джонс тоже.

Спустя минут тридцать я выхожу с пакетом, в котором практически одни деликатесы. За исключением разве что фруктов и овощей. Хорошо, что хоть не пришлось идти в алкомаркет, ведь у Джонса есть целый бар с дорогими напитками! Надо будет прийти и выпить что-нибудь крепкое.

– Крис, я здесь! – говорю я, сразу прохожу на кухню и разбираю пакет.

– Купила что-то вкусное? – Крис появляется внезапно.

– Ты меня напугал! – Он обнимает меня сзади и зарывается носом в мои волосы. – Отпусти.

Он все еще держит меня за талию, и это первый раз за все время, когда я не хочу ощущать его прикосновений.

– Руки убери.

– Что с тобой, Лидия?

Я поворачиваюсь к нему лицом и ловлю на себе его недовольный взгляд.

– Со мной ничего. Все просто замечательно! – Моя улыбка сейчас больше напоминает жуткую гримасу. Я стараюсь не показывать свое недовольство, но, к сожалению, у меня всегда все на лице написано.

– Ок.

Крис снова уходит. Ну, что я делаю не так? Я ведь просто хочу знать правду! Все эти секреты сводят меня с ума!

Нет, нет и еще раз нет! Я должна прямо сейчас узнать ответы на все вопросы! Еще чуть-чуть и мой мозг взорвется!

– Стой! – Я бегу за ним в комнату. – Подожди! Вообще-то, не все в порядке.

Джонс устало садится на кровать. Ему совершенно не охота меня слушать.

– Что ты хочешь от меня, детка?

– Ничего, кроме правды! Я так долго жду, когда же ты все мне расскажешь! Мне тяжело осознавать, что ты что-то от меня скрываешь.

Я опускаю глаза, рассматривая дорогой ковер на полу, и жду, что же скажет Крис.

– Тебе не следовало отвечать на этот звонок. Вот и все.

– Но я ответила и теперь только и думаю о том, что сказал этот… грубый мужчина. Шон? Да?

– Это мой приятель, ясно?

– Он так кричал в трубку! Хорош приятель!

Сжав губы, Джонс устало встает с кровати и подходит ко мне.

– Я вижу, что ты переживаешь, Лидия, – он берет меня за подбородок и смотрит прямо в глаза. – Но в этом нет необходимости.

В его голосе я улавливаю уверенность в себе и желание убедить меня, что все хорошо, что мне не о чем беспокоиться. Но это не так. Это лишь иллюзия.

– Для меня главное, что бы с тобой все было хорошо.

– Я здесь, с тобой. Ничего страшного не происходит. Ты ведь мне веришь?

Я чувствую давление с его стороны.

– Да.

У меня нет выбора: я могу ответить только так.

– А теперь расслабься, я принесу что-нибудь выпить.

Он нежно целует меня и стремительно выходит из комнаты. Я вздыхаю и присаживаюсь на край кровати, потирая ладонями колени. Я слышу свое сердцебиение: видимо, все еще переживаю. Разглядываю комнату, трогаю покрывало на кровати, пытаюсь себя успокоить.

Смотрю в окно: погода ухудшается с каждой минутой. Скоро точно пойдет дождь. Все небо затягивает пелена темно-серых туч. Я чувствую легкое головокружение, кровь стучит в висках. Где-то тут должна быть аптечка с «Адвилом» и другими таблетками. Первая мысль – посмотреть в ящике возле кровати.

Что это? В тумбочке я нахожу несколько пакетиков с каким-то белым порошком. Я беру один из них в руки и рассматриваю. О, нет! Только не это!

– Лидия…

Крис появляется на пороге комнаты со стаканом виски в руке. Он смотрит на меня широко открытыми глазами, приоткрыв рот. Я в ступоре, держу в руках эти проклятые пакетики и совершенно не знаю, что сказать.

– Где ты это взяла? – рычит Джонс, и я вижу, как на его шее проступают вены. – Лидия!

Я вздрагиваю, когда слышу свое имя, и закрываю глаза. Встаю с кровати и делаю несколько шагов вперед.

– Это кокаин! – говорю я и дрожу, а Джонс молчит. Его пепельно-серые глаза темнеют от злости. Мое сердце бьется все быстрее. Я понятия не имею, что будет дальше. – Крис, откуда он здесь!? Отвечай!

Я морщу лицо, на глаза наворачиваются слезы. Я не могу пошевелиться.

– Черт!!! – с губ Джонса срывается гортанный крик, и он швыряет стакан с алкоголем в стену. Осколки летят в меня, и я инстинктивно отворачиваюсь, прикрывая лицо руками.

Крис хватается за голову, проводит ладонью по волосам и начинает расхаживать по комнате.

– Ты нюхаешь, да!? Или продаешь? – Крис поднимает на меня глаза, и у меня мурашки пробегают по коже: его взгляд наполнен яростью. В нем с каждой секундой просыпается зверь, готовый кинуться и разорвать меня на куски.

Он подскакивает ко мне, размахивается и со всей силы бьет по лицу. В глазах темнеет. Голова вот-вот взорвется от невыносимой боли! Я облизываю губы и ощущаю сладковатый вкус своей крови. Сквозь гул в ушах я слышу тяжелое дыхание Джонса.

– Ты ударил меня! – Мои глаза наполняются слезами, которые тут же проливаются, обжигая кожу. Меня трясет, а ноги подкашиваются от ужасного головокружения.

По выражению его лица я понимаю, что его раздражает мое нытье. Я не вижу во взгляде ни раскаяния, ни сожаления – ничего человеческого. Я закрываю лицо руками, а слезы все льются и льются.

– Ненавижу! – кричу я. – Ты – монстр! Ну! Давай! Ударь меня еще раз! Давай!!!

Джонс не выдерживает: он резко толкает меня к стене с такой силой, что я ударяюсь затылком и лопатками о бетон. Длинными пальцами он хватает меня за шею и сдавливает. Я ощущаю, как кровь приливает к голове. Воздух кончается, мне нечем дышать. Я пытаюсь вырваться, дергаюсь из последних сил, но это бесполезно. Перед глазами пляшут черные пятна.

– Пожалуйста, отпусти меня, – хриплю я.

Вместо того, чтобы ослабить стальную хватку, Крис целует мои припухшие губы – грубо, жадно. Острая боль пронзает меня: я чувствую, как кожа на нижней губе лопается, и становится еще больнее. А Джонс не останавливается. Мерзкая сволочь!

Наконец он оставляет мои больные губы в покое, немного расслабляет руку, и я могу сделать глубокий вдох. Сильный кашель рвет мне горло. Крис отпускает мою шею, и я тру ее рукой, чтобы хоть немного унять боль. Я прислоняюсь к стене, ноги меня не держат, и я готова сползти на пол и рыдать. Но я стараюсь держаться.

Джонс хватает меня за плечи. Левой рукой он сдавливает одно из них, а другой берет за подбородок и сжимает, заставляя посмотреть в глаза.

– Ты больше не будешь разговаривать со мной в таком тоне, – шипит Крис. Мышцы на его лице напряжены, волосы взъерошены, а со лба стекает капля пота. – Поняла?

Собрав последние силы, я отталкиваю его прочь.

– Да пошел ты! – Я смотрю ему прямо в глаза и снова плачу.

Крис явно не ожидал от меня такого: он просто опускает руки, и я, пользуясь его мимолетной слабостью, пулей вылетаю из комнаты.

– Лидия!!! А ну, вернись!!! – кричит Крис и бежит за мной.

Я быстро хватаю сумку и выхожу из его квартиры, хлопая дверью.

На улице ливень, зонта нет, холодно, а голова все еще кружится. Я боюсь садиться за руль. Но «Камаро» оставлять здесь нельзя. Придется ехать. Но куда? Уж точно не домой. Не хочу, чтобы родители задавали вопросы, ведь я все равно не смогу сказать правду.

Мои губы ужасно болят, а на пальцах осталась кровь. Я подставляю руки под дождь, чтобы ее смыть. Запрокидываю голову, и капли с неба падают мне на лицо – на доли секунды я успокаиваюсь, слышу, как замедляется сердцебиение.

– Мисс, с вами все в порядке? – слышу я чей-то голос.

На другой стороне улицы стоит мужчина средних лет с зонтиком в руках.

– Да, все в порядке! – кричу я, прикрывая ладонью распухшие губы.

Прохожий улыбается и кивает. Я жестом прошу его не обращать на меня внимания, что он и делает.

Я быстро сажусь в свой автомобиль и кладу голову на спинку сидения. Куда ехать? Что делать? Я пытаюсь успокоиться. Мне больше некуда пойти, кроме как к Мелиссе. Она, вероятно, не захочет меня видеть, но у меня нет другого выхода.

Я завожу авто и трогаюсь с места. Мне очень тяжело.

***

2005 год.

Люблю смотреть фильмы про дикую природу. Одно удовольствие наблюдать, как величественный лев, царь пустынных прерий, рвет на части антилопу, пережевывая один кусок кровавого мяса за другим. Антилопа все еще в сознании, пытается вырваться, но не может. Как досадно, что бедное животное стало жертвой хищника! Завораживающее зрелище…

Выключив телевизор, я направился на кухню. В горле пересохло, захотелось пить и съесть что-нибудь вкусное. Проходя мимо маминой комнаты, я услышал странные звуки: скрип кровати, удары, а изредка крики и стоны. Я так и не понял, что это может быть. Я спустился вниз по лестнице в столовую, взял в холодильнике пару банок с любимой газировкой и поплелся обратно в свою комнату. Можно еще часик побездельничать, пока не пришел учитель французского.

Те звуки стали еще громче, и теперь я отчетливо слышал голос матери. Что там происходит? Жутко интересно… Я решил осторожно приоткрыть дверь и посмотреть. Как только между дверью и косяком образовалась небольшая щель, я увидел, как моя любимая мамочка, совершенно голая, скачет на моем учителе французского, который приходит заниматься со мной каждый вторник и пятницу. Я чуть не выронил газировку! Сначала я хотел уйти, но любопытство оказалось сильнее чувства отвращения. С каждым маминым стоном мне становилось еще противнее… Эта женщина, которая звалась моей матерью, словно гадкое животное, кувыркалась с этим ублюдком. Как же отвратительно она сейчас выглядит! Визжит и барахтается, как свинья в грязи. Ей, кажется, совсем плевать на нашу семью и на моего отца. А все эти слова о любви, которые она ему говорила – просто обман и притворство. Все это ужасно низко и противно, но мне понравилось это зрелище. Я бы еще посмотрел, как трахается моя мать, но, к сожалению, пора возвращаться в свою комнату, иначе они меня заметят.

Весь следующий день я наблюдал за поведением матери и уже обдумывал, что бы такое интересное с ней сделать. Убить быстро или заставить ее мучится изо дня в день. Ведь она точно должна быть наказана за такое плохое поведение. Тем более, мне так скучно!

¬ Кристофер, мой мальчик, о чем задумался? – с широкой улыбкой, как у чеширского кота, спросила она. В ее глазах не было ни капли сожаления или стыда. Даже совсем наоборот – они сияли, а кожа на пухлых щеках окрасилась в чуть заметный розоватый оттенок.

– Ничего такого, мамочка, просто придумываю, что бы такое красочное нарисовать после обеда. А может, лучше покачаться на качелях в саду? – Я улыбнулся ей, а в мыслях уже стоял в черном костюмчике с ее любимыми алыми розами у ее гроба.

– Какой же ты у меня умница! Люблю тебя, сынок.

Она подошла и чмокнула меня в лоб губами, которыми еще вчера целовала моего учителя.

– Мне пора, мам. – Я отталкиваю ее от себя и поднимаюсь в свою комнату. – Нарисую радугу и барашков.

Нужно придумать, что делать дальше. Нужен план.

– Хорошо, родной.

Весь вечер я копался в учебнике химии, потом смотрел фильм «Яды и отравители». Эти самые яды имеют огромную власть над жизнью человека. Всего лишь капля волшебной жидкости может убить человека за минуту. А есть яды, которые убивают постепенно, накапливаясь внутри организма. Решено! С моей драгоценной мамочкой нужно покончить, и лучше всего подойдет средство, которое действует медленно и болезненно. Только вот есть одна проблема: где бы раздобыть эту дрянь.

Этой же ночью, когда родители, уже крепко спали, я вышел из своей комнаты, спустился на первый этаж, взял фонарик и пошел в кладовую. Там хранилась всякая разная химия, средства для уборки дома, старые инструменты и какое-то ненужное барахло. Я включил свет и принялся осматривать содержимое ящиков. Ага, кажется, я нашел то, что нужно. Яды и химикаты для насекомых и грызунов. Я быстро нацепил на руки резиновые перчатки, которые лежали на столе, и стал перебирать бутылочки.

Один флакончик был чуть больше остальных. Я заметил название, и оно показалось мне знакомым. На черной бумаге белым мелом было выведено «мышьяк». Этот яд я видел сегодня в фильме. Он точно поможет мне. Я положил его в карман пижамы, выключил свет и вернулся в кровать.

Следующее утро я начал не с завтрака. Достал старую энциклопедию и отыскал в ней статью об этой смертельной штуке. В энциклопедии было написано, где содержится мышьяк, его состав, химическая формула, но мне это было совсем неинтересно. Прочитав еще пару абзацев, я, наконец, нашел то, что мне было нужно – дозировку. Я решил, что маму нужно убивать постепенно, по капельке, чтобы она мучилась. Я выбрал одну из самых маленьких доз и решил, что лучше всего подсыпать его в кофе, который мама очень любит. Хватит и одного раза в день. Пусть ей будет больно.

– Кристофер, ты уже проснулся? Спускайся завтракать и папу заодно проводим на работу.

Ну вот, опять она не вовремя. Как всегда!

– Сейчас, мамочка, уже иду.

Я собрал книги, достал синий флакон и отсыпал первую дозу смерти. Потом спустился в столовую и принялся за мои любимые блинчики с брусничным сиропом.

– Доброе утро, сын.

Папа вышел из ванной и сел за стол. Как всегда он ел омлет и одновременно читал газету.

– Привет, папа.

Несмотря на то, что он не далеко ушел от моей матери, он все-таки лучше нее. По крайней мере, отец никогда не изменял ей – только пил, причем довольно много.

Мама еще гремела посудой на кухне. Потом она принесла себе кофе и снова ушла. Пока папа читал очередную статью, я быстро бросил яд ей в чашку. Мама вернулась с миской каши с фруктами. Съев ее, она взяла чашку с кофе.

Ну, вот и все, мамочка. Игра началась.

Сделав пару глотков, мама слегка сощурилась. Неужели она заметила, что с ее любимым напитком что не так? Но нет. Зря я испугался.

– Слишком крепкий, – произнесла она, и я выдохнул. Значит, все идет хорошо: не заметила.

Всю неделю, день за днем я наказывал мать за то, что она сделала. Наблюдал, как она мучается и страдает от болей в желудке, голове и во всем теле. Слушал ее жалобы и просьбы о помощи, которые всегда меня раздражали. У нее болело горло, и было тяжело дышать. Мамочка была настолько слаба, что не могла самостоятельно вставать с кровати по утрам. Но обратиться к врачам она отказывалась. Ведь давным-давно они загубили ее отца.

С каждой маминой мольбой мне все больше хотелось, чтобы она поскорее умерла и прекратила изводить нас с отцом своим бесполезным присутствием.

Отец продолжал ходить на работу и оставался там допоздна. Чтобы не сваливать на меня заботу о «больной» матери, он нанял сиделку. Целую неделю она приходила к ней и ухаживала: водила по дому, убирала, помогала облегчить боль и делала еще много бесполезных вещей. Жалкое зрелище. Я же сидел в своей комнате, читал, смотрел фильмы и любимые программы по телевизору. Изредка – исключительно ради приличия – я приходил к ней в комнату и сидел с ней. А в голове были лишь мысли о побеге.

В один прекрасный день – кажется, это случилось через неделю – мы с отцом обнаружили маму мертвой. Это был самый запоминающийся и невероятно счастливый момент в моей жизни. Как только я увидел труп матери, все мое нутро восторжествовало. Я еле скрыл восторг! Ведь при смерти любого близкого человека обязательно нужно плакать, но я так и не проронил ни одной слезинки – ни в тот день, ни потом. Родственники списали это на шок.

Врачи, приехавшие за маминым трупом, сказали, что она умерла от удушья. Я так и не узнал всех подробностей. Мне никто ничего не сказал. Знаю только, что дядя Эрик все уладил.

Через три дня были похороны, и я еле выдержал соболезнования со стороны родственников и знакомых. Весь день они надоедали мне своими «бедный мальчик, остался без матери» и все такое.

Мне стало намного проще жить. Никто не мешал мне делать то, что я хочу. После смерти матери отец стал пить еще сильнее, но меня это не волнует. Я презираю отца, хотя он ничего плохого мне не делает. В общем, теперь все просто замечательно!

Глава 13

Я выскальзываю из авто и спешу к особняку Уильямс. Чертова погода: пока шла, вся промокла! Холодный дождь бьет меня по лицу и телу, мокрая одежда уже прилипла к коже. Вода смешивается с слезами, которые ручьем льются из моих глаз.

Я вбегаю на крыльцо и нажимаю кнопку звонка. Проходит минута, но мне никто не открывает. Неужели она знает, что это я? Неужели она даже дверь мне не откроет? Или ее просто нет дома? Мне становится еще больнее. Хочется упасть на землю и рыдать, но я решаю позвонить еще раз. Дверь распахивается; передо мной стоит Мелисса с растрепанными светлыми волосами и книгой в руках. Она выглядит так, будто только что проснулась: немного щурит глаза от дневного света. На ней ярко-бирюзовый плюшевый костюм и забавные домашние тапочки. Она явно не ожидала увидеть меня в такую погоду, да еще и в таком виде.

– О, боже, Лидия! Входи, скорее! – Она закрывает книгу и пропускает меня в дом. – Ты вся мокрая. Поднимайся в мою комнату.

Я бросаю на подругу осторожный взгляд: мне по-прежнему стыдно смотреть ей в глаза. Я медленно поднимаюсь наверх. У Лиссы в комнате как всегда пахнет свежесрезанными цветами – в основном, ирисами – и свежей выпечкой.

– Кого-то ждешь? – спрашивает она, входя в комнату.

– Нет, – выдавливаю я сквозь слезы.

– Тогда умойся и снимай с себя мокрую одежду.

Я как можно быстрее бегу в ванную: смываю потекшую тушь и кровь. Горячая вода разъедает треснувшую кожу на губе и щиплет. Я жмурюсь от мерзкой боли. Смотрю на себя в навесное зеркало, вижу опухшее от плача лицо, черные круги под глазами и красные от крови губы. Я вздыхаю. Чувствую напряжение. Сердце съеживается.

Я медленно снимаю с себя одежду и в одном нижнем белье возвращаюсь в комнату. Постель Мелиссы уже расправлена.

– Давай, ложись.

Я ныряю в теплую постель подруги и укрываюсь мягким одеялом.

– Что с лицом? – уже совсем другим тоном спрашивает она.

Мое лицо кривится в отвратительной гримасе, и я начинаю плакать. Мелисса протягивает мне мягкое полотенце небесного цвета и пытается заглянуть в глаза.

– Это он? Скажи мне, это Джонс? – Я молчу. – Понятно. Можешь не отвечать. – Я продолжаю громко рыдать. Наверное, меня слышит не только Дарем, но и вся Северная Каролина.

– Лидия, Лидия, ну, почему ты меня не послушала? – еле слышно шепчет подруга и пристально смотрит на меня. – Лидия, я так хотела быть рядом!

– Лисса, почему это происходит?

– А чего ты ждала от психопата? Любви?

Я каждой клеточкой ощущаю, что Мелиссе тяжело со мной говорить. Она все еще сильно обижена. А я так сильно люблю ее! Только сейчас до меня начинает доходить, что ближе, чем она, у меня никого нет. Как же мне стыдно! Я привстаю, прикрываю рот руками и продолжаю плакать.

– Пожалуйста, прости меня!

– Я тебя уже простила. Но мне было больно видеть, как родного и близкого мне человека губит какой-то моральный урод. Знаешь, сейчас все гораздо лучше: я не мучаю себя, а вы с Крисом почти не мучаете меня. Лидия, давай я вызову доктора, вдруг что-то серьезное?

– Нет, Мелисса, пожалуйста! Давай завтра, – умоляю я.

– Лидия!

– Пожалуйста!

– Тогда ложись и отдохни, поспи, приди в себя, наконец! Может, хочешь есть? Принести тебе чего-нибудь? – спрашивает Мелисса, вставая с кровати.

– Только воды, если можно.

Мелисса выходит из комнаты и через пару минут возвращается со стаканом кристально чистой воды.

– Держи.

Я быстро делаю глоток и ставлю стакан на прикроватный столик. Затем кладу подушку чуть ниже и закутываюсь в пышное, как облако, одеяло. Тело расслабляется, но голова немного побаливает. Не успеваю только я закрыть глаза, как проваливаюсь в глубокий сон. Просыпаюсь я от резкой боли в затылке.

Сумерки спускаются на город, а дождь уже прекратился. Сад медленно погружается в сон. Плакучая ива за окном затихает и опускает свои ветви. Звезд и луны еще нет, и небо кажется необычайно чистым. Скорее всего, я проспала часа 3, может, больше. Я присматриваюсь и вижу Мелиссу, которая лежит на софе с книгой в руках. Она так увлечена чтением, что не заметила, как я проснулась.

– Снова «Грозовой перевал»? – с легкой улыбкой спрашиваю я.

– Да! А как ты узнала?

– Я помню переплет. Она ведь с детства у тебя. До сих пор помню Кэтрин.

Мелисса заливается смехом.

– Какой раз ты ее перечитываешь? Может, 10? – Несмотря на все мои раны и ссадины, я не могу не улыбаться. Мелисса подходит ко мне, забирается на кровать и кладет книгу между нами.

– Я пыталась забыть тебя, Лидия, пыталась отвыкнуть, но не смогла вычеркнуть тебя и нашу дружбу из своей жизни. Мы – одно целое, нас нельзя разделять. Я знаю, что нужна тебе, но ты даже не представляешь, насколько мне нужна ты! – Я внимательно слушаю, стараясь не пропустить ни одного слова, а Мелисса превращается в настоящий водопад: таких горьких слез я еще не видела!

– Я люблю тебя, слышишь! – Я беру ее холодную руку. Она смотрит мне прямо в глаза и бросается в мои объятия.

– Я так тебя люблю! Я так боюсь потерять тебя! Ты для меня – лучик света! – Она всегда была такой теплой, такой родной! Она обнимает меня так крепко и так нежно, как умеет обнимать только моя Мелисса. Я ужасно соскучилась! Соскучилась по ее улыбке, голосу, запаху. Я соскучилась по очень родному и близкому мне человеку. – Ты ведь останешься у меня? Пожалуйста, скажи «да»!

– Да!

Наше примирение придало мне немного сил, но голова прямо раскалывается. Не знаю от чего: то ли от пролитых слёз, то ли от удара Криса.

– Тебе больно? Лид, давай доктора, а? – умоляюще просит Мелисса.

– Я в порядке. Пару дней, и все пройдет.

– Уверена?

– Да, – мило улыбаюсь я.

– Хорошо. Если что, на столике лежит обезболивающее. Выпей! – Я открываю упаковку, достаю одну таблетку и запиваю ее водой. – Хочешь, почитаю тебе? Как в детстве, помнишь?

– Да, очень хочу.

Мелисса ложится рядом со мной, открывает книгу где-то ближе к концу, а я кладу свою голову на ее плечо.

– Готова? – улыбаясь, спрашивает она. Я киваю.

– «…Прошлой весной в эту пору, Кэтрин, я тосковал, что нет тебя под этой крышей; а теперь я хотел бы, чтобы ты могла подняться на милю или на две в горы: ветер приносит с них такой душистый воздух, – я уверен, он излечил бы тебя!

– Я на них поднимусь еще только раз, – сказала больная, – и тогда ты покинешь меня, я же останусь там навсегда. Следующей весной ты снова станешь тосковать, что нет меня под этой крышей, и будешь оглядываться на прошлое и думать, что сегодня ты был счастлив».

Пока Лисса читает мне наш любимый «Грозовой перевал», я снова проваливаюсь в сон.

Открыв глаза, я обнаруживаю, что лежу совершенно одна. Видимо, моя подруга ушла, чтобы я немного отдохнула. Я поворачиваюсь и вижу, что на улице уже почти стемнело. Голова не болит, слава богу, и мне срочно нужно уходить. И как я появлюсь перед родителями с таким лицом и опухшей губой? Ладно, об этом я подумаю позже.

Я встаю с кровати и вижу, что на стуле лежат мои вещи. Я быстро одеваюсь и иду в ванную. Умываюсь и возвращаюсь обратно в комнату. Нахожу свою сумку, достаю пудру и смотрю на себя в зеркальце. Хорошо, что глаза успокоились и краснота прошла. Я наношу пудру на лицо, чтобы оно приобрело более или менее здоровый вид и бежевый цвет, вместо розово-красного.

Собрав свои вещи, я иду к выходу. Несмотря на то, что мы помирились, мне все еще неловко.

– Лидия, ты куда собралась? – Мелисса сидит на диване в позе лотоса, как всегда с книгой в руках, и улыбается. – Я ждала, когда ты проснешься. Будешь кофе?

– Я бы с радостью, родная, но мне срочно нужно домой. – Я тороплюсь. – Спасибо тебе, но мне пора. Родители волнуются.

Мелисса подходит ко мне.

– Что ж, ладно.

Она покачивается, ей неуютно, и я тоже это чувствую.

– Пока! – Я открываю входную дверь и переступаю порог.

– Лидия! – Я оборачиваюсь и вижу, что Лисса стоит в дверном проеме. – Все будет хорошо.

Ее губы растягиваются в легкой улыбке. Я киваю в ответ и топаю к своему авто.

– Дорогая, где ты была? – Мама стоит в прихожей – руки в боки, лицо недовольное.

– Я же оставила записку! Ты бы хоть изредка заходила на кухню! – Я бросаю сумку на тумбочку и бегу вверх по лестнице.

Я запираю дверь в свою комнату на ключ и, сняв обувь, плюхаюсь на кровать. Не хочу ни о чем думать, не хочу ничего писать в дневник. Уже почти одиннадцать вечера, и я решаю просто посидеть перед телевизором, переключая каналы один за другим. Затем я тихо засыпаю.

Проснувшись около часу дня, я снова вспоминаю, что Крис сделал со мной. Я в полном замешательстве: и что мне теперь делать? Я не нахожу ответа на этот вопрос. Просто сижу в своей комнате, пытаюсь отогнать дурные мысли. Как бы мне хотелось стереть из памяти все, что произошло!

Мобильный телефон тихонько вибрирует. Скорее всего, это либо Мелисса, либо Дениз. Крис точно не станет мне звонить. Да и я не хочу его слышать. И видеть не хочу.

– Лид, как насчет тематического вечера? – раздается в трубке звонкий голос Дениз. – Ты пойдешь?

– Я еще не решила. – Я пугаюсь своего же голоса. Последние несколько часов я провела молча. Мой голос хриплый и грустный. – А Мелисса?

– Она сегодняшний вечер проведет с тетей. Зара попросила ее помочь. Стой, Лид, что с тобой?

– Ничего, все хорошо. А почему я об этом ничего не знаю?

– Я без понятия, Лидия, честно. Все, что я знаю, я уже сказала. Ну как? Ты пойдешь?

– А что за вечеринка? – говорю я, потирая бровь.

– Так. Я через трубку слышу, Лид, что-то случилось. Я сейчас приеду.

Я прикрываю рот рукой, чтобы не сорваться, и не успеваю возразить, как Дениз отключается.

Губы болят по-прежнему. Ноющая боль напоминает мне о том, что произошло: о безумных серых глазах, наполненных страхом и ненавистью, об устрашающем голосе, о криках… Я тихонько дотрагиваюсь до шеи и вспоминаю его мертвую хватку, его горячее дыхание. Он был похож на разъяренного зверя, готового кинуться на меня и порвать в клочья. Меня до сих пор трясет. Я никогда не думала, что Крис может поднять на меня руку. А ведь я ничего такого не сделала. Я лишь хочу знать правду, хочу быть для него чем-то большим, а не просто «деткой», которую он может брать, когда захочет.

– Лидия! – Дениз осторожно заглядывает в мою комнату. Вероятно, я так задумалась, что не услышала, как она вошла в дом. – Твой отец меня впустил. Сказал, что ты тут.

Я слезаю с подоконника и пересаживаюсь на кровать.

– Заходи.

– Боже, что с твоим голосом? – Увидев мой заплаканный вид, Дениз подбегает и крепко обнимает меня. – Расскажи мне, что произошло!

Она небрежно кидает свою цветастую сумку на кровать и садится рядом со мной.

– Я не хочу говорить об этом.

– Ты уверена? Я хочу помочь! – Она делает паузу и внимательно рассматривает мое опухшее лицо. – Это Джонс? Что он сделал? Расскажи! Сразу станет легче.

– Просто посмотри на мое лицо.

Дениз сразу поняла, что произошло.

– О, боже! Как? Что случилось?! – она снова обнимает меня, еще крепче.

– Я нашла у него в ящике наркотики, – говорю я, вытирая нос рукавом. – Попросила объяснить, откуда они, а он набросился на меня и… вот.

– Наркотики? Я знала! Что-то с Джонсом не так! Не зря про него ходит столько слухов! Лидия, тебе надо порвать с ним! Пока не стало хуже! – Я не знаю, что ответить, и продолжаю молча шмыгать носом. – А знаешь, тебе точно надо сходить развеяться. Сегодня в «Грифоне» будет вечеринка в стиле 20-х годов.

– Ден, ну какая вечеринка? Я выгляжу ужасно! И губа еще не зажила.

– Ничего страшного! В те годы красная помада была в моде. Накрасишь и все! – Дениз вскакивает с кровати. – Сейчас вернусь!

Через несколько минут она возвращается с белым целлофановым свертком в руках.

– Это лед. Не знаю, почему ты раньше не догадалась приложить его к губе? Слава богу, вечеринка только через несколько часов, и мы успеем собраться. Будешь выглядеть отлично, обещаю!

Я, грустная, но спокойная, как удав, беру пакет со льдом и прикладываю к губе. Черт, холодно! И немного больно. Но это к лучшему. Может быть, Дениз права, и мне действительно нужно выйти сегодня на улицу?

– Спасибо, что пришла, Ден. Мне стало легче, – говорю я и вижу на ее лице радостную улыбку.

У Дениз есть редкий дар – она хорошо умеет отвлекать. Как начнет рассказывать невероятные истории о том, что происходит на лекциях, или в свободное от наших посиделок время, как я тут же забываю о своих проблемах.

– Подержи подольше. У тебя и так отек небольшой. Через десять-пятнадцать минут все должно пройти.

У меня медленно, но верно поднимается настроение. Я начинаю верить в то, что мне удастся сегодня хорошо провести время и забыть обо всем плохом. Но является ли Крис частью всего плохого в моей жизни или нет? Какие-то философские мысли лезут в голову, и я стараюсь прогнать их. Стоит подумать о предстоящем вечере: какое платье надеть, какой сделать макияж и прочее.

– Я только что позвонила своей знакомой, и она сказала, что Джонса на вечеринке не будет, – говорит Дениз, кокетливо поднимая бровь. – Узнала специально для тебя.

– Ой, слава богу!! – Настроение взлетает до небес. – Огромное спасибо!

Я так рада, что его не будет в клубе! Я не хочу его видеть.

– Ты в порядке? – спрашивает Дениз.

– Да, думаю, да.

– Убери-ка лед, я на тебя посмотрю! – Я подчиняюсь. – Вот! Уже лучше.

Я подхожу к большому зеркалу и разглядываю себя: отек стал намного меньше, только глаза заплаканные и лицо какое-то помятое. Я иду в ванную и умываюсь. Вот чего мне не хватало: почувствовать успокаивающую прохладу на коже, освежиться, расслабиться!

– Давай договоримся, – говорю я, – сегодня вечером не будет ни одного упоминания о нем! Я даже слышать не хочу его имя!

– Ок! Договорились!

– Я хочу начать все заново, без него! Мне надоело терпеть его выходки! Все!

– Ого! А куда делать печальная Лидия?

– Ее больше нет. Она осталась в прошлом. Я хочу спокойствия! Хватит с меня этой драмы!

На самом деле я не уверена, чего именно я хочу. Часть меня готова простить любимого, снова кинуться к нему в объятия и никогда не отпускать. Но у меня есть гордость, и я не могу просто так забыть все, что он сделал. Но сейчас лучше не думать об этом.

– Ты права! Все будет отлично! Кстати! Ты уже знаешь, что наденешь?

– Конечно, нет. Но думаю, в гардеробной найдется пара платьев в стиле 20-х годов.

Я просто обожаю это время! Как-то раз мы с Мелиссой посмотрели фильм с Леонардо ДиКаприо «Великий Гэтсби». Я была в восторге. Как же хорошо, что в «Грифоне» решили сделать тематический вечер именно по 20-м годам!

Шкафы в гардеробной ломятся от дорогих дизайнерских вещей, туфель, сапог и верхней одежды. Я подхожу к самому дальнему шкафу, где висят платья на особый случай. Я перебираю одну вешалку за другой, рассматривая шикарные наряды, купленные либо мной, либо моей мамой.

– Лидия, я тогда пойду! – кричит Дениз из моей комнаты. – Надо в магазин заехать.

– Да, хорошо! – Я выхожу из гардеробной. – Тогда встретимся уже в клубе.

– Ок.

Ден быстро уходит. Вечеринка в девять вечера, а это значит, что у меня есть около шести часов, чтобы собраться. Стараюсь гнать от себя все мысли, связанные со вчерашним происшествием. Сейчас моя голова полностью занята приготовлениями к вечеринке.

После долгих поисков и примерок я выбираю прекрасное золотистое платье на широких лямках, с глубоким декольте и открытой спиной – как раз то, что нужно для вечера в стиле 20-х годов. Я надеваю его и смотрю в зеркало. Передний разрез от колен в пол так удачно подчеркивает мои ровные длинные ноги! Потрясающе!

Золотые босоножки на высокой шпильке – все, что нужно, чтобы выглядеть сексуально.

Смотрю на часы: почти шесть. Я еще успею сделать прическу, макияж и даже кофе выпить. Но прежде чем пойти на кухню, надо привести в порядок волосы. Это самое сложное. Я делаю крупные локоны и укладываю их в причёску в стиле 20-х так, чтобы они были намного короче моей обычной длины. В итоге получается нечто! Я будто прибыла на машине времени из прошлого века! Полный восторг!

Я спускаюсь на кухню – хочу посмотреть, как дела у отца. У него выдался выходной, и он решил провести его перед гигантским телевизором с кружкой темного пива.

– Пап! – кричу я. – Ты где?

– Лидия, я в гостиной!

Я вхожу и вижу отца на диване.

– А где мама?

– Ходит по магазинам, – говорит папа и отпивает пиво из кружки.

– Я сегодня иду на вечеринку.

Я бы с радостью показала отцу свою прическу, но ему, как всегда, неинтересно. Я кручусь как юла, чтобы он заметил ее.

– Тебе денег дать? – спрашивает он, не отрывая взгляда от экрана телевизора.

– Нет, у меня есть.

Вот опять! И почему всякий раз, когда я хочу поговорить с отцом, ничего не получается?

– Папа, – я сажусь рядом, – почему ты не спрашиваешь, куда я иду, с кем и когда вернусь?

– Лидия, я и так уже все знаю. Идешь ты в клуб, с подругами. А вернешься после полуночи. А если вернешься позже, будешь наказана.

– Ой, как страшно! Если ты такой умный и всезнающий, то ты должен знать еще и то, что я очень редко прихожу домой поздно, – ворчу я.

– И все же, я тебя предупредил! – Папа небрежно чмокает меня в лоб и встает с дивана.

Он всегда был таким и не меняется. Он думает, что самое лучшее, что он может мне дать – это несколько пачек с зелеными купюрами. Но это неправда. Иногда хочется просто поговорить и почувствовать родительскую теплоту и заботу. Увы, но мне это, похоже, не светит.

Я быстро встаю с дивана, иду за папой в кухню, молча наливаю себе черный кофе и, облокотившись на край кухонного стола, попиваю горячую темную жидкость. Я ведь не хочу уснуть на вечеринке!

Хлопает входная дверь.

– Я дома! – Это мама. – Заберите кто-нибудь мои пакеты!

Не выпуская кружку из рук, я подбегаю к маме и забираю у нее несколько красочных пакетов с нарядами. Если мамы так долго не было, значит, она нашла что-то очень интересно: она не могла пройти мимо и померила все, что ей предложили в наших местных бутиках.

– Ой, Лидия, ты прекрасно выглядишь! – Ну хоть кто-то заметил!

– Спасибо, мам. Твои пакеты в гостиной! А мне надо идти.

– Так! Стой. Снова идешь на вечеринку?

– Да, в стиле «Великого Гэтсби»! – Я широко улыбаюсь.

– Это просто потрясающе, дорогая! Не задерживайся допоздна!

– Да. Спасибо, что напомнила!

– А наш с тобой начальник где? Пиво опять пьет? – ухмыляется она.

– Папа на кухне. Вы сегодня вообще пересекались?

– Только утром. Он зашел на пару минут в мой кабинет, сделал пару комплиментов, кинул документы на стол и ушел.

– Как всегда, мам. Иногда я думаю, что вы не муж и жена. И как вы вообще в одном доме уживаетесь?

– Спроси это у своего отца. А я уже устала! – Мама плюхается на диван. – У меня все болит от напряжения.

– «Адвил»?

– Да, принеси, если несложно. Пожалуйста! – Я иду на кухню. – И воды со льдом!

– У твоей матери опять что-то болит? – говорит папа, стоя у плиты. Я закатываю глаза. Сейчас опять начнется!

– Да. Ты ведь ее так загружаешь на работе.

– От этого никуда не денешься, Лидия.

– Ладно, не хочу разбираться в ваших проблемах. У меня своих полно. Разбирайтесь сами, а мне пора.

Я отношу маме таблетки и воду, она благодарит меня, и теперь я со спокойной душой могу идти делать макияж.

Поднявшись в свою комнату, я подхожу к макияжному столику с горой косметики: тени для век разных цветов и типов, несколько тушей для ресниц, помады от «MAC» практически всех оттенков, пудра, тональные крема, базы и тому подобное.

Спустя полчаса я смотрю в зеркало и оцениваю то, что у меня получилось. О, боже! Я сама на себя не похожа! Но выгляжу потрясающе: черный смоки-айз с подводкой, выделенные скулы, а на губах помада винного цвета.

Надеюсь, Дениз и мои однокурсницы меня узнают!

Я мысленно улыбаюсь. Мне не терпится поскорее выбраться из этого рассадника ссор и, наконец, по-настоящему расслабиться! Иногда мне кажется, что этот дом давит на меня. Как же часто мне хочется сбежать отсюда! А ведь если задуматься, я и так редко бываю в своей комнате, у себя дома. Я нахожусь где угодно, только не здесь – ночую у Мелиссы, у К… Нет, про него я даже не хочу вспоминать!

Смотрю на часы. Пора надевать платье, золотой кулон и босоножки.

– Все, я ушла! – кричу я на ходу, хватаю сумочку и выбегаю на улицу.

Каких-то пятнадцать минут и я уже ставлю свой «Камаро» на парковку возле входа в клуб.

Глава 14

Я выхожу с автомобиля и издали слышу знакомый голос.

– Лидия! Я здесь!

Дениз выглядит потрясающе: платье цвета облаков с серебряной бахромой на тонких бретельках и элегантные туфельки на миниатюрных каблучках. Алая помада на губах подчеркивает голубизну глаз, а на голове, скорее всего, парик а-ля Дэйзи Бьюкенен, на которую она очень похожа. Летящей походкой Дениз подходит ко мне, и мы обмениваемся приветствиями.

– Ну что? Идем?

Мы уверенно подходим к клубу, и я уже чувствую атмосферу праздника. Лидия, сегодня ты просто обязана хорошенько повеселиться!

Парадная дверь «Грифона» открывается, и нас с Дениз словно отбрасывает на 100 лет назад. Нас встречают двое вежливых швейцара в черных костюмах и белых перчатках. Они учтиво кивают нам и жестом показывают, куда идти.

Как только мы входим в зал, у меня перехватывает дыхание. На потолке висит массивная люстра, имитирующая хрусталь; вместо современной мебели – винтажная; столы накрыты шикарными белыми скатертями и уставлены изысканным фарфором. Блестящая мишура и серпантин слепят глаза. Воздушные шары, бенгальские огни и жемчуга приводят нас с подругой в дикий восторг. Весь этот антураж придает вечеру дух эпохи Гэтсби, наполненного роскошью и шиком.

Все гости одеты в изысканные костюмы: на девушках блестящие платья, которые носили дамы в 20-е годы прошлого столетия, а парни, которые еще вчера ходили в джинсах, футболках и кожаных куртках, выглядят как настоящие джентльмены. На них строгие костюмы всех оттенков серого, черного и синего. Под пиджаками – рубашки с накрахмаленными манжетами и жилеты. В петлицах – платки под цвет галстуков. На ногах двухцветные туфли, подчеркивающие аристократизм. На руках красуются дорогие часы, а на пальцах поблескивают серебряные кольца.

В конце зала играет джазовый оркестр. Звуки саксофона, контрабаса, трубы и ударников ласкают слух и погружают гостей в атмосферу прошлых лет.

Не обходится и без покерного стола и бара с огромным количеством алкоголя, возле которых, как обычно, собралось много народа.

– Шампанского? – спрашивает Ден.

– Конечно!

Как хорошо, что у меня приподнятое настроение! И, если честно, я собираюсь основательно выпить и потанцевать.

Мы с Дениз подходим к барной стойке и просим бармена в симпатичной шляпе налить нам игристого вина.

Я смотрю по сторонам, попивая алкоголь. Как же мне сейчас не хватает Мелиссы! Интересно, чем она занята сейчас, как у нее настроение, все ли в порядке?

Дениз стоит рядом и притоптывает ножкой в такт музыке. Она сегодня невероятно веселая. Шампанское в бокале кончается, и она тут же требует повторить.

– Вон, смотри, – она указывает пальцем в глубину зала. – Майкл сегодня отлично выглядит! Как же ему идет эта шляпа!

Действительно, Саунд сегодня одет с иголочки! Признаться, я его сначала даже не узнала! Явно не хватает карандаша за ухом и гитары в руках.

– Лидия! – Ден кокетливо поднимает бровь, на что-то намекая. Ее губы растягиваются в сексуальную улыбку. – Присмотрись к нему!

– Нет, Ден! Он мне вообще никогда не нравился!

– Но ты его даже не знаешь! Пойди, познакомься поближе! Поговори, пофлиртуй! Это отличный способ забыть сама знаешь кого.

– Даже не знаю…

– Зато я знаю.

– Давай лучше напьемся, а?

Я совершенно не хочу сегодня общаться с парнями. Разве нельзя красивой свободной девушке хоть раз провести вечер в компании подруг и просто повеселиться, не обращая внимания на противоположный пол? Мой ответ: конечно, можно! А иногда даже нужно!

Мы решает взять бутылку «Бурбона» и сесть за один из шикарных винтажных столиков.

– Итак, – Дениз поднимает стакан и пытается сделать серьезное лицо. – За нас и за прекрасный вечер!

Мы чокаемся и выпиваем. Дениз наливает нам еще по сто грамм, и мы снова выпиваем.

– За Мелиссу, – говорю я и выпиваю «Бурбон» залпом.

Я предлагаю Дениз потанцевать, и она с радостью соглашается. Звучит зажигательная джазовая композиция, и мы выпрыгиваем на танцпол. Я навеселе: виски уже ударил мне в голову. Я вспоминаю, как леди и джентльмены танцевали в те времена и пытаюсь воспроизвести движения. Дениз делает то же самое. Выглядит это очень забавно, но красиво и кокетливо.

Краем глаза я замечаю, как несколько парней смотрят в нашу сторону. Меня передергивает, но я автоматически начинаю двигаться сексуальнее, чтобы привлечь еще больше внимания. Почему они смотрят именно на нас? Ведь вокруг полно привлекательных девушек, которые ничем не хуже. Пристальные, соблазняющие взгляды парней заставляют меня почувствовать себя единственной девушкой в зале, самой прекрасной из всех. Хотя возможно, это «Бурбон» виноват в том, что у меня вдруг повысилась самооценка. Захотелось быть желанной! Или просто отвлечься от того, о чем я не хочу вспоминать. Или от кого…

– Лидия! – обращается ко мне подвыпившая Ден. – Говорят, единственный способ забыть одного мужчину – это другой мужчина! Посмотри вон туда! Там столько симпатичных парней смотрят на тебя! Займись хоть одним!

– Ты еще предложи переспать с кем-то из них!

– А почему бы и нет?

– Да ты совсем пьяная! – смеюсь я.

Интересно, что бы посоветовала Мелисса? Переспать с каким-нибудь красавчиком? Или просто напиться, потанцевать и прийти домой под утро? Сегодня ее рядом нет, и мне придется принимать решение самой, без советов. Пьяную Дениз нельзя слушать!

– Подруга, мы с тобой так и будем пить вдвоем? Если ты не хочешь уединиться с парнем, может, мы тогда вольемся в какую-нибудь компанию?

– Хорошо! Раз ты так хочешь!

Дениз берет меня за руку и тащит к барной стойке – как раз туда, где стоит компания симпатичных молодых парней.

– Приветствую вас, дамы, – говорит один из них. Я его точно не знаю. Все молодые люди из нашего круга общения просто не умеют так высокопарно говорить! – Я – Мэтт. Очень приятно познакомиться с вами, мисс…

– Лидия, – говорю я и подаю ему руку. Он целует ее и приятно улыбается. – Красивое имя и очень редкое.

– Благодарю.

Этот разговор напоминает мне некую игру. Сегодня все изображают тех, кем они не являются. Сразу вспоминаются слова Шекспира: «Жизнь – театр, и все мы в ней актеры». Стоп! С чего вдруг во мне проснулся философ?

Дениз стоит рядом и улыбается во весь рот. Она явно счастлива, что я зацепилась языком с парнем!

– А это моя подруга с невероятно красивым и тоже, прошу заметить, редким именем Дениз.

Я отхожу в сторону, чтобы Мэтт мог рассмотреть ее получше.

Они мило общаются. Вуаля! Я рада, что меня оставили в покое. Теперь я снова могу выпить и подумать о своем. Я возвращаюсь к нашему столику и сажусь. Беру бутылку и наливаю еще сто грамм. С каждой новой каплей виски я становлюсь все пьянее и пьянее.

А почему я должна быть сегодня одинокой? Дениз права! Я должна зажечь! Или я зря так долго выбирала этот наряд, чтобы выглядеть сногсшибательно?

Я поднимаюсь и нетвердой походкой направляюсь к покерному столику. Красивого и элегантного парня можно найти здесь или у барной стойки.

Когда я подхожу к столу, там уже вовсю идет очередная игра. Парни вальяжно курят сигары, прикрывая свои карты. Изо всех сил стараются показать, какие они все тут отличные игроки! Вокруг относительная тишина: зрители молча наблюдают за покером, попивая алкогольные коктейли. Только где-то вдалеке играет джаз.

Я замечаю Майкла, стоящего ко мне вполоборота. Как же он сексуально выглядит в жилетке и шляпе! Хм! Действительно! А почему бы не подойти, познакомиться поближе?

– Саунд? – Я тихонько дотрагиваюсь до его плеча, и он резко оборачивается. – Помнишь меня?

– Да, конечно! Здравствуйте, мисс Андерсон! – Он берет мою руку и целует.

– Интересно, сегодня все будут так себя вести? – улыбаюсь я.

– На самом деле, это только сегодня вечером. Уже завтра все члены «Грифона» вернутся к привычному для них образу жизни – ну, к оргиям, стриптизу и прочим радостям.

Мы смеемся. Оказывается, наш музыкант весьма остроумный. С ним есть о чем поговорить.

– А где Джонс? – спрашивает он вдруг. – Я его сегодня не видел.

– Я не знаю, где он. Да и мне наплевать, – отвечаю я и отпиваю немного виски.

– Интересно! Что-то случилось?

– Я не очень хочу сейчас говорить о нем.

– Хм! Это, конечно, не мое дело, но что произошло между вами? Вы так подходите друг другу. Когда я узнал, что вы встречаетесь, я…

– Все это уже не важно, – нагло перебиваю я. – Главное, что мы больше не вместе.

– Даже так?! – удивленно спрашивает Саунд.

– Вот так!

– Хорошо, не будем о нем.

Совершенно случайно я замечаю, что по правую сторону от нас стоит столик с закусками из морепродуктов.

– Держи! – Майкл любезно подает мне канапе с креветками на небольшой тарелке.

– Благодарю. Если честно, я умираю с голоду!

– Я тоже. Тем более, что нельзя пить, не закусывая. А то нас вынесут отсюда ногами вперед.

– Черный юмор? Славно! А в 20-ые точно так шутили? – Мне становится смешно.

– Без понятия!

Я чувствую чье-то прикосновение.

– Лидия, это я.

О! Дениз уже освободилась! Она выглядит слегка помятой.

– Ты где была? – спрашиваю я.

– Потом расскажу, – шепотом произносит она. В моей голове мелькает мысль о быстром сексе на втором этаже, но я не думаю, что Дениз на такое способна. Хотя… Она уже достаточно пьяна, да и парень, с которым она общалась, весьма харизматичный. – Лидия, кажется, я видела его.

– Кого? Призрака прошлого Рождества? – смеюсь я.

– Джонса!

– Ты же говорила, что его не будет!

Нет! Я не хочу в это верить и уж точно не хочу его видеть! Даже краем глаза! Ну, зачем он пришел? Я только начала забывать обо всем! Можно сказать, начала все сначала!

– А ты уверена, что это был он? Сегодня все парни как из инкубатора!

– Да, подруга! Это точно Крис! Его ни с кем не перепутаешь.

– Черт!

– Что-то не так? – спрашивает Майкл.

– Нет, все в порядке. Надеюсь, мы с Джонсом не пересечемся сегодня. – Я стараюсь скрыть от Майкла беспокойство и вести себя непринужденно и свободно. – А давай выпьем на брудершафт?

– Я не против! Ты ведь знаешь, что после этого положено целоваться?

– Ну разумеется!

Майкл берет бутылку и наливает виски. Один стакан он берет себе, а второй отдает мне.

– А еще, когда пьешь на брудершафт, принято смотреть друг другу в глаза.

Наши руки переплетаются, и мы залпом выпиваем жгучую темную жидкость.

Я смотрю в карие глаза запьяневшего Майкла, и он тянется за поцелуем. Яуворачиваюсь, и он касается моей щеки теплыми губами. Щетина на его лице царапает мою кожу, и мне становится щекотно. Я улыбаюсь. Со стороны может показаться, что Майкл делает мне непристойное предложение, а я якобы соглашаюсь. И что обо мне люди подумают? Сразу вспоминается сериал «Сплетница»: сплошные интриги!

– Ты! Мерзкий ублюдок!

Улыбка мгновенно сходит с моего лица.

Крис набрасывается на своего приятеля, как зверь на добычу. Я снова вижу его красные от ярости глаза. Крис со всей силы толкает Майкла на покерный стол и заносит мощный кулак над его лицом. Все вокруг замирают. Музыка останавливается, и толпа устремляется на звуки скандала.

– Джонс, что с тобой? – кричит от страха Саунд. – Расслабься, приятель! Все в порядке!

Губы Криса растягиваются в дьявольской ухмылке.

– Ты посмел тронуть то, что принадлежит мне! – Джонс все еще держит Майкла мертвой хваткой за воротник, и тот не может даже пошевелиться. Мне становится действительно страшно, ведь я, как никто другой, знаю, на что способен Крис. – Ты знаешь, что обычно происходит с теми, кто трогает мое?

Стоп! Ведь он это обо мне! Я должна вмешаться!

– Я – не твоя вещь! Не смей угрожать ему!

Я пытаюсь сохранять самообладание и показать, что у меня тоже есть гордость!

– С тобой, Лидия, я позже разберусь! – Крис говорит спокойно, но я чувствую, что он в гневе. – А вот ему надо преподать урок на будущее!

Я с ужасом понимаю, что Крису нравится то, что происходит.

Не проходит и нескольких секунд, как он бьет Майкла в лицо. Мне кажется, я слышу, как ломаются кости. Саунд пытается дать отпор, но тут же терпит поражение и получает удар за ударом.

– Крис, прошу, прекрати!!! – кричу я.

У меня паника: я схожу с ума от бессилия! Я ничего не могу сделать! Сердце бьется как бешенное, меня трясет. Я боюсь за себя, за Майкла, который ни в чем не виноват! Публика вокруг уже достает смартфоны, чтобы снять драку на камеры и выложить в интернет всем на обозрение.

И вот «враг» повержен! Майкл, как раненное животное, сползает вниз под покерный стол, и к нему тут же кидается бармен. У меня ступор. От радостной атмосферы не осталось и следа, и, кажется, это я во всем виновата.

Я смотрю на Криса: его волосы растрепаны, черный пиджак помят, кулаки в крови, а на лице довольная ухмылка. Он думает, что одержал победу, но со стороны это было больше похоже на смертоубийство!

– А теперь ты! – Он спокоен, и в его серых глазах я вижу лишь пустоту.

Он хватает меня за локоть и грубо тащит за собой, подальше от толпы.

– Отпусти меня! – Крис так сильно сжимает мою руку окровавленными пальцами, что кожа синеет. – Мне больно!

Мы быстро проходим в комнату для избранных.

– Вон!!! Пошли вон отсюда! – кричит он какой-то целующейся парочке, сидящей на диване. Они вскакивают и молча выходят.

Крис захлопывает за ними дверь, и мы остаемся одни. Он загоняет меня в угол. Упершись одной рукой в стену, он смотрит на меня холодным взглядом, от которого у меня мурашки бегут по коже!

– Лидия, что между тобой и этим недоделанным музыкантом? – спокойно произносит он.

Во мне вдруг отключатся страх: в одно мгновение я превращаюсь в уверенную в своей правоте девушку.

– А ты действительно думаешь, что после того, как ты меня ударил, я останусь с тобой? – ухмыляюсь я. – Ты точно сошел с ума! Извини, дорогой, но я, пожалуй, оставлю часть самоуважения!

Я пытаюсь выскользнуть из его тисков, но безуспешно. Джонс хватает меня за плечи и прижимает к стене: я будто приколочена к ней гвоздями!

– Запомни, Лидия, – его глаза наполняются невероятной злобой, – несмотря ни на что, ты принадлежишь мне. Ты поняла?

Он произносит эти слова тихо и спокойно, с твердостью в голосе. И тут я ощущаю, как он ослабляет хватку и начинает поглаживать ладонями те места на плечах, которые он недавно так сильно сжимал.

– Лидия! – Крис осторожно касается своим лбом моего и тяжело дышит. – Я не могу без тебя. Мне жаль, что так вышло.

Я медленно и очень нежно касаюсь ладонями его лица и, зарывшись носом в его волосы, вдыхаю мой любимый запах. Что со мной? Еще несколько минут назад я изображала независимую девушку, а сейчас снова чувствую себя чей-то половинкой. Еще несколько часов назад я хотела начать новую жизнь, в которой не будет Криса.

Неужели я действительно не могу жить без него, а он без меня? Он медленно поднимает голову и вновь холодно смотрит на меня.

– Я никогда, слышишь, никогда не отпущу тебя. Ты – моя.

– Конечно, я твоя! – говорю я и роняю одну единственную слезинку. – А вся эта дурацкая ситуация с Майклом! Это совершенно не то, что ты подумал! Он даже не поцеловал меня! Мы просто общались и все!

– Если бы он тебя поцеловал, то не дожил бы до утра.

– Он уже достаточно получил, с него хватит.

Пауза.

– Крис, – ласково произношу я и тянусь за поцелуем, но он отстраняется и отводит взгляд в сторону.

– Эй, посмотри на меня!

– Прости Лидия! – Крис пятится к выходу. – Мне надо идти.

– Стой! – Я не хочу, чтобы он уходил. – Давай спокойно поговорим.

– Я уже все сказал, Лидия.

С этими словами Крис уходит, и я остаюсь одна.

Мое тело, будто скованно льдом, и я не могу пошевелиться. Внутри меня творится что-то невообразимое, в голове полный бардак – столько вопросов, на которые предстоит найти ответы! Кто виноват в случившемся? Думаю, мы оба. И я, и Крис совершаем одну ошибку за другой, совершенно не задумываясь о последствиях. Что будет дальше?

Громкие крики за дверью выводят меня из ступора, и я выбегаю в холл.

– Лидия! – ко мне подбегает растрепанная Дениз. – Как ты? Он тебя не тронул?

– Не беспокойся, все в норме. Хорошо, что все закончилось.

Но что именно закончилось? Вероятно, это самый сложный вопрос, похожий на клубок черных ниток: ведь все так сложно!

***

29 июня 2014 года

Дорогой дневник, сегодня я испытала шок. Никогда прежде я не видела настоящей драки. Когда ты наблюдаешь за кровавым месивом в фильмах или сериалах, тебе не страшно, ведь ты понимаешь, что в реальности никто не пострадал. Но когда я увидела окровавленное лицо Майкла, как он сползает на пол, мне стало действительно страшно. Это не тот страх, который испытываешь во время просмотра фильмов ужасов. Этот страх намного сильнее: вдобавок к жгучему адреналину в крови появляется чувство беспокойства – за себя, за друзей. Я очень надеюсь, что Майкл вскоре поправится, и все будет хорошо. А еще я уверена, что он больше никогда не будет общаться с Крисом.

В данный момент мое сердце успокоилось. Но почему я не смогла просто развернуться и уйти? Поставить жирную точку? До нашей сегодняшней «встречи» я хотела разорвать отношения. Но стоило мне его увидеть, как внутри что-то щелкнуло! Я забыла, что произошло накануне, и снова захотела быть с ним: каждый день смотреть в его пепельно-серые глаза, чувствовать его прикосновения, слышать его чарующий голос! Целовать его и тонуть в его объятиях.

Я хочу смеяться вместе с ним и плакать вместе с ним. Но порой Крис меня пугает. То он злой и не может сдерживать гнев, то мгновенно становится добрым и нежным. Будто у него внутри есть какой-то переключатель.

Иногда мне кажется, что наши с ним отношения похожи на «русские горки». Я так и буду кататься на них, пока не надоест. Или пока не устану. Но устану ли вообще? Долго еще это будет продолжаться?

Ответы на эти вопросы знает только судьба. Я же знаю лишь одно: я очень сильно его люблю.

Глава 15

12 июля 2014 года

Мне уже надоело задавать себе один и тот же вопрос – что мне делать. Ответ всегда один и тот же: я не знаю. Почти неделю мы с Крисом общаемся так, будто никогда не любили друг друга, никогда не спали в одной постели, не занимались сексом. После того инцидента в клубе он изменился. Когда мы случайно встречаемся, он говорит «Привет, детка!» и проходит мимо. Люди вокруг шушукаются, обсуждают тот спектакль: два друга подрались из-за меня. Раньше мне было бы приятно, если бы из-за меня подрались, но не сейчас. Я до сих пор переживаю. Совсем недавно видела Майкла. Ссадины и синяки еще не зажили. «Саунд, мне очень жаль, что так вышло», – сказала я ему. Он лишь улыбнулся мне, и всем своим видом показал, что не желает больше связываться ни со мной, ни с Джонсом.

Эта ситуация очень сильно осложнила наши отношения с Крисом. Он не хочет общаться со мной как раньше, хоть и сказал, что я принадлежу ему. Я запуталась и совершенно ничего не понимаю. Как жаль, что я не могу узнать, что творится в этой красивой голове! Что он хочет от меня?

Три дня назад Джонс вдруг заявил, что хочет быть моим другом. Что он задумал? Я не хочу просто дружить. Я люблю его. Но мне ничего не остается, как согласиться на его предложение. Ведь я очень хочу быть рядом с ним.

Вчера он звонил мне, интересовался, как я поживаю, и приглашал в гости. Раньше он так никогда не делал. Я знаю, какой Кристофер Джонс в любви, но какой он друг? Это мне только предстоит узнать. Мелисса думает, что дружбы между мужчиной и женщиной не бывает. В общем, посмотрим, что будет дальше.

***

Я стою у его квартиры, но никак не могу решиться постучать в дверь. Кто мы друг для друга сейчас? Просто друзья? Любовники? Ведь он прямо заявил, что я принадлежу ему. Но в каком смысле?

– Лидия! – Дверь открывается, на пороге стоит Крис. Штаны болтаются на бедрах, а торс обнажен. Он это специально? И как я буду спокойно смотреть на него? – Как хорошо, что ты пришла! Заходи.

– Привет, – говорю я, опустив глаза, и захожу в квартиру. Снова ощущаю этот божественный запах парфюма в сочетании с алкоголем. Возможно, другую девушку смутил бы подобный аромат, но только не меня! Он приводит меня в экстаз.

Я прохожу в гостиную и сажусь на кожаный диван. На журнальном столике стоит зажженная свеча из черного воска и валяются два журнала. Я беру их в руки. Хм, так я и знала – один эротический, другой спортивный. Я тихонько усмехаюсь: какой же мой Крис предсказуемый!

– Детка! – Он выходит из кухни с двумя бокалами белого вина. – Держи.

С каждым его шагом через тонкую ткань проявлялся его член. Я прячу глаза. Скорее всего, он чувствует мое смущение. Ничего не меняется! Крис садится рядом со мной и обводит меня взглядом.

– Сними ты эту кофту! Здесь совсем не холодно.

Я молча подчиняюсь. В квартире действительно жарко, а когда я вижу обнаженного Криса, мне становится еще теплее. На мне остается лишь обтягивающая футболка с декольте. Признаюсь, я специально надела ее, чтобы соблазнить его. Ну не хочу я быть просто друзьями! Я скучаю по его прикосновениям, поцелуям. Когда я думаю об этом, то краснею и облизываю губы.

– Чем займемся? – Крис вальяжно раскидывается на диване, положив ногу на ногу.

– Не знаю! Ты ведь меня пригласил!

– Хорошо. Значит, будем делать то, что я хочу!

Джонс никогда не стеснялся в выражениях. Он берет пульт и включает гигантский телевизор. На экране появляется заставка какой-то кинокомпании.

– Серьезно? – спрашиваю я, удивленно поднимая бровь. – Мы просто будет смотреть кино и пить вино?

– Да! Только это не просто фильм, это эротика.

– Что? Эротика? Ты с ума сошел? – я недовольно скрещиваю руки на груди, а он лишь смеется в ответ.

– А что? Тебе не нравится? – Крис нагло улыбается, а мне не до смеха. Он опять издевается надо мной! Я должна была привыкнуть к этому, но пока что не очень получается. – Лидия, после того, что мы с тобой вытворяли, ты просто не можешь стесняться и краснеть. Подумаешь, фильм! Расслабься!

– Ну… хорошо! Я постараюсь, – вздыхаю я. Что ж, попробую расслабиться и представить, что я смотрю обыкновенный фильм с другом.

Сюжет у этого «шедевра» такой же, как и у всех фильмов про секс: сексуальная блондинка подходит к барной стойке и начинает заигрывать с симпатичным мужчиной. Он покупает ей алкогольный коктейль, и они мило болтают. Но тут в их головах что-то происходит, и им вдруг хочется заняться сексом. Но нет! Так как этот бар находится не где-нибудь, а возле бассейна с прозрачной голубой водой, то герои фильма решают ублажать друг друга здесь! Но постойте-ка! А где же остальные посетители бара? Конечно, их нет! Ведь это эротический фильм!

Проходит несколько минут, и вот блондинка уже гладит своей ступней пах мужчины. У бедного шатена уже вовсю стоит. Он поднимается со стула и начинает нежно целовать ее тело, начиная от губ и заканчивая стройными ногами.

Мне становится скучно. Я поворачиваю голову и вижу, что Крис уставился в экран и наблюдает за действиями героев. Неужели ему интересно? Что он снова задумал? Я достаточно хорошо знаю Джонса. Вероятно, он решил поиграть со мной. То говорит, что между нами только дружба, то приглашает домой и показывает эротику.

О, боже! Так это не эротика! Это порнография! Крис, черт возьми! Я нервничаю. Да, мы с ним делали что-то подобное на кровати, делали это на кухне и в других местах, но мне все равно не нравится смотреть на чужие гениталии, да еще и в присутствии Криса! Не то, чтобы я не люблю порно, но смотреть его с кем-то – этого я делать не привыкла. Только наедине с собой, в полной темноте.

Я вижу, как двое занимаются страстным сексом на кафеле возле бассейна, и тут вспоминаю, как совсем недавно мой Крис ласкал мое тело. Сердце начинает биться быстрее, в горле пересыхает. Я свожу ноги вместе, не знаю, куда деть руки, стараюсь выровнять дыхание. Между ног уже мокро: я дико возбуждена. Думаю, что Крис, который наблюдает за мной, заметил это.

Я уже не могу терпеть! Боже, как же он сексуально сидит на диване, широко расставив ноги! Я не могу спокойно смотреть, как он облизывает свои чувственные губы. Когда он шевелится, мышцы пресса играют на животе, и проявляются кубики. Мне тут же хочется обвести каждый из них языком, опуститься ниже, и…

– Детка, все в порядке? – тихо произносит Крис и снова улыбается. Он видит меня насквозь.

– Да… наверное. Я просто… – Почему я не могу сказать что-нибудь вразумительное? Я точно знаю, что хочу его! Прямо сейчас!

– Ты… что? Возбуждена?

Черт! Он все понял, а у меня ступор. Я должна перейти к действиям. Крис такой похотливый! Он хочет секса практически всегда и везде и точно не откажется трахнуть меня сейчас. Я отключаю мозг – хочу полностью погрузиться в море блаженства, хочу покрыть поцелуями его тело… Но больше всего я жажду доставить Крису удовольствие.

Я решаюсь пододвинуться к нему ближе и дотронуться до его колена.

– Лидия, что ты творишь? – Крис делает вид, что не понимает.

– Я помню, ты сказал, что мы теперь просто друзья, но…, – пока я говорю, моя ладонь движется вверх, и я пальцем касаюсь его члена. – Мы ведь можем сделать это как друзья?

Он явно не ожидал услышать от меня такое. Обычно я веду себя совершенно по-другому. Он вскакивает с места и оказывается возле огромного шкафа с книгами, а я остаюсь сидеть на диване в недоумении.

– О нет, детка! Я же сказал: ничего не будет!

Я чувствую себя такой развратной и ненасытной! Да, я веду себя вызывающе, но он сам виноват.

– Тебе не стоило включать это, – говорю я и встаю. Ноги подкашиваются от возбуждения. Как же я хочу встать на колени перед ним и умолять трахнуть меня! – Ты ведь специально это сделал, правда?

Мы с Крисом поменялись местами: если раньше это он соблазнял меня, то теперь настала моя очередь. Я смотрю на него хищным взглядом и подхожу ближе. Еще ближе…

– Пожалуйста! Я хочу этого, – шепчу я. Крис стоит на месте: будто ждет от меня еще более решительных действий.

Мы стоим так близко друг от друга, что я чувствую его горячее дыхание.

– Лидия! – Его грудь вздымается с каждым вздохом, а в глазах горит желание, которое он не в силах подавить. Он дотрагивается ладонью до моей щеки и поглаживает мою нижнюю губу большим пальцем. – Ты сводишь меня с ума!

Я больше не могу терпеть напряжение и нежно провожу языком по его губам, затем страстно целую. Мой любимый ни капли не сопротивляется, а наоборот, отвечает на поцелуй.

Не отрываясь от его сладких губ, я провожу ладонью по его торсу, нащупываю его возбудившийся член через тонкую ткань брюк и начинаю ласкать. Я целую его шею, грудь, затем пресс и слышу, как Крис начинает тихонько постанывать. Я встаю на колени и одним резким движением стягиваю штаны, освобождая член. Провожу по нему влажным языком, и на моем лице растягивается самодовольная улыбка. Затем я обхватываю губами его возбудившуюся плоть и начинаю ублажать. Я слышу, как Крис тяжело дышит. Губами и языком я ласкаю головку члена. Сквозь его стоны я слышу свое имя. Я ощущаю, как возбудившаяся плоть набухает и становится тверже.

Я вытаскиваю член изо рта и поднимаю голову. Крис смотрит на меня своим фирменным жадным взглядом. Я прикусываю нижнюю губу и кокетливо подмигиваю. Возбудив любимого, я как можно сексуальнее поднимаюсь с колен и продолжаю целовать его.

Он целует меня в ответ, кусает мою нижнюю губу, и я чувствую сладкую боль, которая отдает внизу живота. Напряжение все нарастает – я так сильно хочу, чтобы он вошел в меня!

Мне становится жарко. Крис срывает с меня футболку, затем бюстгальтер и начинает ласкать мою грудь губами. Он хватает меня за ягодицы и с силой сжимает их. В ответ я крепко обнимаю Криса и, подпрыгнув, ногами обхватываю его бедра, а он продолжает целовать. Спустя пару секунд мы меняемся местами: он прижимает меня к стене и жадно целует шею. Мне тяжело дышать: я запрокидываю голову и ловлю воздух ртом, потом встаю на ноги, поднимаю руки вверх. Крис гладит их, и наши пальцы переплетаются.

Все, хватит ждать! Я как можно быстрее снимаю с себя джинсы вместе с трусиками, и они падают на пол. Крис целует меня в губы. Мне немного больно, но я понимаю, что именно этого я и хотела.

Крис грубо поворачивает меня спиной к себе, раздвигает мне ноги и с одного маху входит в меня. С каждым грубым толчком он продвигает свой член все дальше. Я уже не могу сдерживать крики! У меня кружится голова. Вдруг мой любимый сбавляет темп: его толчки медленные, но очень глубокие! Руками он массирует и ласкает мне грудь, потирая горошины сосков. Я хочу его губы! Прямо сейчас! Я поворачиваю голову и, обхватив рукой шею, умудряюсь поцеловать его.

Мое влажное от пота тело пронзают тысячи вспышек! Судорога сводит бедра. Почувствовав, что я на пределе, Крис расслабляется и позволяет себе кончить. Еще пара толчков, и он выходит из меня.

Я тяжело дышу. Я добилась того, чего хотела, и очень довольна.

Простояв несколько минут у стены, я поворачиваюсь и смотрю на любимого. Он уже одет, сидит на диване и попивает вино. Я будто выхожу из транса и только сейчас начинаю сознавать, что произошло. Я быстро поднимаю нижнее белье с пола и натягиваю на себя. Тишину в гостиной нарушают лишь стоны, доносящиеся из телевизора. Я молча надеваю на себя джинсы и футболку, поправляю волосы и глазами ищу свою сумку.

– Я не понимаю, – произношу я.

– Чего? – говорит Крис, уставившись в экран. Он будто боится посмотреть на меня.

– После того, что произошло, я не могу понять, кто мы друг для друга?

Я по-прежнему чувствую невидимую стену между нами: даже страстный секс не смог разрушить ее. Я подхожу к дивану, выключаю телевизор и сажусь рядом. Во мне пробуждается непонятно откуда взявшаяся смелость. Я хочу прямо сейчас выяснить отношения. И меня не пугает, что он может сорваться в любую секунду.

– Посмотри на меня, – тихо говорю я, и он нехотя поворачивает голову. – Я хочу быть твоей. Несмотря ни на что.

Не успеваю я договорить, как от напряженного, злобного взгляда Криса не остается и следа. Сейчас мне кажется, что передо мной сидит не наглый и самоуверенный Кристофер Джонс, а спокойный милый парень, готовый слушать.

– Я уже ничего не боюсь! Просто не отталкивай меня. Позволь мне быть частью твоей жизни. Пожалуйста, Крис! – На сегодня уже достаточно поцелуев, и я просто кладу свою руку поверх его. – Скажи что-нибудь!

В ответ я не слышу ни слова. Разговор заходит в тупик, и я решаю уйти.

– Я все еще люблю тебя, – тихо произношу я, встаю с дивана и направляюсь к выходу.

– Может, ты останешься сегодня со мной?

Хочу ли я остаться? На часах уже девять вечера, на улице холодно, идет дождь. Я мысленно улыбаюсь. Слышу уверенные шаги и оборачиваюсь.

– Хорошо. Я останусь.

Крис заключает меня в объятия, такие нежные, такие теплые! Удивительно, но в этот момент я чувствую себя защищенной. Я точно знаю, что хочу полностью принадлежать ему. Да, он эмоциональный и несдержанный, иногда даже неуравновешенный и злой, но когда я с ним, я знаю, что кому-то нужна. Я не чувствую себя одинокой.

Сегодня больше не будет страстного секса, ругани и скандалов. Мы просто поужинаем, ляжем в теплую двуспальную кровать и провалимся с глубокий сон.

Я просыпаюсь от ярких и теплых лучей солнца, которые проникают в комнату через огромное окно. От пасмурной и дождливой погоды не осталось и следа. Я потягиваюсь и тру глаза. Ерзаю на кровати и ощущаю, как шелковое постельное белье ласкает мою кожу. Я спокойно делаю вдох, выдох, затем поворачиваю голову и вижу, что мой Крис спит рядом. Боже, как он красив! Я поворачиваюсь на бок и наблюдаю, как он тихо посапывает.

Во мне пробуждается желание дотронуться до его бархатной кожи, поцеловать в чувственные губы, но он так крепко спит, что я не решаюсь его разбудить. Я просто смотрю… Неожиданно он открывает глаза и смотрит на меня таким нежным сонным взглядом, который ему совершенно не свойственен.

– Доброе утро, – тихо и вкрадчиво говорю я.

– Ты давно проснулась? – спрашивает он.

– Несколько минут назад. Я просто смотрела, как ты спишь.

Я улыбаюсь, а Крис дотрагивается до моего лица, поглаживая мои губы большим пальцем. Я чувствую себя котенком и наслаждаюсь его прикосновениями. Через несколько минут я встаю с кровати, но Крис хватает меня за запястье. Я оборачиваюсь. Он тянет меня к себе, и я снова падаю в постель.

– Аааай!

Я заливаюсь смехом, переворачиваюсь и оказываюсь на нем.

– Не так быстро, детка!

Я кладу голову ему на грудь, и он гладит меня по длинным волосам. Мне так спокойно, когда он рядом, когда все в порядке! Я поднимаю голову, и наши губы касаются друг друга, как лепестки роз. Он гладит меня по щеке, и я таю. Это самое прекрасное утро в моей жизни!

– Мне нужно в душ! – Я быстро чмокаю его в губы и вскакиваю.

– Давай, детка. А я еще немного поваляюсь.

Я привожу себя в порядок, укладываю волосы в тугой пучок, надеваю шелковый халат и иду на кухню. Нужно сварить свежий кофе, чтобы взбодриться.

Я так хочу порадовать Криса и приготовить на завтрак что-нибудь вкусное! Обычно мы едим овсяную кашу, хлопья с сухофруктами или панкейки с кленовым сиропом, который я очень люблю. Но сегодняшнее утро кажется мне особенным, поэтому и завтрак должен быть таким же. Я бы хотела полакомиться яйцами Бенедикт, но готовить их довольно сложно.

– Лидия! – Я оборачиваюсь и вижу Криса. Его темные волосы взъерошены, а лицо слегка помято. Он протирает глаза длинными пальцами, затем подходит к кухонному столу, наливает кофе в свою огромную кружку и залпом выпивает сразу половину.

– Ты не спал всю ночь, ворочался, – тихо, но серьезно произношу я, опираясь на стол руками.

– Да, не мог заснуть.

– Почему? – Я поднимаю брови и кривлю лицо, намекая на очевидное.

– Нет, Лидия, это не из-за кокаина, – Крис бросает на меня недовольный взгляд.

– Ты уверен? Я переживаю.

– Я не наркоман, так – балуюсь иногда. – подмигивает Крис. – К тому же, нам запрещено употреблять собственный продукт. Он предназначен исключительно для продажи.

Я все еще не верю в то, что стою сейчас здесь и спокойно слушаю это. Возможно, я просто смирилась с тем, что мой любимый – наркоторговец. В конце концов, я ничего не могу с этим поделать. У меня был выбор: либо оставить Криса навсегда, либо свыкнуться с мыслью, что я встречаюсь с продавцом кокаина. Для другой девушки это был бы слишком сложный выбор, но только не для меня. Все очевидно – я не могу жить без Криса, а значит, я уже сделала свой выбор. Я выбрала второе. Я готова быть с ним, несмотря ни на что.

– Я поняла.

Опустив голову, я рассматриваю пол: не знаю, что сказать.

– Послушай, Лидия, – Крис медленно приближается ко мне, гипнотизируя взглядом. – Если ты действительно хочешь все понять, то можешь поехать со мной в Лас-Вегас.

– Вегас? Ты серьезно? – мои глаза расширяются от удивления, и восторга. Я не могу сдержать улыбку.

– Да! Почему бы и нет? – Крис берет меня за руки и осторожно поглаживает большими пальцами мои ладони. – Я очень хочу, чтобы ты поехала со мной. Что скажешь?

– Хорошо, я поеду.

Я широко улыбаюсь, Крис отпускает мои руки, и я тут же кидаюсь в его объятия.

Я ни разу в жизни не была в Вегасе! Это же столица развлечений! Мне уже не терпится поехать домой и начать собирать вещи.

– Поедем в субботу, так что у тебя есть пара дней, чтобы подготовиться. – Крис уходит в душ, небрежно подмигивая, – Да, и обязательно захвати какое-нибудь сексуальное платье!

Я уже знаю, что именно возьму с собой в поездку. Я так взволнована! Только вот есть одна проблема: что я скажу родителям? Мама следит за мной, и я понятия не имею, что такого я должна ей сказать, чтобы она отпустила меня в Лас-Вегас. Она прекрасно знает, что там творится: сплошной разврат.

Первое, что приходит в голову – сказать, что мы с Мелиссой и Дениз собираемся поехать куда-нибудь отдохнуть. Но если я так скажу свой маме, она точно меня не отпустит. Вот черт! У меня совершенно нет никаких идей! Давай, Лидия, думай! Мне обязательно нужно поехать с Крисом, чтобы быть в курсе всех его дел, чтобы между нами больше не было никаких секретов.

Ну почему всякий раз, когда, казалось бы, все идеально, непременно возникают какие-то проблемы? Почему я не могу просто взять и уехать? Я ведь уже совершеннолетняя и могу сама решать, что делать!

– Что за недовольное лицо? Что-то случилось?

– Родители случились! – Я дую щеки, а Крис ухмыляется. – Не знаю, что сказать им, чтобы они меня отпустили.

– Моя маленькая девочка! – Джонс уже не может сдерживать издевательский смех.

– Ха-ха-ха! Очень смешно! Я не хочу еще одного скандала.

Я недовольно хмурю брови. Крис медленно подходит ко мне и берет за плечи.

– Лидия, не волнуйся! Все решится само собой! У тебя еще целых два дня. Что-нибудь придумаешь! – Он нежно целует меня в лоб. – А сейчас пойдем завтракать. Я умираю с голоду!

– Я хотела сама приготовить что-нибудь.

– Не стоит, дорогая. Лучше прогуляемся до ближайшего ресторанчика. Одевайся.

– Ну, ладно. Пошли.

М-да… Настроение у меня слегка подпорчено. Но Крис прав. Думаю, за это время я успею придумать, что сказать родителям. Возможно, парочку вариантов подбросит Мелисса.

***

13 июля 2014 года

Ура! Я придумала, что сказать родителям, чтобы они отпустили меня в Вегас! Так удачно совпало, что Дениз собирается поехать в Нью-Йорк, навестить своих родственников. Ведь сейчас у нас начались долгожданные каникулы. Я сказала родителям, что поеду вместе с Дениз, а если вдруг маме в голову взбредет позвонить Лиссе, чтобы удостовериться в этом, то моя девочка меня прикроет: я ей позвонила. Горжусь собой! И когда я научилась так правдоподобно врать? По-моему, мама ничего не заподозрила. Правда, спросила, поедет ли со мной Крис, и я сказала, что да. Думаю, так ей будет спокойней, несмотря на то, что она совсем ничего о нем не знает, даже фамилии. Хотя, думаю, что догадывается.

Честно сказать, я очень боюсь, что мама узнает, чем он занимается. Если вдруг все откроется, будет грандиозный скандал. Подключится чуть ли не весь город, в том числе и полиция. Так что, конспирация – наш лучший друг, особенно сейчас. Я должна сделать так, чтобы мои родители никогда не узнали, что происходит между мной и Крисом.

Как бы мне хотелось поскорее разобраться со всеми проблемами! Я боюсь. Проездка в Вегас будет далеко не увеселительной. Там соберутся начальники Криса, и что-то мне подсказывает, что это страшные люди. Все настолько серьезно, что у меня ком встает поперек горла. А вдруг что-то пойдет не так? Эта вечеринка будет похожа на хождение по минному полю. Один неверный шаг и ты труп……

Я уже собрала вещи и жду субботы…

Глава 16

До приземления в аэропорту Лас-Вегаса Маккаран осталось совсем недолго. Скоро нас попросят привести кресла в вертикальное положение и пристегнуть ремни безопасности.

Крис сидит рядом со мной. Я кладу голову ему на плечо и закрываю глаза, чтобы расслабиться и насладиться последними минутами покоя.

Примерно через час мы с Крисом, наконец, выходим из самолета.

Город порока встречает нас теплыми солнечными объятиями. Мы спускаемся по трапу. Прохладный ветер пронизывает меня насквозь, и я плотнее запахиваю свою любимую кожаную куртку.

У входа в здание аэропорта столько народу! Я немного устала, пока мы летели, и мне хочется поскорее оказаться в отеле, принять горячий душ и отдохнуть.

– Мистер Джонс?

Глядя поверх солнцезащитных очков, я замечаю черный тонированный лимузин. Рядом с ним стоит высокий мужичина в темно-сером костюме и очках. Первая мысль в моей голове – охранник. Неужели, боссы Криса прислали за нами эскорт?

– Да, это я.

– Садитесь, – строгим голосом произносит мужчина. – И вы, мисс Андерсон.

Черт, откуда он знает обо мне? У меня появляется странное чувство, что я нахожусь не там, где нужно. Мне страшно.

Мужчина открывает дверь. Я сажусь. Кожаный черный салон, идеальная чистота и запах табака и алкоголя мне это так знакомо.

Крис садится рядом со мной, и охранник закрывает за нами дверь. Я не понимаю, что происходит, и чувствую себя очень скованно. Такое ощущение, что я попала в какой-то фильм в жанре драматического боевика.

Напротив меня сидит полный мужчина лет пятидесяти в дорогом темно-синем костюме. Его седые волосы слегка вьются, а в зубах у него сигара.

– Ребятки, я рад вас видеть!

Удивительно, но голос нашего нового знакомого звучит очень бодро и весело, будто мы встречаемся сейчас не с крупным боссом, а с родным дядей. Незнакомец мило улыбается.

– Здравствуйте, мистер Пауэлл. Как жизнь? – Они с Крисом приветствуют друг друга чисто мужским жестом.

– Вы знакомы? – Мои брови лезут на лоб от удивления.

– Лидия, не задавай глупых вопросов! – грубит Крис. – Ну конечно, знакомы! Это…

– Джек Пауэлл, – мужчина протягивает мне руку. – Вы обворожительны, мисс Андерсон.

– Спасибо… Позвольте узнать, откуда вы знаете обо мне?

– Это неважно, Лидия.

– Только не для меня.

– Крис рассказывал.

Я поворачиваю голову в сторону любимого и вижу, как он прячет глаза. Ладно. Рассказал, так рассказал. Ничего страшного. По крайней мере, я на это надеюсь.

– Итак! Как добрались?

– Спасибо, хорошо.

Кратко и лаконично. Молодец, Крис. В ответ Джек улыбается. Приглядевшись, я вижу, что мистера Пауэлла не очень-то интересует, как мы добрались. Он смотрит на нас как на обед, но тщательно это скрывает. Браво, Лидия! Уроки Мелиссы не прошли даром.

– Сейчас мы едем в «Энкор». Номер уже забронирован. Но так как вам еще нет двадцати одного, регистрировать вас буду я. Если возникнут проблемы, Крис, ты знаешь, как со мной связаться. Но, ребятки, постарайтесь без происшествий, – он делает небольшую паузу, потом поворачивается к водителю: – Сэм, поехали! Время не ждет.

Лимузин трогается. Мы едем в один из самых дорогих отелей города – «Энкор».

Сквозь тонированное стекло я любуюсь красотами Лас-Вегаса. Я никогда не была здесь, но точно знаю, что это другой мир. Здесь действуют совершенно другие законы: разум отключается, и город порока затягивает тебя в пучину развлечений, алкоголя, роскоши и азарта! Все вокруг пылает разноцветными огнями, блестит, сверкает, играет всеми цветами радуги. Лас-Вегас никогда не спит! Ночная жизнь тут полна сюрпризов! На улицах этого потрясающего города всегда праздник. Владельцы отелей и казино стараются всевозможными путями, уловками привлечь клиентов, дать им как можно больше мест, где можно потратить баснословное количество денежных купюр.

Наш пятизвездочный отель расположен на бульваре Лас-Вегас-Стрип, поблизости от торгового центра «Фешен Шоу Молл». Рядом со зданием отеля находится знаменитое казино «Винн». И «Энкор» и «Винн» – настоящие чудеса современной архитектуры! Они уступают разве что «Цезарь Паласу», который, на мой взгляд, намного роскошнее. Что ночью, что при свете дня «Винн» и «Энкор» блестят золотыми полосами. Огни мегаполиса отражаются в зеркальной глади зданий, отчего они напоминают два острых позолоченных меча: будто какой-то греческий бог миллионы лет назад уронил с Олимпа свое оружие на землю.

Спустя несколько минут мы уже стоим возле стойки ресепшена. Я осматриваюсь. Это место поражает воображение! От роскоши у меня рябит в глазах – зеркальные полы, высокие потолки, хрусталь, золото, живые цветы, изысканная отделка! Ничего прекраснее я в жизни не видела!

– Мистер Пауэлл, номер готов!

Я замечаю, как большой босс переглядывается с симпатичным парнем лет двадцати пяти в белоснежной рубашке, жилетке и с бабочкой, идеально подчеркивающий его длинную шею. Эти переглядки кажутся мне весьма подозрительными: скорее всего, у мистера Пауэлла есть здесь предварительная договоренность. Нас с Крисом не спросили про возраст и даже не потребовали предъявить документы. Но если вдруг что-нибудь случится, то я взяла с собой все необходимое.

Небрежным движением руки мистер Пауэлл достает из бумажника кредитную карту и отдает ее в руки ресепшионисту.

– Номер-люкс «Tower Suite», – подчеркнуто вежливым басом произносит парень и вручает два магнитных ключа Крису. – Приятного отдыха!

– Так, Крис! – Большой босс явно куда-то торопится. – Вас сейчас проводят наверх. Как следует отдохните. Вечером состоится важная встреча. Клуб «XS», 10.00 p.m.

– Понял.

– А мне пора.

С этим словами Пауэлл стремительными шагами выходит из залы.

Я смотрю ему в след и чувствую себя маленьким ребенком, которого привели на шоколадную фабрику. Меня переполняет восторг, и я не могу сказать ни слова – просто стою, держа в руках сумку, и разглядываю все вокруг.

– Детка, что с тобой? – усмехается Крис.

– Я…

– Ясно. Идем!

– Здравствуйте, Мистер Джонс! – К нам подходит молодой парень в строгом костюме и галстуке. На левом лацкане приколот бейдж с его именем. Он слегка наклоняется и продолжает: – Мисс Андерсон, я – Генри, ваш консьерж.

Мой Крис ничего не говорит, а просто смотрит на парня, не отводя глаз.

– Прошу вас пройти за мной в ваш номер.

– А как же…

– Ваш багаж принесут позже.

Учтивый молодой человек снова кланяется и указывает в сторону лифта.

Мы с Крисом заходим внутрь: я вдыхаю приятный аромат ванили, облокачиваюсь на стенку и прикрываю глаза. Все, что мне сейчас нужно – это немного отдохнуть перед выходом в свет вечером.

– Сорок третий этаж, – объявляет консьерж и ведет нас по коридору к двери нашего номера. – Если вам что-нибудь понадобится, я всегда к вашим услугам.

– Благодарю вас, – говорю я и выдавливаю улыбку.

– Дальше мы сами, – равнодушно бросает Крис.

– Приятного отдыха в «Энкоре»! – Парень мило улыбается мне и уходит.

Крис открывает дверь в номер, и мы заходим внутрь. Интерьер номера превосходит все мои ожидания! Мне хочется визжать от восторга.

– О, боже, Крис!!! Какая красота!

Да, я привыкла к роскоши, но глядя на этот номер, я понимаю, что даже самый красивый дом в нашем штате – не говоря уж о Дареме – меркнет по сравнению с этим великолепием!

Я кидаюсь на шею любимому и крепко целую.

– Детка, что с тобой? – Я чувствую его руки на своей талии. – Нравится?

– Очень! – На его лице я не вижу восторга, и меня это удивляет. – Ты чего?

– Лидия, я просто устал, – говорит Крис и смотрит на меня потухшими глазами.

В номер заходит носильщик с нашим багажом. Крис дает ему пару зеленых купюр, и тот сразу же уходит, кивнув головой в знак благодарности.

– Ты пока осмотрись, разбери вещи, а мне нужно сделать пару звонков.

Крис выходит из номера в коридор, захватив с собой мобильный телефон. Как только дверь закрывается, я тут же принимаюсь разглядывать это прекрасное место.

На полу – паркет из светлого дерева, на стенах – бежево-золотые обои с подсветкой, отлично гармонирующие с элитной мебелью цвета темного шоколада с позолотой. Повсюду висят зеркала в блестящих позолоченных рамах, на тумбочках стоят цветы в хрустальных вазах, а в воздухе витает аромат роз. В гостиной так светло и приятно, что моя усталость постепенно улетучивается.

По правую руку от меня располагается рабочая зона: письменный стол и стул в тон остальной мебели. На столе стоит стационарный телефон, по которому можно позвонить практически в любую точку планеты – разумеется, за дополнительную плату – лампа какой-то замысловатой формы, похожая на золотой греческий диск, и небольшая прозрачная ваза с розами без шипов.

Осмотрев гостиную, я иду в спальню. Она такая просторная и светлая! Я тут же плюхаюсь на огромную двуспальную кровать и раскидываю руки в стороны – как же тут мягко! Европейское постельное белье так приятно ласкает кожу, что даже вставать не хочется. В изголовье лежат несколько небольших подушек с надписями «Винн». Я гляжу на потолок: по бокам расположены зеркала, но так, чтобы спящий человек не смог видеть себя в отражении. Этот чудесный потолок напоминает калейдоскоп.

По бокам кровати стоят две тумбочки с вазами для цветов. Рядом – пара комодов, а чуть дальше – большой шкаф с зеркалами в полный рост. Возле витражного окна – кожаное кресло, торшер и небольшой журнальный столик.

Из нашего номера открывается потрясающий панорамный вид на город. Я подхожу к огромному витражному окну, и разглядываю Лас-Вегас с высоты птичьего полета. Все кажется мне крошечным, но так завораживает! Сейчас только полдень, а город порока уже сверкает множеством огней: в миллионный раз готовится к незабываемой ночи! Когда на пустыню опустится черная пелена, а в небе зажжется молочная луна, Вегас взорвется фейерверком развлечений и заиграет новыми красками. И так раз за разом, ночь за ночью. Мне все еще не верится, что я нахожусь здесь.

– Лидия! – На пороге появляется Крис. – Я в душ.

– Я с тобой, – говорю я, прикусывая нижнюю губу.

– Ну, если ты так хочешь, пойдем!

Я чуть ли не вприпрыжку подбегаю к любимому и крепко обнимаю. Он хватает меня за талию и взваливает на плечо.

– Аааай! Крис! – Я заливаюсь громким смехом. – Поставь меня!

– Ваау, детка! Тебе это точно понравится! – говорит он довольным голосом.

Как только я оказываюсь на теплом кафельном полу с двумя махровыми ковриками и прихожу в себя, у меня снова перехватывает дыхание! Эта комната больше похоже на спа-салон, чем на обычную ванную. Свет хрустальных люстр отражается в кафеле, и вся комната ослепительно сияет! У южной стены расположено огромное зеркало, под которым стоит большой стол, сверкающий зеркальным блеском. Со стороны кажется, что он отделан бежевым мрамором. Внутри лежат полотенца, по шесть штук с двух сторон, так как номер предназначен для двоих. На столе стоят уже зажженные ароматические свечи цвета фуксии и два маленьких круглых зеркала. Между двумя отделениями высится бежевый пуфик.

Ванная поделена на две зоны. С одной стороны находится встроенная душевая кабина, с другой – просторная ванна, в изголовье которой стоят цветы в высокой вазе и лежит маленькая подушечка.

Все так безупречно, что я даже боюсь притрагиваться ко всем этим вещам!

– Ну, ты идешь?

Мой любимый стягивает с себя футболку и бросает на пол.

Я облизываю губы.

Через несколько секунд Крис уже стоит передо мной полностью обнаженный. Он заходит в душевую кабину, и я слышу плеск воды.

– Лидия, я тебя жду!

Я быстро снимаю с себя джинсы, нижнее белье и присоединяюсь к нему.

Он стоит под струей горячей воды, окутанный клубами пара.

– Крис, – говорю я, поворачиваясь к нему спиной. Я кладу голову ему на грудь и глубоко вздыхаю. – Ты сильно устал?

– Не очень, детка.

Он обнимает меня и тихонько поглаживает мою влажную кожу подушечками пальцев.

– Волнуешься перед вечером?

– Лидия, опять вопросы?

– А почему бы и нет? Я вот волнуюсь… за тебя.

– Все будет в порядке. Тебе нужно просто стоять рядом со мной и помалкивать. А еще лучше, если ты будешь стоять возле бара. Ты меня поняла?

М-да… а Крис может испортить момент.

– Поняла. Можно было и не грубить.

Я встаю под струю воды и умываю лицо, чтобы освежиться. Так не хочется сейчас выходить из душа и одевать на себя дорожную одежду! К счастью, тут рядом висит белоснежный махровый халат.

– Пойду, прилягу.

Я выскакиваю из душа и надеваю халат.

– Только не долго! – кричит Крис.

– Да, босс!

Джонс тут же замолкает. Видимо, ему понравилось, что я его так назвала.

На часах два часа дня, и я совершенно не знаю, чем себя занять. До важного разговора больше шести часов! Я ложусь на кровать, кладу голову на одну из подушечек и решаю немного вздремнуть.

– Лидия!

Вот черт!

– Можно я немного посплю?

– Спи! – Крис подходит ко мне и накрывает меня покрывалом. С какой стати он вдруг стал таким заботливым? – Я разбужу тебя через пару часов, ладно?

– Хорошо.

Он небрежно целует меня в лоб и уходит.

Я поджимаю ноги, заворачиваюсь в покрывало, кладу руки под голову и закрываю глаза. Уловив нотки ванильно-розового аромата, я медленно проваливаюсь в сон. Все-таки шесть часов полета дают о себе знать. К тому же, на сегодняшнем вечере я хочу выглядеть свежей и отдохнувшей.

– Детка, проснись! – сквозь сон слышу я тихий голос Криса. Он такой ласковый, будто я попала в параллельную вселенную. Я довольно мычу и открываю глаза. – Вставай, Лидия. У меня для тебя сюрприз.

Вот это да! Неужели! Передо мной стоит стеклянный столик, который буквально ломится от еды: графин с апельсиновым соком, этажерка с фруктами, накрытое блюдо, от которого исходит приятный аромат специй…

– Что это?

– Вообще-то, я ожидал благодарности! Лидия, это твой обед в постель. Сейчас уже начало пятого. Поешь, а потом массаж.

– Спасибо, конечно, но я никак не ожидала от тебя такой заботы! – Я действительно сильно удивлена. За все то время, пока мы встречаемся, Крис готовил только пару раз, да и то преследуя какие-то свои цели. Обычно, это плохо заканчивается.

– Не вздумай привыкать, дорогая, – подмигивает Крис. – Сейчас поешь, а потом массаж. Ясно?

Странная забота: даже сейчас он умудряется командовать, будто я его рабыня! Я опять ничего не понимаю. Однако решаю открыть блюдо.

О боже, это же стейк-рибай! Я ела его несколько раз и помню, как эта мраморная говядина средней прожарки тает во рту. Вкус невероятный!

Через несколько минут я разделываюсь со стейком, выпиваю пару стаканов сока, съедаю банан и снова падаю на кровать. Нет, так наедаться нельзя! Пищевая кома – это не то, что мне сейчас нужно.

– Ты чего разлеглась? У нас мало времени.

И почему Крис мне напоминает строгого папочку? Даже минуты полежать нельзя!

Я лениво слезаю с кровати и топаю в гостиную. На дверце шкафа я замечаю висящий на вешалке идеально отглаженный черный смокинг. На полу стоят лакированные туфли. М-да… Крис весьма ответственно подошел к сегодняшнему вечеру.

– Кто-то обещал мне массаж! – говорю я по пути в ванную. – А то я никак не могу проснуться.

– Ложись, – говорит Крис, приглашая меня на специальную кушетку. И когда она успела здесь появиться?

Я снимаю халат. Взгляд Криса скользит по моему обнаженному телу и останавливается на груди. Мое сердце бешено колотится. Мне даже неловко: как будто я стою не перед любимым парнем, а перед врачом. И в этом Крис виноват…

Я не торопясь ложусь на кушетку лицом вниз, складываю руки на затылке и пытаюсь расслабиться.

– Закрой глаза и ни о чем не думай! – Голос Криса сменяется с грубо-приказного на мягкий и нежный.

Если честно, я думала, что массаж будет делать профессиональная массажистка с азиатской внешностью, но так даже лучше. Мне так спокойно и тепло! Прикосновения любимого – восхитительное дополнение к потрясающему дню!

Спустя несколько секунд я чувствую, как руки Криса осторожно касаются кожи на плечах и начинают скользить вниз. Лопатки, поясница, бока… Я мурлычу от удовольствия и прикусываю нижнюю губу.

– Нравится?

– Очень! И когда ты этому научился?

– Я не учился. У меня талант!

– Как нескромно! – усмехаюсь я и тут же получаю легкий шлепок. – Ай!

– Не дергайся, детка.

Крис как можно нежнее проводит подушечками пальцев по моим бедрам, потом по ягодицам – он дразнит меня, пробуждает желание! Затем снова поднимается вверх, на спину, мнет ее руками, гладит – его ладони легко скользят по моей коже. Я закрываю глаза и начинаю тихо постанывать. Мои руки уже опущены и лежат вдоль тела. Крис осторожно проводит по ним до самых ладоней, и по всему моему телу пробегают мурашки. Я закрываю глаза, и продолжаю спокойно наслаждаться массажем.

– Я хочу тебя прямо сейчас, – наклонившись ко мне, шепчет Крис.

Я поднимаюсь с кушетки и сажусь на ее край, расставив ноги в стороны. Крис устраивается между ними. Я опираюсь на ладони, слегка откидываюсь назад, запрокидываю голову, а его пальцы уже ласкают меня там. Он вводит в меня средний палец и с каждым движением проникает все глубже. Я громко вскрикиваю и тянусь за поцелуем. Мой любимый смотрит на меня соблазняющим взглядом, а на лице играет довольная ухмылка.

– Аааааай! – кричу я от невероятного возбуждения. Он вытаскивает из меня палец, и я могу немного расслабиться.

Я обнимаю его за плечи и жадно целую. Ногами обхватываю его бедра и плотно прижимаю к себе. Вырвавшись из моих тисков, Крис хватает меня за талию и ставит на пол. Быстро снимает с себя белую футболку и в ту же секунду набрасывается на меня – целует губы, шею, грудь, обводит кончиком языка соски, потом покрывает поцелуями живот и бедра. Я чувствую, как его язык проникает в щель между моих ног, и начинаю ерзать, впиваясь в кушетку ногтями. От сильного возбуждения я начинаю шипеть, стонать, хватая ртом прохладный воздух. Запах роз опьяняет меня, вызывая поистине дикое, практически животное желание.

Не доведя меня до пика наслаждения, Крис снова поднимается на ноги, а я уже вся извелась в ожидании! Я судорожно расстегиваю ширинку на его джинсах и одним резким движением стягиваю их вместе с боксерами. Он стоит передо мной полностью обнаженный.

Выражение его пепельно-серых глаз мгновенно меняется, становится почти демоническим. Его взгляд проникает мне прямо в душу, открывая все потаенные дверцы. Мне ничуть не страшно. Я знаю, чего я хочу – поскорее почувствовать его внутри себя. В ту же секунду Крис переворачивает меня спиной к себе, наклоняет и держит одной рукой, чтобы я не дергалась. Я вся в предвкушении. Он раздвигает мне ноги и с размаху входит в меня. Я вскрикиваю. С каждым новым толчком Крис становится все грубее и грубее! Я уже не могу сдерживать крики… Черт! Мне немного больно, и я не могу кончить… Перед глазами все плывет. Сквозь гул в голове, я слышу громкие стоны Криса: он наращивает темп, двигается все быстрее и быстрее. Кладет свои ладони поверх моих рук и сильно сжимает, наваливаясь всем телом. Через несколько секунд он изливается в меня. Я ощущаю его горячее дыхание на плечах и шее.

Когда он отстраняется, я, наконец-то, поворачиваюсь к нему лицом. Я страстно кусаю его нижнюю губу, затем крепко целую. Я все еще дико возбуждена…

Раздается стук в дверь, и мы с Крисом замираем.

– Вот черт! Прости, детка.

Стук повторяется, и мне мгновенно становится неловко – за дверью кто-то стоит и просит его впустить, а мы тут совершенно голые, после страстного секса. Надо срочно одеться!

Крис быстро одевается и выходит из ванной, плотно закрыв за собой дверь.

А ведь я так и не успела кончить. Какой ужас! Я по-прежнему на взводе и немного рассержена. Теперь придется либо самоудовлетворяться, либо попытаться успокоиться. До важного мероприятия остаются считанные часы, а мне еще надо успеть сделать макияж и прическу.

Надев халат, я прислушиваюсь. В гостиной тихо…

– Лидия, платье принесли!

В каком смысле? Какое платье?

Я открываю дверь. Передо мной стоит Крис, а в руках у него великолепное блестящее черное платье на тонких бретельках.

– С открытой спиной, – сообщает Крис, приподнимая брови.

– Какая красота! – Мой рот открывается сам собой.

– Вижу, как глаза загорелись! Нравится?

– Это… но… да! Конечно! – Пауза. – Стой! Так я же взяла с собой платье! Где оно?

– В твоей сумке.

– Ты сам просил меня его взять, а теперь даришь мне новое?

– Просто скажи «спасибо» и покончим с этим. Какое бы платье ты там не взяла, пойдешь ты в этом и точка. Ясно?

– Да, извини. Спасибо! Просто непривычно… Ты такой заботливый…

– Иногда на меня находит, – улыбается Крис.

– Я в шоке.

– Это пройдет.

– Раз уж у нас еще много времени до часа икс, может, поговорим?

– О чем? – говорит Крис, разваливаясь на диване.

– Ты так странно себя ведешь. Я вижу, что ты сильно волнуешься.

– С чего ты взяла?

– А что между нами было несколько минут назад? Ты пытаешься как-то себя отвлечь.

– Ты мой психолог, что ли? – недовольно бурчит Крис. – Прекрати копаться во мне.

– А что мне еще остается делать? Я переживаю за тебя.

– А ну, сядь сюда, – приказывает он, и я тут же подчиняюсь. – Лидия, сколько раз мне нужно повторить, чтобы ты, наконец, поняла? Со мной все в порядке! Я не волнуюсь, не переживаю! Я просто пытаюсь убить время, вот и все.

– А, ну да! – поджав губы, произношу я. – То есть, жестко трахнуть меня – это убить время. Ясно.

– Детка, не обижайся! Я знаю, что тебе понравилось! – Я в недоумении. И когда я начну понимать своего парня? Крис пододвигается ко мне, обнимает и дотрагивается губами до моей шеи. – Если хочешь, можем продолжить то, что начали, – шепчет он мне на ухо.

– По-моему, ты уже закончил! – С этими словами я отпихиваю его от себя. – Во всех смыслах.

Я вскакиваю с дивана и иду в спальню – надо разобрать вещи. Закрыв дверь, я сажусь на кровать в позу лотоса и скрещиваю руки на груди. Как же меня раздражает поведение Криса! То он командует так, будто он – начальник, а я – подчиненная, то становится ласковым. А этот странный массаж? Сначала нежные прикосновения, а потом резкость и даже грубость…

Мне следовало давно к этому привыкнуть, но ничего не получается. Как вообще можно привыкнуть к непредсказуемости и спонтанности? Я плюхаюсь на кровать и смотрю в зеркальный потолок. Стараюсь дышать ровно. Мне нужно успокоиться. В конце концов, ничего сверхстрашного не произошло.

– Лидия, хватит валяться. Пауэлл велел не опаздывать!

– Все, встаю.

Что же, постараюсь абстрагиваться от него, чтобы не взорваться от злости.

Разобрав свою сумку, я достаю кофту изумрудного цвета и черные джинсы. Одеваюсь и выхожу из номера. Надеюсь, что здесь есть салон. Мне срочно нужно привести себя в порядок, а заодно и отвлечься от надоедливого Джонса. Пусть какое-то время побудет один.

Глава 17

– Все готово, мисс Андерсон. Можете взглянуть на себя.

Меня разворачивают к большому зеркалу с подсветкой, я смотрю в отражение и не узнаю себя! Завитые волосы шоколадного цвета собраны в элегантную высокую прическу, локоны-спирали свисают по бокам, обрамляя лицо. Глаза стали еще зеленее, благодаря темно-сиреневому смоки-айзу, кожа сияет румянцем, а на пухлых губах бежево-розовый блеск. Я так соблазнительно выгляжу!

– Вау! Это бесподобно! – улыбаюсь я. – Отличная работа!

– Благодарю вас, мисс. Вы прекрасно выглядите!

– Чувствую себя так же!

Расплатившись за все услуги кредиткой, я смотрю на часы: осталось около двадцати минут до ответственного мероприятия. Надеюсь, Крис не сильно разозлится, если я приду немного позже, как Ева Грин в фильме «Казино Рояль»? Я мысленно смеюсь. Честно говоря, мне все равно! Поход в салон так поднял мне настроение, что я никому не позволю его испортить!

Я поднимаюсь в наш номер, открываю дверь и вижу, что Криса уже нет. Так же как и смокинга с туфлями.

– Мисс Андерсон! – На пороге появляется Генри. – Мистер Джонс просил передать, чтобы вы немедленно спускались вниз ко входу в клуб «XS». – Крис успел покомандовать сегодня всеми, включая нашего консьержа. – Я вас провожу.

– Это очень любезно с вашей стороны, спасибо, Генри. Только дайте мне несколько минут.

– Разумеется, мисс.

Этот клуб «XS», в который мне повезет сегодня попасть, является самым дорогим и роскошным клубом в Лас-Вегасе. В нем можно без труда расстаться с сотнями тысяч долларов! А еще я слышала, что там подают единственный в своем роде коктейль с одноименным названием «The One». По слухам, на дне бокала лежит золотое украшение, которое можно забрать себе в качестве сувенира на память.

Надев платье, золотые серьги с черными бриллиантами и босоножки на высокой шпильке, я выхожу из номера и ловлю на себе восхищенный взгляд нашего консьержа.

Я жутко нервничаю! Я не знаю, как себя ввести, что говорить, куда идти! Сердце бешено колотится в груди.

– Не волнуйтесь, мисс, все будет хорошо, – старается меня подбодрить Генри, но его слова мне не помогают.

– Спасибо.

Сделав глубокий вдох, я выхожу из лифта. Еще несколько минут, и я буду у порога самого пафосного и модного места в городе греха.

Генри провожает меня прямо до входа в клуб, который включает тридцать коттеджей, расположенных вокруг огромного бассейна со сказочной иллюминацией и кристально чистой голубой водой.

Дизайн каждого из коттеджей завораживает. Вдохновленный сексуальными изгибами женского тела, поражает воображение: повсюду позолота, лепнина, большие мягкие диваны с шикарной обивкой – вся эта кричащая роскошь готова принять в свои объятия каждого, кто предпочитает отдыхать только на самом высоком уровне.

Невероятную атмосферу праздника дополняет красота ночного города: на темно-синем полотне неба сияют яркие звезды, напоминающие бриллианты. Изумительной красоты огни подсвечивают антураж вокруг, а издали доносятся звуки подъезжающих к отелю дорогущих автомобилей класса люкс. Через несколько часов «XS» взорвется волшебным фейерверком! Музыка будет грохотать, а люди утонут в элитном алкоголе.

Как только я захожу в один из коттеджей, меня встречает здоровенный охранник в строгом черном костюме.

– Мисс Андерсон, – говорит он очень низким голосом, – прошу за мной.

Мы проходим мимо изысканно отделанных диванчиков, на которых вальяжно расселись гости «Энкора». Они попивают неприлично дорогие коктейли в ожидании начала торжества.

Охранник указывает, куда мне нужно пройти. Я все еще ужасно нервничаю. Все-таки я пришла не на простую вечеринку для друзей!

Помещение, в котором я нахожусь, очень напоминает гигантский шатер. Как же удачно тут сочетаются европейская простота и элегантность с восточной утонченностью и яркими красками!

Все вокруг наполнено волшебным духом Востока. Я вдыхаю аромат цветов и экзотических фруктов и прикрываю глаза. На одно мгновение переношусь в другой век – великолепный, завораживающий, таинственный.

Возле дальней стены я замечаю длинную барную стойку, пестрящую множеством бутылок с элитным алкоголем. Огни шатра, которые отражаются в стекле и зеркалах с позолоченной лепниной, слепят глаза.

– Лидия! – Это мистер Пауэлл. – Очень эффектно выглядишь!

Он смотрит на меня, буквально пожирая глазами, и мне становится некомфортно.

– Спасибо, – говорю я, пряча глаза. – А где Крис?

– Дорогая, он сейчас немного занят. Можешь пока побыть здесь, со мной. – Меня немного настораживает происходящее. В сердце прокрадывается паника, но я стараюсь держаться. – Выпьешь?

– Да, конечно.

Мы подходим к барной стойке. Статный бармен тут же наливает в бокалы шампанское и вручает их нам.

– Очень хорошо, что ты здесь, дорогая, – вдруг говорит Джек. – Я имею в виду, Крису так будет проще, когда ты рядом.

– Я не совсем пониманию, о чем вы, – хмурюсь я. – Что проще?

– Ну, знаешь, у твоего парня большие проблемы.

– Что? О чем вы говорите, мистер Пауэлл? Давайте на чистоту. Я хочу все знать.

– Воу! – смеется он. – Крис сам тебе все расскажет, я надеюсь.

– Я хочу его видеть.

За барной стойкой я замечаю дверь из красного дерева. Я уверена, что Крис там.

– Хорошо.

Мы с Джеком подходим к двери, и я точно знаю, что если я зайду в эту комнату, то стану неотъемлемой частью того, что происходит, и уже не смогу свернуть с этого пути. Но ради любимого я готова рискнуть.

– Джонс, твою мать! – доносится из комнаты. – Когда мы нашли тебя пару лет назад, то не думали, что ты будешь такой занозой в заднице!

– Простите, что отвлекаем, Шон, – громко произносит Джек. Я слышу знакомое имя. Это же тот самый Шон, из-за которого я чуть не ушла от моего Криса!

– Джек, заходи, мы уже закончили!

А этот Шон оказался совершенно не таким, каким я его себе представляла. Вместо высокого, крепкого мужчины, передо мной стоит низенький человечек в очках в золотой оправе, джинсах, белой рубашке и пиджаке. На руках дорогие часы и парочка золотых колец. Он больше похож на учителя частной школы, чем на наркоторговца. Вот что значит несоответствие внешности и профессии! Я ожидала увидеть нечто похожее на русского мафиози, но даже такой, можно сказать, обычный вид Шона не дает мне расслабиться.

Помимо Криса, в комнате находятся еще двое мужчин в смокингах и две девушки. Видно, что это персонал клуба, но стоят они по стойке смирно, как солдаты.

– Это мисс Лидия Андерсон, господа, – объявляет Джек, и я ловлю на себе восхищенные взгляды. Мне становится страшно.

Крис стоит в двух метрах от меня, с опущенной головой. Его черный пиджак расстегнут и слегка помят. Что здесь было? Мои глаза широко распахиваются, когда в мою голову просачиваются мысли о том, что здесь произошло что-то плохое, пока Пауэлл отвлекал меня, отпаивая шампанским.

– А я не думал, что сегодня будут дамы, – вальяжно говорит Шон, ухмыляясь на одну сторону. – Ну, привет, Лидия.

Он подходит ко мне и начинает рассматривать, как товар в супермаркете. Мне становится еще хуже, чем несколько минут назад. По телу пробегает дрожь, а сердце готово выскочить из груди. В воздухе повисло напряжение…

– Это ее ты трахаешь, Джонс? – говорит Шон, поворачиваясь к Крису. – Красивая!

– Как это относится к делу, а?

– О, голосок прорезался! – мерзко смеется Шон. – Вообще-то, никак. Мне просто интересно. Хотя ты знаешь, она стоит того, чтобы из-за нее провалить все дело.

Я будто язык проглотила. Меня только что оскорбили, а я не могу и рта раскрыть. И кто вообще такой этот Шон, что позволяет себе так разговаривать с нами?

– Ладно, расслабьтесь! – снова смеется он. – Лучше давайте просто выпьем и поговорим!

Как только он произносит эти слова, все тут же рассаживаются в кресла.

Шон широко раскидывает ноги, щелкает пальцами, и к нему подходит симпатичная высокая девушка в короткой черной юбке и идеально выглаженной белой сорочке. Она протягивает ему хрустальный стакан и наливает виски.

Мое тело сковало, и я ничего не могу с этим сделать.

– Лидия, – произносит Крис, глядя на меня. – Подойди ко мне.

Его голос звучит тревожно и взволновано, но он хорошо держится. Я медленно подхожу к нему. Слышу как хрустят коленки и стараюсь ступать осторожно. Волнение дает о себе знать, а сердце наполняется тревогой. В комнате царит атмосфера взаимной ненависти: все смотрят друг на друга, как шакалы на обед, и кажется, что сейчас здесь станет адски жарко…

Я становлюсь позади кресла, где сидит мой любимый, и кладу руку ему на плечо. Он тут же сжимает ее ледяными пальцами. Руки Криса никогда не были такими холодными!

– Итак! Вы все знаете, для чего мы здесь. Дорогая, – Шон обращается ко мне. Едва я слышу его неприятный грубый голос, меня пробивает дрожь. – Все, что ты сейчас услышишь, должно остаться в этой комнате, ясно?

– Да, сэр… – выдавливаю я. Но я не хочу выглядеть как несчастная собачонка, загнанная в угол! Я поднимаю голову и делаю вид, что меня не напугал вопрос Шона.

– Вот и славно, – улыбается он. – Если честно, я немного удивлен, что ты, Крис, притащил ее сюда. Видно, она тебе совсем безразлична. – Он снова смеется и подмигивает мне. Я нервно сглатываю и перевожу взгляд на Криса.

– Может, хватит лирических отступлений? – дерзит он. – Мы собрались, чтобы обсудить поставки, а не мою девушку.

Глубоко внутри я улыбаюсь – мой Крис, наконец-то, произнес это!

– Хорошо, хорошо! Серьезный какой!

– Ближе к делу, Шон! – откуда-то сзади раздается голос Пауэлла. – Уже час сидим без дела. Время – деньги!

– В принципе, я уже все сказал, Джонс. Даю тебе последний шанс. Если ты не заработаешь двадцать тысяч долларов через две недели, то считай, что ты уже труп. Все понял?

– Шон, ты прекрасно знаешь, какая обстановка сейчас у нас в штате! Это практически невозможно!

– Стой, Джонс! Ты что мне сказал несколько дней назад? – Шон ставит стакан на поднос, наклоняется вперед и складывает руки в замок. – Что ты все уладишь! А теперь что? Нет! Так не пойдет! Либо ты все делаешь как надо, либо выходишь из игры. Но, сам понимаешь, уйти просто так тебе никто не даст. Вынесут ногами вперед, а хоронить будут в закрытом гробу.

Крис нервно проводит руками по волосам, вскакивает и начинает ходить взад-вперед. Я ничем не могу ему помочь. Знаю: в такой ситуации лучше помалкивать.

– Пойми, я хочу как лучше, – продолжает Шон. – Меня самого повесят на крюке для мяса, если ты опять облажаешься!

– Хорошо, хорошо, я что-нибудь придумаю!

– Запомни, Джонс, последний шанс! – кричит Джек.

– Ты должен быть в Техасе на следующей неделе. Пришла новая партия товара. Твоя часть – пять килограмм. Усек?

– Да, да!

– Вот и ладненько!

– Только смотри, без происшествий. Проблем с копами возникнуть не должно, – строгим тоном говорит Джек, подходя ближе. – И расслабься, черт возьми! Все в порядке!

Пауэлл небрежно хлопает Криса по плечу и садится в одно из кресел.

– Ну, раз уж мы обо всем договорились, предлагаю выйти отсюда. Шоу начинается!

Выдохнув, я подхожу к Крису и тут же обнимаю. Он недовольно морщится и отталкивает меня.

– Детка, не сейчас.

– Ты в порядке?

– А сама как думаешь?

Я молчу. Это, наверное, самый глупый вопрос на планете. Очевидно же, что Крис переживает и нервничает. На его плечи только что упал груз – новое поручение, которое надо выполнить во что бы то ни стало, иначе он покойник.

Мы выходим в главный зал. Ночь стала еще чернее, а огни вокруг – ярче. Музыка грохочет, кругом полным-полно народу. Все пьют, курят кальяны и веселятся.

– Я хочу выпить, – заявляю я.

– Первая хорошая идея за весь день, – говорит Крис, и мы направляемся к барной стойке.

Пара сотен миллилитров скотча, и я уже полностью спокойна. Сижу за барной стойкой и наблюдаю за торжеством.

– Хочешь остаться?

– А ты хочешь уйти?

– Мне нужно расслабиться – своим способом.

Я понимаю, о чем говорит Джонс: о кокаине.

– Хорошо. Вернемся в номер.

Если честно, я тоже хочу уйти. Эти два часа длились целую вечность!

Спустя минут десять мы с Крисом уже стоим в лифте. Я кладу голову ему на плечо и прикрываю глаза. Я смертельно устала – платье будто стало свинцовым, его лямки ужасно давят, а от босоножек болят ноги.

Как только мы заходим в номер, я скидываю обувь. Наконец-то, свобода!

Меня очень тревожит произошедшее. Я, конечно, не жалею о том, что поехала с Крисом в Лас-Вегас, но то, что случилось на встрече с его боссами, меня настораживает. Впрочем, сейчас лучше не думать об этом. Нужно просто расслабиться и заняться чем-нибудь интересным.

– Детка, я не думал, что ты так стойко все выдержишь! – В голосе моего любимого я слышу облегчение. Надеюсь, я помогла ему своим присутствием.

Крис обхватывает мое лицо влажными теплыми ладонями и смачно целует меня в губы. Такой долгий крепкий поцелуй разжигает во мне желание! Я так хочу поскорее сбросить с себя это платье!

– Я в душ! – довольно мычу я, облизывая губы. – Скоро вернусь, не скучай.

Я подмигиваю и направляюсь в ванную комнату. Я аккуратно снимаю платье, и его жесткие лямки легонько царапают кожу на плечах. Я остаюсь в одних трусиках и смотрю на себя в зеркало. Я выгляжу иначе: что-то изменилось в моем взгляде. В нем появились нотки стервозности, даже наглости. Я выгляжу как взрослая женщина-сердцеедка, умудренная жизненным опытом. Черт! Как же мне это нравится!

Я захожу в душевую кабину, включаю воду и наслаждаюсь ее прохладой.

Закончив нежиться, я накидываю свой любимый шелковый халат на голое тело и выхожу в гостиную. Криса там нет, и я топаю в спальню – босиком по холодному полу. Я подхожу к окну и, сложив руки на груди, смотрю вдаль. Потрясающий город завораживает меня!

– Лидия! – сонный голос Криса пугает меня.

Я оборачиваюсь. Мой любимый сидит в кожаном кресле, раскинув ноги, и смотрит на меня своим фирменным соблазняющим взглядом. Он так и не переоделся: только снял галстук и расстегнул верхние пуговицы на сорочке. Как же он сексуально выглядит! Мои неприличные мысли заставляют меня облизать губы и скрестить ноги.

– Ты уже успел нюхнуть, пока меня не было? – спрашиваю я и опускаюсь на корточки возле Криса. Я провожу ладонями по его бедрам. Он тут же хватает меня за руки и тянет к себе. И вот я уже сижу у него на коленях, а его руки ласкают мою талию. От его прикосновений шелк будто становится тоньше, и я ощущаю теплоту рук любимого на бархатной коже.

– Хочешь попробовать?

Крис целует меня за ухом, изредка покусывая мочку: мне становится щекотно, но чертовски приятно.

– Давай, Лидия. Тебе понравится! Обещаю. – Ну?

Я не хочу этого делать, но мне приходится. Ради него…

Я наклоняюсь над столиком и вижу в зеркале свое мутное отражение.

– Ты знаешь, что делать, – подмигивает Крис.

Кокаин будто прожигает все внутри! Я морщусь от боли, шмыгаю и запрокидываю голову назад.

– Хорошая девочка. – Я слышу довольный смех Криса, и не могу не улыбнуться в ответ.

Проходит минута, и жгучая боль в носу прекращается. Я потираю нос пальцами и смотрю на любимого: на его лице растягивается широкая улыбка. Крис нежно проводит средним пальцем по моим губам. Я жадно хватаю палец и засовываю в рот как можно глубже. Тут я чувствую, как зрачки расширяются, а сердце стучит все сильнее и сильнее.

Жарко! Очень жарко! Я не могу усидеть на месте и вскакиваю с колен Джонса. Мне тяжело дышать.

– Детка, ты великолепно выглядишь! – произносит мой парень.

Я никак не ожидала от него комплимента. Я чувствую свое превосходство! Я – королева мира! Его слова делают меня счастливой. Все сомнения, тревоги, переживания, этот чертов самоанализ – все исчезло! Мне хорошо с Крисом. Я ничего не боюсь!

– Я знаю, – отвечаю я без капли стеснения и задираю голову. – Уже почти час ночи, а у меня абсолютно нет никакого желания спать! Как же тут красиво!

Я снова подхожу к окну и смотрю на Лас-Вегас. Огни ночного города становятся ярче, превращаясь в крупные сверкающие алмазы! Рев пролетающих по улицам автомобилей, крики людей, музыка – все стало таким громким, будто я нахожусь где-то рядом! Все мои чувства обострились: мне кажется, что я лечу на гигантской скорости все выше и выше…

– Лидия, детка, – слышу я манящий, демонический голос своего любимого. Каждое его слово отдает внизу живота, вызывая желание.

Чувство полета внезапно сменяется сильным, поистине диким возбуждением.

Я поворачиваюсь и начинаю развязывать пояс на халате. Из-за расширенных зрачков глаза Криса кажутся почти черными. Он смотрит на меня, смакуя каждое мое движение.

Я скидываю с себя шелк, и он струится по моей бархатной коже вниз. Крис привстает с кресла и облизывает губы.

– Нравится? – Я кокетливо поднимаю бровь и провожу мокрыми от пота ладонями по своему телу, задевая соски на груди. Мой сладкий не говорит ни слова, а я продолжаю ласкать себя. – Трахни меня. Ты ведь хочешь этого, правда?

Я ложусь прямо на паркет, наблюдая за реакцией Криса: он все еще молча смотрит. Я провожу пальцами по груди, мну ее, оттягиваю соски и отпускаю. Каждое прикосновение отдает внизу, усиливая возбуждение. Я провожу пальцами по животу и запускаю средний палец между ног.

– Что ты делаешь? – Грудь Криса вздымается от тяжелого дыхания.

– Ласкаю себя. – Я вижу, что он сейчас взорвется, и самодовольно улыбаюсь.

– Хочешь, чтобы я тебя жестко отымел? – Он вскидывает одну бровь и быстро стягивает с себя рубашку и брюки.

Я киваю, продолжая ласкать себя между ног. Полностью обнаженный, он подходит ко мне. Я поднимаю ногу и ступней упираюсь в его грудь. Я мурлычу, прикусывая нижнюю губу, и тихо хихикаю. Крис берет меня за лодыжку и покрывает поцелуями икры ног, затем опускается на колени и целует внутреннюю сторону бедра. Он ложится рядом со мной, проводит языком по животу, поднимается выше, обводит кончиком языка соски. Целует ключицы, шею и резко впивается в мои губы.

Через несколько мгновений он вводит в меня два пальца и давит на клитор, изредка лаская его большим пальцем. С каждым разом его пальцы проникают все дальше, и я вскрикиваю. Я хочу его губы, сейчас же! Тянусь за поцелуем, но Крис отстраняется. «Решил меня помучить», – думаю я. А он смотрит на меня соблазняющим взглядом, и на его губах снова появляется эта довольная ухмылка. Он продолжает трахать меня пальцами, разглядывая мое лицо.

Наконец, он вытаскивает их и облизывает. Мы оба поднимаемся на ноги, и я тут же целую его чувственные губы. Его руки жадно рыскают по моему телу: он хватает меня за ягодицы, гладит спину, и я отвечаю тем же. Не отрываясь друг от друга, мы пятимся назад.

Крис толкает меня к стене и тут же набрасывается, словно голодный зверь на свою жертву. Он мнет мою грудь руками, жадно целует, потом опускается на колени и проникает языком между моих ног. Он лижет и посасывает, а я всхлипываю от удовольствия. Внутри меня все горит, а ноги подкашиваются. Крис гладит мои бедра, продолжая работать языком, который кажется невероятно длинным! Затем он резко поднимается и крепко целует в губы, заглушая мои вздохи и крики. Я невероятно возбуждена! Он исследует языком мое небо, страстно ласкает мой язык. Я глажу его мускулистый торс, опускаюсь ниже, сжимаю твердый, как камень, член. Мне очень жарко и тяжело дышать. Я хочу его! Хочу трахаться до тех пор, пока не упаду в изнеможении!

Крис грубо хватает меня за плечо и переворачивает. Я ладонями упираюсь в стену и выгибаюсь. Головка члена ласкает щель между моих ног. Мой сладкий снова мучает меня, и я довольно мурлычу. Эти минуты длятся целую вечность!

Он шире раздвигает мои ноги и с размаху входит в меня. Наши тела ударяются друг от друга, его движения становятся все грубее и грубее! Я не сдерживаю крики. Скорее всего, в соседних номерах слышат, как мы трахаемся, но мне плевать. С каждым толчком я чувствую, как его член продвигается все глубже и глубже! Черт! Я чувствую резкую боль, но это так сладко! Я хочу еще! А Крис будто читает мои мысли! Он хватает меня за шею и продолжает двигаться внутри меня.

Я резко отталкиваю любимого и поворачиваюсь к нему лицом. Я страстно кусаю его нижнюю губу, затем крепко целую.

– Я хочу еще, – рычу я и запрыгиваю на него, обхватывая его бедра ногами.

– Ненасытная ты моя! – Крис относит меня на кровать.

– Только твоя! – Я сажусь на край и протягиваю к нему руки. – Иди ко мне, мой сладкий.

Крис заламывает мне руки за голову и держит их так крепко, что мне кажется, будто они приколочены! Он ложится сверху, а я широко расставляю ноги. Он так силен, что я не могу двигаться! Одной рукой он держит мои руки, а другой берет свой член и направляет между моих ног. Он входит с одного толчка и начинает медленно, но резко двигаться: входит и снова выходит. Мое тело горит и покрывается каплями пота. Я ловлю губами горячий воздух, а Крис трахает меня, двигаясь все быстрее и быстрее.

Затем он наклоняется и целует мою шею: грубо, страстно, покусывая и оттягивая влажную, гладкую, как лепестки роз, кожу.

Край кровати впивается в мои ягодицы, вызывая тупую боль. Через пару минут он выходит из меня, и мы ложимся на середину кровати. Я отталкиваю Криса, и он переворачивается на спину. Теперь моя очередь доставлять ему удовольствие! Я сажусь на него сверху, беру его руки и облизываю один палец за другим! Кладу их себе на грудь и двигаю бедрами, ощущая, как его гладкий член трется о мои ягодицы. Пока мой любимый мнет мою грудь, я беру член в руки и направляю в щель между ног. Затем наклоняюсь и провожу языком по его губам, кусая нижнюю. Крис хватает меня и натягивает на себя. Его член проникается так глубоко, что я вскрикиваю, продолжая двигать бедрами. Мне кажется, что наше блаженство длится целую вечность! Меня потряхивает. С каждым проникновением его твердой плоти я вздрагиваю.

Я смотрю на его лицо и вижу необузданное желание. Черные глаза пылают. Я чувствую нарастающее напряжение. Это как адский, неутолимый голод! Я быстро двигаю бедрами, хватаю покрывало и громко кричу.

Крис резко поднимается, целует меня в губы, обнимает, и мы трахаемся, сидя друг на друге. Я откидываюсь назад, упираюсь ладонями в его колени и продолжаю двигаться, контролируя и подчиняя весь процесс себе.

Я теряю счет времени: не понимаю, сколько уже длится все это сумасшествие, но точно знаю, что не хочу, чтобы оно заканчивалось! Крис хватает меня за ягодицы и переворачивает, оказываясь сверху. Он трахает меня все сильнее и сильнее! Наваливается всем телом и крепко целует – губы, шею, соблазнительную ямочку между ключицами, оставляя засосы. Я шире раздвигаю ноги, а пальцами тереблю клитор. Затем хватаю его за ягодицы, и мои ладони продвигаются вверх по пояснице. Я ощущаю его толчки внутри; с каждым движением во мне будто взрывается крошечный фейерверк! Я легонько царапаю его спину, и он стонет, запрокидывая голову назад.

Он наклоняется вперед и снова жадно целует меня в губы.

– Моя Лидия, – рычит он мне на ухо.

Наконец он сбавляет темп, и я крепко обхватываю ногами его бедра. Я чувствую его горячее дыхание на своем лице и обнимаю его за плечи. Мы становимся единым целым! Как же я хочу сказать ему еще раз те самые слова! Мое сердце стучит, как заведенное!

– Мой сладкий, любимый мой! Я люблю тебя! Ты под моей кожей! Навсегда! Под моей кожей!

Время останавливается. Крис резко выходит из меня. Я переворачиваюсь на живот и немного приподнимаю зад. Он приставляет член и резко врывается в мое тело, да так глубоко, что я вскрикиваю! Потными ладонями он хватает мою грудь и мнет. Мы быстро двигаемся в унисон. Я продолжаю громко стонать, ощущая, как его руки шарят по моему животу. Он наваливается на меня, берет за волосы и трахает еще жестче. Он берет меня за волосы, продолжая двигать бедрами все быстрее и быстрее, еще быстрей. Я кричу так громко, что меня точно слышно в соседних номерах, и в коридоре. И мне это нравится!

Я чувствую, что готова кончить. У меня кружится голова, я сейчас взорвусь, я уже на грани, на самой вершине удовольствия!

Все мое тело сводит судорога, по нему прокатывается волна. Нет, боже, это не волна, это цунами! Оно накрывает меня полностью, ударяет в голову. Я кричу, хватая ртом раскаленный воздух. А Крис продолжает жестко двигаться внутри меня, хватая за волосы, наваливаясь всем своим телом. Черт! Мне не хватает воздуха!

Мы оба уже на пределе. Я сжимаю покрывало так сильно, что не чувствую пальцев!

В глазах темнеет. Сквозь шум в ушах я слышу, как мой любимый стонет, изливаясь в меня. Его толчки становятся все медленнее, но остаются такими же глубокими. Оргазм, будто разряд тока ужасной силы пронзает меня с головы до ног, и мне плохо – голова так сильно кружится, а сердце бьется, как сумасшедшее!

Наконец Крис останавливается, и я ощущаю его сбивчивое дыхание на моей шее. Он целует мои плечи, гладит руки, наши пальцы сплетаются, а влажные тела слипаются.

Мне очень жарко: будто температура в комнате как в пустыне Сахара. Я делаю один глубокий вдох за другим. Твою мать! Он такой тяжелый, и все еще во мне.

– Слезь с меня, дорогой. Я устала.

Он тут же переворачивается на спину и ложится рядом. Я пялюсь в потолок. Голова немного кружится, а перед глазами все плывет.

– У меня в висках такой стук! Как молотком по наковальне, – говорю я. – Это так и должно быть?

– Что? Лидия, не задавай глупых вопросов! – Крис трет лицо и смотрит на меня. – Тебе понравилось?

– Да! Очень! Это был лучший секс в моей жизни! – Я растягиваюсь на кровати, закидываю руки за голову и ощущаю, как тянутся мышцы на спине. – Я хочу спать.

– А сколько времени? – спрашивает вдруг мой любимый.

Я еле поднимаю голову и смотрю на настенные часы.

– О! Уже почти два часа ночи! – Как только мой мозг освобождается от кокаинового плена, я с ужасом осознаю, что мы с Крисом занимались сексом около сорока минут!

У меня ужасно кружится голова, а тело постепенно остывает. Я будто просыпаюсь от длительного сна. Внезапно я ощущаю пронизывающий холод.

– Твою мать, Крис!

– Что ты кричишь?! У меня и так голова болит!

– Что мы вообще тут делаем? – Я вскакиваю с кровати и судорожно ищу, чем бы прикрыть тело. – Все не так!

Я бегу к окну, поднимаю с пола халат и одеваю. Перед глазами все плывет, и я тру их, пытаясь прийти в себя.

– Мне здесь не нравится, Крис! Надо сваливать!

– Лидия, успокойся! – Он все еще валяется в кровати, прикрыв покрывалом свое достоинство. А меня сейчас раздражает абсолютно все: от интерьера до его поведения!

– Я не могу! Мне неуютно здесь!

– Что?! Ты только посмотри на себя, детка! – кричит он, выпучив свои почти черные глаза. – Помятая, на голове черт знает что, лаешь, как собака! Расслабься!

– А что, если твое начальство, эти свиньи в золоте, поставили тут прослушку, а?! Я внимательно наблюдала за вами и все поняла! Твои боссы тебе явно не доверяют! Да! Они боятся, что ты не справишься!

– Ты вообще слышишь себя?! Что ты несешь?! Я не справлюсь?! – В одно мгновение он оказывается возле меня. – Ты сейчас говоришь с королем наркобизнеса!

Я смеюсь ему в лицо.

– Не смеши меня, Крис! – Я вижу его разъяренные красные глаза и расширенные зрачки. – Ты всего лишь маленький мальчик с большим членом!

Крис грубо хватает меня за лицо, сильно сжимая пальцами скулы. Я смотрю ему прямо в глаза, и это, кажется, действует на него, как красная тряпка на быка.

– Мальчик, значит? – Его губы сжимаются в тонкую линию. Я вижу, что он очень зол на меня, но мне плевать. Я сказала правду! Не успевает он сказать еще одно слово, как я беру его за упругий член и слегка сжимаю. Он сощуривается и немного приоткрывает рот, но его рука по-прежнему сдавливает мое лицо.

Внезапно Крис впивается в мои губы. Острая боль пронзает мои губы, но я даже не думаю сопротивляться. Я продолжаю ласкать его член рукой.

– Не смей больше так говорить, поняла?! – отпустив меня, тихо произносит он.

– Или что? – дразню я.

– Сделаю еще больнее! Ты ведь знаешь, детка, я могу.

– Я уже давно не боюсь тебя, дорогой!

– Да?! Серьезно?

– Все, что можно было сделать со мной, ты уже сделал! На что у тебя еще хватит фантазии?! Ударишь меня? Ну! Давай! – Как же я хочу поиграть с ним! Я замахиваюсь и со всей силы бью его по лицу. Видимо, я не причинила ему особой боли, а лишь разожгла в нем ярость. Крис тяжело дышит, точно сейчас взорвется! Я отхожу к кровати и жду, что он предпримет. – Ну! Вперед! Сделай мне больно!

Он быстро подходит ко мне, и от неожиданности я плюхаюсь на кровать. Есть ведь такое правило, что лежачих не бьют. Посмотрим, что сделает Джонс.

И вот опять его любимый трюк – он наваливается на меня и заламывает руки. Я пытаюсь вырваться, сдвинуть его мощное тело хоть на сантиметр, но это бесполезно.

– Детка, проси прощения, а то хуже будет! Ты еще не знаешь, каким я могу быть.

– Я не буду просить прощения!

– А ну-ка, повтори! – Он еще сильнее сжимает мои запястья.

– Я. Не буду. Просить. Прощения!

– Ну хорошо!

Крис немного приподнимает корпус, грубо переворачивает меня, и вот я уже лежу на животе.

– Что ты делаешь!? – кричу я и пытаюсь вырваться.

– Учу тебя хорошим манерам! – Одним движением он задирает подол халата, оголяя мой зад. Его упругое достоинство упирается в мои ягодицы, я дергаю ногами, стараюсь скинуть Криса со своего тела, но напрасно! – Еще раз! Извинись!

– Нет!

Джонс раздвигает мои ноги и с одного маху входит в меня до упора. Твою мать! Мое тело дрожит от тупой боли между ягодицами. Мне неприятно и некомфортно. С моих губ срывается гортанный крик. Крис начинается медленно двигаться внутри меня, проталкивая свой твердый член все глубже и глубже. Он не хочет останавливаться, и тут переходит на жесткий режим. Наши тела ударяются друг от друга, я слышу один шлепок за другим. Он входит, выходит и снова входит. Мне больно, но я пытаюсь сдерживать крики, пытаюсь получить хоть какое-то удовольствие от жесткого секса, которого мне так хотелось!

– Отпусти меня! – всхлипываю я. – Прекрати!

– Нет, детка, – на одном дыхании говорит Джонс и продолжает меня трахать.

И тут я понимаю, что мне надо просто расслабиться – сейчас мое тело так напряжено, что я с трудом могу двигаться. Я так устала вырываться! Даже от такого жесткого и грубого напора я должна получить удовольствие! Я чуть приподнимаю зад и полностью отдаюсь Джонсу.

Он продолжает двигаться во мне, упираясь руками в мою поясницу. Я извиваюсь под ним, ловлю ртом холодный воздух, вдыхаю и снова выдыхаю. Пара движений, и Джонс кончает: он издает громкий крик и сдавливает пальцами мои бедра так сильно, что они краснеют. Мое тело вздрагивает, а ноги сводит судорога. Крис снова наваливается на меня всем телом и ласково целует в плечо.

Несколько секунд мы просто молчим. Слышны лишь шорох в коридоре и ветер за окном.

Почему мне сейчас хочется плакать? Все идет не так, как я хотела! Одинокая слеза прокатывается по моей щеке. Она настолько горячая, что буквально обжигает кожу. Заметив это, Джонс хмурит брови – он явно в недоумении. Какого черта я плачу?

– Детка, что с тобой? Тебе же все понравилось!

Я переворачиваюсь на бок и вытираю щеку рукавом халата.

– Не знаю, отстань от меня! Мне плохо!

– Хорошо, хорошо! – Крис встает и уходит, оставляя меня одну. – Мне нужна еще доза.

Я шмыгаю носом, вытираю влажные щеки рукавом халата и сажусь на кровать в позе лотоса. Каждое движение дается с трудом, меня трясет, а в голове пульсирует. Увидев две дорожки, я понимаю, что хочу еще дозу. Совсем недавно мне было так хорошо, а теперь все прошло. Пелена скатилась с глаз, и стало так плохо, так отвратительно, черт возьми!

– Детка, тебе нужна доза! – он подает мне кокаин, я его употребляю привычным способом и мое настроение тут же кардинально меняется.

– Чем займемся? – говорю я с легкой улыбкой на лице. – Пойдем гулять по городу?

– Умом тронулась? Время уже за полночь!

– Лас-Вегас никогда не спит, дорогой!

– Город может и не спит, а я сплю! – Джонс наклоняется и чмокает меня в лоб. – Я в душ.

– А мне что делать?! – кричу я ему в след.

– Что хочешь, то и делай! – раздается из ванной.

Замечательно! И что теперь? Этот гад оставил меня одну в комнате. А очередная доза наркотика напрочь отбила у меня желание спать. Секса на сегодня достаточно: у меня уже все болит. Я решаю заказать в номер еды. Умираю от голода!

– Алло, я знаю, что уже поздно, но не могли бы вы принести в этот номер бутылку самого дорого шампанского, морепродукты и клубнику? – говорю я девушке с довольно приятным голосом. Она вежливо отвечает мне, и я кладу трубку.

Через минут пять появляется молодой человек с тележкой, на которой стоит мой заказ. Все, как всегда, по высшему классу.

– Помочь открыть шампанское?

– Нет, спасибо, мы как-нибудь сами.

Я даю парню пару стодолларовых купюр, и он уходит.

– Лидия, ты – чудо!

Из ванной выходит Крис. На бедрах болтается полотенце, еле прикрывающее причинное место. Прядь черных от воды волос свисает на один глаз.

– Оденься! – презрительно говорю я. А то ходит тут, то голый, то в одном полотенце. – А потом будем праздновать!

Я сажусь на кровать, пододвигаю к себе тележку с едой и жду, пока Крис оденется и откроет шампанское. Он возвращается ко мне в трико, но с голым торсом. Держу пари, он в восторге от своих накаченных мышц. Он достает бутылку игристого вина из ведерка со льдом и одним резким движением открывает. Давление внутри бутылки выталкивает пробку наружу, и белая блестящая пена льется прямо на дорогой паркет.

Я беру хрустальный бокал, и Крис наливает в него искрящуюся жидкость. Мы пьем на брудершафт: наши руки переплетаются, мы смотрим друг другу в глаза. Осушив свой бокал, Крис тянется за поцелуем, но я останавливаю его, дотрагиваясь пальцами до его губ.

– На сегодня хватит, пожалуй.

– Детка, правила этикета нужно соблюдать! – Он предпринимает вторую попытку поцеловать меня, но я отодвигаюсь от него.

– Ближайшее время ты вообще не получишь доступ к моему телу.

Стоило мне произнести эти несколько слов, как глаза Криса расширяются от удивления, а рот слегка приоткрывается.

– Что, прости?

– Что слышал, дорогой! После того, как ты жестко отымел меня, все! Неделя! Нет, две недели! Никакого секса!

– Хорошо, Лидия! Только вот ты сама не выдержишь эти недели!

– Я не выдержу? – усмехаюсь я. – Серьезно?

– Я уверен в этом! Сама в итоге не сможешь устоять перед моим обаянием и сексуальностью, набросишься на меня, как в тот раз.

– Вот только не надо! – возмущаюсь я. – В тот раз ты сам виноват! Расхаживал передо мной с голым торсом, светил своим дружком, еще и порно включил!

Я слышу его заразительный, громкий, но такой противный смех! Чертов манипулятор!

– Вот, Лидия, ты и попалась!

– Да, только в этот раз такого не будет.

– Посмотрим, детка.

– Посмотрим!

Все это напоминает мне какую-то сделку. Ну что же, время покажет, сорвусь я или нет. Очень надеюсь, что и в этот раз я выиграю. Я примерно знаю, что будет делать Джонс – еще сильнее выставлять напоказ свою сексуальность, вести себя еще более нагло и развязно, провоцировать меня, вызывая желание. Но, к счастью, я привыкла к этому. Вот сейчас он сидит на кровати рядом со мной, широко расставив ноги, и его мускулы играют при каждом движении. Раньше я бы уже кинулась целовать его и ласкать его член, но не сейчас. Все, прошли те времена.

– Уже почти три часа ночи. Завтра надо возвращаться в Дарем. Работа не ждет.

– Ты хочешь спать?

– Да, Лидия, хочу!

– А как же устрицы и клубника?

– Если ты голодна, можешь съесть их сама. Или съедим вместе утром. Как хочешь.

– Ладно.

Как же хорошо, что в номере есть холодильник! Я забираю морепродукты с тележки и убираю, чтобы не испортились. Потом умываюсь и возвращаюсь в спальню. Джонс уже лежит на боку с закрытыми глазами и пытается заснуть. Этой ночью мне хочется быть подальше от его тела. Я ложусь на краешек кровати и закрываю глаза. Завтра трудный день.

Глава 18

Эта поездка точно запомнится мне надолго. Прошло уже дня с тех пор, как мы вернулись домой, а я никак не могу прийти в себя. А ведь я знала, что после Вегаса все изменится. Нет, это не кошмар – скорее, сладкая нега или туман, в которой хочется задержаться. Голова кружится… Я шмыгаю носом… топаю в свою персональную ванную и смотрю в зеркало: волосы растрепаны, глаза красные, лицо помятое. Но я знаю, как это исправить.

– Крис точно дал мне парочку пакетиков, – произношу я вслух. И с каких пор я разговариваю сама с собой?

– Лидия!

Только не мама! Только не сейчас! Я судорожно прячу пакетики обратно в сумку, вытираю нос, как можно быстрее привожу себя в относительный порядок и спускаюсь вниз, на кухню.

– Что, мам?

– Ужинать будешь?

– О боже! Я думала, что-то случилось.

Я никогда не видела ее такой: сегодня она выглядит как-то по-домашнему.

– Случилось, конечно! Твой отец дал мне выходной, и я решила приготовить ужин.

– А кстати, где папа? Уже почти восемь.

– Сейчас приедет. Он звонил несколько минут назад.

– Это хорошо, – улыбаюсь я. Хотя мне не очень-то верится, что сегодня вечером нам удастся поужинать, как обычная семья.

– Ты как-то странно выглядишь, – говорит мама и подходит ближе. – Ну-ка! Ты не заболела?

– Нет, мама, просто немного устала.

– Ничего не делала и устала? – усмехается она, а шестеренки в моей голове уже начинают вертеться: надо придумать что-нибудь, чтобы она отстала от меня.

– Почему же ничего? Убиралась в комнате, разбирала залежи косметики. Весьма утомительное занятие, между прочим!

Я стараюсь смотреть матери в глаза, улыбаться, держаться естественно и непринужденно. И кажется, у меня это получается.

– Я дома! – В прихожую входит папа. Куртка расстегнута, в руках дипломат и небольшой пакет с продуктами.

– Привет! – я подбегаю к нему, и продолжаю делать вид, что я ничего не употребляла пару минут назад.

– Привет, Лидия, – уставшим голосом произносит отец. Ничего не меняется!

Мы с родителями садимся за стол, чтобы хоть один вечер провести вместе. Честно говоря, меня это начинает пугать.

На столе много вкусной еды. Небольшая доза подогрела во мне аппетит. Надеюсь, что расспросов не будет.

– Как съездила в Нью-Йорк?

Ну началось!

– Хорошо, – говорю я, запихивая в рот сочный кусочек курицы в медовом соусе.

– И все? Мы с матерью хотим подробностей.

Оба родителя смотрят на меня, а я даже не знаю, что рассказать. Придется сочинять на ходу. Было бы замечательно, если бы все мысли папы с мамой были заняты работой, чтобы они не смогли раскусить меня.

– Хм, на самом деле, ничего интересного. С тех пор как мы были там в последний раз, ничего не изменилось.

– Так, а что вы делали?

– Мам, мы просто съездили к тете Дениз. У нее была годовщина – 15 лет в браке. Мы тихо посидели, по-домашнему. Почти все родственники собрались. Это было в первый день. Потом мы с Ден ходили по магазинам. Мама! Я такое платье шикарное купила! Позже покажу.

Фух! Кажется, мне удалось их обмануть.

– Значит, тебе понравилось? – спрашивает папа, запивая вкусный ужин чашкой кофе без кофеина.

– Да, очень! Хоть как-то развеялась!

Пока мы разговаривали, я успела съесть несколько куриных ножек и выпить пару стаканов моего любимого апельсинового сока. Не думала, что наркотики вызывают такой дикий аппетит!

– Ну, и хорошо, я рада, – вздыхает мама. – А я устала.

– Серьезно? Ты в первый раз за много лет приготовила ужин и устала?

– А кто виноват, что я так редко готовлю?

Ну вот! Семейной идиллии хватило на полчаса. Для начала неплохо.

Вернувшись в свою комнату, я обнаруживаю в мобильном телефоне пропущенные звонки от Криса и одно голосовое сообщение: «Лидия, надо увидеться. Срочно перезвони мне!».

– Привет, – как можно ласковее говорю я.

– Слава богу! Ты где была?!

– С родителями. Ты чего такой обеспокоенный?

– Не важно. Я сейчас заеду за тобой. Будь готова через 10 минут.

– Хорошо, но…

Не успеваю я договорить, как Крис отключается.

Скоро начнет темнеть, и мама точно спросит, куда это я собралась на ночь глядя. Опять придется выкручиваться.

Я надеваю черные джинсы, теплую кофту, ботинки и кожаную куртку с капюшоном. Чувствую себя агентом под прикрытием! Спускаюсь вниз.

– Лидия, ты куда?

– Хочу прогуляться перед сном. Можно?

– Да, только недолго, – кричит папа из гостиной. – Когда вернешься?

– Не знаю. Через час?

– Двадцать минут!

– Хорошо! – Я закатываю глаза. Не могу больше топтаться на месте. Надо бежать.

Выйдя на улицу, я тут же застегиваю куртку и натягиваю на голову капюшон. Холодный ветер пробирает до костей. Где же Крис? Наконец за оградой появляется черный автомобиль. Это точно он.

– Садись, прокатимся, – говорит Джонс. Глаза бегают из стороны в сторону. Что происходит?

Я мгновенно запрыгиваю на переднее сидение.

– Крис, что-то случилось? Ты же должен быть в Техасе.

– Лидия, мне нужна твоя помощь, – говорит Крис и тяжело дышит, будто только что пробежал марафон.

– Все, что угодно.

– Я не могу воспользоваться кредитной картой: за всеми моими расходами следит отец. И что на него нашло?! Хотя это самая малая из моих бед. Люди Шона тоже следят за мной. Меня это выводит из себя!

– Тише, любимый! – Я стараюсь успокоить Криса, но он только недовольно морщится и изо всех сил стучит по рулю. Мне становится страшно. Неужели все так плохо?

– Это надо же так вляпаться!

– Не понимаю. Тебе дали поручение и сами же следят?

– Ты не знаешь Шона! Настоящая сволочь!

– Да кто он вообще такой?!

– Один из тех, кто дал мне работу. Шон Бейкер контролирует поставки в южные штаты. С ним опасно иметь дело. Жаль, никто не может подтвердить мои слова. Потому что все, кто был до меня, мертвы.

– О… Чем я могу помочь?

– Мне нужны деньги, чтобы добраться до базы в Ларедо. Это на границе с Мексикой. Через этот город идут поставки в Америку, – говорит Крис, шмыгая носом.

– Хорошо. Сколько нужно?

– Три с половиной тысячи долларов наличными, – говорит Крис, глядя мне прямо в глаза. В них застыло отчаяние.

– Крис, я…

– Что?

– Это достаточная большая сумма… – только он пытается перебить меня и выказать недовольство, я продолжаю говорить, – Но я что-нибудь придумаю. Эй, посмотри на меня! – Я дотрагиваюсь влажной ладонью до его лица и пытаюсь убедить, что все будет в норме. – Я достану деньги.

Я нежно целую его в губы. Несмотря на пронизывающий ветер и дождь, я ощущаю тепло и уют. Изо всех сил стараюсь передать любимому свою уверенность, что все будет в порядке. Я помогу.

– Останься сегодня на ночь, – тихо говорит Крис, поглаживая меня по волосам.

– Прости, я не могу сейчас. Я отпросилась у родителей всего на несколько минут. Сказала, что прогуляюсь и вернусь домой.

Крис тут же отдаляется от меня.

– Ладно. – Он явно недоволен. – Тогда я поеду, пожалуй. Вылезай.

– Крис…

– До завтра, детка.

Он кладет руки на руль и ждет, когда я уйду. Мне ничего не остается, как молча выйти из автомобиля.

Джонс уезжает, а я остаюсь на обочине. Одна. Признаться, я уже привыкла к этим перепадам настроения. Как бы там ни было, я должна найти для Криса деньги.

Я даже не заметила, как мы оказались за несколько кварталов от моего дома. Придется идти пешком. Я точно опоздаю. А родителям скажу, что на звезды засмотрелась? Что за ерунда?

Тяжело вздохнув, я перебегаю на другую сторону дороги и быстрым шагом иду по тротуару. Накидываю капюшон на голову, чтобы не простудиться. На улице так холодно и мерзко! Совсем не летняя погода.

Еще парочка кварталов и я, наконец-то, оказываюсь возле порога нашего особняка.

Слава богу, на кухне и в гостиной никого нет, и я могу незаметно прошмыгнуть на второй этаж. Я раздеваюсь и готовлюсь ко сну. Надо успокоиться, утрамбовать мысли в голове, закрыть глаза и уснуть.

Я просыпаюсь от того, что мне в глаза светит солнце. Уже полдень! Нужно срочно идти в банк. Сегодня понедельник, и он работает в обычном режиме, с небольшим перерывом на обед. Я должна успеть.

Быстро собравшись, я выскакиваю на улицу и бегу в гараж за «Камаро». Хорошо, что возле каждого отделения банка есть банкомат! Если вдруг я не успею из-за пробок, то сниму деньги там.

Ну вот! Я так и знала: пробка! Я нервно клацаю ноготками по рулю. Так и хочется закричать «Эй, давайте быстрее!», но в этом нет никакого смысла. Все равно будем двигаться со скоростью пьяной черепахи.

На улице заметно потеплело, но земля еще влажная от проливного дождя.

Спустя каких-то тридцать минут я притормаживаю у входа в банк. Заходить внутрь не стану, сниму наличные в банкомате.

Автомат заглатывает карту, я ввожу пин-код и обнаруживаю, что на моем счету осталось не так много: всего лишь восемь тысяч долларов. Как только я вижу эти цифры на экране, в груди сразу же начинает ныть глухая боль. Добро пожаловать, паника! Теперь мои попытки прогнать ее тщетны.

Три с половиной тысячи долларов шуршат в моем кармане, карточка в кошельке. Сама не своя от беспокойства, я сажусь в машину.

Как назло, звонит Мелисса.

– Да, родная, – говорю я дрожащим голосом. – Я сегодня не смогу, полно дел. Позже объясню.

Сказав это, я отключаюсь и тут же набираю номер Криса – хочу сообщить, что нужная сумма у меня.

– Ты достала деньги?

– Как и обещала, Крис.

– Замечательно.

– Я буду у тебя через пятнадцать минут.

Крис кладет трубку. Мое сердце по-прежнему полно тревоги. Неимоверно раздражает!

Я останавливаюсь возле его дома, стремительно поднимаюсь по лестнице и обнаруживаю, что дверь не заперта.

– Крис! Эй! – кричу я. После его вчерашнего признания мне страшно от того, что может с ним произойти.

– Ты чего кричишь?

Он выбегает в коридор с полотенцем в руках.

– Слава богу! Почему дверь не закрываешь?

В ответ – молчание. Я начинаю злиться. Стоя на пороге, я достаю из кармана сверток зеленых купюр и протягиваю Крису.

– Держи.

Он молча подходит ко мне, берет деньги и уходит к себе в комнату. Ни слов благодарности, ни поцелуя, ни нежного прикосновения – ничего! Cуровым молчанием Крис сводит меня с ума!

– Что ты делаешь? – я, не выдержав тяжести в своей груди, полная желания добиться хоть слова «спасибо», быстрым шагом направляюсь в его комнату.

– Собираюсь. Разве не видишь?

Крис стоит перед кроватью, на которой лежит небольшая дорожная сумка. Я не обращаю внимания, что в ней. Честно говоря, меня это не волнует.

– Ты ведь на пару дней едешь! Крис!

– Что?

– Поговори со мной!

– Что ты хочешь от меня услышать?

– Для начала «спасибо»!

– Спасибо, Лидия, – огрызается Крис. – Ты довольна?

– Нет! Когда ты молчишь, меня это жутко злит! Ты ведь знаешь, как я переживаю!

Оставив в покое молнию на сумке, он вплотную подходит ко мне.

– Лидия, успокойся. Я вернусь через два дня с товаром, и ты мне поможешь его продать. Хорошо? – он поднимает брови, и на его лице появляется натянутая улыбка. – Так?

– Да.

Будто у меня есть выбор!

Джонс небрежно целует меня в лоб и возвращается к сумке.

– Если хочешь, можешь пожить здесь, – говорит он. – Ключи я оставлю.

– Хорошо.

– И еще кое-что. Если наши общие знакомые начнут задавать вопросы, скажешь, что я уехал к дяде Эрику по важным делам. Если спросят, по каким именно, не отвечай. Или говори, что твой любимый парень не рассказывает тебе подробностей из жизни семьи. Ты меня поняла?

– Да, любимый, – язвлю я. Командир нашелся!

– Вот и славно.

– У меня кокаин закончился, Крис. Мне нужно еще.

– Ой, Лидия! – улыбается он мерзкой улыбкой. – Стоило всего один раз трахнуться под наркотой, и ты уже подсела!

– Я не наркоманка, а только балуюсь! И вообще! Перестань издеваться! Просто дай мне еще пару пакетиков и заткнись!

– Лови!

Он бросает мне порошок, и я прячу его во внутренний карман куртки.

– Так-то лучше!

– Лидия, смотри внимательно, чтобы твои родители ничего не узнали. У нас и так проблем полно!

– Я знаю, не тупая! Расслабься.

– Все! – Сумки собраны, Крис уже одет и собирается уходить. – Мне пора, детка. Увидимся через пару дней.

У двери он оборачивается.

– Проводишь меня?

Через несколько секунд я уже болтаюсь у него на шее.

– Будь осторожен, Крис! – Я впиваюсь в его губы: не хочу отпускать! Мне страшно за него. – Я буду скучать.

Крис подмигивает и уходит.

Я закрываю за ним дверь, снимаю куртку, подхожу к мини-бару, наливаю в стакан виски и сажусь на диван. Как же хочется расслабиться, ни о чем не думать, выбросить из головы все эти переживания по поводу Криса и наркоторговли! Я кладу голову на спинку дивана и прикрываю глаза. Виски обжигает горло, но я даже не морщусь. Не успевает янтарная жидкость попасть в желудок, как голова начинает кружиться, и я, наконец, расслабляюсь.

***

Как же я люблю прохладную погоду! Воздух такой свежий, пахнет листвой… Чтобы снять с себя подозрения, я решила посвятить немного времени семье и любимым подругам. Сегодня мы с Мелиссой встречаемся в местном городском парке, недалеко от пруда. Я выхожу из авто и ищу глазами подругу.

– Лидия, где ты была?

А вот и Мелисса, беспокойная и дерганная.

– Во-первых, привет.

Я хочу обнять ее, но она стоит, как вкопанная.

– Здравствуй! Почему ты мне не звонила? Ты где была? – Глаза моей Мелиссы горят яростью и обидой.

– Я тебя умоляю, не кричи! Голова болит.

– Тебя так долго не было, что я начала волноваться! Дениз уехала в Нью-Йорк, ты не звонишь! Что прикажешь думать?

– Хм, прости, пожалуйста, я была слишком занята.

Я виновато опускаю глаза.

– Чем, интересно? Крисом и его сомнительными делишками? – Мелисса недовольна и повышает голос.

– Тсс! Не кричи, пожалуйста!

– Ты должна мне все рассказать.

Мы идем вдоль розовых кустов и присаживаемся на скамейку. Мимо нас пробегают несколько девочек лет семи с азиаткой внешностью. За ними тащатся два старика – сухих и сморщенных, как печеные яблоки.

– Ну! – Лиссе не терпится услышать от меня хоть что-то! – Я тебя слушаю.

– Я была с Крисом.

– Я так и думала! Слава богу, что ты жива и здорова!

– Мелисса!

– Что? Я переживала! И что вы делали?

– Мы были в Лас-Вегасе.

– Так! – Я чувствую напряжение между нами, которого раньше никогда не было. – Вегас! Это же потрясающе! – натянуто произносит Мелисса. – Вы ездили туда отдыхать или…

– Да, просто съездили развеяться и все.

Я знаю, что Лисса никогда не была на западном побережье и ждет, что я расскажу ей все подробности нашей поездки. Но я не могу. Мне страшно.

– Лидия, почему я должна из тебя каждое слово вытягивать? Если не хочешь рассказывать мне о чем-то, так и скажи! Правда, тогда я сделаю вывод, что ты от меня что-то скрываешь! А я не хочу тайн между нами.

Мелисса встает со скамейки.

– Стой! – кричу я.

– Извини, мне надо идти. Не хочу снова поссориться с тобой, – говорит она. На ее лице – немое разочарование, а в глазах – обида. Браво, Лидия! Ты все испортила.

Я встаю и направляюсь в противоположную сторону. Наш разговор с Мелиссой еще не закончен, но я не готова рассказать ей все. Она точно не поймет меня, хоть мы всегда были лучшими подругами и не скрывали друг от друга ничего. К сожалению, те времена давно прошли. Многое изменилось.

Глава 19

3 августа 2014 года

Дорогой дневник, после того, как Крис вернулся из Техаса, у меня голова идет кругом. Дела идут настолько плохо, что ему пришлось занимать деньги у своих приятелей. Одного из них, кажется, зовут Джек. Он тоже продает кокаин. Я его ни разу не видела, но, похоже, Крис в нем уверен. Он занял пару тысяч, но этих денег недостаточно.

Недавно я узнала от Джонса, что ему снова звонил Шон с угрозами и напоминаниями об их договоре. Если мы через неделю не продавим все пять килограммов кокаина, Криса убьют. А я никак не могу этого допустить! Он – моя жизнь.

Я откладываю дневник в сторону. У меня кружится голова и слегка побаливает нос. Кокаин еще остался. Я подскакиваю с кровати, нахожу в сумке наркотики и… Вдох, и он уже рвется к мозгу. Зрачки расширяются, в голове начинает стучать.

Я ощущаю, что могу абсолютно все: достать деньги, придумать способ прикрыть Криса… Я готова изворачиваться, лгать, прятать глаза от близких мне людей, искать выходы из этой ситуации. И я это сделаю. Позавчера Крис снова попросил денег. Позвонил мне пьяный и орал в трубку, что ему нужна довольно большая сумма, иначе он умрет. Он повторял слово «смерть» снова и снова. Мне стало страшно. Наконец, я решилась пойти в банк и снять свои последние деньги, оставив на счету пару долларов, чтобы карту не заблокировали. Отдав ему деньги, я вернулась домой.

В тот вечер родители расспрашивали, что с картой и что со мной происходит. Мне пришлось выдумать несуразную историю о том, что я отдала кругленькую сумму Дениз или Мелиссе, я уже не помню – я была под кокаином. Неудивительно, что мама с папой ничего не заметили, ведь они все время заняты.

Но мои родители меня не волнуют. Моя любимая подруга Мелисса видит меня насквозь. Постоянно звонит и спрашивает, все ли в порядке. Мне даже пришлось соврать ей, что я серьезно заболела и поэтому мы не можем встретиться. Я сказала, что навещать меня на надо, и ей это показалось очень подозрительным.

Звонит телефон: хоть бы это был Крис! Спрыгиваю с кровати и ищу в сумке мобильник.

– Лидия, привет! – Это опять Мелисса. – Ты как? В порядке?

– Привет, дорогая, – поникшим голосом говорю я, притворяясь больной. – Да, в порядке.

– Мне прийти к тебе?

– Нет, все хорошо.

Главное, чтобы она не заподозрила, что я под наркотиками!

– Точно? – Не люблю я, когда Мелисса говорит это слово.

– Да.

– Давай тогда так поговорим, хочешь? – спокойно говорит моя подруга.

– Хорошо.

– Я переживаю за тебя. Когда мы виделись в последний раз, ты была очень обеспокоена. Вы с Крисом не поссорились случайно?

– Нет. Все хорошо, – говорю я и начинаю трястись: я нервничаю и ужасно боюсь сболтнуть лишнего.

– Какая-то ты не разговорчивая сегодня.

– Я просто немного устала, и голова болит, – вру я. На самом деле во мне столько энергии, что можно в космос улететь. Я нарезаю круги по комнате. – Лучше ты расскажи, как у тебя дела? Как там Эрик?

Мелисса кокетливо мычит в трубку. Значит, произошло что-то интересное.

– Мы ходили в «Жемчужину», представляешь? – восторженно говорит подруга. – Я была там в первый раз. Боже, как же там шикарно!

Уж я-то знаю!

– Я рада, что тебе понравилось, родная.

– А ты там была?

– Да, несколько раз. С родителями и с Крисом, как раз в тот день, когда… – Я делаю паузу и понимаю, что говорю лишнее.

– Когда что?

– Когда мы с тобой поссорились. Ты ведь меня простила?

– Да, Лидия, не переживай… И лучше больше не напоминай мне об этом. Хорошо?

– Ладно, извини. Болезнь сказывается.

Несколько секунд мы просто молчим и дышим в трубку.

– Лидия, мне пора, – спокойно говорит Мелисса, но по голосу слышно, что я подпортила ей настроение.

– Хорошо. А я тогда посплю.

– Ладно, пока, моя девочка. Поскорее выздоравливай!

Лисса отключается.

Она точно расстроилась. Еще напряженных отношений с любимой подругой мне не хватало! И так все сложно… Ладно, с ней я разберусь позже. На первом месте сейчас Крис. Сейчас и всегда.

***

7 августа 2014 года

Эти четыре дня дались мне совсем нелегко: днями и ночами я думала, где достать эти проклятые деньги. Звонила Дениз, но ее не оказалось в городе. Да и своих проблем у нее предостаточно. Разбитая и уставшая, я пытаюсь найти хоть какое-то решение! А Крис все давит на меня, не на минуту не ослабевая хватку. У родителей я не буду просить ни за что на свете: не хочу вызвать подозрений, лишних вопросов, пристальных взглядов мамы. Остается только Мелисса, которой мне ужасно тяжело показываться на глаза – она знает меня, как свои пять пальцев, и сразу догадается, что происходит. Но другого выхода я не вижу. Придется идти к ней и умолять о помощи. Надеюсь, она меня поймет.

***

Я с трудом выбираюсь из такси, и ветер чуть не сбивает меня с ног.

– Мисс, вы забыли заплатить, – слышу я грубый голос водителя.

– А? Что?

– Деньги, мисс! Деньги!

Я начинаю шарить по карманам одеревенелыми пальцами, нахожу пару купюр и бросаю их на переднее сидение.

– Этого хватит?

– Пожалуй!

Я замечаю тень в окне Мелиссы и бегу к дому. На улице тепло и светит солнце, но меня почему-то мучает холод. И еще я, кажется, забыла сумку. Сегодня явно не мой день. Я поднимаюсь на крыльцо и не успеваю дотронуться до звонка, как дверь распахивается. Передо мной стоит Мелисса. Не дожидаясь приглашения, я прохожу в дом и даже не обращаю внимания на ее наряд! Меня намного больше интересуют деньги, которые, я надеюсь, она мне любезно одолжит.

– Лидия, привет! Не хочешь поздороваться? – захлопнув за мной дверь, произносит подруга.

– Привет. Слушай, Мелисса, как чувствуешь себя? Ну, вообще-то я по делу, – тараторю я и прохожу в гостиную. – Мне срочно нужно 5 штук. Я про деньги… Ты же мне их одолжишь?

– Ооооо! Ты меня неделю почти не видела и даже обнять не хочешь? Да что там обнять! Ты и поздороваться не в силах! Но с порога говоришь о каких-то деньгах! Что с тобой, Лидия? Все из-за этого гада? – она почти кричит на меня.

– Не смей его трогать! – Я чуть ли не налетаю на подругу с кулаками, но в самый последний момент успеваю сдержаться. Выпучив глаза, Мелисса пятится от меня и падает в кресло.

– Ты чего? Лидия, что с тобой!? Ты сама не своя! Лидия? Что за деньги? Объясни мне.

– Ты ничего не понимаешь! Мелисса, все намного серьезнее! От этих денег зависит его жизнь! Пожалуйста! Ты должна помочь! – Я кричу и размахиваю руками.

– Лидия, стой! Так нельзя! Пойми, я тебя очень люблю и отдала бы тебе все, что захочешь, но это уже не ты… – Она умолкает и смотрит мне прямо в глаза. – Что у тебя с глазами?

– Мелисса, я…

– Что с твоими глазами, Лидия? Отвечай! – Мелиса подскакивает ко мне и хватает за плечи. Кажется, она заметила! О, нет! Только этого мне сейчас не хватало!

– Ничего!

– Это наркотики? – Я пытаюсь стряхнуть ее руки с плеч. – Значит, да!

– Так ты дашь мне деньги?

– С ума сошла? Ты что творишь?! Ни цента тебе не дам! И я не стану спасать этого ублюдка! Ясно тебе? Ты только посмотри, что он сделал с тобой! В кого ты превратилась!? Сядь! – Она толкает меня, и я плюхаюсь в кресло.

– Кому ты собираешься звонить? – спрашиваю я, увидев, как моя подруга хватается за мобильник и спешно нажимает кнопки. – Не смей, Мелисса!

– Это ты не смей! Я не собираюсь смотреть, как ты себя убиваешь! Я долго наблюдала за всем этим, думала, может, ты придешь в себя, одумаешься, страсть улетучится, но нет! Стало еще хуже! И больше смотреть на все это я не намерена! Пора принимать меры!

– Не рассказывай, никому! Я тебя прошу!

– Поздно просить, Лидия! Я звоню Заре, она скажет, что делать, – совершенно спокойно произносит она.

– Мелисса, я брошу, обещаю! Дай мне шанс. Ты – моя единственная близкая подруга, я очень тебя люблю! Только не рассказывай никому. Пожалуйста! – Она пристально смотрит на меня. Боже! Я не выдерживаю, когда она так смотрит! В этом взгляде все: любовь, надежда, вера и прощение. – Прости меня!

– Брось эту гадость, пожалуйста, Лидия! Брось! Это все гораздо серьезнее, чем ты думаешь. Я волнуюсь за тебя! – По ее щекам бегут кристальные слезинки. – У меня остались только ты и Зара. Лидия, пожалуйста!

– Мелисса, я справлюсь с этим, правда! Верь мне!

Я подхожу к ней и крепко обнимаю.

– Но денег я не дам, извини.

– Я так и поняла. Мне пора, наверное.

– Посиди со мной еще. Я скучала.

Я сажусь рядом и кладу голову ей на колени. Нужно немного успокоиться, а главное – придумать, где взять эти гребаные деньги.

Так тяжело мне никогда не было. Стоя здесь, в его квартире, я чувствую себя так, словно у меня за плечами огромный груз. Он давит на меня, не дает вдохнуть полной грудью, расправить плечи. Я будто сижу в углу темной комнаты и не могу выйти.

Крис ходит взад-вперед, как разъярённый зверь в клетке. Его глаза наполнены яростью и страхом. Я еще никогда не видела любимого таким. Мне страшно. Звон разбитого стекла режет слух. Я вздрагиваю.

– Крис, пожалуйста, прекрати! – отчаянно кричу я с горячими слезами на глазах.

– Лидия! Ты разве не понимаешь, что происходит?

– Я все понимаю, но.… Своей детской истерикой ты ничего не исправишь, пойми!

– Детской истерикой? – Кажется, я разозлила его еще больше. – Что ты несешь?! Меня могут убить! И все из-за того, что ты не смогла достать эти деньги! Никакого толку от тебя!

Последние слова звучат как гром среди ясного неба.

– Что? – Я уже не сдерживаю слезы. – От меня нет толку? Я бегала, как черт знает кто, чтобы достать для тебя деньги, а ты заявляешь мне такое?

– Бегала она! Денег-то нет! А осталось всего пару дней, чтобы их найти! Отцу я ничего сказать не могу, ты бесполезна, эти твари из университета, хоть и богатые, но не дадут! И что делать? Как бы я ни старался, я не могу продать такую большую партию!

Я не знаю, что сказать. Моя энергия на нуле. Неужели я действительно так бесполезна? Не смогла найти для любимого деньги, и теперь мы, скорее всего, оба погибнем.

Крис садится на край кровати, обхватывает шею ладонями и тяжело дышит, стараясь подавить гнев. Еще несколько секунд и чеку снова сорвет. Будет взрыв.

Мне срочно нужна доза! Чтобы прочистить мозги и понять, что делать. Я подбегаю к тумбочке и шарю в ящике.

– Хватит действовать мне на нервы!

– Где он?

– Что? – Крис поднимает голову: его глаза абсолютно пустые.

– Кокаин!

Я продолжаю судорожно искать порошок и, наконец, нахожу последний пакетик.

– Черт!

Мозги будто сейчас вскипят! Я буквально чувствую, как мои зрачки расширяются, и белая смерть несется по венам, разрывая меня изнутри. Секунды…

– Лидия! Мне оставь! – Голос любимого доносится откуда-то издалека.

– Сволочь! – кричу я. – Мне нужно было еще! Это был последний!

– Можешь взять из партии, которую мы так и не смогли продать из-за тебя!

– Как же я тебя ненавижу! – Я встаю с колен. Во мне столько энергии, что я готова взорваться. – Это ты меня во все это втянул! Господи, какая же я дура!

– Я втянул?! Я тебя не заставлял помогать мне! Ты сама, сама этого захотела!

– Потому что я тебя люблю! Я не могла иначе!

– Ты права, Лидия! – Гневный тон Криса сменяется на спокойный. – Ты полная дура.

Он делает паузу, а затем продолжает:

– Мы сдохнем, если не достанем эти деньги.

– Я понимаю, но не могу, Крис! Не могу ничего сделать! – кричу я, и на глаза опять наворачиваются слезы. – Это слишком большая сумма!

– А твоя любимая подруга?

– Она не дала, – бормочу я, вспоминая наш с Мелиссой отвратительный разговор на повышенных тонах.

– М-да, – кривится Крис. – Замечательная подруга у тебя, ничего не скажешь!

– Она знает.

– О чем?

– О кокаине.

– Что?! – Крис подлетает ко мне и хватает за плечи.

– Она знает! – кричу я. – О наркобизнесе, о том, что мы должны кучу денег! Все!

Я вырываюсь из его рук и отскакиваю в сторону.

– Ты с ума сошла?! Если она сообщит в полицию, мы пропали!

Такого страха, как сейчас, я не испытывала никогда. Если вдруг так случится, мы обречены: нас либо посадят на долгий срок, и даже дядя Эрик не сможет помочь, либо просто убьют. Что же я наделала? Мелисса так кричала на меня! И она вполне способна сдать нас с Крисом, объяснив это тем, что поступает так ради моего же блага. Но я не могу этого допустить!

– Прости меня!

– Аааааа! Черт!!! – кричит Крис и набрасывается на меня. Внезапно что-то его останавливает. Я стою, зажмурив глаза, и слышу его сбивчивое дыхание.

– Лидия, – шепчет он, и я чувствую прикосновение его холодных рук. – Прости.

Он гладит меня по лицу.

– Прости!

– Любимый…

Мне невыносимо видеть его таким. Из моих глаз градом льются слезы, и я не в силах их остановить.

– Все будет хорошо, Крис!

Он падает передо мной на колени, его пепельно-серые глаза темнеют, а лицо кривится в гримасе боли. Мне страшно… Он задевает края моей кофты, я смотрю на него сверху вниз и не могу поверить своим глазам! Мой любимый в полном отчаянии стоит на коленях и молит о помощи!

– Лидия, пожалуйста!

Он утыкается носом мне в живот и тяжело вздыхает, всхлипывая от страха. Я ласково кладу ладонь на его голову, запускаю пальцы в пряди темных волос, глажу, стараюсь успокоить. Крис крепко обхватывает меня за бедра и продолжает тихонько всхлипывать.

– Я люблю тебя, – шепчу я. – Эй, посмотри на меня! Мы достанем деньги. Я сделаю все, что в моих силах! – Крис поднимает голову, и в его глазах я вижу слезы – скупые, мужские слезы.

Я начинаю медленно сходить с ума! Но ради него, ради нас и нашего будущего я постараюсь быть сильной. Я сделаю все, чтобы мы не погибли!

Я иду в кабинет отца. Его дверь постоянно открыта, и мне не составляет особого труда проникнуть внутрь. Я кидаюсь к большому шкафу из дорогущего красного дерева. Слава богу, что сегодня родители проводят вечер в ресторане, а не дома, и мне будет намного проще найти деньги. Раньше я часто видела, как отец прятал зеленые купюры между страницами книг. Думаю, эта привычка сохранилась и по сей день.

Среди огромного количества книг я вижу знакомые с детства переплеты, обложки всемирно известных произведений. Я вынимаю одну книгу за одной и быстро пролистываю страницы. Обыскав чуть ли ни весь шкаф, я вспоминаю, что одну особенную книгу отец редко выпускает из рук. «Крестный отец» Марио Пьюзо – идеальное хранилище для пары тысяч долларов. Во всяком случае, так считает папа, раз уж я нашла три тысячи долларов именно в ней.

Я судорожно хватаю деньги. Часть падает на пол. Трясущимися пальцами я подбираю хрустящие купюры и бросаю их в свою сумочку. Дело сделано, и я гордо вскидываю голову, ощущая свое превосходство. Я сделаю все, что угодно, лишь бы спасти его! Я ему нужна, и он прекрасно это понимает, а значит, и любить меня будет еще сильнее. Ведь я из кожи вон лезу, чтобы Крис был жив и здоров.

Я еще раз осматриваю кабинет отца. Мне становится необычно жарко, и я расстегиваю молнию на куртке. Солнце медленно ползет к горизонту, будто намекая, что пора заканчивать. Вдруг я вспоминаю, что мой отец, бывало, отставлял пару сотен долларов в верхнем ящике своего стола. Раньше я не придавала этому значения и даже не особо обращала внимание. Можно сказать, мне было почти плевать, куда папа девает свои честно – или не совсем честно – заработанные деньги. Я подбегаю к столу и хочу открыть верхний ящик, но он не открывается. Кровь отливает от головы, а к горлу подступает комок безысходности. Я еле стою на ногах, но сдаваться даже не думаю. Неужели я, дочь своего отца, не сумею открыть замок на его чертовом ящике?

«Соберись, Лидия! Давай, вспоминай! Ты же знаешь, где он!» – уговариваю я себя, а время идет, и засыпающее солнце напоминает мне об этом.

Ну, конечно! Что мой отец любит так же сильно, как деньги? Конечно, меня! Я снова подхожу к шкафу с книгами и на одной из полок замечаю маленькую шкатулку, сделанную из плотного картона кремового цвета и украшенную золотистыми бантиками и стразами. Моя первая приличная поделка из младшей школы. Я хватаю ее, срываю крышку и вижу пару бумажных квадратиков с нарисованными сердечками и неумело выведенными буквами «Любимому Папе!». Это мои детские открытки. Рядом лежит маленький серебряный ключик. Не раздумывая, я вынимаю его из коробочки и направляюсь к столу. Ящик поддается и с легкостью выползает, показывая всё своё содержимое. Его содержимое не представляет для меня никакого интереса. Какие-то бумаги, папки с документами, сигары, письма, старые фото и парочка зеленых купюр на дне.

Ну, хоть что-то… Конечно, не тысячи долларов, всего около восьми сотен, но и они пригодятся. Я с облегчением вздыхаю и уже хочу запереть ящик, как мне на глаза попадается что-то завернутое в черный бархат с серебряной вышивкой. Я дотрагиваюсь до свертка. Он твердый и явно тяжелый. Это пистолет! Ни секунды не раздумывая, я бросаю его в свою сумочку вслед за деньгами.

Я выскакиваю из дома, забираюсь в свою машину и мчусь к Крису.

– Крис, я нашла оставшуюся сумму! – радостно сообщаю я, шмыгая носом. Подбегаю к нему и отдаю несколько мятых купюр. – Здесь около четырех тысяч.

– Лид, ты просто прелесть!

Он хватает деньги, пересчитывает их и кладет во внутренний карман куртки.

– Спасибо, – тихо произносит он и небрежно целует меня в губы.

Сумерки сменяются ночью, но я никак не могу успокоиться. Казалось бы, все просто – осталось передать деньги Шону, а мне все равно тревожно.

– Детка, что с тобой? – спрашивает Крис. Он сидит рядом и пялится в телевизор.

– Что?

– Лидия, мне пора.

– Как? Ведь еще рано! – Я не хочу отпускать его. Еще немного, пожалуйста!

– Нужно еще кое-куда заскочить, – спокойно говорит мой Крис и берет куртку.

– Побудь со мной еще немного.

Я подхожу к нему и дотрагиваюсь до его руки, умоляюще смотрю в его пепельно-серые глаза. Внутри все кипит, я безумно взволнована, мне страшно. А вот Крис держится спокойно и невозмутимо.

– Не могу, детка. Мне, правда, пора.

– Тогда, прежде чем ты уйдешь, я хочу кое-что сказать.

– Лидия, давай в следующий раз? После того, как все кончится. Хорошо?

– Это не займет много времени, поверь, я лишь…

– Потом. Сейчас неподходящее время.

– Я просто боюсь и все, понимаешь? – срываюсь я. – Боюсь того, что может случиться! С тобой! С нами!

– Все будет хорошо, Лидия.

Крис пытается убедить меня, что все под контролем, но я не могу унять страх.

– Просто послушай меня! – Влажной ладонью я дотрагиваюсь до его щеки. – На случай, если следующего раза не будет, я хотела сказать спасибо.

– Лидия, ты о чем? Спасибо за что?

– Ты дал мне все, о чем я мечтала: страсть, приключения, невероятно сильную любовь. Я думала, что никогда не буду по-настоящему счастливой, а потом я встретила тебя. Теперь моя серая унылая жизнь наполнилась смыслом. Ты изменил меня, сделал другой. И я благодарна тебе за это.

Крис легонько касается моей щеки и чмокает в лоб. Я не чувствую тепла от его прикосновений.

– Лидия, ты – чудо!

Я не ожидала такой реакции. Я в растерянности. Мне так хочется побыть с ним еще!

Крис разворачивается и возвращается в комнату. Я следую за ним и вижу, как он в спешке роется в ящике стола. Я подхожу ближе. Крис держит в руках пистолет.

– Не спрашивай, – произносит он спокойным тоном, и уже хочет спрятать оружие за пояс джинсов, как я осторожно касаюсь его руки, вынимаю пистолет и кладу на прикроватную тумбочку.

Я касаюсь мягкими губами его шеи, провожу рукой по груди и медленно начинаю расстегивать молнию на кофте. Крис пристально наблюдает за мной.

– Что ты задумала, детка?

– Замолчи и просто смотри.

Стянув с себя кофту, я принимаюсь за джинсы. Через минуту я стою перед ним совершенно голая. Он смотрит на меня так, будто скоро сорвется. А я только этого и жду.

Сексуально покачивая бедрами, я подхожу к любимому и одной рукой беру его за шею, а другой сжимаю его возбужденный член. Я впиваюсь в его губы, притягиваю к себе и чувствую его грубоватые прикосновения на талии и бедрах.

– Лидия, – шепчет он.

– Останься со мной, еще немного, прошу! – В эти мгновения я хочу, чтобы мы полностью растворились друг в друге и забыли о проблемах. – Я люблю тебя.

Я неторопливо снимаю с него куртку, и она падает на пол возле кровати. Затем стягиваю футболку, и вижу его обнаженный мускулистый торс. Покрывая его трепетными, сладкими поцелуями, я опускаюсь ниже и сажусь перед ним на колени, как покорная рабыня перед своим господином. Он смотрит на меня сверху вниз, проводит ладонью по моим взъерошенным волосам и тяжело дышит. Я расстегиваю ширинку джинсов и вынимаю возбужденный член. Влажным языком я провожу от основания до кончика и целую его, оставляя еле заметные засосы. Каждое прикосновение отзывается у меня между ног, и я ощущаю приятную влагу. Затем крепко беру член в руку, оголяю головку и начинаю ласкать ее. Мой язык скользит по ней, я тихо постанываю. Оставив член, я медленно поднимаюсь с колен. Мы ложимся на кровать. Я стягиваю с любимого джинсы вместе с боксерами, снова целую его бедра, низ живота, пресс, поднимаюсь выше, к шее, к сладким, как мед, губам. Я сажусь сверху, ощущая твердую плоть между своих ног. Тонкими, чувственными пальцами я беру мою любимую часть Криса, и она с легкостью проскальзывает в мое жаждущее наслаждений тело. Он тянется ко мне, дотрагивается до моей груди, поглаживает и сжимает мои бедра. У меня перехватывает дыхание, я запрокидываю голову назад и начинаю медленно двигать бедрами. Крис мнет мою набухшую, упругую грудь, лаская пальцами соски. Затем мы переворачиваемся. Я оказываюсь на спине. Крис сжимает мои запястья, касается нежными губами кожи на шее… Я не могу сдержать стоны блаженства. Наши влажные от пота тела слипаются, и я ощущаю, как его твердый член снова врывается в мое тело. Я вздрагиваю и мурлычу от удовольствия. Эти минуты наслаждения длятся так долго! Как же я не хочу, чтобы это заканчивалось! Я снова шепчу «я тебя люблю!», а Крис двигается во мне все быстрее и быстрее. Напряжение растет, мне становится жарко и тяжело дышать. Мой любимый кончает в меня. Он наваливается на меня всем телом и нежно целует. Затем Крис переворачивается на спину.

– До скорой встречи, Лидия.

Он улыбается, надевает одежду, застегивает куртку и уходит. Я остаюсь наедине с собой.

Нет, я должна быть сейчас рядом с ним! Нужно догнать его! Я мигом натягиваю джинсы и кофту, хватаю куртку, сумочку и выбегаю на парковку. Небо уже готовится проводить молочно-кристальную луну и встретить янтарное солнце. От Джонса не осталось и следа. Как же я его найду? Наверное, он уже очень далеко. И тут я вспоминаю о функции GPS на наших дорогущих смартфонах. Эта штука мне точно поможет! Я сажусь в свою машину и роюсь в сумке в поисках телефона. Набираю номер сотовой компании и прошу, чтобы они включили GPS на телефоне Криса. Приходится врать, что я потеряла телефон. Через пару минут я уже следую за красным кружочком, который движется по карте Дарема. Я уже довольно далеко от квартиры Криса, но гораздо ближе к нему самому. Дороги пусты. На город опускается легкий туман. С каждой минутой я сокращаю расстояние между мной и любимым. Что-то очень сильно тревожит меня. Правильно ли я поступаю? Возможно, мне не стоит вмешиваться, но ведь я хочу помочь! Пальцы холодеют, сердце бешено колотится. Меня начинает тошнить, но я еду дальше. Рано или поздно он ведь должен остановиться!

Глава 20

Я понимаю, что уже была здесь раньше: меня мучает стойкое ощущение дежавю. Все эти дома вдоль узкой дороги, пропитанной холодной дождевой водой и бензином, мне знакомы. Я уже не сомневаюсь, что знаю это место. Его авто уже пару минут неподвижно стоит у широкого кирпичного здания автосервиса. Сбавив скорость, я решаю остановиться на другой стороне улицы. Мне становится интересно! Я хочу знать, что творится внутри! Сердце покалывает от страха. Какое-то нехорошее предчувствие преследует меня уже несколько часов кряду. Сумрачное небо слегка светлеет; вдалеке я замечаю груду металла на колесах: три грозных тонированных внедорожника, похожих на гигантских лесных гризли. Из автомобилей выходят несколько человек – в неярком свете фонарей я вижу их угольно-черные силуэты – и быстро скрываются в здании автосервиса. Ко мне подкрадывается неконтролируемый страх, от которого кровь стынет в жилах.

Снова воцаряется пугающая тишина. Мне остается только ждать. Что же будет дальше? Я слышу, как холодные капли дождя стучат по лобовому стеклу моего авто. Время тянется ужасно медленно, и мне жутко осознавать, что я просто сижу здесь и жду, когда же все это кончится.

Я устала. Глаза закрываются, голова тяжелеет, и я уже не в силах сопротивляться. Меня одолевает сон.

Мой любимый Крис выходит из здания и направляется в мою сторону. Он в приподнятом настроении, улыбается, а глаза блестят серебром. Неужели все закончилось, и мы, наконец-то, можем ехать домой?

– Я люблю тебя, Лидия, – говорит он, садится рядом и крепко целует меня в губы.

Из моих глаз льются слезы радости. Я безумно долго ждала этих слов! Целую вечность! И теперь я по-настоящему счастлива.

Я обнимаю его и вдыхаю родной запах. Чувствую умиротворение и счастье.

Крис ласково смотрит на меня, говорит, что все будет хорошо. Он невероятно спокоен, в его глазах я вижу искру, и мне это кажется странным. Я хмурю брови и опускаю взгляд на его торс.

– О боже… Крис!

– Что с тобой, Лид? Все в порядке?

Я дотрагиваюсь до его груди и ощущаю красную липкую жидкость на пальцах. Белая футболка Криса становится алой от крови.

– Крис! – кричу я и.. просыпаюсь.

Меня разбудил громкий хлопок. Кажется, это выстрел! Какого черта?

– Где он, черт возьми?! – кричу я, пытаясь найти в сумке мобильный телефон.

Мне приходит в голову только одна мысль – позвонить. Если я услышу голос любимого – хотя бы шепот – мое сердце немного успокоится.

Набираю номер Криса, но в ответ слышу сухой, безразличный голос автомата: абонент не доступен, оставьте сообщение после звукового сигнала…

– Черт! – я отбрасываю телефон в сторону.

Повсюду туман. Выстрелы раздаются один за другим. Мое сердце бьется все чаще. Ловлю себя на мысли, что я совершенно не боюсь за себя – только за Криса.

Нахожу в сумке папин пистолет и осторожно выхожу на дорогу, неумело сжимая его в руках. Они дрожат: мне холодно. Шаг, еще шаг… Я останавливаюсь у входа в здание. Слышу еще пару выстрелов, вздрагиваю и зажимаю рот ладонью, чтобы не закричать. Что там происходит? Мой Крис, жив ли он? Я начинаю сходить с ума! Мы невыносима даже мысль о том, что с ним может что-то случиться. Я должна войти внутрь, должна!

С одного сильного толчка я распахиваю металлическую дверь.

Боже мой! На грязном бетонном полу, пропитанным машинным маслом, лежат мертвые, окровавленные тела. Повсюду валяются расстрелянные гильзы. Ледяными пальцами я крепче сжимаю пистолет.

– Крис! – кричу я. – Нет! Пожалуйста!

Шон держит моего любимого за шею, приставив к его виску дуло револьвера. Крис стоит неподвижно, широко раскрыв глаза.

– Я вижу, ты взяла с собой оружие, дорогая, – произносит Шон, мерзко улыбаясь. – Умная девочка. Но оно тебе не понадобится. Положи пистолет на землю, иначе твое милое личико будет последним, что Джонс увидит перед смертью.

Слезы градом катятся по моим щекам.

– Нет, прошу! Отпусти его! Просто забирай деньги и уходи, Шон! – Затем Я перевожу взгляд на Криса и шепчу одними губами: – Все будет хорошо, Крис, я обещаю!

– Как это мило! – кричит Шон. – Прям как в фильмах со счастливым концом. Знаешь, а ведь я давал ему шанс все исправить.

Он бросает взгляд на полиэтиленовый сверток с деньгами. Я не могу упустить этот шанс: направляю свой пистолет на Шона и стреляю.

В тот же миг жуткая боль пронзает мою руку до самого плеча. Пистолет выскальзывает у меня из рук, ноги подкашиваются, и я бессильно опускаюсь на бетонный пол.

О нет! Я поднимаю глаза и пытаюсь разглядеть расплывчатые силуэты. Что я наделала?! Воцаряется мертвая тишина, и я наконец понимаю, что произошло…

– Неет! – кричу я. – Крис! Аааай! – Кровь мгновенно отливает от головы. – Пожалуйста, нет! О боже! Неееет!

Безумно больно. Кажется, будто сердце остановилось…

Не в силах пошевелиться, я смотрю, как мой любимый падает на холодный сырой пол.

– Вау! Ты умница, Лидия, – усмехается Шон, выпучивая глаза от удивления и неподдельной радости от того, что я натворила.

Шон хватает пакет с деньгами и сматывается. Я остаюсь наедине с окровавленным телом Криса в этом кирпичном сыром здании, упиваться горем.

Я бросаюсь к любимому. Он еще дышит. Я падаю рядом с ним на колени, стараюсь поднять его, но у меня ничего не получается. Мои руки в крови, и я не в состоянии сдержать крики.

Я должна что-то сделать! Я не могу позволить ему умереть! Трясущимися руками я обыскиваю свою куртку.

– Чеерт! – кричу я, понимая, что оставила мобильный телефон в авто и теперь не могу вызвать 911. Думай, Лидия! Я осматриваюсь. У кого-то из погибших ведь должен быть телефон! Я ползу к ближайшему трупу и роюсь в его карманах… Нашла! Липкими, окровавленными пальцами я тыкаю в экран смартфона, но он не реагирует. О, как я зла!

– Лидия! – хрипит Крис, и я тут же возвращаюсь к нему.

– Что же я натворила? – Меня разрывает изнутри. – Прости меня! Только, пожалуйста, не умирай! Я люблю тебя!

Его губы шевелятся: он снова произносит мое имя. Его глаза приоткрываются, и я ловлю на себе его взгляд. Надежда на то, что он может выжить загорается во мне.

– Зачем ты пошла за мной?

– Я… я…, – мои губы дрожат, и я больше не могу сказать ни слова. Если бы я не вмешалась, ничего бы не случилось!

Крис тянет ладонь к моему лицу, и я дотрагиваюсь до нее: холодно.

– Я чувствую ее… пулю.

– Зачем ты говоришь мне это?

– Ты должна дать мне умереть, Лидия.

– Что? Нет! Я не позволю!

Снова пытаюсь набрать на грязном смартфоне номер службы спасения, но пальцы не слушаются.

– Лидия, не надо. Просто побудь со мной.

Я плачу. Единственно, что мне остается – сидеть на грязном полу и держать на коленях умирающую любовь.

– Я не хочу, чтобы ты умирал! Я не смогу без тебя!

– Как же ты раньше жила? – еле выговаривает он онемевшими губами.

– Я не жила, Крис, я существовала.

– Не говори так, детка. Ты научишься жить без меня.

– Но я не хочу! Не смогу без тебя!

Я глажу его лицо и замечаю, что его губы приобретают голубоватый оттенок.

– Лидия! Прощай. Ты самое лучшее, что со мной было! – Он крепко сжимает мою руку. – Я… люблю…

– Нееет!!! Пожалуйста!!!

Его серые глаза тускнеют и смотрят в никуда. Нет! Я не верю в это! Этого просто не может быть!

Я вытираю слезы: сейчас я приеду домой, и все будет хорошо. Я просто усну. А проснусь от того, что почувствую его теплые прикосновения на своей коже, дыхание на шее, нежные поцелуи. Да, точно! Все так и будет. Ведь я не могу потерять Криса, не могу! Только не так!

Я быстро поднимаюсь с колен, осматриваюсь, глотаю ртом воздух. Сажусь в автомобиль, завожу его и до упора давлю на газ. Мои глаза широко открыты и смотрят вдаль. Вцепившись в руль мокрыми пальцами, я мчусь по автомагистрали. Слезы на щеках высохли, глаза болят, а все тело сковал жуткий, колючий холод.

Хочу, чтобы этот страшный сон поскорее закончился! Это просто не может быть правдой! Не верю! Давлю на педаль газа, пальцы краснеют, а сердце бешено колотится. Все мои внутренности будто хотят вырваться наружу. Я так не могу! Не Могу! Невыносимо больно. Я ненавижу! Ненавижу все на свете! Он – моя жизнь! Почему этот проклятый мир забрал его у меня? Я начинаю яростно колотить по рулю кулаками. Остановившись, я утыкаюсь лицом в кожаное сидение и впиваюсь в него ногтями, но даже не замечаю боль. Она так ничтожна и мала по сравнению с тем, что сейчас творится внутри меня! Это так несправедливо. Почему именно Крис? Черт возьми, почему Крис?

Собрав последние силы, я снова кладу израненные пальцы на руль и давлю на газ. «Нужно доехать до дома, Лидия!» – думаю я. Утренний туман начинает рассеиваться. Почти в беспамятстве я добираюсь до дома. Все как в тумане – в буквальном смысле этого слова.

Я подъезжаю к дому и выскакиваю из авто. Я иду, будто в обнимку с болью. Кажется, родители уже успели уйти на работу. Я стремительно поднимаюсь по лестнице, поскальзываюсь и падаю на ступеньку. Перед моими опухшими красными глазами предстают образы минувших дней: его лицо, глаза, губы, завораживающая улыбка и слегка надменный, но заразительный смех. Туманные картинки из прошлого одна за другой вспыхивают в моей памяти. Я горько плачу. Сердце сжимает страшная боль, с ней ничто не сравнится! Я хочу, чтобы это закончилось! Ведь я больше никогда не увижу любимого! Не смогу больше чувствовать его прикосновения, поцелуи, услышать его голос. Захлебываясь солеными слезами, я вдруг понимаю, что это конец. И все из-за меня! Я убила его, я – убийца. Как я могла погубить самое дорогое, что у меня было? С таким тяжелым грузом на сердце я не смогу жить дальше. Без Криса это просто невозможно. В этом мире меня больше ничего не держит. Не будет ни счастья, ни покоя, все потеряно на веки, и я в том числе. У меня есть только один выход – я отправлюсь следом за ним, даже в самый мрачный и жаркий уголок ада.

Я медленно встаю и вхожу в свой пустой сонный дом. Всю дорогу мне мерещится его голос, смех, неугасимый блеск глаз. Я поднимаюсь в свою когда-то безмятежную и счастливую комнату. Воздух здесь мгновенно пропитывается болью и тяжестью. Мой тусклый взгляд падает на фото в рамке, которое стоит на прикроватной тумбочке. На нем мы с Мелиссой на ее двадцатый день рождения. Выглядим ужасно счастливыми и совершенно беззаботными – по крайней мере, я. Как же все изменилось с тех пор! Мир словно перевернулся с ног на голову. Как раньше не будет уже никогда. «Прости, моя дорогая. Я слишком люблю его».

Горе душит меня и буквально высасывает последний воздух из моих легких. Я кидаюсь к шкафу и достаю большую подарочную коробку. Открыв ее, я начинаю складывать туда самые дорогие мне вещи: мой личный дневник, в котором вся моя жизнь, несколько наших с Мелиссой общих фото, пару любимых украшений, небольшого плюшевого медведя, которого она подарила мне на мой десятый день рождения. Покончив с этим, я решаюсь позвонить в службу доставки. Заказав курьера, я падаю в слезах на мягкую кровать, и в мое сердце врезаются тысячи кинжалов. Я не могу дышать, от боли кружится голова.

Мне кажется, что мой любимый Крис все еще здесь и слышит меня.

– Пожалуйста! Я не могу без тебя! Слишком больно! – вырывается из меня полный боли и ужаса крик. – Нееееет! Я так его люблю!

Я поднимаюсь и хватаю ручку. Нужно попрощаться с Мелиссой. В последний раз сказать, как я ее люблю. Горячие слезы катятся по щекам, а боль тянет меня вниз. На столе я нахожу кипу белоснежных листов и беру парочку. Руки будто сковало льдом, а пальцы дрожат. Как же больно писать ей такое! Но я должна.

«Моя любимая Мелисса, сейчас я пишу тебе в последний раз. Я ухожу. Ухожу навсегда. Но прежде я хочу сказать тебе спасибо за все, что ты делала для меня. Спасибо, что всегда была рядом со мной, что поддерживала во мне надежду. Спасибо за то, что была самой лучшей подругой, сестрой и опорой. Сейчас наступил тот момент, когда в моей жизни погас свет, я упала в пропасть, и даже ты не сможешь меня вытащить. Его больше нет, Мелисса! Его больше нет! А это значит, что и меня тоже. Я не хочу жить в мире, где нет его. Просто не могу. В этой посылке все самые дорогие мне вещи, с которыми связаны самые теплые воспоминания. Сохрани ее вместе с памятью о нашей дружбе, самой крепкой на земле. Обещай мне, что будешь сильной, когда я уйду. Обещай, что будешь жить той жизнью, о которой всегда мечтала! Выйдешь замуж, родишь детей, найдешь хорошую работу и будешь невероятно счастливой. Я люблю тебя! Даже в аду, куда я, вероятно, попаду, я все равно буду любить тебя. Прощай, моя родная».

Закончив, я кладу письмо в коробку, запечатываю ее и спускаюсь с ней вниз. Ноги заплетаются и не держат меня. Раздается звонок, я открываю дверь и вижу молодую девушку низкого роста.

– Добрый день, мисс, я из службы доставки, – улыбается она. У нее звонкий голос, но я почти его не слышу.

– Привет! Нужно доставить коробку по этому адресу. Мелиссе Уильямс. – Девушка что-то строчит в своем блокноте. – И обязательно завтра утром! Не раньше полудня.

Я быстро расплачиваюсь и запираю дверь, не дав курьеру сказать и слова.

Я снова попадаю в лапы невыносимой боли. Сердце бешено стучит, будто хочет вырваться из груди, найти сердце моего любимого и воссоединиться с ним. Огромный комок подступает к горлу, мне трудно дышать, и я снова начинаю рыдать. Теряю счет времени и почти перестаю ориентироваться в пространстве. Я хочу снова услышать его голос, заглянуть ему в глаза, прикоснуться к губам, раствориться в нем. Я чувствую незримую нить, связывающую нас. Я пытаюсь вернуться в комнату, но силы покидают меня. Я орошаю свой путь слезами. Прямо из сердца вырывается крик отчаяния и дикой боли. Я срываю свой голос и снова падаю на лестнице, так и не добравшись до комнаты.

– Пожалуйста, пожалуйста, не надо больнее!

Я все отдам за один его взгляд! Как же больно! Я не могу, не могу! На мгновение слезы высыхают: я чувствую невероятную физическую силу, злость и ненависть. Я встаю и влетаю в свою комнату.

– Пошло все к черту!

Я начитаю крушить мебель, разбрасывать вещи, бить горшки и вазы с цветами. Разбиваю флаконы с парфюмом, опрокидываю макияжный столик… Комната заполняется болью и осколками. В конце концов, силы покидают меня, я опускаюсь на пол и снова даю волю слезам! В моей памяти всплывает встреча в «Грифоне», его теплые объятия и первый поцелуй. Его голос звучит в моей голове. Во мне не осталось ни веры, ни надежды, не осталось ничего! Только мысли – мысли о нем. Моя душа точно разрывается на миллиард кусочков. Невыносимая боль! Мне нужно к нему! Я хочу пойти за ним. Подползаю к кровати, беру пару листов и дрожащей рукой пишу записку:

«Мама, если ты это читаешь, значит, меня уже нет. Значит, я мертва, и ты сейчас позвонишь папе, скажешь, что ваша дочь ушла. Что меня больше нет! Простите меня, но я не могу больше жить. Теперь в моем сердце огромная пустота, которую ничем не заполнить. Все вокруг мне кажется таким бессмысленным! В моих легких больше нет воздуха, мне нечем дышать. Я задыхаюсь! Задыхаюсь от страха и безумной боли. Теперь, когда все кончено, я отправляюсь прямиком в ад, где я продолжу вечные муки. Прощайте…».

Я оставляю записку в гостиной на журнальном столе рядом с букетом белых роз и поднимаюсь обратно в комнату. Я последний раз ступаю по этим ступенькам, в последний раз держусь за дверную ручку, в последний раз смотрю в окно.

Мне ужасно страшно, я еще не готова уйти из этого мира. Я иду в ванную комнату. Я не могу смотреть на себя в зеркало. Мне становится противно и страшно.

– Я люблю тебя, Крис. Ты – вся моя жизнь! И большего мне не надо. – я медленно скатываюсь вниз по стене: нет больше сил держаться на ногах.

Руку парализует острая боль. Кажется, она идет прямо от сердца. Из вены бежит рубиновая кровь. Теперь я уже не чувствую боли. «Прощай, Лидия Андерсон», я закрываю глаза. Спустя несколько минут, голова начинает кружиться, и невыносимая слабость сковывает все тело. Я думаю только о нем, только о моем Крисе. С ним я была по-настоящему счастлива. С ним я жила полной жизнью, но его нет, и я больше не хочу жить. Меня клонит в сон, я в последний раз улыбаюсь, и по моей щеке пробегает слеза. Я протягиваю смерти руки и засыпаю.

Эпилог

Сегодня один из самых ужасных дней в моей жизни! День прощания с Лидией Андерсон. На улице дождь. Льет уже третий день, будто вместе со мной плачет небо. Господь ведь не хотел, чтобы она уходила… Может, это вовсе не дождь, а слезы ангелов?

Неужели, все? Сегодня я в последний раз увижу ее, в последний раз дотронусь до нее. Я ее больше не увижу! Никогда! Не поговорю с ней! Она больше не постучит в мою дверь, и я ей больше не открою. Все кончено! Она не вернется! Зал наполняется. Все в черном, некоторые в темных очках. Все друг друга обнимают, приносят соболезнования родителям. Кажется, миссис Андерсон не очень-то переживает. Она как всегда свежа, красива, кокетлива, словно это не ее Лидия лежит в гробу. Я так и не осмеливаюсь выразить им свои соболезнования, хотя сижу в первом ряду, почти рядом с ними. Я сюда пришла не ради них. Я пришла к Лидии. На мне сильно отразился её уход. Я толком не могу ходить, не могу спать, меня трясет от каждого шороха, от каждого дуновения ветра, от каждого звука, которое напоминает ее имя. Я боюсь надолго оставаться одна, постоянно принимаю успокоительные, но они не слишком-то мне помогают. Мне очень не хватает моей девочки. Не могу поверить, что ее больше нет.

Ужасно долго и мучительно тянется время. Все по очереди подходят к гробу, кладут цветы, смотрят на нее. А я не могу! Не хочу видеть ее там бездыханную, мертвую. Тетя одной рукой держит меня, а другой свежесрезанные белые розы для Лидии. Их больше тридцати, и они тяжелые, очень. У гроба стоит огромный портрет Лидии. Я помню тот день, когда было сделано это фото. Мы целый день были вместе, она выглядела по-настоящему счастливой, глаза сияли. Лидия излучала тепло, надежду и любовь. В тот день я щелкнула ее на память, ведь должна же я была запечатлеть эту красоту! Рамка для портрета тоже в цветах. Здесь все в цветах. Тихо звучит печальная музыка, и от этого еще больше хочется плакать. Я запрокидываю голову, чтобы слезы не выкатились из глаз.

Сейчас будут произносить речи. Мистер и миссис Андерсон говорят, как им тяжело, как они любили свою Лидию, и что она была самой лучшей дочерью на свете. Затем несколько родственников и кузены с кузинами. Я оборачиваюсь и замечаю Дениз. Мы не виделись с того самого дня, когда я узнала, что Лидия умерла. Она подходит ко мне, садится рядом и крепко обнимает. Она заплаканная, но спокойная. Дениз сжимает мою ледяную руку и смотрит жалостливым взглядом, будто перед ней сидит еле живой щенок с печальными глазами. К гробу приглашают друзей – попрощаться. Я не решаюсь встать, поэтому Дениз идет одна. Я не в силах смотреть и слушать ее, от этого мне еще тяжелее. Я закрываю лицо руками и опускаюсь чуть вперёд. Она заканчивает свою речь, я открываю опухшие глаза и смотрю, как Дениз подходит к гробу кладёт цветы, касается её руки и уходит. Теперь моя очередь встретиться с моей дорогой мисс Андерсон. Я пытаюсь встать, но ноги не слушаются, и я опускаюсь обратно на скамью. Зара берет меня под руку, крепко обнимает и ведет к трибуне.

«Моя дорогая, Лидия, потерпи, я уже иду».

Наверное, это выглядит немного странно, но я улыбаюсь. В зале шепчутся знакомые и те, кто учился с нами. Тетя помогает мне подняться по ступенькам, и я вижу Лидию. Она в изумрудном платье, которое выбрала я, и совсем не выглядит мертвой. Темные волосы мягкими волнами лежат на плечах, натуральный макияж, пышные ресницы и на губах играет еле заметная улыбка, но глаза закрыты. Я опираюсь на трибуну, а тетя встает рядом.

– Я скучаю по тебе! Очень скучаю. Я сейчас не могу говорить, но я все еще тебя жду. Жду твоего звонка, жду письма в соцсети. Мне кажется, что вот сейчас откроется дверь и войдет моя Лидия в своем любимом изумрудном платье. Я никогда тебя не забуду!

Я снова начинаю плакать, ноги подкашиваются. Тетя хочет увести меня, но я сопротивляюсь, я еще не закончила.

– Ты стала моим светом, частью моей жизни! Лидия, ты была лучшим, что у меня было. Ты всегда будешь жить в моем сердце! Всегда! И я горжусь тем, что знала тебя и была твоей лучшей подругой. Прости, что не смогла сберечь тебя. Прости, что не успела тебя спасти. Прости за все. Я люблю тебя, Лидия!

Мне уже больно плакать, а слезы все льются и льются. Я подхожу к гробу и кладу рядом охапку роз.

– Твои любимые, дорогая, белые! – Я дотрагиваюсь до ее лица и целую холодный лоб. – Ты, ведь, обещала всегда быть рядом. Обещала не бросать меня. Где же ты теперь, когда мне так нужна!? Вернись ко мне, пожалуйста! – шепчу я, заливая слезами ее волосы. – Пожалуйста! Я не хочу прощаться. Ты мне так дорога! Я не могу жить в мире, где нет тебя!

Многие уже уходят, а я все плачу и держу ее за руку. Я больше никогда ее не увижу… Отец Лидии говорит мне, что пора ехать на кладбище.

– Я люблю тебя, Лидия! Я всегда буду тебя любить!

Я целую ее в лоб и в изнеможении падаю на холодный пол. Ноги больше меня не держат. Тетя бросается ко мне. Мистер Андерсон берет меня на руки и относит в машину.

Помню, как мы едем на кладбище, помню, как дождь стучит по крыше авто. Я уже не плачу, просто вспоминаю все, что с нами было, вспоминаю нашу дружбу…

Я чуть не потеряла сознание, когда гроб опускали в землю. Я ее никогда не увижу! Никогда! Все кинули горсть земли в могилу, в том числе и я. Через десять минут все разъехались. Последними уходили Андерсоны и мы с Зарой. Каждый вернулся к своей обычной жизни, а мне не к чему было возвращаться. Спать я не могла еще два дня. Этот день стал одним из самых страшных дней в моей жизни. Лидия умерла. А до сих пор продолжаю ее ждать. Я буду ждать встречи с ней всю свою жизнь.

Content

Под моей кожей
Шарлотта Ричи
Мэлоди Элен Брайт

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Эпилог