Потоцкая Марина Марковна

Острое поросячье заболевание

ОСТРОЕ ПОРОСЯЧЬЕ ЗАБОЛЕВАНИЕ

Мальчик Женя всем был хорош, вот только ел очень некрасиво. Что он вытворял за столом, рассказывать не буду. Вас не хочу расстраивать. Во всяком случае, каждый раз после еды мама должна была Женю переодевать, сама переодеваться да ещё и пол в комнате мыть. В общем, можете себе представить!

И вот однажды мама не выдержала. В пятницу утром за столом она сказала Жене очень сердито:

- Ну почему ты у меня такой поросёнок, а?

Женя хотел ей как-нибудь весело ответить, но вместо этого вдруг хрюкнул. И уронил ложку от удивления.

- Ой!- крикнула мама, глядя на Женю.- Что же это?!

Женя хотел сказать «не знаю», но вместо этого снова хрюкнул. Мама схватилась за голову:

- Да ты у меня на самом деле в поросёнка превращаешься! Надо скорей в поликлинику бежать!

Мама схватила Женю, кое-как натянула на него комбинезон, и они побежали в поликлинику: то есть возле дома сели в троллейбус и поехали.

В троллейбусе было полно народу. Жене, конечно, захотелось сесть у окна. А там уже сидела старушка с тремя сумками. Женя протиснулся к ней поближе.

Старушка подняла глаза на Женю, подхватила свои сумки и помчалась к выходу, повторяя:

- Батюшки! Чистой воды поросёнок!..

Теперь весь троллейбус глядел на Женю. А Женя глядел в окно и думал:

«Как же мне теперь жить? Как же я на будущий год в подготовительный класс пойду?»

Докторша в детской поликлинике приняла их без очереди. Она хмуро посмотрела на Женю и спросила:

- Зачем вы его ко мне привели?

- То есть как - зачем? - растерялась мама.- Нужно ведь что-то делать!

- Я поросят лечить не умею. Вы уж извините. Я скажу нашему шофёру, и он вас на «скорой» отвезёт в ветеринарную лечебницу.

Женя обрадовался, потому что давно хотел прокатиться на «скорой помощи». Но мама не обрадовалась. Она попробовала возразить:

- Но он же с утра был обычным ребёнком!

- Вот тогда бы и пришли,- сказала грустно докторша и начала передвигать банку с градусниками у себя на столе.

«Скорая» домчала Женю с мамой до ветлечебницы. Приёма ждали парень с овчаркой, старичок с котёнком и девочка с воробьём. Когда очередь дошла до мамы с Женей, строгая медсестра позвала:

- Войдите, женщина с поросёночком!

- Зачем же так? - смутилась мама, но всё-таки встала и решительно пошла вместе с Женей в кабинет врача.

Седой высокий доктор Жене понравился. Мама только заплакала, только открыла рот, чтобы всё объяснить, как он её остановил:

- Знаю, знаю. Был ребёнок, стал поросёнок. Это ОПЗ - Острое Поросячье . Заболевание. Пятнадцатый случай за неделю.

- Эпидемия?!-ахнула мама.

- Нет. Просто много развелось детей, которые не умеют вести себя за столом. Скажите, а раньше симптомы болезни наблюдались? Случалось, что ваш сын вёл себя… э-э… по-поросячьи? Ну, например, выливал на рубашку суп? Или громко чавкал? Или хватал котлеты руками? Или разливал кисель по столу, а потом вылизывал?

Мама грустно кивала, а Женя с каждым словом опускал поросячью голову всё ниже и ниже.

- Значит, это заболевание началось не сегодня,- уверенно сказал доктор.- Вашему мальчику может помочь только одно.

- Что?! - мама даже вскочила со стула.

- Записывайте,- доктор дал маме листок бумаги и ручку.- Первое. Чистая белая скатерть на столе ежедневно, три-четыре раза в день. Второе. Ложка, вилка и нож.

- Нож?!- испугалась мама.- Но мальчик ведь может порезаться!

- Не перебивайте,- строго сказал доктор.- Итак, ложка, вилка и нож три раза в день. Третье. Самая красивая тарелка и чашка из сервиза.

- Но он же их разо…

- Не перебивайте, уважаемая! Хотите, чтоб он у вас остался поросёнком на всю жизнь? Тогда немедленно порвите этот рецепт.

- Ни за что! - мама спрятала листок за спину.- Простите, доктор. Я записываю дальше.

- Да, пожалуй, достаточно. И запомните: пусть всё за столом делает сам, внимательно и аккуратно. Вы меня поняли?

Мама торопливо кивнула. Доктор подошёл к Жене:

- А вы меня поняли, молодой… человек?

Женя хотел ответить, но испугался, что хрюкнет. Доктор погладил Женю по голове и сказал медсестре:

- Зовите следующего. Там мужчина с пуделем ждёт.

- А пудель настоящий? - спросила мама.- Или тоже бывший ребёнок?

- Ещё какой настоящий! - доктор повеселел.- К вашему сведению, пудель - одна из самых воспитанных собак. Ну, желаю вам успеха! Идите домой» и приступайте к лечению.

И Женя начал делать всё, что прописал ему доктор. Думаете, легко ему было? Нет, конечно. Но зато уже через несколько дней белая скатерть до самого вечера оставалась чистой. И нож в Жениных руках резал аккуратно, и с вилки на пол ничего не падало, и сервизная чашка не разбилась… А в субботу вечером Женя вдруг без всякого хрюканья громко спросил:

- Ну как, хорошо у меня получается?

Мама вздрогнула, посмотрела на Женю, и глаза у неё стали круглыми. Она подвела Женю к зеркалу, и он увидел там своё прежнее, не поросячье лицо.

- Я выздоровел!-закричал Женя.- Кончилось Острое Поросячье Заболевание! Ура!

Вот какая история случилась с Женей. Только вы ему о ней не напоминайте. Потому что в этой истории только и есть хорошего, что счастливый конец.

МАША И РОМКА

Маша и Ромка гуляли во дворе. Маша копала синей лопаткой снег, а Ромка по сугробам лазил. Ему скучно было, он и предложил:

- А давай, Машка, на улицу сбегаем!

- Нет,- покачала головой Маша.- Мне бабушка на улицу ходить не разрешает. Она сказала: со двора - никуда!

Маша была послушная. А Ромка - наоборот. Он стал дразниться:

- Эх ты, бабкина внучка! Ну и сиди тут, пока сама бабушкой не станешь!

Маша нахмурилась и стала быстрее копать. А Ромка опять за своё:

- Пошли, а? Только до соседнего дома добежим - и назад. Никто и не увидит. А там на крыше сосулька висит - в два метра! Ты таких сосулек и не видала никогда. Ну, пойдёшь?

Маша задумалась. До соседнего дома, правда, близко. Посмотреть сосульку - и назад…

- Ну, ну?!-торопил Ромка.

- Ну ладно,- кивнула Маша, подхватила лопатку, и они побежали.

Маша ещё ни разу не выходила на улицу без взрослых. Улица, по которой она тысячу раз ходила, сразу стала какая-то новенькая. Здорово было идти по ней вместе с другими прохожими и торопиться, как они.

На соседнем доме сосульки не оказалось. Маша строго посмотрела на Ромку.

- Честно, вчера была сосулька!-стал оправдываться тот.- Наверное, её скололи. Чистили снег с крыши и скололи.

- Идём домой,- вздохнула Маша.- Опять наврал!

- Погоди,- Ромка подошёл к ней поближе.- Давай на ту сторону сходим. Там в киоске хорошие значки продаются.

- Ну уж нет! - Маша повернулась и пошла назад, но Ромка схватил её за руку и потянул на мостовую.

На их узенькой улице было большое движение. И трамваи, и автобусы - как-то они все тут умещались. И ездили очень быстро. Ромка потащил Машу через трамвайные рельсы. Она визжала и отпихивала Ромку. Какая-то женщина их остановила:

- Ребята, ребята! Нашли место играть!

- А мы не играем,- испугалась Маша.- Это он меня тащит…

- Ябеда,- буркнул Ромка.- Чего орёшь? Мы улицу-то уже перешли.

И правда, перешли! Маша оглянулась. Её двор с большими воротами, её серый дом с бабушкой внутри остались на той стороне. Между ними и Машей были машины, автобусы, трамваи…

Маша заплакала и выдернула свою руку из Ромкиной.

- Не реви! - строго сказал Ромка.- Сейчас дойдём до киоска - и назад.

- Не пойду никуда,- всхлипывала Маша.

Ромка пожал плечами:

- Не хочешь - не надо. Пожалуйста, стой тут, как столб. А я пойду значки смотреть.

Повернулся и пошёл. Маше стало страшно. Всё-таки Ромка на этой, чужой стороне улицы был своим человеком. Она вытерла варежкой нос и побежала догонять Ромку.

В киоске на витрине, на поролоновой подушечке, и в самом деле были приколоты разные значки. Маше понравился большой, с лисой и балалайкой. Ромке-поменьше, с теннисной ракеткой.

- Жалко, денег нету,- огорчился он.

- А у меня есть! Пять копеек.

Ромка засмеялся:

- На твои деньги даже половинку такого значка не купишь. Эх ты, тютя! Ну ладно, пошли.

- Куда? - испугалась Маша.- Пошли домой!

- Успеем домой, а мне ещё к Ивану зайти надо.

- К какому Ивану?

- Из второго «Б». Он тут, рядом живёт. Я у него хочу батарейку взять.

- Не надо к Ивану,- попросила Маша.- Бабушка в окошко посмотрит, а меня во дворе нету. Знаешь, что тогда будет?!

- Ой, зануда! Да ты через пять минут в свой двор вернёшься!

Возле дома, где жил Иван, сидел на скамейке большой мальчишка. Он смотрел на Ромку и Машу с противной улыбочкой, и Маша поняла: будут неприятности.

- Парень, не знаешь, в какой квартире Иван живёт? - солидно обратился к нему Ромка.

Тот не ответил. Ромка спросил снова, погромче. Противный только ногой покачал. Тогда Маша, которой очень хотелось поскорее домой, подошла к скамейке и крикнула:

- Знаешь Ивана? Знаешь?

Противный вскочил и кинулся к Ромке:

- Вы чего по чужим дворам ходите, а?!

Он сильно толкнул Ромку. Ромкина шапка упала в снег. Ромка хотел её поднять, но Противный наподдал шапку ногой и загоготал дурацким голосом.

Тогда послушная Маша подошла к Противному и изо всех сил ударила его по спине своей синей лопаткой. Противный обернулся к Маше, а тут Ромка пихнул его в сугроб.

- Беги, Машка!- крикнул он, подхватил шапку, и они побежали.

Маша бежала очень быстро. Ей казалось, что Противный их сейчас догонит. Она даже повизгивала от страха. Ромка бежал беззвучно и прямо тащил Машу.

На полном ходу они влетели в булочную. Сразу стало тепло и не страшно. В булочной вкусно пахло хлебом, стрекотали кассы. Народу было так много, что Противный никогда бы их тут не нашёл.

И вдруг Маша увидела в толпе знакомую синюю шапку и серый пушистый воротник.

- Ой! - она спряталась за Ромку.- Бабушка!..

Ромка тоже увидел бабушку.

- Ну и что? - зашептал он Маше.- Она тебя не заметила. А мы сейчас отсюда выйдем - и сразу домой!

Маша не слушала Ромку. Ей очень захотелось подойти к бабушке. Она вдруг поняла, что соскучилась по ней за время своего уличного путешествия. Она сделала шаг к прилавку…

- Стой! - дёрнул её за руку Ромка.- Ты что, хочешь, чтоб тебе от бабки попало? И мне с тобой вместе? Ну-ка, пошли отсюда!..

Они благополучно перебежали улицу и очутились в своём дворе.

- Я пошёл уроки делать,- сказал Ромка и наклонился совсем близко к Маше.- Ну, внучка-жучка, смотри, не вздумай бабке ябедничать!

Маша осталась ждать бабушку. Она всё думала: видела её бабушка в булочной или нет?

Когда бабушка показалась в воротах, Маша чуть не сшибла её с ног. Она прямо повисла на бабушке.

- Постой, постой,- засмеялась бабушка, а потом внимательно посмотрела на Машу:-Где ж ты была? Я хотела тебя в магазин взять, а тебя и нету.

Маша опустила голову и стала ковырять лопаткой снег.

- Ну, не хочешь говорить, не надо. Идём домой!

Маша плелась за бабушкой. Синяя лопатка чертила по снегу бесконечную полоску.

- Я мимо киоска проходила,- говорила бабушка,- а там цветные карандаши продаются, книжки-раскраски и значки…

- С лисой и балалайкой!..- выпалила Маша и остановилась. Ей вдруг стало очень жарко, особенно щекам.

- А ты откуда знаешь? - удивилась бабушка.

Маша прижалась к бабушке и заплакала и стала объяснять:

- Я не ябеда… А там мальчишка противный… А мы побежали… А ты в булочной…

- Это Ромка тебя потащил? - догадалась бабушка.

- Нет, я сама, сама!..- Маша плакала всё громче и цеплялась за бабушку. Она плакала о том, что никогда уже не будет такой послушной, как раньше. И ей было жалко и себя, и бабушку, и даже Ромку.

А в окне на первом этаже Ромка показывал Маше кулак. И был совсем не прав.

ДВЕ БАБУШКИ

Вышли во двор гулять Маша и Паша. Не сами вышли - их бабушки вывели. У Маши бабушка - маленькая и толстенькая, у Паши - высокая и худенькая. Пашина бабушка - в очках с цепочкой, Машина - в шляпе с ленточкой. Симпатичные бабушки.

Внуки их сразу же потащили к песочнице. Сразу туда залезли и начали куличи лепить. А бабушки возле песочницы стоят, как солдаты на карауле. Потому что рядом ни лавочки, ни пенька, ни даже ведра перевёрнутого нет. И сидеть бабушкам совершенно не на чем.

Так и стоят, бедные, с ноги на ногу переминаются, по сторонам поглядывают. Ничего интересного: один забор да два дерева. Берёза да сосна.

Машина бабушка и говорит так задумчиво:

- Знаете, а я в детстве любила на деревья лазить.

Пашина бабушка ей кивает:

- И я, знаете, тоже.

Машина бабушка говорит:

- Знаете, а я в последний раз лет сорок назад на берёзу залезала.

Пашина бабушка кивает:

- А я - лет пятьдесят. На сосну.

Машина бабушка к берёзе поближе подошла:

- А интересно, могла бы я сейчас на неё залезть?

Пашина бабушка плечами пожала:

- Вряд ли. Всё-таки возраст не тот. Да и вес - тоже…

Машиной толстенькой бабушке такой ответ не понравился. Она сказала громко:

- При чём тут вес? Зато у меня зрение в полном порядке! Я все ветки, все сучки на этой берёзе вижу. И вполне могу на неё залезть.

Пашина бабушка очки поправила и плечами пожала:

- Зрение тут ни при чём. Я, если даже сучок на сосне не замечу, руками его нащупаю. Так что тоже с удовольствием залезу!

Бабушки покосились на внуков - те над куличами сидят. Поглядели на свой дом, на двор - нет никого во дворе. Один серый кот у подъезда сидит. Уж его-то бабушкин спор совершенно не интересует.

Тогда бабушки вздохнули и полезли: Машина - на берёзу, Пашина - на сосну. Машина быстро на три сучка вверх поднялась, а Пашина внизу задержалась.

Машина бабушка говорит:

- Вот видите, я с моим весом уже на такую высоту поднялась! Я уже на вас сверху смотрю!

Пашина бабушка отвечает:

- Это потому, что у меня дерево гладкое. Я же не кошка, чтобы по гладкому стволу лезть!

Тут она изо всех сил на своей сосне подтянулась и оказалась чуть выше Машиной бабушки. Машина бабушка ещё проворнее стала вверх забираться. И тут у неё шляпа с ленточкой вниз упала.

- Ах! - говорит Машина бабушка.- Какая жалость!

А Пашина бабушка в это время наклонилась над веткой, и у неё очки с цепочкой тоже вниз полетели.

- Я не вижу,- говорит Пашина бабушка,- что там у вас случилось, но у меня тут тоже неприятность вышла!

Они ещё немножко вверх залезли.

Машина бабушка говорит:

- Знаете, здесь скворечник висит. Прямо возле моей руки. Если бы я была скворцом, я бы могла в нём жить!

Пашина бабушка отвечает:

- К сожалению, вы на скворца не похожи.

- И вы не похожи!-обиделась Машина бабушка.

- У меня уже сосна кончается,- говорит Машина бабушка.- Я, пожалуй, вниз полезу. Вы не скажете, который час?

Машина бабушка посмотрела на часы и ахнула:

- Батюшки! Ребятам давно обедать пора!

Тогда обе бабушки заторопились вниз. Но не тут-то было!

- Крак! - сломалась ветка под ногой у Машиной бабушки.

- Трюх! - треснул сучок под рукой у Пашиной.

Маша и Паша услышали эти звуки и подняли головы от куличей. И увидели под деревьями очки с цепочкой и шляпу с ленточкой.

- Ой! - сказала Маша.- А где же моя бабушка?

- А моя? - спросил Паша.- От моей одни очки остались…

- А от моей - одна шляпа… Может, их какой-нибудь зверь унёс?

- Унёс и съел. А очки выплюнул.

- И шляпу тоже.

Они совсем было загрустили, но тут с берёзы закричали:

- Маша!..

А с сосны:

- Паша!..

И Маша и Паша увидели высоко-высоко среди веток своих дорогих несъеденных бабушек.

- Это вы во что играете? - спросила Маша.

- А почему нас не взяли? - спросил Паша.

- Мы не можем слезть!-сказали обе бабушки.-

И что теперь делать, не знаем.

- А мы знаем! - сказали Маша и Паша.

Зря бабушки думали, что они только и могут куличи из песка лепить. А они были толковые ребята. Они сразу же побежали к своему подъезду и схватили большую лестницу, которую маляры ещё в прошлом году забыли у дверей. А потом попросили одного мужчину, который мимо шёл, приставить эту лестницу сначала к берёзе, а потом к сосне. И бабушки, когда слезли, обнимали своих внуков так крепко, как будто не с деревьев к ним возвратились, а откуда-нибудь с Северного полюса. И все вчетвером они пошли домой, к подъезду.

А у подъезда стоял мотоцикл. Машина бабушка на него посмотрела и говорит так задумчиво:

- Знаете, а я в юности очень любила на мотоциклах кататься.

Пашина бабушка ей кивает:

- И я, знаете, тоже.

Машина бабушка говорит:

- Знаете, а я в последний раз лет тридцать назад на мотоцикле каталась.

Пашина бабушка кивает:

- А я - лет сорок. На велосипеде с моторчиком.

Машина бабушка к мотоциклу поближе подошла:

- А интересно, могла бы я сейчас на нём проехать?

Но тут Маша и Паша своих бабушек за руки схватили и повели домой. Руки мыть и обедать.

Content

Потоцкая Марина Марковна Острое поросячье заболевание

ОСТРОЕ ПОРОСЯЧЬЕ ЗАБОЛЕВАНИЕ

МАША И РОМКА

ДВЕ БАБУШКИ